Наталия Весенина

Давай расстанемся…

Там начало конца,

Где читаются старые письма,

Где реликвии нам,

Чтоб о близости вспомнить, нужны.

К. Симонов

ПРОЛОГ

С чего начать? Она прошлась по квартире, остановилась у зеркала, автоматически поправила идеально уложенные волосы, взглянула в отражающиеся там припухшие, заплаканные глаза. У нее красивые глаза, большие, с длинными пушистыми ресницами. Ей часто говорили, что в такие глаза хочется смотреть вечно. И он тоже говорил. Он клялся, что никогда таких глаз не видел и в другие уже смотреть вот так, жадно, неистово, влюбленно, не будет. Никогда! Она чуть улыбнулась, вспомнив, как торжественно произносил он это слово. Но недаром заклинают: «Никогда не говори никогда». Золотые слова. Раньше ей тоже казалось, что их любовь будет длиться вечность. Они будут счастливы друг с другом, никогда не расстанутся и умрут в один день… Святая простота, наивная девчонка.

И все-таки с чего же начать? Хотя что тут думать, с чемодана, конечно. В первую очередь Марина решила собрать необходимые ей на первых порах вещи… а может, и на вторых, и на третьих, мелькнула мысль. Ведь она еще не знает, уходит навсегда или только на время. В любом случае ее исчезновение должно быть более чем… она задумалась… эффектным, реалистичным, предупреждающим? Да, ее уход в идеале должен перевернуть ему душу. Есть такое понятие — переоценка ценностей, так вот пусть он наконец-то задумается, нужна ли ему вообще жена. В свою очередь Марина решит, нужен ли ей такой, каким стал… Или был, а она до определенного времени этого не замечала?

А ведь действительно: чего она хочет добиться своим уходом? Марина опустилась в мягкое светло-бежевое кожаное кресло и утонула в нем, как в перине. Они выбирали его вместе. Шикарная вещь. Еще тогда Сергей сказал ей, что вне зависимости от того, сколько должна прослужить тебе вещь, нужно выбирать так, как будто берешь ее на всю жизнь.

Вот и жизнь… их совместная жизнь с планами дожить до золотой свадьбы… она заканчивается… Или все-таки лишь приостанавливается? Марина потерла круговыми движениями виски. Головная боль, снова эта головная боль! С тех пор как она начала задумываться над происходящим, мигрень стала ее постоянной спутницей. И еще слезы… Говорят, они портят кожу, а ведь Марине не так много, всего лишь двадцать семь лет. И в двадцать четыре ей казалось, что лучшие годы впереди. Выходя замуж, она шла навстречу любви, семейному счастью, новым перспективам. А что получилось в конечном итоге? Эти мысли грызут ее уже который месяц. Одно и то же, словно старые часы на стене, тик-так, тик-так. И если поначалу звук был еле слышным, то сейчас они стучат громко боем — од-на! од-на!

Одиночество… Утром, днем, вечером. Какая уж тут жизнь? Так… существование. Впрочем, это она о себе. Сережа живет! И живет так, как ему нравится. У него увлекательная работа, интересные командировки, новые знакомства и встречи, старые друзья, в конце концов. Теперь он не возвращался домой раньше десяти вечера. Но и приход мужа в десять был для Марины счастливым часом. В основном в такие дни он быстро раздевался, перебрасывался с ней несколькими ничего не значащими фразами, ел, полчаса смотрел телевизор и шел спать. А Марина только смотрела ему вслед глазами побитой собаки. И столь невеселое положение вещей продолжалось уже довольно долго — больше года. А ведь они женаты всего три!

Ну что же она расселась! Ведь думать можно и собирая вещи! Тем более что все уже передумано сто, тысячи раз. Марина пошла в спальню, открыла створку шкафа и снова застыла. Нет, все же сначала нужно решить: как она уходит?

Неужели хочет обмануть себя? Разве такое возможно? Как говорят, от себя не уйдешь… И она это прекрасно понимала. Вообще-то Марина изначально хотела только припугнуть Сергея, уйти на недельку, но собрав все свои вещи, как будто уходит навсегда. Ведь если положить руку на сердце, она не может прожить без него и дня. Или — не могла? С этой минуты придется собрать волю в кулак и держать ее так сильно, как будто держишь жар-птицу, способную принести счастье. Подумав, Марина решила, что легко, без боя не сдастся, а если принять во внимание, что ее муж далеко не глупый человек и знает ее, Марину, не хуже, чем она себя, то он быстро раскусит ее поступок и поймет, что уход был лишь мелодрамой или — комедией, да еще и сыгранной фальшиво, наигранно. Поэтому уходить на неделю нет смысла. На месяц? Это уже будет больше похоже на реальность, да и себя за это время она попробует приструнить. Время умерит любовный жар, а сама Марина постарается переоценить ситуацию — и, может, снова сможет стать той неприступной, уверенной в себе женщиной, которой была три года назад?

Итак, решено, пока она уходит ровно на тридцать дней, а там… там будет видно. Ведь, собственно говоря, Марина не собирается исчезать из жизни Сергея навсегда. Она хочет прожить с ним всю оставшуюся жизнь — и сделает это. Просто нужно дать ему понять, что она тоже человек, а не кукла, не марионетка, которую можно дергать за ниточки когда угодно и как угодно. Марина хочет, чтобы Сергей почувствовал, каково оно, когда тебя оставляют… Он всегда говорил, что в разлуке чувства только крепчают, закаляются, становятся глубже. Марина была с этими доводами категорически не согласна. Ей всегда казалось, что если в огонь, например, долго не подбрасывать дрова, то он рано или поздно потухнет. Останутся лишь угли, которые не так-то легко снова разжечь. А при расставании глубже становится пропасть между людьми, но никак не их чувства.

Но ее доводы никто не слушал. И слышать не хотел! Мнение Сергея, как правило, было решающим, и Марине ничего не оставалось, как вслух с ним соглашаться, а молча протестовать.

Марина провела рукой по черной полированной поверхности дверок шифоньера, посмотрела на большой черный комод и стала бросать кое-какие тряпки прямо на кровать, огромную, чуть ли не два на два метра.

Она улыбнулась, вспомнив, как выбирали этот спальный гарнитур. Им так хотелось огромную кровать, и именно в канун праздников, когда все самое лучшее было уже раскуплено. Они хотели белоснежную спальню в классическом стиле, а вместо этого теперь в комнате стоит экстравагантная мебель черного цвета, и только потому, что именно в тот день им так захотелось купить кровать!

В тот день они бешено, до изнеможения занимались на ней любовью. Дурачились и снова бросались в объятия друг другу… Как давно это было.

«Интересно, — подумала Марина, — как давно мы… Очень давно. Месяца уже два, наверное, Сергей не притрагивался к ней. Иногда ей даже казалось, что в его жизни она исполняет роль плюшевого мишки, столь любимого ею в детстве. После просмотра телевизора он приходил с полузакрытыми глазами, нащупывал рукой подушку и одеяло, прижимался к ее плечу щекой и моментально засыпал, мило приоткрыв рот. Его сексуальные потребности, казавшиеся неисчерпаемыми вначале, стали похожи на повинность, которую теперь он с видимой неохотой исполнял. А ведь с тех пор Марина не стала хуже. Скорее наоборот…

Зазвонил телефон. Марина вздрогнула. Это наверняка Сергей… А что, если он почувствовал? А что, если он сейчас скажет хоть одно ласковое слово из тех, что так щедро, словно весенними лучиками солнца, ласкал ее в самом начале их знакомства?

— Марина, я сегодня буду занят. Не звони мне на работу. И вообще, не беспокой меня, — раздался в трубке ровный назидательный голос.

— Да, хорошо… — пролепетала она.

Марина еще яростней стала бросать вещи. Что ж, лишний раз убедилась, что она поступает правильно. Размечталась, дуреха! Нет, его уже не переделаешь. И тем более — одними словами. Сколько раз Марина просила мужа быть внимательней, приводила примеры, уговаривала, даже устраивала скандалы и применяла самое распространенное женское оружие — слезы, но… его ничего не могло прошибить. Ну просто скала, а не человек. Он мог невинными глазами посмотреть на нее, прижать к груди, пожалеть и… все оставалось по-прежнему. Так, как он считал правильным. Бороться с ним — все равно что драться с ветряными мельницами. Результат окажется нулевым. И если слова не помогают, значит, необходимо поступить по отношению к Сергею точно так же, как он поступает с ней.

Надо, чтобы он понял сам: она, Марина, только одна, единственная и неповторимая. Он должен побороться за нее, за ее любовь, он должен наконец-то пройти через те тернии, которые называют завоеванием любви!

Кажется, все. Марина посмотрела на два увесистых чемодана. Вытащила карточку из мобильного телефона — ей сейчас не нужна. Завтра же купит другой номер. Что еще? Ах да! Все-таки, как ни крути, ей понадобятся деньги. Даже несмотря на то, что за съемную квартиру она уже заплатила.

Марина не стала наглеть, в конце концов, все, что здесь есть, принадлежит Сергею. Разве что мелочи были куплены на личные деньги Марины, заработанные еще в той жизни, когда она работала юристом на предприятии.

Да, давно когда-то она работала. Но когда стала женой Сергея, уволилась. Муж уверял, что просто не хочет, чтобы она сильно уставала, хочет видеть ее всегда ухоженной, красивой. Хочет, чтобы их дом сиял чистотой и в холодильнике всегда были его любимые блюда. И она подчинилась его желаниям, напрочь вычеркнув из жизни все свои. У нее никто не спрашивал: а хочет ли она быть домохозяйкой? Но Марина слишком любила мужа, чтобы с ним спорить.

Со временем его перестала интересовать новая прическа Марины, маникюр, меню ужина или завтрака. Марина как-то постепенно стала частью домашнего интерьера, одним из предметов мебели, который замечают только тогда, когда возникает необходимость им воспользоваться.

Сначала она не могла понять, что же произошло, что случилось с Сергеем. И, наверное, еще долго бы размышляла над этим, если бы не Галочка.

ГЛАВА 1

Марина сидела в салоне красоты. Мастер заканчивала разрисовывать ей последний ноготок. Ногти у Марины были длинные, очень красивой формы. Впрочем, очень многие вообще считали ее красивой.

Конечно, она не тянула на мисс Вселенную и, возможно, никогда не стала бы королевой красоты даже в своем городе, но было в ней нечто. Некий шарм, изюминка, притягивающая мужчин. Они не вились около нее, как мухи вокруг сладкого, не сворачивали шеи и не падали в открытые канализационные люки, когда она шла по улице. Но и без внимания она никогда не оставалась. Разве что в последние три года. Впрочем, с тех самых пор, как Сергей надел ей на палец обручальное кольцо, она перестала замечать кого-либо, кроме него, и вообще не нуждалась во внимании со стороны. Он стал для нее солнцем, а она превратилась в маленькую планету, кружившуюся вокруг него.

У маленькой планеты были темно-карие жгучие глаза, обрамленные длинными, загибающимися ресницами, аккуратный, чуть вздернутый вверх носик и сочные темно-красные губы. Когда она улыбалась, на щеках солнечными зайчиками играли ямочки. Волосы Марина никогда не красила, считая, что ее естественный темно-русый цвет идет ей больше всего. Она довольно коротко стригла волосы и утром всегда бежала в ванную, чтобы успеть уложить их в задорную прическу. Марине не хотелось представать перед Сергеем взлохмаченной, с торчащими волосами или, что еще хуже, в бигудях. Она считала, что статус жены не дает права расслабляться и не следить за собой. Раз в неделю Марина обязательно ходила к парикмахеру и к маникюрше. Именно в один из таких дней в салоне она услышала у себя за спиной:

— Маринка! Ты, что ли?

Она резко обернулась и увидела Галочку, некогда учившуюся вместе с ней в одной школе, да еще и в одном классе. Они никогда не были подругами. Так, иногда кивали друг другу в знак приветствия, перебрасывались ничего не значащими фразами, но учиться в одной школе с Галочкой и не знать ее было просто невозможно. Там, где она появлялась, всегда собиралась толпа подростков. Эдакий массовик-затейник и авторитетная личность в одном лице. В то время они жили в небольшом провинциальном городке, каждый второй житель которого рвался покинуть малую родину и в поисках лучшей жизни уехать в город побольше, побогаче, пошумней.

Сразу после школы Марина поступила в юридический колледж, потом судьба забросила ее в этот город, где она закончила еще и университет, а потом не отказалась от заманчивого предложения набраться практического опыта и поработать юристом. Их с Галей дороги разошлись еще со школьной скамьи, и, разумеется, с тех пор Галочку она не видела.

Но та практически не изменилась. Все те же озорные глаза, рот, расплывающийся в улыбке. Ну разве что прибавила килограммов пять да на лице отражалась веселая и бесшабашная жизнь, к которой Галка так всегда стремилась.

Черные как смоль волосы, темные брови, серые глаза. Внешность у Галки была яркой. Наверняка наряды она подбирала, чтобы еще больше подчеркнуть данную Богом природную красоту. Сейчас одноклассница была одета в белый льняной костюм, красные туфли, в руках у нее была лаковая красная сумочка.

«Настоящая деловая женщина», — подумала Марина. Еще в школе Галка Вербина сильно отличалась от других одноклассников. Помнится, в классе пятом ее папа приехал из заграничной командировки. Разумеется, в подарок дочке было привезено множество жевательных резинок в ярких обертках, шоколадных батончиков и леденцов на палочках. Самое интересное, что Галочка уже тогда имела понятие о бизнесе, потому как она распродала все сладости одноклассникам… на чем смогла заработать совсем неплохую для девочки двенадцати лет сумму.

Она распорядилась своим особым положением, в тринадцать устроив просмотр видеокассет на дому. Видеомагнитофон в то время был редкостью, и импортные боевики, комедии и фильмы с элементами эротики можно было увидеть только в видеосалонах, билет куда стоил рубль. Галка, пользуясь частым отсутствием родителей, приглашала к себе школьных товарищей, и просмотр видеокассеты в ее домашнем киносалоне стоил наполовину дешевле — пятьдесят копеек. Все были довольны.

Еще через год юная бизнесменша умудрилась несколько раз вместе с мамой съездить в Польшу и успешно продавала модные «вареные» джинсы и футболки с лейблами «Шанель» и «Босс». Шмотки у нее покупали даже учителя, скрывая этот факт друг от друга. И здесь Галка не устанавливала заоблачных цен, а, наоборот, насколько возможно снижала стоимость товара. И опять все были довольны.

В пятнадцать девушка точно знала, что маленький город не для нее. Ей не хватало простора. Уже тогда Галка заявила родителям, что их планы относительно пединститута, единственного высшего учебного заведения в городке, никак не сходятся с ее собственными. Она метила намного дальше. Галка начала заниматься с репетитором английским языком и заинтересовалась экономикой, не прекращая время от времени заниматься мелким бизнесом.

А потом случилось нечто, что повергло в шок всю школу, — Галка влюбилась. Разумеется, влюбляются в таком возрасте все без исключения, это верно, но ведь в данном случае сильные чувства испытывала Вербина, а ее влюбленность не могла пройти незамеченной, потому как влюбилась Галка в одного из местных авторитетов — тридцатилетнего Пашу Зайцева, мужчину в самом расцвете сил и возможностей, чтобы заводить семью, растить детей. И подожди он года три-четыре, никто и не обратил бы внимания, на ком он хочет жениться. Но ведь Галочка была еще школьницей!

Возможно, встречайся они тайком, подальше от людского глаза и молвы, их роман прошел бы незамеченным, но Галка ничего не умела делать тайком. Она была слишком сильной и открытой личностью. Сначала Паша забирал ее из школы, потом роман настолько забурлил, что Галочке стало уже не до уроков. Она забросила занятия английским и забыла обо всем на свете. Родители, как правило, узнают новости о своих чадах последними, поэтому мама Галочки спохватилась слишком поздно, в это время Галочка была уже готова идти за любимым хоть на край света. Правда, так далеко он не собирался, но вот уехать из провинции, чтобы покорить Москву…

До окончания школы и получения заветного аттестата оставалось полгода, но любимый столько ждать не мог, а Галка расставаться с ним не собиралась, — и она уехала. Тайком от родителей, друзей и знакомых.

Родители Галочки сходили с ума, обращались в милицию и требовали вернуть в лоно семьи непутевую дочь, но через четыре месяца она объявилась сама. Ее долгосрочное отсутствие в школе было улажено с помощью денег, Галка два месяца просидела над учебниками и успешно сдала экзамены, получив вожделенный аттестат об окончании школы.

Чем на самом деле закончился ее неистовый роман, не знал никто. Сплетен, пересудов и версий ходило много, и самых разных. От того, что девушка забеременела и ей пришлось сделать аборт, а Паша, наигравшись, отправил Галочку домой, до версии, что Пашу посадили за вымогательство, а девушке ничего не оставалось, как вернуться с повинной головой к родителям. Сама Галка стойко хранила молчание, и поэтому правды не узнал никто.

После окончания школы Вербина сразу же уехала из города, в очередной раз разругавшись с родителями. Она стремилась к самостоятельной и богатой жизни, считая, что рано или поздно желаемое падет к ее ногам.

Сейчас, когда Марина смотрела на Галку, она не сомневалась — одноклассница достигла высот, к которым стремилась, а если одна из вожделенных вершин еще не покорена, то и это произойдет скоро. Марина в свое время завидовала напористости Галки, ее сильному характеру…

— Привет, Галочка! Какими судьбами? — улыбнулась Марина.

— Вот-вот. То же самое хотела бы спросить у тебя. Ведь, насколько я знаю, ты никогда не стремилась в большой город, все мечтала остаться в нашем провинциальном, нудном городишке, — скривилась Галка, вспомнив о месте, где выросла.

— Так сложилась судьба… Хотела получить высшее образование, потом осталась здесь работать… — вздохнула Марина.

— Серьезно? А я вот сама свою судьбу так сложила и ни капельки об этом не жалею. Впрочем, я всегда знала, чего хочу, и методично шла к своим целям, — улыбнулась Галочка. — Может, посидим в кафе? Вспомним школьные годы, — предложила она. — Тем более я уже много лет никого из наших не видела. Маринка! Как же хорошо, что мы встретились! Ты не представляешь, как я рада. Так что, ищем приличную забегаловку?

— Конечно! С радостью! — согласилась Марина.

У нее в этом городе было не так уж много знакомых. Впрочем, раньше их было больше, но это были в основном мужчины. Она умела находить с ними общий язык, просто болтать по телефону, просто дружить. Но с появлением Сергея все они незаметно отошли на задний план, а потом один за другим вообще тихо испарились из ее жизни. Подруги остались там, в родном городе. Те, с которыми она училась в школе, в колледже. Все имеют детей, работу. Кто-то развелся, кто-то очередной раз вышел замуж. Теперь у каждой свои проблемы и заботы, и, как бы ни была крепка дружба, она на расстоянии угасала так же, как огонь, в очередной раз доказывая правоту Марины.

В маленьком кафе Галка заказала себе сто граммов коньяку и чашку кофе. Марина ограничилась кофе и мороженым. Коньяк она не любила, да и вообще она не любила спиртное. Иногда в компании Марина позволяла себе немного шампанского, но даже от этого невинного напитка у нее потом болела голова, да и язык какое-то время заплетался. А разговаривать так, чтобы ее не понимали или еще и тайком подсмеивались, Марине было стыдно.

Она отказалась от предложения одноклассницы выпить вместе с ней.

— Я лучше кофе… — замялась Марина, придумывая на ходу причину, если Галка вдруг начнет ее уговаривать.

Но к счастью, та только понимающе улыбнулась.

— Ну рассказывай, — кивнула Галка, ловко, одним махом опрокинув сто граммов. — Где ты, что ты?.. Чем занимаешься? Я ведь с самой школы ничего о тебе не слышала.

— Я могу сказать то же самое и о тебе, — улыбнулась Марина.

— У меня свой бизнес, рекламное агентство «Гала». Не слышала? Неплохо держимся на плаву. Хорошо зарабатываю, разумеется. — Тут она многозначительно посмотрела на Марину. Вот, мол, видишь, как надо жить. Потом продолжила: — Была замужем, развелась. Теперь живу одна. Детей пока нет, да и неизвестно, будут ли они когда-нибудь. С такой гонкой за хлебом насущным некогда думать о потомстве. Ну а если совсем честно, то и достойного кандидата на роль папаши нет. Нормальные мужики сейчас очень редко встречаются, а в нашем с тобой возрасте они уже в основном и выброшены за ненадобностью, но секонд-хенд и нам не нужен, верно? Или связаны узами брака и расставаться с женами не собираются, потому что нормального мужчину жена не отпустит. За ним установлен строгий контроль, и попробуй подойди поближе! Тут же узнает и прибежит разбираться.

— Так что, ты сейчас одна? — удивилась Марина. — Никогда не поверю. Ты, такая эффектная, яркая, красивая женщина! Не может быть, чтобы за тобой не ухаживали мужчины!

— Маринка, ухажеров много, а вот достойных нет. Мне ж нахлебники не нужны. Я женщина самостоятельная, состоявшаяся как личность, из тех, что сейчас называются бизнес-вумен. Не буду же брать на содержание какого-нибудь нищенького мальчика. Зачем? Хочешь верь, хочешь не верь, но сейчас я свободна, как никогда. Хотя… один на примете имеется, но он, насколько я знаю, тоже пока не свободен… — Так Галка коротко и точно обрисовала свою сегодняшнюю жизнь. — А что же ты?

— А я мужнина жена. Сейчас сижу дома, не работаю. Больше и рассказывать-то нечего, — ответила Марина, тяжело вздохнув.

А ведь и действительно нечего. Ничего существенного не происходит в ее жизни. Так, раз в неделю салон красоты, два раза бассейн, раз в две недели поход по магазинам. А каждодневно — кухня, стиральная машина, уборка квартиры.

Помнится, Сергей предлагал Марине нанять домработницу, но она отказалась. Тогда у нее было бы слишком много свободного времени, которое, честно говоря, не на что тратить. Разговоры по телефону со знакомыми и перемывание косточек давно перестало быть для Марины развлечением.

— И это все? — усмехнулась Галка. — Так ты живешь? Ну, дорогая, скучно… даже неимоверно скучно! Я бы на твоем месте уже заплесневела. А по твоему виду и не скажешь, что у тебя столь однообразная и нудная жизнь. Кстати, муж твой наверняка засыпает, как только придет с работы, не замечая твоих стараний, — она кивнула на маникюр и тщательную прическу, — не обращая внимания, что ты там приготовила, полдня простояв у плиты, да и тебя наверняка даже не слышит. Ты шелестишь, шелестишь, как ветерок, а у него глазенки медленно слипаются под тихий голосок жены. Да и ты сама небось для него уже с мебелью слилась. — Галка всегда говорила начистоту, то, что думала. С той самой школьной поры она в этом не изменилась. Ее слова больно резали слух Марины, хотелось закрыть уши и броситься прочь, но… ведь бывшая одноклассница была права на все сто, на все двести процентов! Она как будто читала Маринины мысли.

И Марина не выдержала. Она открыла Галке душу, сказала все, что накопилось за последнее время. Все, что она не могла рассказать ни знакомым, ни маме, чтобы не расстраивать ее, ни тем более свекрови, чтобы не обрадовать лишний раз. Чужие неприятности приносят намного больше наслаждения посторонним, чем даже их собственные достижения и успехи, Марина теперь это точно знала. Она не любила, когда ей завидовали, но, конечно, не испытывала удовольствия, когда радовались ее поражениям. Так что для всех, и уже давно, она стала счастливой, везучей женщиной, любимой, не знающей ни в чем отказа.

Она говорила долго, сбиваясь, вздыхая. В промежутках между вытиранием слез и сморканием она рассказывала, до чего довела себя собственной слепой, безумной и… ненавистной сегодня любовью. Она сама загнала себя в угол! Марина не утаила ни одной детали, потому что об этом давно необходимо было кому-то рассказать. Еще немного, и она сошла бы с ума от мыслей. Она пропиталась мыслями о нем, об единственном мужчине, которого любила больше, чем себя. Пожалуй, он прав, назвав однажды ее любовь к нему патологической. Горькая правда. Она, никогда никого не любившая доселе, все нерастраченные чувства отдала ему. И что получила взамен? Состояние, когда безудержное рыдание в обществе совершенно чужого ей человека, бывшей одноклассницы, с которой и в школе-то не дружила, — уже благо? Галка не перебивала Марину, наоборот — только понимающе кивала и внимательно слушала.

Когда последняя салфетка была обильно смочена слезами, Марина замолчала. Она выговорилась, сняла маску беззаботности и лицемерия, рассказала все без утайки… Но почему же говорят, что сразу становится легче? Нет, легче не было! Стало еще хуже, хотя бы оттого, что хотелось показаться перед Галкой уверенной, ни в чем не нуждающейся счастливой дамой, а в отместку себе же Марина предстала жалким, никому не нужным существом с распухшими глазами и красным носом.

— Послушай-ка, что я теперь тебе скажу, — медленно начала говорить Галка. — Нам вроде с тобой по двадцать семь, но такое чувство, что ты и не жила еще совсем. Ребенок, подросток, ей-богу! Где твой ум, где логика? Рассуждаешь не головой, а — прости меня за грубость — задницей. У тебя было много поклонников, за тобой ухаживали, падали к твоим ногам, делали предложения — и ты до сих пор не поняла почему? Да если бы за мной увивалось такое количество мужчин, я сейчас не была бы одна. Вот мне каждого приходилось завоевывать, прилагать усилия к тому, что делала и ты, только искусственно…

— О чем ты, Галочка? — искренне удивилась Марина.

— Все о том же! Пойми, глупенькая, мужчины по своей натуре завоеватели. То, что легко можно взять, их не интересует. Раньше они дрались на дуэлях из-за прекрасных дам, умирали на войне, чтобы доказать этим же дамам свою храбрость и смелость. Сейчас ни того, ни другого нет, времена поменялись, но инстинкт-то остался. Кстати, я столь простую истину усвоила еще в шестнадцать лет…

Марина посмотрела на нее с интересом.

— Ну что ты смотришь? — Галка затянулась сигаретой и выпустила длинную струю дыма. — Еще скажи, что не помнишь ту историю, о которой жужжала вся школа!

Конечно, Марина помнила. Только сегодня в очередной раз вспоминала о неординарном поступке Вербиной.

— Пашка хоть и взрослый мужик был, но наивны-ый! Влюбился в меня по самое не могу. Я поначалу тоже страстью горела. Первая любовь как-никак. Только надоел он мне. Я ведь за ним аж в Москву поехала, школу бросила. Потом пожила немного, посмотрела, увидела, что ничего-то в нем особенного нет, понтов больше. Может быть, еще долго бы в рот заглядывала, если бы он не нянькался со мной. Но он же любой каприз… Понимаешь, сюсюкал, любовь-морковь, все, что хочу, — на блюдечке с голубой каемочкой преподносил. Тюфяк! Надоел он мне хуже горькой редьки, вот я обратно к родителям и сбежала. Понимаешь, Маринка, я уже тогда поняла одну очень важную вещь: не нравится мне, когда мужик передо мной ковриком стелется. Интерес не тот. Никакого кайфа, адреналин не вырабатывается. Как-то быстро расслабляешься, делать ничего не надо, знай бери то, что перед твоим носом лежит… Теперь ты понимаешь, почему за тобой ухлестывало так много мужиков?

Марина только отрицательно покачала головой. Она действительно не понимала, чего же они так кружились вокруг. Ведь и Сергей не был исключением… до поры до времени.

— Да потому, — втолковывала Галка, — что ни одному из них ты ничего не обещала, не отдавалась вся, до конца, до последней капельки. Ты, сама о том не ведая, всегда оставалась хладнокровной и расчетливой, ты каждый раз разжигала невиданную искру, называемую интересом. Поэтому они, чтобы заполучить тебя, готовы были жениться на тебе и бросить все к твоим ногам. А с твоим Сергеем получилось наоборот.

Конечно, изначально он тоже сражался за тебя, как лев. Он же самец, он считал, что ему должно достаться самое лучшее, то, что находится на вершине горы, то яблоко, которое висит на самой верхней ветке. И, стараясь, он обдирал руки в кровь, сбивал коленки, изощрялся — в итоге сорвал вожделенный плод. Но яблоко должно было сохранять былую свежесть, аромат и твердость. А оно превратилось в кусок пластилина, из которого твой нынешний супруг стал лепить все, что ему хотелось. Ты стала слишком доступной, ты слишком открылась и показала свои чувства… А этого нельзя было делать! Женщина не должна быть открытой книгой. Каждый раз, листая ее, мужчина должен черпать что-то новое, неизведанное. Он не должен знать, что будет на следующей странице. А там должна быть загадка, тайна, неопределенность.

Ты рассказывала, что, когда еще работала, он встречал тебя с работы, звонил по нескольку раз в день, спрашивал, где ты и чем занимаешься… Конечно, ведь тогда ты не была так открыта. Тебя всегда мог соблазнить другой самец, еще более хитрый и умелый. Ты была интересна, потому что к тебе проявляли интерес и другие! А что теперь? Какой смысл ему переживать о тебе, если ты сидишь дома? Ты все время на подхвате. Тобой больше никто не интересуется, ты не предмет вожделения многих, и тебя ни от кого не нужно охранять. Ты доступна, как картошка в любой базарный день. Ты больше не экзотический фрукт. Кстати, а почему ты не работаешь? — прекратив изматывать горькой правдой Маринину душу, спросила Галка.

— Но я же тебе пояснила, — виновато посмотрела на нее Марина. — Сережа не хотел, чтобы я оставалась на работе, и…

— А у тебя что, своих мозгов нет? — оборвала ее Вербина.

— Но он так хотел… — начала было оправдываться Марина, но Галка не стала слушать.

— Да мало ли что он там хотел, эгоист чертов! Только он видит твои наряды, твой макияж, а там могла бы видеть еще сотня других мужчин и женщин. Ты не занята на работе, у тебя нет срочных командировок, ты не задерживаешься допоздна и не ходишь на корпоративные вечеринки. Тебя даже приревновать не к кому, потому что всегда можно проконтролировать. Ты всегда доступна! Всегда на связи! Кстати, и связь-то у вас наверняка однобокая, — снова резала по живому Галка. — Он занят, у него переговоры, он встречается с друзьями, он идет с клиентами в ресторан и решает множество вопросов. А тебе выкраивается какое-то время, и то, насколько я поняла, сейчас он даже не считает нужным тебя в свет выводить, потому что у него есть масса других дел и забот. И во всем этом круговороте ты у него, ясно, не на первом и даже не на втором месте. Ты плетешься где-то в самом конце, потому что ради тебя не нужно больше жертвовать временем, не нужно пытаться застать на работе, не нужно дозваниваться часами. О какой заинтересованности может идти речь? Поверь, Марина, даже самая красивая и суперсовременная игрушка со временем надоедает, если она делает только запрограммированные движения. Не хочу тебя сравнивать с таковой, но вывод напрашивается сам собой. Ты — и только ты! — виновата в том, что с тобой произошло!

Марина опустила голову, готовая в любой момент расплакаться снова. Галка заметила это.

— А вот этого делать больше не смей! Небось и перед ним слезы ручьями проливаешь, да еще просишь, умоляешь быть к тебе хоть капельку нежнее и внимательнее. Иногда на крик срываешься от бессилия, хотя понимаешь, что все твои слова попадают в пустоту. Он только утвердительно кивает, не спорит, как бы соглашается — и делает так, как считает нужным и удобным.

Марина широко раскрытыми глазами смотрела на бывшую одноклассницу. Интересно, откуда Галка все это знает. Житейская опытность? Вербина словно прочитала ее мысленный вопрос, потому что тут же на него ответила:

— Я сама, Марина, такой дурой была в первом браке. Готова была ноги ему мыть — так хотелось быть верной и любящей женой. А что взамен? Все новые и новые любовницы! И тогда сказала себе — хватит! Выпроводила его из своей квартиры и ни разу об этом не пожалела… Послушай, а почему у вас нет детей? Все-таки три года — это срок…

— Как-то не сложилось, — коротко ответила Марина.

— Ну, это дело наживное, — констатировала Галка. — Кстати, а что ты думаешь дальше делать? — задала она неожиданный вопрос.

Ничего разумнее в голову Марине не пришло, и она сказала:

— Думаю пожить отдельно. Может, он попросит меня вернуться?

Марине действительно давно приходила в голову эта мысль. А что, если уйти? Как говорится, «не прощаясь, по-английски». Ей хотелось совершить дерзкий поступок и этим попытаться пробить ту стену, которая теперь разделяла их с Сергеем.

— И как ты себе это представляешь?

— Я сниму квартиру. Оставлю записку, что ухожу от него, и буду ждать, когда Сергей позвонит. Сначала отвечать на звонки не стану, а потом, выдержав паузу, встречусь с ним и поставлю свои условия…

— Глупое решение, — подвела итог Галка. — Ничего разумнее придумать не могла?

— Пока нет. А ты можешь посоветовать что-то другое?

— Может, и могу… Послушай, Захарова… или, постой, ты теперь уже не Захарова, — остановилась на полуслове Галка. — Кстати, как твоя новая фамилия?

— Бошевская.

— Редкая фамилия. И красивая. Мне кажется, я где-то ее уже слышала. Да, а кем работает твой муж?

— У него, кстати, тоже свое рекламное агентство, — ответила однокласснице Марина. — Может, вы и пересекались. Сергей Бошевский, фирма «БиС». Бошевский и Соломатин, не слышала?

Галка на несколько мгновений задумалась, сморщив лоб. Марине даже показалось, что она немного изменилась в лице, но все это длилось какие-то мгновения. Потом она улыбнулась и сказала:

— Нет, не припоминаю. Да мало ли сейчас таких агентств в нашем городе… Так что ты там говорила насчет ухода от мужа?

— Но ты же считаешь, что это плохая идея, — виновато улыбнулась ей Марина.

— Почему же… Просто твою идею нужно немножечко подкорректировать, и тогда, возможно, все у тебя получится. Ты ищи себе подходящую квартиру, а через пару деньков я тебе позвоню, и мы обсудим твои дальнейшие действия. Считай, что в моем лице ты нашла новую и очень хорошую подругу. А сейчас извини, мне уже пора. Я ведь как-никак бизнес-леди. И у меня есть сотрудники, которым нужно давать распоряжения.

Она чмокнула Марину, оставив ярко-бордовый след от помады на щеке. И, не дожидаясь, когда принесут счет, оставила крупную купюру на столике, раза в три превышающую стоимость заказа. Остановив протестующий возглас Марины жестом руки и слегка вздернувшимися бровями, мол, не надо, я угощаю, Галка направилась к выходу. Марина с легкой завистью посмотрела вслед новоиспеченной подруге. Ей спешить было некуда. Разве что убрать в квартире очередной раз или посмотреть телевизор. Марина заказала еще кофе и стала в очередной раз обдумывать свое положение, пытаясь посмотреть на создавшуюся ситуацию как бы со стороны. Она переваривала то, что сказала ей Галка, и все больше убеждалась, что та проницательна и права. Потом Марина переключилась на вполне резонный вопрос Вербиной: почему у них нет детей.

Марина забеременела сразу после свадьбы. Она это поняла, находясь в свадебном путешествии. Они с Сергеем поехали в Тунис. Сначала Марина даже не сообразила, что это оно, то самое, называемое токсикозом. Ей все время казалось, что национальная кухня то слишком соленая, то не острая, то просто невкусная, и каждый раз после завтрака она стремилась в туалет — «обнять» унитаз. Глотала активированный уголь и желудочные таблетки. Время отпуска в Тунисе показалось ей сущим адом. Только присутствие любимого скрашивало ужасное состояние. Но, вернувшись в Москву, она наконец поняла, что дело не в больном желудке, и пошла к врачу. Оказалось, что Марина беременна — восемь недель.

Когда она, счастливая, сообщила Сергею, как ей казалось, радостное известие, реакция его была, мягко говоря, противоположной той, какую ожидала увидеть Марина.

— Так быстро? — разочарованно протянул он.

— Что быстро? — удивилась Марина.

— Только поженились, и уже ребенок… Я думал, что мы несколько лет поживем для себя. Мы. еще так молоды…

— Да, но какая разница? Ребенок не помеха. Это же счастье — слышать детский смех… — пыталась разубедить она.

—…и плач, — продолжил ее фразу Сергей. — А может… ты бы… ну… избавилась…

— Даже не смей мне это говорить. — Голос Марины сорвался на крик. — Слышишь! Никогда!

Она проплакала целый вечер, а потом у нее началось кровотечение, и «скорая» отвезла Марину в больницу.

Доктор, осматривавший ее, только отрицательно покачал головой.

— Шансов на сохранение нет, — четко произнес он.

— Нет? — Она потеряла сознание, а когда очнулась, лежала в палате, а над ней склонился Сергей.

— Не волнуйся, солнышко. Все уже позади. У нас еще будут дети… — успокаивал он ее.

Но других детей больше не было. Впрочем, и Сергей был крайне осторожен, занимаясь любовью. Он ни разу за все время не заикнулся о ребенке, никогда не говорил о своем желании стать отцом. Марина тоже гордо молчала. Правда, однажды она попыталась завести разговор на желаемую тему, но Сергей удивленно посмотрел на нее:

— А разве нам не хорошо вместе? Моего общества тебе не достаточно? — произнес он.

Марина осеклась. Потом она долго плакала, стоя под душем, чтобы Сергей не видел ее слез. Так со временем он стал единственным, кому она отдавала все свои самые нежные чувства.

ГЛАВА 2

Галка не обманула. Она действительно позвонила через два дня.

— Нужно встретиться, — сказала она. — У меня есть для тебя хорошие новости. Можешь приехать по этому адресу? — Галка продиктовала адрес и объяснила, как доехать.

Марина быстро собралась, села в любимую ярко-желтую машину, которую с нежностью называла «Пыжиком». Год назад Сергей купил ей этот автомобиль на день рождения, и Марина была несказанно рада подарку «Пыжик» тихонько заурчал и двинулся с места.

Через пятнадцать минут Марина уже входила в офисное помещение, где ее встретила приветливая девушка-секретарь.

— Вы к кому? — обратилась к ней девушка с дежурной улыбкой.

— Я к Галочке, — ответила Марина и тут же спохватилась: — Ой, к вашему руководителю, Галине Вербиной.

— Но наш директор — Галина Семеновна Придорожная, — удивленно ответила ей секретарь.

— Простите, но я знаю Галину как Вербину. Это ее девичья фамилия… — начала было извиняться Марина.

— Я сейчас сообщу о вас, — снова улыбнулась девушка.

Она зашла в кабинет и тут же вышла.

— Заходите, пожалуйста. Вас уже ждут, — приветливо пригласила секретарь.

— Привет, Маринка, — кивнула Галка, закуривая длинную коричневую сигарету. — Ты извини, я же тебе даже фамилию свою не сказала. Впрочем, наверное, мы друг для друга так и останемся Вербиной и Захаровой, Присаживайся. Так что ты решила? Не передумала еще уходить от мужа?

— Нет, не передумала, — твердо ответила Марина. — Даже напротив, твердо решила, что обязательно так и поступлю — с твоей помощью или без нее.

— Тогда я предлагаю тебе поработать в моем агентстве. Как-никак работа. Ты отвлечешься, не будешь забивать голову страданиями и муками любви. Помнится, ты говорила, что некоторое время трудилась юристом?

— Да, но это было три года назад…

— Ничего страшного. Мы найдем применение твоим знаниям. Я вот подумала: а что, если представлю тебя моей двоюродной сестрой, приехавшей из другого города? На данный момент место моего заместителя вакантно, а я тебя подучу. А там, глядишь, еще и меня переплюнешь. Мне нужен свежий взгляд на мою фирму, на людей, которые здесь работают. Вот ты и станешь тем человеком, который оценит все как бы со стороны. Согласна?

— Ой, Галочка! — Марина бросилась обнимать одноклассницу — Вот это да! Конечно, я согласна. Хотя не понимаю, зачем тебе со мной возиться, и такая должность… Я бы могла на первых порах и секретарем работать или твоим помощником…

— Мне виднее, кем бы ты могла. И не стоит комплексовать. Будешь развиваться, ощутишь, каково находиться в шкуре начальства. Поднимешь самомнение. А то твой Бошевский совершенно тебя загнал в угол. Никакого простора для фантазии, никакой свободы личности. Ценить себя нужно, дорогая.

— Я постараюсь.

— Но у меня тоже есть одно условие, — тут же стала серьезной Галка.

— Да хоть сто! — воскликнула Марина.

— Я на досуге подумала, как же можно вынести максимально пользы из твоего так называемого ухода. Слышала фразу: «Уходя уходи»?

Марина кивнула.

— Так вот, если ты уйдешь и, как рассчитывала, не будешь сначала отвечать на его звонки, то рано или поздно все же сердце твое дрогнет, услышав очередной перезвон. Ты снимешь трубку, чтобы якобы сказать: «Не звони мне», а там слово за слово, а потом разборки, и в конечном итоге снова мир да любовь. Сразу хочу тебе сказать: если ты так сделаешь, то ничегошеньки не добьешься. Во второй раз ты не сможешь уйти. Потому что такой поступок можно совершить только раз. Понимаешь? Вторично твой муж уже будет уверен, что ты перебесишься и вернешься. Поэтому все нужно делать единожды и очень естественно, по-настоящему. Чтобы он действительно поверил, что ты ушла от него. Навсегда! Он должен пережить боль, понять, насколько изменилось все вокруг без тебя. Он должен прочувствовать одиночество вечеров, холодную постель, поесть полуфабрикатов, в конце концов, заметить пыль и грязь в квартире, ведь наверняка считает, что в помещении чисто потому, что чисто, а не потому, что кто-то каждый день моет и убирает. Так что, если ты действительно хочешь влюбить в себя собственного мужа, то в течение месяца никаких звонков, никаких весточек о себе. Ничего! Иначе ты весь мой план провалишь. Мобильный телефон можешь оставить ему на память. Купишь себе другой номер. Пусть побеспокоится, пусть подумает, а за месяц ты и сама не заметишь, как превратишься в другого человека. Ты станешь уважать себя. И, соответственно, не позволишь относиться к себе так, как раньше!

— Разве это условие! — вскричала Марина. — Да ты просто молодец, Галочка, что додумалась до такого. Я так тебе благодарна. По-моему, это судьба свела меня с тобой. Ты мой добрый ангел-хранитель!!

— Да ладно дифирамбы мне петь, — даже вроде бы смутилась бывшая одноклассница. — Ты лучше скажи, квартиру подыскала?

— Да. Могу въезжать хоть сегодня.

— Ну сегодня ты уже не успеешь. Заплати за месяц вперед, а завтра переедешь. Кстати, тебе помощь нужна?

— Нет, я возьму только самые необходимые вещи…

— Как считаешь правильным, так и поступай, — подбодрила Галка. — Значит, послезавтра я жду тебя на работу. Договорились?

— Конечно, договорились.

— И еще, Марина… — остановила ее у выхода Галочка. — Ты собираешься забирать эту машину? — Она кивнула на ярко-желтый «пежо».

— Нет, ну что ты… — смутилась Марина. — Она слишком приметная, да и не могу я. Ведь это Сергей купил. Я возьму только пару сотен долларов на питание.

— Тогда до встречи в качестве моего заместителя.

— Спасибо тебе, Галочка! Я никогда не думала, что остались еще такие бескорыстные люди, как ты, — радовалась Марина.

— Послушай, дорогая, я ведь тоже на твою помощь рассчитываю…

— Да-да, я не собираюсь протирать юбку и ничего не делать… — заверила ее Марина.

— Нет, Марин, ты меня не поняла. В моем бизнесе тоже не все так гладко. Не так давно у меня появились проблемы, и когда я все выясню до конца, то, возможно, даже буду судиться с этими… уродами.

— Галочка, а ты можешь поподробней рассказать о своей проблеме? У меня есть некоторый опыт участия в судебных процессах. Даже, представь себе, в свое время я сталкивалась с промышленным шпионажем, — заинтересовалась Марина.

— Могу… Не так давно моя фирма начала набирать обороты. Сейчас, ты сама знаешь, без рекламы никуда. А у меня подобрались хорошие специалисты, знатоки своего дела. Да и расценки я установила ниже, чем во многих компаниях этого направления. Так вот, с недавнего времени мне начали угрожать. Они требуют закрыть дело и заняться другим бизнесом. Но как я могу? Ведь вложила в эту фирму большие деньги. Я не хочу и не буду уступать грязному шантажу! Единственное, чего боюсь: они сильнее меня. И все бы еще ничего, но вчера они начали требовать денег… Больших денег. Так что на этом наш спор не закончится, и если я в ближайшее время не узнаю, кто мне угрожает, то, возможно, скоро меня вообще в живых не будет…

— Боже мой! — вскричала Марина. — И ты так спокойно об этом говоришь? А ты пробовала обратиться в милицию?

— Марина, какая милиция? Если я впутаю сюда милицию, то мне это дороже обойдется. Лучше я сама вычислю так называемых конкурентов, а потом и в милицию не грех сообщить. Так что я впоследствии очень надеюсь на твою помощь.

— А у тебя уже есть какие-то наметки, кто бы это мог быть? — попыталась уточнить Марина.

— Есть, я ведь даже частного сыщика наняла. Так что скоро все будем знать… Ну ладно, Маринка, я тебя сегодня не задерживаю. Собирайся, переезжай — и жду тебя в качестве моего заместителя, — улыбнулась ей Галка, озорно подмигнув. — Кстати, Маринка, — остановила ее уже у двери бывшая одноклассница, — может, мы куда-нибудь сходим, отметим твое назначение? Я знаю одно великолепное местечко. Только для таких, как мы с тобой, молодых, уверенных, эффектных и красивых. Мужиков туда не пускают. Клуб просто прелесть. Если не испоганился, конечно. А то я давненько туда не заглядывала. Можешь мне поверить, заведение отличное. Кухня — супер, выбор коктейлей — огромный, шоу — ты будешь писать от восторга. И кое-что на десерт… Но не буду открывать всех тайн, пусть для тебя это будет неожиданностью.

— Галочка! Да я с огромным удовольствием. Сама уж не помню, когда последний раз в ночном клубе была, — тут же согласилась Марина. — А когда?

Галка наморщила лоб и сказала:

— Знаешь, хорошо бы сегодня. А то завтра у меня встреча с деловым партнером. А что будет потом, одному Богу известно. Вдруг много работы подвалит или возникнут какие проблемы? Ты не занята сегодня?

— Нет, что ты! Для тебя я всегда свободна. Тем более с огромным удовольствием схожу в ночной клуб с секретом. Уж больно я люблю всякие неожиданности. А их так мало в моей жизни… — радостно блестя глазами, пожаловалась Марина.

— Не переживай, скоро их у тебя будет хоть отбавляй, — то ли всерьез, то ли с юмором пообещала Галка.

— А какая форма одежды?

— Разумеется, парадная. Мы же дамы светские, так что нужно выглядеть пристойно, более того — шикарно. Но учти, что дискотека там тоже есть. Так что не затягивай себя в тугой корсет и не надевай шляпу с перьями, а то будет мешать танцам.

— Когда и где? — спросила Марина.

— Клуб «Фламинго», таксисту скажешь, он довезет, это в районе улицы Сосновой. В девять вечера устроит?

— Разумеется.

Придя домой, Марина набрала телефонный номер Сергея.

— Ты меня не жди. Ложись спать, — отчеканил муж. — Я сегодня приду позже обычного. Мы с ребятами договорились пару партий в бильярд сыграть после работы, так что я на час-полтора задержусь.

Час-полтора у Сергея растягивались, как правило, на всю ночь. И Марина уже привыкла к его невинной, как считал сам супруг, лжи.

Что ж, тогда у нее есть уйма времени. И она будет развлекаться столько, сколько посчитает нужным. Было бы хорошо прийти позже Сергея. Пусть и он поволнуется напоследок. Тем более завтра Марина уже не будет ночевать в милой сердцу квартире. Вообще-то и послезавтра, и через неделю возвращаться сюда она не собирается. Марина решила послушаться разумного совета новой подруги и выдержать месячное испытание чувств.

Она достала облегающее вечернее платье из синего шелка. Тщательно причесала волосы назад и уложила их гелем. Темно-серыми тенями подвела глаза, густо накрасила тушью ресницы и вызывающе красной помадой подвела губы. Надела толстый серебряный браслет на руку и серебристые, на высоком каблуке босоножки со шнуровкой до колена.

Потом яркая женщина вызвала такси и в пятнадцать минут десятого переступила порог клуба «Фламинго».

ГЛАВА 3

Галка не обманула. Ночной клуб был сугубо женским. Она не увидела ни одного клиента мужского пола. Зато оных было в избытке в лице официантов, барменов и танцовщиков, которые выкидывали невообразимые па на невысокой сцене.

Подруги обнялись, как будто не виделись несколько лет, хотя с момента их последней встречи прошло не более пяти часов, и уселись за круглый столик. Рядом с женщинами тут же возник официант и принял заказ.

— Запеченную форель, два салата «Ломанье» и два коктейля «Голубая лагуна», — заказала Галка.

— Ой, Галочка, коктейль, надеюсь, безалкогольный? — испугалась Марина. — А то я алкоголь не ахти как уважаю.

— Не боись. Там алкоголя самая малость. Даже твой незакаленный организм ничего не заметит, — успокоила ее новая подруга.

Официант поставил перед ними по высокому бокалу с густой, тянущейся жидкостью двух цветов: снизу — темно-синяя, а повыше — ярко-голубая. Всю эту красоту сверху украшал слой взбитых сливок. Две яркие соломинки дополняли шедевр, созданный рукой бармена.

Марина сделала несколько небольших глотков.

— Действительно, очень вкусно, — одобряюще посмотрела она на Галку.

За «Голубой лагуной» последовали «Розовая пантера» и «Поцелуй негра». Спиртное в коктейлях действительно практически не чувствовалось, но язык у Марины начал заплетаться, да и настроение резко улучшилось. Из хорошего оно стало просто великолепным. Марина, сидя на стуле, стала двигаться в такт музыке.

— А давай потанцуем, — предложила Галка, тоже заметно повеселев.

Они бодро направились в соседний зал, где грохотала музыка.

Здесь никто ни перед кем не выпендривался. Среди женского коллектива царило равноправие, ибо со стороны их не оценивали любимые мужчины, друзья и незнакомцы, выискивающие партнершу на ночь. Каждая танцевала, как хотела и как умела.

Вечернее платье ничуть не стесняло движений Марины. Тому способствовал длиннющий разрез, который при каждом энергичном движении или взмахе ноги показывал кружевные трусики в виде шортиков.

На специально оборудованных «пятачках» танцевали красивые, стройные, все как на подбор с мускулистыми телами парни. Они «заводили» толпу собравшихся женщин.

Запыхавшись, Галка и Марина пошли к своему столику. Часам к двенадцати ночи на сцене начало твориться что-то невообразимое. Такого Марина еще не видела, разве что по телевизору. Но живая шоу-программа не идет ни в какое сравнение с телевизионным показом. Здесь можно было подойти практически вплотную, громко повизжать, похлопать в ладоши, крикнуть подбадривающие слова. Марина даже умудрилась несколько раз свистнуть, лихо заложив безымянный и большой палец в рот, как ее учили в детстве друзья-мальчишки.

Обещанной Галкой неожиданностью оказался мужской стриптиз. Сначала Марина опешила от удивления, увидев, как парни раздеваются на сцене под музыку и крутятся на шесте, выделывая сложные акробатические движения. Они срывали с себя минимум клочков материи, называемых сценическими нарядами, и оставались в узеньких бикини, которые скорее открывали, чем прикрывали мужские достоинства. Женщины толпились у сцены, орали от восторга и засовывали в бикини купюры. Ребята же виляли упругими ягодицами перед горящими женскими взглядами да выискивали наметанным глазом очередную жертву, готовую расстаться с порцией зеленых бумажек.

Марина тоже не устояла перед соблазном — медленно и аккуратно одной рукой оттянуть тонкую резинку на бикини и, дотронувшись до идеального загоревшего тела, вложить двадцать долларов. При этом она испытала сильнейший прилив адреналина. Чувство было необыкновенным и странным. Почему-то захотелось проделать всю манипуляцию снова, и она потянулась к сумочке, чтобы достать еще одну купюру.

— Маринка, а хочешь, я тебе его куплю? — заорала ей в самое ухо Галка, пытаясь перекричать грохочущую музыку и показывая на молодого паренька с мощным «накачанным» торсом.

— Галка, что ты такое говоришь? — смутилась Марина.

— А ты что думала, они здесь только танцульками занимаются? — засмеялась новоявленная подруга.

— Н-ну да…

— Не смеши людей, наивное дитя. Полный комплекс услуг, от приватных танцев и эротического массажа до полного удовлетворения всех твоих сексуальных желаний, — прокричала Галка так громко, что Марине стало страшно неудобно, и она быстро оглянулась, не услышал ли кто-нибудь их разговора. Но никто не обращал на двух подвыпивших женщин внимания, все остальные казались еще пьянее и вели себя, мягко говоря, отвязано, не видя никого вокруг.

— Так что? — настаивала Галка. — Ну забудь ты хоть на минутку про своего Сергея. Он и мизинца твоего не стоит, — уговаривала она Марину. — В жизни нужно попробовать и испытать все! Давай, Маринка, решайся!

Марина только отрицательно качала головой, а Галка наседала:

— Подумай, море удовольствия. Знаешь, какой у них опыт… Так что? Я покупаю?

— С ума сошла! Даже не вздумай! — совсем уж испугалась Марина.

— Да ладно тебе. Расслабься… — Галка провела ладонью по спине Марины. — Чего ты как тетива натянулась. Мы сюда пришли развлекаться или как?

— Но не изменять! — отчеканила Марина.

— А это и не измена, — хохотнула бывшая одноклассница. — Ты видишь мальчика первый и последний раз. Ну, может, и не последний, если он тебе придется по душе. Пойми, глупенькая, это просто физическая и эмоциональная разрядка!

— Ну ты даешь… — протянула Марина. — Нет, можешь не стараться и не уговаривать. Я категорически против!

— Я уже и не уговариваю. Сама не знаешь, что теряешь, — отчеканила подруга. — Предлагаю посидеть полчасика в отдельном кабинете. А то я что-то устала от шума. Хочется тишины и покоя…

В кабинете большие мягкие диваны были обтянуты темно-бордовым бархатом. Марина откинулась на спинку и закрыла глаза. Голова кружилась.

— Тебе плохо? — участливо спросила Галка.

— Да нет, только голова немного кружится.

— Я сейчас таблетку аспирина тебе принесу. Мигом пройдет. — Галка скрылась за дверью и появилась через пять минут со стаканом воды в руке. В ней шипела и растворялась большая таблетка. — На, пей все! — приказала бывшая одноклассница, когда Марина отпила несколько глотков и поставила стакан на столик.

Марина послушно допила кисловатую воду и снова закрыла глаза.

— Скоро полегчает… — услышала словно сквозь туман голос подруги.

Марина очнулась от того, что Галка легонько била ее по щекам:

— С тобой все в порядке?

— Вроде да, — ответила Марина. Голова больше не кружилась. — А что произошло?

— Ничего особенного, просто ты уснула прямо здесь. Проспала минут двадцать. Но мы же развлекаться пришли. Вот я и решила проверить, все ли с тобой в порядке, — пояснила Галка.

Марина встала. Сначала ее повело, но слабость быстро прошла, и ее состояние улучшилось.

— Так что? Идем веселиться дальше? — предложила подруга.

— Знаешь… Боюсь, что нет. Пожалуй, я поеду домой, — виновато сказала Марина. — Галочка, ты не будешь обижаться на меня?

— Конечно, нет. Я тоже поеду. Устала как черт на работе. Уже чувствуется, что скоро разменяем третий десяток. Не девочки, чай.

Три часа ночи. Сергея еще не было. Марина сбросила платье, смыла яркий макияж и залезла под одеяло. Пролежав с открытыми глазами с полчаса, медленно провалилась в сон…

Она проснулась от звука открывающейся дверки шкафа. Супруг как раз принял душ и собирался надеть чистую рубашку.

— Доброе утро. А почему ты меня не разбудил? Ты будешь завтракать? — спросила Марина сонным голосом.

— Ты так сладко спала. А мне сегодня пораньше на работу, — ответил Сергей. — Ты рано уснула? — поинтересовался он.

— Угу, — неопределенно ответила Марина.

— Я вернулся часов в двенадцать. Ты даже не отреагировала, — соврал Сергей.

Марина посмотрела на подушку, лежащую рядом. Совсем не примята. Он и не спал вовсе. Наверное, вернулся совсем недавно. Но зачем врать? Впрочем, какое ей дело. Надо думать о себе! Надо думать о себе! О себе!.. — как заклинание повторяла Марина.

ГЛАВА 4

Марина принялась собирать вещи. В ее распоряжении целых десять часов, это как минимум. Сергей недавно ушел, как обычно тщательно выбрившись, помывшись под душем и плотно позавтракав. Она все еще ощущала его присутствие, поэтому минут двадцать не двигаясь просидела на диване, обхватив руками коленки. Она ждала, когда в комнате рассеется аромат его одеколона.

Марина чувствовала себя авантюристкой. Сердце ее бешено колотилось, как будто она совершала что-то противозаконное. Она аккуратно складывала свои платья, юбки, брюки. Вот это они купили в Одессе. Ему очень понравились шаровары с накладными карманами и заниженной талией. А вот эту блузку… он не хотел покупать категорически, и она приобрела ее немного погодя втайне от него. Вообще-то Марина носила только то, что нравилось мужу. Она беспрекословно подчинялась и доверяла его вкусу. Она одевалась только для него. Она жила только для него. Раньше… Да, в той, другой жизни. Почему в другой? Да потому что ее жизнь разделилась на две части. До замужества и после. До — ей делали предложения, за ней ухаживало много мужчин, она была горда, своенравна, уверена в себе и неприступна. Марина в той жизни имела все, кроме любви. И часто, приходя домой с очередной вечеринки, она падала на кровать и хотела заплакать. Ах, как она хотела разрыдаться! Чтобы слезы в три ручья, чтобы задыхаться от всхлипываний… Но она была слишком гордой, слишком твердой — подобно камню. А камни не плачут. Только иногда, когда мимо пролетает шебутной ветер, они подвывают ему, но так, чтобы этого никто не услышал.

Марина мечтала о любви. Сумасшедшей, искренней, когда душу рвет на части, задыхаешься от радости и чувств, бросаешься с головой в омут. Именно поэтому она отвергала предложения руки и сердца своих поклонников. Подруги только крутили пальцем у виска. «С жиру бесится, — говорили за ее спиной. — Чего не хватает? У него машина, квартира, денег куры не клюют. Перспективы. А любит-то как, как страдает!»

