Долли Нейл

Он, она и большое счастье

Пролог

По горькой иронии судьбы письмо Дэнни пришло на следующий день после его похорон.

Лэйни Гамильтон сунула послание в карман, не в силах прочесть последние слова брата. Как будто от этого что-то менялось.

И теперь, спустя три дня, девушка дрожащей рукой достала смятый голубой конверт. Они с братом были очень близки. Мать умерла сразу же после рождения Лэйни, и четырехлетний Дэнни обратил любовь и заботу на младшую сестренку. Отец, Кэппи, делал все, чтобы в доме всегда царило тепло и веселье.

Позже, когда Дэнни призвали на службу в военно-морской флот, брат с сестрой часто переписывались. И каждый раз, обнаруживая в почтовом ящике длинное сумбурное послание, Лэйни сияла от счастья.

Теперь кончено. Девушка никогда не получит весточку от любимого старшего брата. Как оказалось, последнее письмо датировано тем самым днем, когда мотоцикл Дэнни врезался в тракторный прицеп.

Экспертиза показала: Дэнни находился в состоянии алкогольного опьянения, что совсем не похоже на него. Особенно с тех пор, как он несколько лет назад расстался с Челси. Дэнни очень любил девушку. Именно из-за нее он стал почти что трезвенником.

Почему же Дэнни напился?

Ответ Лэйни держала в руке. Ее не покидало странное ощущение, что последнее письмо Дэнни изменит ее жизнь.

Девушка молча стояла у открытого окна, вслушиваясь в знакомые звуки школьного двора. Детвора весело и беззаботно играла в мяч.

Вздохнув, Лэйни отвернулась и села за стол. Изящным латунным ножичком, который брат прислал из Бангкока, она вскрыла конверт.

«Сестричка!

Не терплю обременять тебя своими проблемами, но, видит Бог, я должен с кем-нибудь поделиться.

Вчера днем ездил к Марси Норман. Помнишь младшую сестренку Челси? Она теперь совсем взрослая. Помолвлена с летчиком воздушной базы Мирамар. Я пригласил ее на ланч, и мы поболтали о старых временах. У Челси непростые отношения с родными. Она замужем, живет в Сан-Франциско. И совсем не общается со своей семьей.

И тут Марси сообщила потрясающую новость. Оказывается, когда мы с Челси расстались, она была беременна. И заявила родне, что из-за этого я бросил ее. Ребенок родился. Мальчик. Она отдала его на усыновление, не сказав мне ни единого слова о моем сыне. Просто выкинула его, как пару старых носков…»

Сердце Лэйни болезненно сжалось. Она понимала, какую горечь испытал брат. Дэнни очень любил жизнь. Сколько любви и нежности мог он дать сыну, о существовании которого даже не подозревал! По щеке девушки медленно скатилась жгучая слеза. Как же несправедливо! Лэйни сердито смахнула слезу и снова обратилась к письму.

«…Какой незаконный поступок, правда? Лэйни, мне слишком тяжело. Где-то далеко находится мой сын. Ему сейчас, наверное, лет восемь. Может, он думает, что не нужен отцу? Я не могу не вмешаться, сестричка. У тебя, кажется, есть подруга, которая занимается поиском пропавших родственников. Возможно, она поможет мне. Я должен разыскать ребенка.

Зная жизнь Челси — пьянки и наркотики, — предполагаю, в какие руки мог попасть сын. Есть шанс, что Челси отреклась законным путем, но я сомневаюсь. Она настоящая дрянь.

Пока ничего не говори Кэппи. Не надо его расстраивать. Вдруг мне не удастся найти сына и получить опеку над ним? Но в одном убежден: я должен обязательно разыскать ребенка, чтобы, по крайней мере, убедиться — его усыновили порядочные люди. Я перед ним в огромном долгу.

Вечером, впервые за долгие годы, я, похоже, напьюсь до чертиков, чтобы удержаться от поездки в Сан-Франциско. Иначе сверну шею Челси.

Если повезет, через пару недель буду дома. Скорее всего, свяжусь с адвокатом. Рассчитываю на тебя, сестричка! Обещай помочь мне заботиться о сыне…»

Тоненькие листки почтовой бумаги выпали из оцепеневших пальцев Лэйни. Обещаю, Дэнни, беззвучно прошептала она. Я выполню твою просьбу.

Внезапно печаль сменилась гневом. Следовало бы догадаться, что за трагедией стоит Челси Норман. Прошло много лет, однако проклятая женщина продолжает приносить горе и боль. Теперь ее безответственное поведение повлекло за собой гибель брата.

— О, Дэнни, — всхлипнула Лэйни, оплакивая его и мальчика, которого он так и не нашел. Дэнни стал бы прекрасным отцом, но Челси не дала ему ни единого шанса. Черт побери, ведь ее брат тоже располагал определенными правами! Он мог забрать ребенка к себе. А она и ее отец обязательно помогли бы ему. Если бы Челси не выбрала столь ужасный способ мести…

А как же Кэппи? Неужели ему не дано познакомиться с собственным внуком? Он будет бесконечно счастлив, увидев сына Дэнни!

Лэйни выпрямилась и вытерла слезы. Да, следует выполнить последнюю волю брата. В конце концов, она обязана Дэнни всем. Даже жизнью.

Глаза снова наполнились слезами. Она вспомнила жуткий несчастный случай, который произошел в детстве. Отец, офицер береговой охраны, в День благодарения находился на длительном дежурстве. Их отправили к родственникам в Миннесоту. Стоял очень холодный, морозный день. Дэнни и Лэйни, выросшие в солнечной Калифорнии, дрожали на берегу реки, их кузены играли в куче опавших листьев.

Дети дразнили их, двенадцатилетний Дэнни рассердился и зашагал прочь.

— Калифорнийские цыплята! В чем дело? Потеряли доску для серфинга? — Двоюродный брат Генри издевался над Лэйни. Она наконец не выдержала и побежала вниз к реке, собираясь ему как следует наподдать. Но, потеряв равновесие на скользкой круче, упала в ледяную воду.

Девочка не помнила, как выкрикивала имя Дэнни, ощущала лишь обжигающую кожу бездну, которая затягивала в мрачную глубину.

И вдруг крепкие руки подхватили ее. Лэйни услышала какой-то шум и почувствовала, что освобождается из ледяных объятий реки.

Дэнни не раздумывая спас сестре жизнь.

Сейчас Лэйни обязана вернуть долг. И сначала найдет его сына. Потом наймет адвоката для оформления опеки. Конечно, брат прав. Усыновление, видимо, незаконно. Она и Кэппи должны воспитывать ребенка.

Лучшая подруга Лэйни, Кати Макгью, работала в отделе генеалогических исследований. Ее основная обязанность — восстановление утерянных родственных связей. Но Кати активно участвовала в поисках приемных родителей. Лэйни твердо придерживалась мнения, что именно подруга сможет помочь.

И, прежде чем вновь обретенные силы оставили ее, девушка побежала в учительскую. К телефону.

1

Зеленый дорожный знак указывал: «Грантс Пасс, 23 мили».

Лэйни действительно ехала к сыну Дэнни. Она недоверчиво покачала головой.

Всего за два месяца Кати установила, что именно в штате Орегон находится ребенок. Мальчика зовут Дэвид.

Лэйни попробовала произнести имя вслух и решила, что оно ей нравится.

Да, скоро она увидит Дэвида собственными глазами. Лэйни уже знала, что малыш попал в хорошую семью: его любят, о нем заботятся так же, как это делал бы родной отец.

Лэйни достала из бардачка почтовую открытку, на которой красовался пансион «Серебряные сосны».

В который раз она рассматривала огромное здание из свежеобструганных бревен. Спортивно-оздоровительный курорт «Серебряные сосны» принадлежал Мэтью Вилборну, приемному отцу Дэвида. Кати выяснила, что четыре года назад его жена, Кассандра, погибла в автокатастрофе.

Оставалось двадцать миль.

Лэйни снова взглянула на открытку. Дэвид называет пансионат своим домом.

Место, по всей видимости, замечательное, свежий воздух, раздолье. Лэйни представила, как мальчик бегает по лесу или лепит зимой снежки.

К трем часам дня девушка добралась до Грантс Пасс. Она хотела отправиться дальше, но, похоже, послеполуденная жара в долине Сан-Жоакин достигла пика. И Лэйни заночевала в Сакраменто, прежде чем поехать дальше на север, к границе Орегона.

А может, поездка — ошибка? Увидеть ребенка, убедиться, что он попал в хорошую семью, — разве таково желание Дэнни? Он говорил об адвокате. Об опеке. Готова ли она начать судебное разбирательство?

Прекрати, сурово оборвала сомнения Лэйни. Будь что будет. Она всегда пыталась тщательно разбираться в любой ситуации. Кэппи шутил, что дочь, подобно кукловоду, старается дергать за какие-либо веревочки. Руководить чьей-нибудь жизнью. Однако в нынешней поездке Лэйни намеревалась стать лишь наблюдателем.

Кати отговаривала подругу от путешествия в Орегон, пригрозив позвонить ее отцу.

— Что ты собираешься делать? Похитишь мальчика?

— Нет, конечно, — резко возразила Лэйни.

Почему Кати ее не понимает? Она предприняла путешествие ради брата. Ребенок — ее единственный племянник. Единственный внук Кэппи. И она обязана досконально узнать о его жизни. Таково последнее желание Дэнни. Она никому не причинит боли.

— Никому, кроме себя, — отозвалась Кати. — А что, если мальчик — точная копия твоего брата? Неужели ты не понимаешь, насколько тяжела твоя миссия?

Но Лэйни осталась непреклонной. Больнее — не познакомиться с Дэвидом. Спортивно-оздоровительный курорт для нее — идеальное укрытие. Для всех она станет обыкновенной отдыхающей. Судебные дела можно отложить на потом, сначала — встретиться с мальчиком. Лэйни убедила в конце концов Кати, и та помогла ей организовать поездку…

Наконец показался небольшой городок Грантс Пасс. От волнения лицо Лэйни покрылось испариной. А если она себя как-нибудь выдаст? Или вдруг ее узнают?

Умом Лэйни понимала, что беспокоиться нет повода. В пансионе она представится логопедом из Лос-Анджелеса, которая приехала сюда в отпуск. Лето только началось, почему бы не провести недельку на курорте? Разве она кому-нибудь навредит? Об истинных целях Лэйни никто и не заподозрит.

Преодолев последнюю милю, девушка заметила у поворота грубо вырезанный на дереве знак: «Пансион «Серебряные сосны», самый отдаленный в Орегоне спортивный курорт».

Местность вполне соответствует своему названию, отметила девушка, проезжая через лес, наполненный ароматом хвои. Сквозь зеленые ветви проглядывалось большое здание, которое, судя по открытке, и являлось пансионом.

Лэйни затормозила. «Серебряные сосны» оказались гораздо обширнее, чем она представляла. На автомобильной стоянке, посыпанной гравием, стояло не меньше дюжины машин. Значит, бизнес процветает. Из неведомых источников Кати узнала, что Мэтью Вилборн — удачливый предприниматель. Торговал спортивными товарами и туристическими принадлежностями, прежде чем организовал зону отдыха. И деловая хватка не подвела мистера Вилборна: сам пансион и территория вокруг выглядели очень респектабельными.

Не успела Лэйни как следует осмотреться, как возле машины возник высокий мужчина в поношенных джинсах и клетчатой рубашке. Сдвинув на затылок ковбойскую шляпу, он заглянул в окно автомобиля.

— Привет. Вы к нам? — Худощавое лицо мужчины расплылось в доброжелательной улыбке.

Лэйни кивнула. Радушный прием. Если бы Мэтью Вилборн знал об истинных целях ее визита, он вряд ли оказал ей гостеприимство.

Мужчина открыл дверь машины и помог девушке выйти.

— Рад познакомиться. Ваши вещи в багажнике?

Лэйни снова кивнула, боясь, что голос выдаст ее. Она словно проглотила язык. Не следовало сюда приезжать. Но отступать уже поздно.

Незнакомец протянул руку. Лэйни недоверчиво уставилась на него.

— Давайте ключи. Я достану чемоданы из багажника.

— Да, конечно. Извините.

Широкая насмешливая улыбка появилась на лице мужчины.

— Значит, вы умеете разговаривать? А я приготовился объясняться жестами. — Он смеясь покачал головой.

Лэйни подождала, пока тот достал ее вещи, и вслед за ним вошла в дом.

Хозяин поставил чемодан на отполированный пол из красного дуба возле длинной изогнутой стойки.

— Ну что ж, посмотрим. — Он обратился к картотеке. — Вы мисс Рут Элэйн Гамильтон, верно?

Девушка кивнула и оглядела фойе. Может, дела идут не столь успешно, как показалось вначале? Нигде не было ни портье, ни кого-нибудь из обслуживающего персонала. Похоже, встретивший ее человек один составляет целый штат пансиона.

Лэйни рассеянно отметила, что отдыхающих тоже не видно, но расспрашивать не решилась. Ее тревожило отсутствие каких-либо признаков восьмилетнего мальчика.

— Ну-ка, болтушка, оставляйте свой автограф!

Девушка вздрогнула, сообразив, что мужчина заполнил регистрационную карточку и подал ей вместе с шариковой ручкой.

Подняв глаза, она увидела, как тот снял широкополую шляпу и повесил ее на рог американского лося, чья голова крепилась к обшитой досками стене.

— Отлично! — Хозяин взял ручку и что-то пометил в блокноте. — Одиннадцать человек, — ликовал он. — Осталось трое.

И с торжествующим видом повернулся к Лэйни. Похоже, он ожидал бури аплодисментов. Девушка слабо улыбнулась, не зная, как выразить одобрение.

Она совершенно растерялась, когда мужчина снял шляпу. На автомобильной стоянке он показался Лэйни довольно привлекательным, но ничего особенного она не заметила. А без шляпы незнакомец казался просто сногсшибательным.

На вид тридцать восемь — сорок лет, волосы отливают чистейшим серебром. Разительный контраст со смуглым лицом и синими, как озера, глазами.

— Мм… заполните, пожалуйста, регистрационную карточку.

Лэйни поняла, мужчина заметил, что она его внимательно разглядывает. Пойманная на откровенном оценивании его обаяния, девушка смутилась, протянула мужчине кредитную карточку и выхватила ручку.

Он спокойно наблюдал, как Лэйни заполняет бланк, а потом объявил:

— Добро пожаловать в «Серебряные сосны». Вы получите все, что пожелаете. Распорядок дня и маршрут развлекательных мероприятий найдете в своем номере.

Бодрый, веселый, хотя загружен работой, подумалось Лэйни. Как будто он… Внезапное подозрение промелькнуло у нее в голове. Да ведь владелец всегда трудится гораздо больше любого работника, а если он — хозяин пансиона, значит, так и есть…

К такому выводу Лэйни пока не готова. Ей сразу же захотелось прилечь, чтобы прийти в себя. Как она не догадалась? Дрожащим голосом девушка спросила:

— А вы… вы хозяин?

— Простите, не представился. Вы же не дали возможности ввернуть словечко.

Забыв об усталости и нервном напряжении, Лэйни улыбнулась. Ей нравились люди с чувством юмора. А глаза у мужчины удивительные — синие, глубокие, обрамленные длинными темными ресницами, притягивающие тщательно запрятанной печалью.

Однако в облике мистера Вилборна не было ничего печального, когда он отвесил девушке изящный поклон. Доброжелательная улыбка снова осветила его лицо, приоткрывая ряд ровных белых зубов. Хозяин начал пространное представление.

— Мэтью Вилборн — владелец, управляющий, экскурсовод, горничная. По существу, мастер на все руки.

Его лицо выражало огромное удовольствие, почти самодовольство. Он просто упивался ролью владельца поместья. А почему бы и нет? У Лэйни возникло безумное желание нарушить его самообладание, выпалив: «Привет, а я тетя вашего сына».

Однако она слабо улыбнулась и побрела за мистером Вилборном сначала на второй этаж, затем по длинному коридору с номерами на дверях.

— Ну-у… вот мы и пришли. — Он распахнул дверь и поставил чемодан Лэйни на подставку для багажа. — Ванная. Выключатель кондиционера, — объяснял хозяин. — Сомневаюсь, что вы захотите им воспользоваться. Если что-нибудь понадобится, крикните или свистните.

Мэтью вертел в руках ключ от номера, с любопытством наблюдая за девушкой, оглядывающей комнату. Она чувствовала себя неким экзотическим мотыльком, приколотым к подушечке острым взглядом естествоиспытателя.

Лэйни неожиданно испугалась, что он никогда не уйдет. Чтобы получить хоть небольшую передышку от изучающего взгляда и собственной неожиданной реакции, Лэйни принялась расхаживать по номеру, словно знакомясь с новым жильем.

Мэт смотрел, как она открывает и закрывает окна, двери, выдвигает ящики тумбочки. Он почему-то чувствовал, что в действительности ее не волнуют удобства. Гостья двигалась как заведенная, словно на автопилоте.

Странная женщина, решил Мэт. Натянута как струна. Прекрасные красновато-рыжие волосы стянуты в «конский хвост» так туго, будто она старается удержать их под контролем, как и свои чувства. Между тем очень привлекательна, нежна, женственна. Правда, не помешало бы быть немножко полнее. Скульптурно очерченные скулы подчеркивают красивый рот. Полный. Чувственный. А губы дрожат, будто нервничают.

Мэт взъерошил волосы. Не фантазируй, подумал он. Городская женщина не подходит твоему образу жизни. Почему же она пробуждает такие странные мысли? Он никогда не страдал чрезмерным воображением. Не следует придумывать загадочную ауру. Девушка просто устала с дороги.

И все-таки, зачем красивой женщине проводить отпуск в одиночестве, да еще в глуши? Здесь наверняка замешан мужчина.

Девушка закончила осмотр комнаты и повернулась к Мэту. Тот заметил, как ее глаза удивленно расширились, и понял, что слишком внимательно ее разглядывает.

В золотистых очах застыла печаль. Ей, наверное, очень больно.

— Что-нибудь еще? — спросила Лэйни.

— Нет. Только… Я знаю, прозвучит банально, но… мы когда-нибудь встречались?

Она так сильно затрясла головой, что одна шелковистая непослушная прядь выбилась из прически.

— Нет. Конечно нет.

— Видимо, вы правы, — отозвался мужчина. — Уверен, я бы вас запомнил. — Мэта не оставляло странное ощущение, что он где-то видел эту женщину.

Проведя рукой по густым серебристым волосам, он попытался отогнать нелепые фантазии. Она просто гостья, и точка.

— Ну что ж, если вам еще кое-что понадобится… — Мэт никак не мог придумать предлог, чтобы остаться.

Обычное любопытство, решил он. Рут Элэйн Гамильтон не подходила ни под одну категорию женщин, приезжающих в пансион. Многострадальные жены, спортсменки, бредящие опасностями и приключениями, хорошенькие девчонки, стремящиеся окрутить гида или инструктора по верховой езде… Ни то, ни другое, ни третье. Но Мэт не мог отделаться от мысли, что раньше их пути пересекались.

Так и не придумав тему для продолжения разговора, он положил ключ на туалетный столик и направился к двери.

— Минутку, мистер Вилборн.

— Да?

— Я заинтригована. Внизу нет ни души. То есть на стоянке много машин, а…

Мэт улыбнулся.

— Понимаете, здесь не гостиница, где отдыхающие часто томятся от безделья. Кое-кто отправился на прогулку верхом. Другие — на реке, а некоторые просто наслаждаются природой.

— У вас есть ресторан?

— Мы здесь питаемся по-домашнему, в столовой. Никакого меню. Берете любые блюда, которые понравятся.

Лэйни удивленно подняла бровь.

— Значит, вы располагаете большим штатом. Наверное, нелегко управляться с пансионом внушительного размаха?

Мэт, сцепив руки, прислонился к косяку. Он лукаво посмотрел на гостью. Снова вернулось прежнее наваждение. Когда она подняла бровь, мужчина готов был поклясться, что видел это неподражаемое движение сотни раз.

Искренний, последовательный по натуре, он крайне редко поддавался игре воображения. Но есть что-то… мистическое… в красивой женщине. И сама необычна, и вопросы тоже необычные. Настоящая загадка, а загадки Вилборн любил.

Помотав головой, он попытался сосредоточиться на вопросе.

— На самом деле штат небольшой. Дело в основном семейное. Я, мой брат, пара рабочих по найму, горничная. Да, и, конечно, Индия, она заправляет на кухне.

— Понятно. Действительно здорово. Но если дело семейное, почему же вы не упомянули о своем сыне? — И поспешно добавила: — Я имею в виду условия для детей.

— Простите?

Лэйни прикусила губу. Вилборн, возможно, решил, что она слишком любопытна.

— Мы принимаем не так много детей. Здешняя природа скорее устраивает взрослых. Но, я думаю, мы сможем занять и ребятишек. А что?

— Да нет, просто интересно. Спасибо. — Лэйни отвернулась и принялась тщательно открывать и закрывать ящики туалетного столика и рассматривать ванную.

— Думаю, вам нужно устроиться, — сказал он. — Ужин в семь. У нас особенно не наряжаются…

— Спасибо, мистер Вилборн. Увидимся в семь.

— Называйте меня по имени — Мэт. Можно не соблюдать формальности.

Лэйни улыбнулась. Мэт, а не Мэтью. В коротком варианте имя звучит более выразительно. Может, поэтому и выбрал? Мэт гораздо больше подходит этому сильному человеку. И он выгодно отличается от псевдоинтеллектуалов из учительской.

— О'кей, Мэт! До встречи.

— Ну и хорошо, Рут Элэйн.

— Лэйни, — улыбнувшись, поправила девушка.

Если он целую неделю станет называть ее Рут Элэйн, она, пожалуй, сойдет с ума. Кроме того, подружиться с ним не так уж плохо. Она намного легче выведает у него о Дэвиде. Только нужно действовать осторожнее и не поддаваться силе его обаяния и физической привлекательности.

Мэт закрыл дверь и остановился в коридоре. Забавно: к чему вопросы об управлении пансионом? Что они значат?

Ему следует держаться настороже. Мэтью тянуло к женщине. Однако в Лэйни Гамильтон было что-то странное. Что же?

Может, она собирается открыть собственный курорт? Или она конкурентка? Мэт надеялся, что он не прав. Он не выносил лжи. В конце концов, здесь можно устроить и два пансиона. И если Лэйни намерена стать хозяйкой нового заведения, он ей поможет. Но неискренности Мэт не переносил.

Или он думает совсем не в том направлении? Вдруг она собирается писать статью или собирает сведения для какой-нибудь фирмы? Надо посмотреть ее регистрационную карточку, тогда, возможно, ситуация прояснится, и он избавится от тяжелого ощущения таинственного появления Лэйни в «Серебряных соснах».

Вне всяких сомнений — за вопросами мисс Гамильтон что-то кроется. А чего он собственно боится? Красивая женщина окружена тайной. Любой мужчина почувствует себя заинтригованным. Он обязательно выяснит, что из себя представляет гостья.

Мэт, насвистывая, спустился по ступенькам. Похоже, предстоящая неделя обещает приятные неожиданности.

2

Лэйни разбудил приглушенный смех, доносящийся из коридора.

Она взглянула на часы. Ого! Нужно поторапливаться. В отличном настроении после ванны и сна девушка вскочила с уютной пуховой постели. Мэт Вилборн говорил, что ужин в семь. Конечно, Дэвид придет на вечернюю трапезу. Наконец-то она его увидит.

Лэйни в задумчивости остановилась перед шкафом, сделанным из сосны. Выбор одежды всегда производит впечатление. Что же надеть? Девушка вертела наряды. Трикотажное платье абрикосового цвета, ее любимое, — цвет подчеркивал красноватые отблески волос. Но низкий вырез казался слишком вульгарным для приличной тетушки. А вот платье из набивного ситца в романтическом стиле. Однако оно слишком скромное.

Остановись, оборвала сомнения Лэйни. С каких это пор следует одеваться специально для ребенка? Она ведь не собирается представляться мальчику его тетей. Просто гостья — именно так воспримет ее Дэвид. Если вообще заметит.

Девушка решительно сняла с вешалки любимый наряд.

Десять минут спустя она в последний раз поправила волосы и вышла в коридор. Остановилась у лестницы, вслушиваясь в веселый смех, раздающийся из общей комнаты внизу. Приглушенные звуки напомнили, что Лэйни здесь совсем одна. Женщины в пансионе отдыхают, конечно, с мужем, любовником или другом.

— Мне все равно, — прошептала Лэйни.

Она привыкла к собственной компании и почти не чувствовала одиночества. К тому же приехала не развлекаться, напомнила себе Лэйни. Необходимо увидеть племянника.

Лэйни немного подтянула вверх глубокий вырез платья.

Скрип открывающейся двери прервал ее размышления. Девушка оторвалась от дубовых перил и пошла вниз по широким ступенькам.

Как она и предполагала, отдыхающие собрались в общем зале. Около дюжины гостей устроились у камина, выложенного из речных камней. На массивных деревянных полках и столах стояли ряды закусок. А в буфете мерцали графины с красным и белым вином.

Лэйни обошла тесную компанию и, пытаясь справиться с внезапным приступом волнения, налила бокал шабли. Пальцы вцепились в ножку бокала, едва не расплескав вино.

— Привет! Вы новенькая?

Девушка обернулась. Высокий темноволосый мужчина лет тридцати пробирался к ней с другого конца комнаты. Пристальный взгляд блестящих голубых глаз не оставлял сомнений, что именно она являлась его целью.

А вот такого внимания Лэйни желала меньше всего: она не нуждалась в донжуане, собирающемся пополнить список побед. Девушка огляделась в поисках выхода.

Но не успела сдвинуться с места, как мужчина подошел к ней и взял под руку.

— Эй, красотка! Ты что, собираешься сбежать?

На ее счастье, рядом появился Мэт Вилборн. Как бы небрежно обняв ее за плечи, он улыбнулся парню.

— А, привет, Берни! Вижу, ты уже познакомился с прекрасной мисс Гамильтон. Лэйни, это Бернард, мой брат, наш семейный негодяй.

— Мы только собирались представиться друг другу, когда нас так грубо прервали, — добродушно проворчал Берни.

— К сожалению, мой маленький братец, ты опоздал. Мисс Гамильтон согласилась составить мне компанию за ужином. Правда, Лэйни?

Девушка вздохнула, чувствуя неловкость от теплого прикосновения Мэта к обнаженной руке. Приглашение — прекрасная возможность оказаться поближе к племяннику.

— Верно, — ответила Лэйни, стараясь не обращать внимания на дрожь, пробежавшую по спине при мысли о соседстве Вилборна за столом. Девушка заставила себя сосредоточиться на помрачневшем лице Берни. — Возможно, в другой раз, — успокоила она юношу. — Я и не догадывалась, что вы брат Мэта.

Берни, подмигнув девушке, направился к веселой компании.

— А кстати, где ужин? — спросила Лэйни. — Я умираю от голода.

И тут в комнату вошла полная пожилая женщина. Ее неудачно осветленные волосы по цвету напоминали солому, хмурое лицо прорезали глубокие морщины. Она остановилась в дверях и постучала по металлическому треугольнику. Все головы повернулись в ее сторону.

— Ну вот, — прошептал Мэт, беря Лэйни под руку. — Сейчас начнется столпотворение.

Они выскользнули из комнаты, когда женщина выпалила:

— Ужинать!

Мэт провел девушку через фойе к маленькой двери, которую та раньше не заметила, с повышенным вниманием разглядывая хозяина пансиона.

Обстановка столовой очаровала Лэйни. Круглые столики, в художественном беспорядке расставленные на дощатом полу, скатерти в красную клетку, столовые приборы с голубыми цветочками создавали неповторимое ощущение домашнего уюта.

Мэт потянул девушку за руку, направляясь к великолепному буфету.

— Почему они так торопятся? — спросила Лэйни, втягивая носом чудесный аромат поданных блюд. Она осознала, что из-за страха и волнения не принимала нормальной пищи несколько дней.

— Отдыхающие провели целый день на реке. Много движений, свежий воздух, люди возвращаются ужасно голодными. Да вы сами скоро убедитесь.

Девушка промолчала. Она не собиралась тратить драгоценное время на бесполезные занятия. Нужно использовать каждую минуту, чтобы выяснить, где ее племянник, сын любимого брата. Только бы его увидеть.

Следуя примеру Мэта, Лэйни положила в тарелку понемножку с каждого блюда и побрела за хозяином к отдельному столику в углу комнаты.

Через несколько минут к ним присоединилась молодая пара. Мэт представил их как Иоланду и Фрэнка Гарсиа из Аризоны. Они проводили здесь медовый месяц. Молодожены что-то пробормотали в ответ на слова Вилборна и снова уставились друг на друга.

Столик был рассчитан на пятерых, и Лэйни решила, что последний стул предназначался Дэвиду. Но Мэт спокойно поглощал картофельный салат и, казалось, никого не ожидал.

— А кто еще здесь сидит? — Девушка кивнула на пустующее место.

Мэт пожал плечами.

— По-разному. Иногда Индия.

— Индия?

— Индия Дорман, моя теща.

Разве он снова женился? Неожиданное чувство досады охватило Лэйни. Она пыталась убедить себя, что боится возможных осложнений со стороны мачехи Дэвида. Но в утверждении скрывалась лишь половина правды.

Чтобы скрыть смущение, Лэйни огляделась, рассеянно перебирая букетик полевых цветов, стоящий на столе. За несколько секунд она пришла в себя.

— А ваша жена тоже здесь работает? Вы ведь говорили, что пансион — семейное дело.

— У меня нет жены. Мне трудно объяснить, — ответил Мэт на не высказанный вопрос, таившийся в глазах Лэйни. Он нахмурился и ткнул вилкой в тарелку, прерывая объяснение. — Индия — бывшая теща. Моя жена умерла несколько лет назад.

— Простите, — пробормотала Лэйни, испытывая странное облегчение, что Мэт снова не вступил в брак. Мысль о мачехе Дэвида расстроила ее. Новая жена, несомненно, отвлекла бы внимание Мэта от мальчика, что очень беспокоило девушку. Благополучие ребенка? Черта с два, раздавался внутри мерзкий голосок.

Когда Лэйни подняла глаза, Мэт еще говорил.

— Я не афиширую отношений между мной и Индией. При разговорах о смерти люди обычно чувствуют неловкость. Ну, друзья, — сказал хозяин, переключив внимание на молодую пару, — нравится ли вам здесь?

Фрэнк с трудом оторвал взгляд от нежного подбородка своей половины.

— Отлично. Комната очень уютная.

— А пейзаж? — спросил Мэт. — Лучше, чем в городе?

— Боюсь, мы не слишком много времени проводим на улице, — смущенно пробормотал Фрэнк.

Иоланда Гарсиа, покраснев до корней волос, ткнула мужа локтем в бок.

Неловкое молчание, возникшее после небольшой оплошности Фрэнка, прервал Мэт, снова обратившийся к Лэйни:

— В вашем письме сказано, что вы учительница. В начальных или старших классах?

Девушка, не дожевав, проглотила пикантную жареную фасоль.

— В начальных. Но по профессии я логопед. Уже два года я работаю со школьниками второго и третьего классов.

— Правда? А мой сын как раз закончил второй класс.

Лэйни чуть не подавилась.

— Ваш… ваш сын?

— Мм… Дэвид. Несчастье и радость моей жизни. — Мэт улыбнулся, что-то вспоминая. — Отличный парень, но уроки терпеть не может. Вот рыбалка — другое дело.

С нарочитой медлительностью, стараясь скрыть внезапно охватившее волнение, Лэйни опустила вилку и как бы невзначай спросила:

— Значит, Дэвид любит рыбалку? Видимо, он пропадает на реке?

— Нет, он…

И в этот момент появилась полная пожилая женщина. Индия Дорман, догадалась Лэйни.

— Мэтью, ты нужен мне на кухне.

— Да, конечно. — Он извинился и вышел вслед за тещей.

Более неподходящего момента миссис Дорман выбрать не могла. Мэт едва не рассказал Лэйни о Дэвиде. Упустив прекрасную возможность разузнать о племяннике, она нахмурилась и принялась разглядывать уютную столовую.

Забавно, думала девушка, комната кажется такой пустой без хозяина. И хотя за остальными столиками по-прежнему слышался гул голосов, ощущение теплоты и радушия исчезло.

Через несколько минут пришел Мэт, прервав размышления Лэйни.

— Еще раз прошу прощения. — Он широко улыбнулся и уселся на стул. Без тени раздражения мужчина подцепил кусочек бифштекса и продолжил ужин. Похоже, он привык к тому, что его постоянно отвлекают. — Возникла небольшая проблема. Хэнк, один из наших речных гидов, не сможет завтра работать. У его жены — роды. Замену искать поздно, поэтому плот придется вести мне. Присоединитесь?

— Я?! Ни в коем случае. Я плохо плаваю. Вода пугает меня, — смутилась девушка.

В глазах Мэта появился озорной огонек.

— Вы не умеете плавать? Ну что ж, мой папа говаривал: учиться никогда не поздно. Можно просто покататься по реке.

— Конечно. Только рано или поздно пассажиры оказываются за бортом. Нет уж, спасибо.

Мэт приложил правую руку к сердцу, выражая притворное оскорбление:

— Неужели я позволю кому-то упасть за борт? Мадам, вы незаслуженно обижаете меня. Не забывайте, все наденут спасательные жилеты. Поверьте мне, прогулка — прекрасное развлечение.

Но Лэйни оставалась непреклонной.

— Для вас вполне вероятно, но я городская жительница, к тому же ужасная трусиха.

Мэт покачал серебряной головой.

— Очень жаль. Вы пропустите настоящее приключение. Я ведь снискал славу лучшего водителя плотов в здешних краях. Черт побери, да и мой сын плавает на плоту три года, а ему всего восемь лет.

Дэвид? На бушующей реке? Лэйни прикусила губу, чтобы не высказать Мэту все, что она думает о его отцовских обязанностях. Но не сдержалась.

— Не слишком ли мал Дэвид для столь серьезного хобби?

