Гейтс Оливия

Незнакомка из прошлого

Оливия Гейтс

Незнакомка из прошлого

Глава 1

Джохара Назарян пришла на вечеринку только с одной целью – повидаться со своим единственным возлюбленным.

Она решила встретиться с ним до того, как он женится на другой женщине.

Сердце томилось от предвкушения, страха и тоски, пока она рассматривала представителей высшего света, собравшихся на вечеринке в честь помолвки.

Однако виновник торжества – Шахин аль-Шалаан – пока не появлялся.

Прерывисто вздохнув, Джохара вжалась в угол, надеясь не привлекать к себе излишнего внимания.

Она до сих пор не могла поверить в то, что наконец набралась храбрости встретиться с Шахином спустя двенадцать лет разлуки.

Все прошедшие годы она отслеживала каждый его шаг, освещаемый в прессе, украдкой поглядывала на него на всех мероприятиях, на которых они пересекались. На этот раз она все-таки решила подойти к Шахину и сказать: «Здравствуй, давно не виделись!»

Джохара называла его просто Шахином, но для всех остальных он – принц богатейшего королевства Зохейд, младший из трех сыновей короля Атефа аль-Шалаана и покойной королевы Салвы. Также Шахин весьма преуспел в бизнесе за последние шесть лет и стал одним из самых авторитетных магнатов в сфере строительства и транспорта.

Но для Джохары Шахин навсегда останется четырнадцатилетним мальчиком, спасшим ей жизнь двадцать лет назад.

Ей тогда было шесть. Она впервые оказалась в Зохейде и поселилась в королевском дворце вместе с родителями. Ее отец, имеющий армянские и американские корни, был назначен первым заместителем королевского ювелира, Назиха Салаха. Именно Назих, которого она называла дядюшкой, – наставник ее отца – предложил дать ей имя Джохара, что в переводе с арабского означает «драгоценность».

Пока отец разговаривал с королем, она гуляла по дворцу. Ей взбрело в голову забраться на балюстраду, где она и поскользнулась, уцепившись руками за карниз. На ее крики сбежались люди. Запыхавшийся отец бросил ей веревку с петлей на конце, куда следовало просунуть запястье. Пока Джохара пыталась уцепиться за веревку, кто-то внизу крикнул ей, чтобы она прыгала. Запаниковав еще больше, она в отчаянии опустила голову и… увидела его.

Казалось, он находится слишком далеко и никак не может ее поймать. Родители кричали, умоляя ее продержаться еще немного, но Джохара разжала пальцы и полетела вниз, просто поверив в то, что ее успеют подхватить.

Двигаясь быстро и ловко, словно ястреб, – «Шахин» по-арабски означает «ястреб», – он поймал Джохару.

Она до сих пор отчетливо помнит момент своего падения. Да, Джохара могла уцепиться за веревку, но предпочла довериться великолепному парню, который смотрел на нее карими глазами, излучавшими силу и уверенность.

В тот день она отдала свое сердце Шахину. И не только потому, что он стал ее спасителем. Со временем она узнавала его лучше и любовь ее крепла. Шахин был лучшим другом ее старшего брата Арама, а для нее – настоящим героем.

Однако, повзрослев, Джохара осознала всю тщетность своих желаний.

Шахин – принц. Она – дочь служащего. Пусть ее отец стал королевским ювелиром, создававшим украшения для королевской семьи, и был гордостью королевства Зохейд, он оставался наемным работником-иностранцем, родившимся в бедной семье и достигшим небывалых высот благодаря таланту.

Шахин никогда не относился бы к ней как к дочери аристократа Зохейда. Он всегда был невероятно добр, но с тех пор, как ему исполнилось семнадцать лет, к его ногам упали самые красивые и утонченные женщины мира. Джохара знала, что не обладает ни красотой, ни утонченностью. Ей было достаточно просто его любить и находиться рядом.

Восемь блаженных лет, проведенных рядом с Шахином, запомнились ей благодаря его снисходительности и дружелюбию. Чтобы не расставаться с Шахином, она решила жить с отцом после развода родителей. Тогда ей исполнилось двенадцать лет. Ее мать-француженка уехала из Зохейда и вернулась домой, чтобы продолжить карьеру модельера.

Затем внезапно все кончилось. Незадолго до ее четырнадцатого дня рождения Шахин резко разорвал отношения с Джохарой и ее братом. Арам сказал ей, что Шахин считает, будто пора прекратить братание и задуматься о своей роли принца королевства Зохейд.

Она не поверила в подобную отговорку, но внезапное отчуждение Шахина стало для нее намеком на то, что пора очнуться от грез. На что она надеется? Он не сможет на ней жениться. Возможно, принц намеренно решил оттолкнуть ее, чтобы она к нему не привязывалась слишком сильно и не страдала после. И вот Джохара решила уехать из Зохейда. Через несколько недель после праздника она отправилась во Францию к матери. С тех пор ни разу не приезжала в королевство.

Сегодня она проникнет на прощальную вечеринку, которую устраивал в Нью-Йорке один из деловых партнеров Шахина, Айдан Маккормик. Если кто-то спросит ее, как она туда попала, Джохара легко отстоит свое право находиться на мероприятии. За последние пару лет она стала ювелиром, популярным, элитным и широко известным за пределами Франции.

Но подозрительность охранников заботила ее меньше всего. Самое главное, чтобы ей хватило духу подойти к Шахину и заговорить с ним.

Она молилась только об одном: не чувствовать сводящего с ума влечения.

Внезапно все ее тело от волнения покрылось мурашками.

Она обернулась и услышала шорох собственного платья из тафты.

Ну вот, наконец-то появился Шахин.

Однако он не вошел в двери, к которым на протяжении последних двух часов был прикован взгляд Джохары. Он появился с противоположной стороны. Должно быть, воспользовался частным лифтом Маккормика.

Заметив его, Джохара забыла обо всем на свете.

Шахин изменился.

Ему было двадцать два года, когда она в последний раз любовалась им вблизи. Она видела его много раз за прошедшее время, год назад наблюдала за ним на балу в Каннах. Однако во время этой слежки она не осознавала, какую ауру энергичности, властности и мужественности создает принц вокруг себя.

Конечно, он всегда казался ей необыкновенным, но сейчас смог бы затмить любое божество. Он являлся воплощением края, где родился и вырос, напоминал о жаре, суровости, таинственности, переменчивости и великолепии пустыни.

Черный строгий костюм из шелка и шелковая же рубашка подчеркивали его широкие плечи и грудь, плоский живот и стройные бедра. Теперь Шахин напоминал ей зрелого и величественного ястреба.

Она посмотрела на его лицо. Представители средств массовой информации всегда называли его великолепным. Шахин обладал волнистой гривой волос темно-табачного цвета, сверкающими глазами и роскошной смуглой кожей. От его юношеской мягкости не осталось и следа, он стал поистине потрясающе красивым мужчиной.

Но именно выражение его лица выдавало его душевное состояние.

Шахин явно не был счастлив. Он казался крайне недовольным и обеспокоенным. Пребывал в смятении. Другие не могли читать его эмоций, но Джохара всегда умела угадывать, что творится в душе принца. На его лице лежала печать мрачности, тело было как-то неестественно напряжено. Казалось, он недоволен происходящим, словно его насильно притащили на вечеринку и теперь заставляют общаться с неприятными людьми, пожимать им руки и любезничать.

Все ее надежды на то, что при виде Шахина она ничего не почувствует, испарились. Шквал эмоций с силой накатил на нее, сердце сдавила знакомая горечь, мышцы свело. Как же она любила его… Долгие годы ее мысли вращались вокруг его образа. Джохара не могла забыть его внушительную фигуру, выразительные глаза, голос, который мог ласкать слух, словно шелк, или резать, точно кинжал. Властные жесты принца всегда впечатляли и завораживали.

Если бы она поняла, что он спокоен и доволен жизнью, то спокойно отпустила бы его. Но теперь…

Хорошо еще, что он ее не видит. Может, лучше отказаться от своей затеи и сбежать? Приблизившись к нему сейчас, она рискует нарваться на серьезные неприятности. Даже наблюдая за принцем издалека, Джохара дрожала всем телом, что же будет, когда она почувствует его аромат, его легкое прикосновение?

Глупая и влюбленная Джохара знала, что только сильнее разбередит душевные раны. Молча ругая себя, она шагнула вперед, собираясь покинуть зал. И в тот же миг замерла, парализованная.

Шахин посмотрел на нее. Его глаза, словно горящие угли, прожигали Джохару. Они светились страстью и жадностью. Она почувствовала, как в ее жилах забурлила кровь и покраснели щеки.

Все-таки она серьезно недооценила последствия своего прихода на вечеринку. Джохара понимала, что о сегодняшнем поступке будет жалеть всю оставшуюся жизнь.

Застыв на месте, словно загипнотизированная, она смотрела, как Шахин идет в ее сторону.

Войдя в огромный пентхаус Айдана, Шахин сразу пожалел о том, что согласился прийти на вечеринку. Его недовольство усиливалось по мере того, как его поглощала толпа веселых гостей.

Не следовало сюда приезжать. Он должен был сказать Айдану, что нынешняя вечеринка для него все равно что погребальный костер.

Его друг и партнер приблизился к Шахину, усугубляя его отвратительное настроение радостной улыбкой.

– Привет, Шин! – воскликнул Айдан, стараясь перекричать музыкальные ритмы в стиле техно, от которых могла лопнуть голова. – Я думал, ты не придешь и выставишь меня дураком. В очередной раз.

Шахин поморщился и попытался улыбнуться. Он ненавидел, когда друзья с Запада называли его сокращенным именем Шин.

Он посмотрел в лицо веселящегося друга, изогнул губы в улыбке и произнес, едва сдерживая раздражение:

– Если бы я знал, что за вечеринку ты устроишь, Айдан, я бы не пришел.

– Нельзя все время работать и нисколько не развлекаться. – Айдан взял его под руку.

Шахина пронзила дрожь. Айдан был хорошим пар нем. Кроме того, Шахин принадлежал к культуре, где физические проявления привязанности являются нормой. Однако прикасаться к себе он позволял только членам своей семьи. Он даже не любил, когда его лапали женщины, хотя им, всем без исключения, этого страстно хотелось.

Он вообще не помнил, когда в последний раз увлекался женщиной. Поспешные сексуальные утехи, не предполагающие никаких обязательств, потеряли для него свою привлекательность и начали раздражать.

Шахин мягко отошел в сторону, высвободив руку:

– Уверяю тебя, подобным вечеринкам я предпочитаю работу.

Айдан смутился. Он работал с Шахином шесть лет, но так и не узнал его предпочтений. Наверное, так получилось потому, что принц всех держал на расстоянии. И все же Айдан устраивал вечеринку с самыми лучшими намерениями, поэтому Шахин решил, что несправедливо демонстрировать ему тщетность его усилий.

– Но все-таки я не каждый день прощаюсь со своей свободой. Поэтому фанфары… – Он помолчал, потом выдавил: – Приветствуются.

Айдан просиял и поспешно произнес, желая угодить другу:

– Не думаю, что ты действительно потеряешь свободу. Я слышал, королевские браки по расчету подразумевают некую… гибкость. – Айдан подмигнул и хлопнул Шахина по спине.

Друг не оторвал голову Айдану за такие слова только потому, что тот успел отвернуться, а к Шахину подошли люди, желавшие с ним поздороваться.

Он давно знал, что, будучи принцем, обязан заключить брак, выгодный для государства, но в глубине души всегда надеялся на то, что один или оба брата женятся по расчету раньше его. Его старший брат и наследный принц Амджад уже успел жениться, но его брак обернулся настоящей катастрофой.

Жена Амджада выходила замуж уже беременной от другого мужчины. Она планировала убить Амджада, посадить своего ребенка на трон, а самой навсегда остаться принцессой и матерью единственного наследника престола.

После скандального развода брата, о котором по-прежнему много говорили, он заявил, что больше никогда не женится. Он сказал, что, когда настанет время, он отречется от трона и передаст власть второму брату Харрису или Шахину.

Что касается Харриса, он тоже отказался заключать брак, выгодный государству. Он стал лучшим министром внутренних дел, главой разведывательного управления и руководителем министерства национальной безопасности за всю историю королевства Зохейд. Тридцатишестилетний Харрис заявил, что если когда-либо и свяжет себя брачными узами, то сам выберет себе жену.

Таким образом, заключить политический брак предстояло Шахину. Он был последним чистокровным представителем королевской семьи, рожденным от прежней королевы Зохейда. Хайдар и Джалал – единокровные братья Шахина, рожденные от нынешней королевы Сандос из рода Азмахариан, – не могли стать наследниками трона.

На протяжении многих лет Шахин знал, что ему не избежать его участи. Однако вместо того, чтобы смириться, он ненавидел свою судьбу все сильнее. Предстоящий брак казался ему смертным приговором.

Всего несколько дней назад – сразу после того, как ему исполнилось тридцать четыре, – он был вынужден согласиться на женитьбу. Шахин объявил отцу о своей капитуляции и попросил подобрать ему невесту. Вскоре информация о том, что Шахин ищет невесту, появилась во всех средствах массовой информации. Новость о том, что один из самых завидных женихов королевства намерен наконец уступить, стала сенсацией.

И вот теперь Шахин появился на вечеринке, знаменовавшей конец его свободы.

Он мельком взглянул на часы. С момента его прихода прошло всего несколько минут, а он уже пожал сотни рук и улыбнулся множеству лицемерных и одурманенных наркотиками гостей.

Хватит. Нужно извиниться перед Айданом и убраться из этого кошмара.

Приготовившись уйти, Шахин повернулся и судорожно вздохнул. В конце зала стояла… она.

Женщина показалась ему до боли знакомой. Затаив дыхание, он посмотрел в ее невероятно красивые карие глаза.

Словно под гипнозом, Шахин пошел ей навстречу.

Гости расступились, будто почувствовав его намерение. Казалось, что в этот судьбоносный момент стихла даже музыка.

В конце концов, он остановился в паре метров от нее и жадно оглядел ее с головы до ног.

Золотистые локоны ниспадали на плечи сливочного оттенка и пышную грудь. На женщине было платье из тафты темно-шоколадного оттенка – под цвет глаз. Она обладала тонкими чертами лица, умными и чувственными глазами, высокими скулами, красивым носом и губами, зовущими к поцелуям.

– Скажи что-нибудь, – резко и хрипло произнес он.

Она вздрогнула, посмотрев на него смущенно и страстно:

– Я…

Шахина охватил восторг.

– Да. Ты. Скажи что-нибудь, чтобы я поверил в твою реальность.

– Я… я не… – Она умолкла и слегка нахмурилась, что лишь прибавило ей очарования.

Ее бархатный голос был под стать ее совершенному и неповторимому внешнему виду.

– Ты не знаешь, что сказать? Или ты не знаешь, с чего начать?

– Шахин, я…

Она умолкла, а у него замерло сердце и закружилась голова, когда он услышал свое полное имя.

Коснувшись ее подбородка, он заставил женщину посмотреть на него. Он словно утонул в ее глазах.
– Ты меня знаешь? – прошептал он.

Глава 2

Получается, что Шахин ее не узнал?

Джохара уставились на него, когда до нее дошел смысл происходящего.

Она должна была предположить, что случится нечто подобное.

С какой стати он должен был ее узнать? Он наверняка забыл о ее существовании.

Кроме того, за прошедшие годы она сильно изменилась и стала совсем не похожа на четырнадцатилетнюю девушку, которую он помнил.

Произошло это отчасти из-за ее позднего созревания, отчасти из-за влияния матери. В Зохейде Жаклин Назарян постоянно прятала Джохару от глаз посторонних. Она говорила, что Джохара, унаследовав рост и роскошные волосы от нее, а костную структуру и глаза отца, станет высокой, пышной, неповторимо привлекательной блондинкой. В Зохейде, где большинство женщин были маленького роста и имели черные волосы, особа вроде Джохары станет резко выделяться, точно драгоценный камень среди песка, а ее красота приведет к бесконечным неприятностям. Джохару возжелает любой мужчина, и в ее адрес посыплются дерзкие предложения, а на голову отца обрушится множество проблем. Ее мать покинула Зохейд, предварительно позаботившись о том, чтобы Джохара была в безопасности и уделяла минимум внимания своей внешности.

Как только Джохара присоединилась к матери во Франции, Жаклин заявила, что ей пора демонстрировать свое великолепие, и сделала все возможное, чтобы дочь превратилась в цветущую красавицу.

Став успешным ювелиром-дизайнером, Джохара поняла, что ее мать оказалась права. Большинство людей обращали внимание лишь на ее лицо и тело. Некоторые влиятельные богачи пытались завоевать ее расположение и сделать очередным трофеем ради собственного имиджа. Она была вполне способна отвергнуть их предложения, не спровоцировав последствий, какие могли возникнуть в Зохейде, если бы она отказала там какому-нибудь местному богачу.

Поэтому неудивительно, что Шахин не узнал ее. Из долговязого и тощего гадкого утенка она превратилась в роскошного и элегантного лебедя.

Шахин стоял напротив Джохары и смотрел на нее, как на незнакомку. Значит, в его глазах вспыхнула не радость узнавания. Там крылась страсть, потому что… Неужели он?..

– Конечно, ты знаешь, кто я. – Шахин прервал ее лихорадочные размышления и, укоряя себя, покачал головой. – Ведь ты пришла на прощальную вечеринку в мою честь.

Джохара продолжала молчать. Он думал, что она хотела встречи с ним только потому, что он – знаменитость, а имя его гремит по всему городу.

Он поддел пальцем ее подбородок, затем погладил рукой по разгоряченной щеке:

– Итак, кому я должен выразить бесконечную благодарность за то, что тебя сюда пригласили?

А дальше он произнес то, что поразило ее до глубины души:

– Возможно, мои слова прозвучат как выдержки из старомодного романа, но мы встретились только несколько минут назад, а у меня такое ощущение, будто я знаю тебя вечность.

Шахин убрал руку от ее лица и раздраженно оглядел зал, в котором звучала оглушающая музыка.

– Здравомыслящий человек не может здесь находиться. – Он снова внимательно оглядел ее с головы до ног. Джохаре показалось, что тело опалило огнем. – Я вижу, сумочка при тебе. Пойдем?

Она глотнула воздух, почувствовав, как по спине побежали мурашки. Шахин взял ее за предплечье одновременно вежливо и настойчиво.

– Но это твоя вечеринка…

В уголках его глаз появились морщинки. Он растянул губы в улыбке, обнажая красивые зубы.

– И я с нее ухожу. – Большим пальцем он провел по ее обнаженному плечу, провоцируя в теле Джохары бурную реакцию. – Я так хочу.

Она прижала кулак к груди в области сердца, которое едва не выскочило наружу.

Мир всегда казался ей сказочным, когда Шахин улыбался…

Джохара удивленно моргнула, потом насторожилась. Она понятия не имела, как они оказались в просторном мраморном коридоре и направились к частному лифту Маккормика. Словно телепортировались.

Внезапно она разозлилась от того, что так покорно следует за Шахином. Свирепо на него посмотрев, она спросила:

– Ты так уверен, что я захочу пойти с тобой?

Из-за обиды ее голос звучал резче.

Во взгляде принца уже светилась страсть, когда он ответил Джохаре в наступившей тишине:

– Да. Я уверен в этом так же, как в том, что хочу уйти с тобой.

Она в ярости фыркнула:

– Ты прав, потому что твои слова действительно звучат как выдержки из старомодного романа.

Его зрачки расширились, практически скрыв радужную оболочку.

– Я понимаю: мои слова производят такое впечатление, но они правдивы.

Она скривила губы, у нее сжалось сердце.

– Не сомневаюсь.

– Думаешь, мне настолько не хватает воображения и изящества, что я использую избитые фразы для утверждения простой истины. По-твоему, мне не найти других слов?

– Возможно, ты просто слишком ленивый и уставший, чтобы придумывать что-нибудь новое. Возможно, ты даже не догадываешься о том, что тебе давно пора сменить стиль общения. Вероятно, ты считаешь, что не следует прилагать усилия и придумывать нечто оригинальное, ведь я уже распласталась перед тобой, как только ты проявил ко мне интерес.

Чем дольше она говорила, тем растеряннее и изумленнее выглядел Шахин.

Джохара сама удивилась тому, что наплела. Зачем она так с ним разговаривает? Ведь она так давно его любит!

Она фантазировала о том, что между ними произойдет, когда они наконец встретятся, но в реальности все оказалось иначе. Его примитивное, плотское желание погубило и высмеяло душевное единение, о котором она мечтала.

Джохара продолжала бушевать:

– А тебе не приходило в голову, что человек, которому ты должен выразить бесконечную благодарность за то, что он меня сюда пригласил, приходится мне другом, женихом или мужем?

Выражение лица Шахина стало каменным.

– Нет. Не приходило.

– Ты не задумывался о том, что я в кого-то влюблена?

– Это невозможно. Я бы почувствовал, если бы ты была влюблена в другого мужчину. Но…

Он резко замолчал, потом закрыл глаза и провел ладонью по лбу. Пальцы другой руки запустил в волосы.

Опустив руки, он с таким мрачным видом посмотрел на Джохару, что у нее сжалось сердце.

– Не знаю, что на меня нашло. Я увидел тебя в зале и подумал… Нет. Я понял. Я был уверен, что ты смотрела на меня так же… осознанно, как я на тебя. Я слышал, что подобные ощущения испытывают люди, которые встречают… свою половинку. Это, наверное, из-за цветомузыки. Я прочел в твоих глазах то, что хотел прочесть, и свалял дурака, вообразив, что нашел подходящую женщину на вечеринке. Я прошу прощения у тебя и твоего мужчины. Стоило догадаться, что ты не одна.

Говоря, Шахин сжимал и разжимал кулаки, словно хотел избавиться от напряжения.

Джохара стояла, чувствуя себя так, словно в нее ударила молния, и наблюдала за тем, как Шахин, широко шагая, уходит от нее. Она могла думать только о том, что его обидела.

– Я задала гипотетический вопрос.

Услышав ее заявление, он остановился, но не обернулся, а лишь повернул голову. Глаза Шахина сузились, а тело напряглось.

Она заставила себя объясниться, хотя едва могла двигать губами:

– Говоря о своем друге, женихе и муже, я имела в виду потенциального друга, жениха и мужа. Однако у меня никого нет.

– Значит, ты одна, – хрипло прошептал он, и по ее телу пробежала дрожь. Шахин повернулся, его лицо просветлело. Она кивнула, ее губы подрагивали. – Ты возражала против того, чтобы я уводил тебя, потому что… – Он четко выговаривал каждое слово и неторопливо приближался. Его глаза завораживали Джохару, немного ленивая поступь гипнотизировала. – Ты приняла меня за тупого, уставшего осла, который не может придумать ничего оригинального и не способен выразить словами, как страстно желает остаться с тобой наедине.

Она прерывисто дышала, когда он закончил.

– Ладно, я готова пересмотреть свое мнение. Ты обладаешь оригинальностью и поэтическими наклонностями.

Шахина охватила такая бурная радость, что он расхохотался. У Джохары едва не подкосились ноги. А затем он подошел к ней вплотную. Каждая клеточка ее тела напряглась, точно под действием сильного электрического разряда.

Он прошептал:

– Скажи, что чувствуешь то же самое, что и я. Скажи мне, что ощущаешь связь между нами. Скажи, что мне не померещилось.

Вот уже во второй раз он упоминает об ощущениях, которые испытал, встретившись с Джохарой. Подумав о его страданиях, она почувствовала, как сжалось сердце, словно в него вонзили шипы. Джохара до боли прикусила губу:

– Я чувствую… единение.

– Я хочу прикоснуться к тебе, прямо сейчас. Ты снова меня отвергнешь? Или позволишь?..

Джохара покачала головой, потом кивнула и простонала. Она так страстно жаждала его прикосновения, что дрожала всем телом.

Он обхватил ее руки нежными и теплыми руками, притянул к себе. Она резко подалась вперед и коснулась лбом его широкой груди. Она мечтала прижаться к нему с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы мечтать о большем. Ее голова покоилась на его груди всего однажды, и в тот момент Джохара поняла, что судьба уже все решила. Шахин пригладил рукой ее волосы, почти замурлыкав от удовольствия.

Прошло какое-то время, прежде чем он вздохнул и сказал:

– Со мной никогда такого не было. Мы уже успели поссориться и помириться, но ты так и не назвала мне своего имени.

– Мы не ссорились, – прошептала Джохара и немного отстранилась от него, чтобы перевести дыхание и успокоиться.

Шахин улыбнулся ей, с восторгом глядя на нее:

– А мне показалось, ты собираешься выцарапать мне глаза. Но я с удовольствием позволил бы тебе это сделать. Что ж, хватит пустых разговоров. Как тебя зовут? Окажи мне честь и открой свое имя.

Шахин произнес несколько слов по-арабски, но Джохара его поняла. Он назвал ее самым красивым существом во вселенной. Он, вероятно, не заметил, что заговорил на родном языке, иначе перевел бы свои слова.

– Дж… – Она умолкла и судорожно сглотнула, когда Шахин пододвинулся к ней еще ближе, словно желая вдохнуть ее имя, словно оно было самым приятным ароматом или живительным глотком воздуха.

Джохара поняла, что не может открыться Шахину.

Если она это сделает, он ее оттолкнет. Он смутится, ужаснется, а затем отвергнет. Она не желала отказываться от того, что в данный момент между ними происходило.

Поэтому она выпалила:

– Джемма.

Произнеся это, она едва не шлепнула себя по затылку. Джемма? С какой стати ей вздумалось так назваться?

Но затем, несколько раз прокрутив в мозгу имя, она поняла, что оно не кажется подозрительным. Оно было не лучше и не хуже имен вроде Дана или Сара. Джемма – единственное имя, начинающееся на «дж», которое пришло ей в голову.

Прежде, чем совершить еще большую глупость, Джохара должна сказать Шахину, что ей было приятно с ним познакомиться, а затем уйти. Нет, сбежать. Не оглядываясь. Всю оставшуюся жизнь она будет вспоминать их волшебную встречу.

Шахин разрушил ее планы, придуманные в лихорадочной спешке, когда прижал ее голову к своей груди и удовлетворенно вздохнул.

– Джемма. Отлично, дорогая, – сказал он. Она жаждала услышать, как он произнесет ее настоящее имя. От напряжения у нее вполне мог случиться сердечный приступ, но вот Шахин разомкнул объятия и довольно улыбнулся. – Итак, моя драгоценная Джемма, ты пойдешь со мной?

– Куда? – Она глотнула воздух.

– Какая разница? Главное, ты со мной.

Джохаре действительно было все равно, куда идти, лишь бы находиться рядом с Шахином.

Ей предоставлялась возможность видеть его в последний раз, наслаждаться его взглядом и улыбкой, чувствовать прикосновения. Ее переполняла необузданная радость оттого, что она стала объектом его интереса и признательности, спровоцировала желание.

Джохара испытывала невероятное удовольствие, рассматривая Шахина, сидящего напротив нее во время ужина в дорогом ресторане.

Они болтали без перерыва с тех пор, как оставили пентхауз Маккормика. Она отвечала на вопросы о себе, но не называла ни имен, ни мест событий. Ничто из сказанного не вызвало у Шахина подозрений и не спровоцировало лишних вопросов. Отчасти это ее раздосадовало, однако она находилась рядом с ним, а это перевешивало любые разочарования.

