Александр Александрович Дот

Имперский цикл. 1-й трицикл

Имперский гарнизон

Часть 1. Отшельник

Глава 1

Весна 699 г. Династии Ин. Аббатство святого Атана.

Слабое весеннее солнце пыталось прогреть трущобы нижнего города. Новое тепло давало людям новую надежду. Хотя те, кто смог выжить в эти времена, не надеялись больше ни на кого.

Выйдя к городу, я забрался на небольшой холм осмотреть окрестности. Поглядеть сначала со стороны никогда не помешает. Интересно, как город перенес эту зиму, много ли людей выжило. Никакой сильной магии за прошедшую зиму я отсюда не чувствовал, ни темной ни светлой. Но зло многолико, мало ли тварей развелось в последнее время, да и сами люди порой хуже любой твари.

Небольшая, но быстрая горная река делила пейзаж на две неровные части. На правом берегу возвышалась скромная крепость пограничной стражи. Высокие стены и маленький гарнизон — здесь на юге охранять границу не с кем, горы и узкий выход к побережью, а там никому не нужные и малонаселенные южные острова. Крепость в хорошем состоянии, с комендантом ей повезло.

На этом берегу низкие и толстые стены аббатства святого Атана доминируют над окружающей местностью. Святой Атан — покровитель благородных по крови. В былые времена этот монастырь был своеобразной тюрьмой для дворян, преступивших закон, которым ввиду их высокого происхождения, а также разнообразных обстоятельств (как то: незначительность преступления, нежелание пятнать благородную фамилию либо желание не предавать огласке подробности или сам факт преступления) наказание было определено бессрочной ссылкой. От самых стен монастыря начинались низкие дома городка. В сущности никакого города даже на карте никогда не было, так, несколько домов местной знати, два постоялых двора для желающих помолиться в монастыре, два трактира, в одном обычно привечали приезжих, в другом собирались немногочисленные местные и служивые из гарнизона. Осенью на площади перед воротами монастыря устраивалась ярмарка, редкие товары с Южных островов находили своих покупателей. В общем, тихое провинциальное захолустье, взрываемое изредка прибытием имперского двора.

Южная резиденция императора виднелась на фоне гор: изящный замок, прекрасное решение гениального архитектора, построенный прямо над рекой. К замку шло две дороги: одна через мост огибала пограничную крепость справа и по правому берегу вела к воротам замка, вторая проходила через аббатство и редко открываемые задние ворота.

До того, как все началось, я был в этих местах несколько раз, и тогда мне представлялась следующая картина — слева крепкий служака в старом, но чистом мундире, справа низенький тучный монах с большим пузом в строгой сутане, но из дорогой ткани, и посередине высокий дворянин в блистательном камзоле старой моды.

Сейчас эту картину дополнили бы толпы нищих у их ног. Город пережил несколько волн беженцев, по сути, и создавших его. Замок принимал под свою защиту только высокородных, да и то не всех, в основном лиц императорской крови и князей империи. В аббатство поначалу впускали всех, но, быстро оценив количество ищущих прибежище и свои запасы, заперли свои допрежь всегда открытые ворота. Выставили на стены вооруженную охрану и тщательно выбирали, для кого их отворить. Военные не принимали никого. Похватав свою немногочисленную, живущую рядом с крепостью родню, они закрыли ворота и встречали беженцев злыми лицами, грубыми криками, а иногда и арбалетными болтами.

Те, кого не укрыли крепкие стены, остались под ними, бежать дальше было некуда. На побережье Южного моря жить было почти невозможно, хотя туда и отправилось немало беженцев, в основном из бедноты. Богачи заселили гостиницы и всевозможные помещения городка, остальные селились как могли, рубили срубы, ставили шатры, копали землянки. Так и образовались трущобы нижнего города. Сейчас ранней весной трущобы выглядели особо неприятно: скособоченные, подгнившие за эту сырую зиму утлые домишки, покосившиеся шатры, обшитые деревянным хламом. Дымки от костров и очагов медленно вились по грязным проулкам.

Невысокий частокол, закрывающий нижний город, прерывистой лентой проходил от реки до скал. Не думаю, чтобы он защищал, но чувство некой уверенности наверняка создавал. На воротах в нижний город, располагающихся прямо посреди большого луга, грелись у костра охранники из местной бедноты, ночью они собирались в кучу у огня. От серьезных тварей они защититься и сами никого защитить не могли, а вот мелочь какую-нибудь или банду разбойничков отогнать вполне способны. Возле имперской дороги, главного тракта, ведущего от столицы, частокол был покрепче, но на ночь проезд, как ни странно, не охранялся, его просто перекрывали невысокими деревянными воротцами. Знать закрывалась в замках, богачи в превращенных в крепости кварталах верхнего города. В наступающих сумерках пробраться туда, не привлекая внимания, труда не составляло.

На центральной площади нового города было уже пустынно. Вообще-то площадь слишком большая для такого захолустья, возможно благодаря ярмарке. На краю площади, почти у самых монастырский ворот, на большой то ли каменной скамье, то ли просто куске колоны сидел тучный монах.

— Ясного солнца брат Мариц, — воодушевленно с радостным выражением лица поприветствовал я его.

— О! Мастер Наваль. Рад видеть вас, поверьте, — все полное лицо монаха излучало добродушие и искреннюю радость.

— Верю, верю. И я рад видеть вас в добром здравии и явном благополучии, — брат Мариц имел неплохой прибыток как посредник между мной и платежеспособными жителями аббатства. Мои магически активные предметы пользуются стабильным спросом, и если то, что шло под заказ от совета аббатства, проходило через честнейшего брата мимо, то разнообразные мелочи позволяли моему посреднику хорошо погреть руки. Конечно, монополию брата Марица можно было просто разрушить, но я лично выстроил эту схему, и на это имелась масса причин.

— Что нового? И да, я принес все заказы, — с этими словами я плюхнулся рядом с ним.

— Ну что вы, я нисколько не сомневался в вас. А нового хватает. Отряд арса Тимоа сходил к поселку беженцев на юге, — сказав это, монах сделал паузу.

— И что? Южане построили флот и уплыли?

— Нет, там никого нет. Просто никого нет, пустые селения. Ничего не тронуто, но ни живых, ни даже трупов.

— Какая-то темная тварь?

— Неизвестно. Среди военных нет серьезных магов, а ваши амулеты защищают и предупреждают, но ответов не дают, — то ли с огорчением, то ли с вызовом сказал Мариц.

— Плохо, очень плохо. Но с другой стороны, и до Тьмы там никто не селился. Не принято. И никто ведь не говорит почему, просто нельзя. Может, мы чего-то не знаем, и это что-то не имеет отношения к нашим сегодняшним проблемам. Еще чего?

— Да, может вы и правы. Господин сат Кросс со своим отрядом сходили к трем дорогам. Живых не нашли.

— М-да. Ну ладно, поздно уже. Сообщи заказчикам, завтра с утра пусть приходят, будем меняться. Приютишь в своих хоромах?

— Да уж, какие хоромы, — с улыбкой ответил Мариц. — Вот только соседи у вас появились.

— Откуда взялись? — С чего бы это брат Мариц запустил в свою караулку посторонних, она хоть и находится не в стенах аббатства и строгие правила на нее не распространяются, но и в период самого большого наплыва туда никого не пускали.

— Новые беженцы, — как-то бесстрастно сказал монах.

— Ого. Не ждал поди никто. И кто? Почему в аббатство не пустили?

— Баронесса ат Уол. Саму пустили, и одного слугу. А остальных всех выставили.

— Откуда они взялись, сейчас-то? Погоди, ат Уол? Древний род, — вот это находка.

— Да, именно ат Уол. Пересидели в поместье баронессы в Аграфских болотах. Потом вот решили, что больше не проживут, и двинули на юг. Семь ночевок!

— Семь ночевок, по нынешним временам — это серьезно. И что, многих приютил?

— Да всего двоих. Наемники из охраны баронессы, их четверо, прибились к трактирному двору. Все-таки люди очень серьезные. Они гильдейские и высокого ранга. Да и опыт в борьбе с нечистью получили. Еще шесть слуг ушли в нижний город. А вот компаньонка баронессы с дочерью у меня. Баронесса попросила.

— Компаньонка с дочерью. Да уж. Ну что ж соседи вроде не опасные, хотя надо конечно их проверить. Как они вообще выжили?

— Аббат проверил, все чистые. И те, кого пустил, и те, кто ушел. Но вы, конечно, проверьте, ваши амулеты самые надежные. Вот ваш «навх», от морока, всегда ношу.

Внешняя караулка представляла собой небольшую пристройку с внешней стороны крепостной стены. Используя крепостную стену как одну из своих, она, тем не менее, входа в крепость не имела. Там в мирное время дневали караульные, а в ночное нес службу внешний обходчик стены. Сейчас, конечно, ночью она пустовала, все караульные находились с той стороны ворот. Ее теперь занимал брат Мариц, осуществляющий связь аббатства с внешним миром.

Места в караулке было немного: два топчана, небольшая печка. На одном топчане сидела немолодая женщина, но если приглядеться — и не старая, порядка сорока лет. Но страх и лишения оставили печать на ее лице. Худая девочка сидела на корточках возле печки, раздувая огонь и подкидывая полешки. Скрипнула тяжелая, обитая металлическими полосами дверь. Обе оглянулись на входящих, и я рассмотрел девочку. Лет тринадцати, светлые волосы, чумазое личико, одинаковое с мамой тревожное выражение лица.

— Знакомьтесь, мастер эл Наваль. А это вот Финеа эль Филис и ее дочка Авита.

— Рад знакомству. Не возражаете, если я вас рассмотрю через амулет, — я постарался сделать как можно более добродушное лицо.

— Даже если бы мы возражали, вас ведь это не остановит? — с унылой усмешкой сказал госпожа эль Филис, — впрочем, я все понимаю, смотрите. Но аббат Фиситор нас уже проверял.

— Ничего, ничего. Я, конечно, верю в святую силу аббата, но мне придется провести ночь с вами под одной крышей, — в наше время лучше лишний раз перепроверить все.

Достав из кармана перстень, я одел его камнем внутрь и принялся рассматривать сквозь растопыренные пальцы сначала госпожу Финеа. Чиста, никаких зерен Тьмы, а вот юная Авита удивила. Нет, Тьмы в ней не было, но то, что я увидел в других частях ореола, создаваемого перстнем, поражало. Дар «чистого взора», слабый, но уже явно себя проявивший. Как аббат просмотрел такое. Хотя да, его интересовало совсем другое.

— Ну что ж, они безопасны, я пробуду здесь две ночи, — скинув рюкзак, принялся располагаться.

— А сами вы не опасны для нас? — задала вопрос с тревогой в голосе эль Филис.

— Да ну что вы, в самом деле, мастер Наваль порядочнейший человек, а уж с Тьмой он точно не дружит. Его амулеты отпугивают нечисть, именно благодаря ему, у нас жизнь наладилась немного, — брат Мариц искренне возмутился.

— Амулеты против Тьмы. Откуда вы их берете? — робко спросила девочка.

— Делаю, маленькая. Вот этими руками, — с улыбкой показал я свои руки.

— И они помогают? — с удивлением спросила Авита.

— Конечно, иначе на них не был бы такой спрос.

— Мама, а почему у баронессы нет таких амулетов?

Госпожа Филис сидела, погрузившись в свои мысли.

— Наверно, потому, что их никогда не делали в больших количествах. Я их и не умел делать до Тьмы. Пришлось научиться, — принялся я объяснять девочке.

— И на что способны ваши амулеты? — цепко спросила госпожа Филис.

— На многое. Но сразу скажу, чтобы вы не обнадеживались, вам их не получить. Они стоят очень много, дороже денег. А судя по месту вашего обитания, вы далеко не богаты.

— Да, это так, — потухшим голосом сказала она и отвернулась.

— Так и что они могут? — маленькая девочка хотела чуда.

Я поставил свой рюкзак на свободный топчан.

— Вот этот знак-амулет — «навх», — я показал небольшой амулет, выполненный как причудливое переплетение тонких металлических прутиков, — защищает от влияния на разум большинства известных темных тварей. Самый востребованный среди местных обывателей, не высовывающих нос за охраняемые стены. Большая часть смертей — это случаи, когда твари уводят людей в темные логова.

— Господин эл Тарпа ушел от нас, и мы никогда его не видели. И Рисп и Гаро. — прошептала девочка.

Немало подобных историй можно услышать в последнее время.

— Вот этот уже для рисковых людей, «аламат». А это беловатое мутное стекло помогает обнаружить тварь: если посмотреть через него в сторону твари, можно увидеть ее контуры. Рамка из блестящего металла просто дает знак, если тварь где-то рядом. Остальное штучный товар или под заказ. Я могу улучшать оружие, превращая его в смертельно опасное для тварей Тьмы, если, конечно, здесь уместно это слово для неживых существ.

— Почему, почему у нас их не было?

Повисла тишина, ну да сейчас горем никого не удивишь.

— Ладно, брат Мариц, ступай. Тебе уже пора за ворота, мы здесь разберемся, — я принялся выпроваживать монаха.

— Если что не так будет, кричите. Я скажу страже, пусть поставят на эту сторону стрелков получше, прикроют в случае чего.

— Ну да, смотри только, чтобы они в этой темноте меня самого болтами не утыкали.

— Не выходите ни в коем случае из караулки, дверь здесь крепкая. А если кто захочет составить вам компанию, мои ребята будут стрелять на всякое шевеление, да и на звук бить у нас есть умельцы.

— Ну хорошо.

Закрыв дверь и вложив в грубые пазы толстый засов, я установил две свои разработки. Одна — это обычная сторожилка на шум и движение, моя доработка заключалась в тщательной подборке чувствительности амулета. Вторая — противотаран, небольшая медная пластина способна на краткий миг усилить дверь до прочности каменной стены, потом в нем не остается ни капли силы, но выиграть время он позволит. Эта связка давала хорошую гарантию, что нас не захватят врасплох.

— Ну, рассказывайте, как вы выжили. Как смогли добраться досюда. Да и вот, угощайтесь, — я вытащил из рюкзака небольшой сверток.

Обе даже не двинулись. Погруженная в свои мысли Филис и ее пугливая дочь.

— Это вяленое мясо горных баранов, я охочусь на них. Ешьте, я же вижу, вы голодаете.

Госпожа Филис раньше явно была хоть и не толстой, но точно «полнушкой», и складки кожи на ее лице говорили о многом, девочка наверняка была худой, сейчас же была похожа на тощее пугало.

Девочка, робко оглянувшись на маму, потянулась ко мне. Развернув сверток и достав короткий нож из бокового клапана рюкзака, я начал нарезать тонкие ломти на узкие полоски.

— Берите, жевать их не так легко, но зато оно очень питательное. Рассказывайте, я пока поставлю «свар», в горах можно собрать хороший травяной сбор.

Медленно жуя мясо, девочка начала рассказывать, мать девочки молча жевала, уставившись в огонь печки.

— Мы с мамой жили в поместье баронессы. Я родилась там. Жили тихо. К нам редко приезжали гости. Слуги и охрана баронессы — вот и все, кто там жил.

— И много вас было? — отхватив кусок, я тоже принялся за мясо.

— Восемь слуг и двадцать шесть охранников из гильдии наемников.

— Хм, столько охраны? У вас там что, такие опасные места? Что-то не припоминаю никаких рассказов подобного рода о тех болотах.

— Нет, у нас очень тихо, и никогда ни один разбойник не нападал на нас. Баронесса очень высокого рода, ей положена такая охрана, — Авита сказал это довольно наивно.

— Даже так. А сколько времени там жила баронесса? — я кинул быстрый взгляд на госпожу Филис.

— Она переехала туда с мамой незадолго до моего рождения. Мне уже тринадцать лет. А почему переехали и откуда, я не знаю.

Так, ну что ж, понятно теперь, кто кого и от чего охранял. Да и быстрый взгляд госпожи Филис убедил меня. Ссылка. Потомки древнего рода. Надо обязательно глянуть, в оперативных архивах должно быть что-то, хотя скорее всего все материалы засекречены, но может по грифу смогу понять, к какой канцелярии относилось дело, а это уже что-то.

— Мы не сразу поняли, что что-то происходит, — госпожа Филис все-таки соизволила принять участие в беседе. Видать боится, что девочка сболтнет лишнего. — У нас редко появлялись новые люди, из Бошна раз в большую луну приезжал торговец со свежими припасами. Местные промысловики приходили иногда с добычей, дичь разнообразила стол. Когда не приехал торговец, никто особо не беспокоился, припасами поместье было снабжено с большим запасом, но отсутствие разносолов баронесса заметила и отправила одного из слуг в город. Он не вернулся. Это было уже серьезно. Собрали отряд. Четыре наемника и двое слуг. Они вернулись скоро, опытные воины поняли, что в город соваться нельзя. Пожары и разрушенные строения магической гильдии и казарм легиона, видимые издалека, испугали наших бесстрашных наемников. Встреченные горожане были напуганы и несли бред, но одно слово звучало у всех одинаково — «ДЕМОНЫ». Решили отсидеться в поместье, а потом пришла болезнь. В живых осталось девять слуг и двадцать наемников. Потом появились твари, и мы не высовывали нос из-за стен поместья, благо они крепкие и даже заговоренные, но двое ушли в болота сами и не вернулись. Зиму мы пересидели, подъедая припасы, один из слуг сошел с ума, двое наемников получили серьезные незаживающие раны. Когда потеплело, решили идти к людям. Вышли к трем дорогам, там встретили странников, полубезумных оборванцев, с их слов поняли, что на юге безопасней. Свернули к аббатству Мизорно, но оно оказалось мертво, и тогда мы пошли сюда.

— Что с аббатством? Темное логово? Разрушено демонами? — вцепился я в рассказчицу.

— Не знаю, но тварей мы не видали, а пожар был там совсем недавно. А ведь демонов давно уже никто не видел?

— Вы рассказали об этом местным?

— Думаю, баронесса расскажет. Ей теперь можно расслабиться внутри безопасных стен, — горько усмехнулась эль Филис.

— Что собираетесь делать? Не думаю, что добрейший брат Мариц будет долго терпеть ваше присутствие здесь, — у меня начала вырисовываться одна идея.

— Не знаю, наверно пойдем в нижний город, — немного неуверенно ответила эль Филис.

— Знаете, что там происходит? — вкрадчиво спросил я.

— Да уж могу догадываться.

— Так вот там еще хуже, скорее попадете в рабство за краюху хлеба, ну а уж судьба вашей дочери совсем будет не завидна.

— А что нам остается делать… — устало пробормотала служанка.

— А вашем поселке нет места? — девочка сообразила спросить первой.

— Я живу один, у меня скрытая пещера в горах. Мне там нахлебники не нужны, — резко ответил я.

— Один? А как вы управляетесь по хозяйству? — Авита продолжала выводить разговор.

Интересно, это просто интуиция или то, что я думаю?

— Извините, но вы, госпожа Филис, не так молоды для прислуги, ваша же дочь слишком молода для этого.

— Ну вот вдвоем как раз и справимся, — криво улыбнулась она.

— Ладно, пейте пока горячее, завтра будем говорить, мне надо подумать, — и хотя я уже все решил, но детали действительно надо обдумать. Как бы не наскочить на неожиданные подводные камни.

Глава 2

Следующий день. Там же.

— Значит так, восемь «навхов» и два «аламата» для аббатства, шесть и один для замка. С военными я сам сочтусь. Припасы будут готовы сегодня? — не думаю, что брат Мариц меня собирается обманывать, но с ним надо держать ухо востро, да и роль играть до конца.

— Да конечно, все в полном порядке, я сам проследил. Свежий сыр, братья в последнее время научились делать его еще лучше, вино и пиво. Вино из старых запасов, пиво свежее этой луны. Хлеб принесут самый свежий, вечерней выпечки. Сушеные фрукты с Южных островов, немного, но все же. Яйца и молоко. Остальное золотом. Все сосчитано, — в этот момент монах был похож на крестьянина, отчитывающегося перед хозяином, не я один ношу здесь маску.

— Хорошо. И вот еще. Что с разрушенным аббатством? Какие-нибудь подробности, — а что, нормальное любопытство, ничего особенного.

— А вы лучше сат Кросса спросите. Они осмелели и даже сделали вылазку. Если коротко — мародеры.

— Мародеры? Я был там раньше, нужен большой армейский отряд, чтобы взять эти стены.

— Вот и можно представить, какие это мародеры. Но есть еще один способ.

— Удар изнутри? Все равно, даже если открыть ворота, скажем, вашего аббатства изнутри, нужно не меньше трех сотен отчаянных рубак, чтобы перебить все население и разграбить запасы, — не то чтобы я собирался это проделать, но кое-какие прикидки уже делал, просто чтобы знать, на что можно рассчитывать.

— Двести человек или около того. Ходят слухи, что местные лихие людишки сбились в большую банду. Патрули пограничников схватили две небольшие группы разведчиков, вынюхивали наши слабые места. С тех пор на северных рубежах присматривают еще внимательнее, но пока все тихо. Все-таки против серьезных воинов у них кишка тонка.

— Ну-ну. Господин ат Матин, рад вас видеть, — я повернулся к подошедшему благородному господину.

— Мастер Наваль, мне сказали, вы принесли мой заказ, — пробасил он.

— Да, конечно, смотрите. Вот ваш клинок, все как обещал, два дальних «аламата» на гарде, на лезвии четыре полосы магически заряженного серебра, — достав свою работу, я закрутил его на руке, перекинул из в одной в другую и протянул хозяину.

— Четыре? Зачем четыре? — держа в обеих руках, ат Матин разглядывал короткий меч.

— У вас клинок обоюдоострый, получается по полосе на каждую сторону режущей кромки, поверьте, так надо. Вообще-то это для долгого использования, серебро — металл мягкий, остерегайтесь рубить этим клинком доспехи. Слетит серебро, сами обратно не приделаете, лучше пользуйтесь двумя клинками, один для доспешных, другой — для нежити.

— Как бы в горячке боя не перепутать, — перехватив обратным хватом, воин сделал пару взмахов. Опробовав режущие удары, он сделал несколько колющих выпадов.

— Ну, решайте сами, и обратите внимание, я вставил под навершие обнаружителя демонов, — вот тут мне хотелось похвастаться.

— Как он действует? — воин внимательно смотрел на меня.

— Если навершие начнет светиться слабым светом, значит демон рядом.

— Насколько рядом?

— Зависит от силы демона. В любом случае, если заметили свечение, обведите клинком вокруг себя, заметьте, в какой стороне свечение больше всего, поворачивайте в противоположную сторону и скачите, бегите, плывите, что есть сил.

— А если будет светиться сильно? — воин заинтересованно смотрел на меня.

— Можете начать молиться, спешить уже будет некуда, — как можно небрежно ответил я.

— Не очень весело. А что, оружие против демонов не собираетесь делать?

— Демоны — магические существа извне нашего мира, гарантированно их уничтожать могут только великие маги или оружие, изготовленное великими магами. Вы принесли оплату?

— Да, вот эти два кинжала и топор. Что вы в них нашли? Это конечно древнее оружие, но не более того. Или вы знаете что-то, чего не знаю я? — с подозрением смотрел на меня ат.

— Не бойтесь, вы не продешевили. Я честно вам говорю, это оружие — хорошая заготовка, я могу сделать из него надежное оружие против нежити, но у вас оно просто оружие, какого полно.

— Я вам верю, ваша репутация делает вам честь, — за этими словами последовал не глубокий, но почтительный поклон.

Ат Матин удалился, размахивая приобретением.

— А чего это благородный рыцарь не с отрядом Кросса? Он ведь смелый воин и не боится мечом разогнать Тьму.

— Черная лихорадка, этой зимой у некоторых случился приступ. Хорошо, никто не умер. Но ат Матин недавно встал на ноги.

— Повторный приступ? Да неужели это никогда не кончится? Слушай, Мариц, если я заберу соседей с собой, никто возражать не будет? — торопливо сменил я тему.

— Ого, что это вы решили проявить милосердие, не замечалось за вами ранее. Не то чтобы я вас осуждаю, упаси святой Атан, я все понимаю — в наше время выжить самому уже большой подвиг, и заботиться о других — это… Это необычно. Если конечно нет никакого другого интереса, — монах смотрел в сторону, но он явно сделал стойку.

— Ну что ж, не буду тебя разочаровывать. Да, госпожа служанка будет служанкой и у меня, ну а дочку. А дочку возьму в жены, что ли.

— Хм, я все понимаю, но она ведь еще маленькая? — Мариц кинул на меня быстрый взгляд.

— Этим летом ей будет четырнадцать, так что имперских законов я не нарушу. Да и не собираюсь я ее тащить прямо сразу под венец. Поживет, откормится, а там видно будет.

— И все равно не понимаю. Все-таки скрытный вы человек, мастер. Появились неизвестно откуда, амулеты ваши конечно полезные, но почему нашим умельцам секреты не раскрываете? Аббат давно на вас зуб имеет. Теперь это… Что вам мешало взять любую из нижнего города? Только свистнуть — в очередь от берега до скал встанут. Что-то нечисто, аббат может и не разрешить.

— Ну а как он это узнает? Кто ему расскажет? — тут уже я уперся взглядом в толстяка.

— Аббат у нас очень прозорлив, у него длинные руки, — Мариц сложил свои пухлые руки на животе и склонил голову набок.

— Ну что ж, брат Мариц, я вижу, куда вы клоните. Наверно настало время прояснить некоторые моменты. Значит так, с этого момента ты захлопнешь пасть и будешь делать то, что я говорю. Понятно, Стручок? — с ударением на последний слог сказал я ему.

Начинавшие было злобно стекленеть, глаза монаха мигнули и закрылись. Открыв глаза, он смотрел на меня дружелюбно и даже весело, но я почувствовал, как он напрягся.

— Что-то вы мастер больно фамильярны со мной, мы конечно друзья и всякое разное, но какой я вам стручок?

— Черная книга в кожаном переплете, бронзовые уголки, страница в алой рамке. Третья строка, код три, — четко и медленно проговорил я.

— У-у-фх, — выдохнув, сглотнул побледневший Мариц. — Не ожидал, но как же так? Столько времени и вы ни разу, ни полслова.

— Так надо было, — жестко ответил я. — Продолжим. Про свои вопросы забудь, аббат ничего не должен узнать. Надеюсь, никаких сомнений по главенству подчинения не возникнет.

— Сейчас конечно другие времена, но я все понимаю, ваше главенство неоспоримо, и все же я в недоумении. Как? — монах начал приходить в себя.

— Всему свое время. Дальше. Агентура действует? — деловым тоном осведомился я.

— Точно так, перемены подкосили, но готовы выполнять задачи, — четко отрапортовал брат Мариц.

— Спокойно, мы не в армии, — жестом я попытался его придержать.

— Да, да, но все же приказов не поступало уже давно. Что происходит?

Впервые за все время я увидел на его лице немаскируемое возбуждение. Его можно понять, убежденный служака, командующих директив нет. Начальство молчит. И тут управляющий команд-код высокого ранга. Все же в канцелярии всегда работали настоящие профессионалы. Стратегия глубоко внедренных спящих агентов меня всегда удивляла своей продуманностью. И хотя зачастую я не понимал, зачем это надо в нашей мирной империи, то теперь оценил эти усилия. Хорошо, что судьба дала мне в руки эти ключи. Конечно в прошлое время мне пришлось бы много отчитываться. Оправдываться, зачем же я воспользовался этими козырями. Но сейчас.

— Повторюсь, всему свое время, оперативную сводку я вам подготовлю. В следующий приход. Сейчас действуйте по императиву «Черный шесть». Готовьтесь действовать по второму боевому режиму в ближайшие пять лун. Подготовить сводку по балансу активных сил. Разработать систему противодействия разведке противника, действующего тактикой малого внедрения.

— Кто? Сандийцы? — брат Мариц был собран и решителен.

— Нет, до сандийцев далеко. Та самая банда мародеров, по сложившейся обстановке считаю ожидаемыми действия по внедрению в наши дальние структуры. Эти мародеры действуют слишком организованно, имеет смысл предполагать активное ведение разведки, боевые отряды разведчиков уничтожены, но я бы на их месте начал неспешную инфильтрацию в наши порядки.

— Я что-то должен знать? Какая-то информация о них?

— Нет ничего такого. Просто мое видение ситуации.

— Дальнейшая задача?

Я ясно видел, как в его голове завертелись шестеренки, забренчали механизмы и кровь начала быстрее течь по жилам.

— Не надо спешить. Поверьте, мой друг, я не собираюсь от вас скрывать стратегические замыслы, но сейчас действительно не время.

— Контора чего-то ждет?

— Контора? Забудьте. Жду я. Хотя выходит, что здесь и сейчас я и есть контора. По крайней мере, никого старше меня или даже близко к моему званию здесь нет. Есть ограничения определенного рода, не позволяющие действовать мне открыто. Вы в курсе нормативов по планам «шесть»?

— В общих чертах, все-таки я обычный оперативник.

— Не скромничайте, вы далеко не обычный оперативник. Тем не менее есть определенные сроки, которые необходимо выдержать по правилам.

— По правилам? Да какие сейчас правила? Прежний порядок разрушен и, как мне кажется, окончательно, — в его голосе прозвучали истеричные нотки, общее возбуждение перелилось в неверное русло.

— А вот это отставить! Либо мы действуем по правилам, придерживаясь прошлого порядка, либо мы сброд, достойный лишь влачить жалкое существование. Выполняйте приказы. Проверить всех по схеме «Дальний гость».

— Понял, какие-нибудь указания по плану мероприятий?

— Думаю, что вы сами справитесь. Я высокого о вас мнения. Но мои рекомендации: сначала «Ищем своих», затем «Объявить вора». Если не поможет — бейте «двойной круг». Справитесь?

— Будет сделано. Считаю необходимым сообщить, аббат очень недоволен вашей деятельностью по снабжению военных и истребительных отрядов знати магически активным оружием. До вашего появления он был самой влиятельной фигурой, только дружина братьев-монахов могла вести активные боевые действия против нежити. Военные сидели в основном у себя в крепости, они совершенно не были приспособлены к действиям против темных магических тварей. Их два мага далеко не слабаки, но один лекарь, второй «зоркий». Когда они получили от вас сначала амулеты, а потом и оружие, то крепко взялись за наведение порядка вокруг своей заставы. Знать сидела тоже тише воды, в основном старались держаться возле самых сильных магов, способных уничтожать тварей. По-настоящему сильных трое — ат Мтогар, сат Кет и сат Генш. Сейчас они образовали три отряда и очистили местность до большого поворота, планируют очистить до слияния с Измитой. Мне все не давало покоя, как же вы так быстро нашли общий язык с арсом, теперь кажется понимаю. Он работает на службу или на контору?

— Он не штатный сотрудник. Но часто работал с нами во взаимодействии. В этих горах пряталось немало личностей, в которых мы были заинтересованы. Так что аббат, насколько его нужно опасаться? — брат Мариц лишь подтвердил мои догадки.

— Открыто он действовать не будет, пытается выставить себя как единственный оплот порядка, но стоит вам совершить какую-нибудь ошибку, он постарается обвинить вас и засадить под решетку в аббатство. Он будет не против наладить производство амулетов и оружия под своим контролем. Будьте осторожны, я буду отслеживать его движения в этом направлении, и если что, мои люди помогут вам, но идти на открытое противостояние сейчас очень рисково. Все и так висит на волоске.

— Хорошо, договорились. Я уйду как обычно, рано утром. Проверьте обувь моих подопечных, помогите по возможности. Я схожу в крепость.

Глава 3

Полгода тому назад. Осень 698 г. Династии Ин.

Аббатство св. Атана.

— Эл Наваль? Эл Наваль! — от группы военных, стоявших с краю площади на дороге, ведущей к крепости, отделился мощный воин и стремительно направился ко мне. Остальные плавно перестроились в его охранение.

— Не надо кричать, уважаемый арс Тамоа, это действительно я. Приятно видеть вас в добром здравии, — и тут я нисколько не кривил душой.

— Вы здесь? Вы здесь давно? Я не видел вас среди обитателей аббатства или среди замковых. Живете в нижнем городе? — сбивчивая речь не характерна для этого опытного воина.

— Нет, я тут неподалеку. В том самом убежище, которое мы с вами отыскали в том году, — как можно тише и отстраненнее ответил я ему.

— Сколько вас? Начало застало там вашу группу?

— Я один, уже один, — горько усмехнулся я. — И нет, мы пришли туда позже. Но об этом потом. Как-нибудь потом. Что в крепости? Как служба?

— Какая к черту служба, сидим за стенами. Ночью ни шагу за ворота. Днем ходим к ближним постам. Никаких приказов от командования не поступает. Может, вы расскажите, что происходит? Такого количества нежити не было никогда, да что я говорю, в этих краях вообще не было ничего подобного. А беженцы с севера говорят о ДЕМОНАХ. Это что, война с сандийцами? Или еще с кем.

— Нет, все это наше внутриимперское дело. Всех подробностей я не знаю, но все это последствия мятежа Марка ат Мара.

— Мятеж? Как один человек мог сделать такое? Он кто, великий маг Тьмы? А демоны? Тоже его рук дело? — быстрой скороговоркой завалил он меня вопросами.

— Тоже, но сейчас это не важно. Нам нужно попытаться навести здесь порядок. И я вам помогу, вот держите, я сделал эти амулеты по чертежам. Научитесь с ними работать. Сможете, будете не так беспомощны в бою с тварями. И оружие. Я возьму пару ваших мечей, с пяток кинжалов, десять наконечников от копий и пятьдесят ваших болтов. Магически их напитаю и встрою контуры для уничтожения Тьмы.

— Насколько они будут эффективны? — арс рассматривал мою работу.

— Полное развоплощение тварей, обладающих плотью, при нанесении любой раны. Калечащие раны для бесплотных. Ну и незатягивающиеся раны для высшей нежити.

— Да это просто чудо! Сейчас нам приходится долго рубить тварь, а потом жечь. И солдаты, как правило, получают серьезные ранения при этом. Хорошо хоть наш лекарь, сильный и опытный, быстро нашел способы лечения. Благодаря ему мы не имеем потерь. После лихорадки, когда все слегли от недуга, он выходил почти всех.

— Да уж, повезло, я своих почти всех потерял от нее, да и сам провалялся две малых луны.

— Понятно, а против демонов это оружие поможет?

— Нет, уважаемый арс. Против демонов я бессилен. Но можете их не опасаться. Я точно знаю, что врата закрыты. И здесь остались только те, кто успел закрепиться в капищах, но в ближайшей местности их нет точно, а далеко от своего логова они не уходят.

— Еще и капища. Сколько всего. А что с армией? Где легионы? Что с императором в конце концов? — сколько вопросов, где бы найти столько ответов.

— Армия уничтожена. Легионы пали первыми, демоны били по ним. Император, скорее всего, мертв. В стране хаос. Больше всего пострадали центральные области, с севером ничего не ясно. Но думаю, что еще не все потеряно, давайте сделаем первый шаг. Я хочу сходить с вашими отрядами, мне нужно проверить эффективность действия своих амулетов.

— Это делает вам честь. И еще. Среди замковых есть стоящие люди. Если их снабдить оружием, о котором вы говорите, они смогут оказать большую помощь.

— Хорошо, это идея. Только осторожно, выберите кого попроще. Я уже вижу, как напыщенные высокородные будут требовать защитить их, загребут под себя все амулеты и между тем запрутся еще крепче в своих стенах. Лучше кого-нибудь из военных. Я думаю, смогу с ними договориться. Тем более что им я не собираюсь отдавать что-либо бесплатно.

— Требовать от вас? Пошлете их подальше, и ничего они не смогут сделать, — арс сделал небрежную отмашку рукой.

— Хм. Забыл сказать, давайте пока поработаем втемную. Никто не должен знать, откуда я. Это важно, — при этих словах я многозначительно посмотрел ему в глаза.

— Как скажете, но я не понимаю, — протянул арс.

— Ну ладно, арс, — я улыбнулся и хлопнул его по плечу. — Все-таки вы военный, зачем вам понимать? Выполняйте приказы, и все будет хорошо.

— Да уж, все как в старые времена. Канцел….

— Тихо! Я же ясно вам сказал.

— Понял. И все же я рад, хоть какая-то определенность появилась.

— Вот и хорошо. В крепость к вам я не пойду, не хочется привлекать лишнее внимание. Идите вперед, соберите оружие, я буду ждать посыльного на вашей стороне моста.

Две луны спустя.

Овраг неподалеку от крепости пограничной стражи. Утренний туман скользил по низу. Восходящее солнце пока еще слабыми лучами пробивало редкие легкие тучи.

— Все собрались? — я медленно оглядел собравшихся. Арс и его девять бойцов одеты в легкие походно-полевые доспехи, вооружены и решительны. Рослый мужчина благородного облика, облаченный в дорогой, но практичный охотничий костюм. Я оделся как обычно, только добавил к своей амуниции дополнительно легкий кожаный шлем, обшитый магически усиленными пластинами, по крепости такой шлем не уступает стальному.

— Болты снарядили? К оружию привыкли? — строго спросил я.

— Все сделано согласно распоряжениям, — за арса ответил мощный подвижный мужчина среднего роста с седыми кончиками волос. — Извините за вопрос, но насколько поражающая сила соответствует заявленной? Я рит Асот, оружейник пограничной стражи.

— Полностью соответствуют, — уверенно ответив, я продолжил рассматривать отряд.

— Мастер эл Наваль в нашем отряде на положении армейского эксперта по вооружению, но в случае моего выхода из строя командование переходит к нему. Это всем понятно? — громко сказал арс.

— Простите арс, я понимаю, вы уверены в мастере, но сможет ли он управлять отрядом, все-таки он эксперт а не командир? Нет, я конечно не сомневаюсь в высоком уровне подготовки этого господина, но в бою нужны не знания, а навыки и опыт. Возможно, я справлюсь лучше, я командовал труной, — благородный господин решил не оставаться в стороне.

— Это, я так понимаю, тот самый господин из замковых? — как можно более нейтрально спросил я у арса.

— Сат Кросс, под общей тенью, — учтиво представился дворянин.

— Господин Кросс, поверьте, мастер справится не хуже меня, — арс посчитал нужным вступиться за меня.

— А давайте отойдем, пошепчемся, мой благородный друг, — я повернулся и пошел прочь от отряда.

Сат Кросс немного покривился, но отошел с готовностью.

— Давайте сразу разберемся, пока мы никуда не отошли. Мне бы не хотелось, чтобы в боевой обстановке возникло недопонимание, особенно в вопросе, кто кем командует. Или, может, вам не нравится что-то лично во мне? — я старался говорить тихо и спокойно.

— Я не против, чтобы командовал более компетентный командир, мне наплевать на славу. Но происходящее слишком странно. Появляетесь вы, непонятно откуда. В городе вы не живете. Вы хорошо знаете арса, и он вам тоже доверяет. И наконец, ваши амулеты и оружие. Как так получается? Никто даже не знает, как их делать, а вы производите разнообразные и в приличном количестве. И тут я узнаю, что по сути арс признает вас как минимум равным себе. Это наводит на определенные мысли.

— Что вам арс сказал обо мне? — сухо перебил я его.

— Что вам можно доверять без оглядки.

— Что вы решили?

После небольшой паузы благородный господин продолжил.

— Буду доверять вам, но с оглядкой.

— И это уже хорошо. К чему эта болтовня? Давайте сходим в этот поход, после чего поговорим в более спокойной обстановке. Поверьте, время для откровенных разговоров еще не настало.

Вернувшись к отряду, я попросил арса представить мне его бойцов.

— Рит Осот наш оружейник, по боевому порядку он щитоносец первой линии. Олис наш следопыт, пойдет вторым со щитом. На флангах пойдут мои самые опытные воины Тирс, Кавен, Лотр и Кавиш, отлично владеют ближним боем и превосходно стреляют из арбалетов. Наши маги Ламос лекарь и Оренг зоркий не первый раз в боевых вылазках. Замыкающим пойдет лучник Клавис. Маги и господин Кросс пойдут в середине отряда. Мы с вами замыкаем, я ищу тварей позади, вы спереди. Знаю, ваш амулет более сильный, чем мой.

— По порядку строя у меня вопросов нет. Куда пойдем, путь определили? — мне не хотелось уходить далеко.

— Можем обсудить, какие вообще перед нами стоят цели. — арс достал пачку карт.

— Цель одна, понять, на что мы способны. Выдвигаемся по плану, если замечаем тварей, бьем их. Ночуем где-нибудь в поле, на следующий день обратно, — бодро ответил я.

— Предлагаю сходить к входу в Тонкое ущелье, все-таки мы обязаны патрулировать южное побережье. Я не рассчитываю, что мы сможем в этот раз дойти до самого побережья, но пути прохода хотелось бы осмотреть. Вот смотрите, — арс развернул небольшую карту, — здесь находится северный пост ущелья, было бы хорошо, если бы Оренг поднялся наверх.

— Отлично, значит доходим до поста. Там ночуем и обратно. Идем вдоль местной дороги. Как распределили оружие?

— Я себе взял меч, второй господину Кроссу. Наши маги пойдут с кинжалами. Остальные воины вооружены копьями и арбалетами с заряженными болтами. Кстати, после поражения твари болт еще сохраняет свои силы?

— Интересный вопрос, по задумке сохраняет. Его силы зависят не от количества применения, а лишь от силы магической энергии, находящейся в нем. Она расходуется постепенно, и время от времени их нужно заряжать. Но! Неизвестно, как твари влияют на магическую энергию. Полагаю, что нечисть и мелкую нежить можно будет валить многократно, но вот воздействие сильных тварей непредсказуемо. Впрочем, надеюсь, что в этом походе мы с такими не встретимся.

— Не очень радует, но по сравнению с тем, что мы имеем, сейчас просто прекрасно, — чувствовалось, что оружейник воодушевлен предстоящей схваткой. Как и всем мужчинам, увлеченным своим делом, ему не терпелось опробовать новые игрушки.

— Еще есть вопросы? — все молчали, и я посмотрел на арса.

— Выступаем.

Первую опасность заметили, отойдя далеко от города. Хотя мы и прошли немало, наша группа не потеряла собранности. В большом овраге слева от дороги я заметил движение.

— Внимание, три сотни шагов слева. Похоже, это овраг 3-34-15.

Отряд, следовавший до этого вытянутым овалом, перестроился в широкий клин, острием направленный на цель.

— Проверьте свои амулеты, кто-нибудь замечает их? — обратился я к группе.

— Ничего.

— Пусто.

— Вижу слабые всплески по краям.

— Я понял, как смотреть, — наш зоркий разобрался довольно быстро и, по-видимому, усилил действие амулета, — группа мелких тварей, сколько точно, понять не могу, может до десяти.

— Судя по карте, овраг немаленький, но все же предлагаю разделиться на две группы. Меньшая останется у этого входа и будет ждать. Большая пойдет к противоположной стороне и загонит их сюда. Но сначала подойдем еще на сотню шагов, нужно, чтобы их увидели все, — воины внимательно слушали.

— Медленно и смотрим по сторонам, — арс оголил меч.

Подойдя поближе, остановились, щитоносцы присели на колено.

— Доложить, кто что видит.

Все бойцы отряда отчетливо фиксировали цели.

— Щиты и лучник, занять оборону на холме слева от входа в овраг. С вами останется зоркий. Остальные за мной, — что-что, а командовать арс умеет.

Быстрым маршем мы вышли к противоположному спуску. Тут уже я решил дать рекомендации.

— Идем медленно. Не забывайте, что вы их видите, и неожиданного удара ждать не стоит. Самое главное, будьте к нему готовы. Скорость их движения зачастую больше, чем у обычных зверей. Овраг зарос мелким подлеском, и передвигаться сомкнутым строем не получится, но старайтесь держаться ближе друг к другу. Думаю, что твари навалятся скопом. И вот еще что, полагаю, у всех есть «быстрилки», давайте в этом бою попробуем без них, напомню, мы хотим оценить свои силы. Я же считаю, что перевес явно на нашей стороне.

— Вперед, — скомандовал наш командир, указав направление мечом.

Неспешно и осторожно наш отряд двинулся навстречу бою. Твари, очевидно, нас заметили, но с места не двигались. Не доходя шагов пятьдесят, мы остановились.

— Что дальше? Почему они не нападают? — арс был озадачен.

— Возможно потому, что нас слишком много. Все-таки у них звериные повадки, и они предпочитают атаковать ничего не ожидающего противника, — по крайней мере, так действовали те твари, за которыми я наблюдал.

— Я могу их сжечь прямо отсюда, — сат Кросс заявил это уверенно и даже немного надменно.

— Не уверен, что вы сможете убить хотя бы одну. Но это хорошая идея, я думаю, магическая атака явно заставит их действовать. Бейте, — выпалил я и приготовился стрелять.

Заняв свою позицию за щитами с арбалетом наготове, я принялся наблюдать за Кроссом. Уверенно выстроив плетение и быстро напитав его, он резко взмахнул рукой. Почуяв магию, твари кинулись врассыпную от фокуса атаки, и взрыв, разметав пару деревьев, их не зацепил. И сразу же, перепрыгивая тлеющие деревяшки, к нам метнулось с десяток быстрых фигур.

Я выстрелил, зафиксировав попадание, сразу же принялся перезаряжать свой арбалет. Щелкнуло по бокам, хлопнула тетива справа. Подняв арбалет, начал выцеливать тварей, первые из них уже подбегали к нам, и я выстрелил по задним, опять в кого-то попал. Отбросив арбалет, достал два кинжала. Бой уже был закончен. Все пораженные твари не шевелились.

— А очень даже неплохо, один удар — и гадость падает. Я и испугаться-то не успел, — оружейник был возбужден и весел.

— Одна удирает. Вверх по склону, — я отчетливо видел ее контур.

— Вижу, достану, — лучник был собран и решителен, зажав амулет в левой руке, держащей лук, правой натянул в полнатяга стрелу, щелкнула тетива — готово.

— Выходим к нашей группе, идем по оврагу, может, найдем еще что-то.

Поднявшись наверх, успокоили наших товарищей, но думаю, что зоркий и так им пересказал всю картину боя.

— Выдвигаемся дальше, итоги будем подводить на привале.

На протяжении дальнейшего перехода чувствовалось возбуждение участников отряда. Боевой дух воинов явно поднялся. Подойдя ближе к входу в ущелье, мы почти одновременно с магом увидели тварь.

— Справа, — коротко бросил он.

— Что-то посерьезнее. Возможно, нежить. Проверить защитные амулеты, — скомандовал я отряду.

— Какая тактика для этого боя? — арс обратился ко мне.

— Нежить должна быть явно поумнее. Подходим как можно ближе, не выдавая своего знания о ней, переходим на правую сторону обочины, выманиваем поближе, затем залп. Будьте очень осторожны.

Продолжив медленное продвижение вперед, отряд перешел поближе к твари, явно провоцируя ее на нападение. Какое-то время она двигалась параллельно к нам, затем приблизилась, я почувствовал, как волны ее магии обходили наш отряд.

— Думаю, дальше ждать нет смысла, она может что-то почувствовать. Зов ее магии нас не берет. Возле той ложбины всем быть готовым.

Дойдя до участка дороги, где враг должен был выйти на открытое место, я знаком остановил отряд. Увидев, как темно-серое полотнище вытягивается из кустов, скомандовал:

— Бой.

Отряд дружно дал залп, но только мой болт и стрела лучника точно поразили цель. В центре темноты появилось две дыры, как будто в плотной портьере, заслоняющей светлый день, пробили две прорехи. Тотчас раздался тихий визг, похожий на скрежет, и глаза на мгновение заволокло серым, как будто запорошило песком. Проморгавшись, я увидел, что кусок Тьмы метнулся прочь от дороги.

— Преследовать, — сквозь сжатые зубы скомандовал арс.

Отряд, немного неловко перестроившись, кинулся в погоню. Слегка сломавшийся строй окончательно разлетелся на пересеченной местности. Пробежав шагов двести и почувствовав неладное, я активировал амулет и закричал:

— Стой! К бою!

Отряд послушно, на одних рефлексах выполнил приказ, бежавшие впереди щитоносцы сели на левое колено, загородились щитами и шарили перед собой копьями. Остальные воины арса и сам арс с магами тоже послушно остановились, выставив перед собой оружие. Один лишь сат Кросс бежал какое-то время вперед один, но, к счастью, почувствовал что-то и тоже остановился. И тут же на нас кинулось маленькое темное войско, двадцать-тридцать тварей метнулись к нам из окружающих зарослей. Вновь заработали арбалеты, и лук посылал стрелы одну за другой. Выстрелив один раз, я успел заметить, как на Кросса прыгнуло сразу три твари, одну он, встретив мечом, сразу разрубил, две другие вцепились ему в ногу и в правую руку, держащую меч, еще одну, появившуюся словно ниоткуда тварь в прыжке сняла стрела. Выхватив кинжалы, я метнулся между щитами. Воспользовавшись тем, что воины отвлеклись, укладывая своих противников, одна тварь прыгнула прямо между ними и, разворачиваясь, собиралась ударить им в бок. Перехватив кинжал в правой руке обратным хватом, я всадил его твари в шею и, вытолкнув ее за пределы строя, рубанул кинжалом в левой руке по твари, грызшей древко копья рита. Увидел, как на левом фланге арс, мастерски вращая мечом, нарубил уже небольшую горку мяса. Оценив поле боя, побежал к Кроссу. Он, явно включив «быстрилку», смог перекатиться ближе к нам, попутно сбросив с себя одну из тварей. Подбежав к нему поближе, я мощным ударом пришпилил к земле ту, что вцепилась ему в ногу. Сброшенная метнулась к нам и оказалась насаженной на меч Кросса.

— Лекарь, к сату. Будем преследовать тварь? — Тамоа, еще не оправившись от горячки боя, раздавал приказы.

— Арс, останьтесь с отрядом, зоркий и лучник — за мной. Я вижу, она не ушла далеко, видимо, еще надеется поживиться. Видишь ее, Клавис? — я повернулся к лучнику.

Стрела щелкнула, и донесшийся слабый визг послужил ответом.

— Теперь точно должны догнать. Бегом, — вытащив из тела твари второй кинжал, я увлек воинов за собой. Бежать было тяжело, бурелом и высокий подлесок мешал. Подбежав к подножью большого холма, изрытого пещерами, я остановил отряд.

— Она тут, забилась в какую-то нору, — зоркий следил через «аламат».

— Будем лезть за ней? — спокойно спросил лучник.

— Нет конечно, это очень опасно. Нужно подобраться к ней поближе, — я соображал, что делать в такой ситуации.

— Я думаю, вот там она, — зоркий, не переставая смотреть через амулет, указал рукой на дальний угол небольшой пещеры.

— Клавис, видишь ее, достать можешь? — возможно получится все решить просто.

— Нет, похоже, там поворот, у меня обычные стрелы, с вашими наконечниками.

— Ладно, есть у меня один припас, — жалко, но, видимо, необходимо.

Достав тяжелый металлический шар, я активировал его и бросил вглубь небольшой пещеры. Шар, пролетев шагов пять прямо, к земле стремиться не спешил, зависнул прямо в центре пещеры и взорвался вихрем осколков. Никаких звуковых эффектов больше не последовало. Тварь просто исчезла из нашего мира.

— Все, возвращаемся, — я развернулся и ходко пошел в сторону поля боя.

На месте побоища все было мирно. Кто-то из воинов сидел, очищая оружие, другие стаскивали тварей в ложбинку. Сат Кросс был бледен, но умирать явно не собирался.

— Как он? — подойдя поближе, я склонился к сату.

— Убили тварь? — арса интересовал результат.

— Да, с ней покончено, — зоркий присел чуть далее лучника.

— Яд я обезвредил, повязки наложил. Но рука и нога заживать еще будут долго, серьезно повреждены мышцы, а на руке еще и кости треснули, — лекарь закончил хлопотать у раненого, и собирал свою походную сумку.

— Идти сможет? — неожиданные осложнения нам ни к чему.

— Смотря, что нам надо. Я могу сделать, что он сегодня нормально будет передвигаться, но завтра будем его тащить, или наоборот, если сегодня обездвижить и не беспокоить, завтра сможет ковылять с нами, — лекарь был хладнокровен, впрочем, как и все представители его профессии.

— Думаю второе, отойдем немного и остановимся на ночевку. Арс, командуйте.

— Олис, Кавен, сделайте носилки, понесете вместе с Тирсом и Кавишем. Лагерем встанем у сухого ключа. Быстрее. Мы ослабляем отряд, мастер, это разумно?

— Нормально, твари не селятся рядом. Мы перебили ближайших на пару лиг. Да и поверьте мне, я сам на многое способен, это я про тварей говорю, — немного самоуверенно ответил я.

— Да уж, чем это вы там тварь в пещере приголубили? — на то он и зоркий, чтобы все видеть.

— Это обычная осколочная граната, вот только осколки у нее замагичены определенным образом. При удачном применении один такой боеприпас мог бы уничтожить всех этих тварей, — я кивком указал на окружающие нас трупы.

— Не понимаю, почему вы ее сразу не применили, мне не пришлось бы сейчас тут валяться, — сат Кросс заявил это явно с вызовом, но без особой энергии. Видимо, ранение и лечение неслабо по нему ударили.

— Видите ли, господин Кросс, у меня с порождениями Тьмы проблем нет, я действительно могу их эффективно уничтожать. Я могу, а вот вы, я имею в виду вас лично и окружающих вас воинов, не умеете. И весь смысл нашего похода — научить вас этому. Что толку, если бы я шел впереди вас и их всех уничтожал, а вы бы шли сзади и, глядя удивленными глазами, хлопали мне в ладоши? — тут я немного разошелся, горячка боя передалась и мне.

— Ладно, я понял, — раненый прикрыл глаза.

— Значит, мы можем чувствовать себя в безопасности, вы как всегда на коне, мастер, — арс мне подмигнул, явно намекая на толстые обстоятельства.

— Да, но только держите глаза открытыми, — я немного поморщился, не хотелось мне, чтобы в замок ушла кое-какая информация обо мне. Ну что же, придется попробовать сыграть с ним в открытую, надеюсь, мне не придется уговаривать арса списывать господина Кросса в боевые потери.

Обустроив лагерь на вершине небольшого холма и назначив сторожевые смены, мы расположились у костра. Достав припасы и скинув их в общий котел, принялись восстанавливать силы. Опытные воины удобно расположившись так, чтобы в любой момент быть способным принять бой, отдыхали. Сат Кросс с аппетитом ел, ловко управляясь левой рукой, лекарь сидел рядом с ним, помогая ему перехватывать утварь.

— Думаю, наступило время кое-что рассказать, — я замолчал и посмотрел на окружающих.

Один лишь раненный благородный господин шустро повернулся ко мне и стал смотреть пристально, поблескивая глазами, остальные просто представляли собой неподвижные внимательные фигуры.

— Я мастер-советник Имперской канцелярии надзора, третий стол. С арсом я давно знаком, мы провели немало совместных операций. Поэтому он мне доверяет.

— Третий стол, запрещенные магики и артефакты, незаконное применение и контрабанда… Ну что ж, это хоть что-то объясняет. Кто еще может знать больше о магиках против Тьмы, как не вы, — сат откинулся на постеленный под ним плащ.

— Отчасти это верно. Продолжим. В эти края меня привлекло секретное задание, которое обсуждать с вами я не имею никакого права. И до его окончания я вообще не имею права делать что-либо кроме него. Участвуя в этой операции, изготавливая и снабжая вас магиками, я нарушаю должностные инструкции. Я не пытаюсь заставить вас чувствовать, какое большое одолжение я вам делаю, мне хочется, чтобы вы поняли причины моего поведения. В большей мере это относится к вам, господин Кросс. Надеюсь, вы можете просчитать все последствия моего открытого появления в городе, в замке и аббатстве?

— Да уж, могу представить. Вернее, совершенно не могу, последствия непредсказуемы. Да и вы ведь о своем задании никому рассказать-то не сможете?

— Только ограниченному кругу лиц, и никого из них там точно нет, а возможно, их вообще никого в живых уже нет. Тем не менее у моего задания есть срок, после истечения которого я буду более свободен в своих действиях. Более того, я буду обладать гораздо большими полномочиями, и тогда все будет выглядеть совершенно по-другому. Вы понимаете, о чем я говорю? — мой взор был обращен на Кросса.

— Да, я понимаю вас, мастер, разрешите мне к вам так обращаться? Но вы себя ведете так, как будто ничего серьезного не случилось. Вам не кажется, что вы держитесь за ушедшее время? Что уже ничего не будет как раньше? И стоит ли следовать тем законам и правилам? — сат спрашивал не громко, но увлеченно.

— Я вижу, куда вы клоните, но поверьте мне, империя гораздо крепче, чем вы думаете. И напоследок хочу сказать тем, кто еще не понял. Все мною сказанное сейчас является государственной тайной, разглашение которой приравнивается к государственной измене, — оглядел рядом сидящих, никто, по крайней мере не смеялся. Все-таки местами с военными гораздо проще.

— Я буду молчать, не дурак, я все понял. В любом случае вы сила, и не простая, а организующая, этого сейчас-то и не хватает, — Кросс говорил все тише и тише. Видать, лекарства начали действовать в полную силу. Я оглядел остальных. Кто-то еще держал выправку, а кто-то уже начал в полглаза дремать.

— Хорошо, будем отдыхать.

Весна 699 г. Династии Ин. Крепость пограничной стражи.

Дверка в воротах была открыта, возле нее сидел молодой воин. Увидев меня, он вскочил.

— Мастер Наваль! Доложить о вас арсу? — звонко прокричал он.

— Доложи и пропусти меня к нему.

— Есть, сообщил, — сигнальный амулет висел у караульного прямо на шее.

Войдя в внутренний двор крепости, я огляделся. Здесь явно было повеселее, чем в том году. Движения людей были собранней, передвигались они целеустремленно. Отсутствовала пугающая обреченность в телах и лицах. Но что-то было и мрачное.

— Здравствуйте, мастер, — арс Тамоа собственной персоной стоял в невысокой арке, ведущей во внутренние помещения.

— Арс, мое почтение. Что случилось?

— Заметили? Сядем здесь, поговорим.

Присели под небольшой навес возле конюшни. Население гарнизона явно старалось обходить нас подальше, дабы не мешать своими разговорами.

— Мы потеряли двоих: Олиса вы помните, а Раск совсем молодой.

Я молчал, ждал продолжения.

— Новая тварь появилась, полностью одни кости. Болты и стрелы проходят через нее, не принося урона. Копья и мечи застревают в костях. Хорошо, что она хоть и быстрая, но тупая и не очень сильная. И только когда мы зажали ее в расселине, смогли ее уничтожить. Олис прижал ее щитом к скале. Пока мы ее рубили, он истек кровью. А Раска она насадила на свои острые кости в самом начале, и в горячке боя мы просто не успели ему помочь.

— Для того чтобы повредить тварь, необходимо особым оружием повредить ее оболочку. Темная плоть рассекается, призрачная тоже. Здесь нужна другая тактика, — ответил я, немного помолчав, — думаю, топоры и булавы. Что-то, чем можно разбивать кости. Я сделаю, — тут я серьезно задумался, — странно, что она появилась только сейчас. Плохо вообще, что появилось что-то новое, это может означать, что Тьма еще действенна. Но можно надеяться, что таких тварей очень мало и мы просто не встречались с ними раньше.

— Есть еще кое-что, не знаю, правда, хорошо ли это. Мы встретили в горах странного жителя, я знал о нем раньше, но сейчас он открылся нам, и я понял. Он великий маг!

— Неизвестный великий маг! В этих горах! Да уж, действительно неизвестно, хорошо это или плохо. Как он вообще к вам отнесся? — вот это сюрприз, новое неизвестное в моем уравнении.

— Хорошо. Думаю, он соскучился по общению, и вообще, я думаю, он очень стар. Великие маги сами по себе необычные люди, но этот был более чем странен. Хотите сами посмотреть на него? Поговорить с ним? Могу снарядить отряд. Он на самом деле здесь недалеко, если, конечно, опять не будет скрываться от нас, — арс сделал жест, как будто хотел показать мне его на ближайшей горе.

— Обязательно поговорю с ним. Но не сейчас, срок близок. Вы обучили свой гарнизон? Готовы к серьезным действиям? — на воинов пограничной стражи я возлагаю большие надежды.

— Против того, что знаем, готовы. Но эта новая тварь, да и вообще, сколько их еще есть, нам неизвестных?

— Этого уже достаточно. Я ухожу завтра, появлюсь в конце лета. Принес вам всякого разного, и главное — вот это лично вам, защищенный канал связи со мной. Будьте готовы, что события понесутся вскачь. Прошу точно и быстро выполнять все мои приказы.

— Я готов. Чувствую, вы знаете гораздо больше, чем говорите. Это, конечно, может вызвать недоверие, но пока все, что вы делали, шло нам на пользу. Значит, говорите, понесутся вскачь. Это болото давно пора расшевелить.

— До встречи, я переночую как обычно, у аббатства.

— До встречи.

Вечер того же дня. У стены аббатства.

— Будьте готовы, выступаем рано утром. Ешьте, не стесняйтесь. Эти припасы теперь и ваши. Ешьте, вам нужны будут силы, идти придется в горы, тащить на себе я вас не собираюсь. Не сможете идти — брошу на дороге, — сурово закончил я.

— Мы дойдем, — в голосе госпожи Филис слышалась уверенность.

Авита смотрела на меня по-другому. Неужели увидела наш разговор с братом Марицем. Я точно в ней не ошибся. Подсел к ней поближе, она увлеченно ела вкусный свежеиспеченный хлеб, аккуратно подбирая крошки.

— Пей молоко, тебе нужно. Не боишься идти? Будет тяжело, — постарался говорить с ней помягче.

— Нет, — робкий взгляд. — А сколько вам лет?

— Тридцать два. Ты ешь.

Отхватив кусок хлеба, я принялся жевать, запивая молоком.

— Ты слышала или видела? — как бы между прочим, спросил я.

— Вы о чем? — тихо переспросила она.

— Я знаю, почему ты спросила про мой возраст. Придем ко мне, все обсудим. Но знай, я не причиню вам зла. Все, доедайте и спать, силы пригодятся.

Мама с дочкой устроились на одном топчане. Подкинув дров, в этот раз брат Мариц не поскупился, мы могли прогреть караулку до домашней теплоты и держать тепло всю ночь. Заботится о новообретенном командире наш верный брат Мариц. Вообще-то ситуация складывается непредсказуемая, но зато выигрыш может превзойти все ожидания. Получить в штаб сильного провидца — это уже половина дела, а уж если получится замотивировать лично, то выйдет просто отлично. При этих мыслях в моей голове зашевелилось что-то странное, темное и непонятное. Пришла мысль, провидец — опасность. Но ничего явного, просто какой-то всплеск. Ладно, спать, я хоть и совсем не ясновидящий, но интуиция опытного оперативника подсказывает, завтра будет нелегкий день.

Глава 4

— До предгорий понесете большую часть припасов сами. Когда встанем на горную тропу, я заберу у вас большую часть.

Солнце разгоняло утренний туман под стенами аббатства, я помахал рукой стоящим на ней стражникам, показывая, что у нас все хорошо.

— Готовы? — не дожидаясь ответа, я продолжил: — Идем не быстро, но и не останавливаясь и главное — тихо, я первый, в пяти шагах за мной идете вы, старайтесь держаться близко друг от друга. Если что увидите, тихо скажете мне. Если опасность, бросайте припасы и прыгайте в кусты, за камни, в яму — в общем, за какое-нибудь укрытие. Меня слушать внимательно, больше всего старайтесь держать дыхание, если не можете выдерживать темп, говорите сразу. Время, чтобы добраться до убежища, есть. Самое сложное, как ни странно, дойти до тропы.

— Вы не боитесь тварей? — госпожа Филис была сосредоточена и заряжена энергией ответственности и участия в большом деле. Одежды подобраны, припасы в сумках развешаны довольно толково. Авита нагрузилась двумя небольшими сумками и смотрела в утренний туман.

— Только умалишенные не боятся их. Но в этих горах их нет, потом расскажу, как так получается. Гораздо более опасны двуногие твари. По меркам нижнего города, мы хорошая добыча. Все знают, чем я торгую и на что меняю. Амулеты, золото, полученное за амулеты, все знают, по какому курсу я их продаю, припасы. Ну и вы двое хорошая добыча. Два раза местные рисковые люди устраивали на меня охоту. Никто из них не вернулся, а я прихожу снова и снова. Но это не значит, что не найдется кто-нибудь, считающий, что ему точно повезет. Так что идем быстро. Все боятся темноты, поэтому надеюсь, впереди нас еще никто не ждет. Чем быстрее мы покинем город, тем лучше.

Особо я не боялся. Местная голытьба не представляла для меня серьезную опасность. Военные и боевая знать мои союзники, аббат, конечно, способен выкинуть гадость, но его братьев увидеть на пути я не опасался, старый паук будет действовать чужими руками, и только открыто. С тварями сейчас стало проще, да и я уже сильно поднаторел в боях с ними, и повадки знаю хорошо, и амулеты мои сильнее первых образцов.

Дальняя сигналка дала уверенное направление вперед и левее шагов триста. Как раз возле брода через безымянный ручей. Удачное место, достаточно далеко от города, чтобы я расслабился. И это место мне не пройти, если нужно к левобережным горам.

— Привал. Я иду вперед проверить дорогу. Располагайтесь под тем деревом. Что бы ни происходило на дороге, сидите тихо.

Пройдя до ручья, я сошел с дорожки ниже и прокрался кустами, чтобы видеть брод. Ближняя сигналка дала три точки, один лежал в кустах у самого брода, двое покрупнее были выше на склоне. Значит, двое стрелков сверху и один с чем-нибудь колюще-режущим снизу. Достав из рюкзака составные части, я спокойно собрал арбалет, натянул тетиву, положил на ложе болт, второй закрепил на нижний ухват, еще три аккуратно положил перед собой. Ну что ж, хороший представился случай проверить одну штуку, если не сработает — не беда, убью их по-простому, рассказать о моей неудаче или успехе они точно никому не смогут. Идея с амулетом иллюзий стара как магия, но качественную иллюзию может сделать только опытный маг, вот и проверим, насколько я искусный мастер. Начнем с того валуна.

Сначала над большим в пол человеческого роста камнем на берегу ручья показалась голова. Фигура среднего роста, в болотного цвета одежде, с небольшим плоским рюкзаком на спине, на голове капюшон, в руках короткое копье с широким лезвием. Тихо огляделась, взмах рукой кому-то позади, и осторожное движение через брод. Когда человек проходил примерно середину, из кустов вылетело две стрелы. Воткнувшись в тело, они заставили фигуру споткнуться. Тело повело, и, сделав по инерции пару шагов, оно упало ничком на противоположный берег. Из зарослей донесся радостный клич.

— Эгей! Бегом, Март, не дай девкам убежать. Бегом, я сказал. И без нас ничего не трогай.

Залегший у самого ручья вскочил и бросился через ручей. Обежав лежащее тело по небольшой дуге и взметая брызги, пробежал и скрылся в зарослях на другом берегу реки. Какое-то время ничего не происходило, затем листва зашевелилась и показалось двое стрелков. Идущий первым сменил лук и стрелы на короткое копье, второй грамотно держался в трех шагах позади, в полнатяга держа стрелу на луке. Подойдя к телу, они стали по обе стороны.

— Ну вот, а говорят такой не убиваемый, раз — и готово, — радостно просипел хриплый голос.

— Что-то слишком легко, — насторожился второй.

— Да ладно тебе, давай быстрее обыщем его и за девками. А то сопляк начнет веселуху без нас.

Угрюмый начал наклоняться к лежащему телу, выставив копье, когда я выстрелил в лучника. С короткой дистанции мощный арбалет пробил бездоспешное тело почти навылет. Копейщик отпрыгнул назад, чуть не упав на спину. Опираясь на левую руку и отталкиваясь локтем правой, держащей копье, медленно начал отползать к зарослям. Пораженный болтом, лежал на животе, прикрыв своим телом лук, хрипел и медленно шевелился.

Лежащее все это время тело поднялось, две стрелы остались лежать на берегу.

— Брось копье. Лицом вниз.

— Ты, ты, кто ты? — человек, выставив перед собой копье, ошалело мотал головой, — отпусти меня, там Марат твоих девок сейчас режет.

Второй болт, пролетев насквозь через стоящую фигуру, воткнулся ему в щеку. Острие болта проклюнулось из шеи, и человек резко откинувшись, сразу затих.

— Надо поспешить, юный разбойник может натворить бед.

Перезарядив арбалет и собрав неиспользованные болты, неспешно пошел обратно.

— Отдайте припасы и можете уходить. А лучше идите с нами, все равно в этих местах вас схарчят твари, — стоя посреди дороги, спрятав за спиной длинный нож, кричал третий счастливчик.

Не обнаружив добычу, Март решил взять хитростью. Вот и что с таким делать? Болт попал точно в середину спины, и тело, сотрясаемое конвульсией, упало на дорогу. Подергавшись немного, хитрец затих.

— Выходите. С ними покончено, — выйдя из кустов, я подошел к телу.

— Кто это был? — первой показалась госпожа Филис.

— Все-таки нашлись умники, и ведь рискнули, вышли еще вчера, переночевали и с утра устроили засаду. Да, видать здесь спокойнее стало, местные уже не бояться ночевать в лесу.

Мои спутницы осторожно выбирались из кустов, стараясь обойти труп по большой дуге.

— Ладно, идите за мной. Возьми мой рюкзак.

Быстро обыскав тело, я оттащил его подальше от дороги.

— Вы не будете его хоронить? — Авита с интересом смотрела за моими манипуляциями.

— Хорошо бы сжечь тело, но обойдемся. Есть у меня один состав, тело быстро сгниет за пару дней без остатка. Идемте, там еще двое, лучше просто не смотрите на них.

Перейдя ручей, двинулись дальше. Дорога проходила по редкому лесу, местами по краям наблюдались приметные завалы бурелома, однако нам больше никто не встретился.

— Отдохнем. Последний привал перед горами. Давайте в ту ложбинку, пусть нас будет меньше видно.

Расположившись на склонах, поросших молодой травкой, я достал флягу.

— Пейте понемногу. И снимите обувь, посмотрю, что у вас с ногами. Давай, Авита, ты первая.

Стянув поношенный сапожок, она с интересом начала следить за моими действиями.

— Чулки тоже снимай. Так, ну что ж, все хорошо. Теперь вторую. И здесь хорошо. Протяни руку. Держи мазь, подели на две части и вотри в ступни.

Девочка начала аккуратно втирать мазь.

— Теперь вы, сударыня.

Окончив с процедурами, я откинулся на траву.

— Хорошо идем. Может, даже обойдется без приключений.

— Как без приключений? А те трое? — Авита была искренне удивлена.

— Те? Ну, это так. Мелочи. Я был готов к этому. В этом не было ничего нового. Опять же мы ничего и никого не потеряли. Даже времени это заняло немного. Самое опасное то, чего не ждешь и даже не знаешь. И хоть на этом пути ничего такого, скорее всего, нет, и я здесь хожу часто, но все же.

— Это что ж такое здесь может появиться, что убийство трех душегубов просто досадная задержка? Нечисть? — голосом толстой кумушки пробормотала эль Филис.

— А может, вам лучше и не знать. Кстати, можете его не бояться, другом я его назвать, к сожалению, не могу, но он нам точно не враг.

— Кто? Где он? — эль Филис закрутила головой.

— Борх! Выходи. Ты сопишь так, что все белки разбежались, — громко и весело крикнул я.

Слегка шевельнулись кусты, и у подножия ближайшего дерева появилась фигура. Высокий человек, широкоплечий с грацией матерого волка. Плавно простелившись, не издав ни одного шороха, он подошел к нам ближе. Короткий плащ, бывший когда-то, наверно, темно-зеленым, капюшон по самые брови. Яркие зеленые глаза озорно смотрели на путников.

— Белки спят. Я даже поправил им одеяльца, — мелодичным голосом ответил гость.

— Хе, одеяльца. Пиво будешь? — я начал рыться в поклаже.

— А молоко есть?

— Ну да леший есть леший, — порывшись в поклаже, я достал стеклянную бутыль в плетеной оболочке. — Бери всю, у нас еще есть.

— Вот это здорово. Присосавшись к бутыли, Борх замолчал.

— А что, белки укрываются одеялами? Вы и вправду леший? — робко спросила Авита.

Высосав бутылку до дна, довольный леший, прищурив один глаз, другим весело смотрел на девочку, явно думая, что бы схохмить.

— Авита, не приставай к господину Борху, — госпожа Филис не понимала, что происходит, и это ее немного пугало.

— Вообще-то уже тепло, и белки спят так, но зимой, когда холодно, они укрываются огромными перинами, — уверенно ответил Борх.

— Он шутит. Белки не спят в кроватях. И он не леший, просто местный обитатель леса, хотя иногда у меня закрадываются подозрения, — немного шутливо добавил я.

— У меня тоже появляются порой разные подозрения, но я обычно молчу. Вот как вы умудряетесь меня чуять, да еще и издалека. Ведь не зря вы именно здесь остановились, знали, что я сюда иду. А ведь меня, да и всю нашу семью в лесу никто вообще не видит: ни следопыты, ни маги самые заковыристые.

— Эх, не видал ты самых заковыристых. Слушай, а может, ты немного того, с изъяном уродился, — серьезно и с видимым участием спросил я.

— С каким еще изъяном? Да я вообще самый способный в семье. Говорят, только прабабка, может, сильнее была, — Борх обиженно отвернулся.

— Ну ладно, я пошутил. Ну сам посуди, расскажу я тебе, а ты возьмешь и научишься, как сделать, чтобы я тебя не чувствовал. Оно мне надо?

— Про вас я не беспокоюсь, а если кто плохой так научится, что мне делать?

— Не бойся, в ближайшее время никто не научится. Но если хочешь, я тебе обещаю, если кто так еще сможет, я не только все расскажу, но и даже помогу, научу, как от этого закрыться. Договорились?

— Идет, я знаю, вы свое слово держите, — охотник заметно оживился. Порывшись в своей сумке, достал две жирные тушки лесных птиц. — Возьмите, они вкусные.

— Возьми, Авита, положи в сумку. Что нового расскажешь? — проследив взглядом, как дичь исчезает в клади, я повернулся к Борху.

— Да все вроде без изменений, это я про лес. А что вне его, нас не особо интересует. Хотя вот наверно вам интересно будет, от Сломанного Клыка тянет чем-то очень плохим, уже как большую луну. Севернее по хребту поселения горцев? Знаете их?

— Да там в небольшом поселении в горах живет семья моего проводника. Сильно тянет? А хоть примерно чем?

— Сильно. Смертью и зверем. Тварь какая-то объявилась, — обстоятельно рассказывал Борх.

— Плохо. Сходи поближе, на самую опушку, понюхай, а? — просительно обратился я к нему.

— Ну, только если от опушки, — нехотя протянул Борх.

— Да. Дела. Ладно, мы пошли. Ты как там никого не видел, возле моей горки?

— Тихо. А кровью пахнет от тебя. Чую. Это тех, с южной опушки?

— Да.

— Понятно. Серьезный вы человек, мастер, правильный. Если будет что рассказать, зажгу ферту возле горки.

— Спасибо, Борх. До встречи.

Двинулись дальше, особых приключений не произошло. Когда солнце прошло зенит, подошли к подножию горы.

— Вот здесь начинается моя тайная тропа, идите вперед, я должен прикрыть вход. Осторожно по склону, вверх и налево, держитесь за кусты.

Поднявшись на двадцать шагов, мы вышли на скальную тропу.

— Ну все, небольшой привал и идем дальше, — скинув рюкзак, я уселся на камень.

— Ваше убежище так далеко в горах? — эль Филис, бросив пожитки, присела рядом.

— Почему вы так решили?

— Если идти до самого вечера, мы поднимемся очень высоко.

— Нет, не поднимемся, — я усмехнулся. — На самом деле мое убежище гораздо ближе, чем многие думают. Я запросто могу за день сходить в город и обратно, но пусть местные думают, что я живу далеко, и не пытаются искать его.

— Вы очень хитрый, мастер Наваль, — очень взросло сказала девочка.

— Спасибо, Авита. Отдыхай, горная тропа местами тяжела.

Подъем по тропе прошел трудно. Мои спутницы явно не привыкли ходить по горам, находились далеко не в лучшей физической форме, и вдобавок были нагружены. И хотя большую часть припасов я у них забрал, того, что они несли, им хватило за глаза.

— Ну вот, почти пришли, — я похлопал рукой по скале.

— И где вход? — удивленно спросила запыхавшаяся эль Филис, опершись на камень.

— Над нами, я втяну вас на веревке, — я махнул рукой. Слабое плетение ушло вверх, и небольшая веревка с узлами упала с карниза. Скинув рюкзак, упираясь ногами в скалу, я полез наверх.

Добравшись, поднял плоский камень, достав небольшую люльку, выкинул ее вниз. Веревку закрепил в небольшую рычажную конструкцию.

— Цепляйся, Авита.

— Нет, сначала мама.

— Успокойся, маленькая, если бы я хотел ее бросить, я бы успел это сделать по дороге.

Перетянув обеих спутниц и груз наверх, я упрятал веревки в камнях.

— Проходите. Это ваш новый дом.

Прикрытый вертикальным скальным выступом вход в пещеру был довольно-таки приличным, немногим уступая в размерах двери в обычное жилье.

— Заходите, не бойтесь.

— Там темно. Вы не зажигаете свет? — госпожа Филис с опаской смотрела на темный зев прохода.

— Темно у входа, там дальше есть свет.

Прямо от прохода коридор круто заворачивал вправо. И пройдя пять шагов, можно было увидеть, что он перегорожен старой на вид, но крепкой решеткой.

— Сейчас, — повернув простой засов, я открыл решетку.

— Вы не запираете на замок?

— Эту решетку нет, она против зверей и не дай бог от тварей.

— Господин Наваль, но вы говорили, что тварей здесь нет? — Авита вспомнила наш прошлый разговор.

— Тварей нет, а решетка от тварей есть. Что тут удивительного?

От решетки коридор начал уходить вниз. Попадающего снаружи света еще хватало, но глаза начинали напрягаться, пытаясь рассмотреть путь.

— Еще немного. Вот.

Медленно разгораясь, на полу и на потолке в стыках со стенами пещеры проступили четыре белые полосы, осветив неровные стенки коридора. Впрочем пол через пару шагов от решетки был идеально ровным.

— А теперь запомните, эти полосы сделаны из эголита, они проходят по всем главным коридорам убежища. Никогда! Слышите, никогда не ходите в тоннели, не освещенные этими полосами. Скорее всего, обратно вы уже не вернетесь, — тихо, но так, чтобы они слышали, добавил я.

Дорогу перегородила массивная закопченная до полной черноты дверь. По краям двери зажегся зеленый контур, и дверь плавно открылась внутри коридора.

— На этой двери магический замок, без меня ходу вам здесь нет. Пока нет. Обживетесь, а там видно будет.

Дверь закрылась, мигнув контуром. Полосы освещения загорелись ярче, мягкий свет превосходно освещал коридор.

— Складывайте припасы в эту нишу, потом разберем. Слева караульное помещение, сейчас заброшенное. Дальше справа кухня и склад съестного.

Небольшая комната, грубый стол и две скамьи по бокам, вырубленная в скалах полка на всю длину, на ней разнообразная посуда. Большая бадья, рядом бочонок.

— Здесь в бочонке питьевая вода, я набираю ее из горного ручья. Эта желтая плита — магический очаг, на нем я готовлю.

— А я не умею на таком готовить, вы меня научите? — эль Филис начала примерять себя к роли хозяйки.

— Обязательно, сударыня. Как мне вас звать? Все-таки жить будем под одной, если можно сказать, крышей.

— Так и зовите — Филис. Мне не нравится мое семейное имя — Марна.

— Хорошо, можете звать меня без посторонних Лекс. Ты тоже, Авита.

— Хорошо, господин Лекс, — девочка с интересом наблюдала за происходящим.

— Ну ладно, привыкай пока.

Проходя по комнате, я показывал обстановку.

— Здесь за этим люком в полу ледник, тоже магический, но он работает постоянно, и думаю, с ним проблем не будет. Сложите сюда сыр, пиво.

Мама с дочкой следовали за мной, осторожно трогая руками утварь.

— На этой полке соль и приправы, можете их использовать все, кроме тех, которые в металлических банках, — там магически активные специи. Позже я научу, что с ними можно сделать. На этом уровне больше жилых помещений нет. Тут вообще места много. На третьем уровне есть большая кухня и трапезная, но мне одному хватает и этой прикараульной кухни, здесь хранились припасы стражи. Здесь они и питались. Первый уровень самый высокий, там меньше всего помещений, он пострадал от времени больше всего. Туда мы в ближайшее время ходить не будем совсем. Идемте, все мои жилые помещения на втором уровне, там кабинет, библиотека и моя спальня. Пока поживете в спальне, позже я оборудую вам комнату.

— Мы можем и на кухне приютиться, здесь достаточно места и тепло, — Филис уже полностью свыклась со своим положением и старалась показать свою угодливость.

— Нет, здесь мы будем есть, но не спать, — жестко я пресек ее попытку. — На третьем уровне были жилые помещения, спальные, столовые, складские помещения. Но я там все оставил как есть в запустении. На четвертом уровне находятся мастерские, туда вам хода не будет никогда. Уясните это раз и навсегда.

Показав кухню, я провел их по ходам в свою комнату отдыха.

— Вот пока поживете здесь. Это спальня то ли коменданта, то ли начальника охраны этой части убежища.

Две грубо рубленных кровати, небольшой шкаф у стены.

— А что здесь за место? И как сюда попала вся эта утварь? Вы перетянули сюда веревкой? И решетку и двери? И здесь мебель есть, — присев на краешек кровати, Авита проявила наблюдательность.

— Нет, не веревкой, — с улыбкой ответил я. У этого места много входов, есть и вполне широкая тропа внутри горы, по которой на ослах сюда можно доставить и дерево, и металлы. А что здесь было, должна была сказать специальная группа исследователей, но ей уже сюда добраться не суждено. А нашли мы это место в ходе операции по поиску логова изготовителей запрещенных магически активных предметов. Взяли всех. Но это не их работа, они нашли убежище и пользовались им. Особенные свойства этого места позволяли делать это достаточно долго. Помнишь, я говорил, что здесь тварей нет?

— Да. Их точно здесь не бывает? — Авита спросила вроде заинтересованно, но я чувствовал, что она мне и так верит.

— Ну, какая-то возможность есть, если ее сюда специально завести. Так вот, большинство темных тварей, угрожающих нам сейчас, — это измененные Тьмой магически одаренные животные, разные их виды породили разные виды тварей. Здесь в этой горе жил только один вид таких животных — глубинные пещерники «снурхи». Дело в том, что эта гора обладает свойством блокировать проявления магии, приходящей снаружи и изнутри. Поэтому здесь появился только один магический вид, наверно перебрались из других мест. И именно поэтому тварь не пойдет сюда сама. Изменившись, они стали более магическими, чем ранее, их органы чувств стали тоньше, но они имеют сугубо магическую природу, и, оказавшись здесь, они много потеряют, ибо обычные органы чувств у них, как правило, ослабли. Именно поэтому здесь и облюбовали свое логово преступники, они могли творить в этом месте любую магию, не опасаясь быть замеченными, ведь при изготовлении некоторых предметов происходят выбросы магической энергии, которую опытный маг почувствует издалека. Да и я сейчас этим пользуюсь и изготовляю свои амулеты и оружие свободно, не опасаясь, что на запах магии прилетит какая-нибудь нежить. И не путайте нечисть и нежить. Нечисть — это разные животные, измененные Тьмой, но все равно оставшиеся животными, и инстинкты у них так и остались животными. Нежить — это разнообразные разумные и полуразумные сущности, исторгнутые Тьмой, они непредсказуемы, могут творить магию, могут захватывать тела как людей, так и животных, они гораздо умнее, хотя их образ мышления непонятен никому, но зачастую весьма коварен. Нежить намного опаснее нечисти, и наше счастье, что нежити намного меньше. И еще, как один раз умершие они очень осторожны, злобная ярость никогда не глушит в них разум, они нападают, когда уверены, что нет опасности их новой послежизни.

— Скажите, а откуда вы все-таки так много знаете про тварей? — Авита явно хотела услышать интересное продолжение.

— Я умею наблюдать.

— И все? — разочарованно протянула Авита.

— Ну, еще я умею завязывать знакомства, — ответил я и отвернулся, показывая, что продолжать не намерен.

— А кто такие мы? Вы сказали, что искали преступников, значит вы имперский стражник? — Филис все-таки услышала, то, что я сказал вскользь.

— Надзорная канцелярия. Я мастер-советник.

— Многое становится понятно. Все-таки вам повезло оказаться в таком убежище в то время, — черты лица Филис немного разгладились.

— Я не оказался здесь, я сюда пришел, когда все начиналось. И пришел я сюда не один, мои товарищи мертвы, — отвернувшись в сторону, я уставился в дальний угол. — Ладно, хотите есть или сразу ляжете спать?

— Спать, — Авита уже зевала.

— Спать, — мама была согласна со своей дочкой.

— Я тоже. Надеюсь, это место примет вас.

Конец зимы 699 г. Династии Ин. Торговая площадь перед аббатством св. Атана.

Я стоял в тени большого постоялого дома и размышлял, нужно ли мне это. Разговор в любом случае предстоял сложный, и не факт, что я получу от этого пользу. С другой стороны, ситуацию нужно разрешить. Определить границы, да и вообще наблюдения — это одно, а поговорить с человеком с глазу на глаз — совершенно другое. Решено. Оттолкнувшись спиной от холодной стены, я направился к трактиру. Заведение, ставшее для местной знати вечерним клубом, сильно охранялось. Вышибалы на входе в трактир давно стали привычным делом, но числом около десяти, да еще и полностью в латах, с оголенным оружием, — это уже примета нового времени. Распахнув полы плаща, чтобы было видно мое дорогое оружие и мои боевые амулеты, я уверенно зашагал ко входу, не обращая внимания на охрану. У самого входа дорогу мне перегородил охранник с мечом наголо, двое его друзей наставили на меня арбалеты.

— Кто вы? Назовитесь? Я вас не знаю, — воин с мрачным лицом смотрел на меня, не поднимая глаз выше уровня моей груди.

— Мастер эл Наваль. Вам что-то говорит это имя?

— Это вы делаете амулеты против Тьмы? — в его голосе не прозвучало ни полтона интереса.

— Именно я. Мне нужно пройти, вы не против? — учтиво продолжил я.

— Хозяин запрещает пускать незнакомцев, — его голос по-прежнему не выражал эмоций.

— Ну так позовите его, заодно и познакомимся, — я кивнул и холодно улыбнулся.

— Я пошлю за ним, — не поворачиваясь, он махнул рукой себе за спину, — придется подождать.

— Конечно, я подожду, но я не собираюсь здесь мерзнуть, и если мое ожидание затянется, я зайду в это здание, нравится вам это или нет.

— Попробовать-то вы можете, — воин позволил себе кривую усмешку на своем лице, — вот только не выйдет у вас ничего.

— Да, ну? Может, не будем ждать посыльного и сразу начнем?

Напряжение нарастало. Арбалетчики разошлись по сторонам от своего вожака и уже целились явно в меня. Два воина с копьями начали не спеша заходить мне за спину.

— В этом нет нужды. Фирн, пропустите его, — стоявший на крыльце человек распоряжался громко и властно.

— Проходите, — главный охранник отвернулся от меня, сразу потеряв интерес к моей персоне.

— Вы очень любезны, — я не спеша начал подниматься по лестнице.

— Я хозяин этого трактира, меня называют Длон.

— Рад знакомству, уважаемый Длон, я эл Наваль. Пусть в этом доме никогда не угаснет свет, а огонь только согревает, но не обжигает.

— Какое интересное пожелание, — трактирщик сказал это легко и непринужденно, но его лицо выдало напряжение.

— Так говорят на севере, вы там не были? — так же легко спросил я его.

— Нет, не доводилось. Чего изволите в моем трактире? — он засуетился передо мной.

— Мне бы хотелось посидеть в уютном месте, поесть чего-нибудь горячего, — и уже тихо я продолжил: — И мне бы хотелось бы поговорить наедине с господином Сонисом. Вы можете, не привлекая внимания, передать ему мою просьбу о встрече.

— Я провожу вас в кабинет.

Я уже доел мясную похлебку и потягивал сносное пиво, когда тяжелая ширма колыхнулась, и на скамью напротив меня сел человек. Добротная кожаная одежда, красное обветренное лицо, волосы, тронутые сединой, цепкий умный взгляд.

— И чем это я мог заинтересовать уважаемого мастера? — с насмешкой спросил меня Сонис.

— Сразу к делу, это хорошо. Предлагаю наладить взаимовыгодное сотрудничество, — отставив кружку в сторону, я сцепил руки в замок.

— Вы мне свои поделки предлагаете, я так полагаю? А я вам что? Я не богат, а вы дерете просто безбожно, — по-прежнему усмехаясь, ответил он мне.

— Ну прям уж безбожно. Если б было очень дорого, то не брали бы. А так я никогда не возвращаюсь обратно со своим товаром. Но вам есть чем заплатить. Я бы хотел, чтобы вы поделились своими наблюдениями за тварями.

— Моими наблюдениями? — тут он сразу принял озабоченный вид.

— Ну не надо сейчас делать такое изумленное лицо. Вспомните красный цветок на вашей лежке у сухого ручья.

— Так вот это чьих рук дело, — при этом он уже значительно посерьезнел.

— Да, мне было интересно, как вы себя поведете. И кстати я вам благодарен, что вы передумали меня преследовать тогда под дождем, мне бы пришлось вас убить, — вежливо сообщил я ему.

— Я чувствовал, что что-то здесь не то. Мне показалось, что вы знаете, что я иду за вами. А в такой ситуации жертва легко может поменяться с охотником ролями. И решил отступить. Ладно, что вас интересует?

— Все. Каких и где вы видели, их повадки, уязвимые места. Меня интересует все. Желательно выводы. Но если есть необработанные записи, им я тоже буду рад

— Понятно. А по какому курсу будем обмениваться, — его лицо разгладилось и снова приобрело смешливое выражение.

— Я принес вам два амулета. Очень хорошего качества, такие я даже не продаю. Десять болтов и наконечник копья, все проверенное. Все это плата за вас сегодняшний рассказ и в качестве аванса за будущие сведения. В дальнейшем, в случае появления чего-нибудь интересного я готов рассматривать премиальные.

— Это хорошая цена. Я схожу за своими записями.

Сонис, известная личность. Лучший контрабандист юга. Завербованный агент. Контора смотрит в другую сторону, когда он везет мелочь, вроде поддельных шелков или запрещенных южных пряностей. Зато с его помощью было словлено немало опасных преступников нарушающих главные законы империи.

Глава 5

Весна 699 г. Династии Ин. Скальное убежище.

С утра сходил на третий наблюдательный пост, самый высокий с правого отрога, с него хорошо видно большую часть тропы к верхнему входу, можно посмотреть, нет ли желающих пройти за нами следом, да и не наследили ли мы сами на этой тропе. Появившиеся новые осыпи контрастных пород могут многое рассказать опытному наблюдателю. Посветил тепловым амулетом. Нет, с тех пор, как мы пришли, там никого не было. Эх, мне бы моих парней, можно было бы организовать надежную охрану. Но чего жалеть попусту, столько людей погибло, и никого не вернуть. Но в общем надо что-то придумать, тропа, по которой мы шли, — это запасный выход. И светить ее очень не хочется, а в планах привлечение в убежище большего количества народа. Значит надо раскапывать какой-нибудь нижний вход, прокладывать освещение, устанавливать там защиту и маскировку внешних ворот. Главный транспортный ход раскапывать долго, да и охранять его будет сложнее. Остается южный выход, плохо, что он проходит под тропой и выходы у них рядом, ну тут уже ничего не поделаешь.

Филис и Авита уже не спали, на кухне раздавалось бряцанье посуды. Дело кипело, мама шуршала продуктами, Авита скоблила лавки, стол уже был вычищен.

— Ясного утра сударыни.

— Здравствуйте, господин Лекс.

— Ясного утра, господин Лекс.

— Ну ладно, господин так господин, чем будете кормить, Филис?

— Да наверно съедим хлеб и сыр? Горячего я приготовить ничего не успела, да и вы так и не научили пользоваться очагом. Хоть бы свару попить.

— Смотри, видишь кругляшек на передней стенке, двигай его слева направо, будет греть та часть очага, которая слева от него. Никакой регуляции силы нет, это все-таки разогревочная плита, а не поварская, ну ничего, справитесь. Здесь готовить-то особо и нечего, на леднике мясо, еще полбарана есть. Рыбы я на днях наловлю в горном озере. Да, еще вот крупы в той нише. Станет потеплее, схожу пособираю травы разной, будет не лишней. Я эту зиму «ахранами» спасался от последствий скудности пищи, это вот те самые специи. Вообще то их используют в основном флотские, но у меня были рецепты, и процесс приготовления магически активных специй для меня не сложен.

— Я справлюсь, давайте я вам каши на молоке сварю.

— Это хорошо, и вари без особой экономии, мне пищи нужно много, да и вас откармливать надо. Проблем с припасами у меня нет… у НАС нет, — добавил я после небольшой паузы. — Нужно просто сходить в город и оттуда их принести, да и на том, что есть, можно прожить долго, и поохотиться на горную живность всегда могу пойти. Рыбалка здесь простая, но нудная, хотя, конечно, внешний вид местных рыбок не всегда аппетитен, но разделанные и зажаренные ничем не отличаются от обычной речной или морской живности. Идем, Авита, я покажу тебе проход на наблюдательный пост, получишь должность главного наблюдателя, Филис справится здесь сама.

— Идем, Лекс, — девочка с готовностью встала с корточек, бросив скоблить скамью.

Поднявшись на первый уровень, я показал Авите небольшую нишу и, отодвинув защитный экран, показал ей в проем.

— Это третий наблюдательный пост, видишь тропу? — экран тяжело было держать, этот металлический лист, выложенный с внешней стороны камнями, весил немало.

— Где? — высунувшись в скальное окошко, девочка увлеченно смотрела вниз.

— М-да. Ты в горах раньше была?

— Нет, у нас болота в основном, горы видно, но до них далеко.

— Ну что ж, проще всего будет сделать так. Когда я в следующий раз пойду вниз, будешь внимательно смотреть за мной и запоминать приметные камни. И договоримся, когда я буду возвращаться, будешь меня ждать. Пару раз посмотришь и надеюсь, научишься. Эта тропа единственная, по которой сейчас к нам можно подобраться. Остальные проходы я завалил и установил сигналки, если кто попытается пройти, я обязательно узнаю, ну и ловушки кое-где расставил. Поэтому напомню еще раз, не лазь нигде вне эголитов. Я знаю, молодости свойственна любознательность, но знай — гулять по этим тоннелям смертельно опасно.

— Я не буду. А можно мне в библиотеку?

— Умеешь читать, уже хорошо, на чем можешь?

— На общеимперском и смешанном сандийском.

— Атину не учили?

— Нет, это же для магов. Мне зачем.

— Что ж, давай поговорим и об этом, это все связанно с твоим будущим замужеством.

— Как! — Авита вспыхнула.

— Давай по порядку. Я взял вас к себе только из-за тебя, а не из-за того, что я позарился на молоденькую девочку. Я сразу увидел у тебя дар, дар «чистого взора». Ты знаешь, что это такое?

— Предвидение?

— Где то так, но не только. Ты знаешь, кто твой отец?

Авита сжалась в комочек, в глубине небольшой ниши дозорного пункта она поместилась полностью.

— Род ат Уол берет начало от магессы Ол, великой предсказательницы времен становления династии Ин. Судя по длине имени, магия в их крови достаточно сильна. У баронессы был брат, кстати, сама она в плане родовой магии слаба. Так вот, я просмотрел оперативный архив нашей конторы, есть небольшая пометка в его деле, просто ссылка на список лиц, затребованных имперским трибуналом высшей магии. С высокой долей вероятности он твой отец, дар подобной силы не мог возникнуть просто так, учитывая, что баронесса была в изгнании, скорее всего именно из-за делишек ее брата. Понятно, что эта тема замалчивается.

— Но почему, почему вы считаете, что у меня дар?

— Есть способы, но подумай сама. Отвечай мне честно! Тебе снятся странные сны, ты видишь видения наяву, других, часто незнакомых тебе лиц, говорящих о тебе?

— Да.

— Я тебя спросил, ты видела или только слышала мой разговор с братом Марицем о тебе?

— Больше слышала, видела только руки над костром.

— Про замужество я сказал монаху, чтобы он отделался от меня, но это не помогло — он опытный служака. Так вот, мне нужны надежные помощники, и ты одной из них станешь, я смогу развить твой дар, а ты верно будешь мне служить. Если мы с тобой будем связаны освященными отношениями, это будет только на пользу, мы будем больше доверять друг другу. В любом случае тебе нужно думать о будущем, за моей спиной тебе будет хорошо. Я почти высший чиновник империи. У меня хорошие отношения с местными властями, а в скором времени станут намного лучше. Ну и я обладатель великолепного и сильно защищенного замка. Если ты не поняла, то я говорю об убежище. Конечно, ему еще предстоит им стать, но все же. Возможно, ты еще слишком молода, чтобы думать об этом, но я и не тащу тебя под венец прямо сейчас. Прими мою помощь в развитии своего дара, а там видно будет.

