С.И. Иваненко

Вторжение антикультизма

в государственно-конфессиональные отношения в современной России

Предисловие

Я занимаюсь религиоведением с 1976 года и знаком с разными моделями взаимоотношений государства и религиозных объединений. Мне не раз приходилось быть свидетелем самых разных, зачастую принципиально важных, изменений вероисповедной политики.

Главный вывод, к которому мне удалось прийти за прошедшие 35 лет конфессиональная — политика и государственно-конфессиональные отношения в СССР и России всегда, и в прошлом, и в настоящее время, в преобладающей степени определялись не столько реальной ситуацией, сколько идеологическими приоритетами и предрассудками. Глубокая пропасть, во все времена разделявшая эти две сферы, периодически заставляла государство корректировать политику в отношении религиозных объединений. Этим в немалой степени объясняется периодическая смена моделей государственно-конфессиональных отношений.

Руководители государства и рядовые исполнители всегда смотрели на религию и религиозные объединения через призму той или иной идеологии или мировоззрения.

Согласен с профессором М.О. Шаховым, что ключевым, определяющим компонентом вероисповедной политики «является комплекс доминирующих идейно-мировоззренческих представлений о месте религии и религиозных объединений в жизни общества»[1].

В СССР идеологическим «мотором» вероисповедной политики был марксизм-ленинизм и научный атеизм. Идеологические догмы, которыми руководствовалась КПСС, предполагали признание реакционности всякой религии. При этом государство оставляло за собой «право» произвольно, исходя из политической целесообразности, объявлять одни религиозные объединения более вредными, нежели другие.

В общем и целом марксизм-ленинизм учил об «отмирании» религии по мере продвижения общества к социализму и коммунизму, это диктовало принципиальную враждебность государственной политики по отношению к религиозным объединениям. Но религия не спешила «отмирать», и руководителям СССР приходилось периодически корректировать «идеологические установки» и вероисповедную политику.

Так, И.В. Сталин планировал обеспечить отмирание религии при завершении построения социализма, то есть к концу тридцатых — началу сороковых годов. Если бы в 1941 году не началась Великая Отечественная война, вынудившая Сталина опираться на религиозные чувства верующих в Советском Союзе и поддержку религиозных кругов в странах антигитлеровской коалиции, в СССР не осталось бы легально действующих религиозных объединений.

При Н.С. Хрущеве, провозгласившем, что в 1980 году советский народ будет жить при коммунизме, предрекалось исчезновение религиозных предрассудков по мере построения коммунизма и предпринимались меры по подавлению религиозных организаций. Но коммунизм построить не удалось, Л.И. Брежнев объявил о построении «развитого социалистического общества», в котором определённое место отводилось и религии.

Затем наступила «перестройка», с 1987 года стала увеличиваться численность зарегистрированных приходов Русской Православной Церкви. В 1988 году, когда на государственном уровне было отмечено тысячелетие «крещения Руси», началась переоценка роли религии в истории и духовно-нравственной жизни общества. Произошёл отказ от представлений о религии как о реакционной силе, было признано, что религия играет важную позитивную роль в духовной жизни.

В Российской Федерации можно выделить два основных этапа вероисповедной политики. Каждый из них связан с доминированием разных идейно-мировоззренческих представлений о роли религии и религиозных объединений в жизни общества.

Первый этап (1990-1996) характеризуется принятием Закона РСФСР от 25 октября 1990 года «О свободе вероисповеданий», в котором с наибольшей полнотой и последовательностью воплотились представления о равенстве всех религиозных объединений перед законом. Этот Закон и вытекавшая из него конфессиональная политика опирались на базовые представления, согласно которым религия представляет собой позитивное духовное явление, а государственный контроль за религиозными объединениями должен быть сведён к минимуму.

Второй этап (с 1997 года по настоящее время) ознаменовался принятием Федерального закона от 26 сентября 1997 года «О свободе совести и о религиозных объединениях». В преамбуле этого Федерального закона признаётся особая роль православия в истории России, в становлении и развитии её духовности и культуры, а также выражено уважение христианству, исламу, буддизму, иудаизму и другим религиям, составляющим неотъемлемую часть исторического наследия народов России.

В Федеральном законе «О свободе совести и о религиозных объединениях» не используются термины «традиционные» и «нетрадиционные» религии. Несмотря на это, основное предназначение Федерального закона, с точки зрения инициаторов его принятия, заключалось в том, чтобы поставить «заслон» на пути распространения новых религиозных движений и иностранного миссионерства. Обеспечить условия для государственной поддержки традиционных религий и государственного контроля в отношении религий нетрадиционных. Разработчики этого Закона руководствовались убеждением, что традиционные для страны религии играют позитивную роль, а нетрадиционные религии потенциально опасны и их распространение надо сдерживать.

Трудно согласиться с точкой зрения, будто бы традиционные религии — это добро, а нетрадиционные — зло, поэтому главное в вероисповедной политике — обеспечивать приоритет традиционных религий и ограничивать влияние нетрадиционных. Если бы это было правдой, то самыми счастливыми и преуспевающими были бы народы и государства, сохранившие наиболее архаичные религии.

Если проанализировать ситуацию конца девяностых — начала двухтысячных годов, то становится очевидным, что новые религиозные движения и иностранные миссионеры перестали угрожать позициям традиционных российских религий. Дело не только в действенности Федерального закона от 26 сентября 1997 года «О свободе совести и о религиозных объединениях». Во всём мире во второй половине девяностых годов XX века прекратился стремительный рост новых религиозных движений. Иссяк и интерес к России иностранных миссионеров.

«Иные лекарства опасней самих болезней» — мудро заметил древнеримский философ Сенека (около 4 г. до н.э. – 65 г. н.э.). Прививка недоверия и неприязни к новым религиям, которую россияне получили в девяностые годы, привела к значительным деформациям в вероисповедной политике.

В современной России всё большее влияние начали приобретать идеи так называемого «антикультизма». Термином «культ» обозначают новые религиозные движения их принципиальные и фанатичные противники. Как верно заметил известный американский юрист Лео Пфеффер (Leo Pfeffer, 1910–1993) о значении слова «культ», когда его употребляют применительно к той или иной религии, «… если вы согласны с ней, это религия или, быть может, единственно истинная религия; если она вас никоим образом не волнует, это секта; если же вы боитесь её, это культ»[2].

Наиболее заметными деформации вероисповедной политики стали в 2009 году и последующий период, когда идеология антикультизма стала частью государственной вероисповедной политики[3] и, в результате, против законопослушных религиозных объединений и их религиозной литературы стали всё шире и бесцеремоннее использоваться обвинения в экстремизме.

«У всякой проблемы всегда есть решение — простое, удобное и, конечно, ошибочное», — остроумно заметил американский журналист Генри Луис Менкен (Henry Louis Mencken; 1880–1956). Казалось бы, самое простое и удобное решение проблемы новых религиозных объединений — объявить их священные книги и религиозную литературу экстремистскими материалами и покончить, таким образом, с ними на территории Российской Федерации раз и навсегда.

В 2011 и 2012 году состоялся судебный процесс в г. Томске о признании книги «Бхагават-гита как она есть» экстремистским материалом. Его основным результатом стал грандиозный международный скандал, осложнивший российско-индийские отношения. И наглядно доказавший, что подобное решение проблемы нетрадиционных религий является ошибочным.

Надеюсь, что в вероисповедной политике современной России в ближайшем будущем удастся изжить идеологический догматизм и конфессиональную ограниченность. При принятии решений в сфере взаимоотношений государства и религиозных объединений станет больше здравого прагматизма, опоры на религиоведческое знание.

О том, чем грозит государственно-конфессиональным отношениям в современной России нагнетание ненависти к новым религиозным движениям и что целесообразно предпринять для исправления ситуации, пойдёт речь в этой брошюре.

Антикультовое движение и причины его кризиса на Западе

Антикультовое движение — это обобщающее наименование объединений, групп, отдельных лиц, выступающих против новых религиозных движений, которые их противники пренебрежительно называют культами (или сектами). Отличительной особенностью антикультового движения и его участников можно признать «демонизацию» оппонентов, фанатичную веру в особую вредоносность (деструктивность) новых религиозных движений, их криминальную природу, а также убеждённость в необходимости запретительных мер в отношении сект и культов.

Появление и развитие антикультизма стало реакцией на бум новых религиозных движений, начавшийся на Западе в шестидесятые годы и завершившийся в середине восьмидесятых годов XX столетия. С той поры число последователей новых религиозных движений значительно сократилось, интерес к ним угас. Некоторые новые религиозные движения исчезли, другие обрели респектабельность и стали вполне традиционными.

Антикультовое движение утратило реальный объект для противоборства и вступило в полосу кризиса. В США оно потеряло влияние во второй половине девяностых годов и, по сути, потерпело крах.

В Западной Европе в конце XX столетия антикультизм оказал определённое влияние на политику ряда государств (прежде всего — Германии и Франции) по отношению к новым религиозным движениям.