— Ребятишки у нас выросли на Рогью, местной реке. Дэвид плавает как рыба… Ну как, не передумали?

Дэвид наверняка захочет отправиться с отцом, размышляла Лэйни. А если не поедет, она проведет несколько часов с Мэтом и узнает побольше и о самом мальчике, и о человеке, который воспитывает его.

Девушка постаралась отмести неожиданно возникшую мысль о том, что она не возражала бы против нескольких часов наедине с Мэтью Вилборном. При любых обстоятельствах.

— Ладно. Попробую, — игриво отозвалась Лэйни. — Кроме жизни терять нечего.

Мэт изогнул темную бровь и наклонился к девушке, его низкий голос звучал немного соблазнительно.

— С вашей драгоценной жизнью ничего не случится, поверьте. Только не забудьте покрыть кожу солнцезащитным кремом, надеть головной убор и теннисные тапочки. Сейчас очень тепло. Подойдут футболка и шорты. Если, конечно, у вас нет купальника из лайкры. Он быстро сохнет.

— Быстро сохнет?! А я-то думала, что буду постоянно находиться на плоту.

— Так-то оно так, но вас может окатить волной на порогах.

Иоланда Гарсиа хихикнула. Парочка была так поглощена друг другом, что Лэйни почти забыла об их присутствии.

— Как весело, Мэт, — прощебетала Иоланда тоненьким голоском. — Вы ведь отлично знаете, что все промокнут насквозь. Кстати, не забудьте рассказать об омутах.

Промокнут насквозь?! Омуты?! Лэйни подумала, не поторопилась ли она согласиться.

Мэт поднялся.

— Жаль покидать такую отличную компанию, но мне нужно подготовиться к завтрашнему путешествию. Итак, Лэйни, увидимся в шесть за завтраком.

— В шесть? Утра?

— Конечно. Чем раньше придем на реку, тем меньше народу соберется. Отдыхающим нравится путешествовать, когда прохладно.

Лэйни тоже встала и попрощалась с Гарсиа.

— Думаю, мне лучше вернуться к себе. Пока я найду подходящую одежду и наберусь смелости, пора вставать.

Мэт довольно усмехнулся и взял ее под руку. Они вышли из столовой, пересекли пустынное фойе, залитое мягким лунным светом.

Остановившись у лестницы, Мэт приподнял кончиками пальцев подбородок девушки.

— Посмотрите, какая чудесная ночь. Отправляйтесь спать и ни о чем не беспокойтесь.

Лэйни нахмурилась.

— Только один вопрос. Если я упаду в воду и утону, как же я смогу предъявить вам иск?

— Не волнуйтесь, болтушка. Я не допущу, чтобы с вами что-нибудь случилось. Обещаю.

Обещаю. А она обещала Дэнни присмотреть за его сыном. Еще не встретив мальчика, она уже отвлекается от цели.

Мэт легонько поцеловал девушку в кончик носа и направился к выходу, а она осталась в задумчивости стоять на ступеньках.

Что побудило его так поступить? От тепла мужских губ щеки Лэйни запылали. Сердце беспокойно колотилось. Наверное, нервы, говорила себе девушка. Она просто боится воды.

Мэт, скорее всего, хотел ее успокоить. Или этот ритуал входит в «личное обслуживание», которое предлагает курорт? Или Мэт Вилборн и его брат ведут себя так, чтобы любая одинокая женщина наслаждалась отдыхом в пансионе?

Но почему же тогда, думала Лэйни, поднимаясь вверх по ступенькам, ее так тянет к хозяину пансиона?

Мэт привел в порядок последний спасательный жилет и обратился к отдыхающим.

— Послушайте меня внимательно. — Он поднял длинный шест с желтой пластиковой лопастью на конце. — Вот весло. Отнеситесь к нему уважительно. Оно может спасти вашу жизнь.

Мэт четко объяснял правила безопасности.

Новички слушали серьезно, немного волнуясь. Мужчины пытались выглядеть беззаботными.

Пять лет общения с туристами подсказывали Мэту, что они составят хорошую команду. Только бы супруги Гарсиа оторвались на минутку друг от друга и послушали его указания. Другая же пара, Том и Мэри Хартвел, выглядела в свои тридцать пять лет довольно спортивно. Самый старший — Фред Янг, похоже, в отличной форме. Шестая — Лэйни.

По лицу Мэта пробежала тень при воспоминании об импульсивном вечернем поцелуе. Он знает девушку меньше двадцати четырех часов, но его влечет к ней, как серебристую форель на приманку. Когда Лэйни смотрела на него лучистыми, но испуганными, как у загнанной лани, глазами, у Вилборна появлялось странное ощущение, будто он знал и заботился о ней всю жизнь.

Пытаясь скрыть чувства, он снова посмотрел на гостью. На ней был медного цвета купальник и шорты цвета хаки, открывающие длинные стройные ноги. Волосы Лэйни собрала на затылке в «конский хвост», лицо закрывал козырек и солнечные очки.

Мэту захотелось вдруг развязать ленту и позволить темно-рыжим волосам рассыпаться по плечам шелковистым водопадом. И погрузиться пальцами в роскошную массу. Он дал обещание в конце недели обязательно выполнить свое желание.

— Что-то не так? — спросила Лэйни.

Мэт понял, что пойман с поличным. Спокойно, Вилборн, приди в себя. Надо спускаться с командой вниз по реке.

Вслух же сказал:

— Волнуетесь?

— Немного.

Лэйни выглядела очень испуганной. Она плохо спала — выдавали круги под глазами. Если она еще крепче сожмет весло, пальцы сведет судорога. У Мэта возникло желание крепко обнять ее, успокоить. Перестань, Вилборн! Ты никогда не умел обращаться с теми, кто испытывает страдание. А именно оно сквозило в каждом жесте девушки.

Мэт решил посадить ее прямо перед собой, чтобы при случае легче до нее добраться.

Инструктаж продолжался.

— А еще запомните, если опрокинетесь в воду, держите ноги перед собой.

— Зачем? — спросила Мэри Хартвел.

— Главная опасность — удар головой о камень. И если упадете, не выпускайте из рук весла и попытайтесь сесть. Тогда вы упретесь в камни ногами, а не головой.

Закончив разъяснение, Мэт заметил, что будущие путешественники, включая и Лэйни, почувствовали облегчение.

— И вот еще что, — продолжал он. — Плавание у нас особое. Мы отправимся на особенном плоте — «Синем демоне». Посмотрите, насколько он отличается от остальных. — И Мэт указал рукой в сторону причала. — Наше судно экспериментальное — оно впервые отправится в плавание.

Глаза Лэйни расширились. Она инстинктивно подалась назад.

— Вы хотите сказать, плот никогда не проверяли?

Мэт засмеялся.

— Туристы — никогда. Но, поверьте, фирма-производитель тщательно осматривала новинку. Специалисты попросили нас опробовать ее и прислать отзыв.

Фрэнк Гарсиа жестом собственника обнял жену за талию.

— А вы уверены, что мы не рискуем?

— Плот столь же надежен, как колыбель для ребенка. Наш гид, Хэнк, которого я сегодня заменяю, уже несколько раз плавал на плоту. Он отлично скользит по волнам. Сами увидите. Главное достоинство — механизм для вычерпывания воды, его достоинства вы оцените ближе к полудню. Обычно путешественникам приходится постоянно вычерпывать воду, что ужасно утомительно.

— Что ж, неплохо, — заметил Том Хартвел.

Мэт хлопнул в ладоши.

— Ну что, готовы?

Команда заметно колебалась.

— Где же ваш энтузиазм? Разве вы приехали не за приключениями? Ну, за исключением Иоланды и Фрэнка.

Лэйни не удержалась от улыбки. Шутка разрядила обстановку. И вскоре шестерка уже сидела на краю понтона, твердо упираясь ногами в дно плота.

Через минуту он быстро понесся по течению.

«Биг Блю», как окрестила судно новая команда, действительно превосходно держался на воде. На самых мелких волнах он поднимался и опускался со скоростью, захватывающей дух. Другие плоты, следовавшие за ними, двигались, казалось, очень медленно и вскоре значительно отстали.

Лэйни, напротив, была готова отдать что угодно, лишь бы оказаться на суше. И только присутствие Вилборна немного успокаивало ее.

Пассажиры расселись по обе стороны овального плота, а он сам расположился посередине кормы. Пару раз, когда «Биг Блю» внезапно накренялся набок, Лэйни чувствовала на плече твердую руку Мэта. И спустя несколько минут ощущала тепло от прикосновения. Близость мужчины смущала девушку. Иногда его дыхание легко касалось ее нежной кожи. А может, ее ласкало дуновение легкого речного ветерка?

Мэт уверенно управлял юрким судном, и Лэйни постепенно избавилась от ощущения опасности. Она уже не так судорожно сжимала весло, и путешествие казалось замечательным.

Где-то через полчаса девушка обернулась, улыбнувшись Мэту.

— Я беру слова обратно. Действительно здорово!

— Я же вам говорил. Я уже чувствую «Биг Блю». И как раз вовремя.

— Вы о чем?

— Первые пороги появятся через пару минут.

Лэйни почувствовала, как желудок сжимается от страха.

— Можно сойти на берег? Я довольно повеселилась, — пропищала девушка.

Мужчина легонько сжал ее плечо.

— Повторяю, я пять лет плаваю по реке. Не беспокойтесь.

Времени на ответ у Лэйни не осталось. Грохот стремительно несущейся воды почти оглушил ее. «Биг Блю» раскачивало на белых гребешках волн.

Девушка оглянулась. Вилборн яростно греб веслом то по одну сторону плота, то по другую.

— Нормально, — прокричал он сквозь шум воды и, обращаясь к команде, приказал: — Держите крепче весла и делайте, что я скажу. Начали!

Лэйни посмотрела вокруг. Сердце дважды подскочило и остановилось. Громадные валуны вздымались совсем рядом, вода с бешеной скоростью налетала на них, распадаясь на сотни мелких брызг.

— Весла назад! — скомандовал Мэт.

«Биг Блю» выскочил из воды и едва не опрокинулся на бок. Какая-то неведомая сила подняла Лэйни с места. Сильной рукой Мэт схватил ее за спасательный жилет и усадил девушку на резиновый край плота.

— Вперед! — Голос командира, почти неслышный из-за грохота, звучал спокойно и уверенно.

Они приблизились к порогам.

«Биг Блю» кренился и подпрыгивал. Волны накатывали со всех сторон, мгновенно обдавая ледяной водой. Но Лэйни, дрожа от ужаса, почти не чувствовала холода. Она изо всех сил старалась удержать весло в бурлящей воде.

Вдруг плот поднялся невероятно высоко, упал и завалился влево.

— Весла назад! Весла назад! — снова закричал Мэт.

Неопытная команда действовала слишком медленно. «Биг Блю» заливало водой. И прежде чем кто-либо понял, что происходит, плот опрокинулся, и незадачливые путешественники оказались в пенящемся водовороте.

Первой с борта свалилась Лэйни. К счастью, она не задела головой камни, выступающие со дна реки. Спасательный жилет быстро вынес девушку на поверхность, но воды она все-таки наглоталась.

Отчаянно барахтаясь, Лэйни пыталась вспомнить указания Мэта. Ноги вперед. Глубоко дышать. Не паниковать. Голова над водой. Не выпускать весло.

Ее внезапно подхватило течение. Девушка широко открыла глаза. Прямо перед ней, всего в двадцати ярдах, высился огромный валун. И Лэйни несло прямо на него!

3

Лэйни яростно вертела веслом, стараясь держаться подальше от валуна. Но маневрирование было бесполезным — слишком сильным оказалось течение.

Устав сопротивляться, она закрыла глаза и отдалась на милость стихии.

Все. Конец, промелькнуло у нее в голове. Смотреть на неумолимо приближающийся валун Лэйни не могла. Она лишь молилась о том, чтобы финал не затягивался. Девушка прикусила нижнюю губу, скорее от отчаяния, нежели от страха. Сейчас она умрет… и никогда не увидит Дэвида.

Нога Лэйни уперлась в камень, потом в другой. Благодаря теннисным тапочкам девушка не поранилась. Но волны, разбивающиеся о ближайший камень, выбивали опору.

Лэйни напряглась, приготовившись к неминуемому столкновению.

И вдруг, к величайшему изумлению, почувствовала, что кто-то тянет ее за спасательный жилет. Девушка приоткрыла правый глаз. Ее несло прочь от валуна!

Лэйни открыла другой глаз.

Потом завертела головой. Позади плыл Мэт. Какое счастье! Страх понемногу отпускал. Конечно, Вилборн должен предвидеть непредсказуемые обстоятельства.

Вздохнув поглубже, Лэйни расслабилась. Мэт контролирует ситуацию.

Сильная мужская рука обвила тело, и девушка почувствовала, как сходит напряжение. Одного взгляда на решительное лицо пловца оказалось достаточно, чтобы понять: он вытащит ее из грохочущей, пугающей бездны.

Держа хрупкое тело одной рукой, Мэт плыл против течения. Девушка не отрываясь смотрела на своего спасателя.

Вскоре пороги остались позади, и Мэт немного задержался, внимательно оглядывая водную поверхность.

— Что… что такое? — пробормотала Лэйни.

— Пересчитываю людей. Надо убедиться, что с ними все в порядке. Не вижу Фрэда Янга. — Вилборн щурился, высматривая самого старшего члена экипажа.

Надо же, с уважением подумала Лэйни. Даже занимаясь ее спасением, он не забывает о других. Дэвиду есть чему поучиться. Его родной отец, увы, не мог подать сыну пример.

— А вот и Фрэд! — В голосе Мэта слышалось явное облегчение. — Берни втащил его на свой плот. Ну что же, экипаж в сборе. Бьюсь об заклад, на сегодня вам достаточно реки Рогью.

Лэйни глотала ртом воздух — еще одна ледяная волна окатила лицо. Теперь они плыли по течению. Минуту спустя стихия угомонилась. Пловцы оказались в тихой заводи. Когда Лэйни наконец почувствовала под ногами песчаное дно, ее захлестнула буря восторга. Земля!

Не в силах сдержать радость, девушка обхватила шею Мэта и крепко прижалась к нему, уткнувшись носом во влажные волосы.

Она в безопасности. Вилборн спас ей жизнь, и она этого никогда не забудет. От счастья у Лэйни хлынули из глаз слезы.

Мужчина обнял ее сильными руками.

— Эй, эй, что такое, — прошептал он, легонько прислонившись щекой к мокрым волосам девушки. — Успокойся, детка. Тебе ничего не угрожает. Я тебя вытащил.

— П-простите… Я так… испугалась. Однажды, когда мне было восемь лет, я чуть не утонула. Мой… мой старший брат спас меня и делал искусственное дыхание, пока не приехала «скорая помощь». Все обошлось, но… но с тех пор я боюсь воды.

Мэт поцеловал ее волосы.

— Каждый из нас чего-нибудь боится. Хорошо, что вы меня просветили. Теперь я начну следовать за вами неотступно. Пока я рядом, с вами ничего не случится.

Лэйни улыбнулась сквозь слезы. Ей так уютно в объятиях Мэта! И очень хотелось верить его словам. На такого человека всегда можно положиться. Только лучше встретиться с ним при других обстоятельствах. Серьезная, осмотрительная, не любящая рисковать, Лэйни мечтала найти друга, который заставил бы ее забыть об осторожности и наслаждаться жизнью. Такого, как Дэнни.

Брата Лэйни считала настоящим героем: морским рыцарем, который приплывает в город, чтобы выручить ее из беды. Увы, его больше нет, и надежда на счастливый конец покинула Лэйни. Боль воспоминаний ощущалась почти физически.

Девушка неловко высвободилась из сильных объятий. Необходимо соблюдать дистанцию.

На мгновение лицо Мэта омрачила тень, словно от внезапной боли. Но тут же засверкала обычная широкая улыбка, и Лэйн решила, что ошиблась. Наверное, солнце отражается в глазах.

У девушки не осталось времени на раздумья, потому что в заводь вошел один из плотов, и ей пришлось посторониться.

Мэт отвернулся, встречая подмогу. Он снова превратился в профессионального гида, заботящегося о своих клиентах.

Причалив, проводник закричал:

— Эй, красавица, ты собираешься выходить из воды?

С запозданием Лэйни узнала брата Мэта — Берни. И только теперь почувствовала, насколько замерзла и промокла.

Через несколько секунд Лэйни сидела на плоту и с удовольствием наблюдала, как извлекали из воды остальных неудачников команды «Биг Блю».

А некоторое время спустя Мэт наконец поймал свой предательский плот и затащил его на берег спасительной заводи. Другие проводники последовали его примеру, и вскоре экспедиция ступила на сушу.

Чувствуя всеобщее беспокойство, Мэт собрал людей.

Пассажиры других плотов смущенно отводили глаза. А лица невезучей команды «Биг Блю» мрачнели с каждой минутой.

На худощавом загорелом лице Мэта появилась располагающая улыбка.

— Послушайте, ребята, что самое страшное ожидало вас на реке?

— Мы могли утонуть, — прошептала Лэйни.

— Вот именно! — Мэт ухватился за ее слова. — Но вы же спаслись! Рано или поздно все обязательно сваливаются с плота, что ж, приходится немного поплавать. Неужели небольшое приключение испортит вам отдых?

Лэйни оглянулась на товарищей по несчастью. Особого энтузиазма никто не выражал, но, по крайней мере, они слушали Мэта без открытой враждебности. Его уверенная поза вселяла спокойствие.

Мэт неловко провел рукой по волосам, убирая с лица влажные пряди.

— Я вот что хочу сказать, друзья. Боевое крещение, если можно так выразиться, мы уже прошли. Расслабьтесь и наслаждайтесь природой.

Фрэнк Гарсиа плотнее притянул к себе Иоланду.

— Нам повезло — на этот раз. Но кто может поручиться, что больше ничего подобного не произойдет?

В глазах Вилборна загорелся огонек.

— Значит, ты согласен со мной, Фрэнк? Вы, ребята, — счастливчики. Точно. Я не стану обещать, что ничего не случится. Но мы уже знаем, как плавает «Биг Блю». Вы научились грести, поняли, как важно выполнять мои указания, особенно на порогах. Поэтому я не думаю, что мы опять свалимся в воду.

Мэт облегченно вздохнул, увидев в ответ согласные кивки.

Члены других экипажей, успокоенные Вилборном, направились к своим проводникам, которые уже готовили прохладительные напитки.

А Мэт, заметив, что его подопечные несколько повеселели, продолжал:

— Все в порядке. Вы молодцы. Получили крещение. И теперь вы настоящие Речные Крысы, значит, непотопляемые. Запомните. — Он драматично понизил голос. — Некоторые мечтают прокатиться на нашем плоту. И когда мы закрепим успех, они увидят, как прыгает «Биг Блю», и захотят поторговаться.

— Нет! — взорвался Фрэнк Гарсиа. — «Биг Блю» принадлежит нам, мы никому его не отдадим! Верно, друзья?

— Верно! — отозвались они хором.

Лэйни невольно улыбнулась. Вилборн — настоящий хитрец. В мгновение ока превратил промокших, напуганных новичков в сильный, сплоченный коллектив.

Туристы как саранча набросились на подносы с едой. Лэйни же направилась туда, где в тени раскидистого дуба стояла сумка-холодильник. Выбрав баночку с колой, девушка открыла ее и сделала большой глоток. Потом достала из кармана носовой платок, намочила его растаявшим льдом и обтерла лицо. Мэт прав, зной уже дает о себе знать.

Девушка нашла тихое местечко под тяжелыми переплетающимися кронами пихт и сосен и опустилась на мягкий ковер из опавшей хвои. В отличие от остальных членов команды она не горела желанием продолжать речное сафари. Лучше не думать.

Шагах в двадцати Мэт поглощал сэндвич, наслаждаясь острым вкусом горчицы и салями. Похоже, большинство участников импровизированного пикника непринужденно болтают, отметил он, оглядевшись вокруг. Никого не беспокоит утреннее приключение.

Все успокоились. Все, кроме Лэйни.

Мэт заметил, что она не присоединилась к компании. И даже не притронулась к еде.

И тем не менее она не выглядела одинокой. Скорее всего, она вела уединенный образ жизни и в большой толпе чувствовала себя неловко. По непонятным причинам Мэта опечалило одиночество девушки, эхом отозвавшись в душе, напомнив о собственной потере. После смерти Кассандры он привык к одиночеству. Работа, работа, немного времени, проведенного с Дэвидом, и снова работа.

Мэт резко поднялся и подошел к массивному камню, возле которого накрыли ланч. Там он приготовил такой же, как у себя, сэндвич — с салями и бермудским луком — и решительно направился к разлапистой сосне.

— Я принес вам поесть, пока голодная команда не проглотила все, вплоть до последнего кусочка.

Задумавшаяся Лэйни изумленно подняла глаза.

У Мэта перехватило дыхание. Снова! Снова странное, преследующее его ощущение, что он где-то встречал ее раньше.

— Простите, я вас напугал, — произнес мужчина, чувствуя, как дрожит его голос.

Лэйни улыбнулась и взяла сэндвич.

— Или я уснула, или вы подошли тихо, как кошка. Мм… очень вкусно, — закивала она, откусывая от бутерброда.

Вилборн опустился на корточки рядом с девушкой.

— Вот и отлично. Если вы похудеете, мне придется потратить уйму времени, чтобы удержать вас на плоту. Пожалуйста, поешьте поплотнее. Моя репутация выдающегося гида поставлена на карту.

— Слушаюсь, капитан!

Они жевали в дружеском молчании, пока наконец Лэйни не отправила в рот последний кусочек. Сэндвич, приготовленный Мэтом, оказался просто великолепным.

— Вы попали в точку, — похвалила девушка. — Откуда вам известно, что мне нравится?

Мэт пожал плечами. Крепкие мускулы рельефно выступили под тонкой хлопчатобумажной футболкой. Как объяснить девушке, что подсознательно он знает о ней все?

— Мне так показалось.

— Извините, я ведь так и не поблагодарила вас по-настоящему за то, что вы спасли мне жизнь.

— Ерунда, мэм, не стоит беспокоиться, — протянул Вилборн. — Настоящая опасность вам не грозила. Вы хорошо запомнили инструкцию. Единственное, от чего я действительно спас вас, — так это от растяжения связок. — Он потянулся за длинной травинкой и задумчиво пожевал ее.

Девушка с трудом отвела глаза от завораживающей игры мужских мускулов. Она подумала, что Мэт излишне скромен, и решила не настаивать. Вытянув ноги на солнышке, Лэйни задумчиво смотрела вдаль.

— Мне нравится здесь. Тишина.

— Вам, наверное, не хватает спокойствия на уроках в школе. — Мэт ответил автоматически, потому что его внимание привлекли красновато-рыжие пряди, выбившиеся из ее прически.

Лэйни, смущенная пристальным взглядом, подняла глаза. Ее лицо залилось краской, рука непроизвольно взметнулась к щеке.

— В чем дело? Я испачкалась соусом?

— Немножко. — Мэт кончиком пальца вытер уголок рта. Полная нижняя девичья губа была мягкой и нежной. Золотистые глаза вопросительно смотрели на мужчину.

Словно теплая волна нахлынула на Вилборна. Его будто… заколдовали. Он помотал головой, освобождаясь от соблазна темно-желтых глаз.

Потом собрал салфетки, банки из-под колы и поднялся.

— Давайте поторапливаться. Через десять минут отплываем.

Мэт направился к плотовщикам. Девушка задумчиво смотрела ему вслед. Несомненно, между ними существует какая-то сверхъестественная связь. Несколько раз Лэйни уже чувствовала его пристальный взгляд. И, как ни странно, ждала этого взгляда. А когда Мэт принес сэндвич, не удивилась, знала, что так и будет.

Лэйни размышляла о странном явлении, задумчиво направляясь к реке. Или такое притяжение происходит на метафизическом уровне? Зависит от ее кровных уз с Дэвидом?

Или происходят более реальные вещи?

Очевидно, и Мэт чувствует то же самое.

Его нежные ухаживания отличаются от обычных обязанностей гида. В другое время и в другом месте Лэйни, несомненно, понравилось бы мужское внимание. Но не сейчас. Следует выбросить из головы несусветную чушь. И Мэта Вилборна тоже.

Она приехала только на неделю. Еще шесть дней. Следует думать только о Дэвиде и сосредоточиться на его поисках.

И никаких мечтаний о синеглазом, очаровательном речном ковбое.

Прошло два дня. Избегать Мэта оказалось легче, чем Лэйни думала вначале. Она не видела его с тех пор, как они сошли на берег после экспедиции. Однако мальчик нигде не появлялся.

В тот вечер Мэт не пришел на обед, и Лэйни в одиночестве наблюдала, как супруги Гарсиа нежничали за столом.

А может, оставить сомнения, найти Вилборна, поведать ему трагическую историю? Конечно, трудно предположить, как он отнесется к ее рассказу. Но потом справится.

Нет, не справится, подсказывала Лэйни интуиция. Особенно если услышит, будто усыновление происходило незаконно.

Ее цель — узнать подробно о жизни Дэвида. У мальчика проблемы с дисциплиной, проговорился Мэт. Почему? Он несчастлив? Возможно, у Вилборна слишком много обязательств? А может, на усыновлении настаивала Кассандра, и теперь Мэту одному тяжело растить приемного сына?

Так много вопросов. И так мало времени, чтобы найти ответы.

Глубоко вздохнув, Лэйни развернула ланч, приготовленный Индией Дорман, и устроилась на лужайке, усеянной цветущими маргаритками.

В полдень она отправилась погулять в лес. И хотя имелись дорожки и указатели, Лэйни часа два ходила кругами. Наконец, измученная, выбралась из чащи, как раз в тот момент, когда плотовщики высаживались на берег.

Девушка увидела высокую худощавую фигуру Мэта, помогающего двум дамам сойти с черного плота, и почувствовала укол ревности. Что за нелепость, одернула себя Лэйни. Но сердце думало иначе. Ей так хотелось стоять рядом с Мэтом, слушать его мягкий низкий голос, утопая в волшебной синеве внимательных глаз.

Нет, не за тем приехала она в «Серебряные сосны». Она ничего не узнает о племяннике, если мысли заняты мистером Вилборном.

И пока мужчина привязывал плоты к пристани, Лэйни быстро вбежала в здание пансиона.

Она слишком устала и не была готова для обычной беседы за обедом с Гарсиа и Мэтом. Горячий душ — и в постель с толстой скучной книгой. Спать. Все, что сейчас необходимо.

Сейчас важно избегать Мэта и сосредоточиться на основной цели. Завтра, Лэйни зевнула, она выяснит наконец, где скрывается Дэвид. Даже если для этого придется привязать Мэтью Вилборна к столбу и держать его до тех пор, пока не заговорит…

Спустившись утром к завтраку, Лэйни облегченно вздохнула: ни Мэта, ни парочки Гарсиа на месте не оказалось. Девушке совсем не хотелось давать объяснения по поводу отсутствия на вчерашнем обеде.

Она наполнила тарелку и уселась за свободный столик, накрытый на пятерых. И только подцепила вилкой кусочек аппетитного омлета, как раздался радостный голос Берни.

— Доброе утро, русалочка!

Выждав несколько секунд, чтобы не выглядеть чересчур обеспокоенной, девушка спросила:

— А где же сейчас ваш брат?

— На реке.

— Не знаю, почему, но у меня сложилось впечатление, что Мэт плавает с пассажирами, когда приходится кого-нибудь заменить.

Берни кивнул.

— В принципе — да.

— Тогда почему вы здесь, если он на плоту?

Берни приподнял черную бровь.

— Вы что же, мисс Гамильтон, намекаете, что лучше возиться с туристами, пока вы преспокойненько завтракаете с моим братом? Интересно… Как бы то ни было, Мэт решил поплавать по реке, вместо того чтобы чистить конюшни. Как вы думаете, кому придется это делать? Ладно, увидимся позже.

— Пока, Берни, — пробормотала девушка, откидываясь на спинку стула и допивая уже остывший кофе. Она готова побиться об заклад, что Мэт из тех людей, кто любит ухаживать за лошадьми. На самом деле Лэйни очень хотелось, чтобы он предпочел грязную работу опасному плаванию с новоиспеченными плотовщиками.

Неужели Вилборн два дня провел на реке? Может, он тоже решил избегать ее?

Лэйни чувствовала себя брошенной, ее самолюбие было уязвлено.

Она по-прежнему сидела, безучастно уставившись в чашку, когда резкий голос Индии Дорман прервал ее размышления.

— Если вы позавтракали, я уберу со стола.

— Что? — Лэйни оглянулась, обнаружив, что в столовой, кроме нее, никого не осталось. — Ах, да. Извините. — Она поднялась и накинула на плечи свитер.

Пожилая женщина собирала со стола тарелки.

— Ничего. Сегодня мне никто не помогает. Приходится пошевеливаться.

Лэйни направилась к выходу, но остановилась в дверях. Хотя Индия Дорман — не самая приятная дама, именно ее можно расспросить о Дэвиде. Лэйни взглянула на пустые столы с остатками завтрака. Лучшей возможности поговорить с бабушкой Дэвида наедине у нее, похоже, не предвидится.

Девушка повернулась и подошла к Индии, которая складывала на поднос грязные тарелки.

— Миссис Дорман, давайте, я вам помогу.

— Что? — Она обернулась, изумленно глядя на Лэйни выцветшими карими глазами. — Нет, нет, вы же гостья!

— Пожалуйста, мне не трудно.

Миссис Дорман разгладила складки голубого платья, поправила прядь жестких, как проволока, светлых волос, упавшую на глаза. Потом внимательно посмотрела на молодую женщину и пожала плечами.

— Ну, если вы настаиваете…

Миссис Дорман — очень своеобразная особа, размышляла Лэйни. Аляповатое кукольное платье с оборочками. Видимо, очень упряма, отнюдь не болтлива.

Женщины работали в полном молчании, пока Лэйни наконец, откашлявшись, не попробовала вовлечь миссис Дорман в беседу.

— Я… Я слышала, у вас есть внук?

— Верно, Дэвид.

— А я еще ни разу не видела его.

— Верно. Его здесь нет.

Лэйни нахмурилась. Какая же она неразговорчивая! Девушка поставила тарелки из-под омлета на пустой поднос и сказала:

— Ваш пансион — прекрасное место для детей. Плоты, верховая езда, поля, леса. Мальчику, наверное, здесь нравится.

— Нравится.

Да что же такое? Ведь бабушки обожают хвастаться своими внуками. А из Индии Дорман слова не вытянешь.

Лэйни огляделась и, раздосадованная, прикусила губу. Они почти убрали столы, а миссис Дорман не сообщила ей никаких сведений о Дэвиде. Начиная нервничать, девушка решилась.

— Честно говоря, я удивлена, что не видно вашего внука. Где же он?

Только бы Индия ни о чем не догадалась, мысленно молила Лэйни.

Пожилая женщина вытерла руки о передник и подозрительно посмотрела на нее. Казалось, внимательные глаза видят девушку насквозь. Та растерянно опустила голову. Наконец Индия взяла нагруженный посудой поднос и бросила через плечо, направляясь в кухню:

— Дэвид в Портлэнде. У матери Мэта.

Лэйни подхватила поднос, едва не выронив его — настолько он был тяжелый. Миссис Дорман — удивительно сильная женщина для своего возраста, подумала девушка и последовала за ней, с облегчением опустив ношу на пустую стойку.

— Вам обязательно нужна помощница. Работа очень тяжелая.

— Обычно подносами занимается Дэвид. Он хороший мальчик.

— Но он же еще ребенок, — возмутилась Лэйни. — Мальчику, видимо, нелегко.

Впервые Индия улыбнулась. Может, подмога Лэйни улучшила ее настроение, а может, она с нежностью вспомнила о внуке. Она вдруг заговорила.

— Дэвид, конечно, маленький, но очень выносливый. Одинаково легко справляется и с подносами, и с заготовкой сена для лошадей.

— Вы очень скучаете?

— Конечно скучаю. — Некрасивое лицо Индии словно озарилось внутренним светом. — Славный внук. Не могу дождаться, когда он наконец вернется домой.

— Я слышала о Дэвиде много хорошего, — произнесла Лэйни. — Мне тоже захотелось познакомиться с ним.

Индия покачала головой и принялась перекладывать грязные тарелки в раковину.

— Не получится.

— Почему?

— Вы здесь до субботы?

Лэйни кивнула.

— А Дэвид вернется только в следующем месяце. Вы к тому времени будете далеко отсюда.

Из рук Лэйни выпала ложка и звякнула об пол. Кровь отхлынула от лица, она схватилась за спинку стоящего рядом стула. Не может быть. Ее планы, бессонные ночи — все напрасно!

Индия вытерла руки о фартук и подошла к Лэйни:

— Что случилось? Вам нехорошо?

Нехорошо? Очень нехорошо. Брат никогда не просил ее ни о чем. Его последняя воля — найти сына. А теперь она может упустить шанс.

— Нет, — еле слышно отозвалась Лэйни. — Я в порядке.

Не обращая внимания на подозрительно прищуренные глаза Индии Дорман, она вышла из кухни…

Слезы застилали глаза. Девушка сердито смахнула их и побрела к автостоянке. Боже, как несправедливо!

Разве она требует слишком много? Ей бы только взглянуть на племянника. Сына своего брата, которого тот никогда не видел и о котором не имел возможности заботиться. Вместо того чтобы находиться с ней и Кэппи, мальчик живет где-то далеко, с незнакомыми людьми. Как будто у него нет родственников, которые любят и ждут его.

Ужасно несправедливо!

Но она не может уехать, не увидев Дэвида. Лэйни знала, что если перечеркнет влечение к Мэту и покинет «Серебряные сосны», то больше никогда сюда не вернется. Возможно, удастся добиться встречи с мальчиком через адвоката, но девушка не хотела предпринимать такой шаг. По крайней мере сейчас.

На самом деле Лэйни намеревалась получше узнать Мэта Вилборна. Убедиться, что Дэвид счастлив. И как-нибудь рассказать ему о настоящем отце, который тоже его любил. А уехать, не выполнив обещания, — все равно, что отрезать кусочек собственного сердца.