Девочка молчала.

— Идем завтракать, — прервал я затянувшуюся паузу. Пусть думает. Интересно, ее дар сыграет за меня? Или против? Она ведь запросто может увидеть будущее. И если меня в нем нет…

Глава 6

Надо расширять жилую зону. Сначала надо приготовить основу эголита, необходимо прокрасить новые указатели. Еще больше пойдет на покрытие потолка, пора уже делать обстановку более комфортной. В былое время, еще до подпольных мастеров, освещение комнат осуществлялось централизованно, через потенциально связанные каналы. Для моих целей это чересчур затратно, лучше буду подпитывать светонесущее покрытие по мере необходимости.

Значит, что мы имеем? Жилое помещение для дам. Две личные комнаты и одна общая. Рядом помещение побольше, под цех, есть у меня идея, как использовать домочадцев. Для жилья подойдет третий склад, бывшая оружейная комната и… И чего у нас еще есть? В первом складе у меня библиотека, он использовался как вещевой, и его многочисленные полки и стеллажи подошли в самый раз, во втором, бывшем продовольственном, самые важные и самые маленькие вещи из спецхрана. Значит, остаются само караульное помещение и местная тюрьма. Зачем тут тюрьма, я не совсем понимаю, но она здесь относительно просторная, девять отсеков, человек с сотню туда можно утрамбовать. А ведь по нашим прикидкам, здесь могли бы скрытно жить человек триста, не более. Может, для пленных заготовили? Выбор небольшой, но из караулки я твердо решил сделать нам столовую, пора возвращать прошлые времена, пусть даже начать придется с подобной мелочи. Снесу половину перегородок, переберу трехъярусные нары, где дерево поприличнее, собью мебель на столовую и сюда пару столов.

— Мама зовет на обед, — Авита стояла у входа и с интересом смотрела на мою работу.

— Хорошо. Ты знаешь, очень даже приятно услышать слова приглашения на обед, оказывается, мне этого сильно не хватало. Кстати, смотри, здесь будете жить, выбирай свою комнату, слева или справа?

— Свою комнату? М-м-м, слева, а мама будет справа?

— Да, а в передней части у вас будет общая прихожая, будете принимать гостей, — я ей заговорщицки подмигнул.

— Гостей? Мы ждем гостей? — удивленно протянула Авита.

— Ну, сегодня не ждем, но видишь, как все идет. Глядишь, и гости заявятся.

Я успел эголитом покрыть потолок. Вычистил заднюю часть комнаты, установил по центру перегородку из сбитого кое-как деревянного хлама, потом покрою пленкой слабонасыщенного эголита, затем ею же стены, и будет удобное для проживания помещение. Сбил две кровати, уродливые, но крепкие. С остальной мебелью нужно подождать, хотя лучше наладить их быт сейчас и загрузить их работой, уже через одну большую луну наступит долгожданный час, и времени на что-либо другое у меня не будет.

— Спасибо, Филис, очень вкусно, — отложив тарелку, я взял кружку с пивом, сделав большой глоток, блаженно улыбнулся, все-таки братья умеют его варить.

— Вам спасибо, Лекс. Мне так спокойно здесь. Я давно не чувствовала домашний уют. Страшное время, когда мы выживали в поместье баронессы, затем этот отчаянный бег в поисках спасения и наконец отчаяние под стенами аббатства.

— Ну ладно, успокойтесь. Вы ткать умеете?

— Нет, но я умею вышивать и вязать, — немного испугано ответила Филис.

— Да там наверно не сложно, я сам думал освоить. Я хочу наладить производство особого вида ткани. Нити я буду изготавливать магическим способом, а вот ткать нужно только ручным, это особое требование, которое необходимо строго соблюдать.

— А что это за особая ткань? — Авите было интересно.

— Это скрытая защита от «когтей Тьмы». Сильнейшие оружия нежити проходят сквозь все доспехи, не повреждая их, но нанося смертельные раны телу. В последнее время наши боевые отряды несут от них самые большие потери, с остальным как-то научились справляться. Нечисть бьем без особой опаски, вот даже слабую нежить поколачиваем.

— А что значит скрытая? Она невидимая будет? — детское любопытство Авиты меня нисколько не напрягало.

— В магическом плане да, благодаря механическому порядку изготовления только очень близко можно будет почувствовать их энергию. Для борьбы с нежитью самое то, ОНИ чуют магию издалека.

— А нам можно такие одежды?

— Вам они пока не нужны, я не собираюсь выпускать вас отсюда в ближайшие полгода, особенно тебя, Авита. Слушай внимательно, Филис, у твоей девочки магический дар, и я его буду развивать. А затем и использовать. Надеюсь, возражений нет?

— Дар, но ведь это очень хорошо? Авита, а ты знала? — Филис повернулась к дочке.

— Я не знала, что это магия, думала — я просто другая, не такая, как все.

— Да уж конечно не такая, — с улыбкой добавил я.

— Я согласна, если моя девочка станет магом, это будет просто замечательно. А вы умеете обучать магов?

— Нет и никогда этим не занимался. Я ведь и сам очень слабый маг, но развить ее дар смогу, уверен в этом абсолютно. Я пойду готовить ваши комнаты, вы пока приберите в караулке, я там подпитаю эголит и включу его в общую цепь, у нас там будет столовая. Авита, помоги маме, если справишься раньше — приходи, поможешь мне.

— А каким магом может стать моя девочка? Лекарем?

— Хм, может, и лекарем, но я буду учить ее на провидицу, — высказав это, я пристально посмотрел на Филис. Ее лицо немного покраснело, она повернулась и засуетилась на кухне.

На следующее утро мы снова встретились на кухне.

— Как спалось в ваших новых кроватях? Кстати, Филис, очень вкусные гренки, благодарю, — я сидел на лавке, наслаждаясь домашним уютом.

— Ешьте, ешьте. Спалось хорошо, но непривычно, нет одеял, странные кровати, повязки на глаза от света.

— Да, действительно необычно, одеяла не нужны, эголит поддерживает тепло в комнатах, кровати очень даже обычные, вся высокая знать спит на таких. Верхний деревянный слой таких кроватей магически преобразован в мягкое покрытие. У меня, конечно, получилось не так, как у лучших мастеров, это не перины, но спать на них удобно. Повязки конечно неудобны. Для того чтобы эголит работал более сложным образом, в него нужно встраивать управляющий контур либо ходить и самому его гасить. Пока я жил один, не обращал на это внимание. Ну что ж, я обещаю что-нибудь придумать. Рано или поздно это пришлось бы делать.

— А что вы планируете делать дальше? — прямо спросила Филис.

— Дальше? Не знаю, как сказать в двух словах. В общем, собираюсь вернуться на службу.

— А где она сейчас, ваша служба?

— Вот это интересный вопрос. Я это уже служба. Будет империя, будут и службы. Будем пытаться восстановить, хотя бы часть того, что мы потеряли. Здесь на юге мы уже уверенно можем противостоять Тьме. Я убежден, выжило достаточно много людей, чтобы начать восстановление. Той империи, которую мы потеряли, нам не вернуть, но навести какое-то подобие былого порядка мы сможем.

— А если опять? Демоны, Тьма, болезни?

— Тогда, скорее всего, нам конец. Но он не решится это повторить, да ему это сейчас и не надо.

— Кому ему? Вы знаете, из-за чего, из-за кого все это произошло? — Филис обвела руками комнату.

— Кое-что знаю. Да и вы в свое время узнаете, все узнают.

— Но как вы один сможете это все сделать?

— Я буду не один, и мне будут подчиняться. По разным причинам.

Филис, явно освоившись, прибирала на кухне грязную посуду.

— Приходи, Авита, в библиотеку, я дам тебе почитать нужные книги.

— Мы начнем учиться?

— Пока ты должна узнать больше о магии, чтобы понимать чему же ты учишься. Мне надо составить план твоего обучения, я уже говорил, что никогда никого не учил магии и не совсем представляю, как это делается. Но есть у меня кое-какие идеи, как не только тебя научить, но и сделать это как можно быстро. Поверь мне, у нас не больше года на все обучение, хотя, конечно, развивать свой дар и свое мастерство ты будешь всю свою жизнь. Но если мы хотим выжить, то ты должна начать приносить пользу как можно раньше.

— А что я смогу сделать?

— Это будет во многом зависеть от того, как развернется твой дар. Самые сильные проявления «чистого взора» направлены обычно в два русла — предвидение и ясновидение. Маг-провидец представляет перед собой дерево возможных вариантов будущего, затем старается сделать более явным нужный ему. Ясновидец, кстати это наиболее редкий дар, видит события прошлого либо будущего, которые точно происходили или произойдут, но только связанные лично с ним. Ты, судя по всему, именно ясновидец, поэтому я и хочу, чтобы ты была как можно ближе ко мне. Если наши судьбы будут связаны, то ты будешь видеть то, что ждет и меня. В твоем прошлом меня нет, так что там ты меня не увидишь. Почитай историю империи Ат, у меня в библиотеке есть хорошая книга, написанная великим магом Оросом ат Ос, он описал реальные события без прикрас. В имперских учебниках по истории много вранья. И почитай мои записки о сущности магии. Там мой взгляд. Существует много мнений об источниках магии, я хочу, чтобы ты знала мою точку зрения, нам так будет легче общаться в дальнейшем. Возможно, местами будет не совсем понятно, это просто мои мысли, а не научный труд. Подготовь вопросы, и я на них тебе отвечу.

— А что за шлем вы хотите на меня одеть?

— Вот это да. Значит, шлем. Ну хорошо, пусть будет шлем. Слушай, а ты можешь рассказать мне, как он выглядит…

Конец первой части

История империи Ат

Империя Ат изначально создавалась как государство магов самими же Великими магами. В те давние времена мастерство плетения чар только начинало входить в жизнь людей. Изначально магия образовалась как некое искусство сродни музыке, живописи или стихосложению и практиковалось одаренными молодыми личностями преимущественно из знати. Слабость этих проявлений не давала заявить магии о себе как о серьезной силе. Прекрасные иллюзии радовали взор, удивительные фонтаны создавали причудливым переплетением струй притягивающие взор конструкции, языки пламени сказочными животными пробегали по обнаженному телу. Однако постепенно из модного увлечения избранных магия перешла в практическую область.

Началось все с двух противоположных направлений — война и медицина, что абсолютно логично. Магические способности зачастую помогали на поле боя, королевство Д'ралар расположенное в центре материка, окруженное недружелюбными соседями, постоянно воевало. Помогало отсутствие единства в стане противников, на настоящую войну до последнего копья не решалось ни одно государство, потому как, пока ты осаждаешь столицу другого государства, милые и уважаемые соседи могут осаждать твою. Война представляла собой череду бесконечных пограничных стычек. Гарнизоны пограничной стражи держали под контролем укрепленные районы, отряды в основном легкой, но иногда и тяжелой кавалерии проводили быстрые наскоки, которые в основном не приносили большой выгоды, но иногда превращались в кровавые побоища. Целью вылазок было вытеснение войск противника из той или иной местности с последующим захватом. В кавалерийских отрядах воевали порой несколько поколений благородных семейств, отец с сыном под командой деда, случалось и такое. Воинское искусство в таких семьях достигало высокого уровня, и опытные воины смело учились применять новые способности в военном деле. Прикрыть иллюзией засаду, поджечь траву под копытами вражеской конницы, сбить потоком воздуха всадника, даже слабых сил начинающих магов хватало, чтобы порой переломить ход битвы. Но большее развитие получила с самого начала магия лечения, и если поначалу красавицы скрывали недочеты внешности магией иллюзии, то со временем их научились исправлять вовсе. Излечение недугов, ранее считавшихся неизлечимыми. Смертельные ранения при наличии рядом опытного мага превращались в тяжелые или даже легкие раны. Омоложение старых дворян приносило большие доходы практикующим магам. Самое главное, что позволяло магическим лекарям опережать в своем искусстве воинов магов, это преемственность и развитая передача знаний. Опытный маг-лекарь, живущий в богатом доме в хорошей части города, в тепле и уюте, мог позволить себе спокойно изучать свое ремесло, набрать учеников и передавать им свои знания. Начинающие боевые маги часто гибли в сражениях, полученные тяжелые раны не позволяли дожить им до глубокой старости. Со временем положение выровнялось, появились другие ответвления магического искусства. Но лечение и причинение увечий всегда были самыми распространенными.

Магическое искусство дало мощный толчок в развитии государства. Победы на полях сражения укрепили военную мощь королевства. Развитое лечебное дело привлекало многих страждущих из других стран, а маги брали дорого за свои таланты. Тем более маги хранили секреты сначала в своих семьях, а затем в закрытых школах, и магия вне пределов королевства развивалась слабо. Постепенно маги, особенно из знатных семей, набирали все больший вес. Богатство, воинская слава магов сначала вызывали зависть обделенных даром, а затем и страх. Власть имущие, далекие от магии, испытывали вполне обоснованные опасения быть вытесненными с небосклона. К несчастью, среди правящей династии не оказалось ни одного представителя, наделенного магией, чем и воспользовались благородные мужи, недовольные «этими магическими выскочками». Королю начали исподволь внушать мысль об опасности магии. Все случаи преступлений, в которых была применена магия, доводились королю незамедлительно и обязательно с самыми отвратительными подробностями. И если даже преступник не был найден, а обстоятельства происшедшего не совсем понятны, все равно дело обставлялось так, что именно происки ужасной и непостижимой магии всему виной. Представители разнообразных религиозных культов тоже были не в восторге от развития магии, проявления которой были сильнее тех чудес, которые, по словам священнослужителей, являли их боги. И если открыто бороться они не могли, все же для мага благородных кровей проповедник, его порицающий, — это надоедливое насекомое, которое можно прихлопнуть, не задумываясь, то в своих проповедях своей пастве они единодушно чернили магические проявления и вызывали проклятья на головы нечестивых магов. И вот когда заговор против магов созрел, именно толпы религиозных фанатиков штурмовали дома магов.

Началось все просто, с попытки покушения на короля. Пожар, охвативший резиденцию короля, очень быстро был объявлен имеющим магическую природу. И когда фаворит короля с отважным блеском в глазах объявил, что готов защищать короля от проклятых магов до последней капли крови, испуганный Далон II подписал указ о полном запрете магии и взятии под стражу всех практикующих магию. Подготовленные отряды королевской гвардии ворвались в покои ничего не ожидавших магов. Самые влиятельные были схвачены первыми. Большинство позволило себя арестовать без сопротивления, да и лекари мало что могли противопоставить мечам и стрелам. Боевые маги в основном находились в походах, их семьи были немедленно взяты в заложники. Единицы из тех, кто смог противиться, не могли переломить ход событий. Подготовленные святыми отцами стаи озверелых фанатиков громили дома магов-простолюдинов. Именно в ту пору заявила о себе так называемая «магия святого слова». Ведомые своими богами избранные верующие указывали на нечестивых магов, и ведь среди них было немало тех, кто действительно чувствовал проявления магии, и конечно к магам они себя не относили. Волнения затронули в основном города. В селах и глухих закутках искусство высоких энергий не было развито.

Магия была уничтожена. Все захваченные маги были казнены, король пробовал помиловать лекарей, все-таки он тоже хотел жить долго. Но настроения, охватившие жителей королевства, были слишком взрывоопасны, и смерти были преданы все. Никаких публичных казней, все-таки магов боялись по-настоящему. Стены подземелий окрасили потоки крови.

Выжившие маги организовали орден Атов. Ат на профессиональном языке магов (позднее получившем название атина) — «брат», брат по магическому искусству. Основу ордена создали выжившие боевые маги, сильные, сумевшие вырваться из рук заговорщиков, жаждущие мщения за свои разгромленные дома, за своих убитых родных. Но главенствующую роль в ордене играли провидцы. До той поры о провидцах говорили в основном как о шарлатанах, и большинство ими и являлось. Но настоящие маги, использующие свое искусство для видения будущего, смогли спастись, подготовить убежища и даже найти своих скрывающихся братьев. Пришедшие в орден поклялись отомстить своим врагам, вернуть магическому искусству его позиции. Все они приняли новые имена, выбрав их по названиям букв магического алфавита. Ат Ин — великий провидец — был главной направляющей силой. Просчитав все варианты, орден решил затаиться и копить силы. В начале маги ордена научились закрывать свои магические силы от постороннего взора. Большое развитие в те годы получили магия, действующая на разум, и, конечно же, боевая. Осторожно воздействуя на умы, орден основал несколько убежищ, где собирал разрозненных выживших магов и ускоренными темпами обучал неофитов.

Тем временем тяжелая ситуация складывалась в королевстве Д'ралар. Соседние королевства и княжества, понесшие от усиленных магами войск большие потери как территориально, так и в живой силе, объединились в военные союзы против центрального королевства. Армия королевства, лишенная поддержки боевой и лекарской магии, потерявшая немало своих командиров, раздерганная внутренними склоками, не могла противостоять объединенным войскам противников. Поражения следовали за поражениями, король подписал несколько указов об отторжении части земель королевства.

С торговлей тоже стало хуже. В страну перестали приезжать за излечением, лечить стало некому. Прекратились продажи магических предметов. Богатым купцам, торгующим простыми товарами, тоже невыгодно было торговать. Нашлись ушлые люди, сообразившие как просто обчистить богатого иноземца, можно просто объявить его магом, а для убедительности заручиться поддержкой какого-нибудь магоборческого храма. Когда толпа «видящих магию» потащит беднягу на костер, мало кто пойдет ему на помощь, опасаясь составить обреченному компанию. Приток золота извне сильно сократился, да и в самом королевстве торговля шла не особо бойко. Большинство земель казненных прибрали себе предводители заговорщиков, в казну особых богатств не поступало. Большие надежды получить магические клады не оправдались, все-таки прятать родовую казну благородные учились многие годы, а использование магии позволило сильно затруднить ее поиск несведущему. Практически все они достались ордену.

Остывшие горожане начали задумываться, что же они наделали. Если вред от магов был на уровне страшных сказок, рассказываемых шепотом, то пользу видели все. И прежде всего нехватку магов почувствовали больные. За время развития лечебной магии обычная медицина сильно потеряла свои позиции. Не выдержав конкуренции, многие перебрались в другие страны. И если раньше маги дорого брали за свои услуги, то теперь лечиться стало еще дороже, а вот результаты зачастую были гораздо слабее. Магические предметы, облегчавшие жизнь среднего и богатого сословия, тоже исчезли. Люди поняли, что они потеряли гораздо больше, чем приобрели.

И вот, выждав удобный момент, маги нанесли удар. Развитие мятежа началось с военной победы на южных рубежах. Ослабевшие войска, еле державшиеся под ударами войск союза южных княжеств, получили поддержку в лице отряда боевых магов под предводительством ат Ара, имевшего большой авторитет среди военных, особенно южного рубежа, где он успешно воевал до запрета магии. Действуя по просчитанным провидцами планам действия войск противника, двумя боевыми отрядами, в ночном бою они снесли боевые порядки наступающих. Воспрянувшие духом войска королевства довершили разгром. Но этого было мало, восставшие замыслили большее. Совершив быстрый марш, они разрушили пограничные крепости трех самых сильных княжеств. Противопоставить вырвавшейся из оков магии им было нечего. Пока королевские войска наводили ужас в приграничных землях южан, два боевых отряда магов, совершив стремительный бросок, захватили столицу самого крупного княжества. Опять же под покровом ночи, разрушив сразу северные и южные ворота крепостной стены, беспощадные маги-воины поставили на колени на дворцовой площади княжескую семью в полном составе и, совершив показательные магические казни самых ненавистных вражеских генералов, вырвали договор о вечном вассалитете этого княжества. Истории участников, записанные позже, передают ужас и растерянность стоящих на коленях на главной площади своей столицы правителей. Огонь, бьющий из рук магов, хлещущий по закованным в доспехи телам, сжигающий и оплавляющий, отсвечивал в их глазах. Фактически юг был покорен, что более удивительно из-за того, что его уже списывали со счетов, высчитывая, как бы отдать поменьше. Но мятежники не собирались просто дарить королевству свою победу. В войсках южной армии, военный дух которой вырос до невозможных пределов благодаря грандиозной победе, совершенной, причем, малой кровью, пошли разговоры, и не тихие перешептывания, а в полный рост. Основная идея — король зря запретил магию. Былые достижения были посрамлены, королевство на грани падения, и только магия позволила не просто выстоять, но совершить невозможное, покорить южные княжества. Магия должна существовать в королевстве, от нее зависит наше существование. И большинству военных это было доступно. Когда ты отступаешь под натиском неприятеля, не зная, встретишь ли следующий рассвет, или когда ты наступаешь в блистательных порядках, довершая разгром растерянного, зачастую не способного на сопротивление противника, опрокинутого боевыми отрядами магов, — это совершенно разные и понятные для служивого вещи. Высшие же армейские офицеры либо были подкуплены, либо находились под контролем магов, либо просто сочувствовали магам. Южная армия была полностью под контролем мятежников.

Переформировав воинские отряды и оставив небольшую часть на границе, Южная армия двинулась на север на столицу. И не было силы, которая могла остановить ее ход. В то время в столице готовились к мятежу, и если почти все боевые маги братства были на юге, то все остальные находились в столице, они высчитывали ход событий, работали с разумом ключевых фигур. Маги были уверены в своих силах и все ставили на один мощный ход.

Вести о победах на юге пришли в столицу одновременно с сообщениями о мятеже. Король был в панике, гонцы с приказами о перемещении преданных войск помчались во все стороны. И не всех их перехватывали заговорщики, потому как некоторые воинские части, размещенные на севере и на востоке, готовы были действовать на стороне мятежников. Столица готовилась к осаде, но лишь бесноватые фанатики сект ждали магов, рассчитывая снова погреться на огне большой резни. Организаторы избиения магов слишком хорошо понимали силу своих противников, и если королю бежать было некуда, то большинство самых кровавых заговорщиков пытались убежать, и у некоторых это получилось.

Захват столицы прошел быстро. Сначала кавалерия Южной армии показалась под стенами города, не предпринимая никаких действий. Мятежники хотели сохранить столицу своего королевства. И снова боевые маги приняли ночной бой. Правда, в этот раз ворота были открыты изнутри. И два потока конницы с магами на острие, промчавшись по ночным улицам, взрывая баррикады, сомкнулись на королевском дворце, и тут уже они силы не жалели. Все защитники дворца на внешних стенах были сметены мощными взрывами магических плетений, и если кавалерия, замкнув кольцо, не давала никому ни зайти, ни выйти, то в сам дворец хлынули боевые маги. Уничтожая потоками смертельной магии всех попадающихся на своем пути, они убили всех находившихся там в ту ночь. Когда в королевском дворце не осталось ни одного живого, было объявлено, что старая династия свергнута, и власть в стране захватил Совет магов. И помчались боевые отряды по столице, и главной целью были храмы магоненавистников. Конница окружала святилища, рубя нещадно всех выбегающих, маги наносили удары по зданиям, купола рушились, и крики погребенных вызывали злобные оскалы на потемневших лицах мстителей.

Утром новой эпохи герольды объявляли новые законы. Магия признавалась основой королевства Д'ралар, и все гонения оной должны были караться со всей строгостью. Но орден Атов не собирался предаваться обычной мести. Планы были грандиозны, провидцы просчитали, что для нормальной жизни магия должна распространиться на все земли материка. И помчались отряды боевых магов громить войска ближайших соседей.

Первым был нанесен удар по самой сильной армии. Объединенные войска восточной торговой республики Саббат и нескольких восточных княжеств в это время находились на захваченных у королевства землях. Новости о беспорядках в столице давали им надежды на дальнейшее расширение территорий своих стран за счет раздираемого внутренней войной соседа. Опытное войско, составленное в основном из кавалеристов Южной армии, направилось прямо в центр вражеских войск. Когда дозорные донесли, что впереди сравнительно небольшого отряда всадников едет воин без шлема, командующие объединенными войсками решили, что едет переговорщик для заключения перемирия, в котором, несомненно, нуждалось разрываемое междоусобной войной королевство. Навстречу отряду выехало все командование, наверняка в их головах крутились планы, как бы урвать побольше от ослабевшего старого врага. Но воинам магического ордена было наплевать на любые правила ведения войны, они шли к своей цели, не считаясь ни с какими правилами. Подъехав на расстояние атаки, главнокомандующий ат Ар, скакавший во главе войска, улыбаясь, поднял левую руку, и чудовищный взрыв разметал весь высокородный отряд противника. Повинуясь сигналу, все остальное войско направило свой удар на сводную армию. Мощные магические всплески опрокидывали боевые порядки, кавалерия довершала разгром. И хотя убито было не так уж и много, тем не менее армия противника прекратила существовать.

Дальше, следуя своей стратегии бить в самое крепкое место, армия направилась к столице республики одноименному городу Саббат, находящемуся на восточном побережье океана. Большой город был плохо защищен. Давно под его стенами не стоял враг. Разросшийся во все стороны, с низкими стенами, отделявшими старый и новый город, он не представлял серьезную фортификационную преграду. Но население города доходило до миллиона человек, и как маленький отряд Южной армии собирался его взять, никто не представлял. В наступающей армии было до четырехсот единиц тяжелой кавалерии, около тысячи легкой и менее трех тысяч пехоты, передвигавшейся далеко позади передового отряда. Город мог выставить около двухсот тысяч ополченцев, от которых немного было толку, но задавить одной массой их бы хватило. Также в городе было два отряда гильдейской гвардии, тяжелая конница, общим числом около двух тысяч, и три отряда наемников северных кланов общим числом около тысячи. Силы были несопоставимы, но все перевешивало одно — страх магии. Сейчас неизвестно, возник он сам по себе или орден разжигал его среди жителей Саббат намеренно, ведь источник страха возник не на пустом месте: вести, что армия королевства в одном бою разгромила объединенную армию, разлетелись во все стороны. Все заперлись за стенами и с тревогой смотрели на горизонт.

Подъехав к городу, наступавшие расположились на большом холме и послали ультиматум. Одновременно все входящие в совет торговой гильдии услышали в своих головах: «Безоговорочная сдача или ужасная смерть всего населения. На рассвете старейшины выносят ключи от города или люди начнут умирать». Пораженные ужасом советники не приняли никакого решения и со страхом ждали рассвета. С первыми лучами солнца и без того взбудораженный город закипел. Люди начали умирать, какая-то непонятная магическая болезнь поражала горожан совершенно случайно, и никто не мог помочь несчастным. Богачи посообразительнее хватали свои семьи и неслись в порт, грузили добро в корабли и отчаливали. В городе воцарился хаос. Военный совет принял решение атаковать. Отряд наемников вышел из центральных ворот, их задачей было связать боем противника, в то время как гвардия гильдии, выйдя двумя отрядами из южных и северных ворот, должна была ударить по флангам. Но благодаря магическим шпионам планы защитников были известны заранее. Дружину северных кланов встретил магический смерч, тучи пыли, поднявшиеся в воздух, не дали выходящим войскам собраться в организованный отряд, тяжелая кавалерия ударила с холма по левому флангу и, разбив его, развернувшись помчалась к северным воротам. Следом за ней хлынула легкая кавалерия, завершив разгром. В то же время по тяжелой коннице, выходившей из южных ворот, был нанесен магический удар. Землетрясение ужасной силы ударило прямо под ноги выходящей тысяче. Земля покрылась глубокими трещинами, в которых исчезали и люди, и кони. Сами ворота и ближайшие стены были разрушены до основания, похоронив под своими обломками немало воинов. Пострадал и город, все трущобы южной части превратились в груды камня и дерева. Отряд, выходивший через северные ворота, успел построиться в боевые порядки. Всадники, ожидавшие приказа начать разгон, дабы поразить завязшие в рубке у центральных ворот войска неприятеля, были удивлены, увидев появившийся из-за пыльных туч отряд тяжелой кавалерии. Набравшая скорость конная лава ударила в центр стоявших войск. Магические взрывы, раздавшиеся в строю защитников, усилили разгром.

Когда осела пыль, оставшиеся в городе члены совета гильдии вынесли символический ключ от города. Торговая республика была покорена магией, держалась же она в подчинении страхом. Страхом перед ужасной магией.

Затем были покорены мелкие и средние княжества западного побережья. Стерев с лица земли несколько городков, войско магического государства легко завоевало победу.

К этому времени в столице королевства произошли изменения, подчинив себе совет магов, ат Ин объявил себя императором нового государства. Всех магов братства он произвел в новое дворянство империи. Старые титулы были упразднены, отныне только маги ордена и их потомки считались родовой знатью. Обращение из языка магов превратилось в приставку, означающую титул. У новорожденной империи на континенте остался только один серьезный противник — Северные кланы. Ранее не представлявшие серьезной угрозы, в то время они начали объединяться под знаменами единого военного лидера. И хотя обстановку подогревали многочисленные беженцы покоренных государств, сами предводители кланов понимали, что поодиночке им не выстоять. Опытные воины, закаленные в многочисленных межклановых войнах, они считали, что собрав свои силы в один кулак, смогут противостоять армии магического государства. Первая же битва показала, что магия неодолима на поле сражения. Но гордые северные народы не собирались сдаваться. Долгие годы в ставших провинцией империи северных землях продолжалось усмирение. Сменилось несколько поколений, когда ставшая вотчиной рода ат Ар северная провинция Сиристрия смирилась. Но и на протяжении многих веков север является самой малонаселенной территорией империи Ат, слишком много крови пролилось на этих землях.

Царствование императора-основателя запомнилось как время грандиозных свершений, смутная, но вместе с тем великая пора.

Императрица Инея Великая

Важной вехой в истории империи, является правление императрицы Инеи ат Ин, прозванной еще при жизни Великой. Правнучка основателя, она воцарилась в тяжелое для страны время. Благодаря жесткой политике в империи жилось мирно. Правители провинций не бунтовали, народы не враждовали между собой. Единственный серьезный внешний враг — большой остров Санди на восточном побережье. И хотя две попытки его завоевания, предпринятые предыдущими правителями, были безуспешны, сами сандийцы не могли напасть на империю. Их мощный флот и искусство мореплавателей раз за разом не позволяли высадить десант на своем побережье, но своими сухопутными войсками сандийцы не обладали. В Сандии того времени жило много потомков благородных семей, изгнанных магами с материка, и хотя они все это время вынашивали планы триумфального возвращения, большинство понимало, что они неосуществимы. Существовал еще один большой остров — Истор, находившийся гораздо севернее. Ранее не населенный, к тому времени он стал прибежищем изгнанных с северных земель кланов, которые на новой земле образовали один народ. Но суровые условия обитания не позволяли им собрать силу, способную хотя бы тревожить магическую империю.

Однако страну начали разрывать внутренние противоречия. Признание только магической родовой знати начало расшатывать устои общества. Много людей, обладавших большими достоинствами, не могли получить дворянского звания в качестве награды за свои деяния или по другой причине, ввиду отсутствия у них магических способностей. Они были, как и многие, простолюдинами. Более того, новые маги тоже не могли считаться знатью, законы империи были просты и прямолинейны. А ведь встречались случаи, правда довольно редкие, когда непризнанные маги были гораздо сильнее самых сильных представителей знаменитых родов империи. Все это усугублялось еще и тем, что в некоторых именитых семьях не было ни одного мага, в других же силы магов были очень слабы. Рушились устои, заложенные в государство магов.

Но не только в магической среде появились трещины. Между магами и обычными людьми увеличивалась пропасть. Маги все больше жили замкнутыми общинами, крайне неохотно общаясь с представителями простого народа. Государство достаточно устойчивое в своих границах, представляло бурлящий котел.

Правление молодой императрицы началось довольно спокойно, обыденная инаугурация. Объезд провинций. Балы во славу. Всенародные гуляния. А затем последовали неспешные, но резкие преобразования. Одной из первых реформ был новый указ, раздавшийся подобно грому. Это был указ «О не наследном дворянстве», согласно которому «отныне каждый гражданин империи за заслуги перед государством имеет право на получение дворянского звания, удостоверяющего высокое положение, однако не передающегося по наследству». Это сразу внесло оживление среди обычных людей. Маги ворчали себе под нос: «что с того, что он был Болот, а теперь эл Болот? Чернь, она и есть чернь». После того как указ вошел в силу, возник вопрос: «Как же заслужить это новое звание?» Поэтому возникновение новых служб империи был встречено с интересом. Деятельные люди потянулись на государственную службу. Была подготовлена хорошая почва для новых реформ. Затем был опубликован указ «О магическом применении в обществе», главной целью которого было усиление проникновения магии в повседневную жизнь империи. Указ имел много пунктов, для его реализации было организовано множество новых служб. Изготовление магиков было объявлено ремеслом, свободным от налогов. Была организована гильдия ремесленников, патронаж над которой взяла сама императрица. Большинство талантливых членов гильдии были сразу произведены в дворяне. За самые удачные произведения Инея дарила мастерам ценные подарки. Мастера становились уважаемыми людьми, сама профессия стала очень престижной, и это не преминуло сказаться на результатах. Обыденная магия все больше начала проникать в повседневную жизнь граждан империи. Следующим важнейшим документом был указ «О приобретении магического дворянства», предписывающий, что отныне, если в семье магов родился маг, он получает возможность получить дворянское звание. Это был сильнейший удар по магической касте. Поднялась буря. Как же так! Нарушение устоев государства, заложенных императором-основателем. Но постепенно волнения в среде магов улеглись, ведь дворянский титул отличался от титула старых родов империи. В законах было закреплено понятие «имперский» дворянин, в отличие от новых просто дворян, и приставка у них была не «ат», а «сат».

Империя получила сильнейший толчок в развитии. Подъем начался во всех сферах государственной деятельности. Но императрица не собиралась на этом останавливаться, магия проникала во все уголки империи. Полезнейшим изобретением стали магические дороги, представлявшие из себя гигантские магики. Изначально планировалось просто решить проблему с разрушением дорожного покрытия. Но затем пришла идея использовать их как средства связи на дальние расстояния. А после возникла более масштабная задача, и было решено использовать дороги для быстрого перемещения. В структуру дороги вкладывались пассивные плетения. Когда по ним перемещался специальный экипаж, плетения получали от него энергию и генерировали поле, позволяющее повозке лететь над дорогой. И хотя этот способ перемещения очень затратен, но применение его позволяло усилить контроль государства над удаленными провинциями. По проложенной дороге империя могла в кратчайшие сроки перекинуть свою армию в любую точку, где в ней возникала необходимость.

Одной из важных реформ была отмена запрета на религиозную деятельность. Люди нуждались в утешении, в том, чтобы им говорили, что делать и как себя вести в той или иной ситуации. Жесткие законы империи запрещали любую деятельность в этом направлении. И немало пророков было казнено. Согласно новому закону, религии выделялось место в жизненном укладе империи. Однако было продумано и осуществлено много сдерживающих механизмов, как тайных, так и явных. В памяти еще были живы магические погромы, устроенные религиозными фанатами. Главным условием для подобной деятельности было наличие сильных магических способностей у основателя какого-либо учения. Уж по крайне мере против устоев магического государства такой человек не пойдет. Со временем люди подобного толка собрались в святые магические ордены. После чего между орденами святых братьев наладилась устойчивая связь, они разграничили области действия и поделили провинции, а со временем даже начало происходить взаимопроникновение. Монахи в поисках мудрости переходили из одних святых обителей в другие. Конечно, для посвященных в магические практики одного ордена перейти в другой было невозможно. Ведь, по сути, в магическом плане они представляют собой закрытые магические школы для преданных и магически одаренных послушников. И несмотря на все продуманные препоны, обители святых братьев набрали большой вес. И хотя их влияние на политическую жизнь было мягким и неявным, главные лица святого братства чувствовали себя ровней имперским князьям.

И только когда признание императрицы переросло во всеобщее почитание, был издан новый указ «Об имперском наследстве». Отныне если потомок имперского рода не обладал магическими талантами, он должен был образовать новый род, на который в свою очередь действовали те же законы. Это был сильный, но не смертельный удар по имперской знати. Немало имперских князей признавало, что их потомки, не обладающие магическими способностями, не могут нести имя великих магов основателей, будь то ат Ос или ат Ар. Новый закон предлагал не лишать обделенных званием потомков имперского звания, но и позволял действительно магическим родам выделяться среди остальных. Довольно-таки скоро образовалась определенная традиция именования новых родов. К родовому имени добавляли одну букву в начале, так и появились ат Рос, ат Мар и т. д. На их потомков действовали те же законы, и поэтому теперь по длине родового имени можно было многое понять.

Правление императрицы Инея вошло в летописи как самое благостное для народов империи. Все основные принципы правления, заложенные великой императрицей, живы и по сей день, и способствуют процветанию великой державы.

Сандийский раскол

Завоевание Сандии осуществил сын Инеи Великой, Инар ат Ин. Большой флот из огромных дрейфующих островов, загруженный десантом, неспешно направился к острову. Флот сандийцев ничего не мог с ними поделать. Маги, спокойно расположившиеся на подвижных островах, отгоняли быстрые флотилии противника. Моряки даже пробовали таранить эти острова, но это им не помогло. Высадка десанта все решила. Островитяне не обладали сколь-нибудь значащими сухопутными войсками. Небольшие отряды прибрежной стражи ничего не могли противопоставить высадившимся тысячам. Практически без потерь захватив все города острова, они вынудили сдаться флот островного государства. Сразу же с высадившимся десантом прибыла имперская администрация и начала вводить общие законы. Покорение давнего противника прошло обыденно и как-то походя, что, несомненно, было замечено сандийцами и сломило их дух. Однако все было не так просто. Новая власть не хотела портить отношения с местной знатью, и хотя здесь были применены те же законы, что и по всей империи, но представители старых родов континентальной знати, изгнанной в старые времена, не были притесняемы.

Со временем жизнь на острове успокоилась, теперь это была просто удаленная провинция империи. Началом событий принято считать момент, когда править удаленным островом отправился двоюродный брат императора Инус ат Дин. Да, именно ат Дин. Установив законы для своих подданных, императоры были вынуждены и сами им следовать. И от семейства ат Ин откололась семья ат Дин, потому как дядя императора магическими способностями не обладал. Однако Инус был неплохим магом, и мог рассчитывать на участие в политической жизни империи. И в качестве утешения Инус получил в правление маленькую империю. Правил он долго и успешно, достойно поддерживая имперский дух среди своих подданных. Было это заговором местной знати или все получилось сам собой, сейчас никто не скажет. Но дети Инуса ат Дина породнились с представителями местной старой знати, и в их умы закладывались разные новые мысли. Сначала очень осторожно, на уровне рассказов. И вот уже внуки Инуса воспитывались в другой атмосфере. Вместе с тем Сандия развивалась как обычная провинция империи, и проникновение магии в повседневную жизнь шло полным ходом. Более того, если раньше в Сандии проклинали магов, то теперь их старались переманить. Сильным магам создавали все условия для жизни, выделяли лучшие места для проживания, для них строили прекрасные дома. Наместники императора всегда привечали их в своих дворцах. В целом же двор наместника не уступал по роскоши двору императора. Маленькая империя ат Динов — так называли Сандию, и это было неспроста.

Орден «Восточный оплот», созданный в давние времена еще изгнанниками центрального государства, а затем пополнившийся жаждущими мести из других стран, претерпевший множество изменений, в то время принялся осуществлять новый план: опираясь на магов, любыми способами оторвать Сандию от империи. Среди правящей династии уже вовсю ходили сепаратистские настроения. Множество магов, прижившихся на острове или воспитанных там, тоже поддались на агитацию.

И вот в один прекрасный день наместник императора Дино ат Дин объявил себя единоличным и полновластным правителем Сандии. Никакой войны империи он не объявлял и даже предлагал военный союз, но в случае нападения обещал драться до последней капли крови.

Император был в гневе и потребовал покарать изменника. Генералы начали готовить планы, и тут оказалось, что никто не знает, как воевать магией против магии. Тем более что сильный и ранее флот острова после покорения был переоборудован, на борта кораблей поднялись боевые маги. И как стало известно, сандийский флот поддержал своего правителя. Воссоздали дрейфующие острова, но первое же испытание показало, что корабль с боевым магом на борту потопит его очень быстро. Однако приказы надо выполнять, и флот принуждения к миру отправился вплавь.

Одной из особенностей острова было то, что вся его западная половина, обращенная к империи, была покрыта прибрежными горами, и высаживать десант в них было бы полным самоубийством. И поэтому корабли были вынуждены огибать либо южную, либо северную оконечность острова. Можно конечно было бы зайти с моря, но столь длительная перевозка десанта заранее обречена на неудачу. И все время, что флот вторжения плыл вдоль острова, он подвергался нападениям то со стороны острова, то со стороны островного флота. Получив много повреждений и потеряв немало матросов и пехотинцев, было принято решение прекратить нападение. Островное королевство состоялось.

Долгие годы империя вынашивала планы по возврату островных земель в свое лоно. Но ни один из планов не выглядел привлекательным. И поныне Сандия является самым сильным противником империи.

О магии

Магия — это возможность управлять энергиями мира, воздействуя на них энергией самого человека. Магический дар — это способность самого человека влиять на энергию мира. Сильный дар подразумевает управление большими силами. Существуют различные школы, обучающие приемам работы с энергией. Существует мнение, что магия бывает разной — магия воздуха, огня, земли, воды, разума и так далее. По моему, это заблуждение, главное полезное свойство которого заключается в том, что так человеку легче работать с магией, представляя ее стихией либо еще каким-нибудь образом. Магические плетения — это цепочка преобразований энергии мира для достижения желаемого результата. Для того, чтобы представлять эти плетения, и выдуманы все эти направления. Кому-то удобнее представлять, что он работает с водой, сплетая струи воды в нечто осязаемое, кто-то представляет, как появляется воздушный вихрь, у кого-то перед глазами пляшут языки пламени, другой чувствует дрожь земли, вызываемую его действиями. Человеческому разуму нужны эти образы, чтобы добиться результата, потому как магическая энергия — это что-то неосязаемое, а стихии знакомы человеку с древних времен.

Помимо силы плетения, которая напрямую зависит от силы магического дара, существует еще и сложность плетения. И хотя это вещь относительная и во многом зависит от воображения человека, ведь одни и те же результаты могут быть достигнуты плетениями разной сложности, но это важнейшая составляющая эффективности магии. Представить в уме всю цепочку преобразований, напитать ее силой и выпустить в мир — вот как выглядит процесс магии изнутри.

Существуют маги с разной комбинацией этих составляющих.

Маг с сильным даром и слабой умственной организацией способен на мощные и примитивные плетения. Как правило, такие маги находят себя в армии. Напитать силой просто плетение и кинуть его во вражеские ряды, сея разрушение, или держать мощный щит чистой энергии над своим отрядом, перехватывая неприятельские снаряды, — это все, что от них требуется. Также востребованы строители магических зданий и крепостей, мостов и тоннелей, создание которых требует больших познаний в архитектуре, а потому труд этих магов пользуется уважением.

Слабый дар и сильная умственная организация оставляет больше возможностей, это лекари, и многие из них достигают больших высот в своем ремесле. Человеческий организм сложный и по большому счету слабый, поэтому именно слабые, но сложные плетения приносят толк. Много применений находят подобные способности, но самое большее — это изготовление магически активных предметов, амулетов, оружия и доспехов. Магически активные предметы имеют наибольшее распространение среди народов империи, магики — основа существования империи Ат, в ее нынешнем состоянии. Магия — редкий дар, а ее использование в империи широко распространено именно благодаря магикам. Процесс изготовления магика выглядит следующим образом — замышляется основное функциональное плетение, затем оно преобразуется структурно в зависимости от материала активизируемого предмета, причем структура предмета имеет гораздо большее влияние, чем его форма. Затем самое главное — вспомогательные плетения, закрепляющие основное на предмете. По сути это один из сложнейших этапов, в настоящее время существует много вариантов подобных плетений, и создание предмета с известной комбинацией плетения и материала не представляет ничего сложного, вот создание способа крепления нового плетения к новому материалу — задача сложнейшая, доступная только великим мастерам.

Великие маги способны управлять огромными энергиями и выстраивать сложнейшие плетения. Их единицы, но они способны на чудеса. Как правило, это потомки магов основателей и они князья империи.

Большая часть магов империи обладают средними способностями. Они занимают уважаемое место среди граждан империи и являются наиболее привычными для жителей.

Об основном разделении магических профессий

Боевые маги — их специализацией являются сильные по энергии, простые, быстро сооружаемые плетения.

Лекари — их плетения слабо энергетические, сложнейшие, долго выстраиваемые и долго исполняемые.

Зоркие — их плетения разные по мощности, в зависимости от необходимой дальности, и опять же разные по сложности, в зависимости от того, что необходимо увидеть: просто взор со стороны, содержимое грузов или примененную магию.

Ловчие — воздействуют плетениями на энергии человека. Они чем-то сродни лекарям. Но действуют в основном на разум человека, их даже изредка используют для лечения психических заболеваний. Редкая специализация, не требующая особой силы, но своеобразного мышления. Влияют на разум людей, причем выражение этого влияния разнообразно, например: создание великолепных, не отличимых от реальности иллюзий, передача сообщений на большие расстояния. Используются и в армии, и в службах империи. Возможность подавления воли активно используется службами.

Изготовители магически активных предметов — у них чаще сложные плетения, но бывают и простые, внедряемые в предметы, причем плетения находятся в спящем состоянии, при запитывании энергии используются. Структурное заклинание, как правило, самоподдерживающее, но распространены и одноразовые.

= Пометка на полях = Я нашел себя именно в изготовлении магиков, у меня слабый по силе дар, но соответствующая организация ума.

Провидцы и ясновидящие самый сложный случай применения магии, и в моей системе имеющие самую слабую теоретическую базу. Предполагаю, что они могут взаимодействовать с самыми сложными энергиями мира, их природа мне непонятна.

Еще стоит упомянуть так называемую святую силу, это очень скользкий вопрос, ведь сами святые отцы не считают себя магами, и все их силы приходят из так называемой божьей милости — «И даровал господь бог всемогущий сынам своим, силы за благость их и на славу божью». Мое мнение — святые люди научились владеть своей силой особым образом, принимая все происходящее как милость божью, они достигают невысоких, но стабильных результатов. Их плетения характеризуются безумной сложностью, хаотичностью и, что самое удивительное, — самоорганизованностью. Магические практики святых братьев скрыты от непосвященных, и даже монахи двух орденов имеют кардинально различные системы подготовки и обучения. Их плетения похожи на бурлящий неорганизованный поток, который, тем не менее, выполняет свою задачу. Но сразу стоит сказать: если никаких сложных плетений от святош ждать не стоит, то по мощности они бывают ужасающими. Добавив к этому хаотичность их плетений, мы получим серьезных противников обычным магам.

И отдельной группой стоят так называемые чудные. Таким словом обычно называют магов, не поддающихся какой-либо классификации. Их очень мало, и все попытки понять, как же они творят магию, проваливаются. Для теоретиков от магии чудные — невероятно раздражающий случай.

= Пометка на полях = не встречал ни одного магика, действующего на чудной магии. Интересно, их вообще нельзя сделать или просто среди чудных не нашлось ни одного мастера? Если принять, что чудная магия проявляется абсолютно спонтанно, то понятно, почему среди них не образовались школы, которые несомненно нужны для разработки принципов внедрения плетений в предметы.

О предрасположенности к магии

Существует немало теорий о проявлении магических способностей. И все сходятся на том, что они передаются по крови. Конечно, возникают маги, в роду которых никогда не было ни одного представителя магического искусства, и в семье славящейся своими магическими предками, рождались дети, не способные к магии абсолютно. Но большинство самых сильных магов — потомки древних родов основателей империи.

Насколько мне известно, все гораздо сложнее. Точная информация о преемственности магических способностей в магических родах скрывается, а развитие появляющихся новых сильных магов искусственно тормозится. Это закрытая тема и поднимать этот вопрос опасно для жизни. Мне представляется, что магический дар является, конечно, необходимым условием, но вот развитие его — вопрос более важный, когда говорят о силе мага. Возможно, если бы я получил соответствующее образование, то и мои силы были значительно больше имеющихся. Не зря все магические школы и практики всегда закрыты для посторонних.

Часть 2. Советник

Глава 1

Лето 699 г. Династии Ин. Скальное убежище.

— Итак, Авита, начнем твое обучение, — мы находились в моей библиотеке, я сидел в большом удобном кресле, доставшемся мне от предыдущих хозяев, Авита сидела на столе, болтая ногами, — давай немного серьезнее, бери стул садись ближе.

Легко спрыгнув, она потащила тяжелый криво сбитый стул, мое творение, к большому столу, заваленному книгами. Забравшись в него с ногами, внимательно уставилась на меня.

— Вот так-то лучше. Начнем с простого. Скажи, как к тебе приходят видения? Когда ты спишь или бодрствуешь? — медленно с расстановкой продолжил я.

— По-разному. Чаще всего я сама не могу понять, сплю я или нет, — наморщив лобик, Авита смотрела мне прямо в глаза.

— А это происходит, когда ты, скажем, идешь или стоишь?

— Когда стою? Нет, такого не помню.

— Ты должна научиться отделять свои простые сны от видений. Вот держи, умеешь пользоваться «таладом»? — отвернувшись, я принялся рыться в столе.

— Нет.

— Смотри, — я протянул ей белую пластину размером в две ладони, — пользуйся им как стопкой листов обычной бумаги. Он сохраняет все написанное на нем, причем писать можно чем угодно, хоть пальцем. Маги пишут на нем просто усилием мысли. Остальные пользуются тонкой металлической палочкой — стромой. Держи. Пробуй.

Осторожно взяв пластину, Авита сначала провела по ней пальцем, а потом, зажав строму, неловко вывела — талад.

— Да, действительно просто. А когда лист закончится?

— Дотронься до правого уголка, появиться новый чистый лист. Если хочешь вернуться к предыдущему листу, дотронься до левого. Если хочешь стереть написанное, просто проведи по нему. Можешь аккуратно стромой убрать пару символов или просто проведи рукой по листу.

— А что писать?

— Для начала запиши все свои видения, которые сможешь вспомнить. Затем раздели их на те, которые получили подтверждение, и те, которые не сбылись. Потом постарайся заметить какие-нибудь отличительные признаки. Если не будет получаться, не расстраивайся, я помогу.

— Это вроде не сложно, я справлюсь. Что еще?

— Пока все. Обучение ясновидящих очень сильно отличается от учебы другого мага. Никаких плетений или особенных способов работы с энергией. Для ясновидящего очень важно понять самого себя. Отделить свои фантазии от настоящих видений. Но вот знаешь я что подумал, возможно, в тебе есть и способности к обычной магии. Среди ясновидящих встречались и способные маги. Я даже знаю, как нам это быстро проверить. Ты знаешь, что такое алтарь стихий?

— Нет. Расскажите, — услышав загадочные слова, девочка оторвалась от своей новой игрушки.

— Это особое место, построенное специально для тренировки начинающих магов. Плетения, свойственные стихийной магии, объединены и выставлены напоказ.

— Но вы же в своих записках писали, что нет никаких стихий, — девочка проявила внимательность, это радует.

— Верно, но если такой взгляд помогает развитию способностей, то почему им не воспользоваться? Идем прямо сейчас.

Спустившись на второй уровень, мы вышли к заброшенному с виду проходу.

— Будь осторожна, я здесь редко хожу. Держись лучше за мою руку, — не оборачиваясь я протянул ей назад левую руку, правую протянул вперед, из моего рабочего перстня появился слабый лучик желтоватого света.

— Тут темно, а здесь может быть кто-то? — в голосе слышалась восторженная сладость встречи с новым и неизведанным.

— Кто?

— Ну, кто-то плохой.

— Вряд ли, может снурх забредет. Но он услышит тебя гораздо раньше, чем ты его, и уберется с твоего пути.

Через полста шагов проход начал подниматься. Послышался шум.

— Что это за звук? — Авита закрутила головой, пытаясь разобрать доносящейся звук.

— Увидишь, сама поймешь.

— Странно, я не могу понять, что я слышу.

— Да, это некая особенность подобных мест. Я видел несколько таких алтарей, этот сделан довольно-таки грубо, но талантливо. Смотри.

Перед нами предстала небольшая пещера с глубоким провалом в центре. Из него поднимался мощный поток воздуха, уходящий вверх в широкое отверстие в потолке, на дне виднелся огонь, и языки пламени вырывались вверх. По стенам пещеры текли ручьи воды, образуя местами небольшие водопады. Журчание воды смешивалось со свистом воздуха, и на его фоне слышался утробный земляной гул.

— Что-нибудь чувствуешь?

— Как-то странно, — тихо прошептала девочка.

— Вызывает некую робость, не так ли? — громким веселым голосом спросил я.

— Да.

— Ничего не бойся, это место специально таким сделали. А теперь прыгай туда, — я указал на провал в центре.

— Куда? В огонь?

— Страшно? Давай вместе.

— Мы ведь упадем.

— Никуда мы не упадем. Ты когда-нибудь хотела научиться летать? — взяв ее за обе руки и стоя спиной к провалу, я увлек Авиту за собой. Мощный поток тут же подхватил нас и, приподняв слегка над полом, принялся ласково колыхать. Девочка с закрытыми глазами парила надо мной.

— Открой глаза.

— Ой. Мы сейчас сгорим.

— Это не тот огонь. Ты чувствуешь на себе его жар?

— Да. Но мне не горячо. Ветер — он такой мягкий.

— Поплавай немного в нем. Смелее, — я мягко оттолкнул ее от себя.

Размахивая широко руками, Авита медленно плыла рядом со мной.

— Освоилась? Тогда наоборот, закрой глаза. Почувствуй, что тебя окружает.

— Ветер что-то шепчет мне, — она мечтательно улыбалась.

— Не старайся расслышать, что он говорит, просто пропускай мимо ушей. Что еще?

— Огонь — он не страшный. Он ласковый, но гордый и иногда щекочет меня за ноги.

— Хорошо, постарайся думать о них как о друзьях. У тебя явно получается чувствовать напрямую проявления магической энергии, — спланировав с несущего потока на край провала, я наблюдал за ней со стороны.

— Музыка, здесь музыка. Она как будто идет издалека.

— Это вода, эту музыку можно слушать вечно. Пробуй подпевать ей.

Авита стала вертикально, ветер трепал ее волосы, и похоже, она танцевала.

— Та-та, та-та тара-та там-там…

Все это конечно хорошо, у девочки хорошие магические задатки. Но ясновидение редкий дар и очень для меня полезный. С другой стороны, я совсем не представляю, как развивать ее дар. Может, дать ей немного обычной магической практики? А если это ей помешает. Я сидел на краю провала и размышлял.

— Кто это? — широко раскрыв глаза, девочка смотрела, куда-то вверх.

— Что? Что ты почувствовала? — я насторожился.

— Кто-то большой и он смотрит на меня. — она явно не совсем понимала, что чувствует.

— Хе, вот ты почувствовала землю. Эта стихия окружает нас, и мы редко ее замечаем. Чувствуешь эти медленные мысли, которые ворочаются словно камни. Эту неторопливость и простоту понятий, — я тоже вспоминал свои ощущения от воздействия этого плетения.

— Да, он добрый и большой, — при этих словах она робко улыбнулась.

— Скажи ему привет, — я тоже улыбался. Авита молчала, но я слышал, что она ведет безмолвный диалог.

Посидев еще немного, я решил, что этого достаточно.

— Иди ко мне, — я протянул ей руки.

— Что, уже? — ей явно не хотелось уходить.

— Мы придем сюда еще, — и это была правда.

Спрыгнув ко мне, Авита стояла на месте, впитывая ощущения этого места.

— Ты молодец, у тебя точно есть талант, скажи, кого ты почувствовала сильнее, — хоть это все и чушь, но так будет проще ее развивать.

— Не знаю, они все такие разные. Земляной такой добрый, ветер шальной, огонь озорной, а вода… она такая задумчивая, — девочка сама выглядела задумчивой, как вода.

— Мы не прощаемся с ними. Скажи им до свиданья, — все-таки девочки очень романтичны и впечатлительны.

Зажмурившись, девочка общалась со своими новыми друзьями.

— Идем, я думаю, обед готов, — взяв за руку, я мягко потащил ее прочь.

Обедали молча, чинно и обстоятельно. Филис вела себя как истинная хозяйка, в ее движениях чувствовалось достоинство.

— Спасибо, — как же приятно поблагодарить кого-то за приготовленную тебе пищу.

— На здоровье. Мне самой очень приятно, что можно в спокойствии и уюте готовить обед, — Филис выглядела довольной.

Авита, погруженная в свои мысли, молчала.

— Я вижу, вы освоились. Может, чего-то не хватает? — я откинулся на спинку скамьи и чувствовал себя добрым волшебником.

— Нет, что вы, все хорошо, — видимо, Филис еще не до конца освоилась либо сама хотела играть роль бесконечно благодарной.

— Но? Договаривайте, — я был настойчив.

— Немного скучно и мрачно. Здесь совсем не видно неба и солнца, — тихо ответила моя домохозяйка.

— Да, вы правы. Но выходить вам отсюда еще рано. Хотя я знаю, что можно сделать. На первом наблюдательном посту есть хорошая площадка. Я обустрою ее для вас, будете принимать солнечные ванны, — я вопросительно смотрел на них.

— В этом месте столько всего и все такое странное. Все же где мы? И куда вы водили Авиту, я же вижу, она теперь другая, — а вот этот вопрос явно интересовал мою будущую тещу.

— Это убежище мы обнаружили, когда искали банду, промышляющую запретными магиками. Пройдя по цепочке, мы вышли на производителей, которые обосновались здесь. Всех задержали и переправили в столицу, а это место осталось дожидаться исследователей. Я проводил всю операцию. Когда все началось, я понял, что это идеальное место для укрытия, — старался говорить сухо и кратко, ну зачем им знать то, что им знать не нужно.

— А что бандиты здесь делали? — Авита проявила интерес.

— Ну, самих бандитов здесь не было, только мастер со своими подручными, здесь хорошая мастерская, — я все еще пытался закруглить разговор.

— А что они здесь делали? — продолжала допытываться девочка.

— Я же говорю, запрещенные магики. — немного раздраженно ответил я.

— А это как? — искренний интерес в глазах маленького ребенка.

— Хороший вопрос, и главное, на него есть кому ответить, это именно то, чем я занимался на службе. Есть реестр магиков, изготовление и распространение которых запрещено законами империи, — ну что ж, тема мне знакомая.

— Например?

— Их огромное множество, начиная от безобидных и заканчивая очень мрачными. Здесь, к счастью, ничего такого смертельного не производили, обычные поделки для всяких темных личностей. Например «манок», это довольно-таки сложный в изготовлении, но простой в использовании магик. Мягко воздействуя на разум жертвы, он позволяет несколько направлять действия жертвы, используется в основном для того, чтобы завести ничего не подозревающий объект нападения в глухую подворотню. Или выманить часового каравана от огня костра в тень. Есть и посильнее, например «глупыш», это уже очень сильное воздействие. Им пользуются карточные шулера, отупляют жертву и заставляют ее проигрывать раз за разом, или трактирные грабители, подсаживаются к подвыпившему купцу и, неспешно его разговорив, заставляют беднягу самого вытащить кошелек и отдать злодею. Все они воздействуют на разум, и все они подпадают под общий запрет. Изготовление таких магиков разрешено только гильдии магов, после одобрения совета лекарей. Есть магики с другим механизмом, например «тень» или «сумрак», позволяют злоумышленнику скрыться от чужого взгляда. Широким спросом среди особого люда пользуются всякие магические отмычки, открывают любые простые замки, часто исполняются как обычные магические инструменты, так сказать, предметы двойного назначения. Есть более опасные смертельные магики, их великое множество — от убивающих на месте до вызывающих слабое недомогание и неспособность сопротивляться. Вот изготовлением всего этого здесь и занимались эти милые люди. Ладно, хватит об этом.

— Они выстроили для этого это убежище? — Филис, хлопочущая с посудой, включилась в нашу беседу.

— Нет, им явно это не под силу. Они нашли его и использовали, — хоть это и мое предположение, но высказал я это достаточно уверенно.

— Кто же сделал это все? — нашу хозяйку явно увлекла эта история.

— Сейчас можно только предполагать. Мое мнение — это убежище времен становления империи. Авита, ты ведь читала историю возникновения нашего государства? — я повернулся к девочке.

— Я не читала того, что вы дали Авите… — начала Филис, но я не дал ей договорить.

— Вот и зря, возьмите и почитайте, — сварливым тоном перебил я ее.

— Так вот. Даже я знаю, что в те времена здесь были южные княжества, воевавшие с центральным государством, как же они могли сюда забраться? — Филис смотрела на меня, как школьник на учителя.

— Так это очевидно, куда им было еще податься. Хотя, конечно, вы правы, главное укрытие ордена магов времен становления империи известно и располагалось на берегу озера Ш`иор. Я думаю, здесь было запасное, самое секретное. Припасенное на случай провала главного мятежа. Настолько секретное, что спустя многие годы о нем никто не знал. Пока его не открыли преступники, хотя кто его знает, возможно именно древние хранители этого места были предками местных мастеров. Это бы объяснило их знание этих мест. Однако главное, что они использовали, — это мастерские подземелья. Там великолепное место, сделанная с большим старанием кузница и сборочный цех, защищенный от любого внешнего влияния и оснащенный гасящими устройствами против неудачных последствий. Не много есть мастерских в империи, так тщательно обустроенных.

— Ух ты, тайное убежище ордена, — девочка заерзала на скамье.

— Авита, это всего лишь мое предположение, но думаю, оно очень близко к истине. И отвечаю на ваш второй вопрос: я водил Авиту в место, которое использовалось для обучения начинающих магов. Мы провели там некоторое время, я наблюдал за ней. Можете поздравить себя и свою дочь, она может стать хорошим магом, и мы будем развивать ее дар и в этом направлении.

— Магия. Магия — это хорошо, но с другой стороны, то, что с нами случилось, тоже из-за магии, — Филис сказала это явно с вызовом.

— Оставьте, ножом можно порезать хлеб, а можно перерезать горло. То, что с нами случилось, давно должно было произойти. Магия уже много лет как стала настолько сильной, что могла бы стереть нас всех в порошок. Лишь благодаря усилиям наших служб этого не произошло гораздо раньше, но всего предвидеть невозможно. И мы имеем то, что имеем. Авита, иди и продолжи работать над своими записями, а нам, Филис, давно пора заняться делом. Вы готовы? — я встал и смотрел на нее.

— Э-э, вы про ткачество? — она явно растерялась.

— Про него, я сделал станок. Идемте, думаю, работа заставит вас отвлечься от грустных мыслей. Тем более это нужная мне работа, нужная всем борющимся с Тьмой. Стой, Авита, потом сядешь за записи, пойдем с нами, будешь помогать маме, работа должна быть разнообразной, я не собираюсь терпеть нахлебников.

Может немного резко, но я не собирался позволить упадническим настроениям взять верх. Работа всегда помогает отвлечься от дурных мыслей.

В пещере, задуманной мной под цех, было уже все готово.

— Вот станок, я постарался сделать его как можно более удобным. Вот нить, которую я заготовил. Все вроде просто. Подойдите ближе, покажу, что делать, — распинав разный мусор, оставшийся от производства станка, я пробрался к нему ближе.

— Мы разберемся. Какой ширины ткать полотно? — у Филис в голосе появились деловые нотки, это очень хорошо.

— На всю ширину станка. Кроить будем на разных людей. Нить мягкая, но очень прочная, — я перебирал в руках мотки нити, всегда любил наслаждаться своей работой, конечно, в данном случае она может и не такая великая, зато, на мой взгляд, это очень удачное решение задачи.

— А почему нельзя сразу простую ткань сделать магической? — Авита заинтересованно смотрела на меня, тоже перебирая в руках нити.

— Хороший вопрос. А мне так проще. Плетение, преобразующее нить, строить проще, чем накладывать сложное структурированное плетение на готовый пошив. И это позволяет сделать конечный продукт менее заметным и более устойчивым, что мне и необходимо. Но такой подход предъявляет серьезные требования к качеству изготовления полотна.

— А кто кроить будет? — Филис явно была увлечена процессом.

— А так вы и будете, — в меру энергично ответил я, — надеюсь, с этим проблем не возникнет.

— Ну-у смотря, что надо, — протянула Филис задумчиво.

— Не бойтесь, бальных платьев не требуется, смотрите, берем кусок полотна, — достав свой талад, я принялся на нем делать набросок, — ширина как раз по ширине полотна, именно с таким прицелом я его сделал, отрезаем его по длине на четыре локтя, далее делаем в центре дыру, здесь будет проходить голова. На этом можно было бы и остановиться. Но мы сделаем еще разрезы здесь и здесь с двух сторон, и эти края будут загибаться по бокам и проходить под руками, можно и оставшиеся верхние наплечники прошить, но это пусть доделывают на свой вкус те, кто будет это носить.

Глава 2

Сегодня наступил срок. Я ведь ждал этого почти год. Сегодня мой временный статус будет подтвержден. Одновременно с этим разблокируются замки сейфов, а уж запустить свои руки в особое хранилище запрещенных магиков и неведомых артефактов я мечтал давно. Даже списка хранимого у меня не было. Совершенно не представляю, что из этого может произойти. Самая лелеемая мечта — научиться чему-то особенному, не зря же эти вещи запрещены. Итак, начнем.

Хранилище 1А. Крышка открылась с мягким стуком. Самые маленькие и самые опасные вещи. Просидев очень долго, я был вынужден признать поражение. Я не знаю, что это. Нужно менять тактику. Сначала нужно понять, что я имею, затем понять, как это использовать. В каждом контейнере находится табличка с краткой описью: название, короткое описание внешнего вида, класс опасности и пометка об источнике появления, причем зашифрованном довольно-таки просто. Полагаю ОМТ — особый магический трибунал, К-3 — канцелярия, третий стол. Что, интересно, может значить цифровое обозначение 0-1-2, 2 и 1–2? Все последовательности цифр идут строго по возрастанию, то есть никаких 1–0 или 2-1-0. Можно предположить, что какие-то вещи пришли из 2, а какие-то вещи были сначала в 0, затем перешли в 1 и так далее. Цифра 3, обнаруженная на внутренних стенках всех контейнеров, убедила меня в том, что это номера хранилищ. Имеющееся у меня хранилище номер 3. Наверняка собирать запретные магики и артефакты начали давно.

Все вещи в хранилище можно разделить на две группы: запрещенные магики, работающие на сложных, но потенциально изучаемых принципах, и артефакты, принцип работы которых неизвестен. Насколько я знаю, существуют такие, в которых магию не может заметить самый искусный мастер, но ее действие явно видно. Сравнительный анализ самых старых и последних артефактов поставил меня в тупик. Не заметно никакого изменения в технологичности артефактов, а ведь в любом деле со временем приходит опыт, появляются новые способы изготовления и так далее, и можно предположить, что более современные будут выглядеть более изящнее. Никаких подобных признаков.

Почти сразу увидел магики, отсвечивающие в магическом зрении черным и красным светом. Тьма и демоны. Очень опасно сейчас. С другой стороны, гора должна скрыть их действие, можно попробовать. Черный шар, удобно ложащийся в руку. Слабое левитирующее заклинание, побочное действие. Наверняка используется для расположения магика в рабочем положении. Магик явно был сделан таким образом, чтобы посторонний его не запустил, но у меня достаточный опыт. Обнаружил начальные точки плетения и стал запитывать его. Шар начал рывками испускать волны непонятой мне темной магии. Никакой угрозы я от него не почувствовал. Влияния на окружающие предметы не заметно. Надо пробовать дальше. Демонский магик я трогать не стал.

Разбирая контейнер с большими предметами малой опасности, я увидел интересную вещь. Шлем золотистого цвета, сферический купол, открытое забрало, два изгибающихся отростка шли от затылка и переходили в прямые направляющие, проходящие вдоль щек. Тот самый шлем, о котором мне говорила Авита. Опасность, судя по описанию низкая, никакой магии не чувствую. Так, если я одевал ее на девочку, значит и мне ничего не будет. Одел. Изменения стали заметны не сразу. Почувствовав неладное, я потерял связь с сигнальными амулетами, на которых держалась оборона убежища, попробовал построить плетение. Не получилось. Вмиг покрывшись холодным потом, я спокойно снял шлем. Плетение вышло сразу. Одел снова. Никакой магии. Снял. Вот значит ты какой «колпак архимага», чудесный артефакт, против которого бессильны даже великие маги, его еще называют «Тюремщик». По легенде только архимаг сможет в нем колдовать. Я, выходит, точно не архимаг, но я никогда и не претендовал. Насколько мне известно, в нашей истории не зафиксировано ни одного доказанного случая появления мага запредельной силы. Что ж, теперь мне известны чувства магов, побывавших на западных островах, которых накрывали безумные смерчи. Никакого сильного мага туда не заманишь. Враз лишиться способности творить магию оказывается довольно страшно. Благодаря отсутствию магов на западном военном флоте империи все эти годы приходилось мириться с пиратами архипелага Черного Ящера. Интересно, коснулись ли их последние беды или демоны побоялись тоже туда сунуться?

Итак, как же применить этот артефакт для обучения? Значит, наденет она его и дальше что? Не будет же она в немходить, значит снимет. Надевать, снимать. Магия, отсутствие магии. Точно, пусть учится понимать себя. Она сможет точно различать, где магия видения, а где просто выдумки.

Ладно, пора проверить, что с моим рангом. Я достал из моего личного контейнера служебный жезл. Признав хозяина, он мигнул навершием.

— Итак, что мы имеем, — войдя в связь с магическим интеллектом, я запросил текущий статус, — отлично, флаг-советник с чрезвычайными полномочиями. Но жезл тут же послал мне предупреждение, что не может установить связь ни с одним имперским концентратором и мой статус не получит фиксирования в главном реестре. Это значит, что мой статус действителен, пока цел мой жезл, ну что ж, будем с ним поосторожнее.

Прошел ровно один год с того момента, как все началось. Присев на большой контейнер, я погрузился в воспоминания…

Рабочий день заканчивался, я дописывал отчет по операции «Южная кузница», когда раздался сигнал тревоги класса 2Б. Быстро вооружившись, я выскочил в коридор, мои коллеги тоже торопились на посты. Спустившись на первый подземный уровень, провел перекличку, согласно боевому предписанию мне поручалось командовать обороной хранилища. Затем прибежали еще трое бойцов из архива.

— Все на месте, закрываем проход, с этого момента на любые попытки проникнуть к нам отвечаем стрельбой на поражение, — скомандовав, я оглядел свой отряд, бойцы рассредоточились по комнате ожидания выдачи, заняв всевозможные укрытия. Двое убежали вглубь, скрывшись за стойкой оформления сопроводительных документов.

— Командир, известно, что происходит? — Весельчак сегодня был серьезен, но по его роже было видно, что он готов что-нибудь отмочить.

— Разговорчики, вы на боевом… — и тут пришел сигнал изменения степени угрозы, на 1А, — *********, — через сжатые зубы выплюнул я ругательства, — разрешается применять оружие и плетения без ограничений. — Достав из футляра болт с «дырой», я перезарядил арбалет, в котором до этого стояла «жгучка».

Никто из группы не проронил ни слова, кто-то тоже перезарядил арбалет, кто-то достал амулет, и еще я увидел, как один архивист принялся готовить сложное плетение, какой-то огненный смерч, направленный на входную дверь. Напряжение нарастало. Время шло, ничего не происходило. Я начал чувствовать, что готовится к активации ударное плетение цитадели. Что же там происходит, если решено привести в действие главный калибр? Отблески мощных плетений начали долетать до меня, согласно уставу я не применял активных следящих заклинаний, но и пассивных хватало понять, что над нами ведется сильный магический бой. Полыхнуло несколько раз очень сильно. Раздался гул и удар, здание затряслось, как будто получило пинок великана. И все стихло. В комнате стояла звенящая тишина. Шум возбужденного дыхания и запах пота.

— Похоже, все, — сказал кто-то из отряда, в его голосе слышалась робкая надежда.

— Не расслабляться, быть наготове, — скомандовал я уверенным тоном, но сам чувствовал нечто подобное. Пришел сигнал, атака отбита, но угроза осталась. Чуть позднее пришел служебный вызов.

— Я наверх, старший второй номер по расписанию, примите оперативный ключ опознания, — отдав распоряжения, побежал трусцой на выход.

Поднявшись на первый наземный уровень, почувствовал запах гари. Построив обзорное плетение, понял, что часть верхних уровней отсутствует и там горит огонь. Добравшись до второго уровня, разобрал, что пожар потушен, мимо меня пробежало пару закопченных личностей.

— Канцлер Шторн, мастер-советник Наваль явился по вашему вызову, — уставно обратился я к сидящему за столом человеку. Посмотрев на меня, он жестом велел удалиться остальным присутствующим.

— Мастер-советник Наваль, получите временный статус флаг-советника, вам поручается вывезти особое хранилище. Действуйте по плану «Беги, спасай». Место назначения никому не сообщать, постарайтесь действовать не шаблонно.

— Понятно. Что мне еще стоит знать? — как можно более спокойно спросил я.

— На севере открыт портал, магические существа из других миров проникли к нам, — сухо отчеканил Шторн.

— Операция «Северный князь» пошла не так, как запланировано? — постараюсь выудить как можно больше.

— Да. Не то слово «не так». Мы недооценили этого проклятого ат Мара. Нападению подверглись все сколь-нибудь магически сильные объекты. Северные цитадели канцелярии уже разрушены, восточная, как и мы, смогла отбить нападение. Из столицы уже ничего не доносится, похоже, там все. Но как он мог?! — лицо советника исказила гримаса. — Ему мало было заигрываний с Тьмой, так он еще обратился на ту сторону.

— Возможно от безысходности?

— Да, возможно, но это ведь безумие, и ему и нам доподлинно известно, что ни один маг, обратившийся к ним, не остался жить. Они намного сильнее любого мага. И когда его силы закончатся и он не сможет держать портал, демоны заберут его. Я читал его описание, составленное нашими ловчими, он очень разумный человек, даже в своих опытах с Тьмой он никогда не преступал черту. Или это сама Тьма помутила его разум, но тоже не сходится, эти силы противны друг другу. Не понимаю, — уже тихо добавил Шторн.

— Мы ведь отбились. Может, лучше здесь и оставить хранилище? Это ведь получается самое защищенное место, — я хотел все понять.

— Нам не выдержать следующей атаки, — устало ответил советник, — и хотя мы и уничтожили одного из них, но я уверен, скоро появится еще кто-нибудь и скорее всего сильнее предыдущего, а запас цитадели исчерпан на треть. Все! Не рассуждать! Выполнять!

— Есть! — я повернулся и побежал вниз.

Потом были поспешные сборы, я, не стесняясь и не заботясь о своем авторитете, ругался, кричал, пинал своих подчиненных, и не только своих, и не только подчиненных. Затем дикая скачка по запасным тропам. Я сразу понял, куда мне стоит ехать. Если все началось на севере, значит надо бежать на юг, а там у меня есть чудное и никому не известное убежище, обладающее некоторыми полезными свойствами. Мы успели затащить хранилище и завалить нижние проходы, когда нас настигла черная лихорадка. Я выкарабкался и Гроен, а вот штурм-командира Трита мы похоронили. Затем и Гроен глупо погиб на охоте, все-таки мы, городские, не умели охотиться в горах, а эта чертова кошка выскочила прямо из-под снега и кинулась на него, когда он разделывал тушу барана. Я пристрелил ее, но Гроена уже было не спасти. Я остался один, что делать было неизвестно. Ни один из служебных концентраторов не отвечал…

Услышав топот торопливых ножек, я повернулся к входу.

— Лекс, идем ужинать, — девочка стояла у входа и смотрела на раскиданные на коробках магики. — Ух ты, а что это такое?

— Помоги мне их убрать обратно, и знаешь что, просто бери и клади их в ящики, — да уж, интересно что бы сказали мои шефы, узнав, что эти артефакты трогал руками не то что не сотрудник нашей служба, а обычная простая девчонка.

Покидав все в контейнеры, я запечатал их обратно.

— Ну все, идем, я проголодался.

Этот ужин проходил довольно-таки весело, Авита рассказывала о своих грандиозных успехах на ниве ткачества, а мама над ней подшучивала.

— А они, эти накидки, правда помогут солдатам? — девочка интересовалась полезностью своего труда.

— Да и даже очень.

— А кто их получит? — Филис интересовала более практическая сторона.

— Первыми воины пограничной стражи, они сейчас самые ярые уничтожители тварей, затем отряды из замка, там тоже есть смелые люди. Ну а дальше видно будет, возможно придется расширить производство.

— А солдаты эл Торса получат? — в глазах Авиты светился нешуточный интерес.

— Это ваши воины? С которыми вы пробирались сюда? Не знаю, если они будут выходить бить нежить, то тогда да.

— Интересно, как они сейчас там, в нижнем городе? — Филис тоскливо вздохнула.

— Да, это хороший вопрос. Они, конечно, сильные люди, по вашим словам, но и жизнь там ой не сахар.

— А что там вообще происходит? — девочка явно приготовилась слушать.

— Все, кто там есть, образовали три большие группы. Основу первой, назовем ее армейской, составляют отставные служаки с семьями и остатки разбитых гарнизонов. Это самая малочисленная, но самая организованная и боеспособная часть. Вторая — это бежавшие из городов и имений богачи, которые не смогли пробиться в аббатство или закрепиться в верхнем городе. Их безопасность обеспечивают остатки городской стражи и разные службисты. Довольно-таки слабая группа, ее можно назвать мещане, и хотя среди них немало вооруженных людей, но против тварей они не выстоят. И третья, если можно сказать, все остальные. В основном обычные простолюдины, но к ним прибилось немало отребья с городского дна, и правят там, насколько мне известно, представители преступного мира, и хотя особых зверств там не происходит, но жители совершенно бесправны. Они не только не защищены от тварей, но и беззащитны от своих соседей, а среди них встречаются довольно-таки мрачные личности. Это самая большая группа и самая неспокойная.

— И что, никто не наводит там порядок? — Филис так удивленно возмутилась, как будто степенной городской хозяйке рассказали о карманниках на ближайшем овощном рынке.

— А кто это будет делать? Никому это не нужно. Сейчас все обеспокоены собственным выживанием. Хотя когда в бедных кварталах начались волнения, армейские беженцы постарались проявить силу. Видимо, кто-то из преступного дна решил пощипать под шумок кварталы богачей, всякие буйные личности мутили голодающий народ и подбивали их идти громить «зажравшихся толстяков», у которых амбары ломятся. Хорошо, что армейцы смогли договориться с пограничниками. Арс Тамоа послал в кварталы хорошо вооруженный отряд. Они не заходили в сами кварталы, а патрулировали между ними. Три дня они убивали любого вооруженного, находившегося за пределами своих кварталов. На провокационные обстрелы отвечали уничтожением лачуг, из которых летели стрелы. С тех пор кварталы соблюдают вооруженный нейтралитет. Если ваши попали к армейцам или мещанам, то, думаю, все у них будет хорошо. В бедных кварталах могут пропасть, к жизни там нужно иметь привычку.

За столом повисал пауза.

— А вы ждете гостей? — задумчиво спросила Авита.

— Каких гостей? — я насторожился и подобрался.

— Не знаю, но я вижу, что кто-то придет, — так же задумчиво протянула она.

— Кто? Куда именно? К горам или прямо в убежище? Откуда? — я не на шутку взбудоражился.

— Я не вижу ничего точно, откуда-то снизу. Они вам знакомы. Я чувствую, что вы будете сначала обрадованы, а потом опечалены. Да, точно, печаль утраты и горечь бессилия я ощущаю, — Авита вещала как настоящая ясновидящая.

— Поначалу обрадован, а потом опечален, уж лучше наоборот. Говоришь снизу? Ну что ж это уже что-то, здесь не так много проходов вообще, да и снизу не много. Ладно, уберитесь за столом, я схожу, проверю сигнальные плетения.

Глава 3

Толчок под сердце разбудил меня, противный свист в ухе заставил вскочить. Собравшись с мыслями, разобрался с сигналами. Сработал охранный амулет на запасном входе главной дороги. Вот и гости, посмотрим, что это за печальные знакомые.

Быстро накинув одежду, натянул на себя защитную куртку и легкий шлем. Перевязь с кинжалами и арбалет. Проверил все свои защитные и атакующие амулеты. Своих будить не стал, если я не справлюсь, им все равно деваться некуда.

— Ну что ж, идем радоваться.

Добравшись до заваленного входа, прислушался. Кто-то не спеша откапывал завал. Через эту породу не проходит магия и понять, кто на той стороне, я не мог. Но большое скопление людей или тварей я бы почувствовал. Можно попробовать вылезти оглядеться. Над запасным входом существует наблюдательное окно, оно находится над узким карнизом, взобраться на который практически невозможно, ну и, конечно, нужно знать его место нахождения. Так оно обычно прикрыто щитом и малозаметно. Спустившись по заранее подготовленной веревке, я осторожно прошел по карнизу к входу. Двое, один копает, другой лежит рядом, и похоже — это ребенок. Внезапно звук раскопа прекратился, и из небольшой пещерки появилась фигура.

— Это я, мастер, — раздался негромкий голос.

— Ошьти? Это ты? — глупый вопрос, я уже понял, что это он.

— Да, — в голосе слышалась усталость.

— Кто с тобой? — лучше сначала понять что происходит.

— Это Тефрен. Мы последние из ос Одора, — кратко, и многое стало понятно.

— Что случилось? — может и не стоит спешить, вдруг болезнь.

— Темная тварь, — теперь стало все понятно.

— Иди сюда, я скину веревку, ты не такая знатная фигура, чтобы из-за тебя разбирать весь завал. Сможешь подняться с ребенком?

— Я и без веревки бы забрался, — ну хоть какие-то эмоции прозвучали в этом голосе.

Когда Ошьти поднялся, я втянул веревку и закрыл окно щитом. Стало темно, и я зажег небольшого светляка. На руках у моего старого знакомого сидел мальчик лет шести и смотрел на меня наивно удивленно, как могут смотреть только дети.

— Идем, есть хотите?

— Мы не хотим быть в тягость, мастер, — скрипучим голосом обратился ко мне идущий следом за мной Ошьти.

— Все равно утро, будем завтракать.

— Где ваши друзья? Вас никто не прикрывал, мастер, это не разумно, — его занудство меня всегда веселило, но не в этот раз.

— Если ты про Весельчака и Торопыгу, то их нет, совсем нет, — мрачно ответил я.

— Жаль. К кому мы идем? — а вот за его практичность я его всегда уважал.

— У меня тут небольшая семья образовалась.

Поднявшись на второй уровень, я повел их в столовую. Меня удивило, что мальчик выглядел очень спокойным и вел себя так, как будто ничего необычного не происходит. Ошьти шагал осторожно, внимательно осматривая обстановку.

— Садитесь. Есть хотите?

— Я нет, а про Тефрена не знаю, наверно хочет.

— Это твой сын? — спросил я, хотя никакого внешнего сходства не наблюдалось и близко. Ошьти среднего роста, сухой и жилистый, волосы пепельные. Мальчик смуглый, кучерявые черные волосы, живые глаза, и по фигуре было видно, что вырастет высоким и сильным. Чувствовалось, мальчик явно благородных кровей и уж точно не из этих мест.

— Теперь да, — как обычно сухо ответил горец.

— Рассказывай, — я был собран и деловит.

— Откуда начинать?

— Начни с того момента, как мы расстались.

— М-м-м, — Ошьти покивал головой и погрузился в воспоминанья, — как мы и договаривались, я замаскировал завал и убрал наши следы. Потом день шел обратно, смотрел, не идет ли кто за нами. Все было чисто, затем вернулся в Одор. Рассказал старейшинам оса то, что вы рассказали мне о происходящем. Разослали гонцов в соседние осы. Усилили охрану троп. Видели беженцев, идущих в разных направлениях, но в основном на юг, хотя были и безумцы, рвущиеся на север. Мы приняли нескольких, в основном наших родичей из окрестных городков. Но к ним прибилась одна странная компания. Два пожилых воина с мальчиком. Я не знаю, о чем они говорили с главой рода, но им разрешили остаться. Затем пришла болезнь. Заболели все, но никто не умер. Хотя нет, вот Тефрен не заболел. Наш грух (на горском «видящий души», что-то среднее между зорким и ловчим) сказал, что мальчик особенный, но он не понял, что с ним.

— Погоди. Тефрен, а ты что скажешь? — я смотрел на мальчика.

— Он не говорит, мастер, может говорить, он здоров, но не говорит.

— Видимо, какое-то душевное заболевание. Ладно, продолжай. Стой, давай хоть согрею свару да суну мальчику пару булок, захочет есть — съест.

Согрев воды, я разлил всем настой, положил перед Тефреном пару булочек, испеченных вчера Филис. Пощупав сдобу, мальчик принялся отщипывать по кусочку и увлеченно жевать, поглядывая на нас.

— Уже лучше, — отвернувшись от ребенка, я кивнул Ошьти.

— После болезни появились твари. Двое пропали. Троих загрызли. Грух сказал, что он слышал зов темных духов. Начали поить воинов счоном, люди пропадать перестали.

— Счон, насколько я помню, это ваш дурман. Не понимаю, как он может помочь бороться с зовом?

— Его можно по-разному готовить. Можно сделать так, что принявший его будет сосредоточен на какой-то цели, и сбить его с нее невозможно. Мы издавна использовали такой способ, когда надо было срочно послать гонца в непогоду. Человек становится более собранным, но правда только на одной цели. Для часовых это тоже годится.

— Хм, и ведь эта травка довольно-таки распространена. Ты умеешь готовить такую настойку? — мой мозг, как обычно, сразу выцепил практическую сторону рассказа.

— Я никогда не готовил, но думаю, что смогу. Состав простой, и я не раз видел, как его готовят, — уверенно ответил он.

— Хорошо. Значит, с тварями вы боролись более или менее успешно.

— Да. Нежить особо в наши горы не лезла, на зов мы не поддавались. Изучили повадки нечисти и успешно их отгоняли. Старые воины нам помогали. Они особо не светились, но я видел — они настоящие мастера, какая-то незнакомая мне школа и огромный опыт. И видно было, что они привыкли работать парой, понимали друг друга без слов. В Одоре не было никого сильнее их, если бы не они, мы бы потеряли многих. Хотя мы и так всех потеряли. Да. Я всех потерял. Была моя очередь стоять на посту. Сначала я понял, что в поселке что-то происходит, что-то плохое. Я чувствовал смерть, но пост не покидал. Однако ничего не заканчивалось, и я понял, что это конец. Побежал вниз, спустился быстро с карниза по веревке. От поселка несло смертью. Тефрен был первый, кого я встретил, он сидел на камне на окраине поселка. Я взял его на руки и пошел к домам. Потом опомнился, поставил его на землю и вытащил клинок. И тут появились два воина, они медленно отступали спинами ко мне, но я сразу узнал в них пришлых.

— Что случилось? — громко крикнул я.

Один из них резко оглянулся.

— Ты? Откуда ты здесь?

— Я с верхнего поста.

— По тропе ведь не пройти?

— Я спустился по веревке.

— Вот, значит, как все повернулось. Тогда понятно, почему мы здесь. Слушай меня, охотник, здесь все мертвы. Если ты останешься здесь, тоже умрешь. Я тебя прошу, спаси мальчика, другого выхода нет. Поверь мне, так надо. Мы постараемся дать вам уйти.

— Я тоже воин, я готов умереть.

— У нас нет возможности победить, вопрос сейчас в том, кто останется жить. Ты не трус, я знаю, но пойми, мы поклялись спасти жизнь этому мальчику. Это очень важно. Ну, давай же, решай быстрее, сейчас она придет сюда.

— Останешься живой, сможешь отомстить, — крикнул второй воин, на мгновение отвлекшись от скального прохода.

И тогда, схватив мальчика на руки, я побежал к скале, перетянул его ремнем у себя на груди и полез по веревке. Забравшись наверх, я увидел всю картину. Что-то большое костлявое выскочило и набросилось на воинов. Стоявший первым кувыркнулся под тварью и оказался позади нее, сразу вскочил и начал подсекать костлявые лапы. Второй стал рубить ее мечом. Они работали очень быстро, и тварь растерялась. Но они не причиняли ей никакого сильного ущерба. Куски костей летали в воздухе, но тварь крутилась и наносила удары, нисколько не показывая своих ранений. Я понял, куда идет дело. И начал вышибать заготовленные клинья, надо было обрушить карниз. Не знаю, увидели они, что я делаю, или так получилось, но они начали теснить ее ближе к скале. Я тянул время, надеясь на чудо. И я увидел, как тварь, крутанувшись, сломала ногу одному из воинов, он не успел отскочить, и она ударила его всем телом, и он упал сломанной куклой. Второй с воплем кинулся в самоубийственную атаку, и тогда я выбил последние клинья. Сработала вся заготовленная схема, и обвал разрушил карниз, завалив поле боя обломками. Не знаю, убил ли он тварь, но оба воина точно мертвы.

— И ты решил идти ко мне. Опиши тварь, пожалуйста.

— Вся из костей. Ни куска мяса. Кости старые, но крепкие, очень крепкие. Двигается быстро, но глупо, не расчетливо. И мне показалось, что это медведь. Только большой, раза в два.

— Костяная тварь. Я уже слыхал про такую. Опасный противник.

— Ясного утра, Лекс, а кто это? — в дверях стояла, зевая, заспанная Филис.

Ошьти при этих ее словах посмотрел на меня немного удивленно. Ну да, он никогда не слышал моего личного имени.

Мы сидели на кухне. Позавтракав, Авита возилась с Тефреном, он наблюдал за ней несколько свысока, не знаю, как это у него получалось. Филис рылась в припасах, она непременно хотела накормить мальчика по-домашнему.

— Я думаю, мальчика определим к дамам. Они за ним присмотрят, да и в целом женская ласка для ребенка пользительна. Сам подберешь себе приют или подсказать?

— Я помню план, составленный при первичном обследовании. Лезть на нижние уровни одному нет смысла. Займу верхний уровень. Оттуда ближе к наблюдательным пунктам.

— Будь очень осторожен, там все обветшало, — сидя на скамье, я потягивал горячий свар и размышлял об открывающихся перспективах.

— Пещеры мой второй дом, я там все укреплю, — Ошьти сидел, выпрямив спину, и внимательно наблюдал за действиями моих домочадцев.

— Меня заинтересовал твой рассказ о необычных приемах боя двух воинов. Можешь показать, что запомнил?

— Да, вот тот странный перекат с круговым выпадом. Неуверен, что показываю его абсолютно точно, но вот как-то так, — плавно встав, он вышел из-за стола и, кувыркнувшись, выкатился в проход.

— Дальше, — хотя места для маневров явно не хватало, никуда идти не хотелось.

— У воина с двумя мечами характерный рисунок передвижения на поле боя. Непрекращающееся вращение тела и перемещение по расширяющейся и сжимающейся спирали. Второй воевал с мечом и щитом, тоже нехарактерно. Насколько я видел, так — щит и меч — воюют рядовые воины, ополченцы и в основном в строю, — Ошьти, двигаясь короткими шажками, крутился у входа в кухню.

— Пограничники тоже используют парных щитоносцев, но действительно только в строю.

— Вот именно. Рядовые строевые воины. Здесь же явно был виден уровень мастера, и причем движения были рассчитаны на бой один на один или один на многих, — остановив показ, он сел напротив меня. Авита, увидев, что ничего интересного больше не происходит, вернулась к своим попыткам разговорить Тефрена.

— Я не большой специалист по рукопашному бою. Ты же знаешь нашу специализацию. Стрельба из арбалета на ходу, навскидку, в городских условиях. Бой на длинных кинжалах в тесных помещениях. Но, тем не менее, я повидал немало воинов в разных частях империи. Бой одинокого щита похож на систему юго-восточных кочевников, их оставалось все меньше и меньше, переезжали семьями в центральные города империи. Так вот они так и воюют, но правда в конном бою. Бой перекатами вообще мне не известен. Описанный тобой способ работы с парными мечами тоже неизвестен. Я сам неплохой специалист в этом направлении в варианте с кинжалами. Но все наши школы и методики не практикуют непрекращающееся движение. Считается, что движения должны быть обманчивы, и обычно используются узловые точки перетекания. В общем, действительно странные воины и странный мальчик. Я хочу его обследовать, — я посмотрел Ошьти прямо в глаза.

— Вы ведь не причините ему вреда, мастер?

— Я бы не хотел, чтобы из-за него случился вред нам. Но не бойся, я буду осторожен.

Я сидел на камне у входа и наблюдал, как Авита парит в центре алтаря стихий. Сегодня я решил начать обучение девочки обычной прикладной магии.

— Авита, хватит, лети ко мне.

— У-у-х, — сделав изящный пируэт, она приземлилась рядом со мной.

— Ты что-то поняла в моих записках о магии?

— Ну-у, — протянула Авита, — я поняла, что это не так уж и сложно. И никакого чуда в этом нет. Вы пишете о магии как о ремесле.

— Да, именно эту мысль мне и хотелось тебе донести. А теперь я расскажу, как творить магию.

— И что, я сразу смогу магичить? — широко раскрыв глаза, на меня смотрел изумленный ребенок.

— Нет, конечно, если я тебе расскажу, как сковать меч, ты его скуешь?

— Наверно, нет.

— Ладно, садись. И слушай внимательно. Магию можно представить как набор последовательных действий, создание плетения и наполнение его силой. Вот мой любимый пример. Смотри, я буду подсвечивать. Сначала строится основа, — перед нами появился светящийся прямоугольник, — затем мы его сворачиваем, — прямоугольник образовал тонкую трубочку, — затем изгибаем вот здесь и делаем дырочки, здесь и вот здесь.

— Это же дудочка! — воскликнула Авита.

— Да, и это же можно сравнить с готовым плетением. Но чего здесь не хватает?

— Надо подуть?

— Именно, плетение, не запитанное силой, не воздействует либо слабо воздействует с миром. А теперь дуем, — я продолжил, и раздался тонкий свист.

— Здорово!

— Это еще не все, плетение можно менять во время использования, не целиком, а некоторые его части, чтобы не разрушить его, — на дудочке начали прикрываться и открываться дырочки, зазвучала простенькая мелодия. Авита смотрела на дудочку, как на маленькое чудо.

— Значит, делать магию — это создавать магические вещи, а потом наполнять их энергией.

— Не совсем так. Видимо, пример тебя немного запутал. Дело в том, что само плетение состоит из твоей энергии, и наполняешь ты его своей энергией. Можно, если продолжить эту аналогию, сравнить со свистом. Ты умеешь свистеть? Так вот, что ты делаешь при этом? Вот попробуй сейчас. Видишь, сначала ты выстраиваешь свои губы и рот в определенную конструкцию, а потом через нее дуешь. Так же и с магией, сначала ты должна выстроить направляющие и затем пропустить через нее свою энергию.

— И как это сделать? Как выстраивать? Как пропускать?

— Обучение всегда идет постепенно. Ты умеешь писать? Помнишь, как тебя учили? Сначала ты рисовала палочки и кружочки, потом из них — буквы и уже потом слова и целые предложения. Здесь еще сложнее. Нам придется для начала учить тебя рисовать. Нужно, чтобы ты смогла воздействовать своей энергией на окружающий мир. Потом ты будешь учиться действовать на него сложнее и сложнее. И еще, почему это не просто: потому что магию нельзя увидеть, не применив другой магии. Человек не способен напрямую ощущать магические воздействия, есть несложные плетения, позволяющие увидеть, услышать или, используя другие чувства, обнаружить магию, но они просты лишь для обученного мага.

— И как же я буду учиться делать то, что даже не смогу увидеть? — искреннее недоумение заблистало в ее глазах.

— Для этого и существует одно из первых упражнений, — после этих слов я достал заготовленную глубокую тарелку, — смотри, поверхность воды чистая и гладкая. Вот я легонько касаюсь ее магией. В центре тарелки появилась маленькая ямка, и круги от нее понеслись к краям. — Видишь эти круги? Я создал их магией, теперь это же должна будешь повторить ты. Я же буду стараться тебе помочь, и буду усиливать те твои попытки, которые будут хоть немного близки к выполнению задачи. Поняла?

— Да. Можно начинать?

— Сейчас я успокою воду. И вот еще, не рассчитывай, что получится сразу. У некоторых на это уходят многие луны. Вообще-то эту нудную работу обычно поручают старшим ученикам, тебе же придется мириться со мной.

— Я готова.

— Начинай, — выстроив следящие плетения, я принялся смотреть за порывами неорганизованной энергии, бурлящей вокруг девочки. Прошло немало времени, Авита начала отчаиваться, и мне несколько раз пришлось гасить легкий ветерок, которым девочка пыталась выполнить задание. И вдруг по глади воды пошла легкая рябь.

— Отлично, не совсем то, что надо было, ты мазнула по поверхности, а не ткнула по центру. Но главное, ты сделала это. Ты произвела свое первое магическое действие.

— Да? — широкая гамма чувств красовалась не ее лице, тут и удивление, и восхищение, и недоверие, и разочарование.

— Продолжим, сейчас я сделаю воду гуще, а ты опять продолжай, — сменив позу, юная магесса продолжила творить волшбу. В этот раз у нее получилось гораздо быстрее. И по поверхности заходили волны; быстро затухнув, они начинались снова.

— Хорошо, а теперь попробуй встроить какой-нибудь ритм, сделай, чтобы волны шли почти беспрерывно. Хорошо, — понаблюдав еще немного за ней, я решил закончить урок.