– Ты хочешь знать, что сказал мне метрдотель? – спросил Шахин. Его глаза блестели; он, словно гипнотизируя, поглаживал ее ладонь. – Он заявил, что утонченную даму, вроде тебя, нужно долго завоевывать.

Она хихикнула, радуясь его прикосновениям:

– Он очень проницательный джентльмен.

Шахин театрально вздохнул:

– Жаль, ты не сказала мне об этом до того, как я наполовину опустошил свою банковскую карту.

Джохара снова захихикала над его притворным горем. Все-таки она не зря фантазировала о нем все прошедшие годы. Они действительно были созданы друг для друга. Шахин приводил ее в восторг и радовал, делая ее существование ярче.

Она по-прежнему его любила. Шахин ничуть не изменился после их расставания. Хотя нет. Он стал намного-намного лучше.

Джохара вздохнула, поддавшись горько-сладким переживаниям.

– Кстати, если говорить серьезно, ты не должен был так тратиться. Мне кажется, было необязательно идти в дорогой ресторан.

– Я хотел остаться с тобой наедине.

– Ты мог это сделать, прогулявшись со мной по пристани.

– Я подумывал об этом, но ты одета не по погоде. – Он опустил глаза, будто продумывая узор, который вычерчивал пальцем на ее ладони. Через мгновение Шахин посмотрел на нее, и у Джохары перехватило дыхание. Мягкость и веселость ушли из его взгляда, уступив место мрачности. Он напоминал угрюмого бога пустыни. Она вздрогнула от нахлынувших ощущений. – Ты знаешь, где я хочу быть с тобой, Джемма. В моей постели.

Она зажмурилась под напором раздирающих ее эмоций.

Шахин нежно коснулся пальцами ее глаз, заставляя открыть их. Она послушалась и посмотрела в его глаза, полные решимости и желания.

– Я хочу тебя, Джемма. Я никогда не знал, что можно так сильно желать женщину. Я чувствую к тебе страсть и благоговение.

– Благоговение?

– Да. Мое желание абсолютно искреннее и чистое. Я хочу тебя во всех отношениях. И ты хочешь меня так же сильно. Я уверен, что не испытывал бы такого желания, если бы ты меня не хотела. Нас тянет друг к другу, и страсть растет. Наше влечение друг к другу чересчур сильное, чтобы его отрицать. Оно живет самостоятельной жизнью. С каждым вдохом оно становится все более могучим и неотвратимым. Ты позволишь мне исполнить наше обоюдное желание? Разрешишь ли поклоняться тебе?

– Шахин, пожалуйста…

Он вдруг отодвинул стул и поднялся. У Джохары замерло сердце. Он наклонился, поднял ее и подхватил на руки. Голова уперлась в его предплечье, когда он крепче обнял ее за спину и под коленями и коснулся губами шеи, которую она выгнула, моля о поцелуях.

– Вот это я хочу делать. Пожалуйста, соглашайся. Я хочу дарить тебе наслаждение.

Рассудок приказывал Джохаре немедленно сообщить Шахину ее настоящее имя. «Скажи ему, кто ты! Он прекратит эту сладострастную пытку, как только поймет, кто ты такая!»

Шахин, вне сомнения, придет в ярость из-за того, что Джохара ему солгала. Она не желала, чтобы все так закончилось. Не хотела испытать на себе его ненависть.

Необходимо оттолкнуть Шахина. Он смирится с ее отказом. Однако тело твердило совсем другое. В тот момент, когда их взгляды впервые встретились на вечеринке, она не могла себя контролировать.

Джохара разомкнула губы и, несмотря на опасность быть объектом ненависти возлюбленного, прошептала:
– Да. Пожалуйста.

Глава 3

Джохара, ответив согласием Шахину, испугалась последствий. Она не сомневалась в том, что события будут развиваться совсем по иному сценарию, нежели прошедшие два часа.

Шахин, заметив ее безоговорочную капитуляцию, поставил ее на ноги, вывел из ресторана и посадил в лимузин. Он по-арабски приказал водителю ехать домой окольными путями и тянуть время, а сам сел рядом с Джохарой и стал болтать обо всем на свете. На протяжении долгой поездки он лишь поглаживал ее руку.

Для того чтобы отвлечь Джохару, он показал ей семейные фотографии в мобильном телефоне. У него было несколько снимков его отца и братьев. Они почти не изменились с тех пор, как она видела их в последний раз, только возмужали. В основном он хранил фотографии своей тетушки Бахии, единокровной сестры Элии и кузины Лайлы – единственных женщин в их роду за последние пять поколений. Шахин сказал, что только их и следует фотографировать, так как они полны красоты и грации.

Элия, которая была на три года старше Джохары и редко появлялась во дворце, долгое время считалась племянницей короля Атефа. Всего два года назад стало известно о том, что принцесса Бахия удочерила Элию, на самом деле являвшуюся родной дочерью короля Атефа и его любовницы Анны Бьюмон. Дабы предотвратить назревающие в регионе войны, Элию выдали замуж за молодого монарха королевства Джудар, Камала аль-Масуда.

Элия совсем не походила на болезненную девушку, какой ее запомнила Джохара. На самом деле теперь она была воплощением женственности и элегантности и блаженного счастья. Очевидно, ее брак по расчету с Камалом обернулся браком по любви. Вне сомнения, Шахин тоже будет счастлив. Любая женщина с радостью станет его женой.

Джохара моргнула, отгоняя грустные мысли, и сосредоточилась на фотографии Лайлы. Двенадцатилетняя девочка, какой ее запомнила Джохара, превратилась в удивительную красавицу. У Джохары никогда не было возможности по-настоящему с ней подружиться, так как мать Лайлы, сестра королевы Сандос, не позволяла ей общаться с плебеями. Шахин заявил, что мирится с существованием своей мачехи только из-за Лайлы.

Фотографии заставили Джохару вспомнить детство, прекрасный дворец короля, отца… Проснулась грусть по тем годам, когда между ней и Шахином не было никаких условностей, когда он вел себя как обычный мальчик, а не принц. Потом он отдалился, причинив Джохаре много страданий. Но она продолжала любить его, несмотря ни на что. Образ Шахина никогда не покидал ее мыслей.

Джохара понимала, что поступает неправильно. Нельзя было идти на эту вечеринку, нельзя было преследовать Шахина, наблюдать за ним, наслаждаться его взглядами и жестами. Но она не могла отказать себе в этом последнем маленьком удовольствии перед тем, как возлюбленный женится на какой-то незнакомой красотке, которая принесет выгоду королевству.

Наконец, они приехали домой к Шахину, и Джохара оказалась в центре огромного вестибюля, оформленного в строгом и по-мужски лаконичном стиле. Она наблюдала за тем, как принц снял пиджак, а затем накидку с ее плеч.

Почему он так нетороплив?

Джохара не могла знать, чего от него ожидать.

Вдруг что-то зажужжало, затем вспышка ослепила ее. Джохара удивленно моргнула.

Шахин сфотографировал ее на мобильный телефон. Затем подошел к ней: высокий и гибкий, мужественный и невероятно красивый. Выражение его лица заставило ее покачнуться, а сердце – забиться чаще.

Он остановился в шаге от Джохары и потянулся к ее рукам, которыми был так зачарован.

– Ты выглядишь такой… задумчивой. И от этого становишься еще красивее. В прежние эпохи с тебя обязательно писали бы картины. – Он поднес ее руку к губам и стал целовать костяшки пальцев. Его взгляд был очень серьезным. – Ты передумала?

– Нет, – резко ответила она и устыдилась своего поспешного ответа. – А т-ты?

Он раздраженно фыркнул и произнес:

– Единственное, о чем я сейчас думаю, – как бы не проглотить тебя целиком. Настолько сильно мое желание.

Так вот почему он тянет время. Он боится показаться слишком агрессивным. Джохара поняла, что оказалась в надежных руках, однако продолжала нервничать.

Как же ей не нервничать? На протяжении многих лет ее любовь к Шахину была эмоциональной, духовной, с легким чувственным подтекстом. Она и представить не могла, что он когда-нибудь захочет ее как женщину. Даже в ее многочисленных фантазиях принц лишь обнимал и целовал ее. Тем не менее она не могла дождаться, когда в полной мере испытает с ним чувственное наслаждение.

Джохара покачнулась; сердце колотилось, точно крылья колибри.

– Н-начни с чего-нибудь, Шахин. П-просто начни. И я не буду тебя останавливать. Я не хочу, чтобы ты останавливался.

Его глаза вспыхнули, когда он услышал ее порывистое признание. Как только Джохара, тяжело дыша, смущенно умолкла, он переплел ее пальцы со своими и поднес их руки к ее лицу так, чтобы тыльной стороной ладоней ласкать ее пылающие щеки.

– Тогда я начну вот с чего. Твоя кожа. Она невероятно красивая, как и все в тебе. Мягкая, цвета густых сливок. Когда ты испытываешь сильные эмоции, твоя кожа оживает. Прямо сейчас она светится. Блестящие глаза имеют оттенок полированного оникса, освещенного ярким светом. Я тону в твоих выразительных глазах, пьянею от их ясности и красоты. И твои губы. Когда с них слетают слова, когда они подрагивают от избытка эмоций и ощущений… Я трепещу всем телом и испытываю нестерпимое желание.

Она чуть не задохнулась от возбуждения:

– Я была права. У тебя есть оригинальная поэтическая жилка.

Его губы изогнулись в благодарной и одновременно хищной улыбке, когда соприкоснулись подушечки их больших пальцев.

– Похоже, ты не расслышала мои последние слова.

Ее губы дрогнули от нетерпения и волнения. Он провел по ним большими пальцами и задышал прерывистее.

Джохара закрыла глаза, чтобы насладиться ощущениями, которые так долго мечтала испытать. Самые смелые фантазии не могли сравниться с реальностью. Она постанывала от наслаждения, которое окутывало все ее тело, упивалась дыханием Шахина, его близостью и каждым его прикосновением. А потом сделала то, что мечтала сделать большую часть своей жизни. Джохара осторожно и неуверенно поцеловала Шахина в губы.

Она почувствовала, как он вздохнул, и, осмелев, стала слегка покусывать его губы.

Шахин резко глотнул воздух, когда Джохара прижалась к нему возбужденной грудью. Осмелев, она провела языком по его коже. От избытка чувств подкосились ноги. Он успел обхватить ее за талию. Ее глаза были по-прежнему закрыты, она отдалась во власть всепоглощающим ощущениям.

– Это крайне опасно, – произнес он шепотом, и она посмотрела на него. – Ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.

Джохара кивнула, затаила дыхание и почувствовала, что едва не сходит с ума от желания.

Принц убрал руку с талии и прижался лбом к ее лбу, вдыхая запах ее кожи.

– Со мной никогда такого не было. Я испытываю страстное, но возвышенное желание.

– Я тоже, – прошептала она в ответ.

Шахин отстранился от нее, чтобы расстегнуть молнию на платье. С мучительной неторопливостью он спустил бретели с ее плеч, затем снял лифчик. Все это время принц продолжал пристально смотреть ей в глаза. Спустив платье до бедер, Шахин встал перед Джохарой на колени.

Она открыла рот, затем сомкнула губы. Потом снова открыла рот. Она не могла равнодушно наблюдать, с каким вожделением он ее изучает, словно в самом деле хочет проглотить целиком.

Прижав Джохару к себе, он тихо произнес:

– Я благоговею перед тобой.

Она рухнула бы на пол, если бы не уперлась руками в его плечи. Он стал покрывать горячими поцелуями ее живот, обводить языком пупок.

– Шахин… пожалуйста!.. – простонала она.

В ответ он ловко снял с нее платье и трусики.

Стоя перед ним обнаженной, она почувствовала, что все вокруг замерло. Шахин восторженно рассматривал ее тело, лицо Джохары пылало от смущения и вожделения.

Происходящее казалось ей невероятным. Она с Шахином. Стоит перед ним обнаженная и собирается ему отдаться.

Он целовал и ласкал ее ноги, тихо произнося поэтические комплименты. Она постанывала, совершенно потеряв голову.

Шахин поднялся и обнял Джохару, чье тело вдруг расслабилось, стало послушным, словно тряпичная кукла.

– Обними меня, Джемма, – прошептал он ей на ухо. – Прижмись ко мне своим драгоценным и восхитительным телом.

Его слова прибавили ей сил. Джохара в самом деле хотела к нему прильнуть.

Обхватив Шахина руками за плечи и ногами за талию, она испытала неописуемый восторг. Она положила голову ему на плечо, а он, обнимая ее, понес в спальню.

Огромная комната с высокими потолками освещалась только ночником. Джохара успела обратить внимание лишь на то, что спальня оформлена в темно-серых и зеленых тонах.

Она вздрогнула, едва сдерживая желание, и только в этот момент поняла, что Шахин еще ни разу не поцеловал ее в губы.

Он ласкал ее шею, затем поднял голову и сказал:

– А теперь я подарю тебе наслаждение, моя драгоценная.

Услышав, как он ее называет, она всхлипнула от избытка чувств.

Шахин нахмурился:

– Джемма, если ты хочешь, чтобы я прекратил, я остановлюсь. Если ты не до конца уверена…

Она притянула к себе голову Шахина и припала к его губам. Принц позволил ей себя поцеловать, но не ответил на поцелуй.

– Что случилось, моя Джемма? – Он уложил Джо хару на мягко освещенную кровать, желая лучше ее рассмотреть, но вдруг испуганно от нее отпрянул. – Ты плачешь!

Джохара обняла его руками за плечи, стараясь притянуть к себе:

– Я… Я не плачу. Я просто хочу тебя очень сильно и не могу больше ждать. Пожалуйста, возьми меня, Шахин. В-возьми меня прямо сейчас.

Озабоченность ушла с его лица, уступив место решимости и страсти.

– Я тоже хочу тебя. Желаю владеть тобой до тех пор, пока ты не будешь плакать от удовольствия. Но нельзя торопиться. Я хочу подготовить тебя к нашей близости. Не желаю делать тебе больно.

– Ты не сделаешь мне больно. Я готова. Только… только…

– Драгоценная моя, не нужно торопиться. Все должно быть идеально.

– Все и так идеально, когда ты рядом.

Он что-то буркнул, когда притянул Джохару к себе:

– Не говори ни слова, Джемма, если не хочешь, чтобы я превратился в безумца. Я и представить не мог, что когда-нибудь буду таким неуправляемым. Но сейчас я почти потерял голову.

Она всхлипнула:

– Если сейчас ты неуправляемый, не хотелось бы мне видеть тебя, когда ты себя контролируешь. Я наверняка буду сильно разочарована.

На этот раз он заставил Джохару замолчать, припав к ее губам в нежном и обжигающем поцелуе.

Джохара извивалась под ним, стонала и старалась сильнее к нему прижаться. Шахин схватил ее за руки и поднял их над головой, крепко удерживая на месте.

– Тебе разрешается только громко стонать и кричать от удовольствия. Этого будет достаточно, чтобы свести меня с ума.

– Разреши мне тебя рассмотреть, – простонала она.

– Пока нельзя. Ты уже нарушаешь правила.

– Ты сказал, что могу громко стонать. Но я хочу тебя ласкать.

– Ты будешь делать все, что захочешь, но не сейчас.

– Ты несправедлив, – захныкала она.

– Это ты несправедлива. И волшебно хороша.

Она попыталась высвободиться. Ей очень хотелось к нему прикоснуться.

Шахин тихонько проворчал, крепче ухватил ее за руки и продолжил мучительно-неторопливые ласки. Но только в тот момент, когда он встал на коле ни перед кроватью, Джохара поняла его намерения. У нее екнуло сердце. Застыдившись, она закрылась рукой.

– Не прячься от меня. Позволь мне доставить тебе удовольствие и подготовить тебя.

– Я уже готова! – закричала она. – Пожалуйста!

– Я не хочу сдерживаться, когда овладею тобой, поэтому сейчас не торопи меня.

Уступив, она позволила Шахину ласкать ее между ног. Его прикосновения дарили почти невыносимое по силе блаженство.

Он осторожно обхватил руками ее груди и мягко сжал соски:

– Я никогда не видел ничего красивее.

Дрожащими руками она пробовала расстегнуть ремень на его брюках.

– Я хочу увидеть тебя. Возьми меня. Пожалуйста, Шахин, пожалуйста. Прямо сейчас.

Встав, он быстро и ловко разделся.

С трудом поднявшись и усевшись на колени, Джохара потянулась к нему, упиваясь видом его красивого тела.

– Шахин… – простонала она между поцелуями, – ты красивее, чем я представляла. Я тоже хочу подарить тебе удовольствие.

Он запустил пальцы в ее волосы:

– Позже, моя драгоценная. Сначала я доставлю удовольствие тебе.

– Да. – Она упала на спину и раскинула руки.

Шахин опустился на нее, и Джохара вскрикнула, наслаждаясь тяжестью его мускулистого тела.

Она обхватила его ногами за талию.

Шахин резко вошел в нее.

Джохара была уверена, что не почувствует боли, однако все случилось иначе.

Войдя в нее второй раз, Шахин, услышав резкий крик и почувствовав, как напряжено ее тело, насторожился и замер.

– Ты девственница? – с трудом выдавил он.

– Все в порядке. Не останавливайся… Пожалуйста, Шахин, не останавливайся.

– Боже мой! – прохрипел он, пытаясь от нее отстраниться.

Джохара крепче обхватила его ногами, не позволяя ему выйти.

– Перестань, Джемма! – прорычал он. – Я делаю тебе больно.

– Да, – ответила она и прочла ужас в его глазах, но лишь сильнее к нему прижалась. – Но эта боль не сравнится с тем, как мне хорошо, когда ты во мне. Пожалуйста… ты говорил, что не будешь сдерживаться.

– Я говорил так до того, как узнал, что ты… – Он покачал головой, испытывая все большее недоумение. – Я твой первый мужчина.

– Ты разочарован?

– Разочарован? Я потрясен, ошеломлен. Боже правый!

Почувствовав горечь унижения, она расслабила руки и ноги, которыми обнимала Шахина.

– Мне следовало тебя предупредить. Я не сознательно сохранила это в тайне… – Она сглотнула, сдерживая рыдание. – Отпусти меня. Я уйду, и ты никогда больше…

Он скользнул в нее глубже, мягко и медленно. Его глаза снова наполнились страстью.

– Ты считаешь, будто я сожалею о том, что стал твоим первым мужчиной? Я заранее знал, что ты самый большой подарок, какой я когда-либо получал. Но теперь понял, что ты намного ценнее. Жаль, что я не могу предложить тебе такой же дар.

– Ты уже делаешь мне подарок. – Джохара едва сдерживала слезы, ее губы подрагивали. – В прямом и переносном смысле. – Она услышала, как он резко вздохнул. – И если ты действительно хочешь порадовать меня, то не сдерживай своих желаний. Подари мне себя полностью.

– Ты хочешь, чтобы я потерял голову и вел себя как сумасшедший?

– Да, пожалуйста.

Шахин обхватил Джохару за ягодицы и стал резко входить в нее. В порыве страсти она извивалась, кричала и старалась сильнее к нему прильнуть. Он наблюдал за ней, отмечая изменение ее реакции, контролируя каждое свое движение…

Когда все закончилось и Шахин перевернулся на спину и уложил Джохару поверх себя, она поняла, что запомнит момент их первой близости на всю оставшуюся жизнь.

Он поглаживал ее тело, шептал слова благодарности и признательности за то, что между ними произошло.

Затем Шахин страстно поцеловал ее в губы и прошептал:

– Ты – лучшее, что было в моей жизни.

– Я испытываю такие же чувства, – ответила она, поглаживая его мускулистые плечи и отвечая на поцелуй.

Джохара смотрела на лежащего в кровати Шахина.

Растянувшийся на спине, прикрывающий бедро темно-зеленой хлопчатобумажной простыней, он вы глядел просто великолепно.

У нее сжалось сердце, слезы затуманили взор.

Джохара прерывисто промолвила по-арабски:

– Я всегда буду любить тебя, дорогой.

Шахин вздохнул во сне, его губы изогнулись в удовлетворенной улыбке.

Она уже находилась в противоположном конце спальни, когда ей показалось, что он произнес:

– Я тоже тебя люблю, моя Джемма.

По щекам Джохары текли слезы, ее душа стонала от боли. Она вышла из пентхауса и закрыла за собой дверь.
У нее сложилось такое ощущение, будто ее жизнь закончилась.

Глава 4

Едва открыв глаза, Шахин понял, что для него все изменилось.

Впервые за многие годы у него было спокойно на душе.

Продолжая неподвижно лежать в кровати, он снова сомкнул веки, желая насладиться ощущением абсолютной удовлетворенности.

Да. Странное ощущение. Он никогда так себя не чувствовал, даже в те дни, которые считал счастливыми.

Он всегда благодарил судьбу за то, что имеет, и никогда не относился к привилегиям как к чему-то само собой разумеющемуся. Он согласился с ценой, которую должен заплатить за дары судьбы. Он с упоением боролся со всеми проблемами и трудностями, пользуясь своей властью и правами, данными от рождения.

Чего он никогда не любил, так это ограничений, препятствовавших ему делать собственный выбор, и разочарования, которые испытывал, когда приходилось соглашаться на меньшее в угоду установленным правилам.

Обычно он старался не особенно задумываться об этих сложностях, но они все равно являлись источником его постоянного напряжения.

Однако сейчас от былого напряжения не осталось и следа. В настоящее время Шахин в полном объеме испытывал умиротворение, покой и радость.

И все благодаря женщине по имени Джемма.

Даже ее имя казалось ему совершенным. Эта женщина была идеальной во всех смыслах.

Он потянулся, переполняемый удовлетворением и восторгом.

Никогда прежде Шахин не испытывал подобной страсти. Он знал лишь обязательства, которым следует подчиняться для достижения успеха. Он любил свою семью. Некоторые женщины вызывали в нем непродолжительный интерес. Но он ни разу не ощущал такого всепоглощающего чувства. Едва увидев Джемму, он потерял над собой контроль. Не то чтобы он был против подобных вспышек страсти. Близость с Джеммой избавила его от напряженности и запретов; находясь рядом с ней, он не думал ни о чем, кроме того, как насладиться ее телом и доставить ей удовольствие.

У Шахина возникло ощущение, что он всегда знал ее и теперь не мог представить, как станет жить без нее. Она придавала смысл его существованию.

Он глубоко вдохнул. Образы и ощущения прошлой ночи и раннего утра пронизывали его мозг и тело.

Шахин овладел Джеммой так, словно жаждал ее всю жизнь. Он даже не смог остановиться, когда понял, что она девственница. Потом он не хотел больше прикасаться к ней, боясь навредить, но не сдержался, и они до рассвета занимались любовью.

Вдруг беспокойство вторглось в его сюрреалистическое состояние блаженства.

Прошедшей ночью Шахин вел себя так, словно мог самостоятельно определять свою судьбу. Он забыл о лежащих на нем обязательствах.

Однако он вспомнил о них сейчас.

Черт побери, принц понятия не имел, как ему избежать предстоящего брака по расчету. Но понимал, что обязан связать свою судьбу с Джеммой.

Шахин предвидел грандиозное сражение.

Потерев лицо, он запустил пальцы в волосы, словно мог таким образом избавиться от напряжения.

Какой ужас!

И какой восторг!

Образы предстоящей конфронтации с отцом сменились образами Джеммы…

Шахин сел и спустил ноги с кровати. Провел руками по простыне, на которой лежала Джемма, и почувствовал, что снова ее хочет.

Поднявшись, он позвал ее:

– Джемма?

Ответом ему была лишь тишина. Он позвал ее еще раз, но никто ему не ответил. Шахин бросился в ванную комнату, дверь которой была слегка приоткрыта.

Он едва не рухнул на пол, когда обнаружил, что там пусто.

Возможно, Джемма на кухне, поэтому не слышит его голоса. Он представил ее растрепанной и свежей после душа, одетой в его рубашку или банный халат.

Сначала принц хотел пойти к ней обнаженным, но потом надел трусы. Шахин практически вбежал на кухню.

Там тоже было пусто. Он проверил каждую комнату в квартире.

Джеммы нигде не было.

Он стоял посреди гостиной с видом на Манхэттен, не в состоянии осознать произошедшее.

Она не могла просто так от него уйти! У нее должна быть веская причина. Но, если что-то случилось, почему она его не разбудила?

Неужели Джемма не понимала, что он сделает для нее все возможное? Разве она не почувствовала их связь? Или она настолько независимый человек, что не смогла заставить себя обратиться к нему за помощью, поэтому сама решила уладить возникшую проблему?

Стоп. Он ведь даже не знает, где ее искать.

Ему неизвестна даже ее фамилия.

О чем он только думал вчера вечером?

В этом-то и причина. Вчера вечером он не мог мыслить здраво. Впервые в жизни Шахин уступил эмоциям и позволил себе насладиться моментом.

Он никогда и никому полностью не доверял, даже самым близким людям, несмотря на то что был уверен в их лучших намерениях. Так он защищался от последствий их ошибок. Но рядом с Джеммой Шахин забыл об инстинкте самосохранения, ни секунды не сомневаясь в том, что она – женщина его мечты, недостижимой и несбыточной.

Единственная возлюбленная.

И она ушла. После того как подарила ему самую совершенную ночь в его жизни.

«Успокойся!» У Джеммы наверняка имеется разумное объяснение. Почему она покинула его? Почему не разбудила?!

Но волноваться еще рано. Пусть Шахин не знает ее фамилии и местонахождения, но Джемма знает, кто он такой. Ему остается только ждать.

Она вернется сразу, как только сможет.

Джемма не вернулась к Шахину.

Казалось, она исчезла с лица земли.

Он опросил своих охранников, и они сказали, что видели Джемму выходящей из пентхауса, но не последовали за ней, так как на то не было причин.

Шахин подключил к поиску все возможные связи на территории Соединенных Штатов, но никакой информации о Джемме не получил.

Вероятно, она вообще никогда не жила в США. Он уже начинал подумывать о том, что колдовская ночь, проведенная с ней, стала плодом его воображения. У него было только одно свидетельство ее существования – фотография на мобильном телефоне. Однако кого бы он ни спросил, никто не знал, что это за женщина.

Складывалось ощущение, что Джемма никогда не существовала.

Устав, наконец, от лихорадочных поисков, Шахин понял, что следует посмотреть правде в глаза.

Если Джемма до сих пор не объявилась, значит, она не желает снова его видеть.

Пусть она перевернула его жизнь с ног на голову, но для нее он стал всего лишь мимолетным увлечением. Вероятно, Джемма просто решила, что мужчина другой национальности и культуры – идеальный партнер для неопытной женщины, которого удастся легко забыть после единственной страстной ночи.

Шахину ничего не оставалось, как вернуться в Зохейд и исполнить свой долг.
Он понимал, что впереди его ждет настоящий кошмар.
– Шах-и-и-ин, – произнес отец через несколько минут после того, как принц вошел в его кабинет.

Этого было достаточно. В одном слове можно было услышать и разочарование, и раздражение.

Шахин его не осуждал. Он игнорировал отца и всех остальных в этом мире на протяжении последних восьми недель. Сделав всего один телефонный звонок и заявив отцу, что не вернется домой, как обещал, Шахин отключил все средства связи и стал недоступным для всех. Он не объяснил, почему так сделал.