Лэйни спрятала лицо в ладони. Думай! Делай что-нибудь.

Возможно, Кати права. Следовало связаться с поверенным и выяснить, какими правами располагают они с отцом. Хотя в глубине души Лэйни не верила ни в какие законы. Своих кровных родственников Дэвид не знает. И суд вряд ли позволит им даже изредка видеться с ребенком без согласия Мэта. А почему он, собственно, должен возражать?

Как все запуталось!

Лэйни упала на лужайку с цветущими маргаритками и горько заплакала. Она неудачница. Брату следовало доверить тайну о сыне не ей, а кому-либо другому. Она не увидит Дэвида. Ни сейчас. Ни позже.

Она напрасно приехала в «Серебряные сосны».

4

Мэт помог последнему пассажиру сойти с резинового судна и на мгновение задержался, пристально вглядываясь в спокойное течение реки. Тело ныло, мышцы сводило от напряжения. Конечно, туристы получают удовольствие от отличной прогулки на плоту, но их веселье стоит Вилборну немалых усилий.

Он не управлял пассажирскими плотами с прошлого лета. И теперь расплачивается. Дай Бог, чтобы к утру он был в состоянии поднять кружку с кофе.

Мэт подавил стон, когда резкая боль пронзила мышцы, и вытащил громоздкий плот на берег.

Разогнув наконец спину, мужчина посмотрел по сторонам, прикрывая ладонью глаза от солнца, и уже направился к пансиону, как вдруг заметил Лэйни.

В ее растрепанных красновато-рыжих волосах, нимбом окружающих голову, запутались золотистые лучи. Она выглядела так прелестно, что у Мэта перехватило дыхание. Она словно изящное воплощение летнего дня. Свежая, трепетная и знойная, как августовский закат. Полевые цветы рядом с ней казались тусклыми и незаметными.

Мэт почти подошел к девушке, когда она наконец почувствовала его приближение и подняла голову. Нежное лицо исказила бесконечная печаль, глаза потемнели от невысказанной боли. У Мэта защемило сердце.

Когда он впервые увидел Лэйни, его буквально заворожила очаровательная улыбка, живое чувство юмора, которое угадывалось даже за грустью, сквозившей в глазах. Теперь же боль казалась почти осязаемой. На бледном личике остались серебристые дорожки от еще невысохших слез. Худенькие плечи беспомощно ссутулились.

Странное, неведомое доселе чувство охватило Мэта. Его руки непроизвольно сжались в кулаки. Он готов убить любого, кто причинил боль этой женщине. Но больше всего ему хотелось обнять Лэйни. Крепко-крепко.

Вилборн даже слегка растерялся, ошеломленный глубиной нахлынувших эмоций. Давно, очень давно он не испытывал ничего подобного по отношению к кому-либо. Кроме Дэвида, конечно.

Что же произошло?

Какая-то неведомая сила прочно связала его с девушкой. От одной ее улыбки у Мэта теплело на сердце. А боль Лэйни ранила его, как острый нож.

Гостья сидела на усыпанной цветами поляне довольно долго, прежде чем почувствовала присутствие Мэта. Она подняла голову, бессознательно отмечая про себя решимость, сквозившую в его крепкой фигуре. И внезапно с ужасающей ясностью поняла: если он на что-то рассердится, это касается ее.

Может, Мэту известна правда? Нет, невозможно! Никто, кроме Кати, не знает, зачем она приехала сюда. Но подруга никогда не обманет ее доверие.

Нет, Мэт не догадывается об обмане.

Терзаемая угрызениями совести, Лэйни почувствовала неприятную пустоту в душе.

— Что случилось? — Вилборн решил не тратить времени на преамбулу.

Девушка сорвала яркий желтый одуванчик. Стараясь скрыть раздиравшие ее противоречия под напускным спокойствием, она обрывала крошечные лепестки, роняя их на бархатный ковер зеленой травы.

Мэт молча ждал.

Наконец, смахнув со щеки непрошеную слезу тыльной стороной ладони, Лэйни еле слышно пробормотала:

— Ничего не случилось. Просто наслаждаюсь одиночеством.

Мужчина опустился на корточки рядом с ней и задумчиво посмотрел на опущенную голову.

— Значит, наслаждаетесь пейзажем, да? Вы похожи на человека, которого выгнали с празднования собственного дня рождения. И где же вы прятались от меня два дня?

— Я? — Лэйни удивленно смотрела на Мэта. Она в самом деле избегала его, стараясь не попасть под его непреодолимое обаяние. Неужели Вилборн заметил? — Я… я не понимаю, о чем вы говорите. А вот где вы скрывались? — парировала девушка.

Мэт покачал указательным пальцем как родитель, распекающий непослушного ребенка.

— Не выкручивайтесь. Я вас раскусил, мисс Гамильтон. Вспомните, у меня есть восьмилетний сын, который научил меня подобным штучкам.

Его сын? Сын ее брата! Мэт словно высыпал горсть соли на ее открытую рану.

Она так тосковала по Дэнни! Мэт тоже потерял любимого человека. Именно он в состоянии понять боль, сжимающую ее сердце.

Но способен ли Мэт распутать паутину лжи, в которую они оба попали? Она пришла в его дом с тайной целью — проверить, насколько Мэтью Вилборн подходит для роли отца, и лелеяла надежду отобрать опекунство над Дэвидом.

Нет, лучше уехать. И обо всем забыть.

Мэт уселся рядом с девушкой и откинулся назад, опираясь о локоть. Его длинные пальцы теребили пучок травы. Несколько минут мужчина дергал травинку, потом засунул ее в рот. Задумчиво пожевав зеленый стебелек, небрежно продолжил разговор.

— Итак, вы собирались рассказать мне, кто вас обидел.

От необходимости ответа Лэйни спас Берни. Он бежал вприпрыжку по лужайке, выкрикивая имя Мэта.

— В чем дело, Берни? — спросил тот.

— Дэвид звонит по телефону. — Молодой человек указал пальцем в сторону дома. — Говорит, возникли проблемы.

Мэт тут же вскочил на ноги.

— Он расстроен?

Берни пожал плечами.

— Он сказал, что ему срочно нужно с тобой поговорить.

Лэйни тоже поднялась с лужайки.

— Может, мне тоже пойти. То есть… если есть проблемы, я могла бы…

Девушка резко остановилась, заметив, что Мэт приподнял бровь. Кажется, она вмешивается не в свое дело, хотя именно ее касается все, что связано с Дэвидом.

— Уверен, ничего серьезного не произошло. Наверняка хочет спросить моего разрешения, — отозвался Вилборн.

— Да, конечно. — Лэйни кивнула, раздосадованная на себя за то, что едва не выдала тайну.

Прикрыв ладошкой глаза от солнца, она подняла голову и посмотрела на Мэта. К его джинсам прицепилось несколько травинок, и девушка непроизвольно потянулась, чтобы стряхнуть их, но, внезапно смутившись, отдернула руку. Что же со мной происходит? Рушится моя жизнь, а я думаю о таких пустяках!

Лэйни отвернулась, усердно разглядывая садящееся за горизонт солнце, и услышала голос Мэта:

— Вы выглядите так, словно избежали смертной казни, — произнес он, возвращаясь к разговору. — Увидимся за ужином.

С трудом удерживая волнение, Лэйни одевалась к вечеру. Одна ее половинка искренне радовалась возможности узнать хоть что-то о Дэвиде, а другая — в страхе сопротивлялась. Зачем обманывать себя?

Мэт значит для нее намного больше, чем источник информации. Чувства к мужчине глубокие, сильные. Он воплощение самого прекрасного в жизни. Того, чего ей так не хватает!

Дом. Собственная семья. Человек, который всегда рядом. Смех и веселье. Интересные беседы у камина. А ночью — пуховая постель, согретая жаром страсти.

Перестань! Сейчас же! Лэйни резко тряхнула головой, отгоняя непрошеные грезы. Надо взять себя в руки. И девушка решительно убрала с плеч красновато-рыжие волосы и закрутила их узлом на затылке, как будто таким способом можно обуздать разбушевавшиеся эмоции.

Удержавшись от последнего взгляда в зеркало, Лэйни расправила плечи и вышла из комнаты.

Гарсиа уже сидели за столом. Фрэнк теребил нежную белую руку жены, обнимая ее за плечи. Лэйни стало вдруг очень горько. Как, должно быть, прекрасно, когда кто-то смотрит на тебя с обожанием, с видом собственника. Девушка неловко улыбнулась, приветствуя соседей, и отвела глаза. Слишком больно смотреть на чужую любовь.

Лэйни поднесла к губам стакан с минеральной водой. И тут раздался приятный баритон. Она оглянулась и увидела радостного Мэта. По-видимому, проблемы Дэвида решены.

Мэт тепло улыбнулся Лэйни и повернулся к Гарсиа.

— Добрый вечер, ребята. Извините за опоздание. — И, хотя слова его адресовались всем сидящим за столом, его рука непроизвольно легла на плечо Лэйни, обжигая и заставляя чувствовать, что говорит Вилборн только с ней одной.

Не успела девушка ответить, как жеманно зажурчала Иоланда Гарсиа.

— О, Мэт, я хотела рассказать вам, как замечательно мы сегодня повеселились на реке. Думаю, я наконец-то преодолела боязнь воды. Все было так… так волнующе!

— Но, дорогая, я думал, тебя волную только я…

Иоланда опустила карие глаза и ткнула мужа локтем в бок, но ее щеки порозовели от удовольствия.

— А вас, мисс Гамильтон, — голос Мэта прозвучал возле самого уха Лэйни, — что тревожит вас?

Вы, сразу же ответил внутренний голос. Но вслух она сказала:

— Джаз, шоколад и маленькие дети с мокрыми ручонками и сияющими глазами.

— Как поэтично!

— Вовсе нет. А вы, мистер Вилборн, что скажете?

— Дайте-ка подумать. — Мэт откинулся на спинку стула и задумчиво подпер ладонью подбородок. — Меня беспокоит сын, у которого, кстати сказать, всегда мокрые руки и сияющие глаза. Хотя иногда заботы о нем, похоже, укорачивают жизнь.

Во взгляде Лэйни промелькнуло удивление.

Мэт провел рукой по серебристым волосам.

— Хотите верьте, хотите нет, но моя шевелюра была черная как смоль, а когда сыну исполнилось два года, она уже почти наполовину поседела.

— Бросьте, не надо преувеличивать.

Глаза Вилборна расширились в притворном изумлении.

— Вы хотите сказать, что никогда не слышали об ужасном Дэвиде? Чудовище из второго класса?

Лэйни нахмурилась. Если у мальчика проблемы с поведением, значит, у него дома не все в порядке. Она так увлеклась мыслями о племяннике, что не заметила, как Гарсиа, закончив ужин, распрощались и ушли, нежно обнимая друг друга.

Осторожно выбирая слова, Лэйни заговорила:

— Простите мое педагогическое любопытство. У Дэвида действительно страдает дисциплина?

Мэт удивленно поднял брови.

— Нет, я бы не сказал. Хотя, не будь у меня твердой руки, я не уверен, что справился бы с ним. А что?

Лэйни посмотрела ему в глаза, отмечая сквозившее в них любопытство. Интересно, что он имеет в виду под «твердой рукой»?

— Да нет, ничего особенного, — отозвалась она, отрезая кусочек отменной телятины с сыром пармезан. — А, кстати, что случилось с вашим сыном? Он сообщил вам?

— Пустяки. Ничего серьезного. Но мы отвлеклись от темы. Кажется, разговор шел о волнении?

Лэйни покончила с мясом и взяла чашку с кофе.

— Верно. И сейчас ваша очередь. Ну, так что?

Мэт прищурился в раздумье.

— Что? — Он усмехнулся и в тон ей ответил: — О, меня будоражит, когда преодолеваю пороги и река бурлит подо мной. Люблю клубнику со сливками и еще загадочных рыжеволосых женщин.

Рука с чашкой остановилась на полпути.

— Загадочных?

Вилборн вытер салфеткой рот и улыбнулся.

— Лунный свет больше подходит для беседы с загадочной рыжеволосой дамой, скрывающей тайны. Можно пригласить вас на прогулку?

— Сейчас?

— Вот именно. Если, конечно, вам не нравятся рандеву в глухую полночь?

— Нет, — быстро отозвалась Лэйни. Она не смогла бы сопротивляться его магнетической привлекательности даже в переполненной комнате. А тем более в очаровательную летнюю ночь.

Мэт подал ей руку.

— Ну так как?

Предательский холодок пробежал по телу Лэйни — от отчаянно колотившегося сердца до кончиков дрожащих пальцев, когда она поднялась и позволила Мэту взять себя за руку.

Девушка шла за ним через столовую, и ее не покидало чувство, что ее ведут сквозь строй. Головы поворачивались им вслед, глаза с любопытством останавливались на парочке, пробирающейся между столиками. И в этот момент злобный пристальный взгляд Индии Дорман как острый кинжал вонзился в спину Лейни.

Она возблагодарила Бога, когда наконец они оказались в тихом безлюдном фойе. Она не понимала явной антипатии пожилой женщины, но была настолько измотана за день, что не стала раздумывать над неприятным фактом.

Лэйни глубоко вздохнула, не желая сознаваться даже себе, как хорошо наконец оказаться наедине с Вилборном.

Какое-то время они прогуливались в молчании, наслаждаясь прохладным легким бризом, шелестящим листвой у самой кромки воды. Спустившись к Рогю, они на мгновение остановились — спокойный ритм бегущей реки действовал завораживающе.

Мэт пристально посмотрел в лицо Лэйни. Лунный свет превращал девушку в золотистую лесную нимфу. И только печаль, окружающая ее таинственной аурой, портила впечатление.

— Итак, когда же вы поведаете мне причину вашей грусти? — В тишине летней ночи голос мужчины звучал неестественно громко и резко.

Девушка попыталась отвернуться, чтобы Мэт не заметил нервно пульсирующую голубоватую жилку на шее и слезы, внезапно наполнившие глаза. Но твердая рука остановила движение.

— Послушайте, если замешан мужчина или что-то такое, о чем вы не хотите говорить, скажите: не ваше дело. Я не имею права выпытывать.

— Нет. Нет, ничего подобного. Просто… просто я… Я потеряла брата… несколько месяцев назад. Иногда немного забываюсь и тогда бываю почти счастлива. А сейчас я снова вспомнила о нем.

Пальцы Мэта нежно коснулись щеки.

— Мне очень жаль. Очень. Вы не желаете говорить о брате?

Лэйни покачала головой.

— Нет. По крайней мере не сейчас.

— Хорошо. — Мэт потянул девушку к себе, ее подбородок дотронулся до его мягкой фланелевой рубашки. — У нас масса времени.

Однако Лэйни знала, что их время подошло к концу. Завтра утром она уедет в Калифорнию. Пусть все идет своим путем.

А как же отец? — заговорила совесть. Он потерял единственного сына. Разве справедливо лишать его еще и внука?

Лэйни отогнала навязчивые мысли и высвободилась из объятий.

Словно почувствовав, как изменилось ее настроение, мужчина стал взбираться на заросший мхом берег.

Лэйни, пытаясь следовать за ним, поскользнулась на мокрой траве и тут же потеряла равновесие. Сильная рука поддержала ее за талию. Хотя его помощь оказалась как нельзя кстати — девушка едва не упала. — Близость мужчины самым разрушительным образом подействовала на и без того напряженные нервы. Кровь прилила к вискам, по спине пробежал холодок.

У нее кружилась голова, но, собрав остатки самообладания, она отстранилась от Вилборна.

Чтобы загладить неловкость, он прошептал:

— Послушайте…

— Что? — спросила она неестественно хриплым тоном.

— Ночные звуки, — отозвался Мэт. — В городе вы слышите лишь рев моторов и сирены. Споры соседей и орущих телевизоров. А здесь мир и спокойствие.

Лэйни стояла молча, прислушиваясь к шорохам, которыми восхищался Мэт.

Где-то вдалеке самец выквакивал песнь сердца любимой лягушке. Любопытно, о чем же думает зеленая особа? Может, терзается сомнениями, боится своих желаний и не знает, что ответить громогласному ухажеру?

Мэт прислонился спиной к замшелому стволу раскидистого клена, откровенно разглядывая спутницу. Ветер, шептавшийся с ветками сосен, почти заглушал его слова.

— Я бы дорого заплатил, чтобы узнать, о чем вы размышляете.

— Вы ни за что не поверите.

— А я попробую.

— Ну, если вы настаиваете… Я вспомнила детскую песенку о мистере Лягушонке.

Мужчина с притворной строгостью посмотрел на Лэйни.

— Ну же, будьте откровенны. Вы же думали обо мне? Находите меня неотразимым?

— Абсолютно, — в тон ему отозвалась девушка. — Я нахожусь полностью во власти вашего обаяния и неподражаемой мужественности. Едва не падаю в обморок.

— Знаю, — отозвался Вилборн очень тихо. — Моя загадочная рыжеволосая дама просто заколдована.

Лэйни подняла голову, пристально глядя в его лицо, на котором при лунном свете отражалась завораживающая игра света и тени. Ласковая улыбка смягчила жесткие черты.

Мэт легонько провел кончиком пальца по щеке девушки.

— Итак, загадочная дама, скажите-ка мне, есть ли у вас свой «мистер Лягушонок»?

Лэйни в нерешительности молчала. Как ему объяснить, что она провела жизнь в ожидании особенного «мистера»? Того единственного, с кем могла бы связать свою судьбу. И если нет такой любви, то лучше остаться одной.

И кроме того, никто еще не волновал ее воображение, как этот мужчина с серебристыми волосами во фланелевой рубашке. Правда, если бы она приехала сюда при других обстоятельствах, было бы очень легко, удивительно просто отдаться страсти и любви, которую она хранила в себе столько лет. И Мэт должен обладать всем. С момента первой встречи Лэйни поняла, что Вилборна послала ей судьба.

Но уступить чувствам — значит предать Денни. Она поклялась погибшему брату разыскать его сына и уже готова сделать следующий шаг — доказать незаконность усыновления. Сможет ли она так поступить с Мэтом?

А разве можно отказаться от клятвы?

Закрыв глаза, Лэйни опустила голову, не в силах отделаться от грустных мыслей.

— Где вы, загадочная дама? Вы так же далеко отсюда, как звезды. — Мэт говорил очень мягко, словно чувствуя ее боль. А когда девушка не ответила, он нежно приподнял ее подбородок. Губы Лэйни едва не встретились с его губами.

Она чувствовала мужское дыхание на щеке, ее сердце стучало барабанным боем. Опасность! Опасность! Учащенный пульс испуганным эхом отозвался где-то внутри.

— Лэйни, — прошептал мужчина. — С нами что-то происходит, я не понимаю. Но я не могу с собой справиться. Это все равно, что пытаться остановить водопад. Ты ведь тоже чувствуешь?

Девушка прикусила нижнюю губу и покачала головой. Только глаза, упрямо избегающие встречи с проницательным взглядом Мэта, выдавали истинные чувства.

Мужские пальцы соскользнули с подбородка Лэйни на изгиб шеи, быстро отыскав чувствительную впадинку у основания. Мэт молча притянул девушку к себе, и губы их встретились в утонченном сладостном поцелуе.

Лэйни инстинктивно отпрянула назад, но рот Мэта не отпускал ее. В мгновение ока преграды, выстроенные ею, рухнули, и она полностью отдалась власти его теплых губ. Руки взлетели на плечи мужчины, непроизвольно лаская их, и остановились наконец на его шее. Лэйни наслаждалась упругостью его кожи, жесткими непослушными волосами. И не могла насытиться ароматом мужского тела, его близостью, вкусом губ.

Девушка так увлеклась новыми ощущениями, что, когда поцелуй в конце концов прервался, она тихонько вскрикнула от неожиданности. Еще крепче обняв Вилборна за шею, Лэйни ухватила его за волосы и снова наклонила его голову к себе.

Спустя мгновение жаркие страсти поутихли, девушка пришла в себя. Она отпрянула от мужчины, донельзя смущенная пылким ответом на поцелуй. Как же она забылась! Придется взять эмоции под контроль, иначе не достигнет намеченной цели.

Мэт нежно прикоснулся к шее Лэйни и мочке уха.

И только она подумала, что вот-вот растворится в теплой волне, пробежавшей по телу, как хриплая серенада лягушек резко оборвала любовное томление.

Лэйни хихикнула.

— Я знаю, что немного заржавел, но никогда женщины не смеялись над моими поцелуями. — Мужчина старался говорить оскорбленно, но тут же расхохотался, когда послышалась особенно громкая рулада.

— Думаю, нам лучше убраться из спальни миссис Лягушки, — предложила Лэйни.

— Да, похоже, мистер Лягушонок пребывает в амурном настроении.

Взявшись за руки, они медленно пошли в сторону пансиона. На крыльце Мэт указал девушке на деревянные качели, прикрепленные цепями к потолку веранды.

— Давайте немножко посидим и поговорим. Вы не очень устали?

— Нет, вовсе нет. — На самом деле Лэйни отчаянно хотелось скрыться в безопасной тишине своей комнаты, убежать от вопросов, которые ей необходимо задать. А больше всего она желала спастись от шквала эмоций, бушевавших в душе подобно летней грозе.

Однако девушка не намеревалась упускать отличную возможность спросить о Дэвиде, ведь именно он — цель ее визита.

— А вы, — спросила Лэйни, как только Мэт уселся на качели рядом с ней, — всегда жили в Орегоне?

Девушка ощущала себя лгуньей, задавая вопрос, на который она знала ответ. Но она совершенно не представляла, как подойти к интересующей ее теме. Она понимала, очень неловко копаться в личной жизни Мэта только для того, чтобы успокоить собственную совесть. А может, ожидания оправдаются? Даже если очередная ложь отдалит ее от Вилборна.

Серебристые волосы Мэта блеснули в свете луны.

— Нет. Мы переехали сюда из Лос-Анджелеса. Я не хотел, чтобы Дэвид рос в большом городе.

— Грантс Пасс совсем не похож на Лос-Анджелес. А вашей жене нравилась сельская жизнь? — Пришлась ли она по вкусу вашему сыну — вот о чем думала спросить Лэйни.

Мэт помрачнел.

— Она погибла через несколько месяцев после того, как мы перебрались сюда, так и не успев понять, хорошо ей здесь или плохо.

— Мне очень жаль. Давайте оставим эту тему.

— Нет-нет. С тех пор много воды утекло. Раньше я ни с кем не обсуждал трагедию. Из-за чувства вины, наверное.

— Вины?

Мужчина сдул со лба непослушную прядь волос.

— Вот именно. Я был занят, чертовски занят пансионом. И разрешил ей поехать одной в Сиэтл. Она хотела отвезти ребенка к своей матери. Походить по магазинам. Какой же я идиот! Настоящий осел! Как будто за время моего отсутствия на стройке могло что-нибудь случиться.

Несмотря на клятву забыть об эмоциях, сердце Лэйни болезненно сжалось от неожиданной жалости к Вилборну. На помрачневшем лице Мэта отчетливо читалось раскаяние.

Спустя мгновение он усилием воли взял себя в руки и продолжал:

— Она возвращалась домой по побережью. Стоял сильный туман. Полиция сказала, что дорожное движение почти остановилось. Кассандра медленно ехала вперед, как и остальные автомобилисты… Лишь один парень в пикапе, который полдня провел в баре, несся, словно по скоростной автостраде. Сумасшедший идиот так напился, что едва замечал повороты, и врезался в машину Кассандры. Она съехала на берег и ударилась об обложенную камнем водопропускную трубу, скрытую среди камней.

— О, Мэт… — Глаза Лэйни наполнились слезами.

Мужчина взглянул на ее милое лицо, очень огорченное, очень внимательное.

Начав откровенное повествование, Мэт хотел высказать все, что творилось у него на душе. Боль мучила его долгие годы. И теперь можно наконец-то освободиться от горького яда. Мэт вздохнул и вернулся к трагической истории.

— Потом, когда первое потрясение прошло, я понял, что даже среди мрачных туч всегда найдется серебряный лучик. Благодарение Богу, Кассандра надежно пристегнула Дэвида к сиденью, и он отделался лишь несколькими синяками.

У Лэйни перехватило дыхание. Страшно подумать: сын Дэнни, совсем ребенок, попал в ужасную аварию.

— Он окончательно поправился?

— Да, конечно. Он один стоит дюжины сорванцов.

Мэт почувствовал невероятное облегчение. Впервые после гибели жены он понял: душевные раны тоже могут затягиваться.

— И после несчастного случая ваша теща переехала сюда?

— Да. Не знаю, что бы я делал без помощи Индии. На самом деле смена местожительства пошла на пользу нам обоим. У нее тоже имелись свои проблемы, а благодаря переезду они разрешились. — Мэт мрачно усмехнулся. — Индия нахлебалась горя. Она занимала очень высокое положение в обществе, пока муж не бросил ее. Предложение помочь мне — всего лишь предлог: идти ей было некуда.

Лэйни молчала, раздумывая над его словами. Так вот почему Индия столь раздражительна.

— Вы оба действительно нуждались друг в друге.

Вилборн пожал плечами.

— Наверное. Если не считать того, что Индия не упускает случая подчеркнуть, как низко она пала — от светской дамы до кухарки на постоялом дворе. Индия не простила мне, что я привез ее дочь в дикие места и косвенно стал причиной смерти Кассандры.

— О, Мэт! — воскликнула Лэйни, которую задела за живое боль, звучащая в его голосе. — Я и подумать не могла, что на самом деле представляет собой миссис Дорман. Может, поговорим о чем-нибудь другом?

— Нет, давайте продолжим. Дэвид всегда заявляет, что мне надо брать пример с дяди Берни. Наверное, он хочет, чтобы я стал разговорчивее, веселее.

Самобичевание Мэта казалось Лэйни несправедливым, и она поспешно перешла к другой теме.

— Расскажите мне о Дэвиде. Неужели он такой же пустомеля, как его дядюшка?

Согретый интересом спутницы, Вилборн принялся рассказывать о сыне.

— Да нет, он на него не похож. Дэвид немного заикается, поэтому выражает себя по-другому.

— Ему нужно больше говорить. Он занимается у логопеда?

— По моему, в школе есть какой-то специалист, но дети обучаются в группе. Мне кажется, ему нужны индивидуальные посещения, они, несомненно, продуктивнее.

Лэйни согласно кивнула.

— Я знаю, что такое работа в переполненной школе. Если бы мне удавалось уделять хоть десять минут в день каждому ученику, я считала бы, что достигла успеха. Ведь дети, которые заикаются или имеют иные нарушения речи, часто требуют повышенного внимания.

Мэт с любопытством посмотрел на девушку.

— Похоже, вы много знаете.

— Уроками я зарабатываю на жизнь. Разве я не говорила вам, что я — логопед.

Он усмехнулся.

— Говорили, только я не совсем представлял себе, что это такое.

— Узкоспециализированная наука, — пояснила Лэйни и спросила: — Дэвид сильно переживал смерть матери?

Мэт задумался.

— Нет. По крайней мере, мне так кажется. То есть как-то раз он спросил о маме, мы никогда не скрывали от него правду.

Но ты не знаешь настоящую правду, хотелось сказать Лэйни, чтобы освободиться от тяжкого бремени лжи.

Она не умела притворяться, но в данной ситуации другого выхода не оставалось. Ей необходимо знать намного больше о взаимоотношениях в семье Мэта, чтобы решить, как поступить. Лэйни собралась с мыслями и осторожно задала следующий вопрос:

— А на кого похож сын? На вас или на жену?

Вилборн закрыл глаза и откинулся на спинку качелей. Несколько минут он молчал, тихонько раскачиваясь. Лишь стрекот сверчков, кваканье лягушек да скрип качелей нарушали тишину ночи.

Наконец мужчина заговорил. В голосе слышалось напряжение.

— Дэвид не похож ни на кого из нас. Он приемный. Мы не могли иметь своих детей. Но теперь, конечно, Дэвид является моим сыном.

Лэйни почувствовала восхищение. Он сказал: «Мы не могли иметь детей». И хотя от Кати девушка знала, что Кассандра Вилборн была бесплодна, однако Мэт и не подумал свалить на нее вину за отсутствие детей.

Снова вспомнив о том, что мальчик заикается, Лэйни спросила:

— А Дэвид знает, что его усыновили?

Мэт минуту подумал.

— Я никогда ничего от него не скрывал. Кассандра говорила Дэвиду, что его подарило небо. Но много мы на такую тему не разговаривали. Он еще маленький, и я не уверен, что до конца понимает, как попал в нашу семью.

— Наверное, вы правы. Вы взяли его младенцем?

Лицо Мэта просветлело. Конечно, он вспомнил, когда впервые увидел ребенка.

— Да, он был крошкой. Чуть больше недели.

— И ваша жена очень рано умерла… Тяжело, наверное, растить мальчика одному.

Мужчина покачал головой, отливающей серебром в лунном свете.

— Ну, не совсем. Дэвид — особенный парнишка. Не представляю, как мог его оставить родной отец. Разве бросают беззащитное дитя?

Ошеломленная резкостью его суждений, Лэйни возмутилась:

— Бросают? Что за чудовищное утверждение! А если отец даже не знал о рождении сына? Разве такие вещи не случаются?

Мэт рассмеялся. Резким, горьким смехом.

— Возможно. Но не на сей раз. Мерзавец сбежал от матери своего ребенка, когда узнал, что та беременна.

— Кто вам сказал? Я не верю! — выпалила Лэйни, сознавая, что ее ответ звучит по меньшей мере необычно. Но не смогла подавить волну негодования, вызванную жестокими словами.

— Работник отдела социального обеспечения показал мне отчет. Мать мальчика обращалась к семье негодяя за помощью, но они тоже отвернулись от нее. Нет, отец Дэвида — подонок, — повторил Мэт, не принимая возражений. — Я даже не могу назвать его мужчиной! Он отказался от собственного ребенка.

Похоже, переубедить Вилборна невозможно. Во всем виновата Челси. Большая часть ее лжи — оправдание своего поступка. Неужели никогда не прекратится боль, причиняемая жестокой женщиной?

Волшебное очарование вечера исчезло, как туман над рекой при солнечном свете. Да, ей не следовало приезжать. Она ничего не добилась, кроме новых страданий.

Смахнув слезы, девушка поднялась.

— Надеюсь, вы меня простите. Мне лучше пойти к себе.

Мэт нахмурился.

— Что случилось? Я не хотел вас расстроить.

— Нет, что вы… у меня вдруг разболелась голова. Такое случается время от времени. Мигрень, наверное.

Очевидная ложь, но Лэйни все труднее становилось выносить его безжалостный взгляд. Девушка представила, как участие на лице Вилборна сменяется презрением, когда раскрывается правда. Надежды на то, что они с Мэтом смогут преодолеть прошлое ради будущего, показались эфемерными.

Подавленная и совершенно разбитая, Лэйни поднялась в комнату, чтобы упаковать вещи. Настоящим фиаско обернулся отпуск в «Серебряных соснах». Ребенка здесь нет. А когда она наконец встретила человека, заставившего трепетать ее сердце и согревшего душу, он, как выяснилось, ненавидит не только ее брата, но и семью Гамильтон.

Лэйни прилегла на мягкую пуховую постель, не в силах сдерживать слезы. Итак, полнейшая безнадежность.

Если бы только Мэт не относился с презрением к родному отцу Дэвида. Девушка содрогнулась, вспоминая его ледяной тон, когда он говорил об усыновлении. Ложь Челси ожесточила его сердце. Можно ли смягчить его?

И даже если удастся чудесным образом изменить мнение Мэта, остается его теща. Индия Дорман. Почему она так холодна и негостеприимна? Возможно, женщина воспринимает интерес Вилборна к Лэйни как предательство по отношению к своей дочери.

Девушка пожала плечами. Какая разница! Мэт твердо стоит на своем и никогда не разделит ее мнение. Завтра она вернется в Лос-Анджелес и попытается склеить кусочки разбитого сердца.

Жизнь, в конце концов, не заканчивается в Грантс Пасс, штат Орегон!

5

На следующее утро Лэйни сидела в комнате, терпеливо ожидая окончания завтрака. Скоро отдыхающие займутся делами, а главное, куда-нибудь уйдет Мэт.

Девушка защелкнула замок на чемодане, в последний раз оглядела уютную комнату и открыла дверь.

На коврике стояла большая ваза со свежими полевыми цветами, рядом лежал маленький белый конверт. От неожиданности Лэйни выронила чемодан. Потом подняла записку. Под ней стояла подпись Мэта. В воздухе витал пряный аромат мужского одеколона. Дрожащими пальцами она извлекла из конверта листик бумаги и прочитала послание:

«Моя Таинственная Леди!

Прошлый вечер был необыкновенным. Жаль, что он окончился так быстро. Вы всегда исчезаете от восхищенных поклонников? Качели без вас очень одиноки. Надеюсь, вы чувствуете себя лучше. Увидимся вечером.

Всегда Ваш,

Мэт».

Печальный вздох сорвался с ее губ. «Таинственная леди», «восхищенный поклонник». Если бы Мэт знал правду, вряд ли бы написал столь восторженно. Записка только подтвердила намерение Лэйни уехать и оградить обоих от лишних страданий.

Лэйни сунула конверт в сумочку, подняла чемодан и пошла прочь, даже не прикоснувшись к вазе с цветами.

На счастье, в фойе не было ни души. Лэйни положила на стойку ключ с коротенькой запиской о том, что покинула пансион рано утром. Повернувшись, остолбенела — рядом стоял Мэт.

Он быстро взглянул на предательский чемодан, и его синие глаза потемнели.

— Уезжаете? Вы же собирались остаться до субботы.

— Ах, да. Но… видите ли… я же оплатила за неделю…

— Черт возьми, Лэйни, меня не волнуют деньги! Не могу поверить, что вы покидаете «Серебряные сосны», не сказав мне ни слова. Что-то случилось? Непредвиденные обстоятельства? Разъясните же наконец!

Разъяснить? А что? Какую еще историю придется добавить к бесконечному потоку лжи? В конце концов Лэйни собралась с духом.