— Отлично, у тебя очень хорошо получается. Теперь забирай посуду к себе, будешь тренироваться сама и без моей помощи, если не будет получаться — зови. Когда сможешь уверенно творить сильные ритмичные волны, продолжим. Хорошо?

— Хорошо, — чмокнув меня в щеку и схватив тарелку, она побежала к проходу и быстро в нем скрылась.

— Однако, — я сидел, потирая щеку.

Хорошие задатки, если так и будет продолжаться, то через пару лет она научится работать со своей энергией, и если она сможет контролировать себя и создавать сложные плетения, то из нее выйдет хороший маг. Затем несколько десятков лет на увеличение мощности энергетического канала — глядишь, и великий маг образуется. Вот только вряд ли у нас есть это время. И кто ей будет заниматься? Сейчас ведь не то время, что можно спокойно выбрать солидную школу, да и у меня совсем нет времени. Нужно работать с магиками и артефактами. Возможно, там я смогу найти ответы на все мои вопросы, но сколько потребуется времени, не скажет никто. Наверняка это годы кропотливого изучения в лабораторных условиях. Как умно, хранить документацию отдельно от самих объектов. Она хранилась в цитадели магической канцелярии. А это северо-запад, цитадель наверняка разрушена, и даже если все осталось в сохранности, не думаю, что демонов заинтересовали бы бумажки, но как до них добраться. Конечно, можно выделить самые перспективные направления и работать с ними, но даже на это нет времени. Ситуация в трех крепостях сложилась критическая. Сейчас настало время больших изменений, люди уже перестали бояться Тьмы, научились с ней бороться, и желающих жить дальше в таких условиях все меньше и меньше. Если сейчас не взять власть в свои руки, то ее несомненно возьмет кто-нибудь другой. И скорее всего, это будет аббат. Даже если откинуть мою нелюбовь к святошам, можно представить, что устроит на этих землях монашеский орден. Замок не будет противостоять открыто, но трения у них будут, это точно, арс будет по возможности стараться оставаться в стороне, но надолго его не хватит. Конструкция получится крайне неустойчивая. В общем, как ни жаль, к черту артефакты, по крайней мере на время, нужно заняться созданием комфортной обстановки вокруг себя.

Вызвав по сигналке Ошьти, я развалился в кресле в кабинете. Он пришел быстро, уже сориентировался в переходах.

— Это все тебе. Вот эту рубаху под доспех. Амулеты сам разберешь, куда и что с ними делать, они выполнены по общей схеме наших служебных амулетов. Я тебе сделал клинок, более или менее похожий на тот, к которому ты привык. И вот топор, он необычен, у вас такими не пользуются. Это северная работа. Плетения на нем, думаю, помогут уничтожить костяную тварь. Бери, привыкай к нему.

— Спасибо, мастер. Может, пару советов, чтобы мне не пришлось тратить лишнее время? — не обращая внимания на остальные вещи, Ошьти крутил в руках необычное для него оружие.

— Я тоже не особый специалист по топорам. Но полагаю, лучшей тактикой будет бой во второй линии. Воины первой должны связать тварь боем и в удачный момент открыть тебе проход, вывести на удар. Поэтому отрабатывай резкие удары из-под прикрытия, никакого парирования, я не поставлю тебя фехтовать с этой тварью.

— Понял. А о каких воинах идет речь? Здесь есть наши люди?

— Нет, к сожалению, но я наладил крепкие связи с местными. Там есть на кого положиться. Более того, мы уже провели определенное слаживание.

— Это очень хорошо, но та тварь моя! — обе руки крепко, до побелевших кончиков пальцев сжимали топор.

— Ошьти я тебя не узнаю. Соберись. Будешь делать так, как тебе прикажут. Я не позволю чьим-то эмоциям мешать моим планам.

— Это личное, мастер.

— Даже твоя жизнь — это уже не твое личное, — я громко ударил ладонью по столу, — неужели ты не понимаешь, что мы стоим на краю. И выбраться и хоть как-то наладить свою жизнь будет очень непросто.

— Я прошу.

— Делай, что я говорю, и достигнешь желаемого.

Я встал и медленно вышел, оставив Ошьти стоять в центре комнаты. Я обязательно постараюсь сделать так, чтобы он осуществил свою месть, но разбалтывать дисциплину я себе позволить не могу.

Через два дня, когда я проверял качество полученной магической ткани, наш новый дозорный меня вызвал по амулету связи.

— Мастер, кто-то зажег сигнальный костер у тропы.

— Это Борх, собирайся, прогуляешься со мной. Встречаемся возле выхода на южную тропу.

Спустившись, мы осторожно двинулись в направлении узенькой, слабо различимой в магическом зрении струйки дыма. Подойдя поближе, я не сразу его увидел, леший все еще пытался найти способ спрятаться от меня. Смело выйдя из кустов, я погасил костерок.

— Спускайся, мой лесной друг, — крикнув в направлении толстого дуба, я присел в траву.

— Лесные духи! Как вы это делаете? — с верхушки раздался звонкий голос, и кто-то быстро, но очень тихо, почти бесшумно стал спускаться с дерева.

— Как он это делает? Я до сих пор его не чую, — Ошьти был изумлен.

— Хорошая компания собралась. Ладно, говори, что узнал.

— Я был у твоего оса, горец, мне очень жаль, — Борх упал в траву рядом со мной.

Ошьти кивнул, не проронив ни звука. Стараясь восстановить уверенность в себе, он зорко наблюдал за окрестностями.

— Как там сейчас? Тварей видел? — я передвинулся ближе и заглянул ему в лицо.

— Там одна большая и одна маленькая костяные твари.

— Опиши.

— Большая похожа на медведя, маленькая на человека, но не совсем. Я не понял, но повадки не звериные, я это чувствую. Но и человеческими это назвать нельзя.

— Значит, она выбралась из завала. Откуда вторая-то взялась? — Ошьти явно начал волноваться.

— И еще в глубине, ближе к пещерам, я видел какие-то непонятные тени, около десяти. Я не знаю, что это такое, похожи на черные сгустки Тьмы, очертаний не разглядеть, но иногда просматриваются какие-то углы, перемещаются рывками, на свет не выходят.

— Черные призраки, это плохо. Много людей умерло в поселке, и не хорошей смертью. Что еще?

— Да вроде все, от гор они не отходят. Других рядом не видел.

— Слушай, присмотри за ними, я приведу из города людей. Надо обязательно уничтожить это гнездо, — я взял его за руку.

— Мастер, я так там малую луну просидел. Мне домой надо. Никуда они не денутся, — его голос приобрел жалобные нотки.

— Борх, я тебя прошу, мы быстро, — я еще крепче сжал его руку и заглянул в глаза.

— Мне надо отомстить, лесовик. Я тебя тоже прошу. Если господин Наваль говорит, что это нужно, значит это нужно.

— Ладно, еще одну малую посмотрю за ними. Я оставлю желтую ленту на одном из деревьев возле белой стены. Как доберетесь, снимите, я вас найду.

— Может, возьмешь сигналку, что за дурацкая задумка с лентами?

— Нет, не стоит соваться туда с вашей магией. Они учуют и по меньшей мере насторожатся.

— Спасибо, об этом я не подумал. Я надеюсь на тебя, — я хлопнул его по плечу, и мы быстрым шагом пошли обратно в убежище.

Глава 4

Весь сегодняшний день я решил посвятить хранилищу магиков и артефактов. И хотя это было несерьезно, за один день ничего стоящего мне среди них не раскопать, но я не мог, да и не хотел себя пересиливать. Это было похоже на поспешный глоток пива из полной кружки, на ходу перед выходом из дома. После завтрака вместе с Авитой пошли к моим сокровищам. Заметил, что девочка уже не смотрит себе под ноги, значит, окончательно освоилась в ходах пещеры.

— Лекс, а я вот спросить хочу, — Авита взяла меня за правую руку и смотрела мне в лицо.

— Да, давай спрашивай.

— Ты говорил, что эти скалы не пропускают магии. А как же мы творим магию здесь? Почему работают сигнальные магики?

— Молодец! Серьезный взрослый вопрос. Хотя, если бы ты подумала, то сама бы нашла ответ. Порода не пропускает магию, если быть точным, то сильно ослабляет структуру плетений, а неорганизованная магическая энергия ни на что не способна. Она не влияет на мир. Но в ходах-то этой преграды нет. Ты же видишь, что эголит работает. Я установил в ходах промежуточные магики. Они доставляют до меня сигналы от многочисленных сторожилок и ловушек, установленных на важных ходах нашего убежища.

— И все равно не понимаю. Если сторожилка здесь, с нашей внутренней стороны скалы, то как она следит за тем, что происходит снаружи? О! Я поняла. Ведь порода ослабляет плетение, значит если слой тонкий, то магия работает? — она снова заглянула мне в лицо, поблескивая глазками.

— Отлично. Правильный ход мыслей. Но все гораздо проще. Дело в том, что звук эта скальная порода передает, как и любая другая. Поэтому сторожилка с этой стороны «слушает», что происходит с той стороны. Ну и здесь добавлена простая сигнализация на обнаружение самого факта применения магии. Это плетение с очень простой структурой, и оно работает стабильно.

— Я поняла. Значит, к нам никто не проникнет?

— Э-эх. К сожалению, это не так. Проникнуть к нам несложно, я больше старался, чтобы это проникновение не прошло незамеченным. Но опытный взломщик сможет обойти мои сигналки. Ну и конечно, может быть силовой прорыв. Я установил пару обвальных ловушек, но если до нас очень сильно захотят добраться, то вполне могут это сделать. Ладно, смотри, чем ты сейчас займешься, — достав из контейнера «колпак архимага», я протянул его Авите.

— Тот самый? Такой тяжелый, — шлем ощутимо оттянул ее руки.

— Не бойся тебе не придется носить его постоянно. Этот артефакт блокирует магию. В нем ты не сможешь сделать даже то малое, чему ты уже научилась.

— А зачем? — я заслужил совершенно удивленный взгляд.

— Будем развивать твой дар. Я хочу, чтобы ты научилась точно распознавать предвидение. Разделять обычные размышления и магические видения. Давай так будешь каждый день надевать его и сидеть, просто думать о разном. О прошлом, о будущем, о настоящем. Сначала со шлемом, потом без. Ну и записывай все в талад. Я сейчас освобожу один сундук, и дам тебе от него ключ. Чтобы ты могла заниматься этим, когда меня нет.

Авита сидела на большом плоском сундуке, придерживая шлем руками. Подходящий небольшой ящик я нашел быстро. Напрягшись, я приподнял его и ссыпал все содержимое в большой, где раньше лежал «тюремщик». Подойдя с легким ящиком к Авите, я взял ее ладошку и прижал к замковой пластине. Настроив его, положил рядом с ней.

— Просто клади шлем в ящик и закрывай. Чтобы открыть, приложи руку к вот этой широкой пластине. Затем открывай, — убедившись, что у нее получается, я оставил ее заниматься.

Вернувшись к сваленным предметам, я принялся раскладывать их поудобнее, чтобы закрылась крышка. И тут я увидел нечто знакомое. Выгнутая деревянная пластина темного цвета. С четырьмя небольшими рогами по углам. Использовав подготовительное плетение, я убедился, он самый — «мертвитель». Запрещенный магик, смертельное оружие, защититься от воздействия которого очень тяжело. Влияет на все живое: людей, животных и растения. Уже мертвому не вредит. Это похоже на то, как цветок иссыхает под зноем, как стужа выпивает жизненные силы у людей. Некоторые части плетения мне были знакомы, но понять главную составляющую я не смог. Сталкивался я с изготовителями таких смертельный плетений. Мы накрыли мастерскую на севере. И хотя все материалы были сразу засекречены, во время работы я тайком осмотрел детали. Сам бы изготовить целиком нечто подобное я не смог, даже имея под рукой действующий образец. Но уже тогда у меня возникла мысль, что конструкция магика допускает его использование в разных направлениях. Воевать с нечистью с его помощью невозможно. А вот немного жизненной силы нам пригодится. Достав талад, я погрузился в свои записи. Освежив в памяти вычисления, принялся за переделку. Чтобы не разрушать сам магик, мало ли где пригодится, приладил к нему монтажную медную пластинуa и принялся вплетать дублирующую схему.

— Лекс, может пойдем ужинать? — Авита оказалась рядом возле меня и дергала за рукав.

— Какой ужин? — я гонял магик на разных режимах, проверяя границы его мощности.

— Поздно уже, — в ее голосе слышались просящие нотки.

— И в правду, что-то я заработался, — потянулся, и в стене стрельнуло.

— А что ты делал? Что это за штука?

— Это. Это. А ну пойдем, сама все увидишь.

Весь захваченный лихорадочным возбуждением, я поднялся на скальную веранду. Я успел пробить сюда небольшой желоб, по которому стекала подогреваемая вода. Установил простенький магик выше, возле ледника. Здесь был небольшой слой земли, и Ошьти принес еще снизу. Свежая почва чернела темными кучами.

— Здесь будет наш небольшой садик.

Запустив магик, я направил его на ближайшую кучу. Сначала ничего не происходило, но больно быстро земля зашевелилась. И по всей поверхности появились зеленные ростки.

— Трава.

— Посмотрим.

Равномерно проводя по всей земле, я наблюдал за рвущейся к свету жизни. В основном и вправду везде выросла трава. Но вот в дальнем углу заклубился куст и маленькие цветочные бутоны нежно зазеленели на нем. А ближе к краю упорно пробивался пока еще тонкий ствол маленького дерева.

— Вот смотри. Надо будет его пересадить поближе. Ну и принести еще всякого разного снизу.

— А можно больше цветов? И дерево амиши. Я так люблю его.

— Поищем. Займетесь с мамой на досуге. Говорят, возиться в земле очень полезно для спокойствия души. А теперь идем, нам действительно пора на ужин.

Сегодня был последний день нашего относительно спокойного существования. Дальше события полетят. А может, случиться и так, что нам уже не суждено будет встретиться. Закончив семейный ужин, я обратился к сидящим за столом.

— Завтра с утра мы с Ошьти идем в город. Нужно отнести обновки в пограничный гарнизон. И еще у нас там есть пару важных дел. Вернемся дней через пять-шесть.

Тефрен, как обычно, с удивлением и заинтересованно смотрел на меня, что не мешало ему есть, он явно освоился в наших пещерах.

— А мне можно с вами? — Авита спросила довольно-таки напористо.

— Авита! Ты чего? И думать не смей! — Филис явно испугалась за свою дочь.

— Не волнуйтесь, сударыня, у Авиты есть чем заняться здесь. Ты должна полностью научиться работать с водой. Я вернусь, и мы начнем изучать новое упражнение. И начните вторую партию ткани. Помните, она нужна воинам! — я поднял указательный палец вверх. О том, что мы собираемся заняться опасным делом и что девочке там не место, я решил им не говорить.

— Я уже освоилась с ткацким станком, думаю, мы будем работать быстрее. Ну а шить накидки вообще простое дело, — Филис говорила степенно и уверенно.

— Это замечательно. Возможно, я найду в городе вам помощников уже в ближайшее время. Авита, садись ко мне поближе, показывай, что ты успела занести в талад.

— Я? Я немного успела, — покраснев, тихо ответила Авита.

— Давай его сюда, — я протянул руку.

— Вот. Я там писала немного для себя, всякое разное. Это можно не читать, — достав из кармашка, она протянула талад мне.

— Так, посмотрим. Это не то, это тоже, — я листал страницы. Быстро глянув на Авиту, я сказал: — Меня не интересуют твои секреты, которые ты доверила этой штуке. Я хочу, чтобы ты разобралась в себе. Вот это уже интересно. Отлично. Но где же выводы? Обязательно напиши, что отличалось в этом видении от обычного сна. И в другом напиши. Когда опишешь их побольше, можно будет поискать общее для них. И тогда ты получишь твердый признак, позволяющий тебе определить, видение это или нет. Поняла? — я вернул ей талад.

— Поняла, — повеселев, она запихнула его в карман и, схватив грязную посуду со стола, убежала к маме.

Вышли с утра пораньше. Я чувствовал взгляд Авиты, наблюдающей за нами на тропе. Помахал ей рукой. Спустились вниз. Посидели, какое-то время понаблюдали за окрестностями. Вдалеке, на пределе работы амулетов обнаружил лежку какой-то нечисти. Махнув своему спутнику, направились к ней. Ошьти потренировался в наблюдении через аламат.

— Хочу проверить одну штуку. Нужно подобраться к ней как можно ближе, но чтобы она нас не почуяла. Видишь, где она?

— Там осыпавшийся склон. Где-то у подножья?

— Давай поднимемся повыше, вот к тем деревьям, — я указал в сторону деревьев, расположенных на склоне, которых давний обвал пригнул к земле.

Достал черный шар. Активировав второстепенное плетение, послал его шагов на десять вперед ближе к твари. Слабую магию она пока не чувствовала. Запустив основное плетение, принялся наблюдать. Волны темной магии начали расходиться от него в разные стороны. Долгое время ничего не происходило, после увеличения мощности основного плетения тварь зашевелилась. Медленно крадучись, она направилась к нам. Я повел магиком вправо, затем влево. Тварь отчетливо взяла курс на излучающий темную магию предмет.

— Стрелять только по команде. Я хочу увидеть, что она будет делать.

Ошьти кивнул, доставая стрелу.

Нечисть, похожая на грязного косматого волка, подползла к шару шагов на пять и остановилась. Было видно, что она не отрываясь смотрит на него. Подождали еще немного, тварь лежала без движения. Я поводил магиком вверх, затем вниз. Тварь послушно проследила за его движениями.

— Кое-что стало понятно. Если это то, что я думаю, то нам повезло. Ладно. Кончай с ней, — щелкнула тетива, и тварь без звука покинула наш мир. Вернув шар обратно, я прекратил его питать, — идем. День уже неплохо начался.

Дальнейший путь прошел без происшествий. Оставив своего спутника в трактире, пошел к Марицу. Он, как обычно, сидел на площади перед монастырскими воротами, но в этот раз по случаю непогоды над ним развернули небольшой навес из грубой ткани.

— Приветствую. Погодка сегодня не ахти, — я сунулся к нему в укрытие.

— Ясного дня, господин Наваль. Попьете горячего свара или, может, чего покрепче? — подмигнул он мне.

— Вот чертежи, это от навха, это от сигнальной рамки аламата. Скажите аббату, что это первая часть, подтверждающая мои добрые намерения. После оплаты я передам чертежи стекла аламата и оружейных накладок.

— Аббат будет в восторге. Его ремесленники до сих пор не смогли их повторить. Я тут кое-что узнал. Они говорят, что в амулеты встроена какая-то защита, не позволяющая понять принцип их работы. Я даже не знал, что такое возможно. Это особые приемы вашей Канцелярии?

— Нет, толстяк, это мои личные разработки. Но я их никому не раскрывал. Думал, выйду на покой и открою свое дело. Сам понимаешь, если бы я показал это во время службы, они прибрали бы все в свои руки.

— Отлично понимаю вас, мастер. Но почему вы все-таки решили отдать им свои секреты? Что изменилось, господин Наваль? — монах перебирал мои чертежи.

— Не торопитесь, Мариц. Во-первых, придумайте такую цену, какую аббат способен заплатить, но отдать которую ему будет очень жалко.

— Хотите создать ему искушение? — Мариц кинул на меня быстрый взгляд.

— Именно. Более того, надо предпринять следующие шаги. Во-вторых, у аббата ведь есть своя тайная стража?

— Да. есть. Но эти олухи не способны ни на что, — при этих словах он презрительно сморщился.

— Вот и порадуйте их, пусть они узнают, что мне предлагали сделать амулеты личин и служебных имперских жезлов. И я согласился! Но заломил большую цену, — я многозначительно посмотрел на него.

— Какой ход. Правда, непонятно, кому сейчас нужны эти личины. Значит, будем провоцировать нашего святого отца. А вы уверены, что сможете отразить его удар? — монах посерьезнел.

— Более чем. Если мы, конечно, все сделаем правильно. В-третьих, я сейчас собираю отряд, мы пойдем громить тварей. Когда мы вернемся с победой, я хочу, чтобы вы организовали «голос толпы», меня восхваляющий, — я сделал рукой машущий жест.

— Сделаем, — ответил он солидно.

— Я буду в крепости стражи. Мне нужно увидеться и поговорить с баронессой ат Уол. Сможете организовать нам встречу? Можно особо не скрываясь, — спросил я вставая.

— Баронесса не покидает аббатство. Лучше будет, если вы встретитесь внутри. Каменная беседка примыкает к ограде, и там есть тайный проход.

— Хорошо. Скажите ей, что это связано с ее бывшими подопечными. Не знаю, сработает это или больше оттолкнет, придумайте, как построить разговор. Я должен с ней поговорить.

— Она не большого ума. Придумаю, — добавил он мне вслед.

Вечер того же дня.

— Здравствуйте, господа. Вы знакомы друг с другом и знаете меня. Разрешите вам представить, это мой помощник и сотрудник Ошьти. Он местный житель из ос Одора.

Самый большой зал маленькой пограничной крепости был заполнен до отказа, но посторонних или лишних людей здесь не было. Арс, командиры его боевых групп, маги пограничной стражи. Командиры истребительных отрядов из замка и наиболее знатные воины. Опытные воины, многих я знал лично.

— Я предлагаю совершить совместный большой поход против тварей. Сдается мне, что нам необходимо сплотить усилия.

— И тут возникает два главных вопроса: куда именно идти и кто будет этим всем командовать? — старый знакомый сат Кросс. После многих удачных вылазок он приобрел серьезный авторитет.

— Куда идти, определить не сложно. Считаю необходимым ударить по логову в ос Одоре, — я раскинул перед всеми карту, взятую у стражи, и показал точку на ней.

— Вы сказали, ваш сотрудник оттуда? Он что, жил в логове? — командир второго отряда ат Мтогар проявил наблюдательность.

— Горный поселок Одор до недавнего времени существовал, как и все человеческие поселения. Однако он был уничтожен одной тварью, которую удалось отнести к типу «костяная».

— Сильный противник. Большого размера? — Кросс оторвался от карты и смотрел на меня.

— С пещерного медведя, — я махнул рукой у себя над головой.

— Да. Большая. Но все равно не вижу, зачем вам собирать нас всех. Я знаю, что вы великий перестраховщик. Но для одной твари нас всех будет определенно многовато, — Кросс отошел от стола с картой и, удобно развалившись на стуле, уставился на меня.

— Для одной да. Но моя разведка донесла, что там появилась еще одна тварь поменьше. И вдобавок с десяток «черных призраков», — последнее я сказал как можно небрежнее.

— Ваша разведка? — самый старший из командиров боевых отрядов знати сат Генш, сидевший с самого начала безмолвно, скрипуче выстрелил вопросом, глянув на меня из-под густых седых бровей.

— Это уже очень серьезно. Десяток черных признаков для нас многовато вкупе с двумя костяными тварями. Если как-то по частям вы собираетесь их выманивать? — Кросс спросил, не дожидаясь ответа на вопрос Генша. Чем заработал неприязненный взгляд от старика.

— Нет, я планирую уничтожить логово одним ударом. Это необходимо сделать как можно быстрее. Сразу после уничтожения тварь была одна, потом появилась вторая, еще позже призраки. Оно растет, и возможно, если мы промедлим, то вообще не будем в силах что-нибудь с этим поделать.

— Вы опять придумали что-то хитрое? — сат Кросс явно старался вести беседу якобы от лица всех представителей замковой знати.

— Не особо хитрое, но точно полезное. Мною разработана и изготовлена защита от когтей Тьмы. Я изготовил два топора, которые будут способны быстро утихомирить костяную тварь.

— Это очень хорошо. Возможно, все не так уж и плохо. Тогда вернемся ко второму вопросу: кто будет командовать или, по другому, кому будут все подчиняться. В такой серьезной операции нужно единое управление, — Кросс мне уже начинал надоедать своими постоянными претензиями на главенство.

— Полагаю, для вас этот вопрос очень важен. Ну что ж, в командиры предлагаю себя. Но я не собираюсь командовать каждым воином. Я буду командовать сводным отрядом в целом, — я размахнул руками, как будто собирался охватить всех собравшихся.

— Это одно и то же. Если я командую своими воинами, а вы командуете мной, то…

— Я понял вашу мысль. Какие другие предложения? — я прервал его и внимательно оглядел собравшихся, останавливаясь на лицах командиров.

Повисла тишина. Каждый обдумывал ситуацию, некоторые подбирали аргументы для спора. Тем же, кто не претендовал на роль вождя, оставалось молчать.

— Видите ли. Воины пограничной стражи во главе с арсом Тамоа будут подчиняться мне. Возможно, мы даже сможем справиться и сами, даже наверняка справимся, но, к сожалению, без потерь в этом случае не обойтись. Если вы будете следовать за нами просто так, то рискуете наломать дров. Если вы к нам не присоединитесь… ну что ж, это будет целиком на вашей совести, — мое лицо приобрело печальное выражение.

— К дьяволам, — взорвался ат Мтогар, — конечно, мы к вам присоединимся, но не рассчитывайте, что мы будем бездумно выполнять все ваши приказы. Я требую, чтобы вы хотя бы в общих чертах делились своими замыслами.

— Ну конечно. Сейчас мы обсудим подробный план предстоящей операции. Каждому воину там будет определено место, и поверьте, что это будет достойное место.

— Дружину братьев вы не собираетесь привлекать? — сат Генш все-таки задал этот щекотливый вопрос.

— Это заведомо проигрышный вариант. Даже если аббат кому-то разрешит выйти из-за стен монастыря, то не думаю, что от них будет толк. Наверняка они не будут подчиняться, да и не способны они работать по тварям спокойно и методично. В общем, нет, никаких монахов, по крайне мере в этом походе.

— Ладно, каков ваш план, господин Наваль? — сат Кросс встал со стула и, опершись обеими руками на стол, смотрел на карту.

— Основную ударную силу составят отряды арса. Они будут оснащены новой защитой и новым оружием.

— Нам, я так понимаю, вы ни того ни другого не выделите? — ат Матин, тоже присутствующий на совете, задал интересующий его вопрос. Что понятно, его как слабого мага больше интересовали магическое оружие и амуниция.

— Совершенно верно. И на то есть причины. Во-первых, у меня и того и другого мало, во-вторых, это все опытные образцы, не знаю точно, смогут ли они достигнуть поставленной задачи. Ну и ведь они полезут вперед, а не вы.

— Какую же роль вы отвели нам? — сат Генш снова бросил в меня вопросом.

— Прикрытие и охват. Боевые группы будут наносить удары и в случае опасности уходить под вашу защиту, — я активно жестикулировал, показывая, каким образом мы будем их охватывать.

— Что ж, это разумно, — сат Кросс одобрительно мне кивнул.

— Расскажите им про арсенал, мастер, — арс Тамоа, молчавший весь разговор, вдруг огорошил меня.

— Хм, мы не обсуждали этот вопрос, но от вас я этого не ожидал.

— Так что про арсенал? — в невозмутимом голосе Генша послышались нотки азарта.

— Я разрешил распечатать особый арсенал.

— Разрешили? Это как понимать? И что такое особый арсенал?

— На арсенале стоят защитные коды. У арса их не было, у меня были, что тут странного. Особый арсенал, это оружейные магики огромной силы. Он есть в каждой пограничной крепости. Я посчитал нужным приготовить его к использованию в предстоящей операции, — спокойно, как будто о чем-то скучном, поведал я собравшимся.

— Я знал, что вы припасете пару шулерских костей в рукаве, — сат Кросс заговорщицки мне подмигнул.

— Кому от этого хуже? — я оглядел окружавших меня воинов.

— Тварям!

— Давайте обсудим пути выдвижения…

Немного позже, внутренний двор пограничной крепости.

— Вы хотели со мной поговорить, Наваль, — сат Кросс ждал меня в тени крепостной стены.

— Да. Я хотел бы вас попросить передать мою просьбу сат Тримо.

— Сат Тримо? И что же вам от него нужно?

— Я бы хотел, чтобы он присоединился к нам. В наш поход.

— Не понимаю. Зачем он нам? Он искусный интриган. И нисколько не воин или маг.

— Скажите, что я не прошу его участвовать в баталии. Ему уготовлено место в зрительском ряду. Передайте, что я гарантирую его безопасность и обещаю незабываемое зрелище. И вот еще, передайте ему это, — с этими словами я протянул ему простенький перстень с маленьким полудрагоценным камушком.

— Так. Что тут у нас? — Кросс завертел перстень в руках, — здесь какая-то слабая, но сложная магия.

— Не ломайте себе голову. Все равно не поймете, зато можете повредить. Просто передайте его господину Тримо.

Глава 5

Неподалеку от поселка Одор.

Отряд пограничников первым вышел на большую поляну, граничащую с большой одинокой скалой. Из-за светлого цвета породы местные называли ее «белой». На поляну вслед за ними начали втягиваться конные отряда воинов из замка. Благодаря своим запасам и сравнительно небольшому количеству людей они смогли спасти свой табун. Увидав искомое дерево, я остановился.

— Где-то здесь. Эй, воин слазь на то дерево и сними ту ленту, — я смело командовал воинами сводного отряда.

— Есть. Сейчас я ее отсюда собью, — молодой стражник кинулся к дереву.

— Отставить. Дурень, я же сказал, залезь. Никакой магии и чтобы листик не шелохнулся. Ты, кажется, разведчик? Справишься?

— Будет сделано.

— Здесь организуем ставку. Удобное место. Все помнят свои позиции. Считаю, у нас два важных ключевых момента: отработка боевых групп по костяным тварям и отражение черных признаков.

— А что, там еще есть какие-то твари? — стоявший рядом сат Кросс недоуменно покосился на меня.

— Что-то я заговорился. Сейчас узнаем последние данные разведки и в бой. Выходи, Борх, здесь все свои.

— Что за черт, откуда он взялся, — сат Кет, боевой маг отряда Кросса, отпрыгнул в сторону.

Борх выскользнул из кустов. Выглядел он немного потрепанно.

— Рассказывай.

— Все там, новых тварей не видел. Костяные сидят безвылазно в верхней части поселка, а вот черные призраки по ночам спускаются вниз. Но далеко не отходят, хотя мне показалось, что с каждым разом они отходят дальше.

— Действуем по первоначальному плану, попробуем выманить сначала большую.

Арс построил своих в две боевые группы, усиленные щитоносцами. Они должны были зажать тварь и дать работать вторым номерам с топорами. Сложный подъем в ос Одор отряд преодолел быстро, опытные воины горной пограничной стражи привыкли к таким операциям. Многочисленные отряды воинов замка держались позади возле своих магов. Могучее оружие арсенала крепости находилось в начале боя вдали, сильные магические эманации, исходившие от активированных и напитанных плетениями боевых магиков, могли подействовать на тварей непредсказуемо, но как минимум насторожить. Две боевые группы шли двумя колонами, заходя в ос. Внезапно одна группа остановилась и передала сигнал «Видим противника». Остановили вторую группу. Жестами просигналившись, поняли, что вышли на вторую, меньшую тварь. План пришлось ломать на ходу. Передали первой группе закрепиться и в случае чего поддержать вторую. Вторая получила сигнал начинать. Поднявшись рывком, они выскочили на небольшую площадку и выстроились вогнутой дугой. Небольшая черная костяная тварь, отпрыгнув с кошачьей грацией от вертикального утеса, прыгнула на крайних слева воинов. Кинув навстречу ей тяжелые короткие копья, воины, прикрывшись щитами, отскочили назад. Тварь, приземлившись, сразу начала атаковать, но ее уже охватили справа, и тварь, щелкнув пастью, приняла в себя еще пару копий и кинулась в центр строя. Прыгнув на щиты, она получила пару ударов мечами в спину и повернулась туда. В этот момент среди щитов образовалась щель, и воин, коротко размахнувшись топором, проломил твари череп. Костяной монстр, сразу потеряв интерес к окружавшим ее воинам, принялся биться на камнях. Никто не решался подойти к беснующемуся комку черных костей. Первый отряд наблюдал за происходящим чуть выше по склону. Подошедшая группа воинов под руководством ат Мтогара втянула воинов второй группы в свои ряды. Совершенно было непонятно, это агония твари или просто последствия тяжелого ранения.

— Кидайте липучку, — приказал я, понаблюдав немного за происходящим из-за спин воинов. Из строя вылетел небольшой сверток, ударившись о спину твари, развернулся, и из него повалил густой дым, быстро окутавший тварь. Осев, он образовал большую липкую желтую кляксу, притянувшую тварь к скале. Повинуясь короткому приказу, воины второй группы выдвинулись и, прикрыв тварь щитами, остановились. Вышел воин с топором и методично принялся крошить тварь. Тремя-четырьмя расчетливыми ударами он разделил тварь на три дергающихся куска, прилипших к склону. Затем он перешел к более мелким частям, но до конца увидеть уничтожение этой твари мне не довелось. Первая группа подала сигнал «К бою». Я, махнув рукой отряду сат Генша, понесся вверх. Там уже закрутилась карусель. Большая тварь вертелась среди воинов, один из которых уже лежал на земле. Выстрелив навскидку «жгучкой», успел заметить, как бок твари начал обугливаться от попавшего мощного магического заряда. Сразу же за мной разрядились Кет и Мтогар. Тварь замешкалась и закрутилась волчком на месте. В это время Ошьти, улучив момент, ударил ее мощным размашистым ударом снизу вверх. Вихрь осколков разлетелся во все стороны, и тварь, раскинувшись, упала без движения. Подлетев ближе, Ошьти начал исступленно рубить ее. Отбежав, я глянул вниз. Остатки первой твари представляли собой груду мелких осколков, но воин продолжал их рубить, выбирая более или менее крупные.

Позвав Борха, я лихорадочно ему крикнул:

— Где призраки?

— Они возле пещеры на северном склоне.

— Спускаемся, зайдем снизу.

Бросив остатки тварей, мы спустились из оса и, обойдя склон, подошли с северной стороны. Быстро осмотрев отряды, я спросил:

— Что с раненым?

— Будет жить, но ходить не скоро, обе ноги ему сломала, чуть совсем не оторвала.

— Сильная сволочь. Ну ладно осталось черных призраков добить, они вроде менее опасны, хотя такую большую группу еще ни разу не доводилось бить.

Передал сигнал дальней группе. Все выдвинулись к пещере с призраками. Снаружи виднелся свойственный этой нежити черный туман.

— Атакуем снаружи, внутрь глубоко не заходить.

Воины арса уже в составе одной большой группы медленно начали подходить к входу. Ошьти и пограничник перевооружились. Ошьти взял меч, а второй уничтожитель костяной твари достал арбалет. Не доходя до тумана, все разрядили в него болты и стрелы. Раздался жуткий вой, и два сгустка непроглядной тьмы ринулись из зева пещеры. Взметнулись копья, сверкнули клинки, и два пятна расползлись серым дымом.

— Хорошо. Постреляем еще отсюда. Может, еще кто вылезет, да и наши попадания приуменьшат их прыть.

Воины принялись разряжать свой боезапас. Дали огоньку маги сводного отряда. Несколько раз из пещеры раздался вой, обозначающий попадания, однако больше изнутри никто не вылезал.

— Продолжим движение, — скомандовал арс.

— Отставить, отойти на пятнадцать шагов, — я решил не рисковать.

Воины дальней группы поднесли свой груз. Подойдя к первому контейнеру, я достал оттуда тяжелую трубу длиной около трех локтей, заканчивающуюся черным шаром. Активировал прицельное плетение, и труба начала покачиваться в воздухе на невидимых нитях.

— Внимание! — труба засветилась, и черный шар навершия узкой спиралью понесся внутрь. Раздался глухой удар взрыва, и резко заложило уши.

— Все что ли? — арс опустил меч.

— Выдвигаемся не спеша. Господа маги, прошу в первые ряды. Щиты на полную силу. Без команды не атакуйте, от вас я жду сейчас только защиты.

На поляне возле белой скалы.

— Хороший бой, — ат Матин был весел и возбужден.

— Да, повеселились на славу и хорошее дело сделали. А зачем вы все-таки бахнули из этой дуры, мастер? Вроде все заканчивалось, — сат Кросс, видимо, немало набегался, он сидел на траве, вытянув ноги.

— Честно? Просто хотелось посмотреть, на что способны эти штуки. Они ведь старого образца. И мне не удалось найти ни одного отчета о результатах их использования. Согласитесь, лучше было добить эту нежить сейчас и насладиться результатами действия этого оружия, нежели, понадеявшись на это оружие, в значительный момент убедиться, что она не сильнее праздничной хлопушки. Опять же у нас их еще есть немало.

— Да уж, рвануло не слабо. Это какая-то разновидность «дыры»? — мощное оружие весьма заинтересовало ат Матина.

— Да, с затягивающим действием. Удобная штука для борьбы с призраками получилась.

— Теперь нам твари не страшны. Я видел, наши отряды действовали очень слаженно. Мы могли и больше набить тварей, — Кросс выглядел явно удовлетворенным.

— В местных окрестностях мы действительно сила. Но хотел бы вам напомнить, что юг наименее поражен тьмой. Кто его знает, что творится в центральных или северных областях.

— А почему вы так уверены, что нам досталось меньше всего? Да, я знаю, что беженцы говорят ужасы о творящемся в центральных областях. Но это все россказни, может, север еще более свободен? — сат Тримо, удобно сидевший на походном кресле, тоже был явно возбужден увиденным.

— Это приводит нас к разговору, что случилось и что нам делать дальше. Именно об этом я и хотел с вами поговорить. Однако это разговор не простой. Давайте освободим простых воинов от этой ответственности?

— Как вы повернули, мастер! Однако я согласен. Пожалуйста, господа, оставьте нас. Что вы хотите нам сказать, мастер? — величественным жестом отослав воинов, Тримо повернулся ко мне. Командиры отрядов, оставшиеся в этом крае поляны, тоже смотрели на меня. Я просигналил Ошьти, чтобы он обеспечил отсутствие лишних ушей.

— Я хочу сказать, что нам надо организовывать находящихся здесь людей. Объединять силы и вернуть хотя бы часть нашей прошлой жизни.

— Рассказывайте. Что произошло? Неужто я наконец-то пойму, как мы к этому пришли.

— Ну что ж, историю следует начать с рассказа о семье ат Мар. И вернуться примерно на десять лет назад…

Итак, Марс ат Мар, старший брат, кандидат в великие маги, изощренный ум, магический талант и головная боль магического трибунала. Потомок великого рода, богатый имперский князь, обративший свой недюжинный талант на исследование запретной магии. Самодур и хладнокровный убийца. Он всегда ходил по краю, но его гений никогда его не подводил. Ни разу магический трибунал не смог получить каких-либо доказательств его противозаконной деятельности. Конечно, если бы им было позволено действовать более свободно, они бы что-нибудь и нарыли, однако статус имперского князя и не какого-нибудь, а рода ат Мар, рода великих боевых магов, защищал Марса от преследования настырных магов-следователей. У него было много врагов и среди остальных магов, высокой или простой знати. Но он был силен и умен, никогда не позволял загнать себя в ловушку, а уж в прямом единоборстве мало кто мог ему что-либо противопоставить.

И вот, если кто помнит, столицу всколыхнуло известие: Марс ат Мар убит, уничтожен вместе со всеми обитателями его поместья. Особняк выгорел дотла. Маги смогли обнаружить, что там погибло тридцать шесть человек. Сначала доподлинно было неизвестно, умер ли Марс, но он не появился ни на следующий день, ни позже. Общее мнение было, что Марс ат Мар наконец-то перебежал дорогу кому-то достаточно сильному и решительному, который и решил уничтожить его. Список его врагов был слишком длинный, чтобы можно было делать предположения, кто же смог это сделать. Дело вели лучшие дознаватели. Однако установить, кто же расправился с князем, не удалось. В это время в столице объявился младший брат Марк. До той поры о нем мало что знали. Он постоянно находился в родовой резиденции на севере. Ходили слухи, что младший брат тоже талантлив и также интересуется запретной магией. Но вести дознание в вотчине ат Мар совершенно не представлялось возможным. Все ат Мары в своей провинции пользовались императорским влиянием. И вот младший ат Мар явился в столицу, он пылал местью. Он предлагал любые деньги и пытался сам найти убийцу. Но все тщетно. Через несколько лет произошло занимательное событие, магический трибунал прибыл на место разрушенного столичного особняка ат Маров. Было установлено, что на развалинах поместья, ат Мар не восстанавливали его, применено сильное запретное плетение. Однако понять, что это было и кто его устроил, они не смогли. Естественно, подозрения пали на младшего ат Мара, но никаких доказательств найдено не было, и Марка взяли под наблюдение. Стало известно, что Марк занимается изысканиями в области запретной магии. Предполагается, что он искал путь к Тьме, пытаясь добиться невозможного, он хотел вызвать с той стороны души умерших и напрямую расспросить их об убийце. Но делал он это достаточно осторожно, чтобы не попасть в руки трибунала. Еще через несколько лет Марк выступил с обвинениями в адрес службы, он заявил, что она намеренно скрывает обстоятельства произошедшего. Возник небольшой скандал, однако стороны остались при своем. Ни у князя не было доказательств, ни у службы ничего не нашлось, чтобы припереть князя к стене.

Канцелярия наблюдала за магом разными способами. Но явные агенты ничего не могли обнаружить, а вот тайные постоянно терпели неудачу, и более того, немало их лишилось своей жизни. Примерно год назад офицер канцелярии доложил, что у него в ближайшее время появятся доказательства причастности Марка ат Мара к запретным практикам, которые позволят привлечь его к суду. Через некоторое время он был найден мертвым, и следы тянулись к Марку. Его пытались привлечь к расследованию, однако он, прикрываясь своим высоким положением, игнорировал любые попытки вызвать его в канцелярию. Однако службистам удалось выбить разрешение императора на допрос ат Мара, и вот тут все и закрутилось. Марк уничтожил группу, пытавшуюся доставить его на допрос, и бежал в свою вотчину. Вслед ему направилась карательная группа магической канцелярии, укрепленная боевыми отрядами магического трибунала. До той поры считалось, что ни один маг не может ничего противопоставить этой силе. Но все они были уничтожены. Поражающее по силе заклинание Тьмы обрушилось на них, опасные сущности поднялись из других планов мира и унесли с собой в мир безумия и ужаса всех преследователей. Это был вызов империи. И тогда император приказал двум имперским легионам выдвинуться в Сиристрию и захватить либо уничтожить мятежного князя. Легионы выполнили приказ и упорно начали продвигаться вглубь провинции. Это все, что я знаю точно. Наша служба готовилась выехать на север, предполагалось, что ат Мар мог использовать запретные магики в своих ритуалах. А потом все рухнуло. И дальше я могу только предполагать. Точно знает, что происходило, я думаю, только один человек — сам ат Мар, но вряд ли найдется кто-нибудь в здравом смысле, кто попробует его об это спросить. Итак, легионы теснили Тьму. Тьма хороша против малых отрядов. Страх и ужас. Удары из тени. Но против методично двигавшихся легионов с мощной полевой защитой, обеспечиваемой армейскими магами, Тьма пасовала. И вот тут, как я полагаю, знаток запретных практик вытащил козырь. Он открыл большие врата и призвал демонов. Думаю, он натравил их на всех магов империи. Демоны охотились именно за ними. Были уничтожены все вооруженные магические силы империи. А когда демоны потребовали свою цену, Марк применил Великое плетение Тьмы, выбросив демонов из нашего мира и погрузив всю империю в ужас и хаос. Это плетение вызвало болезни среди людей и подняло множество тварей. Спасаясь сам, Марк уничтожил государство. Все мною описываемое происходило на севере, и именно поэтому юг пострадал менее всего. Более того, я полагаю, что Марк в ближайшее время не рискнет ни призвать демонов, ни сотворить сильное заклинание Тьмы. Ему это просто не по силам.

— Я не великий маг и не знаю всех их мотивов, но вам не кажется, что того, что здесь есть, нам и так хватит за глаза? — ат Мтогар явно чувствовал себя неловко, история про дальних, но все же родичей ударила по нему.

— Нет, не кажется. Вы не представляете, что творится в центральных областях, я полагаю, что там гораздо хуже, — разговор пошел серьезный, и мой голос был сухим и жестким.

— Значит, вы предполагаете, что, по крайней мере, в ближайшее время нам не стоит бояться новых ударов Тьмы, — Тримо был задумчив, уперев локти в колени, он явно начал высчитывать варианты.

— Да, будем исходить из этого предположения.

— И что дальше?

— Организуем людей. Вылезем из своих нор и наведем порядок здесь, на юге. Проведем разведку, необходимо узнать, что произошло в столице. Возможно, найдем выживших лиц императорской семьи. Если не найдем, необходимо собрать совет атов.

— И сдается мне, во главе всего этого вы видите себя? — сат Кросс был как обычно ехиден.

— Это так. Если вы подумаете, то поймете, что я — лучший выбор.

— Я знаю, что вы флаг-советник. И эта работа вам по чину. Однако уважаемый сат Тримо коронный советник, — ат Мтогар показал на Тримо.

— Не торопитесь. Да, по чину я действительно выше господина Наваля, но я не стремлюсь ввязываться во все это, — Тримо откинулся на спинку кресла, проведя перед собой отталкивающим жестом.

— Вот о чем я и говорю. Тут нужны определенный опыт и готовность много работать. А господин Тримо, насколько мне известно, обладает талантом в других областях.

— Интересно, насколько вы осведомлены? Я бы хотел поговорить с вами на эту тему. Позже, — Тримо пристально смотрел на меня, постукивая кончиками пальцев по подлокотнику кресла.

— Ну, допустим, здесь присутствующие признали в вас командира, — Тримо успокаивающе протянул вперед ладони, — я говорю допустим. И обязались вам подчиняться. Но что вы сможете предъявить старой гвардии, засевшей в замке. Командир императорской стражи вообще никому не подчиняется, а в самом замке в отсутствии императора он первое лицо. А уж как вы сможете убедить аббата, я вообще не имею никакого представления.

— Начнем по порядку. Пограничная стража мне подчиняется полностью и безоговорочно. То есть уже обладаю самым сильным и опытным войском на местном юге.

— Возможно. Да, действительно сильное, несомненно, опытное, но опытное в уничтожении тварей. Совокупные отряды воинов из замка и монастырской дружины вас сомкнут, — сат Кросс играл сегодня, впрочем как и обычно, роль моего оппонента.

— Вот именно. Совокупные. Но вы сами понимаете, что это невозможно. Даже объединить всех замковых воинов невозможно, а уж представить, что они пойдут под одними знаменами с братьями, — это совершенно невозможно.

— Ну хорошо, некая сила у вас есть. И что, вы собираетесь заставить склониться угрозой ее применения? — Кросс криво усмехнулся.

— Ни в коем случае. Но мне есть что предложить засевшим в замке старикам. Мне знакомо немало замшелых инструкций на всякие случаи жизни. Я их буду бить их же оружием. С аббатом тоже ведется работа. Он свалится мне в руки, как спелое яблоко.

— Наваль! А вы не слишком самоуверенны? Я вижу, вы задумали серьезное и важное дело. И доводы приводите веские. Но так пренебрежительно говорить об аббате Фиситоре — это как-то слишком, — сат Тримо повысил голос.

— Мастер умеет удивлять. И пока он не совершил ни одного крупного просчета. Я готов идти с ним до конца, — арс пробурчал свою обычную оду мне.

— Если вы сможете подчинить аббата, то у замковых не будет другого выхода, как идти под вашу руку. Это совершенно разумно. Я посмотрю, как вы справитесь со святошами. Там ведь не только сам аббат крепкий орешек, в его окружении есть такие тугие личности, под стать самому аббату. Так вот в случае вашего успеха я обещаю вам поддержку со своей стороны и стороны преданных мне дворян. Ну и конечно буду помогать склонить на вашу сторону остальных, — сат Тримо говорил и выглядел величественно.

— Мне большего и не надо.

Отряд устроился на ночлег. Было тепло, и воины спали на открытом воздухе. Горели костры, сидевшие возле них воины весело обсуждали произошедшее. Все хорошо закончилось, погибших нет. Раненный не в счет, местные лекари быстро поставят его на ноги, но ходить ему придется научиться заново. Если б не доспех, его ноги пришлось бы искать. Поймав слабый магический сигнал, я пошел прочь от поляны.

— Вы что-то хотите обсудить наедине, уважаемый господин Тримо? — я обернулся к вышедшей из-под крон деревьев фигуре.

— Я хочу вас понять, эл Наваль. В вас много странного. Вы выбиваетесь из общей картины. Расскажите, откуда вам известно про «три горы». Я очень сильно удивился, когда сат Кросс передал мне тот перстень.

— Я служу в Надзорной Канцелярии, ей многое известно о многом, — учтиво ответил я.

— Чушь. Я знаю, что знает ваша канцелярия, а что не знает, — немного резковато возразил он мне.

— Но если вы чего-то не знаете, откуда вы знаете, что знаете все?

— Ладно, хватит. Не хотите говорить, не надо. Я все равно узнаю. Хотя сейчас это наверно будет тяжело. Скажите, насколько вы уверены, что у нас получится? Говорите напрямую. Я решил поддержать вашу идею в любом случае. Людям нужна надежда, их нужно направить, и по большому счету неважно куда. Им нужно дать дело. Но если честно, какие у нас шансы? — он испытующе глянул на меня. Из-за темноты я смотрел на него, используя магическое зрение, и я видел в его глазах нешуточное волнение.

— Многое зависит от того, что у нас осталось. И от того, что нас ждет.

— Точнее.

— Во-первых, сколько людей выжило. Я не специалист в этом деле, но точно представляю, что если количество выживших меньше определенного порогового значения, то империю нам не вытянуть. Причем важно не только общее количество, но и кто выжил. Сколько магов, сколько ремесленников, сколько воинов. Если выжило много домохозяек и детей, и мало тех, кого я перечислил выше, то плохо. Если много магов и воинов, но мало детей — тоже плохо.

— И что в этом случае нас ожидает?

— Не сможем поддерживать единство территорий ни политическое, ни экономическое. Мы просто откатимся назад в развитии. Опять много разных государств, много отсталых варварских государств, наверняка воюющих между собой. Не такой уж плохой вариант, но вернуть былое величие уже не получится. По крайней мере, на нашем веку.

— Понятно, во-вторых что?

— Ат Мар конечно. Как он себя поведет, будет ли еще обращаться к Тьме.

— А почему он вторым идет?

— Потому как без людей шансов нет. А с людьми, в случае определенного везенья, можно и с ат Маром справиться.

— Ого! Справиться с ним? С ваших слов, это настоящее чудовище.

— Это не совсем так. Он просто великий маг, овладевший запретной магией, но я считаю, мы найдем, что ему противопоставить. Главное, что мы будем готовы. Нам необходимо немного времени, встать на ноги, и думаю, мы с ним справимся. Если, конечно, он не вызовет опять демонов.

— Вот видите, демоны.

— Я не знаю точно, это на уровне ощущений. Но он к ним больше не обратится.

— Да уж. Что-то еще?

— Есть и в-третьих. Крайне важно узнать, как все произошедшее затронуло наших соседей.

— Сандийцы? — удивился Тримо.

— А вы представьте, что их не затронули ни демоны, ни Тьма? Их маги и воины целы и невредимы. Население не болело черной лихорадкой, не испытывает голод.

— Да, теперь понимаю. Но сандийцы?

— Да. И Истор. Но все равно, они на третьем месте. У них просто не хватит сил захватить всю империю. И им тоже придется бороться с тварями, и угроза с севера опять же. Наверняка найдется еще много разного, но думаю это основное.

— Вижу, вы хорошо подготовились. И все равно вы загадка, которую наш разговор не разрешил. Я по прежнему не знаю, что от вас ожидать. Меня это настораживает.

— Ну полноте. Все будет хорошо. Давайте займемся делом, и будет видно.

Поутру отряды неспешно двинулись в город. Я двигался в пешем строю с воинами пограничной стражи. Вместе с арсом мы немного лениво обсуждали произошедший бой, пытались найти ошибки и недочеты. Самый жаркий спор разгорелся возле вопроса, как лучше было бы уничтожать черных призраков без применения мощного магика из арсенала крепости. Раненого положили в телегу, лекарь погрузил его в глубокий сон, в котором ему предстояло пробыть большую часть лечения. Когда цепочка воинов начала подходить к городу, я подошел к сат Кроссу.

— Вы не против, если кто-нибудь из ваших воинов уступит мне коня? — просто спросил я его.

— Понимаю, нужно зарабатывать авторитет? — он понимающе усмехнулся.

— Конечно.

— Да кто на вас будет смотреть, Наваль? Не думаю, что вы известны широкой публике. Да и кто знает, откуда мы возвращаемся.

— Вы не совсем правы, сами увидите.

У въезда в город возле заброшенного станционного причала возвращавшийся отряд встречало несколько воинов арса. Отряд двинулся дальше. Необходимо было пересечь торговую площадь, чтобы пограничники свернули на мост к крепости. Замковые собирались перейти к себе через монастырские ворота, воспользовавшись императорским проездом. Сат Тримо был удивлен моей настойчивой просьбой воспользоваться именно этим путем, но согласился. Хотя аббат мог и заартачиться и запретить открывать ворота.

Площадь была заполнена, и когда отряд показался, раздались приветственные крики.

— Слава воинам!

— Да здравствует господин Наваль, защитник от тварей!

— Слава великому мастеру и его воинам!

— Спасибо вам господин Наваль за все, что вы делаете.

Ликующая толпа освободила проход. Воины отряда под приветственные крики толпы проходили в город, плечи расширились, а спины выпрямились. Воину, лежащему на носилках, даже достался маленький букетик полевых цветов, и хотя он был без сознания, думаю, ему будет приятно потом об этом узнать.

— Откуда вы знали, что вас так будут приветствовать? — сат Кросс недоуменно взирал на разномастный люд, вылезший на улицу.

— Я стараюсь ничего не оставлять на волю случая, — склонившись в седле, я приветливо махал рукой, старательно улыбаясь.

— Вам не кажется, что это перебор?

— Возможно, но после этого обо мне узнают все. Причем узнают с хорошей стороны, что мне и надо.

Следующий день. Аббатство св. Атана.

В маленькой приемной было тесно, но уютно.

— Здравствуйте, святой отец, — я поклонился седому крепкому мужчине в рясе.

— Здравствуйте, мастер Наваль. Здравствуйте господин Тримо. Весь город говорит о вашем удачном походе. Но что привело вас ко мне? — вставший при нашем приходе брат Горин сел обратно в свое кресло.

— Я хочу назначить дату свадебного обряда, — не дожидаясь приглашения, я сел на колченогий стул, сат Тримо подошел к узкому зарешеченному окну.

— Вот как. И кто же собирается в это лихое время сочетать себя узами брака.

— Я, эл Наваль. И баронета Авита ат Уол.

— Баронета ат Уол? Вы хотели сказать баронесса?

— Нет именно баронета.

— Позвольте узнать, откуда она взялась? — монах откинулся на спинку кресла.

— Это второе дело. Сейчас подойдет баронесса, она подтвердит родство. А присутствующий здесь коронный советник сат Тримо подтвердит титульное разрешение. Вам же надо будет только занести это в приходские книги.

— Что ж, господа, я готов. Однако господин аббат ничего мне не говорил про баронету.

— Он и не знает.

— Но как вы прошли сюда? Вход в аббатство запрещен всем посторонним.

— Мы умеем стучаться в разные двери. Я позову юную баронету. Авита! Иди сюда, — возле маленькой двери учетчика рос большой куст роз. Девочка в окружении розовых бутонов смотрелась очень мило.

— Здравствуйте, господа, — Авита робко зашла в комнату.

— Она маг. Вы занимаетесь с ней, эл Наваль? — глубоким, выразительным голосом обратился ко мне Тримо.

— Да, когда есть свободное время. Она способная ученица, — я погладил Авиту по белокурой головке. Одетая в чистое платье, с розовым румянцем на округлившихся щечках, она смотрелась достойно благородного титула. По крайней мере, не та бродяжка, которую я встретил в караулке монастыря.

— Думаете подавать на княжеский титул? Насколько я знаю, баронесса ат Уол и не пыталась, у нее явно нет никаких магических способностей.

— Обязательно. Но вы же сами понимаете, сейчас это несколько затруднительно. Где найти наставника, способного подготовить ее к сдаче экзамена? Кому сдавать опять же? Надеюсь, в будущем ситуация выправится.

— Наверно так даже лучше. Иначе какой-то неравный брак получится. Не находите?

— Вы про мой ненаследуемый титул? Для меня это не столь важно. Вот и баронесса, — я поклонился входящей даме.

— Мое почтение, баронесса, — важно пробасил сат Тримо.

— Здравствуйте, баронесса, я эл Наваль.

— Наслышана о вас. Здравствуй, Авита, — вошедшая благородная госпожа тепло улыбнулась девочке.

— Здравствуйте, госпожа, — робко ответила Авита.

— Теперь ты можешь называть меня тетя Лина. Но согласись, это звучит как-то серьезно, давай просто Лина, — баронесса взяла Авиту за руки.

— Хорошо, госпожа… Лина, — улыбнулась девочка.

— Давайте приступим, — я оглядел всех собравшихся. Лица присутствующих приобрели официальное выражение, и мы приступили к формальностям.

Глава 6

Трактир Длона.

Брат Мариц, одетый в простую одежду, выглядел весьма необычно. Не знаю, поможет ли это скрыть нашу встречу, но по большому счету это уже было не важно.

— Как пробрались? — я с улыбкой осматривал одежду монаха.

— Все тихо. Можно вопрос? Длона вы чем подкупили? — с кружкой пива он выглядел как обычный крестьянин.

— Ничего особенного. Думаю, вам это нужно знать. Он перебежчик из Истора. Находится под опекой канцелярии.

— Не знал. Чисто все сделано. Давно он здесь? — брат Мариц явно задумался, его можно понять, прозевать такое у себя под боком.

— Точно не знаю. Я вышел на него случайно. В списке особых лиц, который мне стал доступен, увидел его имя. Как его связной был отмечен офицер пятого стола, причем отметки старые и повторяются не чаще, чем раз в год. Вывод один — он находится под защитой. Магии в нем нет. Чем он может быть полезен? Кое-что выдавало в нем северянина. Ну и если предположить, что он из Истора, то логично, что его прячут здесь на юге. Был бы он из Сандии, обитал бы где-нибудь на западном побережье. Забросил пробный шар и попал, — я улыбнулся и отсалютовал ему кружкой.

— А если бы он решил, что вы с той стороны? — с ехидцей спросил монах.

— У вас все готово? Как аббат? — пора переходить к делу.

— Сделали все, что смогли. Аббат в ярости. Вы для него теперь ненавистный проходимец. Ловкий мошенник, которого он попытается прищучить. Когда ему рассказывали про то, как вас встречали, от него шел пар. Ну и новость про то, что вы не просто назначили свадьбу, а еще и организовали для своей невесты имперский титул, его добила.

— Ну что ж, отыграем последний акт нашей пьесы.

На площади собралось немало народа. Монастырский учетчик брат Горин находился на небольшом возвышении, откуда иногда зачитывали государственные указы. Я стоял перед ним, одетый в свой лучший черный камзол. Рядом стояла Авита в простом светлом платье. Позади нас были Филис и Ошьти, державший за руку Тефрена. В толпе, расположившись маленькими группками находились воины арса, старавшиеся выглядеть неприметно. Там же, я знал точно, должны были шнырять люди Марица. Из замка никто не присутствовал, не по чину.

— Приступим, брат Горин, — я кивнул монаху.

— Хорошо, начнем. Скажите свои имена и титулы.

— Авита, баронета ат Уол, — гордо сказал Авита, тут же прекрасно покраснев.

— Эл Наваль, флаг-советник третьего стола Императорской Надзорной Канцелярии, — громко и четко произнес я.

— Простите, флаг-советник, можете предъявить свой служебный жезл? — брат Горин учтиво склонился ко мне.

— Несомненно, — достав его из-за пояса, я направил его на учетчика. Прочитав на листе своего служебного талада появившиеся там строчки, Горин посмотрел на меня.

— И опять вы смогли меня удивить, продолжим. Авита и Наваль, готовы ли вы открыто и честно заявить о своих намерениях?

— Готов.

— Готова.

— Слушаю вас, — величаво сказал он нам и застыл, изображая из себя статую внимательного слушателя.

— При людях и перед богом я заявляю, что я жена его.

— Слушайте все! Я муж ей.

— Вы были услышаны. Я как учетчик аббатства святого Атана готов в любое время подтвердить, что эти двое муж и жена, — монах проговорил это, что-то записывая себе в талад.

— А теперь вина всем, — повернувшись, я махнул рукой. Собравшаяся толпа оживленно зашумела.

Мы сидели с Авитой на кладке старого, давно не действующего фонтана. Вокруг раздавались приветственные крики и здравицы в адрес молодых. Я потягивал вино из деревянного кубка. Сидевший рядом арс, осушив сразу полный кубок, молчал, посматривая по сторонам.

— Теперь вы скажете, что задумали? — спокойным голосом спросил он меня.

— Все просто, мы расставили приманку и ждем жертву, — я внимательно рассматривал толпу поверх кубка.

— Догадываюсь, кто жертва. Но почему вы думаете, что старый святоша не просто попадется в ловушку, а что он вообще выйдет из логова.

— Да, такое может быть. Но поверьте, мы сделали все возможное, чтобы его выманить. Если он не выползет из-за стен, все будет сложнее. Но есть планы и на этот случай. А пока просто расслабьтесь и выпейте за наше здоровье.

— Я уже выпил, от количества мною выпитого вам здоровья не прибавится, а если что-то начнется, я хотел бы действовать на свежую голову.

Топот сапог группы вооруженных людей, идущих сверху от монастыря, заставил мое сердце биться еще сильнее. Но внешне на мне это никак не отразилось. Связной амулет в нагрудном кармане слабо завибрировал и передал мне тихий шепот:

— Началось, он выслал отряд личной стражи. Сам вышел на стену. Полагаю, будет наблюдать.

Отряд, прошагав дружным строем, остановился возле меня. Два десятка воинов монастырской стражи, в доспехах и хорошо вооруженных. Во главе монах в простой сутане, но явно с доспехом под ней.

— Никак, святые братья пришли засвидетельствовать мне свое почтение. Вина доблестным святым воинам.

— Господин, называющий себя эл Наваль? — строго спросил меня их командир.

— Именно так. Может, и вы соизволите представиться?

— Я брат Труво, командир монастырской стражи. Пройдемте с нами. Аббат хочет поговорить с вами, — развернувшись на пол-оборота, он сделал приглашающий жест.

— Ха. Почему же он не пришел сам?

— Аббат не покидает стен, — как неразумному дитя, ответил он мне.

— Неужто он так испуган грозящими опасностями, что не высовывает нос. Передайте ему, что мои воины очистили от порождений Тьмы эти земли до большого поворота, — добавил в голос покровительственные нотки.

— Идемте, Наваль, — монах начал показывать признаки нетерпения, он явно начал чувствовать себя неудобно в присутствии такого числа людей.

— А почему вы решили, что я с вами пойду? — поставив кубок, я устроился поудобнее.

— Если вы не пойдете, я применю силу.

— На каком основании? — быстро спросил я его.

— На основании приказа аббата.

— С каких это пор приказы какого-то святоши действуют не только за пределами монастыря, но еще и на представителей надзорной канцелярии?

— Ваша принадлежность к канцелярии вызывает сомнения, аббат хочет лично в этом убедиться.

— Давайте прекратим ломать эту комедию. Я с вами не пойду, если вы попробуете применить ко мне силу, я буду сопротивляться. А окружающие мне в этом помогут.

— Убирайтесь, трусливые ублюдки, или мы сами вас отсюда уберем, — раздался голос из толпы. Интересно, это люди Марица или действительно глас толпы?

— Как видите, вы переоцениваете свои силы. Передайте аббату, что когда у меня найдется время, я нанесу ему визит. А если он меня захочет увидеть раньше, то ему придется самому меня найти, — свои слова я сопроводил отмашкой. Я привстал и налил себе еще вина из небольшого бочонка. Толпа, внимательно слушавшая наш разговор, зашумела, послышался шум празднества, раздались бульканье вина, шутки и смех.

— Это неслыханно! Мерзкий негодяй. Думаешь, смог всех одурачить? Нет, аббата Фиситора не проведешь, — на площади появился аббат собственной персоной, в окружении многочисленной свиты, державшейся неподалеку. На площади стало явно тесно.

— Что ж, это вы, ваше святейшество, вместо поздравительных слов молодой паре сразу переходите на ругань. Чем вообще вызваны ваши нападки меня? — кротко спросил я его.

— Я все знаю, ты подделал служебный жезл, мелкий проходимец. Организовал себе свадьбу с новоиспеченной баронетой. Не знаю, чем ты рассчитался с Тримо, но полагаю, что баронессе ты просто задурил голову. И главный вопрос, откуда такие познания по тварям Тьмы. Появился и все знает. Сдается мне, что ты сам причастен к этим делишкам, вот об этом мы и поговорим у меня в самом глубоком подвале. Вяжи его! — аббат просто кипел, и вокруг него начало строиться какое-то плетение.

— Обвинения и угрозы в адрес представителя власти. Попытка пленения высшего чина надзорной канцелярии в военное время. Это мятеж против императора. Карается лишением сана, — при этих моих словах арс встал и положил руку на меч.

— Какое военное время? Да ты спятил, безумец. Лишение сана? Ты думаешь, ты способен лишить меня моего звания? Да кто тебя будет слушать. Ты думаешь, твой фальшивый жезл придаст вес твоим словам? Это смешно, — аббат явно не хотел ссориться с пограничной стражей, но его уже было не остановить.

— Во-первых, он настоящий. Во-вторых, мне не нужны слова, — я взмахнул своим жезлом, и толстая блестящая цепь на шее аббата разлетелась на мелкие звенья. Сам аббат упал на четвереньки и стоял, оторопело мотая головой. Монахи из его окружения застыли в недоумении.

— Вот так выглядит лишение сана. За действия, препятствующие Императорской надзорной канцелярии в военное время, монах Фиситор лишается сана и приговаривается к лишению зрения и речи. Приговор приведен в исполнение.

— Лихо, не знал, что так вообще можно. Но о каком военном времени вы говорите? Неужто, пришли указания из столицы, — арс тоже был обескуражен и не скрывал этого.

— На основании пункта третьего главы шесть военного уложения объявляю местность трех замков имперским гарнизоном в осаде со всеми вытекающими из этого последствиями. Имперский комендант флаг-советник эл Наваль.

Конец первой книги

Из труда почтенного сат Алира «Новая история империи»

В наше время империя Ат держится на ее службах. Их превеликое количество, и множество благородных мужей не покладая рук увеличивают мощь империи, бдительно наблюдают за врагами, заботясь о подданных. Именно став на путь служения отчизне, любой гражданин империи, даже самого низкого происхождения, может добиться высокого положения в обществе, заслужив уважение и почет.

Примечание на полях — еще никогда в стране не было такого количества дармоедов.

Службы делятся на явные, скрытые и тайные. Названия явных известны, чем они занимаются — всем видно, и прийти к ним очень просто. Про скрытые известны лишь их названия, из которых можно догадаться об их делах, а устроиться в них очень сложно. Про тайные неизвестно ничего, кроме факта их существования.

Явные службы

Служба коронного сопровождения — занимается повседневными делами короны, императорскими выездами, занимается поддержкой в приличном состоянии загородных резиденций и снабжением императорского стола. Вместе с личной гвардией, неустанно охраняющей корону, они составляют ближайшее окружение правителя и его семьи.

Служба городского спокойствия — охраняет покой горожан от разбойников, мошенников и воров, а также защищает от стихийных бедствий: пожаров, потопов, землетрясений и прочая.

Служба лекарского обеспечения — в ее ведении вся медицина, лечебные дома и лекарские школы и училища.

Служба провинций и колоний — главная задача, которой, единение обширных земель и дальних островов империи.

Примечание на полях — самая полезная служба на мой взгляд.

Служба военного снабжения — занимается оружием, амуницией и продовольствием великой и могучей нашей армии.

Примечание на полях — вот где самый рассадник чиновнического воровства, хорошо хоть снабжением легионов занимаются интенданты самих легионов. А с другой стороны, может, именно из-за этого наша армия давно уже ни с кем не воюет, и пригляд за ней не такой строгий, как за постоянно сражающимися имперскими легионами.

Скрытые службы, называемые канцеляриями

Канцелярия магии — занимается всем, связанным с магией. Первый стол — в их ведении контроль над магией в княжеских родах. Именно они проверяют магические способности потомков древних родов и подтверждают титулы. Второй стол — магические исследования, поиски новых плетений в разных областях магического искусства. Третий стол — отдельно занимаются поисками новых путей в боевой магии.

Военная канцелярия — управляет всеми ведущимися активными действиями. Первый стол — стратегическое планирование. Второй стол — имперские легионы. Третий стол — военная разведка. Четвертый стол — военная контрразведка. Пятый стол — армия и ополчение.

Торговая канцелярия — управляет производством и торговлей товаров. Первый стол — ремесленные производства. Второй стол — сельское производство. Третий стол — внешняя торговля.

Примечание на полях — бездельники, торговать-то не с кем, регулярного сообщения с другим материком так и нет.

Четвертый стол — налоги и пошлины.

Канцелярия общего надзора или надзорная канцелярия — надзирает за всеми остальными службами и канцеляриями. Первый стол — наблюдает за соблюдением магами законов империи. Второй стол — выполняет то же самое, что и первый, но среди обычных граждан. Третий стол — запрещенные магики и артефакты, незаконное применение и контрабанда. Четвертый стол — наблюдает за нашими ближайшими соседями.

Примечание на полях — самые загадочные мои коллеги, их редко видно, и непонятно, чем они занимаются. В отличие от тех же первого и второго стола, с которыми мы очень тесно сотрудничаем.

Про тайные службы известно очень мало. И большей частью на уровне слухов. Поэтому не будем засорять серьезный научный труд досужими сплетнями.

Примечание на полях — жаль. Вот об этом я бы почитал с удовольствием.

Но все авторитетные исследователи склоняются к мысли, что главная цель тайных служб — это надзор за скрытыми. Что логично и выстраивает перед нами стройную систему.

Арс — воинское звание, соответствует полковнику.

Рит- воинское звание, соответствует сержанту.

Труна — разведывательный отряд легкой кавалерии.

Одно из вежливых обращений среди религиозных дворян.

Растение, кустарник. Дым, возникающий при сжигании листьев ферты, виден в магическом зрении.

Питательная богатая витаминами масса. Изготавливается на Пиратских островах предположительно из морских водорослей. Самый экспортируемый, после рабов, товар.

Крупные горные поселения, имеющие древнюю историю. В отличие от малых и новых поселений ос в этом горном краю приравнивается к городу, вне зависимости от количества жителей.

Согласно законам империи представитель княжеского рода, не доказавший своего магического таланта, не имеет права на княжеский титул и именуется бароном или баронессой. Однако их потомки в любом колене имеют возможность получить признание высокого титула.

Имперский комендант

Часть 1. Законник

Убежище.

Тихий летний вечер в горах. Заходящее солнце дарило последнее тепло, освещая мягким светом всю веранду. Я лежал на мягкой скамье, моя голова покоилась на коленях Авиты. Мы молчали. Шло время. Тени проросли в темноту. Нас окружала буйная зелень, в короткое время выросшая в нашем маленьком садике. Через пробитое в скальной стенке отверстие были видны начавшие проступать звезды. Я был слегка трезв.

— Ты довольна? — тихо спросил я ее.

— Зачем ты так напился, Лекс? Я тебя таким не видела, — в ее голосе сквозила тревога.

— Обычай, — кинул я.

— Что за обычай? — вскинулась она.

— Не обращай внимания. Третий день как мы женаты, а ты уже мной недовольна, — укоризненно проговорил я ей и улыбнулся.

— Я не знаю. Я раньше не была замужем. Я не знаю, правильно все или нет. Но ты сейчас совершенно другой, — спокойно и рассудительно ответила Авита.

— Я таким тебе не нравлюсь? — эти откровенные пьяные разговоры.

— Не знаю. Но ты совсем другой, — задумчиво повторила моя супруга.

— А что изменилось? Разве что эта дурацкая ухмылка, — я опять широко улыбнулся.

— Нет, внутри тебя, — она пригладила мне волосы.

— Ах, ну да, у меня же жена ясновидящая. И что же ты видишь? — я неловко попытался отхлебнуть из кубка.

— Не могу понять, но ты стал свободнее, — она помогла мне приподняться на локти.

— Да, красное агринское делает людей свободнее. Твое здоровье. За виноделов Агрини, — шумно глотая, я опустошил кубок.

— Спасибо. Может, пойдем спать? — забрав ставший легким кубок, ласково спросила она меня.

— А пойдем. Помоги мне, — соскользнув пару раз локтями, я принял сидячее положение.

Рывком встал и, пошатываясь, пошел к звездному небу. Подошел к краю веранды. Бурная растительность была слегка подстрижена, яркие звезды подмигивали мне, и хотя теплый ветер играл с моими волосами, а в крови бушевал винный огонь, я ощущал их холод.

— Понимаешь, столько всего, а я ни разу не позволял себе расслабиться. Мы уже сделали большое дело, а сколько еще предстоит? И уже остановиться нет возможности. Ну все, идем, идем.

Глава 1

Осень 699 г. Династии Ин. Аббатство святого Атана.

В кабинете аббата уже прибрали. Но следы учиненного обыска еще можно было заметить.

— Этого в красную группу. Этих двух тоже. На главного учетчика есть что-нибудь серьезное? — кипы бумаги, быстрые пометки в таладе.

— По мелочам. Но ему хватит. Он умный и трусливый, — Мариц, потрепанный, сидел с уставшим видом, также заваленный бумагами.

— А если сделает «лисьи уши»? — спросил я, не глядя на собеседника, продолжая сортировать документы из архива аббата.

— Для начала будем присматривать за ним. Но волков все равно бить придется. Ведь придется? — Мариц откинулся и положил пухлые руки на толстое пузо.

— Самых матерых придется. Но и вырезать всех нельзя. Я тут кое-что придумал, куда направить их энергию. Орден истребителей тьмы. Звучит? — я быстро глянул на Марица.

— Звучит. Молодых отсечем точно. Но старикам нужна власть, — без воодушевления ответил мой самый хитроумный помощник.

— Вот мы им и дадим власть, власть над орденом, — я нашел интересное письмо капитана гвардии к аббату и погрузился в чтение.

— Властители ветров? — ухмыльнулся Мариц.

— Для начала сойдет, — я сделал пару пометок в таладе в разделах «Замок», «Капитан», — а там будет видно. Есть кандидатуры на пост аббата? — нудная, но полезная работа, аббат давно существовал бок о бок с замком, надеюсь, он правильно его оценивает в своих заметках. Мне крайне необходимо зацепить капитана Аргоната.

— Кандидаты то есть. Но как вы собираетесь это провернуть? Аббата может назначить только коронный совет с одобрения личного императорского духовника либо самого императора, — Мариц поднял указательный палец.

— Там не все так просто. Вернее, все гораздо проще. Для нас. Вы же понимаете, что в нашей цивилизации все завязано на атрибутах власти. Аббатская цепь, вот ключ. Именно на ее изготовление специально для кандидата нужно высокое одобрение. Стать духовным настоятелем обители просто, но именно цепь это признание империей, — закрыв папку с личными документами аббата, я посмотрел на брата Марица.

— Хорошо, пусть цепь. Что это меняет? — он уперся локтями в стол.

— То, что у нас она есть. Я приказал найти все звенья и думаю, что смогу ее собрать, — я встал и принялся вышагивать по кабинету.

— Это… Это… Это очень опасно. Люди начнут думать. Вспомнят слова аббата, — Мариц не на шутку взволновался.

— Умные люди вспомнят и что с ним случилось. Подготовьте сводку, — я сделал отмашку рукой.

— Пустить слух о выборе нового главы аббатства? Есть у меня пару вариантов, как сделать это естественно, — Мариц задумался, наверняка уже прокручивал в голове разные схемы.

— Хотите настричь шерсти? Пустите, но так невнятно. Пусть думают, что мы хотим просто кого-то поставить во главе монастыря. Без сана, — я налил себе воды в простой деревянный стакан.

— Сделаем. По ордену истребителей какой план введения? Огласим сразу? Или сначала будем готовить почту? — Мариц приготовился писать.

— Я скину вам на талад мои мысли. Посадите кого-нибудь с литературным талантом, пусть перепишет позаковыристее. Так, чтобы их проняло, — крепко сжав обе руки в кулаки, я потряс ими перед собой.

Кварталы нижнего города. Трактир Длона.

Сегодня днем трактир был переполнен, так же как и вечером, но люди пришли сюда не за выпивкой. Предстояло еще многое устроить, и пока для встреч встречи с общественностью я выбрал хорошо знакомый мне трактир.

— Проходите, господа. Присаживайтесь. Как вас много, ну пристраивайтесь, где получится, — я старался выглядеть приветливо.

— Мы представляем мирных жителей, сбежавших из своих городов и нашедших здесь пристанище. Я старшина городской стражи Бошна, эл Дишо. Со мной господа из моего родного Бошна и других городов юга империи, — широкий, почти квадратный человек говорил неспешно.

— Есть среди вас кто-нибудь из службы имперских дорог? — перебил я его, захватывая инициативу.

— Позвольте представиться. Эл Канье. Попечитель южных имперских дорог. В отставке. Но еще и года не прошло от того момента, когда я оставил этот пост, — из-за спин собравшихся ловко просочился благообразный пожилой мужчина среднего роста.

— Замечательно. А технические специалисты есть? Проще говоря, мне нужно запустить хотя бы участок до трех дорог, — я повернулся к висящей за моей спиной карте и показал нужное место.

— Есть. Есть и мастер, и рабочие. А мой племянник учился на старшем курсе академии дорог. Знает последние разработки, — Канье говорил мягко, достойно и с легкой полуулыбкой. А я уже и забыл, когда в последний раз видел подобное выражение лица. Видать, этот бывший попечитель неисправимый оптимист. Побольше бы таких людей, с ними очень приятно работать.

— Это отлично, — я сделал пометку в таладе. — Присядьте вот там, я поговорю с вами после. Вы готовы к работе? — я обратился к собравшимся в зале.

— Говорите, что делать. — пробасил эл Дишо.

— Все способные держать оружие пойдут охранять границы наших поселений. Всех остальных я задействую сначала в продовольственной компании. Когда решим проблему голода, попробуем восстановить ремесла. У вас врачеватели есть? — я посмотрел старшине в глаза.

— Есть, конечно, куда без них, — спокойно, не отводя взгляда, ответил Дишо.

— Я соберу всех лекарей в монастыре, будут работать вместе, — четко произнес я.

— А как же мы? Кто нас будет лечить? — послышались выкрики из толпы. Дишо молча смотрел на меня.

— Теперь не будет их и нас. Теперь мы вместе, — медленно, разделяя слова, ответил я на их вопросы.

От небольшой группы, сидевшей в углу, отделился человек. Высокого роста, строгая выправка и седые волосы.

— Ариат от пехоты Клот, ариасы Мирсо и Мали. Мы представляем командование различных воинских частей и соединений, расквартированных здесь, — сухо и четко сказал пехотный генерал.

— Рад вас видеть. Давайте сразу к делу. Численность вашего гарнизона? — я приготовился сделать краткие записи.

— У меня двести тринадцать строевых, из них опытных и хорошо вооруженных пятьдесят восемь человек, — невыразительным голосом продолжал Клот.

— Под моим командованием сорок два человека. Все хорошо вооружены. Многие имеют опыт, но лошадей нет, и мои кавалеристы переучиваются биться в пешем порядке. Как у них это получается, оценить тяжело, — Мирсо говорил плавно, певуче. Как-то совсем не по-военному.

— У меня всего двадцать два человека. Но мои морячки бывалые головорезы. И дикие нас боятся, и против тварей мы всегда первые бойцы. Парни не дадут соврать, — Мали был самый молодой среди собравшихся военных чинов.

— Хорошо. Ариат Клот, мы привлечем ваших воинов для патрулирования гарнизона и на охрану границ. Ариас Мирсо, к сожалению, вынуть из рукава табун кавалерийских лошадей я не могу. Мы соберем всех имеющихся лошадок под одной крышей. Будем привлекать ваших всадников для дальних рейдов. Вас, ариас Мали, я передам под руководство арса Тамоа. В истребительный отряд. Вы знакомы с командиром пограничной стражи? — я повернулся к моряку.

— Толковый мужик. Но мне подчиняться арсу? Не то чтобы я сильно заботился о чинах, но и вы меня поймите, — Мали поморщился и сделал в воздухе неразборчивый жест рукой.

— Вы будете приданным подразделением. Договоритесь с арсом, я даже не сомневаюсь. Притретесь. Ладно, что с гражданскими? — господа переглянулись.

— Женщины. Дети. Старики. Вы о них? — осторожно спросил эл Дишо.

— Сколько именно? Лучше списком поименно. Работоспособные есть? Каких специальностей? Какие условия проживания? Питание? Болезни? — я бросал вопросы, как вбивал гвозди.

— Всего порядка двух тысяч. Именных списков нет. Да и не до военных специальностей нам. Живем сносно. Питание скудное. Больных полно, — негромко отвечал Дишо.

— Жду вас со списком. Мне нужно знать, что с вами делать. В первую очередь мне интересны земледельцы и ремесленники, — я оглядел собравшихся.

— У нас есть два хороших мастера оружейника. Благодаря им у нас есть запас хороших взрывных болтов. Есть еще ремесленники, но их специальности я, право, не знаю, — припоминал Дишо.

— Вы не посвятите нас в свои дальнейшие планы? — негромко спросил Клот.

— Обязательно. Если в целом, то необходимо наладить здесь хотя бы сносную жизнь. Подробный план будет озвучен после подробной ревизии имеющихся у нас сил и средств. Я уже беседовал с замком, монастырь в нашем полном распоряжении. С вашими соседями из городских я уже договорился. Пограничники давно мне подчиняются, и мы добились с ними больших успехов, — я убедительно развел ладони.

— Мы наслышаны, — усмехнулся Мали.

— Осталось разгрести трущобы, — я повернулся к нему.

— Да уж, это гнилое болото надо разнести вдрызг, — а вот этих слов я ожидал больше от Мали, нежели от почтенного Дишо. Видать, для старшины городской стражи происходящее в бедных кварталах приносит огромное раздражение.

— Не стоит так рассуждать. Среди них полно обычных людей, волей обстоятельств попавших в этот ужас. Я оставил их напоследок. Чем больше у нас будет сил, тем меньше крови придется пролить, — я говорил мягко и, надеюсь, убедительно.

— Мы выставим всех воинов, — сказал Клот и кивнул.

— С арсом говорите, он планирует эту часть операции, — я повернулся к Канье, но мне в рукав вцепился худосочный гражданин с вопросом об аббате Фиситоре, и тут же раздалось много голосов, спрашивающих о своем наболевшем. Я вздохнул и принялся общаться с населением своего гарнизона.

Глава 2

Спустя два дня. Нижний город.

На небольшой плешивой площадке перед кривыми воротцами уже собралась толпа. Вдоль хлипких заборов и задников лачуг росли пыльные колючие кусты, заваленные местами различным хламом. Одетые кто во что горазд, грязные и неопрятные. Худые лица, обреченный взгляд. Но на некоторых лицах зарождалась надежда.

— Я Гуг. Знающие кличут меня Гуг Одноглазый. Догадайся почему, — впереди всех стоял долговязый жилистый тип. Черная повязка поперек лица. Неплохая одежда для здешних мест. Полно разнообразного оружия, висящего открыто и надежно запрятанного. Даже несколько магиков, причем один из моих последних. Кривая ухмылка на небритом лице, покрытом шрамами.

— Я эл Наваль, — компанию мне составил эл Дишо, одевший по случаю свою форменную одежду. Старую, потертую, но чистую и заправленную полностью согласно уставу. Надеюсь, он согласился со всеми моими доводами, и все пройдет гладко. Главное, чтобы он не сорвался и не устроил здесь резню.

— Как же, наслышаны. Значит, ты тот самый нюхач, который сам себя за главного назначил, — Гуг усмехнулся и оглянулся, явно подначивая толпу.

— Можно и так сказать, — все понятно, куда ты клонишь, ну давай, посмотрим, кто кого переиграет.

— Я вижу, вы уже перетерли с меднолобыми и писарями, — Гуг зыркнул на Дишо.

— Да, мы уже все обсудили, — я уже выделил в толпе его возможных сообщников и передал мысленно через оперативный амулет стрелкам, засевшим в близлежащих окрестностях.

— Га. Я видел, как они побежали целовать сапоги новому начальнику, — он упер правую руку в пояс, а левую положил на эфес кривой сабли, болтающейся в дорогих ножнах.

— Ты, Гуг, не заговаривайся, — бросил Дишо закипая.

— А мне никуда бегать не надо, — моментально озверев проревел Гуг. — Здесь я сам сила. Где нюхачи были, когда мы здесь гнили без жратвы? Когда нас твари сами жрали и нас только лихоманка корючила? А? — он оглянулся к толпе, стоявшей позади него.

Оборванные и худые стояли впереди, но позади них опытный взгляд уловил бы матерых молодчиков, хорошо вооруженных, умело позыркивающих из-за толпы. Луки и арбалеты тоже мелькали в задних рядах.

— И чего вы пришли? Может, хотите, чтобы мы поделились с вами едой? — толпа глухо зашумела, — или, может, хотите, чтобы мы охраняли вас в ваших теплых постельках?

— Я принес вам закон. Кто будет его выполнять, будет защищен и накормлен, — громко бросил я.

— О! Вы хотите нас накормить? Я очень голодный, пожалуйста, благородный господин, накормите меня, — Гуг явно глумился.

— Все нуждающиеся будут обеспечены, — я добавил в свой голос немного растерянности, надо сыграть точно.

— А вы мне уже нравитесь. Я даже готов вам помочь. Я знаю самых нуждающихся. Дайте мне еду, я сам все разделю. По честности, — он улыбнулся и развел руки.

— Я рад, что мы нашли общий язык. Передайте моим помощникам списки. Особо нуждающихся выделите. Им все передадут. И я хочу посмотреть, как вы живете, — я плавно кивнул, показывая, что я доволен тем, как все повернулось.

— Знаете что, господин Наваль. Вы ведь здесь человек новый. Ничего не знаете. Ну зачем вам туда? Еще наступите во что-нибудь. Где ваши помощники? Я с ними договорюсь, — Гуг излучал добродушие, просто добрый дядюшка. Добрый одноглазый дядюшка с саблей.

— Не слушайте его. Он вас обманет, — пожилая худая женщина вырвалась из толпы.

— Закрой пасть, старая сука. Эй, Штопарь, уведи ее, — толстый матерый оборвыш высунулся из-за спин и пошел к оборванке.

— Постой, Гуг. Дай ей сказать, — я сделал несколько шагов вперед, рукой отгоняя верзилу. Он застыл в нерешительности. Но, оглянувшись, на Гуга сделал еще несколько шагов и, ухватив стоящую впереди всех женщину за пояс, легко потащил ее обратно в толпу.

— Да что она может сказать. Повредилась в уме от голода, — видя, что все нормально, улыбнулся Гуг.

— Отпустите меня. Он. Он убил моего мужа. Забрал все наши припасы и нашу дочку. А потом и ее убил, — женщина билась в руках толстяка, слова вырывались у нее через плач.

— Это правда, Гуг? Гражданка обвиняет тебя в убийстве, — я строго глянул на главаря. Судьба решила мне подыграть.

— Я же говорю. Она сумасшедшая. И вообще, я наводил порядок в этом клоповнике. И мне приходилось убивать тех, кто мешал жить остальным. И любого другого убью, — при этих словах он положил ладонь на рукоять кривого клинка и оглядел мою небольшую свиту. Затем махнул рукой, и из переднего ряда вышло человек двадцать, мощных крепких головорезов, — слышь, Наваль, давай договоримся. Ты не лезешь в мои дела, а я не лезу в твои.

— Я же сказал. Я принес вам закон. Иди ко мне, — я плавно поманил его к себе рукой. Гуг немного обмяк и медленно зашагал ко мне, — ты убил мужа этой женщины?

— Да, — голосом, лишенным каких-либо эмоций, ответил Гуг.

— Зачем ты это сделал? — твердо спросил я.

— Мне понравилась его девка, — сообщил бандит.

— Дочка? И ее ты потом убил? — я продолжал допрос.

— Да, — ответил убийца.

— Зачем? — я решил выяснить все.

— Надоела, — коротко ответил он.

— Ты все сделал сам? Или у тебя были соучастники? — надежное плетение, но все приходится тянуть как клещами.

— Были, — губы Гуга двигались вне зависимости от его желаний.

— Называй, — скомандовал я, и вооруженная толпа позади него недоуменно загомонила.

— Штопарь, Рукастый, Чряк … — медленно называл Гуг.

— Записывайте, — бросил я за спину.

— Эй, Гуг, ты чего? — Штопарь разжал руки.

— Всех назвал? — пора заканчивать.

— Да, — все так же невыразительно ответил допрашиваемый.

— Согласно законам военного времени Гуг Одноглазый приговаривается к смерти. Приговор будет приведен незамедлительно, — я поднял правую руку и начал запитывать магик, выполненный в виде тяжелого стального браслета. Гуга скрутило, ноги переплелись, руки плотно прижались к телу. Затем его начало сжимать. Раздался хруст костей. Он закричал. Его тело целиком начало приподниматься над землей, прямо под его ногами появился ледяной столб. Лед, ускоряясь, начал ползти снизу вверх. Вот он покрыл его колени и начал накрывать бедра. Хруст раздался еще сильнее. Вместе с криком из его горла вырвалась струя крови, но она не успела упасть не землю, застыв, как и все остальное тело. Кровавая ледяная статуя представляла Гуга, сжатого в ровный цилиндр. И не известно, был ли он уже мертв. Толпа начала быстро уменьшаться. Оборванцы завороженно смотрели на казненного. На некоторых лицах зрело злорадство, на многих радость. Вооруженные люди исчезали тихо и незаметно, юркими мышками просачиваясь между стоявшими. Старая женщина сидела в пыли и плакала.

— Подождем немного, пусть успеют собрать вещички. И пустим патрули. Не хочу устраивать мясорубку в трущобах. Да и не просто это все, — я повернулся к своей компании, мой свежеиспеченный секретарь невозмутимо помечал что-то в служебном таладе. Эл Дишо удовлетворенно смотрел на произведение искусства в палаческом жанре. Интересно, он попросит отдать статую ему?

Вечер того же дня.

— Пятьдесят три труппа. Они не собирались сдаваться, а мы не собирались брать их в плен, — арс Тамоа докладывал с удовлетворением.

— Наши потери? — я смотрел на бойцов.

— Двое раненых у Клота. Один тяжело, стрела попала в лицо. Нашелся какой-то бешеный лучник, — Мали был спокойно азартен. Чувствую, с арсом они определенно сыгрались. — А так в основном расстреливали их как дичь.

— Интересно, сколько осталось? — Дишо задал вопрос, который волновал его больше всего.

— Думаю, есть. Там сброда хватает. Который поумнее и не светился, — сказал Мали, арс Тамоа согласно кивнул.

— Сделаем так. Всех подозрительных в лагерь на Изумрудный локоть. Будем потихоньку с ними разбираться.

Торговая площадь верхнего города.

На площади собралось немало народа. В основном это были важные представители разных общин нижнего города. Серьезные люди из верхнего. Монастырские жители, интересующиеся происходящим снаружи. Арс со своими бойцами. Замковые, во главе с Кроссом.

— Рад, что вы все собрались здесь. Я хочу сказать, что все, что мы делаем, мы делаем не зря. Пора наладить нашу жизнь. Пора начать жить по чести и по законам, — вещал с небольшой трибуны.

— По законам? По каким законам? — выкрикнул кто-то из толпы.

— Конечно по привычным нам законам, законам империи, — я развел руками.

— Но разве одни и те же законы могут работать в разных обстоятельствах? — я нашел вопрошающего в толпе. Незнакомый. Кто-то из верхнего города. В связи с их незначительностью я с ними мало знаком.

— Какого вы ждете от меня ответа? Я знаю, что мне делать, я иду по этому пути и уверен, что он единственно верный. И я заставлю всех шагать со мной в ногу, — жестко добавил я.

— Сильно сказано, нет, я не против. Сами понимаете, мы, военные, вообще-то привыкли шагать в ногу. Но как остальные? — в беседу вступил ариат Клот. Не ожидал, что он вообще вступит в дискуссию. Не так-то и прост, как хочет казаться, этот старый пехотный генерал.

— Я думаю все согласятся, что время сейчас далеко не мирное, а очень даже военное.

— Да, вы нам отчетливо это показали. Я понимаю армейских, они сейчас в своей стихии, но что нам говорить обычным жителям? Они устали выживать, они хотят просто жить. А вы говорите им, что нужно еще воевать? — эл Дишо, конечно, здесь присутствовал.

— Мирные жители будут жить спокойно, воевать будут военные. Они и обеспечат спокойную жизнь. Вы же видите, тварей стало значительно меньше в округе, — я покивал головой, приглашая собравшихся согласиться со мной.

— Да, спать теперь можно спокойно, и это уже хорошо. Ну а все остальное? — продолжил Клот.

— Что остальное? — удивленно переспросил я.

— Мягко спать и вкусно есть, — отчетливо произнес Клот. Да уж, старый пехотинец умеет смотреть далеко.

— Будет, — просто ответил я.

— Может, вы всех разместите в монастыре? Вместе со всеми господами, которые жируют там. — выкрикнул неизвестный голос.

— Нет, конечно, — так же коротко ответил я и на этот вопрос.

— Ха, — раздалось в толпе, да и на лицах я увидел некое общее ощущение понимания и разочарования.

— Все, кто живет в монастыре и не относится к монахам, покинут его стены. За исключением врачевателей, я хочу собрать их под одной крышей для надлежащего излечения и ухода за больными.

В толпе раздались изумленные крики. На лицах собравшихся явно отобразилось недоумение.

— Но куда же вы их денете? — воскликнул эл Дишо.

— Туда же, куда и всех. Мы построим новое жилье, много нового жилья. Я намерен все сделать так, что вам ВСЕМ было удобно и безопасно жить, не укрываясь за старыми стенами. Будь то стены монастыря, крепости пограничной стражи или замка, — уже жестко продолжил я.

— Звучит это все хорошо. Но не думаю, что господа из монастыря, не говоря уже о замке, будут довольны, если вы их выгоните из теплых домов. Про пограничников не скажу, вижу, что они сделают все, что вы скажете, — высказался ариат Клот с непонятной для меня интонацией.

— ЗАКОН. Чем раньше вы поймете, тем будет лучше. В эти земли пришел закон. Более того, это закон военного времени, — я стукнул кулаком по деревянной трибуне, приятно пахнущей свежими стружками.

— Хорошо, я для себя все понял. Я вот что хочу спросить, ну вот отстроим мы жилье, расселимся, заживем прилично… Дальше что? — продолжил гнуть свою линию Клот.

— Мы пойдем в поход. Нужно выбить демонов из столицы и спасти Императора, — я широко улыбался. Толпа молчала.

Глава 3

Аббатство святого Атана.

В кабинете аббата бумаг явно уменьшилось, однако порядка больше не стало. Легко можно было заметить, что здесь много работают. Раскрытые книги и папки лежали на всех столах. Небольшой бочонок пива и тарелки с остатками еды. Летнее солнце хорошо прогревало помещение, но, несмотря на закрытые наглухо окна, в комнате душно не было. Серебристый магик, прикрепленный к потолку, фильтровал и освежал воздух.

— Следующий, — я сделал очередную пометку в таладе.

— Мудрый брат Палис. Интересный человек. Я тут провел одну дополнительную проверку по нему и обнаружил двойное дно, — Мариц листал свой маленький блокнот, в котором он хранил в зашифрованном виде свои самые секретные данные.

— Чем было вызвано внимание? — зачастую именно в мелочах и скрываются ключи к сложным душам.

— Обычная перекрестная проверка фактов. Я зацепился за его отношение к единобожникам. С одной стороны, он их сторонится, но кое-какие действия заставили усомниться в его искренности. Я обратил внимание на два случая, когда он поддержал двух молодых братьев, ярых единобожников. Их имена… Их имена…. Да к чему они сейчас? Или все же поискать? — Мариц глянул на меня вопросительно.

— Простите, Мариц, что за единобожники? У меня провал в этой области знаний. Какое-то религиозное течение? — мягко спросил его я.

— У меня есть описание в рабочих материалах. Вот держите. Если кратко, они утверждают, что бог един и раздробление орденов ошибочно. Они пытаются объединить всех верующих под одной верой. Понятное дело, у них много противников, в основном среди религиозных иерархов, но среди молодежи они пользуются определенным успехом. На открытое столкновение они не идут, поэтому не запрещены, — сделал акцент на последнем слове Мариц.

— Единобожники, — я покатал на языке это слово.

— Они называют себя единоверцы, — вставил Мариц.

— Да, так лучше. Я чувствую, это отличный вариант, — в голове сразу завертелись мысли.

— Чем же? Старые монахи, имеющие вес в обществе, будут в гневе, — монах заинтересованно глядел на меня.

