Сара Нортон

Ураган страсти

Глава 1

С утра посадив детей в школьный автобус, Сьюзен торопливо пошла домой — прежде чем отправиться на работу, ей еще хотелось перемыть посуду от завтрака и загрузить стиральную машину. Но тут из-за забора, разделяющего два коттеджа, ее окликнул глубокий мужской голос.

— Миссис Уолли? О, простите, — смешался незнакомец, как только Сьюзен повернулась к нему лицом. — Вы, вероятно, ее дочь?

Худенькая, маленькая ростом Сьюзен, мать пятилетних близнецов, давно привыкшая, что ее принимают за их старшую сестру, улыбнулась и уже собралась объяснить, что она и есть миссис Уолли, как заметила, что высокий симпатичный мужчина рассматривает ее с неподдельным восхищением, и не стала его разочаровывать.

— А вы, наверное, мистер Тэлбот? — полюбопытствовала она низким, чувствительным голосом, совершенно не соответствующим ее юному личику и банту на голове, которым Сьюзен стянула длинные рыжие волосы.

— Вы слышали обо мне? — удивился мужчина, чуть ли не перевешиваясь через забор.

— В нашем уединенном местечке нет секретов, мистер Тэлбот, — отозвалась Сьюзен. — Я знаю, что к генералу должен приехать известный писатель, который поселится с нами рядом.

В голубых глазах мужчины запрыгали бесенята.

— Друзья зовут меня Дейвом, — представился он и поинтересовался: — Вы читали мои книги?

— Я — Сьюзен, для друзей просто Сью, — продолжая улыбаться, назвала себя молодая женщина и буквально физически ощутила, как у нее упало настроение. — Нет, ваших книг я не читала, — отрезала она. — Но кто же не слышал об авторе популярных бестселлеров?

Мистер Тэлбот нахмурился, уловив в ее ответе неодобрительные нотки, и тогда Сьюзен, испугавшись показаться невежливой, более мягко добавила:

— Теперь, когда мы знакомы, непременно прочту, — хотя уже точно знала, что вряд ли сдержит это обещание. Уж больно мистер Тэлбот напомнил ей Роберта: не успев толком познакомиться, уже поинтересовался ее отношением к его книгам. Она-то считала, что такое нескромное поведение свойственно лишь ее бывшему мужу, помешанному на своей репортерской работе. Тот, возвращаясь из командировок, всегда первым делом спрашивал, видела ли она его репортажи, какими их нашла, и, только всласть поделившись впечатлениями о проделанной им работе, наконец задавал вопрос о том, как она и дети без него жили. Будто сам не догадывался, что плохо жили. Дети без конца дергали мать, интересуясь, когда вернется их папочка, а Сьюзен только и делала, что ждала очередных телевизионных новостей, чтобы убедиться, что ее ненаглядный Роберт еще жив и невредим. Она постоянно ловила себя на том, что неспособна вникнуть в его комментарий, разобраться, кто в кого стрелял, каковы потери с разных сторон и вообще из-за чего идет где-то там эта очередная война, о которой с таким упоением рассказывает миллионам американских телезрителей ее муж. Ей было важно лишь одно — услышать его голос, убедиться, что он не убит, не ранен… Сьюзен никогда не понимала фанатичной преданности Роберта своему делу, но особенно перестала понимать после того, как родились близнецы. И хотя отец временами появлялся у них, осыпая детей подарками, она твердо знала, что Вики и Эрику надо совсем другое — его постоянное присутствие, внимание, любовь. В конце концов бесконечная тревога за мужа и долгие ожидания его возвращения привели к тому, что два года назад брак Сьюзен с Робертом рухнул. Они развелись.

— Простите, — вынырнув из грустных размышлений, услышала Сьюзен мистера Тэлбота, — генерал говорил мне, что рядом со мной будет жить женщина с детьми, но я почему-то представил их себе совсем маленькими. Скажите, ваша мать не могла бы выручить меня кружечкой молока? Совсем упустил из виду этот продукт, когда заезжал по дороге сюда в супермаркет.

Сьюзен поняла, что новый сосед продолжает заблуждаться, принимая ее за дочь миссис Уолли, и, вдруг разозлившись на то, что он ей так напомнил Роберта, решила ему подыграть — так и надо этому самоуверенному типу!

— Я дома одна, — не соврала она, — но с молоком вас, конечно, выручу. Проходите! — И распахнула в заборе калитку.

Гость протопал за молодой женщиной на кухню, где сразу же обратил внимание на развешанные по стенам рисунки Эрика — на них, разумеется, стреляли танки и горели самолеты, — сын тоже смотрел репортажи отца.

— Брат намного младше вас? — поинтересовался мистер Тэлбот.

— Эрику пять лет, — ответила Сьюзен, наливая молоко в небольшой кувшинчик. — Посуду вернете, когда сможете. — И вдруг неожиданно для себя продолжила: — Приходите к нам сегодня на ужин, познакомитесь.

— С удовольствием, — принял приглашение сосед.

И Сьюзен это почему-то тоже обрадовало — давненько она не пребывала в таком хорошем расположении духа. Мистер Тэлбот, несмотря на то что он так напомнил ей не лучшие качества Роберта, производил приятное впечатление. Более того, он ей понравился: широкоплечий блондин с искрящимися голубыми глазами, обаятельной белозубой улыбкой.

— Мы ужинаем в шесть, — сообщила она, протягивая ему кувшинчик.

— Меня любое время устроит. До вечера! — отозвался он и, взяв из ее рук кувшинчик с молоком, направился к двери.

Забыв о посуде и стиральной машине, Сьюзен бросилась в спальню переодеваться — из-за непредвиденного визита соседа она уже запаздывала на работу. Быстро сменив брюки и майку на юбку и бежевую кофточку, купленные специально для офиса, Сьюзен нанесла на веки светлые тени, коснулась губ лиловой помадой и, наконец, развязала бант на макушке, уложила волосы большим пучком, ловко закрепив его шпильками. Ничего удивительного, что из-за этого банта новый сосед принял ее за девочку. А вот теперь, с пучком и косметикой, из зеркала на Сьюзен смотрела симпатичная молодая женщина, которой вполне можно было дать лет… двадцать пять.

Господи, неужели ей всего двадцать четыре? — разглядывая себя, задумалась она на секунду. Или уже двадцать четыре? Поверить невозможно! Иногда Сьюзен чувствовала себя минимум раза в два старше, а временами удивлялась: куда же канули эти годы? В восемнадцать уже замужем, в девятнадцать — соломенная вдова, в двадцать два — разведенная женщина с двумя пятилетними детьми… Чего только не пережила она за минувшие шесть лет! Интересно, что подумает о ней этот поселившийся по соседству писатель, когда придет к ним вечером на ужин и весь этот утренний розыгрыш вылезет наружу? Поймет ли, что это была лишь безобидная шутка? А что, если вдруг решит, что она с ним кокетничала?

На работу Сьюзен ходила пешком, чтобы сэкономить драгоценный бензин для выходных дней, когда вывозила куда-нибудь детей. Все трое с нетерпением ожидали этих поездок. Путь до офиса занимал всего минут пятнадцать, но на сей раз она этого времени совсем не заметила, размышляя о новом знакомом.

Когда генерал поведал Сьюзен, что автор бестселлеров Дейви Тэлбот попросил у него разрешения поработать с его военными дневниками, для чего приедет и на какое-то время поселится рядом с ней, это известие оставило молодую женщину совершенно равнодушной. Ни для кого не было секретом, что книги писателя Тэлбота, которые он производил в последнее время одну за другой, по большей части основаны на впечатлениях, полученных им в его бытность газетным репортером, что по представлению Сьюзен мало чем отличалось от работы телерепортера Роберта — те же опасные поездки в горячие точки планеты, те же описания разрушений и льющейся крови. А поскольку Тэлбот ясно дал понять, что хочет воспользоваться военными дневниками генерала для написания своей следующей книги, Сьюзен не могла сказать, что жаждет с ним познакомиться. Ей была неприятна сама мысль о прославлении войны, на которой всегда страдают ни в чем не повинные дети.

И все-таки Дейви Тэлбот показался Сьюзен не таким, каким она его себе представляла, хотя и не сомневалась, что за его непринужденными манерами и неприкрытым очарованием наверняка прячется та же упертость, которая всю жизнь руководила Робертом. Никто не может, пройдя путь, который проделали эти двое, не стать жестоким и не циничным по отношению к таким нежным вещам, как любовь и дети.

Но хватит думать об этом человеке, одернула себя Сьюзен, подходя к особняку. Зачем ей еще эта головная боль? Через несколько недель мистер Тэлбот вернется в Нью-Йорк и она забудет об этом знакомстве…

По утрам Сьюзен работала в офисе рядом с кабинетом генерала — разбирала почту и отвечала на письма, а после полудня превращалась в гида, водила туристов по дому и садам, представляющим собой историческую ценность. Она обожала общаться с людьми, рассказывать им о величественном старинном особняке.

В свое время, а именно двадцать пять лет назад, генерал Бердсон женился на единственной дочери хозяина этого поместья и, когда восемь лет назад его жена скончалась, а дела пошли не столь гладко, как прежде, решил летними месяцами пускать в него туристов, как это делали многие другие владельцы подобной дорогостоящей недвижимости. Большого дохода это не приносило, но все же позволяло ему с дочерью Присциллой жить в относительном комфорте и даже оплачивать ее школу в Швейцарии, которую она закончила только нынешней весной.

Если и было в жизни Сьюзен что-то неприятное, то это необходимость иметь дело с этой девицей. Избалованная и изнеженная, Присцилла смотрела свысока на всех, кому приходилось зарабатывать на хлеб своим трудом, обращаясь со всеми сотрудниками поместья как с людьми низшего сорта. А Сьюзен вообще считала беспробудной дурочкой за то, что та нарожала детей от мужчины, который не смог ее обеспечить даже нормальными алиментами.

Присцилла заявилась в офис в середине дня в платье, сшитом на заказ в Париже, нежно-голубой цвет которого выгодно оттенял ее черные волосы и смуглую кожу.

— Папочка хочет, чтобы ты поработала сегодня подольше, — лениво протянула она.

Сьюзен тяжело вздохнула, отлично понимая, что скучающая девица намеренно втягивает ее в очередной конфликт.

— Генерал прекрасно знает, что я не могу задерживаться.

Сьюзен всегда заканчивала ровно в три пятнадцать, чтобы поспеть к школьному автобусу.

— Из-за твоих разлюбезных деток, как я полагаю? — усмехнулась Присцилла. — Они что, не могут для разнообразия сами в дом войти?

Темно-карие глаза скрестились с холодными голубыми.

— Нет, — отрезала Сьюзен.

— Ты что, не в состоянии нанять кого-нибудь, чтобы присматривали за ними до твоего возвращения? — начала накручивать себя девица.

— Зачем твоему отцу понадобилось задерживать меня? Что за срочное дело? — подозрительно уставилась на нее Сьюзен.

Присцилла небрежно повела плечиком.

— В три тридцать приезжает группа…

Она также хорошо знала, что в подобных случаях ее отец всегда устраивал так, чтобы не задерживать Сьюзен, поэтому иногда даже сам водил по поместью запоздалые группы туристов. Может, генерал и не был самым милым человеком на свете, но он всегда входил в ее положение.

— Твой отец сказал мне, что собирается попросить тебя взять эту группу, — приняла вызов Сьюзен.

Присцилла вспыхнула, в глазах ее загорелось недовольство.

— У меня сегодня назначен визит к парикмахеру.

Сьюзен бросила взгляд на безупречную прическу своей собеседницы.

— Мне кажется, ты и так прекрасно выглядишь.

Присцилла смерила ее презрительным взглядом:

— Да уж, эксперт из тебя хоть куда!

Она явно полагала, что коли Сьюзен ходит во второсортной одежде, почти не красится и носит не по моде длинные волосы, то конечно же не разбирается в таких вещах.

— Выбирай сама, Присцилла, — пожала плечами Сьюзен. — Или отправляйся ко мне сидеть с детьми, или бери на себя группу. — И она уставилась на девушку невинными глазами, наблюдая за тем, как та пришла в ужас при одном упоминании о близнецах.

— С этими маленькими монстрами?! — Присцилла задохнулась от возмущения.

— Они тебя тоже любят, Присцилла, — напомнила Сьюзен, зная, что ненависть у них обоюдная.

Холодные голубые глаза потемнели от раздражения.

— В последний раз Вики разорвала мне чулки, а Эрик облил мое новое платье апельсиновым соком.

— Они не специально, — бросилась на защиту близнецов Сьюзен. У ее детей и в мыслях не было нарочно вредить кому бы то ни было. — И пятнышко от сока было совсем маленькое, легко смылось.

— Повезло тебе, — запричитала Присцилла. — С твоей зарплатой тебе долго пришлось бы копить мне на новое платье. А насчет Роберта… что-то сомнительно, чтобы он слишком часто присылал тебе помощь.

Сьюзен подавила в себе волну негодования. В таком месте, как это, от людей ничего не скроешь, и личная жизнь не исключение, а Присцилла никогда не брезговала воспользоваться своими знаниями, если на нее нападал приступ злости.

Да, одно слово — родная кровь. Может, Роберт и научился лучше Присциллы скрывать свои эгоистические наклонности, но сходство очевидно. Роберт был сыном родной сестры генерала, и именно генерал предложил Сьюзен один из коттеджей своего поместья, когда она рассталась с мужем, поскольку считал, что родня, несмотря ни на что, должна держаться вместе, а разводов в их семействе прежде никогда не допускалось. Генерал настоял на том, чтобы Сьюзен с близнецами осталась в поместье, и предложил ей работу своего личного секретаря. Не то чтобы она действительно ощущала себя частью семейства Бердсон, но работа и коттедж пришлись очень кстати, особенно если учесть, что Роберт действительно небрежно относился к вопросу содержания близнецов, чем не преминула уязвить ее Присцилла.

— Он присылает сколько может и когда может, — пробормотала Сьюзен.

— Ты что, издеваешься?! — не унималась девица. — Да он на своей работе целое состояние сколотил, а тебе ни пенни не перепадает!

— Присцилла…

— Я бы ему никогда такого не позволила, — заявила та и презрительно фыркнула. — Хотя я понять не могу, как вы вообще могли пожениться!

Сьюзен и сама частенько задумывалась над этим вопросом после развода с мужем и пришла к выводу, что виной всему было ее чрезмерное обожание Роберта. Она возвела его на пьедестал и фактически поклонялась своему герою. Ей было восемнадцать, ему — двадцать восемь, когда они поженились. В сексуальном плане Сьюзен была чиста и невинна, до Роберта любовников у нее не водилось. Доказательством ее невинности и наивности стала беременность после двух месяцев замужества! Роберт рвал и метал, поскольку был абсолютно уверен, что она сама позаботится о контрацепции. Этот приступ ярости, напавший на него, когда он узнал, что скоро станет отцом, был первым звеном в длинной цепочке подобных припадков.

— Мне кажется, что это не твое дело, Присцилла, — сдержанно отреагировала Сьюзен.

— Может, и так, — согласилась та. — Но сидеть с твоими выродками я не собираюсь.

— Вики и Эрик не выродки…

— С ними постоянно что-нибудь приключается… Помнишь, как они опрокинули елку на прошлое Рождество?

Сьюзен вздохнула:

— Это был несчастный случай. Вики поскользнулась на коврике в холле, — и помолчав, добавила: — Может, когда ты подаришь отцу внуков, они будут вести себя иначе.

— Я не собираюсь портить фигуру, рожая детей мужчине, которому они, быть может, вообще не нужны, — отрезала Присцилла.

Сьюзен не собиралась спорить с ней по этому поводу. После родов на животе у нее действительно остались тонюсенькие белые ниточки растяжек, но если не приглядываться, то их совсем не заметно. К тому же это сущий пустяк, она могла бы и не таким рискнуть, если бы знала, что в результате у нее появятся Вики и Эрик.

— Значит, ты берешь на себя группу? — сухо поинтересовалась она.

Присцилла покраснела от злости.

— Если бы ты не считалась членом нашей семьи, то вряд ли была бы настолько уверена в себе! — огрызнулась она.

— Если бы я не считалась членом семьи, меня бы тут не было, — резонно заметила Сьюзен. — И вообще, разве нельзя перенести стрижку на завтра?

— Я хочу быть на высоте, когда приедет Дейви Тэлбот, — надулась ее золовка.

— Он уже приехал.

— Что ты хочешь этим сказать? — удивилась Присцилла. — Ты его видела? И какой же он?

— Мистер Тэлбот?

— Ну кто же еще?!

Сьюзен прекрасно знала, кого она имеет в виду, но желание поддеть девчонку иногда брало над ней верх. Они никогда не ладили, Присцилла была более опытна уже в свои четырнадцать, когда Сьюзен впервые представили их семейству. Вскоре стало понятно, что даже эта маленькая девочка в семье Роберта считала ее слишком наивной и непозволительно неискушенной. И только после рождения близнецов Сьюзен стала более уверенной в себе. Остаться в девятнадцать лет одной, с двумя крошечными детьми, за жизнь которых она была в ответе, — это не могло не сыграть своей роли!

— Мистер Тэлбот показался мне… довольно приятным, — попыталась отделаться она от Присциллы.

— Такой же красавчик, как на фотографиях? — Присцилла на миг позабыла о своей напускной скуке.

Отрицать красоту и шарм Дейви Тэлбота было бы бессмысленно, но отчего-то Сьюзен сильно сомневалась, что он придется по душе Присцилле. Никто из ее всегда безупречно одетых и циничных молодых людей не отважился бы облачиться в старые, выцветшие штаны, в которых модный писатель разгуливал сегодня утром.

— Я никогда не видела его фотографий, — сообщила Сьюзен. — Но по-моему, он очень хорош собой.

— А что, если мне пойти самой с ним познакомиться? — пробормотала себе под нос нетерпеливая девица.

«Принимая во внимание его непринужденные манеры и раскованность, он вряд ли сочтет неловким появление в его доме юной красавицы», — подумала Сьюзен, но вслух сказала:

— Уверена, мистер Тэлбот будет только рад.

Присцилла презрительно прищурилась.

— Я не желаю идти туда, если ты уже успела ему досадить, — бросила она свысока.

На этот раз Сьюзен пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержаться. Но в один прекрасный день!.. Не зря же у нее рыжие волосы, как у ведьмы, и однажды Присцилла убедится в этом, если не прекратит свои нападки.

— Я не досаждала ему, это он пришел ко мне одолжить кружечку молока…

— Как оригинально! Не сомневаюсь, ему на самом деле молоко понадобилось!

— Я тоже, — сухо согласилась Сьюзен. — Автор бестселлеров конечно же способен придумать что-нибудь поинтереснее.

— Само собой, — фыркнула девица. — Думаю, все же надо пойти пригласить его к нам на ужин.

— Э-э-э…

— Да? — нетерпеливо обернулась Присцилла.

Сьюзен подавила очередной вздох и неохотно выдала:

— Сегодня он ужинает у нас.

Девушку бросило в краску.

— Что на тебя нашло, когда ты приглашала к себе на ужин такого человека, как Тэлбот? — с отвращением поморщилась она.

— Что нашло на него, когда он принимал мое приглашение?! — парировала Сьюзен.

— Элементарная вежливость, я полагаю, — язвительно бросила Присцилла и тут же снова подозрительно прищурилась. — Ты что, сразу им увлеклась?

Сьюзен вспыхнула. Что за невероятные идеи приходят в голову этой девице? Или, может, она считает, что развод и материнство Сьюзен клеймом выжжены у нее на лбу и ей уже не стоит даже надеяться привлечь к себе внимание мужчины?

— Я просто хотела поступить по-соседски, — огрызнулась она. — Если он предпочтет пойти к вам, я не обижусь.

Все удовольствие от невинной утренней шутки с Дейви Тэлботом улетучилось без следа после этой неприятной перепалки. А! Все равно это вряд ли будет смешно, если Тэлбот относится к детям так же, как Присцилла.

— Очень на это надеюсь, — задрала та нос. — В конце концов, этот человек приехал к папе.

— Конечно.

— Пойду переоденусь, а потом схожу к нему. — Присцилла улыбнулась сама себе.

— Э-э-э… Присцилла? — позвала Сьюзен, когда та была уже у двери. — Как насчет группы? — решила прояснить она главный вопрос.

Девица поджала пухлые губки.

— Ничего не поделаешь, придется взять ее на себя, — решила она. — Папа слишком мягко к тебе относится, хотя, в конце концов, ты обыкновенная сотрудница.

Сьюзен ничего на это не ответила и лишь облегченно вздохнула, оставшись в одиночестве. Она, конечно, обыкновенная сотрудница, что правда, то правда, но генерал, добрая душа, всегда помнил, что она одна воспитывает детей. Сьюзен нисколько не сомневалась, что он относится к ней снисходительно, и, случись с ним беда, в ее жизни произойдут огромные перемены.

Но между прочим, Сьюзен никогда не считала себя совершенно неподходящей партией. Близнецы, конечно, большая ответственность для любого мужчины, если он, случаем, влюбится в нее, но и она не собирается прожить всю оставшуюся жизнь в одиночестве. Пусть ее первый брак потерпел неудачу, может быть, второй окажется идеальным. А пока ее все устраивает. Что же касается предположения Присциллы о том, что она могла бы увлечься Дейви Тэлботом, то это просто глупо! Он совершенно не в ее вкусе, да и ему наверняка нравятся не такие женщины, как она.

В тот вечер дети явились из школы в особенно буйном настроении, и Сьюзен пришлось приложить немало усилий, чтобы их угомонить. Она поиграла с ними и заставила их принять ванну, прежде чем усадить за стол. Насчет визита соседа Сьюзен не волновалась, поскольку на все сто процентов была уверена, что Присцилле удалось уговорить писателя отправиться к ним в особняк. Ну а если их сосед каким-то чудом вдруг объявится, запеканки хватит на всех.

— Папа приедет в эти выходные? — поинтересовался Эрик, когда она помогала близнецам одеться после ванной. Оба — как две горошины из одного стручка, с рыжими волосами матери и ее же теплыми карими глазами.

— Только не в этот выходной, — постаралась сгладить она ответ, расчесывая непослушные кудри дочери.

— Он уже сто лет не приезжал, — надулся мальчик.

— Он занят, — спокойно пояснила его сестра, которая родилась на пять минут позже его. Вики была более замкнута и всегда шла на поводу у брата, более искреннего и временами совершенно несносного.

— Да. Но…

— Вики права, Эрик, — как можно более беззаботно заявила мать. — Папа очень много работает. К тому же он совсем недавно вам звонил, всего несколько недель прошло.

И целых пять минут поговорил, горько хмыкнула она про себя. Сьюзен никогда не запрещала Роберту встречаться с детьми, не настраивала их против него, не обращала их внимание на его долгое отсутствие, хоть ей и было обидно за детей. Но что поделаешь, Роберт сам так решил. Временами близнецы сильно страдали из-за того, что отец не проявляет к ним ни малейшего интереса, и в эти моменты Сьюзен хотелось, чтобы он навсегда исчез из их жизни. Уж лучше пусть дети совсем его забудут. Но жизнь — сложная штука. Да и желание ее, вполне возможно, слишком отдает эгоизмом, близнецы любили отца несмотря ни на что, и он, быть может, тоже любил их. По-своему.

Она больше не успела ничего сказать детям — ее прервал звонок в дверь. Эрик подскочил к окну поглядеть, кто там, а Сьюзен бросила взгляд на часы — ровно шесть!

— Мам, там какой-то мужчина! — загорелся мальчик.

Сьюзен медленно поднялась. На долю секунды ее охватила паника, но она тут же успокоилась. Дейви Тэлбот наверняка заглянул извиниться и сообщить, что он отправляется ужинать в особняк. Да, точно, иначе и быть не может.

— Одевайтесь, — велела она детям. — Я… я пойду погляжу, кто там.

Она не стала сообщать близнецам, что на ужин к ним может пожаловать гость, слишком часто они терпели разочарование от отца, чтобы позволять незнакомцу проделать с ними тот же самый фокус!

Сьюзен бросила взгляд в зеркало и пошла открывать дверь. Сейчас, с распущенными волосами, в обрезанных джинсах и кремовом топике, она выглядела еще моложе, чем утром, если такое вообще возможно! Как жаль, что она не успела переодеться.

Как Сьюзен и думала, на пороге стоял Дейви Тэлбот с букетом тюльпанов в руках и весело улыбался ей поверх цветов. На нем были коричневые брюки и лимонная рубашка, но и в этой, более официальной, одежде он выглядел так же сногсшибательно.

— Привет, — поздоровался он. — Я не слишком рано?

— Э-э-э… нет, — удивленно уставилась на него Сьюзен. — Просто… Присцилла… мисс Бердсон упомянула, что собирается пригласить вас на ужин в особняк.

— Она и пригласила, — кивнул он. — Но я отказался, ведь я уже принял ваше приглашение.

— Но… — Сьюзен не успела договорить, услышав за спиной топот маленьких ножек. Близнецы появились одновременно. В одинаковых джинсах и маечках, только что из ванны, они выглядели невинно и прелестно, словно два ангелочка.

Сьюзен повернулась, чтобы извиниться перед гостем, и глаза ее расширились, стоило ей увидеть выражение его лица. Он явно был огорошен и ошеломленно взирал на ее детей. О чем бы Тэлбот ни говорил с Присциллой после его отказа пойти сегодня вечером к ним на ужин, она явно не сообщила ему о существовании близнецов!

Глава 2

— Заходите, пожалуйста, — произнесла наконец Сьюзен осевшим голосом.

Дейви Тэлбот по-прежнему молчал, и она вздохнула с облегчением, когда он переступил порог. Сьюзен проводила его в маленькую, но уютную гостиную. Близнецы пялились на него во все глаза, она обняла их за плечи и, с вызовом глядя на гостя, проговорила:

— Мне кажется, мы не очень удачно представились друг другу сегодня утром. Я Сьюзен Уолли, а это мои дети — Вики и Эрик.

Учитывая, какой шок он испытал всего несколько секунд назад, Тэлбот быстро оправился, в его глазах снова заблестели задорные искорки, а на губах заиграла улыбка.

— Уверен, что с вашей стороны это было всего лишь маленькое упущение, — насмешливо протянул он. — В таком случае это вам. — Он подал ей тюльпаны. — Я забыл ваш кувшинчик, миссис Уолли, — нажал он на предпоследнее слово.

— Друзья зовут меня Сьюзен, — сказала она так же, как он ей утром.

— А мне можно? — ухмыльнулся Тэлбот.

— Пожалуйста, — кивнула она. Слава богу, что он так легко принял ее шутку.

— Ну, Вики и Эрик, должно быть, вы близнецы, — обратился Тэлбот к детям с неподдельным интересом, а не свысока, как многие другие взрослые. — И оба наверняка такие же остроумные, как и ваша мама, — поддел он.

Эрик хихикнул.

— Мама не остроумная, — возразил он. — Она красивая.

Восхищенный взгляд голубых глаз остановился на полыхающем лице хозяйки.

— Это точно, — согласился с мальчиком Дейви Тэлбот.

— Пойду поставлю цветы в воду, — замялась Сьюзен и разозлилась на себя за это. Она нисколько не сомневалась, что Присцилла приняла бы такой комплимент надлежащим образом! Но с другой стороны, девица привыкла к ничего не значащему мужскому вниманию, а она нет. — Дети с радостью покажут вам свои игрушки, пока меня не будет, — поспешно добавила Сьюзен.

Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы поставить тюльпаны в вазу и проверить, готов ли ужин. Вернувшись в гостиную, она изумленно застыла на пороге. Ей следовало бы догадаться, что Дейви Тэлбот — один из тех мужчин, которые увлекаются детскими игрушками не меньше самих ребятишек! Он сидел на полу вместе с Вики и Эриком, наплевав на свою дорогую одежду, и с восторгом изучал, как действуют всякие штуковины в кукольной крепости. В душе мужчины навсегда остаются детьми.

— У вас есть дети, мистер Тэлбот?

— Сейчас нет, — покачал он головой. — И меня зовут Дейви, — напомнил он.

Она прекрасно знала его имя, просто никак не могла заставить себя произнести его. И что значит это «сейчас нет»? Что он такой же, как Роберт, воскресный папа, который предпочитает забыть о своих отпрысках, когда их нет рядом, или что он подумывает стать отцом?

— Дейви был репортером, как папа, — затараторила Вики. Похоже, для нее любой, кто хоть чем-то отдаленно напоминает отца, человек стоящий.

— Знаю, — напряглась Сьюзен. И как им удалось раскопать это за те несколько минут, пока она была на кухне, просто поразительно! — Не могли бы вы прибраться здесь немного, пока я накрываю на стол? — Им удалось уже почти все игрушки выволочь на пол!

— Вы давно потеряли мужа?

При звуке этого хрипловатого голоса Сьюзен чуть не выронила из рук миску с овощами, в которую как раз накладывала горошек. Она не заметила, как Дейви Тэлбот появился у нее за спиной.

— Осторожнее. — Он забрал у нее миску. — Близнецы пошли помыть руки перед едой, а я подумал, что могу присоединиться к тебе. Я не хотел напугать тебя.

— А вы и не напугали, — заверила она его.

— Тогда, значит, мой вопрос напугал, — проницательно заметил он, прищурив голубые глаза. — Это означает — совсем недавно. Мне очень жаль, я…

— Я бы не сказала, что четыре года — это недавно, мистер Тэлбот, — оборвала его Сьюзен. — Может, лучше сядем за стол, пока еда не остыла?

Ей было немного совестно за свои ехидные выпады, ведь гость изо всех сил старался показать себя интересным собеседником, проявлял искреннее внимание к детям и при этом сам заполнял неловкие паузы в разговоре, взяв, между прочим, на себя ее роль. Просто своим вопросом о Роберте он выбил Сьюзен из колеи.