— Ничего не произошло. У вас очень красиво. Но мне вдруг захотелось навестить отца на озере Тахо.

— Бессмыслица какая-то. Если вы счастливы здесь, зачем уезжать?

— Наверное, я просто не могу задерживаться надолго на одном месте. — Одна ложь цеплялась за другую.

— Вы заказали номер на неделю. Останьтесь, пожалуйста. Мой сын приезжает домой, вы с ним познакомитесь. На самом деле… — Мэт замолчал и оглянулся, словно черпая вдохновение в расположенном неподалеку лесу, — мне бы хотелось, чтобы вы отдохнули еще несколько недель как моя гостья. — Его ладони настойчиво хлопнули по стойке.

Лэйни печально улыбнулась.

— Очень мило с вашей стороны, но я не могу принять ваше предложение.

— Заедете к отцу по пути домой. Почему же вы не принимаете мое приглашение?

— Потому, что я не могу позволить вам платить за мое пребывание в пансионе. Даже неделю.

Мэт кивнул.

— Понятно. А как насчет того, чтобы отработать за отдых?

Несмотря на ужасное настроение, Лэйни рассмеялась.

— Каким образом? Индия никому не позволит вторгаться на кухню, значит, поваром я быть не смогу. Никогда в жизни не сидела на лошади, поэтому ковбой из меня тоже не получится. А путешествий на плоту с меня хватит на всю оставшуюся жизнь. Так как, по-вашему, я смогу отработать?

— Но ведь вы даете уроки, а у меня есть ученик.

— Кто? — У Лэйни пересохло во рту.

— Мой сын, конечно. А вы решили, что я?

— У меня была такая мысль.

— Помните, я говорил, что Дэвид заикается? Я пытался ему помочь, но, откровенно говоря, не очень преуспел. В нашей глуши практически невозможно найти логопеда для частных занятий. А Дэвид очень стесняется своего недостатка. Ему действительно нужна помощь.

— Понятно, — прошептала Лэйни. — Нарушения речи отдаляют ребенка от ровесников. Конечно, морально ему очень тяжело.

— Вот именно. — Мэт согласно кивнул. — Так что я вам предлагаю остаться здесь на несколько недель и заниматься с Дэвидом в обмен на комнату и стол.

— Но я полагала, он еще долго пробудет у вашей матери.

— Я тоже, — усмехнулся Вилборн. — Пока он не позвонил. Похоже, Дэвид не готов жить целый месяц вдали от дома. Мать сказала, он очень скучает, и в выходные намерена отправить сына домой.

Сердце Лэйни отчаянно заколотилось. Значит, судьба.

— Так что скажете, мадам учительница? — торопил Мэт. — Вы согласны за комнату и стол в столь живописном месте уделять немного времени моему сыну?

Идея опасная. Последствия непредсказуемы. Вот только… Находиться с Мэтом и Дэвидом целый месяц. Разве можно отказаться?

— Ну, так как, Лэйни? По рукам?

Загорелое лицо Вилборна выражало нетерпение. Нет, нельзя упустить шанс. Пусть горит все синим пламенем, но Лэйни от такой возможности не откажется. И, не дав себе времени передумать, она ответила:

— О'кей, Мэт! По рукам.

— Отлично, — невероятное облегчение, которое он испытал, услышав согласие Лэйни, даже смутило Мэта. И, пока девушка не изменила решения, мужчина подхватил ее багаж и повторил: — Отлично! Я рад, что вы остаетесь.

— Я тоже. А по здешнему телефону можно позвонить в другой город? Мне нужно кое-кого предупредить, что мои планы изменились.

— Конечно. Проходите в мой кабинет. А я отнесу ваши вещи обратно.

Лэйни, улыбнувшись, коснулась его руки.

— Спасибо. Большое спасибо. — И, смущенная внезапным порывом, побежала к аппарату.

Мэт очень надеялся, что девушка позвонит отцу на озеро Тахо. А вдруг он поторопился со своим предложением? Ведь, кроме поцелуя, Лэйни никак не дала понять, что разделяет его возрастающее влечение.

Нет, он не может так ошибаться. Лэйни обязательно должна что-то чувствовать. Скоро женщина начнет ему доверять. Он освободит ее от тайн и страхов. А там будь что будет.

И Мэт, насвистывая, устремился наверх.

Лэйни вошла в кабинет и закрыла за собой дверь.

— Извините, но сюда нельзя, — раздался из-за стола Мэта резкий голос Индии Дорман.

— Как вы меня напугали!

Индия поднялась, явно ожидая, что Лэйни уйдет.

— Мне нужно позвонить. Мэт, то есть мистер Вилборн, мне разрешил.

— Хм! Если он будет позволять всем, мы разоримся на междугородных счетах.

Лэйни, конечно, понимала, почему женщина сердится. Но ведь ей предстоит жить здесь месяц, так что лишние проблемы с Индией Дорман совершенно ни к чему.

— Послушайте, я чем-то вас обидела?

— Нет. Просто у меня нет времени на болтовню. Обслуживающему персоналу не следует дружить с гостями. Возникнут проблемы с другими отдыхающими, что вовсе нежелательно при установившемся распорядке.

Лэйни облегченно вздохнула. Вот оно что! Неприязнь объясняется стремлением Индии сохранить дистанцию между собой и гостями.

— Я вас понимаю, миссис Дорман, — успокаивающе заговорила Лэйни. — Но я теперь тоже зачислена в персонал.

— Что! — Светло-карие водянистые глаза миссис Дорман расширились, напомнив Лэйни застойные пруды. Пожилая женщина уперла руки в бока. — Мэтью ничего не говорил мне! Можно поинтересоваться, зачем он вас взял на работу?

Конечно, Лэйни не ожидала теплого приема, но столь бурная неприязнь ее поразила. Миссис Дорман чересчур агрессивна. Очевидно, она опасается, что кто-то посягнет на ее территорию. Желая разуверить ее, девушка быстро объяснила.

— Я логопед, буду заниматься с Дэвидом. Пару часов в день.

— Пару часов в день? И сколько же Мэтью собирается вам платить?

Не ваше дело, едва не вырвалось у Лэйни. Она медленно досчитала до десяти, а потом до пятнадцати, чтобы спокойно ответить.

— Он не будет платить. Мы договорились, что я просто поживу в пансионе. Мне нужен отдых, а Дэвиду — преподаватель.

Индия несколько раз открывала и закрывала рот в немом удивлении. Похоже, она не знала, как отреагировать на новость, и, в конце концов, повернувшись, вылетела из кабинета.

Лэйни уселась в удобное кресло хозяина и откинулась назад, радуясь затишью после бури. Кажется, проблемам не видно конца: маленький племянник, ее зарождающееся чувство к Мэту, а теперь еще и Индия Дорман со скверным характером.

Через несколько минут пульс Лэйни вошел в норму, и она достала из сумочки записную книжку. К счастью, Кати еще не успела уйти на ланч.

— Привет, Кэт!

— О, Лэйни! Мне так нужно с тобой поговорить! Как дела? Как Дэвид? Похож на Дэнни? Расскажи мне подробно.

Лэйни коротко обрисовала события прошедшей недели, закончив сообщением о решении остаться в Грантс Пасс.

В телефонной трубке повисло напряженное молчание.

— Кати, ты меня слышишь?

— Рут Элейн Гамильтон, ты что, ненормальная? Совсем потеряла голову? Бросай трубку, упаковывайся и возвращайся домой. Немедленно. Пожалуйста, оставь сумасшедшую идею. Подумай, что ты будешь чувствовать, когда придется уезжать.

У Лэйни защемило сердце, но она тут же постаралась себя успокоить. Убедившись, что мальчика окружают любовь и забота, она исчезнет. И забудет Мэта. Со временем.

Выудив у Лэйни обещание звонить почаще, Кати повесила трубку.

Тут в полуоткрытую дверь заглянул Мэт.

— Поговорили?

— Да, спасибо. — Лэйни встала, сунув в сумочку записную книжку.

— Послушайте, я тут собрался в город за продуктами. Составите мне компанию?

— Ну, не знаю…

Несмотря на собственные заверения, Лэйни очень боялась привязаться к Мэту. Она и так думает о нем больше, чем следует.

— Решайтесь, — подбодрил мужчина. — Ведь вы не выберетесь отсюда много дней подряд.

Кончиком пальца он нежно коснулся щеки девушки.

Опасения ее растаяли, как последние снежинки под теплым апрельским солнцем. Неважно, что случится потом, но сегодня она счастлива. Хоть раз в жизни можно позволить себе плыть по течению.

Лэйни медленно подняла голову. Палец Мэта соскользнул со щеки на шею и задержался в нежной впадинке у основания.

Глубоко вздохнув для храбрости, Лэйни кивнула.

— Я готова.

Потемневшие глаза Мэта дали ясно понять: он отлично знает, что девушка имеет в виду.

Обняв ее за тонкую талию, мужчина притянул Лэйни к себе, и она почувствовала учащенное биение его сердца.

— Я рад, что вы остались. — Вилборн поцеловал ее подбородок. — Мне кажется, лето обещает быть необычайно жарким. Ожидается настоящий зной. Вы хорошо переносите жару?

Лэйни исподлобья взглянула на него.

— Играя с огнем, можно обжечься.

Мэт завладел ее губами. Долгим, нежным, зовущим поцелуем, воспламенившим ее существо, как сухую лучинку.

Наконец он оторвался от Лэйни и мягко сжал плечи.

— Температура начинает подниматься.

Девушка смахнула со лба капельки пота.

— Мы сейчас превратимся в пепел.

Вилборн рассмеялся и взял ее за руку.

— Тогда лучше отправимся — пока еще не поздно.

Он закрыл дверь кабинета и уверенно обнял Лэйни за плечи.

Когда пересекали фойе, девушка краешком глаза заметила какое-то движение в углу. Ей показалось, что Индия Дорман торопливо исчезла в кладовке.

Вилборн никак не мог понять, что случилось с Лэйни. За какие-то несколько минут она сбросила с себя печаль, как старую ненужную одежду. И теперь, словно экзотическая бабочка, порхала с цветка на цветок.

Они болтали об искусстве. Оказалось, оба в восторге от Дали и терпеть не могут Джексона Поллока. В музыке любили рэгги, только разные направления.

Понимание в золотистых глазах Лэйни сменялось восторгом, потом решимостью, как будто она бросала вызов всему свету.

По дороге в город девушка развлекала Мэта, изображая в лицах истории о проделках своих учеников.

Когда они наконец добрались до последнего пункта в длиннейшем списке нужных вещей, Вилборн предложил сделать крюк по пути домой.

— В стороне от дороги есть несколько изумительных местечек, — пояснил он и свернул на незаасфальтированную дорогу, узкую, как тропинка.

Автомобиль трясся и подпрыгивал на кочках и рытвинах, заглушая шумом двигателя веселый смех Лэйни. Мэту доставляла удовольствие искренняя радость попутчицы.

Вскоре он еще раз повернул, съезжая с дороги, и, проехав метров двадцать, остановил машину у подножия небольшого холма.

Вилборн взял девушку за руку и потащил на вершину. От восхищения у нее перехватило дыхание. Внизу раскинулся такой изумительный пейзаж, который ей никогда не удавалось наблюдать. У небольшой рощицы игриво журчал извилистый ручей. Посреди луга, покрытого ковром мягкой зеленой травы, раскинул могучие ветви старый дуб. Место казалось волшебным. В шелестящей листве деревьев раздавалось счастливое пение птиц.

Лэйни узнала пронзительный крик пересмешника, которому где-то вдали вторило хриплое карканье ворона.

— О, Мэт, просто великолепно! Я и не подозревала, что есть такие сказочные уголки. Какой удивительный сюрприз!

— Ну, что ж, таинственная леди, не только у вас есть секреты. У меня, например, имеется еще один. — Мужчина загадочно подмигнул. — Снимай туфли, спускайся к ручью и походи по воде своими маленькими ножками, пока я здесь колдую…

— Ну, я не знаю… Я никогда еще не переходила вброд…

— Значит, перейдешь, — прервал Мэт объяснения Лэйни. — Иди. И не оборачивайся, пока я не скажу.

Девушка шутливо отсалютовала:

— Есть, капитан!

Следуя его указаниям, она спустилась по склону холма и отыскала сухое местечко на берегу. Удобно усевшись, Лэйни скинула сандалии и осторожно опустила палец одной ноги в воду.

— Ой! Мэтью Вилборн, ты негодяй! Вода ледяная!

— Не будь такой неженкой, — раздался из-за холма его голос. — Привыкнешь. Дэвид еще месяц назад бегал здесь.

Не желая прослыть неженкой — если ребенок не боится, то она и подавно, — Лэйни поднялась и, затаив дыхание, спрыгнула в мелкий ручеек.

— Ай! — завизжала она и тут же выскочила на берег.

Громкий смех Мэта заставил замолчать каркающего ворона.

— Иди сюда, маленький цыпленок. Стол накрыт.

Лэйни вслед за ним взбежала по склону. К ее удивлению, Вилборн накрыл изысканный ланч на скатерти под могучим дубом. У девушки потекли слюнки при виде такого изобилия. Копченое филе лосося, свежие побеги аспарагуса, хрустящие французские хлебцы, пикантная закуска из оливок, кукурузные хлопья и ярко-красные помидоры.

— Я только теперь поняла, что умираю с голоду, — прошептала она, усаживаясь на траву. — Когда же ты успел?

— Повторяю, не только у тебя есть тайны. Так что свои действия держу в секрете. Не желает ли моя загадочная дама бокал вина? — Мэт обернулся и извлек откуда-то бутылку с холодным белым «Зинфенделом» — любимым вином Лэйни.

И начался пир.

Мэт наполнил бокал, передал девушке, но сам пить воздержался — был за рулем. Он устроился на клетчатом покрывале, опираясь на локоть. Веселясь, как дети, путешественники раскрошили оставшийся хлеб и стали кормить семейство снующих рыжих белок. Вскоре прожорливые зверьки уничтожили объемистый ломоть и забегали вокруг в поисках крошек.

Наконец, насытившись, вернулись в свое дупло.

Девушка не могла вспомнить, когда последний раз она ощущала такое умиротворение. И хотя тело вспыхивало всякий раз, когда Мэт случайно касался ее, душа Лэйни отдыхала.

Утолив голод, она прислонилась к дубу и закрыла глаза.

— Это изумительно!

— Мм… Самое лучшее я оставил напоследок.

— Что же? — Лэйни похлопала ладонью по животу. — У меня не хватит места.

— Для десерта достаточно. Но чуть позже. Сначала мы немного вздремнем.

— Отличная идея.

Мужчина вытянулся во весь рост и, ни минуты не колеблясь, положил голову к ней на колени и вскоре уснул.

Лэйни сидела молча, сдерживая дыхание, боясь пошевелиться, чтобы не нарушить его сон. Чудесно! Ей хотелось упаковать свои чувства в бутылочку и взять с собой, когда отправится в Лос-Анджелес. В одиночество.

Но Лэйни старалась не думать о будущем. Не сейчас. Сегодня она будет вдыхать аромат Мэта, прислушиваться к его ровному дыханию и наслаждаться приятным ощущением, что его голова покоится на ее коленях.

Девушка смотрела на мужчину, желая запечатлеть в памяти его образ: каждую черточку загорелого лица, сеточку морщинок возле глаз, длинные черные ресницы.

Ее непослушные пальцы сами собой коснулись блестящих серебристых волос и поправили жесткую прядь, сбившуюся на лоб.

Ресницы Мэта взлетели вверх.

Лэйни смущенно отдернула руку.

— Продолжай, — произнес он сонным голосом. Мужчина взял ее руку и положил себе на лоб.

Сердце девушки взлетело и упало. Она ощущала прекрасную завораживающую свободу в этом прикосновении. Они так и сидели молча: его голова покоится у нее на коленях, а ее пальцы нежно перебирают густые серебристые волосы.

Однако несколько минут спустя Мэт вздохнул и сел.

— Я мог бы лежать вечно, но я обещал десерт.

— Десерт?! — воскликнула Лэйни. — Да я наелась больше, чем на Рождество.

— Подожди, пока не увидишь, — пообещал Вилборн, копаясь в плетеной корзине.

Наконец он извлек оттуда блестящую белую коробку. Внутри оказалась сочная спелая клубника в шоколаде.

Лэйни засмеялась от удовольствия. Он объединил их вкусы: ее любимый шоколад и свою обожаемую клубнику. Не в силах удержаться, девушка взяла из рук Мэта соблазнительную конфетку.

Когда они закончили десерт, мужчина поднялся и театральным жестом подал Лэйни руку.

— Настало время для остальных чудес.

Он повел ее к ручью, но на сей раз они прошли по каменистой тропинке, бегущей параллельно журчащим струям. Через четверть мили путь им преградил огромный валун.

— Мы пойдем обратно? — спросила Лэйни.

— И пропустим самое интересное? Ни за что!

Мэт притянул девушку к себе, переплетая пальцы.

— Держись крепче.

Лэйни заметила, что валун огибает узенькая тропка. Осторожно держась за камень, они шаг за шагом обошли его.

И тут у нее перехватило дыхание.

Пейзаж, открывшийся внизу, был поистине великолепен. Кристально чистый водный поток падал с двадцатиметровой высоты, образуя иссиня-черный омут.

— Я даже не представляла, что существует подобная красота, — выдохнула Лэйни.

Пальцы Мэта коснулись ее подбородка, мужчина заглянул ей в глаза.

— Даже такое великолепие меркнет перед прелестью твоих глаз.

Покраснев от неожиданного комплимента, Лэйни опустила голову и прислонилась к его плечу.

— Я думала, что водопады есть только на Гавайях.

— Когда-нибудь я возьму тебя с собой на север штата. Мы поднимемся вверх по реке Колумбия Джордж. Вот где действительно фантастично! Но здесь место особенное. По крайней мере, для меня. Мы с Дэвидом открыли его пару лет назад, заблудившись на прогулке. Он любит пробегать под падающим потоком.

— Не может быть!

Мэт недоуменно нахмурился. Хотя у Лэйни нет своих детей, как учительница она должна знать, какие игры притягивают мальчишек, словно магнит.

Осторожно выбирая слова, Вилборн попытался убедить Лэйни.

— Водопад не опасен. В воде только восемь дюймов глубины.

— Но она же холодная, — возмущалась девушка.

— Да, но того стоит. Я тебе покажу…

— Ты серьезно?

— Конечно. Пойдем. Сними туфли и закатай брюки.

— Мэтью Вилборн, если ты думаешь, что я полезу в ледяную реку, чтобы промокнуть насквозь под водопадом, то…

Не обращая внимания на ее болтовню. Мэт сбросил кроссовки и положил их на плоский камень. Лэйни стояла как вкопанная.

— Пошевеливайся, а то в воде потеряешь туфли.

— Я же сказала, что не сдвинусь с места.

— Лэйни, поверь мне. Пожалеешь, если пропустишь несравненное приключение.

Девушка закрыла глаза. Ее существо противилось подобному сумасшествию. Но она напомнила себе, что предстоящий месяц будет наполнен не менее экстравагантными выходками. Значит, надо отбросить страхи и сомнения. Тогда останется незабываемое впечатление о чудесных днях.

Напустив сердитый вид, Лэйни пробормотала:

— Ладно, пойдем.

Подождав, пока она сняла сандалии и подогнула низ брюк, Мэт взял девушку за руку. Через секунду они уже стояли у кромки воды.

Шальная струя окатила ноги Лэйни, едва она ступила в ледяной омут. Она бы сразу повернула назад, но твердая рука удержала девушку на месте.

Потом с неизвестно откуда взявшейся решимостью Лэйни сделала еще шаг вперед. И еще один. И вдруг ей понравилось. Холодная журчащая вода приятно покалывала ноги. Через минуту, забыв о колебаниях, Лэйни резвилась в воде как ребенок.

— Ну, давай, Мэт! — звала она немного поотставшего мужчину. — В чем дело, маленький цыпленок?

— Ах, маленький цыпленок? — прорычал Мэт, с шумом продвигаясь через омут.

Он поймал девушку у самого водного занавеса. Взявшись за руки, они скользнули сквозь каскад и через секунду оказались на другой стороне. Несмотря на то что Лэйни промокла насквозь и замерзла, чувствовала она себя бодро.

Казалось, ее закружил волшебный вихрь и унес в чудесную страну любви. И то, что именно Мэт привел ее в необыкновенный уголок, вызывало у Лэйни необъяснимое ощущение счастья.

Мужчина крепко обнял ее. Их губы встретились среди брызгающей кругом воды.

Еще немного — и сердце Лэйни вырвется из груди. Ноги подкашивались. Мэт отстранился, потом снова опустил голову, целуя ее глаза, кончик носа, голубую жилку у основания шеи.

Девушка крепко обхватила его шею, прижавшись нежными выпуклостями груди к сильному телу.

Лэйни хотелось остаться в водопаде навсегда. Очутиться в мире любви и грез, подальше от реальности. Однако ее кожа уже покрывалась мурашками от холода, а тело непроизвольно дрожало.

— Ты замерзла, — прошептал мужчина на ухо Лэйни. — Пойдем домой.

Волшебная сказка кончилась.

6

Следующие два дня Мэт знакомил Лэйни со своими увлечениями.

Верховая прогулка в четверг оказалась просто замечательной. Вилборн выбрал для Лэйни, никогда не занимавшейся верховой ездой, престарелую спокойную Электру, так что первый опыт прошел более или менее успешно. Однако на следующий день спина и ноги у девушки ныли так, словно она перевалила в седле через скалистые горы.

Пожалев уставшую Лэйни, Мэт предложил ей в пятницу занятие полегче. Девушка помогала ему чистить лошадей, наблюдала, как он скоблит стойла.

Дни пролетали беззаботно, но наполненные делами. Однако вскоре девушку охватило беспокойство. В субботу утром приезжает Дэвид — единственное, о чем она постоянно думала.

После обеда, извинившись, Лэйни попросила у хозяина разрешения вновь воспользоваться телефоном и побежала в кабинет. Пальцы не слушались, ей пришлось дважды набирать номер.

Наконец на другом конце провода раздался знакомый хриплый голос.

— Алло, Кэппи? Это Лэйни.

— Мм… Я еще в состоянии узнать родную дочь. Как твой отпуск в Орегоне?

— Прекрасно! Поэтому и звоню. Я задержусь здесь еще на месяц.

— А я думал, ты навестишь своего дряхлого отца.

— Я уеду отсюда в конце июля. И, может быть, смогу заехать к тебе на несколько дней.

— На несколько дней? Да что происходит в Орегоне, если ты не можешь выбраться оттуда?

— Я тут кое с кем позанимаюсь в обмен на комнату и стол.

Ответом на ее слова служило гробовое молчание. Наконец Уолтер Гамильтон откашлялся.

— И кого же ты намерена обучать? Избалованного сынка богатеньких родителей?

— Нет. Сына хозяина пансиона, где я отдыхаю.

— Это на тебя не похоже. Что случилось?

Девушка беспомощно закрыла глаза. От отца трудно что-либо скрыть. Проницательный старик видит насквозь.

— Ответь мне, девочка.

— Я пытаюсь, Кэппи. Только не решила, следует ли тебе знать правду.

— Конечно, — упрямо настаивал Уолтер Гамильтон.

Он отличался исключительной честностью, всегда воспитывая в детях чувство ответственности. И чести. Отцу Лэйни лгать не могла.

Взяв себя в руки, она заговорила:

— Ребенка, которому я буду давать уроки, зовут Дэвид.

— Ну?

— Его усыновили.

— Вот как!

Девушка до боли прикусила нижнюю губу. О Господи! Отец и так настрадался. Что принесет ему неожиданное известие: радость, которая хоть немного скрасит его дни, или еще одно горе?

— Кэппи, так вот, мальчик… Я узнала, что он… — Лэйни вздохнула поглубже и выпалила. — Он сын Дэнни. И Челси. Она отдала ребенка на усыновление, когда брат служил во флоте. Он и не подозревал, что у него есть сын до… до последнего дня.

— Что?!

Лэйни поспешила ответить, пока силы совсем не покинули ее.

— Дэнни написал мне обо всем. Он собирался разыскать ребенка, пойти в суд или нанять адвоката. Брат считал, что усыновление произошло незаконно, и надеялся, что располагает правами.

— Может, у твоего брата имелись права, а есть ли они у тебя?

— Я… Я не знаю, Кэппи. Но я поклялась найти племянника и должна выполнить обещание.

Лэйни подробно поведала отцу историю поисков. Кэппи ни разу не перебил ее.

Потом заговорил, но уже более спокойным, усталым голосом:

— Дорогая, даже не знаю, чем помочь тебе. Но я тебя не упрекаю. Черт побери, я сам хочу увидеть парнишку! Он ведь даже не подозревает о нашем существовании. Возможно, для него и лучше, если мы не станем вмешиваться в его жизнь.

— Я буду осторожна, папа.

— А может, мне самому приехать? Вдруг ты себя как-то выдашь? Повтори, что за название у пансиона?

— Нет, Кэппи. Пожалуйста, оставайся дома. Я тебе еще позвоню…

На другом конце провода не раздавалось ни звука.

— Папа? Ты слушаешь? — нарушила Лэйни затянувшееся молчание. — Не волнуйся. Хорошо? Я разберусь сама.

Уолтер Гамильтон неохотно дал слово не наведываться в пансион, и связь прервалась.

Сославшись на недомогание, она пожелала Мэту спокойной ночи, поднялась к себе, но так и не уснула до утра…

Когда Лэйни открыла глаза, часы показывали почти половину десятого.

Девушка уселась на кровати. Вилборн забирает сына в десять, значит, в половине двенадцатого, в крайнем случае в двенадцать, они возвращаются домой. И она побежала в ванную.

Минут через пятнадцать ужасно взволнованная Лэйни спустилась на кухню, где Индия уже домывала тарелки.

— Кофе остался?

Та кивнула на электрический кофейник.

— Не думаю, впрочем, посмотрите сами.

Любезна, как всегда. Лэйни так и не поняла, ненавидит ли Индия всех подряд или только ее.

Взяв из застекленного шкафчика кружку, Лэйни наполовину наполнила ее густым тягучим напитком и вышла на крыльцо. Конечно, можно не обращать внимания на явную неприязнь Индии, думала она, усаживаясь на качели, но порой дама совершенно невыносима.

Лэйни довольно долго размышляла о миссис Дорман. Она надеялась нравиться друзьям и родственникам Мэта, стать частью его дома.

Она так увлеклась, что не сразу заметила знакомый джип, зашуршавший на посыпанной гравием дороге. Через минуту Мэт, сидевший за рулем, уже припарковывал машину, а высокий, немного нескладный, темноволосый мальчик вприпрыжку бежал через лужайку.

Девушка не могла произнести ни слова — внутри все болезненно сжалось, непрошеные слезы наполнили глаза.

Она узнала бы сына Дэнни где угодно — в нем воплотились самые красивые семейные черты. Такие же золотистые глаза, какие она и брат унаследовали от матери. И та же непослушная темная прядь, постоянно спадавшая на высокий чистый лоб, как у Дэнни. Лишь ямочки на щеках напоминали о Челси.

— Ты, наверное, Дэвид? — наконец вымолвила Лэйни.

— Д-да. А к-как в-вы узнали?

У нее потеплело на душе, когда она услышала, как старательно Дэвид выговаривает слова.

— Догадалась. Добро пожаловать домой.

Лэйни похлопала мальчика по плечу и ободряюще улыбнулась.

Лицо Дэвида робко засветилось.

Мэт поднялся по ступенькам, поставил на крыльцо чемодан.

— Дэвид, как ты уже догадался, мисс Гамильтон — твоя новая учительница.

— П-пап, н-неужели м-мне придется за-заниматься целое лето?

Он выглядел так трогательно, что Лэйни едва сдержалась. Ей очень хотелось крепко-крепко обнять Дэвида и никогда не отпускать от себя. Но годы, проведенные в школе, кое-чему ее научили: мальчишки терпеть не могут телячьи нежности.

Поэтому девушка солидно пожала его маленькую руку.

— Рада познакомиться, Дэвид.

Мэт шагнул вперед и коснулся щеки Лэйни легким поцелуем.

— Я отнесу его вещи в комнату, а вы пока познакомьтесь получше.

— Отлично. Правда, Дэвид?

Он снова пожал плечами. Янтарные глаза внимательно прищурились, когда Мэт поцеловал девушку.

Лэйни поняла: Дэвид не привык видеть, что его отец обращается к женщинам подобным образом. Нужно обязательно поговорить с Мэтом, чтобы тот был посдержаннее.

А Вилборн, подмигнув девушке, улыбнулся краешком рта, намекая, что дает ей фору, и направился с багажом в дом.

— Ну что ж, Дэвид, давай присядем.

Они уселись рядышком на качели. Лэйни поняла: Дэвиду очень хочется уйти. Наконец она сделала попытку заинтересовать его.

— Твой отец сказал, что у тебя в прошлом году имелись кое-какие проблемы в школе.

— Ага.

— А с чем именно?

Мальчик неопределенно качнул головой.

— С английским, математикой? Или с ребятами? Или то и другое вместе?

— Ага.

Лэйни вздохнула. Ничего не получается. Она предполагала, что Дэвид сам осознает трудности речи. Девушка с любопытством отметила, что с одним словом он уже справляется: «ага» — его постоянный ответ на любой вопрос. Что ж, хорошо. Значит, он легко преодолеет заикание, коль хватило упорства заучить одно, пусть даже легкое, слово.

Тишину нарушал лишь скрип старых качелей.

Лэйни снова попыталась его разговорить.

— У меня есть идея. Я хочу научиться ездить верхом.

— Вот черт, да разве так сложно? — выпалил мальчик одним духом. — Это же проще простого.

— Просто для тебя, поскольку ты уже в детстве познакомился с лошадьми, а я — только пару дней назад. Твой отец впервые усадил меня в седло. Поверь, удержаться оказалось довольно сложновато.

Мальчик ничего не ответил, но, похоже, задумался.

Чувствуя, что Дэвид проявляет интерес, девушка продолжала:

— Давай устроим соревнование.

Он удивленно поднял глаза.

— Что за сорев… соревнование?

— На спор. Держу пари, я окажусь лучшей ученицей, чем ты.

— Как так?

— Твой папа хочет, чтобы я два часа в день давала тебе уроки по исправлению дефектов речи. И я готова поспорить, что если ты, скажем, столько же времени будешь учить меня ездить верхом, то к концу июля я научусь ездить лучше, чем ты говорить.

— Ничего подобного!

— Ты считаешь? Так ты принимаешь мой вызов?

— А ч-что я выиграю?

Лэйни рассмеялась. Ее племянник — бывалый спорщик.

— Ну и ну… Ладно, в самом деле, какой спор без приза? Если ты выиграешь, я куплю тебе настоящий футбольный мяч.

— А если вы… хотя неважно, п-победа будет за мной.

— Что ж, молодой человек, я уверена, что из меня выйдет настоящая наездница. Естественно, я тоже хочу знать, какой приз меня ожидает.

Дэвид раздумывал недолго.

— У м-меня в копилке п-почти семнадцать д-долларов. Мы п-пойдем в магазин, и в-вы сами в-выберете пре… презент. А к-кто же б-будет судьей?

— Твой отец. Он знает, как ты говоришь. И, конечно, видел, как ужасно я езжу верхом. Идет?

Мальчик кивнул.

— Да. П-папа подойдет.

— Отлично.

Дэвид спрыгнул с качелей.

— Увидимся з-завтра, мисс Гамильтон. — В его глазах вспыхнули озорные золотистые огоньки. — Я очень рад, ч-что вы купите мне новый футбольный мяч.

И, насвистывая любимую мелодию отца, Дэвид убежал в дом.

Вечером, пару недель спустя, Лэйни и Мэт сидели обнявшись на любимых качелях. Дэвид в очередной раз с выражением продекламировал первую строфу из «Сожжения Сэма МакГи». Мальчик настолько увлекся занятиями, что его новая учительница была уверена: скоро он справится со всеми проблемами.

— Пойду д-дам Электре овса, — заявил Дэвид и вприпрыжку сбежал по ступенькам.

Мэт подождал, пока мальчик скроется из виду, и только тогда нежно поцеловал Лэйни в висок.

— Даже не верится: ты столького достигла! А прошло лишь несколько дней. Дэвид уже вовсю болтает с гостями, а не сбегает от них, как прежде. Ты необыкновенная труженица.

Несмотря на сгущающиеся сумерки, Вилборн заметил нежный румянец, вспыхнувший на ее щеках.

— Спасибо. Думаю, он делает успехи только потому, что я занималась с ним с глазу на глаз.

Мужчина откинулся назад и притянул Лэйни к себе. Удивительно: она появилась в их жизни совсем недавно, а насколько разительны перемены!

Лэйни стала лучшим другом Мэта. Он испытывал непреодолимое желание делить с ней и сумеречные туманы над рекой, и яркие звезды, как бриллианты, сияющие на темно-синем ночном небе.

Их дружба походила на виноградную лозу, которая мягко обвивала слишком хрупкие чувства, еще не переросшие в настоящую любовь.

— Удобно? — тихонько спросил Мэт, когда девушка поплотнее прижалась к нему.

— Да, великолепно. Я готова сидеть так всю ночь.

Какой-то странный оттенок зазвучал в его хриплом голосе.

— Отличная идея!

Лэйни приподнялась и заглянула в потемневшие глаза мужчины. Она не знала, как реагировать. Конечно, их отношения не могут стоять на месте, но девушка старалась не думать о будущем, счастливая уже оттого, что находится в объятиях Мэта и принимает его поцелуи. Может, его не устраивает такое положение вещей?

А ее? Прежде духовные связи с мужчинами у Лэйни как-то не складывались. Но инстинктивно она чувствовала, что физическая близость с Мэтом станет взаимной. Готова ли она отдаться человеку, который завоевал не только ее сердце, но и душу? Или лучше оставить теплые, платонические отношения?

Бессонные ночи и подкашивающиеся при виде Вилборна колени подсказали ответ.

Неизвестно, что ждет их впереди, но сегодня он нужен ей. В постели.

