Александра Айви

ПРЕДНАЗНАЧЕННАЯ СУДЬБОЙ

Глава 1

Лейла устала.

Ее силы почти иссякли: она спасалась бегством от невидимого врага по темным узким тоннелям, раскинувшимся под северо-восточной частью штата Миссури. Лейла устала от голода, судорогой сводившего живот, и от боли, терзавшей ее ноги из-за нескончаемого стремительного бега.

Выбравшись в небольшую пещеру, Лейла резко остановилась, запустив пальцы в короткие щетинистые ярко-рыжие волосы. Ее черные глаза настороженно устремились в темноту в поисках своего преследователя.

Она не надеялась увидеть эту занозу в заднице: вампиры способны растворяться в тенях, а также отличались сверхъестественной быстротой и неимоверной силой. Даже большинству демонов не удавалось их почуять. Лейла ощущала непрекращающуюся погоню только благодаря текущей в ее жилах крови джиннов.

Единственное, чего она не знала, — это…

Причина.

Лейла содрогнулась, ощущая нестерпимую сухость во рту. Иисусе! А она-то считала себя такой хитрой, когда позволила почуять себя этому вампиру! Она надеялась отвести его, вместе с остальными непрошеными гостями, от логова Каина.

Ей было наплевать на судьбу этого пса — но Лейла спрятала на его территории свое самое драгоценное сокровище и теперь не могла допустить, чтобы какое-либо существо, будь то вампир или оборотень, добралось до ее тайны. Лейла рассчитывала на непродолжительную погоню, надеясь, что преследователям надоест эта игра и они вернутся… в Ганнибал или, еще лучше, в Сент-Луис.

Однако ее поспешно составленный план дал осечку уже в первые секунды.

Оборотень продолжил свой путь к логову Каина, а вампир не пожелал отступаться, как бы далеко или быстро она ни убегала.

Теперь же она настолько ослабела, что не могла обратиться к своим способностям тенеходца, и оказалась настолько далеко от Каина, что не могла позвать его на помощь.

— А, к черту! — пробормотала она, упирая руки в бока и вскидывая голову в бессловесном вызове. — Я знаю, что ты от меня не отстал, вампир. Почему бы тебе просто не показаться?

— Думаешь, что можешь мне приказывать, полукровка?

Пещеру наполнил глубокий, непристойно красивый голос.

У Лейлы замерло сердце. Даже демоническая кровь не защищала ее от безжалостной чувственности, которая была таким же неотъемлемым свойством вампиров, как и смертоносные клыки.

— Нет, я решила прекратить бежать, — процедила она. — Так что либо убей меня, либо иди гоняй кого-нибудь еще.

— А! Значит, ты решила, что тебе удалось увести меня достаточно далеко?

— Увести? — Лейла напряглась и судорожно облизала внезапно пересохшие губы. Он не может ничего знать! Никто ничего не знает! — Увести от чего?

— Вот и мне стало интересно, — лениво отозвался голос. — Наверное, это нечто чрезвычайно важное.

Лейла заставила себя сделать глубокий вдох, стараясь не поддаться панике. Этот чертов вампир просто пытается нащупать ее слабые места. Все знают, что они обожают играть со своей добычей.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Гм. Ты никогда не наблюдала за перепелкой?

Лейла почувствовала, как невидимые пальцы коснулись ее затылка. Как это ни странно, ледяное прикосновение обжигающей искрой прошло в самый низ ее живота. Она стремительно обернулась, нисколько не удивившись тому, что хищник исчез.

— За птицей? — хрипло переспросила она, запоздало пожалев, что на ней надеты только коротко обрезанные джинсы и борцовка. В столь открытой одежде Лейла чувствовала себя слишком уязвимой.

Правда, никакая одежда не остановит решительно настроенного вампира: точно с таким же успехом она может погрузиться в цемент и обмотаться колючей проволокой.

— Когда хищник приближается к выводку, мама-перепелка притворяется, будто у нее подбито крыло, и вспархивает, чтобы отвести опасность от своих птенцов, — негромко пояснил ее мучитель.

Лейле показалось, что эти слова он произнес прямо ей на ухо. Она инстинктивно отшатнулась, и во рту появилась сухая горечь страха.

— Единственные перепелки, которые меня интересуют, — это запеченные и поданные с отварным рисом.

— Что ты хочешь уберечь? — Он намеренно выдержал паузу. — Или правильнее спросить «кого»?

— Не знаю, о чем ты талдычишь.

— Любовника? Брата или сестру? Ребенка? — Его тихий смех коснулся ее щеки: резко ускорившийся пульс выдал ее с головой. — А, вот оно как! Это твой ребенок?

Лейла в бессильном раздражении сжала кулаки. Этот ублюдок подобрался слишком близко к истине. Нужно чем-то отвлечь его!

— А мне казалось, что вампиры славятся отвагой, — вызывающе бросила она, готовая рискнуть и вступить с ним в бой, который невозможно будет выиграть. Все, что угодно, лишь бы не выдать свою тайну! — Неужели ты такой трус, что тебе приходится прятаться в тенях?

Холод усилился, опасность казалась материальной. А потом тени прямо перед ней пришли в движение — и вампир медленно появился.

Лейла покачнулась: ей показалось, будто она получила мощный удар под дых.

Все вампиры красивы. И притягательны.

Греховно, возмутительно привлекательны.

Но этот…

С трудом вспомнив о необходимости дышать, Лейла позволила своему взгляду скользить по изящным чертам, выдававшим его полинезийскую кровь. У него были чуть раскосые медовые глаза, сглаженный ирокез иссиня-черных волос, спадающий ниже широких плеч.

Ее взгляд опустился ниже — и живот подвело от неуместного вожделения при виде полуобнаженного тела, едва прикрытого шортами цвета хаки.

Чтоб он провалился, этот кровопийца!

Можно было подумать, будто он специально обнажил свое великолепное тело, потому что знал, что Лейлу будет трясти от желания провести рукой по рельефным мышцам его груди. Или нет — наверное, ей лучше начать с его плоского живота…

Внезапно вампир оказался в опасной близости от нее, небрежно погладил кончиками пальцев изгиб ее шеи, и только это заставило Лейлу вернуться к реальности.

— Тебе никто не говорил, как опасно провоцировать вампира? — негромко спросил он.

По спине пробежал холодок, однако Лейла заставила себя встретить его завораживающий взгляд.

— Ты собираешься меня высушить?

Его губы странно дернулись.

— Расскажи мне о ребенке.

— Нет.

— Он твой? — Он помолчал, и его пальцы переместились на жилку, которая билась у основания ее шеи. На его безупречном лице отразилась глубокая сосредоточенность. — Нет. Не твой. Ты чиста как ангел.

Теперь ее сердце сжал неподдельный страх. Будь он проклят, этот любопытный кровосос!

— Оставь меня в покое! — выдохнула она.

Медовые глаза пугающе потемнели. Лейла толком не поняла, была ли то жажда крови или похоть.

Возможно, и то и другое.

— Прекрасный ангел! — глухо произнес он, обхватив ее руками и заставив прижаться к его сильному телу. — И я слишком долго ждал возможности тебя попробовать!

Лейла больше не могла бороться с паникой — и ее непредсказуемые способности пробудились. Электрический разряд оказался достаточно сильным, чтобы заставить вампира отскочить назад, воззрившись на нее с изумлением и настороженностью.

— Я же сказала: оставь меня в покое! — прошипела она, обхватывая себя руками за талию.

Вампир скептически приподнял бровь.

— Ну-ну! Любишь жестокие игры?

— Я вообще не играю! — огрызнулась она. — Чего ты от меня хочешь?

— Первой моей мыслью было поймать тебя и представить перед Комиссией.

Лейла вздрогнула, и силы покинули ее. Она пряталась от официальных предводителей мира демонов уже два века. Предстать перед оракулами, входившими в Комиссию, было равносильно смертному приговору.

— Меня не за что наказывать! — попыталась блефовать она.

— Само твое существование заслуживает наказания, — спокойно парировал вампир. — Джинны-полукровки находятся вне закона!

Лейла подавила привычный гнев, вызванный столь вопиющей несправедливостью. Сейчас не время спорить, следует ли ее уничтожить за прегрешения ее родителей.

— Ты говорил, что это было твоим первым намерением, — сказала она хрипло. — Ты передумал?

Опасная улыбка зазмеилась по губам вампира. Он провел пальцами по краю ее майки, и его прикосновение проложило по ее коже обжигающую дорожку чистого наслаждения.

— Скажем так: я готов отсрочить наше путешествие, если получу должный стимул.

— Стимул?

— Хочешь, чтобы я продемонстрировал, что имею в виду? — пробормотал он, касаясь губами ее рта.

— Нет, — с трудом выдавила она, пытаясь скрыть острое желание, пронзившее ее тело.

Боги! Она так долго была одинока!

Так долго…

— Назови мне свое имя, — прошептал он у самых ее губ. — Назовись мне.

— Лейла.

— Лейла, — повторил он медленно, словно смакуя. Вампир изучил ее бледное лицо и, опустив руки на ее бедра, резко притянул Лейлу к себе, откровенно демонстрируя свое возбуждение. — Великолепно.

Лейла стиснула зубы, стараясь не замечать нахлынувшего на нее вожделения.

— Надо полагать, у тебя тоже есть имя?

Наступило короткое молчание. Тут удивляться было нечему: имя в руках владеющего магией могло подарить власть над тем, кто столь неосмотрительно его назвал. Однако уже через секунду вампир пожал плечами.

— Тейн.

Это имя очень ему подходило. Безжалостное. Мощное. Поразительно мужественное.

— Отлично. — Приложив ладони к стальным мышцам его груди, она выгнулась, чтобы встретиться с его жарким медовым взглядом. — Я выскажусь предельно ясно, Тейн. Я не использую секс как козырь. Никогда. Ни при каких условиях.

Лейла ожидала, что ее прямой отказ приведет его в ярость, но Тейн лишь еще крепче прижал ее к себе и, улыбнувшись в предвкушении, негромко прошептал ей прямо на ухо:

— А теперь я выскажусь предельно ясно, Лейла. Мы с тобой будем вместе только после того, как ты попросишь меня тобой овладеть.

Волна желания тяжело ударила по низу ее живота, несмотря на раздражающую самоуверенность Тейна. Вампиры славятся своей самовлюбленностью. Естественно, он решил, что она будет изнывать от желания с ним перепихнуться.

Нет, если говорить откровенно, хуже всего было то, что он прав. Из-за этого ей ужасно захотелось его ударить.

— Такого никогда не будет, кровосос.

Его ухмылка была многообещающей:

— Хочешь заключить пари, полукровка?

Она отпихнула его и снова обхватила себя руками за талию, стараясь защититься от его магнетизма.

— А чего же ты хочешь от меня, если не секса?

— Правды.

Проклятие! Снова за старое! Она во что бы то ни стало должна отвлечь вампира от этой темы.

— А нельзя ли говорить поточнее? — осведомилась она намеренно вызывающе.

— Большинству младших демонов хватило бы ума вести себя почтительно в присутствии вампира.

— Ты уже успел сообщить, что собираешься оттащить меня к Комиссии, чтобы меня прикончили словно бешеную собаку, так какого черта? — Она пожала плечами. — Почему бы не развлечься напоследок?

Его изящные пальцы погладили рукоять кинжала, висевшего на поясе. При желании он вполне мог снести ей голову.

— Могу определенно тебе обещать, что, провоцируя меня, ты не получишь желаемого веселья.

Она скривила губы, надеясь, что у нее получится убедительная усмешка, хотя вполне вероятно, что это больше походило на гримасу ужаса.

— Для пущего веселья я бы не прочь вогнать кол тебе прямо в грудь. Но, к моему величайшему сожалению, это пока невозможно, поэтому развлекаюсь как могу.

Приготовившаяся стать объектом его ярости Лейла могла только выругаться, когда вампир сделал именно то, чего она меньше всего желала.

Вместо того чтобы накинуться на нее в безумном гневе, он замер, пристально глядя на нее. Словно хищник, приготовившийся к прыжку.

— А это любопытно, — пробормотал он.

— Что именно?

— Твое отчаянное желание сохранить свой секрет. — Он протянул руку и провел пальцем по ее упрямо поднятому подбородку. — Увы, ты только подогреваешь мой интерес.

Лейла стремительно отвернулась, уходя от его пристального взгляда. Что, черт подери, ей надо сделать, чтобы избавиться от этого настырного вампира?!

— У меня нет никаких секретов.

Ее охватило холодом, и Лейла поняла, что Тейн прямо у нее за спиной.

— Давай начнем с начала. Зачем ты убила Дункана?

— Я…

Она судорожно облизала губы и прижала ладони к животу, ощутив, как привычная тошнота подкатывает к горлу. Ей совершенно не хотелось вспоминать, как Каин провел ее по потайному ходу к хижине на берегу реки Миссисипи. Они рассчитывали найти там скрывавшегося Дункана: в конце концов, этот пес собрался продать Каина королю оборотней. Его внезапное нападение застало их врасплох, как и неожиданно мощное проявление сил Лейлы. Все это стало одним из многих поводов для сожаления.

— Это вышло случайно.

— Ты поджарила пса, — сухо напомнил ей Тейн, — что не слишком меня огорчает, однако именно из-за таких мелких случайностей полукровки джиннов оказались под запретом.

Она содрогнулась. Неужели он полагает, что она не пыталась взять свои способности под контроль? Что не отдала бы все, лишь бы очередная бессмысленная смерть не ложилась грузом на ее совесть?

— Заткнись!

— Что случилось?

Она сделала большой глоток прохладного влажного воздуха пещеры. Последние несколько дней она бежала, не разбирая дороги, петляя и ныряя в ответвления переходов, пока окончательно не заблудилась. Лейла понятия не имела, где они сейчас находятся, однако ощущала явственный запах реки, а это означало, что они по-прежнему остаются неподалеку от Миссисипи.

— Каин узнал, где Дункан должен был встретиться с Сальваторе. Но мы его вспугнули, и он атаковал. — Лейла скрипнула зубами. Она так старалась не участвовать в идиотском плане Каина по превращению полукровок-оборотней в существ с чистой кровью, но он все твердил о каком-то видении, будто теперь знает, как стать бессмертным оборотнем. Лично она была уверена в том, что это видение скорее всего стало результатом передозировки химических наркотиков, которые он регулярно употреблял. — Я просто защищалась. Или полукровкам положено позволять растерзать себя на кусочки? Тогда все были бы счастливы? Чтобы отвратительную полукровку разорвали на части?

— Кажется, я слышу горечь в твоем голосе? — проговорил Тейн, и ладони его со странной нежностью скользнули по ее плечам и рукам.

Даже от такого легкого прикосновения Лейла вспыхнула:

— Провались в пекло!

— Я уже там гостил, милая Лейла, и не имею намерения в ближайшее время туда возвращаться. — Он наклонился и приник губами к основанию ее шеи. — Я готов признать, что смерть того пса была случайностью.

Если бы она не была настолько измучена, то, наверное, совсем сошла бы с ума и накинулась на этого красивого зверя. Лейле казалось, что все ее тело охвачено огнем.

Чертовы вампирские феромоны!

Лейла отшатнулась и гневно бросила на него взгляд.

— Высокомерный осел!

— Почему, вместо того чтобы вернуться в логово Каина, ты попыталась убежать?

Лейла невольно потерла руки, которые еще покалывало от его прикосновения.

— Мне казалось, что вы начнете преследовать Каина, а не меня.

— Нет, ты специально уводила нас от его логова. — Тейн намеренно выдержал паузу. — И от ребенка, которого защищаешь.

— Раз ты такой умный, то зачем продолжаешь мучить меня своими расспросами? — процедила она гневно.

— Хочу узнать, почему ты готова пожертвовать собственной жизнью ради ребенка, которому дала жизнь не ты.

Тейн наблюдал за чередой эмоций, отразившихся на выразительном лице джинна-полукровки, раздраженной незнакомым ей влечением. Ошеломляющая красота Лейлы пробудила в нем яростное желание, какое он не испытывал много веков.

Однако он преследовал эту женщину с одной-единственной целью.

Сначала он оказался в подземных тоннелях из-за того, что гнался за Сальваторе, королем оборотней, и несносной горгульей Леве. Они исчезли из какой-то лачуги в Ганнибале, и хотя сам он желал бы им мучительной смерти, Стикс четко дал понять, что желает добиться улучшения отношений между оборотнями и вампирами. А если Анассо — повелитель вампиров — чего-то желает, то обязан это получить.

Тейн возглавил отряд слуг Сальваторе, преследовавший похитителей Каина и таинственного демона. Его нисколько не удивило, что этот шелудивый пес бросил своих заложников и пустился в бега в тщетной надежде избежать неминуемой смерти. Тейн несказанно удивился, когда Леве назвал второго похитителя, которым оказался джинн-полукровка!

Его спасательная операция неожиданно превратилась в охоту на демона, находящегося вне закона. Комиссия проводила четкую политику: обнаруженных джиннов-полукровок необходимо было тут же отлавливать и передавать Комиссии.

Ему предстояло поймать и скрутить мерзкую тварь.

Но все обернулось совсем не так, как предполагалось.

Два дня Тейн преследовал джинна, уверяя себя, что им движет простое любопытство. Почему эта женщина так упорно пыталась увести его с территории Каина? Значит, там находится нечто такое, ради чего она готова рисковать своей жизнью!

Но Тейну, несмотря на самовнушение, хотелось затащить эту женщину в логово и насладиться ее упругим телом, и даже мысль о передаче Лейлы оракулам, составляющим Комиссию, казалась ему кощунственной.

Тейн мрачно взглянул на ее тонкие черты. Они казались настолько знакомыми, будто клеймом отпечатались в его сознании. Он отметил болезненную бледность и контрастные синяки под глазами.

— Я не обязана ничего тебе говорить! — пробормотала Лейла, не теряя упрямства, несмотря на покидающие ее силы.

— Что с тобой? — резко спросил он.

— Ничего.

— Не будь идиоткой! — рявкнул он. В эту самую секунду ее колени подогнулись, так что ему пришлось стремительно подхватить ее на руки. Он с трудом сдержал стон, когда на него обрушились сладкий женственный жар и аромат весеннего дождя. Проклятие! Это женщина его погубит. — Совершенно ясно, что тебе нехорошо.

Лейла дрожала, а на лбу блестели мелкие капельки пота.

— Я не ела уже несколько дней.

Еще не успев осознать, что делает, он отнес ее к стене пещеры и, бережно положив на пол, опустился рядом с ней на колени.

«Да я просто Мэри Поппинс какая-то!» — с иронией подумал Тейн.

Правда, на самом деле он бездушный Харон. Вампир, чья безжалостность внушает страх даже его собственным собратьям.

— А разве джинны не поглощают энергию окружающей среды?

Ее веки, затрепетав, опустились, дыхание стало едва слышным.

— Ты же сам с утомительным упорством твердил, что я полукровка, — глухо пробормотала она. — Мне нужны еда и отдых.

Вопреки собственной воле Тейн провел пальцами по ее гладким фарфоровым щекам, наслаждаясь прикосновением к шелковистой коже.

— Расскажи мне о своих родителях.

— Нет.

— Лейла!

Она досадливо вздохнула.

— Я не могу рассказать тебе того, чего не знаю. Моя приемная мать нашла меня брошенной в канализационном коллекторе, в Лондоне.

— И ты не знаешь, кем они были?

— Ясно, что один из моих родителей был джинном. Второй… — Она с трудом открыла глаза, пытаясь сделать вид, будто его расспросы оставляют ее равнодушной. — Понятия не имею.

— Чем ты еще обладаешь, помимо способностей джинна?

— Как же! Так я тебе и сказала. — Ее глаза снова закрылись, на лице отразилась детская обида. — Пожалуйста, просто уйди и оставь меня спокойно лежать.

Он смотрел на ее хрупкое тело, хмуро сдвинув брови.

Почему он медлит?

Надо просто взвалить ее на плечо и отправиться в те пещеры к югу от Чикаго, где расположилась Комиссия. Всего несколько часов — и дело будет сделано.

И что самое приятное, по дороге обратно в свое логово он сможет заглянуть в клуб к Сантьяго и снять напряжение с какой-нибудь страстной бесовкой. Или с десятью бесовками — ведь чем больше, тем веселее.

Он слишком хорошо знает, что бывает, если пытаешься защитить опасную и непостоянную женщину.

Из-за подобной ошибки весь его клан был жестоко вырезан, после чего Тейн поклялся не идти на поводу у чувств.

Его пальцы, касавшиеся ее щеки, невольно дрогнули, и, тихо выругавшись, он выпрямился.

— Тебе подходит человеческая еда? — сухо спросил он.

— Да.

— Жди здесь.

Стараясь не думать о собственном идиотизме, Тейн туманом вытек из темных переходов наружу, к сельской местности.

Быстро оглядевшись, он увидел недавно засеянные поля и фермерские дома, дремлющие в серебряном свете луны. Вдали поблескивали воды Миссисипи, а еще дальше — малюсенькие огоньки уличных фонарей небольшого городка.

Типичный сонный пейзаж американского Запада.

Он показался бы слишком тихим большинству вампиров, но Тейну нравились тишина и умиротворение. Его губы искривились в невеселой улыбке. Большинство вампиров предпочитали к тому же, чтобы он пребывал в добровольной изоляции: никто не мог чувствовать себя комфортно в присутствии Харона.

Тейн оставался равнодушным к реакции окружающих, у него была веская причина, побудившая его стать палачом вампиров.

И это никогда не изменится.

Но теперь, словно в насмешку над собственной уверенностью в том, что находится в темноте один, Тейн внезапно напрягся и принюхался. Какого дьявола? Поблизости находились вампиры!

Это его не слишком волновало: надо быть полным идиотом, чтобы дразнить собственного Анассо. Стикс был бы очень зол, если бы кто-нибудь убил одного из его драгоценных Харонов. Тем более Тейн сильнее и опаснее, чем большинство глав кланов.

Однако он оставил Лейлу в тоннелях одну, совершенно беспомощную.

Будь он проклят, если допустит, чтобы какой-то другой вампир запустил в нее свои зубы… или еще что похуже.

С неуловимой глазом скоростью Тейн проник в ближайший фермерский дом — двухэтажное белое строение с большой террасой и клетчатыми ситцевыми занавесками.

Замерев на секунду, он убедился в том, что в здании нет ничего страшнее обычных спящих людей и престарелого пса, который опрокинул мусорное ведро и с наслаждением грызет извлеченную оттуда кость. Оказавшись на кухне, Тейн достал из холодильника необходимые продукты и побросал их в пластиковый пакет, который нашел под мойкой. Прибавил к своей добыче молоко и несколько бутылок воды и покинул дом так же бесшумно, как и проник в него.

Как Гринч.

Только с клыками.

С такой же быстротой он вернулся в тоннели и в ту пещеру, где оставил Лейлу.

Там было пусто.

Ну конечно же.

Бросив пакет, он пронесся по ее следу и легко обнаружил ее в соседней пещере. Несколько долгих мгновений он неверящими глазами смотрел, как она на четвереньках ползет к входу в тоннели. Все ее тело было мокрым от пота.

— Проклятие! — Быстро догнав, он подхватил ее на руки, прижал к груди и понес обратно. — Что это ты делала?

Ей удалось передать взглядом свое возмущение, однако она никак не могла скрыть все возраставшую слабость.

— Искала двери в Нарнию. — Она безрезультатно попыталась вывернуться у него из рук. — И где они, когда в них возникает нужда?

— Прекрати! — приказал он, пристально разглядывая царапину на ее лбу, которая не спешила заживать. Она явно ударилась о камни в своей нелепой попытке обрести свободу. — Ты ранена.

— Это все ты виноват, — проворчала она.

— Типично женская логика.

Она молча прищурилась. Тейн бережно уложил ее на пол и повернулся за пакетом. Поспешно заполняя легкие затхлым воздухом пещеры, он надеялся хоть немного разбавить ошеломляющий аромат ее свежей крови.

Все его тело напрягалось от яростного желания. Можно подумать, будто он не знал женщины много веков, тогда как на самом деле удовлетворил эту потребность всего несколько дней назад.

Что в ней такого, в этой женщине?

Все ее существо будило в нем острое влечение, начиная от топорщившихся ежиком волос и кончая покрытыми пылью пальцами ног. И конечно, были еще вкусные местечки между двумя этими крайними точками.

— Кажется, ты думаешь, будто прекрасно знаешь женщин?

Тейн вернулся к ней и опустился рядом с улыбкой, демонстрировавшей его удлинившиеся клыки.

— Достаточно, чтобы они умоляли меня не останавливаться.

— Лучше просто убей меня, — проворчала Лейла, хоть ей и не удалось скрыть ускорившегося сердцебиения: явно не только вампир испытывал сильнейшее возбуждение. В таком случае, прежде чем все это закончится, она окажется рядом с ним нагая и готовая на все. — Лучше быстро лишиться головы, чем слушать твое бахвальство.

Уголок его губ дернулся. Несмотря на то что Лейла загнана в угол, измучена и явно перепугана, она продолжала шипеть словно рассерженный котенок!

Тейн извлек из пакета одну из пластиковых коробок и, открыв ее, обнаружил, что от нее пахнет курятиной, рисом и еще какой-то человеческой едой.

— Ешь! — приказал он.

Она вырвала упаковку у него из рук и пальцами начала запихивать еду в рот. Тейн молча выложил содержимое пакета поближе к ней, не желая отвлекать от процесса восстановления сил.

Выпив воду, а потом и молоко, Лейла опустошила еще пару коробок с едой и только потом подняла голову, устремив на него настороженно-подозрительный взгляд.

— Откуда все это взялось?

При виде того, как Лейла облизывает пальцы, Тейн едва не зарычал от нахлынувшей на него страсти.

— А какая разница?

У нее перехватило дыхание: она ощутила его яростный прилив желания.

— Прекрати так на меня смотреть!

Его клыки пульсировали в такт стремительному биению ее сердца.

— Это как?

— Как будто ты гадаешь: у меня вторая положительная или первая отрицательная!

— Я приложил немало усилий для того, чтобы принести тебе ужин, — хрипло отозвался он, задержавшись взглядом на нежном изгибе ее шеи. — Надо играть честно.

Она резко вскочила на ноги, опасно сверкая своими великолепными глазами.

— Если ты хочешь моей крови, для этого тебе придется меня победить!

Тейн приподнял бровь. Она очень быстро восстанавливается! На щеках уже проявляется румянец, а дрожь исчезла.

Тем не менее он прекрасно знал, что без труда смог бы сбить ее с ног и повалить на спину. Представив это, его плоть налилась болезненным желанием. Но сначала Лейла должна полностью восстановиться.

— Сядь и доешь. — Тейн пожал плечами. — Я питался перед выходом из Ганнибала.

Лейла неохотно села и потянулась за шоколадным кексом.

— Надеюсь, ты получил от них несварение желудка.

— На самом деле она была очень аппетитной малышкой. — Он придвинулся чуть ближе, позволяя аромату весеннего дождя окутать его. — Жаль, у меня не было времени, но она готова была предложить нечто большее, чем просто ужин.

— В таком случае не стесняйся и возвращайся, чтобы закончить начатое. А меня оставь в покое. — Она откусила почти половину кекса, и немного глазури прилипло к ее нижней губе.

Не устояв перед искушением, Тейн стремительно качнулся к ней, слизнул капельку глазури и потом прильнул к ее губам в поцелуе, полном открытой и ничем не сдерживаемой страсти.

Жажда ударила его с ошеломляющей силой, заставив тихо выругаться. Он не солгал, говоря, что покормился непосредственно перед тем, как попасть в ту лачугу в Ганнибале, однако одного присутствия этой женщины оказалось достаточно, чтобы пробудить в нем опасный голод.

Он жаждал не только крови.

— Я мог бы тебя отпустить, Лейла, — прошептал он у самых ее губ.

Она оттолкнула его с такой силой, что ему показалось, будто треснуло ребро, и вскочила на ноги. На ее лице отразилась паника.

Но он не осуждал ее за это. Напротив, мысль о том, что им управляет его похоть, привела его в ужас. Он слишком хорошо усвоил урок.

Однако теперь он начал подозревать, что эта женщина обладает возможностью заставить его пожертвовать всем его благоразумием и здравым смыслом ради того, чтобы завершить то, что он только что начал.

— Отлично, тогда я пошла. Писать не надо…

Он легко встал на ноги и обхватил руками ее стройное тело, не позволив скрыться.

— И куда ты отправишься?

— Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.

Он взял ее за подбородок и заставил встретиться с его испытующим взглядом.

— Сальваторе уже захватил логово Каина.

Она прикусила губу, пытаясь не показать, насколько ее потрясли эти слова.

— Ты не можешь быть в этом уверен!

Конечно, он не знал этого наверняка. Однако в тот момент, когда он расстался с Сальваторе в подземных переходах с его псами и надоедливой горгульей, короля оборотней трясло от желания когтями вырвать Каину сердце.

А когда разъяренный вервольф решает вырвать у кого-то сердце, мало что способно ему помешать.

— Полукровке не сравниться с чистокровным оборотнем. Особенно когда этот оборотень — король. Сейчас Каин уже мертв, а остальные псы несут наказание за свое коварство. — Его руки инстинктивно скользнули по ее спине и задержались на манящих изгибах бедер. — Как только ты попытаешься приблизиться к его логову, тебя захватят в плен.

Опьяненный острым наслаждением от тесного контакта с телом Лейлы, Тейн с удивлением увидел, как она резко вдохнула и побледнела от ужаса.

Вырвавшись из его объятий, она упала на колени и, сложив руки в мольбе, прошептала:

— Умоляю, пожалуйста, отпусти меня!

Глава 2

Лейле было не впервой стоять на коленях. Она отточила этот навык, будучи в плену у безжалостного Сергея Кракова.

Можно ли думать о гордости, когда речь идет о безопасности беспомощного ребенка?

— Тейн!..

Он резко оборвал ее мольбы, схватив за плечи и рывком поставив на ноги. Крепко прижав ее к себе, он прошептал прямо ей в ухо:

— Ш-ш, сладкая моя. Мы не одни!

Лейла напряженно застыла. Она без труда определила, кому может принадлежать этот запах. Вампиры!

— Это твои дружки? — Она возмущенно прищурилась.

— У меня нет друзей.

— Господи! — пробормотала она, делая вид, будто не ощутила резкого укола сочувствия. Она слишком хорошо понимала, каково это — существовать, зная, что ни одному существу в мире нет дела до того, жив ты или умер. Это мерзко. — Странно, правда?

— Оставайся здесь. — Тейн отступил на шаг и бросил на нее предупреждающий взгляд. — Лейла, ты должна меня слушать, большинству моих братьев не будет интересна ни твоя родословная, ни возможность передать тебя Комиссии. — Медовый взгляд скользнул по ее стройному телу, которое почти не закрывали шорты и топик. — Они увидят в тебе только прекрасную женщину, которая способна удовлетворить самые интересные желания.

Плавным движением он обнажил длинный кинжал и беззвучно скользнул в тоннель.

Оставшись одна, Лейла нервно провела рукой по волосам и попыталась собраться.

Еда помогла ей отчасти восстановить силы, однако она по-прежнему была слишком слаба, от чего ее способности могут быть непредсказуемыми еще более, чем обычно.

Возможно, ей стоит нырнуть в тени?

Талант передвигаться в других измерениях был наследием ее предков-джиннов, хотя она открыла у себя эту способность совершенно случайно. Ей никогда не забыть леденящего страха, который охватил ее, когда Лейла внезапно оказалась посреди тумана, клубящегося между мирами. И еще сильнее она испугалась, когда сумела вырваться из странного марева и обнаружила, что переместилась через полмира.

Постепенно она научилась использовать этот редкий талант, однако старалась прибегать к нему только в случаях острой необходимости.

Уход в тени был сопряжен с массой рисков: она могла случайно попасть в другие миры, многие из которых были ужасающими, или потеряться и застрять в туманных переходах.

Все еще колеблясь, Лейла ощутила, что запах вампира стал сильнее, и поспешно нырнула за какой-то сталагмит.

— Эй, кис-кис-кис! — позвал низкий голос.

Лейла повернулась к приближающемуся вампиру, невольно поморщившись при виде невероятно грязных джинсов и обнаженной груди. Его длинные светлые волосы свисали лохматыми сосульками, истощенное лицо исказилось гримасой злобного предвкушения. Он явно не любил принимать ванны.

Большинство вампиров использовали свою неземную притягательность, чтобы приманивать жертвы, но этот решил пренебречь такой возможностью.

Лейла мысленно выругалась, видя, как он продолжает идти, явно заметив ее, сжавшуюся за сталагмитом.

Все, чего бы она хотела, — это найти безопасное место для себя и для ребенка, Лейла не хотела никому причинять вреда. Но вряд ли такое место вообще существует.

С мрачной решительностью она вышла в центр пещеры, предупреждающе поднимая руки.

— Не подходи, иначе тебе будет больно.

Вампир блеснул клыками, скользнув по ее телу гадким взглядом.

— Обещаешь?

Лейла попыталась собрать жалкие крохи энергии, жалея о том, что не может черпать силу из окружающей среды, как чистокровный джинн. Кровь начала вскипать под воздействием потока энергии, разливающегося по телу.

Это было волшебное чувство! К сожалению, она никогда не давала полной свободы своей энергии и не знала, чего можно от этого ожидать.

— Я не шучу! — процедила она.

Игнорируя ее предостережение, вампир медленно обошел вокруг нее, прикрыв ладонью ширинку.

— Кто ты? От тебя вкусно пахнет!

— Второй раз предупреждать не стану!

Вампир рванулся вперед, ощерив клыки. Лейла не колебалась. Вскинув руку, она выпустила импульс силы, сощурив глаза в ожидании ослепительной вспышки молнии, разорвавшей воздух. Она чуть-чуть промахнулась мимо ошеломленного вампира.

— Ах ты, сука! — прошипел вампир. Заведя руку за спину, он вытащил из-за пояса джинсов пистолет. — Ты мне за это заплатишь!

Лейла приготовилась нанести второй удар, однако успела вовремя остановиться, когда Тейн вернулся в пещеру. Двигаясь ошеломляюще быстро, он заслонил Лейлу от взбешенного вампира.

— Почему бы тебе не поиграть с тем, кто с тобой в одной весовой категории?

— Харон!

Безымянный вампир усмехнулся и забыл про Лейлу, глядя на Тейна с каким-то болезненным ликованием. Вид у него был такой, словно он только что получил первый приз в лотерее.

Интересно, а вампиры сходят с ума?

Пугающая мысль.

— Разве мы знакомы? — лениво осведомился Тейн.

— Ты убил брата из моего клана!

На губах Тейна заиграла презрительная ухмылка.

— А ты решил догнать меня и разделить его судьбу?

Демон зарычал, целясь Тейну в голову.

— Я почуял твой след, когда вышел на вечернюю охоту. Прошло уже почти сто лет, но твоей вони мне не забыть! — Он содрогнулся, и в глазах его загорелся фанатичный огонь. — Она преследует меня повсюду!

— Боюсь, что не могу ответить взаимностью на твои извращенные увлечения. — Тейн медленно отошел в сторону, уводя вампира подальше от Лейлы. — Я понятия не имею, кто ты, да и не слишком этим интересуюсь.

Лейла нахмурилась. Зачем Тейну понадобилось рисковать собой, защищая джинна-полукровку, которую все равно собирается прикончить? И почему другой вампир назвал его Хароном?

— Надо думать, пес-наемник Стикса одной жертвы от другой не отличает? — прохрипел вампир.

— Некоторых я убиваю с большим удовольствием, чем других. — Тейн приглашающе помахал кинжалом. — Ты хочешь заболтать меня до смерти, или мы будем сражаться?

— Еще как будем! — просипел вампир, нажимая на спусковой крючок.

Лейла проглотила крик, увидев, что по крайней мере одна пуля впилась Тейну в руку до того, как он налетел на менее рослого и массивного вампира и вырвал у него из руки оружие. Пистолет отлетел к стене пещеры, а кинжал Тейна вонзился глубоко в грудь его противника.

Кровь лилась ручьем: демоны клыками и когтями старались нанести друг другу максимальный ущерб.

Лейла застыла рядом с этой бойней, завороженная видом сражения двух опасных хищников.

Тейн был более силен: он не только превосходил размерами противника, но и обладал ужасающей силой, которая ледяными волнами распространялась по пещере. Под этими ударами Лейла стискивала зубы от боли, представляя, что было бы с ней, если б всю эту энергию направили на нее.

Но противник Тейна был явно безумен: он игнорировал страшные раны, лишь с пущей яростью раздирал кожу и мышцы вампира. В ответ Тейн полосовал спину врага своим кинжалом, разбрызгивая кровь по всей пещере.

Лейла инстинктивно попятилась, прижимая ладонь к животу, пытаясь справиться с тошнотой. Она должна бежать, пока внимание от нее отвлечено, а пища и кратковременный отдых уменьшили ее усталость. Тогда почему она медлит? Уж не думает ли она, что не хочет покидать Тейна, который вот-вот останется один против шайки сумасшедших?

Она нахмурилась, принюхиваясь к затхлому запаху гранита. Он показался ей знакомым — но почему?

— Тейн, — негромко позвала она.

Тейн с ворчанием высвободил свою руку из челюстей вампира.

— Сейчас не время, Лейла.

— В тоннеле есть кто-то еще.

Яростно рванувшись, Тейн схватил своего противника обеими руками и швырнул о дальнюю стену. Оглушенный вампир рухнул на пол.

Тейн застыл в центре пещеры. Он был весь в крови и походил на воина-победителя из какой-то древней легенды. Секунду Лейла могла любоваться суровым изяществом его профиля, скульптурной безупречностью фигуры, бронзовым шелком кожи.

В следующее мгновение Тейн нетерпеливо пригладил свой ирокез и повернулся к ней лицом. Его глаза горели медовым огнем, клыки яростно скалились.

Лейла содрогнулась. Силы небесные! Ей и раньше случалось сталкиваться с опасными хищниками, но ни один не мог бы соперничать с Тейном.

— Я чую других вампиров! — хрипло заявил он.

— Это не вампиры.

Тейн нахмурился.

— А кто же?

Понимание пришло в ту же секунду, когда в пещеру ввалился чахлый горгулья.

Лейла поморщилась, сразу же узнав крошечного демона.

Ну конечно! Разве можно забыть горгулью ростом всего три фута, украшенного большими прозрачными крыльями, сверкающими кармином и лазурью и с золотыми прожилками — такими, которые больше подошли бы фее, а не страшному зверю! Хотя, конечно, в нем присутствовали черты его предков: гротескные черты, длинный, любовно отполированный хвост и рожки на голове.

Он сопровождал Сальваторе, когда они с Каином захватили оборотня в плен, и именно ей выпала сомнительная честь тащить горгулью к Каину в логово.

К несчастью для горгульи, Тейн со своей сворой бросился за ними в погоню, так что Лейла была вынуждена буквально уронить маленького демона вниз головой и нырнуть, растворившись в тени.

— Ох! — тихо выдохнула она, не сводя глаз с горгульи.

Почти одновременно с этим еще два вампиры ворвались в пещеру и набросились на Тейна.

— Проклятие! — пробормотал тот, вонзив кинжал в темноволосого вампира. — Можно подумать, мне было скучно!

Лейла недоуменно нахмурилась и спросила:

— А разве он не на твоей стороне?

— Может, отложим дискуссию? — проворчал Тейн, принимая удар от второго вампира. — Я бы не отказался от помощи.

Она стиснула кулаки, борясь с нелепым желанием вступить в бой.

— А с чего мне помогать тому, кто собрался отдать меня оракулам? Я нисколько не огорчусь, если тебя убьют. — Она гордо вскинула голову. Ей нет до него дела! Никакого дела. Проклятие! — Если на то пошло, мне не придется самой тебя убивать.

Уклонившись от хлесткого удара Тейна, крошечный горгулья остановился рядом с Лейлой, блестя серыми глазами.

— О! Эта ла бель фам мне нравится! — заявил он с сильным французским акцентом и чуть поклонился. — Позвольте представиться: Леве, защитник прелестных девиц, оказавшихся в опасности, прекрасный принц, рыцарь без страха и упрека, к вашим услугам.

Лейла растерянно заморгала. При первой встрече она зашибла горгулью молнией! Она и не подозревала, что он такой… такой… экзотичный.

— Боже правый! — ахнула она.

Он небрежно махнул рукой:

— Нет-нет! Это частая ошибка, но я не божество. Ну если только вы не думаете, что мужчина, умеющий дарить божественный секс, может считаться… — Тут он вдруг прищурил глаза, склонил голову набок и принюхался. — Сакреблё! Ты — тот джинн!

Тейн чертыхнулся, придавив одного из вампиров коленом к полу и пытаясь сбросить со спины второго.

— Леве, или помогай, или убирайся отсюда!

Не обращая никакого внимания на приказ Тейна, горгулья повернулся, демонстрируя выжженный отпечаток ее ладони у себя на заднице.

— Смотри, что ты натворила!

— Я случайно.

— Случайно? — Леве повернулся обратно, возмущенно дергая крыльями. — Ты испоганила совершенство! Это все равно что испортить «Мону Лизу»!

Лейла почувствовала, что у нее невольно дернулись уголки губ. Леве был совершенно не похож ни на одно из известных ей существ.

— Я и правда не хотела тебя ранить, — сказала она совершенно искренне. — Прости меня, пожалуйста.

Он недовольно поджал губы.

— Ну, наверное, я мог бы обдумать возможность прощения. В конце концов я славлюсь своей незлобивостью и благодушием. — Тут Тейн пробормотал что-то относительно никчемных горгулий, заставив Леве презрительно фыркнуть в его сторону. — И наше знакомство произошло в отнюдь не идеальных условиях.

— Да. — Она негромко кашлянула. — Наверное, Каина уже захватили в плен, а в его логове полно оборотней?

Крошечный демон хмыкнул.

— Когда я расстался с Сальваторе, он освободил Харли и они вместе убегали от Каина, а свора его блохастых шавок преследовала их по пятам.

Лейла резко вдохнула, а сердце болезненно ускорило свое биение. Похоже, Каин покинул логово и теперь у него важные дела.

Лучшего шанса у нее не будет.

— Может, хватит предаваться воспоминаниям? — бесцеремонно прервал их разговор Тейн. — Леве, иди сюда!

Повернувшись, они увидели, как Тейн сносит голову одному из вампиров. Как раз в этот момент тот, которого он оглушил ударом о стену, пришел в себя и бросился через пещеру к врагу.

— Но ведь могучему Харону не нужна помощь для того, чтобы справиться с тремя хилыми вампирами? — спросил Леве.

Тейну удалось перебросить второго вампира со своей спины вперед и вонзить кинжал глубоко в грудь.

— Конечно, нет, если в это время они будут сосать кровь из нахальной горгульи! — проворчал он.

— Можно подумать, я позволю, чтобы такие мерзкие твари ко мне прикасались! — Леве с отвращением сморщил свою морду. — Мон дье, от них разит так, будто они только что выползли из своих могил!

Тейн злобно оскалился на горгулью:

— Так сделай что-нибудь, чтобы помочь их туда вернуть.

— Ну, у меня есть великолепное заклинание файербола! — радостно сообщил Леве. — Хотя когда в прошлый раз я его применил, там была маленькая загвоздочка.

— Какая?

— Случился небольшой обвал.

Тейн рывком высвободил кинжал из груди вампира и направил его острие на Леве.

— Никаких файерболов!

— Кричать совершенно не обязательно! — оскорбленно фыркнул Леве. — Тебе либо нужна моя помощь, либо нет. Изволь определиться.

Лейла с трудом заставила себя оторвать взгляд от Тейна, вырезавшего сердце у ближайшего вампира. Несмотря на десятки полученных ран, было очевидно: проблема в лице нападавших будет скоро устранена.

— Спасибо, Леве. — Она погладила его по голове между рожками. — Мне и правда очень жаль, что я тебя… ранила. А теперь мне пора бежать.

Тейн глухо зарычал, схватив последнего вампира за горло и оторвав от пола. Удерживая его, он повернулся к Лейле.

— Что это ты делаешь?

— Ухожу.

— Сейчас?

— Да.

— Ты решила бросить меня в разгар боя?

Лейла окинула взглядом поле боя: два мертвых вампира, чьи тела уже рассыпались прахом, и еще один, уже почти мертвец, не оставлявший попыток вырваться из стальной хватки Тейна.

— А ты считаешь меня настолько глупой, чтобы дожидаться, пока у тебя не появится возможность утащить меня к Комиссии?

В его медовых глазах заискрился смех.

— А я-то принес тебе шоколадный кекс! — Он возмущенно поднял темные брови. — Домашний, между прочим!

Он и правда был невероятно вкусный. Немецкий шоколад со свежим кокосом и пеканом…

Лейла тряхнула головой и направилась к выходу из пещеры.

— Пусть кекс и был почти оргазмический, он не стоит того, чтобы позволить себя уничтожить.

Его губы изогнулись в озорной улыбке.

— Если ты мечтаешь об оргазме, моя милая…

— Прощай, Тейн. — Она помахала ему рукой, сделав вид, будто не ощутила жаркой волны, прокатившейся по телу. Идиотские вампирские улыбочки! — Не могу сказать, что рада была познакомиться.

— Лейла!

Не реагируя на возмущенный крик Тейна и французскую скороговорку протестующего Леве, Лейла бежала через темноту, прекрасно понимая, что потратит силы зря, если не придумает план спасения.

Ей необходимо выбраться из подземных коридоров.

И это надо сделать прежде, чем Тейн покончит с последним из дурней, имевших глупость на него напасть.

За очередным поворотом она резко остановилась. Что это было? Ветерок? Она поднесла руку к щеке. Да, это определенно был ветерок. И воздух стал свежим. А это означало, что поблизости есть выход на поверхность.

Гулкое биение ее сердца отдавалось в ушах. Лейла начала карабкаться по стене вверх; из последних сил ей удалось расширить небольшую трещину свода.

Все было бы гораздо проще, если бы она смогла просто нырнуть в тени. Однако без нормального отдыха она едва смогла вскрыть каменный тоннель; что уж говорить о том, чтобы пробить дыру в пространстве!

Чтобы попытаться это сделать, нужно быть в отличной форме.

Она задыхалась от каменной пыли, глаза у нее слезились, на голову сыпался дождь каменных осколков. Тем не менее небольшое обрушение, которое она устроила, дало нужный результат: надеясь, что от чудесного шоколадного кекса ей не разнесло задницу, она проскользнула в узкое отверстие.

На секунду ей стало безумно страшно, когда джинсовые шорты зацепились за каменный выступ, но ей удалось уцепиться за тонкий корень и вытянуть себя из тоннеля.

Задыхающаяся и грязная, Лейла выползла из проделанного лаза и нетерпеливо смахнула капли крови, стекавшие из ссадины на лбу. Больше всего ей сейчас хотелось плюхнуться на траву и отдышаться, но она заставила себя подняться на ноги и бежать по полю.

Пока ей удалось перехитрить так не вовремя севшего ей на хвост Тейна: ни один вампир, даже самый заносчивый, не осмелится выйти на поверхность, где вот-вот должно взойти солнце. Однако он умен и уже заподозрил, что она намеренно уводила его от логова Каина.

Он воспользуется подземными тоннелями, чтобы вернуться туда.

К счастью, она может добираться к Каину по прямой, тогда как Тейну придется петлять по тоннелям и потратить почти вдвое больше времени.

При некотором везении она сможет забрать малыша и исчезнуть прежде, чем ее начнут преследовать.

Решительно сжав губы, она вышла на сельскую грунтовую дорогу и побежала быстрее. Последние пятьдесят лет ей постоянно не везло. Вряд ли это вдруг изменится.

Глава 3

К тому времени как Лейла добралась до логова Каина, солнце уже садилось, но, как и обещал Леве, Каина там давно не было. Отсутствовала и почти вся его охрана.

Слава богам!

Она не стала терять время и бесшумно проскользнула в уединенное строение, скрытое под множеством слоев плотных иллюзий, скрывающих ее присутствие. По крайней мере так было до того, как Каин настоял, чтобы она отправилась с ним в Ганнибал.

Обстановку внутри сложно было назвать комфортной: ободранная мебель, найденная в заброшенном доме, старый телевизор. В смежной комнате стояли узкая кровать и колыбель. Лейла не привыкла к излишествам: со дня смерти приемной матери она научилась не привязываться ни к людям, ни к местам.

И того и другого моментально можно лишиться.

Ну… она очень редко позволяет себе привязанности, вынуждена была признать Лейла, вынимая спящего младенца из колыбельки и собираясь уйти из логова.

С той секунды, как она увидела этого златовласого малыша, которому на вид было не больше нескольких месяцев, она безоглядно влюбилась. Настоящий ангелочек. Конечно, она не знала, есть ли у него какие-то связи с небесами. Если уж на то пошло, она вообще ничего не знала об этом младенце.

Он был окутан защитным пологом и находился под действием чар стазиса, что делало его невосприимчивым к окружающему миру.

Лейла вынесла младенца из тумана почти пятьдесят лет назад, и все эти годы ей приходится его прятать.

Это дитя было… неживым. По крайней мере по-другому она охарактеризовать это состояние не могла. Как будто это прекрасная кукла, которая ждала, чтобы в нее вдохнули искру жизни.

И, насколько Лейла знала, она была единственным в мире существом, способным прикоснуться к тем чарам, которые окутывали малыша.

После бегства из логова Каина Лейла ненадолго задержалась у местных лесных духов. Несмотря на всю легкомысленность этого племени, они были ее должниками: когда-то она спасла их королеву. Пришло время отдавать долги.

Помолившись о везении, Лейла направилась на север через недавно засеянные поля и луга с пасущимися коровами.

Она совершенно не представляла, куда идет. Ей хотелось просто убежать как можно дальше.

К полудню скопившаяся усталость обрушилась на нее с такой силой, что игнорировать ее больше было нельзя: либо она отдохнет, либо свалится с ног прямо посреди кукурузного поля.

Отыскав ближайший дом, она позаимствовала там кое-какие продукты, после чего устроилась на сеновале в сарае поблизости. Не пятизвездочный отель, конечно, но по крайней мере здесь она сможет укрыться от дождя, который уже начинал накрапывать. Но больше всего радовало отсутствие вампиров.

Вгрызаясь в яблоко, она недовольно осматривала нижнее помещение, заваленное металлоломом и запчастями, а также грудой старых велосипедов. В углу были свалены ненужные игрушки. Ржавеющая экспозиция, посвященная проходящим годам типичной человеческой семьи.

Она притворилась, будто не заметила болезненной зависти, предательски кольнувшей сердце. Она ведь так счастлива, что ей удалось избежать смерти, не так ли?

И пусть сейчас Лейла поглощает переспелое яблоко вместо шоколадного кекса, это не такая уж и высокая цена.

С тихим ворчанием Лейла втиснулась между двумя стогами сена и закрыла глаза. Последние дни были сплошной катастрофой.

Как только она отдохнет, то выйдет и украдет коробку шоколадных конфет. Доза шоколада — вот что ей нужно, чтобы избавиться от этого непонятного настроения.

Лейла едва закрыла глаза, как тут же провалилась в столь необходимый ей глубокий сон. И именно он помешал вовремя почуять опасность.

Поздно, слишком поздно она это поняла — только когда проснулась и обнаружила, что ее тело уже пылает жарким возбуждением, вырвавшим у нее невольный стон. Ее глаза стремительно распахнулись — и она даже не особенно удивилась, обнаружив, что Тейн растянулся рядом с ней и его изящные пальцы пролагают по вырезу ее борцовки губительную дорожку.

Да, он хладнокровный зверь, но по каким-то совершенно необъяснимым причинам она реагирует на него, словно гарпия в период течки.

И на то были объективные причины: его прекрасное узкое лицо, голая широкая грудь, бронзовая кожа, плоский живот со стальными мышцами пресса и длинные сильные ноги в шортах цвета хаки.

И конечно же, яркая, мощная чувственность, которую он использует как смертоносное оружие.

Лейла на мгновение забылась, утонув в медовом соблазне его глаз, и ее тело инстинктивно выгнулось навстречу его дразнящим ласкам. Внезапно она увидела вытянувшиеся во всю длину клыки и резко пришла в себя.

— Ах ты, сукин сын! — Зашипев от возмущения, она ударила его руками в грудь. — Не трогай меня!

Он с возмутительной легкостью выдержал ее удар и, перекатившись, прижал ее к дощатому настилу сеновала. На его губах играла насмешливая улыбка.

— Ты ведь всерьез не рассчитывала, что сможешь убежать от меня, так, сладкая моя Лейла?

Она мысленно проклинала обжигающее наслаждение от соприкосновения их тел. В этом положении она очень ясно поняла, что он не остался равнодушен к ее близости.

Боги! У нее пересохло во рту, когда его мощная, возбужденная плоть вжалась ей между ног. Если он позволит себе еще хоть что-то, она просто потеряет сознание!

— Почему ты не оставляешь меня в покое? — проворчала она.

Он опустил голову и легко царапнул клыками изгиб ее плеча.

— А ты как думаешь? — спросил он, прикасаясь языком к жилке, которая отчаянно билась у основания ее шеи.

В ее глазах плеснулась ярость, но тело выгнулось от вожделения.

— Проклятие! Я оскверняю этот мир уже двести лет, а небо пока не рухнуло и врата ада не распахнулись! — Лейла впилась ногтями ему в грудь в тот момент, когда его жадные губы скользнули по ее ключице. Пальцы ее ног невольно поджимались от крохотных уколов желания. — Неужели так важно отдать меня Комиссии?

Он негромко рассмеялся. Его руки прошлись по изгибу ее талии и двинулись выше.

— Ты недооцениваешь свою привлекательность, если действительно думаешь, что единственная причина, по которой мужчина готов тебя преследовать, — это намерение отдать тебя кому-то еще.

— Тейн!

Она невольно ахнула, когда его руки обхватили холмы ее грудей. Ох… Ах! Он прижал большим пальцем ее сосок, дразня умоляюще затвердевший бутон. Все, чего ей хотелось, — это схватить его за волосы и впиться поцелуем в чувственные губы, затем завладеть его возбужденной плотью и ласкать, пока Тейн не начнет молить о пощаде. Она безумно желала ввести его плоть в себя и утолить мучительный огонь желания, завладевший ею с той минуты, как она увидела этого проклятого вампира. Но вместо этого Лейла только стиснула зубы и напомнила себе, что этот демон опасен не только для нее самой, но и для ребенка, которого она поклялась оберегать.

— Следи за своими руками, если не хочешь их лишиться!

Он поднял голову и устремил на нее задумчивый взгляд.

— Ты бы предпочла, чтобы они оказались здесь? — Его темный голос ласкал ее кожу, словно прохладный атлас, пальцы, на мгновение задержавшиеся на грудях, переместились на живот. — Или здесь? — хрипло продолжил он. Медовые глаза сияли греховной решимостью, руки занялись пуговицей на ее джинсовых шортах. — Или, может быть, здесь?

Да, именно здесь. Лейла пришла в себя уже тогда, когда ее бедра начали приглашающе приподниматься.

— Если не прекратишь, я тебя обожгу! — угрожающе бросила Лейла.

— Обещаешь?

Она оттолкнула руки Тейна, уже тянувшиеся к застежке ее шорт. Если ему удастся ее раздеть, она не сумеет остановить неизбежное.

Пусть это дьявольски стыдно, но Тейну каким-то образом удается разбудить в ней такие желания, о существовании которых она даже не подозревала.

— Не надейся, что я не поджарю тебе задницу! — предостерегающе прошипела она. — Ты ведь видел, что я сделала с Дунканом.

— Ты же сказала, что это была случайность.

— Случайность или нет, но когда люди выводят меня из себя, с ними происходят неприятные вещи.

— То есть если люди дарят тебе удовольствие, то происходят приятные вещи. — Нагнув голову, он лизнул набухший сосок прямо сквозь ткань борцовки. — А я могу твердо обещать, что доставлю тебе наслаждение. Много-много раз.

— Боги! — Она крепко зажмурилась, ощущая, как электрический заряд начинает скапливаться внизу живота. Ее силы никогда не пробуждались во время секса! Но с другой стороны, она еще никогда не была настолько возбуждена. Даже во время самого полового акта. Паника захлестнула ее, заставив сердце больно сжаться. Схватив его за волосы, она рывком вздернула ему голову и заставила встретиться с ее отчаянным взглядом. — Прекрати это!

Его глаза пылали, клыки сверкали в падающем сквозь дыру в крыше слабом свете луны.

— Весенний дождь.

— Что?

— От тебя пахнет весенним дождем.

— Зачем ты это делаешь?

Он передвинулся так, чтобы его плоть вжалась в ее самое чувствительное местечко. Она проглотила стон, чуть было не кончив от одного этого прикосновения.

— Пытаюсь продемонстрировать, — проговорил он.

— Я джинн-полукровка.

Его взгляд скользнул по ее полуголому телу: он намеренно позволил своему желанию жарким вихрем согреть воздух.

— Ты несравненно хороша.

— Тейн!

Он опустил голову и прошептал прямо ей на ухо:

— Ты должна была бы знать, что убегать от хищника нельзя.

Благодаря сладкой страстной дрожи и покровительственному тону Тейна Лейла выпустила на свободу тонкую струйку накопившейся силы и с удовлетворением почувствовала, как он резко отпрянул.

— Не заблуждайся: я не какая-то беспомощная добыча! — бросила она.

Он остался лежать на сене, с вызывающей усмешкой глядя, как она поспешно встает.

— Беспомощная? Никогда! А вот добыча… — Он неспешно и внимательно осмотрел ее напряженное тело, облизнув громадный клык. — Может, мне стоит проверить: вкус у тебя такой же сладкий, как запах?

Она угрожающе подняла руку. Ей следовало бы обжечь его, как она и обещала. К сожалению, она не могла предсказать последствия, которые могут произойти, если дать волю более мощной энергии. Она вполне могла вызвать смерч, молнию, землетрясение или любой другой катаклизм.

— Нет.

С текучим изяществом, на которое способны только старшие вампиры, Тейн встал на ноги и неспешно двинулся к ней.

— Уверена?

— Отойди, герой! — предупредила она, и ее вытянутая вперед рука сжалась в кулак. — Я не шучу. Если ты ко мне приблизишься, я тебя ударю.

Он остановился, скрестил руки на мускулистой груди и неожиданно спросил:

— Где дитя?

Вопрос заставил Лейлу вздрогнуть. Волна тошнотворного отвращения к себе подступила к ее горлу.

Так он ради этого играл роль сексапильного вампира?

Может, он подозревает, что ребенок, которого она прячет, — это еще один джинн-полукровка, и его надо вытащить из укрытия и отдать оракулам? Или просто пытается удовлетворить свое извращенное любопытство, перед тем как избавиться от нее?

Как бы то ни было, при мысли о реакции своего тела на его ласки ей захотелось расколоть землю и запихнуть его в самое чрево ада.

— У тебя какое-то нездоровое увлечение этим мифическим ребенком. — Она заставила себя насмешливо улыбнуться. — Ты что — ешь младенцев на завтрак?

Он вскинул голову, втягивая воздух.

— Не могу поверить, что оно осталось там. Я же видел твое паническое желание выручить его из логова Каина.

— Оно? Ребенок, будь он хоть трижды мифическим, — это не «оно»!

Он не отреагировал на ее возмущенные возгласы.

— Но здесь его нет. Если, конечно, ты не спрятала его с помощью чар. — Неожиданно он шагнул к ней и схватил за плечи. — Ты ведьма?

Она обожгла взглядом его возмутительно красивое лицо.

— Будь я ведьмой, ты уже был бы головастиком и сидел в банке!

— Поосторожнее, Лейла. Вампиры терпеть не могут магии.

— А я терпеть не могу вампиров, которые лезут не в свое дело. — Она вырвалась из его хватки. — У нас все.

Лейла отступила, испытывая странное волнение при виде озаренного лунным светом Тейна.

При всей красоте, никто не смог бы усомниться в его смертоносной опасности.

— Ты ведьма?

Лейла инстинктивно попятилась, остановившись только тогда, когда ее спина уперлась в кипы сена.

— Нет.

Он встал вплотную к ней и, почуяв ее ложь, подозрительно прищурился.

— У тебя есть магические способности?

— Только мое очарование.

Изящные пальцы скользнули вниз по ее шее. Это прикосновение таило в себе угрозу.

— Отвечай.

— Я… — Лейла запнулась. Боги! Она стала трусливее сналлус-демона! Взяв себя в руки, она одарила его гневным взглядом. — У меня есть кое-какие способности, но я не ведьма.

— Объяснись.

— Заносчивый. Самовлюбленный. Осел.

— Лейла!

Ее руки невольно сжались в кулаки. Проклятие! Этот вампир не отстанет от нее, пока не получит ответа. Конечно, Лейла совершенно не намерена говорить ему правду. В противном случае Тейн может решить, что ее выгоднее продать на черном рынке, а не отдавать оракулам.

— Моя приемная мать была ведьмой, но она утверждала, что та магия, которую она во мне ощущает, спит, — неохотно пробурчала она. — Сколько я ни пыталась сотворить какие-нибудь чары, у меня ничего не получалось.

— Итак, какие у тебя способности? — не успокаивался Тейн, явно решив, что она скрывает какие-то могучие магические силы.

Увы… ей бы и самой этого хотелось.

— Ты же видел. — Лейла пожала плечами. — Я могу управлять природными силами…

— Нет, это способности джиннов, — безжалостно оборвал он ее. — Какой магией ты владеешь?

И тут словно по воле небес (или, скорее, ада) двери сарая резко распахнулись и в них возник Леве. Хмуря свою уродливую морду, он задрал голову и заглянул на сеновал.

— Вот ты где! — Крылья горгульи дернулись, голос был крайне обиженным. — Право, ма шер, я уже готов заподозрить, что ты пытаешься от меня спрятаться.

Не реагируя на бормотание Тейна относительно нахальных горгулий и того удовольствия, с которым он нарубит его на мелкие осколки камня, Лейла спрыгнула с сеновала и легко приземлилась напротив своего спасителя.

— Даю слово, Леве: я пыталась спрятаться не от тебя.

Она демонстративно посмотрела на Тейна, который с мрачным видом спрыгнул на земляной пол рядом с ней.

Леве поморщился:

— А, ну это вполне понятно.

Не обращая никакого внимания на оскорбления, Тейн зашел крохотному демону за спину и выглянул за дверь, словно ожидая обнаружить, что Леве привел с собой орду голодных зомби.

— Зачем ты сюда явился? — осведомился он.

— Твой бесстрашный вождь озабочен тем, что не получал вестей от своего ручного Харончика.

Убедившись в том, что Леве пришел один, Тейн повернулся и устремил на горгулью взгляд, полный мрачного изумления.

— Тебя прислал Стикс?

Леве небрежно махнул рукой.

— Можно и так сказать.

Медовые глаза сощурились:

— Так он тебя посылал или нет?

Леве увлеченно принялся полировать кончик собственного хвоста.

— Мне трудно было разобрать, что именно он хотел, связь через портал далеко не идеальная: бла-бла-бла…

— Леве!

Почуяв, что в воздухе запахло смертью, Лейла поспешно попыталась придумать, чем можно отвлечь Тейна.

— А кто такой Харон?

Ответил ей Леве:

— Вампир-палач.

— Мило. — Повернувшись, она встретилась с настороженным взглядом Тейна, запоздало поняв, почему те вампиры в пещере так рвались его убить. Наверняка он не пользуется популярностью на семейных встречах. — Неудивительно, что ты так рвешься отдать меня линчевателям.

Его темные брови удивленно выгнулись:

— Линчевателям?

— Скажи, может, существует у палачей какой-нибудь Кодекс чести? — спросила она. — У вас есть награды?

— Я исполняю свой долг.

— Ты торгуешь смертью.

Он застыл, словно ее злые слова его ранили. Но предположить такое было бы нелепо.

— Торгует смертью… — Леве захихикал, легкомысленно не обращая внимания на смертельно опасного вампира, стоящего всего в нескольких шагах от него. — Торговец смертью… поняли? — Его серые глаза изумленно округлились. — Аллооо! Что, никто не смотрит «Другой мир»?

Тейн бросил на него яростный взгляд:

— Убирайся, горгулья!

— И оставить бедняжку Лейлу одну с безжалостным Хароном? Не говори глупостей!

Нарочито неспешно Тейн вынул из-за пояса кинжал:

— Это не просьба.

— Нет! — Лейла шагнула, встав между двумя ощетинившимися мужчинами. — Я хочу, чтобы он остался.

Леве выглянул из-за ее спины и презрительно фыркнул на высокого демона.

— Ну что я могу сказать? Женщины находят меня неотразимым!

Тейн провел пальцем по острому лезвию кинжала.

— Сомневаюсь, чтобы она нашла тебя таким неотразимым, если бы услышала твое прежнее мнение о джиннах и их потомстве. Насколько я помню, ты брызгал слюной и требовал, чтобы Лейлу тащили к Комиссии.

— Нон-нон, ма шери. Я никогда слюной не брызжу! — запротестовал крошечный демон и умоляюще взглянул на Лейлу. — Все дело в моей глубокой травме: несколько лет назад я имел несчастье познакомиться с джинном, который разорвал мое прекрасное крыло! Пришлось потратить несколько лет на то, чтобы снова его отрастить.

Лейла пожала плечами, стараясь не реагировать на привычную обиду. Какая разница? Леве просто еще один пункт в длинном списке тех, кто считает ее чудовищем, даже ничего о ней не зная.

Вместо этого она сосредоточилась на его поразительном заявлении и, упав на колени, схватила за плечи.

— Джинн? — воскликнула она. — Ты уверен?

— Заверяю тебя, эта встреча запеклась в моей памяти.

— Запеклась? — Она нахмурилась, но тут же решительно тряхнула головой. — Ладно, не важно. Джинн был в этом измерении?

— Чуть-чуть.

Леве вздрогнул.

— Где?

— В Лондоне.

— Боги! — Лейла задохнулась. Сердце замерло от изумления: всю свою сознательную жизнь она пыталась найти кого-то своего вида. И только очень не скоро смогла смириться с тем, что в этом мире она одинока. — Когда именно?

Леве недоуменно заморгал:

— Право, ма бель, горгульи не любят говорить о своем возрасте.

— Пожалуйста, Леве! Это важно!

— Двести лет назад. — Он пожал плечами. — Плюс-минус десять лет.

Тейн шагнул вперед, глядя на нее с глубоким подозрением: он прекрасно почувствовал ее волнение.

— Лейла, нам надо поговорить.

— Не думаю. — Она судорожно облизнула пересохшие губы. — У нас с Леве есть дело.

— О, такими делами я всегда рад заняться. — Демон многозначительно пошевелил мохнатыми бровями. — Надеюсь, что они включают в себя раздевание и растирание крыльев.