Да, любит и, возможно, страдает. Большинство страдают от неразделенной любви. Помнится, даже Пушкин писал: «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей…» А разве с мужчинами не так? Один в один. Как только ты даешь понять, что ни капельки в нем не заинтересована… О! Тогда начинается штурм. Все силы бросаются на захват и победу. Он стелется перед тобой ковриком, вспоминает все самые красивые слова, некогда придуманные людьми. Он задаривает тебя цветами и готов положить к ногам весь мир. Но! Именно это «но» все портит. Если ты сдаешься, превращаясь в мягкий, податливый пластилин, роли тут же меняются. И тот, кто еще вчера готов был стоять на коленях у твоих ног, уверенно поднимается с земли, просит, чтобы ты отряхнула его брюки и желательно погладила, потому как они примялись. Потом он высоко задирает голову и забывает о том, что некогда обещал всю жизнь быть твоим рабом…

Марина только тихонько вздохнула, понимая, что с ней произошло то же самое. Именно когда она влюбилась в Сергея, он стал охладевать к ней. И ведь ничего особенного в нем не было. Кроме одного: она полюбила именно этого человека. И больше никого. Ему она подарила свое «ледяное» сердце, которое в его руках постепенно таяло и превратилось в горящий комочек.

Вроде все… Марина положила на стол ключи от машины и вызвала такси. У нее есть ровно пятнадцать минут, чтобы черкнуть ему несколько строчек. Да, всего лишь пять — десять слов, но как тяжело, мучительно они даются. Который уже лист бумаги она сминает и бросает на пол! Нет, все не то, все не так. Ну зачем она в очередной раз изъясняется, оправдывается, говорит о своей любви? Глупо и унизительно.

«Да я помешалась на нем! — зло подумала Марина и стукнула кулаком по столу — Ничего себе перспектива — сойти с ума от любви к мужу. Бред! Нельзя доводить себя до такого состояния! Нельзя так истязать себя чувствами! Нельзя так унижаться!» И Марина, взяв чистый лист, написала: «Сергей! Не ищи меня. Я даю тебе время подумать и решить. Но как раньше жить не могу и не буду. Я позвоню тебе сама… может быть. Марина».

Еще раз перечитав записку, она если не осталась довольна, то, по крайней мере, не скомкала ее, как все предыдущие. Марина положила лист на кухонный стол и осмотрела кухню. Впервые за три года вечером Сергея не будет ждать ужин. Она его не готовила. Он, придя домой, увидит только пустой стол да ее прощальное письмецо. Впервые за три года она его поразит… наверное. По крайней мере, так хотелось в это верить.

Быстро собрав скомканную бумагу с пола, Марина положила ее в сумку и вышла из квартиры. Закрыла дверь, за которой оставляла себя прежнюю и свою унылую жизнь последних лет. Еще раз взглянула на дверь и остановилась, не в силах сделать ни одного шага. Как будто ее привязали к этому месту. Уходить не хотелось. Рука Марины медленно опустилась в сумочку и нащупала ключи… Еще не поздно, она зайдет, разложит вещи, и Никто ни о чем не узнает. Никогда.

Из квартиры напротив вышла соседка Верка. Она была на пару лет старше Марины. Сейчас женщина представляла крайне неэстетичное зрелище. На голове бигуди, лицо смазано остатками завтрака из овсяной каши; на ней застиранный халат и драные тапочки. Верка направлялась к мусоропроводу с ведром в руках.

— Ой, Маринка, привет! — поздоровалась она, и несколько комочков шмякнулись с лица на пол. Вера этого даже не заметила. — А куда ты собралась? — показала соседка на чемодан и, не дождавшись ответа, высказала предположение: — На юга небось?

Марина согласно кивнула. Отчитываться в своих планах она не собиралась.

— Счастливая ты! — затянула знакомую песню Верка. — Красивая, ни в чем не нуждаешься. А муж у тебя ну прям золото. Такие деньжищи загребает. Не то что некоторые! — повысила она голос и зло посмотрела на дверь своей квартиры. — А то лежат на диване, после суток они отсыпаются! Нет чтобы еще одну работу найти, деньжат подзаработать… Вчера, представляешь, — продолжала Вера, переключившись на другую тему, — мой был на сутках, тут звонок в дверь. Открываю, он стоит с цветами в руках. Я спрашиваю: «Что за повод такой?» — а он мне: «Решил тебе приятное сделать. Отпросился у ребят на два часа, чтобы с тобой побыть». Романтик хренов! Любит он меня, видите ли! Ну что мне с его цветов и секса? Сегодня цветы завяли, а через две недели еще переживай, не будет ли задержки. А то из-за его необузданного темперамента я уже три аборта сделала. Как же тебе с мужем-то повезло, Мариночка! Веришь, так бы хотелось очутиться на твоем месте… Ты не подумай, я не со злом завидую… я по-доброму. Просто вот смотрю на тебя, на вашу семью и думаю: ну почему не всем так везет! Я вон со своим козлом всю красоту растеряла.

Марина еле сдержала улыбку, взглянув на Верку и ее прическу под названием «Бигуди». Сколько она помнит соседку, та каждый день накручивает бигуди и расхаживает по дому, не прикрывая их платком. Когда же волосы расчесаны и уложены, то Вера напоминает огромных размеров одуванчик. Начесанные реденькие волосы, испорченные ежегодной химической завивкой, похожи на пушок. Картину завершает длинноватый острый нос и узкие маленькие глазки, которые Верка увеличивает с помощью черного карандаша, жирными линиями обводя их по верхнему и нижнему веку. В принципе ночью встретишь — не испугаешься, но приз за самый безвкусный макияж и прическу Верка обязательно бы получила.

Единственная попытка Марины сводить Верку к визажисту закончилась полным провалом. Соседка беспрестанно давала советы специалисту и в конечном итоге, посмотрев на себя в зеркало после упорного труда девушки, достала из сумочки любимый черный карандаш и намалевала любимые черные стрелки.

— Все ж счастливая ты, Маринка! — снова протянула соседка, завистливо осматривая наряд Марины.

— Спасибо, Вера, за добрые слова. Меня такси ждет, — постаралась избавиться от соседки Марина.

— Да, я понимаю. Приятного отдыха, — льстиво пожелала та, про себя подумав: «Чтоб тебя осьминог какой за ляжку укусил! Слишком уж ты шикуешь! Слишком…»

Мысленно благодаря соседку за то, что помешала ей вернуться, Марина вызвала лифт и уверенно вошла в узкое пространство, с которого начиналась новая, пока еще неизвестная жизнь.

— На вокзал? — поинтересовался водитель такси, укладывая чемоданы и объемную сумку в багажник.

— Нет, на улицу Строителей.

Всю дорогу она молчала, хотя общительный таксист так и норовил завести разговор. Наверное, весь день за баранкой ему было скучно, и он хотел размять хотя бы язык. Но в данном случае все попытки водителя начать новую тему разбивались о немую стену. Марина просто игнорировала его. Ей не хотелось обсуждать погоду, политические вопросы, мизерные зарплаты в стране и так далее. Она понимала, что, как только перестанет до боли кусать губы, тут же расплачется прямо перед незнакомым таксистом. Уход от Сергея ей давался так тяжело, что с каждым километром ее все больше и больше тянуло вернуться назад. И если она это сделает, то муж даже ничего не заметит и не узнает. Может быть… если соседка не растреплется. Но Марина зажала себе рот рукой, чтобы не попросить таксиста повернуть назад.

ГЛАВА 5

Съемная квартира была не очень большой (с хоромами, в которых жила Марина, не сравнить), но чистой и с хорошей мебелью. Конечно, далеко от центра, где жили они с Сергеем, но зато шансов случайно столкнуться с мужем практически никаких, да и жилье здесь подешевле, а взять из дома большую сумму Марина не захотела. Зачем? Она и так три года только и делала, что пользовалась деньгами Сергея. Теперь она постарается начать все сначала. Вычеркнуть из памяти три года. Она вернется к тому, с чего начинала. А начинала Марина с поиска работы и маленькой комнатки у бабушки-пенсионерки. Потом была еще одна съемная квартира, где никто не заставлял Марину есть каши и супы, выслушивать длинные жалобы о маленькой пенсии и возвращаться не позже десяти, потому что потом приходилось снова выслушивать наставления о том, что приличные девушки в такое время спят, а не шляются где попало. Потом успех на работе, где ее ценили как специалиста, а потом Сергей… Да что же она снова о нем! Марина даже топнула ногой по мягкому ковру. В конце концов ну не сошелся ж на нем клином белый свет.

Она стала раскладывать вещи. Потом вышла на улицу, чтобы поискать продуктовый магазин и купить какой-то еды и кофе: первые дни работы не надо будет забивать себе голову проблемой хлеба насущного.

Как мало, оказывается, ей нужно. Ну прямо как Дюймовочке, ползернышка в день. Марина купила банку кофе, сахар, полбатона, небольшой кусок сыра, немного колбасы. Все, теперь можно жить дальше. Она давно не совершала подобные покупки. Обычно поход в магазин за продуктами она совершала раз в неделю. Корзину забивала до краев, бросая туда все, что хотелось (но не обязательно потом съедалось). Марине просто нравилось покупать вот так, не задумываясь о цене, об итоговой сумме в конце длинного-предлинного чека, выбиваемого на кассе супермаркета. Наверное, так она компенсировала постоянную экономию в студенческие годы и на начальном этапе работы. Тогда Марине приходилось отказывать себе практически во всем, чтобы купить хороший деловой костюм и кожаные туфли. Она принципиально не хотела просить помощи у родителей. Даже наоборот, приезжая в гости, старалась оставить несколько сотенных купюр, чтобы убедить родителей, что ни в чем не нуждается и способна сама себя обеспечить. Чего ей это стоило, сегодня даже вспоминать не хотелось. Кефир, булочка да чай — весь рацион на день.

Потом жить стало легче — зарплата увеличивалась, а запросы она старалась все так же по привычке ограничивать…

Кто знает, может, и сейчас ей придется вернуться к давно забытому образу жизни… Да, возможно, но отметить начало новой жизни необходимо! Она остановилась у винно-водочного отдела, раздумывая, чем бы «залить» истерзанную душу. Впрочем, «залить»-то можно было чем угодно, да вот спиртное она действительно не очень любила, поэтому хотелось взять что-то легкое, то, что даст эффект легкого опьянения и на вкус не будет горчить и жечь, как водка или коньяк.

— Не можете определиться с выбором? — услышала голос за спиной.

Реагировать на вопрос она не стала, так как кроме нее здесь еще были покупатели — и вопрос адресован не ей. Но снова услышала тот же голос:

— Может быть, вам помочь выбрать вино или другой напиток? Я в этом разбираюсь…

Марина невольно оглянулась. У нее за спиной стоял щупловатый паренек лет двадцати — двадцати двух. Потертые джинсы, темная футболка в обтяжку, на ногах шлепанцы. Ничего особенного и привлекательного, да еще и в спиртном он, оказывается, разбирается. Марина невольно улыбнулась, сопоставив увиденное и услышанное.

— Напрасно улыбаетесь, — ничуть не обидевшись, сказал паренек. — Я барменом работаю, вот и приходится по роду деятельности знать, что с чем можно смешивать, что к чему подавать и как пить… Могу целую лекцию прочитать. Кстати, специально за границу ездил в свое время, на стажировку.

Марине даже стало неловко от собственных угаданных мыслей, и она поспешила еще раз улыбнуться, правда, улыбка была немного натянутой, но это не столь важно, и приняла помощь молодого человека. Зачем же разочаровывать паренька?

В конечном итоге она, выслушав дельные советы, узнала много интересного о спиртном и… остановилась на банальной бутылке шампанского. Ведь в первую очередь новая жизнь — это торжество, и нужно начинать именно с шипящего напитка, выскакивающей пробки, бьющей в потолок, пенной, переливающейся через край кисловато-сладковатой жидкости, от которой быстро туманится в голове, и так же быстро этот туман рассеивается. Пожалуй, шампанское действительно праздничный напиток, как нельзя кстати подходивший к этому вечеру. К нему настойчивый молодой человек предложил купить несколько лимонов и посоветовал попробовать шампанское со свежим лимонным соком. Он уверял, что от этого напиток приобретет особую пикантность. Чтобы не расстраивать советчика, добрая Марина взяла и лимоны, хотя с детства терпеть не могла их вкуса.

«Потом выброшу, — решила она. — Мне все равно, а ему приятно. Вон как он обрадовался, плечики расправил, грудь колесом. Ах, мальчик, мальчик, думаешь, что тетенька буквально растаяла от твоих советов? И сейчас будет звать тебя в гости и — изнасилует прямо в прихожей? А ведь надеешься… думаешь, что так и будет. Наверное, частенько цепляешься к одиноким женщинам, а они и не прочь… для развлечения… Но со мной-то этот номер не пройдет. Сейчас я тебя пошлю подальше, правда, сделаю это вежливо».

Тонких намеков на то, что общение ограничится всего лишь советом в выборе спиртного и устной благодарностью, молодой человек не понял. Он увязался за Мариной, предложив проводить ее до дома.

«Удивительно! Неужели он на самом деле предпочитает женщин в возрасте? — думала Марина, слушая его молчание, потом мысленно усмехнулась: — А не слишком ли рано записала себя в старухи? Ой, я назвала себя женщиной в возрасте. И это в двадцать семь лет! Впрочем, это с какой колокольни судить. Наверняка девочка-акселератка лет шестнадцати таковой меня и посчитает. Но я-то ведь неплохо выгляжу? Вон сравнить с Верой, которая постоянно ходит дома в бигудях. Хотя с кудряшками ей еще хуже, чем с пластмассой на голове. Она старше меня на два года, а на вид ей не меньше тридцати пяти. Мне же дают от силы двадцать пять. Рано, рано… Хотя… Дожила, уже знакомлюсь в гастрономах. Скоро от одиночества и чувства ненужности начну принимать знаки внимания прямо на улице», — размышляла она.

Молча они дошли до нового жилища Марины.

— Приятно было познакомиться, — сказал на прощание молодой человек.

И тут Марина поняла, что даже не спросила, как зовут этого бармена. Как, впрочем, и не назвала своего имени.

— Действительно приятно, — рассмеялась она. — Кстати, меня зовут Марина.

— А я Олег.

— Спасибо за помощь в выборе спиртного…

— Да не за что. Еще увидимся… — то ли спросил, то ли констатировал факт малолетка.

— Посмотрим… — неопределенно ответила она. Он не стал спрашивать ее телефон и не навязывал свой. Просто сказал «до свидания» и ушел.

«Странный какой-то. Впрочем, хорошо, что не напрашивался в гости. Пришлось бы его разочаровать и послать подальше», — подумала Марина и направилась к квартире, которую в течение месяца будет именовать домом.

Она зажгла огарок некогда красивой витой свечи, оставшейся от бывших постояльцев. Налила в бокал шампанского, включила телевизор, пройдясь по кнопкам пульта, остановилась на музыкальном канале и, с отвращением посмотрев на купленные лимоны, выдавила в шампанское сок половинки лимона, как советовал новый знакомый. Сегодня ей не нужно никого ждать, отвечать на телефонные звонки и выслушивать очередное вранье мужа о том, что ему необходимо поработать еще как минимум часа два. Сегодня она свободна и будет упиваться свободой и шампанским.

— Что ж, за начало новой жизни! — сказала Марина и чокнулась со стоящей рядом бутылкой.

Скоро большая часть емкости была пуста. Шампанское с лимонным соком действительно оказалось специфическим и недурственным напитком. Да к тому же сейчас ей хотелось напиться и забыть обо всем на свете, и в первую очередь — о нем. Она подлила шампанского в бокал и выдавила последний лимон. Странно, почему же с таким упоением вдыхает аромат экзотического фрукта, смакует получившийся коктейль? Может, как раз потому, что сегодня хочется делать все не так, как всегда. Назло себе… Растормошить себя, свыкнуться с мыслью, что некоторое время мужа не будет рядом. Но как раз его отсутствие пугало Марину больше всего. Она не могла без него, ей казалось, что в его отсутствие она медленно угасает, как этот огарок свечи, превратившийся в небольшую лужицу и загасивший последнюю искру огня. Марина чувствовала, как голова медленно становится свинцовой и глаза начинают слипаться. Мысли становились все более хаотичными. Они перескакивали, словно кузнечики, с одного на другое. С будущего на прошлое, с прошлого на настоящее. Они смешивались в жгучий коктейль, и сейчас Марина уже не могла утихомирить их и разобраться в них.

Все чаще и чаще ее затуманенный взгляд останавливался на телефонном аппарате. Как же ей хотелось набрать номер домашнего телефона. Услышать голос Сергея. Сказать, что она не может без него. Рука сама потянулась к аппарату, но Марина заставила себя отдернуть ее. Она вылила остаток напитка из бутылки в бокал, залпом его осушила и рухнула не раздеваясь на кровать.

Как только она закрыла глаза, голова закружилась, и ей показалось, что огромная карусель несет ее по кругу. Через минуту Марина провалилась в тяжелый беспокойный сон. Всю ночь ей снился Сергей. Он звал ее, он искал, сходил с ума, а Марина пряталась и смеялась над ним.

ГЛАВА 6

Наутро голова была тяжелой, однако ее не разрывали на куски вчерашние думы. Как ни странно, открыв глаза, сегодня Марина первым делом не подумала о муже. Работа, новая работа, которую предложила ей Галочка, — вот что сейчас занимало Марину. Она посмотрела на часы. Нет, не проспала. Значит, еще есть время, чтобы тщательно наложить макияж и сделать приличную прическу.

Несколько минут Марина простояла под ледяным душем, пытаясь смыть вчерашний хмель. Холодная вода стекала по стройному, слегка загоревшему телу. Вот сейчас она выйдет из душа, благоухающая, свежая, ну просто прелесть. Она должна верить в свои силы, знать, что у нее все-все получится и в будущем она больше никогда не наступит на те же грабли. Сегодня начинается полноценный, кардинально новый день… Сегодня она будет пытаться… нет, она точно изменит все, что было до этого, она пойдет по другой дороге, найдет в себе силы стать другой, по-новому посмотрит на мир, на людей, окружающих ее. Она сможет — и точка!

Для первого рабочего дня она выбрала светло-бежевый брючный костюм, белую блузку и коричневато-золотистый галстук, который повязала чуть небрежно. Настоящая деловая женщина! Марина осталась довольна своим отражением в зеркале. Она подмигнула ему и пожелала ни пуха ни пера. Отражение ответило: «К черту» — и молодая женщина начала первый день свой новой самостоятельной жизни.

С утра пораньше Галка уже была на работе и сразу же включилась в трудовой процесс. Она раздавала указания. На кого нужно — повышала голос, кому нужно — улыбалась. Сотрудники, как и их руководитель, быстро передвигались по офису, носились с бумагами, звонили по телефону, о чем-то договаривались и что-то предлагали невидимым собеседникам. В офисе пахло ароматным свежезаваренным кофе и духами.

Марина остановилась в приемной и молча минут десять наблюдала за рабочим процессом. Она не решалась отвлечь секретаря, которая как заводная только успевала поднимать поочередно несколько телефонных трубок, принимать и отправлять факсы. Ко всему прочему она еще успевала перемолвиться и обменяться новостями с коллегами.

Но тут из какого-то кабинета показалась Галка и, на ходу разговаривая по мобильному телефону, прошла мимо.

— Галочка! — решилась позвать ее Марина. — Подожди минутку, постой!

— Ой, прости, подруга! Совсем замоталась, — посмотрела та на Марину затуманенными делами глазами. — Заходи. — Она жестом пригласила Марину следовать за ней в кабинет и на ходу объясняла: — Спать легла часа в четыре. Не выспалась. Проблем накопилось море. Тут такое дело… Понимаешь, мне нужно срочно уехать в командировку, очень важную.

— Но… — хотела возразить Марина, однако бывшая одноклассница перебила ее:

— Никаких «но». Побудешь тут за старшего. Ты-то меня не обманешь. Мне свой человек в компании нужен. А тебе я доверяю. Сотрудники у меня хорошие, профессионалы, но даже за очень компетентными работниками нужен глаз. Вот ты-то и будешь моими очами. Да чего ты так испугалась? В чем проблема? Тебе не нужно ничего делать. Только руководить. Тем более я буду названивать, если что, всегда подскажу, расскажу. Не дрейфь… А сейчас пойдем, я представлю тебя коллективу, а то у меня времени в обрез.

Марина послушно побрела за Галкой, которая тут же собрала всех, кто в это время находился в офисе, и объявила, что Марина Анатольевна ее правая рука и новый заместитель. И во время отсутствия Галины будет ее заменять. Изложила все кратко, тоном, не допускающим возражений; впрочем, Марине показалось, что здесь с директрисой никто спорить и не пытается, ее слово всегда последнее и окончательное.

Галка снова завела Марину в свой кабинет и сказала:

— Освоишься. Главное — не подавай вида, что ты домохозяйка с трехгодичным стажем, — пошутила она. — Побольше уверенности в голосе, поменьше страха и сомнений. Ты обязательно справишься! Тем более что я на тебя надеюсь, а ты никак не можешь меня подвести. Правильно?

— Галочка, я сделаю все возможное, я из кожи вон вылезу, чтобы ты осталась довольна, — заверила ее Марина, — но я же никогда не руководила. А если сделаю что не так? Очень боюсь тебя подвести!

— Я же тебе сказала: тут и делать ничего не надо. Сотрудники работой загружены, а ты пока осваивайся, набирайся опыта… Спрашивай у них, если чего не понимаешь. Главное — не стесняйся, не скрывай, что по профессии юрист и область рекламы для тебя новая. Тогда никто у тебя за спиной шушукаться не станет, тебе помогут и все разъяснят. Можешь располагаться в моем кабинете. Кстати, мой зам, которого я недавно выгнала в три шеи, сидел здесь вместе со мной. Вот его стол. Так что никто ничему удивляться не будет. Считай, что ты заняла вакантное место.

— А куда ты уезжаешь? — поинтересовалась Марина.

— За границу надо смотаться. Дело срочное… Приеду — расскажу. Ну, не бойся, — внушала Галка на прощание и отбыла в неизвестном направлении.

Чего-чего, а такого разворота событий Марина никак не ожидала. Одноклассница бросила ее, как слепого котенка, рассчитывая, что Марина в силах сама во всем разобраться. Но ведь они так не договаривались! Марину охватила паника. Она заметалась по кабинету, не зная, как поступить. Может, прямо сейчас уйти отсюда, чтобы никогда не возвращаться? А если она не справится, завалит дело? Страшно! Марина схватила сумку и направилась к двери. Остановилась в раздумье. Поступить сгоряча можно всегда, а вот такой шанс выпадает далеко не каждый день. А Галка-то, Галка! Хороша, ничего не скажешь! Оригинально поступила. Хотя… Может, оно и к лучшему? Зато теперь Марине точно есть о чем думать и что переживать. И времени на мысли о Сергее совсем не останется. Ведь гласит же мудрость: «Все, что ни делается, все к лучшему». Значит, так нужно…

Марина неуверенно подошла к шикарному красному кожаному креслу и присела на самый краешек. Ощутив под собой холодную прохладу и мягкость кожи, она устроилась удобнее, но все еще держала ровно спину и была начеку, чтобы в любой момент встать, если кто-то войдет. Посидев так еще немного, она, окончательно осмелев, удобно развалилась в кресле и потянулась. Хорошо! А чего, собственно, вскакивать, ее назначили заместителем. Надо свыкнуться со столь неожиданной ситуацией. Правда, ей это пока плохо удавалось, но Марина решила, что все придет со временем. Главное — оправдать доверие Галки.

На столе зазвонил телефон. Марина неуверенно взяла трубку.

— Марина Анатольевна, — послышался голос секретаря, — звонит представитель компании «Бартен», он хотел бы с вами поговорить и встретиться.

— Со мной? — удивилась Марина, сразу же подумав о том, что с ней-то здесь точно никто встречаться не намерен, хотя бы уже по той причине, что ее никто не знает.

— С руководителем компании, — уточнила секретарь. — А Галина Семеновна сказала, что в ее отсутствие все вопросы будете решать вы.

— Хорошо, соедините.

Она несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Ну вот. Доигралась. Особенно если учесть, что в рекламном бизнесе она смыслит… вернее, совсем не смыслит, разве что по обрывкам разговоров мужа да по его редким рассказам о делах на работе. Иногда он днями ходил, снедаемый какой-то идеей, а потом на целую неделю в доме наступал праздник, когда ее удавалось удачно реализовать и продать.

— Слушаю вас, — коротко произнесла Марина.

— Добрый день, — ответил ей приятный мужской голос. — Я представитель компании «Бартен», меня зовут Валерий Саввич. Мы хотели бы, чтобы ваше агентство внесло свои предложения относительно рекламы нашей продукции, Оговорюсь сразу: сумма гонорара будет достаточно высокой. Могли бы мы встретиться, чтобы обсудить детали?

У Марины на какое-то мгновение даже голос пропал. Что ответить? Может ли она взять на себя такую ответственность? Надо срочно звонить Галке! Да, но не скажешь же человеку: «Ой, подождите, я посоветуюсь с директором, а потом дам вам окончательный ответ». Он же не знает, что Марина полный профан в этом деле, Валерий Саввич разговаривает с ней как с руководителем. Умом Марина понимала, что, как бы ни было страшно, не нужно терять самообладания и проявлять внешнюю неуверенность. И они договорились о встрече на вторую половину дня.

Марина тут же стала набирать телефон Галки, но ее номер не отвечал. Она заметалась по кабинету. Разве имеет право принимать такие решения человек, ничего не смыслящий в рекламном бизнесе? Ну вот и первая ласточка. Да, Маринка, это тебе не на кухне плиту драить, а потом чаек перед телевизором попивать. Здесь ответственность, здесь ты не только за себя отвечаешь!

Она снова плюхнулась в кресло и задумалась. Выхода нет, отступать некуда, встреча назначена. Марина взяла чистый лист бумаги, большими печатными буквами написала на нем: «Я справлюсь!», поставила три жирных восклицательных знака, вышла в приемную и обратилась к секретарю:

— Я хотела бы побеседовать с менеджерами по рекламе. Это возможно?

— Да, сейчас они к вам зайдут, — с готовностью ответила девушка.

— Кстати, а как вас зовут?

— Оля.

— Очень приятно. Скажите, здесь большой коллектив? Я хотела бы со всеми познакомиться.

— Не волнуйтесь, через несколько дней вы будете всех знать. Здесь работают всего двенадцать человек, — обрадовала ее Оля.

Когда после обеда пришел представитель компании «Бартен», Марина напоминала себе лошадь, которой впервые в жизни поставили подковы. Вроде и удобно, и понятно, для чего они, а вот как на них ходить, как использовать по назначению? За несколько часов она успела побеседовать с несколькими сотрудниками и расспросить их о работе рекламного агентства, ее нюансах. При этом Марина не скрывала того, что является профаном в рекламном бизнесе. «Скрывать — себе же делать хуже», — мысленно согласилась она с Галкой. Чем подготовленнее попытаюсь казаться, тем быстрее профессионалы заметят фальшь. Уж лучше открыто посмеяться над своим незнанием, чем слышать ехидное шушукание за спиной».

И Марина пояснила новым коллегам, что неплохо разбирается в юриспруденции и готова всегда дать нужную консультацию, но в свою же очередь ждет помощи от коллег-профессионалов в области рекламы.

Оказалось, что заказ на крупную сумму еще не у них в кармане. Валерий Саввич, мужчина лет сорока, вальяжно развалился в кресле и попивал принесенный ему кофе, а в перерывах между прихлебываниями рассказывал о сути заказа, пояснял, что их компания хочет видеть в идеале, и уточнил сумму, которую они готовы выложить за старания сотрудников рекламного агентства и конечный результат. Марина, услышав сумму, постаралась скрыть ошарашенность.

«Неужели рекламный бизнес настолько дорого оплачивается?» — удивилась она. Муж никогда не говорил ей, сколько его компания зарабатывает на одном заказе, но, судя по тем деньгам, которые водились у них в доме, действительно немало.

— Но, — тут же спустил ее с небес на землю представитель «Бартена», — буду с вами откровенен. Договор мы подпишем только в том случае, если ваш рекламный продукт будет лучше, чем у ваших, так сказать, конкурентов. Дело слишком серьезное, поэтому мы решили сделать заказ сразу трем агентствам, а уж у кого выйдет лучше, тот и сорвет банк. Мы проведем что-то вроде тендера… Вы готовы побороться за наш заказ? Вас устраивают такие условия?

— Устраивают, — не раздумывая согласилась Марина. — Мы постараемся сделать все возможное, чтобы предоставить наилучший вариант, — заверила она.

— Ну а у нас есть встречное предложение. Если какие-то идеи вашего агентства понравятся нашему руководителю, мы купим их за отдельную плату… — подсластил пилюлю Валерий Саввич.

Марина проводила представителя и облегченно вздохнула. Справилась, кажется, он ничего не заметил. И в то же время прилив адреналина взыграл в крови. Черт побери, как приятно блефовать! А еще, оказывается, хорошо снова оказаться в круговороте рабочего процесса, почувствовать свою востребованность.

Галка конечно же была права. Почему Марина сидела целых три года дома не работая? Да, бывало, возникали конфликты, неприятные моменты, но они есть на любой работе. Иногда ругали, ну а где не ругают? Начальник у Марины был человеком настроения. Порой он мог похвалить ни за что, но, когда у него срывалась сделка или заказчики долго не перечисляли деньги, все в офисе летело вверх дном. Каждый старался забиться в угол, чтобы не попасться директору под горячую руку, но жертва все же находилась, и, независимо от заслуг, сотруднику устраивался разбор полетов. Разумеется, никому не нравилось выслушивать подчас необоснованные претензии, но если брать в целом, то плохое настроение у начальника было не так часто, а приятных и интересных моментов на работе — значительно больше.

Помнится, Марина уволилась именно в один из таких черных дней. Директору не понравился договор, составленный Мариной, а Марине — его тон. Она в расстроенных чувствах позвонила Сергею, чтобы отвести душу и пожаловаться, а тот настоятельно порекомендовал ей уволиться.

— Ты сама подумай: что решает в семейном бюджете зарплата в триста долларов? — вещал он. — Я за день-два такие деньги зарабатываю. Дома от тебя толку будет больше, да и мне спокойней. Прошу тебя, солнышко мое, увольняйся. Сделай мне приятное, — уговаривал Сергей.

И Марина написала заявление об уходе. Сначала директор и слушать об этом не хотел, но потом неожиданно согласился, и Марине даже не пришлось отрабатывать установленные две недели. В течение трех дней она передала дела своему помощнику и стала вольной птицей.

Сергей очень радовался ее увольнению, а Марина уже через несколько дней заскучала по привычному графику работы, коллегам, по вспыльчивому начальнику, но назад дороги не было. Потом она втянулась и привыкла быть домохозяйкой, хотя в глубине души очень часто жалела о своем необдуманном поступке. Она еще несколько раз порывалась найти другую работу, но все ее усилия Сергей рубил на корню — то уговорами, то настойчивыми просьбами и даже категорическими запретами.

Марина, столько раз обвинявшая мужа в невнимании и твердокаменности, только сейчас осознала, что во многом сама была не права. Она не проявила должной настойчивости и твердости. Она не поступила так, как ей самой хотелось. Вот и имеет то, что имеет.

— Марина Анатольевна, вас спрашивает мужчина, но он не захотел представиться. Сказал, что дело конфиденциальное. Соединять? — раздался из динамика голос секретаря Оленьки.

— Соединяй. Слушаю вас.

— Ну что, красавица, когда собираешься должок отдавать? — Голос оказался густым басом и резал уши.

— Простите, не понимаю… — Голос у Марины дрогнул.

— Конечно, теперь она уже не понимает. Как сто штук зелеными в кредит брала, понимала, а как отдавать, то сразу же забыла…

— Вы меня с кем-то перепутали. Я ни у кого денег не одалживала… — начала было оправдываться Марина, но тут же замолчала. Мелькнула неожиданная догадка. Наверняка мужчина попросил к телефону директора, вот Оленька и соединила с ней, учитывая, что она временно замещает Галку. Марина тут же спохватилась и начала сбивчиво объяснять собеседнику: — Я всего лишь первый день работаю в этом агентстве. Деньги у вас занимала другая женщина… она уехала в командировку. Я ничего об этом не знаю…

— Ты мне мозги не компостируй! — рявкнул мужик. — Мне дали четкие указания, и я их выполню. И деньги выбью. Мне все равно, кто куда уехал и кто у кого занимал. Ты сейчас руководишь фирмой?

— Да, но это…

— Вот и будь добра, отдавай.

— Простите, вы не совсем правильно меня поняли, я всего лишь…

— Да правильно я тебя понял. В общем, красавица, давай собирай денежки. Я завтра позвоню.

В трубке послышались короткие гудки.

Марина выскочила в приемную, руки у нее дрожали.

— Оленька! Мужчина, который звонил… Он попросил к телефону Галину Семеновну или директора?

— Он попросил соединить его с руководителем, — захлопала ресницами секретарь. — А так как Галина Семеновна отсутствует…

— Я поняла тебя. А ты не помнишь, он раньше не звонил?

— Нет. У меня хорошая память на голоса. Тем более такой бас. Этот точно не звонил, — уверенно сообщила она.

Оставшуюся часть дня Марина только и делала, что слушала бесконечное и однообразное: «Абонент временно недоступен, попробуйте позвонить позднее». Она сотый раз набирала номер мобильного Галки и в сотый раз разочарованно вздыхала. Как поступить и решить неожиданно возникшую проблему, она не знала. Советоваться с кем-либо в офисе не решалась. Во-первых, возможно, никто и не знает, что их директор имеет столь существенные долги. Глядя на уверенную в себе Галку, в прикиде из самых дорогих магазинов, думалось обратное: вот обеспеченная дама, не имеющая никаких материальных проблем, а тем более долгов. И во-вторых, глупо, если руководитель (хотя мысленно она и брала это слово в кавычки, думая о своей временной роли) будет спрашивать у сотрудников, как ей поступить в столь щекотливой ситуации.

А что, если отдать за Галину долг? Теоретически такое возможно. Марина, имей она столь большую сумму, непременно так и поступила бы, но практически это невозможно: где взять деньги? Сто тысяч ей никто и нигде просто так не даст в долг, да и под солидный залог тоже вряд ли согласятся предоставить. Само собой разумеется, с неба деньги тоже не упадут… Проигнорировать требование? Но такие долги никто не прощает. И если уже начали звонить и требовать, значит, пришло время их возвращать, и объяснять что-либо тут бесполезно.

Как выручить подругу? Попросить денег у мужа? Ведь у него они наверняка есть. Нет… плохая идея… это значит — вернуться обратно к нему и на корню зарубить свои жизненные планы. Да и не даст он неизвестному человеку такую сумму. Ведь Галка для Сергея никто. Так, пустое место. А Марина не станет объяснять ему, что новая подруга совершенно бескорыстно предложила ей хорошую должность, зная, что Марина ничего не смыслит в рекламном бизнесе. Кроме всего прочего, поддержала в трудную минуту и дала дельные советы. Для Сергея понятия «хороший человек» не существовало. Он часто ей говорил:

— Марина, ты пойми, что чаще всего человек человеку волк. Вот у меня нет партнеров, и ты прекрасно знаешь почему: потому, что лучший друг в свое время предал, позарившись на несколько тысяч долларов. Он меня кинул и сбежал с мизерной суммой. А ведь сейчас наверняка локти кусает. Если бы он знал, что агентство расширит свои обороты и то, что он украл тогда, заработанное за год, мы теперь зарабатываем за несколько дней… Вот ты хочешь всех облагодетельствовать… Я не против, что в нашем доме, когда собирают деньги на похороны или лечение, ты даешь больше всех. Мы можем себе позволить, давай, конечно. Но я не понимаю твоей «доброты» в кавычках, или, по-другому, «медвежьей услуги», когда ты одалживаешь деньги, зная, что никто их уже не отдаст, тете Маше с третьего этажа. Да, жаль ее, она на трех работах пашет, чтобы обеспечить двоих сыновей. Но этим бугаям уже по двадцать лет. Они прекрасно могли бы работать. Нет, лежат на диване, спят, пивко попивают на твои, заметь, денежки. А вот если бы у тети Маши не было лишней копейки, может, они и работать пошли бы или она их сама в шею вытолкала бы. А так она знает, что придет, поплачется, и тысчонки две-три уже в кармане. Или Верка, соседка, вечно одалживающая у нас продукты… Тоже не жалко, но за твою доброту и бескорыстие она же тебя еще и ненавидит. Придет, поклянчит, ты ей блузку свою подаришь, платье, что лишь раз надела, косметику отдашь… А ей не помогает твоя косметика, понимаешь? Она как была неряхой, так неряхой и останется. Как завидовала, так и будет завидовать. У нее злоба лицо перекосила, никакая пластическая операция уже не поможет.

— Но, Сережа, не всем же повезло, как мне. Я удачно вышла замуж, ты у меня мужчина обеспеченный, к тому же умный, красивый, порядочный. Не каждой такие встречаются.

— Мариночка, а ты не задумывалась, что для того, чтобы тебе встретился я, ты отучилась в институте, осталась одна в огромном городе, жила впроголодь, носила осеннее пальто в жуткий мороз и мерзла на остановке в ожидании общественного транспорта.

— При чем тут это? — удивилась тогда Марина.

— А при том, что каждый твой шаг — это судьба. Каждым поступком мы приближали нашу встречу. Поэтому именно ты рядом со мной, а не какая-то Верка. Кстати, Вера закончила ПТУ, а метит как минимум на директора предприятия, не понимая, что все в этой жизни должно быть по заслугам, соразмерно.

Ту должность, которую сейчас занимала Марина, нельзя назвать соразмерной. Скорее, Галка захотела сделать ей приятное — помочь повысить собственную самооценку. Но Сергей не поймет. Он обязательно посчитает, что бывшая одноклассница назначила Марину на должность из корыстных соображений, рассчитывая в будущем ее использовать. Да, ему ничего не докажешь… Марина тяжело вздохнула. А больше и попросить-то не у кого.

Рабочий день давно закончился, а Марина все еще сидела в кабинете. Собственно, куда ей спешить? Ее даже кот не ждет во временном жилище. Кстати, ей всегда так хотелось иметь котенка. И однажды она втайне от Сергея принесла домой маленькое беззащитное создание. Муж долго дулся на Марину, узнав, что она без его разрешения взяла котенка. Оказывается, он категорически против домашних животных. А потом в один прекрасный момент он отвез его в поселок к своей бабушке, объяснив, что коту будет значительно лучше на свежем воздухе, среди живой природы. Марина не протестовала, она только плакала несколько дней, когда Сергей уходил на работу. Она скучала по Барсику, он даже снился ей ночами. Кот был ее единственным и самым верным другом. Как бы ей хотелось вернуть любимое животное! На глаза снова навернулись слезы, а вслед за ними пришла смелая идея. А что, собственно говоря, мешает ей вернуть Барсика? Она сама себе хозяйка и может завести хоть стадо свиней, не то что кота. Плохое настроение моментально рассеялось.

Поселок находится совсем недалеко от города. Она спокойно может поехать туда на электричке и забрать Барсика. Вот только переодеться нужно, а то в костюме, белоснежной блузке и при галстуке она будет странно смотреться в обшарпанном вагоне, среди уставших работяг да торговок с большими сумками и корзинами.

ГЛАВА 7

Марина быстрым шагом подходила к дому, когда увидела вроде бы знакомую фигуру. Да, она не ошибается. Все те же шлепанцы на босую ногу, потертые джинсы, только футболка другая, на этот раз синего цвета с экстравагантным рисунком на груди. Это был ее новый знакомый, бармен Олег. Он стоял возле подъезда с увесистой плетеной корзиной для пикников. Увидев Марину, он шагнул ей навстречу.

— Здравствуйте, а я вас жду, — как бы извиняясь, пролепетал он.

— Привет! А я не ожидала тебя здесь увидеть, — не совсем приветливо отпарировала Марина, сразу перейдя на «ты».

— Как прошел праздник? — как будто не заметив язвительных ноток, спросил Олег.

— Какой? — сначала не сообразила она. — А-а, этот… Спасибо. Великолепно отметили. Можно сказать, удался, — криво улыбнулась Марина, вспомнив, как вырубилась, вылакав целую бутылку шампанского.

— А я вот… хотел… отметить с вами новоселье… — запинаясь, сказал паренек.

— Чье новоселье? — удивилась Марина. Она вроде вчера не говорила ему, что сняла здесь квартиру.

— Мое…

— А ты что, тоже сюда вчера переехал? — удивилась она.

— Да. Правда, у меня в квартире полный бардак, поэтому я решил, может, мы посидим на природе. Тем более что прекрасная погода. Тепло. — Казалось, Олег набрался смелости, потому что голос его стал тверже и уверенней.

А собственно говоря, что терять, решила Марина.

Почему бы и не посидеть на природе. Как-никак у нее теперь новая жизнь. Значит, должны быть и новые знакомства, и новые мужчины… Нет, вот мужчин, пожалуй, не надо. Ведь она мужнина жена и собирается вернуться к Сергею. Пожалуй, со столь смелыми мыслями она явно переборщила.

— Ну пошли. Отметим на природе твой праздник, — согласилась она и направилась к небольшому скверику, который находился рядом с домом. Потом резко остановилась, вспомнив, что собиралась ехать за Барсиком. — А вообще-то стой! У меня есть предложение получше. Да и корзинка твоя кстати окажется. — Марина хищно посмотрела на аккуратно сплетенное изделие из лозы. Туда будет очень удобно посадить кота. Действительно, почему бы не взять Олега с собой? И компанию себе обеспечит, и тара для перевозки кота появится. — Мне сейчас нужно съездить за город… — начала Марина. — Но если хочешь, можешь поехать со мной. Там как раз и природа, и свежий, не загазованный воздух, да и вообще романтика. Так что? — Она снова глянула на корзинку, подумав, что обнаглела окончательно, приглашая не молодого человека, а то, что он на данный момент держит в руках, ну а он как бы в придачу.

— Я согласен… — закивал Олег.

— Тогда я быстро переоденусь. Подожди меня здесь. Марина натянула удобные, в дырках по последней моде джинсы. Схватила легкую спортивную кофту с капюшоном, чтобы при необходимости в целях конспирации накинуть ее. Последний штрих: быстро умылась, смыв аккуратно наложенный макияж, и насухо вытерла лицо. Поразить Олега своей красотой в планы Марины не входило, а значит, можно позволить себе и лицу расслабиться.

… — Как тебе место? По-моему, для природы вполне ничего. Подойдет? — Марина озорно посмотрела на Олега, когда они уселись на деревянные, изрезанные ножом лавки в полупустом вагоне. Конечно, она шутила, но, наверное, ее шутка была не совсем приятна Олегу.

Она поражалась его спокойствию и выдержке. Всю дорогу, что они ехали на метро до вокзала, он не задал ей ни одного вопроса. Только недоумевающе поглядывал на спутницу.

— Вообще-то у меня были другие планы… — Олег на глазах терял остатки уверенности.

Марина же упивалась чувством, практически забытым за эти годы. Она снова начинала понимать, ощущать каждой клеточкой, как приятно испытывать власть над мужчиной. Она снова была уверенной, раскрепощенной, независимой, своенравной и гордой. Она почувствовала, что такое быть королевой, самой настоящей, живой, имеющей желания, прихоти и капризы. Даже несмотря на то, что королева сейчас без свиты и едет в грязном, размалеванном подростками вагоне. На стенках не оставалось живого места, всюду красовались надписи типа: «Тут был Петя, Вася и Мурася», «РЭП — это сила», «Льоля, я тебя люблю» и еще много всего, до чего могут додуматься личности, не достигшие возраста половой и умственной зрелости.

— Да ладно, что ты стесняешься, — подбодрила его Марина. — Я же все понимаю. Наверное, еще учишься, денег не зарабатываешь. Не удивлюсь, если с трудом снял квартиру, чтобы пожить свободной жизнью вдали от родителей или общежития. Мне объяснять не надо. Сама училась. Еще помню те времена, когда мы отмечали удачную сдачу экзаменов разбавленной водкой и банкой соленых огурцов. С тех пор и к спиртному не тяготею. Как вспомню незабываемый аромат домашнего самогона… У-у-у! Так что там у тебя в корзинке? Может, мы прямо здесь и продегустируем то, что ты приготовил для романтического вечера? По-моему, оригинальней места не придумаешь! Ни разу не проводила свидание с молодым человеком в электричке…

Она не верила собственным ушам. И это говорит она? Бесправное, несчастное существо, каким себя считала еще вчера. Вообще-то пить здесь ей совершенно не хотелось. Тем более что в другом конце вагона несколько работяг тоже решили отметить удачное завершение трудового дня. Запах какой-то чесночно-бумажной колбасы, свежих помидоров и дешевого кислого вина разносился по всему вагону и напрочь отбивал аппетит. Но уж больно понравилась Марине корзинка, которую она рассчитывала одолжить у Олега для Барсика… Поэтому ничего не оставалось, как «раскручивать» новоиспеченного кавалера на трапезу уже сейчас, дабы освободить тару для более важного мероприятия.

Он достал из корзины бутылку шампанского «Моет & Шандон». Ого! Еще недавно Марина пополняла бар спиртными напитками и хорошо знала цену этому напитку. Не меньше трехсот долларов за бутылку. Она даже не успела удивиться, только покраснела от стыда, когда Олег пояснил:

— Я же барменом работаю.

Что могла означать эта фраза, Марине следовало додуматься самой. То ли он попросту украл ее в баре, то ли позаимствовал и будет возвращать деньги частями. Да и зачем ей забивать себе голову? Марина попыталась не думать о цене напитка и о месте, где его будут пить. Ну захотел мальчик выпендриться. Это его дело. Скорее всего, она видит Олега в последний раз.

Не рассчитывает же он на симпатию с ее стороны или… еще на что-то покруче… поинтимней.

За шампанским появились лимоны, коробка шоколадных конфет, ананас, нарезанный кусочками и упакованный в целлофан, а также два хрустальных бокала, которые почему-то поразили Марину больше всего.

Вот теперь ей действительно стало стыдно. Угощение никак не подходило к той обстановке, в которой они находились, но отступать было некуда, и Марина, все так же непринужденно улыбаясь и делая вид, что пить такое шампанское с ананасами в грязном вагоне что ни на есть обычное дело, звонко чокнулась с Олегом и откусила сочную мякоть фрукта.

Компания в конце вагона чуть не сломала шеи, потому как до них тоже донесся аромат свежих ананасов, дорогого шампанского, и, разумеется, они разглядели хрустальные бокалы, так нелепо выглядевшие в этом вагоне. Ну пластиковые стаканчики, ну в крайнем случае граненые стеклянные стаканы, но не хрусталь же… Марина и Олег делали вид, что ничего противоестественного они не совершают, и не обращали внимания на удивленные возгласы.

Они не спеша пили ароматный напиток и молчали. Марина не знала, о чем говорить с этим странным молодым человеком, а он только смотрел на нее, не отводя взгляда. В очередной раз взглянув в его ярко-голубые глаза, она почувствовала себя неловко, как проказливая школьница после новой проделанной каверзы.

Вообще-то ей никогда не нравились светлые глаза. Идеалом мужской красоты для Марины были смуглые темноволосые мужчины с темно-карими глазами. Она утопала в таком взгляде, он притягивал ее, манил, завлекал. Иногда, увидев жгучего шатена на улице, Марина невольно поглядывала на него. Хотя ей и дома было на кого смотреть. Сергей соответствовал всем идеалам Марины: жгучий шатен, мужчина ее мечты. Олег же в сравнении с мужем казался ей каким-то блеклым. Соломенного цвета вьющиеся волосы, голубые глаза, светлые ресницы и брови. Какой-то мягкий, почти женский подбородок с ямочкой и тонкие губы.

Впрочем, какое ей дело, как он выглядит? Марина твердо решила, что не будет морочить голову парнишке. И тем не менее — ох уж эта женская натура! — игриво посматривала на него, жуя кусочек сочного ананаса. Так она пыталась скрыть ощущение некоторой вины, которую все же ощущала. Как-никак парень старался, хотел сделать все как можно лучше, возможно, долго ходил по парку, выбирая нужную скамейку, повесил на ней табличку с надписью «занято», а она… Она все испортила поездкой в электричке.

В то же время Марина была благодарна Олегу, что он ни о чем ее не расспрашивает. Кто она, откуда, где училась и кем работала. Весь этот стандартный набор вопросов так любят задавать на первом свидании. А потом складывается впечатление, будто у большинства есть стандартная анкета со стандартными вопросами, и они стремятся побыстрее заполнить графу «ответы». Но и о себе он ничего не говорил. Они лишь перебрасывались репликами, которые начали даже забавлять Марину. Олег оказался интересным и весьма неординарным собеседником.

— Марина, у тебя есть цель в жизни? Или мечта? — спросил ее Олег.

— У каждого есть цель, иначе зачем тогда жить. А мечты… они появляются по мере того, как сбываются или теряют свою значимость другие желания.

— И какая же у тебя цель?

— Прямо все мои секреты хочешь узнать, — пошутила она. — Но так и быть, сегодня скажу. На самом деле всегда мечтала сделать что-то существенное в жизни, чтобы прожить ее так…

—…чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, — продолжил Олег за Марину, процитировав советского классика.

— Совершенно верно. Я пришла к выводу, что люди крайне редко живут настоящим. Они или заняты планами на будущее, копят деньги на поездку за границу, покупку квартиры, телевизора, живут надеждами и радостным предвкушением события, которое рано или поздно должно произойти. Или, наоборот, если впереди перспективы слишком туманны, вспоминают прошлое. Пересматривают фотографии, еще и еще раз возвращаясь в те времена, когда им было радостно, спокойно или, может, наоборот, не спокойно, но жизнь бурлила, подобно горному потоку, не останавливаясь ни на минуту… А потом человек выпал из потока и остался на пустом берегу… Я не хочу превратиться в старушку, бесцельно блуждающую часами по рынку или сидящую на лавочке, перемывая косточки соседям. А чтобы не допустить этого, нужно начинать уже сейчас так строить свою жизнь, чтобы с каждым годом жить становилось интересней. Не хочу превратиться в печеное яблочко, не постаравшись как можно дольше сохранить его первозданный вид. Впрочем… я многого не хочу и, чтобы не оказаться за бортом, буду делать все возможное, пробовать, пытаться все успеть, все увидеть, узнать и многому научиться. Тогда старость не будет казаться такой однообразной и унылой. Я понятно объяснила?

— Вполне…

— Тогда хотелось бы услышать и о твоих целях и мечтах.

— Они у меня сливаются воедино. Как-то я задумался: а ради чего нужно жить? Как правило, у девяноста девяти процентов людей на нашей планете жизнь стандартна. Сначала нужно закончить школу, чтобы поступить в институт, потом найти работу, чтобы обеспечивать себя. Потом создать семью и растить детей, потом копить деньги на старость. Все! Схема однообразна и проста. Но ведь должно же быть еще что-то, к чему нужно стремиться? К славе, признанию, богатству? Но что они дают? Временное удовлетворение собственного эго? Мне это все ни к чему. И я решил, что должен посмотреть мир. Он такой огромный, столько всего необычного и интересного творится там, где нас нет. И вот зарабатывать и тратить, по моему мнению, стоит именно на путешествия по красивым местам, экзотическим странам. Ну что мне от того, что я куплю себе лишний костюм и три пары ботинок? Да, их однажды оценят, а толку? Уж лучше я буду ходить в чем попало, но, засыпая, вспоминать сафари в Африке или сверкающие огнями улицы ночного Пекина. Я совершенно согласен с тобой, что в большей степени мы живем или прошлым, или настоящим. Так что, если мне надоест вспоминать прошлое, я буду работать и думать о следующей стране, которую хотел бы посетить.

— Олег, а ты не задумывался, что большинство тоже хочет посетить экзотические страны, но у них нет ни денег, ни возможности?

— В таких случаях я всегда повторяю одну и ту же фразу: «Если человек хочет, он ищет возможность, а если не хочет — ищет причину», — возразил ей Олег. — Можно лежать на диване и рассуждать: «Вот если бы я умел делать то, то и то…» Или: «А вот если бы мне мешок денег, я бы…» Так вот, я точно знаю, что, свались таким людям на голову богатство, ничего толкового с ним они не сделают. Расшвыряют направо и налево, а потом снова будут ждать очередной манны небесной.

— Но почему?

— Да потому что, если человек стремится стать космонавтом, он им обязательно станет. По крайней мере, если не посчастливится слетать в космос, то уж асом высшего пилотажа он будет наверняка. Если я слышу рассуждения очередной толстушки о том, что она страстно мечтает похудеть, и вижу, как она уплетает третий кусище торта, мне становится грустно. Даже не смешно… Можно сколько угодно рассказывать о своих желаниях и оправдывать собственную лень и отсутствие силы воли плохим здоровьем, сваливать вину на семью, за которой приходится доедать, компанию, заставляющую съесть целого барана, и так далее, но достичь результата разговорами нельзя, невозможно!

— По-моему, ты слишком категоричен.

— Возможно, сейчас я слишком жестко высказался и подхожу к проблеме в общем, не беря в расчет исключения, не учитывая индивидуальные особенности, но, черт возьми, разве в целом я не прав? Знаешь, Марина, как-то я видел по телевизору передачу о девушке, у которой не было двух рук от самых плеч. Она лишилась их в раннем детстве. Так вот она умудрялась сама одеваться, убирать в доме, готовить еду, она вышла замуж и родила ребенка. Она пальцами ног меняла своему сыну памперсы, она водила машину и делала еще многое из того, что некоторые мужчины и женщины не могут делать, имея две руки и две ноги. И я понял, что нет ничего невозможного…

— Пожалуй, не могу с тобой не согласиться, — сказала пораженная Марина. Она никак не ожидала от молодого парня столь глубокого и нестандартного отношения к жизни. — Кстати, ты уже начал осуществлять свою мечту? В каких странах побывал? — Ее вопрос был скорее провокационным, чем искренним, но ответ Марину удивил, даже — поразил.

— Я был в Китае, в Египте, в Турции и Австралии…

— Ого! И как же ты умудрился туда съездить? Неужели бармены столько зарабатывают?

— Это еще раз подтверждает, что непреодолимых препятствий нет. Но поверь, первые путешествия я совершал, имея две сотни в кармане. Уж так получилось.

— Нет, ты расскажи. А то неопределенные ответы приводят к новым вопросам… — настаивала Марина.

— Хорошо… Какое-то время я работал бортпроводником, и пошел на эту работу исключительно для того, чтобы начать воплощение своей мечты, — признался Олег.

Беседа прервалась. В шипящем динамике объявили нужную остановку. К моменту подъезда к нужной станции они не осилили еще и полбутылки шампанского, не ели конфет, да и лимоны тоже в дело не пошли: Олег забыл нож, и их нечем было резать. А просить у сидевших в другом конце вагона Марина не решилась, боясь испортить вкус лимонов ароматом, оставшимся на лезвии от жирно-картонной колбасы.

Дом бабушки Сергея, куда в свое время отправили Барсика, находился недалеко от станции, поэтому Марина отыскала его без труда, хотя до этого ни разу на общественном транспорте сюда не приезжала. На улице существенно потемнело, первые звезды стали появляться на чистом небе, и полная луна выкатила из-за единственной на небе тучи. Она неплохо справлялась со своими обязанностями и освещала дорогу в темноте.

Они подошли к небольшому кирпичному дому, и Марина стала тихонько звать:

— Барсик, кис, кис, кис. Барсичек, иди ко мне, мой котенок. Ты меня еще не забыл?

Где-то в кустах послышалось жалобное мяуканье. Кот, узнав непутевую хозяйку, которая в свое время не смогла перечить мужу и позволила любимому коту задержаться в поселке, ответил ей.

Тут зажегся свет на крыльце, и появилась бабка Сергея, которая тоже позвала:

— Барсик! Кис, кис. Иди в дом, Барсик!

На зов бабушки кот почему-то заговорщицки промолчал.

— Ну и ночуй на улице, окаянный! — рассердилась бабка и скрылась на веранде.

Окаянный подбирался все ближе к забору и тихонько мяукал. Марина так же тихо его звала.

— А почему мы воруем кота? — удивился Олег.

— Это мой кот, я его полноправная хозяйка, — отрезала Марина.

— Да, но тогда нужно предупредить старушку. Она будет переживать…

— Я не могу этого сделать. У меня есть причины, — шепотом ответила Марина.

— Но это преступление — воровать животных, — стоял на своем Олег.

— Какой ты правильный. Говорю же, у меня очень существенная причина! — произнесла она с нажимом на слове «существенная». Марине не хотелось объяснять, что бабуля — бывший партизан, разведчик и просто любопытная женщина в одном лице — начнет задавать множество ненужных вопросов, на которые совершенно не хочется отвечать. И уж она-то сразу поймет, что в семье не все в порядке.

Барсик вплотную подошел к забору, но перелезть по металлической гладкой поверхности не мог.

— Подсади меня, пожалуйста, — попросила Марина Олега.

— Куда?

— На забор, конечно! — удивилась она его вопросу.

— Но ведь для того, чтобы войти, есть калитка… — прошептал он.

— Она закрыта. Бабуля засветло запирает ее изнутри. Не войдешь…

Олег присел, а Марина, взобравшись ему на плечи, зацепилась руками за забор и быстро перелезла на другую сторону. Спрыгнув на землю и взяв под мышку Барсика, она мелкими шагами пробежала к калитке, открыла ее и, махнув Олегу рукой, быстро начала удаляться от дома.

До города они доехали без приключений. Разве что съестные припасы пришлось выбросить, потому что Барсик нуждался в транспортабельном средстве, которым и стала плетеная корзинка для пикников.

Олег только искоса посматривал на Марину, но все так же тактично не задавал никаких вопросов.

На какое-то мгновение ей даже стало приятно его общество, и промелькнула мысль, что, если он снова появится в ее жизни, Марина не откажется провести с ним время. В трудную минуту (а поездку за котом Марина считала мероприятием не из легких) он не сдрейфил, не отказал в помощи, не стал возмущаться и в конце концов не послал подальше ее с Барсиком и предложением распить шампанское в электричке. Пожалуй, не у многих мужчин найдется столько терпения и выдержки. А вот теперь он наверняка считает Марину взбалмошной и даже странной женщиной. Впрочем, пусть считает. Ей это даже льстит. Надоело быть однообразной! Хочется жить!

… — Мне пора, — сказала она Олегу на прощание.

— Мне тоже, — ответил он.

Не спеша они дошли до дома и пожелали спокойной ночи друг другу. Он снова не спросил номер ее телефона и не стал просить о следующей встрече, а она не стала благодарить его за помощь.

«И все-таки он немного странный, — подумала Марина, засыпая на мягкой постели —…И милый…» — резюмировала она, когда стали появляться первые картинки сна.

ГЛАВА 8

Четыре дня на работе пролетели как один. Марина частично вошла в курс дела и пыталась использовать каждую минуту, чтобы пополнить свои знания в области рекламного бизнеса. Она открыла в себе еще один дар. Оказывается, ей вполне можно было бы работать копирайтером: с легкостью придумывала смешные слоганы, могла ярко описать воображаемую картинку. Она не боялась фантазировать и высказывать свои мысли вслух. Марина перестала ощущать себя не на своем месте. Теперь ей как раз казалось, что она попала в свою стихию, в свою струю. Ей нравились люди, окружавшие ее, отношения, которые складывались с этими людьми. Она незаметно влилась в небольшой коллектив и ни разу не почувствовала зависти по отношению к себе — человеку, пришедшему со стороны: ведь многие, работающие в агентстве, имея больший опыт, имели право занять ее место.