Однако уже в начале XXI века стало очевидно, что опасность, якобы исходящая от новых религиозных движений, является плодом воображения антикультистов. А реальную угрозу представляют террористы и радикалы, использующие для оправдания насилия в основном исламистские лозунги. Присущий руководителям западноевропейских стран прагматизм взял верх, и антикультизм теряет государственную поддержку, превращаясь в Западной Европе в маргинальное течение, своего рода хобби немногочисленного круга энтузиастов.

Зарождение мифа об особой опасности нетрадиционных религий в КГБ СССР

Советский Союз был отгорожен от Запада «железным занавесом», никакого массового распространения новых религиозных движений в СССР не было, да и быть не могло. Однако в семидесятые годы и в СССР появились первые последователи новых религиозных движений (в основном это были кришнаиты).

КПСС и КГБ воспринимали новые религиозные движения как «идеологическую диверсию мирового империализма и западных спецслужб». В структуре Пятого управления КГБ, занимавшегося борьбой с «идеологическими диверсиями», в том числе «выявлением и пресечением враждебной деятельности церковно-сектантских элементов», в 1982 году была создана специальная группа «Поиск», предназначенная для выявления последователей новых религиозных движений. На практике основные усилия группы «Поиск» были сосредоточены на выявлении членов Общества сознания Кришны и организации показательных судебных процессов против кришнаитов.

Для идейного противостояния новым религиозным движениям сотрудниками КГБ была изучена и «творчески» использована западная антикультистская литература. В аналитических материалах утверждалось, что принадлежность к новым религиозным движениям разрушительно действует на психическое здоровье, превращает человека в послушное орудие религиозных лидеров. Был создан идеологический миф об особой опасности и вредоносности нетрадиционных религиозных организаций. Так, в издании для руководящих партийных работников, выходившем в 1986 году с грифом «для служебного пользования», утверждалось, что «социально-политическая направленность нетрадиционных религий, новых культов отличается крайне реакционным характером. И именно поэтому империалистические круги Запада, и в первую очередь США, стремятся использовать их как новое подрывное средство в идеологической борьбе против СССР, предназначенное для подрыва духовных ценностей и идеалов социалистического общества»[4]. Здесь же говорилось, что «новые культы, занесённые к нам из-за рубежа, требуют самого пристального внимания со стороны соответствующих партийных и советских органов, как наиболее крайнее, экстремистское проявление неомистики»[5].

Этот миф о новых религиозных движениях как подрывных организациях, экспортированных в нашу страну спецслужбами Запада, оказался чрезвычайно живучим и продолжает оказывать воздействие на представления значительной части современной российской политической элиты.

Превращение антикультизма в важный компонент государственно-конфессиональных отношений в современной России

После распада СССР в России в первой половине девяностых годов произошёл относительно кратковременный всплеск интереса к новым религиозным движениям. Но уже в конце девяностых годов стало очевидно, что увлечение нетрадиционными религиями оказалось недолговечным и не повлекло за собой появления крупных религиозных объединений. Основная масса верующих россиян сделала выбор в пользу традиционных религий. Новые религиозные движения оказались на периферии религиозной жизни.

Совершенно прав В.В. Познер, делая вывод, что «… всякое общество, всякая социальная система обязательно реагирует на то, что им кажется опасным. Система совершенно индифферентна к той деятельности, которая не воспринимается ею как угроза. И чем система крепче, чем более она в себе уверена, тем менее она опасается угроз и, следовательно, менее репрессивна»[6].

За исключением крайне незначительного числа групп и организаций, имевших криминальный характер и выдававших себя за религиозные для сокрытия истинных целей, в основной своей массе новые религиозные движения не представляли никакой угрозы для российского общества и государства. В девяностые годы они могли восприниматься в качестве определённой опасности только для традиционных религиозных объединений, у которых они «переманивали» часть последователей.

С религиоведческой точки зрения, новые религиозные движения уже в конце девяностых годов прошлого века перестали представлять реальную угрозу также и для традиционных религий. Однако традиционные религиозные объединения, прежде всего наиболее крупная и влиятельная Русская Православная Церковь, оказали мощную лоббистскую поддержку антикультизму.

В нашей стране антикультизм использовался и используется не столько «по прямому назначению», для борьбы с новыми религиозными движениями, сколько для дискредитации политиков, государственных служащих и журналистов, отстаивавших принципы свободы совести и равенства религиозных объединений перед законом. Тех, кто ссылался на Конституцию России и законодательство, не соглашался на предоставление особых привилегий традиционным религиозным организациям и ратовал за права религиозных меньшинств, антикультисты шельмовали и объявляли «сектозащитниками».

В течение относительно короткого периода после того, как Русскую Православную Церковь возглавил Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (его интронизация состоялась 1 февраля 2009 года), произошла «зачистка» ряда государственных структур, в том числе Министерства юстиции России, от государственных и муниципальных служащих, руководствовавшихся принципом равенства религиозных объединений перед законом. А антикультисты значительно укрепили свои позиции и получили широкое поле деятельности.

Главным успехом антикультового движения в России стало растущее влияние антикультизма на государственно-конфессиональные отношения[7].

Усиление влияния антикультизма на государство стало особенно заметным в 2009 году и последующий период. По сути дела, антикультисты и их концепции стали доминировать в государственных структурах, занимающихся разработкой и осуществлением конфессиональной политики.

3 апреля 2009 года председателем Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации был избран Александр Дворкин, известный своими радикальными антикультистскими взглядами.

В мае 2009 года в Санкт-Петербурге прошла конференция наиболее заметной в Европе антикультисткой организации «Европейская федерация центров по исследованию и информированию о сектантстве» («Fédération Européenne des Centres de Recherche et d'Information sur le Sectarisme», сокращённо ФЕКРИС). Эта некоммерческая ассоциация была образована 30 июня 1994 года в Париже, она действует в соответствии с французским законодательством, членами ассоциации являются 22 антисектантских центра из 15 стран[8].

Состоялись выборы руководящих органов, президентом ФЕКРИС стал Томас Джеффри Саквилль — бывший первый заместитель министра внутренних дел Великобритании, а вице-президентом — А. Дворкин.

Заместитель Министра юстиции Российской Федерации А.М. Величко выступил на конференции с докладом «Возможности координации европейского и российского опыта в противодействии тоталитарным сектам», а Министр юстиции А.В. Коновалов специально приехал на конференцию из Москвы и провёл встречу с руководством ФЕКРИС[9].

Эти факты свидетельствовали о стремлении руководства Министерства юстиции Российской Федерации опереться в своей законотворческой деятельности и практической работе на опыт зарубежных и отечественных антикультистов.

Можно констатировать, что с 2009 года и до настоящего времени антикультисты выступают неформальными авторами (или соавторами) концептуальных подходов к решению проблем взаимоотношений государства и религиозных объединений. Зачастую антикультистская мифология побуждает правоохранительные органы возбуждать и расследовать дела против новых религиозных движений, а суды выносить неправосудные решения.

При этом важно учитывать, что, по свидетельству некоторых российских «борцов с сектами», в современной России нет сформировавшегося и консолидированного антикультового движения. Так, Михаил Вершинин (Самара), социальный психолог, проводящий тренинги «по консультированию пострадавших от деятельности деструктивных культов», в очерке «Антикультовое движение в России», написанном в сентябре 2011 года, утверждает, что единого антикультового движения в стране нет, есть несколько больших групп специалистов и одиночек, каждый из которых пытается решить проблему культов своим единственным правильным способом. Даже у Русской Православной Церкви нет единого антикультового блока. Есть большая группа специалистов, объединившаяся под руководством А.Л. Дворкина и менее крупная группа специалистов под руководством О.В. Стеняева. Между ними эпизодически вспыхивают яркие споры и конфликты, а также идёт тихая конкуренция за ресурсы Русской Православной Церкви.

По оценке М. Вершинина, антикультисты разделены на две основные группы: конфессионально ориентированных (около шестисот человек, из которых около трёхсот человек сталкиваются в своей работе с культами часто и пятьдесят человек специализируются только на культах и сектах) и светских специалистов (около ста человек, из которых часто сталкиваются в своей работе с культами около тридцати человек и семь человек специализируются только на культах и сектах). Эти группы практически не поддерживают друг с другом отношений.

«Если взять последние пятнадцать лет и проанализировать субъективно уровень и качество антикультовых мероприятий, научных изысканий и государственного контроля, то лично я, — пишет М. Вершинин, — могу констатировать общее ухудшение. Антикультовое движение не растёт и не пополняется новыми учеными или исследователями. Все сконцентрированы либо на борьбе за «правильность своего подхода», либо на проблемах собственных научных исследований»[10].

Исходя из реального, довольно плачевного, состояния антикультизма в России, можно сделать вывод, что сила антикультистов — в той поддержке, которую некоторые из них получают от государственных и конфессиональных структур.