Лэйни нежно провела рукой по щеке Мэта, легко коснувшись губ кончиками пальцев.

— Может, ты и прав, — прошептала она. — Нам надо остаться здесь до утра.

Мужчина заглянул ей в лицо и погладил длинные шелковистые волосы.

— Ты уверена?

— Мэт, я постоянно убегала от малейших затруднений. Я боялась мужчин, любви, боялась жить. С меня хватит. Уверена ли я? Нет. Но готова рискнуть.

Он склонил голову и дотронулся до сладких губ. Мэт знал, что Лэйни по-прежнему глубоко переживает гибель брата. И хотя она почти не вспоминает о нем, внезапная смерть Дэнни оставила ее, хрупкую, уязвимую, одну в огромном мире. Девушка казалась мужчине домашним цветком, который следует бережно охранять от невзгод. Он никогда не простил бы себе причиненную Лэйни боль.

— Надо уложить Дэвида спать, — отозвался он.

Девушка заглянула в его глаза взглядом, исполненным желания.

— Только не очень долго, — прошептала она. — Я буду ждать.

Изумленный, Мэт взял ее лицо в ладони и пообещал:

— Я скоро приду. Очень скоро…

Лэйни приготовила ванну с розовым маслом. Свет в номере она потушила. Горела лишь маленькая ароматическая свеча, которую она обнаружила в одном из ящиков комода.

Медленно опустившись в теплую воду, Лэйни устроилась поудобнее. Неземное наслаждение! Почти такое же, как обещание Мэта, что выражали его глаза.

Лэйни взяла с пола свечу и направилась в спальню.

Мэт стоял, небрежно прислонившись к стене, едва различимый в серебристом лунном свете, который проникал в комнату сквозь тонкие занавески.

— Я не слишком рано?

Девушка медленно вынула шпильки из волос, позволяя им упасть на плечи огненным водопадом. Ее женская, так долго подавляемая чувственность наконец-то вырвалась на свободу. Лэйни ощущала себя диким животным, пантерой, которую долго держали в клетке, а теперь выпустили на волю. Скромность и благоразумие исчезли.

Она подошла к Мэту и обвила руками его бедра.

— Нет, — прошептала девушка. — Как раз вовремя.

— Лэйни, милая! — Мужчина притянул ее к себе. — Ты Похожа на мечту, на фантастический сон.

Девушка еще плотнее прижалась к нему, как бы желая доказать, что она состоит из плоти и крови.

Мэт склонился к ней, и Лэйни почувствовала на шее его легкое дыхание.

— Спрашиваю в последний раз, ты уверена?

Вместо ответа она обняла его за шею, их губы встретились. В дальнейшем поощрении Мэт не нуждался. Его язык скользнул между мягкими губами, пробуя, дразня и наслаждаясь их сладостью.

Девушка прильнула к Мэту, всем существом отвечая на поцелуй. Ее плечи покрылись испариной. Никогда еще Лэйни не чувствовала себя такой пылкой, такой женственной, готовой отдаться удовольствию. Она словно заново родилась, привнося в жизнь возрастающее желание, идущее из самых глубин женского естества.

Мэт, тихонько застонав, гладил ее плечи, руки, шею. Он походил на гибкого ягуара — мускулистый, грациозный, сильный. Мерцающие золотистым цветом глаза Лэйни, обрамленные темными пушистыми ресницами, добавляли какую-то чертовскую жилку к ее образу дикой кошки.

Она — хищник, а он — долгожданная добыча. И Мэт жаждал выполнять каждое ее желание, каждый каприз.

Нетерпеливые пальцы скользнули под его рубашку, поглаживая грудь, покрытую жесткими волосами.

Страстное влечение охватило Мэта целиком. И мужчина надеялся, что сможет удержать бушующие страсти, доставляя Лэйни настоящее удовлетворение. Потому что он хотел эту женщину-кошку, хотел как никого и никогда.

Колени Мэта подогнулись, когда ласковые руки расстегнули пряжку его ремня. Он почти обезумел от желания к тому моменту, когда одежда была в беспорядке разбросана по полу и он предстал перед Лэйни обнаженным, снедаемым страстью.

Девушка с удовольствием рассматривала стройное мускулистое тело. Великолепен. Просто великолепен!

Мужчина наконец не выдержал и взял на себя инициативу в любовной игре. Он шагнул к Лэйни и нежно коснулся соблазнительной впадинки между грудей. Полотенце бесшумно упало на ковер.

— Бог мой, ты прекрасна, — простонал Мэт. — Совершенна. Безупречна.

Покраснев от нескрываемого восхищения, девушка взяла его руку и потянула к постели.

Ее сердце стучало как сумасшедшее, торопилось, подскакивало.

Мужчина накрыл девушку своим телом. Его руки находили каждую выпуклость, каждую впадинку, доводя ее почти до исступления.

И когда Лэйни не могла больше ждать, она потянулась к мужчине и приняла его в себя.

Он запрокинул голову, стиснув зубы. Нет, она не пантера, она настоящая львица, страстная, неистовая. Лэйни изо всех сил обхватила его тело руками и ногами. Ее яростные вскрикивания только возбуждали Мэта.

Он задвигался быстрее. Еще быстрее. В бешеном ритме.

Лэйни, не в силах сдержаться, страстно целовала его плечи. Она сводила его с ума. Делала безумным.

Прильнув к ее губам, Мэт почувствовал себя на пике страсти.

Тело Лэйни, чувственное, трепещущее, призывно выгнулось ему навстречу. И в последний момент с ее губ сорвалось имя Мэта.

Они долго лежали, не в силах шевельнуться, ошеломленные силой испытанных ощущений. Девушка уткнулась в мужское плечо, прислушиваясь к его дыханию, сначала хриплому, неровному, а потом спокойному и глубокому.

Мэт уснул, прошептав на ухо слова любви. Но к Лэйни сон не шел. Ее тело трепетало, ощущая близость мужчины.

Лэйни и не представляла себе, что возможно такое физическое единение. Это был не просто восхитительный секс. По крайней мере для нее. Непостижимым образом ее сердце неразрывно слилось с сердцем Мэта, и Лэйни наслаждалась неизведанным доселе чувством.

Скоро наступит утро. Можно попытаться распутать клубок ощущений. Прийти в себя. А сегодня она насладится тем, что есть, и позволит себе не думать о будущем.

Мэт, перепрыгивая через ступеньки, спустился вниз.

Индия ждала его на кухне, готовая к бою.

— Мэтью, нам нужно поговорить.

— Доброе утро, Индия. Кофе готов?

— Для тебя — всегда. И не пытайся сменить тему. Я хочу знать, что за дела у тебя с этой девушкой.

О Господи, подумал Мэт, начинается. Индия превосходная женщина. Обожает Дэвида. И в пансионе просто незаменима. Но агрессивный характер начисто перечеркивает ее достоинства.

Мужчина сделал глоток кофе и принял вызов.

— С какой девушкой?

Индия вытерла о передник руки и села за стол.

— Ты отлично знаешь, о ком я говорю. Об учительнице.

Мэт ногой пододвинул к себе стул.

— А что ты имеешь против нее?

— Я считаю, она сует нос в наши дела. Почему она торчит в твоем кабинете? Наверняка что-то вынюхивает. Говорит, что ей нужно позвонить. А кому она звонит, хотела бы я знать!

Мэт задумчиво водил пальцем по клетчатой клеенке на кухонном столе.

— Скорее ты вмешиваешься в ее жизнь.

— А Дэвид? Я почти не вижу его, с тех пор как он вернулся. Он постоянно проводит с ней время.

— Да, но она занимается с мальчиком.

— А после? Ездит с ней верхом, играет в бейсбол или в карты. Я против карточных игр. Она плохо на него влияет, вот что я тебе скажу.

Мэт резко поставил на стол кружку, расплескав кофе.

— Хватит, Индия! Здесь мой дом. Я пригласил Лэйни, и она останется столько, сколько захочет. Я не потерплю, чтобы ты оскорбляла ее. Слышишь?

Глаза Индии наполнились слезами. Она резко отвернулась.

Мэт почувствовал себя виноватым. Ведь Индия отдала бы за Дэвида жизнь. Да она просто ревнует его к Лэйни!

Мэт подошел к миссис Дорман и примирительно положил руку на ее плечо.

Она даже не повернулась. Мэт похлопал ее по спине и направился к выходу.

— Лучше бы мне остаться в постели, — пробормотал он, выйдя в фойе. И тут же увидел Лэйни в бледно-голубом платье, которая спускалась по ступенькам. И приготовленные заранее слова вылетели у Мэта из головы.

Признать, что она прелестна, — значит ничего не сказать.

Красота Лэйни шла откуда-то изнутри, окружая ее волшебной аурой.

Она ступила на нижнюю ступеньку и остановилась, глаза оказались на одном уровне с Мэтом.

— Доброе утро, мистер Вилборн. Вы хорошо спали?

— Как никогда. — Он коснулся губами уголка ее рта. — А вы, мисс Гамильтон?

Лэйни рассмеялась мягким соблазнительным смехом.

— С восхитительным мужчиной.

Мэт собрался заключить ее в объятия, но тут входная дверь со скрипом отворилась. На пороге появился пожилой джентльмен.

— Прошу прощения. Я ищу свою дочь, Лэйни Гамильтон.

7

Лэйни шагнула вперед, крепко обняла отца и, приподнявшись на цыпочках, поцеловала его в щеку.

— Кэппи, какой сюрприз! Конечно, я не ожидала увидеть тебя. — Чуть наклонившись, девушка яростно прошептала: — Какого черта ты тут делаешь?

Уолтер Гамильтон высвободился из объятий разъяренной дочери и в знак приветствия протянул руку Мэту.

— Как вы, наверное, поняли, я отец Элэйн, Уолтер Гамильтон.

— Рад познакомиться с вами, сэр, — ответил хозяин. — Меня зовут Мэтью Вилборн. Добро пожаловать в «Серебряные сосны». У нас есть свободная комната, правда небольшая, я полностью предоставлю ее в ваше распоряжение.

Уолтер покачал головой.

— Вы очень любезны. Но, боюсь, не смогу воспользоваться вашим предложением. Я заехал за дочерью.

Мэт перевел удивленный взгляд на девушку.

— Что это значит?

— Ничего, — ответила Лэйни. — Абсолютно ничего. Просто кое-кто сует нос куда не следует! — И она выразительно посмотрела на отца.

— Не будь такой упрямой. Я намерен забрать тебя домой, и точка.

— А я сказала, что остаюсь!

Неизвестно, чем бы закончилось очередное столкновение отца с дочерью, если бы не появился Дэвид, ворвавшийся в дом вслед за футбольным мячом.

Мальчик внимательно посмотрел на взрослых. Мисс Гамильтон и пожилой джентльмен, возбужденные, с пылающими от гнева лицами, взбешенно смотрели друг на друга. Мэт выглядел немного растерянно.

Дэвид шагнул назад, собираясь улизнуть.

Гулкие слова незнакомца остановили его на полпути.

— А ты, наверное, Дэвид?

Слегка испугавшись громкого голоса, мальчик беззвучно кивнул в знак согласия и остался на месте.

Мэт положил руку на его плечо.

— Это отец Лэйни, мистер Гамильтон.

— О! — Мальчик устремился вперед с явным облегчением. Помня советы Лэйни, Дэвид глубоко вдохнул и расставил минутные паузы между словами:

— Рад с вами познакомиться, сэр.

И мальчик улыбнулся. Явный успех. Произнес фразу без единой запинки. И перед незнакомым человеком.

Уолтер опустился на одно колено, чтобы его глаза находились вровень с глазами внука, и тепло произнес:

— Мое имя Уолтер Гамильтон, но друзья зовут меня Кэппи. Почту за честь, если ты станешь обращаться ко мне так же.

Лицо Дэвида засветилось. Уолтер взъерошил его темные волосы и подмигнул.

— Классный у вас парень, Мэт!

— Спасибо, сэр.

Худощавая, в синих прожилках рука рассекла воздух.

— Пожалуйста, никаких «сэров». Можно подумать, я снова на службе в Береговой охране. Зовите меня Кэппи.

— Да, сэр… э, Кэппи.

Лэйни шагнула вперед и обняла отца.

— Очень мило, что ты заехал к нам, папа. Я позвоню тебе на следующей неделе.

— Не торопись, девочка! Мистер Вилборн, я изменил решение. Надеюсь, та комната еще за мной?

Мэт вопросительно взглянул на Лэйни.

Девушка колебалась. Отец не умеет хранить секреты. Он слишком честен. Одно слово — и обман раскроется. Однако теперь, когда Кэппи увидел своего внука, он обязательно воспользуется шансом узнать мальчика получше.

Поразмыслив, Лэйни звучно чмокнула Кэппи в щеку.

— Ну конечно, папа! Раз у Мэта есть свободная комната, я только порадуюсь, что ты отдохнешь.

Почувствовав, что лучше оставить упрямых Гамильтонов наедине, Мэт обнял Дэвида за плечи и увлек за собой.

Лэйни развернулась и в упор посмотрела на отца. Уперев руки в бока, она прищурила золотисто-карие глаза и спросила:

— Что ты здесь делаешь?

Кэппи устало потер бровь.

— Не знаю, душенька. Просто я беспокоился о тебе. Я не забыл, что теперь ты взрослая женщина, — быстро добавил он, заметив ярость, сверкнувшую в ее глазах.

— Ладно, папа, я все понимаю. Но что, черт возьми, заставило тебя остаться?

Кэппи отвернулся, поправляя дрожащей рукой фуражку.

— Когда я увидел мальчика — сына Дэнни, что-то перевернулось во мне. Я… я не могу уехать. Вряд ли судьба так же распорядится во второй раз и даст мне возможность увидеть внука… а я бы очень хотел провести с ним некоторое время. Кроме того, я так устал от городского шума и от пустоты старого дома, что подумал, может, мне остаться в пансионе и вернуться в Калифорнию вместе с тобой. Если ты не возражаешь, конечно.

Уолтер взглянул на дочь, в его глазах стояли слезы.

Бросившись к отцу, девушка обняла его за шею и нежно поцеловала в обветренную щеку.

— Конечно, оставайся, Кэппи. Но при одном условии… Веди себя очень осторожно. Мэт мне доверяет… и Дэвид тоже. Я не хочу доставлять им неприятности.

Уолтер Гамильтон сжал ее плечи.

— Не беспокойся, душенька. Я не подведу тебя.

Лэйни высвободилась из объятий и повернулась как раз в тот момент, когда Дэвид, перепрыгивая через ступеньки, спускался в фойе вслед за Вилборном.

— Все в порядке, мистер Гамильтон… Я хотел сказать, Кэппи, — произнес он.

Кэппи просиял от удовольствия и повернулся к внуку.

— Итак, Дэвид, не сходить ли нам на рыбалку?

— Да, сэр.

— Кэппи, — напомнил Уолтер. — Знаешь, я в некоторой степени считаю себя знатоком. Сможешь показать мне пару отличных местечек, а?

— Уверен, ч-что смогу. Вниз по течению, недалеко от старых порогов Огненная м-молния. Форель аж в-выпрыгивает из воды, чтобы схватить п-приманку. — От волнения Дэвид забывал вставлять паузы, которые помогали контролировать заикание. Но никто не обратил внимания на его оплошность.

Глаза Уолтера подозрительно заблестели, когда он посмотрел на внука.

— Давай отправимся сегодня, скажем, после двенадцати, идет?

— Идет. — Дэвид с готовностью согласился, но затем подумал, что неплохо бы получить родительское согласие. — Можно, папа?

Мэт кивнул.

— Да. Только после уроков. И после ланча.

Уолтер повернулся к Мэту:

— Где мне оплатить номер?

— Нет необходимости, сэр, то есть Кэппи. Вы мой гость.

— Решительно возражаю! Я не останусь здесь ни единой секунды, если не внесу деньги за проживание.

— Лучше не спорь, — посоветовала Лэйни Вилборну.

Дэвид и Кэппи сразу нашли общий язык.

Мэт редко вырывался из круга обязанностей хозяина пансиона, так что любимые Дэвидом походы на рыбалку выдавались весьма нечасто. Кэппи, напротив, имел массу свободного времени. Поэтому в тех случаях, когда Дэвид не давал Лэйни уроки верховой езды, дед и внук отправлялись прямиком к заветному местечку на реке, где, как они считали, рыба сама страстно просится на удочку.

Однажды после ланча, когда они помогали Индии мыть посуду, Мэт предложил всем отправиться на прогулку.

Под непрерывное ворчание миссис Дорман они закончили домашние дела, собрали еду и реквизит и наконец удобно устроились в небольшой повозке, запряженной парой лошадей.

Благоговейный трепет охватил Лэйни, когда они подъехали к национальному парку Сискью. Девушку, выросшую среди заасфальтированного Лос-Анджелеса и песчаного океанского побережья, покорила бесподобная красота дикой природы. Тысячи акров могучих кедров, столетних дубов и других деревьев простирались зелеными зарослями.

— Боже мой, выдохнула Лэйни. — Потрясающе! Мы можем бродить веками и не встретить ни единого человека. — Она вздрогнула. — Неужели нам предстоит пробираться сквозь дебри?

Мэт усмехнулся.

— Не волнуйся, горожанка! Пешеходные тропинки обозначены четко, а чтобы не рисковать, мы не станем сворачивать в сторону. Или ты боишься?

Горожанка? Ха-ха! Боится? Ха-ха! Да что он вообразил? Разве люди, живущие не в сельской местности, разучились ходить пешком?

Лэйни потуже затянула на кроссовках шнурки:

— Я готова.

Индия отказалась принять участие в туристическом походе. Но когда компания вернулась, разгоряченная и утомленная ходьбой, она встретила проголодавшуюся публику вкусными закусками и холодными напитками, накрыв импровизированный стол в тени развесистой плакучей ивы.

После того как закончились сэндвичи и фрукты, Мэт, обогнув широкий ствол дерева, притянул Лэйни к себе.

— Ты очень хороша для горожанки.

Она обвила руками его шею и поцеловала в губы.

— Ты хочешь сказать, не слишком дурна для такого бойскаута?

— Именно.

Дэвид, наблюдавший за ними, повернулся к деду.

— Эй, смотри, Кэппи, они снова собираются поцеловаться.

И, перекатившись на живот, переключился на более важную тему.

— Кэппи, ты обещал показать, как завязывать морские узлы.

Мальчик уселся поудобнее, восхищенно наблюдая, как отставной офицер Береговой охраны хитроумно скручивает веревку.

— Теперь, Дэйв, попробуй ты, — сказал Кэппи, протягивая ему замысловатый узел.

Тот с сомнением рассматривал запутанное плетение.

— Не знаю. Вроде бы просто, но…

Мэт изогнул бровь.

Дэвид, поймав взгляд отца, схватил веревку.

— Знаю, знаю. Не отказывайся, пока не попробуешь.

Лэйни улыбнулась, когда Дэвид продекламировал, видимо, нередко повторяемое наставление. Мэт серьезно относится к родительским обязанностям. Он замечательный отец. Строгий, но любящий. Требовательный, но справедливый. Мальчик действительно находится в надежных руках.

В конце месяца, когда она поможет Дэвиду преодолеть заикание, они с Кэппи вернутся в Калифорнию. И неважно, какой болью придется заплатить за счастье и спокойствие мальчика.

Чтобы отогнать грустные мысли, Лэйни вновь обратила внимание на Кэппи, обучающего внука азам морской науки.

— Готов, Дэйв? — Кэппи разложил три фута четвертьдюймового шнура перед собой.

— Я думаю…

— Расслабься, моряк, — улыбнулся Уолтер. — Не так сложно, как кажется. Я знаю, как научиться с первой же попытки, но это мой секрет.

— Покажи, Кэппи, покажи! — запросил мальчик.

— Почти готово, моряк, — говорил дед. — Хватай веревку за один конец и тяни на себя.

Медленно, немного неуверенно мальчик справился с заданием, и на его лице засияла улыбка.

Кэппи накинул петлю на его шею.

— Если ты действительно завязал носовой узел, веревка не сожмется, если ее потянуть за концы. Если нет — она сдавит твое горло. Ты веришь, что твой узел выдержит испытание?

Дэвид ни минуты не колебался.

Петля находилась на плечах мальчика. Кэппи с притворным беспокойством дернул за концы. Носовой узел выдержал.

— Ийе-хоооо! — радостно закричал Дэвид. — Я моряк!

Мэт и Лэйни зааплодировали.

Медленно поднявшись из уютного гнездышка, Вилборн сказал:

— Не хотелось бы прерывать веселье, ребята, но, думаю, пора возвращаться. Нас ожидает разъяренная толпа покинутых постояльцев.

Усталые, но счастливые они погрузили походное снаряжение обратно в повозку.

И хотя Индия, съежившись в углу, продолжала пребывать в мрачном настроении, остальные, создав а-ля квартет, на обратной дороге в Грантс Пасс распевали песни.

Когда же Мэт поистине скверно затянул мелодию Джона Денвера «Спасибо, Господи, что я живу в деревне», Лэйни улыбнулась своим мыслям. Да, спасибо тебе, Господи, что Вилборн из сельских жителей. Они особенные мужчины. По крайней мере, поправилась она, один из них точно необыкновенный.

Единственный в своем роде.

В среду в «Серебряных соснах» устраивали традиционное вечернее барбекю. Берни отправился с гостями вниз по реке, где в живописном местечке они часами сидели у костра, рассказывая страшные истории и распевая под гитару песни.

Впервые Мэт и Лэйни остались в доме одни.

Она посмотрела на мужчину — манящий взгляд кошачьих глаз был выразительнее тысячи слов. Мэт волновал ее, пробуждая доселе неведанные ощущения, лишая сна. Притворно зевнув, Лэйни прошептала:

— Пожалуй, пора ложиться спать. Как ты думаешь?

Тыльной стороной ладони Мэт отвел выбившуюся прядь волос с ее щеки.

— Думаю, идея отличная.

Словно электрический разряд пробежал по ее спине.

Медленно притянув девушку, Мэт припал к ее рту в нежном, чувственном, многообещающем поцелуе. Затем неохотно выпустил из объятий. Как в замедленной киносъемке, Лэйни отступила назад и, неотрывно глядя на мужчину, стала подниматься по ступенькам.

Выждав какое-то время, Вилборн последовал за девушкой. До него доносился тонкий аромат дорогих духов.

Мэт открыл дверь спальни, сделал несколько шагов и застыл в изумлении. Босая, в полупрозрачной ночной сорочке, Лэйни стояла возле открытого окна. Ее распущенные волосы мягкими темно-красными волнами ниспадали на округлые плечи. Серебряные струи лунного света окружали ее фигуру аурой нетронутого первозданного очарования.

Она напоминала богиню любви — Афродиту. Настолько прекрасную, что Мэт, глядя на нее, ощутил почти физическую боль. Однако не мог оторвать глаз от завораживающего сияния тела цвета слоновой кости.

— Даже не верится, что мы наконец-то одни. Я думаю о тебе каждый день, каждый час. Боюсь спускать плоты на воду, боюсь сделать что-нибудь не так, когда мечтаю о тебе.

Лэйни лукаво, слегка кокетливо улыбнулась. У Мэта голова пошла кругом.

— Тогда давай не тратить время на разговоры.

Застонав, он прижал девушку к себе, чувствуя ее мягкую грудь.

— Лэйни, Лэйни, ты сводишь меня с ума. Чтобы жить, мне не нужен воздух. Мне нужна ты!

В состоянии какого-то оцепенения Мэт наблюдал, как тонкие пальчики поднялись к его лицу, лаская скулы, а затем мучительно медленно опустились вниз, к шее.

Мэт зарылся руками в густые огненные локоны. Не в силах больше сдерживать страсть, он прикоснулся губами к ее рту.

Лэйни слегка вздохнула и обмякла в сильных мужских объятиях. Она смаковала пряный вкус мягких, чувственных губ, невероятно податливых и требовательных.

Взяв девушку в кольцо рук, Мэт слегка приоткрыл рот, его ищущий язык умело завоевывал Лэйни, глубоко проникая во влажную мякоть рта. Дыхание ее участилось. Чувства вырвались из-под контроля, добровольно плененные сладостью поцелуя.

Ее руки скользнули под рубашку Мэта, чувствуя напрягшиеся крепкие мускулы спины. Затем пальцы опустились ниже, очерчивая упругие контуры узких бедер, тесно прижавшихся мужским естеством к ее телу. Лэйни правил не рассудок. Ее вели только ощущения. Ставшие твердыми соски натянули тонкий шелк ночной сорочки. Внутренний огонь, сжигающий ее, передался Мэту.

Она мечтала, чтобы поцелуй длился вечно, желала чувствовать себя добычей в сладостном плену, но ее тело предъявляло свои условия. Оно требовало большего.

Страсть, разбуженная жгучими поцелуями, захватила Лэйни, проникая в каждую клеточку тела, добираясь до средоточия ее женственности. Она прогнулась, тесно прижимаясь к затвердевшей мужской плоти.

Мэт отступил и взглянул на Лэйни. Его голос, охрипший и какой-то незнакомый, прошептал:

— Ты самая восхитительная, самая желанная женщина на свете. Мне кажется, что я испытываю ужасную, невыносимую жажду, и никто, кроме тебя, не может утолить ее. Но чем больше я вкушаю тебя, тем больше хочется…

Он оборвал себя на полуслове, зарывшись губами в пушистое облако ее волос и вдыхая их аромат. Так дикие розы умываются весенним ливнем. Она была невероятно свежей, дурманящей его разум. Ее прикосновения и ласки пробуждали в мужчине невероятные ощущения, дразня воображение доселе неизведанными страстями.

— Лэйни, ты нужна мне… сейчас.

— Я знаю, — прошептала она, — я живу только теми мгновениями, когда могу быть с тобой.

Его глаза, потемневшие от желания, внимательно глянули на нее.

— Тогда не нужно терять драгоценные мгновения.

Наклонив голову, он нежно поцеловал Лэйни. Его руки скользнули под тонкую шелковую ткань ночной сорочки, прикоснулись к пылающей коже, лаская набухшие груди, дразня затвердевшие соски.

Лэйни начала расстегивать его рубашку. Она жаждала прикоснуться обнаженным телом к его торсу. Когда наконец девушка расстегнула последнюю пуговицу, то резким движением стащила одежду с его напряженных плеч и прижала ладони к твердой поверхности вздымающейся груди.

Поцелуи Мэта становились настойчивее, требовательнее, заставляя Лэйни содрогаться в предчувствии необыкновенного наслаждения. Она тяжело задышала, когда несколькими умелыми движениями он спустил ночную сорочку вниз, медленно открывая красоту стройного девичьего тела.

Взяв лицо Лэйни в ладони, мужчина выдохнул:

— Я люблю тебя! — И, закрыв ее рот губами, увлек на кровать.

Потом, приподнявшись на локте, провел рукой вдоль линии ее тела.

— Очаровательна. Просто невероятно. — Его ласки стали неторопливыми, дразнящими, мучительно сладостными.

Первый раз их близость напоминала ураган. Страсть, яростная, всепоглощающая, сметала на своем пути все. Сегодня они стремились растянуть удовольствие и в полной мере насладиться друг другом.

В какой-то момент Лэйни почувствовала себя уязвимой: ее смущала нагота. Однако, заглянув Мэту в глаза — а в них светилась безграничная нежность, — она преодолела робость и снова отдалась во власть чувственных ощущений.

Губы Мэта медленно исследовали каждый дюйм ее податливого тела — целовали, пробовали на вкус. Зубы слегка покусывали разгоряченную кожу, язык нежно очерчивал мягкие контуры, тогда как руки уверенно ласкали влажную поверхность внутренней стороны бедер. Прикосновения возбуждали, становясь более настойчивыми. Лэйни испытывала несказанное удовольствие. Ее лоно увлажнилось, бедра изогнулись в призывном отклике измученного естества.

Девушка вдыхала, наслаждаясь, пряный запах его кожи, смешанный с ароматом одеколона, гладила волосы, немного колючие на ощупь.

Обхватив голову Мэта руками, она потянула его вверх, пока он удобно не устроился между ее бедер. Его жадный рот покрывал поцелуями груди, шею, нетерпеливые пальцы нащупали крошечный холмик — источник невероятного наслаждения, укрытый жестковатым влажным покровом.

— Прошу тебя, — прошептала девушка. — Пожалуйста, я хочу…

Ее бедра манили его, отчаянно желая ощутить мужскую твердость внутри себя.

Мэт успокоил дрожь нежных губ глубоким властным поцелуем, уничтожившим остатки ее самообладания.

— О, Мэт, я… я никогда не чувствовала…

— Тише, тише, моя дорогая. — Еще один поцелуй.

Наконец он вошел в нее, чтобы дать телам почувствовать друг друга и утолить жажду страсти. Лэйни обхватила Мэта длинными ногами, и они оба растворились в древнейшем танце — танце любви.

Дыхание Мэта участилось, и девушка поняла, что ему становится труднее сдерживать себя. Лэйни хотелось продлить удовольствие, отодвинуть естественную развязку слияния тел. Ей нравилось заниматься с ним любовью, ощущать твердую пульсирующую частичку его существа внутри себя.

Боль внизу живота усиливалась. Острая, сладостная пытка. Жажда освобождения росла с каждой секундой. Лэйни почувствовала, что приближается к пику наслаждения. Она вцепилась зубами в нижнюю губу, желая задержать конец, но убыстряющийся ритм доказывал, что ждать дольше не было сил.

И, словно ощутив ее боль, Мэт ускорил толчки. Страстные. Настойчивые. Пока наконец теплая волна облегчения не захватила ее. Их тела содрогнулись одновременно, излив невыносимое напряжение. И оба обессилели, пресыщенные, удовлетворенные…

Поздно ночью, когда мужчина глубоко и умиротворенно спал, Лэйни лежала с открытыми глазами.

Мэт сказал, что любит ее.

Мучительно прекрасные слова! Слова, которые она страстно желала услышать.

Во всяком случае, он считает, что любит ее. Но правда в том, что Мэт не знает ее, настоящую Лэйни. Та девушка, которой он увлекся, — лишь зеркальное отражение ее обмана.

Может ли она позволить себе ответить на любовь Мэта и соединить жизнь с ним и с Дэвидом?

И что случится с ними, если хрупкий карточный домик, возведенный ею, начнет рушиться?

Пора прекратить ненужное бегство. Она уверена в счастливом завершении романа. Лэйни повернулась на бок и уютно прикорнула на плече Мэта. Что ж, возможно, рай зыбкий, но тем не менее рай, и другого ей не нужно.

8

Удовлетворенно вздохнув, Лэйни перевернулась на другой бок. И прежде чем открыть глаза, уловила приятный, чуть терпкий аромат мужского лосьона.

Она медленно переместилась на кровати в сторону Мэта, ожидая ощутить тепло его тела. Однако скатилась в пустое углубление.

— Мэт? — Лэйни обеспокоенно оглядела спальню.

Одежда, брошенная вчера ночью на кресло, исчезла. На пустой подушке, во впадине, где покоилась его голова, лежала алая роза.

Девушка взяла цветок и вдохнула сладковатый нежный аромат.

Вздох изумления сорвался с ее губ. Вплоть до этого момента Лэйни не могла дать определение чувствам к Мэту. Но сейчас осознала с несомненной ясностью, что беззаветно влюбилась в Мэтью Вилборна.

Он шептал ей о любви. Жар ли страсти говорил за него или истинные чувства, раскрывшиеся в самые интимные моменты? — Лэйни не могла решить.

Какой же счастливой может быть ее жизнь здесь вместе с любимыми людьми!

Девушка закрыла глаза, моля о чуде, которое помогло бы ей остаться в «Серебряных соснах».

Часом позже, спускаясь вниз по лестнице, Лэйни по-прежнему пребывала в задумчивом настроении. В руках она держала розу. «Чудо» не произойдет само по себе. Надо его немного ускорить. Девушка придумывала и отбрасывала одну идею за другой. Ее размышления прервал голос отца, гремевший на все фойе:

— Когда ты освободишь сегодня моего внука? Мы запланировали рыбалку.

Кровь отхлынула от лица Лэйни.

— Папа! Шш. — Она приложила указательный палец к губам. — Тебя могут услышать.

Кэппи виновато огляделся. Никто, казалось, не обратил внимания на неосторожное замечание.

Уолтер подошел к дочери, стоявшей у лестницы, и прошептал:

— Прости. Я не нарочно. Не подумал.

Кэппи поцеловал дочь в щеку и быстро ускользнул через переднюю дверь. Прислонившись к стойке перил, Лэйни вздохнула.

И тут она отчетливо услышала скрип медленно открывающегося погреба. Ледяной голос Индии Дорман прервал размышления Лэйни.

— Если у вас есть время, я бы хотела перекинуться с вами парой слов. — И, вытерев испачканные мукой руки о передник, она гордо прошествовала вперед.

Хорошенькое дельце, вздохнула про себя Лэйни, последовав за пожилой женщиной на кухню.

Игнорируя враждебность, которую явно выражали глаза Индии, она налила себе кружку кофе. Индия сидела неподвижно, молча наблюдая, как девушка наслаждается ароматным напитком.

В конце концов Лэйни встревожилась и, тяжело вздохнув, решила не оттягивать очную ставку. Она подошла к Индии, сидевшей за кухонным столом.

— Сюда садитесь, — скомандовала та и, сделав глоток из старинной фарфоровой чашки, со стуком поставила ее на блюдце.

Лэйни присела.

Миссис Дорман посмотрела ей прямо в глаза. С жестокой холодностью она заявила:

— Я требую, чтобы вы и ваш отец убрались отсюда.

В замешательстве девушка бессвязно пролепетала:

— Что случилось?

Индия ударила фарфоровой чашкой о блюдце так сильно, что откололась ручка. Дымящийся ароматный напиток расплескался по столу. Вид разбитой любимой чашки, казалось, еще больше разъярил хозяйку. Размахивая пальцем в нескольких дюймах от лица Лэйни, она закричала:

— Не ввязывайте меня в свои игры, мисси! И не моргайте столь невинно милыми глазками, как перед Мэтью. Я о вас знаю все.