Отец оставил ему десяток сообщений, отправлял к Шахину людей, которые должны были вернуть блудного сына или, по крайней мере, заставить объяснить, почему он отказывается исполнять обещание.

Отец Шахина встал из-за стола. Это был величественный, властный человек. На его мундире сверкали королевские регалии Зохейда. В данный момент король пребывал в ярости.

Шахин смотрел в глаза отцу, пока тот медленно приближался. Король Атеф аль-Шалаан не предпринял никаких попыток, чтобы обнять сына, как делал обычно. Он встал напротив Шахина, излучая гнев и недовольство. Отец был на несколько дюймов ниже его ростом, но обладал очень широкими плечами. Шахин всегда думал, что его плечи широки до такой степени, что на них можно нести все королевство. Король доминировал над всеми, где бы ни появлялся.

Тем не менее одного доминирования Атефу было мало для того, чтобы сохранить мир в королевстве, удержать в узде врагов и союзников. Он должен был как можно быстрее разобраться с самыми могущественными противниками, которые постоянно пытались вмешиваться в дела королевства, требуя свою долю власти и доходов. Разрешить сложившуюся ситуацию мог только Шахин, принеся себя в жертву политическим интересам страны.

Король выдохнул. Его золотистые глаза, которые унаследовал только его сын Харрис, угрожающе сверкали из-под бровей.

– Я не буду спрашивать, что заставило тебя исчезнуть. И что привело тебя обратно.

– Хорошо. – Шахин даже не удосужился скрыть раздражение в голосе. Отец должен радоваться тому, что он соизволил вернуться на родину. Все остальное его не касается.

– Но, – продолжал Атеф, – я позволил тебе так себя вести только потому, что сейчас неподходящее время отчитывать тебя за потенциально катастрофическое поведение. Подготовка к свадьбе в самом разгаре.

Подготовка к свадьбе. Так король называл парад невест. Его организация началась в тот момент, когда сообщили, что Шахин летит в Зохейд на частном самолете. Король решил поторопиться со свадьбой, пока Шахин не передумал.

Итак, в главном зале готовится мероприятие, которое разрушит жизнь Шахина. На церемонии будут присутствовать две тысячи человек – все те, кто заинтересован в его браке и участвует в переговорах и манипуляциях и уговорами принуждает Шахина согласиться на брак.

Конечно, от принца не ждут, что он бегло осмотрит невест, словно пролистнет каталог одежды, присланный по почте. Он должен оценивать предлагаемый товар со всех сторон.

Браки в государстве Зохейд – особенно между представителями высшего света – заключались семьями жениха и невесты, а не ими самими. После свадьбы Шахину достанется большая семья его жены. Ему предстоит познакомиться с семьями всех потенциальных невест и выяснить, какая из них наименее досаждающая. Ведь ему придется мириться с постоянным присутствием родственников, которые будут оказывать влияние на него и его детей.

– Ты не одет как подобает. – Упрек отца оторвал его от неприятных размышлений. – Я сказал твоему слуге о том, как ты должен сегодня выглядеть.

Отец желает, чтобы Шахин надел традиционный королевский наряд Зохейда. Он хмуро посмотрел на короля и представил, как будет изучать невидящим взором пункты брачного контракта, который в конце концов придется подписывать.

Шахин сердито взглянул на деловой костюм, потом категорично и презрительно посмотрел на отца.

Король раздраженно вдохнул:

– Так как на тебя возлагаются определенные надежды, я требую, чтобы ты, по крайней мере, сменил выражение лица и не показывал, до чего тебе ненавистно все происходящее.

Шахин сердито выдохнул:

– Не просите слишком много, отец. Я не намерен притворяться, будто предстоящий брак не станет для меня пыткой.

– Ты ведешь себя неразумно. Не ты первый, не ты последний представитель королевской семьи, который заключает политический брак ради блага государства.

– И вы сделали это дважды. Почему бы и мне не жениться два раза, а? – Шахин знал, что переступил запретную черту. С королем не следовало разговаривать так жестко. Но принцу было наплевать. У него больше не хватало сил на соблюдение протокола. – Я согласился на брак, отец. Но с какой стати я должен притворяться, будто меня устраивает этот фарс? Почему бы вам не избавить меня от дополнительных мучений? Я не стану выбирать для себя метод экзекуции, а предоставлю это право вам, надеясь на вашу гуманность.

Король Атеф вздрогнул, услышав подобную аналогию:

– Вот в этом и проблема. Многие кандидатки в жены имеют свои плюсы и минусы. Именно ты должен выбрать достойнейшую.

– Вы думаете, мне не все равно, расстреляют меня, убьют электрическим током или разрежут на куски? Все невесты для меня на одно лицо. Выберите мне жену сами.

– Ты слишком драматизируешь. Все кандидатки прекрасные молодые женщины. Красивые, хорошо воспитанные, образованные, очень приятные. Тебе понравится твоя невеста, и, возможно, ты ее полюбишь.

– Так же, как вы полюбили королеву Сандос? И мою мать?

Король сильнее нахмурился, услышав быстрый ответ Шахина. Все, чего он достиг в браке с матерью Шахина, – это мирное сосуществование. Что касается королевы Сандос, то даже в лучшие дни они враждовали.

– Подумай об Элии и Камале. Я считаю, что никто не может быть счастливее их.

– Не приводите их в пример, отец. Они безумно влюбились друг в друга до того, как поженились.

Взгляд Атефа смягчился. Он перестал взирать на Шахина свысока.

Он взглянул на принца, как любящий отец, которому было печально и больно оттого, что он не сумел уберечь сына от вынужденного брака.

– Я не могу выразить словами, как сильно сожалею о том, что тебе придется идти по моим стопам. Но нет иного способа помочь королевству. И именно поэтому я прошу тебя внимательно рассмотреть кандидаток в невесты. По крайней мере, у тебя есть право выбора. Мне, например, не приходилось выбирать, когда я был обязан жениться на твоей матери или королеве Сандос. Возможно, тебе повезет, и среди нескольких десятков невест ты найдешь подходящую женщину.

Шахин заскрежетал зубами. Он уже нашел женщину, которая устраивала его во всех отношениях.

Правда, Джемма даже не удосужилась вернуться.

Хотя их очередная встреча ничего бы не изменила. Теперь он знал, что настоящая любовь и всепоглощающая страсть существуют. И пусть Джемма не желает снова с ним видеться. И все равно, что он никогда не сможет быть с ней. Существует ли возможность, что судьба подарит ему встречу с другой женщиной, которая завладеет его сердцем?

Шахин был уверен – шансы равны нулю. Он не хотел увлекаться другой женщиной.

Принц воздержался от ответа. Отцу придется самому решать его судьбу, выбирая невесту.

В конце концов, Атеф сдался, прошел мимо сына и, тяжело ступая, покинул кабинет.

Шахин наблюдал за ним, чувствуя сострадание.

Жизнь короля была нелегкой. Его определенно нельзя было назвать счастливым. Шахин вырос, уверовав, что его отец никогда не знал радости и любви и всегда заботился только о государственных делах и о своих детях. Однако пару лет назад выяснилось, что он все-таки вкусил запретной страсти с женщиной по имени Анна Бьюмон.

Он сошелся с ней во время разрыва отношений с королевой Сандос, через два года после рождения Хайдара и Джалала. Затем Анна забеременела, а попытки отца развестись с Сандос не увенчались успехом. И хотя он едва смирился, ему пришлось расстаться с Анной и никогда не встречаться с ней снова из-за угрозы войны государства Зохейд и царственного дома Сандос в Азмахаре.

Анна родила ребенка и отдала его на воспитание в другую семью. Тетя Шахина, Бахия, зная о тайной связи брата, приняла Элию и воспитала как родную дочь.
И только много лет спустя, после того как король оправился после инфаркта, он разыскал Анну и узнал правду. Новость оказалась очень своевременной. Назревали волнения в регионе, которые можно было уладить, только выдав замуж дочь короля Атефа за правителя Джудара. Вот так Элия стала женой короля Камала и любимой королевой государства Джудар, а Анна Бьюмон получила возможность видеться с дочерью и отцом Шахина.

Шахин считал, что их встречи лишь делали отца несчастнее, потому что король никогда не сможет быть со своей единственной возлюбленной. Шахин не сомневался, что Атеф по-прежнему любит Анну.

Шахин пристально посмотрел на резко ссутулившегося отца. Они наконец добрались до места назначения. Набравшись смелости, принц шагнул в церемониальный зал.

Казалось, при их появлении освещение стало ярче, а шум голосов громче. Однако у Шахина было так тяжело на душе, что он не обратил внимания на великолепие обстановки. Все присутствующие повернулись в его сторону.

И вдруг все его тело пронзила дрожь.

Что происходит? Почему он так реагирует?

Шахин оглядел зал, стараясь отыскать источник беспокойства. У него создалось ощущение, будто его прожигают лазеры.

И внезапно все вокруг замерло.

Его сердце едва не выскочило из груди, когда он по смотрел в противоположный конец зала и увидел…

Джемма!

Глава 5

Голова Шахина шла кругом. Неудивительно. Он решил, что у него начались галлюцинации.

Он сглотнул ком, подступивший к горлу от шока, и вздрогнул.

Он видит перед собой Джемму.

Но этого не может быть! Его мозг, скорее всего, создает образы, преследовавшие его на протяжении последних недель. Он видит перед собой женщину, воспоминания о которой сводят его с ума и которую он отчаялся отыскать.

Шахин закрыл глаза.

Открыв глаза, он обнаружил, что Джемма никуда не исчезла.

– Шахин, почему ты остановился?

Он словно издалека услышал обеспокоенный голос отца. Джемма находилась в другом конце зала, но ему казалось, будто она стоит к нему вплотную.

Она пристально посмотрела в глаза принца, как при их первой встрече. В ее взгляде читались страсть и осознание. Но она не была шокирована.

Конечно, Джемма ожидала увидеть принца. На этот раз его появление не стало для нее сюрпризом.

Неожиданно Шахир прочел на ее лице страх и отвращение. Неужели ей так неприятно его видеть? Тогда зачем она сюда пришла?

Далее последовал более шокирующий вопрос: что она делает на приеме во дворце Зохейда?

Джемма опустила глаза, и принца охватило разочарование.

Казалось, время остановилось, пока он общался с высокопоставленными гостями отца и пожимал им руки, заставлял себя улыбаться угодливым потенциальным невестам и их заискивающим родственникам.

В какой-то момент рядом с Шахином появился старший брат Харрис.

– Ты выглядишь отсутствующим, братец. Ты специально так делаешь, чтобы без особого напряжения пройти через все это?

Шахину захотелось ему врезать.

– А если и так, мистер-министр, который никогда не влюбится?

Харрис поморщился:

– Я сказал королю и совету старейшин, что готов занять твое место. Мне все равно, на ком жениться, потому что я не намерен привязываться к своей жене.

Агрессия Шахина улетучилась. Харрис действительно пытался ему помочь и был готов заключить политический брак.

Шахин выдохнул:

– Они боятся, что ты слишком привяжешься к своим детям.

Харрис пожал плечами:

– Возможно. Я не знаю. Я не могу представить себя в роли мужа, а тем более отца. – Он положил руку на плечо Шахина и крепко его сжал. В золотистых, как у Атефа, глазах читалось сочувствие. – Я сделал бы все, чтобы избавить тебя от этого.

– Я знаю.

Шахин снова заметил Джемму в толпе гостей и невольно шагнул в ее сторону.

– И я знаю, на кого ты смотришь. Кто бы мог подумать, что наша маленькая Джохара станет такой привлекательной.

Слова Харриса показались Шахину бессмысленными.

Шахин тряхнул головой, стараясь прояснить мысли:

– О чем ты говоришь?

– Я говорю о том видении в золотом платье. О нашей Джохаре… Вернее, о твоей Джохаре. Она выросла. – Харрис кивнул в сторону Джеммы. – С тех пор, как ты вошел в зал, ты смотришь только на нее. И я не могу тебя осуждать. Я пялился на нее добрых десять секунд, пока Назарян здоровался со мной, а она стояла рядом. Кто бы мог подумать, да?

Шахин смотрел на Харриса так, словно тот говорил на незнакомом языке.

– Назарян? – тупо пробормотал он.

Харрис щелкнул пальцами перед его глазами:

– Приди в себя. Ты меня пугаешь. Может, выйдем на свежий воздух?

Шахин снова тряхнул головой:

– Какой еще Назарян?

– Я имею в виду Берджа Назаряна, королевского ювелира. Он ее отец.

Шахин перевел взгляд на Джемму. Она была единственной женщиной в зале, одетой в золотое платье.

И тут до него дошло.

Джемма – это Джохара.

Дочь Берджа Назаряна. Сестра Арама. Девушка, с которой он познакомился, когда ей было шесть лет. Та, которая ходила за ним следом с того дня, как он поймал ее во время падения с тридцатифутовой высоты.

Неудивительно, что он почувствовал, будто всегда ее знал. Он узнал ее с первого взгляда, хотя и неосознанно.

Она сильно изменилась и была совсем не похожа на четырнадцатилетнюю девочку-подростка в очках и с пластинами на зубах. Тощая, неуклюжая Джохара в юном возрасте резко отличалась от девушек Зохейда, которых обучали приемам обольщения с раннего возраста.

Шахин покачнулся и устоял на ногах только благодаря руке Харриса, на которую оперся.

Несмотря на бурю эмоций, ему удалось ответить на вопрос обеспокоенного Харриса:

– Нет, мне не нужно на свежий воздух. Я в порядке.

Однако Шахин был отнюдь не в порядке. Теперь он вряд ли когда-нибудь придет в норму.

Он переспал с Джохарой.

Да, он ее не узнал при первой встрече, но она понимала, кто он, с самого начала. Он мог бы сразу догадаться. Во-первых, она сразу назвала его по имени. Во-вторых, она рассказывала о себе, не называя ни дат, ни имен, ни мест событий.

– Теперь, когда ты увидел своих потенциальных невест, что скажешь? – спросил Харрис.

– Можно мы посоветуем тебе, кого точно не нужно выбирать себе в жены?

Шахин в ошеломлении повернулся, услышав приятные женские голоса. Элия и Лайла грациозно подплыли к нему с обеих сторон и обняли, поцеловав в щеки. Их изысканно красивые лица сияли здоровьем и радостью.

Он машинально обнял и поцеловал их в ответ, продолжая размышлять о том, что произошло между ним и Джеммой… Вернее, Джохарой.

– Видишь вот ту красотку в изумрудном платье, с роскошными черными волосами длиной до пят? – Лайла игриво ущипнула его за щеку и повернула его голову в сторону описываемой женщины, затем посмотрела Шахину в глаза и быстро произнесла: – Даже не вздумай смотреть на нее снова. В один прекрасный момент ее роскошные черные локоны превратятся в змей.

– И вот та рыжеволосая. – Элия показала на женщину, постукиванием пальца по его щеке заставив повернуться в другую сторону. – Беги от нее, когда увидишь снова. Она покрывается чешуей, как только кто-нибудь приблизится к ней в радиусе одной мили.

Харрис рассмеялся:

– Если вы пытаетесь таким образом поднять Шахину настроение, то это довольно странный способ.

Лайла игриво ткнула Харриса локтем в живот:

– Эй, мы его предостерегаем. Он может сесть на самый красивый цветочек, и его съедят заживо.

– Итак, теперь, когда вы устранили самые красивые цветочки, я предполагаю, что он должен выбрать уродливый?

Элия содрогнулась от ужаса:

– О нет. Вот та, например, обладает не только чудовищной внешностью, но и отвратительным характером. На самом деле мы сузили свой выбор до двух кандидаток.

Харрис насмешливо фыркнул:

– Только этого не хватало. Кандидатки с минимально чудовищными качествами.

– Они обе довольно прилично выглядят. Одна из них нечасто появляется в свете, в отличие от Шахина, но мы считаем, она станет ему хорошей женой. Другая по-настоящему мила и обладает отличным чувством юмора. Опять же она сможет стать отличной женой Шахину.

Шахину казалось, что он пребывает в полудремотном состоянии.

Он откашлялся и произнес:

– Я по-прежнему здесь. – Обе женщины прижались к нему, смутившись. – Спасибо вам, дорогие мои, за то, что внимательно рассматриваете потенциальных невест. Я не мог бы найти более взыскательных леди для этой задачи. Сообщите свое мнение королю. Однако если он решит, что один из монстров будет для меня более выгодной партией, так и будет. В любом случае моя жизнь, насколько мне известно, окончена. Поэтому я недавно сказал отцу, что мне все равно, в какой форме будет приведен в исполнение смертный приговор.

Элия и Лайла помрачнели от его слов, в их глазах отразился ужас. Они действительно не предполагали, до чего ненавистен Шахину предстоящий брак. Они застыдились того, что не обращали внимания на его страдания, а лишь его поддразнивали.

– О, Шахин, я не знала, что ты…

– О, Шахин, я не понимала…

Элия и Лайла заговорили одновременно, принося свои извинения. Потом обе замолчали, Элия прикусила губу, глаза Лайлы наполнились слезами.

Шахин снова посмотрел на Джохару. Она за ним наблюдала.

Он почувствовал оживление и восторг. Пусть Джохара его избегает, но она хочет на него смотреть, и делает это при каждом удобном случае.

У Харриса зазвонил телефон. Быстро переговорив, он обратил свой взор на Шахина:

– Мне очень не хочется тебя покидать, но на наших границах неспокойно. Может понадобиться несколько часов или даже дней, чтобы уладить проблемы.

Шахин кивнул и позволил брату крепко себя обнять. Затем Харрис поцеловал Элию и Лайлу и зашагал прочь.

Шахин оглянулся на суетящихся вокруг него женщин, и на его губах заиграла оценивающая улыбка, хотя на душе скребли кошки.

– Не хотите ли вы искупить свои грехи и исполнить последнюю просьбу приговоренного к смерти? – спросил он.

Они обе запрыгали на месте, наперебой заявляя, что готовы сделать все ради того, чтобы он почувствовал себя лучше.

Шахин посмотрел на Джохару, которая снова отвела от него взгляд и неуверенно улыбнулась стоящим вокруг нее гостям.

– Помните Джохару Назарян?

Обе женщины смотрели на Джохару.

– Да, – сказала Лайла. – Моя мать уводила меня всякий раз, когда я пыталась с ней поговорить. А теперь вы только посмотрите на нее. Джохара похожа на популярную кинозвезду.

Элия ухмыльнулась:

– Так вела себя не только твоя мать. Все наши родственницы и знакомые, которые прежде ее презирали, теперь из кожи вон лезут, чтобы иметь возможность с ней пообщаться.

Лайла захихикала:

– Боже, благослови их грешные души. Они никогда не признавали, насколько классной и талантливой женщиной была Жаклин Назарян или какой милой была Джохара. Но теперь, когда Джохара стала известным ювелиром и к ней пришло международное признание, все они стремятся получить шанс стать первой и носить эксклюзивные украшения из ее новой коллекции.

– Мне странно видеть, что они больше внимания уделяют своим будущим ювелирным украшениям, чем мужьям. – Элия скривила губы. – Этим женщинам все равно, что их мужчины скоро затопят церемониальный зал слюнями, разглядывая Джохару.

Шахин моргнул, впервые обратив внимание на то, что вокруг Джохары толпятся гости. Женщины, которые прежде относились к ней настороженно, в лучшем случае пренебрежительно-любезно, как к члену семьи ценного служащего короля, сейчас признали ее равенство.

Но именно поведение мужчин привело Шахина в ярость. Многие из них открыто строили Джохаре глазки и ухаживали за ней, добиваясь ее внимания и благосклонности. Шахин напрягся всем телом, словно приготовившись к схватке не на жизнь, а на смерть.

Хм, независимо от того, что Джохара сделала и как к нему отнеслась, невозможно отрицать, что он уже считает ее своей женщиной.

Элия повернулась к нему:

– А почему ты заговорил о Джохаре?

Его едва сдерживаемое желание, казалось, заставило Джохару посмотреть в его сторону. Он тихо и с вожделением пробормотал:

– Приведите ее ко мне.

Шахин был готов взорваться от разочарования.

Прошло уже два часа с тех пор, как он попросил Элию и Лайлу привести к нему Джохару, избавив ее от общества сумасшедших фанатов.

Недолго удивляясь, обе женщины, явно не подозревая, насколько серьезная сложилась ситуация в стране и как необходим политический брак Шахина, сочли его просьбу блестящей идеей.

Они думали, что он должен пренебречь указами совета старейшин и жениться на возлюбленной. А кто подойдет ему лучше, чем Джохара?

Они пошли за ней, а Шахина снова окружили люди. Он разговаривал с ними, отслеживая попытки Элии и Лайлы увести Джохару от ее назойливых поклонников.

Соблюдая правила приличия и этикет, обе женщины были вынуждены лишь наблюдать за тем, как вниманием Джохары завладевает очередная группа гостей. В конце концов она покинула зал.

Шахин не сомневался, что она намеренно ушла от Элии и Лайлы. Он понятия не имел, куда она направляется и намерена ли оставаться в Зохейде.

К тому времени, когда Шахин освободился, ему пришлось делать выбор. Либо расспрашивать охранников и служащих дворца, не видели ли они Джохару, и позволить сплетням распространиться по королевству со скоростью света, либо самостоятельно осмотреть все гостевые апартаменты, провоцируя еще больший скандал вокруг своего имени и имени короля.

И вот Шахин направился в крыло дворца, где находились его апартаменты, едва сдерживая желание пробить кулаком стену.

Он не мог позволить ей уехать из страны. Он должен снова увидеться с ней лично. И не важно, если встреча окажется последней.

Планы с молниеносной скоростью проносились в его мозгу, каждый из которых казался смешнее предыдущего, когда кто-то постучал в дверь его апартаментов.

– Уходите! – заорал он во весь голос.

Однако стук раздался снова, более настойчивый.

Он рванул к двери, распахнул ее, приготовившись стереть с лица земли того, кто его побеспокоил.

Перед ним стояла Джемма. Вернее, Джохара.

Она была в золотом платье – его оттенок подчеркивал невероятно красивый цвет ее волос, – и смотрела на принца с тревогой. Ее полные губы, которые он страстно хотел целовать прошедшие восемь недель, подрагивали.

– Шахин…

На него нахлынули воспоминания о той ночи, когда она позвала его по имени и одарила взглядом, после чего его жизнь полностью изменилась.

Шахин не дал ей возможности сказать что-либо еще.

Он подскочил к ней с той же скоростью и решимостью, как двадцать лет назад, когда спас от смерти. Он затащил ее в комнату, не чувствуя под собой ног и желая только одного: прижать к себе Джохару и почувствовать ее под собой.

Все, что произошло после, напоминало ему сон. Джемма, вернее Джохара, прильнула к нему всем телом; он ощущал на губах ее сладкое дыхание; она целовала его в губы, и его обволакивали ее страстность, тепло и желание.

Однако Шахина мучили вопросы. Он хотел понять, почему она его оставила, ничего не объяснив. Почему скрыла правду и зачем вернулась сейчас. И самый важный вопрос, который он задавал себе: действительно ли она к нему вернулась?

Не сдержавшись, он произнес страдальческим тоном:

– Как ты могла?

Джохара вздрогнула так, словно его слова обожгли ее. Вырвавшись из объятий Шахина, она уткнулась лицом в постель:

– Ты сердишься?

– Сержусь? – Он приподнялся на локте и посмотрел на ее лицо. – Ты считаешь, что я сержусь?

– Н-нет. – На ее глаза навернулись слезы, потекли по щеке и упали на дрожащие губы. – Ты не просто сердишься. Ты в ярости. И ты обижен. У тебя есть полное право чувствовать и то и другое.

– Я не испытываю ни ярости, ни обиды. Я… Я… – Шихан сел и провел пальцами сквозь волосы, сдерживая желание их вырвать. – Я до сих пор не могу поверить, что ты так со мной поступила.

– Мне очень жаль. Знаю, что должна была сказать, кто я такая…

– Да, ты должна была сказать. Но я не это имею в виду. Как ты могла меня бросить? Разве ты не поняла, что я испытывал? Я почувствовал себя… – Он сделал паузу, когда Джохара нерешительно посмотрела на него, и стал подыскивать слова, чтобы описать свое отчаяние и опустошение после ее исчезновения. На ум ему пришло только одного слово: – Осиротевшим.

Джохара покачнулась, словно он ее ударил. Ощутив прилив эмоций, она скривила лицо и сильнее расплакалась.

Он наблюдал за ней, потеряв дар речи, впечатленный масштабностью горя, охватившего ее. Шахин потянулся к ней, даже теперь боясь, что Джохара окажется видением и он схватится за воздух. Он простонал, забыв об обиде, и крепко прижал ее к себе. Он потерял способность дышать, когда обнял ее драгоценное тело, почувствовать прикосновение к которому уже отчаялся.

– Я не хотела, чтобы так произошло. – Она рыдала на его плече. – Я… Я просто пришла на вечеринку, чтобы увидеть тебя. Я и представить не могла, что ты меня не узнаешь. Но когда ты меня не узнал… Когда ты…

Шахин отстранился, чтобы посмотреть на Джохару и насладиться ее реальностью и близостью, запустить в ее волосы жаждущие прикосновений пальцы.

– Что ты хочешь сказать? Когда я потерял рассудок от желания, увидев тебя?

– Я и предположить не могла, что все зайдет так далеко. Я думала, что увижу тебя в последний раз перед тем, как ты женишься и больше не сможешь… Мне следовало сказать тебе, кто я такая. Но я знала, что, если тебе откроюсь, ты меня отвергнешь или отнесешься ко мне как к старой приятельнице, а я не желала, чтобы так произошло. Узнав, кто я, ты наверняка отказался бы заниматься со мной любовью. Поэтому я скрыла от тебя свое настоящее имя и скомпрометировала тебя. А потом мне пришлось уйти, чтобы не навредить тебе еще сильнее.

Шахин уставился на нее, чувствуя, как снова оживает.

Так вот почему она ушла. Она считала, что должна его покинуть. Джохара поступила так ради его блага. Значит, для нее их отношения были так же сказочно хороши. Она желала быть с ним так же сильно, как этого хотел он. И она очень сильно страдала, когда ей пришлось исчезнуть.

Однако существовало нечто, омрачавшее его восторг. Он не понимал, почему она огорчена и обвиняет себя.

Схватив Джохару за руки, он стал покрывать их поцелуями.

– Ты ошибаешься, моя Джемма, моя драгоценная, моя Джохара. Ты меня не скомпрометировала.

Ты подарила мне жизнь и покой. Освободила меня и обрадовала. И ты не права в своих сомнениях. Вероятно, я бы удивился, узнав твое настоящее имя, но лишь от неожиданности, но ничто не сдержало бы мою страсть. Остановить меня могла бы только ты, если бы отвергла.

Она вдруг перестала плакать. В ее взгляде отразилось раскаяние, затем неверие, облегчение и, наконец, восторг.

Душа Шахина ликовала, его мир снова обретал яркие краски. Она лежала, заложив одну руку за голову, а другую за спину. Он прижал ее к себе, чувствуя неповторимую наполненность.

– Но ты хотела меня, – прошептал он у ее губ, целуя их снова и снова. – Ты по-прежнему меня хочешь.