Кофе и поедание бутербродов в обеденный перерыв шумной компанией стало неким ритуалом. Оказалось, что с ее приходом коллектив начал дружно обедать в небольшой кухне. И ничего, что мест всем не хватало, размещались и на подоконнике, и вдвоем на одном стуле, и стоя в уголке с тарелкой в руках. Ребята рассказывали анекдоты, смешные случаи из жизни. Иногда получалось, что кофепитие и сидение на кухне затягивалось на несколько часов, потому что само собой получалось, что невольно затрагивалась рабочая тема, и тогда все дружно спорили, отстаивали свои позиции, доказывали — и в итоге приходили к общему знаменателю. Марина заметила, что такие разговоры на кухне сплачивают коллектив и порой дают лучшие результаты, чем одиночные мысли, рождающиеся за рабочим столом. Она не делала замечаний и не требовала соблюдения дисциплины, понимая, что люди творческие ее не приемлют. Наоборот, заметив эффект совместного обсуждения, поощряла коллективную работу.

Несколько дней они командой трудились над новым рекламным проектом. К концу четвертого дня уже имелись основные наработки по заказу для фирмы «Бартен», и теперь оставалось только оформить все надлежащим образом. Марина радовалась успехам и посвящала работе все свое время. Работа была ее единственным спасением от хандры, душевных мук и желания поплакать.

На следующий день, как грозился, вымогатель не позвонил. Не позвонил он и через день, и через два. Но Марина все равно часто возвращалась мыслями к тому разговору. В душе она очень надеялась, что кто-то сыграл с ней злую шутку, но полностью забыть о телефонных угрозах ей не удавалось. Волновала невозможность связи с Галкой. Необходимо было поговорить с ней о долге и, главное, решить вместе с ней, что делать.

Марина приняла меры предосторожности и строго-настрого запретила Оленьке соединять ее с обладателем густого баса.

— Ты хорошо запомнила его голос? — в который раз спрашивала она у Оли.

Та утвердительно кивала.

— Ни в коем случае не соединяй меня с ним. Для этого человека меня нет и никогда не будет на месте. Поняла? — напутствовала ее Марина.

И вот сейчас, сидя в красном кожаном кресле, в котором теперь Марина позволяла себе устраиваться, как ей было удобно, она подумала, что наконец-то избавилась от него. Но от радостных мыслей ее оторвал трезвон мобильного.

— Слушаю, — ответила она.

— Это я слушаю, что ты мне скажешь, — услышала Марина густой бас. — Долго еще будешь нас за нос водить? Запомни, это последнее устное предупреждение.

— Но я же вам сказала, — язык у Марины стал деревянным, — Галины нет. Я не могу дозвониться до нее.

— А я тебе сказал, мне все равно, кто бабло отдаст. Брала его для раскрутки бизнеса, вот теперь и возвращай. Ты директор, ты и подсуетись.

— Но…

— Ты еще спорить со мной будешь? Даю тебе неделю. Запомнила? Ровно неделю, ни дня больше. Я позвоню, скажу, куда подвезти деньги… — В трубке послышались короткие гудки.

Странно, откуда он знает номер ее мобильного телефона? Ведь он есть только у секретаря да у нескольких сотрудников фирмы. Номер мобильного посторонним давать категорически запрещалось.

Марина для собственного успокоения спросила у Оленьки, не давала ли та кому-нибудь номер ее телефона. «Нет», — уверенно ответила девушка. Она четко знает правила и ни под каким предлогом личный телефон Марины давать не будет. Правда, от ответа секретаря Марине не стало легче. Даже наоборот. Значит, они действительно могут все. Марина не то чтобы испугалась, но неприятный холодок пробежал по спине. Значит, проблема никуда не исчезла, она на какое-то время пропала из поля зрения, а теперь возникла и давит с новой силой. В принципе, если разобраться, то неразрешимых вопросов не бывает. Но если личностные отношения можно уладить, долго и основательно ведя переговоры, то материальные — только при наличии денежных знаков. А где взять деньги? Она никогда такой суммой не владела, а продать ровным счетом нечего. Разве что подаренный Сергеем «Пыжик», оформленный на нее… Но на все, что связано с мужем, было самой Мариной наложено табу. Она не собирается отступать от намеченного плана. Особенно теперь, когда самые тяжелые первые дни пережиты.

За эти четыре дня Марина ничего не слышала и не знала о муже. А ей так хотелось знать, как повел себя Сергей, узнав о ее уходе! Да в принципе любая другая женщина, оказавшаяся на ее месте, так же сгорала бы от необходимости иметь информацию. Ведь ради его реакции Марина и затеяла это тяжелое для нее мероприятие. Волнуется ли он? Ищет ли ее? Нервничает ли? Марине сложно было представить реакцию мужа. Он никогда не оказывался в подобной ситуации и был уверен, что не окажется. Сергей всегда с уверенностью говорил, что Марина никогда его не бросит. А она «бросила», пусть и понарошку, пусть на время, зная, что все равно вернется к нему. Но он-то об этом не знает…

Она не стала звонить общим знакомым — зачем ставить себя в глупое положение? Марина не звонила ему на мобильный и по домашнему номеру, не дышала в трубку. Глупо и по-детски. Он бы сразу понял, что это она. Но, с другой стороны, ее мучила неизвестность. Как он? С кем он? Может, быстро утешился? Тоскует или спит спокойно ночами? Или ему ночами не хватает тепла ее тела? Но ни на один из вопросов у нее не было ответа. И ответить на них мог только Сергей, поговорить с которым Марина не имела возможности.

Она искала выход из ловушки, в которую сама себя загнала. Сама установила четкие правила и теперь была обязана играть в соответствии с ними. Если сейчас она уступит очередному порыву, позвонит ему или хотя бы сообщит о своем местонахождении, — все. Он примчится, скажет три банальных слова, ничего для него не значащих. Действительно, что может значить для него признание в любви, если произносит его Сергей машинально, лишь бы успокоить Марину. Он считал, что три заветных слова способны усмирить любую женщину, и прекрасно умел этими словами пользоваться. Сказать с нежностью, посмотреть трепетно в глаза, поцеловать руку, погладить по волосам — и все, любая льдинка растает. А ведь она верила ему, думая, что его чувства искренни. Впрочем, он действительно любит, и очень сильно… только себя.

Любовь к себе у людей проявляется по-разному. Кто-то ее скрывает за семью замками, кто-то старается не показывать своего эгоизма, но тем не менее никогда и ни в чем себе не отказывает. А у кого-то чувства к себе совсем уж патологические: люблю себя, только себя и никого, кроме себя.

Нельзя сказать, что Сергей был настолько эгоистичным и себялюбивым. В начале их совместной жизни Марина восхищалась его обходительностью, щедростью, казалось, он скорее откажет себе в чем-то, но не скажет ей «нет». И только потом, значительно позже, Марина увидела в Сергее и скупость в мелочах, и постоянное подчеркивание собственной значимости, своего материального первенства в семье: Сергей при каждом удобном случае считал необходимым и удобным лишний раз подчеркнуть сей факт. Но к этому времени Марина уже слишком его любила, настолько слишком, что уверила себя: столь «несущественные» недостатки ни в коей мере не затмевают его достоинств.

Боже! Как хочется его услышать!

А что, если попытаться связаться с мужем с помощью какой-то службы знакомств? Или… написать ему письмо по Интернету? Но она не знает его адрес. Жаль. Тогда «аська»! Нет, тоже не подходит. Ведь они никогда не переписывались, и Марина номер «аськи» мужа тоже не знает.

Она обхватила голову руками и тихонько завыла. Слезинки покатились по щекам. Да что же это такое? Неужели можно так сходить с ума? Ее любовь стала похожа на наркотик, а она — на пристрастившегося к нему наркомана. Глаза ее блестели, только когда она видела мужа, когда думала о нем. Нет! Это ненормально! Она и сама понимает собственную слабость…

По телевизору как раз шла очередная реклама новых услуг, предоставляемых мобильным оператором. CMC-знакомства. Вот! Марина даже вскочила от неожиданно пришедшего решения. Новый мобильный номер у нее уже есть, она якобы «познакомится» с мужем благодаря этой услуге. А что, если… вдруг мелькнула мысль. Нет, она напишет такое сообщение, что он не сможет ей не ответить. Но… ведь он не будет знать, что это она, он будет общаться с неизвестной ему девушкой, появилась ревнивая мысль. Дура, обозвала себя Марина. А чего она ожидает, если не хочет выдавать себя? Так что придется смириться с новым статусом. Зато у нее появится возможность перебрасываться хотя бы несколькими словами с мужем. Пусть даже такой ценой — выдавая себя за другую.

А что, если он влюбится в незнакомую девушку? Снова больно кольнула ревность. Что ж… значит, не настолько он любил ее, Марину. И нечего забивать глупыми мыслями голову. Слишком много вопросов перед началом ответственного мероприятия. Возможно, она делит шкуру неубитого медведя. Размечталась. Всякое может случиться. Вполне вероятно, что вообще он не ответит.

Марина стала тщательно обдумывать свое послание. Итак, во-первых, как себя назвать. Есть имена, которые мужу никогда не нравились. Поэтому для заочного знакомства нужно подобрать что-то красивое, нежное. Оно должно впечатлить, заинтересовать, а не отбить охоту общаться. Например, если бы Марине написал какой-нибудь Аристарх, то она точно не стала бы ему отвечать.

Она начала вспоминать, какие имена ему нравились. Да, помнится, он всегда говорил, что его любимое женское имя — Марина, и при их знакомстве это сыграло немаловажную роль.

Их знакомство… Она столько раз за эти три года вспоминала его…

ГЛАВА 9

В тот день Марина стояла на троллейбусной остановке… Она спешила на свидание и очень сильно опаздывала: задержалась на работе, срочно заканчивая важный договор. Они условились встретиться в ресторанчике «Баттерфляй». В то время ее поклонник Андрей сходил с ума по Марине. Он уже в который раз предлагал ей стать его женой. Он пытался дарить ей дорогие подарки, от которых она всякий раз отказывалась, часто встречал с работы, пока это не заметили коллеги и не начали расспрашивать об ухажере. И тогда Марина запретила Андрею приезжать к офису и на свидания с ним добиралась на общественном транспорте.

В те времена у Марины не было возможности ездить на такси. Хотя в тот вечер она пожалела, что опрометчиво решила не получить зарплату, понадеявшись, что деньги в кошельке еще есть. Но, выйдя на улицу и ощутив всю «прелесть» морозного вечера с колючими снежинками и приставучим ветром, Марина, подсчитав финансы, поняла, что ей не хватит даже оплатить полдороги, а просить денег у Андрея в ресторане категорически не хотелось. Нужной маршрутки, как назло, все не было, а тоненькое кашемировое пальтишко не спасало от холодной вьюги.

Рядом с остановкой резко затормозила машина, и из нее выскочил мужчина в черном добротном пальто и с длинным серым шарфом. Он открыл капот, подтянув рукава, попытался что-то там подкрутить. Потом со злостью его захлопнул и стукнул ногой по колесу. Посмотрев на сломанный автомобиль, он достал с заднего сиденья огромный букет и закрыл машину.

Мужчина стал ловить такси, и Марина услышала, как он просит шофера отвезти его к ресторану «Баттерфляй». Набравшись наглости, она подбежала к нему и, извинившись, скороговоркой попыталась объяснить, что ей тоже нужно в «Баттерфляй», она очень опаздывает, а маршрутного такси все нет. Как ни странно, мужчина только понимающе кивнул и, открыв заднюю дверь, пропустил вперед Марину, а потом сел с ней рядом.

Ехали молча. Марина удивлялась собственной смелости. Или наглости? Пока она не решила, как назвать свой поступок. Мужчина как бы мельком, невзначай поглядывал на нее, но не проронил ни слова.

На полдороге такси стало притормаживать, останавливаясь через каждые пять метров.

— Что случилось? — поинтересовался попутчик Марины.

— Пробка, — ответил таксист. — Авария… Гаишники только подъехали. Придется ждать, здесь мы не сможем ни развернуться, ни объехать.

Телефон незнакомца зазвонил.

— Я в пробке. Не волнуйся, заказывай себе что хочешь. Подожди меня. Я не виноват, честное слово. Еду в такси. Поверь, я действительно спешу, но ко всем неприятностям еще и моя машина сломалась. Оставил ее прямо на улице, чтобы поскорее тебя увидеть, — оправдывался он.

Пока мужчина говорил по телефону, мобильный Марины тоже заиграл.

— Очень спешу, но здесь авария. Никак нельзя объехать, — объясняла она Андрею. — Да, я голодная… Салат из морепродуктов и рис с овощами. Спасибо, дорогой.

Они одновременно закончили разговаривать и, посмотрев друг на друга, понимающе улыбнулись.

— Ждет, — сказала Марина.

— Волнуется, — сообщил незнакомец и добавил: — Ну раз мы с вами друзья по несчастью, давайте хотя бы познакомимся. Сергей. — Он артистично склонил голову.

— Марина, — слегка улыбнулась она.

— Да что вы! — Он даже подскочил, развернувшись к ней всем торсом. — Мое любимое имя. Верите, я обязательно назову так свою дочь.

— А вы ждете ребенка? — поинтересовалась она для приличия.

— Нет. Я еще не женат. Но мне с детства нравится имя Марина. Даже не знаю почему. Оно такое нежное, ласковое. Всегда хотел, чтобы любимую девушку звали именно так, но ни разу не познакомился ни с одной Мариной. Вы первая.

— Я думаю, что не в имени дело, а в человеке. Не правда ли?

— Конечно, если бы мне встретилась хоть одна Марина, но у нее оказался бы склочный, невыносимый характер, то я разочаровался бы и не бредил этим именем. Но как видите, пока от таких злюк Бог миловал, а имя я не перестаю идеализировать. Кстати, у вас деловая встреча или свидание?

— Свидание, — ограничилась кратким ответом Марина.

— У меня, как видите, тоже, — кивнул он на букет. — А вы работаете где-то в этом районе?

— Да, недалеко от того места, где сломалась ваша машина, находится наш офис.

— А, так вы видели, как я сгонял зло на колесах? Представляете, только сегодня забрал из ремонта. Меня уверяли, что теперь она как минимум год будет ездить без всяких проблем… И вот пожалуйста… А я обещал своей девушке, что на этот раз не опоздаю…

— А что, есть такая… привычка? — засмеялась Марина, потому что она и сама никуда не могла прийти вовремя. Хоть на пару минут, но обязательно опаздывала.

— Есть, — честно признался Сергей. — И самое интересное, что чем раньше выхожу, тем позже могу приехать. Никак не могу справиться с этим недостатком. Единственное, где мне прощается опоздание, так это на работе. Потому как руководителю замечания никто делать не станет. А кем работаете вы?

— Я юрист, — скромно ответила она.

— Кстати, а вы не ищете новую работу? — тут же ухватился за ее ответ Сергей.

— Нет. А зачем?

— Ну мало ли! Конфликты с начальством, маленькая зарплата, работа далеко от дома, плохой коллектив… Причин может быть множество.

— Нет, у меня все в порядке. Я очень довольна своим местом.

— Жаль, а у меня как раз есть вакансия. Могу предложить вам место юриста.

— Спасибо за доверие. Но как вы решаетесь предлагать работу совершенно незнакомому человеку? — Марину удивил столь странный порыв попутчика.

— Во-первых, я знаю, что вас зовут Марина, а для меня, как я уже сказал, это имеет огромное значение. Во-вторых, вы располагаете к себе. А в-третьих, есть такое понятие, как испытательный срок, который, я уверен, вы бы обязательно прошли, — пояснил Сергей. — Кстати, вот вам моя визитка, на всякий случай. Если понадобится работа, позвоните.

Марина автоматически взяла плотный кусок картона, на котором серебристыми буквами было напечатано «Сергей Бошевский, директор рекламного агентства «БиС».

Они наконец-то вырвались из тягучей вереницы автомобилей и помчались по проспекту, и уже через несколько минут таксист остановился возле ресторанчика с огромной неоновой вывеской «Баттерфляй».

Марина поблагодарила Сергея и, пока он расплачивался, направилась ко входу.

Казалось, Андрей не сводил глаз с дверей, потому что, как только она появилась, он помахал ей рукой и кинулся навстречу. Андрей провел Марину к столику и кивнул официанту, чтобы тот подавал заказанные блюда. Краем глаза Марина заметила Сергея, который подошел к другому столику, вручил девушке с шикарными каштановыми волосами букет и поцеловал ее в щеку. Девушку она разглядеть не могла — та сидела к Марине спиной. Впрочем, она вряд ли дурнушка, такие мужчины выбирают писаных красавиц, решила Марина. Так что представить ее себе несложно, вот только надо ли? Какое ей дело до чужого мужчины и его девушки? Марина постаралась сосредоточиться на разговоре с Андреем.

Они с Сергеем оказались сидящими лицом к лицу, только за разными столами. На протяжении вечера Марина не раз ловила на себе взгляд Сергея и сама тайком поглядывала на него. Она и ругала себя за столь глупое поведение, и пыталась внимательно слушать рассказ Андрея, но взгляд невольно устремлялся в сторону нового знакомого. Спутница Сергея, казалось, даже начала нервничать, она несколько раз оглянулась, пытаясь понять, куда же все время смотрит ее кавалер. В конце концов она потребовала счет, и красивая пара ушла из ресторана. Марина отметила, что не ошиблась, внешность у девушки оказалась очень эффектная, Марина рядом с ней блекла. Почему-то стало обидно и грустно. Легкий укол зависти кольнул в сердце. «Не в красоте счастье, — утешила себя Марина. — Ведь смотрел-то он на меня» — и улыбнулась отражению в огромном зеркале. В туалетной комнате, куда Марина зашла поправить прическу и подкрасить губы, она сразу же выбросила визитку Сергея Бошевского, чтобы больше никогда не вспоминать о нем.

ГЛАВА 10

Может, не изобретать велосипед? Мало ли Марин на свете? Нет, не нужно рисковать. А если подобрать что-то похожее, созвучное. Марина, Мальвина (ну и придет же такое в голову), Мария. Вот! То, что нужно. Тем более мать Сергея зовут Марией, имя уже не чужое, наоборот — родное, привычное. И она решила остановиться на простом имени Маша.

Теперь второй, более сложный этап. Текст сообщения, который должен заставить его ответить. Никаких банальных фраз, никаких пошлостей и предложений.

Она взяла блокнот и стала писать. Ни один из вариантов ей не нравился. Пресные… Никакой фантазии! Она в сердцах бросила блокнот на пол. Да что же это такое! Сейчас решается немаловажный вопрос — сможет ли она заинтересовать собственного мужа, а в голову ничего путного, как назло, не приходит. Второй раз в жизни Марина пишет послание Сергею и второй раз недовольна. Неужели она действительно стала столь неоригинальной и скучной? Где полет фантазии, где смелые мысли, уверенность в себе, которыми она когда-то поразила его? Марина схватила ручку и стала быстро писать на листе бумаги. В конце концов, оторвавшись от этого увлекательного занятия и перечитав все, что написала в порыве гнева на себя, Марина осталась довольна. Оказывается, чтобы создать что-то толковое, нужно порядком разозлиться?

Она в который раз перечитывала текст послания: «Если ты ищешь подругу на ночь — это не ко мне. Если нуждаешься в собеседнике — жду твоего ответа. Маша».

Марина ввела текст и отправила сообщение. В течение получаса она сидела неподвижно, вглядываясь в темное, потухшее окошечко телефона. Она перестала надеяться и уверяла себя, что ее затея оказалась пустой и глупой. Но тут неожиданно телефон ожил, запиликал, сообщая о пришедшем новом сообщении. «Собеседник мне точно не помешает», — гласило оно. От радости Марина даже расцеловала телефон. Ну надо же! Удалось! А ведь могло ничего и не получиться. Целый вечер они перебрасывались «эсэмэсками». Сергей написал ей свой номер ICQ, предложив общаться по Интернету.

Вот это удача. Самое интересное, что ей самой понравилась придуманная игра. Она снова могла быть той самоуверенной стервой, каковой считала себя до определенного времени. Ей даже захотелось вновь вскружить голову Сергею, вот так, посредством виртуального общения. Действительно, а почему бы и нет? В свое время он клялся, что ни одна женщина так глубоко не западала ему в душу. Он говорил, что никогда и никого так сильно не любил и не полюбит уже никогда. Что ж, Сереженька, вот уж поистине: никогда не говори никогда. Вот мы с виртуальной подружкой и проверим, насколько ты падок на женщин и легко ли тебя увлечь. И ничего страшного, что теперь она Маша, а не Марина. Так даже лучше.

А ведь каков муж! Он ее даже приятно удивил, что не стал расспрашивать, красива ли его собеседница, какой у нее вес и какого она роста, длинные ли у нее ноги и прочее, и прочее… Никаких пошлостей и тонких, но недвусмысленных намеков. Так, общение ни о чем, без наводящих вопросов о семейном положении, детях, работе и материальном достатке.

Ей, Марине, Сергей присылал «эсэмэски» только до того, как сделал предложение руки и сердца. Потом он просто звонил ей и говорил, что набирать сообщение глупо, когда можно все сказать намного быстрее. И зачем тратить время на детские шалости?

А Марине казалось, что общение посредством таких милых и маленьких посланий намного приятнее и романтичнее. Ведь подчас словами не скажешь того, что можно написать, не стесняясь и не боясь, что голос дрогнет, и слова будут поняты не так, как хотелось бы. Как часто она жалела, что не родилась в девятнадцатом веке, когда умение писать письма было на таком высоком уровне, что подчас благодаря ровным, неуверенным, твердым или ласковым строчкам решались судьбы людей.

Стоп! Муж ей звонил, потому что считал, что перебрасываться «эсэмэсками» глупо… Она застыла на месте с кружкой в руке. Марина как раз направилась в кухню, чтобы налить себе некрепкого успокаивающего чая из травяного сбора. Успокоиться ей не помешает. А то будет целую ночь смотреть в потолок и снова думать о муже…

Как же она сглупила, не подумав, что Сергей легко и просто может набрать высветившийся номер и позвонить! М-да. Правду говорят, нужно сначала хорошенько продумать все ходы и выходы, а уж потом начинать авантюру. Она поспешила, рвалась вперед, отыскав, как казалось, приемлемое и правильное решение. И ведь опрометчивые и поспешные решения принимала уже не раз. Взять хотя бы увольнение с прежней работы, ведь до сих пор вспоминает, как ей там нравилось. Почему она не учится на собственных ошибках?!

Марине вспомнилось самое поспешное, самое глупое из всех решений, которое принимала. Да и принимала ли она вообще тогда решения? Возможно, думала не головой, а сердцем, подчинилась чувствам, нахлынувшим на нее. С тех пор Марина четко осознала: никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах больше не позволит эмоциям одерживать верх над разумом. Впрочем, произошедшего несколько лет назад уже все равно никак не исправить…

Марине девятнадцать лет. Третий курс колледжа, еще немного — и выпускные экзамены. Ей безумно хочется получить красный диплом. Что он даст? Наверное, ничего, но маме и папе будет очень приятно. А еще Марина докажет себе, что она умная, три года не прошли даром, она молодой специалист, который сможет на равных говорить с уже практикующими юристами. У Марины великолепная память, и многие статьи в гражданском, хозяйственном, процессуальном кодексе она помнит наизусть. Но чтобы оказаться лучшей, нужно учиться до победного конца и не расслабляться на финише. Весна, капли с крыш, легкие туфельки вместо тяжелых зимних сапог, короткая юбка, заинтересованные взгляды ребят… На нее, казалось, апрельский бум не действовал, ну разве что самую малость… Свидания, дискотеки до упаду решила отставить до лета. Все свободное время проводила в библиотеке колледжа, иногда брала книги, закрывалась в пустой аудитории и читала — много, долго.

Второкурсник Саша Зноев появился как будто ниоткуда. Сначала он лишь кивал ей в знак приветствия. Из вежливости Марина отвечала, а про себя пыталась вспомнить: знакомы ли они? Потом несколько слов, библиотечный столик, где Саша изучал то, что Марина уже давно знала и даже сдала соответствующие экзамены.

Сашка как лицо противоположного пола, к которому, казалось, ее женское начало должно было тянуться, ни капельки не интересовал Марину. Хотя природа, вместе с родителями, наградили его карими глазами, темными волосами и смуглой кожей. Казалось, все эти составные нравились Марине, но в случае с Александром… не производили впечатления. Глазки какие-то хитренькие, лицо какое-то вытянутое, волосы непослушные и потому вечно взлохмаченные. Цвета глаз и волос оказалось мало для приближения к внешнему идеалу.

А вот Саше она нравилась, и, чтобы не заметить его симпатии, надо было стать глухой и слепой. Марина не страдала глухотой и слепотой — и прекрасно знала о настоящих причинах проявившейся склонности Александра Зноева к библиотечным занятиям.

Саша уже отслужил в армии и по возрасту опережал Марину на три года. В общем, если смотреть с научной и медицинской точки зрения на физическое и умственное развитие, они находились приблизительно на одной ступени. Александр обладал небольшим, но все же некоторым жизненным опытом и оказался интересным собеседником. Как-то незаметно из библиотеки они стали переходить в пустующую аудиторию, где и болтали по нескольку часов обо всем.

Темы их бесед касались всего, что могло волновать тогдашних студентов. Разумеется, учитывая бурную сексуальную революцию, отголоски которой к тому времени докатились и до нашей страны, эта тема не могла не увлечь «продвинутых» студентов.

Марина была откровенна. Она не скрывала, что все еще является девственницей и в ближайшее время не собирается ничего менять. Саша, разумеется, с ней соглашался. Постепенно тема секса стала основной в их разговорах. А потом… потом, увлекшись беседой, они как-то незаметно начали обнимать и ласкать друг друга. Началось все с легких прикосновений пальцев. Малюсенький мизинчик к мизинцу побольше, девичья ладошка тонет в мужской ладони.

— А когда тебе бывает особенно приятно? Когда дотрагиваешься до каких мест?

— Покажи…

— Нет, сначала ты покажи.

Хоть убей, Марина до сих пор не может понять, как такое могло произойти. Со скамьи девушка переместилась на стол. Вроде бы туда ее перенес только что находившийся в роли собеседника Саша. Он стал напротив сидящей Марины и долго целовал ее лицо, шею, обнаженную грудь. Как-то незаметно упали на пол трусики и шире развелись ноги. Боль оказалась сильной, но Марина, закусив губу, стойко молчала. Закончилось все моментально. Сашка дважды застонал и, разжав впивающиеся в ягодицы руки, оставил сидящую и недоумевающую Марину, опустившись прямо на пол.

Благо что свет в аудитории не горел, а за окном наступили сумерки. Марина не видела ни себя, ни выражения лица мужчины, оказавшегося первым в ее жизни. Голая задница, поникший, но все еще слабоэрегированный пенис, спущенные до щиколоток штаны, самодовольный оскал. Сашу все еще била мелкая дрожь — слабый отголосок ни с чем не сравнимого экстаза. Он осторожно вытер чистым носовым платком предмет гордости всех мужчин и, смяв, засунул платок в карман пиджака. Да, хорошо, что Марина не видела, иначе ей стало бы противно вдвойне, а так… так тоже стало мерзко… от того, что она услышала. Слова повергли Марину в шок.

— Марин, а ты уверена, что у тебя до меня никого не было? — еле слышно спросил все еще восседающий на полу и громче обычного посапывающий Саша.

— Что? Что ты имеешь в виду? — не сообразила Марина.

— Я говорю, руки ты как-то профессионально держала, да и вообще, сама так умело… — договорить Сашка не успел. Марина спрыгнула со стола и, увидев лужу крови, растекшуюся по поверхности, чуть не свалилась в обморок. Но злость распирала ее и оказалась сильнее. Она подняла валяющиеся трусики, вытерла ими кровь и бросила самоуверенному нахалу в лицо. Потом, не сказав ни слова, ушла из аудитории, щелкнув замком.

Больше с Александром она не разговаривала, да и он, признаться, обходил ее стороной. Сказать, что Марина не жалела о глупом сексуальном порыве, будет неправдой! Сожалела, и еще как. Не проходило и дня, чтобы она не вспоминала отвратительных, низких, убийственных слов Александра.

«Так мне и надо, — терзала себя Марина. — Зато теперь я сто раз подумаю, прежде чем ложиться в постель». С тех пор она действительно думала. Долго взвешивала все «за» и «против», пыталась узнать максимум информации о партнере и ни об одном из них не пожалела…

А вот сегодня снова побежала впереди паровоза. Куда, спрашивается, спешить? А если Сережа решится позвонить? Ему надоест набирать «эсэмэски», и он наберет ее номер. А она, не посмотрев на дисплей, автоматически ответит. А он не может не узнать ее голос! И что потом? Как объясняться, что говорить, что выдумывать? Более глупое положение представить трудно.

Марина не знала, как поступить. Раз поспешила и наломала дров, надо постараться все самой исправить… Она набрала номер телефона информационной службы мобильного оператора. Долго ждала соединения и была вознаграждена за терпение. Объяснив проблему, спросила:

— Возможно ли сделать так, чтобы человек, с которым не хочу разговаривать, никогда не смог до меня дозвониться?

— Невозможно, — ответил ей хорошо поставленный вежливый мужской голос.

— Совсем? — все еще цепляясь за соломинку, уточнила Марина.

— Какой-то выход имеется из любой ситуации. Например… Какой у вас телефонный аппарат?

Девушка назвала марку и модель.

— Великолепно, — обрадовался собеседник. — В меню есть раздел настройки…

Он довольно долго и достаточно доходчиво объяснял Марине, что, выбрав опцию «черный список» и внеся туда номер телефона абонента, с которым нет желания разговаривать, девушка сможет не бояться, что этот человек до нее когда-либо дозвонится. Когда он будет набирать ее номер, его аппарат автоматически станет сверяться с ее «черным списком», и для него все время будут звучать короткие гудки. Таким образом, абонент дозвониться не сможет.

— Вот видите, а вы говорили, что это невозможно! — обрадовалась Марина.

— Я и сейчас это утверждаю. А если нежелаемый абонент позвонит вам с другого телефонного номера? — спросил он. — Не станете же вы не отвечать на каждый неизвестный вам номер. В противном случае зачем тогда иметь мобильный телефон? — ответил мужчина, оказавшийся еще и человеком с явным чувством юмора.

Что ж, данное решение проблемы неплохое. Марина немного повеселела и быстренько ввела телефонный номер мужа в «список». Зная Сергея, она на девяносто процентов была уверена, что с другого номера он звонить не станет. Он практически спал со своим аппаратом и звонил только с него. С огромным объемом памяти, записной книжкой, различными опциями, видеокамерой, режимом фотосъемки, приемом нескольких звонков одновременно… Обычный телефон в жизни Сергея стал занимать далекое десятое место среди всех имеющихся видов связи.

Марина не могла дождаться утра, когда сможет войти в «аську» и написать Сергею несколько слов. Ночь прошла без сна. Она раз пять пила чай, включала и выключала телевизор, бродила по комнате. Как только на улице начало светать, Марина привела себя в порядок и поехала на работу. Ночной охранник очень удивился, открывая ей дверь, и для собственного успокоения поинтересовался, который час.

— Семь тридцать… — улыбнулась она. — Да все в порядке. Не волнуйтесь. Мне нужно закончить вчерашнюю работу. Утром придут клиенты, которым не спится, — тут же нафантазировала Марина.

Она включила компьютер и решила зарегистрироваться в ICQ, чтобы иметь возможность написать Сергею. Ее уже не смущало, что, по сути, Сергей-то не знает, с кем общается. Для него она всего лишь собеседница, девушка, живущая в многомиллионном городе, одна из многих, которым вздумалось познакомиться с мужчиной таким оригинальным способом. Главное — не проболтаться, не выдать себя. Интересоваться его делами, его характером, отношением к жизни. Спрашивать о том, что Марина уже и так знала. Ведь она знала его, как никто другой. По голосу безошибочно определяла, выпил он бутылку пива или стопку коньяка, зол он или весел. Чувствовала, когда он говорит правду и когда врет. Возможно, надо быть глупее и не показывать, что от нее нельзя ничего утаить. Но что теперь ворошить прошлое… Она «ушла». Такое ощущение, что вместе они жили целую вечность назад.

Итак, ник должен вызывать симпатию. Машенька, Машутка, Мышонок, Пупсик, Милка. Черт! Дрянь какая в голову лезет! Может, Мечта? Мечта поэта… Славно. И звучит красиво.

А не подумает ли он, что она девушка в теле. Ведь он знает оригинальное словосочетание, которое придумали два мэтра юмористической прозы Ильф и Петров. «Знойная женщина — мечта поэта», — кажется, так называл Остап Бендер пышнотелую мадам? Марина отмахнулась от этой мысли. Пусть что хочет, то и думает. «Я же от имени Маши не собираюсь с ним встречаться ни при каких обстоятельствах. А Мечта поэта звучит симпатично… Да и чем я не мечта? Многие мужчины грезили мной, пока мне не повстречался Сергей». Последний довод сыграл решающую роль, и Марина приняла решение.

Сколько же Маше лет? Пусть будет двадцать два. Дальше… По гороскопу она Скорпион. Подруга говорила, что женщины, родившиеся под этим знаком, очень сексуальны, энергичны и неординарны. А сейчас ей хочется быть именно такой. Несколько слов о себе… Что бы такое написать? Полет фантазии ограничивался банальными фразами, а хотелось экстравагантности, меткого и сильного словца. И Марина быстро застучала по клавишам: «Стерва» — появилось в графе. Номер телефона, место работы, а тем более домашний адрес игнорируем напрочь. Увлечения… Маша должна обязательно иметь нестандартное хобби. Виндсерфинг, парашютный спорт, дайвинг? Но Марина ничего в этом не понимает, а выглядеть глупо, отвечать общими фразами не хочется. Нет, она продумает все до мелочей. Может, эзотерика? Слово красивое и непонятное. На самом деле это мистицизм, все неизведанное, существующее за пределами сознания. Стать настоящими эзотериками дано избранным, и ими написаны интересные книги. Как-то на досуге Марина прочитала несколько и тему развить сможет. Вспомнит несколько специфических слов, как-то: высший разум, материализация мысли, карма и так далее, и все в подобном духе…

Еще раз придирчиво просмотрев анкету, она осталась весьма довольна. Легенду на бумаге составила. Теперь нужно воссоздать в воображении и саму девушку Машу, вжиться в ее образ, придумать, где она живет, чем занимается, о чем думает и мечтает. У нее ведь есть свои пристрастия, вкусы, взгляды на окружающий мир и людей. Маша не может быть клоном Марины, иначе зачем затевать игру? Маша окажется в меру язвительной, уверенной в себе, остроумной и неуловимой. Она будет появляться в удобное для нее время и исчезать не прощаясь. Ей нельзя диктовать условия и свои правила игры… Только тогда и только такая девушка сможет заинтересовать Сергея. А если сможет заинтересовать, значит, у нее получится его разговорить, выведать самые сокровенные мысли. А его мысли сегодня как никогда интересовали Марину. Она ушла, чтобы вернуться, но уже другой женщиной — такой, которую захочется удержать любым путем, возвращаться к ней снова и снова, любить только ее.

Писать банальное «тук, тук» или «привет» не хотелось.

— Как прошла ночь? — написала она, надеясь получить ответ где-то часа через полтора — два, потому что обычно Сергей приходил на работу часов в девять. Но… ответ пришел мгновенно!

— Без сна… Как видишь, уже на работе. А ты только проснулась?

— Нет, я тоже на работе… — ответила Марина-Маша.

— Странно. Но почему так рано?

— Наверное, потому же, что и ты…

— Честно говоря, мне дома скучно. В последнее время я плохо сплю.

— Почему же?

— Есть причины, — неопределенно ответил Сергей.

Ого, это уже что-то новенькое! Значит, ее любимый супруг, который обычно спит как сурок в любых условиях, страдает бессонницей? Марина даже руки потерла от удовольствия. Прекрасно. Как приятно, что у него неприятности из-за ее отсутствия… Дурочка, чему радуешься, попыталась усмирить себя Марина, но не смогла. Столь важная подробность лишний раз убедила ее, что она небезразлична мужу.

— О причинах поговорить не хочешь? — Марина аккуратно нащупывала почву, подбираясь к интересующей ее теме.

— Нет! — отрезал он. — Может, немного позднее. В другой раз.

Марина задумалась. Не слишком ли быстро она набирает обороты? Надо притормозить. А ведь минуту назад думала о том, что надо бы заслужить доверие, заинтриговать. Да, необходимо сделать паузу.

— Ты не обиделась? — высветилось на экране новое сообщение.

«Волнуется, — подумала Марина, — значит, все же я его заинтересовала. Затронула струнку. Ну что ж, дорогой муженек, теперь и я тебя помучаю».

— Мне пора, — сухо ответила Марина и выключила «аську».

ГЛАВА 11

Разговор с мужем она продолжила мысленно. «Хорошего понемножку. Нужно, чтобы ты сам искал встречи. Уж я-то тебя знаю, как никто другой. Если пару раз навязаться, то ты потом нос воротить будешь, зазнаешься. А вот если сам станешь искать общения, тогда совсем другое дело. Тогда и интерес у тебя появится, и будет желание искать причину».

Марине очень понравилось афористичное выражение, процитированное Олегом: «Если человек хочет, он ищет возможность, а если не хочет — причину». Она часто вспоминала эту фразу и примеряла ее ко многим ситуациям, каждый раз убеждаясь в правильности утверждения на собственном примере; если ей нужно добиться своего, она горы свернет, разметает все на своем пути и достигнет желаемого результата. Впрочем, собственно говоря, именно этим она сейчас и занимается. Она хочет вернуть любящего мужа, да, именно любящего, а не просто мужа, мужа-добытчика, мужа-любовника. В конце концов, или все, или ничего. На серединку с половинкой Марина теперь не согласится ни за что!

Решила отвлечься и выпить кофе, тем более что в офисе становилось шумно. Народ потихоньку подтягивался на работу. Марина взглянула на часы. Без пяти минут девять. Сейчас полчаса будут «раскачиваться», пить чай, кофе, жаловаться на жизнь и рассказывать о вчерашних вечерних приключениях.

На кухне собрался женский коллектив. Там громко хохотали, но при появлении Марины смех оборвался.

— Девушки, не стесняйтесь, я с интересом присоединюсь к вам и тоже послушаю. Все время работать вредно, — улыбнулась новоиспеченная начальница.

— Наташа только что начала рассказывать историю о своем бойфренде… — пояснила Вероника.

Наташа осмелела и продолжила:

— Прихожу я, значит, домой, А там по всей квартире горят свечи, пахнет курицей-гриль, купленной в магазине за углом, и на диване восседает любимый, который за день до этого выпросил ключи от моей квартиры. Только я вхожу, он включает музыку и начинает медленно танцевать. Стою, значит, в дверях, ошарашенная. Он, покачивая попой, медленно, шаг за шагом, словно мартовский кот, подходит, берет за руку и усаживает в кресло. Я, значит, не отрывая глаз, смотрю.

Девочки, он так танцует! Клоуны в сравнении с ним отдыхают. Ноги полусогнуты, ступни — в пятой балетной позиции, руки резко поднимает вверх, словно занимается зарядкой, и периодически еще делает ими круговые движения и дергает перед собой в области грудной клетки. Разумеется, при этом еще и раздевается. По мнению Лехи, данное зрелище должно довести меня до экстаза, ну в крайнем случае — до начальной его стадии. Я с трудом сдерживаюсь и, чтобы не заржать на всю комнату, начинаю сопеть, пытаясь успокоиться. Неудобно все же… Мое учащенное дыхание воспринимается так, как ему и хотелось, убеждает, что он движется в правильном направлении и кульминация с моей стороны скоро не заставит себя ждать.

Он старается, пыхтит, сворачивает губы трубочкой, это тоже как бы должно меня возбуждать. На самом же деле рыба, хватающая воздух на суше, и он — одно лицо. Я надуваю щеки и краснею, чтобы не рассмеяться, и чувствую — сейчас свалюсь под кресло.

Он, значит, извивается, закидывает голову и… завершающий момент, брюки падают на пол, а мой любимый остается в семейных трусах до колен а-ля «панталоны в цветочек», в которых горизонтально стоит его… ну, вы понимаете? Зрелище не для слабонервных, скажу я вам. Секса и так особо не хотелось, а тут расхотелось напрочь и надолго, живот от смеха разболелся, а мой дружок, обиженный незапланированным окончанием спектакля, отправился на кухню и с горя съел всю курицу.

Оказывается, трусы на два размера больше он специально прикупил, чтобы произвести впечатление своим… ммм… Произвел. Честное слово. Я даже задумалась, а не выйти ли мне за него замуж. Где еще такого массовика-затейника найду?

— Ой, а мой, простите за пикантные подробности, — заговорила бухгалтер Люда, — любит в туалете посидеть, берет с собой ноутбук под мышку и сидит минут по сорок. Я рядом бегаю, изнемогаю от желания пописать, а он мне отвечает: «Подожди, еще немножко, еще чуть-чуть». Потом оказывается, что он в морской бой с каким-то виртуальным товарищем по Интернету играл. Но это еще не все. Как-то ночью просыпаюсь — мужа нет. Телевизор не работает, свет нигде не горит. Я заглянула на кухню, в прихожую, даже в шкаф непонятно для чего, звоню ему на мобильный: «Нет связи». Ну все, думаю, решил, пока я сплю, загулять… Тут слышу храп любимого, а откуда — понять не могу. Зашла в ванную на всякий случай — нет и там, но звук стал отчетливей, я в туалет, а он на унитазе спит…

— Это еще ничего, вот мой друг… Дома категорически не может сделать в туалете серьезные дела, зато общественные сортиры — его слабость, не пропускает ни одного. Только видит название с буковкой «М», моментально сообщает, что ему нужно отлучиться на минуточку. Минуточка, как правило, затягивается как минимум минут на двадцать, и счастье еще, если мы сидим в теплом кафе… Но он же и на улице не может пройти мимо таких кабинок. А если еще и зима. Я словно лошадь гарцую вокруг туалета, чтобы не замерзнуть, а ему хоть бы хны…

Женская компания заливалась громким смехом, не в силах сдерживаться, мужское население офиса порывалось присоединиться, но их тут же выпроваживали за дверь и продолжали обсуждать сильный пол.

Поблагодарив всех за приятное и веселое начало рабочего дня, Марина направилась к себе. Она принялась раздумывать над новым проектом, заказ на который хотелось получить.

Мысли Марины оборвала Оля, зашедшая к ней в кабинет.

— Марина Анатольевна, к вам Сергей Бошевский из рекламного агентства «БиС».

— Что? — Марина словно очнулась от сна.

— Я говорю, что пришел…

— Я слышала, кто пришел, но что он здесь делает? По какому вопросу? — спрашивая, Марина тянула время, соображая, куда бы ей спрятаться, что бы такое придумать и не столкнуться с Сергеем.

— Простите, но я не уточнила… — начала было оправдываться Оля, но Марина жестом остановила ее.

— А с ним может встретиться кто-то другой? Например, старший менеджер Вероника? Ну придумайте что-то, Оленька… — умоляюще посмотрела на нее Марина. — Я не могу сейчас. Жду очень важного телефонного звонка.

— Думаю, это можно устроить. Так вы вообще не хотите разговаривать с Бошевским? — переспросила она.

— Да. Я потом переговорю с Вероникой, и она мне все передаст. Спасибо вам, Оля. И… не пускайте никого ко мне в кабинет. Договорились?

Оля наверняка посчитала, что это всего-навсего блажь начальницы, но сейчас Марину больше всего волновало, как бы Сергей не узнал, кто сидит сегодня в кабинете руководителя. Тут не до мнения окружающих!

Марина пыталась сосредоточиться на работе, но все валилось из рук. Она читала отчет одного из менеджеров, трижды перечитывая одно и то же предложение, и ничего не могла понять — к концу фразы начало предложения напрочь вылетало из головы. Нет, так работать невозможно! Приход Сергея выбил Марину из колеи окончательно.

— Марина Анатольевна, к вам хочет зайти Вероника. Она говорит, что это срочно, — раздался голос из динамика.

— Хорошо, но без Бошевского, — предупредила Марина на всякий случай.

За эту неделю она успела со всеми познакомиться, Галка представила ее без фамилии, но теперь только два человека в компании называли ее по имени-отчеству — секретарь и курьер, все остальные оказались либо ее одногодками, либо были чуть постарше и ограничивались именем. И как-то незаметно, за чаем в обед, они перешли с Мариной на «ты». То, что со стороны могло показаться панибратством, нисколько не смущало Марину, так как свою должность она считала временной и уже подумывала поговорить с Галкой, как только та вернется из командировки, по поводу постоянной работы в агентстве в должности менеджера или копирайтера. Она была уверена, что нашла свое место в жизни, и не хотела выпадать из потока, в который по счастливой случайности влилась. Потом, в будущем, когда наберется опыта и знаний, Марина, возможно, начнет работать вместе с мужем, и рекламный бизнес станет их семейным делом. Она уже предвкушала приятный момент, когда поставит Сергея перед фактом… Не будет смущенно и непонимающе хлопать глазами, а сможет без особого труда входить в курс дела, помогать дельными советами, выдвигать смелые идеи. Размечталась…

В кабинет зашла Вероника:

— Марина, тут такое дело. Ты помнишь тот заказ, над которым мы сейчас работаем для «Бартена»…

— Ты хочешь сказать, что уже закончили работать? — поправила ее Марина. — Осталось только предоставить результаты заказчику.

— Совершенно верно, — согласилась Вероника. — Так вот, оказалось, что фирма Бошевского, с которым ты не захотела разговаривать… — Менеджер на минуту запнулась, ожидая объяснений.

— Я жду очень важного звонка. И потом… — Марина решила не кривя душой сделать девушке комплимент и тем самым прекратить вопросы. — Ты профессионал, великолепно ведешь переговоры и знаешь намного больше меня. Тебе нужны еще аргументы?

— Нет, что ты. — Вероника даже покраснела от приятных слов. — Так вот, его агентство тоже участвует в гонке за большими деньгами. Он пришел предложить нам некоторую сумму, если наша компания откажется участвовать в дальнейшей борьбе. Что скажешь? Я не могу брать на себя такую ответственность…

— Скажу категорическое нет. Даже суммой не интересуюсь. Думаю, раз он пришел, значит, не уверен в своих силах, значит, есть у нас шансы.

— Так я отказываюсь? — обрадовалась Вероника.

— Зачем переспрашиваешь? Я уже тебе ответила, — отчеканила Марина.

— Марина, это правильное решение! Очень правильное! — Вероника была явно довольна. — Я тоже уверена, что заказ будет наш. Веришь, еще ни разу мы так плодотворно, быстро и в то же время качественно не работали!

Менеджер скрылась за дверью, а Марина прилипла к окну, спрятавшись за жалюзи. Она наблюдала, как Сергей выходит из офиса. Как садится в свою машину и резко срывается с места. Разъярен! Она-то знает его повадки. Раз так трогается с места, значит, очень зол. Как он, наверное, сейчас ругает их рекламное агентство и директора в том числе, даже не догадываясь, что за отказом стоит Марина. Его Марина.

Что ж, это шанс! Доказать ему, Галке и самой себе, что она действительно умеет добиваться результатов, может приносить пользу. Но — чего греха таить! — в первую очередь конечно же хочется утереть нос Сергею. Вот тогда-то он здорово удивится, узнав, кто оказался его конкурентом на самом деле и кто получил заказ. А они его получат! Если нужно, Марина вырвет зубами этот заказ.

От таких мыслей адреналин повысился в крови и появилась неутолимая жажда деятельности. Не стоять на месте, идти вперед, стремиться к лучшему, убирать преграды на своем пути!

Марина так увлеклась созерцанием разъяренного мужа, что не заметила, как в кабинет кто-то вошел. Когда она оторвалась от окна, увидела Веронику.

— Ты что-то хочешь мне сказать?

— Да… Ты молодец, Маринка. Правильно поступила.

— О чем ты?

— Этот Бошевский не первый заказ нам срывает…

— То есть? Объясни, Вероника, я ведь человек новый, многого не знаю.

— Я не хочу ни на кого наговаривать, но у Галины Семеновны именно поэтому заместителя сейчас нет, что дважды наши заказы Бошевский перекупал.

— Как это?

— А вот так, как сегодня. Предлагает определенную сумму конкурентам, то есть в данном случае нам, тем, кто вроде послабее, те соглашаются, а «БиС» всегда на коне. Они ведь в своем роде первые в рекламном бизнесе.

— Так, значит, прежний заместитель брал деньги, а потом отказывался от заказа? — уточнила Марина.

— Что-то вроде того. Поговаривают, что именно из-за этого Галина Семеновна его уволила. Но, возможно, все это неправда. Я, например… хотя… не думаю, что тебе интересны такие подробности, — оборвала себя на полуслове Вероника.

— Почему же, мне все интересно! — напряглась Марина. — Что ты хотела сказать?

— То, что у меня другое мнение на этот счет. И оно сложилось не на основе разговоров, которые я слышала от других.

— Вероника, не тяни. Прошу тебя. Обещаю, что этот разговор останется между нами, — заверила ее Марина.

— Хорошо… Дело в том, что я наверняка знаю: Галина Семеновна лично знает Бошевского. Может, он и общался когда-то с ее бывшим заместителем, точно не знаю, врать не буду, а вот с ней Бошевский точно был знаком. Раза два я его видела у нас в офисе, потом, помню, они на выставке очень мило беседовали, а однажды я видела их в ресторане.

— В каком ресторане? — вырвалось у Марины.

— «Шарль», а что? — удивилась ее вопросу Вероника.

— Ничего. Любопытно стало, — ретировалась Марина, а про себя подумала, что для деловых встреч у Сергея были два любимых ресторана, но «Шарль» в их число не входил. А вот романтические вечера он любил проводить именно там. Стоп! Романтические вечера? То есть выходит, что с Галкой он не рабочие моменты обсуждал? Нет, этого не может быть. Ведь Марина спросила у Галки, не знает ли та ее мужа, как-никак работают в одной сфере. Та заверила, что никогда не встречалась с Сергеем. И кому теперь верить?

— Вероника, а ты ничего не путаешь? Ты точно видела Галину Семеновну с Бошевским? Может, это была другая женщина? Или она была с мужчиной, похожим на него? — Марина пристально посмотрела на менеджера.

— Нет, Марина, такого красивого мужчину сложно с кем-то перепутать, а Галину Семеновну, сама понимаешь, тем более нельзя не узнать. Она же моя начальница, — уверенно заявила менеджер.

— Спасибо за информацию, — поблагодарила ее Марина. — Думаю, что всем назло мы обязательно получим прибыльный заказ. И никакие конкуренты нам не будут страшны…

Разумеется, разговор с Вероникой не добавил спокойствия Марине. Ее сейчас, конечно, волновало, что муж в работе пользуется не совсем честными методами. Но то, что он знаком с Галкой, а она скрыла от Марины этот факт, волновало куда сильнее! Возможно, Галка не хотела расстраивать ее, побоялась, что Марина слишком ревнива. Тем более та сама рассказала бывшей однокласснице о своей патологически сильной любви к мужу. Да, наверняка так оно и было. Галка не решилась сказать о знакомстве, после того как Марина открыла ей душу.

Но все-таки почему «Шарль»? Этот ресторан не располагает к деловым разговорам. Скорее наоборот. Легкая расслабляющая музыка, всюду горят свечи, уютные столики, отделенные друг от друга перегородками.

Марина решила не гадать, а обсудить волнующий вопрос с Сергеем. Незнакомой девушке он врать точно не будет. Но сама она писать не стала, решив дождаться его послания. Оно не заставило себя ждать. Наверное, как только Сергей приехал на работу, первым делом написал ей.

— Поговорим? — высветилось сообщение.

— А есть потребность? — сухо ответила Марина.

— Да. Я немного расстроен. Сорвалось одно дело.

— Очень важное?

— Денежное.

— Тогда не будем о работе.

— Я готов разговаривать с тобой о чем угодно.

— Поговорим об отдыхе. В какой ресторан ты бы пошел, чтобы провести приятный вечер?

— А ты собираешься на свидание?

— Да, собираюсь.

— Так ты не свободна?

— Я бы не хотела обсуждать данную тему, — решительно-уклончиво ответила Марина, зная, что, чем больше будет загадок, тем сильнее она заинтересует Сергея.

— Рекомендую «Шарль». — Итак, супруг ответил на вопрос, который интересовал Марину.

— У тебя хороший вкус, — польстила она. — Тогда, может, сразу посоветуешь мне и ресторан для деловых встреч, а то я совсем недавно в вашем городе.

— «Корона» и «Шато де флер», — незамедлительно поступил ответ. — Я очень часто встречаюсь там с деловыми партнерами и могу с уверенностью сказать, что они лучшие по сочетанию обстановки, ненавязчивого сервиса и возможности обсудить деловые вопросы.

Что и требовалось доказать. Но от его ответов Марине легче не стало, скорее наоборот. На душе заскребли кошки.

— А почему ты интересуешься, свободна я или нет? Разве это имеет какое-то значение? — спросила она.

— Дело в том, что любой мужчина в душе собственник и хочет обладать женщиной безраздельно. Ему доставляет удовольствие знать, что никто не спит с ней, она никому не готовит завтрак и не подает его в постель, не вздрагивает вечером от каждого телефонного звонка в ожидании сигнала от любимого. Хочется тешить свое эго и думать, что молодая девушка, увидев мое сообщение на экране, не закрывает его нажатием одной клавиши, а тут же отвечает мне.

— Очень интересная теория. Но какое отношение она имеет ко мне?

— Самое прямое. Ты — женщина.

— Согласна. С природой не поспоришь, я действительно несколько другого пола. И тем не менее если дело касается только меня, то существует одно «но»…

— И какое же? Очень любопытно.

— Я не твоя женщина и ею никогда не буду. Мы знакомы виртуально, и в этом вся прелесть нашего общения.

— Виртуально, не спорю. Но всегда можно исправить досадное недоразумение…

— Боюсь, что нет. Скорее всего — нет, никогда. Думаю, нет… — отстучала по клавиатуре Марина загадочный ответ, содержащий недосказанность.

— И все же… Успокой меня, соври в крайнем случае, скажи, что у тебя на данный момент нет мужчины.

— У меня нет мужчины, — послушно написала Марина и засмеялась. Каков супруг! Оказывается, она очень многого о нем не знает. Идея с «аськой» нравилась ей все больше и больше.

ГЛАВА 12

И сегодня возвращаться в пустую квартиру не очень хотелось. Впрочем, пустой назвать ее теперь трудно — с Мариной был Барсик, но с котом не заведешь заумных разговоров, не пожалуешься на жизнь и не поделишься радостными новостями. Максимум, что сделает чуткий кот, это запрыгнет на колени и будет тереться о ее руки, мурлыкая свою песенку и успокаивая хозяйку. Марина долго бродила по улице, наблюдала за спешащими домой женщинами с набитыми доверху пакетами, мужчинами, поглядывающими на часы и размышляющими, успеют ли выпить еще бутылочку пива перед ужином, за подростками, которые только выходили на улицу в поисках приключений или искали уединенных мест, подальше от глаз взрослых.

Потом, на «десерт», Марина прогулялась по короткому скверику, находящемуся недалеко от дома, и направилась к своему жилищу. Она вошла в подъезд, где тускло горела лампочка, предусмотрительно покрашенная краской, чтобы мелким воришкам не хотелось ее выкрутить, и тут ее грубо схватили за руку. Марина попыталась вырваться и закричать, но из горла выдавился только слабый писк, потому что вторая рука больно зажала ей рот. Она еще раз из последних сил дернулась, но тот, кто ее держал, был значительно сильнее и отпускать ее не собирался. Да к тому же его пальцы впились в щеки Марины, да так, что, казалось, сейчас он продырявит кожу на лице. Марина только хлопала глазами, безуспешно пытаясь повернуть голову и разглядеть того, кто напал на нее. Все ее попытки были напрасны, она медленно теряла сознание от боли. Болела рука, которую вывернул бандит. По всей видимости, человек обладал навыками рукопашного боя, потому что он, совершенно не напрягаясь, лишь слегка согнул ее кисть и легонько надавил, а боль оказалась адской. Слезы сами собой брызнули из глаз.

«Что он со мной сделает? Наверное, это насильник или маньяк, — первое, что подумала женщина. — Не собирается же он меня убить прямо здесь, в любую минуту в подъезд могут зайти люди… О боже! Если бы хоть кто-то зашел и спугнул его! Спасите!» — мысленно прокричала она, потому как рот зажимала лапища негодяя.

Но тут он заговорил. Вернее, она услышала всего несколько фраз:

— Ты помнишь, что за тобой должок в сто штук? Так вот, это только цветочки. Откажешься заплатить — попробуешь ягодки. Поня…

Договорить нападавший не успел, потому что раздался глухой удар, он резко отпустил Марину и свалился на грязный бетонный пол подъезда.

— Давай вызовем милицию, — услышала Марина знакомый голос. — Он ничего с тобой не сделал? Что ему было нужно?

Она с трудом открыла глаза, которые все еще застилала пелена слез, потрогала горевшие щеки, открыла рот. Вроде челюсти не сломаны. Попробовала выговорить несколько слов — из горла вылетели нечленораздельные звуки. Марина, превозмогая боль, попыталась еще раз сказать ту же фразу. Лишь третья попытка оказалась более удачной:

— Нет, не надо вызывать милицию. Он ждал именно меня, хотел припугнуть, не более.

— Ты хочешь пустить все на самотек? — удивился Олег, а это был именно он.

— Пойми, он всего лишь пешка в этой игре. Кстати, чем ты его так? — поинтересовалась она.

— Бутылкой шампанского…

— «Моет & Шандон»?

— Да.

— Дорогое орудие. За такие деньги можно было сто резиновых дубинок купить.

— Можно… но под рукой оказалась только бутылка, а дубинки в гастрономах не продают, — улыбнулся Олег и спросил: — Ты в порядке? Можно, я доведу тебя до квартиры?

— Не откажусь… А что ты, собственно, здесь делал? — поинтересовалась она и тут же сама ответила на свой вопрос: — Насколько понимаю, ты снова хотел пригласить меня на природу… или… постой… не в гости ли ко мне собрался?

— Собрался. Правда, осталась только закуска и лимоны… — начал оправдываться Олег.

— Да ничего. Честно говоря, я спиртное не очень люблю. Даже шампанское за такие деньги…

Войдя в квартиру, первым делом она бросилась к зеркалу. На щеках красовалось два темно-бордовых пятна, которые кое-где уже сменили цвет на синевато-лиловый.

— Так чего он от тебя хотел? — не отставал Олег, проявляя необычное для него любопытство.

— Да собственно, от меня лично ничего…

— Но почему тогда он напал именно на тебя? Он хотел тебя изнасиловать?

— Нет, слава богу. Сплюнь три раза, я суеверная, не хватало только этого! — Марина на секунду представила: а что, если… Но потом постаралась взять себя в руки, успокоив, что снова пытается представить самое худшее и тем самым портит и так жуткое настроение.

— Тьфу, тьфу, тьфу! — послушно произнес Олег и снова испытующе посмотрел на нее в ожидании ответа.

