Вормель Вирк

Гавейн

ГЛАВА 1  ЗЕЛЕНЫЙ РЫЦАРЬ

Новый год.

Да, его и в Камелоте праздновали. По крайней мере с тех пор, как Мерлин заставил всех его праздновать под страхом древнего сидического проклятия. Конечно же, это все бред сивой кобылы, но…

Начну сначала.

Одним морозным утром два года назад придворный колдун Мерлин подошел к королю и пожаловался, что не хватает праздников. Артурия поступила как всегда и закатила пьянку. Колдуну это не понравилось, и он обратился с немного другой идеей.

Его «коварный план» заключался в том, чтобы устраивать праздник во время смены года, дарить подарки и заниматься прочей ерундой.

К счастью, Артурии это ерундой не показалось, и она с радость приняла, задекларировала и распространила эту инициативу.

После этого в Камелоте и стали праздновать новогодние праздники.

Земля перед Камелотом покрыта снегом. Белые хлопья, тающие от любого прикосновения, падают с неба. Касаясь земли, они передают ей свой холод.

Зато детишки рады. Детей в прилегающих к Камелоту деревнях не много, и все друг друга знают. Вот и сейчас они играют вместе, закидывая друг друга шарами, слепленными из снега.

Холодное прикосновение снежков обжигает ладони детворе, но они, как и положено мужчинам и будущим домохозяйкам, терпят это. Примерно так же, как терпят попадание снежком в глаз.

Но это мелочи.

Лязг стальных доспехов привлекает их внимание. Оторвавшись от своей игры, они смотрят на человека, облаченного в доспехи.

Доспех очень необычный. Не такой, какой носят обычные рыцари. Этот имеет гораздо меньше пластин, на вид он тоньше, и не такой объемный.

Но самая главная необычная деталь доспеха — цвет. Зеленые доспехи ребятишки еще никогда не видели. И конечно же они испугались.

И не только они. Их мамаши тоже засуетились, и поспешили загнать ребятню в дом.

Рыцарь осмотрелся.

Всюду снег. В тех местах, откуда он приехал, снега еще больше. Но в его пристанище нету столько народу. Нет красивых украшений, которыми обвешан любой дом, на какой не глянь.

Иногда этому рыцарю недостает общения, ведь единственным его собеседником является жена и лошадь Лисица.

Эта кляча сейчас стоит рядом с ним и облизывает холодный снег на земле.

-Пошли, Лиса,- говорит мужчина, похлопывая лошадь по гриве.

Та трясет головой, показывая что прикосновение хозяина ей приятно. Путник, вместе с лошадью, подходит к вратам Камелота. Стражники на стенах замечают его, с разу же спрашивают что ему нужно.

-У меня назначена аудиенция с королем Артуром,- не задумываясь, отвечает рыцарь.

-Ты ошибся, странник,- крикнул ему стражник.- Король не принимает посетителей в это время года.

-Вы не поняли, благородный сер. У меня есть приглашение, подписанное лично королем.

-Не верю. Король никогда никому не выдавал приглашения.

Рыцарь покачал головой. Ему не оставалось ничего, кроме как показать бумагу, подписанную Артурией. Достав из сумки, которую тащила лошадь, старый выцветший свиток, он помахал им, а затем кинул стражнику.

Сила этого рыцаря была невероятной. Он с такой легкостью закинул пергамент на крепостную стену, что стражники даже удивились.

Тот, который разговаривал с рыцарем, поймал свиток. Королевская печать на месте. Развернув пергамент, он прочитал то, что там было написано. Самое главное было внизу.

Подпись Артурии красовалась в том же самом месте, что и на всех приказах: в левом нижнем углу. Каждый завиток росписи, созданный ее грациозной рукой, соответствовал тем, что видел каждый стражник.

Но поскольку этого рыцаря никто не знал, мужчина на стене позвал своего коллегу, чтобы тот удостоверился в подлинности росписи. Конечно, стражники не были мастерами определять почерк, но второй сразу же подтвердил то, что роспись королевская.

Еще немного подумав, первый стражник кинул свиток назад. Рыцарь его с легкостью поймал, после чего стража добавила:

-Проезжай. Лошадь поставишь в конюшню сам. Перед входом в замок покажи этот свиток Генриху. Он у главного входа стоит.

-Хорошо. Спасибо вам, благородный сер.

Рыцарь учтиво кивнул головой, после чего, все таким же неспешным шагом направился во внутренний двор.

Время дарить подарки.

Артурия уже во всю разошлась. Причем она не требовала подарки, а наоборот, вручала всем и каждому. Все рыцари, что находились за круглым столом, получили по предмету.

Ланселоту, как первому рыцарю Камелота, она подарила ножны для Аронди, украшенные драгоценными металлами и разноцветными камушками из-за морей.

Сер Персиваль получил новый золотой крест.

Борс досталась элегантная шаль, сшитая на заказ в королевской ткацкой.

Галахаду был вручен новый топор, так как его прежний износился.

Сер Лодегранс был награжден новыми доспехами.

Джулий давно выпрашивал новый клинок, вот и получил.

Леди Гвеневра была удостоена едва ли не такой же чести, что и Ланселот. Своей законной супруге Артурия подарила богато украшенное платье.

Очень интересный подарок был у Гарета Белоручки. Ему торжественно вручили новые доспехи. Точнее, это были доспехи Черного рыцаря, только Мерлин с ними немного похимичил и изменил свойства.

Серу Гавейну подарили очень занятный щит. Непонятно, какой логикой руководствовалась Артурия, когда дарила человеку, который может создавать что угодно из чего угодно, щит, но она его подарила.

Ну, хотя если подумать, вспомнится, что Артурия с рождения девушка. И мозг у нее девичий, хоть и королевский. К тому же ей всего двадцать пять.

Да, с момента ее восседания на престол прошло шесть лет. Шесть долгих и трудных лет. Но на не унывала. Кутила, гуляла. По пьяни раздавала приказы, которые, если выполнялись, помогали стране и Камелоту. Вот такой вот парадокс.

Но сейчас не об этом. Нужно сказать о том подарке, который получил ее молочный брат Кей.

Наслушавшись его разговоров о том, что стаканы в Камелоте очень низкого качества, и что рыцари должны пить из более качественно сделанных стаканов, Артурия торжественно вручила ему золотой кубок.

Кей решил притвориться, что ему это понравилось. Он мигом подлетел к сестре, обнял ее до треска костей и завопил:

-Спасибо тебе, Артурия! Это самый лучший подарок на свете!

-Отпусти…- проскулила король, так же обнимая своего брата.- Ты мне все ребре сломаешь…

-Я тебе их и так сломаю, но позднее,- шепотом проговорил Кей.

Разобравшись с этим, все сели за круглый стол и начали использовать его по прямому назначению.

Рыцари пировали так же, как и два прошлых Новых года. Сколько для этого праздника зарубили кур и закололи поросят, сосчитать сложно. Надо было прокормить много благородных рыл, а животина не бесконечная.

Но слуги как-то справились. Умудрились и рыцарям угодить, и половину живности в живых оставить, за что им вечная благодарность.

В любом случае, сейчас пришло время торжественной части. Рыцари начали дарить подарки Артурии. Пропустим всю ту дребедень, которую дарили остальные рыцари, и перейдем к подарку от сера Кея.

-Заносите!- крикнул он.

И толпа слуг, под музыку трубачей, внесли огромный торт. С фигуркой Артурии сверху. Тут уж понятно, подсобил Мерлин. Просто взбитых сливок в ранее средневековье еще не придумали. Скорее всего колдун их перенес из будущего, дабы помочь своему «любимому» рыцарю — Кею.

Артурия раскрыла глаза, словно ребенок, которому дарят дорогую и желанную игрушку. И догадайтесь кто первым потянулся за тортом.

Правильно. Некая наглая душа одного оружия по имени Гае Булг.