— …А молодые могут увлечься, — я вскочил и зашагал поперек комнаты, перед столами. — Старых мало, молодых много. И главное, — я повернулся и наставил указательный палец на Марица, — этот Палис будет полностью наш. Мы дадим ему то, о чем он даже не мечтал. Это ведь идеальный вариант. Допустим, мы поставим аббатом какого-нибудь старого святошу. Он примет это как должное, и я уверен, спустя небольшой срок примется рьяно вмешиваться в наши дела. Единоверец же получит то, чего ему самому никогда не добиться. Он получит из наших рук. Вдобавок он будет отлично понимать, что без нас он не удержится. Ну и главное, я разрешу ему открыто насаждать единобожие, пусть и занимается этим и не лезет в наши дела, — остановился, ощущение найденного гениального решения посетило меня. И я им наслаждался.

— Это может плохо кончится. Более того, это может даже не начаться, — кисло улыбнулся Мариц.

— Бросьте, вы слишком сильно их боитесь. Вы привыкли всегда действовать тайно, малыми силами. У нас же другое положение, мы будем пугать их, и напрямую угрожать. И надо все делать быстро, пока они опомнились, пока в памяти еще свежа казнь аббата. Кстати, как он? — что-то я совсем упустил его из вида, забыл о нем как об отработанном материале, как бы ни ошибиться.

— Под присмотром здесь в аббатстве, — мне показалось, толстяк что-то не договаривает.

— Донесите слух, что если через год аббат покается, то ему будет разрешено вылечиться, — я многозначительно кивнул головой.

— А что, сейчас нельзя? — удивленно спросил Мариц.

— Вот пусть и поймут, что нельзя. Назначьте нашему кандидату встречу, после обеда. Надеюсь, баронесса ат Уол приняла мое приглашение? — я сел обратно за стол.

— Да. Вам будет накрыто в голубой гостиной. Хотите кого-нибудь еще видеть? Местные в замешательстве, они не знают, как себя вести, но думаю, что некоторые хотели бы с вами поговорить, — он вопросительно заглянул мне в глаза.

— Ах, оставьте. Мне это еще предстоит в замке. Там все сложнее. А местные пусть привыкают. Нужных мне людей я сам позову.

Личные покои аббата. Малая гостиная.

Средних размеров стол на восемь персон накрыт всего на двоих. Блюд немного, но все приготовлены согласно придворным канонам.

— Рад, что вы приняли мое приглашение, баронесса, — я искренне улыбнулся.

— Это я рада, что вы меня позвали. Поверьте, это большая честь, — так же мило улыбнулась баронесса.

— Ну не такая уж и большая, учитывая нашу разницу в происхождении, — вкрадчиво произнес я этот пассаж.

— Ах, оставьте, к чему это все. Я, признаться, и раньше была не сторонницей всех этих любезностей. А уж в наше-то время, все эти титулы, — она покрутила рукой перед собой.

— Согласен, время сейчас не простое. Я и сам не люблю всю эту мишуру. Но, тем не менее, представительнице столь знатного и древнего рода не стоит так бросаться словами. Ваш род известен своим высоким благородством, пронзающим века, — почтительно произнес я.

— Как громко и пафосно все это звучит. Особенно в свете последних событий, о которых, я думаю, вы знаете все. Я представляю, что вы подумали, когда встретили Филис и Авиту за стенами аббатства, — горько усмехнулась она.

— Вы можете представлять все что угодно, и возможно даже вы и угадаете. Но одно я вам скажу точно, я вас не осуждаю. Я столько всего повидал, — так же горько усмехнулся я.

— Я тоже повидала не меньше вашего. И тем не менее, я сама себя осуждаю, — баронесса отвела взгляд, уставившись в стену.

— Да, это сильное чувство, от такого никуда не убежишь и нигде не спрячешься. Но что вы могли поделать? — попытаюсь вытащить ее из этой ямы, можно было, конечно, попытаться что-нибудь намолоть, но я совершенно не думал в этом направлении.

— Не знаю. Но все равно чувствую вину, — баронесса взяла в руки столовые приборы. Она, похоже, знает как бороться с этим.

— Ну, полноте, зато смотрите, как все повернулось. Ваша племянница нашла надежный приют и неплохого мужа, — я тоже взял в руки нож и вилку.

— Боги хранят бедную девочку, я всегда была в этом уверена, — сказала баронесса, аккуратно подцепив вилкой первый кусочек мяса. Немного пожевав, запила вином. Съев еще пару кусочков, она отложила приборы.

За столом повисла тишина. Оба крутили в руках бокалы с вином, не зная, о чем говорить дальше.

— Я вам благодарна. За все. И за моих близких и за все, что вы делаете, — баронесса говорила искренне, но смотрела почему-то в сторону.

— Спасибо. Мне приятно это слышать. Что я могу сделать для вас? — перешел я на деловой тон.

— Да мне больше ничего и не надо. Это я хотела спросить. Что я могу сделать для вас? — баронесса посмотрела прямо на меня.

— Баронесса, вы мне ничем не обязаны. Поверьте. Я люблю Авиту и уважаю Филис. Они прочно заняли место в моей жизни. Ну и сами подумайте, чем вы можете мне помочь, учитывая мои нарастающие возможности. Хотя, я думаю, мы что-нибудь придумаем. Вы можете направить умы местных благородных господ в правильное русло. Мы скажем вам, что кому говорить. Поверьте, вы этим сделаете немало, — вроде, все правильно. И баронесса при деле, и нам хорошо.

— Я сейчас думаю о другом. Скажите, нас сейчас никто не может подслушать? — баронесса замялась.

— Покои защищены. При желании, конечно, подслушать можно, но кому интересен наш треп? — я улыбнулся.

— А вы можете защитить нас и от этих ушей? — осторожно спросила она.

— В принципе могу. Но применение подобной магии будет замечено. Кое-кто задастся вопросом, а о чем же здесь беседовали милые родственники, — я недоумевал.

— Сделайте, пожалуйста, — робко попросила она.

— Хорошо-хорошо, но придется сходить за своими вещами, — вставать мне не хотелось.

— Я подожду, — баронесса отвернулась и отхлебнула из бокала.

Что это такое с баронессой? Вино что ли подействовало? Зачем мне это сейчас? Или она ведет двойную игру, хочет, чтобы остальные узнали, что мы секретничаем, и тем самым поднимет свой авторитет? Но зачем? Зачем это ей? И зачем мне новый игрок? Ладно, поговорим, узнаем. Возьму глушилку посильнее, пусть все знают, что здесь секреты роятся.

— Все, можете говорить, — я сел за стол и отхлебнул воды. Разговор мог предстоять серьезный.

— Спасибо, мне нужно подготовиться, — она сложила руки на коленях и прикрыла глаза.

Я не спеша выпивал уже третий бокал, медленно зверея, когда баронесса вернулась из загадочного состояния и мягко улыбнулась мне.

— Демоны, — спокойно произнесла она.

— Что демоны? — поперхнулся я.

— Я знаю, с порождениями Тьмы вы боретесь успешно. А что вы будете делать с демонами? — баронесса смотрела мне в глазах.

— Уничтожать их, как и Тьму, — что-то я оказался не готов к такому разговору.

— Как и Тьму, — задумчиво повторила она и отвернулась. — А что вы знаете о демонах?

— А что ВЫ знаете о демонах? — я специально выделил обращение к ней.

Опять повисла пауза, баронесса витала в своих мыслях. Я наполнил бокал себе и баронессе. Упершись правой рукой в стол, я отхлебнул из бокала и попытался поймать ее взгляд.

— Говорите, — сухо приказал я.

— Я могу вам рассказать о демонах. То, что вы не узнаете нигде, — тихо произнесла она, по-прежнему глядя в сторону.

— Выходит, что магический суд первой инстанции ошибся, отправив под трибунал только вашего брата? — я зашагал вдоль стола.

— Они совершили ошибку, но поверьте, я не виновата ни в каких преступлениях, — баронесса оживилась.

— Магические взаимодействия с демонами — это первая степень, — я сел на свое место.

— Но я никогда этого не делала. Более того, я ведь не способна к магии, даже к родовой. И приписать мне магические действия невозможно, — проговорила баронесса быстро.

— Откуда же вы узнали то, что хотите мне поведать? — я покрутил в пальцах бокал.

— Вы ведь все знаете про моего брата? — уже спокойно спросила она.

— Я знаю про него. А вот все или не все, об этом я надеюсь, вы мне сейчас и расскажите, — я ей кивнул, предлагая начать рассказ.

— Он был талантлив. Очень талантлив. Но его сгубила, как ни странно, жажда жизни. Он хотел слишком многого. Он хотел прожить много жизней. Мир казался ему таким большим и прекрасным. Он возжелал изведать все его стороны. Но человек слаб, жизни ему отмерено ровно в срок. И тогда он нашел тех, кого принято называть демонами, — баронесса замолчала.

— Он проводил обряды, применял неведомую магию и вызывал демонов. Вы же видите, как это опасно. Оглянитесь вокруг, — я взмахнул рукой.

— Нет-нет, он был очень осторожен. И очень талантлив. И родовой талант в нем проявлялся очень часто, — она улыбалась своим воспоминаниям.

— Что не помогло ему загреметь под трибунал, — я вернул ее обратно.

— Там не все так просто. Можно, я расскажу? — она смотрела на меня.

— Нужно. И главное, расскажите, как вам удалось ускользнуть. Как вы смогли обмануть магов-дознавателей, — я-то всегда считал, что это невозможно в принципе.

— Что ж, это самое простое. Я не способна к магии, но у меня с детства была некая особенность, у меня очень хорошая память, и я умею ей управлять. Открывать, закрывать и тому подобное, — она покрутила рукой в воздухе.

— Закрытая память не преграда для лучших магов империи. Особенно если это маги-дознаватели, которым разрешено все, — возможно она сейчас и расскажет мне что-то интересное.

— А я умею не только закрывать, но и перемешивать, путать и прятать, — улыбнулась баронесса.

— Это возможно, но если вы это делали, то дознаватели запросто вытянули бы из вас этот момент, — кто тут кого путает.

— Тут нужно вернуться к моему брату. Когда он начал играть с демонами, я присутствовала всегда с ним рядом. Он маг, и вызываемые им создания не могли на него воздействовать, а мне пришлось учиться. Я умею полностью управлять своим сознанием, растворять в нем все что угодно и заново воссоздавать. Когда к нам пришли, я перемешала и запутала все следы. И перед судом я предстала невинной жертвой своего брата. Меня, конечно, для пущей верности запрятали подальше, но я осталась жива и почти на свободе, — произнеся это, она отхлебнула воды из бокала.

— Это все очень интересно. Это не магия, это почти магия. И возможно, позже мы к этому вернемся. Но давайте о главном. Как уничтожать демонов? — пора переходить к главному.

— Уничтожать? — баронесса тихо засмеялась. — А если я скажу, что это не в наших силах?

— Тогда к чему этот разговор? — я начал уже серьезно сердиться, хотя ее слова о закрытом сознании не на шутку меня взбудоражили, и я чувствовал, что мне немного не по себе.

— Не злитесь. Просто вы не знаете суть демонов, — спокойно сказала она.

— А вы, значит, знаете? — я скептически усмехнулся.

— Смею так думать. Так вот убить демона невозможно в принципе, так как то, что вы видите, это не сам демон, — она снова замолчала.

— Я могу это принять. Хорошо, что это такое и как нам убить хотя бы то, что мы видим? — все равно я из нее вытащу все, что она знает.

— Демоны как бы спят и видят сон в нашем мире. Их сны и мысли реальны. Отражения их видений мы и принимаем за них самих, — баронесса опять погружалась в воспоминания, явно уходя от меня.

— Ничего себе. Мне это нужно обдумать, — мысли завертелись в голове. Пихаясь и толкаясь, они порождали вопросы, но появляющиеся новые мысли рождали другие, и эта чехарда меня сбивала с толку.

— Это все необычно, но очень просто. Это совершенно другие существа, в силу разных обстоятельств их мысли оживают в нашем мире, — она говорила тоном учительницы, объясняющей слабенькому ученику простую тему.

— Каких обстоятельств? Когда открываются врата? — я спросил первое, что пришло в голову.

— Врата не есть врата. Врата суть маяк, который привлекает их внимание и манит на свой свет. В остальное время их сны-мысли витают в пустоте. Когда открываются врата, они устремляются, как мотыльки, на свет. Привлеченные в наш мир, они начинают резвиться. Мне знаком их страх пустоты и боль одиночества. Они очень разные. Но все попадающие сюда теряют голову, если можно так сказать. Мой брат искал самых слабых, мысли которых он мог направлять в нужную ему сторону. И вместе с ними он гулял среди материализовавшихся фантазий. Постепенно погружаясь в пучину грез, он терял связь с реальностью. Путал жизнь и грезы. Его родовой дар начал давать сбои, так как сам отличить он уже ничего не мог. Он не замечал Филис никогда, не знаю, что ему виделось в то время, но именно из-за тех грез появилась Авита. Когда он окончательно заигрался, тогда-то и пришли маги-дознаватели. Я закрылась, а он ушел в дальнюю дорогу, — она замолчала.

— Интересный рассказ. Многое встало на свои места, я про вашу жизненную историю, не говоря уже о том, что такая концепция демонов просто меня поражает, — я говорил совершенно искренне.

— Да, все именно так. Они приходят в наш мир привлеченные светом и пытаются насладиться нашим миром, — она отхлебнула вина.

— Почему их так влечет магия? — один из роящихся вопросов вырвался наружу.

— Вспомните свои сны. Вы помните свои сны? — вкрадчиво спросила она.

— Ну не все конечно, — я попытался вспомнить последний.

— Наверняка вы помните, что в них окружающая действительность серовата, как будто в дымке, плохо видна, а некоторые вещи ярки, реальны и почти ощущаемы, — она провела рукой в воздухе.

— Да, что-то припоминаю. Вы хотите сказать… — но она не дала мне договорить.

— Да. Магия — это яркие мазки на картине реальности их снов, — поэтично сказал она.

— Почему они всех убивают? — я был настроен более практично.

— Они не всех убивают. Но их мысли настолько хаотичны, что преобразуют любую реальность, магов просто разрывает, размазывает их мыслеобразами, — она изобразила на лице странную, извиняющуюся гримасу.

— Угу, значит, они стремятся к магам, как на огонь, и уничтожают их своими мыслями. Это понятно. Но тогда переспрошу. Как их разбудить? Как их выбить из нашего мира? — я твердо стоял на своем.

— Не знаю, — просто ответила она.

— Вот спасибо. О чем мы тогда говорим? — схватив бокал, я откинулся на спинку кресла.

— Я рассказала вам о демонах то, что сама знаю. То, что вам никто не расскажет, — торопливо ответила она.

— Это да, тут я согласен. То, что вы рассказали, очень важно. И я понимаю, зачем я поставил защиту. Но как мне это применить? Я ведь не теоретик. Мне нужно их уничтожить. Кстати, а как такое может быть? Если маяк потушен. Почему многие остались? Зачем он вызвал Тьму? — последний вопрос я задал в сторону.

— Я не знаю, о ком вы говорите. Но могу представить. Маяк затушен, но они-то здесь. А тьма, она как туман, она застит и отвлекает. Многие ушли, потеряв ориентир. Но кое-кто мог и остаться. Я знаю, среди них есть опытные сноходцы. Брат благоразумно их избегал. Если они придут, то выгнать их очень трудно, — она поежилась.

— Ну ладно, теория тоже неплохо. Я понимаю, что выдать мне готовое оружие вы не можете. Но, может, мы на основе этой теории выработаем оружие, — я пытался придумать, как использовать это знание, но, если честно, ничего не вырисовывалось. Может, потом.

— Я могу поделиться одной мыслью, — робко вставила баронесса.

— Весь внимание, — я уставился на нее.

— Для них это сон. А значит, их легко обмануть, подсунув другой сон, — медленно произнесла она.

— И что это может значить? — я напрягся.

— Не знаю, я не маг и не воин. Но я чувствую, здесь что-то есть, — она съежилась на стуле.

— Обмануть демона? Подсунуть ему другой сон? Что ж, возможно, в этом действительно что-то есть. Мне нужно об этом хорошенько подумать, — я замолчал, погрузившись в свои мысли. После продолжительной паузы я встряхнулся. — Спасибо за все. А теперь давайте доедим мясо.

— Спасибо. Можно я уйду? — тихо спросила она.

— А как же мясо? — недоуменно спросил я.

— Нет, я про скрытую часть, — мило улыбнувшись, сказал она.

— Да, конечно, — такой формат разговора был мне явно непривычен. — Хотя нет, постойте, у меня еще один вопрос.

— Я слушаю, — она смотрела на меня внимательно.

— Есть одна нестыковка. Вы говорили, что расскажете мне то, что я нигде не узнаю. Но во-первых, откуда это все узнал ваш брат? И во-вторых, я уверен, что на суде он им все рассказал. И значит, в секретных протоколах это все описано. И есть люди, от которых я мог бы это узнать. Или вы считаете, что они все мертвы? — что-то я сам начал придумывать ответы. Совсем выбил меня из колеи этот разговор. Пусть отвечает она.

— На суде. На суде мой брат никому ничего не рассказал. Его сознание было уже так далеко от нашего мира, что никто не смог бы его расспросить о чем либо, — она замолчала. Потом вскинулась. — А вот откуда он все узнал — это действительно хороший вопрос. Видите ли, я всегда думала, что он сам до всего дошел. Он действительно был очень талантлив. Но возможно вы и правы, и был некий источник. Но мне о нем ничего неизвестно.

— Я понял. Ладно, я вижу, вас этот разговор тяготит все сильнее и сильнее. Уходите, — мягко добавил я.

— Спасибо, — посидев немного в задумчивости, баронесса открыла глаза. — Надеюсь, мы хорошо поговорили. Давайте еще вина, — она протянула мне бокал.

— Конечно, вина и побольше. По такому случаю совершенно не жалко.

Глава 4

В небольшой приемной аббата царил идеальный порядок, и витала атмосфера спокойствия и уюта. Я сидел в кресле хозяина, в углу тихонько сидел Мариц, старательно делая вид, что его здесь нет.

— Приветствую вас, брат Палис, — я встал из-за стола навстречу вошедшему высокому статному монаху.

— Благословления в ваш дом, советник. Чем обязан счастью видеть вас? — брат Палис был благообразен и внушителен.

— Вы знаете, что мы подбираем кандидатуру на пост аббата? — деловито спросил я.

— До меня доходил этот слух, что вы ищете брата, который согласится возглавить сию обитель. Ведь аббат Фиситор не способен. Вы хотите выслушать мои мысли по тому или иному брату? — обстоятельно говорил мой собеседник. Судя по первым впечатлениям, это действительно был хороший выбор.

— Нет. Я вам сразу скажу, что мы уже выбрали, — я смотрел на его лицо, тщательно фиксируя реакции.

— Тогда тем более не понимаю, — недоуменно сказал он.

— Мы выбрали вас, — торжественно заявил я.

— Вы меня удивили, — но выражение его лица никак не соответствовало словам.

— И выбрали мы не просто главного, мы хотим вам предложить именно аббатскую цепь. Например, вот эту, — я выложил на стол восстановленную цепь.

— Не совсем понимаю, что происходит. Может, объясните, чего вы от меня хотите? — брат Палис глянул на Марица, как будто приглашая его к разговору.

— Мы хотим иметь во главе обители надежного человека. Преданного нам. За преданность мы готовы заплатить. Это сан аббата и поддержка вас в вашей работе по продвижению единоверия, — пора выкладывать козыри.

— Единоверия? Почему вы думаете, что меня это заинтересует? — мудрый брат немного стушевался, совершенно незаметно.

— Давайте начистоту. Вы знаете, откуда я. Так вот мы о вас все знаем. И считаем для вас возможность свободно, и не просто свободно, а с сильной нашей поддержкой развивать единоверие более чем достойной платой, — деловым тоном высказал я ему это.

— Ну допустим. Я признаю, что я единоверец. А кто такие мы? Можно узнать? — вот сейчас и пошел серьезный разговор.

— Империя. В лице ее тайной канцелярии, которую я здесь представляю, — важно ответил я.

— Сильно сказано. В любом случае мне нужно подумать. Вот только можно без сана? — спокойно спросил он.

— А что такого? Сан только добавит вам авторитета, — убедительно ответил я.

— Если это настоящая цепь. И хоть я не представляю, где вы ее взяли, но думаю, вы достаточно умны, чтобы не предлагать подделку. Так вот я ее не надену, — твердо заявил Палис.

Повисла пауза.

— Это какой-то ваш единоверский постулат? — вкрадчиво спросил я.

— На чистоту так на чистоту. Я знаю, что в этой цепи. И почему вы так легко одолели аббата, — с вызовом сказал он.

— А вы знаете, что это государственный секрет высшей категории. И за это знание вам прямо здесь на месте грозит тайный трибунал, — двинувшись телом вперед, спросил я его.

— Знаю. Но вы уже выбрали меня. Полагаю, у вас были мысли, которые вы не озвучили, но я вам нужен не меньше чем вы мне, — Палис откинулся в кресле и посмотрел в окно.

— Мы можем найти кого-нибудь и попроще, и поуступчивее. И менее знающего. Но да, я заинтересован именно в вас. Будьте честны сами перед собой, разве для вас это не тот самый единственный шанс, который выпадает только раз в жизни? — задушевным тоном продолжал я склонять Палиса к сотрудничеству.

— Да это просто мечта какая-то, но поводок на шею я себе не надену, — сказал он покривившись.

— Да бросьте вы, ну какой поводок. Я разве управлял Фиситором? — улыбнулся я.

— Может, вы просто не сумели? — с улыбкой ответил он.

— Это всего лишь гарантия. Согласитесь, мы ставим вас во главе мощной силы, нам хотелось бы иметь возможность исправить свою ошибку в случае чего. Но вы хоть задумайтесь, какая вам выпала возможность. Подумайте шире. Если вы приложите достаточно усилий, то вы сможете не просто стать первым в империи аббатом единоверцем, а распространить единоверие на все земли империи. А вы представьте, что в империи все единоверцы, — я многозначительно помотал головой.

— Об этом ни один из наших братьев даже не мечтал. Это действительно более чем достойная цена. Но вы уверены, что сможете ее заплатить? — уже серьезно спросил он.

— Мы с вами не на рынке, где у меня в руке лепешка, а у вас медяк. Я вам говорю, что именно сейчас и именно со мной у вас есть возможность вырастить и сорвать этот плод. Если вы готовы, соглашайтесь. Если нет, уходите, но не уверен, что вы сможете жить с этим дальше, — жестко выговорил я ему.

— Вы отлично знали, что я не уйду. Я согласен. И на цепь тоже, — брат Палис обмяк в кресле.

— Отлично, договорились. Только прошу вас, подержите это в тайне, даже от своих братьев. Нам нужно еще пару дней, — дело сделано, и надо приучать свежеиспеченного аббата к подчинению.

— Снять сливки? Я вижу, как закипела жизнь после того, как вы пустили слух о выборах аббата, — а наш кандидат явно в курсе происходящего. Что ж, это даже хорошо.

— Уважаемый Палис, я ведь и не притворяюсь мягким и пушистым. И я хочу, чтобы вы ввели меня в руководящий совет вашего ордена, — танцы закончились, ухаживания удались, пора переходить к делу.

— Какой руководящий совет? — недоуменно спросил Палис.

— Ну как какой? У такого большого дела обязательно должен быть руководящий совет, или как вы его называете? — я замолчал, ожидая ответа.

— У нас нет совета. Браться встречаются, обмениваются мыслями. Есть более уважаемые, чем другие, но не более того. Каждый брат волен делать то, что считает нужным для общего дела, — медленно с расстановкой ответил он.

— А вот теперь понятно, почему вы такие забитые и угнетаемые. Значит, мы его обязательно создадим. И надо придумать титулы поцветастее. Я готов называться, скажем, «Великий воин веры», или «Продвигающий веру», — в голове роились еще пару десятков званий позаковыристее.

— Не слишком ли сильно? Вас ведь никто не знает среди братьев, и тут сразу такой громкий титул, — брат Палис начал закипать. Ну что же немного огня нам не помешает.

— Так вот мы и расскажем им. Не всем конечно, а только посвященным, что я вот такой весь хороший, давно уже единоверец. И что мне удалось добиться такого признания. Согласитесь, за всю историю нашей веры такого никому не удавалось? — спросил я довольно таки патетично.

— Не кощунствуйте, какой «нашей веры»? — вскипел Палис.

— Палис, не начинайте, вам что, важно продвинуть веру в массы или вы будете бороться за чистоту рядов? — цинично спросил я.

— Мы искренне верим, — сурово кинул он.

— Так и верьте. Я же вам не мешаю. Повторюсь, я совсем не желаю всенародной известности в этом направлении. Но мне необходимо влияние в этом движении. Тем более я же вижу, вы совершенно не знаете, как организовать орден, который способен завоевать умы всех граждан империи. Ведь так? — я навис над ним.

— Действительно, я никогда не думал об этом, — стушевался Палис.

— Это заметно. Что ж, доверьте это дело знающим людям. Поверьте, я не собираюсь вас обскакать или что-то в этом роде. Давайте придумаем вам титул. Скажем «Великий магистр», «Хранитель мудрости», хотя нет хранитель это для старичков. Вот придумал. «Святой учитель». И скажем, что это вы обратили меня в веру и являетесь моим тайником. То есть вы уже по определению как мой наставник старше меня, — я показал рукой, на сколько он меня старше.

— Ученик? — скептично ухмыльнулся брат Палис.

— Да, учитель, — скромно ответил я.

— Вы хитроумный наглец. Я начинаю думать, что именно этого нам и не хватало. Я чувствую уверенность, — он встал из кресла.

— Отлично. Ну что ж, свыкайтесь с этой ролью. Лучше всего проведите эти дни в уединении. Вы теперь знамя единой веры, — я сел за стол, вернувшись к своим бумагам.

— А вы? — вкрадчиво спросил он.

— А я ее клинок, — ответил я, взмахнув рукой.

Глава 5

Штаб гарнизона.

Трактир Длона выглядел в данный момент совсем по-другому. И выселенные постояльцы хотя и были очень недовольны, но поделать ничего не могли. С самим хозяином я поговорил по душам, объяснил, что канцелярия снова в нем нуждается, ну а убытки будут возмещены из имперской казны.

— Передайте капитану мою просьбу о встрече, — пора сделать очередной ход в нашей игре. Я собрал пару раскладов и хочу их опробовать.

— Вы думаете, он захочет с вами говорить? — мой личный секретарь раньше был старшим помощником южного наместника. Получив хорошее образование, он быстро получил приставку эл к имени. И, насколько мне известно, ни в чем порочащем его честь замечен не был. В былое время мне пришлось бы просить и ждать аудиенции у такого большого начальника, нынче же он у меня в подчинении.

— Я буду ждать его завтра в голубой беседке, — я продолжал делать короткие записи в таладе, сверяясь с содержимым больших книг с имперскими гербами.

— Как посол иностранной державы? — слегка удивленно спросил эл Тавури.

— Просто не хочу заходить в сам замок, — я наткнулся на два противоречащих места, значит надо теперь искать разъяснение этого противоречия. Я выделил строки и указал на них секретарю.

— Из скромности? — Тавури прочитал текст и задумчиво начал копаться в залежах документов.

— Из осторожности, — я откинулся на спинку кресла и потянулся, растягивая затекшие мышцы.

— Чего-то опасаетесь? — не глядя на меня, спросил Тавури.

— Можно и так сказать, — я встал и зашагал по кабинету.

— Вы же главный здесь, — продолжил беседу Тавури, энергично листая сборники законов.

— Не будем спешить, — встав напротив окна, я наблюдал за вечерней деятельностью местных обывателей.

— Возможно, это разумно. Если вы заявитесь, размахивая регалиями, наверняка наживете много врагов. Но и проявляя подобную робость, вы не заставите себя уважать, — медленно и рассудительно высказал свои мысли Тавури.

— Посмотрим.

* * *

Голубая беседка изящным силуэтом виднелась на крутом склоне перед замковыми воротами. Редко посещаемое строение. В нем император, по протоколу, должен встречаться с теми особами, с кем не может встречаться под своей крышей. Например, с послами или другими представителями враждующей державы.

— Здесь мы вас прикроем, — арс цепко осматривал окрестности.

— Да с кем собрались здесь воевать? С капитаном? С чего вы вообще его опасаетесь? Или вы старые враги? — сат Кросс частил вопросами со своей обычной горячностью.

— У нас с капитаном нет личной вражды. Я не знаю, как вам это объяснить. Но в ближайших окрестностях моим планам никто не может помешать. А вот на территории замка я буду в полной власти капитана. И если он решит лишить меня свободы или умертвить, ему никто и ничто не помешает. Вероятность этого невелика, но она есть, — беседка, несмотря на тяжелые времена, была ухожена.

— Иногда мне кажется, вы уж слишком… Ну в общем, слишком. Насколько я знаю капитана, он может вообще не обратить на вас никакого внимания, — Кросс пытливо смотрел мне в лицо, арс ощупывал магией близлежащие склоны.

— Может. Но я послал на замковый концентратор служебное письмо. Оно наверняка заставит его задуматься, — я достал талад и пробежался по заметкам.

— Личное послание? — Кросс немного насмешливо наблюдал за арсом, наверняка он уже успел здесь все прощупать, а его уровень владения магией был намного выше того, что выдавали служебные амулеты арса.

— Нет, просто информационная сводка от имени тайной канцелярии, — можно было бы что-то придумать, для скрытого взаимодействия с таладом, но я поленился, понадеявшись на свою память. Мне придется быстро вспоминать все эти законы и уложения.

— Кто-то идет, — арс подобрался.

— Это не капитан. Не его выход. Не вижу гвардейцев. Наверно послал кого-то, — Кросс спокойно разглядывал вышедших из малых замковых ворот.

— Я пошел к своим, — арс развернулся и бодро зашагал к крепости.

— Мне остаться? — предстоящее явно его интересовало.

— Как вам будет угодно, — я медленно выдохнул и выкинул из головы посторонние мысли.

— Я тихонько посижу в уголке, — Кросс плавно скользнул в дальний угол.

К беседке не спеша направлялась группа из четырех человек. Во главе шествовал дородный мужчина с важным выражением лица. Богатое платье и украшения. За ним, скромно потупив голову, шел сухонький седой мужчина в форме чиновника средней руки. Позади, придерживая рукояти мечей, ступали два плечистых воина с нашивками гильдии охранников. Интересно, почему не гвардейцы, по-видимому, капитан хочет подчеркнуть, что он к этому отношения не имеет. Как будто два господина просто вышли из замка погулять.

— Рад видеть вас господа, флаг-советник эл Наваль к вашим услугам, — я слегка поклонился.

— Я мастер церемоний эл Тиовей, это мой помощник Церех, — важный господин, не останавливаясь, прошествовал в беседку и уселся за стол, спиной к ажурному легкому трону.

— К вашим услугам, флаг-советник, — Церех плавно склонил голову и сел рядом с Тиовеем. Охранники остались у входа.

— Капитан Аргонат послал меня, чтобы разобраться в происходящем, — важно сообщил мне мастер церемоний.

— Вы получили мою сводку, — я сел на противоположную сторону стола.

— Вот с этого и начнем. Вы что нагородили? Какой гарнизон? Какой комендант? Взбаламутили народ, назначили себя главным и думаете, вам все будут подчиняться? — возмущенно, колыхая вторым подбородком, высказал Тиовей.

— Все, кто исполняет законы империи, да. Все законопослушные граждане империи Ат, — всё, как я и предполагал.

— Какие именно законы? Те замшелые древние законы, на которые вы сослались в своем письме? Что за бред вы несете? — Тиовей взмахнул руками.

— Я действовал полностью согласно законам. И не нарушил ни одного пункта, — я выпрямился и поставил на стол кулаки.

— Но позвольте. Извините, не мог не вмешаться, но вам не кажется, что вы заблуждаетесь? — вкрадчиво вмешался Церех.

— Да уж потрудитесь объяснить, почтенный Церех у нас большой законник, — эл Тиовей откинулся на спинку кресла и приготовился наблюдать.

— Где же вы углядели мое заблуждение, уважаемый Церех? — я вкрадчиво улыбнулся седому помощнику.

— Глава шесть военного уложения действует только в военное время, — Церех смотрел в мою сторону, стараясь не встретиться со мной глазами.

— У нас сейчас оно самое и есть, — сделал я свой ход.

— Но объявить его могут только лица красного военного списка. Возможно, я это объявление пропустил? — смиренно спросил мой собеседник.

— Возможно, вы его и пропустили. Но вы упускаете, что есть и другие возможности. В уставе тайной канцелярии в желтом разделе есть пункты четыре, восемь и сорок три, — Кросс, тихо сидевший в уголке, почесал голову.

— М-м-м. Вы намекаете, что сами способны принять решение о военном положении на части территорий империи? — Церех оглянулся на сидевшего молча Тиовея.

— Если эта территория не превышает одной десятой части, — я уточнил и поднял вверх указательный палец.

— Допустим, но разве вы глава стола или участник канцелярского совета? — продолжил вопрошать Церех.

— Вот мои полномочия, — я достал свой служебный жезл и перевел его в состояние широковещательной идентификации.

— Оперативный статус в ранге заместителя. Не вижу связи, — Церех применил свой служебный амулет, круглую серую бляху из серого металла.

— Пункты шесть и семь красного раздела устава канцелярии. У меня есть все основания считать, что глава стола мертв, — кинув последнее слово, я как бы поставил точку.

За столом повисла пауза. Эл Тиовей немного растерянно посмотрел на задумавшегося Цереха.

— Он что, прав? — недоуменно спросил он у своего помощника.

— В чем-то определенно да. Но с определенными допущениями, — брат Церех пожевал нижнюю губу, — ну допустим, введение военного положения обосновано, но вот ….

— …круг допущенных лиц ограничен инструкцией десять дробь двенадцать от…

— …должен быть выбран с учетом уложения о…

— …согласно пункту седьмому части второй…

— …необходимо подтверждение…

— …все сведения секретны и не подлежат разглашению…

Сат Кросс протянул мне легкий деревянный кубок с разбавленным вином.

— Освежитесь, Наваль. Мне кажется, вы немного устали, — я принял кубок и залпом отпил половину. Прохладное вино живительной струйкой скользнуло внутрь.

— Спасибо, Кросс. Что-нибудь еще, уважаемый Церех? — Тиовей морщил лоб, Церех сидел, погрузившись в свои мысли.

— Мне нужно это обдумать. Но как-то это все сложно. Слишком сложно, чтобы быть неправдой, и вместе с тем слишком сложно, чтобы это можно было осознать, — Церех достал свой талад и принялся в нем что-то быстро записывать.

— То, что не нарушен ни один закон империи, вы готовы подтвердить? — официальным тоном спросил я законника.

— Да. Из того, что мне известно, да. Признаться, не ожидал встретиться с таким молодым и опытным знатоком законов, — Церех глянул мне в глаза, и я не понял, что было в этом взгляде.

— Рад, что вам удалось разобраться в обстановке. Ну так что, уважаемый эл Тиовей, вы готовы обсудить наши дела? — я повернулся к нему.

— Наши дела? — мастер церемоний был озадачен, но длилось это недолго, — я уверен, что почтенный Церех проверил все на законность. Но решает здесь все капитан гвардии.

— Ну и что он вам говорит? — вежливо спросил я.

— Я узнаю в ближайшее время, — Тиовей уже собрался и отвечал спокойно.

— Он нас сейчас слышит. И наверняка может ответить. Мне не хотелось бы настаивать, но вы ведь понимаете, что в военное время решения нужно принимать быстро. Я хочу знать, как замок будет с нами взаимодействовать, — я пристально смотрел на Тиовея.

— Взаимодействовать? — ожил амулет, встроенный в роскошное кресло в центре беседки.

— Именно, — я повернулся к трону, не знаю, передает ли он картинку, но все равно буду смотреть туда.

— Что вы от нас хотите? — раздался скрипучий голос.

— Хотелось бы обсудить в личной беседе, — быстро ответил я.

— Я убедился. По крайней мере, вы не проходимец. Приходите в любое время ко мне в кабинет, — медленно ответил капитан.

— Может, встретимся на нейтральной территории, скажем — в крепости? — я задал свой важный вопрос.

— Вы мне не доверяете? — после недолгой паузы спросил капитан.

— Не только вам. И даже не столько вам, как другим разным. Замок приютил многих, я не знаю, чего от них ожидать, — надеюсь, это прозвучало солидно.

— Вы будете находиться под моей защитой, — раздраженно бросил капитан.

— Хорошо, я согласен. Давайте сейчас решим насущные вопросы, а потом поговорим серьезно. Мне нужны люди от вас. Ежедневно суточный патруль, три человека. Маршрут по населенным территориям. Замок, аббатство, крепость, кварталы. Раз в малую луну дальний патруль, шесть-семь человек. Обход дальних границ нашего поселения. И одного железного стража на дальний форпост.

— У меня их всего два, — хорошо, значит, все остальное его не удивило, и если мы начинаем торг, значит, договор состоится.

— Ну вот я и прошу всего одного, — я улыбнулся.

— Приходите, поговорим. Пока выделю вам людей в местный патруль. Не каждый день и не на сутки. Но выделю. А там видно будет, — амулет передал, что мой собеседник зашевелился.

— Спасибо. До встречи.

Посланники замка удалились вместе с охраной. Мы прикончили с Кроссом вино.

— Ну? Как прошло? — арс подошел почти сразу после ухода делегации.

— Хуже, чем ожидал. Но лучше, чем могло бы быть. Кстати, Кросс, а кто этот Церех? — я повернулся к нему.

— Не имею не малейшего понятия. Из замковых. Из настоящих, которые были в нем еще до начала всей этой кутерьмы. А что? — легко спросил Кросс.

— Да нет. Ничего, — что-то в нем не то. Уверен, что в этой паре он был главным. А что это значит? Это значит, что я вижу чьи-то длинные волосатые уши.

Сколько же их развелось в последнее время, даже предположение толком не построишь. То ли особая служба коронного совета. То ли третий отдел императорского протокола. То ли еще какая-нибудь тайная служба с длинным названием, непонятным подчинением и еще более непонятными целями и задачами.

Капитан. Капитан Аргонат. Совершенно не представляю, как с ним себя вести. Имперская гвардия. Абсолютно закрытая военизированная организация. О ней известно крайне мало. Ведь сам доказанный факт сбора информации о них приравнивается к государственной измене. А если попробовать взять в оборот, ну там завербовать или шантажировать гвардейца, то это уже преступление против короны. Имперские маги-дознаватели, преследование на всей досягаемой территории без срока давности. И особый трибунал, у которого согласно его уставу, два приговора, смерть или пожизненная изоляция пятой категории. Поэтому архивы служб пусты. В разделе об имперской гвардии только публичные материалы и разнообразные слухи.

Глава 6

Аббатство единой веры. Личные покои аббата.

Проснувшись поздно ночью, я понял, что в окружающем меня мире что-то не так. Не делая лишних движений, просто открыл глаза. В комнате кто-то был. Причем проник он сюда тайно. И только сейчас позволил себя почувствовать. То, что я еще жив, означает, что ему нужно что-то другое или убийца хочет расспросить меня перед концом.

— Кто вы? И что делаете в это время у меня в спальне, — хриплым со сна голосом спросил я темноту.

— Я Роха. И я просто сижу в вашем кресле, — серый блеклый голос ответил мне.

— Понятно. Вам видимо весело. Ну а почему вы сидите именно в моем кресле? — прокашлявшись, продолжил я.

— Так здесь нет других кресел, — так же ничего не выражающим голосом продолжил шутить мой ночной собеседник. Выходит, все же худший вариант. Я попытался достучаться до своих сигнальных магиков.

— Не стоит пытаться. Вы не сможете позвать на помощь, — ни нотки превосходства или угрозы, он просто сообщал мне о моем бессилии.

— Вы мне угрожаете? — я добавил в голос немного властности.

— Пока нет. Многое зависит от вас, — и вновь повисла пауза. Что-то мой визитер не торопится с развитием событий.

— Может, соизволите разъяснить ситуацию, — ну что ж, мы еще говорим, может, все не так уж плохо.

— «Сумеречный зов», «мерцающая сеть», использование «ледяного палача» без соизволения коронного советника по казням. Все, что вы применили против главаря оборванцев. Это все нарушение законов империи. Даже в нашем, признаться, тяжелом положении и даже в вашей должности, — голос собеседника звучал доверительно.

— Особый контроль, — черт. Все действительно очень плохо. А я надеялся, что они все передохли. Но почему я еще жив?

— Вы знаете о нас? Ну конечно, тайная канцелярия. Хотя до недавнего времени вы были всего лишь мастер-советником, и это явно не ваш уровень, — а он хорошо проинформирован. Ну для его-то службы это не удивительно.

— Скажем так, я любознателен. — Что же придумать? Надо ведь что-то придумать.

— Это я уже понял. Так что вы скажете по предъявленным вам объявлениям? — что он от меня хочет? Он что, ждет от меня покаяния? Но зачем? Или это у них ритуал такой? После встреч с ними свидетелей не остается и рассказать некому. Ладно, попробуем проверенный вариант.

— Как временно исполняющий обязанности начальника третьего стола я могу выписать себе разрешение на применение любого магика, — надеюсь, он все же не в курсе наших секретных циркуляров.

— Вы сами себя назначили на эту должность, не так ли? — так это он скушал. Продолжим в том же духе.

— Формально я прав. Пока кто-нибудь из вышестоящих не отменит моего распоряжения, оно в силе. Зов и сеть я могу подвести под статью военного положения. Так как гарнизон в осаде, то допустимы любые плетения, способные помочь отразить противника, — и добавим немного героизма в повествование.

— И какого противника вы отразили? — по крайней мере спор мы завязали. А если есть спор, значит, есть вероятность его выиграть.

— Оставьте, что вы как ребенок. Здесь давно нужно было навести порядок. Ну, если хотите я воевал с внутренними врагами, — не перегнуть бы палку. Я его не вижу и не могу видеть его реакции на мои слова. Голос его по-прежнему невыразителен, хотя и проскальзывают редкие интонации.

— Гуг личность крайне неприятная. Но он меня не интересует. Я пришел к вам, — да чего же он хочет? Почему тянет? Что я упускаю?

— Вы стараетесь судить меня по законам империи. Не так ли? Я вам все объяснил, формально я прав, — мой собеседник шевельнулся, и я более точно определил его положение. Похоже, он довольно-таки уютно развалился в кресле, доставшемся мне по наследству от аббата. Поза у него по крайне мере мирная.

— Формально да. Но мы действуем всегда за рамками, — какая-то гордость послышалась в его словах.

— Я отлично знаю ваш устав, — я встал с кровати и попытался зажечь свет.

— Я же сказал вам, не пытайтесь, — фигура в кресле резко шевельнулась, собравшись и поддавшись вперед. Он все же на чеку.

— Я просто хочу посветить себе, чтобы одеться, — возле меня зажегся тусклый огонек. — И на том спасибо, — я торопливо оделся, стараясь не делать резких движений, — так вот, вы разберитесь, за что вы собираетесь меня наказать.

— А вы знаете, какого рода наказания выносит особый контроль? — Роха вновь откинулся на спинку кресла, вытянув руки впереди себя.

— Высшая мера само собой, — хорошо бы умыться, хотя такие разговоры тоже не слабо бодрят.

— Именно так, — я даже заметил кивок его головы в темноте.

— Тогда я не понимаю, почему я еще жив. Учитывая ваше преимущество, — решился я задать прямой вопрос и раскинул руки.

— Я на распутье. Ваши действия полностью подпадают под положения особого контроля. Вы высшее должностное лицо в этих окрестностях, не учитывая капитана гвардии, но там другой случай. Вы нарушаете законы, и вас некому остановить, — какой, право, из меня злодей получился.

— Но? — ведь есть какое-то но.

— Но я вижу, что ваши действия направлены на благо империи. Прервать вашу жизнь, значит навредить гораздо сильнее, по сравнению с тем вредом, который приносит ваш способ работы. Поэтому, — еле различимая фигура в моем кресле встала, — флаг-советник эл Наваль, я Роха исполнитель особого контроля, выношу вам предупреждение. Первое и единственное, — вот теперь его голос бы переполнен важностью и даже величием.

— Я вас понял, — неужто пронесло. Лицо обдало жаром.

— И гордитесь. Это третье вынесенное предупреждение за более чем три сотни лет существования особого контроля, — какие интересные подробности.

— Я преисполнен гордости. Может, отметим третье за историю предупреждение, — я подошел к столу и взял два кубка, наполнив их вином из кувшина, протянул один из них особисту, незаметно повернув донышко.

— Даже интересно. Поставьте на стол и отойдите, — выполнив его указания, я уселся на кровать со вторым кубком.

— Ваше здоровье! И пусть это предупреждение не будет последним. Ну я о том, чтобы вы и дальше существовали, и давали шанс другим бедолагам, попавшим в ваш прицел, — выдохнув, я осушил кубок.

— Никаких посторонних примесей, — Роха стоял возле стола вполоборота ко мне, нюхая вино. Высокая фигура, широкий длинный плащ, делающий фигуру бесформенной, лицо скрывает капюшон.

— Вы что, думаете, я пытаюсь вас отравить, и это после того, как мы с вами решили все вопросы? — я вполне искренне возмутился.

— Была такая мысль. И сейчас я ее не отбрасываю. Потому и пить не буду. Мало ли до чего додумался ваш хитрый и изворотливый ум, — он положил кубок обратно на стол и и медленно двинулся к входной двери.

— Вы мне льстите. Но право слово, травить я вас точно не собирался, — и я ведь почти не врал.

— Не идите за мной, — плавно развернувшись, без шума, Роха удалился. Он использовал хитроумные плетения. Слабые, но очень эффективные.

— Ну и не пойду. Больно надо, — сейчас проверим что получилось.

Хитрости с кубком он явно не заметил. Достав из сумки специально припасенный амулет, я его активировал. Отлично, четкая метка. Роха стоял в паре шагов за моей дверью. Ждал видимо, что я пойду за ним. Ну нет, дружок, я не дам тебе такого повода. Прошло немало времени, когда мой ночной гость двинулся прочь. Дождавшись, когда отметка замрет, я начал листать схему монастыря. Так, он остановился в левом флигеле второго корпуса. В нем проживали монахи, давшие серьезные обеты. Либо не интересующиеся окружающей жизнью. Их старались не трогать, а порой и не замечать. Идеальное прикрытие. Дело за малым, установить личность точно и ликвидировать. Мне такой нож возле горла не нужен.

Три дня спустя.

Я волок тяжелое тело брата Самы. Худой, но длинный и мосластый, он доставлял мне немало хлопот. Надо было припасти какую-нибудь маленькую тележку что ли. Подрастерял я былые навыки. Хорошо хоть надежное место приготовил. Старые высохшие фонтаны возле монастырского кладбища. Место, безлюдное даже днем, сейчас пустовало. Спихнув тело в один из старых каменных фонтанов, я обернулся. Даже в сумраке были видны следы от волочения. Ладно, с этим потом. Брат Сама, удачно уколовшись подсунутой мной колючкой, крепко спал. И это был его последний сон. Не такая уж и плохая смерть. Надеюсь, здесь возле кладбища сторожевые плетения аббатства не будут реагировать на его смерть. И все же на всякий случай я приготовил для особиста медленную смерть. Аккуратно введя в шею Роха, он же Сама, он же особист, смертельный яд, я принялся ждать. Очень скоро по его телу прошла слабая дрожь, дернувшись особенно сильно, он перестал дышать. Я прислушался, сердце не билось. Такая смерть дает слабый всплеск, человек как будто спокойно умер во сне. Достав инструменты, я принялся его разделывать. Грязноватая работенка, но так будет надежно. Не люблю убивать профессионалов, даже врагов. Искренне жалею, что судьба так пересекла наши пути. Особый контроль слишком серьезный противник. Я мог бы запросто не пережить ту ночь. Видать, Роха тоже нахлебался и, будучи сыт этой жизнью после катастрофы, решил подарить мне жизнь, но и долг свой исполнять он не забывал. Я уверен, что как только он решил бы, что я уже не так нужен людям, при первом моем нарушении закона я тихо бы умер во сне. А нарушать законы я просто вынужден. Так что я просто успел первым. Надеюсь, что мои знания об особом контроле полны. Исполнители не знают друг друга. Они никому не подконтрольны. Единственное, что они делают, это отчитываются перед своими кураторами. Да и то нерегулярно, а по случаю. Один куратор знает одного исполнителя. Как правило, исполнитель после смерти своего куратора сам становится им и ищет для себя нового исполнителя. Замкнутая система. Кураторы как-то должны контактировать между собой, но об этом я ничего не знаю. Мне это сейчас и не важно. Главное, что исчезновение Самы не привлечет внимания других контролеров, если они, конечно, здесь есть. В любом случае нужно усилить свою охрану. А лучше больше времени проводить в убежище, там моя защита намного сильнее. По крайней мере, стараться там ночевать. Хотя мотаться туда-сюда каждый день та еще морока, да и излишняя трата времени.

Разложив части тела по мешкам, я перенес их под ограду кладбища, прикопал в укромном местечке. Жаль, море далеко, там было бы надежнее. Распылив приготовленный состав, понаблюдал, как испаряется кровь. Осталось убрать следы и идти спать.

Глава 7

Спустя три дня.

Семейный ужин в убежище. Сейчас редко могу себе это позволить. Тем более они стали для меня еще важнее. Филис хлопотала над столом. Авита уже поклевав, сидела рядом со мной. Ошьти кормил Тефрена, он хоть и не капризничал, но есть почему-то не желал.

— Завтра отправляюсь с Тамоа, — бросив в рот очередной кусок рагу, сообщил я присутствующим.

— Куда вы собрались? — спросила Филис, подкладывая мне еще мяса.

— Я посылаю его за припасами к Южным островам, — я благодарно ей кивнул. Авита подлила мне еще монастырского пива.

— Захотелось пряностей? — немного насмешливо спросила Авита.

— Так, прогуляюсь, познакомлюсь кое с кем, — неопределенно ответил я, подбирая кусочком хлеба вкусную подливу.

Скальный проход.

В давние времена строители, обустраивающие этот дальний уголок империи, нашли удобный участок среди гор. Разрушив мешавшие скалы и спрямив существовавшие ущелья, они создали приличный проход, выводящий прямо на побережье. Не знаю, каковы их дальнейшие планы. Возможно, планировалось создать там портовый городок. Но что-то не заладилось, и эти места остались такими же пустынными, как и ранее. И существующий проход по своей ширине явно превосходил местные потребности. Наш караван медленно тянулся между высоких скальных стен.

— Долго нам еще? — спросил я арса. По моим ощущениям, мы уже почти вышли на побережье.

— Не знаю, думаю, что нет. Он сам покажется, — арс был спокоен.

— Я повторю еще раз. Мне очень важно, чтобы вы привезли как можно больше. Людям нужно показать, что жизнь налаживается. Просите, требуйте, отнимайте. Давите на жалость и на горло, — я говорил четко, сопровождая свои слова жестами, а именно стуча ребром правой ладони по открытой левой.

— Там живут необычные люди. Я не знаю, что лучше поможет. Но я привезу. Сам полезу на рифы и на пальмы в крайнем случае. Здесь. Вот он. Видите на той скале? — арс указал пальцем.

— Понял. Прощайте. Обратно доберусь сам, — сейчас и узнаем, что за карту я тяну из колоды, надеюсь, не темную хозяйку.

Крутой склон. Смогу ли я здесь подняться? Никакой тропинки не видно. Ну так и вещей со мной немного. А по горам лазить я привычный. Начнем отсюда.

— Прыткий юноша. Почти без магии добрался. Ты вроде не такой слабый, мог бы и подлететь. Не пришлось бы мне столько ждать тебя на солнцепеке, — уже первые его слова меня немного успокоили.

— Ты, старый, тоже не слабый, мог бы себе дождичек организовать, — надеюсь, я выбрал правильный тон.

— Хе. Идем. Будет тебе дождик, баламут, — резко развернувшись, он бодро зашагал по склону.

Идти пришлось недалеко. Вышли мы на скальный уступ, обращенный к морю. Была отличная погода, и вдалеке виднелись острова.

— Прекрасный вид, — я вдохнул свежий морской воздух.

— Самый лучший. Я снес пару скал, — не поворачиваясь, ответил маг.

— Теперь понятно. Я советник Наваль. Можно узнать ваше имя? — я присел на скалу в пол-оборота к морю. Нагретые камни ничем не отличались от других.

— Зови меня старый. Тебе достаточно, — он повернулся и сел напротив.

Сидели мы молча, смотрели на море. Уже шедшее на закат солнце светило ярко, свежий морской воздух порывами долетал до нас. Тихо, только посвист ветра нарушал тишину. Я все же решился продолжить разговор.

— Если не секрет. А что вы здесь делаете? Великий маг и в такой глуши. И судя по всему, давно. Мне, по крайней мере, о вас ничего не известно. А я работаю в этой провинции второй год. И как вы догадываетесь, не писарем в штабе, — многозначительно добавил я.

— А я вам расскажу. Но сначала ответьте. Чем, по-вашему, должен заниматься маг, достигший пределов могущества? — маг спокойно смотрел мне в лицо.

— Вопрос интересный. Я постараюсь ответить. Но мой ответ наверно не авторитетен. Я слабый маг, а уж о достижении предела могущества даже и мечтать не могу. А кстати, каков он, этот предел? — я ответил ему прямым взглядом. В его глазах сложно было что-то понять, но то, что они больше подходили молодому, чем старику, замечалось сразу.

— У каждого он, конечно, разный. Вы не отвлекайтесь, и так маг достиг пределов его личного могущества, — поморщился маг.

— Ну, тогда он наверно должен заниматься тем, что нужно другим, — я должен хотя бы попытаться. Не думаю, что он сейчас же кинется нас одарять благами. Но может в памяти хоть зацепится.

— Зачем? Зачем ему этим заниматься? — немного горячась, спросил он.

— Приносить пользу. Быть уважаемым. Чтобы имя запомнилось на века, — чувствуя, что звучу глупо, ответил я.

— Пользу кому? Тому, кто, возможно, завтра воткнет тебе нож в спину? Тому, кто воспользуется твоей помощью, чтобы придушить старого врага? Уважаемым кем? Теми, кто восхваляет тебя, в душе проклиная, объятый черной завистью? Теми, кто за более жирную подачку начнет хвалить другого, а тебя, наоборот, хулить? Остаться в памяти на века? Поверьте, века запоминают только настоящих злодеев, а тысячелетия не помнят никого. Но совершать жуткие злодейства не по мне, — горячась, говорил он. Чувствовалось, что для него это не просто слова.

— Кажется, я догадался. Он будет заниматься тем, чем ему интересно заниматься, — чувствуя, что попал, ответил я.

— Именно. Только тем, что его увлекает. Чем-то воистину великим и захватывающим. И я нашел это. Великую тайну. Ключ к которой, возможно, лежит здесь, — важно провозгласил он.

Я принялся оглядываться по сторонам. С шумом вдохнул носом воздух, медленно выдохнул. Упершись обеими руками, попрыгал немного на скале. Поднял щепотку земли, растер ее между пальцами. Повернулся и внимательно посмотрел на старого мага.

— Вы не туда смотрите, — улыбался, глядя на мой спектакль маг.

— Острова? — я посмотрел в море.

— Именно, — он важно кивнул.

— Они тайна или ключ? — я принялся вспоминать, что мне известно про эти места.

— Ключ, — маг был серьезен.

— А что же за тайна? — вот оно мне надо? С другой стороны, он явно хочет выговориться. Не буду ему мешать. Может, великий маг действительно соскучился по людям.

— Возникновение магии, — возвышенно провозгласил маг.

— Можно вот сейчас поподробнее? — тут он меня точно удивил, такого я никак не предполагал.

— Тайна того, как магия пришла в наш мир, — медленно, как ребенку, ответил он.

— Пришла? Значит, ее не было, а потом она появилась? — мысли крутились в голове.

— Правда, интересно? Эти глупцы придумывают новые плетения. Строят теории. Пытаются найти способы работать с энергиями по-новому. А ведь сколько открытий даст раскрытие основы. Понять, почему магия пришла в наш мир. Когда она пришла и почему именно тогда. Если она пришла, то может ли покинуть нас, и если да то когда, — маг явно с удовлетворением наблюдал за мной.

— Соглашусь, это действительно гораздо интереснее, чем искать новые плетения. Погодите, вы сказали, магия покинет наш мир? Когда? — ничего себе заявления, он просто переворачивает мои представления о мире с ног на голову.

— Ну успокойтесь. Это всего лишь предположение. Но согласитесь, не бывает ничего вечного, — маг вздохнул.

— Да, но к магии я, да и многие относятся как к чему-то незыблемому, — я нашел в себе силы возразить.

— Например, как к чему? — усмехнулся маг.

— Ну как к земле, солнцу, — я обвел руками пространство перед собой.

— Вы считает это вечным? — так же насмешливо спросил он.

— Я думаю, что это было до нас и будет после нас. Так что для нас это вечное, — рассудительно ответил я.

— А вот магия появилась не так-то уж и давно, — огорошил меня маг.

— Как вы это узнали? Как вам в голову вообще пришла эта идея? — пусть расскажет побольше, возможно, я найду изъян в его теории.

— Случайно. Случайно услышанный разговор. Я тогда был еще молод. Это было на вечернем приеме у одного моего друга. Впрочем, каком приеме, на дружеской пирушке. Так вот, я случайно услышал разговор, один его знакомый делился с ним своими успехами. Он был историком. Но не простым, а из тех, которые изучают старые времена, раскапывая глубоко под землей разные вещи. Он занимался в основном «Большим взрывом». Это загадочное явление, произошедшее в глубокой древности, беспокоит многие умы. Вы знаете, что под этим подразумевают? — маг спросил меня, явно ожидая утвердительного ответа.

— Да. Что-то взорвалось, уничтожив наш южный материк и расколов большой материк на две части, — меня в этой истории всегда занимало, а откуда мы знаем, что произошло с большим материком. Никакой связи с ним нет. Какой он сейчас, мы не знаем. Откуда нам знать, каким он был раньше.

— Именно. Так вот, ему удалось установить, что все ныне магически одаренные животные до взрыва были совершенно обычными. Понимаете? — в его глазах заплясали чертики.

— Кажется, начинаю догадываться, — вот оказывается, что значит неведомое рядом.

— Мне в голову сразу пришла мысль. Интересно, а что же люди? Обладали ли они магическими способностями до взрыва, — старый маг вскочил и принялся ходить, размахивая руками.

— Постойте, а как он мог это установить? Ну, про животных. Понятно, нашел останки. Но по трупу человека практически невозможно понять, был ли он магом. Есть способы, конечно, некоторые применяемые плетения оставляют характерные следы. Впрочем, они могут быть причинены извне. В любом случае, если маг долго не практиковал, установить подобное невозможно, — авторитетно добавил я.

— Это как раз просто. Видите ли, использование магии изменило самих животных. Те же снурхи. Уверен, что вы видели их в пещерах. Так вот, до взрыва у них были вполне обычные глаза, очень зоркие и приспособленные видеть в темноте, но были. Есть такой зверек расхи, в простонародье его называют «бормотун», он изменился очень сильно. До взрыва они были раза в два больше и обладали мощной мускулатурой. Они охотились на деревьях. Сейчас же они пользуются магией, и это сильно изменило их образ жизни. Они приманивают своих жертв, а потом глушат и спокойно поедают. Есть и еще примеры, — он сделал паузу.

— То есть все серьезно. С доказательствами от разных ученых? — сколько людей, столько и мнений, наверняка есть и те, кто так же научно может развеять это предположение.

— Есть данные. Но они не принимаются научным сообществом, — с этими фанатиками всегда так.

— Допустим. Я говорю допустим. Магия пришла в наш мир после большого взрыва. Почему здесь ключ? — добавим конкретики в разговор.

— Эпицентр взрыва был там. Южные острова — это все, что осталось от Южного материка. Там все и произошло. Еще, конечно, очень интересна полоса магических смерчей, что протянулась от островов до самого севера. Но изучать их, находясь постоянно в море, да еще рискуя оказаться в один момент без магии… Кстати, вот вам еще один довод. В нашем мире есть места, где магии нет. Я предполагаю, это остатки нашего прошлого существования породили эту полосу вихрей. Вдобавок там эти мерзкие пираты. Нет, здесь гораздо лучше, — маг удовлетворенно улыбнулся.

— Итак, острова. Но почему вы здесь, а не там? Разве не проще было бы наблюдать изнутри? — я сделал обводящий жест рукой.

— О! Это удивительное место. И очень опасное, — нахмурил брови маг.

— Вы видели, что произошло с беженцами? Беженцы с севера не маленькая группа. Отправились сюда прошлой осенью. Построили временное жилье на берегу. Мне сообщили, что там больше никого нет — вот это уже очень важный для гарнизона вопрос.

— Нет. Но я знаю, что там произошло, — он отвернулся от меня и упер свой взгляд в морской горизонт.

— ? — внимательным взглядом я выразил вопрос.

— Это заколдованное место. Понимаю, что это звучит странно для великого мага. Но я не знаю, как это объяснить. Там пропадают люди. Бесследно. Одномоментно. И никто этого не замечает. Более того, там так же странно люди появляются. И никого это не удивляет. Представьте, появляется новая семья. Мужчина и женщина. Он просыпается рано утром, берет лодку и идет рыбачить. Его жена встает чуть позже и начинает наводить в том старом доме, где они вдруг очнулись, порядок. Затем идет к соседке и берет у нее молока и муки. Та с шутками и прибаутками ей дает. Вернувшись, она готовит обед мужу. Тот приходит, они едят. Она остается готовить рыбу. А он идет с мужчинами пить пиво. Они общаются со всеми по именам, и их все знают, — он спокойно рассказывал, но чувствовалось, что и сам он не до конца освоился с этим.

— Бред. Галлюцинация, — категорично обрубил я.

— Я тоже так думал, когда прочитал записки одного юного соискателя на титул академика. Я тогда собирал все о Южных островах. Меня сразу поразила скудность исследований по этой теме. Когда же я разузнал обстоятельства его исчезновения, решил взглянуть своими глазами. Вот свил себе здесь гнездышко и наблюдаю, — он сел обратно напротив меня.

— И как результаты? — скептично спросил я.

— По большому счету все эти годы я стою на месте. Не приблизился к разгадке основной тайны ни на шаг. Но то, что я увидел, заставило меня многое переосмыслить, — он погрузился в свои мысли.

— Что же вы такого увидели? — я подсел немного ближе.

— Я не смогу объяснить. Нужно быть мной и нужно увидеть самому, — видно было, как он перебирает свои воспоминания.

— Ну хотя бы в двух словах, — я пытался ему помочь.

— Я видел ИХ, — тихо ответил он.

— Кого их? — переспросил я.

— А вот это уже точно словами не объяснить. Вернее, все слова были бы ошибочны, потому как точно назвать это явление мы не можем. Я думаю, они смогли бы мне все рассказать. Они точно все знают. Но они никогда не говорят то, что я хочу услышать. А только то, что им хочется.

— А вы-то здесь как живете один? — великая тайна, конечно, занимательно пугающая, но у меня куча своих проблем, а тут такой фрукт под носом.

— Я стар годами, а не скуден умом! — маг повернулся ко мне молниеносно. Его взгляд пылал. Затем черты его лица разгладились, и он внимательно всмотрелся мне в глаза, — а ты ведь мне поверил. Зачем ты… Зачем ты играешь эту роль?

— Как тяжело с вами. Стараюсь вести себя так, как вы ожидали. А то вон какой грозный старикан, сейчас как долбанете молнией, а мне еще детей чем-то кормить надо, — протянул я.

— У тебя нет детей. Я же вижу, — усмехнулся маг.

— Я в переносном смысле. Я ведь комендант имперского гарнизона. Для меня каждый подчиненный как ребенок. Пусть непослушный, но я должен его накормить, напоить и спать уложить, — я говорил совершенно серьезно.

— Снова сюда вывернул. Ты же понял, я не буду вам помогать, — сказал он и отвернулся.

— А если я помогу вам в разгадке тайны? — надо его чем-то заинтересовать. Понять бы чем.

— Говори, — он резко обернулся.

— Помогите нам, а я, как освобожусь, сразу к вам. Я способный, опытный и могу принимать нестандартные решения. Я вам точно пригожусь, — убедительно добавил я.

— Ха-ха-ха, — старик рассмеялся совершенно по-молодому, раскатисто и громко. А ты доживешь до этого? Да и толку от тебя. Ну чем ты можешь мне помочь?

— Идею свежую подать. Например, а давайте шарахнем по островам чем-нибудь мощным. Интересно ведь, что будет. Или переселим всех жителей куда-нибудь в центр империи. Вот интересно, в центре то же будет, что и здесь? Там будут появляться новые люди? Будут бродить ТЕ? Или их перенесет всех обратно на острова? — я зашагал по скальной площадке.

— Широко мыслишь. Ударить я могу. А если мне в ответ еще сильнее шарахнет? А вот с переселением интересный вариант. Но как сейчас это провернуть? — он задумался.

— Вот. И я об этом. Я сейчас большая лягушка в местном болоте. Если вы поможете, то и болото расширим, и я поважнее стану. И буду вам всячески помогать, — я аккуратно взял его за локоть.

— Мне кажется, ты получаешь больше, чем даешь, — он развернулся, плавно освободившись от меня, и медленно пошел вдоль края.

— Это как сравнивать. Вы помогаете много, но в пустяшном деле. А я помогу мало, но в великом деле, — я догнал его и зашагал рядом.

— Теперь я понимаю, как ты взобрался на эту горку, — и он имел в виду явно не близлежащий склон. — Чего тебе от меня надо?

— Сущие пустяки. Заглянете ко мне как бы в гости. Я с вами пройдусь среди местных. — Сразу с них спесь посбивает.

— Я не собираюсь изображать из себя ярмарочную куклу, — спокойно сказал он.

— Да что вы такое говорите?! Вам вообще ничего делать не надо. Просто побудьте у меня пару дней не скрываясь, а мои люди сами все сделают. Разнесут слух и все такое. Ну, еще я бы попросил запитать все наши магики. Для вас это сущий пустяк. А моим людям приходится долго и тяжело работать, — мы остановились.

— Это можно. Но пусть соберут все в одном месте, я не буду бегать по вашим трущобам, — он смотрел в море.

— Так и сделаем. Вот разве еще один момент, — я немного замялся.

— Чего еще? — недовольно спросил он.

— Если объявится сильная тварь. Сможете нам помочь в ее уничтожении? — лишние козыри никогда не помешают.

— По обстоятельствам, — коротко ответил он.

— А вот если демон, — закинул я пробный шар.

— Сразу нет, — резко бросил он.

— Ну а если какой-нибудь слабый? — продолжал тянуть я.

— Демонов слабых не бывает. Если быть точным, слабые не могут пробить барьер, даже если им помогут. Правда, есть вариант, если кто-то из старших возьмет с собой слуг. Но тогда еще хуже, если видишь слабого демона, значит рядом кто-то просто ужасный. Так что забудь, — какие у него интересные познания. Вот интересно, он заблуждается или баронесса? А если они оба правы, то что это? Просто взгляд с разных точек или они имели дело с разными проявлениями?

— Я так понимаю, о демонах вы знаете немало? — посмотрим, что он расскажет.

— Ну в общем, я не сразу увлекся великой тайной. Побросало меня. Но я чист, магический суд второй ступени снял с меня все обвинения, — немного поспешно сказал старый маг.

— Ладно-ладно. Если вы знаете что-нибудь, ну там приятели великие маги рассказывали или в какой-нибудь древней книге прочитали, вы мне скажите, — я, еле касаясь, провел рукой по краю его одежды.

— Я подумаю. Но одно тебе могу сказать точно, если хочешь о демонах узнать — ищи последние книги современных авторов.

Конец первой части

Из дневника соискателя «Императорской академии передовой магии», постигающего Смысл Лахуса

Пятый день красной луны.

Свершилось!!! Мне удалось выбить деньги для моей экспедиции. Мой слуга Шао уже давно собрал мои вещи. В путь. Правда, мне дали в нагрузку какого-то учетчика из академии финансов. Он собирается исследовать Южные острова на вопрос развития этой удаленной территории. Интересно, что у него получится. Да, Южные острова — вот моя цель. Вот тайна, раскрытие которой не только позволит внести мое имя в списки академиков, но и прославит его. Для моего читателя, который будет изучать эти строки через много лет (а я уверен, что история моего исследования будет изучаться всеми учеными и многие годы спустя), я поясню, что же подвигло меня на путь к Южным островам. Началось все с выхода новой работы почтенного академика Делезана. Великолепный научный труд. Формула вычисления коэффициента степени изученности загадочных предметов, мест и явлений. С подробными выкладками. С примерами расчета и пояснениями, почему именно такие числа мы получили. Озеро Ш`иор и Плывущая степь, Белый Рог и корона ат Инов. Все расписано, все понятно и выглядит достоверно. И тут я вспомнил про старый труд, в котором была приведена формула расчета степени самой загадочности. Не сложная формула, но в той работе было очень мало примеров и практических выкладок, поэтому работа эта не стала сильно популярной. И мне в голову пришла мысль. Полторы малой луны просидел я в библиотеке академии. Я рассчитал оба коэффициента для более двух тысяч объектов. Затем я их поделил и отсортировал по возрастанию. И вот на первом месте оказались они. Южные острова.

Пометка на полях. Похоже, юноша встал на тот же путь, что и я, правда, вышел он на него с другой тропинки.

Причем их отрыв от последующих оказался очень велик. Я сильно удивился и начал искать информацию об этих самых островах. И удивился еще больше. О них практически ничего не известно.

Именно так.

То есть о них известно ровно столько, сколько о любой обычной другой местности империи. Где находятся. Количество жителей. Чем занимаются. И все тому подобное. И крайне мало об особенностях этого места. А ведь это остатки нашего Южного материка, уничтоженного неизвестной напастью. И еще пару невнятных фраз то там, то сям о странностях в магическом проявлении. И я сразу понял, что это моя судьба.

Третье число синей луны.

Проделав такой длинный путь и оказавшись так близко от своей цели, я вынужден уже третий день торчать в этом захолустье. Мой коллега из академии финансов унылый трудоголик. Здесь почти ничего нет. Немногие местные — это медлительные деревенщины. В крепости мне делать нечего. В замок не пустят. Сходил в монастырь, как же меня тошнит от этих святош. А их обыватели, тупые овцы, неспособны поддержать просто светскую беседу. Трактир для приезжих унылое заведение, тот, который для местных, гораздо веселее: я слышу, когда прохожу мимо, какие там раздаются хохот и шумные песни. Но стоит мне туда зайти, и все сразу мрачнеют, местные всячески стараются дать мне понять, что я здесь лишний. Чертов комендант укатил в отпуск к родне, и мне не дают провожатых, а соваться в одиночку туда не хочется. И никакого регулярного сообщения с островами нет.

Пятое число.

Уговорил отправить коменданту депешу. Жду ответа.

Седьмое.

Хвала богам, комендант разрешил. Завтра в компании хмурых пограничников отправляемся в путь.

Девятое.

Наконец-то вот и море. И моя цель виднеется на горизонте. Вума, командир моих провожатых сказал, что на том острове никто не живет. На мой вопрос как же мы доберемся до обитаемых мест, он ответил, что будем ждать, когда кто-нибудь с островов приплывет за нами. Когда же я спросил, сколько нам ждать. Вума приказал своим ставить лагерь.

Десятое.

На длинной полуоткрытой лодке к нам приплыли двое веселых юношей. Они были рады пограничникам. Присев за наш костер, принялись беспечно болтать. Узнав, что мы поедем с ними, они оживились. Забросав нас кучей вопросов и покидав наши пожитки в лодку, они принялись прощаться с военными и, чем-то с ними быстро обменявшись, поторопили нас отправиться в путь. Когда я спросил, сколько нам плыть, они, радостно засмеявшись, сказали, что очень недолго.

Двадцатое число горбатой луны.

Вот я и нашел время описать свои ощущения. Плыть действительно оказалось недолго. Нас привезли на остров Помень. Когда я спросил, почему сюда, мне ответили, что здесь есть для нас хижина. Я, конечно, поинтересовался, смогу ли побывать на других островах, особенно на самом большом Рооме и на самом южном Герене. Меня убедили, что это не сложно просто надо будет договориться с тем, у кого есть лодка. А жить мне удобнее всего будет здесь. Старейшина Поменя даже не взглянул в мои дорожные документы. Крикнув своей жене, он распорядился, чтобы для нас приготовили дом. Дальнейшее я помню плохо, старейшина Харах угощал нас пальмовым пивом. На редкость легко пьется, но память сшибает напрочь.

На следующий день, проснувшись с головной болью, я попытался взяться за дело. Меня быстро уговорили подлечиться, и остаток дня я провел, валяясь в мягкой дреме на пляже. Вечером старейшина пытался продолжить веселье, но я был тверд.

Тщательно изучив Помень, я не нашел на нем абсолютно ничего странного. Мой пыл угас, но я не оставлял надежд и, уговорив сына Хараха, отправился с ним на остальные острова. Обследовав большую часть из них, я чуть было не опустил руки. Ничего странного и удивительного. Возможно, я ошибся. Неужели эти острова действительно ничего из себя не представляют? Поддавшись унынию, я присоединился к своему коллеге, который, тоже испытав разочарование в перспективах экономического роста на Южных островах, уже который день предавался изучению местных напитков и кушаний.

Два дня назад, валяясь на пляже, я увидел нечто странное. Между деревьями вдоль пляжа шли два мужа в странных, ранее не виданных мною и абсолютно неуместных здесь одеждах. Негромко беседуя, они прошли мимо, не обратив на меня никакого внимания. Я сначала подумал, что с пивом нужно завязывать, так как через их силуэты просвечивались деревья. Но тут я увидел, как старая Раса, проходящая мимо них, остановилась и застыла молча в полупоклоне. Мужи так же, не обращая на нее внимания, прошли мимо. И тут я протрезвел, все же про групповые пьяные галлюцинации я не слыхал. Прополоскав голову в море, я побежал за Расой. Она крайне неохотно отвечала на мои вопросы. Но я выяснил, что это были древние предки.

Вот оно. Древние. Я уверен, что все началось в древности. Но это совершенно неожиданно. Я про такие проявления и не слыхал.

Что с ним нужно быть почтительным, и вообще, лучше не обращать на себя их внимание. Сев в лодку, она отплыла в море, прекратив нашу беседу. Я понял: вот оно, то самое. Бросившись расспрашивать остальных местных жителей, я убедился в этом еще больше. Очень разговорчивые, даже, можно сказать, болтливые аборигены замыкались и всячески уходили от разговора о древних предках. Теперь я понял, куда нужно обратить свое внимание. И теперь понятно, почему эти острова так мало изучены. Тут нужно знать, куда смотреть. Ведь с первого взгляда тут все чисто.

Первое число двойной луны.

Мой коллега отбыл на материк. А мне начинает приходить в голову мысль, что загадка может оказаться мне не по зубам. Моя первоначальная гипотеза, что древние предки — это магически созданные видения живших здесь людей, разлетелась в прах после одного случая. Все мои прежние наблюдения давали мне повод предполагать, что древние люди не видят нас, не ощущают нас. И я предположил, что у местных с годами просто выработался кодекс поведения, мол, мы просто не привлекаем к себе внимания и поэтому они не обращают на нас внимания. Однако то, что я увидел, поразило меня до глубины души. Я был на Рооге, когда появились объекты моего наблюдения. В этот раз была группа из пяти человек, где четверо почтенно внимали высокому благородного вида мужчине, вещавшему что-то об общем благе и ответственности перед всеми людьми. И вот он вдруг повернулся и что-то гневно крикнул группе мальчишек, я так понял, они принялись обижать маленькую девочку. Я застыл с открытым ртом, но потом высокий древний предок подошел к оторопевшим детям и поднял на руки обиженную девочку. И принялся что-то ласково бубнить. А затем совершил просто потрясающую вещь. Прогладил ее по волосам, и она стали длинными шелковистыми и очень красивого золотистого цвета. Поставив девочку на землю, он повернулся к своим спутниками и пошел с ними дальше.

Я сидел на песке и чувствовал, что схожу с ума.

Я, пожалуй, тоже сойду с ума. Это совершенно не умещается и в мою теорию. Если то, что произошло в древности, стало началом магии, то как этот древний может творить плетения? Может, Лахус перебрал пива в тот день?

Собравшись с силами, я нашел девочку и проверил, не привиделось ли мне. Маленькая красавица ходила по острову с гордо поднятой головой, и все мальчишки удивленно смотрели ей в след.

А ведь никакой магии я не почувствовал. Как он вообще это сделал? Даже если допустить, что это живой человек, ну несколько необычный человек. Итак, кто эти люди? Они живут рядом с нами. Но где? И местные ведь называют их своими древними предками. И говорят они на очень похожем языке, но явно устаревшем. Моих скудных знаний хватает это определить. Можно предположить, что это из глубокой древности к нам попадают магические проекции древних людей. А это действительно великая находка. Я не зря здесь нахожусь.

Первое число серой луны.

Все мои попытки наладить контакт с древними предками провалились. Я им не интересен. А от попыток воздействовать на них магически меня предостерегает здравый смысл. Я снова начинаю вечерять со старейшиной. Если разговор не касается объекта моего исследования, он очень интересный собеседник.

Пятый день желтой луны.

Уже освоившись на островах и почти оставив попытки разгадать тайну древних предков, я наткнулся на загадку, которая добила меня. Это, скорее всего, происходило и ранее, но только став более или менее своим, я смог это заметить. В окружающей обстановке происходят странные и малозаметные изменения. Например, у старого Хлоги появилась вторая лодка. Этот добрый старикан часто подкидывал меня до ближайшего острова. На мой же вопрос, откуда у него вторая лодка, он добродушно засмеялся и сказал, что она у него давно, еще от отца. Я почесал в затылке и махнул рукой. А затем начал обращать и на другие мелочи. Где-то появляется дерево. Где-то исчезает пристань, и местный люд плывет теперь в другую бухту. Возле моей хижины появился сарайчик. Вот так просто утром появился. Старенький такой, а внутри старые сети и какая-то рухлядь.

Я чувствовал, что у этой странности есть связь с тайной древних, но она ощущалась на уровне интуиции. А потом пропал второй сын старейшины острова Соно. Я познакомился с этим любознательным юношей, мне понравилась его способность рассуждать здраво и задавать интересные вопросы. Когда я спросил старейшину, где его второй сын, он горько усмехнулся и рассказал мне душещипательную историю о судьбе, которая подарила ему всего одного ребенка. Я ушел от него в глубокой задумчивости.

Восемнадцатый день пыльной луны.

Сегодня на Помене появилась целая семья. Никаких магических проявлений, просто между домом молодых Жэена и Мапи и старого Туото появилась хижина. Такая же, как и все окружающие. Семья небольшая: крепкий мужчина среднего возраста и молодая девушка. Самого момента появления я не заметил. Увидел, как к берегу спускался мужчина, и его вдруг окликнула женщина. И я понял, что я их не знаю, женщина что-то крикнула, мужчина кивнул, махнул рукой и пошел к берегу. А она повернулась и ушла в дом, которого раньше там не было. Я принял это спокойно. Эти острова научили меня ничему не удивляться. До обеда я смотрел, как мужчина латает старую лодку на пристани. Проходящие мимо, считали своим долгом отвесить ему пару шутливых советов, он беззлобно отшучивался. А когда он пошел обратно, я напросился к нему на обед. Просто пошел рядом с ним от пристани, и дошел вместе с ним до его хижины, у него не было другого выхода, как пригласить меня. Обед уже был готов, как принято здесь, не очень плотный, но объемный. Они спокойно со мной общались. И хотя я не представлялся, он знали, как меня зовут. Не спеша поев, Торас пошел обратно на пристань, а я понаблюдал за Маари. Она приводила в порядок заброшенную хижину. Меня вдруг посетила мысль: «Странно, разве нельзя было явить сразу ухоженное жилье?» К ней зашла соседка, они мило поболтали, и обе беседовали, как подруги с детства. Я отчетливо понял, что эта загадка НЕ ДЛЯ МЕНЯ.

Это пишет Шош-Шао. Господин Лахус пропал. Его нет уже вторую малую луну. Старейшина Харах не помнит его совсем. Никто из местных его не помнит. Я хочу домой.

Пометка

Отправлен запрос номер ЗИК56-121347 в имперскую канцелярию о пропаже при невыясненных обстоятельствах соискателя Лахуса.

Пометка.

Отправлено в архив АН-34/20-19.

А эти острова опасны. Нужно быть очень осторожным, чтобы не повторить судьбу бедняги Лахуса. Но я уверен, что именно там меня ждет разгадка.

Часть 2. Таинник

Осень 699 г. Династии Ин. Временная резиденция 3-го стола тайной канцелярии.

В убежище хорошо работается. Аббат Палис развил кипучую деятельность под присмотром Марица. Арс Тамоа получил в свое распоряжение достаточное число воинов, и все близлежащие окрестности под надежным контролем. Нижний город строится быстрыми темпами. С замком у меня уже наладились контакты, пусть хоть и не особо надежные, но удара в спину я с той стороны уже не жду. Поэтому удобно расположившись в своем надежном кабинете, я работал, составляя план очередного расширения подконтрольной территории. Настораживало, что до сих пор ничего не известно о той большой банде, уничтожившей аббатство Мизорно. Мариц предполагает, что возможных лазутчиков отстрелили при зачистке либо их и не было. Просматривая карты, я все не мог определиться, насколько же расширить границы. Больше территория, больше ресурсов. Но и больше хлопот по охране. Сил сейчас, кажется, хватает, но на что? Уничтожить стаю нечисти, зачистить определенную местность от крупной нежити. Это мы можем. Истребительные отряды действуют уже слаженно. Но охватить всю территорию явно не сможем. Вдобавок неизвестно, мигрируют ли твари, или привязаны к месту своего появления в нашем мире. С лихими людьми тоже не все просто, да мы наверняка разобьем любую банду. Но от мелких нападок защитить своих людей, работающих на полях, не сможем. Нужно продумать план организации надежной границы, с временными постами различной силы. И схему патрулирования между ними, исключающую незаметное проникновение. Получается прямо какая-то сухопутная граница с враждебным государством. Поняв, что эти рассуждения меня удручают, я решил пойти в мастерскую повозиться с артефактами. Уж это занятие меня всегда воодушевляет.

Зайдя в мастерскую, я сначала машинально проверил магические печати. Все в порядке. Достав из маленького защитного ящика темную сферу и аккуратно протерев, поставил ее на верстак. Мне удалось разобраться в основных принципах его работы, и я уже даже подумывал, как бы сделать свой аналог. Но не успел я погрузиться в свои рабочие записи, как пришел сигнал.

— Мастер, у арса объявился великий маг Ири, говорит, что он ваш гость, — скучным голосом передал мне послание командир охранной смены.

— Пусть проводят его в аббатство в мои покои. Сейчас мы узнаем, кто такой этот Ири. Вылез-таки, старый хрыч, — побросав инструменты, я побежал в кабинет.

К сожалению, в списках канцелярии никакого мага Ири. Или он такой старый, что туда не попал, или это его не настоящее имя. Будем надеяться на второе. Уж больно его имя напоминает ат Ир. Малоизвестный род великих князей. Кто точно завладел этой буквой, неизвестно. Ат Ир всегда оставались в тени, предпочитая появляться миру под другими именами.

— Ошьти! Пусть Мариц передаст в замок, что я в ближайшее время навещу коменданта. Возможно с великим гостем, если ему это будет угодно, — вот и настало время сделать следующий шаг. Замок нужно покрепче взять за горло.

У меня было прекрасное настроение. Филис накрыла для меня ужин в столовой и ушла к себе. Все остальные уже давно поели, не дожидаясь меня. Привыкли давно к тому, что вечером я частенько засиживаюсь за работой на нижних уровнях. Только Авита в этот раз составила мне компанию со стаканом теплого молока с медом.

— Ты собрался в замок? — рассеянно болтая ложкой в кружке, спросила она меня.

— Да. Давно пора. Ошьти рассказал? — с риском подавиться ответил я, жуя кусок горячей рыбы.

— Возьми с собой лекарства и будь осторожен, — не смотря в мою сторону, тихо сказала Авита.

— Какие лекарства? Стой, что значит будь осторожен? — проглотив кусок и вытерев губы, я попытался словить ее взгляд.

— Тебе будет там больно. И кровь, запах крови и запах смерти, — она зябко повела плечами.

— Посмотри мне в глаза, — я взял ее за плечи, — расскажи мне, что ты видела.

— Я же сказала, тебе будет больно, очень больно и страшно. Так страшно, я не думала, что ты можешь так бояться. Ты всегда такой смелый, — тихо и удивленно почти прошептала она.

— Смелость и бесстрашие — это разные вещи. Я выживу? Кто еще пострадает? — не хватало еще большой бойни в замке.

— Ты? Да, конечно. Я бы тебя не пустила, если бы увидела твой конец. Как наверно это страшно, ведь я почти все чувствую так же, — совсем тихо добавила она.

— Так же? Ты чувствовала мою сильную боль? — сердце защемило от жалости. — Идем, тебе нужно лечь. Идем. Ошьти! Ошьти! — закричал в сигналку.

— Я слышу вас, мастер, — спокойно ответил он мне.

— Сделай «солнечной радости» и неси в нашу спальню. Быстро, — легко подхватив ее на руки, понес ее в спальню.

Она спала, тихо посапывая. Ее спокойное лицо меня снова и снова умиляло. Что делать? Не идти? Но она же видела. Ясновидящие не ошибаются и не врут. Это со мной случится. В замке будет драка. Если не ходить, то бой все равно будет, кстати, и не факт, что в этот раз. Идти в любом случае. Кто же меня там будет пугать?

Два дня спустя. Южная императорская резиденция, малый придворный зал.

Я скромно стоял возле пышного кресла. Сделанное в восточном стиле, как и все в этой приемной, оно манило в свои объятия, но в данный момент пустовало. В малом зале было немного людей. Они держались небольшими группками и что-то тихо обсуждали. Все старательно делали вид, что я им неинтересен, но уверен, что говорили в основном обо мне. Однако, пока не будет известен результат моих переговоров с комендантом, никто не рискнет завязать со мной отношений. Небольшой скандал в привратной башне уже наверняка был известен. Охрана пыталась лишить меня моих магиков, назначения которых они не смогли понять. Я же их послал, и послал далеко. Уж будьте уверены, вооружился я знатно, ну а то, что местные олухи не способны распознать, что скрывается за моими замаскированными вещицами, это больше моя заслуга, чем их просчет.

Я стоял, пытаясь поддерживать себя в состоянии готовой расслабленности. Прокачивая присутствующих, я понимал, что это бессмысленно. Удар будет нанесен совершенно неожиданно. Но больше занять себя было нечем. Да и никогда не стоит забывать про человеческую глупость и обычное стечение обстоятельств.

Послышался стук каблучков, уверенная и бодрая поступь. Из высокого дверного проема показалась стройная фигура в светлом платье. Окинув зал быстрым взглядом, молодая женщина остановила взгляд на мне и порывисто, но, тем не менее, плавно устремилась ко мне. Спины стоящих застыли, уши зашевелились активнее. Я улыбнулся и напрягся. Какое стандартное начало.

— Вы хорошо держитесь среди этих чудовищ в масках людей, — улыбнулась мне молодая красавица. Короткая стрижка, вьющиеся золотые волосы, серебристые тонкие пряди. Золотистая загорелая кожа, озорная улыбка.

— Сударыня. Не имею чести быть представлен, — я слегка склонил голову.

— Риона, графиня Кон-си, — звонко отчеканила она.

— Рад знакомству. Флаг-советник эл Наваль. Кого вы называете чудовищами? — я поднял голову и заглянул ей прямо в глаза. Зеленые, нет, не так, ярко-зеленые, с блуждающими искорками. Прикрашенные чем-то серебристым кончики век. И непонятное выражение.

— Всех этих расфуфыренных пустышек, — она плавно и изящно махнула кистью. Напряженные спины отчетливо показывали, что местные придворные стараются не пропустить ни одного слова из нашего разговора.

— Разве они опасны? — я вежливо улыбнулся. И кстати, зря она так всех в одну кучу, в этой группе лиц высокого происхождения есть немало серьезных личностей. Они стараются не выделяться из общей толпы и выглядеть такими же пустыми олухами, но я-то их быстро опознал. Кого по старым ориентировкам, кого просто по аналогии с первыми. Всякие «нужные люди» из разных служб, опытные закулисные деловары.

— Вы здесь совсем чужой. Как и я. Но ко мне привыкли, и я научила себя уважать. А вас никто не понимает. А непонятное всегда страшит, — она слегка обернулась, мазнув взглядом по остальным присутствующим в этом зале.

— Вам тоже страшно? — сухо спросил я. Мы вдвоем стояли как-то неправильно. Я уверен, что графиня сознательно создала такую обстановку. Складывалось впечатление, что мы вдвоем противостоим все остальным в этой комнате. Я напрягся еще больше.

— Страшно. Страшно любопытно. Откуда вы взялись? И как осмелились закрутить этот вихрь? — взяв меня за локоть, она повлекла меня за собой и усадила на диван. Сидя, я стал более ограничен в своих действиях, зато в целом обстановка стала намного дружелюбнее. Риона явно мастер в подобных делах.

— Не знаю, как вам ответить просто. Скажем так. Я просто служу империи, — никак не могу выбрать линию поведения с этой дамой. Она не попадает ни под один мой рабочий шаблон.

— Вы слишком удачливы для тупого службиста. И я не верю в бескорыстность, — тихо, но четко произнесла Риона.

— Ну хорошо. А объяснение, что в группе проще выжить? А хорошо жить в группе можно, если ею управлять? — попробуем такой заход. С улыбкой я откинулся на мягкие подушки. Черт побери, зачем я это сделал. Это гадское творение восточных мебельщиков меня почти засосало в свою утробу. Барахтаясь, я выбрался наружу, пытаясь принять достойную и, главное, боеспособную позу.

— В это я могу поверить. Если мы уже начали говорить откровенно… — графиня откинулась назад, вероятно, чтобы быть со мной на одном уровне, но ее движение было выверенным, и она выглядела величественно.

— А мы уже начали? — я усмехнулся. Затем принял прежнее ровное положение и быстро пробежал взглядом по залу.

— Если честно. Насколько вы в себе уверены? — Риона, в резком порыве сунувшись ко мне, взяла меня за левую руку. Ее глаза искали мои.

— Я очень самоуверен, — быстро ответил я, пытаясь понять, что сейчас делать. Ее мягкая хватка не создавала угрозы, но явно отвлекала.

— Я не об этом. Ну ладно, будем считать, что вы ответили. Вы к капитану? — она отпустила меня и откинулась на спинку, о чем-то задумавшись.

— Да. Почему меня не пускают. Мы ведь с ним обо всем договорились, он приглашал меня в любое время, — я недоуменно развел руки.

— Капитан своеобразен. Он слишком стар, чтобы держать вас просто так, по придворному, чтобы указать вам свое место. Я думаю, у него есть некая тайна. Он пропадает неизвестно куда. Я замечала несколько раз. Я уверена, что он в замке. Но в эти моменты его увидеть невозможно, — графиня свободно поделилась со мной интересной информацией.

Занимательно. Такой легкий слив информации о главной фигуре. Графиня явно не глупая, и сделала она это сознательно. Некий аванс? Что ж, примем это так. Неплохо бы знать, откуда ей это известно. Знала она это раньше или подсмотрела здесь, в замке. Хорошо бы разузнать ее положение здесь. Отношения выстраиваются дружеские, и этим логично воспользоваться. Если она имеет здесь серьезное влияние — замечательно. Если партия то тоже неплохо, просто придется по-разному ее играть. Маховик раскрутился, но моей голове сейчас нужно было думать о другом. Как говорится «быть бы живу».

— Спасибо. Постараюсь разузнать. Надеюсь, мне не придется ждать его до завтра или, хуже того, пару дней? — я слегка привстал на диване.

— Не волнуйтесь. Ужинать будете дома, — мягко улыбнулась она.

— Спасибо за то, что уделяете мне внимание. У меня здесь есть друзья, но это в основном воины, они сейчас в разъездах. А уважаемый сат Тримо обихаживает великого мага Ири, — я указал рукой в сторону аббатства.

— Это было просто чудесно. Какой ход. Никто не ожидал, что у вас припасен такой туз в рукаве. Многие гадают, зачем, имея такие силы, вы так жестоко обошлись с аббатом. Ваш Ири мог просто прикрикнуть на Фиситора, и он сам бы вас женил, — слегка наивно произнесла она.

— Все не так просто. Вам я скажу. Великий маг Ири предпочитает иметь дело с сильными людьми, доказавшими на деле, а не на словах, что они достойны его общения, — почему бы не использовать милую княгиню для этого вброса.

— Да, это в духе великих магов. Значит, вы доказали? — она смотрела на меня заинтересованно.

— Я? Я доказал, — ответил я и важно надулся.

— Вижу, вас уже зовут, — графиня оглянулась на вошедших в зал двух рослых гвардейцев.

— Мне бы хотелось еще поговорить с вами, после капитана? — слегка замявшись, спросил я.

— Не задерживайтесь, я буду ждать в Васильковой гостиной, — она загадочно улыбнулась и отвернулась. Какая женщина.

— Флаг-советник эл Наваль, — громко произнес один из гвардейцев.

— Он самый, — я встал, слегка оправив одежду.

— Капитан вас ждет, — бесстрастно объявил он.

Приемная капитана была выполнена странно. Необычно, но явно очень функционально. Длинный узкий пенал, слегка выгнутый. Окон нет. Голые стены, даже краски пожалели. Посреди длинный стол. Капитан сидел на другом конце. Мне предложили стул, я сел у торца прямо возле входной двери. За спиной у капитана за изгибом стены виднелась еще одна дверь. Я оценил. Нужно очень постараться, чтобы до него добраться. Стол был гладок, посреди него ровным рядом по всей длине были расставлены какие-то массивные канцелярские приборы. Оббегать стол слева и справа помешают полузадвинутые стулья. А между ними и стеной очень мало места. Бежать по столу? Уверен, что не добраться и до половины, металлические крышечки приборов оказались почему-то остро заточены. Дверь за моей спиной закрылась, сопровождающие остались позади.

— Капитан, — я кивнул головой, усаживаясь на стул без приглашения.

— Советник, — скрипуче произнес капитан Аргонат.

Какое-то время мы сидели молча. Никто не хотел начинать первым.

— При вас обнаружены неопознанные магики, — спокойно сказал капитан.

— Ваши люди, видимо, не столь компетентны, — ответил я.

— Просветите их? — бросил мой пожилой собеседник.

— Возможно, — слегка дерзко ответил я.

— Вы здесь, чтобы просить о помощи. Не кажется ли вам, что вы ведете себя слишком вызывающе для просителя? — закипая, спросил он.

— Не помощи. Я пришел договариваться о сотрудничестве, — четко ответил я.

— Это предполагает, что обе договаривающие стороны имеют, что предложить друг другу. Я знаю, что вам нужно. Чем же вы можете мне помочь? — насторожился капитан.

— Я помогу вам выполнить ваш долг, — с ударением на последнем слове ответил я.

— Вы считаете, что я не справляюсь? — напряженно спросил он.

— Не мне судить. Но напомните, что является главной задачей императорской гвардии? — легко, глядя в сторону, спросил я.

— Защита императорской семьи, — бросил капитан.

— И? Как много вы добились на этом поприще? — спросил я язвительно.

— Я служу много лет. Я сопровождал императора во многих поездках. И уже тринадцать лет я руковожу охраной южной резиденции, — не спеша выложил мне капитан Аргонат.

— Я не спорю, ваши прошлые заслуги делают вам честь. Более того, я ценю вашу принципиальность, из-за которой вас упекли в такую глушь, — я многозначительно приподнял левую бровь.

— Это к делу не относится, — буркнул капитан.

— Но что вы сделали сейчас? — я развел руки.

— А что я могу сделать? Никто из императорской семьи сюда не прибыл. Всяческих дальних родственников набилось как селедки в бочку, — капитан был явно недоволен. Тема разговора была ему неприятна. И наверняка он уже начал догадываться, куда я клоню.

— Вот видите. Вы сидите здесь в тепле и роскоши, а императорская семья и возможно сам император неизвестно где. Может, голодают и испытывают прочие неудобства и ждут вашей помощи, — трагично продолжил я.

— Чертов нюхач. Ты куда клонишь? Что ты знаешь об императоре? Где он? — он громко стукнул ладонью по столу.

— Я ничего не знаю точно ни об императоре, ни о его семье. Но если подобные разговоры пойдут среди людей, — я опять посмотрел на него многозначительно.

— Я не боюсь этих разговоров. Я слишком стар для подобной чепухи. Ты можешь баламутить чернь сколько угодно. Я тебе не этот попик Фиситор. Здесь в замке я хозяин, и ты ничего не сможешь с этим поделать. И можешь не пугать меня своим великим магом. Эти стены строили так, что и от него отобьемся, — капитан гвардии выпрямился на своем стуле.

— Еще до зимы я отправлю разведгруппу к окраинам столицы. Они проведут первую осторожную разведку. Проложат маршруты. Весной я отправлю спасательную экспедицию, — тихо, спокойно, в сторону, рассказывал я.

— Сильный ход. К этому времени пройдет полтора года. Ты думаешь, вы кого-то найдете? — капитан положил локти на стол.

— Это уже не столь важно. Важно, что я буду искать императора, а вы, господин капитан, нет. Это в том случае, если вы решитесь запереться здесь в замке. Но если мы договоримся… — я тоже положил локти на стол.

— У тебя для всех есть товар на обмен? — капитан заметил, что я копирую его позу и откинулся на спинку кресла.

