Ольга Гусейнова

Голодное сердце

Пролог

Рокшан.

Заря коснулась красным золотом крыш домов, расположенного внизу города, пробежалась по яркой, насыщенной листве деревьев и кустов и ослепила мои привыкшие к полумраку пещеры глаза. Ева до сих пор не могла поверить, что церемония прошла успешно, и теперь здесь, на планете Рокшан, ее законное место. Еще несколько недель назад она дрейфовала по безграничным пространствам космоса в попытках найти причину, чтобы жить дальше, а также умирая от ужаса, что не нужно ничего искать, потому что смерть уже близко и мне от нее не уйти. А потом встретила Его! Прищурив глаза и подняв голову, посмотрела на своего лина: тонкое, слишком вытянутое лицо с белой кожей, белоснежные волосы, которые вполне могут соперничать с вершинами снежных гор на Земле, тонкие ярко-красные губы, высокое худощавое, но чрезвычайно сильное тело — все это явно говорило о том, что он не человек.

В первые мгновения нашего знакомства она тряслась от ужаса, глядя на него, а теперь, спустя всего несколько недель, дрожала от вожделения, любви и восторга даже при упоминании его имени. Рантаир! Ее Рантаир! Теперь на вполне законных основаниях, потому что они прошли процедуру слияния энергетических систем под названием Лианория, и любимый никогда больше не испытает чувства голода. Еще вчера вечером перед началом церемонии, когда их привели в эту пещеру, она боялась. Боялась не самой процедуры, хотя, если честно, могла бы не пережить ее, ведь принадлежит к другой расе, а того, что после нее станет не нужна ему, ведь он перестанет испытывать постоянное чувство голода из-за нехватки энергии. Потом, лежа вместе с ним на постаменте из огромного куска каменного монолита, неожиданно смирилась с неизбежным и решилась вновь довериться судьбе, подарившей ей Рантаира.

Теперь Ева счастлива как никто другой, потому что ее счастье, да и все другие чувства разделяет Он. Очнувшись после Лианории, несколько мгновений была абсолютно дезориентирована. Где она? Кто она? Что с ней? А потом память волной накрыла сознание, затопив образами, чувствами и эмоциями, причем, только спустя несколько минут, поняла, что не все они ее. Взглянув в любимые синие глаза, заметила отражение тех чувств, которые сейчас испытывала и, наконец, смогла точно разграничить где свои, а которые из них — Рантаира. Они долго приходили в себя, тесно прижавшись друг к другу и глядя в глаза, не могли насытиться чувством полного единения. Теперь между ними не может быть секретов и они, наконец, смогут успокоиться и перестать бояться потерять друг друга. Ведь теперь можно заглянуть друг другу в душу и убедиться в том, что тебя любят истинно и желают быть рядом всю жизнь только с тобой.

И вот, выйдя наружу из главного святилища всей расы рокшан, Ева подняла голову и, посмотрев Рантаиру в глаза, снова увидела и одновременно почувствовала щемящую нежность, огромную любовь и восторг обладания, причем была точно уверена, что это не только она чувствует, но и он. Чуть склонившись к светившейся от счастья лиане, от чего их волосы смешались в единый красно-белый водопад, Рантаир, еще крепче прижав Еву к себе, хрипло прошептал.

— Посмотри на этих мужчин и женщин, любимая, они приветствуют тебя, они восхищаются тобой и завидуют мне. Потому что ты самая прекрасная, самая вкусная и так похожа на Аттойю. Я люблю тебя! И я снова хочу тебя, любимая!

Она лукаво улыбнулась и прошептала, заметив, что император и его лиане смотрят на нас и посмеиваются.

— Ну, если тебе как-нибудь удастся меня отсюда умыкнуть, то я согласна на все! А то у меня от этого 'давайте машите ручкой и улыбайтесь' скоро рука отвалиться, и судорогой скулы сведет от постоянной улыбки. Я думаю после сегодняшнего дня улыбаться месяц не смогу.

Все так же продолжая улыбаться и принимать поздравления от высокородных домов Рокшана и, махая рукой простому народу, Ева немного сильнее привалилась к Рантаиру, пытаясь разгрузить спину и ноги от усталости. В конце концов, он уже привык к подобному, а у нее это в первый раз. Да еще это платье, на которое сначала даже дышать боялась, восторгаясь его красотой, а теперь ругала того, кто его придумал. Длиной до пяток, сшитое из множества бисерных струн с шелковым нижнем платьем, оно выглядело невесомым и нереально прекрасным, переливаясь искрящейся радугой мелких драгоценных бисерин, но теперь, после многочасового стояния, начало весить тонну. Да еще эта ритуальная диадема чуть ли не метр высотой, с драгоценными камнями и опять же бисером, так давила на голову, что скоро юной лиане даже пневмодомкрат не поможет, чтобы держать ее прямо. Она устало улыбнулась очередным нессам и исам и тоскливо посмотрела на родителей благоверного, глазами намекая, что пора бы уже и домой, а то нервы же не железные, да и ноги — тоже. Рантаир почувствовал, что его лиане на пределе и, не говоря ни слова, подняв на руки, понес к парковке с флаерами. Следом поспешили пятеро телохранителей, причем все они работали на Еву. К Рантаиру и так никто в здравом уме близко не подойдет, жить-то всем хочется, а она защититься никак не могла, любой рокшанец мог покалечить даже случайным прикосновением руки. Вот теперь и ходила по всей императорской резиденции в сопровождении толпы телохранителей. Причем сами они всегда надевают перчатки, чтобы ненароком не причинить вред. За неделю Ева к ним как к мебели привыкла. Вот умеют же мимикрировать! Самое занятное, они в полном восторге от своего назначения и очень ответственно подходят к своим обязанностям, чтобы не дай бог не уволили с такой вкусной работы. Ведь она не может блокировать исходящую энергию. Только когда рядом появляется лин, они как-то уж очень усердно изображают окружающий ландшафт, стараясь без надобности близко не подходить к Рантаиру. Благодаря ему, Ева больше не испытывала того леденящего душу холода, когда рядом с ней появлялся какой-нибудь мужчина, причем любой расы.

Помимо телохранителей, на ней теперь еще и отсвечивает браслет связи, на случай если потеряется. Интересно, каким образом, если постоянно вокруг телохранители! Выглядит он как произведение ювелирного искусства, да и не только выглядит, что ж, статус лиане второго наследника обязывает. Тем более, в нем столько полезных функций. А предплечье украшает специальный чип, ну, украшает — это громко сказано, он практически незаметен. Противиться было бы глупо, Ева еще не знала, какие опасности могут подстерегать здесь, кроме уже привычных.

Наконец-то попав в свои покои, порядком уставшая Ева рывком содрала с головы диадему, в последний момент вспомнив о ее стоимости и значении в этом мире, осторожно положила на стоящий рядом столик и начала судорожно раздеваться, одновременно с этим как можно быстрее продвигаясь к ванной. С извиняющейся улыбкой закрыв дверь прямо перед лицом своего лина, смогла подумать о нуждах своего многострадального организма, который туалет видел почти сутки назад.

Приняв душ, который частично помог справиться с усталостью, и накинув халат, вернулась в спальню. Обнаженный Рантаир лежал на кровати и пристально следил за ней, причем глаза снова отливали красным цветом, напоминая о том, что лин очень-очень голоден. Слишком плавным нечеловеческим движением, переместился к ней и, скинув халат и повалив на кровать, подмял под себя и резким движением вошел. Ее тело выгнулось дугой, резко выдохнув в предвкушении будущего полета, потом лаская его руки, Ева медленно перебралась к голове, зарываясь в нереально белый каскад волос. Желание было обоюдным, так же как и оргазм, который благодаря лианории они ощущали в два раза сильнее, с головой ныряя в него и практически растворяясь в своих ощущениях. Лин с каждым днем, нет с каждой секундой, становился все ненасытнее и все больше проявлял чувство собственника, словно тень следуя за ней. Но она не жаловалась, потому что чувствовала себя потерянной и одинокой, если Рантаир отсутствовал рядом больше нескольких минут. А теперь благодаря слиянию чувствовала его постоянно на расстоянии. Они как будто обменялись частичкой души, заполнив пустоту в груди друг друга. Раньше Ева думала, что проклята как и все женщины ее семьи, потому что не могла переносить прикосновений ни одного мужчины, но теперь поняла, что благодаря Рантаиру, проклятье превратилось в благословение для них. И если судьба опять окажется благосклонной, сможет спасти своих тетушек и племянницу от жизни, полной одиночества и разочарований. И помощников в этом уже сейчас можно записывать в длинный список ожидающих своей очереди.

Проснувшись с первыми лучами заката, лениво потянувшись, Ева почувствовала в душе радость и нежность и, оглянувшись, заметила, как Рантаир, стоя в дверях спальни, ласково смотрит на нее. Всегда бы так просыпаться!!! Подскочив, кинулась к нему на шею целоваться. Она все время помнила, какая жизнь была у любимого до встречи с ней. Белоснежные волосы, которые вызывают такой восторг у Евы, в глазах всего Рокшана — предупреждение о смертельной опасности для окружающих, любое его прикосновение может либо убить, либо покалечить и все это — результат внутриутробной мутации, которая постигает только мальчиков. Даже для родной матери он смертельно опасен, поэтому с младенчества лишен любых прикосновений и ласки, обычных в жизни любого ребенка. Он был нужен только своей семье и любим только своими родными, но они, как и все остальные, свои чувства могли выражать только на расстоянии, не прикасаясь к нему, а вот остальной Рокшан дарил ему только свой страх и ненависть, впрочем, это участь и остальных беловолосых мужчин. Потому что белый цвет — это их клеймо, приговор и вынужденный обет безбрачия, так как ни одна женщина-рокшанка не согласится разделить с подобным жизнь и судьбу. Все время помня об этом, Ева постоянно прикасалась к нему, ласкала его тело, чтобы своей нежностью и любовью отогреть замерзшую голодную душу. Рантаир как одержимый не упускал из поля своей видимости Еву, все время находясь рядом, иногда целыми часами держа за руку или не спуская с рук. Она весело смеялась: 'Я так скоро сама ходить разучусь'. Его семья, с удовольствием наблюдая за нами, не переставала посмеиваться и мягко подшучивать, искренне радуясь счастью своего сына. Они до сих пор не могли поверить, что Рантаиру повезло найти лиане, ведь за тысячелетия существования империи Рокшан, ни одному из беловолосых не удалось найти себе пару и стать лином. А вот Рантаиру, второму наследнику шестнадцатой династии Разу, это удалось. Его родные, многие высокородные семьи, да и слуги-исы, работающие в императорской резиденции, с огромным интересом наблюдали за необыкновенной парой и удивлялись неуемной энергии и всепоглощающей любви иномирянки к Рантаиру. Иногда замечая, как они целуются или смеются, тесно прижавшись друг к другу, по привычке все еще замирали с открытыми от изумления ртами, наблюдая за ними, приводя Еву в смущение. Только Рантаир не обращал на все это представление внимания, сосредоточившись на лиане, ее желаниях, превратив в центр своей вселенной и главный смысл жизни. Замечая похожие отношения среди других семейных пар, прошедших Лианорию и проживших вместе многие десятилетия, но не утративших остроты чувств друг к другу, Ева, наконец, поняла, что их любовь не угаснет, а с годами только окрепнет, и это прекрасно.

*****

Космический корабль "Крин Разу" (Ветер Разу).

На площадке возле смотрового окна, стояла красивая молодая пара: красноволосая женщина и высокий мужчина с белоснежной массой волос, заплетенных в тугую косу, спускающуюся ниже ягодиц, которые молча наслаждались тишиной и безмолвием космоса. Этим двум не нужно было говорить, они без слов понимали и чувствовали друг друга. Пара поражала полной внешней противоположностью и в тоже время, ощущением внутреннего единства. Мужчина стоял позади, не прикасаясь, и все же будто слившись с ней в одно целое. Он осторожно положил руки ей на плечи и крепко прижал к сильному большому телу, казалось, защищая женщину от всего, что их окружало. Она же, сложив руки крест-накрест и положив ладони на руки своего мужчины, просто наблюдала за далекими и безмолвными огнями за бортом корабля. Потом, чуть слышно вздохнув, произнесла.

— Прости меня, любимый, ты наверное хотел бы еще немного побыть дома. Но я так давно не видела своих тетушек и племянницу, что больше не могу ждать. Да и старший Вайсир уже мозоль у меня на лбу натер своим голодным взглядом.

Обернувшись, она прижалась к мужчине и виновато посмотрела ему в глаза. Крепче прижав к себе, он потерся носом о ее макушку и прошептал:

— Ева, я не сержусь на тебя и мне не за что прощать. Ведь я чувствую твою тоску по родным и разделяю ее с тобой. И Йанура понимаю тоже, мне никогда не забыть, какой подарок сделала судьба, послав торваду. Я надеюсь, твои родственницы смогут увидеть в Вайсире что-нибудь хорошее и избрать его лином. И обещаю позаботиться о них, если этого не произойдет. В любом случае у нас гораздо больше беловолосых, чем женщин в твоей семье. Да к тому же я рад, что мы так неожиданно исчезли, а то бы нас белая толпа сопровождающих затоптала, или Вайсир начал отстрел возможных конкурентов.

Оба расхохотались, одновременно испытав грусть. Глядя на него, она не могла знать, о чем он сейчас думает, а Ева думала о других таких же как он — одиноких и голодных, без надежды на счастье. Но ведь она не может помочь всем, так что начнет пока с Вайсира, он самый богатый!!! Мысль шустрой и хитрой лисой проскользнула в сознании, вызвав невольную улыбку на ее лице. Снова обернувшись к смотровому окну, проследила взглядом два росчерка, от выходящих вслед за ними из гиперпространства, кораблей сопровождения. В этот раз к Фабиусу она летит под самой надежной защитой. Как сообщил эльтар Йанур, он собрал небольшую армию из своих кораблей и наемников Леморана. Когда Еве рассказали, что ис Дар Рамзи нашел и спас нескольких женщин-землянок, она не могла прийти в себя от счастья. Так не терпелось, наконец, увидеть их, поговорить с ними, радовало уже то, что кроме нее спаслось еще несколько человек из той страшной бойни, которую им всем устроили тогда джа-аны. До сих пор она нередко просыпалась с криком, пытаясь предупредить свою погибающую команду или в попытке спасти хоть кого-то из разваливающегося транспортника "Конкорд", который уничтожили эти жуткие твари.

Резиденция на Крап-чаге встретила пару прохладой и непередаваемым удовольствием от встречи с исом Даром Рамзи, который успел стать другом не только Рантаиру, но и Еве. Но каково же было их изумление, когда рядом с Даром супруги увидели хрупкую шатенку, в которой явно угадывались человеческие черты. Недолго думая, Ева быстро подошла к ней и крепко обняла, едва сдерживая слезы.

— Привет! Меня зовут Ева, я была пилотом на военном корабле, сопровождавшем "Конкорд". Нас подбили последними, и спастись удалось лишь мне, остальные сгорели, не добежав до спасательного шлюпа. А потом через пару дней меня Дар с Рантаиром нашли. И вот я здесь! И я очень рада, что ты с Даром, и теперь тут будет еще одна землянка, ты согласна стать моей подругой.

Ева, улыбаясь, напряженно ждала ответа незнакомки. Шатенка, опешившим смущенным взглядом посмотрев на Рантаира и Дара, кивнула головой, а потом тихо проговорила, глядя в глаза.

— Ярина Красина, теперь Рамзи, летела на "Конкорде" на Фабиус, я сирота и хотела найти новый дом и может быть семью. После того как нам удалось сбежать из плена джа-анов с моими новыми подругами, нас нашел Дар, и теперь у меня есть любимый муж и семья. И я очень рада, что теперь у меня есть еще и подруга, которая будет рядом. А то мои девочки на Леморан улетели со своими мужьями.

Схватив Яру за руку, Ева потащила ее к себе в комнату делиться новостями и впечатлениями. Уже на выходе почувствовав раздражение и недоумение Рантаира, обернулась, быстро подбежала, и, чмокнув в губы, убежала, не забыв по дороге Ярину и не пропустив смех потешающегося над ними с Рантаиром, иса Дара.

Уже через пару часов Ева с Ярой стали лучшими подругами на свете, рассказав друг другу истории своих жизней, найдя много схожих интересов, перемыв косточки своим мужчинам, поев, попив, а потом, получив сообщение о прибытии эльтара Вайсира, вернулись в гостиную, приведя перед этим себя в порядок.

Спускаясь вниз, Ева с Ярой услышали громкий разговор, особенно выделялся голос эльтара Вайсира, который в данный момент твердо убеждал остальных.

— Я считаю, что двух ваших кораблей, пяти моих и еще пяти кораблей наемников вполне достаточно, чтобы обеспечить безопасный коридор для ваших родственниц, эльтар Рантаир, и для сопровождения вашей лиане к месту ожидания.

— Йанур, я не имею права рисковать ее жизнью, она уже и так дважды побывала на грани. Если бы они не были родственницами, которые так важны и дороги ей, я бы никогда не согласился бы на подобный вояж. Вы меня понимаете?

— Я как никто другой понимаю вас, но и вы меня поймите, если мы увеличим количество кораблей, для землян это будет выглядеть чрезвычайно странно. Зачем для простой торговой миссии столько военных кораблей вы не находите, эльтар? Нам придется больше месяца там висеть, и это если повезет, и женщины смогут попасть на экспресс, а если нет? Поэтому, эльтар Разу, позвольте мне самому руководить этой операцией. Мы с вами уже договорились, что все военные и разведывательные функции лежат на вас, а все остальное я беру на себя. Не забывайте, что за сорок лет правления своим родом и пребывания на посту наместника, я не только увеличил свое состояние, но и вдвое расширил наши территории, и так же как и вы, знаю чем рискую. В конце концов, этот эскорт будет обеспечивать безопасность и моей женщине тоже.

— Эльтар Вайсир, должен вас немного огорчить, но по нашему с вами договору, ни одна из моих родственниц не обязана становиться вашей лиане. Более того, именно ваше личное желание стать первым претендентом, получив только возможность быть выбранным ими своим лином, держит вас здесь. Не более того!

Во вкрадчивых интонациях голоса Рантаира слышался вызов. Голос Вайсира стал надтреснутым и усталым, словно из него вдруг выкачали воздух.

— Я в курсе, второй наследник! И поверьте, никогда этого не забываю, но даже ради призрачной надежды или единственного шанса найти свою лиане, я готов на все. Ваша лиане поражает меня не только своим вкусом, но и всепоглощающей любовью к вам, стремлением заботиться о вас. Более того, после знакомства с другими человеческими женщинами понял, что она такая не одна. Как сильно они отличаются от наших женщин способностью к самопожертвованию ради близких, своим умом и неординарностью. А главное, с ними весело, тепло и легко.

Последнее Вайсир произнес голосом, в котором послышался смех вперемешку с тоской. Преодолев последние ступеньки, Ева с Яриной вошли в гостиную и пристально оглядели своих мужчин и гостя. Дар с Рантаиром стояли возле дивана, а рядом с дверью находился Вайсир. Когда он оглянулся и пристально взглянул на них, Ева вздрогнула от шока, а Яра — от испуга. Его глаза цветом напоминали сливу, такими темно-фиолетовыми они были. Обе почувствовали жалость и сожаление, от того что этот умный симпатичный рокшанец, испытывает подобные муки голода. Ева с мольбой посмотрела на своего лина и, не отпуская его взгляд, протянула руку. Он смотрел на нее несколько мгновений, потом, испытывая ревность, огромное собственническое чувство и в тоже время осознание того, что они не смогут поступить по-другому, подошел к ней и крепко взял протянутую руку. С пониманием и любовью Ева посмотрела на него, надеясь, что ему чуть-чуть стало легче дышать, и даже тот факт, что его лиане сейчас будет кормить другого мужчину, уже не так бьет по нервам. Она все равно принадлежит только ему и уже навсегда. Никто не сможет отобрать ее у него. Никто! Видела с каким трудом, Рантаир сдерживает себя, чтобы не взвалить ее на плечо и утащить в свою комнату. Ведь для любого рокшанца кормление между мужчиной и женщиной — это очень личный, интимный момент. Он нехотя приблизился к Вайсиру и замер, пристально наблюдая за происходящим. Ева тепло улыбнулась удивленному Йануру со словами.

— Боже, эльтар, вы с этими сборами совсем про себя забыли.

Затем взяла его за руку. Вайсир замер, не смея пошевелиться, чтобы не разорвать контакт, с той кто дарил так много, не требуя ничего взамен, чей вкус превосходил все, что он пробовал за все свои восемьдесят три года жизни. Не в силах сдерживаться, он прикрыл глаза и отдался на волю вкуса и наслаждения. Живительный поток все лился и лился по опустошенному телу, оживляя каждую клеточку, разгоняя усталость и жуткую боль, приносимую голодом. К сожалению, его экстаз закончился не продлившись слишком долго, чтобы он успел насытиться полностью, но и того что ему подарили, хватило чтобы почувствовать себя вновь живым и бодрым. Открыв глаза, он взглянул на эту великолепную пару напротив, внимательно за ним наблюдающую, и просипел, все еще приходя в себя:

— Благодарю за честь, оказанную мне, эльтар и эльтарина кован Разу. Спасибо за благословенную Аттойей энергию, я действительно очень нуждался в ней. И я понимаю, чего это стоило вам, эльтар Разу! Поэтому вдвойне благодарен вам.

Он смотрел на них глазами, затуманенными красной пеленой, но сквозь нее уже были видны очертания зрачка. Рантаир просто кивнул и быстро вместе с Евой отошел от Вайсира, пригласив всех в столовую. Они уселись рядышком. Положив в тарелку побольше еды и осмотрев сотрапезников, Ева решительно сказала.

— Ну что ж, друзья мои, я думаю, уже все готово для предстоящего путешествия и нам можно отправляться в путь. Вы знаете, я очень рада, что именно с вами совершу это путешествие.

Ева почувствовала внутри нежное ласковое тепло и, взглянув на Рантаира, заметила, с какой нежностью он смотрит на нее. Эмоционально послала в ответ волну любви, которую испытывала к нему и, лукаво улыбнувшись, прошептала ему на ухо обещание очень-очень жаркой ночи. Судя по загоревшимся глазам, предложение нашло горячий отклик в его душе и теле.

*****

Сообщив координаты на корабли наемников с Леморана, Ева с Рантаиром послали им приглашение на свой корабль. В самом начале, когда Ева с Ярой выразили мужчинам свое желание пообщаться с женщинами, которые стали женами наемников с Леморана, получили жесткий протест, те опасались за их безопасность. Ведь Рантаир и Дар очень хорошо знали, какая обстановка на Леморане, и как его жители справляются с нехваткой самок. Просто воруют их везде, где только можно, а потом ищи-свищи ветра в космосе. Еще у Евы возникло смутное подозрение, что их мужики просто ревнуют к хвостатым красавцам, обладающим сильными телами и мощнейшей харизмой, готовыми обаять кого угодно, в попытке обрести семью и свою женщину. Но, образно выражаясь, приперев Рантаира к стенке, Ева все-таки смогла выторговать у него возможность увидеть своих соотечественниц — женщин, которых не смог спасти ее боевой корабль, которые перенесли множество страданий и в конце тяжелого путешествия, смогли, наконец, обрести свое счастье.

Через пару минут после стыковки кораблей наемников и рокшан, на судно второго наследника империи пожаловали гости в составе шести членов экипажа леморанцев: двух женщин с мужьями, свободной девушки Зарины и сопровождающего ее телохранителя. Золотисто-рыжеватая головка одной все время выглядывала из-за спины огненноволосого Радьяра Ла Роли, а пышнотелую невысокую шатенку обнимал блондинистый кот — его брат, который, увидев встречающих их рокшанцев, напрягся и теснее прижал ее к себе. Ева улыбнулась, глядя на них, а потом, вспомнив, что рассказывали ее друзья о традициях леморанцев, быстро спрятала улыбку. Попыталась выдвинуться навстречу гостям, но тут Рантаир заметил восторженный голодный взгляд одного из сопровождающих гостей, и до Евы донеслась волна бешеной ревности и недовольства. Она обернулась и, прильнув всем телом к мужу, погладила его по лицу, сама же наслаждаясь прикосновением к любимому. Взяв его за руку, разрядила общую напряженность, пригласив всех в гостевую каюту.

Пока леморанцы и рокшан напряженными взглядами следили друг за другом, Ева с Ярой, резко поднявшись, предложили Светлане, Кире и Зарине пойти к ним в каюту на чай чисто женской компанией. Уходя последней, Ева обернулась махнуть всем рукой и чуть не поперхнулась от смеха. Все мужчины пристально следили за дверью, закрывшейся за их женщинами, и молча сверлили ее взглядами, в которых читались ожидание и нетерпение. Похоже, им тут будет очень весело, пока дамы будут заняты. Ева решила, что они должны со временем привыкнуть к подобным чаепитиям, научившись доверять друг другу. Так почему бы не начать уже сегодня?

Войдя в каюту и весело оглядев женщин, комфортно разместившихся по периметру, Ева сначала представилась им, а потом, кратко поведав свою историю, продолжила, усаживаясь на диван.

— Ну, расскажите каково это жить с такими мужчинами? Они на фейерверк похожи, такие же яркие и взрывные.