После ужина Тэлбот даже не попытался вмешаться в ее ежедневный ритуал укладывания близнецов, как некоторые другие, слишком ревностные взрослые, и именно поэтому Вики и Эрик позвали его наверх пожелать им спокойной ночи — великая честь, которой мало кто удостаивался.

— А вы здорово с детьми управляетесь, — улыбнулась ему Сьюзен, когда они вернулись в гостиную.

Он пожал широкими плечами:

— Стараюсь.

Однако весь фокус был в том, что Тэлбот совсем не «старался» и дети сразу же полюбили его за это.

— Кофе? — предложила она.

— Давай я приготовлю.

Он последовал за ней на кухню, где совсем недавно все четверо дружно прибрались и вымыли посуду — веселая получилась игра, Дейви постоянно делал вид, что роняет что-то.

— А ты сядь, отдохни немного, у тебя и так длинный день выдался.

Сьюзен уселась и стала наблюдать за тем, как он ловко готовит кофе. Для разнообразия приятно, когда за тобой ухаживают.

— Глупо было говорить это, — выдал Тэлбот, разливая кофе по чашкам. — У тебя каждый день длинный.

— Ежедневно вставать в шесть тридцать действительно утомительно, — признала она. — Но без награды я не остаюсь.

— Уверен, что так оно и есть, — кивнул он и добавил: — Прости меня за тот вопрос. Я не собирался совать нос не в свое дело.

— А вы и не совали. — Она взяла поднос и пошла в гостиную. — Это обыкновенное человеческое любопытство, только и всего.

— Да уж, — поморщился Тэлбот, признавая ее правоту. — Его у меня хоть отбавляй.

— В вашей профессии без этого не обойтись, не так ли? — Сьюзен села напротив него в другом конце комнаты.

— Не всем это нравится. — Он откинулся в кресле и расслабился. — А в моем случае всем кажется, что я подбираю себе героев для книг, — признался он начистоту.

Она улыбнулась:

— А вы не подбираете?

Тэлбот осклабился, в голубых глазах снова заплясали веселые чертики.

— Думаю, что временами да. Но это происходит неосознанно, — попытался защититься он.

— Уверена, большинству людей нравится, когда они узнают себя в героях книги.

— В том-то как раз и проблема, — еще больше развеселился Тэлбот. — Большинство людей совсем не узнают себя в героях, которых я списал с них, они видят себя иначе, не так, как вижу их я. Некоторые даже угрожали мне судом.

— О боже! — расхохоталась Сьюзен. — Будем надеяться, что генерал не такой!

— Ты знаешь, зачем я здесь? — удивился Тэлбот.

— Я его личный секретарь, — пояснила она.

— Та самая «РСУ», — ошеломленно уставился он на нее, имея в виду инициалы, которые Сьюзен проставляла на письмах генерала Тэлботу, когда их печатала.

— Поселок у нас небольшой, — пожала она плечами.

— Знаю, — кивнул он. — Я уже успел осмотреться сегодня днем, поболтал кое с кем из местных жителей. Похоже, генерала здесь любят.

— Уверена, что так, — уклончиво ответила Сьюзен, не желая обсуждать с гостем своего работодателя.

— Что случилось с твоим мужем? — нарушил он повисшую в комнате тишину неожиданным вопросом.

— Ты всегда такой… упертый? — удивленно уставилась она на него.

— Репортерская привычка, — извинился Тэлбот.

— Конечно, — сухо бросила она. — Я на минутку забыла… — Она вздохнула. — Ничего с моим мужем не «случилось».

— Хочешь сказать, он просто умер?

— Умер? — выпучила она глаза.

— Ну, его тут явно нет, и генерал сказал мне, что ты живешь здесь одна, с детьми…

— Понятно, — нахмурилась она. — Он не умер. Роберт жив, и даже очень.

— Роберт? — повторил Дейв. — Хочешь сказать, что твой муж Роберт Уолли?

Сьюзен вспыхнула и резко его поправила:

— Бывший муж. Мы в разводе.

— Я и не знал, что он вообще был женат. — Похоже, новости ошеломили гостя. — Не говоря уже о том, что у него двое детей.

— Он предпочитает не распространяться об этом, — скривилась она в улыбке.

Дейви явно расстроился, услышав ее последнее замечание.

— Ты, должно быть, совсем девчонкой была, когда вы поженились.

— Я не люблю говорить о нашем браке… Дейви. — Сьюзен наконец-то сумела пересилить себя и назвать его по имени. — Это в прошлом, а жизнь движется вперед. А тебе кажется, что я пропитана горечью? — постаралась подольститься она к нему.

— Немного, — согласно кивнул он. — Я знаком с Робертом уже лет десять, не меньше, но он никогда не упоминал о жене и детях. Мы с ним, правда, не какие-то там закадычные друзья и все такое, у репортеров на это просто нет времени, но все равно, большинство мужиков успевают поболтать о своих женах и детях.

— Роберт целиком и полностью предан своей работе, — отмахнулась Сьюзен.

— Как и я когда-то, но…

— Что заставило тебя сменить репортерский блокнот на книги? — Ей стало так интересно, что она даже позволила себе оборвать его на полуслове.

Несколько мгновений он пристально всматривался в нее, но Сьюзен не вздрогнула и не отвела взгляда.

— Хочешь сменить тему? — печально усмехнулся Тэлбот.

— Неплохая идея. — Сьюзен нисколько не злилась на него. Она понимала, что он интересуется ее жизнью главным образом потому, что сильно удивился, узнав, кто ее муж, а не из чистого любопытства и привычки совать свой нос куда не следует. Ей даже не пришло в голову, что Дейви и Роберт могут быть знакомы, хотя Сьюзен всегда знала, что мир журналистов очень тесен.

— Мир тесен, не так ли? — Он словно подслушал ее мысли.

— Временами мне действительно так кажется, — согласилась она с ним.

— Ты с ним встречаешься?

Сьюзен не стала делать вид, что неправильно поняла его вопрос.

— Он приезжает повидаться с близнецами.

Дейви покачал головой.

— Опять я лезу не в свое дело, — извинился он. — Я даже забыл, о чем меня спросила.

Она улыбнулась, увидев на его лице неподдельное смущение.

— Почему ты ушел из журналистики и стал писателем?

— Это естественная эволюция, — пожал плечами Дейви. — То, чем я занимался, — для молодых; вскоре меня все равно перевели бы на более спокойную работу, усадили бы за стол, и дело с концом.

— Звучит так, будто ты древний старик, — поддела его Сьюзен.

— Мне тридцать семь. Пять лет тому назад я принял решение уйти с дорожки для крысиных бегов.

Довольно мудрое решение. Она думала, что ему гораздо меньше лет, что он даже моложе Роберта, а оказалось, что он на три года старше ее бывшего мужа.

— Решение явно удачное.

— К счастью, — кивнул Дейви. — Я мог бы запросто затеряться среди миллионов желающих стать писателями. И благодарен судьбе за то, что мне повезло стать одним из немногих счастливчиков, которые сумели осуществить свою мечту.

— Наверняка твой успех не только на одной удаче держится, — решила подольститься к нему Сьюзен. — Правда, я не читала ни одной твоей книги…

— Как тебе не стыдно! — осклабился он, и разговор тут же утратил серьезную нотку. — Даже моя мама и та недавно соизволила прочитать парочку моих опусов, а ее, кроме сада, вообще ничего не интересует!

— А другие родственники имеются? — поинтересовалась она.

— Отец и старший брат. — Он задорно и насмешливо улыбнулся, увидев, как ее глаза расширились от удивления. — Что я, не смахиваю на младшего ребенка в семье?

Он «смахивал» на человека, настолько уверенного в себе и своих способностях, что ему даже не нужно было прибегать к очарованию, которым его наделила природа, хотя, когда Дейви это делал, эффект получался просто потрясающим. Близнецы влюбились в него с первого взгляда, и не только потому, что он когда-то был репортером, как и их отец. Они даже успели заручиться его словом, что он когда-нибудь отвезет их искупаться. Вики и Эрик обожали ходить в бассейн при особняке, но поскольку приглашали их туда нечасто — что и понятно, если учесть неприкрытую антипатию Присциллы, — им приходилось ездить в город, чтобы поплавать в общественном бассейне.

Но Сьюзен не была уверена, что это хорошо. При отсутствии в их жизни постоянного отца близнецы могут начать ценить компанию любого мужчины выше всего прочего. Дейви Тэлбот и глазом не успеет моргнуть, как окажется в роли суррогатного папочки на время своего проживания здесь.

— Не слишком, — рассеянно ответила она на его вопрос. — Чем занимается твой отец?

— Сейчас? Ничем. Он газетчик в отставке.

— Я и не знала, что они уходят в отставку. — В ее голосе зазвучали резкие нотки. — Я думала, что они просто стареют… или их убивают.

— Сьюзен… — Он остановился, услышав жалобный голос Вики, зовущей мать. На его лице отразилось искреннее беспокойство.

— Не волнуйся, — с улыбкой поднялась она. — Это у нас такой ритуал. Захвачу, пожалуй, с собой сразу два стакана воды, чтобы второй раз не спускаться.

— А, понятно, — улыбнулся Дейви.

— Когда-нибудь они поймут, что я выучила их уловки наизусть, — пояснила она и добавила, выходя из гостиной: — Я быстро.

— Не торопись, — бросил он ей вдогонку. — Я прекрасно устроился.

Это точно. По правде говоря, он настолько удобно устроился в кресле, что Сьюзен уже начала волноваться — а собирается ли он вообще уходить? А пора бы, между прочим. Он и так уже успел затронуть темы, которые она предпочитала не поднимать, но если вскоре не уберется, то неизвестно, чем еще заинтересуется.

Сьюзен подала каждому из близнецов стакан с водой и присела на краешек кровати дочери, пока дети пили. Этот ритуал зародился примерно шесть месяцев назад, и хотя ей не слишком нравилось поощрять подобные уловки близнецов привлечь ее внимание, она знала, что Вики и Эрик сразу уснут, как только мама выйдет из их спальни.

— Дейви еще не ушел? — жадно поинтересовался более искренний Эрик.

— Не ушел, — снисходительно улыбнулась ему Сьюзен.

— Он милый, — застенчиво вставила Вики, ее длинные волосы были собраны в хвост и перевязаны лентой.

— Да, — небрежно согласилась мать. — Чем бы вы хотели заняться в эти выходные? — Эта тема наверняка должна отвлечь их внимание от нового соседа.

— Может, мы все поедем поплавать? — предложила Вики.

Одинаковые карие глазенки радостно заблестели от предвкушения, и Сьюзен тут же осознала свою ошибку, но было уже слишком поздно. Однако у нее не было никакого желания проводить с Дейви Тэлботом времени больше, чем это необходимо; вести себя по-соседски — это одно, ничто другое ее не интересовало. Он оказался очень милым мужчиной и чрезвычайно привлекательным, этого нельзя отрицать, но у нее и так проблем по горло, не хватало еще ревности Присциллы Бердсон. Девчонка и так будет вне себя от ярости из-за того, что Дейви предпочел сегодня отужинать здесь, с ней! Сьюзен нисколько не сомневалась, что завтра ей придется испытать на своей шкуре все возможности остренького язычка этой девицы.

— Я так не думаю, Вики, — улыбнулась она, стараясь сгладить разочарование. — Мистер Тэлбот приехал работать, а не нас развлекать.

— Но он сказал…

— Вы сами попросили его, Эрик, — мягко осадила она сына. — У бедолаги не было другого выбора, как только сказать вам «да».

— Дейви сказал, что он любит купаться, — надулся Эрик.

— Его зовут мистер Тэлбот, — выговорила Сьюзен сыну. Надо же, как быстро дети начали называть писателя по имени, в то время как у нее до сих пор с этим проблема. — Любить купаться и взять нас с собой — это совершенно разные вещи.

— Но Дейви сказал…

— Он просто хотел проявить вежливость, Эрик. — Она взъерошила волосы сына и поднялась. — Мы вполне можем сами устроить пикник у реки. Как вам такой вариант?

Мальчишка никак не мог справиться со своим разочарованием, но стоило ей с Вики начать планировать день, как он тут же присоединился к ним. Бедный Эрик, он уже придумал себе героя. Следующие несколько недель будут не из легких.

— Сьюзен…

Она резко обернулась на этот мягкий вкрадчивый голос, поскольку за смехом и шутками не услышала, как Дейви Тэлбот поднялся по лестнице.

— Да? — нахмурилась она.

Он уперся руками о дверной косяк, полностью загородив выход, и сообщил:

— Тебя к телефону.

Сьюзен тут же упрекнула себя за подозрительность. Тэлбот конечно же не из обидчивых, просто они так хохотали, что не услышали телефонного звонка.

— Я посижу здесь, если ты хочешь поговорить внизу. — Он прошел в комнату, освобождая ей путь.

— Близнецы вполне могут остаться одни, — заверила она его.

— И все же тебе лучше поговорить без свидетелей.

Что-то в его голосе, в том, как он произнес «без свидетелей», заставило ее заподозрить неладное, краска бросилась ей в лицо, когда она поняла, что за таинственный собеседник ждет ее на проводе. Роберт! Это наверняка Роберт. Он уже несколько недель не объявлялся, и вот нате вам, пожалуйста! Надо же ему было позвонить именно сегодня, когда у нее в гостях Дейви Тэлбот. Теперь она поняла, почему Дейви не назвал ей его имени; Роберт знал, что дети уже спят, и звонил явно не для того, чтобы поболтать с Вики и Эриком.

— Я быстро, — заверила она его, по опыту зная, что разговоры с Робертом не затягиваются.

Дейви кивнул, присел на кровать Вики, и уже на лестнице Сьюзен услышала, как ее дети весело хихикают, довольные такой переменой ежедневной рутины. Зачем Роберту понадобилось звонить ей в такой час? Он никогда не набирал их номер, чтобы поговорить лично с ней, хотя они обычно перекидывались парочкой вежливых фраз перед тем, как трубка переходила к близнецам.

— Да? — настороженно произнесла Сьюзен, подойдя к телефону в холле.

— Что это за мужчина? — без всякого вступления насел на нее Роберт.

Она вспыхнула, поджала губы, но затем огрызнулась:

— Это не твое дело. — Ей и так было трудно соблюдать с ним правила хорошего тона, даже несмотря на то, что после развода уже столько лет прошло, а когда он сует нос в ее личную жизнь — и подавно. Роберт сам четыре года назад заявил ей, что она его не интересует.

— Еще как мое дело! — зло возразил он. — Я хочу знать, с кем общаются мои дети.

Она чуть дара речи не лишилась.

— То есть? — процедила Сьюзен сквозь зубы, заметив, как побелели костяшки ее пальцев, сжимающих трубку.

— А то и есть. До сих пор они не упоминали мне ни о каком «дяде», — фыркнул он. — Но я ждал этого со дня на день.

— Неужели?

— О да, — насмешливо бросил Роберт. — Не всегда ведь ты была холодной, словно рыба.

Сьюзен вспыхнула, прекрасно понимая, что он прав. Может, она была неопытна, когда они поженились, но Роберт в смысле интимных отношений оказался неплохим учителем, и она быстро освоила все прелести отношений между мужчиной и женщиной. Однако беременность положила этому конец. И именно с тех пор Роберт начал искать удовольствия на стороне.

— Не могу сказать, что за последние четыре года сохла по мужикам, — заявила Сьюзен. — А человек, ответивший на звонок, всего лишь друг.

— Кто такой?

— Роберт, ты ведь наверняка позвонил не за тем, чтобы расспросить меня о моих случайных знакомых, — нетерпеливо вздохнула она, не желая говорить с ним о Дейви Тэлботе и тем самым впутывать гостя в это дело.

— Насколько он случаен, вот что меня волнует, — обидно отозвался бывший муж.

Сьюзен судорожно вдохнула, пытаясь подавить в себе нарастающую волну гнева.

— Он гость твоего дядюшки, — зло бросила она. — Поселился в соседнем коттедже.

— А-а! — Гости дяди явно не представляли для Роберта никакого интереса. — Как там старик?

— Отлично.

— А Присцилла?

Сьюзен нахмурилась.

— Тоже хорошо, — рассеянно бросила она, стараясь угадать причину, по которой Роберт тянет время, не желая переходить к основному вопросу. Не для того же он звонит, чтобы справиться о дяде и двоюродной сестре! — Близнецы в постели… — поторопилась сообщить Сьюзен.

— Знаю, — оборвал он ее. — Я специально позвонил тебе, когда они уснут…

— Они были бы рады поговорить с тобой…

— …потому что не хотел, чтобы они болтались поблизости, если ты начнешь упираться, — закончил Роберт так, словно его и не прерывали.

Сьюзен замерла.

— Упираться насчет чего? — подозрительно поинтересовалась она.

— Дети уже четыре года в полном твоем распоряжении, и Бог тому свидетель, я не вмешивался в их воспитание, даже когда мы были вместе…

— Потому что тебе было наплевать! — припечатала Сьюзен.

— Может, и так, — неохотно признался он. — Но я не один такой на свете, многие мужчины не слишком интересуются младенцами, по крайней мере, не так, как женщины. Но Вики и Эрик подросли, и…

— Неужто заметил? — не утерпела она.

— Не будь злючкой, Сью, — раздраженно бросил он.

— Мне просто хочется узнать, насчет чего я не должна упираться. — На самом деле сказать, что этот вопрос волновал Сьюзен, — ничего не сказать. Ей вообще все это не нравилось.

Роберт немного помолчал.

— Я хочу получить детей на выходные, — выдал он наконец.

Теперь уже Сьюзен и в самом деле лишилась дара речи. Она ожидала всего, чего угодно, только не этого! Сьюзен никогда не ограничивала Роберта в общении с близнецами, дети должны знать своего отца и быть с ним в близких отношениях, но раньше Роберту и в голову не приходило взять детей к себе в Нью-Йорк. Он просто приезжал к ним сюда, в коттедж, но сам неизменно останавливался в особняке, с генералом и Присциллой.

— Почему, Роберт? — непроизвольно вырвалось у нее.

— А почему бы и нет? — занял он оборонительную позицию. — Я же их отец!

Ей потребовалось приложить немало усилий, чтобы прикусить язык и не ответить ему колкостью на это заявление. Она не солгала Дейви Тэлботу, когда говорила, что не жалеет о разрыве с этим человеком и разводе с ним, но во время беседы с Робертом с трудом сдерживала обиду, которую всегда чувствовала за близнецов, за то, что он совсем забросил их.

— И сколько продлятся эти выходные? — нерешительно поинтересовалась Сьюзен.

— Обычные субботу и воскресенье, — насмешливо хмыкнул он. — Я приеду вечером в пятницу, а утром в субботу мы уедем.

Сьюзен судорожно вдохнула, ей стало дурно от мысли о том, что она останется без близнецов пусть даже на столь короткий промежуток времени. Их троица слишком долго была неразлучной, она единолично отвечала за детей, и без них жизнь наверняка покажется ей пустой и бессмысленной, даже если они расстанутся всего на пару дней. Но надо быть справедливой и по отношению к Роберту, и по отношению к детям.

— Эти выходные исключаются, — заявила Сьюзен, обдумав все хорошенько. — У нас уже составлен свой план. Но если следующая неделя тебя устраивает, я уверена, близнецы будут рады поехать с тобой.

— Даже если ты не слишком жаждешь отпустить их, — догадался он о ее мыслях.

Сьюзен вздохнула. Она не могла винить Роберта за язвительность, слишком многое их связывало в прошлом, чтобы даже теперь, по прошествии стольких лет, они могли спокойно вести вежливую беседу. И так будет всегда, хоть она и старалась не подавать виду перед Вики и Эриком.

— Может, придешь к нам поужинать в пятницу вечером? — предложила Сьюзен. — Близнецы уже давно тебя не видели, это немного растопит лед.

— Я принимаю приглашение, Сью. — В голосе Роберта послышались резкие нотки. — Хоть и не считаю, что между мной и моими детьми есть какой-то там лед. Только не надо привязывать меня к определенному часу, приеду когда смогу.

Она уже давно привыкла к тому, что Роберт просто не в состоянии появиться вовремя. Ничего, приготовит что-нибудь подходящее.

— Как приедешь, так и приедешь, — согласилась Сьюзен. — Мы будем ждать.

Близнецы будут вне себя, когда узнают о том, что им предстоит провести целых два дня в компании их отца, и вряд ли ей вообще удастся их успокоить. Прочь эгоизм, надо приветствовать любые попытки Роберта сблизиться с ними и стать для них настоящим отцом. Если бы только она знала причину столь внезапной перемены, то была бы куда спокойнее. И если бы ей еще удалось перестать думать о плохом! Может, Роберту действительно захотелось узнать своих детей получше? Тогда откуда эта тяжесть в животе, почему ей кажется, что что-то в этом не так? Почему она ставит под вопрос необычное поведение Роберта вместо того, чтобы порадоваться за Вики и Эрика? Ведь…

— Проблемы?

Сьюзен резко развернулась и увидела, что Дейви Тэлбот стоит у лестницы и, прищурившись, наблюдает за ней. За время разговора с Робертом гость совершенно вылетел у нее из головы!

Глава 3

Она стояла и молчала, словно воды в рот набрала. Дейви двинулся к ней с неподдельной тревогой на лице.

— Все в порядке? — бросил он пробный шар.

Сьюзен расправила плечи и выдавила улыбку.

— Все отлично, — беззаботно откликнулась она и сообщила, прекрасно понимая, что он уже сам догадался: — Это Роберт звонил.

— И чего он хотел?

Сьюзен резко повернула голову, уловив в его голосе вызывающие нотки.

— Мне кажется…

— Извини. — Улыбка тотчас осветила его непозволительно красивое лицо. — Любопытство снова взяло надо мной верх, — беспечно пояснил Дейви.

Сьюзен совершенно не убедил этот бойкий ответ на ее возмущение, хотя придумать иной причины для его интереса к ее разговору с Робертом она была не в состоянии. Наверное, просто у нее на лице написано, что она расстроена, вот Дейви и проявляет вежливость.

— Эй, может, мне лучше уйти?..

— Нет, — оборвала она его, осознав, что гостеприимные хозяйки так себя не ведут. — Бренди у меня нет, но еще осталось немного вина, того, что мы пили за ужином… — Она вопросительно посмотрела на него.

— Еще одна чашечка кофе вполне сгодится, — улыбнулся Дейви, принимая ее предложение.

Сьюзен кивнула и направилась на кухню. Она понятия не имела, как долго Дейви стоял на лестнице у нее за спиной и сколько услышал из ее разговора с бывшим мужем. Привычно передвигаясь по кухне, Сьюзен попыталась припомнить, что она говорила Роберту, — и не смогла.

Не то чтобы это действительно имело какое-то значение, но Дейви Тэлботу каким-то образом удалось за один вечер выведать практически все, что можно, включая крушение ее брака и личность его бывшего мужа. Если задуматься, она слишком много выложила ему для первого раза!

— Кстати, близнецы заснули, — с улыбкой известил он ее, когда они снова уселись в гостиной друг напротив друга.

— Как тебе это удалось? — удивилась Сьюзен. Она была уверена, что дети слишком взбудоражены появлением нового знакомого и не смогут заснуть еще несколько часов.

Он пожал плечами:

— Все дело в моем голосе.

Сьюзен не сводила с него озадаченного взгляда, не в силах поверить, что этот очаровательный голос способен усыпить кого бы то ни было.

— У моего брата тоже двое ребятишек, — пояснил Дейви. — Усыпить их — дело техники, но я обнаружил, что обладаю этой способностью, когда они были еще совсем маленькими. Сперва мне было очень обидно, пока Руфь, моя невестка, не объяснила мне, что это просто дар Господень. Она, бывало, поднимала меня среди ночи, когда была не в состоянии сама успокоить разбушевавшегося младенца…

— Буду иметь в виду, — сухо отреагировала Сьюзен, задумчиво потягивая кофе.

— Тебе лучше?

— Хм? — нахмурилась она.

Голубые глаза уловили легкий румянец на ее щеках и настороженный взгляд.

— Ты была расстроена, когда положила трубку, — заявил он без обиняков.

— Тебе показалось, — напустила она на себя беззаботный вид. — Звонок удивил меня, только и всего.

— Правда?

— Правда, Дейви. Мне кажется…

— Мне тоже. — Он резко поднялся с кресла. — Я точно сую нос не в свое дело. — Тэлбот удрученно потряс головой. — Просто ты выглядишь чертовски молоденькой для таких проблем. Сегодня утром я решил, что тебе не больше шестнадцати, а вечером узнал, что ты взрослая женщина с двумя детьми на руках. Сколько времени прошло с тех пор, как кто-нибудь заботился о тебе?

Поведение гостя поставило Сьюзен в тупик.

— Думаю, никто никогда обо мне не заботился, — медленно проговорила она. — Моим родителям ребенок был не слишком нужен, их брак и так можно считать самодостаточным. Меня передавали от няни к няне. А когда я вышла за Роберта против их воли, они отреклись от меня, сказали, что я пустила псу под хвост дорогостоящее образование, которое они мне дали. — Сьюзен тяжело вздохнула. — Наверное, они были правы. Но с близнецами я наверстала многое, чего недополучила в детстве. И до сих пор на судьбу не жаловалась, — горячо заверила она его.

— Даже по поводу Роберта?

— Даже по этому поводу, потому что без Роберта у меня не было бы близнецов.

— Это правда, — сдержанно согласился с ней Дейви. — Ну ладно, мне пора… Полагаю, на сегодня уже хватит совать свой нос, куда не просят.

Он был настолько очарователен, что Сьюзен даже обидеться на него не могла, но согласилась с тем, что ему уже пора уходить. Дейви Тэлбот оказался слишком приятным собеседником и слишком хорошим слушателем.

— Ты, наверное, устал, — поднялась она. — Мне стоило подумать об этом…

— Мне тридцать семь, Сью, — усмехнулся он, и в его глазах снова заблестели веселые искорки. — А не семьдесят семь. Несколько часов за рулем не могут меня убить.

— Я вовсе не то хотела сказать…

— Знаю, — хохотнул он. — Проводишь меня до дверей, а?

Она чувствовала себя намного лучше с вот таким Дейви — очаровательным и беззаботным. Уж лучше так, чем те неловкие вопросы, которыми он ее забрасывал.

— Вы обязательно должны заглянуть к нам еще разок до отъезда, — вежливо проговорила она уже у дверей.

— Надеюсь на это. — Его глаза сверкнули в ярком лунном свете. — Я знаю, что кое-кто будет сильно разочарован, если этого не случится.

— Близнецы, — кивнула она.

— Нет… я! — засмеялся он. — Я прекрасно провел этот вечер. Вы обязаны прийти ко мне, когда я немного устроюсь. Все втроем. Повар из меня — просто чудо.

— От скромности ты не умрешь!

— Никто еще не посмел упрекнуть меня в этом, — развеселился Дейви.

— Нисколько не сомневаюсь.

Внезапно наступила мертвая тишина, голубые глаза уставились на Сьюзен, и улыбка исчезла с ее лица. У нее перехватило дыхание, и женщина пыталась освободиться от этого напряженного взгляда, но потерпела поражение: сильные руки сомкнулись вокруг нее и притянули ее к мускулистой мужской груди. Его губы решительно коснулись ее губ, Дейви воспользовался своим превосходством и заточил ее в свои объятия, оторвав на несколько сантиметров от пола.

Сьюзен и не подозревала, что в этом ленивом теле таится столько силы и что эти руки способны захватить человека словно в тиски. Она почувствовала себя совершенно беспомощной, но больше всего ее беспокоило другое — собственная реакция на прикосновение теплых, нежных губ Дейви и поднявшаяся в ее груди волна чувственности. Руки Сьюзен непроизвольно ухватили Дейви за шею, когда он оторвал ее от земли, и теперь пальцы запутались в его золотых волосах… Похоже, она получила наслаждение от физического контакта с этим донельзя привлекательным мужчиной!

Дейви поднял голову и заглянул в ее сияющие глаза:

— Всегда приятно отблагодарить хозяйку таким образом.

Застывшее на ее лице мечтательное выражение тут же испарилось, она уперлась руками в его грудь, стараясь освободиться.

— Считай, что отблагодарил, — огрызнулась Сьюзен. — Уверена, Присцилла оценит твои усилия по достоинству.

Он нахмурился, крепко ухватив ее за талию. Уж очень ему не хотелось отпускать эту женщину от себя.

— Присцилла?..

Сьюзен кивнула.

— Когда ты пойдешь на ужин к ним. Ты ведь пойдешь, не так ли?

— Завтра. Но…

— Желаю приятно провести время. — Сьюзен окончательно высвободилась из его объятий и пробежала руками по бедрам, вытирая взмокшие ладони. — У генерала превосходный повар, да и компания куда более приятная. — Волна злости — и на себя, и на него — захлестнула ее с головой, и она не сумела скрыть это.

— Отлично. — Теперь уже он был мрачнее тучи. — Сьюзен…

— Мне пора, — резко оборвала она его. — А то свет мошек привлекает и все такое. — Это действительно было так, но оба прекрасно знали, что дело вовсе не в каких-то там мошках. — Спасибо за тюльпаны. Кстати, Присцилла предпочитает гвоздики, — съязвила она. — Розовые.

— Присцилла совсем еще ребенок…

— Меня ты принял за ребенка… всего несколько часов назад, — не преминула напомнить ему Сьюзен. — Но это не остановило тебя нынешним утром от заигрываний.

Дейви поджал губы, краска бросилась ему в лицо.

— Это же была просто безобидная шутка…

— Только не для шестнадцатилетней девчонки!