Эта помощь и поддержка многообразна, наиболее наглядный пример — выделение гранта в размере 2,5 млн. рублей на осуществление проекта «Оказание помощи людям, пострадавшим от тоталитарных сект» Центру религиоведческих исследований во имя священномученика Иринея Лионского (президентом этого центра является Александр Дворкин)[11]. Денежные средства были предоставлены на основании распоряжения Президента Российской Федерации Д.А. Медведева «Об обеспечении в 2011 году государственной поддержки некоммерческих неправительственных организаций, участвующих в развитии институтов гражданского общества» от 2 марта 2011 года №127 рп.

В соответствии с распоряжением Президента России, шесть некоммерческих неправительственных организаций получили из федерального бюджета 1 млрд. рублей на проведение конкурсов и выделение по их результатам грантов другим некоммерческим неправительственным организациям для реализации социально значимых проектов. Одна из них, межрегиональная правозащитная общественная организация «Сопротивление», возглавляемая членом Общественной палаты Российской Федерации Ольгой Костиной, женой начальника управления по внутренней политике Администрации Президента Константина Костина, получила 160 млн. рублей на осуществление проекта «Защита прав и свобод человека, правовое просвещение населения». В рамках проведённого «Сопротивлением» открытого конкурса по выделению грантов некоммерческим неправительственным организациям (ННО) на реализацию проектов по осуществлению конкретных программ и научных исследований в сфере защиты прав и свобод человека, правового просвещения населения одним из победителей и была объявлена Межрегиональная общественная организация «Центр религиоведческих исследований»[12].

При этом цель проекта «Центра религиоведческих исследований», направленного на «оказание помощи людям, пострадавшим от тоталитарных сект», не имеет ничего общего ни с защитой прав и свобод человека, ни с правовым просвещением населения. Выделение этого гранта наглядно свидетельствует о лоббистских возможностях антикультистов, их способности находить общий язык с представителями властных кругов.

Что же именно предлагали и предлагают антикультисты, близкие к властным структурам, в сфере государственно-конфессиональных отношений? Какие результаты это принесло и способно принести в будущем?

Представления антикультистов о причинах появления новых религиозных движений и наиболее эффективных способах борьбы с ними

Как убеждены антикультисты, секты создают спецслужбы с учетом специфики той или иной страны и потребностей населения. В нашей стране большинство тоталитарных сект — это инструменты подрывной деятельности западных стран против России, орудие идеологической войны[13].

В мировом масштабе секты — это важный политический фактор, который активно используется, прежде всего, во внешней политике Соединенных Штатов Америки. США поддерживают самые разные секты во всём мире: в России, Франции, Германии, Китае и многих других странах[14].

Для противодействия сектам антикультисты делают ставку на два основных метода: ликвидация и запрет религиозных организаций, а также объявление религиозной литературы «сектантов» экстремистскими материалами. По мнению А. Дворкина, сами по себе ликвидация и запрет религиозных организаций недостаточны, так как секты могут продолжать свою деятельность в качестве религиозных групп или под другими наименованиями.

Если же основная литература той или иной секты признана экстремисткой, ей уже гораздо сложнее продолжать свою деятельность.

Христиане-пятидесятники в качестве одной из главных мишеней антикультистов

Одна из самых серьёзных опасностей для Православной Церкви и общества, по оценке антикультистов — так называемое «неопятидесятничество»[15].

Следует пояснить, что Христиане Веры Евангельской (пятидесятники) — это одно из основных направлений современного протестантизма. В Новом Завете говорится, что во время праздника Пятидесятницы на апостолов сошёл Святой Дух и они «исполнились все Духа Святого и начали говорить на иных языках» (Деяния святых апостолов, 2:4). Пятидесятники практикуют «говорение на иных языках» во время молитвенных собраний. В этом их главное отличие от других направлений протестантизма.

Пятидесятники разделены на множество течений. Если учесть, что с религиоведческой точки зрения между пятидесятниками и «неопятидесятниками» нет никаких принципиальных различий, то антикультисты «объявляют войну» одному из наиболее многочисленных и быстро растущих направлений современного протестантизма.

Объект постоянных и злобных, в том числе личных нападок А. Дворкина и других антикультистов — епископ Сергей Васильевич Ряховский, один из лидеров российских христиан-пятидесятников, председатель Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (насчитывающего около тысячи незарегистрированных религиозных групп и свыше 1350 зарегистрированных Федеральной регистрационной службой общин, что составляет около 6% от общего числа всех зарегистрированных религиозных организаций на территории Российской Федерации).

С.В. Ряховский является членом Общественной палаты Российской Федерации, сопредседателем Консультативного совета глав протестантских церквей России, членом Совета при Президенте России по взаимодействию с религиозными объединениями. Он имеет государственные и ведомственные награды, в том числе медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, медали «В память 850-летия Москвы» и «В память 200-летия Минюста России».

Как и большинство христиан-пятидесятников, да и в целом российских протестантов, епископ С.В. Ряховский является патриотом, занимает взвешенную, консервативную позицию в вопросах морали, отстаивая традиционные семейные ценности. Истеричные и даже маниакальные нападки на Сергея Ряховского, исходящие от «Центра религиоведческих исследований во имя священномученика Иринея Лионского», могут объясняться как личной ненавистью антикультистов, так и агрессивным неприятием христиан-пятидесятников.

Крупным успехом антикультистов в борьбе с пятидесятниками было решение о ликвидации одной из крупных общин, насчитывающих свыше тысячи прихожан — местной религиозной организации Церковь Христиан Веры Евангельской (пятидесятников) «Благодать» г. Хабаровска и запрете её деятельности на территории края, вынесенное Хабаровским краевым судом 27 апреля 2011 года по иску прокурора Хабаровского края. Самым существенным в решении суда было утверждение, что специфические особенности религиозной практики пятидесятников, в том числе так называемое «говорение на иных языках», наносят ущерб здоровью граждан. Если бы это решение вступило в законную силу, его можно было бы использовать против всех христиан-пятидесятников.

Церковь «Благодать» обжаловала решение Хабаровского краевого суда в Верховном суде Российской Федерации, который 5 июля 2011 года признал его незаконным и отправил дело в Хабаровский краевой суд на повторное рассмотрение.

15—19 декабря 2011 года в Хабаровском краевом суде состоялся повторный процесс. Суд отклонил иск прокурора. Однако прокуратура обжаловала это решение. Кроме того, Хабаровская краевая прокуратура продолжает расследование уголовного дела против Церкви «Благодать», как организации, которая наносит вред психическому здоровью граждан.

История пятидесятников в СССР свидетельствует о том, что это религиозное течение протестантизма невозможно сломить даже самыми жестокими преследованиями. В 1929 году деятельность Христиан Веры Евангельской (пятидесятников) в Советском Союзе была запрещена. В 1929—1941 годах пятидесятников осуждали на 20—25 лет лагерей, а нередко приговаривали к расстрелу.

В 1945 году пятидесятникам было предложено зарегистрироваться в составе Всесоюзного Совета Евангельских христиан-баптистов (ВСЕХБ), своего религиозного центра им не разрешили создать. Условием регистрации был отказ от проповеднической, миссионерской и благотворительной деятельности, а также от «говорения на иных языках». Поэтому большая часть общин пятидесятников отказалась от регистрации и продолжила деятельность в подполье.

Конец 1950-х и начало 1960-х годов ознаменованы систематическими преследованиями пятидесятников в СССР, о чём подробно пишет А.И Солженицын в своей книге «Архипелаг ГУЛАГ». В это время многие руководители общин и рядовые члены церквей были осуждены на длительные сроки заключения. В средствах массовой информации предпринимается попытка всячески очернить деятельность пятидесятников, им приписывались самые чудовищные злодеяния. Начиная с 1968 года некоторые общины пятидесятников получают разрешение на государственную регистрацию, но большинство церквей пятидесятников находилось в положении незарегистрированных до начала 1990-х годов.

В СССР деятельность незарегистрированных религиозных общин была запрещена и преследовалась как уголовное преступление. Рядовые члены незарегистрированных общин постоянно подвергаются преследованиям, чаще всего штрафам, за участие в молитвенных собраниях. Частные дома, в которых собирались пятидесятники для общей молитвы, в ряде случаев конфисковывались или даже разрушались.

На судебных процессах против руководителей незарегистрированных общин пятидесятников им предъявлялись различные уголовные обвинения, в том числе по статьям 190 или 70 Уголовного кодекса, то есть о клевете на советский строй и об антисоветской пропаганде. Руководителей пятидесятников обвиняли и в нанесении вреда здоровью верующих изуверскими обрядами.

Советская пропаганда использовала для дискредитации пятидесятников два основных приёма. Их обвиняли в крайнем фанатизме, доходящем до человеческих жертвоприношений. Распространялась и версия, что пятидесятники лишь прикрывают религиозностью корыстные побуждения и «служат мировому империализму» за доллары.