Сгорая от любопытства, Ева с Ярой смотрели на девочек. Блондинку по имени Кира и шатенку Свету, которые после знакомства с Евой, заметно расслабились и, вольготно развалившись в глубоких креслах, довольно усмехались над их любопытством. Зарина сидела в отдельном кресле и со снисходительным видом за ними наблюдала.

— Вот именно, как ты сказала, Ева, так и есть. Яркие и взрывные, а еще похотливые самцы, но зато такие заботливые и нежные. Урррр!

Улыбнувшись, Света начала рассказ, а на последнем слове потянулась, словно сытая большая кошка, которая только что доела большую банку сметаны. Кира, с усмешкой наблюдая за подругой, все-таки ехидно заметила.

— Ага, то-то я смотрю тебя от такой заботы вширь поперло. Скоро Даир себе грыжу заработает, таская твою тушку.

Света от этих слов напряглась и зашипела на подругу.

— Ничего он не заработает, и не такие тяжести привык носить, а тут любимая женщина как-никак. И вообще, мне Верка уже плешь проела, теперь ты начала, да? Сказала же, я худеть начала уже. — раздраженно заметила Светлана, закидывая в ротик очередную сладость.

Ева с Ярой, с трудом сдерживая смех, начали допрос с пристрастием о Леморане, о населяющих планету жителях. Потом Яра спросила, почему отсутствует Вера и как поживает Ингрид, и хозяйки приема заметили, как радостно заблестели глаза гостей.

— Муж Ингрид, Сол Ди Кар, не смог с ней расстаться даже на время и забрал с собой, отправившись по делам. Сол — глава одного из самых богатых кланов Леморана. Вера беременна, причем эта дурочка прямо перед отъездом сказала об этом Нуару, поэтому вопрос с их поездкой решился самым кардинальным образом. Она доехала только до кровати в своей спальне и теперь до самых родов проваляется в ней. И не важно, что мы вчетвером пытались всех убедить, что беременность — это не болезнь, а естественное состояние. Мало того, весь клан теперь на цыпочках ходит, чтобы ее не потревожить, а ведь всего несколько недель беременности, а что будет, когда живот появится, просто страшно представить.

Кира, потирая лоб и виски, немного раздраженно закончила свой монолог, но последующее замечание Светы снова выбило ее из колеи.

— Ага, я уже и сама не рада, что беременна. Как представлю, что тоже самое ждет меня, так вздрагиваю. Уж лучше буду молчать до того момента, когда Даир сам догадается, что скоро станет папой. Вот, Кир, так что не приставай ты ко мне со своей диетой, мне все равно нельзя.

Зара и Кира, выпучив глаза на подругу, молча окинули ту взглядом, а потом Кира зашлась гомерическим хохотом, а Зарина, пока смеялась, утирала проступившие слезы.

— Ну-ну, солнышко, я обязательно, как только прилетим домой, поделюсь с Верочкой твоим мнением по данному вопросу. И посмотрим, что она тебе скажет на это? — Света судорожно сглотнув, подозрительно прищурилась и спросила.

— Да и что она сможет мне нового сказать, чего я не знаю? — Кира с торжествующей ухмылкой ответила.

— О, она тебе много что сказать сможет! Вспомнит, как ты словно попугай поддакивала, когда ее в кровать укладывали. Показушно беспокоилась о ее самочувствии и еще больше Нуара застращала этим. И еще кучу всего, о чем она непременно вспомнит. Ты так знатно развлеклась за ее счет, а теперь она тебе отплатит, причем с набежавшими процентами, я думаю.

Света побледнела и заискивающе проблеяла, виновато глядя на Киру и Зарину.

— Ну, я не думала, что все так обернется, а? Кирочка, ты же спасешь меня от сестры? Я же просто пошутила, а Нуар с батяней сразу панику развели! Я не хотела, ты же знаешь, подружка.

Кира подперла кулаком подбородок и пристально посмотрела на виноватое личико подруги.

— Нет, не думала? Ну что ж, может теперь сначала подумаешь, а потом говорить будешь или делать!

Света скорбно опустив голову и пару минут помолчав, снова потянулась к тарелке и, прихватив лакомство, сунула себе в рот. Прожевала и, судя по ее горящим глазам, настроение вернулось, и совесть перестала беспокоить. Мы с Ярой с удовольствием наблюдали за этой парочкой и тихонько посмеивались. Зарина, иронично глядя на подруг, тоже принялась за угощение. Они еще больше часа просидели за чаем, и теперь уже разговор пошел о рокшанцах и их традициях. Яра очень внимательно слушала обо всем, что Ева изучила за пару месяцев о народе, за представителя которого и она сама вышла замуж. А очень скоро свяжет не только свою жизнь, но и душу.

Женщины, затаив дыхание, с огромным интересом, слушали Еву о том, как они с мужем проходили лианорию. Особенно всех поразил тот факт, что теперь она проживет гораздо дольше обычного человека. Света, пнув локтем Зарину, весело прощебетала.

— Зар, если тебе коты не понравились, может ты к рокшанцам присмотришься. Представляешь, проживешь в два раза больше чем обычные люди.

Зарина немного задумчиво нахмурила точеные черные бровки, потом лицо осветила легкая улыбка, и она, махнув рукой, ответила.

— Нет, Свет! Понимаешь, я, наверное, в душе больший консерватор, чем остальные. Хочу встретить на своем пути мужчину-человека, а не какого-нибудь иномирянина. Я хочу найти человека, с которым у нас схожие мысли, чувства и традиции. Который с полуслова поймет и который примет такую как есть. Я не хочу оскорбить ваших мужчин своими словами, но боюсь не смогу для себя принять другой выбор. Для меня это все чужое и я предпочитаю об этом только слушать, а не жить подобной жизнью.

Остальные, улыбаясь, заверили Зарину, что понимают и одобряют ее выбор, и она нисколько не оскорбила ни их, ни их мужчин. У каждого свой выбор жизненного пути. Еще полчаса обсуждали и разрабатывали план по созданию брачного агентства Зарины, которое будет производить поиск и транспортировку будущих жен на планету Леморан под руководством клана Ла Роли. То что Зарина сама вызвалась организовать это агентство и вести его руководство, никого не удивило, она сразу пояснила, что для нее это очень хорошее решение трудоустройства, и к тому же, ей самой очень понравилась идея пристраивать одиноких женщин, получая за это деньги. Блеск, а не работа!

Ева чувствовала напряжение внутри и уже испытывала жуткую нехватку теплых рук Рантаира, поэтому извинилась перед девушками и, объяснив им ситуацию, предложила присоединиться к мужчинам. Предложение вызвало горячий отклик всех женщин, чем вызвало искренний смех не только Зарины, наблюдавшей за остальными, но и у них самих.

Светящуюся довольными улыбками женскую компанию, появившуюся на пороге гостевой каюты, где сидели мужчины, встретил едва сдерживаемый вздох облегчения.

Каждая подошла к своему мужчине и села рядом с ним. Свету сразу же пересадил к себе на колени Даир и, зарывшись лицом в ее волосы, зажмурился от счастья. Радьяр более сдержанно притянул Киру к себе одной рукой, оплетя ее ноги своим хвостом, при этом мягкой кисточкой поглаживая щиколотки. Зарина присела рядом с телохранителем, который с тоской во взгляде придвинул к ней стул, но не прикоснулся к ней и пальцем. Ева, заметив его печаль, почувствовала жалость к этому красивому одинокому мужчине, но тут же вспомнив об их миссии и будущем потоке человеческих женщин, с легким сердцем развеяла грусть. Ничего, ему недолго в холостяках ходить осталось, вот прилетит на Фабиус и найдет себе там кого-нибудь. Задумавшись над своими вопросами, Ева пропустила большую часть разговора и, встрепенувшись, прислушалась к разговору.

Оказалось мужчины уже обсудили стратегию поведения при приближении к Фабиусу. Эльтар Вайсир, Рантаир и Радьяр Ла Роли выразили общее мнение, что с человеческим союзом надо договариваться сразу двум расам. Так что от Рокшана представителем выступит старший Вайсир и я как переводчик, а от Леморана — Радьяр и его жена Кира. Зарину было решено тайком переправить на Фабиус, не привлекая внимания к тому, как они все оказались на кораблях представителей других рас. Ева была уверена, что лично ей могут инкриминировать измену родине, за то что не погибла вместе с экипажем своего корабля. При нынешней ситуации в человеческом союзе и всеобщей подозрительности даже толком разбираться не будут. Так же как и со спасшимися девушками с 'Конкорда'. Почему-то все они твердо уверены, что правительство не захочет разглашать подробности гибели более пяти тысяч человек. Почему на охрану такого огромного транспортника было выделено всего четыре рядовых боевых корабля? Не захотят сеять панику, когда узнают, как используют людей джа-аны — вместо еды, содержат, словно скот на своих кораблях. Ведь раньше среди населения ходили слухи только о том, что Джа-аны уничтожают корабли и захватывают территории, а не людей. Теперь же ситуация могла в корне измениться, все уверены, что правительство союза сделало бы все возможное, чтобы не допустить разглашения таких подробностей. Поэтому, посовещавшись, решили, что все женщины, которых увидят люди, будут в скрывающих лица и фигуры одеждах, чтобы даже сомнений в их принадлежности не было. Зарину же тайно переправят на Фабиус и, снабдив деньгами, которые принимались и на планетах Союза, оставят на какое-то время в покое для легализации на планете и открытия своего бизнеса в виде брачного агентства. Подбор девушек она будет вести, стараясь не привлекать внимания властей, и только точно убедившись в толерантности кандидатки на замужество и отсутствии у нее ксенофобии, будет предлагать переезд на Леморан. Пока на Фабиус не прибудут мои родственницы, свободные корабли будут патрулировать близлежащие к Фабиусу секторы космического пространства. Особенно общие транспортные пути.

За это время люди немного привыкнут к присутствию здесь представителей двух ранее неизвестных рас и передвижению с планеты на корабли, и как рокшан, так и леморанцы смогут переправлять женщин без дополнительного привлечения внимания со стороны человеческих властей. Как только все острые углы и невыясненные моменты были обсуждены, наемники с Леморана и их женщины отбыли на свой корабль. Уже через два часа корабль со вторым наследником империи Рокшан и его супругой, а также сопровождавшие их еще одиннадцать кораблей совершили гиперпрыжок в направлении небольшой голубой планеты Фабиус.

*****

— Кэп, на экране сразу двенадцать кораблей появилось. И все военного типа, класса А. Я не могу определить, какой расе они принадлежат, у нас данных нет! — второй пилот Карверс с встревоженным лицом повернулся к своему командиру лейтенанту Рюмо и как только доложил об обстановке, снова уставился на экран, на котором все сильнее увеличивались приближающиеся объекты. Кэп Рюмо, быстро набрав личный код на своем головизоре, тоже с тревожным любопытством обратил свой взгляд на двенадцать крупных объектов.

— Черт, только этого нам и не хватало для полного счастья. Всего двенадцать часов назад нас основательно потрепали эти чертовы осьминоги, а теперь вот еще новые появились на наши головы.

Рюмо четкими движениями пальцев набрал еще один код и послал видеозапрос на корабли пришельцев. Буквально через мгновение пришел ответ и, нажав 'прием' на большом голографе, прямо перед ним, и двумя пилотами, вывел изображение рубки чужого корабля. Довольно большое просторное помещение, посреди которого стояла любопытная пара. Мужчина с белыми волосами и кожей, весьма высокий, мощного телосложения, очень похожий на человека. Его отличали только чуть вытянутое лицо и огромные глаза красного цвета, от вида которых Рюмо пробрал холодок. Мужчина одет в странный кафтан голубого цвета до колен, и более темного оттенка брюки. Руки, затянутые в плотные перчатки сложены на груди. Рядом с ним невысокая хрупкая женщина, одетая в похожую одежду, только зеленого цвета, а на голове, полностью скрывая волосы и лицо, легкая золотистая накидка, открывающая только глаза и движущаяся в такт ее дыханию. Зато блестящие глаза просто потрясающего желто-коричневого цвета смотрят в экран с интересом и теплом. Странная пара, в которой мужчина излучает холод, а женщина дарит тепло. Рюмо за несколько секунд оценил пришельцев и взял инициативу в разговоре на себя.

— Вас приветствует командир корабля первого класса лейтенант Рюмо. Вы пересекли границу территорий Человеческого Союза, поэтому просим вас назваться и объяснить причину нарушения нашей границы.

Беловолосый чуть склонил голову, прислушиваясь к речи человека, потом выдал что-то на своем и плавным движением повернул голову к девушке. Следом раздался мягкий чарующий женский голос, который, твердо выделяя каждое слово, произнес, переводя слова ее спутника на всеобщий.

— Вас приветствует главный советник по торговым сношениям Высокого Императорского Дома мира Рокшан эльтар Йанур Вайсир. Мы, как его представители, предлагаем Человеческому Союзу заключить договор мира и свободной торговли. Так же нас сопровождают в качестве охраны представители планеты Леморан, которые имеют те же цели, что и мы.

Рюмо и два его пилота с интересом выслушали эту короткую речь и незаметно, с облегчением выдохнули. В данный момент они меньше всего хотели бы начинать какие-либо военные действия, а предложение о сотрудничестве и торговле только улучшало ситуацию и общее настроение людей. Поэтому Рюмо, улыбаясь только глазами, глядя в прекрасные глаза незнакомки, так и не назвавшей свое имя, коротко поклонившись, пояснил.

— Прошу простить за ожидание, но мне придется доложить о вашем присутствии и цели вашего визита своему руководству. Это не займет много времени. Еще раз прошу меня простить.

Отключив головизор, лейтенант Рюмо обменялся довольными взглядами с двумя пилотами, активировал вирт-нок, чтобы связаться с базой на Фабиусе и сообщить о визитерах.

Как только погас головизор, Ева стремительно метнулась к панели управления и начала манипуляции для подключения к человеческому военному кораблю. Она заранее продумала свое видеообращение к родственницам и сейчас, как только прошло подключение, влилась в общий информационный поток, связывающий планеты Человеческого союза. Набрав до боли знакомый код связи с родным и таким далеким домом, затаив дыхание, ждала ответного сигнала. Секунда-другая, а ведь время уходит стремительно. Капитан человеческого судна не будет долго общаться со своим начальством, и как только его разговор закончиться, она должна будет прерваться. Наконец экран моргнул и выдал картинку, на которой высветилось заспанное лицо Аниты. Как только Анита увидела лицо вызывающего ее посреди ночи собеседника, ее глаза округлились, а из горла непроизвольно вырвался удивленный и горький всхлип. Но Ева не дала своей тете и подруге вымолвить ни слова. Глядя в глаза Аниты, она начала быстро говорить.

— Слушай меня внимательно, Анита, и не перебивай. Я жива, здорова, счастлива и к тому же замужем. Ты, Сабрина и Женевьева должны за пару дней продать все что сможете, для того чтобы вам хватило на билет до Фабиуса на корабле класса 'экспресс'. Вы должны как можно быстрее добраться до этой планеты и по прилету обратиться в гостиницу "Фантом Пегаса", где для вас будут забронированы апартаменты. Вы никому ничего не должны говорить обо мне, для всех остальных я погибла во время той бойни. Если вас будут спрашивать, вы летите как переселенцы в поисках лучшей жизни, что в принципе соответствует истине. Я найду вас в этой гостинице и поверь, ваша жизнь в корне изменится к лучшему, ты даже не представляешь насколько. Запомни и скажи Женевьеве, что я люблю вас троих и хочу быть с вами. Вы как и я сможете осуществить свои мечты о семье, детях и любимом мужчине, просто поверьте мне. У меня больше нет времени, и я не смогу с вами связаться до приезда на Фабиус. Поторопитесь на экспресс и не торгуйтесь, главное, чтобы вам хватило на билеты. Если не успеете, мы будем вас ждать столько сколько нужно. Я буду наведываться в гостиницу и проверять, так что ни о чем больше не беспокойтесь. Ты приедешь, Анита?

Ее любимая тетка и подружка сидела и с тоской смотрела на Еву, глотая текущие из глаз слезы. Она словно натянутая струна, не отрываясь, смотрела на девушку и была готова прыгнуть в экран, чтобы не потерять племянницу снова. Как только Ева задала последний вопрос, тут же без раздумий последовал ответ Аниты.

— Я счастлива, что ты жива, родная! Мы все сделаем, как ты просишь, ты только дождись нас, ладно, мы постараемся как можно скорее все сделать. И с нетерпением будем ждать встречи с тобой. Мы любим тебя, помни об этом, Ева!

Ева заметила, как начал мигать огонек на дисплее, сообщающий о том, что переговоры капитана корабля Рюмо закончены, и тут же отключилась сама, чтобы не никто на человеческом разведчике не заметил параллельно ведущегося разговора. С трудом выдохнула, усилием воли расслабляя мышцы и сведенное отчаяньем горло, снова надела тонкую маску на лицо и, передернув плечами встряхиваясь, быстро подошла к Вайсиру и встала рядом с ним. Она почувствовала, как ее мягко обволакивает ласковая теплая волна любви Рантаира, который сидел в углу рубки и, не отрываясь, уже чуть покрасневшими глазами смотрел на нее в напряженном молчании. Она подняла руку и, прижав ее к груди, одними глазами послала такую же любимому мужчине. Он заметно расслабился и снова откинулся на спинку овального кресла. Ис Дар крепко держал Ярину за плечи и прижимал к себе, по обоим было заметно, что они искренне переживают за меня, но не успела им ничего сказать, потому что в этот же момент раздался предупреждающий писк о связи с военным кораблем людей.

На экране снова появилось изображение приятного молодого черноволосого лейтенанта, который опять поймал ее взгляд и сосредоточил свое внимание на ней, а не на Вайсире, что вызвало у нее лишь короткую ухмылку. Она, не поворачиваясь в сторону находящегося рядом Йанура, прошептала.

— О, даже бравые вояки не рискуют заглядывать в ваши глаза, Вайсир, гордитесь!

Йанур только дернул бровью и сосредоточил свое внимание на собеседнике. Нам предложили следовать за военным кораблем к планете Фабиус, где будут осуществляться переговоры. Ева только большим усилием воли не позволила себе завизжать от радости и не пуститься в пляс от облегчения. Первая часть их плана выполнена. Теперь дело за Вайсиром и ее тетками. В умениях и торговых талантах Вайсира она не сомневалась, ее беспокоил только благополучный и безопасный перелет родственниц. Но как успокоила ее Кира Ла Роли, Радьяр скорее отгрызет свой хвост, чем позволит джа-анам даже приблизиться к заданному и охраняемому им сектору, через который проходит путь Земного экспресса, на котором прибудут ее любимые девочки.

*****

Волна жара и наслаждения пронеслась по всему телу, заставив Еву выгнуться дугой и судорожно сжать бедрами тело Рантаира, а руками комкать простыню, в поиске опоры, пока новый прилив острого, ни с чем несравнимого удовольствия уносил ее с собой в неведомые дали. По крайней мере, именно в этот момент ей показалось, что это путешествие возможно. Как только самый острый накал утих, она всем телом прильнула к мокрому от пота и горячему телу мужа, настолько близко, насколько это вообще возможно.

Рантаир, уткнувшись ей в шею, жадно вдыхал аромат разгоряченного страстью тела и, опершись на локти, мягко перебирал ее пламенеющие волосы, разметавшиеся по подушке. За три месяца, прошедшие с момента их знакомства, ее волосы еще больше отросли и теперь спускались ниже талии, доходя до середины ягодиц. Растрепавшаяся коса Рантаира, стекая белоснежной рекой по обнаженному мощному плечу, лежала рядом с живым пламенем волос Евы, вызывая странный трепет в ее душе при виде такого контраста. Снег и пламя — такие несовместимые, и в тоже время теперь едины. Как и их хозяева.

— Я никогда не смогу к этому привыкнуть, любимый! Это такое… такое наслаждение, которое просто не реально описать словами.

С горящими страстью и любовью глазами Ева смотрела в лицо Рантаира, нежно коснувшись его гладкой, безволосой щеки и проведя маленькой ладонью по овалу лица, остановилась на губах. Большим пальцем руки обвела контур тонких губ мужчины и шаловливо вскрикнула, когда пальчик оказался в плену его влажного рта. Чуть приподняв голову, она дотянулась до его губ своими и, освободив свой палец, заменила его своим язычком к обоюдному удовольствию. На мгновение прервав поцелуй, Рантаир прошептал ей в губы не отстраняясь, заглядывая в ее в глаза.

— Аттойя, я с тобой полностью согласен. Я тоже никогда не смогу привыкнуть к тому счастью и наслаждению, которое ты мне даришь каждым своим прикосновением. МОЯ любимая! Моя лиане!

Ева почувствовала, как защипало в глазах, и в тот же момент из них брызнул фонтан слез. Заметив испуганную морщинку между бровей Рантаира, тыльной стороной ладони вытерла текущие ручейки и, шмыгнув носом, с легким недовольством прошептала, не забывая поглаживать любимого по лицу успокаивающим жестом.

— Не бойся, родной, это я от счастья плачу! И вообще, что-то последнее время я все время плакать хочу и есть тоже….

Последнее слово Ева странно скомкала и, глубоко задумавшись, закусила губу, через несколько секунд она выкарабкалась из-под недовольного таким быстрым расставанием Рантаира и ринулась одеваться. Мужчина поднялся единым плавным движением, заставив Еву на секунду остановиться и полюбоваться таким совершенным телом мужа, а потом, словно встряхнувшись, она продолжила ковыряться в гардеробе, подыскивая одежду. Рантаир подошел к ней и, прижавшись к ее спине, резко привлек к себе, прекращая суетливые поиски.

— Что случилось любимая? К чему такая суета и напряжение в душе? У нас какие-то проблемы? Я ДОЛЖЕН знать ВСЕ!

Ева замерла, потом повернулась в его руках лицом к нему и улыбнулась, стирая тревогу в душе и на лице Рантаира, ответила:

— Нет, родной, все хорошо, просто мне в голову пришла одна интересная мысль и надо срочно увидеть Дара, чтобы выяснить права я или нет в своих предположениях. Ты не переживай, ничего страшного, лишь пара вопросов и я сразу вернусь к тебе.

Рывком натянула на себя леггинсы и длинное традиционное для рокшанок платье, чмокнув в губы опешившего от такого поведения лиане Рантаира. У двери бросила короткий насмешливый взгляд на быстро натянувшего на себя штаны лина, уже готова была выскочить в коридор, но в этот момент раздался зуммер вызова. Нажав на панель, открыла дверь. На пороге стоял ис Труне, первый пилот, и, увидев Еву перед собой, весь словно вспыхнул радостью и восторгом, но, переведя взгляд на полуобнаженного Рантаира, судорожно сглотнув и побледнев, непроизвольно сделал пару шагов назад от двери вглубь коридора. Потом заметив насмешливый взгляд, смущенно опустил глаза и быстро выговорил.

— Наемники сообщили, что час назад экспресс вышел в заданный сектор из гиперпространства. Они ведут его до Фабиуса. Через двое суток будут на планете.

Заметив каким счастьем загорелись глаза красноволосой девушки, стоящей напротив него, он уже не так сильно испугался того, как второй наследник рывком подскочил к ней с радостной улыбкой прижал к себе. Ис Труне только попытался незаметно вытереть вспотевший от страха лоб и, с кривой усмешкой качнув головой, все же поспешил удалиться от столь опасного соседства с белоснежной смертью, коей являлся его хозяин — второй наследник империи Рокшан эльтар Рантаир кован Разу. Ис Труне даже за эти прошедшие три месяца все никак не мог привыкнуть к тому факту, что его хозяин, смертельно опасный для любого живого существа в известной ему вселенной, нашел свою лиане, которая испытывает удовольствие от его рук и к тому же действительно любит его. Так он и шел по коридору корабля, не обращая внимания на рокшанцев, встреченных им, чуть посмеиваясь и в тоже время удивленно покачивая русоволосой головой. И только когда пришел в рубку и с удовлетворением опустился в рабочее кресло, все же пришел к окончательной мысли — мир вокруг настолько стремительно меняется, что простому пилоту, такому как ис Труне, не успеть за всеми изменениями, остается только их принять как данность. Да, мир меняется, но пока эти изменения ему только нравятся. И его хозяйка эльтарина Ева, и ее лин эльтар Рантаир по своей сути прекрасные рокшанцы и несут в его мир только добро, приключения и кучу положительных и вкусных эмоций. Снова проверив данные на экране, он встал и подошел к небольшому головизору, демонстрирующему поверхность и окружающее пространство космопорта планеты Фабиус. Торчать здесь уже месяц все немного притомились, но никто не сказал ни единого слова. Каждый член экипажа космического военного корабля "Крин Разу", капитаном которого являлся второй наследник империи Рокшан, а владельцем — его лиане, знал зачем они здесь находятся, и все с легким нетерпением ожидали развязки этой экспедиции. 'А уж если быть совсем честным с самим собой, — подумал ис Труне, — то просто жуть как любопытно было взглянуть на родственниц эльтарины Евы. Насколько они похожи на их красивую вкусную хрупкую, и в тоже время такую сильную духом, хозяйку, которая излучает не только неповторимый вкус, но и освещает своим присутствием все вокруг, согревает неуемной энергией всех окружающих ее рокшанцев. Делится теплом своей души и сердечной радостью. На этом корабле кроме лина за эльтарину Еву каждый был готов отдать не только все самое ценное, что у него есть, но и саму жизнь, причем добровольно и от чистого сердца'.