— На самом деле они включают в себя поездку в Лондон.

— В Лондон! — Леве покачал головой. — Нон, там так сыро и серо! Я предпочитаю Париж. Вот это поистине город, созданный для влюбленных!

Она медленно выпрямилась, не снимая руки с плеча Леве. Она еще ни разу не пыталась провести кого-то через туманы, но именно сейчас момент для этого казался самым подходящим.

— Мне надо найти того джинна.

Леве кашлянул:

— Гм, Лейла…

Тейн инстинктивно отступил к двери сарая. Его лицо было совершенно непроницаемым.

— Я не могу тебя отпустить.

Самоуверенный осел!

Нахально улыбаясь, она бросила:

— Я в твоем разрешении не нуждаюсь, вампир!

Его мышцы напряглись: Тейн собрался метнуться к ней, сообразив, что у джинна существует больше одного способа перемещаться.

— Адье, герой!

Закрыв глаза, Лейла прислушалась к слабому эху, отдающемуся где-то в глубинах ее сознания. Она мысленно отгородилась от разъяренного Тейна, несущегося прямо на нее: его ледяная сила заполнила сарай. Не реагировала она и на стоящего подле нее крошечного горгулью, отчаянно дергавшего ее за разлохмаченную штанину джинсовых шортов.

— Лейла, мне нужно кое-что тебе сказать…

Неужели они не понимают, насколько опасно отвлекать ее в этот ответственный момент?

Представив себе образ мерцающей завесы, она мысленно пожала плечами и шагнула вперед, таща за собой упирающегося Леве.

Сама того не замечая, она поморщилась: как всегда, ей неприятно было появляющееся при этом ощущение — такое, словно она проходит сквозь мерзкую пелену из паутины. Пелена казалась настолько реальной, что Лейла каждый раз удивлялась, когда при попытке стряхнуть с себя гадкие нити ничего не обнаруживала.

А еще ее ожидала боль. Крохотные уколы, впивавшиеся в ее тело, словно пытаясь отделить плоть от костей.

Одно можно было сказать определенно, мрачно призналась она себе: тенехождение никогда не придет на смену самолетам и океанским лайнерам.

Дьявол, да она предпочла бы даже езду на ослике!

Лавина мучительной боли поглотила ее, и Лейла, крепко прижав к себе Леве, с громким воплем вывалилась за преграду. Боги! У нее было такое чувство, будто ее попытались вывернуть наизнанку.

Внезапно Лейла рухнула на жесткую землю, покрытую густой серебристой дымкой.

Что за черт?

Даже ее первая неуверенная вылазка за преграду, разделяющую измерения, не была настолько мучительной и болезненной. В противном случае Лейла больше никогда бы не повторила такого эксперимента.

Поморщившись от боли, вызванной стремлением ее тела как можно быстрее восстановить сломанные ребра и несколько внутренних травм, о которых ей даже задумываться было неприятно, она с трудом села — и ее глаза округлились от ярости и изумления при виде вампира, скорчившегося у ее ног.

Подонок!

Неудивительно, что ее чуть было не разорвало на тысячу кусочков.

Достаточно неприятно уже то, что она протащила сквозь преграду Леве, но если прибавить к этому громадного психа-вампира, который прилип к ее заднице словно банный лист…

Она содрогнулась.

Не так ли возникают черные дыры?

Тейн с трудом поднял голову: переход явно дался ему так же нелегко, как и ей самой.

Вот и хорошо. Он получил по заслугам.

— Будь ты проклята! — прохрипел он, бросив взгляд на серебряный туман. — Что ты наделала?

— Я?! — возмутилась Лейла. — Ты меня чуть не прикончил, ты, громила с мозгами тролля! — Она медленно поднялась на ноги, не желая задерживаться в переходе дольше необходимого. Здесь ее подстерегало множество опасностей, начиная с того, что ее могло затянуть в любое измерение, и заканчивая непредсказуемым течением времени. Один раз Лейла даже обнаружила при выходе, что переместилась на два дня в прошлое. Она перевела взгляд на серый комочек, почти скрытый дымкой. Ее сердце сжалось от тревоги. — С Леве что-то случилось?

Тейн с громким шипением встал и, рассеянно стряхнув с груди засохшую кровь, подошел к ней.

— Он просто потерял сознание.

— Слава Богу!

Она потерла ноющую шею, почувствовав огромное облегчение.

Он нахмурился и спросил:

— В чем дело?

— Чувствую себя так, словно меня ударило током.

Оттолкнув ее руку, он начал разминать ей шею. Его руки жестко, но безумно умело убирали из ее мышц тугие узлы напряжения.

М-м-м! Мышцы постепенно расслаблялись. Он двигался вниз вдоль позвоночника, и упрямая боль в руках и ногах стала сменяться приятным теплом.

При всех недостатках этого вампира руки у него просто волшебные.

Умные, сильные, хитрые руки.

«Такие руки способны подарить женщине небесное блаженство или отправить прямиком в ад!» — тихо подсказал ей внутренний голос.

И именно воспоминание об аде заставило ее вывернуться из-под этого гипнотизирующего массажа раньше, чем она растеклась от блаженства у его ног.

— Не прикасайся ко мне!

Он усмехнулся, будто понял, что все дело в ее вожделении.

— Ты не ответила на мой вопрос.

— Не дави на меня, герой, — проворчала она. — Это моя территория.

— Твоя территория? — переспросил он, иронично поднимая бровь. — Это сделало бы тебя Скелетором.

— Ха-ха. Ужасно смешно.

Он шагнул ближе — и его лицо застыло, заставив ее моментально насторожиться.

— Говори, где мы!

— Не знаю, есть ли для этого название. — Она пожала плечами. — Я попала сюда по чистой случайности.

Он осмотрелся. В его медовых глазах пылал странный огонь.

— Это иное измерение?

— Нет, скорее коридор, который проходит между ними. Я им пользуюсь, когда мне надо быстро куда-то попасть. — Она демонстративно обвела взглядом его полунагую фигуру. — А еще когда пытаюсь сбежать от психованного вампира.

Он повернулся на месте, сжимая рукой рукоять кинжала и пристально всматриваясь в казавшуюся сплошной стену тумана, окружившую их.

— Как мы выберемся?

Лейла нахмурилась. Тейн вел себя… странно.

Все вампиры предсказуемы.

Заносчивые, опасные и тошнотворно уверенные в собственном превосходстве.

Неужели великий Тейн действительно встревожен, оказавшись в тумане?

Лейла поспешила воспользоваться моментом и направилась к лежащему без сознания Леве.

— Так же, как сюда попали, — ответила она.

— Ну так делай это.

— Нет.

— Лейла!

Она подхватила Леве на руки, с трудом удержавшись, чтобы не застонать. Боги! Чем это создание питается? Свинцом?

— Я отправляюсь с горгульей в Лондон, и тебе меня не остановить, — проворчала она, направляясь к стене тумана.

Сыпля проклятиями, Тейн последовал за ней.

— Почему тебе так важно попасть в Лондон?

— Мне надо найти того джинна.

— Он что — твой родственник? — огрызнулся Тейн.

— Именно это я и намерена выяснить. Я ни разу… — Она прикусила язык.

Естественно, он не мог за это не ухватиться.

— Что?

Она раздраженно нахмурилась и бросила:

— Я считала, что я единственная. Доволен?

Тейн моментально застыл, словно ее суровая прямота чем-то его задела. А потом он с проклятием посмотрел на туман, и его лицо снова стало совершенно бесстрастным.

— Вытащи нас отсюда, и я позабочусь, чтобы ты попала в Лондон.

Разве на лбу написано «дура»?

— Лжец.

— Кем ты меня назвала? — рявкнул он.

— Я назвала тебя лжецом. — Она повернула голову и встретилась с обжигающим медовым взглядом. — Мы оба прекрасно знаем, что если бы я вернула нас назад, то больше ни за что не попала бы в Лондон.

Глава 4

Этот дом, возведенный в восемнадцатом веке, был одним из лучших творений архитектора Роберта Адама. Воплощение классической красоты: старинная кирпичная кладка, высокие окна с резными ламбрекенами. И, по слухам, интерьеры были еще более поразительными. Мраморные лестницы с узорными перилами, великолепные комнаты с живописными плафонами, мебель работы Чиппендейла, бесценные произведения искусства.

Однако за музейной безупречностью скрывался леденящий ужас, холодной аурой обволакивающий здание. Хозяйка дома, леди Хавасси, была ослепительно прекрасной женщиной с длинными темными волосами и сверкающими черными глазами, резко контрастировавшими с ее невероятно светлой кожей. Поговаривали, будто она была венгерской аристократкой, но местных жителей не слишком интересовало ее происхождение, гораздо больше их волновала настоящая эпидемия исчезновений после ее появления.

Марика, которую людские подозрения не столько тревожили, сколько забавляли, провела рукой по своим блестящим кудрям, рассеянно спускаясь в подвалы, расположенные глубоко под городскими улицами. На ней было платье из тонкого полупрозрачного газа, подчеркивавшее соблазнительные формы, однако совершенно не защищавшее от промозглой атмосферы. Конечно, это не имело никакого значения: вампиров погода интересует столь же мало, сколь и любопытные соседи.

Когда ее нога ступила на зацементированный пол, в помещении вспыхнули факелы и из теней вышел высокий мужчина с длинными серебряными волосами.

Большинство женщин сочли бы Сергея Кракова красивым: узкое лицо с высокими славянскими скулами, холодные голубые глаза, в которых отражался изощренный ум, подтянутое и мускулистое тело облачено в прекрасный светло-серый костюм от Гуччи.

Однако Марика держала при себе этого мага не за мужественную красоту или вкус к дорогой одежде.

Позволив ему взять ее за руку и провести через просторное помещение, она бросила взгляд в окошко смежной с ним тюремной камеры. При виде хорошенькой юной блондинки, прикованной к стене, вампирша поморщилась.

Голова женщины свесилась на грудь, длинные волосы полностью скрыли лицо. Только оковы не давали упасть обессиленному телу.

— Она тебе по вкусу? — озабоченно спросил Сергей.

Марика постучала ярко-алым ногтем по стеклу камеры, не особенно удивившись, когда женщина не вышла из своего коматозного состояния. Синяки, украшавшие ее светлую кожу, ясно показывали, что Сергей уже успел с ней поиграть.

— Ты ее сломал?

Сергей рассмеялся. На его сухом лице не появилось ни капли раскаяния.

— Только чуть-чуть. Но она еще сопротивляется.

Марика с отвращением отвернулась, прижимая ладонь к ноющему лбу.

— Может, попозже.

Сергей поспешно подошел к ней и обхватил за плечи.

— Тебе надо есть, Марика. Ты слишком важна, чтобы позволять себе ослабеть. — Он неубедительно демонстрировал заботу. — Может, ты предпочла бы ясновидящую? Или, может, твой аппетит раздразнит гарпия? Они всегда так сладко вопят!

— Прекрати, Сергей! — Небрежно вскинув руку, она схватила Сергея за шею и впечатала в стену. — Я не ребенок. Если тебе хочется над кем-то хлопотать, возвращайся к своей игрушке.

Сергей неподвижно повис на руке, сжимавшей его горло. Он сумел выжить в качестве домашнего питомца вампирши явно не благодаря собственной глупости.

Дождавшись, пока Марика усмирит свой вспыльчивый цыганский нрав и отпустит его, он поправил черный атласный галстук и изобразил на лице тревогу, которая получилась почти убедительной.

— Пожалуйста, скажи мне, что тебя так волнует.

Зашипев, она прошла в центр помещения, снова прижав пальцы к виску.

— Это она. Она беспокойна.

Сергею не нужны были дальнейшие объяснения. «Она» была только одна.

Его брови хмуро сдвинулись.

— Не может быть.

Марика сузила черные глаза.

— Хорошенько думай над своими словами, иначе я могу забыть, что ты мне полезен.

Он вскинул руки в жесте успокоения.

— Я просто хотел сказать, что она окутана многослойными защитными чарами. Даже ядерный взрыв ее не потревожит.

— Может, твои чары стали терять свою… — она демонстративно помолчала, опуская взгляд к его внушительному аппарату, спрятанному в брюки, — силу? Ты стареешь. Может, существует виагра и для магических способностей?

Сергей самодовольно усмехнулся:

— С моей силой все в порядке.

— Тогда почему у меня в голове звучит ее шепот?

Его самоуверенность испарилась: Марика позволила своей силе прикоснуться к его коже леденящим предостережением. В этом заключалась настоящая ирония. Когда-то она могла исцелять других, а после обращения этот дар позволил ей пытать с изощренной точностью.

Он нервно откашлялся.

— Что она говорит?

Марика моментально забыла об удовольствии, которое получала, причиняя боль, и стиснула кулаки. Она не могла точно сказать, когда именно начался этот раздражающий шепот. Поначалу он был таким тихим, что она просто не обращала на него внимания. В этом не было ничего необычного: Марика ощущает Кейту сквозь многочисленные барьеры.

Но в последние ночи далекий гул превратился в монотонное песнопение, которое упорно не давало ей покоя.

— Лейла, — сообщила она своему магу. — Только это, снова и снова.

— Лейла. Имя?

— Откуда мне знать? — огрызнулась она.

— Вы всегда были близки, — попытался успокоить ее Сергей. — Ты уверена, что не знаешь, кто это?

Марика опустилась на диван. В свете факелов ее тяжелые золотые браслеты тускло блестели.

— Эта сука явно пытается свести меня с ума.

Нахмурившись, Сергей начал расхаживать по комнате.

— Или предостеречь.

Марика потянулась за кубком со свежей кровью, стоявшим на лакированном столике рядом с диваном. Сейчас она была слишком поглощена другим, чтобы питаться непосредственно из источника.

— Кровные близнецы! — прорычала она. — Может, ты забыл, что в последние несколько раз, когда мы будили Кейту, она пыталась меня проклясть? Какого черта она стала бы пытаться сейчас меня предостеречь?

— Я не думаю, что она пытается специально предостеречь тебя, — запротестовал Сергей и невольно поморщился, вспомнив безумную ярость Кейты, когда они попытались задать ей вопросы. — Совершенно очевидно, что она чем-то обеспокоена, что способна пробиться сквозь наложенные на нее чары. Думаю, она не подозревает, что ты улавливаешь ее мысли.

— И что, к дьяволу, может ее беспокоить? Она лежит под шестью футами земли в окружении рунных камней и под охраной сильвермистов! — Она сделала большой глоток крови и демонстративно слизнула каплю сладкого напитка с губ, насладившись беспокойством Сергея, которое тот не смог скрыть. Ему есть из-за чего нервничать, решила она с жестокой радостью. Марике хотелось причинить кому-нибудь сильную боль, впрочем, как и всегда. — Или, может, ты должен что-то мне сказать? — продолжила она ледяным тоном. — Ты ведь не был таким идиотом, что попытался поговорить с Кейтой без меня, а?

Его кадык судорожно дернулся: он безуспешно попытался сглотнуть.

— Я усвоил урок.

— Уверен? — промурлыкала она. — Я могу тебе немного напомнить, что происходит с теми, кто пытается меня предать.

Его красивое лицо смертельно побледнело. Ну еще бы! Хотя с тех пор прошло почти пятьдесят лет, невозможно забыть то, как с тебя живьем сдирают шкуру в течение долгой ночи, а утром излечивают, чтобы снова начать пытку. Особенно когда это наказание длится несколько лет.

На ее губах заиграла жестокая улыбка. Сергей должен знать, что, как только он сможет добиться от Кейты информации о местонахождении ее дочери-полукровки, то обязан будет немедленно рассказать об этом Марике.

Вместо этого он пошел на предательство и чуть все не погубил.

Тупой подонок!

— Я сделал это ради нас с тобой!

Ее хохот разорвал тишину подвала.

— Ох, Сергей! Ты же тщеславный и жадный сукин сын, который с радостью положит на жертвенный алтарь собственную мать ради того, чтобы получить ту силу, которой так отчаянно жаждешь.

Сергей содрогнулся. Но чтобы работать на вспыльчивую вампиршу, нужно иметь стальные нервы, поэтому он как ни в чем не бывало улыбнулся и ловко опустился перед ней на колени, привычно скользнув руками от ее колен к бедрам.

— У меня есть недостатки, но я тебе нужен.

Марика допила остаток крови и поставила кубок на место.

— К сожалению, — признала она с отвращением. Ей было глубоко неприятно то, что она вынуждена полагаться на этого хорька-предателя. Но хотя у Кейты есть магические таланты, она всего лишь человек — и у Марики нет возможности сохранить ей жизнь. Единственным вариантом было бы превратить ее в вампира. Это соблазнительная мысль, но ей нельзя было на это пойти: ведь тогда она потеряет последнюю связь со своим исчезнувшим ребенком. — Все было бы настолько проще, будь она бессмертной!

Сергей с тихим смехом завел руки ей между ног и начал ласкать с отточенным за много веков умением.

— Может, и проще, но тебе бы меня не хватало, — хрипло проговорил он.

— Ты так уверен в себе?

В светлых глазах уже горел огонь желания.

— У меня много талантов.

С невероятной быстротой она уперлась ступней ему в грудь и отбросила к стене.

— Не сейчас! — рыкнула она, вставая с дивана. — Я хочу понять, что беспокоит Кейту. Дай мне ее увидеть.

— Увидеть?

Марика с подозрением сощурила глаза.

— Ты не только тупой, но и глухой? Я сказала — дай мне ее увидеть!

— Да. Конечно.

Поднявшись с пола, Сергей отряхнул дорогой костюм и тяжело зашагал к массивной деревянной двери в конце подвала. Марика скользнула следом за ним и стала нетерпеливо наблюдать, как маг возится с замком. Наконец он провел ее в пустой каменный мешок.

Она поморщилась, учуяв запах плесени и разложения. В отличие от нее, имеющей природные способности, Сергею для создания своих чар приходилось использовать кровь и смерть.

Маг-инвалид!

Пройдя мимо запятнанного кровью каменного жертвенника, установленного на полу в самом центре, Сергей остановился около небольшого углубления, заполненного застоявшейся водой. Присев рядом с ним на корточки, он поводил ладонями над его поверхностью, что-то бормоча под нос.

Марика тут же подошла к нему, подозрительно наблюдая за его действиями. Если он попытается ее обмануть, то даже сдирание заживо шкуры покажется мелочью по сравнению с ее наказанием.

Вода закрутилась воронкой, Сергей повысил голос, и заклинания неестественным эхом отдавались в каменных сводах.

Наконец он запустил руку во внутренний карман пиджака, достал тонкий стилет и проткнул себе палец. Капли крови упали в воду, расползаясь по ее поверхности странно мерцающей пленкой.

Марика наклонилась вперед, глядя, как на воде начинает вырисовываться изображение, показывая женщину, вытянувшуюся на узкой койке в темной камере, обшитой железными листами.

Эта женщина имела поразительное сходство с самой Марикой.

Те же темные локоны и бледные безупречные черты лица. А если бы ее глаза не были закрыты, они сейчас сверкнули бы, темные словно ночь.

Даже их женственные формы были идентичны.

Настоящие близнецы.

По крайней мере они были идеально похожими друг на друга, до тех пор пока Марику не обратили.

Когда она очнулась вампиром, все узы, связывавшие ее с прежней жизнью, в том числе и с родными, были порваны. Или должны были оборваться.

Она не помнила свою прошлую жизнь, но настырный голос в ее голове не давал о себе забыть. Несколько недель она пыталась избавиться от досаждающего жужжания и отыскать его источник.

Она была неприятно удивлена, обнаружив в цыганской кибитке свою точную копию.

Первым ее порывом было убить эту сучку.

Это положило бы конец ее вторжению в мысли Марики, не говоря уже о том, как противно было знать о существовании собственной живой копии.

Но что-то ее остановило: Марике показалось, что сестричка ей еще пригодится.

— Вот видишь? — сказал Сергей. — Спящая красавица преспокойно лежит в своей кроватке.

Марика нахмурилась, с бешенством ощутив укол страха.

Пусть Кейта просто человек, но в ее жилах течет цыганская кровь. А это означает, что она обладает редчайшей способностью причинить вред вампиру. Конечно, в первые годы ее нежное сердечко не позволяло пойти на это: она все еще считала Марику сестрой.

Глупая баба!

Но в последние десятилетия всякий раз, когда Сергей освобождал Кейту из-под действия своих чар, она, обезумев, наносила удар с такой стремительностью, что Марика только чудом осталась цела.

Больше она рисковать собой не намерена.

— Она шевелится! — прошипела Марика.

Сергей мрачно смотрел, как женщина на водяном изображении поворачивает голову, словно зная, что за ней наблюдают.

— Да. — Он озадаченно тряхнул головой. — Но такое просто невозможно!

— Невозможно, но происходит. Выясни почему.

— Я мог бы разбудить ее и…

Он не успел договорить: Марика схватила его за горло и впечатала в стену.

— Нет!

Несмотря на боль, он улыбнулся:

— Тебя тревожит проклятие?

Ее пальцы сжались сильнее. Она сходила с ума от того, что Кейта ее перехитрила.

Еще раз.

Она не смеет позволить этой сучке проснуться — и в то же время не может позволить ей просто умереть, пока еще остается шанс, что Марика сможет править всем миром.

— Осторожнее, Сергей: ты в Лондоне не единственный маг, — холодно предостерегла Марика.

— Ты же не имеешь в виду лорда Хоторна? — Лицо Сергея исказила завистливая ненависть к магу, которого он считал своим соперником. — Он же просто третьесортный волшебник, ни на что не способный после потери своего бесовского подмастерья.

— Моим целям он вполне отвечал бы.

При этом насмешливом заявлении в бледно-голубых глазах вспыхнуло раздражение.

— Да, но ответит ли он твоим запросам? — огрызнулся Сергей, скользнув нахальным взглядом по ее фигуре, подчеркнутой тонкой тканью платья. — Ты требовательная женщина, Марика.

Это была правда. Мало кому из мужчин удавалось выдержать одну ночь в ее объятиях. Конечно, они не жаловались — они умирали с блаженной улыбкой на лице.

Однако у вампирши закончилось терпение. Ее пальцы сжались с такой силой, что грозили раздавить гортань.

— Выясни, что тревожит мою сестру, и срочно!

Сергей зашипел от боли и поспешно пообещал:

— Без промедления.

Тейн был вампиром, которого в мире демонов боялись.

При его появлении помещения пустели. Главы кланов запирались в своих логовах, стоило ему приблизиться к их территории. Его именем пугали найденышей.

Этого вампира боялись даже его сородичи.

И на то были веские основания.

Но все это было не важно в холодном липком тумане.

Мысленно проклиная это странное место, он следовал за Лейлой через плотную дымку. Руки у нее были заняты не пришедшим в сознание Леве.

Из-за его силы и безжалостности авторитет Тейна никто не смел оспаривать. Долгими веками он добивался, чтобы никогда больше не стать беспомощным зрителем.

И вот теперь малышка полукровка сумела затащить его в этот проклятый лабиринт бесконечного тумана, разбудив давние чувства, которые он когда-то похоронил вместе со своим зверски уничтоженным кланом.

— Откуда ты знаешь, куда идти? — спросил Тейн.

Она бросила на него через плечо насмешливый взгляд.

— Я просто тупо бреду, пока не натыкаюсь на то место, которое мне нужно.

Он тихо зарычал:

— Лейла!

Лейла вздохнула и снова засмотрелась на туман. Уверенность, с которой она двигалась вперед, заставила Тейна скрипнуть зубами от раздражения.

— Чего ты от меня добиваешься? — севшим голосом спросила она. — Это нельзя объяснить. Я думаю о том месте, куда хочу попасть, и начинаю идти. И в конце концов ощущаю, что я на месте.

Он поморщился. Такое объяснение ничуть не успокаивало.

Но с другой стороны, разве его сейчас хоть что-то успокоило бы?

Зачем он вообще пошел за Лейлой?

Тейн всегда полагался на свои боевые инстинкты. Только таким образом и можно выживать почти тысячу лет. Тогда почему он не дал Лейле сбежать, помахав на прощание рукой, радуясь избавлению от ворчливой и раздражительной женщины? Может, потому, что в присутствии этой женщины им руководили совсем другие инстинкты?

Он сделал гораздо больше, чем требовал долг, выслеживая приблудного джинна-полукровку. Даже Стикс не стал бы обвинять его, если бы он решил вернуться к себе в логово и сообщил, что женщине удалось улизнуть, пока он защищал собственную жизнь.

В качестве Харона ему полагается вести охоту на тех редких вампиров, которые пьют кровь, испорченную наркотиками или алкоголем. Мало кому известно, что вампир может стать наркоманом, — как и то, что в конце концов это повергнет его в безумие.

А ему положено следить, чтобы это по-прежнему не становилось общеизвестным, а не гоняться за Лейлой, словно кобелю в охоте.

Он устремил взгляд на изящную фигурку в шортах, туго обтянувших аппетитную попку, и борцовку, которая ничуть не скрывала мягкие полушария ее грудей.

От одной мысли о том, как он лежал бы на ней, впиваясь поцелуем в ее губы, как ее стройные ноги обхватят его за талию, его тело налилось таким острым желанием, какого он не испытывал уже много столетий.

Вот дерьмо!

Он не знал, почему именно эта женщина пробуждает в нем самые темные желания, как ей удалось околдовать его так, что он готов очертя голову творить глупости. В прошлом это уже приводило к катастрофе.

Тейн безумно злился на себя, вцепившись в рукоять кинжала, тем самым стараясь отогнать нарастающий страх.

— А как ты выходишь обратно?

Лейла обернулась и приподняла брови.

— Ясное дело: так же, как и захожу.

— Мы едва пережили вход! — хрипло сказал он. — Ты уверена, что выход не окажется еще хуже?

— Мы едва выжили из-за того, что у меня был незваный пассажир, — ехидно напомнила она ему. — Пассажир, которого я не намерена брать с собой при выходе.

Он замер, опасно прищурившись.

— Ты не можешь бросить меня здесь!

— Это почему же? — вызывающе осведомилась она, упрямо вскинув голову. Как будто перед ней не стоял один из самых опасных демонов мира! — Я определенно не приглашала тебя с собой. Можешь возвращаться домой сам.

— Это не смешно.

Она вскинула голову еще выше.

— А я и не собиралась тебя смешить.

Он стремительно схватил ее за упрямо выставленный вперед подбородок, не обращая внимания на то, что она держит на руках спящего горгулью.

— Я не смогу выбраться.

— Ну и что? — В темных глазах горел открытый вызов. — Ты намерен доставить меня на казнь. Почему мне не бросить тебя гнить здесь?

Его мрачный взгляд скользнул по ее тонкому лицу, отметив усталость, которую ей не удавалось спрятать. Тейн не собирался признаваться, что последовал за Лейлой по гораздо более личной причине, а не ради того, чтобы отдать ее оракулам.

— Комиссия приказала приводить джиннов-полукровок, — сказал он, пожимая плечами. — Ничего не сказано о том, что там не могут решить, что ты не опасна. Тогда тебя отпустят.

— Ага, конечно! — Густой туман странно приглушил ее резкий смех. — Предложи мне самоварное золото!

Он нахмурил брови:

— Чего?

— Я не дура, — пояснила она. — Стоит мне только попасть в их жадные ручонки, и меня принесут в жертву ради общего блага.

— Можно подумать, у Комиссии нет других важных дел, кроме как гоняться за полукровкой.

Тейн провел пальцем по ее пухлой нижней губе, а его плоть пульсировала в такт ее лихорадочному пульсу.

— И что это за дела?

Он поморщился. Вопросы политики демонов были вотчиной Стикса. Зачем наносить кому-то удар в спину, когда настолько приятнее бить в сердце? Но даже настоящий отшельник не смог бы не почувствовать нарастающего напряжения.

Что-то назревало — и Комиссия готовилась дать отпор.

— Тайные обсуждения вне моей компетенции, но не секрет, что оракулы уже много недель находятся в бывшем логове Стикса к югу от Чикаго, — сказал он.

— И что из этого? — Она отпрянула от него словно ошпаренная. — Что они — куча дармоедов, засидевшихся в гостях?

Тейн покачал головой, не зная, чего он хочет больше: прижать ее к себе и насладиться ее вожделением или как следует встряхнуть, надеясь вбить ей в голову хоть немного здравого смысла.

Как бы его ни забавляла ее горячность, Комиссии такая непочтительность нисколько не понравится.

— Они не друзья-студенты, которым нравится собираться и вместе играть на игровой приставке, — объяснил он, решив отложить лекцию о должном почтении к Комиссии на потом. Сейчас нужно поскорее выбраться из проклятого тумана. — Все оракулы — это сильные демоны разных видов. Они могут враждовать между собой, но ради общего дела забывают о взаимной неприязни. Поэтому им не с руки задерживаться дольше необходимого.

— А это означает только то, что они очень кстати собрались на линчевание.

Тейн не мог это опровергнуть, поэтому постарался перевести тему. Иногда это более эффективно, чем лобовая атака.

— Если уж они не линчевали Цезаря, то и тебе опасаться не стоит, — заявил он, пожимая плечами.

Она неуклюже перехватила горгулью, которого продолжала держать на руках.

— А кто такой Цезарь?

— Один из моих братьев, который имел нахальство взять себе в пару нового оракула.

— Так появился еще один оракул? Отлично! — Лейла возмущенно посмотрела на Тейна, будто то была его вина. — Одна хорошая новость за другой!

— Новый оракул — это всегда признак приближающихся проблем.

— Как Харон с ослиным упрямством?

— Как дурное предзнаменование.

Тейн невольно поморщился. Он не разделял мнение, что «жить в интересные времена» — это здорово. Он выполнял свой долг и возвращался в уединение своего логова, где мог утолять все желания и забывать о прошлом. Он не искал себе приключений, но теперь Тейну казалось, будто Лейла подвергается страшной опасности. При мысли об этом в нем поднялась пугающая волна ярости.

— Знаешь, если уж они решили, что даже удовольствие от дальнейших пыток, которым они подвергали Цезаря, не заслуживает их внимания, то тебя они вообще не заметят.

Она воззрилась на него с нескрываемым подозрением.

— Тогда зачем ты преследовал меня?

Ощущая греховный жар, он неспешно скользнул взглядом по ее стройному телу.

— А мне нужно тебе напомнить? — хрипло проговорил он. — Я готов это сделать немедленно и с огромным удовольствием.

В ответ на это заявление у нее на шее сильнее забилась жилка.

— Я нисколько не сомневаюсь в том, что ты всегда готов.

Тейн улыбнулся, демонстративно задержав взгляд на ее шее.

— Бывают такие моменты, когда я готов более обычного.

Она отступила на шаг, и вокруг ее стройной фигурки заклубился туман.

— Похоже, ты считаешь меня идиоткой! — обиженно сказала Лейла.

— Думаю, что ты ощущаешь себя загнанной в угол и принимаешь поспешные самоубийственные решения, — постарался убедить ее Тейн. — Позволь мне тебе помочь.

Как и следовало ожидать, его талант убеждения не возымел нужного эффекта. Упрямство этой женщины не позволяло ею управлять, несмотря на весь его дар.

— Мне твоя помощь не нужна. — Она стиснула зубы, и в ее взгляде мелькнула холодная безнадежность. — Мне ничья помощь не нужна.

Тейну внезапно захотелось заключить Лейлу в объятия: он слишком хорошо знал, что такое одиночество.

— Сама подумай, Лейла, — уверенно проговорил он. — Тебя больше не защищают те чары, с помощью которых Каин тебя скрывал. Как только ты окажешься в Лондоне, станешь уязвима. — Он скрестил руки на груди. — И можешь мне поверить: охотнику за вознаграждением будет совершенно не важно, захватит он тебя живой или мертвой.

— Ага, а тебе это важно!

— Мы оба прекрасно знаем, что ты уже была бы мертва, если бы я этого захотел.

Ее губы недовольно сжались.

— Если ты пытаешься со мной торговаться, то должна сказать, что у тебя это получается просто отвратительно.

— Это явно не мой конек.

— Тогда говори открыто.

Услышав ее повелительный тон, Тейн едва смог сдержать улыбку. Было забавно, как существо в два раза меньше его пытается командовать.

— Если ты хочешь выжить, тебе понадобится моя помощь.

Она прикусила нижнюю губу. Ей хватило ума понять, что с момента появления в Лондоне ее будут травить, словно дичь, или, точнее, джинна.

— И в чем будет заключаться твоя помощь?

Он открыто встретил ее настороженный взгляд.

— Я приложу все свои силы, чтобы тебя защитить.

— Я могла бы нанять телохранителей.

Кажется, она специально старается его обидеть.

— Ты же постоянно напоминаешь мне, что не идиотка, — лениво проговорил он. — Ты ни за какие деньги не сможешь нанять такого телохранителя, который мог бы со мной сравниться.

— А ты еще и скромен!

— Я лучший. И никакой скромностью этого не изменить.

Она колебалась, кусая губы.

— Ты пообещаешь не принуждать меня предстать перед Комиссией?

— Не смеши. Ты прекрасно знаешь, что я не могу этого обещать.

— Тогда оставайся здесь! — отрезала она.

— Будь ты проклята, Лейла! — С быстротой молнии он схватил ее за руку, почувствовав, что она готова исчезнуть, оставив его в тумане. — Хочешь получить мое обещание? Ладно, получай!

— Ты что угодно скажешь, чтобы отсюда выбраться. — Она смотрела ему прямо в глаза, не собираясь сдаваться. Проклятие! Эта безумная отвага ее погубит. — Нет уж, ты дашь мне нечто большее, чем обещание, которое не стоит и ломаного гроша.

— Чего ты хочешь?

Она ответила, почти не колеблясь:

— Хочу, чтобы ты пожелал.

Глава 5

Лейлу не удивило, что Тейн грязно выругался.

Джиннов не любили за их хитроумные козни, непредсказуемый характер и безжалостность, с которой могли поспорить немногие демоны. Но одной из самых опасных способностей джиннов по праву считалась возможность поработить любое существо. Магия фэйри могла пленять только людей — и только в том случае, если смертные имели глупость принять предложение насчет трех желаний. Джиннам достаточно было только того, чтобы жертва добровольно стала их должником, какой бы смешной ни была долговая расписка: они сразу получали права на их душу.

Когда Лейла была еще совсем маленькая, она случайно околдовала бесенка, которого обнаружила в железном капкане браконьера. Ей свойственно было исцелять всех, кто в этом нуждался, и она не осознавала опасности своих действий, пока не оказалось, что бесенок отказывается покинуть ферму ее матери. Его отчаянные усилия угодить ей приводили к настоящему хаосу, пока она наконец не придумала, как его освободить.

После этого случая Лейла прятала свои способности, считая аморальным присваивать душу другого существа: это было даже хуже, чем простое убийство.

Только раз после долгих лет она попыталась снова продемонстрировать эту способность — в плену у Сергея. Но для этого она была крайне истощена.

Теперь же ей приходилось импровизировать и молиться об удаче. Впрочем, как и всегда.

Тейн сузил глаза, глядя на нее так, словно у нее вдруг отросли рога и копыта.

— У тебя хватит силы связать вампира?

Вот на этот-то вопрос у нее и не было ответа!

Лейла не знала, сколько сил нужно для порабощения вампира, но их и так явно недостаточно. Единственный выход — блефовать.

— Я не могу превратить тебя в послушную марионетку, если ты имеешь в виду именно это. Но это даст мне перевес в наших переговорах, — заявила Лейла, старательно пряча неуверенность в голосе.

Он приложил ладонь к ее щеке, легко ощутив ее неуверенность.

— Ты лжешь.

— Допустим. — Она пожала плечами. — Так ты идешь или нет?

— Может, я захочу пожелать нечто за гранью…

— Считаю до трех. Иди или оставайся, мне наплевать! Только кончай с этим, — поспешно перебила она его.

— О, я намерен кончить, — заверил он ее с многозначительной усмешкой. — Не раз — и так, как ты даже представить себе не можешь.

— Раз! — бросила она.

— И ты сделаешь это вместе со мной.

— Два!

Он мимолетно прикоснулся губами к ее губам.

— Поняла, милая Лейла?

— Три!

Внезапно туман закружился и вращался все быстрее по мере исчезновения завесы между мирами. Проклятие! Она приняла решение и не позволит никакому заносчивому кровопийце встать у нее на пути.

— Я желаю быть с тобой, — проворчал он, хватая ее за локоть, когда она уже начала двигаться за завесу.

Снова возникло ощущение липкой паутины, а при движении через завесу разряды электричества быстро превратились в удары молний. И пришла боль. Такая боль, что Лейла рухнула на колени, как только они вывалились из тумана в холодную темноту.

Боль и стресс ненадолго дезориентировали Лейлу. Чуть позже она смогла рассмотреть окружающую обстановку. Это были темные катакомбы, проходившие по окраинам Лондона. Сверху доносился слабый запах дождя. Она слышала тихую ругань Тейна, с трудом поднимавшегося на ноги. А еще была…

Связь.

Она ощутила связь с Тейном, которая острым покалыванием возникла где-то в глубине ее существа. Боги, неужели это действительно получилось? Неужели она на самом деле привязала сильнейшего вампира? А если это так, то оставалось понять, было ли это удачей или большой ошибкой.

Почти не сомневаясь в том, что это ошибка, Лейла тут же забыла обо всем при виде Леве, лежавшего на гладком полу перехода, словно ледяная фигура.

— Вот дерьмо! — Лейла поспешно бросилась вперед и прикоснулась к миниатюрному демону, который вдруг окаменел. — Леве?

— Сейчас день, — сказал Тейн, сжимая рукоять кинжала и принюхиваясь, стараясь почуять опасность. — Он не проснется до сумерек.

Слава Богу! С ее удачей она испугалась, что убила беднягу.

Подхватив горгулью на руки, она со стоном выпрямилась. Это создание весило целую тонну! Лейла поняла, что пришло время проверить свою власть над Тейном.

— Тебе надо найти для нас какое-нибудь безопасное место, где мы могли бы прийти в себя.

Тейн отреагировал не сразу, и это колебание показалось Лейле опасным: она напряглась, чувствуя, как во рту у нее пересохло от страха. Хождение в тумане так ослабило ее, что она не сможет сражаться с Тейном, если ее план провалился.

Если говорить правду, то пока она не отдохнет и не поест, будет целиком в его власти.

Приготовившись к худшему, Лейла чуть не рухнула на колени от облегчения, когда Тейн отвесил ей насмешливый поклон.

— Ваше желание для меня закон, госпожа. Пройдемте сюда.

Он повернулся и зашагал по боковому ответвлению, не заботясь о том, идет ли она за ним или нет. Лейла надеялась, что его способности хотя бы чуть уменьшены.

Они молча двигались по узким переходам. Лейла понимала, что отчаянно рискует. Если бы она не слетела с катушек от потребности найти хоть какую-то информацию о том джинне, то уже сейчас, возможно, снова находилась бы под защитой Каина рядом с ребенком.

Вместо этого она рискует всем — и ради чего?

Ради информации?

Ради подтверждения?

Погрузившись в размышления, Лейла бездумно шла по лабиринту катакомб, только смутно сознавая, что они удаляются от Лондона.

Почти через полчаса она внезапно стряхнула с себя опасную рассеянность. Резко остановившись, подозрительно сощурилась.

— Стой! — приказала она.

Тихо зарычав, Тейн стремительно обернулся, пронзив ее хмурым взглядом.

— Лейла, у нас очень мало времени. Скоро твой запах привлечет нежелательное внимание.

Она ответила ему столь же мрачным взглядом. Даже если ей и удалось его связать, из него получился просто отвратительный раб.

— Меня гораздо сильнее интересует другой запах! — зарычала Лейла. — Ты привел меня в логово вампиров!

Он пожал плечами, явно не испытывая ни малейшего раскаяния.

— А какое место может оказаться для тебя более надежным убежищем?

— Ну конечно! Когда там узнают, что твоя спутница наполовину джинн, они меня моментально сожрут!

Внезапно Тейн оказался прямо перед ней.

— Никакой другой вампир не получит шанса запустить в тебя клыки! — пообещал он хриплым голосом, в котором явно слышались интонации мужчины-собственника. — Этого не будет, пока я жив.

Лейла ощутила острое возбуждение, но поспешно пересилила себя: она не должна забывать о главном.

— Я не пойду в ловушку!

— Поверь мне, милая моя: если я решу завести тебя в ловушку, ты и не заметишь, как в ней окажешься.

Она скрипнула зубами:

— Не успокаивает.

Тейн тяжело вздохнул, словно стараясь набраться терпения.

— Виктор — глава лондонского клана. Если ты собираешься задержаться в городе больше нескольких часов, нам нужно его разрешение.

Лейле совсем не хотелось встречаться с другими вампирами — и одного более чем достаточно!

— Нужна ведьма, которая продала бы нам амулет, чтобы спрятать наш запах, — возразила она.

Лейла ожидала, что Тейн станет ей возражать, и оказалась совершенно не готова к тому, что он просто пожмет плечами:

— Еще одна причина обратиться к Виктору.

— На него работает ведьма?

— На самом деле она его пара.

— Правда? — Лейла недоверчиво тряхнула головой. Вампиры ненавидят ведьм, и они не защищены от их чар. — Ведьма с вампиром? Разве это не противоречит правилам?

— Джульетта наполовину ведьма, а наполовину бесовка и обладает редким даром чуять магические артефакты. Если у кого-нибудь и может найтись амулет маскировки, то именно у нее.

— И ты ведешь меня туда только по этой причине? — не успокаивалась она, сосредоточившись на своей странной связи с Тейном и пытаясь навязать ему свою волю. — Говори правду!

— До меня доходили слухи о встрече Виктора с джинном.

Невозможно было понять по его лицу, подчиняется ли он приказу Лейлы или просто подыгрывает.

— Недавно?

— Ну, как посмотреть.

Лейла хмуро сдвинула брови.

— Тейн!

— Несколько сотен лет назад.

— И что случилось?

Он скрестил руки на обнаженной груди, из-за чего мышцы под золотистой кожей стали рельефнее. Лейле пришлось отвести взгляд, чтобы обдумать возможные варианты действий.

Если Виктор обладает нужной ей информацией, то она вполне может к нему обратиться за ней, даже если для этого придется идти прямо в логово льва.

И надо признать, что Тейн был прав: без защиты она быстро окажется мишенью для всех демонов Лондона, желающих выслужиться перед Комиссией, выдав опасную полукровку.

— И ты готов поклясться, что не используешь вампиров для того, чтобы нарушить свое обязательство? — уточнила она.

— Клянусь. — Он прижал руку к мускулистой груди, и Лейла с трудом проглотила стон. Она была перепугана, измазана грязью — но жаркий огонь пробежал по ее жилам при мысли о том, чтобы проложить дорожку из поцелуев, нежных укусов и прикосновений языка вниз по этой золотой коже до пояса защитных шорт, а потом… — Лейла!

— Ладно, пошли, — промямлила она.

Он стиснул зубы. Его похоть разливалась вокруг необузданной силой. Тейн взял себя в руки, резко повернулся и повел ее по темноте.

Лейла молча следовала за ним, злясь на свое упорное влечение. Конечно, острое желание не было для нее чем-то необычным. Немалую часть жизни она провела на небольшой ферме в малонаселенном районе в глубине Австралии, а потом маг пленил ее и спрятал в Сибири. А после того как Каин ее спас, ей приходилось думать о младенце, из-за чего она вела почти отшельническую жизнь, куда бы они ни приезжали.

Она очень редко встречалась с демонами мужского пола, тем более с такими высокими, смуглыми и красивыми, как Тейн. Так надо ли удивляться сильному выбросу гормонов?

Они прошли всего несколько миль, когда Тейн вдруг резко остановился.

— Жди здесь, — приказал он в конце концов.

— Нет!..

Но Тейн не дал ей времени, чтобы она смогла приказать ему объяснить, что происходит, и стремительно нырнул в ответвление тоннеля, оставив Лейлу кипеть возмущением.

Хуже раба и придумать нельзя!

Все чувства Тейна были обострены до предела. Остановившись, он ждал приближения скрывающегося вампира.

Он рисковал. Не только потому, что зашел на территорию другого вампира без предупреждения, но и потому, что привел к своим собратьям Лейлу. Клану Виктора было незачем защищать джинна-полукровку, проще всего было просто передать ее Комиссии. Когда дело касается оракулов, главное — не прогадать с выбором стороны.

Однако у него не было выбора. Запах Лейлы уже распространялся по переходам. Ему необходимо укрыть ее в логове Виктора, и чем скорее — тем лучше.

И почему же?

Его губы изогнулись в невеселой улыбке. Было бы намного спокойнее думать, будто она просто поработила его своей магией, чем признавать, что за этим стоит нечто большее. Ему все больше и больше казалось, что Лейла и ее ребенок могут изменить будущее всего мира.

А в следующую секунду Тейн уже ощутил леденящий ветер, свидетельствующий о приближении сильного вампира. Тейн демонстративно заправил кинжал за пояс и примирительно поднял руки.

— Уриэль? — негромко окликнул он первого заместителя Виктора, с которым познакомился почти три века назад.

Перед Тейном предстал высокий кареглазый вампир с ореолом темно-каштановых кудрей.

Тейн с циничной улыбкой смотрел на безыскусного юнца, которого столь убедительно изображал Уриэль в своих полинявших джинсах и простой футболке. Его обманчиво-ангельский вид стал причиной погибели множества его врагов, но сам Тейн никогда не был настолько глуп, чтобы повестись на этот обман.

Хотя…

Он нахмурился, почувствовав, что с момента их прошлой встречи сила молодого вампира значительно возросла.

Странно! Обычно вампиры раскрывали весь свой потенциал в считанные годы после обращений. Он еще никогда не слышал, чтобы кто-то становился сильнее спустя несколько столетий после выхода из состояния птенца.

Это была загадка — но сейчас у него не было времени ломать над ней голову: Уриэль держал руку на огромном остром мече.

— Нас не предупредили о том, что Харон намерен прибыть в Лондон, — проговорил Уриэль бесстрастным тоном, который, однако, ясно свидетельствовал о том, с каким отвращением заместитель Виктора относится к присутствию Тейна.

Тейн пожал плечами: такой лишенный энтузиазма прием был ему привычен — его либо ненавидели, либо боялись.

— Я здесь как частное лицо.

Не похоже было, чтобы Уриэля это успокоило.

— Ты приехал на отдых?

— Не совсем. Мне необходимо говорить с Виктором. — Тейн открыл свои чувства и нахмурил брови, запоздало понимая, что уже должен был бы почувствовать магический идентификатор Виктора. В отличие от Аспида, главы чикагского клана, большая шишка Лондона никогда не был незаметным. Его присутствие ощущалось как удар кувалды. — Его нет в Лондоне, — пробормотал он рассеянно. — Он уехал на север.

Эта неосознанная демонстрация способностей Тейна заставила Уриэля рефлекторно стиснуть рукоять меча.

— Виктор был вынужден отправиться в Дублин, чтобы встретиться с Лэнсбери, нынешним принцем фэйри, — неохотно признался он.

— Проблемы?

— Среди волшебного народа ходят слухи о появлениях сильвермистов.

— Исключено! — мгновенно отбросил столь мерзкую возможность Тейн. Сильвермисты были дальними родичами фэйри, но настолько свирепыми, что по сравнению с ними вампиры казались паиньками. — Их изгнали много веков назад вместе с Темным Властелином.

— Как и множество других созданий, которые вновь объявились за последний год, — сухо напомнил ему Уриэль.

Тейн поморщился, но вынужден был согласиться.

Уриэль внезапно крутанул свой меч над головой и спрятал в кожаные ножны, закрепленные на спине.

— Почему ты здесь оказался, Тейн?

Тейн ухмыльнулся: такой прямой вопрос собеседника его скорее позабавил, чем оскорбил.

— Ясно, что Виктор выбрал тебя отнюдь не за способности к дипломатии.

— Он выбрал меня для того, чтобы я обеспечивал безопасность! — Уриэль стиснул зубы. — Это непросто и без тебя, Харон.

Тейн выгнул бровь. Он вполне понимал недовольство Уриэля и мог ему только посочувствовать. Все возрастающее беспокойство в мире демонов никому не могло нравиться. Однако он появился здесь с определенной целью и не намерен был допустить, чтобы кто-то встал у него на дороге.

— Хочешь сказать, что я здесь нежеланный гость?

— Твое присутствие только подливает масла в огонь.

— Это не моя вина, что ты не умеешь командовать своими подпевалами.

— Подпевалами?

— Креатурами? Лакеями? Лизоблюдами?

Уриэль возмущенно фыркнул:

— Сейчас зашебуршились не только наши люди. Такое впечатление, будто весь мир оказался на пороховой бочке. Твое появление… — Уриэль резко замолчал, и его глаза потрясенно округлились. — Какого дьявола! Это джинн? И горгулья? — Он заглянул Тейну за спину. — Вот дерьмо! Тебе что, жить надоело? Виктор тебя убьет!

— Многие пытались. — Тейн шагнул вперед: пустая болтовня ему надоела. Ему необходимо было доставить Лейлу в безопасное место. — Я ищу убежище. Ты его дашь.

— Можно подумать, у меня есть выбор! — проворчал Уриэль. — Стикс приказал, чтобы его Харонам предоставляли все, о чем бы они ни попросили. Это слишком сильный козырь.

Тейн ощерился, на секунду продемонстрировав свои клыки.

— У меня найдется и посильнее.

— Хорошо, — неохотно согласился младший вампир. — Можете расположиться в темнице.

— Уриэль!..

— Дослушай меня.

Тейн угрожающе прищурился:

— Говори, и быстро.

— Как я уже сказал, местные беспокоятся, и я обязан предотвратить наступление полного хаоса, — напомнил ему Уриэль. — Темницы окутаны иллюзиями и защищены чарами. Это поможет скрыть ваше присутствие в Лондоне. По крайней мере до возвращения Виктора.

— И, по сути, сведется к тому, что меня запрут в камере, откуда невозможно выбраться.

Резкий смех Уриэля разнесся по узкому тоннелю:

— Я не хочу испытывать на себе гнев Анассо!

Тейн позволил своей силе ледяным ударом разрезать воздух.

— Ярость Анассо стала бы самой меньшей из твоих проблем.

— Проклятие! Да все я понял. — Уриэль вскинул руку. — Доверься мне.

Тейн с трудом заставил себя обдумать это предложение. Уриэль был не настолько глуп, чтобы попытаться заманить Харона в западню. Тем более что Лейла найдет в темнице так необходимое ей убежище. Ему придется отодвинуть в сторону свою гордыню и согласиться.

— Полагаю, это может стать временным укрытием. Есть ли там заключенные?

— Сейчас никого.

Он кивнул, принимая решение:

— Мне нужно помещение с соответствующими удобствами.

— Разумеется.

Его губы вновь изогнулись в улыбке:

— И такое, которое бы обеспечивало приватность.

— Приватность?

— Толстые стены, подходящие цепи на стенах, звуконепроницаемость.

На лице Уриэля не отразилось никаких эмоций.

— Полагаю, вы разделите эту комнату с джинном?

О, он намеревался разделить с этим джинном далеко не только комнату! Первобытная страсть и вожделение угрожали заставить его забыть даже об инстинкте самосохранения. Все, чего ему хотелось, — это как можно скорее уложить Лейлу к себе в постель.

— Это так.

— А горгулья?

Тейн пожал плечами. Лейла больше не будет нянчиться с этим мерзким крошечным демоном. Пусть сама она пока об этом еще не знает.

— Сам решай. Хотя лично я предложил бы отправить его на дно Темзы.

Уриэль содрогнулся:

— Почему это меня преследует мерзкое подозрение, будто мы с ним уже встречались?

Лейла беспокойно оглянулась, проклиная Тейна за то, что он бросил ее в темных переходах.

С каждой секундой ее запах распространяется по Лондону все дальше, маня демонов к себе, словно свет маяка у гавани. От этой мысли ей казалось, будто за ней из темноты наблюдают сотни глаз.

У нее страшно болели руки: Леве весил как цистерна цемента.

К счастью, когда она уже всерьез стала подумывать о том, чтобы самостоятельно найти себе убежище, из бокового ответвления катакомб вышел Тейн в сопровождении высокого вампира с ангельским лицом.

— Лейла, это Уриэль. — Тейн подошел к ней и встал рядом. — Он первый заместитель Виктора.

Уриэль не смотрел на нее, словно ему было невыносимо даже устремить на нее взгляд.

— Я обеспечил вам приватность.

Она недоуменно нахмурилась:

— Приватность?

Тейн неожиданно схватил погруженного в сон Леве и пихнул его неприветливому вампиру:

— Держи.

Она непонимающе смотрела, как Уриэль сжал коротенький рог, так что Леве остался висеть на нем.

— Что ты делаешь с Леве?

— Они с Уриэлем старые знакомые, — заверил ее Тейн. — Им о многом захочется поговорить.

Уриэль бросил на Тейна ненавидящий взгляд.

— Ты мой должник, Харон.

Высказав эту угрозу, вампир устремился в тоннель напротив, тогда как Тейн повел ее туда, откуда только что пришел.

— Что тут происходит?

— Я договорился о безопасном убежище, которое ты у меня потребовала, — пояснил он, приостановившись, чтобы отодвинуть тяжелую свинцовую дверь, перекрывавшую проход.

Поморщившись, Лейла шагнула в огромную темницу, где оказалось несколько камер, обитых железом.

— Здесь?!

Он схватил ее за руку и потянул дальше, мимо камер.

— А ты рассчитывала на отель «Ритц»?

— Нет, конечно!

Лейла содрогнулась, не испытывая ни малейшего желания признаться в том, что темница остро напомнила ей о тех кошмарных месяцах, которые она провела в качестве пленницы мага.

Умный демон не демонстрирует детские травмы непристойно привлекательным вампирам. Особенно тем, которые виртуозно умеют манипулировать чужими эмоциями. И кроме того, Лейла терпеть не могла казаться слабой.

Тейн наконец добрался до дальней части темницы и, открыв одну из дверей, посторонился, чтобы пропустить ее внутрь. Она настороженно шагнула в комнату и с облегчением поняла, что ее постарались сделать более уютной. Тут оказалась широкая постель с простеганным лоскутным покрывалом и два кресла с высокими спинками у выложенного кирпичом камина. Тут даже был книжный шкаф, где на полках стояли томики в кожаных переплетах. Либо этим помещением пользовалась охрана, либо… Здесь могли встречаться супруги.

Лейла ощутила резкий всплеск возбуждения и внезапно забыла о том, что находится наедине с вампиром, который при любой возможности сдаст ее Комиссии.

Медленно повернувшись, она обнаружила, что Тейн уже закрыл тяжелую дверь и теперь привалился к ней со спокойным видом, который словно был насмешкой над ее напряженными мышцами. У нее перехватило дыхание.

Он был великолепен: шелковые волосы, мускулистая грудь, плоский живот и сильные длинные ноги.

У нее заныл живот, когда его медовые глаза с неспешным удовольствием скользнули по ее напряженному телу, задержавшись на набухших сосках, ясно видных под тонким трикотажем топа.

Боги! Как бы ей хотелось повалить его на кровать и тереться об это сильное золотистое тело, пока он не навалится на нее, чтобы жадно ею овладеть!

Безошибочно заметив ее прилив желания, Тейн отодвинулся от двери, потянувшись, словно хищный кот, почуявший добычу.

Лейла тут же попятилась. У нее пересохло во рту, сердце отчаянно забилось.

— А тебе…

— Да? — переспросил Тейн, когда она беспомощно замолчала.

— Твоя комната рядом?

С грациозной ловкостью он швырнул кинжал на пол рядом с кроватью и, расстегнув пуговицу, сбросил свои камуфляжные шорты, открывая мужскую гордость и демонстрируя полную готовность дарить наслаждение.

— Можно и так сказать.

Жар разлился по ее телу, собираясь озерцом внизу живота. Ее опыт отношений с мужчинами был постыдно мал — но она нисколько не сомневалась в том, что Тейн прекрасно владеет этим великолепным инструментом.

И он знает, как заставить женщину умолять о продолжении.

— Что ты делаешь?

Он улыбнулся, демонстрируя удлинившиеся клыки, сверкнувшие в полутьме.

— Переодеваюсь в нечто более комфортное.

Комфортное? В ощущениях, захлестнувших Лейлу, не было ничего комфортного!

Телу вдруг стало невероятно тесно в ее коже, груди потяжелели, а соски превратились в болезненно чувствительные вершинки. Между ног возникла сосущая пустота, которая требовала, чтобы ее заполнили.

Она с трудом сдержала стон.

Как обидно, что он ее враг!

Иначе…

Иначе он уже лежал бы на этой кровати, а она воплощала в реальность десятки сладких фантазий.

— Ну так иди и устраивай стриптиз в собственной комнате! — проворчала она.

— А какой смысл в стриптизе, если им некому насладиться? — лениво вопросил он, а потом неожиданно заключил ее в объятия и улыбнулся, глядя в ее недоверчивое лицо. — И потом, я хочу, чтобы мое желание было исполнено!

Глава 6

Проведя руками вниз по спине Лейлы, Тейн с наслаждением втянул аромат ее желания, разлившийся по комнате.

Пусть она сколько угодно ворчит, пыхтит и обжигает его гневными взорами, но правды не утаить. Она не в силах скрывать своего вожделения.

— О чем ты? — возмущенно спросила Лейла, и ее срывающийся голос заставил Тейна улыбнуться. — Я ведь вывела тебя из тумана!

Он наклонил голову, наслаждаясь ароматом недавнего дождя, который всегда исходил от кожи Лейлы.

— Но я пожелал не этого!

Она задрожала:

— Ты…

— Я пожелал оставаться рядом с тобой.

— Тейн! — Она снова задрожала: он нашел на изгибе ее шеи особо чувствительное местечко, заставив ее сердце биться отчаянно быстро и сделав дыхание прерывистым. — Я приказываю тебе уйти к себе!

— Твое желание для меня закон, — пробормотал Тейн, подхватывая ее на руки и укладывая на кровать.

Ее глаза удивленно расширились, когда он последовал за ней и вытянулся рядом.

— Почему ты не уходишь?

— Возможно, потому, что это моя комната. — Он провел пальцем по ее соску. — Но скорее всего потому, что на самом деле ты не хочешь, чтобы я ушел.

— Самоуверенный осел! — глухо бросила Лейла, но, противореча своим словам, выгнулась навстречу.

Он засмеялся, утыкаясь лицом в ее горячую шею.

— Упрямая полукровка!

Желание ударило в голову Тейна с удивляющей силой, его плоть до боли напряглась. Он чуял сладкую кровь, стремительно бегущую под ее шелковистой кожей. Это сводило его с ума.

Ее губы приоткрылись, словно Лейла собралась протестовать, но он не дал ей времени ранить его острым язычком: выпустив на свободу небольшую порцию своей силы, Тейн сжал ее грудь.

Она ахнула и содрогнулась в беспомощном наслаждении. Ее прекрасные глаза потрясенно распахнулись.

— Что это за дьявольщина? — прошептала она.

Тейн улыбнулся. Он обладал несколькими особыми талантами: непобедимыми навыками охотника; грубой силой; хитростью и редкой способностью концентрировать свою магию так, чтобы, пробегая по телу партнерши, она дарила подлинное наслаждение.

Он склонился над ней, прослеживая языком линию ее сочных губ.

— Я умею не только убивать, радость моя.

— Ох!

Тейн громко застонал, когда ощутил сладкий жар, исходящий от ее тела. Он пожалел о том, что они находятся в сырой темнице, а не в обстановке элегантной роскоши, достойной Лейлы. Она достойна того, чтобы лежать на атласной простыне, с бархатной подушкой под головой, а на ее великолепную матовую кожу должно было проливаться шампанское.

Предавшись мечтам и полностью игнорируя факт, что он должен был передать отступницу Комиссии, Тейн жадно впился в ее губы.

Он сжимал ее груди, дразня пальцами соски.

— Еще? — тихо спросил он.

Она задрожала от предвкушения:

— Да!

Тейн осторожно перелил в нее еще немного силы и крепче поцеловал, жадно глотая ее страстный возглас, но тут же был вынужден предостерегающе зарычать: она начала извиваться под ним, возбуждая его и угрожая ускорить ход событий за пределы задуманного.

— Лейла!

Тейн с трудом смягчил свой поцелуй, а руки переместились вниз, к ее талии и женственным бедрам, пальцы сжались крепче в попытке удержать Лейлу. Гром и молния! Кто бы мог подумать, что по прошествии стольких веков крошечная полукровка заставит его потерять самообладание?

Его губы скользнули по ее щеке, неспешно смакуя безупречную кожу. Он проследил языком линию ушка, чуть прикусив мочку, а потом нашел впадинку чуть ниже.

Он уже мог представить себе, как она обхватит его ногами, сделав своим пленником, пока он будет погружаться глубоко в ее готовое к наслаждению тело, даря им обоим райское наслаждение.

Его клыки царапнули ее плечо, резко напомнив ему о том, что та жажда, которую он хочет утолить, не единственная.

«Не время», — предостерег его внутренний голос.

Утоление жажды крови в момент совокупления знаменовало собой такую близость, которая требовала безусловного и полного доверия. Чего у Лейлы, как это ни прискорбно, не было.

Он со стоном подавил желание запустить клыки в ее шелковистую кожу и вместо этого прикусил набухший сосок, заставив Лейлу выгибаться и стонать от наслаждения.

Со временем он почувствует у себя на языке сладкий вкус ее крови, а пока удовлетворит хотя бы одно желание.

Водя кончиком языка вокруг тугого соска, Тейн провел рукой по ее ноге — и сотрясся от страстной дрожи, когда Лейла охотно раздвинула ноги в немом приглашении. Она уже была влажной, готовой его принять.

Тейн уже собрался уложить Лейлу на спину и войти в нее, когда она неожиданно завалила его на спину и села сверху. Щетинистые волосы окружали ее голову огненным ореолом, а в глазах горело яростное желание.

— Дьявол! — пробормотала она. — Ну давай же!

Он прищурился, рассматривая ее пылающие щеки.

Тейн не слишком любил, когда женщина доминировала, но при виде обнаженной Лейлы, ее тугой груди, которую ему было бы так легко поймать губами, маняще приближающей свое лоно к его возбужденной плоти, он невольно стиснул зубы, борясь с надвигающимся оргазмом.

Еще чуть-чуть — и их первая близость закончится, едва начавшись.

— Тише, милая моя, — проговорил он, обхватывая ладонями ее нетерпеливо покачивающиеся ягодицы.

— Тише? — возмущенно бросила она прямо ему в напряженное лицо. — А ты знаешь, как давно у меня ничего не было?!

Он нахмурился, ощутив какое-то первобытное чувство собственника. Это чувство было ему незнакомо, но оно решительно восставало против мысли о том, что к этой женщине может прикасаться кто-то еще.

— Тот пес? — прорычал он.

Он собирался предоставить право убить Каина Сальваторе, но если полукровка позволил себе тронуть Лейлу, Тейн высушит его лично!

— Он был моим сообщником, а не сожителем. — Она дрожала и задыхалась. — Боги!.. Это… больно!

Он снова сжал ее бедра.

— Стой.

Она нетерпеливо тряхнула головой и нахмурилась:

— Что?

— Ты не будешь делать вид, что хочешь меня только потому, что у тебя давно никого не было.

— А в чем дело, Тейн? — вызывающе бросила она. — Я ранила твое больное самолюбие?

— Тебе не стоит бросать мне вызов, милая Лейла! — угрожающе прорычал он.

— Или ты сделаешь — что?

Тейн улыбнулся:

— Я же обещал, что заставлю тебя умолять.

— Можешь даже и не меч… о!.. О! — Ее голова запрокинулась, а глаза зажмурились: он направил в нее еще один поток силы. Ее ногти впились ему в грудь, и даже эта слабая боль заставила его невольно податься вверх от наслаждения. — Проклятие! — пробормотала она. — Это нечестно!

Стиснув ее бедра, он заставил ее скользнуть вдоль своей напряженной плоти, зашипев от острого наслаждения.

— Но тебе нравится, — сказал он, сжимая ее груди.

— Я этого не говорила!

Его улыбка стала шире: по комнате разнесся ее довольный вздох.

— Твои стоны тебя выдают.

Она резко втянула воздух, и ее глаза распахнулись, открыв в их темной глубине опасные искры.

— Неужели? Ну, наверное, нам следует выяснить, что нравится тебе.

Не успел он понять ее намерения, как она наклонилась вперед и медленно потерлась сосками о его грудь, а потом легко прикоснулась губами к его губам.

Эта ласка была едва ощутимой, но Тейн вздрогнул так, словно получил удар под дых. Дело было в этой женщине. В ее прикосновении, в аромате тела, в тихих вздохах наслаждения. Все это делало его желание невероятно сильным.

Лейла языком раздвинула ему губы и провела кончиком по клыку. Он застонал, не понимая, что она с ним творит.

— Осторожнее, а то можешь начать то, что не готова доводить до конца.

— Я просто добиваюсь того, чтобы готов был ты!

Она рассмеялась и принялась осыпать поцелуями его крепко стиснутые челюсти. А потом, злостно не обращая внимания на то, что он теряет самообладание, она проложила нахальную дорожку вниз по его груди.

Он комкал пальцами простыню, пока она терзала его поцелуями и нежными покусываниями, прикасаясь к нему везде — кроме того места, которое больше всего требовало ее внимания.

Садистка.

Подняв голову с подушки, он возмущенно посмотрел на свою мучительницу, но слова протеста замерли у него на губах, когда он увидел ее сосредоточенное выражение. Она была полностью поглощена своим занятием, и ее яркие волосы огнем горели вокруг ее прекрасного лица.

Один этот вид чуть не заставил его кончить.

Кончиком языка Лейла облизала его плоть от основания до самого конца.

Тейн охнул от наслаждения и запустил пальцы ей в волосы. Эта страсть порабощала его вернее, чем способности джиннов.

Явно вознамерившись его наказать, Лейла исследовала его плоть губами и языком. Ее ласки были неспешными, превращаясь в преднамеренную пытку.

Он застонал и наконец схватил ее за плечи и привлек к себе.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, то наши забавы закончатся, не успев начаться, — проворчал Тейн.

Сидя на нем верхом, она посмотрела на него сверху вниз: ее темные глаза светились насмешливым удовлетворением.

— А как же хваленая стойкость вампиров? Наверное, это были просто сказки и такое просто невозможно?

Его инстинкт охотника моментально проснулся. Прямой вызов!

Тейн резко перекатился и оказался сверху. Лейла уперлась ладонями ему в грудь, глаза ее округлились.

— Тебе нужна стойкость? — Он провел губами по ее упрямому подбородку, а потом царапнул клыками вниз вдоль ее шеи. Ответная дрожь заставила его улыбнуться. — Могу продемонстрировать тебе всю стойкость, какую ты только сможешь пожелать.

— Тейн…

Ее слова прервал шумный вздох: его губы сомкнулись на ее соске. Язык подразнил набухший бутон, переместился к центру живота, погрузившись в аккуратную впадинку пупка, а потом Тейн устроился между раздвинутыми ногами Лейлы, готовясь довести ее до кульминации.

Утопая в запахе желания, Тейн нежно прикусил внутреннюю сторону ее бедра — и тихо улыбнулся, услышав тихий стон.

Медленно и осторожно он повернул голову, чтобы проникнуть языком в нетерпеливый жар ее тела. Он провел кончиком языка в самом сладком месте — один раз и второй. Ладонями он прижимал ее ноги, ограничивая ее стремление выгнуться от острого наслаждения. Тейн только-только успел найти ее жемчужинку, когда Лейла схватила его за волосы и с силой потянула вверх.

— Пожалуйста!

Тейн собирался заставить ее помучиться так же, как мучился он сам, но его плоть готова была взорваться, угрожая позором.

Приподнявшись, он всмотрелся в лицо женщины, лежавшей под ним на кровати: ее глаза потемнели от желания, губы приоткрылись в предвкушении. Его взгляд скользнул по безупречному телу цвета слоновой кости, с розовыми сосками грудей и мягкими изгибами бедер.

Поразительно прекрасное создание!

И она принадлежит ему.

Она целиком его!

— Слушаю и повинуюсь, — негромко отозвался он.

Его ладони скользнули под ее бедра, чуть их приподнимая.

Их взгляды встретились — и он одним плавным движением вошел в нее.

Тейн замер, ощущая, как в нем расцветает ошеломляющий восторг, смешанный с чувством… правильности происходящего.

Боже всемогущий! Он готов был поклясться, что знает о сексе все, что только можно знать.

Женщины, с которыми он делил постель, были приятными спутницами на несколько часов — и он делал все, что позволяли его немалые способности, для того, чтобы их совместное времяпрепровождение доставило им обоим удовольствие.

Но это…

Это затрагивало его в самых неожиданных и уязвимых местах. В местах, которые он постарался спрятать ото всех окружающих и даже от самого себя с момента той ночной кровавой бани.

Игнорируя смертельно опасные ощущения, Тейн тихо застонал и чуть отодвинулся, чтобы потом снова медленно вернуться в ее тугое лоно. Он сжал пальцами ее ягодицы и стал наблюдать, как ее темные ресницы опускаются и как она прикусывает нижнюю губу, когда он входит в нее.

Волшебство. Иначе нельзя было назвать то, что сейчас разливалось по его телу.

Незамутненная магия Лейлы.

Его медленные, сдержанные движения постепенно ускорялись. Она приподнималась навстречу ему, и его решение растянуть происходящее на всю ночь уступало место стремлению к блаженству, которое было так близко.

Лейла закинула руки за голову и отдалась экстазу. Ее прерывистое дыхание звучало слаще любой музыки.

Клыки ныли: ее оргазм массировал его плоть, и желание отметить ее укусом становилось почти непреодолимым.

А потом его захлестнул его собственный оргазм, заставив забыть обо всем, кроме сокрушительного наслаждения.

Им пришлось прохлаждаться в темнице до следующего вечера. Но Тейн совсем не был против: он был безумно рад делить крошечную камеру со своей прелестной полукровкой.

Это можно было бы объяснить, если бы все эти часы он был занят удовлетворением своего непреходящего желания. Какой вампир не был бы рад насладиться несколькими часами непрерывного секса?

Вместо этого Тейн просто крепко прижимал к себе Лейлу, погрузившуюся в глубокий сон: последние несколько дней явно измучили ее.

Час за часом он оберегал ее сон, не позволяя никому, в том числе и Уриэлю, войти в камеру.

Уже наступили сумерки, когда он почувствовал, что Лейла зашевелилась. Чтобы не смущать ее, Тейн вышел из камеры, позволив ей спокойно натянуть джинсы и футболку, которые заранее отправил вниз Уриэль.

Ему было непривычно демонстрировать такую нежную заботу. Он хладнокровный убийца, а не нянька для хрупких полукровок! Но Лейла явно не оценила его заботы. Тейн преградил ей дорогу к двери камеры, раздраженно глядя ей в глаза.

— Мы об этом спорить не станем, Лейла.

— Это ты споришь, а не я. — Она ткнула пальцем в его грудь, явно жалея, что это не осиновый кол. Неблагодарная девица! — Я пойду с тобой к главе клана, и это не обсуждается.

— Проклятие, Лейла! — Он стиснул кулаки. — Виктор не жалкий слабак вроде Каина, которым ты можешь управлять с помощью улыбки и слишком тесной блузки!

Ее щеки вспыхнули: они оба посмотрели на футболку, подчеркивающую все изгибы ее тела.

— Это не моя вина!

Тейн скрипнул зубами:

— Можешь не сомневаться: у меня будет долгий разговор с Уриэлем при первом же удобном случае.

— Не тебе решать, что я могу надевать, а что нет!

Совершенно нелепый спор.

Какая разница, что на ней надето? Главное, чтобы одежде не стесняла движений и она могла бежать или драться при необходимости.

Мысль о том, что другой мужчина будет наслаждаться видом женственных изгибов Лейлы, привела Тейна в ярость.

— Я твой любовник! — заявил он с надменностью, которая моментально зажгла в ее глазах искры гнева. — Я намерен иметь право голоса во всем, что тебя касается, милая Лейла. — Он скинул с себя толстовку с капюшоном, оставшись только в рабочих брюках. Конечно, это не имело никакого значения: холодный воздух нисколько его не беспокоил. Закутав Лейлу в мягкий трикотаж, он застегнул на ней «молнию» и, отступив на шаг, удовлетворенно осмотрел ее. Толстовка была велика, но зато закрывала от шеи почти до колена. — Вот так гораздо лучше.

Она подняла руки, продемонстрировав ему чересчур длинные рукава.

— Серьезно?

Он натянул капюшон ей на голову, так чтобы лицо оказалось в тени.

— Чем меньше будет тех, кто сможет тебя описать после нашего ухода, тем лучше, — убедительно сымпровизировал он.

Возмущенно закатив глаза, она закатала рукава толстовки выше локтей и бросила на него нетерпеливый взгляд.

— Ладно. Может, пойдем?

— Как я уже говорил до того, как ты меня перебила, Виктор — кровожадный глава клана и славится тем, что сначала наносит удар, а уже потом задает вопросы. — Ему мучительно захотелось хорошенько ее встряхнуть, чтобы заставить прислушаться. — Если у него действительно предубеждения против джиннов, то атакует быстрее, чем я смогу тебя защитить.

— Мне не нужна твоя защита! — отрезала она. — Мне нужны ответы.

— Тогда, возможно, я смогу вам помочь, — произнес мягкий женский голос из-за спины Тейна.

Проклиная собственную невнимательность, Тейн стремительно повернулся, демонстрируя всю длину своих клыков. Хрупкая невысокая женщина с гривой длинных золотисто-рыжих волос и чуть раскосыми глазами необычного светло-зеленого цвета стояла всего в нескольких шагах от них. Однако основное внимание Тейна занял громадный вампир с длинными черными волосами и серебристыми глазами с черной окаемкой.

Сила Виктора наполняла атмосферу, будто бросая вызов Тейну. Присутствие двух сильных самцов рядом всегда вызывало дискомфорт.

— Спокойнее, мальчики, — негромко произнесла незнакомка.

Тейн напряженно улыбнулся Виктору:

— Мальчики?

Глава лондонского клана чуть пожал плечами:

— У моей спутницы особое чувство юмора.

В течение недолгой паузы два хищника оценивали друг друга. Тейн воспользовался возможностью скользнуть опытным взглядом по стройной фигурке женщины, облаченной в джинсы и свитерок с короткими рукавами, а потом сосредоточил взгляд на Викторе, одетом в темные брюки и темно-серую шелковую рубашку.

Он без труда заметил серебряный кинжал, спрятанный у Виктора под рубашкой, и пистолет в кобуре на щиколотке. Насколько он мог понять, женщина была без оружия. По крайней мере — без человеческого оружия. В ее жилах текла ведьминская кровь, что делало ее гораздо опаснее любого кинжала или пистолета.

— Харон! — неспешно проговорил Виктор, щуря серебристые глаза. — И джинн. — Он чуть принюхался. — Нет. Только наполовину джинн.

— Вот именно! — прорычал Тейн, предостерегающе ощерившись.

Внезапно он получил удар в спину: это Лейла почувствовала необходимость выразить свое неудовольствие.

Поймав смеющийся взгляд Виктора, он неохотно шагнул в сторону, позволив Лейле выйти из камеры. Ее лицо было скрыто капюшоном.

— Меня зовут Лейла.

— Красивое имя, — поспешила нарушить напряженное молчание спутница Виктора, приветливо улыбнувшись. — Я Джульетта, а это Виктор. — Она искоса посмотрела на вампира. — Мой спутник, когда я считаю нужным его признавать.

Тейн шагнул к главе клана. Ему остро хотелось отодвинуть Лейлу от Виктора.

— Мне нужно поговорить с тобой без свидетелей! — потребовал он.

Лейла схватила его за руку:

— Тейн…

— Я должна предупредить тебя, дорогая, что спорить с вампирами бесполезно, — негромко проговорила Джульетта, обнимая Лейлу за плечи.

— Но у меня есть вопросы!

— Я тебя поняла, пойдем. — Джульетта направила Лейлу по коридору, в который открывались камеры, явно направляясь к ближайшей лестнице. — Думаю, я смогу ответить на часть из них.

Тейн изумленно нахмурился, глядя, как удаляются эти женщины. Проклятие! Поведение Лейлы просто сведет его с ума!

Виктор прищелкнул перед его лицом пальцами:

— Земля вызывает Тейна!

Он вздрогнул — и встретился со смеющимися глазами Виктора.

— Куда это они направились?

Виктор выгнул бровь:

— А это важно?

— Лейла — существо, запрещенное Комиссией. Выйдя из тоннелей, она окажется в страшной опасности.

— Ну и что? Это избавит тебя от хлопот… О, дерьмо! — Смех Виктора сменился холодной яростью: Тейн схватил его за шею и впечатал в стену темницы. — Если у тебя нет непреодолимой тяги к могиле, советую меня отпустить!

Тейн редко совершал глупости. Он усвоил жестокий урок и не позволял эмоциям взять верх над рассудком. До появления Лейлы. Теперь у него возникла губительная привычка стремительно принимать одно неудачное решение за другим. Очень жаль, что он совершенно ничего не может с этим поделать.

— Она моя! — прошипел он, неохотно отпуская древнего вампира.

Виктор разгладил шелковую рубашку, безуспешно пытаясь скрыть за улыбкой ярость.

— Сомневаюсь, что оракулы с этим согласятся.

— С ними я разберусь позже.

Виктор скрестил руки на груди и задумался.

— Что происходит, Тейн? — наконец спросил он. — У тебя репутация безжалостного подонка, который исполняет долг и снова исчезает в своем тайном логове. Как Бэтмен, только без зловещего дворецкого.

Тейн ответил не сразу. Ему не хотелось делиться своими откровениями, но было невозможно заручиться поддержкой Виктора, не давая никакого объяснения происходящему.

— Ты поверишь, если я скажу, что руководствуюсь предчувствием? — сказал он наконец.

— Да, — согласился тот неожиданно искренне. — Давай пойдем куда-нибудь, где можно удобнее устроиться.

Виктор направился к двери темницы. Каблуки его итальянских кожаных туфель негромко постукивали по каменному полу. Тейн предпочитал бесшумность дорогой коже. Он догнал главу клана и начал восхождение по узкой лестнице, ведущей в особняк.

— Лейла! — хрипло напомнил он.

— С Джульеттой она будет в безопасности, — пообещал Виктор с небрежностью, которая заставила Тейна стиснуть зубы.

Этот вампир должен благодарить судьбу за то, что нужен Тейну!

— Не будет, если половина лондонских демонов начнут на нее охоту.

— Не тревожься. — Улыбка Виктора была полна уверенности и самодовольства. — У моей спутницы коллекция магических артефактов, которой даже в Лувре было бы тесно. Среди ее запасов найдется сотня амулетов, талисманов и кристаллов, которые спрячут Лейлу от пронырливых демонов.

Они прошли по черно-белому холлу великолепного особняка в стиле классицизма и поднялись по парадной лестнице с позолоченными перилами. Оттуда Виктор провел его в мраморный зал, заполненный бесценным собранием древнегреческих статуй, расставленных в неглубоких нишах. Сводчатый потолок зала был украшен фресками, изображавшими воинственных ангелов, сражающихся с ордой демонов. Тейн и Виктор вошли в парадную гостиную.

Высокие стены были затянуты малиновым шелком, глубокий цвет которого повторялся в обивке старинной английской мебели и тяжелых бархатных занавесках, которые были раздвинуты, демонстрируя ряд стрельчатых окон, выходящих в сад.

На такие помпезные, претенциозные, музейные помещения у Тейна была настоящая аллергия. Хотя он не помнил себя обычным человеком, он сохранил свойственное его народу предпочтение жизни среди природы.

Подойдя к массивному буфету, Виктор открыл резную дверцу, за которой оказался мини-холодильник. Зазвенел хрусталь, и Виктор вручил Тейну бокал свежей крови.

— Держи.

Тейн поморщился:

— Мне не надо…

— Я знаю, что тебе надо, — прервал его Виктор безапелляционным тоном, — но пока ты удовлетворишься этим. Расскажи, как ты столкнулся с джинном-полукровкой.

Тейн кратко пересказал события, в результате которых начал преследовать Лейлу, отчаянно пытавшуюся от него скрыться, и в конце концов оказался в Лондоне.

Виктор выслушал его молча, с непроницаемым лицом.

— Значит, она дважды была у тебя в руках и ты не сопроводил ее к оракулам? Рискованно!

Тейн поморщился и одним глотком осушил бокал, моментально ощутив прилив силы, хотя кровь и была безвкусной.

Ему хотелось крови только одного существа.

— Это уже несколько дней назад перестало быть игрой.

Виктор кивнул. Было ли это знаком понимания или сочувствия? Понять было невозможно.

— А что подсказывает тебе интуиция? — поинтересовался он.

— Она что-то скрывает, — признался Тейн.

— Что-то?

— Младенца.

Виктор впервые выказал признаки удивления:

— Своего?

— Нет. — Тейн досадливо хмыкнул. — Но это единственное, в чем я уверен.

Виктор взял у него бокал и снова отошел к буфету, а когда повернулся, в руках у него оказалось два стакана с виски. Он протянул Тейну один из них.

— А какой интерес для тебя представляет этот ребенок?

Тейн отправил отличное ирландское виски себе в глотку, наслаждаясь тем, как жидкость обжигает внутренности.

— Лейла готова была отдать свою жизнь, чтобы уберечь этого младенца. Я хочу понять почему.

Виктор пристально посмотрел на него.

— Тейн, а ты уверен, что не придумываешь причины для того, чтобы оставить Лейлу при себе, вместо того чтобы отдать на суд Комиссии?

Тейн отошел к окну и устремил взгляд в сад, окутанный серебряным туманом. Такое вторжение в его личные дела вызывало в нем острое раздражение.

Он не был обязан что-либо объяснять: его Анассо был Стикс, — также Тейн допускал, что его раздражает правота Виктора.

— Я не уверен ни в чем, кроме того, что эта женщина меня завораживает, — проворчал он. — Но я чувствую…

— Что?

— Я чувствую, что этот младенец важен. — Он устремил на своего собеседника непреклонный взгляд. — И Лейла тоже.

Глава 7

У Лейлы еще никогда не было подруги, даже когда она жила под крылом приемной матери. Необходимость скрываться всегда оказывалась важнее мучительной потребности в дружеском общении. Одиночество было той ценой, которую она платила за свободу.

И вот теперь она чувствовала себя… как бы это удачнее выразить?.. огорошенной. Да, это слово прекрасно описывало те ощущения, которые она испытывала, когда Джульетта втащила ее в огромную гостевую комнату, выдержанную в кремовом и светло-сиреневом тонах. Не дав гостье сказать и слова, она повесила ей на шею амулет маскировки и завела в такую ванную комнату, о которой только может мечтать женщина.

Глубокая мраморная ванна размером с Род-Айленд располагалась в самом центре комнаты и уже была наполнена горячей водой. Шеренги бутылочек с маслами, гелями, шампунями и солями были выставлены на стеклянных полках, а зажженные свечи наполняли помещение мягким ароматом ванили.

Оставшись одна, Лейла поддалась соблазну и погрузилась в воду, смывая с себя грязь и напряжение последних дней. Из воды она вышла после того, как ее кожа покрылась морщинками словно у старушки. А зачем было спешить? Амулет скроет ее присутствие даже от самых упорных демонов.

Когда она наконец вернулась в спальню, то обнаружила, что на кровати выложены чистые джинсы, красивая желтая кофточка, кружевное нижнее белье и даже теннисные туфли.

Изумленно покачав головой, она оделась и провела щеткой по колючим огненным волосам. Лейла совершенно не знала, чего ждать, когда Тейн привел ее сюда, в логово главы лондонского клана, но уж явно не того, что с ней будут обращаться как с желанной гостьей.

В дверь постучали.

— Что-нибудь еще, Лейла? — поинтересовалась Джульетта.

Улыбнувшись, Лейла открыла дверь и поспешно посторонилась, когда крошечная женщина стремительно шагнула через порог с серебряным подносом в руках и поставила его на столик вишневого дерева.

— Нет. По-моему, вы все продумали, — настороженно произнесла Лейла.

— Извини, — рассмеялась Джульетта, деловито сервируя стол. Перед Лейлой возникла тарелка с сандвичами, лепешками, сливки и… немецкий шоколадный торт! — У меня так редко бывают посетители, которые появились не для того, чтобы лизать Виктору зад или пытаться его убить, что я уже забыла, как надо вести себя с нормальными гостями!

Лейла фыркнула и закрыла дверь в коридор.

— Увы, я тоже не образец нормальности.

— Неудачно выбрала слово. — Джульетта налила две чашки чаю. — А ты знаешь, что я полукровка? Ведьма и бес… или бес и ведьма, в зависимости от того, кого именно мне надо шокировать.

Привлеченная дружелюбной болтовней собеседницы и, конечно же, соблазнительным тортом, Лейла прошла через комнату и присоединилась к Джульетте в эркере, выходившем на большой парк.

— По-моему, скорее уж я тебя шокирую.

— Это точно. Надеюсь, ты… — Джульетта неожиданно замолчала и устремила на Лейлу изумленно округлившиеся глаза. — Проклятие!

— В чем дело? — Лейла подняла руку и провела ладонью по своей щеке. — У меня что-то на лице?

Джульетта тряхнула головой.

— У тебя есть в Лондоне родственники?

У Лейлы сильнее забилось сердце. Неужели она проделала такой путь не напрасно?!

— Я здесь именно для того, чтобы это выяснить. Леве сказал, что сталкивался в Лондоне с каким-то джинном. О! — Лейла виновато поморщилась, запоздало сообразив, что с утра даже ни разу не вспомнила про беднягу демона. — А где горгулья?

— Охотится. — Джульетта содрогнулась. — Лучше не спрашивай.

Убедившись в том, что у Леве все благополучно, Лейла снова вернулась к причине своего появления в Лондоне.

— Так ты что-то знаешь про того джинна?

Джульетта кашлянула и, резко повернувшись, начала ходить по комнате в явном смятении.

— Боюсь, что знаю. Кажется, это было двести лет назад, а может, чуть раньше, — проговорила Джульетта, не поворачиваясь к Лейле лицом. — Это было до того, как я стала спутницей Виктора, хотя он уже испытывал ко мне влечение.

— Видимо, это типично для всех вампиров, — проворчала Лейла, стараясь не обращать внимания на боль, пронзавшую ей сердце. Она изо всех сил старалась не вспоминать о той необузданной, лихорадочной близости, которую разделила с Тейном. Действительно, о чем тут было думать? Он потряс ее мир. Проклятие! Он просто забросил ее на невероятные высоты! А теперь снова стал ее врагом.

Вот и все.

— Да, — охотно согласилась Джульетта. — Тем не менее Леве без разрешения поселился у моего бывшего господина и стал одним из немногих моих друзей. Поэтому, когда его похитили, я бросилась на его поиски. Но я и предположить не могла, что он нарвался на джинна. В таком случае я бы хорошенько подумала, прежде чем его выручать.

— Так ты сама знакома с тем джинном?

— Не совсем. — Джульетта со вздохом повернула к Лейле опечаленное лицо. — Честно говоря, он просто хотел меня убить.

— Это был мужчина? — Лейла подалась вперед. Трудно было поверить в то, что она наконец сможет узнать правду о своем прошлом. Ведь она ждала этого так долго! — Ты в этом уверена?

— Совершенно уверена.

Вот как. Джинновскую кровь она получила по отцовской линии. Это уже зацепка.

— Но ты не знаешь, почему он оказался в Лондоне?

— Увы. — Джульетта развела руки. — Я знаю лишь то, что он был прекрасен, страшен и настолько силен, что запросто убил бы меня, а уж тем более Леве и Виктора.

Лейла разочарованно вздохнула. Она надеялась, что за словами Леве о встрече с джинном скрывалось нечто большее, нежели короткая стычка.

— Проклятие!

— Лейла…

— М-м?

Погруженная в свои размышления, Лейла очнулась, лишь когда Джульетта положила руку ей на плечо.

— Это нелегко сказать, но я убила его, — тихо призналась Джульетта. — Мне так жаль!

Лейла вскрикнула от изумления: как эта хрупкая ведьма смогла пережить столкновение с сильным джинном, не говоря уже о том, чтобы… убить?

— Это ты его убила?

Джульетта с несчастным видом ответила:

— Клянусь, это была самозащита!

Лейла схватила Джульетту за руку и бережно сжала ее пальцы.

— Тебе ничего не надо мне объяснять, Джульетта, — заверила она свою собеседницу. — Я достаточно читала, чтобы знать: чистокровные джинны — это лживые аморальные существа, которые преданы только собственным интересам.

Глаза Джульетты были полны печали и сожаления:

— Это не имеет значения, раз он был твоим родственником.

Лейла пожала плечами: она не могла точно определить, что именно сейчас чувствует. Конечно, можно было бы убедить себя, что тот джинн был ее отцом и теперь ее поиски завершены. Она могла думать, что смерть стала причиной ее сиротства. Однако Лейла и сама была демоном, успела немало повидать и испытать и понимала, что волшебные сказки нужны только простофилям.

— Наверное, был, раз я достаточно на него похожа, чтобы ты это заметила, — сказала она.

— О нет! — удивленно заморгала Джульетта. — С виду ты совсем не похожа на того джинна. Ну может, только чуть-чуть, носом и губами. Но ты могла бы оказаться дочерью леди Хавасси. — Ее взгляд скользнул по бледному лицу Лейлы. — Сходство просто поразительное.

На мгновение Лейла онемела. Она настолько сосредоточилась на поиске сведений о джинне, что даже не думала о возможности обнаружить в Лондоне других родственников.

— А кто такая леди Хавасси? — с трудом выдавила она наконец.

— Местная вампирша с отвратительным характером и большой антипатией к Виктору. — Джульетта поморщилась: леди Хавасси явно не вызывала у нее ни малейшей симпатии. — К счастью, она редко выходит из своего дома, который расположен неподалеку от Букингемского дворца.

— Вампирша… — Лейла озадаченно нахмурилась. — Но они же не могут иметь детей, так ведь?

— Да. Но до обращения они люди, — напомнила ей Джульетта. — А у людей есть семьи.

— Но тогда я была бы смертной.

— А что, если она сошлась с джинном, когда была человеком, а после твоего рождения стала вампиром?

Лейла даже не задумывалась о том, что один из ее родителей мог оказаться смертным просто по причине наличия несвойственных джиннам способностей.

Она нервно пригладила влажные волосы. Она явилась в Лондон за ответами, но пока нашла только новые вопросы.

Словно почувствовав досаду Лейлы, Джульетта поспешно взмахнула рукой. По изысканным движениям легко угадывалось ее нечеловеческое происхождение.

— Это может быть и простым совпадением, — заверила она Лейлу. — Считается же, что у каждого из нас где-то есть двойник, правда?

Лейла кивнула, хотя слова Джульетты ее нисколько не убедили.

— Наверное.

Дверь распахнулась, врезавшись в стену так громко, что обе женщины вздрогнули. В это же мгновение в комнату проковылял крошечный горгулья, на уродливой мордочке было глубочайшее отвращение.

— Туман, туман, туман. С кем горгулье надо переспать, чтобы выбраться с этого размокшего острова? — посетовал он. Тут его взгляд упал на стоящую у окна Лейлу, и его глаза округлились. — Ма шери, с тобой все в порядке?

— Меня больше волнует, как ты, — отозвалась Лейла, испытывая чувство вины за то, что буквально насильно заставила маленького демона совершить путешествие в Лондон. — Мне очень стыдно. Я не думала, что, путешествуя по туманам, ты отключишься.

— Отключусь? — фыркнул Леве, возмущенно дергая крыльями. — Чепуха! Я просто немного подремал. Роль рыцаря без страха и упрека весьма утомляет.

— Ну конечно, — тут же согласилась с ним Лейла.

Леве наклонил голову и принюхался.

— Торт. Я чую торт!

Быстро миновав женщин, горгулья принялся уплетать еду, остававшуюся на подносе, игнорируя безуспешную попытку Джульетты спасти для Лейлы хоть кусочек торта.

Радуясь, что внимание этих двоих отвлечено, Лейла отошла к дальней стене комнаты и рассеянно задержалась у мраморного камина, уставленного бесценными яйцами Фаберже.

Похоже, в отношении джинна она зашла в тупик. По крайней мере она не сможет идти дальше, пока ей не удастся обнаружить в Лондоне кого-то, кому двести лет назад удалось поговорить с этим неуловимым существом.

А вот вампирша…

По словам Джульетты, они оказались удивительно похожими друг на друга. Неужели это не говорит о каком-то родстве? Лейла не верила в совпадения.

От размышлений ее отвлекло осторожное прикосновение Джульетты, незаметно подошедшей к ней. На ее лице читалась тревога.

— Лейла, с тобой все в порядке?

Лейла ответила не сразу. Джульетта ей успела понравиться. Если на то пошло, она уже считала хозяйку дома своей подругой.

Своей единственной подругой. Ужасно.

Однако потребность узнать, откуда она родом, кем были ее родители и почему ее бросили, превратилась для нее в настоящую одержимость.

— По правде говоря, у меня голова разболелась, — сказала она с натянутой улыбкой, презирая себя за эту ложь. — У тебя, случайно, не найдется аспирина?

Джульетту явно удивила эта поспешная отговорка: демонам, даже полукровкам, обычно не свойственны обычные человеческие недомогания, — однако она быстро справилась со своим недоумением и успокаивающе похлопала Лейлу по плечу.

— У меня есть целебный кристалл, который тебе поможет гораздо быстрее.

— Это было бы здорово.

— Сейчас вернусь.

Лейла проводила взглядом поспешно уходящую Джульетту, а потом бросилась в ванную, где оставила громадную толстовку Тейна. Боги, каким же ничтожеством она себя ощущала! У Джульетты будут все основания счесть ее опасным, непредсказуемым животным, которое следует держать взаперти.

Это было обычной реакцией на то, что Лейла являлась наполовину джинном.

А Джульетта была добра, приветлива и…

— Гм… Лейла? — Она обернулась и увидела, что в дверях ванной комнаты стоит Леве. — Куда ты собралась?

Она закатала чересчур длинные рукава и быстро прошла к окну.

— Попробую отыскать дорогую мамочку.

— Ты уходишь?

— Знаю… мне ужасно стыдно. — Она распахнула окно, забралась на табуретку и перекинула ногу через подоконник. — Пожалуйста, передай Джульетте, что мне очень жаль.

Леве бросился к ней, задержавшись только для того, чтобы схватить один из маскирующих амулетов, которые Джульетта оставила на столике.

— Мон дье! Подожди меня.

Лейла была тронута, и ей стало очень неловко.

Хотя предложенная этим демоном помощь очень приятна, нельзя допустить, чтобы он таскался с ней, привлекая к ним обоим ненужное внимание.

— Я ценю твою заботу, но тебе не стоит ходить за мной.

— У тебя что, крыша поехала? — удивился Леве, забираясь к ней на подоконник.

— Извини, не поняла?

— Я не намерен оказаться рядом с Хароном, когда он обнаружит, что его пленница сбежала!

— Тут ты прав. — Она поморщилась. Тейн придет в ярость, когда обнаружит, что она ускользнула. Снова. — Наверное, нам стоит поторопиться.

Нижние кухни лондонского особняка, необходимые для приготовления зелий и заклинаний, уже очень давно были в распоряжении Сергея.

Сама Марика редко появлялась в этих огромных помещениях с нацарапанными на каменных стенах иероглифами и свисавшими с потолка сушеными растениями. В каменном полу был вырублен круг, в котором стоял деревянный алтарь с древней книгой, при виде которой Марика содрогалась от отвращения.

Как и все вампиры, она ненавидела магию. Почти так же сильно, как и тех, кто эту магию создавал. И то, что ей приходилось полагаться на одного из магов для того, чтобы прийти к своему триумфальному будущему, только увеличивало ее и без того сильное раздражение.

Сорвав с себя шляпку с вуалеткой, которую надевала с нарядом от Валентино для похода в оперу, она швырнула ее в сторону, позволив тяжелым локонам рассыпаться по ее плечам.

Вечер начинался так многообещающе!

Она пообедала двумя нежными лесными духами, которые случайно забрели в Грин-парк, закусив чудесным турецким бизнесменом в «Ковент-Гардене». Оттуда она отправилась в Королевскую оперу, где ее появление в личной ложе вызвало обычный ажиотаж.

А потом, во время второго акта «Травиаты», один из ее многочисленных прихлебателей явился к ней в ложу и прошептал на ухо, будто ходят слухи о том, что в Лондоне появился джинн.

Ее губы искривились от ярости. Слухи оказались правдивыми. Она моментально смогла почуять оставшийся в тоннелях женский запах. Однако опоздала: джинн исчез, будто растворившись в воздухе.

Стоявший за столом, заваленным множеством мерзких ингредиентов, Сергей нахмурил брови, обнаружив ее появление.

— Ты ее нашла? — спросил он.

— А что, похоже, да? — Она резко раскинула руки. — Идиот!

Маг скинул с плеч защитную мантию, под которой обнаружился элегантный серый костюм.

— Ты сказала, что прошлым вечером чуяли джинна, — проговорил он и, подойдя, остановился прямо напротив Марики. Это было очень неуместно и даже опасно, особенно если учесть ее гадкое настроение. Марика ведь имела привычку рвать глотку по любому малейшему поводу. — Она не могла исчезнуть настолько быстро. Или, может быть…

Она угрожающе прищурилась:

— Может быть — что?

— Может быть, это не тот джинн, который нам нужен. — Он поморщился. — Либо способности джинна гораздо сильнее, чем мы раньше предполагали.

— Уж ты-то должен быть близко знаком с разнообразными талантами этой женщины, если вспомнить, сколько времени ты держал ее у себя в заложницах! — прошипела Марика.

— Я держал ее запертой в железной камере, заглушавшей способности. — Он быстро обернулся, будто выискивая невидимого наблюдателя, тряхнул головой и снова встретил ледяной взгляд Марики. — Кроме того, в течение следующих лет пятисот она будет продолжать набирать силу.

Обжигающе холодный порыв энергии пронесся по кухне, растрепав седые волосы Сергея и сбросив с полок глиняные миски и медные котелки.

Марика потратила долгие годы на поиски этой сучки и младенца, которого она прячет. Она просто обязана заполучить те силы и могущество, которые принадлежат ей по праву.

И вот теперь, когда ее раздразнили ее запахом, она снова потерпела неудачу.

Жажда крови достигла лихорадочных высот.

— Если только она останется в живых! — зарычала она.

Сергей поднял руку, словно собираясь прикоснуться к ней, но поспешно отступил при виде вытянувшихся на полную длину клыков.

— Марика, не забывай, что она нужна нам живой! — Он попытался успокоить разъяренную вампиршу. — По крайней мере до тех пор, пока к нам в руки не попадет этот ребенок.

Она взмахнула рукой, и связки сушеных растений рассыпались пылью.

— Не учи меня!

Потеря редких ингредиентов заставила Сергея недовольно поджать губы, но инстинкт самосохранения не позволил высказать свои возражения.

— Я просто хотел бы предотвратить возможные ошибки, о которых ты потом пожалеешь.

— Пожалею? — Марика сомкнула пальцы на его шее, и его лицо побагровело. — Больше всего я жалею о том, что остановила свой выбор на маге-предателе, который то и дело меня обманывал.

Сергей захрипел, а его голубые глаза потемнели от боли и бессильной ярости.

— Если ты меня отпустишь, я могу попытаться увидеть эту женщину с помощью магического зеркала! — с трудом выдавил он.

— Ты уже пытался, но ничего не добился.

— Она явно лишилась защитного полога, скрывавшего ее от нас. — Сергей говорил с огромным трудом, по воздуху разливалась аура страха. Вкусно! Ужас будил в ней аппетит, как ничто другое. — Возможно, мне удастся хотя бы обнаружить след, который приведет нас к ней.

Слова мага отвлекли Марику, и она отшвырнула его в сторону. Необузданная ярость превратилась в любопытство.

— Да, — медленно проговорила она. — Почему спустя столько времени она вдруг стала такой неосторожной?

Сергей выпрямился и инстинктивно разгладил свой черный шелковый галстук.

— Наверное, главный вопрос в том, что именно привело ее в Лондон.

Марика усмехнулась. Кровь лесных духов, которую она высосала недавно, все еще кипела в ее жилах словно шампанское.

— Ах, бедняга Сергей! — Она прищелкнула языком. — Ты боишься, что она вошла в полную силу и решила отомстить тому магу, который утащил ее из Саннибрука и держал в клетке словно зверя?

Он снова оглянулся на темный угол и нервно потер затылок.

— Она никак не могла бы узнать о том, что я здесь. Я скрывал свой запах, пока она находилась на моем попечении.

— На твоем попечении? — саркастически переспросила она. — Сомневаюсь, чтобы она добром вспоминала твое гостеприимство.

Сергей беспокойно дернулся и снова устремил взгляд на Марику.

— Я всегда окутывал себя иллюзиями, она не сможет узнать меня.

Вампирша подняла руку и начала перебирать безупречные жемчужины своего ожерелья.

— Но что-то привело ее в Лондон.

Маг внезапно напрягся.

— Но ты же не думаешь…

— Что?

— Что ее может звать Кейта?

— Лейла! — выдохнула Марика. — Эту женщину так зовут?

— Откуда мне знать? — Он равнодушно взмахнул рукой. — Я не интересовался.

— Что за идиот! — прорычала она, снова испытывая острое желание полностью высушить этого дурня.

Мало того что из-за жадности Сергея ее планы по возвращению Темного Властелина пришлось отложить, так еще и из-за его жестокого обращения с этой полукровкой он пойдет на все, лишь бы его не нашли.

— Связь Кейты с этой девицей просто поражает, — поспешно сказал он, стараясь отвлечь внимание Марики.

— Да, — согласилась та. Она узнала об экстрасенсорной связи Кейты с ее ребенком с того момента, как это чадушко появилось на свет. К сожалению, для Марики их общение было недоступно, несмотря на то что ее собственная связь с Кейтой сохранилась. — И это единственная причина, по которой моя дражайшая сестра продолжает дышать.

— Если она решила, что ее дочери угрожает опасность, то могла набрать достаточно силы, чтобы сбросить удерживающие ее заклятия, — отметил Сергей и раздраженно нахмурился, когда Марика вдруг запрокинула голову и радостно расхохоталась. — Я сказал что-то смешное?

— Я наслаждалась иронией.

— Иронией?

— Кейта вытерпела столетия пыток, чтобы защитить свою драгоценную дочку. — Предвкушение собственного триумфа согревало ее холодное мертвое сердце. Столько предвестников: пробуждение Кейты, запах джинна, беспокойство в мире демонов. — Это будет большой удачей, если Кейта приведет к нам свое дитя!

— Было бы еще удачнее, если бы ребенок оказался с этой женщиной, — пробормотал Сергей.

— Это не имеет значения. Как только она окажется у меня в руках, то откроет место, где спрятано дитя. Я могу быть… — Она бросила взгляд на свои длинные ногти, покрытые лаком цвета густой крови. — …очень убедительной.

Сергей поморщился, вспомнив, что эти ногти могут творить с нежной плотью. Чуть содрогнувшись, он направился через комнату к запертому шкафчику со множеством вырезанных на дверце знаков.

Проведя ладонью над тяжелым старомодным замком, он забормотал слова, от которых у Марики по коже побежали мурашки.

— Что ты делаешь? — зарычала она.

Маг прекрасно знал, как она ненавидит, когда в ее присутствии творят чары!

— Мне нужен кусочек этой женщины. — Открыв шкафчик, он извлек из него маленькую шкатулку кедрового дерева. Откинув крышку, достал оттуда огненную прядь, срезанную с головы полукровки, пока она была его пленницей. — Этого должно хватить для простого поискового заклинания.

Самонадеянный подонок.

Резко повернувшись, Марика первой направилась ко входу в нижний подвал. Она пыталась успокоить свое раздражение мыслью о том, что ждать осталось совсем недолго: как только племянница будет в ее руках, необходимость в Сергее тут же отпадет.

Она намеревалась насладиться его медленной и болезненной смертью за бутылкой «Шато Марго» урожая 1787 года, которую припрятала в своем логове.

Они молча спустились по узкой лестнице и прошли через подвал к расположенному в его дальнем конце помещению. Марика обошла алтарь стороной и остановилась у неглубокой впадины в полу.

Подойдя следом за ней, Сергей наклонился, бросил в углубление прядь и стал наблюдать, как волосы плывут по поверхности воды.

Он начал делать свои обычные пассы руками и бормотать заклинания. Его красивое лицо сосредоточенно застыло, а седые волосы разметались над плечами, шевелясь в потоках окружающей его силы.

Несомненно, такое зрелище чертовски впечатляло русских царей, содержавших Сергея в роскоши до того, как Марика решила, что ей нужны его услуги. Марику не слишком впечатляли его пассы: все, чего она хотела, — это поскорее узнать, где скрывается джинн-полукровка.

— Ну?.. — нетерпеливо спросила она.

Сергей выпрямился с довольной улыбкой.

— Твоя племянница была здесь. Недавно.

Марика стиснула кулаки с такой силой, что ногти впились ей в ладони и кровь закапала на каменный пол.

Рядом! Так близко!

— Где она сейчас?

Сергей пожал плечами и указал на водную гладь.

— Вот ее последнее местонахождение.

Марика подалась ближе, внимательно изучая изображение, возникшее на поверхности. Ей понадобилось всего мгновение для того, чтобы узнать катакомбы.

— Логово Виктора!

Сергей выругался и побледнел. Все существа мира демонов знали, что легче вырваться из глубин ада, нежели из темницы главы клана.

— Это совершенно бессмысленно, — прохрипел он. — Зачем ей было искать встречи с вампиром?

Марика пожала плечами и направилась к двери.

— Скорее всего это Виктор заметил, что на его территорию вторгся джинн, и принял меры, чтобы ее захватить. Это объясняет и то, почему я так быстро потеряла ее след.

Сергей с трудом поспевал за ней.

— Что ты намерена делать?

Марика ворвалась в верхнюю часть подвала и остановилась у двери, скрытой за заклинанием иллюзии. Не только Виктор перемещался по городу при помощи тайных тоннелей.

— Есть только один способ выяснить, находится ли эта женщина в руках нашего горячо любимого предводителя.

— А если она у него?

Она адресовала своему спутнику холодную улыбку:

— Тогда ты позаботишься о ее возвращении в мои руки.

И без того бледное лицо Сергея стало пепельно-серым.

— Вот дерьмо!

Глава 8

Лейла вышла из-за лестницы, как только страшный маг и еще более страшная вампирша исчезли за дверью.

Остановившись в центре сырого подвала, она рассеянно потерла ноющие виски и с горькой иронией подумала, что сегодня у нее вечер потрясений.

Сначала Лейлу поразило сходство с элегантной вампиршей, за которой она проследовала в особняк. Джульетта не преувеличила: они были похожи как две капли воды, если не считать длинных темных волос, смертоносных клыков и отвратительного характера женщины.

Следующим потрясением было узнать в спутнике Марики своего давнего пленителя. Лейле потребовалось все самообладание, чтобы не вырвать его сердца прямо из груди.

Лейла вздрогнула, стараясь сосредоточиться на том, что ей удалось выяснить. Однако ее мысли постоянно сбивались: ее отвлекал тихий зов. Кто-то звал ее по имени. Все силы ада! Откуда идет этот зов?

Почти не видя ничего вокруг себя, она направилась к тому помещению, откуда так недавно ушли вампирша и маг.

— Лейла, знаешь, есть такая забавная поговорка: «Уходя, уходи»? — пробормотал Леве, поспешно ковыляя следом за ней. — По-моему, сейчас она очень к месту.

— Неужели ты этого не слышишь? — Лейла поморщилась: войдя в следующую часть подвала, она прежде всего увидела алтарь, занимавший в этом затхлом помещении центральное место. Кажется, это пятна крови?

Она обогнула отвратительный предмет, продолжая слышать настойчивый зов.

— А что я должен слышать?

Лейла нахмурилась. Значит, либо она сходит с ума, либо кто-то пытается установить с ней мысленный контакт.

Оба варианта совершенно не радовали.

— Кто-то зовет меня по имени.

Хвост Леве начал извиваться и дергаться, демонстрируя его растущее беспокойство.

— На основе собственного болезненного опыта я могу сказать, что слышать голоса в своей голове всегда плохо.

Проигнорировав это предостережение, она медленно шагнула к нише с водой, которая испускала странное сияние.

— Мне надо понять.

Леве тяжело прошагал к ней и встал рядом.

— Конечно, надо.

— Лейла, — проворковал голос. — Моя красавица Лейла!

Остановившись у водной глади, Лейла устремила взгляд на неподвижную воду — и отшатнулась при виде изображения женщины, лежащей на кровати в какой-то темной камере. На одно мгновение ей показалось, что это Марика. Что было вполне понятно: они были точными копиями друг друга. Вдруг женщина открыла глаза: они были темными и теплыми, полными ярких эмоций.

— Кто ты? — прошептала Лейла, не обращая внимания на мрачное предупреждение Леве относительно разговоров с незнакомыми женщинами, магически появившимися в воде.

— Кейта, — ответила женщина. Ее губы пришли в движение, а голос покинул голову Лейлы и заполнил пещеру. — Твоя мать.

Мать.

Лейла судорожно облизала губы. Сердце ее отчаянно колотилось о ребра. Она представляла себе множество различных сценариев встречи со своей родной матерью — но такой ей и в голову не приходил.

— Что с тобой случилось? — хрипло спросила она. — Ты в плену?

— Это не важно. Ты должна меня выслушать.

— Я могу тебе помочь?

— Нет. — Кейта отчаянно замотала головой. — Ты должна беречь дитя.

— Дитя? — взвизгнул Леве. — Какое дитя?

Лейла махнула горгулье рукой, требуя молчания.

— Он в безопасности, даю тебе слово. А вот ты…

— Моя судьба не имеет значения! — возразила женщина.

Лейла опустилась на колени рядом с водной гладью.

— Для меня — имеет.

— Ах, милая моя доченька! — Лицо Кейты смягчилось, и Лейла почувствовала тепло, исходящее от ее незнакомой матери. — С той самой минуты, когда я взяла тебя на руки, я поняла, что тебе суждено стать великой.

Ну да, как же!

Лейла хоть и была доверчивой, но глупой себя никогда не считала.

— Тогда почему ты меня бросила?

В темных глазах отразилось горе.

— Я этого не делала, дорогая. У меня сердце рвалось на части, когда мне пришлось оставить тебя у Садиры.

Лейла нахмурила брови. Садирой звали ее приемную мать, добродушную ведьму с неаккуратной копной седых волос и круглым лицом.

Только ей Лейла полностью доверяла. Она не могла поверить, что Садира лгала ей все это время.

— Откуда ты знаешь Садиру?

— Мы с детства были лучшими подругами, когда еще жили у себя на родине.

Лейла не знала и не хотела знать, что это была за «родина». Ее больше интересовало, почему родная мать оставила ее.

— Но… — Лейла вынуждена была прокашляться, — она говорила мне, что нашла меня брошенной в лондонском канализационном коллекторе и ничего не знала про меня или моих родителей.

— Знаю. И мне очень жаль, — отозвалась женщина с глубоким раскаянием. — Я заставила ее поклясться, что она никогда ничего не расскажет тебе о твоем прошлом.

— Почему?

— Я не могла допустить, чтобы ты отправилась меня разыскивать. Я не могла позволить Марике и ее ручному магу использовать тебя для того, чтобы привести в мир зло.

Лейлу пронзила боль. Она привыкла, что ее считают монстром, но это все еще довлело над ней.

— Я не делаю зла!

— Ну конечно, нет. Любой может почувствовать, что у тебя чистое сердце! — запротестовала мать. — Но ты одарена способностью входить в туманы.

— О! — Тут на нее снизошло озарение. — Младенец!

— Да.

Лейлу захлестнула целая буря эмоций: страх, одержимость, материнский инстинкт и желание оберегать.

— Но он невинен. Клянусь тебе!

— В нем кровь Темного Властелина.

Ох… дерьмо.

— Его сын?

— Его сосуд.

Леве подался вперед:

— Сосуд? Ты уверена?

Лейла бросила на него взгляд, полный подозрения.

— Ты что-то знаешь?

— Знаю, что никому не захочется стать сосудом злобного бога, — озвучил очевидное горгулья. — Очень портит карму.

Лейла упрямо вскинула голову.

Ей не было дела до того, какая кровь может течь в жилах ее малыша. Или до того, для чего его создали.

Она готова убивать ради его безопасности.

— Младенец опутан чарами, но я отказываюсь поверить в то, что он принадлежит злу, — сказала она. — Я ощущаю его чистоту.

Кейта чуть замялась, словно явная тревога Лейлы за ребенка ее обеспокоила.

— В нем нет зла… только пустота.

— Не понимаю.

— Он создан магическим путем и заполнен чужой душой.

Лейла проглотила протестующий возглас. Она не намерена делиться своими сведениями об этом ребенке.

Ни с кем.

Вместо этого она спросила:

— Душой Темного Властелина?

— Да. — Несмотря на невидимые путы, удерживавшие Кейту, она содрогнулась от отвращения и ужаса. — Это будет подлинное перерождение, которое разорвет в клочья завесы между мирами и позволит аду вырваться наружу.

— Мон дье! — Леве ткнул Лейлу в ногу. — Мне особенно не нравится вырвавшийся наружу ад. Лейла, ты должна что-то предпринять.

— Я этим занимаюсь. — Она не сводила глаз с изображения своей матери. Боги! Она всегда чувствовала, что этот ребенок важен. Возможно, даже опасен. Однако не подозревала, что в нем спрятан грядущий Апокалипсис. — Что я могу сделать?

Женщина смотрела на Лейлу с таким отчаянием, что оно ощущалось почти физически.

— Ты должна не допустить, чтобы ребенок попал Марике в руки! — сказала она, яростно сверкнув глазами. — Она использует его в своих мерзких целях.

— Право, Кейта! Разве можно так говорить про свою единственную сестру?

Холодный, пугающе знакомый голос разнесся по подвалу.

Лейла поспешно вскочила и повернулась к вампирше. Пройдя через комнату, та всмотрелась в воду.

— Лейла! — вскрикнула Кейта.

С ужасающим смехом Марика носком модной туфельки от Маноло размешала воду, растворяя изображение Кейты.

— Пока, милая сестрица.

Послышались шаги — и Лейла увидела, что к вампирше неспешно шагает маг. Она едва смогла справиться со своей ненавистью и успокоить дыхание.

Этот ублюдок посадил ее в клетку словно животное и заставил войти в замерзшую сибирскую пещеру, нисколько не задумываясь о том, не убьет ли ее заклинание, защищающее вход.

К счастью, охвативший ее жуткий страх пересилил нелепое желание немедленно отомстить мужчине, причинившему ей столько страданий.

— Я же сказал тебе, что почуял крысу, которая подглядывала за нами из темноты, — проговорил Сергей, задержав взгляд блекло-голубых глаз на стоявшем рядом с Лейлой Леве.

— Крысу? — возмутился Леве. — Сакреблё! Да я превращу тебя в…

Лейла поспешно ухватила своего спутника за нежное крыло, пытаясь удержать от необдуманных поступков.

— Леве, не надо!

В смехе Сергея звучало жестокое веселье.

— Он был изначально таким, или ты решила его уменьшить?

— Полно, Сергей! Невежливо смеяться над гостями. — Марика шагнула вперед, сверкнув жемчужно-белыми клыками. — Я так долго ждала этой встречи с родственниками!

Лейла поморщилась.

Она не могла поверить, что когда-то страстно желала найти родственников.

— Не подходи ко мне.

Марика и не подумала остановиться. Подойдя вплотную, она провела кроваво-красным ногтем по щеке Лейлы, оставив кровавую полосу.

— Но ты ведь не боишься своей тетушки?

Лейлу сковал ужас, но присутствие опасности разбудило ее скрытые силы.

— Нет.

Сергей дотронулся до плеча своей спутницы.

— Осторожнее, Марика. Мы пока не знаем, каковы ее возможности.

Темные глаза сощурились, аккуратный носик сморщился в брезгливом отвращении.

— Верно. С виду она похожа на свою мамашу-цыганку, но от ее крови воняет джинном.

Лейла стерла «вонючую джинновскую кровь» со щеки.

— Ты знала моего отца?

Пронзительный смех Марики эхом разнесся под сводами.

— Никто не бывает настолько глупым, чтобы знакомиться с джинном, однако у нас была с ним короткая встреча, перед тем как Сергей запер его в комнате с твоей мамашей, чтобы он ее обрюхатил. Он был… — она демонстративно помолчала, а на ее губах появилась улыбка, полная воспоминаний, — восхитителен.

Возмущение прогнало страх. Она ни секунды не сомневалась в том, что этот маг полностью лишен совести и моральных устоев. Однако оказалось, что злобная сучка Марика может дать ему большую фору!

— Ты заперла собственную сестру в комнате, чтобы ее изнасиловал могущественный джинн?

Марика пожала плечами:

— Кто знает, что происходило за закрытыми дверями? Это было… — Она замолчала и посмотрела на ухмыляющегося мага. — Как в этих случаях говорят в Америке, Сергей?

— Не спрашивай и не говори.

— Как бы то ни было, через девять месяцев родилась ты. — Она взмахнула изящной рукой. — А остальное не имеет значения.

Лейла импульсивно шагнула к ней.

— Ты…

Ледяной порыв силы, пронесшийся по подвалу, ударил Лейлу в грудь словно кувалда.

— Поосторожнее, Лейла. Я иногда не справляюсь с собой, — промурлыкала Марика. В глазах ее горела садистская жажда причинять боль. — Ты не хочешь, чтобы я забыла о моей необходимости в тебе?

Проклятие! Лейла потерла треснувшее ребро. Это было больно.

— Чего ты от меня хочешь?

Марика уже полностью овладела собой.

— Ребенка, конечно.

— Чтобы принести в жертву Темному Властелину?

Похоже, столь прямой вопрос искренне изумил вампиршу, которая посмотрела на послушно молчащего Сергея.

— Оказывается, мозги по наследству не передались. Жаль. — Тут она снова повернулась в Лейле. — С чего бы мне уничтожать идеальное средство для мирового господства?

Леве фыркнул:

— Может, твоя тетушка и сумасшедшая, но у нее далекоидущие планы.

Лейла предостерегающе дернула его за крыло. Неужели это глупое создание хочет покончить с собой?

— Леве!

— Сумасшедшая? — Марика гортанно рассмеялась. — Гениев никогда не понимают! — Наслаждаясь всеобщим вниманием, Марика прошлась по пещере, водя ладонью по дорогой ткани своего модельного наряда. — Многие века адепты Темного Властелина стремились вернуть в мир свое божество. Алтари обагряла кровь бесчисленных жертв, маги невообразимо богатели благодаря прибегавшим к их услугам демонам, желавшим увидеть другие миры. — Остановившись, она одарила мага снисходительной улыбкой. — Правда же, Сергей?

Тот пожал плечами:

— Глупцы!

— Не просто глупцы! — возразила Марика. — Они отдают все, что у них есть, взамен на возможность быть зверски растерзанными.

Лейла поморщилась. Ни для кого не было секретом, что Темный Властелин в свое время был страшной проблемой всех живых существ. К счастью, страшного Повелителя демонов уже много веков назад изгнали за туманы. И хотя его приспешники и жалкие их подражатели не оставляли попыток вернуть его оттуда, пока их результат оставался нулевым.

Тогда что же задумали эта психованная вампирша и ее скользкий прихвостень маг?

— Значит, ты не хочешь возвращения Темного Властелина?

— Конечно, хочу! Но не в виде разъяренного и недееспособного божества, жаждущего отмщения, — огрызнулась Марика. — Я хочу, чтобы он был… податливым.

— Мон дье! — Взмахнув крыльями, Леве прижался к ноге Лейлы. — Ты хоть когда-нибудь встречалась с Темным Властелином? Он еще менее податлив, чем моя двоюродная бабушка Зефарина, которая с 1163 года ни разу не сдвинулась с собора Нотр-Дам.

Марика остановилась прямо перед Леве — и выражение ее лица заставило Лейлу содрогнуться от отвращения.

Подняв руку, вампирша провела пальцами по коротенькому рогу Леве. Ее способности изменились, превратившись в нечто гораздо более смертоносное, нежели простая физическая сила.

— Умная женщина всегда найдет способ управлять мужчиной, будь он уродцем-горгульей или богом, — хрипловато заявила она.

— Ах! — Марика схватила Леве за рог. — Уи!

Лейла возмущенно закатила глаза. Мужчины! Все они одинаковые. Независимо от их размера.

— И как ты намерена… — Она вдруг замолчала, охваченная пугающим подозрением. — О боги мои! Младенец!

Марика бросила на нее насмешливый взгляд.

— Возможно, ты и не настолько глупа, как я подумала.

— Что? — Леве стряхнул чувственные чары и рассеянно потер рог, словно пытаясь избавиться от прикосновения Марики. — Что такое?

У Лейлы виновато сжалось сердце. Проклятие! Она идиотка. Эгоистичная идиотка.

Она торопилась в Лондон, услышав, что двести лет назад там видели джинна, оставила ребенка лесным духам, после стольких лет отшельничества заявила о себе буквально всему миру, так еще и бросилась в лапы своим самым злейшим врагам, как оказалось!

Это просто рекорд!

— Она намерена каким-то образом возродить Темного Властелина в ребенке, — сообщила она Леве, не отрывая взгляда от безупречного и ледяного лица Марики.

— Сергей уверяет, что обладает способностями, необходимыми для этого чуда. — Вампирша одарила мага вызывающей улыбкой. — Будем надеяться, что он не преувеличивает.

Сергей пожал плечами, сохраняя свойственную ему самоуверенность, однако от Лейлы не укрылось беспокойство, промелькнувшее в бледно-голубых глазах.

Либо этот ублюдок не настолько уверен в собственных силах, либо достаточно сообразителен, чтобы смертельно бояться свою сообщницу.

Лейла больше склонялась ко второму варианту.

— Я никогда не обещаю того, чего не способен дать, — лениво проговорил он.

— Но даже если бы вам удалось возродить Темного Властелина, какой вам от этого прок, если он будет всего лишь ребенком? — поинтересовалась Лейла.

Если ей удастся пережить эту встречу, она должна собрать всю возможную информацию, чтобы иметь возможность защитить ребенка.

— Дети со временем взрослеют. — Марика тряхнула своими шелковыми кудрями. — Конечно, под неусыпной опекой своей преданной матери.

— Матери? — Лейлу передернуло: даже Темный Властелин не заслужил такого счастья. — Тебя?

— А как еще сформировать бога, чтобы он соответствовал моим целям? — Марика картинно развела руками. — Когда он в конце концов снова обретет свое законное место повелителя мира, я буду стоять с ним рядом.

Лейла с трудом подавила приступ хохота: ей вспомнился Леонардо Ди Каприо, который стоял у борта «Титаника» и кричал: «Я властелин мира!»

Нет ничего более забавного, чем мысль о том, что мир покорят сумасшедшая вампирша и темный бог.

— Так вы поэтому меня похищали? Чтобы получить младенца?

— Только джинн способен проникнуть через завесу, защищающую ребенка, но, естественно, никто не доверит столь редкое сокровище непредсказуемому созданию, и тогда нам потребовался полукровка.

Лейле страшно было подумать, что пришлось перенести ее матери, оказавшейся во власти джинна. Но она подумает об этом, когда минует угроза Армагеддона.

— Темный Властелин сам создал младенца или только был донором ДНК?

— Какая разница? — В голосе Марики зазвучало раздражение, словно вопрос ей не слишком понравился. Странно. На другие она отвечала вполне охотно. — До меня дошли слухи о его существовании, и я поняла, что он станет идеальным средством, с помощью которого я займу принадлежащее мне по праву место.

Единственное место для тетушки Марики — это палата в ближайшем сумасшедшем доме.

— Где ты прячешь мою мать?

Вампирша медленно моргнула: резкая перемена темы разговора застала ее врасплох.

К сожалению, надежда Лейлы на то, что Марика по инерции выдаст эти сведения, не оправдалась. Вместо этого тонкие черты ее родственницы отразили жестокую расчетливость.

— Ах, бедняжка Кейта! — промурлыкала она. — Должна тебе признаться, у меня сердце разбилось из-за того, что ее пришлось держать взаперти. Но, право, она не оставила мне выбора. — Она скользнула вперед, и облако дорогих духов и ледяной злобы обволокло Лейлу. — Конечно, теперь, когда мы заполучили тебя, ей больше не нужно оставаться пленницей. Если ты будешь хорошо себя вести, я освобожу ее.

Марика провела холодной ладонью по щеке Лейлы.

— Ребенок! — прорычала она, и ее пальцы впились ногтями в щеку.

— Лейла! — Леве дернул ее за джинсы. — Нет!

— Заткнись, горгулья! — крикнул Сергей.

Не обращая внимания на происходящее вокруг, Марика сверлила взглядом Лейлу. Ее глаза были безжизненными и бездушными, как у змеи.

— Что скажешь, племянница? — спросила она. — Мы ведь сможем договориться? В конце концов, для тебя ребенок никакой ценности не представляет.

Лейла сдержала протестующий возглас. Сейчас младенец был ее единственным козырем. И единственным шансом выйти из этого подвала живой.

— Я бы не сказала, что он не представляет для меня ценности.

Марика уставилась на нее с нескрываемой подозрительностью:

— Ты пытаешься торговаться?

Лейла заставила себя улыбнуться:

— Ты же утверждаешь, что во мне есть цыганская кровь.

Леве снова дернул ее за брючину:

— Лейла!

Сергей вскинул руку, ударив Леве волной энергии.

— Я же велел тебе заткнуться! — прогремел маг.

Рука Марики грозила раздавить Лейле челюсть: вскинув голову, она прочла в глубине карих глаз злобный голод. Ее жажда власти сулила Лейле гибель.

— Мне нужен этот ребенок!

— Ага! — Лейла попыталась сглотнуть. Ее кости уже трещали под давлением этих аристократически тонких пальцев. — Я поняла.

— И я сделаю все, чтобы заполучить этого щенка, — прошипела Марика. — Для начала принесу в жертву Кейту, если ты не отдашь то, что мне нужно!

Темные пятна плавали перед глазами Лейлы, но прежде чем Марика обезумела и убила их всех, Сергей успокаивающе положил ей руку на плечо.

Отважный маг.

— Марика, — негромко проговорил он, — мы уже не одни.

Несколько мгновений вампирша боролась со своей жаждой крови, постепенно ослабляя сжимавшие Лейлу пальцы. Чуть наклонив голову, она принюхалась.

И ее прекрасное лицо исказилось от бессильной ярости.

— Виктор!

— И весь его клан. — Сергей уже шагал к двери. — Нам надо уходить.

Марика резко качнула головой:

— Без добычи не уйду.

Воспользовавшись замешательством, Лейла моментально освободилась от стальной хватки и, крепко прижав к себе Леве, предостерегающе вскинула руку. Внезапно земля содрогнулась и от потолка откололся громадный камень, сбивший Марику с ног.

— Не подходите! — потребовала она.

— Ах ты, сучка! Какое неуважение к творению Валентино! — Поднявшись на ноги, Марика стала стряхивать прилипшую к наряду пыль: состояние собственного туалета тревожило ее сильнее, чем рваная рана на плече. Но, конечно, рана-то заживет… А вот платье? Возможно, его придется выбросить! — Ты за это заплатишь!

Лейла напряглась, готовясь отражать нападение, но Сергей моментально схватил разъяренную Марику за руку и потащил к двери.

— Марика, идем!

Энергия Лейлы раскрошила каменный пол, громкое потрескивание воздуха обещало скорый удар молнии.

Это было внушительной демонстрацией ее способностей.

Как обидно, что большую часть времени они проводят в спящем состоянии, а когда все-таки решают проявиться, то обычно от них больше проблем, чем пользы.

К счастью, Марику достаточно испугали толчки, продолжавшие сотрясать подвал, и, пятясь к выходу, она адресовала Лейле злорадный взгляд.

— Доставь ребенка мне, иначе я заставлю твою мать испытывать невероятную боль.

Лейла вскинула голову:

— Иди в ад!

Вампирша зашипела:

— Тогда, надеюсь, ты на всю жизнь запомнишь ее дикие вопли, виня в этом только себя!

Удовлетворенно улыбнувшись при виде перекошенного страхом лица Лейлы, Марика позволила Сергею утащить ее из подвала.

Оставшись вдвоем с Леве, Лейла рухнула на колени. Ее сила ушла так же стремительно, как и появилась.

Проклятие! Она пережила встречу со своей чертовой тетушкой — но какой ценой?

— Лейла!

Далекий и слабый зов Тейна разнесся по помещению.

Лейла попыталась подняться на ноги.

Уже через несколько мгновений этот подвал заполонит целый клан вампиров, и ей совершенно не хочется, чтобы кто-то увидел ее стоящей на коленях.

Снова.

Однако тело отказывалось повиноваться. Вместо этого темнота поглотила сознание. Похоже, даже мини-землетрясения требуют от нее массу энергии.

Лейла дрожала, голова у нее кружилась. Вдруг прохладный, экзотически-мужественный запах Тейна заполнил пещеру — и она упала в его объятия.

Глава 9

Тейн смутно ощущал присутствие настороженных вампиров и их любопытные взгляды, когда он бежал из лондонского особняка к логову Виктора, неся на руках Лейлу.

Тейн потребовал от Леве детального отчета, начиная с их бегства из логова Виктора и заканчивая встречей в особняке Марики.

Ему хотелось надежно спрятать эту женщину, а потом наглядно продемонстрировать свое мнение об импульсивных и упрямых джиннах-полукровках, у которых здравого смысла не больше, чем у пьяной росяной феи.

Оказавшись в огромной комнате, освещенной только огнем в камине, Тейн ногой захлопнул за собой дверь. Удар оказался настолько сильным, что оконные стекла задребезжали, но несмотря на демонстрацию своего недовольства, Тейн бережно уложил хрупкое тело Лейлы на кровать с балдахином.

Тейн начал было выпрямляться, но замер: густые ресницы Лейлы дрогнули, она открыла смеющиеся глаза.

— Стало легче?

— Нет, — проворчал он, хотя при виде очнувшейся Лейлы его горло больно сжал спазм пугающего облегчения. — Когда в следующий раз надумаешь сбегать без меня, я закую тебя в цепи и брошу к Виктору в темницу.

— Ты мной не распоряжаешься.

Тейн хмыкнул и уселся на матрас рядом с ней. Его пальцы инстинктивно потянулись погладить ее бледную щеку.

— Ты говоришь как капризная человечка.

— Это не делает мои слова менее правдивыми. — Голос у нее был слабым, но в великолепных глазах вспыхнула упрямая независимость. — Я не обязана выполнять твои приказы.

Холодный порыв его силы разорвал воздух при воспоминании о том, как он встревожился, обнаружив ее исчезновение.

Виктору пришлось насильно удерживать его, не позволяя броситься следом за ней в темноте, и то он подчинился только после того, как Джульетта заверила его, что точно знает, где искать Лейлу и горгулью. В противном случае Тейн разобрал бы Лондон по кирпичику.

— Ты не настольно наивна, Лейла. — Он подался к ней, так что они оказались нос к носу. Ее аромат превратил его в настоящего наркомана. — Никакие силы ада не заставят меня допустить, чтобы ты очертя голову бросалась навстречу опасностям.

Лейла подняла руки, упершись ему в грудь. Тейн содрогнулся: жар ее ладоней обжег ему кожу, заставляя растаять ледяную ярость и заменяя ее гораздо более приятным чувством.

— Это никак тебя не касается.

Он быстро и властно поцеловал ее.

— Разве ты забыла, что ты моя пленница?

Она запустила ногти ему в кожу ровно с такой силой, чтобы боль была приятной. Тейна сотрясло острое желание.

— По-моему, ты перепутал. Это ты мой пленник. — Лейла охнула от неожиданности, когда он ухватился за ее толстовку, одним ловким движением стащил ее и швырнул через всю комнату на изящное кресло в стиле Людовика XIV. — Что ты делаешь?

Он оскалился, демонстрируя удлинившиеся клыки, пульсировавшие желанием. Боги, как мучительно он хочет попробовать ее на вкус! Еще никогда его голод не был таким сильным. Но совсем недавно дикое желание ее защищать победило его голод, когда Лейла рухнула без сил после борьбы с вампиршей и магом. Поразительно! Конечно, существовал далеко не единственный способ удовлетворить его желание.

Опустив голову, он клыками разодрал ее тонкий топик. Жидкое пламя затопило его тело, когда желтая ткань упала, открыв лоскутки кружева, которое совершенно не скрывало выпуклости ее грудей.

— Если мы собираемся сражаться, то почему бы не заняться этим в комфорте?

Ее глаза округлились, но отнюдь не из-за страха. Тейн улыбнулся: ее возбуждение наполнило воздух головокружительным ароматом.

— О нет, Тейн! — выдохнула она. — Мы же не можем…

— Мы уже доказали, что можем. — Его голос стал низким и чуть хриплым от страсти. — Причем с ошеломляющими результатами.

Он ощущал, как по особняку деловито снуют члены клана Виктора, — несомненно, решают, какую стратегию следует избрать, чтобы разобраться с предательницей леди Хавасси и ее приспешником магом. Не говоря уже об угрозе близкого Апокалипсиса.

В принятии этих решений следовало бы участвовать и Тейну. А вместо этого он целиком сосредоточился на женщине, которая во всем являла собой вызов ему. Что же ему следовало сделать? Доказать свою власть? Продемонстрировать свои права на нее? Увериться в том, что с ней не случилось ничего плохого и что она снова находится в его объятиях — где ей и надлежит быть?

Казалось, Лейла в это время сражалась со своими собственными демонами. Она вскинула руки, запустив пальцы ему в волосы, пытаясь скрыть необузданную жажду, которую он ощущал в ней.

— У меня, — она едва удержала откровенные признания, которые готовы были сорваться с ее губ, — у меня есть дела.

Его губы изогнулись в невеселой улыбке. Интересно, она когда-нибудь доверит ему свои тайны?

— Забрать ребенка?

Столь прямой вопрос заставил ее закашляться.

— Откуда ты узнал?

— Леве уговорили открыть то, что случилось, после того как вы улизнули.

Она недоверчиво прищурилась:

— Уговорили или заставили?

Он пожал плечами. Его пальцы скользнули вдоль кружевного края ее лифчика, а потом направились к шелковой коже живота. Первобытное мужское удовлетворение затопило его, когда он почувствовал, как под его легким прикосновением ее мышцы сокращаются от наслаждения, но тут же раздраженно зарычал на амулет, висящий у нее на шее.

Он может смаковать чудесный жар ее тела и растущую страсть, но свойственный только ей аромат освежающего весеннего дождя был спрятан ведьмовскими чарами.

По каким-то непонятным самому причинам ему отчаянно хотелось, чтобы его окутал ее особый аромат.

— Я сделал приготовления для нашего возвращения в Штаты, — заверил он, моментально справившись с пуговицей на ее джинсах.

Один взмах руки — и они приземлились рядом с толстовкой.

В ее глазах вспыхнула досада, но она не стала смахивать его руку, мягко двигавшуюся по ее обнаженной ноге.

— Мне не нужно, чтобы ты планировал поездку. Я вернусь тем же путем, каким попала сюда.

— Смелые слова, но ты забыла о том, что мы с тобой связаны. — Тейн аккуратно прикусил мочку ее уха, не упоминая, что его тяга не имеет никакого отношения к ее магии джинна. — Я ощущаю, что ты все еще слаба.

Она напряглась, словно ее встревожила его способность столь легко почувствовать ее уязвимые места.

— Я не беспомощна.

— Конечно, нет, — поспешил согласиться он, водя губами по ее шее. Лейла была хрупкой. Она не только вымоталась, пытаясь справиться с сукой-вампиршей и ее магом, но и получила эмоциональную травму из-за знакомства со своей адской родней. Тейн прекрасно понимал, что казаться сильной в любой ситуации — это часть ее личности, и не был готов сломить ее дух. — Отнюдь не беспомощна. Но ты устала и нуждаешься в отдыхе.

Когда его пальцы нащупали край ее трусиков, Лейла в предвкушении прижала бедро к его налившейся желанием плоти. И тем не менее она продолжала бороться со своим вожделением.

— Я не могу позволить себе такую роскошь, как отдых. Если эти выродки заполучат малыша…

— Лейла, в распоряжении Виктора находится целый флот личных реактивных самолетов, — прервал Тейн ее грубовато и, резко перекатившись, вжал в матрас. Он не хотел, чтобы Лейла о чем-то беспокоилась, в то время как он страстно желал ее. — Один из них сейчас готовят для нас.

Она схватила его за плечи и выгнулась в безмолвном приглашении. Поспешно сдернув с себя штаны, он устроился у нее между ног.

— А вампиры летают? — глуховато поинтересовалась она.

Он легко царапнул клыками ее ключицу и, воспользовавшись многовековым опытом, быстро расстегнул кружевной лифчик и отбросил в сторону.

— Только на самолетах со специальной защитой и с верными слугами, которые могут нас охранять, — рассеянно ответил он, сосредоточив все свое внимание на мягких полушариях ее грудей, увенчанных темно-розовыми сосками, набухшими от желания. — Мы долетим до Чикаго за считанные часы.

— Хорошо…

Ее слова превратились в тихий вздох: он захватил губами ее сосок. Ее ладони скользнули по его спине, заполняя наслаждением сосущую пустоту глубоко в его груди, и он одобрительно зарычал.

Почему, черт возьми, он с такой остротой жаждет ее ласки?

— Конечно, улететь мы сможем только через час, — добавил он, проследив кончиком языка нижнюю часть ее груди, а потом направившись ниже.

Она приподнялась на локтях. Румянец страсти выступил на ее светлой коже при виде того, как он прокладывает дорожку поцелуев вдоль изгиба ее бедра, отодвигая в сторону крошечные трусики.

— Мне нужно поговорить с Виктором! — заявила она на хриплом выдохе.

Он устроился между ее ног, прихватывая губами шелковистую кожу ее бедер.

— Зачем?

Она проглотила крик, который попытался вырваться из груди, когда он провел языком вдоль источника влажного жара.

— Мои… — она вцепилась в покрывало, дыша прерывисто и часто, — мои дела… тебя не касаются.

Тейн тихо рассмеялся. Его ладони легли на ее плоский живот, удерживая ее на месте, пока он лизал, прикусывал и сосал жемчужинку, в которой таился источник наслаждения.

Она застонала, беспомощно упав на подушки. А он продолжал дразнить ее. Только почувствовав, что ее оргазм уже совсем рядом, он приподнялся и застыл, прижав конец своей плоти ко входу в ее лоно.

— Ты считаешь необходимым спорить со всеми — или только со мной? — спросил он.

Она вскинула руку, захватив его волосы, и дернула его голову вниз, впиваясь в его губы с необузданной женской страстью.

— Я не люблю, когда мной помыкают.

Одним плавным движением он погрузился глубоко в ее тело — и комнату наполнили их стоны наслаждения.

— Ты не сможешь не заметить, если я решу тобой помыкать, милая моя Лейла, — хрипло пообещал он.

Он прижался к ее губам, дав полную волю своему желанию, и медленно приподнял бедра, чтобы снова медленно скользнуть в нее. Ее бедра приподнялись ему навстречу, и он содрогнулся всем телом. Их языки сплелись в чувственном танце.

Когда-нибудь в будущем он был намерен часами соблазнять эту сложную, возмутительную женщину. Нет, не часами! Неделями или даже месяцами. Но сейчас его страсть была слишком новой и сильной. Она была пламенем, которое грозило его поглотить.

Безжалостно подавив потребность впиться клыками в ее нежную плоть, Тейн сосредоточился на дивном ощущении, которое дарили погружения в ее жаркое тело. Бормоча слова на языке своих предков, который не вспоминал уже много веков, он задал стремительный темп гонки к вершине их обоюдного экстаза.

Наслаждаясь звуками сбившегося дыхания Лейлы, он дождался, когда слабые волны ее блаженства уймутся, а потом перекатился на бок, крепко прижав ее к себе. Нет, это были не нежные объятия. Вампиры, не нашедшие спутницу жизни, ни с кем не нежатся. Они только совокупляются. И точка. Конец истории. Но Лейла была совершенно не похожа на его прежних возлюбленных, и он вполне мог ожидать, что она попытается убежать, несмотря на то потрясающее блаженство, которое они только что разделили. А у него нет ни времени, ни сил, чтобы за ней гоняться.

Удовлетворившись этим сомнительным объяснением, Тейн прижался лбом к ее плечу, снова посетовав на присутствие амулета, скрывающего ее сладкий аромат.

— Объясни, зачем тебе говорить с Виктором? — потребовал Тейн.

Лейла напряглась, но, как это ни странно, не попыталась высвободиться из его властных объятий.

Конечно, он не был настолько глуп, чтобы поверить, будто она признала свое поражение. Нет. Это было всего лишь временной передышкой. Передышкой, которая будет длиться, пока он нужен Лейле.

Запрокинув голову, она встретилась с его внимательным взглядом.

— Моя… — Она замолчала, обдумывая свои слова. — Женщина, назвавшаяся моей матерью, находится в плену. Ее надо найти и освободить.

— Знаю. — Он погладил ее по щеке. — Виктор пообещал отправить на поиски этой женщины Уриэля.

Он не стал добавлять, что пройдет несколько дней, прежде чем Виктору удастся договориться с местным ковеном о чарах, способных найти то место, где спрятана эта женщина.

Она резко нахмурилась:

— Даже не спросив, не захочу ли я присоединиться к поискам? Как всегда! — Выражение ее лица заставило Тейна порадоваться, что поблизости нет осинового кола. — Это же моя мать!

Он встретил ее взгляд спокойно, отказываясь извиняться. Пусть у нее есть своя гордость, но он давно усвоил жестокий урок: нельзя допускать, чтобы эмоции подавляли здравый смысл. Пока Лейла не успокоится и полностью не освоится с тем, что ей удалось выяснить в подвалах лондонского особняка, никаких решений она принимать не будет.

— Нет, сначала ты выразилась правильно, — сказал он. — Она незнакомая женщина, назвавшаяся твоей матерью.

Лейла недовольно сжала губы.

— Что это значит?

— Вполне вероятно, что эта женщина всего лишь хитрая приманка.

— Приманка на что?

— На тебя.

Она покачала головой:

— Это исключено.

— Почему? Борис и Наташа готовы на что угодно, чтобы заполучить ребенка в свои грязные ручонки. — Он ухмыльнулся при виде того изумления, которое охватило ее, когда он упомянул персонажей популярного фильма. Несомненно, она решила, будто в свободное время он только затачивает клинки и ест младенцев на завтрак. — Разве есть более верный способ заставить тебя просто отдать младенца, чем предложить обменять его на твою пропавшую мать?

— Возможно. Но они не могут знать, что я заявлюсь к ним в особняк, — возразила Лейла. — Не говоря уже о том, что спрячусь у них в подвале, где они смогут привести свою ловушку в действие.

— Леве признался, что маг почуял твое присутствие.

— Только после того, как мы там оказались. Они не знали о нашем приходе, — упрямо заявила она. Видимо, в душе ей очень хотелось поверить, что тем видением была ее мать. — Они никак не могли устроить столь сложный розыгрыш.

Он провел подушечкой большого пальца по ее скуле. Он понимал, что скоро придется поговорить о младенце Лейлы и об угрозе в лице оракулов, но проблемы следует решать последовательно.

Сейчас Тейну было важно удержать Лейлу от необдуманных поисков своей так называемой матери, которая скорее всего была просто приманкой.

— Сильный маг способен одним мановением руки создать сколько угодно иллюзий. Он легко мог бы тебя обмануть.

Ее рука ударила ему в грудь с такой силой, что, не будь он вампиром, вполне мог бы получить перелом ребра.

— Так теперь я не только импульсивная, но и тупая?

Он поспешно попытался загладить свой промах.

Проклятие! Сотни лет он выбирал женщин, которым от него нужно было только одно, и это «одно» было явно не его обаяние.

Он взял Лейлу за подбородок и, глядя ей прямо в глаза, наклонился и нежно поцеловал в губы.

— Ты не научилась безразличию, — хрипло проговорил он. — Это опасная слабость, которой охотно могут воспользоваться.

Лейла задрожала, губы охотно ответили на его поцелуй, но она решительно уперлась ему в грудь.

— А как Уриэль намерен выяснить, является ли она моей матерью?

Радуясь возможности отвлечь ее от неприятных мыслей, Тейн провел губами вдоль ее подбородка и щеки.

— Джульетта наложила на магическую чашу-зеркало чары, которые позволили Уриэлю уловить запах той женщины. Как только он окажется достаточно близко, то сможет ее найти.

Рука, упиравшаяся ему в грудь, стала мягче и скользнула по буграм его мышц. В этот же момент его губы нашли чувствительное местечко у основания ее шеи.

— А что насчет Марики и мага? — с трудом выдавила она.

— Виктор отправил на их поиски своих лучших воинов, но сомневаюсь, чтобы им удалось обнаружить что-то еще, кроме дымовых завес и иллюзий. Проклятый маг может запросто скрыть их следы. — Он поднял голову и мрачно всмотрелся в ее бледное лицо. — Они будут тебя искать.

— Они уже давно меня ищут. И не они одни. — Она бросила на него демонстративно-хмурый взгляд. — Я возглавлю хит-парад демонов.

Правота ее слов разозлила Тейна. Он понимал, что она опасная полукровка, запрещенная Комиссией. Она прячет какого-то таинственного ребенка, в котором есть кровь Темного Властелина и который способен привести мир к гибели. И помимо прочего, Лейла — великолепная, сексуально притягательная женщина, из-за которой любой демон, не имеющий подруги, будет преследовать ее, словно кобель — течную суку.

Осознание всего этого не на шутку его раздражало.

— Они тебя не получат! — Он прижал ее к себе, демонстрируя неприкрытое мужское собственничество. — Теперь ты моя.

Лейла подозрительно прищурилась, но потом одним ловким движением опрокинула его на спину, сев сверху.

— Твоя?

Тейн стиснул ее бедра. От ее нахального вызова по его телу растекался пьянящий жар.

— Моя.

Лейла неспешно потерлась о его каменный от желания член, улыбнувшись стону, который вырвался из его горла. Его пальцы впились в ее тело. Он никогда не видел ничего прекраснее этой женщины, устроившейся на нем, ее пылающих от страсти щек и наглого взгляда.

— Даже в Англии давно отменено крепостное право, — напомнила она, передвинувшись так, что его член чуть вошел в ее жаркое лоно. — Женщины перестали быть имуществом, которое дозволено покупать и продавать мужскому населению.

Его ладонь скользнула по ее спине, прогибая так, чтобы он смог захватить губами ее напряженный сосок. Подсознание предостерегало Тейна от бездумной тяги к этой женщине. Однако этот голос легко можно было утопить в волне слепящего наслаждения, которая захлестнула его, когда Лейла медленно вобрала в себя его болезненно напряженную плоть. Обжигающий жар пронесся по телу, так что его глаза закатились.

Дерьмо! Недопустимо, чтобы что-то оказывалось настолько приятным!

— Человеческие законы вампиров не касаются, — пробормотал Тейн, касаясь языком ее соска, стараясь не поранить ее клыками.

То, что он назвал ее своей… Это было слишком близко к полному союзу. И хотя он испытывает к ней сильнейшее влечение, он не настолько глуп, чтобы навсегда связать себя с любой женщиной — и уж тем более с такой, которой суждено ввергать себя и всех, кто окажется рядом с ней, в кучу дерьмовых проблем.

Она качнула бедрами, впуская его еще глубже.

— А как насчет законов благопристойности?

Он застонал и обхватил руками ее лицо, чтобы запечатлеть на ее губах обжигающий поцелуй.

— Я предпочитаю непристойность.

Лейла тихо засмеялась, явно наслаждаясь той властью, которую получала над ним благодаря своей женственности.

— Кажется, нас ждет самолет?

Кончиком языка он проследил линию ее нижней губы, приподнимая бедра в такт ее неспешным движениям.

— Когда он будет готов к взлету, Виктор нас известит.

— А в первом классе там гробы? — вызывающе поинтересовалась она.

— Нет, но я надеюсь, что для твоего удобства там найдется крошечная бутылка для джиннов. Я буду представлять тебя в полупрозрачных гаремных шальварах и крошечной кофточке на круглом бархатном диване.

Лейла незамедлительно оцарапала его грудь за эту экзотическую картину «Мечта о джинне».

Но кто бы смог его осудить?

Она джинн. Какой мужчина не стал бы мечтать о том, чтобы заключить ее в удобный сосуд, соблазнительно одетую и всю жизнь ожидающую его вызова?

— Скорее ад покроется льдом, чем ты увидишь меня в гаремных шальварах! — проворчала она, выгибая спину в нарастающем экстазе.

Его язык дразняще скользил по голубой тени ее яремной вены.

— О, я умею ждать.

Логово Каина рядом с Чикаго пустовало уже много лет, но благодаря целому состоянию, которое он отдал местному ковену, чары иллюзии по-прежнему выдавали двухэтажное кирпичное здание за старый сарай. Кроме того, вокруг участка было оставлено немалое количество отвращающих заклинаний для борьбы с нежеланными визитерами и несколько проклятий для не слишком сообразительных или более настойчивых.

В результате этого дом остался точно таким же, каким был в день отъезда Каина.

Эту безупречность не посмела нарушить даже ниточка паутины.

Каин собирался свалиться в ту же минуту, как окажется в своем самом тайном жилище.

В течение последних нескольких дней он вел опасную игру, дразня короля оборотней, сражался с оборотнем-зомби, который использовал и терзал его много лет, и был убит повелителем-демоном, ударившим его с силой атомного взрыва.

И как будто этого было еще мало, ожив, он понял, что переродился в чистокровного оборотня и стал опекуном оборотня-пророчицы. Да уж, неудивительно, что ему необходимо отдохнуть и восстановить силы.

Но, отбросив пустые пакеты из-под фастфуда, поглощенного по дороге к логову, Каин и не подумал направиться в спальню. Вместо этого он взъерошил пальцами свои короткие светлые волосы, которые в сочетании со светло-голубыми глазами и от рождения бронзовой кожей заставляли большинство людей принимать его за безобидного любителя серфинга и пляжного отдыха. Именно такой образ он и старался поддерживать до тех пор, пока его зверь не был готов выйти на свободу и повеселиться.

Невесело улыбнувшись, он наблюдал за стройной женщиной, исследовавшей его кухню, — и собственная сосредоточенность на ней дьявольски его нервировала.

Не то чтобы на нее не стоило смотреть.

Ее волосы были не просто светлыми — они сияли словно чистая платина, хотя и были, к его досаде, стянуты в тугую косу, спускавшуюся почти до пояса. Кожа у нее была безупречно-алебастровой и такой шелковой, что даже святому захотелось бы согрешить. А огромные невинные глаза имели цвет весенней травы, неожиданно припорошенной золотой пылью.

А еще у нее была безупречная фигура. Даже под рваными джинсами и бесформенной толстовкой невозможно не разглядеть изящные изгибы и сильные мышцы. Она женщина, способная принять волка, охваченного желанием.

Каин втянул сладкий аромат лаванды, и тело напряглось от потребности наброситься на нее.

Вместо этого он привалился к разделочному столу, скрестив руки на груди, и смотрел, как она неуверенно проводит рукой по микроволновке, рассеянно нажимая кнопки на панели управления.

В его доме не было никакой роскоши. Кухня выложена сине-белым кафелем, на окнах висели традиционные клетчатые занавески, а в центре стоял простой деревянный стол со стульями. Именно такой домашний уют ценят на Среднем Западе.

Однако Кассандра исследовала окружающую обстановку с восторженным интересом, будто была на экскурсии на космической станции. И это было вполне понятно. Она была заперта в темной сырой пещере бог знает сколько лет. Даже простейшие устройства должны казаться ей поразительными.

Каин даже почувствовал укол ревности, ему хотелось, чтобы весь ее интерес был сосредоточен только на нем.

Резко вскинув голову, Каин заставил себя отодвинуться от столика и перешел через кухню, встав у Кассандры на пути.

— Ты собираешься всю ночь расхаживать по дому?

Не понимая сарказма, она замерла, обдумывая его вопрос.

— Точно не знаю. Мне надо ответить прямо сейчас?

Он потер затылок, смутно вспоминая мрачные предсказания своей матери.

— Меня предупреждали, что мои грехи приведут меня в ад, — проворчал он.

Зеленые глаза смотрели на него с искренним интересом.

— Ты расстроен.

— Когда я умираю, у меня портится настроение.

— Ты был мертвым всего несколько минут, а теперь у тебя есть то, чего ты всегда желал, — резонно напомнила она ему. — Ты — чистокровный оборотень.

— Да, я получил извещение.

Он содрогнулся: ощущения, обрушивающиеся на него, все еще оставались непривычными. Каина поглощал мощный поток необузданной силы. Потребуются многие дни, если не недели, чтобы он привык к новым обострившимся чувствам и незнакомым желаниям, которые его обуревают.

— Тогда почему ты не рад? — мягко поинтересовалась она.

Ее недоумение заставило его поморщиться. Конечно, он никогда не делал тайны из своего стремления получить способности чистокровного оборотня. Кому не захотелось бы стать сильнее, быстрее и вообще лучше?

И конечно, оставалось еще бессмертие.

Но он никогда не подозревал, чем ему придется пожертвовать.

— Потому что это…

— Что?

Он стиснул кулаки в бессильной досаде.

— Я считал, что мне суждено открыть тайну превращения полукровок в чистую породу, — процедил Каин, — а не что я генетически изменюсь из-за того, что психованный демон-повелитель протаранит меня в попытке вырваться в иное измерение.

Кассандра склонила голову набок, задумавшись над его словами.

— Ты жалеешь, что не сможешь поделиться своей чудесной трансформацией с другими?

Этот наивный вопрос заставил его фыркнуть. Очевидно, Кассандра еще не сообразила, что он — эгоистичный подонок, который ни разу в жизни не сделал ничего такого, что не принесло бы ему какой-то выгоды.

— Я не Махатма Ганди.

— Кто?

Каин тяжело вздохнул:

— Не важно.

— Я все равно не понимаю, почему ты расстроен.

— Я хотел, чтобы мои видения стали реальностью благодаря науке, а не магии.

— Почему?

— Дарованное магией никогда не приходит даром. Вселенной неизменно удается получить плату. Господи! — Каин содрогнулся. — Не могу даже представить себе, каким громадным окажется долг за бессмертие!

— Жалеть уже поздно. — Услышав его резкий смех, она нахмурилась. — Я сказала что-то смешное? Я никогда не могу это определить.

— Я все последние десять лет говорил, что жалеть уже поздно, — проворчал он.

— А! — Повернувшись, Кассандра отошла к ближайшему окну и стала смотреть на буйную растительность, окружавшую дом. — Но ты все равно сожалеешь.

— Я… — Каин изумленно раскрыл рот: Кассандра рассеянно стянула через голову толстовку и швырнула ее на пол. За толстовкой быстро последовали джинсы, так что она осталась стоять только в простом белом лифчике и таких же трусиках. — Срань господня, что это ты делаешь?

Кассандра посмотрела в глаза Каину, где пылало пламя его зверя. Похоже, его хриплый вопрос ее удивил.

— От моей одежды плохо пахнет. — Она наморщила носик. — И мне нужно помыться.

Жаркая, дикая похоть захлестнула Каина, чуть не сбив его с ног. Такое желание способно свести мужчину с ума. Он поспешно отвернулся, вцепившись в мраморную столешницу с такой силой, что та треснула.

В последние несколько десятков лет он постоянно принимал неправильные решения. Пора научиться думать головой.

— Ну да, и хотя я вполне оценил импровизированный стриптиз роскошной женщины, я собой совершенно не владею, так что предложил бы тебе отправиться наверх! — прорычал он.

Было слышно, как она втянула воздух, легко унюхав его возбуждение.

— Ты меня хочешь?

Хочет? Его член давил на ширинку с такой силой, что казалось, будто кровообращение остановилось!

Одним плавным движением он развернулся обратно и пересек кухню, прижав эту провокаторшу к стенке. Он смутно помнил о необходимости умерять свою новообретенную силу, но почти целиком был поглощен тем, что трется лицом о ее шею, впитывая ее особый аромат.

— Уточним: меня распирает от желания! — хрипло признался он. Его тело горело от яростного влечения. — Но мы оба сейчас не в лучшем состоянии. Я сделаю тебя своей ровно тогда, когда буду хотеть лишь доставлять тебе удовольствие.

Каин и сам не знал, чего ожидал, но явно не того, что окажется лежащим на полу навзничь, а Кассандра склонится над ним с довольной улыбкой.

— Ты станешь моим возлюбленным тогда, когда я это решу, и ни минутой раньше, — заверила она его.

Каин перекатился на живот и успел увидеть, как она гордо удаляется из кухни.

Дерьмо.

Кто, к дьяволу, эта Кассандра? Заключенная в пещеру пророчица, необратимо травмированная безумным демоном-повелителем? Или безжалостно соблазнительная женщина, которая только что с пугающей легкостью дала ему отпор?

Поднявшись на ноги, Каин потер шишку на пульсирующей болью голове. Он поспешно направился на второй этаж в гостевую комнату.

Войдя в помещение, выдержанное в желтых тонах, Каин открыл платяной шкаф из орехового дерева и извлек оттуда пару джинсов и простую футболку. Как и все полукровки, Каин во всех своих логовах держал запасную одежду. Ведь было неизвестно, когда ему потребуется перекинуться. Но теперь в этом нет необходимости: теперь он способен управлять трансформацией.

Покачав головой в ответ на эту непривычную мысль, Каин вошел в смежную ванную и, скинув испачканные джинсы, встал под душ.

Он долгие часы выбирался из обрушившегося тоннеля и сейчас остро нуждался в горячей воде и мыле, чтобы соскрести с себя всю грязь.

Каин как раз надевал джинсы, когда дверь спальни распахнулась и вошла его хмурая гостья.

— Черт подери, Касси! — Каин рывком натянул джинсы. При виде джинсов, любовно прильнувших к ее стройным бедрам, и майки, под которой вырисовывалась упругая грудь, его плоть моментально напряглась. Ее влажные платиновые волосы свободно падали ей на спину, заставляя его пальцы зудеть от потребности зарыться в эти шелковые пряди. — Если нам предстоит жить в одном доме, то надо установить несколько базовых правил!

Она не обратила внимания на его раздраженные вопли — какая-то мысль явно не давала ей покоя.

— Нам надо идти.

— Идти? Куда идти?

Она неопределенно взмахнула рукой:

— На восток.

У него по спине пробежал холодок. Он спас жизнь этой женщине не для того, чтобы она при любой возможности ею жертвовала!

— Ни за что. Пока я не придумаю, как скрывать то, что ты пророчица, мы отсюда не уйдем.

Она замотала головой, неосознанно прижимая ладонь к животу.

У Каина больно сжалось сердце: он вспомнил крошечную метку демона-повелителя, запятнавшую эту атласную кожу чуть ниже пупка. Ему хотелось выть от ярости: Кассандра принадлежит только ему!

— Я должна…

Он быстро пересек комнату и мягко взял ее за плечи.

— Что ты должна?

Она вдруг повернула к двери.

— Идем со мной.

Каин на секунду задержался, чтобы надеть футболку. Он не любил заставлять женщину ждать, но предчувствовал неладное.

Выйдя в коридор, Каин прошлепал босыми ногами по дощатому полу и вошел в главную спальню, нисколько не удивившись, что его гостья заняла лучшую комнату дома. Может, Кассандра и была узницей в течение последних нескольких лет, но от этого не перестала быть настоящей женщиной.

Она прошла мимо массивной ореховой кровати, которую украсили резьбой лесные духи, и указала на стену, окрашенную в бледно-кремовый цвет.

— Смотри! — приказала она.

Каин грязно выругался при виде мерцающего иероглифа, висевшего у стены. Он ни черта не понимал в пророчествах, но видел множество таких странных символов на стенах пещеры Кассандры. Они были видениями будущего. И чтобы заполучить эти видения в свои грязные ручонки, сильнейшие демоны готовы будут убивать направо и налево.

— Уже? Ты не могла устроить себе несколько дней перерыва?

Кассандра недовольно поджала губы.

— Это не водопроводный кран. Его нельзя открывать или закрывать по собственному желанию.

Каин вздохнул. Конечно, она не может это сделать. Точно так же как он не может броситься к дверям и убежать подальше от этой женщины, которой суждено привести его прямо к катастрофе. Что может быть хуже его смерти?

Стараясь не думать о множестве неприятных ответов на этот вопрос, Каин протянул руку, чтобы дотронуться до колеблющегося символа.

— Что это такое?

Касси придвинулась к нему, словно бессознательно искала утешения. Не колеблясь, он обнял ее за плечи и прижал к себе.

— Близнецы, — прошептала она.

— Знак Зодиака?

— Альфа и омега.

— Все еще слишком туманно.

Она вздрогнула:

— Ребенок.

— Да, я так и предположил бы. — Он успокаивающе поцеловал ее в макушку: это нежное прикосновение оказалось для него пугающе естественным. — И что это значит?

— Предостережение. — В поразительных зеленых глазах отразился страх, от которого у Каина сжалось сердце. — Ребенка необходимо защитить.

— Защитить от чего?

— От тьмы. — Она содрогнулась. — От зла.

— И где же этот таинственный ребенок?

— Точно не знаю.

Он горько усмехнулся. Все именно так, как он ожидал.

— Великолепно!

Подняв голову, Кассандра обожгла его яростным взглядом.

— Каин, его необходимо защитить!

Глава 10

Была поздняя ночь, когда маленький реактивный самолет приземлился на частной взлетно-посадочной полосе, оборудованной на заброшенном поле к югу от Чикаго.

Самолет тут же загнали в небольшой ангар, а посадочные огни выключили, чтобы не вызвать нежелательного любопытства. Даже контрабандисты наркотиков не могли сравниться с вампирами в средствах маскировки.

Лейла бросила глянцевый журнал, полный болезненно худых женщин, наряженных в нелепые одежды и обутых в туфли, которые были больше похожи на пыточные приспособления. Конечно, туфли на шпильках могут оказаться полезными в обществе вампиров, но только в том случае, если каблуки будут деревянными.

Самолет остановился — Лейла вскочила на ноги и стремительно прошла мимо низких кожаных кресел, повернутых в сторону большого плазменного экрана.

Впечатляющими были изысканная кухня и бар, способные удовлетворить потребности даже самого привередливого демона. Спальни были не менее роскошны, но Лейла настрого запретила себе появляться в купе у Тейна.

Нет, она не лицемерка.

Секс с Тейном был… Она перебрала несколько прилагательных, но ни одно из них и близко не характеризовало то взрывное наслаждение, которое ей дарили прикосновения Тейна.

Нет, она не смогла заставить себя пожалеть о том, что уступила соблазну, но ей никак не следовало игнорировать проблемы, которые накапливались у нее с пугающей скоростью.

Женщину, которая, возможно, была ее матерью, держат в плену неизвестно где. Безумная тетя Марика в компании со своим карманным магом, несомненно, идет сейчас по ее следу. Ребенка, которого Лейла прячет, любой демон, надеющийся добиться расположения Темного Властелина, скоро будет считать главным призом.

И вдобавок к этому безжалостный вампир, который, как она подозревает, только и ждет, когда она расслабится, чтобы передать ее Комиссии.

Да, все это можно считать проблемами с большой буквы.

Вампир в униформе открыл дверь самолета, и Лейла, спускаясь по металлическим ступенькам трапа, оглядела ангар. Он оказался больше, чем ей сначала показалось, и был залит светом ламп дневного освещения, которые шли вдоль выгнутого потолка. Здесь было безупречно чисто: Виктор явно умел управлять своим персоналом.

А это означало, что им уже отдан приказ не дать ей скрыться.

Лейла поморщилась, не глядя на ближайший выход: в воздухе уже ощущался пьянящий запах Тейна. Подсознательно она не сомневалась в том, что не успеет убежать.

Захлопали крылья — и рядом с ней приземлился Леве. Его уродливая мордочка выражала глубокое неудовольствие.

— Самая. Гадкая. Авиакомпания, — проворчал он, размахивая пухленькими ручонками. — Ни напитков, ни арахиса, ни киношки. Даже не нашлось сексапильной стюардессы.

Несмотря на дурное настроение, Лейла не смогла не улыбнуться:

— Ты почти весь полет был каменным.

Леве хмыкнул:

— Тем больше оснований предоставить мне подобающие условия после пробуждения.

— Я же говорил, чтобы ты оставила его в Лондоне! — Бархатный голос Тейна обволакивал ее, вызывая чувственную дрожь. Чертов вампир! — Но, конечно, Виктор предупредил меня, чтобы я даже не думал улизнуть без него.

Лейла упрямо стояла спиной к Тейну, но это было бессмысленно: тело выдавало все ее реакции на него.

Тихие шаги босых ног по цементному полу. Прохладная волна его силы, наполнившая воздух. Аромат мужского тела, который заставлял ее думать о таких вещах, которые в некоторых штатах запрещены законом.

Тейн остановился рядом с Лейлой: его золотистая кожа блестела в ярком свете ламп, а лицо было немыслимо прекрасным.

Ее сердце странно, опасно екнуло — и она поспешила подавить это чувство.

Лейла встретилась с его медовыми глазами, и ее тело обдало жаром. Однако прежде чем она успела показать себя полной идиоткой, Тейн резко развернулся к дальней части ангара и встал между Лейлой и тем, чье приближение он почувствовал.

— Что это за вонь? — возмутился Леве и тут же добавил, округляя глаза: — А, мне следовало бы сразу понять! К нам приближается гордый Король Ща Вставлю Вам Фитиль.

Лейла недоуменно нахмурилась:

— Кто?

— Анассо! — Тейн бросил на Леве угрожающий взгляд. — И ты будешь демонстрировать должное уважение, горгулья, иначе я повешу твою башку у себя над камином.

— Вот дерьмо!

Развернувшись на месте, Лейла бросилась бежать.

Через мгновение Тейн схватил ее за руку и развернул к себе лицом.

— Куда ты собралась?

— Куда угодно! — отрезала она, безуспешно пытаясь вырваться. — Лишь бы не оставаться здесь. Может, ты забыл, что в мире демонов меня считают хуже прокаженной, но могу смело утверждать, что король вампиров об этом помнит.

— Лейла, убегать поздно.

Она гневно прищурилась.

— Будь ты проклят! Ты завел меня в ловушку!

Его брови стремительно сдвинулись — как будто он оскорбился.

— Нет, Лейла. Я не связывался со Стиксом.

— Ага, как же! Хочешь, чтобы я поверила, будто он случайно почтил своим монаршим визитом крошечный аэродром в глуши?

— Тейн сказал правду. — Эти слова эхом разнеслись по ангару. Ледяная сила разлилась вокруг, так что Лейле стало трудно дышать.

Вот это и есть впечатляющее появление!

Чувствуя тугой ком страха в горле, она заставила себя повернуться. И снова пришла в ужас.

Впрочем, как и любой другой на ее месте.

Стикс, повелитель вампиров, был огромен: ростом более шести футов, с широченными плечами и мускулистой грудью. Одет он был в черную кожу и внушительную обувь, при виде которой любой модельер помер бы от зависти, а его иссиня-черные волосы были заплетены в косу, которая спускалась до колен.

Однако все присущие ей силы предостерегающе пробудились, а волосы на голове зашевелились.

Дело было в суровом бронзовом лице, говорившем об ацтекском происхождении, и темных глазах, полных древней мудрости и вместе с тем жестокости.

Стикс был самым крупным, злобным и безжалостным демоном.

Анассо неспешно прошел вперед, чтобы встать прямо перед ней, и повернул голову к Тейну. Когда рука его подчиненного в защищающем жесте легла Лейле на плечи, черная бровь Стикса приподнялась.

— Тейн не предупреждал меня о вашем прибытии, как и о своих планах отправиться на территорию Виктора с тварью, которую ему приказано захватить в плен, — неспешно проговорил повелитель вампиров. — Что мы очень подробно обсудим в более удобный момент.

Лейла напряглась. Проклятие! Глупо было бы чувствовать себя обиженной, но ей дьявольски надоело, что с ней обращаются так, словно она лишена каких-либо чувств. Или гордости.

— Тварью?

Рука Тейна на ее плечах сжалась сильнее.

— Лейла, наверное, стоит предоставить все мне.

Сила Стикса сгустилась настолько, что Лейле показалось, будто сейчас ее кожа распадется на лоскутки.

— Ты намерен бросить мне вызов, Харон? — осведомился он почти ласково.

Надо отдать Тейну должное: он не дрогнул, однако держался с настороженной уважительностью.

— Я прошу об аудиенции.

Стикс бросил быстрый взгляд на Лейлу.

— Любопытно. — Немного помолчав, он снова обратился к Тейну: — И впечатляюще. Мало кто из вампиров столь низко ценил свою жизнь, чтобы демонстрировать запретную полукровку под самым носом у оракулов.

— У меня не было такого намерения.

— Рад это слышать.

Лейла открыла было рот, чтобы сообщить, что очень невежливо говорить о ней в третьем лице, как вдруг Леве бросился вперед, шумно захлопав крыльями.

— Эй, где тут «Старбакс»? Нельзя требовать от горгульи цивилизованного поведения, пока он не получил сладкий латте с ванилью! — Он упер руки в бока. — И где «Синнабон»? Мне нужна сладкая плюшка с корицей!

Стикс щелкнул на горгулью своими громадными клычищами, но внезапно его леденящая кровь сила смягчилась, а в темных глазах Анассо промелькнуло нечто похожее на иронию.

— Да, ты действительно любишь рисковать, — сказал он Тейну суховатым тоном.

Тейн фыркнул:

— Виктор пригрозил международным скандалом, если я оставлю его в Лондоне.

Стикс качнул головой:

— Но почему я?

Явный запах чистокровного оборотня предшествовал появлению крошечной женщины с короткими светлыми волосами и огромными зелеными глазами, занимавшими чуть ли не пол-лица в форме сердца. Пройдя через ангар, она встала рядом со Стиксом.

— Потому что ты меня любишь! — заявила она и улыбнулась, играя ямочками на щеках.

Громадный вампир нахмурился, но в его глазах светилось обожание.

— Да, но, кажется, я просил тебя ждать в машине?

— Ты не просил, ты приказал. А мы оба знаем, как послушно я подчиняюсь приказам, — нахально заявила она и, повернувшись, сжала руку Лейлы. — Привет! Значит, ты Лейла?

От неожиданности Лейла лишилась дара речи. Хотя она прекрасно знала, что никогда не встречалась с этой хорошенькой женщиной-оборотнем, на мгновение ей показалось, что к ней направляется Харли.

При более внимательном рассмотрении она подметила мелкие различия между этой незнакомкой и той, которую Каин поселил у себя в качестве тщательно оберегаемой гостьи, однако сходство оставалось просто ошеломляющим.

— Вы…

— Я Дарси, — подсказала женщина, широко улыбаясь. Лейла была несказанно удивлена такому приему: обычно ее появление вызывало страх и отвращение. Но искренняя радость? Это было необычно. — Сестра-близнец Харли.

— Где она? — спросила Лейла. Харли осталась дома, когда Каин и Лейла отправились в Ганнибал, но раз полукровка имел глупость попытаться похитить короля оборотней, то наверняка план провалился. — С ней все в порядке?

— Она в Чикаго. — Дарси весело рассмеялась. — И, полагаю, с ней все в порядке, если учесть, что она только что согласилась стать королевой оборотней.

У Лейлы отвисла челюсть. Вот это сюрприз!

Каин тщательно следил за тем, чтобы Лейла не пересеклась ни с кем из его стаи, но до нее дошли слухи, что король оборотней убил всех родных Харли и намеревался включить ее в число погибших, как только сможет разыскать.

Очевидно, эти слухи были ложными или же Харли любила рисковать по-крупному.

— Она стала подругой Сальваторе?

Дарси кивнула.

— Бред, правда? Но она уверена, что любит этого заносчивого чистокровку.

— Я очень рада за нее, — промямлила Лейла, стараясь скрыть свою зависть.

Наличие спутника жизни прекрасно дополнило бы список ее проблем.

— Она о тебе беспокоилась.

Лейла изумленно заморгала. У них с Харли установились странные, сдержанные отношения, их нельзя было назвать лучшими подругами.

— Правда?

— Она взяла с меня слово, что я прослежу, чтобы чересчур рьяные вампиры тобой не помыкали.

— Я старался ее защитить, — объявил Леве, прокосолапив поближе и прижавшись к ноге Лейлы. — Но ты же знаешь, какими невозможными бывают вампиры.

Дарси бросила взгляд на своего спутника жизни.

— И очень хорошо знаю.

Стикс поднял руку и нежно коснулся щеки Дарси.

— Дорогая, наверное, нам можно было бы закончить этот разговор в более безопасном месте?

Лейла шагнула назад. Мимолетная радость от того, что ее судьба кого-то беспокоит, потонула в приливе страха.

— Нет.

Тейн прижал ее к себе: его тело было напряжено, словно он готовился к удару.

— Куда ты собрался ее везти?

— Успокойся, Тейн. — Стикс поднял руку, и медальон, висевший у него на шее, блеснул. — У меня просто есть к Лейле кое-какие вопросы. В моем логове она будет в безопасности.

Тейна это не успокоило:

— Ты связывался с оракулами?

Стикс прищурился, готовясь к противоборству.

— Не зарывайся, Харон.

— О Господи! Пойдем со мной, Лейла! — Ворча себе под нос самые нелестные высказывания относительно ума представителей мужского пола, Дарси подхватила Лейлу под руку и потащила к ближайшей двери. — Пусть мужчины пыхтят и надуваются без свидетелей.

Лейла дала себя увести, радуясь возможности оказаться подальше от повелителя вампиров. Однако как только они вышли из ангара, она попыталась мягко высвободиться.

— Я не могу ехать с вами. — Лейла рассеянно обвела взглядом заброшенное поле, расчищенное посреди густого дубового леса. Стояла чудесная летняя ночь, полная звездного света, но Лейлу больше заинтересовал лимузин, ожидавший у дороги, и его охрана в виде трех настороженных вампиров, готовых к бою. Лейла повернулась к Дарси. — Мне надо… — Она прервалась, обдумывая, что сказать. — Меня ждут.

Дарси улыбнулась, но продолжала тянуть Лейлу к ожидающей машине.

— По крайней мере поужинай с нами, — попросила она. — Боюсь, ужин будет вегетарианским, но у меня дивный повар, который готовит несравненную овощную лазанью.

Не успела Лейла запротестовать, как уже оказалась на заднем сиденье элегантного лимузина, в который легко уместилась бы целая футбольная команда.

— Надо же! А я боялась, что это Анассо окажется беспощадным! — уныло проворчала она.

Личный кабинет Стикса оказался совсем не таким, каким его ожидал увидеть Тейн.

Конечно, он не думал, что в комнате будут выставлены головы его врагов или в качестве декора использоваться средневековые орудия пыток. Однако полированная мебель красного дерева и персидский ковер с изящным рисунком казались слишком цивилизованным интерьером для самого сильного вампира мира.

Логово Стикса охранялось десятком чар и заговоров, а территорию патрулировала целая орда вампиров: попасть или выйти без ведома Анассо было невозможно.

Здесь Лейла в безопасности, только почему Тейну так мучительно хотелось броситься на ее поиски?

Проклятие! Он с удовольствием позволил Дарси уволочь недовольную Лейлу наслаждаться горячей ванной и обедом. Ему нужно обсудить со Стиксом деловые вопросы, а это лучше делать с глазу на глаз.

Но сейчас, когда они оказались вдвоем в кабинете, выложенном свинцовыми пластинами и окруженном чарами скрытности, Тейн не мог думать ни о чем, кроме Лейлы.

Даже когда на ней был амулет, он мог чувствовать странную связь, возникшую между ними. Словно какая-то ее частичка проникла глубоко в его тело.

Он моментально отгородился от этой пугающей мысли. Нет уж. Этого не будет.

— Дьявольщина, Тейн! У меня такое чувство, будто я оказался в центре грозы! — зарычал Стикс, прервав его опасные размышления.

Поморщившись, Тейн повернулся и увидел, как громадный вампир скребет себе затылок. Господи! Он даже не заметил, что его сила просачивается наружу!

— Извини.

Стикс присел на свой особо укрепленный письменный стол и скрестил руки на груди.

— Это меня не особо волновало бы, если бы не граничило с наслаждением, — посетовал он. — В любом случае ты не в моем вкусе.

— Ты тоже, босс.

Стикс хмыкнул. Под его пристальным взглядом Тейн невольно вздрогнул.

— Я бы мог предположить, кто в твоем вкусе, — заявил наконец Анассо.

— Не надо об этом.

— Хорошенькая.

Тейн резко нахмурился:

— Великолепная.

— Смелая.

— Настоящая заноза.

Последовала намеренная пауза.

— Запретная.

Тейна пронзил страх.

— Комиссия знает о ее присутствии?

Лицо Стикса тревожно застыло.

— От меня — нет, но нельзя быть уверенным, что до них не дошли слухи о полукровке. Там не обрадуются, узнав, что некий вампир помогал ей скрываться.

— Я понимаю, чем рискую.

— Сомневаюсь.

Тейн прищурился:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты не можешь мыслить ясно.

— Глупости!

— Поверь мне, Тейн: я легко могу определить вампира, который не может мыслить трезво благодаря одержимости женщиной.

Тейн давно научился сдерживать свои эмоции, но такие излишние расспросы невероятно его раздражали.

— Мои мысли не лучшая тема для разговора.

Стикс встал и, двигаясь с молниеносной скоростью, припечатал Тейна к громадному книжному шкафу.

— Здесь я выбираю темы, Харон! — прорычал он. — Изволь об этом не забывать!

Сосредоточенные на своем противостоянии, вампиры не обратили внимания на открывшуюся дверь. Они опомнились только тогда, когда воздух в комнате странно заискрил. Одновременно выругавшись, оба развернулись к двери. Казалось, будто вот-вот ударит молния.

Не обращая внимания на опасность, Лейла решительно прошла в комнату. Ее сила заставила свет замигать.

— Что ты делаешь? — вопросила она, бесстрашно глядя на повелителя вампиров.

Тейн восхищенно заворчал. Его взгляд задержался на румянце, окрасившем ее кремовую кожу, и огне, пылавшем в глазах.

Никогда еще Лейла не была столь прекрасна! Огненная воительница, бросившаяся его спасать. Поразительно.

Неудивительно, что Стикс бросил на него недоверчивый взгляд — но запах горящей проводки заставил его тут же метнуться к рабочему столу.

— Проклятие! Этот компьютер был совсем новый! — Он мрачно посмотрел на Тейна, решив винить в происшедшем именно его. — Ее сила совсем не такая приятная, как твоя.

Лейла покраснела, но решила не отступать — впрочем, как обычно.

— Почему ты мучаешь Тейна?

Стикс швырнул компьютер в мусорную корзину и стал бесстрастно рассматривать негодующую женщину.

— Мне нужны ответы, джинн, — медленно проговорил он. — Если я не смогу получить их от тебя, то получу от Тейна. Захочет он отвечать или нет.

Тейн ожидал, что Лейла пошлет Стикса ко всем чертям.

Вместо этого она скрестила руки на груди и бросила мрачный взгляд на Анассо.

— Ладно. Что ты хочешь узнать?

— Расскажи мне все, что знаешь о своем прошлом.

Тейн стиснул кулаки. Стоило Лейле появиться в кабинете, как он снова ощутил существующую между ними связь. Было мучительно осознавать, какую боль причиняет Лейле требование Стикса.

Тем не менее он не стал открывать рта. Как бы сильно ему ни хотелось защищать Лейлу, он понимал: единственный способ обеспечить ее безопасность — это узнать всю правду о ее таинственном ребенке.

— Мои первые воспоминания — о жизни на ферме в Австралии, с приемной матерью, — неохотно призналась она.

— Она демон?

— Ведьма.

Ее короткий ответ заставил Стикса сощуриться.

— Она плохо к тебе относилась?

— Нет, она любила меня так, словно я была ее родной дочерью, — ответила Лейла так тихо, что ее слова едва можно было разобрать. — Но если правда то, что я узнала в Лондоне, тогда все ее слова были ложью.

Стикс снова устроился на краю стола.

— Самое опасное в мире существо — это мать, оберегающая свое дитя. Она будет лгать, мошенничать, убивать — и даже умрет, если понадобится. Разве ты сама не поступила бы так же?

Она нахмурилась, обдумывая безжалостные слова Стикса, и наконец кивнула. Кажется, она начинала понимать свою мать, и боль стала меньше.

— Наверное.

— Что с ней случилось?

— Однажды, собирая травы, которые Садира использовала для своих чар иллюзии, я услышала ее крик. — Само отсутствие эмоций у Лейлы говорило о глубоких душевных ранах, которые еще долго не заживут. — Я бросилась домой — но опоздала. Она… — Ей пришлось замолчать и откашляться. — …Она лежала на крыльце с перерезанным горлом.

— Мертвая?

Лейла содрогнулась.

— Я всегда считала, что да: крови было так много! Но маг взял меня в плен до того, как я успела к ней подбежать.

Тейн инстинктивно шагнул к Лейле, но был остановлен предупреждающим взглядом Стикса.

Он неохотно подчинился. Анассо не знал жалости. Как только Стикс решит, что Лейла представляет собой опасность для его вампиров, ее принесут в жертву оракулам.

Спокойно и без суеты.

— Виктор сказал, что колдуна зовут Сергеем, — сказал Стикс.

Воспоминания о маге мигом вызвали ненависть.

— Он мне своего имени не называл.

— Что он с тобой делал?

— Стикс! — рявкнул Тейн.

Острая боль ударила Тейна: наказание за вмешательство.

И это было лишь маленькой демонстрацией возможностей Анассо.

— Ее может спасти только правда, Тейн! — предостерег его король и тут же резко переключил внимание на Лейлу: — Итак?

Лейла напряглась, но упрямо отказалась ежиться под этим леденящим взглядом.

— Не знаю, как именно магу удалось лишить меня сознания, но когда я очнулась, то обнаружила, что заперта в камере и, как позже узнала, на севере Сибири.

— Сибири? — изумленно переспросил Тейн. — Далековато, а?

— На самом деле это подтверждает то, что Виктору удалось узнать об этом маге, — ответил Стикс.

— У Виктора уже есть данные по этому подонку? — Тейна это впечатлило. — Быстро!

— Виктор умеет действовать результативно.

Естественно. А еще он жестокий и аморальный хладнокровный убийца.

Неудивительно, что сведения стремительно стекались к его рабочему столу.

— И что он узнал?

— Сергей Краков впервые появился в качестве мистика при дворе Петра Великого. — В голосе Стикса звучало презрение, которое все вампиры питали к магам. — Продемонстрировав несколько «мелких» чудес и став духовным советником, он обеспечил себе жизнь в роскоши, но судя по тому, что выяснил Виктор, основной его интерес привлекали древние пророчества. Говорят, что у него была одна из богатейших коллекций, не хуже, чем у Ягра.

— Внушительно, — пробормотал Тейн.

— Маг считает, что ему суждено ввести мир в новую эру, — продолжил Стикс, поморщившись. — Что бы это ни означало.

Тейн закатил глаза. Любой недоделанный тиран утверждает, будто обладает способностью ввести мир в новую эру.

Лейла прижала ладонь к груди — и в комнате разлился острый запах ее страха.

— Малыш! — выдохнула она. — Сергей и моя сумасшедшая тетка считают, что могут использовать ребенка для реинкарнации Темного Властелина.

Стикс кивнул: он явно получил от Виктора подробнейший отчет о встрече Лейлы с Марикой.

— Откуда взялся этот ребенок?

— Точно не знаю. — При виде раздражения, вспыхнувшего во взгляде Стикса, она вскинула руку: — Остынь.

Стикс приподнял бровь:

— Остыть?

— По тебе видно, что ты собрался прочесть мне лекцию.

— Я никогда не читаю лекций! — воскликнул Стикс, что заставило Тейна захохотать. — Я могу стимулировать окружающих к тому, чтобы они разделили мою точку зрения на вещи.

— Не трудись меня стимулировать, — сказала Лейла. — Находясь в плену, я либо сидела в камере, либо была так туго связана чарами, что едва могла различить, что меня окружает.

— Но что-то ты должна помнить! — не отступал Стикс.

— Помню, что как-то утром маг вошел в камеру — и мир померк. — Лейла поежилась. — А когда я очнулась, то оказалась в темной промерзшей пещере.

— В пещере? — Стикс нахмурился. — В какой пещере?

Лейла пожала плечами:

— Думаю, это было севернее того места, где мы жили, но насколько далеко — сказать не могу. Наверное, я смогла бы найти это место, если бы прошла по теням.

Стикс и Тейн молча переглянулись. Никто не оставил бы ребенка, который якобы обладает частицей Темного Властелина, лежать в одиночестве в пещере, какой бы далекой и заброшенной она ни была.

— В пещере были какие-либо знаки? — спросил Стикс.

Лейла покачала головой:

— Нет, только туман.

Тейн рассеянно погладил рукоять кинжала.

— Такой же туман, каким ты воспользовалась, чтобы доставить нас в Лондон?

— В каком-то смысле. Когда я вхожу в туманы, то ощущаю… — она замолчала и, морща лоб, попыталась подобрать подходящее слово, — коридор. Как дорогу на краю разных миров. А это скорее был пузырь.

— Как замкнутое пространство? — вопросил Стикс.

— Совершенно верно, — согласилась Лейла, явно удивившись точному описанию Стикса.

Тейн повернулся к Анассо:

— Ты знаешь, где это?

— Нет, но, вероятно, знаю, что это.

— Поделишься с нами?

Стикс пожал плечами:

— По слухам, чистокровные джинны способны создавать небольшие щели между мирами, чтобы прятать там свои сокровища.

Глава 11

Лейла прижала ладонь к животу, стараясь унять тошноту. Ей совершенно не хотелось говорить о ребенке. Особенно — с вампиром, который вполне может передать ее оракулам.

Тем не менее она вынуждена была признать, что, если хочет защитить малыша, ей нужна информация.

— Тогда становится понятно, зачем им понадобился джинн-полукровка, — сказал Тейн, скрещивая руки на нагой груди.

Стикс кивнул, не сводя глаз с Лейлы. Может, Анассо подозревает, что она исчезнет, как только у нее появится достаточно сил, чтобы ходить по теням? Впрочем, он был бы идиотом, если бы не подозревал.

— А помимо ребенка, в тумане что-то было?

Лейла погрузилась в воспоминания. Она помнила страшный холод, сковывающий дыхание, ощущение безжизненной пустоты, будто не было никого живого на сотни миль вокруг.

А потом маг толкнул ее вперед — и она влетела в клубящийся туман.

В тот момент ее охватил ужас: она ходила по теням всего несколько раз.

— Нет.

Она содрогнулась при мысли о том, что, наверное, было бы лучше, если бы она оставила младенца там, где его спрятали.

Но разве она способна была это сделать?

Даже сейчас Лейла была уверена, что малыш потянулся и коснулся ее души. В противном случае ее можно считать сумасшедшей, что не исключено.

— Жаль, — проворчал Стикс. — Было бы славно, если бы существовало хоть какое-то указание на то, кто спрятал ребенка в тумане.

— Разве не джинн? — изумился Тейн.

— Необязательно. — Стикс по-прежнему не отпускал взгляд Лейлы. — Темный Властелин…

— Этот ребенок не зло, — прервала она его, стиснув в кулаки опущенные руки.

— Откуда у тебя такая уверенность?

— Я просто это знаю.

Такое объяснение Стикса явно не убедило, что неудивительно. «Я просто знаю» никак нельзя считать надежной гарантией!

К счастью, он не настаивал на более развернутом ответе.

— Значит, ты забрала ребенка из туманов, — вернулся он к основной теме разговора. — И что было потом?

— Сергей отвез нас к себе домой и снова запер меня в камере — с ребенком.

Стикс встал с края стола. Казалось, он не замечает, как нависает над Лейлой. По крайней мере так казалось Лейле.

— После того как он приложил столько трудов, чтобы заполучить младенца, с чего он вдруг оставил его у тебя? — проскрежетал он.

Лейла помедлила, а потом неохотно открыла правду:

— Потому что он испугался чар стазиса, которыми окружен младенец. Насколько я знаю, я единственная, кто может его касаться.

Тейн подошел к Стиксу и встал рядом с ним. У Лейлы перехватило дыхание.

Даже злясь на вампиров за их вмешательство в ее дела, она была настоящей женщиной и не могла не оценить эту картину: два лучших образчика мужской красоты на этом свете!

Тейн бросил на нее проницательный взгляд, но у него хватило ума держать свои иронические комментарии при себе.

— Это мог быть триггер.

Лейла стряхнула с себя странное оцепенение.

— Что такое триггер?

— Могущественные демоны способны создавать чары, реагирующие либо на конкретную личность, либо на определенное событие, — пояснил Тейн. — Возможно, чары были сплетены так, чтобы привязать ребенка к первому, кто войдет в туманы.

Лейла никогда не слышала о такой способности, но, с другой стороны, ее приемная мать скрывала от нее очень многое.

Она поспешила отбросить мысли о притворстве Садиры, когда та пыталась обучать ее магии. Ее приемная мать с самого начала знала, что у нее таланты цыганки, а не ведьмы!

Со своим смятением она разберется позже.

— В чем бы ни заключалась причина, маг бесился, — сказала Лейла. — Я даже сквозь сплошные железные стены слышала его вопли.

На губах Стикса появилась холодная улыбка:

— Это тогда он тебя отпустил?

— Шутишь? — фыркнула Лейла. — Этот подонок вообще меня не отпускал. Через несколько недель после того, как я нашла малыша, Сергея внезапно что-то спугнуло. — Она снова вскинула руку, видя, что он собрался задать вполне предсказуемые вопросы. — Не спрашивайте почему. Мы не были подружками, которые каждый вечер плетут друг другу косы и делятся сокровенными тайнами. Как-то вечером он вошел в камеру и отключил меня. — Она пожала плечами. — Очнулась я в Риме.

— В Риме? — Стикс вопросительно выгнул бровь. — Он выбросил тебя в городе, так густо населенном демонами?

Она отрывисто хохотнула, вспоминая паническое бегство Сергея из его логова.

— Думаю, у него не было времени как следует все обдумать. — Она вздрогнула. — В тот момент его преследовала Марика.

Тейн мрачно кивнул, соглашаясь с ее словами, но Стикс упрямо продолжал ее расспрашивать. Определенно его этому научили во времена испанской инквизиции.

— У него в Риме было собственное логово?

Лейла покачала головой. Ее недолгое пребывание в Риме мало чем отличалось от жизни заложницы в сибирском логове. Обитую железом камеру сменили заговоренный чулан и серебряные кандалы, которые едва не свели ее с ума.

— Нет, мы остановились у местных ведьм, — сказала Лейла глухим голосом, полным боли.

Тейн подошел к ней, участливо обнял за плечи, и лицо Стикса окаменело.

Она не могла понять: то ли он не одобряет того, что Тейн прикасается к мерзкой полукровке, то ли вообще не любит публичную демонстрацию чувств?

Однако ее это не волновало. Было приятно ощутить хоть какую-то поддержку.

— Они допустили в ковен демона, находящегося вне закона? — спросил старший вампир, равнодушный к ее чувствам.

— Сергей тщательно прятал меня в своих личных комнатах. И кроме того, они его очень боялись. Если бы не Каин, я наверняка до сих пор сидела бы под замком в том проклятом чулане.

Тейн нахмурился и изумленно спросил:

— Этот пес тебя спас?

Она наморщила нос.

— Не знаю, можно ли это назвать спасением. Скажем так: мы заключили взаимовыгодную сделку.

Тейн успокаивающе провел пальцем по ее щеке.

— Как он тебя нашел?

— Одна из ведьм, его бывшая любовница, решила поразить его картиной «Джинн в чулане». На следующее утро Каин вернулся и предложил помочь мне сбежать от Сергея, если я соглашусь стать его… — она невольно улыбнулась, вспомнив, как красавец полукровка ее назвал, — секретным оружием.

— Заносчивый пес! — прорычал Тейн.

Она обернулась к нему, изумленная нескрываемой яростью, горевшей в медовых глазах.

— А мне казалось, что ты с Каином не знаком!

Ответил ей Стикс:

— Вампиры пока не имели такого счастья, но я уверен, что скоро он станет моим гостем.

— И почему я подозреваю, что для Каина это будет не слишком приятно? — негромко вопросила Лейла.

— Этот пес держал в плену сестру моей спутницы! — Мрачный тон Стикса обещал боль любому, кто посмеет тронуть его спутницу жизни. Как это ни нелепо, но Лейла невольно задумалась, каково это — быть любимой таким внушительным демоном. Наверное, Дарси чувствует себя… какой?.. Важной? Влиятельной? Возможно, все одновременно. — Он заплатит за свое преступление, — продолжал Стикс, не подозревая о ее мыслях. — Но, думаю, сейчас у нас есть более важные темы для обсуждения. Как Каину удалось тебя выкрасть?

— У Каина настоящий талант фармацевта, — призналась Лейла. — Этот полукровка заработал состояние на производстве наркотиков. Он подлил Сергею снотворное, и, пока тот был в отключке, мы улизнули.

С нескрываемым изумлением Стикс переспросил:

— Мага отключило снотворное?

— Поверь, оно было сверхсильное.

Тейн прищурился:

— Ты жила с Каином в Риме?

— Нет. Каин отправил меня в свое логово в Америке, к своим ведьмам.

Лейла улыбнулась. Когда она оказалась в логове Каина неподалеку от Сент-Луиса, оно показалось ей почти раем. Конечно, ей пришлось жить в пристройке, густо оплетенной маскирующими чарами, и порой по нескольку лет ни с кем не разговаривать, но ее комнаты были достаточно удобными, и, что самое важное, они с младенцем были надежно скрыты от всего мира.

О! И еще у нее был телевизор с большим экраном и пятьсот каналов бесплатного кабельного вещания.

— Я снова увидела его только тогда, когда он приехал в Сент-Луис с младенцем оборотнем.

— С Харли, — сказал Стикс.

— Да. Но он не рассказывал о ней, — поспешила добавить Лейла. Дарси весь последний час пыталась вытянуть из нее сведения о том, как Харли попала Каину в руки и не говорил ли он что-нибудь о других сестрах. Похоже, одну из четырех до сих пор так и не нашли. — Извините, но больше я ничего не знаю.

Стикс молча взирал на нее, взвешивая правдивость ее слов.

— Расскажи мне про ребенка, — неожиданно потребовал он.

Лейла подавила вздох.

— Там нечего рассказывать. Младенец окутан чарами стазиса, сквозь которые я не могу проникнуть. Я даже не могу точно определить, девочка это или мальчик.

Тейн наклонил голову к плечу, глядя на нее с непонятным выражением.

— А ты уверена, что он жив?

О! Он решил, что одиночество заставило ее привязаться к магическому эквиваленту пустой оболочки.

Лейла могла оскорбиться, не будь реальной возможности помешательства.

— Я чувствую в нем жизнь, но в ней нет сознания, — сказала Лейла достаточно твердым тоном, давая понять, что не намерена обсуждать свои предчувствия.

Ребенок жив, и его место — рядом с ней.

Стикс снова вмешался в разговор:

— И за все эти годы он не менялся?

— Нет.

— Где он сейчас?

Прямой вопрос был задан внезапно, однако Лейла была к нему готова. Скрестив руки на груди, она, не дрогнув, встретила взгляд Стикса.

— Надежно спрятан.

— Ты должна…

— Нет.

— Наверное, будет лучше, если я поговорю с Лейлой наедине, — перебил их Тейн, благоразумно помешав ей спровоцировать вспышку ярости у самого опасного на земле демона.

Тейн подождал, пока Стикс покинет комнату, закрыл за ним дверь и только потом повернулся к Лейле, которая смотрела на него с угрюмым упрямством.

Подняв руку, она погрозила ему пальцем:

— Даже не думай.

— О чем мне не думать?

— Что только потому, что забрался ко мне в штаны, ты сможешь мной манипулировать.

Его обожгла вспышка настоящей ярости. Забрался к ней в штаны?

Этими словами она опустила его до уровня прыщавого студентика, ищущего податливую особу, которая позволила бы ее трахнуть. А ведь самые прекрасные и сильные женщины мира умоляли его разделить с ними постель!

Однако отнюдь не ущемленная мужская гордость заставила его резко прижать ее к себе и гневно уставиться в округлившиеся глаза.

— Не смей принижать то, что пылает между нами! — хрипло приказал он.

У основания ее шеи отчаянно билась жилка, и все же Лейла упрямо отказалась сдаваться.

— Ничего особенного. Мы переспали. Вот и все.

Тейн нагнул голову и провел клыком вдоль ее яремной вены. Живот у него скрутило от первобытной потребности вкусить пьянящий нектар ее крови.

— Если бы я действительно поверил, что ты так думаешь, я овладел бы тобой прямо здесь и доказал, как сильно ты ошибаешься, — сказал он, касаясь губами атласа ее кожи.

— Тейн! — Лейла вздрогнула, аромат ее возбуждения разлился по комнате, но она уперлась ладонями ему в грудь.

— Прекрати.

Он чуть отодвинулся и удовлетворенно отметил, что ее щеки зарумянились от страсти.

— Ты моя.

Лейла сверкнула глазами, однако ей хватило мудрости не продолжать этот нелепый спор.

— Мы хотели поговорить о ребенке.

Его губы невольно дернулись:

— Кажется, ты была против.

Лейла неожиданно высвободилась из его объятий и, качая головой, попятилась.

— Я не позволю себя перехитрить.

Сопротивляясь соблазну вновь прижаться к ней, Тейн скользнул взглядом по ее побледневшему лицу.

Она была все такой же прекрасной.

Яркие волосы мерцали в свете люстры словно пламя. Черты ее лица, тонкие и правильные, казалось, были созданы каким-то гениальным скульптором. Стройное тело являло собой дразнящее сочетание крепких мышц и женственных форм. Однако от его пристального взгляда не укрылись темные круги под глазами и напряжение, пульсировавшее вокруг нее.

Она рвалась вернуться к своему ребенку и подозревала, что он собирается ее остановить. К несчастью, это подозрение было вполне обоснованным.

Все распроклятые демоны этого мира скоро примутся охотиться за этой новой, самой сильной надеждой на возвращение Темного Властелина — либо ради триумфального возрождения своего бога, либо ради того, чтобы уничтожить возможную угрозу.

Тейн не допустит, чтобы Лейла оказалась под ударом.

— Перехитрить тебя? — переспросил он, пытаясь изобразить недоумение.

Лейла вскинула голову, ни на секунду не поверив его игре.

— Я не отдам ребенка.

Тейн раздраженно выругался: он надеялся избежать открытой конфронтации.

— А у тебя есть выбор, Лейла? — Он подбоченился. — Ты же не дура!

— Это спорное утверждение.

Он не стал реагировать на эту негромкую реплику.

— Твой секрет раскрыт, милая моя. Теперь слишком многим демонам известно, что на свободе разгуливает джинн-полукровка с ребенком, в котором может возродиться Темный Властелин. — Тейн обхватил ее лицо ладонями и заставил смотреть ему в глаза. — Ты никогда не найдешь безопасного места для ребенка.

В глазах Лейлы вспыхнул страх, но она быстро спрятала его за раздражением.

— Если безопасного места нет, то зачем вампиры влезли в это дело? Дай мне угадать. — Она возмущенно прищурилась. — В тот момент, когда я открою местонахождение младенца, ты передашь нас обоих Комиссии. Скажи, Тейн, тебе дадут бонус за комплексную сделку?

— Похоже, ты пристрастилась играть с огнем, — предостерег ее Тейн негромко.

— Нисколько. — Лейла оттолкнула его руки. — Мне нужны только мир и спокойствие, а еще — место, где младенец был бы в безопасности.

Тейн скрипнул зубами. Он не допустит, чтобы эта тоскливая нотка в ее голосе тронула его сердце!

— Неосуществимая мечта.

— Сейчас — возможно. Но со временем я сумею найти дом для нас обоих. Я же не беспомощная!

Его губы скривились в невеселой улыбке.

— К своему прискорбию, я знаю твои возможности. Однако не намерен закрывать глаза на преследующие тебя опасности. Готов поставить любимый «Ролекс» на то, что Марика и ее маг уже сейчас ищут ребенка.

Лейла внезапно резко повернулась и начала метаться по кабинету. На ее прекрасном лице читалась мрачная решимость.

— Нет, они ищут меня, — возразила она. — К младенцу могу прикасаться только я одна. Я нужна им.

Тейн почувствовал, как его затопила волна страха.

— Немедленно прекрати, Лейла!

Она обернулась к нему:

— Что?

— Я знаю, что означает это выражение.

Она снова принялась расхаживать по комнате.

— Не понимаю, о чем ты.

Он неуловимо-стремительно метнулся к ней и заставил посмотреть в свое хмурое лицо.

— Ты начала составлять какой-то безумный план, а я этого не допущу.

— Не допустишь? — Воздух опасно заискрился. — Мне следовало бы поджарить тебя уже за то, что ты заносчивый осел!

— А мне следовало бы запереть тебя в темнице. — Тейн с трудом заставил себя ослабить хватку, борясь с первобытными инстинктами. — Лейла, ты не будешь приманкой!

Лейла колебалась: возможно, пыталась решить, что будет приятнее — пришибить его молнией или бросить в туманах между мирами.

— Только для того, чтобы увести Марику и Сергея подальше, — проговорила она наконец. — Как только они потеряют мой след, я смогу вернуться, забрать младенца и исчезнуть навсегда.

Его сила пронеслась по кабинету, сшибая с полок бесценные издания; свет замигал.

— Это была шутка?

Лейла побледнела, но не отступила.

— Могу согласиться, что это не самый хороший план…

— Самоубийственное предприятие, и ты это прекрасно понимаешь! — отрезал Тейн.

— Не надо так драматизировать. Я уже давно научилась выживать самостоятельно.

— Везение рано или поздно кончается.

Лейла яростно втянула воздух, приподнялась на цыпочки и ткнула пальцем ему в грудь.

— Я не спрашиваю у тебя позволения, герой!

Тейн схватил ее за локти и приподнял, так что они оказались нос к носу. Их яростные взгляды скрестились.

— Забыла, что ты моя пленница? Никуда ты не пойдешь!

— А ты не перепутал? — возмутилась Лейла, окатив Тейна жаром своей ярости. И пусть она заставила его беситься, ему безумно хотелось овладеть ею здесь же, у Стикса на столе. — Это ты в моей власти, и я приказываю тебе меня отпустить!

Тейн схватил Лейлу и жадно впился в ее губы.

— Шах и мат.

На одно сумасшедшее мгновение она ответила на его поцелуй, но тут же оттолкнула.

— Нет, Лейла, одна ты никуда не помчишься. — Тейн поставил ее обратно на многоцветный ковер, но не разжал рук — он просто не мог ее отпустить. Проклятие! Выхода нет. И не будет, пока Комиссия считает ее опасной. Понадобится время, чтобы убедить этих чертовых оракулов, что это женщина никому не угрожает. И, что важнее, нужно помешать ей погибнуть раньше, чем ему удастся это сделать. — Я буду преследовать тебя всюду.

Суровость этого предупреждения заставила Лейлу недоуменно нахмуриться:

— Почему?

— Не знаю.

Глава 12

От этого простого и честного ответа у Лейлы перехватило дыхание и мысли покинули голову.

«Не знаю…»

Она вполне разделяла это чувство.

Ей то хотелось испепелить его, то прижать к стене и насладиться его телом.

Утонув в его медовых глазах, Лейла чуть язык не прикусила от неожиданности, когда из динамика внутренней связи раздался громкий голос Стикса:

— Тейн! Ты мне нужен наверху.

Тейн застыл, крепче сжав ее руки.

— Не сейчас! — прорычал он.

— Немедленно! — приказал старший вампир.

— Проклятие! — Тейн резко шагнул назад. Лицо его выражало глубочайшую досаду. — Я скоро вернусь.

— Я пойду с…

— Нет, милая моя, — решительно прервал ее Тейн, скрещивая руки на груди. — Если бы Стикс хотел, чтобы ты к нам присоединилась, то позвал бы тебя.

Лейла нахмурилась, вновь пожелав превратить его в горстку пепла.

— То есть я должна быть умницей и терпеливо ждать, пока вы решаете мою судьбу?

— Лейла, скорее всего этот вызов не имеет к тебе никакого отношения.

Она сжала кулаки.

— Ну да, конечно!

— Ты не забыла, что Стикс — повелитель всех вампиров, а я — его Харон? — Тейн посмотрел ей прямо в глаза, но его до боли прекрасное лицо оставалось совершенно непроницаемым. — Оставайся здесь.

Сердце Лейлы замерло.

— Тейн!

Он остановился и повернулся, встретившись с ее встревоженным взглядом.

— А что, если это — вампирские дела?

Он пожал плечами:

— Тогда я буду исполнять свой долг.

Лейла стояла прямо перед ним, совершенно не представляя себе, как там оказалась.

— Долг Харона?

Еще одно пожатие плеч.

— Да.

«Отпусти его», — посоветовал ей внутренний голос.

Если Стикс и Тейн будут заняты, у нее появится великолепный шанс сбежать, и не исключено, что единственный.

Но вместо этого Лейла схватила его за локоть, впиваясь взглядом в лицо, словно отчаянно пыталась запомнить все его изящные линии и черты.

— Что это значит?

— Сейчас не время…

— Ну пожалуйста! Мне надо знать. — Она сжала пальцы сильнее, так что ее ногти впились ему в кожу. Она боялась за него. — Что именно делает Харон?

Она почувствовала, как Тейн напрягся: похоже, ее бурная реакция его изумила.

Дьявольщина! Она сама изумлена не меньше его!

После пары томительных минут молчания он взъерошил ее коротко остриженные волосы.

— Это не всем известно, но некоторые вампиры подсаживаются на кровь алкоголиков и наркоманов, — сказал он, инстинктивно понизив голос при упоминании о малоизвестной слабости вампиров. — В конце концов это сводит их с ума. Я обязан выслеживать их и убивать, пока они не оказались в полной власти жажды.

Сердце Лейлы будто заледенело.

— И что тогда случается?

— Они впадают в бессмысленную ярость и губят всё и вся, что оказалось у них на пути.

Лейла потрясенно ахнула, она не боялась опасностей, но не безумия.

— А твоя обязанность — их останавливать? — севшим голосом уточнила она.

— Выбора нет. — Тейн рассеянно проследил пальцами линию ее уха. — Когда вампир перешагнул черту, отделяющую его от безумия, он не прекращает массовых убийств до тех пор, пока жертвы не закончатся — или он не будет обезглавлен.

Его прикосновение было все таким же волшебным: по ее телу пробегали крошечные волны наслаждения, — однако Лейла не могла не думать о риске, которому этот вампир подвергал свою жизнь.

— Почему именно ты?

Его медовый взгляд впился в ее широко распахнутые глаза, словно пытаясь разобраться в ее сумятице чувств.

— Именно я? — хрипло переспросил он.

— Почему именно ты должен вести охоту на этих маньяков?

— Потому что я Харон.

Она шумно выдохнула. Тейн намеренно уклонялся от ответа.

А это означало, что он что-то скрывает.

— Тебя мобилизовали или это добровольный выбор?

— Стикс предложил мне эту работу, и я согласился.

— Вот так запросто?

— А почему ты мне не веришь?

— Потому что не верю, что кто-то по доброй воле согласится занять должность палача.

Тейн опустил руку, и его лицо снова стало совершенно бесстрастным.

— Это необходимость.

От этого спокойного заявления ей стало еще страшнее. Обычно так говорят сумасшедшие.

— Я не имею ничего против этой должности, но не могу понять, что побудило тебя ее выбрать.

— А почему бы и нет? — Его взгляд устремился куда-то ей за спину. — Все вампиры обожают адреналин охоты. Стикс прилагает все свои силы к тому, чтобы сделать нас более цивилизованными, так что мне редко выпадает удовольствие схватиться с достойным противником.

Лейла только фыркнула. Без сомнений, Тейн получал наслаждение от схватки с врагом. Сложнее было поверить в то, что он с таким же удовольствием убивал собрата.

— Ты настолько любишь охотиться, что готов к тому, что тебя будут бояться и сторониться твои родственники? — спросила она.

Он скептически приподнял бровь.

— А что заставило тебя решить, что я изгой?

— Я не дура, Тейн. — Она обхватила себя за талию, ощутив в сердце уже знакомую боль. Она-то прекрасно знает, каково быть изгоем. Как больно, когда в тебе всегда видят угрозу, сколько бы ты ни пыталась доказать обратное. — Я же видела, как к тебе относились в клане Виктора! Когда ты вошел, одна половина хотела забиться в дальний угол, а другая — вогнать кол тебе в спину.

Плавным движением он повернулся, чтобы пройти к массивному столу, однако Лейла успела заметить, как его прекрасные глаза потемнели от боли.

От такой острой боли, что она в ужасе содрогнулась.

— Мои силы настолько велики, что меня будут бояться всегда, независимо от моей роли Харона. — Тейн стоял спиной к Лейле, и его голос был бесстрастен. — Честно говоря, мне плевать на тех, кто хочет моей смерти. Я здесь не для того, чтобы приобретать друзей и оказывать влияние.

Лейла не стала обращать внимания на его окаменевшие плечи и атмосферу отторжения, которая окружала его порывами ледяного ветра.

Она злит Тейна с момента их встречи. С чего бы ей вдруг останавливаться?

— Не надо этого делать, — проговорила она, становясь прямо перед ним. — Со мной — не надо.

Тейн не пожелал встречаться с ней взглядом.

— Чего мне не надо делать?

— Притворяться, будто тебя не волнует, что к тебе относятся словно к прокаженному те, кто не имеет никакого права тебя судить. — Лейла коснулась его лица. — И что ты прячешься от мира, который тебя отвергает. Одиночество глубоко ранит твою душу.

Ее ласковое прикосновение заставило его окаменеть. Он настороженно посмотрел на нее.

— Лейла?

— Я своей судьбе не хозяйка, но ты… — Лейла медленно покачала головой. — Ты мог бы войти в какой-нибудь клан. Даже найти себе спутницу жизни.

— Спутницу жизни? — Его резкий смех резанул по ее нервам. — Ты можешь представить меня в особнячке с белым заборчиком?

Лейла опустила голову, сделав вид, будто ее нисколько не задело его отчуждение.

— Ну и храни свои тайны! — огрызнулась она. — Можно подумать, они меня интересуют.

Она уже начала отходить от Тейна, когда он осторожно коснулся ее плеча.

— Она была моей создательницей.

Лейла повернулась и встретилась с безжизненным взглядом Тейна.

— Что?

— Сун Ли. — Тейн рассеянно погладил ее по голому плечу, но она почувствовала, что мыслями он где-то очень далеко. — Она превратила меня в вампира.

— Значит, она твоя мать? — уточнила она, ощутив, как к горлу подкатывает тошнота.

Лейла ведь сама настояла, чтобы он поделился с ней своей болью, будто у нее было на это право.

Только сейчас она поняла, что заставляет его испытывать боль от воспоминания того, что он хотел бы забыть.

— Отношения между птенцом и его создателем всегда разные. Иногда это отношения родителя и ребенка, иногда они носят сексуальный характер, — жестко контролируя свои эмоции, проговорил Тейн. — Как правило, их ничто не связывает друг с другом. До этого столетия большинство создателей бросали своих птенцов, и они редко переживали свой первый год. Сейчас Стикс старается следить, чтобы всех новых вампиров тут же принимали в кланы.

В любое другое время Лейлу страшно заинтересовали бы эти сведения о жизни вампиров: их мир скрывался за завесой тайны.

Однако сейчас ее мысли были заняты гораздо более важным.

— А что было у тебя с Сун Ли?

— Она была моей любовницей.

— Твоей спутницей жизни? — сдавленно спросила она.

— Нет, но мы были очень… близки.

Несмотря на то что Лейла приготовилась услышать нечто подобное, она все равно дернулась словно от удара.

Сун Ли.

Похоже, она была необыкновенной.

И несомненно, красивой — как и все вампиры.

Лейле захотелось отвесить этой суке хорошую оплеуху, хотя больше ничего она пока о ней не знала.

— Ты сказал «были».

— Она погибла.

— Как?

— Я отрубил ей голову.

Лейла содрогнулась от сильнейшего раскаяния.

— Черт! Прости! Мне не следовало настаивать. — Она подняла было руку, чтобы прикоснуться к нему, но тут же отдернула при виде его застывшего лица. Тейн еле сдерживался, и ей не хотелось, чтобы он потерял власть над собой из-за ее неосторожности. Она и так достаточно ему навредила. — Это ведь не мое дело.

Атмосфера в кабинете была накалена настолько, что стало трудно дышать.

— Разве ты не хочешь узнать, почему я это сделал?

Лейла с трудом держалась на ногах. Ее потрясло, что Тейну собственноручно пришлось убить свою возлюбленную.

— Я… — Она нервно облизнула губы. — Я не хочу заставлять тебя снова к этому возвращаться.

Его ладонь легла ей на затылок, и большой палец проследил линию яремной вены, как будто это помогало Тейну успокоиться.

— Сун Ли была древней уже тогда, когда создала меня, — проговорил он хриплым шепотом. — И, как очень многие, существование ей прискучило.

Лейла нахмурилась:

— Она обратила тебя, чтобы развлечься?

— Наверное, можно сказать и так.

— И как долго вы были вместе?

— Почти триста лет.

— Ну что ж, никто не станет говорить, что ты не способен на длительные отношения, — проворчала Лейла.

Ее резкий тон вызвал на его лице какую-то мимолетную эмоцию — возможно, это было удовлетворение, — а потом горькие воспоминания вернулись, отчего глаза Тейна потемнели.

— Для бессмертных время не имеет значения.

— Может, и нет, но ты должен был очень сильно ее любить, раз вы были вместе так долго.

— Любовь? — Он поморщился. — Нет. Я был ее учеником, который восторгался ею. Никакой приязни не было. Если бы была, то, возможно, я бы…

Внезапно Лейле захотелось прижаться к Тейну и дать ему… что? Утешение, которого она не понимает — и которое он, несомненно, отвергнет?

Она кашлянула.

— Ты бы — что?

— Я мог бы принять как факт ее наступающее безумие.

Лейле понадобилась целая минута, чтобы осмыслить услышанное.

— О! — Она мысленно себя выругала. Ей следовало бы понять, к чему все идет! — Она была…

— Наркоманкой.

Лейла нахмурилась, заметив сожаление, горевшее в его медовых глазах.

— Твоей вины в этом не было.

— В наркомании — нет, но я определенно ей потворствовал.

— Она была сильным вампиром, Тейн, а не второсортной знаменитостью в телешоу. Сомневаюсь, чтобы ей смогли помочь какие-то меры.

Тихо чертыхнувшись, Тейн начал расхаживать по комнате. Его движения были нетипично дергаными.

— Когда вампир сходит с рельсов, существует всего одна мера — и она не имеет ничего общего со всем этим слащавым дерьмом. — В его голосе ясно слышалась застарелая боль. — Но я проявил слабость. Я заметал следы после ее «случайных ошибок» и делал вид, будто не замечаю перепадов в ее настроении. Мне не хотелось признаваться даже себе самому, что она скатывается к неукротимой жажде.

Лейла прикусила губу. Не нужно быть телепатом, чтобы понять: у этой истории не будет счастливого конца.

— И что случилось?

Он склонил голову. Его тело так окаменело, что, казалось, вот-вот разлетится на мелкие осколки.

— Именно то, чего и следовало ожидать.

— Сколько?

Лейлу пробрала дрожь: она представила себе ужасающий вид обезумевшего вампира, залитого чужой кровью, и ее затошнило.

— Она уничтожила весь наш клан и несколько человеческих деревень, прежде чем мне удалось загнать ее в тупик в горах Перу.

Немного неуверенно Лейла встала прямо позади него. Ей не хотелось действовать чересчур напористо, но было очевидно, что его привычка глубоко прятать свои воспоминания не позволила ранам зажить. Возможно, если он поделится с ней этим ужасом, то гнойный нарыв боли удастся вскрыть.

— Почему она не убила тебя вместе с остальными членами клана?

Его резкий смех эхом отразился от стен.

— В своем безумии она желала иметь рядом кого-то, кто восторгался бы ее великолепными разрушениями.

Боги! Тейну не только пришлось стать свидетелем того, как любимая женщина погружается в безумие: он еще вынужден был наблюдать ее кровавое падение в красках!

Такое оставит глубокий след в душе любого.

— И ей в голову не приходило, что ты можешь прекратить ее неистовство?

— С чего бы? — Тейн медленно повернул к Лейле свое мрачное лицо. — Я бесчисленное количество лет был ее верным лизоблюдом!

Она подняла руки, обхватив ладонями его лицо. Кожа была прохладной и восхитительно гладкой. Безупречной.

Однако его глаза были полны такой боли, что у нее защемило сердце.

— И теперь ты считаешь себя виновным перед всеми теми, кого она убила?

— Не просто убила. — Тейн схватил ее за локти, сжав их с такой силой, словно сам не знал, хочется ли ему оттолкнуть ее или притянуть к себе. — Они были растерзаны, Лейла! Безжалостно, зверски растерзаны.

Лейла радостно принимала болезненное давление пальцев, впивавшихся в ее тело. Он так долго подавлял свои эмоции! Странно, что они не разнесли его на куски!

— Ты не виноват.

— Это мне решать.

Лейла проглотила слова протеста. Спорить было бесполезно.

— А Стикс знал твою историю, когда предлагал тебе стать Хароном? — осведомилась она вместо этого.

Тейн ответил не сразу. Подозрительно прищурившись, он пытался разобраться, почему она столь резко изменила тему разговора.

— Да.

— Подонок!

Он притянул ее к себе, инстинктивно бросив взгляд на закрытую дверь.

— Поосторожнее, милая моя. Пока Стикс играл роль гостеприимного хозяина дома, но не заблуждайся: он очень опасный соперник.

Лейла прижалась к его широкой сильной груди, ощутив внизу живота уже ставший привычным огонек волнения.

— Похоже, друг он тоже очень опасный, — проворчала она.

Тейн прижал палец к ее губам.

— Лейла!

— Нет. Стикс сознательно играл на твоем чувстве вины, сделав тебя изгоем и заставив постоянно подвергаться опасности, — упрямо сказала она.

Тейн замер, вглядываясь в ее лицо так, словно пытался прочесть на нем ответ на невысказанный вопрос.

— Так уж и постоянно!

Лейла возмущенно фыркнула:

— А ты уже забыл, как в день нашей первой встречи на тебя напали твои драгоценные братья?

Его глаза вдруг вспыхнули, и он крепко обнял ее.

— Я помню все, что было в день нашей первой встречи, — проговорил он низким голосом, заставившим ее сердце отчаянно забиться. — Все.

Ну да… и она тоже.

Ее взгляд скользнул по четкой линии его губ, и воспоминания о чувственном забытьи, которое они дарили, прикасаясь к коже, захлестнули ее с головой. Однако в следующую секунду она жестко подавила вспышку желания.

Нет. Она не позволит себе отвлечься.

— Он не имел права требовать от тебя такой жертвы!

— Стикс не прекраснодушный вождь. — Тейн иронически хмыкнул. — Дьявольщина! Он сукин сын, который без колебания сделает все, что сочтет необходимым для блага своих подданных. Но он не принуждал меня стать Хароном — ни силой, ни хитростью.

Лейла нахмурилась. Преданность Тейна этому пугающему Анассо заслуживала восхищения, однако она же его ослепляла.

— Ты в этом так уверен?

Его ладони нежно скользнули по ее спине, словно он хотел ее успокоить.

— Он единственный, кто понимает.

Она замотала головой, совершенно не убежденная его словами.

— Что понимает?

— Он сам страдал от чувства вины и неудачных отношений. — У него на щеках заиграли желваки. — Стикс не осознавал, как мне необходимо сильное средство от ошибок прошлого.

Лейла с трудом подавила досадливый вздох.

Ей хотелось донести до Тейна, что Стикс его использовал в своих целях. Только так она могла защитить его от необдуманного риска.

Однако если он упорствует в том, чтобы вести личную священную войну…

Она тряхнула головой. Проклятие! Ей совершенно ни к чему такая забота!

Она явно неравнодушна к Тейну.

От письменного стола донесся щелчок, после чего кабинет снова наполнил голос Стикса:

— Тейн, если мне придется за тобой идти, ты об этом пожалеешь!

Ледяной тон Стикса заставил их обоих вздрогнуть.

Тихо чертыхнувшись, Тейн наклонился, чтобы запечатлеть на ее губах жаркий поцелуй, и быстро зашагал к двери.

— Мы поговорим позже.

— Тейн!

— Что?

— Не надо…

— Что?

Она скрипнула зубами.

— Не надо совершать глупостей.

Глава 13

С годами у Тейна выработался надежный инстинкт самосохранения.

Либо вампир-убийца будет всегда начеку, либо он погибает.

Все очень просто.

Однако Лейла стала причиной его опасной для жизни рассеянности. Он почти не замечал бесценных скульптур, стоявших в отделанных мрамором коридорах, как и золоченых рам с картинами, при виде которых любой коллекционер скрипел зубами от зависти. А это означало, что он едва заметил и затененную нишу, в которой мог бы спрятаться враг, и высокий свод, под которым могли приготовить ловушку.

Его мысли были сосредоточены на неожиданном гневе Лейлы. Ей не нравится, что он Харон. Но почему?

Потому что она за него боится?

Потому что он… ей небезразличен?

В его сердце шевельнулось опасное тепло.

И это тепло продолжало разрастаться, пока волна мощной энергии не выдернула его из этих идиотских мыслей, чуть не швырнув на колени.

Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!

Только оракул способен на такой мощный заряд энергии.

Тейн чуть помедлил у дверей библиотеки, где, как он чувствовал, Стикс нетерпеливо ждал его прихода.

Его обуяло дикое желание броситься обратно к Лейле и утащить ее прочь. Конечно, это была бы глупость чистой воды. У него нет ни единого шанса вывести ее отсюда. Их обязательно схватят Вороны Стикса.

Или кто-то пострашнее.

Благодаря долгим годам самодисциплины Тейн шагнул через порог громадной библиотеки.

Он намеревался убедить оракула в том, что Лейла не представляет собой опасности, либо погибнуть.

Запоздало насторожившись, Тейн осторожно осмотрел длинное помещение с высокими окнами, выходившими в сад, залитый лунным светом.

Здесь были традиционные стеллажи, на которых располагалась часть громадного собрания книг, принадлежащего Стиксу, а около мраморного камина стоял массивный стол. В дальней части библиотеки на дорогом ковре стояли разнообразные обитые кожей кресла и стеклянная витрина с древними свитками.

Тейн скользнул взглядом по хмурому Стиксу, затем перешел на существо женского пола, стоявшее в центре комнаты.

Его охватило изумление. Господи! Он увидел крошечную человеческую девочку с тонкими чертами лица. Она была одета в простой белый балахон, а ее серебристо-седые волосы убраны в длинную косу.

Можно было бы отмахнуться от нее, сочтя безобидной, если бы не древнее знание, пылавшее в черных миндалевидных глазах, и не бритвенно-острые акульи зубы.

Ну и, конечно, ее сила.

Женщина знаком приказала Тейну приблизиться. Пальцы у нее оказались кривыми и узловатыми.

— Вот и Харон.

Ее голос оказался низким и завораживающим.

— Да, госпожа, — ответил Стикс, будто бы она задала вопрос.

Немигающими глазами она наблюдала за приближением Тейна.

— Я Силджар.

Тейн заставил себя отвесить ей сдержанный поклон:

— Тейн.

В темных глазах вспыхнул смех.

— Да, я знаю.

Тейн проглотил проклятие. Оракул может читать его мысли!

Она снова взмахнула рукой — на этот раз приказывая Стиксу уйти.

— Мы будем говорить наедине.

— Как пожелаете.

Стикс охотно направился к двери, хоть и задержался на секунду, чтобы адресовать Тейну взгляд, полный сурового предостережения.

Ну конечно. Как будто ему надо напоминать, что в смертоносную гремучую змею нельзя тыкать палкой.

Дождавшись, когда дверь за Стиксом закроется, Силджар скрестила руки на груди.

— Ты очень плохо себя вел, вампир.

— Не могу отрицать, что нарушил закон.

— Гм. Могу догадаться почему.

Тейн недоуменно нахмурился:

— Госпожа?

Она улыбнулась. Улыбка вышла страшная.

— Оставив позади слабости плоти, я не забыла о ее соблазнах. — Улыбка исчезла так же быстро, как появилась. — Тем не менее ты вмешался в дела Комиссии, а это недопустимо. Ты знаком с Цезарем?

Тейн невольно поморщился. Этого вампира осудили на двухсотлетнее рабство у Комиссии за то, что он переспал с потенциальным оракулом.

— Лично — нет.

— Тогда потрудись с ним поговорить, — заявила Силджар. — Он сможет рассказать тебе о судьбе тех вампиров, которые вкушают запретный плод.

Тейн склонил голову:

— Я приму любое наказание, которое вы сочтете справедливым, но Лейла ни в чем не виновата.

— Она оскорбление природы.

Его ярость ударила волной, отключив в комнате электричество и разнеся на кусочки стоявшую на каминной полке лампу.

— Ее вины в этом нет! — скрежещущим голосом процедил Тейн.

Оракул оставалась совершенно бесстрастной и спокойной, хоть он и был вдвое ее выше и в четыре раза массивнее.

Это было неудивительно, принимая во внимание, что она может запросто отшвырнуть его к стене одним движением пальца.

— Демоны-урленалы не виноваты в том, что вытягивают жизнь из человека, просто оказавшись рядом с ним, но мы все равно держим их в изоляции.

— Лейла не опасна!

— Она не контролирует себя, как все джинны-полукровки.

Тейн открыл было рот, собираясь с этим спорить, но поспешно остановился, вспомнив, что оракул способна читать мысли. Она уже должна знать, что Лейла случайно убила в Ганнибале оборотня-полукровку. Пусть это и была самозащита, однако это все равно доказывало, что она не в состоянии контролировать свои способности.

Не задумываясь, он опустился на колени.

К дьяволу гордость.

Ему необходимо сделать что-то, чтобы не дать уничтожить Лейлу.

— Молю вас! — прошептал Тейн.

Зашуршал атласный балахон — это Силджар шагнула к нему.

— Ты готов молить за эту женщину?

— Да.

— Вы с ней не спутники жизни. — Она всмотрелась в глаза Тейна, которые оказались примерно на одном уровне с ее собственными. — Пока еще.

«Пока еще»?

На время Тейн решил отложить мысли об этом.

Он склонил голову, изо всех сил стараясь казаться смиренным. Это не входило в число его талантов.

— Дайте ей возможность доказать, что она безопасна.

Темные глаза сузились.

— Она делает тебя уязвимым, а ты все равно хочешь ее защищать. Как любопытно!

Скорее самоубийственно, однако он, похоже, не в силах прекратить это безумие.

— Могу я узнать, что вы намерены с ней делать? — спросил Тейн, подтверждая слова оракула.

— То, что собирались сделать с самого начала.

— Но…

— Молчать!

Тейн упал лицом в ковер — боль просверлила ему мозг — и прохрипел:

— Да, госпожа.

Боль моментально исчезла, и Тейн застонал от глубочайшей благодарности. Он не помнил ничего хуже этой боли.

Силджар сгребла рукой его ирокез и вновь пугающе улыбнулась:

— Ты действительно считаешь, что Комиссия не знала о джинне-полукровке с того момента, как она была зачата?

Он растерялся. Какого дьявола? Она с ним играет? Или намечается что-то более серьезное?

— Закон говорит, что ее необходимо уничтожить.

Ее белые брови изумленно приподнялись.

— Ты намерен учить меня законам, которые я же установила?

«Осторожнее, Тейн».

— Нет, я просто хочу понять.

Силджар помедлила, словно решая, продлить ли разрушающую разум боль или просто разорвать ему горло. Наконец она отпустила его волосы и шагнула назад, аккуратно сложив руки на животе.

— Было определено, что она принципиум.

Тейн встретился с ее бездонным взглядом и недоуменно сдвинул брови:

— Она… что?

— Особая душа, которой предназначено сыграть решающую роль в будущем мира.

Ему показалось, что пол под его ногами качнулся.

Проклятие!

То предчувствие, которое он испытывал, находясь рядом с Лейлой, не было просто оправданием Тейну, чтобы находиться рядом с ней.

Ему следовало бы танцевать от радости.

Оракулы решили, что Лейла им нужна. Это значит, что они ее не убьют до тех пор, пока она не исполнила свое таинственное предназначение.

Но вместо радости Тейна снова сковал ужас: Лейлу ожидала судьба мученицы.

— И в чем заключается эта решающая роль? — хрипло спросил он.

— Не смей говорить со мной таким тоном!

Тейн содрогнулся, ощутив слабый ток силы, пронзивший его мозг, но отступить не мог.

— Простите. Мне просто… — Он попытался найти нужные слова, но не сумел. — …необходимо знать.

Боль спала, превратившись всего лишь в слабое предупреждение о том, что он почти исчерпал доброе расположение оракула.

— Только истинный пророк способен прочесть будущее, — проговорила она своим низким завораживающим голосом. — Однако звезды предрекли ее рождение.

— Значит, вы не намерены ее уничтожать?

— Конечно, нет! Она совершенно необходима для нашего будущего.

Его тело дергалось от потребности вернуться к Лейле.

— Тогда могу ли я узнать, почему вы пожелали меня видеть?

— По двум причинам.

— Проклятие! — пробормотал Тейн.

К счастью, она проигнорировала этот всплеск нетерпения.

— Первая — чтобы напомнить вампирам: с Комиссией не шутят. Твой долг требовал сообщить нам о полукровке, а вместо этого ты попытался ее спрятать. Ты умышленно игнорировал законы и ради собственного удовольствия подверг опасности других. Совершенно ясно, что тебе следовало напомнить, как опасно бросать вызов нашей власти.

— А вторая? — спросил Тейн, стараясь не думать об ожидающем его наказании.

— Убедиться, что ты не намерен вмешиваться в судьбу Лейлы.

Он вскочил на ноги прежде, чем понял это.

— Вмешиваться?

— Совершенно верно.

— Я всего лишь старался сохранить ее хорошенькую головку у нее на плечах! — возмутился Тейн. — И уже только за это я заслужил звание святого.

Силджар это не впечатлило.

— Ты ведь навязал ей свою волю, так?

Тейн нахмурился: это обвинение почему-то его оскорбило.

— Совершенно не нужно делать из меня Ким Чен Ира!

— Кого?

— Не важно. — Тейн пожал плечами, оправдываясь: — Я просто старался ее уберечь.

— Она должна сама сделать выбор.

— Даже если в результате этого безвременно погибнет?

— Если такова ее судьба. — Тейн невольно зарычал, но крошечная женщина повелительно вскинула руку. — Не торопись, вампир. Эта женщина необходима миру. А вот без тебя вполне можно обойтись.

Он стиснул зубы.

Пусть без него и можно обойтись, но будь он проклят, если позволит превратить Лейлу в пешку, которой можно пожертвовать.

— Вы хотите, чтобы я предоставил ее судьбе?

Силджар склонила голову к плечу и стала похожа на любопытную птичку, только с острыми зубами и силой, способной разрушить целую планету.

— А если я скажу «да»? — негромко поинтересовалась она.

— Тогда признаюсь, что вам придется приковать меня к стене или убить, иначе я не отступлюсь.

Оракул тяжело вздохнула, будто женщина, столкнувшаяся с решительно настроенным мужчиной.

— Ох уж эти вампиры!

— Я могу предложить компромисс.

— Не в твоем положении торговаться.

— Тогда я попрошу об одолжении.

Она застыла, словно его предложение ее заинтриговало.

— И ты станешь моим должником?

Тейну следовало бы задуматься: быть должником этой женщины означало, что со временем это ему больно аукнется, — однако он кивнул, не медля ни секунды.

— Интересная мысль. — Она рассеянно постучала пальцем по своему подбородку. — Конечно, я всегда могла бы просто приказать тебе сделать то, что пожелаю.

— Могли бы.

После мучительно долгой паузы Силджар чуть кивнула:

— Я выслушаю твое предложение.

— Позвольте мне остаться с Лейлой, и я поклянусь, что не буду… вмешиваться.

Силджар недоверчиво фыркнула:

— Ты не сможешь справиться со своей сумасшедшей потребностью ее защищать.

Да уж. Тут она права.

В этом мире, да и в любых других, нет такой силы, которая заставила бы его отойти в сторону и смотреть, как Лейле причиняют боль.

— Вы сказали, что я просто не должен навязывать ей свою волю, — отчаянно заявил он. — Но я могу обеспечить ей безопасность.

Силджар мгновение обдумывала его слова, а потом решительно качнула головой:

— Вряд ли ты сможешь не переступить грань и отличить одно от другого. Если она подвергнет себя опасности своим выбором, ты постараешься ее остановить.

В отчаянии Тейн снова упал на колени. Проклятие! Он будет умолять, пока не лишится голоса:

— Госпожа, я дал слово!..

— Да.

Совершенно неожиданно Силджар исчезла, чтобы снова появиться всего в дюйме от его носа. Тейн вздрогнул от неожиданности.

— Какого…

Он не успел ничего сделать: оракул протянула руку и прижала ладошку к его груди. Мучительный жар пронизал его тело — казалось, будто плавятся кости. Когда оракул наконец отступила назад, Тейн перевел взгляд на свою грудь и увидел на коже мерцающую черную татуировку, удивительно похожую на зигзаг молнии.

— Вот дерьмо! — потрясенно выдохнул он. — Что вы сделали?

— Просто усилила узы, которые уже связывали тебя с Лейлой. — Оракул отступила на шаг и посмотрела на него с некоторым удивлением. — Право, вампир, тебе следовало быть умнее и не высказывать джинну желание.

Зашипев, Тейн прижал ладонь к отметине. Одно дело иметь ненадежную связь с Лейлой, и совсем другое — оказаться в полной ее власти.

— Вы сделали меня рабом?

Она сверкнула своими пугающими зубами.

— Нет, Тейн. Ты это сделал самостоятельно.

Конечно, у него не было ни малейшего желания задумываться над этим фактиком.

— Эту связь можно порвать?

— Это решать Лейле.

Негромко зарычав, Тейн встал на ноги. Он ненавидел, когда им пытались управлять.

— У нас все?

Улыбка Силджар стала шире. Она спокойно направилась к двери.

— Пока — да.

— А как же мое наказание?

Женщина даже не замедлила шага.

— Подозреваю, что Лейла устроит тебе пытку похуже любой, которую способна придумать я.

О, как она права!

— Воистину так, — пробормотал Тейн.

— Конечно, если ты намереваешься быть ее защитником, я бы посоветовала тебе поторопиться.

— Поторопиться?

— Она со своим крошечным спутником покинула территорию имения сразу же после того, как мы начали наш разговор.

— Дьявол! — Тейн бросился к двери, выхватывая кинжал из ножен, закрепленных сзади на пояснице. — Я убью эту горгулью!

Глава 14

— Я убью этого чертова вампира! — пробормотала Лейла, бежавшая по грунтовой дороге прочь из Чикаго.

И от Тейна.

Этого отпетого мерзавца.

Боги! Как она могла ему поверить? Он уверял, что ей ничто не угрожает, и она купилась на это!

Если бы не Леве, она и сейчас сидела бы в кабинете у Стикса и покорно ждала, чтобы ее передали оракулу.

Полчаса назад Леве ворвался в комнату, хлопая крыльями и подергивая хвостом. Это ясно говорило о том, что он не в настроении.

Но даже приготовившаяся к известию о какой-то новой катастрофе Лейла была потрясена, когда он начал бормотать об оракуле и опасности. Сунув в руку маскирующий амулет, Леве велел ей бежать.

Лейла не колебалась. Едва она вышла из защищенного кабинета Стикса, как ее чуть не пришибло лавиной энергии. Несомненно, оракул уже дожидался ее.

Положившись на Леве, она позволила горгулье вывести ее из дома по потайному ходу, который закончился в полях позади модного района. Выбравшись на поверхность, она побежала что есть мочи. Это была ее единственная возможность скрыться.

Леве старался от нее не отставать.

— Не то чтобы я целиком не разделял твою потребность уничтожить всю расу вампиров с максимальным… как бы это правильно сказать?..

— Ущербом?

— Уи, ущербом, но мне-то казалось, что ты симпатизируешь этому бессердечному кровососу?

Ее взгляд скользнул по уходящим назад полям и далеким фермерским домам, дремавшим в свете луны. Полночь еще не наступила, но местные жители уже благополучно улеглись спать.

— Наверное, иногда он оказывался полезным, — проворчала Лейла.

— Полезным? — Леве многозначительно выгнул мохнатую бровь. — О-ла-ла! Хотел бы я иметь такого полезного спутника!

У нее загорелись щеки: она невероятно живо вспомнила, как Тейн приподнимался над ней, чтобы глубоко войти в ее тело. Да уж, это было «о-ла-ла!», и более того.

— Да, все ужасно мило и весело, пока они вас не предадут, — сказала она, не пытаясь прятать горькую обиду.

Леве бросил на нее изумленный взгляд:

— Ты считаешь, что это он вызвал оракула?

— Не знаю, сделал ли это лично он, но кто-то из этого вампирского логова должен был связаться с Комиссией. — Лейла безуспешно попыталась подавить острый укол разочарования. — Иначе откуда они могли узнать, что я здесь?

— Сомневаюсь, чтобы простой амулет мог бы спрятать тебя от Комиссии, ма птит, — сказал Леве, делая вид, будто не замечает ее изумления. — Их возможности ужасают!

Лейла споткнулась и резко остановилась, потянувшись к маленькому медальону, висевшему у нее на шее. Она действовала в полной уверенности, что маскирующий амулет скрывает ее от всех опасных тварей, крадущихся в темноте! И внезапно она узнаёт обратное.

— Ты хочешь сказать, что я серьезно влипла? — спросила Лейла.

— Все зависит от магических способностей того, кто прибегает к заклинанию поиска, — уклончиво ответил Леве. — Одни бывают гораздо сильнее других.

Лейла тряхнула головой. Насчет амулета она начнет беспокоиться позже. Сейчас ей хочется только злиться на Тейна.

— Даже не вызывая оракула, он должен был как-то предупредить меня об опасности.

От ближайшего дерева донесся шорох — и темная тень спрыгнула в центр тропы. Лейла инстинктивно отпрянула — и ее сила сконцентрировалась вокруг нее, готовя удар по неожиданному источнику опасности.

Не успела она атаковать, как тень рассеялась, открыв ее личную головную боль.

— Я хорошо помню, как мне сказали, что я ненужная помеха в твоей жизни и что ты вполне способна о себе позаботиться, — лениво проговорил Тейн, крутя в руках громадный кинжал.

— Сакреблё! Я чуть не превратил тебя в тритона! — рявкнул Леве, грозя Тейну кулаком. — В холощеного тритона!

Лейла внезапно поняла, как ее сила исчезла так же быстро, как и появилась.

— Лейла? — окликнул ее Тейн.

Он выглядел невероятно привлекательно в одних только защитных шортах и с огромным мечом, закрепленным за спиной.

Лейла встретила медовый взгляд, не спрашивая о причине внезапного появления Тейна. Несомненно, скорость вампиров и умение скрываться в тени превращали их в идеальных охотников.

— Ты мог бы хоть сообщить мне о том, что один из совета директоров ада находится в доме.

Он пожал плечами:

— От Комиссии убежать невозможно, милая моя.

Ее охватила ярость: Тейн явно не считает нужным даже притворяться, что ему стыдно!

— Мне это неплохо удавалось, пока не появился ты! — процедила Лейла. — Двести лет не видела ни единого оракула.

— Только потому, что они позволили тебе думать, будто ты смогла избежать их внимания.

Ее гнев мгновенно испарился.

— Что ты хочешь сказать?

Тейн медленно направился к ней, свободно держа кинжал в руке. Его босые ноги почти не поднимали пыль на тропинке.

— Они знали о тебе с момента твоего зачатия.

— Но… — Она откашлялась, избавляясь от кома, внезапно вставшего в горле. — Этого просто не может быть!

— Для Комиссии нет ничего невозможного. — Тейн удерживал ее взгляд, требуя поверить его негромким словам. — Они обладают силами, которые заставляют содрогаться от ужаса любого демона, если тот в здравом уме.

Мир перевернулся.

Лейла с самого рождения жила в страхе перед оракулами.

Они были буками, которые вызывали у нее кошмары и губили все надежды на «нормальную» жизнь.

Подумать только: оказывается, они вовсе ее не преследовали!

Лейла пыталась привести свои мысли в порядок, но моментально забыла обо всем, когда увидела Тейна в лунном свете с мерцающей татуировкой на груди.

— Черт! — Она подняла руку и прикоснулась к явно магическому знаку. — Что они с тобой сделали?

— Это, — поморщился он, — напоминание.

— Напоминание о чем?

— О том, что я не могу контролировать все на свете.

Лейла медленно покачала головой. Ее сердце сжималось от мучительной боли.

— Нет. Тебя наказали. — Она подняла взгляд и заглянула в его медовые глаза, затененные густыми ресницами. В это мгновение она ненавидела Комиссию еще сильнее, чем прежде. — Тебя наказали за то, что ты мне помогал.

Он прижал ее пальцы к татуировке. Лейла ничего не смогла прочесть по его лицу.

— Это не важно.

— Если оракулы знали о моем существовании, тогда почему они тебя наказали?

Вместо ответа Тейн поднес ее руку к своим губам и запечатлел поцелуй на ладони, а потом отступил назад. По его лицу было ясно, что он не собирается рассказывать ей о том, что произошло между ним и оракулом.

Упрямый, несносный вампир.

— Куда ты направилась, Лейла?

Она фыркнула. Прекрасно! Если он не хочет расстраивать ее, она останется безразличной.

— Я пыталась сбежать. — Лейла пожала плечами. — У меня не было времени и желания разрабатывать маршрут.

— Даже не пытайся. — Его губы искривились в невеселой улыбке. — Хорошо это или плохо, но ты нас связала воедино. Лгать — значит, напрасно тратить время.

Она их связала воедино? Ха! Он подчинялся ей лишь для того, чтобы она поверила ему и почувствовала себя в безопасности!

— Я тебе не доверяю.

— Нет, доверяешь. — Продолжая удерживать ее взгляд, Тейн провел пальцами по щеке, а потом властно взял за плечо. — Ты просто не готова это признать.

Лейла фыркнула:

— Самонадеянно!

Он наклонился, и они оказались нос к носу.

— Ты ведь отправилась к ребенку, правда, милая моя?

— Никто не звал тебя в компанию, вампир! — проворчал Леве.

Золотистые глаза продолжали неотрывно смотреть на нее.

— Твоя помощь больше не нужна, горгулья.

Ошеломляющее желание сократить то небольшое расстояние, которое их разделяло, и соединиться в поцелуе заставило Лейлу шагнуть назад.

Боги! Она из-за него совсем с ума сходит!

— Мне решать, чья помощь нужна! — огрызнулась Лейла. — Леве идет со мной.

— Мерси, ма птит. — Затрепетав крыльями, Леве адресовал Тейну торжествующую улыбку. — Некоторым не хватает вкуса, чтобы оценить мое несравненное обаяние.

Тейн опасно прищурился.

— А еще мне не хватает вкуса, чтобы оценить все радости жевания стекла, сдирания шкуры заживо и повтора третьесортных шоу. Считайте меня странным.

Лейла безнадежно вздохнула. Ясно, что от этого проклятого вампира избавиться не удастся. Тогда почему бы не смириться с неизбежностью и не воспользоваться его присутствием?

В конце концов, он сильный воин, который способен защитить ее от большинства демонов, даже от Марики.

— Может, мы просто пойдем дальше? — спросила Лейла.

Тейну хватило ума не осведомляться о конечном пункте их экспедиции. Он молча посмотрел в сторону ближайшей фермы.

— Нам понадобится транспорт. — Он направился к полю, окружавшему фермерский дом. — Идите сюда.

Они двигались молча, миновав сарай, покрашенный ярко-красной краской и покрытый оцинкованным железом, и соседствовавший с ним хлев, откуда остро запахло свиньями.

Лейла поспешно поймала Леве за крыло, не обращая внимания на то, что тот взвизгнул от боли. Горгулья был похож на мальчишку-подростка, вечно голодного и готового сожрать все, что попадется ему на пути. Даже если это еще живо и копошится в грязи.

Она продолжала держать Леве, пока они шли мимо курятника и собачьей будки, отпустив только тогда, когда они оказались в длинном гараже, где стояли тракторы, комбайны, бульдозер и блестящий новенький «форд».

Тейн распахнул дверцу со стороны водительского места, но не успела Лейла возмутиться по поводу его типично мужской решимости вести машину самому, как он положил руку на руль. Двигатель моментально заработал. Лейла приподняла брови. Недурной фокус!

— Я за штурмана! — объявил Леве, вскарабкиваясь на переднее сиденье.

Не успела его задница коснуться обитого кожей сиденья, как Тейн схватил его за рог и перебросил назад.

— И не мечтай.

Посыпались французские ругательства, и Лейле, устраивающейся на месте, которое пытался занять Леве, пришлось прятать улыбку. Закрывая дверцу, она подумала, что горгулья неизменно поднимает ей настроение.

Не разделяющий ее веселья Тейн разогрел двигатель и выехал из гаража с такой скоростью, что Лейле пришлось порадоваться, что в ее жилах течет кровь бессмертного существа. Выехав на дорогу, вампир чуть притормозил.

— В какую сторону едем?

Она медлила. Много лет она жертвовала всем, лишь бы спрятать ребенка, и теперь ей было нелегко выдать кому бы то ни было его местонахождение.

— На юг, — наконец заставила Лейла себя произнести и инстинктивно застегнула ремень безопасности, как только Тейн вдавил в пол педаль газа.

Она с иронией признала, что их компания мало похожа на спасителей мира: мрачный вампир, горгулья-недоросль и джинн-полукровка, привыкшая никому не доверять.

Тем не менее это лучше, чем ничего.

Лейла почувствовала облегчение, когда Леве неожиданно просунул голову между спинками передних кресел.

Ей не хотелось все время размышлять о том, не сделала ли она только что самую большую ошибку в своей жизни.

— Знаешь что, Лейла? Если ты собираешься оставить ребенка у себя, тогда тебе надо серьезно подумать о том, чтобы дать ему имя, — мягко попенял ей горгулья.

Тейн бросил на Леве раздраженный взгляд:

— Какое это имеет значение?

Леве возмущенно хмыкнул:

— Если мать любит своего ребенка, она дает ему имя.

Лейла на мгновение увидела, как в глазах горгульи зажглась застарелая боль. У нее сжалось сердце: мать Леве бросила его, даже не потрудившись назвать.

Когда демоны сталкиваются с уродствами, они умеют быть еще более жестокими, чем люди.

— Да! — выдохнула Лейла, ласково проведя ладонью по его крылу. — Ты прав!

На уродливой мордочке появилась печальная улыбка:

— Тогда почему ты медлила?

— Потому что всегда помнила: есть немалая вероятность, что этот ребенок кому-то принадлежит. И что однажды за ним придут, — попыталась она объяснить. — Было бы нечестно, если бы я уже дала ему имя.

— И отдавать его было бы не так больно? — тихо предположил Леве.

Лейла поморщилась, понимая, насколько глупо это прозвучит:

— И такая мысль была.

— А сейчас? — поинтересовался Леве.

— Сейчас я убью любого, кто попытается его у меня отнять.

Тейн адресовал ей понимающую улыбку:

— Слова настоящей матери.

Марика кралась вдоль узорчатой чугунной решетки, окружавшей поместье.

Ей пришлось поменять свой туалет от Валентино на черные шелковые брюки и такой же топ, великолепно облегавшие ее безупречную фигуру и позволявшие лучше маскироваться в тенях. Также ей пришлось собрать волосы в узел, дабы не цеплялись за ветки и кусты.

Марика раздраженно сжала губы.

Хорошо хоть Сергей успел набросить на Лейлу поисковые чары до того, как Виктор со своими подручными вынудил ее покинуть логово. Несносные ублюдки! Однако это значит, что рано или поздно она сможет схватить племянницу, после чего они вернутся к цивилизации.

А тем временем она намерена вести очень подробный список всех ее унижений. Марика уже решила, что заставит Лейлу заплатить ей за все.

Постукивая наманикюренным ногтем по подбородку, она рассматривала далекий дом: желание поскорее выследить племянницу на какое-то время угасло под мощными волнами силы, наполнявшими окрестности.

— Ты уверен, что ее там больше нет? — резко спросила она.

Сергей кивнул. Он тоже переоделся в спортивные брюки и свободную рубашку из черного шелка и волосы стянул на затылке в хвост.

— Я чувствую, как она движется на юг.

— Она одна?

— Это определить невозможно. — Маг предостерегающе нахмурился. — Наложенные мной чары начинают рассеиваться, и нам следует поспешить. — Сергей тихо выругался, когда Марика шагнула к ограде, запрокинув голову и принюхиваясь. — Что ты делаешь?

— Знаешь ли ты, что это за место?

Сергей пожал плечами:

— Логово вампира.

— Нечто гораздо большее. — На ее губах заиграла искренняя улыбка. — Моя племянница вращается в высших кругах!

Маг беспокойно шевельнулся, не в состоянии распознать силу, переполнявшую воздух.

— Главы клана?

— Короля вампиров!

— Анассо? — с откровенным изумлением переспросил Сергей. — Я думал, что он легенда!

— Можешь позвонить в дверь и лично выяснить правду.

— Спасибо, не надо! — Сергей посмотрел на Марику с глубочайшим подозрением. — Ты что-то удивительно равнодушна к тому, что Анассо теперь знает о твоих проступках. Ты ведь собираешься вернуть в этот мир Темного Властелина и стать королевой.

Марика только отмахнулась от него. Что из того, что Анассо стало известно о ее планах? Кто-то же должен оценить ее гениальность!

— Рано или поздно об этом должны были узнать.

В светло-голубых глазах сверкнуло раздражение.

— Только после того как джинн и младенец оказались бы у нас. А эта задача станет несравненно труднее, если за нами начнут охоту твои собратья.

— Эти дурни мне не страшны! — Слова Марики сочились презрением. — Но тут есть и что-то еще.

— Что-то похуже Анассо?

— Да.

— Чудесно! — Сергей поднял руку и прикоснулся к кристаллу, висевшему у него на шее. При виде его инстинктивной реакции Марика снисходительно усмехнулась. Его человеческая магия будет совершенно бесполезной против того демона, который сейчас находится в доме. — И что же это?

— Оракул.

Сергей попятился от ограды, сыпля русскими ругательствами.

— Значит, это конец. — Он встал под деревьями, видно, решив, что сможет скрыться в их тени. — Если Комиссия знает про эту женщину, значит, они ее убьют.

Марика обернулась, получая злобное наслаждение от страха своего спутника.

— Так я и предполагала бы, однако ты утверждаешь, что Лейле удалось сбежать.

Сергей нахмурился:

— Это так. Если только они не создали ложный след.

Такая мысль приходила в голову и ей самой.

Стикс занимал место Анассо благодаря не только своей силе, но и хитрости.

— След, ведущий в ловушку, — пробормотала Марика. — Это необходимо обдумать.

— Необходимо обдумать?! — Сергей недоверчиво покачал головой. — Нет! Единственное, что необходимо обдумать, — это самый быстрый способ вернуться в Лондон!

— Без Лейлы и ребенка мы отсюда не уедем.

— Может, ты и считаешь, что триумфальное возвращение Темного Властелина стоит нескольких тысячелетий пыток, которые сочтет нужным применить Комиссия, но я — нет.

Марика скользнула вперед, схватила его за волосы и заставила прогнуться назад.

Она способна была простить предательство, но не трусость.

— Я не для того зашла так далеко, чтобы твое слабодушие испортило мне все дело!

Сергей выпучил глаза от боли.

— Марика!

Она наклонилась к нему и прошептала прямо на ухо:

— Думаю, я смогу сломать тебе шею.

— Нет! — с трудом выговорил Сергей. — Пожалуйста, не надо. Ты меня убедила. Отпусти.

Марика поджала губы.

Перед отъездом из Лондона она утолила свою жажду крови, но ей уже очень давно не удавалось утолить страсть к чужой боли.

Секунду Марика наслаждалась его агонией, но потом напомнила себе, что этот кретин ей нужен для поиска Лейлы, и разжала пальцы. Сергей тяжело рухнул на землю. С улыбкой она склонилась над его распростертым телом и с убийственной угрозой прошептала:

— Больше не испытывай мое терпение! Результат тебе не понравится.

— Я был и остаюсь твоим покорным слугой, — выдавил он и, дождавшись, пока она отступит назад, осторожно поднялся на ноги. — Чего ты желаешь?

Марика снова повернулась к особняку, просчитывая варианты.

— Мы не можем знать, почему оракул позволил Лейле сбежать, — решила она наконец. — Так что у нас нет выбора: мы должны идти по ее следу.

— Даже если он приведет нас в ловушку?

— Меня не так легко поймать. — Марика рассеянно махнула рукой в сторону леса, где была спрятана ее крошечная армия. — И у меня есть новые союзники.

Сергей содрогнулся. Ее слуги ему совершенно не нравились.

— Не говори мне о них!

— Они доказали свою полезность, — напомнила ему она. — Нам не удалось бы последовать за Лейлой так быстро, если бы не их порталы. И они потрясающе прекрасны. — Внезапно ее захлестнула волна головокружения, а перед внутренним взором предстал образ сестры. — Проклятие!

Сергей поспешно шагнул к ней:

— Что случилось?

— Кейта. — В ярости Марика прижала ладонь ко лбу. Почему эта сука не оставит ее в покое? — Она… тревожится.

— Она пробуждается?

Марика неохотно заставила себя сосредоточиться на своих узах с Кейтой. Она могла ощутить странное трепетание, словно ее сестру тревожила какая-то внешняя сила, однако туман отключенного сознания оставался нетронутым.

— Нет. — Она попыталась избавиться от связи с Кейтой. — Ты уверен, что никто не сможет ее отыскать?

— Даже если кто-то и найдет ее, никому не под силу преодолеть ту многослойную защиту, которую я установил вокруг склепа.

Ее леденящая сила вихрем охватила Сергея.

— Молись, чтобы это так и было, маг.

Глава 15

Уже через несколько часов после отъезда из-под Чикаго они прибыли к потаенной роще южнее Ганнибала. А все благодаря тому, что Тейн был совершенно равнодушен к правилам дорожного движения, а порой — и к законам физики.

Вылезая из машины, Лейла облегченно вздохнула. Господи! Те, кто смеется над женщинами за рулем, просто никогда не ездили со спешащим вампиром.

Стараясь справиться с подгибающимися ногами, она направилась к узкой тропинке, ведущей к деревьям. В последний час ей не давала покоя все более острая потребность вернуть себе ребенка.

Как будто он звал ее.

Почти дойдя до опушки дубовой рощи, Лейла вынуждена была остановиться: Тейн схватил ее за руку выше локтя.

— Лесные духи? — пробормотал Тейн, и его настороженность наполнила воздух больно кусающимся льдом. — Ты доверила им ребенка?

Лейла не могла винить его за столь скептическое отношение к сделанному ею выбору. Духи столь непредсказуемы, сколь и прекрасны.

— Они у меня в долгу.

Тейн изумленно моргнул:

— Из-за желания?

— Нет, я…

Лейла замолчала.

Он заставил ее развернуться и посмотреть в глаза.

— Что?

Лейла вздохнула, смиряясь с неизбежностью. Больше не было смысла что-то скрывать.

Тейн все знает. Хорошее, плохое, постыдное.

— Ревнивая соперница пыталась отравить королеву, — призналась она. — Я спасла ей жизнь.

В медовых глазах зажглось нечто похожее на уважение.

— Ты целительница?

Боги! Неужели у нее покраснели щеки?

Если так пойдет и дальше, то скоро она начнет хлопать ресницами и глупо улыбаться!

— Я могу исцелить почти все.

Тейн провел рукой по ее щеке:

— Это редкий дар.

Она кашлянула и постаралась говорить решительно:

— Я всегда считала, что он достался мне по материнской линии, поскольку джинны предпочитают разрушение, а не созидание.

— Уи! — вмешался Леве, подходя к ней. — Цыган ценят за их целительские способности.

Тейн мрачно посмотрел на горгулью:

— Мы еще не установили, было ли истинным то видение, которое пришло к Лейле в Лондоне.

Леве презрительно хмыкнул:

— По-твоему, я не опознал бы фальшивку? Муа? Великий знаток и ценитель магии? — Он внезапно остановился, и на его крошечной мордочке появилось мечтательное выражение. — М-м! Духи! — С неожиданной стремительностью он метнулся в рощу. — Извини, ма бель, я присоединюсь к тебе позже. Гораздо позже.

Лейла возмущенно закатила глаза.

Вот вам и команда высшей лиги!

Можно было подумать, что она нарочно себя сглазила: едва эта мысль промелькнула у нее в голове, как из теней показалось с десяток духов.

У нее перехватило дыхание, когда ее взгляд скользнул по мужчинам и женщинам, облаченным в традиционные одеяния, идеально маскировавшие их. Даже когда Лейла смотрела прямо на них, свободные складки материи идеально сливались с окружением, создавая тошнотворную иллюзию фигур, которые то оказываются в фокусе, то снова расплываются.

Это ее позабавило бы, если бы не смертельно опасные выражения их прекрасных лиц. О, и не арбалеты, нацеленные им в грудь.

Лейла не спускала глаз с духов, ощущая, как Тейн осторожно подходит к ней. Это были отнюдь не те легкомысленные и непредсказуемые фэйри, какими они предпочитали являть себя миру демонов. Духи насторожились, в любую секунду они были готовы выхватить свои мечи из-за спины. Их волосы, цвет которых варьировал, были заплетены в косы, дабы не мешать в бою.

Воины, готовые напасть.

— Мне казалось, они твои друзья, — негромко заметил Тейн.

— Да, мне тоже так казалось. — Она решительно расправила плечи и встретилась взглядом с ближайшим духом. — Эйринн даровала мне право безопасного прохода.

Дух-мужчина направил свой арбалет на Тейна:

— Но вампир таких привилегий не имеет.

Тейн глухо зарычал, заставив младших духов разбежаться в страхе. Даже закаленные воины невольно содрогнулись.

— Не советую вам вести эту игру!

— Это не игра, Харон.

Эти слова, произнесенные красивым звонким голосом, стали единственным предупреждением: в следующую секунду из-за деревьев появилась высокая стройная женщина. Королева лесных духов Эйринн, как и ее воины, была облечена в просторное одеяние, но темно-золотые волосы были оставлены распущенными и были убраны только изящной короной, которую украшал изумруд размером с перепелиное яйцо.

Эйринн остановилась в лучах лунного света и произнесла несколько слов на незнакомом языке, после чего ее воины опустили оружие. Но не стоило расслабляться: одно неверное движение — и всю компанию мигом пригвоздили бы к дереву арбалетными болтами.

По-видимому, Тейн пришел к такому же выводу: с присущей ему самонадеянностью он переместился так, чтобы встать прямо перед ней.

— Эта торжественная встреча приготовлена специально для меня, или вы так же любите всех вампиров? — с издевкой осведомился он.

— Времена сейчас опасные, — сказала королева.

— Это так, — согласился Тейн и возмущенно посмотрел на Лейлу, которая снова встала рядом с ним.

Неужели он решил, что она будет трусливо жаться у него за спиной?

Пристально наблюдавшая за ними Эйринн неожиданно рассмеялась и, приблизившись, взяла Лейлу под руку.

— Пойдем со мной. Твой вампир отвлекает моих воинов, — промурлыкала она, таща Лейлу мимо своей охраны с силой, означавшей, что королева отказа не примет. На безупречных устах заиграла слабая улыбка. — Если только ты не согласишься поделиться.

Поделиться?

Ни за какие блага мира!

— Не надейся.

— Жаль. — Прекрасная улыбка Эйринн стала шире, когда Тейн решительно высвободил Лейлу из ее хватки и заботливым жестом обнял за плечи. — Он отличный образчик.

— Слышала, милая моя? — прошептал он прямо Лейле на ухо. — Я отличный образчик.

— Не обольщайся, — фыркнула та. — Духи славятся своими сексуальными аппетитами.

При виде его самодовольной ухмылки она обозлилась на себя.

— Да, знаю, — отозвался Тейн, — по собственному опыту.

— Я хочу сказать, что они сочли бы отличным образчиком даже пьяного оборотня-полукровку, страдающего чесоткой. — Издалека до них донесся заливистый хохот Леве, и теперь уже улыбнулась Лейла. — Или даже горгулью.

Тейн коснулся губами мочки ее уха.

— К счастью, у тебя есть аппетит только на одного мужчину. Аппетит, который я буду более чем рад утолить.

Лейла подозрительно сощурилась:

— А твой аппетит?

— Я умираю от жажды по джинну-полукровке. И чем скорее я ее утолю, тем лучше. — Сила его желания мощно захлестнула Лейлу, заставив их обоих содрогнуться. В его глазах горел жар неутоленной страсти. — Проклятие!

Они замолчали: обоих потрясла жестокая страсть, которая так стремительно вспыхнула между ними. Это было слишком не похоже на естественную реакцию двух существ, которых влечет друг к другу. Это было похоже на…

Предначертанное.

Следуя за Эйринн через рощу, Лейла постаралась отмахнуться от этой опасной мысли. Пройдя через невидимую преграду, она поморщилась: казалось, будто по ее коже ползают пауки.

— Эта поляна — моя личная территория и находится под охраной моей магии, — негромко сказала королева. — Здесь мы можем говорить без помех.

Миновав защитные чары, Лейла остановилась, чтобы насладиться видом небольшой полянки: вокруг росли дикие цветы, а в густой траве змеился серебряный ручей.

Рядом с ней Тейн скрестил руки на груди: заметно было, что это очаровательное место оставило его равнодушным.

— Кто вам угрожает?

— Ах эти вампиры! — Эйринн скользнула восхищенным взглядом по Тейну, пребывая в счастливом неведении относительно того, что Лейла готова избить ее до полусмерти ее собственной короной. — Всегда такие сексапильные и невоспитанные!

Тейн остался мрачно-равнодушным к открытому приглашению, прозвучавшему в голосе королевы.

— У нас нет времени на этикет.

— Наверное, это так. — Королева адресовала Лейле вызывающий взгляд. — И я сомневаюсь, чтобы Лейла согласилась на подобную церемонию приветствия: она на удивление стыдлива для джинна.

— Она безупречна! — отрезал Тейн, прежде чем Лейла успела как-то на это отреагировать.

— Вижу! — Королева рассеялась. — И она твоя?

— Да.

Лейла недовольно нахмурилась. Ей явно не хотелось бы быть предметом обсуждения.

— Извини!

Тейн медлительно скользнул взглядом по ее фигуре:

— С удовольствием.

Глаза Эйринн заискрились:

— Если вы желаете остаться наедине…

«Да-да, пожалуйста!»

— Нет, — с трудом выдавила Лейла.

— Очень благоразумно, дорогая. Никогда не позволяй вампиру думать, будто ему удалось полностью тебя очаровать. Они так возмутительно самонадеянны.

— Не надо пытаться обратить верующую! — проворчала Лейла.

— Хватит! — Тейн решительно шагнул вперед. — Объясните мне, почему ваши воины были вооружены и чертовски насторожены?

Королева мгновенно стала серьезной и, запустив руку под свое одеяние, извлекла наружу кристалл, который висел на ее шее на золотой цепочке.

— Из-за этого.

Лейла недоуменно нахмурилась, глядя на камень, сиявший мягким голубоватым светом.

— Из-за светящегося камушка?

— Это Сиомах, — сказала королева лесных духов.

— Что-что? — не поняла Лейла.

— Система раннего предупреждения, — объяснил ей Тейн.

— Удобно. — Она пригляделась к камню, пульсировавшему странным голубоватым светом. — И о чем он предупреждает?

— О древних врагах.

Ну, это звучало мило и весьма туманно.

— А поточнее нельзя?

— О сильвермистах.

Лейла почувствовала, что Тейн вздрогнул от неожиданности.

— Вот дерьмо! — пробормотал он.

У Лейлы оборвалось сердце. Она получила весьма фрагментарное образование, в котором не было практически никаких сведений о сильвермистах. Она знала только, что эти существа находятся в родстве с фэйри и славятся как своей невероятной красотой, так и жестокостью. И конечно, ей был известен еще один относящийся к делу факт: считалось, что в мире их давно нет.

Теперь похоже было, что ей предстоит узнать о них гораздо больше, чем ей этого бы хотелось.

— Тейн, что происходит? — недовольно спросила она.

— Когда мы только появились в Лондоне, Уриэль упомянул о том, что у Виктора встреча с принцем фэйри в Дублине. — Тейн недовольно покачал головой. — Я еще подумал, что, наверное, принц переел каких-нибудь странных грибочков.

— В сильвермистах нет ничего смешного, — заявила Эйринн, отбрасывая маску беззаботного флирта, под которой скрывалась властная правительница.

— Конечно, — охотно согласился с ней Тейн.

Лейла снова недоуменно нахмурилась:

— Мне казалось, что их изгнали!

Тейн поморщился:

— В последнее время из всех углов полезло множество всякой дряни.

Королева вздрогнула, сжав в руке камень, висевший у нее на шее:

— Да, ветер шепчет о зле.

— Когда именно ваш Сиомах перешел в режим рождественской гирлянды? — поинтересовался Тейн.

— Сегодня, вскоре после полудня.

Тейн чертыхнулся, вытаскивая из ножен свой внушительный кинжал.

Лейла бросила взгляд в сторону ближайших деревьев:

— Тейн?

— Это не может быть просто совпадением! — заявил он.

— Что именно?

— Что сильвермисты появились сначала в Англии, а теперь и здесь.

Прекрасно. Просто великолепно.

Можно подумать, что ей мало было ее шизанутой тетки и Сергея!

— Ты считаешь, что они преследуют нас?

Глаза Тейна горели смертельной угрозой:

— Или кто-то пускает их по нашему следу.

Лейла не могла поверить, что так долго мечтала о встрече с родственниками.

— Надо полагать, Марика?

— Не исключено. — Тейн стиснул кинжал, будто готовился пустить его в ход. — Она не единственный кандидат, так что мы должны идти.

— Но скоро встанет солнце! Было бы безопаснее задержаться здесь до…

— Нет, Лейла, — перебила ее Эйринн. — Я заплатила свой долг и не стану рисковать моими людьми, защищая тебя от смерти, которая идет за тобой по пятам. Ты заберешь ребенка и уедешь.

Лейла не стала спорить: ей совершенно не хотелось, чтобы из-за нее кто-то подвергался опасности, — но не успела повернуться, чтобы уйти с поляны, как Тейн напряженно встал рядом с ней и прошептал:

— Поздно!

Она замерла, сосредоточившись на том, что их окружало.

Магический барьер приглушал звуки внешнего мира, однако до Лейлы донеслись далекие крики и незнакомый запах пряных трав, который смешивался с фруктовым ароматом фэйри.

Сильвермисты.

Бросившись к барьеру, она думала только о ребенке.

В нескольких милях от рощи лесных духов Каин выругался и резко остановил свой джип рядом с заброшенной бензоколонкой, оказавшейся единственным строением в этой местности.

Проклятие! Ему не следовало оставлять верх открытым. Правда, он не ожидал, что его спутница выпрыгнет из машины, которая едет со скоростью сто километров в час.

Поставив проклятую тачку на ручник, он перепрыгнул через борт машины и побежал по парковке. В спешке Каин ударился большим пальцем ноги о ржавеющий ломик, валявшийся на площадке, чуть не рухнул ничком и снова выругался. Ему никак не удавалось привыкнуть к своим новообретенным скорости и силе.

— Касси, подожди!

Кассандра стояла на краю крошащейся площадки, устремив взгляд на пустые поля. Несмотря на плотную толстовку и джинсы, она дрожала.

— Я их чувствую!

Каин принюхался и уловил аромат свежих трав. Это не фэйри… но кто-то похожий.

— Кто это, черт подери?

— Они из… дальних стран.

Он заворчал. Его волчья половина яростно огрызалась, требуя, чтобы он взвалил Касси на плечо и утащил как можно дальше от опасности.

Его не волновало, что она сильнее его или что опасность очень далеко.

— Полагаю, речь о мигрантах, — суховато проговорил Каин.

Светло-зеленые глаза обратились на него.

— Похоже, нам надо сделать крюк. Как ты относишься к Мексике?

Каин не рассчитывал на согласие спутницы: в отношении своих видений она была просто одержимой.

— Нет, мы должны ждать! — неожиданно объявила Кассандра.

— Здесь?

— Да.

— Ждать чего?

В ее глазах появилось белое сияние, и, взмахнув рукой, она начертала светящийся символ, который повис в воздухе перед ним.

— Вот этого.

— Проклятие, прекрати это делать! — прорычал он.

К ее глазам вернулся их обычный удивительный зеленый цвет, а на губах появилась безмятежная улыбка.

— Ты захватил еду?

Глава 16

Чертыхаясь, Тейн бросился следом за Лейлой и, не дав ей углубиться в лес, схватил за руку.

— Лейла, стой! — приказал он.

Лейла рывком высвободила руку, на ее лице была паника.

— Малыш!

— Нет.

— Жди здесь. Я вернусь через минуту.

Она стремительно нырнула под низко нависшую ветку и скрылась в густом кустарнике.

— Черт!

Тейн сжал кулаки: он не мог дать Лейле свободу воли, которую обещал оракулу.

Нравится ему это или нет, но Лейла — принципиум, и если он попытается шутить с судьбой, оракулы подвесят его за яйца, а она останется в одиночестве.

Или хуже, чем одна, напомнил он себе, когда нелепый химера с шумом вывалился из зарослей, хлопая крыльями и тараща глаза. Его преследовали две высокие фигуры.

— Клянусь каменными яйцами папаши, — пропыхтел крошечный демон, — я сильвермистов на вечеринку не звал!

Тейн перетек в боевую стойку, свободно держа кинжал в одной руке и наблюдая за приближающимися воинами.

Они была похожи на фэйри.

Высокие и гибкие, с длинными волосами всех оттенков рыжего и золотого. Все они были одеты в джинсы и футболки — несомненно, в надежде избежать внимания людей.

Напрасные старания. Повседневная человеческая одежда не скрывала нечеловеческой грации их движений. Заслуживали особого внимания их арбалеты.

Быстрый подсчет показал, что четыре сильвермиста подходят с востока и еще два — с юга.

Их оказалось слишком много, чтобы можно было рассчитывать на победу без риска получить болт в сердце.

— Помогай, горгулья! — приказал Тейн.

Леве фыркнул, но, слава всем силам, тут же поднял руки и направил их в сторону приближающихся сильвермистов.

— Смотри и удивляйся, вампир!

С его пальцев с шипением посыпались искры, которые быстро гасли и бессильно падали на землю.

Привыкший вести бой в невозможных условиях и без поддержки, Тейн метнулся к двум ближайшим воинам и был пронзен двумя арбалетными болтами: в плечо и грудь — прежде чем смог до них добраться. Тейн разорвал горло одному из них, и пьянящая кровь фэйри скользнула по его пищеводу. Это была не искрящаяся сладость, характерная для большинства существ этой расы, а более темная сила, огненным шаром взорвавшаяся у него в желудке.

Высушив ублюдка досуха, он вонзил кинжал ему в сердце и провернул там, а потом отшвырнул убитого противника и повернулся к его напарнику.

Второй фэйри уже бросил арбалет и потянулся за мечом, закрепленным за спиной.

Тейн присел, пропуская клинок в пальце от своей макушки. Пригнувшись, он сделал подсечку, с силой обрушил воина на землю и перерубил ему шею. Затем ударом ноги выбил меч из рук поверженного врага и вырезал ему сердце.

Глаза воина странного цвета начищенной меди изумленно расширились, словно он не ожидал, что будет убит разъяренным вампиром.

Дурак.

Справившись с двумя ближайшими воинами, Тейн подхватил меч сильвермиста и выпрямился. Если магия, наполнявшая атмосферу, не исказила его восприятие, то там, откуда пришла эта пара, оставалось еще много таких же.

Тейн отталкивал ногой ближайший труп, чтобы не мешал его движениям, когда мощный взрыв заставил его покачнуться.

Он стремительно выпрямился, удивленно осматриваясь.

Деревья прямо перед ним были повалены. Мощные стволы все еще дымились, осыпаемые сверху комьями земли.

Что впечатляло еще сильнее, те четверо фэйри, которые только что приближались к нему, теперь валялись на земле в виде десятка бесформенных кусков плоти.

— Пресвятая матерь! — выдохнул он, выдергивая болты из своего тела.

Леве смущенно захлопал крыльями:

— Опаньки!

Опаньки?

Леве только что устроил нечто вроде небольшого атомного взрыва и говорит просто «опаньки»?

— Я попросил тебя помогать, а не устраивать катастрофу! — рявкнул Тейн, испуганный мыслью, что Лейла могла находиться где-то среди этих деревьев и получить травму.

— Эй, я же не критикую твою манеру вести бой! — возмутился Леве.

К счастью, этой нелепой стычке положило конец появление Лейлы. Она вышла у них за спинами, неся на руках маленького ребенка.

Тейн поморщился на защитные чары, окружавшие младенца. Несмотря на прозрачность, щит заметно двигался, искажая и скрывая внешний вид ребенка. Он сомневался в том, чтобы даже самой Лейле хоть на мгновение удалось ясно рассмотреть младенца.

Хотя, похоже, ей было на это абсолютно наплевать.

У него странно защемило сердце при виде ее смягчившегося лица и той материнской нежности, с которой она прижимала к себе этого младенца.

Ее короткие огненные волосы были взлохмачены. На джинсах и футболке виднелись зеленые пятна от травы, а щека испачкана грязью.

И она еще никогда не выглядела настолько умиротворенной.

Не замечая его завороженного взгляда, Лейла подняла голову, и нежное лицо посуровело, как только взгляд упал на обуглившиеся деревья, изукрашенные фрагментами сильвермистов.

— Боги! — Лейла содрогнулась. — Откуда они взялись?

Леве заковылял к ней, осторожно поглядывая на ребенка. Горгулья был не так глуп, как могло показаться.

Тейн не в состоянии был почувствовать чары стазиса, окутывавшие младенца, но ему хватило ума держаться от них подальше.

— Не знаю, откуда они взялись, — пояснил Леве, — но зато знаю, с кем они путешествовали.

— С Марикой? — уточнила Лейла.

— И с магом, — подтвердил Леве предположение Тейна. — Я превращу его в кучу пепла.

Лейла решительно покачала головой:

— Нет, нам нужно отсюда выбираться.

Тейн стремительно схватил ее за локоть и потащил от кровавого месива.

— Леве, будь начеку! — приказал он.

Похоже, демон понял скрытые мотивы Тейна и с готовностью кивнул:

— Уи.

Тейн завел Лейлу за толстый ствол дуба, но она уперлась и обожгла его гневным взглядом:

— Даже не думай!

Его мысль угадал не только Леве.

Он выдержал ее яростный взгляд.

— Лейла, ты должна уйти через тени.

— И оставить тебя и Леве умирать здесь?

— Твоя вера в меня неизменно греет душу, — сухо проговорил Тейн.

— Вы окружены, находитесь в численном меньшинстве, а поблизости прячется моя безумная тетка с сильным магом, — отозвалась Лейла, и не подумав извиняться. — Как ты оцениваешь ваши шансы?

— Они значительно повысились бы, если бы тебя рядом с нами не было.

Его безжалостная прямота заставила ее поморщиться.

— В чем дело? — проворчала она. — Я ранила твою гордость, и ты решил меня оскорбить?

Он не мог заставить Лейлу повиноваться ему, но, если нужно, был готов прибегнуть к любому эмоциональному шантажу.

— Подумай сама, Лейла. Твоя тетка и эта банда из ада ищут тебя. Как только ты исчезнешь, у них не будет повода продолжать бой.

Лейла нахмурилась:

— Это только предположение.

— Марика сумасшедшая, а не тупая.

— Как это понимать?

— Она не станет рисковать своими воинами ради горстки лесных духов и вампира, которые не представляют для нее никакой ценности.

Она прикусила нижнюю губу: отрицать правдивость этого утверждения было невозможно.

— Я… я не могу.

— У тебя нет выбора, — безжалостно настаивал Тейн. — Ты говорила, что считаешь этого ребенка своим. Теперь ты обязана его оберегать.

Лейла сжала губы: в ее душе шла отчаянная борьба, — однако через мгновение материнский инстинкт победил.

— Будь ты проклят, — проворчала она, отступая на шаг и готовясь шагнуть в туман.

Чувство облегчения захлестнуло его, но Тейн не удержался и поцеловал ее.

— Лейла! — прошептал он, стараясь не прикасаться к младенцу.

— Что?

— Не думай, что это все. — Он отстранился, и на его лице отразилась непреклонная решимость. — Я тебя найду.

Она ответила ему не менее суровым взглядом:

— Если ты дашь себя убить…

— Иди.

В последний раз поцеловав ее, он резко повернулся и направился к Леве, сразу почувствовав, как исчезла Лейла.

В его груди образовалась пустота.

Тейн рассеянно потер метку, которую Силджар выжгла у него на коже, словно рассчитывал, что это умерит ледяной вакуум.

Боже всемогущий!

Он в полном дерьме.

Словно в подтверждение этой мысли, как только он вышел из-за деревьев, сразу увидел с полдюжины воинов-сильвермистов, наступавших с поднятыми арбалетами.

— Болты! — трагически вздохнул Леве. — Как предсказуемо!

Тейн не мог разделить пренебрежительной оценки горгульи. Деревянный арбалетный болт в сердце гарантировал бы ему крайне неприятную ночь. И потом, их дьявольски больно извлекать.

— Классика всегда в моде, — сказал он, остановившись на шаг позади горгульи.

Крошечный демон воздел руки и отправил файербол в сторону приближающихся врагов.

— Верно. — Леве бросил взгляд через плечо и ехидно ухмыльнулся. — И против вампиров они очень эффективны.

— Не только против вампиров. — Тейн оскалился. — По слухам, сильвермисты накладывают на свои стрелы сглаз, который делает демонов импотентами.

Серые глаза округлились от типично мужского ужаса.

— Такими вещами не шутят!

Тейн крутанул мечом поверженного им сильвермиста, сбивая в полете арбалетные болты.

— А кто сказал, что я шучу?

— Ты поистине страшное создание, — проворчал Леве.

— Мне об этом не раз говорили.

Нервно дернув хвостом, Леве снова повернулся к атакующим их воинам, запустив в сторону деревьев очередной файербол. Внезапная вспышка высветила высокую фигуру, стоявшую в тенях и молча наблюдавшую за боем.

Предводитель.

Тейн в этом не сомневался. Конечно, ему было некогда оценивать опасность. Увернувшись от огненного шара, два сильвермиста бросились на него, направляя удары меча в голову.

Со скоростью, недоступной для фэйри, Тейн уклонился в сторону, нанося удар своим мечом, который был остановлен идентичным клинком. Искры брызнули во все стороны. Почувствовав какое-то движение у себя за спиной, Тейн воспользовался своим превосходством в силе и, заставив противника потерять равновесие, повернулся, чтобы встретить второй удар меча.

Тейн зарычал: противник, оказавшийся позади него, ударил острием меча в плечо, намереваясь вывести его из строя, чтобы потом добить. Разумно, но не в бою с вампиром.

Скрипнув зубами, Тейн схватил конец меча, прошедший сквозь его тело, и затащил клинок еще глубже.

Сильвермист потрясенно ахнул, но не выпустил рукоять. Роковая ошибка.

Последним рывком Тейн притянул воина настолько близко к своей спине, что смог потянуться через раненое плечо и схватить противника за длинную косу.

С невольным криком сильвермист перелетел через Тейна и упал на своего напарника, который упорно пытался пробить защиту врага.

Оба воина рухнули, дергая конечностями и сыпля проклятиями, и Тейн моментально отсек голову обоим.

Густой запах трав наполнил воздух, хлынувшая кровь фэйри стала быстро впитываться в покрытую мхом землю, однако Тейн не стал задерживаться, чтобы насладиться своей победой. Взмахнув мечом, он развернулся, ничуть не удивившись тому, что из-за деревьев на него несется еще один сильвермист.

Проклятие! С него довольно. Надоело служить этим ублюдкам подушечкой для булавок. Вынув кинжал из ножен, он быстрым движением отправил его в полет.

Фэйри повернулся, чтобы уклониться от удара, однако клинок вонзился глубоко в шею, перерезав крупную артерию. Почти минуту воин не замечал, что у него по груди струится кровь. Только когда подогнулись колени и он рухнул ничком, тогда понял, насколько опасной оказалась его зияющая рана.

Тейн навалился на раненого и, запустив клыки в его тело, выпил остатки крови. Сила фэйри потекла по его жилам, помогая заживить раны. Выпрямившись, он уже был готов отражать следующую атаку.

Однако следующей атаки не было. Вместо этого остальные фэйри скрылись обратно в лесных тенях. На месте остался только тот высокий воин, которого Тейн уже опознал как предводителя.

Вампир наклонился, извлекая свой кинжал из трупа поверженного врага, когда сильвермист неспешно вышел из зарослей, направив большой арбалет в грудь Тейна. Он был выше и массивнее других, но имел такие же странные металлически блестящие глаза, как и остальные сильвермисты: в лунном свете они были бронзовыми. Его длинные волосы были темно-каштановыми, а на лице с тонкими чертами отражалась насмешка.

Тейн прищурился. Ах, как приятно было бы сбить эту насмешку с чересчур смазливой рожи!

К сожалению, в ответах он нуждается гораздо больше, чем в удовольствии от схватки с еще одним фэйри.

Похоже, сильвермист придерживался такого же мнения: он вышел на прогалину, не опуская арбалета, но сняв палец со спуска, и спросил:

— Где ребенок?

Его голос оказался необычайно властным.

Тейн стиснул рукоять меча. Проклятие! Этот сильвермист не такой, как остальные.

Он опасен.

— Почему бы тебе не подойти и не попробовать это узнать? — предложил он, мечтая, чтобы это существо приблизилось настолько, чтобы при необходимости можно было вырвать у него из груди сердце.

Кусты зашелестели — и Леве бочком подошел и встал с ним рядом.

— Тейн, ты и правда считаешь, что разумно дразнить сильвермиста с заговоренными стрелами?

Взгляд бронзовых глаз переместился на Леве, а на губах заиграла презрительная улыбка.

— Это твой ведомый? — Он снова сосредоточил внимание на Тейне. — Глупый выбор даже для вампира.

— Эй! — возмутился Леве.

А вот Тейн с этим поспорить не мог. Это действительно было глупо. Вместо этого он только прищурился.

— Ведомый? Ты говоришь не так, как должен был бы фэйри, изгнанный из этого мира много веков назад!

— Признаюсь, что качество приема кабельного телевидения было поганее некуда, но…

— Нет! — прорычал Тейн. — Ты лжешь!

— Очень может быть, — ехидно отозвался фэйри. — Я же приспешник зла! Мы всегда так делаем.

— Я не нуждаюсь в пособии для впервые столкнувшихся со злом.

Ухмылка фэйри стала шире.

— Я так и подумал, вампир.

Тейн замер. Он не мог игнорировать ощущение смертельной опасности.

— Кто ты?

— Разве тебе мало того, что я тот, кто тебя убьет?

Тейн скептически выгнул бровь:

— Ты боишься назвать мне имя или просто стесняешься?

После короткого колебания сильвермист пожал плечами.

— Арьял, — сообщил он, скользнув по Тейну презрительным взглядом. — А ты печально знаменитый Тейн. Всемирно известная гроза преступивших закон вампиров. Ну что ж, с процедурой знакомства мы покончили, так что теперь говори, где ребенок.

— Где вы прятались?

— Ну-ну. Не хами, вампир, — с ленцой произнес Арьял. — Я первым задал вопрос.

— Вы уж точно не находились в одном измерении с Темным Властелином.

Бронзовые глаза блеснули — и в воздухе появилось ощущение колючего давления.

— Ты что, не слышал историю про слишком любопытную Варвару?

— Проклятие! — Тейн решил действовать. Арьял его дьявольски раздражал, но он не был настолько глуп, чтобы недооценивать его. Как только поймет, что младенца тут давно нет, он выпустит на свободу ту магию, которую пока держит в узде. Тейн не собирался дожидаться момента, когда это произойдет. — Леве!

— Уи?

— Ты можешь скрывать наш запах достаточно долго, чтобы мы успели скрыться?

— Я уже боялся, что ты меня так и не спросишь, — проворчал демон и, махнув рукой в сторону сильвермиста, осведомился: — А как насчет этого фея?

Арьял бросил взгляд на Леве и усмехнулся со злобным предвкушением:

— Ох, как же мне приятно будет растолочь тебя в порошок!

— Он отправится с нами, — пробормотал Тейн.

Леве отчаянно взвизгнул:

— Ты что, комплетеман фу?

Он действительно совсем рехнулся?

Над этим вопросом он задумается позже.

Двигаясь с немыслимой скоростью, Тейн остановился прямо перед Арьялом и вышиб у него из рук арбалет.

— Самонадеянный по…

Фэйри не закончил своей гневной фразы: кулак Тейна впечатался ему в подбородок.

Раздался радующий слух хруст: Тейн почувствовал, как челюсть противника ломается под его ударом. Поймав оседающее тело фэйри, чтобы тот не успел рухнуть на землю, вампир взвалил его себе на плечо и повернулся к горгулье, изумленно раскрывшему глаза.

— Идем.

А все так хорошо начиналось!

Лейла без проблем вошла в туман, даже несмотря на то что несла ребенка.

Пара минут у нее ушла на то, чтобы избавиться от выматывающего головокружения, которое неизменно возникало у нее после перехода в коридор между мирами, и еще несколько минут потребовалось, чтобы определить, в каком направлении двигаться.

Ей можно было идти куда угодно. Она может исчезнуть вместе с ребенком, так что их никогда не найдут.

Однако несмотря на эту мысль, Лейла решительно сосредоточилась на Чикаго и стильном логове Стикса.

Многие годы она считала, что только благодаря своей хитрости ей удается скрываться. Как выяснилось, Комиссия все это время знала о ее существовании, и одному только Богу известно, кто еще был в курсе событий!

И потом, единственный надежный способ обеспечить малышу безопасность — это убить всех тех, кто ведет на него охоту. Это жестоко — но это правда.

Так что лучше всего было бы сделать ставку на вампиров.

Лейла как раз пыталась убедить себя в том, что ее решение никак не связано с Тейном, когда почувствовала, что в тумане образуется арка прохода.

Моментально насторожившись, Лейла крепче прижала к себе младенца и попятилась от мерцающей пелены, поверхность которой стремительно разрасталась.

Проклятие! Именно этого она всегда боялась, когда ныряла в тени.

Либо кто-то собирается войти в туман одновременно с ней, либо… Это оказался именно второй вариант: пелена выгнулась в ее сторону и, захлестнувшись вокруг нее, втянула в другое измерение.

Лейлу выдернуло из тумана, и она, с криком провалившись сквозь пелену, тяжело рухнула навзничь.

Черные мушки заплясали у нее перед глазами, из легких вышибло весь воздух. Боги! У нее было такое ощущение, будто она приземлилась на кирпичную кладку.

Изо всех сил прижимая к себе младенца, она втянула воздух и попыталась сориентироваться.

Поспешно поднимаясь с земли, Лейла обвела взглядом знакомый пейзаж, и у нее оборвалось сердце. Вот дерьмо! Она смогла удалиться от места ухода всего километров на пятнадцать. И, что еще хуже, здесь она оказалась не одна. Стремительно повернувшись, она была готова к чему угодно.

Оракулы, маги, чистокровный джинн. Только кто-то очень могущественный смог бы выдернуть ее из туманов.

Вместо этого ее взгляд упал на стройного красавца.

— Срань господня! Каин?! — потрясенно выдохнула Лейла, обводя взглядом заброшенную бензозаправку и пустые колонки и снова устремляя его на полукровку-оборотня. — Что ты со мной сделал, черт подери?

Каин протестующе вскинул руки. На его тонком лице и в голубых глазах читалась зрелость, которой там всего несколько дней назад не было и в помине.

Поморщившись, он направился к ней.

— Не надо винить меня.

Лейла замерла, и в воздухе явственно почувствовался электрический заряд ее силы.

— Стой!

Каин застыл на месте. Он был знаком с ней достаточно долго, чтобы понимать: в случае угрозы от Лейлы можно ждать неприятностей.

Он снова вскинул свои изящные руки — на этот раз в жесте умиротворения.

— В чем дело?

— Не двигайся с места! — потребовала Лейла. — Кто ты такой?

— Кто я? Ты под кайфом? — Его брови хмуро сдвинулись. — Ты только что назвала мое имя!

— Я прекрасно это помню, но с тобой что-то не так.

Его резкий смех разорвал темноту, откликнувшуюся странным эхом.

— С этим не поспоришь! Хочешь краткий ответ или развернутый?

— Я хочу знать, почему от тебя пахнет как от чистокровного оборотня.

Каин засунул руки в карманы линялых джинсов.

— Хочешь верь, а хочешь нет: безумный демон-повелитель, который много веков высасывал силу у оборотней, пролетел через меня на пути обратно в ад и при этом меня убил, после чего я таинственным образом воскрес как чистокровный оборотень.

Лейла заморгала, пытаясь разобраться в его сообщении.

Милосердный… Боже! Неужели его странные видения оказались истинными?

Не может быть!

У нее моментально возникла тысяча вопросов, но нарочитая бесстрастность Каина дала ей ясно понять, что он не готов обсуждать с ней свой невероятный опыт.

И она хорошо его понимала. Она и сама не слишком привыкла делиться своими переживаниями.

— Я тебе верю, — произнесла Лейла. — Такую историю вряд ли можно выдумать.

— Вообще-то у меня есть свидетель.

Каин махнул рукой в сторону женщины-оборотня, которая медленно вышла из-за джипа.

Лейла смутилась. Незнакомка была похожа на Харли и Дарси, только волосы у нее были длиннее, а глаза — светлее.

— Боги! Только не еще одна! — проворчала она. — Сколько их всего?

Женщина рассматривала ее с откровенным любопытством, которое можно было бы счесть невоспитанностью, если бы не ее детская непосредственность.

— Если ты имеешь в виду моих сестер, то нас четыре. — Она наклонила голову к плечу, и ее светлые волосы засияли в свете луны. — По крайней мере так мне говорили.

— Это Кассандра. — Каин подошел к женщине, оберегающе обняв за плечи. — Касси, это Лейла.

Лейла неискренне улыбнулась. Не время для пустых разговоров.

— Ну что ж, приятно было познакомиться, Касси, но я вроде как спешу.

— Подожди! — Касси вдруг схватила ее за руку, и ее пальцы оказались неожиданно сильными. — Судьба привела тебя сюда.

Лейла гневно прищурилась. Очевидно, это она вытянула ее из теней.

— Это ты выдернула меня из тумана?

— Полегче, Лейла! — зарычал Каин. — Касси всего лишь вестник.

— Моей тетки?

— Тетки? — переспросил Каин с искренним недоумением. — Откуда ты, к дьяволу, нашла тетку?

— Купила через Интернет! — огрызнулась Лейла, высвобождаясь из хватки Кассандры. Она не доверяла им обоим. — Кто тебя послал?

— Судьба, — проговорила Касси.

Разряд молнии ударил в стальную опору ржавеющего рекламного щита в форме гамбургера.

Довольно неуклюжим движением Каин втиснулся между Лейлой и своей спутницей.

— Проклятие, Лейла, не искри! Она действительно имеет в виду судьбу!

Лейла скрипнула зубами.

— Каин, мне не до шуток. Говори, в чем дело, или я поджарю тебя.

— Она… — Каин замялся, но продолжил спустя мгновение: — Она пророчица.

Пророчица?

Лейла изумленно ахнула, и ее сила испарилась.

— Она видит будущее?

— Только фрагментами, — неохотно признал Каин: было заметно, что им движет инстинктивная потребность защищать прелестную спутницу.

Если Кассандра действительно обладает даром пророчества, то в мире демонов ее должны считать бесценным сокровищем, ради которого можно идти на все.

— Я считала, что пророки вымерли, — сказала Лейла.

— Большинство сказали бы то же самое и про джиннов-полукровок, — сухо напомнил ей Каин.

Лейла поморщилась. С этим не поспоришь.

Она повернулась к женщине-оборотню, которая так пугающе походила на Харли.

— Что за таинственная судьба привела меня сюда?

Та пожала плечами:

— Понятия не имею.

— Великолепно! Тогда судьбе не повезло…

— Нет, — поспешно прервала ее Касси, — дело в ребенке.

У Лейлы от страха подвело живот.

— А при чем тут ребенок?

— Ему угрожает опасность.

Лейла нахмурилась. И это пророчество?

— Ничего нового. А как по-твоему, почему я пыталась убежать? Если бы ты не вмешалась…

Каин угрожающе зарычал:

— Полегче, джинн!

Касси отмахнулась от своего защитника и с явной тревогой прикоснулась к локтю Лейлы, совершенно безрассудно игнорируя опасность, которую несла такая близость к чарам стазиса, окутывавшим младенца.

— Не дай себя ослепить явными угрозами. Тут нечто большее, чем ты подозреваешь.

— Великолепно! — проворчала Лейла, испуганно отшатнувшись, когда пророчица поднесла ладонь прямо к чарам, окружавшим младенца. — Эй! Что ты делаешь?

Глаза женщины вспыхнули слепящим белым светом.

— Близнецы!

Лейла отступила на шаг, еще крепче прижав ребенка к своей груди. Скрытые угрозы? Близнецы?

— Не понимаю, что все это значит.

— Альфа и омега. — Касси пожала плечами, и ее глаза снова стали прежними. — Чтобы найти конец, тебе надо вернуться к началу.

Глава 17

В воздухе появились холодные искры, остро напомнившие Лейле: ей вполне хватает уже известных противников и не было необходимости искать новых.

— Ладно. Но мне действительно пора.

Касси покачала головой:

— Нет еще.

Каин стремительно повернулся в сторону пустынного поля: он уловил характерный запах вампира одновременно с Лейлой.

— Касси, кто-то идет!

— Тейн! — выдохнула Лейла.

Облегчение при мысли о том, что он цел, захлестнуло ее мощной волной.

Каин удивленно поднял брови:

— Твой друг?

— Он не один, — объявила Касси, очень удачно избавляя Лейлу от необходимости объяснять свои непростые отношения с Тейном.

— Чертов горгулья, — проворчал Каин, запрокинув голову и принюхиваясь. — И… что?

— Тьма! — выдохнула Касси.

Каин выругался и добавил:

— Валим отсюда!

Касси подняла руку, призывая его остановиться: Каин уже собрался было взвалить ее себе на плечо.

— Нет, Каин. Мне надо поговорить с вампиром.

Лейлу восхитило умение крошечной женщины усмирять непокорного оборотня, как вдруг она увидела несущихся Леве и Тейна с фэйри на плече.

Такое видишь не часто.

— Проклятие, Лейла, тебе полагается быть…

— Не вздумай начинать, герой! — предостерегла она, благоразумно попятившись. Тейн швырнул не пришедшего в сознание фэйри на землю и устремил яростный взгляд на Каина. Два лидера рядом — это всегда опасно. — Я здесь не по своей воле.

Тейн переместился так, чтобы встать точно между Лейлой и Каином. Его леденящая сила рвала воздух.

— Мне показалось, что я почуял запах псины.

В глазах Каина вспыхнул огонь:

— Хочешь получить от меня кусочек, кровосос?

Лейла схватила Тейна за руку.

— Нет! Нам сейчас не до выяснения отношений!

Рискуя своей жизнью Леве проковылял между двумя хищниками и с недоуменным выражением посмотрел на Каина.

— Эй, я с тобой знаком! — Он потер свой курносый нос. — Мон дье, что ты с собой сделал?

Тейн хмуро осведомился:

— Что здесь происходит?

Лейла и Касси переглянулись, разделяя типично женскую досаду.

— Кратко говоря, это стычка с демоном-повелителем превратила его в чистокровку, — сказала Лейла.

Тейн напрягся:

— Это тот полукровка, который держал тебя в плену?

— Она никогда не была моей пленницей! — оскорбившись, огрызнулся Каин.

— Пожалуйста, не надо! У нас мало времени.

Касси выступила вперед, и Тейн запоздало ее заметил.

— Черт… побери! — потрясенно пробормотал он.

Леве со столь же глубоким изумлением добавил:

— Последняя из сестер Дарси!

Тейн кивнул:

— Надо сказать Стиксу.

— Даже и не думай!..

— Каин! — Касси поспешно остановила Каина, прижав ладошку к его груди, и посмотрела на Лейлу, словно рассчитывая на ее поддержку в конфронтации «женщины против мужчин». — Я здесь только для того, чтобы предостеречь.

Вполне предсказуемо Тейн игнорировал то, что не желал слышать.

— Я отведу тебя к твоей сестре, и ты сможешь высказать столько предостережений, сколько пожелаешь.

От Каина пахнуло мускусом: его волк крался наружу.

— Посмей только прикоснуться к ней, вампир, — и ты умрешь!

— Тейн, ты должен ее выслушать! — приказала Лейла. — Она пророчица.

Это заявление было встречено глубоким молчанием, даже Леве не сказал ни слова, а это по праву можно считать чудом.

Наконец Тейн покачал головой:

— Не может быть.

— Касси, ты даром тратишь время! — рыкнул Каин, решительно подхватывая ее на руки и направляясь к джипу. — Вампир слишком самоуверен, чтобы прислушиваться к чьим-либо советам.

Касси не стала вырываться, однако посмотрела на них поверх плеча Каина.

— Вампир, тебе нельзя убивать твоего пленника.

Тейн бросил взгляд на забытого им фэйри, лежащего на земле.

— Почему это?

— Он тебе понадобится.

— Он мне понадобится? Постой! — Тейн сжал кулаки: Каин устроил Касси в пассажирском кресле, прыгнул за руль и уехал, подняв тучу пыли. — Эта таинственная дребедень насчет будущего меня бесит! — проворчал он.

Лейла открыла было рот, собираясь осведомиться, почему Тейн таскает с собой бесчувственного сильвермиста, но тут вся троица тревожно замерла.

Ветерок донес до них запах пряных трав и нечто гораздо менее приятное — запах обезумевшего вампира.

— Гм… — Леве откашлялся. — Злись, пожалуйста, подальше отсюда?

Тейн посмотрел в сторону горизонта.

— Проклятие! Рассвет слишком близок, до моего логова мы добраться не успеем.

— Передайте мне сильвермиста, и я подумаю о том, чтобы предложить вам убежище.

От неожиданно раздавшегося женского голоса сердце Лейлы чуть не выпрыгнуло из груди, а вот Тейн, напротив, моментально метнул свой кинжал в сторону бензоколонки и извлек меч из-за спины.

Со спокойным высокомерием, на которое способны только высшие вампиры, женщина поймала кинжал в полете и вышла из обветшавшего здания.

— Охотница! — хрипло проговорил Тейн.

— Охотница? — переспросила Лейла, не зная, ужасаться ей или прыгать от счастья.

— Охотники — это вампиры, которые настолько плотно закутываются в глубокую тень, что их присутствие никто не может обнаружить, — пояснил он. — Они очень высокооплачиваемые наемники.

Лейла усомнилась в словах Тейна: эта женщина была похожа на звезду шоу-бизнеса.

Высокая и стройная, с блестящими черными волосами, указывавшими на азиатские корни и собранными в тугую косу, спускавшуюся по спине ниже пояса. Что-то восточное ощущалось и в ее чуть раскосых глазах, хотя их цвет — темно-синий — говорил о предках-европейцах. Кожа у нее была белее алебастра, губы — сочные и розовые.

Она была убийственно хороша.

Конечно, она с головы до ног была облачена в черный спандекс, заставляя вспомнить героев фильма «Миссия невыполнима», а на боку в кобуре висел обрез, предупреждая, что ее не следует считать обычной смазливой девочкой.

Крутя в руке кинжал, она направилась к ним смело и хладнокровно, заставив Лейлу остро позавидовать ее уверенности в себе.

— Конечно, ты Джелин, — сказал Тейн.

— А ты, конечно, Тейн, Харон, — лениво проговорила женщина.

Лейла нахмурилась:

— Вы знакомы?

— Нет, но я опознал ее по квалификации. Зачем тебе сильвермист?

Вампирша бросила взгляд на лежащего без сознания фэйри:

— Я выслеживаю его уже много дней.

— Зачем?

Она улыбнулась, сверкнув клыками:

— Не твое дело.

Тейн прищурился:

— Если учесть, что сейчас он мой пленник, я бы сказал, что очень даже мое.

— О, но зато это у меня есть квартирка с защитой от солнца.

Лейла неохотно вступила в их перепалку. А разве у нее был выбор? Тейну хватит упрямства, чтобы игнорировать предложенное убежище просто потому, что его раздражает поведение этой вампирши.

— Тейн, у нас нет времени, чтобы дискутировать на эту тему.

Он обжег ее гневным взглядом, но моментально смягчился, заметив ее усталость.

Лейла узнала на собственной шкуре, как быстро уходят силы, если тебя насильно выдернули из туманов.

Тейн снова перевел взгляд на Джелин:

— Твое логово надежно защищено?

Темно-синие глаза опасно сузились:

— Меня нельзя просто так оскорблять, Харон!

Лейла подавила вздох. Неужели никто из вампиров не умеет управлять своими эмоциями?

Леве дернул ее за брючину:

— Надо понимать так, что ее жилище защищено?

Лейла поморщилась:

— Думаю, нам не следует вмешиваться в семейную разборку.

Леве содрогнулся, демонстрируя свое согласие с этой позицией:

— Уи, нет ничего опаснее родственников.

Лейла бросила взгляд в сторону далеких полей, куда ее тетка привела армию злых сил, чтобы найти ее.

— Это точно.

Тейн был недоволен тем, что приходится полагаться на вампиршу, которую он знал как очень агрессивную особу, готовую в любую секунду взорваться. Особенно прискорбно это было потому, что с ним Лейла, но выбора не было: их преследовала Марика, а до рассвета оставалось меньше получаса.

Следуя за Джелин в городок, обосновавшийся посреди лоскутного одеяла фермерских земель, Тейн окутался тенями, проходя через небольшой парк в центре. Сельские жители обычно рано встают, а ему совершенно не нужно было повышенное внимание.

Наконец охотница поманила их к ветхому кирпичному зданию на углу какого-то сквера в центре городка. Войдя внутрь, Тейн понял, что когда-то здесь располагалось местное отделение банка, но теперь окошки касс были закрыты, а кафельный пол покрывала пыль.

Они прошли через узкий холл и спустились по короткой лестнице, которая вела к банковскому сейфу, располагавшемуся внизу.

Лейла на секунду задержалась — возможно, опасаясь, что им всем следующие двенадцать часов придется тесниться в маленькой комнатке. Тейн вполне мог ее понять.

Чуть подтолкнув в спину, он заставил Лейлу войти внутрь. Ни один вампир не устраивал себе логова без нескольких потайных выходов.

Демонстрируя его правоту, Джелин протиснулась вперед, отодвигая стеллажи банковских сейфовых ячеек, за которыми оказалась прорезанная в стальной оболочке дверь. Она приостановилась, что-то прошептав, и дверь распахнулась, явив деревянную лестницу, которая вела в подземные тоннели.

Молча они вступили в темноту. Тейн ощущал приближающийся рассвет, однако не это, а тревога за Лейлу заставила его торопить Джелин. Она скорее упадет без сил, чем попросит о помощи.

Короткий тоннель закончился у еще одной двери, за которой оказалась большая комната. Тейн окинул взглядом кожаные кресла, расставленные на красном ковре, и садомазохистские приспособления, развешанные по стенам. Больше всего его интересовали запасные выходы и возможные угрозы.

Однако Лейла только поморщилась и с явным облегчением пошла за хозяйкой дома в отдельную спальню с простой кроватью и шкафом, к которой примыкала комната, где можно было положить ребенка.

Тейн нехотя передал сильвермиста охотнице, прогнал Леве прочь и, дождавшись, пока Лейла разместит младенца в соседней комнате, смог наконец уложить ее на широкую кровать и бережно укрыть одеялом.

После этого он привалился к изголовью, расслабился и закрыл глаза.

Тейн был достаточно древним, чтобы иметь возможность восстанавливать силы, не отключаясь от реальности и сохраняя бдительность.

Спустя несколько часов звук приближающихся шагов заставил его вскочить и распахнуть дверь.

Пусть он и воспользовался гостеприимством Джелин, но подпускать ее к Лейле не собирался.

Благоразумно остановившись в нескольких шагах от двери, Джелин подняла руку в жесте мирных намерений.

— Успокойся, Харон, — сказала она. На ней по-прежнему был черный спандекс, только обрез она заменила на «глок-18». — Я не угрожаю твоей женщине.

— Моя женщина сама способна себя защитить, — с иронией проговорил он.

Джелин возмущенно закатила глаза.

— Конечно, может. Только я сомневаюсь, что ты готов предоставить ей такую возможность.

— Чего тебе надо?

— Мой пленник очнулся.

— Твой пленник? — Тейн выгнул бровь. — У тебя проблемы с употреблением местоимений, охотница?

— Сейчас моя единственная проблема — это ты. — Джелин ткнула пальцем в потолок своего жилища, защищавшего их от света солнца. — Я свою часть договора выполнила.

Не зная толком, что именно Джелин намерена делать с сильвермистом, Тейн повернулся, чтобы захватить меч, оставленный им у стены около двери.

— Хорошо, — сказал он. — Но мне надо допросить его до того, как ты начнешь с ним развлекаться.

Она пожала плечами и, повернувшись, зашагала по узкому коридору, приглашая Тейна следовать за собой.

— Ты не скажешь мне, почему охотилась за этим сильвермистом?

Вампирша остановилась, чтобы открыть дверцу люка, проделанного в центре коридора. Тейн улыбнулся: свинцовая крышка люка весила не меньше тонны, а Джелин легко ее подняла! Слухи о ее способностях явно не были преувеличены.

Жаль, что она все еще очень молода. Он охотно спонсировал бы ее участие в боях «Дуротриги» — гладиаторских сражениях демонов. Те немногие вампиры, которым удавалось выживать в них, уходили со знаком Кухулина — татуировкой в виде дракона, дававшей им право бросать вызов на бой за право стать главой клана.

Она подняла голову, адресовав ему недовольный взгляд.

— Меня наняли оракулы. Больше я ничего тебе не скажу.

Тейн поморщился: ему и этого хватало. Джелин может оставить при себе свою чертову причину, заставляющую ее заполучить сильвермиста в свое личное пользование.

Она исчезла в отверстии люка, и Тейн быстро спрыгнул в темноту следом за ней. Едва его ноги успели коснуться твердой поверхности пола, как Джелин включила свет и он смог осмотреться.

Тейн не особенно удивился, обнаружив, что они стоят почти в центре темницы.

Вдоль стен располагалось десять камер, специально оборудованных так, чтобы в каждой можно было держать демона определенного вида: одни камеры были из серебра, другие — из железа, третьи — из дерева, а одна даже оказалась золотой. Однако его внимание почти сразу же привлекло большое помещение в дальней части темницы.

Похоже, Джелин побывала на распродаже для палачей-любителей. Тут были дыбы, клейма, громадные тиски, шипастые дубины и не теряющий популярности электрический стул, а также другие, неизвестные ему, приспособления. В воздухе облаком повис запах дезинфицирующего средства. Как будто кто-то потратил немало времени на то, чтобы убрать кровавые следы.

— Мило, — пробормотал он, бросив на свою спутницу насмешливый взгляд. — Это твое?

Она продемонстрировала ему непристойный жест и направилась к одной из свинцовых камер.

— Я взяла это помещение в аренду.

— У маркиза де Сада?

— Я строго придерживаюсь правила не совать нос куда не надо.

— Могу себе представить.

На секунду ее глаза потемнели от боли.

— Нет, на самом деле не можешь.

Джелин открыла дверь камеры, не дав Тейну времени добиться более определенного ответа.

Тейн посмотрел на сильвермиста, сидевшего на деревянном стуле: его волосы выбились из косы и падали на лицо, измазанное землей, одежда была в пятнах и дырах. В какой-то момент Джелин связала ему руки за спиной и приковала к стене железными кандалами.

Он должен был испытывать немалую боль, но встретил вошедших с насмешливым выражением лица.

— А, клыкастая сладкая парочка! Какая прелесть! — нараспев проговорил сильвермист, вытягивая длинные ноги и скрещивая в лодыжках. — Начнем игры?

— Если хочешь. Давай я объясню тебе правила. — Тейн неспешно пересек камеру и прижал к горлу пленника острие отнятого у воина сильвермистов меча. — Я собираюсь задать тебе несколько вопросов, и если откажешься отвечать или попробуешь лгать, буду отрезать от твоего тела полоску плоти. И мы будем продолжать это, пока я не получу все нужные мне ответы — или пока у тебя не закончится плоть.

Взгляд бронзовых глаз переместился на Джелин, которая закрыла дверь камеры и подошла к Тейну, встав рядом с ним.

— Если уж вести жестокие игры, то я предпочту женщину. Не хочу никого обидеть, но ты не в моем вкусе.

— Меня ты не выдержишь! — Джелин наклонилась, чтобы схватить его за подбородок, но тут же с шипением отпустила, словно обжегшись. — Дерьмо!

Тейн нахмурился:

— В чем дело?

Хмуро глядя на сильвермиста, который растерял всю свою насмешливость, Джелин пятилась, пока не прижалась спиной к двери.

— Ни в чем.

Тейн шагнул было к ней, почувствовав, что случилось нечто важное.

— Охотница…

— Занимайся своим допросом! — огрызнулась Джелин. — И попрошу тебя управиться к ночи.

— Она всегда такая милая? — насмешливо поинтересовался Арьял, но от Тейна не укрылось, что его голос звучит напряженно.

Что бы ни произошло сейчас между этими двумя, сильвермисту это понравилось не больше, чем Джелин.

Снова повернувшись к пленнику, Тейн дважды рассек ему плечо и отделил небольшой кусок плоти, напомнив:

— Ты забыл правила.

Выругавшись на незнакомом языке, Арьял отодвинулся от клинка.

Тейн завороженно наблюдал, как кровь на металле с шипением вскипела и впиталась в стальной клинок.

Любопытно.

— Задавай свои вопросы, — прохрипел Арьял.

— Как тебе удалось избежать изгнания с остальными сильвермистами?

Он стиснул зубы, но неохотно ответил:

— Наш принц договорился с Морганой ле Фей об убежище.

Что за гадость! Вот уж действительно сделка с дьяволом!

Тейн потрясенно отшатнулся:

— На Авалоне?

Арьял пожал плечами:

— Лучше места не придумаешь. Сквозь завесу магии ничто не могло проникнуть.

Тейн мог бы назвать сколько угодно гораздо лучших мест. Начиная с огненных котлов ада.

Моргана ле Фей была жестокой особой, страдающей манией величия, и терроризировала фэйри и всех других демонов, которые оказывались слишком слабыми, чтобы противостоять ее волшебству. В конце концов ясновидящая предсказала, что Моргану повергнет в ад потомок ее брата Артура.

Она вполне предсказуемо спряталась на принадлежащем ей острове и окутала его плотной пеленой магии, сквозь которую невозможно было проникнуть, но порой возвращалась в мир, надеясь убить всех потомков Артура.

В итоге это оказалось неудачным решением.

— И что именно вы ей предложили? — поинтересовался Тейн.

Арьял ухмыльнулся, но Тейн почувствовал, что у фэйри внезапно участился пульс и вспотели ладони. Что бы ни происходило на Авалоне, ничего хорошего в этом не было.

— Мы были рабами в ее гареме. — Он так заскрежетал зубами, что пришлось удивляться, как это они не сломались. — Постельными рабами.

Тейн поморщился. Такого он не пожелал бы даже своему самому лютому врагу.

— Судя по тому, что слышно про Моргану, я удивлен, что вы выжили.

— Большинство из нас погибли.

— Тогда вам повезло, что вампирам удалось ее уничтожить.

Сильвермист фыркнул, старательно прогоняя ужасные воспоминания.

— Ее победил потомок короля Артура.

— Анна — спутница жизни вампира, и только благодаря помощи моих братьев ей удалось выжить в сражении с Морганой ле Фей, — заявил Тейн. — Похоже, вы у нас в долгу.

— Почему ты решил, что я хотел ее смерти?

— Это ложь, — проговорила Джелин у двери.

Тейн улыбнулся. Охотники безошибочно чувствовали ложь.

— Ты не задавал мне прямого вопроса, — тут же сказал Арьял, намеренно не глядя в сторону Джелин. — Я не нарушил правил игры.

Угу. Между ними определенно что-то происходит. Но Тейна это не касается. Вот и славно!

— Почему вас заинтересовал ребенок? — спросил он у пленника.

— Нас наняли вампирша и ее маг: нам поручено найти ребенка.

Тейн посмотрел на Джелин, и та кивнула:

— Он говорит правду, но не всю.

— Ты наемник?

Арьял помолчал, а потом ответил, тщательно подбирая слова:

— Я готов продавать наши услуги при наличии определенного стимула.

— Какой стимул предложила вам Марика?

— Возможность найти предполагаемого ребенка Темного Властелина.

— Предполагаемого? — Тейн моментально уцепился за это слово, не сомневаясь, что сильвермист проговорился случайно. — А есть какие-то сомнения относительно происхождения этого ребенка?

Арьял моментально нашелся:

— Только дурак принимает слухи и смутные предания за истину.

Тейн досадливо дернулся. Арьял оказался слишком изворотливым: отвечал на вопрос достаточно правдиво, чтобы избежать мучительной раны, но абсолютно неинформативно.

— Вы надеетесь вернуть в мир Темного Властелина? — не сдавался он.

— Сильвермисты поклонялись ему еще до того, как первые вампиры выползли из своих пещер.

Очередной уклончивый ответ.

Однако если он не стремится вернуть Темного Властелина, тогда зачем искал младенца?

— Как Марика собирается использовать ребенка для возвращения этого подонка?

Арьял пожал плечами:

— Она утверждает, будто у мага есть заклинание, которое возродит в ребенке его сущность.

Зарычав, Тейн снова ткнул мечом в шею фэйри. Раздражение переполняло его.

Как, черт подери, ему защищать Лейлу, если он действует вслепую?

— Что ты на самом деле задумал, Арьял?

Сильвермист бесстрашно встретил его пылающий яростью взгляд.

— Я ответил на твои вопросы.

Тейн уже решил прибегнуть к физическому воздействию, но внезапно ощутил острый укол страха.

Он отступил на шаг, на секунду потеряв ориентацию.

Он понял, что ощутил страх Лейлы, а не свой собственный.

— Проклятие! Я нужен Лейле! — Тейн пронесся по камере и схватился за ручку двери с такой скоростью, что Джелин едва успела посторониться. — Не убивай его. Я с ним не закончил.

— Не обещаю, — успела ответить Джелин.

Глава 18

Из кошмара Лейлу выдернули сильные руки, заключившие ее в надежные объятия. Однако она все еще не могла унять дрожь, пытаясь прогнать пугающие видения: демонов, пожирающих сырое мясо, и пылающих городов.

— Успокойся, Лейла, — прошептал Тейн, нежно поглаживая ее по спине. — Ты в безопасности.

— Дитя! — с трудом выговорила она.

Тейн неохотно разжал свои объятия, чтобы заглянуть в смежную комнату. Он вернулся настолько быстро, что Лейла едва успела высвободиться из пропитанных потом простыней, а он уже снова крепко прижал ее к себе.

— Он в пещере.

Лейла облегченно вздохнула и уткнулась лицом ему в грудь.

— Боги! Это было ужасно!

— Это был всего лишь сон, милая моя, — утешил Тейн.

Его запах заставил страх отступить.

— Там была кровь! — глухо прошептала Лейла, теснее прижимаясь к нему. — Мир тонул в крови.

— Забудь свой кошмар, — тихо посоветовал он.

— Все казалось таким реальным!

— Я с тобой. — Он поцеловал ее в макушку. — Ты в безопасности.

Лейла успокоилась, поняв, что впервые в жизни действительно чувствует себя в безопасности.

Это было… безумием.

На нее охотятся рвущаяся к власти вампирша, аморальный маг, орда злобных фэйри и еще какие-то таинственные враги, если верить пророчице. Но в объятиях Тейна Лейла чувствовала себя в безопасности.

Секунду она наслаждалась этим удивительным чувством.

Жаль, что им нельзя спрятаться от всего мира и до конца времен быть вместе!

С недовольным вздохом она отстранилась и встретилась со встревоженным взглядом Тейна.

— Ты допросил сильвермиста?

Он недовольно хмыкнул:

— Вроде как.

— Он не захотел отвечать?

— Наоборот, он был готов ответить на любой вопрос, — сухо возразил Тейн. — Но ни один ответ ни черта мне не сказал.

Раздражение, прозвучавшее в его голосе, заставило Лейлу спрятать улыбку. Тейн привык к тому, что вызывает ужас у всех, с кем сталкивается. Теперь же его явно злило, что он не сумел вытянуть из сильвермиста ту информацию, которую желал получить.

— Они работают на мою тетку?

— По словам Арьяла — да.

Арьял. Лейла только мельком взглянула на фэйри, но его поразительная красота ее изумила.

— Ты ему не веришь?

Тейн пожал плечами:

— Я считаю, что у него есть собственные причины разыскивать ребенка, а потому он готов позволить Марике его найти.

— Малухиа, — тихо сказала Лейла.

— Что?

— Я дала имя младенцу, — пояснила она. — Оно означает «мир».

Тейн замер.

— Мне его значение известно. Это имя моих предков, — хрипло проговорил он наконец. — Почему?

Лейла начала кусать губы.

— Я же говорила тебе, что собираюсь дать ребенку имя, — уклончиво ответила она.

— А почему именно это?

— Оно мне понравилось.

Неожиданно Лейла обнаружила, что лежит на спине, а огромный, невероятно привлекательный вампир своим весом вжимает ее в матрас.

Лейла начала таять от ощущения сильного тела, навалившегося на нее, и порадовалась, что, прежде чем заползти в постель, успела раздеться до трусиков и лифчика.

Теперь ей надо только избавить его от шортов…

— Лейла, ответь мне, почему ты выбрала это имя!

Она заглянула в его медовые глаза и почувствовала, что ее ответ для него почему-то очень важен.

— Оно напоминает мне тебя.

Его пальцы запутались в ее волосах.

— Никто не назвал бы меня мирным.

— Надеюсь, его будущее будет таким, — мягко сказала Лейла. — Мне бы хотелось, чтобы он обладал честью и силой, которая позволит ему защищать тех, кого он любит.

Тейн со стоном склонил голову и поцеловал ее в лоб.

— Ты меня убиваешь!

Она недоуменно нахмурилась:

— Я думала…

— Что, милая моя?

— Что тебе будет приятно.

Тейн отстранился, и на его лице отразилась такая острая ранимость, что у Лейлы защемило сердце.

— Я чувствую себя недостойным, — шепотом признался он.

Подняв руки, она обхватила ладонями его безупречно красивое лицо.

— Вот уж нет.

Его ладони скользнули по волосам и шее, подушечки больших пальцев задержались на жилках, бившихся у ее основания.

— Лейла, ты спрашивала, почему оракул оставила на мне метку.

Лейла вздрогнула и прижала ладонь к странной татуировке на его груди.

— Чтобы тебя наказать.

— Нет. Она нужна для того, чтобы привязать меня к тебе.

О… боги!

Лейла тряхнула головой, чувствуя изумление и ужас. Для этого гордого и независимого вампира насильственные узы с кем-то должны были стать настоящей пыткой!

— Зачем им это понадобилось? — выдохнула она.

Тейна это явно не ужасало. Более того, в его взгляде горело нечто похожее на предвкушение.

— Это не имеет значения. Я уже был в твоей власти.

Лейла недоверчиво прищурила глаза. В Лондоне она совершила глупость, посчитав, будто силы ее магии хватит на то, чтобы управлять вампиром.

— Я не верю, что ты когда бы то ни было находился в моей власти.

Ловким движением бедер он раздвинул ей ноги и с опасной улыбкой устроился между ними.

— Я стал твоим рабом, но это не имеет никакого отношения к магии джиннов, а связано исключительно с женскими чарами.

Его возбужденная плоть прижалась к ее бедру, вызвав поток жара, залившего тело. Ах, все было почти идеально! Ей надо только чуть подвинуться — и он окажется там, где нужно.

— Моим рабом? — хрипловато переспросила Лейла.

— Это правда, милая моя. — Тейн провел губами по ее щеке, прикусывая краешек рта. Ее руки инстинктивно легли на его сильные плечи, скользнули по спине… Ее тело звенело от наслаждения. Чудесно! Лейла часами могла бы исследовать сильные мышцы, перекатывавшиеся под ее руками. — С чарами или без них — ты стала частью меня, — сказал Тейн с яростной искренностью.

Она чуть отстранилась, пристально вглядываясь в его серьезное лицо.

— Что ты хочешь сказать?

— Ты уже спутница моей жизни. Я хочу признать это официально.

У Лейлы исчезли все мысли, а сердце отчаянно забилось, стуча по ребрам, словно шарик в пинболе.

— Спутница?

— Ты рада или нет? — уточнил он, чуть улыбнувшись.

— Я ошеломлена, — с готовностью призналась Лейла.

Тейн нахмурился, словно ее реакция на его неожиданное объявление казалась ему непонятной.

— Неужели ты думала, что я много дней стал бы гоняться за тобой, бросил бы вызов решению Комиссии и моему собственному Анассо, пряча тебя, и рисковал бы головой просто потому, что мне нечем заняться?

— Но я же джинн-полукровка! — сказала Лейла так, словно эти слова все объясняли.

Джинны-полукровки не находят себе пару. Однако, похоже, Тейн был не в курсе: он одарил ее улыбкой, в которой читалось опасное предвкушение.

— Мне очень жаль тебя разочаровывать, милая моя, но я сумел сам это понять.

— Я изгой.

— А я — нет?

Она досадливо вскрикнула:

— Я опасна!

— Ты женщина. — Улыбка Тейна стала шире. — От тебя иного и не ожидается.

— Нахал! — Лейла сжала кулак и ударила его по спине достаточно сильно, чтобы он заворчал. — Тебе будет не до смеха, когда я случайно ударю тебя молнией или обрушу твое логово.

Тейн поймал ее губы поцелуем, который обжег ее, уничтожив все протесты и неимоверно возбудив.

— Если ты будешь со мной, остальное меня волновать не будет, — проговорил он у самых ее губ.

Лейла дернула его ирокез.

— Ты же понимаешь, что это безумие!

— Будь моей спутницей, Лейла, — попросил он, сверкая глазами. — Скажи «да»!

Ей следовало сказать ему «нет».

Неужели она забыла все жуткие происшествия своей жизни? Господи, она ведь не один раз убивала демонов, потеряв контроль над своей силой!

Конечно, это неизменно была самозащита, напомнил ей внутренний голос. И ни один из тех демонов не был вампиром.

И…

И она его любит.

Это простое чувство моментально положило конец ее внутреннему спору.

— Да, — сказала она.

Он застонал и прижался лбом к ее лбу:

— Слава Богу!

Лейла гладила напряженные мышцы его шеи, готовясь к его укусу. Она ничего не боялась: возбуждение бурлило в ее крови, пьяня не хуже шампанского, — однако уже очень близко она наблюдала его клыки и ожидала хотя бы слабого укола боли.

Однако Тейн ее удивил: приник к губам в неспешном, дурманящем поцелуе, заставившем ее выгнуться ему навстречу в ответном желании.

Его руки заскользили по ее телу, умело избавив от лифчика и трусиков, а потом вернулись для новых и более интимных прикосновений, которые заставили Лейлу задрожать от наслаждения. Тейн проследил пальцами линию плеч, провел пальцами по ключицам, а затем обхватил ладонями груди, раздразнив большими пальцами соски, превратившиеся в тугие бутоны. И все это время он продолжал целовать ее жадно и крепко, заставляя кровь бежать быстрее.

Желание поднималось в Лейле — а вместе с ним еще какое-то новое чувство. Жажда почувствовать, как он впивается ей в шею, как его клыки погружаются глубоко в плоть.

Кажется, Тейн почувствовал, что в своем нетерпении она не оценит неспешного соблазнения, и на мгновение приподнялся, избавляясь от своих шортов. Как только они полетели в сторону, он снова лег на нее, поймав губами сосок. Он одобрительно зарычал, когда она провела ногтями по спине и впилась ему в бедра. Языком и губами он дразнил сосок, а его фаллос терся о клитор до тех пор, пока она не заумоляла его остановиться. Перенеся внимание на второй сосок, Тейн просунул руку между их телами, подбираясь к самому сладкому местечку.

— Тейн! — с трудом выдавила Лейла.

— Да, моя милая?

— Ты мне нужен!

Казалось, эти слова сломали дамбу его самообладания: Тейн тихо зарычал и одним мощным движением вошел в нее до конца.

Лейла ахнула, почувствовав, как ее влагалище предельно растянулось, а потом с тихим стоном сцепила ноги у него на пояснице, откровенно наслаждаясь его обладанием.

— Моя! — хрипло сказал он, утыкаясь лицом в изгиб ее шеи. — Моя подруга!

Лейла задрожала, когда его язык прочертил влажную дорожку вдоль ее яремной вены, и запрокинула голову, предлагая ему то, чего он желал. Тейн не стал медлить и колебаться. С хриплым стоном он пронзил клыками кожу, с силой сжав ее бедра, когда она дернулась от мощной волны блаженства.

Боги!

Лейла обхватила его руками, крепко обняв. Его бедра начали движения в такт глоткам ее крови. Эти ощущения вместе были… Просто невероятными.

Охотно погрузившись в мощный водоворот наслаждения, Лейла двигалась ему в такт, стремительно уносясь к оргазму, и тут Тейн выпустил на свободу тонкую струйку своей силы. Лейла громко закричала: искорка электрического разряда сбросила их обоих в пучину восторга, и ей показалось, что она разлетелась на миллион осколков.

Утонув в умопомрачительном экстазе, Лейла смогла почувствовать, как Тейн убрал свои клыки и бережно зарастил следы укуса. Она купалась в океане райского блаженства, чувствуя, что связь между ними уже стала крепче.

Он проложил дорожку из поцелуев к ямочке у нее под ухом, а тем временем его ладони скользнули вверх по бедрам и обхватили налившиеся груди.

— Твоя очередь, — прошептал Тейн.

Лейла с готовностью погрузила пальцы в его волосы, чувствуя новый прилив возбуждения. Она была плохо знакома со взаимоотношениями вампиров, однако понимала, что их узы скреплены лишь наполовину. Они будут по-настоящему связаны, только если она попробует кровь Тейна.

Не дав себе времени подумать о том, какую боль ему причинит, она подняла голову и вонзила зубы в шею. Конечно, клыков у нее не было, но она смогла прокусить кожу, и некоторое количество крови попало ей в рот.

Тейн блаженно застонал:

— Лейла!

У нее перехватило дыхание: она ощутила Тейна с какой-то невероятной остротой. Это было похоже…

Лейла судорожно вздохнула.

Тейн как будто стал частью ее самой — так глубоко соединился с ней, что теперь невозможно было сказать, где заканчивается один из них и начинается другой.

Она опустила голову и встретилась с его медовым взглядом.

— Ты мой.

Его бедра начали вздыматься в медленном, сладком ритме.

— Навсегда.

Сплетясь с Лейлой в объятиях на кровати, Тейн нежно провел пальцами по алой татуировке, вившейся под кожей ее предплечья. Это был знак их союза. Его метка.

А у него на руке тоже появилась соответствующая метка, говорившая о том, что он принадлежит Лейле.

Она была его второй половинкой. Сентиментально — но правда.

Тейн иронически улыбнулся. Если бы две недели назад кто-нибудь сказал ему, что он будет доволен союзом с джинном-полукровкой, словно демон-фераль с гаремом гарпий, он бы только посмеялся. Или вырвал бы этому предсказателю сердце.

Тейн прижался губами к ладони Лейлы, и его плоть радостно шевельнулась, несмотря на то что последние четыре часа он только и делал, что занимался любовью с этой женщиной. Можно было не сомневаться в том, что Лейла никогда ему не надоест.

В этот удивительный момент ему хотелось забыть обо всем том мире, который находился за пределами этой комнаты…

Словно по заказу, в дверь ударил кулак и в воздухе почувствовался холодный вихрь силы Джелин.

Забыть о мире не получилось.

— Открой дверь, Харон!

— Убирайся! — рыкнул он, бережно обнимая свою подругу.

Наступило молчание, словно вампирше больше всего хотелось бы исчезнуть, а потом он услышал негромкие проклятия.

— Сильвермист сбежал, — призналась Джелин наконец.

— Дьявол!

Тейн соскользнул с кровати, с досадой глядя, как Лейла натягивает джинсы и топ и вешает на шею маскирующий амулет.

Этот ублюдок-сильвермист заплатит ему за то, что вынудил прервать ночь заключения союза!

Надев шорты, Тейн закрепил за спиной ножны с украденным мечом и заправил за пояс два кинжала. После этого он притянул Лейлу к себе и страстно поцеловал.

Она ответила на поцелуй, но быстро оттолкнула его, захихикав при виде нескрываемого огорчения.

— Потом, — тихо сказала Лейла.

Тейн направился к двери, думая о том, что чем раньше он уничтожит Марику и ее веселую шайку отребья, тем скорее сможет наслаждаться обществом Лейлы.

Можно ли придумать более действенный стимул?

— Что случилось? — резко спросил Тейн, как только Джелин вошла в комнату.

Ее лицо застыло.

— Это еще выясняется.

Тейн нахмурил брови. Она пытается уклониться от ответа?

— Ты выпустила его из камеры?

Она зарычала, а глаза ее засветились от ярости:

— Терпеть не могу глупые вопросы!

Двигаясь со стремительностью, доступной исключительно древним вампирам, Тейн прижал острие кинжала к ее шее. Лицо его было мрачным.

— А я терпеть не могу капризных птенцов, которые постоянно желают всем доказать свою крутизну.

Джелин задрожала, стараясь справиться с собой и не спровоцировать более грозного противника, и прохрипела:

— Я не птенец!

Тейн сощурился:

— Ты едва успела вылететь из гнезда, и если считаешь, что…

— Ага, ага! — резко прервала их Лейла, становясь рядом с ним. — Вы оба суперстрашные! — Она посмотрела на Джелин. — Как он сбежал?

По лицу молодой вампирши промелькнуло нечто похожее на смущение, а потом она отступила на шаг и успокоилась.

— На камере наблюдения было видно, как он просто… — Она поморщилась. — …исчезает.

Лейла нахмурилась:

— В портале?

— Этого не должно было быть, — пробормотала Джелин, — камера обита свинцом.

Тейн пожал плечами:

— Нам не известно, какой магией обладают сильвермисты. Особенно Арьял.

В глазах Джелин вспыхнуло синее пламя:

— Он далеко не уйдет!

Тейн выразительно выгнул брови. Главным правилом охотников было оставаться равнодушным к объекту охоты. Любая эмоция, будь то гнев, ненависть или влечение, только снижала их немалые способности.

Было совершенно ясно, что сильвермист задел ее чувства.

— Это не имеет значения. Вред уже нанесен, — сказал Тейн.

Лейла изумленно посмотрела на него:

— Какой вред?

— Он знает, где мы.

Она задрожала.

— А это значит, что он скажет об этом моей тетке.

Тейн отнюдь не был в этом уверен, но сейчас не время было обсуждать его подозрения относительно сильвермиста. Как обсуждать что-то, что остается на уровне интуиции?

Джелин шагнула назад, закидывая обрез за плечо.

— Я приложу все силы, чтобы не дать им вас преследовать.

Тейн кивнул:

— Мы у тебя в долгу.

— Не беспокойся, я получу плату.

Насмешливо улыбнувшись, Джелин развернулась на месте и рысцой побежала по коридору, быстро скрывшись из вида.

Тейн покачал головой. Как в такой крохотной оболочке помещается столько склочности?

Стоявшая рядом с ним Лейла со вздохом сказала:

— Эта женщина явно может сама о себе позаботиться.

Тейн потрясенно воззрился на нее:

— Ты же ей не завидуешь?

— Завидую, — призналась Лейла с грустной улыбкой. — Мне всю жизнь приходилось полагаться на защиту других.

Тейн обхватил ладонями ее лицо.

— Бывают времена, когда мы все полагаемся на других. Для того и есть кланы, семьи и стаи. — Он провел пальцем по чувственной линии ее нижней губы. — И спутники жизни.