— Сью, ты видишь все не в том свете…

— Я уже два года в разводе, — напомнила она. — А тебе ли не знать, что одинокая женщина в подобных вещах видит гораздо больше, чем следовало бы!

— Да ты и сама в это не веришь, — вздохнул он. — Но мне в любом случае очень жаль, что мимолетный поцелуй вызвал такую сумятицу.

— Для меня или для тебя?

— Для обоих!

— Рекомендую испробовать свой шарм на Присцилле, мистер Тэлбот, — процедила Сьюзен. — Девица не скрывает своего пристрастия к мужчинам постарше и поопытнее.

— Благодарствую!

— Я — приверженец честности, — огрызнулась она.

— А я… сдержанности, — печально ухмыльнулся он, в его невообразимо голубых глазах снова загорелись искорки. — На сегодня хватит, больше не стану испытывать с тобой удачу, подожду пока.

Сьюзен удивленно уставилась на него — ей казалось, что она поставила его на место. Но когда Сьюзен оказалась наконец в постели, именно этот поцелуй, а не внезапный интерес Роберта к детям терзал ее, не давая долго заснуть.

Ничего удивительного, что после бессонной ночи Сьюзен, нажав на кнопку будильника, зазвонившего ровно в шесть тридцать, снова со стоном провалилась в тяжелый сон и очнулась, только когда Вики и Эрик принялись колошматить в ее дверь в начале восьмого. Сьюзен вскочила и словно угорелая принялась носиться по дому, пытаясь наверстать потерянное время, собрать близнецов в школу, развесить белье, накормить кота — а ведь ей еще предстояло привести себя в порядок! Слава богу, сегодня пятница, завтра можно будет поваляться в кровати до семи тридцати, даже до восьми, если повезет!

Само собой разумеется, Сьюзен не очень обрадовалась, когда без четверти девять раздался стук в дверь, ведь у нее ни минутки свободной не осталось, а в девять уже надо выходить из дома! Неужели молочник решил получить плату именно сегодня? Обычно он приходил за деньгами в субботу утром.

Но на пороге стоял вовсе не молочник. Дейви Тэлбот, выпучив глаза, с неприкрытым интересом уставился в вырез ее халата, и Сьюзен поплотнее закуталась в него, пытаясь скрыть поношенную сорочку.

— Я думала, это молочник, — ляпнула она, не придумав ничего более подходящего.

— Правда?

В этот самый момент Сьюзен внезапно поняла всю нелепость сложившейся ситуации и захихикала, словно малолетняя школьница.

— Входи, — пригласила Сьюзен гостя, когда немного пришла в себя. — Пока соседи не подумали ничего такого. — И теперь они развеселились уже оба.

События прошлой ночи на мгновение вылетели из ее головы.

— Один уже подумал, — осклабился Дейви, направляясь за ней в кухню.

— Хулиган! — протянула она. — Чем могу помочь? Как видишь, я еще не одета. — Рядом с его простой, но явно дорогой ярко-синей рубашкой и серыми брюками Сьюзен и в самом деле чувствовала себя неодетой. — А мне уже выходить пора через… — она бросила взгляд на настенные часы, — двадцать минут…

— Проспала сегодня, я угадал? — приподнял он светлые брови.

Казалось, Дейви заполнил собой всю кухню.

— Скажи что-нибудь новенькое, — зыркнула она на него.

— У тебя халатик распахнулся.

Сьюзен испуганно вдохнула и глянула вниз, но халатик был в порядке, и поясок на месте. Она с упреком посмотрела на неожиданного гостя и заметила в его глазах порочный огонек удовлетворения.

— Но привлечь твое внимание мне все же удалось, не так ли? — бесцеремонно ухмыльнулся он.

— Мое внимание в твоем полном распоряжении… на целых две минуты. Потом я выкину тебя вон, — предупредила Сьюзен.

— Интересно будет поглядеть.

— Думаешь, я не способна сделать это? — с вызовом промурлыкала она.

— Прошу тебя, — поднял руки Дейви. — Я пришел сюда обрести мир и покой, а не затевать очередную ссору.

— А мы что, поссорились? — приподняла она рыжие брови.

— Одним словом, помогать ты мне не собираешься, — покачал он головой.

— В чем? — невинно округлила она глаза.

— Сдаюсь! — уныло улыбнулся он. — Я просто хотел сказать, что сожалею насчет вчерашнего, я только позже понял, что действовал слишком поспешно для первого раза.

Сьюзен вспыхнула, услышав его последние слова, словно этот раз был далеко не последний и впереди у них еще много вечеров. Посмотрим, как он запоет, когда Присцилла запустит в него свои коготки. Но она быстро взяла себя в руки.

— Спасибо, что заглянул. — Сьюзен проводила Дейви до двери и вздохнула с облегчением.

— Не за что, — пожал он плечами. — И, Сью…

— Да? — вопросительно посмотрела она на него.

В его синих глазах загорелись дьявольские огоньки.

— Какие, ты говоришь, цветы предпочитает Присцилла?

Она невольно улыбнулась. Этот мужчина просто невыносим!

— Розовые гвоздики, — расхохоталась Сьюзен. — Сам ведь знаешь.

— Сам знаю, — ухмыльнулся Дейви. — Увидимся! — бросил он на прощание и направился через лужайку к соседнему коттеджу.

— Надеюсь, не слишком скоро, — пробормотала она себе под нос. У нее и так хлопот полон рот, не хватало еще каждые десять минут схлестываться в словесной битве с необузданным Дейви Тэлботом!

Но Сьюзен зря надеялась, что он оставит ее в покое. Похоже, у него вошло в привычку будоражить неспешное течение ее жизни. В этом ей пришлось убедиться тем же утром, когда Присцилла вошла в ее офис.

— Как прошел вчерашний вечер? — перешла она прямо к делу, и по ее снисходительному тону было понятно, что Присцилла не сомневается — их ужин потерпел полный провал.

Сьюзен обреченно вздохнула. Она все утро ожидала появления Присциллы, но девица выбрала именно тот момент, когда ей нужно было переключить все свое внимание на работу — Сьюзен как раз начисляла сотрудникам зарплату.

— Отлично, спасибо, — попыталась отделаться она от не в меру любопытной собеседницы.

Присцилла поджала губы.

— Уверена, что Дейви чуть не свихнулся от скуки, — пренебрежительно скривилась она.

Сьюзен напряглась, хотя в поведении хозяйской дочки не было ничего удивительного; как она и ожидала, Присцилла пришла в ярость из-за того, что Дейви отказался отужинать с ними и предпочел ее общество!

— Что-то не похоже, — пожала Сьюзен плечами.

— Просто он слишком вежливый, чтобы показать тебе это. — Присцилла с жалостью посмотрела на свою невестку.

— Почему бы тебе не спросить у него самого, — раздраженно вздохнула Сьюзен, будучи не в настроении отбиваться от нападок девушки. — Когда увидишься с ним сегодня вечером.

— Сегодня вечером я не собираюсь обсуждать с ним тебя, как, впрочем, и твоих отпрысков, — высокомерно заявила Присцилла. — Достаточно того, что ты оказалась настолько бестактной, что поставила папиного гостя в неловкое положение.

Сьюзен вспыхнула:

— Я уже объясняла тебе…

— Знаю, — буркнула Присцилла. — Но папа будет весьма признателен тебе, если впредь ты не станешь вмешиваться в это дело подобным образом.

Сьюзен нисколько не сомневалась, что девушка выдает свои желания за папины. Присцилле конечно же не хотелось, чтобы Сьюзен общалась с Дейви Тэлботом, которого она откровенно вознамерилась заполучить себе в любовники. Не то чтобы она винила за это Присциллу, Дейви — мужчина чрезвычайно привлекательный. Но у нее было такое чувство, что Дейви из тех, кто предпочитает выбирать женщин самостоятельно. Дейви охотник, а не дичь.

— Посмотри на это с другой стороны, Присцилла, — посоветовала Сьюзен. — Теперь у тебя, по крайней мере, будет время сходить к парикмахеру и сделать прическу.

Идеально очерченные губки поджались и превратились в тонкую линию.

— У меня действительно сегодня запланирован визит к парикмахеру, — надулась Присцилла, признавая ее правоту. — Ну и как там эти маленькие монстры, хорошо себя вчера вели?

— Они не монстры, — огрызнулась Сьюзен. — И они прекрасно себя вели.

— Не надо так обижаться, — усмехнулась девица. — От них всего можно ожидать, я ничему не удивилась бы.

— Тогда ты не удивишься, если я скажу, что они вели себя идеально!

На губах Присциллы заиграла довольная улыбка — ей снова удалось вывести Сьюзен из себя.

— Да, кстати, твой муж…

— Бывший муж, — поправила ее Сьюзен.

— «Бывший муж», — передразнила ее Присцилла. — Он звонил папе сегодня утром и напросился на ночь в следующую пятницу.

— Да.

— Ты не удивлена?

— Нет, — заверила ее Сьюзен.

— Не понимаю, почему он не может остановиться в коттедже?..

— Потому что у нас всего две спальни!

— И что с того?

— А то, что им будет тесно втроем в детской, — процедила она сквозь зубы.

— Сьюзен, милая, какая же ты старомодная! Неужели ты не знаешь, что в наше время все спят со своими бывшими? — лениво протянула Присцилла.

— Я не все, — отрезала Сьюзен.

— Конечно, ты не все. — Девица явно хотела, чтобы фраза прозвучала обидно, и ей это удалось. — Что это, очередной ежеквартальный визит? — фыркнула она.

Пальцы Сьюзен, сжимающие ручку, побелели.

— У него спроси.

— Непременно спрошу, — натянуто улыбнулась Присцилла. — Нет ничего лучше, чем побеседовать по душам со своим ненаглядным кузеном.

Не секрет, что Роберт и Присцилла ссорились при каждой встрече, и Сьюзен нисколько не сомневалась, что девушка не упустит случая поиздеваться над кузеном, выпытывая причину его визита.

— Это все, Присцилла? — вздохнула она. — Мне надо закончить начисления.

Девушка раздраженно поджала губы.

— Я заглянула к тебе сообщить, что папа хочет видеть тебя в своем кабинете, как только у тебя появится свободная минутка.

И устроить допрос по поводу вечера с Дейви! Да уж, это в духе Присциллы.

— Я сейчас, — кивнула Сьюзен. — Надеюсь, ничего серьезного? — нахмурилась она, раздумывая над тем, не имеет ли это отношения к предстоящему визиту Роберта.

— Почему бы тебе не спросить у него самого, — мстительно передразнила ее Присцилла, явно наслаждаясь ее тревогой.

О, придет день!.. Сьюзен уже не впервые говорила это после так называемых разговоров с Присциллой, но ей казалось, что этот день действительно не за горами. Но когда он настанет, она может оказаться на улице, без дома и без работы. Черт бы побрал эту девицу! Ну почему она не переберется в Нью-Йорк насовсем, почему только на выходные туда уезжает?! Жизнь текла гораздо спокойнее, пока Присцилла не вернулась домой.

Ладно, пора идти к генералу. Сьюзен прекрасно знала, что на его языке «как только появится свободная минутка» означает «немедленно». Она постучала в соседнюю дверь и вошла. Однако в кабинете оказался только Дейви Тэлбот, который стоял у окна и созерцал окружавшие дом шикарные сады.

— Привет! — развернулся он к ней.

— Привет, — сдержанно поздоровалась она, оглядываясь в поисках хозяина кабинета.

— Он вышел на минуточку, — пояснил Дейви, — похоже, проблемы в сувенирной лавке.

— А! — Ей было немного неловко просто стоять посреди кабинета, она не ожидала увидеть здесь Дейви, а потому его присутствие смутило ее. — Может, мне лучше потом зайти?

— Нет. — Дейви взял ее за руку чуть выше локтя. — Он быстро.

— Но ему вряд ли понравится, что я прерываю вашу беседу…

— Напротив, — насмешливо протянул Дейви, отпустив ее и засунув руки в карманы брюк. — На самом деле мы как раз говорили о тебе.

— Обо мне? — изумилась Сьюзен.

— Оставь этот удивленный вид. Вообще-то мы обсуждали секретаря генерала…

— Но это и есть я…

— …и то, что она может помочь мне в исследованиях, — выразительно закончил он.

— Я? — еще больше насупилась Сьюзен.

— Ты повторяешься, — поддел он ее.

Она вспыхнула.

— Не понимаю, каким образом я могу помочь тебе в твоих исследованиях. Твои книги — сплошь кровь да выстрелы, не так ли? — поморщилась Сьюзен от отвращения.

— Никогда не слышал подобной характеристики. — На этот раз чувство юмора изменило ему, и он нахмурился.

— В таком случае пора уже!

— Может быть, — огрызнулся он на ее критику. — Но в данном случае меня интересуют чисто исторические факты. Обычно я все делаю сам…

— Тогда чем этот раз отличается от остальных? — Ей совсем не понравилось, что они с генералом все за нее решили; а у нее и так полно работы и в качестве секретаря, и в качестве гида.

Он пожал плечами, обтянутыми ярко-синей рубашкой:

— Это идея Генри…

Генри! Дейви уже называет старика по имени; а она, между прочим, знакома с дядей Роберта уже целых шесть лет и до сих пор зовет его генералом!

— …пока мы после полудня будем вести с ним беседы, ты могла бы подбирать для меня материал. — Похоже, Дейви понятия не имел, какие мысли блуждают у нее в голове, и продолжил как ни в чем не бывало: — Но если ты против…

Они оба прекрасно знали, что она против!

— Речь не об этом, — натянуто произнесла Сьюзен. — Просто после обеда у меня совсем другая работа.

— Ах да, — кивнул он. — Водить по поместью любопытствующую публику. Генри уверен, что Присцилла вполне могла бы заменить тебя на пару недель.

Это совсем другое дело! Она с удовольствием посмотрела бы на лицо Присциллы, когда той сообщат эту новость! Но мысль о том, что ей придется работать с и на Дейви Тэлбота, лишала эту идею заманчивости.

— Он уже известил Присциллу? — поинтересовалась Сьюзен.

— Нет еще. Генри не хотел предпринимать никаких шагов до разговора с тобой.

— Хочешь сказать, у меня есть выбор?

— У всех есть выбор, Сью, — спокойно произнес он.

У нее было такое чувство, что эти слова относились вовсе не к исследовательской работе. Но к чему именно, она, хоть убей, понятия не имела!

— Присцилла не слишком обрадуется, — уверенно заявила Сьюзен.

Дейви лениво пожал плечами:

— Судя по словам Генри, ей все равно нечем больше заняться.

Сьюзен, не удержавшись, расхохоталась:

— Да она и не хочет ничем заниматься!

— И ей не скучно?

— Понятия не имею, не настолько мы с ней близки, чтобы обсуждать подобные вещи, — усмехнулась она, будучи уверена на все сто, что Присцилла никогда не скучает, хотя она и книгу-то в руки редко берет, предпочитая более легкие способы развлечения. — А почему ты не попросишь ее помочь тебе с исследованиями? — неожиданно выдала Сьюзен, словно ее сам черт за язык дернул.

Дейви тут же уловил насмешливые нотки в ее голосе.

— Генри заверил меня, что его дочь ничего сложнее женских журналов в жизни не читала.

— Все зависит от автора, тебе так не кажется?

Он улыбнулся, и в голубых глазах запрыгали смешинки.

— Как бы мне хотелось, чтобы твоя похвала шла от сердца!

— А ты думаешь, что это не так? — изобразила она удивление.

— Я не думаю, я знаю, — хохотнул Дейви. — Однако…

— Прошу прощения. — В кабинет вошел генерал, маленький пухленький краснощекий человечек с седыми волосами. Ухоженные усы, несомненно, добавляли ему шарма, а в бледно-голубых глазах светилась проницательность. Такой человек наверняка сохранит поместье и для Присциллы, и для ее детей, если она сподобится произвести таковых на свет. — А, Сьюзен! — улыбнулся он. — Надеюсь, ты не заставила нашего гостя скучать?

Она бросила взгляд в сторону улыбающегося Дейви Тэлбота и сердито подумала, что он, похоже, всегда такой; для него вся жизнь — игра.

— Я старалась, — пробубнила Сьюзен.

— И тебе это удалось! — усмехнулся гость, словно прочитал ее мысли.

Генерал подозрительно посмотрел на нее, потом на него, как будто уловил подводные течения в этих обычных на первый взгляд вежливых фразах, но тут же пожал широкими плечами, отбросив свои догадки. Оба выглядели невинными ангелочками.

— Как тебе идея помочь Дейви, Сью? — перешел он к делу.

— Я не думаю, что действительно могу чем-то помочь…

— Не надо скромничать, Сьюзен, — вставил Дейви. — Генри сказал, что до замужества ты изучала историю.

Она с упреком глянула на старика, ей совсем не понравилось, что эти двое обсуждали ее за спиной у нее.

— Три месяца вряд ли можно назвать изучением, — не сумела скрыть она своего неудовольствия.

— Зато можно сказать, что тебя это интересует, — не сдавался Дейви.

— История, но не прославление ее неприятных страниц, — с вызовом заглянула Сьюзен в глубокие голубые озера.

— Тебя никто не просит писать роман, Сьюзен. Это сделаю я, — мягко напомнил он. — Все, что от тебя требуется, — это четко выписать из дневников генерала даты и факты.

Она не раз видела в библиотеке эти безразмерные тома, и у нее от них мурашки по спине бегали. Зачем подробно записывать страдания и боль других людей? Мысль о том, что придется читать их, привела ее в ужас. Генерал, конечно, человек добрый и понимающий, балует свою единственную дочку, но когда дело касалось войны, в которой он лично принимал участие, в нем сразу же просыпался человек старой закалки, за все прошедшие годы он умудрился не забыть ни одной битвы или кампании.

— Ты их читал? — поинтересовалась она у Дейви.

— Несколько месяцев назад, — кивнул он, глаза его превратились в узкие щелки, созерцающие ее побледневшее личико. — Генри любезно присылал их мне в Нью-Йорк.

— Сьюзен становится очень щепетильной, когда речь заходит о войне, — улыбнулся генерал.

— Это вполне понятно… в данных обстоятельствах. — Дейви по-прежнему не сводил с нее глаз.

— Обстоятельствах? — удивился генерал. — А, ты имеешь в виду скитания Роберта по миру, — догадался он. — Это совсем другое дело, старина. Мы делали историю, а Роберт только описывал ее.

— Может, ты предпочтешь отказаться, Сьюзен? — Дейви не обратил никакого внимания на снисходительно-безразличное отношение старика к ее чувствам. — Я уверен, что сумею выкроить время и сделать это самостоятельно, если ты…

— Чушь! — авторитарно заявил генерал. — Невозможно всю жизнь прятать голову в песок, будто ты страус какой-то, — отрезал он. — Пора уже вырасти из своего страха, Сью, — отдал он ей приказ. — Может, тогда твой муж вернется домой, где ему и место.

— Бывший муж, генерал, — замялась она, застенчиво глянув на Дейви из-под опущенных ресниц. — Мы с Робертом разведены.

— Я в развод не верю. — Старик потряс головой, как будто этим можно было разом аннулировать все разводы мира. — Брак — это на всю жизнь, его нельзя выкинуть на помойку, как ненужную вещь, которая перестала тебя устраивать.

Сама-то она была целиком и полностью согласна с генералом, но, к несчастью, Роберт придерживался другой точки зрения, а удержать брак на плаву в одиночку еще никому не удавалось.

— Я уверен, что ты рада его предстоящему визиту, что бы ты там ни говорила, — расцвел генерал.

На этот раз Сьюзен нарочно отвела взгляд от Дейви Тэлбота, хоть и почувствовала его живой интерес. В итоге он все же получил ответ на вчерашний вопрос, спасибо старику! Иногда ей казалось, что она живет как в аквариуме.

— Близнецы будут счастливы повидаться с ним. — Она предпочитала не распространяться по поводу собственного отношения к данному делу, ведь этот человек, что ни говори, приходится родственником ее бывшему мужу.

— Близнецы, ха! — хмыкнул генерал. — Нет ничего зазорного в том, чтобы признаться, что ты и сама будешь счастлива повидать его, — пожурил он ее.

После того, как Роберт обращался с ней в браке, Сьюзен нисколько не огорчилась бы, если бы вообще никогда больше его не увидела, но высказать это прямо в лицо его дяде она не могла.

— Уверена, что мы прекрасно проведем время, — увильнула Сьюзен, каждой клеточкой своего тела ощущая присутствие слушателя. — Когда вы хотите, чтобы я приступила к работе, мистер Тэлбот? — холодно поинтересовалась она, обернувшись к нему.

— В понедельник… если тебя это устраивает, Генри?

— Отлично, отлично, — просиял генерал.

Старика так и распирало от гордости. Как же, популярный писатель избрал его для одной из своих книг!

Глава 4

— Какого черта ты мне не сказала?

Не успела Сьюзен ответить на громовые удары в дверь, как Дейви ворвался в коттедж, молнией пронесся мимо хозяйки в гостиную, резко развернулся у незажженного камина и впился в нее полыхающим яростью взглядом. Сьюзен аж дара речи лишилась, но она была поражена не столько неадекватным поведением соседа, сколько его видом. В черном вечернем костюме и белоснежной рубашке он выглядел просто сногсшибательно. Даже у многоопытной Присциллы наверняка голова пошла кругом от этих обтянутых дорогой материей широких плеч, узкой талии, бедер и стройных длинных ног.

Но сейчас чувства Присциллы по отношению к этому мужчине волновали Сьюзен меньше всего. С чего это ему вдруг пришло в голову вламываться к ней в одиннадцать ночи, изрыгая огонь и пламень — вот что она хотела знать.

— Какого черта я не сказала тебе что? — прошипела Сьюзен. — У меня двое детей наверху спят, Или спали, — едко добавила она — прибытие его серебристо-серого «порше» тихим никак не назовешь, да и выход из машины тоже: он так саданул дверцей, что Сьюзен нисколько бы не удивилась, если бы та, не выдержав удара, отвалилась.

— Извини, — раздраженно огрызнулся он, но тон сбавил и теперь стоял перед ней, засунув руки в карманы брюк. — Почему ты не сказала мне насчет твоего бывшего мужа?

— Роберта? — дошло до нее наконец. Такое объяснение необычного поведения Дейва ей даже в голову прийти не могло! Если он хотел обсудить с ней предстоящий визит Роберта, о котором милостиво сообщил ему генерал, то почему он не заглянул к ней пораньше, вместо того чтобы врываться в коттедж среди ночи? Ответ, однако, был очевиден — близнецы еще не ложились, когда Дейви отбыл в своем «порше» на ужин в особняк, ведь сегодня пятница и можно вполне посидеть подольше. Но с чего он вообще решил, что это его дело, вот чего она никак не могла взять в толк.

— Какое ты имеешь право допрашивать меня по столь личному вопросу? — холодно бросила Сьюзен. — Визиты моего бывшего мужа к нашим детям тебя не касаются. А если ты считаешь, что вчерашний поцелуй дает тебе на это право, ты сильно ошибаешься! Я…

— О чем это ты? — бесцеремонно оборвал он ее. — Кто говорил об этом чертовом визите?

— Ты…

— Нет, — покачал он головой.

Она озадаченно посмотрела на него:

— Но ты только что…

— Я хотел знать, почему ты не подумала сообщить мне, что твой бывший муж приходится Генри племянником?

— О! — Она залилась краской, поняв, как глупо вела себя и какую чудовищную оплошность допустила. Само собой разумеется, для Дейви Тэлбота это был всего лишь обычный поцелуй, и он конечно же не видел в нем ничего особенного и уж тем более не считал, что теперь имеет полное право предъявлять ей какие бы то ни было претензии.

Дейви усмехнулся, догадавшись о причине ее смущения.

— Льстишь себе, да? — В его глазах засветилась прежняя улыбка.

— Я… ошиблась, — призналась она, потупив взор. Надо же быть настолько глупой! — Я не стала говорить о родственных связях Роберта и генерала, поскольку считала, что это не относится к делу.

— Еще как отнеслось, когда я начал с пеной у рта обзывать твоего мужа свиньей, поскольку он бросил тебя вот так, на произвол судьбы без средств к существованию!

Теперь настала очередь Сьюзен наслаждаться его неловкостью, и она расплылась в улыбке.

— Ты сказал ему это прямо в лицо?

— Сказал! — насупился он. — И нечего так ухмыляться, из-за этого я вполне мог лишиться благосклонности Генри и остаться без материала!

Эти слова мгновенно отрезвили Сьюзен.

— Я так не думаю, — покачала она головой. — Его хлебом не корми, дай покопаться в прошлом.

— Нельзя винить его и всех, похожих на него, за то, что Роберт с таким рвением гоняется за очередной сенсацией, — мягко заметил Дейви.

— А я и не виню, — отвернулась она от него. — Я не истеричка, знаешь ли, не важно, что думает по этому поводу сам генерал. Просто мне кажется, что о войне уже вполне достаточно написано и сказано.

— А тебе не кажется, что это весьма поспешное заявление, особенно если учесть, что ты понятия не имеешь, о чем будет мой новый роман? — беззлобно упрекнул он ее.

И снова ему удалось заставить ее почувствовать себя глупенькой непонятливой крошкой.

— Может быть, — повела она плечиком. — От всей души надеюсь, что мое упущение в отношении Роберта не поставило тебя в слишком неловкое положение.

— Неужели?

— Правда. — Она возмутилась его неверием в искренность ее чувств.

— Мне удалось сгладить углы.

Сьюзен нисколько не сомневалась в этом. Дейви способен выйти сухим из воды в любой ситуации, с его-то очарованием.

— Я не думала, что ты так рано вернешься, — решила перевести она разговор и поморщилась, увидев, что на его лице заиграла насмешливая улыбка. — Если я вообще об этом думала, — добавила Сьюзен, но было слишком поздно — она уже выдала свой интерес к его передвижениям.

Дейви скрестил руки на груди.

— Ты думала об этом, признайся!

— И кто тут себе льстит, а? — протянула она.

Его губы еще шире растянулись в улыбке, и Сьюзен с облегчением поняла, что он не из тех людей, кто привык дуться часами.

— У тебя кофе не найдется? — с надеждой заглянул он ей в глаза.

— Неужели Присцилла не напоила тебя? — уколола она его.

— Ревнуешь?

— Не смеши меня, — поспешно выпалила Сьюзен, недоумевая, отчего этот мужчина с таким упорством пытается заигрывать с ней, когда она постоянно отклоняет его ухаживания — и словами, и поступками.

— Выдаю желаемое за действительное, — фыркнул он. — Кстати, ты не ответила на мой вопрос насчет кофе.

— Как насчет растворимого? — неохотно предложила Сьюзен.

— Отлично.

Он прошел за ней на кухню и признался:

— Я его галлонами глотаю, когда пишу.

Сьюзен обернулась и удивленно посмотрела на него:

— А разве ты сейчас не пишешь?

— Еще несколько месяцев за стол не сяду, — покачал головой Дейви. — Я пишу по роману в год, но сначала провожу всесторонние исследования и собираю материал.

Сьюзен поджала губы, припомнив, что она призвана помочь ему в этом.

— Вы уже сообщили Присцилле, что ей придется водить туристов? — поинтересовалась она.

— Не понимаю, чего ты так переживала? — демонстративно пожал он плечами. — Она нормально отреагировала.

Еще бы! В присутствии такого мужчины Присцилла не позволила бы себе капризничать, но Сьюзен нисколько не сомневалась, что после выходных ей много чего придется выслушать от этой девицы.

— Особенно если не брать во внимание, как она скрежетала зубами, — весело добавил Дейви.

Сьюзен удивленно глянула на него и расхохоталась. Этот смех растопил остававшееся между ними небольшое напряжение. Они взяли свои чашки и, не сговариваясь, направились в гостиную, сели рядышком на софе.

— Мисс Бердсон не из тех девушек, которым нравится, когда им указывают, что делать, — промурлыкал Дейви.

— Но она из тех, кто умеет скрывать свои эмоции.

— Думаю, мы застали ее врасплох.

— Как ты меня только что! — припомнила Сьюзен, и настроение у нее тут же упало.

— У тебя на лице было написано еще больше, чем у Присциллы.

— Я не старалась ничего скрыть!

— Знаю. — Он отхлебнул кофе. — Во сколько завтра за вами заехать?

— Я по субботам не работаю.

— Я не о работе веду речь. Господи, да ты умудряешься всякий раз меня неправильно понять!

Он стянул с себя пиджак и бросил его на ручку соседнего кресла, оставшись в одной рубашке, выгодно очерчивающей каждый мускул его сильного тела. Галстук-бабочка полетел следом за пиджаком. Дейви с облегчением вздохнул и расстегнул три верхние пуговицы рубашки. На фоне загорелой кожи курчавые волоски на груди казались золотыми.

— Хорошо как! — Он положил руку на спинку софы и развернулся к Сьюзен. — Так, о чем это мы? — задумался Дейви. — Ах да! — Морщины на его лбу разгладились. — Насчет завтра. Разве ты забыла, что мы едем купаться?

Она и хотела бы забыть это сделанное вскользь предложение, но Вики и Эрик постоянно напоминали ей об этом.

— Не думай, что ты обязан везти нас, — поспешила заверить она его. — Близнецы и в самом деле загнали тебя в угол.

— При этом я легко бы выбрался из него, если бы захотел. Не стоит заблуждаться насчет добродушного господина, каким я кажусь на первый взгляд, — осклабился Дейви. — Еще никому и никогда не удавалось заставить меня сделать то, чего я не желаю, ни силой, ни обманом.

В это она как раз могла легко поверить. Сьюзен уже имела случай убедиться, что под беспечной очаровательной улыбкой кроется стальной характер. Этот человек знает, как добиться своего.