Ева мягко высвободилась из рук мужа и, снова коротко поцеловав его в губы, выпорхнула из их совместной каюты. Лицо невольно осветила улыбка, когда она почувствовала тоскливое раздражение, испытываемое Рантаиром в данную минуту из-за того, что снова вынужден выпустить ее из своих рук. Поэтому, как только Ева выскочила за дверь, приподняла подол платья и припустила бегом по коридору в сторону каюты иса Дара — их друга и по совместительству корабельного врача. Сопровождаемая удивленными улыбками персонала, она добежала до нужной ей каюты и, быстро переведя дух, нажала вызов. Рантаир надолго ее не выпустит из поля зрения, соответственно, ей надо поторопиться прояснить все необходимые вопросы. Дверь открылась, и на пороге застыл ис Дар. Удивление ее приходом выразилось только в слегка поднятой шоколадной брови. Он коротко поклонился, выразив этим свое уважительное приветствие, и отступил в сторону, приглашая ее пройти внутрь. Проходя мимо него Ева радостно улыбнулась, заметив Ярину, полулежащую на диване и пьющую чай.

— Экспресс встретили и ведут на Фабиус, через два дня прибудут сюда. Боже, только бы они успели попасть на него, еще два месяца ожидания я выдержу с трудом… Да, и еще у меня к тебе просьба, ис Дар. Можно ли меня проверить, беременна я или нет?

Ева на одном дыхании выпалила и новости, и просьбу, и с отчаянным любопытством и тревогой уставилась на врача, который от первой новости радостно переглянулся с женой Ярой, а услышав последние слова Евы, вытаращил на нее глаза. Потом смущенно почесал затылок и согласно кивнул головой. Ева медлить не стала, двигаясь к своей цели напролом.

— Мне нужно сейчас и по секрету, пока Рантаир не узнал и не выловил. Ты можешь себе представить, что он сделает, когда узнает?

Дар с тревогой переглянулся с Яриной и непроизвольно сначала отрицательно покачал головой, но тут же обреченно кивнул, явно осознавая возможные последствия, которые не заставят себя ждать, когда белоснежный Рантаир узнает о том, что его лиане беременна. Даже виртуальная гипотетически возможная угроза ее жизни и здоровью вызовет неконтролируемые действия с его стороны, а уж такое состояние как беременность заставит Рантаира просто сходить с ума от страха. Поэтому Ева, с дикой надеждой и мольбой в глазах, посмотрела на врача и попросила, в умоляющем жесте сложив ладошки.

— Я прошу тебя, Дар, помоги мне. Если беременность подтвердится, ты все будешь контролировать, а я обещаю — буду осторожна и послушна. Только не говори ему пока. Как только мои девочки окажутся на корабле, я сама ему расскажу. Пожалуйста!!!

Он нахмурился и, словно уйдя внутрь себя, уставился в пространство, пару мгновений глядя в никуда, и вот снова осмысленный взгляд. Дар устало кивнул головой и направился в сторону двери, брюзжа, словно старый дед.

— Все женщины одинаковы, что рокшанки, что землянки. Думают только о себе и никогда — о других. Вот ты представь, что он со мной сделает, когда узнает, что я помогал тебе скрывать беременность. Я пожалею, что вообще на свет родился. Если он меня убьет, Ева, ты должна будешь позаботиться о моей семье. Обещаешь?

Он повернул голову и хмуро посмотрел на Еву, которая виновато потупила глаза, и согласно кивнув головой, прошептала.

— Клянусь, что в любом случае позабочусь о твоей семье. А насчет Рантаира, не переживай, он будет так рад новости о возможном отцовстве, что выяснять ничего не станет. Как только он узнает, все его мысли будут направлены на мою безопасность и прогнозы нашего будущего. Ему будет не до тебя, гарантирую.

Дар снова обернулся к Еве, уже заходя в медитек, расположенный напротив его каюты, и лишь усмехнулся.

— Эх, женщины, женщины, какие вы, однако, хитрые создания.

— Не волнуйся родной, я тебе сразу скажу, ЕСЛИ что!

Ярина прошла вслед за Евой в медитек и, вольготно расположившись в одном из кресел, лукаво посмотрела на мужа. Дар резко повернулся и пристально уставился на нее.

— Ты хочешь сказать, что у нас….

— Пока нет, но если что, я обязательно все тебе первому расскажу, как виновнику происшествия, так сказать.

Ярина с улыбкой быстро встала и, подойдя к мужу, прильнула к нему всем телом и мягко коснулась губ, для чего ей пришлось встать на цыпочки и, двумя руками схватившись за ворот харуза, притянуть к себе его голову. Дар с видимым удовольствием ответил на ее поцелуй, потом слегка отстранился от нее и все же не выдержал, снова наклонился уже к ее шее и, уткнувшись носом, потерся, глубоко вдыхая легкий женственный аромат, который за эти три месяца стал для него не просто родным, а жизненно необходимым. Как воздух, как вода и еда. Ярина — его лиане, его душа и его сердце. Если она исчезнет из его жизни, то сердце просто перестанет биться.

Услышав нетерпеливый вздох Евы, Дар с неохотой отстранился от лиане и, настроив аппаратуру медитека, жестом предложил Еве устроиться на его поверхности для проведения диагностики. Как только она легла, расслабленно повернув голову в их сторону, Дар приступил к исследованиям. Уже через пару минут стало понятно, что Ева оказалась права и беременность имеет место быть. Он с радостной улыбкой смотрел на экран сканера, наблюдая, как движется маленькое живое существо, которое скоро наверняка станет прекрасным созданием женского пола, способным вскружить голову не одному мужчине. Ярина с умилением на лице всхлипнула и, обняв Дара за талию и задрав к нему голову, прошептала.

— Я тоже хочу!

Ис Дар посмотрел на Еву, которая, повернув экран к себе, с блаженной улыбкой смотрела на свое маленькое, еще нерожденное чудо, не в силах оторваться от созерцания. Потом повернулся к Ярине и, крепко прижав к себе, нагнулся и хрипло прошептал ей на ухо, от чего по телу Ярины пробежалась целая армия возбужденных мурашек.

— Если ты не против, любимая, мы можем начать работать над осуществлением твоего желания через пару минут, как только выставим отсюда твою подругу.

Ярина, хмыкнув, схватила мужа за руку и потащила в их каюту, не обращая внимания на то, как Ева, выключив аппарат, слезла с пьедестала и, погруженная в себя словно во сне, вышла вслед за ними из медотсека.

*****

Фабиус

Восемь закутанных в длинные плащи фигур, молча скользили по пустынным темным улицам. Семь из них отличались высоким ростом, а четверо — еще и мощным телосложением, и торчащими из-под плащей хвостами с разноцветными кисточками. И только восьмая фигура отличалась низким ростом и хрупким сложением, в ней сразу можно было определить женщину. Восемь теней скользили в сумерках, стараясь как можно меньше привлекать к себе внимание, хотя если бы на улицах ночного города планеты Фабиус было больше народу в этот час, то это им вряд ли бы удалось. Но они специально выбрали именно это время суток, чтобы скрытно добраться до выбранной цели.

Внезапно все восемь фигур напряженно застыли, вслушиваясь в раздавшиеся неподалеку крики и шум. Судя по всему, кого-то недалеко от них либо грабили, либо убивали. Хрупкая фигурка резко повернулась к своему ближайшему спутнику и с мольбой в голосе простонала.

— Рантаир, там кричит женщина, мы должны помочь!

Мужчина прижал девушку к себе и бросил короткий взгляд на стоящего рядом, капюшон которого не смог скрыть буйства красных красок его волос, перехваченных шнурком в низкий хвост. Красноволосый, чуть прищурившись, задумался лишь на секунду, затем, бросив резкую короткую фразу остальным, выдвинулся вперед. За ним, со всех сторон обступив женщину и ее мужчину, направились остальные. Всего минута быстрой ходьбы, и восьмерка наблюдает неприятную сцену насилия. Пятеро наступали на высокого хвостатого мужчину, а позади него, чуть в стороне, прямо на тротуаре сидела женщина и, обхватив себя руками, всхлипывая, пристально наблюдала за происходящими событиями. Странным в этой ситуации было то, что пятеро нападавших были людьми, а единственный защитник женщины являлся представителем расы планеты Леморан. Наемник не был вооружен и защищался только клыками и когтями и, судя по кровавым разводам на лицах некоторых людей и прижатой к телу неестественно вывернутой руке одного из них, даже такое оружие верно служило ему. Но в данный момент для одинокого защитника ситуация складывалась не лучшим образом, потому что лазерное оружие одного из нападавших сейчас смотрело прямо в живот леморанцу. Хвост с серебристой кисточкой раздраженно хлестал его мощные ноги, что сразу выдавало крайнюю степень напряжения и собранности.

Как только восемь фигур выскочили в переулок, в центре которого разворачивалась эта драма, и с ходу оценили ситуацию, начали происходить странные, на взгляд одиноко сидящей на тротуаре испуганной девушки, вещи. Вновь прибывшие тут же произвели перестановку в своих рядах. Пять фигур выдвинулись вперед, словно щитом прикрывая оставшиеся три, одна из которых, развернувшись спиной к остальным, контролировала обстановку позади всех. Как только в поле зрения защитника девушки возникли новые лица, тот, словно узнав кого-то из них, весь подобрался и, сузив свои серебристые кошачьи глаза, ядовито выдохнул, обращаясь к красноволосому мужчине.

— Приветствую клан Ла Роли! Вы очень своевременно появились, но боюсь пока слишком занят, чтобы отвлекаться на оказание вам достойного приема по правилам клана Ай Йарин.

Все наемники клана Ла Роли, как только узнали и выслушали представителя враждующего с ними клана Ай Йарин, злобно фыркнули, предварительно перед этим заявлением удивленно выдохнув:

— Ай Йарин здесь?!

Ай Йарин язвительно улыбнулся, отвечая на невысказанный вопрос конкурентов.

— Полог, Ла Роли! Я просто следовал за вами, как только заметил ваши маневры и суету в порту на Леморане. Неужели ты думал, что этот мир будет принадлежать только вашему клану при таком богатстве-то? Я думал ты умнее, Ла Роли, неужели я ошибся в тебе?

Затем, после секундного замешательства, пока красноволосый леморанец Радьяр Ла Роли принимал решение и осмысливал ситуацию и достойный ответ, нападающие зашевелились и, угрожающе наставив оружие на новеньких, хмуро уставились на них. При этом самый крупный из них, давно небритый мужик нагло ухмыльнулся и прошипел сквозь зубы.

— Уважаемые, шли бы вы своей дорогой, у нас тут свои дела и мы справимся как-нибудь без вашей помощи. Займитесь лучше вашей кошечкой, она у вас одна, а вас вон как много.

При этих словах дернулся высокий мужчина с белоснежной гривой волос, показавшейся из-под упавшего капюшона. Как только этого мужчину разглядел Ай Йарин, его глаза практически незаметно для других блеснули едва засветившейся надеждой. Он лишь скосил один глаз в сторону белоснежного и, чуть склонив голову в его сторону, и начал свою спасательную операцию.

— Приветствую тебя, эльтар, я догадываюсь, с кем имею честь беседовать и поэтому обращаюсь именно к вам. Эти человеческие недомужчины, напали на девушку, я пришел к ней на помощь и сейчас, я, Дюсан Ай Йарин, как глава одного из богатейших и сильнейших кланов Леморана, прошу оказать мне помощь. Взамен обязуюсь отработать ее, как пожелает уважаемый эльтар и его уважаемая лиане.

Рантаир молча уставился на Ай Йарин, обдумывая услышанное, и все же обратил свой красноватый взор на Радьяра Ла Роли, который хмуро смотрел на своего врага широко раздувая ноздри от злости и негодования. Но в тот момент, когда беловолосый посмотрел на него с вопросом в глазах, Радьяр только горько усмехнулся и, злобно дернув хвостом, все же довольно спокойно заметил.

— Эльтар, вы не должны в данный момент обращать внимание на нашу старую вражду. Сейчас на кону не только жизнь моего врага, которого я в любом случае бы не оставил наедине с этими людьми, все же мы принадлежим к одной расе. В данном случае речь идет о жизни женщины и наших дальнейших планах, которым некоторые обстоятельства, сейчас возникшие, могут сильно помешать.

Рантаир, выслушав Ла Роли, бросил короткий взгляд на жену, которая с тревогой слушала их разговор, держа его за руку. Как только она почувствовала этот взгляд и ощутила легкое беспокойство, тревогу и сожаление, то практически сразу догадалась по этим долетевшим до нее от мужа эмоциям, что легким решение этого вопроса не будет. Для людей!

— Не волнуйся обо мне, я считаю, ты не можешь поступить неправильно и приму любое твое решение, но все же позволь мне узнать причину конфликта у девушки?

Прижав ее к себе, Рантаир произнес:

— Для тебя все что угодно, любимая. — потом, повернувшись к Радьяру, приказал. — Людей обездвижить, пока на время!

Пятеро наемников, за секунду достав из высоких ботинок небольшие тонкие палочки, единым движением прыгнули на пятерых мужчин, и уже через мгновение люди лежали парализованные на тротуаре не в силах пошевелиться или издать хоть звук.

Ева сделала шаг в сторону съежившийся испуганной фигурки девушки, но Рантаир отрицательно покачал головой, останавливая ее рукой, а Радьяр просто встал на ее пути, не прикасаясь. Она недовольно хмыкнула и, протянув руку к девушке, уверенно произнесла:

— Подойди, пожалуйста, мне нужно задать тебе несколько вопросов.

Как только девушка встала на ноги, все еще обнимая себя руками за плечи, зябко поеживаясь, Дюсан сделал резкий шаг вперед и гневно прошипел, глядя на своих невольных помощников.

— Она принадлежит мне как истинная, и если к ней хоть кто-то посмеет прикоснуться, убью любого и плевать на последствия моего поступка.

Радьяр, надменно задрав одну бровь, заметил на подобные угрозы.

— Если ты в этом уверен, то почему я не вижу привычной реакции со стороны девушки. Ты подходил к ней близко, прикасался к ней?

— Нет, мне достаточно и того, что инстинкт говорит мне об этом, грозя уничтожить остатки спокойствия и просто перегрызть вам всем глотки, Ла Роли! Но я клянусь, если ты дашь мне уйти вместе с ней сейчас, забуду об этом мире. На время, но свои сливки ты снять успеешь!

Ева еще раз настойчиво попросила девушку подойти к ней, и как только та подошла на достаточно близкое расстояние, чтобы хвост Дюсана заплясал в злобной неистовой пляске, почему-то остановилась и неуверенно посмотрела сначала на него, отметив реакцию, а потом перевела взгляд на Еву.

Незнакомка удивилась своей внутренней борьбе, в которой сошлись странное желание успокоить и не злить этого серебряноволосого мужчину с хвостом, который так неожиданно появившегося в том переулке и, не колеблясь, встал на ее защиту, и в тоже время, стоящая перед ней красноволосая девушка-человек вызвала безоговорочное доверие. Именно поэтому она решилась на компромисс и остановилась между ними, все еще пытаясь унять руками внутреннюю дрожь, вызванную страхом и отчаяньем, прямо посмотрела в глаза рыжей.

Ева отметила все действия и невольные мысли, отражавшиеся на лице высокой стройной девушки, стоящей перед ней и отчаянно справлявшейся с внутренним страхом. Ева окинула любопытным взглядом красивую брюнетку с шоколадными глазами в неярком приглушенном ночном свете. На чуть смугловатом лице, играли причудливые тени, придавая ей еще больше таинственности и беззащитности. Ее волосы, глаза и кожа, а также потрясающая фигура в форме песочных часов, с красивой округлой грудью, заметная не смотря на брюки и куртку из джинсовой ткани — все это явно говорило об индийских корнях. А белая футболка, правда, заляпанная кровью, судя по всему из разбитой губы, подчеркивала кожу цвета светлого шоколада. За пару секунд оценив девушку, Ева начала мягко опрашивать ее, пытаясь выяснить, что здесь произошло и как лучше поступить дальше.

— Как вас зовут?

— Шанита Хартвайя!

— Расскажите, Шанита, что здесь происходит, нам очень важно это знать с мельчайшими подробностями!

Шанита глубоко вздохнула и, снова бросив неуверенный взгляд на Дюсана, с сожалением перевела взгляд на Еву и начала говорить.

— Вон тот мужчина, который самый высокий из всех, — это мой дядя по отцу. Пять лет назад погибла моя мать, спустя пару лет мы с отцом решили начать жить заново и переехали сюда, на Фабиус. Отец после смерти моей мамы унаследовал небольшое состояние. Пару месяцев назад он погиб при строительстве нашего дома, а через неделю приехал дядя и как только узнал об этом, прикарманил мои деньги. Он игрок и очень скоро спустил все, что украл у меня, а сегодня хотел отдать меня за долги вот этому, со сломанной рукой. Он владеет несколькими борделями, и меня хотели отправить в один из них. Я попыталась удрать, но меня поймали вот в этом переулке, и пока торговались о цене с дядей, появился вот этот человек… Простите, я хотела сказать вот этот господин, которого вы зовете Дюсан Ай Йарин, он не дал меня избить и сломал руку этому сутенеру, пытаясь спасти от очень незавидной участи, но у них появилось оружие и они хотели его убить, а тут вы подошли. Вот собственно и вся история. — она замолчала на мгновение, а потом словно с обрыва бросилась, быстро заговорила: — Простите меня, но прошу вас, я заметила, что мой спаситель не является другом ваших спутников, я не знаю вашего языка, но язык тела мне хорошо понятен. Он… Я… Он попал в эту дурную ситуацию из-за меня и не должен безвинно пострадать, помогите ему, я вас очень прошу.

Лежащие на тротуаре люди злобно вращали глазами, пытаясь сделать хоть одно движение, зато лица мужчин, окруживших девушек, выражали лишь негодование и ненависть, мрачнея все больше, пока Шанита рассказывала о том, что с ней хотели сделать собственные соплеменники и родной дядя, и удивление, когда та начала просить за Дюсана. Ева же, молча выслушав Шаниту, спросила, пристально следя за реакцией девушки.

— Знаешь, твой спаситель заявил на тебя свои права и хочет забрать на свой корабль, чтобы увезти с Фабиуса к себе домой. Как ты к этому относишься?

Шанита в шоке обернулась к Дюсану и, столкнувшись с горящим ожиданием, страхом и желанием взглядом, с трудом отвела от него глаза, снова повернулась к Еве и как-то неуверенно спросила.

— Но он же другого вида, разве мы совместимы? Да и зачем я ему нужна, он меня всего несколько минут видел и совсем не знает.

Ева немного грустным от сочувствия нелегкому положению девушки голосом ответила.

— Ты даже не поверишь, насколько мы совместимы. Три мои подруги замужем за представителями этой расы, и одного из них ты видишь рядом со мной и поверь, они очень счастливы своим выбором, более того, две из них уже вынашивают их общее потомство, которое благодаря изысканиям ученых их планеты, будет полностью леморанцами. Они шикарные, да?

Шанита только ошарашено кивнула, все еще переваривая полученную информацию, но ее мысли прервало возмущенное шипение красноволосого мужчины, которого ее спаситель называл Радьяр Ла Роли.

— Эльтарина Ева, насколько я знаю, беременна только Вера, но оказывается у вас более полная информация, и я требую ваших пояснений. Кто из женщин еще носит потомство?

— Упссс! — Ева в отчаянии закусила губу, понимая, что только что выдала суперсекрет Светы, и та ей спасибо не скажет. Покраснев и опустив глаза, произнесла только одно слово.

— Света! — на секунду ей показалось, что Радьяр то ли облегченно, то ли огорченно выдохнул, но все же расслабился и перекинулся понимающими ухмылками со своими наемниками.

— Да! Похоже духи клана всерьез решили помочь своим потомкам! Надо как следует отблагодарить их за такое количество подарков, которое нам досталось в последнее время.

Довольная ухмылка на лице Радьяра вывела из себя и так взбешенного Ай Йарина.

— Я предлагаю вам ускориться с решением моего вопроса, или мне придется самому решать проблемы, я думаю, последствия вам не сильно понравятся.

Мужчины снова начали напряженно сверлить друг друга взглядами, а Ева быстро продолжила разговор с Шанитой.

— Так как, Шанита, ты понимаешь, что если мы сейчас поможем Дюсану, то он отправится на свой корабль только с тобой, другое решение его не устроит.

— Но почему? Зачем я ему нужна и в качестве кого? Неужели меня нужно было спасать от участи проститутки у людей, чтобы потом сделать чьей-то подстилкой или вообще рабыней?

Ева, заметив как при этих словах Шаниты, у Дюсана окаменело лицо, и напряженно застыл хвост, поспешила пояснить.

— На планете Леморан есть такое понятие как истинная пара. Каждый мужчина имеет возможность найти свою истинную половину, хотя после войны с другой расой, после которой на планете практически не рождаются женщины, такая возможность одна на миллион. Так вот, землянки, как выяснилось, максимально подходят для мужчин-леморанцев по всем параметрам. Более того, ты станешь женой Дюсана, потому что являешься его истинной половиной. И если судить по моим подругам, — в этот момент она, улыбаясь, посмотрела на Ла Роли, — тебя будут носить на руках, и ни о каком положении подстилки или рабыни даже речи не идет. Тебя будут холить, лелеять, любить и оберегать как самую большую драгоценность. Главное, чтобы эта опека не была чрезмерной, а то и от такого утомиться можно. Так ты согласна добровольно пойти с ним и стать его?

Шанита повернула растерянное лицо к Дюсану и, с тревогой заглядывая ему в глаза, тихо спросила.

— То что она сказала, это правда? В отношении меня и тебя?

Дюсан лишь коротко утвердительно кивнул, с дикой надеждой глядя ей в глаза и не давая возможности отвернуться от него или отвести глаза. Судя по быстро сменяющимся отголоскам чувств на ее лице, в голове девушки сейчас шел ускоренный мыслительный процесс принятии решения о дальнейшей судьбе. И Ева очень хорошо понимала чувства Шаниты — страх остаться одной без средств к существованию в этом огромном мире: без родных и близких, ведь даже родной дядя пытался продать ее за долги и довериться неизвестно кому, причем представителю другой расы, да еще с хвостом и клыками, и больше похожего на кота, чем на человека — такого выбора она бы не пожелала никому. Наконец Ева заметила, как Шанита глубоко вздохнула и все так же глядя в глаза Дюсану, твердо сказала.

— Я согласна!

Уточнять ответ Ева и ее спутники не стали, все и так понимали, на что только что согласилась Шанита. Дюсан рвано выдохнул и заметно расслабился, плавным движением хищника скользнул к ней и встал между девушкой и своими соплеменниками, при этом его хвост мягко обхватил ее за талию, вызвав у Шаниты нервный смешок. Она, опустив голову, с интересом рассматривала пятую и такую забавную конечность теперь уже своего будущего мужа. Ева задала последний вопрос, который ее волновал, отвлекая Шаниту от созерцания серебристой кисточки хвоста Дюсана.

— Шанита, что ты еще знаешь и можешь сказать об этих людях, среди которых лежит твой дядя?

Удивленно моргнув, Шанита мысленно вернулась в реальность и, коротко пожав плечами, устало ответила.

— За эту неделю я услышала о них столько, что мне еще долго кошмары сниться будут. Сутенеры, извращенцы, наркоторговцы и убийцы, а мой дядя просто подлец, который за копейку продаст любого, а если потребуется — то и убьет. По ним давно тюрьма плачет, да только поймать никак не могут.

Она слегка ссутулилась и, почувствовав, как болит от усталости и голода все тело, сделала шаг вперед и, неуверенно прикоснувшись ладонями к спине Дюсана, пытаясь хотя бы в нем обрести опору, уткнулась лбом ему между лопаток. Ай Йарин слегка напрягся, почувствовав неуверенные прикосновения, и еще крепче обвил ее талию хвостом, сильнее прижимая к своему телу, таким образом поощряя и предлагая свою поддержку.

Рантаир нарушил молчаливое наблюдение за развитием ситуации, прижал Еву спиной к себе и, обращаясь ко всем сразу, сказал:

— Дюсан Ай Йарин, ты свободен! Придет время, когда я обязательно воспользуюсь твоим обещанием помочь мне, за оказанное сегодня содействие. И не забудь так же клятву, данную Радьяру Ла Роли, ты забудешь дорогу сюда на время. Я думаю, одного цикла будет достаточно и вполне справедливо! Вы можете идти, об остальном мы позаботимся сами.

Дюсан резко поднял голову и внимательно выслушал кован Разу, в конце, лишь коротко согласно кивнув головой, произнес.

— Я принимаю свои обязательства и даю клятву!

Затем он обернулся и, подхватив свою женщину на руки и прижав к груди, быстро и не оглядываясь, направился в сторону космопорта. Радьяр и остальные представители клана Ла Роли только презрительно скривили губы и, фыркнув сквозь клыки, обернулись к рокшанцам. Радьяр посмотрел на Рантаира и, заметив усталый кивок, обернулся к своим.

— Тройс, Дивар и Ро, вы прибираетесь здесь, чтобы следов не осталось, потом догоняете нас.