Правая рука Артурии перестала быть подконтрольной хозяйке. Вместо этого ею завладел Гае Булг. Он потянулся за тортом, норовя вытащить и Артурию.

Но у короля реакция за шесть лет хорошо развилась. Она мигом схватила руку, и выкрикнула…

-ГАЕ!!! Не наглей!- девушка попыталась подтянуть руку к себе, но не получалось.- Экси, успокой его как-нибудь!

И через секунду рука стала подконтрольной королю.

Рыцари, привыкшие к такому, дружно захохотали. Все они знали, почему Гае Булг потянулся за тортом. Дух этого оружия очень любил, когда его хозяйка ест сладкое. По его признанию, от этого он попадал в рай.

Дальше — лучше.

Кей приготовил не один подарок, а два. Вторым была огромная стеклянная бутылка, наполненная дорогущим вином.

Тут следует объяснить, почему Артурия падка на алкоголь. Дело в том, что предмет, слившийся с ее телом и ставший частью Артурии (ножны Экскалибура, являющиеся порождением меча власти) изменил ее подсознание и потребности. Самой Артурии алкоголь как таковой не нужен, а вот ножнам он необходим.

А поскольку ножны Экскалибура и сам Экскалибур связаны, значит алкоголь нужен и мечу. Ради него он готов пасти рвать.

Вот и потянулся. Гае Булг счел, что самое время запустить правую руку (левая подконтрольна мечу) в крем торта. Представьте себе картину: обе руки короля вытянуты, а она пытается затормозить, уперевшись ногами в пол.

Красивая картинка. И хоть она король — посмеяться не грех.

-Мерлин…- прорычала она.- Сделай что-нибудь. Останови этих двоих!

Колдун ухмыльнулся. Он знал только один способ помешать Экскалибуру и Гае Булгу получить желаемое.

Стукнув посохом по полу, он пропустил в камень небольшое количество магической энергии. Направив ее к ногам Артурии, он выждал пока король расслабится и…

Из пола показались две каменные руки. Они схватили руки короля. Мягко, но крепко. Думаете все закончилось? Как бы не так.

Теперь под контролем у Экскалибура и Гае Булга были ноги. А тортик-то близко. Ну вот они и начали обступать каменные руки, надеясь дорваться хотя бы до лакомства.

Ноги короля Мерлин притормозил точно так же. Пригвоздил их к земле, обвив каменными путами.

Но если бы это подействовало, то Экскалибуру пришлось бы признаться в своей недееспособности. Он, и его верный боевой товарищ, взяли под контроль один шею, другой лицо.

И потянулись к тортику. Головой.

Гае оскалил зубки короля, и с превеликим удовольствием надкусил торт. После чего сделал довольное выражение не своего лица, и расслабил контроль. Экскалибур поступил так же, хоть ему и хотелось вина испробовать.

Она как шут, ей богу. Рыцари хохочут даже не скрывая веселья. Артурия тоже начала им уподобляться, когда ее лицо вернулось под контроль истинной хозяйке.

***

В зал круглого стола вошел рыцарь. Зеленые доспехи выдавали его принадлежность к цветным рыцарям. Борс его сразу же узнала. Резко вскочив из-за стола, она приготовилась атаковать бывшего союзника.

Гарет, так же знакомый с этим человеком, вскрикнул его имя:

-Аргавейн! Что вы тут делаете?

На Белоручку буквально «наехали» другие рыцари. Они стали сверлить его взглядом, молчаливо выпытывая, откуда он узнал имя неизвестного рыцаря.

-Не подходи, ублюдок…- прошипела Борс.- Хоть на шаг сдвинешься — голову снесу.

-Успокойся, Коричневая,- холодно ответил Зеленый.- Если бы я хотел тут кого-нибудь убить, то сделал бы это давно. И ты знаешь, каким образом.

-Тц…

Борс не выдержала. Она встала в стойку, и приготовилась рвануть к Аргавейну, чтобы закончить этот бессмысленный разговор одним ударом, но не успела.

-Достаточно!

Король встала с трона, посмотрела на Борс, и, ласково улыбнувшись, кивнула. Неохотно, но Коричневая повиновалась.

-Зачем ты явился сюда, сер Аргавейн? Зачем мешаешь нам праздновать?

Артурия, как и полагается королю, спрашивала учтиво, соблюдая все приличия. Зеленый тоже оказался знаком с ними, и поклонился, перед тем, как ответить.

-Я явился сюда, чтобы вызвать на дуэль любого рыцаря, который согласится биться со мной. Я настаиваю на немедленном поединке. Как только меня смогут победить, я покину Камелот и никогда не явлюсь сюда более.

-Самоуверенно, сер Аргавейн,- улыбнулась король.- Вы думаете, что ни один из моих рыцарей не в силах вас победить?

-Я знаю, что один из ваших благородных рыцарей сможет меня одолеть. Но не знаю кто именно.

-Ты явился сюда только за этим?

-Да, ваше величество.

-В таком случае я буду вашим противником.

Пауза.

Зависли все, начиная от слуг, и заканчивая сером Ланселотом. Любопытные глаза всех рыцарей и слуг были нацелены на короля. Жадно осуждающие взгляды сверлили ее…

Но Зеленый стоял так же, как и раньше.

-Боюсь это невозможно. Меня сможет победить рыцарь, а не король.

-Ах ты…- вскричал Кей.- Не уважаешь короля, мерзавец!?

-СЕСТЬ!!!- пронзительным криком ответила Артурия.

Не долго думая, Кей ответил…

-Прошу прощения.

…и сел на свое место.

Артурия улыбнулась. То, что она могла безвозбранно отдавать приказы, ей нравилось. Вот и сейчас она заткнула брата одним словом. Эх, в детстве бы так.

-Что ж, сер Аргавейн. Я понимаю, почему вы не хотите со мной драться. Вы боитесь проиграть девушке, а в проигрыше не сомневаетесь.

Челюсть рыцарей отвисла во второй раз. Такая самоуверенность…

-Не совсем, ваше величество. Я хотел бы попросить рыцаря, который победит меня, сразиться повторно. Через год, в Зеленой часовне.

-Благословляю!- без раздумий выкинула Артурия.- Желающие есть? Гарет, может ты? Ты же этого человека знаешь, так?

-Верно, король. Но мне прошлого раза хватило.

-Борс?

-С радостью!

Коричневая уже приготовила меч, дабы скрестить его с топором Зеленого. И хотя в данный момент топора у него не было, она знала, что Аргавейн его создаст.

Единственный человек, стоящий на пути, быстренько ретировался. Правильно сделал. Король должен жить, а не умирать из-за случайности.

Улыбнувшись, Борс рванула вперед. С дикой скоростью она приблизилась к Аргавейну. Меч, как и всегда, готовила к колющему удару в живот противника.

Тот даже оружие создавать не стал. Полагаясь только на латную перчатку на правой руке, он отразил тонкий клинок меча Борс.

Далее рыцарь тоже не церемонился. Замахнувшись левой рукой, он огрел Борс по щеке. Ну а поскольку она девушка еще молодая, хрупкая, то просто отлетела вбок.

Когда попыталась подняться, чтобы контратаковать, ее остановили. Это был не кто иной, как Мерлин. Он встал перед ней, и протянул руку.

-Хватит,- шепотом произнес он.- Это не твоя битва.

Начитавшись в детстве сказок о колдуне Мерлине, Борс знала, что этот человек плохого не посоветует. И сейчас она доверилась ему. Поклонившись Зеленому, она прошла к своему месту за столом.

-Ну!- Артурия развернулась и посмотрела на рыцарей.- Еще желающие! Персиваль?

-Религия не позволяет такими глупостями заниматься, ваше величество.

-Галахад?

-То же самое.

-Ланселот?

-Прости, король, но не хочу портить себе настроение.

-Кей?

-Лень. Эй, ты так и будешь всех называть!? Тыкни на кого-нибудь одного, и достаточно.