— Жаждешь попробовать остановить меня и не дать мне сделать то, чего мне так отчаянно хочется?

Сьюзен резко подняла голову, услышав, как сел его голос, и внезапно потонула в голубых озерах его глаз.

— Это зависит от того, чего ты хочешь, — с трудом выдавила она.

— Поцеловать тебя.

Сьюзен знала ответ еще до того, как задала свой вопрос, просто ей хотелось оттянуть этот момент.

— А я могу остановить тебя? — обреченно пробормотала она.

— Нет. — Его лицо внезапно вышло из фокуса, он наклонился над ней и властно накрыл ее губы своими губами.

Его поцелуи оказали на нее такое же влияние, как и накануне, — Сьюзен потеряла над собой контроль! Но на этот раз Дейви не собирался довольствоваться одним коротким поцелуйчиком. Нет, он проник в теплые глубины ее рта, руки обхватили ее словно клещами и держали так, пока он не почувствовал, что ее сопротивление пало. Тогда он нежно коснулся ее губ, впитывая божественный нектар, а одна рука скользнула вниз и обхватила ее полную грудь. Тело Сьюзен таяло от его прикосновений, сквозь тоненькую рубашку и кружевной лифчик она чувствовала исходившее от него тепло, и вот ее сосок сжался под его нежной ладонью, и она застонала, почувствовав, как его пальцы обхватили его.

— Я хотел этого с того самого момента, как увидел тебя, — жарко прошептал он ей в шею, расстегивая верхние пуговицы ее рубашки и высвобождая ее разгоряченную грудь. — Сьюзен, ты тоже этого хочешь?

Чего она хочет? Этого горячечного возбуждения, его страстных поцелуев, его чувственных ласк? Да, ей очень этого хотелось, но ничего иного, кроме ласк; ведь она же только вчера с ним познакомилась!

Не успела Сьюзен подумать об этом, как поймала себя на том, что отталкивает его, понятия не имея, насколько она была хороша в этот момент. Подернутые дымкой карие глаза взглянули на Дейви. Она вела себя с этим незнакомцем словно распутница, и…

— Эй! — позвал он ее, когда напряжение немного спало. — Ведь ничего не случилось, — попытался успокоить он бледную словно полотно Сьюзен.

Да, действительно, ничего не случилось, но не случилось на деле, а не в ее голове! Господи, как же ей хотелось этого, никогда в жизни ее не обуревала такая безудержная страсть, Сьюзен трясло от неудовлетворенного желания!

— С Присциллой тебе больше повезло? — зло огрызнулась она.

С виду ничего вроде бы не изменилось, и только потяжелевший взгляд голубых глаз выдал поднявшуюся у него в душе волну ярости.

— Присцилла — очень дружелюбная девушка, — протянул Дейви.

— Наслышана уже. — Сьюзен отодвинулась от него и теперь сидела на самом краешке софы, застегивая пуговицы своей рубашки. Длинные пальцы осторожно убрали ее волосы с пульсирующего виска, и Сьюзен вздрогнула от этого неожиданного прикосновения.

— Я слишком стар для нее, Сьюзен, — прохрипел Дейви. — И для тебя тоже, да?

— Это же смешно! — насупилась она.

— Тринадцать лет, — пожал он плечами. — Между нами почти целое поколение.

— Твой возраст не имеет никакого отношения к… к… Твой возраст совершенно не важен, — нашлась она наконец.

— Но то, что я давлю на тебя, — важно. — Он поднялся, движения плавные, как у кота. — Я не собирался приходить сюда сегодня, а уж тем более расстраивать тебя. — Он натянул пиджак и сунул бабочку в карман. — Спишем это на то, что я не могу удержаться, мои руки так и тянутся к тебе!

Ее щеки загорелись огнем.

— Можно подумать, ты сильно старался! — Она попыталась обратить все в шутку. Разговор принял слишком серьезный оборот, и она уже не справлялась с ним.

Он судорожно вдохнул, не сводя с нее взгляда.

— А надо?

— Не уверена, — честно призналась она.

— Ты все еще любишь его, в этом дело?

— Роберта?

— Ну, до сих пор никакого другого «его» ты не упоминала!

Сьюзен тяжело вздохнула.

— Роберт был и есть единственный «он» в моей жизни. — «До этого момента», — добавила она про себя.

— Значит, ты действительно до сих пор его любишь, — категорично заявил Дейви без единой эмоции на лице.

Она всегда считала, что не обязана объясняться с кем бы то ни было по поводу своего брака, и теперь вроде бы ее мнение не изменилось, но этому человеку было важно узнать правду. И для нее, как ни странно, тоже стало важно рассказать ему обо всем.

— Когда я выходила за Роберта, у меня глаза от счастья светились, я была влюблена в саму любовь, — задумчиво начала она. — Но не прошло и нескольких месяцев, как наш брак начал разваливаться, и когда это произошло, я винила Роберта, его работу, то, что его постоянно не было дома, что он часть того мира, к которому я не могла, да и не хотела принадлежать. Я обвиняла его в том, что не нужна ему, что он думает только о своей работе… пока не поняла, что все это не так, что это он мне не нужен. — В глазах ее плескалась боль. Она призналась Дейви в том, в чем долго не решалась признаться самой себе после разрыва с Робертом. — Я ведь рассказывала тебе о моих родителях, про то, что я была лишней в их браке? Одним словом, я всю жизнь искала человека, который нуждался бы во мне и который любил бы меня, и я считала, что Роберт и есть этот человек. — Она пожала плечами. — Может статься, если бы я не забеременела близнецами, наш брак продлился бы неопределенное время, я была бы по-прежнему влюблена в любовь, а у Роберта всегда была бы под рукой женщина, стоило только вернуться домой. Но в близнецах Роберт не нуждался, он даже… — Ее передернуло, когда она вспомнила, как Роберт предлагал ей избавиться от растущих у нее внутри крохотных комочков. — Ну, в общем, он из тех мужчин, которых дети не интересуют, — выкрутилась Сьюзен, но по прищуренным голубым глазам своего гостя поняла — он догадался о том, что она хотела ему сказать. — Я не виню его за это. По крайней мере, с тех пор, как поняла — это то, чего я на самом деле хотела. Теперь у меня есть целых два человечка, которые любят меня и нуждаются во мне.

— И Роберт стал тебе не нужен? — поторопил ее Дейви.

— Его не стало в нашей жизни, так что и нуждаться не в ком, — с болью в голосе призналась она. — Официально он, конечно, по-прежнему числился с нами, но на деле я иногда по нескольку месяцев его не видела. Мы жили здесь, а он снимал квартиру в Нью-Йорке. Дважды, когда я… когда я звонила ему, трубку поднимала какая-то женщина, всякий раз новая, и когда я сказала одной из них, что я миссис Уолли, она решила, что я мать Роберта! Роберт явно забыл упомянуть, что он женатый мужчина, а я не стала просвещать его подружек. Наш с Робертом брак был ошибкой… слава богу, у нас хватило ума не держаться друг за друга!

— Значит, ты его не любишь?

— Нет, — твердо заявила она.

— Но с тех пор в твоей жизни не было другого мужчины?

— Нет, — вспыхнула Сьюзен.

— Потому что тебе по-прежнему никто не нужен, так? — Глаза его снова превратились в узкие щелки.

— Ты ведь знаешь, я ответила на твои…

— Я не об этом, Сьюзен, и ты прекрасно это понимаешь. — Дейви снова присел рядом с ней и поправил ее растрепавшиеся волосы. — Я уверен, что в физическом плане могу заставить тебя принять меня…

— Ты…

— Прошу тебя, Сью, позволь мне закончить. — Он не дал ей выплеснуть на него свое возмущение. — Я не мальчик и знаю, что могу сделать так, что ты захочешь меня. Но мне нужно гораздо больше…

— Это через пару дней-то? — фыркнула она, изо всех сил стараясь отмахнуться от чувств более глубоких, чем страсть.

— Через пару минут, — поправил он ее.

Она сглотнула, услышав в его голосе категоричные нотки.

— Ты прав, Дейви, мне никто не нужен, — брякнула Сьюзен.

— А если этот кто-то силой проложит путь в твою жизнь?

Сьюзен покачала головой:

— Я не думаю, что ему… тебе удастся сделать это.

— Ладно, милая леди. — Морщины на его лбу разгладились, и Дейви улыбнулся. — На сегодня хватит, думаю, я дал тебе достаточно пищи для размышлений, — удовлетворенно улыбнулся он.

И Дейви прекрасно знал, что это правда! Вот уже вторую ночь подряд Сьюзен не могла заснуть, будучи не в состоянии выбросить из головы этого мужчину, который сводил ее с ума. Она никак не могла понять, что ему надо от нее. Физическая близость — определенно да, хотя ему вроде бы этого мало, он хочет вовлечь в эту игру не только ее тело, но и чувства. Однако после стольких лет воздержания Сьюзен не могла дать ему ни того ни другого!

— Но ведь это не дорога к бассейну! — Она озадаченно посмотрела на Дейви, когда он направил машину в противоположную от города сторону.

— Точно, — кивнул тот, признавая, что прекрасно знает, куда держит путь. Он спокойно и уверенно вел свой «порше» вперед.

Дейви постучал в их дверь пятнадцать минут назад, опоздав на каких-то пару минут, солнечные лучики запутались в его длинных золотистых волосах, рубашка цвета морской волны придавала глазам тот же оттенок, поношенные джинсы с заниженной талией давно выцвели, но сидели как влитые. Сьюзен без слов поняла, что он пришел отвезти их купаться, а поскольку близнецы прыгали вокруг них от счастья, отказаться она просто не могла.

Хотя ей очень не хотелось ехать с ним. После вчерашнего вечера она решила держать с Дейви Тэлботом дистанцию. Он ждал от нее отношений, к которым она не была готова, требовал от нее проявления чувств, которые она боялась подарить ему. Сьюзен прекрасно понимала, что будет страдать, когда он уедет из поместья и навсегда забудет и про нее, и про близнецов.

Но Вики и Эрик так радовались предстоящей поездке, что Сьюзен не нашла в себе сил лишить их этого удовольствия. Они и теперь никак не могли угомониться, прыгали и вертелись на заднем сиденье рядом с корзиной для пикника, которую Сьюзен приготовила для поездки на реку, куда они собирались до появления Дейви.

Сьюзен еще больше нахмурилась, когда увидела, что Дейви влился в поток машин на автостраде.

— Я думала, что мы едем купаться.

— Так и есть, — кивнул он.

— Куда?

— На побережье.

Ее удивленный возглас потонул в восторженном визге Вики и Эрика. Ближайший пляж на побережье находился в пятидесяти милях от дома, и с прошлого года у Сьюзен ни разу не получилось свозить туда детей. Дорога была неблизкой, что означало — поездка займет целый день, и если бы она заранее знала его планы, то непременно отказалась бы прежде, чем близнецы услышали эту идею. По выражению лица Дейви Сьюзен поняла, что он в курсе ее размышлений.

— Это чистой воды надувательство, мистер Тэлбот, — накинулась она на него.

— Точно, — невозмутимо согласился он с ней. При детях Сьюзен не могла высказать все, что о нем думает, но, судя по улыбке Дейви, не стоило и стараться: видно, у нее на лице это было написано.

И все-таки она не смогла до конца побороть своего гнева, даже когда они прибыли на побережье, припарковали машину, купили детям ведра с лопатками, переоделись в плавки и купальники — причем Эрик настоял на том, чтобы пойти с Дейви в мужскую кабинку, — и отправились на пляж. Вики и Эрик тут же бросились к воде в поисках ракушек.

— Им нравится. — Дейви откинулся назад и оперся на локти, наблюдая за детьми. Его голый торс был покрыт загаром, темно-синие плавки в обтяжку не скрывали мужского достоинства.

Сьюзен застенчиво покраснела, когда Дейви с Эриком вышли бок о бок из кабинки, и даже теперь ей становилось неловко рядом с этой бесстыдной мужественностью.

Она прекрасно знала, что ее собственный наряд нисколько не лучше: закрытый купальник времен первых месяцев ее замужества давно ей стал маловат. Но еще больше Сьюзен покраснела, когда Дейви начал откровенно изучать изгибы ее тела, при этом его собственное, к ее несказанному ужасу, тут же отреагировало чисто по-мужски. Атмосфера между ними накалилась, но близнецы не заподозрили ничего неладного и радостно побежали вперед. Сьюзен никак не могла отделаться от ощущения, что каждая клеточка ее тела завибрировала, когда Дейви медленно провел ладонью по ее руке, сплел свои пальцы с ее и сжал их со всей силой. К счастью, близнецы опять не увидели ничего такого в том, что их мать держится за руку с высоким загорелым красавцем, в которого они влюбились с первого взгляда, так что Сьюзен оставила свои попытки высвободиться из его мертвой хватки, к тому же в любом случае это вряд ли бы ей удалось.

— Разве ты не этого добивался? — спросила она, когда Вики и Эрик убежали прочь и она смогла наконец ответить ему.

Голубые глаза Дейви спокойно уставились на нее.

— Извини? — приподнял он бровь, изобразив удивленную недогадливость.

— Воспользовался близнецами, чтобы провести весь день со мной…

— Ты и вправду так считаешь? — Теперь он тоже разозлился, и лицо его словно окаменело.

Сьюзен покраснела, заметив эту едва сдерживаемую вспышку ярости.

— Конечно, а как же еще! Ты прекрасно знал, что станешь для Вики и Эрика другом навеки, если отвезешь их сюда, причем после вчерашней ночи ты должен был догадаться, что мне не захочется ехать.

— После вчерашней ночи? — переспросил он. — А что случилось вчера ночью?

Сьюзен недоверчиво уставилась на него, но наткнулась на искреннее непонимание.

— Я сказала тебе, что ты мне не нужен…

Он покачал головой:

— Ты сказала мне, что тебе кажется, будто я тебе не нужен. А я не имею привычки сдаваться, когда остается хоть капля сомнения.

— Нет никакого сомнения!

— К несчастью, я так не считаю.

— Мне все рано, что ты там считаешь, я не хочу…

— Ты всегда была такой трусишкой? — перевернул он все с ног на голову.

— Трусишкой?! — Она чуть не задохнулась от возмущения.

Дейви кивнул:

— В психологическом отношении. Я, конечно, не могу не признать тебя сильной женщиной, ведь ты одна воспитываешь Вики и Эрика, но ты сама сказала, что это единственные человечки, которых ты в состоянии любить.

— И зачем я только открылась тебе?! — выпалила Сьюзен, возмущенная тем, что он ткнул ей в лицо ее же собственными словами.

— Может, ты и права, только слово не воробей, сама знаешь. Неужели ты не понимаешь, — он перевернулся на бок, практически не оставив ей места на одеяле, которое они расстелили в защищенном от морского бриза местечке, подальше от любопытных ушей других любителей поваляться на солнышке, — в том, чтобы любить детей, никакого риска нет, ты можешь отдаться им без остатка и не бояться, что они отвернутся от тебя. Но полюбить взрослого человека — это совсем другое дело. Тут нужно набраться храбрости.

— Полюбить! — фыркнула она. — Мы не о любви говорим, а о сексе.

— В отношениях между мужчиной и женщиной это идет в одном комплекте.

— Чушь!

— Может, для твоего маленького, ограниченного умишки — да, но…

— Я не ограниченная! — Вполне возможно, Сьюзен разъярилась из-за того, что вчера сама подобрала себе именно это определение. — Это у тебя проблемы! — накинулась она на него.

— У меня? — удивленно приподнял он брови.

— Да, — не могла остановиться Сьюзен. — Почему тебе обязательно надо ставить под сомнение реакцию женщины?

Несколько минут он сверлил ее ледяным взглядом, потом проворно вскочил на ноги:

— Думаю, детям не помешает компания, — и пошел прочь, не удостоив ее даже взглядом.

Сьюзен разочарованно смотрела ему вслед, прекрасно понимая, что этот разговор никуда не привел. А ей очень хотелось решить проблему их взаимоотношений, поскольку проблема эта постоянно ее преследовала. Разве вчера вечером она не расставила все точки над «i»? Похоже, что нет. И как у него вообще язык повернулся назвать ее трусишкой?! Разве можно назвать трусостью нежелание завести интрижку с мужчиной, который постоянно давит на нее? Но нет, простой интрижки ему мало. Что еще ему надо? Они ведь знакомы без году неделя, за это время никак не могут возникнуть какие-то более серьезные чувства.

И вообще, с чего это она сидит здесь и копается в себе? Ей не за что себя упрекнуть, а Дейви Тэлбот не имеет никакого права переворачивать всю ее жизнь с ног на голову!

Сьюзен пошла к остальным, стараясь по пути выбросить из головы разговор с Дейви, полная решимости насладиться этим днем, хотя бы ради детей. Поначалу Дейви немного напрягся с ее появлением, но вскоре его беззаботная натура взяла верх над сдержанностью, и к вечеру, когда они возвращались домой со спящими на заднем сиденье близнецами, про утреннюю сцену на берегу уже никто не вспоминал.

— Хорошие у тебя дети, — проговорил Дейви.

Она бросила в его сторону настороженный взгляд, но промолчала.

— Ты, должно быть, гордишься ими.

— Горжусь, — кивнула Сьюзен, размышляя, куда это он клонит.

— А Роберт, — с усилием выдавил Дейви, — он тоже ими гордится?

Сьюзен напряглась. Снова он лезет к ней с личными вопросами!

— Конечно. Почему ты спросил?

Дейви пожал плечами:

— Ну, просто Эрик упомянул, что никогда не был с отцом на пляже. Так вышло…

— Так вышло? — разозлилась она. — Дети о таких вещах просто так не упоминают!

— Хочешь сказать, я подвел его к этому?

— Да!

— Ты права, — вздохнул Дейви.

— Зачем? — насупилась Сьюзен.

— Сам не знаю, — прочистил он горло.

Сьюзен глянула в окно. Слава богу, они почти приехали! Вчера утром ей показалось, что Дейви флиртует с ней напропалую, но как-то несерьезно, в шутку, однако стоило им заговорить, и разговор непременно принимал серьезный оборот. С Вики и Эриком он был совершенно другим человеком, и ей очень хотелось, чтобы ее тоже приняли в эту веселую беспечную игру.

— Я помогу тебе донести их, — предложил Дейви, припарковавшись на подъездной дорожке у дома.

Близнецы даже не пискнули, когда он по одному отнес их наверх, в спальню.

— Спасибо за прекрасный день, — произнесла Сьюзен, уложив детей, явно намекая на то, что пора и ему честь знать.

— Вики и Эрику очень понравилось, — сухо закончил он за нее.

— Мне тоже, — бросилась она на свою защиту.

Дейви покачал головой:

— День прошел не столь успешно, как хотелось бы.

Она и глазом не моргнула.

— Все зависит от того, что ты вкладываешь в слово «успешно».

— Нельзя же быть такой подозрительной, бабуля! — усмехнулся он.

— Годы тренировки, — насмешливо, протянула она. — Вокруг полно мужчин, которые считают, что делают мне одолжение, стараясь разбавить одиночество последних четырех лет.

— Я не из них, — покачал он головой и печально признался: — Я делаю одолжение себе! Я не хотел так женщину — при этом прекрасно понимая, что дело безнадежное, — с тех пор, когда был влюблен в подругу моей матери. Мне тогда едва семнадцать исполнилось.

Сьюзен не смогла сдержать улыбки.

— И она знала?

— Мать или ее лучшая подруга?

— Обе!

— Мама знала, — кивнул он. — Джоанна ничего не замечала, хотя я делал все, чтобы заставить ее взглянуть на меня как на сексуального молодого человека. Какой это был удар по моему самолюбию! — поморщился Дейви. — Я почти месяц на свидания не бегал!

— Bay!

— Смейся-смейся, но в те дни я начинал считать себя неполноценным, если поток подружек внезапно иссякал.

— Подружек по постели?

— Да.

— А теперь?

— Теперь… — Он по-кошачьи перетек из одного конца гостиной в другой. — Теперь я знаю, что качество куда важнее количества. — Дейви нежно обнял Сьюзен, его руки скользнули вдоль ее спины, и он прижал к себе нижнюю часть ее тела. — И вы, юная леди, — качество.

— Дейви…

Он мягко дотронулся кончиками пальцев до ее губ.

— Тебе нечего со мной бояться, Сью. Я хочу тебя и не скрываю этого, но отныне я собираюсь стать для тебя только «славным парнем, который живет по соседству».

— О да, — с явным облегчением фыркнула она. В ее голове крутилась только одна мысль — скорее бы он отпустил ее.

— Думаешь, я на такое не способен? — Золотистые брови с вызовом взлетели вверх.

— Это на самом деле не так уж и важно…

— Только не для меня. Сегодня я напугал тебя, а обо мне, между прочим, говорят, что я славный парень, — без ложной скромности заявил Дейви.

Не успела Сьюзен осознать смысл этих слов, как его голова склонилась над ней и он принялся целовать ее. Она оказалась не готова к этой близости, и тело ее непроизвольно выгнулось дугой ему навстречу.

— Хочешь, чтобы я взял все свои обещания обратно? — На его лбу выступила испарина, и даже под загаром было видно, как он побелел.

Сьюзен отодвинулась от него, сообразив, насколько нескромно себя ведет.

— Извини…

— Нет… не надо извиняться. — Он взял ее за подбородок. — Но не повторяй этого снова, если хочешь, чтобы я оставался для тебя «славным парнем, который живет по соседству». Может, я научился владеть собой лучше, чем в семнадцать лет, но голод терзает меня пуще прежнего.

Она почувствовала, как краска бросилась ей в лицо.

— Поздно уже…

— И ты устала, — кивнул он, отступая от нее на шаг. — Кстати, жду вас завтра к себе на ленч, — бросил Дейви по дороге к выходу.

Глава 5

Дейви сдержал слово и действительно несколько дней вел себя как «славный парень, живущий по соседству». Он, как и прежде, заглядывал к ней, словно к себе домой, однажды даже пришел к ним позавтракать, заявив, что его холодильник пуст. Нельзя сказать, чтобы Сьюзен это было неприятно. Ей нравилась его компания; оказалось, что у них много общего, они любили одни и те же книги и музыку и по вечерам засиживались допоздна, обсуждая и то и другое.

И только на одну тему было наложено вето — работа Дейви. Он сводил все разговоры о деле к минимуму. А жаль, поскольку Сьюзен обнаружила в библиотеке генерала один из последних романов Тэлбота, взяла его, чтобы просто полистать на досуге, но не смогла оторваться, пока не прочитала до конца! После всех ее высказываний о его произведениях и нескрываемого нежелания помогать ему с дневниками генерала, Сьюзен очень не хотелось признаваться, насколько далека она была от истины. Судя по дневникам, генералу действительно было что сказать, и если уж Дейви не сумеет написать его историю, то никто не сумеет.

Присцилла, как всегда, была совершенно невыносима, дулась на Сьюзен за то, что ей приходится водить туристов; как будто это решение приняла она! Но Дейви вел себя с девушкой безупречно всякий раз, когда та попадалась ему на глаза, изливая на нее свое очарование. А попадалась она ему, надо сказать, довольно часто. Красивый мужчина притягивал ее словно магнит. И в глазах Дейви прыгали веселые бесенята, когда при этом он ловил на себе взгляд Сьюзен. А Сьюзен становилось неловко — у нее было такое чувство, будто она участвует в заговоре.

По правде говоря, вся эта ситуация перестала ей нравиться; близнецы начали привыкать к компании Дейви, ждали его вечерами, желая побыть с ним перед сном.

И эта все возрастающая в детских сердцах симпатия к милому мужчине беспокоила мать: что будет, когда время его пребывания здесь закончится и он уедет от них навсегда?

— Я предан моим друзьям, Сью, — заявил Дейви, когда она подняла этот волнующий ее вопрос.

Они сидели вдвоем в гостиной после ужина, который Сьюзен приготовила на четверых, Вики и Эрик уже мирно посапывали в своих кроватках.

— Даже пятилетним друзьям? — вроде бы в шутку, но в то же время всерьез уточнила Сьюзен.

Взгляд его потяжелел, губы поджались.

— Всем друзьям, — спокойно подтвердил Дейви.

Сьюзен напряглась, услышав в его голосе категоричные нотки.

— Просто я переживаю за близнецов, — поторопилась она объяснить. — Неизвестно, как они отнесутся к твоему отъезду.

— Не вижу причин для переживаний.

— Но…

— Неужели ты думаешь, что я забуду про них, как только моя работа подойдет к концу? — В его глазах загорелись злые огоньки.

— Я знаю, что ты не хочешь сделать им больно…

— Ты права, не хочу и не сделаю, — огрызнулся он. — Так уж вышло, что я полюбил Вики и Эрика и никогда их не обижу.

Сьюзен вздохнула, сожалея, что у них вышел этот спор. Она и сама уже начала привыкать к его обществу.

— Они слишком сильно привязались к тебе.

— «Слишком сильно»? — эхом повторил он.

— Только не надо обижаться, Дейви, — взмолилась Сьюзен. — Ты был очень мил с ними, но…

— Ты не желаешь, чтобы они хоть немного полюбили меня?

— Они любят тебя, и вовсе не немного, в том-то и проблема! — Сьюзен разозлило его упорное нежелание понять причину ее волнения. — Вы трое строите планы, которым не суждено сбыться!

— Назови хоть один, — прищурился Дейви.

— Да сколько угодно! Например, сегодня вечером ты пообещал им поехать на Новый год кататься на лыжах в Швейцарию…

— Близнецам это понравится.

— Но они не смогут поехать!

— Я не такой дурак, Сью, я прекрасно понимаю, что поехать можно только в дни школьных каникул…

— Да ты просто не желаешь понять мою точку зрения! — в отчаянии вздохнула она.

— Может, потому, что ты забыла мне о ней сообщить?

— У меня не всегда есть деньги, чтобы вывести их в город, не говоря уже о лыжном курорте в Швейцарии!

— Я не собираюсь просить тебя оплачивать эту поездку…

— А я не позволю им поехать на других условиях!

— Какого черта нет, если мне хочется сделать это для них? — не на шутку рассердился Дейви.

— Неужели ты сам не видишь? — Она протянула к нему руки, моля о понимании. — У детей и без того достаточно проблем с одним воскресным папой, второй — это уже перебор!

Он дернул головой, будто она со всей силы ударила его по щеке.

— Я не собираюсь…

— Я знаю, что ты просто не подумал об этом, — выдохнула Сьюзен. — Но теперь-то ты понимаешь, что чувствуют близнецы, правда?

— Может, это твоя точка зрения, а не их? — ответил он ей вопросом на вопрос.

— Конечно нет…

— Тогда из-за чего весь этот сыр-бор?

Глаза ее расширились от удивления.

— Не понимаю, о чем это ты? — озадаченно протянула она.

— Еще как понимаешь, черт бы тебя побрал! — Его руки сжались в кулаки. — Разве я не вел себя безупречно с самой субботы?

— Да, — нахмурилась Сьюзен. — Но…

— Это из-за завтрашнего приезда твоего бывшего мужа? Уверяю тебя, я не собираюсь устраивать по этому поводу сцены.

— А почему ты должен устраивать по этому поводу сцены? Роберт просто хочет повидаться со своими детьми, это его законное право, — изумленно уставилась она на него. Поведение Дейви поставило Сьюзен в тупик.

— Потому что он и с тобой повидается, — насупился он, и на его скулах заиграли желваки.

— А почему это тебя так волнует? — напряглась она.

— Сама знаешь почему.

— Нет, я…

— Ты знаешь почему, — повторил Дейви тоном, не терпящим возражений. — Знаешь и нервничаешь из-за наших отношений, именно поэтому я старался не давить на тебя всю эту неделю…

— «Старался не давить»? — взбесилась Сьюзен, бросая на него разъяренные взгляды. — Как будто у тебя был выбор!

— Был, — уверенно кивнул Дейви, не в силах справиться с собой.

— Черта с два! — Сьюзен не помнила, когда еще была в такой ярости. — Я…

Но что бы ни собиралась она сказать, ей не удалось больше вымолвить ни слова. Сильная рука метнулась в ее сторону и ухватила ее за шею. Дейви притянул ее к себе, приподнял и накрыл ее губы поцелуем.

Страсть сковала тело Сьюзен, вскоре она прекратила сопротивляться и выгнулась ему навстречу. Вот, оказывается, какое подводное течение всю неделю скрывалось под зеркальной гладью их безупречных отношений! Она боролась с ним, старалась не думать о Дейви, убеждала себя, что он слишком похож на Роберта, что под его шармом кроется та же стальная жилка, которая была присуща и ее бывшему мужу, что ему наплевать на всех и вся, и, если она подпустит его к себе, он уйдет, когда ему этого захочется, и даже не обернется.

Сьюзен непрестанно повторяла себе все это, и все же стоило Дейви снова коснуться ее губ, как она потеряла над собой контроль. Сьюзен хотела этого мужчину и знала, что он тоже хочет ее.

— Дотронься до меня, — простонала она, прекрасно понимая, что пожалеет об этой просьбе, когда останется одна. Но сейчас могла думать только о Дейви, ощущая его каждой клеточкой своего тела.

Его губы оторвались от ее губ и двинулись вниз по ее шее, неторопливо лаская каждый сантиметр кремовой кожи.

Вскоре оказалось, что они уже лежат на софе, тесно прижавшись друг к другу, Дейви закинул на нее ногу, его губы жадно впитывают нектар ее губ, а рука повторяет все изгибы ее тела по пути от груди к бедру и обратно.

— Я знал, что это так и будет, — страстно прошептал он, касаясь губами ее отвердевшего соска.

Сьюзен тоже знала, что так оно и будет, и очень боялась этого. Они были словно две частички одного целого, внезапно обретшие друг друга, каждый изгиб одного тела идеально вписывался в изгиб другого.