Джохара простонала и прильнула к нему, поддавшись желанию. Шахин упивался осознанием того, что возлюбленная снова в его объятиях. На этот раз он решил, что больше не позволит ей уйти.

– Мое желание к тебе так же сильно, как прежде, – сказал он.

Джохара вскрикнула, когда Шахин припал к ее губам в собственническом поцелуе. Ее мысли и ощущения кружились калейдоскопом, водоворотом восторга и наслаждения.

Однако Джохара пришла к нему не за этим.

Независимо от того, как страстно она к нему стремилась, ей все равно придется расстаться с Шахином.

Она запустила дрожащие пальцы в его роскошные волосы, стараясь заставить его поднять голову. Джохаре нужно было перевести дыхание. Следовало остановить Шахина до тех пор, пока оба не забылись в ощущениях. Но ее намерение оказалось тщетным.

Словно предчувствуя ее сопротивление, он неохотно прервал поцелуй и приподнялся, чтобы посмотреть на нее. В его взгляде читались нежность и яростное желание.

– Что такое, моя драгоценная? Твое сердце трепещет так сильно, что я могу это почувствовать.

– Я… Я пришла сюда не за этим, Шахин. Я просто хотела поговорить с тобой перед тем, как попрощаться.

– Мы с тобой никогда не расстанемся, дорогая.

Прежде чем она успела возразить, он снова поцеловал ее в губы.

И Джохара забыла обо всем. Она позволила себе утонуть в море страстей. Для нее существовал только Шахин, а все остальное не имело значения. И пусть это случится в последний раз…

– Извините. Я стучала. Несколько раз.

Джохара вздрогнула, услышав тихий голос, и почувствовала, как Шахин напрягся, лежа поверх нее.

– Убирайся отсюда, Элия! – прорычал он.

В ответ он услышал молчание, а затем резкий вздох.

– Мне очень жаль, Шахин, но у меня срочное дело.

Джохара дернулась, когда напряженные слова Элии стремительно вернули ее в реальный мир.

Немного ранее Элия и Лайла пытались уговорить ее встретиться с Шахином. Она ушла из зала, решив, что таким образом спасется от рискованных действий, которые могут ее скомпрометировать. Она боялась, что станет известно о ее отношениях с Шахином и это подорвет его репутацию и навредит предстоящему браку. А теперь Элия стала свидетельницей происходящего. Как ужасно!

Джохара лежала под Шахином, платье было поднято до талии. Она раздвинула ноги, а он обхватил ее ягодицы. Бретель была спущена с плеча, ткань наполовину обнажала грудь, к которой Шахин прижимался губами.

Джохаре стало стыдно, что их застали в таком виде, а она даже сейчас не может успокоиться и заставить себя побороть желание к Шахину. Она не нашла бы в себе сил убежать из комнаты, даже если бы Шахин не придавливал ее своим телом. Она просто не в состоянии была двигаться.

Но ей и не пришлось ничего делать. Шахин медленно отстранился и осторожно поправил ее одежду. Затем поднял Джохару с кровати, поставил, пригладил растрепанные волосы и успокаивающе погладил по лицу.

Снова поцеловав Джохару в губы, жадно и неторопливо, он повернулся к сестре.

Элия бросила на Джохару извиняющийся взгляд. Было ясно, что у нее веская причина, чтобы нарушить ее уединение с Шахином. Однако она не станет разговаривать с Шахином в присутствии Джохары.

Получив возможность убежать, Джохара бросилась к двери.

Шахин взял ее за предплечье, останавливая.

– Пожалуйста, Шахин, – выдохнула она, надеясь, что Элия, которая незаметно отошла в сторону, не услышит ее слов. – Отпусти меня. Я скоро уеду, и ты больше никогда меня не увидишь. На этот раз я исчезну из твоей жизни. А до тех пор, пока я нахожусь в Зохейде, умоляю тебя держаться от меня подальше.

Она попробовала вырваться от него и подобрала подол тяжелого шелкового платья, чтобы не споткнуться.

И все же Джохара едва не упала ниц, когда услышала за спиной голос любимого мужчины. Он говорил решительно, тихо и категорично:
– Ничто не заставит меня держаться от тебя подальше, моя драгоценная.

Глава 6

– Лучше бы ты не приходила, Элия, – резко произнес Шахин, закрыв дверь.

Шахин был раздражен. Его переполняло желание овладеть Джохарой. Но ничего не поделаешь, предстоит разговор с Элией, которая никогда его не расстраивала, но сегодня ее вторжение привело его в ярость. Она помешала им сблизиться, и он кипел от разочарования. Также ее появление расстроило Джохару и дало ей еще один повод сбежать.

Джохара, очевидно, осознавала тяжесть его положения, так как служащие дворца обычно в курсе того, что происходит в королевской семье. И она была крайне обеспокоена тем, что может его скомпрометировать. Джохара предпочтет расстаться с ним и обречь их обоих на муки ада, лишь бы не пострадала репутация Шахина. Она наверняка укоряет себя за то, что Элия стала свидетелем их любовных ласк.

Шахин завоюет Джохару и рассеет ее тревоги. Она не должна беспокоиться о его проблемах, и ей следует понять, что он может обрести счастье только рядом с ней.

Он еще не знал, как сумеет этого добиться. Но теперь, уверенный в том, что Джохара не бросала его из равнодушия, Шахин сможет отказаться от обещания, данного отцу. Принц был готов противостоять всему миру ради того, чтобы быть с Джохарой.

– На самом деле ситуация очень серьезная, – произнесла наконец Элия спокойным тоном.

И, несмотря на раздражение, сердце Шахина смягчилось, он посмотрел на Элию с любовью и восхищением.

Из всех представителей королевской семьи у Элии была самая тяжелая жизнь, но она сумела выстоять. Она доказала, что способна выдержать удары судьбы, побороть силу рока, и этим заслужила любовь. Шахин по-прежнему не мог поверить, что ей удалось преодолеть пристрастие к наркотическим веществам, которые прописали ей доктора, поставив неверный диагноз. Обеспокоенные ее здоровьем родители пичкали ее наркотиками, и в возрасте шестнадцати лет Элии пришлось набраться мужества и признаться в том, что она зависима. Шахин был очень рад видеть, что теперь она пышет здоровьем и расцветает с каждым днем, благодаря любви Камала и двух детей. Она живет в довольстве и счастье и является одной из самых почитаемых королев мира.

Он смотрел, как она приближается к нему с грацией модели и новоиспеченной королевы. Она выглядела поистине царственно в платье, медово-шоколадный оттенок которого подчеркивал цвет ее глаз. Она была так же высока, как Джохара, но фигура ее отличалась. Чем ближе она подходила к Шахину, тем сильнее сжималось его сердце от дурного предчувствия.

Она остановилась перед ним, определенно взволнованная, и указала на себя рукой:

– Замечаешь во мне что-нибудь неправильное?

– В тебе? – Он взял ее за плечи, лихорадочно оглядывая. – Ты… – Он умолк и сглотнул подступивший к горлу ком. – Ты в порядке?

Она протянула руку и коснулась его лица:

– О, я в порядке. Дело не во мне, а в них.

Шахин посмотрел на роскошное бриллиантовое ожерелье, украшающее ее лебединую шею. Ювелирный ансамбль дополняли серьги и браслет.

– Что с ними? – спросил он, выглядя озадаченным. – Они невероятно красивы.

– Отец дал мне эти украшения, чтобы я надела их на сегодняшнее торжество. Они – национальное достояние королевства Зохейд, – сказала она, и Шахин кивнул. – Нужно вернуть их сразу после торжества, но если я так поступлю…

– Что? Ты их повредила?

Если Элия испортила украшения, Бердж Назарян все исправит, и никто ни о чем не догадается. В противном случае может разразиться грандиозный скандал.

Она помрачнела:

– Нет. Я обнаружила, что они поддельные.

Шахин удивленно на нее уставился.

Поддельные… Поддельные?

Он поднял глаза от ожерелья:

– Все выглядит как прежде.

– В этом и цель качественных подделок. Я считаю, что произошло нечто невероятное.

Шахин старался мыслить логически.

– Но ты не ювелир, чтобы делать такие выводы. Вероятно, ты впервые надела эти украшения, – произнес он.

– Я их не просто надевала. Помнишь, как в ранней юности я была почти обездвижена? Ну, врачи рекомендовали мне заняться творчеством, это стало своего рода терапией. Я хотела рисовать драгоценные камни. Мама Бахия регулярно водила меня в хранилище, чтобы я могла ими любоваться.

Получается, она отлично разбиралась в драгоценностях.

Несмотря на доводы логики, Шахин возразил:

– Но прошло много лет с тех пор, как ты их видела.

– Время не имеет никакого значения, у меня прекрасная память. Я сразу заметила крошечные несоответствия, как только хорошенько рассмотрела украшения. Но если не сравнивать их с фотографиями оригиналов, я уверена, никто ничего не заметит. То есть неспециалист не заметит.

У Шахина похолодело в груди. Она действительно обладала превосходной памятью. Будучи в высшей степени талантливой и профессиональной художницей, Элия писала картины, с поразительной точностью воспроизводя детали.

Если она считает, что драгоценности фальшивые, то так и есть.

Под тяжестью ее открытия у Шахина потяжелело на сердце.

Элия опустила глаза, выдохнула и заправила за ухо длинную прядь волос цвета красного дерева. Затем снова посмотрела в глаза Шахину:

– Сначала я хотела сразу же обратиться к Харрису. Я пыталась ему дозвониться, но он вне зоны доступа. Потом я подумала, что нужно сообщить Амджаду, как нашему старшему брату, но все-таки в первую очередь пришла к тебе. Особенно теперь.

Он моргнул, не понимая смысла ее слов.

– Что ты имеешь в виду?

– Я подумала о твоем прошлом, связанном с Джохарой, и о том особенном интересе, который ты проявлял к ней сегодня вечером. Увидев вас, я поняла, что вы не в первый раз вместе. Догадалась. Ваша страсть и сила единения едва не опалила меня с расстояния двадцати ярдов. Ты ее любовник, не так ли?

– Ты… – Шахин покачал головой, все еще пытаясь обдумать ее признание. – Ты считаешь, что Джохара в этом замешана?

Элия пожала плечами:

– Честно говоря, не знаю, что и думать. Доступ к драгоценностям имеют только Бердж, Джохара и еще несколько человек. И довольно странно, что она так внезапно появилась во дворце в Зохейде.

Шахин обрел дар речи, приготовившись яростно защищать Джохару:

– Она вернулась ко мне.

Взгляд Элии стал настороженным:

– Это она тебе так сказала?

Он беспомощно посмотрел на нее – ведь Джохара ни в чем ему не признавалась. Элия продолжала говорить, но сдержаннее:

– Она вернулась сюда три недели назад. Я приехала навестить мать Бахию на следующий день после ее прибытия. И я с ней встретилась. Она сказала, что хотела повидать отца. А он решил оставить свой пост королевского ювелира как раз перед торжественным приемом.

Когда она замолчала, Шахин окончательно потерял дар речи.

Молчание слишком затянулось, но вот Элия вздохнула:

– Я не могу поверить в то, что Джохара или ее отец способны на такой поступок. Но кто знает, что случилось с Берджем за эти годы? Мать Бахия сказала мне сегодня, что не удивилась его отставке. По ее словам, некоторое время назад он сильно изменился. Он стал более угрюмым и замкнутым, а его глаза словно опустели. Потом у него случился инфаркт.

Шахин был сильно шокирован, но все-таки сумел заставить себя спросить:

– Боже мой, когда?

– Три месяца назад.

– Почему никто не сказал мне об этом?

Бердж славился невероятно добрым и терпеливым характером, потрясающим талантом, как его сын и дочь. Он всегда был одним из самых дорогих людей для Шахина. Шахин любил его больше, чем родных дядюшек.

– Он попросил короля никому ни о чем не рассказывать, даже членам королевской семьи, – объяснила Элия, потом неохотно прибавила: – Но возможно, он почувствовал, что больше не сможет работать из-за плохого состояния здоровья. Вдруг до него добрались наши враги.

– И что они ему предложили? Деньги? По-твоему, отец не был с ним щедр на протяжении двадцати лет? Хотя Бердж никогда не работал только ради денег, теперь он может жить уединенно в тишине и роскоши. И он в состоянии организовать собственный бизнес. Ему даже не придется ни о ком беспокоиться. Все члены его семьи финансово независимы.

– Он мог разориться, увлекшись, например, азартными играми. – Элия пожала плечами. – Я озадачена, как и ты. Я просто хочу заметить, что он сильно изменился. Кстати, Джохара тоже очень изменилась внешне. Кто знает, возможно, она и в душе стала иной.

Шахин сердито прорычал, будучи абсолютно уверенным в порядочности Джохары:

– Нет! Нет, она не имеет к этому никакого отношения. Она осталась прежней Джохарой. Моей Джохарой.

Элия посмотрела на него настороженно, словно на разъяренного тигра, который может напасть в любую секунду.

– Я никогда не была с ней близка, но она всегда мне нравилась. Я встретилась с ней три недели назад и второй раз – сегодня вечером. Хотя я не считаю ее корыстной и изворотливой, она что-то скрывает. Что-то очень серьезное.

– Отношения со мной.

– Нет. Я почувствовала это даже сейчас, когда… ей больше не нужно прятаться от меня.

Он сердито на нее посмотрел:

– Я ей верю.

– Я просто предоставляю тебе факты и не желаю делать поспешных выводов по поводу участия Берджа и Джохары, но сейчас не могу придумать иного объяснения. Мы не должны игнорировать потенциальную опасность. На кону судьба королевского дома, всего королевства.

Снова наступило молчание.

В конце концов Элия прерывисто вздохнула и спросила:

– Что нам делать?

– Ты отдашь драгоценности в хранилище, сделав вид, будто ничего не заметила. И никому ни о чем не расскажешь. Ни Амджаду, ни Харрису. Дай мне несколько дней, чтобы разобраться с этим делом.

– Ты уверен, Шахин?

– Да, – решительно ответил он.

Элия жевала губу, на ее лице читалось беспокойство.

– Я хотела дать тебе возможность самому все уладить. Но это было до того, как я застала тебя и Джохару. Ты влюблен в нее, не так ли? – Шахин кивнул. Она выдохнула. – Ты уверен, что справишься? Ты сможешь быть объективным?

– Дай мне слово, что позволишь мне заняться этим вопросом. После я обо всем сообщу Харрису и Амджаду.

– А что будет, если ты не найдешь доказательства невиновности Джохары и Берджа? А вдруг тебе не хватит времени?

– Времени мне хватит.

– Почему ты так уверен?

– Вот что я тебе скажу, Элия. Те, кто подделывал драгоценности, ждут момента, когда разразится большой скандал.

На лице Элии отразился ужас.

– Королевская выставка! – пораженно воскликнула она.

Он кивнул с мрачным видом:

– Да. До нее еще несколько месяцев. Поэтому время у нас имеется. И я не буду терять его даром. Дай мне слово, что не станешь мне мешать, Элия.

Встретив потемневший взгляд Шахина, Элия долго медлила с ответом, потом кивнула:

– Я даю тебе слово. И Камал тоже дает тебе слово.

– Ты ему рассказала!

– Я рассказываю ему обо всем. – Она вдруг крепко обняла Шахина. – Если ты любишь ее так же сильно, как я люблю Камала, я желаю, чтобы ты доказал ее невиновность, тогда вы будете вместе.

Шахин обнял Элию и поцеловал в макушку. Взглянув на него еще раз, она вышла из комнаты.

Шахин присел на ближайший стул.

Драгоценности Зохейда были не просто национальным достоянием государства.

Пятьсот лет назад на нынешней территории Зохейда разразились племенные войны. Эззат бен Касем аль-Шалаан знал, что в тот день, когда он получит власть над всеми племенами в стране, ему понадобятся не только мудрость и сила, чтобы положить конец военным конфликтам.

К ужасу своего отца, он покинул племя в восемнадцать лет и отправился на поиски самых прекрасных драгоценных камней на Азиатском континенте.

Ему потребовалось двенадцать лет, чтобы собрать роскошную коллекцию, но к его возвращению ситуация в стране изменилась к лучшему, и в течение нескольких месяцев он объединил племена и стал первым королем государства Зохейд. Привезенные им драгоценные камни получили название «Гордость Зохейда».

Драгоценности стали символом королевской семьи. Согласно легенде, камни исчезнут, если правитель в стране окажется недостойным человеком.

Каждый год на протяжении последних пяти веков монархи аль-Шалаан устраивали торжества, чтобы ознаменовать свое право на престол. Кульминацией празднеств, которые длились неделю, была Королевская выставка, где выставлялись драгоценности, как доказательство того, что король аль-Шалаан – законный правитель государства.

Подменить камни могли только по одной причине. Кто-то устраивал заговор с целью свержения правящей семьи.

Шахин прокрутил в голове множество сценариев и, наконец, пришел к решению.

Для того чтобы провести расследование, ему нужно уехать из дворца.

Вместе с Джохарой.

«Я должна отсюда уехать». Это была единственная мысль, которая крутилась в мозгу Джохары с тех пор, как она ушла от Шахина.

Добравшись до своих апартаментов, она закрыла дверь и прижалась к ней, чтобы не рухнуть на пол.

Она по-прежнему хотела вернуться к возлюбленному и броситься в его объятия. Будь что будет.

Но она не могла так поступить. Она не должна так поступать.

– Я сделал это.

Сердце Джохары едва не выскочило из груди.

Обернувшись, она увидела отца, выходящего из кухни. Он выглядел так, будто постарел на десять лет.

– Я передал королю мое прошение об отставке.

Бердж прерывисто выдохнул, когда Джохара молча обняла его.

Затем он отстранился, грустно улыбаясь, и произнес, глядя на нее с любовью:

– Ты всегда знала, что следует говорить или делать. Что еще важнее, ты знаешь, чего не следует говорить или делать. Не думаю, что смог бы вынести, если бы ты начала твердить банальности вроде: все к лучшему и пришло время начинать новую жизнь.

Джохара неуверенно улыбнулась, решив его поддразнить:

– Даже если это правда.

Он осторожно ущипнул ее за щеку:

– Тем более что это правда.

Она улыбнулась, глядя в его глаза и радуясь тому, что сумела немного развеселить отца.

Последние три недели Джохара упрашивала его уйти в отставку и разорвать все связи с королевством Зохейд. Однако Бердж не догадывался о причине просьбы дочери.

Джохара очень радовалась тому, что он наконец подал прошение королю, хотя и решался на это довольно долго.

– Это государство и здешние люди значат для меня гораздо больше, нежели работа. – Он подошел к ближайшему дивану и, тяжело выдохнув, присел на него.

Джохара кивнула:

– Мама всегда говорила, что жители Зохейда завладели твоим сердцем так же, как она и я. Но ради Зохейда ты готов сделать гораздо больше, чем для себя. Для тебя очень важно поддержание мира и процветания в Зохейде.

– Это правда. – На его лице появилось выражение горечи. – Однажды твоя мать сказала мне, что я пребываю в бреду, считая себя каким-то рыцарем, поклявшимся в верности великому королю. Однако это не бред. Таков мой характер. – Бердж посмотрел на Джохару, его взгляд затуманился от уныния. – Единственная причина, по которой я желаю прекратить служить королю, заключается в том, что я больше не могу служить ему так, как он того заслуживает. Даже после того, как я потерял свою семью, сначала Жаклин, потом тебя, затем Арама, я по-прежнему… исполнял обязанности ювелира. Но в последнее время я, кажется, стал невнимательным и потерял умение и выносливость.

– Ты никогда нас не терял. Мы тебя любим!

– Но ты не со мной. Известно ли тебе о том, что я умолял Жаклин вернуться ко мне и убедить тебя приехать в Зохейд?

Нет. Об этом Джохара не знала. Отношения родителей всегда были для нее загадкой.

– Я стал просить ее еще настойчивее после того, как Арам вернулся в Штаты шесть лет назад. Она постоянно мне отказывала, поэтому я стал чаще приезжать во Францию и дольше оставался там, чтобы повидаться с вами обеими. Когда король Атеф понял, как мне не хватает общения с вами, он стал чаще отпускать меня из страны.

Джохара в самом деле всегда задавалась вопросом, как отцу удавалось надолго приезжать к ней с матерью. Каждый визит Берджа приводил Жаклин Назарян в ярость.

– Известно ли тебе, что твоя мать никогда не переставала меня любить?

Джохара в растерянности посмотрела на отца. Казалось, он вдруг решил ответить сразу на все вопросы, хотя до этого момента молчал. Джохара никак не могла понять, что чувствует мать к ее отцу.

Жаклин говорила о нем и с ним с таким гневом и волнением, хотя никогда не просила развода и не заводила романов с другими мужчинами.

Теперь Джохара наблюдала за тем, как отец улыбается. На его губах играла улыбка мужчины, который вспоминает любимую женщину. В его взгляде читалась чувственная тоска.

– Мы с ней по-прежнему любовники.

Джохара вдохнула. А вот об этом она даже не подозревала. Они оба очень успешно скрывали свои отношения. Джохара сомневалась, что Шахину и ей удастся столь же успешно притворяться и прятать свои чувства. Если вообще удастся. Именно поэтому необходимо исчезнуть – никто больше не должен видеть их с Шахином вместе.

Она выдохнула:

– Почему она сюда не вернется?

Спросив, она подумала, что, если ее мать останется во Франции, у нее не будет возможности видеться с Шахином и еще сильнее к нему привязываться.

Бердж скривил губы:

– Потому что она на меня сердится. Она злится уже пятнадцать лет. Был момент, когда я решил, что она может вернуться, но потом ты уехала к ней, и с тех пор Жаклин ни при каких обстоятельствах не соглашалась приехать в Зохейд.

– Поэтому ты не сказал ей, что у тебя был инфаркт, а теперь началась депрессия.

Бердж с унылым видом кивнул:

– Я не намерен давить на нее, взывая к сочувствию, Джохара. И я определенно не желаю, чтобы она меня жалела. Я предпочел свою работу нашим с ней отношениям. Я испортил ей жизнь и вряд смогу снова завоевать Жаклин. Но я намерен попробовать. Или умереть, пытаясь ее вернуть, в любом случае.

Джохара ахнула, и он с извиняющимся видом взмахнул рукой, когда поднялся с дивана:

– Не слушай меня, я себя жалею. Но этого больше не повторится. Все произойдет быстрее, потому что ты со мной. Я никогда еще не чувствовал себя таким хрупким, и думаю, мое состояние заставляет меня искать твоей поддержки. Твое присутствие придало мне сил для того, что я сегодня сделал. Не могла бы ты остаться до тех пор, пока я получу согласие короля на мою отставку?

Отец никогда ни о чем не просил Джохару, поэтому она не имела права ему отказать. Кивнув, она его обняла.

Она смотрела, как Бердж выходит из апартаментов, и ее сердце стучало глухо и медленно.

Джохара оказалась в ловушке. Теперь ей предстоит постоянно видеться с Шахином…

Даже после того, как они провели вместе волшебную ночь, она не верила, что он отреагирует так бурно, когда снова ее увидит. Прошедшие восемь недель она изводила себя мыслями о его предстоящей свадьбе. Она была уверена, что, встретившись с ней снова, он притвориться, словно они просто приятели, которые не виделись много лет, а потом станет просто игнорировать ее.

Однако этого не произошло. Шахин был таким же невероятно пылким, как в ночь, когда они впервые встретились. Он оказывал на нее прежнее влияние, заставляя забыть об осторожности и здравом смысле.

Джохара не могла ему этого позволить.

Если ей не удастся прямо сейчас уехать из Зохейда, на этот раз навсегда, она должна сделать все, что в ее силах, чтобы помешать Шахину скомпрометировать себя и членов своей семьи и ослабить власть короля.

Прежде всего она должна сохранить в тайне их отношения.
Если станет известно о том, что они любовники, семья аль-Шалаан может лишиться трона.

Глава 7

Приняв решение, Шахин отправился к отцу, который готовился отойти ко сну.

Он сказал королю Атефу, что изменил свое мнение и освобождает его от необходимости выбирать ему невесту. Ему нужно более основательно поразмыслить над вопросом. Вряд ли родственники кандидаток верят, что красивое платье и широкая улыбка заставят его потерять голову. Неужели у этих невест нет ничего, что могло бы заинтересовать его как мужчину? Он сын короля и потомок древнего рода. Он обладает властью, и с ним считаются во всем мире. В конце концов, женившись, Шахин поставит крест на своем личном счастье, так неужели он не имеет права помедлить с выбором?

В ответ Атеф только закрыл глаза, потом поднялся с постели и вышел из комнаты, не глядя на сына.

Вспоминая их разговор, Шахин закрыл глаза. Он очень не хотел прибавлять отцу проблем, но пока не мог посвятить его в свой план.

А план был прост. Нужно было создать конфликтную ситуацию и заставить всех подозреваемых в ней участвовать. А затем отойти в сторону и наблюдать. Во время спора люди показывают свои истинные лица.

Именно противостояния ему сейчас и не хватало. После того как объявили, что Шахин готов выбрать себе невесту, вражда между семьями утихла. Представители решили, что, раз у Шахина безупречная репутация, единственное, что им остается, – это выставить перед ним напоказ своих дочерей, одна из которых станет его будущей женой.

Однако сейчас выяснится, что Шахин отнюдь не покорный сын короля, послушно исполняющий все его приказы, поэтому семьи начнут между собой грязные препирательства, пытаясь достичь собственных корыстных целей.

Их реакция на неожиданное развитие событий покажет, кто из так называемых союзников, имевших доступ во дворец, мог похитить драгоценности и планировал государственный переворот.

Создав взрывоопасную ситуацию, Шахин удалится на виллу на побережье Аравийского моря, в ста милях от дворца. Он будет недоступен для общения, но все же сможет контролировать происходящее. И самое главное, он увезет из дворца Джохару.

Она поедет вместе с ним.

При мысли о ней у Шахина потеплело на душе.

Джохара согласилась поехать с ним, но настояла на том, чтобы поступить по-своему: ни у кого не возникнет подозрений, если она уедет из дворца на собственном автомобиле. Увидев ее с Шахином в одной машине, журналисты тут же придумают историю, которая появится на телевидении в течение часа.

И вот Шахин, покинув спальню, вышел на балкон второго этажа и стал ждать приезда Джохары. Он пытается усмирить волнение, разглядывая спокойные изумрудные воды бухты, окаймляющей его виллу. Густые пальмы были высажены вокруг виллы с ее восточной и северной стороны и покачивались от сильного осеннего ветра; шорох их листьев создавал атмосферу элегантности и гармонии.

В поле его зрения попало облако пыли, через несколько мгновений он увидел серебристый спортивный автомобиль.

– Джохара.

Он шептал ее имя снова и снова, пока бежал к воротам.

Через несколько минут она мягко остановила автомобиль в нескольких метрах от Шахина. Он быстро подошел к машине, пристально глядя на лобовое стекло. Он догадался, что она произносит его имя, рывком открыл дверцу и заключил Джохару в объятия.

Шахин подхватил возлюбленную на руки, и она охотно прильнула к нему, обхватив за шею. Он смотрел в ее глаза, наслаждался близостью ее тела. А затем поцеловал Джохару в губы.

Она захныкала, шепча его имя, и он между поцелуями звал ее.