Вот только Кей забыл, что осталось не так много рыцарей. Джулий, Лодегранс и Гавейн. Догадайтесь, кого выбрала Артурия.

-Гавейн! Выбираю тебя!

Рыцарь встал из-за стола, поклонился, после чего подошел к Зеленому.

-Вы готовы, сер Аргавейн?- не долго думая спросил он.

-Да, сер Гавейн. Нападайте, прошу вас.

Этот рыцарь был не из простых. Он хотел воспользоваться своими способностями, и сделал это. Надо столько сказать, что выходя из-за стола, он взял две вилки.

И, сделав шаг назад, превратил деревянные кухонные предметы в железные мечи низкого качества.

Зеленый удивился, но не растерялся. В его руках мгновенно появилась секира. Ей он хотел парировать атаку, но не до конца распланировал ее структуру.

Лезвие меча и рукоять секиры соприкоснулись. Первое разрезало второе, оставив в руках Зеленого импровизированный жезл и одноручный топор.

Только он хотел ими замахнуться, как почувствовал боль в горле. И холодный соленый привкус во рту. Зеленый понял, что случается с человеком, которому отрубают голову…

Шлем слетел с лица Аргавейна, и все увидели его лицо. Шрам перечерчивал главный идентификатор личности. Никто не знает, когда он получил этот шрам. Даже Борс это неизвестно.

Гавейн выронил из рук клинки.

Он не хотел убивать этого человека. Это вышло рефлекторно.

-Да что вы такой нервный, сер Гавейн?

Вот тут все сглотнули.

Это был голос Зеленого, но учитывая что его голова далеко от плеч, то…

Зато Мерлин захохотал. Он-то понял, в чем дело.

Тело рыцаря, оставшегося без головы, развернулось и подошло к отрезанной части тела. Руки подняли голову и прикрепили ее к шее. Рана мгновенно срослась, не оставив от себя даже шрама.

Сложно поверить, что этот человек бессмертен. Но другого объяснения его действиям нету.

-Спасибо за поединок, сер Гавейн. Это был отличный бой. Теперь вы обязаны прибыть через год в Зеленую часовню.

-Обязан?- удивился мужчина.

-Он приедет!- кто сказал такую дурь, думать даже не надо. Конечно же Артурия.

-Славно. Я доволен,- Зеленый улыбнулся. Подняв с пола шлем, он надел его на голову, поклонился и спешно удалился из зала Круглого стола.- Жду вас через год в часовне для повторной дуэли.

Борс фыркнула.

-Хороший бой? Он насмехается. Мою атаку отразил одной рукой, а избежать отсечения головы не смог? Да и регенерации за ним не водилось.

-Ты на что намекаешь, Борс?- шепнул ей на ухо Гарет.

-Нечисто здесь что-то, дубликатор. Зеленый куда более умелый фехтовальщик, и убить его таким образом не смог бы никто. Он бы укрепил свою шею, а тут остался беззащитным.

-Хочешь сказать, что он может заманить сера Гавейна в Зеленую часовню, и там убить?

-Он один из цветных. Один из вольных цветных. Я не знаю того, кто он на самом деле, но то, что он умер, как и я, это ясно.

-В смысле?

-От Аргавейна всегда несло смертью. Причем пахнет так, как будто он умер, а не убивал.

-Не понимаю.

-Возможно он вневременной рыцарь, как и я. Вот только его способности очень необычные. Он создает предметы. Вроде бы может и преобразовывать, но чаще создает. Это не связано с управлением временем.

-Значит Гавейна надо отговорить…

-Не вздумай. Я читала, что для этого человека было бы позором не принять вызов на поединок.

-Читала?

-Я из будущего, забыл?

-А, ну да. И что? Знаешь что-нибудь об исходе поединка этих двух?

-Нет. На французский язык к тому времени перевели лишь основу легенд о короле Артуре. Только самое главное. У меня не было возможности прочесть какие-то ответвления.

-Жаль. Это очень сильно помогло бы.

-Ну уж извини,- Борс отпила из стакана.- Не волнуйся, дубликатор. Я сама с ним поговорю и опишу ситуацию.

-Я же просил не называть меня дубликатором!

-А я говорила, чтобы привыкал. Ладно, не развивай. Давай хотя бы сегодня обойтись без споров.

-Ты неисправима.

-Я ж француженка.

ГЛАВА 2  ОТРАВЛЕННАЯ СТРЕЛА

Прошел год.

До нового года оставалось пять дней. С благословения Артурии, сер Гавейн собирался отправится в Зеленую часовню, где его ждал Зеленый рыцарь.

Слуги запрягали рыцарскую лошадь. Готовили сбрую, закидывали на спину лошади седло. Так же лошадь должна была вести съестные припасы. На несколько дней хватит с лихвой, даже если не экономить.

Оруженосцев и помошником сер Гавейн решил не брать. Смысла от них просто не было бы.

Рыцарь уезжал рано утром. Все остальные еще сладенько похрапывали, на что он и рассчитывал. Хотел уехать так же незаметно, как это делает Ланселот.

Не вышло. Артурия спустилась во внутренний двор Камелота, чтобы пожелать этому рыцарю удачи.

-Ваше величество?- удивился Гавейн, едва заметил короля.- Почему вы не спите? Сейчас же ранее утро, и все остальные…

-Кей храпит так, что весь замок перебудит скоро,- заулыбалась Артурия.- Ну а поскольку мои покои рядом с покоями сенешаля, то сам понимаешь… Сна ни в одном глазу нету.

Гавейн не решился ответить словами, но все равно ухмыльнулся. Все дело в том, что его покои тоже недалеко от покоев Кея. Он знал, про что говорит Артурия.

Но сейчас его больше волновало другое.

-Ты ведь первый раз из Камелота уезжаешь, сер Гавейн?- видя его беспокойство, Артурия решила задать соответствующий вопрос.

-Да, ваше величество.

-Волнуешься?

-Конечно. Я, конечно, не молод, но впервые куда-то уезжаю один.

-Возьми с собой свиту. Я не запрещаю.

-Нет, король. Я не могу так поступить. Вы же сами привили мне честь и благородство. Я всегда ровнялся на вас и на сера Ланселота. Ни вы, ни он, никогда бы не взяли свиту в такой поход.

-Ха-ха-ха!- засмеялась Артурия.- Вот теперь я тебя узнаю! Ух… аж до слез!- девушка вытерла слезы, которые накатили от смеха.- Ты прав, Гавейн. Мы бы не взяли свиту. Но у меня есть вот это,- король подняла левую руку, облаченную в Экскалибур в форме перчатки,- а у Ланселота магический меч, такой же щит и кобыла из воды.

-Ну да… у вас преимущество…

-Вот именно. По этому я последний раз тебя спрашиваю: возьмешь свиту?

-Нет.

-Жаль. Но дело твое. Кстати, ты с Борс о Зеленом говорил? Она раньше была цветным рыцарем, и знала его.

-Да, король. Говорил. Она рассказала мне все, что знала об этом человеке. Все дело в том, что она…

-Не знает его слабостей?

Артурия закончила фразу за Гавейна. Он лишь молча кивнул.

-Знаешь, слабость есть у всех. Где сила, там с слабость. Найди его сильную сторону, и тут же поймешь, в чем он слаб. Улавливаешь?

Гарет улыбнулся.

-Сер Кей с вами тоже беседы устраивал, да?

-Ты даже не представляешь насколько прав. Ладно, удачи тебе… а да, чуть не забыла. Стиг!

Вскрикнула король. Она звала одного из своих любимых слуг. Он всегда выполнял приказы без задержек, никогда не спотыкался и был честным. Мечта, а не слуга.

Из замка вышел паренек. В руках он нес огромную бутыль вина. Темноватая жидкость была отчетливо видна через стекло.

-Лучшее вино, привезенное Джулием из Мерсии.

-Вы же знаете, что я мало пью.