— Тут немного другое… Понимаешь, директор фирмы, в которой я работаю, взяла большую сумму для развития своего бизнеса и должна ее в ближайшее время отдать. Но сейчас она в командировке, а я ее замещаю. Но им-то все равно, с кого деньги требовать. Нет директора — есть заместитель. Деньги-то вложены в бизнес. Вот они и хотят, чтобы подсуетилась, собрала нужную сумму.

Марине не хотелось вдаваться в подробности, рассказывать, что заместитель она временный, а работает без одного дня неделю.

— И сколько же задолжал ваш директор?

— Сто тысяч. Долларов.

Олег даже присвистнул.

— Да, сумма немаленькая, — согласилась Марина. — И я, честно говоря, не знаю, зачем Галке понадобились такие деньги, но узнать и побеседовать с ней лично нет никакой возможности. Ее мобильный телефон не отвечает. На работу она не звонит. Она сказала, что уезжает максимум на три дня, а сегодня уже пятый. Я начинаю бояться, что с ней случилось несчастье. Ну не могла она вот так бесследно пропасть! Рекламное агентство — ее детище, она бы нашла возможность позвонить, если бы с ней все было в порядке.

— Твои волнения вполне понятны. А если учесть сегодняшнее происшествие… Напрасно ты не захотела вызвать милицию, — пожурил ее Олег.

— Может, и напрасно, только мне кажется, где замешаны такие деньги, никакая милиция не поможет и не спасет, — возразила ему Марина.

— Я думаю, для начала ты должна выяснить, кому задолжала твоя директриса. А потом напрямую связаться с этими людьми и объяснить ситуацию. Тот, кто пришел тебя припугнуть, действительно всего лишь пешка. Наверняка это бандиты, которые работают за определенный процент от одолженной суммы, и им все равно, кто вернет деньги, главное, чтобы их вернули. Ведь это их заработок, — пояснял Олег.

— Но как я выясню? Я же тебе сказала, что связи с Галкой нет, — удивилась Марина.

— Элементарно. Есть бухгалтерские документы. Ну не может быть, чтобы всю сумму на развитие бизнеса твоему директору передали наличными. Это было бы неразумно, да и сумма слишком большая. Так что первым делом уточни, кто и за что за последний год перечислял вам деньги. Посиди вместе с бухгалтером. Тот наверняка в какой-то мере в курсе дела и поможет тебе.

— Спасибо, Олег. — Впервые Марина посмотрела на этого щуплого паренька другими глазами, увидев в нем делового человека. И настоящего мужчину!

Впрочем, нет, уже во второй раз. Впервые это было, когда они ехали в грязной электричке. Тогда Олег поразил ее своеобразными взглядами на жизнь, на отношения с людьми. Тогда он показался ей рассудительным не по годам… Вообще-то Марина до сих пор не знала, сколько ему лет. Она попросту не интересовалась столь маловажным для нее вопросом. Какая ей разница, не под венец же с ним идти. А общаться можно и не уточняя возраста.

Про себя она отметила, что теперь симпатизирует ему. Бывает же так! А вначале возникло впечатление, что он занудный и странный. Тогда Марина была уверена, что больше никогда с ним не встретится. Даже мысли не допускала, что когда-нибудь будет сидеть с ним на кухне, разговаривать, улыбаться ему…

— Конечно, я могу выяснить это и по своим каналам, если ты скажешь, где работаешь и кто у тебя директор… — Олег оторвал ее от раздумий.

— Но ты же барменом работаешь, — удивилась Марина, — а не в милиции или в службе безопасности.

— Поверь, главное — не кем ты работаешь, а кто твои друзья, — назидательно пояснил Олег.

— Тогда понятно. Я, честно говоря, даже и не знаю, имею ли я право впутывать в данную историю постороннего человека. Ты не обижайся, но ведь оно так и есть, — виновато посмотрела на него Марина. — Я и сама случайно оказалась втянутой в это дело, теперь, как видишь, пожинаю плоды… — Она жестом показала на синяки.

— Решать тебе, — пожал он плечами.

— Хочешь чаю или кофе? — сменила она тему разговора, решив, что, пока они будут сидеть на кухне, у нее есть время подумать над его предложением.

— Хочу.

Пока она готовила чай, Олег сидел за кухонным столом, подперев руками подбородок.

— Знаешь, — внезапно произнесла она, дотронувшись до ноющей щеки, — а меня ни разу в жизни не ударил ни один мужчина. Впрочем, и женщина тоже не била. Казалось уже, что сия участь миновала мое тело. Как это гадко и низко — бить женщину.

— Хм… Не спорю, неприятно почувствовать на себе лапы какого-то ублюдка. Если брать конкретную ситуацию с тобой, конечно, это отвратительно! Но, честно говоря, есть женщины, которые заслуживают парочки тумаков.

— Ты искренне считаешь, что можно ударить женщину? — удивилась Марина.

— Не я… Слава богу, мне делать это не приходилось, но есть ситуации, когда другого выхода нет.

— По-моему, в любой ситуации есть более гуманный и человечный подход, чем руки распускать, опускаться до такого низкого занятия, — горячо отстаивала свою позицию Марина.

— Хорошо, тогда пример из жизни. Сидит в кафе за столиком пара. Она напилась до чертиков и начинает буянить, у нее истерика, она вопит, ругается матом, обрушивает на своего спутника все, что стоит на столе. Он пытается ее успокоить. Просит, умоляет… Она не реагирует, распаляется еще больше. Ему неимоверно стыдно, все смотрят на его пьяную женщину, и тогда кто-то со стороны советует: «Да стукни ты ее, сразу успокоится». Он несильно бьет ее по щеке. Она моментально затихает и, оглядываясь по сторонам, не может понять, что же произошло. Самое интересное, потом она не помнит ни того, что вытворяла, ни того, что ее ударили. Мне кажется, в данной ситуации этот выход был оптимальным… Человек прекратил отвратительную истерику.

— Ну не знаю… Мне сложно судить. И я никогда не видела буянящих женщин.

— Я еще и не такую историю тебе расскажу. Она произошла с моим другом. Вернее, он и его жена являются ее непосредственными героями, — улыбнулся Олег. — Жена у Славика великолепная: рассудительная, умная, интеллектуалка, но только когда сидит дома или находится на работе, а не встречается вечером с подругами. Стоит ей выпить парочку коктейлей, и Люда превращается совершенно в другого человека. Остановить ее невозможно. Танцы до упаду, рюмка за рюмкой, шесть часов для нее проходят как один.

— А я думала, так поступают только мужчины, — удивилась Марина.

— Представь себе — не только. Славик же в это время сидит дома и дожидается жену. Разумеется, никакие уговоры, просьбы, наставления не помогают. Каждый раз она уходит на часик и возвращается под утро, а то и через день. Потому что иногда после бурного веселья они с подругами отсыпаются, а затем вечеринка продолжается. Бедный Славик, когда жена уходит на так называемый девичник, не спит, сидит, пялясь в телевизор, и ждет, когда она вернется. Очередной день рождения у многочисленных ее подруг… Славик категорически запретил Люде идти на вечеринку, заранее зная, чем все закончится, но та поклялась здоровьем ребенка, что вернется в десять вечера. Разумеется, снова вернулась утром. Мой друг закинул ее на плечо, отнес в спальню, связал руки, стянул трусы и кожаным ремнем отлупил по мягкому месту. Потом сказал: «Можешь подавать на развод» — и ушел на работу. С тех пор прошел год, разумеется, Люда расторгать брак со Славиком не стала, более того, теперь она возвращается в обещанное время, не задерживаясь ни на минуту. Мораль ясна?

За один-единственный раз, пусть и не совсем цивилизованный, как ты говоришь, человек решил проблему, над которой бился три года.

— Хорошая история. Да я, наверное, тоже такую жену отлупила бы по заднице. Совсем совесть потеряла. — Марина великолепно понимала, что чувствовал Славик, дожидаясь непутевую супругу. — И потом, история твоего друга нестандартна и неординарна. А некоторые женщины всю жизнь терпят подобные выходки от мужей. И представь себе, ничего не могут поделать. Сначала ждут, выглядывая в окно, по прошествии лет — пьют снотворное и ложатся спать, а потом и вовсе засыпают, не обращая на это внимания, — привыкают.

Каждый задумался о своем, сокровенном, и невысказанные слова повисли в воздухе. Марина не спеша убирала посуду, передвигалась по кухне и размышляла. Она мысленно вернулась к предложению Олега помочь ей.

«Положиться на малознакомого человека? Но он уже дважды выручил меня. Тем более Олегу я симпатична. Не будет же молодой человек от скуки покупать дорогое шампанское, рассчитывая провести с девушкой один вечер? Похоже, он не из таких. Производит впечатление вполне степенного, рассудительного человека. И разве у меня есть выбор? Одна, куда ни глянь. Мне не с кем больше поделиться своей бедой, хотя вроде бы и чужой… Вроде бы проблема Галкина, а решать ее приходится мне.

Ну на кого положиться, у кого просить помощи? На работе мой рассказ будет выглядеть глупо, да и нельзя, чтобы сотрудники знали о денежных затруднениях Галины. С подругами и знакомыми оборвана всякая связь, пусть и временно. Так что остается малознакомый Олег. Ах, будь что будет!»

И она решила рискнуть.

— Олег, — Марина взяла лист бумаги, спешно написала фамилию Галки и название рекламного агентства, — вот данные моего директора. — Если ты действительно, как говоришь, имеешь связи в этих кругах, то я буду тебе весьма признательна за любую помощь…

— Марин, не нужно много слов. Я все понимаю, — оборвал ее Олег. Он взял ее за руку и нежно, еле касаясь, гладил, легонько перебирал пальчики, рассматривал аккуратные ноготки.

Как давно ее руки не касался никто, кроме мужа. Но почему ей не хочется, чтобы прикосновения прекратились? Марина как завороженная смотрела на Олега и понимала, что этот молодой человек все больше и больше нравится ей.

На коленки к ней запрыгнул Барсик и тут же, удобно устроившись, заурчал свою песенку. Марине стало вдвойне тепло и приято. От удовольствия она медленно закрыла глаза и почувствовала, как проваливается куда-то в бездну. Оказывается, сегодняшние события и переживания не прошли без последствий. Сейчас ей хотелось только спать… спать… забыть о страхах и волнениях. Плюнуть на все и отключиться…

Марина почувствовала, как Барсик резко спрыгнул с коленок, а ее подхватили сильные руки и понесли. Она попыталась открыть глаза, но они как будто слиплись. Ее бережно опустили на кровать и укрыли одеялом.

Только утром Марина поняла, что Олег уложил ее в постель, а сам удалился, защелкнув дверь на замок.

Он оставил ей записку на клочке бумаги: «Завтра на работу тебе лучше не ходить. Отдохни, сделай компресс для лица. Я вечером зайду». Олег тонко намекал, что с такими синяками на рабочем месте Марина будет смотреться непрезентабельно.

Лицо действительно требовало срочной помощи. С утра, подойдя к зеркалу, Марина сначала даже отшатнулась от неожиданности. Бурые огромные кляксы расползлись на полщеки. Дотронулась и тут же одернула руку — лицо обожгло как огнем. Марина осторожно подвигала челюстью. Больно, но терпеть можно. Она сказала несколько слов и с трудом себя поняла. Нет! Так дело не пойдет. Марина, сдерживая слезы, стала повторять разные слова. С каждым разом получалось все лучше. Ну слава богу. Она приободрилась и постаралась не вспоминать вчерашнее происшествие. Неприятно, обидно, гадко, но пережить можно. Необходимо!

Несмотря на то что вид у нее действительно оставлял желать лучшего и вопросы коллег, пусть и немые, будут ей обеспечены, Марина решила идти на работу. Да она с ума сойдет, если послушается совета Олега и останется на весь день в квартире, где неизбежно будет находиться в бездействии! Странно, как она до этого выдержала три года дома? Теперь Марине казалось, что она как будто и не жила, несмотря на наличие того, что у многих считается слагаемыми счастья: дорогая одежда, огромная трехкомнатная квартира с прекрасным ремонтом и модной мебелью, деньги. Нет, за деньги счастья не купишь. Теперь она точно знает. Да, сейчас Марина не может позволить себе сходить в салон сделать укладку, потому что денег осталось в обрез, она покупает только необходимые продукты и экономит буквально на всем, но как приятно быть востребованной, спорить, решать и обсуждать рабочие вопросы, общаться с сотрудниками и новыми людьми. Правда, не всегда общение бывает приятным… Вымогатель по телефону и тот гад, который напал на нее, конечно, не относятся к приятным людям. Она снова вспомнила вчерашнего бандита, и от отвращения ее передернуло.

Да, нужно что-то срочно предпринимать. Выяснять, действовать, не сидеть на месте и не ждать, когда появится Галка. Олег прав. А то, не разобравшись, прирежут в темном подъезде — и все.

Марина кое-как замазала тональным кремом синяки, припудрила лицо, нанесла румяна, еще раз пристально вгляделась в свое зеркальное отражение и осталась… очень недовольна. Сейчас она похожа на размалеванную куклу, а синяки полностью так и не затушевались. Но не пойти на работу она не могла. Прежде всего ей хотелось посмотреть бухгалтерские документы, чтобы узнать, когда, от кого, какие большие перечисления поступили на счет фирмы. Олег дал ей несколько дельных советов, и в очередной раз Марина отметила, что он далеко не глуп.

А ведь он обещал зайти сегодня вечером! Марина улыбнулась. Что ж, пусть приходит. Хорошо, что вечер не будет одиноким, да и приятная компания ей не помешает. Она пораньше освободится, приготовит ужин на двоих. Наверняка парень питается полуфабрикатами да тем, что перепадет на кухне от поваров в той забегаловке, где он работает. Марина с нежностью подумала об Олеге. Мальчишка… Но какой хороший. Вот повезет девушке, которую он полюбит Странно, а почему у него нет подружки? И чего он ждет от нее, Марины?

Марина стала сопоставлять факты. Уже три раза он вечерами дома. Значит, на свидания не ходит. Впрочем, может быть, он как раз расстался с очередной подружкой, а новой еще не обзавелся?

Ну а какие чувства Олег питает к ней и на что рассчитывает? Если бы хотел переспать, то уже обязательно предпринял бы попытку затащить ее в постель. Кстати, вчера был очень удобный случай. Он им не воспользовался, значит, его отношение к Марине основано не только на визуальной симпатии. Возможно, он влюбился? А что, если действительно так? Тогда нужно немедленно поговорить с ним, объяснить, что ее сердце не свободно, да и вообще она связана узами брака. Марина не сможет ответить на чувства Олега, да и не до такой степени он ей симпатичен. Нет, морочить ему голову не стоит. Но как объяснить ее одинокое проживание в съемной квартире? Разве он поверит? Какая нормальная женщина, любящая жена, будет жить отдельно от мужа? Глупо… Конечно, он не поймет. Слишком неправдоподобно. А дотошно растолковывать, почему она так поступила и чего хочет добиться… стыдно. Да и не нужно это ему.

Марина так окончательно и не решила, как же она поступит с Олегом, решила, что время поставит все на свои места. Разве что она немножечко ускорит процесс…

ГЛАВА 13

Подойдя к офису, она мигом выбросила из головы Олега и открыла входную дверь.

При взгляде на Марину у Оленьки расширились глаза, но она, как затем и все остальные, тактично промолчала. Объяснять Марина никому ничего не стала, посчитав, что, прибегая ко лжи, поставит себя совсем уж в глупое положение. Удариться о косяк сразу с двух сторон — невозможно, упасть неудачно с лестницы — нереально, быть избитой мужем — неправдоподобно (для всех она не замужем). Так и не найдя достойной причины, она сделала вид, будто не замечает удивленных взглядов.

Марина сразу же попросила зайти бухгалтера, Максима, довольно молодого, но очень перспективного сотрудника. Максим в своем роде был гением. Он прекрасно ориентировался в сложной системе налогообложения, мог без труда провернуть любую финансовую операцию.

— Вы по поводу моего увольнения? — с ходу уточнил бухгалтер.

— Какого увольнения? — переспросила Марина. — Насколько я знаю, такими кадрами, как ты, не разбрасываются… Их поощряют и стараются удержать любыми силами, — добавила она.

— Нет, вы меня не поняли. Дело в том, что я еще Галину Семеновну ставил в известность относительно моего перехода на другую работу, — спокойно объяснил Максим.

— Но почему? — Марина была очень удивлена. Зарплаты сотрудников в агентстве не были ни для кого секретом, и Марина знала, что у бухгалтера она одна из самых высоких. — Разве тебе мало платят?

— Дело не в том, сколько платят, а как долго еще будут платить… — неопределенно ответил бухгалтер.

— А ты не мог бы говорить яснее? Я не понимаю намеков, — попросила Марина.

— Я думал, раз вы правая рука Галины Семеновны, то в курсе финансовых дел агентства, — все еще ничего не объясняя, сказал он.

— Я в курсе… но Галина говорила, что все наладится… — так же неопределенно высказалась Марина. Она решила блефовать. Не нужно бухгалтеру знать, что она совершенно случайный здесь человек и никто ее ни в какие дела не посвящал.

— Тогда вы наверняка знаете, что если на счет не упадут новые денежки, то фирма окажется на грани банкротства… Я говорил с Галиной Семеновной по этому поводу еще месяц назад. Она просила не рассказывать об этом нашему коллективу, уверяя, что в ближайшее время деньги будут. Но финансов нет, а Галина Семеновна перед отъездом в командировку распорядилась выдать ей то последнее, что еще оставалось.

— Странно, что у Галины Семеновны возникли трудности. — Марина решила блефовать и дальше. — Помнится, она брала большой кредит, чтобы вложить его в дело. Куда же девались эти деньги?

— Насчет кредита я ничего не знаю. Возможно, вы имеете в виду те деньги, которые несколько раз перечисляло рекламное агентство «БиС»?

Марина постаралась не вздрогнуть, услышав знакомое название.

— И сколько денег «БиС» перечислило на наш счет? — уточнила она.

— Порядка тридцати тысяч. О точной сумме наличных я не знаю…

— А что, были еще и наличные?

— Насколько мне известно, да, — уверенно сказал Максим.

— И куда же потрачены эти деньги? — спросила Марина.

— Я не в курсе, Галина Семеновна передо мной не отчитывалась…

— Макс, и за какие такие заслуги «БиС» перечисляло деньги?

— Честно? Ни за какие. Помнится, сначала деньги перечислили, а потом, задним числом, договор оформили о предоставлении услуг, чтобы у налоговой вопросов не возникало. Но я-то точно знаю, что никаких услуг наше агентство им не оказывало. Все формальности руководители решили между собой.

— А это единственная фирма, которая перечисляла деньги вот так, как ты говоришь, якобы безвозмездно? — не унималась Марина.

— Деньги нам перечисляли многие, но те, другие, как правило, перечисляют за что-то. За выполненную работу, предоплаты всякие… но вы же у меня спросили по поводу кредитования, и если я вас правильно понял, то интересовались теми, кто дал в долг или в так называемый долг, в кавычках. Вот я вам и ответил — «БиС» единственные. И я с уверенностью могу сказать, что процентов мы им не выплачивали и назад тридцать тысяч не возвращали. А за что и почему они перечислили нам немалую сумму, вы можете сами поинтересоваться у Галины Семеновны…

— Спасибо, Максим. Я обязательно поинтересуюсь. Меня волнует еще один вопрос, затронутый тобой вначале. Сколько мы ещё сможем продержаться на плаву, если ты говоришь, что на счету агентства практически не осталось денег?

— Думаю, меньше месяца. А потом нужно будет выплачивать зарплату, делать налоговые отчисления, оплаты по договорам и платить за аренду. Как только придет первый счет, так сразу и окажемся в луже.

— Спасибо, Максим. Я тебя поняла.

Неожиданное известие повергло Марину в шок. Сказать, что шок был легким, — ничего не сказать. Так что же, выходит, ее муж не просто ведет нечестную игру в бизнесе, давая взятки другим агентствам, чтобы те отказывались от выгодного для него заказа, но и… Нет! В это трудно поверить, но выходит, что именно Сергей стоит за теми бандитами, которые с его легкой руки терроризируют Марину. Хотя на ее месте должна была быть Галка, но какая разница, черт возьми, кто!

Надо все разложить по полочкам. Итак, Сергей в свое время дал денег Галке. Часть он перечислил на расчетный счет, а другую часть дал ей наличными. Никто не знает, о чем они условились между собой, и липовый договор ни на йоту не приблизит ее к разгадке. Теперь пришло время платить, но Сергей по каким-то причинам не напомнил о долге в вежливой форме, а нанял бандитов, которые и стараются вернуть деньги своими методами, далекими от цивилизованных.

Оказывается, ее муж редкий негодяй? Такой вывод поразил Марину. Не хочется верить в это, совершенно не хочется! Но как, как такое могло случиться? Человек, которого она всегда считала порядочным, открытым, опустился до шантажа!

Посидев в полной тишине и тысячу раз переварив столь неожиданную информацию, Марина сделала еще одно поразительное открытие: она, несмотря на все, любит его! Да, он сволочь! Да, он гад! Но поделать с собой она ничего не может. Ужасно осознавать, что этот человек не стал ей отвратителен. Ничего с ее чувствами не стало. Они не переломились, не стали угасать. Выходит, что любовь сильнее презрения? Да, получается, что так…

Все, хватит! Нужно броситься с головой в работу, и ей станет легче.

Марина собрала коллектив, чтобы обсудить имеющиеся на данный момент заказы и выяснить, что уже сделано по каждому из них. В первую очередь ее волновало, смогут ли они заработать денег, чтобы продержаться на плаву еще немного. Докладывать коллегам об истинном положении фирмы Марина пока не стала.

Сегодня она окончательно осознала всю ответственность, которая легла на ее плечи в отсутствие Галки. А что, если настоящий директор рекламного агентства не появится и на следующей неделе? И если неспроста ее телефон не отвечает? Возможно, у Галки возникли сложности, или она тяжело заболела… Нет, не дай бог. Марина мотнула головой, отгоняя от себя страшные мысли. Но все же…

Уже было далеко за полночь, а они все еще общались в «аське».

— Ты где сейчас находишься? — поинтересовалась Марина.

— Дома, конечно. Вот вернулся с работы и сел за компьютер. Кажется, мы не договорили, а ты очень интересный собеседник, и я решил продолжить беседу.

Оказывается, она интересный собеседник. Разумеется, это плюс, но и… минус. С законной женой Сережа никогда не стал бы общаться несколько часов подряд. В его кабинете стоял ноутбук, но Марина мало им интересовалась, а Сергей и того меньше. Компьютер надоедал ему на работе… А вот пришлось. Наверное, смахнул пыль с пластиковой поверхности и первым делом включил «аську», потом подогрел в микроволновке полуфабрикаты в виде блинчиков с мясом и запил соком из пакета.

Она бы сделала ему фрэш из свежих апельсинов и пельмени по-барабски (рецепт ей дал никогда не унывающий массажист, услугами которого пользовалась два раза в год). Сережка обожал их… Поджаренная куриная печенка, грибы с лучком и малюсенькие пельмешки варились в одной кастрюле, вода, в которой варилась эта вкуснотища, не сливалась. Туда же Марина добавляла специи, вливала стакан молока, поджаривала на сковородке муку и перемешивала со сметаной. Объеденье. Первое и второе в одном блюде.

Марина сглотнула слюну. С тех пор как живет одна, и сама питается черт знает чем, печенье, булочки, иногда суп из пакетиков, лапша быстрого приготовления… и чай, чай, чай. Тошнит уже от него. Вернется домой и больше никогда не станет его пить, ни за что. Она сглотнула слюну, сейчас она бы не отказалась даже от элементарного бутерброда. Но увы… Марина сидела в опустевшем офисе. А магазины давно закрыты. В холодильнике съемной квартиры одиноко покоилась палка сырокопченой колбасы и яйца, что-то еще, возможно, но там отсутствовал компьютер, поэтому единственная возможность поддерживать связь с мужем — находиться на работе.

— А ты женат? — наконец решилась она спросить.

Конечно, она и так знала ответ, но Маша не могла знать, что три года назад ее собеседник и симпатичная девушка Марина сыграли пышную свадьбу.

Тогда Марина заказала себе свадебное платье из нежно-голубого атласа. Ей не хотелось быть обычной невестой в белом. Известный портной сшил из такого же атласа галстук для Сергея к белому костюму. Вместо фаты на голове Марины цвела бело-голубая лилия, а такая же, но значительно меньше распустилась в петельке пиджака у жениха. Сергей заказал белый свадебный лимузин, и они долго катались по городу, не спеша за праздничный стол. Народ с интересом рассматривал красивую пару. Впрочем, почти все пары молодоженов красивые и притягивают взгляд…

На минуту возникла пауза. Потом на экране возникло сухое: «Да».

Марина судорожно стала придумывать, как бы вызвать Сергея на желанный разговор. Ее интересовало, что же он будет рассказывать незнакомой женщине о ней, его законной супруге. Марина по опыту знала, что большинство женатых мужчин в процессе общения с другими женщинами начинают обязательно себя оправдывать. То бишь говорить, как плохо они живут со своими женами, как страстные порывы разбиваются о скалу непонимания, как хочется любви и ласки, а в ответ жадные, склочные супруги требуют лишь денег. Лично она никогда не верила в правдивость таких разговоров. Марина считала, что на самом деле дома у большинства все хорошо. И даже когда дело доходит до близких отношений, и когда идет речь о любви и страсти, мужчины крайне редко хотят разводиться с этими самыми якобы скверными женами и соединять свою судьбу с любовницами.

Ну относительно слов «все хорошо» — она, пожалуй, переборщила. На сей счет у Марины тоже имелось свое мнение. Все и всегда хорошо быть не может. Супружеские отношения, как и вся жизнь, похожи на полосы — черные, белые, серые. Чаще всего они серого цвета. Особенно после нескольких лет совместной жизни. Сначала проходит неудержимая страсть. На смену ей приходят привычка и некое однообразие в отношениях. Чувства остаются, только они становятся более спокойными и ровными. Ты уже не прижимаешься к мужу при каждом удобном случае, он не целует тебя в людных местах, да и вообще поцелуи отходят на задний план. Ты не задыхаешься от переизбытка эмоций и каждую ночь сквозь сон не шепчешь нежные словечки.

Прелести белой полосы в том, что неделю вы не ссоритесь. Хочется называть его зайчиком, котиком, солнышком. Ты отвечаешь на его улыбку, порхаешь по кухне и готова обнять весь земной шар… А потом неожиданно наступает полоса черная. Но о ней и говорить не стоит. На то она и черная…

У них с Сергеем бывало всякое, но ни разу они не обсуждали тему развода. Ни он, ни она даже не помышляли о том, чтобы расстаться. Поэтому Марине хотелось верить, что Сергей относится к другой категории мужчин и не станет говорить о ней гадости или жаловаться на стену непонимания…

— А как вы познакомились? — отстучала она по клавишам.

— Оригинально, — ответил Сергей. — Я никогда и ни с кем так не знакомился. А тебе интересно?

— Очень. Расскажи, пожалуйста, — попросила его Марина-Маша. Узнать историю их знакомства из уст мужа — это забавно. Тем более что она может быть преподнесена под другим углом зрения.

Но Марина ошиблась. Он кратко пересказал до боли знакомую историю о первой встрече.

— Знаешь, она мне понравилась сразу, как только подошла. Я ведь и визитку ей специально дал, надеялся, что она позвонит. Но прошла неделя со дня нашего знакомства, а она не позвонила. Я был в растерянности. Ведь в тот вечер, когда впервые ее увидел, я собирался сделать предложение другой девушке. Решил, что пусть и не питаю к ней сильных чувств, но она-то любит меня и будет хорошей матерью моим детям.

Для знаменательного события, коим считал предложение руки, но не сердца, я купил шикарный букет цветов, который стал и прощальным букетом. Больше с ней встречаться не стал, понял, что бижутерия никогда не превратится в драгоценность, в какую упаковку ее ни поместить. И потом, я бы всю жизнь жалел, что по крайней мере не попытался найти Марину, поговорить с ней еще раз.

Я целую неделю думал о Марине. Я ждал, что она сама позвонит мне. А потом решил разыскать ее, хотя мало знал о ней. Только ее имя да что работает она юристом в том районе, где мы познакомились.

Я взял карту и от того места, где впервые увидел ее, отсчитал по два квартала в каждую сторону. Вызвал двоих курьеров и дал им задание обойти этот район и записать все возможные частные фирмы и предприятия, которые там находятся. Потом выяснил телефоны этих фирм и попросил секретаря позвонить по тем номерам и поинтересоваться, не работает ли у них юрист по имени Марина.

Представь себе, мне повезло. Я нашел ее. В одной компании действительно работала юристом девушка Марина. К шести я подъехал к офису и стал ждать. Это была она. Ошибиться невозможно. Но я впервые в жизни сдрейфил. Не решился подойти к ней, а поехал следом. Видел, как она садится в маршрутное такси, как она из него выходит, посмотрел, где живет.

На следующий день я не находил себе места и снова приехал к офису. Но на этот раз я подошел к ней и пригласил поужинать со мной. Марина согласилась, но весь вечер она была холодна со мной и, когда я подвез ее до дома, попросила больше ее не беспокоить…

Да, Марина помнила, с какими трудами далась ей эта фраза. Ведь она была уверена, что Сергей душевно не свободен и решил лишь слегка развлечься. Ну а быть забавой ей не хотелось. Но встреча с Сергеем принесла исход отношений с Андреем: она окончательно отказалась с ним встречаться.

Вообще-то Марина была максималисткой. Да, возможно, это неправильно — требовать от жизни или все или не требовать ничего. И в тот вечер, придя домой, она плюхнулась на кровать и расплакалась, осуждая себя за излишнюю категоричность. Ну почему она не может вести себя, как слабая, беззащитная женщина? Зачем обязательно показывать острые коготки, кому нужны ее самостоятельность и твердость? Может быть, именно из-за этих качеств Марина до сих пор так и не узнала, что такое любить…

На следующий день ее вызвал директор.

— Мариночка, не могли бы вы оказать мне услугу, — он был очень предупредителен, даже, как ей показалось, заискивал. — Один мой знакомый остро нуждается в юридической помощи. Я сказал, что у меня есть прекрасный юрист, и если она, то есть вы, согласится, то на недельку я бы мог откомандировать вас к нему на фирму. Что вы об этом думаете?

— Если вы считаете нужным, то я могу поработать у вашего знакомого, — не отказалась Марина. Она вообще не любила спорить с начальством, считая, что это бесполезное занятие. Тем более наверняка между собой они все решили, а спросить мнение Марины директор решил из вежливости.

— Тогда мой товарищ заедет за вами через час. Вы пока можете закончить срочное и передать документы вашему помощнику, — наставлял директор.

Выйдя в холл в назначенное время, Марина лишилась дара речи. Перед собой она увидела Сергея, оказавшегося тем самым знакомым директора, которому потребовалась юридическая помощь…

Сергей продолжал рассказывать Маше-Марине.

— Я не собирался отступать, поэтому договорился о встрече с директором, у которого в то время работала Марина, и объяснил ему по-мужски, что мне безумно нравится эта женщина. Сказал, что хотел бы как-то привлечь ее внимание. В общем, выложил все как на духу. У меня были два юриста в компании, но я срочным образом отправил их в отпуск, а директору предложил существенную компенсацию за то, что хотел бы на время взять его сотрудницу к себе. Мы оба понимали, что мне присутствие Марины необходимо только для личных целей, но он оказался очень понятливым мужиком… Так Марина была откомандирована ко мне, и я получил возможность видеть ее чуть ли не по двенадцать часов в день…

Точно… Теперь, когда она знает правду, все сходится. Еще тогда Марина удивилась, что ей поручали элементарную юридическую работу, с которой мог справиться любой практикант. Она удивлялась, зачем ее вообще пригласили в рекламное агентство «БиС»? Самое ответственное, что ей доставалось, — это консультации сотрудников, но большую часть времени Марина проводила в обществе директора, то есть Сергея Бошевского, который обсуждал с ней многие рабочие вопросы, которые чаще всего не касались ее компетенции.

Помнится, к концу недели он снова попытался пригласить ее на чашечку кофе, и снова Марина отказалась. Тогда он попросил ее съездить в филиал компании и проверить несколько документов. Сергей тщательно объяснил Марине, как туда добраться, и разрешил не возвращаться на работу.

Дорога заняла больше двух часов, и, приехав по указанному адресу, Марина обнаружила, что никого из сотрудников на работе уже нет, а помещение, куда она вошла, полностью заставлено корзинами цветов. Марина решила, что ошиблась адресом. В конце концов, ехала она в офис рекламного агентства, а не в цветочный магазин. Марина собралась уходить, но у входной двери увидела Сергея с маленьким букетиком ромашек. Он стал перед ней на колени и предложил стать его женой.

Марина была сражена наповал. Она больше не хотела скрывать свои чувства, она бросилась к нему в объятия и не собиралась размыкать руки. Марина поняла, что и она наконец дождалась того волнующего, сумасшедшего чувства, которое называют любовью.

— И сколько вы уже вместе? — спросила Сергея Марина.

— Три года.

— Счастливы?

— Честно?

— Конечно, честно! Представь, что я попутчик в поезде, которого ты никогда больше не встретишь. Мне можно рассказывать все, как священнику, — подбодрила его она.

— Хорошо. Пожалуй, ты права, мы никогда не встретимся. Да и зачем? Я тут задумался… Аромат легкой интриги, желание снова и снова заглянуть в «аську», чтобы увидеть твое сообщение, тайна и недосказанность, витающая над нами, а еще то, что мы не видели друг друга и можем только представлять себе… Все это придает особенность нашему общению. Возможно, увидев меня, ты больше не захотела бы писать, или…

— У тебя пропало бы желание… — закончила его мысль Марина, поняв, что Сергей подбирает слова, чтобы не обидеть незнакомую девушку.

— Да, совершенно верно. Поэтому зачем портить такие интересные, оригинальные отношения. А еще мне интересно играть по твоим правилам. Появляешься словно призрак и исчезаешь так же неожиданно. Я пытаюсь тебя поймать, а ты все время ускользаешь. Когда еду в своем автомобиле, представляю, что, возможно, и ты промчалась рядом на шикарном красном «кадиллаке» с открытым верхом. Или всматриваюсь в лица девушек в магазине. Ведь вполне возможно, что наши пути пересекаются, но мы не догадываемся об этом.

— Ой, представляешь, а вдруг это ты на днях наступил мне на ногу… — подыграла ему Марина.

— Или ты вылила мне на рубашку кофе… — подхватил Сергей.

— Да… На днях я облила одного молодого человека. Совершенно случайно, — почему-то соврала Марина.

— Что, серьезно? А где это происходило? — тут же ухватился за подкинутую «утку» супруг.

— Не скажу, — тут же отбарабанила Марина.

— Но почему? А вдруг мы действительно встречались? Помнится, девушка была одета в белую блузку и черную юбку, у нее такие густые длинные волосы и хорошая фигура… Это не ты случайно?

— Постой. А кто мне только что говорил о достоинствах виртуального общения? Звучали такие слова, как недосказанность, интрига… Давай остановимся на интриге и не будем возвращаться больше к разговору о встрече. Ее не будет! Я не желаю встречаться, и если тебя не устраивает, то я больше не воспользуюсь этим номером ICQ, — резко ответила Марина. Не хватало еще, чтобы Сергей стал настаивать на встрече. Сейчас ей только не хватало придумывать различные отговорки и тратить на это драгоценное время.

— Хорошо. Не кипятись. Пойми, я все-таки мужчина, а мы в первую очередь любим глазами. И конечно, для нас немаловажно, как выглядит женщина, с которой проводишь столько времени вместе… Даже если ее не видишь. Честно говоря, я уже давно ни с одной девушкой столько не разговаривал, сколько говорю с тобой, — начал оправдываться Сергей. — Постараюсь больше не возвращаться к теме встреч. Сдаюсь. Мне не хотелось бы из-за глупого недоразумения потерять такого понимающего меня собеседника.

— Замяли… Так что? Есть еще желание выговориться? — вернулась Марина к щекотливой семейной теме.

— Хорошо. Тогда начну. Извини за ошибки и опечатки. Писать буду быстро, потому что мыслей очень много.

Поначалу я не мог нарадоваться, что мне досталась именно та, которую завоевывал. Она была самым удачным моим трофеем. Ни для одной женщины я так не старался, не лез вон из шкуры, не прикидывался ангелом небесным… Да, признаюсь, делал все, чтобы произвести на нее впечатление.

Когда Марина появилась в моей жизни, я был готов проводить с ней сутки напролет. Но постепенно любовь приобрела другие очертания, ушли дикая страсть, юношеский запал… В конце концов она всегда была рядом, и завоевание утратило свою актуальность. Как-то незаметно жена перестала меня интересовать в той же мере, как во время нашего романа. Я снова вернулся к привычному графику. Дело в том, что работа отнимает очень много времени. Ей же я запретил работать, а теперь понимаю, что, возможно, напрасно. Во мне взыграл мужской эгоизм, я хотел, чтобы она принадлежала только мне, безраздельно. Сначала перестал ревновать ее к кому бы то ни было, потому что, как правило, она всегда находилась дома, и у меня не возникало повода. Ко всему прочему моя жена патологически честна, и если она говорит, что находится в парикмахерском салоне, то я точно знаю, что она там. Если встречается со знакомой — я уверен в этом на все сто процентов.

Потом перестал о ней думать. Как только выходил за порог квартиры, она сама, ее просьбы, ее разговоры напрочь вылетали у меня из головы. Я полностью погружаюсь в работу, которая занимает львиную долю моей жизни, и, разумеется, домой возвращаюсь уставший, мне хочется одного — спать. А тут она с дурацкими разговорами, расспросами, очередными выяснениями отношений — я, мол, невнимателен, снова забыл выполнить то, о чем она просила. Меня это безумно раздражает, бесит. Я ведь не на отдыхе время провожу, а занимаюсь делом… — жаловался Сергей.

Ого! Так вот, оказывается, какой ее в последнее время видел Сергей. Взбалмошной, нервной, истеричной. Все ее попытки объясниться, дать понять, что их отношения заходят в тупик, найти общий язык воспринимались как желание лишний раз поругаться и разозлить его. Разумеется, выслушивать жалобы на себя, родную и любимую, хотелось меньше всего, но раз разговор, не без ее воли, пошел по этой дорожке, то надо слушать. Ее Сергей не оказался исключением. А она не оказалась идеальной женой, каковой себя возомнила.

Смешно и грустно: одну и ту же ситуацию можно описать, посмотрев на нее со своей колокольни и оценив ее по-разному. Итак, она тоже не ангел. Осуждает мужа за то, что он отзывается о ней далеко не лучшим образом, а сама? Хороша! Ничего не скажешь. Кто неделю назад рыдал на плече у Галки? Кто жаловался на судьбу и безразличное отношение мужа? Кто разболтался об интимных подробностях их личной жизни? Марине стало стыдно за себя, и она даже мысленно перестала корить Сергея за болтливость.

В конце концов она сама вызвала его на этот разговор. Вот человек и позволил себе расслабиться и излить душу. Сама же предложила относиться к ней, как к попутчику в поезде…

— И как развиваются ваши отношения теперь?

— Я бы сказал — никак. Иногда мне кажется, что если бы она любила меня в два раза меньше, а я бы не чувствовал столь сильной привязанности с ее стороны, то мне бы вновь и вновь хотелось быть завоевателем. Но в нашем случае получилось так, что один любит, а второй позволяет себя любить.

— Ты, разумеется, позволяешь? — ехидно заметила Марина.

— Совершенно верно. Жене, кроме как думать обо мне и наших отношениях, больше нечем заняться, а мне некогда распускать слюни и задумываться над такими глупостями. Я должен работать, у меня бизнес.

…Насколько же они разные… Марина неожиданно поняла, какая пропасть лежит между ними. Разумеется, мужчина и женщина никогда не станут думать, чувствовать и жить одинаково. Она, считавшая себя женщиной неглупой, выходя замуж, и не надеялась на полное, стопроцентное взаимопонимание, но чтобы вот так! И это говорит ее муж! Его послушать, так она не красивая, молодая женщина, которая нравится мужчинам, умеет поддержать беседу и произвести должное впечатление на собеседника, а нудная, скучная, помешавшаяся на нем баба! Марину сильно задели две его последние фразы. Она обиделась и, вспомнив умницу Михаила Булгакова, пробурчала себе под нос: «Да, обидные слова, и горе не в том, что они обидные, а в том, что в них действительно заключается правда…» Значит, быстренько взять себя в руки и ни в коем случае не пороть горячку. Для него Марина — незнакомая девушка Маша, которой даже приятно, что мужчина сейчас не увлечен своей женой. И что в таком случае должна спросить виртуальная собеседница?

— Но ведь вы еще вместе? — отстучала по клавишам Марина-Маша.

— Да, — солгал Сергей.

А чего, собственно, она ожидала? Какого ответа? Что от такого сильного, уверенного в себе мужчины, каким ему хочется казаться, ушла жена? Никогда! Если он когда-нибудь и расскажет виртуальной подружке о своем горе или… счастье, то только в том случае, если их отношения станут более близкими. Если он, например, захочет встретиться с Машей. Вот тогда Марина наверняка узнает еще много интересного о себе, и сейчас она даже не уверена, что много приятного.

Ведь он уже и теперь не скрывает, что позволяет себя любить, но не любит! Не любит… Не попрощавшись, Марина отключила «аську» и выключила компьютер. Впрочем, спасибо, что хоть грязью не поливает, а всего лишь не любит! Ком подступил к горлу. Снова захотелось разреветься, но Марина, взяв себя в руки, остановила поток слез. Да что же она стала такой плаксой! Нельзя так себя распускать! Немедленно домой, выпить травяного чая, расслабиться и наконец выспаться…

Марина посмотрела на часы. Батюшки! Два часа ночи! И что теперь делать? Ну не спать же в офисе на столе! Тем более завтра она должна выглядеть презентабельно, свежо, быть в наглаженном костюме. Ведь именно завтра они собираются предоставить материалы представителю фирмы «Бартен».

Она вызвала такси, и за полчаса путешествия по пустынным улицам оно домчало ее до дома, где никому, кроме Барсика, Марина не была нужна. Хотя… она ошиблась. Возле подъезда увидела знакомую фигуру. Сомнений не было — это Олег. В неизменных шлепанцах и потертых джинсах.

— Что ты здесь делаешь в такое время? — удивилась Марина.

— Жду тебя. Боялся, чтобы снова никто не напал. Ведь обычно ты возвращаешься с работы раньше… — без тени упрека сказал он.

— А откуда ты знаешь, когда я возвращаюсь с работы? — поинтересовалась Марина.

— Я живу у тебя за стенкой, в соседнем подъезде, — пояснил Олег.

— Ты хочешь сказать, через стенку слышно все, что я делаю? Или ты приставляешь пустую банку, чтобы быть в курсе событий? — неудачно пошутила Марина.

— Почему сразу банку? А разве ты не слышишь, как работает рядом телевизор или орет музыкальный центр у соседей? — Олег не обиделся. Он был абсолютно спокоен.

— Да. Посторонние звуки присутствуют…

— Вот и я точно так же слышу.

— И чего же ты от меня ждешь? Что я приглашу тебя на чашку чая в третьем часу ночи? — поинтересовалась она.

— Да нет. Не жду…

— А я вот тебя приглашаю, защитник.

— Тогда я с удовольствием соглашусь.

Не то чтобы Марине не хватало общества, но сегодня у нее был насыщенный рабочий день. А общение с мужем повысило и одновременно испортило ей настроение. Даже сложно сказать, чего больше. Но тем не менее Марина боялась остаться наедине со своими мыслями. Слишком много воспоминаний. И сейчас она точно не сможет уснуть, будет ходить по комнате и переваривать все то, о чем они писали друг другу. Прошлое хуже будущего, потому что, думая о будущем, можно строить планы, представлять себе конечный результат, а в прошлом все уже сказано, сделано — и ничего изменить нельзя. Конечно, можно грызть себя, винить и пытаться что-то договорить, мысленно переделать, но результат окажется неизменным, разве что лишний раз испортится настроение. Разве что прошлое — это напутствие, как не поступать в будущем?

Марина заварила чай и снова вспомнила, что целый день ничего не ела.

— Ты голодный? — спросила у Олега.

— Немного…

— Тогда предлагаю на поздний ужин яичницу с колбасой, за неимением в моем холодильнике ничего, кроме этих продуктов. Вообще-то я вчера собиралась приготовить для тебя ужин, но на работе так замоталась, что забыла обо всем на свете, — стала оправдываться она, хотя делать этого не собиралась.

— Хочешь сказать, что до полуночи сидела на работе? — ухмыльнулся Олег.

— Не хочу, а ответственно заявляю, что так и было. Завтра у меня сложный день, вот я и готовилась к встрече с заказчиками, — соврала Марина. Ну не признаваться же, что болтала с собственным мужем в «аське»…

Они сидели друг против друга и молча ели. Марине очень хотелось поделиться с малолеточкой — так она шутливо в мыслях называла Олега — сегодняшними новостями. Но стоит ли это делать? Зачем забивать голову человеку своими проблемами? Рассказать, что пообщалась с бухгалтером, получила очень интересную информацию и теперь подозревает мужа?

А если все-таки окажется, что это не он? И деньги, перечисленные его агентством, окажутся не теми деньгами? За целый день раздумий Марина пришла к выводу, что все же погорячилась, мысленно навесив ярлык негодяя на мужа. Не стоит так спешить с выводами. Нужно основательно все проверить. Только как? Этот вопрос вертелся у нее на языке. Но ей не хотелось выворачивать душу наизнанку и рассказывать Олегу подробности своей личной жизни, а еще больше ей не хотелось говорить кому бы то ни было, что ее муж может оказаться замешанным в грязной истории.

Достаточно того, что Олег знает об этом таинственном и страшном долге. Сегодня Галка тоже не объявилась, а ее телефон замолчал, казалось, навсегда.

Может быть, обратиться в милицию с просьбой о ее розыске? Ведь это ненормально, чтобы директор ни разу за неделю не объявился, не поинтересовался делами фирмы, не дал указаний. Она поделилась своими страхами с Олегом.

— Вполне вероятно, что у твоего директора действительно крупные неприятности. А ты не задумывалась, что кредиторы могли ее найти? Ты же и сама прекрасно понимаешь, что там, где крутятся огромные деньги, люди не останавливаются ни перед чем.

— Я допускаю, Галку могли найти. Но зачем тогда требовать долг с меня, если есть человек, способный непосредственно ответить за свой поступок? — недоуменно спросила Марина.

— А чтобы наверняка. Возможно, они считают, что ты в состоянии отдать такую сумму или, как заместитель, имеешь половину чистой прибыли от вашего предприятия, — предположил Олег.

— Бог с тобой! Какая прибыль! Я, наверное, и зарплату не получу. Вообще-то, если быть честной, Галка взяла меня на работу больше для того, чтобы отвлечь от грустных мыслей. Какой из меня руководитель-заместитель, — не стала более кривить душой Марина.

— Ты ее хорошо знала? Ну какой она человек, какие у нее жизненные принципы… Она скрытная или, наоборот, болтала всем и обо всем? Я вот тут подумал: у твоей Галки не было проблем? В бизнесе или в личной жизни… Ну, может, она как-то мимоходом оговорилась… — подталкивал к размышлениям Олег.

Марина задумалась, потом вскочила со стула и заметалась по кухне.

— А ведь точно! Как я могла забыть! Галка говорила, что в ближайшем будущем ей понадобится моя помощь. Юридическая помощь. Ведь ее шантажировали! Требовали прекратить заниматься рекламным бизнесом. Понимаешь? Даже вроде отступные стали вымогать.

— А ты можешь поподробней на вашем с ней разговоре остановиться?

Марина постаралась как можно детальней вспомнить ту беседу и пересказала ее Олегу.

— Очень интересно, — прищурил он глаза. — Галка случайно не была в курсе, кто ее шантажировал?

— В том-то и дело, что в то время Галка этого не знала. Но говорила, что у нее есть кое-какие наметки и сведения. Она вроде даже специального человека наняла.

— В первую очередь тебе необходимо пересмотреть ее записи. Вдруг это частное сыскное агентство, и ты найдешь их координаты. Поговоришь с сыщиками, они подкинут тебе информацию, которую «нарыли» для твоей подруги… Тогда, возможно, у тебя появится ниточка, чтобы распутать весь клубок. Кстати, а как ты думаешь, сто тысяч, которые требуют у тебя, не могут быть отступным? — предположил Олег.

— Вполне! Вполне могут быть! Ведь никто не стает называть себя шантажистом. Вероятно, они эту сумму хотят представить как некий кредит, который якобы взяла у них Галка, а на самом деле это и есть те деньги, которые требовали у нее как отступные. Олег, ну что бы я без тебя делала! — эмоционально отреагировала Марина. — С твоей помощью смогла разобраться в сложной для меня ситуации. — Она посмотрела на часы, где маленькая стрелка остановилась на цифре четыре, а большая на двенадцати, и улыбнулась: — Оказывается, не всегда разумные мысли приходят утром, иногда и под утро.

— Совершенно с тобой согласен, — произнес Олег. — Спасибо за чай. Как говорится, пора и честь знать… — Он встал из-за стола и направился к выходу.

Обувшись и держась одной рукой за дверную ручку, он пошарил в кармане и протянул Марине скомканную бумажку, где был записан номер мобильного телефона:

— Так, на всякий случай. Если нужна будет помощь, звони… Спокойной ночи.

Провожая его до двери, Марина подумала, что с каждым разом Олег нравится ей все больше. То ли она просто изголодалась по мужскому вниманию, то ли именно этот скромный паренек чем-то задел ее душу.

В коридоре Олег резко повернулся к ней лицом, а Марина в это время сделала еще один шаг в узком пространстве. Она уткнулась ему в грудь и замерла, а он совсем неожиданно дрожащими пальцами аккуратно приподнял ее подбородок, наклонился и поцеловал в губы. Марина, поддавшись неожиданному порыву, ответила на его поцелуй. Она давно не ощущала на своих губах других губ. Когда они целовались с Сергеем, Марина вспомнить не могла, так давно это было. А вот в мягкие и жадные губы Олега хотелось впиваться еще и еще… но… что же она делает? Что творит! Марина резко отстранилась от него, и краска стыда залила ее лицо.

— Спокойно ночи, Олег! — как-то слишком наигранно проговорила она и поспешила закрыть за ним дверь.

Оставшись одна, она спиной скользнула по стене, присела на корточки и… улыбнулась. Нет, ей ни капельки не стыдно. Стыд прошел моментально. Даже наоборот, смешно от пикантной ситуации, в которой она оказалась. И это при живом-то муже, пожурила она себя. Как не стыдно! И… все же не стыдно. Она пальцем провела по губам, вспомнила касание его губ, приятное и учащенное постукивание сердца, легкий шумок в голове. Неужели за мгновение можно ощутить столько эмоций? Невероятно. Как давно ничего подобного она не чувствовала и как прекрасно вернуть забытые воспоминания…

На сон оставалось четыре часа, и, стараясь больше ни о чем не думать (ну разве что еще разочек вспомнить мимолетный, но глубокий поцелуй), Марина погрузилась в темную бездну, чтобы ровно в восемь подняться, принять ледяной душ, натереть тело ароматическим маслом, сделать прическу и легкий макияж, выпить чашку кофе и ровно в десять быть на работе.

Кстати, относительно легкого макияжа она, пожалуй, погорячилась. Синяки на щеках никуда не испарились. Разве что поменяли цвет, из лиловых превратились в грязно-желтые. Здесь тонким слоем пудры не отделаешься, но и уподобляться китайским гейшам нельзя. Тут Марина вспомнила, как вчера добрая Оленька к вечеру постучалась в кабинет и неуверенно протянула Марине тюбик с кремом.

— Что это? — удивилась Марина.

— Это специальный крем. Очень помогает… — тихо, словно боясь произносить все до конца, сказала Оленька.

— От чего он помогает? — Марина терялась в догадках.

— От синяков, царапин. Очень хорошее средство. — Оленька еще больше засмущалась.

Марина поняла, что девушка искренне хочет помочь ей избавиться от последствий нападения, но, не зная истинной причины возникновения синяков, боится ее обидеть. Ведь за весь день ни один человек так и не спросил, как она умудрилась удариться сразу двумя щеками одновременно.

— На меня вчера напали, — решила объяснить Марина во избежание домыслов и сплетен. — Бандит хотел вырвать сумочку. Но все обошлось, только вот это. — Она показала на бурые пятна.

— Вы знаете, у меня был похожий случай. Только ударил парень, с которым я встречалась.

— За что? — вырвалось у Марины.

— Ревность, — коротко ответила она. — Но не так было бы обидно, если бы действительно ему изменила, а то увидел нас вместе с Сашей Перепелкиным, менеджером, и давай прямо на улице отношения выяснять. Правда, он не учел, что я уже месяц на курсы самообороны хожу… Ему досталось больше, скажу откровенно.

Марина рассмеялась — так забавно Оленька преподнесла свою историю.

— Так у меня вообще синяк под глазом был. Я его и тональным кремом, и пудрой, и еще раз кремом, а вид все равно ужасный. Вот мне Саша и презентовал чудо-крем. Импортный и очень действенный. Специально для гримирования синяков в экстренных случаях. Наносите тоненьким слоем, и через пять минут поразительный эффект! Ничего не видно. Только его нельзя долго на лице оставлять. Максимум часа на три. Потом кожу щемит, — наставляла Оленька.

— Спасибо, я верну через пару дней, — пообещала Марина.

— Да не за что. У нас этот крем в офисе хранится. Как переходящее Красное знамя. Человека четыре уже воспользовались. Надеюсь, и вам поможет, — улыбнулась Оленька, добрая душа.

Крем помог. Страшные пятна полностью затушевались.

Марина насыпала полную миску корма для Барсика. Потискала любимого кота, чмокнув его в нос. Быстро оделась, сбрызнула себя духами с тонким легким ароматом и, взглянув на часы, осталась довольна собственной оперативностью.

С началом новой жизни привычка опаздывать у Марины пропала. Она чувствовала ответственность, понимала, что должна подавать пример людям, которыми пусть и временно, но руководила. Она возвращалась к той прежней, деловой женщине, которой была когда-то. Она перестала бояться сказать что-то не то, не так и не в то время. И вот сегодня она будет отстаивать позицию всего коллектива. Будет доказывать, что именно их рекламный продукт лучше, и она это докажет! Да и вообще, зачем начинать новое предприятие, если в него не верить? Изначальная неуверенность в успехе, как правило, приводит к плачевным результатам. Марина была искренне уверена, что, только настраивая себя на положительный результат, можно его достигнуть.

Удовлетворенно посмотрев в зеркало и сказав самой себе, что она выглядит великолепно, Марина вышла на улицу. Сегодня и солнце светило ярче, и люди встречались приятные, и маршрутное такси подошло сразу же, и даже какой-то мужичок уступил Марине место, что казалось совсем уж невероятным событием.

До назначенной встречи оставалось два часа. Собрав небольшое совещание, Марина еще раз выслушала пожелания и предложения сотрудников. В последний раз она перечитала те предложения, аргументы, которыми собиралась оперировать во время встречи с представителем фирмы «Бартен», и в последний раз сказала себе, что их агентство обязательно достигнет успеха.

ГЛАВА 14

Валерий Саввич, по соображениям, известным только ему, назначил встречу не в офисе, а в ресторанчике неподалеку. Марину немного удивило решение заказчика, но она решила, что желание клиента — закон, и спорить не стала. Добиваться своего нужно уметь в любых условиях, даже сквозь посторонний шум чужих разговоров, чавканье за соседним столиком и грохот латиноамериканской музыки. Марина пришла на оговоренную встречу даже раньше срока и крайне удивилась обстановке, царившей там. Условия, как она и предполагала, ни на йоту не располагали к деловым разговорам. Скорее наоборот, ресторанчик находился в подвальчике, и, спустившись туда днем, клиент еще долго привыкал к приглушенному, очень слабо мерцающему свету. Здесь не было стульев, их заменяли мягкие кожаные диванчики, в которых тело утопало, словно в перине. На диванчиках лежали маленькие подушечки, которые при желании можно подложить под спину или голову. Низкие столики из прозрачного стекла и ароматические свечи дополняли интерьер.

«Странное место для ведения переговоров. Очень странное, больше похоже на дом свиданий, но никак не… Да какая, собственно говоря, разница!» Марина постаралась сосредоточиться на деле, не обращая внимания на оформление и убранство зала.

Тучный Валерий Саввич, мужчина лет сорока, с небольшими залысинами на широком лбу, одутловатым лицом и мешками под глазами, появился через десять минут. Внешне он вызвал у Марины некоторое отвращение, потому как, ко всему прочему, от него еще и неприятно пахло потом.

Заказав себе бутылку кока-колы и обед из телятины с жареной картошкой, салата с шампиньонами, блинчиков с творогом и сметаной, а также двойной порции взбитых сливок, он уставился на Марину.

«Не случайно у него нездоровый вид, — подумала она. — От такой еды недалеко до гастрита, колита и болезни печени, если он уже их не заработал. Впрочем, какое мне дело до его болячек!» Валерий Саввич все еще смотрел на Марину. Она восприняла его взгляд как приглашение к беседе и принялась активно излагать основные позиции проделанной работы, но Валерий Саввич жестом остановил ее.

— Мариночка, у меня к вам есть небольшое предложение, — медленно и как-то неуверенно начал он.

— Я вся внимание, слушаю вас. — Марина напряглась. Если у него есть предложение, значит, и шанс есть, что победа не за горами. Она сжала кулаки на удачу, предварительно спрятав их под столом. Ну! Ну!

— Как бы вы отнеслись к тому… э-э-э… как бы понятно выразиться… — тянул представитель компании «Бартен». — Вы понимаете, о чем я? — Он многозначительно посмотрел в глаза Марины.

Та только молча отрицательно покачала головой.

— Что вы думаете о более тесном нашем сотрудничестве? — на одном дыхании произнес Валерий Саввич.

— Объясните… Что вы имеете в виду, я вас не понимаю, Валерий Саввич, — искренне удивилась Марина.

— Вы же хотите, чтобы «Бартен» отдал заказ на рекламную кампанию именно вам?

— Конечно, для этого мы сегодня с вами и встретились.

— А как сильно вы хотите получить столь денежный заказ? — снова начал юлить представитель.

— Поверьте, достаточно сильно, чтобы не останавливаться ни перед какими трудностями, — эмоционально сказала женщина, прижав руки к груди.

— То есть, если я вас правильно понял, вы готовы на все? — расплылся в улыбке Валерий Саввич.

— Смотря что вы подразумеваете под словом «все», — насторожилась Марина.

— Ну тогда я скажу вам прямо, Мариночка. Вы понравились мне еще на нашей первой встрече. И я очень хочу помочь вашей фирме и лично вам. Именно вы должны получить заказ от «Бартена». Я уверен на все сто процентов!

— Спасибо вам, Валерий Саввич! — обрадовалась Марина. У нее даже дух захватило от радостного известия. А как обрадуется весь коллектив. Ведь это новые возможности, выход на более широкую дорогу в рекламном бизнесе, ко всему прочему, сотрудники получат хорошие премии. Она облегченно вздохнула, а то всякие глупые мысли начинали лезть в голову. Слава богу, что она ошиблась.

В этот момент Марина даже перестала чувствовать личное отвращение к представителю и была уже готова его расцеловать, когда услышала продолжение его косноязычного монолога:

— Мариночка, я ведь правильно вас понял? Вы готовы на все? Так вот, я вношу встречное предложение… Мы с вами проведем несколько приятных вечеров или ночей (как вам больше захочется) вместе. Я выносливый… — Валерий Саввич игриво и многозначительно посмотрел на нее. — А ваша фирма получит заказ от нашей компании.

Марина почувствовала себя так, словно на нее вылили ведро помоев. Она не смогла скрыть мину отвращения, которая появилась на ее лице. Да что себе позволяет этот похотливый боров! Даже ради столь важного заказа она не собирается ложиться под него. Конечно, и раньше ей делали недвусмысленные предложения хорошо провести время. От озабоченных нахалов не застрахована ни одна женщина. Но чтобы она занималась сексом для получения какой-либо выгоды! Комок подступил к горлу. Марине казалось, что если она немедленно не уйдет, то ее вырвет прямо на Валерия Саввича, который сверлил ее своими прищуренными маленькими глазками и усмехался. Наверняка в мыслях он не только ее раздел, но и поимел несколько раз в самых различных позах. Он был уверен, что она согласится.

Марина медленно встала. Взяла стакан с кока-колой, который представитель только что наполнил до краев, и вылила ему на то самое интимное место, прятавшееся под складками жира, которое нуждалось в немедленном, срочном охлаждении.

Потом она внешне спокойно собрала бумаги со стола и направилась к выходу, не сказав больше ни слова. Обида и негодование раздирали ее на части, но она пыталась сохранить презрительное равнодушие. Вот и все! Все надежды на большой заказ рухнули. А все так хорошо начиналось. Будь на его месте человек дела, которому сперма не стучит в голову, возможно, сейчас она уходила бы с другим настроением и с другими мыслями.

И как она не догадалась сразу. Мягкие диванчики, где можно всласть пообниматься, интимная обстановка, приглушенный свет… Дура! Надо было сразу уйти… Но кто же знал… И что теперь она скажет сотрудникам? Какая-то жирная свинья решила воспользоваться их шатким положением и посмела сделать ей гнусное предложение?

Вернувшись в офис, Марина остаток дня провела не выходя из кабинета. Во-первых, она боялась показаться на глаза коллегам, боялась их вопросов, а еще больше — реакции на ответ. Во-вторых, раздумывала над теми перипетиями, в которые попала, согласившись на предложение Галки.

Итак, к чему она пришла на сегодняшний день и до чего доруководилась?

Насколько Марина поняла из разговора с бухгалтером, если в ближайшее время у них не будет крупного заказа, фирма окажется на грани банкротства. Нечем будет платить за аренду, выдать зарплату и так далее… А заказ сорвался. И сейчас она винила в неудаче собственную внешность. Не надо было так стараться, крутиться перед зеркалом и наводить марафет. Вот если бы она не стала гримировать синяки чудо-средством, пыл Валерия Саввича поугас бы, как только он взглянул на ее лицо. Кстати, надо срочно смывать крем, потому что кожу жгло уже невыносимо.

Чтобы не выходить из кабинета, Марина, взяв бутылку с водой, склонилась над большим цветочным горшком и умылась, сливая воду прямо в землю. Ну, вот, сделала сразу два добрых дела: освободилась от жирной маски и цветочек полила, а то на целую неделю о нем, бедненьком, забыли. Марина деревянной палочкой распушила землю, зацепилась за что-то в горшке. Аккуратно поддев инородный предмет, вытащила его. Это оказался ключ, непонятно для каких целей спрятанный в земле. Марина полила на него водой и положила на подоконник, тут же забыв об этой мелочи.

Усевшись за стол, Марина вернулась к невеселым размышлениям и к списку вопросов, которые начинались со слова «если».

Если в ближайшее время она не сможет вычислить шантажистов, то или ее прибьют в темном переулке, или расправятся с Галкой, которая по-прежнему не объявилась. Марина практически уже не сомневалась, что Галка не появляется по не зависящим от нее причинам, и эти причины — деньги. Деньги… Только вот если бы точно знать, на самом деле она одалживала сто тысяч зеленых, или у нее их требуют те мерзавцы, о которых она говорила. Если это бандиты, решившие подзаработать на беззащитной женщине, то Марина может спокойно обратиться в милицию, но если действительно кредиторы… Тут надежды никакой, нужно возвращать, хотя и нечего.

Перспективы не из лучших. А если говорить прямо, они были просто отвратительными. Но больше всего Марину мучила судьба коллектива. Людям в скором будущем придется искать себе работу, если Марина не найдет выхода из сложившейся ситуации.

Она включила компьютер и написала Сергею сообщение:

— Ты можешь со мной поговорить?

Ответ пришел моментально:

— Могу… Маша, у тебя что-то произошло?

— Не то слово. У меня сорвалось очень выгодное дело, потому что наш заказчик захотел переспать со мной… — пожаловалась она мужу.

Ох, знал бы он, кто скрывается за простым именем Маша! Уверена, Сергей стал бы похож на льва и помчался защищать честь супруги, узнав о гадком домогательстве потного толстяка. Но он не знал, поэтому ответил хладнокровно и четко:

— Кто предложил тебе постель? Директор? Не думаю… Обычно руководителей занимают более важные проблемы, например, как найти хороших исполнителей, способных отлично выполнить нужную работу. Можешь мне поверить, уж кому знать, как не мне… Его зам или зам зама? Если так, то не все еще потеряно. Иди и добивайся своего. Кстати, настоятельно советую тебе не бояться и не стесняться рассказать об этом случае самому руководителю. Думаю, ему будет интересно узнать, какими методами действуют некоторые его подчиненные. Если бы я узнал, что у меня работает такой озабоченный мужик, который не может найти женщину на стороне и пытается использовать служебное положение, вышвырнул бы его вон незамедлительно.

— А вдруг он оказался бы твоим лучшим сотрудником? — Марина все еще сомневалась.

— Маша, толковый сотрудник в первую очередь подумал бы о результатах, о деле, о том, может ли принести пользу фирме потенциальный исполнитель заказа. Если его предложения интересны, то глупо предлагать постель, потому что в дальнейшем с ним еще придется работать. А если предложения дрянь, то как их вообще можно брать, ведь в дальнейшем у него самого могут возникнуть проблемы из-за неправильно выбранного им исполнителя. И коль мой сотрудник думает, пускай даже периодически, не головой, а интимным местом, я такой кадр держать у себя не стану. Ни за что!

А ведь и вправду, чего ей бояться. Что она потеряет от того, что постарается встретиться с директором компании «Бартен»? Марина тут же поблагодарила Сергея за хорошую идею.

— Оля, — включила она динамик, — соедини меня, пожалуйста, с офисом фирмы «Бартен».

Через минуту Марина представилась и попросила секретаря передать директору о желании встретиться. С какой целью? Чтобы предоставить ему лично конкретные предложения по поводу рекламной кампании. В десять тридцать завтра ее устроит? Конечно, она будет обязательно. Марина удовлетворенно положила трубку и запретила себе думать о завтрашней встрече. У нее еще будет время. А сейчас есть дела и поважнее.

Марина решила сделать первые шаги в поисках шантажистов. Олег посоветовал поискать координаты сыскного агентства. На столе осталась куча бумажек с пометками, сделанными рукой Галки. Марина стала методично просматривать каждый листик. Ничего… Тогда она начала выдвигать ящики стола и просматривать все, что там лежало. Всяких записок было огромное количество, но нужной записи Марина не обнаружила. Наконец, переворошив гору бумаги, она наткнулась на визитку некоего Полесьева Владлена Антоновича, частного детектива. Она тут же судорожно схватила картонку и набрала указанный на ней номер телефона. С третьего гудка ей ответил приятный мужской голос.

— Я могу поговорить с Владленом Антоновичем? — поинтересовалась Марина.

— Я вас слушаю, — ответили ей.

— Владлен Антонович, я подруга Галины Семеновны Придорожной и по совместительству ее заместитель. Скажите, она обращалась к вам за помощью?

— Да, но в последнее время я не могу с ней связаться.

— А вы имеете какую-либо информацию для нее?

— Имею, но Галина Семеновна заплатила мне только задаток. Я хотел бы получить оставшуюся сумму…

— Назовите ее.

— Двести долларов.

— Хорошо, я заплачу вам, если вы предоставите ту информацию, которую узнали для Галины Семеновны. Где мы можем с вами встретиться?

Они договорились о встрече через час недалеко от рекламного офиса.

Марина стала размышлять, где же она может взять сумму, названную Полесьевым. Предположим, у нее еще остались сто долларов от тех денег, которые она взяла из дома, но где взять еще сто? Она бросилась к бухгалтеру.

— Максим, понимаю, что сейчас трудные времена, но очень нужно сто долларов для дела, я могу взять в долг в нашей кассе? — тихонько спросила Марина.

— Что за вопрос, ты можешь взять и больше, — ответил он. — Наш прежний зам получал восемьсот, так что в качестве аванса я могу выдать тебе двести. Ну а сумму зарплаты ты оговоришь с Галиной Семеновной.

— Нет, я в долг, — настаивала Марина, прекрасно зная, что без новых поступлений на счет фирмы ни о какой зарплате речь идти не может.

Марина взяла деньги и в назначенное время встретилась с лысеньким невысоким мужчиной в старом сером костюме и галстуке времен его далекой молодости.

«Очень похож на милиционера, — подумала Марина, — или на кагэбэшника».

— Итак, что вы мне можете рассказать? — спросила Марина, когда тот тщательно проверил ее паспорт.

«Точно бывший мент», — уже уверенно подумала она.

— Марина Анатольевна, вы же не будете возражать, если все сведения я расскажу у вас в кабинете? — аккуратно взяв ее под локоток, тихим, заискивающим голосом спросил Владлен Антонович.

— Конечно, не буду, — подтвердила она, а про себя отметила: «Страхуется. Хочет наверняка удостовериться, что я Галкин заместитель. Для этого и на улицу меня вызвал, чтобы посмотреть реакцию персонала, когда я вернусь в офис вместе с ним».

Впрочем, реакция могла быть одной. Секретарь Оленька, увидев Марину с Владленом Антоновичем, тут же предложила чай или кофе, а Марина спокойно проследовала в кабинет Галки, где теперь чувствовала себя уверенно.

— Итак, Владлен Антонович, я думаю, мы оба знаем, о чем идет речь, — начала Марина. — Галина Семеновна поручила вам выяснить, кто может ее шантажировать. Я бы хотела узнать имя этого человека или, если их несколько, имена. Желательно также, если вы предоставите, по возможности, полную информацию о них.

— Я готов сообщить вам интересующие сведения, — прищурив глаза, сказал сыщик и сделал многозначительную паузу. — Галина Семеновна в последнее время бурно развила деятельность своего агентства и стала довольно сильным конкурентом для одной компании, занимающейся аналогичным видом деятельности… — Он остановился и посмотрел на Марину в упор.

— Продолжайте, мне не терпится знать, что это за компания…

— Рекламное агентство «БиС». Его директор Бошевский Сергей. Кстати, это случайно не ваш родственник? — поинтересовался сыщик, хитро улыбнувшись.

Марина поняла, почему он сделал паузу, перед тем как сообщить название фирмы и фамилию директора. Он сразу обратил внимание на сходство фамилий. Хорошо, что он не просмотрел весь паспорт, где в графе «семейное положение» имелась соответствующая запись.

— Нет. Вероятно, просто однофамилец, — как в тумане ответила Марина.

— Вот, собственно, и вся информация. Да, кажется, вы хотели, чтобы я предоставил вам более полные сведения… Тогда это займет еще пару дней, — разливался соловьем Владлен Антонович. — Ну и, разумеется, появятся некоторые затраты…

— Нет. Не нужно. Я сама наведу о нем справки, раз мы занимаемся одним и тем же делом, — отчеканила Марина. — Вот, — она протянула две зеленые бумажки. — Вы очень хорошо поработали. Спасибо. Если мне понадобится ваша помощь, я обязательно обращусь именно к вам, Владлен Антонович.

Выпроводив сыщика, Марина заметалась по кабинету. Значит, она не ошиблась! И первое предположение оказалось совершенно верным. А она до конца не хотела в это верить! Вернее, она уже почти убедила себя в невиновности мужа.

Но как? Как он мог? Ее муж — грязный шантажист. Ее любимый человек, которого она всегда считала самым лучшим, опустился до столь гнусного занятия? В голове не укладывалось то, что она узнала всего пять минут назад. Марина была расстроена, поражена и зла одновременно. Ей до безумия захотелось позвонить Сергею, а еще лучше взглянуть в глаза и сказать все, что она думает о его методах работы и о нем самом. Опуститься до вымогательства, требовать денег, требовать, чтобы конкурент поменял род деятельности… Какая низость. Боже мой! И это ее муж!

Но… Стоп! Если изначально она считала, что Сергей хотел вернуть обратно одолженные Галке деньги при «помощи» наемных бандитов, то что думать теперь? Зачем он перечислил сумму в тридцать тысяч на счет их рекламного агентства, если потом стал требовать невозможного — заплатить ему сто тысяч! Он же не мафиози, черт возьми, который «контролирует» бизнес, берет «дань» и решает, кому работать, а кому исчезнуть. Сергей обычный директор обычного рекламного агентства. Пусть самого большого, самого высокооплачиваемого и популярного, но он всего лишь директор!

А может, все не так? Изначально Сергей действительно предложил Галке денег за смену рода деятельности. Часть он перечислил по безналичному расчету, а часть отдал из рук в руки. Галка согласилась, а потом изменила свое решение? Пусть даже в первое время она отказалась от одного или двух выгодных заказов, которые, разумеется, достались Сергею. Тогда можно объяснить его очередное посещение их агентства: он хочет заполучить заказ от компании «Бартен». Да, но Сергей сам предлагал отступные, он не требовал с них ничего и не делал недвусмысленных намеков! Ха! Ну она и додумалась. Разумеется, для грязной работы у него есть бандиты-профессионалы, а сам Сергей держится по возможности в тени. Конечно, для всех он солидный бизнесмен, уважаемый человек, на деле — негодяй, который не прочь придушить конкурентов и подзаработать деньжат вымогательством.

На экране компьютера высветилось сообщение. Легок на помине. С Машей захотел пообщаться. Ну сейчас ты наговоришься. Сейчас она тебе такого понарасскажет! Нет, стоп. Марина попыталась унять гнев. Если она начнет хамить Сергею, он попросту ее не поймет. Она все время забывает, что ему неизвестно, кто скрывается под именем Маша. И он не знает, какой компромат удалось раскопать на него частному сыщику.

Марина вышла в приемную.

— Оля, у тебя случайно валерьянки или другого успокоительного нет? — спросила у секретаря. — Я так понимаю, ты хранитель общей аптечки? Кстати, спасибо за крем. Он мне очень помог. Воспользуюсь им еще завтра и верну обратно.

— Хорошо, что помог. Он всем помогает, — улыбнулась она. — К сожалению, успокоительного у меня нет. Но есть у Вики, копирайтера, — ответила всезнающая Оля. — Попросить у нее?

— Да, если можно. А зачем Вике успокоительное? У нее работа творческая, не нервная…

— Как сказать. Когда она придумывает новые идеи — жутко переживает, а потом успокоительное пьет, чтобы снять напряжение, — объяснила Оля, для которой, казалось, не было ничего тайного в агентстве.

Марина выпила сразу четыре таблетки валерьянки и накапала себе в стаканчик резко пахнущую и горькую настойку пустырника. Запив все это водой, она закрыла глаза и приказала себе успокоиться.

Да, помнится, в свое время она тоже спасалась валерьянкой, потом начала покупать все рекламируемые средства, где обещали быстрое снятие стресса, раздражительности и гнева. Когда в первый раз Сергей позвонил и сказал, что задержится на часок с друзьями выпить пива, Марина восприняла это спокойно. Но прошел час, второй, потом еще несколько часов, наконец, в четыре утра она позвонила ему на мобильный, а он стал рассказывать, что вечеринка еще в разгаре и что придет, когда посчитает нужным.

Тогда Марина впервые поняла, что такое ожидание. Каждая минута тянулась, как час. Казалось, стрелки вообще не двигались, посмеиваясь над Марининой глупостью. Она ревновала, злилась на себя за столь низкое чувство, глотала слезы и не могла остановиться.

Потом «загул» Сергея повторился, потом еще и еще. Каждый раз Марина пыталась лечь спать, уговаривая себя, что от ее переживаний ничего не изменится, и каждый раз ждала до утра, когда же он соизволит вернуться. Ей казалось, что уже все, сил терпеть больше нет, но проходил день, и ее тянуло к нему с новой силой. Она устраивала ему бойкот, утром молчала, не реагируя на его вопросы, молчала в обед, когда он звонил, но уже к вечеру не выдерживала и слово по слову начинала разговаривать. Ее силы воли хватало ненадолго, и Сергей это знал. Он знал, что никуда Марина не денется и злость раньше или чуть позже пройдет. Чаще Марина отходила быстро. И ничего не могла с собой поделать. И даже сейчас, несмотря на бурю, бушевавшую внутри, ее тянуло к нему. Все равно.

Валерьянка помогла, Марина вроде успокоилась. Что ж, почему бы и не поболтать с ним в «аське», может, узнает еще что-то интересное. В очередной раз откроет для себя новое в Сергее, в его характере, в его мыслях.

«Как будто тебе мало открытий», — промелькнула ехидная мыслишка.

— Сергей, а какие женщины тебе нравятся? — поинтересовалась Маша-Марина.

— Красивые… — не задумываясь ответил он.

— Ну, красота — понятие относительное. Для кого-то пышка с весом в сто килограммов красавица, а кому-то такую, что на ветру шатается, подавай. И потом… понятие о внешней красоте настолько индивидуально. Иногда разрез глаз, нос, губы играют ведущую роль в выборе объекта симпатии, но…

— Позволь с тобой не согласиться. А как же признанные красавицы, мисс мира, например? — возразил Сергей.

— А тебе все мисс, которые выходят в полуфинал или в финал, нравятся?

— Разумеется, нет.

— Вот и ответ на твой вопрос. Так что хотелось бы услышать более развернутое пояснение…

— Мне нравятся неприступные женщины. Что-то вроде скалы. И чем она выше, чем острее, тем лучше. Это значит, что добраться до нее очень сложно, но все же возможно. Только не каждый может позволить себе такую роскошь. Да-да, именно роскошь. Нужно иметь изворотливый ум, обладать неким шармом, уметь предусмотреть ее действия, желания, растопить толстую корку льда, под которой спрятано сердце… В первую очередь добиться такой женщины может только сильный духом мужчина.

— И разумеется, ты относишь себя к этому типу, — съязвила Марина.

— Разумеется. Я уже рассказывал тебе, как добивался расположения своей жены, и считаю: то, что она меня полюбила, — только моя заслуга.

— Не сомневаюсь. А как же теперь, когда ты ее добился? Чьей руки добиваешься вновь и как часто стремишься к новым вершинам?

— Представь себе, не часто. После моей жены мне больше не встречались такие женщины. Увы…

Увы? Это же означает, если бы он встретил гордую и недоступную, то забыл бы о том, что один из трофеев уже находится дома?

— Очень интересная теория. А как же тогда быть с теми, кто уже завоеван?

— А никак… После этого интерес теряется… Или же его нужно постоянно подогревать, но, честно тебе скажу, супруг, способных постоянно заинтересовывать собой мужа, я не видел. Более того, мне о них даже слышать не доводилось. После того как прозвучал марш Мендельсона, большинство диких кошек превращаются в надоедливых, вечно мяукающих кисок, а мужчинам они быстро надоедают… У нас разные представления о браке. Кстати, Маша, а ты замужем? — задал Сергей неожиданный вопрос.

— Нет. А почему ты спросил?..

Марину удивил и неприятно кольнул вопрос. Обычно, если мужчина интересуется семейным положением женщины, из этого следует, что она ему не безразлична и он имеет определенные планы на ее счет. Правда, планы могут быть разными, от обычного секса на один раз, что вероятнее всего, до серьезных отношений, что бывает практически равно нулю, но тем не менее такую возможность не стоит исключать.

Коль говорить о банальном «перепихоне», то, как правило, мужчину мало интересует, замужем ли дама. Вернее, замужние устраивают мужскую половину даже больше, чем не связанные узами брака. Первые менее требовательны, менее придирчивы, не ждут предложения руки и сердца и редко требуют подарки, источник возникновения которых нужно объяснять мужьям…

Ответ Сергея все объяснил.

— А если бы была замужем, ты ушла бы от мужа?

Теперь все ясно. Его интересует женское виденье поступка, на который решилась его жена, то есть Марина.

— Смотря какой муж. Думаю, для этого должны быть веские причины. — Она ответила осторожно и неопределенно. Теперь главное — продумывать каждое слово. Наступил важный для Марины этап беседы.

— Хорошо, тогда я спрошу иначе… — Сергей тоже страховался, он явно боялся выдать себя и признаться, почему завел разговор на столь щепетильную тему. Он не хотел говорить, что неординарный поступок жены вынуждает спрашивать, чтобы получить пусть и не точный, но психологически понятный ответ. Ответ неглупой женщины.

— Какие причины должны быть вескими, чтобы собраться, практически ничего не взять, не вывезти из квартиры ценные вещи (имеется в виду радиоаппаратура, мебель, картины и любимый плед), кроме того, не забрать драгоценные украшения и кучу дорогой фирменной одежды, а уйти вот так, почти ни с чем и в никуда?

Это же надо! Даже не поленился посмотреть, что она взяла, а что нет! Марина рассмеялась. Хорошо, что в кабинете была одна, а то ее смех оценили бы как неадекватное поведение. Обычно Сергей не обращал внимания, сколько тряпок у Марины, сколько украшений, а тут на тебе…

— Ты знаешь, действительно странный и несвойственный женщинам поступок. Уйти и не забрать всю свою одежду! Очень неразумно. — Марина старалась правильно играть новую роль. Мало кто из женщин, покидая мужа, оставил бы ему свои шмотки. Они ему все равно не нужны. Так бы рассудила любая. Куда он денет вечерние платья или нижнее белье? Не напялит же на себя, в конце концов. Но ведь она «уходила» понарошку, поэтому тянуть весь гардероб не было никакого смысла.

— И все же… Меня очень интересует твое мнение! — настаивал Сергей.

— Ну, муж бьет жену, он ей попросту надоел хуже горькой редьки, или…

Марине хотелось объяснить Сергею, почему же она ушла на самом деле, но так не хотелось делать этого напрямую. Может, все-таки он догадается выбрать правильный вариант из тех, которые предлагает ему Маша?

—…женщина хочет проверить его чувства, обновить их, дать ему понять, что их жизнь стала пресной, она застоялась, как вода в болоте. Или она выражает свой протест. Например, его отношению, невниманию. Знаешь, у каждой свои причины. Но я бы ушла именно из-за последнего варианта, — пошла чуть дальше Маша-Марина. Он должен понять! Должен!

Марина сжала кулаки, замерев в нетерпении. Додумайся, дурачок… Сравни с нашей семейной жизнью, вспомни, как ты относился ко мне…

— А ты не допускаешь, что у жены мог появиться любовник?

Сергей проявил редкую тупость, по мнению Марины. Ну вот и приплыли. Так вот к чему он ведет! Марина даже подскочила в кресле. Тугодум! Он считает, что она ушла к любовнику. И думает так потому, что она взяла минимум вещей. Хорошего же мнения о ней Сергей. Марине стало очень обидно, потому что на протяжении трех лет она и мысли не допускала… Даже о невинном флирте…

Так, его необходимо срочно разубедить, заставить понять, что в корне заблуждается. Марина разволновалась и громко застучала по клавишам:

— Нет! Не допускаю, даже не зная всех подробностей! Кстати, позволь спросить: ты о конкретном случае спрашиваешь или абстрактно интересуешься? — Она хотела раскрутить мужа на откровенный разговор.

— Да, знаю такой случай. Вот и решил поразмышлять о нем на досуге, так сказать, разобраться в женской логике. — В том, что его бросила жена, Сергей признаваться не спешил. — Так почему ты считаешь, что к любовникам не уходят? — поинтересовался он.

— Потому что… — напечатала она, и пальцы застыли над клавишами. А действительно, почему? И как вообще уходят к другому мужчине? Марина никогда над этим не задумывалась, потому что ей казалось невозможным разлюбить Сергея и полюбить кого-то другого. Ей было бы несказанно стыдно и унизительно разрываться между двух огней.

—…я не знаю, как уходят от мужа к любовнику, — честно призналась она. — Но думаю, что, собравшись уходить к другому, женщина обязательно поговорила бы с мужем и потребовала развод. Понимаешь, женская психология такова, что, уходя от одного, она рвет с одним и хочет соединить судьбу с другим. Будучи замужем за одним, но влюбившись в другого, она уже мечтает, чтобы новый возлюбленный надел ей на палец новое обручальное кольцо. А мужчины устроены иначе. Они могут быть женаты на одной, а любить другую. И при этом не стремиться ни развестись, ни жениться снова. У вас, мужчин, другая логика, другой подход к жизни. Проще, что ли? Я понятно высказала свою мысль?

— Понятно. Так ты считаешь, что, если женщина не объяснилась, значит, она точно не ушла к другому? — настойчиво переспросил Сергей.

«Ах, как волнуется! И главное, волнуется только по одному поводу. Собственник! Все вы одинаковы!» — теперь уже зло подумала Марина, но все же ответила:

— По моему субъективному мнению, женщине захотелось бы напоследок выяснить отношения. Такова наша сущность. Высказаться о всех недостатках мужа и провести сравнительный анализ между одним и другим. В конце концов, похвастаться, что не один только он заметил ее и не одному ему она нужна. А в браке, как правило, мужчины теряют бдительность. Они думают, что жена уже никуда не денется, никто ее не оценит и не полюбит, никому она не нужна. Но это заблуждение, и не только мужчин. С женщинами та же история… Так что я уверена в правоте своей точки зрения, — настаивала Марина, пытаясь окончательно убедить Сергея, что он заблуждается. — Женщина, ушедшая от мужа так, как ты рассказал, хотела доказать что-то этим поступком. А что именно — тебе виднее…

— Ну это я не для себя спрашивал, — поспешно солгал Сергеи. — Кстати, сколько тебе лет? Говоришь, что не замужем, а житейской мудрости хватит на двоих.

Он сделал комплимент? Спасибо.

— А я много книг читаю, — ответила она.

— Тогда, может быть, в умных книжках так прямо и написано, почему женщина, безумно влюбленная в мужчину, бросает его? — не отставал Сергей.

И тут Марину прорвало. Ведь и тупому должно быть понятно. Она уже все ему объяснила. Но если до него не доходит, пожалуйста. И она быстро набрала текст:

— Любовь уходит. Даже самая сильная. Невозможно любить и стелить себя под ноги человеку, который наступит на тебя и пойдет дальше. На свете есть множество мужчин, которые заметят красивую женщину, и не надо будет унижаться, класть себя на алтарь любви, приносить в жертву человеку, который этой жертвы никогда не оценит!

Марина улыбнулась. Пусть подумает. Но каков: не хочет все-таки признаваться, что его бросила жена. Конечно, уязвленное самолюбие. Он-то был уверен, что она никуда не денется. А как написал: «…которая безумно любит». Это она-то «безумно любит»? Пожалуй, уже нет, «безумно» можно сегодня уже отбросить.

Настроение у нее улучшилось. Значит, он переживает! Мучается! Так ему и надо! А Марине, пусть кому-то это покажется жестоким, от переживаний мужа только радостно!

Валерьянка подействовала. Марина почти успокоилась. Хотя вопрос о причастности мужа к вымогательству оставался все еще открытым. Трудно понять, как директор солидного агентства может опуститься до столь низменных поступков. Безумно хотелось спросить у него напрямую, но… увы, увы, увы. Что теперь — попрощаться с ним или просто выключить компьютер? Пожалуй, сегодня он заслужил самого худшего отношения. Марина не стала продолжать беседу и отключила «аську». «Вот тебе!» — злорадно улыбнулась, нажимая на кнопку мышки.

Она открыла папку по фирме «Бартен» и снова стала тщательно изучать то, что и так знала наизусть. Завтра ей предстоит сложный день. Завтра она собирается отстаивать права доверенного ей агентства и сотрудников, за которых в ответе.

ГЛАВА 15

Марина вошла в офис фирмы «Бартен», уверенная в своих силах, в себе, в своей победе. Она не могла иначе. Она должна была излучать только успех, полное спокойствие и выдержку. С недавних пор Марина поняла, что именно таким людям улыбается удача. Никто не захочет иметь дело с заискивающим, ползающим у твоих ног человеком. Людей привлекает смелость, твердость характера, умение показать себя с наилучшей стороны.

Прямо у дверей она столкнулась с Валерием Саввичем, который шарахнулся от Марины как от огня. Она только мельком взглянула на него как на нечто недостойное внимания. Марина была уверена, что представитель наверняка вычеркнул их фирму из списка участвующих в своеобразном тендере, но ей сейчас было наплевать на его мнение. Она пришла сюда побеждать, а не выяснять отношения с пошляком.

«Жалкий извращенец, тебе действительно здесь не место», — решила она про себя и еле сдержала улыбку, вспоминая его глаза, когда она поливала холодной кока-колой его брюки.

— Здравствуйте, — поздоровалась Марина с секретарем. — Вчера я просила о встрече с вашим руководителем, я из рекламного агентства «Гала».

— Совершенно верно. У меня записано, — надела дежурную улыбку девушка за столом. — Директор примет вас через минуту. Подождите, пожалуйста, у Анны Павловны как раз заканчивается беседа.

Марина села в удобное кресло и от нечего делать начала листать журнал. Неожиданно где-то рядом она услышала до боли знакомый голос. Бог мой, да это же Сергей! Марина, как в шпионских фильмах, резко прикрыла лицо журналом, изображая страстную заинтересованность статьей. Ее муж как раз выходил из кабинета и прощался, стоя у дверей. Марина очень надеялась, что он ее не заметит, вернее, не обратит внимания на ноги и белые туфли с большой пряжкой в виде подковы, которые привез ей из заграничной командировки… Не заметил. Сергей попрощался с секретарем и быстро вышел, а Марина облегченно вздохнула. Чуть не попалась. Вот было бы весело, он наверняка не дал бы ей встретиться с директором, а немедленно, без вопросов потащил бы домой. Но хорошо то, что хорошо заканчивается.

Как же она не обратила внимание на его машину у входа? Марина отругала себя за беспечное поведение. А могла и предусмотреть, ведь агентство Сергея тоже участвует в этом так называемом конкурсе.

— Проходите, пожалуйста, — оторвал ее от раздумий голос секретаря.

Марина направилась в кабинет.

— Здравствуйте. Меня зовут Марина. Я заместитель директора рекламного агентства «Гала», — представилась она.

— Очень приятно с вами познакомиться. — Директором оказалась молодая женщина, чего Марина никак не ожидала. На какое-то мгновение ей даже стало страшно, потому что с мужчиной ей наверняка было бы легче найти общий язык, если, конечно, он не похож на Валерия Саввича.

— Я пришла с предложениями от нашего агентства…

— Но вчера Валерий Саввич доложил мне, что вы отказались от участия в конкурсе, — удивилась директриса.

— Возможно, Валерию Саввичу очень бы этого хотелось, — отчеканила Марина. — Но мои сотрудники не для того днями напролет работали, занимаясь вашим проектом, чтобы мнение и желание одного человека решило все.

— Что вы имеете в виду? — Женщина сняла стильные очки в прямоугольной оправе и потерла глаза.

— Ничего, кроме того, что злоупотреблять служебным положением мне кажется непозволительным. Я бы даже сказала — это отвратительно, — четко, взвешивая каждое слово, произнесла Марина.

Директриса теперь уже заинтересованно смотрела на посетительницу, не задавая больше никаких вопросов, и Марина продолжила:

— Дело в том, что вчера Валерий Саввич назначил деловую встречу в ресторанчике для влюбленных и предложил мне переспать с ним в обмен на успешное решение вопроса относительно вашего заказа. Разумеется, я отказалась и предпочла встретиться с вами, чтобы показать наши наработки и слегка пожаловаться на вашего сотрудника. Думаю, как женщина вы меня поймете…

Глаза директрисы расширились. Она откинулась в кресле и в упор посмотрела на Марину:

— Прямо так и предложил?

— Прямо вот так…

— Знаете, я уже смирилась с тем, что периодически к нам на работу берут смазливых и глупых девочек, которые проходят собеседование у Валерия, потому что, ко всему прочему, он занимается еще и подбором персонала, но чтобы такое… Вот уж не думала! — Директриса растерянно развела руками. — Дело в том, что он мой сводный брат. И когда у меня пошли дела, мама очень просила взять Валерия к себе. Сначала я отказывалась, мама настаивала, и, разумеется, я уступила. Вот и взяла его на свою голову, — оправдывалась директриса. — Кстати, кофе хотите?

— Не откажусь.

Анна Павловна набрала номер и заказала два кофе. Когда секретарь внесла поднос, директриса попросила ее не беспокоить и ни с кем не соединять.

— Ну давайте рассказывайте, что там у вас, — кивнула она на папку, где лежали материалы по рекламной кампании. — Только предупреждаю, если ваши предложения мне не понравятся, я не стану их брать из жалости. Даже несмотря на свинский поступок Валерия, — предупредила директриса.

В течение часа Марина излагала основные позиции, а директриса часто ее перебивала, задавала много вопросов, вносила коррективы.

— Спасибо, Марина. Мне было очень интересно с вами пообщаться. Вы настоящий профессионал своего дела, — польстила Анна Павловна.

Щеки Марины покрылись легким румянцем от неожиданного комплимента. Вдвойне было приятно слышать такое от человека незаинтересованного и наверняка не привыкшего разбрасываться теплыми словами направо и налево.

— Кстати, даже если мы и не остановим свой выбор целиком на ваших предложениях, — продолжала Анна Павловна, — то кое-какие задумки обязательно возьмем для себя и, разумеется, их оплатим. О своем решении мы сообщим вам в течение этой недели. Ну… и еще раз извините за то, что вам «посчастливилось» пообщаться с Валерием Саввичем. Я обязательно поговорю с ним и быстро решу вопрос об его увольнении. Вы, Марина, еще стойко отреагировали. Я бы, наверное, исцарапала ему лицо за такие гнусные предложения, — хищно улыбнулась директриса.

— Не беспокойтесь, я полила его брюки кока-колой, — с удовольствием сообщила Марина.

— Вот и славно! Правильно поступили! Знаете, Марина, мне на самом деле искренне жаль, что все так получилось. Чтобы как-то вас успокоить и подбодрить, расскажу свою историю. Разумеется, надеюсь, что она останется между нами. Все происходило в далеком прошлом, но я до сих пор храню ее в памяти. Случай если не один к одному, то в чем-то подобный…

Я, конечно, тогда не была директором. Мы все с чего-то начинаем. Сначала лаборант в институте, потом, когда Союз развалился и перестали платить зарплаты, рискнули и открыли с мужем свой кооператив. Появились деньги — и оказалось, что у мужа совсем другие интересы. Он дорвался, как говорят, до хорошей жизни, пошли рестораны, любовницы, а я уследить за всем не могла, потому что в это время родился ребенок. Сначала супруг поменял автомобиль, потом квартиру, купил новую мебель, а напоследок решил избавиться и от старой жены, женившись на молодой девочке.

Мне пришлось вернуться к маме в коммуналку. Я ничего у него не требовала и в ногах не валялась. Сказала только, что время нас рассудит. Я осталась без средств к существованию и без работы. Устроилась секретарем в небольшую частную фирмочку. Через год она превратилась в солидную фирму, где можно было сделать неплохую карьеру и получать нормальную зарплату. Разумеется, мне, тридцатилетней женщине, не хотелось всю жизнь отвечать на телефонные звонки и принимать факсы. Я поступила в экономический институт и стала подумывать о продвижении.

Но чтобы могла продвинуться, меня должны были заметить, и я подала заместителю директора предложения по увеличению продаж. Сначала он полностью раскритиковал мои доводы, но потом, подумав, сообщил, что мог бы похлопотать и выбить для меня должность, если я тщательно распишу и обосную все на бумаге. А также буду более благосклонна к нему.

Рассудив на досуге, что, возможно, это для меня единственный и неповторимый шанс пробиться, смирив себя, переспала с похотливым замом. Я оставалась после работы, собирала материал, изучала статистику, сравнивала, обосновывала и за неделю кропотливого труда изложила все на бумаге. Вернее, напечатала все на компьютере.

Но однажды, занося директору кофе, я случайно услышала, как он хвалил зама за прекрасные идеи и предложил выступить с докладом перед компаньонами на завтрашнем собрании. И каково же было мое негодование, когда я сообразила, что это мои мысли, мои идеи! Он попросту использовал меня. Мало того что я уши развесила, поверила, что он поможет мне с новой должностью, так он еще и моими предложениями решил воспользоваться. Наверняка мне бы потом сказал, что шефу они не понравились и с карьерным ростом придется подождать.

В тот же день ко мне подошел зам и попросил предоставить ему обещанный доклад. Вечером перед собранием я принесла ему дискету с сохраненной информацией. И в тот момент, когда зам пытался распечатать текст на принтере, я вырубила свет в офисе и, пока разбирались с проблемой электричества, подменила дискету в системном блоке.

Когда заместитель прибежал ко мне с испуганными глазами, требуя дать ему текст снова, я сказала, что из-за неполадок с электроэнергией произошел сбой в компьютере и информация не сохранилась.

На собрании он пыхтел, кряхтел и краснел одновременно, потому что имел только поверхностное представление о предложенном мною ноу-хау. Я специально подгадала момент во время его выступления, занесла в зал якобы срочные документы и попросила разрешения осветить этот вопрос. У нашего директора округлились глаза, но возражать он не стал.

Я прекрасно справилась с задачей и на следующий день была назначена на должность менеджера. Через два месяца стала старшим менеджером, потом заняла место зама, а сейчас, как видите, руковожу компанией «Бартен».

Правда, сами знаете, быть директором тоже нелегкий труд. Насколько я поняла, сейчас вы заместитель в агентстве? Так что понимаете, каково руководить людьми, думать за всех, помнить обо всем и даже дома жить жизнью своей компании. Но я не жалею… Чаще всего это даже приятно.

Марина с интересом слушала Анну Павловну, но ее мучил вопрос, и она не могла не задать его:

— А что случилось с тем замом?

— Заинтересовала? — хитро улыбнулась директриса. — Его уволили, как только выяснилось, что он пытался воспользоваться чужими идеями, выдавая их за свои. Оказалось, что это происходило неоднократно, но люди молчали, боясь потерять хорошо оплачиваемую работу. Ну, не буду вас задерживать, — спохватилась Анна Павловна, взглянув на часы. — Как мы мило поболтали… Давно я ни с кем не разговаривала на отвлеченные темы. Все больше о работе… Приятно было познакомиться с вами, Марина.

— Взаимно.

Сегодня ей точно долго не уснуть. Марина в который раз прокручивала разговор с Анной Павловной. А может, нужно было сказать вот так, а не так? Понравятся ли ей их предложения? Получат ли они заказ? Правильно ли она все сделала?

И снова мысли о прошлом. Ну правда ведь, ничего уже не вернуть. Дело сделано. Ах эта глупая человеческая натура. Нужно срочно занять себя чем-нибудь. Например, сходить в кино… Как давно она не ходила в кинотеатр. Сергей не любил шумные толпы народа, да и аргумент у него всегда был под рукой. Он показывал на домашний кинотеатр — огромный плазменный телевизор — и удивленно говорил: «Чем тебя не устраивает это?»

Ее устраивало, почему же нет. Но порой хотелось вспомнить годы юности, времена, когда дома стояли черно-белые телевизоры, а поход в кино превращался в настоящее событие. Марине хотелось взять большую коробку попкорна, бутылку пепси и чавкать вместе со всем залом, не отрывая глаз от огромного экрана. Ей хотелось смеяться в огромном зале и тайком смахивать слезы. Она мечтала занять места для поцелуев на последнем ряду и чтобы Сергей сильно прижимал ее в темноте.

Подходя к дому, она вспомнила об Олеге. А может, вытащить его в кино? Тем более что сидеть дома на пару с томно мурлыкающим Барсиком не очень хотелось. Он немой утешитель, а Марине нужен был компаньон поразговорчивей. Она уверенно направилась в третий подъезд. Поднялась на лифте на седьмой этаж и позвонила в крайнюю левую дверь. По ее расчетам, именно здесь должен жить Олег. Ведь ее съемная квартира находится тоже на седьмом этаже, только во втором подъезде и справа, а Олег говорил, что они соседи по стенке.

Даже не поинтересовавшись, кто давит на кнопку звонка, Олег распахнул дверь и тут же резко ее прикрыл. На нем был махровый халат.

— Привет! — в узкую щель крикнула Марина. — Что, не узнал?

— Привет! Узнал. Но я… я не совсем одет…

— Да неважно, может, впустишь? — набралась наглости Марина.

— Ой, у меня жуткий бардак, — лепетал Олег, и тут в глубине комнаты Марина услышала звонкий женский смех.

— У тебя девушка? Так сразу бы и сказал. Чего врать-то? Я же тебе не жена и не подруга дней суровых, — почему-то обиделась Марина.

— Нет! У меня никого нет! Можешь зайти и проверить! — начал было оправдываться Олег, но Марина уже направилась к лифту.

Непонятно, почему она расстроилась? Ну вот. Женская жадность. Хочу заполучить мужа, но и внимания практически незнакомого молодого человека терять не хочу. Странное чувство возникло в душе. Ну не может же Олег ей нравиться настолько, чтобы ее волновало, с кем он проводит свое свободное время. Неужели она и вправду подумала, что этот мальчишка влюбился в нее? «А не увлеклась ли ты, девушка? Не слишком ли высокого о себе мнения? Влюблен — не влюблен, тебя вообще не должен занимать этот вопрос. У тебя есть муж! Черт возьми, так что же ты расстраиваешься из-за случайного знакомства и одного поцелуя!» — мысленно прикрикнула на себя Марина. Она направилась в свое временное жилище. Что ж, сейчас переоденется и сходит в кино одна. Не менять же планы только потому, что предполагаемый спутник занят более интимными делами?!

Марина натянула джинсы, надела легкую белоснежную майку, подкрасила губы и потискала Барсика. Кот несколько минут поурчал у нее на руках, а потом спрыгнул на пол и пошел к наполненной едой миске. «Предатель! — незло возмутилась Марина. — Значит, ты хозяйку меняешь на еду? Что ж, тогда я с совершенно чистой совестью оставляю тебя в одиночестве».

Она завязала шнурки на кроссовках, вышла на улицу и увидела Олега, сидящего на скамейке у подъезда.

— Что, спровадил свою подружку? — улыбнулась ему Марина.

— Марин, ты все неправильно поняла. Поставила меня в дурацкое положение. Ты телевизор приняла за девушку. Честное слово. Я был в квартире совершенно один…

— Да, и потому поплотнее прикрыл дверь, высунув только нос… — не удержалась и съязвила Марина.

— Говорю же, у меня не убрано. Вот мне и стало неловко. Ну, честное слово, никого не было.

Марине захотелось поверить ему. Да в конце-то концов, даже если кто и был, чего ей расстраиваться? Он не герой ее романа, а она не его возлюбленная.

— Ладно. Проехали. А я в кино хотела тебя вытащить. Пойдем?

Олег как-то замялся…

— Да не стесняйся ты, я приглашаю, я и плачу. — Марина приняла его смятение из-за отсутствия денег. — Я же понимаю, до сих пор долг на работе, наверное, отдаешь за те две бутылки шампанского. Ты, Олег, больше так не старайся. Я могу и наше отечественное пить. Я не гурманка. Не нужно было так тратиться. — Марина пыталась замять неловкую паузу.

Ее не раздражало, не злило, даже, наоборот, умиляло, что у парня нет денег. Ведь Марина и с Сергеем начала встречаться не ради его денег. Впрочем, изначально понимала, что они у него есть. Что скрывать-то?!

Вообще-то она всегда считала, что выходить замуж только потому, что кто-то может обеспечить тебе безбедное или очень богатое существование, — большая глупость. Ни за какие сокровища мира нельзя купить подлинные чувства. Они должны вспыхнуть не из-за наличия у человека большой суммы денежных знаков в кошельке и в банке… Любят то, что хранится в самом человеке, — его душу, характер… да мало ли за что любят. Бывает, и вовсе ни за что, любовь не спрашивает, она попросту приходит. Как в старой песне: «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь…» В жизни может случиться всякое: квартира сгорит, машина сломается, деньги обесценятся или их по другим причинам не станет, а если представить себе самое худшее… богатый, представительный муж заболеет и превратится в инвалида, нуждающегося в постоянном уходе, что тогда? Все то, за что, казалось, некогда его любили, испарится, останется только он сам. И если не любить самого человека, то можно сойти с ума, находясь рядом и не имея уже того, из-за чего выходят замуж корыстные дамы.

И Марина точно знала, что, останься ее муж без копейки, она не переставала бы его точно так же любить.

Но многие из их знакомых ехидно посмеивались над уверениями Марины в искренности чувств к мужу. Пусть думают, какое ей дело до их смешков и зависти.

Кинотеатр находился в нескольких кварталах от дома, поэтому Марина с Олегом не спеша пошли туда пешком. На пути им попалась пустая баночка из-под пива, и Олег, как мальчишка, начал катить ее впереди себя, подбивая ногой. Марина поддалась его настроению и тоже несколько раз ударила по жестянке. Полдороги они практически пробежали, попеременно играя с расплющенной баночкой. Прохожие удивленно смотрели на смеющуюся пару и шарахались в стороны, боясь заполучить удар по ногам.

Наконец по пути им попался мусорный бачок, куда железный мячик и был торжественно выброшен.

Они шли рядом, и каждый думал о своем.

— Расскажи мне о себе, — нарушила молчание Марина.

— Я совершенно неинтересный кадр. Уверяю тебя, — почему-то застеснялся он.

— Позволь мне решать, что интересно, а что нет, — проявила Марина настойчивость.

— Но на самом деле нечего рассказывать! Я приехал из глухой провинции. Как и многие, кто едет в огромный город в поисках лучшей жизни и в надежде обеспечить себе безбедную старость.

— И как многие, понял, что не так-то просто добиться желаемого… — вырвалось непроизвольное замечание у Марины.

— Что? — как будто очнулся Олег. — Ах да… Ну вот и у меня получилось что-то вроде этого.

— Так ты не студент? — удивилась Марина.

— А с чего ты решила, что я студент? — ответил вопросом на вопрос Олег.

— Да так, показалось. — Марине не хотелось обижать парня и говорить, что внешне больше чем на студента он не тянет.

— Нет, я работаю. И уже не один год живу в Москве.

— И чего ты добился за это время? — поинтересовалась Марина.

— Я бы сказал так: к чему стремился, то и получил, — снова ответил парень.

— Я смотрю, ты не честолюбив и от жизни тебе нужно не так уж много… — высказала предположение Марина, посмотрев на его шлепанцы, обутые на босую ногу.

— Ну приблизительно так… — Олег заметил взгляд Марины и чуть заметно улыбнулся.

— Ты говорил, что барменом работаешь. У тебя свободный график? — Марине приходилось по крупицам вытягивать из него информацию.

— Нет, я устроил себе что-то вроде отпуска… — снова кратко ответил он.

Она видела, что Олег не настроен говорить все, но отставать не хотела. Они знакомы несколько недель, этот парень вхож в ее квартиру, он, кстати, единственный, кто бывает у нее; Марина советуется с ним и делится проблемами, а о нем самом не знает ничего. Непорядок. Она настойчиво продолжала:

— А у тебя есть любимая девушка?

— Нет… — отрезал он. Всем своим видом Олег давал понять, что разговаривать о личной жизни не хочет, но Марина делала вид, что не замечает его сдвинутых бровей и тяжелых вздохов.

— Но ведь была же, и наверняка не одна…

— Марин, тебя действительно так интересует моя любовная история, или ты просто любопытный человек? — не выдержал Олег.

— Конечно, интересует, — искренне ответила она.

— А если я расскажу тебе об одной девушке, ты не будешь больше задавать мне вопросов?

— Не могу сказать точно. Может, и буду, — неопределенно пообещала Марина.

— Спасибо, что хоть не врешь, — вздохнул Олег. — Ну слушай. Когда я приехал в Москву, то сначала в каких только сферах себя не пробовал… Но это отдельный разговор, и при случае я все тебе расскажу. Тогда же познакомился с девушкой. Наташа — так ее звали — казалась мне неземным существом. Она ничего не требовала, не говорила при виде кафе, что она проголодалась и ее мучает жажда. Не просила отвезти домой на такси, наоборот, при возможности еще и подкармливала меня бутербродами. Она знала, что денег у меня очень мало, и тем не менее мне казалось, что мы с ней очень счастливы. Она говорила, что готова на шалаш, лишь бы быть со мной.

Я скопил немного денег и решил сходить с Наташей в дорогой ресторан. Чтобы не попасть впросак, я пришел заранее, заказал столик, просмотрел меню и выбрал блюда и вино, на которые у меня хватило бы денег.

Все было очень прилично, Наташа млела от счастья, я был горд своим поступком, но в конце вечера к нам подошла женщина с корзиной цветов и предложила купить букет. Разумеется, я не мог не подарить Наташе цветы…

Марина скривилась. Она считала навязывание цветов неприличным и наглым поступком. И потом, ей больше нравилось, когда букеты дарили спонтанно, потому что возникло желание, а не потому, что некуда деться и приходится их купить.

— Когда мы выходили из ресторана, я про себя ругал женщину с цветами, потому что в кармане у меня не было ни копейки, а до следующей зарплаты оставались еще две недели. Но тут та же женщина подошла к нам снова. Я обомлел… Но она отдала корзину с цветами, сказав, что за нее уплачено, и спешно удалилась.

По дороге домой Наташа только и смотрела на корзину с цветами… А через неделю она сказала, что больше не может со мной встречаться. Причин Наташа не называла, а я не настаивал. Это ее выбор.

Но мир не без «добрых» людей. И очень скоро подружка Наташи сообщила мне, что та собирается выходить замуж. Оказывается, корзину с цветами купил для нее богатый бизнесмен. Он оставил в цветах свою визитку. Наташа ему позвонила — поблагодарить, разумеется, он предложил встретиться… А через неделю он захотел жениться. И ничего, что ему сорок восемь лет, Наташа, впервые побывав в шикарном ресторане, больше не захотела питаться в столовых и дешевеньких кафе. Что ей светило со мной? Да, возможно, я бы пробился в жизни, заработал денег, но мог и не заработать. А с ним она получала все и сразу, без долгих ожиданий, без комнатки в коммуналке, без экономии и отказе себе во всем…

— И ты больше ее не видел? — вырвалось у Марины.

— Видел… Она хотела вернуться…

— Так это она была у тебя сегодня? — снова спросила Марина.

— Я уже тебе сказал, что никого у меня не было. Это был телевизор, — отчеканил Олег и продолжил: — А предательство я не прощаю. Пусть даже оно было вызвано временным помутнением мозгов и естественным желанием обеспечить себе достойную жизнь сразу же, без долгих ожиданий.

— Но ты… любил ее?

— Очень. Именно благодаря ей имею сейчас то, что имею. Тогда я устроился на хорошую работу. Теперь мне не нужно копить на посещение ресторана раз в год. В общем, мне хватает. И я доволен сложившейся жизнью…

— И сейчас у тебя нет девушки.

— Почему же, — лукаво улыбнулся Олег. — Я рассчитываю на тебя. Разве ты не моя девушка?

— Конечно, нет, — ответила Марина и не стала больше задавать вопросов, так как боялась продолжения затронутой Олегом темы…

«И все-таки он странный», — в который раз подумала она.

У кассы кинотеатра Марина полезла в сумочку за деньгами, но Олег ее отстранил.

— Уж на билеты в кино я сегодня способен заработать, — пояснил он.

— Хорошо, только не нужно брать дорогие. Не пытайся меня поразить. Возьми самые дешевые, — попросила она.

Олег не стал спорить с Мариной.

Пока он стоял в очереди за билетами, Марина осуществила давнишнюю мечту — купила большое ведерко попкорна и с восторгом запустила в него руку. Набрав целую пригоршню воздушной кукурузы, запихала в рот и блаженно зажмурилась.

Наблюдая за ее дурачеством, Олег снисходительно улыбался.

В темном зале он осторожно, как мальчишка, взял ее за кончики пальцев, потом, осмелев, завладел ладошкой. Весь сеанс он в основном смотрел на Марину, гладил ее руку. Даже попытался было обнять, но она резко повела плечом, давая понять, что всему есть предел. Олег тут же отстранился и больше не предпринимал таких попыток.

Нет, Марине вовсе не было неприятно. Даже наоборот. Она в очередной раз отметила, что ей льстит внимание паренька. Ей нравится, когда он берет ее за руку, и она до сих пор с замиранием в груди вспоминает тот единственный поцелуй у нее в квартире. Марина даже поймала себя на мысли, что не прочь еще раз почувствовать его губы на своих губах. Вдохнуть аромат его одеколона…

Фильм оказался средней паршивости, но Марине было все равно. Главное, что беспокойные мысли о работе больше не мучили ее. Душевное равновесие восстановилось почти полностью.

Они купили мороженое в вафельных стаканчиках и так же не спеша возвращались домой. Сначала обсуждали героев сегодняшнего действа, потом перешли на другие, более интересные фильмы, потом затронули другие темы…

Марина вспомнила недавние откровения мужа в «аське» и спросила у Олега:

— Скажи, пожалуйста, а всегда ли для мужчин важно, чтобы женщина была как скала, как вершина — недоступной?

— Если честно, не совсем тебя понимаю. Не могла бы ты развить мысль? — пытаясь сообразить, о чем она говорит, Олег, словно школьник, виновато хлопал глазами.

— Имею в виду, все ли мужчины хотят добиваться женщин, тратить на это силы, действительно ли такие женщины более интересны? Почему моментально все проходит, когда штурм удался, почему всякое любование пропадает? И еще: почему податливые, открытые девушки надоедают еще быстрее.

— А! Кажется, я понял, о чем ты… Честно говоря, спросить можно было и проще… — усмехнулся Олег. — Мне сложно говорить за всех, попытаюсь высказать только свое мнение. Да, существует теория, что «мы любим тех, кто нас не любит, кого не любим — любят нас», но так происходит не всегда. Разумеется, ухаживая за девушкой, которая не отвечает на твои чувства, ты распаляешься, появляется спортивный интерес, что ли… Ты строишь новые планы, мучаешься, и, возможно, именно в этом вся прелесть. Как много людей страдало от неразделенной первой любви, и они по прошествии многих лет помнят это чувство. А если бы все произошло иначе? Уверен, у многих первая любовь прошла бы за неделю. Как раз по причине, что все быстродоступное всегда становится неинтересным.

По моему субъективному мнению, дело заключается в родстве душ. В том, могут ли люди заинтересовать друг друга больше чем на день, будет ли им интересно через год, через двадцать лет. Вызывает ли мысль о потере человека чувство безумного страха и безысходности или только облегченный вздох. Поэтому если парень, как ему кажется, влюбляется только потому, что на него не сразу обратили внимание и мужское эго задето, он всеми силами пытается доказать — и в первую очередь себе! — что сможет завоевать предмет влюбленности. Но это не настоящая любовь. Вернее, это вообще не любовь, а просто блажь и эгоистичные порывы, баюканье своего самолюбия… И конечно, в таких случаях происходит неизбежное: как только он добился своего, еще какое-то, чаще непродолжительное, время, словно игрушкой, наслаждается женщиной, потом интерес остывает — и наконец уходит напрочь.

Но так происходит не только с мужчинами, уверяю тебя. Многие женщины поступают аналогично. Добившись расположения, заинтересовав и заманив в свои сети мужчину, она через какое-то время начинает вытирать о него ноги, и ее интерес можно ненадолго удержать все новыми и новыми знаками внимания в виде очередного бриллиантового кольца или десятой по счету шубы.

— Очень интересная теория. Что же ты тогда скажешь о легкодоступности?

— Ну, знаешь… здесь я не покажусь оригинальным. Конечно, если между вами проскочила искра и уже через час после знакомства вы оказались в одной постели, а потом не захотели больше расставаться, — это идеальный, но крайне редкий случай. Как правило, все намного банальней. Разумеется, с первой встречи нормальный мужчина мечтает о том, чтобы заняться с женщиной любовью, уж так повелось. Но противоположная сторона тоже мечтает, но о другом — рассматривая его как мужа и отца будущих детей. Так что они квиты.

— Олег, мне кажется, ты отошел от темы. Не тяни.

— В общем, если совсем откровенно, мне не внушают доверия те, что готовы переспать в первый же вечер. Как ни крути, но мне кажется: если девушка слишком доступна, это не делает ей чести.

— А почему же вы тогда соблазняете?

— Потому что у нас природа такая. А ваше дело держать себя в руках и не бросаться в объятия первому встречному, так как среди них слишком мало настоящих мужчин. Ко всему прочему, скажу тебе, нормальный мужик не потащит понравившуюся ему девушку в постель сразу после знакомства. Он не посмеет. В первую очередь он сам должен уважать ее чувства. И свои, кстати. Должен бояться обидеть, оскорбить, потерять. Только тогда отношения имеют шанс на продолжение.

Теперь хочу завершить монолог философским резюме.

Женщины, как и мужчины, разные, и тут кому как повезет. У меня был не совсем удачный опыт. — Олег вздохнул. — И я был бы счастлив встретить девушку, которая будет любить меня за то, что я есть. Хочу бежать с работы домой, думать о ней, не замечать других и еще… пусть она родит мне троих детей… Наверное, очень приятно чувствовать себя папой. А вот чего не хочу, так это быть главой семьи, решение должны приниматься обоюдно…

Марина изумленно смотрела на Олега. Интересно, он специально для нее говорит то, что она хочет услышать, или думает так на самом деле? Если да, то их взгляды полностью идентичны, ну, словно близнецы… Ах, ну почему ее Сергей не рассуждает так же? Но, увы, ей досталось то, что досталось.

И все же какой Олег милый… Извечное утверждение о том, что женщина любит ушами, явно срабатывало. Марина с интересом и восхищением посмотрела на Олега. В который раз. Ну что в нем такого? А она не может отвести от него глаз.

У подъезда она остановилась, задумавшись, приглашать ли Олега к себе. «Впрочем, почему бы нет? Посидим, поболтаем», — решилась Марина.

Но как только они вошли в лифт, Олег обнял Марину так, что у нее даже затрещали кости. Он стал целовать ее в глаза, нос, губы, щеки. И от этих беглых и страстных поцелуев дрожь пробежала по телу Марины.