Индия усмехнулась и обвиняюще повела бровью в сторону розы, которую девушка положила на стол.

— Я… я не понимаю, о чем вы говорите.

— Я подозревала вас с самого начала. Ваши постоянные расспросы. Заморочили голову Мэтью, Берни, даже мне. А подленькие телефонные звонки? Я догадывалась: вы что-то замышляете, только не могла понять, что именно. Но сегодня утром я случайно услышала ваш разговор с отцом.

Лэйни тяжело задышала. Значит, женщина тайно следила за ней!

— Итак, все сходится! — бросилась в атаку Индия. — Вы та самая маленькая бродяжка, которая оставила Дэвида. А теперь вы появились здесь, чтобы похитить его. Однако я помешаю вам, мисси. Я не позволю забрать моего внука!

Лэйни почувствовала себя так, словно ее ударили. Резкие слова Индии болью отозвались в ее сердце.

— Неправда!

Индия подошла ближе и наклонила голову, так что их глаза оказались на одном уровне.

— Ваши глаза — такие же, как у Дэвида. Только мой ослепленный зять не заметил сходства. Но и он увидит, когда я посвящу его в ваши козни. Вы не можете отрицать, что находитесь в кровном родстве с мальчиком!

— Вы правы, — призналась Лэйни, — я не отрицаю. Но я не прихожусь Дэвиду матерью, и, поверьте, у меня нет намерения увезти его от вас. Я и Кэппи любим Дэвида. Мы бы никогда не причинили ему вреда. Мы скоро уедем, и все останется по-прежнему. Обещаю.

— Что-то незаметно, чтобы вы собирались куда-нибудь отправляться. Я слышала, как вы строили планы сегодня утром.

— Индия, пожалуйста, дайте мне договорить…

— Нет. — Она взмахнула рукой, пресекая попытку Лэйни вставить хотя бы слово. — Я не желаю выслушивать ни вашу ложь, ни ваши извинения. Выметайтесь отсюда немедленно, или я расскажу Мэтью!

И миссис Дорман стала снимать передник, но ткань зацепилась за шпильку, что только разозлило женщину. Когда ей наконец удалось освободиться, она швырнула фартук в угол и не оглядываясь исчезла за дверью.

Лэйни неподвижно сидела, крепко стиснув руками кофейную чашку, чтобы унять в пальцах дрожь. Что делать? Что же делать?

Словно сомнамбула, она поднялась, сполоснула чашку и взяла со стола розу. Может, вернуться в спальню? Прилечь, успокоиться. Но Лэйни не хотелось возвращаться в пустую комнату, которая совсем недавно стала свидетелем ее счастья.

Ощущая свинцовую тяжесть в ногах, девушка пересекла фойе, вышла на веранду и без сил опустилась на качели. Знакомый скрип успокаивал, как крепкие объятия старого друга.

Лэйни не знала, как долго она сидела, держа в руках слегка увядшую розу, когда по ступенькам поднялся ее отец.

Кэппи приподнял ее подбородок и посмотрел в расстроенное лицо дочери.

— Что? Что случилось?

Лэйни, всхлипывая, поведала ему о том, что произошло. Уолтер сел рядом, прижал дочь к груди и, как в детстве, стал ее убаюкивать.

— Тише, тише, детка, успокойся.

— Мне так жаль, папа. Я даже не предполагала, что может быть так больно.

— Знаю, душенька, но не стоит терзаться. Просто я не умею держать рот на замке. Ты права. Мне следовало остаться дома. Но теперь поздно сожалеть. Давай подумаем, что предпринять.

— Как что? Придется уехать.

Уолтер немного отстранился и посмотрел в ее заплаканные глаза.

— Либо я полный дурак, либо ты влюбилась в Мэта.

Лэйни отвела взгляд.

— Ну и что? Если Индия расскажет ему правду, он меня возненавидит. А она-то постарается убедить его в том, что мы собираемся отсудить опеку над мальчиком. А если говорить откровенно, то она права. В конце концов, именно так я и подумала, когда впервые узнала о Дэвиде. Ну почему я не рассказала Мэту правду с самого начала?

Кэппи почесал подбородок и после некоторого раздумья предложил:

— Есть только один выход. Давай отправимся к Мэту и преподнесем ему нашу версию, прежде чем старая ведьма вонзит в него свои когти.

— О, Кэппи, нет. Что я скажу? А если он мне не поверит?

Лэйни закрыла лицо руками.

— У тебя нет выбора. Если Индия вмешается… Вилборн здравомыслящий человек. Я уверен, он выслушает тебя.

Крепко обняв отца, дочь пообещала подумать над его предложением. Кэппи погладил ее по щеке и, слегка ссутулившись, побрел обратно в дом.

Лэйни оглядела усыпанный цветами луг, кромку соснового бора. Если как следует прислушаться, можно различить нежное журчание реки Рогью, которая огибает пансион. Трудно поверить, что она, возможно, в последний раз сидит на веранде, качается на старых качелях и наслаждается живописной картиной.

Одинокая слезинка тонкой струйкой поползла по лицу Лэйни и повисла, остановившись на мгновение, прежде чем окончательно скатиться со щеки.

Если только… если только…

Девушка закрыла глаза и попыталась представить, как Мэт говорит:

— Успокойся, Лэйни. Все совершают ошибки, но ты нашла в себе силы и рассказала мне правду. Я по-прежнему люблю тебя.

Увы, мечты выглядели расплывчатыми. Неясными. Невозможными…

Час спустя, приведя мысли в порядок, Лэйни расправила плечи и пошла искать Мэта.

Возможно, она потеряет его. Но будь она проклята, если шантаж заставит ее отказаться от любимого человека.

Утром Мэт не намеревался отправиться с туристами, поэтому Лэйни сразу направилась к конюшням, где он любил проводить свободное время. Она остановилась в дверном проеме, впитывая знакомые запахи, стремясь запомнить их, чтобы сохранить в памяти и вспоминать длинными одинокими вечерами, которые сулила судьба.

Она зашла внутрь.

Мэт стоял к ней спиной. Склонившись над ногой Электры, он внимательно разглядывал копыто. Его рубашка висела на перекладине. Крошечные капельки пота блестели на широкой глади обнаженной спины. Никогда еще он не выглядел столь соблазнительным и красивым в ее истосковавшихся глазах.

Случайный солнечный лучик, сверкнувший в щели деревянной обшивки крыши, осветил волосы Мэта, превратив их в серебристые нити.

Откашлявшись, Лэйни окликнула его:

— Мэт? Ты занят?

Мужчина поднял голову и увидел ее силуэт на фоне яркого света. Он видел лишь очертания фигуры, но твердо знал, что не спутает Лэйни ни с одной женщиной. Мэт улыбнулся, вспоминая прошедшую ночь.

— Привет, соня!

— Я уже несколько часов на ногах.

— Когда я уходил, ты так сладко спала, что я решил тебя не будить. Видимо, слишком устала. — Он нежно усмехнулся. — Я сказал Дэвиду, что сегодня занятия отменяются.

Лэйни почувствовала облегчение. Уроки вообще вылетели у нее из головы. Она могла думать только о встрече с Мэтом.

— Спасибо, — пробормотала девушка.

— Нет проблем. — Мэт указал в глубину конюшен. — Я поручил ему разбрасывать свежее сено в стойлах. Давай соберем чего-нибудь поесть, возьмем Дэвида и отправимся к водопаду.

Лэйни зажмурила глаза, чтобы удержать подступающие слезы.

— Нет, не сегодня.

Мэт нахмурился.

— Что-то не так? У тебя странный голос.

Отрезая себе путь к отступлению, Лэйни сразу перешла к делу.

— Могу я поговорить с тобой? Это очень важно.

Серьезный тон озадачил Мэта. Он обогнул перегородки, вытирая рубашкой пот со лба.

— Иди сюда, — позвал он девушку.

Шагнув в полумрак конюшен, девушка сжала в руке розу, словно талисман, который убережет от боли.

— Помнишь, однажды ночью мы говорили с тобой об усыновлении Дэвида? И ты… ты был так… так зол… так разъярен, когда упоминал родного отца мальчика?

— Конечно помню. Послушай, мне, право, жаль, если история огорчила тебя, но…

Лэйни находилась в сильном нервном напряжении. Машинально оторвала лепесток и, не заметив, уронила его на земляной пол.

— Пожалуйста, Мэт, не перебивай меня. Тогда я пыталась объяснить тебе, что, возможно, настоящий отец даже не знал о ребенке, но ты не пожелал выслушать меня.

— Конечно помню, я сказал, он подлец и…

— А ты когда-нибудь пытался встретиться с ним? Выслушать объяснения? — прервала Лэйни.

— Нет, но…

— Почему же так безапелляционно судишь о человеке и его семье? Что тебе известно о жизни отца Дэвида? Ты уверен, что тебе сказали правду?

Мэт прислонился к деревянной перегородке и скрестил руки на груди. Настороженное выражение не сходило с его лица. Синие глаза помрачнели.

Лэйни медленно подошла ближе, ступив на полоску солнечного света, и посмотрела на мужчину снизу вверх. Она очень испугалась. Своей властью Вилборн мог отнять у нее самое дорогое. Или сделать бесценный подарок. Казнить или помиловать, вспомнилось ей. О, если бы у них было больше времени. Тогда, возможно, он узнал бы ее получше. И она, безусловно, заставила бы Мэта поверить в искренние намерения, в чувства, которые она питает к племяннику.

Мэт заметил, как слезы тонкими струйками потекли по ее лицу. Он внимательно вглядывался в опухшие, покрасневшие глаза. Она плакала долго и горько. Карие глаза с золотистым оттенком потемнели до бронзы. Как у Дэвида, когда он слишком устает. Или плачет.

И вдруг Мэт понял.

Он опустил веки. Его душа, все существо протестовали против такой правды, но, когда он снова посмотрел на Лэйни, золотистый взгляд подтвердил внезапную догадку.

Слепец! Глупый слепец! Как он не заметил очевидного сходства?

Разрозненные события, как кусочки мозаики, аккуратно сложились в четкую картинку.

Печальное выражение на лице Лэйни каждый раз, когда упоминалось имя Дэвида. Яростная защита родного отца мальчика. Телефонные звонки. Неожиданный приезд Кэппи. Мгновенное взаимопонимание, установившееся между Уолтерами и Дэвидом.

Да, одно к одному. Слишком много для простого совпадения.

Значит, Уолтеры — настоящая семья Дэвида? Неужели Лэйни и есть та женщина, которая его родила? Нет-нет. Интуиция подсказывала Мэту, здесь что-то не так. Тогда… кто же она? Внезапно Мэт вспомнил почти благоговейные нотки в голосе Лэйни, когда она рассказывала о любимом брате, которого утратила. Как же она оправдывала человека, который отказался от собственного ребенка!

Вилборн болезненно сжался, словно чемпион по боксу ударил его кулаком в солнечное сплетение. Ее брат?! Вот оно что. Ее святой братец оказался подонком, который предпочел сбежать во флот, вместо того чтобы взять на себя святое — родительские обязанности.

Почему Лэйни приехала? На что надеется после стольких лет? Ответ однозначный — Уолтеры намерены отобрать у него сына! Вот она, настоящая горькая правда!

Желчь подступила к горлу, глаза увлажнились. Никогда еще Мэта не предавали столь жестоко. Его обманула любимая женщина.

— Мэт? Ты слышишь меня? — Голос Лэйни доносился как бы издалека, оттуда, где остались его надежды на счастье с возлюбленной.

— Нет. — Мужчина поднял руку, приказывая девушке замолчать. — Я понял.

— Что? Что ты понял?

Вилборн грустно улыбнулся.

— Достаточно. Ты приехала сюда и обольстила меня с единственной целью — сблизиться с Дэвидом. Ты ловко использовала мое отношение к тебе, провела мою семью. Ты и твой отец планировали отобрать у меня сына. И не пытайся лгать. На твоем лице ясно отражаются гнусные замыслы.

— Нет! Ты извращаешь истину. Кэппи вообще ничего не знал. Клянусь. Он прибыл сюда, потому что беспокоился обо мне. Ты должен понять, Мэт, я в долгу перед братом. Ради Дэвида он прошел через ад. В какой-то степени причиной его гибели стала именно любовь к своему ребенку! Я поклялась на могиле Дэнни, что разыщу его сына. Пожалуйста, поверь мне, мне хотелось только посмотреть на него. Убедиться, что он находится в прекрасной семье, в надежных руках…

— Тогда почему, черт возьми, ты не объявилась раньше? Никто из вас не вспоминал о Дэвиде целых восемь лет. Что заставило твоего братца воспылать родительскими чувствами через многие годы?

— Ты не понимаешь, — всхлипнула Лэйни. — Дэнни не подозревал, что у него есть сын. Когда он отправлялся на службу, он даже не предполагал, что его бывшая подружка беременна.

— Интересная история.

— Послушай. — Лэйни сунула руку в карман и извлекла помятый голубой конверт. — Вот письмо, которое я получила после гибели брата. Здесь все объясняется.

Мэт оттолкнул протянутую руку.

— Послание — не доказательство. Возможно, еще одна ложь. Ты обманывала меня, моего сына.

Не в силах сдерживаться, девушка горько заплакала. Любовь Мэта, его уважение к ней таяли как весенний снег. Безнадежно. Она должна уйти. Но необъяснимая сила заставила Лэйни остаться, несмотря на разъяренного мужчину.

Дрожащими пальцами она оторвала еще один лепесток.

— О, Мэт, я знаю, ты сердишься. Но, пожалуйста, позволь мне объясниться. Я люблю тебя. Люблю Дэвида. Я не желала причинить вам боль.

— Любовь! Не опошляй святое слово. Твои действия скорее напоминают грязные манипуляции при полном отсутствии порядочности.

Он повернулся спиной. Взял за уздечку Электру и отвел кобылу в стойло.

Девушка даже не заметила, как увядшая роза выскользнула из ее окоченевших пальцев и упала на пол.

— Мэт, я признаю, что совершила ошибку, приехав сюда. Однако я не предполагала, что встречу и полюблю тебя.

Мужчина продолжал чистить Электру, не обращая на Лэйни внимания.

— Пожалуйста, выслушай меня. — Лэйни в мольбе воздела руки. — Дом Дэвида — в «Серебряных соснах». Ему нравятся здешние места. Я не хочу забирать его отсюда. Он сын моего брата. И я никогда не позволю себе причинить ему боль. Неужели ты не веришь?

— Тебе? Женщине, которая спала со мной, чтобы достигнуть определенной цели? Простите, мисс Гамильтон, я не могу пойти против совести и поступиться своими принципами.

Потрясенная, Лэйни прикрыла рот тыльной стороной ладони.

— Мэт, это неправда! Я… мы… Все, что произошло между нами, имеет для меня особенное значение. Я думала… я думала, что ты тоже не поддался сиюминутному влечению, а испытываешь ко мне глубокие чувства.

Мэт покачал головой.

— Не принимай меня за дурака. Восемь лет вы преспокойно обходились без мальчика. Но вот твой драгоценный братец погибает. И что ты вообразила? Что Дэвид заменит его? Как новая игрушка? Так, милейшая тетушка?

Ярость Мэта, как проснувшийся вулкан наконец-то изверглась потоком обидных слов. С диким рычанием раненого зверя он стукнул кулаком по деревянной перекладине. Затем спокойным, почти безразличным голосом спросил:

— Почему бы тебе, черт возьми, просто не уехать отсюда?

И вдруг они услышали слабый хлюпающий звук, тихий плач, доносившийся из глубины конюшни.

— Дэвид! — воскликнул Мэт, забыв про боль в костяшках пальцев, сбитых до крови. — О Боже, я совсем забыл про него!

Мэт и Лэйни ринулись к мальчику.

Он сидел, съежившись, возле последнего стойла, уронив на руки взъерошенную темноволосую голову. Его худенькие плечики содрогались от рыданий. На бледном лице отчетливо проступали крошечные красные пятнышки.

Сердце Лэйни разлетелось на тысячи осколков, когда она увидела слезы, бегущие ручьями по щекам племянника.

Он все слышал!

Мэт устремился вперед, чтобы обнять сына и успокоить его.

— Н-н-не трогай меня!

Лэйни опустилась на колени рядом с Дэвидом и взяла его дрожащие пальцы в свои ладони.

— О, Дэвид, мне очень жаль.

Мэт оттащил от нее сына.

— Держись подальше от него!

— П-п-прекрати к-к-кричать на нее! — заревел он. — Ты л-л-лгал мне! Говорил, ч-что у меня н-нет р-родственников. А они есть!

Мэт схватил сына за плечи и заставил мальчика посмотреть в свои глаза.

— Я не обманывал тебя сынок! Я не хотел причинить тебе боль.

Дэвид брыкался, пытаясь вырваться из отцовских объятий.

— Ты обязан был сказать мне правду! Мы разыскали бы моего настоящего отца. И Лэйни, и Кэппи. Я ненавижу тебя, папа!

И утерев нос тыльной стороной ладони, мальчик помчался к двери.

— Дэвид, подожди! — позвал Мэт и побежал по узкому проходу вслед за мальчиком.

Тот остановился и повернулся к отцу, расставив коренастые ноги и уперев кулаки в бедра.

— Нет! Оставь м-меня в п-покое. Я ненавижу т-тебя!

— Но, сынок, давай поговорим. Пожалуйста!

Дэвид вызывающе покачал головой. Он подлетел к Лэйни и встал перед ней, раскинув в стороны маленькие ручонки, как бы защищая родную тетю от гнева Вилборна.

— Нет! Ты хочешь прогнать Лэйни. И… и Кэппи. Я не п-позволю тебе. Я убегу!

Он развернулся и выскочил из конюшни.

Мэт направился к Лэйни. Его лицо покраснело от напряжения, он едва сдерживал ярость. Губы вытянулись в тонкую белую линию. Сжав кулаки, мужчина произнес:

— Надеюсь, ты довольна, тетушка! Ты только что разрушила мальчику жизнь.

Сорвав рубашку с дверцы стойла, Мэт вышел из конюшни, наступив каблуком на брошенную розу. Он даже не моргнул, когда проходил мимо Лэйни, стоявшей в проеме.

Боль, острая как бритва, разрезала его на куски. Мэт чувствовал горячую влагу в глазах. Он не мог дышать. Казалось, легкие не умещались в грудной клетке.

Будь она проклята! За т о, что причинила страдания Дэвиду, за то, что ради своей цели заставила его влюбиться.

Не оборачиваясь, Мэт остановился в нескольких ярдах от конюшни и холодно бросил через плечо:

— Чтобы к утру вас здесь не было. Ясно?

Лэйни кивнула. Но Мэт уже не видел ее жеста.

Девушка оглядела пансион и заметила Индию Дорман. Та стояла на веранде, скрестив руки на обширном бюсте. Даже издалека Лэйни разглядела довольную улыбку на ее лице.

Опустошенная и разбитая, Лэйни побрела прочь. В пыли остались лежать смятые лепестки розы. Печальный символ разбитой любви.

9

Скрытая высокой стеной густого можжевельника, Лэйни наблюдала, как Мэт запрыгнул в джип. Через секунду машина сорвалась с места, оставляя за собой облако пыли.

Когда Мэт выбежал из конюшни, Лэйни ощутила боль и горечь обиды. Когда он сделал безрезультатную попытку поговорить с Дэвидом, расстроилась еще больше. А когда Дэвид, промчавшись мимо раскрытых объятий Индии, бросился к любимому Кэппи и крепко прижался к деду, девушка снова заплакала.

Но теперь… теперь наступило благословенное оцепенение. Только холодная пустота сковала душу.

С величайшей осторожностью, переставляя ноги, Лэйни пересекла лужайку и направилась к пансиону. Устало поднялась по лестнице и открыла дверь в спальню.

Ссора с Мэтом перевернула ее жизнь. Остался горький привкус утраченной навеки любви, малую толику которой ей удалось познать.

Не в силах справиться с дикой головной болью, девушка бросилась ничком на кровать.

Едва она закрыла глаза, как услышала робкий стук в дверь. Лэйни натянула на голову подушку, чтобы заглушить звук: ей не хотелось никого видеть. Но удары становились громче.

— Лэйни? Это я, Д-Дэвид. Можно мне войти? Пожалуйста.

— Да… конечно, входи, — позвала она мальчика немного хриплым от сдерживаемых слез голосом.

Потемневшие глаза Дэвида устремились на девушку, едва он переступил через порог. Его одежда была измята, лицо испачкано. Две бледные неровные бороздки — доказательство недавних слез — пролегли на щеках. Мальчик подошел к кровати, беспокойно шевеля пальцами в карманах джинсов.

— Я… я п-поговорил с Кэппи. Он с-сказал, что каждый может рассердиться, а гнев проходит.

— Возможно, пробормотала Лэйни.

Если бы она могла разделить оптимизм отца! Девушка очень сильно полюбила паренька. Она смотрела на Дэвида, запоминая каждую черточку, не желая верить, что, возможно, видит мальчика в последний раз. Дэвид не должен заметить, что она плакала. Племянник достаточно натерпелся за сегодняшний день.

Стараясь унять дрожь в голосе, Лэйни спросила:

— Ты уже говорил с отцом?

— Нет. Но… но Кэппи сказал, чтобы я объяснился с ним.

— Он прав, Дэвид.

— А правда, что Кэппи — мой дедушка?

Девушка кивнула.

Широкая улыбка расплылась по заплаканному личику мальчика.

— У меня никогда не было дедушки. А теперь появился замечательный Кэппи. Я и тетей никого не называл. Есть, правда, бабуля, бабушка Вилборн, вот и все родственники. Да, еще дядя Берни, конечно. — Глаза Дэвида наполнились слезами. — Я никогда не знал мою… мою маму. Иногда мне кажется, что помню ее. Когда она пела. Бабуля г-говорит, что я настоящий выдумщик, слишком фантазирую.

Лэйни нежно погладила его лоб, разглаживая хмурую складку между бровей.

— Твои самые прекрасные воспоминания о маме спрятаны глубоко внутри. Иногда, когда ты в них нуждаешься, всплывают в памяти.

Круглое мальчишеское личико снова нахмурилось.

— Ты когда-нибудь расскажешь мне о… о моем отце? Я имею в виду, о настоящем отце. И как произошло, что другой, приемный, отец так… так рассердился из-за того, что вы с Кэппи приехали сюда.

Лэйни вздохнула и потерла подушечками пальцев пульсирующие виски.

— О, дорогой, мне так… так сложно объяснить тебе.

— А почему ты не поговоришь с папой?

— Я пыталась, солнышко. Но… но ты видишь, что произошло. Твой папа думает, что я хочу забрать тебя. А он так сильно любит тебя, своего сына, что даже мысль о расставании приводит его в ярость.

Дэвид плюхнулся на кровать.

— Ну и глупо! Разве ты не можешь сказать, что вы собираетесь здесь остаться? Ты и Кэппи, — уточнил он. — И мы жили бы вместе. Как настоящая семья, верно?

— Да, семья — единое целое, — улыбнулась Лэйни.

Дэвид заметно успокоился и начал снова контролировать речь.

— Тогда я сам поговорю с отцом. Как только он с Кэппи вернется из города.

— Как, Кэппи поехал вместе с твоим папой? — От удивления Лэйни раскрыла глаза.

— Да, Кэппи считает, ты сделала ч-что-то неправильно и у тебя есть шанс исправить ошибку. Ну, я пойду. Дождусь их возвращения, хорошо?

И Дэвид ринулся к двери. Приоткрыв ее, он повернулся к Лэйни. Задорная улыбка заиграла на его губах.

— Не беспокойся! Иногда папа действительно сердится, но затем быстро отходит. Я рад, что ты и Кэппи — моя новая семья.

— И мы тоже.

Его золотистые, обрамленные черными пушистыми ресницами глаза потупились. Робко, боясь услышать отрицательный ответ, мальчик спросил:

— А можно, я буду называть тебя тетя Лэйни?

Ее сердце запело и заплясало. Слова как волшебная музыка прогнали неприятности сегодняшнего дня. Боясь, что ее голос задрожит от волнения, девушка согласно кивнула.

Дэвид застенчиво улыбнулся.

— Увидимся позже… тетя Лэйни.

Она откинулась на подушки. Казалось, мир снова засиял всеми цветами радуги. Доверяясь проверенному способу отключаться от проблем, Лэйни свернулась калачиком, словно брошенный котенок, и снова погрузилась в глубокий сон.

Когда она открыла глаза, сумерки уже заполняли комнату фиолетовыми тенями. Пульсирующая головная боль не проходила.

Пока Лэйни искала в косметичке аспирин, кто-то заколотил в дверь. Крошечный лучик надежды согрел ее сердце. Мэт! Может, он уже не сердится и пришел помириться?

Но надеждам не суждено было сбыться: девушка узнала голос отца.

— Рут Элейн, открой дверь. Я знаю, что ты там.

Тяжело вздохнув, она отложила лекарство на туалетный столик и впустила Кэппи.

— Что случилось? У меня жуткая головная боль. К тому же мне следует собрать вещи.

Не обращая внимание на хмурое лицо дочери, Кэппи прошел в комнату. Он мягко высвободил дверную ручку из ее судорожно сжатых пальцев и спросил:

— Что ты здесь делала целый день, зарывшись как в норку?

— Спала.

— Пора просыпаться. Пойдем вниз, иначе пропустим обед.

Глаза Лэйни расширились от удивления.

— Папа, ты в самом деле думаешь, что я сяду за стол рядом с Мэтом? И буду вести себя, как будто ничего не произошло? О, Индия придет в восторг! Нет, благодарю покорно.

Уперев руки в бока, Уолтер посмотрел на упрямую дочь.

— Не могу поверить, что вырастил такую трусиху.

— Ты ошибаешься, папа. Я не трусиха. Просто не желаю встречаться с хозяевами.

— Ба! Тебе незачем скрываться, сгорая от стыда. Да, ты совершила ошибку. Впрочем, мы оба виноваты. Но зачем прятать голову в песок? И если не пересилишь себя и как ни в чем не бывало не спустишься к столу, то постоянно будешь бояться всех и вся.

Десять минут спустя отец и дочь, взявшись за руки, вошли в столовую.

Краешком глаза Лэйни увидела лицо Мэта. Дэвид что-то рассказывал, а тот улыбался. Как сильно она желала вновь стать частью близкой компании!

Лэйни не глядя наполнила тарелку. Пара яиц. Маринованные овощи. Полная ложка запеканки из тунца. Кукурузный хлеб. Обед выглядел, как ночной кошмар гурмана.

Дэвид вскочил, отодвигая для нее стул от стола.

— Спасибо, — пробормотала девушка.

— Приятного аппетита, — весело пожелал мальчик.

Молчание за столом напоминало музыку тяжелого рока. Громкую. Пронзительную. Расшатывающую нервы.

Присутствующие опустили глаза, опасаясь поймать чей-нибудь взгляд. Казалось, еще немного, и бочонок с порохом накопившихся чувств взорвется, словно от зажженной спички.

Лэйни отпила кофе и поставила чашку на блюдце. Дребезжащий звук напоминал звон разбитого стекла.

Кэппи и Дэвид вскинули головы, с недоумением глядя на девушку.

— Прошу прощения, — пробормотала она.

Мэт уставился в тарелку с таким напряжением, как будто боялся, что она исчезнет, если он отведет взгляд.

Дэвид первым разбил гнетущую тишину:

— У тебя очень красивое платье, Лэйни. Я хотел сказать, тетя Лэйни!

Вилка Мэта звякнула о тарелку.

Украдкой взглянув на застывшие черты Вилборна, Лэйни улыбнулась Дэвиду, благодаря за комплимент, и снова опустила глаза. Она попыталась сосредоточиться на еде: погоняла по блюду ломтики маринованной свеклы, отломила кусочек кукурузного хлеба.

Осмотрев стол, Лэйни напряглась, заметив, как Мэт постукивает по стакану с водой. Неужели только прошлой ночью его загорелые руки раздевали ее и нежно ласкали?

Зная, куда могут привести подобные мысли, и страшась, что ее охватит озноб, Лэйни опять переключилась на еду.

Кэппи с чрезмерным увлечением расправлялся с крылышком цыпленка, шумно чмокал губами и облизывал пальцы.

Дэвид решился продолжить разговор.

— Пойдем завтра рыбачить, а, Кэппи?

Вытерев руки, Уолтер с обожанием посмотрел на внука и печально улыбнулся:

— Не знаю, Дэйв. Возможно, завтра утром мы уедем.

Нижняя губа мальчика задрожала.

— Почему?

— Ну, ты же знаешь, у меня есть дом, за которым надо присматривать. А Лэйни, ну… ей нужно… — Кэппи оборвал фразу на полуслове и потянулся к стакану с водой.

Лэйни прикусила губу, чтобы удержать подступившие к горлу слезы.

Дэвид повернулся к отцу.

— Они покидают нас, п-потому что т-ты с-сердишься?

Мэт отвел глаза и пожал плечами.

Выскочив из-за стола, Дэвид швырнул салфетку на пол.

— Т-ты сказал мне, что б-больше не злишься. Т-ты обещал, что все будет в порядке. Т-ты солгал мне!

Мальчик намеревался убежать, но Мэт успел схватить его за руку.

— Сядь, — строго приказал он. — Я знаю, ты очень переживаешь, тебе очень больно, Дэвид, однако ведешь себя как избалованный барчонок. Сядь и закончи обед.

Мальчик нахмурился, но тем не менее плюхнулся обратно на стул. Угрюмо глядя в тарелку, он избегал внимательного взгляда отца.

С неторопливой осмотрительностью Мэт сложил салфетку, положил на стол и поднялся. Затем провел рукой по серебристым волосам и вздохнул.

В первый раз за вечер, взглянув на Лэйну, сказал:

— Могу я поговорить с тобой? Наедине.

От непонятного предчувствия у девушки по спине побежали мурашки. Не говоря ни слова, она встала и направилась следом за Мэтом.

Когда они шли через фойе, мужчина ощущал электрические импульсы, излучаемые женщиной-кошкой. Разные мысли вертелись в его голове. Пять минут назад он чувствовал себя уверенным в том, что поступает правильно. А сможет ли он преодолеть страстное влечение к Лэйни?..

Вспоминая дневной разговор с Дэвидом, Мэт нахмурился еще больше.

Мальчик набросился на Вилборна, обвиняя его в гибели матери. Во лжи о настоящем отце. В попытке избавиться от тети Лэйни и дедушки Кэппи. Никакие аргументы, объяснения и оправдания Мэта не доходили до парнишки.

В конце концов, под давлением сына он уступил.

Совершает ли он еще одну ужасную ошибку? Возможно. Но если объяснение с Лэйни станет невыносимым для него, его совесть перед сыном будет чиста.

Вилборн отворил дверь кабинета, включил свет.

Девушка последовала за ним, нерешительно замерев в дверном проеме.

Неделю назад, черт возьми, еще вчера, ее взгляд раненого зверя разбил бы его сердце. Но сейчас Мэт сомневался. А если снова ловушка?

— Садись. — Мужчина показал на диван возле двери.

Понимая, как важно сохранить дистанцию, Мэт устроился за письменным столом.

— Итак, коротко обрисую ситуацию. Днем я довольно долго беседовал с твоим отцом. Думаю, сделал из разговора кое-какие выводы. Правда, окончательно не убедился, что твой брат ничего не знал о ребенке, но, по крайней мере, начал сомневаться в его непорядочности. Позволь закончить, — продолжал он, жестом останавливая девушку. — Но это не главное. Я хотел сказать тебе, что передумал. Ты можешь остаться и давать уроки Дэвиду оставшиеся десять дней. Если пожелаешь, конечно.

— Мэт, я… я не знаю, насколько хороша твоя идея. Я имею в виду… нужно поговорить… о нас с тобой.

Мэт вскинул голову.

— Нет! Речь идет о Дэвиде. Ему помогают твои уроки, а… а Кэппи все-таки его дедушка. Наши пути будут пересекаться редко. Ты занимаешься с Дэвидом, я — с гостями. Наши отношения можем считать законченными.

Лэйни вскочила.

— Ты серьезно думаешь, что я останусь помогать Дэвиду, когда ты смотришь на меня с таким отвращением? И выносить твои едкие замечания? А Индия станет моей лучшей подругой, да?

Неожиданно ярость Мэта вновь прорвалась наружу.

— Ну, тогда, черт возьми, уезжай! Убирайся. Отправляйся на все четыре стороны. Откажись от Дэвида, когда он в тебе нуждается. Как сделал твой братец…

Лэйни побледнела. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Она посмотрела прямо в глаза Вилборна и произнесла:

— Теперь вижу, чего ты добиваешься. Ты хочешь, чтобы я покинула пансион. Поэтому сказал Дэвиду, что попытаешься уговорить меня остаться, заведомо зная, что я не соглашусь. То есть поступаешь как настоящий отец. Верно, Мэт? Таким образом, ты — единственный герой. Конечно, тот факт, что у Дэвида есть другая, любящая его семья, тебя абсолютно не устраивает. Дедушка, тетя, зачем они ему? Да благодари Бога, что мы ни о чем не ведали, потому что в противном случае ты вообще никогда бы не увидел мальчика! — Несколько минут Мэт в упор смотрел на нее, затем опустил глаза. — Твой эгоизм для тебя важнее, чем благополучие Дэвида. Не беспокойся. Мы с отцом возвратимся в Калифорнию. И тебе не придется с кем-то делить сына. Ты ведь этого добиваешься?

Мэт запрокинул голову и уставился в потолок.

— Нет, — ответил он. — Уговор есть уговор. Мы заключили сделку, и я не намерен нарушать ее.

— А я намерена, — заявила Лэйни. — Ситуация изменилась.

Она развернулась и направилась к двери.

— Лэйни, подожди!

Рука девушки замерла на дверной ручке.

Мэт глубоко вдохнул, стараясь придать голосу спокойствие, которого не чувствовал.

— Дэвид действительно хочет, чтобы ты не уезжала. Он желает проводить с тобой больше времени. И с Кэппи. Я не в восторге от такой идеи, но что поделаешь…

Лэйни очень медленно повернулась. Глаза блестели от невыплаканных слез.