-Я тоже мало пью. Но у этой штуки вкус такой, что выдула за три часа. В общем, бери без вопросов. Это подарок от меня и Ланселота.

-Спасибо, ваше величество.

Сер Гавейн принял подарок. В душе он понимал, что Артурия дарит это не только из правил приличия, а для того, чтобы согреваться ночами холодными.

И правильно сделала. Землю уже снег покрыл. И сейчас, ранним утром, холодный воздух чувствуется лучше всего. С этим согласен и сам воздух.

Ветер решил поиздеваться над королем. Его резкий порыв пробил до костей тело его величества, пройдя через синее платье.

Артурия сжалась куличиком. После чего помахала серу Гавейну, и быстренько ретировалась в замок.

Слуги закончили приготовления лошади Гавейна. Она была готова отправится в путь, как только хозяин оседлает ее.

Северные ворота Камелота отворились. Рыцарь, гордо восседая на кобыле, выехал с территории замка. Его цель — Зеленая часовня, и он ее достигнет, не смотря ни на что.

***

Гавейн беспрерывно ехал целый день, и только на ночлег остановился. Была бы его воля, и путешествие продолжалось бы, но вот его ездовое животное уже устало.

По этому, к счастью животного, был объявлен привал.

-Отдыхай, Флая.

Привязав лошадь к дереву, Гавейн сел на голую холодную землю. Его замерзшая рука потянулась к сумке с едой. Кое как найдя там хлеб, рыцарь отломил краюшку.

Сдоба уже успела остыть, но ничего другого в данное время года и ожидать не стоило. Промозглый ветер уже вовсю пересчитывает кости, беспощадно проходя сквозь латный доспех.

Единственное, что согревает Гавейна — мех под пластинами. Он не дает теплу тела выходить понапрасну, и сохраняет его в течении нескольких часов.

Дожевав хлеб, рыцарь поднял голову. С неба начинали сыпаться маленькие редкие снежинки. Крошечные кристаллики замороженной воды касались его брони, но не плавились, как тогда, когда попадали на голое тело.

Гавейну очень скоро стало скучно. Единственное развлечение, какое он себе смог найти — потренироваться в использовании способностей, и по возможности их улучшить.

Латные перчатки уже лежали около ствола дерева, а сам Гавейн отошел от лошади на некоторое расстояние, чтобы не напугать громким звуком.

Вытянув руку вперед, рыцарь дождался, когда на ладонь упадет хотя бы несколько снежинок, и они смогут растаять, превратившись в воду. Вся суть его тренировки заключалась в том, чтобы преобразовать воду во что-либо другое.

Особая сила Гарета заключалась в следующем — он мог менять структуру вещей. Саму их суть, можно сказать. Едва прикоснувшись к предмету, он мог сделать из, например, дерева железо.

Так же, при достаточной концентрации магических сил, мог изменить форму предметов. Тем самым, необходимость точить клинки у этого рыцаря отпадала начисто.

Он мог укрепить все, что имеет простую и понятную материю.

Однако, не смотря на такие возможности, Гавейн не мог создать ничего нового. Ему нужен был исходный материал, чтобы начать делать хоть что-то. Иными словами, если его оружие все же разобьют в поединке, то этот рыцарь может смело отправляться на тот свет.

***

-…рыцарь, всю свою жизнь посвятивший ложным идеалам…

Этот грубый хриплый голос не давал Гавейну покоя.

Он и мужчина кружились в вихре ярости и стали, упорно доказывая друг другу, кто прав. Чему необходимо следовать, чтобы жить с честью…

-…ты просто захотел стать таким же, какой стала она!

Руки Гавейна сгибались под силой, которую его противник вкладывал в каждый свой удар. Каждый раз атакуя все сильнее и сильнее, он был готов в любой момент разрушить клинки Гавейна одним лишь выпадом.

Свист стали не прерывался не на секунду. Острые лезвия оказывались в зарубках за какие-то несколько секунд.

-…ты не в сказке, чтобы мечтать о спасении своей души, следуя рыцарским идеалам!

Сотни искр, высекаемые стальными клинками, падают на полуразрушенный пол, и мгновенно угасают.

Мышцы бойцов напряжены, их организм работает на всю мощность. Однако дыхание обоих все же ровное, не прерывистое.

Рыцари обступают друг друга. Каждый пытается зайти оппоненту за спину, дабы выиграть удобный момент для резкой смертоносной атаки. Однако оказаться за спиной врага удается лишь второму рыцарю, который грациозен даже сейчас.

-…Я НЕ…

Гавейн слышит свои прерывистые крики.

-…НЕ ОШ…

Неприятное чувство в району живота заставляет рыцаря Камелота проснуться. Зря он решил спать на тонком настиле. Тонкое покрывало, которое рыцарь положил под себя, ничуть не согревало.

Конечно, оно могло согревать, но вот только повинуясь своей лени, Гавейн не стал снимать латы, а решил спать в них. Не мудрено, что он промерз до самых костей.

Сказывался недостаточный опыт походов.

Тихий шорох привлек внимание рыцаря. Снег хрустел под чьими-то ногами невдалеке. Всего в нескольких ярдах от рыцаря и его спящей лошади показался высокий силуэт.

Тень спряталась за лысым кустом, надеясь что его не заметят.

Гавейн решил не играть с судьбой. Быстро, но в то же время тихо и незаметно, он снял обе латные перчатки. Едва сгибающиеся пальцы зачерпнули обжигающего снега.

Сейчас не время думать о неприятном ощущении холодного ожога. Сконцентрировавшись, Гавейн направляет часть своей магической энергии в снег. Сделав это, он резко взмахивает обоими руками, и снег закрывает его от чужих глаз.

И очень вовремя…

Стрела свистнула в воздухе. Ее скорость была очень быстрой. Настолько, что глаза Гавейна едва успели рассмотреть этот тонкий прут с металлическим наконечником.

Стрела без особых трудностей преодолевает укрепленный магией рыцаря снег. Хлопья разлетаются в разные стороны, а смертельно опасный снаряд все еще продолжает свое движение, лишь немного потеряв в скорости.

Лишь короткая мысль успела проскочить в голове у рыцаря Камелота. Но и ее хватило, чтобы послать магическую энергию сквозь кожу в доспех, тем самым укрепив его.

Гавейн знал, что обычная стрела навряд ли пробьет латы…

Но раз она прошла сквозь укрепленный снег, который по своей устойчивости был равен камню, то такая стрела могла вполне пробить и латы с кольчугой.

Именно это и вынудило его воспользоваться большим запасом магии.

Теперь латный нагрудник был сопоставим в прочности с драконьей чешуей. Его не мог пробить ни одно известное миру оружие. Да и не каждая магия смогла бы разрушить такую защиту.

Но…

Стрела проходит насквозь. Она пробивает латы, разрезает кольчугу и проходит насквозь левого плеча Гавейна. На этом снаряд не останавливается, и пробивает спинную часть доспехов.

Пройдя весь этот нелегкий путь, стрела вонзается в ногу лошади. Та, не сдерживаясь от боли, начинает дико ржать. За секунду освободившись от бездарного узла, которым ее привязали к дереву, она вырывается и падает на холодный зимний снег.

-Гха…

Плечо Гавейна охватывает невыносимая боль. Такое невозможно терпеть, и из его онемевших от холода уст вырывается лишь тихий вскрик.

Тем временем стрелок, который так умело пронзил плечо рыцаря, медленно выходит из кустов, и осторожно приближается к раненому воину. Его шаг плавен, и мягок. Сразу видно, что это охотник, и что он привык подкрадываться к добычи.

В темноте его глаза светятся как у кота. Без сомнений, этот человек прекрасно разглядит что угодно даже в кромешной тьме.

-Стой!- кричит Гавейн, вынимая из-под мертвой лошади меч.