В это время Рантаир с Евой и второй рокшанец из этой компании, ее личный телохранитель, быстрым шагом направлялись в сторону главной цели — гостиницы "Фантом Пегаса". Их быстро нагнали Радьяр и его клановцы. Ева не стала интересоваться дальнейшей судьбой пятерых мужчин, оставшихся лежать на тротуаре в переулке, так же как и тем для чего с ними оставались трое наемников с Леморана. Щедрость и мягкость ее души при встрече с такими гнилыми людьми умела отходить на задний план, выставляя вперед жесткость и справедливость. А в данном случае ей не было жаль этих людей, было очень неприятно, что среди представителей ее расы встречается слишком много индивидуумов, которые калечат жизнь невинным и порядочным людям.

*****

Рантаир с трудом заставил себя отпустить руку любимой женщины и, еще раз осмотрев улицу и парадный вход отеля "Фантом Пегаса", шагнул в тень парковой зоны к ожидающим его наемникам. Ева, отпустив пальцы мужа, прошептала, мягко заглядывая в его глаза, в которых неприкрыто плескалась тревога.

— Не волнуйся, родной! Один час, не больше. Мы все уже обговорили, я там в безопасности, ты же знаешь.

Произнеся последние слова, развернулась и направилась к отелю. Скользнув в автоматические двери и стараясь не оглядываться, откинула капюшон плаща, непринужденно и, неторопливо направилась к лифтам. Краем глаза заметила, что два администратора стоят к ней спиной и, склонившись к столу, не отрываясь смотрят в монитор, что-то там исправляют, негромко переругиваясь между собой и не обращая на нее никакого внимания. Она улыбнулась про себя и, войдя в лифт, нажала нужный этаж.

Замерев перед номером, который полтора месяца назад лично забронировала для родственниц, глубоко вздохнула, чтобы унять легкую дрожь. Медленно подняла руку и пару раз стукнула по двери, молясь богу, чтобы ожидание, наконец, закончилось и теткам с племянницей удалось сесть на космический экспресс и добраться до Фабиуса. Постучав, замерла и с нарастающей тревогой вслушивалась, щелкнет ли автоматический замок или нет. Несколько секунд ожидания прошли впустую, и решилась еще раз постучать, но как только подняла руку, дверь неожиданно распахнулась, и в проеме Ева увидела стоящую перед ней Аниту. Пару мгновений обе стояли не шелохнувшись, не в состоянии произнести хоть слово от переполнявших эмоций. Затем, словно очнувшись, шагнули в объятия друг друга, даже не пытаясь сдержать слез радости и облегчения, что все осталось позади и теперь они снова вместе.

Минуту простояв обнявшись, Ева втолкнула Аниту в комнату и закрыла за собой дверь. В этот момент из спальни вышла заспанная Женевьева и, заметив ее, на секунду замерла с открытым ртом, а потом кинулась к ней, чуть не снеся журнальный столик и не впечатав своей горячей радостью в стену. Они стояли втроем, крепко сжимая друг друга в объятиях, плача и все время шепча что-то ласковое и нежное. Женщинам потребовалось несколько минут, чтобы хоть немного прийти в себя и оторваться друг от друга. Все так же держась за руки, они добрались до дивана и перешли к главному. Ева выяснила, что маленькая Сабрина сейчас спит в спальне и только после этого коротко, но стараясь не упустить ни одной важной детали, рассказала о том, что случилось, после того как она оказалась на военном корабле, сопровождавшем транспортник "Конкорд", перевозивший очередных колонистов на Фабиус, и который был уничтожен джа-анами. О гибели корабля и команды, о том как ее спас Рантаир, и как стала его лиане. О жизни рокшанцев и особенностях белых представителей этой расы. И главное, о том, что благодаря аномалии женщин из семьи Полянских, они могут иметь отношения и создать семью с этими прекрасными, но абсолютно одинокими мужчинами. Составить смысл их жизни и стать дня них центром вселенной. Описала не только положительные моменты, но и отрицательные тоже. И опасность прикосновений других "нормальных" рокшанцев, и то что их будущие дети, вероятно, могут быть для них неприкосновенны именно в виду того, что родятся полноценными рокшан, а значит — опасными для них. Но главное, закончила свой рассказ, подняв на женщин полный любви и нежности взгляд, сказала.

— Девочки, но вы же понимаете, такая жизнь, какую мы вели на Земле, не сравнится с тем, что приобретете там. Вас будут любить так, как никто до этого и вы тоже сможете почувствовать эти потрясающие чувства: тепло, ласку, заботу и любовь — вот что вы получите, если полетите со мной. Но хочу сразу сказать, мы привезли для вас деньги, и если вы не захотите на Рокшан и решите остаться жить здесь как прежде, то ни в чем нуждаться не будете, это я вам обещаю, как и то что иногда смогу прилетать к вам. Жаль редко, но все же смогу.

Посмотрев на часы, Ева поняла, что проговорила уже половину отведенного Рантаиром часа, поэтому, грустно вздохнув, снова посмотрела на любимых родственниц, сидящих рядом и пытающихся переварить полученную информацию. Встала и, подойдя к столику, налила стаканчик воды, было слегка нехорошо. Из-за беременности начался легкий токсикоз. Потом, поставив стакан на место, повернулась к Аните и Женевьеве, пристально наблюдающих за ней, и произнесла с грустной полуулыбкой.

— Девочки, через двадцать минут я должна выйти на улицу, меня ждут муж и охрана. Если вы не уверены и вам надо подумать над принятием столь жизненно важного решения, я смогу прийти сюда и завтра. Если останетесь на Фабиусе, я передам вам средства на благоустройство здесь. Если все же надумаете лететь, то мы заберем вас на корабль. Там уже ждет один жених, давно мечтающий о знакомстве, а еще лучше — о женитьбе, он для этого целый флот сюда подогнал, чтобы подъездные пути вам расчистить от джа-анов. Йанур такой предприимчивый и упертый, какого еще поискать нужно! И главное, знает, вероятность что его выберут — невелика, и все равно, даже за этот маленький шанс, готов был лететь хоть на край вселенной.

Ева еще раз с грустью ухмыльнулась, вспомнив Йанура, и неуверенно посмотрела на женщин, которые не двигаясь и одинаково сложив руки на коленях, сидели на диване, во все глаза смотрели на нее и ловили каждое слово. Как только она замолчала, Анита встала и подошла, взяв ее за обе руки, уверенно произнесла.

— Если ты готова забрать нас сегодня, я пойду собираться и будить Сабрину. Потому что я и дочь летим с тобой. Если тебе там хорошо, то и нам тоже будет хорошо просто потому, что мы будем вместе. Ведь не обязательно же сразу предпринимать кардинальные решения в жизни. Главное, мы снова вместе! А там посмотрим, как жизнь сложится, может и правда найду себе белоснежного принца и выйду за него замуж.

Ева почувствовала, как по щеке скатилась слеза радости и облегчения, и с усмешкой ответила.

— Спасибо, Анита, я рада, но, к сожалению, все принцы заняты и один лично мной, так что придется обойтись без принцев. Хотя, эльтар Вайсир, как мне кажется, побогаче любого принца будет и собою весьма пригож.

— А мне тоже здесь делать нечего, да и вообще, мне уже тридцатник стукнул, а у меня ни мужа, ни детей, вообще ничего нет. И знаешь, я всегда мечтала о роскошной жизни, так как ты говоришь, зовут нашего симпатичного эльтара, который богат как Крез и к тому же непозволительно свободен?

Женька подошла к ним, с ехидной ухмылкой весело посмотрела, и все трое рассмеялись и снова крепко обнялись. Постояв так минуту, Анита отстранилась и начала раздавать указания и задавать насущные вопросы.

— Так, Ева, что нам брать с собой?

— Только важное лично для каждой из вас. Необходимые на первое время вещи ждут вас на корабле. Да и мода у Рокшан не такая как у нас. И еще, пока вы не знаете языка рокшан, дам рилы-переводчики, с ними гораздо легче общаться, хотя Рантаир и некоторые наши близкие друзья вполне свободно разговаривают на всеобщем Человеческого союза.

— Ну что ж, десять минут на сборы, затем будим Саби и идем гулять. Нечего время тянуть.

Анита и Женя быстро направились к чемоданам и решительно начали их потрошить, выбирая самое важное. Через десять минут была собрана и поставлена к двери одна небольшая сумка, а женщины направились в спальню за трехлетней дочкой Аниты. Оставалось еще десять минут до окончания выделенного ей времени, когда трое женщин, со спящей на руках у Аниты Сабриной, вышли из отеля и направились в сторону ожидающих за деревьями мужчин. Как только подошли, Рантаир молча поклонился каждой гостье и с трепетом, все еще опасаясь, забрал спящую маленькую девочку у матери. Женевьева поставила сумку на землю, и ее тут же подхватил один из наемников. Обе женщины с нескрываемым интересом разглядывали мужчин, особенно Рантаира, ведь именно с представителями его расы им предстояло провести свою жизнь. Отметив, как этот высокий стройный мужчина осторожно держит на руках ее дочь, Анита в легком ступоре рассматривала его напряженную, чуть испуганную фигуру и лицо — все говорило о том, что он не привык держать детей на руках, а судя по рассказам Евы, вообще к кому-то вот так прикасаться.

Склонив голову, он смотрел на спящего ребенка, и на его лице играло столько эмоций, за которыми сложно было уследить. Страх, трепет, нежность и благоговение перед ребенком, которого ему так спокойно доверили, передали в смертельно опасные руки такое маленькое сокровище. С трудом оторвавшись от созерцания Сабрины, Рантаир с тревогой взглянул в глаза жены и увидел, а также почувствовал море нежности, любви и восторга. Она подошла вплотную и, подняв руку, ласково провела ладонью по его щеке, посылая проникающие в душу нежность и тепло.

— Не бойся, ты не причинишь ей вреда, она такая же как я. И вообще, пора начинать тренироваться, ведь скоро у нас появятся и свои дети.

Рантаир пару раз шокировано моргнул, а потом его удивленный взгляд резко стал напряженным и испытывающим. Он пристально посмотрел Еве в глаза и хрипло спросил, крепче прижимая тельце ребенка к своей груди.

— Ты носишь моего ребенка?

Ева смущенно потупила глазки, а потом уткнулась лбом в его плечо, стараясь не давить на свисающие ножки Саби, и, пару мгновений простояв молча, подняла голову и, заглядывая в лицо любимого мужа, сказала, счастливо сверкая глазами.

— Я узнала пару дней назад, что через семь месяцев у нас будет такая же, только своя личная девочка. Представляешь?

Рантаир посерел лицом и чуть качнулся, заставив всех троих женщин кинутся к нему и придержать под локти. Наемники молча стояли рядом с довольными усмешками, но прийти на помощь второму наследнику не спешили. Свою жизнь они ценили больше, чем пару возможных синяков от падения у работодателя. Они так и стояли, оцепив женщин и рокшанцев своеобразным кольцом, зорко наблюдая за окружающей обстановкой и единичными случайными прохожими.

Рантаир, надо отдать ему должное, пришел в себя за пару секунд и, сердито посмотрев на Еву, прорычал.

— Я убью Дара, а тебя закрою в спальне, чтобы больше такие новости ты от меня не скрывала.

Он плечом направил ее в нужную сторону и, вымученно улыбнувшись женщинам, кивнул головой охране, что они готовы идти. Их поход длился несколько мучительных минут, в течение которых Ева едва слышно усиленно извинялась за свой поступок и просила не злиться на Дара.

— Понимаю, ты боишься за мою безопасность и здоровье, но и ты пойми, я должна была сама сюда прийти и поговорить с девочками. И беременность — это не болезнь, это вполне естественное состояние женского организма. Тем более, я только два дня назад поняла, что беременна и умоляла иса Дара дать мне возможность самой тебе рассказать эту новость. Прости меня, любимый, но я не считаю, что совершила что-то из ряда вон выходящее, и если ты не перестанешь на меня злиться, сама на тебя обижусь. Вот! И вообще, в моем состоянии вредно волноваться, а ты меня нервируешь тем, что злишься.

— Прости, Аттойя, я больше не злюсь, только не волнуйся, надеюсь, это был единственный и последний раз, когда ты хранишь от меня секреты, тем более такого характера. Вокруг слишком много опасностей разного уровня и много мужчин, способных причинить тебе вред. И нашему ребенку тоже.

Нотацию мужчины прервали слова Женевьевы, которая шла рядом с молчавшей улыбающейся Анитой позади супружеской четы и, не скрывая ехидства и в тоже время радости, затараторила.

— Бог ты мой, Рантаир, она даже нам ничего не сказала. Целый час расписывала какой ты неземной красавец и потрясающий мужчина и не нашла минутки сообщить, что беременна от тебя. Кошмар! Ей только двадцать три, а она уже замужем и беременна. А я в свои тридцать абсолютно одинока и бездетна. Вот как мне после этого в глаза людям смотреть?

— Не бойся, Жень, людям тебе в глаза еще долго смотреть не придется, глядишь к тому времени исправишь жизненную ситуацию. — Ева успела так же ехидно вставить всего одно предложение, как была снова перебита Женькой.

— Все равно, я так рада! Вы не представляете, что мы пережили с Анитой, когда пришло сообщение о твоей гибели. Мы поседели обе, за пару минут, Ева! Анита вообще в обмороке целый час провалялась, а потом неделю ревела не переставая. Я вон похудела, пришлось все вещи перешивать.

— Ничего, тебе это только на пользу пошло, а то затяжная депрессия привела тебя к тому, что ты скоро бы в дверь пройти не смогла.

Анита, чуть ускорившись, подошла к Еве и, приобняв ее за плечи, крепко прижала к своему боку и чмокнула в щечку, она до сих пор не могла поверить, что ее любимая племяшка и лучшая подруга жива и здорова и даже очень счастлива.

— Главное, мы снова все вместе и Ева жива!

Женька, втиснувшись между Евой и Рантаиром, тоже обняла ее за плечи и, пожимая ладонью плечо Аниты, роняя слезы, счастливо всхлипнула.

— Анита, ты как всегда права! Главное, мы снова вместе и больше никогда не расстанемся. Это так прекрасно!

Рантаир и идущие рядом охранники немного смущенно и в тоже время с восхищением слушали, наблюдая за этими тремя женщинами. Такие хрупкие слабые уязвимые и в тоже время — сильные и смелые внутренне. Верные! Преданные! Идущий рядом с одним из наемников позади всех, телохранитель-рокшанец Евы в восхищении смотрел на них и с наслаждением ловил отголоски аромата вкуснейшей энергии, идущей от трех огненноволосых женщин. С диким сожалением и грустью понимая, что ни одна из них никогда не сможет принадлежать ему. Нонсенс для рядового рокшанца — обычный блондин, который может полноценно накормить и удовлетворить любую женщину- рокшаку свой энергией, для этих неповторимых женщин несет только смертельную опасность. И только изгои Рокшана, беловолосые мужчины-мутанты, могут соединить ними свою судьбу и тело.

Как только эта небольшая группа прибыла на корабль, наемники удалились к себе, а Рантаир поспешил в рубку сообщить Вайсиру, который в этот момент находился на своем корабле, совсем недавно вернувшись после переговоров с торговой комиссией Человеческого союза.

Эльтар Йанур доран Вайсир не относился к переговорам спустя рукава, ожидая возможную невесту. Этот рокшанец вообще не умел праздно проводить время, поэтому за прошедший полуторамесячный период на планете Фабиус заключил множество торговых соглашений между империей Рокшан и Человеческим союзом, так неожиданно открытым и представляющим для рокшанцев множество интересных возможностей как для торговли, так и для общего сотрудничества. Они вместе с Даиром Ла Роли, представителем планеты Леморан и конкретно своего клана, спешили закрепить дружеские и экономические отношения для будущего плодотворного общения трех, в принципе различных, но в тоже время, таких схожих рас.

Особенно старался Даир Ла Роли — блестящий дипломат и торговец, стремясь произвести самое благоприятное впечатление на представителей расы людей, имеющих такое бесценное сокровище, каким для любого леморанца являлись человеческие женщины. Иногда Йанур с восхищением замечал, как в золотых раскосых глазах наемника, который из-под полуопущенных ресниц наблюдал за людьми, сверкает охотничий азарт и хищный радостный блеск мужчины, обхитрившего и победившего своего будущего соперника или конкурента. За время пребывания на Фабиусе, Вайсир успел ознакомиться со многими сферами жизнедеятельности людей. Поэтому был знаком с некоторыми эпитетами или поговорками. Так вот в данном случае, он, усмехаясь про себя, дал оценку произошедшему. Люди так и не поняли, какого прожорливого и наглого козла пустили к себе в огород. Он лишь надеялся, что они не слишком поздно поймут, куда и с какой целью устремится женская река. Леморанцы умеют заботиться о своих женщинах, и разница между ними и человеческими мужчинами явно будет в их пользу. Как только Вайсир получил сообщение Рантаира о прибытии женщин на борт "Крин Разу", послал видеообращение в торговую комиссию, в котором извинился за незапланированный отлет ввиду того, что их вызывает сам император по срочному делу. Но в скором времени другие их представители приступят к дальнейшей работе. Сразу после этого с Фабиуса один за другим стартовали все корабли рокшан и наемников, стремительно удаляясь в космические просторы и исчезая из поля зрения человеческих радаров.

*****

Крин Разу

Ева сидела за столом гостевой каюты своего корабля под названием "Крин Разу" и, тихонько потягивая великолепный цейлонский чай, купленный на Фабиусе и привезенный туда с родной Земли, наблюдала за родными и с мягкой улыбкой думала о сегодняшних событиях. Как только ночью они вернулись на корабль и разместили на нем ее родственниц, показав им все самое необходимое, в том числе гардероб для каждой из них, поужинали, вместе с присоединившимися к ним Яриной и Даром, и через непродолжительное время разбрелись по каютам отдыхать.

Сразу после ужина подхватив на руки свою лиане, Рантаир извинился перед родственницами и удалился к себе в каюту, неся на руках сильно зевающую Еву. Как только они улеглись в кровать, повернул на спину и с величайшей нежностью и любовью погладил ее лицо и, заметив, что она довольно щурится, спустился вниз, расположив свою большую ладонь в нижней части пока еще плоского животика. Прислушался к себе и с трепетным удивлением почувствовал слабый, едва уловимый на фоне лиане аромат сладкого нежного отголоска энергии еще не родившейся дочери, так похожий на вкус Евы.

Внутри словно отпустила туго сжатая пружина, высвободив наружу фонтан искреннего, ничем не замутненного счастья. Его девочка! Его девочки! Его такие вкусные, живые, любимые девочки! Без них жизнь пуста и бессмысленна. Именно в эту секунду он ощутил не только всепоглощающую любовь уже к двум женщинам в его жизни, но и страх за них — дикий и глубоко затрагивающий душу страх потерять их. Он никогда ни кем не дорожил как ими, его такой любимой, прекрасной душой и телом лиане и их еще не рожденной, но уже такой бесценной дочерью.

Снова скользнув ладонью по коже живота Евы стремясь добраться до ее лица, не отрывая руки от ее тела, он ощутил горячий отклик и то, как она выгнула спину, стараясь сильнее прижаться телом к его руке. Каждый раз, касаясь ее, он наслаждался реакцией на него и на его прикосновения. Такой горячий живой отклик заставлял сердце учащенно биться от сознания, что она принадлежит ему по собственной воле, и он в силах доставлять ей такое удовольствие, от которого она кричит в экстазе. И все никак не мог поверить в свое счастье и удачу. Его синие глаза утонули в ее желто-коричневых, которые с таким пониманием смотрели на него, чувствуя все переливы его эмоций и одаривая своими. Она щедро делилась с ним своим теплом, нежностью и любовью, безграничной и бесконечной как сама вселенная, и это вновь успокоило и приглушило страх и тревогу за нее, за них.

Взяв его лицо в свои ладони, Ева притянула ближе к себе и впилась в его губы горячим жадным поцелуем, стирая из его памяти все мысли и чувства оставляя только самые простые. Покорить, подмять под себя, сделать своей и обладать… обладать пока не услышит ее восхищенный крик страсти и счастья, не почувствует конвульсивные судороги ее горячей влажной плоти так плотно и нежно облегающей часть его тела находящуюся внутри нее. Он не выдержал накала, и в сумраке каюты раздался хриплый торжествующий крик победителя и в тоже время побежденного.

Понемногу успокаиваясь, одной рукой он перебирал красные пряди шелковистых волос, а второй — ласкал ее обнаженную спину. Его жена спокойно посапывала, лежа у него на груди и даже во сне обнимая двумя руками, словно тоже боялась потерять. Опустив лицо вниз, Рантаир уже привычным движением зарылся в ее волосы на макушке, глубоко вдыхая тонкий чарующий аромат своей любимой и только после этого смог успокоиться окончательно и, закрыв глаза, через несколько мгновений заснуть, не выпуская Еву из своих рук.

Рантаир сидел в глубоком кресле гостевой каюты и, перебирая нежные тонкие пальчики жены, сидящей у него на коленях и весело болтающей с Анитой и Женевьевой, и наблюдал за Сабриной, которая с легким зеленым шарфиком носилась вокруг стола, изображая то ли летящий корабль, то ли ветер. Ее ярко-рыжие кудрявые волосы разметались по узким плечикам и смешно подпрыгивали. Эта хрупкая девочка с первой минуты знакомства несколько часов назад приняла его в круг своих любимых родственников и теперь пыталась любыми способами привлечь внимание к своей персоне или забиралась к нему на колени и обхватывала его лицо обеими ручками, удерживая таким образом, чтобы он смотрел только на нее, рассказывала все что приходило в голову.

При первом же подобном контакте они оба замерли, испытывая непривычные ощущения. И если Рантаир в священном трепете наслаждался ее вниманием и детским доверием, непривычным для него ощущением чужих, и более того, детских рук на его коже, то Саби сразу заявила, что он очень теплый и вкусный, от чего все, замершие и с интересом наблюдавшие за этим представлением, женщины радостно и облегченно заулыбались. Обе родственницы, так же как и Сабрина, неосознанно старались держаться рядом с Евой и Рантаиром, явно наслаждаясь их обществом. Как по секрету шепнула ему Ева, тетки рядом с ним чувствуют себя тепло, уютно и безопасно, по их же собственным словам. Это откровение вызвало у Рантаира новый приступ безграничного счастья и желание оправдать доверие, оказанное этими женщинами. Про себя он уже давно решил, что станет их гарантом безопасности и ни за что не допустит, чтобы кто-либо причинил им боль или вред. Да и как иначе, он как мужчина обязан быть хранителем незамужних родственниц лиане.

В каюту вошел смущенно улыбающийся дамам брат Дара ис Дир и, повернув голову в сторону хозяина, сообщил, что с ними стыкуется корабль эльтара Йанура доран Вайсира и буквально через минуту будет здесь вместе с племянником. В комнате воцарилась тишина, и Дар с Рантаиром с интересом заметили, как напряглись Анита и Женевьева, и как у маленькой Саби загорелись в предвкушении глаза. Она еще никогда так весело не развлекалась и не видела рядом с собой столько больших мужчин. Вся ее трехлетняя жизнь проходила в окружении мамы, Евы и тети Жени и сейчас наслаждалась оказываемыми ей вниманием и восхищением. Она мигом забралась к Рантаиру на второе, не занятое Евой, колено и, расправив подол нового красивого платьица, с важным видом уставилась в дверной проем, не обращая внимания на усмешки Дара, Евы и Ярины, с которыми они наблюдали за девочкой.

Эльтар Вайсир и его племянник Харнур быстро прошли через стыковочный шлюз и в сопровождении слегка напряженного в их присутствии Дира направились в сторону гостевой каюты. Всю ночь Йанур не мог уснуть, представляя эту встречу. Он молился Аттойе и всем богам Рокшана, чтобы его мечта осуществилась, и его род был спасен, а ему подарено мгновение счастья хоть на секунду забыть об одиночестве и бесконечно грызущем внутренности голоде. Он просил, чтобы его выбрала любая из двух женщин, чтобы хотя бы одной из них он был интересен и не противен, и она бы согласилась стать его частью. Он не рассчитывал на лианорию, так далеко его мечты не распространялись, он молил, чтобы одна из женщин согласилась принять его как хранителя и будущего отца, ведь он так мечтал о наследнике. Он сделает все, чтобы она никогда не пожалела о принятом решении, положит к ее ногам все свои богатства и всю вселенную. Ему хватит на это средств, в этом он уверен. Лишь бы кто-нибудь из них согласился.

Войдя в каюту, где его ожидали Рантаир и его окружение, он застыл в оцепенении. Моментально оглядел всех присутствующих и оценил каждого из них: и уже знакомых, и новые лица. Скользнув взглядом по маленькой девочке Сабрине, сидящей на колене у Рантаира и с любопытством рассматривающей их с племянником, он легко улыбнулся ей мягкой улыбкой, потом такая же улыбка досталась Еве и Ярине, легкий кивок — Дару и более глубокий — второму наследнику. Потом его взгляд немного задержался на молодой стройной невысокой, очень похожей на Еву женщине, судя по всему, Аните. Ее волосы более темные, чем у Евы и красный в них смешивался с коричневым и золотым, играя яркими бликами в искусственном освещении. Глаза золотисто-коричневого цвета прекрасно гармонировали с цветом волос, коричневыми бровями и такой же светлой прозрачной кожей как у Евы. Полные розовые губы, раздвинутые в легкой любопытной улыбке. Заглянув в золотистые глаза, он заметил интерес, но пока не более того. Она ему понравилась, это точно. Ее мягкая красота сочеталась со спокойным нравом и рассудительной головой, все это он прочитал в ее глазах.