— Но…

— Лейла, ты не только смогла выжить вопреки тому, что за тобой охотились с момента твоего появления на свет, но и уберегала мир от вероятного Армагеддона. — Тейн всматривался в ее прелестное лицо. — Неплохой результат.

Лейла смущенно улыбнулась:

— Наверное, если так на это взглянуть.

— Нам надо отсюда выбираться.

— Вот и я так считаю! — произнес у него за спиной возмутительно знакомый голос. — Куда направимся?

Тейн повернулся и в упор посмотрел на крохотного демона.

— Леве, нам нужно, чтобы кто-то их отвлек.

Лейла схватила его за руку.

— Зачем это нам?

— Если Арьял способен создавать порталы, то он быстро сможет забрать твою тетку и вернуться.

Лейла решительно покачала головой:

— Ты чего-то мне недоговариваешь.

Тейн вздохнул. Он успел забыть о побочных эффектах установленных уз: он больше никогда не сможет лгать Лейле.

— У меня такое чувство, что Арьял хотел использовать твою тетку для того, чтобы найти ребенка, — признался Тейн. — А теперь, когда обнаружил тебя, он собирается взять дело в свои руки.

— Какое дело?

— Я не намерен это выяснять. — Он посмотрел на горгулью. — Но мне понадобится твоя помощь.

Леве скрестил руки на своей тощей груди.

— А, так я должен остаться здесь и стать мучеником?

— Именно так и поступают герои.

Химера немного помедлил, явно колеблясь между желанием остаться с Лейлой и своей странной склонностью к рыцарству.

— Верно, — проговорил Леве с трагическим вздохом. — Я же все-таки рыцарь без страха и упрека!

Лейла подошла к горгулье и встала перед ним на колени.

— Только пообещай мне, что будешь рыцарем, который не станет глупо рисковать.

Леве бросил на Тейна хитрый взгляд и поцеловал Лейлу в щеку.

— Ради тебя обещаю.

Тейн наклонился, взял подругу за локоть и бережно помог подняться на ноги.

Чертов горгулья!

— Нам надо идти, — проворчал он.

Леве хлопнул крыльями.

— Как мне вас найти?

Тейн открыл было рот, собираясь посоветовать горгулье начинать поиски в аду, когда Лейла удивила их обоих:

— Мы будем в Сибири.

Он бросил на нее удивленно-хмурый взгляд:

— За каким чертом нам нужна Сибирь?

— Касси сказала мне: «Чтобы найти конец, ты должна вернуться к началу».

Глава 19

Перед самым рассветом они оказались в логове Стикса.

Лейла была не слишком довольна, но Тейну удалось убедить ее в необходимости поделиться новой информацией с Анассо, не говоря уже о том, что не помешал бы еще один день отдыха перед тяжелым путешествием через тени, имея в качестве пассажиров младенца и вампира.

Сейчас Лейла была устроена в спальне наверху, а он отправился в кабинет к своему повелителю, чтобы дать ей поспать.

Тейн уселся на крепкий рабочий стол и стал смотреть, как Стикс расхаживает по комнате, переваривая его отчет обо всем случившемся после того, как они в последний раз находились в этой комнате.

— Сестра Дарси — пророчица? — пробормотал он наконец, дергая висящий на шее амулет. Бирюзовые побрякушки, вплетенные в его длинную косу, музыкально позвякивали. — Вот дьявол!

Тейн ухмыльнулся:

— У тебя интересная родня.

— И не говори! — Стикс застыл в центре кабинета, скрестив руки на широкой груди. — У нас только что побывала матушка Дарси.

Ухмылка Тейна стала еще шире. Мать Дарси была чистокровным оборотнем и предпочитала грубый секс — и почаще. После визита тещи Стиксу, как правило, приходилось давать своим Воронам недельный отпуск, чтобы они могли восстановиться.

А потом он вдруг вспомнил календарь — и сложился пополам от дикого хохота:

— Она вас навестила в полнолуние?

Стиксу было совершенно не смешно.

— Она была… кошмарна.

Тейн выпрямился и мгновенно стал серьезным:

— Кстати, о матушках… От Уриэля были известия?

— Виктор сообщил, что Уриэль обнаружил склеп, в котором держат эту цыганку, но с ее спасением были проблемы.

Это звучало довольно неприятно.

— Проблемы?

— Он не вдавался в подробности, но пообещал оповестить, как только она окажется в его логове и он убедится в ее безопасности.

— Хорошо. — Тейн кивнул. Будь на то его воля, цыганка не приблизилась бы к Лейле, пока не будет абсолютно достоверно доказано, что она действительно ей мать. К сожалению, он чувствовал, что его подруга будет иметь на этот счет свое собственное мнение. — Ей не нужны лишние заботы. Особенно сейчас.

Стикс устремил на него серьезный взгляд.

— Она полна решимости?

— Ты даже представить себе не можешь.

— Это шутка? — недоверчиво вопросил Стикс. — Я-то как раз могу.

Тейн уныло поморщился:

— Со временем становится легче?

— Нет.

— Вот спасибо!

Стикс пожал плечами:

— Ты бы предпочел, чтобы я солгал?

У Тейна не было на это ответа.

И в конце концов, это не имело значения.

Лейла — его спутница жизни. И никакие будущие неприятности, раздражение или даже откровенный страх не убедят его в том, что это не подлинное чудо.

Пора было менять тему разговора.

— Тебе удалось обнаружить какие-то сведения о сильвермистах?

— Очень мало. — Лицо Стикса стало суровым. Ему совершенно не нравилось то, что злобным фэйри удалось скрывать свое присутствие, как и то, что толком не известно, какую опасность они собой представляют. — Ягр проштудировал то немногое, что нашлось у нас в библиотеке.

— И что?

— Судя по тому, что он прочел, они обладают такими же способностями, что и остальные фэйри. Они могут создавать порталы, посылать сглазы, зачаровывать предметы и создавать иллюзии.

Тейн встал со стола. Все эти данные были практически бесполезными.

— Стикс, это были отнюдь не типичные фэйри.

— Конечно, — согласился он, и его глаза потемнели от бессильного раздражения. — Но они всегда были скрытными и редко общались с другими демонами, так что никто не знает правды об их возможностях, только слухи.

— И что это за слухи? — тут же спросил Тейн.

Даже слухи были лучше, чем ничего.

— Согласно одному, они гораздо лучше своих родичей переносят хладное железо.

— Это не слух. Этот подонок сбежал из камеры, целиком изготовленной из железа и обитой свинцом, и при этом он был закован в кандалы! Я никогда не слышал, чтобы еще кто-то из фэйри был способен на такое. — Он постарался отбросить сожаления о том, что они не охраняли этого ублюдка постоянно. Откуда им было знать, что он сможет уйти через портал, несмотря на огромное количество свинца, которое убило бы большинство фэйри?

— Они могут говорить с мертвыми.

Это неожиданное сообщение заставило Тейна содрогнуться:

— Очаровательно!

— Не просто очаровательно, — отозвался Стикс. — Они способны нанимать духов.

— Ты хочешь сказать, что у них есть рабы-призраки?

Стикс предупреждающе вскинул руку.

— Не преуменьшай опасность подобного, Тейн. Существуют духи, способные нанести вред даже вампиру. А самые сильные тени способны утаскивать души в потусторонний мир.

Тейн слышал о демонах с некромантскими талантами, но, как правило, они способны были только общаться с теми, кто ушел в потусторонний мир.

Иметь возможность приказывать тени…

Он внезапно напряженно застыл:

— Проклятие!

— В чем дело?

— Джелин надо предупредить!

— Не тревожься за нее, — успокоил его Стикс. — Я отправил Де Анджело и Зандера по ее следу.

Тейн покачал головой. Джелин оказалась настоящей занозой, но при этом была истинной охотницей.

— Им ее ни за что не найти.

Стикс с любопытством посмотрел на него:

— Она настолько хороша?

— Лучшая из всех, с кем я сталкивался.

— Превосходно! — Анассо улыбнулся. — Мне нужен охотник. Возможно, я предложу ей стать одним из моих Воронов.

Тейн хмыкнул, попытавшись представить себе, как эта вспыльчивая женщина будет стараться поладить с мощными и чрезвычайно заносчивыми вампирами из отряда телохранителей Стикса.

— С удовольствием предоставлю ее тебе.

— Почему?

— У нее характер барсука, больного бешенством.

Стикса это нисколько не смутило.

— Я припоминаю другого вампира с внушительными способностями и мерзким характером, — пробормотал он. — Мне приходилось регулярно драть ему задницу, но в конце концов я сумел его приручить. — Стикс пожал плечами. — Или, может быть, я просто нашел способ направить его неуемную энергию в нужное русло.

Тейн поморщился. Он редко вспоминал о былых днях. После того как ему пришлось убить Сун Ли, он отгородился от всего мира и жил в пещерах Северной Монголии словно бешеный зверь.

Тейн не мог определить, сколько времени прошло до того, как Стикс впервые появился у него, однако прекрасно помнил, что изо всех сил пытался убить мощного ацтека. Он не знал, что Стикс был слугой прежнего Анассо, но если бы и знал, ему было бы на это наплевать. Он был бы рад, если бы этому незнакомому вампиру удалось прервать его жалкое существование.

Однако Стикс не убил его.

Вместо этого он удалился, чтобы вернуться на следующую ночь. Он посидел на камне около пещеры Тейна, а когда в конце концов исчез, то оставил там одеяло. На следующую ночь он устроился на несколько шагов ближе, а уходя, оставил стопку книг. Еще через ночь он принес чистую одежду.

Его терпение поражало — и постепенно Стикс смог завоевать доверие Тейна в достаточной степени, чтобы вернуть его к цивилизации. А со временем он обучил его, сделав своим Хароном.

В то время Тейн совершенно не понимал, зачем этот вампир тратит на него столько трудов. Только в последние месяцы он понял, что они оба в свое время совершили один и тот же смертный грех: Стикс скрывал безумие предыдущего Анассо так долго, что чуть не стало слишком поздно.

Их объединяло чувство разъедающей душу вины и сожаления, которого больше никто не мог по-настоящему понять.

— Я так никогда и…

— Черт, прекрати! — прервал его Стикс, угрожающе хмурясь. — Если ты начнешь разводить слюни и сопли, я тебя вышвырну.

— Ты спас мне жизнь, — не отступился Тейн. — Я это не забуду.

— Ты уже многократно за это заплатил. — Стикс внезапно замолчал, словно пораженный новой мыслью. — Наверное, теперь мне придется искать нового Харона.

— Да. — Тейн улыбнулся, осознав, что больше не нуждается в искуплении. Лейла заживила раны, которые терзали его так долго. — Как только мы расхлебаем всю эту кашу, я намерен посвятить себя моей подруге.

На губах Стикса появилась таинственная улыбка:

— Посмотрим.

Тейн напряженно застыл:

— Мне эти слова не нравятся!

— Мне всегда нужны преданные вампиры.

— Не думаю, чтобы Лейла обрадовалась, если бы я стал одним из твоих Воронов.

Глаза Стикса ехидно заблестели:

— Я думал о посланнике при Комиссии.

Тейн издал невнятный возглас изумления и протеста. Стикс хочет, чтобы он вел переговоры с сильнейшими демонами, которые могут просто из каприза превратить его в жабу? Ну уж нет!

— Я предпочту, чтобы мне отрубили голову, — сказал Тейн совершенно искренне.

Стикс пожал плечами:

— Мы можем обсудить это позже.

— Мы можем вообще никогда это не обсуждать! — зарычал он, направляясь к двери. Совершенно ясно, что Анассо просто тронулся своим чертовым умишком. — А я пойду к моей подруге, пока ты не предложил мне стать переводчиком при церберах.

Стикс захохотал:

— Я прикажу, чтобы вам на закате принесли обед.

Тейн обернулся:

— Проследи, чтобы там был немецкий шоколадный торт. Лейла обожает торты.

— Я стал самым сильным магом мира не для того, чтобы бродить по лесам! — проныл Сергей. Он выглядел весьма потасканным: пряди волос падали на лицо, дорогая одежда покрылась пятнами и была безнадежно погублена. — Мои ботинки совершенно испорчены!

Марика чувствовала себя ничуть не лучше: заклинание Сергея вновь привело к логову Анассо. В то единственное место, куда Марика определенно пойти не могла.

Но каким сильным бы ни было ее раздражение, Марика не решалась демонстрировать неуверенность сильвермистам, которые окружили чикагское логово.

Достаточно неприятным было уже то, что их предводитель, Арьял, исчез во время сражения с лесными духами. Эти глупые фэйри сочли случившееся дурным предзнаменованием. Она не собиралась допустить, чтобы ребяческие капризы Сергея еще сильнее подорвали их авторитет.

Как жаль, что ей все еще нужен этот идиот!

Она с огромным удовольствием предложила бы его фэйри для открытого жертвоприношения.

— Заткнись, дебил! — прошипела Марика, стоя у опушки леса и полагаясь на то, что маскирующие чары Сергея скроют их от Воронов Анассо. — Ты только и делаешь, что ноешь, с той минуты как мы покинули Лондон.

Сергей поджал губы, совершенно по-детски обидевшись:

— У меня хрупкая конституция.

— Ты позор для всех магов мира! — презрительно заявила Марика. — Даже фэйри считают тебя бесхребетным дурнем.

— Ах да, твои драгоценные сильвермисты! — Сергей бросил взгляд на стройных воинов, которые были почти неразличимы в тенях деревьев. — Скажи, Марика, а где именно сейчас находится Арьял?

По ее лицу невозможно было понять, в какую ярость ее привело исчезновение Арьяла.

— Совершенно очевидно, что он или в плену, или убит.

— Или переметнулся на другую сторону.

Марика провела языком по кончику своего клыка. Это должно было напомнить Сергею, что, несмотря на все его магические способности, она может убить его одним движением.

— Ревнуешь, Сергей?

— Ревновать к фэйри, который провел бесчисленные века проституткой Морганы ле Фей? — Презрительный тон не смог до конца скрыть его зависть. Арьял не желал утаивать, что его забавляет высокомерное поведение мага. Фэйри был прирожденным предводителем, не нуждавшимся в магических фокусах для того, чтобы завоевать уважение. — Вот еще!

Марика рассмеялась с жестоким удовольствием.

— Он настоящий мужчина, каким тебе никогда не стать.

— Он демон, который продает свои услуги тому, кто больше заплатит, — огрызнулся маг. — Будь осторожнее, дорогая моя! Он способен использовать твою собственную армию для того, чтобы тебя предать.

Марика пришла в ярость — в основном потому, что эта пугающая мысль уже не раз приходила ей в голову. Она устремила на Сергея ледяной взгляд:

— Единственный предатель у меня на службе — это ты, маг!

Сергей не считал себя самоубийцей, поэтому решил оставить эту тему и вновь взглянул в сторону особняка.

— Сколько ты собираешься здесь ждать?

— Пока Лейла с младенцем там.

— Они могут задержаться в логове Анассо до конца времен!

— И мы будем ждать.

Заставив себя проглотить гневные слова, Сергей повернулся и углубился в заросли, бессильно сжимая кулаки.

Марика не мешала ему дуться, снова устремив взгляд на логово Анассо. Если Лейла обладает хоть толикой здравого смысла, то останется под защитой короля вампиров, однако она уже доказала, что готова идти на глупый риск, когда речь заходит о защите младенца.

Рано или поздно у нее появится необходимость оставить этот дом.

А когда это произойдет, Марика будет готова действовать.

Ближе к полуночи Сергей вдруг упал на колени и затряс головой, словно пытаясь прийти в себя.

— Что за дьявол! — прохрипел он.

Марика повернулась, недовольно глядя на него:

— Ну что еще?

— Кто-то только что вошел в пещеру в Сибири!

— Какую пещеру?

Он медленно поднял голову:

— В ту, где я нашел ребенка.

Марика смотрела, как маг неуверенно поднимается на ноги, и в ее сердце закрадывалась тревога.

— Как ты это узнал?

— Я установил там сигнализацию на случай нежелательного интереса.

— Это могло быть какое-то животное или чрезмерно любопытный смертный.

Он решительно покачал головой:

— Нет, чары игнорируют простых посетителей, даже если им удастся проникнуть сквозь природные преграды.

— Значит, это демон?

Марика принялась расхаживать по неровной земле, ощущая, как у нее под сердцем разрастается ком дурного предчувствия.

Демонам незачем идти в эту промерзшую заброшенную пещеру. Даже те, кому нравился холод, избегали тех мест из-за множества действующих вулканов и полного отсутствия добычи.

— Или маг, — уточнил Сергей.

Марика остановилась — и мрачное подозрение растеклось по ее телу ядом.

— Лейла! — выдохнула она.

Сергей нахмурился:

— Не могу сказать точно.

У Марики сомнений не было.

Эта жалкая потаскушка — вылитая мать! Упрямая, непокорная, не желающая спокойно смириться с неизбежностью.

Хорошо, что Марика скоро заполучит эту полукровку — и тогда она научит девчонку слушаться старших. Сколько бы боли для этого ни потребовалось.

На губах Марики заиграла улыбка предвкушения. Ей нравилось заставлять повиноваться.

— Это она! — заявила вампирша с непоколебимой уверенностью.

— Но это же совершенно бессмысленно! — Сергей недоуменно всплеснул руками. — Что ей могло понадобиться в пустой пещере в ледяных горах Сибири?

— Наверное, она что-то разузнала про ребенка, — предположила Марика, бросая яростный взгляд в сторону особняка. Возможность Лейлы улизнуть приводила ее в бешенство. — А что, если эта сучка хочет сама призвать Темного Властелина? — Повернувшись спиной к Сергею, она направилась к ближайшему сильвермисту. — Нам надо туда.

Маг, спотыкаясь, попытался догнать стремительно шагавшую вампиршу.

— Марика, подожди!

— Нам нельзя терять время!

— А ты не подумала о том, что это может быть ловушка?

Марика резко остановилась и обожгла Сергея взглядом, полным подозрения.

— Ловушка?

— Что, если тебя хотят специально отправить через полмира? — резонно спросил Сергей, демонстрируя явное желание избежать трудного пути на север Сибири.

Марика провела языком по острию клыка, обдумывая его слова. Она прожила столько времени не благодаря импульсивности. Решившись, она все-таки направилась к медноволосому сильвермисту, которого избрала своим очередным любовником. Он был заместителем Арьяла, но гораздо более… податливым.

Марика с раздражением вспомнила, что Арьял даже не потрудился скрыть своего расчетливого отношения к ней. Она гневно прогнала это воспоминание.

Этот подонок наверняка погиб. Что обидно, если вспомнить, что он был самым сильным сильвермистом и их несомненным предводителем. Но Марика всегда умела обращать любые обстоятельства себе на пользу.

— Нет, они никак не могли бы узнать о наложенных тобой чарах, — заявила она не терпящим возражений тоном.

Сергей выругался и попытался ее догнать.

— А что, если в пещеру просто случайно забрел какой-то демон? — вопросил он. — К тому моменту как мы поймем нашу ошибку, джинн сможет покинуть логово и скрыться!

— С нашими новыми друзьями такого не будет! — Марика остановилась прямо перед Тирлохом, проведя пальцами по гладкой коже цвета густых сливок. — Мы сможем обыскать пещеру и вернуться, прежде чем Лейла успеет сбежать.

— Мы об этом пожалеем, — проворчал Сергей.

— Если хочешь, можешь остаться здесь, трус! — Марика решительно схватила Тирлоха за руку и повела глубже в лес, подальше от чужих глаз. Она не хотела, чтобы Лейла узнала о непрошеных гостях. — Я не допущу, чтобы кто-то отнял у меня заслуженный триумф!

Выведя своего спутника на небольшую прогалину, Марика даже не взглянула на Сергея, тащившегося следом за ними, спотыкаясь о корни и почти ничего не разбирая в темноте.

— Марика, подожди! — воскликнул маг, когда она переплела свои пальцы с пальцами сильвермиста и приготовилась шагнуть в портал. — Кажется, я видел горгулью…

Окончательно потеряв терпение, Марика повернулась, схватила мага за волосы и с силой дернула к себе как раз в тот момент, когда перед ними возник мерцающий переход.

— Еще одно слово, и я вырву тебе язык!

Глава 20

Тейн не помнил о своей жизни до обращения, но его тело сохранило инстинктивную любовь к теплому побережью и тропическим ароматам южной части Тихого океана. С другой стороны, кто бы смог отказаться от купания в залитом лунным светом океане, вместо того чтобы жаться у костра в сыром логове?

Но увы, долг требовал появиться в промороженной пещере на Камчатском полуострове.

Боги! Он считал, что нет ничего хуже путешествия в странных туманах, клубящихся между мирами.

Лейла схватила его за руку и вытянула в замерзшую, пахнущую серой пустыню.

Тейн поморщился от резкого запаха далекого гейзера, указывавшего на вулканическую активность. С его везением один из этих чертовых вулканов взорвется как раз тогда, когда они рядом.

Хорошо хоть он не боится холода. В отличие от Лейлы, закутавшейся в темный плащ, который стал защитой и младенцу у нее на руках. Также на ней были сапоги на меху, уберегавшие ноги от покрытой льдом поверхности.

Единственной уступкой Тейна стала футболка, которая была достаточно облегающей, чтобы не мешать движениям, и защитного цвета брюки, скрывавшие кинжалы в ножнах, укрепленные на обеих лодыжках, и еще один — на пояснице. А еще у него за спиной находились ножны с мечом сильвермиста, а в кармане был спрятан револьвер. Тейн терпеть не мог идти на бой, одевшись неподобающим образом.

Конечно, у него еще оставалась слабая надежда, что удастся убедить Лейлу вернуться в логово Стикса до того, как на них снова нападут. Подумав об этом, Тейн грустно улыбнулся. Как же! Не настолько он везучий.

По ним хлестнул порыв ледяного ветра, чуть было не сбросив Лейлу с отвесной скалы.

Проклиная эту забытую Богом гору, холод и упрямых джиннов-полукровок, Тейн схватил ее за плечи и подтащил обратно, стараясь не задеть сверток у нее в руках.

— Ты уверена, что не притащила нас в ад? — спросил он сурово прямо ей в ухо.

Вывернувшись из его рук, Лейла повернулась к Тейну с невеселой улыбкой:

— Это суровые места, но они по-своему прекрасны, если присмотреться.

— А ты специалистка по нахождению красоты в самых неожиданных местах, верно, моя милая?

Лейла самодовольно ухмыльнулась:

— У меня наметанный глаз.

— Но мою ценность ты рассмотрела, только когда я захватил тебя в плен и заставил признать, что мне суждено быть твоим.

В ее прекрасных глазах загорелись озорные огоньки:

— Откуда ты знаешь: может, я просто набивала себе цену?

Его сердце сладко защемило. Когда он впервые встретил Лейлу, она была всего лишь бледной тенью себя настоящей, напуганной и измученной.

Конечно, какая-то часть этого страха по-прежнему оставалась. И этот страх не исчезнет окончательно, пока ребенок не окажется в полной безопасности.

Однако ее горечь сменилась умиротворением, и это давало Тейну повод гордиться собой. Он хотел подарить ей счастливое будущее.

— Потому что больше всего в тебе меня восхищает умение всегда быть настоящей. — Тейн содрогнулся, вспоминая бесконечные годы лжи и обмана, которыми знаменовались его отношения с Сун Ли. — И это настоящее благословение.

— Правда? — озорно осведомилась Лейла. — Я могу предложить тебе и другие благословения.

Он тихо зарычал.

— Ты еще не поняла, как опасно дразнить вампира?

— Но это так забавно!

Тейн приник к ее губам в яростном, до боли коротком поцелуе и сразу же отстранился, посмотрев на узкий вход в пещеру. За ним он чуял несколько тоннелей, зигзагами уходивших в глубину.

— Нам обязательно туда идти?

— Да.

— Там на многие мили никого, даже духов инея.

Поморщившись, Лейла направилась к пещере и скользнула внутрь.

— Я должна быть здесь.

Держась рядом с ней, Тейн обнажил меч в ожидании неизбежного нападения.

— Мне это не нравится.

— Не могу сказать, что я сама счастлива сюда вернуться, но мне надо узнать правду про Малухиа.

— И что потом?

Лейла направилась прямо к ближайшему тоннелю и начала спускаться по грубо вытесанным ступеням. Тейн по-прежнему следовал за ней.

— Если это не опасно, то я собираюсь найти кого-то, кто смог бы освободить его от чар стазиса.

Тейн резко остановился в тот момент, когда они вошли в еще одну небольшую пещеру. Эта оказалась такой же пустынной и морозно-неприветливой, как и предыдущая.

— Черт! — пробормотал он.

Лейла обернулась и встревоженно посмотрела на него:

— Что случилось?

— Я только сейчас понял, что мне предстоит стать… — его язык запнулся на непривычном слове, — отцом. — Ее хохот нарушил мрачную атмосферу, царящую в этих давным-давно заброшенных пещерах, и Тейн хмуро спросил: — А что тут смешного?

— Я попыталась представить себе, как ты будешь тренировать команду по софтболу!

Тейн улыбнулся и, приподняв полу плаща, посмотрел на младенца.

Вампиры могли размножаться и даже испытывали родительские чувства, но Тейн никогда об этом не задумывался.

Проклятие! Он и спутницу жизни найти не хотел. Он уже однажды сделал капитальную ошибку во взаимоотношениях и не чувствовал потребности повторять все снова. Пока не появилась Лейла. А теперь и Малухиа.

Они — семья. Его семья.

И он умрет, защищая их.

— Да, наверное, софтбол не годится, — неохотно признался Тейн. А что такое «софтбол»? — Но я смогу научить его скрывать свое присутствие, когда он выслеживает добычу, убивать голыми руками и…

— Хватит! — со смехом запротестовала Лейла, качая головой.

— В чем дело?

Она посмотрела на ребенка.

— Возможно, нам придется искать тех, кто помог бы нам освоить роль родителей.

Тейн подошел к ней и нежно поцеловал в лоб.

— Если мы будем любить и оберегать ребенка, то какое значение имеет все остальное?

Лейла подняла голову, согревая Тейна любовью, которая светилась в ее глазах.

— Совершенно никакого, — тихо проговорила она, а потом заставила себя направиться к небольшой нише в дальней части пещеры. — Давай покончим с этим.

Лейла сделала всего несколько шагов, как вдруг резко остановилась.

— Что случилось?

Она вздрогнула и призналась:

— Я почувствовала…

— Что?

— Кажется, мы разбудили заклинание.

— Дьявол! — Подняв меч, Тейн развернулся, пристально осматривая пещеру. Ничего не происходило — и он негромко выругался. Тейн предпочел бы сразиться с бешеным оборотнем во время полнолуния, чем войти в магический капкан. Как можно убить то, чего не видишь? — Почему ничего не происходит?

— Это не обязательно должны быть атакующие чары. — Лейла поморщилась. — Это мог быть сигнал тревоги.

— Сергей! — прорычал Тейн.

— Скорее всего, — согласилась она. — Он всегда был параноиком.

— В таком случае скоро он будет здесь вместе с твоей теткой. — Тейн посмотрел на Лейлу. — Нам надо уходить отсюда.

— Он не может знать, кто или что заставило его заклинание сработать. И потом, они будут добираться сюда много часов, если не дней.

— С сильвермистами — нет.

— Ох! — с кислой миной отозвалась Лейла. — Порталы!

— Вот именно. Нам нельзя рисковать, оставаясь здесь.

Она прикусила нижнюю губу. Ее лицо выражало сильное беспокойство.

— Извини, Тейн. Почему-то мне кажется, что малышу нужно быть здесь.

— Лейла! — Тейн стиснул зубы, глядя, как она направляется к нише, а там втискивается в какую-то узкую щель в стене. — Куда ты?

— Не знаю.

— Великолепно! — Протискиваясь между камнями, Тейн вынужден был пожертвовать кусками кожи с разных участков тела и клоком волос. — Я рассчитывал не совсем на такой медовый месяц.

Лейла оглянулась через плечо — и ее озорная улыбка моментально заставила его забыть о саднящих ранах и раздражении.

Дьявол, такая улыбка смогла бы заставить его забыть даже о ядерной войне!

— Как только Малухиа будет в безопасности и мы сможем снять с него чары стазиса, я намерена устроить тебе такой медовый месяц, который ты никогда не забудешь.

Ее гортанный голос заставил Тейна застонать:

— Господи, женщина! Ты меня убиваешь.

Они протиснулись через следующий поворот тоннеля, после чего ход резко расширился. Лейла внезапно ахнула и, быстро пройдя по каменному полу пещеры, встала перед явным разрывом, видимым в воздухе.

— Здесь! — выдохнула Лейла.

Тейн стоял перед мерцающей дымкой — и от этого зрелища у него по коже бежали мурашки.

Очень мало что могло испугать древнего вампира, но сейчас Тейн боялся.

— Ты нашла ребенка здесь?

— Да. Он был спрятан в дымке.

Тейн напрягся, ощутив, что давление в пещере изменилось. Это стало единственным предупреждением перед открытием портала.

— Вот дерьмо!

Как только Тейн развернулся, взмахнув своим огромным мечом, Лейла поняла, что у них неприятности.

Это подозрение подтвердилось почти сразу же: она почувствовала, что в верхней пещере открылся портал.

— Лейла, беги! — хрипло приказал Тейн, мгновенно став между ней и тоннелем, по которому они пришли.

В кои-то веки Лейла не собиралась спорить.

Несмотря на опасность, которой подвергал себя Тейн, она понимала, что ребенок важнее всего. Она возложила на себя обязанность защищать Малухиа.

Лейла не могла позволить себе колебаться. Но даже она не могла состязаться в скорости с вампирами. Она изо всех сил спешила к разрыву, но споткнулась и вынуждена была остановиться, когда порыв ледяного воздуха налетел на нее с силой мощного удара.

Марика.

Прекрасная вампирша, словно сошедшая со страниц глянцевого журнала, вступила в пещеру: ее темные волосы падали на спину безупречными локонами, стройная фигура была облачена в черные шелковые брюки и идеально подобранный топ. На ногах красовались черные туфли на шпильках.

— Никуда она не пойдет, — промурлыкала Марика, поднимая изящную руку. Внезапно у нее за спиной возникли Сергей и медноволосый сильвермист. — Я ведь так старалась устроить столь трогательную семейную встречу! — Прищурившись, Марика всмотрелась в лицо Лейлы, а потом моментально перевела взгляд на внутреннюю сторону предплечья своей племянницы, на котором красовалась метка ее союза с Тейном. — Что ты сделала, девочка?

Новый порыв ветра — и Тейн встал прямо у Марики на пути.

— Лейла, беги!

Марика зарычала, ее глаза вспыхнули — и она указала на Лейлу.

— Еще шаг — и Сергей уничтожит твоего спутника.

Лейла хмыкнула. Хорошо хоть Марика не была настолько глупа, чтобы угрожать, что сама убьет ее массивного вампира. Даже Лейла понимала, что Тейн раздавит ее без особого труда.

— Не слушай ее. — Тейн направил острие своего меча прямо на мага, который моментально посерел лицом. — Я собираюсь вырезать этому магу сердце и засунуть ему в глотку.

Лейла облизнулась: ей пришла в голову совершенно безумная идея.

Она не обладает дикой силой Тейна или злобной хитростью Марики, однако прекрасно знает, как выживать в стрессовых ситуациях. И порой безумие — это единственный выход.

— Как я могу ее не слушать? — насмешливо спросила Лейла, игнорируя яростный взгляд Тейна. Вместо этого она посмотрела на младенца, которого держала на руках. — Ты похожа на заезженную пластинку, тетушка Марика. Сначала грозилась убить мою мать, теперь — моего спутника. Если тебе нужна я, то почему бы тебе не попробовать меня заполучить?

В темных глазах предсказуемо вспыхнула ярость. Право, эту женщину просто до смешного легко вывести из себя!

— Сука!

Марика рванулась вперед, и Лейла бросилась к небольшому проходу в дальней части пещеры, надеясь, что Тейн сможет выгадать ей время.

Взмахнув мечом, Тейн заставил Марику отпрыгнуть назад, и Лейла нырнула в узкий проход.

Вампирша раздраженно зашипела и резко взмахнула рукой. Тейн ощутил жгучую боль и, опустив глаза, увидел глубокий порез на своей груди. Такая способность встречалась у вампиров не слишком редко, и, к счастью, силы Марики хватало только на поверхностные раны. Тем не менее рука, в которой он держал меч, на короткое время ослабла.

Тейн перебросил клинок в другую руку, но вампирша успела проскользнуть мимо него, преследуя Лейлу. Он повернулся, чтобы погнаться за ней, но с изумленным хрипом почувствовал, как летит по пещере, и с силой врезался в ее стену. Тейн уронил меч. Магическая сила вжимала его в холодные камни.

Проклятая магия!

— Отпусти меня, маг! — взревел он. Его голос заставил сильвермиста в страхе убежать, а Сергея — пошатнуться от ужаса. — Или обещаю тебя, что ты будешь жалеть об этом до конца времен!

— Я уже жалею, что повстречался с Марикой, вампир, — хрипло сказал Сергей вполне искренне. — Нет ничего страшнее того, что меня ждет, если я снова ее предам.

Тейн с трудом удержался, чтобы не живописать магу, насколько сильно тот ошибается. То, что способен сотворить с Сергеем он, заставило бы мага видеть кошмары целую вечность.

Вместо этого он решил сыграть роль доброго полисмена. Это ведь всегда работало в телесериалах!

— Тогда давай поговорим о том, что я могу тебе предложить.

Сергей нервно обвел взглядом пустую пещеру.

— Я тебя слушаю, — проговорил он наконец.

— Чего ты хочешь?

— Смерти Марики.

— Договорились.

Маг помялся, и в его глазах ужас сменился хитрым блеском.

— А ребенок?

Тейн с трудом удержался, чтобы не зарычать.

— Не обсуждается.

— Тебе от него не будет никакой пользы. Если я не освобожу его от чар стазиса, он будет представлять собой всего лишь пресс-папье.

Тейн напрягся, пытаясь сбросить сковавшие его чары. Ему отчаянно хотелось разорвать магу горло, а потом догнать Марику и отрубить ей голову.

— А что ты собрался с ним делать?

— Ты что, шутишь? — Маг воззрился на него с искренним изумлением. — Этот сопляк на черном рынке будет стоить целое состояние! Я смогу наконец уйти на покой и жить в той роскоши, которой я достоин.

Этого Тейн услышать не ожидал.

Хмурясь, он спросил:

— Ты не намерен возрождать Темного Властелина?

Сергей пожал плечами:

— Если получу более выгодное предложение — то нет.

— У меня есть деньги, если ты хочешь именно этого.

— Сколько?

— Назови свою цену, — необдуманно предложил Тейн.

А вот это была ошибка.

Человек, готовый продать ребенка на черном рынке, не понимает отношения Тейна к своему богатству. Сергей решил, что вампир блефует и лишь тянет время.

Сергей попятился, энергично мотая головой:

— Нет, я тебе не доверяю!

Тейн мысленно проклял собственную глупость.

— А Марике доверяешь? — огрызнулся он.

— Лучше уж знакомое зло, — пробормотал маг, направляясь следом за Марикой.

И за Лейлой.

На короткое время прекратив свои попытки освободиться, Тейн закрыл глаза и напряг свое чутье.

Он без труда нашел Лейлу, стремительно убегавшую по тоннелю, ведущему в глубину горы, и преследовавшую ее Марику. Сокрушительная ярость охватила его, однако Тейн мрачно заставил себя сосредоточиться на убегающем Сергее.

На таком расстоянии Марику ему не остановить, а вот помешать магу последовать за ними он вполне способен.

Призвав свою силу, Тейн освободил небольшой ее импульс, направив его в сторону, противоположную той, куда бежала Лейла. Маг не способен использовать свой нюх, преследуя женщин, однако наверняка научился ассоциировать Лейлу с крохотными электрическими разрядами, которые от нее исходили, когда она пугалась или злилась.

Если Тейн сможет пустить этого ублюдка по ложному следу, то у Лейлы появится шанс ускользнуть от Марики.

Он продолжил выпускать крошечные импульсы и холодно усмехнулся, почувствовав, что маг заблудился в громадном лабиринте пещер и переходов.

Сосредоточившись на своей задаче, Тейн вдруг резко открыл глаза, потрясенно воззрившись на Леве, ковыляющего по пещере.

— Ну и ну! — Широко распахнув глаза, демон остановился, и на его уродливой мордочке расплылась довольная ухмылка. — Определенно украшение пещер вампирами — новое слово в декоре.

Тейн нахмурился:

— Дьявольщина! Как ты сюда попал?

Леве пожал плечами:

— Прицепился к порталу нашей Круэллы.

Прицепился к порталу?

Вот дьявольщина.

Тейн вынужден был признать, что в изобретательности горгулье не откажешь. Тем более что это был единственный шанс освободиться от сковавших его чар.

Проклятие!

Если станет известно, что его спас горгулья-недоросток, Тейну это будут припоминать вечно! Эта мысль нисколько не улучшила его и без того отвратительное настроение.

— Сними меня! — рявкнул Тейн.

Леве скрестил руки на своей худосочной груди.

— И уничтожить ту прекрасную картину, которую ты собой являешь?

Тейн вышел из себя — и порыв ледяного ветра отбросил горгулью назад.

— Леве!

— Уи, уи! — Встав на ноги, демон с демонстративной тщательностью стряхнул с себя несуществующую пыль, после чего с видом полного превосходства направился обратно к нему. — Я снова спешу на помощь.

Тейн стиснул зубы с такой силой, что они чуть было не раскрошились.

— За что это мне? — пробормотал он.

Леве картинно воздел руки и замер, словно пораженный неожиданной мыслью.

— Наверное, тебе стоит отвернуться и закрыть глаза.

Вспомнив файербол, который выжег немалый участок леса, Тейн резко мотнул головой. Лучше примерзнуть к стене, чем разлететься на миллион кусочков от взрыва.

— Погоди, горгулья! Если ты…

Тейн не успел договорить из-за ослепительной вспышки света.

Он ожидал огненного урагана, но с изумлением ощутил только теплый ветерок — а в следующее мгновение невидимые оковы исчезли, и Тейн тяжело рухнул на пол, хрустя позвонками.

Стремительно вскочив на ноги, вампир подхватил с пола меч, гневно взирая на своего освободителя. Он мог поклясться, что Леве специально заставил его шлепнуться мешком. Однако сейчас выяснять отношения со своим единственным союзником было не время.

— Пошли! — приказал Тейн, быстро направляясь к дальней стороне пещеры.

— Что, даже «спасибо» не будет? — проворчал Леве. — В следующий раз оставлю тебя летучим мышам.

Тейн даже шага не замедлил:

— Мы нужны Лейле.

— О! — Хлопая крыльями, Леве поспешил за ним. — Так сразу и сказал бы!

Глава 21

Лейла свернула в очередное ответвление тоннеля. Холод, который она ощущала затылком, становился все сильнее, по мере того как Марика сокращала дистанцию между ними.

Она могла бы сбежать.

Почти сразу после того как нырнула в тоннель, Лейла остановилась, чтобы войти в тени, однако, вместо того чтобы исчезнуть в коридоре между мирами, спрятала Малухиа в дымку и вернулась в промороженную гору.

Решиться оставить ребенка в тумане было тяжело.

Хотя во время своих переходов по туману Лейла ни разу не встречала других демонов и хотя, кроме нее, к младенцу никто не мог прикоснуться, пойти на это было трудно.

Только мрачная решимость раз и навсегда покончить с угрозой придала ей достаточно сил, чтобы оставить там Малухиа и возобновить стремительное бегство.

— Тебе от меня не уйти, Лейла! — донесся до нее насмешливый голос Марики.

Лейла невольно задрожала.

Оказалось, что спасаться от погони вампира в темных тоннелях во второй раз не менее страшно, чем в первый.

Точно так же как когда ее преследовал Тейн, она не слышала ни приближающихся шагов, ни тяжелого дыхания, ни даже шороха камней под ногами — только холод и давящая тишина.

Однако на этот раз она знала, куда бежать, у нее был план.

Добежав до нужной ей маленькой пещеры, Лейла остановилась и повернулась, глядя, как ее тетка влетает туда следом за ней.

С неестественной ловкостью вампирша сумела вовремя остановиться. Лейла поморщилась. Только что Марика бежала с максимальной скоростью — а в следующее мгновение уже застыла на месте. И ни один волосок не шевельнулся!

Ужасно странно.

Темные глаза вампирши цепко осматривали пещеру, разыскивая затаившихся врагов или спрятанное оружие. К счастью, вампирская сущность Марики не позволила ей понять, что ловушкой может быть сама пещера. Уверившись в том, что жертва оказалась в тупике, вампирша позволила себе усмехнуться:

— Я ведь предупреждала, что тебе не уйти!

Лейла вскинула голову, но не стала даже пытаться спрятать свой страх.

Она успела на своем опыте убедиться, что от вампиров скрыть эмоции невозможно. И кроме того, ей хотелось, чтобы Марика думала, будто она признает свое поражение.

Лейла надеялась как можно дольше держать вампиршу в заблуждении, для того чтобы постепенно нарастить силу. Если сделать это слишком быстро, то характерные электрические разряды предупредят ее противницу об опасности, и тогда Марика обязательно нанесет удар.

И, если честно, Лейла до сих пор не оправилась после перехода через туманы, когда ей пришлось тащить с собой массивного вампира, не говоря уже о том поспешном проходе через завесу, чтобы спрятать малыша.

— Тогда мне, пожалуй, придется тебя убить! — заявила Лейла, прекрасно понимая, что высокомерная сука сочтет эти слова блефом.

Марика шагнула ближе:

— Право, до чего же ты неблагодарная тварь! Если бы не я, тебя вообще не существовало бы.

— Ты хочешь, чтобы я была благодарна тебе за то, что ты подстроила изнасилование моей матери джинном, стремясь сделать меня средством удовлетворения своей жажды власти?

Та пожала плечами:

— У всех есть недостатки.

Лейла возмущенно фыркнула:

— Конечно, но не все при этом психопаты!

Ледяная ярость сотрясла пещеру: взгляд Марики переместился на руки Лейлы.

— Где ребенок?

Лейла скрипнула зубами.

Ситуация стремительно набирала обороты.

— Там, где тебе его не достать.

— Лейла, ну разве нельзя по-хорошему? — Не видя в Лейле никакой угрозы для себя, Марика медленно ходила вокруг нее словно акула, оценивающая добычу. — Мы же все-таки родня, хоть ты и не одобряешь мои… методы.

— Родня? — Лейла покачала головой. — Знаешь, а ведь было время, когда я готова была на все, лишь бы отыскать своих родных.

— Если бы моя сука-сестра не отдала тебя, ты получила бы правильное воспитание и знала, в чем заключается твой долг. — Марика остановилась прямо перед ней, и на ее губах заиграла жестокая улыбка. — Если на то пошло, то можно сказать, что во всей этой неприятной истории виновата именно она.

Лейла с трудом подавила самоубийственное желание расквасить этой суке нос. Ей оставалось совсем немного для того, чтобы накопить необходимую силу. Нельзя было рисковать всем ради мимолетного чувства удовлетворения.

— Почему ты решила принести в жертву джинну свою собственную сестру? — возмущенно спросила Лейла. — Неужели не нашлось более подходящих демонов?

Марика небрежно махнула рукой. Да уж, сестринской любовью тут явно не пахло.

— Она была достаточно красива, чтобы соблазнить разборчивого демона, и, что гораздо важнее, у нас с ней телепатическая связь.

— Ты можешь читать ее мысли?

— У нас общие мысли.

Лейла вспомнила свой недолгий контакт с женщиной, назвавшей себя ее матерью. До этой минуты она считала, что мысленно слышала голос матери благодаря каким-то чарам. Знать, что с родившей ее женщиной у нее столь тесная связь, было почему-то очень радостно.

Лейла могла лишь молиться, чтобы вампиру Уриэлю удалось ее спасти.

— Тогда как она смогла спрятать меня от тебя?

Марика поморщилась:

— У нее это не должно было получиться! Это единственная преграда, которую ей удалось поставить между нами, и никакими пытками выбить из нее правду не получилось. — Марика поджала губы, похоже, даже не заметив, как Лейла тихо ахнула, поняв, что пришлось перенести ее матери ради ее безопасности.

Проклятие! Она так зациклилась на мыслях о том, что ее обманывали и держали в неведении, что даже не попыталась оценить те жертвы, которые были принесены для ее защиты. Ее приемная мать вообще пожертвовала своей жизнью! Даже Тейн был готов рисковать всем, оберегая ее. Теперь ее очередь жертвовать.

— Это было в высшей степени досадно.

— Похоже, ты недооценила любовь матери к своему ребенку, — тихо проговорила Лейла.

— Это чувство, присущее только смертным! — презрительно бросила Марика.

— Однако оно оказалось сильнее вампирши и ее карманного мага. Поразительно!

— Она упрямая дура, бессмысленно пожертвовавшая своей жизнью.

Лейла подняла руки, позволяя своей силе растечься по телу.

— Тебе этого не понять, так ведь?

Внезапно насторожившись, Марика отступила на шаг.

— Чего мне не понять?

— Что мать пойдет на все, защищая своих детей.

Подняв голову, Лейла сфокусировалась на трещинах свода пещеры.

Благодаря крови джинна она обладала тесной связью с природой: ощущала древность камня, чуяла крохотные льдинки в воздухе, слышала рев адского пламени, бушевавшего глубоко под землей.

Все это место было пороховой бочкой, готовой взорваться, а множество землетрясений сделали некоторые тоннели опасно нестабильными.

Что идеально соответствовало ее цели.

Выпустив на свободу свою силу, она отскочила назад и, когда вся пещера начала сотрясаться, метнулась к небольшому отверстию, скрытому за одним из сталагмитов.

Запоздало осознав опасность, Марика попыталась последовать за Лейлой, но ее остановил камень, свалившийся ей на голову. Она упала на колени с залитым кровью лицом, видя, как Лейла протискивается в узкую щель.

— Нет! — завопила Марика, вскакивая и рубя ладонью воздух.

Лейла почувствовала, что у нее рассечена грудь, но не позволила ране занять ее мысли. Отдавая остатки силы, она расширила трещины, раздвинув их настолько резко, что в пещеру обрушилось несколько тонн обломков.

К счастью, ударная волна отбросила ее назад, не дав попасть под смертоносную лавину. Лейла ударилась головой о низко нависший камень и мучительно закашлялась от попавшей в легкие пыли, но смогла отползти от завала. Чего нельзя было сказать о Марике.

Лейла мрачно улыбнулась при мысли, что эту злобную суку завалило камнями. Это было бы справедливо для такой твари, как она.

Конечно, всегда оставалась другая, гораздо менее приятная возможность: Марике удалось пережить обвал, и она уже сейчас выкарабкивается из-под него, чтобы свершить ужасающее мщение.

Представив это, Лейла прокляла узость прохода, по которому удавалось только медленно ползти на четвереньках.

Ей пришлось преодолеть таким образом чуть ли не полкилометра, пока она наконец не добралась до места пересечения с более широким тоннелем, уходившим вверх.

Вздохнув, Лейла выпрямилась, и тут же ее шатнуло в сторону так сильно, что она снова ударилась головой.

Погань!

Она слишком слаба для того, чтобы стоять.

Игнорируя собственную усталость, пульсирующую болью рану на груди и ушибы и ссадины на голове, Лейла заставила себя держаться на ногах, а потом медленно, шаг за шагом, пошла вверх по тоннелю.

Она потеряла счет времени. Лейле казалось, что с того момента, когда она бросилась бежать от преследовавшей ее по пятам Марики, прошла целая вечность, хотя скорее всего это было всего лишь полчаса назад. Интересно, как медленно течет время, когда сражаешься с безумной вампиршей?

Наконец ей удалось доковылять до того перехода, где она уже побывала до обвала. Там она отыскала нужное ей место и, опустившись на колени и наклонив голову, попыталась собрать последние крохи силы.

Словно в тумане Лейла чувствовала, что гору продолжают сотрясать затихающие толчки, а в воздухе стоит мелкая пыль. Невозможно устроить обвал без всяких последствий. Однако пока верхние уровни пещеры не обрушились, с Тейном все должно быть в порядке.

Конечно, если предположить, что маг не…

Нет! Она решительно тряхнула головой. Лейла должна верить, что ему удалось выжить. А сейчас ее главная забота — это ребенок.

Проведя пальцами по коротко остриженным волосам, Лейла поднялась и стала осторожно ощупывать камни, пока не нашла то место, где оставила Малухиа, перед тем как раздвинуть завесу. Дрожа от неимоверного напряжения и обливаясь потом, Лейла потянулась в туман и обвила руками младенца.

Конечно, безопаснее всего было бы просто остаться в коридоре и постараться как можно быстрее уйти подальше от этой горы, однако то, с каким трудом удалось приоткрыть даже столь небольшое отверстие, ясно говорило, что она слишком измучена, чтобы сделать такую попытку.

Прежде чем она снова сможет ходить через тени, ей понадобится много часов, если не дней, отдыха. Укутав малыша плащом, Лейла сомкнула завесу и повернулась, чтобы продолжить путь по тоннелям. Сейчас она могла думать только, как бы найти Тейна. А потом пристроиться отдохнуть в ближайшем углу.

А потом… Она поняла, что план провалился, когда в воздухе, несмотря на пыль, появился характерный запах свежих трав. Сильвермист! И он очень быстро приближался!

Лейла оглянулась назад, словно надеясь, что там успела появиться волшебная дверь, но вместо этого увидела только… ничего хорошего. Никакой волшебной двери, никакого спасительного выхода, никакой феи-крестной.

Только тесный проход, который вел вниз, к обрушившейся пещере. Оказавшись в ловушке, она крепче прижала к себе малыша и увидела, как из-за поворота выходит сильвермист с длинными каштановыми волосами и бронзовыми глазами.

Арьял.

— Стой, джинн!

Он был настроен крайне решительно, и для этого ему было не обязательно демонстрировать свой арбалет. Все говорило о том, как он опасен, начиная с напряженных мышц стройного тела и кончая убийственной решимостью, написанной на прекрасном лице.

Лейла попыталась проглотить вставший в горле ком. Судя по порванной футболке и пятнам крови на джинсах сильвермиста, последние часы прошли для него так же невесело, как и для нее, но в отличие от нее он не казался измученным.

Обычное ее «везение»!

— Чего тебе надо? — осведомилась Лейла.

На его губах появилась кривая улыбка:

— У нас есть незаконченное дело.

Отлично! Она раздраженно тряхнула головой.

— Найдется хоть один долбаный демон, который бы сейчас не бродил по этой пещере?

Странные металлические глаза устремились на спрятанного под плащом ребенка.

— Ты держишь в руках судьбу мира.

— Именно тут он и останется.

Он шагнул к ней.

— Нет. Боюсь, что это невозможно.

— Стой! — хрипло приказала Лейла. — Не подходи, а то… — Она намеренно не стала заканчивать фразу.

Непохоже было, чтобы его это особо испугало. Стоило ли удивляться?

— А то — что?

— Я не беспомощна.

Арьял приблизился еще на несколько шагов.

— Но и не в полной своей… — Он отскочил назад: выпущенный Лейлой разряд ударил прямо в грудь. Сильвермист потрясенно воззрился на прожженную дыру на своей футболке. — Дьявол!

— Я тебя предупредила! — с трудом выговорила она, молясь, чтобы Арьял не заметил ее изумления. — В следующий раз не стану сдерживаться.

Похоже, раз в кои-то веки ее молитва не оказалась бесплодной. Или, возможно, фэйри решил, что сумеет уговорить ее отдать ребенка.

— Успокойся, женщина! — Арьял поднял руку и покровительственным тоном продолжил: — Мы вполне могли бы обсудить все спокойно.

— Меня зовут Лейла, а не «женщина»! — огрызнулась она. — А это Малухиа.

— Лейла, — процедил он сквозь зубы, — это не твоя война. Отдай мне ребенка.

— Ты ошибаешься. Это очень даже моя война.

— Почему? — Казалось, его искренне озадачило упорство Лейлы. — Этот младенец никак с тобой не связан. Если только Марика не солгала и не заявила…

— Малухиа стал моим ребенком в ту минуту, когда я принесла его из тумана! — яростно прервала его она.

— Восхитительно, — саркастично произнес Арьял. — Но не думаешь ли ты, что было бы непростительным эгоизмом обречь мир на ад только потому, что тебе хочется сыграть роль мамочки существа, рожденного из грехов?

Такое обвинение заставило ее гордо выпрямить спину.

Малухиа был невинен. Желание защищать его не объяснялось ее эгоизмом.

Идиот.

— Я не вхожу в число тех, кто хочет вернуть Темного Властелина.

— Я тоже.

Эти простые слова резко оборвали ход беседы.

Лейла заморгала, пытаясь понять, что за игру он ведет.

— Я тебе не верю. Вы же…

— Несомненно, ты хочешь сказать «злобные», — легко закончил Арьял ее фразу.

Лейла вскинула голову:

— Именно это я и собиралась сказать. Не секрет, что сильвермисты добровольно поклонялись Темному Властелину и были изгнаны из этого мира.

— Большинство были изгнаны, Лейла, — уточнил он, и в его прекрасных глазах вспыхнул гнев. — Советую тебе повнимательнее изучить вопрос. Некоторые из нас предпочли стать рабами, чтобы больше не быть последователями Темного Властелина.

Она нахмурилась, почувствовав лихорадочную искренность, которая билась в его голосе.

— Только потому, что не захотели стать изгнанниками.

— Фэйри не отдается в руки Морганы ле Фей просто ради того, чтобы избежать изгнания. — Древняя, невообразимая боль исказила его лицо. — Уж поверь мне.

Лейла невольно допустила мысль, что он может говорить правду.

Не то чтобы она начала ему доверять. У такого человека, как Арьял, всегда будут собственные интересы. Однако вполне можно его выслушать.

В конце концов чем дольше она будет его отвлекать, тем больше вероятность, что Тейн явится ее спасти.

— Ладно, я готова вступить в игру, — сказала Лейла. — Если ты не собираешься использовать Малухиа для возвращения Темного Властелина, тогда что ты намерен с ним сделать?

Он извлек из закрепленных у него на спине ножен огромный острый меч.

— Убить.

Тейн бесшумно и стремительно несся по тоннелям, едва замечая Леве, который изо всех сил старался от него не отставать.

Узы, связавшие его с Лейлой, совершенно точно подсказывали, что она жива и находится где-то в нижних ярусах сети пещер, однако толчки, сотрясающие поверхность переходов, предупреждали о чем-то поистине катастрофическом. В ближайшие часы вся эта проклятая гора обрушится.

Пора собирать вещи и сваливать отсюда. Чем скорее, тем лучше. Если только ему удастся убедить в этом свою упрямую подругу.

Тоннель круто повернул — и Тейн с Леве резко остановились, устремив взгляды на ближайшее отверстие в каменной стене.

— Почему это я чую вампиршу? — вопросил демон с хитрой ухмылкой. — И знает ли Лейла, что у тебя есть тайное оружие?

Тейн принюхался, сжимая в руке кинжал.

— Это не Марика.

— Да, — подтвердил Леве, хмуря лоб, — но запах знакомый.

И действительно знакомый. Брови Тейна мрачно сдвинулись: он понял, в чем дело.

— Джелин.

— Уи! — Леве искренне недоумевал. — Мне казалось, она охотится за тем сильвермистом?

Тейн осторожно двинулся вперед, чтобы заглянуть в узкую щель.

— Это так.

— Тогда что… — Леве втиснулся вместе с Тейном и воззрился на связанную вампиршу, которая лежала прямо в центре пещеры на каменном полу с кляпом во рту. — О! Извращение, но мне нравится!

Тейн фыркнул, а Джелин бросила на горгулью взгляд, обещавший болезненную месть.

— Желаешь проститься с жизнью, горгулья? — поинтересовался Харон.

— Нон! — Не задумываясь об опасности, миниатюрный демон хлопнул крыльями. — Но у меня есть несколько заветных желаний. Если хочешь, я тебе о них расскажу. У меня в следующем месяце будет день рождения.

— Не могу придумать ничего, что бы меня интересовало меньше.

— Ну и ладно! — Леве обидчиво шмыгнул носом. — Тогда не надейся, что я тебя приглашу.

Тейн молча покачал головой, сосредоточивая все внимание на охотнице.

Он легко разглядел порезы и ушибы, которые исцелялись прямо у него на глазах, но не мог обнаружить никаких серьезных ран. А это означало, что обычные кожаные ремни не должны были бы ее удержать.

Тут было что-то не так.

— Стой здесь и помалкивай, — проворчал Тейн, заходя в пещеру и прижимаясь спиной к неровной стене.

— Эй! Я ведь спас твою жалкую шку…

— Хочешь прямо в западню? — прошипел Тейн.

Леве обиженно надулся:

— Не очень.

— Тогда дай мне сосредоточиться.

— Уи. Сосредоточивайся сколько душе угодно.

Оставаясь у стены, Тейн поймал взгляд вампирши.

— Джелин, ты знаешь, что с тобой произошло? — Он дождался ее кивка. — Это был тот сильвермист? — В ее глазах вспыхнуло пламя ярости. Ладно, сочтем это утвердительным ответом. — Подонок! — пробормотал он и невольно усмехнулся, когда она с жаром кивнула, соглашаясь с его характеристикой. Он помолчал, вглядываясь в темноту. — Мне можно к тебе подойти? — Его нисколько не удивило то, что она покачала головой. — Тут есть чары? — Она демонстративно запрокинула голову, устремляя взгляд вверх. Он чуть подался вперед, чтобы проследить за ее взглядом, и его затошнило при виде темной тени, зависшей под сводом. — Вот дерьмо. Леве!

— О, теперь я тебе понадобился… уй!

Демон заверещал: Тейн нетерпеливо ухватил его за короткий рог и втащил в пещеру.

— Ты можешь вступать в контакт с привидениями?

Леве попытался вырваться из безжалостной хватки Тейна, пугливо глядя вверх.

— Только существа, принадлежащие злу, имеют дело с мертвыми. Сакреблё! — Он содрогнулся. — Духи, зомби, вампиры. Им следовало бы оставаться в своих могилах — там им самое место!

Тейн не стал реагировать на это оскорбление, развернув горгулью в сторону странных знаков, окружавших выжженный на каменном полу круг.

— А это что?

Леве продолжал вырываться, взволнованно дергая хвостом.

— Именно тут сильвермист создал чары, которые удерживают духа.

— А что будет, если разрушить знаки?

— Возможно, это даст призраку свободу. Не то чтобы эта мысль была приятной, — ответил Леве кислым тоном. — Или же это может вернуть его в потусторонний мир.

Тейн мысленно взвешивал «за» и «против». Он ненавидел призраков. Как можно убить то, что технически уже считается мертвым?

Дьявол! Их даже невозможно ранить!

Плюсом было то, что призраки редко связываются с вампирами; минусом — Тейн ни черта о них не знает.

Пора было бросать жребий.

— Как минимум это должно его отвлечь, — проговорил он вслух.

— Скорее разозлить.

Тейн поставил горгулью на пол.

— Сейчас узнаем.

Леве тут же помчался к щели:

— Сам расхлебывай этот суп!

— Кашу, — проворчал Тейн, поймав дергающийся хвост и втащив труса обратно в пещеру. — Расхлебывают кашу.

— Какая разница? — Леве скрестил руки на груди. — Я лучше подожду здесь.

— Ты выиграешь мне время, чтобы я смог освободить Джелин, — уточнил Тейн ледяным тоном.

— Почему бы это тебе не отвлечь призрака, пока я спасаю девицу?

— Я должен говорить об очевидном? — осведомился Тейн, окидывая выразительным взглядом коротышку, чей рост не достигал и метра.

Леве на нескольких языках обозвал его тупым ослом, но все-таки сдался.

— Если меня сожрет голодный, жаждущий плоти призрак, моя тень будет преследовать тебя до конца времен.

— Дьявольщина! Даже в шутку так не говори! — Тейн поднял три пальца. — На счет «три»!

Он по очереди загнул пальцы, после чего, рассчитывая, что Леве выполнит свою часть спасательной операции, рванулся вперед, забросил Джелин себе на плечо и стремительно пробежал обратно. У выхода он опустил охотницу на пол и без труда разрезал кожаные путы. От кляпа она избавилась сама, с грязным ругательством отбросив в сторону.

Вспышка света заставила Тейна обернуться: с помощью своей магии Леве уничтожил символы на полу.

Громкий вопль разорвал воздух — и Леве рухнул на землю, закрывая голову руками и поджав хвост: темная тень летела прямо на него.

— На помощь! — заорал крошечный демон. — Тейн, прогони его!

Решительно подавив желание предоставить надоедливого горгулью его судьбе, Тейн спрятал свой кинжал в ножны и шагнул к центру пещеры.

Клинок, даже самый острый, бесполезен в бою с призраком.

Тень продолжала пикировать вниз и, скользнув над самыми крыльями дрожащего Леве, оказалась у края разрушенного магического круга.

Тейн предостерегающе зарычал, но не успел броситься на помощь горгулье: тень начала угрожающе двигаться и пульсировать. Он замер, настороженно наблюдая за странным явлением.

Эта штука намерена исчезнуть? Или атаковать?

Как оказалось, оба предположения были неправильными.

Вместо этого темнота сгустилась и бесформенная клякса превратилась в крошечную женщину — чуть больше метра ростом.

При виде личика в форме сердечка с миндалевидными глазами, полностью залитыми чернотой, и по-детски миниатюрной фигурки, облаченной в простое белое одеяние, Тейн ощутил резкий укол страха.

Это существо оказалось настолько похожим на Силджар, что Тейну на мгновение показалось, что оракул решила его преследовать.

Эта мысль ужасала.

Но уже в следующую секунду он понял, что тонкие черты призрака мягче, а длинные волосы, неестественно парящие над плечами, не седые, а бледно-золотые. Очевидно, эта женщина относилась к той же расе, что и Силджар, но была гораздо моложе. О! А еще она была мертва.

По крайней мере Тейн предполагал, что перед ним призрак. Хотя он мало что знал об этих демонах, чтобы быть в этом полностью уверенным.

Скорчившийся на полу Леве дернул ножками, продолжая прикрывать голову руками.

— Прогони его! — взвыл он. — Прогони!

— Бога ради, открой глаза! — рявкнул Тейн.

— Чтобы из меня высосали душу? Не смеши меня!

Тейн тяжело вздохнул и повторил:

— Леве! Разуй глаза.

После долгих колебаний Леве наконец убрал руки и с опаской покосился на крошечную женщину, стоявшую рядом с ним.

Тейн ощутил дуновение холодного ветерка: это Джелин встала рядом с ним.

— Не обижай ее, — сказала она Леве. — Она же просто делала то, что ей приказал Арьял.

Леве не отрывал глаз от призрака. На его лице ясно читалось… потрясение.

— О!

Женщина подалась к Леве: казалось, она заинтересована не меньше его.

— Мы знакомы?

Ее голос оказался нежным и напевным, но, несмотря на то что она была призраком, в нем ощущалась удивительная сила.

— Леве, ваш слуга. — Горгулья чопорно поклонился. — А вы?..

— Янна.

Звонко рассмеявшись, женщина неожиданно обхватила мордочку горгульи ладонями и поцеловала с ошеломляющей страстностью.

Когда она прервала свой поцелуй, крылья у Леве трепетали, а хвост подергивался.

— Янна! — прошептал он. — Ты… я…

Его лепет прервался: химера отвела руку назад и, прежде чем кто-то успел отреагировать, нанесла Леве сокрушительный удар, от которого он впечатался в дальнюю стену. А потом призрачная женщина помахала Джелин своей ручонкой и исчезла.

Тейн изумленно поднял брови, глядя, как Леве отклеивается от стены и с мрачным видом шагает к выходу из пещеры.

Вот уж поистине странная встреча.

— Леве, ты куда направился?

— Я француз, — проворчал демон, не замедляя шага.

— И что?

— Никакая женщина не смеет так меня целовать, а потом исчезать!

Тейн не стал останавливать полного мрачной решимости Леве. В глубине души он не мог не признавать, что стал должником надоедливого демона. Однако это еще не означало, что он обязан его любить.

У него не было времени преследовать горгулью. Тейну требовалось отыскать Лейлу. Немедленно.

Он обернулся к своей спутнице:

— Ты не ранена?

Джелин пожала плечами, не поднимая взгляда, чтобы не выдать свои чувства.

— Моя гордость жестоко уязвлена, и маникюр безвозвратно испорчен, а в остальном все нормально.

Тейн всмотрелся в напряженное лицо вампирши, чувствуя, что за маской независимости скрывается не только ущемленная гордость. Но это не его дело.

— Как ты сюда попала? — поинтересовался он.

Джелин повернулась, встретившись глазами с его пытливым взглядом.

— Я поймала след Арьяла, когда он двинулся в Чикаго за той вампиршей и ее магом.

Тейн изумленно моргнул. Он ведь готов был поклясться, что тот подонок собирался подставить вампиршу.

— Он вернулся к Марике?

— Нет. Он прятался в лесу, подслушивая, как они обсуждают путешествие твоего джинна в этот промерзший насквозь райский уголок.

— А!

Это звучало гораздо логичнее.

Джелин поморщилась и призналась:

— Я попыталась его остановить.

— Вижу. — Тейн сузил глаза, бегло взглянув на уже подживающие царапины и ссадины. Он невольно сжал руки в кулаки, предвкушая, как сдерет за это с Арьяла все семь его сильвермистовых шкур. — Не тревожься, он за это дорого заплатит.

— Нет! — яростно возразила Джелин, отказываясь от обещанного им отмщения. — Он…

— Он что?

Она ссутулилась.

— Он мог бы меня убить, а вместо этого перенес порталом сюда и оставил под защитой того духа.

— Под защитой или под охраной?

— И то и другое, наверное, — пробормотала она.

Джелин ищет оправдания этому сукину сыну? Неужели «стокгольмский синдром» проявляется настолько быстро?

— Если он и оставил тебя в живых, то только для того, чтобы использовать как козырь для торговли.

— Вампиры с противниками не торгуются.

— У тебя есть другое объяснение? — осведомился Тейн.

Джелин очень по-женски фыркнула:

— Навскидку я бы сказала, что ему просто нравится меня мучить. — Она инстинктивно потянулась за своим любимым обрезом, который носила в кобуре на поясе, однако Арьял потрудился отнять у нее оружие. — Подонок!

Тейн покачал головой:

— Он что-то задумал.

— Что бы это ни было, он так и рвется заполучить того ребенка.

Клыки Тейна выдвинулись до предела, и он, стремительно выбежав из пещеры, понесся по тоннелям.

— Лейла!

Глава 22

«Убить».

С замершим сердцем Лейла отшатнулась от сильвермиста, ошеломленно глядя на него. Она ожидала увидеть на этом прекрасном лице ненависть. Или ярость. Или фанатичную одержимость. Вместо этого на нем отражалась спокойная решимость, которая пугала сильнее, чем любые крики и вопли.