Его рука настолько ослабела, что едва держит клинок, вытянутый вперед. Превозмогая эту боль, рыцарь пытается атаковать подошедшего близко противника, но не может. Егерь, простреливший ему плечо, находится немногим дальше.

Это галлюцинации. В глазах все размывается, двоиться… Снег становится синим, а деревья покрыты листвой.

-Успокойтесь, сударь!- подойдя еще ближе, говорит стрелок.- Я спутал вас с карликовым огром, и выстрелил отравленной стрелой. Уверяю вас, все будет хорошо. У меня есть противоядие.

Но Гавейн уже не слушал. Его сознание затуманилось настолько, что мозг хотел отключить все параметры жизнедеятельности.

Это был не простой яд, и стрелок знал этот факт. Он понимал, что сейчас сера Гавейна не спасет ничего, кроме противоядия.

Рыцаря необходимо доставить в его дом.

ГЛАВА 3   СЕР БЕРТИЛАК

Он просыпается уже после захода солнца. Жуткая боль, которую вчера испытал сер Гавейн исчезла. От нее остались только воспоминания…

Плечо было перевязано льняными бинтами. Дотронувшись до того места, где вчера была сквозная рана… рыцарь обнаружил, что его плечо цело и невредимо. Рана, оставленная  явно магической стрелой, просто-напросто срослась.

Рыцарь осмотрелся.

Он лежал в кровати. Просторная комната очень походила на комнату знатного графа, если не королевскую. Вокруг стояли предметы убранства. Пахло приятным запахом женских духов.

Однако в кресле у камина сидела не женщина, а мужчина. Он был почти стариком, хотя даже не перешел отметку в пятьдесят лет.

-Вы проснулись,- дружественно поприветствовал он Гавейна, медленно садящегося на кровать.- Славно. Прошу прощения за то, что подстрелил вас вчера.

Рыцарь молчал.

Он понял, что человек, находящийся перед ним — вчерашний «разбойник». Вот только разбойники не живут в такой роскоши. В Британии им более привычна грязь и бордели, нежели красивое грамотное убранство и хорошие манеры.

-Кто… вы…

Тихо прохрипел Гавейн. Разговор давался ему с трудом. Едва он произнес два слова, его желудок сжался, а легкие испустили весь воздух.

Влажный кашель не заставил себя ждать. Режа горло, он вырывался наружу и заполонял комнату противным громким звуком.

-Не разговаривайте, рыцарь!- упрекнул его мужчина.- Ваше тело еще не восстановилось, а магия собралась вокруг плеча. Посидите немного, и все пройдет.

-Кто вы?...

Все так же с нетерпением повторяет Гавейн, не желая слушать ничего другого.

-Сер Бертилак,- с неохотой говорит мужчина.- Я и моя жена живем здесь, в этом скромном замке.

-Берти… кха… кха… зачем вы меня подстрелили.

-Я не хотел стрелять в человека. Мое зрение уже не так хорошо, и я спутал вас с карликовым огром. Они часто угоняют лошадей, и прикидываются путниками.

-Огры разве носят доспехи?

Кашлянув еще несколько раз, Гавейн пришел в норму. Его легкие стали получать достаточно кислорода, чтобы продолжать разговор. Желудок тоже расслабился.

Бертилак был прав. Немного посидев, Гавейн позволил своим магическим цепям прийти в нормальное состояние. Распутаться, так сказать.

-Да,- с улыбкой ответил гостеприимный охотник.- Редко, но все же бывает.

-Сколько я пролежал без сознания?

Этот вопрос волновал Гавейна с того самого момента, как он очнулся, однако рыцарь не решался его задать. Спросить такое сразу же, означало оскорбить хозяина замка.

-Два дня. Прошу простить мою жену за то, что она не отказала себе в удовольствии прочесть ваши мысли, пока вы спали. Я знаю цель вашей поездки в эти земли.

-Зеленый рыцарь…

-Да, сер Гавейн. Я считаю нужным оказать вам поддержку в этом походе. Однако, сначала вам нужно отобедать. Вы не ели два дня, и ваш организм слишком слаб.

-Да, пожалуй.

Соглашается Гавейн.

Он прекрасно понимает, что отказываться от такого бессмысленно. Если у него не будет сил, т поединок с Зеленым рыцарем, его истинным противником, будет заведомо проигрышным. Поэтому необходимо восстановить запас сил в организме.

Через четверть часа сер Гавейн, сер Бертилак и его жена сидели за одним столом, и вкушали все те яства, которые приготовили служанка и повар.

Помимо их, в замке проживала уборщица. И все. Во всем этом замке жили пять человек. Выживали они за счет охоты, на которую мужчины ходили по несколько раз на неделе.

Повар Дахти был мастером на все руки, а во время охоты работал носильщиком, в то время как сер Бертилак убивал крупную и малую дичь.

Во время своей настоящей работы Дахти помогала служанка по имени Эрлен. Она выполняла очень много работы по дому, так же помогая и уборщице Гизельде.

И сейчас все трое обслуживают хозяина замка и его гостя. Слуги ели отдельно от господ, в комнате, предназначенной специально для этого, но происходило чуть позже.

Сер Бертилак ел медленно, прожевывая каждый кусочек прекрасно прожаренного Дахти мяса. Леди Бертилак вкушала эту же самую пищу точно так же. А вот Гавейн, забыв обо всех приличиях, уплетал мясцо очень быстро, как будто куда-то спешил.

Он несколько раз давился, сломал один зуб, погнул три вилки… но в итоге остался голодным. Сер Бертилак не злился на гостя за то, что тот не соблюдал приличий, а наоборот, улыбался.

Он решил, что время пришло.

-Итак, сер Гавейн. Я обещал вам помочь в походе против Зеленого рыцаря. Боюсь, я смогу помочь лишь информацией.

-Я буду благодарен за любую помощь.

-Когда-то давно я был его оруженосцем, по этому знаю его как свою пятерню. Задавайте ваши вопросы, я отвечу на все, что смогу.

Немного подумав, Гавейн посмотрел в глаза серу Бертилаку. Тот ответил взаимностью, перед этим попросив жену выйти.

Благородная дама исполнила просьбу своего мужа, и удалилась из трапезной.

-Какой он, этот Зеленый рыцарь? Какая у него способность?

Первый вопрос Гавейна звучал именно так.

За некоторое время до отправки Борс говорила с ним. Она, как один из цветных рыцарей, знала, что Зеленый, чье настоящее имя Аргавейн, был очень необычным рыцарем. Она знала, что он может создавать оружие из пустоты.

Но Гавейну нужно было знать точно, что же за способность у этого противника.

-Какой он?- повторил Бертилак.- Сказать сложно. Он очень храбр, добр, честен. Но в то же время яростен в битве и безжалостен по отношению к врагам проигравшим.

-А способности?

-Тоже не могу сказать точно. Знаю только, что он может создавать разнообразные предметы. Не только оружие, как вы подумали, но и все, что неодушевленно.

-Вы можете рассказать мне что-нибудь про стиль его боя?

-Конечно. Сер Аргавейн сражается очень быстро, и полагается не на силу, а на скорость. Не смотря на то, что он всегда ходит с топором, его основным оружием являются парные фальшионы.

-Прошу меня простить за то, что я устраиваю вам допрос, но не могли бы вы мне посоветовать что-нибудь?

-Никакой это не допрос, сер Гавейн, и вам не за что извиняться,- сер Бертилак едва заметно улыбнулся.- Жаль, но совета дать я не могу. Еще ни разу мой бывший господин не проигрывал в бою, и я не знаю его слабых сторон. Только сильные.

-Отлично,- вздохнул рыцарь.- Знаете, Мерлин мне рассказывал, что способности человека напрямую зависят от его характера. Они меняются со временем, прогрессируют. Могут даже стать полной противоположностью тех, что были, например, несколько лет назад.

-Простите, но я не понимаю, чем характер Зеленого рыцаря может быть связан с его способностями к созданию предметов.