Открыв дверь, они буквально ворвались в комнату. Олег подхватил ее на руки и, удерживая на весу, продолжал целовать. Марина отвечала ему легкими касаниями губ. У нее неожиданно сильно заныло внизу живота. Чтобы унять желание, Марина теснее прижалась к Олегу, но это только сильнее распалило ее. Показалось, что у нее уже вечность не было секса. Сергей в последнее время не особо-то баловал интимным вниманием жену. Да и пошел он к черту, Сергей! Как можно доводить ее, нормальную, здоровую женщину, до такого состояния? Интересно, она его обвиняет на самом деле или пытается оправдать себя? Впрочем, какая разница. Думать будет потом, сейчас нет сил думать… Хочется чувствовать всеми клеточками тела, хочется вздрагивать при каждом касании, хочется сильного, умелого, опытного мужчину…

Она не помнила, как они умудрились быстро раздеться и буквально свалились на кровать. Секс был каким-то диким, животным и… прекрасным. Марине вдруг совершенно искренне стало наплевать, что она все еще замужем, что поступает неправильно, что она на самом деле любит не того, с кем сейчас находится в постели. В тот момент все оказалось неважным, несущественным, далеким. Кто думает о морали, когда сердце готово выскочить из груди, а тело изнывает от желания? Все мысли резко испаряются, а возвращаются значительно позже, когда ничего нельзя уже повернуть вспять.

Но даже потом, когда они, тяжело дыша, лежали рядом, наконец из одного целого, буйного тела разделившись на две половинки, и когда снова стали самими собой, Марина ни капельки не жалела о случившемся. Неожиданно она подумала, что за последний год это самый сумасшедший секс, какой у нее был. Да что там за год. Пожалуй, в ее жизни вообще ничего подобного не было. Она никогда не занималась любовью так, как будто в последний раз. Она впервые ощутила, что такое запретный плод, и удовлетворенно улыбнулась, поняв, что он действительно очень сладок.

Олег ничего не спрашивал. Ну и слава богу. Она терпеть не могла любопытных мужиков, которые после секса обязательно просят оценить их по пятибалльной шкале, надеясь услышать только одну цифру — пять. Марина не любила и комплиментов в свой адрес, считая, что состояние, когда оба в одно мгновение слились в экстазе и он не был наигранным, — это и есть наивысший показатель.

— Мне остаться или уйти? — нарушил тишину Олег.

А ведь действительно… Страсть прошла. Оставлять ли его у себя на ночь, или это уже будет верхом наглости. Как-никак она замужем. И почему ей до сих пор ни капельки не стыдно? Может быть, эйфория от бурного оргазма не прошла? Она промолчала, не зная, что ответить. С одной стороны, не было никакого желания оставаться одной. Жутко хотелось прижаться к сильному плечу, свернуться клубочком и, ощущая присутствие мужчины, уснуть. Но с другой — вот уже три года она спала рядом с одним человеком и собиралась к нему вернуться. Правда, как теперь будет смотреть ему в глаза… Ну, время покажет. Зачем уже сейчас терзаться муками совести? Их черед еще придет.

Возникшую паузу — тайм-аут, который Марина взяла на раздумья, — Олег понял по-своему.

— Мариночка, я пойду к себе. Не буду тебя смущать и напрягать. Ты должна решить сама. И сама должна выбрать…

— О чем ты?

— Неважно, солнышко. Спокойной ночи. Не вставай. Я сам закрою дверь… И еще… — Олег уже стоял одетый. — Марина, я хочу, чтобы ты знала. Я люблю тебя. Очень люблю…

Она открыла было рот, но Олег подошел к ней и закрыл его поцелуем.

— Ничего не говори. Не нужно слов. Я не тороплю тебя и ничего не требую. Просто люблю…

Пожалуй, после такого признания Марине действительно нечего было ответить. Подобных чувств к Олегу она не питала. Всего лишь нежность, море нежности… Правда, оказалось, что еще и страсть она испытывает к этому пареньку. Но страсть ведь очень быстро проходит! Опыт показывает, что даже слишком быстро, а вот останется ли что-то после нее? Марина засыпала, думая не о разговоре с руководителем фирмы «Бартен», не о муже, о котором до этого дня могла думать сутками, а о том, какой необычный сегодня был вечер.

ГЛАВА 16

Утром, включив компьютер, Марина обнаружила не менее десятка сообщений от Сергея. Некоторые из них были написаны еще вчера, как раз в то время, когда она… Марина покраснела от стыда и… удовольствия. Настроение было великолепным, несмотря на напряженную обстановку в офисе в ожидании ответа от «Бартена». Неужели банальный секс, нет, исправила сама себя Марина, шикарный секс может так влиять на внутреннее состояние и настроение? Сегодня ей все виделось в наилучшем свете. Марина включила музыкальный центр и стала двигаться в такт музыке, сидя в кресле. Потом, раззадорившись, она вскочила и стала танцевать в кабинете. Зайди сейчас в кабинет кто-то из сотрудников, ее бы наверняка неправильно поняли и, возможно, предложили пойти домой отдохнуть, но, к счастью, в кабинет никто не ломился, и Марина, натанцевавшись вволю, плюхнулась в кресло.

Она попыталась закончить чтение вчерашних сообщений мужа, но вот он снова «стучится» к ней в «аську».

— Я вчера много раз проверял, работаешь ли ты за компьютером, но твоя «аська» была отключена. Представь себе, даже набрал твой телефонный номер, но дозвониться не смог, все время было занято. Наверное, у тебя очень болтливые подруги.

Марина улыбнулась… Разумеется, ты не мог дозвониться. Твой номер занесен в телефонный «черный список». Значит, она правильно сделала, что подстраховала себя.

— Ты совершенно прав. Я вчера много беседовала по телефону. Впрочем, мне кажется, что общение по ICQ более плодотворно. Не факт, что, созваниваясь каждый день, мы обсуждали бы с тобой то, о чем пишем…

— Пожалуй… да, полностью согласен с тобой. Я и сам как-то на досуге думал об этом и пришел к похожим выводам. А чем ты занималась вчера вечером?

Марина опешила: может быть, сказать правду, ведь он никогда не узнает… а вдруг узнает? Нет, нужно молчать… и она застучала:

— Ходила в кино с подругой. А ты?

— Сначала хотел встретится с друзьями, а потом… потом решил, что общаться с тобой намного интересней, и отправился после работы домой. Но, увы… Мои желания не совпали с твоими. Так что я рано лег спать.

Марине стало даже немного обидно. Ради нее он никогда не пропустил бы пиво с друзьями, а ради незнакомки Маши… И тут же себя успокоила: «Что ты расстраиваешься, не факт, что другая девушка смогла бы настолько заинтересовать Сергея. Значит, ты его привлекла не красивым бюстом, а как интересная собеседница, и это плюс!»

Снова сообщение.

— Представь себе, ты мне приснилась…

— Но ты же меня никогда не видел.

— Ну и что? Все равно приятный сон. И такой… — Сергей не закончил фразу.

— Эротический? — догадалась Марина.

— А почему ты так решила?

— Интуиция.

— Седьмое чувство… Но, представь, ты угадала.

— Что, не хватает секса в реальной жизни?

— Не хватает.

— А как же твоя половина? — Марина снова подвела разговор к интересующей теме. Правильно сказал мудрец: «Говорите обо мне, и я буду слушать вас часами». Конечно, уж если выспрашивать, так обо всем. Почему бы не обсудить с Сергеем и постельную тему? Они никогда не разговаривали об этом, но Марина была уверена, что мужу хорошо с ней в постели. Она старалась, очень старалась казаться умелой любовницей… И у них бывал одновременный оргазм, а Марине казалось, что это показатель сексуальной совместимости.

— Скажу откровенно, она не очень подходит мне в постели. Нет, разумеется, я получаю удовлетворение, но… как бы это сказать. Она не супер. Если сравнивать, то у меня были женщины получше.

Хорошо, что они общались с помощью клавиатуры и букв, иначе Марина лишилась бы дара речи — и он это заметил. Вот так заявление! Сказать, что откровение Сергея поразило и удивило, — не сказать ничего.

— И в чем же… ммм… проявляется это «не супер»? Очень интересно знать, а вдруг я лелею себя надеждой, что нравлюсь мужчине в постели, а он думает так же, как ты? — со скоростью звука напечатала Марина и уставилась на экран монитора.

— Все как-то однообразно. Нет новизны, я заранее знаю, как все будет происходить… Мы ляжем в кровать, она обязательно примет душ. И гарантия сто процентов, что это будет вечером. Я сильнее обычного прижму ее к себе, она меня обнимет и положит ногу на бедро. Пару раз поцелуемся, ну а дальше до смерти надоевшие три позы, максимум четыре — и… все.

Марина поняла, что если сейчас прервет беседу, то, возможно, уже никогда к ней не вернется. Пересилив себя, она написала:

— Не позавидуешь. Но ты сказал, что у тебя была девушка получше, расскажи о ней.

— Это происходило довольно давно, но у меня остались самые приятные воспоминания. Эта девушка была очень сексуальной. Она умела так посмотреть на меня, что я только от одного ее взгляда был готов на подвиги… ну, ты понимаешь, о чем я? Ее родители часто уезжали на дачу, и тогда я ночевал у нее. Полночи мы занимались сексом. По нескольку раз подряд… Мне снова и снова хотелось ее…

М-да. Конечно, у них с Сергеем такого не было. Один раз, и он моментально засыпал. Марина пригорюнилась, а потом проанализировала прочитанное и спросила:

— А что тебя возбуждало больше — взгляд девушки или то, что не всегда была возможность встретиться для интима?

— Вопрос ты задала… Наверное, все вместе. Редкие встречи привносили в секс особую пикантность. Ведь, когда долго ждешь, хочешь, а возможности нет… Ты мечтаешь об этом…

Марина, думай, вспоминай. У них всегда с Сергеем была возможность для интима. Когда они познакомились, он уже являлся руководителем компании и имел отдельную квартиру… Неожиданно в голову Марине пришла спасительная идея. Возможно, она и не совсем близка к правде, но уж больно хочется верить… да и себя хочется хотя бы чуть-чуть, самую малость, оправдать и успокоить. Не всегда приятна горькая правда? Так и жила бы в неведении… А теперь станет вспоминать это гадкое «не супер», волноваться, думать.

— Сергей, а ты не задумывался о том, что если бы у вас с будущей женой тоже не было возможностей часто встречаться или если бы вы жили в однокомнатной квартире с родителями, то все могло сложиться по-другому. И ты иначе воспринимал бы жену…

— Знаешь, надо поразмыслить. Все-таки когда она всегда под боком и всегда можно, то… Да, очень разумное замечание. И потом, женщина тем желаннее, чем большему количеству мужчин она нравится. А моя… она сидит дома, так что, как я уже как-то тебе говорил, ее не ревную. Да и не может она изменить мне. Она на такое не способна.

Ого! Смелое утверждение. Марина покраснела. Оказывается, Сергей лучшего о ней мнения, чем она есть на самом деле. Но все же чертовски приятно знать, что супруг считает тебя такой правильной.

— Маша, я заметил, что с тобой могу говорить обо всем, не стесняясь. Знаешь, наверное, ни с одним человеком в своей жизни не позволял себе подобного. Все чего-то опасался, боялся сказать не то, обидеть или ляпнуть не то, а потом пожинать плоды от лишнего или невпопад сказанного слова. Я благодарю судьбу, что в один прекрасный момент тебе пришло в голову написать именно мне «эсэмэс». Если честно, возможно, в другое время я и не ответил бы, но тогда… тогда вечер оказался как никогда подходящим. Спасибо, что ты есть.

«А он становится сентиментальным, — отметила Марина. — Ранее ничего подобного не замечалось. Интересно, это она в роли девушки Маши его расшевелила или ее уход как жены повлиял на Сергея? Вот бы спросить…»

— Да не за что…

— Я очень много рассказал сокровенного о себе. Теперь твоя очередь, — резонно заметил Сергей.

Черт! А ведь он прав. Невозможно откровенничать односторонне, такие беседы требуют обоюдного участия. Марина задумалась. Что делать? На ходу придумывать историю о себе? Или писать как есть, авось не догадается. После длительных разговоров с мужем она поняла, что они, живя вместе, не знали друг о друге и половины того, что нужно было бы знать. Они очень разные, совершенно разные люди, уверенные в своей проницательности, умении читать между строк, понимать друг друга с полуслова. Ложь. Сплошные фальшь и обман. Каждый жил в удобном для него мире. А их миры совершенно не похожи. Оказывается, на одну и ту же ситуацию они смотрят разными глазами. Воспринимают действительность в различном цвете… И если сейчас она начнет говорить о том, что думает на самом деле, что чувствует и чем живет, Сергею, увы, ее сообщение не напомнит женщину, с которой прожил три года.

— А что бы ты хотел узнать? — поинтересовалась она.

— Как ты выглядишь…

— Невозможно. Мы, кажется, договорились, что эта тема табу! И если ты будешь настаивать, я, как и обещала, сменю номер «аськи».

— Хорошо, хорошо. Не злись. Не буду. Тогда почему бы нам не поговорить о твоем отношении к сексу?

— Тебе интересны мои предпочтения, ориентация, желаемая периодичность? — нагло спросила Марина. — И вообще, зачем тебе знать?

— Наверное, затем, что любого нормального мужчину интересует эта тема. Да, представь себе, несмотря на то что мы не встретимся, хочу знать о тебе даже такие подробности.

— Что ж, я готова поведать тебе все, о чем ты спросил.

Действительно, почему бы и нет. Не только ему одному в постели не супер. Ей тоже, как оказалось, не фонтан… Встречаются любовники и получше, и, не решись она на отчаянный шаг и не уйди от мужа в неизвестность, до сих пор пребывала бы в глубоком заблуждении… Телефонный звонок не позволил ей сделать откровенные признания.

— Марина? Здравствуйте. Компания «Бартен» вас беспокоит, Анна Павловна. Нам понравились ваши предложения, и мы хотели бы заключить с вашим агентством контракт. Вы сможете встретиться сегодня во второй половине дня со мной и юристом нашей компании?

У Марины перехватило дух. Так быстро получить ответ, да еще положительный, она никак не ожидала!

— Конечно, Анна Павловна. В котором часу мне подъехать?

— Давайте в три? — предложила директриса.

— Хорошо, я буду.

Юриста в их агентстве не было, да Марина в нем и не нуждалась. Она достаточно разбиралась в юридических тонкостях, несмотря на то что не практиковала около трех лет. Но для моральной поддержки она пригласила менеджера Веронику, с которой с недавних пор сдружилась.

— Волнуешься? — спросила у нее Вероника.

— А ты разве нет? — вопросом на вопрос ответила та.

Но все опасения и страхи Марины были необоснованными. Анна Павловна очень тепло поздоровалась с девушками и принялась обсуждать рабочие нюансы.

Сумма, на которой сошлись две директрисы, одна из которых впервые принимала столь серьезное решение, превысила все ожидания Марины. Анна Павловна пообещала, что уже сегодня аванс будет перечислен на счет рекламного агентства «Гала».

…Они счастливые возвращались в офис.

— А давай отметим столь удачное мероприятие, — предложила Марина.

— Где?

— На работе, разумеется. Купим несколько тортов. Шампанского…

— И расскажем о заключенной сделке! — радостно добавила Вероника.

— Нет, о сделке я бы говорить не спешила, пока деньги не будут у нас, — высказала свое мнение Марина. — Я, наверное, стала мнительной, но давай подождем. А праздник устроим просто так. Ведь это так приятно, когда народ уставший, у него был самый обычный трудовой день самой обычной недели — и тут мы!

Марина пошарила в карманах и обнаружила там мелочь, которой хватило бы едва ли на несколько пирожных. Они остановились у входа в супермаркет. Рядом она увидела ломбард и предложила Веронике:

— Ты иди выбирай, а я сейчас подойду.

Она вошла в небольшое помещение и сняла с пальца платиновое колечко с бриллиантом. Расставаться с ним не очень хотелось, но Марина была уверена, что в ближайшем будущем сможет выкупить кольцо. Получив деньги, она нашла Веронику в кондитерском отделе, где та пытала продавца, расспрашивая, каков на вкус тот или иной торт.

Наконец они отоварились и, довольные собой, отправились в офис.

Радость сотрудников была искренней и бурной.

— Объявляю оставшееся рабочее время — выходным. Сейчас выпьем шампанского, выкушаем торт и попьем чайку, — объявила Марина.

На расспросы, в честь чего праздник, она только загадочно улыбалась и отмалчивалась.

Как ни странно, расходиться по домам народ не хотел. Сначала пили чай, потом травили басни, а под конец раздвинули столы в большом кабинете и устроили самую настоящую дискотеку. Быстрые мелодии сменялись медленными. В процессе танцев между секретарем Оленькой и бухгалтером Максимом неожиданно вспыхнула искра симпатии, и они все сильнее прижимались друг к другу. Остальные выписывали па, не особо обращая внимание на своих коллег-партнеров.

Наконец все разошлись. Кто — продолжать где-то спонтанно начатый праздник, кто — домой, на любимый диван. В офисе остались кроме охранника Марина да Вероника, оказалось, что только им спешить никуда не нужно, в пустом жилище никто не ждал ни одну, ни другую. Они устроились в кабинете, включив только настольную лампу. Вероника курила длинную коричневую сигарету, попивая вино, а Марина прихлебывала горячий кофе. Она зажгла ароматизированную палочку, завалявшуюся на столе, и вдыхала приятный аромат сандала, который медленно растекался по комнате.

— Вероника, а как ты попала в это агентство? — поинтересовалась Марина.

— Как все, пришла наниматься, меня взяли… — неопределенно ответила та.

— А подробней? — не отставала Марина.

— Ой, это особая история. Но она нашего руководителя касается, а у нас поговаривают, что ты ее родственница… — отмахнулась менеджер. — Так что не обессудь, не хотелось бы вдаваться в подробности.

— Да неправда это! Галка хотела изначально представить меня как свою двоюродную сестру. Наверное, что-то успела сболтнуть, а народ и ухватился. Кстати, поэтому, наверно, при мне никто и никогда не отзывается о Галине Семеновне отрицательно? Ну не может же быть, чтобы все и всегда были довольны своим начальником, — высказала предположение она.

— Поэтому… — кивнула Вероника.

— Расскажи свою историю, интересно же. Ты меня прямо заинтриговала, — попросила Марина. — Обещаю, что никому ни-ни… — она приложила палец к губам и улыбнулась.

— Хорошо. Так и быть, верю тебе на слово, — согласилась Вероника. — На работу меня устроил гражданский муж Галины, энный по счету. Мне он тоже вроде как не чужой человек. Все-таки два года прожили до этого в законном браке…

— Как это? Галка, зная, что ты его бывшая жена, взяла тебя на работу? А ты с ней смогла работать, зная… — удивилась Марина.

— Понимаешь, Галина из тех женщин, которые не останавливаются ни перед чем. Если ей понравилась вещь, она ее достанет. Любыми путями, изворачиваясь, предлагая двойную цену, уговаривая и требуя. Для нее не имеет значения, что у вещи есть владелец. Приблизительно так она относится и к мужчинам, которые ей не безразличны. Знаешь, есть такой тип людей. Им интересен человек до тех пор, пока он чей-то. Не в собственности, конечно, потому что никто никому принадлежать безраздельно не может, и когда человек требует полного повиновения, считают, от такого надо бежать куда глаза глядят…

Я имею в виду нормальные отношения любящих и уважающих друг друга людей. И неважно, брак ли это, обручение или просто любовь без штампа в паспорте.

Когда Галина познакомилась с моим мужем и узнала, что он женат, она увлеклась им не на шутку. Насколько я знаю, сначала он упирался, пытался сохранить мне верность, а потом… Потом не устоял. То ли любовь ко мне прошла, то ли Галина смогла его сразить. Ведь она действовала напористо и готова была на многое, лишь бы заполучить его. Вплоть до того, что предложила долю в рекламном бизнесе, который только начинала создавать. Разумеется, муж ухватился за эту идею. Сначала он стал партнером, потом ее любовником, а потом и вовсе ушел к ней. Галина настояла, чтобы мы развелись. Она любила жертвы, особенно те, которые делались ради нее и за счет третьей стороны. Ей нравилось, что другая женщина страдает, когда любимый мужчина уходит от нее к такой королеве, как Галина, — не сдерживая сарказма, рассказывала Вероника. — Ее не волновало, что она разбивает чужую семью.

Знаешь, я не виню мужа. Он безвольный человек. Не виню и Галку — она так устроена. Женщина-хищница. Я спокойно восприняла измену мужа. На то время мои чувства к нему поостыли, и я даже облегченно вздохнула, когда он предложил развестись. Я еще молодая, и было бы обидно потратить десять лет жизни на человека, который рано или поздно предал бы тебя. Так лучше раньше…

Представь себе, после развода он тайно приходил ко мне в гости, просил покормить нормальным домашним обедом, жаловался на нее и возвращался обратно, как кролик, загипнотизированный взглядом удава.

Правда, все же и для меня он сделал доброе дело. В то время я потеряла работу, и муж порекомендовал меня Галине как хорошего менеджера. Она провела собеседование и взяла на вакантную должность.

— Но как же?

— Тебе не терпится узнать, почему она приняла на работу бывшую соперницу? — усмехнулась. — Галина до сих пор не знает, что я та, у кого она отбила мужа. Дело в том, что фамилия у меня оставалась девичья, а паспорт я поменяла, и он у меня был новенький, без каких-либо отметок в графе «семейное положение».

— Вот так историю ты мне рассказала. — Марина была потрясена. — Я, конечно, помню, что Галка всегда интересовалась мужским полом. Она и школу в свое время забросила из-за временного любовного помутнения, но чтобы доходило до такого…

— Как видишь, доходит. Но прошу тебя, пусть этот разговор останется между нами. Работа мне нравится. Зла я на нее не держу. Скорее, даже благодарна.

— Кстати, а где теперь твой бывший муж? Со слов Галки я поняла, что она снова свободна.

— Веришь, даже не интересовалась его судьбой. Не актуально, да и не интересно. Я избавилась от всего, что могло бы мне о нем напоминать. Выбросила совместные фото, подарила подруге венчальное платье, избавилась от его вещей, которые он забыл впопыхах.

А Галина недолго им интересовалась, очень скоро выбросила из своей жизни. Оказалось, что доля в бизнесе, которую она обещала, всего лишь блеф на сфабрикованном документе. Поэтому, вложив в ее дело немалые деньги, он впоследствии остался ни с чем.

Периодически бывший муж, подобно блудливому коту, появляется у моих дверей, просится обратно, но я, конечно, не беру. Мне он уже и даром не нужен. — Вероника выпила последний глоток вина из бокала и затушила сигарету.

Марина, увидев, что в чашке с кофе осталась только гуща, перевернула емкость вверх дном. Потом поставила обратно.

— Разбираешься? — спросила Вероника, кивнув на гущу, которая потекла по стенкам чашки.

— Да нет. Помню, как-то мне гадали по чашке, но что означают узоры, не рассказывали.

— А ну дай сюда. — Вероника протянула руку к чашке и стала пристально всматриваться в гущу, попутно комментируя: — А мне довелось познать таинство ворожбы. У меня бабка этим занималась. Мама тоже могла пойти по ее стопам, но предпочла стать гинекологом. А я, как видишь, менеджер. Хотя тоже многое знаю и умею. Марин… — Вероника подняла на нее удивленные глаза. — Ты сейчас живешь в сплошном обмане. Такое впечатление, что каждый старается тебя облапошить. Но ты не должна поддаваться на провокации. Эти люди не так уж сильны, они сами не уверены в своих силах.

— Кто они?

— Нехорошие люди, которые сейчас пытаются тебе навредить, — пояснила Вероника.

— И ты все это видишь в кофейной гуще? — недоверчиво спросила Марина.

— Вижу. Кстати, у тебя впереди крах твоих надежд. Все, ради чего ты сейчас живешь, рассыплется в один момент. Твои старания напрасны, они ни к чему не приведут. Ты и сама скоро поймешь это, если уже не поняла, — вещала новоявленная гадалка.

«Неужели моя задумка уйти, чтобы вернуть любовь мужа, не увенчается успехом? — со страхом подумала Марина, но задавать дополнительные вопросы побоялась. — А что, если так? Тогда ради чего жить? Зачем? Сергей — самое дорогое, что есть в моей жизни. Я не смогу без любви к нему!»

А Вероника продолжала:

— Ну, проблеска удачи пока не вижу… Да что ж у тебя все так плохо складывается?! — в сердцах сказала Вероника. — Ты не обижаешься, что тебе о неприятностях говорю? Просто я, как тот акын, что вижу, о том и пою.

— Может, не надо больше гадать? — неуверенно продолжила Марина. — А то и вправду расстроишь меня окончательно. Я и без тебя знаю о неприятностях. А вот откуда знаешь ты? — прищурила она глаза и пристально посмотрела на Веронику. — Не верю я в гадание на кофейной гуще.

— Твое право, — пожала плечами подруга. — Могу больше ничего не говорить.

— Ну раз начала, то продолжай… — Любопытство сильнее страха, и Марина напрягла слух, потому что Вероника теперь говорила очень тихо, себе под нос.

— Странно… У тебя две любви одновременно всплывают. Марина, ты что, крутишь роман сразу с двумя мужиками? — спросила она.

— Сложно сказать. Лично я не уверена, что кручу даже с одним. А гуща показывает, что кручу?

— Да. Но оба неопределенные. С одним у тебя точно ничего не получится, а другой под вопросом. Все будет зависеть от твоего решения. Знаешь, не буду я ничего больше смотреть, — решительно отставила чашку в сторону Вероника. — Сплошная сумятица. Не знала, что у тебя такая жизнь… неопределенная. Думала, одна я как лодка без весел. Куда прибьет течение, там и останавливаюсь. А теперь и ты в мою компанию попала.

— Пошли-ка лучше по домам, — предложила Марина. — А то мы с тобой сегодня заболтались.

ГЛАВА 17

Она вжалась в красное кожаное кресло и в который раз выслушала все ту же фразу: «Абонент временно недоступен». Марина в сердцах стукнула кулаком по столу. Да что же это такое! Куда могла запропаститься Галка? Сегодня, именно сегодня нужно вернуть деньги. Снова звонил тот мужик, с густым басом. Он сказал, что в семь часов заедет в офис за деньгами. Требуемая сумма была благодаря компании «Бартен». И вот теперь, когда у их рекламного агентства появился шанс на выживание, деньги нужно отдать! Но нужно ли? Марина ведь толком не выяснила, кому они достанутся. То ли Сергею, который требовал руками бандитов, чтобы Галка прекратила деятельность рекламного агентства, то ли неизвестным ей людям, действительно одолжившим Галине деньги, вероятно, под проценты.

И потом, разве Марина имеет право без разрешения Галки снять со счета столь крупную сумму и отдать ее? Она прекрасно знает, что деньги как воздух необходимы агентству. Без них в самый короткий срок оно станет банкротом. И что тогда? Людям придется идти на улицу… А они ведь не ожидают столь неприятного поворота судьбы.

До вечера у нее еще есть время. Надо что-то делать, действовать. В конце концов, может, Галка давно вернулась из командировки, но ее в тот же день похитили бандиты? Марина решила съездить домой к бывшей однокласснице, но тут же вспомнила, что не знает, где та живет. Ну это дело поправимое. Она взяла в бухгалтерии учредительные документы, где красовались паспортные данные Галки, и все стало на места. Не раздумывая ни минуты, Марина собралась и поехала.

Дом, в котором жила ее работодательница и новая подруга, оказался новым, с огромным холлом и специальной комнаткой для консьержки. Как только Марина собралась пройти мимо, к лифту, она выскочила из своего убежища:

— Вы к кому?

— Я в двадцать третью квартиру, к Галине Придорожной, — объяснила Марина.

— Ха, надумала прийти в гости… — почему-то насмешливо выдала консьержка. — Съехала твоя Галина.

Женщина не отличалась ни культурой речи, ни презентабельным видом. На ногах теплые вязаные носки и домашние шлепанцы, на помятое платье натянута кофта, реденькие с проседью волосы стянуты в узелок.

— Как съехала, когда съехала?!

— А как все люди съезжают. Понятное дело, квартиру продала… — пояснила женщина.

— Когда?

— Недели полторы назад новые жильцы приходили. Она ж им со всеми причиндалами квартиру-то оставила. Ни мебель не вывозила, ни ковров, даже посуду — и ту не брала. Так что хоть сейчас въезжай да живи. По-моему, они площадь-то задешево купили. Уж больно спешила твоя подруга.

— И что, уже въехали новые хозяева? — чуть придя в себя от услышанного, полюбопытствовала Марина.

— Еще нет, только собираются.

— А куда же Галина съехала? Купила новое жилье? Может, она адрес оставила? — не унималась Марина.

— Какой адрес? Милая! Она ж за границу собралась! А разве ты не знала? — удивилась консьержка. — Еще подруга называется. — Женщина подозрительно посмотрела на Марину.

— Я, конечно, знала, что Галина хочет уехать из страны, но не думала, что так быстро, — попыталась выкрутиться Марина. — Обычно пока документы оформляют, всякие разрешения, пока улаживаются все дела, и год проходит. А у Галки все намного быстрей получилось, вот она до последнего и молчала, наверное, боялась сглазить. А вы случайно не помните, когда она точно съехала?

— Отчего ж не помню. Как раз моя смена была… Двадцатого числа, неделю назад с чемоданами выбиралась. «Все, — говорит, — Настасья Петровна, — не знаю, свидимся ли еще…» Она мне три сумищи добра всякого оставила. И кофе там, и чаи заграничные в красивеньких банках, и приправы. Шампуни, мыла, тюбики разные. Моя внучка не нарадуется. Говорит, целое состояние парфюмерия стоит.

— Выходит, двадцатого числа она и за границу улетела? — тихо, себе под нос пробурчала Марина.

— Выходит, вроде бы так. — Консьержка обладала отменным слухом. — Да не так…

— Что вы имеете в виду? — встрепенулась Марина.

— Видела я ее недавно. Сама удивилась, — прищурила глаза женщина.

— Когда? — ухватилась за соломинку Марина.

— Дня три назад… Она меня не заметила. Я еще подумала, что Галине заграница не понравилась или с документами какие проблемы, — сплетничала консьержка.

— А вы не ошиблись? Точно Галка? Или…

— Дорогуша, у меня глаз — алмаз. Я ведь долгое время в КГБ проработала, так что память у меня дай Боже молодым, что на лица, что на разговоры. Я не путаю, можешь мне поверить, — обиделась консьержка.

Марина поблагодарила женщину и в полном недоумении отправилась обратно в офис. Все смешалось. Как объяснить Галкины поступки? Во-первых, зачем она продала квартиру? Зачем сказала консьержке, что уезжает за границу навсегда. Ведь здесь у нее осталась фирма, работа, люди, которым она эту самую работу предоставила!

Но если три дня назад она действительно была в городе, то почему не заехала на работу и вообще отключила мобильный телефон? После разговора с консьержкой у Марины появилось еще больше вопросов, на которые она не могла найти ответа.

Впрочем, все мысли Марины перебивало одно объяснение: бывшую одноклассницу тоже достали бандиты, и Галка срочным образом пытается найти деньги. Марина даже уверена, что квартира, которую продала Галка, стоит дороже ста тысяч долларов… Но если деньги у Галки есть и она ради того, чтобы отдать долг, продала ее, то почему бандиты звонят в офис и требуют деньги у Марины? Явная нестыковка. Впрочем, возможно, они рассчитывают получить двойную сумму и поэтому держат Галку в заложниках.

Марина совершенно запуталась. Но зачем держать Галку? Для того чтобы Марина, напуганная их угрозами, тоже предоставила требуемую сумму. А уж потом, после получения денег, Галку отпустят. Они же прекрасно понимают, что назад своих денег Марина не потребует, да и у кого? Бандиты исчезнут, испарятся и больше никогда не побеспокоят Марину.

— Марина Анатольевна, вам звонит Питченков Вадим Петрович, — послышался голос Оленьки из динамика.

— Оля, он звонит мне или Галине Семеновне? — уточнила Марина.

— Да, он просил соединить с Галиной Семеновной, но я сказала, что она сейчас в отъезде, и предложила соединить с вами. Питченков говорит, что у него очень важное дело…

— Хорошо, соединяй.

— Добрый день, меня зовут Вадим Петрович, — послышался неторопливый мужской голос.

— Добрый день, я Марина Анатольевна, заместитель Галины Семеновны. Я могу вам чем-то помочь?

— Думаю, можете. У меня к вам очень важное дело. Это не телефонный разговор. Мы можем с вами встретиться, скажем, часов в пять и обсудить некоторые рабочие моменты?

— Конечно…

У Марины появилось нехорошее предчувствие. Очередной подвох? Новые неприятности? Вот уж будет совсем весело, если еще и этот Питченков начнет требовать от Марины выполнения каких-то обязательств или спросит о результатах работы, о которой никто ни сном ни духом не ведает. Что еще наобещала Галка? Ну почему она так спешила и не предупредила Марину о всех подводных камнях?!

Они договорились о встрече, и, закончив разговор, Марина попросила всех собраться в ее кабинете.

— У меня есть для вас две новости. Приятная и не очень… — начала она медленно говорить. — Пожалуй, я. начну с хорошей. Мы все отлично потрудились, и результаты нашей работы руководство компании «Бартен» оценило достаточно высоко. Я бы даже сказала, выше не бывает. Мы заключили контракт с «Бартеном»!

Возникло заметное возбуждение. Народ повеселел, начал поздравлять друг друга, подбадривать и удовлетворенно улыбаться. А Марина, глядя на радостные лица сотрудников, огорчилась: ведь сейчас ей придется сообщить еще одну новость, а она не будет такой приятной.

— Но, с вашего позволения, я продолжу. Как вы все знаете, Галина Семеновна сейчас в отъезде, и связи с ней, к сожалению, нет. Поэтому я хочу поставить вас в известность о возникших трудностях и принять совместное решение. Я не могу ничего решать без вас, выслушайте меня очень внимательно и по возможности хладнокровно. И сделайте вывод. — Марина набрала побольше воздуха в легкие и продолжила монолог: — Дело в том, что наше рекламное агентство на грани банкротства. У него очень большой, я бы даже сказала, огромный долг. И если мы полученный аванс отдадим кредиторам, то, возможно, еще какое-то время продержимся на плаву. А затем будут новые поступления от «Бартена». Но я не обещаю, что в ближайшее время наши сотрудники смогут получить премии, даже относительно зарплат не уверена. Если у нас появятся еще заказы, то, очень надеюсь, мы выкарабкаемся. Если нет, то, хотя о грустных перспективах мне не хочется лишний раз напоминать…

— А сколько нужно ждать? — подала голос Вероника.

— Как минимум — два месяца, а то и больше.

— В таком случае у каждого из нас есть право выбора. Кто-то может остаться, а кто-то уйти, — раздался другой голос.

— Совершенно верно, — согласилась Марина. — Никто не заставляет работать бесплатно. Если у вас появятся новые предложения работы, вы можете без зазрения совести уволиться.

— В таком случае я остаюсь! — Это снова подала голос Вероника.

— И я… и я… — послышалось со всех сторон.

— Спасибо, что поддержали, — поблагодарила Марина. — Вообще-то я не сомневалась, что вы не бросите утопающий корабль.

Когда все разошлись, она вызвала бухгалтера Максима и поинтересовалась, как быстро они смогут обналичить деньги, имеющиеся на счету.

— В течение трех часов, — услышала Марина ответ.

— Тогда действуй. И еще, Максим… — Марина остановила его, когда он уже выходил из кабинета. — Очень тебя прошу, не уходи хотя бы сейчас. Возможно, наше агентство еще выкарабкается…

— Я подумаю, — неопределенно сказал тот.

Марина все же пришла к выводу: деньги необходимо отдать. Да, возможно, ее решение вызвано слабохарактерностью, неумением отстаивать свои интересы, страхом. Да, страхом, потому что при мысли, что она может снова оказаться прижатой жесткими лапами бандита к стене, она теряла самообладание. Страшили и новые телефонные звонки. «Черт с ними! Пусть подавятся! В конце концов, если за всем этим стоит мой муж, я потом верну деньги обратно», — попыталась успокоить себя Марина.

В пять часов Марина пришла на встречу с неизвестным ей Вадимом Петровичем. Местом встречи оказался любимый ресторан мужа, где он проводил свои деловые встречи. Вадим Петрович почему-то сразу же узнал Марину и поднял руку, жестом привлекая ее внимание.

«Интересно, как он догадался, что я — это я? — задумалась Марина. — Ведь мы не уточняли детали моей внешности, одежды. Да и его тоже… Может, чутье?» Она кивнула и направилась к столику, сохраняя полное спокойствие. Не хмурясь и не улыбаясь. «Остановлюсь на нейтральном поведении. Я же еще не знаю, что он мне запоет?» — наказала сама себе.

На этот раз Марина не стала повторять свою ошибку. Синяки на щеках частично сошли, теперь там вместо румянца красовались пятна желтовато-грязноватого цвета. Не нужно быть медицинским работником, чтобы догадаться, откуда они взялись. Но Марине не хотелось пользоваться ни кремом, ни косметикой, гримируя их. И на это были причины.

Ни в коем случае она не считала себя настолько сексапильной, что каждый встречный захочет сделать ей нескромное предложение, но, наученная горьким опытом, перед встречей с Питченковым прихорашиваться Марина не стала. Она уже боялась вызвать похотливые мысли, взгляды, намеки. Тем более что так и не выяснила, кто же такой Вадим Петрович Питченков, на кого работает, каков его род занятий… Она расспросила сотрудников агентства, просмотрела последние договора, поинтересовалась неисполненными заказами, но нигде не нашла упоминания этого имени. Итак, Марина решила, что надо вести себя очень осторожно.

Она направилась к столику.

— Вадим Петрович? — на всякий случай переспросила у него.

— Совершенно верно. А вы, разумеется, Марина? — улыбнулся ей мужчина лет тридцати пяти, с густыми, волнистыми волосами, чуть тронутыми проседью. У него были правильные черты лица, прямой нос, густые брови, чуть раскосые глаза и аккуратная щегольская бородка. Марине он понравился. Такие люди обычно вызывают симпатию и доверие. Его движения, как и стиль разговора, были размеренными и плавными. Они успокаивали. Марине даже показалось, что на какое-то мгновение она потеряла бдительность, расплываясь в улыбке в ответ на его искренний, открытый взгляд.

— Вы сказали, что у вас серьезный разговор ко мне, — осторожно начала женщина. — Но хочу сразу вам сказать, что я всего лишь заместитель Галины Семеновны и у меня сейчас испытательный срок. Так что если ваш вопрос серьезный или весьма конфиденциальный, то, скорее всего, я не смогу его решить… Особенно если вы уже имели дело с Галиной Семеновной и получили от нее какие-то обещания. — Марина решила не скрывать от этого человека истинное положение вещей. Она понимала, чувствовала, видела, что он не является потенциальным клиентом и разговор будет касаться другой темы. Но какой?..

— Мариночка, успокойтесь. Вы позволите вас так называть? — ласково обратился он.

— Да, если хотите. — Марина не могла ему отказать, он выглядел предупредительным и приятным человеком. — Но я бы хотела перейти к сути разговора. — Марина посмотрела на часы. В семь должен прийти человек за деньгами. И та, вторая встреча волновала ее намного больше. Тем более что всей суммы они с Максимом собрать не смогли, только половину… Марина не знала, как отреагируют на это обстоятельство бандиты. Но еще больше ее страшили последующие телефонные звонки с требованиями вернуть оставшиеся деньги. Как бы ей хотелось закрыть вопрос раз и навсегда, но увы, увы…

Разумеется, сейчас было не до долгих разговоров с человеком, сидящим перед ней, несмотря на все его обаяние. Она постаралась незаметно взглянуть на часы.

— Вы спешите? — заметил ее жест собеседник.

— Нет, пока не спешу, — вымученно улыбнулась Марина.

— Что ж, тогда, как вы и просите, я перейду сразу к делу. А оно заключается в следующем. Несколько месяцев назад Галина Семеновна Придорожная взяла существенную сумму в кредит для развития своего бизнеса. Вам что-нибудь известно по данному обстоятельству? — поинтересовался он.

— Насколько я знаю, сумма равняется ста тысячам долларов, — осторожно ответила Марина.

— Совершенно верно. Значит, вы в курсе этого дела? — почему-то немного удивился Вадим Петрович.

— Постольку поскольку… — неопределенно ответила Марина, потому как разговор стал ей казаться странным.

«К чему он клонит? Не окажется ли… Неужели мои предположения оказались верными…» — подумала она, и сердце бешено заколотилось.

— Так вот, через неделю наступает день погашения долга, и я уполномочен прояснить ситуацию, — продолжил он.

— Вы уверены, что через неделю? — Марина встрепенулась. Через неделю? А почему же деньги у нее требуют сейчас?!

— Совершенно уверен. У меня есть все необходимые документы, и я могу вам их показать… — Вадим Петрович открыл портфель, стоящий рядом с ним, и достал несколько листов. Потом, лишний раз для точности просмотрев их, протянул Марине.

Марина, внимательно перечитав расписку, собственноручно написанную Галкой, а также сам кредитный договор, заверенный нотариально, была удивлена, потому что кредитором являлось не рекламное агентство «БиС» и не ее муж, на которого все время грешила Марина, а совершенно неизвестная ей компания.

— Позвольте, Вадим Петрович, задать вам один вопрос. — Марина находилась в полной растерянности и недоумении. — Здесь кредитором указана некая компания «Веритас». А кто настоящий кредитор? Могу я узнать?

— Разумеется, компания «Веритас», — удивленно ответил он. — А кто же еще?

— То есть вы утверждаете, что эта компания не является подставным лицом, она существует на самом деле и в ней работают реальные, живые люди. И, разумеется, при необходимости я смогу встретиться с тем, кто в свое время распорядился дать деньги Галине Семеновне?

— Совершенно верно, — подтвердил Вадим Петрович, удивление в его глазах росло.

— И вы утверждаете, что некий Бошевский Сергей, а также рекламное агентство «БиС» никогда не одалживало денег для «Галы» и не имеет к вам никакого отношения?

— А при чем здесь Бошевский и «БиС»? Я первый раз о них слышу. С нами названный вами человек никогда не сотрудничал. Повторяю: мы являемся единственными кредиторами, и никто, кроме нас, не имеет права предъявлять претензии относительно суммы, о которой идет речь. — Спокойствие собеседника явно нарушилось. — Более того, я не понимаю, к чему вы клоните… — Он внимательно посмотрел на Марину, ожидая пояснений.

Она задумалась. Следует ли говорить Питченкову о произошедших с ней неприятностях? Он человек незнакомый, а дело слишком специфическое. Но, с другой стороны, если не выяснить все до конца и не поставить точки над «и», то она может вляпаться в еще худшие перипетии.

— Я на минуточку отлучусь, — выдавила из себя улыбку Марина и поспешила скрыться в дамской комнате. Она закрыла крышкой унитаз и уселась на него, как на стул. Подперла подбородок рукой и снова углубилась в раздумья. Времени ни до завтра, ни тем более до послезавтра у нее нет. Решать необходимо здесь и сейчас. Но ситуация оказалась слишком щекотливой. Теперь Марина точно знала, кто настоящий кредитор. Но в то же время оказалось, что она ничего не знает. А кто же тогда требовал аналогичную сумму? Почему ее муж перечислил на расчетный счет агентства тридцать тысяч? Галка говорила, что ее запугивают, требуют прекратить деятельность агентства или выплатить отступные. Сыщик сказал, что за этим стоит Бошевский Сергей, ее Сергей.

Женщина встала, подошла к умывальнику, открыла кран, набрала полную пригоршню холодной воды и брызнула на лицо. Потом несколько раз повторила процедуру. Вроде стало легче. Появилась какая-то ясность. По крайней мере, так ей показалось.

Значит, бандиты, которые приедут за деньгами, действительно требуют денег с легкой подачи ее мужа? Но почему суммы одинаковые? Почему… Просто совпадение? Ну решил Сережа заработать денежек. Вернее, вернуть тридцать тысяч, перечисленных по безналичному расчету, и утроить сумму. Да ко всему прочему заплатить за услуги тем, кто взялся за исполнение грязного плана.

Пока других версий у Марины не было. Но если она расскажет все Вадиму Петровичу, он поможет ей разобраться. Или… не поможет? Марина никак не могла решить.

Тогда ей пришла в голову банальная и очень простая идея — пусть ее сомнения разрешит монетка. Она порылась в сумочке, достала металлическую монету и подбросила ее в воздух. На лету ее поймать не смогла, и денежка звонко упала на кафель. «Орел» — вот и ответ на вопрос. Марина поправила прическу и пошла в зал, где ее ждал Питченков.

— Дело в том, — начала свой рассказ Марина, — что с определенного времени мне звонит один и тот же человек и требует отдать долг в сто тысяч. Более того, в подъезде моего дома на меня напали, и тот, кто напал, сделал это по чьему-то приказу, он тоже угрожал мне и требовал вернуть деньги. Вы хотите сказать, что совершенно не в курсе, кем наняты эти бандиты? И они никакого отношения к вашей фирме не имеют? — Она пристально посмотрела в глаза собеседника.

— Боже упаси! — всплеснул руками Вадим Петрович. — Конечно, нет! Зачем? Тем более, как я вам уже сказал, Мариночка, время оплаты наступает только через неделю, и моя встреча с вами, так сказать, всего лишь скромное и вежливое напоминание… — Питченков говорил совершенно искренне. По крайней мере, его объяснение выглядело достаточно правдиво.

— Хорошо, допустим, я вам верю. Но кто же тогда приедет за деньгами сегодня?

— Как сегодня? Когда? — встрепенулся Вадим Петрович.

— В семь часов мне назначили встречу возле нашего офиса…

— Невероятная наглость! — возмутился мужчина. — А расписки, договор… Они обещали вам предоставить?

— Нет. — Марина опустила голову. — В той ситуации, в которую меня поставили, я даже заикнуться не могла о бумагах. Понимаете, со мной говорили по телефону и прекращали разговор по собственному желанию. Я права голоса не имела. Только слушала и должна была соглашаться.

— Но это опрометчиво с вашей стороны! — неодобрительно покачал головой Питченков.

— А у меня был выход? — удивилась Марина.

— Сложно судить. Но почему вы не обратились за помощью?

— Мне не у кого просить помощи. Я должна была все решать сама. Но раз теперь точно знаю, кому на самом деле Галина должна деньги, у меня возникает вопрос: я могу вернуть половину суммы уже сегодня, а другую половину постараюсь отдать в течение двух недель. Дело в том, что, как вы знаете, Галина Семеновна сейчас в отъезде, и я не могу с ней связаться. А для того чтобы найти недостающую сумму, я должна буду предпринять некоторые шаги…

— Хорошо, я передам вашу просьбу, — спокойно согласился Вадим Петрович. — Мариночка, а могу я в свою очередь задать вам еще несколько вопросов? Например, вы действительно находитесь с Галиной Семеновной в родственных связях или это всего лишь сказка для персонала?

— Всего лишь… — улыбнулась Марина. Странно, а откуда он вообще знает о «сказке для персонала» и… почему все-таки узнал ее, когда она вошла в ресторан? Но выказывать удивление она не спешила. Шестое чувство подсказывало, что все скоро разъяснится.

— Тогда могу я подробнее узнать, как вы попали на работу к Галине Семеновне?

— А почему вас это интересует? — в свою очередь спросила она.

— Скажем, это не только личный интерес. Тут другое. Поверьте, я задаю вопросы, которые действительно относятся к делу, — убедительно произнес Вадим Петрович.

Марина почему-то решила, что скрывать глупо, и рассказала все, утаив только, что она ушла от мужа.

— А почему вы решили вернуть деньги? Ведь вы не посоветовались с Галиной Семеновной? — поинтересовался собеседник.

— Потому что долги нужно отдавать, — четко произнесла Марина. — Ко всему прочему, я спросила у коллектива. И уверена, что с такой командой наше рекламное агентство останется на плаву. Тем более что это не последнее финансовое поступление. Я точно знаю. Вы не представляете, какая чудесная, интересная команда подобралась в нашем рекламном агентстве! — с жаром произнесла Марина. — Они искренне болеют за свое дело, стараются. Это настоящие профессионалы!

— Марина, я надеюсь, вернее, уверен, что мы еще встретимся. А теперь… Я считаю, что с вымогателями денег нужно обязательно разобраться. Поэтому, надеюсь, вы не будете возражать, если сегодня я с одним из наших сотрудников подъеду к вам в офис к семи часам? Уж очень хочется поговорить с человеком, который так настойчиво требовал отдать ему чужие деньги, — засмеялся Вадим Петрович.

— Разумеется, я не стану возражать, — согласилась Марина. И, подумав, добавила; — Если вы гарантируете, что у меня не начнутся новые неприятности.

— Какие неприятности! Что вы! — поспешил заверить ее Вадим Петрович. — Я лично прослежу за тем, чтобы была обеспечена ваша безопасность.

— Спасибо.

— И последний вопросик. Вы действительно не знаете, где сейчас находится Галина Семеновна? — поинтересовался собеседник.

— Действительно, — закивала она головой. — Мало того, я начала думать, что ее похитили те же вымогатели, чтобы получить двойную сумму.

— А почему вы сделали такой вывод?

— Я сегодня ездила к ней домой, поговорила с консьержкой, и мне стало известно, что Галина продала свою квартиру. А жилье, я уверена, от хорошей жизни не продают. Тем более со всей мебелью и домашней утварью.

— Тогда не прощаюсь с вами, а говорю до свидания. — Вадим Петрович встал и галантно поцеловал Марине руку. — Мне было несказанно приятно познакомиться с вами лично.

— Мне тоже, — ответила Марина любезностью на любезность.

— А это… — Питченков жестом показал на синяки, — я так понимаю, последствия неприятного свидания с теми самыми негодяями?

— Вы правильно понимаете, — смущенно согласилась Марина.

Марина возвращалась в офис, находясь в состоянии полного недоумения. Как все странно складывается! Одни нагло требуют деньги, как оказалось, не свои, а другие скромно напоминают, что через неделю наступает срок возвращения кредита. И какое все же отношение имеет к этому делу ее Сергей? Ах, если бы можно было спросить у него напрямую, вздохнула Марина. Но спросить она не могла — не пришло время.

Странно и непонятно. Как же так, сыщик совершенно четко назвал ей имя Сергея и его компанию. Он сказал… Да мало ли что он сказал. С сыщиком еще нужно разобраться и поговорить по душам. Ведь, по сути, как только она услышала фамилию мужа и название его агентства — тут же расстроилась и не стала уточнять, откуда детектив взял такие сведения…

ГЛАВА 18

Марина с нетерпением ждала семи вечера, она то и дело смотрела на погасшее окошечко мобильного телефона. Питченков сказал, что позвонит, подъезжая. Деньги уже были приготовлены, но теперь Марина не собиралась отдавать их вымогателю. Какую глупость она чуть было не совершила! Ведь так любой начнет звонить и требовать вернуть долги Галки, а она будет всем их раздавать? Господи, у нее же нет печатного станка.

А она-то хороша, юрист со стажем! Мужик даже не заикнулся о каких-либо документах, подтверждающих факт передачи денег, даже о расписке ничего не сказал. А ей и в голову не пришло спросить — так он ее застращал. Смешно? Нет, грустно. Вот до чего ты, Маринка, докатилась. Забыла обо всем на свете. И самое основное правило: «Без бумажки ты букашка, а с бумажкой — человек».

Как теперь поступить? Послать подальше нахала или… А что — или? Что она сама сможет предпринять? Разозлить мужика, чтобы ее снова ждали в темном подъезде? Но тогда рядом может не оказаться Олега с бутылкой шампанского вместо холодного оружия.

Душу согревала надежда на помощь Вадима Петровича. Она уже верила, что он не оставит в беде. Раз обещал подъехать к семи, значит, точно подъедет. Только вот что с того? Чем он реально может ей помочь? Хотелось верить, что может…

Чем ближе шло время к семи, тем больше Марину трясло. Страшно?.. Конечно, страшно, призналась она. Ничего себе в передрягу попала, вернее, если быть совершенно откровенной, то ее втянула Галка… Галочка! Как же ты могла? А стоит ли обвинять бывшую одноклассницу, ведь она вроде бы хотела Марине добра? Но почему тогда не сообщила, вернувшись в город, почему не связалась с Мариной? Ведь она точно вернулась из командировки, или из поездки, или как еще можно назвать ее исчезновение! Она уж точно могла предположить, что Марину будут доставать вместо нее. Вернее — точно знала! И тем не менее назначила Марину заместителем… Специально, чтобы ее попугали и вымотали душу? Но зачем?

«Ладно, Галку оставим на потом, — решила Марина. — Это вопрос десятый. Сейчас не сесть бы в лужу с вымогателем. Интересно, откуда он узнал об одолженных Галкой деньгах? Ведь сумму-то называл верную. Хотя… Мало ли добрых людей на свете. Где-то случайно услышал, подслушал разговор. Потом узнал, что вместо директора сейчас несмышленая дуреха, которая работает без году неделю, вот и решил воспользоваться ситуацией. Денег подзаработать. А я, вместо того чтобы на всех парах мчаться в милицию, звонить во все колокола, чуть не отдала деньги какому-то мошеннику! И как бы тогда я смотрела в глаза коллективу? Ведь могла сама лично привести агентство к окончательному банкротству».

О! Да это же новая версия: негодяй случайно узнал о долге! Тогда, вполне возможно, Сергей ни при чем. Ах, как бы ей хотелось в это верить, а еще лучше — точно знать!

Ее телефон зазвонил. Марина дернулась от неожиданности.

— Я сейчас у входа, выйдешь и отдашь мне деньги, — послышался уже ставший знакомым бас. — Синие «Жигули». Подойдешь к ним. Поняла?

— Поняла, — прохрипела Марина.

Как только она отключилась, мобильный снова зазвонил.

— Марина, это Вадим Петрович. Он приехал?

— Да, — еле слышно ответила она.

— На ВАЗ-2106 синего цвета?

— Да…

— Тогда выйдите на крыльцо, но близко к нему не подходите… — командовал Вадим Петрович.

— Но он сказал отдать ему деньги… — проблеяла Марина.

Голос вымогателя снова парализовал ее. Она боялась, и все смелые мысли напрочь выветрились из головы. Остались только воспоминания о нападении в подъезде, да об угрозах по телефону.

— Возьмите какой-нибудь пакет, положите туда несколько сложенных газет и тщательно все заверните. Вы все поняли? Пакет будет у вас в руке. Он должен его видеть и поверить, что там деньги. Не медлите. — Уверенный голос Вадима Петровича слегка привел Марину в чувство. Она решилась.

Дрожащими руками схватила газеты со стола, быстро их сложила и, вытащив из сумочки темный целлофановый пакет, положила их туда. Потом она направилась к двери и вышла на улицу. Около крыльца, совсем недалеко, действительно стояла синяя машина. Марина неуверенно остановилась. Ведь Вадим Петрович сказал ей не приближаться слишком близко. Как поступить?

Окошечко в «Жигулях» приоткрылось, и полная рука поманила ее. Марина закаменела от ужаса, когда окошечко приоткрылось еще больше и в руке оказался пистолет. Дуло было направлено прямо на нее. Марина как завороженная стала медленно приближаться к автомобилю. Краем глаза она увидела, как к машине с двух сторон, пригнувшись, приближаются двое мужчин. Они мигом проделали какую-то манипуляцию с колесами синей машины, и шины прямо на глазах начали сдуваться, как лопнувшие воздушные шарики.

Марина подошла практически вплотную, и свободная от пистолета рука потянулась к пакету, но ее тут же перехватил молодой человек, только что пробивший колесо, и с силой вывернул в сторону. Мужик в машине завопил и выстрелил.

Марина отскочила в сторону и застыла. Ей бы нужно спасаться, бежать со всех ног к зданию офиса, а она завороженно наблюдала за происходящим.

Именно те парни, что пробили колеса, молниеносно вытащили из автомобиля двоих мужчин. Вероятно, один из них чуть было не продырявил ей лицо своими мерзкими пальцами, а второго она могла узнать по голосу.

Бандиты лежали на земле, а к Марине уже подходил Вадим Петрович, который, аккуратно взяв ее под локоток, повел в офис.

— Вам не нужно, Мариночка, смотреть на жестокость. Вы должны видеть вокруг только прекрасное. А все остальное — дело наших ребят, — спокойно увещевал он.

— А они кто, ваши ребята? — заикающимся голосом задала она вопрос.

— Всего-навсего хорошо подготовленные секьюрити, — пояснил Вадим Петрович.

— Хорошие у вас секьюрити… Надеюсь, они выяснят, кто эти люди и как они узнали о кредите.

— Даже не сомневайтесь. Поверьте, мы заинтересованы в этом не меньше, чем вы, Мариночка, — заверил ее Вадим Петрович.

Они уже сидели в кабинете офиса.

— Тогда приступим к делу… Вам сделать кофе? — предложила Марина.

— Было бы неплохо… — улыбнулся Питченков. — Тем более что разговор у нас с вами может затянуться надолго.

Марина продолжительное время изучала все документы, которые предоставил ей Вадим Петрович. Он не спеша попивал кофе и молча ждал. Наконец Марина подняла голову и посмотрела на него.

— Но из этих документов следует, что если Галина Семеновна Придорожная в срок не возвращает всю сумму, включая проценты, то рекламное агентство «Гала» автоматически меняет своего хозяина. Это драконовские условия, скажу я вам. Как же так! Ни днем позже! Но я не смогу достать оставшуюся сумму в течение недели, — в сердцах сказала Марина и замолчала, задумавшись. — Хотя если очень сильно постараюсь… Ведь у меня еще есть время, не правда ли? — с надеждой посмотрела она на Вадима Петровича.

— Вы, Мариночка, по-моему, не совсем верно поняли условия договора… — неопределенно высказался он.

Марина, еще раз тщательнейшим образом пересмотрев все документы, обнаружила, что один из них пропустила, не прочитав. Она быстро пробежала по строчкам и застыла. Это было полное фиаско, крушение всех надежд и планов.

Кредиторы подстраховали себя вдвойне. Галина подписала еще один договор, в соответствии с которым рекламное агентство «Гала» переходит к новому владельцу через два месяца после передачи денег в том случае, если в течение этого срока Галиной Семеновной Придорожной не будут выплачены проценты и часть одалживаемой суммы. Со дня получения кредита прошло четыре месяца. И Марина понимала, что Питченков не акцентировал бы ее внимание на данном документе, если бы…

Она подняла наполненные слезами глаза.

— Вадим Петрович, но из этого документа выходит, что агентство уже не принадлежит теперешнему хозяину! Ведь, насколько я понимаю, Галина Семеновна не выплатила вам ни одной части из одолженной суммы и ни разу не перечислила проценты?

— Вы понимаете совершенно правильно, — подтвердил он.

— То есть выходит, что кредитор был еще довольно корректен, не выставляя всех сотрудников на улицу и меня, горе-заместителя, в первую очередь, не устанавливая свои порядки и не требуя отчетности.

— Совершенно верно. Но не думайте, что кредитор так наивен, что не следил за денежными поступлениями на счет агентства, не интересовался перспективами и личными достижениями сотрудников, в том числе и вашими. Слишком большая сумма поставлена на кон. Так что, Мариночка, мы с огромным интересом наблюдали за вами и работой агентства. Нам нужно было решить, рентабельно ли оставлять работать предприятие в данном направлении или следует сменить род деятельности. Есть ли перспективы, будут ли доходы… — пояснял Питченков.

— Мне сложно что-либо вам сказать. Я всего лишь маленький человек, временно заменяющий настоящего директора, — потупила глаза Марина.

— А вы уверены, что директор вернется?

— Я уже ни в чем не уверена. Но думаю, что если бандиты решили заработать денег и требовали их у меня, то точно так же они могли требовать их у Галины. Не напрасно же она продала свою квартиру так спешно. Наверняка хотела с ними рассчитаться…

— А вам не кажутся странными ее действия? Ведь Галина Семеновна прекрасно знала, у кого она брала деньги, и могла связаться с нами напрямую, — возразил ей Вадим Петрович.

— Я думаю, ее шантажировали, ей угрожали, да мало ли как можно повлиять на человека. — Марина пыталась отстаивать свою точку зрения. — Она ведь сама мне говорила о давлении на нее и требовании отступного. Разумеется, она знала, что вы ни в коем случае поступать так не будете, и искала тех, кто неоднократно пытался ее заставить уйти из рекламного бизнеса. — Марина все еще пыталась оправдать Галину.

— И что, ее попытки увенчались успехом? Я имею в виду поиски вымогателей и шантажистов. Уж не знаю, как их назвать, — ехидно заметил Питченков.

— Представьте себе, увенчались. И я даже знаю, кто стоит за теми негодяями, с которыми столь профессионально справились ваши ребята, — уверенно заявила Марина.

— Тогда, может, вы назовете мне имя, а я постараюсь объяснить человеку его место? — предложил свои услуги Вадим Петрович.

— Нет! — Марина испугалась. Она не хотела никого вмешивать, собираясь сама разобраться с Сергеем. Да и стыдно ей было за мужа, разве могла она предположить, что он когда-нибудь опустится до такого. — Я пока сама попытаюсь… своими силами.

— Что ж, не буду настаивать и разубеждать вас. Время все расставит по местам, — согласился Вадим Петрович. — А сейчас я должен с вами попрощаться. Но ненадолго. В ближайшее время мы встретимся с вами вновь…

— Буду рада встрече, — искренне сказала Марина. Питченков производил самое приятное впечатление. И если бы ее сердце было свободно, то, возможно, она даже более внимательно пригляделась бы к нему как к мужчине, но на данный момент ей и так хватало проблем с сильным полом. Куда уж, третьего она никак не потянет.

Когда Вадим Петрович покидал пустой офис, Марина остановила его:

— Да, но что мне делать? Я уволена? — задала она вопрос, который волновал ее на протяжении всей беседы.

— Почему вы так решили? Работайте как работали. А о дальнейших наших планах я сообщу вам немного позже, — улыбнулся на прощание Вадим Петрович.

Легко сказать работайте, когда над твоей шеей навис топор, и неизвестно, в какой момент он упадет. Она понимала, что шансов остаться здесь — пятьдесят на пятьдесят. И повлиять на решения нового руководства Марина ни в какой степени не может. Если они наблюдали за ней, как сказал Питченков, то вполне могли сделать соответствующие выводы и до их сегодняшнего разговора. Теперь понятно, почему он узнал Марину в ресторане. Она не удивится, если они и справки о ней навели. Кто, откуда, где живет, с кем жила. Узнают, что замужем, но живет отдельно. И посчитают ее поступок инфантильным и необдуманным. Они же мужчины, откуда им знать, что чувствует и думает женщина? С их колокольни ее уход от мужа расценивается как глупость, а не как попытка доказать свою самостоятельность, свое право на жизнь, в конце концов.

Марина тяжело вздохнула. Ей очень не хотелось уходить из рекламного агентства, а еще больше не хотелось расставаться с коллективом, где ей дали снова ощутить себя личностью.

ГЛАВА 19

В компьютере высветилось сообщение:

— Проверка связи? — Муж интересовался, не ушла ли еще Марина домой.

Она посмотрела на часы. Девять вечера. А не слишком ли поздно он проверяет связь, да и сам-то чего домой не идет? Хотя об этом легко спросить.

— Я еще на работе, — написала Марина.

— О! Я тоже вот засиделся. Мои подопечные давно разошлись.

— Чего домой не идешь?

— Никто не ждет, — отрезал Сергей.

— А почему? — Вот сейчас он и расскажет ей правду о своей жизни. Что, дорогой, наконец-то решил признаться, что тебя бросила жена? Интересно, как ты преподнесешь сей грустный факт? Марина замерла.

— Потому что оказался никому не нужным. Знакомиться с девочкой на один вечер уже как-то несолидно, да и неинтересно. А заводить серьезные отношения пока не решаюсь…

— А почему никому не нужен?

— Сложно сказать. Думаю, человек меня просто не оценил по достоинству. Знаешь, как в пословице: «Что имеем, не храним, потерявши — плачем».

— Но ты же говорил, что женат? — не удержалась от язвительного замечания Марина.

— Я и сейчас женат. Пока… — двусмысленно ответил он.

Что значит «пока»? Он что, подумывает о разводе или пытается разжалобить и заинтересовать собеседницу Машу? Вот, мол, посмотри, я скоро буду свободен, не провести ли нам вместе вечерок, а лучше два, если ты окажешься смазливой и неглупой девушкой. Зачем условности, о которых мы договорились вначале, теперь ничто не может остановить нас, преграда устранена. Да в принципе жена, по большому счету, и не являлась преградой. Вот, муженек, вот и ты запел песенку большинства мужчин. Как неприятно мне слышать это «пока».

— Так тебя бросила жена? — в лоб спросила Маша-Марина.

— Бросила? Ну, не будем кидаться такими словами. Я бы сказал — просто ушла… — Сергей пытался смягчить горькую правду. — Но уверен, что она сейчас несказанно жалеет о своем поступке и готова просить прощения.

— Хочешь сказать, что та, которая тебя оставила, сейчас кусает локти и жаждет к тебе вернуться? — спросила Марина, чтобы окончательно убедиться — мужа поняла правильно.

— Что-то вроде того… — тут же пришел ответ.

Марина как раз отпивала холодный кофе из чашки — и даже поперхнулась. Какая наглость! Какая самоуверенность! Впрочем, он всегда считал себя очень умным, очень красивым, очень-очень… Но как можно так нагло врать! С чего это он взял, что сейчас она заливается слезами и жалеет, что ушла от него? Впрочем, а ведь плачет же… Нет, плакала, поправила себя Марина. И неизвестно, позови он ее теперь обратно, пошла бы она. Совсем не уверена! Особенно после столь высокомерных заявлений. Да-а, вот бы сейчас открыться и сказать Сергею, с кем он общается на самом деле. И посмотреть, как у него отвалится челюсть. Но еще рано. Не пришло время…

— Интересная теория. А ты сам-то пытался найти ее, поговорить…

— Пытался, ее нигде нет, как сквозь землю провалилась, — грубовато ответил Сергей. — Думаю, если бы хотела, чтобы ее нашли, особо не пряталась бы. Так, для виду, лишь бы голову мне поморочить да очередной раз выяснить отношения…

— Неужели она тебе настолько безразлична?

— Как сказать? Скорее всего, нет. Пока она еще моя жена и в какой-то мере собственность, а как известно, мы в ответе за тех, кого приручили, поэтому…

Читать до конца Марина не стала. Она выключила компьютер. Как же обидно. Настолько, что захотелось горько расплакаться. Интересно, Сергей на самом деле так думает? Или хочет покрасоваться перед девушкой Машей? Я, мол, невинная жертва жестокой и глупой жены, она сама не знала, чего хотела, поэтому оставила меня, а теперь кусает локти. И рад бы от нее избавиться, читалось между строк, но я джентльмен. Поэтому подожду чуток. Если не вернется, то и черт с ней…

Что ж, это ты локти кусай, болван самовлюбленный, раз так ничего и не понял…

Чувства, охватившие Марину, были противоречивыми. Она даже чуть-чуть пожалела, что ушла из дому. Оказывается, все, что хотела сказать своим уходом, не дошло до самоуверенного, нет, самовлюбленного мужа. Оказалось, все это бесполезно. Дура! Придумала игру и решила, что все будут играть по ее правилам… Господи, до чего же обидно…

Марина взглянула на часы. Ого! Снова засиделась на работе. И было бы из-за чего. Впервые Марина осталась недовольна общением с мужем. Каждый раз, даже общаясь под чужим именем, она испытывала прилив адреналина, у нее повышалось настроение, хотелось обнять весь мир, а вот сегодня… Что-то надломилось в душе. Марина впервые почувствовала, что не задыхается от любви к нему, не пылает, скорее, тлеет и… догорает. Удивленная неожиданным открытием, Марина закрыла кабинет на ключ и отправилась в съемную квартиру, которую про себя уже начала называть домом.

ГЛАВА 20

Олег уже ждал ее у подъезда. Марина настолько привыкла к его ожиданию, что на этот раз даже не удивилась, скорее, восприняла, как само собой разумеющееся. Он пошел ей навстречу и хотел было обнять, но она отстранилась:

— Не нужно, Олег. Понимаешь, я все еще в раздумьях: согрешила ли, занявшись с тобой любовью, сделала глупость или поступила правильно. Не так все просто. Далеко не все. Ты многого обо мне не знаешь, как и я о тебе. Мы как два одиночества, случайно столкнувшихся не в то время и не в том месте. Я сейчас не могу тебе всего объяснить, но ты должен мне верить, ты должен знать, что у меня есть определенные причины, и я пока не готова броситься в омут с головой и затеять новый роман…

—??? — В его глазах читалось множество вопросов.

— Не нужно ничего спрашивать и не нужно так на меня смотреть. Еще не пришло время. Возможно, оно никогда не придет. Я не хочу тебя обнадеживать. — Она прочитала такую боль на его лице и попыталась смягчить свой монолог. Правда, у нее это плохо получилось. — Да, мне было с тобой безумно хорошо. Я изнывала от страсти. Но физической близости недостаточно, чтобы испытывать близость душевную. Может быть, я поспешила… мы поспешили. Я не хочу, чтобы в нашем с тобой случае один любил, а другой позволял себя любить. Мне слишком хорошо знакома такая история. Увы, «всегда так было и так будет»… Помнишь, как дальше? Слушай. «И для того мы рождены. Когда нас любят, мы не любим. Когда не любят, любим мы». И поверь, я находилась и по ту, и по другую сторону. Я знаю, каково это, когда твою любовь всего лишь принимают, не считая нужным что-либо давать взамен. Я не хочу только принимать, но и отдать мне тебе пока почти нечего. Не могу. Мою душу истерзал другой человек, и сейчас она пуста. Постарайся меня понять. Хочешь — осуждай, хочешь — прости. Если согласен, будем пока добрыми друзьями, но не более. Я не хочу повторять свою ошибку снова. Хочу быть уверена, что если я еще когда-нибудь брошусь в твои объятия, то только потому, что мое сердце разрывается на части от любви.

— Марина… — Олег аккуратно, указательным пальцем прикрыл ее губы, — не нужно слов. Не волнуйся так. Я все прекрасно понимаю и не стану донимать тебя и настаивать на встречах. Я не маньяк и не сумасшедший. У меня тоже есть чувство собственного достоинства — и я смогу пережить твой отказ. Давай поговорим о другом. Например, о подруге, которая устроила тебя на работу…

— А что, ты можешь что-то рассказать мне о Галке?

— Уже могу. Тебе интересно?

— Разумеется! Очень! Давай зайдем ко мне, и я внимательно тебя выслушаю. Хотя ты можешь рассказывать по дороге, я прямо изнываю от нетерпения…

— Тогда слушай… Около года назад у Галины Придорожной начались материальные проблемы. Она решила сменить поле деятельности и заняться рекламным бизнесом. Галина нашла людей, которые пообещали дать ей кредит на несколько месяцев под большие проценты. Одолженную сумму твоя подруга изначально рассчитывала вложить в развитие бизнеса, но по каким-то своим причинам передумала и перевела деньги за границу. Потом она продала квартиру и решила уехать из страны, одним махом скрыться от кредиторов и не пытаться решать сложные проблемы.

— Ты хочешь сказать, что Галка захотела попросту всех кинуть?! — удивилась Марина.

— А ты все еще веришь в порядочность и честность всех и каждого? — вопросом на вопрос ответил Олег.

— Но Галка не каждая. Она моя бывшая одноклассница! — возмутилась Марина, но тут же поняла, что аргумент не выдерживает критики, и замолчала.

— Марина, да она и тебя попросту кинула! Ты понимаешь, что это означает? Она изначально, когда брала тебя на работу, знала, что сама туда уже никогда не вернется. Она бросила все как есть, она спешно продала все имущество, которое у нее здесь было, и скрылась.

— Но… это невозможно. Так не поступают! — Марина пребывала в шоковой растерянности, рассудок отказывался воспринимать реальность.

— Поступают, Мариночка, еще как поступают. Одного не пойму: почему она втянула тебя в свои проблемы? Зачем? С какой целью?

— А может, ты все-таки ошибаешься? — Марина никак не могла до конца поверить в то, что рассказал ей Олег. — И вообще, откуда у тебя такие сведения? Я сама только сегодня узнала о кредиторах. Настоящих кредиторах. Кстати, те, которые мне звонили, — это действительно бандиты. Но бандиты самозваные. Их вроде бы никто не нанимал, чтобы истребовать долг. Они сами решили это сделать. Надеюсь, что завтра я буду знать, откуда они узнали о долге и его сумме, — рассказала Марина сегодняшние новости. Разумеется, она не стала вдаваться в подробности и говорить о личных предположениях относительно Сергея. Да и о том, что у самой сегодня впервые появились нехорошие мыслишки по поводу Галины. А ведь Олег прав: Галка, оставляя своим заместителем Марину, знала, что делать этого не имеет никакого права.

— Марина, я не ошибаюсь. И мои сведения абсолютно верны, — упрямо возразил Олег.

— Хорошо. Я тебе верю. Ведь рассказанное тобой полностью совпадает с тем, что я сегодня узнала. Но откуда ты получил информацию? Ведь на каждом столбе и в каждой газете об этом не пишут? — настаивала Марина.

— Помнишь, я говорил тебе, что у меня есть много знакомых, способных нарыть из-под земли то, что нужно? Если их очень хорошо попросить…

— А ты, значит, просил очень сильно? — почему-то съязвила Марина.

— Да.

«А вдруг он узнал что-то о роли Сергея в этой истории?» — мелькнула неприятная мыслишка.

— Может, твои вездесущие знакомые узнали, в какую страну улетела Галка? — Прищурив глаза, Марина насмешливо посмотрела на Олега.

— Представь себе, узнали. В Турции она отсиживалась. Но не факт, что она и сейчас остается там.

— Ладно, Олег. Я тебе очень благодарна, но сегодня безумно устала и хочу отдохнуть. Давай увидимся на днях.

Марина решила хорошенько выспаться перед завтрашним днем.

Она не знала, что ожидает ее впереди. Возможно, уже завтра ей придется искать работу. Установленный ею самой месяц еще не прошел. Оставалось несколько дней, а возвращаться к Сергею с тем, с чем и ушла — безработной и невостребованной более нигде домохозяйкой, — не хотелось. Не хотелось — это даже мягко сказано. Все в Марине категорически протестовало против возвращения домой, да еще в образе бедной родственницы. Она не хочет больше жить только на средства Сергея и подчиняться установленным им правилам. Теперь, когда она снова почувствовала, что значит быть в центре внимания, как приятно жить своей собственной жизнью, а не только чужой (хотя и близкого, любимого человека!), такое возвращение было просто невозможно.

ГЛАВА 21

Все утро Марина промаялась в раздумьях, где взять недостающую сумму для фирмы «Веритас». Она решила выкупить рекламное агентство. Ничего более разумного, как обратиться к мужу, в голову ей не приходило. В принципе Марина была уверена, что тот откажет. Особенно если узнает, для каких целей нужны деньги. Впрочем, еще есть надежда, что и сами кредиторы предложат нечто подходящее.

Ах, как бы хотелось иметь собственное дело! И никому не подчиняться. Пусть даже ей придется долго рассчитываться с долгами, чтобы вывести агентство из минуса. Неважно! Главное — почувствовать себя независимой. Ведь сколько раз она слышала от мужа, который, может, и непроизвольно, но часто повторял: «Чего тебе не хватает, я зарабатываю деньги. Твоей зарплаты будет хватать разве что на твои прокладки да косметику». И Марине нечего было сказать ему в ответ.

А вот сейчас она знает, что ему ответить! Если сложить деньги, которые ему приходилось бы платить домработнице, кухарке, проституткам, в химчистку (Сергей никому не доверял своих дорогих костюмов и рубашек, кроме как Марининым рукам), а в будущем еще и няньке, то выходила весьма внушительная сумма. И никто никогда не считался с ее трудом, с ее желанием развалиться на диване, а не стоять у плиты или ползать с тряпкой, вычищая каждый уголок, каждую зазоринку в квартире.

— Марина Анатольевна, — оторвала Оленька от раздумий, — лично вам звонит Вадим Петрович. Вы будете с ним разговаривать?

— Да, конечно. Соединяй…

— Мариночка, здравствуйте. Мне хотелось бы с вами встретиться, и не только мне… — сказал он загадочно.

— А кому еще? — удивилась Марина.

— Моему непосредственному начальнику Ващенкову Андрею Тимофеевичу.

— Вы хотите сообщить мне неприятную новость? — не выдержала и сразу спросила она.

— Нет, напротив. Хорошую… Кстати, я, наверное, отвлек вас от работы? — почему-то сменил он тему.

— Нет. Я как раз думала о вас…

— Обо мне лично? — не скрыл радостного удивления Вадим Петрович.

— Ой, нет, ну что вы, о вашей компании, о долге. Думала, можно ли договориться об условиях, на которых выкупить рекламное агентство, — поспешила пояснить Марина.

— Жаль, а я уже было понадеялся, — разочарованно произнес он.

— Я не свободна. Я замужем, — совсем не по-взрослому отчиталась Марина.

— А почему же тогда не живете с мужем? — задал Вадим Петрович неожиданный вопрос.

«Так они действительно мной интересовались. Он не солгал!»

— Это для укрепления чувств, — нашлась она.

— Хорошо, Мариночка, я понял, что на ваше внимание надеяться мне нечего. Что ж, вернемся к нашей теме… Когда вам удобно встретиться? Желательно, чтобы для проведения переговоров вы приехали к нам. Водителя за вами я пришлю.

— Спасибо. Мне удобно любое время. Вы же прекрасно знаете, что вопросы, которые нам надо обсудить, на данный момент жизненно важны для нашего агентства. Поэтому в любое время… — четко произнесла Марина.

— Тогда через час водитель будет у вас. До встречи.

Марина уже десять раз взглянула в зеркало, то поправляя прическу, то подкрашивая губы.

Не в силах больше ждать в кабинете, она вышла на крыльцо и увидела подъезжавший «БМВ». Водитель вышел из автомобиля и поинтересовался:

— Здравствуйте. Вы случайно не Марина Анатольевна?

— Это случайно я… — слегка улыбнулась Марина.

— Да я и сам сразу понял. — Водитель оказался разговорчивым. — Мне Вадим Петрович вас описал. Сказал красивая… не ошибешься. Вот видите, я действительно не ошибся. А вы очень привлекательная девушка, честное слово. — Болтая, парень поглядывал в зеркало, в котором отражалось лицо Марины, которая предпочла сесть на заднее сиденье.

— Спасибо за комплимент. — Марина скромно опустила глаза, стараясь не давать повода для дальнейшего разговора в этом направлении.

«Странно, — подумала она, — почему в последнее время я ощущаю так много внимания ко мне как к женщине? Совсем недавно я или не замечала этого, или не хотела замечать, или внимания, собственно говоря, просто не было… Но почему же сейчас его так много? Пожалуй, даже слишком. А может, все потому, что в моих глазах вновь появилась уверенность, которая привлекает мужчин? Наверняка. Она появилась во мне, и это отражается во взгляде. Теперь я никому не позволю себя обидеть или унизить. Нет!»

Офис компании «Веритас» занимал четыре этажа в огромном высотном бизнес-центре. Водитель проводил Марину в приемную, откуда девушка-секретарь провела ее в комнату для переговоров, не забыв предложить кофе или чай. Минут через пять появились уже знакомый ей Вадим Петрович и Ващенков, которого ей представил заместитель.

Ващенков обратился к Марине:

— У меня мало времени, поэтому буду краток и лаконичен. Марина Анатольевна, как вы знаете, с недавнего времени я являюсь владельцем рекламного агентства «Гала», которое в настоящее время находится под вашим руководством. Мы посовещались с Вадимом Петровичем и пришли к выводу, что рентабельней всего оставить все как есть. Возможно, через какое-то время — надеюсь, небольшой отрезок времени — агентство будет приносить доходы. Поэтому суть моего предложения следующая: я хочу, чтобы вы возглавили рекламное агентство «Гала». Уверен, что вы справитесь с задачей, как справлялись до этого.

— Но директором является Галина Семеновна Придорожная! — удивилась Марина. — Вы хотите сказать, что отстраняете ее от работы?

— О Галине Семеновне разговор отдельный, и на эту тему вы поговорите с Вадимом Петровичем, — четко разделил темы Ващенков. — Так что вы мне ответите?

— Я согласна. Но тем не менее мне хотелось бы обсудить вопрос выкупа агентства в дальнейшем. Это возможно при условии, что я верну оставшуюся часть долга, взятого у вас Галиной Семеновной, и вы назовете мне дополнительную сумму, которая устроит всех? — довольно уверенно задала Марина вопрос, мучивший ее со вчерашнего дня.

— Не буду пока ничего вам обещать. Но в ближайшее время мы еще вернемся к поставленному вами вопросу. Я подумаю… — неопределенно ответил Ващенков. — А теперь позвольте мне уйти. Дела.

Он попрощался с Мариной. Она осталась в кабинете для переговоров с Питченковым.

— Вадим Петрович, Андрей Тимофеевич сказал, что вы можете сообщить мне нечто о Галине Придорожной. Пожалуйста, расскажите все, что сочтете возможным.

— Я не буду вас томить, Мариночка, — приветливо улыбнулся Питченков. — Дело в том, что Галина Семеновна очень умная и непредсказуемая женщина. Она умеет уговаривать, убеждать, подавать информацию так, что ей хочется верить. Вот в свое время Андрей Тимофеевич и дал ей довольно большой кредит, да еще и наличными. Галина нарисовала ему радужные перспективы работы ее агентства, обещала большие проценты с одолженной суммы, а также десять процентов с прибыли. Сначала, разумеется, никто не подозревал обмана. Но когда несколько раз Галина Семеновна попросила отсрочить возвращение денег, а потом она вовсе перестала отвечать на телефонные звонки, мы забеспокоились. Выяснили, что вместо себя она назначила нового заместителя, то есть вас, а сама уже некоторое время не появляется на работе. Тогда Андрей Тимофеевич дал распоряжение понаблюдать, как вы управляетесь с делами агентства, мы навели о вас справки, ну и, разумеется, в конечном итоге решили узнать, в курсе ли вы проделок Придорожной. Самое любопытное, что вы тут же безоговорочно взяли на себя обязательства по долгам вашей подруги и выказали желание вернуть часть кредита, к заему которого не имели никакого отношения.

— Она мне не подруга, — прервала Вадима Петровича Марина.

— Хорошо, будем считать Галину Степановну лишь вашей знакомой, — тут же согласился собеседник. — Не каждый возьмет на себя такую ответственность. Андрей Тимофеевич был очень удивлен вашим отношением к работе и поражен вашей порядочностью. Поэтому когда встал вопрос о назначении на должность директора другого человека вместо Придорожной, мы уже не сомневались, что этим человеком должны быть вы.

— Вадим Петрович, — Марина умоляюще посмотрела на мужчину, — давайте не будем петь мне дифирамбы. Я бы предпочла узнать, что же на самом деле случилось с Галиной и где она сейчас. Видите ли, вчера я даже услышала версию, что она уехала из страны, прихватив ваши деньги, а также распродав все имущество, которое у нее было. Буду вам очень признательна, если вы не станете от меня ничего скрывать.

— Не знаю, кто сообщил вам сию информацию, но она правдива. Все так и было. Одного не пойму: чем же вы насолили Галине Придорожной, что она вас так подставила?

— Подставила? — не поняла его Марина. — Вы что-то путаете. Она не могла сделать это специально. Во-первых, не успела бы, а во-вторых, я никак и нигде не могла перейти ей дорогу. Галине не за что держать на меня зла. Мы не виделись с ней около десяти лет. Со дня окончания школы. И встретились совершенно случайно четыре недели назад в салоне-парикмахерской.

— А вы уверены, что случайно? — спросил Вадим Петрович.

— Абсолютно! — с жаром произнесла Марина. — Галина не могла питать ко мне ненависти, как, впрочем, и я к ней. Ну скажите, зачем тогда ей помогать мне? Она сама предложила мне помощь, сама назначила на должность своего заместителя, хотя могла и не устраивать на работу, ведь у меня нет опыта работы в этой области.

— Хорошо, но почему она, назначив вас своим заместителем, в тот же день скрылась и больше не появлялась? — задал наконец-то прямой вопрос Вадим Петрович. — Ведь, насколько я понимаю, тогда она уже знала, что агентство ей больше не принадлежит, то есть прав на него она уже не имеет. Ведь в отличие от вас Галина Придорожная прекрасно знала, что неуплата долга приведет к автоматической смене владельца. Она самолично подписала документы о переходе права собственности. Поверьте, Мариночка, я не из праздного интереса допытываюсь. Тут немного другое… — замялся Вадим Петрович.

— Прошу вас, не томите. Если вы еще знаете что-то, чего не знаю я, расскажите! — эмоционально попросила Марина.

— Хорошо, Марина. Надеюсь, я вас достаточно подготовил. Разумеется, вчерашний инцидент с синими «Жигулями» и бандитами, которые терроризировали вас несколько недель, вы помните?

— Разве такое забудешь…

— Так вот, наши ребята вчера основательно поговорили с теми парнями, а потом сдали их в милицию, ведь у них, как вы помните, был пистолет. Незаконное хранение, ношение и применение оружия — статья в Уголовном кодексе. Вас, Мариночка, в столь неприятную историю мы втягивать не захотели.

— Спасибо…

— Из разговора выяснили, что некая женщина заплатила ребятам неплохие деньги за то, чтобы они периодически звонили вам и требовали вернуть долг в сумме ста тысяч. Сумму она четко назвала. Именно эта женщина дала номера ваших рабочего и мобильного телефонов. Рассказала, где вы живете. Просила припугнуть немножко, даже пожелала, чтобы вас избили, но не сильно. Ребята честно отрабатывали полученный гонорар, если это можно так назвать, а потом, поговорив с вами, поняли, что вы, собственно, не отказываетесь от уплаты и готовы вернуть требуемые деньги. Разумеется, решили, что неплохо бы и крупно подзаработать. Назначили вам встречу в семь часов и собирались получить довольно крупную сумму…

— И насколько я понимаю, если бы не вы, то неизвестно еще, чем бы все закончилось, — подвела грустный итог Марина.

— Мы только немножко вмешались. Ведь деньги-то наши, — скромно ответил Вадим Петрович.

— Хорошо, но я уверена, что вы знаете, кто та таинственная женщина, нанявшая бандитов…

— Вы, как всегда, совершенно правы, — знаем. Именно поэтому я так долго допытывался, чем же вы могли так разозлить Галину Семеновну Придорожную. Она не пожалела собственных средств, чтобы вам попортили нервы.

— …

Марине нечего было сказать. Впрочем, частично к такому развороту событий она уже была подготовлена, ведь не впервой имя Галины всплывает в неприглядном свете. Но чтобы такое! Действительно, правомерен вопрос: за что? За что она так возненавидела Марину? И зачем ей это понадобилось? Море вопросов крутилось в голове, и ответа на них Марина не находила. Пока…

— Удивлены? — поинтересовался Вадим Петрович.

— Не то слово. Поверьте, мне действительно неизвестны мотивы такой ненависти. Я никогда ничем не обижала ее. Конечно, я могу окунуться в воспоминания детства, вспомнить школьные годы, но я точно помню, что не отбивала у Галки парней и никогда не ругалась с ней на переменах. И в то же время я не могу не верить тому, что сообщили вы. Почему, ну почему она поступила так?

— Мариночка, меня это интересует не меньше. Честное слово. И если мы все же найдем Галину Придорожную, то я обязательно получу у нее ответ на этот вопрос.

— Вадим Петрович… — Марина замялась. А как быть с Сергеем. Он здесь ни при чем? Спрашивать было неудобно, но другого выхода она не видела. — А больше никто не помогал Придорожной? У меня были сведения о другом человеке…

— Нет. Насколько я понял, наняла бандитов именно Галина Семеновна. О ее помощниках или подельниках речь не шла. А вы точно уверены, что никогда не переходили дорогу этой коварной женщине? Вы могли и не заметить, что разозлили ее, обидели… — не унимался Питченков.

— Я подумаю на досуге, но сейчас ничего подобного вспомнить не могу, — пообещала Марина. И перешла к другой теме: — Вадим Петрович, так я могу идти и спокойно работать? Правильно я поняла предложение Андрея Тимофеевича? Не будет давления с вашей стороны относительно налаживания рабочего процесса, смены кадров и так далее?.. Поймите, меня вполне устраивает тот коллектив, который работает сейчас. И если вы захотите что-то поменять, то я не уверена, что это положительно скажется на результатах.

— Не беспокойтесь и работайте, как работали. Вы просто обязаны быть полноценным руководителем, который имеет полное право принимать решения и давать указания. Уверен, из вас получится хороший начальник.

— А что вы думаете по поводу моего встречного предложения — выкупить агентство? — опять не удержалась Марина.

— Думаю, что все у вас получится, — подбодрил ее Вадим Петрович. — Кстати, позвольте сделать вам небольшой подарок. — И мужчина галантно подал ей красивую коробочку.

Марина опешила, но коробочку взяла и тут же открыла. В ней лежало кольцо. Она густо покраснела, пытаясь скрыть недоумение и выйти из неловкого положения, в котором очутилась. Не слишком ли дорогой подарок для третьей встречи? И к чему он? Если предположить, что это предложение выйти замуж, то или Вадим Петрович эмоциональный и безрассудный человек, или он решил соблазнить Марину таким примитивным купеческим способом, что совсем уж не делает ему чести.

— Спасибо. Но ваш подарок я принять не могу. — Еле сдерживая негативные эмоции, Марина протянула коробочку Питченкову.

— Боюсь, вы неправильно меня поняли. — Он все так же спокойно улыбался, не реагируя на категоричный жест Марины.

— Вадим Петрович, я достаточно хорошо разбираюсь в драгоценностях, чтобы понять, что просто так столь существенной суммой не разбрасываются. Чего вы от меня хотите?

— Вот-вот. Это вы правильно заметили, — поднял указательный палец вверх Питченков. — Я бы уж точно не выбросил несколько сотен долларов на ветер, как сделали вы.

— На что вы намекаете? — удивилась Марина.

— А вы не узнали свою драгоценность? — засмеялся мужчина и снова протянул ей коробочку.

Марина еще раз ее открыла и внимательнее присмотрелась к кольцу. Точно, это же то колечко, которое она обменяла в ломбарде на гроши. Но откуда?

Питченков не дал ей возможности озвучить немой вопрос:

— Я же не скрывал, что мы наблюдали за вами. Но, по-моему, непростительная глупость — сдать такую дорогую вещицу для того, чтобы потратить деньги на торты для сотрудников. Видимо, вы очень к ним привязались?

— Очень! — с жаром призналась Марина. — Но… к сожалению, у меня сейчас нет нужной суммы. Если честно, у меня вообще денег не осталось. Я очень надеюсь, что в ближайшее время смогу что-то заработать и вернуть вам долг.

— Что вы, что вы… Не волнуйтесь! Это подарок, я же вам сказал. Какой пустяк, — махнул рукой Питченков.

Приехав в офис, Марина первым делом нашла визитку частного сыщика и позвонила ему.

— Вы передумали и хотите получить более полную информацию относительно Бошевского? — поинтересовался сыщик, услышав голос Марины.

— Да, хотелось бы… — ответила она.

— Это будет вам стоить еще двести долларов. Я готов хоть сейчас встретиться с вами, — отозвался на ее предложение Полесьев.

— Я тоже готова… Но было бы хорошо увидеться прямо у меня в кабинете. Надеюсь, вы не возражаете?

— Я в ближайшее время буду у вас.

Полесьев действительно появился довольно скоро. Купюры с портретом Франклина подгоняли его словно ветер, дующий в паруса. Марина одолжила у менеджера двести долларов и положила рядом с собой на стол, так, чтобы сыщик видел обещанный гонорар.

И действительно, зеленые бумажки зажгли в глазах Полесьева радостный — или алчный? — огонек.

— Владлен Антонович, я буду вам крайне признательна, если вы мне расскажете о Бошевском. Ваш гонорар вот. — Марина жестом указала на деньги.

В течение двадцати минут она слушала и записывала на диктофон, как Полесьев поливал грязью ее мужа. Сергей был обвинен во всех смертных грехах — от занятия сексом с малолетними до нечестного ведения бизнеса.

— Скажите, а это ваша настоящая фамилия? — задала Марина неожиданный вопрос.

— Полесьев моя настоящая фамилия. И имя Владлен Антонович тоже не выдуманное, — улыбнулся сыщик, обнажив неаккуратно поставленные коронки.

— Прекрасно. Тогда я думаю, Бошевскому будет очень интересно узнать, что вы тут про него наплели. — Марина достала спрятанный диктофон и, прокрутив пленку, включила его.

Полесьев побледнел. На лбу у него появились капельки холодного пота.

— Думаю, вам известно, что я жена этого человека? — спросила у него Марина.

— Да, — быстро ответил он и тут же неуклюже исправился: — То есть нет, я ничего не знал…

— Не лгите. Вы наверняка знали, кто я. И прекрасно знаете, что клевещете на него. Не сомневаюсь, что вы ранее работали в правоохранительных органах и прекрасно ориентируетесь в уголовно-процессуальном законодательстве. И уж конечно знаете, что клевета уголовно наказуема. — Марина пристально посмотрела на Полесьева. — Я не думаю, что Бошевскому будет приятно послушать, какие сказки вы тут про него рассказывали.

— Д-да… Но вы меня вынудили… Вы ничего не докажете… — дрожащим голосом начал возмущаться Полесьев.

— Сложно сказать. Если идентифицировать ваш голос, то вполне есть шансы. А уж если без всякого суда Сергей Бошевский захочет выяснить с вами отношения… — тянула Марина.

— Что вы хотите? К чему ведете? Вы хотите меня шантажировать? Предупреждаю, я не так богат, как вы. У меня нет денег… Мне нечем будет вам платить.

— Зачем мне ваши деньги! — возмутилась Марина. — Меня интересует, кто надоумил вас вылить на меня все вранье, которое я выслушала. Я хочу знать, кто вообще предложил вам назвать имя Сергея Бошевского как человека, причастного к вымогательству, а также представить его отъявленным негодяем?

— А если скажу, вы отдадите мне кассету? — осторожно поинтересовался Полесьев.

— Отдам… Но хотела бы услышать правду… Кем вы работаете на самом деле? На кого работали сейчас?

— Понимаете, когда я вышел на пенсию, то открыл сыскное агентство, думал, будет дополнительный заработок, хоть на старости лет поживу безбедно. Но, честно говоря, услугами сыщика мало кто пользуется, поэтому чаще всего я сижу без работы. Разумеется, не упускаю любую возможность заработать денег… Иногда выполняю частные поручения, порой — глупые просьбы. Например, отвезти письмо по указанному адресу, передать какую-либо информацию. А недавно ко мне пришла одна дама, очень представительная, и заплатила за сущий пустяк.

Она сказала, что если позвонит женщина и представится Мариной, а также ко всему прочему начнет расспрашивать по поводу дела, которое мне якобы поручила Галина Придорожная, то я должен встретиться с ней и назвать имя Сергея Бошевского. При этом обязан потребовать оплату и предложить свои услуги для сбора более детальной информации об этом человеке. Она проинструктировала меня, что следует говорить, если вас заинтересует этот самый Бошевский. И вот вы позвонили…

— Да, я позвонила, а вы мне наплели с три короба. Но меня интересует, кто та женщина, которая сделала столь необычный заказ?

— Я не знаю, она мне не представлялась, разумеется.

— Но описать-то вы ее можете? — не отставала Марина.

— Разумеется. Темные волосы, карие глаза, в общем, красивая женщина. Смуглая бархатистая кожа. Очень элегантно одета, высокая…

Марина уже не сомневалась, что к Полесьеву приходила Галина. Получается, что «подруга» продумала все до мелочей. И визитку сыщика подбросила специально, и удочку по поводу того, что ее шантажируют, закинула не случайно: чтобы появившиеся ниоткуда бандиты не вызвали у Марины слишком много подозрений. Но зачем, зачем? Марина снова вернулась к этому вопросу и снова не нашла на него ответа. Почему Галина хотела подставить ее? Какая ей от этого выгода?

Впрочем, а что, собственно, Марина о ней знает? Кроме того, что та сама рассказала. Еще не факт, что все рассказанное — правда. Ведь, по сути, виделись они всего три раза. В первый Галина слушала стенания Марины; во второй — предложила работу, а в третий — пожаловалась на возникшие проблемы.

Если вникнуть, то знакомы они не более чем поездные попутчики. Марина излила душу, пожаловавшись на мужа, на себя, безвольную, на ту жизнь, которую она сама для себя выбрала. В тот момент она не думала, что они еще когда-нибудь встретятся.

Да вообще-то, если быть совсем уж откровенной, она вообще ни о чем не думала… Может, Марина сказала что-то лишнее? Обидела знакомую и даже не заметила этого? Или бывшей однокласснице показалось, что она бесится с жиру, вот и решила макнуть ее лицо в «сладкую» жизнь. Ведь, если разобраться, Марина не знает, что думала Галина на самом деле, слушая ее, и какие чувства при этом обуревали ее. Может, отвращение? Или негодование? Может, зависть или злость? Теперь на все вопросы ответить может только сама Галина, которой и след простыл.

Ладно, хватит гадать! Марина тряхнула головой и вышла на офисную кухню, чтобы сделать себе крепкий кофе. Хорошо то, что хорошо кончается. И пусть впереди все еще неопределенность, но уже не такая угрожающая, не такая страшная, как раньше. Будущее уже не рисовалось серым и бесперспективным. Теперь Марина может спокойно, с гордо поднятой головой возвращаться домой, к Сергею. Хотя… а хочет ли она возвращаться? Эта мысль приходила уже который раз, и Марина не находила определенного ответа. Однозначное «да» и «нет» казались ей одинаково нелепыми. За каких-то двадцать с хвостиком дней она стала другим человеком. В ней пробудилась другая, более уверенная в себе Марина, и эта молодая женщина нравилась ей значительно больше прежней. Марина не хотела потерять ее снова. Она боялась, что, вернувшись, пусть не сразу, но постепенно снова придет к тому, от чего с таким трудом избавилась — к монотонности, однообразию, неуверенности в себе.

Впрочем, Сергей особо и не ждал ее, как оказалось во время последней беседы. Или все-таки лишь рисовался перед незнакомой девушкой Машей? Надо бы определиться до конца. Глупо возвращаться туда, где тебя не ждут… Или… ждут? Как все сложно, как все запутано. Она не уверена в себе, не знает, чего ждать от Сергея, сомневается в будущем. Сплошная неразбериха. Но если ничего не делать, а только размышлять, то результатов не будет. Никаких. Итак, самый серьезный и злободневный вопрос на повестке дня — семья. Быть ей или не быть?

Она снова села в полюбившееся красное кожаное кресло. Так что, написать Сергею? Признаться в обмане и вместе с ним посмеяться над ее розыгрышем? Как раз в этот момент от мужа пришло сообщение.

— Я хочу с тобой увидеться, — написал Сергей.

— Со мной? — удивилась Марина.

— Маша! Не вижу ничего оскорбительного для тебя в этом желании, — отрезал он.

Точно, он пишет Маше, а Марина решила — вот нелепость! — что его предложение адресовано ей.

— Я не думаю, что это хорошая идея, — ответила она. Ну вот, все начинания зарубил на корню. Теперь придется снова выдавать себя за другую. Но, может, оно так пока и к лучшему. Еще что-то новенькое узнает о себе и муже…

— Я настаиваю. Это мне необходимо, — требовал Сергей.

— Зачем? Ведь, насколько я помню, ты женат…

— Я уже сказал тебе, что жена ушла от меня.

— Так ты наконец узнал куда? — Когда Марина входила в роль, остановиться она уже не могла. Она старалась думать, как посторонняя, незнакомая женщина, никогда не любившая своего виртуального собеседника.

— Нет. С последнего нашего разговора ничего не изменилось. Жена не объявилась.

— Наверное, ты плохо искал ее?

— Почему же… Сначала я чуть с ума не сошел. Она оставила странную записку и пропала. Можешь представить мое состояние? Волновался, переживал, даже обращался в больницы и морги. Думал, что она решила покончить с собой… Обзванивал всех знакомых. Умудрился съездить на ее прежнюю работу. Думал, может, она вернулась туда.

— Стоп, стоп. Не кажется ли тебе, что ты заврался? Раньше ты говорил, что особо не переживаешь. — Марина поймала мужа на лжи. Так когда же он искренен? Тогда или сейчас?

— Маша, буду откровенен, я кичился, храбрился перед тобой. Извини, немного преувеличил… относительно своего спокойствия. Мне казалось, настоящий мужчина не должен переживать из-за таких семейных неурядиц. Внешне все его проблемы должны казаться решенными. Поэтому… В общем, постарайся войти в мое положение.

— Ладно… Я так и подумала, — успокоила Маша-Марина. — И как? Попытки найти не увенчались успехом?

— Да, я не нашел ее…

— А ты хочешь, чтобы она вернулась?

— Я уж и не знаю. Сначала хотел… Очень сильно тосковал. Вернее, до этого я был в ярости. Говорил себе, что, если она позвонит или объявится, не прощу и не пущу на порог. Думал, что она меня разыгрывает. Потом решил, что всего лишь поругаю ее — и будем жить, как и жили. А через два дня даже запил. Уже и сам был готов у нее в ногах валяться. Но она не появлялась. Я стал задумываться: а почему, собственно, она решилась на такой шаг? Понял, что я слишком увлекся работой, делами. Совсем перестал бывать с ней. А потом стал все чаще останавливаться на мысли, что у нее появился другой. Я готов простить все, что угодно, только не измену! Не хочу быть рогоносцем!

— А тебе не пришло в голову, что она решила таким способом проверить твои чувства? А ты уже назначаешь свидание другой?

Господи, какой же он недалекий. Так ничего и не понял! Ревнует, считает, что у нее появился другой.

— Нет, не подумал. Собственно говоря, почему бы мне и не встретиться с человеком, который мне интересен? Я же не приглашаю тебя в постель. Просто хочу выпить с тобой по бокалу вина, пообщаться в реальной жизни.

— И все же меня смущает, что ты так быстро все забыл… — Марину больше интересовала тема семьи, и она старательно к ней возвращалась.

— А ты не думай об этом. Ведь я мог и не рассказывать тебе о своей жене, — настаивал Сергей.

— Мог… Но ведь рассказал. Впрочем, я догадывалась и раньше. Ведь не напрасно ты как-то заинтересовался, по каким причинам может уйти жена от мужа. Ты ведь хотел выяснить, из-за чего ушла твоя жена?

— Да, хотел. И кажется, нашел ответ…

— И почему же?

— В первую очередь потому, что я мало уделял ей внимания. И не уследил…

— Так какой мне интерес встречаться с тобой? Если ты ко всему прочему еще и эгоистичный, самовлюбленный человек? — написала Марина-Маша.

— Я постараюсь исправиться…

— А может, тебе просто нужно развлечься?

— Поверь, я не ищу в тебе утешения. Понимаешь, благодаря общению с тобой я держался весь месяц. Я тебя никогда не видел и не слышал. Но по взглядам на жизнь, по стилю общения ты очень напоминаешь мою жену. Да и имена у вас начинаются на одну букву. Неужели ты считаешь, что я ищу в тебе всего лишь утешения? — уговаривал Сергей.

— Уверена, что вокруг полно других, готовых утешить тебя в любую минуту, — сопротивлялась Марина.

— Ты угадала. Как говорится, не в бровь, а в глаз.

— О чем ты?

— Да не хочется рассказывать. Даже вспоминать об этом неприятно…

— Но все же расскажи. Пожалуйста!..

— Хорошо. Если ты настаиваешь… Еще раньше, когда у нас с женой все было вроде нормально, я познакомился с одной женщиной. Вернее, у нас с ней одинаковый бизнес, и мы иногда оказывали друг другу мелкие услуги по работе. Но она стала проявлять ко мне недвусмысленный интерес. Сначала мне было даже лестно, потому что за годы совместной жизни, поверь, я ни разу не изменил жене. Мы сходили с ней несколько раз в ресторан. Потом она пригласила меня к себе в гости, ну и, как это бывает, переспали. Не могу сказать, что она мне безумно нравилась. Я бы даже сказал, что больше не нравилась. Но эта женщина начала буквально преследовать меня. Она звонила по нескольку раз в день на работу. Искала встреч. Когда я сказал ей, что женат, она легко отпарировала, что жена не помеха нашему счастью. Представляешь! Она решила, что я мечтаю быть с ней и меня останавливает лишь печать в паспорте.

Потом на какое-то время она пропала. Я, честно говоря, облегченно вздохнул. Решил, что она все поняла. Но недавно она появилась в моей жизни опять. Самое интересное, что она откуда-то узнала о моих проблемах с женой и стала настойчиво искушать меня. Скажу откровенно, она настолько мне надоела своей навязчивостью, что я практически прямо послал ее, хотя это и не в моих правилах. Так что, если нужно будет утешиться, мне стоит только позвать. Но я звать не стану…

Маша, я сейчас отсканирую и пришлю тебе несколько фотографий, а ты ответь, какие мысли пришли тебе в голову, глядя на них, — неожиданно отвлекся Сергей. — Мне очень важно твое мнение.

— Хорошо, — согласилась Марина.

Интересно, что за фотографии? Может, решил себя во всей красе показать? Подумал, вот глупенькая девчушка посмотрит и тут же упадет в мои объятия…

Марина с нетерпением ждала почту. Взглянув на первое фото, она почти ничего не поняла. Совершенно голый мужик и полуобнаженная женщина рядом с ним. Ее муж ко всему прочему еще и извращенец? Марина хотела было послать подальше собеседника и выключить компьютер, но, еще раз бросив взгляд на снимок, поняла, что это не ее муж: у мужика на ягодице была небольшая татуировка в виде дракона.

Следующие фото не заставили себя ждать. Марина уже ничего не понимала и постаралась повнимательней рассмотреть женщину. Господи, да на ней же синее шелковое платье Марины, единственное в своем роде, волосы гладко зачесаны назад, открытое лицо, правда, оно немного смазано, но она явно похожа на… Марину?

Она просмотрела еще три фотографии и — о, ужас! Какое свинство! Монтаж! На снимках была она! Теперь Марина в этом не сомневалась. Бретельки на платье спущены, ее грудь обнажена. Мужчина на фото всюду снят сзади, его лица не видно, зато прекрасно видна Марина. Вот он обнимает Марину, ее голова склонилась ему на плечо. Здесь Марина сидит на диване, а он целует ее. Какой ужас, она лежит, а мужчина задрал ей платье, и отлично видны ее любимые кружевные шортики. Бррр! Фу! Ее передернуло от отвращения. И как она могла находиться с этим типом в таком виде, как она могла позволить! Господи, да что же она такое думает! В жизни Марины никогда не было ничего подобного, никогда! Она может голову дать на отсечение. Грязная, гадкая фальшивка…

Но чувства Сергея теперь ей вполне понятны. Если уж она сначала поверила, что могла находиться в обществе эдакого красавца, то муж поверил, даже не задумываясь о возможности монтажа. Но как негодяи подделали!

— Посмотрела? — спросил Сергей.

Она-то посмотрела… Но что ответить? По идее, Маша не знает ни Сергея, ни тем более его жену. Значит, нужно играть по придуманным ею правилам и спрашивать именно то, что ожидает услышать от Маши Сергей.

— Это ты? — задала она дурацкий вопрос. Заранее прекрасно зная ответ. Но, по мнению Марины, виртуальная собеседница должна была спросить именно об этом. Кстати, мужчина на фото обладал великолепной фигурой. Мышцы на загорелом теле играли, бицепсы, трицепсы, ни одного лишнего грамма, прямо бодибилдер какой-то… Конечно, редкая женщина не обратила бы на такого здоровяка внимание.

— Нет. Я же не извращенец, чтобы присылать тебе свое фото в голом виде, да еще с другой женщиной. Но ты мне не ответила, что ты думаешь, глядя на снимки? — настаивал он.

— Похоже, мужчина и женщина обнимаются, — попыталась смягчить увиденное Марина.

— Ха-ха-ха. Рассмешила, честное слово! Ты уверена, что они только обнимаются?

Марина решила себя выручать, оправдывать любыми средствами, любой ценой. Потом разберется, кто смонтировал снимки и как они попали к Сергею, хотя эти вопросы надо бы выяснить в первую очередь, но тогда он точно ее не поймет. Ведь Сергей свято верит, что разговаривает с так называемой девушкой Машей, и даже не подозревает, что его собеседница законная жена.

— Да, именно обнимаются. А ты видишь что-то другое?

— Вижу. Они трахаются!

— Где? Где ты увидел соитие? Это ты меня не смеши! Присмотрись, складывается впечатление, что женщина не в себе, она или пьяная, или спит, написала Марина от «фонаря» и тут же снова, но уже очень внимательно вгляделась в снимки. Самое интересное, что она действительно всюду с закрытыми глазами. Обычно Марина великолепно выходит на фото, а здесь она вроде бы при каждой съемке моргала, но почему? И почему она не помнит, чтобы ее кто-то фотографировал?

Сергей на какое-то время замолчал. Видимо, тоже вглядывался в лицо жены.

Черт побери! Так она и вправду спит. И на фото настоящая Марина, а не тщательно загримированная под нее актриса. Но где это она? Стала перебирать в памяти торжественные моменты, когда ей доводилось надевать нарядное синее платье. А было их не так уж и много. День рождения мужа в ресторане, юбилей его фирмы и поход с Галиной в ночной клуб. Ночной клуб! Марина еще раз посмотрела на фото, где она лежала на диванчике. Точно, бархатная обивка темно-бордового цвета. Стола, правда, не видно, но его вполне можно было отодвинуть в сторону. И именно тогда она сделала себе такую простую, но эффектную прическу.

Но почему она не помнит процесса фотосъемки?

— Действительно, кажется, что она в стельку пьяная. Как мешок на нем висит… И глаза закрыты… А может, от удовольствия? — пришло сообщение от мужа.

Точно! Марина выпила три коктейля, у нее закружилась голова, Галина принесла стакан воды с шипучей аспиринкой и заставила выпить, потом Марина ничего не помнила, она, как сказала Галина, уснула минут на двадцать, а потом… потом они разъехались по домам.

А точно на двадцать минут, а не на час? И что, если в стакане был не только аспирин, но и сильнодействующее снотворное? Но кому это понадобилось? Вариантов у Марины не было. Только Галине. Без нее обойтись никак не, могло. Может, именно поэтому она так уговаривала Марину на близость со стриптизером, а когда ее план провалился, придумала другой, прямо на ходу. Потом пришел танцор, снял свое бикини, стал задом к камере, чтобы не было видно лица, поднял Марину и сделал вид, что они нежно обнимаются. А уж на диванчике сделать фото проще простого, задрал подол платья, оголил грудь, наклонился над ней — и готово.

Зачем были сделаны компрометирующие фотографии, и ежу понятно: чтобы показать их Сергею. Но кто выиграет от их ссоры? Галка? Какой ей смысл? Какой? Наверняка ведь нанять мальчика для столь изощренной авантюры и позирования перед камерой с голым задом — дорогое удовольствие. Чего она хотела добиться?

— Почему не отвечаешь? — снова высветилось на экране обращение от Сергея.

— А что ты хочешь от меня услышать? Я вообще не понимаю, зачем ты прислал мне эти фото…

— Чтобы ты убедилась: я имею полное моральное право встречаться, с кем хочу.

— Не вижу логической связи между снимками и нашей встречей, — отчеканила Марина, хотя, разумеется, теперь ей все стало понятно: Сергей хотел показать незнакомой девушке, что его жена самая что ни на есть гулящая дама, а он — несчастная жертва, до последнего времени не ведавшая о выходках супруги.

— Женщина, которую ты видишь, моя жена. Теперь тебе все понятно?

— Понятно, — ответила Марина.

«Вот сволочь. Ну а если бы фотографии получила действительно незнакомая девушка и увидела жену своего виртуального собеседника, развлекающуюся в компании бодибилдера? А потом Марина с ней случайно пересеклась бы по работе… Да мало ли кто общается с тобой по Интернету? Как можно быть таким неосторожным! Хорош, ничего не скажешь! Муженек присылает снимки, чтобы выставить себя несчастным мучеником, лишь бы добиться свидания. Фу, как некрасиво. Выносит сор из избы» — эти мысли вихрем пронеслись в голове Марины, но она не забыла поругать и себя: «Да и сама тоже хороша. Сколько всего тогда наболтала про Сергея! Непростительная беспечность!»

— Так что, мы встретимся? — настаивал Сергей. — Я привел убедительные доводы?

— Убедительнее не придумаешь. Я согласна.

Марина приняла решение. Сегодня ровно месяц, как она ушла от него. Сказать, что она излечилась от своей любви полностью и окончательно, Марина не могла. Но убедиться, что она больше не сгорает как свеча при виде его глаз, губ, Марина решила на свидании. Тем более требовалось поставить все точки над «и». Особенно спросить у него про фото. Этого так оставлять нельзя. Она не хочет и не может выглядеть в его глазах как падшая женщина. Марина была готова даже покаяться в близости с Олегом, но краснеть и слушать обвинения в том, чего не совершала, — выше ее сил.

В конце концов, она ничего не теряет, если выяснит отношения прямо сегодня. Рано или поздно их нужно выяснять, так зачем откладывать в долгий ящик?

ГЛАВА 22

Она выключила компьютер и откинулась в кресле, закинув руки за голову. Крутнулась в одну сторону, потом в другую. Остановила взгляд на небольшой картине, написанной маслом. На ней вилась дорога, ведущая вдаль. Странно, почему она раньше не замечала ее здесь? Да и что она вообще замечала?

Марина как будто впервые рассматривала кабинет, в котором провела месяц в качестве липового заместителя липового директора. Она усмехнулась про себя. Это ж надо так вляпаться. Одно успокаивает: все, что ни делается, — делается к лучшему.

За тридцать дней Марина только один раз позволила себе посмотреть, что находится в выдвижных шкафчиках стола, — когда искала хоть какие-то сведения о частном детективе. Нашла, на свою голову… Хотя это уже неважно. Важно то, что впереди. Как она справится с настоящей руководящей должностью, сможет ли выкупить агентство и стать его полноправной владелицей?

Марина встала и прошлась по небольшому помещению. Два стола, расположенных друг против друга. Шкаф с огромным количеством папок. Напротив небольшая тумба, на которой стоял музыкальный центр. Интересно, а что внутри? Она открыла дверку и обнаружила другую дверку, но уже металлическую. Сейф? Марина попыталась его открыть, но безуспешно. Да черт с ним. Зачем это? Ничего в него не клала, не мне и открывать.

В кабинет заглянул Максим, и новоиспеченная директриса переключилась на разговор с бухгалтером.

— Марина Анатольевна, — почему-то обратился он к ней по имени-отчеству, — я слышал, у нас новые хозяева объявились и вас назначили на должность директора. А раз так, то в связи с этим необходимо уладить некоторые нюансы.

— Например? — поинтересовалась Марина.

— В частности, оформить приказ о назначении вас на должность директора, отвезти образец вашей подписи в банк и заверить ее у нотариуса. Внести изменения в учредительные документы, заказать факсимиле, чтобы не дергать вас по любому поводу. Кроме этого официально объявить коллективу о смене власти, так сказать. Потом нужно, чтобы вы предоставили паспорт, идентификационный код. В общем, я тут вам все расписал. Вы не забудьте принести эти документы. — Максим протянул ей список.

— Хорошо. Завтра с утра всеми этими вопросами обязательно займемся, — согласилась Марина. — Максим, а чего ты меня по имени-отчеству стал называть?

— Ну как же, вы новый директор!

— Я не вижу ничего страшного в том, если все останется так, как сложилось. Поверь, я не страдаю манией величия, и меня вполне устраивает обращение по имени.

— Я понял тебя, Марина, — сразу же согласился бухгалтер. — Тут еще один вопрос. У бывшего директора Галины Семеновны имелась другая печать, и было бы хорошо ее найти. Одной сейчас катастрофически не хватает. Наши менеджеры заключают договора не только у нас в офисе, они еще и к клиентам выезжают, поэтому вторая печать необходима. Одна — для работы здесь, вторая — походная, если можно так выразиться.

— А где она хранилась у Галины Семеновны? Ты знаешь? Если да, то можешь ее забрать, — разрешила Марина.

— Знаю, что всегда находилась в сейфе…

— Прекрасно. Открывай и забирай ее. — Марина широким жестом показала на только что обнаруженный сейф.

— Но у меня нет ключей. Я думал, у тебя есть… — растерялся бухгалтер.

— Откуда? Галина мне их не оставляла. — Марина тоже растерялась. — Разве что ключи, как у многих беспечных людей, спрятаны прямо здесь, в кабинете? Поможешь мне их поискать?

Максим согласился, и они занялись поисками. Казалось, не осталось ни одного уголка, куда бы они не заглянули, а ключ так и не нашли.

Марина остановилась у окна, посмотрела на вазон с цветком, который в круговороте событий забывала поливать, и ее взгляд упал на небольшой ключ, который лежал на подоконнике. Этот ключ она некогда вытащила из земли, находящейся в цветочном горшке.

Марина показала ключ Максиму. Он взял его и пошел к сейфу.

— Это он, — радостно сообщил бухгалтер, когда дверка без проблем открылась.

В сейфе, кроме печати и небольшой коробочки, ничего не было.

— Максим, а что еще Галина Семеновна хранила здесь? — спросила Марина, глядя на толстую дверь сейфа.

— Обычно деньги и важные документы… Ну, я пойду работать?

— Да, конечно. Так ты остаешься, передумал уходить? Что решил-то? — Марина с замиранием сердца посмотрела на бухгалтера.

— Остаюсь. Я думаю, у нашего рекламного агентства есть будущее.

Когда за Максимом закрылась дверь, Марина открыла коробочку, ведь на крышке она увидела надпись: «Для Марины». Внутри лежал небольшой плеер. Она включила его, и из динамика послышались непонятные звуки. Сначала Марина не сообразила, что же там происходит. Вроде звон стекла, потом звук льющейся жидкости, шипение и смех. Она хотела уже выключить, но тут услышала голос Галки:

— Что, добралась-таки до сейфа? Наверное, денежки захотела там найти? Прижали тебя ребята? Ха-ха-ха.

Марина включила плеер на полную громкость и стала внимательно слушать.

— Ты, Маринка, нормальная баба. И я ничего лично против тебя не имела бы, не окажись ты не в том месте и не в то время. Сначала я думала ничего тебе не рассказывать, но создать такой грандиозный план и воплотить его в жизнь не каждой по плечу. Согласись! Тебе-то уж точно не по плечу. Поэтому мне хочется выговориться, сказать тебе все, что хочу. Чтобы ты меня не перебивала, не хлюпала носом и не смотрела глазами побитой собаки. Так проще, не правда ли? С твоего позволения, я еще выпью. Хотя на фига мне твое разрешение… ха-ха-ха.

Марина услышала, как полилась жидкость из бутылки в бокал.

— Небось сидишь сейчас в глубокой луже и рыдаешь еще сильнее, чем тогда, когда мы с тобой встретились после долгой разлуки? И ничего случайного не бывает, Марина, ничего. Разумеется, я не искала с тобой встречи и тем более там, в салоне, ее не подстраивала. Я действительно, как и ты, обрадовалась, увидев бывшую одноклассницу. Черт возьми, ведь я давно не видела никого из наших. А тут ты. Красивая, цветущая и… полностью безвольная. Изливала душу первому попавшемуся человеку, а так не делают. Ты же меня, Маринка, совсем не знаешь. И иногда такие «плаканья в жилетку» дорого обходятся тем, кто решил поплакать. Тебе-то уж точно…

Именно после нашей встречи я окончательно решилась изменить свою жизнь. Давала тебе умные советы (их давать очень легко, а вот попробуй поступать так, как тебе советуют?), примеряла их к себе, а потом подумала, что не напрасно ты мне попалась на пути. Это был мощный толчок к действию, к наступлению, к достижению моих целей. Что, не понимаешь, о чем я? Сейчас объясню…

Помнишь, в классе у нас была популярная фраза: «Первое слово — дороже второго». А я ведь изначально дала тебе очень умный совет. Сиди ты возле своего Сергея и не рыпайся. Мужиков нельзя оставлять надолго. Их даже на день без присмотра оставлять страшно — уведут. А ты даже не на недельку собралась… Чувства его хотела проверить, костер разжечь. Рассмешила! Я говорила тебе — глупое решение. Говорила? А потом, услышав от тебя кое-что интересное для себя, передумала отговаривать и посоветовала уйти. Помнишь? Так вот, не надо было слушать моего совета, а ты, дурочка, еще меня благодарила, лезла обниматься… Сто раз спасибо сказала. Ха-ха-ха. Если бы ты тогда знала, чем закончится твой уход!

Кстати, тебя уже «попросили» освободить мое шикарное красное кресло? С ним расставаться мне было грустнее всего. Для себя как-никак выбирала. Уверена, что ты уже одной ногой стоишь на улице и тебе некуда идти. Ты осталась ни с чем! У тебя больше нет мужа, нет работы, нет всего того, что так тяготило тебя. Боже мой! Деньги ей мешали. Блин, любви ей захотелось, взаимности. Да с тем, что ты имела возле своего Бошевского, можно столько взаимности найти. А она, видите ли, верная жена…

Слушала тебя — и тошно становилось. «Салоны надоели, в бутиках одно и то же, жизнь скучная и однообразная — спортзал да телевизор», — Галка изменила голос, пытаясь изобразить интонацию Марины. — Тысячи, нет, миллионы женщин за одну крупицу того, что имела ты, готовы глотки перегрызть. И где нормальные мужики таких безмозглых куриц, как ты, находят? Ну скажи? Чем я хуже тебя? Нет, у меня тоже все есть, но мне, милая моя, никогда не бывает скучно. У меня работа, клиенты, заказы, проблемы с налоговой, встречи. Я как белка в колесе кручусь, недосыпаю ночами, чтобы иметь половину того, что, ничего не делая, имеешь ты.

Удивляюсь, зачем он тебе еще и деньги дает! Ты же с ним даже не спишь. Надоела ему кукла фарфоровая. Ему нормальная баба нужна, живая, которая крутится в центре событий, у которой на него времени не будет. Вот тогда и он раззадорится, будет искать с ней встреч и ждать сексуальной близости, как манны небесной. А ты — яблочко на тарелочке с голубой каемочкой. Всегда на подхвате. Только и делала, что на скуку жаловалась да надоедала ему, как муха осенняя. Хоть убей, никак в толк не возьму, ну почему таким все достается на шару? — Здесь Галина выругалась матом.

Послушала я тебя, посмотрела на слезы твои идиотские, да и решила, что хорошо бы тебе медку с дегтем вперемешку попробовать. Ах, как ты, наверное, радовалась! С ходу — и заместитель директора! Вот так сюрприз, вот так удача! А Галка-то какая душечка — тебя сразу в начальницы определила. Какая Галочка добрая, бескорыстная. Но ничего, дорогуша, просто так не бывает. «Бесплатный сыр — только в мышеловке». Что верно, то верно. Вот мышеловка тебя и прихлопнула. Чувствуешь, каково оно? Бегать из угла в угол и не иметь возможности выбраться? Зато какой экстрим, какое разнообразие, теперь тебе точно не скучно. Ведь не скучно? Я не ошибаюсь?

Да! Я специально подставила тебя! Сама подумай, ну какой из тебя заместитель? Во-первых, ты ничего не смыслишь в рекламном бизнесе, во-вторых, ты никогда не руководила людьми, и любой менеджер в моем агентстве умнее тебя, да еще и профессионал в своем деле. А ты домохозяйка со стажем. Что ты сможешь им посоветовать, как будешь разговаривать с клиентами? Разве что в деталях сможешь рассказать, как идеально отмыть раковину да плиту на кухне. Хотела бы я услышать, какие распоряжения и указания ты будешь давать моим сотрудникам, изображая эдакую продвинутую бизнес-леди. Да они раскусят тебя на второй день и будут смеяться за твоей спиной. Жаль, что не смогу лично созерцать эту картину. Но я довольно ярко ее представляю, так что особо не расстраиваюсь.

Кстати, ребята по телефону перья тебе пощипали? Тоже чем не развлечение. Ты от страху небось чуть не померла. Скажи спасибо, что пожалела тебя. Просила сильно не бить. Так, для разнообразия. Чтобы жизнь медом не казалась. Наверное, и денежки кинулась собирать, ты же у нас правильная. Всегда такой была. Еще в школе, помню, глотку рвала за правду. Только я тебя расстрою. Никто на меня не покушался, не угрожал и долларов не требовал. Я все придумала специально для тебя. Согласись, актриса я великолепная. А организатор какой! Продюсеры отдыхают! Ведь ты, Маринка, поверила, заглотнула наживку с первого раза. А я и мальчиков специально наняла для тебя. Хорошие ребята, чем не парни по вызову? Надеюсь, ты испытала несказанное удовольствие от общения с ними?

Кстати, как тебе Полесьев? Тоже моя работа. А ты уже и нюни распустила. Мол, ах и ох, каким негодяем оказался муженек! Как он мог? Пережить такое с твоими-то принципами и взглядами на мораль! Могу тебя успокоить: ничего из того, что наговорил тебе сыщик, не было и в помине. Это я придумала, чтобы еще больше твою жизнь разнообразить. Уверена, после услышанного ты и вовсе расхотела к нему возвращаться. Ведь правда же?

Вот и живи, Марина, одна. И не лезь в нашу жизнь. Да, ты не ослышалась — в нашу с Сергеем жизнь! Потому что сейчас он уже мой, только мой. И если ты попробуешь вмешаться, я тебя на клочья разорву. Удивлена? Знаешь, Марина, влюбленная женщина способна на многое, а такая, как я, — на все. Вот что ты сделала, чтобы привлечь его внимание? Ну ушла, сняла квартирку, в одиночестве и темноте глотаешь слезы. А я, Марина, придумала и сделала все то, что с тобой произошло за это время.

Повторюсь, хотя уж говорила тебе вначале, что ничего просто так в жизни не происходит. Вот и встреча наша оказалась не случайной. Я как услышала, что ты жена Сергея Бошевского, у меня внутри все оборвалось. А я-то, дура, тебе советы дельные даю! Кому? Моей сопернице? Женщине недалекой и не достойной быть рядом с ним.

А мы с ним будем достойной и красивой парой. Поверь мне на слово. Я же твоего мужа, вернее, уже моего, давно заприметила. Красивый мужик, зверь, за такими бабы на край света идут. Я и не удивляюсь, что ты по нему с ума сходила. Только неправильно все делала. Вот и имеешь то, что имеешь.

Когда я его увидела, решила: обязательно будет моим. Любой ценой. Понимаешь, Марина, цена для меня в таком деле значения не имеет. Я тоже, представь себе, умею любить. И любить так, как не способны многие. Для меня было неважно, есть ли у него семья, дети, как он живет с женой. Я знала: рано или поздно своего добьюсь и он будет со мной. Да он не очень-то и сопротивлялся, откровенно говоря, идя в мою постель. А в постели, скажу тебе, нам было очень хорошо. Ты себе и представить не может, что вытворяет изголодавшийся по нормальной бабе мужик! Куда тебе! Ему нужна такая, как я…

Расстроило меня только одно: я узнала, что он несвободен. Что у него дома зануда жена, с которой тем не менее по каким-то моральным убеждениям Сергей разводиться не хочет. Ну что прикажешь делать? Не отступать же на полдороге. Тем более что отступать я не привыкла. Конечно, я стала думать, как бы побыстрее избавиться от мешающей нашему счастью жены. Прокрутила сотню вариантов… И тут мне попадается Марина, моя одноклассница, которая распускает сопли у меня на плече и, что самое интересное, оказывается женой Сергея. Марина, не поверишь, я чуть не описалась от радости. Вот это удача! Судьба благоволит к сильным личностям. А я отношусь именно к таким.

Мне ничего не стоило убедить тебя, что не надо пока звонить Сергею, напоминать о себе, подавать какие-то знаки. Я приказала тебе исчезнуть, навешала лапши на уши, а ты ее даже не попыталась снять. Ты мне поверила, послушалась моих советов. И знаешь, Маринка, я была уверена, что целый месяц ты не объявишься. Больше мне и не нужно. Хотя… мне хватит двух-трех дней, чтобы Сергей забыл о твоем существовании. У меня есть прекрасное предложение для него, от которого он точно не откажется.

Дело в том, дорогуша, что я собираюсь уехать за границу. Возможно, навсегда. У меня есть деньги, большие деньги. И какой мужик не согласится разделить их, а также начать новый бизнес с красивой, умной и уверенной в себе женщиной. Сергей не устоит. Я уверена! И ты как никто мне в этом поможешь. Он будет в растерянности от твоего глупого поступка, будет зол, обратно тебя он уже не примет, да и некуда. Свято место пусто не бывает. Я займу подобающее мне место и буду с мужчиной, которого люблю.

А еще, дорогая моя, я приготовила тебе сюрприз. И когда ты повнимательней осмотришь коробочку, которую я тебе оставила, ты его обязательно увидишь. Вот так борются за свое счастье! И никак иначе! Эту новую пакость комментировать не стану. Авось не совсем дура, сама поймешь.

Знаешь, я сейчас испытала не меньшее облегчение и радость, чем ты, когда изливала мне душу. Мне радостно, приятно сознавать, что смогла показать тебе настоящую жизнь. Надеюсь, теперь тебе не скучно, не грустно? Есть чем заняться? А скоро, если уже не сейчас, тебе будет еще веселее. Ты начнешь искать работу, у тебя не будет даже малой толики того, что имела, и ты сразу поймешь, что лучше быть богатой и здоровой, чем бедной и больной.

Вот так-то! А на Сергея больше не рассчитывай и не пытайся его вернуть. Раздеру в клочья! Поняла?! По-моему, я уже тебе доказала, что смогу это сделать… Сучка!

Кассета закончилась. Плеер выключился. Марина сидела окаменевшая, смотрела на маленькое чудо техники и не могла поверить, что кроме прекрасных мелодий оно может выдавать еще и такую грязь, как откровения Галины Семеновны Придорожной.

«Может, она больная? — подумала Марина. — Нет, сказать, что по ней плачет психушка, нельзя. С виду вполне адекватная, нормальная, интеллигентная женщина». В голове не укладывалось, что ради мужчины женщина способна на такую мерзость. Но с другой стороны, люди разные, и то, чего не может принять и понять Марина ни в каком виде, совершенно нормально воспринимается другим человеком. Для Марины женатые мужчины всегда были табу. А многие ее знакомые дамы на жен обращали ровно столько внимания, сколько обращают на случайного прохожего на улице. Вот и Галка относится к тем, кто не понимает, не воспринимает слово «мораль». Господи! Но не до такой же степени!

Марина налила в стакан воды, залпом ее выпила. Налила второй и осушила его тоже. Вроде стало полегче. По крайней мере, шок частично прошел, ушла окаменелость, но остались гадкий осадок на душе да мысли, разрывавшие голову на части.

Она вспомнила про сюрприз в коробочке. Еще один? А не многовато ли за один день? И все же вытряхнула содержимое. Фотографии! Те самые! Сегодня Сергей отсканировал и прислал их по Интернету. Вот все и прояснилось. Значит, приглашая Марину в ночной клуб, Галина Придорожная знала, что будет фотографировать Марину в объятьях мужчины, разработала план. А каким способом она добилась результата — уже неважно.

Сейчас ни о какой работе речь уже не могла идти. Марина попросила Оленьку ни с кем ее не соединять и никого не пускать в кабинет.

— Голова страшно разболелась, — придумала отговорку Марина. — Посижу немножко и поеду домой.

Значит, она правильно поступила, согласившись встретиться с мужем. Он жаловался на одиночество. Тогда выходит… Придорожная не смогла увлечь его?

Стоп! Сегодня он рассказывал о некоей женщине, с которой единожды переспал и которая была к нему неравнодушна. Так он говорил о Галине! Он воспринял ее как попытку развлечься, а она — как обоюдную сильную страсть, в фундаменте которой пламенные, искренние чувства. Ах, если бы люди умели читать мысли друг друга. Хотя бы иногда. Может, они не были бы так самонадеянны, уверены в себе и глупы одновременно. Разумеется, нужно надеяться на лучшее, всегда… но и не исключать худшего. А женщины, подобные Галине, программируют себя на успех. Марину «подруга» в своих мечтах обрекла на поражение. Самоуверенно поставила на кон все — и проиграла. Наверняка сейчас кусает локти, узнав о неожиданном удачном повороте в жизни Марины. Ну и пусть! Пусть знает и злится. Так ей и надо! Зла Марина ей не желала, но и ничего доброго пожелать не могла. За такие поступки рано или поздно воздастся. И не Марине решать когда и как. Галина сама выбрала свою дорогу, так пусть же и идет по ней, а уж куда приведет ее тропинка…

Если разобраться, Марина в какой-то мере была даже благодарна Галине Придорожной. Ведь если бы не ее коварный план, Марина никогда не встретила бы Олега, ее не назначили бы на должность директора и не было бы у нее шанса выкупить рекламное агентство. А теперь все это есть, перспективы, конечно, неопределенные, но есть интересное будущее, и Марина этому безумно рада. И еще… она почувствовала себя настоящей женщиной и излечилась от всеподавляющей любви к мужу. Надо же, Галина своего добилась: Марина больше не трепетала от одного имени мужа и не хотела возвращаться домой.

Она посмотрела на плеер. Нужно ли мужу знать о проделках Придорожной? Она подумала, потом вытащила кассету, вытянула пленку, разрезала ее на мелкие кусочки и выбросила в мусорное ведро. Ну вот! Никто ничего не говорил, никто ничего не слышал. Бог ей судья.

ГЛАВА 23

Марина пораньше ушла с работы, чтобы привести себя в порядок. Она хотела выглядеть ослепительной, обворожительной, яркой, уверенной в себе. Сначала забежала в парикмахерскую и уложила отросшие волосы. Марина решила больше не стричься, как это нравилось Сергею. У нее есть собственный вкус, свое мнение. Она купила новое платье, то, которое он никогда не одобрил бы. Сбрызнула себя любимыми духами и осталась очень довольна всеми этими манипуляциями. Когда выходила из подъезда, она увидела Олега, одиноко сидящего на скамейке.

— Возвращаешься к нему? — неожиданно спросил он.

— К кому? — опешила Марина. Она никак не ожидала такой осведомленности.

— К мужу…

— А откуда ты знаешь? — Она не могла скрыть свое удивление.

— Я многое о тебе знаю…

— То есть… Ты хочешь сказать, что следишь за мной? — немного разозлилась она.

— Нет, я не слежу. Я тебя только оберегаю, — нежно произнес Олег, глядя ей в глаза.

— От кого?

— От всех других.

— Я не понимаю тебя.

— Да я и сам себя не понимаю с тех пор, как тебя увидел.

— Олег, не хочешь ли ты сказать, что на самом деле…

Помнится, после бурного секса он признался ей в любви. Но тогда нелепое признание она восприняла как естественный минутный наплыв эмоций…

— Именно это я и хочу сказать. Я влюблен. Влюблен с той самой минуты, когда впервые столкнулся с тобой. Я потерял голову… — Голос его дрожал.

— Олег, это юношеское. Это пройдет… — Она попыталась успокоить его. Марина старалась говорить ласково, как бы уговаривая взрослого ребенка.

— Марина, не нужно разговаривать со мной, как с подростком. Я старше тебя на два года. Поверь, достаточно взрослый и самостоятельный мужчина, каковым ты меня видеть никак не хочешь.

— Олег, не ври. Тебе больше двадцати двух не дашь… — растерялась Марина. — Ты ведь сочиняешь?

— Конечно, многих вводит в заблуждение мое лицо. Но я же не виноват, что хорошо сохранился. При первой возможности я обязательно покажу тебе паспорт, — виновато улыбаясь, оправдывался он.

— Допустим, я тебе верю. И что дальше? Чего ты ждешь от меня?

— Ничего… Хотя, может, ты сможешь полюбить меня когда-нибудь…

— Я не готова сейчас обсуждать эту тему. Поговорим позже, хорошо? — Марина взглянула на часы.

— Когда?

— Давай сегодня вечером… — предложила она.

— Но ты ведь идешь встречаться с ним. Ты можешь не вернуться, — посмотрел на нее Олег, и в его глазах было столько муки и страдания, что Марина твердо пообещала прийти.

— Ну что, и тогда опять пойдем на природу? — весело спросила у него.

— Хорошо. Только позволь, сегодня я сам выберу место, — немного приободрился Олег.

— Я не возражаю. А сейчас я действительно спешу на встречу с мужем. До встречи, скажем, в девять.

— Я буду ждать…

Уже минут десять Марина наблюдала, как Сергей стоит возле входа в кафе и с интересом рассматривает каждую проходящую мимо девушку. Впрочем, его можно понять. Он встречается с котом — нет, кошкой? — в мешке. Как правило, заочное знакомство таит в себе массу неожиданностей, от очень приятных до весьма разочаровывающих. Обладательницей нежнейшего, серебристого голоска может оказаться толстая, неухоженная тетка лет сорока пяти. А красноречивый умелец писать чудные письма, от которых пробивает слеза, может обернуться обрюзгшим, полуспившимся интеллигентом. И все-таки Марина не понимала, зачем Сергею встречаться вот так, посредством Интернета. Чего он ждет от такой встречи? И на что надеется? Что придет очаровательное создание и утешит его, выслушает, погладит по голове, а может… заменит бросившую его жену? Да какая ей, Марине, разница? На месте виртуальной девушки — Марина, и Сергей сейчас очень удивится, увидев ее. И все же их встреча должна произойти. Она слишком долго ждала этого момента, чтобы упустить его.

Муж заметно нервничал.

Марина решила, что выждала достаточно, и направилась прямо к нему. Сергей Марину заметил сразу, и в его глазах можно было прочитать чуть ли не все существующие на земле чувства и эмоции. Сначала его лицо покраснело, потом он так же резко побледнел, затем несколько раз жадно глотнул ртом воздух, и только глаза смотрели на нее не отрываясь. Он, наверное, решил, что Марина привидение, и поэтому боялся отвести взгляд. Миг — и она исчезнет. Впрочем, не стоит испытывать его терпение. Так можно и до нервного расстройства довести.

— Привет, ждешь кого-то? — улыбнулась Марина.

Пауза затянулась. Сергей осматривал ее с ног до головы. Взял за руку. Потрогал, наверное, убедился, что это действительно его жена.

— Где… где ты скрывалась все это время? Я чуть с ума не сошел… — каким-то хриплым (от волнения?) голосом наконец спросил он.

— Ну не сошел же… Так ты не ответил на мой вопрос: кого-то ждешь? — как ни в чем не бывало, как будто и не было месячной разлуки, спокойно говорила Марина.

— Ай, это уже неважно! — махнул он рукой. — Зайдем? — Жестом он пригласил ее войти в кафе.

Когда они расположились за столиком, Сергей попытался взять Марину за руку. Она отняла ее и спрятала обе руки под стол. Марина почувствовала, что ее веселость и беззаботность мнимые. Ее начинала бить дрожь, и пальцы заметно тряслись. Нельзя, ни в коем случае нельзя показывать свое волнение!

— Не надо, Сергей.

— У тебя появился другой мужчина. Ты ушла от меня к другому? — с дрожью в голосе, с прорывающимися нотками ревности спросил он.

— Нет. Я попыталась уйти от себя, а не от тебя… — ответила она.

— Что ты говоришь… Я не понимаю тебя. Зачем ты мне лжешь? У тебя кто-то есть? Ты бросила меня из-за другого? Или из-за еще больших денег? Но неужели тебе не хватало? Ты ни в чем не нуждалась! — Вопросов у мужа было великое множество, вот только нужно ли на них отвечать, оправдываться в том, в чем не виновата?

Марина смотрела на Сергея и понимала, что она действительно излечилась от болезненной, сумасшедшей любви, которая в последнее время приносила ей только боль и страдания. Она смотрела, как бегают его глаза, как горят каким-то незнакомым, — или давно ею забытым? — огнем, как он моментально оценил перемены в ней, и не только внешние перемены. Он снова превращался в того влюбленного по уши Сергея, каким был три года назад. Он снова готов был пасть у ее ног, готов ждать ее распоряжений, добиваться ее любви.

Как мало, оказывается, нужно для того, чтобы вернуть внимание любимого человека. Замолчать — чтобы тебя услышали, уйти — чтобы тебя увидели, разлюбить — чтобы тебя полюбили вновь, не звонить — чтобы обрывали твой телефон. Марина поняла, что, как только он снова хотя бы немножечко почувствует ее любовь к себе, когда поймет, что процесс завоевания прошел успешно и оружие можно сложить, он снова станет прежним. И для Марины бессмысленная и унылая жизнь начнется снова.

Нет, она не хочет быть рабой любви, не хочет возвращаться в тот мир, где она превращается в игрушку для мужа. Она не хочет больше жить так, как он того желает. Марина не желает возвращаться к нему. Она не хочет этого.

Столь странное открытие Марину потрясло. Она ожидала чего угодно. Слез счастья, что наконец-то увидела любимого, дрожи в коленках, обморочного состояния, непреодолимого желания броситься в его объятия и больше никуда не уходить. Но такого! Женщина смотрела на некогда любимого мужчину и понимала, что она практически ничего по отношению к нему не чувствует. Пустота, слегка разбавленная остатками былой любви.

— Марина! Марина! — звал ее Сергей. — О чем ты задумалась? Куда ты смотришь? Почему молчишь?

— Да ни о чем существенном, Сереж, я не задумалась. Так, о жизни.

— Марина, поехали домой… Там и поговорим, все выясним, обсудим…

— Что?

— Говорю, поехали домой. Ну чего мы здесь сидим? У нас прекрасная квартира, в ней все есть, ты полноправная хозяйка. Чего тебе не хватало, Марина? — уговаривал ее Сергей.

А ведь он и вправду ничегошеньки не понял. Он до сих пор считает, что она бесится с жиру. Конечно, в глазах Сергея и сотен, тысяч других мужчин и женщин она купается в роскоши. Марина ни в чем себе не отказывает, она должна быть счастлива… Вот именно — должна. А если счастья при всем этом великолепии нет? А если хочется нежного прикосновения руки в скверике, а не безразличия в хоромах?

— Я не вернусь… — тихо, но твердо произнесла она.

— Что? — не расслышал Сергей или сделал вид, что не расслышал.

— Я не готова вернуться. По крайней мере, сейчас. У меня есть интересная работа. Мне нравится самой принимать решения. Я хочу быть самостоятельной…

— Какая работа? О чем ты говоришь, Марина? Как за такое короткое время ты умудрилась что-то себе подыскать? — удивился Сергей.

— Благодаря случайности и твоей страстной поклоннице…

— Я не совсем тебя понимаю.

— Я говорю о Галине. — Марина посмотрела ему прямо в глаза.

В глазах Сергея появилось виноватое недоумение.

— Откуда ты знаешь? — потупился он.

— Ты сам мне рассказал.

— Я не рассказывал тебе о Галине… — уверенно возразил он.

— Мне нет, а Маше рассказывал.

— Какой Маше?.. У меня нет знакомых Маш. Хотя… но эта никак не могла ничего тебе рассказать. Тем более я не называл имен. Мы невинно общались…

—…по Интернету, — закончила за него фразу Марина.

— Д-да. По Интернету, а откуда ты знаешь?.. — Сергей был в полной растерянности.

— Кстати, против виртуального общения я ничего не имею, но вот отправлять компрометирующие жену фотографии неизвестно кому… крайне неосмотрительно, а если бы с тобой общалась моя конкурентка, а потом вывесила эти самые фотографии в Интернете? Ты подумал, как легко, несколькими ударами пальцем по клавиатуре, мог навредить мне и опозорить меня? — Сергей не заикнулся о снимках, и Марина решила сама затронуть волнующую ее тему. Она точно знала, что ничего предосудительного не совершила, и хотела объяснить Сергею, что ее подставили. В который раз за этот месяц!

На несколько минут он задумался над словами Марины, потом ошеломленно выпалил:

— Постой, значит, все это время я разговаривал с тобой в «аське»? Это ты написала мне «эсэмэску»? Ты расспрашивала о моем отношении к жене, то есть к тебе, ты выматывала мне душу? Марина, но как ты могла? Это вторжение в мою личную жизнь! — перешел почти на крик Сергей.

— Да, я. Не горячись. Я же не могла полностью оставить тебя. Я волновалась…

— Но… это… это… Я даже не знаю, как назвать твой поступок, — возмущался Сергей.

— Называй как хочешь. — Марина была совершенно спокойна. — Я не собираюсь оправдываться и просить у тебя прощения.

— Подожди! — Он немного успокоился. — Но как ты познакомилась с Галкой? И зачем она взяла тебя на работу? Не верю я в хорошие побуждения такой дамы, как она. Кстати, а ты ей рассказывала обо мне?

— Я теперь ей тоже не верю, — призналась Марина. — Амесяц назад мы столкнулись с ней в салоне красоты. Совершенно случайно. Мы когда-то учились с ней в одном классе. Я пожаловалась ей на жизнь и на тебя (ты уж прости, что тоже протрепалась, на задумываясь о последствиях!), а она, я только значительно позже поняла, почему она это сделала… предложила мне поработать у нее. Представила коллективу как своего заместителя.

— Но ты же ничего не смыслишь в рекламном бизнесе… — раздраженно прервал ее Сергей. — Хотя… Постой. Но ведь агентство Галины вырвало у нас из-под носа крупнейший заказ… Там уже была ты?

— Да. Но ведь весь коллектив работал над проектом, а я только представляла его директору компании «Бартен».

— Ну ты даешь, Маринка. Не ожидал. Слушай, а что же Галина?

— Я не знаю, где она… И вообще, ничего не знаю о ней вот уже месяц. Только теперь я понимаю, что она просто решила меня подставить. Вернее, сначала устранить как соперницу, подсунув тебе липовые фотографии…

— Почему липовые, я обращался к специалисту. Снимки как раз настоящие. — Теперь Сергей заговорил жестко и уверенно. — Ты хочешь мне объяснить, откуда они взялись и где ты так набралась, что голый мужик делал с тобой все, что хотел…

— Во-первых, он ничего не делал, и между нами не было никакого секса. Если тебе интересно, я могу объяснить. Хотя… нужно ли? Ты все равно останешься при своем мнении.

— Почему же, попытайся. А вдруг я тебе поверю?

— Тогда слушай. Галка пригласила меня в ночной клуб. В тот день ты пошел играть с друзьями в бильярд, а я, обидевшись на тебя, не стала отчитываться перед тобой и тоже ушла из дома… Мы выпили три коктейля. Она уверяла меня, что алкоголя в них самая толика, но ты же знаешь, даже капля действует на меня, как на некоторых бутылка. Потом Галина захотела сделать мне подарок в виде стриптизера. Разумеется, я отказалась. Она начала меня уговаривать, и когда поняла, что я все равно не соглашусь, отстала и, сославшись на усталость, предложила посидеть в отдельном кабинете. Там у меня закружилась голова, и Галина принесла мне стакан воды с таблеткой аспирина. Я уверена, что в воде было сильное снотворное, потому что, выпив, я уснула. Проснулась от легких похлопываний по щекам. Галка сказала, что спала я минут двадцать. Потом мы разъехались по домам. Собственно говоря, это вся история. Больше добавить к ней нечего.

— И ты хочешь сказать, что ничего не чувствовала, когда расстегивали платье на груди, поднимали, клали на диван? — недоверчиво прищурив глаза, спрашивал Сергей. — Знаешь, действительно мало верится. Правда, есть одно тебе оправдание. Я взял лупу и тщательно присмотрелся к снимкам. Ты и вправду там выглядишь, как кукла гуттаперчевая, да и закрытые глаза… Но может, это ты от удовольствия их прикрыла?

— Все может быть! — отрезала Марина. Она решила больше ни слова не говорить в свое оправдание.

Возникла пауза. Сергей заговорил первый:

— Мариночка, сама посуди, а что бы ты подумала на моем месте? Я же не знал всей истории, да и потом… мне рассказывали нечто иное.

— Насколько я понимаю, тебе эту незамысловатую историю поведала твоя дама сердца, Галина Придорожная…

— Ну какая там дама. Всего лишь… — Признаваться в адюльтере Сергею не хотелось. К тому же его мучил еще один вопрос. Марина не сомневалась, что он обязательно его задаст. — А как ты догадалась, что Галка… Ну что мы с ней… — Сергей не знал, как выразиться, чтобы лишний раз не акцентировать факт измены.

— Я уже говорила — ты сам мне рассказал. Вспомни, о чем трепался с Машей по «аське». Правда, имени ты не назвал, потому я сразу и не догадалась. А потом, проанализировав поведение Галины и рассказ нашего менеджера (она видела вас вместе в твоем любимом ресторане для романтических встреч, да ты и сам советовал Маше назначать там свидания, уже забыл?), я поняла, что Галка влюблена в тебя. Честно говоря, я изнываю от любопытства, что же было потом, когда меня, как преграды, на пути не оказалось? Чем закончился ваш роман?

— Ты уверена, что хочешь это услышать?

— Не то слово. Я настаиваю!

— Она появилась ровно через три дня после твоего ухода. Теперь-то я понял, от кого она узнала о наших семейных проблемах и о том, что ты меня бросила. Галка уверяла меня, что у тебя есть любовник, с которым ты уже очень давно встречаешься, а теперь решила окончательно уйти к нему. Конечно, сразу я ей не поверил, но Галка была в курсе таких интимных подробностей нашей с тобой жизни, что я мало-помалу стал проникаться мыслью о твоей измене. Ведь она сказала, что знает тебя очень давно и часто болтает с тобой, а ты неоднократно жаловалась на меня и рассказывала ей о своих любовных похождениях. Ну и потом она показала мне неоспоримые доказательства, фотографии, где ты и… он. — Сергей запнулся.

— Разумеется, мои жалобы она расписала в самом черном цвете. Сказала, что я недостойна внимания такого мужчины, как ты, и что она готова занять мое место, — вырвалось у Марины.

— Приблизительно что-то вроде того, — брезгливо скривился Сергей.

— И это все? — Марине очень хотелось услышать продолжение.

— Потом она сказала мне, что собирается уехать на постоянное место жительства за границу. Что открыла там свой бизнес. Поведала о несметном богатстве и предложила ехать вместе с ней. Самое интересное, что Галина не сомневалась в моем согласии. Она почему-то была уверена, что я влюблен в нее и единственная преграда к нашему с ней счастью ты. Представляешь! Какое самомнение! Да я попросту рассмеялся ей в лицо и, прости за грубость, послал подальше. Я сказал, что никогда не питал к ней никаких чувств. Ой, ладно! — Сергей махнул рукой, и отвращение промелькнуло теперь в его глазах. — Даже вспоминать противно, не то что рассказывать. Бывают же такие пиявки!

Марина улыбнулась. Галка наступила на ее, Маринины, грабли. Она учила ее быть сильной, независимой, гордой, а сама опустилась до уговоров, просьб, мольбы. Даже купить Сергея надумала. Как же примитивно и глупо!

— Ты мне расскажи, что еще произошло с тобой с тех пор, как ты ушла из дома, — попросил муж.

— Да теперь и рассказывать особо нечего. Я уже говорила, что Придорожная назначила меня своим заместителем. Сейчас я понимаю, для чего: чтобы устроить мне крупные неприятности не только на личном фронте. Может быть, потому, что ты не клюнул на ее чары? — улыбнулась Марина. Как же приятно узнать, что самоуверенная Галина, которая абсолютно не сомневалась в своей победе над Сергеем, осталась ни с чем!

— Какие там чары… Ну кто может с тобой сравниться? — старательно польстил ей Сергей. — А что за неприятности?

— Ты знал, что внешне преуспевающее агентство Галины было на грани банкротства?

— Нет… Скорее, был уверен, что в ближайшем будущем они еще дадут нам фору. Тем более они так запросто разбрасываются клиентами…

— Это ты о том, как перекупал заказы у «Галы»? — встрепенулась Марина.

— Приблизительно об этом, — неопределенно ответил Сергей.

— Нет, ты не изворачивайся. Прямо отвечай. Я же знаю, что ты предлагал нашему менеджеру деньги в обмен на отказ от участия в тендере на заказ от компании «Бартен»! — выложила неоспоримый козырь Марина.

— Ну предлагал. А почему бы и нет? Все довольны. Кто же знал, что вы сможете вырвать заказ практически у нас из-под носа? Я называю такой маневр подстраховкой. И ничего зазорного в этом не вижу. Некоторые просто счастливы, когда им вот так предлагают некоторую сумму. Ведь могли бы не получить вообще ничего. У маленьких рекламных агентств очень мало шансов на успех.

— Кстати, я чуть не подумала о тебе бог знает что, когда узнала, что ранее твое агентство перечислило на расчетный счет «Галы» тридцать тысяч долларов. Скажи, пожалуйста, за какие такие заслуги? — не могла не спросить Марина.

— Все за то же… — усмехнулся Сергей. — Галина, если можно так выразиться, «отдала» нам своего потенциального клиента. За эту маленькую услугу она заработала тридцать тысяч, а мы, сотрудничая с ним четыре месяца, вернули эти деньги назад и уже начали получать прибыль. Я уверен, что клиент сделает нам еще немало заказов и мы заработаем благодаря ему неплохие деньги. Иногда, чтобы в дальнейшем получить хороший доход, нужно сначала вложить определенную сумму. Закон бизнеса… Но теперь я, кажется, понимаю, почему Галина обанкротилась. Жить одним днем и «распродавать» клиентов, мягко говоря, безрассудно. Но я не знал, что у «Галы» крупные проблемы…

— Вот и я не знала до поры до времени. Оказывается, Галина одолжила сто тысяч долларов для дальнейшего развития своего бизнеса. Она представила кредиторам липовые бухгалтерские документы об успешной деятельности фирмы и отдала ее в залог. Все деньги, которые были на счету, она сняла, но не вложила ни копейки из тех, которые ей передали кредиторы. Совсем недавно я узнала, что все свое имущество она продала буквально за считанные дни и испарилась из города. Вот так она отомстила мне за то, что ты не разделил ее чувств. Думаю, что во всех своих бедах на личном фронте она обвинила меня…

— Да, но это же глупо! — возмутился Сергей.

— Знаешь, есть люди, которые всегда, во всех своих неприятностях ищут виноватого на стороне, не пытаясь заглянуть внутрь себя и отыскать причину там. Многие женщины обвиняют счастливых соперниц. Им кажется, что если бы тех не было, то они с легкостью смогли бы пробить путь к сердцу намеченного в жертвы мужчины. И не задумываются над тем, что, возможно, они просто не нравятся тем мужчинам, которых выбрали. Глупо бороться и отвоевывать того, кто находится в плену другой любви и из него не хочет уходить по собственной воле.

— Марина, ты хочешь сказать, что не боролась бы за меня, если бы в моей жизни появилась другая женщина? — в недоумении посмотрел на нее супруг.

— Сереж, я бы не боролась, даже если бы она просто имела на тебя виды. Знаешь, есть такие. Приходят домой, требуют отдать мужчину, как будто он какая-то вещь. Я бы сказала: «Забирай». Поверь, если бы Придорожная изначально рассказала мне о своих чувствах к тебе, и ей я ответила бы то же самое. Я искренне считаю, что ничем никого удержать невозможно, если человек сам не хочет остаться.

— Камень в мой огород? Но я и не пытаюсь тебя удерживать. Просто знаю, что ты любишь меня и на самом деле очень хочешь вернуться. Тебе гордость не позволяет. Ведь правда же? — Он буквально сверлил ее глазами, пытаясь увидеть то, что хотел, надеясь услышать то, что хотел.

Они разные, очень разные. И Сергей до конца так и не понял ее. И никогда не поймет… Увы.

Она недоуменно посмотрела на мужа и промолчала. Пусть думает как хочет. К чему разубеждать его?

— Марина, ну прошу тебя. Пойдем домой, а? — не выдержал молчания Сергей.

— Нет, Сережа. По крайней мере, пока я не вернусь. А возможно, не вернусь никогда. Хочу, чтобы ты это знал. Я не буду в обиде, если тебе встретится другая. И не вини, если у меня появится другой. Но сейчас нам нужно пожить отдельно. Мы либо устали друг от друга, либо наша семейная жизнь подошла к логическому завершению. Пока я еще точно не знаю, что стало с нами и нашими чувствами, но уверена, что, если мы снова сойдемся, все вернется на круги своя. А я этого не хочу. Все, Сережа, мне пора. — Марина посмотрела на часы. Половина девятого. В девять она обещала Олегу встретиться. Наверное, это тоже будет ее прощальное свидание. Но обещание нужно выполнить.

— Я тебя подвезу, — вызвался Сергей.

— Спасибо, не нужно. Я не хочу, чтобы ты знал, где я живу. И предупреждаю, не надо меня выслеживать. Это будет непорядочно с твоей стороны. Надеюсь, мы цивилизованные люди?

— Хорошо, Марина, как скажешь, — устало согласился Сергей.

Она поймала такси и, сев на заднее сиденье, закрыла глаза. Странно, но теперь Марина чувствовала только жалость к Сергею. И облегчение. Ей показалось, что тяжелый груз неуправляемой любви спал с ее плеч. Она могла спокойно контролировать свои чувства, она была уверена в том, что поступает правильно.

ГЛАВА 24

Олег ждал ее у подъезда. Но что же в нем изменилось? Марина внимательно присмотрелась. А, понятно, сегодня он надел туфли вместо шлепанцев, на нем не было неизменных потертых джинсов и футболки. Светлые льняные брюки и льняная в тон рубашка. Он был тщательно причесан и надушен. Пожалуй, в таком виде Олегу можно накинуть еще два-три годика. Марина оценила его старания и похвалила хороший вкус. Но про себя отметила, что для бармена его костюм дороговат. Хотя… может, у него обеспеченные родители? Столь несущественными вопросами она не стала забивать себе голову.

— Так куда мы пойдем? — весело спросила у него. — Я так понимаю, ты для этих целей выбрал другую скамейку?

— Ты правильно понимаешь. Садись. — Олег подошел к темно-зеленому «Шевроле», который, помнила Марина, частенько стоял возле дома, и открыл дверцу.

— Хочешь сказать, что это твоя машина? — Марина действительно очень удивилась.

— Нет, у друга взял, чтобы тебя прокатить! — почти зло отрезал Олег.

— А друг живет в этом доме?

— Совершенно верно. — Парень, как всегда, был немногословен.

Они подъехали к набережной, где стояли несколько шикарных яхт. Олег оставил автомобиль на пристани и повел Марину к одной из белоснежных красавиц.

— Тоже друг одолжил на вечер? — пошутила (или съязвила?) Марина.

— Ты удивительно догадлива, — в тон ей ответил Олег.

Когда они ступили на палубу, официант показал им сервированный столик, и яхта еле слышно заурчала. Потом тихонько тронулась с места и поплыла по реке.

— Так говоришь, барменом работаешь? — снова подозрительно посмотрела на него Марина.

— Работаю…

— Вообще-то я тебе не верю, ну да ладно…

— А я и не настаиваю, чтобы ты мне верила. Это твое право.

Официант открыл бутылку уже знакомого дорогого шампанского. Марина уже в упор сверлила Олега глазами, ожидая, что он догадается и соизволит объясниться, но парень хранил молчание. Она не выдержала:

— Я, конечно, не настаиваю, чтобы ты ответил, кем работаешь на самом деле. Но если барменом, то не слишком ли высокий у тебя заработок? А то ведь можно всю годовую зарплату только на одно шампанское потратить… Я непритязательный человек, по-моему, мы уже обсуждали эту тему. Мне, честно говоря, просто жаль твоих денег…

— А если мне хочется сделать тебе приятное? Если хочу, чтобы ты осталась довольна этим вечером? И я не считаюсь с суммой. Зато, надеюсь, ты будешь вспоминать наше с тобой свидание как одно из лучших в своей жизни. По крайней мере, очень хочу в это верить…

— Олег; — Марина тщательно подбирала слова, — а ты не думал, что если один человек нравится другому человеку, то ему совершенно все равно, где есть, что пить, в какой обстановке находиться. Главное — быть рядом с любимым. А если чувств нет, то никакой дорогой ресторан не поможет…

— Ты тонко намекаешь, что я зря стараюсь? — тихо уточнил Олег.

— Нет, я прямо говорю, что, когда мы ехали в электричке и распили прихваченную тобой бутылку шампанского, закусывая его ананасом, для меня тот вечер был не менее хорош, чем этот. Поверь! И мне без разницы, обслуживает нас официант, принося экзотические блюда, или мы едим яичницу, приготовленную мной на скорую руку на кухне съемной квартиры.

— Марина, правильно ли я тебя понял?.. — Олег недоверчиво смотрел на нее.

— Думаю, правильно. Просто ты не позволяешь себе верить в то, что я сейчас тебе говорю. — Впрочем, Марина и сама до конца не верила в то, что говорила! Она же собиралась распрощаться с ним навсегда, а вместо этого практически прямо говорит о своих чувствах к нему.

— Тогда я уточню… — Олег достал из кармана пиджака маленькую коробочку, обтянутую бархатом, и поставил перед Мариной. Марине вдруг все стало понятно. Олег предлагал руку и сердце. Ей, еще замужней женщине.

Она осторожно открыла коробку. Там лежало простенькое серебряное колечко с камушком. Марина улыбнулась и подумала про себя: «Значит, действительно не обманул, барменом работает. А весь этот фарс затеял, чтобы меня поразить. Глупый мальчишка. Да какая мне разница!»

— Тебе не понравилось? — с нотками страха в голосе спросил Олег.

— Почему же. Очень милое колечко. Ну и что ты мне хотел этим сказать? — Она уже кокетничала, как сделала бы любая женщина, оказавшаяся на ее месте.

— А разве непонятно? Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Если ты, конечно, готова поменять ради меня дворец на шалаш.

— А откуда ты знаешь, что я живу во дворце? — Марина сначала удивилась, а потом подумала, что раз Олег в курсе ее замужества, то, разумеется, знает и о достатке в их семье.

— Ну это я образно выразился. Но ведь несколько последних лет ты точно не имела ни в чем отказа. Твой муж довольно обеспеченный человек и…

— Не надо о муже. Я по-прежнему искренне считаю, что счастье не в деньгах. По крайней мере, нашей семье они не принесли счастья… — оборвала она парня.

— Марина, могу ли я надеяться…

— Олег, сейчас я не буду тебе ничего обещать. Потому что еще и сама не уверена в завтрашнем дне. Ко всему прочему, я действительно пока замужем. Хотя не думаю, что мой брак продлится долго. Я собираюсь развестись с мужем, но связывать себя новыми узами брака… Нет! В мои планы это пока не входит. Да и к тому же… — Марина осеклась.

Она чуть не сболтнула лишнего. Чуть не сказала, что любовь к Сергею медленно угасает, а огонь страсти к Олегу еще не разгорелся. Он похож скорее на разгорающийся уголек, и неизвестно, какой силы ветер на него подует. Если слишком сильный (Олег будет навязчив и станет настаивать), то вряд ли Марина вообще согласится быть с ним. Ну а если умеренный, потихоньку раздувающий пламя, то все возможно. Она не исключала и такого хода событий.

Заиграла легкая музыка. Олег положил палец на ее губы:

— Ничего не говори. Не надо. Я все понял… — Он встал и подал ей руку. — Потанцуем?

Они не спеша, прижавшись друг к другу, танцевали в такт грустной и очень красивой мелодии. Олег нашептывал ей на ухо нежные слова, а по щеке Марины скатилась слеза. Как давно никто ничего подобного ей не говорил. Сейчас ей ужасно захотелось, чтобы песня не заканчивалась еще долго-долго. Она буквально таяла, словно мороженое, в его руках. Она напрочь забыла о Сергее, о том, что еще месяц назад была готова сидеть у его ног и по-собачьи заглядывать в глаза. А сейчас… Сейчас она была королевой и другой человек готов был ради нее на все.

Вечер закончился очень быстро, как и все хорошее.

«Почему все приятное быстро заканчивается? — думала Марина, сходя с трапа на берег. — Вот так всегда, ждешь дни, недели чего-то, готовишься, продумываешь наряд, представляешь, что там должно быть, а потом ожидаемый день пролетает, как одно мгновение. Зато плохое может длиться вечность, и как же тяжело ускорить его уход».

Но сегодня она ничего не ждала. Даже представить себе не могла, что Олег устроит для нее столь романтический вечер. Они сели в машину и поехали к дому.

— Зайдешь? — спросила Марина у Олега.

— Может, лучше ты ко мне? — пригласил он.

— Ты меня приглашаешь в гости? — удивилась Марина, вспомнив случай, когда Олег не пустил ее даже на порог.

— Сегодня приглашаю. Я объясню тебе, почему я тогда… — Он запнулся.

— Да ладно. Я уже и забыла. Ну мало ли какие обстоятельства у тебя могли возникнуть? Ты не скромничай. Я же понимаю, просто ты, наверное, стесняешься обстановки в квартире или того, что давно не было ремонта. Я все понимаю, в наше время сделать из квартиры куколку дорогое удовольствие, — успокаивала Марина, пока они поднимались в лифте.

Когда он открыл дверь, то почему-то не стал включать свет в прихожей, а подхватил Марину на руки и понес в глубь комнат. В такой же кромешной темноте он аккуратно положил ее на кровать, и Марина почувствовала, что лежит на чем-то потрясающе мягком и приятном на ощупь. «Овечья шкура?» — подумала она и тут же решила, что ей показалось.

Они долго предавались любви. А потом Олег снова спросил:

— Так что, ты еще не готова ответить мне «да»?

— Олег, я еще долго не смогу тебе ответить «да». Прошу — не настаивай. Где у тебя ванная? — Марина решила принять душ и избавить себя от разговора, для которого еще не настало время.

— Я проведу тебя, — вызвался он.

Олег в темноте провел Марину до одной из многочисленных дверей.

Марина осталась одна в… Разве это можно назвать ванной комнатой? Она несколько минут стояла и разглядывала помещение, в которое попала.

Огромных размеров джакузи, витые, позолоченные краны, нежно-молочный кафель, зеркальный потолок, душевая кабина. Она прекрасно знала, сколько стоит такая красота. Быстро приняв душ, Марина вышла из ванной и направилась туда, где горел свет.

Теперь она имела возможность рассмотреть и спальню. Они действительно занимались любовью на огромной шкуре, которая покрывала металлическую кованую кровать с немереным количеством завитушек. Большой встроенный белый шкаф, такой же комод и огромное зеркало в старинной оправе. Люстры на потолке не было. Свет лился непонятно откуда и плавно менял цвет от нежно-розового до бледно-голубого.

Марина резко остановилась. Олег лежал на кровати и смотрел на нее немного испуганными глазами.

— Олег, это квартира твоего товарища? Ты постеснялся привести меня к себе? — спросила Марина.

Он замялся.

— Не стесняйся. Олег, мне безразлично, что у тебя не так много денег. Ну на самом деле! Для меня твое материальное положение не играет никакой роли. Честно…

— Ты искренне мне говоришь то, что я сейчас слышу? — переспросил он.

— Конечно! — с жаром заверила она.

— Тогда я должен тебе признаться кое в чем… Все, что ты здесь видишь, мое. И «шевроле» принадлежит мне. И шампанское я не воровал на работе, как ты думала. Я его просто покупал… И вообще, я не бедный студент, каковым ты меня почему-то себе представляла.

— Значит, ты все-таки не в баре работаешь? — протянула. Марина.

— Я работал. Долго и тяжело. Потом мы с другом открыли свой бар, потом второй, третий… Сейчас у меня сеть пивных баров и несколько ресторанов. Так что все, что ты здесь видишь, не украдено, а куплено на заработанные мной деньги.

— Но почему тогда?..

— Почему я скрывал все это от тебя? — Олег понял ее вопрос, не дослушав до конца. — Глупо, конечно, но мне хотелось, чтобы тебе понравился я сам. Понимаешь? Только я — как мужчина, как человек, а не то, что я могу тебе дать, и не то, что у меня есть. С таким приданым, — Олег, чуть усмехнувшись, обвел рукой комнату, — я понравлюсь девяноста девяти процентам девушек. Понимаешь? А скольким я понравлюсь таким, каким видела меня ты? Единицам. Я устал от тех, кто вешается на меня, как только узнают, кто я и чем занимаюсь. А я хочу, чтобы меня любили в потертых джинсах и дырявых сандалиях. Может, я себе пытаюсь льстить, но мне показалось, что хотя и не сразу, но постепенно я понравился тебе именно такой, каким ты меня видела все это время. Ты можешь злиться на меня за обман, но думаю, что ты, именно ты просто попытаешься понять. И рано или поздно дашь мне положительный ответ.

Марина смотрела то на Олега, то на обстановку в спальне и не знала, что ему ответить. Потом, собравшись с мыслями и силами, произнесла:

— Олег, наверное, ты посчитаешь меня сумасшедшей, но теперь я уже даже и не знаю, дам ли положительный ответ вообще. Видишь ли, мне хочется самой чего-то добиться в жизни. Мне не двадцать, и время уходит. И снова быть лишь мужниной женой я не смогу. Поэтому все, что могу пообещать тебе сейчас и сегодня, — что наша встреча не последняя. А что решу завтра, известно одному Господу Богу…

Марина медленно оделась, поцеловала Олега, попросила не провожать ее и вышла из его хором.

На улице была глухая ночь. Она направилась в съемную квартиру, быстро разделась и легла, обняв Барсика. Марина смотрела в потолок. Ей совсем не хотелось спать. Сейчас она должна принять окончательное решение. Хотя… пожалуй, оно уже принято. Нужно лишь решиться на поступок.

Перед ней на одной чаше весов был Сергей, три года их совместной жизни, привычный и милый сердцу дом и все еще, пусть уже и не такая безумная, любовь. Марина до сих пор не могла понять, как же ей удалось избавиться от навязчивого состояния всепоглощающей влюбленности. Помнится, когда она собирала чемоданы, то беспрестанно порывалась положить вещи на место и остаться. Она с большим трудом ушла от любимого мужчины, чтобы разжечь в нем былые чувства, а вышло так, что за это время угасла ее любовь.

На другой чаше она увидела новые перспективы, работу и должность, предложенную ей. Еще там маячил Олег, с которым ей было легко, была его привязанность к ней и новая, еще неизвестная, неизведанная, вероятно, полная крутых поворотов жизнь. Но она четко знала, что если вернется к Сергею, вряд ли что-то изменится в ее жизни. Уверовав, что Марина снова рядом и теперь уже никуда не денется, Сергей станет таким же, как был. Люди не меняются. Марина в этом уверена. Меняются только их чувства и отношение друг к другу.

Чаша весов очень медленно поползла вниз, но Сергея на ней не было…

ЭПИЛОГ

Они сидели с Вероникой в кабинете и пили кофе. Сегодня был относительно спокойный день, и подруги решили поболтать ни о чем.

Марина, глотнув последний раз из чашки, перевернула ее и поставила обратно. Вероника взяла емкость и внимательно всмотрелась в кофейную гущу.

— Знаешь, а у тебя теперь только одна любовь. Помнишь, я как-то тебе уже гадала и говорила, что один мужчина возле тебя долго не задержится? Разве я оказалась не права?

— Права…

— И неопределенность исчезла. Теперь просматривается четкий путь. Много денег. Кстати, Марина, — озорно посмотрела на подругу Вероника, — не пора ли мне как ведущему специалисту поднять зарплату? И не говори, что финансов нет и не будет… Я точно вижу, что денежные вливания предстоят немалые.

— Это тебе кофейная гуща говорит? — ехидно спросила Марина.

— Да. И с ней не поспоришь. Это факт! Я еще кое-что вижу, но… даже не знаю, как тебе сказать, — замялась Вероника.

— Говори как есть.

— Я-то скажу… А ручку позолотить? — засмеялась Вероника. — Гадалки тоже кушать хотят. А еще они хотят новые уматовые туфли.

— Ладно, шантажистка. Все равно я собиралась повышать тебе зарплату. Хотела сюрприз сделать, а так не будет у тебя приятной неожиданности. Сама виновата.

— У тебя будет ребеночек, — тихонько прошептала Вероника.

— Что?

— Что слышала. Кофейная гуща не врет. Ты бы тест купила. Кстати, задержки у тебя нет?

— Есть… — запнулась Марина. — Но всего на четыре дня…

— Вот и уточни. А то вдруг я ошибаюсь…

Вероника ушла, а Марина осталась сидеть в полной растерянности. Конечно, она очень хочет ребенка, но верить гаданиям… Хотя как не верить. Помнится, год назад в этом же кабинете ничего подобного Вероника ей не обещала. Так, сплошной сумбур и обман. Может, и вправду…

В кабинете зазвонил телефон. Она сняла трубку.

— Марина, я хотел бы с тобой встретиться. — Его голос она узнала бы и через сто лет. Это был Сергей. Ее сердце бешено заколотилось, но через несколько секунд успокоилось. Всего лишь рефлекс: чувства прошли, а привычка осталась.

— После работы тебя устроит?

— Да, я заеду за тобой в семь часов.

Они не виделись год и год не общались. Сначала Сергей настаивал на ее возвращении домой, потом категорически не хотел разводиться, неожиданно вспомнив, что он ее, оказывается, любит… Марина оставалась непреклонной. Возможно, она бы поддалась натиску мужа, но, как только вспоминала Олега, этого милого мальчишку, вся ее робость куда-то исчезала, и она в который раз отвечала Сергею «нет».

— Ты похорошела… — Он сделал комплимент, придирчиво осмотрев ее с ног до головы.

Наверное, ему было бы легче, если бы она выглядела плохо. Растолстела, например, или начала безвкусно одеваться. Но это было невозможно. Он сам выдрессировал ее, и меняться в худшую сторону Марина не собиралась.

— А ты, если честно, выглядишь паршиво, — не стала она лгать. — Почему?

— Можно подумать, ты не знаешь? — с сарказмом произнес Сергей.

— Представь себе, даже не догадываюсь. Я же не слежу за твоей жизнью…

— Да? А я слежу. И знаю о тебе очень многое.

— И что же компрометирующего, если не секрет, ты откопал? — улыбнулась Марина.

— Да неважно, — замялся он. — Так ты действительно ничего не знаешь? — снова спросил он.

— Сергей, не томи, о чем ты? — не выдержала Марина.

— Как? Твое рекламное агентство занимает ведущие позиции в рейтингах!

— А твое скатилось на пятнадцатую позицию… — продолжила Марина.

— Ну вот, ты же знаешь? — ухватился за ее слова Сергей.

— Разумеется, я слежу за продвижением своего агентства и делаю все возможное, чтобы у меня работали настоящие профессионалы. Кстати, в ближайшее время мы будем сотрудничать с телевидением, и я подумываю всерьез заняться телевизионной рекламой. Ну а что творится у тебя… не мое дело. Хотя я в курсе, что твой бизнес пошел на спад. Но в этом никто, кроме тебя, не виноват. Просто нужно держать руку на пульсе и ни на минуту не расслабляться.

Сергей не очень вежливо перебил ее.

— Почему никто не виноват? Я с тобой не согласен. У меня нет стимула для того, чтобы зарабатывать деньги, — пожаловался бывший муж. — Ты же меня бросила.

— Сереж, не начинай все сначала. И не обвиняй, пожалуйста, меня во всех смертных грехах, — не сдержалась Марина. — Просто так вышло, что на определенном этапе я пошла вперед, а ты остановился на достигнутом. Все меняется, а уже в какую сторону — решать должны мы.

Марина отвлеклась, увидев, как один из постоянных клиентов агентства в знак приветствия кивнул головой. Она кивнула ему в ответ.

Сергей посмотрел в ту сторону.

— Кто это? — ревниво спросил он.

— Наш заказчик. Послушай, мне неприятно твое поведение. Ты хотел со мной встретиться, вот я здесь, вся — внимание.

Марина посмотрела на Сергея, потом на часы.

— Да я, собственно, так… просто хотел тебя увидеть. Узнать, может, ты передумала? Я не против начать все сначала… Тебе и мне…

Она задумалась. Как же когда-то любила она этого мужчину! Она прощала ему невнимание к себе и свое вечное одиночество. Теперь все иначе. Она смотрела на него и ничего не чувствовала, вообще ничего. Ни радости, ни презрения, ни страсти, ни ненависти. Вместе с любовью к Сергею ушло все. Он стал для нее чужим человеком. Так бывает…

— Нет, Сережа. Я переболела тобой. И эта страница жизни уже прочитана, и мне неинтересно к ней возвращаться. — Она еще раз взглянула на часы. — А теперь, прости, мне нужно уходить. Прощай…

По пути к выходу она увидела еще нескольких знакомых и ответила на их приветствия. Марина знала, что сейчас Сергей провожает ее взглядом и бесится от ревности, но ей было все равно. Уже было все равно.

За год Марина смогла выкупить рекламное агентство и стать полноправной его хозяйкой. Рядом с ней находился мужчина, которого она по привычке мысленно называла мальчишкой. Марина любила его, но внешне чувства выказывала ровно наполовину. Как ни странно, но ее метод, построенный на горьком опыте, действовал, и действовал здорово. Олегу часто казалось, что вот-вот, еще чуть-чуть, и он может потерять любимую женщину. А Марина только улыбалась, да и то про себя. Она слишком хорошо уяснила жизненный парадокс: чтобы тебя услышали — замолчи, чтобы увидели — исчезни, чтобы любили — не показывай собственных чувств слишком явно…

Content

Наталия Весенина
Давай расстанемся…

ПРОЛОГ

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ЭПИЛОГ