— Господи, ты просто чудо! — прошептал Дейви, уткнувшись ей в грудь. — Идеал, — добавил он, почувствовав, что она отвечает ему.

Сьюзен покачала головой:

— Я не идеал, Дейви. Я… у меня растяжки… от беременности. Они…

Но он не дал ей договорить, накрыв ее рот поцелуем.

— Это не то, чего надо стыдиться, — заверил ее Дейви. — Они прекрасны.

— Вики и Эрик?

Он кивнул.

— И изменения в твоем теле, которое произвело их на свет. — Дейви посмотрел на нее. — Как бы мне хотелось быть их отцом!

Сьюзен оцепенела в его руках.

— Дейви…

— Не волнуйся, — хрипло хохотнул он. — Я не сгораю от ревности только из-за того, что у тебя дети от другого мужчины. Это случилось давным-давно, до того, как мы с тобой познакомились. — Он порывисто прижал ее к себе. — Но если теперь ты свяжешься с кем-нибудь еще, это будет совсем другое дело.

— С кем-нибудь еще?

Глаза его превратились в две льдинки.

— Да!

— Ты имеешь в виду Роберта? — По выражению его лица она поняла, что угадала: именно это он и имел в виду.

Дейви набрал в легкие воздуха.

— Ты так и не сказала мне, что чувствуешь по поводу его завтрашнего приезда.

Сьюзен застыла под ним, внезапно ощутив невыносимую тяжесть его тела.

— Я же говорила тебе, как отношусь к нашему браку…

— Это было несколько лет назад…

— Роберт ничуть не изменился…

— Но ты изменилась, — заскрежетал Дейви зубами. — Повзрослела, поумнела.

— Но не-настолько. — Она высвободилась из-под него, поднялась и принялась застегивать кофточку. Руки ее тряслись. — Тебе лучше уйти, — произнесла Сьюзен дрожащим голосом.

— Сью…

— …пока я не успела наговорить ничего такого, о чем мы оба пожалеем, — процедила она.

Дейви, прищурившись, посмотрел на нее. Похоже, он и не думал застегивать рубашку, грудь его отливала темным золотом.

— Скажи это, — мягко предложил он ей.

— Не думаю, что в этом есть нужда, — Сьюзен поджала губы. — Ты и так знаешь, что я чувствую, могу руку дать на отсечение. А теперь прошу тебя, уйди, пожалуйста.

Он поднялся.

— Если тебе больше нечего сказать, тогда ладно, я пошел, — запыхтел Дейви. — Я прекрасно знаю, что, по-твоему, должно было случиться здесь сегодня…

— Что ты имеешь в виду? — внезапно побледнела она.

— Ты хотела лечь со мной в постель…

— Нет! — сдавленно выкрикнула она.

— Ты хотела лечь со мной в постель, — упрямо повторил он. — Но только на своих условиях. И как бы мне этого ни хотелось, я никогда не позволю, чтобы наши отношения зашли так далеко.

— Опыт прожитых лет? — не удержалась она.

Дейви натянуто улыбнулся и невесело покачал головой:

— Желание, чтобы ты ответила мне по-настоящему!..

— А сейчас, значит, я не по-настоящему отвечала? — не поверила она своим ушам.

— Еще как по-настоящему! — кивнул он. — В физическом отношении. Ты хоть отдавала себе отчет, что обнимаешься именно со мной?

От удивления Сьюзен открыла рот.

— Конечно, я знала, что это ты!

— Правда? — горько хмыкнул Дейви. — А мне почему-то так не кажется. Но я не собираюсь облегчать тебе задачу, даже не надейся, — мрачно предупредил он ее. — Если бы я занялся с тобой любовью прямо сейчас, то тебе непременно удалось бы убедить себя, что это я соблазнил тебя, что у тебя не было выбора. Тебе нужен легкий романчик, недолгая сексуальная связь без риска, не затрагивающая ничего, кроме твоего тела. Но прежде чем мы станем близки, ты увязнешь в этом романе по самую милую шейку, — пообещал он ей.

— Да ты не в себе! Я понятия не имею, о чем ты говоришь!..

— Имеешь, Сью, еще как имеешь, — возразил он. — Просто пока ты не желаешь признаваться в этом ни мне, ни себе. И когда завтра встретишься со своим бывшим мужем, не забывай, что на самом деле ты хочешь меня. Мне было бы очень неприятно, если бы ты приняла проснувшиеся в тебе чувства за возрожденную страсть к Роберту, ведь это я разбудил их в тебе. — В его голосе прозвучала явная, ничем не прикрытая угроза.

— Боже, что ты несешь?!

Он покачал головой:

— Это правда жизни. А с Робертом у тебя точно не будет ничего, кроме одной ночи сексуальных наслаждений.

Сьюзен аж передернуло:

— У тебя и Присциллы извращенные умы.

— Если она тоже заподозрила неладное, значит, у нас с ней гораздо больше общего, чем мне показалось на первый взгляд.

— В таком случае тебе, быть может, лучше покрутить роман с ней? — огрызнулась Сьюзен.

— Я ни с кем не собираюсь крутить роман, — скривился Дейви, уставившись на нее тяжелым взглядом. — И предупреждаю тебя: когда зверя загоняют в угол, он разворачивается и нападает. Берегись, Сью, потому что именно это ты со мной и делаешь. — Он направился к двери. — А когда я нападу, будь уверена — ты проиграешь.

Комната с его уходом вдруг стала пустой. Через несколько секунд хлопнула входная дверь. И только тогда Сьюзен внезапно поняла, что доносящиеся до ее ушей странные звуки — ее собственный плач.

— Что ты с собой сделала?

Сьюзен ощетинилась, услышав столь необычное приветствие Роберта. Что она такого сделала? Вымыла волосы, высушила и распустила их по плечам, немного подкрасилась, надела черную жатую кофточку и черные обтягивающие брючки, которые выгодно подчеркивали каждый изгиб ее тела. Глянув в зеркало, Сьюзен осталась довольна своим видом — перед ней предстала холодная и умудренная опытом женщина. Но вот Роберту всего за несколько секунд удалось поколебать ее уверенность в себе.

Роберт направился прямиком в гостиную, и она поплелась следом за ним. Несмотря на все его старания, ее нисколько не тронула волна исходившей от него чувственности. В тридцать четыре года высокого темноволосого Роберта можно было назвать красавчиком, хотя теперь в его облике более явно проступало бессердечие, граничащее с жестокостью. Глубокие складки у рта появились явно не от частой улыбки, да и седины в темных волосах заметно прибавилось.

— Если ты явился сюда оскорблять меня, Роберт…

— Да ты что! Даже в мыслях такого не было, — насмешливо протянул он, без стеснения разглядывая ее. — А ты здорово выглядишь. Уж не имеет ли это какое-то отношение к мужчине, который ответил мне по телефону, а? — усмехнулся он.

Сама того не желая, Сьюзен вспыхнула, хоть и понимала, что он наверняка неверно истолкует ее реакцию. Вид у нее действительно немного виноватый.

— Ни малейшего, — припечатала она.

— Ты так и не сказала мне, кто он.

— Потому что это не твое дело!

— Я никогда не скрывал от тебя, с кем живу, — усмехнулся Роберт.

— А я никогда и не спрашивала. — Ей, собственно говоря, не было нужды задавать ему вопросы о личной жизни; похоже, Роберт получал удовольствие, рассказывая ей о своих похождениях, и Сьюзен была в курсе, что в настоящий момент у него женщина по имени Нона.

Он улыбнулся насмешливо и обидно:

— Моя милая кузина брызжет ядом по поводу того, что ты ведешь себя с гостем Генри как полная дура.

— Твоя милая кузина скоро удушится от ревности!

Серые глаза превратились в щелки. Роберт явно не ожидал такого взрыва эмоций.

— Теперь ты меня по-настоящему заинтриговала! — медленно проговорил он.

— Почему это? — насторожилась Сьюзен.

— Раньше тебя только нападками на близнецов можно было расшевелить, раньше ты только их защищала, но, как видно, Дейви Тэлботу удалось совершить настоящее чудо, — выдал он.

А она-то, глупая, еще раздумывала над тем, известно ли ему, кто гостит у его дяди, и нарочно не упоминала имя Дейви в надежде, что им удастся не перейти в этом бессмысленном споре на личности. Ей следовало догадаться, что Роберт просто играет с ней в кошки-мышки, разумеется, ему давным-давно известно, кто гостит в соседнем коттедже.

— Я защищала себя, а не его, — отрезала она.

— Я тебе не верю.

Сьюзен покраснела:

— Да мне плевать, веришь ты мне или нет, я уже давно не обязана объясняться перед тобой. Ты…

— Где Вики и Эрик? — поинтересовался он как ни в чем не бывало.

Она глубоко вздохнула, прекрасно понимая, что Роберт хотел вывести ее из себя и успокоился, добившись своего. В этом они с Присциллой — два сапога пара.

— Дети наверху, готовятся ко сну. Уже начало девятого, и…

— Я же просил тебя не привязывать меня к определенному часу, — бесцеремонно напомнил он ей.

— А я и не привязывала, — огрызнулась Сьюзен. — Я покормила близнецов в обычное время и просто подумала, что будет лучше, если они переоденутся в пижамы до твоего приезда. Близнецы и так переволновались из-за завтрашнего дня!

— Завтрашнего дня? — не понял он. — А, ты имеешь в виду нашу поездку? — отмахнулся он, сообразив наконец, о чем она говорит.

— Папочка! — неожиданно послышались взволнованные детские голоса, и в следующее мгновение Вики и Эрик ворвались в комнату, бросились к отцу, распахнувшему им навстречу объятия.

У Сьюзен потеплело на сердце, когда она наблюдала за этой сценой. Близнецы явно обожали своего ненаглядного папашу, и в следующий час она и думать забыла о своих подозрениях. Вопрос, отчего это Роберт так внезапно захотел взять детей к себе домой, перестал ее терзать. Пусть он и не вспоминает о них по нескольку месяцев кряду, пусть все его визиты и телефонные звонки сводятся к минимуму, но она не может отрицать и того, что он все-таки прилагает усилия, чтобы навещать их.

— Наконец-то мы снова одни, — усмехнулся Роберт, когда дети отправились спать.

Сьюзен подала бифштекс, салат и печеный картофель, делая вид, что не обратила на его слова никакого внимания.

— Во сколько ты завтра планируешь выехать? — поинтересовалась она.

— Около десяти, наверное, — равнодушно пожал он плечами. — Не волнуйся ты так. С твоими детьми ничего не случится.

— Они и твои дети! — вспыхнула Сьюзен.

— Я, между прочим, никогда не ставил это под сомнение. Когда мы поженились, я вполне устраивал тебя в постели и вряд ли ты тогда бросилась бы заводить себе любовника. — Он лениво откинулся на спинку стула, потягивая вино. Ее нескрываемая ярость нисколько его не тронула. — Тэлбот тебя удовлетворяет?

Этот вопрос застал Сьюзен врасплох, она даже поперхнулась.

— Как удобно, что он поселился в соседнем коттедже, — с вызовом продолжил Роберт.

— Ему нужно тихое место для работы!

— Хоть кроватью-то он своей пользуется? — насмешливо протянул Роберт.

— О других по себе не судят! — взорвалась Сьюзен.

— Хочешь сказать, он не спит здесь?

— Конечно нет! Даже если предположить, что меня интересуют подобного рода отношения, хотя это полная ерунда, — добавила она с излишней горячностью, — не думаешь же ты в самом деле, что я стану так рисковать, ведь дети могли бы застать меня с ним в постели, разве нет?

— Да, полагаю, тут ты права, — задумчиво пожевал он нижнюю губу. — Но он постоянно здесь торчит, не так ли?

Сьюзен снова покраснела, выдав себя с головой.

— Близнецам он нравится.

— А потом они ложатся спать…

— Мне он тоже нравится, — с вызовом заявила Сьюзен. — С ним очень интересно.

— Наслышан, — хмыкнул Роберт.

Сьюзен замерла, уловив в его голосе насмешливые нотки.

— О чем ты наслышан?

— Говорят, в его бытность репортером у Дейви был девиз: «Всех женщин любить нельзя, но к этому надо стремиться».

— А сейчас?

Роберт пожал плечами:

— Кто знает? Но что-то сомнительно, чтобы человек мог резко измениться.

Она тоже сомневалась в этом, прекрасно понимая по поведению Дейви, что он не прочь затащить ее в постель. Может, сегодня вечером он решил проделать этот фокус с Присциллой. Она слышала, как он уехал незадолго до приезда Роберта, а Присцилла не преминула ей сообщить, что Дейви собирается к ним на ужин.

— А знаешь, — медленно проговорил Роберт, — в тебе появилось нечто такое, чего не было, когда мы были женаты. Может быть, ты пустишь меня сегодня к себе в постель, раз ты все равно не спишь с Тэлботом?

— Нет! — окончательно вышла она из себя. Что случилось с этим миром? Или все с ума посходили? Они с Робертом уже четыре года не живут вместе, и ни разу за все это время он не выказывал ей даже мало-мальской симпатии, не говоря уже о том, чтобы предложить ей разделить с ним постель. Вот бы она удивилась, узнай, что виной всему ее проснувшаяся чувственность!

— Я так и думал. — Роберт не стал давить на нее и поднялся из-за стола. — Мне пора, надо еще поболтать немного с Генри. Как продвигается книга, ты не в курсе?

— Почему я должна быть в курсе?

— Ну что ты прямо как кактус, Сьюзен, вся в колючках. Агрессия женщинам не к лицу. — Он игриво потрепал ее по щеке, и улыбка застыла на его лице, когда она непроизвольно отпрянула от него. — Генри говорил, что ты помогаешь Тэлботу в сборе материала.

Сьюзен коротко кивнула.

— Насколько мне известно, дела идут неплохо.

Она проводила Роберта до двери. Ее все еще трясло от его предложения. Сьюзен понятия не имела о произошедших с ней переменах, о потребностях своего тела, об огоньке страсти, горящем в глубине ее глаз. Но стоящий рядом с ней мужчина быстро уловил все это, и еще он знал — это не имеет к нему ни малейшего отношения; осознает она, нет ли, но Сьюзен хочет Дейви Тэлбота и никого другого.

— Сью, я… — Роберт замолчал, услышав мощный звук мотора приближающейся к ним машины, и в его глазах сверкнуло ледяное удовлетворение. В следующее мгновение он притянул Сьюзен к себе и поцеловал.

Ее настолько ошеломил этот неожиданный поступок Роберта, что она не смогла дать ему должного отпора. А он все целовал и целовал ее, пока яркие фары «порше» не вырвали их силуэты из мрака и машина не остановилась у соседнего коттеджа.

Глава 6

Сьюзен в ярости оттолкнула от себя Роберта и услышала, как заглох мотор, а вслед за этим оглушительно хлопнула дверца автомобиля. Сьюзен развернулась к Роберту, глаза ее горели.

— Ты сделал это нарочно!

— Да.

— Зачем?

— Хотел посмотреть, как ты отреагируешь, — спокойно пояснил он, — проверить твою реакцию на то, что Тэлбот увидит, как ты целуешь меня.

Кровь бросилась ей в лицо.

— Я не целовала тебя!

— С такого расстояния невозможно разобрать, кто кого целует, — усмехнулся Роберт.

Ей сделалось дурно от его дешевого цинизма, хотя чего еще она ждала от бывшего мужа? Подобные театрализованные представления в его духе. Сейчас Сьюзен ненавидела его за спектакль, устроенный им на глазах человека, чье уважение она очень высоко ценила.

— У тебя на лице все написано, — поддел ее Роберт.

— Там написано, какое омерзение ты у меня вызываешь?

Он скривился:

— Я и так это знаю. Я прекрасно понимаю, что ты просто-напросто пытаешься создать видимость нормальных отношений и делаешь это только ради близнецов.

— И чем ты можешь оправдать свое поведение?

— Ничем, — пожал плечами Роберт. — Ты всегда нравилась мне, Сью… просто мне не стоило жениться на тебе, — сдержанно добавил он.

— Тогда зачем ты женился?

Он снова пожал плечами.

— Я хотел тебя. И может быть — ну, на какое-то мгновение, — мне показалось, что было бы здорово, если бы дома кто-то ждал меня. — Он поджал губы. — Я не думал, что ты окажешься настолько глупой и тут же забеременеешь!

Эти слова нисколько не тронули Сьюзен. Слишком часто она слышала это обвинение, чтобы хоть как-то отреагировать на него теперь. Можно подумать, Сьюзен зачала близнецов одна, без его активной помощи!

— Уверен, теперь ты повзрослела и не повторишь той же ошибки с Тэлботом, — съязвил Роберт и направился к машине, хихикая себе под нос. — Спасибо за вечер, Сью! — не в меру громко произнес Роберт, выразительно показав глазами на горящие огни в окнах соседнего коттеджа. — Мне понравилось… как обычно, — добавил он и расплылся в улыбке, заметив, как ее лицо перекосила ярость.

Скрывающийся за этими словами намек был слишком явным и для постороннего слушателя имел лишь единственное объяснение. Сьюзен ушла в дом, громко хлопнув дверью.

Но отчего ее так волнует мнение Дейви Тэлбота? Какая разница, что он подумает о ней? Почему ей хочется со всех ног броситься в соседний коттедж и объяснить его постояльцу, что на самом деле кроется за тем, чему он стал невольным свидетелем? Сьюзен пришла в полнейшее замешательство, но сумела побороть в себе разрывающее ее на части желание.

Не может же она в самом деле взять и пойти к Тэлботу в столь поздний час только затем, чтобы рассказать правду: поцелуй бывшего мужа и его нелепый комментарий не имеют для нее никакого значения. Это означало бы признать, что Дейви испытывает к ней больше, чем простое физическое влечение.

Уже на полпути к спальне Сьюзен услышала звук мощного мотора «порше». Она бросилась вверх по лестнице, подскочила к окну и увидела, как автомобиль Дейви, преодолев задним ходом подъездную дорожку, куда-то уехал.

Она понятия не имела, куда он отправился на ночь глядя, но в причине столь внезапного отъезда сомневаться не приходилось — поведение Роберта возымело желаемый эффект. И это после того, как она уверяла Дейви, будто бывший муж ее совершенно не интересует! Ей сделалось дурно, когда она представила, что Дейви думает о ней. Сьюзен вдруг поняла, насколько дорожит уважением этого человека.

К тому времени, как Сьюзен умылась, переоделась в пижаму и легла в кровать, «порше» так и не вернулся. Куда же Дейви отправился? Сначала она подумала, что он мог поехать к Присцилле, но быстро выкинула эту мысль из головы: вряд ли Дейви стал бы проводить с нею ночь под крышей ее отца!

Не вернулся он домой и в начале третьего, когда Сьюзен наконец-то провалилась в небытие. Около шести она внезапно очнулась от тяжелого сна и первым делом кинулась к окошку. Пусто. Дейви не объявлялся в своем коттедже всю ночь!

После бессонной ночи Сьюзен была просто не в состоянии разделить энтузиазм Вики и Эрика по поводу их предстоящей поездки с отцом, но унять их не было никакой возможности. Когда Роберт приехал за ними, в голове Сьюзен стучало, словно в кузне, она по крайней мере по паре раз шлепнула каждого из малышей — случай и в обычное-то время небывалый, не говоря уже о дне, когда они должны расстаться, пусть даже ненадолго, но впервые в жизни.

— Я пригляжу за ними, — насмешливо заверил ее Роберт, заметив, с какой тревогой Сьюзен поглядывает на близнецов, которые уже успели забраться на заднее сиденье его автомобиля. Взрослые стояли на дорожке.

— Смотри за Вики, она немного простужена, а Эрик…

— Ты уже сто раз мне это говорила, — раздраженно оборвал он ее.

— Знаю, но у Вики есть привычка крепиться и не показывать виду, что она заболела…

— Сью! — не выдержал наконец Роберт. — Это же всего на одну ночь, вряд ли за это время простой кашель может перерасти в астму.

Она и сама понимала, что разводит панику из-за обычного насморка, но теперь, когда настало время прощаться, ей до ужаса захотелось вытащить близнецов из машины, затолкать их обратно в дом и сказать Роберту, что она не отдаст их ему даже на тридцать шесть часов. Но нельзя же быть такой эгоисткой, ведь дети так рады и в своем воображении уже несутся в машине отца.

— Надеюсь, ты заметишь, если ей станет хуже, — уступила она.

— Можешь не сомневаться, — кивнул он и бросил взгляд на соседний коттедж. — Рановато сегодня твой сосед уехал.

Сьюзен замерла, уловив в его голосе странную интонацию.

— Да.

— Поссорились, что ли? — усмехнулся Роберт, заметив ее реакцию.

Но она даже бровью не повела.

— Весьма проблематично, особенно если учесть, что в последний раз я видела Дейви тогда же, когда и ты, а именно вчера вечером.

Уголки рта Роберта насмешливо полезли вверх.

— Решил наказать тебя молча, да?

— Хватит нести чушь! — не выдержала Сьюзен. — Дейви не такой.

— Ниже его достоинства, да?

— Да!

— Не будь дурочкой, Сью, — осклабился Роберт. — Если мужчина вознамерился затащить женщину в постель, он на любые ухищрения пойдет.

— Дейви просто нет дома, Роберт, — отрезала Сьюзен. — Он не играет в глупые игры.

— Кстати, об играх, — насмешливо протянул он, — я думаю, Присцилла будет не против поиграть с ним немного, если он и впрямь тебя не интересует.

Сьюзен поджала губы, услышав это оскорбительное замечание.

— Присцилла вольна делать все, что пожелает.

— Это точно, — развеселился он. — Она с утра умчалась в Нью-Йорк, оставив на бедного Генри полдюжины туров. Может, тебе лучше пойти помочь ему, раз все равно заняться нечем? Ведь близнецы со мной уезжают.

Сьюзен затрясло вовсе не от той самонадеянности, с которой Роберт продолжал распоряжаться ее жизнью. Дело было в спешном отъезде Присциллы в город. Нью-Йорк! Не мог ли Дейви тоже отправиться именно туда? В конце концов, там его настоящий дом. Вполне возможно, что они договорились о встрече, а она повела себя слишком самонадеянно, сделав вывод, будто Дейви укатил из коттеджа из-за сцены с Робертом!

— Сью? — Раздраженный голос Роберта вывел ее из ступора.

— Я… Да, я, пожалуй, помогу Генри. — Она с трудом припомнила последние слова Роберта, злясь на себя за это поспешное заключение.

— На твоем месте я так и поступил бы, — кивнул тот. — В конце концов, мы не должны расстраивать старину Генри, не так ли?

— Неужели? — рассеянно бросила Сьюзен.

— Конечно нет, я ведь единственный наследник мужского пола, — заявил Роберт, явно удивленный ее недогадливостью.

Она потрясенно уставилась на него:

— Поверить не могу! Неужели ты ждешь, что тебе перепадет хоть что-нибудь после его смерти?

— Почему бы и нет?

— Потому что…

— Послушай, мне пора, Сью, — оборвал он ее. — Пойду, пока близнецы не разнесли мой автомобиль. — Роберт с тревогой глянул на машину. Похоже, приборная панель притягивала малышей, словно магнит. — Позвоню, когда мы приедем, если не забуду.

Сьюзен нисколько не сомневалась, что он непременно забудет, но это не слишком ее волновало. Ничего страшного, у нее есть номер его телефона, и она сама ему позвонит.

Сьюзен стояла на дорожке и махала рукой, пока машина не исчезла из вида, а вместе с ней и два милых личика в заднем окне.

Но когда Сьюзен вернулась в дом, одиночество тут же навалилось на нее. Вроде бы она привыкла, что дети весь день торчат в школе, отпускала их погостить к друзьям, но никогда раньше не чувствовала себя оторванной от них. Разлука с детьми была просто невыносимой.

Вся ее жизнь крутилась вокруг Вики и Эрика с того момента, как они появились на свет, и особенно после ухода Роберта. И Сьюзен просто-напросто не представляла, чем занять себя в их отсутствие. Может, ей действительно лучше пойти в особняк и помочь генералу? Все равно делать больше нечего.

Когда через пятнадцать минут Сьюзен выскочила из коттеджа в модной блузочке и обтягивающей юбочке — ее обычной офисной одежде, — у нее было такое чувство, словно она сбегает из дома. К счастью, утро пролетело незаметно, и у Сьюзен не было времени на мрачные размышления по поводу отъезда близнецов, она даже еле выкроила минутку, чтобы позвонить Роберту. Разговор, впрочем, не затянулся, поскольку Роберт собирался вести детей по магазинам.

Заботы также отвлекли ее от раздумий о Дейви и о том, что Присцилла, быть может, встречается сейчас с ним в Нью-Йорке. Но после шести, когда Сьюзен добралась до дому, избавиться от дурных мыслей ей стало непросто, поскольку «порше» — а значит, и Дейви — так и не появился.

Мысль о том, что ей придется сесть за стол в полном одиночестве, окончательно сломила Сьюзен. Мир вокруг вдруг рухнул, ее сводил с ума тот факт, что близнецов нет с ней, а Дейви уехал с Присциллой, тогда как именно сейчас он нужен ей больше всего. Она вся сжалась в душе, упорно не желая признаться себе в этом, по щекам полились слезы. Сьюзен словно распадалась на части и ничего не могла с этим поделать.

— Что за… Сью, что происходит?

Она подняла голову на резкий звук знакомого голоса и, не задаваясь вопросом, как Дейви попал сюда, кинулась в его теплые объятия.

— Дейви! — с облегчением вздохнула Сьюзен, почувствовав, как сильные руки окутали ее.

— Что такое? — спросил он, зарывшись лицом в ее рыжие волосы. — Кто-то тебя обидел?

Она покачала головой, уткнувшись в его шею, вдыхая аромат его лосьона и чего-то еще, чем пах только Дейви. Ей стало легко и спокойно.

— Твой бывший муж?..

— Его здесь нет, — еле слышно прошептала она и снова покачала головой.

Руки Дейви до боли сжали ее.

— Ты поэтому рыдаешь?

— Конечно же нет.

— Тогда почему?..

— Он увез близнецов! — Она снова заревела, не в состоянии справиться с собой.

Дейви отодвинул ее от себя и с тревогой заглянул ей в лицо.

— Роберт забрал у тебя близнецов? — задохнулся он от возмущения.

Сьюзен внезапно сообразила, что Дейви неправильно ее понял.

— Нет-нет, — поспешила объяснить она. — Он просто взял их к себе погостить на выходные. И ты тоже уехал…

— Я был в Нью-Йорке…

Услышав это и припомнив, что Присцилла тоже была там, Сьюзен попыталась освободиться от его объятий.

— Знаю, — сдержанно отреагировала она.

— Знаешь? — удивился он.

— Да. — Она сделала шаг назад, сожалея об этом приступе слабости. Может, ей и одиноко, но причин лить слезы по мужчине, которого лучше забыть, нет.

Дейви засунул руки в задние карманы выцветших джинсов, короткая рубашка цвета бутылочного стекла разошлась на груди.

— Откуда тебе это известно? — нахмурился он.

Сьюзен отвернулась от него:

— Сегодня утром Присцилла тоже туда уехала…

— И ты решила, что я встречался с ней? — Дейви сердито развернул ее к себе, кровь бросилась ему в лицо. — Ты ведь прекрасно знаешь, почему я уехал вчера, черт тебя побери! И это не имеет никакого отношения к Присцилле Бердсон!

— Хочешь сказать, что ты не встречался с ней сегодня? — не поверила ему Сьюзен.

— Я хочу сказать, что после вчерашнего это уже не твое дело! Или твое? — медленно проговорил Дейви, увидев на ее лице замешательство.

Она судорожно сглотнула и залилась краской. Что ей надо от этого мужчины, если ей вообще от него что-то нужно? Скорее всего, ничего, но внезапно ей захотелось рассказать ему, объяснить смысл той сцены, свидетелем которой он стал вчера.

— У Роберта шутки такие, — устало вздохнула Сьюзен.

— Шутки? — недоверчиво уставился он на нее.

Она кивнула:

— У него извращенное чувство юмора.

— Но это же не смешно! — прорычал Дейви. Сьюзен видела, что он по-прежнему не верит ее словам, а ей вдруг стало важно, чтобы он непременно поверил.

— Мы с ним весь вечер спорили, и большей частью о тебе. — Она отвела глаза, заметив, как в его взгляде загорелся интерес. — И когда Роберт услышал, что ты возвращаешься домой, он решил устроить небольшое представление.

— Представление? — Дейви поморщился от отвращения. — Да, когда я уезжал, у меня на уме было только одно — убить его! Я слышал, как Роберт уехал, но подумал: вдруг это для отвода глаз, чтобы просто соблюсти приличия, а потом он снова вернется? И если это так, то решил, что мне лучше убраться отсюда подобру-поздорову, — набычился он.

— Он не вернулся, Дейви. — Сьюзен посмотрела ему в глаза.

Но тот все еще не верил ей, глаза его превратились в щелки.

— Роберт не хочет тебя?

— Я не знаю, чего он там хочет, да мне, собственно говоря, и наплевать на это. Я не хочу его. — И посмотрела на Дейви.

— А меня? — прошептал он. — Меня ты хочешь?

Она сглотнула и набрала в легкие воздуха.

— Не знаю…

Похоже, он немного расслабился, и на губах его заиграла улыбка.

— Уже достижение.

— Да уж, — насупилась Сьюзен.

— Конечно, — кивнул он, весьма довольный собой, и снова стал похож на того Дейви, которого она встретила в то первое утро. — Я, между прочим, пришел позвать вас с близнецами ко мне на ужин, а поскольку их нет, приглашаю тебя.