— Если я соглашусь остаться, ради Дэвида, я не намерена выносить твоих оскорблений. Если ты не в состоянии обращаться со мной вежливо, тогда — прощай!

Непроизвольно Мэт восхищался девушкой. По ее глазам, по малейшему жесту он чувствовал, насколько сильно ее желание побыть с Дэвидом. Но даже ради племянника она не собиралась поступиться чувством собственного достоинства.

— Хорошо. Я принимаю твои условия.

— Тогда я проживу здесь еще десять дней.

— Да, однако есть еще одно обстоятельство.

— И что же?

— Дэвид очень привязался к тебе. И к Кэппи. Поэтому тебе, черт возьми, придется подготовить его к тому, что вы возвратитесь домой. Мой сын достаточно настрадался. Я не желаю снова причинять ему боль. Ты заварила кашу, тебе и расхлебывать.

Лэйни закипела от ярости. Да Вилборн — упрямый дурак! Она вознамерилась дать ему пощечину. Наорать… И молить о прощении. Девушка отчаянно жаждала, чтобы глаза Мэта вновь засветились нежностью.

— Отлично. Я с ним поговорю.

— Вот и хорошо.

Мэт вынул из папки какой-то счет и с преувеличенным вниманием начал его изучать. Лэйни вышла из кабинета, плотно закрыв дверь.

Мэт бросил документ на стол и откинулся назад, сцепив пальцы за головой. Смешно, но еще вчера он считал достоинством мисс Гамильтон сильный характер. Теперь упрямство лишний раз подтверждало ее эгоистическую натуру.

А если бы ее положительные качества обернулись недостатками? Может, легче выкинуть из головы коварную лису?

Любовь к Лэйни пришла внезапно. Мэт надеялся, что так же быстро он разлюбит девушку…

А Лэйни прислонилась к стене, ожидая, когда в теле уймется дрожь. Злость растворилась так же мгновенно, как и возникла. Осталась лишь горечь неудовлетворенности.

Десять дней.

Еще десять дней она проведет рядом с Дэвидом. Лэйни полюбила мальчугана даже больше, чем могла себе представить. Теперь ей трудно скрывать привязанность.

Еще десять дней остается у Лэйни на то, чтобы Мэт убедился в искренности ее чувств…

Первое время девушка старалась по возможности избегать Мэта. Пусть он успокоится, думала Лэйни. Жизнь в пансионе войдет в привычную колею, тогда они смогут нормально поговорить.

А Кэппи просто боготворил ребенка: «Дэвид здесь», «Дэвид там». Каждый день они отправлялись к заветным рыболовным местечкам. И всегда приносили домой то связку форели, то полное ведро карпов или другой речной рыбы…

Лэйни взглянула на часы. Дэвид опаздывал на урок. Причем на полчаса. Раньше с ним такого не случалось.

Дверь с треском распахнулась, и парнишка вбежал в фойе. Обвил крепкими ручонками ее шею и с нежностью прильнул к тете. Ноздри Лэйни затрепетали — она отчетливо уловила рыбный запах.

— Дэвид! Вымой руки!

Мальчик опустил глаза и, казалось, удивился, увидев чешуйки, прилипшие к пальцам.

— Я и забыл.

Лэйни постучала пальцем по циферблату наручных часов.

— Ты забыл и о занятиях.

Дэвид еще ниже опустил голову. Длинные черные ресницы отбрасывали слабые тени на пухлые щечки.

— Прости.

Сжав мальчика за плечи, Лэйни подождала, пока тот поднимет на нее глаза.

— Я знаю, как ты любишь рыбачить с Кэппи. Но у тебя есть обязанности. И когда ты обещаешь какое-то определенное время посвятить тому или иному делу, ты должен сдержать слово.

— Да, мэм, — пробормотал Дэвид.

Девушка ласково улыбнулась.

— Если это повторится, ты и Кэппи не пойдете на рыбалку целых два дня.

— Но Кэппи не…

— Дэвид! Вымой руки!

Пробурчав что-то нечленораздельное себе под нос, мальчик направился к лестнице.

— Дети, — пробормотала Лэйни и громко крикнула племяннику вслед: — И не забудь, что после ланча уже ты даешь мне уроки верховой езды.

— Хорошо, — отозвался Дэвид.

— Небольшие проблемы? — раздался сзади голос Мэта.

Лэйни обернулась. Он стоял, прислонившись плечом к дверному косяку.

— И давно ты подслушиваешь?

Мэт лукаво улыбнулся. Очаровательная ямочка заиграла на его щеке.

— Достаточно долго.

Удивленно тряхнув головой, девушка заметила:

— Дэвид преподнес сюрприз. Не ожидала, что он такой спорщик.

— Вспомни, я как-то говорил тебе про ужасного Дэвида.

Воскрешая в памяти разговор, Лэйни печально улыбнулась.

— Вот теперь, когда он почувствовал себя уверенно, ты увидишь настоящего Дэвида.

— Он прекрасный паренек. Просто я не привыкла к тому, чтобы дети со мной спорили.

— Увы, он больше не видит тебя в роли учительницы. Дэвид изучает тебя. Ищет границу дозволенного.

— Наверное.

Невероятно! Она и Мэт беседовали как нормальные люди. Маленький огонек надежды затеплился в ее сердце. Неожиданно девушка поняла, что Мэт выжидающе смотрит на нее. О небо, пока она размышляла о его чувствах, Вилборн продолжал говорить!

— Прости, я отвлеклась. Так ты о чем?

— Я сказал, что сегодня ты не права. Ты заявила Дэвиду, что запретишь его походы с Кэппи, если он еще раз опоздает.

— О, Мэт, я сожалею! Ты прав, я переступила черту.

— Ты не поняла. Виноват я. Утром с Дэвидом рыбачил я.

Мэт протянул руку, снял помятый стетсон с ветвистых оленьих рогов. Надев шляпу, вышел, что-то насвистывая.

По дороге к конюшням мужчина улыбался.

Выражение ее лица, когда он сказал Лэйни, что она поступила неверно, тянуло на миллион баксов. Во взгляде отражались одновременно ужас, удивление, возмущение.

И все-таки игра стоила свеч. Наконец-то он провел лишний час вместе с сыном. Он так давно не выбирался с ним на речку. Несмотря на то что Мэту нравились отличные отношения, которые складывались между дедом и внуком, крошечные уколы ревности не давали ему покоя. До нынешнего лета только он один ходил рыбачить с мальчиком. Однако Мэт не умел завязывать морские узлы.

10

Был теплый воскресный вечер. Последнее воскресенье Лэйни в «Серебряных соснах». Утром мисс Гамильтон и Кэппи объявили, что уедут в следующую субботу.

Дэвид ходил мрачный и подавленный.

После обеда, чтобы отвлечь мальчика от грустных мыслей, Лэйни предложила во что-нибудь сыграть. Даже Кэппи на время присоединился к ним, но вскоре откланялся, жалуясь на возраст.

Он поднялся обратно на веранду, где Мэт спокойно наблюдал за Лэйни и ее племянником. Они сидели молча, пока Лэйни и Дэвид резвились на лужайке.

Что-то похожее на зависть шевельнулось в душе Мэта, когда он смотрел на их проказы. Сколько времени прошло с тех пор, как он дурачился, наступая на поливочный шланг, взвизгивал, когда холодные брызги задевали его? Наверное, лет сто, не меньше.

Мэт начал работать в четырнадцать лет, сразу после смерти отца. Пять ночей в неделю служил посыльным в полуразрушенном кегельбане. Зато потом сам оплатил обучение в старших классах и колледже. Закончив его, Мэт стал продавцом спортивных товаров. Молодость прошла в трудах, на веселье времени не оставалось. Даже сейчас в его обязанности входило развлекать гостей. Вилборн всегда оставался серьезным. Надежный старик Мэт!

Он никогда по-настоящему не радовался, пока Лэйни не вошла в его жизнь. Она научила его смеяться. Дурачиться. Наслаждаться чувственными удовольствиями.

И вот теперь она уезжает.

Почему же он ощущает такую пустоту, когда думает об отъезде девушки? Разве не он сам настаивал на ее возвращении домой?

Мэту пришлось признаться, что эмоции не дают ему покоя. Постоянно наблюдая за Лэйни и сыном, он потихоньку оттаивал. Она так добра к Дэвиду, так заботлива! День ото дня ему становилось все труднее и труднее сердиться на девушку.

Почему она не доверилась ему? Не рассказала честно о своем брате? Теперь он ей вряд ли поверит.

Лэйни казалась слишком прекрасной. Слишком совершенной. Он возвел ее на пьедестал, возможно, слишком высокий. И когда Мэт низвел девушку вниз, его сердце, его гордость разлетелись вдребезги, как и волшебный образ, придуманный им.

А задетое мужское самолюбие заставляло то и дело мучительно раздумывать: что в их отношениях — правда, а что — подделка?

Вилборн вспоминал, как Лэйни сжимала его в объятиях, стонала, выкрикивала страстные слова, шептала его имя. Неужели она только играла?

Мэт потер бровь подушечками пальцев. Как все запуталось! Душевные раны быстро не заживают. Зачем мисс Гамильтон приехала сюда, если не создавать лишние проблемы?

Черт побери! Она обязана была рассказать ему о семейной трагедии!

И что бы он сделал? Постарался бы избавиться от нежданной родственницы как можно скорее. И ни в коем случае не подпускать ее к Дэвиду.

Мэт почесал однодневную щетину на щеках. Ему не хотелось признаваться в том, что он не имел права обвинять Лэйни. В подобных обстоятельствах Вилборн поступил бы точно так же.

На следующее утро Мэт и Кэппи сидели за кухонным столом, допивая последнюю чашку кофе, прежде чем приступить к работе.

В комнату влетел Дэвид. В одной руке он держал книгу в помятой бумажной обложке, в другой — потертый футбольный мяч.

— Дед, ты проверишь меня еще раз?

— Еще раз? — переспросил Кэппи. — Но ты же прочитал «Сожжение Сэма МакГи» еще вчера вечером.

— Да, но я, возможно, что-нибудь позабыл, пока спал. Я хочу удивить тетю Лэйни и рассказать в-все стихотворение. Пожалуйста, дедуля!

Индия хлопнула дверцей духовки и загремела сковородками.

Чтобы разрядить внезапно наступившее опасное молчание, Кэппи взъерошил внуку вихры и прогрохотал обычным басом:

— О'кей! Но учти, я строгий критик. — Он лукаво подмигнул Мэту, вытащил очки и взял книгу.

Мэт следил, как декламирует Дэвид. Мальчик стоял прямо, отвечал уверенно. Его произношение заметно улучшилось, стало намного четче. Мэт не мог не отметить профессионализм Лэйни.

— Пап, ты слушаешь? — вдруг раздался голос сына.

Мэт заморгал. Оказывается, устный опрос уже закончился, а он и не заметил.

— Прости. Должно быть, задумался. Что ты сказал?

Дэвид пару раз ударил мячом об пол, затем, уловив предостережение в глазах отца, резко прекратил игру.

— Я хотел узнать, можно ли мне… можно ли время от времени приезжать к Калифорнию и навещать тетю Лэйни и Кэппи? Например, на Рождество.

Брови Мэта удивленно взлетели вверх.

— Дэвид, Рождество — семейный праздник. Ты обязан встречать его в своей семье.

— Да, но они тоже относятся к моей семье.

— Ну… в общем, да.

— Тогда ответь, можно ли мне их навещать?

— Не знаю, сынок. Подумаем. И поговорим. Позже.

— О'кей. Обязательно завтра решим.

Кэппи поднялся, похлопав внука по плечу.

— Пошли, парень! Я уже слышу, как нас зовет форель.

— Классно! Вчера вечером мы с дядей Берни сделали несколько новых приманок.

И, поглощенные обсуждением рыболовных снастей, дед с внуком вышли из кухни.

Едва закрылась дверь, как Индия в бешенстве хлопнула ладонью по столу.

— Ты с ума сошел? Почему ты позволяешь ребенку думать, что он отправится в Калифорнию?

Не обращая внимания на ее повышенный тон, Мэт слабо запротестовал:

— Я не утверждал, что он поедет.

— Но и не отрицал.

— Индия, послушай. Возможно, я соглашусь с желанием Дэвида. Ведь Лэйни и Кэппи — его родственники. И изменить ничего нельзя.

Индия даже задрожала от ярости. Трясущимися пальцами она размахивала перед носом Мэта и кричала как ненормальная:

— Ты, наверное, ослеп! Поездка — только предлог. Ты сошел с ума. Не видишь, что творится! Они хотят отнять у тебя сына!

— Никто не собирается забирать Дэвида, — вмешался Мэт, чувствуя, что в нем закипает возмущение. Как же он устал от тирад тещи!

— Ты не видишь дальше своего носа! С тех пор как маленькая лживая шлюшка появилась здесь…

Мэт вскочил на ноги. Его лицо побагровело от гнева.

— А теперь выслушай меня, Индия! Я не могу винить Лэйни за ее действия да и тебе не позволю. Она имела на то причины. И она не шлюшка. Запомни!

— Нет, шлюшка! Я не слепая, Мэтью. Я знаю, что ты спал с ней…

— Моя личная жизнь — не твое дело. И Лэйни — тоже. Я не позволю ни тебе, ни кому-либо еще чернить ее имя. Поняла?

Лицо Индии исказилось от злости, рука взметнулась, прикрывая рот. Женщина раскачивалась на месте, как будто ей жали туфли. Стиснув спинку стула, она наконец взяла себя в руки.

— Ты позволяешь себе оскорблять меня после всего, что я для тебя сделала!

Сколько же раз ему придется выслушивать ее укоры? Мэт постарался придать голосу спокойную интонацию.

— Индия, давай оставим разговор.

— Не могу понять, почему ты встал на ее сторону.

До сего момента Мэт и сам не верил, что поддерживает девушку. Но сейчас он не отрицал, что бессознательно защищает ее. Несмотря на ложь, притворство, предательство, он по-прежнему любит Лэйни. С такой страстью, что игнорировал любые доводы рассудка.

— Мэтью, если ты не остановишь ее, коварная женщина разрушит твою семью.

— Индия, мне не хотелось начинать неприятный разговор, но если ты не в состоянии смириться с положением дел, тебе лучше подыскать другое жилье.

Миссис Дорман сорвала передник и швырнула его в Мэта. Ее лицо побелело как мел, затем покрылось бурыми пятнами. Прямые, как солома, волосы встали дыбом, будто ее ударило молнией. Женщина походила на беглянку из сумасшедшего дома. Но когда она открыла рот, то словно окатила Мэта ледяной водой.

— Если я уйду, Мэтью, я заберу ребенка с собой. Ни ты, ни твоя шлюшка его больше не увидите.

И она выбежала из комнаты, толкнув Лэйни, застывшую в дверном проеме.

Мэт быстро подошел к девушке. Он кинул взгляд на ее побледневшее расстроенное лицо и сразу понял: гадкие слова ранили Лэйни до глубины души.

— Ты давно здесь?

— Достаточно, — пробормотала она. — Что произошло?

— Ничего особенного. — Вилборн отвернулся, не в силах выдержать боль и смущение, отражавшиеся в золотистых глазах. Даже если его любовь не умерла, он не желал, чтобы его снова запутали сети ее магической паутины. Их отношения закончились. Пусть все остается на своих местах.

— Лэйни, мне… мне следует извиниться…

— Незачем. Индия с самого начала меня возненавидела.

— Я тоже виноват перед тобой.

— О, Мэт… Я хочу сказать… я понимаю.

— Злость — не оправдание обвинениям. Не пойми меня превратно. Я по-прежнему считаю, что ты поступила неправильно, приехав сюда инкогнито. Не открыла мне правду. Использовала меня, чтобы переманить Дэвида на свою сторону…

— Нет! — Лэйни шагнула вперед и дотронулась до его руки.

Ее пальцы трепетали, как крылья бабочки. Ласкающие, дразнящие, они легко скользили по его вздрагивающей коже. Сердце Мэта забилось. Казалось, целый рой крылатых эльфов взмахивал нежными крылышками. Мужчина отступил назад, но тело сохранило тепло от случайного прикосновения.

И моментально Мэт раскаялся в том, что сделал бессознательное движение. Боль, исказившая лицо девушки, свидетельствовала, что она неверно расценила его бегство.

Спустя некоторое время Мэт совладал с собой.

— Послушай, я просто хотел сказать, что просчитался. Наговорил тебе лишнего. И прошу прощения.

Лэйни выглядела весьма удрученной.

Неужели она думает, что они смогут восстановить отношения? — размышлял Вилборн. А разве, черт побери, он сам не желает этого больше всего на свете? Но она должна любить его таким, какой он есть, а не соблазнять ради достижения определенной цели.

Рука Лэйни опустилась. На какой-то момент, на сотую долю секунды, она увидела горечь в глазах Мэта. Нет, видимо, показалось. Его взгляд напоминал холодные бездонные норвежские фиорды.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоить неровное дыхание, Лэйни произнесла:

— Я принимаю извинения, Мэт. И давай не возвращаться к прошлому. Так или иначе, я пришла сказать тебе, что сегодня отпущу Дэвида с уроков пораньше. Мы с Кэппи едем в город. Я хочу преподнести мальчику сюрприз — купить футбольный мяч. Думаю, он заслужил подарок.

Мэт в ответ улыбнулся.

— Послушай, днем я отправляюсь на непродолжительную прогулку на плотах. Я надеялся, Кэппи присмотрит за ужасным Дэвидом, но раз вы собрались за покупками… Ладно, пусть он побудет с Индией.

Лэйни нахмурилась. Ее глаза непроизвольно проследили путь, который проделала Индия, вылетев из кухни.

— Не беспокойся, — сказал Мэт. — Индия, конечно, не слишком жалует окружающих, но Дэвид — ее любимчик. Я поговорю с ней.

— Ты прав. — И Лэйни повернулась, намереваясь уйти.

— Подожди!

Мэту многое хотелось ей сказать, но слова застревали в горле. Лэйни выглядела потрясающе в очаровательном цветастом сарафане. Яркие коралловые оттенки вспыхивали огоньками в рыжей копне волос, воспламеняя его обостренные чувства.

Ах, если бы можно прижать девушку к груди, целовать нежные сочные губы до тех пор, пока она не обессилит от удовольствия.

Однако фразы, срывающиеся с языка, были совсем не те, что теснились в душе.

— Лэйни, вечером, после ужина… пойдем погуляем? Мне… мне нужно поговорить с тобой.

У девушки остановилось сердце. Словно в неясной замедленной киносъемке, вокруг кружились и мерцали солнечные лучи. Цвет окружающих предметов незаметно перешел в нежную пастель, напоминая капельки свежей росы.

Неужели Мэт вспомнил об их интимных прогулках и ждет повторения?

Она остро ощутила, какой болью обернулась для нее потеря любимого мужчины. Неужели не произойдет чуда и он не вернется к ней?..

Лэйни согласно кивнула и быстро прошла в фойе, прежде чем слезы ручьями хлынули из глаз.

Лэйни и Кэппи вернулись из города около пяти. Им пришлось объездить весь Мэдфорд в поисках футбольного мяча.

Открыв переднюю дверь, Лэйни осторожно крикнула:

— Дэвид? Ты дома?

Тишина. Девушка повернулась и махнула Уолтеру, который ждал в машине.

— Выходи. Его здесь нет.

Воровато оглядевшись, Кэппи внес подарки в дом и засунул их под стойку, прикрывая старыми газетами.

— Как ты думаешь, где они? — спросил он у дочери.

— Понятия не имею.

Лэйни вытянула шею и через дверной проем заглянула в столовую. Странно, обеденные столы не накрыты.

В это время в воздухе обычно витали дразнящие ароматы. На стойке выстраивались рядами графины для вина, а подносы с закусками находились в холодильнике.

— Где Индия? Где Дэвид? Что случилось?

В ответ Кэппи фыркнул.

— Да что может произойти со злючей ведьмой? Наверное, сидит где-нибудь в укромном уголке и дуется.

— Ну а Дэвид где пропадает? Вдруг несчастный случай?

— Перестань кликать беду. Найдется.

— Слушай, Кэппи, примерно через час к нам на голову свалятся двадцать пять любителей приключений, буквально умирающих от голода.

Уолтер согласно кивнул.

— Давай займемся обедом. Нужно подсуетиться.

Прежде девушке не приходилось готовить для столь обширной компании. Каждый день за столики усаживались примерно две дюжины. Значит, следует придумать меню на шестерых и умножить на четыре. Довольно просто!

Засучив рукава, Лэйни занялась обследованием буфета и морозильных камер.

— Кэппи, здесь тонны замороженных цыплят. Зажарим их, а я приготовлю разнообразные соусы. Чем не барбекю, а?

— Звучит аппетитно. Где древесный уголь?

К тому времени, когда пришел Кэппи с сообщением, что угли разгораются, на плите стояла полная кастрюля с подливкой для дичи. А Лэйни разминала сваренный на пару картофель.

Новоиспеченный кухонный персонал украшал последний пахнущий поднос, когда дверь с треском распахнулась. И дом ожил от веселой болтовни плотовщиков.

Первым на кухне оказался Мэт.

— Мм… Как вкусно пахнет! Сегодня Индия превзошла себя.

Кэппи кивнул в сторону дочери.

— Вообще-то готовит Лэйни.

Брови Мэта взметнулись вверх.

— Неужели? — Он в замешательстве почесал голову. — Прекрасно, что ты, Лэйни, решила помочь Индии, но работа на кухне не твоя обязанность. А за обед — спасибо.

Лэйни поправила мягкую прядку волос, выбившуюся из прически. Огромный передник, который ей удалось разыскать, блестел крошечными капельками соуса. К щеке прилипла тоненькая полоска картофельной кожуры.

— Надеюсь, я сделала правильно? Конечно, трудновато готовить на целую армию.

Лоб Мэта покрылся сеточкой тонких морщинок.

— Значит, Индия оставила тебя в одиночестве? А где она?

Лэйни пожала плечами.

Мэт задумчиво покачал головой.

— Индия, конечно, очень рассердилась на меня. И тем не менее я не понимаю, почему ее нет. Странно. Очень странно.

Мэт выглядел озадаченным. Лэйни страстно захотелось пригладить его волосы, успокоить. Однако его тревога передалась девушке. Мэт прав. Что-то здесь не так.

Вилборн прошел в фойе и позвал Берни. Младшему брату поручил заботу о гостях. Кэппи дал задание обзвонить полицейские участки и больницы. Однако никто не высказывал вслух предположение, что с Дэвидом и его бабушкой, возможно, произошел несчастный случай.

Мэт и Лэйни проверили спортзал, комнату отдыха, прочесали конюшни, даже спустились к любимому рыболовному местечку Дэвида. Никаких следов.

Прислонившись к двери, ведущей в комнату мальчика, Лэйни повернула к Мэту бледное лицо.

— Где же они? Я так беспокоюсь!

Девушка находилась на грани истерики. И несмотря на прежний обет держаться от Лэйни подальше, Вилборн подошел к ней и обнял.

Прижавшись щекой к ее волосам, он нежно прошептал:

— Не волнуйся, детка. Они в порядке. Точно в порядке. Возможно, Индия повела Дэвида в кино или на прогулку. Она пытается досадить мне. Когда Индия вернется, я вздую ее за то, что она забыла оставить записку. И мы хорошенько посмеемся. Увидишь.

Лэйни только крепче прижалась к мужской груди. Она бы отдала все, лишь бы Мэт оказался прав.

Кэппи осмотрел коридор и резко остановился, увидев их. Его лицо, испачканное сажей, поражало необычной бледностью.

— Мэт, можно с тобой поговорить? Наедине.

— Нет! — Лэйни вырвалась из объятий Мэта и в упор посмотрела на отца. Он постарел лет на двадцать: плечи поникли, лицо изможденное.

Уолтер долго изучающе смотрел дочери в глаза, затем кивнул.

— Мэт, вниз по реке. Мы… нашли…

Вилборн схватил Кэппи за плечи.

— Ради Бога, говори громче! Что, что вы нашли?

— Мы… мы нашли футбольный мяч Дэвида. И одну из туфель Индии.

Мэт и Лэйни взглянули друг на друга, пытаясь осмыслить услышанное.

Когда старик заговорил вновь, его голос звучал хрипло и устало.

— Берни сказал, что один из плотов пропал.

11

Минуту спустя появился Берни. Лэйни, Мэт и Кэппи молчали, объятые ужасом, и смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова.

Лицо Лэйни медленно покрывалось мертвенной бледностью, по мере того как до нее доходил смысл предполагаемой трагедии.

Дэвид и Индия на реке!

Что произошло? Даже в безумном состоянии Индия не рискнула бы подвергать опасности обожаемого внука. Да и собственную жизнь тоже. Она совершенно не знала своенравный характер бурной Рогью, а на плотах плавала лишь пару раз. Скоро стемнеет, и миссис Дорман вряд ли сможет обойти многочисленные пороги, которые, словно злобные хищники, поджидают неопытную жертву.

Кэппи ободряюще обнял дочь за плечи.

— Мы найдем их, душечка. Не волнуйся.

— Как? — Рыдания вырвались из ее груди, обжигая горло. Никогда еще Лэйни не чувствовала себя столь виноватой и беспомощной. Отчаяние захлестнуло ее со страшной силой.

Но даже в таком, казалось бы, безнадежном положении Мэт, будучи прирожденным лидером, взял ситуацию под контроль.

— Надо организовать поисковую партию, — твердо заявил он.

Кратко, но четко Вилборн раздавал указания.

— Берни, позвони в Службу спасения 911. Ребята из Лайзи Дэйз знают реку. Затем собери команду готовить запасные плоты. Не забудь сообщить шерифу. Попроси прислать сюда вертолет.

Привыкший выполнять распоряжения старшего брата, Берни помчался вниз.

Мэт повернулся к Уолтеру.

— Я знаю, у вас большой опыт по организации поисковых и спасательных экспедиций на море, но…

— Но я ничего не знаю о речной навигации. Привлеку кого-нибудь из гостей, мы поищем вдоль Рогью. Вдруг Индии удалось причалить к берегу?

— Отличная идея. Действуйте!

Мужчины направились к лестнице, когда Лэйни робко подошла к Мэту.

— А что делать мне?

Мэт похлопал ее по руке.

— Поможешь погрузить спасательное снаряжение. Попроси кого-нибудь приготовить кофе и сэндвичи. Молю Бога, чтобы я оказался не прав, но, возможно, придется искать целую ночь.

Хватило пяти минут, чтобы выполнить распоряжения Мэта. Вилборн сорвал с крюка пару спасательных жилетов и помчался к реке.

— Мэт, подожди меня! — крикнула Лэйни, не поспевая за ним.

Мужчина остановился.

— Ты знаешь, куда я иду?

После первого плавания на «Биг Блю» она стала еще больше бояться воды. Но, несмотря на парализующий страх, девушка храбро заявила:

— Я иду с тобой.

— Черта с два! Ты останешься здесь вместо меня. Встретишь спасателей из Лайзи Дэйз. Поможешь Берни накачать воздухом плоты, проводишь гидов. Ты нужна в пансионе.

— Берни и сам справится. Возьми меня с собой.

Мэт протянул девушке спасательный жилет.

— У меня нет времени на споры. Если отправляешься со мной, то должна выполнять мои распоряжения и не спорить. Идет?

— Идет.

Вилборн засунул в задний карман джинсов фляжку с бренди.

Несколько минут спустя они уже плыли по безмолвному форватеру.

Течение резко убыстрялось. Река потекла под уклон. Слабые отблески последних лучей заходящего солнца утонули во мраке лесных дебрей. Сумерки окутали пустынные предгорья призрачными тенями. Рогью погрузилась во тьму.

Лэйни привыкла, что ночью в Лос-Анджелесе подчас светлее, чем днем. Тьма пугала ее.

Полная бледно-желтая луна скрылась за черной, похожей на огромный гриб тучей. Жуткие черные пятна появились на журчащей воде. Тихо. Очень тихо. И только звук весла, рассекающего водную гладь, выдавал присутствие человека в заброшенной дикой местности.

Пока Мэт огибал огромные валуны и редкие отмели, встречавшиеся на пути, Лэйни, съежившись, сидела на краю плота, крепко сжимая фонарь.

Голос Вилборна заставил девушку вздрогнуть. В безмолвной мгле он прозвучал, как пронзительная сирена.

— Включи электрический фонарь и освещай им берега реки. И время от времени зови Дэвид а и Индию.

Лэйни кивнула. Яркий поток света озарил прибрежную полосу. Но кроме обитателей леса, поспешно убегающих в норки, никого не было видно.

Набрав в легкие воздуха, девушка крикнула изо всех сил:

— Дэвид! Индия! Вы меня слышите? Где вы?

В ответ раздалось лишь гулкое совиное уханье.

Лэйни не знала, как долго они плыли. Яркие огни фонаря и прожектора, словно маяк, привлекали москитов, комаров и других насекомых, роем устремившихся к потоку света. Ночные твари нещадно атаковали девушку, не давая ни минуты передышки.

Обнаженные руки вскоре покрылись волдырями от укусов. Ей пришлось накинуть нейлоновый жакет.

Отмахиваясь от надоедливых насекомых, залетающих даже в рот, Лэйни снова и снова звала:

— Дэвид! Индия!

Ее горло опухло, голос садился. Но она и Мэт по очереди продолжали кричать в темноту. Увы, никто не откликался.

— Мэт, смотри! — вдруг заволновалась Лэйни.

Вглядевшись в темноту, они обнаружили пропавший плот, который зацепился за ветки упавшего в воду дерева.

Лэйни направила прожектор в сторону судна, выброшенного на мель. Дэвид и Индия находились в воде. Женщина, казалось, потеряла сознание. А может, умерла?

Плот перевернулся. Одной рукой Дэвид держался за качающееся бревно, другой — обхватил Индию за шею, удерживая ее на поверхности. Как опытный, хорошо тренированный плотовщик, парнишка использовал в качестве опоры весло.

Неожиданно девушка услышала, что недалеко, внизу по течению, усиливается журчание падающей воды.

Пороги!

Наверное, до Мэта тоже донесся грохот водопада. Его лицо напряглось. Мужчина старался выровнять плот на месте.

— Крепись, сынок, — крикнул Вилборн. — Мы скоро вытащим тебя. — И тронул девушку за плечо. — Сильнее захвати руками края. Нам придется плыть против течения, а это очень опасно.

Незнакомая интонация его голоса заставила девушку обернуться. Мерцающий свет фонаря осветил мужественное лицо. Капельки пота, выступившие на лбу, смешались с холодными брызгами воды. Мэт прилагал почти титанические усилия, чтобы развернуть громоздкое судно.

В нескольких футах от пострадавших плот попал в вихрь водоворота. Несмотря на отчаянные попытки Мэта, сильное течение сносило вниз. Большой плот, словно легкий дубовый листочек, стремительно летел навстречу огромному валуну, который возвышался в самом центре реки.

— Лэйни, держись! — неожиданно закричал Мэт. — Мы идем в обход.

Девушка тотчас поняла, что он задумал. Плот обернулся вокруг выступавшего камня, как кусочек алюминиевой фольги. Судно накренилось на правый борт и чуть не перевернулось.

Сильная волна сбила Мэта с ног. Он ударился головой об острый каменный выступ. В какой-то момент Лэйни со страхом подумала, что Вилборна выбросит за борт. Однако он, покачнувшись, сделал шаг влево и удержался на судне.

Мужчина попытался улыбнуться, но не смог скрыть ужас, промелькнувший в глазах. Им грозила смертельная опасность.

Лэйни заметила тонкую струйку темной крови, стекающую по лицу Мэта.

— О Боже! Ты ранен!

Вместо ответа тот воткнул весло в речное дно и как одержимый начал крутить его, взбалтывая воду. Наконец после невероятных усилий Мэту удалось закрепить плот на месте. Но с другой стороны судно прочно зажал огромный валун. По меньшей мере тридцать футов бурной реки отделяло отважных спасателей от перевернувшегося плота.

— Нельзя ли нам высвободиться? — крикнула Лэйни.

— Бесполезно даже пытаться. Здесь слишком сильное течение. Река может снести нас вниз.

— Давай, я посмотрю рану. — Девушка дернула его за рукав рубашки.

— Нет. Дорога каждая секунда. Мы должны придумать, как вытащить из воды Дэвида и Индию.

Постепенно Лэйни стала охватывать паника. Увы! Они в каменной ловушке прямо посередине реки. Мэт ранен, она неопытная пловчиха, не имеющая навыков в спасении человеческих жизней. А помощь прибудет не раньше чем через несколько часов.

Что же делать?

Лэйни смахнула с лица тонкую струйку воды. Путники промокли до нитки.

Холодало. У девушки по спине побежали мурашки. Дэвид, наверное, окоченел в ледяной реке.

Сколько прошло времени с тех пор, как опрокинулся их плот?

Минуты? Часы?

В холоде трудно продержаться длительный срок.

— Лэйни, — прервал ее размышления голос Мэта, — достань сигнальный пистолет.

Следуя указаниям, девушка выстрелила ярко-красной ракетой в небо. Описав дугу, ослепительно огненный шарик медленно потух, превратившись в бледно-розовое пятно. Затем Лэйни выстрелила еще раз.

Ослепительная вспышка прорезала темноту, осветив личико Дэвида, повернувшееся в их сторону.

— Папа? Это ты? — Его тоненький голосок едва перекрывал короткое расстояние между ними.

— Дэйв? Не волнуйся, сынок. Мы скоро вытащим тебя. Обещаю.

Волны ударяли по веслу Мэта то с одной, то с другой стороны. Только благодаря усилиям Вилборна плот стоял на месте. Мужчина заметно устал. Как долго он выдержит борьбу с неудержимым течением?

Молчание Мэта подтвердило худшие опасения Лэйни. Ждать поисковую экспедицию не имеет смысла. Дэвид долго не продержится.

Значит, остается лишь один выход. Девушка подняла тяжелый канат со дна плота. Протянув конец Мэту, она сказала:

— Обвяжи канат вокруг валуна. Только очень крепко!