-Возьмем в расчет только оружие. Вы говорили, что он безжалостен к врагам. Какая же может быть жалость, если он создает клинки сразу же, после затупления или уничтожения предыдущих? Так же, как и доспех, который вполне может заменить побитый.

-Да, в ваших словах есть логика. Ну что ж, спрашивайте. Я отвечу на все вопросы, связанные с его характером.

-Как он относился к рыцарству и католической церкви?

-Чт… его отношение? А почему вы спрашиваете?

-Это важно, поверьте, сер Бертилак. Просто ответьте, прошу вас.

-Ну что ж… Сер Аргавейн всегда призирал рыцарство. По крайней мере то, которое процветает в Британии сейчас. Он считал, что рыцари, погибающие за идеалы короля глупцы. Они как самоубийцы, слепо идут к своей смерти в обнимку с мечом, а в итоге помирают в канаве от сифилиса. По его мнению, невозможно спасти всех людей. Часть обязательно должна умереть, чтобы остальные смогли жить обычной жизнью

-Это… ужасно…

Тихо произносит Гавейн, опуская голову.

-Но отчасти он прав. Рыцари — в какой-то степени самоубийцы. И вы — прямое тому доказательство.

-Это неправда,- не поднимая головы, рыцарь пытается оправдаться.

-Неправда? Хм… тогда как называется то, что вы, следуя воли короля, идете на смерть?

-Это называется «честь».

-Это называется «глупостью», сер Гавейн. Вот именно это и имел ввиду сер Аргавейн. То, что зовется честью — не более, чем набор предписаний, угодных королю. А те, кто их соблюдают — либо самоубийцы, либо бессмертные. Что-то мне подсказывает, что вашу жизнь оборвать все же можно.

-Сер Бертилак… вы понимаете, что сейчас оскорбили весь Камелот?

-Возможно и так. По крайней мере, это мое мнение. Вам что-нибудь еще рассказать?

-Нет, спасибо. Вы и так уже достаточно меня просветили. Благодарю вас за все, но мне пора идти…

Гавейн медленно встает и выходит с из-за стола.

Слова, сказанные сером Бертилаком очень сильно ранили его. Как же иначе, ведь этот человек только что высмеял все, чем дорожит Гавейн. То, что чтят все рыцари круглого стола…

Ему стало противна кампания Бертилака. Хоть этот человек и принес раненого Гавейна в свой замок, и, возможно, собственноручно его выходил, рыцарь не мог более ни секунды находиться рядом с ним.

-Уже уходите?- спрашивает Бертилак, наблюдая за Гавейном, который уже стоит около двери.

Его тело выздоровело куда быстрее, чем можно было предположить. Рыцарь уже мог нормально ходить и, возможно, сражаться. Но для полного восстановления все равно нужно некоторое время.

-Да. Извините, что побеспокоил ваш покой, но мне необходимо покинуть этот замок и направится к Зеленой часовне.

-Право ваше, возразить не могу. Однако…

Бертилак снимает с шеи кулон, и кидает его Гавейну. Рыцарь смог поймать ожерелье.

Сапфир, обрамленный серебром.

-Этот камень — магический. Он позволяет умереть своему хозяину один раз, после чего разрушается.

-Спасибо вам, сер Бертилак.

Поблагодарив хозяина замка за такой подарок, сер Гавейн немедленно отправляется к тому месту, где ему назначили дуэль год назад. Зеленая часовня ждет его.

ГЛАВА 4  ГЕРОИЧЕСКАЯ ДУША ВНЕВРЕМЕННОГО РЫЦАРЯ

Это место выглядит… заброшенным, что ли.

Неприглядная маленькая церквушка, заросшая мхом. Ржавый колокол виднелся в куполе. Каменная кладка потрескалась, и казалось часовня вот-вот обвалиться, не выдержав собственного веса.

Насекомые были ее постоянными жителями. Особенно выделялись пауки, создавшие едва заметные мозаики в каждом углу. В них спуталась не одна сотня мошкары.

К часовне прилегало небольшое кладбище. Три могильные плиты, заросшие мхом. Но сами могилы ухожены. На них лежат цветы.

Гавейн входит в часовню, выверяя каждый шаг.

Несвойственные для этой эпохи каменные скамьи настораживают его. Однако, еще больше внимания привлекают разрезы стен, пола и потолка. Такое чувство, будто когда-то давно сражались два великих воина. И эти зарубы — вся память, оставшаяся от их сражения.

-Пришел вовремя?- раздался знакомый голос из-за алтаря.- Не думал, что ты задержишься в пути. Ожидалось, что твое появление будет более скорым.

Из-за молильни вышел мужчина. Это был сер Бертилак.

-И почему я не удивлен?- спрашивает сам себя Гавейн, разминая уставшую шею.

Он медленно приближается к тому месту, где стоит сер Бертилак. Рыцарь готов в любой момент рвануть вперед, и уничтожить противника, обнажив против него свои клинки.

Лица сера Бертилака стало меняться. Черты лица старика уступают место более молодой, гладкой коже. Лица Гавейна и сера Бертилака становятся почти идентичны. Единственное различие — на лице Бертилака огромный шрам, идущий от брови, пересекающий переносицу и заканчивающийся на скуле.

Он, наконец, раскрыл себя. Это Аргавейн, Зеленый рыцарь.

-Ты дал мне этот кулон,- извещает Гавейн, снимая с шеи два одинаковых сапфировых кулона.- У меня на шее висит точно такой же. Но… существовать должен только один.

-Верно,- соглашается Аргавейн.- Мерлин спас тебе жизнь, создав этот кулон из частицы твоего сердца. И ты будешь носить его до самой смерти. В этом мире не существует его копий, это подарок тебе от великого колдуна.

-Ясно…

Гавейн наконец понял, что все это значит. Еще тогда, в Камелоте, когда Борс рассказала ему о том, что Аргавейн вневременной рыцарь, Гавейн занервничал. И в пути он думал о настоящем имени Зеленого рыцаря.

Когда сер Бертилак отдал ему свой кулон, подозрения Гавейна усилились, а теперь развеялись окончательно. У Зеленого рыцаря было три имени.

Бертилак…

Аргавейн…

И…

-Твое настоящее имя — героическая душа Гавейн.

Зеленый даже глазом не моргнул, когда его противник назвал его имя, использованное им при жизни.

Когда-то давно он действительно был рыцарем Камелота…

-Я стал духом твоих напыщенных идеалов. Спас множество людей и почти предотвратил междоусобную войну. Но…- Зеленый вздохнул,- в итоге остались лишь сожаления. Осталась только смерть.

-Только смерь?- Гавейн робко повторил слова цветного рыцаря.

-В попытках спасти королевство я убивал, убивал, убивал без конца. Реки крови лились под моими ногами. И все это — следуя своим идеалам. А что в итоге? Погибшее королевство. Я не хочу этого. Если ты меня убьешь, то продолжишь жить своими жалкими идеалами, и в итоге, тебе придется наблюдать гибель королевства. Но если умрешь сам… история изменится, и Британия, возможно, выживет в вихре людского тщеславия.

-ЧТО БЫ ТЫ ТАМ НЕ ГОВОРИЛ, У МЕНЯ НЕТ СОЖАЛЕНИЙ!!!- Гавейн не смог терпеть напыщенную речь Зеленого. Он сорвался на крик.- ПОЭТОМУ Я ТЕБЯ И НЕ ПРИЗНАЮ!!! Я СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ РАЗРУШУ ТВОИ НЕПРАВИЛЬНЫЕ ИДЕАЛЫ!!!

-Ты наконец понял. Нам придется скрестить клинки.

Аргавейн все это время был лишен эмоций. Он даже и бровью не повел, когда яростный крик его противника разошелся по часовне, создав громогласное эхо.

Он закрыл глаза. Его эмоции затухли, погасли как пламя, которое залили водой. Магическая энергия собиралась вокруг него.

Зеркало души этого человека было иное. Не такое, как у любого волшебника.

-Сквозь боль…- открыв глаза, наполненные яростью, вскрикнул цветной рыцарь.

От него, как от основного магического источника, отделились оружия. Десятки клинков, секир и копий разлетелись во все стороны, вонзившись в стены и потолок. Некоторые так же остались на полу, хотя и не могли помешать сражению двух рыцарей.

Это Зеркало души крайне необычно. Если это заклинание, примененное другим магом, перемещает всех, находящихся радом в особую магическую область, то тут все наоборот. Такая область отсутствует, а основная черта характера перемещается в материальный мир.

Как это произошло сейчас.

Гавейн осмотрелся. Он не мог поверить своим глазам.

А в руках Зеленого рыцаря, тем временем, появились два парных изогнутых фальшиона. Он не были похожи на обычные оружия британского образца.

Но у Гавейна не было времени выяснять, что же это такое. Его клинки были обнажены так же быстро, и готовы к новому сражению.

Между ними примерно пятнадцать футов.

Первый ходит Гавейн. Их мечи скрещиваются, извещая о начале новой битве в этой маленькой часовне.

***

Ярость, с которой Аргавейн наносил удары, нельзя сравнит ни с чем. Они были сильны, но в то же время выверены. Наносились только туда, куда Гавейн не ожидал. Ему приходилось парировать каждый выпад, каждую атаку за доли секунд до попадания их по телу.

Оба противника не были облачены в тяжелые доспехи, что позволяло им спокойно маневрировать на этой небольшой территории.

От одного из сокрушительных ударов Аргавейна клинок Гавейна раскололся. Целой осталась лишь рукоять, которую рыцарь поспешил выбросить.

Следующая атака Зеленого разрушила и второй меч, превратив его в бесполезный хлам. Однако, на этот раз рукоять осталась в руках Гавейна.

Обойдя противника, Аргавейн пнул рыцаря в спину, откинув вперед. Гавейн упал на живот, но быстро перевернулся на спину, чтобы видеть, что затевает его противник.

-Твое нежелание применять магию в этом поединке… опять следуешь своим жалким идеалам?- процедил Аргавейн.- Благородный рыцарь, который отказывается победить лишь из-за данных когда-то обетов. Готов жизнь отдать, лишь бы не нарушить обещание!

Тут Гавейна как будто переклинило. Он уже не понимал, что значат его идеалы. Не понимал, но отказываться от них не спешил.

Горячая магия прилила к его рукам. Рукоять трансформировалась в клинок, полностью идентичный расколотому. А в другой руке…

Так же из неоткуда появился клинок.

-Хм… смог все-таки понять, как создать оружие, а не изменить структуру!

Аргавейн резко приближается к Гавейну, но тот сам вскакивает, не давай противнику атаковать. Да так вскакивает, что подпрыгивает над землей, и атакует Аргавейна. Зеленый рыцарь прорывается вперед, вновь, на этот раз полностью, раскалывая и клинки и рукояти.

Это получилось потому, что во время удара Зеленый передал часть магии оружию Гавейна. Магия внутри превысила предел, и оружия раскололись.

***

Мое тело…

Оно изрезано мечами до неузнаваемости…

Сколько оружия держали эти руки…

Тело из стали

По венам течет колдовство.

Я создал десятки тысяч оружий.

Не познав жизни…

Не вкусив страха смерти…

Выдержал адскую боль…

Создав столько оружия…

И мои руки уже ничего не смогут держать…

Ведь это тело…

Воистину…

Кладезь смерти…

***

Гавейн упал на колени. Его тело было изрезано, правая нога хромала, а несколько левых ребер сломаны.

Но то, что с ним произошло…

-Ну… ты ведь видел…- гордо, с чувством выполненного долга говорит Аргавейн.- Правду, которая поджидает тебя в будущем. Ты всего лишь чертова подделка, живущая, следуя своим идеалам. Ты понял, кто ты на самом деле!?

Сдерживая ярость, Гавейн медленно встает на ноги. Он и сам не знает, что его удерживает от того, чтобы не бросится на Зеленого…

Скорее всего — это здравый рассудок.

-Ах ты!..

Рыцарь Камелота разворачивается. В его руках, с громким звуком и ослепительным светом появляются два клинка, полностью идентичных клинкам Аргавейна.

Зеленому удается парировать первую атаку… затем вторую и третью…

Их клинки скрещиваются, высекая сотни искр.

-Ты уверен, что хочешь стать героем!?- кричит цветной рыцарь, пытаясь перекричать шум не стихающего боя.

-Я не хочу!- отвечает ему Гавейн, раз за разом то атакуя, то парируя выпады.- Я стану!

-Я так и думал! Это… твое единственное чувство!

-Что ты сказал!?

-Ты просто ослеплен!

Атака Аргавейна настолько сокрушительна, что раскалывает блокирующий меч, и заставляет Гавейна отпрыгнуть назад, при этом потеряв равновесие.

-Только из-за того, что твой король выглядела такой счастливой…

Руки Гавейна сгибались под силой, которую его противник вкладывал в каждый свой удар. Каждый раз атакуя все сильнее и сильнее, он был готов в любой момент разрушить клинки Гавейна одним лишь выпадом.

-…ты просто захотел стать таким же, какой стала она!

Свист стали не прерывался не на секунду. Острые лезвия оказывались в зарубках за какие-то несколько секунд.

-Ты просто взял себе ее идеалы!!!

-Ошибаешься!!!

Крик Гавейна заглушается жесточайшим звуком, в сопровождении которого раскололся и второй его клинок вместе с рукоятью. Только на этот раз осколки рукояти повредили Гавейну ладонь и застряли в коже.

На этот раз рыцарь преобразовал их, и был полностью готов к следующей атаке.

-Я был одержим верой в то, что должен следовать глупому кодексу чести! Продолжал бежать вперед, совершая ошибки одну за другой, убивая и убивая!!!

Оружия вновь раскололись. Оба клинка Гавейна превратились в стальные осколки, которые рыцарь поймал, и преобразовал в два прекрасных меча.

-Ты не в сказке, чтобы мечтать о спасении совей души жалкими идеалами!!!

Мышцы рыцарей напряжены и устали, руки дрожат. Но не один не ослабляет хватку, все так же яростно атакуют противника.

-Если ты не можешь жить без этих идеалов, тогда умри вместе с ними!!!

Гавейн втыкает стремительно падающие клинки в пол и опирается на них. Его ноги настолько ослабли, что даже не чувствуют боли полученных ран.

Однако, они все еще могут сослужить своему хозяину.

Рыцарь сплевывает кровь.

Он даже не заметил, как Аргавейн рассек ему лицо, оставив точно такой же шрам, какой был у него на лице.

Гавейн вот-вот умрет.

Исход этой схватки был ясен изначально. Сар Гавейн никогда бы не смог победить героическую душу ГАВЕЙНА.

Но проиграл он не телом. Скорее духом. Пусть даже глубоко в подсознании рыцарь Камелота признал правоту убеждений Зеленого рыцаря.

Это и была его единственная ошибка.

Но тогда почему?..

Почему, каждый раз, когда Аргавейн называл его идеалы ложными, в сердце Гавейна просыпалась ярость, которая придавала ему сил?

-Сквозь боль…

Гавейн начинает читать заклинание, которое станет его гордостью.

Слова Гавейна ранят ГАВЕЙНА. Еще тогда, в самом начале пути, он решил убить себя-из-прошлого. Это все, чего он желал.

-Гаденыш. Ты все еще…

-Я не проиграю тебе,- тихо шепчет Гавейн.- Я могу проиграть кому угодно… но… не самому себе!!!

И, выпрямившись, он вновь бросается в атаку. Отпрыгнув, рыцарь за долю секунды оказывается около Зеленого рыцаря, и наносит жестокий удар сначала правым, а затем и левым клинком.

-Ты…

Следующая атака была грамотно парирована Аргавейном, что и позволило ему не просто выжить, но и отпрыгнуть назад, обеспечив себе хорошую позицию для дальнейшей атаки.

Скрестив руки, он заставил лезвия клинков коснуться своих плечей.

-Я не…

Гавейн все так же яростно кричал, не желая признавать того, что его противник — это он сам.

Забыв обо всем на свете, он рвется вперед.

Без защиты…

Этот рыцарь действительно не понимает, что такая опрометчивая атака может стать для него последней.

Их клинки ударяются друг об друга.

И Гавейн, и его противник остались целыми. Они все так же продолжают атаковать, не думая ни о чем. Лишь у Зеленого рыцаря остались частицы здравого рассудка, и он хотя бы пытается выверять движения.

Еще несколько десятков ударов не причиняют рыцарям никакого вреда.

-Ты знаешь, что твои идеалы ложные, а мечта стать героем — бред! Но все равно пытаешься…

-Я не ошибаюсь.

Дико вскрикнув, Гавейн рвется вперед, готовя сокрушительную атаку.

Едва его клинки касаются оружия Зеленого, мечи Аргавейна раскалываются точно так же, как и оружие Гавейна несколькими минутами ранее.

Зеленый не верит в это.

Как такое могло случится? Ведь он намного лучше осознает принцип действия своих способностей, и при этом потерял оружие.

Хоть это и было незначительным поражением, Зеленый заволновался. Он немедленно создал точно такие же фальшионы, какие держал в руках Гавейн.

Следующая его атака должна стать последней.

Просто обязана, иначе Гавейн действительно может его победить.

Сейчас оба рыцаря стоят спина к спине друг с другом на совсем небольшой расстоянии. Оба одновременно разворачиваются, и наносят полностью идентичных удара.

Три фальшиона раскалываются.

Тот, который остался цел, находится в правой ладони Гавейна.

-Идеалы — не ошибка!!!!

Эти слова вонзаются в грудь Аргавейна.

Атака, на которую были потрачены все силы, должна быть отражена соответственно. Однако, у Зеленого рыцаря не было таких сил.

Он слышит чавкающий звук.

Лезвие пронзает его грудь.

***

-Я победил?- робко спрашивает Гавейн, все еще сжимая уставшей ладонью рукоять меча.

-Ага.

Зеленый рыцарь тяжело вздыхает.

Он и сам не знает, случайно ли, или специально…

Но блокировать такую глупую атаку он не смог.

-А я проиграл…

Шепчет он куда-то вдаль, словно убеждая самого себя…

Грудь Аргавейна раскалывается. Начиная от места, пронзенного клинком, его тело рассыпается, превращается в песок всех цветов радуги.

-Запомни навсегда, Гавейн… эта часовня — часть тебя.

Его предсмертные слова лишены эмоций. Зеленый рыцарь лишь смотрит в глаза самому себе на несколько лет младше, пытаясь разглядеть в них хоть что-то, чего не видел в глазах того, другого Зеленого, с которым сражался при жизни.

Так же, как и Гавейн сейчас, тогда он смог одержать победу над самим собой.

Цветной рыцарь только сейчас понял…

Ни будущее, ни тем более прошлое не изменить.

Закрыв глаза, он позволяет своему телу окончательно растворится. Цветной песок поднимается вверх, и развеивается, едва касается крыши зеленой часовни.

Гавейн разжимает руку. У него не осталось сил даже на то, чтобы держать меч. Ноги неимоверно болят. Они подкашиваются. И рыцарь падает на пол. Больно ударившись коленями, он сидит, подняв голову вверх…

Он до сих пор не может поверить, что несколько секунд назад убил самого себя. И только сейчас рыцарь начал задумываться о словах Аргавейна.

Что, если все, сказанное им было правдой? Как быть, если идеалы рыцарства действительно ложны, и ведут лишь к смерти тех, кто следует гласным и негласным правилам?

Ответа он не знал. Так же как и не знал, зачем одинокий рыцарь пришел в Камелот год назад, и предложил пари.

Эпилог.

Мерлин и Моргана спустились в самую глубокую часть пещеры. Туда, где находится заветная чаша.

Заплесневелый запах бьет в ноздри обоим магам, но, тем не менее, они продолжают идти.

-Что это за место?- спрашивает Моргана, едва поспевая за Мерлином.

-Пещера. Здесь берет начало мое могущество и магия всего мира. Здесь все становится возможным, и встречает свою противоположность.

Завороженная Моргана подходит к постаменту, над которым неведомым ей образом висит деревянная, ничем неприметная чаша.

-Будущее?- спрашивает она в надежде на хоть какой-нибудь ответ.

-И прошлое.

-Желание?

-Раскаяние.

-Знания?- Моргана думает, что смогла угадать основное назначения этой пещеры.

-И забвение.

И она видит…

Видит, как Ланселот, столь почитаемый всеми рыцарь, возлег на покрытом мхом камне с женой короля. Пусть это и был лишь официальный титул, но «измена» Гвеневры была столь же официальна.

Видит, как ее мать, Игрейна, отдалась Утеру Пендрагону.

И видит рыцаря в золотых доспехах. Его руки обагрены кровью, а от него самого исходит очень сильная магическая энергия.

Точно такая же, какая исходит от Экскалибура.

-Это и есть будущее?- прикрывая рот ладонью, спрашивает Моргана.

-И будущее, и настоящее. Грааль показал тебе причину войны… Показал то, из-за чего твоя мать умерла… и показал твое будущее… твоего сына.

Неугомонной Моргане было все мало.

Она хотела знать еще больше, даже не задумываясь о том, какую цену придется заплатить за эти знания.

Она хотела вызвать дракона…

Зрачки Мерлина изменились.

-Если заглянешь в глаза дракону, испытаешь все мыслимые и немыслимые муки!- спокойно констатировал он.- Я испепелю тебя, предательница. Уничтожу, и предам все воспоминания о тебе забвению, Моргана!

Колдун раскусил ее. Истинная цель колдуньи стала ему ясна. Если дать ей полную власть, и сказать слова призыва драконов, одни Боги ведают, во что она может превратить королевство.

Горячая магия уже пробирается по его жилам, подтекает к рукам вместе с кровью. Вот-вот смертоносная доза магический энергии уничтожит Моргану, стоящую напротив, и трясущуюся под страхом смерти.

Но вдруг…

Его руки немеют, магия исчезает, а Моргана выпрямляется, и откидывает Мерлина назад вихрем воздуха.

-Грааль…- сквозь боль скулит старик.

-Не догадался ты, Мерлин,- словно читая его мысли, Моргана злорадно усмехается.- Я долго думала, как же мне отомстить за мать. И вот теперь знаю. Эта чаша… она подсказала мне…

-Не смей это делать!- колдун понял, что задумала эта ведьма. Однако сейчас он не мог произнести даже элементарное заклинание.

-Почему же? Я выкраду ножны Экскалибура, и из них создам своего сына.

Все верно.

Чтобы победить Артурию, Моргане нужен был кто-то, кто обладает силой не меньшей, чем Гае Булг и Экскалибур вместе взятые. И лучше всего такой человек получится, если взять частицу от обоих…

Ножны…

Ножны, созданные из крови короля на лезвии меча власти, которые дарую бессмертие своему владельцу.

Короткий взмах рукой, и тело Мерлина покрывается твердой ледяной коркой.

Колдун навеки останется заточен в этой подземной темнице. Там, где покоится Святой Грааль.

Content

Вормель Вирк Гавейн

ГЛАВА 1  ЗЕЛЕНЫЙ РЫЦАРЬ

ГЛАВА 2  ОТРАВЛЕННАЯ СТРЕЛА

ГЛАВА 3   СЕР БЕРТИЛАК

ГЛАВА 4  ГЕРОИЧЕСКАЯ ДУША ВНЕВРЕМЕННОГО РЫЦАРЯ

Эпилог.