— Если человек мне нужен. Я найду, чем его заинтересовать, — размеренно ответил я.

— Кто пойдет в разведгруппу? — спросил он.

— Самые опытные следопыты арса, — быстро ответил я.

— Там должны быть и мои, — напористо заявил он.

— Это серьезный поход. Нет, не то. Это серьезная тайная вылазка, — я выделил слово «тайная». Там понадобятся другие навыки, — я провел рукой в воздухе.

— Мои люди многое умеют. И не только на посту без движения сутками стоять, — продолжал напирать капитан.

— Не больше двух человек. И только после того, как их одобрит сам арс, — я специально выделял своего верного соратника, пусть капитан привыкнет к мысли, что ему будет необходимо общаться с моими людьми, и отнюдь не с позиции силы.

— Я вызову егерей с Охотничьего плато. Это лучшие охотники империи, — твердо и немного горделиво произнес он.

— Надеюсь, они умеют резать не только бараньи глотки? — холодно спросил я.

— В спасательную экспедицию я хочу отправиться лично. Там ведь уже не нужно будет ползком пробираться? — торг шел полным ходом.

— Я думаю, это можно будет устроить. Вы согласны на мои условия?

— Да. Я выставлю столько людей, сколько будет нужно. И железного одного дам. Но сразу предупреждаю, в случае угрозы непосредственно замку я всех отзову к этим стенам, — капитан застыл, сверля меня взглядом.

— Согласен. И еще…

— Так. Решили ковать пока горячо? — он неловко оперся локтями на ручки кресла, пытаясь выбрать удобную позу. Все же он стар. Интересно, сколько он протянет? И кто придет на его место? Нужно взять на заметку. Такие вопросы нельзя оставлять без внимания.

— У нас плохо с лошадьми. Мы собираем всех способных ходить под седлом в один общий табун. Я хочу, чтобы замок выделил сколько может, — несколько просительно сказал я.

— Лошади моих гвардейцев их собственные. Я могу выделить большую часть принадлежащих императору. Но это в основном кони под выездные экипажи, — отстраненно ответил он, что-то прокручивая у себя в голове.

— Спасибо и на этом. Их не так сложно переучить. Для боя, может, они не сгодятся, но для нужд гарнизона сойдут. А в отношении личных коней. Поговорите со своими воинами, объясните ситуацию. Пусть тот, кто посчитает нужным, добровольно отдаст. Никакого принуждения, — я развел руки.

— Поговорю, — буркнул капитан.

— Ну что ж, главное мы обсудили. Все остальное в рабочем порядке. Не возражаете, если я проведу некоторое время в замке, хотелось поговорить кое-с кем.

— Понравилась графиня? — спросил капитан, и его глаза блеснули совсем по-молодому.

— Интересная женщина. Кон-си — это ведь из рода южных князей? — сделав вид, что не заметил его взгляд, немного наивно спросил я.

— Да. Эти земли были когда-то их. Род Кон-си смог пронести себя через века. И Риона истинная представительница древнего рода, — Аргонат снова погрузился в свои мысли.

— Милая женщина, — тихо добавил я.

— Милая? — капитан приподнял левую бровь, — Не знаю, чем вы ей приглянулись, советник, но такую стерву нужно поискать. Сколько она крови выпила из придворных.

— Ну и сколько? Она жива и хорошо выглядит.

— Есть один важный момент. Она маг. И очень сильный маг, — капитан улыбался, глядя на меня сверху сложенных в замок рук.

— М-м-м. Я ничего не почувствовал. Это странно. — Ничего странного, Риона красотка сама по себе, ухоженная и прекрасно одетая, и ты пялился на нее, как курсант на первом балу. — И насколько сильный?

— Точно не знаю. Никто не знает. Ее учителя остались неизвестны. Она первый и единственный маг среди Кон-си. Древние роды не приветствуют искусство, столь круто изменившее их судьбы. Магию она применяет крайне редко и, как мне донесли, очень изощренно, — он покачал головой.

— Как же это здорово, что я ей глянулся, — озадаченно протянул я. Неужели все начнется из-за нее.

— Это точно. Ладно, ступайте. Вы знаете выход на концентратор замка. Согласуем списки и графики патрулей в ближайшее время. Мой военный заместитель старший помощник Алис будет заниматься этим.

— Я сообщу ариану Борс. Он мой заместитель по внутренней службе. Не забудьте про охотников. Арс готовит группу уже сейчас. Да и мне придется поработать над их экипировкой. Если, повторюсь, арс их не забракует, — поспешно добавил я.

— До встречи.

Я стоял в какой-то малой приемной. Выйдя из кабинета капитана, я был слишком занят мыслями, чтобы точно понимать, куда я иду. Нужно продумать, как перестроить нашу систему с учетом новых возможностей.

— Наваль. Вот вы где. Мне пришло в голову, что вы, может, и не найдете Васильковую гостиную, — величаво и покровительственно произнесла она.

— Риона, я не думал уйти, не попрощавшись с вами. И я действительно не знаю, где находится эта приемная.

Я подошел и взял ее за руку. Что-то связывало нас, но я никак не мог понять, что. Мы говорили о какой-то ерунде. Я шутил, она парировала. В былые времена я не был избалован подобным общением, сейчас же мне его не хватало еще больше.

В комнату зашли два гвардейца. Массивные фигуры. Форменные доспехи. Величаво пройдясь, они застыли по бокам дивана, на котором мы уютно расположились.

— Флаг-советник. Капитан прислал нас показать вам путь к выходу, — он качнул массивным подбородком.

— Да. Уже пора. Как быстро летит время в приятной беседе. Прощайте, Риона. До скорой встречи, — ее рука задержалась в моей.

— Прощайте, Наваль. Возможно, я навещу вас в аббатстве, — сидя на диване, она лучезарно улыбалась.

— Я оставлю распоряжения. Вас там встретят, — немного глупо в ответ улыбался я.

— И не сомневаюсь. Прощайте. Надо же, капитан, выделил вам людей из личной охраны. Я не встречала их в замке раньше, — произнесла он вдогонку.

На моем лице еще светилась прощальная улыбка, а мысли уже неслись вскачь. Идущий впереди ряженый потянулся руками к поясу. В этот момент я, оттолкнувшись двумя ногами, головой боднул его в спину. Он, неловко взмахнув руками с наполовину вытащенным клинком, полетел в какой-то мебельный гарнитур. Чувствуя, что не успеваю, из неудобной полусогнутой позы я прыгнул вправо за массивный диван. Разворачиваясь в воздухе, метнул назад, не глядя, кинжал. По вскрику понял, что попал. Упав за диван, перекатился к двери и сразу с четверенек рыбкой перепрыгнул в соседнюю комнату. Позади что-то грохнуло, впереди кто-то закричал. И полная девица, громко топоча, выбежала из комнаты, ставшей моим убежищем. Вытащив из клапана рохского ежа, я направил его в дверной проем. Вот придурок. Провели. Взяли на классический прием. Раззява увидел форму и расслабился. Почему они не идут за мной? Риона? Она с ними или нуждается в помощи? Что делать? Бежать. Куда? Я не знаю расположения. К выходу? Если у них есть сообщники, то именно там меня и ждут. Нет, бежать сломя голову я не буду. Здесь же хорошая охрана, должны среагировать. И что делать? Вбегут такие двое в форме, я по ним ударю. Они по мне. Вот гадский случай. Сидеть на месте тоже нельзя, переберусь хотя бы в соседнюю комнату. Вскочив, я помчался туда, куда убежала девица. Пробежав короткий коридорчик, выбрался в круглый зал, сразу же пол подо мной ушел, и я провалился в болото. Барахтаясь в черной жиже, я успел подумать, откуда здесь болото. Жижа быстро затекала в нос. Я забился, и в открывшийся рот разом устремилось черное, тягучее, гадкое. Сигнальный амулет выдал две точки, набухавшие сильной магией, и еще три позади, закутанные в магическую защиту. Запаниковав, я ударил вокруг мертвителем. Точки угасли. Жижа, к тому времени проникнув в легкие, начала затвердевать. Проблем с воздухом я не испытывал, так как особый амулет выживания обеспечивал меня необходимым, и потому начал успокаиваться. Но тут меня охватил огонь. Кожа вспыхнула, в легкие залили расплавленный свинец. Я попытался закричать, но горло было забито жидким огнем. Как же так! Я ведь должен выжить?!

На следующий день. Замок, внутренние покои.

— Доброе утро, меня зовут Селеста. Молчите, вам пока нельзя говорить. Вы в замке. Вашей жизни ничего не угрожает, — произнес тихий и спокойный, успокаивающий голос.

Я лежал на широкой кушетке. Двигаться не хотелось. Повернув голову, я увидел, что я голый, только на бедрах кусок ткани. Кожа была багрового цвета и покрыта блестящей прозрачной мазью. Во рту было сухо. Девушка в белых одеждах сидела рядом. Короткие темные волосы, карие глаза и мягкий взгляд.

— Вот пишите, — она протянула мне мой талад, вложив прямо в ладонь.

Я быстро набрал.

«Что случилось?»

— На вас было покушение. Все нападавшие мертвы. Вас сильно обожгло кислотой. Но наши лекари вам все восстановили, — она посмотрела на талад.

«Сообщите арсу, что со мной все в порядке»

— Папа велел запереть ворота и никого не пускать и не выпускать, — надула губки Селеста.

«Папа?»

— Капитан Аргонат, — улыбнулась она.

«Там будут беспокоиться. Возможно, попытаются взять замок приступом. Обязательно сообщите, что со мной все нормально. Когда я смогу говорить? Мой амулет связи работает только от голоса»

— Я передам папе. Спите, завтра уже сможете говорить, — и я решил последовать ее совету.

Проснулся рано утром. Через узкую прорезь в массивных ставнях лился нежный свет. Во рту сухо, голова ясная, слегка знобит. В комнате никого не было. Ни моей одежды, ни оружия и прочей амуниции нигде не было. Обернув простыню вокруг бедер, я пошел к двери. Заперто. Постучал. Появилась хмурая морда гвардейца. Быстро бросив на меня взгляд, он буркнул: — Подождите, — и закрыл дверь. Потоптавшись немного, я вернулся на кушетку. Долго ждать не пришлось.

— Ваша одежда уже никуда не годится. Я принесла вам другую, — нежно проворковало вчерашнее видение.

— Селеста? — я сел на своей лежанке, придерживая ткань на бедрах.

— Да, советник, — она мягко присела, продолжая нежно улыбаться. От ее улыбки на душе делалось легко и светло. Плохой признак. Легкая магия? Или я просто параноик.

— А где мои остальные вещи? — я встал с кушетки, завернувшись в ткань. Мне не терпелось нормально одеться.

— Папа вам их вернет. Не беспокойтесь, вы в личных покоях капитана гвардии, здесь вам ничего не угрожает, — ее мягкий голос успокаивал. Не иначе без магии не обошлось.

— Я думал, мне и в замке ничего не угрожает, — я обманывал это прекрасное создание. Но из этой ситуации я собирался выжать все.

— Это очень печально, — ее лицо выражало скорбь, — все, что произошло. Поговорите с папой, — сказала она.

— Обязательно. Я под замком? — зайдя за диван с высокой спинкой, я принялся шустро облачаться. Натянул мягкие просторные брюки и принялся натягивать белую широкую рубаху.

— Нет, что вы, это для вашей безопасности. Вы согласитесь позавтракать с нами? — мило улыбнулась она. И как будто солнечный луч прошелся по комнате.

— Позавтракать? Отличная мысль, я не ел со вчерашнего утра, — прислушавшись к себе, я понял, что просто жутко хочу есть. Ведь прошло немало времени, да и лечение отняло много сил.

— Давайте я вас осмотрю, — Селеста подошла ко мне и мягко дотронулась до рукава.

— Вы врач? — подозрительно глянул я на нее.

— У меня нет званий, но я в данное время занимаюсь врачеванием. Я получила хорошее домашнее образование, — подкатав рукав, она щупала мою руку. Затем, оставив ее в покое, стала пристально смотреть мне в глаза.

— Чем меня жгли в том болоте? — я наблюдал за ней с интересом.

— В каком болоте? — она щупала кожу на моей лысой голове.

— Мне что, показалось? — она мягко повернула меня и принялась осматривать мою шею, мягко массируя ее своими нежными, но твердыми пальчиками. Было чертовски приятно.

— Вас облепили какой-то гадостью. Она испускала сильную кислоту. Но мы вас вылечили. Вот только волосы отрастут немного позже. Волосы, выращенные ускоренно, выглядят очень некрасиво. Но ресницы и брови мы, конечно, вам сделали.

— И на том спасибо, — я провел рукой по гладкому черепу. Глянул на грудь и под рубаху, — я оденусь с вашего позволения.

— Вас проводят, — тихо улыбнувшись, ответила она и вышла.

Переодевшись, я глянул на себя в зеркало. Я уже давно привык к длинным космам, еще в период отшельничества. Но новый вид меня не пугал. Не совсем удачно все закончилось. Ну да ладно, надеяться иметь на руках все козыри из колоды глупо. Подойдя к двери, я ее просто толкнул, и она открылась. Моего хмурого стража на посту не было. Соседняя комната оказалось уютной гостиной, уставленной мягкой мебелью. Еще было темновато, и я пошел на свет. Небольшая столовая зала. Капитан с мрачным видом сидел, держа в руке кружку горячего напитка. Значит, я в личных покоях. Интересно. Когда я вошел, он не обратил на меня ни малейшего внимания. Отодвинув стул, я сел напротив. Из открытой двери показалась Селеста. На большом подносе она несла чудно пахнущие свежеиспеченные булочки и пару маленьких соусников.

— Какой запах, можно мне парочку и того же горячего, что пьет капитан, — я уловил в его напитке алкогольные нотки.

— Вам нельзя. Только теплое молоко. И теплая каша.

— Каша?

— Не спорьте, больной, — она повернулась и вышла. Капитан, зыркнув на меня, шумно отхлебнул из кружки, после чего разорвал булочку и принялся ее жевать.

— А вот и кашка, — Селеста поставила передо мной тарелку и кружку.

— Какая-то она странная, — я поковырял ложкой в тарелке и выудил оттуда пару белых корешков.

— Это полезно, ешьте, — очень убедительно произнес мой личный врач.

— Спасибо, — каша пошла на удивление хорошо. Да и я вообще люблю кашу. А если она еще и лечебная.

— Ты положил трех моих людей, — капитан решил не терять момент и воспользоваться тем, что я занят поглощением пищи.

— Предъявите счет? — ответил я вопросом, сначала прожевав кашу. И запил молоком, тоже чем-то приправленным.

— Я знал их много лет.

— Вы гарантировали мне безопасность, — вытерев рот, я положил руки на стол.

— В первый раз в этом замке было совершено покушение. И в первый раз в моей службе.

— Все когда-то бывает в первый раз.

— Я посмотрел твой арсенал. За большую часть этих вещей тебе грозит пожизненное заключение. За каждую по пожизненному!

— Вопрос о привлечении лица к уголовной ответственности за использование или обращение запрещенных магиков решается уполномоченными третьего стола тайной канцелярии. Перед вам сидит ее глава, я готов рассмотреть вашу жалобу.

— «Мертвитель» в моем замке! Ты мог убить всех! — он стукнул ладонью по гладкой крышке стола, громкий хлопок разнесся по комнатам.

— Могли убить меня, — я закинул в рот очередную порцию каши и принялся сосредоточенно жевать, мне пришлось прилагать немало усилий, ведь жевать там было нечего, — Это для меня важнее, — я отхлебнул теплого молока, — И не надо так драматизировать, вы же наверняка определили радиус поражения, который я использовал, — поставив кружку на стол, я деловито спросил. — Кто они?

— Те, кто на тебя напал, это не мои люди! Двое изображавших моих гвардейцев числятся наемными охранниками важных особ. Еще один охранник покончил с собой при захвате. Двое магов, которых ты умертвил, прибыли из монастыря. Сам узнавай, кто они такие. А те трое спешили тебе на помощь!!!

— А я откуда знал? — выкрикнул я. — Да я вообще ничего не видел из-за той гадости. Кстати, что это? — уже спокойно спросил я.

— Не знаю. Мне сказали, что по описанию это опознали как «черный студень», но что оно такое, никто мне толком не рассказал, — проворчал капитан.

— Мне тоже не встречалось. К счастью, наверно. Ладно, верните мне мои вещи, мне надо сообщить своим, — я выжидательно смотрел на Аргоната.

— Я им сам. Все. Рассказал, — медленно произнес он.

— Мне они поверят больше, — легко, но многозначительно сказал.

— У мертвых были товарищи. Мои гвардейцы, — старый гвардеец уставился на меня одним глазом, легок прищурив второй.

— Надеюсь, вы способны держать своих людей под контролем, — я вернулся к еде.

— Я уже все решил. Лучше я их обману. Давай договоримся. Мои люди погибли в неравной схватке с вражескими магами. Спася тебя ценой своей жизни, — он поднял указательный палец вверх.

— Это действительно хороший вариант. Я сам хотел предложить нечто подобное. Сам я буду молчать. Но вы понимаете, что молчание должно быть полным, — я продолжил жевать.

— Все знает только мой старший помощник. Это железный человек, он будет молчать в любом случае, — капитан говорил уверенно.

— Я не буду говорить вам о чести и долге. Мы оба и так все понимаем. Давайте займемся делом. Вот еще бы отыскать, кто организовал это нападение, — я мечтательно откинулся на спинку кресла.

— Вам и карты в руки, — буркнул капитан.

— Что за важные особые, которых охраняли нападавшие? — деловито спросил я. Весь мой вид выражал охотничий азарт.

— Да так, ничего особенного, — спокойно сказал капитан. Поняв, что я напал на след, он тут же встрепенулся: — Но я не позволю вершиться произволу. Все следственные действия должны производится согласно законам.

— Я полностью с вами согласен. Именно законам. Вот только им слегка не повезло: так как время военное, то и законы нынче военные, — я злорадно оскалился.

В глубине скального убежища.

Авита играла с водяными брызгами. Ручеек воды тонкой струйкой падал вниз. Она, тренируясь, отклоняла поток воды в разные стороны, иногда у нее получалось выбить мощным толчком веер брызг.

— А как происходят поединки магов? — скучно спросила она. Вероятно, надеясь отвлечься от нудного урока.

— Это само по себе не обычное действо. И рассказать, как же обычно это происходит, я не могу, — пытаясь отвязаться, ответил я.

— Неужели маги не дерутся между собой? Я слышала… — Авита набрала воздуха.

— Конечно, дерутся, но поединки бывают очень редко, — поняв, что ей это интересно, я отвлекся от работы. — Пойми, боевая магия — это действие одного удара. По крайне мере у обычных магов. Высшие и великие маги дерутся между собой, один на один крайне редко. И каждый раз это нечто особенное. А среди основной массы тех, кто называет себя магами, все происходит очень быстро. Кто первый создал и привел в действие ударное плетение, да при этом еще и попал, тот и выиграл.

— Бой на один удар? — интересно, откуда она знает эту фразу. Наверно наслушалась в окружении баронессы. В любом случае надо обратить внимание, с чего это вдруг моя жена заинтересовалась магическими битвами. Неужто собралась с кем-то воевать?

— Именно. Здесь самое главное — это способ защиты. В отличие от битвы сталью, здесь присутствует один очень важный момент. В магии не существует защиты на все случаи. В обычном бою подставил щит — и все, удар отражен, с разными последствиями, но все же. А вот в магии… — я задумался, пытаясь представить, как же лучше это преподать.

— И что же там? — Авита бросила играть с ручейком и вся обратилась во внимание. Так, по-видимому, мне придется серьезно заняться этим вопросом. Этот семейный героизм надо пресечь на корню.

— Ты еще мало знаешь. Попробую объяснить просто. Поражающее действие магии слишком разнообразно, чтобы от него можно было защититься. Есть, правда, слухи о черном коконе… Ну это не к этому разговору, да и не буду я пичкать свою ученицу байками. Ну представь, я защитился щитом силы земли, а враг вместо того чтобы ударить копьем этой же силы, кинул мне на голову сосульку, сверху, собрав влагу из окружающего воздуха. Или пустил по земле молнию. Или создал вокруг меня шар огня, — я вопросительно смотрел на юное создание.

— Но ведь можно увидеть, распознать готовящееся плетение и выставить защиту, — упорно насупив губки и раскрасившись румянцем на бледном лице, отвечала моя супруга. Я даже немного отвлекся.

— Хорошо, а сколько времени у тебя уйдет, чтобы его понять. Сколько времени у тебя останется, чтобы сделать защиту? Ты пойми, если ты настолько искусен, чтобы очень быстро понять атакующее плетение и сделать защиту, значит, ты настолько силен, что можешь убить противника до завершения его плетения. Вот и зачем тебе давать ему шанс? — я начал горячится. Что ж такое, вроде не мальчишка, и разговор не особо эмоциональный.

— А если сразу создавать и атакующее плетение, и нападающее? — попыталась найти компромисс моя ученица. Хорошо. Знание, не бездумно заученное, а прошедшее через лабиринт собственного мышления, усваивается лучше.

— Это сложно. Действительно сложно. Можно представить это как игру одновременно на двух разных музыкальных инструментах. К тому же это две разные композиции. Держать в голове оба произведения, поддерживать ритм, причем они могут иметь разный размер, — это крайне сложно. Хотя есть варианты. Например, одно большое и сложное плетение и другое простейшее. Это уже несложный фокус. Но вот еще один момент, намного проще создать их подряд, — закончил я логическую цепочку.

— Я что-то начинаю понимать. Но постой, ты что-то говорил о высших магах, — вскинулась Авита.

— Там все не так просто, и главное — у каждого свои придумки. Но общая идея понятна, не можешь защититься, сделай так, чтобы в тебя было трудно попасть. Иллюзии, обманки, двойники, магические големы, призрачные конструкты. Вдобавок постоянные перемещения по полю боя. Они не ставят защиты, они избегают попадания, — я вспоминал, что мне удалось узнать об этих боях. И снова, и снова думал о том, как не попадать в такие бои. Эти чертовы великие могли действительно многое. Обычному человеку, пусть даже обладающему большой властью, стоило серьезно их остерегаться. Ведь даже надеяться, что юридическая система империи будет на твоей стороне, не следовало. Первые законы империи строго все обозначили, и менять их никто не собирался.

— Здорово. То есть они постоянно уворачиваются, пытаясь атаковать, — Авита явила работу своего ума.

— Именно так. Ну и вдобавок бой очень сильно зависит от места битвы. Вся сила высших магов в разносторонности их познаний и в умении применять их в разных ситуациях, ну и конечно — быстрота и гибкость мышления, — черт побери, она задела во мне больную струну. Я точно знаю, что по быстроте и гибкости мышления я способен на многое, но я не развит, я не способен оперировать мощными потоками. Все что, я могу, — это так слабо. Только изощренность моих плетений и искусство использования мощных магиков спасает меня.

— Хотела бы я стать высшей, — вздохнула она.

— Станешь, конечно. Ну и есть один момент. Мы сейчас говорили о чисто магическом поединке, но ведь есть и магики, — улыбнулся я.

— А что магики? — встрепенулась она.

— А вот именно они могут многое изменить, особенно в бою обычных магов. Создавать плетение долго, а вот запитать свои магики проще простого, — снова улыбнулся я.

— Ты обманул меня, — вскинулась она. Я рванулся и обнял ее.

— Ничуть, я хочу, чтобы ты точно понимала, что почем. А магики, такая штука, ты же знаешь, что их очень легко вывести из строя. Ну как легко, смять плетение с конкретного магика легко. В боевой обстановке, конечно, сообразить, что это за магики, чем его взять, непросто. Быстро непросто. Но при определенном опыте можно. Хотя обвешанного магиками бойца проще сразу убить, чем обезвредить все его висюльки. Но мне по моей работе приходилось действовать именно так, и я сильно в этом поднаторел. И прибить даже сильного мага, надеющегося на амулеты, мне несложно. А вот чистый маг доставит мне проблем, и тут уже я буду надеяться на свои висюльки.

— Все так сложно, — ответила она, устраиваясь в моих объятиях поудобнее. Я так понял, заниматься дальше она не хотела.

— Поначалу может и да. Но когда принимаешь правила этой игры, все становится просто. Ты не спеши понять все сразу. Тебе предстоит долгий путь. Если, конечно, никто не помешает нам выжить на нем. Но я постараюсь. У меня есть опыт. Я привык добиваться своей цели, — я нежно сжимал ее.

Спустя два дня.

Сигнальный амулет ближнего круга разбудил меня поздно ночью. Один человек не спеша пробирался снизу на второй уровень. Никакой тревоги ни с внешних сигналок, ни с постов наружной охраны не поступало. Проверил караульных. Все на месте, живы и не спят. Значит, гость прокрался тайно. Послав тихий сигнал Ошьти, начал одеваться, стараясь не шуметь. Я уже вооружился, когда гость остановился на самом верху лестницы на наш второй уровень. Скомандовал Ошьти ждать, пока он выйдет в галерею, и только затем спуститься с первого, без приказа не нападать. Ночной гость мелкими шагами двигался по колонной галерее, мой кабинет его не интересовал, на первый уровень он не поднялся, и не к Ошьти. Значит, или ко мне, или к моему сокровищу. Наши переговоры он не уловил. Настроенный эголит в это время суток тускло светился, и в коридоре был мягкий полумрак. Послав команду, я осветил участок позади и над ним.

— Добро пожаловать, гость незваный, — поприветствовал я его из-за колонны. В голос я добавил просто плетение, которое мешает точно определить источник звука.

— Я пришел с миром, — посетитель ответил очень спокойным голосом, или он полностью себя контролирует, либо все еще считает, что полностью контролирует ситуацию в целом.

— Ночью и без стука редко приходят с добрыми намерениями, — так же спокойно продолжил я беседу, повторив команду Ошьти ничего не предпринимать без приказа.

— Это правда. Я пришел взять кое-что. И ушел бы так же тихо, никого не потревожив, — он в себе очень уверен.

— Ну как вы прошли незаметно, об этом мы с вами еще поговорим. Так и зачем вы пришли? — гость стоял неподвижно, не совершая никаких движений, и я решился на него посмотреть. Вытащив маленькое зеркальце, я прикрутил к нему ручку и глянул на него из-за угла. Высокая фигура в сером плаще, руки свободно висят вдоль тела. На голове маленькая черная шапочка. В ярком свете я принялся рассматривать его лицо.

— Не думаю, что разумно сейчас это обсуждать, — лицо говорившего не выражало никаких эмоций.

— Согласен, время позднее, да и в коридоре дела не обсуждают. Но вы сами выбрали такой способ, — что бы я сделал на его месте, если допустить, что он говорит правду?

— Я не причиню никому вреда, дайте мне уйти, и все будут живы-здоровы, — эти слова были сказаны явно с угрозой.

— Отпустить вас и дать вам возможность снова нагрянуть нежданно, — гость молчал. — Вы же говорили, что не причините никому вреда?

— Никому, — коротко бросил он.

— Но в данный момент вы пытаетесь меня усыпить, — действительно хорошее решение.

— Здоровый сон пойдет вам на пользу, — гость позволил себе легкую усмешку.

— Рад, что мы с вами одного мнения о здоровом сне. Но я сам выберу время, когда мне прилечь отдохнуть, — вот и наступил момент истины, если не получится, то придется его убивать.

— А ведь на вас не действует моя магия, — улыбка покинула лицо моего ночного доброжелателя. Я не мог разрушить его чары, я их даже не видел. Но мой амулет-реаниматор вовремя уловил происходящие со мной изменения и, не спрашивая, начал возбуждать мои нервные центры. Странные ощущения. Меня одновременно жутко тянуло в сон и вместе с тем разрывала жажда действия. — Но и твоя на меня не действует.

— Это точно, моя не действует, — я вышел из-за колонны.

— Что будем делать? — гость начал озираться. — Я же сказал, я не причиню вреда, отзовите его.

— Ошьти, стой, он тебя заметил. Я тоже не собираюсь причинять вам вред. Но Тефрена я вам так просто не отдам, — надо занять его разговором, чем дольше мы говорим, тем больше шансов на успех.

— Как ты догадался? Ты не оставляешь мне выбора, — он начал пятиться, явно готовясь к атаке. И мягко осел. Сразу подбежал Ошьти, он живенько перевернул тело, затем вытянув его руки, связал их у него за спиной. После чего он накинул давящую указку, сделав пару круговых движений руками, затянул ее на пределе. Еще одно движение — и она начнет его убивать, — постояв еще немного для верности в стороне, я подошел поближе.

— Не надо. Он отрубился надежно. Бери его, оттащим вниз.

Мы принесли его в одну из испытательных камер под четвертым уровнем. Здесь проверяли собранные магики, напитывая их энергией. Освободили его от верхней одежды, оружия и кучи разных непонятных вещей. Я отнес их в соседнюю камеру и запер. Ошьти по моему приказу развязал его руки. Оставив его одного в исподнем на полу, мы вышли. Я запер тяжелую, выложенную скальной породой дверь. Открыв наблюдательный лючок, я сел под дверью ждать его пробуждения. Ошьти, зарядив короткий арбалет простым болтом, сел по другую сторону.

— Степень опасности объекта? — его пальцы пробежались по сумке, я оснастил его полным арсеналом магически активных болтов.

— Потенциально крайне опасен. Но его цель не мы. Я думаю, мы с ним договоримся, — надо продумать разговор. — Работаем по схеме мягкой вербовки, попробуем для начала «Летучую рыбу».

— Маг? Воин? — не уверен, что у Ошьти большой опыт в подобных вещах, но свою роль он отработает без сомнений.

— Маг точно. Маг неизвестной природы. Возможно он чудный. Но никогда ни одного чудного не ловили на противозаконных действиях. Скорее всего, еще и воин. Видал, какие у него штуки с собой? Мог нам в коридоре неслабо навалять. Но не сделал, — хорошо, что победили все же мы, но запаса прочности у нас почти не было.

— Мы тоже могли, но не сделали, — пробурчал Ошьти. Я повернулся и укоризненно посмотрел на него, он же молча, уставился в лючок.

Дальше мы сидели молча. Боевой азарт, возникший в коридоре, угас. Было прохладно. Не самая лучшая ночь в моей жизни. Я уже хотел послать своего верного помощника за подстилкой и чем-то горячим, когда визитер зашевелился.

— Крепкий какой. Необычайно крепкий, — лазутчик рывком встал в камере и зажег небольшой огонек. И опять я не уловил момента построения плетения. Или чудный, или… Кто же он может быть?

— Что же вам не спится. Мы же с вами пришли к мнению, что крепкий сон крайне необходим для здоровья, — с ехидцей в голосе я принялся за работу.

— Давайте обсудим, — обойдя небольшую камеру по кругу, он повернулся к двери.

— Как жаль, что мы потеряли столько времени, чтобы вернутся к моему предложению, — для начала надо сбить с него всю спесь. Пока он держится очень хорошо.

— Чувствуете себя хозяином положения? — сложив руки на груди, он гордо стоял в центре.

— Скажем так. У нас сейчас есть несколько вариантов развития, но вы понимаете, что ни одного, в котором вы сделаете то, что хотели, — он слишком спокоен, не упустил ли я чего?

— Что с мальчиком? — Ошьти вздрогнул при его словах и понадежнее приладил арбалет.

— С ним все хорошо. Он в тепле, сыт и обласкан. Конечно, эти скалы не красивый замок, но это самое надежное убежище в этих местах, — я отошел немного от окошка, на всякий случай. Даже учитывая особенности местных скал, я бы нашел пару способов, как атаковать через окошко.

— Зачем он вам? — жестко бросил гость.

— А зачем он вам? — вкрадчиво спросил я его.

— Как вы поняли, что я за ним? — а вот теперь надо подумать, как бы ни сболтнуть лишнего.

— Как только увидел ваше лицо. Он такой же чужак, как и вы, — интересно насколько для него важна эта тайна.

— Вы из-за этого держите его при себе? — в его голосе зазвучал металл.

— Не только. Он остался один. Мой помощник спас его от страшной смерти…

— Я отплачу ему по заслугам, — гордо, но уже более спокойным голосом прервал он меня.

— Не перебивайте меня. Так получилось, что и он тоже остался один. Они как семья. И мои близкие его полюбили. Я не глупец и понимаю, что с родней ему будет лучше. Но и отпускать его в эти тяжелые времена неизвестно с кем… — я сделал паузу, теперь явно его время говорить.

— Да, меня послали за ним. Его родственники, — значительно добавил он.

— Чем докажет? — тихо прошептал Ошьти.

— Не надо, мой друг, я уже замечаю семейное сходство. Вы кем ему приходитесь? — тут он, конечно, может соврать, сходство-то небольшое.

— Дальняя родня. Значит, вы отдадите мне мальчика? — нотка недоумения и надежды прозвучала в его словах.

— Даже если бы вы пришли с открытым забралом, а не пробрались бы тайком, как вор или убийца, и то я бы еще сильно подумал, отдавать ли вам его. Кстати как его настоящее имя? — ну давай, что же ты так цедишь, мне нужна информация.

— А как вы его зовете? — какой же он скользкий.

— Тефрен, — не думаю, что сообщаю что-то важное.

— Так и зовите, — ответил он после небольшой паузы, явно что-то обдумывая. — Поверьте, у нас ему будет лучше, — он практически не колется. Я все больше убеждаюсь, что встретился с опытным коллегой.

— Вы повезете его за океан? — кинем пробный камень.

— Грх, — родственник дернулся, кисти его рук затрепетали, явно готовилось плетение, но я опять ничего не почувствовал. Я просто захлопнул лючок. Попасть то я в него попал, но как бы мы не вернулись, к тому с чего начали, надеюсь на его профессионализм.

— Ну попробуйте, если так уверены, — теперь я полностью лишился возможности наблюдать за его магическими действиями, но я уже лишился надежды раскрыть его секрет.

— Что вы с ним сделали? Как вы достали его воспоминания? Если с ним что-то случилось, вам не жить, — он боится за мальчика, это хорошо.

— Успокойтесь. Сядьте. Выслушайте меня. Да сядьте же. Через закрытый люк плохо общаться, не находите ли? — раскачать и вывести его из равновесия мне удалось, теперь необходимо его направить в определенном направлении.

— Вы слишком много знаете. Хотите выкуп? — интересно, что он может мне предложить.

— Я знаю не так уж и много. Но уверен, что выкуп мне не поможет. И как только вы заберете мальчика, мне придется остерегаться каждой тени, — черт, не получается особо, то ли я слабоват, то ли он слишком крепок.

— Думаете защититься им? — похоже, он тоже пытается меня раскачать.

— Я хочу общаться с вами открыто. Но не уверен, что могу вам доверять. Не сорветесь ли и не попытаетесь все-таки прорваться силой? — пусть он меня убеждает.

— Я же сказал, я не хочу причинить никому вреда, — устало ответил он.

— Хорошо, давайте я разъясню. Во-первых, сам мальчик. Я сразу увидел, что он отличается. Черты лица, строение лицевых костей, еще кое-что по мелочам. Его странность в поведении привлекает внимание, тем более я не могу ничем ее объяснить. Я просто взял у него каплю крови. В этом ведь нет ничего страшного? — вот будет весело, если для них это как раз очень страшно.

— Продолжайте, — мне кажется, он меня переигрывает, но деваться уже некуда.

— Проверив ее, мне все стало ясно. Он конечно человек. Но такие люди здесь не живут. Он здесь чужак. Самое простое — он с другого материка. Не представляю, как ребенка занесло в такую даль. Может, вы мне объясните? — уже без особой надежды спросил я.

— Это долгая история. Почему с другого материка? — гость полностью успокоился.

— Ну откуда еще? Не с других звезд же, он не так сильно отличается, — не рассказывать же ему про мою картотеку и выкладки.

— Что вы знаете про другие звезды? — его лицо закаменело.

— Не больше чем все остальные. Так, к слову пришлось. А что? — ничего себе я ляпнул, что же такое я затронул?

— Ничего. Мы с ним не так сильно похожи, — мыслями сейчас он был не с нами.

— Достаточно для опытного взгляда, — так, нужно еще более тщательно следить за своими словами.

— Ну да, вы же опытная ищейка. Лучшая гончая городской стражи Ирта, — возвышенным тоном отреагировал он.

— О! Даже такие подробности знаете. Ну вот видите, все просто. Связав одно с другим, я сделал определенные выводы, а ваша реакция на мои вопросы все подтвердила, — да пусть все так просто и выглядит.

— Я не был готов к словесным баталиям, иначе вы бы не взяли меня так просто, — гость снова был спокоен.

— Понимаю. Итак, вы готовы все обсудить нормально? — деловым тоном спросил я.

— Готов, — он подошел к двери и приблизил голову к окошку.

— Ошьти, верни ему одежду и проводи в большую столовую третьего уровня, — мой помощник разрядил арбалет и пошел в соседнюю камеру.

— Мое оружие? — что-то он быстро расслабился.

— Получите на выходе. А для начала наденьте это, — я протянул ему тонкий металлический обруч.

— Что это? И куда надевать? — подозрительно глядя на меня, насторожился гость.

— На шею, вот так он раскрывается, — щелкнув малозаметным замочком, я раскрыл его.

— Что это? Зачем мне это надевать? — он не спешил брать обруч.

— Это гарантия того, что вы не наделаете глупостей, — убедительно втолковывал я.

— Там что-то убойное, что сработает по вашей команде? — мрачно спросил он.

— Именно так, — спокойно ответил я.

— Вы ставите меня в крайне неудобное положение, — напрягся гость.

— Напомнить вам, каким образом вы пришли ко мне? Как только вы нас покинете, сможете с легкостью снять его. И не пытайтесь его снять сразу, у вас не получится сделать это достаточно быстро, а он обязательно успеет причинить вам сильный вред, — уже резко говорил я.

— Насколько сильный? — он вертел его в руках, наверняка ощупывая своей магией.

— Вы без головы сможете ходить? — я улыбнулся.

— Понятно. Давайте попробуем, — решительно сказал он и защелкнул его на шее.

Сходив на кухню, я приготовил большой чайник свара. Взял две кружки и, оставив их в большой столовой третьего уровня, спустился вниз. Все это время ночной гость приводил себя в порядок в компании Ошьти.

— Вы не проводите меня к мальчику? Я хочу убедиться, что у него все в порядке, — уверенно, деловым тоном произнес он, как только я показался в коридоре.

— Сначала вы нам все расскажете. Убедите нас в своих мирных намерениях. Мы обсудим и закрепим договором все наши дальнейшие действия. Как раз Тефрен проснется, и вы сможете с ним поговорить, — я посмотрел прямо ему в глаза.

— Вы что, считаете, что эта штука дает вам власть надо мной? — одетый и вне камеры он чувствовал себя намного увереннее.

— А вы считаете, что она вам совершенно не опасна? — при этом я послал слабый сигнал на ошейник.

— Он греется, — нахмурился он.

— Вы пробовали заблокировать его? Не так ли? И я вам доказал, что у вас это не получилось. Идемте, — я повернулся и зашагал по коридору.

Мы сидели в большом гулком зале. Столовую слегка прибрали, растащили хлам и поставили пару больших столов. Здесь сейчас кормились воины внешней охраны. Расположившись друг напротив друга на грубых деревянных лавках, хлебали из кружек. Ошьти растворился где-то в коридорах, наверняка сторожит какой-нибудь ближайший ход.

— Вы два раза меня удивили. Я не понимаю, как вы меня усыпили и как управляете это дрянью, — ну уж нет, опять он хочет, чтобы я отвечал на его вопросы.

— Рассказывайте, — просто сказал я ему.

— О чем? — пытался увильнуть он.

— Обо всем. Нарисуйте мне картину происходящего, — я обвел в воздухе большой воображаемый шар.

— Да, мы с другого материка. Родители Тефрена работали здесь наблюдателями. Когда все началось, они передали, что разделятся, отправив ребенка с охраной. Просили помочь. Больше мы от них ничего не получили. На мальчике срабатывала несколько раз метка, что позволило обнаружить его местоположение. Отправили меня. И вот я здесь, — закончил он и шумно отхлебнул.

— Можно немного подробностей, значит, его родители шпионили здесь? — вкрадчиво спросил я.

— Нет, они просто наблюдали. Мы никогда не хотели причинить вред. Хотя могли. Нас интересовало, куда приведет ваш путь. Похоже, ответ найден. Как мы и предполагали, вы уничтожили себя, — величественно закончил он.

— Ну, еще не все кончено. А что вы подразумеваете под нашим путем? Магию?

— Именно, — сурово кивнул он.

— Разве у вас нет магии? Я далеко не все понял, но то, что вы творили неведомую магию, я догадался, — ну давай колись.

— У нас свой путь. У нас магия — удел избранных. У вас рабочий инструмент большинства, — немного высокопарно и с напряжением говорил он. Эта тема явно была для него важной.

— А что ваше лишенное магии большинство не способно совсем пользоваться магией? — какие интересные вещи приходится узнавать в этой обстановке.

— Это запрещено. И жестоко карается, — он закаменел.

— Вот оно как. А не расскажите больше о различиях? — это надо же, какие перспективы открываются передо мною.

— Нет. Это выходит за рамки нашего разговора, — он замолчал, ясно показывая свою позицию. Какое-то время мы сидели молча.

— Давайте договоримся о главном. Тефрен останется пока с нами. Как только у нас все наладится, я обещаю, что передам его родственникам, если он будет не против, — нам нужно договориться во что бы то ни стало, но мальчика я так просто не отдам.

— Со мной он будет полностью в безопасности. И я вывезу его отсюда через одну-две луны, — неведомый маг принялся меня убеждать, возможно почувствовал что-то.

— Я хочу, чтобы за ним прибыли его самые близкие родственники, — прощупаем его, на что он способнее.

— Его дед крепкий мужчина. Но его прибытие сюда не простой вопрос, — звучит разумно, но так ли это. Между нашими материками большая вода, но ведь и родителя мальчика сюда попали, и сигнал они передали. И этот родственничек сюда попал, как и хотел.

— Вот и решите его. Я обещаю, что с ним все будет хорошо, — вот тут я ничуть не кривил душой.

— Допустим, что мы договорились. Вы не боитесь, что я приду снова? Или кто-то другой придет вместо меня? — так, он решил меня попугать.

— Я могу допустить это. Ну что ж, это будет неприятно. Мне в любом случае придется усилить охрану и по отношению к мальчику в особенности. Так же предупреждаю, что в следующий раз мирного разговора не будет. Я вас сразу уничтожу, — я пристукнул рукой по столу.

— Это не так просто, — уверенно сказал он.

— Я мог вам просто перерезать глотку спящему, — мое напоминание ему явно не понравилось, он скривился и задумался. Но быстро взял себя в руки.

— Я так полагаю, что вы не расскажите, как вам удалось меня усыпить, — он вернулся к кружке.

— Придержу пока при себе. Итак, мы договорились о главном?

— Договорились, мальчик остается у вас. Я попытаюсь вытащить сюда его деда или еще кого из близких родственников, — хлопнув кружкой, он выпрямился.

— Отлично. Меня интересует правдивая информация о вас и вашем образе жизни, — деловито начал я.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся он.

— Ну не надо быть таким упертым. А если я предложу что-нибудь на обмен? — хитро улыбнулся я.

— Например?

— Например, способ, которым можно точно определить чужака, — начнем с малого.

— Это интересно.

— Как я смог вас усыпить. Как я управляю обручем, — продолжим, главное вовремя остановится.

— Это очень интересно. Согласен. И вы с нами поделитесь этими секретиками в обмен на тайну нашего существования. Вы не боитесь, что если за вами просто придут, то вы сами все расскажете? — ну вот и начались пугалки, неизменный спутник серьезных переговоров.

— Боюсь, конечно, боюсь. Если бы не мой страх, я бы не был всегда настороже. Что позволило мне пленить одного очень самоуверенного ночного гостя. Опять же, отчего вы считаете, что уже полностью оценили меня?

— Наверняка у вас есть пару козырей в рукаве. Но поверьте, против группы моих соотечественников вы не справитесь, — уверенно произнес он.

— Ну а если я вытащу вот такой козырь? — я вытащил из-за спины артефакт и слегка запитал его.

— Не может быть! «Ба даах-ка рок», вы безумец. Вы хоть понимаете, что в ваших руках? Уничтожьте его немедленно. Черт, ваш ошейник жжется, — он попытался рукой оттянуть своего металлического стража.

— Успокойтесь. Я точно знаю, что за оружие у меня в руках. Как оно действует, и какие могут быть последствия. Я вас просто предупреждаю. Предостерегаю от непродуманных действий.

— Хорошо. Могу я, наконец, поговорить с мальчиком? — как-то быстро он согласился.

— Да, конечно. Я попрошу Ошьти привести его сюда. Когда он встанет. И как вы сказали? Поговорить? Вы думаете, что с вами он перестанет молчать? — а вот это меня серьезно интересовало, я ведь так и не смог разгадать тайну его молчания.

— Не уверен. Но мы друг друга поймем. И еще, мне нужно снять с него плетение, — он подобрался.

— На нем ваша невидимая магия? Теперь понятно, почему я не мог понять, что с ним. Кстати, что с ним? Что за плетение необходимо снять? То, которое мешает ему говорить? — будем тянуть этот невод потихоньку.

— Нет. Вернее напрямую заклятье конечно не мешает. Но состояние, в которое ввела его мать, не позволяет ему правильно общаться с окружающим миром, — она смешался, явно пытаясь придумать, что говорить, чтобы не выболтать многое.

— А не расскажите, зачем она своего ребенка так приложила? — я был настойчив.

— Для того чтобы работало плетение «Удачных мостов», иначе мальчик сошел бы с ума.

— Никогда не слыхал. Так жестко со своим ребенком. Магия хоть стоящая? — небрежно поинтересовался я.

— Судя по тому, что он жив, да, — ответил он мрачно.

— Постойте, магия тут ни при чем. Его спас мой помощник, случайно конечно, — горячо сказал я.

— Вот именно случайно. И случайность эту подстроила именно магия, — он глянул на меня исподлобья.

— Та-а-ак, — протянул я. — Вы меня дурите что ли? Если нет, то это все переворачивает с ног на голову. Магия, воздействующая на удачу? Как такое может быть? — точно дурит.

— Его мать очень сильный и опытный маг, — расплывчато ответил он.

— Все равно у меня это в голове не укладывается, как можно воздействовать на то, чтобы случайные события складывались удачно для конкретного человека? Человек сам не понимает местами, что сделать, чтобы было лучше, а некое плетение знает точно? Это крайне удивительно, — я загорелся, какие интересные вещи получилось узнать. Возможно, высшие маги это знают, и для нас, простых смертных, это тайна. Хотя что-то мне подсказывало, что эти неизвестные маги знают больше чем мы.

— Не более чем ясновидение и предвидение. Вы ведь уже свыклись с Авитой? — он усмехнулся.

— Значит это из той области. Тогда может быть. Хотя все равно непонятно. Если она такое может, то почему не наложила плетения на всю свою семью. Спаслись бы все дружно.

— Там не все так просто. Я не знаток этой магии. Много ограничений, и тому подобного, — он развел руки.

— Но как снять плетение, вы, тем не менее, знаете? — с подковыркой спросил я.

— Меня научили, это намного проще, — гость был спокоен.

— А зачем его вообще снимать. По крайне мере сейчас, отправите уже к себе и тогда, пожалуйста, — я протянул рукой вдаль.

— Нельзя. Откат. Чем дольше действие, тем сильнее откат, — вот значит как, какой-то хитрый откат.

— Что ему угрожает? — это меня интересует в первую очередь.

— Не знаю, мне не сказали. Но пока все не так плохо, — гость нашел правильную линию: простой исполнитель знает то, что знает, и ничего более.

— Да, я согласен, давайте снимайте. Ждите здесь.

Скальное убежище.

— Ты завтра собираешься на Изумрудный локоть? — Авита гладила мои вещи. Валик гладильщика был тускл, брусок еле нагрет, она брала складки чистым упорством. И ее вопрос прозвучал буднично.

— Да. Я не был там после первой партии людей. Всякий темный люд из диких кварталов. Надо съездить посмотреть, как там что. Не получилось ли у нас создать еще одни трущобы. Не это мы планировали. Ну и хорошо бы глянуть, кто же к нам потянулся. Что за люди. Поговорю с ними. Мне интересен их дух, мысли и настроения. Всю важную информацию из них уже вытянули, но я хочу почувствовать, чем они дышат, — я занимался обслуживанием моего верного арбалета. Сложный механизм пассивных магиков, обеспечивающих легкое взведение и мощный бой, требовали регулярного и тщательного ухода.

— Я хочу поехать с тобой, — продолжая глажку, заявила моя супруга.

— Скучно? Ладно. Надо передать, что мне нужна еще одна лошадь, — действительно, что я ее здесь постоянно держу. Здесь, конечно, безопасно, но должно быть очень уныло. Тонкими продольными каналами из особого материала в этот раз придется заняться тщательнее. Я долго не стрелял из моего любимца, а это вредит не хуже частого использования.

— А кто еще поедет с нами? — неужто еще кого-то хочет потащить с нами. Филис и здесь хорошо. Ошьти в этих горах как дома, а Тефрен ходит за ним как привязанный. Наверно проще заменить вставки, благо есть запасные.

— Точно не знаю. Кто-нибудь из администрации. Ну и возьмем группу патруля в сопровождение, — может, хочет кого-то из города увидеть. Да вот только кого? В первое посещение они точно ни с кем, кроме Марица, не общались, да и во второй, во время нашей чудесной свадьбы вряд ли. Освободив крепления, я принялся вспоминать, как же производится замена по инструкции.

— А братья из ордена истребителей Тьмы поедут? — ну с этими она точно не могла познакомиться, их и не было тогда еще. Откуда она вообще про них разузнала? Я отложил полуразобранное оружие в сторону.

— Не знаю. Возможно. Так. Погоди. Что за странные вопросы? А ну рассказывай, — я подошел к ней и развернул лицом ко мне.

— Я видела. Там будет страшный. И только я его смогу узнать. А братья в белых плащах его победят, — в ее ясных глазах страх мешался с восторгом.

— Ты уверена? Нам с тобой ничего не угрожает? — совсем подзабыл я, с кем меня жизнь свела.

— Нет. Этого я не видела, — и то хорошо. Правда еще не факт, что если она чего-то не видела, значит, этого не будет.

— А может, ты просто расскажешь мне, как он выглядит? И что значит страшный? — что же такое мы просмотрели у себя под боком?

— Ну, страшный. Я не знаю, как он выглядит, я знаю, как я его увижу, — женщин и так бывает нелегко понять, а тут еще и начинающая ясновидящая.

— Кто хоть он такой? Лазутчик или одержимый Тьмой? — вот интересно, что страшнее? То, что нами заинтересовался организованный противник или что мы не способны разглядеть семена Тьмы у себя под носом?

— Да не знаю я, кто он такой. Я только помню, какой страх меня охватил. А потом белые плащи набросились на него, и страх ушел, — белые плащи хорошая задумка. Истребители ухватились за этот символ, и слыхал я, что они очень ревностно относятся к нему. И тем, кто не входит в орден, носить такие одежды очень не рекомендуется. Ну да ладно, если они смогут справиться с врагом, уже радует.

— Хорошо. Поедем вместе. От меня не отходить. И наденешь на себя все, что я скажу, — уж не беспокойся, я на тебя столько всего навешу.

— Я тоже хочу белый плащ, — капризно сморщила носик Авита.

— А зачем белый? Белый и так все носят. Хочешь серебряный? — не то чтобы я боялся орденских модников, но лучше, чтобы она выделялась в толпе. Мне так будет проще.

— О-о-о! Да. Хочу. А он такой только у меня одной будет? — похоже, я попал в цель.

— Такой? Такой точно только у тебя одной, — заодно и попробую кое-что из новых наработок. Я здорово продвинулся в пассивной защите, подсмотрел пару идей в спецхране. Все же зря, что такие уникальные образцы сокрыты от исследователей. Сколько нового можно оттуда воспринять. С другой стороны применить во зло это тоже проще простого. Эх люди, люди.

Окрестности лагеря временно задержанных Изумрудный локоть.

Наш небольшой отряд вышел к мосту через Быстрицу. С той и другой стороны его охраняли воины ополчения. Я взял с собой два патруля и больший отряд братьев ордена истребителей. Вдобавок велел усилить охрану северного моста и стянуть туда все ближайшие патрули. Кавалерийская сотня получила приказ находиться поблизости, в полной готовности начать преследование, если противник сможет убежать с острова.

— Может, все же скажете, с чем нам предстоит сразиться? — возмущенно протянул брат Ланс, оглядываясь по сторонам и обшаривая округу слабыми плетениями.

— Вы мне не верите? Я честно говорю, что не знаю. Есть подозрение, что на остров пробралась Тьма. В неизвестном обличии, — как бы объяснить ему все. Тем более я сам не уверен, что полностью понимаю происходящее. Да и авторитет, с таким трудом заработанный, не хочется терять. Все же Авита недоучка.

— На острове постоянно дежурят братья. Первую проверку все вновь прибывшие проходят именно на Тьму. Это уже потом ими занимаются ваши чернильные крысы, — я покосился на Ланса, что-то мне не понравилась его интонация.

— Значит, они что-то пропустили, — надо бы сбить с него спесь, а то в дальнейшем могут возникнуть никому не нужные сложности в понимании.

— Если они не справились, почему вы думаете, что мы справимся? — видимо, брат Ланс разглядел в моих глазах мои мысли и решил сбавить обороты.

— У нас нет другого выбора. И у меня просьба — постарайтесь избежать лишних жертв, — не знаю, зачем я это сказал. Если честно, то я невысокого мнения о боевом уровне ордена истребителей. Да, плетения они могут строить мощные, но одного этого мало.

— Оставьте. Мы не кровожадные вояки. И не глупые мальчишки, — отстраненно в сторону пробурчал Ланс.

— Нет? Конечно. Но начнете магией швыряться, а там люди живут скученно. Заденете запросто, — реального боевого опыта у них действительно очень мало.

— Поглядим. А хоть какой-то план у вас есть? — оставив его вопрос без ответа, я позвал рукой командиров патрулей. Эти, конечно, опытные люди, но смогут ли они справиться с незнакомой опасностью?

— Движемся вдоль поселка от моста к мосту. Впереди в десяти шагах первый патруль. Затем я с Авитой. Вы за нами и еще в десяти шагах группа второго патруля, — командиры кивками дали понять что обстановку они уяснили.

— Я вот еще хотел спросить, может ваша молодая жена останется здесь? Там может быть опасно, — Ланс решил проявить заботу. Я отправил патрульных на позиции.

— Только между нами, я не хочу, чтобы это знание распространялось. Авита нам и поможет обнаружить врага. Она наше так сказать секретное оружие. Понимаете, секретное! Так что молчок и внимательно следите за ней. Ну и личная просьба — прикройте ее. Я сам буду заниматься только ее охраной. Но все же. Ладно, в путь!

Это место изначально было отведено под колонию-поселение старых сидельцев.

Система наказания империи строго отмеряла их количество. В общей массе стариков было мало. Империя знала два основных наказания: денежный штраф или смерть. Для всех преступлений ненасильственного характера назначалась сумма, пропорциональная тяжести совершенного. Для тех, кто сотворил насилие над гражданином, — смерть. Конечно, были граничные злобства, всякие бытовые преступления, драки между гражданами и тому подобное. Однако была развита практика досудебных решений. Граждане могли заранее договориться о плате за то или иное преступление. И только для тех, кто не мог или не хотел договориться, существовало имперское правосудие, которое и определяло бедолагам, совершившим насилие не по ранее подготовленному замыслу, а просто по ситуации, наказание ограничением свободы. Они сидели в имперских тюрьмах. У них была возможность выйти под поручительство выкупаемой стороны. Если, конечно, виновная сторона была не против. Таких случаев было тоже немало. В итоге в тюрьмах сидели единицы от преступивших закон. Когда же их силы уже не могли способствовать побегу либо другим преступлениям, их определяли в поселения. На юге было только одно место. Колония Изумрудный локоть.

Неизвестно кто дал название этой местности и чем он руководствовался. Но оно существовало давно. Предполагаю, что название было навеяно просторными лугами, которые произрастали благодаря разливам реки. Они не особо использовались местными из-за трудной доступности. Переплывать реку для сенокоса, да и еще потом переплавлять копны сена, местные не хотели.

И вот южный начальник нашел выгодное место. Возвели два небольших деревянных моста. На которых в основном и стояла стража. Переплыть Быстрицу не так уж и сложно. Несложно для здорового молодого человека. И того, что старички переплывут на другой берег, никто не опасался. Охрана на узких мостах справно держала оборону.

Когда все началось, об этих местах заботиться стало некому. Кого покосила лихорадка, кто умер от голода. Колония ведь полностью зависела от поставок снаружи. В начале наших времен я обратил на нее внимание. Идеальное место для фильтрационного лагеря. Оба моста укрепили. Северный стал входным, южным выездным.

Охрана моста, выстроившаяся после нашего прибытия с той и этой стороны, уже устала изображать себя бравых вояк и позволила себе расслабиться. Когда мы тронулись, они снова засуетились. Не обращая на них особого внимания, мы втянулись через мост на остров. Патрульные поспешили вперед, мы с братьями медленно поскакали по единственной главной улице. На острове было не особо весело. Постройки, возведенные для временного пристанища, назвать домами было тяжело. Просто огороженные навесы. Грубые каменные очаги между ними и будки отхожих мест. В центре двухэтажное здание главы. Первый этаж выложен камнями. До зимы должны поднять стены выше. Получится маленькая крепость внутри поселения. Позади деревянные бараки служивого люда, охрана, писари, дознаватели, врачи, повара. Там, где раньше доживали свои годы старые злодеи, теперь обитала обслуга лагеря. Они выезжали сюда на десять дней, потом их сменяла другая группа. Рядом же низкие полувкопанные постройки продовольственных складов. Питание здесь было без излишеств, но голодных точно не было. Кстати, надо бы проверить. Корни воровства прорастают очень быстро. И что делать с подготовкой к зиме? Хорошо, пока беженцев мало и есть место для строительства. Хотя что в этом хорошего? Что их мало.

Передовая группа уже сворачивала на дорогу к северному мосту. Мы поравнялись с крыльцом главного здания, на которое уже вышел глава. Я посмотрел на Авиту, она оглядывалась по сторонам; уловив мой взгляд, она отрицательно покачала головой.

— Здесь особо гулять негде. Давай, укажи его, — я чувствовал, как холодок напряжения пополз по спине.

— Не здесь, — тихо ответила она.

— А где? Слушай, если ты… — я решил поднять разговор о ее возможной ошибке. Правда совершенно не к месту.

— Туда, к скалам, — Авита прервала меня на полуслове и направила коня левее.

— Хорошо. Приготовились, — я отдал приказ передовой группе стоять на месте и быть в готовности.

— Здравствуйте, господин Наваль. Пожаловали к нам с инспекцией? — из здания администрации к нам поспешил глава.

— Не сейчас господин Труфус. Разбудите всех своих врачей, они сейчас могут пригодиться, — оставив изумленного главу стоять посреди небольшой площади, я поспешил за Авитой.

Мы выехали вместе к продовольственным складам. Там царило оживление. Рассыпались крупы и рубились туши. Учетчик что-то чертил в бумажке. Группа мужчин и женщин бойко ругалась с кладовщиками, они редко огрызались. Поодаль группка каких то убогих в тряпье наблюдала за раздачей продуктов. Из жилья поглядеть на нашу компанию вытягивались местные жители. Это было лишнее. Как бы их загнать обратно под навесы?

— Там, — Авита указала на компанию в рубище.

— Кто из них? — я взвел свой верный арбалет.

— Сейчас он покажется, — в ее голосе сквозило возбуждение.

— Видящая, — от одной из сидящих в пыли фигур раздался низкий гул.

— Это он, он такой ужасный, — Авита подала коня назад, пытаясь укрыться за меня.

— Да что в нем такого? — братья выстраивались в полукруг, обращенный к оборванцам, и я выстрелил «жгучкой» в бродягу. Болт прошел сквозь него, ударное заклинание не сработало, вернее, сработало, но уже позади него и огненный раскаленный наконечник принялся прожигать скалу, а картина изменилась. Вместо утлого сгорбленного калеки перед нами предстала высокая фигура в черном плаще. Из-под огромного капюшона была видна металлическая маска. На фоне общего мрака она блистала крупными сочленениями. Серебряный череп с десятком челюстей, расположенных одна под другой. Нижний конец маски располагался на уровне живота.

— Демон, — выдохнул брат Ланс, и перед ним заклубилось мощное святое плетение. Я отбросил арбалет и закрутил перед собой «пыльную метель», один из братьев ударил заранее подготовленным плетением что-то ударно-толчковое. Но демон всего лишь заколебался, как под порывом ветра.

— Мы придем за тобой, видящая, — вновь раздался гул. И тут ударили основные силы. Мир перед нами провалился в светящуюся белую перину. А когда к нам вернулись обычнее краски, то куска острова перед нами не было. Ни складов, ни людей, ни демона. Сверху сыпались камни, вода бурлила, образуя новую заводь.

— Ну, я как-то так все себе и представлял. Единственно, я не понял, брат Ланс, вы что, смогли уничтожить демона? Вот так вот одним групповым залпом? — как все быстро произошло. Надо взять себя в руки и собраться.

— Демона? — Ланс рылся в поклаже. Достав широкую фляжку и просто оторвав резьбовую крышку, он присосался к горлышку. Остальные братья были ошеломлены произошедшим не меньше. Обе группы патруля, быстро к нам прискакавшие, крутились в округе, выискивая врага.

— Это ведь демон был? — вкрадчиво спросил я.

— Нет, Лекс, это был не демон, — шепнула мне Авита.

— Не демон? — что-то они меня запутали.

— Конечно, нет. Демона мы бы только отпугнули, — Ланс оторвался от фляжки, и переведя дух, вытер рукавом губы.

— Что же это было? И почему вы закричали, что это демон? Кстати мой аламат не показал ничего, хотя демона должен был обнаружить. Может, объясните, кого вы сейчас стерли с лица земли, вместе, кстати, с невинными гражданами империи, — боевые потери среди мирных жителей нам сейчас совсем не нужны.

— Когда он раскрылся, я точно понял, что это демон. Совершенно не представляю, как он мог укрываться. Но когда братья стали бить и я готовил «белый ветер», я уловил неточность. Это был не демон, но демон был с ним. Непонятно, — брат Ланс был явно обескуражен.

— Одержимый демонами? Персонаж из романов ужаса? — хотя я точно знаю, что они не просто персонажи. Ну что ж, хоть картина происходящего начала складываться. Плохо, что они вообще есть, да к тому же еще и нами заинтересовались, но хорошо, что мы смогли его обнаружить и уничтожить.

— Да, точно одержимый. Я понял, демона не было с ним рядом и мы его не чувствовали а потом он появился. Мы ударили, и нам хватило сил уничтожить одержимого. Но где тогда сам демон? И сколько он таких людей имеет рядом с собой? — Ланс опять приложился к фляжке.

— Хороший вопрос. А местных, я думаю, больше волнует, что они будут есть сегодня. Вы уничтожили все их запасы, — местные робко начали подходить к нам, с удивлением глядя на пустое пространство перед собой.

— Господин комендант лагеря, я думаю, найдет решение. А мне нужно обсудить этот вопрос с братьями. И дозволено мне будет поговорить с вашей женой? — командир орденской дружины явно заинтересовался талантами моей Авиты.

— Я назначу вам дату и место встречи, — устанешь ждать, ишь прыткий какой.

— Благодарю вас, — Ланс повернул коня и отъехал к своим.

— Господин Наваль, что случилось? — ко мне подбежал Труфус в окружении своей охраны и в сопровождении врачей. В собравшейся толпе уже раздавался плач.

— Все под контролем. Мы справились со скверной, проникшей в лагерь. Но зло оказалось слишком сильно. К сожалению, пострадали безвинные люди. Врачи уже никому не нужны. Составьте списки пострадавших и затребуйте из гарнизона припасы взамен уничтоженных. Действуйте, вы же здесь главный.

Малую луну спустя.

Недалеко от пограничной крепости. Заходящее солнце раскрасило скалы в причудливое переплетение света и тени. Ири появился тихо и почти незаметно.

— Спасибо, что приняли мое приглашение, — мой голос выражал искреннее почтение и благодарность.

— Ты не спеши, рассказывай, что удумал. А то с места не сдвинусь, — сделав несколько широких шагов, Ири замер, как скала, как будто и вправду собираясь замереть.

— Все очень просто. Хочу сэкономить нам время. Используя это, подтянем всех темных тварей в одно место, и там их всех и… — я накрыл сжатый кулак левой руки открытой ладонью правой.

— Покажи. Интересно, — увидев на моем походном столе нечто, он оживился.

— Да, это очень интересный магик, — важно ответил я, но этот чертов великий маг меня бесцеремонно прервал.

— Да обычный чертог, — с некой ленцой протянул он, — Чертог «серой Тьмы», если быть точным. А вот зачем здесь двусторонний контур? — уже заинтересованно сказал он.

— Как двусторонний? — я резко вспотел. Лицо кинуло в жар.

— Не заметил? Ну ты и тетерев. А говорят мастер. Вот смотри здесь, здесь и здесь, — расцветив, энергетические потоки в разные цвета, показывал мне он.

— Я думал, это отвод для сброса перегрузки, — как юный школяр залепетал я.

— А перегруз здесь что? И куда он сбросится? — уперся в меня сверлящим взглядом Ири.

— Но никакой обратной связи, — несколько растерянно сказал я.

— Испугался? Пробовал уже небось, а теперь представил, что с тобой могло бы быть? Не бойся здесь эхо-контур. Напрямую не закорочен, — чертов старик явно наслаждался ситуацией.

— То есть можно использовать для связи? Но ведь ни об одном контакте с темным разумом нет ни единого упоминания, — осмысливая положение, я решил свалить все на известных авторитетов.

— Возможно, кто-то не оставлял надежды. А может, не оставил упоминания. Я согласен, — спокойно добавил Ири.

— На что? — бездумно спросил я.

— Вот балбес, ты зачем меня сюда позвал? — резко повернувшись, он смотрел на меня, явно борясь со смехом.

— Запудрил голову, старый. На рассвете выходим, — я почесал затылок и вышел из палатки.

Окрестности земель гарнизона. Овраг старых корней.

В целом идея выглядела хорошо. Призвать тварей и прочих. Затем при помощи артефакта уничтожить их одним сильным ударом, чем бегать по холмам и предгорьям, каждый раз подвергаясь опасности малые группы. Ударить один раз всеми силами. Но были и неясные вопросы. Если запитать магик слабо, то не получится ли лишняя трата сил, а если задействовать его на полную мощность, то не выйдет ли так, что мы понесем ненужные потери? Почему я и позвал великого мага как запасную силу.

— Отряды вышли на позиции, — доложил ак Турот. Мой боевой ординарец Турот, будучи молод, побывал в серьезных передрягах. Его боевые раны и послужили причиной столь раннего выхода не пенсию. Но, пообщавшись с ним, я понял, что он именно тот, кто мне нужен. В боевые ряды его пускать совершенно бессмысленно, бывалый молодой солдат не сможет выдержать тот накал, но в моем штабе этот опытный и быстро соображающий воин просто незаменим. Скорость оценки боевой ситуации у него просто великолепная; если бы жизнь сложилась другим образом, то империя получила бы великолепного тактика. Печально, что такой талант пропадал в империи, недоофицерский чин, малая пенсия, унылое существование в захолустье. Здесь при мне он получит должное место. Хотя его раны залечить некому. Попросить Ири? Он наверняка сможет ему помочь, магические раны для великого мага если не пустяк, то и не проблема. Не будем загадывать, посмотрим, что будет дальше.

Магик помещен в глубине долгого оврага. На вершинах двух главенствующих в данной местности холмах разместились отряды арса, усиленные группами самых подготовленных ополченцев гарнизона. Широкая лощина позволяет быстро добраться сюда отряду нашей кавалерии во главе с Кроссом. Со мной находились наша сборная группа братьев истребителей и особая боевая группа императорской гвардии, во главе которой я поставил князя Матина. Я добавил в нее десяток проверенных людей Морица. Наши люди из канцелярии, оснащенные всеми моими достижениями. Вкупе с резкими и бывалыми моряками Мали они составили мой оперативный резерв. Братья должны осуществить главную атаку, люди арса и кавалерия играли роль боевого охранения. Ну а моя резервная группа была готова выступить в любой момент и прикрыть самое важное направление, во главе со мной и при помощи великого мага конечно.

Я передал сигнал, и наша гордость Ири быстро запитал магик. Быстро и максимально полно. Укрывшись защитными чарами, в сопровождении двух воинов арса он отступил. И мы принялись ждать. Пройдясь в округе поисковым плетением, я опять убедился, что ничего не замечаю. Флюиды темного заклинания я не смог заметить. Оно не проявляло себя в обычных спектрах и даже ничуть не фонило. Превосходная работа.

Первыми с юга в овраг пробежала небольшая стая нечистых. Нас они не заметили. Потом долгое время ничего не происходило. И вдруг началось. С севера потянулась вереница серых призраков. Какая-то ранее неизвестная тварь протекла с запада. Водянистое туманистое тело. Я начал судорожно перебирать арсенал в поисках лучшего оружия против нее.

— Туман болот, видал я такое. Редкая штука между прочим, — произнес Ири.

— Названия потом. Чем его бить, *******, — мое лицо покрылось потом.

— Огнем и железом, чем еще? — спокойно ответил старик.

— Куда бить? Он длинный, — я лихорадочно рассуждал, не пора ли подтянуть наши громотухи. Хотя здесь их было всего две. Ценное оружие и раздобыть в округе больше негде.

— А я почем знаю? Я тебе что, справочник по темным тварям, — огрызнулся Ири.

— Ну ладно, не кипятись, посоветуй что-нибудь.

— Не знаю. Давай ударим посередине, а потом посмотрим, — он смотрел на происходящее спокойно. Меня это тоже немного утихомирило. Но запал еще не угас.

— Потом посмотрим? Какой у меня толковый специалист, — поддел я его.

— Не надо кричать. Я делаю что могу, — уже раздраженно ответил он. Мои подначки действовали.

— Ну так делай. Там мои люди будут гибнуть, — я решил увеличить градус истерики, пусть кабинетный старичок почувствует, каково оно быть в боевой обстановке, когда твои действия могут повлечь неожидаемые последствия.

— Засранец. Его люди. Знал ведь, что ты меня запряжешь, — желчно пробормотал старикан.

— Ну да. А что, ты против? — злым голосом, с напрягом спросил я.

— Да сделаю я этого змея. Только не мешай, — он ушел в себя.

— Прикройте великого мага, — уже совершенно спокойно скомандовал я воинам.

К счастью, это была единственная неожиданность. Всех остальных мы знали хорошо. Твари, расположившись возле магика, не проявляли активности, и можно было атаковать. Была только одна проблема. Если выключить магик сейчас, то наши противники начнут сопротивляться. Если же оставить включенным, то есть шанс, что нам в спину ударят новые твари.

Бойня началась. Спустившись с холмов, ударные группы прикрывали братьев, те же мощными плетениями выжигали овраг. Истлевшие и обугленные костяки тварей покрыли все дно. Водянистая тварь плелась по дну, удары высекали из нее пар. Братья, сосредоточившись, одним мощным ударом уничтожили ее.

— Неплохая команда. Мне нравится твой стиль, Наваль. Многократное превосходство в силе. Это признак долгой жизни, это путь великого мага, жаль, что ты так слаб в магии, хоть и искусен. С тебя бы вышел ток.

— Спасибо, князь Ир.

— Хе. Вечно вы что-то понапридумываете.

Спустя две большие луны. Кабинет имперского коменданта.

Осень в этом году щедрая. Люди гарнизона заняты делом — работали над урожаем. Обширные заброшенные пшеничные поля, обработанные деятельными руками, дали всходы. С этим полями, конечно, повезло. Во время продовольственного бума прошлых лет местные помещики расчистили много места, но их потуги были лишними. Бум, спровоцированный продуктовыми спекулянтами, быстро спал. Потребность в еде упала, но поля остались. Многие мои подчиненные, пережив голодную зиму, с радостью взялись за земледелие; перепрофилировав несколько магов малой руки на сельское хозяйство, мы получили шикарные всходы. Голод нам точно не грозит. Еда, конечно, будет не особо разнообразна. Потребность в мясе нам не скоро удастся восполнить. Сначала многочисленные южные стада выкосила черная болезнь, не делавшая разницы между разумными и неразумными, а потом голод уничтожил почти все племенное стадо. Надежды, что удастся собрать одичавший скот, не оправдались, темные твари сделали свое дело. Ну да ничего, разница между пустым брюхом и полным сильно разительна, даже если придется каждые день есть одно и то же.

В голове крутились разные мысли, и главное — чем дальше воодушевить людей. Набирали силы осмелевшие дворянчики. Теперь, когда непосредственной угрозы жизни не было, они уже задумались о своих привилегиях. Орден истребителей вобрал в себя самых сильных воинов и магов. Но вся остальная кичливая масса начала доставлять мне неудобства. Заявить о своих требованиях открыто они, конечно, не могли, мы с Марицем работали, к тому ж память о Фиситоре еще не угасла, да и великий маг Ири один стоил немало. Но интриги мощным потоком хлынули из замка. Пока коронный советник меня всецело поддерживает, я мог ни о чем не беспокоиться. Но если пустить все на самотек, я могу жестоко разочароваться. Конечно, я задумал пару ходов, но им явно не хватало глобальности.

— Передали с границы. Замечена большая группа людей. Движется к нам, — серьезная новость не повлияла на спокойствие моего адъютанта.

— Насколько большая? — я вскочил, талад упал в бумаги.

— Более двух тысяч. Вооружены. Впереди идет разведка. Но неумелая, наши медленно отступают, их до сих пор не заметили, — спокойно перечислял он.

— Такая большая группа по всем признакам банда. Поднимайте всех. Сколько им еще до форпоста? — я сгреб магики в маленький сейф.

— До вечера будут.

— Почему раньше не заметили? — я снаряжался, перебрав свой арсенал; надеюсь, выбрал самое подходящее.

— На таком расстоянии патрули редкие. Просто попали между группами, — спокойно добавил он.

— Мне нужно знать о них больше, — я присел на дорожку, прокручивая в голове различные варианты.

— Соседние патрули стягиваются. С востока подойдет группа с зорким.

— Останетесь здесь. Формируйте отряды пехоты, отправляйте к Желтой впадине. Затем продолжите здесь же формировать ополчение.

— Надеюсь, до этого не дойдет.

— Я тоже, — я взял с собой свой верный арбалет. Хотя ясно понимал, если дело повернется таким оборотом, то от него толку будет немного. Но я привык чувствовать под рукой полированное ложе арбалета. Он придавал мне уверенности.

Из трактира я быстро выбежал на улицу. Народ суетился во дворе. Окинув взглядом происходящее, я двинулся к станции имперской дороги. Карету уже готовили. Возле нее уже шел спор за место. После того как я реквизировал лошадей для нужд патрулей с передвижением, местным дворянам стало хуже. Бить ноги знатные господа не желали. Хотя они, конечно, были вооружены и могли оказать помощь. Да и добираться до северного форпоста неблизко. Благородные мужи, вооружившись, желали переместиться к месту битвы. Кивнув знакомым, я двинулся к повозке. Есть и хорошие воины, но места мало.

— Риона, не откажитесь прокатиться со мной? — графиня оделась по-походному. Даже короткая сабля была при ней. Не сомневаюсь, что ее учили бою на традиционном оружии. Южные князья не были пустыми владетелями. Но меня больше интересовал ее магический талант, ну и в целом эта прекрасная женщина составит мне лучшую компанию.

— С удовольствием, советник.

Уже в пути пришло новое послание: «Разведка противника обнаружила форпост. Наблюдает. Уточнена численность. Около пяти тысяч гражданских. Примерно тысяча вооруженных».

— Тысяча вооруженных. Это не две. А такое количество мирных жителей меня совсем успокаивает. Скорее всего, это просто беженцы. Сколотились в одну группу. Я нечто подобное и ожидал. Не может быть такого, что севернее все погибли. И со временем мысль двинуться в теплые края должна была прийти к ним в голову, — я откинулся на спинку кресла, пару раз нас мягко метануло, местами дорога поплыла на почве, хотя полотно было цело.

— Значит, отбой тревоге? — бодро спросил связной, сидевший впереди.

— Ни в коем разе. Кто их знает, с какими мыслями они сюда пришли. Наверняка придется их ломать. Подчинять себе. И мне не хотелось бы новых «гугов», — я погрузился в мысли, вспоминая разработанные нами с Марицем схемы. Надо сделать поправку на наши возросшие силы, а также на одержимых.

На северном форпосте было напряженно. К постоянному гарнизону из пятидесяти человек подтянулись ближайшие патрули. Кавалерийская сотня была уже на подходе. Из Изумрудного локтя снялась большая часть охраны. В целом около двух сотен против тысячи.

— Они еще не поняли, что их видят? — спросил я командира местного отряда.

— Вряд ли, — кисло ответил он.

— Пошлите герольда. Пусть объявит. Хотя нет. Я сам. Дайте мне вашего коня, — он тут же спешился.

— Разумно ли это? — спросил он, оглядываясь на свой не такой уж и большой гарнизон.

— Среди них есть маги? — я пытался приноровиться к коню, вроде спокойный жеребчик засуетился подо мной.

— Не обнаружились, а так кто знает, — ответил он.

— Леди Риона меня прикроет, — я повернул коня к ней.

— А давайте я с вами? — задорно спросила она.

— Хорошо, возьмите коня у кого-нибудь из патрульных. Кто бы они ни были, надеюсь, они не будут стрелять в такую красивую женщину, — я улыбнулся ей.

Не спеша мы выехали из открывшихся ворот форпоста. И обогнув его невысокую деревянную стену, направились прямо к холму, на котором за нами наблюдали неизвестные. Пустив лошадь сначала вскачь, я вскоре ее осадил и шагов за сто до разведчиков остановился. Меня догнала Риона и загарцевала рядом, ее конь никак не мог привыкнуть к новой хозяйке. Эти переученные замковые кони доставляли хлопот.

— Вы находитесь на землях имперского гарнизона. Выходите. Мы вас видим. Назовитесь. Кто вы и с какой целью сюда прибыли? На землях гарнизона объявлено военное положение. Предупреждаю, если ваши действия покажутся нам опасными, вы будете уничтожены, — я слегка усилил свой голос, используя возможности служебного жезла.

Наблюдатели, стараясь не шуметь, тихо спустились с противоположной стороны холма и резво направились прочь.

— Какие-то они робкие, — улыбаясь, сказал Риона.

— Они выполнили то, зачем их послали. Сейчас донесут своему начальству. А мы будем ждать, — я повернул коня.

— Битвы не будет? — Риона последовала за мной.

— К счастью, пока все идет хорошо, — я пустил коня вскачь.

Вернувшись на форпост, я увидел Кросса. Он оживленно спорил с кем-то из наших патрульных.

— Приветствую, — я поднял правую руку.

— Ясного солнца. Пролили первую кровь? — заинтересованно спросил он.

— Только первый пот. Осень в этом году жаркая, — я спрыгнул с коня.

— Я оставил труну в роще. Куда нанесем удар? — Кросс гарцевал на своем любимце.

— Пусть приведут себя в порядок. Думаю, сегодня вам предстоит парад, — я пошел к форту.

— Парад? — изумился Кросс.

— Да. Представьте, что к вам в часть приезжает император. Выполняйте, — махнув рукой, я удалился.

Солнце клонилось к закату, когда пришло донесение: «В нашу сторону движется группа вооруженных всадников. До сотни. С флагами имперского легиона».

— Уточните, какого легиона, — попросил я.

— Сложно определить. Как будто что-то морское. Да и не думаю, что эти следопыты так же разбираются во флагах, как в вылазках, — командир местного гарнизона знал, с кем служит.

— Морское? Хм. Стройте конную сотню. Гарнизон форпоста на стены.

Мы выехали втроем вперед. Слева была леди, справа сат. Показались верхушки флагов. Затем из-за холмов показались всадники.

— А лошади у них хороши, — заметил Кросс. Ну да, кто о чем, а старый кавалерист о лошадях.

— Вот только сидят они в них мешками. Но это-то и понятно. Легион «Морской дракон». Я просто не верю своему счастью! — я позволил улыбке завладеть своим лицом.

— Морской десант. Здесь? Чудны дела твои, господи, — не ожидал от леди такой набожности.

— Обратите внимание. Они все в парадной форме. Правда оружие самое что ни на есть боевое, не по уставу, но и это понятно. А вон обратите внимание на парня за знаменосцем, у него «огненный кнут», — я ткнул на всадника, который, будучи в первых рядах, старался кем-то прикрыться.

Сотня легиона остановилась. От них отделилась группа из трех человек.

— Я имперский легат Ашран. Командир легиона «Морской дракон». С кем имею честь разговаривать? — крепкий мужчина с обветренным лицом бросал вежливые слова как камни.

— Комендант имперского гарнизона в осаде флаг-советник эл Наваль.

— Флаг-советник? Из армейских что ли? — скривив рот, спросил он.

— Тайная канцелярия, — ответил я.

— Бочку соли мне в глотку. Ну почему и здесь канцелярская крыса. А есть кто поважнее? — он пробежался беглым взглядом по моим спутникам и обратил взор за наши спины.

— Нет. Но у вас и выбора нет. Откуда вы? — я решил взять инициативу.

— Из Саббата, — бросил он.

— Что там? — потянулся я к нему.

— Сандийский десант, — тихо ответил он.

— Худшая новость этого года. Ладно, легат. Ты как предпочитаешь? Разбить здесь шатер или пойдем в кабинет коменданта форпоста? — я повернул коня вполоборота.

Легат молча смотрел на нас. Потом прошелся взглядом по нашей кавалерии и по гарнизону на низких кривых стенах.

— У меня четыре тысячи восемьсот гражданских. Старики, дети, женщины. Им нужна еда и кров, — тускло произнес он.

— Мы поможем им. Засыпать пряниками не обещаю. Но голодать никто не будет. Кров придется построить самим, но мы и тут поможем. Что будут делать твои воины? — я перешел на ты.

— Я должен защищать земли империи, — с мрачным огнем ответил он.

— Вернешься отбивать Саббат? — недоверчиво спросил я.

— Я должен защитить граждан империи. В Саббате их почти не осталось. Все здесь, — он махнул рукой за спину.

— Пять тысяч? Из почти двух миллионов? — я искренне удивился.

— Да. Сандийцы, думаю, тоже не ожидали увидеть то, что они увидели, — криво ухмыльнулся он.

— Сколько их?

— Около десяти тысяч десанта. Еще столько же на флоте, в корабельных командах, — легат поправил ножны и оглядел своих молчаливых спутников.

— Справитесь?

— У меня девятьсот два легионера. И тысяча двести восемь ополченцев. Тоже ребятки уже обтерлись, — уверено ответил он.

— В общем, без шансов, — сказал я.

— Точно так, — как то бесшабашно ответил он.

— Идем, обсудим дела наши тяжкие, — я повернулся к нему спиной и поскакал к форту.

* * *

Выгнав всех из тесного кабинета коменданта, я повернулся к легату.

— Рассказывай.

— Мы вышли в очередной гребаный поход к островам Синей гряды. Задача, как обычно, захват острова, сейчас неважно какого. Это уже просто цифры на карте. Эскадра отрабатывала маневры. Пришел сигнал с берега. Красная тревога. Но без подробностей. Командир эскадры, адмирал Ц`исто посовещался с командирами флотских групп и пришел к выводу, что прежнего приказа никто не отменял. Чертов службист, хотя… Ты знаешь, советник, я иногда задумываюсь, что было бы, если бы мы рванули сразу к берегу. Полегли бы все разом и уже никому потом не помогли или, наоборот, смогли бы отбить город? Но ответа нет. Отправив на берег запрос о дальнейших инструкциях, мы двинулись дальше. Нижним чинам ничего сообщено не было. Затем пришел кодовый приказ: разрешение на применение оружия из всех списков. И опять никаких подробностей. Это уже встревожило не на шутку. Я втихую велел осведомить своих бойцов о происходящем, меж своих секретов нет. Адмирал разрешил нарушить себе запрет на ведение переговоров. Я старался держаться к нему поближе в те дни, хорошо чин позволял. Он попытался сначала связаться с штабом морских операций в Саббате. Тишина. Затем со своими друзьями адмиралами. Никто не ответил. Ему удалось связаться с какой-то имперской службой. Но там безумный голос твердил бессвязный бред: «…огонь и ужас. Ужас и огонь. Ужас и огонь. Огонь и ужас…». Адмирал отдал приказ, и вся эскадра рванула к берегу. Тайну хранить уже было невозможно, и матросы знали, что на берегу беда. Когда вдали показался берег, корабельные маги завопили. Адмирал, глядя на перекошенные ужасом лица магов, отдал приказ повернуть на обратный курс. Эскадра начала разворачиваться, когда показался демон. Я никогда не забуду тот момент, когда опытные маги падали в обморок, бывалые моряки бросались в море. И только закаленные легионеры ждали приказа. Он был похож на огромного кровавого спрута с безобразными щупальцами. Пронесясь низко над водой, он подлетел вверх, и два самых ближних к нему корабля, легкие разведчики, начали рассыпаться. Ударили расчеты боевых кораблей. Но они не причинили ему особого вреда. «Сбивайте его в море, там он менее опасен!» — стали кричать выжившие маги и ударили его сверху. Демон упал в море, взметнув тучу брызг. Я стоял со своими ребятами и не знал, что делать. Приказ был «держаться крепче». Что нам еще оставалось делать? Эскадра удалялась в море. Демона почти всегда держали в воде. Он там действительно ничего не мог нам сделать. Но два раза ему удалось подняться. И если первый его удар разнес канонерку в пыль, то второй наши колдуны отразили. Демона сильно потрепали, и он отстал. Мы шли еще полночи в открытое море, пока не стали на якорь. Все были измотаны. Утром на совете у адмирала решение принято не было. Все понимали, что нужно идти на помощь своим, но чем можно было помочь, никто не знал. Магов чуть не запытали вопросами про демонов, но они только обещали, что смогут в следующий раз отбиться от одного-двух демонов. Адмирал закрылся в своей каюте. Но уже на завтра эскадра двинулась обратно. На построении офицеров адмирал двинул речь, которую передавали в кубрики матросов. Общий смысл был таков. Даже если мы ничем не сможем помочь нашей родине, то все равно лучше погибнуть, отдав жизнь за своих родных и близких, чем шататься по морю в неизвестности. Никаких демонов на обратном пути мы не встретили. Зато перед нами предстал разоренный Саббат. Кучи трупов и огни пожаров. Мы высадились и начали помогать, разгребали завалы, оказывали медицинскую помощь. Затем всех накрыла болезнь. Появились темные твари. Как-то пережили зиму. Весной стало легче. Затем появились новости о гарнизоне на юге. Я отправил разведку, но они не вернулись. А потом появились корабли Сан-Ди. Выбора большого не было, и мы двинулись в путь, — легат по-прежнему смотрел в одному ему видимую точку.

— Где адмирал? Почему не он вас возглавляет? Или в городе не оказалось никого поглавнее? — резко и жестко спрашивал я.

— Адмирал умер. А поглавнее. Были и поглавнее, да пришлось их рыбам на корм пустить, — он не купился на мой тон и отвечал через пелену своих переживаний.

— Канцелярская крыса? — медленно переспросил я.

— Запомнили, — легат усмехнулся. — Да был там один флаг-советник в Саббате. Как выжил-то? Точно крыса. Ох и донимал он нас. Все требовал чего-то. Возле себя сотню держал от тварей отбиваться. То вдруг шпионов принимался искать. Надоел он мне. Расстались мы с ним, — буднично закончил он.

— Думаю, что нас ожидает долгая дружба. По крайне мере я на это надеюсь, — воодушевленно завершил я.

— Вы на что-то еще надеетесь? — мрачно спросил он.

— А вы у нас осмотритесь. Думаю, что и у вас появится надежда. Только есть одно но… — я сделал паузу.

— Почему-то я не удивлен, — также мрачно-медленно ответил он, но его взгляд сверкнул из-под куцых просоленных бровей.

— Пожалуйста, отнеситесь к этому правильно. Люди хотят жить в мире и спокойствии, даже этой малости им очень не хватает, — как можно дружелюбнее протянул я.

— Это я могу понять, — кивнул легат.

— Мы поддерживаем закон и порядок. И закон этот один для всех. Все вновь прибывшие должны пройти проверку, — буднично продолжил я.

— Что за проверку? — насторожился он. Чувствуется, тертый военный. Он мне нужен, он мне просто нужен. В этом болоте появилась новая кочка, и она должна быть моей.

— Очень тщательную проверку. Это и имперские личины, и проверка на зерна магии Тьмы, — я помахал рукой в воздухе.

— Это разумно. Я согласен, — важно ответил легат, впрочем напряжение не спало. Тот еще жук, отлично понимает, что еще не все закончилось.

— Не спешите. Наши силы ограничены. Мы никак не сможем проверить всех сразу. За легионеров вы поручитесь лично. Я знаю, у вас крепкие связи, вы друг друга хорошо знаете, и зла среди ваших я не боюсь. Но все остальные без исключений отправятся во временный лагерь Изумрудный локоть. Им придется пожить там некоторое время. Все, кто пройдет проверку, будут сразу пропущены на земли гарнизона, — быстро добавил я.

— Сколько продлится проверка? — хмурясь, спросил он.

— Уверен, что мы управимся в одну большую луну, — уверенно ответил я.

— Значит, мои ребята будут в безопасности, а их родные и близкие будут ютиться за стенами лагеря? Не пойдет. Придумайте что-нибудь еще, — он в себе был очень уверен. Как будто знал, что мне его легион нужен позарез.

— Хорошо. Я готов пропустить всех кровных родственников легионеров под их поручительство, — придется, конечно, напрячь агентуру Марица внутри гарнизона.

— Я согласен. Посмотрим, что вы здесь за порядок организовали, — он встал, явно показывая, что разговор окончен.

Из подслушанного.

— Неплохо вы здесь устроились, — легат не смотрел по сторонам, он явно намекал не на убогое убранство комнаты.

— Не то слово. Видал бы ты, что здесь было раньше. Мы резались по ночам с дикими. Дрались за кусок с городскими. А сейчас вроде еды особо больше не стало, живем так же в сараях, хоть и новых. Но порядка точно больше стало. Все при деле. Какая-то осмысленность. Какие-то надежды, — напористо отвечал его собеседник.

— Да видал я и не такое. В Саббате зимой знаешь, как было? — легат уставился было на своего визави, но быстро отвернулся. — Кучи полусгнивших замерзших трупов. Холодно. Еды, правда, полно было, сам помнишь, сколько там складов разных. Вот только пока принесешь до логова, сам едой станешь. А весной еще хуже стало. Ты лучше скажи, как сам здесь оказался? — не спеша оторвав кусок лепешки, спросил легат.

— Чудом. По-другому и не скажешь. Ты помнишь, мне когда внеочередное звание дали да еще через два ранга, как зашипели толстозадые на берегу? — ответил живчик, ловко наливая и отламывая шматки.

— Это да. Но и ваша диверсия на «Трех пальцах» в историю войдет, — легат выпрямился и его палец устремился вверх.

— Да только эти учебники и раньше мало бы кто читал. А сейчас уже и писать их некому. Ну ладно. Обмыли мы с ребятами. И тут приказ. Нам всем в отпуск на три малые луны. А мне после отпуска дела и должность сдавать. На повышение. Не может дескать ариан штормшлюпом командовать. Пусть и диверсионным. Так слушай, мне грустно стало. Ребятам сказал. Напились. Ну тут Кучер, не помнишь наверно? Оружейник мой. Они с Блохой из одного местечка на юге. Вот и предложил, поехали, мол, всей толпой к нему в родные места. Погуляем напоследок всей командой. Ну так вот полутрезвые и поехали. Кутили, гуляли. Девки местные пищали от восторга. А потом началось. Мы когда поняли, что происходит, сразу хмель слетел. Чего делать-то? Надо, конечно, к флоту было двигать. Но Кучер с Блохой своих родных бросать не хотели, сказали, отведут их в укромное место и сразу назад. А что на дорогах творилось тогда. Люди безумные, такое делают, что и головорезу последнему в голову не придет. Ну как-то вот мы командой держались. Занесло нас на сюда, на юг. Потом черная лихорадка нас здесь и оставила. Двоих из команды всего похоронил, веришь, нет? — горячо сунулся молодой ариан.

— Верю. Я из своих тоже мало лихоманке отдал. Моряков она как-то обходит, — спокойно макая лепешку в сметану, ответил легат.

— Ты смотри. А я думал, просто фартовый я. Ну и еще немного мореманов тертых прибилось к нам. И простых флотских и головорезов отставных с десяток, старые морские псы, тертые воины, хоть уже и силы не те. Вот так и жили. А потом этот эл Наваль появился. Ох, непростой мужик, с ним ухо нужно востро держать. Канцелярские они вообще такие все, — несколько тихо закончил он.

— Чего боишься то? — буркнул легат.

— А вот так и не скажу. Вроде все хорошо. Даже больше чем хорошо. Мы раньше одну тварь толпой забивали и гордились собой как героями. А теперь с его висюльками и ножиками и на нежить ходим запросто, недавно серого призрака завалили, даже пикнуть не успел. За гражданских наших уже не боюсь. Но… Не знаю. Ты понимаешь, вот говорит тебе широкозадый, все будет хорошо, все будете сыты, здоровы, в шелках и золоте ходить. Понимаешь, обманывает щекастый. И как-то ясно все. А этот иногда говорит и не понятно, то ли шутит, то ли правду говорит. И вот ты думаешь, а что лучше? А выбрать то и не можешь, — безумно вытаращенные глаза морского бродяги довершили его рассказ.

— Да, военная твоя башка. Тебе пока рукой не покажешь ты и не поймешь куда идти, — самодовольно срезал его легат.

— А сам что? Из академии румян и белил? — обиженно протянул диверсант.

— Я слыхал, он из высоколобых. У них все не так, как у нормальных людей, у нас, у военных. Ты любого из них спроси, никогда не ответят ни да, ни нет. Пургу всякую несут, — мирно рассказывал легат.

— Да нет, этот вроде просто говорит. Но непонятно, — ариан вновь увлекся едой.

— Ладно, давай еще накатим за встречу. Не зря тогда адмирал Шагер мне ящик буронского поставил. Чтобы отпустил я к нему одного молодого шалопая, — легат преувеличенно картинно подмигнул ариану.

— Давай. Заодно и Шагера помянем, — собравшись, встал арис.

Из учебника общей географии, одобренного попечительским советом военных школ империи

Шлом представляет из себя материк, расположенный севернее экватора. В древние времена существовали два материка в этой части света: северный и южный Шлом. Выглядели они как два остроугольных треугольника, где угол северного материка входил в сторону южного, угол которого был обращен на юг. Стоит заметить, что о точной форме южного материка нашим ученым неизвестно. После страшного катаклизма, произошедшего в глубокой древности, южный материк был разрушен. И оставшийся северный представляет собой тот же треугольник, но с отбитым острым углом, остатки которого составляют Южные острова.

Климат материка умеренный в центре и сильно меняется от юга к северу. Южные земли представляют собой плодородные степи. В центре материка, где расположена столица империи, климат наиболее удобен для проживания. В северных областях преобладают леса и озера. Суровый климат севера всегда ограничивал количество жителей в тех местах. С исходом Северных кланов эти земли опустели более обычного. Однако продуктивная политика государства позволяет с этим справляться.

На западе материк окаймляет гряда островов, называемая в простонародье Пиратскими, но у них есть и научное название — острова Драконьей гряды. Что интересно, местные жители называют свои острова просто Драконьими. Если присмотреться на их изображение на карте, то можно углядеть черты этого мифического животного. Крупные острова в средней части образуют тело; большой северный остров — голову, а мелкие южные острова — хвост. Еще известно одно древнее и странное название — остров Песчаного Ящера. Однако раскрыть загадку этого причудливого названия не удается по сей день.

Еще западнее располагаются области магических вихрей и штормов. Уродливым шрамом тянутся они от полюса до полюса. Говорят, в них есть разрывы, через которые можно пересечь океан, но удалось ли это кому-либо — неизвестно. Страшное и гиблое место. Малоизученное, по вполне понятным причинам. Никакой опытный маг в здравом рассудке туда не поплывет. Лишиться пусть и на время способности творить плетения — это кошмар для любого мага. Вдобавок это место еще и опасно гибельными проявлениями магии. Счастливцы, вернувшиеся оттуда, описывают их разнообразие. Это и мгновенная заморозка большого участка моря, после чего гигантский, вновь образованный айсберг начинает колыхаться в воде, создавая сильное волнение; и внезапная песчаная буря, медленно, но неуклонно заполняющая корабль мокрым песком; и огромные струи пара, вырывающиеся из глубины океана, грозящие уничтожить весь экипаж морского судна. А сколько еще смертельных опасностей там происходит, о которых уже некому рассказать? Что еще затрудняет изучение этой области, так это собственно то, из-за чего эти острова называют пиратскими. По донесениям имперских служб, не менее половины населения этих островов занимаются морским грабежом. А среди простых граждан бытует мнение, что и все население островов пираты. Все это затрудняет изучение такого манящего и пугающего явления.