Шахин внес Джохару в дом и уложил на кровать, на темно-коричневые простыни. Он с удовольствием разглядывал изящные изгибы тела и золотистые волосы и приложил немало усилий, чтобы не разорвать на ней одежду.

Дрожащими руками Шахин снял с нее бежевый брючный костюм.

– Ты не представляешь, моя Джемма… – произнес он, целуя ей ноги. Перевернув Джохару на живот, он стал поглаживать ее упругие бедра и ягодицы, потом спину и шею. – Ты не догадываешься, что мне пришлось пережить, когда ты исчезла. От волнения я едва не сошел с ума. Потом я почувствовал себя униженным, когда решил, что ты меня не хочешь.

– Нет! – Она перевернулась на спину, запустила пальцы в его волосы и решительно посмотрела ему в глаза. – Я никогда никого не хотела, кроме тебя, Шахин.

– И я не знал, что такое настоящее желание, пока не встретил тебя, – сказал он, и по ее щекам потекли слезы. Он покрывал поцелуями лицо возлюбленной, затем взял ее за руки и прижал их к своей груди. – Покажи мне, как сильно ты меня хочешь, моя драгоценная.

Страсть, отразившаяся на ее лице, лишила Шахина возможности терпеть ту неторопливость, с какой Джохара его раздевала. Он разорвал на себе рубашку, надеясь, что она не испугается его неистовства. Он с облегчением заметил, что его несдержанность лишь сильнее ее распалила.

Но не ее ласки едва не свели его с ума. Сильнее всего возбуждали слова.

– Я всегда считала, что ты самое красивое существо в мире, Шахин, – всхлипнула она. – Я хочу, чтобы ты взял меня.

– Сначала я подарю тебе наслаждение, моя драгоценная.

Прежде чем она успела возразить, он зажал губами ее сосок и обвел его языком. Ее стоны побуждали его поторопиться.

– Драгоценная моя, скажи, чего именно ты хочешь, – произнес он, улыбаясь.

– Я хочу, чтобы ты взял меня, быстро и резко. Не смей медлить. Позволь мне почувствовать тебя. – Она вцепилась пальцами в его плечи. – Сейчас!

Прежде чем ответить согласием, он протянул руку к прикроватной тумбочке и достал оттуда презерватив. Надев его, Шахин обхватил Джохару руками за ягодицы, приподнял их и резко вошел.

Она выгнула спину, от наслаждения на ее глаза навернулись слезы. Он двигался ритмично и резко, как она требовала. Шахин с наслаждением слушал ее громкие крики.

Время остановилось. Оба все глубже погружались в бездну неукротимого экстаза…

Обняв Джохару, он перевернулся на спину и уложил ее поверх себя.

– Любимая моя, мое божество. Любовь всей моей жизни, – произнес Шахин.

Она резко отстранилась от него, затем попыталась высвободиться из его объятий.

Прошло какое-то время, прежде чем Шахин решился отпустить Джохару. Его взволновали ее слезы и прерывистое дыхание.

– Не говори мне больше таких слов. – Она вытерла глаза, будучи обиженной и рассерженной одновременно. – Я допускаю, что ты хочешь меня, как ни одну другую женщину, но не нужно говорить того, чего не чувствуешь.

Он сел, обнял ее лицо ладонями и заставил посмотреть в его глаза:

– Я говорю тебе правду.

Из покрасневших глаз Джохары сильнее полились слезы.

– Как ты можешь? Как ты можешь любить меня, боготворить и называть любовью всей твоей жизни? Сегодня мы были близки лишь во второй раз.

– У нас было восемь лет. И все эти годы мы находились далеко друг от друга. Я любил тебя, – произнес он, но она, всхлипнув, покачала головой и постаралась высвободиться из его объятий. Шахин крепко удерживал ее на месте. – Почему ты считаешь, что это невероятно? Ведь ты любила меня все эти годы.

Она опустила голову, и пряди волос, похожие на солнечный водопад, закрыли ей лицо.

– Я не говорила, что люблю тебя.

– Да, потому что ты стараешься меня не компрометировать и не хочешь мне навязываться.

Она прикусила нижнюю подрагивающую губу:

– П-почему ты так думаешь?

– Потому что я хорошо тебя знаю. Я знаю о тебе все с тех пор, как впервые встретил, когда тебе было шесть лет. Ты рассказывала мне о себе, демонстрировала свой образ мышления. Я точно знаю, что творится в твоей замечательной голове и великодушном, самоотверженном сердце. Вот почему так сильно тебя люблю. И ты любишь меня. Я это чувствую. Я понял это сразу же, как только снова с тобой встретился.

Джохара удивленно на него уставилась, а затем разразилась слезами.

– О, Шахин… Я и м-мечтать не могла, что т-ты меня любишь… – Слова срывались с ее губ, прерываемые рыданиями. – Если бы я только догадалась об этом, то не искала бы с тобой встречи снова. Я не хочу усложнять тебе жизнь.

Он крепко прижал ее к себе, заставляя прекратить самобичевание.

– Как я уже говорил вчера вечером, ты ничем не усложнила мне жизнь. В прошлом, проводя с тобой время, я был счастлив. Так было до тех пор, пока Арам не заставил меня почувствовать себя грязным стариком. – Джохара резко отпрянула от него, и Шахин едва успел ее удержать. – Потом, когда мы встретились снова…

Джохара решила все выяснить до конца:

– Что тебе наговорил Арам? – Шахин пожал плечами. Она вцепилась в его руку, пытливо на него уставившись. – Расскажи мне, пожалуйста.

Разве мог Шахин ей отказать, когда она смотрела на него такими глазами?

И потом, он не хотел, чтобы между ними были секреты. Никогда не хотел.

Шахин выдохнул и произнес:

– Ты помнишь, как я старался каждую свободную минуту проводить с тобой или Арамом, по отдельности или вместе? И вот однажды, после того как Арам выиграл у меня партию в сквош, я рассказал ему о том, какое умное замечание ты недавно сделала. И он на меня набросился. Он обзывал меня жестоким, избалованным принцем, обвинял в том, что я игнорирую его предупреждения в течение многих лет. Якобы я слишком снисходительно к тебе отношусь и должен прекратить поощрять твою безнадежную влюбленность в меня. Затем он стал мне угрожать.

– К-как он тебе угрожал?

– Не смертью и не серьезными увечьями, не волнуйся. Но меня потрясла его настойчивость. Сложилось ощущение, будто он ненавидел меня очень долгое время. Я предпочел бы, чтобы он на меня напал и переломал несколько костей. Тогда я смог бы простить его. Но я не смог забыть того, что потерял его дружбу. Он сказал мне, что, если я не оттолкну тебя, он прибегнет к помощи моего отца.

– Так вот почему ты вдруг стал нас избегать!

Шахин кивнул:

– Сначала я пытался защитить себя, говоря, что ты для меня как младшая сестра, которой у меня никогда не было. Я пытался обвинить его в клевете.

– Значит, ты не верил, что я в тебя влюблена?

– Нет, – решительно ответил он, и она смутилась. – Ну же, Джохара, мне было тогда двадцать два года, а тебе четырнадцать лет. Я был бы извращенцем, если бы думал о тебе как о потенциальной возлюбленной. Но ты действительно моя возлюбленная, моя единственная. Я люблю тебя всем сердцем.

– А что было потом?

Он снова вздохнул:

– Арам заявил, что ему наплевать на мои мысли и чувства. Его беспокоило только то, что я эмоционально привязываю тебя к себе. И он не мог стоять в стороне, наблюдая за тем, как ты гибнешь из-за меня. Он просто хотел защитить тебя. Именно поэтому я никогда всерьез на него не сердился. Возможно, подсознательно я ждал, когда ты вырастешь и мы сможем быть вместе. Поэтому, вне себя от огорчения, я поклялся, что больше никогда не заговорю ни с тобой, ни с ним, и вам не придется иметь дело с жестоким и избалованным принцем. Вот почему пришлось вас избегать. Я просто сдержал обещание, данное Араму. Потом, когда я мучился из-за того, как жестоко поступил с вами, моими лучшими друзьями, ты уехала из Зохейда, а твой отец сказал, что ты никогда сюда не вернешься. В моей памяти осталось твое печальное лицо, когда ты покидала дворец. Я чувствовал, что предал нашу дружбу. Вскоре я оставил королевство, а затем и Арам уехал. Я считал, что не имею права пытаться возродить нашу дружбу.

Джохара пристально на него смотрела, ее грудь вздымалась, эмоции одна за другой отражались на ее чрезвычайно выразительном лице.

Потом она бросилась к Шахину и крепко обняла:

– Ах, любимый, мне так жаль. Как же Арам заблуждался!

Он усмехнулся, чувствуя, как сплелись их обнаженные тела:

– Я думаю, он был прав.

– Тогда он был не прав, но это не имеет значения. Ты никогда не причинял мне боли. Я стала такой, какая сейчас, благодаря дружбе с тобой.

– Ты совершенна во всем.

– Понимаешь? Он был абсолютно не прав. Ох! – Она ударила кулаком в подушку. – И эта крыса заявила мне, что ты перестал с нами разговаривать потому, что решил прекратить братание и задуматься о своем призвании принца королевства Зохейд.

– Что?! – закричал Шахин. – Ладно, теперь я на него злюсь.

– Я тоже на него злюсь. Ух, я до него доберусь. Он заплатит мне за свою чрезмерную опеку!

– Я надеюсь, ты ему не поверила!

Она погладила его по лицу:

– Неужели ты считаешь, что я ему поверила?

– Нет, моя драгоценная. Слава богу. – Его пальцы пробежали по ее спине. – Ты все, чего я хочу. Мое единственное желание – быть с тобой.

Нежность на лице Джохары сменилась гримасой сожаления.

– Хотеть этого и иметь возможность – две разные вещи.

Запустив пальцы в ее волосы, Шахин обхватил ладонью затылок и жадно поцеловал в губы.

– Теперь ситуация может усложниться, но я все улажу.

– Пожалуйста, не надо. Ничего мне не обещай. Не хочу, чтобы ты обременял себя неразрешимыми проблемами или мучился чувством вины, когда у тебя ничего не получится. Я обойдусь тем, что ты сможешь мне предложить, и всегда буду счастлива рядом с тобой. Мне достаточно того, что мы любим друг друга.

Прежде чем Шахин успел возразить, Джохара притянула его к себе, страстно целуя и обнимая.

Позже, когда Джохара спала, устав от любовных утех, Шахин на нее смотрел.

Он понимал, что не может рассказать ей о пропаже драгоценных камней и о своем плане. Он не желал, чтобы уродливая реальность мешала сейчас их счастью. Однако он должен найти способ отвести подозрение от Джохары и не позволить запятнать ее честное имя.

Следующие две недели Джохара каждое утро по несколько часов помогала отцу укладывать вещи, решала насущные проблемы, обучала тех, кто приехал ему на замену, а затем отправлялась на виллу Шахина, чтобы броситься в его объятия.

Шахин снова и снова просил ее не волноваться о том, что кто-то узнает об их связи.

Джохара была убеждена, что об их отношениях скоро станет известно и им снова придется расстаться. Но пока она не желала об этом думать, а решила наслаждаться каждой минутой счастья с Шахином.

Она открыла дверь виллы, зная, что внутри никого нет. Шахин отсутствовал. Десять минут назад он прислал ей сообщение: он задерживается, но приедет в ближайшее время. И еще он написал о том, что ее обожает.

Джохара вздохнула от предвкушения, наслаждаясь элегантным интерьером виллы.

– Меня предупреждали, но я не мог поверить.

Мужской голос, произнесший эти слова, был полон сарказма, агрессии и жестокости. Он принадлежал старшему брату Шахина, наследному принцу Зохейда – Амджаду.

– Амджад?

Он был очень опасен.

У Джохары отвисла челюсть. Она наблюдала, как он подходит к ней неторопливо и величественно, словно тигр на охоте.

Наверное, именно так выглядел падший ангел. Амджад был невероятно красивым, при взгляде на него замирало сердце. Глаза сверкали, точно изумруды. Говорили, что он единственный в семье аль-Шалаан за целых пять столетий унаследовал такие глаза от Эззата аль-Шалаана – основателя государства Зохейд. Многие даже называли Амджада его копией. Он обладал похожим телосложением, интеллектом и пугающей харизмой. Некоторые считали Амджада новым воплощением Эззата.

И судьбы их даже были похожи. Первая жена Эззата тоже готовила заговор против мужа.

Эззат нашел настоящую любовь через год после раскрытия заговора. Он женился в тридцать один год и счастливо прожил с нареченной до самой смерти, то есть до своего восьмидесятипятилетия.

Амджад раскрыл коварный план жены восемь лет назад и вряд ли собирался влюбляться снова. Он делал все возможное, пытаясь избежать близких отношений с женщинами.

– Теперь я понимаю. То, что я считал смехотворным преувеличением, на самом деле оказалось жалким преуменьшением. Ты стала богиней, Джохара.

Ошеломленная, Джохара моргнула, глядя на Амджада.

Его улыбка, вероятно, могла свести с ума любую женщину Зохейда, но Джохаре не понравилась сквозившая в нем хищная чувственность.

Не зная, что ответить, она брякнула первое, что пришло на ум:

– Рада тебя видеть, Амджад.

Он прищурился, его взгляд стал еще более пугающим.

– Неужели?

Она сглотнула, вдруг почувствовав себя мышкой, пойманной в лапы скучающей кошки.

– Да, конечно. Мы давно не виделись. Ты хорошо выглядишь.

– Хорошо выгляжу? – Амджад надул красивые губы. – Обычно я получаю от дам больше… восторженных отзывов.

Она откашлялась:

– Ты знаешь о том, как выглядишь, Амджад. Вне сомнения, меньше всего мужчина вроде тебя захочет, чтобы пострадало его эго.

– Ой. – Он вздрогнул, немного обидевшись, и оценивающе оглядел Джохару. – Но хочу заметить, что удар по эго от женщины вроде тебя может оказаться желанным. От тебя я готов принять любой удар.

Она уставилась на Амджада, когда он остановился в шаге от нее. Она попыталась отойти, но он приблизился к ней вплотную.

Джохара подумала, что слухи явно преуменьшают его достоинства. Сейчас у нее появилась возможность хорошенько рассмотреть давнего знакомого.

Красивое тело Амджада, интеллект и море презрения ко всем и вся впечатляли и пугали одновременно. Когда-то он был любящим, радостным, страстным и преданным человеком. Женщина, пытавшаяся его уничтожить, не смогла убить его, но погубила в нем все стремления к доброте.

От сожаления у Джохары сжалось сердце.

И вдруг по ее спине пробежала дрожь.

Амджад обнял ее за талию, притянул к себе и прижал к своему мускулистому телу.

Она замерла, не в состоянии даже перевести дыхание.

Наконец она пробормотала:

– Амджад, пожалуйста, перестань…

Он крепче прижал ее к себе:

– Что я должен перестать, моя драгоценная?

Услышав ласковые слова, с которыми к ней обращался Шахин, она испугалась. Ей не понравилась фамильярность Амджада.

Он не вызывал в ней отвращения. Этого просто не могло случиться, так как он был родным братом Шахина. Он походил на брата, хотя и отвратительно себя вел. Сначала Джохаре стало грустно до слез, но потом она разозлилась.

Приложив все силы, она оттолкнула его:

– Не называй меня так. Я не твоя драгоценная.

Бороться с Амджадом было все равно что пытаться пробить кирпичную стену. Он крепче прижал ее к себе.

– Пока нет. Но я могу дать тебе все, Джохара. Скажи только слово.

Сполна осознав, что он ей предлагает, она застыдилась. От избытка эмоций ее кожа покрылась мурашками.

– Пожалуйста… Не делай этого.

Амджад схватил ее за руки и заставил обнять за шею. Одной рукой он удерживал ее руки, другой обхватил за голову. Он прижался губами к ее обнаженной шее. Джохара не успела даже закричать. Но в следующую секунду послышался громоподобный мужской голос:
– Какого дьявола ты делаешь?!

Глава 8

Джохара услышала разъяренный голос Шахина, и у нее замерло сердце.

Джохара ужаснулась сильнее, когда Амджад не торопясь выпрямился и отпустил ее, чтобы повернуться к Шахину. Она изумленно пялилась на Амджада, когда он медленно оторвался от ее шеи. Его губы были холодны как лед. Затем она встретилась взглядом с Амджадом и окаменела. В его глазах читалось явное отвращение – истинное чувство, которое он к ней испытывал.

Одной рукой он по-прежнему крепко держал ее за шею, а вторую поднял вверх. Джохара ужаснулась. Со стороны могло показаться, что Амджад пытается разжать ее пальцы, которыми она обхватила его за шею.

Затем Амджад отстранился и посмотрел на Шахина в упор. Тот стоял под аркой между фойе и большой гостиной. Джохара всхлипнула, потеряв от шока дар речи. Она никогда не видела Шахина таким. Он выглядел… устрашающим.

– Шахин, ты рано вернулся домой. – Амджад обратился к своему младшему брату, демонстрируя благодушие и уверенность. Он ничуть не смущался от того, что произошло. – Мы с Джохарой решили заново познакомиться.

«Не верь ему!» – мысленно закричала она. В немом ужасе ей пришлось наблюдать за реакцией Шахина. А затем ее осенило, и она решила отказаться от попыток избавиться от парализующего ее шока.

Возможно, все к лучшему. К лучшему для Шахина. Если он поверит Амджаду, то обидится и решит, что она его предала. Но в таком случае у него появится повод ее разлюбить. Он сможет оставить ее. Джохара хотела, чтобы он обрел покой и свободу, которой у нее никогда не было.

Шахин подошел к ним. Несмотря на отчаяние, каждый его шаг вызывал в ней дрожь, а сердце учащенно колотилось, как часовой механизм бомбы замедленного действия. Он даже не заметил ее. Шахин пристально смотрел на брата.

Затем Шахин остановился и перевел взгляд на руку Амджада, которой тот удерживал Джохару за талию. Не поднимая глаз, он сказал:

– Убери руки от Джохары, Амджад, иначе я переломаю тебе все кости.

Она вздрогнула. Его голос стал таким же безжалостным, как у Амджада. В нем слышалась едва сдерживаемая ярость.

Амджад наконец отпустил ее, подняв руки вверх. Он изобразил нечто среднее между притворным раскаянием и капитуляцией.

– Сильно сказано. А я думал, что ты джентльмен и не станешь делать ситуацию более… неловкой. Итак, братец, это твой способ заявить права на женщину? Угрозами отгонять от нее других мужчин? Боишься отпустить ее, чтобы она не выбрала более подходящего человека, который обеспечит ее… потребности? Ты не оставляешь ей выбора, требуя уделять тебе все внимание.

– Еще одно слово, и ты будешь лежать на полу со сломанной челюстью, выплевывая кровь и зубы.

– Мне следовало поверить тому, что ты рассказывал мне о пещерных людях. – Выражение беспощадного и красивого лица Амджада стало крайне жестоким, когда он обратился к Шахину. – Кстати, ты наговорил лишнего.

Шахин набросился на Амджада и схватил его за роскошный черный свитер на молнии. Джохара обмякла, наблюдая за стычкой мужчин.

Они были равны во всех отношениях, очень похожи внешне, но в душе являлись полными противоположностями. Даже в своей ярости Шахин казался безупречным и излучал массу позитивных эмоций и силы, в то время как душевная пустота Амджада подавляла все вокруг и создавала ощущение мрака и безнадежности.

Сначала Джохара хотела вмешаться и броситься между ними, но потом заставила себя отступить. С отвращением проворчав, Шахин оттолкнул Амджада с такой силой, что тот невольно сделал несколько шагов назад, чтобы удержать равновесие.

– Ты этого не достоин, – прошипел Шахин.

– Давай, выставляй меня злодеем. Но ты тоже злодей.

Шахин оскалился:

– Заткнись!

– Иначе что? Ты уже решил не пятнать руки моей кровью. – Амджад поправил одежду и пригладил волосы, упавшие на лицо. – Я не знал, что ты так увлекся, но, возможно, это к лучшему. Ты на самом деле должен быть объективным, Шахин. Женщина может преследовать собственные интересы. Джохара имеет право искать для себя лучшего мужчину и получить его. И давай смотреть правде в глаза. У тебя столько проблем, что ты не можешь считаться лучшим.

Шахин злобно фыркнул:

– Сохрани свой яд до лучших времен, Амджад, даже если его у тебя неограниченный запас. Ты гораздо менее проницателен и умен, чем я полагал, если считаешь, что я поверю в этот фарс.

Амджад посмотрел на него с сожалением:

– Значит, ты считаешь, я притворяюсь? Разве она не обнимала меня, когда ты вошел?

– Я убежден, что ты заставил ее это сделать. Я знаю Джохару и ее отношение к тебе и ко мне. Только из уважения к тебе она не стерла тебя с лица земли, как ты того заслуживаешь.

Шахин вдруг решил, что Амджад больше не достоин его внимания, и повернулся к Джохаре. Выражение нетерпимости и неумолимости на его лице мгновенно сменилось нежностью и заботливостью.

– Прости, моя драгоценная, что тебе пришлось подвергнуться этому унижению.

Потрясенная Джохара прошептала:

– Ты считаешь…

– Я виноват в том, что Амджад оскорбил тебя, пытаясь заставить меня усомниться в твоих чувствах и намерениях.

– Ты понял, что он… Ты знаешь, что я… – Она запнулась, не в состоянии продолжать разговор. Удивление от того, что Шахин ей верит, не позволило ей даже закончить вопрос.

– Я никогда не забывал о том, что ты меня любишь. Ты мое сердце.

– Боже, Шахин… – Язвительные слова Амджада прервали их общение. – Должно быть, ты установил новый мировой рекорд по сентиментальности. Подумай, брат, почему она вернулась именно сейчас? В отличие от тебя, она знает, что ты не так умен, как о себе думаешь. Мы все равно узнали бы о ваших отношениях.

Шахин повернулся к Амджаду, продолжая обнимать Джохару:

– Мы? Ты имеешь в виду, что отец обо всем знает?

Амджад презрительно фыркнул:

– Разве он может на что-то обращать внимание после того, как ты создал ему проблемы, а Элия и Анна вернулись в Зохейд? Нет. Но я сопоставил все факты и сделал соответствующие выводы, заметив, какой раскрасневшейся и взволнованной вернулась во дворец Джохара вчера вечером. А ты в это время почему-то отсутствовал. Уверен, что при желании любой обо всем догадается.

Шахин покачал головой в изумлении:

– Так, просвети меня, Амджад. Что же, по-твоему, затевает Джохара?

Амджад вздохнул с таким видом, будто ему предстояло объяснять идиоту закон всемирного тяготения или то, что вода мокрая.

– Я притворялся, предлагая ей себя, чтобы вытащить тебя из ее коготков, когда ты появился и нас прервал.

Шахин погладил талию Джохары, словно нейтрализуя презрительные обвинения Амджада.

– Неужели ты думал, что, увидев ее в твоих объятиях, я обвиню ее в измене?

Амджад посмотрел на него с безразличием и скукой:

– Если бы ты поверил, то… вам было бы намного проще, влюбленные голубки. Я пытался действовать мягко, но, похоже, мне придется быть жестоким.

– Во-первых, ты ничего не сделаешь, Амджад. Во-вторых, если Джохара имела корыстные цели, с какой стати она настояла на том, чтобы наши отношения сохранялись в тайне?

Амджад бросил на него насмешливый взгляд:

– Потому что таким образом ей удастся убедить тебя во всем. Даже в том, что она умеет ходить по воде. И у нее получилось. Я готов поспорить и сделать самую высокую ставку.

Шахин только рассмеялся, глядя на Джохару:

– Как дорого тебе придется заплатить за то, чтобы уйти от меня, моя драгоценная?

Она неуверенно улыбнулась:

– Ты знаешь.

Шахин жадно поцеловал ее в губы, потом снова посмотрел на Амджада:

– Только я могу заставить ее меня покинуть, Амджад. А я никогда ее не отпущу. Так почему бы тебе не пасть на колени и не попросить прощения у Джохары?

Амджад с отвращением фыркнул:

– Ей действительно удалось обвести тебя вокруг пальца. Прекрасно. Каждый человек имеет право выбирать, как ему умереть. Но разве ради нее стоит рисковать и начинать войну в стране?

– Если ты так обеспокоен войной, почему бы тебе не сделать что-нибудь, дабы ее предотвратить? Откажись от своего жалкого обета и возьми себе в жены одну из невест, которых мне навязывают.

– О, я действительно был готов нарушить обет. Но отец заявил, что ни одна из невест не согласится стать моей женой. Они считают меня чудовищем, настоящим Отелло. Даже если их семьи готовы пожертвовать своими дочерями и отдать их на растерзание безумцу вроде меня, они считают, что я не буду верен в браке.

Шахин расхохотался:

– Ой, спасибо за то, что пытался избавить меня от женитьбы. И я очень рад, что ты не шокирован тем, что тебя отвергли. Ты катаешься по миру, совершая разумные поступки и неразумно ввязываясь в безумные авантюры.

Взгляд Амджада стал еще язвительнее.

– В самом деле? Возможно, я не настолько непрактичный человек, как вы все хотите обо мне думать. Обмозгуй свои действия, брат. Ты обнаружишь, что я во многом прав. – Он посмотрел на Джохару так, словно говорил: «Вот погоди, я до тебя доберусь». – Насчет нее, например. Хотя сейчас ты не можешь рассуждать здраво, попав под ее чары.

Джохара заметила, как смягчился взгляд Шахина.

– Ты обезумел от ненависти. Ты давно знаешь Джохару, и когда-то она тебе нравилась. Тем не менее ты не желаешь в этом признаваться после расставания с Салмой. Ты никогда не поймешь, что я доверяю Джохаре больше, чем себе. Я готов доверить ей собственную жизнь.

Амджад сделал вид, что стряхивает с себя пыль:

– Фу! Всю эту липкую ерунду не так просто смыть. Ну, так отправляйся в ее медовую ловушку, пока я…

Он остановился и повернул голову. Потом Джохара услышала какой-то далекий гул, который становился все громче.

Вертолет.

Амджад повернулся к ним. Насмешка придавала его красивому лицу дьявольское выражение.

– Ой, похоже, кавалерия узнала о том, что вы затеяли, и спешит уберечь вас от неразумных поступков.

Бросив на Амджада нетерпеливый взгляд, Шахин схватил Джохару за руку и повел на западную веранду, откуда открывался вид на взлетно-посадочную площадку.

Вертолет приземлился, и из него выпрыгнул очень высокий, широкоплечий мужчина и бросился помогать спуститься на землю пассажирке. Джохара узнала в мужчине Камала аль-Масуда, короля Джудара.

Увидев мрачное выражение лица Элии, которая вместе с супругом направилась к вилле, Джохара поняла, что причина их приезда крайне серьезная.

Шахин обнял их обоих и представил Джохару королю Камалу. Тот галантно поцеловал ей руку. Элия по традиции трижды ее поцеловала: раз в одну щеку и дважды в другую. Со стороны происходящее казалось обыденным, но Джохара чувствовала, что Камал и Элия буквально излучают напряжение.

Амджад быстро поцеловал Элию, хлопнул Камала по спине и без всяких предисловий начал разговор:

– Итак, Камал, что заставило короля Джудара посетить с тайным визитом нашу землю?

Камал одарил Амджада властной и уверенной улыбкой:

– В чем, по-твоему, таинственность нашего визита?