Переведя взгляд на вторую женщину, он замер и забыл как дышать. Прямо на него, чуть приоткрыв от удивления пухленький ротик, смотрела женщина с самой сексуальной фигурой, какую он только мог нарисовать в своих тайных мечтах. Не худая, но и не толстая. Слегка в теле именно в тех местах, за которые так хотят подержаться мужские руки. Узкая талия, высокий пышный бюст и длинные стройные ноги, выглядывающие из под высоких разрезов женского харуза, зеленый цвет которого умопомрачительно сочетался с ярко-оранжевой шевелюрой, мелкими завитками буйной волной стекающей до талии. Глаза — зеленые лесные озера, опушенные густыми ресницами и украшенные красноватыми бровями. Настоящая женщина в полном смысле этого слова. Если с такими как Ева и Анита, Йанур все время бы контролировал силу, боясь навредить их хрупким телам, то эту женщину он бы….

Йанур с трудом выдернул себя из омута этих глаз и, судорожно сглотнув, попытался остановить поток своих фантазий. Он вдруг испугался, причем как никогда и никого в этой жизни. Он отчетливо понял, что хочет только эту женщину и никакая другая, а тем более любая, ему не нужна. Но в данном случае не только он решал и не мог всецело контролировать дальнейшую судьбу, осознание этого факта именно сейчас обрушилось на него водопадом отчаянья. Именно в эту секунду он отчетливо понял, что если не добьется женщину с прекрасным именем Женевьева, то дальше ему действительно незачем жить. Незачем и не для чего!

Он попытался отвести от нее глаза, но смог лишь тяжело прикрыть их веками и только после этого повернулся с вымученной улыбкой к капитану корабля и его лиане. Заметив их пристальный изучающий взгляд, Йанур понял, что его состояние, вызванное впечатлением, которое произвела эта женщина, не осталось не замеченным и принято к сведению. Он с удивлением заметил, что Харнур сидит на полу, а рядом с ним на ковре стоит Сабрина и, держа его лицо руками, что-то увлеченно рассказывает, а племянник практически не вслушивается в то, что ему говорит маленькая собеседница, а просто с блаженной глуповатой улыбкой наслаждается ее присутствием рядом с ним. Понятно, Харнур тоже пропал! Снова взглянув на Женевьеву, он с удивлением и отчаянной надеждой заметил искренний неприкрытый интерес в ее зеленых глазах. С трудом удержавшись на месте, чтобы не подойти к ней и не ощутить ее вкус, с округлившимися глазами наблюдал, как она встала с кресла и с улыбкой направилась к нему сама.

Как только прибывшие гости зашли в комнату, Женевьева сначала обратила внимание на парнишку с серовато-белой косой до талии. Его узкое белое лицо поражало наличием кроваво-красных глаз, без какого-либо контура зрачка, одна только красная пелена. Ева сразу пояснила, это означает, что обладатель таких глаз сильно голоден и при этом явно испытывает жуткий дискомфорт и боль. Глядя на этого высокого юношу, ей стало чрезвычайно жаль его. В таком возрасте, а уже столько страданий перенес и еще сколько вынесет из-за своей аномалии. Потом ее взгляд плавно переместился на высокого крупного мужчину, стоящего рядом с ним. Мужчина был более похож на человеческих мужчин именно за счет ширококостности что ли. Остальные рокшанцы были весьма стройные и скорее длинные, чем высокие имея пластичную худощавую фигуру, при этом отличаясь немереной силой. Начав свой осмотр с его тела, ее взгляд передвинулся на лицо, и она напряглась словно перед прыжком.

Лицо поражало ощущением силы, власти, бескомпромиссности: вишневые глаза, по которым невозможно прочитать, о чем думает собеседник, нос с выступающими широкими крыльями и тонкие губы, сжатые в жесткую линию и подчеркивающие твердый волевой подбородок — в нем присутствовало все, чего так не хватало ей. Она была слишком мягкая, слишком домашняя и если требовалось, шла на компромиссы, правда только не с собой. Вот и сейчас она в восхищении следила за ним, с явным облегчением отметив про себя тот факт, что Анита ему понравилась, но не более того. По крайней мере, его лицо никак не изменилось при взгляде на нее, только осветилось легкой приятной улыбкой, при виде которой внутри у Женевьевы что-то сжалось в трепетном ожидании. И вот еще мгновение, и он повернулся к ней и замер, широко распахнув вишневые глаза, казалось, не дыша, как и она, с пристальным жадным вниманием разглядывая ее лицо, запоминая. Женевьева, судорожно переведя дыхание, чуть наклонила голову и заметила, как после ее движения он медленно словно с трудом закрыл глаза, а потом повернулся к Рантаиру и Еве, а она никак не могла перестать его рассматривать, наслаждаясь его видом и впитывая каждую черточку. Через мгновение он повернулся к ней снова, и именно в этот момент, когда его вишневые глаза снова распахнулись, у нее возникло странное ощущение, что он чем-то удивлен и обнадежен. Ее вниманием и интересом?

Не давая себе время на раздумья, она резво встала с кресла и направилась к нему, мягко покачивая бедрами. Э-эх, похоже с будущим мужем определилась, пора начать завоевание. Пока она двигалась к нему через комнату, виляя задницей как последняя куртизанка и мягко улыбаясь, заметила, как он снова перестал дышать и, не двигаясь, с вытянувшимся лицом наблюдал за ее перемещением. Как только Женевьева подошла практически вплотную, быстро заговорила, не стирая с лица довольной улыбки.

— Здравствуйте! Мы не знакомы, меня зовут Женевьева, и пока от моего деверя дождешься, что нас представят друг другу, можно покрыться плесенью и умереть от старости. Я знаю, что вас зовут эльтар Йанур доран Вайсир! Вы простите нас. Мы с Анитой еще не совсем привыкли к вашим фамилиям, титулам и правилам этикета, да и языка не знаем, но обещаю — скоро научимся. Станем такими же приторно вежливыми как и Ева с Рантаиром!

Она шаловливо улыбнулась и, протянув руку, взяла его ладонь, слегка пожимая, посылая теплую волну симпатии. В следующий момент Женевьева почувствовала горячую волну удовольствия, окатившую ее с головы до ног и жарким пламенем застрявшую внизу живота. Качнувшись от так неожиданно испытанного наслаждения, она не думая ухватилась одной рукой за ворот харуза Вайсира. Уткнувшись ему в грудь лицом, пыталась прийти в себя и все еще продолжала гореть от прикосновения, чувствовала его и, как ни странно, ощущала не просто аромат его тела, но и его энергии. Такое случилось впервые, и она с легкой усмешкой про себя заметила, что человеческие мужчины пустые и безвкусные по сравнению с Вайсиром. Вот что она искала в других и в поисках чего вытерпела два суперкоротких романа на Земле, а после горького осознания, что это все не для нее, провела столько лет в безнадежной депрессии. А тут такое! Отстранившись от груди, заглянула ему в лицо и замерла. Сцепив в тонкую линию губы, словно пытаясь удержать в себе крик, закрыв глаза, мужчина явно испытывал то ли боль, то ли удовольствие, крепко сжимал ее руку своей и часто дышал, грудь ходила ходуном и Женевьева заметила, как по его телу пробегает едва заметная дрожь. Она испугалась и, сжав свои пальцы у него на ладони, тревожно прошептала пытливо вглядываясь ему в лицо.

— Йанур, вам нехорошо? Вам больно?

Резко открывшиеся умные карие глаза с расширенными зрачками были все еще подернуты прозрачной красной пеленой, но уже больше походили на человеческие, без жуткого вишневого оттенка. Он с восхищением и обожанием смотрел на нее и с трудом прохрипел:

— Мне очень хорошо, Женевьева, и мне не больно! Спасибо, что так щедро поделились своей энергией со мной. Чем я могу отблагодарить вас за это?

Женя нахмурилась и неуверенно спросила.

— Вы хотите заплатить мне за еду? — он только кивнул и грустно улыбнулся. — Спасибо, не надо, мне тоже было приятно и я э….

Она сконфуженно замолчала и, оглянувшись, заметила с каким веселым удивлением за ними с Вайсиром наблюдают все присутствующие в комнате люди и рокшанцы. Ева весело хмыкнула и, глядя в глаза Женевьевы, вспомнила.

— Знаешь, когда со мной и Рантаиром это произошло в первый раз, он тоже пытался мне денег дать. Думаю, даже на такой корабль бы хватило, да?

Она, улыбаясь, вопросительно посмотрела на мужа, который со счастливой улыбкой только кивнул головой, после чего как бы извиняясь, уткнулся носом ей в шею, а Ева продолжила:

— И я сейчас очень хорошо представляю, что ты почувствовала в первый раз, взяв Йанура за руку и испытав на себе такой плотный прямой контакт. Со временем привыкнешь!

Ева, заметив жаркий смущенный румянец на щеках тетки, понятливо ухмыльнулась. Пусть эти двое еще не осознали себя парой, но окружающим мужчинам и женщинам в эту минуту стало ясно — скоро сие произойдет неминуемо. Женевьева, с трудом освободив свою руку из руки Йанур, а не глядя ему в глаза, словно нашкодившая девочка шмыгнула на свое место и чуть вздрогнула, когда заметила возле себя Вайсира, устраивавшегося в соседнее кресло. Но почему-то испытала легкое облегчение, радуясь этому жесту с его стороны. Значит, она ему не безразлична!

Вайсир же, после того как практически пережил маленькую смерть и новое рождение, просто не мог больше находиться дальше чем на расстоянии метра от своей богини и словно полуслепой двигался за ней, как за своим персональным лучиком света. Ему больше не было дела до того, что подумают другие, у него появились своя цель и своя путеводная звезда. Через минуту Дир пригласил всех в столовую, накрытую для обеда. Мужчины встали и, дождавшись пока женщины присоединятся к ним, направились трапезничать. При этом Сабрина прочно угнездилась на руках Харнура и с высоты его немаленького роста раздавала всем ценные указания и описывала свои ощущения под общий смех, радуясь вниманию к ее маленькой персоне.

Уже час вся компания, наслаждаясь ужином, внимательно слушала Рантаира и Дара по очереди рассказывающих женщинам-землянкам о жизни и традициях Рокшан. Иногда в разговор ненадолго вступал Харнур, но его короткие монологи бесцеремонно прерывались Сабриной, весьма недовольной потерей его полного и безраздельного внимания. Она пока еще с трудом справлялась с множеством столовых приборов, лежащих перед ней, но с детской непосредственностью копировала мать и теток, а Харнур, очарованный малышкой и ее восхитительным вкусом, с удовольствием ей во всем помогал и страховал. Анита с мягкой добродушной улыбкой наблюдала за дочерью и молодым человеком, за другими сотрапезниками, не отказывая себе в удовольствии иногда удовлетворенно усмехаться про себя, над тем как Йанур мрачно смотрит в тарелку, а иногда бросая взгляд на Женевьеву, весь загорается словно новогодняя елка. Он сидел прямо и безмолвно, редко вступая в разговор, и Анита была уверена, что он о чем-то напряженно думал. Скорее всего, выстраивал стратегию завоевания Женьки. Она решила, что как только окажется наедине с сестрой, обязательно с ней поговорит, и если та не заметила, какое впечатление произвела на этого умного серьезного мужчину, то долг Аниты — открыть ей на это глаза. Ведь она заметила, как Женевьева встретила старшего Вайсира, и ее реакция на него удивила и в тоже время сильно порадовала Аниту, ведь в последние годы, после окончания второго и последнего своего романа, Женевьева ушла в себя, страдая от одиночества и жуткой депрессии. Ее веселый живой темперамент требовал эмоционального выхода, реализации чувственных желаний, а кроме работы и унылой повседневной жизни, она ничего не видела для себя и это медленно, но верно превращало ее в серую тень. И именно сегодня Анита, наконец, увидела, как сестра ожила, проснулась и с трепетом, и немного страхом наблюдала за ней, ожидая чем все закончиться. И даже произнесла маленькую молитву за благополучный счастливый исход этих пока только начинающихся отношений. Изредка задавая или уточняя некоторые непонятные ей вопросы, она с легкостью передала инициативу опроса сестре, стараясь как всегда больше слушать, чем говорить.

Женевьева блистала за столом с не меньшим удовольствием, чем маленькая Сабрина, переключив на себя общее внимание, закидывая вопросами мужчин и время от времени все же неуверенно поглядывая на Йанура и, не уловив его ответный взгляд, на секунду замирала, и на ее лицо набегала легкая тень, но через мгновение просыпалась ее фонтанирующая энергия и разговор продолжался с новой силой. Закончив обедать, все снова вернулись в гостиную, где Ева, сбегав в каюту Женевьевы, попросила ее спеть для них. Ярина восторженно захлопала в ладоши, а представители планеты Рокшан с любопытством разглядывали гитару. Как только немного смущенная Женевьева неуверенно коснулась струн и, проверив настрой гитары, тихонько запела, все замерли и с восторгом вслушивались в ее безупречную игру и нежный хрустальный голос, который грустно пел о несчастной любви.

Такая старая трогательная песня, так много веков ходящая по человеческим планетам и до сих пор сохранившая свою популярность. Она запела последний куплет и, словно притягиваемый магнитом, ее взгляд неуверенно коснулся глаз Йанура, сидящего напротив нее, и как приклеенный, не смог оторваться от его больших карих глаз с призрачной красноватой дымкой, прикрывающей выражение тихой грусти, горького одиночества и восторженной нежности, с которыми он смотрел на нее. Закончив петь, она также неуверенно улыбнулась ему и, благодаря этой мимолетной улыбке на ее лице, его глаза зажглись странным внутренним огнем, яркими всполохами согрев ее изнутри. Широко распахнув глаза, боясь поверить своим чувствам, сделала попытку отложить гитару в сторону, но Ярина с Евой громко захлопали в ладоши и, поддержанные Рантаиром и Даром, потребовали продолжения концерта по заявкам зрителей.

Она пела больше часа и все время чувствовала, как ее тело согревает жаркий пытливый взгляд Йанура, и в груди у нее рождалось какое-то странное отчаянное веселье и счастье, словно она совсем девчонка и это ее первая влюбленность. Эти через край выплескивающиеся радость и надежду, она пыталась придержать, немного опасаясь, что ее вновь надеждам не суждено сбыться, и этот потрясающий мужчина не для нее, и она снова останется наедине со своей болью, одиночеством и разбитыми мечтами. Но ее взгляд то и дело невольно останавливался на племяннице и ее муже, и отчаянная надежда вновь вспыхивала неконтролируемым пламенем в груди. Ведь они нашли друг друга и смогли полюбить, и быть вместе. Ева беременна и скоро станет матерью, а значит и у нее, Женевьевы, тоже есть возможность обрести семью и любовь.

Но почему ей так страшно? Страшно до жуткого неприятного спазма в груди, когда все сжимается внутри и дрожат руки, стоит ей только посмотреть на Йанура и представить, что он не для нее, и она не сможет быть именно с ним. Решительно отставив гитару в сторону, она потянулась к столику и пригубила бокал с великолепным вином, чтобы скрыть эту предательскую дрожь в руках и страх в глазах, а еще тяжелый вздох, так и рвущийся из груди. Заставив себя встряхнуться, она с натянутой улыбкой обвела всех взглядом и с усмешкой обратила внимание на спящего Харнура, откинувшегося на спинку глубокого кресла, мягко прижимающего к себе Сабрину, которая спала, уткнувшись ему в грудь, открыв ротик и подложив под щечку обе ладошки.

— Так, понятно, похоже мои песни на любителя. И молодежи они особенно по вкусу, правда, в качестве колыбельной.

Рантаир гладил ладонью предплечье Евы, вторую руку положив на ее бедро, как только услышал слова Женевьевы, оторвал от детей свой завораживающий синевой задумчивый взгляд и, посмотрев на родственницу, мягко пояснил, стараясь скрыть затаенную горечь своих слов.

— Эльтарина Женевьева, видите ли, такие как мы с рождения испытывают сильный голод и с возрастом он только усиливается. Во время переходного периода, он настолько силен, что тело постоянно испытывает боль. Причем болит каждая клеточка твоего тела, со временем к ней привыкаешь и обращаешь внимание на нее, только когда она уже нестерпима нормальным рокшанцем. Наш голод не способна удовлетворить полностью ни одна рокшанка, иначе это убьет ее. Я думаю, впервые в жизни Харнур полностью сыт и не испытывает боли, поэтому спит. Он измотан пресыщением. Со мной было тоже самое, когда я встретил Еву и в полной мере ощутил ее прикосновение и вкус. — говоря это, он мягко прижал жену к себе, уткнулся ей в шею и с полным удовлетворения вздохом глухо закончил, — Такие как мы долго не могут привыкнуть к подобному состоянию эйфории и счастья обладания своей женщиной. По крайней мере, я — точно! — отстранив лицо от Евы, он взглянул на Йанура и слегка улыбаясь, сказал: — Эльтар Йанур, вы первый вне моей семьи можете узнать, что моя лиане и я ждем наследника. Точнее, наследницу, которая, судя по энергетике, унаследует дар своей матери и родственниц.

Все окружающие заметили, что Вайсир расширившимися глазами уставился на живот Евы. Потом, с трудом сглотнув слюну и вернув себе самообладание, встал с кресла и с легким поклоном обратился ко второму наследнику и его лиане.

— Я поздравляю вас и вашу лиане с таким драгоценным подарком, который вам подарили боги Рокшана и щедрая Аттойя. Вас, Рантаир, я могу поздравить с двойным подарком. Вам досталась и прекрасная женщина и ребенок, причем так скоро. А вас, эльтарина Ева, с тем, что вы в полной мере познаете счастье материнства, без каких-либо ограничений… Такой великий дар… беловолосым рокшанцам… еще один шанс кому-то из них. Еще одна красноволосая землянка — исключительная щедрость богов….

Йанур пару раз взволнованно прерывался не в силах выразить свои мысли словами, а потом столкнувшись с заинтересованным взглядом Женевьевы, которая не отрываясь следила за его губами, скомкал речь и завис, утонув в зелени ее глаз. Анита все с большим любопытством следила за перипетиями развития отношений сестры и рокшанца. Она практически все время больше молчала, давая возможность сестре вести игру по завоеванию мужчины, но иногда как сейчас с тревогой замечала, что оба влюбленных почему-то боятся друг друга и чувствуют жуткую неуверенность. Анита с удивлением поняла, что сестра, которая всегда и везде была заводилой и никогда не испытывала неловкости и неуверенности в присутствии любых мужчин, сейчас дрожит словно испуганная мышка и затравленно, искоса смотрит на Вайсира. Да, сильно же ее зацепил этот большой сильный и умный мужчина. Впрочем, и сам в таком же состоянии.

Пытаясь разрядить ситуацию, Анита встала и, извинившись перед всеми, объяснила, что немного устала и хотела бы отдохнуть вместе с дочерью. Секунду помедлив, она решилась на авантюру.

— Эльтар Рантаир, может быть у вас найдется еще пара свободных кают и эльтар Вайсир с Харнуром, чтобы не бегать туда обратно, в течение всего полета смогут составить нам компанию на вашем корабле?

Чуть наклонив голову, вопросительно уставилась на племянницу и ее мужа. Причем посмотрела на них с такими хитрыми искорками в глазах, что оба, оценив ситуацию, поспешили ей помочь. Рантаир встал и, аккуратно пересадив свою лиане в кресло, подошел к старшему Вайсиру.

— Вы окажете нам любезность, если согласитесь принять предложение о совместном перелете на нашем корабле. У нас как раз имеется две свободные каюты.

Заметив, как удивленно и неуверенно расширились глаза Вайсира, Рантаир резко поднял руку, останавливая еще не выраженный отказ Йанура, и тихо сказал с легкой усмешкой.

— Это в ваших же интересах, эльтар, и Харнура тоже, как видите.

Взгляд Вайсира метнулся к лицу Женевьевы, которая, замерев и казалось не дыша, ждала его ответа. Заметив ее ожидающий взгляд, резко повернулся к Рантаиру и благодарно выдохнул.

— Для нас это честь, второй наследник, получить приглашение от вас и вашей лиане. Мы с удовольствием его принимаем. Позвольте ненадолго отлучиться, чтобы приказать доставить часть необходимых нам вещей корабль?

Рантаир только коротко кивнул с едва заметной улыбкой, проследив за глубоким облегченным выдохом Женевьевы. Старший Вайсир, взглянув на спящего племянника, заколебался, а потом, увидев как Анита покачала головой, быстро направился на выход из гостиной. Уже в дверях он неожиданно остановился и, развернувшись, посмотрел на провожающую его взглядом Женевьеву.

— Эльтарина Женевьева, если вы не утомились, может хотите взглянуть на мой корабль. Если вам интересно! И не скучно! И не…..

— Я согласна, Йанур!

Все заметили, что Женевьева практически всегда игнорировала положенное обращение к Йануру Вайсиру, но при этом старалась не забывать, обращаясь к другим и, судя по довольной улыбке, он это тоже отметил. И плюс к этому факту рад, что она пойдет к нему на корабль. Так доверяет! Не боится!

Женевьева подлетела к старшему Вайсиру и, схватив его за руку, почувствовала вздрагивание и удивление от ее прикосновения. Он нежно сжал ее ладонь в свой большой крепкой руке и повел в сторону стыковочной палубы. Как только пара вышла, в комнате раздался всеобщий облегченный выдох и встревоженные голоса.

— Боже, помоги им обоим!

Анита сжала руки на груди и с надеждой посмотрела на Еву.

— Мы должны им помочь. Ты заметила, что происходит с Женькой? Она не уверена и боится! — повернув лицо к Рантаиру, тихо спросила: — Мне же не показалось, и он заинтересован Женей? Точнее в ней?

Он только кивнул головой, отвечая на ее вопрос, но увидев тревогу в глазах женщин, пояснил.

— Я бы сказал не просто заинтересован, эльтарина Анита! Он поражен с первого взгляда, так же как я Евой. Не волнуйтесь, он сделает все возможное, чтобы заполучить ее, и если она согласится принять его хранителем, то он не отпустит ее никогда. Просто не сможет! — заметив, что тревога из глаз женщин не спешит уходить, добавил, — Я поговорю с ним, но уверен, что мне достаточно будет сказать, что его примут как лина, и он замурует себя с вашей Женевьевой в каюте. Навечно!

Женщины заулыбались, Дар прижал Ярину к себе и на ухо ей прошептал.

— Любимая, еще одна превосходная идея. Наручники я уже заказал изготовить, а идея с замуровыванием в одной каюте даже больше нравится. Ты от меня тогда никогда не сбежишь.

Ярина, обернувшись в пол-оборота и подняв лицо, посмотрела в сияющие глаза мужа. Подняв руку, ладонью провела по его скуле и спустилась по щеке к шее, ласковым жестом убирая темные волосы с плеч и отводя их назад.

— Я от тебя никогда не сбегу. Я без тебя не смогу жить. Может пойдем еще поработаем над наследниками?

Склонив над ней голову, Дар легко коснулся ее губ своими, потом слегка забылся, ощутив ее горячий отклик. Оторвавшись от Ярины и подняв затуманенный взгляд, он натолкнулся на ироничные добрые усмешки Евы и Аниты и взгляд Рантаира, который очень хорошо понимал друга. Рядом с этими женщинами контролировать свои чувства и действия приходится с трудом.

В каюту вошел ис Труне и без предисловий сообщил.

— На экране только что появились пять кораблей джа-анов!

Рантаир и Ева ринулись в рубку, не размыкая рук. Как только связались с Вайсиром, было решено, что все семь кораблей рокшан будут держаться вместе и надо скорее уходить к Крап-чагу. Корабли наемников уже улетели к себе на планету, но тот факт, что в данный момент численный перевес был на стороне рокшанцев, играло им на руку, позволяя избежать прямого боевого контакта с джа-анами. Два ведущих корабля рокшан один за другим совершили скачок в гиперпространство, за ними, прикрывая, отправились остальные пять, все стремились домой. Но сейчас их путь лежал к Крап-чагу, чтобы забрать топливо для императорских кораблей и немного погостить в резиденции Вайсиров.

*****

Женевьева стояла в центре рубки и с любопытством осматривала все вокруг. Неожиданно первый пилот повернулся к Йануру, стоящему рядом, наблюдая за выражением ее лица, и с тревогой сказал.

— Эльтар, замечены пять кораблей джа-анов, вас вызывает на связь эльтар кован Разу.