На востоке материка теплые и богатые живностью моря выводят нас к большому острову Сан-Ди. Этот остров самый большой по площади из известных нам. Рельеф острова своеобразный. Высокая горная цепь на западе плавно переходит к плоскогорью в центре острова, а затем еще одним уступом к гладкой равнине на востоке. Приятный климат, теплые течения и плодородные почвы сделали остров густонаселенным.

На северо-востоке располагается суровый остров Истор. Его география изучена слабо. В старые времена он был никому неинтересен. В новые времена его заселили остатки северных кланов, которые и по сию пору очень строго оберегают свои границы, крайне неохотно пуская чужаков на свои земли. Истор примерно в два раза меньше Сан-Ди. Там пустынные земли и холодные ветра. Узкие каменные бухты и холодные течения. Только сплоченность и сильная воля позволили потомкам северных кланов заселить его.

Дальше на восток через большой океан располагается загадочный большой материк. Сведения о нем поразительно противоречивы. Тяжелый путь через океан Звезд серьезная преграда для исследователей. Из трех экспедиций, отправленных империей в те времена, когда Сан-Ди был частью большого государства, в полном составе не вернулся никто. Первая сгинула целиком. Вторая вернулась на корабле с неполным экипажем. Из третьей вернулось домой двое моряков, шлюпку которых подобрали моряки военного флота. Согласно данным второй экспедиции западное побережье — это огромная раскаленная пустыня, которая поглотила всех высадившихся там исследователей. Выжившие из третьей экспедиции рассказывали о высоких извилистых скалах, на которых разбилось большинство кораблей, пытавшихся найти путь среди них. Такие столь противоречивые данные вызвали много вопросов, но всех вернувшихся проверяли искусные разумники и ни лжи, ни помешательства рассудка не выявили. После «Сандийского раскола» империя не отправила ни одной экспедиции, продолжили ли исследования сами сандийцы — нам неизвестно.

Один из персонажей популярной карточной игры. В большинстве случаев, означает конец игры.

Рохский еж — оружейный магик одноразового действия. Короткая трубка, в которой находится от двадцати до полусотни стальных иголок, выстреливаемых разом. Благодаря большой скорости пробивают все легкие доспехи. Смазываются ядом. Для надежного эффекта каждая иголка смазывается одним, двумя или даже тремя различными ядами растительного или животного происхождения. Встречаются варианты с пятнадцатью различными видами, что значительно усиливает смертность этого оружия. Находятся в оранжевом списке запрещенных магиков.

Имперский легион

Часть 1. Учетник

Глава 1

Сегодня меня вызвали в замок. Вежливое приглашение, не подразумевающее отказ. Подписано Тримо, но пришло с гвардейского концентратора. Тонкая работа. Хоть я здесь и главный, но не явиться по просьбе коронного советника, переданной через императорскую гвардию, я никак не мог.

На следующий день, позавтракав в монастыре и решив пару хозяйственных вопросов, я пешком пошел в замок. Позади меня шли двое охранников. Тех самых из свиты баронессы. Я перекупил их почти сразу как расстался с Рохом. Эскортный контракт. Они не дышат мне в затылок в купальне, но готовы в любое время сопроводить меня из пункта А в пункт Б. Можно было бы бесплатно взять себе охрану из пограничников или даже целый взвод из ополчения. Но профессионалы — это профессионалы. Еще где-то в округе должен крутиться человек Марица. Я его не замечал. Либо тоже профи, либо сачкует. Конечно профи. Что за дурные мысли?

Как и в старые тревожные времена, для начала огляделся со своего обзорного холма. В барачном поселке, построенном вместо трущоб нижнего города, как всегда оживленно. Хотя оттуда уже много народу разъехалось по близлежащим окрестностям. Те, кто готов был работать, нашли свое новое жилье возле ферм. Намного лиг в округе не осталось ни одной темной твари. В бараках жили разные бездельники. Для новых служащих гарнизона построили большое поселение хороших домов. Тоже временное жилье, но получше бараков.

После краткого осмотра пошли в город. На улицах уже не так мрачно. Видно было, что жизнь кипит. Многие радостно приветствовали меня. Среди обычных жителей я популярен. И это понятно. У людей появилась надежда. Рынок в верхнем городе стал более степенным. Я даже остановился возле лавки ремесленников. Снова стали делать и продавать мелкие магики. С удовольствием посмотрел на всякую мелочь. Продавец был польщен моим вниманием. Конечно, эти жалкие поделки не сравнить с моим разработками. Но то, что эта мелочь пошла в оборот, меня крайне радовало. Я тоже начинал с них.

— Идем в замок, — сказал я старшему охраны, побродив еще немного по городку.

Проходя мимо голубой беседки, я вдруг ощутил некую дрожь воспоминаний. Наш словесно-бюрократичный поединок с замковым крючкотвором. Вспомнил свою загнанную внутрь неуверенность, азарт и чувство победы. А потом я увидел ворота и вспомнил черное обжигающее болото.

— Опасность? Где? — всполошился один из охранников. Подошел ко мне вплотную, готовясь меня заслонить. Второй плавно отошел в сторону, приготовив что-то разящее.

— Нет. Просто… Идем дальше. Останетесь у ворот. Я не хочу, чтобы у вас забрали оружие. Ваша задача провести меня к замку и от него. Внутри я справлюсь сам, — твердо ответил я. Отряхнул одежду от невидимой пыли, и пнув камешек, пошел дальше.

— Мы будем работать более эффективно, если вы нам сообщите возможности противника, — негромко, но уверенно сказал старший охранник.

— Меня устраивает ваша работа, — не оборачиваясь, бросил я.

Малый императорский кабинет. Наша привычная компания малого совета. Тримо сегодня решился сесть в главное кресло. Аргонат как обычно слева от стола, в кресле советника. В воздухе пахло какой-то пакостью. Я привычно сел в одно из кресел посетителей и молча глянул коронному советнику в глаза.

— Мы хотели бы обсудить одну проблему, — мягко начал Тримо. Аргонат сидел спокойно с невидящим взглядом над сложенными в замок кистями рук.

— Внимательно вас слушаю, — запахло еще хуже. Я попытался усесться в кресле поудобнее.

— Хочу сразу сказать. Не мы ее источник. Более того, мы полностью на вашей стороне. Просто играем на опережение. Все дело в сложившемся порядке вещей, который устраивает далеко не всех, — он выделил последнее слово, как будто мы оба понимаем, кто эти «не все».

— Под меня кто-то роет? — я смотрел на Аргоната. Тримо точно нигде не проколется. А вот попытаться понять, сколько в этом деле капитана, вполне возможно.

— После вашего резкого продвижения у местной знати появилось много вопросов. Они конечно рады, что в нашей округе воцарился порядок. Стало безопаснее и появился некий смысл нашего существования. Но то, что во главе всего этого именно вы, Наваль, вызывает серьезные споры. Внимательно изучив все законы и циркуляры, никто не пойдет против вас в открытую. Все законно. Однако на территории империи высшую власть имеет безродный эл. И это в то время, когда здесь находятся высшая знать и, более того, лицо императорской семьи. Пусть и дальнего рода. При нормальном порядке такого быть не может, — сделал отрицающий жест ладонью. Как у него это получается величественно. Надо будет потренироваться и мне. Попрошу Риону подучить меня этим дворцовым штучкам. На таком уровне мне действовать не приходилось.

— Нормальный порядок? Неужто кто-то считает, что все идет обычным порядком? Имперский гарнизон в осаде! Это никак не нормально, — буду гнуть пока в эту сторону.

— Понятно. Поймите, если бы во главе стоял ат. Пусть даже его имя не заканчивалось на ин. Или на худой конец сат. Никто бы и не пикнул. Но эл. Некто утверждает, что это нарушает дух империи, — возвышенно произнес Тримо.

— Я понял, куда вы клоните. Но раз вы меня позвали, значит вам важно мое мнение. — Куда же они клонят?

— Не только мнение. Нам нужно решить, что делать дальше, — капитан рубил открыто. И скривился. Однако ему это явно неприятно. Скорее всего в этом деле он мой союзник.

— У нас шаткое положение, Наваль. Нарушен обычный порядок вещей. Когда все тряслись за свои жизни, боясь Тьмы и демонов, ни у кого не возникало этой дури про знатность. Но вы вернули закон на эти земли. А закон подразумевает тотальное исполнение. В том числе и законов о дворянстве. Вот люди и думают. У многих кроме знатности и нет ничего. Вот они и хотят устроиться в этом мире. Если позволить этим мыслям витать в воздухе, ничем хорошим это не кончится, — Тримо откинулся на спинку кресла и расправил плечи. Прямо император.

— Ваши предложения? — ну что же, пусть показывают, что придумали.

— Есть несколько вариантов. Первый — это восстановить правильный порядок вещей. Поставить во главе всего этого лицо, под которого невозможно будет подкопать.

— Ат Матин? — я начал прокручивать в голове этот вариант. Он мне уже не нравился.

— Да. Это хороший кандидат. Он не будет вмешиваться в дела и позволит вам продолжать то что, вы делаете. Нам на самом деле очень повезло, что из всех лиц императорской семьи с нами именно он. Простой. Молчаливый. Даже угрюмый. Воин с открытой душой. Сам он никогда не полезет на эту гору. — И тут я уловил быстрый взгляд капитана. Что, черт побери, между ними происходит?

— Это да. Повезло. Но у этого варианта есть и большой минус, — надо поддерживать эту игру.

— Вот как? Расскажите, — но в его голосе не было ни удивления ни заинтересованности.

— Вы все понимаете и без меня. Если вы рассчитываете, что им управлять будет легко, значит им сможет управлять и кто-то еще. Помните, из-за чего случился бунт Флома в 502-м? Именно из-за дурацких решений императорского фаворита, — Аргонат молчит. Тримо позволил себе легкую улыбку.

— Это так. Полностью его изолировать мы не сможем. И появление любимчиков неизбежно. Есть второй вариант, но он посложнее будет. И вам придется на многое пойти, — советник доверительно подался в мою сторону.

— Говорите, — коротко сказал я.

— Мы планируем создать некую прослойку. Между реальностью и местной знатью, — он выжидательно глянул на меня.

— Подробнее, пожалуйста. Я не так силен в этих делах, — мягко попросил я.

— Разумеется. Нельзя быть самым лучшим во всем. У вас есть свое дело, которое вы отлично выполняете. Я это вижу, капитан это видит и еще немало людей. Но есть и много тех, которым кажется, что уж они-то сделали бы это лучше. Вот для них мы и сделаем говорильню, — Тримо улыбнулся.

— Дать им выговориться? Я не против. Пусть хоть проклинают меня, лишь бы не совались в мои дела, — будем держаться линии простачка.

— Этого мало. Мы хотим перенаправить их мысли по другому пути. Объясним им, что вы не главный над ними. А как бы временно нанятый управляющий. Что-то вроде старшего пожарника, которого вызвали тушить их дом. Или капитана корабля, который во время шторма спасает судно. Никто не будет спорить, что вы знаете свое дело лучше. Задав определенный посыл, мы им докажем, что лезть в горящий дом или за штурвал нет необходимости. Для этого есть нанятый эл, — уже тихо закончил Трумо.

— Спасибо. Нанятый значит? — я взвился и подскочил с кресла. Надеюсь, не переиграл.

— Неважно, что заякорится у них в головах. Главное, что мешать вам они точно перестанут, — советник слегка хлопнул ладонью по столу.

— Но? — я спокойно сел обратно.

— Да, конечно. Одного этого посыла мало. Его хватит не надолго. Нужно постоянно его чем-то подпитывать, — деловито продолжал Тримо.

— И это что-то мне явно не понравится, — мрачно вставил я.

— Именно. Ну прямо так уж и не понравится. Если вернуться к аналогиям. Как вам кажется, разве, не логично, что хозяин горящего дома должен быть в курсе дела, да и пассажиры должны знать, когда ожидается выход из шторма. — Долбанные горящие штормы. Куда он меня затягивает?

— Я должен буду отчитываться? — кажется я уловил суть.

— Да. Без этого никак, — твердо и даже как-то жестко встрял капитан.

— Как часто и насколько подробно? — спросил я.

— Это уже мелочи. Обсудим после. Вы согласны? — Тримо несколько озадаченно глянул на капитана. Что-то между этими двумя происходит.

— Я уже представляю, какие прекрасные моменты ждут меня в дальнейшем, но я понимаю, что это хороший выбор. В конце концов буду время от времени рассказывать им о том что все идет хорошо. И все будут довольны, — я утвердительно кивнул.

— Не так все просто. Во-первых, будьте готовы, что им станут известны некие неафишируемые подробности. А также слухи и домыслы. И более того, откровенная чушь, придуманная на пьяную голову. Во-вторых, они будут давать вам указания, как что делать. И требовать исполнения их прежних приказов, — как паук плел паутину коронный советник.

— Тогда чем, черт меня подери, это отличается от первого варианта? — я снова позволил себе вспылить, чувствуя, что это будет уместно.

— Тем, что это будет именно говорильня. По большей части вопросов они не смогут договориться сами. Пусть тратят свой запал на споре между собой. Да и мы поможем внести больше сумятицы в эти споры. Ну а то, что останется, можно выполнять для видимости, спустя рукава и так далее. Это, конечно, доставит вам хлопот. Но главное, что вы будете делать то, что нужно вам, — вначале Тримо зачастил, но к концу речи успокоился.

— А без этого никак не обойтись? — попытался я.

— Боюсь, что нет. Или Матин, или отчет перед советом знати. — Ну что ж, вопрос поставлен ребром.

— Конечно, говорильня. Кстати, а кто войдет в этот совет? — вот это самый важный вопрос сейчас.

— Не беспокойтесь по этому поводу. Мы все организуем, — радушный дядя Трумо.

— Совершенно не волнуюсь. Надеюсь только, что вы как можно дольше будете согласовывать этот список, — я встал и направился к выходу.

— Протянем немножко конечно. Ведь в совет должны войти только самые самые. Но вечно с этим тянуть невозможно. Так что готовьтесь к первому отчету. Было бы неплохо, если бы вы его сначала показали мне. Возможно, я сразу увижу в нем слабые места и подскажу, как на что отвечать. — А еще эта жаба хотела бы, чтобы я читал по его бумажке. Но пока не решился на это. Пока.

— Спасибо, — бросил я от двери.

А ведь это только начало. Я чувствовал это всеми фибрами своей души. Похоже, прекрасные деньки прошли. И я уверен, что коронный советник — один из главных винтиков в этом механизме. Он умный и опытный, и прекрасно чувствует момент, иначе не стал бы тем, кто он есть. Главное, не совершить ошибку и не стать его врагом. Но как, черт побери, мягко и уверенно они ставят меня на свое место. Ну ладно, все же я ждал этого. Нужно постараться протянуть как можно дольше.

* * *

Я был один в моей приемной в аббатстве. Кабинет раньше был забит всяким важным монастырским хламом, который пришлось сюда снести, чтобы освободить больше жилых помещений. Я здесь отлично устроился, приказав все выкинуть. И все соседние помещения были под контролем моих людей. Дверь открылась без спросу.

— Хорошо, что вы нашли время, — я встал навстречу арсу. И хотя сейчас в моем подчинении было уже восемь арсов, этого человека я продолжал так называть.

— Вы сказали, я пришел. Что случилось? — арс без спросу сел на стул у стены.

— Не волнуйтесь, все идет своим чередом. Но недавно я кое-что узнал. Думаю, что это важно. К нашим нынешним делам это не относится. Однако я хочу кое в чем разобраться, и мне кажется, вы сможете помочь. Давно хотел с вами поговорить, да все никак времени не было, — извинительно добавил я.

— Я знаю вас очень хорошо. Я и раньше, как мне думается, вас знал, а после последних событий узнал еще лучше. Вы юлите, Наваль! Раньше вы со мной так не говорили. И я снова спрошу: что случилось? — спокойно спросил он.

— Для начала я хотел, чтобы вы прочитали вот это. Старый архивный материал. Ничего секретного, но я узнал нечто и понимаю, что это намного важнее, чем что-либо из архивов. Читайте! — я протянул ему пакет с бумагами. Он взял его и подошел к окну.

Арс читал быстро. Пожелтевшие листы аккуратно перекладывались в сильных руках. Иногда арс возвращался назад в чтении, и со временем его лицо все больше и больше мрачнело.

— Острова, — спокойно сложив все листы в пакет, он отдал его мне и так же тихо сел на стул.

— Так уж получилось, что я знаю только одного человека оттуда, кто живет среди нас. Если честно, раньше я никогда не думал об этом. Даже когда узнал, что беженцы на южный берег пропали. Но после этого у меня появились вопросы, — я встал напротив него.

— Что вы хотите узнать? — он не глядел на меня.

— Что там происходит? — мягко спросил я.

— Я не знаю, — быстро ответил он.

— Допускаю. Но вы оттуда родом. То, что написал этот человек, правда? — твердо спросил я.

— Я не знаю, — без раздумий сказал он.

— Я провел много допросов…

— Это допрос? — он быстро глянул на меня.

— Нет, я о другом. Я хорошо умею читать на лицах собеседников. Особенно на таких простых, как у вас.

— Ну да, — в сторону сказал он.

— Говорите, — я облокотился на угол стола.

— О чем? — он потер лицо руками.

— Люди исчезают на этих островах. Бесследно. Вы там жили. Может, вспомните что-нибудь? — он по-прежнему не смотрел на меня. Но, собравшись как перед прыжком, начал быстро говорить в сторону.

— Моя семья пропала. Вот именно так. Я проснулся утром, а никого нет. Я их искал и не мог найти. Я спрашивал соседей, но они только недоуменно разводили руками. Я им говорил про отца, про мать. А они только хмурились. Потом пришел Шали, наш старейшина. Он налил мне пива и начал рассказывать. Про море и солнце, про луну и ветер. И рассказал мне, как им всем было печально, когда мои родители не вернулись из шторма. Что все были рады, когда я вырос в настоящего мужчину, и что они все гордятся мной. Я вспылил, но он всего лишь еще больше опечалился. Тогда я рассказал ему про сестер. Как они были красивы. Что Тамика очень любила цветы, а Цио говорила с ветрами. Как я вязал им косички, а они отвели меня домой, когда я в первый раз перебрал с пивом. Что Тамику очень любила мать, а Цио боялись все парни острова, она была такая необычная, — повисла пауза.

— И что же он ответил? — Какая оказывается счастливая у него была жизнь. Была.

— Он забрал пиво и ушел. И после этого со мной никто даже не пытался разговаривать. Они решили что я сошел с ума. Матери прятали детей, когда видели меня. Куда бы я ни пошел, хотя бы один воин акулы был рядом. Я просто хотел быть со своей семьей. А они меня опасались, — опытный арс не знал, куда девать руки. Воспоминания разрывали его. Я не был рад, что растревожил его чувства. Но все это было слишком важно.

— И после этого ты решил уйти? — я старался держать темп. В таком состоянии он не сможет долго находиться. Нужно выжать все.

— Да. Нет, — арс заметался в мыслях.

— ?

— Я сел в лодку и поплыл. Я доверил себя Окайни. Мать большой воды может быть доброй к тем, кто отпустил руль, — тихо закончил он.

— И что же было дальше? — хотя остальное мне уже было известно.

— Меня подобрал патруль пограничной стражи. Мою лодку выбросило на берег. Мне некуда было идти. Я остался с ними, — он замолк, уйдя в себя.

— Дальше все понятно. Скажи мне. В отчете написано, что такие события не редкость. Как ты видел такое, когда это происходило не с тобой? — я продолжал тянуть. Подробности очень важны.

— Не со мной? — удивился он.

— Когда исчезали люди. Другие люди, — я попытался уловить его взгляд.

— Никто никогда не исчезал рядом со мной. Может, на других островах? — он встал чуть не толкнув меня и подошел к окну.

— Может. А может, ты видел все так же, как и остальные? Думал, что все в порядке? — спрашивал я его в спину. Но уже понимал, что вряд ли узнаю что-то новое.

— Может. Но как я могу это понять? — сказал он не поворачиваясь.

— Никак. Тут ты прав. Можно сделать вывод, что с тобой что-то пошло не так. Почему не так не известно. И разбираться в этом нет ни времени, ни желания. Да и если честно, страшно. Вот так вот пропадешь, как тот бедолага, и все. Стопка пыльных бумаг в заброшенном архиве.

* * *

Мощный отряд шел по имперской дороге. Припасы, зачехленные в обширных вагонах, передвигались там же. Вагонов нашлось масса, и хотя поставить их в строй было легко, специалистов нашлось очень мало. Боевая группа от легиона под командованием рита Токи составляла основную мощь отряда. Они пришли в гарнизон именно этим путем, и было решено, что этим же путем силы гарнизона будут подбираться к Саббату. Легкая труна прикрытия под командованием сат Ноина производила разведку окрестностей по всей дороге. На небольшом взгорке группа всадников держала совет.

— Состояние хорошее, — Копер, сын дорожных дел мастера, сделал пометку, отец дал ему свой талад для записей. Старик не выдержал бы такого долгого пути, а осмотреть имперскую дорогу и станции нужно.

— Это не надолго. Скоро будут два больших сплыва. В этих местах бывают сильные дожди, и за склонами холмов нужно постоянно следить. Затем дорога будет завалена. Мы расчищали только одну полосу. Затем станция, где мы взяли вагоны. Что дальше, не знаю, мы вышли на нее с запада, а она там уходит на северо-восток, — Токи показывал на старой карте. Нормальной карты этих мест, даже гражданской, не нашлось, пришлось использовать техническую, которую забрали у дорожников. Старый дорожник Канье оказался очень запаслив, хотя он и не ручался, что она полностью соответствует действительности.

— Это и понятно. Западная дорога проходит в предгорьях Серых гор, много материала для строителей, реки хоть и бурные, но узкие. А вот на восток они набирают силу и достаточно широки. А сооружение мостов для имперских дорог на судоходных реках обходится очень дорого, — пожилой эл Далот держался в седле уверенно и вообще выглядел приподнято. Отставному налоговику тяжело жилось в городке беженцев. Сейчас же, будучи призван на службу, он расцвел. Тем более его знания местности были оценены по заслугам.

— Да какие там суда? — пренебрежительно спросил Копер.

— Мелкие, но их много. Лодка у многореченца заменяет коня, — поучительно ответил Далот.

— Это точно. Хмурые ребята. Но нас всех перевезли. И не только из-за опасений, что мы их заставим, — Токи молчаливый парень, уставной, но сейчас решил добавить от себя.

— Вы плохо знаете историю. Этот край долгое время был независим. Воевать там трудно, да и особо не за что. Но империя не могла мириться с таким положением вещей. Им предложили хорошие условия. Но совет старейшин не пошел навстречу. Они были уверены в себе. В своей тактике. Уйти по многочисленным притокам, спрятать семьи в болотах и разить из засады отравленными стрелами. Да вот только воинам, которые уничтожили северные кланы, их тактика была, что называется, до одного места. Мелкие группы воинов вкупе с боевыми магами прошлись по всем большим рекам, выжигая пустые поселения. И так раз за разом в течение нескольких лет. Когда речникам надоело сидеть по болотам, они запросили мира. Потом много лет их держали в черном теле. Бунтарей повыбивали. С тех пор они и сидят тихо-мирно. Большинство промышляет незаконными делами.

— Сталкивались с ними по работе? — ухмыльнулся Копер.

— Случалось. Они ребята смирные, налоги платили исправно. А свои темные делишки делали тихо, не привлекая особого внимания. В основном всякая дурь, выращенная на глухих болотных полянках, и грибы, — беззаботно ответил Далот.

— Вы так спокойно об этом говорите? — удивился Копер.

— Эх, молодой человек. А как мне об этом говорить? — прокряхтел Далот.

— Если вы знали, то почему не заявили в службу? — спросил молодой дорожник.

— Так ведь все и так всё знают. Мелочь конечно ловят, а вот крупные партии проходят под опекой столичных гильдий, а это не по зубам никакой службе. А канцелярии на это наплевать. Но вам не кажется, что мы сюда не за этим пришли? Рит, вы наконец-то не посвятите нас в планы командования? — Далот вопросительно уставился на легионера.

— Все зависит от того, что мы увидим. И как наладим отношения с местными. В идеале, мы должны восстановить все дороги и мосты через междуречье и, наоборот, разрушить все, что севернее на расстоянии тысячи шагов, причем придать этим разрушениям естественный вид. Эта линия должна стать новой северо-восточной границей гарнизона. Организовать скрытую охрану, разведывательное патрулирование в направлении Саббата. Создать форпост для глубокой разведки в Саббат. Это с военной точки. То, чем буду заниматься я. Остальным займется уважаемый эл Дишо, с меня охранение его хозяйственной деятельности, — рит внимательно посмотрел на официального представителя гарнизона. Пожилой Дишо внимательно осматривал окрестности.

— Мои действия тоже от многого зависят. Но главное, установить на этих землях крепкую власть гарнизона, — хозяйственник цепко примерялся к местности.

— Вы считаете, что могут быть трудности? — Копер явно чувствовал себя всесильным в окружении большого вооруженного отряда.

— Несомненно, юноша, несомненно. Эти межреченцы непростые ребята, — ухмыльнулся Далот.

— Но вы же говорили, что их усмирили? — удивился Копер.

— Как усмирились, так и разбушуются. Нет, я не думаю, что нас встретят стрелы. Но и с распростертыми объятиями нас точно не ждут. Вот лет через пять нам было б тяжко, а уж через десять, когда подрастет новое поколение, без имперских войн туда точно лучше будет не соваться, — тертый налоговик почесал подбородок.

— Я с вами соглашусь, уважаемый Далот, именно поэтому мы придем к ним сейчас, — уверенно сказал рит Токи.

— И что же вы будете делать? Неужели вы думаете, что они испугаются сотни вооруженных всадников и кучки гражданских? — едко спросил Далот.

— Зачем пугать? Мы покажем, что империя существуют. Что воины заняты делом. Окажем им помощь. Как бы они ни были горды, старейшины поймут, что дружить лучше, чем воевать, — это задание не зря доверили самому рассудительному легионеру. Рит Токи был известен в легионе как самый спокойный и терпеливый командир.

— Очень рад, что именно такие мысли приходят в голову нашему командованию. Однако, рит, скажите, почему вы не пошли по главной дороге? — Далот спросил то, что его интересовало по-настоящему.

— Она проходит через местную столицу, Марун-Кар, крепость двух мостов, — спокойно начал рит.

— Да, это так. Величественное сооружение. И кстати крупный гарнизон, — перебил его Далот.

— Западная дорога была в лучшем состоянии, — продолжил рит. — Ну а главное, мы туда не пошли из-за опаски. Всем известно, что демонов привлекали места скопления магов. Мы пытались связаться еще из Саббата с гарнизоном Марун-Кар. Никто не отвечал. Скорее всего он уничтожен. И сколько тварей там развелось?

— Неужто все так плохо? — встрепенулся эл Дишо.

— Мы не знаем, но рисковать гражданскими не можем, — рит тронул коня, и разговор прервался.

На следующий день вышли к развилке, Копер сказал, что нужно идти на северо-восток, там будет выход на главную дорогу. Так и оказалось. Посовещавшись, решили идти по ней. Еще через два дня вышли к первому мосту. Разрушенному.

— Вот и начались первые неприятности, — несколько радостно заметил Далот.

— Мои люди осмотрели мост. Это сделали люди, — сказал легионер и замолчал.

— Где их ближайшее селение? — спросил Дишо.

— Возле мостов и дорог их не было и нет. Они передвигаются на лодках. Есть торговые стоянки, — ответил Далот.

— Движемся к ближайшей. Нам нужно поговорить с местными, — уверенно сказал Токи.

— А если они не появятся? — спросил Копер.

— Начнем потихоньку восстанавливать мосты, — ответил Дишо.

— Они придут, — усмехнулся Далот.

В походном шатре сидели все командиры отрядов, а также колоритный местный представитель. Он сидел неподвижно и смотрел в одну точку. Но чувствовалось, что он внимательно оценивает всех прибывших.

— Старейшина Лоомирани, скажу сразу, империи нужна помощь, — начал эл Дишо.

— Империи всегда что-то нужно от нас, — в сторону сказал старейшина. У него был тихий, но уверенный голос.

— Вы тоже часть империи, как и я, и все мы, — продолжал Дишо.

— И что же нужно нам для нас? — старейшина посмотрел на Дишо.

— Порядок, безопасность, — ответил рит Токи.

— У нас порядок, — важно заявил местный представитель.

— Безопасность? — бросил Дишо.

— Мы можем за себя постоять, — кивнул старейшина.

— Темные вас не беспокоят? — вставил Копер.

— Они появились из-за вас, — отрезал старейшина.

— Все страдают от этого зла, и только вместе мы сможем с ними справиться, — мягко сказал Дишо.

— Чем вы можете нам помочь? — твердо спросил старейшина.

— Мы многому научились, знаем, как противостоять Тьме. И научим этому вас. Более того, мы собрали особые отряды, которые очищают наши земли от темных. Они могут прийти и очистить и ваши земли, — ответил Дишо.

— Когда? — быстро спросил старейшина.

— Сейчас они заняты южнее. Но рано или поздно придут сюда, — ответил рит.

— Когда придут, тогда и поговорим, — старейшина сделал вид что собирается встать.

— Но мы можем помочь и сейчас. Для вас мы привезли магики для обнаружения Тьмы и оружие для борьбы с ними, — быстро сказал Дишо.

— Покажи, — старейшина уселся поудобнее.

— Это аламат. Укажет на порождения Тьмы. А это наконечники для ваших стрел. Они крайне губительны для тварей. Две сотни передадим вам прямо сейчас, — из вьюков начали доставать припасенное оружие.

— Что будет, если попасть такой стрелой в темного? — старейшина аккуратно вертел в руках наконечник из темного металла.

— Одно попадание — и нечистый мертв. Для нежити понадобится побольше. Но они многоразовые, требуют нечастого обслуживания, — рассказывал рит.

— Стрелы — это хорошо. Вот если у вас найдутся наконечники для острог, это нам бы пригодилось. В болотных тварей стрелой тяжело попасть, — вопросительно глянул старейшина.

— Мы отправим запрос. Будьте уверены, все нужное привезут. А покамест давайте глянем на карту, что с дорогами за мостами, — довольный переговорами, Дишо перешел к главному.

— Какая дурная у вас карта. Я прикажу принести правильную.

* * *

Великий маг Ири важно зашел в мой кабинет в аббатстве. Я вскочил и с распростертыми объятиями пошел ему навстречу.

— Рад вас видеть, дорогой друг, — я был искренне ему рад. Но великий маг, ловко меня обойдя, сел в кресло.

— И я не опечален. Зачем звал? — резко спросил старикан.

— Ну зачем сразу так, я всего лишь попросил великого мага о встрече, — я спокойно вернулся на свое место.

— Бросьте этот политес. Я выполняю все по нашему договору. Вы хотите большего? — продолжил наступление Ири.

— Наоборот. Я хочу выполнить свою часть, — я улыбнулся. Мне нравился этот маг. И он лично, и то, что я с него могу поиметь.

— Интересно, — насторожился маг.

— Даже не знаю, как начать, — я картинно замялся.

— Начните сначала, — взрыкнул великий маг.

— Вас интересует загадка Южных островов. У меня есть часть загадки, — я преданно смотрел ему в глаза.

— Наваль, не морочьте мне голову. Что вы могли узнать? После всего, что я вам открыл, вы сторонитесь юга, — великий маг говорил напористо.

— Это так. Но я же вам говорил, я способный. Зачастую незачем быть в гуще событий, чтобы узнать многое, — я был доволен собой.

— Вскрыли архивы? — быстро спросил маг.

— Лучше. Гораздо лучше, — я был очень доволен собой.

— Не томите или я вас выпотрошу сам, — угрожал Ири.

— Князь, в этом нет нужды, я же сам все хочу рассказать, — удивился я.

— Наваль, я знаю вас более чем кто-либо другой, — сказал маг.

— Не буду возражать, — я поспешно согласился.

— Вы хотите мне что-то продать, — заявил великий маг.

— Скажем так. Пересмотреть условия нашего договора, — невинно сказал я.

— Слушаю тебя. Я начинаю думать, что с самого начала мне стоило найти подобного тебе, — задумчиво произнес Ири.

— Думать всегда хорошо, — я не упустил возможности съязвить.

— Хватит. Говори, — и тут я понял, что дальше лучше не тянуть. Как-то в воздухе запахло свежо.

— Я точно знаю, что произошло с островами. А также откуда пришла магия, — быстро сказал я.

— Продолжай. И заодно расскажи, откуда ты это все узнал, — маг приготовился к долгому рассказу.

— Чтобы вы поняли, насколько мне стоит верить. Все очень просто. Я связался с коллегами с большого материка, и они поделились со мной этим знанием, — как о чем-то обыденном, сказал я.

— Коллеги, говоришь? Дай время мне это осмыслить. Значит, там есть что-то вроде нашей канцелярии. Почему они вдруг решились раскрыться, ты мне расскажешь позже, а пока расскажи мне о магии, — требовательно сказал он.

— Все очень просто. Магия была в этом мире всегда. И всегда будет, — торжественно заявил я.

— Я же тебе рассказывал, с чего все началось. Ты осмеливаешься колебать основы моего исследования? — князь ат Ири грозно насупился.

— Магия была всегда. И люди могли ее использовать, но не животные. Вот в этом все сходится. Однако та магия была уделом избранных. Единицы могли использовать ее. Магия присуща этому миру, но не присуща людям. Была, — многозначительно ответил я.

— Была? — удивленно спросил великий маг.

— Да. Была. Среди магов того мира нашлись маги-романтики, маги-отступники. Они хотели дать магию всем людям. И предполагали, как это сделать. Конечно, они были затворниками. Сам понимаешь. Но со временем это движение ширилось. Все больше умов занимала эта мысль…

— Глупцы, — прервал меня Ири.

— Романтики. А потом началось освоение нового континента…

— Нашего, полагаю, — снова он меня прервал.

— Именно. На новых землях вдали от магистров обосновался орден новой магии. Они обжились на южном материке. И именно там осуществили свою идею, — я показал на карту нашего материка и то, что его окружало.

— Южного материка не стало из-за них? — быстро заметил ат Ири.

— Да. А также из-за них мы получили линию бурь и общую магию, — добавил я.

— Они сделали то, что хотели, — констатировал маг.

— Да, теперь магия удел многих. Они заплатили большую цену. Их самих не стало. Если быть точнее, то некоторых из них размазало во времени. И это их видят на островах. Их растянутая магия создала эту странность, — какие-то неловкие слова, но как рассказать об этом по-другому, я не знал.

— Почему они нас сторонятся? Почему мы этого не знаем? — продолжил допрос Ири.

— Глобальный катаклизм навредил и им. И если немногочисленное население нашего материка склонилось в дикость, то они сохранили память. Нам пришлось проделать заново путь по восхождению, они же вернулись к тому, что у них было, — отвечал я.

— И что с того? — удивился ат Ири.

— Когда они наладили связь с нами, то мы уже овладели новой магией. Она вошла в наш быт. Для них же она великое проклятье. Я не знаю всех подробностей, но для них наша магия — это извращение основ и полная мерзость. Они не хотят с нами знаться, — мрачно закончил я.

— И значит для них я очень большая мерзость? — протянул маг.

— Да, — коротко ответил я.

— По сути ты раскрыл загадку, над которой я бился. Ты выполнил наш договор. Но ты говоришь о пересмотрении. О чем разговор? — великий маг собрался. Интересно, он что, думает, я сейчас запрошу его душу?

— Вы так и не решили свою главную загадку. О магии. У меня есть связи с первоисточником. Мы можем пойти гораздо дальше, — я завлекал старика.

— Первичная магия? — задумчиво спросил маг.

— Да, я с ней столкнулся, — невесело ответил я.

— Коллега был не особо дружелюбен? — ухмыльнулся маг.

— Не особо? Он был почти враждебен! — практически крикнул я.

— Среди вас, я думаю, это норма. Ну и как? Насколько она сильна? — его глаза заблестели.

— Я победил его. Не совсем честно конечно. Но по-другому мы и не играем. Но все же мне пришлось нелегко, — честно ответил я.

— Какой шикарный крючок. Можешь не продолжать. Я уже согласен. Ты откроешь мне все, что знаешь или узнаешь об их магии? — твердо спросил он.

— Да. Но взамен, князь, ты пойдешь за мной хоть за край света, — я добавил металл в свой голос.

— Быть по сему. Говори, что успел узнать.

* * *

Я сидел на вершине большого, поросшего хвоей холма. Маленький костер давал мало дыма. У подножия холма небольшой юркий ручеек с чистейшей водой. Там осталась мои охрана и помощники. Приказ держаться на виду и не рыскать по местности им явно не понравился. Но опытные гильдейские воины не решились возражать. Не думаю, что они смогли бы помешать Борху пройти незамеченным, но и лишний раз проявить вежливость не повредит.

— С вами новые ребята, мастер, — произнесла отделившаяся от ближнего дерева тень.

— Рад тебя слышать. Проходи, — я похлопал рядом с собой.

— Кто они? — плавно опустился на землю Борх.

— Моя охрана, — просто ответил я.

— Это не канцелярия, — заявил он.

— Точно. Всегда поражался, как, сидя в этих лесах, ты там много знаешь. Как ты их отличаешь? — я всегда ему удивлялся.

— Они пахнут по-другому, — так же просто ответил он.

— Ну да. Это наемники. Я сейчас высоко поднялся. Вот приходится искать дополнительную опору, — и невесело ухмыльнулся.

— А почему нет ваших? — спросил он.

— А почему в лесах стало мало дичи? Почему солнце светит не так? Почему обычный мастер-советник стал главным начальником в империи? — закидал я его вопросами.

— А что с солнцем? — вдруг спросил он.

— Хм. То есть моя нынешняя должность тебя не поражает? — удивился я.

— Я всегда знал, что вы очень способны. Даже не так. Вы не просто способны как многие, в вас мощный движущий символ. Даже если бы всего этого не случилось, я уверен, со временем вы бы заняли очень большой пост, — рассудительно ответил Борх.

— Ну ладно. Совсем засмущал. Я конечно не лопух какой-нибудь, все же в канцелярии служу, но уж так меня расхваливать. — Мне было приятно это слышать. Да еще и от этого прямодушного лесовика.

— Так что с солнцем? — деловито спросил он.

— Думаю, ничего. Но люди говорят. Сам понимаешь, одни и те же вещи в разных положениях видятся по-разному. Вспомни детство. Как ярко и добро тогда светило солнце, — говорил я.

— Да. Это было самое лучшее солнце в мире, — он зажмурился.

— Вот и сейчас люди вспоминают, как им жилось раньше. И в голову приходят и яркий цвет травы, и мягкий солнечный свет. Сейчас все другое. И вряд ли когда станет так, как прежде, — я замолчал.

— Понятно. Хорошо, что с солнцем в порядке, — буднично сказал он.

— Точно, — немного удивленно, но я его все ж поддержал.

Мы посидели какое-то время в тишине. Трещали веточки в костре. Борх кинул хвойную ветку. Мелкие искорки пробежали по иголкам, густой дымок пошел вверх. Краем глаза заметил, как напряглись мои охранники.

— Что расскажешь, Борх? — я решил продолжить.

— У нас все тихо. Зачем звал, мастер? — переспросил он.

— Нам нужна помощь, — начал я.

— Нам? — спросил он.

— Империи, — уточнил я.

— Ого, самой империи понадобилась моя помощь. Я что, великий маг? — он улыбнулся.

— Не думаю. Мне бы доложили, — вернул я ему улыбку.

— Хм, — только и сказал он, уйдя в себя.

— Я, может, не так сказал. Людям нужна помощь. Помощь, чтобы жить мирно, жить в империи, — продолжил я.

— Пусть живут. У них все есть, — сказал лесовик.

— У них много чего нет, — мягко сказал я.

— Того, что им не хватает, я им не дам. У меня этого тоже нет. Я живу в лесу. Охочусь. Могу шкур подкинуть, мясо не знаю, могу не донести, — просто закончил он.

— Спасибо. Ты очень добр. Но есть нечто, чем ты можешь помочь гораздо сильнее, — я подался ближе к нему.

— Чем же? — немного мрачно спросил он.

— Ты в лесах как дома. А в этих лесах ты именно дома. Помоги нам, — призывно говорил я.

— Да чем же? — кинул Борх.

— Мы хотим по крайней мере не бояться этих лесов. Ты сможешь нам подсказать, где можно пройти, а где нет. Если где-то есть Тьма, мы направим туда людей, и эти места станут безопасней и для нас тоже, — почти как ребенку говорил я ему.

— Вы хотите ходить по лесам так же, как и я? — удивился он.

— Да ну что ты. Просто не бояться. Это ведь немного? — мягко спросил я.

— Как это поможет людям империи? Они сидят на юге за стенами. Что им бояться этих лесов? — спросил он.

— Видишь ли, империя — она не только рядом, она везде. Если мы хозяева, то мы не боимся ничего ни за стенами, ни вне их, — сегодня разговаривать с ним было тяжелее всего.

— Лес всегда опаснее, — заметил он.

— Сейчас он еще опаснее. Намного опаснее, — сказал я.

— Показать опасные места? Ладно, я смогу, — решительно сказал он.

— Погоди. Сейчас не те времена. Нам. Мне. Мне нужно, чтобы ты нам помог еще больше. — На последнем слове он явно дернулся.

— Говори, мастер. Но скажу честно, мне это уже не нравится, — пробурчал он.

— Так. Давай я скажу, что я думаю. Ты правильно понял, я нацелен на большее. И мне нужен ты весь. Все, что ты можешь нам дать, — решительно заявил я.

— Все? — протянул он.

— Не более того, чем ты не готов жертвовать. Я тебе предлагаю вступить на службу в разведку гарнизона, — торжественно закончил я.

— Ты слишком много о себе возомнил, мастер-советник. Что ты от меня хочешь, говори быстрее. Чтобы я хорошо запомнил, из-за чего мы расстались, — лесовик быстро преобразился. Теперь он уже не был похож на простачка.

— Не кипятись, Борх. Ты думаешь, я от нечего делать сюда пришел? Люди живут на краю. Лишения и смерти ходят рядом. Сейчас мы качнули маятник в свою сторону, но что будет дальше? Я собираю все силы. Ты сможешь нам помочь даже больше, чем ты думаешь, — возвышенно закончил я.

— Я могу помочь даже больше, чем ты сам думаешь. Да. Только я не буду этого делать, — твердо закончил он.

— Почему? — после этих его неожиданных слов я немного опешил.

— Не вижу в этом смысла, — спокойно ответил он.

— Ладно. Давай я расскажу, что я от тебя ожидаю, — я решил зайти с другой стороны.

— Слушаю.

— Разведка. От тебя мне нужно лишь это. То, что ты делаешь, лучше всего, — я решил подольститься.

— Дальше.

— Да в общем и все. Сообщать нам о том, где что происходит, нас интересуют прежде всего твари, потом люди. Ходи как обычно, туда-сюда. Увидишь тварей, запомни, расскажи. Увидишь людей, передай им, куда идти. Сообщай нам, да и все, — я развел руками.

— Все? — настороженно спросил он.

— Почти. Там есть много тонкостей конечно. С людьми не все так просто, — добавил я и сам задумался над своими словами. Да, я и не думал, что с Борхом так тяжело пойдет. А с другой стороны, что я о нем знаю? Как у него там в лесу? У него есть родственники? Наверно есть. Как они пережили это все? Борх тварей не боится, хоть и обходит их за даля. Может, у него что-то произошло.

— С людьми всегда опасно, — мрачно согласился он со мной.

— Точно. Но в целом ты согласен? — надо идти дальше. Он нужен нам.

— Зачем мне это? — вскинулся он.

— Разве плохо помочь хорошим людям? — спросил я.

— Я их не знаю или вы сейчас про себя, мастер? — озадаченно спросил он.

— Ну и что с того, что ты их не знаешь? Думаешь, там нет хороших людей? — горячился я.

— Я этого не говорил, — ответил он.

— Ты можешь сделать многое. Ты представляешь, сколько людей сейчас выживает на забытых участках? Если им кто-нибудь укажет путь к нам туда, где они смогут жить хотя бы без страха смерти, — рисовал я мрачную картину.

— Не знаю. Да и если честно, и знать не хочу. Но допустим, я знаю. И при чем тут я? — спросил он.

— Если только ты им можешь помочь? Ты думаешь, ты не при чем? — я продолжал давить.

— Не надо. Не надо меня винить в смерти всех тех, кому не повезло, — он отвернулся.

— Я и не виню. Ты будешь виноват не более чем мы все. Но ты мог им помочь, а мы нет, — жестко закончил я.

— Это неправильно, — быстро сказал он.

— Я и не настаиваю. Это все: мог бы, не мог бы. Смог или не смог — мне тоже не нравится. Я делаю то, что я делаю. И я пришел к тебе, черт побери. Ты же все уже понял. Говори, что решил, — я давил на него.

— Как это будет? — он явно дал слабину.

— У нас есть группы дальней разведки. Оформлю тебя, как особую группу с тобой во главе. И не важно, что ты там один. Тебе будет оказываться всевозможная помощь в первую очередь. Твои сообщения будут доноситься немедленно, — я уже мысленно потирал руки.

— Хорошо звучит. С чего мне начать? — И все же он согласился.

— Спасибо. Давай позовем моего помощника.

* * *

— Самая первая задача. Нам нужен безопасный путь к столице, — я достал карту.

— Постойте, мастер. Где я и где столица? — удивился Борх.

— Не спеши. Смотри на карту. Понимаешь в ней? Наш самый северный пост. Вот здесь. Нужно проложить путь к дальним пригородам. Здесь лесов много, — я показывал на карте примерный путь.

— Поселений еще больше, — мрачно бросил он.

— Мы предвидим, что все они разорены. Просто проложи путь — и все. Вернись и расскажи.

— Лучше два, — добавил мой помощник.

— Два? — удивился Борх.

— Два было бы хорошо, — сказал я.

— И переходы между ними, — снова встрял помощник.

— Переходы? — снова удивился лесовик.

— Представьте лесенку. Направляющие — это два пути. А перекладины — это переходы между ними, — помощник чертил на карте воображаемые линии.

— Понятно. Чтобы можно было маневрировать, — Борх явно соображал, о чем мы говорим.

— Именно, — я засиял.

— А какие должны быть перекладины? — спросил Борх.

— Да. Какие? — я посмотрел на помощника.

— Снизу вверх слева направо, или справа налево? — Борх тоже начал колдовать над картой.

— Интересно. Да ты тактик. Уловил такой момент. Если идти туда по левому пути, то лучше, чтобы перекладины были слева направо и наоборот. Молодец. Но нет. По этому поводу даже не думай заморачиваться. Во-первых, это шаблон, который может стать известен противнику, — мой помощник обрадовался, что получилось быстро найти общий язык с лесовиком.

— Какому противнику? — напрягся Борх.

— Я почем знаю. Не важно, какому. Врагу — и все. Во-вторых, мы сами не знаем, каким путем отряду будет удобно куда идти. И в-третьих, пытаясь подогнать под шаблон, ты будешь вынужден искать рискованные решения. Поэтому перекладины строить из соображений наибольшей скрытности. Остальное вторично.

* * *

Замок. Затемненный кабинет. Слабый светильник, подвешенный в центре, давал скудный свет. Только круг света. Все сидящие оставались в тени. Желающий мог выдвинуться и показать свое лицо.

— Здесь собрались люди, которые должны и смогут собрать разбежавшиеся поводья, — прозвучал голос.

— Я доволен этим, я знаю многих здесь. Хотя их и не видно. Но кто этот господин в монастырских одеждах? — прозвучал скрипучий бас.

— Разрешите представить вам брата Холо. Он представляет верные нам силы в аббатстве, — многозначительно ответили ему.

— Я считаю, что аббатство ушло из наших рук к уважаемому Навалю, — мягко прошелестело из дальнего угла.

— Не спешите так думать. Не все верно, что видится в первый раз. Я казначей аббатства и также я представитель торговой гильдии, — говоривший подался, и все увидели полное лицо говорившего.

— Не кажется ли вам, что ваша гильдия утратила свое влияние? — вальяжно раздалось от входа.

— Не кажется. Господа, собравшиеся здесь, более чем уважаемы. Но вы очень быстро забыли влияние нашей гильдии, — жестко ответил толстяк.

— Ваша гильдия очень сильна. Была раньше. Но сейчас? — напирали из темноты.

— Вы строите свои действия к возврату старого порядка. Неужто вы думаете, что он возможен без нас, — уже из темноты ответил купец.

— Звучит логично. Но вы то что? Что вы можете? — продолжал скрипучий.

— Я вхожу в верхний совет гильдии, — спокойно ответил купец.

— Спасибо, что сообщили. Это звучит весомо. Кто это подтвердит? — едко добавили из темноты.

— Я, — коротко раздалось из сумрака.

— Удивлен. Что вы вообще делали в казначеях этого аббатства? — прозвучал вопрос после короткой паузы.

— Позвольте оставить это в тайне, зачем вам это сейчас? Главное, что я здесь и я полномочный представить, — несколько раздраженно раздалось в ответ.

— Хорошо, мы примем это. Но у меня есть вопрос, как ваше монашество приняло происходящее? — спокойно продолжили из темноты.

— Довольно-таки правильно. Мы за порядок и спокойствие. Времена дикие. И если честно, Фиситор начал вести себя слишком прямолинейно. Его пожелания подмять все под себя не нашли у нас отклика. Мы сами искали способ, как его укротить, а тут появился блистательный Наваль. Решил все за нас, и мы рады, — размеренно говорил брат Холо.

— Рады? А то, что у вас теперь главный единобожник? — выстрелил скрипучий.

— Не важно, кто бы стал главным. Если бы он вел себя соответственно, было бы уже хорошо, — мягко ответил монах-купец.

— Но… — начал говорить кто-то невидимый.

— Он же единобожник, — перебили его резко.

— А вот это еще один плюс, — спокойно ответил Холо.

— Плюс? — недоуменно спросили его.

— Конечно. Вы наверно не представляете, какие прибыли единобожие может принести в будущем. Если бы могли, мы помогли бы им гораздо раньше. Но это было совершенно невозможно. В том погибельном болоте церковной вольницы это было просто безумной затеей. А этот умница Наваль сделал правильный шаг. Поверьте, ничто не может этому помешать. И это нам очень нравится, — довольно закончил Холо.

— Неужто вы всерьез восприняли этот новый орден? — прозвучал спокойный вопрос.

— Не надо так уничижительно. Все-таки перед вами один из иерархов нового ордена. Могли бы и проявить уважение, — с легким намеком на усмешку добавил Холо.

— Как? — раздалось из сумрака, и говоривший резко подался в круг света. Он был довольно молод, и хотя одет был неброско, но было видно, что он из высокой знати.

— Браво. Господа, я предлагаю всем взять пример с нашего уважаемого монаха. Нам всем нужно держать нос по ветру, — лидер собравшихся сделал пару хлопков.

— Да все ведь знают, что монастырские хотели убить Наваля, — проскрипело из угла.

— Что за чушь. Это не так. Я же говорю, мы всецело за, — раздраженно ответил Холо.

— Это было до того, как он объявил орден. Разве тогда вы не были злы на него за устранение вашей марионетки Фиситора? — быстро произнес молодой. Он так и оставался на свету.

— Во-первых, я вам уже сказал, что прежний аббат и так нам доставлял много хлопот. А во-вторых, разве вы не знаете, что мы предпочитаем покупать, а не убивать? — весомо закончил Холо.

— Предпочитаете. Но не всегда следуете. Вы трусы. Золото заменяет вам храбрость, — по-видимому скрипучий не любил ни монахов, ни торгашей.

— Как грубо. Мне грустно встречать такое непонимание. Заветы нашего ордена не имеют основой какие-то религиозные догмы. Мы сугубо практичны. Любые неприятности не возникают просто так. Они копятся по мелочам и проявляются в своем величии. Очень редко человек сам по себе является источником неприятностей. Стечение обстоятельств выставляет личность вперед, и если ее убрать, то на ее место встанет другая. Просто потому, что природа не терпит пустоты. Ресурсы затрачены, человека нет, а неприятность тут как тут. А вот если купить человека, неважно чем, деньгами, женщинами, безопасностью близких или долгом, то все меняется. И даже самую большую опасность можно перевести себе в пользу, — в словах говорившего чувствовалась его глубокая убежденность в своей позиции.

— Спасибо. Я немало думал о вашей гильдии и о способах ее работы. Но сейчас вы очень точно все высказали. Значит Наваль не ваша работа? — озабоченно спросил глава сумрачного собрания.

— Никак нет. Да и в замке мы слишком ограничены. Поверьте, в аббатстве даже сейчас мы намного сильнее, — горячо произнес Холо.

— Верю. И мне это не нравится. Какая-то неучтенная сила присутствует в нашем раскладе, — говоривший замолчал. Молчали и все собравшиеся.

— Пропал один из братьев-отшельников. Его мало кто знал, и куда он делся, никто не знает, — нарушил тишину Холо.

— Жаль. Продолжим. Главное. Что. Мы. Будем. Делать, — четко по словам произнес лидер.

— Дела налаживаются. Наваль развил бурную деятельность. Все заняты. У людей есть цель. Твари уничтожаются. Голод не грозит. Правда, его нездоровый интерес к Саббату. Куда он лезет? Такое впечатление, что и вправду готовится его отбивать, — медленно и спокойно, даже несколько бесцветно, говорил ранее молчавший. По-видимому, все, о чем говорил до этого, его совершенно не интересовало. Молодой, услышав этот голос, резко дернулся в его сторону и, о чем-то подумав, убрался в тень.

— По крайней мере, это поднимает дух большинства населения нашего чудесного гарнизона, — прозвучал еще один новый голос. Старый и немного блеклый.

— Как и ваш дух поднимает его заверения об экспедиции в столицу, — в пику ему сказал молодой.

— Это важно, — отрезал старый.

— Не спорю. Весь вопрос, что будем делать мы? — напористо спросил молодой.

— А нам нужно что-то делать? — ответил бесцветный.

— Конечно. Если глянуть на карту, то многое становится понятным. На восточном побережье сандийцы. На восточном пиратская республика. В столице демоны, а на севере мятежный ат Мар. Вся империя — это наш юг. И что? Кто здесь главный? Не то чтобы не особа императорской семьи, и не ат, и даже на сат, а какой-то безродный эл. Нужно что-то делать! — горячился молодой.

— Наваль на своем месте, — вставил старый.

— Соглашусь. Но мне кажется, что его место нужно точнее ограничить, — проскрипел бас.

— Звучит логично, — быстро вставил молодой.

— Мы уже предприняли некие шаги. Навязали ему отчетное собрание. Соберем горлопанов из замковой швали, пусть покричат на него. Не думаю, что он потеряет контроль, все же канцелярия, но застит его напрясться. Пусть пашет в своем огороде. И чем ниже будет наклонена его голова, тем меньше он будет видеть то, что происходит вокруг. Когда все наладится, он и не заметит, как окажется в своей загородке, — уверенно произнес главный.

— Великолепно. А почему с нами нет князя Ири? — спросил скрипучий.

— Уж кого я хочу меньше всего видеть, так это его. Старик не интересуется ничем, кроме своих магических тайн. Здесь ему не место. Не знаю, как Наваль зацепил старика. Наверно, скормил ему что-нибудь из канцелярских закромов, — начав раздраженно, к концу главный успокоился.

Глава 2

Очередное рабочее совещание. Я и мой помощник. Остальных я привык вызывать по необходимости. Не всегда получалось эффективно, но и услышать тут можно было то, что не всем можно было слышать. Мы вдвоем отлично справлялись.

— Докладывайте, — я был готов.

— Вернулся отряд дальнего поиска, отправленный на северо-запад. Интересные вести. Найдено три поселения. Жители двух готовы переехать в гарнизон, собирают вещи и ждут конвоя. До тысячи человек. А вот с третьим сложнее. Они, видать, хорошо устроились. Особых подробностей нет, но у них точно есть сильные маги. Они отрядили представителя. Хотят поначалу осмотреться, — эл Тавруи делал пометки в своем таладе.

— Хорошо живут. И что? Твари их не донимают? Или их маги так сильны? А едят что? — хотя, признаться честно, мне это было не особо интересно. Но для понимания обстановки наверно полезно.

— Вернутся, разузнаем. Но у меня есть одна мысль, — и тут он слегка замялся.

— Ну. Раз начали, то продолжайте. — Помощник у меня дельный.

— Донесения разведчиков, действующих на разных направлениях, сильно отличаются. Что натолкнуло меня на размышления. Почему же так происходит? Я предполагаю, что можно говорить о неравномерном распространении темного воздействия. Абсолютно не представляю, чем это можно объяснить. Думаю, это совсем не в моих силах. Но я начал отмечать на карте степень черноты. Вырисовывается интересная картина, — он выжидательно смотрел на меня.

— Степень черноты? Вы меня удивили. Хотя я соглашусь, понять причину нам вряд ли удастся. Сегодня. Да и нет на это ни времени, ни сил. А вот воспользоваться этим мы вполне можем. Я жду от вас карту с вашими пометками, это пригодится всем: и воинам, и работникам, — а мне ничего такого в голову и не приходило.

— Спасибо. Я сделаю копию и буду ее обновлять. Так вот я хотел бы продолжить. Если продолжить мысль о неравномерном влиянии, то мы должны допустить существование очень сильно и очень слабо пострадавших областей, — продолжал Тавури.

— Понял, не дурак. Дурак бы не понял. Значит им повезло. Сильная группа выживших попала в чистую область. Это логично. С ними придется поработать. Донести до них мысль, что одним им можно выжить, мы это признаем, но что им делать дальше. Придумаете что-нибудь? В этом направлении, — я сделал жест руками.

— Основная идея — одним можно выжить, но нельзя развиться? — сразу подхватил он.

— Типа того, — брякнул я.

— Не понял, — а вот сейчас он смотрел на меня озадаченно.

— Да, это правильная идея. Ну и пусть поймут, что мир может измениться в любой момент. Расскажите им про захваченный Саббат. Главным лицам расскажите про одержимых демонами и обязательно про ат Мара, сидящего на севере. Намекните им, что он может это все повторить, — посмотрел я на него многозначительно.

— А он может? — слегка испуганно спросил Тавури.

— А вы уверены, что не может? — хитро спросил я.

Но он не ответил, глянул на свой служебный талад и вскочил.

— Срочное сообщение. Поисковики на северном направлении отступают, понеся потери, — эл Тавури лихорадочно листал обрывки сообщений, которые приходили на служебный концентратор.

— Чертов санди, так близко? Или они забрались так далеко на восток? — я тоже пытался разобраться в этом первичном потоке, но мой помощник явно в этом поднаторел больше, чем я.

— Пока известно мало. Сначала сработал камень боли. — Уже очень плохо.

— Одного мы потеряли. Что увидели? — Надо обязательно покарать убийцу.

— Ничего, — медленно ответил Тавури.

— Продолжайте. — Если камень не смог передать облик убийцы, значит оказался быстрее и сильнее нашего опытного разведчика. Очень плохо. Я вскочил.

— Затем пришло сообщение. Обнаружили большое поселение. Возможно, банда Мизорно, — Тавури посмотрел на меня.

— Черт побери! Извините. Дальше, — тут мне пришлось присесть и взять себя в руки.

— Вели наблюдение. Заметили, что обнаружены. Прорыв. Магическая атака. Сразу минус один. Второй тяжело ранен. Уходили под плотным преследованием. Раненого оставили. Дальше ушли вдвоем. Противник быстро отстал, но остался зоркий. Так что подробности узнаем, только когда остаток группы выйдет к нам, — мой помощник был сосредоточен.

— На кого завязан зоркий? — спросил я.

— Это группа арса. Они все на нем. — В этих группах все с камнями. Они вообще-то не сложные в изготовлении, но вот привязка вещь не простая.

— Не сработал еще? — со смешанным чувством спросил я. И терять больше никого не хочется, и понять бы быстрее, с кем мы столкнулись.

— Нет. Либо еще жив…

— Либо все же мертв, но их маги подавили камень. Готовьте черновик операции. Примерное место нам известно? — я был готов к драке.

— Они наверняка уже переместились, особенно если им удалось допросить пленного, — мягко возразил Тавури.

— Неважно, мы знаем, что они точно есть, знаем направление, и знаем, что должны отомстить, — надеюсь, что это уже все понимают.

— Отомстить? Я думал, мы действуем по законам. Хоть и военного времени, но…

— А это именно такой закон. Сколько примерно бойцов у противника? — как бы не зарваться.

— Неизвестно. Вернутся наши, узнаем, — Тавури убрал талад, по-видимому, все, что было, он уже обработал.

— Поднимайте весь легион. Всех, кроме двух патрульных очередей и конечно тех, кто сейчас уже в поле. Труна Кросса вся с нами. И я хочу задействовать гвардию с железякой, — надо попробовать извлечь все из этого.

— Капитан даст согласие? — приподнял бровь мой помощник.

— Не будем спрашивать. У нас чрезвычайная ситуация, — нервно бросил я.

— Всего лишь банда, это ведь не сандийцы, — мягко пытался он мне возражать.

— Мы понесли потери там, где должны были найти новые силы. Противник показал, что он силен и не мешкает с нападением. Но если честно, я хочу поглядеть на гвардию в бою. — Нужно все же не терять авторитет.

— Вы думаете, что они… Как бы это сказать. Ну что репутация их дутая? — осторожно спросил он.

— Я так не думаю но узнать точно их силы очень хочу. Если капитан будет артачиться, я с ним поговорю. Найду что сказать. Не сомневайтесь, — уважаемому Аргонату мне всегда есть что сказать.

— Ни в коем разе.

* * *

Разговор с капитаном все же состоялся. Если легион уже выдвигался, то гвардия явно стопорилась.

— Капитан, я жду от вас выполнения обещания, — раздраженно выпалил я в амулет связи. Все мои циркуляры висели в замковом концентраторе без ответа.

— Что-то случилось? — медленно спросил старый голос.

— Мы обнаружили крупную банду. Наши разведчики понесли потери. Один из них мертв, второй в плену. Мы должны освободить его, — твердо заявил я.

— При чем тут гвардия? — устало спросил Аргонат.

— Я считаю, что вам нужно показать ваше участие в жизни гарнизона. Мы ожидаем серьезное сопротивление. Подтягиваем все силы. И ваши воины не должны оставаться в стороне, — я выделил последнее слово.

— Кто это решил? — без выражения спросил капитан гвардии.

— Я. Наш свежеиспеченный светлый орден неплохо борется против Тьмы. Но здесь немного другое. Граждане империи совершают зло. Мы вполне способны их сломить, но если правосудие совершит императорская гвардия, это скажет о многом. О том, что мы по-прежнему империя, а не кучка вооруженных людей, — и кому я объясняю.

— В этом есть смысл. Что вы хотите от моих воинов? Вырезать всех? — как-то он быстро согласился.

— Ни в коем случае. Там немало гражданских, но вот тех, что во главе, мы должны покарать с наибольшей строгостью, — твердо закончил я.

— Для примера другим? — уверен, что он сейчас там кивнул.

— Другим? Каким другим? Откуда их взять? Для нас самих конечно.

* * *

Основные силы гарнизона собрались в этом леске. Легион спокойно растворился среди деревьев. И не скажешь, что это морской десант. Труна паслась на большой поляне. Обособленно держался отряд гвардии. Конный полуторадесяток и два десятка пехоты. В большой телеге лежал железный голем. Если честно, с трудом представляю, как его применить в этой местности. Но сам факт впечатлял.

— Дозоры у них ни к черту. Можем снять совершено незаметно, — сообщил разведчик легиона.

— Пока не нужно. Попробуем сначала другой способ. Сколько с ними гражданских? — нельзя ошибаться.

— Много. Я даже удивляюсь, как они живут. Там более пяти тысяч невооруженных. Женщины, дети и мужчины. А управляют этим всем не более двухсот воинов. Правда, у них два-три сильных мага. Но все же. Если они все пустятся наутек, их никто не словит, — солидно закончил разведчик.

— Пустятся куда? Тварям на прокорм? Мне лично все понятно. Бандиты обеспечивают безопасность в обмен на защиту. А семейному мужику деваться некуда, — от того, как все пойдет в начале, все и зависит. Если не получится, то бойни не избежать.

— И что будем делать? — спросил Кросс.

— То что и планировали, предложим им выбор. Гвардия! Вы готовы? — я обратился к облаченному в парадные доспехи гвардейцу.

— Все думают, что только и умеем, что маршировать на параде, и очень это любим. Но это не так. Ненавижу парады, — кривя губы процедил гвардеец.

— А получается, что придется вспоминать самые худшие. Как можно красочнее вы сейчас должны выйти к этим людям и провозгласить волю императора, — возвышенно закончил я.

— Какую такую волю? Вы что же, получили указания от самого? — опешил гвардеец.

— Разве воля императора ежеминутна? Она дана нам давно и никуда не исчезла. Граждане империи должны повиноваться его воле. И тем, кто ее несет. В данном случае вам, — я указал на конный отряд.

— Хорошо. Мы это сделаем. А дальше? — мрачно согласился гвардеец.

— Дальше что? — удивился я.

— Что нам делать? Если они на нас нападут, я знаю что делать. А если нет, что нам делать? — а он явно нервничал. Или капитан подсунул мне далеко не лучшее.

— Это уже неважно, сделайте свою часть, — я отвернулся от него. Мне было гораздо интереснее наблюдать, как готовят железного стража к бою. Как раз его вооружали, оказывается, везли его не в полном сборе. Спросить их почему? А с другой стороны, какой смысл?

— Говорят, у них сильные маги. Мы можем понести серьезные потери, — осторожно произнес гвардеец. Нет, однозначно он мне все больше и больше не нравится. Но обратного хода уже нет.

— Вы воины или торговцы? Умрете или победите. Вот и все. Но вы особо не волнуйтесь, если начнется большая заваруха, то труна Кросса всегда готова вам помочь. А уж когда в дело вступит легион, вам больше ничего не будет угрожать, — надо побыстрее с ним закругляться.

— Почему же их сразу не пустить вперед? — не отставал гвардеец. Кросс наблюдал за этим молча. Неужто для него подобные речи гвардейцев не в новинку?

— А гражданские? Им нужно дать возможность выжить. Легион, знаете ли, это такое оружие, которое тяжело перенаправить, — я быстро глянул в рощу, легионеры рассредоточились между деревьями и старались не привлекать лишнего внимания.

— Я понял. Мы как куклы в балагане. Яркие, раскрашенные, а за ширмой громилы с оружием наголо, — по-видимому все для себя решив, гвардеец повернул коня.

— Какая интересная аллюзия. Браво. Ну что ж, если вы все поняли, то выступаем, — а он не так уж и прост.

Грязный лагерь полотном серых палаток раскрасил долину. Сизые дымки костров добавляли картине объем. Сгорбленные фигурки часовых гармонично вписывались в этот пейзаж. Началось шевеление. Женщины в неряшливой одежде выползали из-под пологов. Кто-то нес воду, кто-то рубил щепу. Из маленького шатра вышел мужчина, почесав грудь повернулся к углу и расстегнул штаны. И вдруг все изменилось. Шатер вспух, как надутый, и, прорвав одну из его стен, показался мужчина. В одной рубахе, босой. Но в одной его руке был меч, а в другой — пульсирующий комок света.

— К бою!!!

Из палаток выбегали люди. Кто-то растерянно стоял, наблюдая за происходящим вокруг. А кто-то, ругнувшись, возвращался обратно, чтобы вооружиться. Чуть позже из богато украшенной палатки вышел вооруженный мужчина.

— Тарк, что происходит? — спокойно спросил он, поправляя доспехи.

— Воины-маги идут к нам, — в руке Тарка шар переливался разными огнями, и он сосредоточенно в него всматривался.

— Много? — воин слегка вытянул меч из ножен и резко вернул его обратно. Потом пробежался по своим боевым магикам.

— Пару десятков, и у них крутая магия. И еще. За ними много войск. И черт побери, нас обходит конница, — маг крутанулся на месте пытаясь сориентироваться.

— Ребята, ко мне. Штари, на тебе мужики, пусть защищают палатки. Ребята, ко мне, я сказал! — прорычал воин.

— Волес, похоже, мы попали, — враз успокоившись, сказал Тарк.

— Не спеши паниковать. Где пленный? Давай его сюда.

На холм поодаль лагеря выходили воины. Мундиры и латы. Личный флаг императора (вообще-то в прежние времена за это можно было бы и поплатиться). А впереди них огромная фигура закованного в чудовищные латы воина. Закрытое забрало и два большущих волнистых клинка.

— Тарк, кто эти клоуны? — вальяжно спросил Волес. Возле него собиралось вооруженное войско.

— Волес, ты удивишься, но это императорская гвардия, — похоже, и сам Тарк был удивлен.

— И что им нужно здесь? Неужто великий ат Ин решил нас посетить, — мрачно улыбнулся командир.

— Нет, императора с ними нет. Флаг без золотой короны, — маг рассматривал выезжающих.

— Справишься с ними? — спросил Волес.

— Шутишь? Без вариантов. Мне один железный страж выше крыши. Так еще и столько гвардейцев. Нет, старина, давай выкручивайся, — и плавно ввинтился за спины воинов.

Подъехав на сотню шагов, гвардия остановилась.

— Господа, чем обязан? — важно спросил Волес.

— Старший гвардии офицер эл Форг, — сказал гвардеец и замолчал, будто бы полагая, что этим все сказано.

— Командир Волес. Мы рады вас видеть у себя. Но к чему все это войско? — с манерами, более присущими светскому рауту, спросил воин.

— Если вы еще не знаете, то на этих землях действует закон военного времени. И вы убили и захватили в плен воинов имперского гарнизона, — прозвучало из забрала.

— Что за гарнизон? — удивился Волес.

— Сейчас не время объяснять. Отдайте нам пленника. Сложите оружие и будьте готовы к имперскому суду, — непреклонно командовал гвардеец.

— Мы ни в чем не виноваты. Никто не знал, что это воины империи. Черт подери, мы не знали, что империя еще существует. Пленный молчал. Мы конечно отдадим его. Но суд — это чересчур. Мы обычные беженцы, хотим просто выжить, — поняв, что их прямо сейчас убивать не будут, Тарк принялся торговаться.

— Суд все решит, — Форг тронул коня и поехал вдоль вооруженных защитников лагеря, внимание которых было приковано к железному стражу.

— А откуда нам знать, что вы гвардия, мало ли кто одел мундиры и цвета, — Волес пошел рядом с конем гвардейца.

— Хочешь проверить это? Тогда готовься к бою, — Форг резко осадил коня.

— Мои люди натерпелись, но воевать им не впервой, все жители этого лагеря вооружены и готовы дать отпор, — Волес сделал пару шагов назад, чтобы хоть расстояние позволило ему достойно беседовать с возвышавшимся над ним гвардейцем.

— Нам не нужна лишняя кровь. Отдайте разведчика и начнем переговоры, — Форг успокоил коня.

— Отличное слово — переговоры, — улыбнулся командир поселения.

* * *

В нашем временном лагере царил беспорядок. Боевых действий не предвиделось, зато работы с такой большой группой мирных лиц было много. Нужно было провести быстрое следствие, кто знает, какие порядки были у них. И сколько лихих людей мы тут обнаружим? Но для начала меня интересовал наш разведчик.

— Как он? — зоркий передового отряда выглядел неважно, но никаких ран видно не было.

— Справится. Его почти не пытали, — лекарь пограничников колдовал над ним.

— Где этот Волес? Что за кличка? — я очень хотел с ним побеседовать, такая аккуратная работа с нашим магом. Защита похоже выдержала, и его маги не стали уничтожать его разум.

— Скоро прибудет. У него действительно сильные маги. Один очень силен, почти великий. — А вот это новость. Кто же смог спастись так близко к столице?

— Как его настоящее имя? — спросил я.

— Он из вольных, — ответил Кросс. Его труна уже ускакала в расположение, а он решил остаться посмотреть.

— Какая встреча. Южный волк попал ко мне в руки. Так неожиданно, — в голове сразу зашевелился клубок мыслей. Как защититься на всякий случай? На чем его брать?

— Вы знаете его? — удивился лекарь. Его лечение, кажется, возымело действие, по крайней мере лицо зоркого приобрело нормальный цвет.

— Заочно, — я пошел прочь.

— Опасный преступник? — Кросс пошел со мной.

— Еще какой, — я вспомнил его пару проделок и улыбнулся.

— Я так полагаю, в плен не брать? С нами отряд белых братьев. Так на всякий случай. Поручить это им? — встрепенулся мой помощник.

— Вы ошибаетесь. Гвардия справится лучше. Но не в этот раз. Он нужен мне, — я осадил своих воинов.

— Живым? — удивился Кросс.

— И не только. Он мне нужен весь, и сразу.

* * *

Давно назрела необходимость проинспектировать наши дальние разрозненные поселения. Донесения донесениями, а самому надо глянуть. Продукты все поставляли исправно. Но это было не самое главное. Нужно понять, получается ли у нас наладить жизнь, хотя бы примерно похожую на прежнюю.

— Как обжились? Никто не обижает? — мы не спеша прогуливались с местным головой. Большой детина в простой одежде.

— Обживаемся. А кто нас обидит? Нас охраняют. Все в порядке, — как-то успокаивающе отвечал он.

— Так далеко на отшибе. Не страшно? — я внимательно посмотрел на него. Что-то я упускаю.

— Мы привыкли, у нас было крепкое хозяйство южнее Бошна. Жили не тужили. Наши предки — переселенцы с севера. Вначале было много разных семей, затем почти все породнились, — веяло от него чем-то таким степенным, надежным.

— Один большой крепкий род? — по-видимому, здесь мы имеем счастливое исключение, крепкому клану гораздо легче вытерпеть такие испытания.

— Да. Мирно жили, хлебно. Когда все началось, через нас прошла большая группа беженцев. Старейшины подумали и решили присоединится. Не знаю правильно ли? — А все же сомнения есть. Судя по тому, что они успели здесь отстроить за такое короткое время, хозяйство им пришлось оставлять немалое.

— Натерпелись в нижнем городе? — что-то я не припоминаю ничего подобного, а ведь такой крепкий клан в трущобах должен был непременно вступить в конфликт с бандитами.

— Не без этого. Но я думаю, что все сделали правильно. Не выжить нам было одним, — и тут я понял, в чем ошибался. Мой собеседник далеко не молод. Но по внешнему виду не скажешь. Впрочем я знал таких людей, они долгое время не выглядят старыми, зато угасают резко в течение пары лет. Конечно, во главе этого рода может быть только опытный человек.

— Сейчас надеетесь на стражу гарнизона? — попытался я его прощупать.

— Толково действуют. Спасибо вам. Я знаю, что во многом это ваша заслуга, — он кивнул мне, чуть не поклонившись. Понятное дело, аккуратная лесть для большого начальства должна присутствовать в его арсенале.

— Я старался. Но не только ради вас. Хорошо, что у вас все хорошо. Какие успехи? — пусть похвастается.

— Ближние поля распахали и засеяли. Все что выросло диким, собрали, — а у них здесь все очень чисто. Уверен, толк выйдет. Может как-то начать подселять к ним другие семьи?

— Оставили себе? — делано нахмурившись, спросил я.

— Там немного вышло. Нам в самый раз. Зато не требуем из гарнизона. Вот зайцев одомашниваем. Через пару поколений будут обычные домашние кролики, — старая игра, старые правила.

— Откуда столько взяли? Я думал, нечисть все поела, — хотя конечно охотник из меня никакой. Если не на людей.

— Зайцы умеют выживать. Надо только уметь искать, — ответил голова.

— Хвалю. Побольше бы нам таких хозяйств. Значит никто не обижает? Вы не бойтесь, если что, сразу сообщайте. Вы имеете право требовать защиту, и никаких препятствий для вашего хозяйства со стороны гарнизона быть не должно, — я смотрел прямо на него.

— Мы ничего не требуем. Нам всего хватает, — а вот мой собеседник косился в сторону. Держит камень за пазухой? Или обычный стиль поведения перед высоким начальством?

— Потому что и гарнизон будет требовать от вас. Все ваши урожаи и добыча, за вычетом необходимых вам, будут изыматься, — я выделил последнее слово.

— Жесткие у вас требования. Мы вольные люди всегда были. Я понимаю, что время сейчас непростое, но и вы поймите, людям нужно знать, ради чего они работают. Если все будет изыматься, то какой смысл особо стараться, обживаться здесь? — и тут он посмотрел мне в глаза. И я прочитал в его взгляде многое.

— Именно. Время сейчас военное. И даже если бы вы оставались в своем родном месте, то вас бы так же вынуждали работать, — я вдруг начал оправдываться.

— Я думал, все налаживается? — грустно спросил он.

— Не падайте духом. Есть согласие крупных землевладельцев и одобрение коронного совета. Все земли гарнизона, отданные беженцам, будут переданы им в собственность, — тут все было не так просто, но я решил его порадовать.

— Все земли? — голова напрягся.

— Все обработанные поля и прочие хозяйственные земли, включая лесные угодья, а также обжитые селения, — я вспоминал, до чего же мы договорились. Там законники много чего накрутили, не уверен, что запомнил все мелочи, но в целом вроде все так и было.

— Насколько обработанные? Насколько обжитые? Кто это будет решать? — а он все сразу понял и обдумал. Талант.

— В любом случае это произойдет после окончания военного времени. Полагаю, будет создана особая служба, которая это решит. Но поверьте, все серьезно. Империю не интересуют бросовые земли. Император, гвардия, легионы — все это опирается в конце концов на обжитые земли, подати и пошлины. Вы нужны империи не меньше, чем вам нужны эти земли, — я решил сойти с этой скользкой дорожки.

— Я вас понял.

* * *

Бошн был южной торговой столицей. Удачно расположенный, издавна всем известный. Здесь не найти высоких дворцов знати. Крепкие низкие строения, зачастую с пристроенными обширными складами. Много рынков и гостиных дворов. Речные причалы города были одними из самых протяженных в империи. Казалось бы, то еще место. Но я бывал здесь раньше. И здесь всегда было очень спокойно. Бошн одна из святынь, реликвий торговой гильдии и всегда поддерживала порядок твердой рукой. Контрабанда — само собой. Торговля женщинами и рабами — а как же. Убийства, разбой, грабежи или не дай боги чернокнижие — никогда. Здесь было приятно отдохнуть, для тех кто понимает. Уйма приятных таверн с талантливыми уличными музыкантами. Столичные мошенники и обманутые простаки. Шумная, безобидная и порой уморительная ругань посреди улицы. Пьяная стража и громкие проповедники. А в просвещенные времена здесь появились многочисленные артельные посады, что давало возможность покупать хорошие магики по низкой цене. Здесь всегда было очень уютно.

Наш отряд остановился на невысоком холме. Раньше в этом месте находилась старая деревянная часовня Зоси, покровителя торговли. Ее обгоревшие остатки усиленно обрастали растительностью. Неприятное соседство, но отсюда было многое видно. Спускаться в этот город не хотелось.

— Мы поставили три заставы. Одну на южных воротах, вторую на причалах и третью в центре, на месте резиденции имперского советника, — арс Тамоа возглавил эту операцию. В Бошне планировалось поставить новый северный пограничный пост нашего гарнизона.

— Как все плохо? — глядя на город, сразу было видно, что хорошего там ничего не будет.

— Больше, чем мы представляли. Не знаю, как так получилось, но здесь все пошло просто гадски. Никто не смог организовать здесь мало-мальского порядка. Выжил сильнейший и подлейший. Трупов больше, чем в Саббате. Те, кто выжил, просто звери. Мы их отстреливаем без разговоров, — мрачно хмурясь, отвечал арс.

— Стреляете навскидку? Не может такого быть. Должны остаться простые граждане, — мне передавался его настрой.

— Они одичали. Это уже даже не люди. Прошло так мало времени, но они успели стать животными, — он просто выплюнул последнее слово.

— Несмотря на то, что я немало видел в этой жизни, уверен вы преувеличиваете, — может зря эту операцию доверили арсу. Военные — это военные. Уверен, Кросс или ополчение не были бы такими резкими.

— Хотелось бы мне ошибаться, но я прошелся с боевыми группами по городу. Они очень ушлые и бегут от нас, но даже не вздумайте туда сходить один, — он резко повернулся ко мне.

— А если и вздумаю? — я уже давно никуда не хожу один. Ученый.

— Держите своего мертвителя наготове, — просто ответил он.

— Откуда вы… Впрочем, я вам верю. И что вы предлагаете? — лучше увести разговор, но если арс рекомендует мне употреблять такой мощный магик посреди населенного пункта, значит приказ сравнять здесь все с землей он выполнит не сомневаясь.

— Держим узловые точки. Очищаем участки, нужные для транспорта. Со временем или мы их перебьем, или они отсюда уйдут, — нам нужен город, а не пустошь. Здесь очень удобное место.

— Мне это не нравится. Что они уйдут в особенности, — разбегутся по лесам, наверняка станут разбойничать или, того хуже, пойдут на корм нежити. А если вспомнить, какой силы стала тварь, уничтожившая орс Ошьти?

— Хотите устроить зачистку, как в нижнем городе? Не думаю, что получится. Палаточный лагерь — это не вековые трущобы. Здесь нужна армия. Да и не у всякого поднимется рука убить одного из этих существ. А если ты повернешься к нему спиной, он воткнет тебе в спину кусок ржавого железа и, если получится, съест после этого, — он сплюнул.

— Какая картина. А тащить их на «локоть» вы не хотите? — людоедов там уж точно не хватало.

— Им не нужны ни монахи, ни ваши нюхачи. Их нужно просто вычеркнуть из нашей жизни, — тихо сказал арс.

— Там могут быть дети, — возразил я.

— Дети не выжили там. Они слишком слабые, — с горечью произнес Тамоа.

— Плохо, мы должны принести сюда закон, — и что теперь делать. Наверняка этих граждан можно вернуть к нормальной жизни. Да только где взять силы? Терпеть нахлебников мы сейчас никак не могли. Значит в тюрьму. Вылавливать, конвоировать. А потом на Южные острова на радость ат Иру.

— Закон только для людей, — сказал арс.

— Для не людей только смерть? — я его провоцировал. Зачем?

— Да. Но формально они граждане империи, и я это понимаю. Вы готовы принять на себя решение о массовой казни такого количества? Если да, то отдайте приказ, — сказал арс решительно.

— Нет. Но мне не нравятся половинчатые решения, — как он легко на меня все свалил.

— Как только придумаете, скажите мне. Я все выполню.

* * *

Сегодня я решился выбраться наконец на Изумрудный локоть. Это место давно уже перестало считаться важным в моих планах. Но для очистки совести необходимо было завернуть и в этот уголок. Тем более поступали тревожные звоночки от агентуры Мариса. Что-то недоброе зрело в этой яме.

Тюрьма-поселение сильно разрослась. Новые беженцы, направляемые в лагерь, давно уже располагались снаружи острова по берегам окружавшей его реки. На самом острове находились службы, склады, жили обслуживающий персонал, дознаватели и преступники, участь которых была решена. Идея высылать самых отъявленных на Южные острова не дала еще плоды. Приговоренные к работам часто сбегали, ловились патрулями и также приговаривались к Южным островам.

Далеко на подъездах нас встретили голова поселения Гурх и дежурный разъезд лагеря. Мы попрощались с патрульным отрядом, который вел нас по своему участку. Дежурные приветствия, и мы уже продолжаем совместное движение. Гурх степенно начинает мне что-то докладывать на ходу, какие-то цифры. Прибывшие, убывшие. Съедено, выпито, мешки, телеги. Срублено, построено, сгорело, починено. То что мне совсем неинтересно. Заметив мое недовольство, начинает сыпать словами с еще большей скоростью.

— Хватит. Мне все известно, — я сделал паузу. Пусть сам додумает и придумает.

— Конечно. Я обо всем пишу в столицу. А что вам известно? — уже несколько потерянно спросил он.

— В столицу? — императору что ли, подумал я.

— Ну да, в столицу гарнизона, — быстро освоились.

— Понятно. Отправьте дежурный отряд, я хочу посмотреть все сам. Надеюсь, братья меня прикроют, если вы опять пропустили в лагерь нечисть? — в этот раз Авита конечно ни о чем не предупреждала, но как говорится — а вдруг?

— Обижаете, — снова засуетился Гурх.

— И не думал, — много он о себе возомнил.

Бедные лачуги из свежесрубленного леса стройными рядами виднелись по обоим краям дороги. Жителей не видно, полагаю, что им приказали не высовываться. Упитанная стража на мосту. Деловито снующие служаки и обычная ругань у складов, на эту традицию повлиять было невозможно.

— Давайте в контору. Я приму просителей, — рыскать в этих трущобах в поисках жареного я не собирался.

— Каких просителей? — удивился голова.

— Вопросы которых вы не в силах решить. Разве таких нет? — невинно спросил я.

— Здесь я все могу решить. Нет, конечно, недовольные всегда есть. Но зачем вам себя утруждать? — Ох, как же он теперь заерзал.

— Я сам решу, чем себя утруждать, — вежливо, но твердо я убрал его в сторону и пошел внутрь дома.

— Может, перекусите с дороги? Мы вот тут накрыли уже, — торопливо произнес мне вслед голова.

— После.

Заняв кабинет головы, я осмотрелся по сторонам. Чисто. Какие-то бумаги. Через некоторое время потянулись просители. Явно подставные. Мямлят о чем-то: невзгоды, лишения, рассказы о своих былых лишениях и как им сейчас хорошо. И все же я дождался одного смутьяна.

— Господин Наваль, я скажу сразу. Прошу разрешить мне создать здесь свое хозяйство, — с порога начал молодой еще парень. Белобрысый с мосластыми ладонями.

— Что за хозяйство? — я быстро глянул на скромно стоящего в сторонке Гурха. Тот молчал.

— Здесь есть хорошие земли. Их можно распахать, вырубить лес. Кормиться можно прямо с них. Зачем везти сюда продовольствие с дальних ферм, куда нас не пускают? — он злобно глянул на голову.

— Почему не пускают? — теперь мы оба смотрели на Гурха. Тот немного сжался под нашими взглядами, но быстро собрался и затараторил.

— Так нет заявок. Планы на земледельцев у нас выработаны. Ремесленников не хватает, а этих, — он махнул рукой в сторону парня, — полно.

— Так почему бы не дать им работать здесь? — я что-то не понимал, здесь либо что-то личное, либо разгильдяйство и боязнь принятия самостоятельных решений.

— Не положено, — отрезал Гурх. Чувствовалось, что с этим словом он сроднился.

— Кем не положено? — удивился я.

— Вами. То есть у меня нет таких предписаний. Так и здесь все же тюремное поселение. А не… — он оглянулся по сторонам.

— Ну так почему бы вам не проявить волю и не сделать это? — я откинулся на спинку кресла. И как так получилось, что здесь такой человек во главе? Совершенно не помню, как мы его сюда ставили.

— Но я не знаю, что делать, — растерянно ответил Гурх.

— Спросите, вам подскажут. — Чего он так испугался?

— Это ведь надо инструменты. Охранять их опять же, — он зачесал в голове.

— От кого? — вновь удивился я.

— У нас ведь лагерь, они временно задержанные. Я за них в ответе, — уже уверенно ответил Гурх.

— Понимаю. Выберите самых ответственных. Проверенных, — я с нажимом произнес последнее слово.

— А охрану от тварей? — с напором спросил Гурх.

— Расширьте службу дежурного отряда. Действуйте, если вы сами сможете себя содержать, мы будем только рады, — перевести этот лагерь на самообеспечение было бы просто великолепно.

— Но без поставок мы не сможем, — очень испуганно возразил голова.

— Я не говорю, что мы вас лишим запасов. Начнем потихоньку, посмотрим, что из этого выйдет, а там уже будем решать, — я хлопнул рукой по столу, показывая, что вопрос решен.

— Спасибо, господин комендант. Спасибо. Гурх, я хочу начать с Совиной поляны, — новатор аж засиял.

— Хорошо, Пастел. Выйди, мы с тобой все решим. А сейчас у господина коменданта есть другие посетители, — и голова начал упорно выталкивать его.

— Удачи вам, Пастел, — крикнул я ему вслед.

— Спасибо, господин Наваль. Будьте уверены, мы не подведем, — зацепившись руками за дверной проем, радостно прокричал мне Пастел.

— Уфх. Может, все же передохнете, господин советник? — захлопнув дверь, Гурх протер платком лоб.

— Кто там следующий? — я ничуть не устал.

— Я уверен они подождут, — с некой злобой ответил он.

Но тут в дверь вошел неприметный мужичок среднего роста. Ловко просочился мимо головы, плавно пошел ко мне.

— Я хотел бы поговорить еще с этим вот господином, — так, ну вот и начнем наконец-то.

— Учетчик Хаз, что-то на складе? — изумился голова.

— Я хотел бы обсудить с господином комендантом наедине некие вопросы, — не глядя на него тихо произнес вошедший.

— Что вы себе позволяете, Хаз? — взвился голова.

— Оставьте нас, господин голова, — я указал ему на дверь.

— Да, конечно, — пятясь и сверля спину учетчика, голова пошел к выходу.

— Докладывайте, — скомандовал я, когда дверь захлопнулась.

— Здесь мой отчет по воровству, — он протянул мне несколько небольших листков.

— Если коротко, — я взял их и положил себе в карман. Потом почитаю, если время будет.

— Все в пределах обычного для хозяйства подобного пошиба. Но голова не делает вообще ничего, это плохо сказывается на людях. Они все видят и замечают. Я бы рекомендовал произвести пару выборочных арестов. И пошумнее, — деловито добавил резидент канцелярии.

— Полностью согласен. Дайте список, я сразу утверждаю. Сами справитесь? — не глядя я поставил служебным жезлом печать на небольшом служебном бланке.

— С этим конечно, — слегка улыбнувшись ответил Хаз. Или как там его по документам.

— Есть что-то еще? — наверняка то, что я ждал.

— Замечена нехорошая деятельность. Группа людей мутит воду и имеет определенный успех. Пока только здесь на локте, но с переселенцами потихоньку проникает наружу, — ответил Хаз.

— Что за нехорошая деятельность? — напрягся я.

— У нас появляются «магоборцы», — тихо сказал Хаз.

— Вот это новость. Их еще семь веков назад всех перебили, — а вот этого я точно не ожидал.

— Это новые. У них хорошая почва для брожения. Все знают, что наши горести вызваны магами. Тьма, демоны. Многие потеряли близких. Привычный уклад вещей нарушен. Людям всегда нужно кого-нибудь винить. Маги подходят отлично, — а ведь и он тоже неплохой маг, средней руки конечно, не больше.

— И то, что благодаря магии мы теперь отвоевываем свои позиции, никого не успокаивает, — покачал я головой.

— Конечно. Вдобавок магов осталось мало, и они думают, что у них есть шансы. — И откуда же вылезут эти «они»?

— Магов осталось достаточно, чтобы их всех усмирить. Однако в чем-то они правы. Устраивать сейчас подавления магоборческих бунтов с многочисленными жертвами — это смерти подобно. Тогда всему конец. Бунт нужно давить в зародыше. Вы выявили зачинщиков? — я погладил свой жезл.

— Они у меня все записаны. Но что с ними делать? В большинстве своем они обычные люди. Ждут распределения на земли. А там наверняка продолжат свое дело, не особо светясь, — излагал Хаз.

— Я пришлю подкрепление из города. Нужно сделать все быстро. Братья вам помогут, они найдут зачатки Тьмы в этих людях. В колонну и на Черный остров. Сделаем это как можно быстрее.

* * *

В наступающих сумерках трудно было разглядеть всех собравшихся на этом берегу. Наш восточный форпост. На том берегу остатки моста и редкие секреты. Группа разведчиков, мастерски скрываясь в редком тростнике, слушала мою тихую напутственную речь.

— Главное, не попадайтесь. Если ничего толком узнать не получится, то и хрен с ним. Чем больше сандийцы будут в неведении о гарнизоне, тем лучше. — Заросли ответили молчанием. — Я знаю, что вам это говорили много раз. Прошу, будьте осторожны. Если решите заговорить с местными, подумайте десять раз, а потом еще двадцать. Какие бы ни были срочные вести, дождитесь связного.

— Думаю пора.

— Командуйте, арс, — он в ответ лишь коротко махнул рукой, и отряд по тонким жердям, накинутым поверх остатков моста, двинулся в дальний поход.

Ариан легиона Мали. Рожденный не ползать.

Где-то на северо-востоке.

— Командир, можно не шуметь? — раздраженно прошипело в зарослях.

— Отставить. Командир не может шуметь больше подчиненного, он командир. Что вы опять заладили? Я хожу так, как вы меня научили и все остальные, — бурчание в ответ.

— Другие места начались. Нужно еще осторожнее, — тихо ответили ему.

— Поучи меня осторожности, салага. Да мы на Трех Пальцах под носом у морских рыцарей прошли и …

— Тихо. Люди.

Два бородача не спеша шли по тропе. А мои лесовики знают толк, мы удачно залегли в этом распадке. Опытные охотники, а это были именно они судя по промысловым лукам и добыче, нас не заметили.

— Лаго, не узнаешь их? — пожилой легионер прожил всю свою жизнь в Саббате, был ушлым дельцом и знал многих в городе.

— Нет. Дичью я не занимался, может из пригорода, — медленно ответил Лаго.

— Тише вы оба. Да это охотники. Набили луговиц, возвращаются обратно. В город, — сказал мой заместитель Шарино. Лазутчик то ли из пограничников, то ли из людей Наваля. Для меня это не главное. Хотя скорее всего второе. Никакого уважения к прославленному легионеру.

— Почему в город? Может, у них здесь жилье? — И тут вдруг один из охотников остановился и, сделав знак рукой другому, начал буквально принюхиваться по сторонам. Шарино, претендующий на главенство в нашем отряде, пригнул нас с Лаго и сам спрятался. Полежав какое-то время уткнувшись в землю, я решился поднять голову, почувствовав, что и Шарино зашевелился.

— Где они? — прошептал я.

— Ушли, — спокойно ответил Шарино.

— Почему думаешь, что в город? — мне стало интересно.

— Луговицы, — коротко ответил за него Лаго.

— Птички? Их добыча? — я удивился.

— Да. Дичь мелкая и трудная, но хорошо идет к столу богачей. Куда им их еще нести? — спросил Шарино.

— Умно. Так, может, возьмем их? Вдруг они нас заметили? — Опять же, подумал я, если они снабжают богатые столы в городе, то наверняка только для высших офицеров оккупационного корпуса. Хорошая добыча. А если еще и подумать об отраве. М-м-м.

— Что-то они заметили, но что именно, точно не поняли. Осталось на них еще двадцать девять раз посмотреть, и будем брать, — угрюмо ответил Шарино.

— Шутник. Ладно, что предлагаешь делать дальше? — Про осторожность он мог бы и не напоминать. Я бы давно уже кормил рыб без ярого поклонения этой госпоже.

— Ждем до вечера, потом пойдем по их следу, — Шарино принял решение. И мне по большому счету ничего не оставалось, как его поддержать.

— Уверены, что они не заметят слежку? — все же я решил показать, что я командир.

— А мы осторожно, — ответил он и бесшумно исчез в кустах.

* * *

Второй день мы сидели на старой вырубке в пригороде. Шарино настоял, что спрятаться здесь, хорошо укрывшись, будет лучшей идеей. Сюда никто не ходит, и это место не вызывает опасений у местных. В первый раз в жизни мне довелось так спокойно разглядеть своего давнего противника. Ночная атака без шума не дает времени. А здесь все как на параде. Похоже они себя здесь чувствуют уверенно. Передвигаются группами не больше десяти, но только днем. Ночных тварей они боятся. Хотя ничего крупнее мелкой нечисти мы в округе не замечали.

— Главное мы узнали. Они ни о чем плохом не подозревают. Местных на предмет лазутчиков не досматривают. Вражеской разведки не боятся. Ведут себя, я бы сказал, прилично, учитывая то, что они захватили земли старого врага. Удара в спину не ждут. Думают, что все в их руках. Это конечно хорошо. Просто приходи и бери, — я был несказанно рад. Беспечный объект атаки, ну что может быть приятнее?

— Уверен, уважаемый Мали, что первую свою атаку вы проведете с блеском. А что дальше? — А Лаго у нас оказывается стратег.

— Проведу еще одну, — я все же решил спорить. Хотя конечно никакого смысла в этом не было. Воевать мне здесь сейчас никто не даст.

— Это уже будет не так легко, — сказал Шарино.

— А когда это было прям уж так легко? — ерепенился я.

— Я к тому, что, сколько бы вы ни порешили в ночи, весь десант вам не перебить, — Шарино спокойно отмечал, что то у себя. Зарисовки вражеских позиций — это хорошо. Командование любит. Обвесят все стены картинками и бухтят.

— Это точно. Но мне много не надо. Ладно, для себя я все уяснил. Лаго? — хватит паясничать, надо и дело делать.

— Есть пару личностей, нужно попробовать поменять лежку. Отсюда пройти в Масляную слободку проще простого, а там уже полно ходов в город. Надо с моря посмотреть, на флот глянуть, — обнадежил старый легионер.

— Хорошо бы. Что скажешь, Шари? — я толкнул его локтем.

— Понял тебя, Мали, будем пробовать. Но чувствую, там будет покруче, — он живо собирался, запаковывая свои заметки в прочный пакет.