Элия выгнула ухоженную бровь:

– Да, Амджад, если бы мы знали, что ты здесь, мы бы сюда не приехали.

Амджад прижал руку к сердцу, словно Элия ранила его:

– Ой, моя маленькая новоиспеченная сестра отрастила острые клыки. Особенно легко ей быть смелой, когда рядом находится грозный муж.

Камал закашлялся от смеха:

– Если ты думаешь, что она показывает зубы только потому, что я рядом с ней, то ты серьезно заблуждаешься. Именно я удерживаю ее в тот момент, когда она хочет разорвать тебя на куски. Ты слишком сильно напоминаешь ей меня до того, как она меня… привела в порядок.

Амджад посмотрел на него притворно сладко:

– Да, я вижу, у вас все приведено в порядок.

Элия хмыкнула:

– Тебе очень повезет, если найдется женщина, которая приведет тебя в порядок, Амджад.

– Я предпочитаю этого избегать, сестренка.

Камал приблизился, и его улыбка стала воинственной. Амджад пренебрежительно посмотрел на него.

– Что скажешь, если я сам приведу тебя в порядок? – спросил Камал.

Улыбка Амджада стала более провокационной. Он явно рвался в бой после того, как Шахин отказался поддаться на его уловки.

– Значит, именно так ты теперь выдерживаешь удары судьбы, Камал? Ты не можешь усмирить женщину, которая тебя воспитывает, поэтому рвешься в бой, чтобы завоевать ее снисходительность? Кстати, Шахин совсем недавно действовал в том же духе.

– Знаешь, Амджад, я давно хочу тебе врезать. Сейчас самое подходящее время поступить так, как мне хочется.

Элия оттолкнула их друг от друга:

– Ладно, возьмите тайм-аут. Разойдитесь по углам, мальчики.

Джохара удивленно моргнула, увидев, как изменился Камал. Выражение его лица мгновенно смягчилось. Джохара не сомневалась, что Камал был готов пожертвовать жизнью ради своей жены. И Элия поступила бы точно так же.

Камал любовно обнял Элию:

– Как пожелаешь, любимая. Но в следующий раз, когда тебе захочется устроить ему трепку, дай мне знать.

Амджад фыркнул:

– Надеюсь, вы приехали сюда не только из желания меня поколотить, но и для того, чтобы спасти Шахина от его глупости.

Камал скривил губы:

– Возможно, я приехал сюда, чтобы поддержать его и защитить от неприятных нападок старшего брата.

– Ты хочешь сказать, что твои братья Фарук и Шехаб тебя обижали? – Амджад фыркнул. – Эти мягкотелые трусы, которые отказались от трона ради того, чтобы быть со своими возлюбленными? Я считаю, что просто обязан обучить их тому, как усложнить твою жизнь. Тебе слишком легко живется. – Элия внезапно ткнула кулаком ему в живот, и Амджад, закатив глаза, выдохнул. – Отлично. Продолжайте хранить в тайне ваши королевские секреты. Я оставляю вас, влюбленные голубки. На вас противно смотреть. – На прощание он кивнул Джохаре и произнес: – Я буду следить за тобой.

Как только Амджад оказался вне пределов слышимости, беззаботно вышагивая к двери, Камал тяжело вздохнул:

– Мы приехали сюда, чтобы узнать, как реализуется твой план, Шахин, и чтобы помочь, но… – Он умолк и виновато посмотрел на Элию, затем на Шахина. – Я знаю, что обещал ни о чем рассказывать, и Амджад крайне невыносимый человек, но он обладает неоспоримым влиянием и властью. Я убежден, что нужно ввести в курс дела Харриса и Амджада. Нам нужна их помощь.

В глазах Шахина отразилась тревога.

– Мне нужно больше времени. Мой план работает. Я каждый день получаю новую информацию.

Камал решительно и категорично покачал головой:

– Время идет, а дело затягивается, и ты об этом знаешь, Шахин.

– Что вы планируете? – Джохара схватила Шахина за руку, ее сердце глухо стучало от испуга. – Что происходит, Шахин?

Шахин посмотрел на нее, стараясь казаться беспечным:

– Не о чем беспокоиться, моя драгоценная.

Элия коснулась его руки:

– Нет, Шахин. Сейчас я уверена, что Джохара не причастна к этому делу, поэтому ей нужно обо всем рассказать. В конце концов, ее это тоже касается, и, вероятно, больше, чем нас.

У Джохары сердце едва не выскочило из груди, пока она наблюдала, как Шахин мешкает. В ее мозгу прокручивались наихудшие сценарии развития событий.

Затем Шахин прерывисто выдохнул:

– Ладно. Позовите Амджада.

Когда Амджад вернулся, Шахин начал говорить.

Затем в комнате воцарилось молчание. Даже Амджад лишился дара речи.

Первой заговорила Джохара.

– Почему ты мне не рассказал? – спросила она Шахина.

Он коснулся ее щек, на его лице читалось беспокойство.

– Я не хотел обременять тебя этими известиями до того, как разыщу преступников.

– Да хватит уже! – взорвался Амджад. – Я могу простить тебя за то, что слепота поставит под угрозу твою собственную жизнь или даже вызовет кризис в стране. Но гражданская война не идет ни в какое сравнение с тем, что может начаться в нашем регионе. Можешь ли ты представить, что случится государственный переворот и в стране появится новый правящий дом? Готов ли ты принять то, что может быть еще хуже: в Зохейде установится диктатура? Ты в своем уме? Какого преступника ты разыскиваешь? Единственный преступник стоит прямо перед тобой. Только она имела возможность и средства для осуществления своего плана. Какие еще тебе нужны доказательства? Ты хочешь услышать ее обращение, в котором она признается, что уничтожила всех нас?

– Я клянусь, что покалечу тебя, Амджад! – прорычал Шахин.

– Подумай над тем, что я тебе скажу, Шахин. – Амджад взволнованно вскинул руки. – Я думал, что возвращение Джохары было спланированным. Она решила получить все, что можно, от королевской семьи. Но все оказалось гораздо хуже. Всем понятно, что происходило. Бердж вызвал ее в Зохейд, чтобы она помогла ему реализовать план. Он выдумал свой инфаркт, дабы использовать его как повод для того, чтобы заставить ее приехать. Возможно, он подослал ее к тебе, чтобы потом ни у кого не возникло вопроса о причине ее возвращения в страну. У Джохары двойное алиби: она приехала в Зохейд из-за сильного волнения за отца и как безнадежно влюбленная женщина. Все вышло бы замечательно, если бы Элия не обнаружила пропажу.

Шахин уперся ладонями в плечи Амджада и заорал:

– Ты во всех видишь предателей, Амджад! Ты настолько отравлен ненавистью, что не замечаешь, как одно твое подозрение исключает другое. Сначала ты считаешь, что Бердж и Джохара настолько глупы, что затевают подобный план, хотя на них сразу падет подозрение, потом ты называешь их непревзойденными манипуляторами. Ты – единственный, кто до такой степени слеп, что не видит безосновательность своих косвенных улик.

– В этом все и дело, – согласилась Элия. – Тот, кто устраивает заговор, отлично знает, что Бердж и Джохара будут первыми подозреваемыми, если заговор раскроется.

– Если Элия и Шахин уверены, что твой отец и ты невиновны… – Камал многообещающе посмотрел на Джохару золотистыми глазами, – то я тоже убежден в вашей непричастности. Даю тебе слово, что сделаю все от меня зависящее, чтобы защитить вас, найти того, кто хотел очернить ваше имя, и наказать этого человека.

Амджад поднял руки:

– Так как здравый смысл уступил место всеобщему восхищению, я больше всех вас хочу получить доказательства. Я признаю, что, возможно, ошибаюсь. Но в случае, если я прав, прошу учесть последствия: если вы погонитесь за вымышленными преступниками, позволяя реальным уйти с драгоценными камнями, это нарушит стабильность в регионе и лишит трона нынешнего короля.

– Я запомню, Амджад, – пробормотал Шахин. – И отвергаю твои домыслы. Теперь дай мне слово, что в любом случае не станешь преследовать Берджа или Джохару.

Амджад выдержал тяжелый взгляд брата, потом пожал плечами:

– Я могу пообещать тебе это только в том случае, если Харрис встанет на твою сторону. Сейчас ты единственный, кому есть что терять.

Шахин кивнул:

– Такой ответ меня устраивает.

Элия подытожила:

– Теперь, когда мы перестали воевать друг с другом, хочу заявить, что мы ведем себя неразумно. Воры знают, что мы не сможем проводить открытое расследование и должны делать вид, что ничего не произошло. Только так нам удастся вернуть драгоценные камни до начала Королевской выставки.

После этого мужчины и Элия договорились о дальнейших действиях. Камал, как нейтральная сторона, обо всем расскажет Харрису.

Джохара стояла рядом с Шахином, словно онемев, когда они уходили.

После того как смолк шум вертолета, на котором улетели Камал и Элия, и рев отъезжающего спортивного автомобиля Амджада, Джохара продолжала пялиться в пустоту.

Она думала, что уже представила себе наихудший сценарий и сделала все, чтобы защитить Шахина от каких-либо последствий. Оказалось, она ничего не знала…

Джохара вздрогнула, когда Шахин обнял ее за плечи:

– Войди в дом, моя драгоценная. Тебе нужно присесть. Я помогу тебе справиться с тем, что на тебя навалилась.

Кивнув, Джохара услышала какой-то гул вдали. Через несколько секунд она увидела процессию из черных лимузинов с изумрудно-золотыми флагами Зохейда.

Шахин застыл на месте.

– Только этого мне не хватало. Это отец. – Он повернулся к Джохаре. – Пожалуйста, подожди меня в нашей спальне. Я постараюсь поскорее со всем разобраться.

Джохара кивнула и, словно робот, отправилась исполнять его приказ.

Через несколько минут она сидела на краю постели, прислушиваясь к торопливым шагам, которые становились все громче и громче.

Дверь в спальню распахнулась.

Шахин стоял позади отца, выглядя так, словно хотел отшвырнуть короля в сторону. Король Атеф, будучи в полном королевском одеянии, вошел в огромную комнату, отклоняя протесты сына.

Джохара поднялась с постели, чувствуя, что сейчас ей нанесут последний удар. И тогда король спросил:

– Это правда, Джохара? Ты беременна от Шахина?

Глава 9

Шахин уставился в затылок отца, затем посмотрел на застывшее лицо Джохары. Шокированная, она удивленно приподняла бровь.

– Нет, я не беременна, – ответила она дрожащим голосом.

И в этот момент Шахин получил подтверждение своего предположения.

Джохара была беременна.

Он почувствовал, как его сердце замирает, как во время катания по бесконечным американским горкам.

С тех пор, как Джохара ушла от него после первой любовной схватки, Шахин задавался вопросом, будет ли их страстное безрассудство иметь последствия. Ведь в ту ночь они забыли о предохранении. Думая об этом, Шахин терзался. Однако она ничего ему не говорила, а на протяжении двух недель, которые они провели вместе, Шахин не предохранялся, так как Джохара убедила его, что принимает противозачаточные таблетки. На самом же деле она уже была беременна.

– Извини, дорогая, но я не могу признать, что рад это слышать, – сказал король. – Я считаю тебя лучшей парой для Шахина, но королевские обязанности запрещают мне следовать велению сердца. В нынешней ситуации я вынужден принимать во внимание только то, что выгодно мне и моей семье.

Шахин видел, как Джохара кивнула; золотистые локоны мягко обрамляли ее лицо.

Пройдя мимо отца, он приблизился к Джохаре.

– Ты мне не поверила, когда я сказал, что мы всегда будем вместе. Поэтому ты ни о чем мне не рассказала. Ты планировала воспитать ребенка одна, – уверенно произнес он.

Она опустила глаза:

– Я н-не сказала, что жду ребенка.

Он коснулся ее подбородка, заставляя поднять голову и посмотреть в его глаза.

– Не сказала, потому что ты чрезвычайно волевая женщина и решила принести себя в жертву ради моего так называемого блага и интересов Зохейда. Твой взгляд по-прежнему говорит, что ты готова предоставить мне свободу. Но по-настоящему свободен я буду только рядом с тобой.

Король шагнул в их сторону, на его благородном лице читались смятение и недобрые предчувствия:

– Значит, это правда?

Джохара выдержала взгляд Шахина в упор, а потом из ее глаз хлынули слезы.

– Мне очень жаль…

Шахин подхватил ее на руки и прижал к себе:

– Сожалей только о том, что не сказала мне правду и решила, будто я отвергну тебя и нашего ребенка. Неужели ты не понимаешь, что я скорее умру, чем расстанусь с тобой?

– Я тоже. – Она рыдала на его груди. – Но я никогда не стремилась усложнить твою жизнь. Ох, Шахин, я не должна была приезжать на ту вечеринку…

Он слегка отстранился и хмуро и раздраженно посмотрел на нее:

– Почему ты считаешь меня мальчишкой, который не понимает, каковы будут последствия его действий? Если бы время повернулось вспять, я поступил бы точно так же. Я привязал бы тебя к себе, чтобы ты не смогла оставить меня ради блага, а отпраздновать с тобой известие о твоей беременности. Ты спала в моих объятиях каждую ночь, но ни о чем не сказала. Ты планировала всегда скрывать это?

Она посмотрела на него с мольбой:

– Я не хотела ничего утаивать, но мне было тяжело думать о том времени, когда ты больше не будешь со мной и ребенком. Я лишь знаю, что моя беременность создаст проблемы, как говорит король, и не могу даже представить размер ущерба, когда люди узнают о наследнике.

– А какой ущерб понесем мы и наш ребенок? Об этом ты подумала?

Послышалось ворчание. Шахин повернулся и, посмотрев на своего отца, прочел на его лице сожаление и решимость.

– Я рад, что ты нашел любимую женщину, – с тяжелым сердцем сказал король.

Шахин его перебил:

– Я люблю Джохару и всегда буду любить. И это даже не обсуждается.

Атеф продолжал говорить, даже в такую минуту оставаясь королем, преданным своей стране:

– И очень хорошо, что этой женщиной оказалась Джохара. Однако нам не удастся остановить запущенную цепную реакцию. – Король повернулся к Джохаре и посмотрел на нее с сожалением. – Скоро все узнают твою тайну. Все, что мы можем сделать, – это переписать историю и надеяться на то, что последствия не будут слишком серьезными.

Джохара посмотрела в глаза Шахину, потом повернулась к королю:

– Что вы имеете в виду?

– Я объявлю о том, что вы уже помолвлены. Несмотря на то что помолвка тайная и вызовет неодобрение, она действительна. Этим мы объясним, почему ты приехала к Шахину в Зохейд после такого долгого отсутствия. Рожденный ребенок будет признан законным. Мы сыграем свадьбу по всем правилам.

Шахин почувствовал, как Джохара задрожала в его руках, и увидел, как выражение надежды на ее лице уступило место сомнению.

– А как же политический брак, который должен заключить Шахин? Как это повлияет на ваши переговоры и мир в Зохейде?

Король опустил плечи:

– Я постараюсь убедить представителей семей в том, что одна из их дочерей может стать второй женой Шахина.

Шахин знал, в какие условия ставил отца, однако все равно рассердился:

– Пусть они думают, что хотят. Я не возьму вторую жену.

– Не надо принимать поспешных решений, Шахин.

– Я вообще не собирался жениться ни на ком, кроме Джохары. Я просто выжидал время, чтобы… – Ша хин помолчал, потом выпалил: – Чтобы подыскать решение, способное нанести наименьший вред. Но теперь я больше не стану притворяться.

– Разве у нас есть выбор, Шахин? Если ты хотя бы немного не уступишь представителям, они обеспечат нас проблемами до конца столетия. Я согласен, чтобы ты был с Джохарой, но не ценой мирной жизни в королевстве. Независимо от того, что сейчас происходит, ты сам воспитаешь собственного ребенка. Ты не будешь лишен общения с ним, как я был лишен общения с Элией.

– Вы слышите, что говорите, отец? Вы пожертвовали вашей единственной любовью и считали собственную дочь племянницей. И только благодаря провидению Бахия спасла ее от безвестности. Что дали ваши жертвы вам и королевству? Вы подавляли восстание за восстанием; последний всплеск произошел два года назад, и уладить ситуацию в самый последний момент смог только брак Элии и Камала. И вот снова существует вероятность мятежа. Вы думаете, что, пожертвовав мной, вы их успокоите? На какое время? Представители похожи на истеричных детей, и чем больше вы им даете, тем чаще и громче они будут требовать от вас уступок. Вы никогда не сможете их успокоить. Поэтому я женюсь на Джохаре прямо сейчас, но не из-за того, что следует сохранить мир в стране, а потому, что не мыслю жизни без нее. И я буду с ней до конца. Всем придется с этим смириться.

Джохара прижалась к нему:

– Я не могу позволить тебе жертвовать собой, отцом и королевством, Шахин.

– Поверь мне, моя драгоценная, я все улажу.

Она вцепилась в его плечо и решительно посмотрела ему в глаза:

– Тогда обещай, что отпустишь меня, если наш союз будет представлять большую угрозу для страны.

– Я обещаю, что никогда тебя не отпущу.

Прежде чем она успела возразить, заговорил король. Его голос звучал, как похоронный звон колокола:

– Не давай обещаний, которых можешь не исполнить, сын. – До того как Шахин успел его перебить, Атеф произнес: – А теперь вы возвращаетесь со мной во дворец. Я прикажу начать подготовку к свадебной церемонии.

– Позволь мне от души восхититься тобой, Джохара. Ты лучшая из известных мне манипуляторов.

Джохара напряглась, услышав язвительные слова Амджада. Шахин ее обнял, потом повернулся к брату.

Харрис, который встретил их у парадного входа во дворец, ответил Амджаду:

– Я рекомендовал тебя в качестве одного из свидетелей на свадьбе, Амджад. Но твое место может легко занять наш отец или любой человек с улицы.

– Ты намерен лишить меня удовольствия передать Шахина львице, к которой он так стремится? Неужели ты настолько жесток? – Амджад обнял Шахина за плечи и посмотрел Джохаре в глаза. – Как, по-твоему, Джохара распустила слухи о своей беременности? Она, наверное, потирает руки от радости, ведь ей удалось вызвать желаемый скандал и добиться нужного результата. Ты не единственный, кто торопит собственную свадьбу, Шахин. Все, включая меня, будут судорожно толкать тебя в ее объятия.

Шахин посмотрел на Амджада сначала свысока, затем с сожалением:

– Ты каждое утро вырабатываешь новую порцию яда?

Амджад резко хохотнул, грубо схватил Шахина, потом отпустил.

– Это все же лучше, чем выслушивать бесконечные потоки твоей сентиментальности.

– Тебе никогда не хотелось включить мозги? – спросил Шахин. – Во дворце полно горничных, которые только и делают, что наблюдают за всеми. У них на уме только сексуальные скандалы и сплетни. Они наверняка заметили признаки беременности у Джохары и разнесли информацию по всему дворцу. Теперь ты доволен?

– Я в восторге. – Амджад прижал руки к груди в области сердца, изображая умиление. – Я буду дядей!

Шахин поморщился:

– Теоретически. На практике я не позволю тебе приблизиться к твоему племяннику или племяннице, пока ты снова не станешь человеком.

– Ты хочешь сказать, что я когда-то был человеком? Какой льстец. Человечность я оставляю тебе. Со всеми вытекающими из этой глупости последствиями. Хотя признаю, что в человечности имеются очень забавные моменты. Не важно, что страну скоро поглотит хаос. Главное, у тебя есть Джохара и скоро появится потомство. Какое все-таки облегчение узнать, что ты несовершенен, Шахин. Я начинаю по-настоящему о тебе беспокоиться, брат.

Шахин спокойно посмотрел на него и спросил:

– Итак, каковы новые обвинения в адрес Джохары и ее отца, Амджад? Облегчи свою душу и сообщи их нам.

Амджад, одетый в шелковую рубашку темно-синего цвета, пожал плечами:

– О, это всего лишь вариации на старые темы. – Он перевел взгляд на Джохару. – Ты полна сюрпризов, наша Джохара.

Харрис ударил его по руке и указал двумя пальцами на свои глаза:

– У тебя глаза на месте, братец?

Амджад помассировал место удара и издевательски улыбнулся:

– Я понимаю. Теперь ты один из лакеев Джохары.

Харрис прищурился:

– Я могу приказать спецподразделениям увезти тебя отсюда подальше, чтобы ты не разбрызгивал вокруг свой яд, пока свадьба не состоится.

– Ты думаешь, они подчинятся тебе, а не мне, наследному принцу? Мне прямо не терпится посмотреть, чьи приказы они будут исполнять.

– Мне будет несложно убедить их в том, что ты обезумел.

– Но, но… ма-а-ам! – Амджад прикинулся рассерженным маленьким мальчиком, а Джохара подумала, что еще никто не казался ей более угрожающим и… одиноким. – Я единственный, кто вас развлечет. Что это за вечеринка, если на ней нет меня?

Харрис покачал головой, испытывая по отношению к брату любовь, раздражение и сожаление:

– Клянусь, иногда мне кажется, что ты из нас самый младший.

Амджад не унимался:

– При любом раскладе ты остаешься в середине, брат.

– Ты обещал считаться с моим мнением. Я должен был знать, что такое произойдет только в том случае, если мое мнение совпадет с твоим. – Харрис обратился к Джохаре, одарив ее многострадальным и извиняющимся взглядом. – Его теория о твоей причастности к заговору с похищением драгоценностей и теория о том, что ты заставила Шахина жениться на тебе во избежание скандала, взаимно исключают друг друга. Если оба сценария увенчались успехом, Шахин перестал бы быть принцем. А Амджад считает, что ты выходишь замуж за Шахина только из-за его статуса.

Амджад поднял руку, как усердный ученик в классе:

– Я знаю правильный ответ!

Джохара неохотно на него посмотрела. Этот человек был неподражаемо привлекательным, даже оскорбляя кого-нибудь. Амджад говорил так, словно она вообще отсутствовала.

– Для нее ситуация беспроигрышная. Если все пройдет хорошо, она получает огромные деньги, Шахин теряет титул, но сохраняет свои богатство и власть в качестве бизнесмена и шейха, а она все равно остается при нем. Затем, получив полную власть, она начнет переговоры о возвращении драгоценных камней за любую цену. Она будет действовать через третьих лиц и добьется своего.

Харрис громко фыркнул:

– Ой, Амджад. Неужели у тебя действительно есть мозги?

– Ты завидуешь мне, потому что у тебя их нет? А мы-то доверили свои жизни и страну такому руководителю службы безопасности. Я прямо чувствую, что обязан известить об этом совет старейшин. Бьюсь об заклад, тебя прогонят с должности и выведут за ухо вон, если догадаются о том, насколько ты романтичен и глуп.

Шахин улыбнулся:

– Наследный принц ты или нет, Амджад, но нас больше. Почему бы нам не вывести тебя за ухо вон?

Амджад одарил братьев дьявольской улыб кой, убежденный в непоколебимости собственной власти:

– Остыньте, мальчики. Разве вы никогда не слышали о привилегированном положении адвоката дьявола?

– Ты имеешь в виду помощника дьявола? – спросил Харрис. – Ты все-таки болен, Амджад.

– Но я выживу. Хотя кто знает, что лучше: умереть или выжить? Впоследствии мне придется вечно сдерживать агрессию. Так как Шахин может думать только одной частью тела, а это отнюдь не мозг, ты, Харрис, был моей последней надеждой. Я думал, ты сумеешь противостоять той сопливо-сентиментальной драме, что здесь разыгрывается.

В этот момент король призвал Шахина и Харриса, и Амджад остался с Джохарой наедине.

Она подождала, пока Шахин и Харрис окажутся вне пределов слышимости, затем набросилась на Амджада.

Она изо всех сил вцепилась в его плечи и услышала, как он ахнул от удивления.

– Слушай, Амджад, – прошипела она. – Я больше не намерена выслушивать твои восхитительные теории о моей хитрости и предательстве. Я полюбила Шахина в тот момент, когда впервые увидела. Это произошло, когда он спас мне жизнь. Я думала, что безнадежная любовь – самое худшее, что есть в моей жизни. Потом я встретилась с ним снова и поняла, что он тоже испытывает ко мне чувства. И тогда мои страдания превратились в агонию. Тебе ни когда не понять, что такое настоящая любовь. Ты не будешь страдать от отчаяния, когда придется расстаться с любимым человеком. Я не позволю мучить Шахина. Поэтому приказываю тебе заткнуться, раз и навсегда, Амджад!

Джохара замолчала, глядя на него. Она дрожала от избытка эмоций. Амджад молчал, поэтому она порывисто выдохнула и сказала:

– А теперь отвяжись от меня и сосредоточь свое бесценное внимание на более серьезных делах. На поиске драгоценностей.

Он тряхнул головой, словно очнулся от транса. В конце концов он произнес, растягивая слова:

– Я всегда думаю о людях самое плохое, а потом, если необходимо, заглаживаю свою вину. Поэтому я сделаю все, чтобы загладить свою вину, когда буду уверен в твоей честности. – Он наклонился к ней, словно желая прочесть ее мысли. – А теперь ответь мне на вопрос, Джохара. Если ты и твой отец невиновны, почему вы не заявили о том, что драгоценности поддельные?

– Я знаю почему. – Джохара резко вздрогнула, услышав заявление Шахина. Он и Харрис снова подошли к ней и Амджаду. – У Берджа была сильная депрессия, и он был неспособен сосредоточиться на работе, поэтому не смог вовремя заметить подделку. Это и стало причиной его отставки. Джохара не видела драгоценности с тех пор, как оставила Зохейд двенадцать лет назад.

Амджад поджал губы, размышляя:

– Мне все равно нужно допросить Берджа.

Шахин выдохнул:

– Единственная причина, почему я не врежу тебе в челюсть, состоит в том, что я не желаю, чтобы Джохара во время свадебной церемонии брала меня за опухшую руку.

– Я свидетель на свадьбе, поэтому выдержу, если опухнут суставы на моей руке. – Глаза Харриса грозно сверкнули.

Амджад восхищенно присвистнул:

– Ой, да вы полны агрессии. Угомонитесь, мальчики. Я хочу его допросить не как обвиняемого, а как свидетеля.

Джохара, не дожидаясь реакции Шахина или Харриса, заявила Амджаду:

– Ты можешь спросить у меня все, что тебе захочется, но не смей приближаться к моему отцу.

– Он должен осмотреть поддельные драгоценности, – настаивал Амджад.

Джохара решительно покачала головой:

– Я сама их осмотрю.

– У тебя есть квалификация? – Когда она свирепо на него посмотрела, он поднял руки, словно защищаясь. – Ладно, осматривай. Каков твой план?

– Я проверю уровень мастерства подделки. В мире всего несколько ювелиров, которые способны создать копию, почти неотличимую от оригинала. Я изучу стиль работы и установлю, кто подменил драгоценности.

После того как Шахин и Харрис заявили, что Джохара предлагает лучший план из возможных, Амджад приблизился к ней и взял под руку. Она моргнула, глядя на него и не понимая, что он затевает на этот раз.

– Что еще ты задумал? – спросил Шахин, вторя ее подозрениям.

В уголках глаз Амджада появились морщинки, когда он улыбнулся.

– Джохаре нужно выбрать драгоценности, которые она наденет на свадьбу. А поскольку тебе, как жениху, не полагается видеть ее до свадьбы, – Амджад посмотрел на нее, – я надеюсь, она удостоит меня чести сопровождать ее в хранилище драгоценностей.

После долгого и ошеломленного молчания Харрис захохотал:

– Ты непредсказуем!

Шахин поборол нерешительность, потом кивнул, но бросил яростный взгляд на брата:

– Если ты снова ее расстроишь…
– Не волнуйся, Шахин. – Амджад ей подмигнул. – Когда я называл Джохару львицей, я не знал о той силе, которой она обладает. Она может защищать себя и тебя от целой армии.

* * *

– Я слышала, что ты была в черном на своей свадьбе.

Элия рассмеялась над замечанием Джохары:

– Я выбрала для платья черный цвет, символизирующий власть в Джударе, желая показать Камалу, что я думаю по поводу своего вынужденного брака. Ну, его очень благоприятная реакция стала одним из первых признаков того, что мы созданы друг для друга. – Элия испуганно воскликнула: – Только не говори мне, что хочешь поступить так же, как я!

– О нет. Я просто надеюсь, что вы не заставите меня надеть белое платье. – Джохара провела ладонями по пока плоскому животу. – Было бы нелепо нарядиться в белое, когда всем известно о моей беременности.

– Ты выходишь замуж по любви, – сказала Лайла, одетая в костюм из блестящего атласа и шифона изумрудного и бирюзового цветов, расшитый стразами, бисером и жемчугом. – Не позволяй обстоятельствам диктовать тебе условия.

Джохара с благодарностью посмотрела на Лайлу. Лайла и Элия провели с ней все утро, стараясь ее успокоить и выбрать для нее наряд.

До церемонии оставалось два часа, а платья у невесты по-прежнему не было.

Элия вздохнула, показав Джохаре очередной наряд и увидев, как та покачала головой:

– Ты права. Ни одно платье тебе не подходит.

– Может, тебе надеть на церемонию только драгоценности? – Лайла подмигнула Джохаре. – Зачем нужна одежда, когда ты будешь украшена бесценными произведениями из коллекции «Гордость Зохейда»?

Элия и Джохара переглянулись. Лайла ничего не знала о похищенных драгоценностях.

В дверь постучали, Элия бросилась ее открывать.

Спустя мгновение она вернулась и посмотрела на Джохару; глаза Элии сияли от восторга.

– Закрой глаза, Джохара!

– Что… – изумленно пробормотала она, округлив глаза.

Лайла подскочила к дивану, на котором сидела Джохара, и положила руки ей на лицо.

– Они закрыты, – объявила Лайла.

Через несколько мгновений Лайла отстранилась, и Джохара, удивленно моргнув, уставилась перед собой.

Элия держала перед ней самый красивый наряд, какой она когда-либо видела.

– Вот это тебе подходит, – с гордостью произнесла Элия. – Наряд прислал твой великолепный жених, который знает тебя лучше остальных.

К платью была приложена записка, написанная по-арабски, которую Джохара взяла дрожащими руками.

...

«Я никогда не смогу подарить тебе того, что сможет по достоинству подчеркнуть твою красоту. Согласишься ли ты принять в дар мою жизнь, моя драгоценная?»

Платье золотисто-коричневого оттенка было сшито из шелка, жоржета, шифона и кружева. Оно плотно облегало талию и подчеркивало пышную грудь. Складки юбки были приподняты с одной стороны и закреплены на бедре. Платье было расшито стразами, шелковыми нитями и жемчугом в соответствии с традиционными мотивами Зохейда.

Джохара стояла перед зеркалом в полный рост и любовалась своим отражением как завороженная.

– Джохара, пора!

Джохара вышла из комнаты, за ней следовали Лайла и Элия.

Она выходит замуж за Шахина. Она ждет от него ребенка.

Жизнь в самом деле преподнесла ей чудесный подарок.

Глава 10

Скромная процессия, следующая за Джохарой, стала больше, как только они вышли из коридора, ведущего из ее апартаментов.

Каждый раз, когда Джохара оглядывалась, у нее за спиной появлялось все больше женщин. Это была свита невесты. Женщины, одетые в светлые платья, широко улыбались и радостно хихикали.

Джохара слышала, как Лайла простонала:

– О боже, в таком наряде я похожа на павлина!

Элия посмотрела на свое платье красно-оранжевого оттенка:

– А я ощущаю себя огнедышащим драконом. Кое-кому следовало предупредить нас о том, что нужно соблюдать определенный дресс-код.

– Через некоторое время, – простонала Лайла, обращаясь к Джохаре, – кое-кто – я имею в виду твоего жениха – поплатится за то, что мы выглядим как два ярких пятна на фоне свадебной процессии.

– Твои дети будут смотреть ваш свадебный альбом и спросят, почему их тетушки одеты, как попугаи, – добавила Элия.

– Вы в самом деле очень жизнерадостно выглядите, – сказала Джохара и удостоилась ироничных взглядов Элии и Лайлы. – Я никогда не надела бы наряды такой расцветки, как у вас, и Шахин об этом знает. Но вы обе обладаете очень яркой внешностью, которую следует подчеркивать яркими цветами. Это я говорю вам как профессиональный ювелир-дизайнер. Я обязательно предложила бы вам ювелирные украшения ярких расцветок. Не могу дождаться, когда сделаю для вас украшения!

– Я всегда считала, что ты мне понравишься. Но я была не права. – Лайла крепко ее обняла. – Я тебя полюбила.

Элия обняла Джохару с другой стороны:

– Я тоже тебя люблю. И я знаю, как сильно ты любишь Шахина.

Джохара посмотрела в глаза Элии и поняла, почему та решила, что она невиновна в краже драгоценностей. Будучи влюбленной в своего мужа, Элия понимала, что Джохара скорее умрет, чем причинит вред и страдания Шахину.

Почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы, Джохара решила отвлечься и оглядеться. Она не хотела появляться перед Шахином с покрасневшими от слез глазами.

Они остановились перед входом в церемониальный зал, где некоторое время назад устраивался прием, на котором Шахину представляли невест.

Когда двери распахнулись, Джохаре показалось, что она попала в сказку. Она не ожидала, что зал будет оформлен так великолепно.

В каждой из арок были установлены несколько рядов курильниц с благовониями и горящие факелы. На стенах были закреплены роскошные композиции из белых и желтых роз и пышной листвы. Колонны были обернуты атласом бронзового цвета и украшены серебряными кистями и золотыми узорами. Мраморный пол покрывала искрящаяся позолота. В свете факелов все переливалось и искрилось, напоминая сокровищницу царя Мидаса. В воздухе витали ароматы цветов, мускуса и амбры.

В довершение всего в зале присутствовало более двух тысяч человек. Это было гораздо больше, чем на церемонии, во время которой Шахин выбирал себе невесту. Одеяния гостей потрясали воображение. Некоторые придерживались тенденций моды, другие словно явились из арабской сказки.

Лихорадочно оглядев гостей, Джохара слегка покачнулась и остановилась. Она увидела короля Атефа и короля Камала, сидевших на возвышении рядом с двумя креслами, напоминавшими трон. Она заметила несколько десятков международных политических деятелей и знаменитостей, королеву Сандос и единокровных братьев Шахина – Хайдара и Джалала. И еще много-много гостей.

Однако Шахина нигде не было.

Шахин… Именно он организовал для нее такую пышную церемонию. Но когда он успел это сделать? Как ему это удалось? Где же он? Она не может находиться в зале без него…

– Джохара! Дыши!

Джохара резко глотнула воздух, услышав голос Лайлы. Потом вздохнула еще раз.

– Хватит! – воскликнула Элия. – А то ты перенасытишь легкие кислородом.

Джохара заставила себя выровнять дыхание. Она с ужасом представляла себе заголовки газет, если упадет в обморок.

...

«Беременная невеста аль-Шалаана потеряла сознание на свадебной церемонии!»

Ее взгляд прояснился, она уверенно зашагала в центр зала. Гости расступались перед ней. Джохара подумала, что ей снится сон, но в этот момент раздались аплодисменты и ансамбль заиграл одну из самых популярных свадебных песен Зохейда, в которой всех призывали восхититься великолепием невесты и феноменальной удачливостью жениха. К тому времени, когда Элия и Лайла запели, Джохара двигалась, как на автопилоте.

Потом она увидела своего отца.

Он стоял на третьей ступеньке платформы, установленной в центре зала и обтянутой золотым атласом. Отец поведет ее к жениху. Именно он вложит ее руку в руку Шахина. Сначала она думала, что церемония будет длиться считаные минуты, но теперь поняла, что все не закончится быстро.

Джохара виделась с отцом всего несколько минут вчера вечером, когда Шахин и король объяснили ему сложившуюся ситуацию. Бердж был невероятно шокирован.

В настоящий момент он ждал Джохару. Его гибкое тело закрывала облегающая шелковая туника бронзового цвета и такого же оттенка брюки. На груди висели сверкающие красочные медали и знаки отличия, полученные за все время службы при дворе. Широкие плечи Берджа украшали знаки отличия самого высокого ранга. Джохара почувствовала, что Элия и Лайла отстали от нее, когда она поднялась по ступенькам на возвышение, вокруг которого выстроились сопровождавшие ее женщины. Отец взял ее за руки. Он уже не выглядел шокированным, а казался немного недоумевающим и сдержанно-радостным.

Однако, увидев его извиняющийся взгляд, Джохара притянула отца к себе и крепко обняла.

Он прерывисто вздохнул и обвил ее дрожащими руками:

– Прости, я был настолько поглощен своими проблемами, что не замечал того, что с тобой происходит. Поэтому ты ни о чем мне не рассказала? Ты думала, я тебя не поддержу?

Джохаре стало стыдно. Она крепче обняла отца:

– Нет. Если бы дело касалось только меня, я обязательно обо всем бы тебе рассказала, папа.

– Но к этому делу имел отношение и Шахин, и ты его защищала, – догадался Бердж. Она кивнула, прижавшись головой к его плечу. Вздохнув, он отстранился, чтобы посмотреть в ее глаза. – Ты его любишь? – Джохара снова кивнула, зная, что не должна говорить, как сильно и как долго любит Шахина. Обо всем можно было догадаться по ее взгляду. – Это – самое лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни. Я увижу, как ты выходишь замуж за любимого мужчину. По-моему, он для тебя лучшая партия. Я думаю, Шахин – лучший из всех принцев. А ты знаешь, с каким уважением я отношусь к сыновьям короля Атефа.

– Даже ко мне, Бердж? Вы меня уважаете? – Джохара вздрогнула, услыхав голос Амджада, который вторгся в ее приватный разговор с отцом и теперь крепко держал Берджа за плечо, смотря в его глаза с безжалостной проницательностью. – Что же мне нужно сделать, чтобы вы перестали меня уважать?

– Наследный принц Амджад… – Отец Джохары посмотрел на него в недоумении. – Я не хотел вас обидеть…

– Ах, не извиняйся перед ним, папа. – Джохара свирепо посмотрела на Амджада, который обожал издеваться над людьми. Она пыталась понять, ограничится ли он обыкновенными издевками или пойдет дальше. Она обнажила зубы в угрожающей улыбке.

– Итак, моя будущая невестка высказалась. – Амджад, как обычно, смотрел на Джохару, но говорил о ней в третьем лице. – Кажется, необходимо получить лицензию на то, чтобы вас обидеть, Бердж. И я надеюсь, вы пересмотрите свое уважительное отношение ко мне. Мы ведь не хотим, чтобы у меня было доброе имя, не так ли?

Отец Джохары улыбнулся, как человек, который не понимает происходящего, но слишком смущен, чтобы о чем-то расспрашивать. Амджад оглядел ошеломляющее по красоте ожерелье из чистого золота на шее Джохары. Многослойное украшение было инкрустировано роскошными бриллиантами различных оттенков: от чистого льда до золотисто-желтого. Колье закрывало шею Джохары и почти всю зону декольте.

– Итак, что, по-вашему, является настоящей «Гордостью Зохейда», Бердж? Ваша дочь или это?

Он коснулся пальцами ее ожерелья. Джохара наступила каблуком на ногу Амджада.

Принц даже не вздрогнул, когда тонкая и высокая шпилька проткнула его ногу. Но его взгляд стал лукавее. Для гостей в зале их пререкания оставались незамеченными, поэтому Бердж испуганно вздрогнул, когда Амджад откинул голову назад и расхохотался. Его смех звучал как гром среди ясного неба. Он был хищным, и Джохара испугалась бы его, если бы не пребывала в такой ярости.

Она уже собиралась зашикать на Амджада и пригрозить, что отомстит, если он посмеет нарушить условия их договоренности, как вдруг в зале послышались приглушенные возгласы.

Всеобщее внимание переключилось на новый объект. В зале появился Шахин.

– Притворщица, – пробормотал Амджад, затем наклонился и прошептал ей на ухо: – Наслаждайся, но ни о чем не забывай.

– А ты не забывай, что снаружи находятся представители спецслужб.

Харрис словно материализовался рядом с Джохарой. Он одарил ее ободряющей улыбкой, а Амджада слегка оттолкнул в сторону, приглашая Джохару и Берджа идти вперед.

В тот момент, когда они вчетвером спустились с возвышения, свет стал меркнуть и, наконец, зал погрузился в темноту. Остался зажженным только один факел, его нес человек, идущий впереди Джохары. Она практически ничего не видела перед собой.

Ее сердце учащенно забилось от испуга. Она чувствовала, что приближается к Шахину, ощущала на себе его любящий и ласкающий взгляд.

И хотя она не могла его видеть, она ничуть не возражала по поводу того, что он ее рассматривает. И она уже не осуждала его за организацию шикарной церемонии. Джохара едва не умерла от смущения, но понимала, что свадьба – это возможность для Шахина прокричать всему миру о том, насколько он горд – ведь Джохара согласилась стать его женой.

Она знала, что их брак создаст проблемы в государстве. Она уже заметила, что на церемонии отсутствуют предводители воинствующих семей, с которыми король вел переговоры. Джохаре лишь оставалось предположить самое худшее.

Но сейчас Шахин дарил ей чудесные мгновения, и их она запомнит на всю жизнь.

Музыка стала громче и ритмичнее. Ее сердце билось в унисон с ритмом. И вдруг огонь разделился, два человека, несущие факелы, разошлись в разные стороны.

Джохара подошла к Шахину и резко замерла.

Ее отец остановился рядом. Она слышала, как Амджад фыркнул, когда он и Харрис едва на них не налетели. Но ничто не имело для нее значения. Ничто, кроме Шахина.

Она впервые видела его таким. Она считала его похожим на бога пустыни, когда он был одет в современную одежду, но теперь…

Теперь, когда на Шахине была старинная одежда, хранящая память о традициях и геройских деяниях его предков, описать его словами не представлялось никакой возможности. Его взгляд говорил о том, как он счастлив стать ее мужем.

Джохара снова пошла вперед, ее переполняло желание подробно разглядеть Шахина.

Волнистые волосы принца были зачесаны назад и касались воротника; при свете факелов они приобрели темный оттенок красного дерева. Языки пламени отбрасывали свет на его лицо, темно-карие глаза Шахина сверкали. Его лицо никогда не выглядело столь благородным и решительным; каждая черта теперь казалась резче. Одеяние Шахина из тяжелого шелка сверкало золотисто-коричневыми искрами, как и наряд Джохары. Шарф с вышитыми на нем королевскими знаками отличия был приколот ослепительно сверкающей брошью – очередной гордостью из ювелирной коллекции Зохейда – к высокому вороту золотистой рубашки. Широкий пояс из атласа бронзового оттенка украшал брюки темно-бронзового цвета, облегающие его длинные и красивые ноги. Шахин был обут в ярко-коричневые, начищенные до блеска кожаные сапоги.

Но именно плащ Шахина заставил Джохару подумать о том, что он прибыл к ней из сказок прошлого.

Плащ благородного, темно-шоколадного цвета ниспадал с его широких плеч свободными складками до самого пола.

Чем ближе подходила Джохара к Шахину, тем напряженнее он становился. Она сожалела о том, что он не может завернуть ее в свой плащ и унести прочь, избавив от всеобщего внимания.

Но она знала, что он устроил церемонию ради того, чтобы показать, с каким почтением относится к своей будущей жене.

Джохара уже хотела броситься в его объятия, как из темноты вышли блондинка в кремовом наряде типа сари и высокий, как Шахин, мужчина.

Джохара едва не задохнулась.

Она так печалилась о том, что свадьба будет слишком поспешной и ей не удастся их пригласить. Но Шахин…

Он пригласил на свадьбу ее мать и брата!

На мгновение она оцепенела.

Джохара не виделась с Арамом уже год. Она очень по нему скучала и с упоением смотрела на него сейчас. Внешне он был похож на пирата. За прошедший год стал более внушительным. От матери он унаследовал роскошные глаза цвета бирюзы, а от отца смуглую кожу и иссиня-черные волосы, а также высокий рост и широкие плечи. Мать Джохары была, как и прежде, ослепительно хороша собой.

Джохара бросилась к ним и Шахину с поцелуями.

Заиграла более торжественная музыка.

Мать крепко прижала Джохару к себе и поцеловала еще раз:

– Моя дорогая, я всегда ждала этого дня. Я так за тебя волновалась.

Джохара отстранилась от нее, выглядя ошеломленной:

– Ты знала?

– Я всегда об этом знала. – Глаза ее матери сверкали от слез. – Именно поэтому я никогда не хотела сюда возвращаться. Я не желала, чтобы ты страдала. Я считала, что любовь к Шахину принесет тебе только душевную боль, потому что ваш брак казался мне невозможным. Не передать, какое я испытываю облегчение и радость оттого, что оказалась не права в своих предположениях.

Джохара снова бросилась в крепкие объятия матери. Казалось, все знали о том, что она влюблена в Шахина. Все, кроме отца, читали ее, как открытую книгу.

Потом в голову Джохары пришла мысль, и она, обняв Арама, произнесла:

– Кстати. – Она сердито на него посмотрела. – Ты оказался не прав!

На секунду Арам опешил и осуждающе посмотрел на Шахина, затем снова взглянул на Джохару, усмехаясь:

– Если это не доказывает мою правоту, я тогда не знаю, кто прав.

– Ты был не прав. И я хочу, чтобы ты извинился!

– Я не буду извиняться за то, что мне пришлось тебя защищать, – сказал Арам.

– О, ты извинишься! Перед Шахином! Как ты мог обвинять его в том, чего не было? Ведь ты считался его лучшим другом!

– Неужели прямо сейчас состоится очередное выяснение отношений между родственниками? – простонал Харрис. – Я думаю, у нас уже было достаточно стычек.

– Стычек между родственниками всегда не хватает, – провокационным тоном заявил Амджад. – Кто знает, что лучше? Война между родственниками давно назрела. Имейте это в виду, мальчики и девочки.

Арам оскалился:

– Я только сейчас понимаю, как сильно по тебе скучал, Амджад.

Амджад одарил его дьявольской улыбкой:

– Это была моя реплика. Именно я должен был сказать, что скучал по тебе, да? К сожалению, не успел.

Отец Джохары откашлялся:

– Чем больше проходит времени, тем отчетливее я осознаю, что даже не подозревал о происходящем. Но я прошу вас сжалиться надо мой и не заставлять чувствовать себя олухом на нынешней церемонии.

Джохара и Арам обняли отца, извиняясь перед ним. А потом Шахин обнял Джохару, ее мать, Арама и Берджа.

– Мы больше никогда не поссоримся, – решительно заявил Шахин, имея в виду себя, Джохару, ее мать и отца, и Арама. Они кивнули в знак согласия, и он продолжил: – А теперь мы должны начинать церемонию бракосочетания.

Они отстранились друг от друга, и отец Джохары вложил ее руку в руку Шахина. Принц прижал Джохару к себе и повел вперед, в позолоченный деревянный дворец в миниатюре, где должен был быть заключен брак.

Они расположились на диване, обтянутом шелковой парчой; Джохара села между Шахином и отцом, а остальные родственники по обе стороны от них. Жених и невеста обменялись любящими взглядами.

А затем началась церемония бракосочетания.

После того как трехчасовые торжества закончились, Джохара стояла в спальне Шахина, у туалетного столика, и снимала с себя драгоценности.

Он сказал ей, что хочет отвезти ее на виллу на берегу моря или в какую-нибудь другую страну и они проведут брачную ночь на борту его самолета. Но было запрещено выносить драгоценности из дворца.

Джохара нисколько не возражала. Она уже давно мечтала остаться с ним наедине.

Шахин ушел, чтобы проинформировать своего отца и отца Джохары о том, что драгоценности будут возвращены завтра в первой половине дня. Когда она спросила, какое оправдание он для этого придумал, Шахин заставил ее пожалеть о заданном вопросе. Джохара покраснела, вспоминая об этом сейчас.

– Сними дупатту, моя драгоценная.

Джохара повернулась, услышав страстный призыв Шахина. Она наблюдала за тем, как он к ней подходит, и машинально подняла руки к голове.

Когда она сняла ткань с головы, Шахин снял с шеи свой шарф и швырнул его на пол:

– Теперь сними лехенгу.

Она снова ему повиновалась, с радостью избавляясь от длинной юбки.

Он быстро подошел к ней и сорвал с себя плащ. Джохара несколько раз сглотнула, наблюдая за его красивыми и сильными движениями. Вскоре на ней остались только туфли на высоких каблуках.

– Ну, так несправедливо, – хрипло произнесла она, когда Шахин встал перед ней в трусах. – На тебе всегда слишком много одежды.

Он прищурился, страстно оглядывая ее с головы до ног:

– Нет ничего приятнее, чем смотреть на твое обнаженное тело.

– Сегодня я очарована всем. – Она закрыла грудь руками. – О сегодняшней церемонии я и мечтать не могла. Все было продумано до мелочей. Одежда, обстановка. Ты даже пригласил на свадьбу мою маму и Арама. Я не смогу выразить словами, что означает для меня твое внимание. Что ты значишь для меня. Ты всегда был для меня всем… Но теперь… Теперь… У меня нет слов. Я только надеюсь, что ты всегда будешь позволять мне доказывать мою любовь, как ты доказываешь свою любовь мне.

Она дрожала от избытка чувств и благодарности, испытываемых к Шахину. Сейчас он принадлежит только ей. Она любила каждое его прикосновение, каждый его поцелуй. Ее любовь к нему стала сильнее, когда она узнала, что вынашивает его ребенка. И все же Джохара не могла до конца поверить в то, что Шахин стал ее законным мужем.

Осознание единения с Шахином стало настолько всеобъемлющим, что у Джохары путались мысли.

А затем Шахин заговорил, вкладывая в слова те чувства, которые испытывал сам и которые переживала Джохара, и от этого ей стало одновременно грустно и приятно.

– Я думаю только о том, чтобы доказать мою любовь, продемонстрировать, что всецело тебе принадлежу. Я никогда не смогу тобой насытиться, моя драгоценная. Моя страсть становится все сильнее. Но теперь, зная, что ты беременна и стала моей законной женой… Желание, которое я испытывал в нашу первую ночь, не сравнится с тем, что я чувствую сейчас. И я опасаюсь, что уже не смогу сдержать свой порыв. Меня одолевают опасения. На этот раз наша близость будет настолько бурной, что мы оба окажемся на грани жизни и смерти.

– Ну и что?

Ее беспечный вопрос окончательно лишил его самоконтроля. Взяв Джохару за руку, он крепко прижал ее к себе:

– В самом деле, ну и что? Хочешь ли ты узнать, насколько рискованно наше влечение друг к другу?

– О да. Да, Шахин, я хочу умереть от восторга. – Она опустилась перед ним на колени и потянула вниз его трусы.

Едва Джохара успела коснуться губами его члена, как Шахин резко поднял ее и прижал к себе. Она захныкала в знак протеста, а он, прорычав, припал губами к ее соску. Она вскрикнула снова, почувствовав новую волну возбуждения.

– Ты всегда говоришь, что несправедливо, когда я доставляю тебе удовольствие, а ты мне нет. – Он прижал ее к стене у кровати. – Сегодня я первый доставлю тебе удовольствие, а потом придет твоя очередь.

Правой рукой Шахин прижал Джохару к стене, а левой схватил за запястье. Она услышала резкий щелчок.

Джохара попыталась повернуть голову, но встретила взгляд Шахина в упор и забыла обо всем.

– Я хочу вторгнуться в тебя и умереть от наслаждения, – произнес он.

– Тогда поторопись, пожалуйста…
Сквозь пелену удовольствия Джохара заметила, что на ее левой руке надет позолоченный наручник. Шахин приковал ее к себе, желая таким образом показать, что хочет быть с нею неразделимым.
Прошло немало времени, прежде чем Джохара пришла в себя. Приподняв тяжелые веки, она обнаружила, что лежит на спине на кровати, а Шахин стоит на коленях между ее ног и ласкает ее бедра, плечи, руки и живот. Она видела, с каким вожделением он на нее смотрит.

– Тебе понравилось?

– Ты был прав… – невнятно произнесла она. – Это было… на грани жизни и смерти. У меня было ощущение, что… взорвалась каждая клеточка моего тела.

– Теперь ты понимаешь, почему я этого хотел? Но не будем торопиться. У нас впереди вся ночь.

Джохара испуганно подскочила, когда что-то упало ей на колени.

Она посмотрела вниз и увидела позолоченные наручники. В следующее мгновение Шахин ее обнял.

Она была так поглощена размышлениями, что не слышала, как он к ней подошел.

– Сегодняшнее утро – лучшее во все времена, моя хитрая Джемма.

Она просияла, глядя на него снизу вверх, и разомкнула губы, встречая его поцелуй.

Джохара выскользнула из постели. Она не желала будить Шахина, потому что очень хотела осмотреть драгоценности. Что она и сделала.

Проснувшись, он произнес:

– Я вижу, что ты проделала большую работу. Составила список ювелиров, которые могли подделать драгоценности?
– Нет, – ответила она, но, увидев тревогу в его взгляде, поспешно прибавила: – У меня новость получше. Я точно знаю, кто изготовил подделку.

Глава 11

– Драгоценная моя, ты в этом уверена?

Джохара отвела взгляд от вида мелькавших женевских улиц. Она тупо смотрела в окно автомобиля с тех пор, как они выехали из аэропорта. Все это время Шахин обеспокоенно наблюдал за ней. Теперь, когда он озвучил свое беспокойство, она больше не могла его игнорировать.

Джохара с радостью приняла заботливость мужа и снова хотела сказать, что не уверена в своих предположениях. Но затем в очередной раз отмахнулась от мысли.

Она кивнула и поцеловала его руку, которой он поглаживал ее щеку. Взгляд Джохары смягчился, но потом она снова посерьезнела и уставилась на дорогу.

Они прилетели в Швейцарию на частном самолете через несколько часов после того, как Джохара вынесла вердикт по поводу поддельных драгоценностей. Шахин даже не удосужился расспросить ее подробнее. Чем больше проходило времени, тем сильнее она убеждалась в том, что он принимает каждое ее предположение как неоспоримый факт. У него была абсолютная вера не только в ее честность, но и в ее профессионализм. Он был убежден, что Джохара правильно установила личность ювелира. И она не сомневалась.

Хотя она испытывала соблазн выразить неуверенность, так как чувствовала, что, если заговор раскроется, ей придется расстаться с Шахином.

Ничто не помогало развеять ее страх. Даже когда Шахин заявил, что им удастся вовремя вывести преступников на чистую воду и всегда быть вместе. На самом деле чем чаще он об этом говорил, тем сильнее отчаивалась Джохара. Их блаженное счастье не может длиться долго. В противном случае за не го придется заплатить страшную цену. Шахин или королевство Зохейд не должны остаться в должниках.

Она начала отсчитывать время, оставшееся ей с мужем до того, как будет вынесен приговор их брачному союзу.

Шахин, Харрис и Амджад поначалу заявили, что справятся со сложившейся ситуацией: просто окажут на ювелира давление и заставят его во всем признаться, но Джохара настояла на том, что сама с ним переговорит. Шахин сразу встал на сторону жены и поддержал ее решение.

Но он чувствовал волнение Джохары и тоже был обеспокоен.

Автомобиль остановился у огороженной стоянки. Охранник сразу же впустил их на территорию, где находилось роскошное здание, предназначенное для клиентов высшего света.

Шахин остановил машину и повернулся к Джохаре.

– Ты в порядке? – спросил он по-арабски.

Она притянула его к себе и крепко поцеловала в губы:

– Да, все в порядке. Давай поскорее покончим с этим.

Через несколько мгновений они прошли, рука об руку, в приемную, оформленную в авангардном стиле, которая принадлежала Теодору Лазалю – одному из самых знаменитых в мире дизайнеров оригинальных ювелирных изделий и владельцу одноименной торговой марки.

Поскольку служащие хозяина их узнали, им оказали прием, которого удостаиваются только всемирно известные дизайнеры одежды и миллиардеры.

Через несколько секунд их впустили в святая святых Теодора Лазаля.

Одетый в элегантный костюм стиля пятидесятых годов прошлого века, Лазаль был очень похож на актера Дэвида Нивена. Он бросился к ним навстречу в фойе, ведущем в кабинет. Его лицо озаряла широкая улыбка человека, которого ожидает очень выгодная сделка.

– Не похоже, что он подозревает, почему мы здесь, – пробормотал себе под нос Шахин, когда Лазаль провел их в свой кабинет и бросился к письменному столу. – Или он превосходный актер.

– Что я могу вам предложить, мои дорогие? – спросил Лазаль, держа палец на кнопке интеркома. – Вы можете заказать любой напиток.

– В этом не будет необходимости, месье Лазаль, – сказала Джохара. – Пожалуйста, присядьте. У нас чрезвычайно важное дело.

Лицо Лазаля вытянулось. Он присел в кресло напротив Джохары, на которое ему указал Шахин.

На лице Лазаля отразилось волнение. Шахин по-арабски сказал Джохаре о том, что ювелир догадался, зачем они приехали. Сейчас было похоже, что он испугался. Джохара сжала руку Шахина, и он кивнул. Принц решил позволить ей самой разобраться с Лазалем. Возможно, он невиновен.

Она начала говорить, старясь, чтобы ее слова не звучали слишком резко.

– Речь идет о копии драгоценностей из коллекции «Гордость Зохейда», месье Лазаль.

Лазаль даже не взглянул на нее, а нервно уставился на Шахина. Джохара могла себе представить: ее муж посмотрел на ювелира, как смертельно опасный, затаившийся хищник.

– Возникли претензии к работе, принц аль-Шалаан? Я, конечно, заменю все поврежденные детали, даже если повреждение появилось после неаккуратного обращения. На все свои работы я даю пожизненную гарантию. Но если речь идет о качестве работы, то… – он посмотрел на Джохару, словно прося ее поддержки, – вы знаете лучше других, мадемуазель Назарян… Простите, принцесса аль-Шалаан, как тяжело работать с фотографиями оригиналов, хотя и очень детальными.

Джохара подалась вперед и коснулась рукой дрожащей руки ювелира:

– Качество превосходное, месье, такого качества могли добиться только вы. Я сразу поняла, что дубликат украшений изготовили вы, так как это работа настоящего гения. Необходимо, чтобы вы рассказали нам, как вам пришло в голову сделать копии с драгоценностей.

– Вы имеете в виду, что ничего не знаете? – Лазаль уставился на нее. – Но ведь именно королевский дом заказал у меня дубликаты украшений.

Наступило молчание. Джохара поняла, что выдвигала неверные предположения, и неторопливо спросила:

– Вы имеете в виду, король Атеф лично поручил вам изготовить дубликаты?

Ювелир тряхнул красивыми руками:

– Конечно нет. Я даже не знаю имени заказчика, хотя понял, что заказ поступил из окружения короля.

– Почему вы сделали такие выводы? – резко спросил Шахин.

Ювелир беспомощно и красноречиво пожал плечами:

– Владельцы бесценных сокровищ часто хотят иметь дубликаты, чтобы надевать их и демонстрировать там, где есть вероятность их украсть.

– Так кто же обращался к вам из королевского дома? – спросил Шахин.

– Я ни с кем не общался непосредственно. На самом деле со мной разговаривали через третьих лиц.

– И даже после этого вы решили, что заказ абсолютно законный? – прошипел Шахин.

Ювелир выглядел обиженным:

– Да. Богачи и короли всегда хотят сохранить в тайне свои сделки. И я не удивлен, что королевский дом решил сохранить в тайне тот факт, что был сделан заказ на изготовление дубликатов. И потом, кто еще мог предоставить мне детальные фотографии? Кто заплатил бы мне астрономическую сумму?

– Кто же, в самом деле? – фыркнул Шахин. – Но не кажется ли вам подозрительным, что они не доверили изготовление дубликатов собственному ювелиру?

Лазаль энергично кивнул:

– Но мне сказали, что Берджу нездоровится, и я даже позвонил ему, чтобы в этом убедиться. Мне сообщили, что не нужно ему докучать, пока он находится в тяжелом состоянии. Те, кто со мной разговаривал, опасались того, что Бердж, узнав об изготовлении дубликатов, почувствует себя ущемленным в правах, раз ему не сообщили о заказе, и решит, что больше не нужен королевскому дому. В соответствии с негласной договоренностью между ювелирами я решил молчать, тем более мне уже заплатили. Я уважал желание моих клиентов сохранить в тайне факт изготовления дубликатов. Я предупредил их о том, что Бердж догадается о подделке, не важно, кем она будет выполнена.

Джохара уставилась на Лазаля, заподозрив самое плохое. Она повернулась к Шахину и поняла, что он думает о том же самом.

Затем Шахин подтвердил ее догадку:

– Они были уверены в его неспособности распознать подделку потому, что пичкали его наркотиками. Это объясняет его ухудшающееся состояние здоровья в последнее время. И когда Бердж понял, что с ним что-то не так, он начал принимать лекарства от своей так называемой депрессии. Должно быть, наркотики и лекарственные препараты оказались несовместимыми, поэтому у него случился инфаркт.

– Они могли его убить! – закричала Джохара, от ярости ее сердце учащенно заколотилось.

Шахин с серьезным видом кивнул, красноречиво демонстрируя свою решимость наказать виновных:

– Но так как заговорщики не желали видеть при дворе нового и более бдительного ювелира, они отошли в сторону и стали наблюдать за тем, как ненужные ему лекарства подорвут здоровье, что даст им возможность добиться своих целей.

– Это ужасно! – испуганно воскликнул месье Лазаль, на его лице читался страх. – Я стал не только участником мошенничества, но и едва не погубил Берджа!

– Вы ни в чем не виноваты, – заверил его Шахин. – Но нам нужно, чтобы вы сообщили нам все подробности того, как с вами связывались, как платили и как вы пересылали дубликаты в Зохейд. Любая предоставленная вами информация поможет нам скорее задержать преступников и вернуть настоящие драгоценности.

Ювелир вскочил:

– Я готов с вами сотрудничать. И если они снова со мной свяжутся, я буду притворяться, что ни о чем не знаю. Таким образом, они предоставят мне более подробную информацию, а вы сможете их разоблачить.

Получив от месье Лазаля всю имеющуюся у него информацию, Джохара и Шахин сразу же поехали обратно в аэропорт.

Когда они приблизились к реактивному самолету Шахина, Джохара увидела черный «ягуар», припаркованный у трапа. Амджад и Харрис стояли прислонившись к автомобилю.

Как только она и Шахин вышли из машины, Харрис подошел к ним. Амджад не сдвинулся с места, продолжая опираться о капот, скрестив ноги в лодыжках и засунув руки глубоко в карманы.

– Есть новости? – спросил Харрис.

– Только такие новости, которые действительно нам нужны, – встрял Амджад.

Шахин бросил на Амджада раздраженный взгляд, затем ответил Харрису:

– Подделки изготовлял авторитетный ювелир, которого обманули, как и нас. Он готов сделать все от него зависящее и пообещал с нами сотрудничать.

Амджад вздохнул:

– Ну, если ты так в этом уверен… Или это версия Джохары?

Шахин его проигнорировал:

– Воры имеют доступ к королевскому хранилищу. И они легко проникают во дворец. – Он отдал Харрису аудиозапись, в которой Лазаль рассказывал обо всех деталях. – Я думаю, у нас достаточно информации, чтобы выйти на главаря.

Харрис положил диктофон в карман:

– Я уже начал допрашивать всех, кто находился во дворце в прошлом году. Но ваша информация поможет мне сузить круг подозреваемых. И это сузит круг твоих подозреваемых, Амджад.

Амджад пожал плечами, выглядя крайне беспечным:

– Почему я должен его сужать? У меня есть человек, который отслеживает все транзакции на счетах людей, когда-либо побывавших во дворце. И еще я знаю о том, что происходит в жизни каждого человека и каждой собаки в регионе. Даже после того, как я найду банки, через которые проходили расчеты, и заговорщиков, я не перестану следить за жителями Зохейда. Дело не только в том, чтобы найти «Гордость Зохейда». Я обладаю множеством бесценных тайн. Я просто в восторге от того, что у меня имеется компромат почти на каждого.

Харрис стукнул Амджада по спине:

– Амджад хотел сказать, что он и все мы в неоплатном долгу перед тобой, Джохара.

Джохара посмотрела Амджаду в глаза:

– Я приму его благодарность только тогда, когда он покажет, на что способен, и вернет драгоценности в королевство.

Амджад одарил ее убийственной улыбкой, услышав, как она говорит о нем в третьем лице:
– О, я их верну. А теперь пора возвращаться в Зохейд. Харрис не сообщил вам о том, что ваша свадьба привела к тому, что семьи решили взяться за оружие. Готовьтесь к самому худшему.
Как только они приземлились в Зохейде, король вызвал их к себе. События действительно развивались по наихудшему сценарию.

– Прямо сейчас идет заседание совета старейшин, Шахин, – произнес король Атеф, как только они вошли в его парадные дворцовые покои. Голос короля был наполнен скорбью. – Они приняли окончательное решение. Ты должен расторгнуть брак с Джохарой. Тебе единогласно выбрали невесту, и ни она, ни ее семья не согласятся на то, что ты сделаешь ее своей второй женой. Они требуют, чтобы наследником престола стал ребенок от твоей будущей жены, а не ребенок Джохары. Стягиваются войска к границам, по всему королевству начались беспорядки. Предводители говорят, что твое решение определит их дальнейшие действия.

Джохаре показалось, будто ее рубанули мечом. Шахин обнял ее, помогая удержаться на ногах.

– Не беспокойтесь об этих бандитах, отец! – прорычал Харрис. – Я сделаю так, что они пустятся наутек, поджав хвосты.

– А что будет потом, Харрис? – заговорил Шахин, удивляя всех, кто находился в покоях. Джохара вздрогнула, услышав его спокойный тон. – Вы думаете, что насилие позволит установить долгосрочное перемирие?

Харрис сильно нахмурился. Джохара понимала, что ради спокойствия в стране он готов отдать жизнь.

– Они блефуют, и я покажу им, что не люблю тех, кто блефует, – сказал Харрис. – Я докажу им, что не приемлю угрозы. Совет старейшин поручил мне поддерживать мир в королевстве. Обещаю, я сделаю жизнь в Зохейде спокойной.

– Они не блефуют, Харрис, – произнес король Атеф. – И я буду виноват, если они реализуют свои угрозы. Я слишком долго вводил их в заблуждение. Теперь они в ярости. И их ярость обоснована.

В глазах Харриса отразилась агрессия.

– Позвольте мне заняться этим вопросом, и я докажу необоснованность их претензий!

Амджад демонстративно молчал все это время и наблюдал за Джохарой.

Шахин только покачал головой, глядя на Харриса:

– В этом не будет необходимости. – Он повернулся к отцу. – Жаль, что они не сказали мне об этом прямо в лицо, а спрятались за вашей спиной и обременяют вас своими напыщенными и без умными требованиями. – Шахин посмотрел на Джохару. – Оставайся здесь, любимая. Я вернусь через несколько минут.

Джохара смотрела вслед Шахину и чувствовала себя так, словно уже его потеряла. Он постарается отговорить совет старейшин от принятого решения и… У него ничего не получится.

У Джохары все поплыло перед глазами, когда она посмотрела на мужчин, ставших частью ее жизни. Родственники Шахина теперь ее родственники. Харрис проворчал, что готов пресечь любые попытки поднять восстание, причем так жестоко, что вздрогнут даже мертвые. Король же не мог позволить втянуть королевство в войну. Амджад молча смотрел на Джохару. Она погружалась во все большее отчаяние.

Затем Шахин вернулся. За ним шел его помощник, неся какие-то документы.

Шахин поцеловал руку Джохары, затем положил ее руку на изгиб своего локтя:

– Идем, любимая?

Она шагала только потому, что Шахин ее вел.

Сама она с трудом различала дорогу, которой они шли по дворцу в зал заседания совета старейшин, походивший на зал заседания сената в Древнем Риме. Шахин и Джохара остановись в центре зала.

Он заговорил сразу, его голос был поразительно властным:

– Я никогда не разведусь с Джохарой и не возьму вторую жену. Мое решение окончательное.

Зал взорвался.

Шахин повысил голос, чтобы перекричать какофонию:

– Но… Я готов предложить выход из ситуации.

Шум утих. Все услышали и увидели решимость и уверенность в голосе и поведении Шахина.

Он продолжал говорить, в зале стояла абсолютная тишина.

– Мое предложение избавит короля, мою семью и подданных от неблагоприятных последствий.

Мгновение он молчал, все в зале затаили дыхание.

– Вышлите меня из страны, – сказал Шахин.

Джохаре показалось, что ее сердце остановилось.

Как только Шахин снова заговорил, ее сердце учащенно заколотилось. Ее охватил ужас и шок.

– Я предлагаю моей семье отречься от меня, лишить меня титула и ради спокойствия в королевстве Зохейд навсегда запретить мне и моим детям сюда приезжать.

Снова поднялся шум, но Шахин сумел перекричать всех.

– Если вы изгоните меня из страны, то таким образом накажете за то, что я нарушил данные обеты. Мои почтенные господа, это позволит компенсировать те последствия, которые могут возникнуть после моего отказа заключить выгодный политический брак… – Он подозвал своего помощника, который держал документы. – Я отдаю вам все свои активы.

В зале воцарилось молчание.

Джохара не могла понять, что происходит.

Шахин говорит… Он предлагает…

Вдруг кто-то крикнул:

– Да, пусть изгнание Шахина аль-Шалаана станет для всех примером!

Другой заорал:

– Это единственный способ успокоить народ! Выслать его из страны!

– Докажем, что даже сын короля не может отказаться от данного слова!

– Покажем всем королевским отпрыскам, что они не могут безнаказанно с нами играть!

Шахин только улыбнулся Джохаре. Казалось, он был рад, добившись нужного результата. Затем он вывел ее из зала заседания совета старейшин.

Сколько прошло времени, она не помнила, когда до нее наконец дошел смысл того, что произошло. Она резко высвободила руку, заставляя Шахина остановиться:

– Ты с ума сошел?

Он шире растянул губы в улыбке, на его лице читалось облегчение.

– Я никогда еще не был настолько благоразумен…

Она оборвала его на полуслове:

– Значит, именно это ты имел в виду, когда всякий раз говорил, что уладишь проблемы? Это решение ты принял давным-давно?

– Да. Мне потребовалось некоторое время, чтобы проработать детали: передать все мое имущество и бизнес другим лицам, исключив возможность банкротства и потерю людьми рабочих мест…

Она снова его прервала, тяжело дыша:

– Но это не решение! Это… Это… катастрофа! Ты пожертвовал всем, что имеешь!

– И я очень рад, что так поступил. Кстати, я заплатил мизерную цену за твое благополучие и благополучие нашего малыша. Но тебе не придется беспокоиться. Я скоро снова разбогатею.

– Твое богатство меня не интересует. – Она топнула ногой, чувствуя, что от избытка чувств потеряет голову. – Я зарабатываю достаточно для нас обоих. Ты можешь взять мои деньги, чтобы восстановить свою финансовую империю. Но я опустошена из-за масштабности жертвы, которую ты принес. Ты потерял титул, семью, страну…

Он осмелился хихикнуть:

– Ну и что? У меня есть жена, которая меня поддержит.

Она огорченно вскрикнула:

– Ты!.. Ты!.. – Слова застряли у нее в горле. – Старейшины тебе откажут.

– О нет, не откажут. Если бы мы остались в зале еще одну минуту, то утонули бы в их слюне, которая течет из их ртов от желания поскорее захватить мои активы. Образно говоря, я гораздо ценнее для них, когда мертв или изгнан из страны.

Джохара схватила его за руки и тряхнула их:

– Возвращайся на заседание немедленно и скажи, что передумал! Скажи, что ты…

Он обнял Джохару, прерывая ее тираду. Прежде чем она успела его оттолкнуть, он уткнулся лицом в ее шею.

– Я не повторю ошибок своего отца, любимая. Он отказался от единственного шанса быть счастливым. Ради сохранения престола он женился на женщине, которую едва выносил. Я же отказываюсь от всего, что может повлиять на меня. Я хочу быть с тобой. И мне все равно, кто я. – Джохара извивалась и всхлипывала в его руках, а он только крепче ее обнимал. – Для тех, кого я люблю, я останусь прежним. Что касается моего успеха, то теперь я смогу быстрее заработать деньги, обладая знаниями и опытом. Даже если никогда не достигну прежнего успеха и богатства, я уже обладаю несметными сокровищами – тобой и нашим малышом.

Она, наконец, отстранилась и коснулась его лица дрожащими руками:

– Но мы всегда у тебя будем. Не нужно таких жертв. Разведись со мной, Шахин, и женись на той, которую выберут тебе старейшины.

– Эй, Ромео и Джульетта, хватит уже.

Джохара вздрогнула, услышав голос Амджада и почувствовав, как он сжал ее предплечье. Другой рукой Амджад взял за руку Шахина. До того, как кто-либо из них успел что-либо сказать, Амджад потащил их в зал заседаний.

Оказавшись в центре зала, где они находились несколько минут назад, Амджад встал напротив них.

– Итак, почтенные господа, слушайте меня внимательно! – прорычал Амджад, заставляя старейшин замолчать. – Вы всегда называли меня чокнутым принцем, и теперь у вас есть шанс узнать, до какой степени я чокнутый. Все, что вам нужно сделать, – это проголосовать против предложения Шахина. Если вы этого не сделаете, то вы и ваши потомки в ближайших пяти поколениях будут жалеть о том, что родились.

– Я присоединяюсь. – Харрис вышел вперед и встал рядом с Амджадом.
Младшие единокровные братья Шахина, Хайдар и Джалал, тоже присоединились, закрыв собой Джохару и Шахина.

– Нас уже четверо, – сказал Хайдар. – Вы предводители могущественных семей, но давайте вспомним, что мы являемся не только сыновьями короля. Каждый из нас обладает властью, которую вы даже не можете представить.

– Вы не захотите сделать нас своими врагами. – Лицо Джалала было таким же жестким и красивым, как у Амджада.

Харрис одобрительно посмотрел на младших братьев:

– Итак, если вы проголосуете за изгнание Шахина и возьмете хотя бы один цент с его счетов, мы все будем вашими врагами до тех пор, пока вас не уничтожим.

– Но если вы освободите его от обязательств и принесете ему извинения за все, через что заставили пройти, – продолжал Хайдар, – вы заслужите наше одобрение.

Амджад громко и непочтительно фыркнул:

– Да. И я уверен, что мое одобрение вы тоже захотите получить. Вам оно понравится.

Харрис кивнул:

– Поэтому либо вы присоединяетесь к нам и забываете о кровной вражде, либо выводите нас из себя. Выбор за вами!

Братья повернулись и направились к выходу из зала.

– Я не позволю вам это сделать… – начал Шахин.

Амджад схватил брата за руку, потащил за собой и прошипел:

– Ты когда-нибудь слышал о принципах военной стратегии, Ромео? Пойдем со мной.

Оказавшись за пределами зала, Амджад щелкнул пальцами, прогоняя охранников. Затем он скрестил руки на груди и, глядя на Шахина, скривил губы:

– Что с тобой? Мы заключили сделку. Ты отказываешься поддерживать свою команду.

Харрис резко рассмеялся:

– И эти алчные старейшины едва не заработали инфаркт, думая о том, чего могут лишиться, если не примут наш ультиматум.

Шахин покачал головой, оставаясь непреклонным:

– Я не позволю вам это сделать. Это моя ответственность.

Амджад закатил глаза:

– Какая скука!

Харрис отправил Хайдара и Джалала на заседание, чтобы они узнали решение совета старейшин.

Как только они ушли, Джохара поняла, что Харрис намеренно отослал своих младших братьев, чтобы можно было свободно разговаривать.

– Мне жаль, что мы не смогли сказать старейшинам, что они – твои должники, Шахин. А еще больше они должны Джохаре, потому что у нас появилась возможность предотвратить заговор, который раздробил бы страну на куски.

Хайдар и Джалал вернулись почти сразу же, цинично улыбаясь.

– Должно быть, нынешнее голосование было самым быстрым в истории королевства. – Джалал усмехнулся. – Деньги делают людей сговорчивыми.

Амджад хлопнул его по спине:

– Сплюнь через плечо.

Джалал ухмыльнулся:

– Они освобождают Шахина от клятвы и отказываются применять к нему наказание. И они готовы на мирные переговоры, если получат «соответствующую компенсацию».

Джохара вздохнула с облегчением. У нее по-прежнему путались мысли, она до конца не осознавала, как много значит для всех них решение совета старейшин.

– И это все? – спросила она дрожащим голосом. – Они хотят… денег? Почему они просто не попросили об этом сразу?

Шахин поддел пальцем ее подбородок и с обожанием посмотрел в ее глаза:

– Ты бы выкупила меня, моя драгоценная?

Она энергично кивнула:

– Конечно. Я и сейчас готова уплатить компенсацию.

Шахин крепче ее обнял, а потом повернулся к братьям:

– Я знаю, что они не согласились бы, если бы вы их не припугнули. Мы с Джохарой вам благодарны. Но теперь я буду сам с ними разговаривать. Деньги, как сказал Джалал, и большие милости делают людей сговорчивыми.

– Пусть эти стервятники набрасываются на нас, но не лишают тебя финансовой империи. – Хайдар взял Джалала под руку и развернул лицом к коридору. – А теперь мы пойдем и послушаем, о чем они трещат.

Шахин обратился к Амджаду и Харрису:

– Прежде чем они снова вернутся из зала заседаний, давайте кое о чем договоримся. Я займусь нашими так называемыми союзниками, а вы уничтожите скрытых врагов.

Амджад снисходительно похлопал его по спине:

– Вы двое, уходите отсюда и предоставьте взрослым заниматься делами.

Шахин улыбнулся, потом повернулся к Харрису и уточнил последние детали.

Джохара коснулась рукой плеча Амджада:

– Ты помог Шахину и мне остаться вместе, пожертвовав собой. Неужели ты таким образом решил искупить грехи? Неужели берешь назад все обвинения в мой адрес?

Амджад притворился раздосадованным, отчего выглядел еще безжалостнее.

– Неужели ты думаешь, что я так поступлю ради женщины?

– Но ведь твоя мать тоже была женщиной.

Амджад отрывисто хохотнул:

– Это ничего не доказывает.

– А как насчет твоей тети, сестры и кузины?

Амджад притворился очень задумчивым:

– Ну, иногда случаются отклонения от нормы.

– Удастся ли мне когда-нибудь попасть в категорию отклонений от нормы? – спросила Джохара.

– Может быть. – Взгляд Амджада стал проницательным. – Я вынесу окончательный вердикт через… пару десятилетий.

– Не слушай этого прорицателя, Джохара. – Харрис обнял ее за плечи. – Ты наша Джохара, и мы все тебя любим.

– И некоторые из нас не только готовы умереть за тебя. Они были готовы отказаться ото всего. – Амджад посмотрел на Шахина: – Идиот.

Шахин откинул голову назад и радостно рассмеялся:

– Не могу дождаться того дня, когда появится женщина, ради которой ты будешь готов отказаться ото всего.

– Она уже однажды рядом со мной появилась и едва не лишила меня жизни.

Сердце Джохары сжалось. За язвительностью Амджада скрывалась сильная обида. Джохара вспомнила, как обвинила его в неспособности любить.

Затем Амджад снова открыл рот и насмешливо произнес:

– Итак, мы идем бороться с врагами, а ты, Шахин, блаженно почивай рядом со своей женой. Теперь, когда вы все от нее без ума, она может убить вас избытком любви.

Харрис расхохотался:

– Однажды, Амджад, ты будешь умолять женщину убить тебя избытком ее любви! Она скоро появится рядом с тобой.

Амджад одарил его уничтожающим взглядом, который, вне сомнения, отлично действовал на остальных:

– И это говорит человек, который настолько капризен, что до сих пор не может встретить единственную.

– Оставайтесь обсуждать своих потенциальных возлюбленных, а я ухожу с той, ради встречи с которой родился. – Шахин посмотрел на Амджада, который насмешливо фыркнул. – Пусть наш медовый месяц пройдет вдали от насмешников и заговорщиков.

Бросив на Джохару еще один благодарный взгляд, Шахин подхватил ее на руки.

Долгое время спустя, когда морской бриз ласково охлаждал их разгоряченные тела, Шахин приподнялся на локте и провел рукой по пока плоскому животу жены.

– Знаешь, я сожалею, что мой план не сработал. Если бы меня выслали из страны, я бы доказал тебе, что ты для меня дороже всего на свете. Но у меня есть целая жизнь, чтобы убедить тебя в этом.

– Ты уже меня убедил и продолжаешь убеждать. – Джохара гладила лицо своего возлюбленного, по ее щекам текли слезы счастья. – И я потрачу всю жизнь на то, чтобы поведать о своей любви.

Он прижал ее к себе:

– Ты доверила мне свое сердце, тело, судьбу. Ты помогла нам раскрыть заговор, встав с нами рядом, хотя понимала, что рискуешь собственным счастьем.

Она страстно поцеловала мужа:

– Спасибо за то, что ты есть, мой любимый. Благодаря тебе я живу по-настоящему.

Приласкав Джохару, Шахин отстранился и произнес:

– Я до сих пор не поблагодарил тебя еще за один подарок.

Она восторженно посмотрела на него.
– Спасибо за то, что не забыла меня. За то, что разыскала меня и придала жизни смысл, подарив свою любовь.

Content

Гейтс Оливия Незнакомка из прошлого

Оливия Гейтс Незнакомка из прошлого

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11