Заметив встревоженный взгляд второго наследника и согласившись с его решением как можно скорее убираться из этого сектора, они решили как можно скорее уйти в гиперпространство. Йанур, с затаенным восторгом, который не смог скрыть от Рантаира, согласился не тратить времени на переход с корабля на корабль и совершить гиперпрыжок немедленно. Отключив связь, приказал начать расстыковку и готовиться к прыжку. Вся команда, осознавая возможную опасность от встречи с таким непредсказуемым и негуманоидным врагом как джа-аны, в состоянии боевой готовности, без суеты выполняла необходимые действия. Йанур подошел к заволновавшейся Женевьеве и, заметив как та дрожит, взял за руку и отвел к креслам, стоящим возле переборки. Усадив в одно из них и налив воды, предложил ей. Женевьева отпила пару глотков и, резко отставив бокал в сторону, облизнула в миг пересохшие от страха губы, с тревогой наблюдая за суетой команды, спросила:

— Йанур, они на нас нападут? Мне так страшно, после всего что рассказали Ева и Ярина…

Она нервно сжала кулаки, потом растерла вмиг замерзшие от страха руки и в отчаяньи посмотрела на Йанура, не услышав от него ни словечка. Мужчина стоял рядом, но заметив ее нервные движения и услышав страх в голосе, присел в соседнее кресло и, взяв ее руки в свои, уверенно произнес, глядя ей прямо в глаза.

— Не бойся, девочка моя! Они не станут нападать, нас больше и у нас есть фора во времени. Никто из нас не станет рисковать, зная, что на борту женщины.

Женевьеву бил мелкий мерзкий озноб страха, удушливой волной накатили воспоминания о том, как они с Анитой получили известие о гибели Евы и долго не могли прийти в себя. Ей хотелось хоть раз в жизни ощутить себя в безопасности мужских рук. Получить хоть толику уверенности, что все теперь будет хорошо, что ей не придется одной бороться со своим страхом. Она почувствовала одинокую слезу, скользящую по ее щеке и, вытерев ее тыльной стороной руки, всхлипнув, уткнулась в грудь Йанура, сразу застывшего словно изваяние. Его ступор длился всего пару мгновений, затем он резко выдернул ее из кресла и поднял на руки. Прижав к себе, повернулся к удивленным членам экипажа, в шоке наблюдающим за ними и коротко приказал, обращаясь к пилотам.

— Если будут проблемы, немедленно известить меня.

Развернувшись, быстрым шагом вышел из рубки и направился в гостиную, так долго пустовавшую на этом корабле. Как только они оказались внутри каюты, Вайсир осторожно опустился в кресло, все так же прижимая Женевьеву к груди, замер, наслаждаясь ощущением ее тела в своих руках. Так непривычно и такое необыкновенное чувство наполненности. Женщина в его руках зашевелилась и поудобнее устроилась на его коленях и, сложив ладошки на его груди, снова замерла, изредка вздрагивая и всхлипывая. Его грудь разрывал миллион различных эмоций и желаний. Спрятать от всех, защитить, завладеть, обладать, сделать только его и снова спрятать от всех и никогда не выпускать из рук. И страх, что она отвернет его, что он может причинить ей вред или боль, не оправдает ее надежд или желаний. Вереницу его тревожных мыслей, прервал ее вопрос, заданный неуверенным голосом.

— Йанур, а как же теперь быть со мной?

Вопрос сразу вызвал неконтролируемое желание крепче прижать к себе и никому не отдавать. Она почувствовала его реакцию, и это наполнило ее существо уверенностью, что все не так плохо, как ей кажется. Хотя бы в вопросе с Йануром. Вайсир заставив себя слегка разжать руки, сглотнул, смачивая пересохшее от волнения горло, и произнес, успокаивая.

— Все будет хорошо, Аттойя! Я никому не позволю причинить тебе вред. В течение недели тебе придется находиться на моем корабле, пока мы не выйдем из гиперпрыжка, а потом ты сможешь вернуться к своим родственникам. — потом уже едва слышным хрипловатым голосом, добавил, не глядя ей в глаза и гипнотизируя пустое пространство, — Если захочешь?!

Женевьева, услышав последнее замечание, застыла, боясь поверить в услышанное, а потом, про себя сделав верные выводы, расслабилась и более уверенно заерзала на его коленях и, подняв лицо, все еще с легкой неуверенностью в голосе спросила.

— Неделю здесь? А ведь у меня с собой даже зубной щетки нет, не говоря о вещах. И тебе, наверное, неудобно со мной будет!

Последнее даже для нее самой прозвучало слишком наигранно, потому что Йанур, до сих пор сидевший словно на углях, услышав ее последнее замечание и заметив легкий румянец на щеках, расслабился и, улыбнувшись, поднял указательным пальцем ее лицо, заглянув в ее смущенные зеленые глаза, неожиданно для нее и для себя счастливо рассмеялся. Лицо Женевьевы расцвело улыбкой, и она с радостным изумлением заметила, как счастливый смех изменил суровое лицо мужчины, сделав его более мягким и молодым. Под впечатлением от этого преображения, она словно завороженная коснулась ямочки на его правой щеке и, заглянув вмиг посерьезневшие глаза Вайсира, прошептала.

— Какой же ты красивый, аж дух захватывает!

Улыбка совсем исчезла с его лица, он пытливо вглядывался в ее лицо, потом, неуверенно подняв руку, погладил ее щеку. Не заметив негативных последствий или страха и сопротивления с ее стороны, к которым он так привык в отношении с другими женщинами, хриплым от переполнявших его сердце и душу чувств голосом ответил на ее комплимент. Первый в его жизни!

— Спасибо, единственная моя! Но думаю, что прекрасней тебя нет никого во вселенной, не в обиду будет сказано твоим родственницам. Ты красивее самой Аттойи! И у тебя настолько восхитительный вкус, что его невозможно ни с чем сравнить и, уж тем более, ни чем заменить.

Женевьева с открытым ртом слушая Йанура, поймала себя на мысли, что от такой похвалы ее самооценка заметно поползла в гору. И прямо сейчас захотелось побить себя пяткой в грудь с воплем: "Да, да, я такая!" Она была бы счастлива просидеть с ним тут целую вечность, но подлый зевок выдал ее усталость и он еще раз, уже более уверенно погладив ее по щеке и потрогав рыжий завиток, нагло лезущий в лицо, улыбнулся с нежностью и с сожалением сказал.

— Тебе пора отдохнуть, маленькая моя!

Женевьева неохотно слезла с коленей, Йанур же, заметив ее нежелание расставаться с его телом, с огромным трудом заставил себя успокоиться и не торопиться. Встав вместе с ней, он тут же хозяйским жестом собственника сграбастал ее руку и неторопливо повел к одной из свободных гостевых кают. По дороге пытался решить, что делать с ее гардеробом, потому что на его корабле никогда не было женщин, что делать в этой ситуации он не знал. Поэтому, с трудом подбирая слова, опасаясь расстроить свою женщину, произнес.

— Женевьева, я предоставлю тебе гигиенические принадлежности, но боюсь тебя разочаровать… На моем корабле ни разу не присутствовала ни одна женщина, поэтому у меня нет ни одной женской вещи.

Женевьева, скрывая довольную улыбку от неожиданного признания, что она здесь первая и единственная, просто дернула его за руку, прерывая и, взглянув на него, весело предложила.

— Ну, если ты не против, то я бы могла позаимствовать что-то из твоих вещей, они же могут подойти, хотя бы в каюте ходить. И спать!

— Ты не побрезгуешь использовать мои вещи? — мужчина даже остановился, с удивлением посмотрев на нее.

— Нет, не побрезгую! Твоими не побрезгую!

Женя так же пристально смотрела в его карие глаза, с любопытством наблюдая, как после ее заявления в них разгорается удовлетворение и что-то еще. Желание?! От увиденного внизу живота начал тлеть уголек, постепенно разогреваясь и увеличиваясь в размерах. Краем глаза она заметила движение, и это вывело ее из состояния легкого ступора. Заметив стоящего рядом с ними мужчину-рокшанца, она непроизвольно вздрогнула, вспомнив о словах Евы, что даже простое прикосновение любого из них способно причинить ей боль и вред. Он стоял ближе к ней, и она неосознанно сделала шаг в сторону Йанура и спряталась за его плечо, уже оттуда неуверенно и вымученно улыбаясь незнакомцу, извиняясь за недоверие. 'Береженого бог бережет!' — как говорят знающие люди. Ее действия не остались не замеченными обоими мужчинами, поэтому незнакомец сделал шаг назад, увеличивая расстояние между ними, а Йанур, напротив, прижал к себе, обвивая талию рукой, и хмуро спросил.

— Какие-то новости или проблемы, несс Врин?

Тот только отрицательно покачал головой и, с трудом скрывая любопытный взгляд, коротко извинился перед ними и, пояснив, что шел в рубку, просочился мимо них и исчез за углом коридора. Йанур, по-прежнему обнимая Женевьеву, провел ее чуть дальше и, открыв автоматические двери, провел ее в каюту, которая на неделю станет ее пристанищем.

— Если тебя устраивает эта каюта, она будет твоя, пока ты этого хочешь!

Женевьева, оглядев двухкомнатную каюту в серебристо-синих тонах, согласно родовым цветам рода Вайсир, довольно крутанулась вокруг себя, вызвав этим невольную улыбку на лице Йанура и, снова подскочив к нему, с лукавой ухмылкой спросила.

— А где твоя? А главное, где твой гардероб, чтобы я могла в нем порыться?

Йанур, уже не сдерживаясь, улыбался и, снова взяв ее руку, повел в коридор, указав на дверь напротив. Проведя ее внутрь, он также отступил, позволяя изучить его жилое помещение. Она с интересом всюду прошлась и потрогала безделушки или личные вещи, стараясь таким способом больше узнать о мужчине, которого выбрала для себя: Сдержанный, умный, аккуратный, хорошо воспитанный — причем мужчина с большой буквы во всех смыслах этого слова. За таким как за каменной спиной. Она замерла возле стола, размышляя над этим и все еще поглаживая спинку кресла, в котором он наверняка часто сидит и работает. Через мгновение она ощутила, как он подошел и встал за ее спиной. Потом его ладони прикоснулись к ее рукам и, мягко изучая, направились вверх, исследуя их поверхность. Вскоре его ладони добрались до ее голой незащищенной одеждой шеи и замерли, зарывшись в волосы на затылке, массируя, расслабляя затекшие мышцы. Чуть склонив голову, она замерла, нежась в тепле его рук и испытывая наслаждение от его неторопливых поглаживаний ее шеи. Она услышала, как напряженно и шумно он задышал, делая рваные выдохи. Медленно повернувшись к нему, заглянула в глаза, зрачки которых напоминали бездонные черные дыры. Он слишком высокий, чтобы дотянутся до него, поэтому Женевьева требовательно толкнула его в кресло и он, по инерции, явно не ожидая от ее такого, уселся в него. Встав между его ног, она, не отрывая взгляда от его снова стремительно темнеющих глаз, приблизила к нему свое лицо. Женевьева заметила в его глазах неуверенность и легкое удивление, и снова в голове всплыли слова Евы: 'Они не знают, что такое поцелуи и ласки любимых людей. Ведь для других рокшан беловолосые смертельны.' Так что хоть этот мужчина и старше ее чуть ли не в три раза, но по сравнению с ним она гораздо опытнее в плане соблазнения. Увлажнив языком свои губы, она прижалась ими к губам Йанура, обхватывая его лицо своими ладонями. Закрыв глаза, с наслаждением исследовала его рот своим языком и через пару мгновений почувствовала, как в игру неуверенно включился Йанур. Оказывается, так много можно узнать из поцелуя. Они не могли оторваться друг от друга, заново знакомясь и изучая друг друга.

Большие горячие руки спустились с талии Женевьевы на ягодицы, сжимая их и стараясь как можно теснее прижать ее тело к телу мужчины, которое к этому времени уже просто сгорало от неудовлетворенного желания и страсти. Сдерживать себя Йануру становилось практически невозможно, и вот именно в тот момент, когда он уже практически рванулся к телу Женевьевы, чтобы затащить ее в свою спальню, и сделать, наконец, своей, раздался короткий предупреждающий писк дверной панели, и она плавно отъехав в сторону, продемонстрировала личному слуге Вайсира ису Навартану тесно прижатую друг к другу целующуюся парочку. Ис Навартан от неожиданности хрюкнул, потом, заметив испепеляющий взгляд взбешенного хозяина, икнул от страха и смог только выдавить из себя.

— Эээ, простите эльтар, эээээльтарина, я хотел спросить насчет ужина, но вижу вы заняты, подойду позже. С вашего разрешения, конечно же!

Проблеяв извинения, слуга, быстро шагнув обратно в коридор, закрыл двери за собой. Заметив бешенство в глазах Йанура, Женевьева расслабилась и неожиданно для себя рассмеялась. Но как только на лбу Вайсира проявилась удивленная хмурая морщинка, поспешила пояснить.

— Я думаю, это хорошо, что нас сейчас прервали. Я бы хотела узнать тебя получше и привыкнуть хоть немного. — заметив налет неуверенности и тревоги в его глазах, добавила еще. Ей это надо было знать наверняка, чтобы ради них обоих убрать из души неуверенность в его чувствах и намерениях. С нарочитой усмешкой, с головой выдающей легкий страх перед его ответом продолжила: — Тем более, я не знаю, пришлась ли тебе по душе? Как женщина и как будущая жена, ну или как у вас там? Лиане, да? В моем возрасте в игры уже поздно играть, поэтому хотелось бы четкой картины наших возможных отношений.

Йанур в шоке слушал ее и не мог поверить, что она боится и сомневается в его чувствах не меньше, чем он в ее отношении к нему. С трудом осмыслив ее вопросы, решил сказать все как есть. Он тоже уже в таком возрасте, когда поздно играть в игры и ради любимой женщины готов отдать все что имеешь без сожалений.

— Я думал, молился, чтобы любая из вас приняла меня. Но увидев тебя, понял, что нужна только ты и никакая другая, а тем более любая. Только ты! Находиться рядом с тобой — теперь смысл моей жизни, и я сделаю все, что захочешь, чтобы ты согласилась принять меня как своего лина и отца наших детей. И скажу прямо, хотя и нечестно по отношению к тебе, если ты уйдешь из моей жизни, мне незачем больше жить. Я слишком устал жить без тебя, любимая. Я просто перестану жить!

Он прижал Женевьеву к себе, уткнувшись ей в грудь и с наслаждением смертника вдыхая ее запах, как последний глоток воздуха. Она же пыталась остановить поток слез, текущих из глаз, потом, зарывшись в его серебристо-белую шевелюру руками, уткнулась в его волосы мокрым лицом, прижимая его голову к груди. Хлюпнув носом, хрипло сказала.

— Я хочу, Йанур, твоей любви и детей от тебя тоже хочу. Я так долго тебя ждала, искала, а теперь вот нашла и никогда не отпущу. Слышишь? И никому не отдам! И вообще, знаешь я такая большая собственница! Стань, пожалуйста, моим лином, Йанур!

Мужчина чуть отстранился, только для того, чтобы заглянуть в ее сверкающие от слез глаза и, вытирая слезы, все еще неверяще, просто смотрел на нее и лишь спустя минуту, смог вымолвить.

— Я почту за честь, Аттойя, стать твоим хранителем и лином, любимая! Сегодня ты исполнила мою заветную и, к тому же, единственную мечту, ты подарила мне себя! Я клянусь тебе, что сделаю все, чтобы ты была счастлива!

Женевьева вытерев кулаком слезы, точнее размазав их по щекам, наконец, смогла перестать плакать и уже с радостной усмешкой попросила.

— Меня вполне сделают счастливой твои ухаживания, Йанур. И они же помогут нам лучше узнать друг друга.

Йанур, дернув любимую на себя, подхватил ее на руки, снова усадил к себе на колени. Заглядывая в ее изумрудные сияющие глаза, сам испытывал дикое счастье, которое не умещалось в груди и рвалось фонтаном наружу, искрясь в его глазах. Гладил ее лицо, прижимал к себе, перебирал пряди ее рыжих волос и не мог остановиться на чем-то одном, так все его в ней восхищало.

— Мне придется учиться этому, как и многому другому, и я очень надеюсь, что ты подскажешь, если я в чем-то ошибусь или сделаю неправильно?

Увидев, как она, улыбаясь, кивает головой, снова прильнул к ее губам, словно выпивая улыбку и легкий удивленный вздох. Йанур, с трудом оторвавшись от ее сладкого рта, хрипло выдохнул.

— Только Боги Рокшана знают, как же пуста была моя жизнь без тебя! Отныне, Женевьева, ты мой воздух и только тобой я дышу.

Вскинув красноватые бровки, скорчив умилительную и нежную гримаску, обцеловала все лицо Йанура, потом с сожалением отстранившись, с тяжелым вздохом заметила.

— А ты мое счастье и мой воздух! Йанур, я сегодня слишком устала и хотела бы чуточку поспать, а то засну прямо на тебе и хотя уверена — не будешь против, но думаю, тебе тоже не мешает отдохнуть. Поэтому пошли шерстить твой гардеробчик, на предмет моей будущей ночной рубашки.

Мужчина сначала просто улыбнулся, а потом залился счастливым смехом. С удивлением заметив про себя, что за всю жизнь столько не смеялся, сколько за этот день теперь уже с его лиане. Его лиане Женевьева! Он несколько раз произнес эту фразу про себя, не в силах поверить в свое счастье и удачу, в то, что она все-таки выбрала его! Его! Его лиане! Все время, пока она копалась в его вещах, с разными смешными гримасками комментируя ту или иную вещь, он все повторял про себя эту волшебную фразу, вникая в нее, уверяя себя, что это правда. И эта правда сейчас почти полностью вытряхнула весь его гардероб, а нашла только две тонкие рубашки синего и голубого цвета, которые явно будут доходить до пола на ней. А он сожалел, что не смог предвидеть подобной ситуации и не позаботился о нуждах своей лиане. Его лиане!

Целыми днями они ходили по кораблю, заставляя экипаж бросать свои повседневные дела и с раскрытыми ртами, наблюдать за влюбленной парочкой. Они разговаривали обо всем на свете, иногда споря о мелочах до зубовного скрежета, а уже через секунду замирая и утопая в глазах друг друга. Каждое утро начиналось с совместного завтрака и они, садясь за столик, неторопливо поглощали еду, с наслаждением проживая каждую секунду вместе и даже простой завтрак превращался в нечто волшебное и таинственное. Вайсир дарил ей множество мелких, но весьма дорогих подарков, с замиранием сердца наблюдая за выражением восторга на ее прелестном любимом лице, когда она открывала очередную коробочку с сюрпризом, а затем с сияющей улыбкой бросалась ему на шею благодарно целовать щеку. Йанур с трудом мог понять как так случилось, что вожделея ее каждую секунду, он, тем не менее, получал немыслимое удовольствие от простого общения с ней, иногда одного касания ее руки было довольно, чтобы он жмурился от счастья.

Или вот как сегодня, спустя четыре дня его ухаживания за Женевьевой, он тихонько зашел в ее каюту и, проследив за тем, как его слуга молча накрыл на стол завтрак и бесшумно удалился, затем прошел в спальню и, присев на краешек кровати, замер, глядя на нее. Он любовался ее роскошными рыжими волосами, рассыпавшимися по подушке, нежной кожей и припухшими от сна губами, чуть приоткрытыми во сне. Она свернулась калачиком и, сложив ладошки под щекой, сладко спала, не чувствуя как рядом с ней сидит мужчина и с нежностью, и необъяснимым обожанием, и восхищением наблюдает за ее сном. В ней Йанура устраивало все! Он не просто любил ее, он боготворил ее. Он слишком быстро привык к ее рукам, губам, нежному и такому манящему телу. Йанур признался себе еще пару дней назад, что больше никогда не сможет жить без того, чтобы каждый день не чувствовать их на себе.

Не выдержав, он протянул руку и ласково коснулся мягкой щеки, потом наклонился и коснулся ее губ своими. Услышав довольный вздох и почувствовав нежные руки на лице, Йанур углубил поцелуй, покоряя и захватывая. Он больше не мог ждать, терпеть эту тонкую пытку и старался, пока она окончательно не проснулась, захватить ее волю и сломить слабое сопротивление, с которым она держала его на расстоянии последние дни. Почувствовав ее горячий отклик, немедленно усилил страстный натиск. На секунду отстранившись, заметил, что в ее глазах горит не меньшая страсть, чем у него и это окончательно подстегнуло его. Судорожно сглотнув слюну, он рывком разодрал на ней рубашку и, с диким восторгом услышав ее довольный, поощряющей его пылкость смех, уставился на ее обнаженное тело. О, великая Аттойя, он пропал! Сплошные плавные изгибы и сочная нежная плоть. Пышная грудь так удобно легла в его ладони, что он заворожен видом своих рук, смертельно опасных для других, но так идеально подходящих для нее. Его лиане! Его Женевьева! Он потерялся в своем желании и страсти, окунулся в нее с головой, потеряв рассудок и чувство реальности, чувствовал лишь ее тело, ее вкус, ее чувства и эмоции, так идеально совместимые с его чувствами, его телом, его душой.

Он очнулся только когда невыносимое наслаждение вызвало взрыв в его теле, и хриплый звериный рык удовлетворенного самца раздался в тишине каюты. И только краем сознания зацепил, что она, его Женевьева, выгнулась под ним дугой и тоже кричит от счастья и наслаждения. Окончательно придя в себя, лежа рядом с ней и прижимая ее мягкое, такое щедрое к нему тело, он вновь боялся ее отпустить. Боялся очнуться от этого волшебного сна, боялся вернуться к прежней жуткой серой и одинокой жизни без нее и всего того, что она подарила ему за эти четыре дня.

Как только ее дыхание выровнялось, а ноги перестали дрожать от пережитого оргазма, она перевернулась на живот и, закинув ногу на бедро Йанура, улеглась ему на грудь, приподняв лицо, с интересом посмотрела на его ошеломленное всем происшедшим лицо. С легкой тревогой отметила в его глазах отголоски страха и, не откладывая, спросила.

— Почему в твоих глазах страх? Что-то не так? Или у нас какие-то проблемы?

И с удовольствием и облегчением заметила, как страх в его глазах сменился на любовь и обожание. Его карие глаза дарили ей тепло, надежду и счастье, не раздумывая, она подтянулась, скользя по его телу, и благодарно поцеловала его. Женя почувствовала, как он снова загорелся и стал твердым. Уууу, какой горячий ненасытный мужчина! Ее мужчина, и это обстоятельство снова согрело душу и сердце. Он приласкал ее спинку и лицо и, крепче прижав к себе, тихо ответил на ее вопросы.

— Боюсь проснуться в реальности, где тебя нет рядом со мной! Слишком страшно снова очутиться там, а не здесь с тобой! А так у нас все замечательно! Я надеюсь, что не причинил тебе боли? Честно говоря, со мной подобное безумие впервые случилось, обычно я все держу под контролем.

Заметив счастливую улыбку и отрицательное покачивание рыжей головки Женевьевы, Йанур окончательно расслабился и довольно потянулся. Следующие три дня все их разговоры проходили в спальне и практически безвылазно — в кровати. С короткими перерывами на еду, сон и изредка — разговоры. Они оба ощущали эти три дня как странный безумно-чувственный сон или прекрасную сказку. И покидать эту сказку не хотелось обоим.

Женевьева с глубоким интересом выспрашивала Йанура о его жизни до нее. О том где они будут жить, чем он занимается, о его семье и всякого рода любопытных моментах его жизни или несущественных, на его взгляд, мелочах, но которые были интересны ей. Они даже не заметили как проскочили семь дней пути до Крап-чага, и только когда ис Навартан сообщил о том, что пилоты готовятся к выходу из гиперпространства, и вскоре можно будет связаться с Евой и Анитой, Йанур, нахмурившись, замер, думая о своем. Женевьева присела на корточки рядом с его креслом и, взяв его руки в свои, с тревогой спросила, заглядывая в глаза.

— Любимый, что тебя встревожило?

Он сразу отметил для себя, что она впервые назвала его любимым и, удивленно наклонив голову, спросил, в тоже время, боясь услышать ответ.

— Любимый? Ты правда смогла бы полюбить меня, Женевьева?

Она с легкой тревогой в голосе ответила, крепче сжимая его ладони.

— Я уже люблю тебя! С первой минуты как увидела, просто боялась признаться и себе и тебе. Люблю, Йанур! Слишком сильно люблю! И очень боюсь потерять тебя, любимый!

Только сильно выдохнув, Йанур понял, что пока ждал и слушал ее ответ, не дышал. А теперь облегчение волной накрыло его, и он счастливо засмеялся, подхватывая Женевьеву подмышки и усаживая к себе на колени. Крепко прижав к себе и уткнувшись носом ей в шею, уже оттуда твердо сказал.

— Ты ведь понимаешь, что к Разу всего на пару дней сможешь попасть. Ты теперь Вайсир и всегда, и везде будешь только со мной. Как только прилетим на Крап-чаг, мы отправимся в нашу резиденцию, а они — в свою. И хотя вы часто сможете видеться, но не каждый день, как ты прекрасно понимаешь, особенно после того, как Ева с мужем улетят на Рокшан. Мы тоже там часто появляться будем, но именно сейчас хочу, чтобы ты поняла и приняла то, что случится буквально через пару часов.

Женевьева видела, с каким трудом он говорит обо всем этом, разъясняет очевидные истины и переживает из-за ее решения. Дослушав его, грустно посмотрела ему в глаза и, погладив по гладкой безволосой щеке, в очередной раз умиляясь этому обстоятельству, мягко сказала:

— Не переживай, любимый! У меня было время все обдумать, и я готова к этому. Мы все: Ева, Анита и я знали с самого начала. Главное, что мы рядом, не далеко, скажем так, и всегда можем навестить друг друга, связаться и поговорить, в конце концов. Его облегченный выдох и благодарные объятия вызвали легкую усмешку и море нежности к этому сильному мужчине, который так боится просто ее расстроить, а тем более — потерять. Именно сейчас Женевьева поняла, что рядом с ним больше не боится ничего и никого, главное, чтобы любил, а с остальным она постарается справиться.