После вступления в силу Закона РСФСР от 25 октября 1990 года «О свободе вероисповеданий» незарегистрированные общины пятидесятников стали легализировать свою деятельность. Указ Президента Российской Федерации «О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий» от 14 марта 1996 года №378 осудил «многолетний террор, развязанный большевистским партийно-советским режимом в отношении священнослужителей и верующих всех конфессий». Все ранее осуждённые пятидесятники были реабилитированы.

Антикультисткие мифы, которые используются в последние годы против пятидесятников, по сути дела воспроизводят стереотипы советской антирелигиозной пропаганды и способствуют расколу общества по религиозному признаку.

Усиление влияния протестантизма, в том числе и пятидесятничества, в современной России — объективно закономерный процесс. Российские протестанты — неотъемлемая часть формирующегося среднего класса. Именно они наиболее активно и эффективно проводят социальную работу: занимаются возвращением наркоманов и пьяниц к нормальной жизни, помогают попавшим в трудную жизненную ситуацию детям, в том числе усыновляют сирот. Протестанты соблюдают законы, платят налоги, занимаясь предпринимательством, следуют христианским нравственным принципам. Добросовестно работают, не пьют и не курят.

Знаковое событие — избрание 18 марта 2012 года протестанта мэром города Тольятти. Большинство избирателей (во втором туре — около 57%) отдали свои голоса за Сергея Игоревича Андреева, который не скрывал своей принадлежности к протестантизму, вопреки развязанной его оппонентами «антисектантской» кампании[16].

Давно назрели решительные меры по нормализации взаимоотношений государства с протестантами, включая налаживание регулярных встреч руководителей страны с Консультативным советом глав протестантских церквей России.

Свидетели Иеговы и их религиозная литература остаются одним из приоритетных объектов «противодействия экстремизму»

Свидетели Иеговы — одно из поздних течений протестантизма, появившееся в США в 1870 году. Впервые появляются в России в конце XIX века, в 1913 году получают официальное признание в Финляндии, входившей в тот период в состав Российской империи.

В СССР Свидетели Иеговы подвергаются жестоким репрессиям, руководители общин и активные проповедники приговариваются к длительным срокам заключения. Рядовых верующих и членов их семей ссылают в Сибирь.

Так, в 1949 году всех выявленных властями в Молдавии Свидетелей Иеговы, отказавшихся отречься от своих убеждений, высылают в Сибирь и на Дальний Восток. В 1951 году все известные органам власти Свидетели Иеговы из Западной Украины, Белоруссии, Латвии, Литвы и Эстонии, сохранившие верность своим убеждениям (более 8,5 тысяч человек) сосланы в Сибирь.

Свидетели Иеговы были освобождены из ссылки в Сибирь в 1965 году, однако их религиозные общины в СССР не подлежали регистрации, а репрессии в отношении верующих продолжались до начала 1991 года.

Свидетели Иеговы получают официальное признание в России 27 марта 1991 года. В соответствии с Федеральным законом от 18 октября 1991 года №1761-1 «О реабилитации жертв политических репрессий» и Указом Президента Российской Федерации «О мерах по реабилитации священнослужителей и верующих, ставших жертвами необоснованных репрессий» от 14 марта 1996 года №378 были реабилитированы и признаны жертвами политических репрессий все Свидетели Иеговы, подвергавшиеся преследованиям в годы Советской власти.

Свидетели Иеговы и их религиозная литература стали жертвой обвинений в экстремизме в 2009 году.

11 сентября 2009 года Ростовский областной суд вынес решение о ликвидации религиозной общины Свидетелей Иеговы в г. Таганрог и признании 34 публикаций Свидетелей Иеговы экстремистскими материалами. Не дожидаясь вступления решения в законную силу, правоохранительные органы провели серию обысков в помещениях и зданиях, принадлежащих религиозной общине и частных домах верующих, сопровождавшихся срывом богослужений и изъятием религиозной литературы, задержаниями и допросами верующих.

8 декабря 2009 года Верховный суд Российской Федерации оставил в силе решение Ростовского областного суда о ликвидации местной религиозной организации Свидетелей Иеговы «Таганрог» и признании «экстремистскими» 34 публикации, включая ряд выпусков журналов «Сторожевая башня» и «Пробудитесь!». Это породило новую волну религиозной нетерпимости к Свидетелям Иеговы.

К апрелю 2010 года было зафиксировано не менее 265 задержаний, обысков, конфискаций, рейдов по жилищам и рабочим местам верующих. Было возбуждено 6 уголовных дел. 26 апреля 2010 года Роскомнадзор издал приказ об отмене разрешения на распространение «Сторожевой башни» и «Пробудитесь!» на территории страны.

Управленческий центр Свидетелей Иеговы подал 1 июня 2010 года жалобы в Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) в Брюсселе на определение Верховного суда Российской Федерации от 8 декабря 2009 года.

Ранее ЕСПЧ неоднократно признавал нарушающими право на свободу религии решения, вынесенные против Свидетелей Иеговы в различных странах, в том числе и в России. Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, после определения, вынесенного Верховным судом Российской Федерации, сказала: «Я убеждена, что Европейский суд отменит решение российского суда высшей инстанции. Однако мне горько сознавать, что при этом в глазах европейского сообщества Россия будет выглядеть как страна дикая, средневековая и нетерпимая к религиозным меньшинствам».

В 2011 году в отношении Свидетелей Иеговы продолжалось расследование около десятка уголовных дел по статьям 282 и 2822 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Большой резонанс получило уголовное дело по статье 282 Уголовного кодекса Российской Федерации против Александра Калистратова, руководителя организации Свидетелей Иеговы г. Горно-Алтайска. Правозащитники, включая Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации В.П. Лукина, оказали А. Калистратову поддержку. 14 апреля 2011 года суд оправдал А. Калистратова. Прокуратура приговор обжаловала, дело было возвращено на новое рассмотрение, и 3 ноября 2011 года тот же суд признал А. Калистратова виновным, вынеся довольно мягкий приговор — 100 часов обязательных работ. А 22 декабря 2011 года этот приговор был отменён Верховным судом Республики Алтай за отсутствием состава преступления.

В течение 2011 года судами были признаны экстремистскими 16 религиозных изданий Свидетелей Иеговы. Принимались решения о блокировке доступа к сайтам Свидетелей. Возбуждались новые уголовные и административные дела против Свидетелей Иеговы за распространение экстремистских материалов.

Как констатируется в докладе Информационно-аналитического центра «Сова» на тему «Неправомерное применение антиэкстремистского законодательства в России в 2011 году», «…одним из приоритетных объектов «противодействия экстремизму» остаются Свидетели Иеговы. Масштаб разноплановых преследований этого религиозного течения растёт с каждым годом, не прекращаются и обвинения в экстремизме, основанные исключительно на том, что Свидетели утверждают превосходство своей веры… Мы можем констатировать, что Свидетели находятся под постоянным «антиэкстремистским» прессингом».

Действительно, на официальном информационном сайте «Свидетели Иеговы в России» (http://www.jw-russia.org/) в 2011 и 2012 годах постоянно появляются новые пресс-релизы и документы о возбуждении уголовных и гражданских дел, судебных процессах, обысках, задержаниях верующих. В частности, в Таганроге (Ростовская область), где в 2009 году была ликвидирована местная религиозная община Свидетелей Иеговы, а её деятельность запрещена, возбуждено два уголовных дела против 15 Свидетелей Иеговы по части 1 и 2 статьи 2822 Уголовного кодекса Российской Федерации (организация экстремистского объединения и участие в его деятельности; в качестве наказания данная статья предусматривает значительные штрафы и лишение свободы на срок до трёх лет).

Расследование началось в апреле 2011 года, после того, как сотрудник правоохранительных органов, изобразивший интерес к Библии, проник на религиозную встречу Свидетелей Иеговы и снял на скрытую камеру, как верующие продолжают собираться вместе. В результате в августе 2011 года в 19 домах верующих прошли обыски, а вскоре были возбуждены и уголовные дела.

По данным на апрель 2012 года, судами рассматривались уголовные дела в отношении четырёх Свидетелей Иеговы по обвинению в экстремистской деятельности (в Ахтубинском районном суде Астраханской области, Йошкар-Олинском городском суде Республики Марий Эл и Читинском районном суде)[17].

У человека, не знакомого с проповедью свидетелей Иеговы, может возникнуть подозрение, что речь идёт об опаснейшей террористической организации, представляющей угрозу не меньшую, чем «Аль-Каида».

Как религиовед, защитивший в 2002 году докторскую диссертацию об эволюции и деятельности религиозной организации Свидетелей Иеговы в России и продолжающий знакомиться с их публикациями, могу утверждать, что Свидетели Иеговы не берут в руки оружие и отвергают насилие. В их учении нет экстремизма, а есть только твёрдое убеждение, что их религия — единственная, являющаяся истинной.

Очевидно, что если объявлять экстремистскими материалами религиозные издания, в которых та или иная религиозная организация заявляет, что её вероучение истинно, а другие религии уклонились от истины, то почти вся религиозная литература, включая священные писания мировых религий, будет признана экстремистской.

Не менее очевидно и другое. Если религиозную организацию Свидетелей Иеговы не смогли уничтожить ни Гитлер, ни Сталин, современным российским антикультистам это тем более не удастся. История Свидетелей Иеговы неопровержимо доказывает, что их невозможно запугать ни ложными обвинениями в экстремизме, ни штрафами, ни уголовными делами.

Полагаю, что централизованная религиозная организация, насчитывающая в России около двухсот тысяч членов, заслуживает более объективного и благожелательного отношения со стороны государства. Порекомендовал бы людям, принимающим решения в сфере политики по отношению к религиозным объединениям, лично побывать в Управленческом центре Свидетелей Иеговы в России, который находится в Санкт-Петербурге. Посмотреть экспозицию, посвящённую истории организации. Побеседовать с сотрудниками, убедиться, что они не экстремисты, а законопослушные люди, убеждённые в истинности своей религии. Вступить в диалог с руководством Свидетелей Иеговы и попытаться договориться о том, как избегать конфликтов и улаживать противоречия.

Признаки и призраки экстремизма в Церкви Саентологии и произведениях Рона Хаббарда

Церковь Саентологии — одна из немногих религиозных организаций, которая не отрицает истинность других религий. Представление о Боге как о стремлении человека к существованию в качестве бесконечности даёт возможность Саентологии преодолеть свойственные религиозному сознанию противоречия между различными представлениями о Высшей Реальности.

В Саентологии предполагается, что, по мере своего духовного роста, каждый человек приходит к своему собственному, всё более глубокому, пониманию Бога, а также своей связи с Верховным Существом. Более того, член Саентологической Церкви может одновременно быть христианином, мусульманином, буддистом, иудеем или иметь иные религиозные убеждения. Если взять статистику по всему миру, то среди саентологов, по их собственным данным, помимо 24% членов Церкви Саентологии, не имеющих иных религиозных убеждений, кроме приверженности Саентологии, 26% — католики, 27% — протестанты, 5% — иудеи, 1% — последователи буддизма или индуизма.

Саентологи с гордостью заявляют, что эта возникшая в 1954 году религия является самой быстрорастущей религиозной организацией в мире. Поэтому отсутствие претензий на истинность только собственной религии не спасает Церковь Саентологии от обвинений в экстремизме. Подлинная причина агрессивных нападок антикультистов на Церковь Саентологии — динамичный рост числа последователей Саентологии в целом в мире, в том числе и в России.

По убеждению А. Дворкина, любые материалы Рона Хаббарда являются экстремистскими и представляют опасность, если же добиться запрета работ Хаббарда, то без них Церковь Саентологии действовать не сможет[18].

Антикультистов не смущает тот факт, что согласно имеющимся подсчётам, Рон Хаббард изложил учение и технологии Саентологии более чем на 8 тысячах страниц своих трудов, включая множество книг и более 2,5 тысяч магнитофонных записей лекций. Поэтому не так-то просто признать их все экстремистскими. Кроме того, Хаббард известен как писатель-фантаст. Неужели даже литературные произведения Хаббарда, включая его фантастические романы, тоже, по мнению антикультистов, являются экстремистскими?

В последние годы в России постоянно, но с различными результатами, проходят процессы о признании тех или иных произведений Рона Хаббарда экстремистскими материалами.

Так, в Сургуте (Ханты-Мансийский автономный округ-Югра) 26 марта 2010 года городской суд принял решение о признании 29 произведений Рона Хаббарда «экстремистскими». 12 октября 2010 года Ханты-Мансийский окружной суд отменил решение Сургутского городского суда от 26 марта 2010 года, направил дело на новое рассмотрение в тот же суд первой инстанции в ином составе судей. 9 декабря 2010 года Сургутский городской суд отклонил иск прокуратуры о признании 29 произведений Рона Хаббарда «экстремистскими». Саентологи добились исключения этих 29 текстов из Федерального списка экстремистских материалов.

В Новом Уренгое (Ямало-Ненецкий автономный округ Тюменской области) в 2011 году суд отказал прокуратуре в иске о признании экстремистским материалом биографии Хаббарда.

24 августа 2011 года суд Набережных Челнов (Республика Татарстан) признал 13 произведений Хаббарда объёмом более 3 тысяч страниц печатного текста и 63 часов записей лекций, экстремистскими материалами. Никто из саентологов не был проинформирован о судебном слушании, а из протокола судебного заседания стало известно, что на судебное разбирательство, в ходе которого рассматривались материалы, прокурор и судья потратили всего 25 минут. Вероятно, подобная оперативность достойна занесения в книгу рекордов Гиннеса (The Guinness Book of Records) — ежегодный сборник мировых рекордов, включая самые забавные и экстравагантные достижения.

19 марта 2012 года Верховный суд Республики Татарстан отменил решение городского суда Набережных Челнов, по которому 13 материалов Рона Хаббарда были признаны экстремистскими.

Справедливые судебные решения, вынесенные в ряде регионов — примечательные события, они свидетельствуют о возможности победы законности и здравого смысла в ходе процессов о признании религиозной литературы экстремистскими материалами.

С другой стороны, продолжается вынесение и необъективных решений. Так, 29 июня 2011 года Щелковский городской суд (Московская область), в соответствии с иском Щелковского городского прокурора, признал 9 книг и 9 аудиолекций Рона Хаббарда экстремистскими материалами. 20 марта 2012 года Московский областной суд оставил без изменения это решение Щелковского городского суда. В связи со вступлением судебного решения в законную силу книги и аудиолекции Рона Хаббарда будут включены в федеральный список экстремистских материалов и запрещены к распространению на территории Российской Федерации.

Щелковский городской прокурор утверждал, будто бы учение Хаббарда полностью не соответствует менталитету и образу жизни российских граждан, а учебные программы, издания, аудио-видео материалы по Саентологии «подрывают традиционные духовные основы жизни на территории Российской Федерации».

С религиоведческой точки зрения, учение, которое полностью не соответствует менталитету и образу жизни российских граждан, не имеет никаких шансов приобрести последователей на территории России. Тем более оно не может представлять реальной опасности для «традиционных духовных основ».

Что же экстремистского обнаружил Щелковский городской суд в произведениях Хаббарда? Согласно выводам комплексного психолингвистического исследования, на котором базируется решение суда, книги и брошюры Хаббарда «направлены на формирование изолированной социальной группы, которой является Церковь Саентологии, члены которой обучаются безупречному выполнению своих функций. В данной литературе присутствуют призывы к осуществлению экстремистской деятельности, информация в материалах направлена на разрушение социальных групп, отличных от Церкви Саентологии»[19].

Можно согласиться с утверждением, что члены Саентологической Церкви обучаются безупречному выполнению своих функций. Действительно, обучению сотрудников саентологи уделяют самое серьёзное внимание. Прочие утверждения не соответствуют действительности.

Ни Церковь Саентологии, ни сообщество саентологов не имеют признаков «изолированной социальной группы». Сама по себе Церковь Саентологии открыта для посещения, её членами могут быть и становятся люди самой разной социальной, профессиональной, этнической принадлежности. Человек «с улицы» имеет право прийти в Церковь Саентологии и принять участие в религиозной службе, «курсах по улучшению жизни» и других программах.

Церковь Саентологии заинтересована в максимально широком распространении своих идей, саентологи меньше всего походят на «изолированную группу». Они очень ценят общение, стараются использовать любую возможность для того, чтобы вступить в контакт с самыми разными людьми, социальными, профессиональными и другими группами.

Что касается утверждения эксперта, будто бы произведения Хаббарда направлены на разрушение социальных групп, отличных от Церкви Саентологии, то оно противоречит реальному содержанию трудов Хаббарда и учению Саентологии. Суть Саентологии — в учении, что она располагает инструментами (практическими методами), способными обеспечить духовное развитие личности, укрепить социальные группы, сделать их деятельность по-настоящему эффективной, а также решить глобальные проблемы, стоящие перед человечеством.

Насколько основательно подкреплены выводы эксперта аргументами и фактами?

По оценке известного адвоката Г.А. Крыловой, «прокуратура заказала и поручила исследование четырёх книг (около 3500 страниц) сектору психолингвистики Института языкознания РАН. В этом заключении на 14 страницах крупным шрифтом «исследование» заняло всего 3 страницы, остальное — цитаты из закона, список литературы и прочие формальности. Затем, поскольку прокурор просил признать «экстремистскими» девять книг и девять аудиолекций (около 6000 страниц и 10 часов прослушивания), он повторно обратился к тому же эксперту. Новое заключение завсектором профессора Тарасова Е.Ф. дословно воспроизвело прежнее, за исключением расширения списка объектов. И также уместилось на 14 страницах. Мал золотник, да дорог… А теперь представьте, исследование более 6000 страниц, изложенное на трёх страницах. Попробуйте просто привести по одной цитате из каждого наименования (9 книг и 9 аудиолекций) в обоснование выводов Тарасова Е.Ф. о том, что каждая из исследованных им книга и лекция «возбуждает ненависть и вражду, … унижает достоинство человека либо группы лиц по признаку пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к социальной группе»… Разумеется, всего этого в экспертизе не было. Но если эксперт делает подобные выводы, он обязан вразумительно ответить на такие простейшие вопросы. Заметьте, я не касаюсь методики и многого другого. Всё же сервильность эксперта должна иметь некоторые пределы» (http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=87756).

А. Дворкин приветствовал решения Щелковского городского суда и Московского областного суда, однако выразил сожаление, что оно не способно серьёзно помешать работе саентологов. Он высказал твёрдое убеждение, что Саентологи «будут обжаловать решение Мособлсуда, и будут подавать во все инстанции, вплоть до Европейского суда по правам человека». Церковь Саентологии «будет судиться до конца, — тут иных вариантов ожидать не приходится. Но, независимо от дальнейших планов секты, решение суда имеет законную силу на всей территории Российской Федерации до тех пор, пока не будет отменено… Нужно готовиться и к весьма серьёзному международному давлению, которое в связи с этим делом будет оказано на Россию», — отметил ведущий российский сектовед[20].

Как сказал бы Уинстон Черчилль (1874–1965) о человеке подобного типа, «он время от времени натыкается на истину, но затем, как правило, вскакивает и бодро продолжает идти». В данном случае можно согласиться с А. Дворкиным в том, что судебные разбирательства будут продолжаться и, в конце концов, решение о признании произведений Хаббарда экстремистскими материалами будет отменено. Правильно и то, что саентологи не будут сидеть сложа руки, а продолжат активную деятельность. Об этом, в частности, свидетельствует опыт религиозной группы «Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга».

Ленинград — колыбель Саентологии в России

В годы Советской власти Ленинград было принято называть «колыбелью трёх революций» (имелись в виду революция 1905–1907 годов, февральская и октябрьская революции 1917 года).

Гораздо меньше известен тот факт, что именно в Ленинграде в 1984 году появилась первая в России (и в СССР) группа последователей Рона Хаббарда. Она действовала без регистрации, что считалось в СССР нарушением закона, однако не была обнаружена КГБ и не стала объектом преследований.

Дело в том, что первоначально группа сложилась вокруг супружеской пары — Ирины и Михаила Гольдберг. Ирина была преподавательницей немецкого языка, она располагала книгой Хаббарда «Дианетика» на немецком языке и сделала её перевод на русский язык. Михаил Гольдберг начал проводить сессии одитинга (ударение на первом слоге, от латинского слова «audire», означающего «слушать», «слышать», — это основной саентологический обряд, сравнимый с христианской исповедью) самой Ирине, их друзьям и знакомым.

Группа была небольшой по составу, в неё входило от восьми до десяти человек. Члены группы изучали «Дианетику» и проводили взаимный одитинг.

По свидетельству Галины Петровны Шуриновой, которая входила в состав группы с 1990 года, в 1992 году группа разделилась. Два человека, в том числе сама Г.П. Шуринова, зарегистрировали общественную организацию «Саентологический центр», написали письмо в Лос-Анджелес, где находится центр Церкви Саентологии, чтобы получать книги Хаббарда, и в 1993 году получили свидетельство в качестве саентологической миссии.

Другая, в тот момент более многочисленная часть группы, решила соединить саентологические методы с психологией, однако это не дало позитивных результатов и в 1994 году группа распалась.

Что касается «Саентологического центра», то из небольшой миссии он превратился в самую крупную Саентологическую Церковь — не только в России, но и в мире. Она насчитывает четыреста сотрудников и более шести тысяч прихожан. Причём возглавляет её по-прежнему Г.П. Шуринова.

Среди руководителей религиозной группы и сотрудников много «ветеранов». Так, Михаил Анатольевич Козин, один из заместителей Г.П. Шуриновой, в Церкви Саентологии с 1992 года, председатель религиозной группы Иван Мацицкий — с 1995 года, Лидия Кокс, отвечающая за обучение одиторов — с 1993 года. К тридцатилетнему юбилею Саентологической Церкви города Санкт-Петербурга они планируют открыть музей организации, в котором будет первый в России Е-метр (это сокращение слова «электропсихометр», прибор, использующийся в практике одитинга), много фотографий и документов.

В 2007 году решением городского суда Санкт-Петербурга общественная организация «Саентологический центр» была ликвидирована. Верховный Суд Российской-Федерации утвердил это решение, оно вступило в законную силу. Нет у Саентологической Церкви города Санкт-Петербурга и регистрации в качестве религиозной организации, так как она неоднократно получала отказы в регистрации. С точки зрения российского законодательства, это религиозная группа, которая имеет право удовлетворять религиозные потребности своих членов.

Одна из любимых саентологами Санкт-Петербурга цитат Рона Хаббарда звучит следующим образом: «Придание значимости трудностям всегда приводит к возникновению этих трудностей. Точно также придание значимости способностям всегда приводит к обретению этих способностей» (Хаббард. Акцент на способности, 1954 г.).

Как писала в своих воспоминаниях Анна Ахматова (1889-1966), «будущее, как известно, бросает свою тень задолго до того, как войти». Обычно мы вглядываемся в эту тень, пытаясь предугадать, что ожидает нас в будущем. Саентологи предпочитают «постулировать» будущее. Им свойственна черта, которая не перестаёт меня удивлять. Они верят, что сознание, дух творят реальность. И если они твёрдо убеждены, что всё задуманное у них получится, то им действительно удастся добиться поставленных целей.

У религиозной группы «Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга» большие и амбициозные планы. Она не намерена отставать от Саентологической Церкви города Москвы, имеющей регистрацию в качестве религиозной организации, которая 26 февраля 2011 года получила статус «идеальной организации» (в статье Хаббарда «Идеальная организация» было описано, как именно должна быть устроена Церковь Саентологии).

В 2012 году Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга рассчитывает получить статус идеальной организации. Активно идёт сбор добровольных пожертвований, уже собрано свыше половины средств, необходимых для приобретения и ремонта подходящего здания[21]. Значительное добровольное пожертвование поступило, например, от торгового дома «Форт», который в 2011 году получил почётное звание «Лучший налогоплательщик года»[22].

Побывав в Саентологической Церкви города Санкт-Петербурга в марте 2012 года, побеседовав с её руководителями, сотрудниками и прихожанами, я убедился, что это динамично развивающаяся организация. Ей чужд негативизм по отношению к власти и традиционным для России нравственным и духовным ценностям.

Саентологи настроены на нормальные, конструктивные отношения с государством и обществом. Так, они добровольно информируют мэрию Санкт-Петербурга и муниципальные органы о своей деятельности, в том числе благотворительной, чего делать не обязаны, так как уже долгие годы остаются незарегистрированной религиозной группой.

По инициативе Саентологической Церкви в Санкт-Петербурге действует общественный межконфессиональный совет. Он организует Пасхальные фестивали, в которых участвуют хоры различных церквей, выставки «Религиозная жизнь глазами представителей разных религий» и даже игру «Что? Где? Когда?» на тему толерантности.

Могу утверждать, что никаких признаков экстремистских идей, намерений или действий нет ни в религиозной группе «Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга», ни в Церкви Саентологии в целом или произведениях Хаббарда.

«Всякому безобразию — своё приличие»

(судебный процесс в г. Томске о признании книги «Бхагават-гита как она есть» экстремистским материалом)

Как совершенно справедливо утверждал Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (1826–1889), «всякому безобразию — своё приличие».

Этот важный принцип был нарушен, когда Томская городская прокуратура 30 июня 2011 года обратилась в суд с заявлением о признании экстремистским материалом книги основателя Международного общества сознания Кришны Шрилы Прабхупады «Бхагавад-гита как она есть».

Инициаторы судебного процесса в Томске полагали, что достаточно заявить — мы не посягаем на саму «Бхагават-гиту», но подозреваем в экстремизме один из комментариев к этой священной книге — и к ним не будет претензий со стороны большинства последователей индуизма. Возмутятся только члены Общества сознания Кришны, которые почитают Шрилу Прабхупаду, но кто их будет слушать? Ведь по странному, противоречащему действительности, но глубокому убеждению «борцов с сектами», Общество сознания Кришны не пользуется в Индии поддержкой и уважением.

Реальная ситуация оказалась совершенно другой. Парламент и Правительство, крупнейшие политические партии Индии, религиозные круги, средства массовой информации расценили судебный процесс в качестве грубого оскорбления религиозных чувств индуистов, посягательство на величайшую святыню — священную книгу «Бхагават-гита». Дело в том, что, как известно настоящим учёным и специалистам-индологам (и неведомо антикультистам), для последователя индуизма оскорбить авторитетный комментарий к такой священной книге, как «Бхагават-гита» — это нанести оскорбление самой священной книге и всем индуистам.

Индийское руководство оказало мощную поддержку Обществу сознания Кришна, одному из авторитетных религиозных объединений Индии. Впервые за всю историю российско-индийских отношений, в Индии прошли антироссийские массовые акции протеста. Глубокое возмущение судом над «Бхагават-гитой как она есть» выразили и представители деловых кругов.

28 декабря 2011 года Ленинский районный суд Томска отказался удовлетворить иск прокуратуры, но она обжаловала это решение.

Всем компетентным специалистам было очевидно, что если состоится отмена решения Ленинского районного суда г. Томска и процесс возобновится, реакция индийского общества и руководства Республики Индия будет не менее болезненной и острой. Российско-индийские отношения понесут значительный ущерб.

24–25 февраля 2012 года в Томске состоялась Всероссийская научная конференция «Бхагавад-гита в истории и в современном обществе», организованная Томским государственным университетом в сотрудничестве с Департаментом по культуре Администрации Томской области. Участниками конференции была принята резолюция, под которой подписались 64 участника конференции при одном воздержавшемся. В резолюции, в частности, говорилось, что к таким религиозным текстам, как «Бхагавад-гита как она есть», понятие экстремизма применено быть не может.

В резолюции осуждались эксперты, которые, не обладая соответствующей научной квалификацией, поставили свои подписи под экспертизой, в которой «Бхагавад-гита как она есть» признавалась экстремистским материалом. Их мнение было названо «непрофессиональным, вненаучным и ангажированным», а их «нравственная позиция» неприемлемой. В резолюции также выражалось недоверие А.Л. Дворкину как председателю Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции России и говорилось о необходимости «создания независимого и компетентного экспертного сообщества, состоящего из религиоведов, лингвистов, историков, философов, социологов, психологов и правоведов способных давать объективные, научно-обоснованные заключения».

14 марта 2012 года ряд известных российских учёных обратился с открытым письмом к Президенту России Д.А. Медведеву и Председателю Правительства Российской Федерации В.В. Путину с призывом взять судебный процесс в Томске под свой личный контроль. По мнению видных учёных, книга «Бхагавад-гита как она есть» представляет собой аутентичный элемент подлинного индуизма, а действия прокуратуры в Томске не только наносят значительный ущерб репутации отечественной науки и культуры, но также дискредитируют Россию в глазах цивилизованного мира и вбивают клин в российско-индийские отношения.

21 марта 2012 года судебная коллегия по гражданским делам Томского областного суда оставила без изменения решение суда первой инстанции, которым в удовлетворении требований прокурора было отказано.

К великому сожалению, судебный процесс, инициированный прокурором г. Томска, нанёс существенный удар по российско-индийским отношениям и привёл к появлению антироссийских настроений в Индии, которых никогда прежде в этой стране не было. Будем надеяться, что российско-индийское стратегическое партнёрство выдержит это испытание на прочность.

В значительной степени нравственную ответственность за репутационный ущерб, который был нанесён Российской Федерации, должны нести антикультисты, явившиеся идейными вдохновителями судебного процесса в Томске.

Международный скандал, спровоцированный судом в Томске, должен стать наглядным свидетельством пагубного влияния на государственно-конфессиональные отношения, которое способен оказать современный антикультизм.

Что можно сделать для улучшения ситуации

1. Антиподом антикультизма является религиоведение. Развитие религиоведения, превращение религиоведческого научного знания в основу принятия управленческих решений в области государственно-конфессиональных отношений — самое действенное средство нормализации ситуации. В частности, в состав Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции России должны входить лица, обладающие высокой религиоведческой квалификацией. Нужна систематическая работа по повышению уровня религиоведческой культуры, в том числе государственных служащих, сотрудников правоохранительных органов и судейского сообщества, журналистов.

2. Для религиоведения антикультизм — один из объектов изучения. Антикультизм должен быть чётко определён в качестве идейного течения, осознана и проанализирована его роль в качестве фактора, оказывающего значительное негативное влияние на государственно-конфессиональные отношения в современной России. В частности, целесообразно осуществлять религиоведческий мониторинг деятельности «Европейской федерации центров по исследованию и информированию о сектантстве» (ФЕКРИС), «Информационно-консультационного центра св. Иринея Лионского», так называемой «Российской ассоциации центров изучения религий и сект» (РАЦИРС) и других антикультистских центров, побуждающих органы государственной власти и муниципального управления нарушать законные права последователей религиозных меньшинств.

3. Учитывая значительную роль, которую приобрело использование норм законодательства о противодействии экстремизму в попытках парализовать деятельность ряда религиозных объединений, важно добиться уточнения норм закона, содержащих понятия «экстремизм» и «экстремистская деятельность».

Необходимо определение экстремизма и экстремистской деятельности, как возбуждения вражды и ненависти в сочетании с насилием или призывами к насилию. Такая формулировка избавит законопослушные религиозные организации, настаивающие на истинности своего вероучения, однако избегающие призывов к насилию, от необоснованных обвинений в экстремизме. Базовой нормой закона в демократическом обществе должен быть принцип, в соответствии с которым следует привлекать к ответственности не за те или иные верования, суждения и взгляды, а только за призывы к насилию.

4. Назрела необходимость существенного повышения уровня религиоведческой компетентности, в том числе тех сотрудников правоохранительных органов, которые занимаются противодействием экстремизму. Необходимо разработать и законодательно закрепить принципы, условия и порядок проведения психолого-лингвистических, религиоведческих, филологических экспертиз, определить соответствующие критерии допуска лиц и организаций к проведению таких экспертиз. Учесть недопустимость проведения экспертиз лицами, не имеющими соответствующей теоретической и практической подготовки (учёных степеней и званий, научных публикаций по соответствующей тематике), или имеющих прямую или косвенную заинтересованность (включая конфессиональную ангажированность) в определённом результате экспертизы.

5. Самой решительной поддержки заслуживает позиция Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации В.П. Лукина, который считает, что российские власти должны изменить законодательство таким образом, чтобы священные религиозные книги не подвергались обвинениям в экстремизме.

Приложение

Всероссийская научно-практическая конференция

«Практика применения законодательства о противодействии экстремистской деятельности и гарантии свободы совести в современной России»

Москва, 20 декабря 2011 г.[23]

Итоговый документ[24]

Мы, участники Всероссийской научно-практической конференции «Практика применения законодательства о противодействии экстремисткой деятельности и гарантии свободы совести в современной России», обсудив ситуацию с соблюдением конституционных принципов обеспечения свободы совести в России в связи с ведущейся в настоящее время активной борьбой государства с проявлениями в обществе экстремистских настроений, а также практику применения Федерального Закона №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» в отношении деятельности религиозных объединений, считаем необходимым заявить следующее:

1. Мы категорически осуждаем любые проявления экстремизма и попытки обосновать экстремистские призывы ссылками на религиозные идеалы. В этой связи участники конференции считают необходимым повысить роль религиозных организаций в идейном и духовно-нравственном противодействии экстремизму. Религиозным объединениям необходимо обратить особое внимание на работу с молодёжью, воспитание уважения к закону и религиозной культуре.

2. Федеральный закон №114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (далее — Закон) не отвечает признакам определённости, ясности и однозначности его применения как для правоприменителя, так и для граждан. Неопределённость формулировок создаёт чрезмерно широкие возможности его толкования, которые приводят к нарушениям прав религиозных организаций и граждан, ведут к конституционно неоправданному ограничению их прав и законных интересов на свободу совести. Участники конференции отмечают многочисленные факты, когда Закон используется как инструмент подавления инакомыслия, свободы слова, мысли и информации, борьбы с религиозными меньшинствами. Участники конференции считают, что необходимо выработать чёткие критерии, определяющие понятие экстремистской деятельности.

3. Участники конференции, отдавая себе отчёт в том, что решения судов в Российской Федерации, вступившие в законную силу, имеют силу закона, вместе с тем, используя своё право на свободу мысли, слова и мнений, считают необходимым отметить, что часто решения о признании материалов экстремистскими не отвечают научно обоснованным критериям наличия в них признаков, направленных на возбуждение ненависти и вражды, по которым они были признаны экстремистскими. Это происходит по причине неточности и расплывчатости формулировок в Законе, отсутствия чёткой правовой регламентации проведения соответствующих экспертиз, на основании которых были приняты соответствующие судебные решения и некомпетентности членов экспертных комиссий. Таким образом, Закон, вместо своего назначения профилактики и борьбы с реальными проявлениями ненависти и вражды, сам нередко становиться инструментом ксенофобии и разжигания религиозной розни в отношении тех религиозных организаций, материалы которых были признаны экстремистскими необоснованно. Участники конференции обращают особое внимание на необходимость определения экстремистской деятельности, как возбуждение вражды и ненависти в сочетании с насилием или призывами к насилию, как и было определено в редакции Закона до изменений 2006 года. Возврат к этой исходной формулировке значительно сократит количество административных и судебных ошибок, избавит законопослушные религиозные организации от необоснованных обвинений в экстремизме. Мы разделяем точку зрения Президента РФ, в соответствии с которой следует привлекать к ответственности не за те или иные суждения, а только за призывы к насилию.

4. Целесообразно принятие Верховным Судом РФ соответствующего Постановления Пленума или Обзора практики применения законодательства по противодействию экстремизму в отношении религиозных организаций и религиозной литературы. Кроме того, в целях повышения качества судебного разбирательства дел о признании материалов экстремистскими было бы целесообразно изменить предусмотренную Законом подсудность и возложить их рассмотрение по первой инстанции на верховные суды субъектов РФ.

5. Законодателю  нужно чётко определить те сферы человеческой жизни, в которых выражение своего мнения, учения, взглядов, идеологий, верований не могут быть признаны экстремистскими, даже если они негативно отзываются об иных взглядах, учениях, мнениях, идеологиях или верованиях или претендуют на единственно верный или особый статус, что характерно для любой религии.

Мы поддерживаем позицию Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации В.П. Лукина, который считает, что российские власти должны изменить законодательство таким образом, чтобы священные религиозные книги не подвергались обвинениям в экстремизме.

Участники конференции считают справедливым принцип, в соответствии с которым священные книги мировых религий, а также комментарии к священным писаниям авторитетных духовных учителей зарегистрированных религиозных организаций в принципе не могут и не должны быть предметом исков и судебных разбирательств по обвинению в экстремизме. Следует законодательно закрепить соответствующие нормы, раз и навсегда избавив верующих от унизительных и оскорбительных для их религиозных чувств следственных и судебных разбирательств по поводу священных писаний их религиозных традиций.

6. Требуется установить единообразие правовых конструкций, терминов и определений в отношении таких  понятий, как: экстремистская деятельность, экстремизм, экстремистские материалы, возбуждение ненависти и вражды, как в гражданском законодательстве, так и в уголовном, поскольку ряду понятий в данных отраслях права даётся различное толкование.

7. Необходима корректировка процессуального законодательства, связанного с неопределённостями при рассмотрении дел о признании материалов экстремистскими, в частности: подсудность; вид судопроизводства; преюдиция судебных актов в гражданском и уголовном судопроизводстве; круг лиц, привлекаемых к участию в деле и др. вопросы.

8. Принцип составления и ведения списка экстремистских материалов должен быть пересмотрен и упорядочен по определённой классификации. Необходимо определить в Законе или подзаконном акте чёткие процедуры внесения и исключения материалов из списка.

9.  Нужна систематическая работа по повышению уровня религиоведческой культуры, в том числе сотрудников правоохранительных органов и судейского сообщества. Назрела необходимость существенного повышения уровня религиоведческой компетентности, в том числе тех кадров МВД, которые занимаются противодействием экстремизму. Необходимо проработать принципы, условия и порядок проведения психолого-лингвистических, религиоведческих, филологических экспертиз, определить соответствующие критерии допуска лиц и организаций к проведению таких экспертиз. Учесть недопустимость проведения экспертиз лицами, не имеющими соответствующей теоретической и практической подготовки, или имеющих прямую или косвенную заинтересованность в том или ином результате экспертизы. В этой связи участники конференции готовы предложить свои знания и опыт работы заинтересованным государственным органам.

10. Участники конференции обращают внимание СМИ, институтов гражданского общества и органов государственной власти на неблаговидную деятельность так называемой «Российской ассоциации центров изучения религий и сект (РАЦИРС)» и её дочерней организации «Информационно-консультационный центр св. Иринея Лионского», систематически выступающих с заявлениями, оскорбляющими религиозные чувства последователей религиозных меньшинств, разжигающими межрелигиозную нетерпимость.

11.Участники конференции обращаются к соответствующим высшим судебным органам, Министерству юстиции РФ, Комитету по по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Государственной Думы РФ, Администрации Президента РФ, Правительству РФ, иным органам, имеющим право законодательной инициативы, с призывом рассмотреть и подготовить соответствующие изменения законодательства о противодействии экстремистской деятельности с тем, чтобы исключить имеющиеся сегодня недостатки и сделать его отвечающим современным  требованиям.

Примечания

1

Шахов М.О. Правовые основы деятельности религиозных объединений в Российской Федерации. — М.: Изд-во Сретенского монастыря, 2011. — С. 38.

2

Цитируется по: Розет Д. Определение и признаки культа, http://www.apologetika.ru/win/index.php3?razd=1&id1=41.

3

Одним из первых сделал соответствующий вывод религиовед Михаил Жеребятьев, опубликовавший в 2010 году статью «Антикультисты, зовёт Россия вас! В минувшем году идеология «антикультизма» официально стала частью российской государственной политики, как атеизм в советское время», http://www.portal-credo.ru/site/?act=comment&id=1699.

4

Современный мистицизм и проблемы его преодоления // Информационный бюллетень Института научного атеизма Академии общественных наук при ЦК КПСС №13 (М., 1986). — С. 21-22.

5

Там же. — С. 29.

6

Познер В. В. Прощание с иллюзиями. — М.: Астрель, 2012. — С. 83.

7

Основные причины этого явления рассмотрены, в частности, в моей статье, подготовленной в 2009 году, см.: Иваненко С. И. Религиоведческие аспекты изучения антикультового движения и его воздействия на государственно-конфессиональные отношения, http://www.religiopolis.org/archive/22-ivanenko.html.

8

В России ФЕКРИС представляет «Центр религиоведческих исследований во имя священномученика Иринея Лионского», возглавляемый А. Дворкиным, http://www.fecris.org/l.

9

См.: пресс-релиз «Российской ассоциации центров изучения религий и сект», 21 мая 2009 года, официальный сайт Информационно-консультационного центра св. Иринея Лионского, http://www.iriney.ru/sects/theory/024.htm.

10

Вершинин М. Антикультовые движения в России, http://www.felicidad.ru/2011/09/blog-post_15.html.

11

Центр религиоведческих исследований им. св. Иринея Лионского получит государственный грант на оказание помощи пострадавшим от «тоталитарных сект», http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=87371.

12

Интернет-портал социальной правозащиты правозащитного движения «Сопротивление», http://www.soprotivlenie.org/?id=169.

13

Корелов А. Секты в России — инструменты подрывной деятельности западных стран // Официальный сайт Информационно-консультационного центра св. Иринея Лионского, http://www.iriney.ru/sects/theory/075.html.

14

Дворкин А. Лучший способ выйти из секты — не попадать в неё // Православный информационный ресурс «Пантелеймон-инфо», http://panteleimon.info/index.php?newsid=614.

15

Пресс-релиз «Российской ассоциации центров изучения религий и сект», 1 июля 2010 года // Официальный сайт Информационно-консультационного центра св. Иринея Лионского, http://iriney.ru/sects/theory/044.htm.

16

Былов М. Боевое крещение мэра-протестанта // НГ-религии. — 2012. — 4 апр. — С. 3.

17

http://www.portal-credo.ru/site/?act=news&id=91329&cf=

18

А. Дворкин о саентологии и экстремизме // Мисссионерско-апологетический проект «К Истине», http://www.k-istine.ru/sects/scientology/scientology_k2k.htm.

19

Дворкин А. Запрет сайентологических книг не помешает работе секты // Официальный сайт Информационно-консультационного центра св. Иринея Лионского, htttp://iriney.ru/sects/sientol/news181.htm.

20

Информационный листок религиозной группы «Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга», выпуск №63.

21

Информационный листок религиозной группы «Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга», выпуск №63.

22

Информационный листок религиозной группы «Саентологическая Церковь города Санкт-Петербурга», выпуск №65.

23

Конференция была организована Общероссийской общественной организацией содействия защите свободы совести и Институтом Европы РАН при информационной поддержке портала «Религия и Право» и журнала «Религия и Право».

24

http://www.svobodasovesti.org/index.php?option=com_content&view=article&id=1335:2012-01-23-19-03-04&catid=111:2011-11-17-20-20-42&Itemid=618.

Content

С.И. Иваненко
Вторжение антикультизма
в государственно-конфессиональные отношения в современной России

Предисловие

Антикультовое движение и причины его кризиса на Западе

Зарождение мифа об особой опасности нетрадиционных религий в КГБ СССР

Превращение антикультизма в важный компонент государственно-конфессиональных отношений в современной России

Представления антикультистов о причинах появления новых религиозных движений и наиболее эффективных способах борьбы с ними

Христиане-пятидесятники в качестве одной из главных мишеней антикультистов

Свидетели Иеговы и их религиозная литература остаются одним из приоритетных объектов «противодействия экстремизму»

Признаки и призраки экстремизма в Церкви Саентологии и произведениях Рона Хаббарда

Ленинград — колыбель Саентологии в России

«Всякому безобразию — своё приличие» (судебный процесс в г. Томске о признании книги «Бхагават-гита как она есть» экстремистским материалом)

Что можно сделать для улучшения ситуации

Приложение

Всероссийская научно-практическая конференция «Практика применения законодательства о противодействии экстремистской деятельности и гарантии свободы совести в современной России» Москва, 20 декабря 2011 г. Итоговый документ

Примечания