Мэт покачал головой.

— Стоит мне ослабить хватку, и плот понесет течением прямо на камни.

— Тогда я попробую.

— Что? Да ты с ума сошла!

Такое под силу отлично обученной поисковой и спасательной команде. Она в состоянии перейти вброд реку со столь сильным течением. Храбрость Лэйни похвальна, но делу не поможет.

Девушка нетвердо поднялась на ноги и несколько раз обкрутила канат вокруг талии, для страховки закрепляя узлом каждый виток. Плот кренило из стороны в сторону набегающими волнами. Лэйни чуть не упала за борт.

— Ты понимаешь, черт возьми, что делаешь? — В голосе Мэта звучало скорее удивление, чем злость. — Сядь обратно, иначе свалишься в воду.

— Закрепи один конец, — приказала Лэйни. — Я пойду за ними.

— Ты же боишься воды. Черт возьми, даже у Дэвида больше шансов в такой ситуации, чем у тебя.

— И тем не менее прошу тебя, закрепи канат.

Удерживая весло, Мэт ухватил свободной рукой конец веревки. Он не сможет позволить ей рисковать. Она утонет. Но если один из них не предпримет попытку, Дэвид погибнет в любую минуту.

Мэт даже застонал от безысходности. Лэйни и без того достаточно напугана. Что же делать? От слабости он едва держался на ногах. Приступ головокружения повторился. Голова болела. По-видимому, рана оказалась серьезной, и неизвестно, сколько он потерял крови.

Если Вилборн сам попытается пересечь реку, плот унесет течением, и поток, вне всяких сомнений, выбросит Лэйни на острые камни.

Мэт закрыл глаза и начал горячо молиться, чтобы спасательная команда заметила его сигналы.

— Скорее! — раздался тоненький, едва слышный голосок Дэвида. — У меня руки устали и… — Они услышали приглушенное всхлипывание.

Лэйни резко повернулась к Мэту, чуть не опрокинув неустойчивое судно.

— В конце концов, закрепишь ты этот чертов канат или будешь ждать, пока он утонет?

Когда у человека нет выбора, подумал Мэт, он способен на безумное решение. Обмотав пеньковую веревку вокруг острого выступа, Вилборн зафиксировал петлю прочным узлом.

Лэйни сложила руки рупором и поднесла ко рту.

— Дэвид, ты меня слышишь?

— Тетя… тетя Лэйни?

— Я постараюсь вытащить тебя. Следи за прожектором. Когда он поднимется вверх, я брошу тебе веревку. Понял?

— Да. — Голос мальчика окреп, в нем зазвучала надежда.

Девушка протянула Мэту электрический фонарь и, пока тот направлял свет в небо, крикнула снова:

— О'кей, Дэйв, приготовься. Бросаю на счет три. Один… два… три!

Вложив все силы в бросок, Лэйни метнула веревку через водное пространство.

Спасательный трос упал в пяти футах от парнишки, и его снесло течением обратно.

— Не волнуйся, — утешал Мэт. — Попробуй еще разок.

Лэйни опустилась на колени на дно плота, не обращая внимания на удары подводных камней, и втянула веревку обратно.

Девушка закрыла глаза, чувствуя необычный прилив энергии. Она непременно должна добросить веревку. Ведь она обязана Дэнни жизнью. Теперь настало время вернуть долг — спасти жизнь его сына. И ничто ее не остановит.

Лэйни вдохнула поглубже…

Тяжелый канат перелетел тридцатифутовую дистанцию, изогнулся дугой и шлепнулся в воду недалеко от Дэвида.

Пытаясь ухватить спасательный трос, мальчик чуть не выпустил из рук бабушку. Но попытка удалась.

Лэйни и Мэт закричали от радости, увидев, что канат натянулся. Значит, Дэвид потащил его к себе.

— Поймал, Дэйв? — окликнул сына Мэт.

— Да. Но, папа, я… я больше не могу держать бабулю.

— Знаю, сынок. — Голос Мэта охрип, и Лэйни поняла, что его снедает страх за сына. — Еще пару минут. Помнишь, как Кэппи учил тебя завязывать морские узлы?

— Да. Помню. Тетя Лэйни? Я б-боюсь.

Слезы застилали ей глаза. Девушка мигнула, из последней мочи стараясь вернуть голосу спокойствие.

— Не беспокойся, сладкий мой. Соберись с силами и делай так, как говорит папа.

Пока Мэт давал необходимые указания, они следили за силуэтом мальчика, двигающегося во тьме. Дэвид припоминал уроки, которые ему преподавал на рыбалке дед. Наконец он крикнул, что канат закрепил.

У Лэйни засосало под ложечкой. Дэвид выполнил свою работу. Мэт тоже. Теперь ее очередь.

Она наклонилась и схватила натянутый трос.

— Лэйни, подожди!

Девушка обернулась. Лицо Мэта покрывала мертвенная бледность. В голубых глазах застыла тревога.

— Сними жакет. Он помешает тебе.

Лэйни послушалась. Сбросила куртку на дно плота и, не давая Мэту возможности снова заговорить, быстро схватила канат и вошла в реку.

Ледяная вода пронзила ее, словно уколы тысячи крошечных стрел. Через секунду пальцы окоченели, и Лэйни подумала, сможет ли она вообще пройти опасный путь.

— Лэйни, дорогая! Ты в порядке?

Заботливые слова мужчины согрели ее, как пуховое одеяло. Страх исчез.

После того как прошел первоначальный шок, Лэйни пошевелила ступнями и сделала шаг вперед. Ледяной поток обхватил тело, заковав в цепи жуткого холода. Девушка заставила себя не думать об опасной стихии. Главное — Дэвид.

Шаг. Еще шаг. Руки перемещаются по канату. Дэвид не хнычет — ведет себя как настоящий боец. А раз уж маленький мальчик способен преодолеть препятствие, значит, ей, как говорится, сам Бог велел.

Кажется, Мэт говорил, чтобы она действовала осторожнее. Что он не сможет жить без нее. Или больное воображение играет с ней шутки? Нет. Он действительно заявлял. Или имел в виду. Во всяком случае, должен так сказать.

Идти против течения становилось труднее. Но слова Мэта придавали ей решимости. Крепко держась за спасательный трос, Лэйни настойчиво продвигалась к Дэвиду.

Что, что? Мэт просит ее поторопиться, потому что не знает, сколько времени сможет удержать плот на месте.

Руки Лэйни непроизвольно задрожали. Она что, начинает сходить с ума? Нет, нет, нужно собраться!

Из темноты раздался испуганный голос Дэвида.

— Тетя Лэйни! У меня руки соскальзывают! Бабуля тонет!

С удвоенной энергией девушка преодолела последние пару футов.

Не думая о последствиях, Дэвид выпустил Индию и обвил ручонками Лэйни за шею. Неподвижное тело женщины тут же подхватило течением.

Девушка отреагировала мгновенно. Держась одной рукой за спасательный трос, она свободной рукой схватила Индию за волосы, прежде чем та проплыла мимо.

Женщина находилась без сознания. На виске отчетливо выделялся огромный синяк, дыхание казалось поверхностным. Лэйни почувствовала, как злость, что накопилась в душе на пожилую леди, постепенно отступает. Только сильный страх заставил Индию подвергнуть жизнь внука подобной опасности. Она не хотела причинить ему вреда. Лэйни знала твердо.

Действуя энергично, Лэйни и Дэвид подстраховались спасательными поясами. Силы ребенка были на исходе.

Поддерживая Индию за шею, девушка потащила ее через реку. Дэвид крепко уцепился за спасательный жилет Лэйни.

Обратный путь оказался труднее. Они продвигались очень медленно.

Уже на полпути сквозь шум бурлящей воды до них донесся ободряющий голос Мэта.

— Давай, Дэйв! Ведь ты большой парень. Держись за тетю Лэйни. Она тебя вытащит. Давай, Лэйни! Я жду тебя, дорогая. Пожалуйста, помедленнее. Так, хорошо. Молодец!

Слова Мэта в который раз прибавили ей сил. Лэйни постепенно преодолевала расстояние, моля Бога, чтобы не произошло что-нибудь непредвиденное.

Страх и ощущение риска добавили адреналина в кровь. Мэт быстро втащил бесчувственную женщину на плот. Минуту спустя помог Лэйни и Дэвиду взобраться на судно, ходившее ходуном.

Они упали на дно резинового плота, тяжело дыша от напряжения. Лэйни прижала племянника к себе. Мэт протянул ей бренди. Лэйни разжала дрожащие пальцы Дэвида и, втиснув в них флягу, попросила:

— Мой хороший, выпей немного.

Мальчик сделал большой глоток и тут же разинул рот. Он поперхнулся и сильно закашлялся.

— О! Жжет!

Лэйни снова поднесла фляжку к его губам.

— Я знаю. Но бренди согреет тебя. Давай еще глоточек.

Дэвид выполнил приказание, но выражение его лица красноречиво отражало его отношение к горячительному.

Он по-прежнему дрожал. Лэйни закутала племянника еще одним шерстяным одеялом. Затем повернулась к Индии.

В свете фонаря лицо женщины казалось мертвенно бледным. Лэйни даже испугалась, что она умерла: бездыханное тело, холодные руки и ноги, фиолетовые губы. Однако девушка нащупала слабый, но постоянный пульс.

Укрыв миссис Дорман пледом, девушка влила ей в рот немного бренди. Больше она ничем не могла помочь. Оставалось ждать прибытия медицинской помощи.

Внезапно они услышали страшный треск и повернулись в сторону противоположного берега. В бледно-розовом свете последней выпущенной сигнальной ракеты отчетливо вырисовывалось бревно, за которое еще недавно держался Дэвид. Его медленно сносило течением. Кружа в водоворотах стремительной реки, бревно неуклонно приближалось к порогам. Страшно подумать, что произошло бы с Дэвидом и его бабушкой, опоздай Лэйни и Мэт хотя бы на полчаса.

Девушка с тревогой взглянула на Мэта. Его рана кровоточила, измученное лицо постепенно приобретало пепельный оттенок. Насколько хватит у него сил?

12

— Папа? Что это?

Мэт повернул голову туда, куда показывал Дэвид. Уставшими глазами он разглядывал каменистый берег.

— Где? Я ничего не вижу.

— Там! За деревьями. Огонек. Вот опять мигнул.

Мэт и Лэйни крутили головой в разные стороны, надеясь рассмотреть то, что разглядел остроглазый мальчуган.

Сначала обозначились лишь призрачные черные тени, которые отбрасывали сосновые кроны.

— Вот он! Вот он! — одновременно закричали путешественники.

Сквозь густую листву мерцал крошечный огонек.

Поначалу Мэт с опаской подумал, что за плотным кустарником скрывается отблеск лесного пожара. Однако не похоже, чтобы сухое дерево горело бледно-желтым светом. Измученная троица завороженно наблюдала, как за первым огоньком появился второй. Затем к колеблющемуся пламени присоединился еще один, потом еще…

Поисковая экспедиция Кэппи!

В ту же секунду отец с сыном стали звать на помощь.

— Сюда! Мы здесь!

Слезы брызнули из глаз Лэйни, когда она услышала до боли знакомый хрипловатый бас Кэппи:

— Они там. Слава Богу!

И тут девушка поняла, как боялась больше никогда не увидеть обветренное лицо отца.

Слезы радости застилали глаза, текли по щекам, и Лэйни не стесняясь плакала как ребенок. Самый тяжелый груз свалился с души.

Тем временем команда Кэппи спустилась к берегу примерно в пятнадцати ярдах от застрявшего плота. Сквозь пелену слез Лэйни с трудом различала быстрые уверенные действия спасателей. Они перекинули на плот спасательный трос, а затем, взявшись за канат, оттащили громоздкое судно от валуна. Через несколько минут дно резинового плота уткнулось в песчаный берег.

А когда Кэппи прижал дочь к груди, Лэйни поняла: они спасены. Наконец-то!

Кто-то освободил ее из отцовских объятий, усадил на большой плоский камень, завернул в сухое одеяло и заставил взять большую кружку горячего кофе с ликером.

В течение следующего часа Лэйни, казалось, грезила наяву. Иногда фрагменты пережитых волнений прорывались в сознание, но затем девушка снова погружалась в дремотное забытье.

Как сквозь туман, она видела Берни, который снял с Дэвида мокрую одежду и закутал мальчика в шерстяное одеяло. Кто-то в форме шерифа забинтовывал Мэту голову. Несколько человек суетились вокруг неподвижного тела Индии.

Лэйни благодарила Бога за то, что не ранена. За исключением мучительно болевших мышц она, похоже, перенесла ночные события без особого вреда.

Немного погодя Кэппи помог дочери подняться на ноги и повел к машине. Краешком глаза она рассмотрела самодельные носилки из одеял и шестов для палатки. Четыре человека бережно несли Индию.

После того что произошло сегодня, Лэйни смотрела на мир другими глазами. И сердцем, и душой, и разумом она поняла одно: жизнь слишком быстротечна и слишком непредсказуема, чтобы разменивать ее по мелочам.

На обратном пути в «Серебряные сосны» Лэйни немного вздремнула, не обращая внимания на усеянную ухабами лесную дорогу. На поляне перед домом уже громыхал спасательный вертолет. И через минуту медики подняли Индию на борт. Мощные лопасти винта с шумом завертелись, дверь захлопнулась, и вертолет поднялся в воздух, оставляя позади себя пыльный вихрь.

Мэта и Дэвида усадили в стоявшую наготове машину «скорой помощи». Лэйни хотела последовать за ними. Она нужна Дэвиду. И, осознает Мэт или нет, он тоже не меньше нуждается в ней.

Где Берни? Или Кэппи? Они могли бы отвезти ее к любимым людям.

Как будто прочитав ее мысли, Кэппи остановил возле нее машину. И, прежде чем Лэйни поняла, что происходит, Берни втолкнул ее на заднее сиденье, усевшись впереди рядом с Кэппи.

Девушка откинулась на спинку и закрыла глаза. С сегодняшнего дня, дала она себе обещание, жизнь изменится. Она будет радоваться и наслаждаться каждым мгновением, даже если навсегда потеряет Мэта. Но прежде чем признать поражение, она найдет способ завоевать доверие Вилборна. Вечером на реке девушка снова стала свидетелем его решимости и беспримерной отваги. И ясно осознала, как сильно любит Мэта. Лэйни никогда не приходилось бороться ни за одного мужчину, но Мэт и Дэвид того стоили. И она заставит гордого Мэтью Вилборна поверить ей снова.

Гордыня предшествует падению. Проверенная временем истина как пророчество промелькнула в мозгу Мэта. Какой же он самодовольный, упрямый дурак! Почему предпочел копаться в уязвленном самолюбии, вместо того чтобы поверить любимой женщине? Теперь расплачивается сполна — Лэйни потеряна навсегда.

Мэт закрыл глаза. Яркие лампы травматологического пункта утомляли зрение. Санитары уже отвезли Индию в рентгеновский кабинет. У кровати Мэта появился врач.

— Хай! Я доктор Престон. Слышал, у вас опасная рана.

— Нет. Я в порядке. Сначала осмотрите моего сына.

Лысоватый доктор кивнул, прочитал медицинскую карту Дэвида и повернулся к мальчику.

— Как долго ты находился в воде, малыш?

— Не знаю. Мне кажется, целую вечность.

Врач посветил крошечным фонариком ему в глаза. Затем проверил рефлексы, осмотрел руки и ноги.

— Говорят, ты вел себя как герой, сынок, — сказал доктор Престон, продолжая осмотр.

— Не я. — Дэвид затряс мокрыми взъерошенными волосами. — Моя тетя Лэйни — настоящий герой. Она жутко боится воды, но, отбросив страх, вошла в реку, чтобы спасти меня. И бабулю тоже. Хотя бабуля ее не любит.

Мэт слушал сына и соглашался с каждым словом. Лэйни, бесспорно, самая храбрая девушка на свете. И бескорыстная.

Слабая улыбка заиграла на губах мужчины. Не он ли подсмеивался над стопроцентной горожанкой?

Доктор Престон остался доволен осмотром Дэвида. Сделав несколько неразборчивых пометок в медицинской карте, кивнул медсестре и повернулся к Мэту:

— Ваш парень неплохо выглядит. Однако ему лучше провести в больнице ночь под наблюдением врачей. Через несколько дней будет как новенький. Позвольте, теперь я осмотрю вашу рану.

Медсестра заканчивала накладывать швы на голову Мэта, когда дверь приемного покоя распахнулась.

В комнату, прихрамывая, вошла Лэйни. С одной стороны ее поддерживал отец, с другой — Берни. Лицо и руки девушки усеивали царапины и ссадины. Волосы растрепались и спутались, на скуле отчетливо проступал крупный синяк.

И тем не менее для Вилборна она оставалась самой прекрасной женщиной на свете.

Не обращая внимания на пульсирующую боль, Мэт вскочил и бросился навстречу Лэйни.

Он схватил ее за плечи и произнес:

— Лэйни! Я… Я не знаю, как благодарить тебя… за…

— Ей нужно отдохнуть, — вмешался Кэппи.

Мэт, сменив брата, нежно, заботливо обнял Лэйни за плечи. Вместе с Кэппи проводил ее в палату и помог устроиться на свободной койке. Минуту спустя появился доктор Престон:

— Джентльмены, вам лучше посидеть в соседней комнате.

Он подождал, пока Мэт, Кэппи и Берни с угрюмым выражением на лице покинут палату, и повернулся к Лэйни.

— Вы мисс Гамильтон, полагаю? Наслышан, наслышан о ваших подвигах. Как вы себя чувствуете?

Лэйни отмахнулась от вопроса.

— Ничего. Как Дэвид?

Доктор похлопал девушку по плечу и, успокаивая ее, произнес:

— В порядке. Мы перевели его в палату, спит как сурок. Давайте, я осмотрю вас…

В комнате ожидания мужчины меряли шагами пол, пока доктор не вышел к ним.

— Ну, мистер Вилборн, ночка весьма беспокойная для вас и вашей семьи.

— Как Лэйни? Она ужасно выглядит. А теща? Как чувствует себя миссис Дорман? — Мэт засыпал доктора вопросами.

— Минуточку. — Тот улыбнулся и протянул руку, останавливая Мэта. — Мисс Гамильтон просто устала. Она немного растянула правую ногу. И сейчас медсестра обрабатывает царапины и синяки, которые получила мисс Гамильтон спасая людей. Она появится через несколько минут.

— Слава Богу, — одновременно вздохнули с облегчением Мэт и Кэппи.

— И все же, как миссис Дорман?

На лице врача появилась озабоченность.

— Боюсь, у миссис Дорман сильное сотрясение мозга. Мы надеемся на ее выздоровление, пока ее перевели в отделение интенсивной терапии. Ваше присутствие не потребуется. Как только медсестра закончит перевязку мисс Гамильтон, отправляйтесь домой и выспитесь хотя бы остаток ночи.

Мэт взглянул на больничные часы. Три часа пятнадцать минут. Они находились в страшном напряжении более девяти часов.

Нетвердой походкой Лэйни вышла из кабинета и упала в объятия отца.

Боль, сильнее чем при физической травме, пронзила Мэта. Девушка даже не заметила, что он находится в комнате. Он долго вел себя как последний кретин и в конце концов надоел ей.

Мэт остро чувствовал свое бессилие, безнадежность ситуации его просто убивала.

Хлопнув руками по бедрам, он наконец попросил Берни вызвать машину.

Лэйни практически не помнила обратную дорогу.

У нее сохранились лишь смутные воспоминания о том, как отец помог ей подняться наверх в спальню. Он достал ночную сорочку из комода и деликатно отвернулся. Задернул плотные шторы, ожидая, пока дочь соберется с силами, чтобы снять через голову одежду.

Кэппи разобрал постель и закутал ее в одеяло, как делал каждый вечер много лет назад, когда дочь подрастала. Убаюканная отцовской лаской, Лэйни закрыла глаза и погрузилась в глубокий крепкий сон.

Когда она проснулась, в комнате по-прежнему было темно. Однако девушка чувствовала, что проспала достаточно долго. Она повернулась на другой бок, наслаждаясь приятной истомой.

Мэт сидел в кресле-качалке в углу спальни с закрытыми глазами. Он переоделся в новые джинсы и хлопчатобумажную рубашку в голубую клетку.

Видимо, услышав, как Лэйни зашевелилась, Вилборн приподнял веки и посмотрел на нее.

— Добрый день. Рад, что ты вернулась к жизни.

— Который час? — пробормотала Лэйни, протирая слипающиеся веки.

— Начало пятого. Я имею в виду день.

— Что слышно из больницы?

— Утром мы с Кэппи забрали Дэвида. Врачи перевели Индию в обычную палату. Она очнулась, и вместе с сознанием к ней возвратилось обычное настроение.

Лэйни опустила глаза, поправила легкое одеяло, укрывавшее ноги.

— Значит, она по-прежнему ненавидит меня и считает, что я во всем виновата. Впрочем, не имеет значения.

Мэт поднялся на ноги и, быстро подойдя к кровати, сел рядом. Приподняв подбородок Лэйни кончиками пальцев, он внимательно посмотрел в золотистые глаза.

— А для меня важно. — Он отвел с ее щеки мягкую прядь волос. — Лэйни, скажи честно, что ты собиралась делать, когда приехала сюда?

Девушка удивилась:

— Т-ты о чем?

Пристальный взгляд голубых глаз, казалось, проникал в ее душу.

— Почему ты с самого начала не рассказала о своем брате?

Лэйни в волнении теребила широкие складки ситцевого пододеяльника.

— Я… у меня не было четкого плана. Я очень разозлилась на Челси. Она постоянно обманывала Дэнни. А потом рыдала, клялась, что их жизнь и она сама изменятся. И бедный братец верил ей.

— Любовь заставляет нас делать и более глупые вещи, — заметил Мэт.

— Он поступил на офицерские командные курсы. И слезы Челси не изменили его решения. Она звонила Кэппи, мне, плакала, ругалась, обвиняя нас в том, что мы убедили Дэнни бросить ее. В конце концов она просто исчезла, и мы никогда не слышали о ней. До того дня, как пришло письмо от Дэнни…

Держа девушку за руки, Мэт ловил каждое слово.

— Так, значит, ты намеревалась отомстить за брата?

Лэйни нахмурилась.

— Не думаю, что твое утверждение правильное. Дэнни не сомневался, что усыновление незаконно, потому что он сам не подписывал никаких документов. — Она пожала плечами. — Кто знает? Возможно, он прав.

Мэт покачал головой и резко остановился, прижав ладонь к забинтованному виску.

— Имя твоего брата не указано в свидетельстве о рождении. Его согласия на усыновление не требовалось. Так что Дэвид, согласно закону, стал членом нашей семьи.

Лэйни слабо кивнула.

— Когда я узнала правду, то почувствовала обиду за всех нас. И особенно за Дэнни.

— Понимаю. Так ты приехала, чтобы… забрать Дэвида?

— Честно сказать, я думала об этом. То есть о судебном процессе. Однако я не пыталась похитить мальчика. На самом деле я очень смутно представляла, как лучше поступить. Позаботиться о племяннике лично или просто убедиться, что он растет в любящей семье.

Мэт задумчиво кивнул.

Как завороженный, он слушал запутанную историю, ожидая, что девушка начнет извиняться, оправдываться, приводить разумные доводы. А Лэйни откровенно рассказала о своих чувствах и сомнениях.

Мэт ощутил, насколько ей больно. Она такая беззащитная. Легкоранимая. Однажды он вынес неверный вердикт. Не следует повторять ошибок.

Мэт наклонился и слегка прикоснулся к ней губами. Запустив пальцы в густые темно-рыжие волосы, притянул Лэйни к себе и поцеловал. Нежно. Настойчиво. Наконец, оторвавшись, слегка погладил ее щеки кончиками пальцев.

— И тогда ты обратила внимание на меня…

Лэйни улыбнулась и покачала головой.

— Нет. Я не хотела обманывать тебя. Если бы я написала тебе письмо, попросила рассказать о Дэвиде… — Она прикусила губу, задыхаясь от горьких слез, обжигающих горло.

Мэт прижался губами к ее лицу. Его взгляд омрачился, как будто он вспомнил о прежних грехах.

— Возможно. Но если говорить откровенно, я, наверное, отказался бы что-либо рассказывать тебе. Полагаю, до того момента, как ты вошла в мою жизнь, я был довольно эгоистичным человеком.

— Но не в отношении Дэвида.

Мэт улыбнулся.

— Да. Я всегда любил паренька. — Его лицо разгладилось. — Теперь мы с тобой сможем разделить любовь к мальчику.

Лэйни смутил взгляд Мэта. Она опустила глаза. Да, она всегда будет любить Дэвида. Так же, как Мэта.

И прежде чем девушка поняла, что происходит, она почувствовала, как сильные мужские руки обняли ее за талию. Он подвинулся ближе и нежно очертил губами каждую царапину на ее лице. Затем наклонил голову и поцеловал кровоподтек на скуле. Волшебные поцелуи, словно живительный бальзам, утихомирили саднящие раны.

Его губы снова нашли ее рот и захватили в сладостный плен. Теплые. Мягкие. Чувственные.

Лэйни обвила руками Мэта за шею, притянув его так, что уловила свежий душистый запах мужского тела, почувствовала тепло его кожи. Она перебирала пальцами густую шевелюру, гладила затылок, ощущая, как коротко подстриженные волосы дразняще покалывают подушечки пальцев.

Чувства обострились; казалось, девушка шла по краю пропасти. Вот она покачнулась. Потеряла опору. И упала в чувственную пучину нежных прикосновений его языка.

Лэйни перестала думать о ноющей боли в натруженных мышцах — поцелуи Мэта излечили ее. Мужчина целовал ее. Настойчиво. Агрессивно. Жадно.

Мужские руки гладили ее волосы, шею, нежные холмики грудей с твердыми возбужденными сосками, просящими ласки. И Вилборн трогал мягкие бутоны, дразнил их, пока Лэйни не застонала от наслаждения. Она взяла его руку и повела ее вниз по чувственной дорожке прямо к источнику женственности, пульсирующему от желания.

Но в тот момент, когда Лэйни почувствовала, как рассудок покидает ее и она сгорает в огне страсти, кто-то осторожно постучал в комнату.

— Лэйни? Мэт? — раздался вопросительный голос Кэппи.

Мэт пригладил взъерошенные волосы.

Смущенная физиономия Кэппи показалась в дверном проеме.

— Прошу прощения, если помешал. Звонили из больницы. Кажется, Индия мечет громы и молнии, требуя, чтобы ты приехал.

— Хорошо.

Лэйни села, завернувшись в покрывало.

— Я отправляюсь с тобой. Она должна кое-что объяснить. Но сначала я намерена повидаться с Дэвидом.

Кэппи усмехнулся.

— Тебе не придется его разыскивать. Мальчуган уже целый день скачет вверх и вниз по лестнице, ожидая, пока ты проснешься.

Впервые после тяжелых испытаний широкая улыбка осветила лицо Лэйни.

— Дайте мне пятнадцать минут, чтобы принять душ и переодеться…

Когда они прибыли в больницу, медсестра разрешила войти в палату только двоим. Кэппи и Дэвид согласились подождать.

— Индия, что происходит? Говорят, ты в ярости.

— Да! Где Дэвид? Я хочу видеть моего внука!

Мэт шагнул к ней.

— Дэвид в комнате ожидания. Но прежде я желаю узнать, как все произошло. Зачем ты подняла такой шум?

— Зачем? Я не знаю, что случилось с Дэвидом.

— Тебе следовало подумать прошлым вечером, — сказал Мэт, едва сдерживая гнев.

Глаза Индии вспыхнули негодованием.

— Возможно, ты прав. Но ты не смеешь держать меня в неведении. Я лежу в больнице, и никто из вас даже не побеспокоился… — Она оборвала фразу, заметив наконец Лэйни, которая появилась из-за больничной ширмы. — Как, ты привел ее сюда?! Мэтью, разве ты не понимаешь, что из-за нее происходят наши беды?

Мэт подошел к кровати и рассеянно переставил на тумбочке вазу с желтыми розами.

— Индия, у нас не возникало разногласий, потому что я никогда не пытался связать судьбу с другой женщиной. Да и никогда не хотел. Мне дорога память о Кассандре. Но жизнь продолжается. Кассандра желала, чтобы я был счастлив.

Карие глаза миссис Дорман загорелись гневом.

— Не говори мне про дочь! Я знаю одно: вряд ли она мечтала, чтобы кто-то делил постель с ее мужем.

— Прошло пять лет, Индия. Я носил траур слишком долго, да и ты тоже.

— Нет! Я никогда не смирюсь…

Слова повисли в воздухе, потому что из-за ширмы высунулась темноволосая головка Дэвида.

— Привет, бабуля!

— О, сладкий мой! Заходи. Я рада, что хотя бы одному человеку приятно меня видеть.

Дэвид, зная, что ему не разрешено находиться в комнате, на цыпочках прошел по комнате. Остановившись у кровати, мальчик протянул бабушке слегка увядший букет полевых цветов.

— Я принес их тебе, бабуля. Слава Богу, что тебе лучше.

В глазах Индии заблестели слезы.

Дэвид наклонился над кроватью и крепко обнял пожилую женщину. На его пухленьких щечках блестели слезы.

— Бабулечка, мне правда очень, очень жаль, что так случилось…

Узловатые пальцы успокаивающе погладили мальчика по голове.

— Не волнуйся, детка. Бабуля понимает, что ты раскаиваешься. И у тебя на то имелись причины! — Миссис Дорман бросила на Лэйни обвиняющий взгляд.

— Минуточку, — шагнул вперед Мэт. — О чем вы говорите? Дэвид, за что ты просишь прощения?

Мальчик посмотрел на отца и потупил заплаканные глаза.

— За то, что взял плот без разрешения. Я… я не должен был так поступать.

Мэт нахмурился.

— То есть ты утверждаешь, что воспользовался плотом сам? А не бабушка?

Дэвид удивленно вскинул брови.

— Бабуля? Конечно нет! Она же не сумасшедшая.

Мэт и Лэйни обменялись недоуменными взглядами. Потом Вилборн повернулся к теще.

— Индия, он говорит правду?

— Ну, а как, по-твоему? Неужели ты думаешь, что я настолько рехнулась, чтобы пойти с любимым мальчиком на реку? Видимо, ты совсем свихнулся!

— Наверное. — У Мэта засосало под ложечкой. Он дважды ошибся в тех, кого любил! Неужели он настолько эгоистичный, что не понимает нормальных человеческих поступков? — Предположим, Дэвид совершил проступок, а как ты очутилась на борту?

— Мальчик расстроился. Мы… мы немного повздорили. Он заплакал и убежал. Пригрозил, что уйдет из дому. Вскоре я забеспокоилась. — Ее голос стих. Вынув из коробки бумажную салфетку, Индия шумно высморкалась.

— Бабуля побежала за мной и попыталась остановить плот. А когда ей не удалось вытащить его на берег, она прыгнула на борт. Правда, бабуля?

— Да, да, сладкий мой. Если бы я была немного сильнее… Если бы я упорнее тянула канат, возможно…

— Ну что ты переживаешь, бабушка! Все кончилось хорошо. — И Дэвид, как взрослый, похлопал Индию по руке. — Разве ты не рада видеть тетю Лэйни?

Миссис Дорман скривила рот и усмехнулась.

— Почему?

— Ну, бабулечка, она же спасла тебя!

— Что?!

Индия уставилась на Лэйни широко открытыми глазами.

— Да. И тебя, и меня. А ты слышишь впервые? Да про нас можно снимать приключенческий фильм. — И Дэвид начал рассказывать о том, какие их подстерегали опасности, естественно немного преувеличивая.

А когда мальчик описывал, как приземлился вертолет, в комнату проскользнул Кэппи и прислонился к стене.

Когда Дэвид замолчал, воцарилась тишина. Индия медленно подняла голову.

Ее лицо, хранящее следы слез, постарело лет на десять.

Обращаясь к Лэйни, она тихо произнесла:

— Мэтью прав. Я глупая старуха, которая не замечает правду, пока не преподнесут ее на блюдечке. Я в долгу перед тобой… в неоплатном долгу… Нет, нет, не перебивай меня. Пожалуйста. Дай мне высказаться. Я перед тобой в неоплатном долгу, ведь ты спасла жизнь моему внуку. Спасибо, что ты и меня вытащила, хотя я, видимо, отжила свой век…

Сдерживая волнение, Лэйни мягко пожала руку Индии.

— О, Мэтью, — запричитала Индия. — Какая же я дура! Сможешь ли ты когда-нибудь забыть мои грехи?

Вилборн похлопал тещу по плечу и протянул свежую бумажную салфетку.

— Мы все совершаем ошибки, Индия. — Мэт отошел от кровати и обнял Лэйни за плечи. — Кроме того, у нас одна семья… — Он замолчал, повернулся к девушке и заглянул в золотистые глаза. — Или станет таковой, если Лэйни простит меня. И согласится выйти за меня замуж.

Рыболовы-любители — и молодой, и старый — дружно закричали «ура» и захлопали в ладоши.

Дэвид подбежал к Лэйни и обнял ее за талию.

— Пожалуйста, — попросил он. — Пожалуйста, тетя Лэйни, сделай, как говорит папа. — Мальчик хлопнул маленькой ладошкой по лбу и воскликнул: — Тогда я не буду обращаться к тебе как к тете Лэйни. Я назову тебя мамой!

— Да, мамой, — передразнил сына Мэт и, подражая Дэвиду, когда тот что-нибудь выпрашивал, жалобно протянул: — Пожалуйста…

Искорки смеха в его глазах погасли, сменившись нежностью и любовью, мерцающими подобно отблескам лунного света на реке.

— Лэйни, я серьезно. Пожалуйста, прими мое предложение.

Девушка оглядела маленькую комнату: трое мужчин и одна женщина с надеждой смотрели на нее. Выйти замуж за Мэта? Ну…

Наконец Лэйни улыбнулась и бросилась в объятия возлюбленного. Разве можно отказываться от счастья?

Content

Долли Нейл
Он, она и большое счастье

Пролог

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12