*****

Как только Рантаир и Ева сообщили Аните, что Женевьева останется на корабле Вайсира ввиду неожиданного появления в поле зрения джа-анов, та сначала занервничала, опасаясь за ее безопасность, но, получив заверения Дара и Евы, что Женевьеве рядом с Йануром ничего не грозит, успокоилась. А взглянув на все еще спящих в кресле детей, даже почувствовала некоторую долю уверенности в том, что оставшись наедине, эта парочка быстро найдет общий язык и углубит свои отношения. Представив каким образом будет проходить это углубление, Анита даже усмехнулась. Заметив любопытные взгляды остальных, пояснила.

— Мне интересно, как быстро они поймут, что просто созданы друг для друга? А главное, как долго мы после этого их не увидим?

Губы Рантаира лишь слегка дернулись в невольной усмешке, но он спокойно сказал, глядя на Аниту, успокаивающе поглаживая плечи лиане.

— Не волнуйтесь, основные торговые и личные резиденции Вайсиров расположены на Рокшане и Крап-чаге, мои тоже. Так что вы сможете часто общаться и видеться друг с другом. Да и Харнур, я думаю, поспособствует вам в этом.

Ран перевел грустный понимающий взгляд на мальчика, крепко прижимающего к себе даже во сне тельце маленькой девочки, которая так трогательно и доверчиво, сложив ладошки под щекой, спала, уткнувшись ему в грудь. Анита с сожалением подошла к этой спящей парочке и тихонько потрогала Харнура за плечо, пытаясь разбудить. Первой его ответной реакцией стал еще более крепкий захват тела Сабрины и жесткий, совсем не детский, напряженный взгляд карих глаз. Через несколько мгновений, сообразив, что перед ним Анита, которая смотрит на него доброжелательно, Харнур заставил себя ослабить захват и с великим сожалением дал матери возможность забрать дочь. Анита, качнув отрицательно головой, тихо попросила.

— Харнур, помоги ее отнести ко мне в каюту, потом я тебя провожу в твою. Твой дядя и моя сестра на вашем корабле, но из-за появления джа-анов нам пришлось срочно расстыковываться, и они не успели вернуться сюда. Так что неделю, пока не доберемся до Крап-чага, ты поживешь с нами, а Женевьева — у вас на корабле.

Взгляд Харнура из удивленного и слегка встревоженного, коснувшись рыжих завитков Сабрины, тут же загорелся счастьем и восторгом. Анита с улыбкой отметила эту перемену в его лице, но было очевидно, что пока этот шестнадцатилетний мальчик к трехлетней девочке относится как голодающий к большому и вкусному лакомству, а не мужчина к будущей женщине. Просто Харнур сегодня впервые был сыт и не испытывал боли, именно поэтому он не хотел расставаться с Сабриной. Но Аните очень понравился этот спокойный умный паренек, и она в тайне надеялась, что их судьба будет счастливой и свяжет воедино с ее дочерью.

Неделя пролетела незаметно для маленькой компании, летящей на "Крин Разу" к планете Крап-чаг. Множество вопросов, которыми засыпала Анита своих друзей, не утомляли, наоборот мужчины находили некое удовольствие делиться своими знаниями и опытом с землянками, украсившими их серую жизнь. За эту неделю даже Харнур уже привык к выходкам и присутствию Сабрины и со снисходительной улыбкой наблюдал за ней уже сидя в кресле со всеми, а не как в первые пару дней, словно привязанный следуя за ней по пятам. Анита же просто улыбалась его поведению, заявляя, что лучшей няньки она бы не нашла во всей вселенной. Ярина, понаблюдав как Сабрина заснула на руках у Харнура, уже привычно уткнувшись ему в грудь лицом, заметила, что у парня есть возможность с раннего детства воспитать себе идеальную жену, чем вызвала краску смущения на лице младшего Вайсира и легкие усмешки на лицах других.

Очень сильно Аниту заинтересовало, как женщины-рокшанки реагируют на Еву и она на них, соответственно. И как это все скажется на Аните, Сабрине и Женевьеве. Ева сразу успокоила подругу.

— Не переживай, я этот вопрос прояснила сразу же, как только мы с Раном на Рокшан прилетели. И с его мамой эльтариной Нанрир, и с сестрой эльтариной Кассаир пообщалась, и ничего кроме небольшого раздражения на коже страшного не было. У меня теперь даже придворные дамы есть, куда ж без них, слава богу, у них своих забот хватает и они меня своим обществом не сильно напрягают. Хотя они весьма милые женщины — эти придворные дамы, искренне меня так жалеют.

Ева расхохоталась, заметив недовольное выражение на лице мужа и улыбки на лице Дара и Ярины. Анита только головой покачала, но не сдержалась и рассмеялась.

— Мне со свекровью необыкновенно повезло, она у нас великолепная женщина, не знаю что бы без нее делала. Наверное, совсем бы опозорилась. На Рокшане столько правил, умереть не встать, так Нанрир для меня целую схему разработала и помогла ее освоить, чтобы помочь быстрее в их общество достойно влиться. Я вас с Женькой потом по ней же натаскаю. А то из нас какие-то недоделанные эльтарины получатся. А вообще, они ко мне очень быстро привыкли и уже как со своей обращаются. Может это из-за того, что мы от них практически не отличаемся, а может от того что у меня муж второй наследник, и если ему что-то не понравиться, с удовольствием крепко пожмет недовольным руку. Главное чтобы после этого рукопожатия рука у тех самых недовольных не отвалилась!

Рантаир уже не хмурился, а просто криво ухмылялся, принимая слова жены скорее за комплименты, чем насмешки. Да, Еве долго пришлось над этим трудиться, чтобы он уже не так нервно реагировал на шутки по поводу своей мутации и внешности. Он все еще временами не мог поверить, что его лиане действительно считает его красивым, особенно его длинные белоснежные волосы.

Вошедший в гостиную ис Труне сообщил, что они вышли из гиперпространства и через несколько минут пройдет стыковка с кораблем Вайсиров. Дар попросил брата накрыть ужин в гостиной, а Ева заранее сходила за гитарой. Как только стол накрыли, в гостиную вошла пара, при виде которой у всех на лицах заиграли понимающие радостные улыбки. Старший Вайсир крепко держал за руку Женевьеву, она же второй рукой все время поглаживала их соединенные пальцы и счастливо поглядывала ему в лицо. Его же взгляд, пробежавшись по встречающим, тут же вернулся к лицу любимой женщины, вспыхнув светом и желанием. Все с каким-то благоговением наблюдали за этой переменой в лице Йанура. Особенно Ева, Рантаир и Дар, которые довольно хорошо изучили этого сурового, никогда не улыбающегося, даже хмурого мужчину и сейчас, заметив на его лице столько светлых и радостных оттенков чувств и эмоций, шокировано замерли, лишь наблюдая и впитывая это чудо.

Вечер прошел чудесно, больше не было напряжения за столом, и уже более уверенный Йанур с удовольствием беседовал с Рантаиром и Даром о торговле, о будущих отношениях с Человеческим союзом, о детях и образовании. У них были тысячи тем для разговора, и каждый из них чувствовал себя так хорошо, как будто находился в кругу своей семьи. Лишь Анита немного тоскливо уплывала в свои мысли, теряя нить общего разговора. Ей вдруг так отчаянно захотелось подобных отношений и близкого родного человека рядом. Точнее мужчину, который согреет замерзшее голодное сердце, разделит ее тревоги и проблемы, на которого всегда можно опереться, если возникнет в этом нужда, и которого она будет любить как только сможет сильно и полно. Ей только двадцать семь и ее тело и душа просили, нет, требовали этой любви. Она к ней готова и как только встретит мужчину, рядом с которым встрепенется ее сердце, обязательно его заполучит, чего бы это ей не стоило.

Только одно маленькое происшествие за вечер, на пару минут заставило встряхнуться мужчин, когда о чем-то шептавшаяся с Яриной, Анита громко спросила, обращаясь к Рантаиру.

— Я бы хотела познакомиться с подругами Евы и Ярины. Можно нам пригласить в гости столь широко известных в узких кругах наемников Леморана?

— НЕТ!

Слово 'нет' было высказано одновременно всеми мужчинами, сидящими за столом и, отметив это, они замялись и дружно поспешили перевести тему на другое. Старший Вайсир тут же предложил экскурсию по Крап-чагу, Рантаир что-то пробурчал про будущий прием у наместника планеты, Дар, хмуро глянув на жену, сообщил, что по прилету сразу займется здоровьем беременной лиане второго наследника, а остальным женщинам не мешает составить Еве в этом компанию. Заметив смешки на лицах женщин, мужчины сочли более безопасным никак не комментировать столь категорический отказ и удалиться по своим каютам. Через двенадцать часов им предстоит посадка в космопорте Крап-чага. Да и тот факт, что даже на этой оживленной трассе возле основной планеты по добыче голубых кристаллов, являющихся основным топливом для межзвездников Рокшан, да и других рас, развелось слишком много черных осьминогов джа-анов, не давал расслабиться и окунуться в сибаритство. И Рантаир, и Вайсир — оба пришли к обоюдному выводу, что очень скоро императорским космическим войскам придется заняться чисткой от этой черной заразы подконтрольной Рокшан территории. Иначе сами не заметят, как окажутся в похожей на Фабиус ситуации.

*****

Крап-чаг

— Ну что, кто проведет для нас экскурсию по магазинам этой замечательной планеты, похожей на сушеный урюк?

Анита, вызывающе подперев бока, уставилась на мужчин, сидящих за столом. Рантаир ждал, когда Дар приведет Еву вместе с Ярой с ежедневного медицинского осмотра. Вайсир нежился в лучах заботы и любви Женевьевы, которая уже всем объявила, что хочет пройти процедуру лианории, и они с Вайсиром сегодня подали в совет Рокшана заявку на ее прохождение. И только Анита бесцельно слонялась по резиденции кован Разу, потому что даже Сабриной занимался Харнур, буквально принявший слова Ярины о воспитании для себя идеальной жены с младенчества. И пока Сабрину все устраивало, Анита молчала и не препятствовала занятиям младшего Вайсира с ее дочерью. Более того, она сочла это даже вполне разумным удобным и полезным занятием, ведь мальчик благодаря дяде получил весьма разностороннее блестящее образование. Как только Анита хмуро взглянула на своих друзей в ожидании ответа на свой вопрос, в комнату на всех парах ворвались Ева с Яриной, за которыми быстрым шагом, с трудом сохраняя невозмутимость, поспевал Дар. Девочки, услышав пожелание Аниты, с большим восторгом приняли решение присоединиться к подруге и с таким же нетерпением уставились на Рантаира, который тяжело вздохнув, пробурчал.

— Эльтар Йанур похоже не горит желанием бродить по магазинам как и его лиане. Как ему повезло, однако!!! Так что придется тебе ис Дар и мне сопровождать наших женщин в этом не легком мероприятии.

Ева вспорхнула на колени к мужу и, благодарно чмокнув его в щеку, потерлась о харуз на его груди, словно кошка, полакомившаяся чужой сметаной. Все их сборы много времени не заняли, и уже через пару часов три женщины и пятеро мужчин-рокшанцев, следующих за ними словно мученики, бродили по огромному закрытому подземному комплексу. Центральный город Крап-чага был полностью выстроен под поверхностью планеты. По узким улочкам, освещаемым яркими фонарями, сновали невысокие шраны — коренные жители планеты и множество представителей других рас. Стоя на одной из центральных улиц города, где в большинстве своем располагалось множество магазинов с различными товарами, кафе или салоны по продажам начиная от космических кораблей до земельных участков на какой-нибудь затрапезной планетке типа К-19, Ева, Ярина, Анита в сопровождении мужей и телохранителей озирались по сторонам не в силах определиться куда идти дальше. Женщины, одетые в длинные легкие черные плащи, скрывающие фигуры и волосы, но не стесняющие движения, негромко спорили между собой, а Рантаир с Даром и тремя телохранителями молча наблюдали за ними и окружающими.

Блуждающий взгляд Ярины вдруг зацепился за яркий рисунок на другой стороне улицы и она, недолго думая, подхватив под руки Аниту и Еву, потащила их туда, не обращая внимания на других. Как только они вприпрыжку пересекли улицу и обернулись посмотреть идут ли за ними их мужчины, раздался жуткий хлопок, после чего сверху посыпались камни и пластик вентиляционных труб. Рантаир с Даром, замершие на секунду во время хлопка и бросившиеся вперед сразу после того, как раздался непривычный слуху землянок подземный гул, с ужасом наблюдали, как между ними и их женщинами начали вздыбливаться плиты дорожного покрытия, которые разваливаясь на куски и расходясь в стороны, иногда поглощали нечаянных жертв, имеющих несчастье попасть в центр разлома. Рантаир и Дар, уже не обращая внимания на хаос вокруг, по обломкам плит пытались перебраться к женщинам. Но беснующаяся в панике толпа практически несла их прочь от мужчин, грозя затоптать, поэтому женщины старались держаться рядом и следить за тротуаром, чтобы не дай бог не свалиться под ноги истеричной толпе.

Ева, Ярина и Анита, цепляясь за руки, чтобы не потерять еще и друг друга, в ужасе оглядывались вокруг, ища охрану и своих мужчин. Ева даже представить себе не могла, что те сейчас испытывают, потеряв их из виду. Чтобы их не затоптала, испуганная неуправлемая толпа, они смогли отступить в один из проемов рядом стоящего здания и вжаться в стену. Держа руку Ярины, Ева вдруг почувствовала, как все тело сковывает холод и, взглянув на Аниту, поняла, та чувствует тоже самое. Ярина судорожно вцепилась в ее руку, вздрагивая всем телом, явно в истерике. Обернувшись в ее сторону, Ева увидела, что она не отрываясь смотрит на трех субъектов, закутанных в такие же как у них черные плащи. Но эта маскировка не может скрыть их черные хоботки, торчащие из-под низко опущенных капюшонов, с головой выдавая джа-анов. Ужас, смешиваясь с холодом, заморозил спину и грудь, Еве казалось, что она выдыхает ледяной пар, который мешал дышать и сделать глубокий вздох. Анита, дернув за руки, затащила обеих за угол здания и, не останавливаясь, уводила дальше от уродов. Но им не повезло, потому что через пару мгновений из-за угла появились эти трое и, не торопясь, двинулись за ними. Женщины судорожно оглядывались вокруг в поисках выхода из смертельной ловушки, но, натыкаясь на голые стены и шарахающихся при попытке обратиться за помощью нелюдей, с отчаяньем понимали, что спасти их может только чудо. Заметив дверь в стене, женщины кинулись к ней, но несколько раз дернув ее и пнув ногами, убедились, что она закрыта. А потом, пробежав несколько метров, уперлись в тупик. Все хана котеночку! Резко обернувшись к джа-анам, им оставалось только с дрожью наблюдать за медленным приближением осьминогов. Ева взывала к Рантаиру, молила его о помощи, но понимала — сейчас он чувствует то же, что и она, но вряд ли сможет ее найти и спасти в том хаосе, что сейчас творился на улицах растревоженного взрывом города.

Внезапно раздался сухой скрип, и в трех метрах от них отъехала дверь, которую женщины с таким отчаяньем пытались открыть несколько секунд назад. Из нее вышел высокий мужчина в куртке и с капюшоном на голове, подняв голову, он заметил джа-анов, быстро обернулся в их сторону и, оглядев испуганную женскую троицу с ног до головы, снова посмотрел на джа-анов. Потом в его руках как по волшебству появились палки с крючками — оружие, которым повсеместно пользовались рокшанцы, он встал между осьминогами и женщинами, приняв боевую стойку.

Из-за низко опущенного капюшона девушки не могли толком его рассмотреть, но судя по плавным движениям, росту и специфичному оружию, к ним на помощь пришел мужчина-рокшан. Чуть-чуть расслабившись, но не настолько, чтобы поверить, что один-единственный рокшанец сможет одолеть трех джа-анов, они с тревогой уставились на него. Не поворачивая головы, он прошипел им.

— Пока дверь открыта, зайдите внутрь, не заходите далеко, потому что там тоже не менее опасно чем в лапах джа-анов, только там хищники другого рода. Просто дверь снаружи не открыть, только изнутри, на какое-то время вы будете в безопасности. Где ваши хранители и куда смотрит ваша охрана, женщины? На этой планете нет ни одного безопасного места, чтобы разгуливать здесь или вы искали острых ощущений?

Он успел закончить свою речь и в тот же момент, все трое джа-анов окружили их единственного защитника. Последовав его совету, женщины укрылись за дверью, но Анита, вставив ногу в щель, не давала ей закрыться и они, молясь, наблюдали за схваткой.

Их спаситель, словно ветряная мельница, крутился с такой скоростью, что им с трудом удавалось различать его смазанные движения, замечая только, как на врагах остаются черные росчерки ран. Ева могла с уверенностью сказать, что этот мужчина практически не отличался от Рантаира в стиле и силе боевой подготовки, вполне возможно даже превосходил его в мастерстве и опыте ведения боя. Он уверенно отражал лазерные удары своих соперников и тут же нападал сам. Еве показалось, что он не только не испытывает страха перед ними или возможным поражением, но как будто сам напрашивается на встречу со смертью. Краем глаза она заметила, как молится Анита, не отрываясь глядя на их защитника. Еву поразил ее взгляд, в котором плескался ужас, восхищение и страх за чужую жизнь. Она крепко сжала ладонь Аниты и та, не отводя взгляда от поединка, прошептала.

— Если он выживет, я не знаю, что с ним сделаю. Или убью или зацелую. Если смогу приблизиться, конечно.

Она резко вскрикнула от волнения, зажав себе рот кулаком, а Ева увидела как падает второй нападающий осьминог, а третий, отведя свой лазер, отскочил от Рокшанца и, резко сделав выпад, снова попытался достать его. На груди их защитника быстро расплывалось красное пятно, но он чуть раскачиваясь, продолжал стоять и сосредоточенно следить за действиями последнего из трех. Двое других с полуоторванными головами лежали мертвой черной грудой чуть в стороне. Через секунду противники кинулись друг к другу, проведя последнюю смертельную серию выпадов. Схватка закончилась тем, что голова осьминога оказалась в нежизнеспособном для него состоянии, и он как его товарищи осел страшной кучей в ногах мужчины-рокшанца. Который, однако, тоже с трудом дойдя до стены возле двери, за которой прятались женщины, опираясь на нее, сполз вниз. Женщины выскочили наружу и встали рядом, разглядывая потрепанного защитника. Его волосы все еще были не видны, но практически черные от голода и кровопотери глаза, вытянутое лицо с несколькими шрамами на белоснежной коже лба и подбородке, подтвердили его принадлежность к расе Рокшан. Не настолько красив как Рантаир, но в нем, как отметила Ева, не меньше чем в ее любимом выделялись аристократические черты и сильный волевой характер.

Анита пристально вглядывалась в его лицо, словно запоминала на всю жизнь, а он с тем же жгучим интересом вперемешку с непередаваемой тоской и горечью смотрел на нее. Ева хотела предложить ему помощь, но Анита опередила ее, сделав шаг и намереваясь сесть рядом с ним, но была остановлена его протестующим жестом.

— Не смейте приближаться ко мне, я опасен для вас так же как те, кого только что убил. — он усталым движением подняв руку, откинул капюшон, открыв взору белоснежно- серебристую шевелюру и, как будто извиняясь, грустно улыбнулся. — Я бы не хотел, чтобы твое прекрасное личико испортила гримаса боли и отвращения, Аттойя, не волнуйся, я как-нибудь сам справлюсь, не в первый раз уже.

Анита обернулась к Еве и в ее глазах они с Яриной заметили восторг, облегчение и пожизненный приговор для этого беловолосого мужчины, разочарованного в жизни и находящегося, видимо, в постоянных поисках смерти, судя по покрытому шрамами лицу. Анита облегченно усмехнулась и опустилась рядом с ним на колени.

— Ты правда считаешь меня красивой? — он не мигая смотрел на нее, своими черешневыми глазами.

— Аттойя, ты разве не слышала, что я тебе сказал? Я смертельно опасен для тебя. И я считаю, что ты не просто красива, ты прекраснее самой Аттойи, не в обиду будет сказано твоим красивым спутницам. Ты не только прекрасна, но и еще обладаешь самым изысканным вкусом, который не сравнится ни с чем. К сожалению, я вряд ли смогу попробовать тебя, маленькая, так что не надо меня мучить дополнительно.

Анита уже было открыла рот, чтобы ответить ему, как в проулок на всех парах заскочил Рантаир, который опередил всего лишь на полкорпуса Дара и телохранителей. Рантаир, по дороге оценив ситуацию, подскочил к Еве, вцепился в нее, словно утопающий в спасательный круг и, прижав к себе, покрывал жадными поцелуями ее лицо. Ева почувствовала, как его трясет и, потянувшись, обняла за шею и повисла на нем еще и зацепившись ногами за талию. Отвечая на его поцелуи, тихо прошептала.

— Все хорошо, любимый, я рядом. Со мной все хорошо, родной мой, единственный. Я не пострадала.

Оглянувшись, она заметила похожую картину, только с участием рыдающей на руках у Дара Ярины. Он прижимал ее к себе и укачивал словно ребенка, касаясь щекой и губами ее виска. Их прервала Анита, громко обратившаяся к прибывшим мужчинам и охране.

— Так, радоваться и миловаться потом будем, а сейчас мой шанс на счастливое семейное будущее скоро кровью истечет. Ис Дар, у вас нет того волшебного приборчика, которым вы Сабрине все время ранки заживляете, а то нашего героя в грудь ранили.

Она отвернулась от всех, игнорируя пристальное внимание Рантаира и Дара и всех остальных, и наклонилась к истекающему кровью мужчине, который во все глаза наблюдал за ними, явно не веря глазам своим. Судя по всему, он дома давно не был и последние новости не слышал. Еве было жутко интересно наблюдать, с каким трепетом и шоком он смотрел на Аниту, которая расстегнула его куртку, чтобы осмотреть рану. А когда она, увидев раневое отверстие, судорожно схватилась за его ладонь, пытаясь взять себя в руки и не упасть в обморок, Ева решила, что он сам на грани обморока, как и Рантаир в первые моменты их близости, когда боялся, что причиняет боль. Анита прижала его руку к своей груди и с тревогой спросила.

— Боже, как больно, наверное? — обернувшись к остальным, проорала с нотками паники в голосе: — Ну где вы там, ему же больно, и кровь вон не останавливается. Давайте скорее унесем его домой в медитек. Быстренько из плащей сделайте носилки и с вами ничего не случиться. Только ускорьтесь, пожалуйста.

Телохранители, повинуясь безмолвному приказу-кивку Рантаира, быстро организовав носилки из плащей, осторожно подошли к раненому и с помощью второго наследника быстро переложили раненого на них. Анита, ни на секунду не отпуская его руки, встала рядом. Вся процессия двинулась на выход. Оказалось, что мужчины приземлились на летающей платформе прямо посреди улицы, практически за углом, так что им пешком долго идти не пришлось. Рантаир, все это время прижимавший Еву к себе, занял кресло и хрипло сказал, обращаясь к раненому.

— Эльтар Тирни дуран Нарн, я не ошибаюсь? — заметив утвердительный кивок раненого, Ран продолжил, — Эльтар Тирни Нарн, я выражаю вам свою благодарность за спасение моей лиане эльтарины Евы кован Разу, лиане иса Дара Рамзи, исы Ярины Рамзи, а также за спасение моей родственницы эльтарины Аниты Полянской.

Он снова окунулся носом Еве в волосы и только через пару мгновений, чуть успокоившись, снова продолжил, глядя на Тирни, который после представления, вытаращив уже не такие темные глаза, смотрел на них. Хотя он больше всего смотрел на Аниту, которая по-прежнему держала его за руку.

— В связи со случившимся, я хочу сказать, что обязан вам жизнью и честью. И отныне я ваш кровный должник. А я всегда оплачиваю свои долги. Еще раз выражаю вам свою благодарность…

Его прервал Дар, который так же крепко прижимал к себе уже немного успокоившуюся Ярину.

— Эльтар Тирни дуран Нарн, в моем лице вы также обрели себе еще одного кровного должника. И я так же благодарен вам, как и мой хозяин, эльтар Рантаир кован Разу. А еще хочу сообщить, что ваша рана тяжелая, но не смертельная и как только через пару минут мы окажемся в резиденции второго наследника, я лично прослежу за вашим выздоровлением. Вы спасли самое дорогое, что есть у нас и наша благодарность безмерна.

Анита оторвалась от разглядывания своего героя и, посмотрев на Рана, спросила.

— Рантаир, что это за взрыв был?

Рантаир, скривившись от злости, что не смог проконтролировать такую простую операцию как поход по магазинам, хрипло пояснил.

— У шранов под городом на нижних уровнях заброшенные шахты есть, какие-то недоумки пытались вести в них нелегальную добычу голубых кристаллов для контрабандной продажи, вот и не уследили и что-то пошло не так. Власти сейчас разбираются.