Сьюзен застыла в нерешительности, не в силах ответить ни да, ни нет. Близнецы были для нее своего рода щитом, которым она прикрывалась от его обаяния, и молодая женщина понимала, насколько беззащитной окажется перед Дейви, когда они останутся наедине.

— Я готовлю, — мягко подстегнул он ее.

— Было бы неплохо. Хоть и рискованно, — поддержала она его игру.

— Вот погоди, попробуешь мою стряпню — по-другому запоешь.

— В воскресенье ленч был весьма неплох. Что планируется на сегодня?

— Утка. В апельсиновом соусе. И…

— Ну ладно, ладно, уговорил! — улыбнулась Сьюзен.

— Путь к сердцу женщины лежит через ее желудок, — усмехнулся Дейви.

— Что касается этой женщины, то правда, — кивнула она. — Я всю неделю для тебя готовила.

— Может, предпочтешь выйти куда-нибудь? — пришла ему в голову идея. — Утка подождет, никуда не денется.

Но Сьюзен была не в том настроении, чтобы сидеть в официальной обстановке ресторана, ей хотелось провести тихий вечер в компании Дейви, к тому же так она услышит, если зазвонит ее телефон — вдруг что-то срочно потребуется близнецам?

— Утка звучит очень заманчиво, — проговорила Сьюзен. — Но мне хотелось бы сначала переодеться. — Она с сожалением оглядела немного помявшуюся юбку и блузку.

Дейви согласно кивнул.

— В любом случае ужин еще не готов. Приходи, когда сможешь, договорились?

— Отлично. Я… насчет прошлого вечера… — Они ведь так и не выяснили все до конца.

Улыбка его стала натянутой, лицо словно окаменело.

— Если ты насчет того, что у вас с бывшим мужем ничего не было, то я тебе верю.

— У нас с ним ничего не было. А как насчет тебя с Присциллой? — Сьюзен пребывала в полной уверенности, что между ними не должно быть никаких недомолвок.

Дейви пожал широкими плечами:

— К кому бы она ни направилась в Нью-Йорк, это точно был не я.

— Я приду через полчасика, — расплылась она в улыбке.

Сьюзен переоделась в обтягивающее черное платье, которое, слава богу, не вышло из моды за последние шесть лет. Приятный на ощупь материал подчеркивал зрелость ее форм, показывая, что она вовсе не та малолетка, за которую Дейви принял ее в день их встречи. Все ее тело дрожало от непривычного возбуждения. Сьюзен распустила волосы по плечам, наложила чуть более яркий, чем обычно, макияж — коричневые тени на веки, черную тушь на ресницы, которые стали казаться еще гуще и длиннее, ярко-оранжевую помаду на губы. Немножечко ее любимых духов, и она готова отправиться к Дейви, прекрасно понимая, что их отношения изменятся еще до наступления ночи.

Дейви тоже переоделся в черную шелковую рубашку, черные облегающие брюки, волосы его еще не высохли после душа. Какой же он высокий и сильный! У Сьюзен аж дух захватило.

— Как раз вовремя, к первому коктейлю. — Он протянул ей стакан вина. — Ну, раз ты пришла, пора ставить утку в духовку.

Сьюзен изумленно наблюдала за тем, как он вынимает из холодильника завернутый в серебряную фольгу готовый продукт и засовывает его в печку.

— Ты вроде бы говорил, что будешь сам готовить!

— Так и есть, — кивнул Дейви, отправляя следом за уткой поднос с овощами.

— Но это же чистой воды обман! — задохнулась она от возмущения, хотя тут же расхохоталась.

Дейви уставился на нее невинными глазами.

— Уверяю тебя, еда — пальчики оближешь. Попробуешь — сама убедишься. Воскресный ленч имел то же происхождение. Зато не надо целый день у плиты горбатиться.

Ей пришлось признать, что утка действительно тает во рту, апельсиновый соус превзошел все ожидания и весь ужин в целом, как Дейви сам выразился, — пальчики оближешь, несмотря на его сомнительное полуфабрикатное происхождение.

— Скажи-ка мне лучше, — заговорил Дейви за клубничным пудингом, — как часто Роберт забирает детей к себе?

Сьюзен скисла, вспомнив, что близнецов нет дома.

— Никогда раньше этого не делал, — вздохнула она.

— Не кажется ли тебе странным, что теперь он вдруг решил побыть с ними? — нахмурился Дейви.

— Кажется.

— Так вот почему ты расстроилась, когда он позвонил тебе на прошлой неделе, — дошло вдруг до него.

— Да, — еще больше расстроилась она.

— Я уверен, что с ними будет все в порядке, Сьюзен. — Он накрыл ее руку своей ладонью.

— Я тоже, — кивнула она. — Просто я… — Ее нижняя губа затряслась, она попыталась справиться со слезами — и не сумела. — Извини, что я так глупо себя веду. — Слезы текли по щекам рекой, и Сьюзен рассеянно оглянулась вокруг в поисках платочка.

— Ты просто мать, — постарался успокоить ее Дейви. Он поднялся, обошел стол, поднял ее со стула, обнял и прижал к себе. — Сью…

— Обними меня, Дейви, — всхлипнула она. — Прошу тебя, обними меня!

— Господи, да! — Он еще сильнее прижал ее к себе, в душе его разгоралась страсть. — Я обещал себе не делать этого, — простонал он, лицо его перекосилось от еле сдерживаемого желания. — Но ты нужна мне.

— Ты мне тоже нужен, — призналась она наконец и подняла к нему лицо, чтобы встретить его жадный поцелуй.

Его губы и руки сотворили чудо, у Сьюзен закружилась голова, и она забыла о своем несчастье. Сьюзен думала только о Дейви, и когда его губы оторвались от ее рта и спустились вниз по ее шее, она застонала от желания.

— Ты нужен мне, — с нажимом повторила Сьюзен.

Голубые глаза внимательно вгляделись в лицо Сьюзен, на котором были написаны все признаки полыхающей в ее груди страсти, и только после этого Дейви взял ее за руку, повел наверх.

Глава 7

— Нет, — поймала она его за руку, когда он решил включить освещение.

Дейви нежно, но твердо убрал ее руку.

— В любовном акте нет ничего позорного и неприятного, — произнес он, зажигая свет. — Мне не стыдно заниматься с тобой любовью, и тебе тоже не должно быть стыдно за свои чувства.

— Мне не стыдно, — потрясла головой Сьюзен.

— Тогда почему…

— Я стесняюсь, — робко призналась она осевшим голосом. — Просто стесняюсь. У меня был всего лишь один мужчина…

— И я сомневаюсь, чтобы он оценил тебя по достоинству, — скрежетнул он зубами.

— Ценил, пока я не располнела во время беременности. Потом все изменилось.

— Я не желаю слышать о Роберте и о твоем браке с ним, — резко оборвал ее Дейви. — Теперь ты со мной, Сью.

Он не дал ей ни одного шанса объясниться по поводу Роберта, запечатав ее рот поцелуем и одновременно нащупывая выключатель верхнего света. Дейви оставил горящей лишь прикроватную лампу. Сьюзен расслабилась в его руках — как же он ее понимает! — почувствовала, как напряжение уходит из его тела, его губы нежно касаются ее губ, пробуя их на вкус, играют, слегка покусывая их, и так до тех пор, пока в комнате не осталось никаких прочих звуков, кроме их тяжелого дыхания.

Не отрываясь от губ Сьюзен, Дейви ловко стянул с нее платье, оставив ее в лифчике и трусиках персикового цвета. Каждое его прикосновение поднимало в ней сладостную волну, и Сьюзен затрясло, словно в лихорадке, когда его губы неожиданно коснулись ее обнаженной груди.

— Мне кажется, нам лучше прилечь, — прохрипел Дейви. — А то я ощущаю себя великаном рядом с Дюймовочкой.

Она застенчиво улыбнулась ему, взяла его за руку и подвела к огромной двуспальной кровати.

— Может, сначала все же разденешься?

— Раздень меня, — предложил он ей.

Краска бросилась ей в лицо.

— Не уверена, что у меня получится, — призналась Сьюзен. Может, Роберт и считал себя продвинутым мужчиной, но, несмотря на это, они занимались любовью только под простынями.

— А ты попробуй, — подбодрил он ее.

Поначалу движения Сьюзен были несмелыми, потом — когда она почувствовала, что Дейви еле сдерживает себя, — все более и более уверенными. Она стянула с его широких плеч рубашку, и дыхание его стало прерывистым; стоило ей коснуться его сосков губами, и на плотно сомкнутой челюсти ясно проступили желваки, а руки судорожно прижались к бокам. На ее лице заиграла удовлетворенная улыбка. Его откровенная реакция вселила в нее уверенность, и она двинулась ниже.

— Нет! — остановил он ее, полыхнув взглядом.

— Пожалуйста. — Глаза Сьюзен превратились в два расплавленных золотых озера.

Страсть вступила в борьбу с необходимостью, и последняя одержала верх.

— Я хочу, чтобы это продлилось подольше, Сью, — отстранил он ее от себя. — А если я позволю тебе еще хоть раз прикоснуться ко мне, все кончится, даже не начавшись. — Дейви хихикнул, заметив, как вспыхнули ее щеки. — Нелегко признаваться, что ты превратила меня в несдержанного подростка!

Она хрипло рассмеялась и присела на краешек кровати.

— В таком случае я лучше посижу и посмотрю стриптиз! — поддела она его.

— Распутница! — Он быстренько избавился от остатков одежды.

Она взглянула на его загорелое обнаженное тело, и пульс у нее зашкалил за сто.

Кровать немного промялась, когда он повалился рядом с ней, губы их слились в жадном поцелуе, руки пустились в путешествие по оголенным телам — ласкающие, страстные. Сьюзен судорожно вдохнула, когда ладонь Дейви накрыла поверх легких трусиков ее интимное местечко, внутри стало горячо.

— Тебе понравилось то, что ты увидела? — поинтересовался Дейви, побуждая Сьюзен рассказать о своих чувствах, прежде чем ее темный сосок исчез у него во рту.

Вместо ответа Сьюзен несмело коснулась того, что увидела, ее нежные движения яснее ясного говорили о том, как нравится ей его мужское достоинство, которое тут же напряглось.

— Скажи, как ты любишь, — прохрипел он. — Покажи мне это, Сью!

Несколько минут они самозабвенно изучали эрогенные зоны друг друга, и в конце Сьюзен взмолилась, чтобы он взял ее.

Когда они слились воедино, она вскрикнула. Дейви заполнил ее всю без остатка и начал медленно двигаться внутри нее, лицо его исказила страсть. По телу Сьюзен прошла волна экстаза, ей показалось, что мир вокруг нее рухнул, и она судорожно вцепилась пальцами в его плечи.

Они достигли вершины одновременно. Сьюзен была потрясена до самых глубин, ее ногти впились в его ягодицы, когда она почувствовала, что он восходит на эту вершину вместе с ней, из его груди вырвался хриплый крик удовлетворения и триумфа.

Они затихли, и Сьюзен с наслаждением вдыхала его запах, ощущая себя с ним одним целым. Дейви выдохнул и уткнулся ей в шею.

— Надеюсь, бессонная ночь не подкосит тебя? — поддел он ее чуть позже, и губы его изогнулись в довольной улыбке.

Нельзя сказать, что они вовсе не спали, нет. Коротких промежутков сна, в которые они впадали между бесконечными любовными играми, было более чем достаточно, а чудесные минуты, проведенные в объятиях Дейви, доказали Сьюзен, что она перестала испытывать отвращение к физической близости.

Ее разбудили яркий солнечный свет и взгляд голубых глаз лежащего рядом с ней Дейви. Темная поросль на его подбородке говорила о том, что он тоже еще не вставал, несмотря на столь поздний час.

Сьюзен сфокусировала взгляд, хотела было обнять его за шею и сказать, как он красив, но заметила в его глазах настороженность.

Несколько минут Дейви молча взирал на нее.

— А теперь ты должна сказать, что прошлая ночь была ошибкой, что ты поддалась внезапному порыву, что ты была расстроена и переволновалась за близнецов и поэтому позволила мне соблазнить тебя и затащить в постель, — без всякого выражения пробубнил он.

— Ты забыл добавить: «Я слишком много выпила и не знала, что творю», — весело подыграла ему Сьюзен, осознав причину его сдержанности; он отчего-то решил, что утром она наверняка пожалеет о проведенной в его объятиях ночи.

Дейви вздохнул:

— Ага. Господи, я знал, что этого ни в коем случае нельзя допускать! — Он повалился на подушку, заложил руки за голову и уставился в потолок. — Но я пожадничал. Не смог отказаться, когда выпала такая прекрасная возможность. Болван! — прорычал он. — Болван, болван, болван!

— Дейви…

— Я еще что-то упустил? — мрачно огрызнулся он, злясь на себя.

Сьюзен приподнялась на локте и посмотрела на него сверху вниз.

— Ты упустил из виду, что все это сказал ты, а не я, — мягко поддела она его. Сьюзен переполняла нежность к этому мужчине.

Он медленно повернул к ней голову, во взгляде сквозило сомнение.

— Так скажи хоть что-нибудь.

— Спасибо, — выдохнула она.

— Хм? — ошеломленно уставился он на нее. Сьюзен заулыбалась и провела ладонью по его лбу, словно хотела стереть с него настороженные морщины.

— Прошлая ночь была самой невероятной в моей жизни, — честно призналась она.

— Правда?

Сьюзен не выдержала и расхохоталась над его недоверчивостью.

— А ты сомневаешься? — насмешливо приподняла Сьюзен брови, призывая его вспомнить, с какой страстью отвечала она на его ласки.

Дейви поморщился.

— С тобой я даже имя свое забываю! — Он провел большим пальцем по соску прижимавшейся к нему груди.

Сьюзен задрожала. Почувствовав, как знакомая горячая волна пробежала по ее телу, Дейви навалился на нее, понимая это.

Прошел час, прежде чем им удалось вылезти из кровати и отправиться на кухню. Сьюзен захохотала, когда Дейви извлек на свет несколько коробочек с готовыми завтраками, которые оставалось лишь поставить в духовку.

— Ты всегда так живешь? — спросила она, когда они уплетали разогретую еду прямо с подносов.

— Зато посуду мыть не надо, — заметил он. Дейви сидел перед ней в черном махровом халате на голое тело. Сьюзен позаимствовала у него рубашку, отказавшись от халата, рукава которого доходили ей до самых колен. Черная шелковая рубашка, в которой Дейви был вчера вечером, нежно ласкала ее кожу и тоже была ей до колен, рукава она завернула. Однако доесть все им не удалось. Вскоре, подхватив Сьюзен на руки, Дейви снова отнес ее в спальню.

— Я намерен оставить свой след на каждом сантиметре твоего тела, чтобы ты никогда не забыла меня, — заявил он, принимаясь снова ее ласкать.

— Я не забуду, — задохнулась она.

— Я не собираюсь рисковать, — насупился Дейви, накрыв ее, наконец, своим телом. Он вошел в нее сразу и глубоко, и Сьюзен была более чем готова принять его.

И если она считала, что ночь была необыкновенной, то день показался ей еще более невероятным. Дейви всякий раз находил все новые способы получения наслаждения, и к тому времени, когда в четыре часа дня раздался звонок ее телефона, Сьюзен считала себя продолжением этого мужчины, с которым делила нечто исключительное.

— Ты куда? — изумился он, увидев, что она бросилась к двери.

— Телефон, — пояснила Сьюзен на ходу, завертываясь в его рубашку.

— Перезвонят…

— Вдруг это Роберт? — встревожилась Сьюзен и без промедления поспешила к себе.

Это действительно оказался он. Бывший муж сообщил, что немедленно везет детей обратно, и велел ждать их примерно через час.

Когда она вернулась в соседний коттедж, Дейви, уже одетый, сидел на кухне и пил кофе. Сьюзен тут же почуяла что-то неладное, но никак не могла взять в толк, что именно.

— Это был Роберт, — сообщила она.

— И что?

Сьюзен удивилась той холодности, с которой он обращался с ней после стольких часов, проведенных вместе в постели.

— Он везет детей обратно…

— Отлично, — кивнул он.

— Дейви? — Она не знала, что и подумать. Перед ней сидел чужой человек, совершенно не похожий на того мужчину, который всю ночь и весь день занимался с нею любовью. — Что не так?

— Не так? — Его глаза превратились в два голубых осколочка льда. — А что может быть не так?

— Не знаю. — Сьюзен потрясла головой и судорожно сглотнула. Выходные кончились, так что ли? Сколько раз он обвинял ее в желании воспользоваться им на одну ночь. Неужели теперь поменялся с ней ролями и сделал это сам? Неужели часы, проведенные в ее объятиях, ничего не значат для него?

Дейви поставил кружку, так стукнув ею по столу, что Сьюзен от неожиданности подскочила на месте.

— Ты вылетела отсюда в одной рубашке на голое тело, чтобы поболтать по телефону со своим бывшим мужем, потом вернулась обратно с такой улыбкой на лице, за которую я готов пройти все круги ада, а теперь спрашиваешь — что не так?! — в ярости выкрикнул он.

У нее сердце подпрыгнуло, когда она услышала про все круги ада — за всю ночь Дейви ни разу не обмолвился ей про любовь, хотя она и понимала, что он не мог бы так заниматься с ней любовью, если бы не чувствовал к ней большего, чем просто страсть.

— Вы с ним больше не муж и жена — вот что не так, — рявкнул он.

— Конечно, но я знала, что он должен позвонить насчет детей…

— Я не верю, что ты только из-за этого помчалась сломя голову к телефону, — полоснул он по ней взглядом.

— Дейви, прошу тебя, послушай меня…

— Нет, это ты меня послушай! — взвился он. — Я не позволю превратить меня в человека, к которому ты станешь бегать за утешением. Я был не прав, когда сказал, что вчера ночью ты допустила ошибку. Нет, это я допустил ошибку, решил, что значу что-то для тебя…

— Но это так и есть, — горячо возразила она.

— Ты любишь меня? — усмехнулся он.

Кровь бросилась ей в лицо. Любовь? Ни разу за эту ночь и день она не позволяла себе задуматься над своими чувствами к этому мужчине, поскольку прекрасно понимала — что бы ни испытывала она к нему, чувство это пока еще слишком хрупкое и ненадежное, словно едва народившийся из семечка росточек.

— Нет, конечно же, — скривился он. — И еще я сильно подозреваю, что ты больше не хочешь иметь со мной ничего общего!

— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, — с мольбой уставилась на него Сьюзен. — Разве тебе не понравилась эта ночь? — Она была уверена, что ему тоже было хорошо с ней.

— Сама знаешь, что понравилась, — буркнул он. — Но раньше меня никогда не использовали в качестве сексуальной игрушки, и я не собираюсь позволять это сейчас!

— «Сексуальной игрушки»?! — не поверила она своим ушам. — Ты, должно быть, шутишь!

— Неужто? — Горечь лилась из него рекой. — А чем же еще мы занимались нынешней ночью, если не сексом?

— Только не надо делать из меня козу отпущения! — разозлилась Сьюзен. — Не надо сваливать всю вину на меня. Ты тоже, между прочим, в этом участвовал!

— Я прекрасно знаю, где был и в чем участвовал, — с вызовом посмотрел он на нее. — Но как я уже сказал, это была чистой воды ошибка.

— Отлично! — бросила она ему в лицо и начала подниматься по лестнице. — Я одеваюсь и ухожу.

— Сью…

— Хватит уже слов, Дейви, — процедила она сквозь зубы, чувствуя, что теряет над собой контроль. — По крайней мере, разреши мне покинуть этот дом с высоко поднятой головой.

Сьюзен побежала наверх, еле сдерживая рыдания. Ей стало еще хуже, когда она нацепила на себя платье, явно предназначенное для вечера. Но больше ей нечего было надеть. Сьюзен бросила рубашку Дейви на помятую кровать, ощущая себя грязной дешевкой, а время, проведенное с Дейви, — таким же грязным и дешевым.

Что с ним такое? Почему он ведет себя подобным образом? Дейви отреагировал так, как должна была отреагировать Сьюзен: обвинил ее в том, что она попользовалась им, что не питает к нему глубоких чувств, только сексуальное влечение. Смех, да и только. Но смех этот сквозь слезы…

Дейви не сдвинулся с места, когда Сьюзен спустилась вниз, у нее тоже не было особого желания заводить с ним разговор. Сьюзен захлопнула за собой входную дверь и расправила плечи, чтобы он не заметил, как сильно она расстроена. Затем гордо прошла весь путь от его дома к своему и позволила себе расслабиться, только когда оказалась внутри. А там одиночество и безысходное отчаяние захлестнули ее с головой.

Но когда в начале шестого Роберт привез детей, Сьюзен, отослав близнецов умыться к чаю, посмотрела на Роберта как ни в чем не бывало.

Он подозрительно уставился на ее бледное личико.

— Что-то долго ты к телефону не подходила.

— Занята была, — равнодушно пожала она плечами.

— И дышала тяжело.

— Правда? — удивилась Сьюзен. — Не помню.

— Дейви Тэлбот, похоже, уже вернулся, — насмешливо приподнял он бровь.

— Да. — Она отвернулась от него к столу и принялась раскладывать по тарелкам пирожные. Руки ее немного дрожали.

— Все еще не помирились? — усмехнулся Роберт.

— Не лезь не в свое дело.

— Ну вот опять, — насмешливо улыбнулся он. — Если человек встает в оборону, это верный признак — что-то здесь не так.

Сьюзен развернулась к нему, закипая от ярости.

— Я уже сыта по горло доморощенными психоаналитиками, которые пытаются истолковать в эти выходные дни мое поведение! — зашлась она. — Сказать человеку, чтобы тот не лез не в свое дело, вовсе не значит встать в оборону. Это значит, что он не имеет права совать свой нос куда не следует, только и всего!

— И кто же еще пытался истолковать твое поведение? Дейви? — Ее ярость совершенно не тронула Роберта. — Неужто вы успели помириться и снова поссориться?

— Почему бы тебе…

— Господи, выходит, я прав! — расхохотался он. — Это совсем на тебя не похоже, Сью. Ты раньше такой смирной была.

— Я и сама прекрасно знаю, что была для тебя всего лишь ковриком для ног…

— А теперь ты грубишь. — Его веселье как ветром сдуло.

Да она только и делает, что ругается с ним последнее время, хотя раньше не обратила бы на его выходки ни малейшего внимания!

— Извини, Роберт. — Сьюзен потерла висок. — Эти выходные оказались не самыми удачными. Я ужасно скучала по близнецам.

— Они тоже по тебе скучали, — сухо сообщил он.

— Правда? — просияла она.

— А ты сомневалась? — Его явно раздражала ее глупость.

— Когда я звонила тебе вчера, мне показалось, что вам весело… — Сьюзен потрясла головой. — Я думала, у них не будет времени даже подумать обо мне.

— Может, так и было, пока не пришло время ложиться спать. — Роберт поморщился. — Меня идиотским фокусом со стаканом воды не проведешь. Эти двое вывели меня из себя своими стонами. Ты даже не представляешь, как я разозлился! Думаю, я стал еще хуже к ним относиться.

— Уверена, что это не так. — Теперь, когда она знала, что близнецы скучали по ней, Сьюзен могла позволить себе быть снисходительной.

— Может, и нет, — отмахнулся он от нее. — В любом случае через неделю я уезжаю в Южную Африку. Позвоню, когда вернусь.

Подобное поведение было для нее не в новинку, Роберт постоянно говорил на прощание похожие слова. Сьюзен прекрасно знала, что пройдут месяцы, прежде чем он объявится у них в очередной раз. И в душе была рада — надо же, какая эгоистка! — тому, что на это время заполучит Вики и Эрика в свое полное распоряжение.

Однако дети совсем не были похожи на тех радостных, взволнованных малышей, которые накануне днем уезжали с отцом, и мать почувствовала себя виноватой за то, что так обрадовалась отъезду Роберта. Похоже, после времени, проведенного с отцом, близнецы переживали прощание с ним гораздо острее.

— Вы хорошо повеселились? — попыталась расшевелить их мать.

— Да. — Как всегда, Эрик ответил за обоих, но взгляда от тарелки не оторвал.

— Как твой насморк, Вики? — Сьюзен сделала вторую попытку втянуть детей в разговор.

— Лучше, — односложно ответила дочь.

— Чем вы с папой занимались? — с наигранным энтузиазмом поинтересовалась она.

— Ходили по магазинам, — снова ответил Эрик. — Вечером папа водил нас в ресторан. А сегодня мы сидели у него в квартире.

— Ну нельзя же все время куда-то ходить. Папа всю неделю работал, устал, наверное.

— Да мы были вовсе не против посидеть дома, — покачал головой сын. — У него есть видео и фильмов полно.

— А чем занимался ваш папочка, пока вы смотрели кино? — поинтересовалась Сьюзен как можно беспечнее.

— Он был… ой! — Вики поморщилась и уставилась на Эрика, который тут же принял подозрительно невинный вид. — Он был занят, — неловко закончила она.

— Что…

— Ты не против, если мы пойдем спать, мамочка? — решительно оборвал ее Эрик.

— Спать? — нахмурилась Сьюзен. — Но ведь только четверть седьмого! — Еще целый час до того времени, когда она насильно загоняла их в кровать.

— Мы устали, — уперся Эрик.

— Ну, если вы этого хотите… — сдалась она.

И хотя за время обычных купальных процедур не было сказано ни словечка, Сьюзен отчего-то не покидала тревога. Вряд ли дети отреагировали подобным образом на то, что расстались с отцом на несколько недель, а то и месяцев. Что-то в эти выходные пошло не так, причем сильно не так, иначе почему у них такой удрученный вид? Все ее тревоги и подозрения по поводу внезапного желания Роберта провести с детьми выходные снова выплыли наружу, и ей до боли захотелось обсудить с кем-нибудь этот вопрос. Как же жаль, что она рассорилась с Дейви.

Глава 8

Сьюзен подскочила в постели, услышав громкий вскрик, последовавшие за ним всхлипы, и тут же бросилась в спальню близняшек. Вики сидела на кровати и безутешно рыдала, Эрик старался ее успокоить.

— Тише ты, — шептал он. — Маму разбудишь.

— Но она нужна мне! — завыла Вики пуще прежнего.

— Мама начнет волноваться, только и всего, — давил на нее Эрик. — Успокойся ты, маленькая…

— Я уже здесь, Эрик, — прервала его тираду Сьюзен. — И уже волнуюсь. — Она взяла Вики на руки, крепко обняла ее и прижала к себе. Девочка тут же уткнулась в шею матери. Подслушанный разговор действительно встревожил Сьюзен, никогда еще ее дети не скрывали от нее своих тревог и переживаний. — Что с тобой, милая? — погладила она дочку по голове.

— Я…

— Ей просто плохой сон приснился, мамочка. — Эрик не дал сестре договорить, бросая на нее красноречивые взгляды.

— Эрик! — одернула его Сьюзен и заглянула в заплаканное личико девочки. — Это так, малышка моя, тебе действительно приснился кошмар?

Вики посмотрела на брата и только после этого кивнула:

— Да.

Но мать так легко не проведешь, она вознамерилась во что бы то ни стало докопаться до истины и выяснить, почему дети так странно ведут себя после поездки к отцу.

— Это правда? — мягко, но настойчиво переспросила она. — Или вас что-нибудь расстроило в Нью-Йорке?

И снова Вики посмотрела на брата, словно искала у него помощи и подсказки.

— Мне просто приснился кошмар, — пробормотала она.

Сьюзен нахмурилась, прекрасно понимая, что девочка лжет. Но ее дети никогда не были склонны к вранью, и она встревожилась не на шутку.

— Дейви уехал?

Неожиданный вопрос дочери застал Сьюзен врасплох.

— Нет… — неуверенно протянула она.

— Я хочу видеть его.

— Но он спит, милая. Сейчас уже час ночи.

Нижняя губа Вики задрожала, и девочка снова залилась слезами.

— Он уехал, — рыдала она. — Я так и знала.

— Его машина стоит во дворе, Вики…

— Тогда почему он не пришел поздороваться с нами, когда мы вернулись? — хлюпнула она носом.

Сьюзен почувствовала себя виноватой; если учесть, как они с Дейви расстались, он наверняка решил, что ему вряд ли будут здесь рады, даже если он просто придет повидать близнецов.

— Он был занят, милая…

— Но не настолько же! — не унималась Вики.

— Милая…

— Я хочу видеть его, — уперлась девочка, дыхание у нее стало прерывистым.

Сьюзен нервно пожевала губу — у дочери налицо все признаки начала приступа астмы. С возрастом эти приступы у Вики становились все реже и реже, но если уж начинались, то проходили гораздо тяжелее, чем были в младенчестве, и до смерти пугали мать. А тут еще эта простуда…

— Пойду посмотрю, может, он еще не лег, — пообещала она дочери. — Но если уже спит, тебе придется подождать до утра. — Несмотря на приступы, мать не собиралась потакать капризам Вики.

Мысль о том, что надо пойти к Дейви и вытащить его из постели, вовсе не грела ей душу, но, натягивая поверх пижамы халат, Сьюзен заметила, что в окне его гостиной все еще горит свет. Может, он начал работу над своей книгой?

Она не думала, что он откажется прерваться ненадолго, когда узнает, что Вики зовет его, ведь Дейви искренне привязался к обоим малышам.

Он с раздражением открыл ей дверь и подозрительно прищурился:

— Да?

Не слишком теплое приветствие, конечно, но мысль о безутешной Вики придала Сьюзен храбрости.

— Я знаю, что уже поздно…

— Это точно, — холодно согласился с ней он. — Очень поздно.

Она вытаращила от удивления глаза, услышав в его голосе неприкрытую враждебность.

