Итоги Итоги Журнал

Итоги № 14 (2013)

Прикрыли лавочку

/  Политика и экономика /  В России

Индивидуальных предпринимателей в России ликвидируют как класс

В небольшом помещении на первом этаже жилого дома на окраине Москвы еще недавно размещалось коммерческое предприятие. В советские времена это называлось Домом быта. В одной комнатке портниха Татьяна оборудовала пошивочную мастерскую. В другой выходец из Баку Самвел ремонтировал обувь. В третьей давали шансы на жизнь старым телевизорам. А в коридорчике, соединяющем все три комнаты, поместили загончик, где ремонтировали часы. На прошлой неделе на дверях появилось объявление: «Мы закрылись». «Буду искать работу. Заплатила взносы в Пенсионный фонд и оказалась в этом квартале в минусе», — жалуется портниха Татьяна. Заявление об отказе от статуса индивидуального предпринимателя она в налоговую уже отнесла. А обувщик Самвел даже нанял юриста, готового по сходной цене оформить бумаги о ликвидации бизнеса...

По данным общественной организации «ОПОРА России», с 1 января прикрыли лавочку более 300 тысяч индивидуальных предпринимателей в разных регионах России. Как невесело шутят эксперты, ситуация начинает напоминать времена свертывания нэпа.

С пролетарским приветом

«Если посчитать с конца ноября... до сегодняшнего дня, то у нас закрылось 352 тысячи малых предприятий и ликвидирован бизнес самозанятых граждан. Это много, и это вызывает тревогу», — заявил президент Владимир Путин на конференции Общероссийского народного фронта. Впрочем, портниха Татьяна не очень верит, что глава государства ей чем-то поможет. До Бога высоко, до царя далеко, а платить возросшие более чем в два раза страховые взносы надо уже сейчас.

Как мы дошли до жизни такой? Ответ отчасти дала вице-премьер Ольга Голодец. На днях она без преувеличения потрясла страну сенсационным сообщением: «48 миллионов человек работают в секторах, которые нам видны и понятны. Где и чем заняты все остальные, мы не понимаем». Поскольку общее количество трудоспособного населения России составляет 86 миллионов человек, получается, что аж 38 миллионов россиян трудятся вне правового поля? Это, на минуточку, почти точно соответствует всему населению такой немаленькой страны, как Польша.

Сама по себе констатация такого факта — уже скандал. Получается, что правительство вообще ничего не знает про российскую экономику. Какая после этого может быть вера, например, в официальные цифры (весьма скромные) нашей безработицы? А ну как все эти 38 миллионов «мертвых душ» — это бомжи, бандиты, проститутки и прочие праздношатающиеся, которые к трудовым ресурсам никак не относятся?

Но нет, вице-премьер уверяет, что громадная армия нелегальных россиян зарабатывает на жизнь честным трудом. Просто налогов, включая социальные взносы, почему-то не платит. Ольга Голодец привела в пример рабочий класс, заявив, что выступающие за снижение страхового взноса для самозанятых должны понимать следущее: «Шахтеры должны оплатить пенсии не только своих родителей, но и тех, кто не платит». В общем, день твой последний приходит, буржуй.

Но попробуем разобраться в том, кто и за кого платит.

Для начала: никаких 38 миллионов малых предпринимателей в России нет и никогда не было. Основную массу теневой рабочей силы составляют жители малых городов и деревень, перебивающиеся сезонными заработками, торговцы овощами-фруктами с приусадебных участков, наконец, деклассированные элементы типа знаменитой Юли из Гдова, а также откровенный криминал. Понятно, что заставить платить взносы в Пенсионный фонд всю эту публику нет никакой возможности. Остаются те самые индивидуальные предприниматели. Вопрос в том, сколько их на самом деле.

В России по состоянию на конец прошлого года было зарегистрировано чуть более четырех миллионов индивидуальных предпринимателей. При этом по данным «ОПОРА России» реальную хозяйственную деятельность ведут чуть более половины из них — 2,5 миллиона. В основном они торгуют продуктами питания и товарами массового спроса, ремонтируют автомобили, бытовую технику. Отдельная категория — посредники на рынке недвижимости, нотариусы, адвокаты, писатели, художники и прочие представители свободных профессий. Но в общей массе их доля не превышает 10 процентов всех самозанятых. И этот момент является принципиальным. При установлении новой планки социальных взносов чиновники Министерства труда напирали именно на то, что богатенькие адвокаты с риелторами вполне могут платить побольше. С них, мол, не убудет. Про всех остальных, по всей видимости, чиновники забыли.

Нэпу — нет

Такого в России не было никогда. Даже во времена «угара нэпа». Только за период с 2008 по 2011 год количество людей, работающих на самих себя, а не на крупную компанию или государство, уменьшилось почти на 255 тысяч человек. Но чтобы более 300 тысяч за три месяца отказались от регистрации — это уже катастрофа. Причем не только социальная.

По данным экспертов, малый бизнес сегодня обеспечивает 22 процента рабочих мест в стране. Статистики, правда, объединяют в соответствующей графе малый бизнес со средним и сообщают, что они совместно генерируют 23,6 процента выручки. Допустим, что «малышам» в нем принадлежит хотя бы четверть, и можно подсчитать, какой удар по росту экономики нанесет сокращение этого сектора. Главная проблема — это, конечно, увеличение страховых взносов для индивидуальных предпринимателей.

В 2009 году взнос в Пенсионный фонд каждого индивидуального предпринимателя составлял 7 тысяч 274 рубля. В 2010-м — уже 10 тысяч 392 рубля. В 2011-м — 13 тысяч 509 рублей и в 2012-м — 14 тысяч 386 рублей. Как сокращалось количество самозанятых в эти годы, мы уже рассказали. И вот с нового года социальные платежи выросли в два раза, до 35 тысяч 665 рублей в год, в том числе в ПФР — 32 тысячи 479 рублей. Надо ли удивляться, что основа нашего среднего класса в массовом порядке начала уходить в тень.

Вот пример Ярославля — не самого бедного, мягко говоря, российского города. «По состоянию на 20 марта с начала этого года в Ярославской области сдали свои свидетельства 3797 индивидуальных предпринимателей», — говорит председатель местного отделения «ОПОРА России» Артур Ефремов. В масштабах города потеря почти четырех тысяч малых предприятий — невосполнимая утрата. «Государство не видит такого экономического класса, как малое предпринимательство, и делает все, чтобы его не было», — заключает Ефремов.

А вот пример Липецка. Здесь по состоянию на 1 января были зарегистрированы 32 тысячи индивидуальных предпринимателей. Несколько тысяч из них уже стоят в очередях в налоговую, чтобы отозвать регистрацию. «Повышение платежей поставило меня в бедственное положение, — рассказывает липчанин Анатолий Симаков. — Я торгую полиграфической продукцией — книгами и журналами. У меня всего одна палатка, поэтому большого дохода бизнес не приносит. Платить 36 тысяч в год, то есть по 3 тысячи в месяц, очень накладно. Есть ведь и другие налоги». Кстати, повышая налоговое бремя на всех скопом, власти, похоже, забыли о социально значимых видах малого предпринимательства. Так ведь можно добиться массового закрытия аптек или точек распространения периодической печатной продукции.

Между тем зачистка «нэпманов» идет по всей стране. Владивосток — прекратили свою деятельность 1803 индивидуальных предпринимателя. Омск — минус более трех тысяч предпринимателей. Мэрия этого сибирского города уже обратилась в законодательное собрание области с просьбой направить в Госдуму проект закона о снижении социальных взносов. Но если бы причиной усыхания российского среднего класса было только это...

Хотели как лучше...

Создается впечатление, что в последние годы действия российских властей направлены именно на то, чтобы предпринимателей становилось как можно меньше. «Запрет на торговлю слабоалкогольными напитками, снос коммерческих киосков в Москве...» — перечисляет «Итогам» недавние «казни египетские» первый вице-президент «ОПОРА России» Павел Сигал.

В ноябре прошлого года Сергей Собянин подписал распоряжение, требовавшее к 2013 году ликвидировать «объекты нестационарной торговли». Дошло до того, что индивидуальные предприниматели направили в мэрию требование компенсировать им связанные с этой кампанией финансовые потери. Они составили кругленькую сумму — 500 миллионов рублей. Но вместо компенсации с 1 января вступил в силу федеральный закон, запрещающий торговлю на нестационарных (вне помещений) вещевых рынках.

Некоторые экономисты даже заговорили о том, что малый бизнес чувствовал себя в сталинские времена вольготнее, чем сегодня. Принято считать, что в СССР любое предпринимательство было под запретом, но это не так. «При Сталине малый бизнес, который тогда назывался кооперацией, давал не менее 6 процентов промышленного производства страны, в том числе 40 процентов всей мебели, 70 процентов металлической посуды, почти все игрушки... В 1936 году только в Москве было около 15 тысяч частных и кооперативных предприятий», — говорит экономист Михаил Делягин.

Сравнение с нашими соседями также оказывается не в пользу России. Ближайшим нашим собратом по несчастью в Европе является пораженная кризисом Греция. С 2008 по 2012 год ставка социального налога в Греции увеличилась с 6,67 процента до 20 процентов, или в 3 раза. К этому стоит добавить еще и введенный недавно налог на владение недвижимостью. Неудивительно, что только в 2011 году в Греции закрылось 68 тысяч мелких предприятий. Всего же с начала кризиса 2008 года число самозанятых сократилось в Греции на 147 700 человек, или на 11,5 процента. Но даже такие умопомрачительные цифры не идут ни в какое сравнение с темпами ухода в тень бизнесменов в России, где кризиса вроде бы нет.

Да и стоит ли грекам жаловаться? Как рассказала «Итогам» Лариса, владелица салона красоты на острове Санторини, каждому гражданину, пожелавшему открыть небольшой бизнес в туристической зоне, греческое государство выделяло подъемные в размере 100—200 тысяч евро.

Если об этом рассказать российским малым предпринимателям, они в большинстве своем вряд ли поверят. Но это факт.

В братской Белоруссии индивидуальным предпринимателям до недавних пор также жилось относительно вольготно. В 2008 году вместе с Францией и Италией она входила в клуб стран, где самозанятые вообще не облагались социальными налогами (к 2012 году к ним присоединились Австрия и Финляндия), что в дальней загранице компенсировалось прогрессивным подоходным налогом, достигающим 45 процентов. Но в 2012 году Белоруссия обложила «ипэшников» социальным налогом в 29 процентов от доходов.

Общая статистика по Европе говорит о том, что и там малый бизнес испытывает проблемы, однако совсем не такие серьезные, как в России. Со времени кризиса 2008 года только 12 стран Европы повысили социальные взносы на самозанятых. Сокращение их числа фиксируется в странах южной Европы, в наибольшей степени пораженных долговым кризисом, — в общей сложности на 1,2 миллиона человек за четыре года.

Интересен пример Финляндии, где вовсе отменили социальные налоги для самозанятых. До этого решения в 2008 году у финнов действовала следующая система поощрения малых предпринимателей: любому, открывшему бизнес, предоставлялась скидка 25 процентов на уплату социальных взносов сроком на 48 месяцев. А, например, немецкие предприниматели могут выбрать между 19,6-процентным налогом (с максимальным налогооблагаемым доходом в 1097 евро в месяц) или суммой в 514,5 евро (20 670 рублей). В Дании он составляет 3240 датских крон (или 17 464 рубля), а в Молдавии — 4707 леев (или 11 912 рублей). Как видно, все это ниже российских социальных выплат для индивидуальных предпринимателей. При этом никто не станет утверждать, что наш лавочник богаче немецкого бюргера или французского буржуа.

Разница в подходах государства к малому бизнесу налицо. Только в 11 странах Евросоюза из 27 за последние четыре года сократилось число самозанятых. Хуже всех пришлось Португалии (минус 20,5 процента), Ирландии (19,1 процента), Кипру (на 15,8 процента), Испании (13,7 процента) и Греции (на 11,5 процента). В других же европейских странах наблюдался рост креативного класса. Рекордсмен — Люксембург, где число индивидуальных предпринимателей выросло аж на 60 процентов.

Получилось как всегда

У нас, как водится, креститься начали лишь после удара грома. «К сожалению, поправки, устанавливающие повышенные взносы в Пенсионный фонд для индивидуальных предпринимателей, проходили не через наш комитет и вносились в проект закона о бюджете Пенсионного фонда», — пояснил «Итогам» зампред думского комитета по экономполитике, инновационному развитию и предпринимательству Виктор Климов. По его словам, депутаты разработали два законопроекта, призванных исправить ситуацию. Оба сейчас находятся на согласовании в правительстве. Первый предлагает отказаться от повышения страховых взносов и перенести его как минимум на 2018 год. А второй, автором которого является сам Климов, предусматривает разделение малого бизнеса по уровню доходов.

«Если зарабатываешь мало, то и ставка взносов в Пенсионный фонд маленькая, если много — то побольше», — поясняет депутат. Суть в том, чтобы изменить так называемую патентную систему налогообложения индивидуальных предпринимателей. Под нее сегодня подпадают индивидуальные предприниматели со «скромным» оборотом от 100 тысяч до миллиона рублей в год. Для них Виктор Климов предлагает оставить размер взноса в ПФР, рассчитываемый исходя из одного МРОТ (таким он был до принятия закона). Совокупные платежи в соцфонды тогда составят порядка 19 тысяч рублей. И эта сумма должна будет вычитаться из той, которую предприниматель уплачивает за патент каждый год. Для остальных предпринимателей депутат предлагает оставить сегодняшний размер социального взноса. «Это позволит нам отделить тех, кто ремонтирует обувь или занимается пошивом одежды, от адвокатов или певцов, также зарегистрированных как индивидуальные предприниматели», — поясняет народный избранник.

Президент в конце марта дал всего две недели на то, чтобы правительство определилось в этом вопросе. «Многие предприниматели пока не закрывают свой бизнес в ожидании, что решение будет наконец принято», — говорит Павел Сигал. Законопроект, предполагающий перенос повышения социальных взносов на 2018 год, правительство уже отвергло. Что будет с предложением депутата Климова, вскоре выяснится.

И последнее. Социальные взносы для индивидуальных предпринимателей правительство поднимало вроде бы для того, чтобы решить проблему дефицита Пенсионного фонда. Посчитаем. Размер пенсионной дыры превышает триллион рублей в год. А вот собрать с самозанятых чиновники надеются всего 50 миллиардов — то есть 5 процентов от необходимой суммы. При этом уже понятно, что не соберут, поскольку класс индивидуальных предпринимателей тает на глазах, а значит, платить в ПФР вскоре станет некому...

Вечно живые

/  Политика и экономика /  В России

Думцы почти никогда не занимали верхних строчек в рейтингах популярности. Если же говорить о палате шестого созыва, то череда скандалов, сотрясающих Охотный Ряд, начала представлять определенную угрозу для прочности всей властной вертикали. Не решит ли Кремль распустить нынешнюю Думу, следуя «инстинкту самосохранения»? Об этом «Итоги» спросили двух депутатов, оказавшихся в разное время героями скандальных историй, — Алексея Митрофанова и Дмитрия Гудкова.

С одной стороны

Алексей Митрофанов: «Выборы состоятся не раньше, чем истекут полномочия нынешней Думы»

— Алексей Валентинович, простой вопрос: когда состоятся следующие выборы в Государственную думу?

— Все будет по плану. Сколько в эпоху Путина ни пытались прогнозировать какие-то нештатные ситуации, такие прогнозы никогда не сбывались. Это не ельцинское правление с его сюрпризами. Выборы состоятся не раньше, чем истекут полномочия нынешней Думы.

— Но ведь нынешняя Дума, с ее скандалами, интригами, расследованиями, превращается в серьезную проблему для власти. Не согласны?

— А в чем проблема-то? Ну лишили мандата Геннадия Гудкова, еще несколько человек ушли сами. Дума от этого не развалилась.

— С таким количеством скандалов не сталкивалась ни одна прошлая Дума.

— Ничего страшного, просто идет определенная чистка. Власть хочет навести порядок в Думе. В том числе и в правящей партии. Власти не нужны люди, которые относятся к депутатскому мандату как к хлебной карточке. Мол, получил и буду пять лет кайфовать. Ей требуются боевые единицы. Которые бы выступали, защищали свою позицию, работали с избирателем. И потихоньку ситуация действительно начинает меняться.

— Сегодня ситуация более или менее стабильна, но вряд ли приходится рассчитывать на то, что это спокойствие продлится до декабря 2016-го. Почему бы в таком случае не сыграть на опережение?

— А что такое может быть в декабре 2016-го?

— Ну как минимум повторение декабря 2011 года.

— Та ситуация возникла по целому ряду причин. Главная — то, что в Москве с 1993 года, после крушения Моссовета, не было никакой политической жизни. Лужков ее полностью заморозил. Даже в самых нищих регионах России в 1990-х и 2000-х годах происходило довольно много интересных политических событий. Менялись губернаторы, была какая-никакая конкуренция на выборах... А в самом богатом регионе не происходило ничего. Когда Лужкова убрали, началась разморозка, и в декабре 2011 года это таяние вышло наружу. Народ, правда, вышел с федеральными требованиями, но это была абсолютно московская публика, которая просто соскучилась по политике.

— Проблема, вы считаете, исчерпана?

— Конечно, активность, которая накапливалась с 1993 года, еще будет себя как-то проявлять. Думаю, в 2014 году, на выборах в Мосгордуму, и в 2015-м, на выборах мэра, в Москве будет очень интересно. Но как только тем, кто бегал на Болотную, дадут возможность избраться — стать депутатами Мосгордумы, муниципальных советов, главами районных управ, — протестное движение закончится. Это же чисто московская история, а в Москве хватит дела для всех. Надо просто показать молодежи осуществимые цели. Взять Кремль — это не цель. Кремль не возьмешь — ни физически, ни ментально. Бесполезное занятие. А вот взять управу в Сокольниках — реальная тема. Пусть идут туда на выборы, готовятся, побеждают. И занимаются потом собачьими площадками. Флаг им в руки.

— Когда бы ни состоялись выборы в Госдуму, ждать в любом случае не так уж долго. Вы сами уже решили для себя, будете ли баллотироваться?

— Нет-нет, такие вопросы пока ставить рано. Тут год идет за три. Все будет понятно в 2015 году.

— Но уже сегодня, наверное, можно с уверенностью сказать, что избираться вы будете не по спискам «Справедливой России».

— Не факт.

— Есть, кстати, разные прогнозы по поводу того, переживет ли эта партия будущие выборы.

— Ну а почему не переживет? Уже двое выборов пережила, переживет и третьи. У нее есть свой электорат, свои активисты. Есть спрос на такую идеологию.

— А у остальных представителей думской четверки какие в этом смысле перспективы?

— Ну у коммунистов понятно, что все будет нормально. ЛПДР тоже стабильная партия, со стабильным электоратом... В общем, вся четверка имеет шансы пройти в новую Думу.

— Как, по-вашему, отразится на конфигурации Думы новая избирательная система, с мажоритарным элементом? Кому она в большей степени выгодна — власти или оппозиции?

— Думаю, и тем и другим. Надо только не зевать. Радикально расстановку сил это не изменит.

— Словом, перемен вы не ждете?

— Ну а что может измениться? Перемены будут, если возникнут какие-то большие проблемы с бюджетом. Или если произойдут какие-то вселенские катаклизмы. Но пока все устойчиво. Есть деньги для того, чтобы «тушить» проблемы. И есть прагматичное руководство, которое постарается не допустить дурацких ошибок.

— Но ведь когда-нибудь власть сменится. Вопрос лишь в сроках.

— В России власть всегда менялась сверху. Все попытки поменять ее снизу заканчивались печально для участников этого процесса. Например, Октябрьский переворот был сделкой Ленина и Керенского. Это потом большевики стали нам рассказывать сказки о том, как народ взял Зимний. Они же были земляками. Отец Керенского был директором гимназии, где учился Ленин.

— Прямо скажем, нестандартная версия.

— Почему нестандартная? Два земляка — из одного города, семьи дружили — сменяют друг друга на посту премьера. Разве могут быть в природе такие случайности? Ну а Февральская революция была заговором депутатов и военных. Какой народ? Народ спал. Никогда в России не было и не будет революций снизу.

— Но «верхушечный» вариант смены власти вы все-таки не исключаете?

— Да, сверху может быть. Но оснований для этого я пока не вижу.

Андрей Камакин

С другой стороны

Дмитрий Гудков: «Госдуму распустят после сочинской Олимпиады»

— Дмитрий Геннадьевич, цитирую вашу недавнюю запись в Twitter: «Машину теперь не остановить. Закончится роспуском Госдумы». Вы не преуменьшаете возможности нашего главного «машиниста»?

— Как раз главный «машинист» и станет инициатором роспуска. Причин несколько. Во-первых, количество скандалов вокруг Думы зашкаливает. Не может страна существовать, опираясь на нелегитимный институт власти, а в глазах очень многих наших граждан Госдума совершенно нелегитимна. Во-вторых, в стране назревает серьезный социальный протест. Ситуация в экономике ухудшается. Если вы съездите в регионы, то увидите, что люди держатся из последних сил. Мизерные прибавки к зарплатам и пенсиям съедает быстрый рост цен. В особенности — на коммунальные услуги. В региональных бюджетах зияет огромная дыра. Чтобы остановить падение рейтинга, президенту придется выпустить пар — пожертвовать каким-нибудь органом власти. И непопулярная Дума подходит на эту роль лучше всего.

— Вы, кстати, оказались героем очередного скандала: вас обвиняют в сокрытии иностранного бизнеса, акций болгарской компании «Мари Хаус». Может быть, именно в этом состоит спасительный для власти выход: бить врага-оппозиционера его же оружием — на «пехтинг» отвечать «гудковингом»?

— «Пехтинг» — это когда кто-то что-то скрывает в своих декларациях. А у меня эти акции в моих депутатских декларациях — и за 2011-й, и за 2012 год — присутствуют. Да, я не указал их, когда шел на выборы. Но на тот момент я еще не был депутатом и предвыборную декларацию заполнял впервые в жизни. Я посоветовался тогда с юристами партии, и мне сказали, что акции, переданные в доверительное управление (я передал их брату), указывать не нужно. Пытаясь скомпрометировать меня, «Единая Россия» компрометирует весь парламент. Ошибки в предвыборных декларациях — обычное дело. А что будет, если я, например, опубликую предвыборные декларации ста человек, которые не соответствуют их же депутатским декларациям?

— А вы собираетесь это сделать?

— Ну если эта история получит продолжение, то конечно.

— Очевидно, что власть могла бы пойти на роспуск Думы лишь в том случае, если будет уверена, что следующий состав окажется как минимум не менее лоялен. По-вашему, есть основания рассчитывать на это?

— Теоретически рассуждая, да. Смотрите: меняют систему выборов, половина Думы будет формироваться по мажоритарному принципу. Что на первый взгляд неплохо. Но ходит слух, что для кандидатов-одномандатников, так же как для кандидатов в губернаторы, введут муниципальный фильтр, отсекающий неугодных. Однако даже если этого не будет, в нынешних условиях по одномандатным округам, скорее всего, пройдут кандидаты от власти. Тем более в дальних регионах. Впрочем, как показывают недавние выборы в подмосковном Жуковском, в Центре тоже особо не стесняются. Кроме того, теряющую рейтинг «Единую Россию» могут заменить Общероссийским народным фронтом, в который, возможно, войдут и некоторые из нынешних псевдооппозиционных думских партий. Сергей Миронов, например, уже заявил о готовности сотрудничать с ОНФ... Короче говоря, власть может получить даже все 450 мест. Но вопрос, готово ли принять это общество. По-моему, совершенно не готово.

— Нынешние думские фракции заинтересованы во внеочередных выборах?

— Нет, конечно. На мой взгляд, только у КПРФ есть шанс получить результат, позволяющий остаться в Думе. У ЛДПР и «эсеров» — по крайней мере, в их нынешнем виде, — считаю, таких шансов нет. Но понятно, что решение будут принимать не они.

— Конституция содержит лишь два повода для досрочного прекращения полномочий Думы — трехкратное отклонение кандидатуры премьера и двукратное недоверие правительству. Как вы представляется себе роспуск?

— Это технический вопрос, который, на мой взгляд, сегодня бессмысленно обсуждать. Если в Кремле примут такое решение, то найдут способ, как это сделать.

— Как скоро, по-вашему, следует ожидать роспуска Госдумы?

— Ее распустят, на мой взгляд, после сочинской Олимпиады.

— Готов ли Координационный совет оппозиции, в котором вы состоите, к подобному развитию событий?

— Координационный совет — не партия. В него входят разные политики — и левые, и правые, и либералы, и националисты. Но совершенно очевидно, что кто-то из членов КС примет участие в создании новых партий. И, насколько знаю, очень многие заинтересованы как раз в досрочных выборах. Чтобы не терять время.

— Какова ваша собственная стратегия в отношении будущих выборов? Намерены ли баллотироваться?

— Естественно, я намерен баллотироваться. В каком формате, пока трудно сказать. Подождем съезда «Справедливой России», который пройдет в октябре. И Валерий Зубов, и Илья Пономарев, и многие мои товарищи выступают за серьезную реформу внутри партии. Если это удастся, если возникнет новая, по-настоящему оппозиционная «Справедливая Россия», с другим руководством, другим уставом, если позорные решения об исключении Гудковых будут отменены, то вопрос, с кем идти на выборы, не возникнет. Если нет, то мы, разумеется, будем создавать другую социал-демократическую партию. Хотя я, например, убежден, что оппозиционеры должны выступить единым фронтом. Объединиться в единую мощную партию, в которой нашлось бы место и социал-демократам, и левым либералам и которая боролась бы уже за власть, а не за проценты.

— Но вы сами же говорите, что власть может сформировать такую Думу, какую ей хочется.

— Знаете, сейчас очень многие люди мыслят совсем другими категориями. Главный вопрос не в том, какой будет конфигурация новой Думы. А в том, сменится власть путем выборов или как-то по-другому.

— И как вы сами отвечаете на него?

— Надеюсь, что власть в какой-то момент пойдет на диалог с оппозицией. И нам удастся договориться о серьезной политической реформе и провести честные выборы. В противном случае все это может очень плохо кончиться.

Старший брат

/  Политика и экономика /  Вокруг России

Чем грозит России китайское экономическое чудо

Премьер-министр Дмитрий Медведев после долгих дискуссий и совещаний в правительстве подписал государственную программу социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона. Планируется, что на ее реализацию до 2025 года будет потрачена беспрецедентная сумма в 10 триллионов рублей. Собрать столько «лишних» денег за более чем десять лет, по мнению экспертов, будет сложновато. Для сравнения: весь российский годовой бюджет составляет около 13 триллионов рублей. Между тем задуманный властью Drang nach Osten просматривается вполне ясно. И адресат «натиска» также известен — Китай. Именно его, как принято было говорить, «экспансионистские планы» одновременно и пугают, и вдохновляют Москву. Остается выяснить, так ли страшна Поднебесная, как ее малюют.

Нечего делить

Начнем с парадоксального факта: никакой китайской экспансии на нашем Дальнем Востоке нет и в помине. Этот обширный и богатый ресурсами край полностью отсутствует на экономической карте Азиатско-Тихоокеанского региона. Он попросту никого не интересует. В том числе и главного здешнего игрока — Китай. Судите сами.

Китайская экспансия — это прямые инвестиции, создание предприятий и даже массовый завоз китайской рабочей силы, что, по сути, ведет к новейшей форме колонизации. В Юго-Восточной Азии это особенно заметно. Во многих странах региона этнические китайцы уже составляют едва ли не большинство населения. Между тем на сегодня объем китайских инвестиций на нашем Дальнем Востоке составляет не более 15 процентов всех иностранных инвестиций в регионе, а по России в целом — менее двух процентов. Китай, который является главным потребителем энергоресурсов на планете, особо не горит желанием участвовать в таких мегапроектах, как «Сахалин-1» и «Сахалин-2».

То же самое с рабочей силой. Часто любят пугать такими цифрами: мол, у нас на Дальнем Востоке проживает от силы 6,5 миллиона граждан, а в приграничных районах КНР насчитывается 270 миллионов. Однако дефицит рабочей силы на российском Дальнем Востоке, по оценкам экспертов, составляет лишь миллион. Понятно, что при мерах финансового поощрения (подъемные, доступное жилье и т. д.) Россия вполне способна сама восполнить эту недостачу. Иными словами, никакие китайцы, тем более в огромном количестве, в этом российском регионе экономически не нужны. Форс-мажор в виде «самостийного» расселения миллионов граждан КНР на востоке нашей страны рассматривать не будем, поскольку он возможен исключительно в условиях полного распада российской государственности.

Еще один момент. Китайская экономика ориентирована на экспорт дешевых товаров. А экспортные рынки находятся вовсе не к северу от Поднебесной. Не зря же абсолютное большинство из 179 китайских особых экономических зон расположено на юге КНР. Другое дело, если планы правительства РФ по созданию такой зоны на Сахалине или в Приморском крае — это не пустые слова, то китайский опыт может нам очень пригодиться.

Получается, что с точки зрения экономики России и Китаю особенно нечего делить. Но при этом и поле для тесного взаимодействия наших экономик также весьма узкое. Зато политическому взаимодействию в данных обстоятельствах ничего не препятствует. То, что новый лидер КНР Си Цзиньпин выбрал Россию для своего первого зарубежного визита, подчеркивает особое внимание Пекина к отношениям между нашими странами. Последовавший после этого саммит БРИКС в Южной Африке, на котором обсуждалась возможность учреждения банка развития и валютного резерва организации объемом в 100 миллиардов долларов (обсуждалась, надо признать, чисто теоретически), еще раз продемонстрировал близость политических позиций лидеров России и КНР.

Совсем без экономики, конечно, не обойтись. И здесь есть чем гордиться. Китай сегодня обеспечивает больше 10 процентов внешнеторгового оборота Российской Федерации. Наши страны в прошлом году наторговали друг с другом более чем на 80 миллиардов долларов. Бывшему крупнейшему торговому партнеру — Германии — впервые пришлось уступить Китаю пальму первенства в торговле с Россией. По мнению ряда экспертов, через пару лет российско-китайский товарооборот может достигнуть рубежа в 100 миллиардов долларов.

По пекинскому счету

Однако эти цифры не повод испытывать головокружение от успехов. Для сравнения: товарооборот КНР с США за прошлый год составил почти 484 миллиарда долларов. Торговля Китая со странами ЕС хотя и несколько сократилась, тем не менее равнялась в 2012 году более 546 миллиардам долларов. Страны АСЕАН наторговали с Китаем на 400 миллиардов. А Япония — на 329 миллиардов. Как говорится, почувствуйте разницу.

Вышеприведенные цифры, скорее всего, окажутся пиковыми. Дело в том, что кризис заставляет развитые страны снижать потребление — в том числе и потребление китайских товаров. Россия на роль резервного рынка сбыта для китайской «мировой фабрики» вряд ли сгодится. С нашим затухающим экономическим ростом это из области фантастики. Поэтому экономическое сотрудничество двух «заклятых» соседей будет развиваться по локальным направлениям.

У России остается возможность наращивать экспорт в КНР нефти и газа (правда, почти 10 лет стороны спорят по «формуле цены»), электроэнергии и угля, древесины и металлургической продукции... С вооружениями не все так просто. Китайский рынок для продукции нашего ОПК постепенно закрывается, поскольку собственная оборонная промышленность Поднебесной начинает активно конкурировать даже на мировом рынке. В связи с этим примечателен скандал, последовавший сразу за визитом председателя КНР Си Цзиньпина в Москву. Китайские СМИ с помпой заявили о покупке у России большой партии многоцелевых истребителей Су-35 и четырех современных дизель-электрических подлодок «Лада». Однако российские источники немедленно принялись данную информацию опровергать. Дело в том, что самолеты подобного класса являются большой редкостью в частях российских ВВС. Есть опасения, что Китай попросту решил скопировать наши технологии для разработки собственных вооружений.

Опрошенные «Итогами» эксперты с сожалением признают, что по большому счету Китай смотрит на Россию только как на сырьевую базу и на источник немногих передовых технологий (прежде всего военных и космических).

Что же касается китайской экспансии, то направлений для нее хватает и без России, в том числе и поблизости от наших границ. Пекин ведет активную борьбу за влияние в странах СНГ. Бывшие советские республики Средней Азии довольно быстро превращаются в конкурентов России по поставкам в Китай нефти и газа. А также в рынки сбыта и инвестиций для китайского бизнеса. Пока это «конфликтный потенциал отношений» открыто не проявился. Но он может вспыхнуть в самой ближайшей перспективе. По некоторым данным, в экономиках Киргизии и Узбекистана китайский бизнес уже занял ключевые позиции.

Один из ветеранов российской синологии, главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Яков Бергер вспоминает, что в 50-е годы прошлого столетия, когда СССР построил в КНР 256 современных на тот момент предприятий, создав основу экономики страны, китайцы называли Союз не иначе как «лао да гэ» — «старшим братом». Сейчас это превратилось в анекдот. Китайцы очень любят задавать иностранцам вопрос: «Откуда вы?» Когда отвечаешь, что из России, местные делают вид, что такой страны не знают. Но когда говоришь, что из Советского Союза, то тут же вам радостно сообщат: «А, так вы из страны, где живет наш «старший брат»... Похоже, пора заново открывать для себя нашего восточного соседа.

Китайская грамота

/  Политика и экономика /  Вокруг России

«Китайцы лучше знают нас, чем мы их. Но при этом мы для них становимся все менее и менее важны», — говорит заведующий отделом Китая Института востоковедения РАН Артем Кобзев

Почему в России почти не осталось специалистов по истории, политике, экономике и культуре Китая, а русский мат более подробно представлен в изданных в КНР словарях? Чего стоят заверения о стратегическом партнерстве России с Поднебесной на самом деле? На эти вопросы отвечает лауреат Госпремии РФ, заведующий отделом Китая Института востоковедения РАН доктор философских наук Артем Кобзев.

— Артем Игоревич, cкладывается впечатление, что теперь уже не Пекину нужна Москва, а нам надо хорошенько подумать о том, как выстраивать отношения с Китаем. Кто этим займется?

— Российская синология — это особая, государственная наука. Ее основателем был Петр I, санкционировавший создание Русской духовной миссии в Пекине. В начале ХIХ века Александр I выделил из казны на издание китайско-русского словаря 140 тысяч рублей. В пересчете через стоимость золота — это около 10 миллионов долларов в нынешних деньгах. Сейчас синология может стать универсальной наукой, поскольку Китай становится основным фактором международной политики, экономики, культуры и вообще глобальной цивилизации.

— Перед властями синологи эту проблему ставили?

— В 2011 году я направил тогдашнему президенту Медведеву письмо о проблемах и перспективах развития синологических исследований в России. Оно состояло из конкретных предложений в виде пяти (главное китайское число) пунктов. Среди них — создание института синологии, не требующего никакой недвижимости и земли и основанного на сетевом оформлении уже действующих структур; реформа синологического образования. Говорилось там и об исследовательской программе по созданию компьютерных технологий, работающих с иероглифическими текстами. Ну и, конечно, музейно-просветительский проект. В частности, развертывание в Китае сети российских культурно-языковых терминалов, аналогичных институтам Конфуция. Кстати, последних в России около двух десятков, а российских аналогов в КНР — ни одного!

— Это правда, что в рамках этой программы вы предложили провести реконструкцию памятников советско-китайской дружбы?

— Верно. Одним из таких памятников является особняк начала ХIХ века в селе Первомайском в Наро-Фоминском районе под Москвой. Там проходил исторический VI съезд КПК, единственный вне Китая. Для китайцев это святое место. Данный форум, открытый Николаем Бухариным, провозгласил курс на захват власти в Поднебесной. Полагаю, что в реставрацию и открытие там музея власти КНР готовы вложить любые средства. Не так давно, съездив в эти места, я обнаружил, что никаких реставрационных работ в реальности там нет. Более того, и кирпичный особняк, и деревянные строения усадьбы, являющиеся также ценнейшими памятниками нашей культуры, находятся на грани полного разрушения. А ведь этот объект мог бы стать туристической Меккой для китайцев в России.

Эти и другие темы, поднятые в моем письме президенту, были оценены как «важные». Но единственным известным мне следствием стало выделение средств Российскому гуманитарному научному фонду для пяти грантов на синологические исследования. На это отведено 30 миллионов рублей. На эту сумму можно подготовить 30 монографий, но вот создать современную электронную версию Большого китайско-русского словаря стоит в десять или даже в двадцать раз дороже.

— Что собой представляет сейчас российская синология?

— Вот мы сидим с вами в отделе Китая Института востоковедения РАН. Во времена СССР его роль в сфере принятия государственных решений была значительнее, число сотрудников доходило до 55, а к 2011 году осталось только 17 с преобладанием пенсионеров. Несколько лет назад на философском факультете Высшей школы экономики было создано отделение востоковедения. Казалось бы, учебный процесс должен был строиться вокруг курса истории китайской философии и сопутствующих культурологических дисциплин. Но, как и прежде, все свелось к изучению китайского языка, что само по себе, разумеется, хорошо. Но нельзя по-настоящему овладеть языком без знания культуры страны. У нас близорукий прагматизм и кадровый голод оборачиваются элементарным изучением разговорного языка. Поэтому в расплодившихся, особенно в провинции, «китаеведческих» вузах готовят кадры, способные разве что спросить: «До шао цянь?» — «Сколько стоит?» В итоге настоящая синология держится главным образом на старых кадрах, подготовленных еще в СССР.

— Насколько существенно мы отстали от Запада в изучении Китая?

— Начну с вопиющего факта — у нас до сих пор не переведена на русский язык «китайская Библия». Речь идет о классике из классик китайской литературы — «Пяти канонах». Насмешкой выглядит то, что два китайских писателя — Гао Синцзянь и Мо Янь — получили Нобелевские премии по литературе, а мы почти не знакомы с их творчеством. В Литературном институте закрылось отделение художественного перевода с китайского языка. Изучение русского языка в Китае поставлено лучше, чем у нас китайского. Даже в таких чувствительных сферах, как военно-техническое сотрудничество, мы видим, что китайские партнеры свободно общаются по-русски, но не наоборот. Одно из проявлений этой тенденции состоит в том, что китайцы начали активно влиять на формирование зарубежной синологии, прежде всего через образовательные программы. К примеру, для учебы и стажировок в КНР с 2012 по 2021 год китайской стороной предоставлено 10 тысяч мест иностранным учащимся и преподавателям институтов Конфуция.

Главная цель подобных действий — утвержденная китайскими властями установка на создание привлекательного образа своей культуры, способного преодолеть международные страхи по поводу быстрого роста могущества КНР.

— Насколько востребованы результаты российской синологии руководством страны?

— Мне кажется, востребованы недостаточно. Особой заинтересованности в получении такой информации я не наблюдаю. У меня есть возможность смотреть на отечественную науку с разных сторон, поскольку я работал в нескольких исследовательских институтах РАН и преподавал в ведущих вузах Москвы. В частности, более 20 лет являюсь профессором Физтеха. Должен с прискорбием констатировать, что ситуация сложилась тяжелая. Даже в тех областях, где мы долгие годы доминировали, сейчас дело обстоит иначе. Появились системные сбои. Это и сильно постаревшая академия, и неправильное финансирование, и бюрократия, и утечка мозгов.

— Какие будут предложения?

— Да, собственно, все они сформулированы в моем письме к Дмитрию Медведеву. Возьмем последний вопиющий случай. Большой китайско-русский словарь создавался полстолетия. У его истоков стоял крупнейший отечественный китаист академик Алексеев. Четырехтомный словарь увидел свет в 1983—1984 годах. На то время он был лучшим в мире и удостоился Государственной премии. Но после крушения СССР работа прекратилась. В 2009 году новый Большой китайско-русский словарь вышел в Шанхае. А без такого рода словарей не работают никакие гаджеты, и все существующие ныне электронные переводчики не только производятся китайцами, но и базируются на их, а не наших словарных программах. В Китае каждый год появляется около тысячи новых слов, а в России они в первом приближении учтены лишь в одном словаре. В Интернете сейчас появилась забава — цитирование статей из китайского словаря, где с фантастической подробностью представлен русский мат с переводом на китайский язык. Такого разнообразия не найдешь и в отечественных словарях обсценной лексики!

— То есть мы им даже как носители матерного языка больше интересны, чем они нам?

— Я просто хочу сказать, что сейчас китайцы лучше знают нас, чем мы их. Но при этом мы для них становимся все менее и менее важны. Кажется, уже превратились из «старшего брата» в «младшего», а многие наши ответственные лица, не заметив этого, продолжают надувать щеки. Кстати, китайцы, которые раньше старались крайне вежливо реагировать даже на оскорбительные действия отдельных представителей нашей страны, сейчас стали отвечать по справедливости, как учил Конфуций. Это новое явление в наших взаимоотношениях. Если не изучать подобные веяния и не реагировать на них, то можно вновь наступить на старые грабли некомпетентности, хорошо знакомые по безумной конфронтации наших стран 60—70-х годов.

Ниже плинтуса

/  Политика и экономика /  Что почем

12,5 километра подземных дорог хотят построить в Москве в ближайшие 13 лет. Такие планы вынашивают столичные власти. Станет ли эта инициатива палочкой-выручалочкой для города, задыхающегося в пробках?

Идея понятная: если места на поверхности не хватает и расширять дороги уже некуда, остается два варианта — либо зарываться в землю, либо строить эстакады. Второй вариант власти тоже рассматривают, но перспектива строительства тоннелей представляется более реальной. У транспортной системы Москвы сегодня три проблемы: низкая пропускная способность дорог, отсутствие объездных путей, ну и пресловутая радиально-кольцевая планировка города, не позволяющая создавать новые спрямленные маршруты. Казалось бы, тоннели могут стать отличной альтернативой. По Генплану развития Москвы до 2025 года в столице планируется прорыть три «норы». Их строительство будет разнесено по времени. Первым собираются возводить тоннель под Преображенской и Семеновской площадями длиной 3,2 километра — он отнимет пальму первенства по протяженности у Лефортовского тоннеля, который тянется на 2,15 километра. Следующий на очереди — подземный гигант, который пройдет через район Нагатинского затона к станции метро «Печатники» под музеем-заповедником «Коломенское» и окажется еще длиннее — 4,85 километра. И третий тоннель должен стать частью Южной рокады, пройдя участок в 4,5 километра под Борисовскими прудами. Планы амбициозные, но страшно затратные. К примеру, цена возведения Алабяно-Балтийского тоннеля, который еще не закончен, составляет 60 миллиардов рублей — примерно 30 миллиардов за километр. Если отталкиваться от этих цифр, возведение трех новых тоннелей встанет городу в 375 миллиардов рублей. Строительство обычной дороги обходится куда дешевле: так, стоимость километра платного дублера Кутузовского проспекта, прокладку которого сейчас активно обсуждают, может обойтись примерно в 6 миллиардов рублей, что ровно в пять раз дешевле подземной прокладки. «Тоннели затратны, потому что строительство осложняют подземные коммуникации, плывуны. Этим сооружениям требуются соответствующая инфраструктура и качественное обслуживание, — говорит Алексей Чурюков, директор по транспорту компании FM Logistic. — Но строительство подземных дорог — позитивная идея. Об этом свидетельствует и опыт зарубежных стран». Да, у тоннеля КПД больше, чем у дороги: планируется, что Алабяно-Балтийский тоннель разгрузит движение на Ленинградском и Волоколамском шоссе на 20—25 процентов. Правда, эти планы как-то не коррелируют с намерением мэра вытеснить из города частный автотранспорт. Уж не для троллейбусов ли строятся новые чудо-тоннели?

Дай списать!..

/  Политика и экономика /  Что почем

22 млрд рублей убытков может понести «РОСНАНО» от инвестиций в высокотехнологичные проекты. Такой резерв под потери отражен в отчетности компании. Кстати, всего детище Анатолия Чубайса вложило в инновационный бизнес 205,7 миллиарда рублей.

Особых поводов для паники пока нет — в конце концов, как гласит аксиома, из десяти венчурных проектов выстреливает лишь один. А это значит, что у «РОСНАНО» еще есть шанс сорвать джекпот. С другой стороны, нынешние не самые удачные проекты все-таки давят на имидж.

Самый известный из них — компания Plastic Logic, которая сначала занималась выпуском гибких экранов, но потом решила поиграть на поле производителей планшетов для чтения. Устройство было даже торжественно презентовано Владимиру Путину, однако сам проект так и не выстрелил, в результате чего просчет может стоить «РОСНАНО» до 100 миллионов долларов.

Или другой пример. Почти половина резерва на списание приходится на проект с группой «НИТОЛ» по производству поликристаллического кремния для солнечных батарей. Поликремний из-за кризиса перепроизводства (спасибо Китаю, понастроившему множество кремниевых фабрик) за три последних года подешевел более чем в 20 раз — с 400 до 16 долларов за килограмм. Тут уж ни о какой прибыли и думать не приходится.

По мнению эксперта фонда Finam Global Леонида Делицына, проблема «РОСНАНО» в том, что компания вкладывает большие деньги в высокорискованные проекты, по которым зачастую не хватает экспертизы. «Получив крупные суммы, компании рассчитывают на быстрое развитие и берут на себя более высокие риски, чем если бы в них вложились частные инвесторы», — резюмирует эксперт.

Так, может, лучше купить на 22 миллиарда рублей миллион навороченных планшетов и выдать каждому российскому ученику 11-го класса? Авось кто-то из них замутит какой-нибудь успешный нанобизнес...

Деньги на ветер

/  Политика и экономика /  Что почем

1,3 млрд евро  — на такую сумму конфисковало имущество у одного человека управление итальянской полиции по борьбе с мафией. «Абсолютный рекорд!» — не скрывает гордости глава этой структуры Артуро де Феличе. Любопытно, что объектом охоты стал не какой-то крестный отец, а до недавних пор уважаемый предприниматель. К тому же специализирующийся на инновациях. Повелителем Ветра прозвали на Сицилии и в Калабрии Вито Никастри. Этот 57-летний синьор был владельцем не только 66 банковских счетов, 98 объектов недвижимости, коллекции роскошных автомобилей и катамарана длиной 14 метров, но и 43 компаний, специализирующихся на ветряной и солнечной энергии. Следствие спикировало на дона Вито как раз потому, что именно через ветряки преступная среда отмывала свои барыши. Под развитие идей возобновляемой энергии ЕС разработал программу субсидий в 6 миллиардов евро. Какая часть денег осела на счетах мафии, получавшей еще и доходы от продажи энергии, предстоит выяснить следствию. Очевидно только, что к началу 2010 года в Италии, занимающей третье место в Европе по количеству объектов «зеленой энергетики», насчитывалось 294 ветропарка. 98 процентов из них располагались как раз на мафиозном юге страны.

«Вито Никастри был финансовым поверенным патрона мафии Маттео Мессины Денаро, — рассказывает «Итогам» Франческо Вивиано из газеты «Репубблика». — Но мало арестовать криминальных финансистов, надо посадить на скамью подсудимых и коррумпированных чиновников». Что же касается конфискации имущества, то это самое действенное средство борьбы с коррупцией и оргпреступностью. Жаль, что оно практически не применяется в России. В Италии суммы изъятого на фоне масштабов экономики пока тоже не впечатляют. Скажем от внешнего долга страны в 2 триллиона евро конфискованное у Вито Никастри составляет лишь 0,065 процента. Впрочем, начиная с 2008 года полиция Италии всего конфисковала 16 миллиардов евро. Так, глядишь, и с долгами потихоньку расплатиться получится.

Методом округления

/  Политика и экономика /  Что почем

30 рублей теперь стоит билет на одну поездку в столичном метро, хотя еще недавно власти уверяли, что ценник останется прежним — 28 целковых. Дело в том, что со 2 апреля москвичам предложено новое билетное меню.

Билет на 5 поездок вместо 135 рублей стоит теперь 150 (стоимость поездки — 30 рублей), а на 10 (по нему можно совершить 11 поездок) подорожал с 265 рублей до 300 (поездка — 27,3 рубля).

Правда, дешевле стали проездные на 20 и 60 поездок. Первые упали в цене с 26 до 25 рублей за поездку, а вторые — с 20,75 рубля до 20. Впервые появился билет «90 минут», позволяющий совершить в течение полутора часов одну поездку в метро и неограниченно — на наземном транспорте. Цена за один маршрут с пересадками — 50 рублей. Это дешевле на 5 рублей, чем купить отдельно один билет на метро и один — на наземный транспорт.

Также вводится единый безлимитный проездной на все виды транспорта. Цена на год — 17 тысяч. Он позволит сэкономить от 5 до 25 процентов расходов на проезд в будни. А с выходными и все 50. Например, в 2013 году 247 рабочих дней. Если вычесть из них отпуск, допустим, 22 рабочих дня, то затраты на транспорт составят около 75 рублей в день вместо 100 (две поездки на метро и автобусе туда-обратно).

Идея этих тарифов заимствована у европейских соседей. «В Париже, например, при покупке carnet (это книжка из 10 билетов) скидка — 40 евроцентов с поездки. А это в свою очередь 25 процентов от стоимости одноразового билета в пределах города на RER (сеть железнодорожных экспрессов) и городские автобусы», — говорит генеральный директор «Совтрансавтоэкспедиции» Леонид Шляпников. Стремление чиновников равняться на западные стандарты, конечно, внушает оптимизм, но, может быть, под них сначала бы подвести скорость и комфорт на транспорте, а не тарифы?

Наноденьги за нанооперу

/  Политика и экономика /  Что почем

3 млн рублей потратили организаторы на только что закончившийся Первый международный конкурс молодых оперных режиссеров «НАНО-опера». Музыкальный конкурс — предприятие имиджевое, прибыли не предполагающее. И «НАНО-опера» не исключение. Но инициатор конкурса, Московский музыкальный театр «Геликон-опера», с подачи своего художественного руководителя Дмитрия Бертмана привлек к делу Департамент культуры Москвы, Союз театральных деятелей Российской Федерации, Красноярский театр оперы и балета и еще нескольких спонсоров. Они помогли «Геликону» вручить премии победителям: Гран-при и сто тысяч рублей Дмитрию Белянушкину, еще три премии — Георгию Дмитриеву, Татьяне Миткалевой, Павлу Сорокину по 70, 50 и 30 тысяч соответственно, потратив на премии 1/12 часть бюджета. Всего «НАНО-опера» так или иначе отметила восемь молодых режиссеров. И, по словам Дмитрия Бертмана, «главными для них были не денежные призы, по нашим временам почти символические, а полученные стажировки и возможность в ближайшее время поставить свои спектакли в приличных театрах России, Германии, Польши». Выгода же от мероприятия поддается прямому исчислению. Средний гонорар европейского режиссера музыкального театра — с именем, но не звезды — исчисляется в сумме 15—20 тысяч евро. Средний гонорар его российского коллеги в лучшем случае достигает 8—12 тысяч евро — это если ему посчастливилось попасть в какой-нибудь богатый доморощенный мюзикл. Постановки в рядовых репертуарных театрах стоят еще меньше, а в глубокой провинции режиссер часто работает за оклад, с премией под премьеру. Конечно, не все восемь лауреатов станут мэтрами. Но затраты «НАНО-оперы» на их поиск не превысили разовых гипотетических гонораров пятерых европейских режиссеров средней руки. Приглашая их вместо импортных гастролеров, наши музыкальные театры немало сэкономят. Правда, до тех пор, пока эти нанорежиссеры не станут мегазвездами.

Беззащитная наука

/  Политика и экономика /  Те, которые...

Глава Высшей аттестационной комиссии Владимир Филиппов признался, что его учреждение «завалено обращениями граждан и ученых» по поводу плагиата в диссертациях. Чиновники и депутаты, по его словам, «сейчас бегают и ищут, кому дать деньги, чтобы отказаться от диссертации». Как говорится, приплыли! Осталось выяснить, что со всем этим наукообразным безобразием делать.

Налицо ведь состав уголовных преступлений. Мы не прокуратура и не ФСБ, отвечает Филиппов. И он прав. А силовикам, в свою очередь, дела до интеллектуальной собственности пока нет. У них с оппозиционерами и коррупционерами забот хватает. Но делать ведь что-то надо. Фальшивые диссертации — это и мошенничество, и подделка документов, и злоупотребление служебным положением. Да и вообще, какие могут быть инновации в стране, где ученых — тьма, а толку от них никакого? ВАК лишь грозит размещать «труды» плагиаторов на специальном сайте, чтобы «морально лишить степени», а также поднимает вопрос о разработке этического кодекса ученого. Вряд ли этого окажется достаточно для того, чтобы одолеть лженауку.

Извиняет нашу дремучесть одно — история у нас такая. Судите сами: первая докторская в Болонском университете была защищена в начале XII века, а в России в самом конце XVIII века. Следует опять же понимать, что проблеме плагиата через три года стукнет 200 лет. Это уже даже не проблема, а чуть ли не национальная традиция. Вот сколько в России существует институт защиты диссертаций, вот столько же стукнуло и практике покупки ученых званий.

Устав академии наук 1803 года запрещал академикам заниматься профанацией? Запрещал. Заповедал «не вносить в список кандидатов людей неизвестных и посредственных»? Заповедал. Но, несмотря на все эти строгости, наших людей, тянувшихся к знаниям, не запугать. Началось все в 1816 году с «дерптской аферы», когда выяснилось, что дипломы докторов юриспруденции банально продавались. Скандал дошел до императора. В своей резолюции Александр I повелел: «упомянутое производство» фальшивых ученых «не считать действительным и, отобрав от них подлинные дипломы на докторское достоинство... юридический факультет с основательностью подвергнуть штрафованию». Ну и так далее. А вы говорите — система «Антиплагиат»! Если богатый или чиновный невежа захотел у нас стать дипломированным ученым, ему никакой царь, генсек и тем более ВАК не помеха. А менять всю систему — например, введя уголовную ответственность за фальсификацию научных достижений, — у нас от веку не научены...

Расходная честь

/  Политика и экономика /  Те, которые...

Непростые времена ждут рынок детективной и развлекательной литературы после указов Владимира Путина, обязавших всех госчиновников отчитываться не только о доходах, но и о расходах. Кто теперь станет зачитываться выдуманными криминальными историями, если в свободном доступе появится более увлекательное, а главное, документальное чтиво в виде чиновничьих деклараций с дотошным перечислением всего нажитого непосильным трудом, которое можно будет тут же сопоставить по стоимости с размером официальных доходов! Чуть что не сходится — вот тебе и интрига, вот и сюжет авантюрного романа, непридуманный блокбастер...

Причем принцип «Жена цезаря вне подозрений!» работать отныне не будет. То же касается и несовершеннолетних детей подателя декларации, на которых нередко оформлялись заводы-газеты-пароходы, счета (преимущественно в зарубежных банках) и заграничная собственность, пока глава семейства пребывал на госслужбе или занимался законотворчеством. На карандаш теперь возьмут всю семью. Если некое приобретение по стоимости превзойдет размер семейного дохода за три года, за него уже надо будет отчитаться по полной программе. Например, публично доказать, что все чада и домочадцы как один десятилетиями откладывали копеечку к копеечке. Из такого сюжета может получиться сюжет для «романа воспитания»: экономил на школьных завтраках детей — и дом в Майами прикупил.

Кстати, если дебет с кредитом совпадет, заграничную недвижимость можно будет оставить на балансе, а вот счета в загранбанках и ценные бумаги не приветствуются. Через три месяца после подачи деклараций, то есть уже 1 октября, чиновники должны будут определиться, что им милее — служение любезному Отечеству или закордонные авуары. Однако прецеденты последних дней свидетельствуют, что своя рубашка государственным мужам все-таки ближе к телу. Можно предположить, что уже в ближайшее время начнется массовый отток слуг народа от государственной кормушки. Вот тогда и станет понятно, кто есть кто на самом деле. Точнее — был...

Впрочем, на всякий карающий меч всегда найдется щит. Шепчутся, что один чиновник уже сболтнул в курилке, что задумал-де развестись с супружницей. Фиктивно, разумеется, переписав на нее все нажитое. А жить — в соседних квартирах, тайно деля ложе. Конечно, связь с разведенной женщиной государственного мужа не украсит, зато декларация будет на пятерку. Опасность одна — велик соблазн для супруги...

Письмо несчастья

/  Политика и экономика /  Те, которые...

Министру финансов Антону Силуанову на мобильный телефон прислали SMS-сообщение. Некий банк одобрил предоставление ему кредита. И нет бы министру обрадоваться! Так он еще и возмущается. «Знаете, какая ставка была мне предложена — 23 процента... Размер ставок запредельный!» — негодует Антон Германович. А ведь министру еще повезло. Можно точно сказать, что эсэмэску ему прислали точно не из банков, лидирующих на рынке потребительского кредитования. Там ставки еще выше.

Впрочем, ходит байка, что SMS на мобильный телефон член правительства получил вовсе не от банка, а от неких защитников прав потребителей. Отсюда и такой возмутительный процент. Но если это так, то, получается, у общества уже не осталось иного способа достучаться до чиновников, кроме как посредством эсэмэски.

Беда только в том, что реакция министра была такая же — ни к чему не обязывающая. Антон Германович посетовал в беседе с банкирами, что, дескать, проценты у них слишком высокие. И, наверное, надеется, что они их снизят. Болезнь, конечно, можно лечить и заговорами. И, может быть, это даже даст какой-то результат. Хотя было бы намного логичнее, если бы государство вместо голословных заверений о том, что банковская система в России является одной из самых устойчивых в мире, занялось реальным изучением ее болезней. Например, определило бы наконец, какова на балансах банков доля «мусорных» активов, образовавшихся в результате кризиса. Может быть, именно их низкая ликвидность и заставляет банки предлагать кредиты по запредельным ставкам?

Дела сердечные

/  Общество и наука /  Спецпроект

Александр Мясников — о правильной и неправильной медицине, о дедушках — академике и турецкоподданном, о штыковых ранениях и браунинге, как у Гаврила Принципа, о золоте под ногами и лечении каннибалов, о коде доступа в американский туалет и синем китайце, а также о вреде койко-мест

Передачи с доктором Мясниковым — представителем старейшей медицинской династии России, главным врачом ГКБ № 71 и Американской клиники в Москве, стали брендами телеэфира с впечатляющими рейтингами. Что вполне объяснимо: быть преуспевающими и здоровыми хотят абсолютно все, независимо от имущественного ценза и социального статуса. О том, как вернуть доверие к отечественной медицине, а заодно и пациентов, предпочитающих лечиться на Западе, доктор медицины США Александр Мясников рассказал «Итогам».