Прикинувшись двумя кучками водорослей, мы с Лаго медленно дрейфовали, стараясь следовать отливу в очень удобной точке. Правда ребятам пришлось спускать нас на веревках с крутого берега, да и обратно мы сами не поднимемся, но зато все было отлично. Береговые патрули здесь не ходили, а флотская разведка смотрела далеко в море. Мы были там, где нас не могло быть.

— Порядочек у них. Все как в уставе. Как думаешь, сколько десанта на кораблях? — я решил сверить свои наблюдения.

— Точно не скажу, но немного. Меньше половины точно. Много меньше, — ответил Лаго.

— И я так думаю. Жаль. Я бы рванул парочку, — мечтательно произнес я.

— Боевые стоят на внешнем рейде, — заметил старый легионер.

— Бухту до конца еще не расчистили, мачты даже отсюда видны, — прикинул я.

— Им хватило бы места всем. Они не ждут бед с земли, — уверенно сказал Лаго.

— И кого же они тогда опасаются с моря? Западного флота? Восточный почти весь здесь на дне, — медленно спросил я.

— Истор? — навскидку ответил Лаго.

— Думаешь, и эти решат откусить кусочек пирога? — вообще-то северянами я никогда не занимался. Но слышал от ребят, что парни там суровые.

— Кто ж их знает? Но напакостить и нам и им они никогда не упускали возможность. Нашим уже не получится. Некому. — Жаль, но Лаго был прав. Флота у нас нет. Кораблей. Зато были мои легионеры. Я не их упущу.

— Хрен с исторцами. Возвращаемся, здесь мы тоже все узнали.

Комендант имперского гарнизона эл Наваль.

В последние времена все реже и реже бываю дома. Дом. Разве можно так назвать это скальное убежище? Но по-видимому можно. На самом деле у меня никогда не было такого места. Сиротское детство. Приют. Городская стража. Казармы. Канцелярия. Вечные служебные квартиры. Здесь же я в первый раз в жизни сам обустраивался. Привел сюда людей, которые стали мне родными. Да, это мой дом.

— Давай еще одно кольцо, — я видел, что Авита устала, но обучение надо ускорять. У меня так мало свободного времени, а искать ей учителя мне почему-то не хочется. Не знаю почему.

— Может, завтра? — Авита, как и многие начинающие, «помогала» себе руками. Так все же легче держать концентрацию. Два неполных круга, из сотен колец каждый, медленно вращались перед ней в разных направлениях.

— Еще одно. Я же сказал, держи круг. Это у тебя что сейчас получается? — Оба круга начали деформироваться.

— Не могу. Все, — круги исчезли, в воздухе пронесся теплый ветерок. Авита села прямо на пол.

— Поздравляю тебя с первым магическим истощением, — я ей захлопал, подошел, поднял и обнял.

— Это что, — тихо спросила она, прилаживая свою голову у меня на груди.

— Ты устала и вряд ли сможешь сегодня еще магичить. Конечно, если тебя заставить, ты сможешь выдавить из себя еще, но это уже будет тебе во вред, — я гладил ее по голове.

— Значит, на сегодня все? — она посмотрела мне в глаза. Как обрадовалась!

— Конечно все. Но ты не поняла главного в сегодняшнем уроке. Истощение. Твои силы не бесконечны. Ты должна научиться чувствовать свои силы и тщательно их распределять, чтобы не остаться в нужный момент пустой, — я взял ее за плечи и смотрел прямо в глаза.

— Ну я поняла, что устала. Но когда именно вот это произошло, не совсем почувствовала, — и надула губки.

— Ничего страшного, сегодня ты поняла, что это и как оно происходит. В следующий раз, когда мы дойдем до этого предела, ты поймешь сама. Со временем научишься соразмерять свою магию и свои силы. Это очень важно. Опытный, но слабый маг может победить сильного, просто заставив его растерять попусту свои силы.

* * *

В этот раз мы встречались с Борхом наедине. Он вызвал меня старым сигналом возле убежища. Дозорные доложили о странном дымовом сигнале, но никого в округе не заметили.

— Вот твои маршруты, — он протянул мне толстый пакет. Я вцепился в него и принялся листать.

— Давай поглядим. Здорово. Очень. Я не знал, что ты так умеешь. Надежные ориентиры, длины переходов. А вот эти слабо заштрихованные области что означают? Болота? Вроде не должно их там быть, — я быстро просматривал карты. Борх сидел неподвижно, какой-то он мрачный сегодня.

— Опасно. Тьма, — коротко ответил он.

— Что именно? — заинтересовался я.

— Точно не знаю, потому и штрих, — снова коротко ответил он.

— Хорошо. А людей так и не встретил? — Да что я тяну из него все!

— Те, что были ближе, уже перешли к вам. А севернее только смерть. Югу крупно повезло, — с непонятной мне интонацией ответил Борх.

— Жаль. Странно. В Саббате люди. Бегуны говорят, что и во Фломе люди. А они все же севернее. А в центре никого, — я снова вернулся к картам. Хорошо у него получилось, все стыки квадратов аккуратно пронумерованы.

— Я не знаю. Но по моим ощущениям, в столице есть люди. Много людей. Но… — и ушел в себя.

— Что? — я отложил пакет.

— Какая-то пелена. И не одна. Демоны, но не только, — он грузно потянулся. Как будто сидит в тяжелых доспехах.

— Страшное место? — подсказал я.

— Можно и так сказать, — и снова замкнулся.

— Что-то ты неразговорчив, — я решил все же выяснить, что с ним.

— Я сделал, что ты просил? — резко спросил он.

— Да, большое тебе спасибо, — закивал я.

— Я был должен… — и он прервал себя.

— Да ладно тебе. — Куда он клонит? Ничего не понимаю. Я давно уже считал, что разобрался в нем полностью. И вот на тебе.

— Я был должен, но… — и опять замолчал.

— Опять но, — тихо сказал я.

— Извини, мне нужно идти, — он шустро встал и пошел прочь.

— Я хотел… — быстро вскочив, кинул я ему вслед.

— В другой раз, — раздалось уже из зарослей.

Глава 3

В небольшом распадке звучала торжественная речь.

— Вас тщательно отбирали. Ваша группа получает самое важно задание. Мы должны узнать, что происходит в столице. Другая группа подготовила вам путь. Хороший, проверенный. Мы уверены, что дойти вам будет легко. Но что вас ждет там, не знает никто. Скорее всего, будет тяжело, очень тяжело. И если с Тьмой вы справитесь, то какие вас ждут тягости, вызванные демонами, мы не знаем. Поэтому снова и снова напоминаю — будьте осторожны. Вы вооружены всем, что есть у нас в наличии, но этого будет мало. Помните, вы разведчики. Выяснить и вернуться к нам с данными ваша главная задача. Узнать и вернуться. Обязательно вернуться.

Старший флаг-командир Горн. Обязанный дойти и вернуться.

Все обговорено. Все ходы расписаны. До точки разделения дошли тихо. Хорошо поработал неведомый мне разведчик. Дальше неизвестность. Назначение меня во главе этой группы и ее состав были для меня полной неожиданностью. Против эл Рафы я бы не возражал в любом случае. Мудрейший лекарь с большим опытом работы в поле, много лет жил в столице, хорошо знает и кривые улочки нижнего города, и тайные ходы в замках верхнего. Годы, конечно, берут свое, но старик крепок и путь точно выдержит, а железом махать хватит здоровяков. Если быть точным, то шестерых здоровяков. Две тройки, такие разные и чем-то неуловимо похожие. Однако присутствие в одной боевой группе морских легионеров и гвардейцев — это просто готовый сюжет байки. Причем явно с невеселым концом.

Угрюмый бугай Пакса и широкоплечий молчаливый северянин Рольт. Бывалые гвардейцы Аракс и Аркон, зачастую похожие как братья-близнецы, хотя они даже не дальние родственники, что значит столько лет всегда вместе. Основная мощь нашей группы. Шустрый Вфао и молодой порывистый Арли дополняли нашу группу. Вот только Вфао беглец с пиратских островов, Арли же явно высокого рода. Что его занесло в гвардию?

У легионеров старший Рольт, но кипучая энергия Вфао может создать впечатление, что именно он главный. У гвардейцев за главного Арли, но слава богам он зачастую прислушивается к бывалым дядькам. Обе тройки относятся друг к другу, как лошадки, запряженные в одну повозку, — тянут вперед и не обращают внимания друг на друга. Надеюсь, у меня получится это изменить.

Впереди идут легионеры, гвардейцы полностью согласны с таким порядком вещей, их дело защищать, а не выискивать безопасный путь. В полном молчании мы дошли до разрушенной переправы, дальше которой безопасный намеченный путь обрывался. Дальше уже сами.

— Привал. Смотрим до вечера, как перейти. Находим что-то надежное, попробуем ночью, нет — ждем следующего дня. И еще, мне не нравится, что в нашей группе все так спокойно разграничили обязанности и не думают ни о чем другом. — Парни уже неплохо притерлись. На уровне ощущений. Можно попытаться их сплотить уже сознательно. Хотя время конечно неудачное.

— Простите, флаг-командир, вы сейчас о чем? — как всегда учтиво спросил Арли. Дядьки-близнецы, забив на все, обустраивали лежку, но я уверен, что не пропускали ни одного слова. Вфао прилаживал снаряжение легионеров, ушедших налегке. Эл Рафа просто отдыхал, ему это надо. Уверен, что шустрик Вфао успеет позаботиться и о нем.

— Пока Пакс и Рольт будут осматривать переправу, я хочу, чтобы Вфао объяснил господам гвардейцем, что те будут делать: что осматривать, на какие вещи обращать внимание в первую очередь. Я не ожидаю, что вы станете опытными разведчиками после этого, но понимание происходящего должно к вам прийти, — Арли меня слушал. А старые гвардейцы решили видимо, что их это не касается. Пусть начальство разбирается.

— Мы должны готовиться их заменить? — с деланным удивлением спросил он.

— Может статься так, что вам придется их заменить. Ввиду их отсутствия или потери дееспособности, — казенно и сухо закончил я.

— А я тоже не против поучиться, — всунулся Рафа.

Некоторое время назад. Кабинет коменданта.

— Вы полностью уяснили поставленную задачу? — Наваль решил перед отправлением переговорить со мной с глазу на глаз.

— Все, что мне было передано. Но я хотел бы уточнить. Возможно, вы что-то скажете мне на словах? — тихо спросил я.

— Ничего особенного. У этого задания нет никаких скрытых смыслов. Нам нужно знать, что происходит в столице. Однако это в свою очередь всего лишь одна ступенька к главной задаче. Нам нужен император. Потому как империи без императора не бывает. Но вы не должны пытаться прыгнуть выше своей головы. Задача очень сложная, и мы осознаем, что с наскоку ее не решить. Однако если у вас будет возможность доставить сюда из столицы хоть кого-нибудь из семьи императора, это будет просто чудо. Собственно, это отвечает на вопрос, зачем вам старый лекарь. Он обслуживал семью, его знают, ему доверяют. И он, конечно, может оказать помощь, как вам, так и семье, — Наваль как обычно сосредоточен и целеустремлен.

— Найти императора? — без удивления спросил я.

— Именно. Причем это может быть любой член его семьи. Живой и желательно здоровый. И мы быстренько сделаем императора ну или императрицу. Нам нужно знамя, — комендант помахал руками, как будто держал флаг.

— Мы постараемся, — я немного смутился его активности. Он очень не похож на высших командиров канцелярии. По крайней мере ни одного флаг-советника подобного Навалю я не видал.

— Просто разнюхайте, что там происходит, и возвращайтесь назад. Если там не преддверье ада, то мы вышлем туда самый сильный отряд, что сможем собрать. И разузнаем все. Однако если там по-прежнему наличествуют силы, уничтожившие весь цвет наших магических сил, всю нашу непобедимую гвардию, то мы лучше будем обходить это место стороной, — он успокоился и снова сел. Какие быстрые у него перепады.

— Я все понял. Но все же спрошу. Этот смешанный состав. Он имеет какие-то особые шансы выполнить задание? — этот вопрос меня мучал с первого момента, когда до меня довели приказ и перечень участвующих. Честно говоря, вначале я решил, что меня разыгрывают. Выдернули из самой странной островной ссыльной тюрьмы, что я видал, и говорят: ступай в столицу.

— Если бы мы знали, какая группа лучше подойдет к этому заданию, то есть если бы мы знали, какие трудности нас ожидают там, то нам и не пришлось бы собирать ее. Поэтому такой странный подбор обоснован и скудостью наших сил, и вдобавок простой политикой, — несколько скомкано закончил Наваль.

— Я понимаю, — слыхал я об этих заморочках. С одной стороны, никто не хочет терять лучших, с другой — хочется знать, что происходит в столице. А уж если случится невероятное, и мы сможем доставить в гарнизон кого-нибудь из Инов, то остаться в стороне никто не желает.

— Все, что вам нужно понимать, это то, что вас ждут с исчерпывающими данными об обстановке в столице. Если вы боитесь, что не сможете обуздать ваших новых подчиненных, то так прямо и скажите, — напрягся комендант.

— Не скажу. Мы же оба знаем, что я смогу, — и, не спрашивая разрешения, я встал и пошел на выход.

— Вот это правильно. Удачи. Я верю в вас.

* * *

Лавирование закончилось. Дальше просто так не пройти. Но мы уже очень близко. До предместий рукой подать.

— Все, дальше хода нет. В трактире полно нечисти. Мелочь конечно, но без шума не пройти. А вот на мельнице серьезная нежить. Ее вообще лучше не трогать. Да и та стая зубастиков, которых мы обошли, мне покоя не дает. Мечутся туда-сюда. Как бы нам в спину не зашли, они шустрые. Надо решать. Или прорываться здесь, или уходить и искать другой проход, — докладывал Рольт. Вфао караулил тыл. Пакса был чуть впереди. Остальные здесь.

— Думаешь, найдем получше место? — спросил я, но уже знал ответ.

— Честно? Вряд ли. Ну может, немного поспокойнее. И левее и правее фонит Тьмой. А что хуже, и далеко вперед тоже. Если прорываться здесь, то поднимем шум точно. Вот только кто нас встретит дальше? Надо решать, — Рольт ждал моего ответа.

— У меня кое-что припасено на этот случай. Новая разработка. На основе чертога Тьмы, — я полез в свою котомку.

— Я помню бойню на озерах. Эти чертоги собирают в одном месте тварей со всей округи. Хотите стянуть их в одно место и проскочить там, где станет посвободнее? — Рольт просчитывал комбинации.

— Лучше. Щекотун работает наоборот. Он излучает волны, которые беспокоят тварей, но не возбуждают их. Они просто стараются уйти подальше. Так что приступим, — я начал запитывать магик. Мне дали один раз попробовать. Ничего сложного, но в боевой обстановке я делал это в первый раз.

* * *

Неспешно продвигаясь, без стычек мы продвинулись уже далеко. И тут легионеры напряглись.

— Что происходит? — спохватился Рольт.

— Ты о чем? — мое внимание занимал только щекотун. Очень капризный магик. Держать его в рабочей зоне было непросто.

— Твари. Их все меньше и меньше. Впереди вообще нет. Более того, там люди. Я чувствую, — Рольт шумно принюхался.

— Люди. Интересно. Просто чудесно. — Неужели все пойдет по плану? Откуда же пославшие нас узнали, что там есть люди?

— Но почему? — всунулся Вфао.

— Идем вперед. Нужно сделать привал. Мы все устали. Давайте найдем место. К людям пока не суемся, — впервые после начала нашего выхода я почувствовал надежду.

— Я только за. Но откуда они здесь? — выступил Арли. Но я ему не ответил и все пошли дальше.

* * *

Сегодня нам посчастливилось поймать двух зайцев, и я решил устроить полноценную дневку. Забившись в какой-то большой пустой сарай, мы развели огонь. Легионеры аккуратно пустили дым по крыше.

— Поесть горячего — это самое оно. Но мы точно никого не приманим на это? — Вфао вращал тушки зайцев. Начал расходиться чудесный запах.

— Здесь чертовски спокойно. Мне это не дает покоя. Не может такого быть. Сколько темного мы прошли, а тут совсем тихо. Вот только то, что дальше? — вот о подобном нас никто не предупреждал. Здесь так же тихо, как возле замка. А мы ведь находимся уже в столице.

— Ответ может быть только один. Я вижу красное там, — мрачно добавил Рольт.

— Демоны? — насупился Арли. Его товарищи гвардейцы неловко зашевелились. Начали готовиться к чему-то?

— Они. У меня такое ощущение, что мы на ничьей земле, — уверенно сказал Рольт.

— Это как? — решил спросить я.

— Это нужно побывать на войне, чтобы такое понимать. Как будто мы попали между двух армий, — Вфао не отрывался от мяса, но успел все же влезть в беседу.

— Позади Тьма, впереди демоны? — начал что-то понимать я.

— Наверно, — буркнул Рольт.

— Если вспомнить, как все это происходило, то появляется объяснение. Демоны вытеснили Тьму. И у них здесь восстановилось равновесие. Если это действительно так, то мы имеем хорошие шансы выполнить наше задание, — эл Рафа сидел ближе всех к костерку с зайцами.

— Каков план? — спросил Рольт.

— Здесь есть люди. Нужно пообщаться, — и я тоже подобрался ближе к мясу.

* * *

Сегодня у нас большая удача. Вфао и Пакса взяли первого языка. Старые гвардейцы пошли на периметр охранять, а мы занялись добычей. Рыхлый парень в рваном тряпье. Если приглядеться внимательно, то раньше это был тучный здоровяк. Но сейчас с него как будто сдули воздух. Широкие плечи и мосластые руки — вот и все, что от него прежнего осталось. Одежда болталась на нем. Пакса его жестко держал за шею, Вфао играл с оружием рядом с ним. Рольт вел допрос, а мы с Рафой, оставаясь в тени, внимательно слушали и смотрели. Арли стоял чуть позади Рольта и молчал. Ему в этой сцене отведена роль высокого начальства.

— Как тебя звать? — тяжело спросил Рольт.

— Вы кто такие? — испугано ответил парень. Его взгляд то натыкался на тяжелый взгляд Рольта, то упирался в игру света на клинке Вфао, быстро сбегал от смертоносного оружия и снова попадал в захват Рольта.

— Отвечай. Как тебя звать? — легко шлепнул его клинком по щеке Вфао.

— Я Рон, пекарь из Кряквы, — крови не было, но Рон ухватился за щеку. Руки ему Рольт оставил свободными. Наверно с Паксой за спиной, который в любой момент мог свернуть ему шею, это и было оправдано. Но я не совсем понял, зачем это.

— Это пригород? Ремесленный? — уточнил Рольт.

— Кто вы? — снова выпучил глаза пекарь.

— Рон. Ты гражданин империи? — вкрадчиво спросил Рольт.

— Да. Я полноправный ремесленник, — а этот вопрос его пробил. По-видимому, Рон гордился своим званием. И страх не смог это вытеснить.

— Ты что же, не видишь нашивки? — Рольт показал плечо. Все легионеры вышли в этот поход со знаками различия боевого отряда тайной канцелярии.

— Какие нашивки? — опять заблажил пекарь.

— Вот эти. Или ты не узнаешь оружие? — Арли махнул клинком в сторону Рольта и приставил свою шпагу почти вплотную к глазам Рона.

— Гвардия? Откуда вы здесь? Из дворца никто не выходил с самого начала, — пекарь попытался сначала отодвинуться, но, почувствовав тяжелую хватку, остался на месте. Он вспотел и жутко покраснел. Как бы не взорвался от напряжения. Но нужно было продолжать давить.

— Стой. Точно никто не выходил? Откуда ты это знаешь? — Рольт взял его рукой за подбородок.

— Наши говорили. Оттуда вообще никто не выходит. И никто не входит, — не смея вырваться, он смотрел прямо в глаза легионеру.

— Ваши? Сколько вас? — не отрываясь от него, спрашивал Рольт.

— Я не знаю, я не считал. Все живут скрытно. Здесь тяжело жить. Нас все меньше и меньше. В нашем схроне человек двадцать. В соседних еще может с сотню будет. И у герцога, говорят, человек триста, — выпалил он и замолчал.

— Какого герцога? — вскинулся Арли.

— Граф эл Кон. Пехотный старшина округа. У него крепкий замок, и демоны почему-то его не тронули, — мы с Рафой переглянулись, и он мне кивнул.

— Кон? — Рольт посмотрел на нас, но быстро вернулся к допросу.

— Плохо помню такого. Он из старой знати, и в его роду не было ни одного мага, — просветил нас Арли.

— Вот и свезло графу. Нет магии, нет демонов. Да и старшина округа, да еще и пехотный. При определенной сноровке замок можно отстроить ого-го. А уж про припасы и говорить не стоит. Где его замок? — влез в допрос Вфао. Он уже убрал оружие и подсел поближе к Рону. Будет играть в своего парня. Своевременно.

— На Путейном холме, — ответил пекарь.

— Обязательно нужно будет к нему зайти. Что еще расскажешь, пекарь Рон? — подмигнув, Вфао толкнул его локтем в бок.

— А что надо? Нет, но вы откуда? — Рон опомнился, давление ослабло.

— Слушай внимательно, Рон. Сначала ты дашь клятву неразглашения канцелярии, — настало время вкрадчивых разговоров.

— Канцелярия? Вы? Да что же это творится?! — и опять его глаза начали вылезать из орбит.

— Дай руку. Смотри мне в глаза. Хорошо. Дальше. Мы пришли с земель закона империи. Мы должны разобраться, что здесь происходит, и ты нам поможешь, — Рольт положил ему руку на плечо.

— Империя? Я знал, я знал, что все еще будет хорошо. Вы возьмете меня с собой? — а вот теперь его глаза заблестели. Как же этот простак здесь выжил? Уверен, на нашем юге таких давно схарчили или захомутали в рабство. Хотя откуда я знаю, кто он здесь?

— Можно, я его отпущу? Он воняет, — вдруг встрял Пакса.

— Можно, — недовольно бросил Рольт и вернулся к добыче. — Возьмем, но не сейчас. Силы на подходе, мы всего лишь разведка. Должны понять и оценить. Ты с нами? — он его крепко тряхнул.

— Конечно. Конечно. А что, можно ребятам рассказать? А вы убьете людоедов? А хлеба у вас не найдется. Ведь империя, значит поля. Я так давно не ел хлеба, — застрекотал Рон.

— Людоедов? — сглотнул Арли.

* * *

«Дрова и уголь братьев Суро». Вывеска по-прежнему сияла. Сделано на совесть. А вот склады явно пришли в упадок. Но как ни странно, чисто.

— Рон, сюда никто не ходит? — дернул его за руку Вфао.

— Нет. Здесь ничего такого. Дров и так хватает, — Рон сидел вместе с нами по краям переулка.

— Хорошо. Идем, — Вфао выдвинулся вперед, Пакс тенью скользил за нашим новым членом группы.

— Главная лежка, отметка восемь, — Рольт сверился с картой.

— Именно. Если она расположена в межграничной полосе, то мы обязаны ее использовать, — как удачно, что у нас есть адреса тайных убежищ канцелярии. Наваль сделал все что мог.

* * *

Вторую декаду мы сидим на базе. Сделали уже много выходов. Море информации. Ее крайне необходимо передать на юг. Но не сделано главное. Дробить группу? Послать двойку туда, а оставшимся разведать что можно? Риск. Двойка может не дойти, а оставшаяся ослабленная группа не сможет выполнить задание.

— Хорошо здесь. Спокойно. Но надо что-то делать дальше, — забросил я пробный шар.

— Тихую полосу мы разведали хорошо. На восток дошли до озера. Пугнули людоедов на западе. Через Тьму мы обратно пройдем запросто. Что делать дальше? Идти в центр? — Вфао точил свои клинки.

— Там демоны, — спокойно сказал Рольт. Он вернулся недавно из дальнего выхода и отдыхал.

— Там наша главная цель. Император, — вступил в разговор Арли. Один из дядек, помешивая в котелке, быстро на него зыркнул. Второй с Паксой караулили снаружи.

— Местные туда не лезут, — кинул эл Рафа. Он что-то писал в своей книжице и перебирал последние странные трофеи.

— Но там есть люди. Как-то они там живут? — спросил я.

— Демонопоклонники, — бросил Рольт.

— Нет, другие, — напомнил я.

— Они очень странные. Как они там выживают, непонятно, — отъевшийся Рон занимался своей одеждой. В закромах убежища нашлось немало одежды. Он ее постоянно подшивал под себя. Но видимо, его руки под это были непригодны. А с другой стороны, мы не пробовали его выпечку. Может, и хорошо.

— Вы с ними все же общаетесь? — спросил я.

— Редко. Они приносят на обмен странные вещи. Меняют на еду в основном. Самые известные — это бегун и книжник, — бросив одежду, Рон снова что-то жевал. Хорошо, что здесь припасов на целое войско, иначе он бы нас объел.

— Слышал о них. А что они приносят? — я задумался. Может, стоит подойти и с этой стороны?

— Странные, очень странные штуки. Но полезные, — стряхнув крошки, Рон шумно глотал пиво. Нет, с ним точно надо что-то делать. Толку от него все меньше и меньше.

— Зеленая мазь вещь конечно удивительная. Так быстро залечивать раны. А что еще, — захлопнув книжку, к нам подался эл Рафа.

— Я не знаю. Мне страшно, — застыл пекарь.

— Надо выходить на них, — подытожил за всех Рольт.

* * *

Пользуясь малыми знаниями Рона, мы все же сумели загнать бегуна. Очень быстрый малый, оправдывает свою кличку. Но с пяток метательных ножей Вфао, страшный машущий топорами Пакса — и мы загнали его в угол. Сверху, откуда он упал, за ним бежал Вфао, в дальнем конце улицы в полных доспехах шли гвардейцы. И я вышел у него прямо на дороге. Он заметался, а потом застыл, глядя на наконечник болта на моем арбалете.

— Как же ты быстро бегаешь, — сказал я, не сводя с него прицела.

— Здесь по-другому нельзя, — бегун спокойно стоял на месте, но чувствовалось, что спокойствие это показное и он готов сорваться в любой момент.

— Стой. Даже не пытайся, — я уловил, что он готов что-то выкинуть.

— А то что? — он слегка затрясся.

— Будет больно, — сказал появившийся позади него Рольт. Он слегка провел клинком по его спине. Рубашка из хорошей ткани не порвалась, но сталь он точно почувствовал.

— Хорошо. Я стою. Вам нечего с меня взять. Я под печатью Лао-лао. Не могу понять, кто вы, но со стариком вам не тягаться, — смело начал он.

— Не знаю, кто такой этот лао, но никому с империей тягаться не под силу, — заявил подошедший Арли. Гвардейцы, развернувшись, теперь прикрывали тыл, контролируя улицу. Позади меня свистнул Вфао, теперь он держит мою спину.

— Вы что, психи? Какая еще империя? — а вот сейчас он занервничал. Интересно, значит такая облава и все железо, что в него было направлено, его не страшили.

— Гвардия, сынок, — бросил Аракс.

— А также канцелярия. Ты уверен, что не хочешь с нами сотрудничать? — я пошел вперед на него.

— Ничего себе. Такой морок убойный. Ладно, я на все согласен, — он улыбнулся и расслабился.

— Он нам не верит, — не сводя с него глаз, сказал Рольт.

— Слушай, шустрик. Очнись и пойми, что все серьезно. Это совместная операция гвардии и канцелярии. Мы здесь, чтобы прояснить обстановку в столице. Либо ты нам помогаешь, либо идешь в расход, — и снова поднял арбалет.

— Вы что, серьезно? Откуда вы здесь взялись? — спросил он, озираясь.

— Мы разведывательный отряд имперского гарнизона в осаде. Ты как гражданин империи… Ты ведь гражданин? — решил уточнить я.

— Он гражданин. Я узнал его. Это ведь наш бегун. Не помню его имени. Но мы общались после вашей победы на ежегодном забеге имени ат Ара. Я осматривал ваши связки. Меня позвали как независимого оценщика, ваши злопыхатели обвинили вас в использовании «рыжей потравки», — высунулся эл Рафа.

— Я вспомнил ваше лицо. Так это что, правда? Уходите отсюда. Зачем вы здесь? Вы нарушите равновесие. Боже мой, Лао-лао вас не выпустит отсюда. Уходите немедленно, — резко бросившись, он ухватился за мою руку. Какой же он быстрый. Не уверен, что я успел бы выстрелить.

— Постой. Кто этот лао? Или Лао-лао? — Рольт пришел мне на помощь и оторвал его от меня. Решив не рисковать, я быстро закинул арбалет за спину, оставив только кинжал.

— Демон из задержавшихся. Самый сильный, — бегун стоял и что-то соображал про себя.

— Хорошо. О демоне позже. Как ты получил его печать и что она тебе дает? — вот кто нам расскажет про демонов.

— Как получил не знаю, но другие красные меня не трогают. А зачем я сам нужен ему, и не знаю, — спокойно ответил он.

— Как так? Проснулся и увидел печать? — продолжал я.

— Увидел? Ты что дурной? Ее нельзя увидеть, — он вдруг слегка задрожал.

— Хорошо, умник, как ты понял, что на тебе печать? — Тяжелый клиент.

— Сунулся к имперской станции, там они меня и зажали. Думал конец. Походили, поворчали и ушли. А имперские красные только старика и боятся, — теперь вдруг его ноги начали подрагивать.

— Мне кажется, что тебе придется нам многое рассказать, — я взял его за плечо. Он сейчас походил на разгоряченную лощадь.

— Так может, я вас к книжнику отведу? Из нормальных он здесь больше всех знает, — решился он.

— Ну веди, — я просигналил отряду.

* * *

Мы находились в одном из древнейших кварталов столицы. Может, кому-то и нравилась эта архитектура, но никак не мне. Эти здания и раньше, в их прежнем облике, были уродливы, а сейчас после всего происшедшего они выглядели еще хуже. Полузаваленный вход в подвал с железной дверью. И мы здесь стоим уже долго.

— Пусти. Это я, — вдруг сказал бегун.

— Я учуял тебя далеко. Но еще раньше уловил запах больших новостей. Кто с тобой? — раздался голос из маленького окна на первом этаже.

— Не поверишь, железяки и нюхачи. Пришли с далекого юга. Ищут императора. Нет, ты представь! — нервно сказал бегун.

— Заходите. Я надеюсь, вы мне все расскажете, — дверь открылась. И мы с Рафой протиснулись в узкую щель. Подвал, заваленный доверху какими-то старыми книгами. И толстячок маленького роста в каком-то задрипанном халате.

— Не так быстро, уважаемый. Здесь мы задаем вопросы, — решительно заявил я.

— Конечно-конечно. Так похоже. Прямо пахнуло прошлой жизнью. Ну ладно. Говорите, — мягко сказал он.

И тут меня понесло. Я рассказал ему все! О гарнизоне, наших успехах и нашей разведке.

— Чудесно. Просто чудесно. Это так все меняет. А про север вам что известно? — потирал ручки толстячок.

— Ничего. Стой. Не знаю, как ты это сделал, но ты за это ответишь. Взять его, — я подал команду и к нам начали валиться Рольт и Вфао. Пакса маячил на входе.

— Ну успокойтесь. Если бы вы сразу все рассказали, мне бы не пришлось вас уговаривать. А теперь то что? Я от вас все получил. Но вам ведь надо и что-то от меня. Убив меня, вы ничего не добьетесь, — окруженный сталью книжник ничуть не испугался.

— Мы можем тебя пытать, — мрачно сказал Рольт.

— Зачем? Я и так отвечу на все ваши вопросы, — он развел руки.

* * *

Почти весь отряд собрался в убежище. Только Пакса залег снаружи. Сложив все данные, я решил все же сделать последнюю вылазку. Дворец.

— Командир, ну зачем нам туда лезть? Мы все разузнали. Пусть наверху решают, — Рольт сегодня был решителен.

— В императорском дворце есть жизнь, там ходят люди. Творится магия. Там могут знать о судьбе семьи, — я знал, что рискую. Но как мне докладывать? Я уже видел выражение лица Наваля, когда он оценит наши данные. Конечно, он меня похвалит за осторожность, но…

— Но книжник сказал, что там живут ненормальные люди. Они поклоняются демонам, приносят жертвы, — говорил Рольт.

— Главное, что это люди. Мы сможем с ними договориться или припугнуть, — хотя я был не до конца уверен, но перед группой я был собран.

— Здесь такие люди, что и самому как бы не обосраться, — вдруг сказал Аракс. Никогда он еще не влезал в наши оперативки. И тем более весомо это прозвучало.

— Решено. Зайдем туда и сразу назад. На обратном пути только с этим графом поговорим, — решился я.

* * *

Здание городских конюшен. Внутрь мы не заходили, как-то там плохо пахло. Плохой смертью. Но слева от южных ворот находился скромный вход в подвал.

— Отсюда начинается ход. Он приведет нас на большой двор. Туда свозили всю еду и всякие припасы для двора, — просветил нас эл Рафа.

— Мне нравится, никакого движения. Дальше нам известно несколько тайных ходов внутрь дворца. Выберем что потише и пойдем, — дурные предчувствия одолевали меня. Пора отсюда уходить.

— Найдем спокойное место и побеседуем с местным, — кивнул Рольт.

Ходы здесь чистые. Сухие и не особо мрачные. Все магики молчали. Никаких врагов. Под землей тяжело ориентироваться. Мы спокойно добрались к люку в потолке хода, куда он шел дальше — я не знал.

— Где мы? — спросил я.

— Это малая приемная гвардии. Отсюда можно удобно добраться в любой уголок дворца, — ответил за Рафа Арли. А паренек тоже что-то знает. Учат их всех этому что ли?

— Ждем одинокого местного жителя и берем его тихо, — скомандовал я.

— Мне здесь очень не нравится, — это были первые слова Пакса за весь наш путь.

— Что именно? — Здоровяк попусту трепаться не будет.

— Не знаю. Плохо. Смерть. Надо уходить, — Пакса достал второй топор.

— Ладно, берем языка и с ним назад, — я откинул крышку люка.

— Поздно. К нам идут. Много, — отрывисто сказал Вфао.

— Уходим, — захлопнув люк, я повернулся, чтобы идти назад.

Вдруг аламаты резко завизжали. Красные огоньки на груди бойцов вещали о худшем. Группа напряглась, заблокировав оба конца коридора. Направление опасности было не определить.

— Демоны. Очень близко, — сказал Рольт то, что уже поняли все в нашей группе.

— Ходу. Ходу. Огонь на поражение без команды, — и я побежал по ходу, откуда мы пришли.

Бег по переходам. Неясные тени в боковых ходах. Резкие удары магии с нашей и чужой стороны. Гвардейцы отлично держали магические щиты, никого не задело. Когда нам на головы посыпались люди, то и тут наша группа не растерялась. Лязг железа и свист смерти. Кто эти покойники?

— Все вот двор. Отсюда уже близко, — знакомые кривые ступени.

— К бою, — проревел идущий первым Пакса.

Здесь нас ждали. И похоже, сюда и загоняли. Мрачные тени с красноватым отблеском.

— Прорываемся, — скомандовал я, и мы высыпали во двор.

Удивительно, но мы никого не потеряли. Наша группа действовала слаженно и, главное, быстро. Мы бежали не теряя темпа, стараясь не дать окружающему нас противнику навалиться всем разом. Однако Пакса был обожжен, а в плече у Рольта сидела стрела, древо он быстро срезал, но его боевая мощь явно упала. Гвардейцы не пострадали ничуть, в таких-то доспехах, но я понял, что держать такой темп долго они не смогут. Это не их профиль, да и в такой тяжелой броне долго не побегаешь. Мы остановились на перекрестке, нужно было принимать решение, куда бежать дальше.

— Они идут за нами. Их слишком много, — сказал Вфао.

— Нужно принимать бой, — сказал Аракс.

— Ляжем все. Уходите, мы их задержим, — впервые за время побега произнес его близнец.

— Нет, — вскинулся Арли.

— Вспомни клятву, сынок. Ты обещал капитану. Уходите. Мы дадим вам достаточно времени, — старые гвардейцы повернулись к нам спиной, их доспехи начали наливаться синевой.

Долгий бег по пустым улицам привел нас к приземистому зданию. Группа, заняв укрытие, отдыхала. Проверив все магиками, я закричал.

— Эй вы, за колонной. Отведите нас к графу, — в арбалете у меня был заряжен магический болт, и я был готов его применить.

— Вы кто такие? — раздалось оттуда.

— Быстрее и предупредите своих, что за нами гонятся красные из дворца, — крикнул Рольт, силы покидали его.

— Вы притащили их на своем хвосте. И хотите, чтобы я вас принял? — раздался начальственный голос.

— Вы уже здесь. Это мило. Я флаг-командир канцелярии Горн, со мной представитель гвардии. Проведите нас в безопасное место, или мы привлечем вас к ответственности, — твердо сказал я, стараясь особо не высовываться.

— Я удивлен. Вы что, меня заточите до суда? И где же? — ехидно спросил граф. Думаю, это был он.

— По законам военного времени мы вас просто уничтожим, — прорычал я.

— Вы много о себе возомнили. Никчемные осколки, — похоже, нас здесь не любят.

— Мы часть, но не осколки. Мы разведка передового отряда империи, южного гарнизона, который желает восстановить на этих землях справедливость, — уже более миролюбиво сказал я. Что мне оставалось в такой ситуации?

— Южный гарнизон, — протянул граф. — Пожалуй, нам стоит побеседовать. Пропустите их.

* * *

В замке у графа явно было полно народа, но нам выделили отдельную комнату где-то в подвале. Ребята перевязались, а я успел потолковать с графом: официально предъявил ему свои полномочия и рассказал то, что мог.

— Значит вернетесь с докладом? — граф был весь в раздумьях.

— Это наша цель, — устало ответил я.

— Что мне с вами делать? — протянул он.

— А что вам нужно? — переспросил я.

— Я не знаю. Вы ведь вернетесь сюда с большими силами и будете пробовать здесь все очистить? — утверждающе спросил он.

— Наверно. Не мне решать, — мне сейчас было не до словесных игр.

— Здесь тогда станет намного хуже. Но зато у моих людей может появиться надежда. Вы можете организовать наше переселение на безопасные земли? — спросил граф с затаенной ноткой надежды.

— До сих пор мы не знали о вас вообще. Да это и непросто. Я ничего не могу обещать. Думаю, что это в наших силах. Но что решат наверху, я не знаю, — честно ответил я.

— Мы вас проводим до нашей границы, — после краткого раздумья сказал граф.

* * *

Обратно идем налегке, но на душе тяжело. Даже мне, что уж говорить о молодом гвардейце. Легионеры тоже переживают, Рольт и Пакса угрюмы больше обычного, хотя раньше такого и представить было нельзя. Вфао старается оказаться поближе к Арли, но в душу не лезет, понимает. Идем спокойно, даже слишком спокойно.

— Вокруг. — Группа слаженно выполнила команду. Быстро найдя возле себя мало-мальски надежное укрытие, принялись оглядываться по сторонам.

— Что там, командир? — спросил Рольт, быстро кинув на меня взгляд над щитом. Рафа привычно выглядывал из-за плеча Паксы. Вфао плюхнулся рядом с Арли. Гвардеец побледнел и, припав на колено, крепко стиснул эфес своей шпаги.

— Тихо. Слишком тихо, — ответил я, озираясь по сторонам.

— Это гиблое место нас отпускает. Оно взяло свое, — мрачно сказал Арли. Говорит уже хорошо.

— А может, это мы чересчур расслабились? — спросил Рольт.

— Все в норме, командир, — недоуменно сказал Рафа.

— Он прав, Рафа, бывало много раз, что группа теряла многих именно на обратном пути, когда казалось, что все позади, — поддержал меня Рольт.

— Но ничего нет, — сказал Рафа. Он уже освоил все наши магики и не хуже любого из нас мог оценить обстановку. Но вот боевого опыта у него маловато.

— Ладно, идем дальше, повишу на хвосте немного. Рольт, командуй, — я махнул рукой.

— Идем, ребята. Уши востро, — отряд шустро пошел вперед.

Перебравшись поближе к кучке камней, бывших раньше гербовым столбом, я подождал, когда группа скроется за поворотом. Выбрав направление под острым углом к направлению движения отряда, пошел вслед. Все было чисто. Но я лучше проверюсь. Ни одной живой души, и ни одной темной. Перебравшись за груду хлама, я снова прошелся амулетами по округе, никого.

— Кхе, — стрельнул старческий кашель. Я медленно развернулся к источнику звука. Седой старик в темно-зеленом плаще сидел на деревянной завалинке. Обе его руки опирались на толстую трость. Какой неправильный старик. НЕПРАВИЛЬНЫЙ. Я глянул на аламат, ни искорки. Впрочем, для демонопоклонника он слишком спокоен. В прошлый раз они кинулись на нас без лишних разговоров. Заманивают? Похоже, одного уже заманили.

— Занятная игрушка, — сказал старик.

— Вы, простите, кто? — И вдруг вместо ответа мой аламат вспыхнул темно-красным цветом, металлический ободок задрожал, грозясь вырвать амулет из моей руки. И вдруг все затихло. Старик смотрел на меня с ехидцей.

— Ты не бойся, — далеко не старческим голосом сказал он.

— А чего мне-то бояться? — я с трудом держал себя в руках. Накинуться на старика? Дать группе время уйти? Или лучше потянуть?

— Есть, тебе есть чего, — уверенно сказал старик.

— Мы же разговариваем? — если бы он хотел, то давно бы меня убил. Попробуем его заболтать.

— Пока нет, — ответил старик.

— Что с моим отрядом? — А может, он меня специально отвлекает, а мою группу уже там хомутают? С другой стороны, мое отсутствие не сильно ослабляет группу. И если это действительно демон, то я ничего не теряю. Терять больше нечего.

— Выполняют приказ, — оставаясь неподвижным, ответил он.

— Ладно. Я слушаю, — я спокойно прислонился к зданию.

— Во-первых, не бойся. Впрочем, я это уже говорил. Ни тебе, ни твоим людям здесь ничего не угрожает. Только вы идите быстрее, не отвлекайте меня на вашу защиту. Во-вторых, передай «ключу», я хочу с ним поговорить, пусть приходит и не боится. Его будут ждать у золотого дома, — говорил старик.

— Какому ключу? — я ничего не понимал.

— Тому, кто пробудил «видящую». Ты должен знать или обязательно узнаешь. Можешь задать один вопрос, — великодушно сказал старик.

— А ты не мог бы сначала рассказать, почему я должен тебе верить? — я пытался выиграть время, чтобы понять, как мне с ним себя вести.

— Не глупи. Спрашивай или уходи, — чертов старик не давал мне опомниться. Ладно.

— Где в этом городе выжившие близкие родственники императора? Под близкими я подразумеваю императрицу, а также их детей, — попробовал я сформулировать самое важное.

— Во дворце. Где же им еще быть? — и тут он улыбнулся. Что-то завораживающее было в его гримасе.

— Это невозможно, — резко выкрикнул я.

— Что ты знаешь о невозможном? — его вопрос застучал у меня в голове. Старик начал расплываться в воздухе. В глазах полыхнуло.

— Что там, командир? — спросил Рольт, быстро кинув на меня взгляд над щитом. Рафа привычно выглядывал из-за спины Пакса. Вфао плюхнулся рядом с Арли. Гвардеец побледнел и припав на колено крепко стиснул эфес своей шпаги. Мир крутанулся над моей головой, но мне удалось взять себя в руки.

— Ничего. Показалось. Идем быстрее. Нужно убираться отсюда.

Комендант имперского гарнизона эл Наваль.

Большой зал торжеств южной резиденции императора. Куча народа и я, комендант Наваль, в центре.

— Господа, комендант имперского гарнизона в осаде Наваль готов огласить нам свой первый отчет и ответить на все наши вопросы, — прекратил шум Трумо.

— Спасибо, советник. Позвольте начать. Общая оценка — наше положение стабильно. Угроз для нашего существования в текущем положении не обнаружено. Ни внешних, ни внутренних.

— Ничего себе! А как же сандийский десант? — выкрикнул кто-то.

— Я просил бы уважаемое собрание меня не прерывать. Вопросы после. Итак. Внутренние угрозы. Снабжение продовольствием мы наладили. Голод нам не грозит. Всяческие проявления Тьмы уничтожаются. Влияние демонов не обнаруживается. Преступления носят преимущественно бытовой характер. Банды мы извели под корень. Внешние угрозы. Сандийцы на востоке озабочены выживанием, им крайне важно закрепиться, развивать свой успех в ближайшее время они явно не намерены. С запада мало подтвержденных данных. Из опроса беженцев мы составили следующую картину: банды из пиратских островов захватили Флум и побережье. Однако их действия направлены сугубо на поддержание существующего состояния. Идти на юг они и не думают. В центре творится нечто странное, похоже, там остались демоны, что они собираются делать, никто не предскажет. Но по донесениям разведчиков, с их стороны не было ни одной попытки выйти за те пределы, что они себе определили. Такими образом, можно сказать, что гарнизону ничего смертельного не грозит, — торжественно закончил я.

— Значит и гарнизон можно распустить? — вкрадчиво спросил молодой дворянин. Незнакомое мне лицо. Здесь столько разной рыбы, всех и не упомнишь.

— Я этого не говорил. Те причины, подвигшие к созданию гарнизона, по-прежнему существуют. Империя в войне. И наш гарнизон единственный оплот, дающий надежду на победу, — играл я на публику.

— Я вот хотел спросить. Эта мысль не дает мне покоя. А какова цель этого НАШЕГО гарнизона, — спросил величественный старик. Кажется, представитель дворянства юга, бывший.

— Вы могли в любое время спросить уважаемого Цапо, он бы с радостью показал вам все законы, на основании которых мы существуем, — решил я переслать вопрос.

— К черту бумажки. Чего вы хотите? — вскинулся молодой. Остальное собрание молчало, видимо доверив этим двум преломить со мною копья.

— Если просто — мы хотим империю. Нашу старую добрую империю. Ее законов и порядков, — отвечал я всему собранию.

— То есть вы хотите неосуществимого? — спросил старик.

— Отчего же? — спросил я.

— С ат Маром, засевшим на севере, с демонами в столице, с чертовым десантом и гадскими пиратами? При всем этом вы хотите обратно империю? Вы или безумец, или лицемер! — Этот молодой хлыщ кидает мне в лицо такие слова. Убью гаденыша. Я закипал, но внешне старался выглядеть бесстрастно. Но этого я запомнил.

— Вы путаете земли и порядок. Если на наших землях мы вернем старый порядок, то это и будет империя. Да и перечисленным вами у нас есть планы. Выбить десант? Это посильная задача. Пираты — вопрос времени. Демоны в столице, это конечно тяжело, но почему бы нам не перенести столицу, а старую как-то закрыть. Ат Мар на севере… Да. Именно. Он на севере. Давайте решим ближайшие задачи, а потом глянем и дальше, — примиряющее закончил я. Собрание заворочалось, послышались реплики. Трумо с капитаном выглядели ничуть не потревоженными.

* * *

Послание кураторов особого контроля.

Сегодня я решил выложить два служебных циркуляра. Один о порядке обустройства свободных поселений, методах их охраны, обмена продовольствием либо другими ресурсами и так далее. Второй о создании запретной зоны вокруг своего убежища. Подготовленные документы я ввел в жезл и, закрепив их подписью, послал на доступные центральные точки. И тут увидел поступившее мне сообщение без обратного адреса и обозначенное серьезным приоритетом:

«Сообщаем Вам, что особым решением совета кураторов единогласно выражается одобрение Вашими действиями. Также считаем необходимым сообщить, что на все время действия чрезвычайного положения особый контроль выдает вам карт-бланш на любые действия изыскания и творения.

Относительно ваших поступков в отношении брата Р. Доводим до вашего сведения, что никаких ответных действий особый контроль предпринимать не намерен. Однако мы просим воздержаться, учитывая обстоятельства, от любых ваших действий, направленных на наших сотрудников».

Внимательно прочитав сообщение несколько раз, я осел в кресле и надолго задумался. Значит на время действия чрезвычайного положения?

* * *

Где-то. Кто-то.

Длинный темный коридор. Полную тьму слегка рассеивал далекий огонек. Худой старик медленно шел, ведя руками по каменной стенке. Его большие обезображенные старостью пальцы не спеша проходились по выбитым буквам и цифрам. В полной тишине прозвучал тихий, но крепкий голос.

— Послание получено. Решение принято единогласно. Не так ли, братья?

История нового Истора

Историю нового Истора принято считать с изгнания остатков старых семей из острова Санди. Однако на самом деле она началась позже. Внутренняя жизнь острова является тайной, и историки империи могут строить лишь догадки о происходящем внутри, однако спустя сорок лет после того как старая знать обрела новое пристанище начались серьезные изменения. Внешняя политика Истора изменилась от непримиримой вражды на полный нейтралитет и тотальный изоляционизм. Так же произошли изменения и во внутреннем мире. Истор взял направление на природную магию. По видимому среди многочисленных беженцев оказались сильные природные маги, которые смогли предложить населению острова свои услуги. Смешанная верхушка островов состоящая из коренных представителей, вождей северных кланов и знатных изгнанников средней империи окончательно стабилизировалась. Было решено забыть про прошлые обиды и заняться развитием острова. Все уже поняли, что ни о каком триумфальном возвращении на материк не может быть и речи. Нужно было строить новую жизнь.

Суровые реалии северного острова ставили задачи о выживании. Однако адепты природной магии смогли предложить путь развития. Народ Истора углубился в недра острова, в погоне за хранимыми богатствами, использование которых и было основой природной магии. Главным стало использование крови земли. Северяне наладили добычу и переработку ее. Что дало мощный источник для обогрева земель и населения. Жизнь стала меняться. Доподлинно известно, что на подземных плантациях были созданы многочисленные плантации. Что решило известную проблему питания. Население острова наконец-то начало естественно расти.

В дальнейшем природные маги смогли дать больше чем пищевое разнообразие. Они смогли уйти гораздо дальше своих собратьев на материке. У них не было мощной магии атов, и они пошли по своему пути. Имперская академия магии пыталась предположить как же они смогли этого добиться и пришли к выводу что маги Истора смогли создать школу тесного использования природной и обычной магии.

Жители острова все больше уходили в подземелья островов обширные подземные жилища. Там они почти не страдали от суровых условий поверхности. Их подгорные замки и укрепления стали и прочным убежищем от возможной агрессии империи. Добытые металлы и минералы а также выращиваемые на подземных полях плантациях растения дали им полную независимость от материка.

Часть 2. Ратник

Убежище

Сегодняшний ужин проходил в большой столовой на втором уровне. Я немного удивился, когда Морна попросила меня облачиться в новый костюм. Но когда я спустился, стало понятно: мы будем играть в настоящих аристократов. Меня провели за отдельный свежеизготовленный стол, стоящий на небольшом возвышении. Авита меня уже ждала, да и Ошьти с мальчиком тоже. Большие старые столы были заполнены населением нашего замка, и они сидели, не притрагиваясь к посуде. Когда я вошел, в зале прекратились шепоты и все уставились на меня. Совершенно не ожидая подобного официоза, я, тем не менее, собрался и величественно прошествовал на свое место. Высокий стул, обложенный подушками, по-видимому, должен был изображать трон. Как только я сел, раздался тихий, но уверенный звон от небольшого гонга. Прислуга засуетилась и начала разносить блюда. Начали, конечно, с меня.

— Ты знала? — спросил я негромко Авиту. Ее стул стоял рядом, был пониже, но не менее комфортабелен, чем мой.

— Догадывалась, — тихо ответила она.

— Чья была идея? — требовательно спросил я.

— Мамы. Но ты ведь не сердишься? — Авита заволновалась.

— М-м-м. Ты знаешь, нет. Однако я был бы рад, если бы меня предупреждали о подобном, — я отхлебнул легкого вина из кубка. Из зала тотчас раздались тарелочно-ложечные звуки.

— Ты все время в разъездах. Нам здесь скучно, — потянула она. И вдруг неожиданно жестко закончила. — Да и людям нужно понимать, где они и кто они.

— А ты, значит, это понимаешь? — медленно спросил я. А в голове пронеслось, что часть окружающей меня жизни, причем близкая часть, выпала из моего внимания.

— Если даже забыть, какой род мы с тобой сейчас представляем. Все знают, что ты, мой супруг, сейчас самый главный в нашей стране, — с гордостью отвечала она. Я скосил глаза, глядя на нее. Прямая спина и высоко поднятая голова. На белой коже горит благородный румянец. В голову пришел другой образ. Маленькая привратная камора, и чумазая девчонка с загнанным видом и робким взглядом. Бежит время.

— Тогда ты должна понимать, что это за главенство. На чем оно основано и как долго может продлиться. — Теперь в моем голосе зазвучали твердые нотки.

— Пустяки. Но ты сам не понимаешь, что это, как ты выражаешься, главенство очень важно для простых людей, — она продолжала говорить, не глядя на меня. Ее взор блуждал вдоль большого обеденного стола, за которым сидели ее подданные.

— Правильно говорить для простолюдинов, — едко поддел я.

— Не важно, — сказала как отрезала, по-видимому она решила не замечать моих подколок. — Я знаю, что за пределами нашего убежища, которое, кстати, называют замок Наваль, ты тиран и карающая десница. А здесь ты расслабляешься. Тебя нередко можно заметить в коридорах облаченным в рабочие обноски. Особенно, когда ты работаешь в своей лаборатории, — судя по ее тону, если бы заколотили двери в мою мастерскую, это был бы, как минимум, радостный день в ее жизни.

— А в чем мне работать? В этом позолоченном облачении, — я оттянул ворот рубахи, — или, может, в доспехе? — и я постучал вилкой по железному блюду.

— Я понимаю. Ты понимаешь. Мы понимаем. Но когда ты снова пропадаешь в попытках собрать воедино империю, мы здесь живем, — а вот эти слова заставили меня задуматься. Это не просто каприз. У этих людей своя жизнь. И если честно, я и не стремлюсь в нее вникать. Если моим родным это нужно, то я обязан подыграть.

— Ладно, дорогая. Все осознал, со всем согласен, — после некоторой паузы сказал я.

— Вот и замечательно. Сейчас будет горячее, — она повернулась ко мне и улыбнулась. А у меня в голове мелькнуло «из леса и леса не видит».

* * *

После обильного ужина я тихо сбежал на нашу маленькую кухню. Вскипятил и быстро заварил свой любимый травяной сбор. Первым ко мне присоединились Ошьти с Тефреном. После подошла Авита и села рядом со мной. Последней пришла Морна. Прибрала посуду и поставила тарелку с булочками. Мы долго сидели молча.

— Было сообщение, Ошьти. Скоро прибудут родственники мальчика, — спокойно сказал я, глядя в стену.

— Что будем делать, хозяин? — надо же, уже хозяин. А с другой стороны, в сложившихся условиях как ему еще себя вести?

— Сначала поговорим, конечно. Но ты ведь сам все понимаешь. Ребенку лучше будет в семье, — мне очень не хотелось трудностей в этом деле, но как все сделать красиво, я пока не знал.

— Да, семья — это важно. Мы семья, — важно сказал Ошьти.

— Не буду спорить. Но ты же помнишь про заклятье? — решил я зайти с этого козыря.

— Они его снимут? — спросил он настороженно.

— Первым же делом, — уверенно ответил я.

— Вот тогда и посмотрим, — кивнул он головой.

— Ошьти! Эти люди очень важны для меня. Крайне важны. И мы знаем, что они хотят для него только хорошего, — я продолжал говорить правильные слова.

— Я понимаю. Важны. А что они хотят, мы знаем только с их слов, — Ошьти проявлял горское упрямство.

— Я не говорю, что мы сразу отдадим им мальчика. Но кровь есть кровь, — философски закончил я.

— И снова я понимаю. И про его кровь и про нашу кровь, — он склонил голову, но тут же ее поднял. — Но я прошу, если будут хоть какие-либо сомнения. Любые. Мы должны будем спросить его, — он указал на мальчика.

— Не уверен, что после снятия заклятья Тефрен останется тем, какой он есть. Вернее, я уверен, что он станет другим. Давай так. Если он не захочет уезжать, я сделаю все, что в моих силах, — и я говорил правду.

— Я не могу просить большего.

Глава 1

Южная резиденция императора. Большой зал совещаний.

Сегодня пришли все. Даже те, кто по большому счету и не должен тут быть. В облачениях преобладал военный стиль. Все при оружии. А один герой даже в полудоспехе. Без шлема и поножей, зато с щегольскими наручами. Великое войско собралось.

— Господа. Сегодня внеочередное отчетное собрание. И связано оно с тем, что уже который день будоражит население замка. Мы должны обсудить разведку столицы, — с одной стороны, с каждым разом все проходит проще и проще, а с другой — общее раздражение только растет. Эти чертовы отчетные собрания. Как же мне было не по себе вначале. Мне, сотруднику тайной канцелярии, отчитываться не перед узким кругом, допущенным к тайному знанию, а перед пустоголовыми крикунами.

— Наконец-то. Почему вы сразу не доложили о результатах? — не преминул раздаться возмущенный крик. Я их уже не замечаю. Для меня это некая стена безличных голов.

— В таких делах не стоит спешить. Да и вернувшиеся из этого губительного рейда должны были отдохнуть и залечить свои раны, и, конечно, нужно было сначала обсудить все малым советом и договориться, о чем говорить, а о чем нет.

— Конечно, мы не хотели тащить ваших раненых воинов на наше собрание, но сведения, ими добытые, вы обязаны были донести сразу, — проскрипел чей-то голос.

— Я должен то, что я должен, и не более того. Сведения нужно было проверить. Может, вы все же дадите мне говорить и не будете перебивать? — раздраженно бросил я.

— Мы все во внимании, — мягко, но громко сказал коронный советник, и собравшиеся успокоились.

— Во-первых, я считаю необходимым доложить, что оснащение наших разведчиков позволило им все же выполнить свою задачу, — начал я собственно с того, что мне было близко. — Мои магики отработали так, как надо. Ни одна темная тварь не доставила неприятностей.

— Вот только не все вернулись, — ввернул какой-то умник. А чтоб тебя подкинуло и перевернуло, а потом опустило и размазало.

— Во-вторых, мы поняли, что наше представление о текущей ситуации было неверным, — я решил не обращать на эти выкрики никакого внимания. Надеюсь, что и мое лицо меня не выдаст.

— Почему я не удивлен, — вновь раздался скрип. А еще хорошо бы их всех на Южные острова.

— С одной стороны, мы узнали, что столица не разрушена до основания. По полученным сведениям в разных районах столицы живут люди, и немало людей. С другой, мы получили данные, прямо доказывающие, что демоны не покинули наши земли, — может быть, это их отвлечет.

— Демоны? — раздался испуганный вопрос.

— Мы и ранее получали сообщения, предполагающие эту возможность, но сейчас мы знаем это доподлинно, — и чего я перед ними играю словами.

— Значит, наша столица оккупирована демонами? Великолепные новости, — и уважаемое, мать их, собрание зашумело.

— Она не захвачена ими. Однако они там есть. Вокруг нашей столицы образовался клубок разных сил. Доподлинно известно, что там Тьма и демоны продолжают свой бой. Пусть и вялотекущий, но продолжают. И если с Тьмой мы успешно справляемся, то демонам противопоставить нечего. Я прошу это запомнить. Самое главное, что нам удалось узнать из неподтвержденных источников, есть шанс найти представителей императорской семьи, — даже боюсь представить, что было бы, если бы они узнали, что это за источник.

— Что за источники? — вскинулся один.

— Что значит есть шанс? Вы нашли их там или нет? — дотошно цеплялся другой.

— Это все, что я могу сказать. Мы получили лучик надежды. Поэтому я считаю, что разведка была успешной, — я стукнул ладонью по трибуне. Нельзя давать им себя оседлать.

— И что дальше? Когда мы увидим их? — зазвучали вопросы.

— Это приводит нас к другой проблеме, это Саббат. Без решения которой мы не можем заняться столицей, — я начал выводить собрание к нужному мне обсуждению.

— Да что вы с этим Саббатом? Там ведь небольшой десант Санди. Когда империя воссоединится с владыкой или его семьей, это не будет иметь никого значения, — говорило мне собрание.

— Пока небольшой десант. А что будет, если они закрепятся? Я считаю, что у нас есть возможность освободить свои силы на востоке. И только после этого заняться столицей, — стоит ли говорить, что у меня уже все готово и начну я в любом случае. От них мне нужно лишь формальное одобрение. Конечно, найдутся противники, делающие ставку на мою неудачу, однако большинство рвется в бой. По крайней мере, на словах.

— А почему вы умалчиваете о западе? Флом тоже захвачен. — Вот это новость для меня. Это ж надо уметь, с таким важным видом сообщать о том, что знают даже маленькие дети.

— Он не захвачен, а лишь пока лишен имперского управления. Пиратские кланы всего лишь контролируют порты и море. Они не лезут в глубь материка и помешать нашим планам никак не могут. Отбросив Санди, мы одним махом развяжем себе руки, — это я, конечно, загнул, но мысль полезная, пусть проникнутся.

— А север? Вы совсем забыли об ат Маре? — интересно, какие еще части света знают эти умники. Я попытался найти спросившего, но быстро затерялся среди горящих взоров.

— Известно, что север, хоть и закрыт, не показывает активности. Не знаю, что там зреет, и пока не хочу знать. Я вижу первоочередные задачи и намерен их решать. Я делаю и отчитываюсь о своих действиях. Я все учитываю. Может, кто-нибудь из здесь собравшихся предложит более разумный план? — я вопросительно посмотрел на собрание.

И понеслось. Закипели речи. Понеслись и высокопарные лозунги о величии империи, и откровенно безумные планы. Забурлило. Я откинулся в кресле, осматривая сидевших рядом. Все те же группы по интересам. Главное, что основные участники поддерживают меня. Капитан хотя и горюет о потере своих людей, однако полностью уверен в правильности происходящего. Сат Тримо в благости, убежденный, что все идет по его плану. Эти пока за меня.

Шум голосов и движущиеся руки что-то мне напомнили. Лес. Я в лесу этих рук. И тут же кольнуло, «из леса и леса не видно». Я тряхнул головой и крепко двумя ладонями протер лицо. И чего же я здесь не вижу?

Аббатство святого Атана. Кабинет имперского коменданта.

— Здравствуйте, легат, — я улыбнулся вошедшему.

— Здравия желаю, — буркнул он и еще больше нахмурился. Старый служака знает, чем заканчивается то, что начинается улыбками начальства.

— Как ваши люди? — вежливо спросил я.

— Неплохо. Зачем звали? — напористо спросил легат.

— Что же вы так резко. Может, я соскучился? — продолжал держать линию я.

— Ближе к телу, — ответил он.

— Я только за. Жду вашего рассказа. Что же вы скрываете от меня? — а вот тут уже можно и строгости добавить.

— Почему вы так решили? — настороженно переспросил легат.

— Значит, сам факт вы не отрицаете? И пытаетесь узнать, как же мне это стало известно? Ну что вы на меня так смотрите? Неужели вы не понимаете, что мы опытны в некоторых вопросах. Все пришедшие прошли проверку. Все сведения по ним у нас есть. Я просмотрел их и обнаружил интересную особенность. Очень мало моряков из экипажей военных кораблей. А ведь восточный флот один из сильнейших в империи. И даже если с запасом накинуть количество моряков, не перенесших черную лихорадку, умерших от голода, тварей и других наших бед, все равно не сходится. Поверить, что они все остались в захваченном Саббате, я тоже не могу. На кораблях им никто бы остаться не позволил, а на берегу им делать нечего. Итак? — с напором спросил я.

— Я не собирался молчать об этом долго. Но я должен был сначала разобраться, насколько вам можно доверять, — неспешно начал легат.

— Будем считать, что все приличия соблюдены. Говорите, — нетерпеливо бросил я.

— Это тайна черного уровня третьей короны, — продолжал он.

— Я польщен, — я его резко прервал.

— Есть один корабль, — неспешно продолжил легат.

— Корабль? Всего один корабль? — так же резко прервал я его. Я был искренне удивлен. Они что, набили матросами один большой океанский корабль и пустились вплавь? Но куда? И что мне с ними теперь делать? Точно сказать, и что мне с этого поиметь?

— Новейший образец. Испытывался на секретных адмиралтейских гаванях. Когда все случилось, ко мне обратился главный конструктор. Мы помогли им в тяжелое время. Когда появился десант, мы совместно приняли решение об уходе. Он ждет моего сигнала на одном из южных островов. Ушли с двойным экипажем, — добавил он про матросов, но они уже вылетели у меня из головы.

— Южные острова? Какое надежное место вы выбрали, — пробормотал я, вспоминая, что я слышал о пропавших там судах. А ведь ничего и не слышал. Все исчезновения происходили только на островах. Но если они вдруг решат пристать в тихую гавань? Хотя это ведь должен быть большой, очень большой корабль.

— А что? — забеспокоился легат.

— Ничего. Так и что в этом корабле? Почему вокруг одного судна такая тайна? — возможно, он расскажет мне что-то интересное.

— Это новейший ныряющий крейсер, — невозмутимо ответил он.

— Ныряющий?! — У меня чуть мозги набекрень не съехали.

— Да. Идею подсказали исторцы со своими движущимися под водой лодками, — я вообще-то существо сухопутное, и большая часть моей службы проходила на суше, и я полагал, что не все знаю о мореплавании. Но такое?

— Под водой? — переспросил я.

— Именно, — подтвердил легат.

— Не знал, что они так продвинулись, — исторцы для меня всегда были странными дикарями, живущими среди холодных скал. А они, оказывается, делают вещи, до которых наши сами не додумались и теперь пытались догнать этих варваров.

— Продвинулись, и очень сильно. Свое море они закрыли для нас, — мрачно подтвердил легат.

— Моря никогда не были мне интересны. Где я? И где море? Но в любом случае. Итак, у нас есть подводная лодка, — мысли принялись метаться. Если у нас есть хоть что-то, чем мы можем попугать сандийцев с моря, то это все упрощает. Но и немного усложняет. Черт побери. Надо разузнать побольше об этом неожиданном подарке.

— Нет, это не просто лодка. Это ныряющий крейсер. Он способен передвигаться в надводном положении с огромной скоростью, — расхваливал легат.

— Замечательно. Отличный корабль. Что он еще может? — нетерпеливо спросил я.

— Я всего не знаю. Но точно уверен, что этот корабль очень могуществен. В штабе говорили, что он один равен целому флоту. Так говорили, — немного извиняющимся тоном добавил легат.

— О! А вот это уже просто великолепно. Один наш корабль равен целому флоту. И так получилось, что у нас есть этот самый флот, которому он равен. Как с ним связаться? — я должен как можно быстрее увидеть свой новый козырь.

— Я сообщу кодовые цифры. Но, пожалуйста, помягче. Капитан Поунс связан многими инструкциями. Корабль на этапе сверхсекретных испытаний, — легат чуточку занервничал.

— Я буду сама осторожность. Итак, где вы с ним должны встретиться? И если честно, Южные острова — это не самая тихая гавань. Неужели это такой большой корабль, что в его экипаж вошло столько матросов, — я посчитал в голове, сколько примерно человек могли составить его экипаж, и ужаснулся. Да найдется ли вообще в империи гавань, которая сможет принять такое чудовище!

— Нет, конечно. Насколько я понял, матросов на нем нужно не больше, чем на обычный корабль. Решено было создать эскадру. Мы оснастили семь лучших кораблей, переставили на них все самое современное вооружение с других кораблей. Самые опытные моряки, матросы и офицеры. Они пошли в боевое охранение, — неплохой довесок к чудо-кораблю.

Сортировочный лагерь «Изумрудная долина».

Новый палаточный городок был наполнен шумом. Старый давно уже был переполнен и давно зрела необходимость строить новый. Да и у этих переселенцев был особый статус.

— Поговорим? — спросил я вольного мага.

— Есть о чем? — небрежно спросил Воллес. Но я чувствовал, что он напряжен.

— Ты не сбежал. Но мог, — разговор обещал быть занимательным.

— Мог попытаться, — отмахнулся он.

— Если бы сильно захотел, то у тебя бы получилось, — я решил говорить с ним предельно честно.

— И вы бы не смогли меня удержать? — слегка усмехнулся он.

— Знаешь, почему нет тюрем для магов? Я тебе расскажу. Даже в былой империи их не строили, потому что невыгодно. Требуются большие силы. И все равно есть возможность побега, при котором неминуемо были бы потери в охране. Смерть всегда лучший охранник. Как говорится, нет человека — нет проблемы. Но ты и сам не хочешь, — уверенно закончил я.

— Откуда такие мысли? — спросил Воллес, нахмурившись. Он чувствовал, что разговор идет так, как я хочу, и пытался все же отстоять свои позиции.

— Ты ведь не злой человек. Я тебя понимаю. Ты бунтарь. Тебе всегда было тесно в рамках законов. Ты искал свободы. И обладаешь силой, чтобы ее добиться. Но сейчас все по-другому. Другое время, — это главное, на что я собирался упирать. Времена, когда за ним гонялись по империи, прошли, и теперь один из его главных врагов с ним мирно разговаривает.

— Да. Я согласен. Но все равно не понимаю, к чему этот разговор. — Конечно, ты все понимаешь.

— Там ведь твои родные? — решил я зайти с этой стороны.

— Кто вам сказал? — подобрался Воллес.

— Никто, я догадался. Какой бы ты ни был бунтарь, но жертвовать своими близкими ты не готов. И как тебе? Осмотрелся? Нравится? — спросил я мягко.

— Вы смогли создать приемлемые условия. И допустим, сейчас в вашем, признаюсь честно, безопасном гарнизоне есть мои близкие. Что вы хотите? — Воллес решил перестать играть и перейти к прямому разговору.

— Все очень просто. Люди хотят спокойной жизни. И твои родные тоже. Мы готовы предоставить им это, — сказал я уверенно.

— Однако? — протянул он.

— Да. Однако. Все это делают люди. Каждый делает то, что в его силах. И все их усилия дают толк. Понимаешь? Все усилия. Я не буду доискиваться, кто из этих новых беженцев твои родные. — Здесь я говорил совершенно честно. Я уже узнал кто. — Но ты и сам пойми, мы все должны помогать друг другу. Хотя бы для того, чтобы выжить. И, возможно, вернуться к прежнему спокойствию. Как ты думаешь? В твоих ли силах сделать вклад во все это? — вкрадчиво спросил я.

— Я понял. Я готов. Но я хочу все знать, — решительно начал он.

— Я тоже хотел бы все знать… — несколько отстраненно сказал я.

— Да я не об этом. Что вы готовите для меня? — с нетерпением спросил вольный маг-отступник.

— Ты сильный маг, поэтому я не отправлю тебя на ферму, как ты сам понимаешь, — я помахал рукой в воздухе, призывая его с этим согласиться.

— Мои знания особенные. Я не уверен… — замялся Воллес.

— Я догадываюсь. И нашел для тебя отличное применение, — с воодушевлением сказал я.

— Если мне покажут плетения против Тьмы, я готов пойти в патруль, — согласился он.

— Наши патрули справятся и без тебя. Если честно, Тьма идет на убыль. Давай сразу и напрямую. Нам нужно отбить Саббат. Помоги. Искренне и со всех сил, и я забуду о тебе. Сможешь жить так, как захочешь дальше. — Жить как захочет, конечно. Я сам не могу жить, как хочу и никому не позволю.

— Люблю, когда все открыто. Первое, что от меня требуется? Второе, что будет считаться выполнением сделки? — деловито перечислял Воллес.

— Я собираюсь назначить тебя главным магом ополчения. Все, что тебе придется, это напитывать их боевые магики. Они простые, но делать это придется часто. Освобождение Саббата от десанта сандийцев будет считаться концом. — Начнем с малого.

— Точнее. Что будет считаться за освобождение? — уперся Воллес.

— Десант сброшен в океан. Наши войска в Саббате, — кратко ответил я.

— Хорошо. Что за магики? — он согласился со всем, понял я. Теперь ничего не значащие уточнения.

— Хлопушки. Простые и мощные. — Эта часть разговора была самой простой.

— Образец? — бросил маг.

— Я готовился. Смотри. Вот труба разрядника. Вот накопитель, — я хвастался своей последней разработкой.

— А где контролька? На личину? — Воллес рассматривал оружие с опаской. Однако разобрался быстро. Насколько мне известно, он не мастер, да и магик простейший.

— А нет. Ополченцы. Привязывать оружие не будем. Взял, направил — и огонь, — я вскинул трубу на плечо и направил в стену. Дернул за пластину спуска, щелкнуло, и две детали внутри трубы сомкнулись. Однако детали были не запитаны, и выстрела не произошло.

— Не боитесь? — Воллес разобрался с конструкцией, быстро запитал ударную и спусковую части, выстрел — и слабый огонек вылетел из трубы.

— Зарядка на тебе. Непосредственно перед боями. Не отработавшие тоже к тебе, — я помахал руками, прогоняя слабый дымок.

— Все однотипные? — спросил задумчиво он.

— Почти.

— Когда они разберутся, это оружие не будет уже столь опасным? — спросил он, вопросительно глядя на меня.

— У них не будет времени. Мы не собираемся вести затяжные бои, — отмахнулся я.

— Кто будет мной командовать? — насуплено спросил маг.

— Еще не решено. Ты согласен? — я протянул руку.

— Да, черт побери. Но если вздумаешь меня обмануть, я приду за тобой, — пожав мою руку, мрачно добавил он.

— Смотри, чтобы мне не пришлось приходить за тобой.

Крепость пограничной стражи.

— Рад вас видеть, капитан Поунс, — поприветствовал я седого крепкого мужчину.

— Вы ведь канцелярский? — резко начал он.

— Все то вы знаете, — тихо сказал я.

— Я не буду вас пугать тем уровнем секретности, которой окружен наш проект, — начал капитан.

— Я и сам рад. Мне, знаете ли, хватит пугающего. Если честно, меня не интересуют подробности вашего проект. Мне важно знать одно. Что вы можете нам дать? — я прервал его резко, давая понять, кто здесь главный.

— Наш корабль — это новейшее оружие на императорском флоте. Крейсер способен поражать цели намного дальше чем, его увидят. Он способен маневрировать в водах противника на огромной скорости, — расписывал капитан.

— Но? — уловил я недосказанное.

— Да, есть одно но. Дело в том, что мы здесь проводили только ходовые испытания. Которые прошли, между прочим, БЕЗУПРЕЧНО!! — возвысил голос капитан.

— Я рад. Искренне рад. И? — продолжал давить я.

— Но боевые испытания мы не проводили, — сдулся капитан.

— Почему? — удивился я.

— Потому что у нас нет ни единицы штатного вооружения, — нахохлился капитан.

— Интересно и как же так получилось? — вежливо спросил я, пытаясь понять, что мне теперь с этим делать.

— Соображения секретности. Оружие на данном этапе испытывалось во Фломе.

— Поясните, пожалуйста.

— Там много пиратов, и если патрульный корабль потопит недотепу, никто и не побеспокоится. А уж чем его потопили, совсем пустяк, — махнул рукой капитан.

— Допустим, я все понял. Итак, мы имеем крутой корабль. Самый сильный, но без оружия. — Решил подытожить я.

— Да, это так, — подтвердил Поунс.

— Вот спасибо. Вы вообще понимаете, что происходит. Нам нужно отбить Саббат. — начал горячиться я.

— Я готов! — капитан вскочил и принял строевую стойку.

— И что вы можете сделать? — озадаченно спросил я.

— Решение принято. Я поступаю в ваше распоряжение. А уже ваша задача — придумать, как нам победить.

* * *

Мы встретились у нижних ворот. Они спокойно ждали на небольшой поляне. Мой давний пленник и еще двое. Мощный старик и мужчина средних лет. Когда я к ним подошел, они все встали, и в их позах чувствовалось волнение.

— Приветствую вас. Это родственники? — спросил я.

— Я старх Римон, дед мальчика. Мы можем его увидеть? — старик вышел вперед и сразу перешел к делу.

— Здравствуйте, Римон. Конечно, вы увидите своего внука. А кто это с вами? Он маг, чтобы снять заклятье с мальчика? — ничего магического я в них не видел. Хотя у них же другая магия.

— Я сам все сделаю. Это мой помощник Радел. Он меня просто сопровождает. Я уже стар, и дальняя дорога мне одному не по силам, — мрачно ответил старик.

— Наша договоренность остается в силе? — спросил я.

— Конечно, Наваль. Мы не враги, — ответил разведчик другого континента.

На следующий день в убежище. Мы сидели втроем в одном из рабочих помещений. Мой давний друг шпион и новый персонаж господин помощник Радел.

— Как он? — спросил я.

— Спит. Сон лучшее состояние, чтобы прийти в себя, — ответил Радел.

— Что вы планируете делать дальше? — спросил я обоих.

— Как и договаривались, мальчик решит, где ему лучше, от этого и будем отталкиваться, — ответил мой коллега.

— Старх — это титул? — спросил я несколько вбок.

— Скорее призвание. Мне тяжело объяснить это. В ваших землях нет таких понятий. Он миротворитель. Способствует тому, чтобы между разными группами интересов не было войны, — с готовностью ответил Радел. Он упорно пытается завязать со мной разговор.

— Вы думаете, он нам нужен? — спросил я уже напрямую странного помощника.

— Надеюсь, что нет. Между нашими группами нет еще даже взаимодействия, какие тут войны, — ответил Радел.

— Это хорошо. Но по-видимому мы должны это взаимодействие наладить? — спросил я.

— Здесь я вам ничем помочь не могу. Пойду гляну, как там Римон, — сказал шпион и удалился.

— Ваша манера делать дела меня, признаться честно, обескураживает. Но что-то мне подсказывает, что раз уж мы остались наедине, господин Радел, то именно вы должны наладить это взаимодействие.

— Вы проницательны, мастер-артефактор. Но вы поняли далеко не все, — начал он и замолчал, ожидая моей реакции.

— Поясните, — сделал я приглашающий жест.

— Никаких дел с вами или любым другим представителем новой земли наши официальные власти дел не могут иметь, — четко продолжил он.

— А неофициальные? — мягко спросил я.

— В точку. Я именно представитель оных. Однако сразу хочу предупредить. Те, кого я представляю, это не просто некие люди, это враги властей. И этот разговор должен остаться в тайне не только от резидента, но и от Римона, — напряженно произнес Радел.

— Значит, Римон — это всего лишь способ? — кивнул я.

— Можно и так сказать. Нет, я действительно его давний друг, но я не мог не воспользоваться удачной возможностью оказаться здесь, — пояснил он.

— Говорите, — предложил я. Радел на мгновение прикрыл глаза и, открыв их, продолжил с жаром.

— Для начала я должен сказать главное. Мы вымираем. Наш мир закостенел, и нет никакого выхода. Кризис зрел долго. Освоение нового континента вдохнуло в нас жизнь, однако произошло многое, что прервало этот путь. Маги-отступники, недовольные сложившимся порядком вещей, осваивали утерянный континент, все деятельные люди перемещались туда. А потом, после их губительного эксперимента, унесшего их жизни, все стало еще хуже. Я не могу их сейчас обвинять, ими двигало то, что движет и нами сейчас. Необходимость развития. Но они повергли наш мир в хаос. Новые земли вернулись в прошлое. А в старом мире прочно обосновались старые маги. Многие из них помнят еще старый мир. Они продлевают свою жизнь высшей магией, и, если честно, есть сомнения, что они остались людьми после всего этого. Но они прочно держат в своих руках власть, и свергнуть их никак не получается. Те, у кого есть силы, под контролем у них. Те, кто свободен, не имеют сил. Пауки следят, чтобы никто не смог возвыситься достаточно, для того чтобы бросить им вызов. Нам не перебороть ситуацию без помощи извне, — выложив это все, он вопросительно уставился на меня.

— К чему вы стремитесь? И что вы хотите от нас? — он сказал много, но пока ничего важного для меня лично.

— Нам нужно развитие. Жизнь. Наше существование без цели убивает нас. Население стабильно уменьшается с начала эпохи Равновесия. И это при хорошем уровне жизни. Поймите у нас все новое приравнивается к злу. Любой, кто стремится к новому, преступник. Они все время тыкают нас носом в то, во что вылились стремления к новому магов-отступников. Но ведь не ошибается тот, кто ничего не делает, — немного фанатично продолжал Радел.

— Если честно, я могу их понять. Последствия этого стремления мы ощущаем до сих пор, — я обвел руками, указывая на каменные стены.

— Вам так кажется с вашей точки зрения. Однако после всего произошедшего вы смогли пройти огромный путь и почти приблизиться к могуществу старых магов. Это просто удивительно.

— Это точно. Почти смогли приблизиться. Наши маги. Вернее наш один маг смог почти уничтожить нашу землю. Да вот только уничтожить наш континент не смог. Это да, — мрачно сказал я.

— Я понимаю вашу горечь. Кому как не вам знать, что вы потеряли и как тяжело все исправить. Но вы стараетесь. А мы замерли в спокойствии, путь из которого только один. К смерти. Поймите, смерти этого мира целиком, — чувствовалось, что он сейчас изливает свои самые глубокие мысли.

— Вот сейчас я не понял, — неприятный комок зашевелился во мне.

— Я открою вам одну тайну. Наши мудрецы открыли это давно, но сейчас это под большим запретом. Наш мир — это особенный мир. Он живет по другим правилам. Но главное — это то, что он обновляется раз в эпоху. Полностью стирает все сущее и заселяет другим, — продолжал откровения Радел.

— А раз в эпоху — это как часто? — решил уточнить я.

— Эпоха не имеет срока. Это всего лишь обозначение этапа. Мудрецы утверждали, когда мы исчерпаем себя, тогда нас и заменят.

— Исчерпаем себя — это значит, остановимся в развитии?

— Именно. Старый мир уже подошел к этому. И лишь здесь творится то, что дает нам шанс. Все здесь происходящее — это всего лишь фрагмент картины. И пока она устраивает тех, кто решает. Но кто скажет, что это надолго?

— Ладно. Я понял, надеюсь, ваши желания. И тут мы переходим ко второму вопросу. Что вы хотите от меня? — я потер руками виски. Чувствую, что остальное мне не понравится. Пытаясь узнать больше, я узнал явно лишнее.

— Как я уже говорил нам нужны силы, чтобы все изменить, — настойчиво говорил Радел.

— Вы считаете, я могу вам это дать? — спросил я удивленно.

— Я внимательно слежу за происходящем здесь. Вы талантливый организатор. Смогли все переменить. Вам удалось подхватить упавшее знамя империи и уверенно его держать. Это уже само по себе важно. Вдобавок вы как мастер-артефактор сможете научить нас как дать силу тем, кто хочет, но не может.

— Спасибо за лестные слова. Давайте разберемся. Вы хотите чтобы я помог вашим разрозненным силам объединиться. Научил вас делать действенные магики? — перечислял я.

— Да. И мы знаем, что ваш великий маг ат Ир ищет новых знаний. Если вы предложите ему поехать с вами, он наверняка согласится.

— Подведем итоги. Значит, я с Ири должны помочь вам свергнуть ваш режим? — спросил я прямо.

— Вы не должны. Но если вы подумаете, вы поймете, что у вас нет другого пути, — кивнул Радел.

— Зачем мне это? — я решил прояснить все.

— Вы все поняли. Вы не тот человек, чтобы успокоиться в величии. Вам нужно большее. У вас нет другого пути, — уверенно заявил он.

— Это слишком высокопарно для меня. Я просто служащий канцелярии. И как вы правильно заметили, я пытаюсь держать флаг. И он далеко не укреплен. У меня огромное количество дел, — я сделал очень обеспокоенное лицо.

— Я вас не тороплю. Мы умеем ждать, — успокоился Радел, видимо решив, что я на все согласился.

— Я обдумаю ваше предложение. Но вот о чем я подумал. В ваших интересах, чтобы я быстрее освободился здесь? — Я решил сначала прощупать своих новых союзников. Нанимателей?

— Конечно, — поспешил ответить он.

— Чем вы можете помочь? — рубанул я.

— Данные нашей разведки будут в вашем распоряжении, — великодушно ответил он.

— Этого мало. Нам и так известно больше, чем нам нужно. Нам нужна явная помощь, — напирал я.

— Что вы хотите? — немного растерянно, но деловито спросил он.

— Что вы можете? — начал я.

— Обрисуйте задачу. Мы подумаем, что можем сделать, — вывернулся он.

— Ат Мар? — забросил я первый крючок.

— Нет. Туда нам хода нет. Туда никому хода нет, — поспешил Радел.

— Ладно. Я забыл, вы же в ситуации просящего. Я даже не знаю…

— Вас сейчас заботит осажденный Саббат? — решился он.

— Это так. Что вы предлагаете? — заинтересованно глянул я.

— Корабли в бухте и на дальнем рейде. Как насчет большой бури? — улыбнулся Радел.

— Очень хорошо. Вы сможете это сделать в любое время? — что-то начало складываться в моей голове.

— Нам нужно время на подготовку. Скажем, десять дней от указанной даты, и мы все сделаем.

— Насколько сильна будет буря? — уточнил я.

— Мы постараемся. Гарантировать полное уничтожение флота мы не можем. Сандийские моряки очень опытны. Но их корабли после нашей атаки будут сильно потрепаны.

— Это хороший ход. Давайте попробуем и поглядим, что из этого получится.

Глава 2

Из леса на опушку неспешно выехали четыре всадника. Оглядевшись, повернули к небольшому костерку. Тонкая струйка дыма служила ориентиром. Спешившись и привязав коней к сухому дереву, вооруженные люди подошли ближе.

— Располагайтесь поудобнее, — я вышел из тени и провел рукой. Легат шагнул первым и, плавно плюхнувшись, начал устраиваться возле костра. Оставшиеся три легионера немного помялись и тоже попадали рядом.

— Давайте сразу к делу. Все знают, кто я? — спросил я, оглядев сидевших.

— Они знают, — ответил легат. Троица кивнула.

— Я вижу, вы напряжены. Наверняка думаете, почему здесь именно вы трое? В легионе свои законы. Принятого в боевое братство не спрашивают, кем он был раньше. Это никого не должно волновать. Но сейчас неправильное время, и некоторым законам приходится потесниться. Мы обсуждали с легатом одно очень важное задание. И ему пришлось рассказать мне все. Я надеюсь, вы все поймете, — мягко добавил я.

— Я не понимаю … — начал один из легионеров.

— Да ладно, — раздраженно бросил я.

— Я не об этом. Да мы из ночной гильдии Саббата. Ну и что? Чем это поможет? — мрачно спросил седой легионер. Остальные молчали, видимо решив довериться старшему товарищу.

— Вот это правильные вопросы. Дело очень непростое. И хотя то, что именно вы им займетесь, будут знать многие, о подробностях вашего задания будем знать только мы впятером. Вот о них мы сегодня поговорим. Здесь. Без лишних глаз и ушей. И вы все поймете.

— Ребята, так надо. Уверен, что вы справитесь лучше всего, — поддержал меня легат.

— Спасибо, легат. Итак. Задание ваше диверсионное. Необходимо проникнуть в Саббат и совершить ряд очень непростых операций против солдат Сан-Ди. Пойдете только вы трое. Сможете?

— Наверно. А что делать надо? И я все еще не понимаю, почему. Мы, конечно, неплохие разведчики и знаем хорошо Саббат, но есть не хуже нас.

— Это так. Но есть несколько очень важных моментов. Во-первых, мы рассчитываем, что вам помогут старые связи. Ночной люд ведь не ушел со всеми? — спросил я.

— Да. Они все там, кто выжил. Но это будет непросто. Все знают, что мы легионеры. И все знают, что это значит, — кивнул седой.

— Ну, мы не кинем вас неподготовленными. Мы придумали для вас многоуровневую легенду. Итак, первый уровень. Вы отстали по дороге, ушедший отряд испытывал многочисленные трудности, постоянные нападения тварей, еды нет, надежды нет. Вот вы и решили вернуться туда, где все давно знакомо. Ну как, логично? Сможете так прикинуться? — легионеры переглянулись.

— Не глупо. Можем попробовать. Надо потренироваться, — осторожно ответил легионер.

— Отлично. Второй уровень. Кстати, можно с первым уровнем особо не убиваться, все равно придется раскрыться. Продолжим. Вы дошли с отрядом. Нашли гарнизон, можете даже описать для достоверности некоторые наши реалии. Но сделаете очень большое преувеличение. Как здесь все строго. Все ходят только строем. Гражданские вкалывают от восхода до заката. Военные постоянно бьются с тварями. Несут всегда потери. Любое инакомыслие пресекается жестким образом. За малейшие провинности смерть. Можете пересказать историю усмирения нижнего города. Общая идея: там, то есть здесь у нас, просто каторга под управлением жесточайших начальников. Нормально? — вновь я спросил у них одобрения.

— Да. В это легко поверить. По нашим временам наладить нормальную жизнь можно только очень твердой рукой. Дальше будет? — спросил седой.

— Конечно. Вот и подошли к третьему уровню. Он не намного отличается от вашего задания. Сами решите кому, расскажете это. Вы у нас настоящие разведчики имперского гарнизона, которых командование направило для ознакомления с обстановкой в Саббате.

— Это самое простое. Так о чем мы должны молчать?

— Подходим к самому горячему. Об этом вы не расскажете никому и никогда. Вы получите три магика класса «серый чертог», которые вы должны будете активировать в Саббате. Легат вас ознакомил с описанием этих магиков? — я оглянулся на него. Легат кивнул.

— Ознакомил. И теперь я понимаю, почему мы должны молчать. Ведь твари будут грызть не только десант, но и оставшихся жителей, — мрачно ответил легионер.

— Да, это главное. Но есть и еще кое-что. Необходимо как можно дольше держать противника в неведении о настоящих причинах происходящего. Действие магиков нужно маскировать.

— Каким образом? — хмуро спросил седой.

— Мы планируем направить их по другому пути. Вы будете имитировать действия секты, — я четко произнес последнее слово.

— Какой секты? — удивился седой.

— Откуда я знаю, какой? Я не специалист по сектам. Придумаем что-нибудь. Главное, вы должны будете производить некие мрачные и ужасающие обряды, — я широко размахнул руками.

— Ужасающие?

— Именно. Так, чтобы сразу было видно. Что твари сюда сбежались из-за действий свихнувшихся сектантов, а не из-за особых магиков, подкинутых диверсантами противника.

— Мы были ночными убийцами, а не палачами, — вдруг бросил один из ранее молчавших легионеров.

— Значит придется научить. Если не быть палачами, то хотя бы ими выглядеть. Я понимаю, вы давно уже другие люди, честные и сильные. Но сейчас от вас требуется побыть теми другими, побыть всего лишь время. А потом вернуться к обычной жизни. И все, что вы делали, останется только между нами. Мы с легатом разделим с вами этот груз, — я посмотрел на легата, тот вновь кивнул.

— Вы останетесь здесь, а мы будем там, — произнес седой, глядя на нас.

— Мы будем не с вами, но точно не останемся здесь. Что мы будем делать, вам знать не нужно, сами понимаете почему. Но сидеть без дела мы точно не будем. И еще. Вы же воины. Вы привыкли к тому, что убиваете одних ради жизни других. Просто пойдите немного дальше.

— Как бы мы не ушли очень далеко.

— Я надеюсь, мы сможем вам помочь.

Аббатство святого Атана. Малый военный совет.

— Обстановка в Саббате следующая. Можно выделить четыре группы целей. Первая — это группа боевых кораблей, держащая под контролем гавань. Вторая и третья — это места высадки десанта, севернее и южнее города. И четвертая — это силы захватчиков в самом городе. У нас есть возможность нанести удар по кораблям, — я сопровождал свой рассказ указанием на карте.

— Будем бить по транспортам? — оживленно спросил Мали.

— Ни в коем случае. Мы должны оставить им путь к отступлению. Цель убить всех захватчиков перед нами не стоит. Даже если представить, что мы их всех перебьем. Что мы получим? Боевые корабли уйдут на Санди и запросто могут вернуться на следующий год с не меньшим, а может, и большим десантом. Мы же понесем грандиозные потери, и мало того, не сможем отбить следующую атаку, под угрозой окажется все наше существование. Некому будет защищать гражданских, некому будет растить урожай и заниматься ремеслами.

— Но у нас же есть легион? — спокойно спросил арс Тамоа.

— Есть. Но даже будь против него одни регулярные полки они вряд ли смогли бы победить. Так что ополчение в любом случае надо привлекать. Так ведь и у них есть элитные войска. Как они там называются? — я повернулся к легату.

— Рыцари морской девы. Да, тоже крепкие ребята. Их сплоченный строй проредит нашу пехоту не задумываясь, — важно ответил он.

— У противника нет лошадей. Если быть точным, у них нет конных подразделений. Это хорошо, мы имеем преимущество в передвижении. Но они подавляют нас в числе регулярной армии. Я выслал диверсионный отряд, он постарается ослабить группу в городе. С моря мы тоже нанесем сильный удар. Извините, не могу раскрыть подробности, однако боевой флот мы потреплем. Самое трудное — это крупные силы в северном и южном лагерях. Первое, что мы должны сделать, это лишить их разведки. Мы должны выбить их все дальние патрули и разъездные группы. Это задача наших егерских отрядов и труны Кросса. Противник не должен видеть дальше близлежащих окрестностей города, — в это время Кросс сосредоточенно изучал ту часть карты, где ему предстояло действовать. Возражений я от него и не ждал. Думаю, он просто прикидывал, куда будет лучше отступать.

— Они насторожатся, — нахмурился Мали.

— Это неизбежно. Но постарайтесь все сделать как можно тише. Пусть отряды просто пропадают. Они знают, что здесь много тварей, пусть списывают все на них. Только когда мы убедимся, что имеем простор, только тогда начнем операцию. Легион должен скрытым и быстрым маршем обойти город и напасть на северный лагерь. Одновременно с этим ополченцы нанесут удар по южному лагерю. В тот же момент мы нападем с моря. Я планирую, что остатки десанта отойдут к кораблям в порт. Потрепанный флот и опасность пребывания в городе, будем надеяться, убедят их покинуть нашу землю.

— А если не убедят?

— Тогда мы их всех убьем.

Глава 3

Южная императорская резиденция. Большой военный совет.

— Мы собрались сегодня, чтобы принять важное решение, — на самом деле я все уже решил. Но мне нужно, чтобы мое решение было поддержано большинством. Будут потери, и возможно большие, я не хочу нести этот груз сам. Да и прикрыться будет кем. Коллективное решение — оно такое.

— Разве вы уже сами все не решили? — озвучил мои мысли Тримо.

— Произведена разведка, предприняты некие шаги. Однако полноценных действий мы не начинаем. Я хочу рассказать вам свое видение нашего положения.

— Извольте. Думаю, всем это будет интересно, — тихо, но твердо сказал Тримо.

— Сейчас наше положение уже не такое бедственное, как год назад. Мы обеспечиваем личную безопасность наших граждан. Возле наших поселений и дорог порождений Тьмы больше нет. Отряды охотников ходят во все более и более дальние рейды. Считаю, что на нашей земле твари нас больше не побеспокоят. С обычной преступностью мы справляемся благодаря жестким законам военного времени, мало кто решается поиграть с законами. Быт налаживается. Голод нам тоже не грозит. В данный момент мы приступили к освоению Бошна. Этот удачно расположенный город должен стать новой столицей. Все же управлять делами с дальнего юга не совсем удобно. Людей выжило достаточное количество, чтобы утверждать, что мы справимся с этим. Мы сможем вернуть к прежней жизни почти половину империи. Дальше наши усилия мы можем устремить по трем направлениям. Во-первых, это столица. Вернувшаяся разведка принесла крайне интересные данные. Мы знаем, там живут люди. Значит, можно предположить, что могли выжить и особы императорской семьи. Более того, есть неподтвержденные данные, что они могут находиться в дворцовых покоях. Источник вызывает сомнения, но игнорировать это мы не можем. И значит, мы должны бросить все силы, чтобы их найти. Однако окрестности столицы кишат тварями, возможно там есть и демоны. Зачистка столицы может потребовать всех наших сил. И поэтому я хотел бы сначала обезопасить нас по другим направлениям. Это северо-запад. По нашим данным Флом по контролем пиратов. И северо-восток, десант Санди. Пиратскую вольницу я планирую пока оставить. А вот Саббатом предлагаю взяться вплотную. На то есть причины. Я считаю, что пока сандийцы еще неплотно осели, их нужно выбить в первую очередь. Освободив Саббат, мы сможем всеми силами налечь на Флом. После того, как боковые направления будут очищены, мы сможем заняться столицей. Поэтому нам нужно все силы приложить к контратаке Саббата. У нас есть силы, и я планирую заняться этим в первую очередь.

— А север-север? Почему вы всегда молчите о проклятом ат Маре? — вскочил молодой помощник Тримо. Не могу понять: на отчетных собраниях этот проныра действовал по заданию коронного советника или из-за его манеры постоянно наседать на меня он его к себе приблизил.

— Пока мы не решим ближайшие задачи, считаю бессмысленным думать о севере. Давайте решать проблемы поочередно, — четко и ритмично ответил я.

— Какие силы вы планируете задействовать и какие у нас шансы на успех? — бесцветно спросил капитан Аргонат.

— В первую очередь легион. И ополчение. Шансы я оцениваю как высокие, — с нажимом ответил я.

— После Саббата что будет сделано дальше? — спросил легат.

— Еще одна разведка в столицу и освобождение Флома. После этого я собираюсь вплотную заняться поисками императорской семьи, — я оглядел собравшихся.

— Я согласен с предложным планом, — первым отозвался коронный советник.

— Благодарю. Капитан?

— За, — кивнул старик.

— Легион? — спросил я для проформы.

— Вперед. Я тоже за Саббат.

В одной из трущоб Саббата.

— Сегодня в штабе Санди знатный переполох, — невеселым голосом произнес крепкий человек, сидевший у небольшого костерка. Дым уходил в кривую трубу, шедшую вдоль всего потолка.

— Ты как? — обеспокоенно спросил седой мужчина, приподнявшись на локте. Старый топчан испуганно скрипнул под мощным телом.

— Нормально, — бросил невеселый и поставил небольшой котелок на огонь.

— Вижу, что нормально. Столько выхлебал после дела, а тебя не берет, — седой сел и потянулся.

— Хорошо, что мирняк не пришлось резать. Этот соглядатай нам удачно попался, — деловито говорил легионер.

— Ты его знатно разделал. Талантливо. Любой поверит, что это был черный ритуал. Но тебя самого от такой крови не мутит? — спросил старший легионер и внимательно всмотрелся в товарища.

— Да нормально, командир. Мертвые ничего не чувствуют, — философски закончил легионер.

— Коготь сложит фишки и все поймет. Вот что он будет делать? Это вопрос, — командир подсел к костру.

— Он может выдать нас сандийцам, а может попробовать решить все дела с нами сам, — спокойно рассуждал диверсант и протянул старшему вторую кружку.

— Кишка у него тонка самому с нами разобраться. А сдать нас, думаю, не рискнет. Если он все правильно поймет, то догадается, что мы не сами по себе и трогать нас дороже станет. В любом случае, нам еще раз сделать и можно валить отсюда, — над котелком начал подыматься парок.

— Пойдем на южную окраину? — спокойно спросил невеселый и ожесточенно почесал лоб.

— Хорошо бы в порту бахнуть, но лучше не рисковать. Хорошо бы вообще затаиться, пока они суетятся, но считаю для нас будет безопаснее побыстрее со всем справиться и пойти к нашим, — седой достал мешок с едой и начал в нем рыться.

— Я вот думаю, это все равно всплывет наружу рано или поздно, — глядя в костер сказал легионер.

— Наваль нас не сдаст. А если кто и догадается, то нам то что? — мигом отложив мешок, повернулся к нему командир.

— Ребята догадаются. Что они о нас будут думать? — не отрывая глаз от костра спросил невеселый.

— Что мы выполняли приказ. Из легиона это не выйдет, а внутри отцы командиры все решат, — уверенно отвечал седой.

— Как думаешь? У нас все получается? — решился глянуть на старшего легионер.

— Надеюсь. По крайней мере к северному лагерю они теперь по суше не ходят. Только кораблями из гавани. Если и на южном направлении создадим гиблое место, считай, что удалось. Сейчас они держат большие силы только в порту. Да и те в любой момент готовы уйти на транспорты. Город мы порядочно засрали — с некоторой гордостью закончил командир.

— Это да. Сколько жителей полегло? — тихо спросил легионер.

— У них был шанс уйти с нами в хорошую жизнь. А когда наши войдут в город, то очистят его за день, — жестко ответил седой.

— Ладно. Кого будем брать на третье дело?

— Застава в кожевенной слободе. Они где-то раздобыли пару бочек хорошего вина. Видать, накрыли богатый погреб. Ночью там трезвых будет не больше десятка. Да и то наверно будут прикладываться. Устроим там бойню.

Восстановленный Бош.

В пустом разоренном городе зашевелилась жизнь. Пока все это проявлялось очагово. Самое большое движение в торговом порту. Рыбацкие баркасы начали ходить по реке. Прибыл большой транспорт со строевым лесом. Там же в порту разгружались ладьи с беженцами, прибывшими в порт. Многие из них возвращались в свой родной город. Много было людей в императорской резиденции. Там был штаб нового правления.

— Вы считаете, это было хорошей идеей не включать Бошн в гарнизон? — спросил Мариц.

— У меня не было другого выхода. То, что я провернул вначале, не получится здесь. Да и мне все больше намекают, что пора бы прекратить действие военного положения, — ответил я задумчиво.

— И забрать у вас узды правления, — отстраненно сказал Мариц.

— Именно. Но пока есть осажденный Саббат, формально я прав. Для Бошна все же пришлось пойти на уступки. Свободный город — это хороший признак. Здесь люди могут чувствовать себя прежними гражданами. Думаю, перемещение людей из земель гарнизона будет усиливаться, и ничего с этим поделать нельзя.

— А что будет, когда мы освободим Саббат?

— Будут перемены. Но остается главный вопрос. Вопрос императорского правления. Пока есть шанс найти наследника, есть время. Однако рано или поздно придется выбирать. Либо избирать нового императора, либо возродить королевства, княжества и тому подобное. Я конечно против, но у меня остается все меньше и меньше козырей в рукаве.

* * *

Большой лагерь в многоречье представлял из себя суетную смесь различных отрядов. Лагерь легиона, хорошо скрытый в складках местности, был тих. Опытные воины привычно заняли расположение и спокойно отдыхали перед боями. В лагере ополчения постоянно что-то случалось. То палатка загорится, то возникнет драка между нервничающими ополченцами. Труна Кросса постоянно была в разъездах. Чистили проходы для наступающих войск.

— Вы считаете, что этот сброд справится? Там ведь регулярная армия. Наверняка лучшие из лучших.

— У них нет другого выхода. Да и у нас тоже. И опять же, повторяю, нам не нужно их всех убить. Пусть просто убираются к себе домой.

* * *

На рейде Саббата сегодня было тесно. Мощнейшая буря загнала в бухту почти весь флот захватчиков. На флагмане, где находился штаб экспедиционного корпуса, кипела жизнь.

— Потеряна связь со всеми морскими разведчиками. Будем надеяться, что они не утонули, а ушли на большие глубины, — доложил дежурный офицер.

— Уйти на остров они не смогут, не хватит припасов. Если буря продлится долго, в составе флота мы их точно потеряем, — мрачно закончил командующий корпусом.

— Все будет зависеть от догадливости наших парней. Если они сразу догадаются идти на остров, то спасутся. Но боюсь, большинство будет пытаться выполнить приказ, — пожилой адмирал смотрел на большую магическую карту, на которой темно-синим туманом отображалась буря.

— Ладно. Они моряки, и океан их стихия. Что с пехотой? — спросил командующий дежурного.

— Связь с лагерями мы держим. Но с северным прервались все наземные пути сообщения. С южным есть сообщение и по суше, — докладывал дежурный.

— Как бы нас и этого не лишили, — тихо сказал полковник, командующий десантными частями.

— Что вы хотите сказать? — вскинулся командующий.

— Еще один черный ритуал на юге — и наши опорные лагеря будут лишены нашей поддержки, — показал на карте полковник.

— Это было бы слишком уж неудачное для нас стечение обстоятельств, — пробурчал адмирал.

— Вот и я так думаю. Что позволяет мне предположить, что ничего случайного не происходит. А вот и уважаемый Сунгари. Развейте мои опасения, — обратился командующий к вошедшему. Тот был одет в черный без знаков различия абордажный костюм.

— Увы. Как ни печально, но вы оказались правы. Я еще не понял, как и кто это сделал. Но буря эта вызвана искусственно. Все наши попытки утихомирить стихию провалились. Усилия наших природников ни к чему не привели. А такого не бывало ни разу за всю историю нашей школы. Одно меня смущает, мы не обнаружили ни толики магического воздействия. Но это просто означает, что мы чего-то не знаем. Если наши враги смогли создать свою школу стихийной магии, то это, конечно, ошеломляюще, но никак не невозможно, — рассказывал маг.

— Благодарю. Вы можете хотя бы выяснить сроки окончания этой бури? — спросил командующий.

— Пока никаких признаков не замечено, — вежливо ответил маг.

— Держите меня в курсе, — бросил командующий.

— Что по черным ритуалам? — вклинился полковник.

— Уважаемый Саанси сам занялся этим, — ответил маг.

— Позовите мне его, — резко повернулся к дежурному командующий.

— Он не отвечает, — замялся дежурный.

— Что? Черт побери, да вы совсем распоясались. Вызывайте по моему каналу. Хватит ли у него дерзости не ответить мне, — прорычал командующий. Собравшиеся молчали, не желая попасть под горячую руку.

— Саанси, это командующий. Где вы? — запрашивал командующий в амулет связи.

— Не сейчас, — раздалось из него.

— Что происходит? — ошарашенно спросил командующий.

— Я, кажется, разобрался. И чувствую, сейчас начинается еще один ритуал, — донесся тихий голос.

— Где? — резко выдохнул командующий.

— На южной окраине, — пришел ответ.

— Демоны бездны. Общая тревога.

Северный лагерь экспедиционных сил.

— Мы готовы, — раздался еле уловимый шепот.

— Дальних секретов нет. Все на прямой видимости от лагеря. Разъездная группа держится между ними. В бодрствующей смене зоркий и, по-моему, общий маг. Держат на контроле ближние секреты, — прошелестело в ответ.

— Начинаем.

В ближнем секрете сидело двое. Опытные караульные старались ничем не выдавать своего присутствия. Лишь иногда тонкий и невидимый магический луч из лагеря скользил по ним, проверяя, живые ли они, и тем выдавая их наличие.

Трое разведчиков легиона осторожно подкрались к ним на безопасное расстояние, и слаженный выстрел духовых трубок раздался совершенно беззвучно. Ядовитые стрелы нашли свою цель, и оба караульных замерли, погрузившись в мир наркотических снов. После чего еще одна группа лазутчиков смогла поближе пробраться к кострам с караульными и магами. В этот раз бесшумные выстрелы были направлены в костер. И стрелы из особого дерева начали распространять свой слегка сладковатый дым. Он не убивал и не действовал дурманяще, он лишь слегка воздействовал на восприятие. Затуманивая его и заставляя расслабить бдительность. Что позволило подкрасться ближе основной массе нападающих.

Ночной бой обычно скоротечен и беспорядочен. Однако нападающие были мастерами своего дела. После того как часовые стали бесполезны, легионеры подошли вплотную на расстояние удара и молча, без ободряющих криков и громких команд, пошли в атаку. Тройки мрачными тенями скользили возле палаток. Выстрелы пружинных арбалетов и шум разрезаемых палаток. Сдавленные крики уходящих из жизни. Ночной бой забирал жизни. Группа из десяти легионеров молча, не отвлекаясь, шла к штабной палатке. Дойдя до нее, они, озабоченные уже лишним шумом, разрядили в нее три магических разрядника. Раздались взрывы. Лагерь зашевелился. Легионеры, продолжая убивать, правда уже не так тщательно, быстро побежали на северную окраину лагеря. Им навстречу пробивалась остальная часть отряда. Соединившись, они так же быстро покинули лагерь.

Один из легионеров напоследок кинул в груду палаток активированный «серый чертог».

— Это вам на память.

Южный лагерь экспедиционных сил.

Поздно вечером пришло сообщение об общей тревоге. А еще позже пришло сообщение о разгроме северного лагеря. Там отнеслись к сигналу халатно и лишь усилили караул, после чего в ночном бою потеряли командование и треть воинов. В данный момент они оттянулись к разбитым бушующей стихией причалам и ждали эвакуации. По некоторым сообщениям, твари Тьмы, привлеченные пролитой кровью, наседали на выживших. Командующий южной группой Сагатри не собирался совершать подобной ошибки. Да и сама южная группа была сильнее северной. Узнав, что на юг ушел гарнизон Саббата, этот лагерь укрепили и усилили корпусом рыцарей Ордена Девы. Маневренные группы удалились на дальнее патрулирование. От них не приходило сигналов, что убеждало Сагатри, что скоро все начнется. Однако и он не был готов к тому, что началось. Внезапно из прилегающих холмов в сторону лагеря полетело десятка три магических заряда, пылающих малиновым огнем. Дежурные маги — числом один боевой и трое зорких, находящихся на передовой позиции, — смогли отразить лишь один, и остальные заряды начали взрываться в лагере. Раздались крики и стоны.

— Маги! Все маги на отражение атаки, — скомандовал Сагатри.

— Сколько там боевых магов? — спросил начальник штаба, глядя, как из холмов вылетело еще несколько десятков магических зарядов.

— Много, но они не смогут долго держать силы, — как будто насмехаясь над его словами, к ним навстречу понеслась еще одна порция смерти. Однако этот залп был наполовину рассечен еще в полете, оставшиеся вспыхнули на магических щитах. Лишь один смог взорваться, снеся продовольственную палатку.

— Так держать. Ронер, обходите их с севера. Самашан, возглавьте атаку с юга, мы будем держать здесь щиты, — Сагатри уверенно раздавал приказы собравшимся офицерам.

— Позвольте, мы ударим сейчас по центру, — вышел вперед командир рыцарей.

— Они еще атакуют, их маги сильны, — сказал Сагатри, глядя на очередную порцию магической артиллерии.

— Наши личные щиты выдержат попадание, а когда мы прорвемся к ним, то порежем их на водоросли.

— Вперед, — чувствуя, что все происходит неправильно, скомандовал Сагатри, желая одним ударом вырвать победу.

Отряд рыцарей рывком вынырнул из укрытий и побежал по полю, собираясь атаковать близлежащий холм. Их перемещение было рваным, они рыскали по полю замысловатыми зигзагами, пытаясь сбить прицел магам. В правой руке каждого был ритуальный меч, левая же рука светилась магическим щитом. И вдруг из-за холма прямо по ним грянул залп, и сразу же другой, и через мгновение третий.

— Что происходит? — побледнел Сагатри.

— Нам помочь им? — спросил старший маг.

— Если можете.

— Придется снять щиты с нас.

— Помогайте. Если они доберутся до магов, нам уже не понадобятся щиты.

Залпы рвались среди атакующих рыцарей. Они бежали, как будто это происходило не с ними. Однако то один то другой падал, кого-то накрыло строенным залпом, кто-то рухнул без чувств, переусердствовав с усилением своего щита. Появляющиеся над ними полупрозрачные щиты прикрывали их, и они все же смогли подойти вплотную к холму и начали взбираться к шевелящимся там магам.

— Ну сейчас начнется, — прошептал Сагатри. И действительно началось. На вершине холма появились закованные в глухие доспехи воины. Голубоватый металл бросал мертвенные отблески на нападающих рыцарей.

— Ну вот и свиделись, — прогудел великан, качнув щитом. Позади его взметнулись флаги императорской гвардии. Рыцари слегка замешкались, завидев нежданного противника, но быстро сориентировались и выбросили вперед всплески голубоватых молний, которые разбились на холодной броне. Раздался древний сигнал «ат ар атакует», и бронированные воины ринулись вниз. Атакующие ряды встретились, и рыцари сразу покатились вниз. Они было хорошо защищены, но хорошо лишь в мерках абордажных команд. В столкновении с тяжелыми доспехами гвардии у них не было никакого шанса. У гвардии была только одна проблема — как не покатиться кувырком по крутому склону. В это же время на ошеломленный увиденным лагерь понеслись новые магические заряды.

— Это же императорские стяги. И это гвардия. Их ничто не берет, — раздались крики.

— Щиты. Щиты, — закричал Сагатри, но, не справившись с изменением обстановки, маги оплошали, и вновь заряды начали рядить выстроившиеся отряды. Взрывы и крики. В это время гвардия довершила с рыцарями и начала выстраиваться в плотный строй. И тогда сразу стало понятно, как их мало. Не больше полусотни. В то время как возле командующего метались избиваемые отряды численностью в несколько тысяч.

— Их мало. Сейчас захватим их в тиски и разобьем.

Но тут показались отступающие отряды Ронера. Следом за ними тяжело бронированная конная сотня рвалась к лагерю.

— Оборона. Оборона. Занять позиции, — однако конница, сделав маневр, поглотила в себя гвардию и отступила. Засевшая за тяжелыми щитами пехота ошеломленно наблюдала за ними. Обстрел прекратился. Это был разгром.

На флагмане.

— Северная группа требует эвакуации. Их рвут полчища тварей. Они там совсем обезумели, — докладывал полковник.

— Что на юге? — лихорадочно крутил карту командующий.

— Большие потери. И они полностью потеряли боевой дух. Все рыцари погибли в атаке. И они все видели флаги империи, — ответил дежурный офицер.

— Подумаешь. Они пугают нас былыми символами, — отмахнулся адмирал.

— Там была гвардия, это подтверждено абсолютно точно. И они шли под «ат ар», — мрачно сказал полковник.

— Мы должны немедленно выдвинуть ударную группу кораблей им на помощь. Увидев флот, это стадо соберется вновь в силу, — уверенно заявил адмирал.

— Корабли подошли к выходу из бухты, — доложил вахтенный.

Ударные линкоры начали выдвигаться, чтобы прикрыть выходы других кораблей. Шесть самых мощных кораблей флота шли двумя группами. Одна начала забирать севернее, другая — южнее. И вдруг передовой корабль южной группы как будто замер на мгновение и начал разваливаться. Его киль перебило по центру.

— Что там происходит? — вскрикнул командующий.

— Подводный корабль. Взял на гребенной таран. «Лунный запад» тонет, — ответил дежурный офицер.

— Исторские ублюдки решили поживиться. Готовьте противолодочные средства, — командовал адмирал.

— Он всплывает, — пришло сообщение.

Из-под воды вдруг поднялся чудовищный металлический горб. Плюхнувшись на поверхность, он тотчас засветился вспышками, и оставшиеся два корабля покрылись цепочками разрывов.

— Это не исторцы, — медленно произнес адмирал.

— Подлодка империи? После их стихийной школы удивляться не приходится. Весь огонь на них! — отдал приказ командующий.

Однако имперская подлодка, не дожидаясь ответного огня, начала погружение. По направлению ее движения было видно, что она движется к северной группе боевых кораблей.

— Помогите им, — бросил командующий.

— Это прибрежные мониторы, у них нет противолодочных средств, — сказал адмирал.

— Помогайте, как можете.

Три боевых корабля развернулись навстречу атакующей подлодке, однако та так и не появилась.

— Ушла, — уверенно сказал адмирал.

— Что будем делать? — спросил полковник.

— Противник слишком силен. Надо вновь соединить наши силы, — рассуждал командующий.

— Но как? Наши силы на суше, сильно потрепаны. Им нужен отдых. В море нам тоже небезопасно. Если они вызовут еще одну бурю, нам конец, — тихо добавил адмирал.

— На дипломатическом канале пришло сообщение, — докладывал дежурный.

— Читайте.

— «Убирайтесь. Мы не будем чинить препятствий».

— Объявите временное перемирие. И пусть высылают переговорщиков, — выдохнул командующий.

Город был отбит. Захватчики отступили без главного сражения. Сели на свои корабли и пустились вплавь к родным берегам. Освобожденное население встречало своих освободителей со смешанным чувством. Кто-то был рад, кто-то, измученный происходящим, не ждал от новых перемен ничего хорошего.

* * *

Выполнив малый физкультурный цикл, Борьх перешел к дыхательной гимнастике. Сделав форму, он еще долго стоял в базовой позиции, наблюдая за природой. Искупавшись в ручье, он ушел в дом. Отец возился во дворе, и Борьх, ухватив в кухне кусок лепешки, пошел к деду. К поляне вела незаметная тропка. Выйдя из-за холма, Борьх подошел к летней лежке деда. Как и всегда, неподвижная фигура перед полузатухшим костром. Из длинной трубки шел легкий дымок.

Внук сел сбоку от деда. Борьх знал, что тот заметил, но, как обычно, никак не отреагировал. Дед давно уже жил за гранью обычной жизни. Его дух витал в межмировом пространстве. Что он видел и где был — никто другой сказать не мог. Борьх давно знал, что его состояние не является чем-то необычным, недаром для таких было свое название — сатхи. То есть это происходило нередко, но, судя по тому, какое уважение всегда выказывали старейшины общины, это было очень важно. И хотя у деда было много заслуг и в прошлом, но наибольшее уважение ему приносило именно его нынешнее состояние. Что в этом особенного и почему так все происходит, Борьх не знал, но деда уважал и даже любил. И ему было бы гораздо приятнее, если бы дед с ним заговорил.

— Не мучайся. Все идет своим чередом, — проскрипел старик.

Борьх оцепенел. Это первые слова, которые дед сказал ему за всю жизнь. Облизывая сухие губы, он думал, что же сказать. Спросить? Рассказать о своем уважении?

— Я не вижу точно, но ты, мой мальчик, часть картины, — уже более по-людски, но так же непонятно сказал дед. И замолчал.

Внук долго ждал продолжения, но великий сатхи Скрат молчал. Добавив поленьев в костер, Борьх удалился. Всю дорогу до дома шел в некоем отрешении. Подойдя к дому, был удивлен. Отец стоял на пороге.

— Борис! Идем, нужно поговорить, — напряженно сказал он и, повернувшись, пошел в дом.

— Отец! И ты хочешь меня обвинить? — воскликнул Борьх ему в спину и поспешил за ним.

— Хорошо, что ты снял и понял мой эмоциональный фон. Да. Зачем ты влез в их дела? — спросил отец.

— Он мой друг, — упрямо ответил Борьх.

— Друг? — вкрадчиво спросил отец. — Да ты познакомился с ним из-за рекомендаций Центра.

— Ну и что? Мы стали друзьями, — стушевался Борьх.

— Ладно, — успокоился отец. — Ты знаешь, что мы должны делать?

— Наблюдать! — вскинулся Борис.

— Вот именно, на-блю-дать, — медленно по слогам произнес отец.

— Я так и делаю!

— Твои наблюдения — это разведка. Во время боевых действий. Ты работал на них. Не на нас, — четко говорил отец.

— Я сделал хорошее дело. Те твари уничтожили всю деревню.

— И что? — спокойно спросил отец.

— Как и что? Мы же люди! — удивился Борьх.

— Это так. Но людей много, а НАС мало, — с нажимом произнес отец.

— Нас более чем достаточно. Отец, неужели ты не понимаешь, что я сделал то, что должен был сделать? — отчаянно вопрошал сын.

— Может и понимаю. Но и ты не забывай о нашей цели, — ответил отец.

— Ах, эта наша великая цель. Сколько уже прошло времени, но темный попутчик так и не объявился. А люди-то умирают.

— Умирают, как и раньше умирали. А что мы можем поделать?

— Можем. Можем. Я уже сделал. Неужели ты не понимаешь, отец. Как я могу быть равнодушным, когда благородный воин просит меня помочь в деле, которое избавит многих мирных жителей от СМЕРТИ. Мне что, так и сидеть в этих лесах до самой СВОЕЙ смерти?! — возбужденно говорил Борьх.

— Прости меня, Борис Хорхе. Прости нас всех. За свое заключение, но ты же знаешь, что выпускники контрольной группы не могут ходить по миру.

— А я вас просил? Я вас просил включить меня в эту гребанную группу? — все больше распаляясь, кричал Борьх.

— Прости еще раз, сынок. Прости меня и мать. Нужно было сделать выбор, и мы сделали. Как ты думаешь, почему мать так далеко от тебя? — оставаясь невозмутимым, спрашивал отец.

— Брезгует калекой? — скривился Борьх.

— Стой. Остановись, безумец. Мы любим тебя больше смерти. Она не смогла. Просто не смогла жить с тобою рядом. Наблюдать, как ты растешь, как ты общаешься со сверстниками. Понимать, как много у тебя забрали, — спокойно говорил отец.

— А мне то что делать? — чуть не плача, крикнул Борьх.

— Выживание группы… — начал отец.

— Ах да. Новый старый бог, — ожесточенно бросил Борьх. — Параграф 78 устава Дальней разведки. Я могу, как и ты, процитировать его наизусть. Но неужели вы не понимаете, что для нас это всего лишь древний миф, в котором можно верить или не верить. Но это все равно не наше настоящее и уж никак не наше будущее. Мы давно уже не та группа.

Повисла звенящая пауза. Наконец отец встал и подошел к окну. Черты его лица медленно становились обычно резкими, былая благость покинула его.

— Твой дед сообщил, что время пришло. И что ты один из элементов.

— Что за элементы? — устало спросил Борьх отца.

— Если честно, я не знаю. Скоро приедут старейшины и все тебе сообщат, — сухо ответил он.

— Старейшины почтят меня своим присутствием? Какая честь! — издевательски спросил Борьх.

— Успокойся и смирись.

— Смирись? Мне это не так легко, как вам, я же ущербный, — протянул последнее слово Борьх.

— Нет, сынок. Это мы ущербные. Все. И только ты нормальный. Вот только нормальным здесь тяжело.

Борьх посмотрел в глаза отцу и, увидев там печаль, смешался. Его боевой задор и озлобленность испарились вмиг.

— Они будут меня судить? — обреченно спросил он.

— Я бы так не говорил. Тебя никто не обвиняет. Но решение будет вынесено и оно будет обязательно к исполнению. Мы не можем позволить одиночным поступкам создать угрозу нашему существованию.

— Какая сухая, канцелярская фраза, — с горечью произнес Борьх.

— Это язык закона. Мы все ему должны подчиняться. Но старейшины могут изменить любой закон. Вспомни Истор, — мягко добавил он.

— Да уж. Но они не смогли бы выжить на этих голых скалах. Им пришлось действовать, оказать сильное влияние. И они уже не могли остановиться. Выжившие народы, в любом случае, привлекли бы интерес соседей, и они пошли дальше. Новые технологии, науки, вооружение. У старейшин не было выбора. У меня несколько другой случай.

— Сатхи говорят, картина проявляется. Возможно, наше поколение выполнит пророчество.

— Не знал. Почему об этом не сказали остальным?

— Еще точно ничего неизвестно, велика вероятность ошибки.

— А я, стало быть, часть этого полотна и ко мне нужно относиться бережно?

— Не только и не столько. Возможно, что именно твое вмешательство сделало тебя этой частью. Значит, мы можем своими действиями или бездействием ускорить или замедлить это дело. Старейшины попробуют понять. И тебе придется делать то, что они говорят.

— Иначе что?

— Лучше тебе об этом не знать. А мне об этом не думать.

Параграф 78 устава Дальней разведки

В случае возникновения положения АЗ-05 — фатальный отрыв группы от линии главной коммутации и принципиальной невозможности восстановлении коммутации (см. подробнее в приложении 4 настоящего руководства), предписывается:

— организовать группе возможность автономного и скрытного существования;

— приложить все силы для выживания и поддерживающего развития;

— выделять силы и ресурсы для поиска возможности возобновления коммутации;

— в случае конфликта вопросов выживания и возобновления отдавать предпочтение выживанию.

Совершенно секретно. Для командного состава категории 2 и 3-4spec.

Примечание 1:

В случае ксенокогнитивного конфликта предпринять все силы для мимикрии и адаптации. В критической ситуации воспользоваться ступенчатым алгоритмом раскрытия Колхгофа.

Примечание 2:

В случае возникновения ситуации «Абсолютный чужой» допускается реализация сценария «МультиГеноцид» *(решение КССК IDRF-H0FD1X подпункты 7,8,13–15)

Часть 3. Маятник

Северная окраина Саббат сегодня выглядела по нынешним временам необычно. Эта часть города пострадала от пожара, и здесь никто не жил в последнее время. Но теперь здесь было оживленно. Раньше здесь находился северный или, как его называли с древних времен, Дикий рынок. В основном на этом рынке торговали выходцы из северных кланов. Посреди рынка на невысоком плоском холме располагалось Забавное место. А самой лучшей забавой северяне считали кулачный бой. Один на один или стенка на стенку, не важно. Сейчас на холме располагался большой светлый шатер. Северный и южный полог были закатаны. На всеобщее обозрение были представлены длинный грубый стол и изящные раскладные стулья. У северного подножья холма стояла группа сандийских офицеров, а у южного — я и Воллес. Небольшой отряд императорской гвардии в начищенных доспехах стояли на нашей защите.

— Зачем я здесь? Мы так не договаривались, — вольный маг нервничал.

— Я помню. Я прошу об услуге. Я буду тебе должен, — как можно увереннее пообещал я ему. Однако он еще больше напрягся. Глаза сощурились и забегали.

— Должен говоришь? Чего ты хочешь? Здесь может быть опасно, — быстро произнес он и шустро сплел небольшое заклятие, которое сразу вырвалось вверх. Прислушавшись к чему-то, он успокоился.

— Не думаю, что они задумали нечто плохое. Эти переговоры им тоже нужны. И опять же не на первом раунде. Сегодня они будут слушать наше предложение, — я пробежался руками по карманам, проверил клапан небольшой дорожной сумки. Заботиться о своей безопасности давно вошло в привычку, сейчас же была еще и задача не переборщить. А с другой стороны, у них вполне могут быть новые разработки и прямого оружия, и особых средств для влияния на человека. И все же не может быть, чтобы они не выслушали первое предложение. А там пусть переговорщики Тримо разгребают.

— А если они решат, что это очень плохое или даже оскорбительное предложение?

— Это хорошее предложение. Они будут думать. Однако не исключена случайная выходка. Я не знаю, насколько сдержаны их отдельные офицеры. Санди совсем не мой профиль. Вдобавок они потерпели серьезное поражение. Кто знает, какие страсти в них кипят? Просто прикрой меня, если что. А ребята прикроют тебя, — я кивнул на гвардейцев. Тот в ответ слегка кивнул мне.

— Пиковый щит или долгий буфер? — для самоучки он слишком хорошо разбирается в тактической терминологии. Но сейчас совсем нет ни времени, ни необходимости тянуть эту ниточку.

— Сам решишь. Ладно, они идут, и мне пора, — я сделал несколько глубоких вдохов-выдохов, настраиваясь.

— Слушай, я в этом не особо знаток. Но их много, а ты пойдешь один. Они будут иметь перевес. Заболтают тебя. Взял бы кого с собой, так просто, для веса, — забеспокоился Воллес.

— Все в порядке. Я хочу поговорить с ними один. Пусть они чувствуют себя увереннее, не как проигравшая сторона, а как полновесный партнер. А меня этой мишурой с толку не сбить. Нас, знаешь ли, и не такому учили, — я решительно пошел к шатру.

— Ну как знаешь. Удачи. И я хотел бы свалить побыстрее отсюда, — бросил мне вдогонку маг.

— Я учту это.

Напротив меня сидело пятеро высших офицеров Сан-Ди. Кто-то смотрел на меня, а кто-то — на далеких гвардейцев, видимо ожидая прибытия еще кого-то. Долго сидели молча, пока взгляды всех сидевших не скрестились на мне.

— Вы даже не маг. Обвешались вы конечно знатно. Интересные штучки. И признаюсь честно, для чего большая их часть, я даже не представляю, — начал высокий полуседой сандиец. Судя по его манерам, не строевой офицер, наверняка маг и может даже мой коллега. Бледная кожа, острые скулы. Северянин?

— В битве у южного лагеря у вас было магов гораздо больше чем у нас. Однако…

— Это ложь! — вскинулся крепкий смуглый офицер. Коренной сандиец. Оружие и специфические шрамы выдавали в нем пехотинца.

— Это правда. Хоть вы и не способны ее принять, — сухо возразил я.

— Больше всего пострадало именно от магических ударов. Как вы это объясните? — с напором спрашивал пехотный офицер.

— Я не собираюсь ничего объяснять. И уж тем более причины вашего поражения. Мы ведь здесь за другим? — я обратился к сидевшему посередине статному сандийцу, который с интересом наблюдал за нашей перепалкой. Ряд признаков выдал в нем старшего в этой группе. Хорошо бы это был самый главный сандиец.

— Вы правы. Наша беседа ушла в сторону. Однако, как я понимаю, было высказано предположение, что вы недостаточно правомерно выступаете в этих переговорах как равнозначная сторона. Это не относилось лично к вашим достоинствам в магическом плане, просто ни для кого не секрет, что в империи атов главные всегда аты. Вы же никак не можете на это претендовать, — поставленным голосом сделал первый ход главный.

— В ваших рассуждениях вы совершили ошибку. В империи атов могут быть и другие правители. Временные. На всякий чрезвычайный случай. Вот он и наступил. Считайте меня временным чрезвычайным управляющим, — я говорил спокойно, но чувствовал, что выпускаю разговор из своих рук.

— А что же император? Где он? Что с ним? — этот вопрос их, по-видимому, крайне интересовал.

— В данный момент я не собираюсь обсуждать этот вопрос. Императорскоеуправление безусловно не отрицается, но в данный момент невозможно. Как только эта неприятность устранится, все вернется накруги своя, — попытался отделаться я.

— Он не дееспособен? Существуют ведь определенные правила для этого случая. — Ах, как у него глазки заблестели. Как у него сейчас мысли носятся в голове. Конечно, ведь на острове находятся ат Дины. Ближайшие претенденты на императорский трон. Какие чудесные, будоражащие перспективы открываются. Надо их уводить от этой темы.

— Произошло много всего. И все это сложно учесть. Вам придется с этим считаться. Я напомню, мы собрались здесь, чтобы договориться о способах решения той ситуации, в которой мы сейчас находимся. Ибо когда закончится временное перемирие, начнется постоянное смертоубийство, — выделил я последнее слово. По лицу старшего пробежала и быстро пропала непонятная гримаса. Он постучал пальцами по столу и кивнул.

— Хорошо. Забудем непонятности вашего статуса. Что вы предлагаете? — спросил он и сунулся вперед.

— Я хочу спросить для начала. А что вам здесь надо? — начал я издалека.

— Мы выполняем приказ, — коротко из поджатых губ бросил пехотинец.

— Это понятно. Чего вы хотите добиться? — спросил я. Маг и старший переглянулись. Пехотинец молча смотрел на меня. Четвертый сидел все это время молча и говорить, кажется, не собирался. Явно морской офицер. Его корабли не понесли больших потерь, и он был далек от политики. Последний же офицер был явно малого чина, и находился здесь либо для веса, либо на случай возникновения осложнений в плане физического воздействия.

— Напрямую, значит. Не буду скрывать, среди тех, кто нас послал, немало тех, кто хочет добиться некой исторической справедливости. Но главное звучит очень просто. Нам нужны новые земли. Остров переполнен, — просто закончил старший.

— И вы решили воспользоваться нашей временной слабостью и поживиться на нашей беде? — со слабой улыбкой на лице спросил я. Пусть оправдываются.

— Оставьте. Если вы не способны контролировать эти земли, то почему бы нам ими не заняться? — легко увернулся он.

— Ну как мы видим, у вас это не очень-то и получается, — добавив более явную насмешку, сказал я.

— Потому что вы нам мешаете, — вскинулся горячий пехотинец.

— Да. И можем это продолжить, — произнес я уже без шуток.

— Я сказал, чего мы хотим. Говорите, что вы можете предложить, — сухо заявил главный.

— Я адекватно оцениваю происходящее и скажу сразу. Саббат мы вам не отдадим, — жестко провозгласил я. Младший чин сразу напрягся и с опаской поглядел на наблюдающих происходящее гвардейцев, затем бросил быстрый взгляд за спину, на своих.

— И что же, тупик? Вы предлагаете нам убраться восвояси? Грузиться на корабли и уходить в море? — мрачно спросил старший.

— Буду честен до конца. Мое временное правление по своей сути закончится и, как я полагаю, довольно-таки скоро. Однако я могу предложить решение, с которым я согласен, и, настаивая на котором, вы сможете получить то, что хотите, — как можно убедительнее сказал я.

— Слушаем, — все сидевшие потянулись ко мне. Поняли, что сейчас будет произнесено самое главное в этих переговорах.

— Все наши нынешние беды связаны с ат Маром. Его безумные действия ввергли нашу страну в пучину хаоса. И в любом случае он враг империи. И значит, земли ат Маров должны будут изъяты. Я считаю, что империя вполне могла бы вам их уступить в обмен на долгий мир и возможно сотрудничество, — я протянул к ним открытые ладони.

— Это отличная идея, — воскликнул маг.

— Великолепно. Вы пытаетесь торговать тем, что вам не принадлежит. Вы хотите, чтобы наш корпус сгинул, штурмуя объятые Тьмой северные земли? — с оттенком злобы произнес старший.

— Отдавать земли империи в чужие руки — это выходит далеко за рамки моего временного управления. И в ближайшее время сюда прибудут люди, которые возможно вправе будут это решать. Я даю вам идею, за которую вы можете ухватиться. И если вы удачно разыграете эту карту, то у вас все выгорит. Да, вы правы, на северные земли мы пока что даже и не заглядываемся. И значит их вам могут легко отдать. Что я предлагаю. Вы перегруппировываете все свои силы севернее Саббата. Мы создаем там пограничный пост. Это будет ваша часть материкового Санди. У вас есть выбор или закопаться в смертельной схватке за Саббат, или при нашей поддержке завоевать себе обширные земли на севере. Напомню, что владения ат Мар самые большие в империи, — значительно закончил я.

— Это хорошая подачка, — с непонятной интонацией сказал старший. Он явно начал просчитывать возможные ходы и наверняка углядел возможные перспективы.

— Называйте, как хотите. Я предлагаю вам настаивать именно на этом. Иначе я буду вынужден применить все свои силы и полномочия, чтобы вас уничтожить, — почти мирно закончил я.

— Вы не переоцениваете свои силы? — вкрадчиво спросил маг.

— Отнюдь. Вы видели, что мы с вами сделали, — я покрутил рукой в воздухе. Надеюсь, это их не восстановит против меня. Но пряник всегда должен сопровождаться кнутом.

— Это был внезапный удар. Мы были не готовы. В следующий раз у вас ничего не получится, — с азартом высказался пехотинец.

— Откуда вы знаете, что мы еще припасли для вас? В любом случае вместо взаимного уничтожения военных сил я вам предлагаю путь значительного достижения, — я покивал головой.

— Вы очень самоуверенны, — задумчиво произнес старший.

— А вы нас очень сильно недооцениваете.

* * *

Недолго думая, мы заняли штаб сандийцев в городе. Они здесь все вычистили и даже немного обустроились. По-военному конечно. То, что надо.

— Первое, что меня интересует, это твари в городе, — я упал в скрипнувшее кресло и потянулся, разминая спину.

— На юге все вычистили. Мелочь всякая. Центр чистим, на севере вояки сами всех порешили. На западе докладывают, есть что-то серьезное. Просили помощи. И в районе порта какая-то тварь серьезная сидит. Большая, медленная и не агрессивная, но как ее уничтожить или хотя бы изгнать, пока непонятно, — докладывал свежеиспеченный ответственный за Саббат. Местный служивый, по торговой части, но шустрый, быстро во всем разобрался, когда пришел вместе с легионом в гарнизон.

— Что-то новенькое? Подумаем. Я понял. Как сандийцы? — возможно, он знает что-то, чего не знаю я.

— Им хорошо досталось. Приходят в себя. Неприятностей пока не ждем, — бодренько закончил он.

— Как население? — я был готов услышать плохое.

— Не лучше, чем санди. Измотаны. Но новому порядку скорее радуются, чем боятся. Империя, старые добрые порядки и все в таком же духе. — Ушлый парень все же.

— Кто-нибудь возвращается? — не могу пока понять, что будет лучше. На юге хватает места, и там безопаснее, но мы также заинтересованы в крепком Саббате.

— Есть такие. Но немного. На землях гарнизона сейчас поспокойнее. В ближайшее время большого потока не ждем. — Интересно, что он там чертит на карте? Хотя нет, пусть сами здесь разбираются. Пора делать следующий ход.

— Я понимаю. Все, как и планировалось. Будем надеяться, когда соглашения с санди закрепятся на высоком уровне станет получше, — я встал. Хотелось отдохнуть, но дела не ждут. Да и здесь сейчас не курорт.

— Бошн сейчас наша новая столица, — уверенно заявил ответственный.

— И это неплохо, — ответил я, собирая вещи.

— Вы думаете, санди можно доверять? — задумчиво спросил мой собеседник.

— Пока да. Там посмотрим. Надеюсь, наш новый верховный совет не наломает дров.

* * *

Это была явка тайной канцелярии, которую я открыл легионером. Как приятно было узнать, что связник, несмотря ни на что, держал ее. Надежный человек, надо будет проследить за ним. А сколько таких же надежных людей мы потеряли!

— Мы все сделали. Что будет дальше? — и снова за всех говорил седой.

— Что вас беспокоит? — ответил я вопросом на вопрос. Демоны их побери, я все же надеялся этого избежать.

— Мы не гордимся своими делами, — мрачно ответил он.

— Вы все сделали отлично. Саббат наш, — воодушевленно сказал я.

— Нас будут проклинать, — кинул мне седой.

— Никто ни о чем не узнает, — медленно и четко произнес я.

— Нас видели в городе. Если нас спросят, что мы там делали? — он спрашивал, внимательно глядя мне в глаза.

— По всем официальным документам, вы выбыли в отставку по ранению задолго до тех событий. Ваш патруль нарвался на темное гнездо, — я подготовил все документы заранее. Но он беспокоится конечно не об этом.

— Это хорошо. Но что, если нас снова увидят в Саббате? И узнают? Испросят, а что мы делали в нем тогда, — тихо продолжал он.

— Получается, вам необходимо отойти в тень. Хотя бы на время. Но у меня есть предложение получше. Переходите в охрану моего скального замка, — это решение возникло спонтанно. Наверно.

— Замок Наваль? Да? — криво усмехнулся седой и переглянулся со своими товарищами.

— Да.

— И что же, нам зарыться в эти горы и не вылезать? — он уже практически согласился.

— Я вам скажу то, чего никому еще не говорил. Ничего еще не закончилось. Мы не победили ни Тьму, ни демонов. Новые прорывы? Запросто. Поползновения Тьмы — обязательно. Вы не так уж и молоды. Выйти в отставку и поселиться в хорошо защищенном замке не так-то уж и плохо. По нашим временам. Разве только южная резиденция может поспорить в защищенности с моим замком. И там не просто горы. Там течет жизнь. Можно осесть. Завести семьи. Поверьте мне, с этим проблем не будет. Опять же, я в вас уверен, и я вам должен. Наши отношения могут быть очень крепкими.

* * *

Секретная гавань была устроена просто отлично. Здесь была даже фальшивая рыбацкая деревенька, скрывавшая передвижение людей и перевозку грузов. За время напастей она конечно обезлюдела. Все выжившие перешли в скальные хранилища. Большие запасы позволили им безбедно пережить темное время. Теперь же ненастоящие рыбаки вновь принялись за свой промысел, теперь уже по-настоящему. Снабжение базы еще придется восстанавливать. Я уже организовал несколько каналов. Чем черт не шутит, может сможем построить еще один крейсер.

— Хорошее место, — я вдохнул полной грудью свежий морской воздух.

— Я рад вернуться домой. Крейсер себя хорошо показал. Как вы думаете, нам скоро придется вступить в бой? — обеспокоенно спросил капитан Поунс.

— Пока не договоримся с санди, крейсер будет оставаться на боевом дежурстве. Затем нам нужно будет постараться перевести его на запад, и все же оснастить его родным вооружением. — Просто отвратительно, что столь многое зависит от одного этого крейсера, и нет других путей. Одна нелепая случайность или глупая ошибка — и мы станем крайне уязвимы.

— Вы знаете, я не верил, что с вашими самоделками крейсер сможет себя проявить. Однако результат меня очень порадовал. Конечно, стрельба этими одноразовыми шутихами кустарного производства в надводном положении просто убивает его проектировщиками. Однако это было очень действенно, — капитан улыбнулся приятным воспоминаниям.

— Фактор неожиданности. Скажите, его стандартное вооружение настолько сильно отличается и настолько действенно, как они задумали? — Возможно, усиление боевой мощи крейсера позволит увеличить его надежность.

— Я не могу сказать, насколько оно будет действенно, пока мы не проверим. Но отличается точно. Насколько мне известно… Вы должны понять, все было секретно, да и прошло много времени. Но идея совершенно противоположная стрельбе непосредственно с борта самого крейсера. Это должны быть некие мобильные устройства многоразового действия, базирующиеся на крейсере, а в боевом положении действующие отдельно от него. Это некие боевые части, штатным числом четыре. Высокомобильны, с длительным автономным ходом, перемещающиеся в оперативномпространстве крейсера и самостоятельно наносящие урон, — капитан рассказывал со вкусом.

— Звучит очень внушительно. Полагаете, мы сможем их все же задействовать? — задал я главный вопрос.

— Связь потеряна, — сразу сник капитан.

— Мы работаем над этим, — решил я его подбодрить.

— Это будет сложно. Ведь если они смогли себя уберечь и сохранить все производство, значит им удалось сохранить себя в обстановке строжайшей секретности. Без ключей допуска вы с ними не свяжетесь. А если они не смогли этого обеспечить, то, скорее всего, их уничтожили, — прозвучало это донельзя логично.

— Да. Будет жаль. А знаете, о чем я подумал? Не пора ли дать нашему прошедшему боевое крещение кораблю имя, — мысль пришла внезапно.

— Планировалось назвать его «Воин империи ат Мар». Но сейчас это наверно неуместно, — криво усмехнулся капитан.

— Соглашусь. У меня есть предложение. Давайте отойдем от имперских канонов и дадим ему название в исторском стиле. Как вам имперский крейсер «Внезапный»? — спросил я.

— Внезапно. Подобное решение должно было быть вынесено особой комиссией адмиралтейства. И учитывая важность судна, одобрено императором, — забеспокоился капитан.

— Из кого и где сейчас собирать комиссию? Да и с императором у нас непросто. Давайте просто назовем. А со временем его по-другому и не будут называть.

* * *

Темный кабинет в замке. Я и Тримо. Но возможно, нас еще кто-то слушает.

— Сегодня нам предстоит серьезный разговор, — не спеша начал коронный советник.

— Я догадался, — пусть выговорится.

— Времена меняются. И все неможет продолжаться дальше, так как оно идет сейчас. Положение об имперском гарнизоне не может существовать дальше. И во многом благодаря вам, — сначала он попытается разморить меня благодарностями.

— Это я знаю, — снова коротко бросил я.

— Вы знаете, Наваль, хотя мы и представляем разные стороны… даже не так… разные направления. Ибо мы никогда друг другу открыто не противостояли. Мы делаем одно дело, пусть и разными путями. Тем не менее я хочу искренне признать, ваша работа вызывает уважение. Хоть ваши способы зачастую далеки от общепризнанной нормы, но они достаточно эффективны. И что меня по настоящему интересует, это то, как вы себя поведете в данной ситуации. Овладев властью, воспользовавшись тяжелой обстановкой, вы по-настоящему выполнили все, что были должны. Мы оба понимаем, что у вас было полно возможностей затянуть эту ситуацию, чтобы как можно больше использовать свое положение. Но вы действительно делали то, что декларировали, и делали это хорошо. В ближайшее время необходимость в вас отпадет совершенно естественно, и вы ничего не сделали, чтобы это изменить. И вот я думаю. Вы действительно такой служака, каким себя выставляете, или у вас заготовлено что-то в рукаве? — Он беспокоится и не без оснований. И начал мягко, и не спешит накалять обстановку.

— Я действительно такой. И я точно запас что-то, — я позволил себе легкую улыбку.

— Внимательно слушаю, — протянул он.

— Я предлагаю восстановить тот паритет явных и тайных служб, что существовал ранее, — начал я прямо.

— Это единственно возможный путь, который я вижу. Дабы не столкнуть нас лбами. Но как вы себе это видите? Я совершенно не представляю. — Теперь он попытается вытащить из меня как можно больше.

— Все очень просто. Я сдам все бразды правления, которые, заметьте, сам на себя навесил, и уйду в тень. — Может, этот кривой пассаж собьет его немного с толку.

— Вы наверняка представляете себе, что ваше влияние после этого никак не изменится. — А вот теперь Тримо издалека пойдет к угрозам.

— Конечно, изменится. Оно станет тайным, — я выделил последнее слово.

— Но не менее сильным? — быстро спросил он.

— Другим. Оно будет другим, — четко произнес я.

— И вы считаете, что у вас будет достаточно сил для этого? — он криво усмехнулся.

— Да, — кивнул я.

— Каким образом? Я поразмыслил и понял, что все, что вы дали нам, уже давно явное, — с удовольствием сказал он.

— А может быть, вы не обо всем поразмыслили? — тут уже я позволил себе довольную ухмылку.

— Например? — напрягся советник.

— Например? Например, у меня в данный момент абсолютный мандат от особого контроля. — Очень важно понять, насколько сильна эта моя карта.

— Особый контроль? — медленно протянул Тримо.

— Что, страшно стало? — надеюсь, это мой не последний козырь.

— Они еще в игре? — процедил Тримо.

— Я же сказал, — теперь чем меньше слов, тем лучше.

— Это лишь ваши слова, — взял себя в руки советник.

— Хотите проверить? — угрожающе спросил я.

— Конечно нет, — быстро ответил он.

Повисла долгая пауза. Советник поерзал в кресле, попил из кубка и решил все же продолжить разговор.

— Итак. Что вы предлагаете? — тихо спросил он.

— То, что я сказал в самом начале. Я передам вам все явные бразды правления. А на мне будет все тайное, — так же тихо ответил я.

— И что же в нем содержится? В тайном? — он уже практически согласился.

— Ну что вы право. Это же все тайное, — улыбнулся я.

— Я просто хочу понять, что от вас ждать, — решил зайти с другой стороны Тримо.

— Вы же убедились, что я служака. Я и буду продолжать эту линию. Но с другой стороны, — я старался, чтобы мои объяснения звучали как можно проще.

— Нам остерегаться убийц контроля? — сухо спросил он.

— Почему только этого? У тайных служб много возможностей, — подпустить тумана в таких переговорах самое милое дело.

— Я думаю, мы сможем договориться. Однако в переговорах с санди вы перешли допустимую грань, — и все же советник хочет отыграть пару позиций.

— Я уже отошел от этого. Вам самим придется с этим разбираться, — ускользнул я.

— Давний принцип? Тень позади? — он явно на что-то намекает. Нельзя дать ему понять, что мне это ни о чем не говорит.

— Или смиритесь с этим, или начните то, что не сможете удержать, — я решился перейти в атаку.

— Какие рамки мы оговорим? — решил идти дальше советник.

— Я обещаю, что не буду вмешиваться в ваши любые дела, касающиесяподъема империи, пока вы не отступите в сторону. После чего буду считать себя вправе действовать всеми имеющимися у меня способами, — эту фразу я готовил заранее.

— Мне это не нравится. Но я понимаю, что другого пути у нас нет, — мирно закончил Тримо.

— Я подготовил ряд указов, которые закрепят это неявно. Мой скальный замок экстерриториален. Там будут базироваться новые тайные службы. По крайней мере, до той поры, пока они не смогут действовать более свободно, — я протянул папку с бумагами. Тримо взял ее и бегло пробежался взглядом.

— А вы не боитесь?.. — многозначительно спросил он.

— Я не боюсь того, на что высейчас намекаете. А вот вы не боитесь того, что будет, если у вас это получится? — Попробуем зайти с другой стороны.

— У нас это может получиться? — быстро ухватился он.

— Я не исключаю никакой возможности. Но то, что я знаю, и то, чем я владею, позволяет мне думать, что этого можно не бояться, — я уже начал уставать от этой игры. Но надо держаться. Здесь и сейчас закладывается фундамент моей последующей жизни.

— Ваши официальные действия? — он отбросил папку и выпрямил спину.

— Нет. Я полностью уйду в тень, — тоже подтянулся я.

— М-м-м. Да это всех устроит. Но не думайте, что это продлится достаточно долго.

* * *

Мы собрались в предместьях Флома. Здесь удалось найти удобное убежище. Мы думали, что можно сделать здесь. Мориц смог найти человека из наших, разбирающегося в жизни Флома.

— Я правильно понимаю, что все данные о происходящем во Фломе у нас от беженцев? — я листал в таладе сводку.

— У нас не было ни сил, ни возможности отправить туда разведку. Саббат отнял на себя все, — с оттенком извинения ответил он. На его красном обветренном лице это выглядело не сильно уместно.

— Мы можем доверять им? — надо было переходить к делу.

— Все было проверено перекрестными допросами. Там все, так как мы предполагаем, — докладывал он.

— Что им известно про нас? — спросил я.

— Точно мы знать, конечно, не можем. Однако известно, что из восьми семей круга пиратов лишь две сохранили свое полное присутствие во Фломе. Причем, что занимательно, семья Арахати, до настоящего времени вторая по силе, покинула Флом. Семья Фратхи, их главный противник, усилила свое влияние, а также семья Ломаи-и, давний союзник Фратхи, заняла место ушедших. Остальные семьи, не успевшие к первоначальной дележке этого пирога, незначительно ослабили свое присутствие, однако они и не собираются закрепляться на материке. Это может означать, что Арахати приняли всерьез наше развитие. Семьи Фратхи и Ломаи-и поставили на укрепление на материке, остальные же занимают выжидающее положение. Они оставили в гавани Флома лишь боевые корабли, все их некомбатаны ушли в направление Островов. — Я с трудом ухватывал смысл. Столько новых имен. И как во всем этом раскладе быстро разобраться?

— Лучше бы они все ушли за Арахатами, — кое-что я все же уловил.

— Да уж. Но у Фратхов нет другого выхода. У них есть лишь один шанс преодолеть своих давних противников — это оседлать Флом, — возражал мне оперативник.

— Понятно. Что там с населением? Твари? — этот вопрос меня не сильно волновал, но спросить я был обязан.

— Город относительно безболезненно пережил темные годы. Твари их не страшат, — если будет такая возможность, надо будет разобраться, от чего это им так повезло.

— Ваши предложения? — решил я дать ему инициативу.

— Фратхи будут держаться за город руками и ногами. Остальные останутся над схваткой и будут следить за событиями. Если б была возможность повлиять на семью Фратхи, сильно их напугать, возможно, получилось бы вернуть город просто. Однако… — замялся он.

— Говорите, — что-то он мне перестал нравиться.

— Я скажу за всех. Мы ничего лично вам не предъявляем. Однако то, что было в Саббате, лучше не повторять. Это создаст опасный прецедент. Я говорю от всех. Не надо. — Вот это да! От кого это от всех он говорит?

— Не понимаю, о чем вы говорите. Но соглашусь, пираты и десант сандийцев- это разные вещи, разные сложности и подразумеваютразные решения. Предлагаю действовать просто и мощно. Выдвинем самые быстрые и мощные отряды под Флом. Пошумим в окрестностях, громко. Так, чтобы все услышали. И насколько я знаю, нам нужно, чтобы Фратхи не потеряли лицо. Их исход из Флома должен быть обоснован и поддержан всеми семьями пиратского круга, — я давно уже продумал эту стратегию.

— Это было бы идеально. Вы уже что-то придумали? — спросил непростой службист.

— Есть одна идея. Давайте все сделаем так, что во Фломе скрываются остатки императорской семьи, и мы пошлем гвардию их там искать, — мне казалось, что я отлично все продумал.

— Они там? — быстро спросил он.

— Конечно нет. Однако ни один пират, выросший в империи атов, даже не подумает сопротивляться гвардии. Это разные вещи. Одно дело воровство и грабеж, другое дело императорская гвардия. Я надеюсь, что в них еще силен этот страх. По крайней мере, среди их вожаков, — я ненадолго задумался. Мои суждения могут быть ошибочны. Неизвестно точно, что произошло в пиратской среде за эти годы. Но деваться некуда. Следуем плану.

— Мне нравится. Как вы думаете, что они сделают? — допытывался у меня оперативник.

— Надеюсь, поступят предсказуемо и уйдут в море, — я показал рукой в направлении далекого побережья.

— И мы получим возле Флома многочисленные эскадры пиратов. Причем у нас там нет ни одной единицы имперского флота. Нам нужен такой Флом? — горько спросил он.

— Давайте будем действовать последовательно. Вернем Флом. А потом будем думать, что делать с пиратами. В конце концов, так было и раньше. Имперский город в окружении пиратов, — понемногу раздражаясь, ответил я.

— Да, но раньше там еще и был имперский флот, который их гонял, — возразил он.

— Гонял слабо, — бросил я.

— Но гонял же, — не сдавался он.

— Я думаю, что многие будут рады тому, что все вернется на круги своя. Даже сами пираты, — решил я закончить этот разговор.

— А потом? — не успокаивался он.

— А потом мы займемся тем, что будет потом.

* * *

Красочный конный отряд гарнизона встретили на дальней окраине Флома. Флаг гарнизона соседствовал с флагами императорской гвардии и флагом белого братства.

— Свободные граждане Флома рады увидеть представителей великой империи. Что вас привело сюда? — выступил вперед тучный горожанин. Явно подставной, и главари сейчас держатся позади. Как мило. Я и сам сейчас оставался в тени. В амуниции гарнизона я внимательно наблюдал за разговором.

— Это еще что за свободные граждане имперского города? — с оттенком презрения рявкнул мощный гвардеец в надраенных доспехах. И кстати для придания особого градуса этому представлению, это тоже был не гвардеец. Бывший армейский офицер, примеченный Морицем в гуще беженцев, явно оправдывал доверие.

— Вы, господа гвардейцы, может, не знаете. Но когда все рухнуло и некому стало управлять этим городом, город сам взял в руки бразды правления. Мы себя защитили. Мы неплохо живем, — начав сбивчиво, толстяк к концу своей тирады окреп. Наверняка говорит то, что думает.

— Зачем явились? — раздалось из-за спин. Вот там скрывались кукловоды с той стороны. Из этого шлема, наверняка удобного в бою, но не сейчас я наблюдал за этой шатией, пытаясь вычленить главных. У меня было заготовлено пару очень, ну очень плохих магиков для опасных, ну очень опасных врагов. Я их приготовил для главарей. Медленная, безболезненная и совершенно обычная смерть. Понять бы в кого. Толстяк явно терпила. И наверняка хороший человек. В общих понятиях. Чего это он такой толстый в наших обстоятельствах? Явно при кормушке. Следовательно то же подлежит.

— Значит, этосвободные граждане перед нами, а не пиратские выкормыши! — прорычал гвардеец. Талант. Настоящий талант. Только бы не перебрал. Только бы не перебрал.

— Вы явились сюда, чтобы нас оскорблять? Свободные граждане могут вас не понять, — занервничал толстяк.

— Спокойно. Мы понимаем все произошедшее и готовы обсуждать ваше положение. Однако более важные дела нас волнуют. Мы считаем, что во времена невзгод особы императорской семьи нашли прибежище здесь. И как повелевает закон, гвардия явилась сюда найти их и обеспечить им защиту, — а вот теперь выступил настоящий гвардеец. Среди них, как ни удивительно, нашлось немало сторонников этой аферы.

— Все граждане Флома находятся под защитой. О ком вы говорите? Мы можем вам помочь? — выступил остролицый джентльмен, ранее державшийся в тени. А вот и первый. По ориентировкам не проходил. Надо запомнить.

— Я не могу сейчас вам все рассказать. Из соображений безопасности. Однако я могу пообещать жесточайшую кару всем, кто решится встать напути императорской гвардии, — опасные проблески побежали по его броне. Помощники поддержали и выпустили защитное плетение на его доспехи.

— Вы нам угрожаете? — вспотел толстяк, а его команда подалась назад.

— Предупреждаю, — очень спокойно сказал гвардеец. Молодец. Он мой. Точно мой.

— Мы не достигнем так никаких договоренностей, — осторожно сказал остролицый.

— А кто вам говорит, что с вами кто-то будет договариваться? Мы говорим, не мешайте нам и не пострадаете. Гвардия имеет право сравнять с землей любой город империи и не только империи, если она действует для сохранения семьи императора, — продолжал наезжать наш гвардеец.

— Да о ком вы говорите? — быстро спросил толстяк.

— Не важно. Мы будем делать то, что нам нужно, и не собираемся вас спрашивать. — Гвардия во всей красе.

— Горожане… — начал было толстяк.

— Нам плевать на горожан. Любой, кто встанет у нас на пути, будет уничтожен, — с нотками неподдельной ярости прокричал гвардеец.

— Вы так уверены в своих силах? — холодно спросил остролицый.

— В наших силах было сбросить десант санди в море. Вы думаете, найдется что-то грознее этого? — решился вступить я. Мне кажется, я уловил ритм.

— Ваши силы разрозненны. Вы вынуждены сдерживать тех же санди, — теперь он смотрел на меня. Мои доспехи и гарцующие окружение доставало ему проблем. Но он смог понять, с кем говорить. Если ничего не получится, я убью его первого.

— С ними достигнуты соглашения. Имперский совет даровал им земли отступника атМара. Мы теперь на одной стороне. Вы готовы нам противостоять? — отвечал я.

— Ни о каком противостоянии речь и не идет. Но мы обеспокоены. У нас сложился порядок. Люди привыкли к нему. — Это была сдача. Можно было снова уходить в тень.

— Мы не собираемся его нарушать. До той поры, пока он не мешает нашим делам, — уже спокойно говорил наш гвардеец. Пришпорив коня, он выдвинулся вперед.

— Очень приятно это слышать. Однако в ваших рядах не так-то уж и много гвардии. Конная армия носится со знаками совета атов. И в лесах полно отрядов с непонятными знаками. Да еще и какие-то белые отряды святош, — вступил вновь толстяк.

— Отряд белого братства занимается только уничтожением тварей и демонов. А…

— Демонов? — встрепенулся толстяк.

— И их тоже. А егерские отряды помогают беженцам, забившимся в лесах, вернуться к привычной жизни. Вам не очем беспокоиться. Если вы, конечно, против их целей? — спросил настоящий гвардеец.

— Тварей нужно уничтожать, никто не спорит. Иваши егеря делают благородное дело. Но кто поручится, что они будут делать только свое дело? — мрачно спросил остролицый. И мне кажется, он уже все понял. Да сколько же тайных служб в нашей великой империи?

— А мне почем знать? Я тоже делаю только свое дело, — с вызовом ответил гвардеец.

— А кто может знать? — вкрадчиво спросил остролицый, поглядывая на нас.

— Вы хотите гарантий от имперского гарнизона? — завелся главный гвардеец.

— А что это? — встрепенулся толстяк.

— Так вот вы их не получите. Кто вы и кто гарнизон? — наш актер твердо стоял на своей позиции.

— Вы меня запутали. То вы говорите, что нам не очем беспокоиться. То говорите, что некий гарнизон решает все, — его лошадь забеспокоилась, почувствовав настроение всадника. Он сам большим платком убирал пот.

— Гарнизон далеко. А я здесь. Я говорю о себе, а что будет делать гарнизон, мне неведомо. Я человек подневольный. Однако в рамках своих полномочий я обязуюсь делать то, что я говорю, — актер-гвардеец отлично играл свою роль.

Красочная, но грозная кавалькада тронулась дальше. Встречающие молча расступались.

* * *

Сегодня пришли последние грузы для гавани и дальнего похода. Я здесь и так без меры задержался. Но мне хотелось лично проследить, чтобы крейсер ушел в море в полном порядке. Во Фломе все удалось. Оставшиеся пираты делали вид, что они обычные торговцы или рыбаки. Мы делали вид, что верим им. Тем более у них это неплохо получалось. Давние связи среди скупщиков краденного помогали, да и сами по себе они хорошие рыбаки. Это потомственные пираты: когда делать нечего, рыбку половят; когда есть чем торговать, будут торговать; а когда увидят хорошую возможность, то и на щит возьмут. Такие долгие переходы были не особо полезны. Хорошо хоть благодаря восстановлению имперских дорог это вообще стало возможно. Но этот корабль больше, чем корабль. Это наша надежда. По крайней мере моя надежда.

— Что-то не так? Говорите, — я потер уставшие глаза.

— Не то чтобы я был категорически против. Но мне эта идея кажется сомнительной, — капитан имперского крейсера «Внезапный» сейчас выглядел жалко. Это не то, что мне нужно.

— Продолжайте. Излагайте все, что думаете, — я приготовился.

— Понимаете, мы вернулись на основную базу. Скоро сюда вернутся работники нашей гавани. Мы сможем внести модификации в конструкцию. В ходе боевого применения выявились важные недоработки. Это штатный процесс. Угроза санди все еще висит над нами. Крейсер позволяет нам уравновесить наши силы на этой арене. Уводя крейсер, мы ослабляем наши позиции. Вдобавок такой дальний рейд… Я не знаю, в каком состоянии мы прибудем во Флом. И если будет нужен ремонт, где мы его проведем. К тому же, я так понимаю, придется вступить в бой. Чуть ли не с ходу. Мы сильно рискуем, — тихо, но серьезно закончил он.

— Я понимаю вашу озабоченность. Причем полагаю, что вы больше заботитесь о сохранности вашего детища, чем об угрозе санди. Но все же скажу, я считаю эту угрозу незначительной. Расклад сильно изменился. Про крейсер я скажу так. Его создавали как оружие. И это оружие нам крайне необходимо именно под Фломом. У нас там совсем нет флота. А в противникахпиратские острова, не менее грозные, чем санди. Ситуация там очень шаткая. Город формально и в некоторой степени фактически под нашим контролем. Однако море… Пиратский флот значительно усилился за счет захваченных имперских кораблей. Большинство пиратов покинули город. Однако море кишит ими. Их карафантеры, если вы знаете, это большие плавучие морские базы, находятся в Змеином море. Обычно они спасались на них от имперских рейдов в Гибельных морях. Теперь они спокойно находятся рядом с их флотом. Пока мы не контролируем открытую воду, наша власть во Фломе слаба. Они в любой момент могут уходить в море и возвращаться обратно. Я многое вам объясняю, но не потому что хочу вас переубедить, а лишь для того чтобы у вас возникло понимание. В любом случае это приказ, и приказ необходимо выполнить, — в ходе своей речи я понял, что мое хорошее отношение к этому человеку может помешать делу, и, перестроившись, я принял жесткий тон.

— Я понимаю. Мы солдаты империи и готовы выполнить приказ. Если по-другому нельзя, — уныло закончил он.

— Именно так. По-другому можно, но ничего не получится. Ваша задача вывести крейсер на ударные позиции и отогнать пиратов из окрестностей Флома. Задачи уничтожить их всех я, конечно, вам не ставлю. Это практически невыполнимо. Но посеять страх в пиратских лидерах вы обязаны. Вам помогут и другими путями. Но до тех пор, пока пиратские корабли не начнут тонуть в этих морях, мы не вернем себе эти земли. Топить их, вот и все, что нужно делать. Чем больше, тем лучше, — я пытался вдохнуть в него боевой дух.

— У нас будет время совершить срочный ремонт крейсера? — спросил он мрачнея. Все же капитан на время испытаний и боевой капитан — это разные вещи. Но времени готовить его у нас нет.

— Конечно. Более того, вам нужно будет совершить большее. Крейсер предполагалось использовать как десантный корабль? — спросил я как можно мягко.

— Ни в коем случае. У нас нет даже транспортного отсека, — возмутился он.

— И все же принять диверсионную группу вы сможете? — спросил я уже голосом, не ждущим отрицания.

— Если не на марше, тогда да, — уступил капитан Поунс.

— Хорошо. В ваше распоряжение поступит группа. Вы должны будете провести учения. В наших планах это немаловажный пункт.

Где-то в южном змеином море.

— Мы готовы? — спросил резидент.

— Говорите, что мы должны, — мрачно ответил капитан.

— Необходимо нанести удар по одной самой крупной пиратской семье. Уничтожение боевых кораблей и захват карафантеры, — резидент показывал на карте их возможное положение.

— Захват будет осуществлен группой легиона, я так полагаю. Ну что ж, мы выведем их к борту плавучей базы. А там уже все будет зависть от них. А вот уничтожение кораблей — это, я так понимаю, на нас. Насколько они сильны? — вовлекся в беседу капитан.

— Могу вас порадовать. Пираты — это не санди. У них нет таких океанских боевых кораблей, как у санди. Нанести урон они вряд ли смогут. Их боевой флот — это быстрые абордажные корабли со слабым противокорабельным вооружением. Но их много, они очень быстрые, и на них очень опытные экипажи. Однако я уверен, что они не знают, как им действовать против вашего крейсера. Мы должны нанести наибольший урон, пока они не выработают тактику. Они очень неглупые и со временем придумают, как вам противостоять. Мы должны выполнить задачу по устрашению до этого момента.

— Много быстрых, но слабых кораблей. Было бы очень хорошо застать их в момент большой скученности. Чтобы не гоняться за ними по всем морям, — капитан высчитывал траектории.

— Разгоните их. Захватите карафантеру. После захвата их базы они значительно ослабнут. На карфантере их семьи и запасы. Что собственно и позволяет им быть быстрыми. После этого мы выдвинем им требования. И они перестанут быть опасны, — уверенно сказал резидент.

— А если они попытаются отбить базу? — озадачился капитан.

— Постарайтесь этого не допустить.

* * *

— Пришел доклад. Наш крейсер порезвился в пиратских морях, — доложил мой адъютант.

— Отлично. Какие результаты? — я неловко повернулся, что вызвало боль. Я не привык так много путешествовать на лошадях. Сели, поскакали — и победа. А эти долгие переходы. Надо быстрее поднимать имперские дороги. Но странным образом на западе они все были разрушены. Что-то демонское. Может, из-за этого здесь так мало Тьмы? Не сейчас. А когда?

— Их боевому флоту нанесен серьезный урон. Уничтожены семь и повреждены не менее десятка боевых кораблей. Они в панике ушли к своим островам, — сосредоточенно докладывал он.

— Это радует, — успокоился я.

— С захватом плавучей базы все пошло не так, — начал осторожно он.

— Это было наше самое слабое звено. Я был готов к неудачам, — расслабленно произнес я.

— Не все так просто. Захват проходил хорошо. Но она загорелась. То ли сами подожгли, то ли случайно вышло. Родовая база нашего главного противника полностью уничтожена, — многозначительно сказал он.

— Что с населением? — потер виски я.

— Они погрузились на шлюпки. Крейсер их не преследовал. Но их потери в некомбатантах могут быть велики, — закончил он.

— Если мы пустили на дно кого-то из главной пиратской семьи, то мы можем получить кровавую месть. Это не то, что мы хотели. Как-то можно узнать хоть что-то? — Это было так неожиданно — получить здесь большие проблемы. Согласен, операция была подготовлена слабо. Но получить противоположный результат — это явно полный провал.

— Мы потеряли всех немногочисленных осведомителей. Одно могу сказать точно, мы заставили их бояться. В этих водах если и не мы хозяева, то и не они.

— Пока они не опомнились. Это допустимый итог операции.

* * *

Мы собрали и подвели к столице немалые силы. Отборный отряд белого братства. Особые истребительные отряды, составленные из лучших егерей и легионеров. Все оснащены последними разработками для уничтожения Тьмы. И опытная подвижная группа, основой которой была труна Кросса, должна была охранять штаб экспедиционного корпуса, в котором находились и коронный советник Тримо, и капитан императорской гвардии Аргонат.

В дальних предместьях развернули походный лагерь. Полуразрушенный опустевший поселок должен стать нашей ставкой.

— Какие наши успехи? — Тримо был явно обескуражен долгим переходом и простыми походными условиями. Он столько времени привык обделывать свои дела в уютных кабинетах за высокими стенами. И нынешнее положение его явно не радовало. Однако пропустить это дело он никак не мог. Так как в случае успеха и его участия он получал огромную прибыль.

— Пока рано говорить. Очистка идет хорошо, потерь нет. Но ведь это не наша цель, — я себя отлично чувствовал в этих условиях. Только соседи вызывали некоторое беспокойство.

— Когда мы займемся нашей целью? — Капитана походными условиями не испугать. Но годы дают знать. Он кутался в большую меховую накидку и сидел поближе к огню, разгоравшемуся в небольшой жаровне.

— Всякое темное мы отсюда уберем. Либо уничтожим, либо отгоним. Однако я вам напомню, у нас нет и не предвидится оружия против демонов. А они там есть, — я наносил на карту отчеты разъездных групп. За прошедшее время мы научились уничтожать Тьму максимально эффективно. Опытные группы выстреливали отчетами об уничтоженных тварях одна за другой. Там, где раньше мы на пару-тройку тварей собирали армию, сейчас небольшой отряд, человек в пятнадцать, уничтожал их десятками.

— И каков наш план? — спросил Тримо.

— Я должен встретиться с нашим источником. И все разузнать. После этого мы примем решение, что делать дальше, — я завершил начертание нашей сегодняшней позиции. Надо придумать, как обозначать новые объекты. Найденные поселения выживших людей и места демонической активности.

— Вы так и не рассказали, что это за источник? — пробурчал Тримо.

— Я согласен с ним. Хватит темнить, Наваль. Ради чего мы сюда приперлись. Откуда такие надежды? Если ваши люди получили данные об императоре, то почему они ими не воспользовались? Что за источник? — проскрипел капитан.

— Возможно, вы правы. И сейчас настало время все рассказать. Мы все люди опытные, но все же напомню, это не для чужих ушей. А на самом деле все просто. Мой источник — это демон, — невинно закончил я.

— Демон? — поперхнулся Тримо.

— А ведь ты не шутишь, — приподнял бровь капитан.

— Иногда вы меня пугаете, Наваль. Каждый раз, когда я думаю, что раскусилвас, вы преподносите новый подарок. Кто вы, Наваль? Всего лишь советник тайной канцелярии? Или мы очень многое не знаем? В какие тайные дебри вы углубились? Вы не укладываетесь ни в одни мои предположения. В свете прошлых договоренностей я понимал, что вы припасли в рукаве много козырей. Но демон как источник знаний тайной канцелярии — это уже перебор. Потрудитесь объясниться. Я крайне обеспокоен, — Тримо был явно на грани нервного срыва.

— Успокойтесь, пожалуйста. Не надо меня демонизировать. Я все объясню. Отступая и неся потери, мои люди на обратном пути встретили существо, представившееся демоном и по всем признакам им являющимся. Демон определенно мог сделать с ними все, что ему было бы угодно, однако он их отпустил, а также ответил на ряд вопросов. Конечно, наш командир спросил его о Семье. На что был получен ответ — искать в резиденции. Причем искать живых, — протянул я последнее слово.

— Почему вы не рассказывали раньше? — спросил Тримо. Капитан лишь пожевал губы, но советника не поддержал.

— Да. Почему. Этому много причин. И я думаю, капитан назовет их и даже не одну. Но это не важно. Продумав ситуацию, я решил не то чтобы поверить, но хотя бы проверить. Почистить окрестности от темных проявлений и в наших силах, и в наших желаниях. Что же про демона. Он хочет встретиться и поговорить. Я пойду и получу новые знания. После этого мы перейдем к следующему этапу.

Севернее ставки экспедиционного похода.

— Командир Горн, вы обстановку уяснили? — спросил я не дожидаясь ответа. Меня здесь и не должно было быть, но то, как все это было… Не знаю, почему я здесь.

— Карта понятна. Я могу рассчитывать на помощь трех мобильных групп. Также мы имеем две ближние опорные заставы на западе и востоке. И конечно путь на юг к основной базе, — командир Горн все уяснил.

— Согласно общей оценке командиров групп, в треугольнике, образуемом опорными точками, все темное уничтожено, — хотел я подсластить им пилюлю.

— Остаются демоны, — сказал мрачно он.

— Согласно вашим донесениям их здесь нет, — уставился я на него.

— Кроме того, к которому я иду. Вместо вас, — мрачно выделил он.

— Почти. Не вместо меня. Мне бы не хотелось в первую встречу выдавать все козыри. Вам нечего бояться. Один раз он вас уже отпустил, отпустит и еще. Ему что-то надо от нас, — энергично убеждал я его.

— А если…

— Пускать вас в отработку ему нет смысла. Вдобавок вы будете со средством связи.

— Заложники? — предложил он.

— М-м. Никаких обид, Горн, но ты же понимаешь, что в этой ситуации я вас оставлю. Будем надеяться, что и он это поймет.

— Какая плохая карта выпала, — мрачно сказал он.

— Откажешься?

— Лет десять-двадцать назад надо было отказываться. Я скажу честно, мне страшно. Но не потому, что я боюсь смерти. Нет. Но я понимаю, что мне нечего ему противопоставить. Я все же предпочел бы с оружием в руках и с надеждой забрать кого-нибудь с собой. А здесь…

— Здесь затевается большая игра. И никто играть в тебя лично не будет. А там как получится, — я крепко взял его за руку.

— Хватит. Мы пошли, — он вырвался и пошагал прочь.

— Удачи, — прошептал я вслед.

Посидев немного и убедившись, что они ушли, я начал собираться. У меня было три точки на карте, отмеченные как безопасные и надежные места для стоянки, и решение я приму только сейчас. Наверно вот этот овражек подойдет.

Солнце пошло на убыль, когда амулет связи задрожал.

— Ожидал нечто подобное, — пришел глубокий голос.

— Как мои люди? — спросил я твердо.

— Ушли по своим делам, — ответил он без эмоции.

— Буду надеяться. Что тебе надо? Ллао? Лао-лао? — начал плести я.

— Я знаю все, что ты мне хочешь сказать и чего хочешь добиться от этого разговора. Да. В виде первого шага я обеспечу вам свободный проход в резиденцию. Там вы найдете искомое, — опять же без эмоции в интонации, но я уловил ее во фразе. Он думает, что он на коне.

— Давай уточним. Императорскую семью? Живую? — собрался я.

— Некоторых из них. Вам будет достаточно, — бросил он.

— Как получилось, что они до сих пор там и до сих пор живы?

— Сами поймете. Я оставлю твою игрушку. Я буду ждать тебя. Для серьезного разговора.

— Поговорить я всегда готов.

— Нам нужно будет встретиться лично, — и вот тут я понял. Он хочет меня.

— Я все еще немного опасаюсь, — тихо сказал я.

— Не бойся, это будет не скоро. Надо будет еще кое-кого пригласить на эту встречу, — загадочно закончил он. Интересно, кто еще? Кто-то с севера? Если так, то лучше держаться от всего этого подальше.

— Что тебе нужно лично от меня? — решил я вызнать побольше.

— Только при встрече. Можешь задать еще один вопрос, — милостиво бросил он.

— Почему ты выглядишь как человек? Все известные нам описания дают сильно расхожую картину, но всегда это нечто эдакое, глядя на которое любой узнает демона, даже никогда его не видев, — может, он скажет нечто важное, что позволит нам придумать если не оружие, то хотя бы защиту от них.

— Все просто. Я давний гость на Пламенеющей. Я приходил сюда задолго до… Хм. Задолго до того, что вы и не помните, — продолжал удивлять меня этот демон. Я призадумался. Может, он просто морочит мне голову? Может, он и не демон вовсе? Великий маг, выживший в столице? Или некто, кто занимался ими давно? Нужна хотя бы одна точка, за которую можно зацепиться. То, что от его рук еще никто не пострадал, ничего не значит.

— Даже до большого взрыва. Вот как. Свыкся, значит? — не знаю почему, но тот страх ушел. Ощущение, что я работаю на своем поле, придало уверенности.

— Научился быть, — медленно ответил он.

— А другие? Всякие бесформенные? Они, выходит, новички? — попытался я. Но он меня быстро прервал.

— Во дворце и его окрестностях не я и не мои шпатрии. Но я смогу занять их на некоторое время. У вас будет две декады, начиная от этой ночи. Воспользуйтесь ими с толком. — Я чувствовал, что разговор подходит к концу.

— Шпатрии? — не сдавался я.

— Один разговор — один ответ на серьезный вопрос. Приходи, поговорим.

* * *

Разведывательные отряды в большом хаосе шарили во дворе и его окрестностях. Мало времени и мало координации. Хорошо хоть никаких опасностей. Ни Тьмы, ни демонов. Просто много запущенных зданий.

— Мы нашли их. Скорее сюда, — прозвучало по связи.

— Кого? — раздалось несколько голосов.

— Императрицу, — прокричал ответ.

— Жива? — выпалил кто-то.

— Не знаю. Не могу точно сказать. Тут. Такое…

— Что вы мямлите. Пульс есть? — прокричал Тримо.

— Я… Вам нужно это видеть. Скорее.

— Обеспечьте охрану. Где вы? — скомандовал я.

— Здесь флигель. Возле главной станции.

— Внимание. Всем отрядам. Стянуться к главной станции. Бросить все.

После быстрого бега я оказался в невысокой комнате. Здесь уже собралось не менее десятка людей из поисковой группы. Их спины загораживали от меня главное.

— Где она? — ринулся я, распихивая окружающих.

— Здесь.

В углу помещения с проломом в одной стене и отсутствующейдругой находилась небольшая статуя. Женщина, стоявшая на коленях, обнимала ребенка, спрятавшегося у нее на груди. От статуи исходил слабый, еле различимый желтоватый свет.

— Что вы нашли? Это статуя? — прокричал я.

— Нет, они настоящие, — сказал маг одной из поисковых групп.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что статуя на редкость натуралистична. Одежда разноцветна. Лицо и руки телесного цвета. Вот только все покрывала полупрозрачная пленка с желтоватым отливом. И общая застывшая неподвижность.

— Что с ними? — бросил я.

— Мы не знаем. Какая-то магия?

— Не вижу ничего магического. Кто-нибудь из господ магов может нас просветить? — я чувствовал необычайное возбуждение.

— Ничего. Никаких следов. Но такое можно сделать только магией, — сказал маг.

— Такое? — я ничего не понимал.

— Я не знаю, как это назвать, — прошептал он.

— Мы можем понять, живы они или нет. Ребенок, я так понимаю, это наследник? — я смотрел на статую.

— Когда это с ними сделали, они были живы. А сейчас кто его знает… — сказал гвардеец. То же маг, выходит?

— Это возможно наследник. Лица не видно. Но судя по возрасту и одежде это он. Да и кого она может так защищать, как не своего сына? — произнес кто-то.

— Сделали? Кто? — пытался понять я.

— Не знаю. Какой-то маг или… или демон.

— Демон. Местные находили такое? — я резко обернулся. Непонятно, к кому я обратился. Может, хоть кто-то даст ответ.

— Нет. По крайне мере нам это неизвестно.

— Я немного начинаю узнавать их почерк. Не похоже. И еще, — я подошел поближе вглядываясь в лицо.

— Что еще? Что вы заметили. Я не смог распознать никакого оттенка магии.

— Магия не всегда может помочь, — я вглядывался в глаза, щеки, лоб и губы, — посмотрите внимательно на выражение ее лица.

— Она испугана.

— Нет, тут все сложнее. Я конечно не знаком с ее мимикой. Да что там, я никогда ее раньше не видел вживую, только на портретах. Но лица одинаковы у всех. Просто некоторые могут управлять выражениями своих эмоций, а кто-то нет. Но в большой опасности все одинаковы. Мы можем предположить, что либо это сделали демоны, либо другие. Кто другие? Очевидно, что маги из ее окружения, которые наверняка пытались ее спасти.

— Это имеет смысл. И что дальше?

— Обратите внимание на лицо. Я вижу сосредоточенное внимание, напряжение и ожидание. Но это не ожидание неминуемой смерти. Это решительная готовность.

Все присутствующиеобратили свой взор на императрицу. Повисла пауза.

— Возможно, вы правы, — произнес из дальнего угла сатТримо. Наверняка мог читать по лицам не хуже меня. — Она ждала известного.

— Вот именно, ей ИЗВЕСТНОГО! Что позволяет мне предположить, что это защита, наложенная на нее магом, готовым ее защитить. Но вот что это за защита? У кого есть идеи? — я оглядел собравшихся.

— Я не особо знаю все способы защиты. Но кто знает, что придумал ближний круг? — произнес маг из гвардейских.

— Предлагаю думать, что ее защитило нечто. Некая большая магия. А может, и великая. Кто знает, что это?

— Да все что угодно. Я помню, что защитных коконов было придумано множество.

— Гвардия. Говори.

— Да. Есть много защит. В том числе и долговременных. Но такой я не знаю.

— Хорошо. Мы будем думать, что они живы, и мы способны их вернуть к обычной жизни. Их можно передвинуть.

— Мы попробуем.

— Отлично, господа. Я хочу, чтобы их как можно быстрее и скрытно отвезли на земли гарнизона. Сейчас это самая важная задача. Сворачиваем все. Мы отходим. Главное мы сделали.

— А император?

— Как только доставим наследника в безопасное место, продолжим. Он бы понял.

* * *

Главный тронный зал южной императорской резиденции. Трон пуст, но на нем вымпелы присутствия императорской семьи.

— Коронный советник Тримо, — прозвучал голос глашатая.

— Мы собрались здесь, чтобы принять судьбоносные решения. В темноте нашего времени появился свет. Мы заявляем о том, что императорская семья найдена. И значит, империя жива. Но не все так просто, императрица и наследник не могут сейчас взойти на трон. Предпринимается все необходимое. Однако нам нужно определить дальнейший порядок. Вам слово, Наваль, — сказал Тримо, не глядя на меня.

— Комендант имперского гарнизона флаг-советник эл Наваль, — громко прозвучало в зале.

— С радостью хочу объявить, что положение военного времени, на основании которого был создан гарнизон, должно быть отменено. Однако переход к прямой императорской власти сейчас невозможен ввиду временной, я повторяю, временной недееспособности императора. Для этого по законам империи будет созван совет атов. Он обязан определить форму управления страной на период временной недееспособности императора, — отчеканил я.

— Спасибо, Наваль. Вы немного неточны. У нас есть императрица и наследник, — возразил мне Тримо.

— У нас есть либо императрица и ее наследник, либо императрица-мать и юный император. С регентом или без. Это вам и предстоит решить, — я обвел руками собравшихся.

— Спасибо за уточнение. У меня есть вопрос. Когда вы расформируете управляющие органы гарнизона и переподчините их другим властям? — требовательно произнес Тримо.

— Как только будут сформированы эти власти и прописаны механизмы передачи, — отрапортовал я.

— Разумеется. Значит это все в наших силах, господа. И наверно мы должны постараться сделать это побыстрее, — важно закончил Тримо.

— Я хотел бы уточнить, Тримо. Вы не ат. И это не в ваших силах, — возразил старческий глубокий голос.

— Уважаемый Ири… — начал Тримо.

— Великий маг ат Ир было бы правильнее, — прервал его Ири.

— Извините, великий ат. Однако среди нас не так уж и много атов. Разве не будет правильнее усилить совет пусть и не атами, но опытными и достойными мужами? — Я думаю, все собравшиеся поняли, куда клонит Тримо.

— К которымвынесомненнопричисляете и себя? — едко спросил Ири.

— Я лишь предлагаю. Предлагаю самим атам это выбрать, — холодно сказал Тримо. БезусловноИри ломал всю его игру. А ведь я его на это не подбивал.

— Если мы хотим, чтобы все шло по закону империи. А я думаю, мы все этого хотим. Тогда любое отклонение будет принято как наша слабость. Это уже будет не та империя, которой я и многие присягали, — решился встрять я.

— Это решение будет грандиозным по своей значимости, — не сдавался коронный советник.

— Если его примет не совет атов, это будет просто решение. А не решение совета атов.

* * *

Мы сидели втроем — я, арс и Мориц — в той самой привратной башне. Толстяк выгнал караул с приказом обойти все стены. Арс разливал принесенное с собой из крепости крепленое вино.

— Значит, все? — спросил Мориц.

— Я сдал все полномочия, если ты об этом, — ответил я не глядя.

— Другого выхода точно не было? — продолжал допытываться Мориц.

— Нужно уметь уходить. И здесь главное уйти вовремя. Можно было еще потянуть, есть способы. Но ты знаешь, я сделал все, что требовалось. Дальше я буду в их глазах только помехой. Мне не нужна эта война. Я в ней не силен, — просто закончил я.

— Можно подумать, раньше они не хотели тебя съесть. Давайте выпьем, — просто закончил арс.

— То, что вы делаете с нашим вином, это противозаконно. Это надругательство над божественным напитком, — пробурчал Мориц, но взял кубок.

— Это именно то, что нужно старому воину. Я полагаю, что это все же не конец. За новую жизнь? — предложил тост арс.

— Давай, — я потянулся к своему кубку.

— Хорошо берет. Приятное тепло, — сказал Мориц.

— Сейчас согреемся, — добавил арс.

— Ты уверен, что хочешь вернуться к себе в одиночку? — спросил Мориц.

— Да.

— Это может быть опасно. Возьми кого-нибудь в сопровождение, — предложил арс.

— Я ходил в этих местах один, даже тогда, когда здесь было намного опаснее. Нет, я хочу пройтись сам, — ответил я.

— Как супруга? — спросил Мориц.

— Останется пока в замке. Совет атов нельзя оставлять предоставленным самим себе, — я еще раз глотнул из кубка.

— Что она может? — продолжал Мориц.

— Ири в ней нуждается. Дополнительный голос ему поможет. Атов не так-то уж и много.

— Думаешь, девочке нужно все это?

— Ей давно пора взрослеть. Пусть поварится в этой кухне. А когда сбежит, а она сбежит, я надеюсь, то это будет ее решение, а не воля мужа, — мрачно закончил я.

— Что они там делают?

— Делят власть конечно. После моей единоличной диктатуры освободилась куча должностей. И они теперь проталкивают на них своих людей, — я усмехнулся.

— Как бы хуже не было, — вставил арс.

— Обязательно будет. Маятник должен качнуться в другую сторону. Чтобы было, куда вернуться, — произнес я задумчиво.

— Как бы этот маятник не стал качающимся над нашими головами топором, — мрачно произнес Мориц.

— А вот это уже от нас зависит. Вот поэтому я и убрал свою голову. И вам советую, — с негромким стуком поставил я кубок на стол.

— У нас нет такого удобного убежища. И с нами никто не будет договариваться. Я ведь знаю, вы им предложили что-то в обмен на свою спокойную жизнь, — хитро прищурился арс.

— Все-то вы знаете. Не знаю, о чем ты успел догадаться, Тамоа, но все еще сложнее. Мне действительно удалось их убедить в том, что я пригожусь им на своем месте. И если будет возможность под эту тему помогать вам, я это сделаю, — я посмотрел ему в глаза.

— И на том спасибо. И все же мне не по себе. Мои люди разбросаны по всему материку, и все при деле. Я боюсь, назначат мне какого-нибудь помощника, и я глазом не успею моргнуть, как буду уже не хозяином в своей крепости, — заворчал арс.

— Надоподумать. Лучше всего работать по схеме «больной ветеран». Как считаешь? — я обратился к Морицу.

— Наверно да. Подливай. Чего сидишь? — пробурчал он.

— Противозаконно, говоришь? — усмехнулся арс.

— Чем я могу помочь? — спросил меня Мориц.

— Обеспечь логистику. Болезни по линии «белых братьев» я обеспечу. Они у меня плотно сидят на крючке.

— Если мои все вернутся, будет хорошо. Но если мне все же навесят на шею «помощника»? — не успокаивался арс.

— А тоже самое. Только по-настоящему. Возьмете его в рейд в горы. И пару переломов лишат его прыти, — жестко закончил я.

— И так каждого? — слегка удивленно спросил арс.

— Поверь мне, один-два раза — и все всё поймут, — успокаивал я его.

— Что-то я не уверен… — недоверчиво протянул он.

— Мориц поможет. Так ведь?

— Обязательно, — покивал он.

— Сам-то как? — спросил я туманно. Но он меня понял.

— У нас все железно. Аббат Палис проникся идеей. Все его силы уходят в распространение единоверия. Все остальные вопросы решаю я, и он полностью меня поддерживает. Я стараюсь не подставляться, и наше сотрудничество может продолжаться так долго, как нам это нужно, — он смаковал вино.

— Вроде все хорошо. Одно хочу сказать, что меня беспокоит. Это ваша личная безопасность. Мориц, ты, конечно, тертый калач. Но сейчас другие времена. Старые расклады уже не работают. Будь острожен, не дай излишней вере в свой опыт победить тебя, — я старался говорить предельно серьезно.

— Учи ученого, — проворчал он.

— Я серьезно. Появятся новые силы и группы. Если кто-нибудь поймет нашу организацию, то может и понять нашу слабость. И арс, ты новичок в этих играх. Сиди больше в крепости и присматривайся кпришлым. Ладно, я пошел, — я резко вскочил.

— Сейчас?

— Самое время. В этом сумраке я чувствую себя уверенно.

— Удачи.

— Я верю в тебя. Но будь и ты осторожен.

— Спасибо.

* * *

Мой верный старый плащ и оружие. Караул на дороге пропустил меня молча. Я вышел из города и поднялся на свой верный пригорок. Вид отсюда был совсем другой, чем недавно. Город жил. Горели огни, и, несмотря на позднее время, жизнь кипела. В этом городе чувствовалась жизнь. Радостная жизнь. А я ухожу в свои скалы. Там своя тихая жизнь, и там спокойно. То, чего мне так давно не хватало. Покой. Я в безопасности.

* * *

Моя маленькая кухня. Я к ней так привык. За долгие годы службы в канцелярии я так и не приобрел того места, которое мог бы считать домом. Постоянные разъезды. Служебные квартиры. Они все были удобны и оснащены всем необходимым. Но ни в одной из них не было домашнего уюта. Здесь же все по-другому. Эти скальные своды. Мрачные. Но они все же стали родными. Филис принесла мне большую кружку южного напитка. Успокаивающий запах и вкус. Тихо, спокойно. Все переходы на контроле моих магиков. Многие продублированы. Верная охрана из местных и разъездной отряд ночных легионеров. Эти не пропустят. Авита далеко, но с ней все хорошо. Я в безопасности. В безопасности.

Спокойно уснув, я проснулся посреди ночи в холодной испарине. Меня бросало то в жар, то в холод. Я не мог пошевелиться. Речь тоже покинула меня. Я видел странные огни. Не мог понять, это сон или явь. Неужто демон смог обмануть меня и накинуть на меня свою сеть? Как же так? Я ведь сделал все необходимое. Нет, это не демон. Твердая уверенность в этом меня поразила. Что же со мной происходит. Раздался тягучий звон, и я погрузился во тьму.

* * *

Старый кореец говорил, что психовирус может мутировать и изменяться совершенно непредсказуемо. Но почему не сработал аварийный выход? Он работает на другой химической компоненте, в параллельной биоритмической составляющей. Десять лет давно вышли, что же случилось? Если прикинуть, то в это время я несся со спецхраном в убежище. Видно, стрессовая ситуация заблокировала выход.

Мысли и воспоминания приходили большими толчками. Чувства взбесились. Я слышал глазами и видел кожей. Этому есть название. Сенсостезия, синестезия? Как же это в большом медицинском справочнике? В каком справочнике?

— О-о-о. Что же ты натворил, Леха! Разве этомутебя учили? А кто мог тебя научить действовать в такойситуации? — прогремело в моей голове.

— Я стремился только выжить, — прозвучал ответ.

— Выжил? — едко спросил мрачный голос.

— Да. Я решил задачу, — затравленно ответил я самому себе.

— А остальные? — продолжал голос.

— А-а-а-а-а-а. Да что я мог поделать? Мой императив однозначен, — я старался удержаться на поверхности разума.

— А все эти люди? — в голове начали вспыхивать яркие картинки.

— Какие люди? Люди? — Лица, десятки лиц. Сотни. Улыбающиеся, злые.

— А кто? — протянул голос.

— Препятствия. Вот как их я видел, — судорожно ответил я.

— Успокаиваешь себя? — пришел вопрос.

— Не рви мне душу, демон. Думаешь, есть хоть что-то, чтоменя успокоит? — душа ухнула в пропасть и, достигнув дна, оказалась на поверхности.

— А зачем ты со мной говоришь? Все не так просто, — продолжал голос.

— А когда оно было просто? Выход из сумеречной зоны никогда не проходит бесследно.

— Для вошедшего да. Но что ты сделал для других? — рвал мой разум голос.

— Изыди, сука. Хочешь, я решу все наши проблемы? — мой старый нож вышел из потрепанных ножен. Безупречная сталь холодно мигнула.

— Нет, этот способ нам не подходит. Слушай, комендант. Забудь про былое и двигайся вперед, — уже мирно продолжил голос.

— Я помню этот пункт. Но перед кем мне отчитываться? Совет анклава так далеко, как никто не может добежать. — Никакие правила мне не помогут сейчас.

— Ну так и чего ты жмешься? Ты сам себе теперь совет.

— Спасибо.

Ну что, Алексей Смирнов, выпускник Североморского университета. Ученик и воин анклава МедТех. Что будем делать дальше? На этом графике точки возврата нет. Не предусмотрено разработчиками.

Из викилета анклава МедТех

МЕДТЕХ.

МедТех — знания и опыт для здоровья и счастья.

Наша продукция известна на всех континентах. Всем врачам известно — хочешь добиться качественного лечения — используй МедТех. Исключительная точность кибердиагноста, высочайшее совершенство биореактора и потрясающая эффективность реанимационных блоков — все это МедТех.

МедТех входит в десятку первоначальных анклавов. Опыт, передаваемый поколениями, в сочетании с прорывными открытиями в различных областях науки и прикладной медицины позволяет нам оставаться в лидерах мировой индустрии.

Зарегистрированное название «Коммерческо-социальное объединение „Современные Медицинские Технологии“», бренд «МедТех».

Камень боли — особый магик, используемый специальными подразделениями. Связывает носителя с другим человеком. Передает сильные эмоции от носителя к связанному. Главная задача как можно быстрее сообщить о случившейся беде, и по возможности передать обстоятельства.

Content

Александр Александрович Дот
Имперский цикл. 1-й трицикл

Имперский гарнизон

Часть 1. Отшельник

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

История империи Ат

Часть 2. Советник

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Из труда почтенного сат Алира «Новая история империи»

Имперский комендант

Часть 1. Законник

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Из дневника соискателя «Императорской академии передовой магии», постигающего Смысл Лахуса

Часть 2. Таинник

Из учебника общей географии, одобренного попечительским советом военных школ империи

Имперский легион

Часть 1. Учетник

Глава 1

Глава 2

Глава 3

История нового Истора

Часть 2. Ратник

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Параграф 78 устава Дальней разведки

Часть 3. Маятник

Из викилета анклава МедТех