— Да. Видишь ли, я пришла, потому что…

— Только не говори, что ты пришла сюда не за тем, чтобы лечь со мной в постель…

— Самоуверенный ублюдок! — Волна слепой ярости захлестнула Сьюзен с головой, рука сама собой поднялась, чтобы отвесить ему звонкую пощечину. — Неужели ты действительно считаешь, что я пробралась сюда под покровом ночи, чтобы по-быстренькому перепихнуться с тобой, пока дети спят?

Он непроизвольно прижал ладонь к горящей щеке и поморщился:

— Похоже, что нет.

— Конечно нет! Я пришла потому, что Вики в истерике зовет тебя, — процедила она сквозь зубы. — Но судя по всему, у тебя на уме одна постель! — Лицо ее перекосилось от отвращения, она резко развернулась и хотела было уйти, но Дейви поймал ее за руку. — Оставь меня! — прошипела Сьюзен и запрокинула голову, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Вики заболела? — заволновался он, вмиг позабыв про свой насмешливо-ледяной тон.

— Не думаю, что тебе это действительно интересно…

— Она больна, черт бы тебя побрал?! — Он до боли сжал ее руку.

Сьюзен покачала головой:

— Ей приснился кошмар…

— И она звала меня?

— Да. — Сьюзен гордо приподняла подбородок. Не так-то просто признать, что твой ребенок зовет на помощь не тебя, а кого-то другого, особенно если всего неделю назад он и слыхом не слыхивал про этого человека.

Дейви внезапно отпустил ее.

— Я иду с тобой. — Он решительно двинулся в сторону ее коттеджа.

— Если у тебя найдется свободная минутка, — хмыкнула она.

— Послушай, — поджал он губы, — я знаю, что обошелся с тобой грубо, но…

— Я не собираюсь обсуждать с вами ваши ошибочные выводы, мистер Тэлбот, — холодно одернула его Сьюзен. — Думаю, не стоит даже говорить о том, что я ни за что на свете не пришла бы к вам сегодня ночью, если бы Вики не была так сильно расстроена.

— Сью… — В его голосе прозвучали просительные нотки. Но Сьюзен сделала вид, что ничего не заметила, и рывком открыла дверь детской. В сердце ее словно вонзили иголку, когда она увидела, с каким облегчением дети бросились в объятия Дейви. Она почувствовала себя ненужной и одинокой.

Дейви сочувственно глянул на нее поверх одинаковых рыжих головок и, вне всякого сомнения, заметил в ее глазах боль.

— Как насчет чашки теплого молока? — спросил он.

— Они не…

— Теплое молоко звучит заманчиво, — тут же согласился с ним Эрик.

Сьюзен изумленно заморгала. Близнецы терпеть не могли теплое молоко, но покорно побрела за ним на кухню. Хуже всего было то, что и она, и Дейви знали — это всего лишь предлог, просто детям было нужно каким-то образом спровадить ее из детской!

Чтобы занять себя хоть чем-нибудь и немного отвлечься, Сьюзен действительно подогрела молоко, хоть и знала, что оно никому не потребуется. Из детской доносился приглушенный голос Дейви, а она все оттягивала и оттягивала свое возвращение к ним и немного удивилась, когда через несколько минут он сам спустился вниз и сообщил:

— Они заснули.

— Это просто невероятно! — отреагировала она.

— Иди посмотри, если хочешь, — предложил Дейви. — Я выключил люстру, оставил только ночник. Правильно? А теперь можно и молока попить.

Сьюзен резко подняла голову.

— Тебя, наверное, работа ждет, — холодно сказала она, припомнив, как он ее встретил.

— Ничего срочного, — поджал он губы. — Кроме того, нам надо поговорить…

— Я так не считаю, — покачала Сьюзен головой.

— …о Вики, — с нажимом закончил он фразу. — Полагаю, тебе интересно, что ее волнует?

— Конечно интересно! — огрызнулась Сьюзен, разозлившись на свой промах.

— Тогда предлагаю сесть, выпить молока и поболтать между делом.

— Ладно, — пришлось согласиться Сьюзен. Как же так вышло, что ее дети доверились этому мужчине, а не ей? При мысли об этом у матери сжалось сердце. — Но сначала я поднимусь проверю, все ли в порядке.

Вики и Эрик действительно сладко посапывали в своих кроватках.

— И оба дышат. — Она не слышала, как Дейви поднялся следом за ней. Теперь он стоял в дверях с насмешливой улыбкой на губах. — Это я к тому, если ты вдруг сочла меня серийным маньяком-детоубийцей…

Сьюзен одарила его презрительным взглядом и прошла мимо в гостиную. И, только усевшись в кресло со стаканом молока в руке, напомнила:

— Ты вроде сказал, что знаешь причину тревоги Вики…

Дейви устроился напротив нее, тоже со стаканом молока в руке.

— Знаю, — кивнул он. — Ты в курсе, что во время поездки Роберт познакомил их со своей нынешней подружкой?

— Нет, — прошептала она.

— Так вот, он их познакомил, — вздохнул Дейви. — Похоже, вчера вечером они все вместе ходили в ресторан, а сегодня эта самая Нона — так ее зовут — провела с ними весь день.

Роберт вряд ли решился бы на подобный шаг, если бы не относился к женщине всерьез! Сьюзен подумала о последствиях и побелела. Да, так и есть, единственная причина, по которой Роберт мог познакомить с ней близнецов, — его серьезные намерения в отношении этой женщины.

— Ты ничего не знала об этом? — еще больше нахмурился Дейви.

— Ну, может, Роберт и говорил, что у него кто-то там появился… — рассеянно пожала она плечами. Мысли ее неслись вскачь.

— И Нона спросила детей, как они отнесутся к тому, чтобы навсегда переехать к отцу… — договорил Дейви.

Вот теперь Сьюзен перепугалась не на шутку:

— Роберт не может так поступить. При разводе он согласился с тем, чтобы дети остались со мной.

— Он мог и передумать, — насупился Дейви.

— Нет! — истерично взвизгнула Сьюзен. Ее всю трясло. — Я не верю. Он любит детей только по большим праздникам, — пришлось признать ей.

— Любовь — странная штука, — пожал плечами Дейви. — Она творит чудеса. Что подумает эта женщина, если он признается ей, что ему не нужны его собственные дети?

Сьюзен стала похожа на загнанного в угол зверька.

— Ты думаешь, именно это и происходит?

— Такое вполне возможно, — опять вздохнул он. — А близнецы, между прочим, не хотят жить со своим отцом.

— Они так тебе и сказали?

— Да.

— Но почему они не поделились со мной своими тревогами? — с болью в голосе выкрикнула Сьюзен. — Я могла бы заверить их, что ни за что на свете не допущу этого.

— Это вряд ли, по крайней мере, в душе тебя наверняка начали бы глодать сомнения, — медленно проговорил Дейви. — Они обратились ко мне потому, что считают — я могу что-то сделать, чтобы предотвратить это.

— Что сделать?

— Похоже, дети полагают, что я должен сам принять решение, — усмехнулся он.

— Господи, я понятия не имела, что все может так обернуться! — пробормотала Сьюзен. — Кстати, с чего это ты взял, что меня начнут терзать сомнения? — неожиданно взвилась она. — Роберт не сможет забрать детей без моего позволения, а ему не видать его, как своих ушей!

— Сью, — нежно произнес Дейви. — Если Роберту удастся доказать, что ты плохо выполняешь свой материнский долг…

— Да как у тебя язык повернулся произнести такое! — Она в ярости вскочила с кресла. — Я им всю мою жизнь посвятила, я…

— Знаю, — спокойно осадил он ее. — Но постарайся посмотреть на это с точки зрения человека постороннего. Ты живешь в коттедже, который милостиво выделил тебе родной дядя Роберта…

— Я плачу за него!

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — кивнул Дейви. — Но плата вряд ли слишком высока и уж наверняка намного ниже той, которую тебе пришлось бы выложить, снимая коттедж у постороннего человека. Работаешь ты тоже на дядю Роберта, причем по удобному для тебя графику. Без всех этих послаблений тебе вряд ли удалось бы наладить нормальную жизнь.

— Генерал никогда не выкинет нас на улицу, — уверенно произнесла Сьюзен.

— Не сомневаюсь. За эту неделю я убедился, что он человек честный и порядочный. Но если Роберту вздумается начать против тебя дело на основании того, что ты до сих пор материально зависишь от него самого и его семьи, тебе придется ой как несладко. Я не говорю, что он непременно пойдет на этот шаг, просто выдвигаю предположение…

Сьюзен обмерла, когда в голову ей пришла еще одна идея.

— Роберт чересчур настойчиво интересовался, есть ли у меня мужчина, — проговорила она. До нее начало доходить, что Дейви может оказаться прав. В горле у нее пересохло. — Он… Он задавал вопросы о тебе…

— Все в порядке, Сью. — Дейви обнял ее. — В наших отношениях нет ничего такого, что он сможет использовать против тебя.

— А как же прошлая ночь? — задохнулась она.

— Близнецов не было дома.

— Но сейчас-то они дома. Никто не поверит, что ты пришел сюда только из-за Вики, если люди узнают о вчерашнем.

— Нет.

— Что «нет»? — В ее глазах стояли слезы.

Он с нежность посмотрел на нее сверху вниз:

— Я пришел не только из-за Вики. Я понял, что нужен тебе. Знаешь, как это здорово — понять, что я нужен тебе!

— Дейви…

— Я понимаю, что сейчас не время, — простонал он, и взгляд его потемнел. — Но я должен поцеловать тебя.

Ее губки распахнулись под его губами, голова запрокинулась, оба пребывали на взводе из-за бурливших в их душах эмоций.

— Господи, как же я скучал по тебе! — Дейви прижался щекой к ее затылку, крепко стиснув Сьюзен в своих объятиях. Однако через некоторое время твердо произнес: — Ты устала. Тебе надо хорошенько выспаться. Утро вечера мудренее, утром все покажется не таким уж и страшным. И теперь я собираюсь уложить тебя в кровать — уложить в кровать, Сью, а не затащить тебя туда!

Он развернулся и, все еще обнимая ее одной рукой за плечи, повел Сьюзен в спальню, снял с нее халатик, словно с маленького ребенка, заботливо подоткнул одеяло, когда она легла, и присел на краешек кровати.

— Вот так. На сегодня хватит думать об этом… Я знаю, что легче сказать, чем сделать, но если завтра ты встанешь разбитой, делу этим не поможешь. Ты должна убедить близнецов, что в их жизни ничего не изменится, а если будешь бродить по дому, словно зомби, и к тому же с печатью тревоги на лице, они еще больше расстроятся. А теперь закрой глазки и послушай меня.

Сьюзен покорно выполнила его распоряжение, словно кроткий ребенок, а он начал рассказывать ей о своей будущей книге, которую собирался написать на основе дневников генерала.

И тут прозвенел будильник. Сьюзен повернулась, чтобы выключить его, и у нее глаза на лоб полезли: в ее крохотном кресле, неловко свернувшись в клубок, спал мужчина.

Господи, Дейви не должен находиться здесь сейчас! Она потихонечку выбралась из кровати и потрясла его за плечо, вздохнув с облегчением, когда тот проснулся без звука.

— Иди на кухню, выпей кофе, — поторопила она его.

Он озадаченно огляделся вокруг:

— Неужели я и впрямь заснул здесь?

— Да, — кивнула она. — Тебе лучше спуститься вниз прежде, чем близнецы обнаружат тебя в моей спальне.

Им удалось пробраться на кухню незамеченными. Опустившись на табурет, Дейви поморщился.

— Я не собирался спать в твоей комнате.

— Похоже, твой голос не только на других действует, ты сам себя усыпил!

— Какая потеря времени! — улыбнулся он. — Но вижу, настроение у тебя немного улучшилось?

Сьюзен отвела взгляд.

— Я собираюсь позвонить Роберту, может, нам удастся уладить все без драки.

— Думаешь, это хорошая идея? — нахмурился Дейви. — Я не уверен, что будет правильно напасть на него первой…

— Я что, спрашиваю твоего мнения? — вспыхнула Сьюзен. — Я благодарна тебе за вчерашнюю помощь, но…

— Правда? — Он со стуком поставил на стол пустую чашку. — Очень сомневаюсь. Но у меня есть обязательства перед Вики и Эриком. Они ждут, что я сотворю для них чудо и спасу их мир от разрушения.

— Они уже достаточно взрослые, чтобы понимать — жизнь штука непростая и дела так не делаются…

— Дай мне хоть попробовать, — попросил он.

— Попробовать что?

— Сегодня я еду в Нью-Йорк, хочу навести справки насчет Роберта и его подружки.

— С какой целью? — нахмурилась она.

— По крайней мере, ты будешь знать, с чем имеешь дело, — нетерпеливо пояснил он ей. — Вдруг близнецы просто что-то неправильно поняли?

Его доводы звучали вполне логично, и все же Сьюзен не хотелось быть обязанной этому мужчине, он и так достаточно для нее сделал.

— Мне в любом случае надо в город, — догадался Дейви о ее сомнениях. — Ничего страшного не случится, если ты отложишь исполнение своего плана на один день.

— Ты прав, — признала Сьюзен. — Ладно, Дейви, но ты должен пообещать мне вести себя благоразумно.

— Разве я не сижу здесь, у тебя в кухне, благоразумно, как будто только что пришел? — поддел он ее. — Ты ведь этого добивалась, когда погнала меня вниз, не так ли?

— Этого, — вспыхнула она. — Я чуть не умерла, когда увидела тебя в моей спальне.

— Какая романтичная ночь!

Готовое сорваться с ее губ саркастическое замечание повисло в воздухе — в кухню ворвались близнецы, оба вне себя от радости, что Дейви заглянул к ним на завтрак!

День тянулся бесконечно. Сьюзен извелась, ожидая новостей от Дейви, но сегодня ей, по крайней мере, не приходилось отвечать на злые нападки Присциллы — девушка решила задержаться в Нью-Йорке еще на день. Если бы не беспокойство по поводу предполагаемого брака Роберта, день выдался бы на редкость тихим и мирным.

Но не успела Сьюзен вставить ключ в замок двери коттеджа, как зазвонил телефон.

— Сью? — рявкнул мужской голос, едва она схватила трубку.

— Роберт? — изумилась Сьюзен. Вчера он обещал объявиться только через несколько недель, и вот нате вам!

— Какого черта я узнаю о твоей помолвке не от тебя? — заорал бывший муж. — А тем более от этого человека?!

— Ч… Что? — Она даже начала заикаться от неожиданности.

— Я только что имел беседу с твоим женихом, и поверь, мне не до смеха, — проскрежетал он.

— С каким еще женихом? — открыла она от удивления рот.

— С Дейви Тэлботом, — мрачно огрызнулся Роберт. — Он только что сообщил мне, что вы собираетесь пожениться!

Глава 9

— Пожениться?! — ошеломленно повторила Сьюзен.

— Даже не пытайся отвертеться, Сью, — холодно бросил Роберт. — Он мне сам это сказал.

Ей было трудно не «отвертеться», а поддержать бредовую идею Дейви, ведь она понятия не имела, чем он руководствовался, делая такое заявление.

— Э-э-э… Это он сам тебе сказал? — Ничего более подходящего ей так и не пришло в голову.

— Он вообще ничего мне не сказал бы, если бы я совершенно случайно не наткнулся на него, когда выходил из ресторана, — накинулся на нее Роберт. — И когда ты собиралась поставить меня в известность? После свадьбы?

Интересно, какова вероятность «случайности», что Роберт «наткнулся» на Дейви? — раздраженно подумала Сьюзен, недовольная поведением предполагаемого жениха. Однако отношение Роберта к предстоящему браку ей тоже не слишком понравилось.

— Не волнуйся, я непременно послала бы тебе приглашение! — нашла наконец она подходящий ответ.

— Если верить Тэлботу, в этот момент меня вообще не было бы в стране! — разъярился Роберт.

— Так что же он тебе там такое сказал? — саркастически хмыкнула Сьюзен.

— Что вы собираетесь пожениться, причем в самое ближайшее время. Ты что, своих собственных планов не знаешь?

Хотелось бы ей их знать! Неужели Дейви так понимает «благоразумное поведение»!

— Тебе не кажется, что ты слишком торопишься с браком? Вы ведь всего неделю как знакомы, — фыркнул Роберт.

— Не неделю, а десять дней! — Сьюзен все больше и больше злила реакция Роберта. По всей видимости, он вбил себе в голову, что вправе контролировать ее действия.

— Хватит придираться, Сью! — огрызнулся он. — Ты же практически не знаешь этого человека!

— Лучше, чем ты думаешь, — насмешливо протянула она.

— Спать с мужиком — это еще не значит знать его!

Она была рада, что он не видел, как краска залила ее лицо.

— Без тебя знаю. Я вовсе не секс имела в виду. Дейви — человек добрый, нежный и надежный…

— И еще он бессердечный репортер, — не преминул напомнить ей Роберт. — Ты ведь так меня называла или забыла?

Да уж, тут он не ошибся, черт его подери! Именно таким она его и считала.

— Дейви оставил эту профессию, — прошипела она в трубку.

— «Репортер на час — репортер навсегда», — снова процитировал ее Роберт.

— К Дейви это не относится, — бросилась Сьюзен на его защиту.

Повисло минутное молчание.

— Значит, ты действительно собираешься выйти за него? — спросил наконец Роберт.

— Я… вероятно, — уклонилась она от прямого ответа.

— Когда?

— Э-э-э… Мы еще не назначили дату.

— Тэлбот говорил так, будто он ни дня подождать не в состоянии, — усмехнулся Роберт…

— И что? По-твоему, такого быть не может? Когда-то ты сам сгорал от нетерпения, — уколола его Сьюзен.

— Это точно. — Похоже, Роберт перестал злиться и снова обратился к привычному для него сарказму.

— Кстати, я тут кое-что вспомнила. — Она вдруг поняла, что ей представилась прекрасная возможность поднять волнующий ее вопрос. — Вики и Эрик сказали мне, что в эти выходные познакомились с твоей подружкой Ноной…

— Ну и?.. — Теперь настала очередь Роберта занимать оборону.

— Ничего, просто упомянули о ней, вот и все, — как ни в чем не бывало прощебетала Сьюзен.

— Я что, не имею права познакомить их с одной из моих подруг?

— Имеешь, конечно. Я просто подумала… э-э-э… она твоя близкая подруга?

— Такая же, как для тебя Тэлбот, — надулся Роберт.

— Значит ли это, что ты тоже подумываешь о свадьбе? — Сьюзен затаила дыхание в ожидании ответа.

— Может быть, — ощетинился он. — Все зависит от обстоятельств.

Сьюзен с трудом удалось справиться с собой и не огрызнуться в ответ. Ей не хотелось доводить бывшего мужа до бешенства — он вполне мог бросить трубку, и в итоге она вообще не добьется от него никакой информации.

— А пока я могу сказать тебе только одно — я не слишком одобряю твой брак с Тэлботом…

— Я и не заметила, что попросила твоего одобрения…

— Оно тебе потребуется, если он станет отцом моих детей! — разозлился Роберт.

Последнее замечание возмутило Сьюзен до глубины души.

— В соглашении о разводе не написано, что я обязана получить твое одобрение, если снова соберусь замуж!

— Ладно, ладно, в таком случае я выскажусь по-другому, — раздраженно бросил он. — Тебе не кажется, что ты немного торопишься, соглашаясь на брак с человеком, которого знаешь всего неделю… то есть десять дней? — поправился он.

— Когда человек влюбляется, он не считает, сколько времен прошло, он просто знает, что влюбился, и точка.

— А ты, значит, влюбилась? — фыркнул Роберт. Сьюзен облизала пересохшие губы. Единственное чувство, которое она сейчас испытывала к Дейви, — это злость. Такого дурацкого разговора не состоялось бы, если бы он не ляпнул Роберту об их несуществующих планах на брак.

— Сильно сомневаюсь, что тебе известно значение слова «любовь», — произнес Роберт.

— Да как ты…

— В нашу бытность мужем и женой ты не знала, — с удовольствием ткнул он ее носом.

— Зато быстро узнала, что такое нелюбовь. — Сьюзен практически уже потеряла терпение и пребывала на грани.

— «Нелюбовь» — это я, — признал он. — И ты думаешь, что Тэлбот — «то самое», высокое и светлое?

— Да!

Роберт шумно вздохнул:

— Что ж, ты уже большая девочка. Поживем-увидим. Время покажет, что из этого получится…

Сьюзен терпеть не могла снисходительного тона Роберта. Он не имел никакого права разговаривать с ней подобным образом, ведь Роберт сам подал на развод, пусть даже к тому времени она уже знала, что между ними все кончено. Но Сьюзен так и не нашла ответа.

— Мне пора, — пролепетала она в трубку. — Вики и Эрик скоро вернутся домой, надо приготовить им чай.

— Ладно, — неохотно согласился он с ней. — Но я буду тебе очень признателен, если в дальнейшем ты сама станешь сообщать мне новости.

Сьюзен машинально согласилась с ним, дала отбой и уставилась в пространство, не в силах сдвинуться с места.

Она любит Дейви Тэлбота?!

Сьюзен с жаром бросилась защищать свои чувства от нападок Роберта и вдруг поняла — это правда, она действительно любит Дейви, и не важно, знает она его неделю, десять дней или десять лет! После проведенного вместе с ним выходного Сьюзен пыталась убедить себя, что это всего лишь физическое притяжение, не больше, только, кажется, все не так…

Но как он к ней относится? Дейви заявил Роберту, что они собираются пожениться, однако Сьюзен была уверена, что ему пришлось сделать это в ответ на какие-то его слова или действия. На самом деле Дейви не намерен связывать себя узами брака. И он сумеет вывернуться, замять это дело, как только буря немного уляжется. Господи, если бы она только знала, что толкнуло его на такой шаг! Должно быть, Роберту удалось каким-то образом вывести его из себя?

Дейви никогда не женится на ней, это точно. Он обожает близнецов, его тянет к ней физически, но брак… Он тридцать семь лет вел холостяцкую жизнь и конечно же не готов расстаться со своей свободой ради разведенной женщины с двумя детьми.

Сьюзен вздохнула и пошла на кухню готовить еду детям. Впервые в жизни она пожалела, что они у нее есть. Если бы она была одна…

Если бы Сьюзен была одна, у нее вообще не было бы никакой жизни, ведь близнецы и есть вся ее жизнь! Просто перед ней встала извечная проблема — как женщине-матери разделить свою любовь между детьми и любимым мужчиной. Раньше Сьюзен не приходилось разрываться надвое, а сейчас ей не хватало мужества сделать выбор, особенно если учесть, что особого выбора у нее нет. Она всегда любила Вики и Эриха больше жизни, а теперь и Дейви любит так же.

Дети, казалось, не заподозрили ничего неладного, когда с шумом ворвались в дом и потребовали чаю. Да и с чего бы? Их мать нисколько не изменилась, ведь она уже неделю как влюблена в Дейви, просто до сегодняшнего дня не отдавала себе в этом отчета.

Однако ее напряжение все росло и росло, и, когда Сьюзен наконец услышала звук мотора «порше», она была похожа на пружину, готовую в любой момент разжаться и хлопнуть кого-нибудь по лбу. Близнецы уже мирно посапывали в своих кроватках.

Когда Сьюзен подошла к Дейви, он копался в багажнике, но тут же выпрямился и посмотрел на нее.

— У меня ужин готов, — заволновалась Сьюзен, заметив на его лице печать усталости.

Он нахмурился:

— Но ты не могла знать, когда я приеду.

— Это всего лишь запеканка, — пожала она плечами.

— Тогда понятно, — сдержанно пробормотал он, словно не был уверен, в каком настроении пребывает Сьюзен. — Можно мне пойти умыться и переодеться? После Нью-Йорка у меня такое состояние, будто я весь липкий и потный.

— Не спеши, запеканка подождет, хуже ей от этого не станет, — кивнула Сьюзен.

— Я быстро.

У нее осталось неприятное ощущение, что от нее хотели отделаться. Да, Сьюзен прекрасно знала, что поступила немного самонадеянно, приготовив для Дейви ужин, но она не могла начать вести себя с ним как-то иначе и не проявить заботу только из-за того, что сумела-таки разобраться в своих чувствах. В конце концов, он ведь ездил в Нью-Йорк по ее делу и только ради нее наводил справки насчет Роберта. С ее стороны было вполне естественно приготовить для него еду. Господи, да она уже целую неделю это делает, так почему не сделать и сегодня?!

Сьюзен целых полчаса нервно слонялась по кухне, пока не раздался стук в дверь.

Дейви переоделся в светло-голубую рубашку и такие же брюки, волосы его еще не высохли после душа. Выглядел он уже не столь уставшим, но настороженность в глазах не пропала.

— Как сегодня Вики и Эрик? — поинтересовался Дейви после нескольких минут молчаливого пережевывания пищи.

Она невесело усмехнулась:

— Уверены, что ты сумеешь разогнать всех злых драконов.

— А ты не уверена, так что ли? — прищурился он.

Сьюзен с вызовом посмотрела на него:

— Все зависит от того, каким образом ты собираешься это сделать.

Дейви притих.

— Роберт звонил, да? — дошло до него.

— Да. — Она старалась говорить нормальным тоном, и по ее голосу было невозможно понять, какие эмоции бушуют у нее в груди.

— И что он тебе сказал?

— Ни слова о том, что собирается отобрать у меня близнецов.

Дейви вздохнул:

— Сью…

— А что ты сказал ему? — вкрадчиво поинтересовалась она.

— Он уже сообщил тебе. — Дейви набрал в легкие воздуха. — Я прав?

— В точку.

— И ты хочешь знать, что я думал, когда говорил ему это? — поморщился Дейви.

— Не помешало бы, если ты, конечно, не против объяснить, — спокойно ответила Сьюзен.

— Я навел справки, как и обещал. И делал это весьма благоразумно, — твердо заявил он, заметив на ее лице скептическое выражение. — Именно в результате этих расспросов я отправился на поиски Роберта и начал вести себя неблагоразумно.

— И что же ты раскопал? — заволновалась Сьюзен.

— Нона на самом деле Вайнона Райдер, ее отец — владелец канала, на котором работает Роберт.

Такого Сьюзен даже в страшном сне не могло присниться. Если отец Ноны владелец телеканала, то ее семейка явно не бедная, а если так, то у этой женщины на руках все средства начать долгую, изнурительную войну за детей.

— Ходят упорные слухи, что эти двое собираются в скором времени пожениться, — добавил Дейви, так и не дождавшись от нее ответа.

Она судорожно сглотнула, отпихнув от себя тарелку с практически нетронутой едой.

— Когда?

Он пожал плечами.

— Скоро, но когда точно — никто не знает, дата еще не назначена. Вот я и подумал, что мне следует опередить их на шаг и заявить о нас.

Сьюзен тупо уставилась на него:

— То есть о том, что мы должны пожениться?

— Да.

— Значит, это правда?

Дейви поджал губы.

— Или так, или он отберет у тебя близнецов, — мрачно проговорил он.

— И что, по-твоему, будет, когда свадьба не состоится?

— Она состоится.

— Прости? — открыла она рот.

— Мы поженимся, Сью, — уставился он на нее голубыми глазищами.

— Ты… я… Я не могу позволить тебе сделать это, Дейви. — Сьюзен покачала головой, в ее глазах блеснули слезы.

— Сделать что? — прищурился он.

— Жениться на мне ради Вики и Эрика. Я знаю, что они тебе небезразличны, но я не могу позволить ни одному мужчине на свете жениться на мне только по этой причине. — А она-то, глупая, думала, что не сможет выйти замуж из-за того, что у нее двое детей!

Губы Дейви превратились в тоненькую полосочку.

— Тогда считай, что мы женимся потому, что подходим друг другу в постели, — заявил он. — Хотя при твоем скудном опыте ты вряд ли это поняла!

Теперь он нарочно старался уколоть ее побольнее, задеть словом, и она понятия не имела, зачем ему это. Сьюзен предоставила ему возможность с честью выбраться из неприятной ситуации, почему бы ему не воспользоваться этим шансом и не удалиться прочь с высоко поднятой головой?

— Я поняла, Дейви, — просипела она.

— Неужели? — огрызнулся он. — Может, стоит освежить тебе память?

Он грубо схватил ее и прижал к себе.

— Нет… — вырвалось у нее из груди, но он закрыл ее рот жестким, не терпящим возражений поцелуем. У Сьюзен было такое чувство, что он насилует ее языком, который ворвался ей в рот, его сильные руки чуть не раздавили ее. — Дейви, нет! — Ей все же удалось каким-то чудом отстраниться от него и заглянуть ему в лицо. В ее глазах плескалась боль. — Так нельзя, Дейви, — задохнулась она. — Если мы поженимся, мы возненавидим друг друга.

Несколько секунд он смотрел на нее стеклянными глазами, словно до него только сейчас начало доходить, что он наделал. Затем Дейви оттолкнул от себя Сьюзен, как будто ее тело обожгло его, и засунул руки в карманы.

— Ты предпочитаешь рискнуть, лишиться Вики с Эриком, но не выходить за меня? — прохрипел он.

Нет, она предпочла бы рискнуть потерять своих ненаглядных детишек, лишь бы он не начал ее ненавидеть! Сьюзен кивнула, словно деревянный болванчик, и нисколько не удивилась, когда он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.

На следующее утро она явилась на работу бледная, с синяками под глазами, не в силах противостоять нападкам Присциллы, которая вернулась из Нью-Йорка накануне вечером.

— Нисколько не сомневаюсь, что вы прекрасно без меня справились, — заявила она, избрав столь необычную форму извинения за свой неожиданный отъезд.

— Да. — После бессонной ночи Сьюзен была не состоянии даже соблюсти элементарную вежливость.