— Йанур с Женевьевой в курсе нашей пропажи? — Ран кивнул головой, но потом все также хриплым от пережитого волнения голосом пояснил. — Эльтар Вайсир хотел тут же присоединиться к вашим поискам, но у нас не было времени ожидать его и он пока со своей лиане, вашей сестрой, и вашей дочерью, эльтарина Анита. Вы можете не беспокоиться, Харнур от Сабрины не отходит даже на мгновение.

Ева заметила как при упоминании Сабрины, Тирни пристально уставился на Аниту, даже почудилось, что в его красноватых глазах промелькнула боль, а может страх. Как только суперфлаер приземлился возле резиденции второго наследника, эльтара Тирни Нарна транспортировали внутрь в медитек. Ис Дар с Яриной и Анитой, ни на секунду не отходящей от раненого, отправились вместе с ним, а Ева на руках Рантаира была доставлена в свою спальню.

Рантаир лежал рядом, обвив ее тело руками и прижимая к себе, и Ева чувствовала как бешено бьется его сердце. Да, ей было дико страшно в том переулке и во время взрыва, она до сих пор не могла забыть выражение животного ужаса, которое увидела в глазах лина, когда он понял, что не успеет до нее добраться и укрыть в кольце своих рук от опасности. Чуть отстранившись, прилагая усилия, потому что Ран был против, Ева попросила:

— Теперь я сделаю так, чтобы ты почувствовал себя лучше.

Торопливо сняла с себя одежду и помогла раздеться лину. Сейчас ему, да и ей тоже, могло помочь успокоиться только полное единение тел, чтобы каждой клеточкой тела соприкоснуться друг с другом. Она забралась на него верхом и, приподнявшись, позволила его телу войти в нее и замерла, удовлетворенно прилипнув к его груди. Взглянула в его лицо и заметила все еще плескавшийся в его глазах страх, скользнула ладонью в его ладонь, попросила довериться ей и успокоиться. Упершись руками ему в грудь начала двигаться, иногда наклоняясь и касаясь его губ своими. Через минуту Рантаир сам включился в бешеную скачку и, помогая ей руками, смотрел на нее снизу вверх, и казалось взглядом, пытался ее съесть. Этот взгляд еще больше разогрел Еву, и она, не сдерживаясь, закричала, отдаваясь на волю бурного экстаза, вслед за ней последовал и Рантаир, глухим рыком нарушая тишину комнаты.

Переполненный восторгом, он с трудом заставил себя оставаться на месте. Следил за ней с нежной лаской, любуясь, как ее волосы, светящиеся золотым блеском, разметались по его плечам, груди, лицу. В его глубоких синих глазах вместо страха теперь играли веселые искорки, а на губах — улыбка. Не разъединяясь, Ева так и замерла не в силах пошевелиться, а Рантаир не хотел разрывать это ощущение неразрывной связи. Переложив сонную Еву себе под горячий бок, Рантаир снова крепко оплел ее всем телом и только после этого окончательно смог успокоиться и расслабиться после пережитого ужаса.

*****

Эльтару Тирни было предложено остаться в резиденции у кован Разу для лечения и реабилитации в их тесной компании. Заглянув в золотистые, горящие смешливыми искорками глаза Аниты, Тирни был не в силах отказаться. Пока он находился в медитеке под тщательным и заботливым наблюдением врача иса Дара Рамзи, ему поведали историю появления красноволосых женщин на Крап-чаге. Тирни, ошеломленный тем фактом, что уже двое беловолосых смогли стать линами и обрести свою семью с жадным интересом следил за Анитой. Как рассказал Рантаир Аните на следующий день, эльтар Тирни относится к четвертой ветви императорского дома, и его род славится своими военными заслугами. Практически все Нарны — это военные или советники по безопасности, и отец Тирни именно им сейчас является, поэтому Рантаир сразу узнал его в том переулке, более того, сам Тирни тоже выбрал военное поприще, точнее работает в разведывательном управлении и занимает немалый пост, не смотря на свою мутацию. Среди Нарнов слабаков нет и никогда не было.

Еще Рантаир, заметив какими взглядами обмениваются Тирни с Анитой, предупредил последнюю, что Нарн расшаркиваться как Вайсир не будет, и обещания о свободном выборе не давал. Более того, Рантаир уверен, как только Нарну-младшему станет известно, что Анита — свободная женщина, не имеющая хранителя, ее просто напросто по-тихому сопрут. Ведь недаром же последние несколько лет Тирни провел, тесно сотрудничая с Лемораном. А плохие повадки весьма заразны! Анита, слушая Рантаира, только довольно и загадочно улыбалась, а потом снова шла в медитек навестить Тирни.

На второй день, когда Нарн более-менее пришел в себя и каждые пять минут уже не впадал в забытье, лежа на этом не больно мягком и удобном пьедестале, попытался провести самодиагностику, показавшую, однако, что он еще слишком слаб, чтобы обойтись без помощи медитека, поэтому просто затих, принявшись анализировать полученные от врача сведения о красноволосых женщинах и последних событиях на Рокшане. Он с трудом смог поверить и принять тот факт, что во вселенной нашлись женщины, которые не испытывают боли при соприкосновении с 'белой смертью' Рокшана, как их называли на родине. Но он видел собственными глазами две пары подобного союза и море счастья и любви в их глазах. А он… Он испытывал дикую зависть и боль, что не имеет того же. Что его не любит никто. В семье его уважали и принимали таким как есть, но зная, что он никогда не принесет роду наследника, с него требовали больше, нежели со старшего брата. Он должен был стать военным и стал им, выполняя свой долг Нарна за двоих. Брат служил роду, а Тирни — империи и до вчерашнего дня думал, что это правильный и единственно приемлемый для него путь.

Вчера он встретил ее, богиню с таким мягким теплым именем Анита, а уже сегодня считал, что все сорок четыре года своей жизни ждал и искал именно ее. Только ее! Его Аниту! Осталось только правильно разыграть партию и сделать верный ход, и она будет принадлежать только ему одному. Надо выяснить кто ее хранитель, и в каких они отношениях, раз у нее уже есть ребенок. Из разговоров с врачом и его женой, из трех красноволосых женщин лианорию прошла только лиане второго наследника, а вторая женщина, Женевьева, которую он видел лишь мельком, стоящей рядом с этим суровым наместником и торговцем Вайсиром, только готовится к ней. Эти женщины тоже красивы, но его мысли и чувства захватила богиня Анита с золотисто-коричневыми очами, волосами, в которых сверкали лучики Аттойи. Как только ее имя и образ всплыли в его сознании снова, все его тело самым что ни на есть мужским образом, откликнулось на нее, и у него заныло в паху и запекло в груди от тоски.

Неожиданно отъехала автоматическая дверь, и в комнату вплыла его богиня, держа на руках маленькую девочку, похожую на нее, а за ними неслышной тенью вошел младший Вайсир. Анита остановилась возле него, встав практически вплотную к медитеку, с поверхности которого свисала его рука, и воззрилась на него. Прекрасное лицо расцвело улыбкой, как только она заметила, что пациент не спит. Присев на краешек овального черно-белого кресла рядом с ним, и усадив на колени дочь, она снова посмотрела на него и доброжелательно поздоровалась.

— Привет, эльтар Тирни! Как ваше самочувствие? — не дождавшись от него внятного ответа, Анита продолжила: — Хочу представить вам мою дочь, эльтарину Сабрину и нашего друга эльтара Харнура доран Вайсира! Саби, ты что-то хотела сказать эльтару?!

Тирни с интересом наблюдал, как Сабрина, пожевав нижнюю губу и неуверенно оглянувшись на Харнура, снова повернулась к нему. Потом ее лицо осветила сияющая улыбка, и она, чуть картавя, и с трудом произнося слова на рокшане, сказала:

— Привет! Меня зовут Сабрина. Спасибо, что спасли мою маму и тетю Еву, и тетю Яру. — потом, нахмурив коричневые бровки и носик, пока мама не встряла в ее речь, быстро спросила. — Страшно, наверное, было, да, с восьминогами драться? Я их так боюсь, даже плачу, а Харнур не велит, говорит, он их всех побьет, если они меня обидят! Вот! А тебе больно? У меня тоже коленки болят, но я не жалуюсь, но знаешь как больно?

Тирни заметил, как Анита с Харнуром закатили глаза и улыбаются друг дружке, слушая монолог Сабрины, которая, в принципе, не требовала ответов на свои многочисленные вопросы, упиваясь своей важностью и тем, что столько взрослых слушают ее одну.

— А я еще петь умею как тетя Женя и стишки разные знаю, рассказать, Тирни?

Анита заметила, как услышав такое заманчивое предложение, обреченно застонал позади нее Харнур, а у Тирни удивленно округлились глаза. Прослушав один маленький стишок, Харнур взял Сабрину на руки и предложил.

— Пойдем, маленькая, в прятки поиграем. Чур, я прячусь, а ты меня ищешь!

Анита с трудом удержалась от смеха, вспомнив, что в прошлый раз Сабрина полчаса искала Харнура под столом, а тот спокойно читал в соседней комнате. Похоже, маленькая невеста уже порядком надоела своему юному женишку! Ее мысли прервал хрипловатый баритон Тирни, от которого у Аниты побежали мурашки по спине, а между ног разлилось тепло. Как-то слишком остро она реагирует на него.

— Позволено ли мне будет узнать, кто твой хранитель, моя сладкая малышка?

Анита, частично просвещенная Евой о местных нравах, с озорной усмешкой вспомнила предупреждение Рантаира об этом мужчине и, лукаво взглянув из-под полуопущенных ресниц, заявила.

— Я не замужем, поэтому согласно обычаям Рокшана, хранителем для нас с Сабриной стал лин моей племянницы Евы, эльтар Рантаир кован Разу.

Она специально уточнила, что не совсем одинока и не совсем свободна от определенных обязательств. И это не укрылось от Нарна. Чуть сузив глаза, он выбросил руку в ее сторону и схватил за ладонь. Внимательно разглядывая ее руку, чуть более хриплым голосом чем раньше, спросил.

— А позволено ли мне будет узнать, где и кто отец твоей дочери, Аттойя?

— Его имя не имеет значения, потому что он остался на Земле, наши отношения с ним длились только неделю, и только два раза я была с ним близка, но это нанесло моему здоровью довольно ощутимый вред, и нам пришлось расстаться. Навсегда! А через месяц я узнала, что ношу Сабрину. Ему до этого не было никакого дела. В моей жизни больше не было мужчин, но моя дочь имеет для меня первостепенное значение.

Анита заметила, как удовлетворенный ее ответом Тирни, кивнул своим мыслям и словно хищник перед прыжком весь подобрался и напряженно уставился на нее.

— А позволено ли мне будет узнать, есть ли шанс, что ты сочтешь меня достойным стать хранителем для тебя и твоей дочери?

Анита облегченно выдохнула, все же волнуясь перед этой встречей и чувствуя неуверенность в своей привлекательности для него, учитывая тот факт, что у нее есть дочь. Потом встала и пересела на краешек пьедестала, на котором он лежал и, склонившись к нему, прошептала, глядя прямо в серые глаза, подернутые красной пеленой.

— А это будет зависеть от того, как ты будешь ухаживать за мной.

Его глаза расширились еще больше от удивления, потом, резко сузившись, сверкнули усмешкой. Он поднял руку и все же неуверенно и осторожно, коснулся ее щеки, изучая мягкость кожи. Заметив, что она не против его ласки, потрогал волосы, яркой медной волной стекающие ему на грудь, пальцем очертил губы и контур ее лица, переместился на ушко, выглядывающее из-под волос, рассмотрел длинные сережки с зелеными камешками на концах, а потом выдохнул со свирепой уверенностью в голосе.

— Ты не представляешь, как я хочу получить тебя, обладать тобой, боль от этого желания сильнее самого сильного голода, который я испытывал в своей жизни. Я согласен на все что ты захочешь, лишь бы ты выбрала меня, единственная моя. Хочешь ухаживаний, значит, ты их получишь, только дай мне еще сутки, чтобы выбраться от сюда.

Анита почувствовала, как от его слов внутри будто разжалась пружина, выпустив на свободу чувства ликования и восторга. Она действительно нашла того, кого искала! Подвинувшись еще ближе к нему и, стараясь не задеть раненную грудь, чтобы не причинить лишней боли, пальчиками легко погладила его лицо, заново уже тактильно знакомясь с чертами его лица. Потом поддалась на уговоры своего тела и, не слушая разум, приникла к его губам, мягко нежно легко касаясь его губ своими, только обозначая поцелуй и пробуя его на вкус. Он схватил ее обеими руками за голову, заставляя приникнуть к нему ближе, потом неумело, но жадно углубил поцелуй и теперь хозяйничал, подавляя и главенствуя. Но она с легкостью покорилась, доверилась, отдалась его воле и желанию. В эту реальность ее вернул хриплый стон Тирни, она, судорожно отстранившись, в замешательстве испуганно посмотрела на него. Тирни же, запутавшись руками в ее волосах, не хотел отпускать от себя. Заметив в ее глазах страх, он выпустил ее волосы и устало откинулся на головной валик.

— Прости, сладкая моя, я испугал тебя, но ты слишком великое искушение, чтобы спокойно лежать рядом с тобой. Особенно зная, что могу тебя касаться, не причиняя вреда.

— Тирни, я испугалась, что слишком увлеклась и по неосторожности причинила тебе боль. Ты застонал, и меня это напугало и привело в чувство. Только это, а ты доставил мне удовольствие!

Нарн недоверчиво уставился на Аниту, потом, заметив ее припухшие от поцелуев губы, облизал свои, запоминая ее вкус, потом снова, словно магнитом притянутый, коснулся ладонью ее щеки, ласково поглаживая нежную кожу, ответил.

— О, больно мне стало, но не там, где ты подумала, моя маленькая Аттойя! Может ты повторишь еще раз?

Анита усмехнулась, наклонилась и коротко чмокнула его в щеку, от чего его серебристые брови поползли вверх от удивления, потом встала и, уже на выходе обернувшись, сказала, глядя на заметно встревоженного мужчину.

— Тирни, мы же договорились, что это ты за мной ухаживаешь, а не я за тобой! Отдыхай, пока ты будешь тут поправляться, у нас есть куча времени узнать друг друга ближе.

Выйдя за дверь, Анита счастливо улыбнулась, заметив довольную усмешку Тирни, потом вприпрыжку, словно Сабрина, помчалась искать сестру и племянницу. Очень хотелось поделиться захватывающими впечатлениями от встречи.

Анита сидела с Тирни по полдня, не меньше, но и этого ему было мало, он постоянно просил ее задержаться еще, откровенно заявляя, что ему мало. Она же только посмеивалась над ним и продолжала терроризировать вопросами о его семье и жизни, увлечениях и любимой еде, о животных и вкусах. Он не уступал ей в настойчивом желании узнать все о ней. Сабрина тоже приходила, иногда вместе с матерью, а последний раз даже забралась к нему на колени, чем вызвала у Тирни странное ощущение трепетной нежности к ней. Такая маленькая уязвимая копия мамы. Его Аниты. Сабрина. Его маленькая Сабрина! Он нежно коснулся нежной щечки, потом пощекотал маленькие ребрышки, вызвав веселый громкий смех и икоту у малышки. Он смотрел на девочку изучающим пристальным взглядом, так же знакомясь с ней как с Анитой, и принимая ее в свое сердце и душу. Отныне они обе его малышки!

Анита с легкой тревогой следила за ними, но заметив тепло и нежность в его глазах к ее дочери, успокоилась и расслабилась полностью. Он принял Сабрину, а значит — больше препятствий для их союза у нее нет, и это чертовски обрадовало ее. Сияющими глазами она смотрела на свою дочь и своего мужчину, пытаясь успокоиться. А ведь так хотелось кричать от счастья, переполнявшего ее всю до краешков. Три дня ис Дар заставил Нарна находиться в медитеке, и только на четвертый день ему разрешили переместиться в одну из спален на первом этаже, настойчиво порекомендовав постельный режим. Лежать он уже был не в силах и ему как можно скорее захотелось увидеть свою богиню, поэтому он осторожно, придерживаясь стенки пошел в сторону гостиной, откуда слышались голоса. Добравшись до двери, услышал голос Йанура Вайсира, в котором слышались напор и тревога.

— Эльтарина Анита, вы понимаете, на что идете? Тирни — хищник, и мягкой зверюшкой в ваших руках никогда не станет. Все Нарны хищники и детей своих воспитывают подобными. Я хорошо знаком с его отцом Ревасом дуран Нарном и не раз сталкивался с ним в делах. Эльтар Ревас — просто зверь, который убьет любого и не вспотеет. И сожалениями свою голову занимать не станет. Я не спорю, что он хороший отец, как я слышал и его лиане, мать Тирни, тоже весьма приятная добрая женщина. Но вы уверены, что сможете ужиться с младшим Нарном. Им невозможно управлять и требовать, к нему можно только приспособиться. Вам это надо? У вас такой богатый выбор! Любой беловолосый сочтет за счастье стать вашим лином.

— Мне не нужен другой, Йанур! Спасибо за вашу заботу и беспокойство обо мне, но я свой выбор уже сделала. Я люблю его, таким как есть и другого мне не надо. Тирни — хищник, это я еще в том злополучном переулке поняла, но этот хищник мой. Я уверена, что смогу приручить его, а если потребуется, то и приспособиться к нему тоже. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности и счастливой. Когда пойму, что он любит меня и безоговорочно принимает Сабрину, я безотлагательно соглашусь стать его лиане, если он попросит.

Она замолчала и, заметив угрюмые настороженные взгляды друзей, явно уставившихся на что-то за ее спиной, медленно обернулась и увидела Тирни. Он стоял в дверях и, не отрываясь, смотрел на нее. Анита заметила, как он судорожно сглотнул и перевел взгляд на Рантаира, который выпрямился в кресле и, положив ладонь на стол, напряженно посмотрел на Нарна. Потом в комнате раздался глухой баритон ее любимого мужчины.

— Я клянусь честью своего рода вам, эльтар Рантаир кован Разу и вам, эльтар Йанур доран Вайсир, что я, эльтар Тирни дуран Нарн, никогда не причиню вреда вашей родственнице эльтарине Аните Полянской и ее дочери эльтарине Сабрине Полянской. Буду беречь и защищать их обеих, потому что обе они являются отныне моим смыслом жизни и главным моим сокровищем.

Последнее он произнес с легкой улыбкой, глядя во влажные от слез глаза Аниты. Потом подошел к ней вплотную и, присев на корточки, взял ее руки в свои, коснулся их губами и, не обращая внимания на шокированных его словами и поведением остальных присутствующих здесь мужчин и женщин, твердо сказал, глядя на Аниту.

— Я люблю тебя больше всего на свете. Для меня нет никого дороже тебя и теперь уже нашей дочери. Если ты согласишься принять меня как лина, ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной во вселенной. И будь уверена — для тебя не составит особого труда приручить меня. Ты уже это сделала, моя маленькая Аттойя!

Вытерев слезы со щек, Анита поцеловала Тирни в губы и, смеясь сквозь слезы, спросила.

— А если я на лианорию вашу соглашусь, ты станешь моим персональным хищником?

Его глаза блеснули искрами счастья и, подхватив ее на руки, уселся на стул, посадив ее к себе на колени.

— Для тебя, единственная моя, я стану кем захочешь! — потом зашептал ей на ухо, заставив покраснеть, — Особенно, если ты пустишь меня в свою постель. Аттойя, там ты точно столкнешься с настоящим хищником! Ты не передумала еще, сладкая моя?

Анита заворожено смотрела в его глаза и отрицательно качала головой.

— Я никогда не передумаю, мой любимый ЛИН!

Эпилог

Заря коснулась красным золотом крыш расположенного внизу города, пробежалась по яркой насыщенной листве деревьев и кустов, ослепив привыкшие к полумраку пещеры глаза Сабрины. Она до сих пор не могла поверить, что церемония прошла успешно и теперь она законная лиане эльтара Харнура доран Вайсира. Подняв голову, она посмотрела в самые любимые глаза на свете и, поймав ее взгляд, Харнур крепче прижал ее к себе. Этого момента он ждал долгих шестнадцать лет и не сожалел ни об одной минуте ожидания. Сегодня свершилась его заветная мечта стать лином его любимой Сабрины. Его сладкой малышки, которую он так долго приручал, очаровывал и воспитывал. Его счастье сбылось, грозя выплеснуться наружу фейерверком, а он и не слишком скрывал его от всех. Смотрел на радостные лица близких и родных, которые появились в его жизни вместе с маленькой очаровательной девочкой, и невольно улыбался им в ответ, не забывая приветствовать гостей, поздравляющих его и его лиане. Слишком много их сегодня прилетело, чтобы поприветствовать представителя одного из самых богатых кланов, члена рода Вайсир и его лиане из рода самых известных воинов и особо приближенных к императорскому роду, эльтарину Сабрину дуран Нарн. Закончив принимать поздравления, Сабрина и Харнур спустились с площадки перед святилищем, где проводят лианорию и подошли к своим многочисленным родственникам из разных родов. Рантаир обнимал за талию свою беременную лиане Еву с одной стороны, и старшую дочь красноволосую Ирьяну — с другой. Обе, восторженно сложив ладошки перед собой, со слезами на глазах смотрели на молодоженов и счастливо улыбались. Рядом с ними два их золотоволосых сына, позади которых стоял сам император тар Суваир и, положив ладони внукам на плечи, довольно возвышался над ними. Харнур стал неплохим наставником для этих шустрых пацанов, и если приходилось их наказывать за что либо, просто снимал перчатки со значительным выражением лица, и парочка 'бандитов' сразу же принимала послушный вид. Сколько раз Харнуру приходилось сообщать императору и второму наследнику, что они совсем разбаловали парнишек-погодок. Зато Ирьяна — просто подарок для родителей, она пошла в мать, унаследовав ее мутацию, но с поклонниками у нее проблем не будет, они уже выстраиваются в очередь, чтобы выказать наследнице рода Разу свое внимание и восхищение.

Пока он здоровался и обнимался с Рантаиром, Ирьяной и Евой, на них с Сабриной налетел маленький ураган в виде общей неугомонной тетки Женевьевы, заменившей ему мать, и спокойного дяди Йанура. Женя расцеловала обоих еще раз, поздравила и, повизжав с Сабриной от переизбытка эмоций (чем вызвали недоуменные смешки незнакомых с подобными выплесками свободной энергии рокшанцев), неожиданно отвернулась от них и бросилась в объятия Йанура, обильно поливая его харуз слезами. Как еще раньше выяснил Харнур, это гормоны беременной женщины так играют. Старший Вайсир с Женевьевой произвели на свет двоих блондинистых мальчиков, а сейчас ожидают девочку и, судя по прогнозам Дара, тоже красноволосую. Йанур сильно изменился после встречи с Женевьевой, стал больше улыбаться, часто смеялся со своей женой, чересчур баловал ее и сыновей. И любил их всеми фибрами своей души.

Следом за родными подошли Дар с Яриной, позади них мялись их маленькая дочь пяти лет и старший сын — ровесник Ирьяны, оба — вылитые Дар. Ева постаралась и вытребовала у свекра повышение их социального статуса хотя бы до нессов, за заслуги перед отечеством, как она указала причину, чем вызвала усмешки своих теток и Рантаира. Но муж ее горячо поддержал, и в итоге, теперь Рамзи не исы, а высокородные нессы.

После Рамзи к ним, наконец, подошла мама Сабрины с мужем, свекром и свекровью, которая держала на руках маленького девятимесячного золотоголового внука — сына Тирни и Аниты. Они крепко обняли молодоженов. Анита плакала от счастья, а Тирни, достав платок, нежно вытирал ей слезы и шептал успокаивающие слова. Харнур про себя хмыкнул, мысленно обозвав тестя ручным хищником Аниты. Его теща из мужа веревки вила, причем такие длинные-предлинные, и все они вились вокруг ее ног. Причем Тирни был совсем не против, всячески потакая любым капризам жены. Через пару секунд к ним подбежал запыхавшийся Макс, сын Тирни и Аниты, которому скоро исполнится шестнадцать и он этим весьма гордится, потому что скоро отправится в военную академию как и все предки Нарнов. Анита, правда, недовольна этим событием, но свекр и муж непоколебимы. Все Нарны — военные, и Макс с ними полностью согласен.

Обведя взглядом родные и близкие лица, счастливо вздохнул и натолкнулся на понимающий довольный взгляд императора тар Суваира. Совсем недавно, на одном из больших семейных приемов, император весело заметил, что ему, в принципе, можно теперь не опасаться переворота или заговоров, потому что самые важные ключевые посты занимают его новые родственники: и военное ведомство, и самый крупный торговый дом, в ведении которого сорок процентов добычи всего топлива для космических судов, и разведка, подконтрольная Рантаиру и Тирни. А ведь у тара Суваира еще так много внуков, что скоро куда пальцем не ткни, обязательно в родственника попадешь. Причем ближайшего, такое положение дел императора очень устраивало. С появлением на Рокшане семейства Полянских, жизнь его родных и близких значительно улучшилась и разнообразилась. И он благодарил судьбу и всех богов Рокшана, за то что подарили его младшему сыну возможность обрести семейное счастье и любимую женщину, которая так много ему подарила. Себя, детей и всю вселенную!

Конец трилогии!

Content

Ольга Гусейнова
Голодное сердце

Пролог

Эпилог