— Говорят, доктор Мясников пытается внедрить в России американский принцип организации здравоохранения. Чем же это, Александр Леонидович, наша медицина хуже?

— Могу ответить коротко: нет американской медицины, нет российской или израильской, а есть правильная медицина — та, которая основана на научных данных, так называемая evidence-based medicine, то есть доказательная медицина. И так уж получилось, что правильная медицина сейчас находится сильно западнее Белоруссии.

— А наши традиции? Если верить Борису Пастернаку, доктор Живаго ставил диагноз по тембру голоса. И это не совсем выдуманный персонаж.

— Похожую историю рассказывают про Боткина. Женщина с дочкой опоздали на прием. Боткин ни в какую: «Принимать не буду, приходите завтра». Они уже уходят, когда открывается дверь и Боткин кричит вдогонку: «А у девочки опущение почки, ей надо носить бандаж». Дверь закрывается... И сегодня талантливые врачи не перевелись, но их очень мало и не они делают погоду.

— Кто же тогда?

— Основная масса врачей. Крепкие профессионалы, если хотите, ремесленники от медицины. Поэтому в цивилизованном мире не делают ставку на подготовку гениев в белых халатах, там натаскивают врачей на определенные медицинские стандарты. И все работают по единому алгоритму. Пусть все на троечку, но на твердую троечку. А у нас — один круглый отличник на тысячу двоечников. Но и попасть к такому — один шанс из тысячи...

— По-вашему, медицина — ремесло?

— Разговоры, будто медицина — это искусство, с точки зрения здоровья нации полный бред. Вдолбили себе в голову, что у нас лучшие в мире врачи, что мы сейчас теряем какие-то традиции... Про традиции я могу рассказать больше других, потому что мой прадед был земским врачом, дед — основатель советской кардиологии, отец — профессор, и от каждого я наслушался про отечественную медицину такого, о чем вслух обычно не говорилось. Впрочем, достаточно стать пациентом, чтобы оценить качество наших медуслуг. Кто бы стал обращаться в наши больницы и поликлиники, если бы был другой выбор? Только по приговору народного суда!

В Америке, между прочим, уже на первом году меня чуть было не выгнали из ординатуры с формулировкой: «За склонность ставить диагноз, основываясь на интуиции, а не на строгом анализе всех лабораторно-клинических данных». Лечить по интуиции у них страшное преступление, потому что это главный источник ошибок. Ну поставил ты три раза правильный диагноз на слух и на глаз, а сто пятьдесят тысяч раз не поставил. Вот откуда берутся у врачей персональные кладбища.

— Тогда надо изменить систему подготовки врачей и переписать все наши медицинские учебники, в том числе и принадлежащие перу вашего дедушки — академика АМН Мясникова Александра Леонидовича, не так ли?

— Ничего не надо переписывать. Надо взять за основу западные учебные материалы, этому и учить. А вот когда получишь свою твердую тройку, станешь профессионалом, настоящим врачом, пожалуйста, читай Мясникова — осваивай высокое медицинское искусство. Тогда можно. И если мы научим всех правильно работать хотя бы на примитивном уровне, то получим огромную экономию. Та же гипертония. Чем мы ее только не лечим! Но мало кто из практикующих врачей знает, что самое эффективное средство от гипертонии — гипотиазид, копеечное лекарство.

— Мясниковы — фамилия медицинская. Все ли родственники разделяют ваши взгляды?

— Один младший брат анестезиолог, другой хирург. Но реформаторский дух только у меня. Это, видимо, от дедушки.

— От основоположника советской кардиологии и личного врача Иосифа Сталина академика Мясникова?

— От другого дедушки, от турецкоподданного. Еще в двадцатые годы отца моей матери как иностранца выслали из советской России. Объявился он уже в конце шестидесятых, был виноделом, имел в Анкаре свою фабрику. Мы никогда не встречались, но, судя по всему, именно его гены не дают мне покоя — как Остапу Ибрагимовичу Бендеру.

— Так вы полуянычар?

— Получается, так. Вспыльчивый, но отходчивый... И кардиология — это тоже наследственное. Моя специальность мне очень нравится, в медицине она считается аристократической. Хотя, как и большинство выпускников советских медвузов, я сначала стал специалистом и только потом врачом.

— В смысле?

— Отучился в ординатуре, еще два года — в аспирантуре, досрочно защитил кандидатскую и уехал работать в Мозамбик. Вот там и понял, что я еще не врач.

— И как вас туда занесло?

— Мои запросы росли параллельно с запросами всех советских людей, а за границей платили чеками, вот и поехал в Мозамбик врачом геологической партии. И сразу же попал на войну. Если в Москве я занимался, так сказать, возвышенными вещами — ядерной кардиологией, радионуклидной диагностикой и тому подобным, то в Мозамбике пришлось взять в руки справочник практического врача. И практика эта выглядела примерно так. На пандус госпиталя въезжает машина, из которой выгружают тела, а ты, как та гиена, ходишь и сортируешь их на мертвых и живых. Мой первый пациент вообще был с оторванными ногами. Не знал, что делать... В другой раз привозят человека с семнадцатью штыковыми ранениями — бандиты остановили автобус и нашли у него книжку, как организовывать колхозы. В дело пошли штыки. По идее он уже давно должен был истечь кровью, а он, зараза, лежит, разговаривает... Таким ситуациям нас тоже не учили. Война научила. И лечил, и оперировал. А на всякий случай обзавелся таким же браунингом, как у Гаврила Принципа, застрелившего эрцгерцога Фердинанда. Уметь стрелять и держать в доме оружие там считалось нормой жизни.

— Приходилось применять?

— Расскажу, как ребята попали в плен. Наша геологическая партия работала на изумрудном руднике. Все сибиряки, все с оружием, все хорошие охотники. А там как было. До шести утра каждую ночь идет война. Но в тот раз и после шести стрельба не прекратилась. Ребята стоят на крыльце столовой и видят, что наши защитники из ФРЕЛИМО лихорадочно стаскивают с себя форму и голышом ныряют в кусты, а из других кустов вылезают боевики РЕНАМО. Несколько наших от греха подальше ушли в домик, так его буквально изрешетили. А по столовой сначала выстрелили из гранатомета, а оставшихся увели в плен. Мы с переводчиком не попали в эту заварушку только потому, что накануне уехали из поселка в город. И я до сих пор убежден: двадцать вооруженных человек вполне могли бы отбиться, однако начальник решил, что советских не тронут...

После геологической партии я работал в госпитале. В городе другая ситуация. Там все разбросаны по кварталам: где два живут человека, где три, поэтому надо было сильно думать, прежде чем открывать ответный огонь. Сидишь тихо, могут и не заметить. Начнешь отстреливаться, тут уж точно никуда не деться.

— Зато чеки, магазин колониальных товаров «Березка», двойной оклад...

— Это было. Но и война была, и наши люди реально гибли. Если не от пули, то от малярии, причем в большом количестве. Кроме того, сложная бытовая обстановка — света нет, воды нет, еды нормальной тоже нет, антисанитария.

— Англичане как бывалые колонизаторы в этих случаях используют универсальное дезинфицирующее средство — виски.

— Виски тоже не было, зато был самогон. Однажды мы нашли самогон даже там, где, возможно, не ступала нога белого человека. В общем, желтая жаркая Африка, цивилизации никакой, однако геологи решили и здесь раздобыть выпивку. Отловили аборигена, посадили его в газик и поехали. Я за рулем, трава два метра высотой, ничего не видно, только бампером наугад раздвигаешь заросли. Наконец выезжаем на поляну и буквально натыкаемся на хижину. У ограды лежат черные тела, думал, убитые, присмотрелся — мертвецки пьяные. Заходим внутрь и видим первобытный самогонный аппарат в натуральную величину. На углях стоит глиняный чан литров на двести, из него выходит бамбуковая трубка, а на конце соломинка, по которой в тыкву, напоминающую сосуд, сливался заветный продукт. Исходный материал — цветки ореха кешью, запах и вкус отвратительные, крепость — градусов двадцать пять. Я употребить этот напиток не отважился.

— Русский человек выпивку найдет повсюду, это понятно. А как же с изумрудами?

— До нас на изумрудном руднике работали немцы. Но когда местные бандиты, или повстанцы, называйте как хотите, пообещали им отрезать все, что возможно, они дисциплинированно собрались и отбыли. Но мы же советские люди, нам партия приказала разведать по просьбе наших мозамбикских друзей места на руднике, где можно поставить фабрики! А кроме того, здесь же нашли еще какие-то редкоземельные ископаемые, и в приватной беседе нам сказали, что если мы наберем таких минералов мешков шесть, то долг Мозамбика перед СССР будет полностью погашен. И вот прибыли. Первое, что вижу, — часовенку из бетонных плит с вкраплениями драгоценных камней, внутри — бетонный стол, а на столешнице изумрудами выложен огромный крест. Картина впечатляющая! Уже потом в отвалах я намыл немало изумрудов. Ювелир их огранил, получилась небольшая баночка. Но с переездами она где-то затерялась. На память сохранился только кварц с изумрудными друзами, но большой ценности, к сожалению, он не имеет. Еще как-то нашел золотой самородок, выдернул травинку — блестит между корешков. Но моему приятелю повезло куда больше. На охоте он случайно перевернул ногой с виду булыжник, оказалось — аметист или что-то наподобие. Под впечатлением от такой находки я потом тоже немало камней попереворачивал, но все без толку.

— Что мы все о камнях! Вот говорят, будто настоящие африканцы очень грациозный народ, чего про афроамериканцев не скажешь...

— В Анголе действительно. Особенно женщины. Ты ее окликнешь, обернется — неподражаемая стать! Но непрерывные роды, болезни, и все это куда-то уходит. А вот в Мозамбике свои эстетические понятия. Стачивают зубы на конус, что у них это считается красивым, делают на лице не только татуировки, но и шрамы. Причем шрамы определенной формы указывают на принадлежность к племени людоедов.

— И таких приходилось лечить?

— Конечно, и каннибалов, и бандитов. Там не спрашиваешь. К тому же, пока работал в поле с геологами, я был единственным врачом на всю округу. А вообще-то вопреки советским мифам в душе мы больше расисты, чем европейцы. Пропагандировали дружбу между народами, а сами жили изолированно. Например, европейские дети росли вместе с черными детьми, мы же своих старались на улицу не выпускать.

— А из Африки сразу в Париж?

— Нет. Сначала вернулся в Москву. Уже через год деньги закончились, но еще раньше я познакомился с работниками международной организации, которая занималась отправкой эмигрантов в США. В мою задачу входило сопровождать в полете и сдавать с рук на руки пожилых пассажиров и больных. Тогда я и познакомился с американскими госпиталями. Увидел другой медицинский мир и захотел поработать врачом в Америке. А тут один из моих пациентов стал послом во Франции и пригласил меня посольским врачом в Париж. Это был подарок судьбы. Медицинской практики фактически никакой, зато было много свободного времени: в выходные разъезжал по Европе, по будням читал медицинские книжки. А когда контракт закончился, полетел в США сдавать сертификационные экзамены.

С первого раза не сдал, хотя считал, что уже совсем умный. Сам вопрос — пол-листа английского текста, а ответ надо дать уже через тридцать секунд. Даже носителю языка, если вчитываться, ни за что не успеть. Потом сообразил: фокус в ключевых словах, на которые и надо обращать внимание, а все остальное, как они говорят, red herring — буквально «красная селедка», то есть отвлекающий маневр. Например, вылавливаешь из текста, что у некоего пожилого человека кровавый понос, но нет болей. Правильный ответ — ишемический колит. Но эти симптомы надо знать, как Отче наш, и отвечать не задумываясь. Вот я и разработал для себя систему ключевых слов, обклеил листочками все стены и даже сортир. Учил, пока не усвоил на уровне спинного мозга. Хоть и со второй попытки, сдал очень быстро — всего за восемь месяцев. Этот рекорд, кажется, до сих пор не побит. Но потом надо было найти позицию, то есть получить место в ординатуре и отпахать в госпитале как минимум год, а реально все три.

Я разослал свои резюме сразу на четыреста программ, хотя знал, что иностранцев без green card берут очень неохотно. Тем не менее получил приглашение на шесть интервью, мой госпиталь был третьим. В общем, собрали на интервью одиннадцать мужиков. Завели в учебный класс, вызывали по одному, держали подолгу, а сортир заперт на кодовый замок. Все уже мнутся, но я же советский человек. Встал рядом с туалетом и подсмотрел, что за кнопки нажал какой-то мужик. Типичный американец, он захлопнул дверь у меня перед носом, не пропустил, но код уже был известен. И он пригодился еще раз, когда меня начал прессовать начальник программы — дескать, язык у вас плохой, возраст немаленький... Но я его очень просто убедил. Спрашиваю: вам нужен человек, который умеет болтать или сообразительный? Вот одиннадцать человек, спросите, кто знает код доступа в мужской туалет. Оказалось, никто. А я, говорю, знаю и называю порядок цифр. Он как заржал и взял меня вне конкурса — как «человека выдающихся знаний». Там в условиях был и такой пункт.

— Вопрос — ответ... Не находите, что американский экзамен на доктора напоминает ЕГЭ? Кстати, тоже заокеанский продукт.

— Наверное, и в ЕГЭ есть свой смысл. По крайней мере, ключевые слова точно работают, и на них стоит вся американская медицина. Предположим, есть определенный набор симптомов, у нас по привычке начинают рассуждать, а я уже знаю, что с пациентом. Не потому, что такой умный, а потому, что правильный ответ уже зашит в спинном мозге. Русские врачи, как и я в свое время, читали те же медицинские фолианты, но у нас все в кучу — и главное, и второстепенное, акценты не высвечены. А вот американская система подготовки врачей — это своего рода путеводитель по медицинским знаниям, указатель, на что обязательно надо обращать внимание.

— И помогает?

— Как-то приходит на прием топ-менеджер крупного голландского банка. Я как раз вернулся из Штатов, где сдавал экзамен уже на высшую категорию, и там мне попался вопрос по поводу так называемого открытого овального окна — это отверстие у эмбриона между правым и левым предсердиями, через которое, минуя легкие, проходит кровь. С первым вздохом необходимость в нем отпадает, и отверстие зарастает. Но не всегда. И поскольку у пациента наблюдались все соответствующие овальному окну симптомы, я отправил его к кардиохирургу. Через некоторое время он возвращается из Голландии и говорит, что там мой диагноз считают полной чепухой. Изложил свои соображения еще раз, уже подробно, и через некоторое время получаю от голландских коллег письмо с извинениями и словами восхищения. В общем, операция прошла успешно и качество жизни моего пациента улучшилось. Так что теоретических знаний не бывает.

— Судя по сериалам о докторе Хаусе и «Скорая помощь», американский госпиталь — это какой-то безумный мир?

— Не такой уж безумный. Там все очень четко по алгоритму. Если больной тяжелый, сообщают заранее, и сестры встречают его с каталкой уже на входе. И пока пациента довезут до дежурного врача, у него уже внутривенно стоит линия и уже готовы пробирки с кровью. Причем никто не спрашивает, какие брать анализы, берут все, а ненужные пробирки потом просто выкидывают. Если есть показания, моментально сделают и рентген, и ультразвук, и томографию. Все это происходит на автомате.

— Теперь томографов и у нас хватает?

— Сегодня из расчета на одного пациента только в Москве томографов больше, чем в Швейцарии. Вот только кто на них работает? В Америке таких специалистов уже после медицинской школы готовят еще семь лет, у нас — три месяца. И ошибки в ту или другую сторону — то пропустят заболевание, то затемнение примут за опухоль — не редкость.

— Значит, будем ждать семь лет?

— У себя в частной клинике я поступаю следующим образом. В одной индийской фирме сидят у компьютеров люди, получившие американское образование, и по электронной почте в круглосуточном режиме дают квалифицированные заключения на любые снимки всего за пятьдесят долларов. Но в государственной больнице такой вариант не пройдет. В департаменте здравоохранения мне обязательно напомнят о 94-м ФЗ и непременно спросят: а где конкурс? Поэтому придется ждать. Кому повезет, может, и дождется...

— Кто больше любит лечиться — мы или американцы?

— Конечно, мы — как никто на свете! Особенно любим читать про свои болезни. С американцами проще. Говоришь, что надо делать и когда прийти на очередной прием. Это все. А с нашим начинается: «А почему именно эти таблетки? А какой у них побочный эффект? А вы знаете, что эти таблетки...». Думаешь: откуда ты только взялся на мою голову? С американцами проще, потому что они мыслят по-другому. Американец знает: если я дал ему неверный совет, мне конец, он меня засудит. А вот с нашими пациентами я старался не иметь дела — в суд не пойдут, но заговорят до смерти.

— А у кого предпочитают лечиться наши эмигранты — у соотечественников или у американских врачей?

— Однажды приходит на прием бывший соотечественник с высоким давлением. Задаю вопросы. «Курите?» — «Курю». — «Выпиваете?» — «Выпиваю». — «А сколько?» — «Проблема в том, что граммов по 150—200 водки ежедневно...» Так это, говорю, ничего, это нормально. Он аж подпрыгнул от радости: «Доктор, я же специально к вам пришел, я специально искал врача с русской фамилией, потому что американец после ответа о выпивке тут же отказывается лечить и направляет в общество анонимных алкоголиков». У них так. А я его вылечил, и мы даже подружились.

— Нарушили корпоративную этику?.. И как американские врачи относятся к русским коллегам?

— Бывшие советские граждане обычно имели статус беженцев, то есть были никем. Поэтому их чморили почем зря, дедовщина была похлеще, чем в армии, унижения в порядке вещей. Это считается нормальным, и я в принципе не обижался. Американское общество абсолютно нетолерантно. Но когда один стопроцентный американский доктор стал уж очень активно меня принижать, я ему прилюдно сказал: «Попался бы ты, сука, мне, капитану Красной армии, в Анголе, я бы тебя шлепнул и даже не вспомнил». Может быть, потому что моя фамилия Мясников и моего деда знал весь медицинский мир, в том числе и как личного врача Сталина, кое-что мне сходило с рук.

Вообще-то меня считали полуотмороженным, потому что я постоянно попадал в какие-то ситуации и вел себя не по-американски. Например, история про синего китайца. Работал у нас в госпитале очень интеллигентный доктор по имени Чао — американец китайского происхождения. Не знаю, что ему взбрело, но как-то он пришел со своими аспирантами ко мне на обход. Берет историю болезни пациента и вдруг начинает орать: «У больного положительный анализ на скрытую кровь, а вы ему даете кроверазжижающее!» Пытаюсь объяснить, что человек лежит в лежку, а гепарин дается в малых дозах, чтобы противодействовать тромбозу. Даже не хочет слушать. В общем, грубо обругал, причем прилюдно — типа понаехали тут... А я что, терпило, чтобы на меня так орать? На дежурстве я обратил внимание на одну историю болезни. Еще в приемном покое лежачему пациенту назначают гепарин, а у него — бах — серьезно падает гемоглобин. Ему переливают кровь, гемоглобин, естественно, опять падает, и так в течение десяти дней, но гепарин никто не отменяет — нет распоряжения. А на обложке истории болезни написано, что это частный пациент доктора Чао, и за его лечение именно он получает деньги по страховке. Я эту историю под мышку и на обход к моему визави. Показываю: видите, гемоглобин падает, а вот переливается кровь, а вот гепарин... Как, спрашиваю, вы это расцениваете? Он: «Это преступление! Кто его врач?» Я переворачиваю страницу: вы, доктор! Вот тогда я впервые в жизни и видел совершенно синего от злости китайца. А субординация в Америке — святое, и уже на очередном собрании врачей он заявил, что меня надо уволить, поскольку я совершенно неуправляем. И это было реально, потому что в сравнении с ним, гражданином Америки, я был не просто грязью, а еще ниже. Но на мое счастье он оказался человеком все-таки вменяемым. В итоге именно доктор Чао дал мне рекомендацию на должность главного врача Американского медицинского центра, сам позвонил в Москву.

— Встречались и невменяемые?

— Сплошь да рядом. Понимаете, Америка — это как зазеркалье, там многое наоборот. Однажды я вовремя не посмотрел анализы больного и не предпринял, что должен был предпринять. Старшим надо мной был индус, который, ничего не говоря, побежал к заведующему, а тот, хоть и бывший ленинградец, буквально смешал меня с грязью. И вот я отлавливаю этого индусика, с которым у меня были весьма неплохие отношения, поднимаю за шкирку и говорю: «Что же ты мне ничего не сказал, а сразу же побежал докладывать?» А он, болтая в воздухе ножками: «Александр, но ты же не сделал...» Ну что с такого возьмешь? Другая ментальность. Помните фильм «Брат-2»? Я его пересматриваю непрерывно. Все про Америку сказано...

Безопасной работу в американском госпитале тоже не назовешь. Привозили и наркоманов, и раненых полицейских. Помню такой случай. Шум в дверях, потом хлопает выстрел, вбегает мужик, держась за живот, говорит: «Эта сволочь меня застрелила!» — и падает к моим ногам. Несколько месяцев спустя стоим с одним ординатором в коридоре и вдруг слышим топот. Через мгновение между нами проносится человек, а за ним, паля из пистолета, другой. Первая мысль, которая приходит под свист пуль: у вас разборки, а я здесь при чем?..

— Нагрузки в Америке такие же, как у наших врачей?

— В семь начинается обход, и не дай тебе бог быть не в курсе поступления больных — такая ситуация в принципе невозможна. Как-то уже на подъезде к госпиталю в мою машину врезался огромный кадиллак с черным человеком за рулем. Подушкой безопасности меня сначала отбросило на заднее сиденье, а потом через окно выбросило на асфальт, который я геройски встретил головой. Прихожу в сознание уже на носилках и понимаю, что оказался в родном госпитале в окружении дежурных врачей. До начала работы еще десять минут, и первое, что я говорю: «Пожалуйста, доложите, что я уже здесь...» Это я к тому рассказываю, чтобы было понятнее — страх опоздания на работу у американцев в подкорке. Ну а уезжали из госпиталя мы уже после девяти вечера. Многие и позже, чтобы пересидеть пробки.

Кстати, с помещениями там очень туго, кабинеты обычно без окон. Окна только в палатах, поэтому в коридоре постоянно горит свет, и где-то в торце такие же часы, как в подводной лодке, — на двадцать четыре деления, чтобы было понятно, какое время суток. Белого света не видишь. В широком смысле этого слова, потому что врачи в Америке годами вообще не ходят в отпуск, даже двух дней в году не могут себе позволить — чтобы не потерять клиентов и не упустить заработок. И я так жил. Но однажды ранним утром несусь с пробиркой в руке, и вдруг до меня доходит, что я тридцать шесть часов на ногах, а все еще куда-то бегу... Остановился на полном скаку и подумал: господи, зачем мне все это? Тут же и решил, что пора возвращаться.

— После таких усилий все в один момент бросить?

— Вот и коллеги отговаривали. Мол, ты сошел с ума, понимаешь ли, куда едешь, что теряешь... А что теряю? В госпитале с темна до темна, два часа на дорогу туда и обратно, вот и вся жизнь. Считайте, говорю коллегам, что вы уже умерли, и не важно, когда ваша смерть произойдет физически, потому что ничего вы больше не увидите и ничего больше в вашей жизни уже не случится. А я еще подергаюсь! И теперь у меня другие планы: сделать так, чтобы наша медицина была не хуже американской.

— «Все равно буду министром здравоохранения, куда они денутся!» Это же ваши слова?

— Это я сказал, когда только вернулся из Америки. Теперь понимаю: даже самый умный министр ничего не сделает, потому что надо предпринимать такие шаги, которые не в компетенции Минздрава. Кроме того, если система, хоть и через задний проход, худо-бедно работает, не стоит торопиться ее ломать. Потянешь за кирпичик — рухнет все, как у Михаила Горбачева. Вот, скажем, 71-я городская больница. Если бы я сегодня уволил всех профнепригодных врачей, завтра некому было бы дежурить.

— А собирались?

— Большинство врачей со мной согласны — реформу здравоохранения надо начинать с обучения врачей и пересмотреть под эту задачу приоритеты в финансировании. Как определить, какой врач действительно врач? Например, по тестам к сертификационному экзамену на врача, который в Америке сдают после института. Вопросы, кстати, очень простые. И кто сдаст, должен получать не тридцать тысяч, а все триста.

— Опять деньги решают все?

— Далеко не все. Сейчас у нас на медицину пошли большие деньги. Мы увеличили финансирование здравоохранения почти на двести процентов. Кстати, Словакия, Эстония, Польша тоже удвоили медицинские расходы, но у них смертность упала, а у нас выросла. И это притом что врачей на душу населения у нас в два раза больше, чем в Германии, а больничных коек — втрое больше, чем в Америке.

— Значит, все равно не хватает, если у нас в стационарах забиты не только палаты, но и коридоры.

— По нашим стандартам пневмония лечится в стационаре двадцать один день. Во всем мире, если нет особенных показаний, — амбулаторно. Но поскольку у нас страховые компании платят не за результат, а за пребывание на больничной койке, многих пациентов, которым в стационаре делать нечего, приходится выдерживать на койке хотя бы половину нормативного срока, иначе вообще не заплатят. Потом делается лукавая запись, будто был применен некий инновационный метод лечения. На самом деле — антибиотик полувековой давности. Вот какой фигней занимаемся мы в общенациональном масштабе!

— Так за чем дело стало, почему бы не отказаться от коечной системы?

— Люди в Минздраве сейчас умные, но ничего не меняется. Открою тайну почему. Во-первых, без койко-дней фонд обязательного медицинского страхования — ОМС — быстро разорится. Приходит пациент, ему дают таблетку, пишут, будто вылечили, а фонд ОМС должен заплатить лечебному учреждению по прейскуранту. Представляете, какая фантастическая возможность для откачки денег из бюджета! Во-вторых, все опять упирается в квалификацию врачей. Тех, кто действительно умеет лечить, не так уж много, стандартов никаких, и как только оплату за лечение привяжут к конечному результату, они уж налечат... Поэтому определенная логика в койко-днях присутствует: в стационаре человек все-таки будет под наблюдением. Так что койко-день — нечто вроде защиты от дураков и проходимцев.

Но и с амбулаторным звеном проблемы. Наши поликлиники — это организационное безумие. Все в одной очереди, и нормальный человек, которому надо пройти диспансеризацию или просто попасть на прием, упирается в очередь из хронических больных и тех, кто коротает в поликлиниках время. Вот такая «биомасса» и забивает все подходы к врачам, в результате тот, кто не получил своевременно медпомощь, тоже становится хроником. Понятно, что эти потоки надо разводить по разным поликлиникам. Как в той же Америке.

— Почему только Америка? Считается, что и на Кубе достойная медицина.

— Не думаю, что кубинская медицина лучше американской. Это просто законсервированная советская медицина, по которой я иногда все-таки скучаю. В лучшие советские времена представить было невозможно, чтобы пациенту в первый же день не сделали рентген, анализ крови или надолго отложили кардиограмму с нагрузкой. Сейчас хорошо если посмотрят гемоглобин, а биохимию, если пятница, могут и на понедельник отложить.

— У вас в больнице тоже?

— Я сделал очень просто: переместил лабораторию и все необходимое оборудование в приемный покой. И теперь каждый, кого к нам привозят, сразу же имеет развернутый анализ крови, а если нужно, рентген, компьютерную томограмму и ультразвук. Но мои возмущаются! Ведь если мы пациента не госпитализируем, то, получается, зря тратим деньги... Зато я уверен, что у меня никто не умрет за порогом. Человеческая жизнь дороже. Но деньги счет любят, и много их никогда не бывает. Поэтому я убежден: принцип равного покрытия в медицине (это когда всем бесплатно) — это обкрадывание наименее защищенных слоев населения. Бесплатно лечится Михаил Прохоров, бесплатно Алишер Усманов и бесплатно старушка-пенсионерка — всем по стандарту РФ положено семь с половиной тысяч рублей. Деньги очень невеликие, но почему мы не хотим признать, что есть категория граждан, вполне способных заплатить за свое лечение? Тогда другим достанется больше. А еще есть пьяницы и прочие асоциальные элементы. Куришь, пьешь — дело личное. Но ты в зоне риска, тебя предупреждали, и если заболел — плати за удовольствие.

— Взрывоопасные вопросы, особенно по части сокращения стационаров. Кроме того, вы как-то сказали, что и от практики посещения больных на дому надо бы отказаться. Разве на Западе врачи уже не ходят на вызовы?

— В Америке нет. Больные сами приходят в офис, потому что на дому толком ничего сделать невозможно. Высокая температура не проблема, в таком случае доктор присылает машину. Впрочем, это уже подробности. Для нас главное, что мы вымираем, по уровню смертности опередили даже Анголу, и с медициной у нас настолько неважно, что в самую пору создавать комитет национального спасения. Я бы вообще начал с референдума, потому что любая из упомянутых медицинских проблем — потенциальный социальный взрыв.

— И кого же в комитет?

— Политиков, людей искусства, литературы, науки, ну и авторитетных врачей тоже — вопросы медицины касаются абсолютно всех. Общенациональный разговор по проблемам давно назрел, и он должен быть адекватным.

— Почему-то чаще всего именно из врачей получаются хорошие писатели. А вот какими врачами были Чехов и Булгаков, не в курсе?

— Об Антоне Павловиче ничего не могу сказать, а вот Михаил Афанасьевич, которого я обожаю, судя по некоторым литературным нюансам, доктором был неплохим. Кстати, очень хорошим доктором был и Сальвадор Альенде. И погиб он красиво — за свои идеалы с оружием в руках. Как говорят великие, чтобы создать впечатление о человеке, надо знать, как он умер. Кстати, меня всегда интересовала тема смерти, что для врача, наверное, не так уж удивительно. И я пришел к таким выводам: погибнуть в драке или в аварии — глупо, преждевременно умереть от болезни — обидно. Так что вот вам мой совет: берегите здоровье, оно еще пригодится.

Полет на фоне

/  Общество и наука /  Общество

Синоптики предложили корректировать расписание авиарейсов по вспышкам на Солнце

Отечественные синоптики выступили с неожиданным предложением: устанавливать в аэропортах специальные табло для отображения прогноза солнечной активности. В случае, если таковой окажется неблагоприятным, рейс предлагается отложить. Ученые приводят серьезные доводы. По словам главы Росгидромета Александра Фролова, если суммировать дозу солнечной радиации, которую можно получить за один трансполярный перелет, например по маршруту Москва — Майами, то она составит — при так называемом спокойном Солнце — около 0,25 миллизиверта (мЗв). Это примерно четверть максимальной годовой дозы. То есть слетали туда-обратно в Америку, считай, сходили на рентген. А если полет совпал со вспышками на Солнце, уровень облучения вырастает в разы. К слову сказать, по данным Росавиации, российские авиакомпании ежегодно осуществляют около 10 тысяч трансполярных рейсов.

Удивляет, конечно, что тревогу специалисты забили только сейчас, но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. Гидрометцентр уже ведет переговоры со своими американскими коллегами и Росавиацией на предмет своевременного оповещения пассажиров об уровне солнечной активности. Главная проблема в том, что корректный прогноз можно сделать только на несколько ближайших часов. «Если человек приедет в аэропорт и увидит на табло предупреждающую надпись, пусть он сам принимает решение, лететь ему или нет», — предлагает Александр Фролов.

«Итоги» попытались разобраться: так ли страшны вспышки на Солнце для авиапассажиров и пилотов?

В пределах дозы

Любые перелеты, особенно дальние, для здоровья вообще малополезны. «При перелетах между разными часовыми поясами, особенно с запада на восток, у человека сбиваются внутренние ритмы, контролирующие наступление дня и ночи, — говорит доктор медицинских наук, заведующий лабораторией «Хрономедицина и новые технологии в клинике внутренних болезней» Первого Московского государственного медицинского университета им. И. М. Сеченова Семен Рапопорт. — Для организма это всегда большой стресс. Он может спровоцировать обострения хронических заболеваний, в том числе сердечно-сосудистых и неврологических». Что касается радиации, то излучение излучению рознь.

Помимо внешней, так называемой дополнительной радиации, о которой как раз и говорил глава Росгидромета, человек получает еще и радиацию естественную — ту, что составляет естественный фон Земли. По оценкам ООН, средние дозы, получаемые людьми от естественного фонового излучения, составляют 2,4 мЗв/год, а стандартный диапазон этих доз — 1—10 мЗв/год. Все зависит от того, в каком регионе живет человек. Ближе к полюсам излучение мощнее, к экватору — меньше. За всю свою жизнь среднестатистический землянин способен накопить дозу естественного излучения около 100—700 мЗв. Считается, что человек получает неопасную дозу дополнительного излучения, если она сопоставима с дозой естественного излучения. Сюда относятся все внешние воздействия радиации — так называемые разовые, вынужденные облучения. Например, при флюорографии человек получает до 3 мЗв, а во время рентгеновского снимка у зубного врача — 0,2 мЗв. В сравнении с этим полеты на самолетах дают, казалось бы, совсем мизерную дозу облучения — 0,005—0,02 миллизиверта в час в зависимости от уровня солнечной активности. Те же сканеры в аэропортах добавляют пассажиру до 0,001 мЗв за один акт проверки. Иными словами, ощутимая доза радиации может накапливаться только у тех, кто «живет в небе». Допустим, бизнесмен поднимается на борт лайнера раз в неделю. Это примерно 48 полетов в год продолжительностью в среднем по 5 часов каждый. В этом случае он получает суммарную дозу облучения до 5 мЗв, что примерно в пять раз больше нормы. Для сравнения: даже если у стюардессы всего два полета в неделю, доза облучения увеличивается до 10 мЗв в год. Правда, нормы для летного состава предусматривают не более 80 часов нахождения в воздухе за месяц и не более 800 в год. По желанию работника этот норматив может быть увеличен на 10 часов в месяц и до 900 часов в год. При этом учитываются все негативные факторы влияния на человека, в том числе и радиации. А вот среднестатистический москвич, который летает в отпуск два раза за год, за четыре перелета по 5 часов получает 0,4 мЗв — в пределах нормы. Так ли уж нужны пресловутые табло в аэропортах? Мнения ученых разошлись.

На испуг

«Все зависит от интенсивности вспышек на Солнце, которые происходят регулярно, — рассказывает доктор физико-математических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории рентгеновской астрономии Солнца Физического института имени П. Н. Лебедева РАН Сергей Богачев. — В зависимости от силы они делятся на классы. Большинство относится к категориям А, В и С и на земную жизнь никак не влияет. А вот вспышки класса М (медиум) и Х (экстремальные) могут вызывать магнитные бури. В год на Солнце случается порядка 20 вспышек класса М и две-три класса Х. К ним особо чувствительны метеозависимые люди. Но они одинаково ощущают влияние бури и на земле, и в воздухе. Вряд ли из-за них, окажись они в числе пассажиров, имеет смысл отменять полет».

Даже при трансполярных перелетах, как считает Богачев, опасность для пассажиров минимальна. Если в районе экватора опасные частицы проникают в атмосферу до высот порядка 70 километров, то на полюсах обычно не опускаются ниже 30 километров и уж никак не могут попасть в зону, где летают пассажирские самолеты, — это 10—11 километров над землей.

«Предложение Росгидромета кажется просто абсурдом, — считает директор по авиационной деятельности ООО «Воздушные ворота Северной столицы» (управляет аэропортом Пулково) Денис Павшинский. — Во-первых, это только создаст лишнюю смуту в работе аэропорта. У пассажиров и так волнение перед перелетом: люди боятся и терактов, и падения самолетов, и сложных погодных условий. Зачем лишний раз провоцировать панику? Сейчас запугать людей можно чем угодно. Многие, например, всерьез стали опасаться метеоритного дождя. При желании можно найти множество угроз природного характера, из-за которых стоит отменять полеты. Никаких весомых аргументов в пользу отмены полетов при вспышках на Cолнце нет».

Врачи тоже опасаются, что инициатива синоптиков вызовет волну паники среди пассажиров. «Воздействию магнитных бурь подвержены прежде всего пожилые люди, а также страдающие от сердечно-сосудистых заболеваний, болезней органов дыхания и нервной системы, — поясняет Семен Рапопорт. — Обычно эти люди острее реагируют на саму информацию о природных катаклизмах. Представьте себе, какой стресс может испытать метеозависимый человек, увидев на табло сообщение о повышенной солнечной активности. Часто последствия страха бывают хуже, чем его причина. Человек может, например, спровоцировать у себя сердечный приступ только за счет ожидания беды».

Конечно, при сильных магнитных бурях врачи могут рекомендовать пациенту отказаться от перелета, так как общее физическое состояние ухудшается. Но это уже крайняя мера. К тому же серьезно больных людей среди пассажиров не так уж и много. «За несколько дней до возможной магнитной бури им стоит снизить физическую активность и эмоциональные нагрузки, в соответствии с рекомендациями врача немного увеличивать дозу лекарств, которые они принимают системно», — советует Семен Рапопорт.

Но все-таки: насколько велика вероятность, что авиарейсы будут сверять по Солнцу? Ведущий научный сотрудник Института глобального климата и экологии Александр Минин считает, что в перспективе так может быть: «До конца не изучено влияние частых авиаперелетов на человека, в том числе и через полюса во время повышенной солнечной активности. Технологии развиваются, и люди начинают летать все чаще и чаще. То есть при частых перелетах человек оказывается в противоестественной среде. Мы родились и выросли на границе трех сред — воздуха, воды и земли. Как только человек отрывается от земли, он попадает в инородную среду. В нетипичных условиях воздействие радиации может быть сильнее. Солнечная активность — это такое же природное явление, как сильный дождь или туман. Сейчас ведь отменяют рейсы из-за нелетной погоды».

Правда, есть другая проблема. Вылеты из-за дождя или тумана часто откладывают не на основании прогноза синоптиков, а по факту — пассажиры и сотрудники аэропорта наблюдают причину отмены рейса, что называется, за окном. А увидеть вспышку на Солнце и тем более понять, какой она силы, обычный человек не может. Здесь приходится целиком и полностью полагаться на прогнозы синоптиков. Но все мы помним, как часто они ошибаются.

Сбежавшая весна

/  Общество и наука /  Общество

Почему год от года весна в России становится все короче и короче

«Журчат ручьи, кричат грачи, и тает лед, и сердце тает...» И все это происходит в стремительном режиме. В Гидрометцентре в середине марта сообщили: весна в России наступит позже обычного и пролетит так быстро, что мы не заметим, как вступим в лето. Год назад наблюдалась примерно такая же картина. Метеорологи уже заметили: год от года весна становится все короче и интенсивнее. Чего нам ожидать от столь странных климатических изменений?

Мы ее теряем

Как предсказывают метеорологи, нынешняя весна будет под стать прошлогодней — с резкими колебаниями температуры, половодьем, бурным цветением... Таким образом, считают некоторые ученые, дает о себе знать глобальное потепление. Оно чревато тем, что существенно повышается изменчивость метеорологических факторов — таких как давление, температура и осадки. Все чаще наблюдаются экстремальные явления вроде ураганов и половодья. Все эти факторы заметно проявляются при смене времен года, особенно при нынешней дружной весне. «Вероятность того, что весна будет такая, к какой мы привыкли, в принципе снижается, — объясняет директор Гидрометцентра России Роман Вильфанд. — За последние 25 лет образовался тренд — сокращение ее продолжительности». Кстати, понятие «дружная весна» — вполне научное. Оно подразумевает процесс быстрого таяния снегов, когда ручьи превращаются в полноводные реки. Причем, по словам Романа Вильфанда, все чаще бывает, что после многоснежной зимы наступает период антициклональный, когда яркие солнечные лучи буквально «съедают» снег: даже если его было много, он исчезает за 7—10 дней. И это ничего хорошего не сулит ни людям, ни природе.

«В этом году на фоне длительных холодов образовался высокий снежный покров, — говорит специалист по городской фауне Ирина Шмакова. — Животные не могут добыть себе корм: хищникам, например лисицам, трудно добраться до мелких грызунов вроде мышей-полевок, а те в свою очередь не имеют доступа к растениям. Страдают и птицы, в том числе перелетные: многие из них уже начали гнездиться, а кушать им практически нечего — насекомые еще вне доступа». Казалось бы, какое нам дело до мышек и букашек-таракашек? Дело в том, что эффект бабочки еще никто не отменял — когда в пищевой цепочке выпадает какое-то звено или же оно становится слабым, в природе начинается дисбаланс. Очевидно, что она восстановит равновесие, только обычно это происходит с потерями. Например, в прошлом году в Подмосковье была отмечена массовая гибель хвойных деревьев. Причина банальна: их съели жучки, которые расплодились из-за того, что в регионе поздно наступила весна и многие птицы улетели в соседние регионы, где имелась кормовая база. На сей раз весна запоздала еще сильнее, но пока ученые не могут предсказать, чем это аукнется в конце летнего сезона. Если же говорить о глобальных трендах, то короткая весна — вероятная причина того, что некоторые виды животных и растений могут исчезнуть с наших просторов. Короткой весны и осени не выдержат прежде всего растения, которые имеют длинный период вегетации и малый период покоя — они попросту не будут успевать давать семена. Конечно, природа не терпит пустоты, и на их месте размножатся другие растения или зверьки. А вот с человеком все обстоит сложнее.

Как страшно жить

Нужно быть невероятно здоровым человеком, чтобы ни разу не почувствовать недомогания, перепадов давления или «отвала башки» не в переносном, а в прямом смысле. Мало кто может наслаждаться всеми прелестями весны, воспетой поэтами, — когда чувства пробуждаются, а душа трепещет. Она, конечно, трепещет, но не от любви, а от перепада давления. «Слишком активная весна таит в себе довольно серьезные риски. Мы проживаем в северных широтах и генетически настроены на определенный климат. Переходный период от зимы к лету у нас должен составлять не менее двух месяцев, — объясняет кардиохирург Владимир Хорышев. — Если он сокращается, начинает резко увеличиваться число инфарктов, острых нарушений мозгового кровообращения — инсультов. Ведь сосуды людей, проживающих на территории России, не успевают приспособиться к резким колебаниям температуры. Иммунная система спасает не только от инфекционных заболеваний, она в принципе выполняет защитную функцию. А когда она не успевает адаптироваться к скорым перепадам, организм человека дает сбой».

По данным Минздрава РФ, сердечно-сосудистые заболевания по-прежнему остаются одними из наиболее распространенных в нашей стране и занимают лидирующее место в структуре смертности. В 2011 году в России от болезней системы кровообращения умерли больше миллиона человек. Одним из убийственных факторов является капризная погода.

Как утверждает доктор Хорышев, в условиях быстрой весны нужно быть особенно внимательными к здоровью всем без исключения. Основная профилактика — забота об иммунной системе. «Если иммунная система истощена, то чем резче происходит переход от зимы к лету, тем хуже это сказывается на здоровье, — комментирует кандидат медицинских наук, иммунолог-аллерголог Евгения Степанова. — У многих людей весной наблюдается астенический синдром — синдром слабости, усталости от длинной зимы, от длительной работы без отдыха».

Что уж говорить о людях, которые подвержены «тихой эпидемии» нашего века — аллергии? В прошлом году быстрая весна вызвала одновременное цветение нескольких видов растений, а березы в какой-то момент как с ума сошли: в воздухе были зафиксированы рекордные показатели — около 20 тысяч зерен на кубический метр. Нужно готовиться к такому буйству природы и в этом году. Более того, проблема уже возникла. «Такое ощущение, что к нам южными ветрами уже занесло какую-то пыльцу: аллергики начали обращаться с жалобами, — рассказывает Валентина Гервазиева, заведующая отделом аллергодиагностики НИИ вакцин и сывороток им. И. И. Мечникова. — Если поток с юга усилится и будет продолжаться, то чувствительным людям стоит ожидать осложнений». Еще немного, и к этому потоку прибавится пыльца наших лесов и полей. Валентина Гервазиева сокрушается: ей как специалисту очень жаль, что в наши дни не работает система широкого оповещения людей о содержании пыльцы в воздухе. Она существовала в советское время и действует во всем мире — есть календарь пыльцы, проводятся замеры, с результатами которых могут ознакомиться все желающие.

«Сейчас, когда люди стали больше путешествовать, это особенно важно, — подчеркивает специалист. — Надо сообщать, что, допустим, в Варшаве уже такое-то количество пыльцы, в Париже — такое, а в Риме — такое. Ну и, разумеется, людям, страдающим поллинозом, стоит предпринять меры — держать под рукой антигистаминные препараты, каждый должен знать, что ему подходит. И, конечно, нельзя забывать про предсезонную терапию».

Если вы не успели провести профилактические меры, выход только один — бежать от весны. Это возможно, коль скоро она стала совсем короткой. «Можно выехать в другую климатическую зону, чтобы не иметь контакта с пыльцой, — либо в теплую, либо в холодную. То есть туда, где цветение еще не начиналось или где оно уже прошло. Бюджетные варианты для москвичей — Карелия, Египет. Можно выехать в Сочи, в Краснодарский, Ставропольский края, в Белоруссию — туда, где немного, недели на две смещен период цветения. Там люди хорошо переносят опасный для них период», — говорит Евгения Степанова.

Впрочем, весьма эффективными могут быть и самые простые меры. Татьяна Желтикова-Вострокнутова, заведующая лабораторией экологической биотехнологии НИИ вакцин и сывороток им. И. И. Мечникова, рассказывает об исследованиях, которые она с коллегами проводила в прошлом году во время майских праздников, когда в воздухе наблюдалось повышенное количество зерен березовой пыльцы: «Пациенты с аллергическим ринитом выезжали на дачу, гуляли в березовом лесу и по нашей просьбе промывали носы, собирая отделения в специальные стерильные пробирки, которыми мы их снабжали. Потом мы обрабатывали эти сборы, делали подсчеты. Большое количество пыльцы делает свое черное дело, однако даже простое промывание носа способно заметно облегчить состояние слизистой». Кстати, Татьяна Желтикова-Вострокнутова считает, что для аллергиков более опасна даже не быстрая весна, а, наоборот, затяжная, когда цветение растягивается на длительный срок.

В Европе, кстати, к периоду цветения и состоянию аллергиков относятся весьма серьезно. Как известно, концентрация пыльцы в воздухе зависит от состава зеленой полосы. И европейские власти стали избавляться от берез и засаживать города, например, ясенями.

А покуда Россия — страна берез, аллергикам в самые тяжелые дни надо находиться дома, очищать воздух в помещениях озонаторами и увлажнителями. Впрочем, тяжелые дни у каждого свои — это пик цветения растения, на которое у вас аллергия. Не у всех это береза, а потому не пропустить критический момент помогает календарь цветения.

Встретимся весной

То, что мы стали такими чувствительными к погоде, вовсе не означает, что мы такие изнеженные. Очень многие находятся под гнетом целого набора стрессов, которым подвержены жители мегаполисов. Поэтому любой климатический фактор может чувствительно ударить по здоровью. Конечно, лучше, если бы природа была более снисходительной к нам. И чтобы весна радовала каждым новым днем, чтобы почки на деревьях набухали постепенно, чтобы столбик термометра полз потихоньку, а не скачками. Впрочем, есть надежда, что нынешние быстрые вёсны — еще не тенденция. «Я не разделяю столь популярную сегодня точку зрения, что у нас исчезает весна, — говорит ведущий метеоролог Gismeteo Леонид Старков. — Да, в прошлом апреле во второй половине месяца наступила жара. Но апрель — это всегда месяц нестабильный. На юге страны уже начинается лето, а на севере — глухозимье. Борьба зимы с летом приводит к резким изменениям характера погоды. Стоит потоку воздушных масс развернуться на юг, и мы оказываемся практически в лете, а стоит на север — приходят холода. Все резко меняется, температура повышается — градуса на три-четыре. Возможно, в этом году все так остро нами воспринимается, потому что зима затянулась».

В общем, как поется в песне: «Весна идет — весне дорогу!» Или же в дорогу надо собираться тем, кто не чувствует в себе физических и моральных сил противостоять скачкам времен года.

Дураки и апрель

/  Общество и наука /  Телеграф

День дурака — так во многих странах называют 1 апреля. В этот день можно вдоволь посмеяться даже над сильными мира сего. Вот и прошедший День смеха получился таким, что и в самом деле обхохочешься. Правда, сквозь слезы. И в этом рейтинге абсурда есть свои лидеры первоапрельских сенсаций.

На первом месте, конечно, наследный вождь КНДР Ким Чен Ын. Лидер новоявленной ядерной державы, как сообщило северокорейское информагентство ЦТАК, «подписал план нанесения ударов стратегическими ракетными войсками». Для начала — по Южной Корее и американским базам не только на Гавайях и Гуаме, но и на материковой части США. «Третья мировая война!» — вслед за Пентагоном заохали в мировых столицах. Апокалипсис поначалу как-то рассосался: мол, трудности перевода с языка чучхе на общецивилизационный ввели планету в заблуждение. А потом «переводчики» сообщили вдруг, что власти Северной Кореи предложили сотрудникам российского посольства и других дипмиссий рассмотреть вопрос об эвакуации из страны. Опять шутка юмора? Смеяться во всяком случае не хочется.

У постсоветских свои примочки. В наших палестинах отличился — нет, не догадались: вовсе не «сын юриста», а сын муфтия. Рамзан Кадыров предложил запретить выезд за рубеж российским чиновникам. Особенно высокого ранга. На том основании, что эти господа «владеют гостайной». И в самом деле: что если они сбегут не на «Большие Собачьи острова», где прописаны их офшоры, а не дай бог в Америку! А от полноты чувств сболтнут лишнего. Инициатива президента Чечни ввергла в предынфарктное состояние не только ветеранов советской номенклатуры, но и немалую часть госмужей некоммунистического розлива.

Но и тут, кажись, пронесло. Слуг народа примирил с действительностью думец Михаил Старшинов, сбивший накал страстей глубоко философской сентенцией: «Мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг вряд ли приедет и попросит политического убежища, например, в Киргизии…»

И правда: нечего болтать несерьезно о серьезном. Иное дело — легковерные французы. Все парижские СМИ облетела новость, что Елисейский дворец сдается в аренду посольству Катара, а резиденция главы Пятой республики переносится в пригород Нуази-ле-Гран. Дескать, социалисту Франсуа Олланду и его подруге Валери Триервейлер претит жить в особняке развратной фаворитки мадам Помпадур. С переездом президентской администрации в Новый Париж, который создадут по примеру Новой Москвы, и казна от аренды пополнится, и галльская мораль укрепится. Тем же, кто интересовался деталями, предлагалось нажать курсором на кнопку внизу экрана. Клик — и выплывала первоапрельская рыбка: «Привет дуракам!»

В самом деле — полный привет…

Гертруда вернулась

/  Общество и наука /  Телеграф

Возрождено звание «Героя Труда», которое в советские времена народ иронически сократил до «Гертруды»

День за днем и год за годом

Бурный времени поток

Все быстрее задним ходом

Нас несет в родной Совок.

Что когда-то при застое

Весь — от Бреста до Курил —

Был земли одной шестою,

Кто б чего ни говорил.

Я признаюсь вам, ребята,

Подавляя горький вздох,

Что свезло нам жить когда-то

В наилучшей из эпох,

Где, как нынче, не вступали

Мы с натугой в ВТО,

Но детей вовсю клепали,

Сдавши нормы ГТО.

И хоть жили небогато,

Не ходил народ босой,

И хватало до зарплаты

Всем на водку с колбасой.

Мы своим гордились строем

В те далекие года,

Когда каждый был героем

И не просто, а труда.

И в родных своих пенатах

Был почетом окружен,

И мишенью для пернатых

В виде бюста водружен.

По щелчку

/  Общество и наука /  Телеграф

Лентяям больше не придется утруждать себя и вставать с дивана в поисках пульта от телевизора. В скором времени управлять техникой можно будет на расстоянии, взаимодействуя с различными интерфейсами с помощью жестов. Специальный электронный браслет под названием MYO представила американская компания Thalmic Labs. Браслет надевается на предплечье — то самое место, где находятся мышцы, сгибающие наши пальцы. Сложнейшая система датчиков считывает электронные сигналы от сокращения мышц. Эти данные позволяют формировать команды управления. Работает устройство через Bluetooth 4.0. Радиус действия MYO составляет несколько десятков метров. В рекламном ролике создатели продемонстрировали, как легко и просто можно включать музыку и видеоролики на компьютере, а также управлять игрушечным вертолетом. Осталось только обеспечить различные устройства программным интерфейсом, поддерживающим ноу-хау. Начало продаж первой партии устройств запланировано на четвертый квартал этого года. Сделать предзаказ на чудо техники можно уже сейчас. Стоимость его — 149 долларов.

За гранью

/  Общество и наука /  Телеграф

Молдавский историк Вячеслав Стэвилэ нашел причину пьянства своих соотечественников. Оказывается, Молдавия не просто так занимает одно из первых мест в мире по количеству потребления алкоголя на душу населения — в год на жителя страны приходится 20 литров спирта. Историк убежден: всему виной пресловутый граненый стакан, который принесли с собой в 1944 году советские оккупанты. До этого времени, мол, была благодать: на праздниках пили вино из 50-граммовых стопочек. Традиции разрушил вместительный — объемом 250 миллилитров — «стакан Сталина». Он заметно повысил количество потребляемого алкоголя: пить молдаване стали с размахом, да так, что до сих пор не остановятся. Справедливости ради стоит отметить, что историк Стэвилэ не первый раз нападает на ценности советского прошлого. Ранее, работая в комиссии по «осуждению тоталитарного коммунистического режима», он требовал взыскать с России 28 миллиардов долларов за «оккупацию».

Бактарейка

/  Общество и наука /  Телеграф

Биоаккумуляторы скоро станут реальностью. Ученые из Университета Восточной Англии доказали, что бактерии способны вырабатывать и передавать электрический ток через клеточные мембраны. Для этого им достаточно прикоснуться к поверхности металлов или минералов. Для своего эксперимента исследователи задействовали синтетическую копию морских бактерий Оneidensis Shewanella. Ученые выяснили, что взаимодействие бактерий с металлами зависит от особых белков на их поверхности. Их помещали в слой жировых пузырьков, подобных тем, из которых состоит бактериальная мембрана. После этого ученые наблюдали перемещения электронов между внутренней частью с электронным донором и минералом, содержащим железо, на внешней стороне. Микробные топливные элементы имеют большой потенциал. Такой источник альтернативной энергии поможет решить проблему невозобновляемости ресурсов. В будущем, хоть еще и не скором, их можно будет использовать в установках по переработке в электричество отходов домашнего или сельского хозяйства.

Отцы и дети

/  Общество и наука /  Телеграф

Иметь детей представители сильного пола хотят ничуть не меньше женщин, а расстраиваются из-за их отсутствия даже больше. Исследования британских ученых доказали, что половина мужчин от бездетности чувствуют себя одиноко, среди женщин таких лишь 27 процентов. Депрессии на этой почве подвержены 38 процентов сильного пола, среди дам их менее трети. Факт отсутствия наследников вызывает агрессию у четверти мужчин и 18 процентов женщин. Только вот если женщины склонны испытывать чувство вины из-за отсутствия потомства, то мужчин, корящих себя за сей факт, не оказалось вовсе.

Небольшие гонки

/  Общество и наука /  Телеграф

В Республике Тринидад и Тобаго, расположенной на островах в Карибском море, в пасхальное воскресенье состоялся ежегодный фестиваль Козы в Буку. Эти животные скачут не хуже лошадей, правда, пробегают всего сто метров.

Золотой запас

/  Общество и наука /  Телеграф

Ежегодная выставка Gold Expo открылась в Токио. Общая стоимость представленных на ней предметов оценивается в 130 миллионов долларов. Все экспонаты выполнены из чистого золота. Чего среди них только нет: и японская чайная комната, и различные декоративные фигурки, и даже 120-килограммовый слиток. Желающие могут приобрести любой из экспонатов, была бы возможность. Цены на предметы роскоши соответствующие. Например, 30-граммовая фигурка дракона обойдется в 10 тысяч долларов, крохотная чашечка из чайного набора — в 75 тысяч, свадебное кимоно, сотканное из золотых нитей, — в полмиллиона. А цветком (на фото) весом в 4,3 килограмма можно украсить интерьер своего дома за 1,7 миллиона долларов.

: Empty data received from address

Empty data received from address [ http://www.itogi.ru/russia/2013/14/188655.html ].

Держитесь в границах

/  Общество и наука /  Культурно выражаясь

Идея Рамзана Кадырова сделать невыездными чиновников, чтобы те ненароком не разгласили гостайны, общественностью была воспринята всерьез. А вот писатель и бывший советский разведчик Михаил Любимов счел ее той самой шуткой, в которой есть лишь доля шутки

Заявление Рамзана Кадырова о необходимости введения моратория на выезд государственных чиновников высокого ранга за рубеж — это, конечно, шутка. Но шутка очень в духе времени: Кремль еще не начал осуществлять то, чего от него все так давно ждут, но уже всех всерьез перепугал. И, как оно обычно бывает в таких случаях (вспомним cталинскую эпоху), в роли первых потенциальных жертв оказываются сами же представители власти — так сказать, ближний круг.

Допросы Сердюкова, проверки депутатской собственности за рубежом, запрет госслужащим иметь счета в иностранных банках, теперь вот угроза невыезда для крупных чиновников, сформулированная не самим президентом и даже не от его лица, но все равно крайне выразительная и весомая, — все эти события взаимосвязаны. С их помощью власть, с одной стороны, пытается продемонстрировать чиновникам, что их безнаказанность не безгранична и что Большой Брат смотрит на них очень внимательно, а с другой — заигрывает с народом, исполняя очередную вариацию сюжета про доброго царя и злых бояр.

Наивно полагать, будто президент был не в курсе того, что вместо реформирования армии окружение министра Сердюкова занято бесстыдным разграблением выделенных ему на это миллиардов, да и по поводу бывших соратников — того же Юрия Лужкова или Михаила Касьянова, которых поминает в связи со своей инициативой Кадыров, — у власти вряд ли сохранились иллюзии. Едва ли в Кремле не знают, у кого из депутатов за границей имеются виллы и банковские счета, — этой информацией их без особого труда и в любой момент могут снабдить спецслужбы. Просто эти сведения выполняют роль разменной монеты, которую пускают в ход только тогда, когда в этом возникает реальная необходимость. Высшая власть жертвует фигурами или, по крайней мере, применяет к ним методы устрашения с исключительной расчетливостью. И это понятно, ведь конечная ее цель — укрепление собственного авторитета, а также сохранение некоторого баланса между шкурными интересами госчиновников и массовым негодованием по этому поводу.

Между тем очевидно, что раздражение широких слоев населения против тех, кто сегодня олицетворяет или в недавнем прошлом олицетворял собой власть, постоянно растет. Люди, у которых нет денег на то, чтобы провести отпуск хоть где-нибудь, ежедневно слышат по радио и телевидению про слуг народа — нынешних и бывших, которые отдыхают то в Италии, то на Бали, покупают дорогие машины, строят шикарные особняки и ведут бизнес за границей. Надо ли говорить, что все эти милые проказы не прибавляют им народной любви. Именно на этой накопившейся неприязни и решил сыграть Кадыров или те, кто назначил его выступающим.

И тем не менее я сомневаюсь, что инициатива эта будет иметь продолжение. Во-первых, она противоречит Конституции, и хотя у нас к главному закону страны отношение специфическое — как говорится, кому Конституция, а кому севрюжина с хреном, — ради такой мелочи никто ее переписывать не станет. Во-вторых, это было бы все же слишком радикально: в конце концов, власть сама себе не враг и едва ли захочет публично признать себя неблагонадежной особой, которую нельзя выпускать за границу, чтоб не сбежала (а ведь, согласитесь, именно такая интерпретация кадыровской инициативы первой приходит в голову). Да и вообще, основная опора государства — это не те, кто нищ и гол, а все же управленческая элита разных поколений, какова бы та элита ни была. Сирые и убогие должны чувствовать, что к их мнению прислушиваются, — это да. Но всерьез ссориться ради них с элитой, разумеется, никто не станет.

Будем считать, что Кадыров просто пошутил: никто не решится посадить депутатов и прочих облеченных властью товарищей под подписку о невыезде — по крайней мере, в ближайшее время. Однако некоторые предпосылки именно для такой вот идеи были — автор не случайно пригрозил лишить чиновников именно заграницы, а не, скажем, дач, зарплат или казенных автомобилей.

Кадыровские пиарщики поспешили разъяснить, что речь идет в первую очередь о гостайне, которую высокопоставленные госслужащие — в том числе и отставные — якобы могут намеренно или случайно выболтать. Те, кто привык смотреть на вещи глубже, предположили, что таким образом высшее руководство решило прозрачно намекнуть нынешним, бывшим и будущим государевым людям, что прятать незаконно нажитое за границей, рассчитывая, что никто не найдет, — плохая идея. Рискну предположить, что ни первое, ни второе объяснение не является в полной мере верным. Никакой гостайной депутаты да и подавляющее большинство чиновников всех рангов (ну, кроме, может быть, самых первых лиц) не владеют, а значит, и выдать не могут при всем желании. Что же касается нетрудовых доходов, то большая их часть, я полагаю, уже успешно вложена в зарубежные активы и лежит тихонько, дожидаясь своего часа. Скорее всего, своей страннейшей первоапрельской статьей Кадыров хотел всего лишь призвать к порядку тех государственных деятелей, которые на манер депутата Дмитрия Гудкова любят съездить за границу и брякнуть там что-нибудь неожиданное про коррупцию в высших эшелонах власти. А заодно глава Чечни решил напомнить разного рода экс-начальникам, что срок давности на их преступления определяется не чем-то, а исключительно мерой лояльности. Ну что ж, неплохое, в сущности, развитие президентской инициативы с заграничными банковскими вкладами. Не сработало, конечно, но попытка зачетная. Шутка удалась.

Железный отток

/  Дело /  Капитал

«Ожидать радужной перспективы заработать на нашем фондовом рынке не стоит»

Согласно данным Emerging Portfolio Fund Research с начала года с российского фондового рынка международные инвесторы вывели более 720 миллионов долларов. Только за неделю, с 21 по 27 марта, — рекордные за несколько лет 235 миллионов! Неудивительно, что при этом индекс РТС просел более чем на 4 процента. Возможно, такая динамика никого бы и не заинтересовала (в конце концов, не первый раз от нас уходят иностранные инвестиции!), если бы не тот факт, что американские фондовые индикаторы S&P 500 и Dow Jones перебили исторические максимумы.

Почему это происходит? Неужели развивающиеся рынки, в том числе и российский, потеряли всякую привлекательность и уже не предоставляют инвесторам возможность заработать?

Начнем с нас. Причина негативной динамики в первом квартале заключается в том, что Россия сильно зависит от Европы. ЕС — наш главный торговый партнер, потребляющий более 50 процентов нашего экспорта и поставляющий более 40 процентов ввозимых в нашу страну товаров. Поэтому естественно, что происходящее в Европе сказывается на наших ключевых показателях, а именно — на продаже нефти и газа. Вторая причина, на мой взгляд, кроется в ожиданиях инвесторов. Даже если в Европе не произойдет ничего сверхтрагичного, экономика Старого Света все равно окажется под давлением и будет находиться в состоянии если не рецессии, то как минимум стагнации, что повлечет за собой снижение спроса на энергоресурсы. Ко всему этому можно добавить уже ставшие классическими такие наши проблемы, как прохладный инвестклимат и не очень понятная политика в области проведения реформ.

Причины столь бурного оттока денег с российского рынка подтверждаются и нашей статистикой, которая фиксирует существенное замедление темпов экономического роста. Хотя состояние дел в стране и не так плачевно, как в периферийной Европе, тем не менее ожидать радужной перспективы заработать на нашем фондовом рынке тоже не стоит.

Осознавая это, инвесторы переключаются на американские рынки, что находит отражение в их положительной динамике. Тому есть серьезные фундаментальные основания. Все-таки американская экономика в целом показывает поступательное движение и уже по целому ряду показателей вышла на докризисный уровень.

Если в 2009 и 2010 годах мир жил под флагом бурного роста на рынке облигаций, то в прошлом году начался процесс постепенной релокации денег из облигаций в акции. Однако он был избирательным — деньги инвестировались не на всех рынках, а только на тех, где были активы с устойчивыми показателями. Отсюда и покорение американскими индексами исторических максимумов, хотя, как мы помним, в кризис биржевые активы этой страны сильно подешевели. Даже сейчас они продолжают внушать инвесторам оптимизм.

Все это является следствием изменения отношения инвесторов к риску. Если раньше развивающиеся рынки, как считалось, могли обеспечить хорошую доходность при приемлемом уровне рисков, связанных в основном с политическими факторами и проблемами структурных реформ, то теперь отношение капитала ко всей группе развивающихся стран стало более настороженное. Конечно, во многом это связано с тем, что некоторые страны оказались сейчас в непростом экономическом положении, я имею в виду Бразилию и Индию.

Чего же тогда ждать от будущего?

Пока инвесторы предпочитают действовать по старинке и обращают свои взоры на Америку. Экономика Нового Света постепенно выходит из кризиса и будет дальше ускоряться. Она представлена известными компаниями с понятной и ясной историей, поэтому привлекательна.

Но, как известно, история имеет свойство повторяться. Сейчас в какой-то степени репродуцируется картина времен, когда инвесторы свято верили в «бычий» потенциал развитых рынков, а на развивающиеся экономики мало кто смотрел. В прошлом это закончилось инвестиционным и экономическим бумом в странах БРИКС.

Соответственно, если ситуация и дальше будет развиваться по позитивному сценарию, то есть спрос со стороны США будет обеспечивать производство в развивающихся странах, то положительный эффект по цепочке в итоге дойдет и до нас. Но только при условии, что Европа справится со своими проблемами. Конечно, если будет углубление кризиса в Европе, то это достаточно быстро перекроет весь позитив из-за океана, и все рынки сильно просядут.

Тем не менее я продолжаю оставаться осторожным оптимистом и считаю, что ситуация в Европе будет все-таки разрешена. Тогда можно ожидать более позитивного отношения инвесторов к российскому рынку. Мы скорее находимся на пути выхода из этого кризиса, чем на краю новой пропасти.

Ожидает ли российские банки участь кипрских?

/  Дело /  Бизнес-климат

«При тех макроэкономических показателях, которыми обладает Россия, при тех фундаментальных основах, которые сейчас есть у нас, при том состоянии банковского сектора, может быть, мы сегодня одна из самых надежных экономик, обладающих надежной банковской системой», — считает первый вице-премьер Игорь Шувалов. А что думает бизнес? От +5 (не ожидает) до –5 (ожидает)

Сегодня зарубежные инвесторы и банкиры опасаются, что схема спасения кипрской банковской системы будет использована в других странах, что может спровоцировать в ЕС отток вкладчиков. Как результат — дефицит ликвидности в странах ЕС и проблемы с заимствованиями российских банков за границей. Потенциально это так, однако на практике на российском рынке в связи со снижением темпов роста кредитования наблюдается избыточная ликвидность. При этом кредитование граждан российские банки в основном ведут за счет средств, привлеченных на депозиты. Здесь проблем в ближайшей перспективе не предвидится. Более того, не стоит забывать и о возможности перетока части средств российских вкладчиков из кипрских банков на счета отечественных кредитных организаций.

Александр Фалев

председатель правления Росгосстрах Банка

Я думаю, не произойдет, потому что большинство наших банков находится под государственной опекой. В случае чего им будет оказана необходимая поддержка. Именно благодаря этому финансовая ситуация в стране в целом стабильная.

Антон Деменцев

финансовый директор компании PROPLEX

Надеюсь, что нет. Российская экономика намного крепче кипрской, а страна богата ресурсами. У нас сильный регулятор и сильная банковская система. Наши депозиты на порядок доходнее, чем западные. Если говорить о государственных банках, таких как Сбербанк, ВТБ, то это надежный инструмент для хранения денег. Мелкие банки, дающие большие проценты по депозитам, не так надежны. Если хранить там большие деньги, то в случае проблем никакое страхование вкладов вас не спасет.

Сергей Чернин

президент ГК «Корпорация «ГазЭнергоСтрой»

Финансовый кризис 2008 года показал, что российская банковская система достаточно устойчива. Однако это не значит, что у нее нет проблем. Полноценную филиальную сеть, проникающую во все уголки страны, имеет до сих пор только Сбербанк. Малое количество банкоматов в регионах сдерживает массовый переход россиян на безналичные расчеты. Неудовлетворительно работает такой важнейший аспект, как кредитование. Словом, нашу банковскую систему можно сравнить с автомобилем, который хорошо охраняется, но ездить на котором неудобно, обременительно и который в основном стоит в гараже.

Виктор Кухарский

генеральный директор промышленно-консалтинговой группы «Развитие»

Хотя мы и интегрированы в мировую финансовую систему, но не настолько, чтобы проблемы кипрских банков смогли повлиять на российскую банковскую систему. Чтобы быть полностью застрахованным, лучше разложить страхуемые 700 тысяч рублей по разным корзинам. Как мы знаем, существует очень много способов честного отъема денег у доверчивых граждан.

Сергей Филатов

глава представительства компании Pafilia

На мой взгляд, с российскими банками системно такое не должно произойти — в России другая структура экономики и намного более приемлемое соотношение внешнего долга к ВВП. Проблема с кипрскими банками вызвана необходимостью государства найти деньги для обслуживания внешнего долга — такое требование выдвинул ЕС как условие предоставления очередной порции кредитов. В России в ближайшие годы такой сценарий, на мой взгляд, невозможен.

Елена Терехова

заместитель генерального директора «Секвойя Кредит Консолидейшн»

На мой взгляд, нельзя сравнивать Кипр и Россию. Хорошо или плохо, но в России банковская система все-таки подкреплена реальной экономикой, Кипр же всегда был и остается лишь хранилищем денег. Безусловно, ситуация на Кипре является очередным серьезным сигналом для всех: как для правительства, так и для простых граждан.

Андрей Даниленко

председатель Национального союза производителей молока

С Шуваловым можно согласиться. То, что произошло с кипрскими банками, немного коснется лишь наших больших, системообразующих банков, причем не обязательно под ними понимать банки с госучастием. В остальном — все верно. Мнение могу аргументировать следующими причинами: государственные финансы нашей страны в прекрасном состоянии. Дефицит бюджета измеряется долями процента от ВВП, накопленный госдолг в процентах к ВВП — один из самых низких в мире. Также у нас одни из самых крупных в мире ЗВР, а в резервных фондах накоплены достаточные средства. Кроме того, ЦБ имеет значительный простор для поддержки банков в случае серьезного кризиса. Существует консенсус относительно необходимости иметь в стране собственную развитую банковскую систему.

Александр Кузьменко

генеральный директор ИФК «Солид»

Этот вопрос больше относится к макроэкономическому положению страны, чем к состоянию ее финансового рынка. Ситуация с кипрскими банками возникла прежде всего из-за самой структуры экономики Кипра. В случае с Россией банковский сектор — не единственный источник пополнения казны. Наша экономика гораздо сложнее и масштабнее, у нас имеется «подушка», выросшая за годы нефтяного благополучия. Кроме того, российские банки имеют другую структуру активов, поэтому менее подвержены риску оказаться несостоятельными при возможном массовом изъятии клиентами своих депозитов. Исключение составляет разве что Сбербанк, но, для того чтобы потопить Сбербанк, необходимо признать банкротство всей страны.

Мария Литинецкая

генеральный директор «Метриум Групп»

Скорее всего, не произойдет, хотя подобные прецеденты имели место, а запоминается все это надолго. Соглашаясь с Шуваловым, все же думаю, что причины размещения средств за рубежом в большей степени не в отсутствии надежности банковской системы в России. Многие сомневаются в возможности, а самое главное, в желании государства отстаивать интересы своих граждан, в справедливости судебной системы, в способности противостоять тотальному контролю и произволу чиновников. Не говоря уже об удобстве, налогах и кредитах. Поэтому запасной офшорный аэродром видится многим вполне разумным решением.

Два мира

/  Дело /  Капитал /  Загранштучки

За первый квартал глобальный индекс MSCI World вырос на 7,2 процента. Большая часть этого роста пришлась на январь — первую половину февраля, когда стоимость активов по всему миру увеличивалась. Затем, начиная с середины февраля, мировые площадки разбились на два лагеря. В то время как западные индексы показывали неплохой рост и штурмовали абсолютные максимумы, индексы развивающихся рынков находились под давлением.

Лидером роста по результатам первого квартала оказался японский индекс Nikkei, прибавивший около 19 процентов. Американские индексы за тот же период выросли на 10 процентов. При этом индексы Dow Jones и S&P обновили максимумы всех времен и народов. После обновления исторических максимумов американские рынки могут продолжить технический рост в течение нескольких недель. Однако в дальнейшем шансы на коррекцию возрастают. Тем более учитывая текущую напряженную ситуацию в мировой экономике.

Рост европейских рынков в первом квартале был скромным и составил 3—5 процентов. Сказались проблемы периферийных стран Европы и введение налога на банковские депозиты на Кипре. Несмотря на это, индекс немецкого рынка DAX вплотную приблизился к историческому максимуму.

Совсем другая картина на развивающихся рынках. Тамошние индексы в первом квартале падали. Индийский индекс SENSEX и российский ММВБ, например, просели на 3 процента, а бразильский Bovespa — на 7,5 процента. Китайские индикаторы смотрелись чуть лучше — Shanghai Composite и Hang Seng снизились примерно на процент. Последнее можно объяснить сильной перепроданностью китайских акций — они заметно упали еще в 2011 году. Показателен наблюдавшийся отток средств из фондов, инвестирующих в развивающиеся рынки. По данным агентства EPFR, наиболее активно средства выводили фонды, ориентированные на Россию и Бразилию.

Если посмотреть на сравнительные показатели, то бразильские, индийские и китайские компании оценены в 12—15 годовых прибылей (российские — только в 5,5), а компании развитых стран — в 15—25 годовых прибылей. Не такая уж большая разница, но страновые риски существенно отличаются. Экономикам развивающихся стран все меньшую поддержку оказывает спрос со стороны США — американцы начинают меньше потреблять и больше сберегать. Рецессия еврозоны начинает негативно сказываться на странах БРИКС, а внутреннее потребление в развивающихся странах по-прежнему находится на невысоком уровне. Исходя из этого западные рынки по сравнению с развивающимися продолжат выглядеть намного лучше.

Роман с камнем

/  Дело /  startUp

В новом проекте Startup «Итоги» продолжают рассказ о самых успешных и харизматичных предпринимателях страны, которые создали свой бизнес с нуля. Итак, знакомьтесь: основатель «Монокристалла» Владимир Поляков, показавший мировым грандам от электроники небо в сапфирах

Ставропольский бизнесмен Владимир Поляков хорошо известен мировым производителям бытовой техники и электроники. Его завод «Монокристалл» — крупнейшее предприятие по производству сапфиров и сапфировых подложек. Поговаривают, будто сам Apple заинтересовался его экранами для нового поколения iPhone.

— Владимир, вы ведь в бизнес пришли довольно поздно...

— Я окончил Институт автоматизированных систем управления и радиоэлектроники в Томске. По распределению поехал работать на Гомельский радиозавод, строивший антенные решетки самых крупных радаров страны. Проработав там 15 лет, получил направление в Ставрополь на аналогичное предприятие на должность главного инженера. Вслед за мной отправилась моя команда менеджмента из 12 человек. А спустя несколько лет начались рыночные реформы — и завод перестал получать госзаказы. Тогда и понял, что пришло время открывать свой бизнес. В итоге я создал небольшую компанию, арендовав комнату на два окна.

— Где нашли стартовый капитал?

— Стартовый капитал обеспечила проданная машина «Москвич». Но главным была бизнес-идея, она и определила быстрое развитие фирмы. Мы начали поставлять счетчики электроэнергии в энергосистемы. На Ставрополье нашли КБ с опытным производством, на котором стали разрабатывать инновационные по тем временам модели электронных счетчиков электроэнергии. Кстати, мы основали тем самым новое направление в российском приборостроении и не пустили на российский рынок зарубежных производителей. Денег в то время не было ни у кого. Поэтому придумали схему: использовать в качестве оплаты за нашу продукцию электроэнергию, благо у наших потребителей ее было сколько угодно.

— То есть вас кормил бартер. Поясните молодому поколению, что это за высокая технология такая.

— Схема была чрезвычайно сложной, поскольку электроэнергию нужно было не только обменять на материалы и комплектующие для нашего производства, которых насчитывалось сотни наименований, но и заплатить с ее помощью все виды налогов, обеспечить зарплату сотрудникам. Так, скажем, федеральные налоги закрывались поставкой продовольствия в воинские части, региональные и муниципальные налоги — поставкой строительных материалов на коммунальные предприятия, налоги по социальному страхованию — поставкой фармацевтических препаратов в медицинские учреждения, дорожный налог — поставкой шин и автозапчастей предприятиям автодора.

Можно привести пример попроще, когда полученная в качестве оплаты электроэнергия направлялась производителю ДСП. Древесина пересылалась производителю мебели. Он выполнял наш заказ, мы арендовали площади в городе и выставляли мебель на продажу. И только тогда в оборот компании поступали наличные средства, получаемые от конечных покупателей. Итоговая прибыль была внушительной, зачастую превышая сто, а то и двести процентов от стоимости отгруженных счетчиков электроэнергии.

Мы закупали только те товары, которые соответствовали нашей бартерной схеме. Например, мы могли получить газ в Восточной Сибири, поменять его на электроэнергию в средней полосе, затем получить сажу, из сажи сделать шины, шины обменять на автомобили, потом продать автомобили и получить деньги.

Чтобы упорядочить эту сложную схему, пришлось создать департамент строительных материалов, департамент продовольствия, департамент фармацевтических препаратов, департамент мебели, автозапчастей и многое другое. Общей координацией занимался департамент взаимозачетов. Сегодня эта схема может показаться совершенно безумной, но она работала как часы и, что еще более важно, обеспечивала быстрый рост активов компании. И еще: именно эта схема научила нас вести параллельно большое количество проектов и заложила основы многоотраслевого характера нашей компании.

— Сотрудникам-то зарплату платили деньгами?

— Это было самой трудной задачей. Деньги составляли 50—60 процентов, а остальное выдавалось денежными сертификатами, которыми можно было расплатиться в нашем продовольственном магазине. То есть никто не мог сказать, что ему нечем было детей кормить. Сейчас многие уже не помнят, но тогда было именно такое время. Мы жили в этой ситуации с 1995 по 1998 год.

— До кризиса 98-го года какой был процент выручки бартером и какой был в деньгах?

— Свыше 90 процентов средств было получено бартером. С позиции сегодняшнего дня все выглядело довольно скромно. Скажем, в 1996 году объем выручки составил 5 миллионов долларов, при этом наличных средств было недостаточно даже для выплаты всей заработной платы.

— Криминал вставал на пути?

— В 90-е годы мне удалось отгородиться от криминала, может быть, потому, что ему эта тема была неинтересна, это же не «быстрые» деньги. От бытовой преступности спасала служба безопасности. И этот вопрос меня не беспокоил до определенного момента. В 2009 году взорвалась бомба между моей машиной и автомобилем сопровождения. Ни заказчик, ни исполнитель так и не были установлены. Вскоре начали поступать предложения о продаже компании.

— Из кого, кстати, набирали службу безопасности в 90-е?

— В основном из офицеров-отставников.

— И большой был отдел?

— Больше ста человек, которые обслуживали нужды всей компании.

— Как присмотрели завод «Аналог»?

— Моя компания переживала бурный рост, появились ресурсы и потребность в расширении бизнеса. Но в каком направлении развиваться? Я по образованию электронщик, поэтому, увидев стоявший на пороге банкротства завод «Аналог», решил инвестировать в электронное производство. На заводе было несколько подразделений: производство кремния, бытовых фонарей, аккумуляторов и еще был маленький участок по производству сапфира для военной промышленности.

Поскольку предприятие терпело убытки, я решился на сокращение численности персонала. Следующим этапом стало разделение производства на пять бизнес-сегментов. Каждый из назначенных директоров получил указание набрать только тех людей, без которых не обойтись. В итоге из тысячи осталось 300 человек. Постепенно из пяти направлений осталось два — производство композиционных паст для солнечных батарей и сапфировых подложек для оптоэлектронной индустрии. Остальные не выдержали конкуренции, и производство пришлось свернуть.

— Сколько потратили на покупку завода?

— Не буду называть точной суммы, но это были небольшие деньги — меньше миллиона долларов. Если у завода активов, условно говоря, было на 50 миллионов, а долгов — на 60, то сколько он может стоить?

— Когда производство сапфира стало главным дивизионом в холдинге?

— В 2010 году. С самого начала я видел большие перспективы этого проекта. В течение десяти лет мы развивали производство и технологии, ожидая бурного роста рынка светодиодов. Создание технологий и продуктов, а также их продвижение на рынок шло поэтапно, шаг за шагом. Я неоднократно повторял коллективу: «Наберитесь веры, терпения и упорства — на реализацию инновационного высокотехнологичного проекта, возможно, потребуется вся наша жизнь». Один из самых сложных периодов для завода пришелся на начало 2000-х. Тогда мне пришлось взять управление под свой непосредственный контроль. Если кризис 1998 года нам в принципе даже помог и какое-то время завод получал прибыль за счет девальвации рубля, то к 2002 году он стал показывать каждый месяц убытки по 100 тысяч долларов. Я сменил большую часть топ-менеджмента и перешел к непосредственному оперативному управлению. Благодаря антикризисным мероприятиям менее чем за полгода предприятие вышло на уровень безубыточности.

— Это было связано с плохим качеством предыдущего менеджмента?

— Я не могу назвать это плохим качеством. Время было тяжелое, да и опыта не хватало. Мне же удалось такой опыт получить еще в советский период на заводе: мастер, начальник участка, заместитель начальника цеха, главный инженер и так далее. Я знал все о производстве и мог поставить эффективную производственную систему.

Бизнес в области промышленного производства, а особенно в высокотехнологичной сфере, — один из самых сложных видов человеческой деятельности. В нем одновременно действуют десятки процессов: разработка продуктов и технологий, управление маркетингом, продажами, финансами, закупками, запасами, контроль издержек и многое другое. Нужно все звенья рационализировать, а в условиях кризиса делать это параллельно и быстро. В этот период вы работаете как капитан во время шторма — принимаете решения мгновенно.

Затем возникла более сложная задача: выстроить систему, при которой весь менеджмент сможет самостоятельно принимать правильные решения. Нужно было сформулировать политику, наладить процессы, обозначить критерии эффективности — и вот на это ушли следующие 10 лет.

— А когда мировые производители электроники осознали, что им нужны вот эти сапфировые пластины?

— Думаю, что это произошло где-то в 2005 году. До этого момента отрасль производства сапфира развивалась очень медленно. А с 2005-го начался ее расцвет.

Сапфир используется в качестве основы для производства светодиодов, а они в последние годы стали активно применяться в общем освещении, в мониторах и телевизорах. Настоящую революцию произвел Samsung, который запустил масштабное производство сверхтонких телевизоров с большой диагональю, ознаменовав начало эры LED-телевизоров. Мы были готовы к тому, чтобы удовлетворить бурно растущий спрос. Выручка «Монокристалла» увеличилась с 2004 по 2008 год в четыре раза, а за кризисные 2009—2011 годы — еще почти в три раза. Если 8 лет назад выручка направления «Электронные материалы и компоненты» концерна «Энергомера» составляла 16 миллионов долларов, то в 2011-м — уже 168 миллионов. Ожидается, что следующей движущей силой развития рынка может стать применение сапфира в смартфонах.

— Кризис 2008-го тоже сыграл на руку?

— В 2009 году из-за кризиса мы законсервировали 50 процентов мощностей — это единственный случай, когда был приостановлен процесс выращивания сапфира. В 2008 году рынки начали сжиматься, продажи упали. Мы развивались и развиваемся на банковских кредитах, ведем агрессивную политику в области заимствований. В тот момент банки повысили стоимость обслуживания наших займов почти в три раза — с 7—8 процентов годовых до 20 процентов и более.

В целом убытки компании, связанные с ослаблением рубля и кризисом ликвидности, составили 10 миллионов долларов. Возникла реальная угроза финансовой неустойчивости.

Пришлось срочно предпринимать жесткие меры. Мы сократили каждое третье рабочее место, но в то же время увеличили производительность труда в два раза, сократили вдвое запасы, снизили закупочные цены. В итоге это позволило сохранить объем продаж и увеличить долю на рынке, несмотря на снижение отпускных цен.

— За счет чего?

— Мы до этого 3—4 года развивали систему бережливого производства. Ее инструменты и позволили накопить значительные резервы во всех звеньях производственной цепочки. Эти резервы помогли компании выйти из кризиса победителем. А буквально через несколько месяцев рынок пережил настоящий бум. Появились предложения от различных инвесторов. Мы всерьез рассматривали возможность выхода на IPO.

— Как можно законсервировать половину мощностей и при этом увеличить выручку?

— Мы мощности законсервировали на три месяца, а работали весь год, при этом, как я уже говорил, благодаря развитию технологий вдвое повысили производительность труда. Зато 2010 год стал для компании выдающимся: начался стремительный рост рынка, прибыль по итогам года превысила объем прибыли за все предыдущие годы, утроился объем продаж.

— Сейчас рынок опять в стадии стагнации?

— Да, если в 2011-м был небольшой рост, то в 2012-м наблюдался спад. Причина достаточно банальная. В бурно растущую отрасль всегда вливаются большие инвестиции, рано или поздно наступает кризис перепроизводства, и компании уже не могут продать то, что произвели. Тогда начинается ценовая война.

— Какое оружие есть в ваших руках?

— У нас самые передовые технологии и самые низкие издержки на производство в отрасли. Мы снизили отпускные цены на сапфир в четыре раза. Сейчас собственную прибыль не получаем, а скорее работаем на покрытие банковских кредитов и налогов. Главные итоги 2012 года — удвоение объема продаж в натуральном выражении и рост нашей доли на мировом рынке с 20 до 28 процентов.

— Как вы определяете формулу вашего бизнеса — в философском плане?

— Глобальное лидерство, если коротко. Чтобы продавать высокотехнологичную продукцию на мировом рынке и получать прибыль, нужно быть одной из лучших компаний в мире. Нужен очень высокий уровень амбиций как у компании, так и у ее сотрудников. Каждый ведущий технолог и менеджер обязан по должности добиваться отраслевого приоритета и позиционировать себя в качестве одного из лучших специалистов в своей области.

— И что же помогло вам стать тем, кем вы являетесь сейчас?

— Мне кажется, я уже ответил на этот вопрос, но если попробовать еще раз и коротко, то это будет своевременное понимание мною простой истины. Каждый предприниматель, даже если он торгует пирожками с лотка, должен научиться одновременно управлять маркетингом (где и какие пирожки продавать), продажами (как продать их быстрее и больше), технологиями (как сделать пирожки самыми вкусными и недорогими), запасами (чтобы всегда было свежее сырье), закупками (чтобы сырье было качественным и недорогим), финансами (чтобы не быть должником и не остаться без денег), контролировать производство (чтобы в срок произвести продукцию), следить за персоналом (чтобы иметь хороших помощников), держать в узде издержки (чтобы получать прибыль). А самое главное, если ты рассчитываешь на успех, — все процессы должны работать бесперебойно, и пирожки ты должен делать лучше всех хотя бы на своей улице.

— Кстати, когда вы заработали свой первый миллион долларов?

— Если говорить о моей компании, то первый миллион долларов был заработан к исходу второго года ведения бизнеса, если же говорить обо мне лично, то первые дивиденды в таком размере были получены через девять лет с начала бизнеса. А свой первый рубль я помню хорошо. Я заработал его в 5-м классе, когда нас отправили полоть на рельсах траву на щебенке. Именно тогда я и решил стать инженером.

— Вообще что для вас деньги? Мерило успеха или просто приятное дополнение к любимой работе?

— Деньги, заработанные компанией, — это оценка таланта и мастерства ее менеджмента, а деньги, которые находятся в личном распоряжении, — большая свобода выбора, уверенность в лучшем будущем детей.

Добропорядочный

/  Автомобили /  Тест-драйв

Honda Accord — на тест-драйве «Итогов»

Петляя по подмосковным дорожкам на Honda Accord, замечаешь такую странность: на автомобиль никто не обращает внимания. С чего бы, ведь новая генерация еще не успела примелькаться? Неужели «японец» растерял лоск и стал серой мышкой, гомогенизировался с безликой дорожной массой? Отнюдь. Все дело в смене имиджа: если прежние «Аккорды» обладали куда более спортивным обликом и притягивали аудиторию помоложе, погорячее, то новичок скорее придется по сердцу людям семейным, не зацикленным на внешних наворотах.

Оставив в покое вкусовщину, понимаешь: Accord — автомобиль весомых достоинств. Главная его добродетель — царские габариты: седан удлинился на тринадцать с половиной сантиметров, колесная база вымахала на семь. Визуально прибавка практически незаметна, зато салон стал вместительнее. Здесь удачные сиденья — по крайней мере, подушка нужной длины, да и спинка удобная. Кажется, что тысячекилометровый марш-бросок можно преодолеть на одном дыхании без каких-либо последствий. Запас регулировок приличный, руль настраивается по вылету и по высоте — найти удобное положение не труднее, чем плюхнуться в любимое домашнее кресло. Задний диван тоже сделан для людей. Даже если водитель отодвинется по максимуму назад, между спинкой и коленями останется внушительный зазор, правда, этот галерочный рай — как в шалаше, только для двоих. Сидящему в центре придется потерпеть: выступающая перемычка и тоннель не дают расслабиться. А вот к багажнику никаких претензий: он и раньше был не из маленьких, а тут еще 28 литров добавили...

Отделка на том же «высоком идейно-художественном уровне»: материалы по большей части хороши и на вид, и на ощупь. Пластик в меру мягкий, ткань и кожа добротные, единственный спорный момент — якобы деревянные вставки в некоторых версиях, которые при ближайшем рассмотрении оказываются крашеной пластмассой.

Инженеры не стали поднимать подоконную линию в погоне за выразительной внешностью, наоборот — увеличили площадь остекления. С места рулевого видно все, что происходит вокруг. Кстати, чтобы исключить вероятность аварии, хондовцы применили свою систему мониторинга слепых зон. Камера, установленная в нижней части правого зеркала, транслирует на дисплей все, что попадает в ее объектив. Захотелось перестроиться? Включаешь поворотник и сверяешься с картинкой на экране — не висит ли кто в районе заднего крыла. Глазастый помощник деактивируется или, наоборот, запускается кнопкой в торце подрулевого переключателя. Увы, у него есть ахиллесова пята: как и на большинстве подобных устройств, камера не защищена от налипающего снега и грязи из-под колес. Все-таки полностью на технику полагаться не стоит.

Шасси основательно перетряхнули. Вместо двойных передних рычагов в передней подвеске Accord появились стойки McPherson. Казалось бы, зачем отходить от проверенной схемы? Японцы говорят, что длинноходный «Макферсон» лучше подходит для российских реалий (отлично справляется с неровностями), а главное, такая конструкция дешевле в производстве. И действительно, на нашем умеренно экстремальном тесте аккордовская «тележка» показала себя наилучшим образом. Спровоцировать пробой не удалось, несмотря на все старания, к тому же седан не из валких. Honda, словно огромный теплоход, идет по асфальтовым волнам намеченным курсом, не замечая весенних дырок и трещин и балуя тишиной в салоне.

А что в машинном отделении? Силовых агрегатов два, и оба бензиновые. Accord с 2,4-литровым мотором в 180 л. с. и пятиступенчатым автоматом, можно сказать, скромник: 10,1 секунды до сотни вряд ли удовлетворят тех, кто любит азартную борьбу на светофорах. Но и дискомфорта такая динамика не вызывает: для водителя, а не пилота, этого будет достаточно. V-образная 280-сильная «шестерка» объемом 3,5 литра куда шустрее. Прижимаешь правую педаль — и седан как ужаленный срывается в галоп, оставляя на стоп-линии коллег по потоку. Расход при этом более чем приятный: паспортные 9,1 литра, судя по прибору, не так уж далеки от правды. Почему так мало? Оказывается, аппетит портит система VCM (Variable Cylinder Management): автоматика отрубает два-три цилиндра при движении с малой нагрузкой. Отличное решение для тех, кто привык скучать в пробках. Жаль только, что конструкторы слегка прогадали с настройками электроусилителя. На Accord V6 руль немного ватный, ему явно недостает обратной связи с колесами — в отличие от младшей модификации, у которой все тип-топ.

Несмотря на кое-какие помарки, девятый Honda Accord у японцев получился неплохим: комфортным, быстрым, экономичным. Или все-таки у американцев? Ведь машина больше не будет поставляться к нам из Страны восходящего солнца, а прямиком поплывет из Штатов. Европейцам, к слову, повезло меньше: низкий спрос заставил убрать эту модель с рынков Старого Света.

Глаз индейца

/  Автомобили /  Новости

Дизайнеры Chrysler Group заслуживают если не премии, то медали «За храбрость». Едва появившись в Сети, их новый Jeep Cherokee вызвал шквал сомнительных комплиментов. Теперь аппарат 2014 модельного года показался живьем: компания привезла новинку на Нью-Йоркский автосалон. Заодно и по матчасти отчиталась.

С первого взгляда понятно, что красной тряпкой для критиков послужила «улыбка Чужого» — клыкастый передок с узкой многоярусной оптикой. Настоящий пришелец из космоса! Да еще с какой-то недружественной планеты. Слюбится или нет, с точки зрения пиара успех абсолютный: ни один из дебютантов последних лет не вызвал таких жарких споров.

Нынешняя премьера — еще и своего рода возвращение «индейца» на родину. Это у нас история модели почти не прерывалась, за океаном же о «краснокожем» не слышали с начала двухтысячных, когда его место занял Liberty — тот же Cherokee образца 2002 года, что продавался в России, только под другим псевдонимом.

Что мы помним об оригинальном Cherokee? Угловатый, прожорливый кусок металла по прозвищу «кирпич»... Забудьте. Новобранец сверстан из противоречий, приятных, впрочем, основной массе потребителей. С одной стороны — экономичные, но, увы, бензиновые моторы, девятиступенчатый (!) автомат и McPherson в комплекте с задней многорычажкой. Техника скорее для драйва, чем для бездорожья. На другой чаше весов — большие ходы подвесок, внушительный клиренс и отнюдь не паркетная трансмиссия. Инженеры Jeep расплодили столько полноприводных схем и придумали для них столько витиеватых названий, что впору вводить в автомобильных вузах предмет «Джиповедение». Вот и у нового Cherokee аж три варианта снаряжения: постоянный полный привод с одноступенчатой раздаткой (Active Drive I), 4x4 с пониженным рядом (Active Drive II), а в третьей модификации, Active Drive Lock, ко всему этому добавляется еще и блокировка заднего дифференциала. Убежденным гряземесам лучше всего подойдет версия Trailhawk, самая экстремальная. Ее отличительные знаки — заводской лифт подвески, благодаря которому под днищем остается зазор в 22 с лишним сантиметра, солидные углы въезда и съезда (примерно 30 и 32 градуса), полный привод со всеми блокировками и внушительная внешняя фурнитура вроде защитных накладок и красных буксировочных проушин.

Но стоит оказаться внутри Jeep Cherokee, как мастер эпатажа превращается в уютный домик. Грубо сбитый интерьер с поручнем напротив пассажира отправили на переплавку, отдав предпочтение мягким, сложно закрученным линиям. И, уж конечно, былой аскетичностью здесь не пахнет. Пластики софт-тач, алькантара, сиденья с памятью и вентиляцией, огромный сенсорный дисплей на консоли, «нарисованные» приборы, беспроводная зарядка для мобильника — концентрат гламура под стеклянной крышей! Чего стоят одни «предохранители»: помимо десяти подушек и задней камеры с прорисовкой траектории Cherokee зарядили системой автоматического торможения, контролем разметки и мертвых зон, активным «круизом», автопарковщиком.

А вот перечисление моторов много места не займет. Экономным рекомендуют 2,4-литровую «четверку» (186 л. с. и 232 Н.м): если верить американцам, по шоссе такой Cherokee пройдет около 800 километров, не посещая АЗС. Тем, кто подобные агрегаты презрительно именует пакетами сока и ведет счет от трех литров шести «горшков», лучше доплатить за 3,2-литровый V6 Pentastar (271 л. с., 324 Н.м). Это вариация прежнего 3.6, только куда более тихая и бережливая.

Jeep Cheroke скоро начнут штамповать на заводе в Огайо и выпустят на американские дороги в третьем квартале. Охочим до джипов россиянам придется подождать: внедорожник доедет до нас ориентировочно в конце года.

Кандидат в мастера спорта

/  Автомобили /  Новости

«Самый быстрый, маневренный и динамичный автомобиль за всю историю Land Rover», — расписывая достоинства свежеиспеченного Range Rover Sport, британцы не стесняются превосходных степеней. И ведь имеют право!

Если первый Range Rover Sport базировался на платформе младшего Discovery, то этот строился с «Рейнджем» на соседних стапелях. Общий с главой семейства конструктив позволил, с одной стороны, впихнуть в салон третий ряд сидений, с другой — урезать снаряженную массу аж на 420 килограммов. Энерговооруженность такова, что RR Sport разменивает сотню за 5,3 секунды — на одну десятую быстрее, чем Range Rover с аналогичным 510-сильным двигателем, и почти на секунду шустрее уходящей модели.

Несмотря на трехрядность, переизданный Sport обогнал предшественника всего на шесть сантиметров: длина машины — 4,85 метра. Людей практического склада обрадуют 28-сантиметровый клиренс, доработанная пневмоподвеска и очередная версия внедорожного комплекса Terrain Response. А часто ли владельцы Range Rover заезжают туда, где принято включать понижайку и блокировки? Конечно же, нет. Обычно все, что требуется от роскошных «англичан», это распахать «парковочный» сугроб и преодолеть размокшую грунтовку. Вот почему вариантов полного привода отныне будет два: «взрослый» и упрощенный. В первом случае к RR Sport прилагаются пониженный ряд в раздаточной коробке и межосевая блокировка с жестким распределением крутящего момента 50:50. Трансмиссия лайт построена на основе дифференциала Torsen — он перераспределяет тягу от двигателя в зависимости от того, как цепляются колеса.

Изнутри «спортсмен» очень похож на старший Range Rover: та же респектабельная лаконичность, тот же безупречный декор. А это интересно! Вместо шайбы автомата, которую с недавних пор разыгрывают в «Ленд Роверах» и «Ягуарах», на тоннеле примостился селектор-джойстик. Добрый знак: все-таки фокус с выныриванием барашка отнимает доли секунды, не позволяя сразу стартовать.

Кроме того, RR Sport обогатится моторами. Бензиновые 3.0 и 5.0 развивают соответственно 340 и 510 л. с., трехлитровые дизели — 248 и 292 л. с. Позже, в 2014 году, появится 4,4-литровый агрегат на солярке (339 л. с.) и даже... дизель-гибрид! Последний, правда, в Россию поставлять не планируют. Зато первые четыре модификации скоро ждем в гости: дилеры начнут торговать «Спортом» в третьем квартале.

Душевно!

/  Автомобили /  Новости

Кому-то покажется, что автохудожники из калифорнийской дизайн-студии добавили пару мазков к портрету Soul и на том успокоились. Это не так. Да, недавняя реформа не сильно видоизменила самую «душевную» модель Kia: воздухозаборник, скрупулезно срисованный с гоночного концепта Track'ster, переформатированная оптика и щегольская оправа противотуманок не делают погоды. Есть другие бонусы, поважнее. Во-первых, обаятельная кубышка стала длиннее и шире. На два сантиметра растянули колесную базу, добавив всем пассажирам места в ногах, подрастили багажник, увеличили проем пятой двери. Передние стойки, напротив, заузили — это улучшило обзор. Во-вторых, корейцы облагородили список оснащения — чего стоит развлекательный центр на базе Android с восьмидюймовым сенсорным экраном! Ну а отделка салона в некоторых комплектациях сделает честь автомобилю классом выше. Не так уж часто встретишь рояльный лак в компактном городском авто...

Главный же сюрприз скрыт от посторонних глаз. Новое шасси на 29 процентов жестче, значит, можно рассчитывать на приятную управляемость. Тем более что инженеры Kia пересмотрели конструкцию и компоновку усилителя руля, сделав нулевую зону более четкой и улучшив обратную связь. Их коллеги подтянули шумоизоляцию и немного перенастроили моторы: компанию 1,6-литровому GDI в 130 л. с. составит мощный (164 л. с.) двухлитровый движок, причем обе «четверки» стали лучше тянуть на низах. То, что нужно для города? Увы, проверка на дорогах российским фанатам Kia предстоит нескоро: старт продаж намечен на будущий год.

Роскошь не порок

/  Автомобили /  Новости /  Честно говоря

В правительстве наконец-то определились с автомобильным налогом на роскошь. Вместо специальных сборов на сверхмощные машины (раньше предлагался порог в 410 л. с.) введут повышающие коэффициенты для авто стоимостью свыше 5 миллионов рублей. Если автомобиль стоит от 5 до 10 миллионов и при этом он не старше 5 лет, транспортный налог на него увеличится вдвое. Техника подороже, от 10 до 15 миллионов, будет облагаться по тройной ставке, пока не достигнет десятилетнего возраста. Как и суперкары ценой за 15 миллионов, которым не исполнилось 20 лет. Стоимость каждой модели будет определять Минпромторг, исходя из статистических данных и информации о сделках купли-продажи. Лидер Движения автомобилистов России Виктор Похмелкин считает такой подход к налогообложению некорректным:

— Транспортный налог должен быть включен в цену топлива. Этим мы решим сразу две проблемы. Прежде всего это справедливо: кто больше ездит, тот больше платит. Косвенно учитываются и социальные факторы: чем мощнее машина, тем она дороже и тем больше бензина потребляет. Мне близок и немецкий принцип, когда ставки привязаны к габаритам и массе. Логика железная: занимаешь много места на дороге, сильнее других давишь на асфальт — больше платишь. Второй момент — простота администрирования. Одно дело собрать налог с десятков миллионов автовладельцев (собираемость, кстати, составляет всего 50 процентов), совсем другое — с тысяч АЗС. Минфин на это не идет, наверное, потому, что придется сокращать ФНС. Еще надо понимать, что субъекты Федерации вправе многократно уменьшать или увеличивать сумму налога — в результате кое-где даже повышенные ставки будут совершенно необременительными.

Зачем вообще экономически задавливать дорогие автомобили? Чтобы их меньше покупали? Кому они мешают? Может, у меня такой раритет в гараже стоит и я на него просто любуюсь. Почему я должен платить, если на дороги не выезжаю и даже парковочную площадь не занимаю? И потом, налогом на роскошь бюджет не наполнишь, ведь сверхдорогих авто не так уж и много. Если мы хотим, чтобы богатые платили больше, давайте просто введем прогрессивный подоходный налог. Какая разница, на что люди тратят деньги? Много заработал — много заплатил.

Уравнение с одним неизвестным

/  Hi-tech /  Бизнес

Почему на просторном мобильном рынке операторам приходится толкаться локтями?

Как и в природе, на рынке связи началась бурная весна: сменилось руководство «Ростелекома», банк ВТБ выкупил у шведских владельцев российский бизнес Tele2, крупнейшего регионального сотового дискаунтера, а компания «Основа Телеком» объявила о строительстве сети LTE в четырех десятках городов РФ. Неужели отрасль нашла рецепт излечения от застойных явлений в области мобильного широкополосного доступа (ШПД) в Интернет без хирургического вмешательства, то есть расчистки радиочастотного спектра?

Сложение и вычитание

Операцию по выживанию шведов из Tele2 Россия эксперты назвали тектоническим сдвигом в отечественном телекоммуникационном пространстве. Не много ли чести кумиру небогатых провинциалов, которому не дали возможности построить даже сеть 3G, не говоря уж о 4G? «Частоты в диапазоне 1800 МГц по всей лицензионной территории позволяют провести модернизацию до LTE только за счет апгрейда базовых станций, — отмечает Юрий Домбровский, президент Ассоциации региональных операторов связи, — причем это будет самая массовая в мире технология LTE, то есть с самым дешевым оборудованием». Претендентов на этот кусок сразу обнаружилось много, включая «большую тройку». Правда, в истинных намерениях «троечников» эксперты мало сомневаются: это будет не столько покупкой сети и абонентов, сколько устранением с рынка конкурента и снижением ценового прессинга, ранее исходившего от Tele2.

Юрий Домбровский уверен, что замысел архитекторов сделки Tele2/ВТБ заключается в объединении с мобильными активами «Ростелекома»: соединив эффективнейшую «сотовую машину» Tele2 с лучшим в России букетом лицензий и частот, принадлежащих сегодня «Ростелекому», можно вырастить одну из самых крупных и успешных компаний мобильной связи страны. А вот Виталий Слизень, член совета директоров компании INOVENTICA, не сомневается, что Tele2 продолжит жизнь автономным активом, возможно, под другим именем, усиливая конкуренцию: у «Ростелекома» ведь помимо батальона мобильных региональщиков есть еще «Скай Линк», работающий в нижнем диапазоне частот 450 МГц. Но, как отмечает Александр Крупнов, президент Инфокоммуникационного союза, есть и третий путь, который сегодня обретает популярность на Западе: операторы, обескровленные частотными аукционами, сделкам M&A теперь предпочитают создание совместных предприятий. Например, Orange и Vodafone будут совместно строить в Испании высокоскоростную сеть доступа в Интернет, а для связи с абонентами они договорились использовать сеть испанской компании Telefonica.

При использовании такого механизма в нашей стране бывшая Tele2 Россия вполне может остаться независимой госкомпанией, а часть ее ресурсов (после объявления принципа технологической нейтральности, что давно носится в воздухе) пригодится нуждающимся в поддержке. Так, «Ростелекому», выходящему из клинча менеджмента, будут крайне полезны эффективный маркетинг машины сотового бизнеса и виртуозное умение шведов экономить на затратах. И темной лошадке «Основе Телеком» помощь Tele2 также будет весьма уместной.

Что в основе?

Как рассказывает Алексей Ким, гендиректор компании «АйКомИнвест», которой принадлежат 75 процентов акций «Основы Телеком», до конца следующего года сети LTE будут построены в 165 городах, причем не в виде формального присутствия одной базовой станции, а в форме сплошного покрытия всей городской агломерации. На эти цели инвестор планирует потратить до трех миллиардов долларов. И одновременно на этой же инфраструктуре создать еще одну сеть в интересах второго владельца «Основы Телеком» (оставшиеся 25 процентов ее капитала принадлежат Минобороны России), тоже за свои деньги. Заявка настолько амбициозная, что, по мнению ряда экспертов, вряд ли практически выполнимая. Тем более что есть прецеденты — примерно в том же стиле, только без «обременения» силовой составляющей, несколько лет назад заявила о своих дерзких планах Yota.

Сходство прослеживается по многим деталям двух инвестпроектов: строительство сети LTE с нуля, ставка на услуги широкополосного Интернета (для передачи голоса сегодня пока нужна вторая сеть 2G), федеральный масштаб, быстрый захват рынка и даже административный ресурс. Мало кто на рынке сомневается в его наличии у «Основы Телеком» — федеральную полосу достаточно чистых частот не каждый сможет получить без конкурса. Правда, за несколько лет гонора у Yota заметно поубавилось: строительство осложняется скандалами с региональными компаниями, оказавшимися в том же частотном диапазоне, выбор LTE-терминалов совсем небогат, а деньги инвестора иссякают быстрее, чем хотелось. Призванная для поправки финансового и технологического здоровья «большая тройка» повернула дело так, что очертания гордой и независимой птицы Yota стали практически неразличимы на фоне «МегаФона». Но владельцы «Основы» работу над ошибками Yota, безусловно, провели. Например, придумали нетривиальный вариант наполнения рынка LTE-устройствами.

Диапазон частот 2,3—2,4 ГГц, выделенный «Основе», выбрали для развития сетей LTE Китай, Индия и некоторые другие страны. И это отличает бойкого новичка от конкурентов по LTE — под их очищенные частоты производители не спешат разрабатывать модели терминалов, рынок сбыта ведь невелик. Совсем другое дело, когда будущая абонентская база «Основы» сразу оказывается кусочком восьмисотмиллионной China Telecom. По расчетам маркетологов «АйКомИнвест», общий объем российско-азиатского рынка сбыта обещает невысокую стоимость и большое разнообразие LTE-устройств.

«Основа» отказалась от весьма трудоемкой и затратной части строительства магистральных каналов, соединяющих города. «На рынке есть немало операторов помимо «Ростелекома» и ТТК, например регионального масштаба, у которых можно брать ресурсы магистральной сети в аренду, — поясняет Алексей Ким. — Мы провели расчеты и выяснили: стоимость аренды этих ресурсов в настоящее время такова, что строить свою магистраль нам не нужно. Вполне можно арендовать». Правда, Александр Крупнов сомневается, что вопрос магистральной сети легко решить с помощью недорогой аренды свободных региональных емкостей: «Какое качество будет у таких арендованных участков? У «Ростелекома» есть старые участки сети, в частности международные каналы с выходом на Японию, Южную Корею, Данию, которые не способны поддерживать передачу трафика данных LTE, очень критичного к задержкам при передаче по каналу связи». К тому же заявленных трех миллиардов в любом случае не хватит даже на строительство базовых станций по городам и весям. «В течение первых нескольких лет строительства 3G-сетей участники «большой тройки» выложили по 10—15 миллиардов долларов»,— напоминает Александр Крупнов. В общем, куда ни кинь, всюду клин. Но совместное предприятие с Tele2 Россия разрешает множество проблем.

Сила альянса

Tele2 дает «Основе» голос, неплохое региональное LTE-покрытие (технейтральность, напомним, — дело ближайшего времени), а также имидж привлекательного актива, способного привлечь инвестиции. Но не делайте поспешных выводов о том, что «Основа» — это новый отраслевой фаворит, которому создаются оранжерейные условия. Комбинация «Ростелеком» + Tele2 выглядит не менее впечатляюще. А вот вместе «Ростелеком» и «Основа», дополненные ресурсами Tele2, образуют качественно новый расклад сил.

Из двух федеральных активов с разными полосами частот, находящихся под управлением государства, составляются два контура сети для спецпотребителей — только «Основа» создает свою часть впервые, а «Ростелекому» эта функция присуща с начала времен. Два контура резервируют друг друга, обеспечивая повышенную надежность. Причем один заточен на китайский вариант LTE, а второй — на европейский (1800 МГц). Более того, этот вариант выглядит самым предпочтительным. Как рассказывают источники, знакомые с российскими требованиями к сетям связи двойного назначения, физическое разделение гражданских и военных каналов обязательно. Тогда, кстати, становится понятной причина обращения Сергея Шойгу к руководству страны, всколыхнувшее не так давно рынок. В нем содержалось предложение отозвать у «Основы Телеком» право единственного поставщика услуг беспроводного ШПД в диапазоне 2,3—2,4 ГГц для нужд Министерства обороны. «Основа» получила такое право ровно через три месяца после скандального решения ГКРЧ по разделу LTE-частот.

Вполне вероятно, что наблюдаемый ныне большой передел телекомрынка вовсе не сводится к вопросу, кому достанется Tele2 Россия. Разыгрывается многоходовая комбинация, соединяющая в конце концов «Ростелеком» и «Основу Телеком» в формате современной широкополосной сети для абонентов в погонах. А что от всего этого получают граждане? Не останутся ли их интересы на обочине прогресса?

Каждому свое

«АйКомИнвест» обещает гражданам новые сервисные «пряники»: скорость уровня 52 Мбит/с, а также новые необычные услуги, например класса M2M (machine-to-machine): охранная сигнализация, видеонаблюдение, датчики утечки воды, газа и прочее, «умная» бытовая и автомобильная электроника со своими IP-адресами, которой можно управлять со смартфона. Здесь есть свободная рыночная ниша. Хотя сервисы M2M предлагают все ныне действующие сотовики, они концентрируются главным образом на тех из них, которые не требуют широкой полосы пропускания: транспортные приложения, включая навигацию, управление функциями безопасного дома и т. д. — все, что основано на передаче телематических данных. А вот для так называемых M2M-услуг потребительской электроники, скажем, для управления перекачкой тяжелых мультимедийных файлов между домашней, автомобильной и персональной электроникой, требуются широкие каналы LTE. В этой части «Основа» рассчитывает на помощь китайских товарищей. «China Mobile разработала спецификацию и раздала ее всем производителям, чтобы все устройства были совместимы друг с другом и с сетью оператора, — рассказывает Алексей Ким. — Сейчас в ней около 300 типов устройств». Замысел китайцев понятен: навязать формирующемуся рынку свои стандарты связи «умных» устройств друг с другом и с сетью оператора, а также подсадить на них производителей «умных» автомобилей, телевизоров, плееров. А затем предлагать своим абонентам новые услуги по невысоким ценам, как этого требует их национальная стратегия в сфере связи. Вот только списать все у китайцев вряд ли удастся.

Знак неравенства

С одной стороны, по уровню проникновения мобильного доступа в Интернет Россия выглядит на мировой арене очень неплохо. Но с другой стороны, большая часть владельцев мобильников (от 60 до 70 процентов по разным источникам) выходит в Интернет с обычных сотовых телефонов, и голос пока явно доминирует на российских просторах. Склонить эти 60 или 70 процентов к приобретению LTE-девайса и навороченных контентных услуг — дело практически безнадежное, потому что в большинстве случаев скудость потребностей объясняется скромностью соответствующей строки семейного бюджета. Впрочем, как рассказали в «АйКомИнвест», компания и не собирается заниматься этими категориями населения. «Если говорить об отдаленных и малонаселенных территориях, то, думаю, создание инфраструктуры связи в таких местах — это в том числе государева задача, — говорит Алексей Ким. — Есть, например, фонд универсальной услуги, созданный для того, чтобы приводить связь в труднодоступные малонаселенные места. Почему бы не пустить эти средства на развитие инфраструктуры мобильного ШПД?» Мысль не новая. Загвоздка только в том, как трактуют операторы понятие «убыточная территория».

Удивительно, но в некоторые регионы, вовсе не самые бедные, Интернет сегодня приводят только магистральные операторы. Вот на прошлой неделе мэр Якутска пожаловался Дмитрию Медведеву на то, что цена интернет-доступа в городе на порядок выше, чем в соседних регионах, — 1100 рублей ежемесячно приходится отдавать обычному жителю «алмазной» столицы России за канал со скоростью 1 Мбит/c.

Интернет-услуги оказывают там только «Ростелеком» и ТТК. А где же остальные коммерческие операторы, которые, по идее, должны бороться за право предложить свои инновационные услуги «алмазодобытчикам» Якутии? Вполне вероятно, что они давно бы с помощью услуг M2M превратили свои жилища в «умные» дома. Если бы кто-то им эти услуги предложил.

Высокие тарифы на Интернет в таких краях не объяснить одной лишь операторской жадностью. Просто строить сети там очень дорого. Высокая капиталоемкость новых технологий, длительная окупаемость и низкая маржа — вот три кита, на которых стоит сегодняшняя высокоскоростная мобильная связь, отмечает Александр Крупнов. И эти три кита наотрез отказываются проживать в Якутии, а также на Дальнем Востоке, где, по оценкам «Яндекса», стоимость доступа в 12 раз выше, чем в Санкт-Петербурге. Список можно продолжать...

Получается, что российское цифровое неравенство — весьма сложная конструкция, далекая от механического противопоставления города и умирающей деревни. И цифровое неравенство общества формируется не только по линии расслоения доходов, но и на границе доходности для сети коммерческих операторов. Причем для устранения неравенства второго типа есть известное лекарство — госдотации. Ни одна развитая страна не смогла обойтись без казенных вливаний на этапе превращения рынка мобильного ШПД в общедоступный. Но вот что важно: эти средства не закапываются в землю в виде кабелей, идущих к умирающим деревням, а направляются на стимулирование коммерческих компаний к осваиванию телекоммуникационных неудобий. «Отраслевой регулятор должен обеспечить коммерческим операторам возможность развития на неудобных территориях за счет гарантий госзаказа», — уверен Виталий Слизень. С этой точки зрения Минобороны свой госзаказ обеспечило: «Основа Телеком» взялась за работу с гражданами по своей специфической программе. Теперь дело за Минкомсвязью — организовать аналогичную работу своих гражданских операторов. Иначе высокомаржинальные с точки зрения операторов территории станут еще богаче сервисами, а малопривлекательным светит разве что телефон службы спасения 112.

Таганский тупик

/  Искусство и культура /  Театр

«Таганка» — от символа надежды до аллегории безнадеги

В апреле 2014 года Театру на Таганке предстоит отметить полувековой юбилей. Трудно представить себе этот праздник со слезами на глазах. Переступит ли Юрий Петрович Любимов порог родного дома? Какие условия выдвинет? Позовут ли к праздничному столу актеров из «Содружества», среди которых немало основоположников? Да и придут ли они?.. А вдруг, чем черт не шутит, этот день станет днем всепрощения: мэтры отпустят друг другу былые грехи и, взявшись за руки, войдут в историю, где у этого театра уже есть свое почетное место. Как случилось, что легендарная «Таганка» ставшая полвека назад символом надежды нескольких поколений, сегодня превратилась в синоним безнадеги?

Павшие и живые

Пятьдесят лет назад молодые люди, вступившие на эти подмостки, бодро распевали брехтовский зонг «Плохой конец заранее отложен, он должен, должен, должен быть хорошим», естественно, не заглядывая в такую даль. Оказывается, в этих строчках главным словом было не существительное «конец», не прилагательное «плохой», а глагол «отложен». Сейчас историю «Таганки» искусственно то ли заморозили, то ли забальзамировали — сроком на год. Вот так взяли и приостановили естественный ход событий: решением столичного департамента культуры худрука до юбилея не назначать. На первый взгляд решение мудрое, пусть и вынужденное. Начальников можно понять: мэтр возвращаться в театр отказывается, а артисты не желают каяться. Кого-то волевым образом назначить худруком накануне круглой даты — глупость. Да и кто пойдет? Печально, что переговоры о сценарии юбилейных торжеств начались фактически над гробом Валерия Золотухина, взвалившего на себя по просьбе товарищей крест руководства театром после ухода Любимова. Не по-людски как-то. Дни его были сочтены, и трудно понять, почему нельзя было отложить обсуждение столь деликатной темы.

История всякого славного театра обычно распадается на два этапа: жизнь и легенда. Только в театральном мире легенды на долгие времена переживают своих создателей и сохраняются в памяти потомков. Эпопея «Таганки» по-своему беспрецедентна: театр увенчали нимбом еще при жизни ее основателя, многих его соратников и даже зрителей. Долгожительство сыграло с театром злую шутку. Публика, родившаяся в последние десятилетия прошлого века, порой не понимает, чем мы так восхищались полвека тому назад. Приходится оправдываться, совершая длинные экскурсы в уже совсем другую, вовсе не театральную историю. Скандалы и разборки, отзывающиеся болью в сердцах тех, кто дышал в этом зале воздухом свободы, вызывают у новых поколений лишь презрительное пожимание плечами. Легенда, как теперь принято, разрушается в режиме онлайн, что, быть может, и есть самое горькое в происходящем. И этот процесс нельзя ни отложить на год, ни заморозить.

Товарищ, верь!

«А все-таки она вертится!» — восклицал Владимир Высоцкий, исполнявший роль Галилея в спектакле по Брехту, спустя всего два года после открытия театра. С этой премьеры начала складываться еще одна легендарная судьба, накрепко связанная с Театром на Таганке. Такие биографические узелки здесь завязывались один за другим. Теперь уже никто не помнит, как долгие годы Любимова упорно упрекали в том, что он пренебрегал индивидуальностью артистов, что те — лишь краски в его палитре. Теперь в это трудно поверить, стоит только начать перечислять имена. Валерий Золотухин, Владимир Высоцкий, Алла Демидова, Николай Губенко, Леонид Филатов, Вениамин Смехов, Семен Фарада, Иван Дыховичный, Мария Полицеймако, Зинаида Славина, Татьяна Жукова, Виталий Шаповалов, Рамзес Джабраилов, Борис Хмельницкий, Инна Ульянова, Феликс Антипов, Любовь Селютина... Кого-то помнит только театральная публика, но от этого масштаб их таланта меньше не становится.

Это глубокое заблуждение, будто авторский режиссерский театр обезличивает исполнителей, нивелирует индивидуальности. Неожиданной выдумкой можно блеснуть разок-другой. Тем же, кто бежит на длинную дистанцию, нужны соавторы. Достаточно вспомнить, какие художники, композиторы, артисты были рядом с Мейерхольдом или Вахтанговым, ныне смотрящими с портретов на публику в фойе Театра на Таганке. Любимов со страстью коллекционера тоже собирал вокруг себя яркие личности и неповторимые таланты. Его соавторами стали и Давид Боровский, и Эдисон Денисов, и Владимир Мартынов. «Доверие раскрепощает. Абсолютное доверие раскрепощает абсолютно. Обоюдное уважение. Никакой фальши. Никаких обид. Как же, как же? В театре обижают с утра до вечера. А вот так! Ни-ка-ких. А по части честолюбия? Да упаси Боже. Труд с утра до ночи. Азарт пополам с иронией... Доверие творило чудеса. Так было долго. Лет двадцать. Для театра живого — с избытком», — свидетельствует главный соавтор Мастера Давид Боровский, три десятилетия остававшийся рядом.

А чудесами оказались собственно спектакли. Театр проходил через естественные кризисы, но на следующем витке вновь безошибочно улавливал интонацию, созвучную времени. И вовсе не фигами в кармане он привлекал свою публику, как теперь принято говорить. Конечно, дерзкое фрондерство щекотало нервы, но все же изначально это был театр поэтический, а не политический, не лозунговый. Беспощадный и сострадательный одновременно. Вот только объекты сатиры и сочувствия здесь не соответствовали официальным стандартам. Как теперь объяснишь молодым, чем могли смущать начальство, допустим «Павшие и живые», воскрешавшие поэтов, погибших на войне? Или «А зори здесь тихие»? Представьте себе — милосердием. К тому времени уже с полвека как не только понятие это забыли, но даже слово из языка выпало. Все тот же Боровский рассказывает, что, работая над «Зорями», долго приставал к Любимову с вопросом, о чем будет спектакль, какая, мол, сквозная мысль. «Да жалко их!» — блистательный ответ на такой всегда искусственный вопрос... Поскольку Любимов сам был таким, так чувствовал, это все и запечатлелось в истории первых десяти таганских лет» .

Считается, что после шумного успеха «Мастера и Маргариты» начался кризис, возможно, незаметный для стороннего наблюдателя, но отмеченный многими, кто был внутри. Театр из культового, как принято говорить теперь, превратился в модный, что резко поменяло лицо зрительного зала. И, безусловно, атмосферу в труппе, где шеф, как его называл Высоцкий, начал устанавливать дистанцию между собой и «шпаной», теряя самоиронию. Проходных спектаклей стало больше, но оба трифоновских — «Обмен» и «Дом на набережной» и чеховские «Три сестры» вновь стали событиями, возвращая в театр публику, искавшую моральные ориентиры в циничное застойное время. К ним надо было бы добавить «Вишневый сад», поставленный Анатолием Эфросом. Но эфросовский сюжет с его трагическим финалом — отдельная тема.

Второй, двадцатилетний юбилей театр не праздновал. В восьмидесятом умер Владимир Высоцкий. Спустя год запретили спектакль, посвященный его памяти. В 1983-м, проиграв сражение за «Бориса Годунова», Юрий Петрович уехал на постановку за границу и вскоре был лишен гражданства. Тогда казалось, что навсегда. И что в истории любимовской «Таганки» поставлена жирная точка.

Антимиры

После кончины Эфроса, ненадолго возглавившего осиротевшую труппу, артисты выбрали вожаком Николая Губенко, считавшего своей миссией возвращение в родной дом отца-основателя. На дворе была перестройка, и ветер надежд вздымал паруса. Когда Любимов в 88-м году приехал в Москву еще гостем, в театре его встретили дружным скандированием: «Оставайтесь! Оставайтесь!» Как говорится в таких случаях, ничто не предвещало. Начали восстанавливать запрещенные спектакли. Сначала «Живой. Из жизни Федора Кузькина», где главную роль мужика, вышедшего из колхоза, играл Валерий Золотухин. Эту премьеру от когда-то несостоявшейся отделял 21 год. И хотя срок давности возобновленных «Высоцкого» и «Бориса Годунова» был не столь велик, эффекта разорвавшейся бомбы не случилось. Им отдавали почтительную дань. Пришли другие времена, взошли другие имена. И были они вовсе не театральными. В 90-е многие театры опустели, и «Таганка» не стала исключением. К тому же Любимов, связанный контрактными обязательствами, в театре появлялся нечасто. Последовавший вскоре скандал Николай Губенко объясняет так: «Истосковавшаяся по работе труппа продолжала прозябать в отсутствие новых спектаклей... В декабре 92-го труппу залихорадило, поползли слухи: Любимов собирается приватизировать театр (о чем уже существует проект контракта с мэром Поповым), перевести труппу на контракты... В результате этого большая часть актеров, вместе с Любимовым создававших знаменитые спектакли «Таганки», а потом в течение пяти лет преданно ждавших опального Мастера, оказалась бы на улице. Согласитесь, что актеры, отдавшие этому театру 25—27 лет жизни, в случае законодательного разрешения приватизации театра вправе были рассчитывать на участие в его акционировании. Но Юрий Петрович распорядился по-иному...» Любимов все разговоры о намерении приватизировать театр отрицает, а на необходимости контрактной системы теперь уже не один он настаивает. Можно было бы сказать, что это классическое столкновение совкового понимания справедливости и новейших бестрепетных рыночных отношений, но что-то мешает встать безоговорочно на чью-либо сторону. В новообразовавшееся «Содружество актеров Таганки» ушли 36 человек, среди которых оказался почти весь премьерный состав «Доброго человека из Сезуана». Справедливость, может быть, и восторжествовала, но только театр без Мастера они построить не смогли и, если тяготились прозябанием в старых стенах, вряд ли были осчастливлены в новых. Однако и по ту сторону баррикады жизнь не очень-то налаживалась. Абсолютное доверие сменилось взаимной подозрительностью. А главное — редели ряды соавторов. В 90-м сыграл свою последнюю роль на «Таганке» Вениамин Смехов. Вскоре после раздела тихо отстранилась Алла Демидова, вроде и не ушла сразу, а как-то перетекла в свой Театр А. Комментировать происходящее на «Таганке» избегает. Как избегал и Давид Боровский, продержавшийся рядом с Мастером дольше других. Только после его смерти сын опубликовал заявление Давида об уходе, датированное 26 ноября 1999 года. Оно завершается P. S.: «Остается только удивляться, Юрий Петрович, что во времена жестокой советской диктатуры в Театре на Таганке вы УТВЕРЖДАЛИ, что было совсем, совсем непросто, свободу, демократию и открытость, как в художественном, так и в житейском смысле. Как это ни парадоксально (кто бы мог представить!), когда вокруг какая-никакая демократия и свобода, в нашем театре утвердилась авторитарность в худшем ее проявлении. Извините, это не по мне». Последний скандал, случившийся на гастролях в Праге, когда артисты обвинили Любимова в сокрытии гонорара, закончился уходом отца-основателя из театра.

Есть такой медицинский прием — искусственная кома, врачи хватаются за нее как за спасительную соломинку, когда все реанимационные усилия исчерпаны. Иногда помогает. Похоже, именно в таком состоянии сейчас Театр на Таганке. Валерию Золотухину помочь не смогли. В дни, когда с артистом прощались, его близкий друг, с которым он постоянно обменивался письмами, прочитал одно из последних: «Неподсудный (так они между собой называли Любимова. — М. С.) останется Неподсудным, что бы ни случилось. Вся грязь, весь скандал исчезнет, яко дым. Но останется его великое искусство».

Безусловно, так и будет. А пока множатся P. S. 5

Резьба по жести

/  Искусство и культура /  Книга

Почему детские книги сегодня все чаще говорят о недетских проблемах?

Завтра у девятилетнего Саши Зайчика важный день: он должен стать пионером, причем галстук ему самому и его одноклассникам повяжет не кто-нибудь, а Сашин папа — настоящий коммунист и герой органов, лично разоблачивший не один десяток вредителей. На дворе 1937 год, ночью папу арестуют, а сам Саша на торжественной линейке, неловко махнув знаменем дружины, случайно отобьет нос у бюста Великого Вождя и Учителя... Любой человек, захвативший обличительную эпоху 80—90-х годов, читал немало подобных историй, а потому отлично знает, к чему ведут такие зачины, и едва ли будет сильно впечатлен. Но вышедшая на днях повесть театрального художника Евгения Ельчина (он же выступил и в роли иллюстратора) «Сталинский нос» рассчитана на детей младшего и среднего школьного возраста, ровесников злополучного Саши... Историческая трагедия таким образом перемещается из области взрослой рефлексии в поле детского осмысления, восприятия и — в перспективе — обсуждения. Книга Ельчина не без оснований претендует на звание первой детской книги о сталинизме и репрессиях. Однако она продолжает и развивает более широкий тренд.

Тенденция, предписывающая посредством художественной литературы как можно раньше включать детей в контекст взрослых проблем, сюжетов и отношений, зародилась несколько лет назад и с тех пор только набирает авторитет среди вдумчивых родителей. У этого процесса есть несколько возможных объяснений. Так, по мнению Юлии Загачин, директора издательства «Розовый жираф» (именно там вышел «Сталинский нос»), это результат общего увеличения количества детских книг по сравнению с катастрофическим провалом 90-х годов. «Появление книг на так называемые трудные темы — это логичное следствие того, что книг вообще стало больше, — полагает издатель. — У юного читателя появляется выбор, и он закономерным образом хочет читать в том числе и о тех проблемах, которые переживаются в жизни». По мнению педагога и переводчика детской литературы Ольги Варшавер, интерес детских авторов к «недетским темам» связан в первую очередь с тем, что окружающая жизнь становится все более жесткой: «Пропасть между литературой и жизнью все заметнее, и мудрые люди ее не углубляют, а перекидывают какие-то мостки, готовят детей к встрече с реальностью».

А вот с точки зрения психологии никаких «тяжелых» или «страшных» для детского восприятия тем в принципе не существует — есть лишь темы, на которые трудно говорить самим взрослым, да недетские методы их подачи. «Представления ребенка о «страшном» или «запретном» — это культурный конструкт. Младенец на рефлекторном уровне боится буквально нескольких вещей — например, черно-оранжевых полосок в окрасе животных, — рассказывает семейный психотерапевт Екатерина Кадиева. — Про все остальные страхи он узнает от нас, взрослых. Поэтому нет ничего страшного или вредного в том, чтобы говорить с ребенком на «страшные» или «неудобные» темы — такие, как, например, смерть. Главное в этом разговоре не перегружать ребенка собственными негативными эмоциями и страхами, избегать излишних подробностей, стараться делать это в доступной и комфортной для него форме».

Секс, наркотики, рок-н-ролл

Тем, о которых не принято сегодня говорить в книгах с детьми, практически не осталось. Застрельщиками выступили скандинавы. Опираясь на традицию, восходящую еще к прозе Астрид Линдгрен, они начали одну за другой выдавать детские книги, повествующие о вещах сугубо недетских. Писательница и художник-иллюстратор Пернилла Стальфельт решилась поговорить с детьми трех — пяти лет о смерти («Книга о смерти»), о любви во всем ее многообразии («Книга о любви»), а также о толерантности и различиях между людьми («Одного поля ягоды»). Катерина Януш и Мерви Линдман взялись ответить на краеугольный вопрос «Откуда берутся дети?» — их иллюстрированная книга «Как я появился на свет» остается безусловным бестселлером на протяжении восьми лет. Мария Парр в повестях «Тоня Глиммердал» и «Вафельное сердце» осмелилась достаточно жестко и прямо говорить с детьми о смерти близких и переживании утраты. Анника Тор в трилогии «Остров в море» обратилась к истории Холокоста. А Мони Нильсон-Брэнстрем в серии книг о мальчике по имени Цацики в деталях рассмотрела крайне нестандартную семейную модель.

Впрочем, скандинавы недолго удерживали пальму первенства: очень скоро в пробитую ими брешь устремились авторы из других стран. Немка Беате Тереза Ханика в нашумевшей повести «Скажи, Красная Шапочка» исследовала вопрос сексуального насилия в семье, француженка Мари-Од Мюрай романом Oh, boy! разом фактически закрыла для детей темы СПИДа, наркомании, гомосексуализма и сиротства, а ее соотечественник Жан-Клод Мурлева («Зимняя битва») и американка Лоис Лоури («Дающий») и вовсе ухитрились протащить в детскую литературу жанр антиутопии... В России «недетской детской» прозы пока пишут немного, однако появление таких книг, как «Где нет зимы» Дины Сабитовой (об усыновленных детях) или «Класс коррекции» Екатерины Мурашовой (о трудных подростках), говорит, что массовый расцвет этого типа литературы у нас дело ближайших нескольких лет.

Но дискуссия о том, не лишаем ли мы детей детства, заставляя их раньше времени читать о болезненном и неприятном, пока не завершена. Так, минувшим летом выход в России уже упомянутой книги Беате Терезы Ханики «Скажи, Красная Шапочка» сопровождался скандалом: многие критики сочли этот роман жестким и не подходящим для подросткового чтения. Должны ли какие-то темы оставаться для детей табу и не приведет ли отказ от «цензуры» к преждевременному и болезненному взрослению, обсуждают и родители, и издатели, и психологи. Юлия Загачин считает, что для опасений нет причины. «Я всегда была с родителями рядом: и когда приходили гости и велись разговоры обо всем на свете, и когда они ездили в больницу к своему искалеченному в аварии другу, и «Архипелаг ГУЛАГ» они дали прочитать мне, когда читали его сами, — рассказывает издатель. — Они не создавали специальной детской среды для меня. Я считаю, что ребенка лишить детства невозможно. Можно относиться к нему либо как к человеку, либо как к беспомощному новорожденному, которого нужно постоянно опекать и ограждать от жизни. Во втором случае сложнее требовать от выросшего ребенка ответственных решений». Да и вообще некий обобщенный «юный читатель» — абстракция сродни средней температуре по больнице. «Я не верю в существование такой категории, как «дети». Дети — это очень разные люди, они делятся на разные целевые аудитории точно так же, как и взрослые, — полагает писательница Линор Горалик. — Бывают дети, для которых книги про страшное или больное в определенный момент оказываются очень кстати. А других детей эти же книги могут никогда не взволновать».

Книги надо выбирать в соответствии с возрастом ребенка, причем возрастом внутренним, а не календарным: порой всего один год разницы способен предопределить разное восприятие одних и тех те сюжетов. И не обязательно, чтобы переход от поэтичных сказок к суровой реальности был резким. «Есть такая замечательная писательница — Кейт ДиКамилло, — рассказывает Ольга Варшавер. — В своих книгах она вообще-то говорит о вещах достаточно страшных и серьезных — об утрате близких, об одиночестве, о жизни во враждебном окружении... Однако делает она это в такой смягченной, сказочной форме, что ребенок не ухается с размаху в яму реальности, но получает возможность выйти в некое особое пространство, где все соответствующие эмоции переживаются глубоко и полно, но при этом отстраненно, а значит, нетравматично».

Никогда не разговаривай с незнакомцами

И все же энтузиазм, с которым родители порой подталкивают своих детей к «недетским» книгам, заставляет заподозрить их в некоторой корысти — часто родители пытаются «заговорить» собственный страх, убедить себя в том, что их ребенок предупрежден о возможной опасности, а значит, готов к встрече с ней. К примеру, родители часто говорят с детьми о том, что пугает их самих, а не о том, что опасно по-настоящему. «В Америке в 1970-е была традиция, получившая название stranger danger, — рассказывает Линор Горалик. — В книгах, фильмах, телешоу детям внушалось, будто главную опасность для них представляют незнакомцы — с ними нельзя было разговаривать, у них нельзя было брать конфеты и т. д. Впоследствии исследования показали, что от 60 до 80 процентов случаев насилия (любого — от сексуального до психологического) совершаются не чужаками, а знакомыми или родными. Родители не были готовы сказать своим детям: это может быть кто-то, кого ты знаешь. И как результат Америка до сих пор расхлебывает эти проблемы. Целое поколение, выросшее в ужасе перед незнакомцами, оказалось не готово к встрече с истинной опасностью».

Однако говорить о том, что родители потакают только собственным страхам, тоже не вполне корректно. «Мы же даем детям образование, правда? — рассуждает Ольга Варшавер. — И чаще всего в этом случае инициатива тоже исходит не от ребенка. Понимание того, как устроен мир, исторического прошлого нашей страны — все это должно войти в генетический код и память, даже если на первых порах покажется болезненным. Детям же делают прививки, хотя укол — это больно». Кажется, эту точку зрения разделяет государство. Несмотря на панику, охватившую издателей после принятия скандального закона о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию, никаких практических шагов по его реализации в деле книгоиздания до сих пор не предпринято. Ни одна — даже самая смелая и нетрадиционная — книга не стала объектом идеологического преследования из-за потенциальной тематической «вредоносности». Конечно, можно параноидальным образом предположить, что у властей просто пока не доходят до этого руки. Однако, как показывает практика, подобная сдержанность скорее означает негласную поддержку со стороны властей. А значит, тенденция говорить в детских книгах о важном и трудном пришла к нам надолго.

Поколение «Ку»

/  Искусство и культура /  Кино

Георгий Данелия: «Я остался в Советском Союзе. Я в это новое государство не могу переехать»

Георгий Данелия завершает свою режиссерскую карьеру дебютом в анимационном кино. Фильм «Ку! Кин-дза-дза», как нетрудно догадаться, генетически связан с легендарной культовой картиной «Кин-дза-дза!», которой больше четверти века. Кстати, уже в том фильме Данелия, прекрасный рисовальщик, предполагал, что наравне с актерами на экране будут действовать анимационные персонажи. Однако тогда это оказалось технологически невозможным. Работа над мультипликационной версией «Кин-дза-дзы» заняла много лет: деньги то находились, то заканчивались, группа переезжала с места на место, расходилась и сходилась… К тому же известный всем перфекционизм режиссера заставлял всех работать тщательно, без авралов. Новая «Кин-дза-дза» не ремейк старой, хотя скелет истории, которую когда-то Данелия придумал вместе с Резо Габриадзе, остался. Вместо прораба дяди Вовы, сыгранного Станиславом Любшиным, и студента со скрипочкой, сыгранного Леваном Габриадзе, на планету Плюк из Москвы попадают всемирно известный виолончелист Владимир Чижов и его племянник Толик из Нижних Ямок, мечтающий о карьере диджея. Жители планеты Плюк, чатланин Уэф и пацак Би, в мультфильме не очень похожи на людей — все-таки инопланетяне. Будет здесь и еще одна раса — те самые «фитюльки», которых в 80-е не удалось нарисовать в игровом фильме.

Георгий Николаевич всегда не любил давать интервью, считая, что за него говорят его фильмы и книги. Однако «Итогам» удалось разговорить гения отечественной комедии, рискнувшего представить себя зрителям в новом жанре.

— Георгий Николаевич, как вы себя чувствуете в роли режиссера-аниматора?

— Я рад, что картину удалось доделать. А то мне было так горько, что мой первый анимационный опыт станет бесславной точкой в моей карьере. Сейчас я посмотрел фильм, и мне понравилось.

— Фильм «Кин-дза-дза!» вышел на экраны в 86-м году. Началась перестройка, вскоре распался Советский Союз. «Кин-дза-дза!», как мне кажется, дала советской номенклатуре удар под дых, выставив ее смешной: все эти малиновые штаны, два раза «Ку!»...

— Дело в том, что мы, работая над картиной, не имели в виду конкретно СССР и советскую власть. Природу истребляли не только в Советском Союзе, и единоличная власть была не только у нас, да и пацаки и чатлане — это вечные персонажи, были, есть и будут всегда. И язык беднеет не только в нашей стране, отсюда появились «Ку!» и «Кю!»… Но сценарий, а потом материал вызывал у чиновников страх. Это когда мы сдавали фильм, уже перестройка началась. А когда мы его снимали, даже надежды на перемены не было. Мы начали снимать при Брежневе, и к нам приставали с тем, что мы намекаем в фильме на огромные портреты генсека, которые были в СССР повсюду. Помните, большой шар в фильме? Чиновники сочли это намеком на портрет вождя. Потом, когда Брежнев умер, верхи часто сменялись, и начались новые страхи. Прибежал наш художник: нам надо менять «Ку!» на другое сочетание, потому что к власти пришел Константин Устинович Черненко, и получается, что КУ — это инициалы генсека…

— Потом пришел Горбачев.

— Да, Горбачев. И внедрил сухой закон. А у нас в фильме студент Гедеван вез чачу. И вот мы придумали такую глупость, что он вез винный уксус. Ну скажите, какой идиот будет таскать с собой в портфеле огромную бутылку уксуса?

— Вот это «Ку!» и «Кю!» придумал сценарист Резо Габриадзе?

— Вы знаете, если вы спросите меня — скажу, что я. Если спросите Габриадзе, он скажет, что придумал он. И мы оба будем откровенны. Мы с ним работаем уже как волейболисты. Пас туда, пас сюда. И когда перебирали «ку», «кю», «кэ», «ка», то кто там уже сказал: «Давай будет «Ку!», уже невозможно выяснить.

— Как вы думаете, изменилось ли что-то? Сейчас ведь из-за денег в песок готовы превратить все, что угодно, даже людей.

— Это всегда было. Человечество постепенно губит землю. У нас-то в фильме был оптимистичный финал. Все-таки планета Плюк крутится. А мы, мне кажется, не позволим, чтобы наша планета крутилась. Мы ее так уничтожим, что она разлетится по кусочкам по всей Вселенной.

— Георгий Николаевич, а почему все-таки вы решили спустя 25 лет вернуться к фильму «Кин-дза-дза!», да еще в виде мультфильма?

— Идея сделать мультфильм возникла давно. Еще полвека назад. Я делал какие-то наброски — хотел снимать по «Вождю краснокожих» О. Генри. Нарисовал эскизы. Их увидел Леонид Гайдай, с которым мы дружили, и попросил: «Давай я сниму по ним художественный фильм?» Я отдал ему эскизы, и он сделал чудесную картину «Деловые люди». Где-то примерно лет десять тому назад ко мне обратились американцы с предложением переснять «Кин-дза-дзу». Честно скажу, я удивился, спросил: «А зачем?» Мне ответили, что тот фильм в большом прокате никто не видел, а вопросы, которые там поставлены, актуальны и по сей день, и, наверное, пока будет живо человечество, эти проблемы не исчезнут. Потому что люди, к сожалению, не умнеют. Я сначала подумал, может, действительно снять кино, но в итоге отказался. Из-за актеров. Мне сказали, что я могу взять любых актеров, американских или русских. Но я не мог понять, как я возьму кого-то на место Леонова или Яковлева. Подумал, вот если бы это были бы не люди, а мультипликационные герои, тогда, наверное, было бы легче. И мне поступило другое предложение — сделать персонажей Леонова и Яковлева, то есть Уэфа и Би, анимационными, а всех остальных сыграют актеры. Но тогда мне показалось, что без Любшина тоже ничего не получится. В общем, вот так, постепенно, пришла идея снять анимационный фильм.

— Но персонажи ведь все равно срисованы с Евгения Леонова и Юрия Яковлева, и их голоса очень узнаваемы. С чатланином Уэфом, конечно, было легче — у Андрея, сына Евгения Леонова, голос похож на отцовский.

— Я взял его не потому, что есть схожесть в голосе. Я думал и про других актеров на роль Уэфа… Да мы вообще-то рисовали Уэфа совершенно отдельно от Леонова. И, если разобраться, наш анимационный Уэф не похож на персонажа Леонова из кинофильма «Кин-дза-дза!», но в итоге — очень похож. При жизни Женя часто просил меня: «Дай Андрею какую-нибудь хорошую роль». Но как-то не сложилось. Ну вот кого я мог предложить Андрею сыграть в том же «Осеннем марафоне»? А когда Леонов умер, мне попалась газета с опубликованным фрагментом из его книги, построенной в форме писем к сыну Андрею. Там были примерно такие строки: «Дорогой Андрюша! Снимаюсь в картине «Слезы капали» у Георгия Данелия. Дай Бог и тебе встретить на своем пути такого режиссера». И когда я стал работать над мультфильмом, то вдруг сообразил, что нужно Андрея взять и тогда мне будет как-то уютно в моих теперешних отношениях с Женей… Андрей очень хорошо сыграл Уэфа. А роль Юрия Яковлева, пацака Би, озвучил Алексей Колган.

— Понятно, почему озвучивали мультфильм Полина Кутепова, Александр Адабашьян, Вахтанг Кикабидзе, которых вы раньше снимали: они часть вашей жизни. А с Николаем Губенко, который озвучивает Чижова, нового дядю Вову, вы работали впервые...

— Губенко мне рекомендовали. И я остался доволен. Очень хороший актер. Да я сам его хвалил еще давным-давно, когда он сыграл в «Заставе Ильича».

— В мультфильме у вас есть персонаж-подросток. Правда ли, что мальчика Ваню Цехмистренко, который озвучивает этого Толика, нашли в метро совершенно случайно, или все это актерские байки?

— Нет. Мы долго искали мальчика. Если бы мы взяли, например, кого-то из актерской картотеки «Мосфильма» или «Ералаша», то там все говорят примерно с одинаковыми интонациями. В смысле голоса разные, но какие-то похожие, как будто все они из центра Москвы. А наш Толик приезжает из маленького городка Нижние Ямки. И вот когда нашли этого мальчишку, то у него довольно-таки долго не получалось, он с большим скрипом внедрялся. Но он очень достоверный — ему веришь...

— Нет желания послать новый мультик Бараку Обаме? Я где-то читала, что он в детстве любил смотреть кино «Кин-дза-дза!».

— Сначала нужно отправить ему выступление его сестры, которая рассказывала на «Серебряном дожде» о том, что Обама любит фильм «Кин-дза-дза!», и спросить, правда это или нет. Кто его знает? Лучше думать, что это правда, чем знать, что неправда. Приятно же.

— В картине «Кин-дза-дза!» вы показали вещи, которые у любого нормального человека вызывали оторопь. Но вы над этим всем посмеялись. А что сейчас у вас может вызвать оторопь?

— Ну, вы знаете, более реальным за окном, более приближенным к фильму стало отсутствие морали, нравственности, совести. Ведь может какой-то человек, значительный в государстве, сегодня сказать одно, а завтра другое. Врать могут без всякого зазрения. Никто не скрывает, что ворует. И никто этого не стесняется. Раньше, при советской власти, все-таки стеснялись. И боялись. Тоже была коррупция в какой-то степени, были богатые люди, которые тщательно это скрывали… Вот Фурцеву сняли за то, что она построила дачу, а ее зарплаты не хватило бы на это. Значит, где-то она пользовалась административным ресурсом. И за это ее наказали. Сейчас кому-нибудь в голову придет такое? Я скажу так: я остался в Советском Союзе. Я в это новое государство не могу переехать. Когда СССР распался, у меня интервью брал Марк Захаров, и я ему сказал: сожалею, что коммунизм отменили… Потом много было возмущений в прессе по этому поводу.

— Да и сегодня тоже бы возмутились...

— Мне 61 год был, когда развалился СССР и все поменялось. Единственное, могу сказать, что советская пропаганда по отношению к капиталистам оказалась абсолютной правдой. Как и то, что мы всегда знали: западная пропаганда в отношении Советского Союза тоже была правдивой. Мы взяли и оттуда, и отсюда много-много негативного, потеряв по дороге многие вещи, которые были ценными. Для меня в первую очередь это людские взаимоотношения. Когда на первое место выходит КЦ — то, что ты можешь дать в обмен, — и ради этого люди теряют все то, что делало их людьми, это печально. Это даже трагедия... Когда отменили Советский Союз, отменили эту идеологию, мне было обидно. Дело ведь не в социальном устройстве, просто была вера в то, что социализм и коммунизм построим и человек сможет стать лучше. Но вышло, что человеку лучше, когда ему нужно карабкаться по головам других, на этом и построен капитализм. Так что сейчас у меня отняли веру в то, что человек когда-нибудь станет лучше.

— Тогда для кого же вы снимаете?

— Знаете, как анимация создается? По слоям. Вот слой пустыня, слой — сооружения, облачка, персонажи... Для того чтобы получилась общая картина, нужно это все соединить. Если взять мои фильмы, то все они — сказки. Почти во всех оптимизм, нет серьезных катаклизмов, подлости, отвратительных людей. Но это только слой, один из многих. Может, если наложить «Я шагаю по Москве» на «Преступление и наказание» и еще что-то, это и будет наша жизнь. Сегодня мне свой слой вытаскивать довольно-таки трудно. Хилый он какой-то… Думаю, это кино станет хорошей точкой в моей карьере.

В деревню, в глушь!..

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Кино

В прокате фильм «Долгая счастливая жизнь»

Фильм Бориса Хлебникова вдохновлен классикой вестерна — картиной Фреда Циннемана «Ровно в полдень», а названием повторяет режиссерский дебют легендарного Геннадия Шпаликова. Но зрителей, которые помнят и то и другое, у нас, пожалуй, не осталось. Да и сам Хлебников, отбиваясь от кинокритиков, уверяет, что совсем забыл о фильме Шпаликова, а имел в виду одноименный альбом группы «Гражданская оборона» Егора Летова. Но именно тоскливая интонация шпаликовской «драмы некоммуникабельности», которой, по слухам, восхищался сам Антониони, пронизывает его картину.

Тезка Пушкина Александр Сергеич (Александр Яценко) был в городе предпринимателем, но продал магазин, взял ссуду и уехал в деревню. Нередкий сегодня случай, кстати. Взял в аренду землю, засеял картошкой и стал маяться с обленившимися селянами. Завел полезные знакомства среди местной элиты. Даже закрутил роман с блондинкой-карьеристкой Аней (Анна Котова), которая секретарствует в земельном департаменте. Вокруг красота — леса, полные ягод и дичи, бурная река, полная рыбы. А Саша копается в грязи, понукает люмпенизированных пейзан и борется за каждый рубль с закупщиками. Была у него дерзновенная мечта — завести птичник. Но тут в департаменте предложили продать ферму анонимному инвестору, скупающему нерентабельные хозяйства, с хорошей компенсацией и возможностью вернуться в город...

Конечно, все пойдет как у Циннемана, где шериф оказывался один на один со злом. Саша отвергнет предлагаемую ему по сходной цене «долгую счастливую жизнь». Но причины его бунта туманны — его не хотели обмануть, ему подбрасывали выход из тупика. На Берлинале, где фильм Хлебникова был в конкурсе, парой к нему стала «Земля обетованная» Гаса Ван Сента, где герой, сотрудник корпорации, скупающей фермерские земли, чтобы начать добывать газ, отказывается оставаться винтиком системы, построенной на обмане. Однако наш-то Саня просто повелся на эмоции и нежданно-негаданно превратился в убийцу.

Сценарий «Долгой счастливой жизни» писался до протестных митингов, как и предыдущая работа Хлебникова «Пока ночь не разлучит». Но вместе эти две короткие картины явно составляют дилогию о русском протесте, во многом, увы, бессмысленном и беспощадном. Причем оба фильма замечательно снял как оператор Павел Костомаров. А он известный документалист, один из создателей хроникального проекта «Срок», пытающегося объективно разобраться в политическом протестном движении. Бюджет картины составил порядка 40 миллионов рублей, большая часть этих средств была выделена Минкультуры.

Туннельный метод

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Выставка

В центре дизайна ARTPLAY начал работу российско-германский выставочный проект «Научный туннель Макса Планка»

Обычно выставки рассказывают нам о прошлом, в редких случаях — о настоящем, этот же мультимедийный проект переносит напрямую в будущее. Более того, оно даже кажется прекрасным — удивительное по нынешним временам ощущение.

Яркий и динамичный дизайн напоминает здесь о модном стрит-арте, раскрашивающем целые кварталы европейских городов. Архитектурное решение словно перенесено из альбомов периода позднего модернизма. Современные материалы, изгибающиеся формы, неоновая подсветка. Хай-тек здесь смешивается с поп-артом, а все вместе эти интерактивные конструкции выглядят как декорация на съемках фантастического фильма. Именно поэтому посещение выставки становится захватывающим событием, и это характерная особенность современного искусства — не позволять зрителю только созерцать и размышлять, а втягивать его во взаимодействие.

Выставка существует уже 12 лет, за это время на ней побывало более 9 миллионов человек, но экспозиция становится все больше, а география — шире. Посетителями «туннеля» были люди в 29 странах на четырех континентах, да и в России смогут посмотреть на выставку не только москвичи: уже через месяц она отправится в Петербург, а потом и во Владивосток.

Графические объекты и современный дизайн «туннелю» нужны для того, чтобы визуализировать целый ряд абстрактных вещей: Вселенная или материя — не пустые слова, а вполне конкретные фотографии и видеофрагменты, стенды с мини-копией марсохода и какими-то неведомыми приборами из еще не существующего наномира. О том, каким будет этот мир в дальнейшем, рассказывают мультимедийные комплексы. В них — самые разноплановые фильмы-интервью с мировыми знаменитостями.

Впрочем, главное в этой экспозиции все-таки наличие эффектных экспонатов. Большой интерактивный глобус сам по себе арт-объект, который притягивает взгляд, но он еще и показывает, как возникают облака и меняются времена года. Самое же интересное — распознаватель человеческого тела и считыватель настроения. Первый после нажатия на кнопку демонстрирует на большом дисплее не только обращающегося к нему человека, но и то, как в его теле расположены разные органы. Второй глядит бездушной веб-камерой, а говорит чистую правду: мрачно всматриваешься в экран — показывает «сердитый», округляешь глаза — «удивленный», а как только начинаешь улыбаться, диагностирует счастье. Как это работает, конечно, непонятно, но вызывает абсолютно детский восторг. Кстати, молодые люди — это как раз та категория зрителей, которой здесь, наверное, будет интереснее всего: именно в таком мире они живут, мире компьютерных игр, взрывающихся вселенных и современных гаджетов. Билеты на выставку и так недорогие — 250 рублей, но для школьников и студентов вход вообще бесплатный.

Работать экспозиция будет до 3 мая. И тем взрослым, которые когда-то на геометрии и физике писали стихи, вместо того чтобы думать над сложными формулами, непременно стоит на нее сходить. Во-первых, можно поверить в то, что совсем скоро мир станет иным, во-вторых, в очередной раз убедиться в величии человеческого разума. И наконец, светящиеся в полумраке конструкции, родом из фантастических фильмов, — это просто красиво.

Нерукопожатные

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Книга

Вышел в свет новый роман Максима Кантора «Красный свет»

Художник, публицист и прозаик Максим Кантор всегда стремился идти поперек литературного и политического мейнстрима. В книге «Учебник рисования» он попытался поставить к позорному столбу немалую часть творческой интеллигенции. Кантор утверждал, что в постсоветские времена она выполняет политический заказ новой власти так же исправно, как в советскую эпоху заказ власти старой. Тогда многие обиделись. Оценки канторовского двухтомника колебались в диапазоне от «литературного фиаско» до «главной книги десятилетия». Дело было, скорее всего, не в содержании сказанного, а в самом желании коснуться того, о чем рассуждать публично было не принято. Между тем главная задача «Учебника» заключалась не в срывании масок, а в том, чтобы вскрыть «экономический базис» актуального искусства. Именно такое прочтение сам Кантор предлагал в интервью, слегка гиперболизируя свои намерения и соотнося книгу с традицией Марксова «Капитала». При большом желании во всем этом можно было усмотреть определенную прозорливость: два года спустя, в 2008-м, на волне кризиса левые идеи вновь вошли в моду.

Начатую линию Кантор продолжал и в период работы модным колумнистом в журнале «Сноб». Постепенно это привело его к разрыву с либеральной редакцией. Но при этом трудно было не заметить, что в буржуазном жанре интеллектуального глянца писатель в общем чувствует себя неплохо. Считать ли это допустимой мимикрией, хитроумным подрывом дискурса или изменой левой идее, пусть всяк решает сам.

В новой книге Кантор движется ранее намеченным курсом. «Красный свет» открывается сценой банкета у французского посла, наполненной едкой иронией по поводу феномена «рукопожатности». В компании издателей, олигархов, политиков и модных адвокатов (кто хоть одной ногой вхож в тусовку, легко вычислит их реальных прототипов) вдруг оказывается никому не известный следователь Петр Щербатов в сереньком пиджаке. Он пришел не затем, чтобы кому-то предъявить обвинение. Он лишь хочет пообщаться со светской публикой. Но при этом позволяет себе ставить под сомнение некоторые общепризнанные истины: например, что Ленин был немецким шпионом и что среди тех, кто отправился на лесоповал в 30-е (включая старых большевиков), шпионов не было вовсе... Бомонд взрывается праведным гневом и буквально выстраивается в очередь, гротескно протягивая руки гражданину следователю — для наручников, а не для рукопожатия.

Подобных эпизодов в книге хватает. Кантор в очередной раз демонстрирует свое умение попадать в нервные узлы и болевые точки интеллигентского сообщества. Что в принципе немудрено, учитывая огромное количество исторических комплексов и фобий, которые отличают российского «профессионального интеллигента» от среднеевропейского интеллектуала (впрочем, на эту тему уже высказывались многие, начиная с авторов дореволюционных «Вех»). В то же время автор постоянно ныряет в исторические экскурсы, опрокидывая ряд сомнительных общих мест из школьных учебников и проводя смелые, а порой и рискованные аналогии. Его взгляд путешествует из эпохи франко-прусского противостояния в 1940-е, из сороковых в 90-е и нулевые и снова назад, к Отто фон Бисмарку, Наполеону и Фридриху Барбароссе. Кто-то посетует на жанровую и не только пестроту этого романа-эссе объемом более чем 1500 страниц (кстати, это лишь первая часть намеченной трилогии). Но тут все дело не в литературной форме, а в концептуализации. Именно тяга к ней роднит автора, как ни странно, с Виктором Пелевиным, который тоже выпустил новый роман. Но с той существенной разницей, что всероссийский гуру и акын оперирует «триповыми» фантазиями, а Максим Кантор — историческими фактами и наблюдениями за жизнью российского общества в последние 20—30 лет.

Интересно, вызовет ли новая «пощечина» такую же реакцию, как предыдущая семь лет назад. Ведь когда социальной диагностикой занимаются пусть хорошие, но все же сериалы, а на смену салонным скандалам приходят пляски на амвоне и прочий запредел, литератор оказывается перед трудной задачей. Если он решается на прямое высказывание, ему приходится громко кричать, чтобы обратить на себя внимание. Книга Кантора провокационна по сути, но не по форме, и вместе с тем интеллектуальна. Сможет ли сегодняшний читатель извлечь на свет канторовский месседж или отреагируют лишь те, о ком «Красный свет» написан, мы скоро узнаем.

«Итоги» представляют

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  "Итоги" представляют

Ирония судьбы

«Измеряя мир в 3D» (режиссер Детлев Бук) — необычный фильм для сегодняшнего проката. Снят по немецкому бестселлеру, посвящен двум великим ученым позапрошлого века и размышляет об иронии судьбы. Мальчик из аристократической семьи Александр фон Гумбольдт становится великим ученым-путешественником, прожившим большую часть жизни вдали от родины среди опасностей. Мальчик из нищей семьи Карл Гаусс становится великим математиком, просидевшим полжизни за письменным столом в маленьком городке. Оба были селебрити своего времени и чудаками, мечтали о встрече, но состоялась она в конце жизни. С 11 апреля.

Вспомнить все

«Обливион» Джозефа Коссински («Трон: Наследие 3D») был представлен в Москве на высшем уровне: Том Круз с Ольгой Куриленко позировали на снегу под дождем. Потому что Россия один из важнейших рынков для блокбастеров, да и главная героиня — русская. Герой Круза — один из последних землян постапокалиптической эры. Он чинит роботов, которые охотятся на пришельцев, и ничего не помнит про себя: ему стерли память. В общем, «Вспомнить все» встречает «Матрицу» и «Особое мнение», а герой Круза — жену и правду о своей жизни. В прокате с 11 апреля.

Сделай сам

К огорчению поклонников, Михаил Плетнев нечасто садится к роялю, но сейчас у него есть веская причина: маэстро дает два благотворительных концерта в пользу Российского национального оркестра, получившего не так давно статус государственного, но от этого не ставшего богаче. 13 апреля в  14.00 и 19.00 в зале «Оркестрион» в Новых Черемушках меломанов ждут образцы классического русского пианизма. Концерт поддержан Московской филармонией, программа уточняется, но Чайковский будет наверняка.

Чекистская Венера

9 апреля в Мультимедиа Арт Музее в  рамках фестиваля «Мода и стиль в фотографии-2013» открывается экспозиция «Лиля Брик. Несостоявшееся путешествие». В основе экспозиции — сделанные Александром Родченко фотографии самой Брик и Маяковского на фоне автомобиля «Рено», подаренного поэтом своей пассии. На машине они собирались отправиться в дальнее путешествие, но поездка не состоялась: отъехав 40 верст, любовники почему-то вернулись... Можно размышлять, отчего не самая фотогеничная хозяйка советских салонов со связями в самых тайных органах пользовалась таким бешеным успехом у талантливых мужчин... Кто-то же, возможно, задумается лишь о том, как легко было обладателям праворульного «Рено» колесить по московским улицам, не думая о парковке, в 1929 году.

Удар, гол!

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Что в итоге

Одна уважаемая московская газета проводит литературный интернет-конкурс «Открытый чемпионат России по литературе». Все как в высших футбольных сферах: отборочный, групповой турниры и финальная часть с игрой на вылет. Можно, конечно, поерничать, что такой чемпионат может иметь результаты, сравнимые с теми, которые имел бы, скажем, чемпионат мира по боксу по версии Автозавода имени Ленинского комсомола.

Но вообще-то я считаю, что графомания — явление вполне безопасное. Если человек, который мог бы выходить на улицу, чтобы бить кому-то морду или насиловать детей в лесополосе, пишет вместо этого литературные тексты — это уже немало. Благодаря литературе он делает одно, а не другое. Никакого вреда здесь нет. К тому же на любой такой чемпионат вполне могут просочиться тексты хорошего качества. Согласитесь, такое не исключено.

Иногда можно услышать, что попытка оценивать литературу по групповой системе, с полуфиналами и финалами — совсем не удивительный подход в наше время. Что он отражает перемену взглядов общества на литературное пространство, а потому нельзя говорить, что в таком спортивно-атлетическом подходе есть что-то неправильное. Напротив, это очень актуально.

Не знаю. Одно могу сказать: дай бог товарищам из жюри найти в куче текстов что-то хорошее. А принцип игры на выбывание — ну, это дело вкуса. Только желательно, чтобы какой-нибудь нормальный текст не выбыл из соревнования лишь потому, что в жюри окажется человек менее профессиональный, чем автор, которого он станет оценивать.

В принципе я ничего не имею против любых литературных конкурсов. Я и сам состоял в жюри конкурса «Неформат», где по ходу дела неожиданно обнаружились приличные тексты. Правда, принадлежали они профессиональным авторам, ранее где-то печатавшимся. Я всегда с уважением относился к литературным интернет-проектам, хотя процент графоманов там выше, чем в среде тех, кто когда-то обивал пороги серьезных издательств.

К тому же редакции литературных ресурсов чаще всего вполне приличные. Например, сообщество «Литпром», где я начал публиковаться, — это очень жесткая критика и очень хорошая коллективная сила. И на других крупных альтернативных интернет-ресурсах достаточно строгие редакционные коллективы. При этом они считают, что текст, если он не откровенно бредовый, может иметь авторскую орфографию и авторскую фразеологию.

А в целом Интернет — например, Стихи.ру и Проза.ру — удобное пространство, хорошо организованная литературная среда для поэтов, прозаиков и публицистов независимо от степени их талантов. В Сети есть все. Интернет определяет качество текстов сам, но делает это достаточно объективно. Большинство хорошо пишущих людей выходят в офлайн именно из Интернета, так же как из радиодикторов получаются хорошие телеведущие. И наоборот: если ты общепризнанная литературная фигура, то, скорее всего, хорошо известен в Интернете.

Что делать человеку с литературными способностями? Он может отдать свой текст в журнал «Кошки и котята». Может начать делать собственное издание, чтобы печатать в нем себя. Может попытаться попасть на страницы «Нового мира», «Октября» и прочих «толстяков», как это было раньше. Но лично у меня таких проблем нет. Недавно я издал книгу, она продается хорошими тиражами, но у меня нет желания быть большим писателем и издавать по книге в год. У меня в этой сфере опыт скорее негативный, чем позитивный. Так что бумажная литература мне на фиг не нужна. Впрочем, сетевые чемпионаты — тоже.

Во имя Славы

/  Искусство и культура /  Художественный дневник /  Замечено "Итогами"

На прошлой неделе завершился IV Международный фестиваль Мстислава Ростроповича

Это событие одновременно брендовое, узнаваемое и напрочь лишенное оттенка официальности, о чем говорит даже название, где Ростропович присутствует не в качестве «имени», а сам по себе.

«Бронзы многопудье» явно не в стилистике устроителей. И эта выдержанность оказалась тем более кстати, что нынешний фестиваль был окрашен в печальные тона и посвящен Галине Вишневской, которая уже не могла на нем присутствовать. Память великой певицы, человека исключительного музыкального и просветительского дара, нужно было почтить достойно.

Первый день был отмечен исполнением «Реквиема» Верди — репертуарным для самой Галины Павловны, которая пела в нем партию сопрано. Еще в 1960-м запись «Реквиема» с Галиной Вишневской и Симфоническим оркестром Московской филармонии едва ли не пробила брешь в толще железного занавеса — кто-то из западных критиков написал, что, мол, русские умеют делать не только ракеты.

«Реквием» входит в десятку мировых классических хитов, его исполняют более чем охотно, что отнюдь не гарантирует качества и нетривиальности подачи. А заставить слушателя воспринимать хорошо знакомое как в первый раз услышанное — задача неимоверно сложная. Хор и оркестр Teatro Comunale из Болоньи сделали для этого все возможное. Правда, в последний момент пришлось внести коррективы в исполнительский состав. Вряд ли кто-то будет отрицать, что многие в этот день шли на звездную Барбару Фриттоли. Но та неожиданно заболела, и возникла проблема адекватной замены.

Партию сопрано исполнила обладательница «Золотой маски» Татьяна Сержан из Петербурга. Ее трактовка ключевой мессы Libera Me, правда, ничем не напоминала неистовое — и есть мнение, что до сих пор не превзойденное, — исполнение Галины Вишневской, однако демонстрировала тембровое богатство голоса, высокую технику и сбалансированную подачу. Знатоки отмечали и абсолютно аутентичную итализацию латинского текста. Словом, это была отличная, компетентная работа, объясняющая карьерный взлет Сержан на Западе. Замена удалась.

Но гвоздем фестивальной программы все же следует считать выступление Симфонического оркестра Баварского радио под управлением Мариса Янсонса. Один из оркестров-старожилов, основанный в конце 40-х, он воспринимается как живая легенда. И справедливо. Любые определения — такие как «германский звук», «перфекционизм» — недостаточны. Игра баварцев — это максимум того, что может показать симфонический оркестр, спаянный не муштрой и дирижерским диктатом, а соединением музыкантов в единый организм. Стоило послушать Шестую симфонию Шостаковича, которую маэстро Янсонс представил слегка германизированной, но именно тем и интересной. Он чуть убавил «программных» для Шостаковича гротеска и невротизма, чуть добавил в звучание бетховенской страсти и глубины басов, не забыв при этом о нюансах. И это оказалось выигрышным решением. Даже вечных хлопков между частями и тренькнувших пару раз мобильников никто не заметил.

«Фантастическая» Берлиоза, Пятая Бетховена, сюиты из «Ромео и Джульетты» Прокофьева, «Жар-птица» Стравинского в исполнении тех же баварцев и Янсонса звучали, конечно, эталонно, но более предсказуемо и чуть менее интригующе.

В одном из интервью художественный руководитель фестиваля Ольга Ростропович подчеркнула, что «главное в его художественной концепции то, что на его концертах должны звучать произведения высочайшего уровня и в самом лучшем исполнении».

Так оно и было. Особенно приятно, что это определение напоминает о чертах характера, общих для Ростроповича и Вишневской, всегда и во всем стремившихся к безукоризненности и блестящим результатам, будь то искусство, политика или человеческие отношения.

Они словно бы незаметно вышли на сцену.

Пусть говорят

/  Парадокс

Не упрекайте женщин в болтливости, они просто реализуют генетическую программу, заложенную природой

Как известно, многие дамы жить не могут без задушевных бесед часами напролет с подругами. А в любой компании обязательно найдется та, которая умудрится выложить в мельчайших подробностях историю всей своей жизни. Свежие данные американских исследователей из медицинской школы университета Мэриленда говорят сами за себя: в день представительницы прекрасного пола произносят 20 тысяч слов, мужчины же — всего 7. Также ученым удалось доказать, что в юном возрасте девочки, как правило, опережают мальчиков по скорости освоения языка, а их речь отличается большей грамматической стройностью. Почему природа устроила все именно так?

Секрет болтливости

Женской разговорчивости нашли объяснение. В результате исследований, проведенных под руководством невролога Маргарет Маккарти и психолога Майкла Боуэрса, выяснилось, что речевая активность женщин связана с повышенной экспрессией белка, кодируемого геном FOXP2, ответственным за звукообразование и коммуникацию. У представительниц прекрасного пола в центре Брока, области коры головного мозга, отвечающей за речь, содержание этого белка на треть выше, чем у мужчин. Условно его назвали «языковым белком». Сам ген FOXP2 был открыт еще в 2001 году во время поисков причин некоторых наследственных расстройств речи у человека. Выяснилось, что он регулирует переключение активности многих генов. А вот загадочный белок удалось исследовать только что.

Сначала эксперимент проводили на крысах. Едва родившихся грызунов отлучали от матери и замеряли издаваемые ими звуки. Как выяснили исследователи, именно изменения гена FOXP2 влияли на высоту звука и частоту попискиваний, издаваемых животными. У наиболее громких крысят уровень «языкового белка» был повышен. Когда же грызунам вводили цепочки РНК, подавляющие действие данного гена, животные начинали вести себя заметно спокойнее.

На втором этапе исследований выявлялась степень экспрессии данного гена у людей. У представительниц слабого пола она оказалась заметно выше. В итоге исследователи сделали вывод, что ген FOXP2 является важным компонентом половых различий в речевом взаимодействии. Значит, не зря говорят, что мужчины и женщины — существа с разных планет?

Хлебом не корми

Давно установлено: мы мыслим разными полушариями. Женщины больше задействуют правое, творческое полушарие, а мужчины — левое, логическое. Творческое полушарие отвечает за эмоции и их выражение, в том числе через речь. Будучи более эмоциональными, соответственно, женщины, как правило, и более разговорчивы.

Объясняется болтливость еще и тем, что области мозга, отвечающие за коммуникацию, в том числе речевую, а также за эмоции и память у мальчиков, как правило, меньшего размера, чем у девочек. Свою роль играет и мужской гормон тестостерон. Он не только уменьшает количество «болтливых» клеток в мужском мозге, но и влияет на способность мужчин слушать, а вернее — не слушать. Именно поэтому они часто не слышат доводы своих жен и подруг. У женщин, напротив, разговорный процесс сопровождается выбросом гормонов удовольствия, стимулируя продолжение разговора. По данным исследователей, в процессе приятного разговора представительницы прекрасного пола получают удовольствие, сравнимое с наслаждением от любимого лакомства. В прямом смысле: женщин хлебом не корми — дай поболтать о том о сем.

«Мужчины — это люди действия, что обусловлено физиологически и психически, — комментирует психолог Анна Зотова. — Они получают информацию, а затем выдают некое решение проблемы. Женщине же нужно все пропустить через себя, пережить в разрезе эмоций. Женщина получила информацию, прочувствовала и проговорила. Ей не всегда нужно даже что-то делать, для нее главное — выдать эмоцию в виде разговора, что сразу облегчает психологическое состояние. Мужчина действует, женщина проговаривает».

Но во всем пенять на природу тоже нельзя. Многое зависит и от среды, в которой развивается человек. Мальчикам и девочкам с раннего детства воспитанием закладывается разная коммуникационная модель поведения. «Не плачь, как девчонка, не болтай, как девчонка», — делают выговор родители своим чадам — будущим мужчинам. Так сложилось, что женщинам позволительно выражать какие-то свои чувства, а мужчинам — нет. В результате еще с нежного возраста они привыкают сдерживать эмоциональные порывы. «Мальчики вырастают с полным ощущением, что быть похожим на девчонку в каких-то аспектах — очень нехорошо, — отмечает психолог. — Мало того что они и так живут менее эмоциональным полушарием, они еще и дополнительно сдерживают свои порывы к выражению чувств через слова. Это очень негативный аспект в разрезе детского психологического восприятия, тем не менее это реалии нашего воспитания».

А вот заставить женщину молчать равносильно пытке. Хуже не придумать. Ограничение женщин в общении может закончиться большими проблемами как с психическим, так и с физическим здоровьем. «Если, например, активной даме не давать выражать свои эмоции через разговор, они обязательно будут выливаться во что-то другое, например в нервные срывы, — поясняет психолог. — Страх, чувство беспокойства, даже положительные эмоции, которые копятся внутри, не имея выхода, особенно в женском случае, — все это в дальнейшем чревато психосоматическими расстройствами».

Так мы и живем: мужчина делает, женщина говорит. Но представителям сильного пола важно понимать, что не всегда их избранницы ждут какого-то действия, что успокоить можно и словами. Ведь во многих случаях женщине хочется просто выговориться.

В лечебных целях

Важность этого исследования имеет в том числе и непосредственное практическое значение. Выявление функций FOXP2 и его дальнейшее изучение нужны ученым, как они утверждают, для того, чтобы выявить различия в развитии мозга мужчин и женщин и понять взаимосвязь этих различий с психоневрологическими и неврологическими расстройствами. «Мужчины более женщин подвержены риску аутизма, дислексии, заикания, синдрома Туретта (особой формы тика) и раннему развитию шизофрении, — рассказала «Итогам» руководитель исследования невролог Маргарет Маккарти. — Все эти болезни связаны с проблемами речи и со временем только усугубляются. Они диагностируются, как правило, в период полового созревания. Женщины же в отличие от мужчин подвергаются большему риску депрессии, обсессивно-компульсивного расстройства, или невроза навязчивых состояний, анорексии, булимии. Но ни одна из этих болезней не связана с нарушениями речи. Кроме того, все эти болезни проявляются уже после созревания». Почему так? Изучив фундаментальные аспекты развития мозга и, в частности, значение гена болтливости, исследователи надеются тем самым определить цели для профилактики, терапевтического вмешательства и лечения таких расстройств.

: Empty data received from address

Empty data received from address [ http://www.itogi.ru/russia/2013/14/188771.html ].

Content

Итоги Итоги Журнал Итоги № 14 (2013)

: Empty data received from address

: Empty data received from address