— Ты с ума сошел? — прошипела Лейла, прижимая Малухиа к груди. — Как можно убить беспомощное дитя?

Его губы скривились в невеселой усмешке:

— Кажется, мы уже установили мою приверженность злу.

— Но почему?

Он указал острием меча на ребенка:

— Это отродье Темного Властелина!

Она решительно тряхнула головой:

— Я не верю. Это невинный младенец!

— Твоя вера значения не имеет. Пока этот ребенок существует, всегда найдутся те, кто захочет использовать его для возвращения Господина. — Его лицо застыло. — Я не могу этого допустить.

Лейла затылком ощутила леденящее дуновение, но не разрешила себе оглядываться. Стоит ей на секунду отвлечься — и фэйри снесет ей голову.

Это не только испортит день ей, но и приведет к тому, что ребенок окажется во власти вооруженного мечом маньяка.

— Почему ты не можешь этого допустить? — Лейла осторожно шагнула в сторону, ощущая, что ее спина опасно открыта тому, что несется в ее сторону по находящемуся позади тоннелю. Можно, конечно, надеяться, что это приближается Тейн, однако она не настолько везучая. — Ведь если Темный Властелин возродится, сильвермисты смогут править вместе с ним!

— Только не те, кто избрал рабство.

Лейла была вынуждена признать, что это убедительный довод.

Темный Властелин не относится к тем божествам, которые склонны прощать и забывать. Скорее он из тех, кто рад любому предлогу, для того чтобы калечить и пытать.

— Ты считаешь, что вас накажут? — спросила она.

— Накажут?! — В смехе сильвермиста звучали горечь и боль. — Лучшей нашей надеждой стало бы полное уничтожение. В худшем случае… — он содрогнулся от ужаса, — вечность бесконечных мук.

— Давай это выясним, а, предатель? — лениво вопросил женский голос: в пещеру вступила Марика, окруженная своей леденящей силой, в сопровождении — вот уж сюрприз! — Сергея. Личная магическая головная боль Лейлы.

— Боги! Ну почему ты еще жива? — пробормотала Лейла, инстинктивно прижимаясь к дальней стене узкого прохода.

Марика неспешно прошла мимо нее.

Эта женщина выглядела на удивление бодрой, если учесть, что ей только что на голову рухнула половина горы.

Темные волосы безупречным каскадом струились по ее спине, на бледной коже не было ни следа каких бы то ни было повреждений. Однако даже сильному вампиру не удалось бы спрятать порванной одежды и пятен грязи и крови на тонком шелке.

Марика получила серьезные травмы. Как она могла так быстро восстановиться?

Вампирша остановилась напротив настороженного сильвермиста, скользнув насмешливым взглядом по напряженной фигуре Лейлы.

— Глупая девчонка! Моя судьба запечатлена в звездах! И я не допущу, чтобы жалкая полукровка мне помешала. — Она снова сосредоточила внимание на Арьяле, поскольку прекрасно понимала, что наибольшую опасность сейчас дня нее представляет именно этот фэйри. — Или, если уж на то пошло, предатель-фэйри, который мог бы править миром вместе со мной!

Арьял чуть приподнял меч и немного согнул колени, готовясь к нападению.

— Я не для того вырвался из рабства одной безумной суки, чтобы занять то же место у другой! — Он бросил быстрый взгляд на Сергея, который перекрыл один конец тоннеля, тогда как Марика остановилась так, чтобы блокировать другой выход из небольшой пещеры. — И потом, рядом с тобой было бы слишком тесно: я, Темный Властелин, маг и кто знает сколько еще доверчивых мужчин, затраханных тобой.

Марика зашипела, и ее выросшие клыки ясно продемонстрировали, насколько опасной может быть отвергнутая женщина.

— Ты определил свою судьбу, Арьял!

Фэйри крутанул мечом, и на его губах заиграла улыбка предвкушения.

— Станцуем, вампирша?

— Сергей, наведи чары, пока я буду обедать! — приказала Марика, надвигаясь на фэйри пальцами с загнутыми когтями.

Лейла содрогнулась. Она как-то раз видела вампира, который одними только когтями развалил кирпичный дом. Такой судьбы она никому не пожелала бы!

Казалось, фэйри ощутил ее сочувствие и адресовал ей яростный взгляд.

— Лейла, вали отсюда к черту! — рявкнул Арьял, взмахивая своим мечом навстречу атаке Марики.

Лейла стиснула зубы и, повернувшись к магу, стоящему посредине прохода, тихо проворчала:

— А ты и правда решил, что я все еще оставалась бы здесь, будь у меня другие варианты?

Сергей улыбнулся и шагнул к Лейле, поднимая руки в жесте умиротворения:

— Хочешь уйти? Положи ребенка на пол — и можешь удалиться.

У нее за спиной мерзко хлюпнул клинок, рассекающий плоть, а потом раздался болезненный стон и хруст ломающихся костей. Лейла не стала поворачивать голову, чтобы видеть битву двух мощных противников. Какая ей разница, кто именно окажется победителем? Они оба хотели одного и того же.

Больше всего Лейлу устроило бы, чтобы эти двое прикончили друг друга.

И потом, главной ее проблемой сейчас был приближающийся к ней маг.

Остальным придется встать в очередь.

— Ну конечно! — Лейла укрыла ребенка плащом, словно это могло его защитить. — Ведь у меня есть все основания верить тебе, после того как ты меня похитил, держал в плену и несколько раз пытал.

Сергей пожал плечами:

— Этого требовало дело.

— Дело — это когда открывают очередное кафе «Старбакс», а не когда возвращают злобного бога, который погубит мир.

— Погибнут не все. — На его губах появилась горькая улыбка. — Некоторые будут править.

— Ты же не настолько глуп?

— Похоже, что настолько. — Сергей бросил быстрый взгляд на сражающихся, а потом снова посмотрел на нее, бледнея от… какого же чувства? Безнадежности? Сожаления? — Я уже заварил кашу.

Лейла нахмурилась:

— Не делай этого, Сергей.

— Я уже сказал: выбора больше нет.

— Я обрушу на вас всю гору, — предупредила она. — Я-то останусь жива, а вот можешь ли ты рассчитывать на такое везение?

Он даже не вздрогнул. Возможно, Сергей почувствовал, что Лейла настолько измучена, что едва держится на ногах. Или, может быть, он уже свое отбоялся. В любом случае было совершенно ясно, что остановить его невозможно.

— Твой спутник жизни уже пытался угрожать мне смертью. Ему это тоже не помогло.

У нее замерло сердце.

— Тейн! Он…

Не успела она закончить фразу, как Сергей произнес несколько слов, которые звучали крайне неприятно, и выбросил руку в ее сторону. Лейла попыталась повернуться, чтобы защитить малыша от заклинания, и слишком поздно поняла, что оно было направлено против нее.

Ее отбросило к стене с такой силой, что она закричала. Не от боли. Она уже стала привыкать, что ее бьют, расплющивают и швыряют, словно тряпичную куклу. Нет, ее крик выражал чистый ужас: невидимые руки вырвали у нее ребенка, который завис прямо в воздухе.

Она отчаянно забилась, пытаясь освободиться от невидимых пут, крепко притянувших ее к стене тоннеля. Боги! Этого просто быть не может! Лейла столько лет была озабочена только тем, чтобы прятать Малухиа. Как судьба могла быть настолько жестокой, что отняла его у нее?

Она смутно чувствовала, что Тейн спешил к ней в сопровождении еще одного вампира… Джелин? Но это не имело значения.

Он не успеет оказаться здесь вовремя и помешать Сергею.

Подтверждая ее худшие опасения, маг шагнул вперед, бросив беглый взгляд в сторону Марики. Казалось, он надеялся увидеть, что сильвермист одержал над ней верх.

Сергей невесело усмехнулся, увидев, как сука-вампирша, игнорируя свои многочисленные раны, подняла фэйри над головой и, швырнув в тоннель, радостно захохотала, увидев, как его тело неестественно выгнулось.

Нет нужды гадать, кто именно одерживает победу в этой схватке.

Похоже, этого оказалось достаточно, чтобы заставить Сергея действовать. Он махнул рукой в сторону младенца, который по-прежнему парил в воздухе. Лейла бессильно выругалась, глядя, как защитный кокон, окружавший Малухиа, ритмично замерцал.

Было похоже, что действия Сергея нарушают чары стазиса.

Ужас нахлынул на нее, заставив кровь забурлить и впрыснув в ее тело столь необходимый ей сейчас адреналин.

Лейла рванулась, отчаянно пытаясь превозмочь сковавшие ее чары. Резкое усилие позволило ей высвободиться, и она рухнула на жесткий пол. Ее колени больно ударились о камень, но она тут же вскочила на ноги и бросилась к магу.

Лейла должна помешать ему. Она должна…

Лейла успела сделать всего с полдюжины шагов, но вынуждена была остановиться: тонкая рука схватила ее за шею и вздернула в воздух.

— Не будь дурой! — прошипела Марика. — Если ты разрушишь заклинание, ребенок может погибнуть!

Лейла вцепилась в обманчиво-изящную руку вампирши и прохрипела:

— Лучше уж умереть, чем участвовать в твоих безумных планах!

Жесткая хватка Марики не давала ей дышать.

— Ты опоздала, милая Лейла! — Смех тетки резанул слух. — Наконец-то я получу все, чего достойна!

— Да, ты определенно получишь то, что заслужила!

Лейла закрыла глаза, сосредоточившись на участке кожи Марики, оказавшемся у нее под ладонями. Ей не удалось бы отбросить вампиршу, даже будь она в самом хорошем состоянии, но она была полна решимости заставить тетку пожалеть о том, что она обращается с ней словно с пустым тюбиком от зубной пасты!

Сжав зубы, Лейла выпустила на свободу всю собранную силу.

Она не рассчитывала на впечатляющий взрыв или землетрясение на восемь баллов по шкале Рихтера, однако тех искорок электричества, которые сорвались с ее руки, едва ли хватило бы даже на то, чтобы встряхнуть росяную фею.

Лейла отчаянно попыталась мобилизовать остатки своей силы, но ничего не смогла сделать. Она была выжата.

Ее сердце оборвалось, а взгляд устремился туда, где висел младенец, окруженный тысячами мерцающих огоньков. С минуты на минуту стазис будет разрушен — и ребенок превратится в беспомощный сосуд, который используют как вместилище злобной души Темного Властелина.

С криком бессилия и отчаяния Лейла впилась ногтями в тело Марики. Все не может закончиться именно так! Такого конца она не допустит.

Не допустит!

Лейла была так поглощена горечью поражения, что не сразу почуяла запах горящей плоти. Недоумевая, она перевела взгляд на свои пальцы, по-прежнему впивавшиеся в руку вампирши. Святители небесные! Слабенькие искры превратились в небольшие извилистые молнии, которые вонзались в Марику с ошеломляющей силой.

Она нахмурилась. Какого черта? Эта сила была не ее. Или, вернее…

Лейла потрясенно ахнула.

Она привыкла, что волна энергии приходила откуда-то из глубины ее существа, — именно так всегда проявлялась ее сила, при всей ее непредсказуемости. А теперь она обнаружила, что пропускает силу через себя, словно фильтруя ее, — только так можно было описать происходящее.

Лейла начала впитывать в себя природные силы, окружающие ее, — так, как это делают настоящие джинны. Воздух, земля, даже замерзшая вода, скопившаяся в трещинах и расселинах, — все это просачивалось в нее и, не восстанавливая запаса ее силы, вытекало наружу, создавая те разряды, которые впивались в тетку.

Она тряхнула головой, понимая, что сейчас не время размышлять о случившемся.

С Лейлой уже не раз бывало, что новая способность обнаруживала себя внезапно, но впервые это случилось именно тогда, когда было необходимо.

Не имея возможности управлять происходящим, Лейла могла только позволить силе течь сквозь нее — и с каждым ударом сердца поток все увеличивался.

Марика сильнее стиснула ей горло, явно пытаясь переломить шею, однако сила Лейлы мощно отреагировала на эту угрозу. Вампирша с проклятием вынуждена была отпустить Лейлу и отступить на несколько шагов.

— Тебе меня не победить! — прошипела она.

Лейла с трудом удержалась на ногах. Вид Марики ее потряс.

Рука, которой тетка ее удерживала, почернела и ссохлась, словно побывала в промышленной печи, по всему телу рассыпались ожоги.

Ей удалось нанести своей противнице гораздо больший ущерб, чем ожидалось.

Слава Богу.

Лейла была настолько измучена, что у нее подгибались колени. Оставалось только надеяться, что ее новообретенных способностей хватит на то, чтобы прикончить эту суку.

— Сейчас посмотрим, — пробормотала она.

— Упрямица! — прорычала Марика, в темных глазах которой пылала ненависть. — До чего похожа на свою мамашу!

Лейла гордо вскинула голову:

— Буду считать это комплиментом.

— С чего бы это? — процедила вампирша. — Она проиграла. Я ее сломила, а теперь сломлю и тебя.

Не задумываясь о последствиях, Лейла сжала кулак и ударила мерзкую бабу прямо в нос.

Она не обладала вампирской силой, однако результатом ее удара стал радующий слух хруст хрящей и поток крови.

Это — за мать.

— Нет, она не проиграла! — прошипела Лейла. — Она будет сопротивляться тебе до последнего вздоха. Как и я.

Острый коготь рассек Лейле грудь и живот, легко раздирая плоть и причиняя мучительную боль.

— Только попробуй и дальше мне противиться, и я позабочусь о том, чтобы ее последний вздох наступил очень скоро! — пообещала Марика.

Лейла качнула головой, стискивая зубы, чтобы не поддаться страшной боли. Тейн уже сообщил ей, что слуга Виктора отправлен на помощь ее матери. Марике не удастся ему помешать!

— Я в этом сомневаюсь.

— Она мне больше не нужна. Ее… можно списать в расход. — Марика насмешливо провела языком вдоль своего клыка. — Если только ты не признаешь свое поражение.

Лейла презрительно сощурилась. Если вампирша пытается уговорить ее сдаться, значит, она даже слабее, чем можно было надеяться.

Лейла потянулась руками к лицу тетки — и с глубоким облегчением увидела, как та поспешно пятится.

Она чувствовала, как у нее из раны течет кровь, и прекрасно понимала, что вскоре рухнет на колени. Если Лейла хочет прожить достаточно долго, чтобы спасти малыша, ей надо действовать быстро.

— Ни за что! — заявила она, осторожно наступая на вампиршу.

Марика стремительно взмахнула рукой и рассекла Лейле лоб.

Лейла смахнула кровь с лица и с облегчением поняла, что рана неглубока. Это еще один признак того, что вампирша ослабла?

— Ты готова пожертвовать своей матерью ради этой безнадежной попытки спасти ребенка?

— Мою мать сейчас спасает один очень красивый вампир.

В темных глазах вспыхнуло неподдельное возмущение. Марике не понравилась мысль, что сестра сможет ускользнуть из ее рук.

— Ты лжешь!

— Ну, Уриэлю далеко до Тейна, но ведь с ним ни один мужчина сравниться не может! — поддразнила Лейла вампиршу. — Тем не менее он…

С пронзительным воплем Марика бросилась на нее:

— Ах ты, соплячка! Невоспитанная беспородная полукровка!

— Беспородная? — Лейла едва успела увернуться от клыков, клацнувших в опасной близости от ее горла, и ударила обеими ладонями в грудь Марики, почувствовав, как электрический ток пробежал по ним, подпалив шелковую блузку вампирши. — А мне казалось, что ты очень тщательно подбирала мне родителя!

Марика вскрикнула и вынуждена была снова отступить: у нее начала дымиться кожа.

— Я создала мерзость!

Лейла невольно вздрогнула, но тут же вызывающе вскинула голову. Ей было наплевать на то, что думает эта психованная тетка. Или кто-то другой.

Тейн ее любит. А все остальное не имеет никакого значения.

— Ничего ты не создавала! — дерзко заявила Лейла, незаметно приваливаясь к стене тоннеля. Конечно, Марика не могла не ощущать ее слабости, но она должна была скрыть ее. Ей надоело, что ее отшвыривают на камни. У Лейлы возникла слабая надежда на то, что если она прижмется к стене, то сможет избежать повторения такого удара. — Ты заперла похотливого демона в одной комнате с беспомощной женщиной, но это никак не оправдывает того, что ты вообразила себя божеством. Но ведь ты отчаянно пытаешься использовать других, чтобы получить ту силу, которая тебе не дарована. — Ее губы брезгливо скривились. — Свою сестру. Сергея. Темного Властелина. На самом деле это просто смешно.

— Заткнись!

— Это еще почему? — не сдавалась Лейла. Ей не очень-то хотелось снова сцепиться с этой особой, но тянуть время было бы ошибкой. Ей необходимо спровоцировать вампиршу на необдуманную атаку, или будет уже слишком поздно: либо она потеряет сознание, либо Сергей завершит свое заклинание. — Правда глаза колет?

— Ах ты…

Марика явно собиралась разорвать Лейле горло, но тут ее отвлек испуганный вскрик Сергея:

— Марика! Боже правый!

Его голос изменился почти до неузнаваемости.

Отчаянный страх, наполнивший его слова, заставил Марику и Лейлу посмотреть туда, где стоял Сергей. Одну руку он прижимал к груди, а другой указывал на ребенка, лежащего на полу у его ног.

Нет.

Не на ребенка.

На детей.

Лейла потрясенно ахнула. Долгие годы она относилась к этому младенцу как к своему собственному: носила на руках и спала в кровати рядом с ним.

Конечно, чары стазиса не позволяли ей по-настоящему прикасаться к Малухиа, но она же чувствовала его сердцем! Разве не так?

Она тряхнула головой, отказываясь поверить в то, что принуждение заботиться о ребенке было заложено в чарах. Ведь сейчас чары были разрушены, а она по-прежнему ощущала связь с Малухиа! Эта связь была в каждом ударе его сердечка.

Ее недоуменный взгляд был прикован к двум малышам, лежавшим рядом.

Они были похожи на трехмесячных младенцев: один — мальчик, вторая — девочка.

«Альфа и омега»!

Ей вспомнились слова Касси, и в это мгновение мальчик — который, по ее убеждению, и был Малухиа — повернул голову, словно почувствовав ее близость. Его голову покрывали мягкие светлые волосики, а голубые доверчивые глаза встретились с ее глазами… и он улыбнулся!

Девочка лежала неподвижно, хотя Лейла видела, что ее грудь вздымается: она дышит. Ее глаза были закрыты, а тонкие волосики были такого же цвета, как у брата-близнеца. Вот только казалось, что она не замечает мира вокруг себя.

Словно она по-прежнему оставалась под действием каких-то чар.

Лейла резко вынырнула из тумана изумления: Марика шагнула к малышам, хмуро наморщив лоб.

— Что ты наделал?

Маг отступил назад. На его худом лице было написано полное недоумение.

Да, похоже, что «недоумение» стало ключевым словом дня.

По крайней мере она не была единственной, ощущавшей себя идиоткой из-за того, что даже не заподозрила о возможности существования еще одного младенца.

— Их двое, — объяснил Сергей очевидное.

Марика придвинулась чуть ближе, не отрывая взгляда от малышей.

— Как так могло получиться?

Сергей пожал плечами и облизал пересохшие губы.

— Не знаю. Тут мальчик и девочка.

Запоздало осознав, что теряет идеальный шанс, Лейла обругала себя за тупость и осторожно попятилась. Что это с ней? Эти двое полностью поглощены детьми. Сейчас — или никогда!

Не отрывая взгляда от вампирши, Лейла нагнулась и зашарила руками, вслепую пытаясь найти огромный меч, которым сражался Арьял, перед тем как его швырнули в глубину тоннеля, словно сломанную куклу.

Нашарить меч ей удалось только после нескольких неудачных попыток. Она с трудом сдержала стон облегчения. Сейчас Марика отвлеклась. Меньше всего Лейле хотелось напомнить вампирше о том, что у нее за спиной осталось незавершенное дело.

Сжав в руке оплетенную кожей рукоять, Лейла подняла меч с пола, чуть было не рухнув ничком от неожиданной тяжести клинка.

Боги!

Похоже, для сильвермистов размер действительно имел значение!

Перехватив рукоять обеими руками, Лейла выпрямилась и медленно, но решительно пошла обратно по тоннелю.

Не замечая приближающейся опасности, Марика властно протянула руки.

— Подними детей и передай их мне.

Сергей послушно наклонился, но Лейла не дала ему возможности вручить своей госпоже желанные трофеи. Собрав остатки сил, она сумела поднять меч и, разрезав клинком воздух, ударила Марику сбоку в шею.

Лейла приготовилась к ответному сопротивлению. У нее было мало опыта в обезглавливании вампиров, но она полагала, что для этого потребуется немалое усилие.

Вместо этого великолепный клинок прошел сквозь мышцы, связки и кости словно сквозь масло.

Лейла потрясенно моргнула, глядя, как голова Марики скатывается с плеч.

Это было… неожиданно.

Какая-то часть ее сознания испытывала ужас.

До этой минуты Лейла убивала, только когда защищала себя или своего ребенка, и никогда преднамеренно.

Однако главным ее чувством стала яростная радость.

Эта женщина специально устроила так, чтобы ее сестру изнасиловали и пытали, только для того чтобы вернуть в мир Темного Властелина. Она выслеживала Лейлу, словно дикого зверя. И заставила своего ручного мага попытаться убить Тейна.

Такое не прощают.

Уронив непосильно тяжелый меч, Лейла посмотрела в мертвые глаза тетки.

— Убирайся в ад, злобная сука!

Выбежав из-за поворота тоннеля, Тейн успел увидеть, как Лейла отрубает Марике голову.

Он остановился как вкопанный, но потрясение моментально сменилось чувством гордости за нее.

То геройство, бесившее Лейлу, заставило Тейна сожалеть, что это не он убил дракона своей подруги, но, черт подери, было нечто глубоко возбуждающее в женщине, которая способна взять это на себя.

Догнавшая его Джелин тихо присвистнула, не сводя глаз со стремительно распадающегося тела вампирши.

— Ты поосторожнее, Харон, — лениво посоветовала она. — С твоей подругой шутить не стоит.

— Это точно, — негромко согласился Тейн, рассеянно потерев ладонью место, под которым находилось его небьющееся сердце.

Он до сих пор не привык к тому, насколько сильные чувства испытывает к своей миниатюрной джинну-полукровке.

Это были не только супружеские узы, не только чувственное влечение. Это было всепоглощающее чувство к той единственной женщине, которая делает его душу целостной.

Подняв руку, Джелин указала на дальний конец тоннеля:

— Сильвермист рядом.

Тейн не без труда оторвал взгляд от своей подруги и сосредоточил внимание на промерзшей тьме, игнорируя мага, стоявшего спиной к нему. С явными угрозами он справиться сможет. Сейчас ему важнее было позаботиться о том, чтобы ничто не попыталось подкрасться к ним незаметно.

— Он жив, — понял Тейн, уловив слабый запах трав.

— Вот и хорошо. — На губах Джелин заиграла улыбка, при виде которой любой здравомыслящий человек обратился бы в бегство. — Право его убить принадлежит только мне.

Очень личные счеты, так?

Тейн пожал плечами:

— При условии, что он ко мне не полезет.

Пристально наблюдая за магом, Тейн направился к Лейле с мечом наготове. Сергей запоздало заметил их присутствие и повернулся, тревожно вскрикнув.

Тейн застыл на месте, вперив взгляд в двух обнаженных младенцев, беспокойно шевелившихся на руках у мага.

— Какого черта? — выдохнул он.

Джелин изумленно ахнула:

— У твоей подруги целый выводок?

Неприкрытый ужас читался на узком лице Сергея. Он прижался спиной к стене небольшой пещеры, держа каждого из младенцев за пухленькую ручонку.

— Не приближайся — или я их убью! — прохрипел он.

— Не убьешь! — прорычал Тейн. — Они слишком дорого стоят.

— Я алчный, но не идиот! — сипло возразил Сергей. — Я могу просто убраться отсюда живым!

Лейла подошла к Тейну и стиснула его локоть.

— Тейн, пожалуйста!

Он всмотрелся в ее бледное лицо, прекрасно заметив, какое напряжение на нем отражается. Лейла была так вымотана, что едва держалась на ногах, но все ее мысли принадлежали сейчас детям, хныкавшим в жестокой хватке Сергея.

Его сердце дрогнуло от нежности, и Тейн ласково провел пальцем по ее щеке.

— Ты немало потрудилась, милая моя.

С невеселой улыбкой она бросила взгляд в сторону трупа Марики, который уже успел превратиться в прах.

— Я недавно обрела спутника жизни и решила немного убраться в доме.

— Неплохая работа, но нечестно, что ты все взяла на себя. Мне надо хотя бы вынести мусор. — Тейн выразительно посмотрел на мага. — Однако сначала объясни, как это ты начала с одного ребенка, а теперь получила двух?

— Когда Сергей снял чары, оказалось, что это близнецы, — ответила Лейла, явно испытывая такое же недоумение, что и он сам.

— Ты никогда не чувствовала второго ребенка?

— Никогда.

Он покачал головой, ощущая, как у него под сердцем растет холодный ком.

— Почему мне кажется, что это плохо?

— Альфа и омега, — произнес из темноты бархатистый звучный голос. — Близнецы.

Глухо зарычав, Тейн перевел взгляд на Арьяла, ковыляющего из темноты.

Вот дерьмо! Сильвермист выглядел так, словно его пропустили через мясорубку. Несомненно, эта честь принадлежала Марике. Однако Тейн не обманывался: этот фэйри уже однажды сумел его обмануть. Он не допустит, чтобы это повторилось.

— Подожди, Тейн! — взмолилась Лейла.

— Ага, подожди! — рыкнула Джелин, протискиваясь мимо них. — Я же сказала, что он мой!

Арьял улыбнулся, сумев изобразить ехидство вопреки растерзанной шее и глубоким порезам, изуродовавшим одну щеку, и вызывающе заявил:

— Ты не заработала права меня присваивать, вампирша! Хотя когда мы окажемся наедине, я с удовольствием дам тебе попробовать, каков я.

— Ты…

Лейла опередила охотницу, бросившуюся в атаку: рискуя здоровьем и жизнью, схватила Джелин за руку выше локтя.

— Джелин, сначала мне нужно получить от него ответы!

Охотница обожгла Лейлу бешеным взглядом: глаза у нее светились, клыки полностью выдвинулись.

— От него? Ему ни в чем нельзя верить!

Арьял послал ей воздушный поцелуй:

— Ты так хорошо меня знаешь, куколка моя!

— Не смей меня так называть! — отрезала Джелин.

Тейн скрипнул зубами. Сгустившаяся в воздухе опасность стала настолько сильной, что было трудно дышать.

И дело было не только в конфликте Арьяла и Джелин. Панический страх Сергея заполнял пещеру, ясно показывая, что маг вот-вот совершит глупость.

Тейн ласково отстранил свою подругу от Джелин, убирая с линии огня. Этим же маневром он спрятал ее от взгляда мага.

Хотя Лейла умеет постоять за себя, он всегда будет ее защищать.

— Лейла, в чем дело?

Она кусала губы и хмурила брови.

— Касси назвала Малухиа альфой и омегой. — Она снова посмотрела на Арьяла. — Что это значит?

Тейн поднял меч и с молчаливой угрозой направил его острие на фэйри.

— Говори правду, сильвермист!

Арьял демонстративно помедлил.

— Это пророчество, — сказал он наконец.

— Ну конечно! — проворчал Тейн.

Лейла прижала ладонь к шее.

— Что в нем говорится?

Сильвермист закрыл глаза и процитировал пророчество, которое явно давно заучил наизусть:

Плоть от плоти, кровь от крови связаны во тьме.

Альфа и омега будут разделены

и объединятся в тумане.

Будут найдены скрытые тропы,

и завеса распахнется пред верными.

Близнецы восстанут,

и хаос воцарится навечно.

Тейн хмыкнул. Дьявольщина! Он терпеть не мог ту абракадабру, которую выдают пророки.

— Обычная невнятица! — с отвращением бросил Тейн. — Почему бы им прямо не сказать, что, к черту, должно произойти?

Арьял возмущенно сощурился:

— По-моему, воцарение хаоса навечно — это достаточно прямо.

— Плоть от плоти? — возразил Тейн. — Это чушь!

Фэйри кивком указал на мага, который по-прежнему вжимался в каменную стену.

— Темный Властелин создал этих ублюдков из собственной плоти.

Лейла выругалась и потребовала:

— Прекрати так говорить!

Бронзовые глаза адресовали Лейле безнадежный взгляд:

— Молчанием правды не изменишь.

— Дети невинны! — упрямо заявила Лейла.

— Они сосуды. С их помощью Темный Властелин сможет вернуться.

— Нет! — замотала головой Лейла. — Ты не можешь знать это наверняка.

— Я не готов рисковать. — Неуютный взгляд бронзовых глаз сместился на Тейна. — А ты готов, вампир?

Глава 23

Лейла яростно смотрела на фэйри, жалея, что у нее не осталось сил, чтобы расквасить его безупречно правильный нос.

Да и что это изменило бы? Ничего! Вот только это было бы так чертовски приятно!

Вместо этого она нагнулась за мечом, поднять который ей не давала усталость, и не подала виду, что сейчас рухнет без сил.

— Не жди от меня поддержки, фэйри! — прорычал рядом с ней Тейн. — Если ты попробуешь причинить вред моим детям, я снесу твою долбаную башку!

Арьял зашипел от бессильного раздражения.

— Ради них ты готов пожертвовать всем миром?

— Мир уже обречен, если ему требуется кровь невинных младенцев, — сказала Лейла. — Нельзя бороться со злом другим злом.

— Ты что, шутишь? — Сильвермист воззрился на нее так, словно она вдруг отрастила еще одну голову. — Нельзя же быть настолько наивными!

Один из младенцев снова заплакал. Сергей шагнул вперед. Несмотря на зверский холод, его лоб был покрыт испариной.

— Если тебе нужны эти ублюдки, я отдам их, — сказал он, обращаясь к фэйри. — Как только выберусь отсюда.

Нервно облизнув губы, Сергей бросил быстрый взгляд на смертоносного вампира и снова мрачно сосредоточил внимание на Арьяле.

— Я не беспомощен. Если ты объединишься со мной, мы сможем вырваться. — Он встряхнул младенцев, свисавших с его рук, и только рука Тейна, опустившаяся на плечо, удержала Лейлу от попытки наброситься на этого подонка. — Как только мы отсюда выберемся, ты сможешь делать с этими младенцами все, что пожелаешь.

— Ты этого не сделаешь! — пробормотала Джелин, глядя на Арьяла со странной смесью ярости и… растерянности. Как будто она не в состоянии была поверить в то, что этот сильвермист действительно способен причинить вред невинному ребенку.

Точеное лицо фэйри окаменело: он не отводил взгляда от охотницы.

— Кому-то надо остановить приближающийся апокалипсис. И если у этой команды Скуби-Ду не хватает решимости сделать трудный выбор, я сделаю его за них.

— Не притворяйся, будто у тебя есть какие-то альтруистические мотивы убийства детей, — отрезала Лейла. — Ты думаешь только о том, чтобы спасти свою жалкую шкуру!

— Ты что, оглохла? — Сильвермист указал пальцем на извивающихся малышей. — Это не дети! Это отродье Темного Властелина!

— Он прав! — подхватил Сергей.

Лейла сумела уронить на голову мага небольшой камень.

— Заткнись, маг!

Сергей зашипел, обжигая ее яростным взглядом:

— Они творения темной магии, созданные злом!

Лейла решительно игнорировала напряжение, которое сгустилось в тоннеле.

Она не была дурой и понимала, что остальные считают, будто вышедший из-под контроля материнский инстинкт заставляет ее отрицать правду. И в каком-то смысле они были правы.

Лейла отказывалась задумываться над тем, кем или чем были созданы малыши. Как и над тем, для чего они были предназначены. Для нее они родились в то мгновение, когда она нашла их в туманах.

Но это не было просто слепой надеждой. Она всем своим существом была уверена в том, что эти дети невинны. В конце концов, Лейла сама тоже была творением зла. А чем еще можно считать жестокое изнасилование беспомощной женщины, подстроенное собственной сестрой?

Лейле необходимо было верить в то, что даже из подобной подлости может получиться нечто хорошее.

— Не имеет значения, как именно они были созданы! — заявила она охрипшим голосом.

Арьял грязно выругался. Аромат трав стал настолько сильным, что перебил все остальные запахи. Это было не так уж плохо, если учесть, что Марика оставила после себя вонь горелой плоти.

— Не дури! — Фэйри снова ткнул пальцем в сторону детей. — Они предназначены открыть путь Темному Властелину и его присным!

— Твоей родне? — ехидно поинтересовалась Джелин.

— Да! — Арьял бросил яростный взгляд на вампиршу. — И можешь мне поверить: они лишены моего несравненного обаяния!

Джелин презрительно фыркнула:

— Трудно поверить, чтобы они могли оказаться хуже.

— Ты даже себе не представляешь. — Арьял снова перевел взгляд на Лейлу. — А они даже окажутся не самым худшим из того, что выползет из ада.

Лейла ему верила.

Искренне верила.

Какими бы эгоистичными ни были мотивы, заставлявшие его стремиться помешать возвращению Темного Властелина, он не лгал, говоря об ужасах, которые поглотят мир в том случае, если завеса между мирами будет разорвана. Однако это еще не означало, что он не окажется подлым лжецом, когда речь пойдет о судьбе ее прелестных ребятишек.

— Откуда ты узнал о пророчестве? — осведомилась Лейла сквозь зубы.

Арьял взмахнул изящной рукой:

— Его заставляют запомнить всех сильвермистов еще в колыбели!

— Очень удобно. — Арьял собрался совершить убийство, руководствуясь туманной сказочкой, которую рассказывали детям на ночь? Лейла упрямо вскинула голову. — А ты не думал, что это могла быть ложь, придуманная Темным Властелином?

Арьял пробормотал несколько слов на незнакомом резком языке, глядя на них так, словно находил нестерпимо глупыми.

— После того как услышал это пророчество, Темный Властелин понял, что в какой-то момент его изгонят из этого мира, — проговорил он тоном, будто сотый раз объясняет очевидное. — Всем известно, что оно его взбесило, и он отдал приказ убить всех пророков.

Тейн с Лейлой переглянулись. Всем было известно, что Темный Властелин когда-то приказал перебить всех истинных пророков. Тем не менее Лейла никогда не слышала о том, что это произошло потому, что он узнал про пророчество, которое ему очень не понравилось.

Нахмурившись, Тейн быстро пришел к такому же выводу.

— Он мог извратить пророчество, добиваясь, чтобы вы сохранили ему верность даже тогда, когда он будет изгнан. — Он продолжал поглаживать Лейле спину, и его спокойная ласка помогала ей держать в узде свою вспыльчивость. И это было хорошо, если учесть, что она настолько ослабла, что могла бы только ускорить собственную смерть. — Покуда оставалась надежда, что он со временем вернется в этот мир, он мог быть уверен в том, что вы продолжите попытки найти способ устранить завесу.

Яростный взгляд Арьяла окатил их волной жара, которую тут же сбила леденящая сила Тейна. Этот конфликт стихий заставил землю затрястись. Лейла поморщилась. Гора и так была достаточно нестабильной, а тут еще два демона-вожака меряются силами!

— Это пророчество не изменяли ни Темный Властелин, ни кто бы то ни было еще, — процедил сильвермист сквозь стиснутые зубы.

Лейла тряхнула головой, возмущаясь нежеланием признать возможность того, что он может ошибаться.

— Откуда у тебя такая уверенность?

— Потому что это пророчество исходило из уст оракула.

Тейн напряженно застыл:

— Какого именно оракула?

— Силджар.

— Проклятие! — Пальцы Тейна резко сжались на плече у Лейлы, и она повернулась, недоуменно всматриваясь в его мрачное лицо. — Так она пророчица?

Арьял медленно кивнул, прекрасно распознав потрясение Тейна.

— По слухам, это было ее первым и единственным предсказанием. И когда она произнесла эти слова, то по миру прокатился такой поток ярости, что целые цивилизации превращались в прах.

Тейн хмыкнул, и его рука переместилась с плеча Лейлы: он начал тереть татуировку на груди.

— Да уж, она умеет приводить веские доказательства, — проворчал он.

Лейла озадаченно нахмурилась:

— Так это она?..

— Она.

— Проклятие! — Арьял двинулся вперед, но Джелин решительно встала у него на пути. Раздраженно зашипев, он бросил на Лейлу яростно-мрачный взгляд. — Тогда вы должны понимать, что это не шутка. Вы можете спасти мир — или погубить. — Он стиснул кулаки. — Вам выбирать.

— Нет! — Лейла не колебалась ни секунды. — Тут выбирать нечего.

Сильвермист перевел свой хмурый взгляд на Тейна:

— Ты что, не можешь справиться со своей женщиной? — Едва эти слова слетели с его губ, как он дернулся от удара молнии, посланной Лейлой. — Вот дерьмо!

Тейн довольно ухмыльнулся:

— Хочешь сам попробовать?

Лейла не стала реагировать на эту сцену — как решительно игнорировала и ком страха, давивший ей на сердце.

Даже если пророчество не было исковеркано Темным Властелином, это не значит, что оно имеет какое-то отношение к близнецам.

Проклятие! Она многие годы носила Малухиа на руках, и заметила бы, если бы в нем было зло.

«Так же как знала бы о том, что тут был второй ребенок? — прошептал в глубине ее сознания безжалостный голос. — Ребенок, которого ты не ощущаешь и сейчас, несмотря на то что вас разделяют всего несколько шагов?»

Тряхнув головой, Лейла постаралась отогнать от себя это тревожное подозрение.

— Ты взял туманное предсказание и подогнал его под свои нужды! — заявила она возмущенно. — Эти слова могли означать все, что угодно. Или вообще ничего не означать.

— Ты знаешь, что намеренно избегаешь правды.

— Ты готов говорить что угодно, лишь бы получить то, чего ты хочешь.

— Чтобы получить то, чего я хочу, мне не нужна твоя помощь, джинн. — Почему-то Арьял посмотрел на Джелин. — Это я могу сделать сам.

Джелин гортанно зарычала:

— Попробуй!

Лейла изумленно подняла брови. Странно! Но с другой стороны, что во всей ситуации не было странным?

Сергей осторожно шагнул вперед.

— Проклятие, зачем ты с ними споришь? — прохрипел он. — Пойдем отсюда!

Лицо Арьяла окаменело. Его взгляд по-прежнему был устремлен на женщину, перегородившую ему дорогу.

— Отойди! — приказал он.

Джелин скрестила руки на груди:

— Нет!

— Джелин, — негромко предостерег ее Тейн, указывая пальцем на мага, который тихо начал что-то бормотать.

Лейла стиснула Тейну руку, почувствовав, как вокруг зашевелилась темная магия.

— Тейн, прошу тебя! — взмолилась она. — Нельзя позволить ему уйти!

Ее супруг поднял меч. Его прекрасное лицо стало смертельно опасным.

— Он не уйдет!

Арьял двинулся к Сергею и, подняв руку, начал сжимать и разжимать пальцы.

В руке у фэйри возник изящный лук из ясеня с уже наложенной на него деревянной стрелой. И Лейла готова была биться об заклад, что после выстрела стрела будет магически заменена новой.

Одним стремительным движением он нацелил свое оружие на Тейна.

— Не подходи! — предостерег он и настороженно прищурился, когда Лейла встала перед своим супругом.

Попадание деревянной стрелы будет дьявольски болезненным, но не смертельным. По крайней мере — для нее.

— Лейла, осторожнее, — тихо сказал Тейн.

— Я не дам ему уйти с моими малышами!

— Я с тобой солидарен, но давай не будем провоцировать его на глупости.

Лейла бросила через плечо взгляд, полный досады, и встретилась с твердым взглядом Тейна.

— Если он унесет малышей через портал, нам не удастся его поймать!

— Он никуда не уйдет, — заверил ее Тейн.

— Самонадеянный кровосос! — насмешливо воскликнул Арьял, протягивая руку к магу.

Ее сердце болезненно замерло, но не успел Арьял создать портал, как в волне леденящей силы на него налетела Джелин.

Хотя Тейн явно ожидал этой атаки, Лейлу она застала врасплох. Что было крайне неудачно, поскольку проклятый маг выбрал именно это мгновение для того, чтобы бросить в их сторону свои чары.

Лейла невольно вскрикнула: Тейн схватил ее за плечи и отпихнул в сторону, спасая ее — и принимая на себя всю силу чар.

Она чертыхнулась, больно ударившись коленями о каменный пол. Поспешно вскочив на ноги, ахнула, увидев, как Тейн отлетает назад и со страшной силой врезается в стену тоннеля.

Ворчливо ругая вампиров, которым вечно нужно корчить из себя героя, Лейла заковыляла к тому месту, где он тяжело опирался на стену.

Она смутно слышала, как Джелин сражается с сильвермистом, а маг пытается пробраться к выходу, но сейчас могла думать только о своем раненом супруге.

— Насколько серьезно ты ранен?

Тейн поймал ее руку, скользящую по его телу, и поднес к своим губам.

— Ничего такого, что не зажило бы, — заверил он ее севшим от боли голосом.

Лейла вывернула руку, прижимая запястье к его губам.

— Пей! — приказала она.

Тейн зашипел, резко вскинув голову:

— Некогда, моя милая.

— О чем ты…

Она резко замолчала, уловив запах трав.

Но не Арьяла.

Она сунула руку в карман Тейна за пистолетом, почувствовав, что Джелин и Арьял тоже внезапно прекратили свой бой: они почуяли запах приближающегося чужака.

Подняв пистолет, она навела его на высокого медноволосого сильвермиста, вышедшего из тоннеля, надеясь, что Тейн зарядил его серебряными пулями.

— Тирлох! — рыкнул Арьял с неподдельным изумлением. — Я думал, ты ушел!

Фэйри плавно и стремительно переместился по небольшой пещере, зажав рукой шею Сергея и прижав острие кинжала к виску.

— Я вернулся, чтобы исправить прошлые ошибки, — резко заявил сильвермист, глядя на Арьяла. — Нас сбили с пути те, кто потерял веру, но мы выплатили все долги и сейчас еще не поздно вернуться к нашим единомышленникам. Пойдем со мной, брат, и мы освободим наших родичей.

Лейла нахмурилась.

Тирлох говорил, как плохой актер из третьесортного фильма, однако она понимала, что недооценивать его было бы ошибкой. В серебряных глазах фэйри горел фанатичный огонь, тонкие черты выражали яростную решимость.

— Никуда вы не пойдете! — заявила Лейла и нацелила пистолет ему в голову.

В этот же момент Арьял шагнул вперед — и вид у него был высокомерно-властный.

— Прошлое загладить невозможно, Тирлох. Если ты дашь свободу Темному Властелину, он всех нас погубит.

Младший фэйри покачал головой, явно оставаясь в плену своих опасных заблуждений.

— Мы станем его спасителями! — выдохнул он.

— Нет. — Арьял говорил с уверенностью прирожденного предводителя. — Мы станем всего лишь предателями, которых он втопчет в грязь. Темный Властелин никогда ничего не забывает и не прощает.

Тирлох на мгновение смутился, и его металлически блестящие глаза переместились с Арьяла, скользнув по всем остальным собравшимся в пещере. Но в следующую секунду он уже резко тряхнул головой и поволок перепуганного мага в тоннель.

У Лейлы мучительно сжалось сердце: она запоздало заметила мерцание портала, заранее созданного фэйри. Проклятие! Еще несколько шагов — и он нырнет в него, исчезнув с Сергеем и малышами!

— Ты ничего не знаешь! — обвиняюще сказал сильвермист Арьялу. Исходящий от него запах трав был смешан с мерзкой гнилью безумия. — Господин говорил со мной!

— Если завеса откроется, мы будем обречены на медленную и мучительную смерть, — заявил Арьял с мрачной уверенностью.

Фэйри снова потянул мага, еще на шаг приблизившись к порталу.

— Значит, такова наша судьба.

Сергей тихо застонал. Его лицо было пепельно-серым.

— Кто-нибудь, сделайте хоть что-то!

Арьял поднял лук и нацелил стрелу на сильвермиста.

— С превеликой радостью.

— Глупо, маг! — прошипел Тирлох, надавив на кинжал чуть сильнее и пустив своему пленнику кровь. — Твоя единственная надежда выбраться из пещер — это я!

Арьял отпустил тетиву, и Сергею удалось заклинанием отбить ее в сторону.

Лейла скрипнула зубами. Проклятие! У нее возникло такое чувство, будто она смотрит французский фарс. Только совершенно не смешной.

Продолжая целиться в сильвермиста, она смотрела, как он пытается подтащить Сергей к порталу, однако не нажимала на спуск. Она была очень метким стрелком — но не безупречным. А что, если попадет в одного из малышей?

К счастью, Тейну можно было не колебаться.

Ужасающе зарычав, он метнулся вперед, разрезая клинком воздух и щеря свои мощные клыки.

Тирлох испуганно зашипел при виде очень рослого и разъяренного вампира, мчащегося прямо на него, но Сергей снова отчаянно пробормотал заклинание.

Тейну почти удалось добраться до них, когда он налетел на невидимую стену. Захрипев от боли, он отлетел назад, и меч выпал у него из руки.

— Тейн!

Лейла инстинктивно шагнула вперед, но тут же замерла: маг поднял обоих младенцев высоко над головой.

— Нет! — Его голос охрип от страха. Фэйри продолжал тащить Сергея к порталу. — Не приближайтесь, иначе я их убью!

— Проклятие! — воскликнул Арьял у нее за спиной. — Останови его!

Лейла встретилась взглядом с магом — и, казалось, время остановило свой бег.

Краем сознания она отметила, что Арьял приближается к ним, а Джелин следует за ним по пятам. Что Тейн колотит кулаком невидимую преграду. И что важнее всего — Тирлох шагает в портал, утягивая за собой Сергея.

Однако она сфокусировала свое внимание на Сергее и малышах, которые отчаянно плакали в его руках.

Мысленно вознеся молитву, Лейла расправила плечи и выстрелила, целясь прямо в центр груди Сергея.

Бум!

Звук выстрела оглушающим эхом раскатился по лабиринту тоннелей, так что у нее в ушах зазвенело и на голову посыпались мелкие камешки. Дьявольщина! Она еще никогда не стреляла в таком узком пространстве. Повторять этот опыт ей не хотелось бы.

Что еще хуже, Сергею удалось рвануться в сторону, избежав смертельной раны в сердце.

Маг заорал от боли: пуля вспорола ему плечо, разрывая мышцы, из-за чего он выронил одного из малышей. У Лейлы сердце ушло в пятки, но громкие вопли ребенка сказали ей, что младенец по-прежнему жив.

Она мрачно прицелилась снова и выстрелила как раз в ту секунду, когда маг исчезал в мерцающем портале.

Портал схлопнулся, вызвав неприятный перепад давления, и магическая преграда, созданная Сергеем, исчезла.

Сыпля проклятиями, Лейла бросилась вперед, подхватила малыша с жесткого пола и прижала к груди. К ним тут же подбежал Тейн и оберегающим жестом обхватил рукой обоих.

— Он цел? — спросил он хрипло, с невероятной осторожностью гладя младенца по голове.

Лейла встревоженно осмотрела хрупкое тельце, содрогаясь при виде царапин и синяков, разукрасивших светлую кожу, однако серьезных повреждений не нашла. Ребенок тем временем пригрелся у нее на руках, и его плач постепенно стих, сменившись улыбкой, от которой ее сердце буквально растаяло.

Малухиа!

Ее сынок.

Лейла знала это совершенно точно — и этого ничто не могло бы изменить.

Мгновение Лейла наслаждалась его теплотой и сладким ароматом, которые прежде скрывали чары стазиса. Это был тот малыш, которого она всегда ощущала, а теперь еще и могла почувствовать физически: ровное биение сердечка, мягкую гладкую кожу, пушистые волосики на голове.

Он был неотъемлемой частью ее самой.

В следующую секунду она яростно пообещала себе, что не забудет про сестренку Малухиа.

Рано или поздно, так или иначе они сумеют ее отыскать.

Словно прочитав ее мысли, Тейн нежно прижал ее к себе.

— Маг не сможет сбежать.

— Он это уже сделал, гений ты наш! — огрызнулся Арьял. — И в этом виноват только ты один!

— Придержи язык, сильвермист, иначе я его тебе вырву!

Лейла положила ладонь на руку Тейну, сдерживая его.

Ее, конечно, нисколько не огорчило бы, если бы он действительно вырвал сильвермисту язык, просто сейчас важнее всего было доставить Малухиа в безопасное место.

— Тейн, нам надо отсюда выбираться.

Он снова перевел взгляд на ребенка, лежавшего у нее на руках.

— Да, ты права.

Лейла поморщилась и призналась:

— У меня не хватит сил войти в туман. Нам придется идти пешком.

Тейн устало улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать ей кончик носа.

— Стикс пообещал дать знать предводителю местного клана, чтобы за нами выслали вертолет. Он должен ждать где-то рядом.

Лейла с радостью привалилась к его сильному телу, нежно поцеловав Малухиа в макушку.

— Тогда едем домой.

— Домой, — повторил он с невероятно нежным выражением лица. Сейчас никто не узнал бы в нем пугающего Харона. Но в следующую минуту он поднял голову, снова став смертоносным хищником, и устремил взгляд на сильвермиста, который с гордым спокойствием стоял чуть в стороне. Позади него маячила фигурка охотницы. — Но у нас еще одно незаконченное дело.

— Нет. — Джелин встала рядом с фэйри, ухитряясь выглядеть безумно красивой, несмотря на испачканное лицо, порванную одежду и еще не до конца поблекшие синяки. Лейла печально вздохнула. Похоже, всем вампиршам присуще умение оставаться прекрасными в любых обстоятельствах. — Это мой долг.

Тейн пожал плечами:

— Ты свою награду получишь, охотница, но только после того, как его допросят. Его… — он вызывающе ухмыльнулся, — клан, похоже, восстал против него и решил, что они желают возвращения Темного Властелина. Их необходимо изолировать, пока они не успели натворить новых бед.

Судя по виду Джелин, ее такой поворот отнюдь не обрадовал.

— Этот сильвермист принадлежит мне!

— Ты говоришь такие милые вещи, вампирша! — насмешливо бросил Арьял.

В его глазах внезапно вспыхнула сила, и он стремительно поймал Джелин за руку.

Охотница яростно зашипела, и внезапно сильвермист создал портал и нырнул в мерцающую пустоту, утащив с собой Джелин.

Раз — и они оба исчезли!

Тейн с Лейлой потрясенно переглянулась.

— Боги! — выдохнула Лейла. — Я не подозревала, что фэйри способны настолько быстро создавать порталы!

У Тейна заиграли желваки, все тело было переполнено бессильной яростью.

— Арьял не простой фэйри! — отрывисто бросил он, явно не предназначая свое заявление в качестве комплимента. — Проклятие! Я во второй раз потерял бдительность, и Джелин второй раз пришлось платить за мой идиотизм.

Лейла успокаивающе погладила его по щеке.

— Ты ничего не мог сделать.

Тейн открыл было рот, собираясь спорить. Мужчины-лидеры всегда готовы винить себя, если им не удалось защитить ближних. Но не успел он заявить ей, что ему следовало сделать нечто нелепо-невозможное и героическое, как малыш у нее на руках зашевелился и жалобно запищал, сообщая, что он замерз и, конечно же, проголодался.

— Тейн, мы не сможем прийти Джелин на помощь, не заручившись поддержкой. И нельзя забывать, что второй ребенок по-прежнему у Сергея, — мягко напомнила Лейла. — Чем быстрее мы сможем сообщить о необходимости их поисков, тем лучше.

Тейн с неохотой кивнул:

— Ты права. — Он на секунду прикоснулся щекой к макушке Лейлы, прижимая к груди ее и ребенка. — Пора подключать кавалерию.

Лейла теснее прильнула к нему.

— Пойдем домой.

Глава 24

Две недели спустя

Они все-таки не попали домой.

Вместо этого Стикс пригласил их пожить в своем с Дарси логове. Ну, вообще-то «пригласил» было не совсем тем словом, которое Лейла выбрала бы. Скорее у них был выбор между добровольным пребыванием там и заточением. Что, конечно, было вполне понятно.

Мало того что ее сын, по всей видимости, был созданием Темного Властелина, в придачу к этому половина демонов мира только и мечтают заполучить его в свои жадные ручонки.

И, если честно, Лейла была отнюдь не против того, чтобы остаться у Стикса. Хотя она была бы очень рада заиметь уединенное логово вдали от всех и жить там только с Тейном и Малухиа, ей приятно было оказаться в окружении той странной компании вампиров и их спутниц жизни, которая расположилась в этом стильном особняке. Такая компания наполняла сердце радостью после стольких лет одиночества.

Лежа на кровати, размеры которой могли соперничать с футбольным полем, Лейла потянулась, почувствовав, как Тейн входит в отведенные им комнаты, располагавшиеся глубоко под землей.

Он ушел почти час назад, чтобы устроить со Стиксом и еще несколькими своими братьями тайный совет, который Лейла рада была пропустить. Пока не удалось найти следов Джелин и сильвермиста. Как и Сергея. Что еще хуже, все попытки выяснить, как именно пропавшего младенца можно использовать для того, чтобы уничтожить завесу между мирами, не дали абсолютно никаких результатов. Из-за чего весь вампирский клан был крайне недоволен.

Лейла оперлась на изголовье кровати и улыбнулась, услышав, как Тейн открыл соседнюю дверь, чтобы заглянуть к малышу.

Она ничуть не удивилась, когда выяснилось, что Тейн оказался любящим и склонным к чрезмерной опеке отцом. Это ведь одна из многочисленных причин ее любви к нему.

Однако Лейлу ошеломила реакция разнообразных существ, постоянно навещавших логово Анассо.

Возможно, ей не следовало бы удивляться — ведь у демонов редко появляются младенцы, особенно у чистокровных оборотней, а у вампиров их вообще никогда не бывает!

Малухиа оказался радостным сюрпризом.

Тем не менее ничто не могло подготовить ее к созерцанию мощных воинов, облаченных в кожаные костюмы, нежно тетешкающих ее малыша. Или к шумному восторгу Дарси и ее подруг, когда Лейла выносила Малухиа в общие комнаты.

Ей придется тщательно следить, чтобы его окончательно не разбаловали.

Лейла тепло улыбнулась, глядя, как открывается дверь и Тейн заходит в их спальню, выдержанную в зеленых тонах и обставленную массивной мебелью в колониальном стиле.

Как всегда, при виде его у нее начинало колотиться сердце и потели ладони.

Наслаждаясь видом его широкой обнаженной груди и защитными шортами, низко сидевшими на узких бедрах, Лейла только что не мурлыкала к тому моменту, когда он забрался на кровать и заключил ее в объятия.

Ей никогда, никогда не наскучит ее красавец супруг!

— Что Малухиа? — спросила Лейла, подставляя для поцелуя висок.

— Сладко спит, — успокоил он ее. — И неудивительно. Беднягу передавали из рук в руки, словно мяч в финале мирового кубка по гандболу.

Недовольный тон заставил ее захихикать и громко чмокнуть Тейна в ключицу.

— Ты просто злишься из-за того, что последние несколько вечеров тебе не удавалось подержать его на руках.

— Он же мой сын!

— А ты чудесный отец, но, как мы успели убедиться, младенец для вампиров — это самое дорогое сокровище. — Лейла запрокинула голову и заглянула в его медовые глаза. — И к тому же Малухиа такой прелестный. Кто может устоять перед соблазном его потискать?

— Ему нужен отдых.

— Не беспокойся. Когда мы переедем в собственное логово, Малухиа всегда будет только с нами.

— Наше логово! — Его лицо смягчилось. Жар его чувств тек по ее жилам, словно превосходное шампанское. — Мне нравится, как это звучит!

— Мне тоже. — Лейла наморщила нос. — Но увы…

Он наклонился для короткого, но жаркого поцелуя.

— Знаю. Но как мне ни противно это признавать, Стикс прав. Пока есть те, кто считает, что Малухиа — это ключ, которым можно отпереть тюрьму Темного Властелина, нам надо его оберегать. И трудно найти другое место, которое было бы безопаснее логова Анассо.

— Кроме того, Стикс хочет убедиться в том, что Малухиа не представляет собой угрозу, — не удержалась Лейла.

Тейн фыркнул:

— Поначалу — да. Но теперь, по-моему, ему просто нужен предлог для того, чтобы над ним кудахтать.

Краткая вспышка раздражения Лейлы быстро прошла. Поначалу ей было неприятно находиться в доме у Стикса: она знала, что вампиры подозревают в Малухиа какого-то троянского коня. Однако ее сыну очень быстро удалось растопить сердца даже самых недоверчивых демонов.

Когда Лейла в последний раз видела Стикса, тот посадил Малухиа на сгиб локтя и, гуляя с ним по розарию, показывал на небе разные созвездия.

Она улыбнулась:

— Надо признаться, что это потрясающее зрелище.

Его глаза потемнели от страсти. Тейн прижал ладонь к ее щеке и провел подушечкой большого пальца по нижней губе:

— Далеко не такое потрясающее, как ты!

По ее телу моментально прокатилась волна жаркого желания. Ну еще бы: даже от одной мысли о Тейне в ней просыпалась страсть. Но Лейла решительно уперлась рукой ему в грудь, не давая окончательно смешать все ее мысли.

— О Джелин или Арьяле никаких вестей не было? — спросила она.

— Нет. — Тейн нахмурился, не скрывая озабоченности. — Они просто пропали.

— А как насчет других сильвермистов?

— Стикс отправил на их поиски своих Воронов, но они никаких результатов не получили.

Лейла покачала головой:

— Но они ведь не могли просто исчезнуть!

— И тем не менее они сделали именно это.

Его бессильная досада ощущалась очень явственно.

Лейла полностью разделяла его чувства.

Поначалу она была совершенно уверена в том, что вампиры легко смогут выследить Арьяла: мир на удивление тесен.

— А что насчет Сергея? — не отступалась Лейла.

Тейн понимал, что ей отчаянно хочется узнать о судьбе пропавшей девочки, и был намерен сообщить, как только удастся получить хоть какие-то намеки на то, где она может находиться.

— Ничего, — подтвердил он худшие опасения Лейлы.

У нее больно сжалось сердце. И к этому примешивалось сильное чувство собственной вины.

Лейла сотни раз вспоминала те последние мгновения в ледяных недрах горы, стараясь убедить себя в том, что сделала все возможное для спасения обоих детей, но без особого успеха.

Она не успокоится, пока близнецы снова не окажутся вместе.

— Бедный малыш! — вздохнула Лейла.

— Лейла, перестань, — тихо проговорил Тейн, утешающе целуя ее в нахмуренный лоб. — Сейчас мы можем только оберегать Малухиа и верить, что со временем Джелин сможет сообщить нам о своем местонахождении. Как только Арьял окажется в наших руках, он отыщет своих пропавших родичей.

Лейла вздохнула. Так много всяких «если»! Если Джелин все еще с Арьялом. Если сильвермиста удастся вынудить открыть местонахождение остальных фэйри из его рода. Если Сергей по-прежнему находится с обезумевшим Тирлохом. Если малышка все еще…

Лейла решительно запретила себе думать об этом терзающем ее предположении.

Тейн прав: сейчас они ничего не могут предпринять.

Вместо этого она сосредоточилась на некоем подозрении, которое давно не давало ей покоя:

— Мне показалось, или между Джелин и Арьялом возникли какие-то странные отношения?

Тейн поморщился:

— К этому подонку любой будет относиться странно.

— Я серьезно!

Тейн пожал плечами, ясно демонстрируя свое отношение к высокомерному красавцу сильвермисту.

— Джелин — охотница.

Лейла недоуменно выгнула брови:

— И что это должно означать?

— Ее наняли, чтобы взять этого сильвермиста в плен. — Он пожал плечами. — Она не допустит, чтобы кто-то помешал ей исполнить долг.

Эта спокойная уверенность заставила Лейлу покачать головой. Как это типично для любого мужчины: не замечать того, что происходит у него под носом!

Лейла подняла руку и провела пальцами по его упрямому подбородку.

— Мне помнится, что ты говорил нечто очень похожее, — поддразнила она его. — Ничто не может помешать тебе исполнить твой долг.

Тейн поймал ее руку и прижал пальцы к губам.

— Я обнаружил, что некоторые вещи важнее долга.

Она улыбнулась желанию, пылавшему в его медовых глазах.

— Мне стоит угадать, что это за вещи?

Одно стремительное движение Тейна — и Лейла оказалась на спине под его сильным телом. Он бережно обхватил ладонями ее лицо, а на его лице отразилась такая нежность, что у нее защемило сердце.

— Ты, Лейла, — глухо проговорил Тейн. — Ты и Малухиа. В мире нет ничего важнее тебя, и я всю оставшуюся жизнь посвящу тому, чтобы ты была счастлива.

При этих словах ей на глаза навернулись совершенно нелепые слезы. Проклятие! Это так… по-девчоночьи!

— Ох!

Тейн напрягся:

— Почему ты плачешь?

Она обвила руками его шею, спеша успокоить.

— Я так долго пряталась от всего мира, что уже потеряла надежду найти свое место в жизни, не говоря уже о любви, — призналась Лейла.

— Я люблю тебя так отчаянно, что порой это меня пугает. — С тихим стоном Тейн уткнулся лицом ей в плечо. — Если с тобой вдруг что-то случилось бы…

— Ничего со мной не случится! — поспешно перебила она. Лейла обожала этого вампира, но ей хватило мудрости понять, что стоит ей дать ему волю — и он будет держать ее и Малухиа в заключении. — Мы уже доказали, что способны пережить все, что подбрасывает нам судьба.

— Наверное, ты права, — неохотно признал Тейн, ведя губами вдоль выреза ее коротенькой сорочки.

Лейла задрожала и выгнула спину в безмолвном приглашении.

— И потом, наши дни приключений позади. Мы с тобой и Малухиа будем жить в мирном уединении.

С легкостью, не перестававшей изумлять Лейлу, Тейн избавил ее от сорочки, отбросив ее далеко в сторону. Ткань еще не успела коснуться пола, как он уже обхватил ладонями ее груди, большими пальцами заставляя ее соски превратиться в тугие бутоны желания.

— Какое это уединение, когда по логову бродят разнообразные вампиры, оборотни, шалотты, оракулы, а порой и богини! — суховато проговорил Тейн.

Лейла медленно улыбнулась: теплое чувство, которого она никогда не надеялась испытать, прогоняло те холод и горечь, которые так долго ее терзали.

— Это наша семья!

Его губы изогнулись:

— Весьма странная и вечно конфликтующая семья.

— Все лучшие семьи именно такие, — заявила Лейла.

Если Марика чему-то ее и научила — так это тому, что кровное родство ни черта не значит.

— Гм! — Тейн опустил голову и быстро лизнул напряженный сосок. — Ну, если ты уверена…

На какое-то время Лейла забыла обо всем, наслаждаясь его ласками. Когда она оказывалась в объятиях Тейна, весь мир исчезал и она забывала обо всем, кроме той бури чувств, которые охватывали их обоих. Но вскоре задержавшаяся в подсознании мысль о родне заставила ее с усилием поднять Тейну голову, устремив на него встревоженный взгляд.

— Кстати, насчет семьи…

— Только не сейчас! — проворчал он.

Его удлинившиеся клыки сверкали, глаза пылали.

— Уриэль с тобой не связывался?

Тейн справился с собственным нетерпением, почувствовав ее неподдельную тревогу. Пусть Лейла совершенно незнакома со своей матерью, она тем не менее очень хочет, чтобы ту спасли.

— В последние дни — нет. Но не беспокойся: он не отступится, пока не выручит твою мать и не привезет к тебе. Уриэль…

Тейн вдруг замолчал, и Лейла обеспокоенно нахмурилась:

— Что такое?

— Точно не знаю, — признался он. — Я встречался с ним несколько столетий назад, и сила у него была немалая, но она просто ничто по сравнению с тем, чем он владеет сейчас.

— Это плохо?

— Это неслыханно.

Лейла непонимающе воззрилась на него:

— Почему?

— Личные умения и силы вампира формируются в первые годы после обращения. Как только вампир выходит из возраста птенца, его сила перестает расти.

— За исключением Уриэля?

— Совершенно верно.

О! Теперь понятно, почему он обескуражен.

— Настоящая загадка, — пробормотала она.

Тейн удобнее устроился у нее между ног. Его напряженная плоть прижалась к самому чувствительному местечку.

— Сегодня ночью мы ее не разгадаем.

— Это верно. — Лейла обвила его ногами и провела ногтями по спине. — Но нам есть чем себя занять.

Он содрогнулся и позволил частице своей силы пробежать по ее телу.

— Я нисколько не сомневаюсь в своей способности не дать тебе заскучать.

О боги! Она изогнулась, ощущая крошечные разряды экстаза: они еще почти не начали, а она уже близка к оргазму!

— Какая заносчивость! — выдохнула Лейла.

Тейн тихо рассмеялся и с самоуверенной усмешкой снова занялся ее напрягшимся соском.

— Нисколько! Я твой самый преданный слуга.

— М-м! — Лейла прихватила зубами мочку уха и с нескрываемым желанием потерлась о возбужденную плоть. Но в следующую секунду она с тяжелым вздохом потребовала остановиться.

Он застонал, прижимаясь лбом к ее ключице, и попытался обуздать свою нетерпеливую страсть.

— Ты специально решила меня помучить?

— Ты не сказал, что случилось с Леве.

Тейн поднял голову и строго посмотрел на нее.

— Лейла! Я тебя люблю и обожаю всеми фибрами души, но не стану обсуждать этот надоедливый кусок камня, когда мы с тобой находимся в постели.

— Но…

Он прижал палец к ее губам и угрожающе прищурился:

— Помнишь нашу первую встречу?

Лейла попыталась спрятать улыбку. Этот день навсегда запечатлелся в ее памяти.

— Смутно помню. А что?

— Я тогда сказал, что смогу заставить умолять о том, чтобы я к тебе прикоснулся.

Ощутив прилив любви, Лейла встретилась с его пылающими медовыми глазами — и все ее беспокойство растаяло без следа. Она полностью отдалась чувственным чарам Тейна.

Тревожиться можно и потом.

Сейчас Лейла намерена была полностью насладиться возможностью быть рядом со своим спутником жизни.

С наигранной невинностью она провела ладонями по его поясу и, демонстративно облизнув губы, осведомилась:

— Говоришь ты красиво, а вот сможешь ли доказать?

Оказалось, что Тейн может.

Content

Александра Айви
ПРЕДНАЗНАЧЕННАЯ СУДЬБОЙ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24