— Если бы я знала, что Дейви уехал, я и не подумала бы возвращаться, задержалась бы еще ненадолго, — пренебрежительно фыркнула Присцилла.

— Уехал? — встрепенулась Сьюзен. — Как уехал?

Ее собеседница пожала плечами:

— Похоже, накопал все, что ему нужно, и вернулся в Нью-Йорк. — В голубых глазах блеснула злость. — Только не говори, что он не сообщил тебе о своем отъезде.

Сьюзен покачала головой, настроение у нее упало ниже некуда. Заметив отсутствие «порше», она решила, что Дейви просто укатил куда-нибудь спозаранку, ей и в голову не пришло, что он может уехать насовсем. Она даже собиралась пойти к нему, когда он вернется, — ей хотелось сохранить между ними хотя бы дружеские отношения.

— Какой плохой мальчик, — усмехнулась Присцилла. — И это после того, как вы двое… провели вместе столько времени!

— Он заходил несколько раз повидаться с близнецами, — уныло пролепетала Сьюзен.

Присцилла с жалостью посмотрела на нее:

— Если ты думаешь, что кто-нибудь поверит в это нелепое объяснение, то можешь забыть об этом!

— Но это правда! — вспыхнула Сьюзен.

— Может, и так, — уступила Присцилла. — Но вряд ли он навещал их в десять вечера. Соседи все видят, им рот не заткнешь, — добавила она, отвечая на ее удивленный взгляд. — Ты вела себя с ним как полная дура, вся деревня уже в курсе.

— Присцилла…

— О, не волнуйся, я не собираюсь выдвигать никаких обвинений…

— Ты даже не представляешь себе, как я счастлива услышать это!

— Только не надо строить из себя оскорбленную невинность, — усмехнулась Присцилла. — Я, конечно, понимаю, что ты расстроена; видать, ты и впрямь понятия не имела, что он может взять и бросить тебя.

Сьюзен резко поднялась.

— Он не бросал меня, — четко проговорила она каждое слово. — У нас с ним не было ничего такого. Он гостил у твоего отца и теперь уехал, вот и все.

— Ну и ладно, если тебе так больше нравится, — фыркнула Присцилла. — Но если ты спросишь меня, я скажу — ты просто не знаешь, как удержать мужчину, вот в чем твоя проблема.

— Тебя никто не спрашивал, Присцилла. — Сьюзен окончательно вышла из себя, прекрасно понимая, что пришел день выложить ей все начистоту. — И честно говоря, я уже сыта по горло твоими чертовыми советами. Я здесь работаю, Присцилла, а не нахожусь на содержании, чего не скажешь о тебе.

— Да как ты смеешь! — задохнулась та от возмущения.

— Легко! — Глаза Сьюзен полыхали огнем. — Я мирилась с твоей грубостью и интонациями только из-за твоего отца…

— И из-за того, что в противном случае тебе показали бы на дверь!

— Что правда, то правда, — холодно признала Сьюзен. — Как твой отец может любить такую маленькую эгоистичную сучку — выше моего понимания. Но он любит тебя. Так что лучше мне уйти самой, это сбережет нам всем и нервы, и время.

Присцилла открыла от изумления рот, и без того броская косметика еще ярче проступила на ее побледневшем лице.

— Нет никакой необходимости делать этого…

— Хочу уберечь твоего отца от унижения, когда он решит уволить меня.

— Он не уволит тебя, — запротестовала Присцилла. — Скорее попросит меня уехать.

У Сьюзен чуть глаза не вылезли из орбит.

— Не смеши меня…

— Это правда. — Щеки Присциллы полыхали огнем. — Папа восхищается тобой и тем, как ты в одиночку справляешься с близнецами. Постоянно возносит тебе хвалу до небес и поет дифирамбы, — надулась она.

И вдруг до Сьюзен дошло, что ехидные нападки Присциллы по большей части объясняются тем, что генерал восхищается ею; она добилась его уважения в той сфере, которая его дочери и не снилась, и девчонка просто-напросто ревнует его к ней. Как бы дико это ни звучало, но дело, видимо, обстоит именно так!

— Присцилла… — начала она, но быстро откинула мысль о том, чтобы протянуть девчонке руку дружбы, как только увидела, что та снова насупилась и уставилась на нее упрямой ослицей. — Ты не против заменить меня на сегодня? — спросила она вместо этого. — Мне нужно кое-что сделать.

— Почему бы и нет? — неохотно согласилась та. — Так ты не уволишься?

Сьюзен покачала головой.

— Просто мне нужно время, чтобы уладить кое-какие проблемы.

— Какие проблемы? — живо заинтересовалась девушка.

— Личные.

Присцилла была явно разочарована, когда поняла, что Сьюзен не собирается с ней откровенничать.

— Ладно, — недовольно пробурчала она. — Но только на один день. Мне никто не платит за работу секретаря, — снова вошла она в норму.

Один день — это все, что было нужно Сьюзен. Поскольку Дейви уехал, ей придется самой встретиться с Робертом и вытрясти из него планы в отношении детей. Так она сможет подготовиться к следующему шагу: вступить с ним в борьбу или продолжить тихую, размеренную жизнь с близнецами.

А заодно надо поговорить и с Дейви, без этого ей не обрести душевного покоя.

— Что ты делаешь? — Присцилла нахмурилась, наблюдая за тем, как Сьюзен копается в записях генерала. — Я думала, ты хочешь взять выходной.

— Так и есть. — Сьюзен нашла то, что искала, и постаралась вызубрить нью-йоркский адрес Дейви наизусть. — Уже ухожу. — Она одарила Присциллу яркой, ничего не значащей улыбкой.

Сьюзен на время забыла об экономии бензина и помчалась в Нью-Йорк. Внезапный отъезд Дейви и предстоящая встреча с Робертом занимали ее слишком сильно, чтобы думать о такой мелочи.

Глава 10

Надеяться на то, что Роберт окажется дома, было бы слишком, хотя звонок в его офис, который Сьюзен не забыла сделать до отъезда, давал надежду, что он будет у себя примерно через полчаса.

— Срочное дело? — спросил он, открыв ей дверь. — Какое еще срочное дело? Что-то с близнецами?

Она облизала пересохшие губы.

— Ты собираешься жениться на Ноне?

— Это и есть то срочное дело, из-за которого ты оторвала меня от первоклассного репортажа?! — взорвался Роберт.

— Ты ведь закончил его, этот твой репортаж?

— Ну да, — насупился он.

— Я так и думала, — кивнула Сьюзен.

— Не в этом дело, — вспыхнул он. — Ты нарочно намекнула мне, что что-то случилось с Вики и Эриком!

— Я ничего о них не говорила, — покачала она головой. — Даже их имен не упоминала. Но если я на что-то там и намекнула незаметно, то только для того, чтобы ты тут же побросал все свои дела и кинулся домой, — усмехнулась она.

— У меня работа, — огрызнулся он.

— У меня тоже, — медленно проговорила она. — Разрешишь ли ты мне и впредь выполнять ее?

— Разве я могу уволить тебя от Генри? — удивился Роберт.

Сьюзен снова покачала головой:

— Я не об этой работе.

— Тогда что…

— Я не позволю тебе забрать у меня близнецов, — пошла она напролом. — Я их мать, они прожили со мной всю свою жизнь, и то, что ты предлагаешь, — слишком жестоко.

— А что я предлагаю? — не понял он.

— Это тебе не игрушки, Роберт, — раздраженно осадила его Сьюзен. — Это непоправимый удар по психике, и он может искалечить всю дальнейшую жизнь Вики и Эрика.

— Да какого черта ты тут несешь? — Роберт даже не пытался скрыть своего раздражения. — Я всего лишь взял их к себе на выходные и не собирался наносить им непоправимого удара по психике!

— Я не о выходных…

— Тогда о чем? — окончательно вышел он из себя. — Ты врываешься ко мне домой, рвешь на себе волосы, несешь какую-то чушь насчет того, что я якобы собираюсь искалечить близнецам жизнь. Ты бы хоть объяснила что-нибудь, а то я ни ухом ни рылом! Тебе не кажется, что теперь уже слишком поздно винить меня за мое несправедливое отношение к твоей беременности? С тех пор уже пять лет прошло, к тому же я старался быть хорошим отцом; как мог, конечно. Мне вообще не стоило заводить детей, и ты сама прекрасно это знаешь, — прорычал он.

— Тогда не забирай их теперь! — взмолилась Сьюзен. — Это не способ произвести впечатление на твою подружку.

— На Нону? — нахмурился он. — Она-то каким тут боком?

— Ты собираешься жениться на ней.

Роберт напрягся:

— Да.

— И она станет мачехой детям.

— Тебе не о чем волноваться, — усмехнулся он. — Вряд ли Нона захочет вмешиваться в это дело.

— И как же она это устроит? — задохнулась от возмущения Сьюзен. — Или ты собираешься нанять им няню?

— Близнецам? — вытаращился он. — Но мне казалось, что тебе нравится самой за ними ухаживать. За эти четыре года ты, между прочим, вот уже где у меня сидишь со своими разговорами о независимости. — Он провел ребром ладони по шее.

— Так ты собираешься или нет отсудить у меня детей после свадьбы с Ноной Райдер? — Сьюзен замерла в ожидании ответа.

— Нет, — не поверил он своим ушам. — Определенно нет.

В ее глазах мелькнуло замешательство.

— Тогда зачем ты сказал Дейви, что хочешь сделать это?

— Я не говорил ему, — потряс он головой.

— Но он сказал…

— Что? — заинтересовался Роберт, подозрительно наблюдая за тем, как нарастает ее смятение.

Что же Дейви на самом деле говорил ей? Что Роберт сообщил ему, будто он собирается забрать у нее детей? Нет, не говорил, наоборот, он сказал Роберту, что они с Сьюзен скоро поженятся, чтобы предотвратить этот его шаг, который, как оказалось, ее бывший муж и не думал делать. Какая ирония судьбы! Они с Дейви поругались из-за несуществующей проблемы, если, конечно, верить Роберту на слово.

— Мы оба решили, что тебе нужны близнецы, — выкрутилась Сьюзен. — Раньше ты никогда не забирал их на выходные.

— Нет, — отвел он глаза. — Один раз меня уже заманили в ловушку, во второй этот фокус не получится, — чуть слышно пробормотал Роберт.

— И?.. — напряглась Сьюзен.

Он развернулся к ней, в глазах его полыхнула злость.

— Не у всякого есть врожденный родительский инстинкт, как у тебя, например, — проворчал Роберт. — Дети никогда не входили в мои планы. И когда Нона призналась, что они ее тоже не интересуют, я… — Он тяжко вздохнул.

— Ну? — Сьюзен не слишком понравилось это начало.

— Некоторые женщины готовы сказать то, что мы, мужчины, хотим от них услышать, — пробубнил он. — А когда дело сделано и ты уже в ловушке, оказывается, что она соврала, чтобы понравиться тебе и добиться своего.

— Надеюсь, это ты не обо мне? — раздраженно поинтересовалась Сьюзен.

— Нет, — вздохнул он. — Мы с тобой не успели обсудить основные положения нашего брака, а потом было слишком поздно языком трепать. С Ноной я рисковать не собираюсь. У меня уже есть двое детей, больше мне не надо, — потряс он головой. — Эти выходные были не чем иным, как проверкой для Ноны. Я хотел посмотреть, говорит ли она мне правду, — неохотно признался Роберт.

Сьюзен ушам своим не могла поверить.

— И Нона прошла проверку? — поинтересовалась она, еле сдерживая ярость.

— Прошла, — буркнул он.

— Как? — прошипела Сьюзен. — Отвечай!

Он пожал плечами:

— Она была вежлива с детьми, даже мила, но было видно, что чувствовала себя с ними неловко. Вчера я сделал ей предложение, и Нона согласилась, но только при одном условии — я больше никогда не буду заставлять ее проводить время с Вики и Эриком.

— И ты согласился? — Сьюзен все еще не могла поверить в происходящее.

— Да, — насупился он пуще прежнего.

— Ты согласился больше никогда не привозить их к себе?

— Да!

— Бесчувственный урод!

— Послушай, Сью…

— Близнецы готовы целовать землю, по которой ты ходишь, — взорвалась она. — А ты воспользовался ими, словно морскими свинками, заставил их почувствовать себя несчастными. О да, — пренебрежительно хмыкнула она, увидев написанное на его лице изумление, — они не деревянные болванчики, которых можно переставлять с полки на полку, в воскресенье они места себе не находили, так сильно расстроились. Так я и узнала про Нону Райдер, они тоже не желают жить с тобой!

— Вот и хорошо, все само собой уладилось, не так ли? — В его голосе не было ни капли раскаяния. — Потому что мы с Ноной собираемся после свадьбы переехать в Лос-Анджелес, ее отец предложил мне большой пост на тамошнем телевидении.

— А ты шустрый, времени даром не теряешь, — поморщилась Сьюзен.

— А чего теряться? — надулся он. — Какой смысл жениться на дочке босса, если нельзя воспользоваться семейным положением? И не волнуйся ты так насчет моего брака, на вас он никак не отразится. Наш милый старичок никогда не оставит тебя без куска хлеба и крыши над головой, — скривился Роберт.

— Ты о генерале?

— Угу, — усмехнулся Роберт. — После брака с Ноной мне, по крайней мере, уже не нужно будет лезть из кожи вон, чтобы оставаться у него на хорошем счету. Отец Ноны может купить моего дядюшку с потрохами!

В это утро Сьюзен узнала о своем бывшем муже немало неприятных вещей, о которых предпочла бы не знать; он оказался последней сволочью и эгоцентричным ублюдком, каких свет не видывал. Воспользоваться близнецами таким возмутительным образом!.. Между прочим, ей давно следовало бы догадаться, что и с дядей Роберт общается лишь из корысти, особенно после недавнего комментария о том, что он является единственным наследником генерала по мужской линии.

— Меня от тебя тошнит, — поморщилась она, ощутив во рту неприятный привкус.

Он с жалостью посмотрел на нее:

— Ты хоть понимаешь, что мне плевать на твои мысли и чувства? Я поддерживал отношения с тобой и детьми только из-за дяди Генри, но стоит мне оказаться в Лос-Анджелесе, я и думать о вас забуду!

— И о близнецах тоже? — с трудом выдавила она.

— Ну почему же, буду присылать им открытки на день рождения и Рождество, как большинство разведенных отцов. Слава богу, хоть дата рождения у них одна, не придется сильно напрягаться, чтобы запомнить! — гоготнул Роберт.

Она могла вынести все, но только не этот цинизм и пренебрежение по отношению к детям, которые так его любили. Рука ее непроизвольно поднялась, и кулак со всей силы врезался в его щеку.

— Вот сучка! — ухватился он за лицо. — Ты подбила мне глаз, черт бы тебя побрал! Завтра наверняка фингал вскочит!

— Вот и славненько! — удовлетворенно хмыкнула Сьюзен. — Попробуй объяснить это Ноне! — Не дожидаясь ответа, она развернулась и спокойно выплыла из квартиры.

Оказавшись в машине, Сьюзен уткнулась головой в руль, ожидая, пока пройдет дурнота. Роберт — презренный урод, каких свет не видывал, готов пройти даже по трупам собственных детей, лишь бы заполучить желаемое. У нее было такое чувство, что она действительно только что вышла с поля боя, и ей хотелось одного — поехать к себе домой, забиться в угол и начать зализывать раны. Но Сьюзен считала себя обязанной сообщить Дейви о более-менее благополучном исходе дела, поблагодарить его за все и сказать, что теперь уже нет никакой необходимости совершать благородный поступок, жертвовать своей свободой ради ее детей.

Вскоре она оказалась у многоэтажки, очень похожей на ту, в которой жил Роберт, только Дейви обитал в пентхаусе. В холле человек за столиком поинтересовался ее именем и позвонил наверх сообщить жильцу о гостье, прежде чем пропустил ее к лифту. Что ж, Дейви, по крайней мере, не отказался принять ее, и за это спасибо!

Сьюзен как раз вышла из лифта, ступив на застилавший коридор толстый ковер, когда из двери напротив показалась женщина — высокая шикарная блондинка. Глаза ее излучали тепло, на лице — искренняя улыбка.

— Я Руфь Адамс, Сьюзен, — протянула она ей руку. — Надеюсь, вы не откажетесь пообедать со мной и Гарри, как только разгребете кашу, которую заварили? Вместе с детьми, конечно. Мои чада будут рады познакомиться с ними.

Глаза Сьюзен были прикованы к мужчине, который появился за спиной этой красотки, и она не расслышала ни слова из того, что та ей сказала. Все ее внимание занимал Дейви, его взъерошенные светлые волосы, потемневшие синие глаза, помятая одежда — такое впечатление, будто он в ней спал.

— Сьюзен? — тихо позвала ее Руфь.

— Э-э-э… конечно. — Она с трудом оторвала свой взгляд от Дейви. — Благодарю вас.

— Не за что, — улыбнулась Руфь и бросила брату прежде, чем вошла в лифт: — Позвони, когда будешь в настроении.

Дейви в нерешительности посмотрел на Сьюзен:

— Не хочешь зайти?

— Спасибо. — Она прошла мимо него, сразу же окунувшись в приятную расслабляющую атмосферу гостиной в кремово-золотых тонах. Предпочтение здесь было явно отдано уюту, а не ультрамодной обстановке, несмотря на огромные размеры помещения и бесспорно дорогое убранство. Похоже, Дейви любил окружать себя милыми вещицами, но, как видно, не был их рабом.

— Что-то не так? — Он остановился в опасной близости от нее. — С детьми все в порядке? — В его голосе слышалось искреннее волнение.

Сьюзен кисло улыбнулась:

— С ними все нормально. Ты второй, кто интересуется ими сегодня, но, похоже, единственный, кто делает это от всего сердца.

— Роберт? — прищурился он.

— Да, — вздохнула она. — Я… Ты не против, если я присяду?

— Все настолько плохо?

— Да, — прочистила Сьюзен горло, утонув в мягком коричневом кресле.

Она наблюдала за тем, как Дейви наливает ей бренди, и не отказалась от предложенного бокала, как сделала бы это в другое время, — ей нужно было привести нервы в порядок. И еще воспользовалась возможностью понаблюдать за Дейви исподтишка — ее поразили изменения, произошедшие с ним за каких-то несколько дней знакомства с нею: похоже, очаровательный беззаботный повеса навсегда канул в Лету.

Сьюзен глотнула бренди и почувствовала, как по венам растекается тепло.

— Я тебя ни от чего не оторвала?

— Ты о Руфь? — Его брови вопросительно взлетели вверх. — Она моя невестка, помнишь, я тебе говорил?

Сьюзен смутно припомнила тот разговор.

— Гарри — твой брат?

Он нетерпеливо кивнул.

— Ты видела Роберта?

— Да. — Голос Сьюзен дрогнул. — Ты прав, он действительно собирается жениться на Ноне Райдер.

— О!

— Но дети ему не нужны.

— Нет?

Она думала, что Дейви сильно удивится, услышав эти новости, но не тут-то было.

— Я просто подумала, что ты будешь рад узнать это, — пришла она в полное замешательство.

— Спасибо. — Он кивнул, залил в себя остатки бренди и поморщился.

— Дейви? — Его равнодушие обидело ее.

Он стукнул стаканом по столу, едва сдерживая ярость, глаза его сверкали.

— Что ты от меня ждешь? Поздравлений? Соболезнований? Чего?

— Дейви!

Он тяжело вздохнул, услышав в ее голосе боль:

— Зачем ты пришла сюда, Сью?

— Я только что сказала тебе…

— Я не глухой! — Он окончательно потерял над собой контроль. — А вот насчет тебя я сильно сомневаюсь! Ты вообще в состоянии услышать, что я тебе говорю?

— Почему ты так сердишься? — жалостливо глянула она на него.

— Почему? — вытаращил он глаза. — Да потому, что я уже сделал все, на что был способен, осталось лишь признаться в своих чувствах, стоя перед тобой на коленях. Я знал, что Роберт не заберет у тебя детей, если женится на Ноне…

— Откуда? — задохнулась Сьюзен.

Дейви поморщился:

— Когда-то я и сам довольно тесно общался с Ноной.

— О!

Он невесело улыбнулся:

— Меня тошнило от ее отношения к детям и животным, она пребывает в твердой уверенности, что и тех и других надо топить при рождении.

— Тогда они с Робертом — два сапога пара, — горько усмехнулась Сьюзен, припомнив, как бывший муж уговаривал ее избавиться от близнецов.

— Это точно.

— Но я никак не могу понять, зачем ты убеждал меня, что Роберт непременно захочет взять детей себе?

Он раздраженно посмотрел на нее:

— Потому что я люблю тебя, маленькая ты идиотка, и подумал, что если ты обратишься ко мне…

— Не называй меня идиоткой!

— Не буду, — вздохнул он. — Это я идиот. Потому что все бесполезно, так ведь? Я предложил тебе себя, а ты сказала, что лучше уж потеряешь детей, лишь бы не выходить за меня!

— Но ты даже не объяснил…

— Чего я не объяснил? — обозлился он. — Я полюбил тебя если не с первого взгляда, то уж точно со второго — когда ты открыла мне дверь в обрезанных джинсах и открытом топике, а за тобой на лестнице стояли две твои маленькие копии. Я глянул на вас и полюбил тебя, и когда в тот вечер ты спросила, есть ли у меня дети, мне захотелось, чтобы Вики и Эрик стали моими!

«Сейчас нет», — ответил он ей тогда!

— Дейви, — медленно проговорила Сьюзен. — Один уже ходит по Нью-Йорку с подбитым глазом, и если ты будешь продолжать вести себя в том же духе, то будешь вторым!

Он сделал над собой усилие и справился со своим гневом, к тому же последняя фраза очень его заинтересовала.

— Что такого сделал Роберт?

— Потом расскажу, — отмахнулась она от него. — Сначала я хочу, чтобы ты внимательно выслушал меня. Я люблю тебя. Получили, мистер Тэлбот? Я люблю…

— Получил! — Он схватил ее и прижал к себе. — Это правда? Видать, правда. — Он успел перехватить на лету ее кулак. — Тогда почему ты не сказала мне этого раньше?

— Почему я не сказала? — возмутилась она. — Что-то я не слышала, чтобы и ты кричал о своих чувствах.

— Да я сделал все, что мог, осталось только выйти на дорогу и крикнуть! Я ведь говорил, что не собираюсь просто заниматься с тобой сексом, чтобы поразвлечься на досуге, неужели тебе этого мало, неужели ты ни о чем не догадалась? Я даже уговорил генерала разрешить тебе помочь мне в исследованиях, хотел, чтобы ты стала получше разбираться в моей работе…

— Я разобралась, — поспешно выпалила Сьюзен. — Твои романы — просто чудо.

— Ну, слава богу, хоть это сработало, — поморщился он. — А путешествия, которые я планировал с детьми? Я хотел показать тебе, что собираюсь задержаться у вас надолго, или лучше сказать — навсегда, а что в итоге? Ты заявила, что близнецы сыты по горло уже одним воскресным папой! Но я-то хотел стать для них настоящим отцом!

— Откуда мне было это знать?

— Да ты не дала мне ни одного шанса… да и себе не позволяла разобраться в своих чувствах ко мне! Даже после той нашей ночи я старался заставить тебя признаться, что я тебе не безразличен; а ты сказала, что тебе нужен всего лишь легкий романчик и чтобы близнецы ничего не заподозрили.

— Дейви, я понятия не имела, что ты меня любишь!

— Разве это не было очевидно?

— Нет, — пожала она плечами. — Особенно когда ты заявил, что хочешь жениться на мне только из-за близнецов.

— Да я женился бы на тебе, даже если бы мне пришлось ползти к алтарю с перебитыми ногами!

— Но ты никогда не говорил о свадьбе…

— Мужчину нужно немного подтолкнуть, знаешь ли.

— Постели, значит, не достаточно?

— Нет, особенно если учесть, что мне нужно гораздо больше! — Они яростно взирали друг на друга через комнату, и Дейви внезапно смутился. — Почему мы спорим, когда только что признались друг другу в любви? — ошеломленно уставился он на нее.

Ее гнев постепенно улегся, грудь перестала ходить ходуном вверх-вниз, дыхание выровнялось.

— Не знаю, — пожала Сьюзен плечами. — Все, чего мне хочется, — это заняться с тобой любовью.

— А как же Вики и Эрик?

— Я договорилась, что они пойдут на чай к друзьям, я ведь не знала, когда вернусь обратно. Потом заберу их.

— Тогда у нас весь день впереди. — Дейви подхватил ее на руки.

— А как насчет всей жизни?

— Так ты выйдешь за меня? — Он несмело заглянул ей в лицо, и Сьюзен доверчиво улыбнулась ему.

— Если ты не против жениться на идиотке, — поддела она его. — Кстати, ты рассказал обо мне своей невестке?

Он кивнул.

— Она слишком хорошо меня знает, и когда сегодня утром я в бешенстве вернулся в Нью-Йорк, Руфь сразу догадалась — что-то тут не так. Но может быть, мы обсудим наши достопочтенные семьи чуть позже? — простонал он. — А пока я до смерти хочу заняться с тобой любовью!

Прошло не менее двух часов, прежде чем им снова захотелось обсудить их достопочтенные семьи, и теперь Дейви пребывал в ярости, услышав об отношении Роберта к Вики и Эрику.

— Он скоро уезжает в Лос-Анджелес, а если учесть, что теперь ему больше не надо производить благоприятное впечатление на дядю и строить из себя примерного отца, мы вряд ли увидим его снова, — сообщила Сьюзен.

— Как бы мне хотелось подбить ему второй глаз! — мрачно пробубнил Дейви.

— Все кончилось, Дейви, давай не будем портить то, что у нас есть. — Она улыбнулась. — Близнецы придут в полный восторг, когда узнают, что ты будешь их отцом.

— Я тоже в восторге от этого. — На его губах заиграла довольная улыбка. — Хоть теперь-то мне позволят вывести их на лыжный курорт? — поддел он ее.

— Только вместе со мной! — Сьюзен игриво перебрала золотистые волоски на его груди. — В чем ты там меня однажды упрекнул? В том, что мне нужен «легкий романчик»? Да? И чтобы никакого риска?

Он кивнул:

— В то время ты ничего другого не хотела.

— Ну, — насмешливо протянула она, — может, вы упустили это из виду, мистер Тэлбот, но за прошедшие несколько дней мы с вами уже несколько раз «рисковали».

Он недоуменно уставился на нее, но тут же улыбнулся:

— Да, действительно, надо же, какая безответственность! В таком случае мне надо кое-что тебе сказать.

— Что? — У нее сердце упало, когда она услышала его серьезный тон.

— Помнишь, я говорил тебе, что я младший в семье? — приподнял он одну бровь.

— Помню, — нахмурилась Сьюзен.

— Это правда, — кивнул Дейви. — Только вот я младше моего брата всего на пять минут, — нехотя признался он.

Сьюзен быстро заморгала глазами, не в силах осмыслить услышанное.

— Вы близнецы? — пропищала она. — Вас двое?

— Боюсь, что так, — улыбнулся Дейви. — Но мы двойняшки, не очень похожи.

— Слава богу!

— Я самый красивый! — невинно заявил он.

— Уверена, что Руфь готова с тобой поспорить!

— Кстати, о Руфь…

— Ну? — вздохнула она. Какие еще сюрпризы ее ожидают?

— У них с Гарри двое детей…

— И тоже близнецы? — не поверила своим ушам Сьюзен.

— Угу, — кивнул он, с мольбой глядя на нее.

— О боже! — Она откинулась на подушку и уставилась в потолок.

Дейви наклонился над ней и погладил ее по щеке.

— Ты не против родить мне детей?

— С удовольствием, — призналась Сьюзен. — Но вероятность заиметь еще пару близнецов немного шокирует.

— Представляешь, что я почувствовал, когда увидел Вики и Эрика? — рассмеялся он. — Я сразу понял — это моя судьба.

— Несчастный Дейви. — Сьюзен провела рукой по его лицу.

Господи, как же она его любит, больше жизни!

— Счастливый Дейви, — поправил он ее и со стоном накрыл ее рот поцелуем.

Эпилог

Книга Дейви Тэлбота о Второй мировой войне, основанная на дневниках генерала Генри Бердсона, имела грандиозный успех. Но разумеется, еще больше славы досталось живому прототипу главного героя произведения — генералу. О нем вдруг вспомнили буквально все средства массовой информации, телевидение сделало документальный фильм, а Голливуд начал переговоры с Тэлботом об экранизации его книги. Но если сам Генри Бердсон лишь скромно улыбался в совсем побелевшие усы, его дочь Присцилла использовала папочкину славу, как выразился однажды Дейви, «по полной программе». И вот что интересно: окруженная новыми поклонниками и под светом кино- и телевизионных юпитеров, красавица не только расцвела еще больше, но и неожиданно подобрела и к Сьюзи, и к близнецам. Еще на первой презентации книги в издательстве она подошла к Сьюзен и прошептала ей на ухо:

— Не волнуйся, Роберт тут не появится. Твой бывший муженек срочно улетел в Ирак. А знаешь, в чем главная причина? Он просто завидует Тэлботу, простить себе не может, что упустил такой материал — дядины дневники. Хотя сомневаюсь, что у него что-нибудь подобное получилось бы…

Приезжая в Нью-Йорк, Присцилла стала непременно навещать Вики и Эрика. Сьюзен и Дейви не возражали против этого. Ведь еще на их свадьбе генерал недвусмысленно заявил:

— Вы, молодежь, как знаете, а Вики и Эрик для меня навсегда внучатые племянники.

Они решили, что такому отношению к родственникам у старой гвардии стоит поучиться.

Content

Сара Нортон
Ураган страсти

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог