Карли Филлипс

Судьба

Глава 1

Возможно, Нэш Баррон цинично относился к жизни, а в последнее время — и к любви, но даже для него присутствие на свадьбе было радостным событием, за исключением сегодняшнего. Приглашение предписывало присутствие «близких друзей и семьи».

Два брата жениха, включая самого Нэша, держались на расстоянии друг от друга, и с девочкой, которая несла цветы, своей недавно объявившейся сестрой по матери, Тесс, они были знакомы только шесть недель. Отец невесты был в тюрьме, поэтому к жениху ее вел пышно разодетый друг-дизайнер, а мать невесты полдня стакан за стаканом пила вино и горевала по поводу потери своего любимого дома, который теперь стал местом проведения свадьбы. Этот заметный дом на холме в их родном городке Серендипити, штат Нью-Йорк, теперь принадлежал жениху, брату Нэша, Итану.

Комичность ситуации, наверное, единственное, что в этот день доставило удовольствие Нэшу, да еще, пожалуй, присутствие Келли Мосс, которая потягивала шампанское на противоположной стороне сочной лужайки за домом.

Тесс приходилась Нэшу сестрой только по одному из родителей, а именно по отцу, у которого случился роман с матерью Тесс. Келли, сестра Тесс только по материнской линии, была женщиной сексуальной и то разочаровывала его, то интриговала, то возбуждала. Сложность его чувств можно обобщить все в одном предложении: Келли Мосс — прекрасная женщина и они не состоят в кровном родстве.

Только это еще не повод испытывать к ней страсть. Отношения просто знакомых казались самым безопасным вариантом, но вместе с тем за время, прошедшее с момента их появления в Серендипити, Нэш не смог добиться успеха ни в отношениях с Келли, ни в отношениях с Тесс. Он понятия не имел, как наладить контакт с четырнадцатилетней сестрой, которая, похоже, просто игнорировала его.

Что касается Келли, то поначалу Нэш списывал свое разочарование в ней на тот факт, что она еще в августе бесцеремонно оставила Тесс, сестру, о которой братья Баррон ничего не знали, на пороге дома Итана. Она потребовала, чтобы он стал опекуном девочки, над которой Келли потеряла контроль. Нэш вынужден был признать, что старший брат за короткое время изменил непокорного подростка. Но у него все равно оставались вопросы к приемам Келли. Поэтому когда она переехала жить в их город, он был по понятным причинам насторожен и увлечен одновременно. И с тех пор мысли о ней не давали ему покоя.

Нэш повернулся, и его взгляд упал на Итана, на брата, которому, с тех пор как он десять лет назад бросил своих братьев, похоже, улыбнулась удача. Он выбрал превосходный день для свадьбы. Хотя уже начался октябрь, температура внезапно поднялась до двадцати одного градуса по Цельсию, что позволило ему устроить свадьбу на открытом воздухе. Итан стоял, обняв свою жену Фейт, и разговаривал с младшим братом Диром. Даже он простил Итана за прошлое.

Нэш не мог заставить себя быть таким снисходительным.

Он бросил взгляд на часы и решил, что его время на свадьбе вышло. Молодые поженились, торт подан, букет брошен. Нэш допил остатки «Кетел уан»[1], поставил стакан на поднос проходившего мимо официанта и направился к дому.

— Так быстро уходишь? — прозвучал знакомый женский голос.

— Торжества закончены. — Нэш обернулся и увидел женщину, которая всего несколько мгновений назад занимала его мысли.

Келли стояла буквально у него за спиной. Распущенные волосы мягкими волнами рассыпались по плечам. Нэш почувствовал, как его окутал теплом манящий лимонный запах ее духов.

Нэш ценил свое личное пространство. А Келли нарушила его границы. И все же по какой-то неизвестной ему причине он не испытал своего обычного желания найти более безопасное место.

— Но музыканты еще играют, — подчеркнула она.

— Никто не заметит, что я ушел.

Он подумал, что его уход скорее снимет некую напряженность, вызванную его же присутствием.

— Я замечу. — Келли посмотрела на него проницательными карими глазами.

Эти умные, шоколадного цвета глаза, казалось, умели видеть сквозь равнодушие, которым Нэш отгораживался от мира. Он считал, что довел до совершенства этот прием еще в позднем подростковом возрасте, когда его жизнь оказалась перевернутой вверх дном из-за смерти родителей, следом за которой его и их младшего брата Дира очень скоро бросил Итан.

— Почему тебя это волнует? — спросил Нэш, хотя понимал, что умнее было уйти.

Она сексуально пожала оголенными плечами, привлекая его внимание к своей нежной коже.

— Потому что ты, кажется, чувствуешь себя здесь не к месту, как и я. — Келли немного помолчала. — Если только ты не чужой человек в этом городе и для этой семьи.

Не к месту. Вот так одним словом она подытожила его жизнь в последнее время. Как ей удалось разгадать то, что сделать никому не удавалось?

— Мне необходимо уйти, — ответил Нэш, мгновенно почувствовав неловкость.

— Тебе необходимо расслабиться, — возразила она и положила ему руку на плечо. — Давай потанцуем. — Келли игриво потянула его за галстук.

Нэш посмотрел туда, где возле танцевальной площадки собралась вся семья.

— Мне, правда, не хочется устраивать весь этот спектакль.

— Тогда не будем. — Келли подхватила его под руку и повела к дальней стене дома под старую плакучую иву.

Нэш все еще слышал звуки медленной мелодии, но он больше не видел танцевальную площадку, а те, кто находился там, не видели их. Келли еще крепче сжала его руку, и он понял, что лучше все взять в свои руки, иначе она поведет его в танце. Одной рукой Нэш обхватил ее талию, другой сжал ее руку и стал двигаться в такт страстным звукам музыки.

Легкий ветерок шевелил длинные ветви дерева. Келли вздрогнула и еще теснее прижалась к нему, явно желая согреться.

— Холодно? — хрипло спросил Нэш, и его рука скользнула вверх по открытой спине Келли. Он чувствовал тепло ее тела и обворожительный запах духов.

— Уже нет.

Нэш заглянул ей в глаза и увидел там понимание происходящего, которое было сродни его собственному, потом посмотрел на ее пухлые губы. Они продолжали вместе двигаться под музыку, и, хотя в голове у Нэша звенел предупреждающий колокольчик, уже ничто не могло остановить его. Он коснулся губами ее губ, и это первое прикосновение оказалось таким волнующим, словно он залпом выпил бокал искристого шампанского. Ее губы были мягкими и податливыми, и Нэш не знал, сколько времени длился этот поцелуй.

Тело Нэша ожило, напоминая ему о том, чего ему так не хватало последние два года после развода. Эта женщина пробудила его, удивив и одновременно лишив присутствия духа. Ему вдруг захотелось большего. Он провел рукой по обнаженной спине, почувствовав шелковистость ее кожи, и обхватил рукой затылок Келли. Она со страстным вздохом открылась для него, впервые позволив ему по-настоящему почувствовать ее вкус. Его бросило в жар, и желание вспыхнуло с новой силой.

— О, как это вульгарно! Лучше застрелите меня прямо сейчас! — с отвращением в голосе воскликнула Тесс.

От неожиданности Нэш резко отпрянул назад.

— Какого черта ты здесь делаешь? — Грубые слова сорвались с его губ раньше, чем он успел что-нибудь сообразить.

— Я ищу Келли. А ты что здесь делаешь? — потребовала ответа Тесс, уперев руки в бока.

Разве непонятно? Нэш с трудом сдерживался. Эта девица — самая большая нахалка, с которой ему приходилось когда-либо сталкиваться.

— Ты меня нашла, — гораздо более спокойным тоном, чем Нэш, ответила Келли.

Как будто этот поцелуй никак не смутил ее. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять это, если только она не была хорошей актрисой. Она казалась абсолютно спокойной, а он грубил Тесс, потому что огонь, который разожгла в нем Келли, продолжал его терзать.

— Итан и Фейт хотят поговорить с тобой, — с надутым видом пробормотала Тесс.

Ей явно не понравилось то, что произошло между ним и его сестрой. В отличие от Нэша, которому это очень понравилось.

Безумно.

Если судить по недовольному лицу Тесс, его поцелуй с Келли и непроизвольная грубость свели к нулю все его попытки установить хоть какие-то отношения со своей юной сестрой. И если бы его спросили, он бы ответил, что отношения между ними — хуже некуда.

— Почему тебе не пойти и не сказать им, что я сейчас приду? — спокойно спросила Келли.

— А если не пойду? — сложила руки на груди Тесс.

— А как насчет того, — подняла бровь Келли, — что я здесь командую, пока у Итана медовый месяц. И если ты не хочешь оказаться запертой в своей комнате на ближайшие пару недель, тебе лучше начать слушаться меня прямо сейчас.

Закатив глаза и топнув ногой, что выглядело весьма комично, поскольку после сопровождения невесты под венец на Тесс осталось пурпурное платье и туфельки на низком каблуке, она развернулась и помчалась прочь.

— Здорово, — сказал Келли Нэш, восхищаясь тем, как быстро удалось договориться с Тесс.

— Да, у меня это получилось лучше, чем у тебя. — Келли бросила на него насмешливый взгляд. — Но это не моя заслуга. Ты видел, какой она была, пока за нее не взялся Итан. Эти перемены произошли в ней благодаря ему, а не мне. — Лицо Келли стало печальным, она переживала, что не смогла сама справиться с Тесс.

Нэшу было знакомо это чувство.

— Только не напоминай мне о святом Итане.

— Между тобой и Итаном всегда присутствует какая-то напряженность, — удивленно приподняла брови Келли. — В чем дело?

Нэш определенно не хотел говорить с ней о брате и о своем прошлом.

— Задавать вопросы о моей жизни — это твой способ избежать разговора о поцелуе? — Он намеренно, чтобы отвлечь внимание, ответил ей вопросом на вопрос.

— Зачем мне избегать этого разговора, — улыбнулась вдруг Келли, — если все было так забавно.

Продолжая улыбаться, она снова потянула его за галстук.

Ее влажные губы блестели, маня его к себе, поэтому Нэш сунул руки в карманы брюк, посчитав, что так ему легче справиться с собой.

— Келли! Мы ждем! — нетерпеливо позвала Тесс, и ее голос напомнил Нэшу, почему теперь он должен держаться от Келли подальше.

— Иду! — бросила через плечо Келли, прежде чем встретиться взглядом с Нэшем. — Похоже, у тебя есть время на передышку. — В ее глазах появился озорной блеск.

Именно это ему в ней нравилось — ее храбрость, уверенность и независимый дух, которыми он восхищался. Насколько он мог представить, его бывшая жена была полной противоположностью Келли, более сентиментальная и нуждающаяся в заботе. Келли явно могла настоять на своем. Но Нэш не собирался позволить ей господствовать над собой.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — солгал он.

— Продолжай говорить себе это, — потрепала его по щеке Келли.

Он так и сделает. Он будет повторять это столько, сколько потребуется, чтобы убедить себя, что эта женщина создаст кучу проблем и лишит возможности подружиться с Тесс.

* * *

Келли Мосс стояла внизу у полукруглой лестницы в доме, который иначе как особняком не назовешь.

— Тесс, иди сюда! — крикнула она. — Если ты хочешь успеть позавтракать перед школой, сейчас же спускайся вниз!

За последние пять минут Келли повторила это уже трижды.

— Сказала же, иду! — донесся раздраженный голос Тесс.

Вчера утром Итан и Фейт уехали в свадебное путешествие на неделю на прекрасные уединенные острова Теркс и Кайкос[2], где у них есть вилла с собственным дворецким. Вот это жизнь, подумала Келли. Но у нее жизнь тоже неплохо складывалась, поскольку на время их отъезда она должна была поселиться и жить в этом огромном доме, где есть даже экономка.

Громко хлопнула дверь в комнату Тесс, вернув Келли к реальности, и ее сестра с топотом спустилась по ступенькам.

В одно мгновение Келли вспомнила прежние времена, когда она воспитывала Тесс одна.

— Что случилось? — спросила она, надеясь, что ничего серьезного не произошло и Тесс не выйдет из-под контроля опять.

— Вот! — Тесс указала на школьную форму, которая была надета на ней: темно-синяя плиссированная юбочка, белая блузка с воротничком и гольфы. — Я ненавижу это.

Келли промолчала и не стала говорить, что это лучше, чем одежда черного цвета, которую она носила раньше, включая старую армейскую куртку и солдатские ботинки.

— Ты привыкнешь.

— Прошел уже месяц, а я до сих пор ненавижу это. — Тесс прошла мимо Келли и направилась на кухню.

«Одежду или школу?» — задумалась Келли, направляясь следом за сестрой.

— Ты про юбку? Но ведь ты ничего не имела против платья, в котором была на свадьбе. — На самом деле в том платье она была похожа на красивую молодую девушку.

— Я про то, что должна носить это. Я ненавижу, когда мне указывают, что делать.

— Скажи мне что-нибудь новенькое, чего я не знаю, — пробормотала Келли, которая заботилась о Тесс с самых ранних лет.

— Я слышала это.

Келли усмехнулась. В жизни Тесс действительно многое изменилось благодаря Итану Баррону. И тут же вздрогнула от мысли о том, что могло бы случиться, если бы она не предприняла решительных мер.

Мать Тесс и Келли — Лия Мосс была слабой женщиной, слишком зависимой от мужчин и алкоголя. Когда Келли была маленькой, она помнила мать совсем другой, а может, благодаря влиянию отца Келли Лия и была тогда другой.

Об этом Келли никогда не узнает, потому что ее отец умер от сердечного приступа, когда ей было двенадцать лет. И Лия немедленно отправилась на поиски другого мужчины, который занял бы его место. Выбор у нее был небогатый. Лия завела роман со своим женатым боссом, Марком Барроном. И хотя это было неправильно, но для Келли, пока мать оставалась его любовницей, наступила спокойная жизнь, включая период после рождения Тесс. Но после смерти Марка Баррона, которая случилась десять лет назад, Лия начала скатываться вниз, а в результате страдали и Келли, и Тесс.

Они переехали в бедную часть Нью-Йорка, подальше от их дома в городке Томлинс-Коув, что располагался недалеко от Серендипити. Лия сказала, что хочет, чтобы они все начали сначала. На самом деле матери хотелось найти нового любовника, чтобы он заботился о ней. Но нового рыцаря на белом коне она так и не нашла, пристрастившись вместо этого к алкоголю, а ее личная жизнь превратилась в бесконечную череду отвратительных типов.

Поскольку Тесс в то время было только четыре года, шестнадцатилетняя Келли быстро повзрослела, совмещая учебу в средней школе, потом — заочное обучение в колледже с работой и воспитанием Тесс. К счастью, мать перевезла их в пансион, где Келли помогала приятная пожилая женщина.

Но в прошлом году мать сбежала с каким-то мужчиной, бросив свою младшую дочь, и что-то разом надломилось в Тесс. Душевная рана превратила ее в агрессивного, непослушного подростка. Она слонялась без дела с непонятными людьми, курила и выпивала и в конце концов попала под арест. Доведенная до отчаяния, Келли обратилась к единственному человеку, которого помнила еще с тех времен, когда они жили в Томлинс-Коув. Это был Ричард Кейн, юрист из Серендипити, который свел ее с Итаном Барроном.

У Келли разрывалось сердце, когда она, по сути дела, оставила свою младшую сестру на пороге у незнакомца и приказала ему действовать решительно, как старшему брату.

Но Келли чувствовала, что так надо, иначе одному Богу известно, как закончит Тесс. И вот спустя несколько месяцев Келли хотя и живет новой жизнью, но по-прежнему торопит Тесс в школу. Ситуация наконец-то улучшается.

Они с Тесс быстро позавтракали, потом Келли подбросила сестру в школу и направилась на работу. Этим она тоже обязана Ричарду Кейну, который устроил ее помощником юриста к себе в контору в деловой части Серендипити.

Келли остановилась у кофейни «Чашка кофе», городской вариант сети кофеен «Старбакс»[3]. Всю свою жизнь Келли упорно трудилась и рано научилась экономить, но весь ее рабочий день зависит от этой первой чашки кофе. Он должен быть крепким и ароматным.

Келли вошла в кофейню, и ее окружил восхитительный аромат, вдохнув который она мгновенно почувствовала прилив бодрости.

В тот момент, когда у дальней стойки Келли наливала молоко в свою обычную большую чашку ароматного напитка, к ней присоединилась молодая женщина с длинными светлыми волосами.

— Ты такая же постоянная, какой хотела быть моя бабушка Эмма, — пошутила Энни Кейн.

— То же самое могу сказать и о тебе, — с улыбкой ответила Келли.

— Это точно, — рассмеялась Энни и подняла чашку с кофе в шутливом тосте.

Жизнь в маленьком городке имеет свои преимущества и недостатки. Встречу со знакомым лицом можно отнести и к плюсам, и к минусам. Келли и Энни бывали в этой кофейне по утрам в одно и то же время, часто сидели за чашечкой кофе и болтали. И если уж на то пошло, Келли считала, что в этом городе Энни больше всех подходила на роль ее подруги, если не учитывать Фейт Харрингтон, жену Итана.

Энни Кейн была дочерью Ричарда Кейна. Судя по фотографиям на столе Ричарда, Энни больше похожа на мать, чем на отца. С первого дня их знакомства в кабинете босса она понравилась Келли.

— И что за повод каждый день вставать так рано? — спросила Келли, сделав долгожданный глоток кофе.

— Режим позволяет мне сохранять молодость.

— Но ты и так молодая, — округлила глаза Келли и окинула Энни взглядом: кроссовки, джинсы, легкая кофточка из хлопка. — Готова поспорить, мы примерно одного возраста.

— В следующем месяце мне будет двадцать семь.

— А мне двадцать семь исполнится в декабре.

Энни поднесла чашку к губам и сделала глоток, и Келли не могла не заметить, что у нее дрожит рука.

Она прищурилась, но ничего не спросила.

— Послушай, Энни, может, встретимся как-нибудь за ленчем? А то всегда встречаемся на бегу за чашкой кофе. — Келли была одинока в этом городе, а ей хотелось с кем-нибудь делиться своими проблемами и радостями. Келли обожала Тесс, но вряд ли четырнадцатилетняя девочка составит компанию взрослой женщине.

— С удовольствием! — откликнулась Энни. — Давай я дам тебе, номер своего телефона. — Она полезла в свою сумочку, тут у нее зазвонил мобильный телефон и она взглянула на обозначившийся номер. — Секундочку. Алло?

Келли отвела взгляд, чтобы не мешать Энни, но все равно услышала конец разговора.

— Спасибо, я чувствую себя лучше. Да. Нет, заходить не надо. Я позвонила водопроводчику, и он сказал, что сделает это к концу дня. — Энни помолчала, слушая, потом продолжила разговор: — Мне это по карману, тебе не надо заходить. Ты не очень-то ладил с трубами, когда мы были женаты, — с усмешкой добавила Энни. — Если ты настаиваешь, встретимся позже, — теперь уже скорее рассерженно, чем снисходительно, закончила она. — Мой бывший муж, — пояснила Энни, положив телефон в сумку. — Считает, что если у меня рассеянный склероз, то я нуждаюсь в его постоянной опеке.

Подобное признание застало Келли врасплох, и она посочувствовала Энни, что этот диагноз ей поставили в такие молодые годы. Ричард любил поговорить о всякой всячине, когда был в офисе, но он никогда ни словом не обмолвился о болезни дочери. Она вообще не ожидала от Энни такой откровенности.

— Я уверена, что ты еще раньше заметила, как дрожит у меня рука, и если мы станем подругами, ты должна знать, — сказала Энни, словно прочитав мысли Келли.

— Спасибо, что сказала. — Келли наткнулась на спокойный взгляд Энни. Очевидно, она свыклась с этой ситуацией.

— Ну если в один прекрасный день я пропаду, ты по крайней мере будешь знать почему, — пожала плечами Энни, как будто это в порядке вещей.

— Если тебе что-то понадобится, дай мне знать.

— Спасибо, — улыбнулась Энни. — Но я думаю, мой бывший всегда будет рядом, чтобы контролировать ситуацию, — процедила она сквозь зубы.

— Как здорово всегда иметь кого-то рядом в трудный момент, — задумчиво проговорила Келли.

— Но только не тогда, когда ты всем объявила, что хочешь быть независимой, — пробормотала Энни. Досада, прозвучавшая в ее голосе, была Келли понятна. Она тоже не нуждалась в мужчине, который постоянно опекает и контролирует. Она решила быть умной и самостоятельной, во всем стать полной противоположностью своей матери. Не важно, сколько препятствий встретится на ее пути. Насколько унизительной в недалеком будущем вырисовывалась обходительность человека, которого она когда-то любила. Роман давно закончился. Последствия — нет. Келли может справиться с неразберихой, ее младшая сестра — нет. И Келли не хотела, чтобы Тесс слышала сплетни и всякого рода намеки, как раз теперь, когда все у нее шло хорошо. Келли лишь надеялась, что расстояние между Нью-Йорком и Серендипити поможет Тесс, когда начнутся неприятности.

— Мужчины просто не понимают нас, женщин, правда? — сказала Энни, отвлекая Келли от тревожных мыслей.

— Нет, не понимают, — вздохнув, кивнула Келли.

— Личный опыт?

— К сожалению, да, — нахмурилась Келли. Еще слишком свежи были воспоминания о предательстве и сердечных ранах, пережитых в прошлом году.

— Прости, — выдохнула Энни, — мне ничего не известно о твоем, но у моего бывшего — самые добрые намерения. Слово «ответственность» он возводит в высшую степень.

— А мой бывший друг, — с трудом сглотнула Келли, — слишком легко относился к слову «обязательство».

— Простите, — прервал их разговор пожилой мужчина, пытаясь подойти к стойке, чтобы добавить молока в свой кофе.

— Пожалуйста, — посторонилась Келли, и они вместе с Энни пошли к выходу.

— А если сегодня чуть позже я позвоню в офис отца, мы обменяемся телефонами и договоримся о ленче? — спросила Энни.

— Конечно, отличная мысль, — кивнула Келли.

У кофейни они расстались, и Келли направилась в офис Ричарда в центре города. Она размышляла о том, как благодарна этому человеку за помощь в спасении сестры и за хорошую работу. Вдоль дороги стояли здания, первые этажи которых занимали магазины, выше — небольшие квартиры. Такая квартира над баром «У Джо» была и у нее.

Открыв дверь, Келли вошла в офис.

— Ричард? — позвала она.

Никакого ответа.

Маленький офис был пуст. Очевидно, сегодня она его опередила, что было совсем необычно. Ричард принадлежал к породе людей, которые рано приходят на работу и поздно уходят домой, хотя жена не раз пыталась уговорить его работать поменьше, возможно, взять помощника, чтобы уменьшить нагрузку.

Келли села за стол в небольшой комнатке с окном, которая ей нравилась. Она уже знала, над каким делом ей надо работать и что надо сделать сегодня, но все равно достала календарь и просмотрела список на сегодняшний день, который составила в пятницу перед выходными. Для нее это была часть рутинной работы и способ никогда ничего не забывать.

Семь часов вечера — у Тесс родительское собрание.

Поскольку Итан уехал, на собрание она пойдет с Диром. Лучше с ним, чем с другим братом. С тем, которого она намеренно выбросила из головы после поцелуя в субботу.

Но что это был за поцелуй!

Келли гордилась собой за то, что сохранила бесстрастное выражение лица, но она не была уверена, что ей удалось сохранить его в тот момент, когда вмешалась Тесс. Сестра дулась всю дорогу до дома, но ни слова не сказала о том, что видела, и не вспомнила об этом на следующий день. Если Тесс не собирается это обсуждать, то Келли тем более.

И, учитывая, что Нэш молчал, он тоже не собирался говорить об этом. И это беспокоило Келли. Причем сильно.

Понятно, что она немного выпила и была слишком напористой, но ведь она, без сомнения, почувствовала жар его тела, и было очевидно, что ему не просто понравился поцелуй. Только потом он вел себя странно.

Келли сказала себе, что ее не должно волновать, что подумал или почувствовал Нэш. На примере матери и на своем собственном она научилась полагаться только на себя. И хотя она, возможно, была увлечена Нэшем, его чувства не имеют никакого значения. Даже если у него тоже появился интерес к ней, короткий роман станет катастрофой, потому что причинит боль Тесс. А короткий роман — это все, во что могла впредь позволить себе поверить Келли.

Глава 2

Нэш вошел в «Семейный ресторан», куда для встречи за ленчем его пригласил Дир. В этом не было ничего необычного. Нэш и Дир всегда были близки. Даже когда их взяли на воспитание разные семьи, это не смогло разрушить связь, существовавшую между ними. Ничто и никогда не разрушит ее.

Похожее на вагон-ресторан заведение располагалось на окраине города и последние двадцать лет стало визитной карточкой Серендипити. Владельцы оставались прежними, только поколения членов семьи Донован сменяли друг друга. Нэш помахал рукой хозяйке, Мейси Донован, с которой ходил в школу, до того как его забрали к себе Россманы, усыновили и отправили учиться в частную школу. Она помахала ему в ответ, указав туда, где в глубине зала на диване с высокой спинкой сидел Дир.

Нэш в мгновение ока нашел бы его по синей полицейской униформе. Он присоединился к брату, присев на обитое потертым винилом сиденье.

— Надеюсь, ты не станешь возражать, я тут сделал заказ для тебя. У меня сегодня не очень много времени, — сказал Дир. — Короткий обеденный перерыв.

Будучи адвокатом, Нэш сам распоряжался своим временем.

— Хорошо, спасибо. — Нэш позвал официантку, которая была женой одного из Донованов.

— Что вам принести? — с улыбкой спросила Джина, рыжеволосая женщина средних лет.

— Мне — колу, — сказал Нэш.

— Вам повторить? — обратилась она к Диру, увидев его пустой стакан.

Тот кивнул.

— Сейчас все принесу, — пообещала Джина.

— Спасибо, — хором сказали братья.

— Ну как ты, пришел в себя после свадьбы? — откинулся на диван Нэш. Он видел, как брат наслаждался своим выходным.

Нэш не знал точно, что тот пил, воду или водку, но с уверенностью мог сказать, что Дир хорошо провел время.

— Да уж, — засмеялся Дир. — Хорошо, что на следующий день, в воскресенье, я был свободен от дежурства.

— Значит, тебе понравилось? — спросил Нэш, у которого на свадьбе не было такого веселья, как у брата.

За исключением ошеломляющего поцелуя.

— Учитывая все обстоятельства, я бы сказал, день прошел хорошо, — сказал Дир.

— Почему ты так думаешь? — Нэш всегда поражался, что, несмотря на тот факт, что Дир рос в семье, где было много детей и слишком мало денег, он стал оптимистом в отличие от Нэша.

— Тесс вела себя прилично, вы с Итаном не подрались, и мать Фейт не слишком нападала на нас. — Дир запрокинул руки на спинку дивана и усмехнулся.

— Это только потому, что великая Лейни Харрингтон не могла оторвать взгляда от бокала вина. — В Серендипити все знали, что мать Фейт считала себя непререкаемым авторитетом, даже после того, как ее муж опозорил честное имя семьи.

Дир пожал плечами, на его лице появилось сострадание, но не отвращение.

— Если бы я потерял дом и все деньги из-за мужа, который возомнил себя Берни Мэдоффом[4], я, возможно, пил бы целыми днями и не берег бы себя для особых случаев. Так мне кажется.

Когда разразился скандал с мошенничеством Харрингтона, пострадали многие. Даже приемные родители Нэша оказались в числе пострадавших, и теперь Нэш представлял интересы многочисленных клиентов Харрингтона в коллективном гражданском иске. Но вероятность того, что пострадавшие когда-нибудь увидят свои деньги, с каждым днем становилась все призрачнее. Преуспел только Итан, который благодаря своим способностям в области программного обеспечения и военной подготовке вернулся в город состоятельным человеком. По всей видимости, он продал военным какую-нибудь систему программирования для воздушного судна, и это дало ему возможность купить на аукционе Харрингтон-Мэншн, после того как отец Фейт попал в опалу.

— Спасибо, Джина. — Нэш откинулся на спинку дивана, пока Джина расставляла еду на столе.

— Я обожаю обслуживать вас, мальчики. Мой муж, Тони, очень хорошо отзывается о вас обоих. Юрист и полисмен. Он говорит, ваши родители гордились бы, — тихо сказала Джина.

— Поблагодари его. — Нэш встретился с понимающим взглядом Дира, наполненным болью о прошлом, которую он разделял с братом.

— Я передам ему ваши слова. Что-нибудь еще? — сменила тему Джина.

— Мне пока достаточно, — сказал Нэш.

— Мне тоже, — добавил Дир. Он подождал, пока ушла Джина, и наклонился вперед: — На чем мы остановились?

— Говорили о Харрингтонах. — В Серендипити эта тема не сходила с уст. Нэш щедро полил свой гамбургер кетчупом и передал бутылочку Диру. — Я мог бы чувствовать жалость к Лейни Харрингтон, если бы думал, что она ничего не знала о делах мужа. Но как, черт возьми, она могла жить с человеком и не знать, что он обманывает всех своих клиентов?

— Можно жить с кем-то, доверять этому человеку и не знать о его жизни почти ничего, — с полной уверенностью заявил Дир. В его голосе появилась нотка, которую Нэш редко слышал.

Они молча приступили к еде, внезапное и необычное изменение настроения Дира напомнило Нэшу, почему братья так упорно старались не ворошить прошлое. Нэш предпочитал жить настоящим, и у него это хорошо получалось, пока в город не вернулся Итан.

— Так по какому поводу ты пригласил меня сюда? — доев гамбургер, спросил у брата Нэш.

— Наших парней свалил грипп. — Дир вытер руки салфеткой и бросил ее на стол. — У нас не хватает людей, поэтому я сказал, что сегодня вечером поработаю еще одну смену.

— Не везет, — заметил Нэш, и Дир согласно кивнул в ответ.

— Поэтому мне нужно, чтобы ты съездил на родительское собрание к Тесс в Берчвуд.

— Мне кажется, наша сестра может возразить против такого изменения планов, — сказал Нэш.

Когда Дир пригласил поехать домой к Итану, Нэш не спорил. Учитывая, как девочка относится к нему, он считал, что Тесс будет признательна, если на собрание поедет Дир, но не он.

— Даже не сомневаюсь в этом, — согласился Дир. — Но ты все равно должен это сделать.

— Нет проблем. — Нэш уже знал, что будет на этом собрании. — Только надену доспехи, когда буду говорить с ней после собрания.

— Ты знаешь, почему у вас не складываются отношения, да?

— Она идеализирует Итана и ненавидит меня за то, что я этого не делаю.

Дир засмеялся.

— Не смешно. Я сделал все возможное, чтобы перетянуть ее на свою сторону, только в ногах у нашего старшего брата не ползал.

— Никто и не ждет, чтобы ты ползал у него в ногах. — Дир махнул Джине, чтобы она принесла чек. — Итан прекрасно знает, что поступил с нами неправильно. Но мы не можем изменить прошлое, — с внезапно помрачневшим лицом сказал Дир.

Всякий раз, когда оптимистичный настрой Дира вдруг омрачала какая-то тень, Нэш не знал, как на это реагировать, и им овладевало чувство беспомощности. Он впервые его испытал, когда Ричард Кейн объяснил Нэшу, что братья будут разделены.

— Нам просто надо продолжать двигаться вперед, — сказал Дир, не подозревая о реакции Нэша на его изменившееся настроение.

— Что касается возвращения Итана, я стараюсь изо всех сил, — ответил Нэш.

— Я знаю. Когда Тесс повзрослеет, она тоже изменит свое отношение. Ну а пока в семь часов просто надо заехать домой за Келли и в семь тридцать быть в школе.

— Келли? — От упоминания этого имени у Нэша пересохло во рту.

— А ты думал, я собираюсь туда один? — удивился Дир. — Келли тоже хочет увидеть, как меняется Тесс. — Он с улыбкой внимательно изучал Нэша. — Или у тебя и с Келли тоже проблемы?

— Ответ тебе уже явно известен, — уступая брату, нахмурился Нэш. — Кто тебе рассказал?

— Нашу сестру не слишком обрадовало, что ты… — Дир усмехнулся, явно получая удовольствие, — цитирую: «прошелся языком по шее Келли».

— Это была случайность, — покраснел Нэш.

Смех Дира привлек внимание других посетителей ресторана, они стали оглядываться на них.

— Что Тесс застала тебя — это случайность или что ты целовал Келли? Я не уверен, что это было, — понизил голос Дир, — но ты хотел ее с той самой минуты, как увидел.

«Нет!» — хотелось крикнуть Нэшу, но он сдержался. Зачем отрицать очевидное и продолжать нелепый разговор?

— Это ни к чему не приведет, — сказал он вместо этого.

— Почему нет? Ты вроде как больше не женат. Просто ведешь себя как чрезмерно заботливый муж.

— Моей бывшей жене нужен кто-то, кто будет помогать.

— Так позволь ей самой найти такого человека, — сказал Дир, заботясь о нем, как они всегда поступали по отношению друг к другу. — Послушай, с тех пор как Итан слинял, ты взял на себя роль покровителя. Ты приносил мне свою одежду, ты даже приносил мне еду. Но нельзя потратить всю свою жизнь, доказывая, что ты никогда не поступишь так, как он.

— О Господи, — пробормотал Нэш, не ожидая, что Дир будет таким проницательным и жестоким одновременно. — Я не буду говорить об этом.

— Ладно, — подчиняясь, поднял руки Дир.

— Мы друзья, — сказал о бывшей жене Нэш.

— Хорошо. А как насчет тебя и Келли?

Вот это проблема. Нэш представления не имел, что будет дальше. Но теперь благодаря переменам в планах Дира у него явно появится шанс прояснить ситуацию.

Нэш стоял у входа в особняк Итана. В день свадьбы было тепло, примерно двадцать градусов тепла, но сегодня днем температура едва поднялась до пятнадцати, а сейчас было и того холоднее, всего градусов десять, дул ветерок, погода установилась осенняя. Нэш был одет в тот же самый спортивный пиджак, который выбрал сегодня для работы, и звонил в дверь, желая поскорее оказаться в доме.

Через несколько секунд дверь широко распахнулась и на пороге появилась Тесс. Ее волосы, некогда иссиня-черные, теперь были светло-каштановыми, а красная прядь побледнела и почти исчезла. Одета она была в спортивные брюки и футболку с принтом, как обычный подросток, и Нэш оценил эту перемену.

Пока Тесс не открыла рот.

— А, это ты? — пробормотала она.

— Я вижу, ты не очень-то довольна.

Тесс сложила руки на груди и стояла молча.

— Ты позволишь мне войти? — вежливо спросил Нэш, решив сохранять терпение и невозмутимость.

— Почему ты здесь? Я думала, Дир пойдет с Келли на родительское собрание.

Ну вот, приехали, подумал Нэш.

— Дир должен работать, поэтому я вместо него.

— Шикарно.

Нэш заставил себя улыбнуться. Но он все еще стоял на улице на коврике у входной двери, как какой-то незнакомец, которому Тесс не знала, можно ли доверять.

— Так мне можно войти?

Тесс отошла в сторону. Нэш вошел в дом и закрыл за собой дверь. Он пристально смотрел на Тесс, а она на него.

— Как дела в школе? — спросил он.

— Думаю, ты довольно скоро узнаешь, — с фальшивым добродушием ответила Тесс.

— Келли готова? — сдался Нэш.

— Келли! — крикнула, повернувшись к лестнице, Тесс. — Здесь дамский угодник! Он пришел за тобой.

Нэш поморщился. Он понимал, насколько их поцелуй с Келли повлиял на отношения с сестрой.

— Послушай, Тесс, насчет того…

— Хватит, надоело. — Тесс в знак протеста подняла руку. — Все, что ты скажешь, это будет СМИ, а я не хочу это слышать.

— Ну а что такое СМИ? — спросил он, смирившись с тем, что она разговаривает с ним как с полным ослом.

— Слишком много информации[5], — закатила глаза Тесс, всем своим видом демонстрируя раздражение. — Келли! — крикнула она, на этот раз еще громче.

— Иду! — Келли появилась на лестнице и начала спускаться вниз. В черных леггинсах и длинной блузке пурпурного цвета она выглядела очень сексуально, и Нэш залюбовался ею.

Он вдруг вспомнил, что это не свидание, а кроме того, пока нельзя думать о ней иначе как о сестре Тесс. Самое главное сейчас — наладить отношения с сестрой.

— Привет! Дир прислал мне эсэмэску, что вместо него будешь ты, — сказала Келли, грациозно ступая по ступенькам. — Тесс, в следующий раз пригласи брата войти и присесть!

— Все в порядке. Мы просто болтали. — Нэш встретился глазами с Тесс, как бы спрашивая, не желает ли она возразить.

— О! — удивилась Келли. — Это хорошо. Я только обуюсь и готова. — Она открыла шкаф в холле и вытащила пару высоких сапог.

— Итак, какие планы на сегодня? — обратился Нэш к Тесс, пытаясь отвлечь свое внимание от Келли, которая, стоя к нему спиной, наклонилась, натягивая сапоги.

— Почем мне знать? — пожала плечами Тесс.

— Тесс! Перестань грубить. — Келли сняла с вешалки кожаный пиджак, закрыла дверцу шкафа.

— Всякий раз, когда я оставляю вещи в своей комнате, Розалита развешивает их в шкафу в холле, как будто я живу здесь, — смущенно сказала Келли.

— Просто это ее работа.

— Не знаю. Когда я росла, у меня не было экономки.

У родителей Нэша тоже не было экономки, но когда он оказался в семье Россманов, у них была женщина по имени Консуэло, которая вела хозяйство, как и Розалита. Но Нэш решил поговорить об этом потом.

Когда Келли стала надевать пиджак, Нэш стал ей помогать, расправив его, чтобы она могла попасть в рукава. За ними пристально наблюдала Тесс, поэтому Нэш принял равнодушный вид, стараясь не показать своего волнения, когда уловил запах клубничного шампуня от ее волос.

— Ну вот, я готова. Тесс, если что-то нужно, Розалита здесь. Веди себя хорошо, — сказала она сестре.

— Того же желаю вам обоим, — пробормотала Тесс.

— Расслабься, иди посмотри телевизор, — предложил Нэш.

— У меня другие дела, — ледяным голосом сообщила Тесс.

— Тогда займись ими.

— Не обращай на нее внимания, — взяла его за руку Келли и повела к двери.

Нэш последовал за ней, благодарный, что избавился от чувства неловкости во время общения с Тесс. Но как только дверь за ними закрылась и Нэш осознал, что они остались одни, он понял, что снова оказался в затруднительной ситуации.

С момента своего прибытия в Серендипити Келли нередко сталкивалась с тем, чего у нее в жизни никогда не было. У нее никогда не было прислуги, она никогда не жила в особняке и никогда не ходила в частную школу. Войдя в школу в Берчвуде, она тут же подумала, что недовольство сестры униформой скорее связано с обстановкой, царящей здесь, чем с самой одеждой. Это не бесплатная школа с тусклым освещением в холлах, старыми металлическими шкафчиками и выцветшим дешевым линолеумом повсюду. Деньги влияют не только на внешнюю обстановку, но и на отношения родителей и учителей.

— Что-то не так? — спросил Нэш.

Келли, удивленная его вопросом, остановилась на пути в классную комнату, где их должна была встретить учительница.

— Почему ты решил, что что-то не так?

— Как только мы вошли сюда, ты напряглась. И потом, по дороге сюда ты без умолку болтала обо всем на свете, а как вошли в школу, не сказала ни слова. — Держа руки в карманах пиджака, Нэш прислонился к одному из ярко раскрашенных металлических шкафчиков и внимательно смотрел на нее проницательными, синими, как океан, глазами.

— Я болтала в машине, чтобы ты чувствовал себя спокойно, — солгала Келли. Она болтала, чтобы самой не потерять хладнокровие и не попросить его снова поцеловать ее. Ее определенно влекло к этому человеку, но Келли ради сестры решила не поддаваться соблазну. И не важно, насколько привлекателен для нее он был.

— А что теперь изменилось?

Келли нахмурилась. Со своей короткой дорогой стрижкой Нэш отлично вписывался в обстановку этой школы. И только то, что она видела, как неловко он чувствовал себя на свадьбе собственного брата, позволяло ей сейчас считать себя равной ему.

— Ну? — торопил ее Нэш. — Мы опоздаем, если будем стоять здесь.

— Тогда пошли.

— Нет, пока ты не расскажешь мне, что тебя беспокоит.

Беспокойство, прозвучавшее в его голосе, тронуло Келли.

— Просто это место — слишком крутое для меня, — призналась Келли.

— Хочешь знать правду? Для меня оно тоже слишком крутое. Если бы не тот факт, что мои приемные родители были богаты, я бы чувствовал себя здесь так же неуютно, как и ты. Просто я привык к этому раньше, вот и все.

Келли была удивлена его откровенностью, доверием, ей льстило, что он пытается что-то объяснять. Итан однажды обмолвился, что подвел братьев, и теперь ей хотелось расспросить обо всем Нэша, но сейчас было не время.

— Просто подними высоко голову и верь, что ты на своем месте. Все будет хорошо. — Нэш сжал ее руку, и от этого неожиданного подбадривания у Келли перехватило дыхание.

Он был настолько закрыт для окружающих, что ей и в голову не приходило, что он такой добрый. Теперь он стал для нее еще привлекательнее.

— Спасибо, — улыбнулась Келли.

— Не за что.

— И не беспокойся. Я никому не скажу, что за такой неприступной внешностью скрывается хороший парень, — рассмеялась Келли.

— Но я и есть хороший парень, — удивленно поднял бровь Нэш.

— Тогда улыбайся почаще. Может, больше людей об этом узнает. — Таких, как Тесс, подумала про себя Келли, но вслух этого не сказала. Ей не хотелось напоминать ему о напряженных отношениях с сестрой.

— Пошли, всезнайка. — Нэш положил ей руку на спину и повел в класс.

Учительница Тесс, Джулия Бернард, уже немолодая, жестом показала им войти и подождала, пока они усядутся за столом напротив.

— Итак, — сказала мисс Бернард.

— Мы с нетерпением хотим узнать о Тесс, — начала Келли. — Кстати, я ее сестра, Келли Мосс. — Келли протянула руку, и учительница пожала ее. Пожатие было холодным.

— А я ее брат. Нэш Баррон. — Он тоже пожал учительнице руку.

— Я понимаю, у Тесс сложная семейная ситуация, — почти не разжимая губ, сказала она.

— Да, но не сложнее, чем у многих детей сегодня, — улыбнулась Келли. — Тесс живет со своим братом Итаном. Сейчас он в свадебном путешествии.

— Значит, вы все связаны родством? — поинтересовалась мисс Бернард.

— Мы с Тесс — родные по матери, — пояснила Келли. — У Нэша, Итана и Тесс — один отец. Ситуация, конечно, непростая.

— Ну что ж, это многое объясняет, — заявила учительница, сложив руки на столе.

Келли почувствовала раздражение.

— Могу вас заверить, у Тесс крепкий тыл, ее окружают любящие люди. Поэтому, может быть, вы скажете нам, что означают ваши слова «это многое объясняет»?

— Ваша сестра — девочка с вызовом.

«Как и ты», — подумала Келли.

— Как большинство девочек-подростков.

Нэш положил руку на плечо Келли, предупреждая, что надо успокоиться.

— Но только не здесь, мисс Мосс. В нашей школе мы возлагаем на учеников большие надежды.

Интересно, может ли ее нос подняться еще выше?

— Тесс ведет себя в классе импульсивно? — подался вперед Нэш.

— Не особенно, — посмотрела ему в глаза мисс Бернард.

— Огрызается? — не останавливался Нэш.

Келли закусила щеку изнутри, не понаслышке зная, какой скверной могла быть Тесс.

— С учителями и сотрудниками школы — нет, — покачала головой учительница.

— Тогда в чем проблема? Вы просто не любите ее? — не сдержалась Келли. Было совершенно понятно, что у этой женщины есть проблемы с Тесс.

— Как я уже сказала, Тесс — девочка с вызовом. Она делает то, о чем ее попросили, но неохотно. Задания выполняются вовремя, но кажется, что делали их в спешке. У нее такое отношение к учебе, которое здесь неприемлемо.

«А что приемлемо? — подумала Келли. — Дети Степфорда[6]?»

— Мы обязательно поговорим с Тесс об этом, но я чувствую, здесь есть что-то еще, — сказал Нэш, — другая причина, по которой вы не любите Тесс, в этом я согласен с Келли. Тесс ведет себя как обыкновенная девочка-подросток. — Нэш держался руками за край стола, от напряжения у него побелели костяшки пальцев. — А вам, оказывается, это не нравится.

Келли поняла позицию мисс Джулии Бернард, но она полагала, что Нэш будет критиковать Тесс. Однако его проницательность удивила Келли.

Она сложила руки на груди и ждала ответа учительницы.

— Ну что ж, ладно. — Мисс Бернард поправила очки на носу. — Мне хорошо известно, что мистер Баррон — Итан Баррон — выписал чек на приличную сумму, чтобы устроить свою сестру в эту школу. И если бы школе не был нанесен финансовый ущерб отцом его жены, Мартином Харрингтоном, нашему учреждению не нужны бы были эти деньги.

— И такого ребенка, как Тесс, сюда бы не приняли? — горько спросила Келли.

— Да, — не моргнув глазом, ответила мисс Бернард.

— Как вам не стыдно, — вставая, сказал Нэш. Он взял Келли за руку, заставляя ее тоже подняться и встать рядом с ним.

Келли была настолько потрясена, что подчинилась ему, восхищаясь его поведением.

— Что, простите? — произнесла мисс Бернард.

— Я сказал, как вам не стыдно. Как педагог, вы должны быть терпимой и воспринимать каждого ребенка как личность. Сейчас я вижу только предвзятое отношение к ребенку, у которого была трудная жизнь, а ее брат позаботился о ней, чтобы дать второй шанс.

Не говоря о том, что он помог вашей школе стабилизировать финансовое положение.

Келли хотелось аплодировать.

Мисс Бернард встала. Маленький рост ей в этом деле не помощник.

— У меня есть коллеги, которые потеряли работу из-за отца Фейт Харрингтон. Программы были сокращены. Дети, которые преуспевали здесь, вынуждены были вернуться в бесплатные школы, когда их родители лишились своих сбережений! — дрожащим от гнева голосом сказала мисс Бернард.

— Так случилось и с моими родителями, — сказал ей Нэш. — У моего приемного отца случился сердечный приступ, и он вскоре умер. Но мои родители по крайней мере обрушили свой гнев на человека, который виноват в этом. А вы злитесь на ребенка.

Нэш повернулся, собравшись уходить, но у Келли было что добавить.

— Можете быть уверены, что Итан Баррон, который так щедро обеспечил эту школу деньгами, узнает, как здесь относятся к его сестре.

Келли, тяжело дыша, выбежала из класса, следом за ней вышел Нэш.

— Ты был восхитителен! — сказала она, когда они оказались в холле. — Как ты защищал Тесс! Итан с Фейт тоже будут благодарны тебе за поддержку.

— Я сделал это не ради них. — Нэш, прислонившись к стене, ущипнул кончик носа.

— Я знаю. Ты сделал это ради Тесс.

— Которая не оказалась бы в таком положении, если бы не Итан.

— Но у нее и возможности такой не было бы, — тихо напомнила ему Келли, осторожно положив руку на плечо Нэша.

Он встретился с ней взглядом, и в его глазах она увидела боль, которая глубоко тронула ее.

— Я хочу помочь, — тихо сказала Келли.

— Хорошо, — выдохнул Нэш, — поехали.

— Куда?

— В одно место, где ты сможешь узнать всю грязную историю братьев Баррон.

Глава 3

Нэш и Келли ехали по центру Серендипити. Было еще светло, но уличные фонари уже зажглись в преддверии наступления темноты. Нэш ехал по знакомым закоулкам, пока не добрался до небольшого дома в конце тупика. Этот дом он знал так же хорошо, как свое собственное имя. Когда-то они с Итаном и Диром играли здесь во дворе и здесь же научились ездить на велосипеде по кругу. Нэш смотрел на старое строение, которое все еще считал своим домом. Даже окна комнаты, где они жили с Диром, все еще были в ярких оранжево-красных наклейках, которые в случае пожара указывали пожарным, где находятся дети. Интересно, в этой комнате все так же живут дети, подумал Нэш, или новым владельцам просто лень снимать наклейки?

— Где мы? — спросила Келли, прерывая его мысли.

— Я здесь вырос. — Нэш показал на дом, у которого припарковался. — Итан, Дир и я.

Келли огляделась. Она прекрасно понимала, что эта история не из легких, и молчала, ожидая продолжения. Нэш не пускал в свое детство посторонних. Он не мог объяснить, почему сейчас решил довериться ей. Хотя это было как-то связано с Тесс, но в большей степени имело отношение к самой Келли. Ее проницательность и спокойное понимание ситуации облегчали задачу.

— Мы с братьями были близки. Все трое, — начал Нэш. — Что касается родителей, то отец много ездил, а когда был дома, они с матерью часто ссорились, главным образом из-за его отсутствия. Он хорошо обеспечивал семью. По крайней мере я это так видел, пока…

— Пока вы не узнали про Тесс.

Нэш кивнул, вспомнив, насколько был потрясен, когда, стоя на кухне у Итана, услышал, что у них есть сестра, о существовании которой они не подозревали. Стало ясно, что у отца был роман на стороне. Нэш настолько не хотел признавать очевидное, что настаивал проверить результаты теста ДНК, которые передала Итану Келли. С тех пор у него было много времени, чтобы мысленно вернуться в свои детские годы, когда они все были одной семьей.

— Я знал, что у родителей были проблемы, но они были у родителей многих моих друзей. Мы не задумывались, что эти ссоры означали.

— Я понимаю, — кивнула Келли. — Мне никогда не хотелось думать о том, чем занималась моя мать каждую ночь, когда уходила из дома.

Нэш встретился взглядом с Келли и понял, как мало он знает о ней и о своей новой сестре.

— И как же вы с Тесс переживали это? — спросил он.

— О нет, не переводи разговор на меня. Мы же находимся перед домом, где прошло твое детство. Давай поговорим про мальчиков Баррон, — улыбнулась Келли.

Раньше Нэш не хотел знать о жизни Келли и Тесс. Теперь ему было интересно узнать о них как можно больше.

— Ладно, но это означает, что ты будешь в долгу передо мной, — предупредил Нэш.

— Хорошо. — Келли подложила под себя ногу и устроилась поудобнее. — Я не отказываюсь от своих долгов.

— Приятно слышать, — рассмеялся Нэш.

— Итак?.. Рассказывай дальше. Ты был близок с обоими братьями, что случилось?

— Представляешь, а я только что подумал о том, как твое молчание помогает мне, — покачал головой Нэш, удивленный внезапной переменой в ней.

— Ты уже однажды попытался закончить разговор, — усмехнулась Келли. — Я просто хочу убедиться, что ты не сделаешь этого снова.

Нэш закатил глаза, но ему нравилось, как она шутила и старалась помочь ему или поднять настроение.

— У Итана и Тесс много общего, — продолжал Нэш свой рассказ.

— Как так?

Нэш вспомнил хулиганские манеры и враждебность своей сестры, когда этим летом она появилась на пороге дома Итана.

— Он тоже был трудным подростком. Водил дружбу со шпаной, пропадал ночами, пил и буквально сводил с ума родителей.

— Сейчас он производит впечатление очень приличного парня! — захлопала ресницами Келли, явно удивленная таким признанием.

— Именно это меня и бесит. Все видят в нем спасителя. А я знаю правду. Черт, я пережил это, — сжав зубы, процедил Нэш.

— Успокойся, — Келли прикоснулась рукой к его щеке, — и расскажи.

Нэш сделал глубокий вдох.

— Мы с Диром тоже не были ангелами, — сказал он наконец.

— Но?

— Но Итан был источником бед. Однажды ночью он не пришел домой. Родители настолько привыкли к этому, что никто не искал его, пока в три часа ночи не раздался телефонный звонок. Его арестовали за угон автомобиля. Родители отправились выручать его, и по дороге в полицейский участок их насмерть сбил пьяный водитель.

— Прости. — Келли придвинулась к нему ближе. Теперь они были в нескольких дюймах друг от друга.

— Но это еще не все.

— Я слушаю.

— Судья с пониманием отнесся ко всему и дал Итану второй шанс, но он, вместо того чтобы вернуться домой ко мне и Диру, исчез в неизвестных краях, и мы десять лет ничего не слышали о нем. — Нэш чувствовал, как его охватывает ярость, так было всегда, когда он вспоминал об этом.

— Куда он уехал? — тихо спросила Келли.

— Разве это важно?

— Думаю, нет. — Келли положила руку на сжатый кулак Нэша.

Куда уехал его брат и почему он сделал такой выбор, могло бы иметь значение, если бы Нэш собирался когда-нибудь отпустить свою боль и гнев. Она хотела помочь ему в этом, но поняла, что сделать это трудно.

— Что произошло с тобой и с Диром? — осторожно спросила она.

— Мы воспитывались в чужих семьях. — Без предупреждения Нэш завел машину и нажал на педаль газа.

Келли, не задавая вопросов, знала, что они едут туда, где продолжалась эта история. Она ценила его откровенность и хранила молчание всю дорогу, боясь, что какое-нибудь неосторожное слово помешает ему продолжить рассказ.

Келли удивилась, когда он подъехал к особняку, очень похожему на тот, где жили Итан с Фейт.

— Вот дом, в котором я вырос после смерти родителей, — нарушил молчание Нэш.

— Красивый.

— Ты так считаешь? — Нэш наклонил голову, нажал на акселератор.

Они развернулись, еще раз проехали через центр и оказались в самом ветхом районе Серендипити. Открывающаяся панорама полностью опровергала название города[7]. Уличного освещения практически не было, стены расписаны граффити, вдоль темной улицы толпились шайки мальчишек в кожаных куртках, а может, это были взрослые.

Келли неприязненно передернула плечами.

Нэш проехал дальше. За ветхими кварталами стояли такие же убогие домишки. Изредка свет фонаря на крыльце выхватывал из темноты то разбитое окно, то разломанные деревянные перила. Нэш остановился у дома, в котором окно на фасаде было разбито и заклеено прочной лентой, а веревки, оплетавшие крест-накрест вход, мешали войти на крыльцо.

— А сейчас мы где? — в полной тишине спросила Келли.

— Здесь вырос Дир.

— Подожди, я знаю, что вы оба воспитывались в чужой семье, но…

— Ты думала, мы жили вместе? — хрипло рассмеялся Нэш.

— Ну да, — хлопала ресницами Келли.

Нэш на мгновение прикрыл глаза. Когда он вновь их открыл, Келли увидела, что его мысли где-то далеко.

— Нет, мы были не вместе.

Так вот где источник его гнева и обид, подумала Келли. Ему было не больше шестнадцати. Он потерял родителей, его бросил старший брат, а потом у него отобрали младшего брата.

— Как это случилось? — тихо спросила Келли.

— В то время Ричард Кейн был прокурором округа. Он сказал мне, что Итан уехал и нам с Диром придется отправиться на воспитание в другую семью. Еще он сказал, что постарается оставить нас вместе. Пару дней мы ночевали у своего друга, потом появился Ричард и объяснил, что как ни старался, не смог найти семью, которая приняла бы нас двоих.

Келли сочувственно вздохнула.

Нэш вдруг рассмеялся, и Келли решила слушать, но не показывать своих чувств.

— Но почему твоя семья не могла взять Дира? Ведь понятно, что у них были деньги.

— Я и по сей день не знаю, — пожал плечами Нэш. — Ричард говорил, что были какие-то причины. Россманы были хорошими людьми. За год до этого они потеряли собственного сына.

Келли покачала головой, потрясенная услышанным. А ведь Нэш пережил это, и в тот момент ему было всего шестнадцать лет.

— Ты знал их сына?

Нэш положил руки на руль и покачал головой:

— Он ходил в частную школу. Но весь город знал эту историю. Отключилось электричество, и дети, которые учились в этой школе, закончили занятия раньше и отправились домой к кому-то, у кого родители были за городом. Там они выпивали, одно цеплялось за другое, один парень устроил драку и ударил Стюарта Россмана. Тот упал и ударился головой. Увидев, что он не встает, остальные запаниковали. Одни убежали, другие сначала убрали следы пьянки и только потом вызвали Службу спасения.

— Какой ужас!

— Мне кажется, что Россманы взяли в семью меня, потому что я был такого же возраста, что и Стюарт. Они никогда не хотели двух детей. Когда я стал старше, я пытался поговорить с ними о брате, но они всегда останавливали меня. На самом деле все это странно, поскольку во всем остальном мы были очень близки. Они разговаривали со мной обо всем.

Келли не знала, что сказать, но чувствовала, что Нэш ждет от нее сочувствия и понимания.

— У тебя, должно быть, все перепуталось, — прошептала она. — Ты чувствовал вину за плохие условия, в которых жил брат, но при этом был благодарен за то, что имел сам.

— Тебе надо было стать психотерапевтом, — повернув голову, заглянул ей в глаза Нэш.

— Это нетрудно понять, — покачала головой Келли. — Я просто поставила себя на твое место.

— Я боялся, что Дир возненавидит меня. Я несколько раз убегал из дома, надеясь расставить все точки над i, но копы находили и возвращали меня домой. В конечном счете я понял, что у меня нет выбора. Большую роль здесь сыграл Ричард, который разговаривал со мной и сделал все, чтобы я понял, что Флоренс и Сэмюел — хорошие люди, что они просто не могли поступить по-другому. Я до сих пор не понимаю почему.

— Как ты справился? — Келли чувствовала, как все внутри у нее сжимается.

— Честно? Дир помог мне в этом. Он не злился ни на меня, ни на Россманов. В пятнадцать лет он был взрослее, чем я в шестнадцать. Я просто делал для него что мог. Я приносил ему еду, отдавал свою одежду, которая еще имела приличный вид.

Келли представляла себе его ребенком и понимала, что его боль все еще остается с ним.

— Ты хороший человек, — сказала она, чувствуя, как ему сейчас нужна поддержка.

— Хороший человек сделал бы все, чтобы брату было так же хорошо, как и ему.

— Такой, как ты сейчас, возможно. Но тогда ты был ребенком и делал все, что мог. — Келли придвинулась ближе к нему. — Ты можешь жить без чувства вины.

Нэш повернул голову, и их губы оказались так близко, что Келли не поняла, кто первым сделал движение навстречу. Их поцелуй оказался не безумным и страстным, а скорее наполнил их чувством заботы и нежности, которое потрясло и напугало Келли. Потому что теперь она лучше знает Нэша. Ее переполняли эмоции, и она понимала, что он скорее всего в таком же состоянии.

Внезапный стук в окошко машины напугал Келли, и она резко отпрянула от Нэша.

— Что за… — Нэш повернулся, открыл окно, и их ослепила вспышка электрического фонарика.

— Я получил сигнал, что кто-то присматривается к месту будущего ограбления, — послышался знакомый голос.

— Погаси ты этот чертов фонарь, — пробормотал брату Нэш. — Ты знаешь мою машину, поэтому брось играть в игры.

Офицер Дир Баррон щелкнул переключателем на фонарике и наклонился, чтобы заглянуть в машину.

— Вы не могли найти более удачное место, чтобы обниматься? — ухмыльнулся Дир.

Опять прервали, смущаясь, подумала Келли. И на этот раз они даже не целовались по-настоящему, они просто…

— Мы просто разговаривали, — сказал брату Нэш.

— Да, я видел ваш диалог. Мама Гарсия позвонила в полицейский участок, — сообщил о своей приемной матери Дир.

— Скажи ей, мне очень жаль, что мы ее напугали. Я просто возил Келли по местам Барронов в Серендипити.

Дир с понимающим видом кивнул. Младшему брату не надо было ничего объяснять.

— Я передам ей. Можно совет? — В темно-карих глазах Дира явно блеснул озорной огонек.

— Может, не надо? — сказал Нэш.

— Когда в следующий раз вы захотите целоваться, отправляйтесь куда-нибудь в более уединенное место. Что за привычка обращать на себя внимание? — со смехом сказал Дир.

Он выпрямился во весь рост, дважды стукнул по крыше машины и пошел прочь.

Келли сидела с обиженным видом, а Нэш совсем смутился. И даже не потому, что его опять застали целующимся с Келли. Он вдруг осознал, что теперь она знала его самые сокровенные тайны. Ну ладно, не тайны, потому что любой в этом городе мог повторить историю семьи Баррон, но она интуитивно догадывалась, как именно эти обстоятельства повлияли на него.

Но разве не поэтому он рассказал ей обо всем, что рядом с ней он чувствовал себя менее одиноко? Даже его бывшая жена, с которой они оставались друзьями, не понимала его так хорошо, как Келли. И он ее не понимал, иначе не был бы так удивлен, когда она попросила его о разводе.

Келли встретилась с ним взглядом. К удивлению Нэша, она продолжала молчать, и ему стало интересно, что она думает.

— Не так забавно, как тогда, да? — сказала вдруг Келли.

— Что?

— Поцелуй… Он был не таким забавным, как тот. Этот — более серьезный.

Нэш смутился еще больше. Она заговорила первой, да еще с такой откровенностью.

— Да, он не был забавным, — согласился Нэш.

— Эй! — шутливо толкнула его в плечо Келли, явно не ожидая, что он согласится с ней.

— Он был гораздо более напряженным, — сказал Нэш хриплым голосом.

— Да. О том поцелуе…

Нэш понял, что она явно хотела поговорить о них, а Нэш ненавидел обсуждать свои чувства. Разве мало признаний он сделал для одного вечера?

— Мы не можем продолжать в таком духе, — сказала вдруг Келли, чем сильно удивила его.

Он-то думал, что ей захочется большего.

— Согласен, — ответил Нэш, хотя ему вовсе не хотелось соглашаться.

— Ты согласен? — На этот раз удивилась Келли и, может, была даже немного задета.

Помимо влечения к друг другу оба испытывали смешанные чувства, и Нэш немного успокоился, что не одинок в своем смятении.

— Я действительно согласен, — заставил себя продолжить этот трудный разговор Нэш. — Мы не можем продолжать подобные отношения. Из-за Тесс, — ухватился он за самое банальное объяснение.

Он не мог сказать, как она очаровала его и как прекрасно его понимала. Он боялся стать слишком уязвимым. Его бывшая жена, возможно, не обладала такой интуицией, как Келли, но он любил ее, и ее просьба о разводе, внезапное желание независимости стали для него ударом исподтишка.

Он ушел, но урок усвоил. Он должен беречь от ударов свое сердце.

— Именно. Мы не можем продолжать это из-за Тесс, — с разочарованным лицом вздохнула Келли. Она надеялась, что он захочет развивать отношения, а не разорвать их.

— Мне кажется, нам лучше уехать, пока Дир не получил еще один звонок о том, что мы припарковались здесь.

— Да-да.

— Итак, насчет Тесс и школы… — Нэш повернул ключ зажигания.

— Я подумала, мне следует поговорить с ней о мисс Бернард. Понять, существуют ли другие проблемы, прежде чем принимать какое-то решение, — сказала Келли.

— Хорошая мысль, но я сомневаюсь, что она захочет говорить. Но насчет Тесс… — Нэш бросил взгляд в сторону Келли.

Она спокойно сидела на своем месте. Теперь, когда они больше не говорили о них самих, в ней не было никакого напряжения и волнения.

— Теперь я знаю суть вашей с Итаном проблемы и думаю, что сгладить острые углы между тобой и Тесс будет намного легче. Может, придешь как-нибудь на этой неделе поужинать? Так Тесс сможет провести с тобой больше времени в знакомой обстановке.

— С удовольствием, — ответил Нэш, хотя немного удивился.

— Чудесно, — улыбнулась Келли.

— Я очень благодарен тебе за желание помочь мне наладить отношения с Тесс.

— Это самое меньшее, что я могу для нее сделать.

— Почему так? — Нэш свернул на дорогу, ведущую к особняку.

— Это легко объяснить. Потому что Тесс в жизни нужен пример такого мужчины, как ты, — ответила Келли, когда он припарковал машину на подъездной дорожке.

У Тесс уже есть Итан, но все же Келли считала, что Нэш тоже нужен ей. Нэш почувствовал, как внутри разлилось тепло. И сразу подумал, что нельзя расслабляться, учитывая чувства, которые он испытывал к этой женщине. И все же, чувствуя себя абсолютно изолированным после приезда Итана, Нэш не мог отрицать, как замечательно ради разнообразия иметь кого-нибудь на своей стороне.

Нэш вернулся в свою квартиру, которую временно делил с Диром, и обнаружил, что брат уже дома. Он сменил форму на тренировочный костюм и пил апельсиновый сок из пакета, когда на кухне появился Нэш.

— Удачно выбрал время сегодня вечером, — пробормотал Нэш.

Дир открыл холодильник, поставил пакет с соком и повернулся к брату.

— Просто выполнял свою работу. А что ты делал? Только не говори, что просто нес всякую чушь.

— Я рассказывал Келли историю нашей семьи, — пожал плечами Нэш. — Подумал, что наглядность лучше, чем пустая говорильня, поэтому повез ее по тем местам, где мы жили, вот и все.

— Ха!

— Что это должно означать?

— Из нас троих ты самый неразговорчивый, — наклонился над стойкой Дир.

— И?..

— И ты откровенничаешь с Келли.

— И?..

— Либо в твоей жизни появилось место еще одной подружке, либо между вами происходит нечто большее, чем ты хочешь признавать.

— Поскольку ответ тебе явно известен, — Нэш провел рукой по волосам, — зачем заставлять меня говорить о чем-то, в чем мне не хочется признаваться?

— Потому что я твой младший брат, заноза у тебя в мягком месте, вот почему.

Нэш направился к двери, собираясь пройти в свою комнату и лечь спать.

— Так скажи мне, неужели ты позволишь четырнадцатилетней девчонке вмешиваться в твою личную жизнь?

— Мне не хочется давать Тесс еще один повод оттолкнуть меня, — остановившись в дверях, сказал Нэш.

— Понятно, — кивнул Дир. — Только этому ребенку не нужен еще один повод. Она будет поступать так, как хочет, независимо от того, как поступаешь ты.

Нэшу никогда не приходила в голову такая мысль.

— Откуда ты так много знаешь о дерзких подростках?

— Я рос с двумя такими. И в старших классах проходил программу по теме «Алкоголь и наркотики», помнишь? И каждый день сталкиваюсь с этими несносными детками. Хочешь совет?

«Почему нет?» — подумал Нэш. Сам он не слишком охотно давал советы.

— Тесс уже знает, что произвела на тебя впечатление. Если бы я был на твоем месте, я бы не давал этому ребенку почувствовать власть над собой.

— Хорошая мысль, — медленно кивнул Нэш.

— Другими словами, если ты хочешь спать с Келли, вы оба — взрослые люди. Не раздумывай даже, я тебе говорю. Просто не распространяйся об этом, будь осторожен с нашей новой сестрой. Она только и ждет, чтобы закатить истерику.

Услышав слова брата, Нэш рассмеялся.

— После встречи с учительницей Тесс и увидев эту школу своими глазами, не уверен, что это подходящее для нее место. И предупреждаю — мои ощущения никак не связаны с тем, что эту школу выбрал Итан.

— Успокойся. На самом деле я заметил, что у Тесс в последнее время плохое настроение. Думаешь, это как-то связано со школой? — забеспокоился Дир.

— Не уверен, — пожал плечами Нэш. — Но думаю, мы должны узнать. Нельзя, чтобы она вышла из-под контроля. Мы уже имеем дело с одним испытательным сроком.

С того самого дня, когда Тесс появилась в доме Итана, их предупредили, что за Тесс закреплен сотрудник полиции, перед которым она должна отчитываться, как условно осужденная. Когда Тесс жила с Келли, ее арестовали за взлом и проникновение, но, учитывая ее возраст и обстоятельства, если она хорошо будет вести себя в течение четырех месяцев, обвинения с нее будут сняты. А если до восемнадцати лет она больше не попадется на чем-нибудь, запись об аресте будет удалена.

Дир прав. Они не могут позволить ей совершить ошибку.

— Келли сказала, что присмотрит за ней, — уточнил Нэш.

— А ты присмотришь за Келли, — усмехнулся Дир.

Его брат — сообразительный парень. Нэш был рад, что они с Диром вернулись под одну крышу, пусть даже временно. Квартира принадлежала Нэшу, Дир переехал сюда, когда подошел к концу срок лицензии на аренду его квартиры. Он купил и восстанавливал старый дом в городе, но подумывал выгодно его продать.

— Я иду спать, — сказал наконец Нэш.

— Я тоже. Просто подумай об этом. Если тебе нравится Келли, не раздумывай. Для этого тебе не нужно чье-то разрешение.

— Твое, кстати, тоже, — бросил через плечо Нэш, уходя в свою комнату и закрывая за собой дверь.

Он снял рубашку и сел на кровать, мысли о Келли не оставляли его. Но это были мысли не о поцелуе, хотя и они никогда не покинут его. Сейчас он вспоминал о том, как пылко она защищала Тесс, как возмущалась, когда узнала, что они с Диром были разделены, и как его тронула ее прирожденная способность понимать и заботиться.

Возможно, его брат прав. Если влечения не избежать, так и надо реагировать на него как взрослые люди, а не позволять сопливому подростку диктовать им условия поведения.

Решение принято. Нэш лег, ожидая, что быстро уснет, но вместо этого провертелся всю ночь. Предвкушая, как у них с Келли все сложится, он так и не смог заснуть.

Глава 4

Келли вымоталась. Второй день подряд Ричард не показывался на работе. Он позвонил, сказав, что заболел, и попросил Келли заняться делами в офисе. Его администратор неделю назад уволилась, новую он пока не нашел, поэтому Келли отвечала на звонки и откладывала встречи с новыми клиентами, пока не поправится Ричард. Единственным ярким моментом должна была стать встреча после работы с Энни в баре «У Джо» в «счастливый час»[8].

Келли не сразу согласилась на эту встречу, не желая оставлять Тесс одну, но сестра пригласила к себе в гости школьную подружку. Келли поняла, что у нее будет время зайти после работы домой, встретить девочек и позже, когда Тесс будет делать домашнюю работу, уйти. Розалита, как обычно, без проблем согласилась задержаться, поэтому Келли договорилась с Энни встретиться в восемь часов. Поскольку ее квартира располагалась над баром, она сначала зашла туда, чтобы переодеться во что-нибудь веселенькое.

Она спустилась по лестнице и встретила Энни у входа. Келли первый раз была в этом баре в вечернее время. Со слов Энни, бар был реконструирован, после того как Джо Локхарт унаследовал его после смерти отца. Здесь было довольно мило. Стены отделаны панелями из темного дерева, на бутылках, выстроившихся длинными рядами вдоль стены за барной стойкой, мерцали оранжевые блики от светильников. В это время бар был переполнен, и пришлось некоторое время ждать, прежде чем у них приняли заказ. Энни представила Келли своим знакомым, среди них были коллеги по работе.

Кейт Эндрюс, лучшая подруга Фейт, с которой Келли познакомилась на свадьбе Итана и Фейт, подошла, чтобы спросить про Тесс и как у нее идут дела в школе. Поболтать с ними остановилась Стейси Гарнер, симпатичная веселая блондинка. Келли, узнав, что она стоматолог, подумала, что можно записаться к ней на прием. Все относились к ней тепло и дружелюбно, и Келли все больше и больше нравился этот город.

— Как отец? — уловив минутку между приветствиями и короткими разговорами со знакомыми, спросила Келли. — Сегодня он связывался со мной только один раз, — добавила она, хотя Ричард всегда был очень активным боссом.

— Хотела бы я знать, — всплеснула руками Энни. — Сам он говорит, что чувствует себя хорошо, мама говорит, что у него боли за грудиной, однако он твердит, что это болит потянутая мышца. Тем не менее…

— Он дома, а не на работе, — закончила за нее Келли.

— Вот именно. Завтра у него назначена консультация у кардиолога; надеемся, что узнаем больше. Он очень благодарен тебе, ведь ты ведешь дела, пока он отсутствует.

— На работе все хорошо, Энни. Как ты себя чувствуешь?

— На самом деле — хорошо. Надо постучать по дереву. — Энни постучала косточками пальцев себе по голове и рассмеялась. — Никогда не знаешь, что случится, но именно сейчас у меня все в порядке.

— Рада это слышать.

Некоторые посетители покидали бар в поисках столика, и Келли прокладывала путь через толпу, пока наконец не добралась до стойки.

Здесь она нашла Джо, который вытирал полотенцем поверхность стойки.

— Добрый вечер, дамы, — вежливо сказал он, поднимая на них глаза.

Он приветливо улыбнулся Келли, потом он заметил Энни, и его взгляд оживился.

— Как дела, красавица? — спросил он, наклоняясь через барную стойку.

— Хорошо, — просияла Энни. — А у тебя?

— Теперь, когда ты здесь, все отлично.

Келли удивленно приподняла брови. Джо умел держаться так, что всем было комфортно. Возможно, это была одна из причин, по которой его бар пользовался таким успехом.

В тот день, когда Келли въезжала в свою квартиру, Джо помог ей перенести коробки из машины. С тех пор всякий раз, когда они встречались, он находил время поболтать. Она видела, что он всегда всем улыбается, но никогда в его глазах не было такого блеска, как сейчас.

Келли мельком взглянула на Джо. Взъерошенные русые волосы, помятая футболка и потертые джинсы. Потом быстро перевела взгляд на Энни. Миниатюрная фигурка, белокурые локоны безупречно уложены, элегантный шелковый наряд. Внешне они совершенно разные, но внешний вид ничего общего не имеет с влечением людей друг к другу. Келли стало интересно, какие мужчины нравятся Энни, потому что Джо явно был к ней неравнодушен.

— А как дела у тебя? — обратился Джо к Келли. — Как идет жизнь в том симпатичном доме на холме?

— Отлично. Так здорово получить отдых от домашних дел. Розалита просто ангел, — ответила Келли.

— Каково переезжать назад в свою небольшую квартирку теперь, когда попробовала жить другой жизнью? — дразнил ее Джо.

— Все хорошее должно заканчиваться, — рассмеялась Келли.

— Не все хорошее заканчивается, — сказала Энни с улыбкой.

— Так ты оптимистка? — спросил Джо, глядя на нее в упор.

— В наши дни нелегко сохранять веру, но я стараюсь, — пожала плечами Энни.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — с тревогой спросил Джо.

— Я в порядке.

— Хорошо. Но если тебе что-нибудь нужно…

— Ничего не нужно.

— Это невозможно знать, — улыбнулся Джо, показав ямочки на щеках.

Но Энни лишь покачала головой в ответ, и Джо, не зная что сказать, опустил плечи.

Келли прищурила глаза, удивленная отказом Энни.

— В таком случае чем вас угостить?

— Как обычно, — весело откликнулась Энни. — Ты меня знаешь, для большой вечеринки я заказываю девственника.

Когда Энни произнесла эти слова, Джо как будто замер на мгновение, потом взял с прилавка высокий стакан и наполнил его.

— Для тебя — сельтерская, — поставил он стакан перед Энни. — А тебе? — обратился он к Келли.

— Мне — то же самое, — указала она на стакан Энни.

Джо подал ей стакан воды и, задержав на секунду взгляд на Энни, отправился обслуживать других посетителей бара.

— Ты обижаешь его чувства, — пробормотала Келли. — Он предлагал тебе помощь, потому что ты, несомненно, нравишься ему. А он горячий парень, как думаешь?

Не такой горячий, как один из братьев Баррон, которого Келли никак не могла выбросить из головы. Но ей не хотелось обсуждать свое влечение к Нэшу.

— То, что я думаю, не имеет никакого значения, — ответила Энни. — Джону нравится быть за старшего и руководить. Он прирожденный воспитатель, как и мой бывший муж. Им обоим нравится контролировать.

Келли удивленно приподняла брови, размышляя о том, что на самом деле происходит с Энни.

— Ты много говоришь о своем бывшем. Уверена, что больше не любишь его?

— Ну конечно, уверена! — тряхнула головой Энни. Подняв свой стакан, она страстно посмотрела в сторону Джо.

На самом деле она смотрела мимо, куда-то за его спину, но Келли предпочла об этом не говорить.

— Он тебе тоже нравится, — только заметила она вслух.

— Скажем так, меня можно было бы уговорить, — грустно вздохнула Энни. — Но я знаю его историю, как он заботился о больной матери, пока его отец не пропускал ни одной юбки. Я сочувствую ему, но это еще один человек, который считает, что ему необходимо в избытке компенсировать прошлое, контролируя всех в своем настоящем.

— И кто этот твой властный бывший муж?

— Нэш Баррон, — удивленным голосом ответила Энни. — Я думала, ты знаешь, поскольку он брат Тесс и ты работаешь у моего отца.

— Я… — Келли открыла рот, но тут же его закрыла. — Э-э, нет. Мы никогда не говорили с Ричардом на эту тему. Я понятия не имела.

— Неужели я только что услышал свое имя? — раздался знакомый мужской голос.

— Нэш. — Келли, все еще испытывала шок, узнав, что ее новая подруга была замужем за человеком, о котором она мечтала и которого хотела как мужчину.

Келли не признавалась себе в этом раньше. И что теперь, когда она призналась в этом? Она не должна сближаться с Нэшем из-за сестры, но теперь, когда ей стало известно, что он бывший муж Энни, ее увлечение показалось еще более неправильным.

Внутри у нее все сжалось, и Келли испугалась, что она потеряет сознание.

Она не может позволить себе увлечься им больше, чем уже увлеклась. Их объединяет только Тесс. Келли почувствовала, что задыхается в толпе, ей не хватало воздуха.

Нэш не знал, радоваться ему, что Энни с Келли познакомились и явно стали подругами, или беспокоиться, потому что Келли вдруг побледнела и больше не разговаривала. Но ведь молчаливой ее не назовешь.

— Привет, дамы, — осторожно сказал Нэш.

— Привет, Нэш, — улыбнулась Энни. — Что ты делаешь здесь так поздно?

— Очень смешно, — оценил ее сарказм Нэш, потому что когда они были женаты, он раньше всех ложился спать. — Я не знал, что сегодня вечером здесь будешь ты.

— Так и ты не должен знать. — Энни подняла свой стакан. — Мы с Келли решили устроить девичник.

— Когда это вы успели стать подругами? — Нэш посмотрел на Келли, которая по-прежнему хранила молчание.

— А нас подружил кофе, правда, Келли? — усмехнулась Энни.

— Ты уверена, что кофеин для тебя не вреден?

— Я пью без кофеина, — сжала губы Энни. Нэш знал, что она ненавидит, когда он говорит ей, что делать. Но ведь кто-то же должен следить, чтобы она заботилась о себе.

— Мне нужно на воздух, — сказала вдруг Келли.

— С тобой все в порядке? — заволновалась Энни.

— Не волнуйся, — улыбнулась Келли, но Нэш видел, что улыбка получилась натянутой.

— Хорошо, только сразу же возвращайся назад.

— Посмотрим. Я отправлю тебе эсэмэску, — бросила Келли, спеша к выходу.

Нэш смотрел ей в спину, судорожно соображая, что здесь, черт возьми, только что произошло.

— Что это было?

— Не знаю, — покачала головой Энни. — Всего лишь минуту назад все было в порядке.

— Пока? — поторопил ее Нэш, не спуская глаз с удалявшейся фигурки Келли, пока та не скрылась из виду.

Энни на секунду прикрыла глаза, вспоминая.

— Пока она не узнала, что ты мой бывший муж.

— Вот черт, — пробормотал Нэш. Он вдруг совершенно ясно понял, что беспокоило Келли. — Я должен пойти и поговорить с ней.

— Что происходит? — удивленно посмотрела на него Энни.

— Ничего. Я вернусь. — Он оставил бывшую жену стоять с широко открытым ртом, зная, сколько будет вопросов, когда он увидит ее снова.

Но Нэша это не волновало.

Он прокладывал себе путь через толпу к выходу, размышляя, когда жизнь даст ему больше свободы выбора.

Накануне он провел бессонную ночь, размышляя над словами Дира о том, что ему не нужно разрешение Тесс, чтобы встречаться с ее сестрой. Нэш решил, что Келли слишком нужна ему, чтобы вот так просто проигнорировать свое влечение к ней.

Теперь она убежала, едва увидев его.

Он отправился за ней, решив, что не потерпит еще одного препятствия между ними.

Энни в изумлении смотрела вслед бывшему мужу, потрясенная внезапной переменой в нем. Только что он беспокоился за нее, и тут же его тревога перекинулась на Келли. Нэша заинтересовала другая женщина. Первая, к которой он проявил серьезный интерес с момента их разрыва два года назад.

Энни стояла одна и пыталась привести в порядок свои чувства. Она думала, что, когда Нэш наконец обратит свое внимание на другую женщину, она вздохнет с облегчением. И на самом деле так и есть. Ей не хотелось, чтобы он слонялся поблизости, настаивая, что нужен ей, когда это было не так. Но они были неразлучны с тех пор, как встретились в шестнадцать лет, и она призналась себе сейчас, что собственнический инстинкт еще не угас. Но это совсем не означает, что она все еще любит Нэша. И она точно не хочет его возвращения.

Энни развелась с ним, чтобы быть свободной. В последнее время она задумывалась: свободной для чего? Она никогда не хотела покидать этот город. Для этого она была слишком привязана к семье и очень любила родной дом. Она просто чувствовала, что с Нэшем ей чего-то не хватало. Чего-то такого, что она все еще продолжала искать.

Интерес Нэша к Келли означал, что Энни наконец может получить долгожданную свободу и независимость, которых так сильно жаждала. Просто ей необходимо привыкнуть к новой реальности.

Энни вздохнула и повернулась к бару, заметив, что сидит напротив Джо. Она отвлеклась от мыслей о прошлом и переключилась на Джо, разглядывая его.

С тех пор как они были детьми, Джо сильно изменился. Он стал выше ростом и шире в плечах, на него приятно смотреть: всклокоченные русые волосы, как будто он только что вернулся с пляжа, под футболкой — крепкое мускулистое тело.

Энни поставила стакан на стойку бара и улыбнулась, надеясь компенсировать ту резкость, которую позволила себе немного раньше.

— Надо налить еще, — обратилась она к Джо.

— С удовольствием. — Он наполнил ее стакан газировкой.

— Простишь меня? Мне не следовало так грубо обрывать тебя.

— Это точно, — скептически заметил Джо.

— Да, и мне очень жаль.

— Потому что тебе действительно жаль, или потому что твой бывший побежал за другой женщиной, и я могу утешить твое задетое самолюбие? — уточнил Джо.

— Ой! — воскликнула Энни, поставив стакан и шутливо схватившись за сердце.

— Я просто сказал то, что думаю, дорогая.

— Я знаю. — Джо всегда говорил откровенно, и Энни нравилась эта черта в нем. На самом деле ей многое в нем нравилось. Она поставила локти на барную стойку и подалась вперед. — Я сказала, мне очень жаль, потому что мне действительно жаль. Что касается Нэша, я развелась с ним, забыл? С ним покончено.

— Тогда докажи это, — с вызовом сказал Джо.

— Как?

Джо тоже поставил локти на прилавок, и теперь их лица оказались почти рядом.

— Приходи ко мне на свидание.

В кровь хлынул адреналин, и Энни резко выдохнула. После развода она ни с кем не встречалась. Сказать «да» такому уверенному сексуальному мужчине, как Джо, все равно что с головой нырнуть в глубокое озеро, не поискав сначала брода.

Энни очень этого хотелось. В конце концов разве не для этого она развелась? Потому что поставленный диагноз научил ее, что жизнь коротка и непредсказуема и нельзя жить с оглядкой. Нэш был ее защитником с тех пор, как они встретились, когда ей было шестнадцать. Но в их отношениях никогда не было искры. Ей хотелось почувствовать жизнь в полной мере, и, видимо, Джо испытывал такое же желание.

Единственная проблема — ее болезнь. У нее был диагностирован рассеянный склероз, и Энни не знала, когда случится приступ, который может длиться от суток до недели и даже больше. Она не хотела ни для кого быть обузой, особенно для такого энергичного человека, как Джо.

Нэш досаждал ей своей чрезмерной заботой. Но его она понимала. А вот Джо понять ей было трудно. Меньше всего ей нужна его жалость.

И все же ей хотелось нырнуть в глубокое озеро чувств. Когда она смотрела в темно-карие глаза Джо, в животе у нее словно бабочки крылышками махали.

— Почему? Почему ты хочешь встречаться со мной?

— Ты шутишь? Последние шесть месяцев я стараюсь тебе понравиться. Ты знаешь это.

Слова Джо повысили ее самооценку, она в этом очень нуждалась.

— Но мне не нужен еще один парень, который чувствует потребность заботиться обо мне. Я могу сама о себе позаботиться.

— Хорошо. — Джо выпрямился в полный рост и сложил руки на груди. — Потому что существует большая разница между тем, чтобы хотеть тебя, и желанием присматривать за тобой, — прямо заявил он. — Довольна теперь?

— Довольна, — улыбнулась Энни, даже сама удивившись. — Поэтому я говорю «да». Я встречусь с тобой. Какие у тебя были планы?

— Это будет сюрприз, — широко улыбнулся Джо. — Субботний вечер подойдет? Мой менеджер присмотрит за баром.

— Заезжай за мной, — кивнула Энни.

— Будь готова в восемь.

— Думаю, я справлюсь с этим.

— Отлично, с нетерпением жду, — подмигнул ей Джо и отвернулся, занявшись другим посетителем.

Снова оставшись в одиночестве, Энни поискала глазами Келли, но та не вернулась в бар. Нэша тоже нигде не было видно. Где-то в глубине души Энни обрадовалась этому. Лучше она отправится домой и будет наслаждаться ожиданием предстоящего свидания.

Джо видел, что Энни ушла из бара, и крепко сжал салфетку в руке. Для того чтобы добиться свидания с женщиной, в которую был влюблен с тех пор, как в пятнадцать лет увидел ее выходящей из кафе-мороженого, ему пришлось слукавить. Черт, да, он будет не прочь позаботиться о ней. Наверное, при рождении он получил избыточное количество гена заботы, который отсутствовал у его отца.

Отец, который передал ему этот бар, использовал его как место для непродолжительных знакомств с женщинами. Мать Джо была первой в этом длинном списке, с тем отличием, что на ней Фрэнк, отец Джо, женился. Фрэнк никогда не был хорошим мужем, часто являлся домой пьяным и с запахом женских духов. Его никогда не интересовало, чего жена хотела от жизни. Джо и его сестра никогда не любили старика. Джо даже испытал облегчение, когда тот умер.

Он увлекся Энни еще в старших классах школы. Теперь, когда она была свободна, ему хотелось узнать ее лучше. При этом нельзя переступать черту и стать похожим на Нэша, который все берет в свои руки и делает, что он хочет. Джо сказал себе, что будет заботиться об Энни так, чтобы не обидеть ее. Часть своей заботы он уже истратил на мать. Хотя Айлин Локхарт было теперь лучше, Джо знал, что это такое — ухаживать за эмоциональной и хрупкой женщиной. Ему помогала сестра, и все равно было нелегко.

Он уважал Энни за стремление к равенству и независимости. Но равенство требует доверия, а она недостаточно хорошо знает его. Расставшись с мужем и обнаружив у себя серьезную болезнь, ей хотелось веселья и никаких ограничений.

А Джо хотел ее.

Он может дать ей то, что она хочет, прямо сейчас. Они будут веселиться вместе, и ему хватит терпения, чтобы завоевать ее.

Келли не удалось исчезнуть из бара. Не успела она узнать, что ее новая подруга когда-то была замужем за Нэшем, так ей пришлось наблюдать, как он заботлив и внимателен. Келли почувствовала приступ жгучей ревности и возненавидела ситуацию, в которой вдруг оказалась. У нее в жизни было достаточно неприятных треугольников, чтобы хватило на всю жизнь.

Оказавшись на автостоянке, Келли стала искать свой «форд-фиеста» и поняла, что ей не повезло и она припарковалась под неисправным фонарем. Он мигал, и Келли долго пришлось шарить в сумке в поисках ключей. Наконец она их нашла.

— Келли!

Услышав голос Нэша, Келли от неожиданности уронила ключи.

— Почему ты убежала? — подошел он сзади.

— Я уже сказала тебе. Мне нужен был свежий воздух.

— Почему? — Вокруг глаз Нэша мелкими лучиками разбежались морщинки, которые делали его еще более сексуальным.

Келли догадывалась, почему он задает ей такие дурацкие вопросы.

— Потому что там было душно. Почему же еще?

— Потому что ты узнала, что мы с Энни когда-то были женаты.

— Ты не выбираешь выражений, да? Говоришь прямо, — смутилась Келли.

— Да, когда дело касается чего-то или кого-то, кого я хочу. — Нэш уперся рукой в крышу ее машины и сверлил Келли серьезным пристальным взглядом.

После этих слов она снова почувствовала, что ей не хватает воздуха.

— С каких это пор ты меня хочешь?

Нэш вдруг рассмеялся. Его глубокий грудной смех шел откуда-то изнутри, и Келли прежде такого не слышала.

— А когда это я не хотел тебя? — Нэш протянул руку и, взяв локон ее волос, пропустил его между пальцев.

Этот жест был таким сексуальным, и Келли почувствовала тяжесть внизу живота. Она сглотнула и облизнула пересохшие губы.

— Наверно, я должна перефразировать свой вопрос. С каких это пор ты захотел изменить свое поведение? Только вчера вечером мы решили, что между нами ничего не может быть из-за Тесс.

— С тех пор я только и делаю, что думаю о Тесс, — кивнул Нэш и помолчал немного. — Но влечение друг к другу сильнее всяких решений.

Его хриплый голос будоражил кровь Келли и вызывал в теле дрожь.

— Неужели мы позволим четырнадцатилетнему подростку диктовать, как нам себя вести? — продолжал Нэш.

Келли захлопала ресницами, потрясенная не столько переменой в его позиции, сколько разумным объяснением.

— Я не думала об этом.

— Я тоже, пока Дир не подсказал мне, — со смущенной улыбкой на губах признался Нэш.

— Вы с Диром говорили обо мне? — Господи, неужели этот вечер может быть еще более унизительным?

— Мы говорили о нас, — покачал головой Нэш. — Не забывай, что именно Дир прервал нас вчера вечером.

— Не напоминай мне, — выдохнула Келли.

— И именно он помог мне разумно взглянуть на ситуацию. Я хочу сказать, что он прав и мы не должны позволять подростку определять наше поведение.

— Согласна, — медленно кивнула Келли. — К сожалению, это никак не влияет на тот факт, что между нами больше ничего не может быть.

— Почему нет? — потрясенно захлопал глазами Нэш. — Мы оба взрослые люди. Мы можем доверять друг другу и вести себя как взрослые люди сейчас и потом… когда все закончится.

«О, какой оптимистичный прогноз», — подумала Келли. Но по крайней мере он честен в том, что ищет кратковременных отношений. И она — тоже. Если позволит себе увлечься им. Но она не позволит.

— Я уже прошла через отношения с одним человеком, который клялся, что его брак исчерпал себя. И больше этого не хочу. — Келли сложила руки на груди, словно отгораживаясь от него.

Нэш положил ей руку на плечо. Келли попыталась отступить назад, но уперлась спиной в машину. Дальше отступать было некуда.

— Мы с Энни разведены. И именно она выступила инициатором этого развода. Поверь мне, она не будет против, если ты будешь со мной, — обещал Нэш.

«Неужели он такой бестолковый?» — подумала Келли.

— Именно это я и говорю! Она, может, и закончила отношения с тобой, но ты — нет. Любой наблюдательный человек заметит, как ты общаешься с ней, и тут даже слепому видно, что ты все еще испытываешь к ней чувства.

— Конечно, я волнуюсь за нее. Она больна, ей нужен друг, который знает и понимает это. Только и всего. Мы друзья, — настаивал Нэш. — У нас платонические отношения.

— Нэш… — Келли вытянула руку, чтобы сохранить барьер между ними.

— Келли, — в его голосе слышалась мягкая ирония, — у нас с тобой все иначе, чем у меня с Энни. — Его пальцы переплелись с пальцами Келли, и она почувствовала жаркую волну, разливающуюся по телу. — Между мной и Энни никогда не вспыхивало такого жара.

Прежде чем Келли успела сообразить, он подтянул ее к себе. Ее грудь коснулась его груди, и Нэш всем телом прижал ее к машине. Келли оказалась в ловушке, совершенно ясно чувствовала его выступающую под джинсами плоть. Ее тело мгновенно откликнулось, прильнув к нему еще сильнее, а кровь превратилась в раскаленную лаву.

Оба слились в пламени чувств, и жаждущий рот Нэша прижался к ее губам. Он обследовал их, пробовал на вкус, был требователен, пока, наконец, его язык не проник к ней в рот. Келли застонала и обхватила руками его шею, наслаждаясь своими ощущениями. Понимая, что это все, что она может взять от него, она запустила пальцы ему в волосы и полностью отдалась во власть его желаний. В конце концов, насколько далеко они могут зайти на парковке? Но, задавшись этим вопросом, Келли почувствовала, как сжалось все внутри от растущего в ней желания, понимания, что ей хочется большего.

— Ты прав, — с усилием отпрянула она. — Мы слишком горячие, — пробормотала Келли. — Но ты все еще эмоционально связан с бывшей женой, поэтому между нами ничего не может быть.

Дрожа всем телом, Келли присела, подняла ключи и, не обращая внимания на возражения Нэша, открыла машину и проскользнула внутрь.

— Я упрямый, — сказал Нэш, помогая ей закрыть дверцу.

Значит, ей придется доказать, что она может быть более упрямой, чем он.

Глава 5

Келли проснулась с ужасной головной болью, а впереди — целый рабочий день. На этот раз Тесс опередила ее на кухне и завтракала кукурузными хлопьями. Келли хотела кое о чем попросить сестру, поэтому не стала говорить, что это не самый полезный завтрак.

Келли готовила себе овсянку на ультрасовременной кухне Итана и вспомнила свою кухню — крошечное помещение в маленькой квартирке. Трудно было поверить, что прошла уже половина недели. Итан и Фейт вернутся в воскресенье вечером, и она переедет к себе, где все еще предстоит обустроить.

Микроволновка подала сигнал, Келли достала тарелку и села за стол рядом с сестрой.

— Мне понравилась твоя подруга Мишель, — начала Келли. Девочка была совсем не похожа на Тесс, говорила тихо и была более женственной. Удивительно, что Тесс выбрала ее в подруги, но она производила хорошее впечатление.

— Нормальная девчонка, — пожала плечами Тесс.

Келли прищурилась, уверенная, что за этой дружбой противоположностей что-то скрывается.

— Ты что-то не договариваешь? — спросила она.

— Просто она единственная девчонка, которая тусуется со мной. Счастлива теперь? — фыркнула Тесс.

— А ты счастлива? — спросила Келли, дождавшись, когда Тесс неохотно подняла на нее глаза. — Я хочу спросить, ты счастлива в Берчвуде?

Тесс запихнула в рот ложку хлопьев и, хрустя ими, поинтересовалась:

— Это имеет значение?

— Ну конечно, имеет! Итан отправил тебя в Берчвуд не для того, чтобы ты была несчастной. Он думал, это поможет тебе в рисовании. Он думал, ты будешь счастлива.

— И вбухал уйму денег, чтобы засунуть меня туда. — Тесс погрузила ложку в чашку. — Я не смогла бы слинять, даже если бы хотела. — Она встала, взяла чашку и поставила ее в раковину.

— Спасибо, что убираешь за собой посуду, — довольная, сказала Келли.

— Если не уберу, — бросила через плечо Тесс, открывая воду, — Розалита спустит с меня…

— Следи за выражениями! — подвела черту Келли. — Ты думала о том, в какую школу хочешь ходить?

— Может, в государственную, — энергично кивнула Тесс, — где у детей не так много денег, что куры не клюют.

«И где к тому же увеличивается вероятность того, что Тесс снова свяжется с неблагонадежной кучкой подростков», — подумала Келли. Но она была уверена, что счастливая Тесс будет радовать их и не будет вести себя импульсивно. И потом, она все еще наблюдается у психотерапевта и должна понимать, что ситуация под контролем.

— Вот что я тебе скажу, — вздохнула Келли. — Ты опять становишься той приятной девочкой, какой была в конце лета, а когда Итан вернется домой, я поговорю с ним о перемене школы.

Келли, если не юридически, то фактически, была опекуном Тесс. Переехав в Серендипити, она решила, что Тесс должна жить с Итаном, где ей будет лучше, но ответственность за сестру делила с Итаном поровну.

— Ты сделаешь это? — широко распахнув глаза, с надеждой в голосе спросила Тесс.

— Если ты будешь следить за своей речью и помнить, как себя надо вести.

На самом деле Келли сделает все, чтобы сестра была счастлива, но Тесс совсем не обязательно знать, насколько легко она может все получить. Только вера Тесс в то, что ее будущее зависит от ее поведения, может помочь Келли.

— Договорились! — Тесс протянула сестре руку, чтобы скрепить договоренность.

— Договорились, — согласилась Келли, обнимая сестру.

Тесс поежилась, но обняла сестру в ответ.

— А теперь окажи мне услугу, — сказала Келли.

— Так ты подлизывалась ко мне? — прищурилась Тесс, отступая назад.

— Жаль, что я не оказалась такой находчивой, — засмеялась Келли. — Я собиралась попросить тебя сделать это, несмотря ни на что.

— Ой-ой! — Тесс сложила руки на груди. — И что же это такое?

— Позвони Нэшу, — Келли указала на мобильный телефон сестры, — и пригласи его на ужин сегодня вечером в шесть часов.

— Ты шутишь, — испуганно заявила Тесс.

— Нет. Пригласи его. А я потом скажу Розалите, что у нас будет гость. — Келли встретилась с дерзким взглядом Тесс и ждала, не отводя глаз.

— Я не хочу, — недовольно надула губы Тесс.

— Я знаю. Но ты позвонишь. Во-первых, потому что ты только что пообещала мне хорошо вести себя; во-вторых, потому что он твой брат; и, в-третьих, потому что ты оцениваешь его, основываясь на его отношении к Итану.

— И что? — захныкала Тесс.

Келли выдохнула и подбоченилась, решив не только проявить себя взрослой в этом противостоянии, но и доказать свою точку зрения.

— А то, что его дела с братом тебя не касаются. Это не твое дело.

— Но…

Келли покачала головой и подняла руку, чтобы остановить неизбежную тираду Тесс.

— Держу пари, если ты лучше узнаешь его, ты лучше его поймешь. Он даже понравится тебе.

— Как понравился тебе? — не выдержала Тесс.

Черт, смышленая девочка.

— Да, как понравился мне. — Лучше с этим смириться, чем спорить, подумала Келли. — Я считаю, Нэш — надежный и порядочный парень.

И крайне привлекательный в сексуальном плане. «Если он такой порядочный, тогда почему я его отталкиваю?» — спросила себя Келли. Ответ очевиден. Райан Хейуард тоже был порядочным. В душе Келли понимала, что Райан посчитал себя свободным от бывшей жены и от брака. Он не собирался намеренно изменять ей или причинять боль. Но сделал это.

Келли взглянула на Тесс, отбросив мысли о Райане.

— Отлично! — Тесс схватила телефон и позвонила Нэшу. — Келли сказала пригласить тебя сегодня на ужин. Ты занят?

Приглашение еще ничего не значит, подумала Келли, но по крайней мере она сделала попытку.

— Хорошо. — Тесс закончила разговор и взглянула на Келли: — Он сказал, что придет, и просил передать, что с нетерпением этого ждет, — скорчив гримасу, добавила Тесс.

— Уверена, он имел в виду, что с нетерпением ждет, когда сможет увидеть тебя. Он просто благодарен, что я его пригласила. — Тогда почему в животе опять затрепетали бабочки от одной только мысли, что она снова увидит его?

Келли отогнала эту мысль и отправила Тесс собираться в школу. Вечер наступит скоро.

Келли бросила взгляд на часы, которые светились на микроволновой печи. Половина седьмого. Стол накрыт, ужин греется в духовке, цыпленок с абрикосами, которого приготовила Розалита, наверно, уже засох, пока они ждали Нэша. В шесть пятнадцать Келли разрешила Тесс поиграть в компьютерные игры и поболтать с друзьями, пока не придет Нэш. Она думала, что он будет пунктуален, как в тот день, когда надо было ехать на родительское собрание. Не может же он не приехать, во всяком случае, без уважительной причины и не перезвонив.

Келли снова взглянула на часы и нахмурилась.

— Раньше я думала, мистер Итан — плохой человек, — сказала Розалита. Она стояла у раковины и, вымыв тарелку, вытерла и поставила ее на полку.

— Теперь ты так больше не думаешь?

— Нет, — покачала головой полная женщина. — Но я не говорю ему этого, — улыбнулась Розалита. — Мистер Дир — полицейский, поэтому я всегда думаю, что он хороший человек.

— А Нэш? — Келли закусила внутреннюю сторону щеки. — Что ты думаешь о нем?

Розалита обошла кухонную стойку и села за стол рядом с Келли.

— Я не очень хорошо его знаю.

— Уверена, сегодня вечером ты узнаешь его получше. — Келли снова бросила взгляд на часы. Ей не хотелось говорить о Нэше у него за спиной или раскрывать его секреты.

— Может, он задержался на работе и забыл позвонить? — предположила экономка.

Если это так, то это значит, что он ни с кем не считается.

— Он не придет, да? — появилась в дверях Тесс.

— Мы этого не знаем. — Келли взяла наконец домашний телефон, набрала номер Нэша, но сработал автоответчик.

Келли дождалась сигнала и беззаботным голосом, который стоил ей невероятных усилий, сказала:

— Нэш, это Келли. Мы с Тесс ждем тебя. Ужин готов и пахнет очень вкусно… Надеюсь, ты уже в дороге. Увидимся.

Положив трубку, Келли безнадежно посмотрела на Тесс.

— Уверена, у него есть веская причина, — обронила она, пытаясь оправдать Нэша и сохранить его статус в глазах сестры.

В конце концов, для этого и был затеян этот ужин. Иначе зачем Келли просто сидеть с ним за столом?

Сердитый вид Тесс выдавал ее подавленное состояние. Если с Нэшем не случилось какое-то несчастье, упаси Бог, она сначала убьет его и только потом узнает в чем дело.

Спустя несколько минут у Келли зазвонил мобильный телефон. Она взглянула на номер и отрицательно покачала головой, глядя на Розалиту. Это был не Нэш.

— Привет, Энни, — ответила она на звонок.

— Привет. У меня отец в больнице, ему требуется безотлагательная операция по шунтированию, — раздался в трубке дрожащий голос Энни, — четырехстороннему.

— Мне очень жаль, — вздрогнула Келли.

— Он хочет поговорить с тобой, перед тем как пойдет на операцию. Неловко тебя беспокоить, но ты не могла бы приехать прямо сейчас в университетскую больницу?

— Конечно! Как ты? В порядке?

— Плохо соображаю.

— Я скоро буду. — Келли подумала, что задала невероятно глупый вопрос. Отцу Энни предстоит серьезная операция, поэтому, конечно, ей тяжело. Она поедет, потому что Ричард просил ее приехать, скорее всего хотел дать указания относительно того, что должно быть сделано в офисе, но еще она поедет туда из-за Энни.

Когда Энни объяснила ей, где она ее встретит, Келли попрощалась и повесила трубку. Она позвала вниз сестру и объяснила ей и Розалите, что случилось, правда, Тесс ничего не хотела знать, она все равно злилась на Нэша.

Келли не винила ее. Она взглянула на сестру и отметила, что та переоделась в темно-синие спортивные штаны и огромную, не по размеру, толстовку с капюшоном. Это всегда было признаком плохого настроения. Келли поняла этот безмолвный сигнал, благодарная, что Тесс ограничилась только домашней одеждой, не стала надевать свой старый армейский бушлат и другие бунтарские штучки, которые были на ней в момент прибытия в Серендипити.

— Можешь и ужин съесть, — вздохнула Келли.

— Отлично, — пробормотала Тесс. — Но я съем все. До последнего кусочка. Поэтому если он все-таки появится, от ужина ничего не останется.

— Оставь мне хоть немного. Поговорим, когда вернусь. — Бросив еще один взгляд на накрытый стол, она вышла, чувствуя, что ее не покидает желание расправиться с Нэшем.

Оказавшись в машине, она помедлила немного, соображая, куда ей надо ехать, потом вспомнила, что, проезжая по шоссе, видела знак больницы, поворот перед Серендипити. Келли прекрасно ориентировалась на местности, поэтому доехала быстро.

Келли припарковалась на заднем дворе и бросилась к главному входу. Энни обещала встретить ее у стойки информации. Она огляделась вокруг, но кроме пожилой женщины в инвалидном кресле с медсестрой и парочки, которая о чем-то говорила с охранником, никого не увидела.

Пока не повернулась к киоску подарков и не заметила знакомые белокурые кудри Энни. Она стояла, съежившись, у витрины, заполненной шариками и мягкими игрушками, рядом с ней был не кто иной, как Нэш. Увидев их рядом, Келли почувствовала укол ревности, пронзивший ее сердце. Она ненавидела это чувство, оно напомнило ей, почему она запретила себе увлекаться этим мужчиной.

«Спокойно», — приказала себе Келли. Здесь находится отец его бывшей жены. Конечно, он приехал сюда, вместо того чтобы появиться на ужине… Но мог хотя бы позвонить. Его озабоченность делами Энни испортила и без того неважные отношения с Тесс. И с Келли он повел себя невежливо, делая ей больно.

Келли оглянулась на выход, не зная, как поступить: уйти или подождать. Она не хотела мешать им, но стоять в одиночестве в холле, как потерявшийся ребенок, совсем глупо.

— Келли! — крикнула Энни, заметив ее, и решительными шагами направилась в ее сторону.

— Привет, я только что приехала, — откликнулась Келли.

— Спасибо, что откликнулась. — Энни обняла ее, и Келли ответила ей тем же.

Она не могла испытывать неприязнь к женщине, которая честно рассказала о своих чувствах к Нэшу. Что действительно тревожило Келли, так это его чувства к Энни.

— Привет! — поздоровался Нэш.

Келли молчала.

— Жаль, что с ужином так вышло. Энни позвонила, когда я уже был в пути, — пытался оправдаться Нэш.

Келли коротко кивнула ему в ответ. Сейчас не время спорить или напоминать ему о правилах этикета.

— Как отец? — повернулась она к Энни.

— Врачи провели тесты под нагрузкой и, по существу, сняли его с беговой дорожки. Ему нельзя напрягаться, иначе может наступить острая коронарная недостаточность. Требуется немедленная операция. И отец просто хочет поговорить с вами о делах, — объяснила Энни.

Ричард хочет видеть здесь Нэша. Эта мысль немного успокоила Келли.

— Пошли, — сказала Энни. — Медсестры готовят его в палате. Как только приедет хирург, они начнут, поэтому мне надо быстро провести вас туда и так же быстро вывести.

Келли кивнула и вместе с Нэшем проследовала за Энни к большому лифту.

Пока они поднимались в лифте в палату Ричарда, Нэш все больше впадал в отчаяние. Келли не смотрела на него, не позволила даже слово шепнуть ей на ухо. А ему необходимо было поговорить с ней, потому что он видел, как она вошла в холл больницы, и точно знал, насколько тесными могли показаться окружающим их отношения с Энни в тот момент. А он просто успокаивал ее и расспрашивал о состоянии Ричарда.

Он страстно желал скорее избавить ее от сомнений относительно его и Энни. Сказать, что Келли — единственная женщина, о которой он думает. Когда он ехал к ней на ужин, то был настолько погружен в свои мысли о Келли и о том, как пройдет сегодня ужин, что едва не проехал на красный свет светофора.

Потом, когда он был уже на половине пути к дому Итана, позвонила Энни. Дрожащим голосом она сообщила ему о Ричарде и попросила приехать увидеться с отцом перед операцией.

У него мгновенно взмокли ладони, его охватил знакомый, сидящий глубоко внутри страх. После внезапной смерти родителей такие телефонные звонки пугали его, возвращая в прошлое. Поэтому он и забыл позвонить.

— Подождите здесь. — Энни остановилась перед палатой Ричарда. — Хочу убедиться, что с ним все в порядке, прежде чем вы войдете.

Нэш и Келли молча кивнули.

Энни постучала, дождалась ответа, толкнула дверь и вошла. Нэш знал, что времени у него мало.

— Поговори со мной, — быстро повернулся он к Келли. — Ты сердишься. То, что ты увидела нас с Энни…

— Не мое дело. Но есть Тесс, и ты ее подвел. Я понимаю, что бывают обстоятельства. Но ты должен был ей позвонить.

Нэш опустил голову. Конечно, он должен был позвонить. Его состояние не оправдывает его поведения. Но Нэш все же заметил, что Келли не упомянула, что ее он тоже подвел. Она говорила только о Тесс.

— Ты права, Келли. Вы с Тесс меня ждали, и мне очень жаль, что так вышло.

— Я расстроилась не за себя, я расстроилась за Тесс.

— Наверно, и за себя должна была расстроиться. Или по крайней мере намекнуть, что тебя это тоже волнует. — Нэш уперся рукой в стену и наклонился ближе, вдыхая теперь уже знакомый дурманящий запах духов. Ему так хотелось, чтобы она позволила поцеловать себя.

У Келли порозовели щеки, она выпрямила спину.

— Сейчас не время для этого, — пробормотала она.

— Согласен. Но тема не закрыта, — предупредил Нэш.

— Имей в виду, просить прощения у Тесс будет нелегко, — отрезала Келли, меняя тему разговора.

— Да, теперь наладить отношения с ней будет труднее, — кивнул Нэш. «И с Келли, очевидно, тоже», — подумал он.

— Вы можете зайти, — позвала Энни.

— Только очень быстро, и никакого волнения, — сказала появившаяся в дверях палаты медсестра. — Перед операцией ему необходим покой.

Упоминание об операции и мысль о том, что надо войти в больничную палату, сразу вернули Нэша в состояние страха и тревоги. Он испытывал сложные чувства к Ричарду и волновался не только как бывший муж его дочери. Нэш уважал Ричарда как компетентного юриста и любил его как отца. Но самое важное, за что Нэш был обязан ему, — это за помощь во всех вопросах семьи Баррон, когда Нэш и Дир были подростками.

Ричард сделал для них все, что мог, и некоторые долги в жизни невозможно отдать. Но все же Нэш желает этому человеку прожить как можно дольше и постарается ответить добром на добро.

Келли вошла в палату. Ричард лежал на больничной кровати с бледным лицом, волосы с проседью взлохмачены. Непривычно было видеть этого человека не в деловом костюме с галстуком, а в больничном халате в ожидании операции. И хотя Келли работала с ним всего несколько недель, за это время у нее появилась огромная симпатия к этому человеку. Он был добр к ней в прошлом, об этом она тоже помнила.

— Что случилось? Тебе стало скучно дома? — подошел ближе Нэш. Его веселый, беззаботный голос звучал неестественно, а натянутая улыбка выдавала его состояние.

Следуя примеру Нэша, Келли прошла вперед и остановилась у кровати больного.

— Подожди, пока станешь старше, — нахмурился Ричард. — Когда возраст настигнет тебя, будет не до шуток, — проворчал он.

— Пап, успокойся. — Энни старалась казаться беспечной, но голос у нее дрожал. Она нервничала явно сильнее, чем собиралась позволить себе в присутствии отца. Энни беспокойно двигала чашку для воды, потом переключила свое внимание на простыни и снова и снова разглаживала их.

— Все будет хорошо, — твердым голосом сказал Нэш.

— Моя жена говорит мне то же самое. — В его голосе было столько любви и она длилась уже много лет, как рассказывал Ричард, что Келли позавидовала чувствам этих людей, которые сумели пронести их через всю жизнь.

— Мама у нас все решает, — согласилась Энни.

— Именно так, — добавил Ричард.

— А где, кстати, Мэри? — поинтересовался Нэш.

— Я отправил ее за кофе, чтобы заняться делами, — махнул рукой в сторону двери Ричард.

Вот теперь это был тот Ричард, которого знала Келли.

— Отец, какие дела? У тебя есть пять минут, чтобы поговорить с ними. Никакого волнения, помнишь? — Энни положила руку на плечо отца и тихонько сжала его.

— Могу сказать тебе то же самое, — снисходительно похлопал ее по руке Ричард. — Перестань дрожать и иди посмотри, где мать. Мы увидимся перед операцией, обещаю.

Энни уходя, никак не могла оторвать глаз от отца. Между ними существовала крепкая связь, это было заметно, и Келли даже представить себе не могла, какой страх испытывает Энни от мысли о том, что может его потерять.

Келли подумала, как жаль, что у нее нет такого отца. Она плохо помнила своего отца, но хорошо помнила мать и скучала по той матери, какой она была, до шестнадцатилетия Келли. Тогда ее жизнь изменилась навсегда. Точно так же, как у Нэша, когда он потерял родителей.

Келли посмотрела на Нэша и поняла, что ему тоже нелегко. Ей хотелось протянуть руку и погладить его по щеке, успокоить. И только его бывший тесть на больничной кровати удержал Келли от этого порыва.

— Я люблю тебя, отец, — сказала Энни. — Вернусь через несколько минут, — добавила она и, не отрывая взгляда от отца, вышла из палаты.

— Спасибо, что так быстро приехали, — сказал Ричард, когда за дочерью закрылась дверь.

— Иначе быть не может! — воскликнула Келли.

— Чем тебе помочь? — спросил Нэш.

Ричард откашлялся и приподнялся в кровати повыше.

— Я не хотел говорить об этом в присутствии Энни или Мэри, но сегодняшняя операция — серьезная штука. Четыре шунта — с этим нельзя не считаться, хотя они твердят мне, что такие операции делают каждый день.

— Все будет в порядке, — снова сказал Нэш.

Келли кивнула, соглашаясь с ним.

— Возможно. Но если я не…

— Не говори так, — перебил его Нэш.

— Да ладно! — нахмурился Ричард. — Ты такой же прагматичный, как и я. Мне необходимо разработать… так, на всякий случай. Если что случится, я должен знать, что ты подключишься и возьмешь руководство моей практикой на себя, — сказал он, глядя на Нэша. — Ты единственный юрист, которому я доверяю. По правде говоря, несмотря на ваш с Энни развод, ты для меня как сын, и мне все еще жаль, что ты не работал со мной после окончания учебы.

Эта новость была интересной для Келли. Она уже знала, что Ричард принимал участие в судьбе Нэша, когда тот был ребенком, и помог ему после смерти родителей. Теперь она из первых рук знала, насколько они близки. Может быть, это еще одна причина, по которой Нэш не хочет разрывать взаимоотношения с Энни?

Нэш снисходительно улыбнулся тестю. За эти годы они много раз говорили об этом.

— Мне хотелось все сделать самому, — сказал он Ричарду, чувствуя, что должен еще раз объяснить свою позицию.

— Твоя независимость достойна уважения, — наклонил голову Ричард. — И ты, конечно, достиг своей цели. Так ты возьмешь мою практику, если что?

— Конечно, — кивнул Нэш. — Ты для меня тоже как отец, — хрипло добавил он.

— Хорошо. Теперь к более приятному. Я пробуду здесь всю следующую неделю, а потом не смогу выйти на работу еще четыре — шесть недель.

Какое мучение для человека, который привык к активной жизни, подумал Нэш.

— Пока вас не будет, я постараюсь справиться, — заверила Ричарда Келли.

Большую часть времени, пока они находились здесь, она молчала, но, увидев своего шефа в постели и услышав разговор о смерти, она хотела поддержать и успокоить его. Нэш мало знал о ее навыках в области юридической практики, но он не сомневался, что она справится с делами, пока Ричарда нет.

— Она может передать новые дела мне, — предложил Нэш. — Я буду рад помочь, пока ты не поправишься.

Нэш еще раньше думал о том, чтобы назначить своим младшим компаньоном Билла Манфреди, своего коллегу. Увеличение объема работы заставит Нэша принять это решение.

— Я знал, что смогу рассчитывать на вас, — заметно успокоился Ричард.

— Только поскорее поправляйтесь, — сказала Келли.

— И вот еще что. Меня не будет в офисе, но я не хочу отгораживаться отдел, — твердым голосом заявил Ричард.

— Я никогда такого не допускала, — тихонько засмеялась Келли.

Было заметно, что она явно симпатизировала Ричарду. Нэша это ничуть не удивляло, его все любили. Ричард, если чувствовал, что нужен кому-то, не боялся взять на себя роль отца. Но на ближайшие пару месяцев ему придется думать только о себе.

— Мне кажется, Мэри будет возражать, ты слишком торопишься, — предупредил Нэш, зная свою бывшую тещу.

— Конечно, буду, — сказала, входя в палату за Энни, жена Ричарда.

— Звони, если что-то будет нужно, — поцеловал ее в щеку Нэш.

— Спасибо, — с натянутой улыбкой ответила Мэри. — Так, а теперь все на выход, — указала она на дверь, — Ричарду необходимо отдохнуть.

— Ты понимаешь, что меня ждет впереди? — проворчал Ричард. Но никто лучше Нэша не знал, как этот человек любит свою жену, и немного завидовал их отношениям. У Ричарда и Мэри был такой брак, какого не было ни у его родителей, ни у него самого. Даже у Россманов, хоть они и старались, после гибели сына присутствовала напряженность в отношениях. Между ними никогда не было той неуловимой связи, которая существовала между Ричардом и Мэри. Была ли такая связь у них с Энни? Оглядываясь назад, он понимал, что вместе их свели Ричард и простое соседство. Физическое влечение подросткового периода сделало все остальное. Они не смогли сохранить свои чувства на всю жизнь, с тех пор Нэш к любовным связям относился несерьезно.

Даже с Келли он не думал о длительных отношениях, так он сказал себе и Келли.

Как он там выразился? Они взрослые люди, которые могут вести себя подобным образом до, во время и… после, когда все закончится. Таков предполагаемый исход отношений.

«А как было бы здорово ждать чего-то большего», — ему впервые пришла в голову такая мысль.

— Нэш, я спросила, ты идешь? — услышал он голос Келли.

Он поднял глаза, удивленный, что она рядом и даже положила руку ему на плечо.

— Да-да, конечно, — вернулся он к реальности.

Он вышел из палаты за ней следом. Как только они оказались в коридоре, Келли направилась к лифту, но Нэш успел схватить ее за руку и удивился, что она не вырвалась. Келли, не сопротивляясь, позволила ему отвести ее в укромный уголок вестибюля.

— Это входит в привычку, — сказала она, как только они остались одни.

— Перестань избегать меня, и мне не придется подталкивать тебя к разговору. Тебе ведь хочется поговорить со мной.

— Говори за себя.

— Хочешь поспорить на эту тему?

Келли закусила губу, раздумывая, прежде чем ответить.

— Ладно. Не будем спорить. Но я не изменила своего решения.

— Тогда я намерен изменить его для тебя, — не сдержал улыбки Нэш.

— Нэш…

— Келли…

Она провела по волосам дрожащей рукой.

— Что случилось? — спросил Нэш.

— Ничего…

Нэш посмотрел на нее укоризненно. Он не позволит ей скрывать свои чувства.

— Ладно. Я хочу есть, только и всего. Не поела, поэтому кружится голова. Теперь могу я идти?

Нэш подумал, что он осел. Не явился на ужин, потом ей позвонила Энни, и Келли осталась голодной.

— Пошли, — коротко сказал он.

— Куда?

— Поедим где-нибудь. По пути к машине позвони Тесс и скажи, мы заедем за ней по дороге.

— Тесс уже поела. Съела все до последнего кусочка, чтобы тебе ничего не осталось, — улыбаясь, пояснила Келли.

— Черт, — пробормотал Нэш, покачав головой.

— Я или она? — поинтересовалась Келли, и на этот раз они оба рассмеялись.

— Значит, мы поедем куда-нибудь поесть, — обрадовался Нэш. — Это по крайней мере я могу тебе предложить?

— Да, — согласилась наконец Келли.

Они вместе спустились по ступенькам холла и вышли на парковку.

— Келли, — остановил ее Нэш, видя, что она направилась к своей машине.

— Что?

— У тебя кружится голова. Я сяду за руль. А ты можешь забрать свою машину позже.

Келли остановилась, уперев руки в бока. Нэшу эта поза показалась очень сексуальной.

— Знаешь, я начинаю понимать, что имеет в виду Энни. Ты действительно любишь командовать и контролировать всех, — сказала Келли.

— Ты — совсем другое дело. — Ему не понравилось, что она вспомнила об Энни.

Нэш теперь понимал, что у них действительно складывались отношения.

— Так ты позволишь мне сесть за руль и доставить тебя к месту в целости и сохранности? — теперь уже мягче спросил Нэш.

Келли долго смотрела на него, Нэш даже задумался, кто же первым отведет взгляд.

— Хорошо, — согласилась она наконец. — Но только потому, что я голодна.

— Понятно. — Нэш старался не показывать, как он доволен тем, что за последние несколько минут уже дважды настоял на своем. Но когда Келли села в машину, не смог скрыть торжествующей улыбки.

Наконец они с Келли остались одни, и он предложил ресторан недалеко от больницы, но довольно далеко от Серендипити, где они не встретят общих знакомых и где у них будет как можно больше того, о чем он мечтал. Полного уединения.

Глава 6

Изнеможение охватило каждую клеточку ее тела, чувство голода терзало желудок, а события сегодняшнего дня абсолютно выбили из колеи. Не только по этим причинам Келли согласилась поужинать с Нэшем, ей просто хотелось побыть с ним. Он, вероятно, чувствовал то же самое, потому что сел за стол не напротив нее, а рядом. Сегодня вечером у нее не было сил бороться со своими чувствами. И потом, ей откровенно хотелось, чтобы он был радом.

Нэш, похоже, читал ее мысли, и прежде чем она успела что-то сказать, попросил официантку принести корзинку с хлебом и содовую. Келли ела хлеб и запивала водой в полной тишине, пока у нее не перестали дрожать руки.

— Лучше? — спросил Нэш, когда она откинулась на спинку дивана, впервые расслабившись сегодня.

— Да, спасибо, — улыбнулась Келли. — На самом деле теперь, когда в желудке есть хоть что-то, я бы выпила бокал вина.

— Белого или красного?

— Белого. Сухого.

Нэш заказал вино, потом они оба заказали ужин.

— Жаль, что так случилось, — сказала Келли.

Нэш кивнул, понимая, что она говорит о Ричарде и о предстоящей операции.

— Нам ничего не остается делать, только ждать. Я уверен, Энни позвонит, как только что-то узнает, но врачи сказали, что операция продлится несколько часов.

— Я знаю, — вздохнула Келли.

Через несколько минут официантка принесла вино, и Келли сразу сделала большой глоток.

— Чтобы расслабиться, — пробормотала она.

— Чтобы расслабиться, — поднял бокал с содовой Нэш, потому что был за рулем, и обнял ее одной рукой.

Келли вдруг почувствовала, как ее окутывает жар его тела. Она не предполагала, что их так потянет друг к другу прямо на импровизированном ужине… Или предполагала?

— Что ты делаешь? — серьезным тоном спросила она.

— Провожу время с человеком, которого хочу получше узнать, — решительно заявил Нэш.

Он больше не шутил. Келли поняла, что если оттолкнет его, то он оставит ее одну. И на этот раз уже навсегда.

Она говорила себе, что будет правильно остановить его, но чувства были сильнее голоса разума.

— Мне тоже хочется узнать тебя, — призналась Келли.

— Я думаю, ты уже многое узнала обо мне во время поездки по Серендипити. Как насчет того, чтобы вернуть должок?

Келли рассмеялась, но она не собиралась сразу сдаваться, как ему того хотелось. Это было чувство самозащиты, страх снова потерять любимого человека. Иногда родители покидают тебя независимо от своего желания, как ее отец. Иногда это — эгоистичный выбор, как в случае с ее матерью. В иных случаях это невозможно объяснить. Райан Хейуард поклялся, что любит ее, но предпочел ей свою почти бывшую жену. Даже спустя год ей было больно вспоминать об этом и не хотелось новых разочарований.

Ее прошлое до Райана? Этим она готова поделиться.

— Это очень печальная история, — сказала она Нэшу.

— Расскажи. — Нэш играл с локонами ее волос, пропуская их через пальцы. И смущая ее.

— Ты уже почти все знаешь, — сказала Келли. — Я старалась воспитывать Тесс, но все мои попытки оказались неудачными. И вот мы здесь.

— Давай начнем с тебя, а не с Тесс, — мягко предложил Нэш.

Его успокаивающий голос помогал ей расслабиться.

— У меня была прекрасная жизнь, пока не умер отец. Сердечный приступ, — добавила она, предупреждая его вопрос. — После его смерти мать очень быстро завела роман со своим начальником. Это был твой отец. — Келли опустила голову. Пусть это был известный факт, но он все равно вызывал у нее смущение. — И пусть это было неправильно, — Келли глубоко вздохнула, — но это придавало ей какую-то уверенность. — Она задумалась, сделала еще один глоток, Нэш не торопил ее.

Он играл ее волосами, касался пальцами плеч. Это были легкие, скользящие прикосновения к шелку ее блузки, а ей казалось, что он прикасается к обнаженной коже.

— Передохни, — успокаивал он ее.

— Отец умер, мать покатилась по наклонной. Она перевезла нас в Нью-Йорк, где стала чаще выпивать и встречаться с мужчинами.

— Значит, ты воспитывала Тесс.

Келли смутилась, услышав восхищение в его голосе. Она его не заслужила.

— Мы с хозяйкой меблированных комнат, где жили, поделили ответственность. У меня была школа, чуть позже — работа. Я не могла все бросить, иначе закончила бы так, как мать.

— Я всегда чувствовал, что ты сильная, — улыбнулся Нэш.

«Недостаточно сильная», — подумала Келли, вспоминая последние несколько лет, а вслух сказала:

— Я стараюсь.

— Ну а что насчет мужчин? — спросил Нэш, застав Келли врасплох.

— Что насчет мужчин?

— Тебе уже известна моя романтическая история, — рассмеялся Нэш. — Теперь я хочу знать твою.

«Можно ли ему все рассказать? Поймет ли он ее выбор?»

— В моем прошлом были мужчины. — Келли сделала глоток вина.

— Это было серьезно? — подталкивал ее к разговору Нэш.

— Теперь уже нет. — Келли надеялась, что он оставит эту тему.

— Э-э, думаю, я могу это пережить.

Слава Богу, пришла официантка с заказом, и Нэш действительно прекратил этот разговор. Келли ела, но совершенно не чувствовала вкуса еды. Их бедра соприкасались, она видела его сильные руки, ощущала его запах.

Они ели не разговаривая, внешне спокойные и сексуально заряженные изнутри. Келли впервые переживала такое, понимая, что все защитные механизмы дали сбой и все сосредоточено на нем.

Нэш оплатил счет, хотя она предложила поделить сумму на двоих. И когда они возвращались к машине, он взял ее за руку.

Нэш открыл дверцу, и Келли повернулась к нему лицом. Он смотрел ей в глаза, и она поняла: вот она, точка невозврата.

— Поехали ко мне домой, — глубоким хриплым голосом сказал Нэш.

Она могла поехать к нему домой или сказать нет и, возможно, остановить все прямо сейчас. Навсегда. Мужчина, такой, как Нэш, не будет унижаться, если она ему откажет.

Но главное, она хотела его. А что делать завтра, она подумает потом.

— Да, — пробормотала Келли. Еще час назад она и вообразить не могла, что согласится.

Они поехали к дому Нэша, и когда остановились у его дома, нервы Келли были натянуты до предела. Ее прошлое не было безгрешным, и кое-какой опыт у нее имелся, но визит к мужчине домой — исключительный случай для нее.

Она вошла в дом, его рука лежала у нее на талии.

— Ты дрожишь. — Нэш помог ей снять пиджак.

— Это все ты, — ответила Келли, затрудняясь дать остроумный ответ.

От его сексуальной улыбки у Келли заколотилось сердце, и она отвела взгляд, осматриваясь вокруг. Квартира была отделана в сдержанном стиле: мебель из темных пород дерева, бежевые подушки на диване и простые пейзажи на стенах. Как будто он купил комплект выставочного зала, подумала Келли, и эта мысль показалась ей забавной.

— Ты давно здесь живешь?

— Около года. — Нэш повесил ее пиджак на вешалку в холле. — Могу я предложить тебе бокал вина? Пиво? Содовую?

— Нет, спасибо, — покачала головой Келли. Она сделала глубокий вдох, подумав, что уже приняла решение и отступать поздно.

Довольно с нее роли застенчивой, смущенной девушки. Она так часто в жизни скрывала свои настоящие эмоции и притворялась, пора быть самой собой. Быть открытой и настоящей. Придется показать свою уязвимость и широко раскрыть свою душу и обнажить свое сердце.

— Ты ничего не хочешь? — спросил Нэш.

— Только тебя, — покачала головой и улыбнулась Келли.

— Я согласен. — Нэш шагнул к ней, обнял, и тревога Келли исчезла без следа.

Келли запрокинула голову, ожидая, что он прильнет к ее губам, как раньше. Но вместо этого он наклонился и коснулся губами ее шеи. Келли вздрогнула, все ее тело откликнулось на ласку, набухла грудь, затвердели соски, а в животе затрепетали крыльями бабочки.

К черту сомнения, это не может быть неправильным, она раскрылась ему навстречу. И Нэш воспользовался этим, проведя языком по чувствительной коже ее шеи. Он был настолько нежен, что под движениями его языка ожили все нервные окончания. Тихий стон сорвался с ее губ, и она почувствовала, что вся дрожит.

— Давай пойдем в более уединенное место, — хрипло прошептал ей в ухо Нэш.

— Дир на работе?

— Работает. Но разве нас недостаточно прерывали? — подмигнул ей Нэш, успокаивая.

Как ему одинаково легко удается успокоить ее и взволновать? Келли не знала, но ей хотелось узнать о нем как можно больше. Каждую частичку его души и тела.

— Веди, — ответила она хриплым голосом, который сама едва узнала.

Келли сбросила туфли и пошла за Нэшем по лестнице наверх, по ковровому покрытию коридора в спальню.

Она села на синее покрывало кровати, подняла глаза на Нэша, который стоял у дверей и молча смотрел на нее. Он был таким сексуальным в темных брюках цвета хаки и в расстегнутой рубашке — ровно настолько, чтобы открыть покрытую темной растительностью мускулистую грудь.

— Чего ты ждешь? — спросила Келли, откинувшись на подушки.

С голодной ухмылкой Нэш направился к кровати, на ходу расстегивая рубашку.

В приливе смелости Келли последовала его примеру и тоже расстегнула пуговицы на блузке. Подходя к кровати, Нэш замедлил шаги, раздеваясь. Они сбрасывали один предмет одежды за другим: брюки, бюстгальтер, носки, ее трусики, его боксеры. Когда Нэш оказался около кровати, оба были раздеты.

Келли увидела великолепное мужское тело. Он явно занимался спортом. У него были широкие плечи, развитые мышцы предплечий. На загорелую крепкую грудь было приятно смотреть. Ниже талии… Э-э, это не поддавалось описанию, и Келли хотелось не только смотреть на него.

Нэш окинул ее жадным взглядом. Келли понимала, что смотрит на него с таким же выражением и что он заметил это. Она поманила его пальцем, и он оказался рядом с ней на кровати.

Их бедра соприкасались, от него исходил жар желания, и сладкое чувство предвкушения окутало ее тело.

— Ты прекрасна. — Нэш откинулся на подушки, оперся на одну руку и убрал с ее плеча длинные волосы.

— Спасибо.

— Теперь скажи мне, — чувствуя, что она дрожит, Нэш придвинулся к ней, — ты сомневаешься? Или удивляешься, почему мы так упорно боролись с этими чувствами?

— Удивляюсь, — пробормотала Келли, когда он положил ее на спину и накрыл своим телом. Его напряженная плоть поместилась как раз у нее между бедер.

— Я действительно удивляюсь, почему мы были настолько глупы, — сказала Келли и выгнулась ему навстречу, наслаждаясь близостью.

— Поскольку мы наверстываем упущенное время, думаю, можем не спешить.

Нэш стал ласкать ее грудь. По телу Келли прокатилась жаркая волна. Нэш начал медленно, давая ей привыкнуть к его прикосновениям, но наращивал темп своих ласк. Его ласки и поцелуи становились все более страстными, и Келли не хотелось, чтобы он останавливался.

Нэш почувствовал ее желание, но был терпелив, продолжая свои ласки.

Спазм перехватил горло Келли, она сгорала от желания и выгибалась всем телом навстречу Нэшу. Ей хотелось, чтобы твердая, пульсирующая жизнью и желанием плоть поскорее проникла в ее тело.

Келли вонзилась пальцами в спину Нэша и, задыхаясь, простонала:

— Теперь… ты… внутри меня.

Нэш вдруг ослабил объятия, давая ей отдохнуть, а желанию почувствовать его плоть внутри себя — возрасти. Келли почувствовала, что Нэш покрывал легкими поцелуями ее грудь, живот, спускаясь все ниже.

Видеть друг друга обнаженными, просто заниматься любовью — одно, а такие ласки — совсем другое, что-то гораздо серьезнее, Келли была не готова их принять. Но Нэш не спрашивал ее разрешения. Он поцеловал ее там, и все мысли разом покинули ее.

Потеряв ощущение реальности, сейчас она жила лишь наслаждением, которое было где-то рядом, близко, поэтому подняла бедра навстречу ласкам Нэша, позволяя им стать еще интимнее.

Келли задрожала всем телом, на нее чередой накатывали волны удовольствия. Келли выгнулась навстречу, задыхаясь от наслаждения.

Когда удовольствие достигло пика, стало постепенно сходить на нет, а ее тело все еще горело в огне страсти, Келли услышала звук вскрываемой упаковки презерватива, почувствовала какое-то движение, и вдруг Нэш овладел ею, глубоко проникнув в ее тело и заполнив собой точно так, как ей этого хотелось.

— Открой глаза, — хрипло сказал Нэш ей на ухо. — Я хочу видеть твое лицо. — Он подумал, что ничего подобного еще не испытывал и у него никогда не было такой, как Келли.

Нэш увидел, как Келли заставила себя поднять веки и посмотреть ему в глаза. В ее глазах он увидел такое же потрясение, такое же желание.

Понимая, что она разделяет его чувства, он подумал, что позже эти самые чувства вернутся, чтобы мучить его. Но сейчас он мог думать только о том, как хорошо ему с Келли, тайные мышцы внутри ее тела до сих пор сокращались от той горячей волны пронзительно острого удовольствия, к которой он ее подвел.

Когда Нэш стал покачивать бедрами из стороны в сторону, Келли широко распахнула глаза с выражением удивления.

— Что?

— Я думала, что не смогу… То есть я просто… Я испытала такое блаженство… Думала, что не смогу… Опять…

Нэш продолжал двигаться, то замедляя, то ускоряя темп. Из его горла вырвался низкий протяжный стон.

— Но оказывается, я ошибалась. Ты действительно хорош.

Он понял, что она никогда не испытывала оргазм дважды за ночь. Это льстило самолюбию Нэша.

— Ты умеешь делать комплименты, дорогая.

Нэш не знал, когда он пришел в себя. Он чувствовал теплое тело Келли, ее учащенное дыхание возле его уха и дрожь в еще сохранивших напряжение мышцах.

Нэш лег на бок, давая ей возможность отдышаться.

— Ты в порядке?

— Не то слово, — вздохнула Келли, вытянув руки над головой.

Нэш улыбнулся, любуясь, как женственно она потянулась, и заметил румянец на ее щеках.

— Мне лучше поехать домой, пока Тесс не задумалась, куда я делась.

Нэшу не хотелось ее отпускать, но спорить он не решился.

— Я отвезу тебя назад в больницу, где осталась твоя машина. Ты сможешь доехать домой?

— Без проблем, — кивнула Келли. — У меня же открылось второе дыхание. — Она повернулась на бок и села.

Глядя на нее сзади, Нэш залюбовался. По спине струились длинные локоны волос, у нее была стройная фигурка, тонкая талия…

Они молча оделись, чувствуя себя немного неловко. Обратная дорога к больнице разрядила обстановку.

Нэш остановился рядом с машиной Келли и, пока она не вышла, повернулся к ней и положил руку на спинку сиденья:

— Когда я снова тебя увижу?

Келли промолчала.

— Я не имел в виду секс, — добавил он. Конечно, он хотел снова спать с ней, но чувствовал, что не стоит говорить об этом. Он обязан сделать все, чтобы она осталась в его жизни.

— Хорошо, — рассмеялась вдруг Келли, снимая повисшее напряжение.

— Я хочу побыть с тобой, — улыбнулся Нэш. — Что ты думаешь насчет ужина в субботу вечером? Я знаю отличный мексиканский ресторанчик, мы можем взять с собой Тесс.

— Опять используешь свою сестру, чтобы встретиться со мной?

— Ты не хуже меня знаешь, что я хочу проводить время с Тесс. Быть с вами обеими одновременно — это награда.

Нэш погладил ее по руке, и Келли плотнее сжала в руках полы пиджака.

— Ладно. Субботний вечер с Тесс — звучит заманчиво. — Келли выскользнула из машины раньше, чем он успел что-нибудь сказать.

Ей нужно время, чтобы все осмыслить, и Нэш, оставшись в машине наедине со своими мыслями, тоже хотел побыть один.

Глава 7

На следующее утро Келли не услышала будильник и, когда открыла глаза, поняла, что опоздала на работу. Оценивая события вчерашнего вечера, она размышляла всю ночь. В одних местах тело приятно покалывало, в других — чувствовалось болезненное напряжение. С момента расставания с Райаном сексуальной жизни у нее не было, и она относилась к этому спокойно.

Пока не появился Нэш.

Но у Келли совсем не было времени и дальше размышлять о вчерашнем. Ричард в больнице, и Келли должна управлять офисом. Она дважды переоделась, прежде чем вышла из дома, и, опаздывая, даже не завернула в кофейню выпить чашку кофе перед работой.

В ту минуту, когда Келли вошла в офис, позвонила Энни, чтобы рассказать о состоянии отца. Услышав голос подруги, Келли почувствовала, как у нее сжалось все внутри, ведь прошлый вечер она провела с бывшим мужем Энни.

— Как отец? — спросила Келли.

— Операция длилась долго, но врачи сказали, что все прошло успешно, — усталым голосом сказала Энни. — Отец в отделении интенсивной кардиологии, — пояснила она. — Сообщу тебе, как только узнаю что-то еще, хорошо?

— Ладно. И если я буду нужна тебе, дай знать.

— Конечно. Спасибо.

Келли помедлила, потом все же спросила:

— Ты хочешь, чтобы я сообщила об этом Нэшу?

— Я уже рассказала ему, но все равно спасибо. Я предупредила, что потом позвоню тебе.

— Отлично! — Келли чувствовала себя неловко, но надеялась, что по голосу это незаметно. — Не забывай о себе.

Они попрощались, и Келли повесила трубку, радуясь хорошей новости. Ричард был не просто хорошим начальником, он был по-настоящему достойным человеком.

К удивлению Келли, на работе все было спокойно, только несколько человек позвонили, интересуясь состоянием Ричарда. Келли ответила на звонки от обеспокоенных деловых партнеров и поняла, что сегодня в офисе работы не будет.

Теперь у нее появилось время подумать о себе и о Нэше, о том, что произошло вчера. Все случилось так неожиданно для нее, она погрузилась в воспоминания. Нэш — необыкновенный. Они растворились друг в друге и духовно, и физически. Он удивил ее своей нежностью и заботой. Она его полюбила.

Сильно.

Но разве это не в ее духе? В прошлом романов у нее было немного, она была слишком занята — школа, работа, воспитание Тесс, но когда она позволила себе влюбиться, она влюбилась сразу, без оглядки бросившись в любовный омут, не думая о последствиях.

Но не в этот раз.

Пусть она спала с ним один раз, теперь можно сделать паузу, подождать. Келли сделала глубокий вдох и почувствовала, что ужасно хочет кофе.

Она включила автоответчик и отправилась в кофейню «Чашка кофе», надеясь, что крепкий напиток взбодрит ее.

Вместо девочки-подростка у прилавка Келли обнаружила, что принимает заказы и работает за кассой сама хозяйка заведения Триша Локхарт. Триша — сестра Джо, и у нее с братом были прекрасные отношения. Трише нравилось говорить, что она работает в этой кофейне, чтобы отрезвлять людей, которым ее брат продает спиртное.

Келли заказала кофе и, поскольку за ней никого больше не было, болтала с Тришей, ожидая заказ.

— Почему ты сегодня сама за кассой? — спросила Келли у хозяйки, которая обычно была в другом помещении или в зале, где болтала с клиентами.

— Кэрри не вышла на работу, — расстроенно вздохнула Триша. — Вот что бывает, когда нанимаешь на работу за маленькую зарплату, — пояснила она, хмурясь и протирая прилавок. — Раньше здесь работала Лисса Гарделли, пока не сделала себе карьеру в качестве репортера, и, хотя у нее несносный характер, она всегда работала с удовольствием. — Свои шелковистые каштановые волосы она собрала в конский хвост, на лице не было ни грамма косметики.

— Издержки собственного бизнеса, — сочувствуя, сказала Келли.

— А я удивилась, что ты не пришла сегодня утром. Но потом услышала о Ричарде и поняла, что ты управляешься вместо него в офисе.

— Так и есть. Но похоже, пока Ричарда нет, работы будет немного. Поэтому я здесь.

— Хорошо, что ты зашла сегодня, — наклонилась к ней Триша. — Вчера какой-то незнакомец задавал тут всякие вопросы.

— Что это значит? Незнакомец, вопросы? О ком?

— О тебе, — тихо сказала Триша. — Какой-то парень крутился в кофейне, вынюхивая информацию. Я в конце концов попросила его прекратить надоедать посетителям и уйти.

Келли насторожилась. Но не удивилась, она привыкла, что в жизни всегда полно неприятностей.

— И что это были за вопросы?

— Ну что-то типа где ты живешь, — пожала плечами Триша, — с кем общаешься. Не волнуйся. Я ничего ему не сказала. Но за других любопытных поручиться не могу. Ты в городе уже довольно долго, и люди знают, кто ты такая, где живешь и работаешь, ну и так далее.

— Я знаю, — благодарно ответила Келли. — Спасибо.

Триша отложила салфетку, которой вытирала прилавок, и наклонилась к Келли еще ближе.

— У тебя какие-то неприятности?

— Ничего такого, о чем стоит беспокоиться, — покачала головой Келли. «Если не считать, что я безумно влюбилась», — мысленно добавила она.

— Если я могу чем-то помочь, дай мне знать, — сказала Триша. — Здесь, в Серендипити, мы защищаем своих, — улыбнулась она, пытаясь поддержать и успокоить Келли.

— Еще раз спасибо, — искренне поблагодарила за эти слова Келли.

Для нее приятно и дорого было то, что Триша причисляла ее к «своим», как будто она тоже была родом из этого города. Прошло немало времени с тех пор, как у нее был дом, где заботились о ней. Годы, когда формируется личность, она провела в большом городе, заботясь о себе сама.

Серендипити стал местом, которое она быстро полюбила, городом, где она только начинала чувствовать себя дома. Меньше всего ей хотелось, чтобы ее ошибки остались в прошлом.

За спиной Келли появился еще один посетитель и тихонько покашлял, привлекая к себе внимание. Келли отошла в сторону, помахала Трише рукой и вышла из кофейни. Ей не давала покоя мысль, что кто-то бродит поблизости и выведывает о ней информацию, вместо того чтобы просто встретиться с ней.

Райан, подумала она, но немедленно отказалась от этой мысли. Вице-президент крупной брокерской фирмы в Манхэттене Райан Хейуард был человеком чрезвычайно прямолинейным. И если у него есть что сказать, он придет к ней сам. Даже если она нужна ему, чтобы дать показания об их отношениях на бракоразводном процессе, он просто попросит об этом. Он не станет посылать кого-то маячить у нее за спиной.

Может, этого человека наняла его бывшая жена, чтобы собрать о ней информацию?

Погруженная в свои мысли, Келли нечаянно столкнулась с кем-то.

— Простите, — пробормотала она, делая шаг назад и поднимая глаза. — Ой, привет! — У нее на пути стояла Энни.

— Привет! Что за спешка? — Энни внимательно смотрела на Келли. — Что-то не так?

— Практически все, — выдохнула Келли, мгновенно пожалев о своем признании. У Энни достаточно своих проблем.

— Что служилось?

— Все хорошо, — покачала головой Келли. — Я в порядке. Как отец?

— Без изменений. Врачи говорят, это хорошо. Мать практически вытолкала меня из больницы. Сказала, либо я еду домой и отсыпаюсь, либо она вообще запретит мне навещать его, — улыбнулась Энни.

— Просто она как мать волнуется о твоем здоровье. Разве стресс и отсутствие сна не могут обострить твое состояние?

— Да-да, — раздраженно подтвердила Энни, — но сейчас больна не я, и мне хочется быть в больнице на тот случай, если я вдруг буду нужна матери или отцу, — со слезами на глазах и с досадой в голосе объяснила она.

Ей явно требовалось сделать паузу, как и Келли.

— Вот что я предлагаю. Я как раз собиралась подняться в свою квартиру ненадолго. — Келли объяснила, что пока нет желающих обсуждать без Ричарда юридические вопросы, поэтому она решила некоторое время передохнуть. — Пойдем поболтаем.

— Звучит привлекательно. — Тревогу Энни сменила теплая улыбка. — Я только выпью чашку кофе, — кивнула она в сторону кофейни.

Спустя несколько минут они уже были наверху, в квартире Келли.

— Здесь пока еще беспорядок, — словно извиняясь за голые стены и отсутствие уюта, сказала Келли. — Еще не распакованы всякие безделушки.

— Тебя волнует, что я подумаю? — рассмеялась Энни. — У меня самой почти все время раковина заполнена тарелками. Сегодня что? Четверг? Я потеряла счет времени, с тех пор как отец попал в больницу. В любом случае когда Итан с Фейт вернутся в субботу домой, у тебя будет время, чтобы все здесь разобрать и устроить.

Келли кивнула, скользнув рукой по поверхности стола, который когда-то стоял в квартире ее матери. Когда мать уехала, Келли оставила только несколько любимых вещей, от всего остального ей пришлось избавиться, слишком дорого пришлось бы заплатить за хранение. Она винила мать в том числе и за это трудное решение, которое ей пришлось принять.

— Мне здесь нравится, — заявила Энни, осмотрев небольшую квартирку. — Уютно.

— Спасибо. Я почувствовала то же самое, когда в первый раз увидела ее.

Энни присела на диван, стараясь не задеть журнальный столик.

— Итак, чем ты была так озабочена? Ты едва не сбила меня с ног у кофейни, — с любопытством спросила Энни.

Келли уселась на софу и поджала под себя ноги. Она хотела, чтобы в Серендипити у нее была подруга, и вот она у нее появилась. Но друзья откровенны друг с другом, а Келли не знала, готова ли к этому.

Она посмотрела на свою хрупкую подругу. Когда Энни рассказала о своей болезни, Келли поняла, что ей доверяют.

Теперь она сама нуждалась в ком-то, с кем можно поговорить. И о Нэше, и о своем прошлом. Иначе она превратится в комок нервов. Потом Тесс почувствует, что что-то не так, и жизнь, которую она строит здесь, разрушится.

— Я не буду осуждать, ты знаешь, — сказала Энни.

— Знаю. Просто у тебя и своих забот хоть отбавляй, отец и…

— Мое состояние — это часть меня, поэтому забудь об этом, ладно? К тому же мне необходимо отвлечься от больничных проблем.

— Ну а если это касается Нэша?

— Если ты скажешь, что будешь держать его подальше от меня, — Энни честно смотрела в глаза подруги, — я целиком и полностью «за». — Она рассмеялась. — Теперь серьезно. Мне нравится идея насчет тебя и Нэша. И потом, если ты расскажешь мне о своей личной жизни, я расскажу тебе о своей. — Она пристально смотрела на Келли, явно ожидая, что та начнет рассказ первой.

— Ладно. — Келли решилась сказать. — Прошлым вечером я спала с Нэшем, — выпалила она.

Энни широко распахнула глаза, потом медленно кивнула, и на ее губах заиграла улыбка.

— Не могу сказать, что удивлена. Никогда не видела, чтобы он бегал за кем-то так, как побежал вчера вечером за тобой. Он неравнодушен к тебе, — уверенно сказала Энни.

У Келли перехватило дыхание при мысли о том, что ее подруга, возможно, права.

— Но что происходит на самом деле? — продолжала Энни. — Ты чем-то расстроена, и явно не этим. У тебя появляется румянец на щеках, когда ты говоришь о Нэше.

Келли запрокинула голову и смотрела в белый потолок, который она подумывала перекрасить в другой цвет.

— Ты права, Энни. Это не из-за Нэша, это из-за меня. — Келли заставила себя посмотреть на подругу. — У меня не лучшие достижения в том, что касается взаимоотношений, — призналась она.

— А я что, звезда в этом деле? — Энни рассмеялась собственной шутке. — Важно то, что у тебя в сердце. Просто будь сама собой, не все от тебя зависит. Во всяком случае, это то, что я говорю себе, когда думаю о свидании с Джо.

Келли с удивлением смотрела на Энни. Бармен Джо? Она согласилась встречаться с ним?

— Мы определенно должны об этом поговорить.

— Не раньше чем мы закончим говорить о тебе. Что это за неудачный опыт в прошлом? — спросила Энни.

— У меня был серьезный роман там, в Нью-Йорке. Когда мы увлеклись друг другом, он был женат, но жил отдельно от семьи. Для меня самым важным было удостовериться, что наши отношения никого не заставят страдать. — Келли вздохнула и продолжала: — Я видела бумаги на развод, которые он хотел, чтобы его жена подписала, я знала, что он не живет дома. Но у них был ребенок и еще какие-то проблемы. Я не должна была позволить зайти нашим отношениям так далеко, но влечение друг к другу было настолько сильным, чувства были такими настоящими…

— Пока не вижу в ваших отношениях ничего порочного. Что случилось? — спросила Энни.

— Можно ли сказать, что он изменил мне с женой? — Келли покачала головой, все еще считая, что в эту ситуацию трудно поверить.

— Формально, думаю, да, — нахмурилась Энни.

— Его жена забеременела, он решил, что должен попытаться наладить отношения ради своих детей. Как говорится, так-то вот. — Келли нервно потерла руки.

— И что произошло потом?

— Спустя примерно восемь месяцев их отношения обострились, и они опять решили расстаться, только на этот раз дошло до скандала, и я оказалась замешана в этом.

— Я слушаю. — Энни положила голову на согнутые колени.

— Хорошо. — Признаться в этом кому-либо было труднее всего. — Мы познакомились с Райаном не так, как обычно знакомятся люди. Я только начала работать помощником юриста, когда ко мне пришла подруга и поделилась грандиозной идеей, как заработать денег. Мы с Гейл познакомились в институте, на нас обеих висели студенческие займы плюс куча других расходов. Она начала подрабатывать вечерами в эскорт-агентстве, которое обеспечивает сопровождение на деловые встречи для состоятельных бизнесменов. Гейл поклялась, что там нет секса, и я поверила ей. — Келли замолчала и ждала реакции Энни.

— Ты… — Подруга широко распахнула глаза, явно загипнотизированная историей.

— Не сразу, — покачала головой Келли. — Вся эта идея не для меня. Но однажды вечером Гейл слегла с ужасной кишечной инфекцией и в последнюю минуту попросила меня подменить ее. Я не хотела идти, но Гейл оказалась в трудном положении и боялась, что ее накажут, если она не придет на работу. Я знала, насколько эта работа важна для нее, поэтому согласилась.

— И так ты познакомилась с Райаном? — спросила Энни, полностью захваченная этой историей.

— Это было внезапное влечение, — кивнула Келли. Или по меньшей мере страсть, как она признавала теперь. Интересный мужчина, чуть старше, чем она сама, щедро уделял ей внимание и осыпал комплиментами, и все это, как он клялся, не имело никакого отношения к тому, что она нанята для его сопровождения.

— Ты спала с ним в тот вечер?

— Нет. Я чувствовала себя неловко, но он продолжал звонить и приходил с цветами. Я имею в виду, был по-настоящему настойчив, — пожала плечами Келли. — Что тут скажешь?

— Зачем что-то говорить, и так все ясно. Теперь давай быстренько перейдем к его второму уходу от жены.

— Ты следишь за рассказом, как профи, — вздохнула Келли. — Их развод был отвратителен, и когда я в последний раз слышала Райана, его жена угрожала предать гласности тот факт, что он пользовался услугами эскорт-агентства, пока они все еще состояли в браке.

— Но жили отдельно.

— Да. Но компанию, где он работает вице-президентом, это не волнует. Если это станет известно, то негативно скажется на репутации компании, и у Райана будут крупные проблемы. И если со скандалом будет связано мое имя… — Келли вздрогнула и крепко обхватила себя руками. — И я призываю Тесс хорошо вести себя? Ты представляешь, какой лицемеркой она будет меня считать? Я потеряю доверие своей сестры. А если узнают дети в школе, для Тесс это будет ударом! Ты не представляешь, какой она была, когда сюда приехала.

— Я ведь бывшая жена Нэша, ты не забыла? Он рассказывал мне о Тесс. — Энни положила руку на плечо Келли, стараясь успокоить ее. — Но похоже, Райану тоже есть что терять. И это значит, что он сделает все возможное, чтобы его жена молчала, правильно?

— Хорошо, если так. — Келли тоже на это надеялась. — Но после сегодняшнего…

— А что случилось сегодня?

— Триша рассказала мне, что кто-то крутился в кофейне вчера и выспрашивал обо мне у посетителей.

— Кофейня — это центр сплетен, — отмахнулась Энни. — А кто это был?

— Хотела бы я знать. Самое паршивое, что Триша его тоже не знает, а она в городе знает всех. Говорит, что ничего ему не сказала и попросила уйти.

— Какое у тебя самое вероятное предположение?

— Это не Райан, — нахмурилась Келли. — Он бы сам пришел ко мне поговорить.

— Миссис Райан? — немного шутливо спросила Энни.

— Его фамилия — Хейуард. Да, вполне возможно, что она прислала кого-то узнать, что я теперь замышляю.

— Можешь называть меня наивной, — поморщилась Энни, — но я не понимаю, как твоя нынешняя жизнь повлияет на ее бракоразводный процесс.

— Потому что ты мирно разошлась со своим мужем. Миссис Райан, как ты ее назвала, живет по другим законам. И мне кажется, если она сможет собрать на меня компромат, то с удовольствием выжмет из Райана еще больше денег.

— Вот гадина! — не сдержалась Энни.

— Очень даже может быть. Особенно если я права.

— Что, черт возьми, она может здесь найти? — не унималась Энни.

— Только то, что бывшая девушка из эскорт-услуг, сопровождавшая ее мужа, который тоже скоро станет для нее бывшим, сбагрила сестру своему сводному брату-миллионеру, а теперь переехала к нему в особняк, — простонала Келли. — Кошмарная история!

— В этом городе нет ни одного человека, который согласится с таким мнением о тебе! И особенно Итан с Нэшем!

— О нет! Они не должны знать! — Келли вскочила со своего места.

— Успокойся. От меня они это не услышат, но можем мы по крайней мере поговорить об этом?

— Прости, — кивнула Келли. — Просто это унизительно. И я не хочу, чтобы все это отразилось на Тесс или на том, как отнесутся братья Баррон к моему участию в опеке над Тесс. — Келли смутилась, услышав в своем голосе страх, в котором даже себе никогда не признавалась.

— О, дорогая, нет! Ты хоть знаешь историю Итана?

Келли кивнула.

— Тогда ты должна понимать, что он никого не станет осуждать!

— Возможно. Но учитывая, что Нэш отказывается простить Итана, даже не хочет выслушать его рассказ о том, почему он уехал, он первый меня осудит.

Поэтому она намеревалась утаить от него часть своего прошлого, ведь теперь не докажешь, насколько невинно все было на самом деле.

— Я тебя понимаю, — вздохнула Энни. — Но отношение Нэша к Итану — это личное. Он страдал, его бросили. Я уверена, он поймет все, что ты расскажешь ему о себе.

— Точно так, как он понимает, когда ты просишь его не лезть в твои дела?

— В этом случае он слышит то, что хочет слышать… — задумчиво сказала Энни. — Я все равно думаю, ты должна ему рассказать.

— Может, не придется. Насколько мне известно, Райан откупится от бывшей жены и никто ничего не узнает. Но если меня вызовут повесткой в суд, чтобы выступить в качестве свидетеля или дать письменные показания под присягой, понятно, что вся эта грязь выльется наружу, тогда я расскажу ему обо всем сама.

— Мне это не нравится, — пождала губы Энни.

— Но ты ведь ничего не расскажешь?

— Конечно, нет. А ты собираешься сидеть и ждать, что произойдет дальше?

— Нет. Я думаю связаться непосредственно с Райаном и все для себя выяснить. — Хотя Келли не нравилась перспектива спустя столько времени говорить с Райаном, она не собиралась расслабляться и делать из себя мишень.

— Рада слышать. Хотя меня разбирает любопытство. Ты волнуешься, что кто-то в городе задает вопросы. Это я понимаю очень хорошо. Ты обеспокоена тем, что твоя новая семья узнает о твоем прошлом. И это мне тоже понятно. Я не понимаю только одного: что у вас с Нэшем теперь?

«Если бы я знала», — подумала Келли.

— Ты говорила, что у тебя не лучшие достижения в том, что касается отношений, — напомнила ей Энни, как будто ей требовалось напоминание. — Но вы уже… Ну, ты понимаешь. И что ты собираешься делать с этим?

— Хотела бы я знать. — Келли пожала плечами, тяжело вздохнув. Прошло уже полдня, а Нэш не звонил.

Несмотря на сомнения, она точно знала, что ее мир перевернулся. Она страстно желала увидеть Нэша как можно скорее. Келли решила не признаваться в этой слабости Энни. Она никогда не будет такой, как ее мать, которая готова была всему миру рассказать, как ей нужен хоть какой-нибудь мужчина.

— Расскажи мне о своем свидании в субботу! — попросила она Энни, готовая сменить тему разговора.

— Я волнуюсь! — улыбнулась Энни.

— Куда ты идешь?

— Когда он приглашал, — пожала плечами Энни, — сказал, что поужинать, но не сказал где. Хочет сделать сюрприз.

— Звучит загадочно, — усмехнулась Келли.

— Это точно. Но у Джо тоже полно своих проблем.

— Так расскажи.

Следующие двадцать минут Энни рассказывала историю семьи Джо в Серендипити. Любвеобильный отец Джо чем-то напоминал Энни Нэша.

— Влечение. Вот все, что я искала, — призналась она.

Келли улыбнулась, понимая, что имеет в виду Энни. Воспоминания о прошлом вечере заставили ее сердце забиться сильнее.

— Джо сказал, что он не хочет быть чьей-то сиделкой, — продолжала Энни.

— Мне это не очень нравится.

— Нет, я знаю, о чем речь, поэтому все хорошо, — успокоила ее Энни.

— Ну, если ты так говоришь.

— Да. Но…

— Что? — склонила голову набок Келли.

— Тебя никогда не волнует, что как-то все слишком быстро?

— После того что я только что рассказала тебе, ты еще спрашиваешь меня? — рассмеялась Келли.

— Просто я нервничаю, — улыбнулась Энни. — А вдруг я делаю большую ошибку, встречаясь с Джо? Ведь в глубине души я боюсь, что он окажется слишком заботливым.

— Еще один вопрос, на который мне хотелось бы знать ответ, — вздохнула Келли. — Но я буду держать в голове твой совет. И ты тоже.

— Напомнишь мне?

— Ты сказала, что важно только то, что у тебя в сердце. Просто будь самой собой и делай все, что от тебя зависит, — повторила Келли ее слова.

— Хорошо. Понятно, — искоса посмотрела на подругу Энни.

Келли поняла ее сарказм. Одно дело — давать советы, другое — выслушивать их.

Глава 8

Нэш не позвонил Келли на следующий день. Он не мог, потому что не знал, как привести в порядок мысли о Келли, о прошлом вечере и о том, как это было не похоже на все то, что он переживал раньше.

Он женился на Энни молодым и был вместе с ней с шестнадцати лет. После развода у него были другие женщины, но не много. Это Серендипити, и одинокие женщины здесь хотят какой-то определенности в отношениях, а если ее нет, то сплетни все равно свяжут вас в пару, хотите вы того или нет. Оставьте свою машину у кого-то перед домом и будьте уверены, что вскоре об этом будут знать все посетители кофейни «Чашка кофе».

Нэш нашел несколько местечек в соседних городках, где можно развлечься, когда ему нужна была женская компания, и работа адвоката тоже давала ему шанс знакомиться с женщинами за пределами родного города. Его отношения с девушками начались, когда ему было пятнадцать. Но теперь он имел дело с совсем другими чувствами, несравнимыми с прежними. И он не знал, что с этим делать. Что делать с ней.

После звонка в больницу, чтобы справиться о состоянии Ричарда, которое было стабильным со слов Мэри, взял наконец трубку. Телефон Келли после одного гудка переключился на голосовую почту. Нэш услышал ее записанный голос и пожалел, что не позвонил раньше, чувствуя себя последним ослом.

— Келли, это Нэш. — Прошлый вечер был великолепен, подумал он. — Просто хотел сказать привет. С нетерпением жду ужина в субботу, — добавил он и положил трубку. Потом он вернулся к работе и просидел в офисе допоздна, стараясь думать только о работе.

К тому времени, когда он вернулся в полночь домой, Келли ему так и не перезвонила.

После разговора с Энни Келли вернулась в офис, ответила на несколько телефонных звонков и составила список дел и вопросов, которые надо будет обсудить с Ричардом, как только он будет готов к этому. Когда Тесс пришла из школы, Келли была уже дома. Через несколько дней она переедет в свою квартиру, поэтому между ними существовала негласная договоренность проводить свободное время вместе. Хотя у Тесс было много домашних заданий, они сидели в гостиной, где девочка занималась, а Келли читала книгу. Перед сном они съели мороженое с шоколадной крошкой, выпили горячий шоколад, как привыкли делать это в особых случаях, когда Тесс была младше.

Когда в половине девятого Тесс отправилась к себе в спальню, Келли решила позвонить Райану, но ее телефон остался наверху. Тогда она взяла трубку домашнего телефона. Номер Райана она помнила до сих пор, и, хотя надеялась, что никогда им не воспользуется, сейчас другого выбора у нее не было. Она не хотела быть пешкой в чужой игре и не хотела быть застигнутой врасплох, если его бывшая жена решит заполучить побольше денег во время бракоразводного процесса.

Сделав глубокий вздох, Келли набрала номер.

Телефон звонил, звонил…

— Вы позвонили Райану Хейуарду, — послышался знакомый голос. Голос, который когда-то был для нее целым миром. — Оставьте сообщение, и я вам перезвоню. — В трубке прогудел громкий сигнал, и от неожиданности Келли вздрогнула. «Нервы», — подумала она.

— Привет, Райан, это Келли, — твердым голосом сказала она. — Мне надо как можно скорее поговорить с тобой. Позвони.

Келли, не попрощавшись, повесила трубку, тяжело дыша и не в состоянии побороть напряжение. Она провела внизу еще пару часов, читала книгу и пила теплый чай, стараясь успокоиться.

Где-то в полночь она наконец поднялась к себе в спальню и взяла с тумбочки сотовый телефон. Мельком взглянув на него, Келли увидела, что Нэш все-таки звонил, и прослушала сообщение. Короткое и простое. Он позвонил сказать «привет» и что с нетерпением ждет субботы. Его голос опять напомнил ей, как изумительно хорошо им было вместе, и внутри все встрепенулось в сладостном ожидании. Пока Келли опять не вспомнила про Райана. Очень плохо, что он не перезвонил ей, и мысль о том, что какой-то незнакомый человек наводит о ней справки в городе и со временем может добраться до Нэша, совсем испортила настроение.

Дрожащей рукой Келли провела по волосам. Как было бы хорошо, если бы всего этого не было, она бы только наслаждалась новизной своих чувств.

Но тут не до наслаждения.

И Келли порадовалась, что уже слишком поздно, чтобы перезванивать Нэшу.

В пятницу Келли оставила еще одно сообщение для Райана, потом еще — в субботу. Она была так расстроена, что едва скрывала свои эмоции, и когда Тесс попросила разрешения составить компанию Мишель и ее матери и прогуляться с ними по торговому центру, Келли согласилась, потому что устала прятать свои чувства.

Ричарда перевели в отдельную палату, и, хотя он просил пускать к нему посетителей, Мэри по совету медиков держала его в строгой изоляции. Келли передала ему открытку с наилучшими пожеланиями, а его жене Мэри — письмо с предложением помочь ей в домашнем уходе за ним. Это единственное, что она могла сделать в данный момент.

Келли не сиделось дома, она поехала в центр, припарковала машину и пошла пешком по главной улице. Погода была прохладная, но дутая пуховая жилетка, шарф и перчатки спасали ее от холода, морозный воздух взбодрил и проветрил голову, избавив на некоторое время от мысли о Райане.

Она бесцельно бродила по переулкам, впервые открывая для себя разные магазинчики. Келли прошла мимо магазина для отделки внутреннего интерьера, который принадлежит Фейт, и мельком увидела ее мать и нового сотрудника. Одного взгляда в витрину было достаточно, чтобы понять, что Лейни Харрингтон готовится закрывать магазин на ночь, и это к лучшему, решила Келли. Келли до возвращения Фейт решила держаться от нее подальше. Она видела эту женщину на свадьбе, слышала разговоры клиентов в офисе о том, как они потеряли деньги из-за Мартина Харрингтона, и об интервью, которое Фейт дала Лиссе Гарделли. Теперь об этом знал весь город. Келли знала, что у Фейт довольно напряженные отношения с матерью, которая была очень тяжелым человеком. Заглянуть в магазинчик Фейт Келли решила на следующей неделе.

Среди магазинчиков была булочная, о которой Келли слышала, но еще не бывала там, и магазин «Комиссионная одежда и дизайн». Когда Келли однажды высказала свое восхищение одним из пиджаков Фейт, та рассказала про этот магазин. Владелица помимо продажи подержанных вещей сама создавала дизайнерские модели одежды. Эйприл Манчини, хозяйка магазина, использовала старые вещи Фейт от кутюр и на их основе создавала новые модели одежды. Поскольку было уже немного больше пяти часов, магазин был закрыт. Но Келли решила, что непременно вернется сюда.

Вспомнив о времени, Келли направилась домой. Тесс должна быть к шести, а Нэш заедет за ними на ужин в семь.

Нэш.

Желание увидеть его было также велико, как и желание отменить эту встречу; Пока она не получила известий от Райана и не поняла, куда катится ее жизнь, Келли не могла на ужине с Нэшем и Тесс делать вид, что все прекрасно. Она могла послать Тесс одну поужинать с братом, но была не готова к спору, который Тесс наверняка устроит.

Проще всего было позвонить Нэшу и предложить перенести ужин на другой день.

С маргаритками из местного цветочного магазина в руках Джо позвонил в дверь Энни. Она не производила впечатления любительницы роз, и потом, у нее отец в больнице, поэтому Джо не хотел давить на нее или идти напролом. На фоне того, что происходит в ее жизни, он был просто счастлив, что Энни не отменила свидание.

Джо ждал, осматривая этот небольшой дом в конце обсаженной деревьями улицы. Энни и Нэш продали дом, в котором жили, и теперь Энни снимала жилье у семейной пары, которая переехала во Флориду, поближе к детям. Джо дружил с Нэшем в школе, но они никогда не был и особенно близки. Джо был на год старше, и Нэш вращался в более хулиганистой компании, пока не перешел в частную школу. Энни была одного возраста с Нэшем и пошла вместе с ним в одну частную школу. Джо часто наблюдал за ней днем, когда она выходила с друзьями в город, и всегда думал, как эффектно она выглядит в своей симпатичной форменной юбочке.

Он вдохнул прохладный осенний воздух и запах листвы и наконец постучал в дверь Энни. Сделав шаг назад, он стал рассматривать дом, в котором она жила. Фасад был белым с голубой отделкой, ставни обшиты черной вагонкой. Лужайка аккуратно пострижена, перед домом растут осенние хризантемы. Но шторы на передних окнах были плотно закрыты, и дом казался каким-то… унылым.

Когда ему никто не ответил, он позвонил и снова постучал, на этот раз даже громче.

Никакого ответа.

Джо достал сотовый телефон, набрал ее номер и слушал гудки в трубке, стоя на крыльце. Наконец дверь открылась, и на пороге, за второй стеклянной дверью, появилась Энни. Она никак не была похожа на женщину, собравшуюся на свидание. На самом деле Джо показалось, что он разбудил ее. Ее волосы были примяты, лицо бледное.

— Джо? — смутилась она, взъерошив рукой волосы. — Что ты здесь делаешь?

Джо опустил телефон в карман и прищурился, внимательно глядя на нее. Теперь он действительно волновался.

Сделав к ней шаг, он вытянул вперед завернутые в бумагу цветы.

— Ты, я, свидание, — помахал он букетом перед стеклом.

— Ой! Я забыла! — Энни прижала руки к губам, потом открыла дверь, впуская Джо.

— Мне следует обидеться? — Джо прошел за ней в небольшой холл.

— Я… — Энни покраснела.

— Это из-за отца? С Ричардом все в порядке?

— Уверенно идет на поправку, — кивнула Энни.

Значит, дело не в отце.

— Ты заболела? — Джо коснулся ладонью ее лба.

— Нет. — Энни сделала шаг назад. — Послушай, мне, правда, очень жаль, я должна была позвонить тебе, но…

— Ты забыла, — закончил за нее Джо, по-прежнему ничего не понимая.

Его взгляд скользнул по фигуре Энни, от ярко-розового топа и штанов от пижамы с принтом в виде красных губ и со шнурком на поясе к босым ногам с розовыми ноготками.

— Я тебя разбудил? — едва сдерживая стон, спросил Джо.

— Я просто отдыхала, — покачала головой Энни, не замечая его пристального взгляда.

Она не заболела, но забыла о свидании. И выглядела она явно не очень хорошо. Джо вдруг вспомнил о ее диагнозе — рассеянный склероз — и хлопнул себя по лбу:

— У тебя приступ!

— Мы можем назначить другой день встречи? — смущенно отвела взгляд в сторону Энни.

Джо забыл о ее болезни. Понятно, что надо будет изучить эту проблему. А пока придется каким-то образом довести дело до конца, потому что он не собирался оставлять ее одну.

Энни пошатнулась. Джо положил цветы на буфет и обхватил ее за талию как раз в тот момент, когда у Энни подкосились ноги и она повисла на нем, такая крошечная и хрупкая, но при этом такая теплая и милая.

— Что ты делаешь? — слабым голосом спросила Энни.

— Веду тебя назад. Только куда? В постель? — внезапно охрипшим голосом сказал Джо. В его объятиях была женщина, от которой исходил слабый запах клубники, дразнивший его при каждом вздохе.

Ответа на свой вопрос он так и не получил и мог только представить, какая борьба шла внутри Энни. Эта гордая, независимая женщина не хотела выглядеть беспомощно.

Джо взял ее на руки, удивившись, какой легкой она была.

— Так куда? На кровать или на диван? — Он не собирался принимать от нее отказ.

— На кровать. — Энни смущенно прикрыла глаза. — Наверх по лестнице, первая дверь направо.

Лестница была короткой, четыре ступеньки, справа находилась ее спальня.

— Я думала, ты моей нянькой не будешь, — сказала Энни, цепляясь за него руками.

Ему хотелось сказать ей, что он будет ухаживать за ней столько, сколько она позволит, и от этой мысли у него все сжалось внутри. Он думал, что его время присматривать за кем-то прошло. Кроме того, Энни никому не позволит приблизиться настолько, чтобы стать ее сиделкой. Как только ей станет лучше, она скорее сбежит от него, чем позволит себя опекать.

— А кто хоть что-то говорил о няньках? Пока я просто немножко помогаю тебе. А когда ты встанешь на ноги, я дам тебе возможность компенсировать мне сегодняшний вечер. — Джо положил ее на край кровати, сообразив, что она даже не была еще под одеялом. Он готов был спорить, что у нее не было сил забраться туда.

Джо зашел с другой стороны кровати, отвернул край одеяла, положил подушки так, как ему казалось удобнее. Потом снова подошел к Энни, поднял ее и положил, укрыв одеялом.

Она пробормотала что-то несвязное, повернулась и быстро погрузилась в сон, даже не дав ему шанса спросить, когда она ела в последний раз.

Хорошо, что он научился готовить, когда ухаживал за матерью. Пока у Энни на кухне есть немного продуктов, он справится.

Джо посмотрел на Энни. Она дышала спокойно и ровно, на фоне бледной кожи ее ресницы казались удивительно темными.

Джо, не удержавшись, убрал с ее щеки волосы и отправился на кухню.

Келли отменила встречу, но Нэш не собирался принимать ее отказ. Она заявила, что у нее болит голова и она не готова пойти на ужин в ресторан. К тому же добавила, что Тесс тоже хочет побыть последний вечер дома с сестрой. Но есть вероятность, что она просто всеми способами избегает его.

Довольно скоро он это узнает. Если это головная боль, он долго не задержится. Если это касается их отношений, то он намерен все узнать. В любом случае он придет подготовленный и с подарками.

Нэш позвонил в дверь, радуясь, что в последний раз их встреча назначена в доме Итана, потому что брат возвращается завтра домой. Но теперь, когда он захочет увидеть Тесс, ему придется иметь дело со старшим братом.

Дверь в особняк широко распахнулась.

— Мне показалось, мисс Келли говорила, что отменила свою встречу с вами сегодня вечером, — прищурив глаза, сказала Розалита.

— И тебе здравствуй, Розалита, — улыбнулся Нэш строгой экономке. — Поскольку Келли неважно себя чувствует, я подумал, удивлю ее и Тесс ужином. Надеюсь, тебе нравится мексиканская кухня, потому что здесь и на тебя хватит.

Нэш жестом указал на пакеты у своих ног. Ему пришлось не раз вернуться в машину, чтобы принести все это.

— О, мистер Нэш, я и не знала, что вы волшебник, — смягчилась Розалита.

— Ты многого обо мне не знаешь, — сказал Нэш, чувствуя себя до смешного довольным, что отношения с этой сердитой женщиной налаживаются.

— Давайте я вам помогу.

Нэш взял пакеты потяжелее, оставив Розалите те, что с едой, и прошел за ней в дом. Сверху доносилась громкая музыка, скорее всего из комнаты Тесс.

— Как вы живете в таком шуме? — спросил он у экономки.

— О, мисс Тесс нравится шумная музыка. Сейчас она звучит немного тише, чем тогда, когда она только приехала сюда. Тогда даже стены дрожали. А сейчас? Все не так плохо, — рассмеялась Розалита.

Не так плохо? Нэш вздрогнул от грохота, доносившегося сверху.

— Розалита, ты со мной разговариваешь? — послышался из другой комнаты голос Келли.

— Идите удивляйте ее, — повернулась к Нэшу Розалита. — Я оставлю все это на кухне. Мисс Келли собиралась заказать готовый ужин и сказала, чтобы я ничего не готовила, потому что сегодня мне нужно уйти пораньше. Вы ее очень порадуете, — уверенно кивнула Розалита.

— Так почему ты не уходишь, если уже готова? Я с радостью все уберу, поскольку Келли нездоровится.

— О, мисс Келли. С ней все в порядке. Ходит туда-сюда по гостиной и пристально смотрит на свой сотовый телефон. С ней все хорошо. Говорю же вам, вы будете приятным сюрпризом.

Значит, чувствует себя хорошо? У Нэша было подозрение, что его появление здесь не обернется для Келли таким приятным сюрпризом, как думала Розалита. У Келли не было никакого недомогания, она просто избегает его, как и предполагал Нэш.

— Если вы не возражаете, я через несколько минут уйду. Буду очень признательна, если вы поможете мисс Келли. Скажите ей, что я приду завтра рано утром, чтобы убедиться, что дом готов к приезду мистера Итана и миссис Фейт, — улыбнулась Розалита и отправилась на кухню, оставив Нэша удивлять Келли в гордом одиночестве.

Радуясь, что Тесс наверху, и надеясь, что перед тем, как спуститься вниз, она выключит музыку, что станет для него сигналом, Нэш направился в гостиную и удивился, увидев сидевшую на диване Келли с журналом в руках. Судя по тому, как быстро она переворачивала страницы, ее мало интересовало содержание. Казалось, она забыла даже, что окликала Розалиту.

— Как твоя голова? Болит? — спросил Нэш. В руках он держал тяжелые подарки.

— Нэш! — Келли подпрыгнула от неожиданности. — Я тебя не ждала.

— Хотел сделать сюрприз. — Нэш поставил подарки на пол. — Когда ты сказала, что плохо себя чувствуешь, я решил, что привезу тебе ужин.

Нэш внимательно рассматривал Келли. Волосы у нее были собраны высоко в хвост, никакого макияжа, а одежда… У него перехватило дыхание. Даже в таком домашнем виде она была бесподобна. На ней были розовые спортивные брюки с заниженной талией, которые открывали взору ее бледный живот, а из-под брюк виднелись босые ноги с ярко-розовым лаком на ногтях. Розовая футболка, как и брюки, плотно облегала тело, на груди очень даже к месту красовалась надпись «Розовый». И бюстгальтера на ней не было.

— Все эти пакеты — это ужин? — спросила Келли, глядя на пакеты и на мольберт для Тесс, пока Нэш пристально разглядывал ее.

— Ужин на кухне. Розалита просила передать тебе, что она накроет на стол и уйдет. А я обещал потом все убрать… Поскольку у тебя болит голова, и ты никуда не собираешься сегодня идти. — Нэш посмотрел ей в глаза, ожидая объяснений.

— Мне жаль. У меня болела… болит голова.

— Вот поэтому я и привез тебе ужин. — Нэш больше не собирался выяснять, болит ли у нее голова на самом деле.

— А это что такое? — Келли указала на лежавшие на полу пакеты.

— Это мольберт и художественные принадлежности для Тесс. Мольберт складной, я подумал, если у нее уже есть один здесь, то этот я могу перевезти к тебе. Она сможет им пользоваться, когда будет у тебя.

— О, Нэш, с ума сойти! Ей это понравится!

Он бы предпочел сам понравиться сестре, но уже смирился с тем, что это случится не сразу.

— Для тебя я тоже кое-что принес. — Нэш наклонился и из одного из пакетов достал цветы, вздохнув с облечением, когда увидел, что они не пострадали, пока он нес все пакеты сразу. — Мне следовало позвонить тебе вчера пораньше. — Нэш протянул ей розы на длинных стеблях.

— Розовые! — С искренним восхищением в голосе воскликнула Келли. — Спасибо! — тихо добавила она.

— Мне очень приятно. А еще приятнее было вчера вечером, и я хотел, чтобы ты знала об этом.

— Мне тоже. — Слова из нее словно клещами вытаскивали. Келли наклонилась ближе, и Нэш ждал, что она его поцелует. Но она только коснулась своим лбом его лба и вздохнула.

Нэш был уверен, что она хочет сказать что-то еще, что-то важное. Он затаил дыхание и ждал.

В этот момент зазвонил сотовый телефон.

Келли вздрогнула и отвернулась, устремившись к телефону, который она оставила на диване.

— Наконец-то, — пробормотала она, глянув на номер. — Прости, — подняла она глаза на Нэша, — я на минутку. Мне надо ответить.

— Наконец-то, — сказала она в трубку и прошла через комнату в личный кабинет Итана, чтобы Нэш ничего не мог услышать.

Нэш ходил по гостиной и ждал ее возвращения. Но ему недолго пришлось пробыть в одиночестве.

В гостиную влетела его сестра и резко остановилась, увидев Нэша.

— А, это ты.

Ее обычное приветствие.

— Розалита сказала, у нас гости, — продолжала Тесс, — но не сказала кто.

— Умная женщина, — рассмеялся Нэш. Экономка без проблем заставила Тесс спуститься вниз.

— Я думала, Келли отменила ужин. — В спортивных брюках и футболке, как у Келли, Тесс выглядела совсем юной, она с подозрением изучала Нэша.

— Она отменила ужин в ресторане, поэтому я привез его сюда. А еще я привез вот это. — Он указал на мольберт, лежавший на полу. — Это мольберт. У тебя есть такой?

— Обычно я пользуюсь альбомом для зарисовок, — покачала головой Тесс, широко распахнув глаза.

— Еще я попросил продавца из отдела изобразительного искусства подобрать все, что необходимо для начинающего художника. Я думаю, там холст, краски, кисти…

— Класс! Круто! — Тесс опустилась на колени и стала рассматривать содержимое пакетов.

— Тесс, как насчет того, чтобы поблагодарить брата? — В дверях появилась Келли. Она выглядела бледнее, чем несколько минут назад.

— Спасибо, Нэш, — на секунду оторвалась от пакетов Тесс, и это было ее первым искренним проявлением чувств с тех пор, как они познакомились.

— Не за что. — Нэш ощутил тепло, заполнявшее его изнутри. — После ужина мы могли бы установить мольберт, но мне кажется, что Итан с Фейт должны указать место, где его можно поставить.

— Э-э…

— Нэш прав, — кивнула Келли. — Но они приедут уже завтра, так что тебе не придется долго ждать, — добавила она, встав рядом с Нэшем.

— Ладно, — пробурчала Тесс. — Тогда пойду поболтаю в видеочате с Мишель и расскажу ей о своей новой штуковине!

— Вы с ней такие разные, — улыбнулась Келли, — но Мишель Тебе нравится, правда?

— Ну да, — пожала плечами Тесс. — Она по-своему классная девчонка.

— Давай иди, — махнула в сторону двери Келли. — Ужинать будем через пятнадцать минут. Прости. — Келли повернулась к Нэшу, подняв в руке сотовый телефон.

— Дела?

— Личное, — немного помолчав, покачала головой Келли.

Нэш ждал, надеясь, что она доверится ему, но Келли продолжала молчать.

— Как твоя голова? — спросил он.

— Лучше. — Келли отвернулась и вздохнула. — Прости, у меня не болела голова. — Она замолчала. — Мне просто хотелось все обдумать и побыть одной.

Она явно что-то недоговаривала, и Нэша это беспокоило. Не потому, что она не имела права на личную жизнь, а потому, что его природное чутье подсказывало ему, что сегодня вечером что-то произошло. Нечто большее, чем головная боль.

Нэш ненавидел секреты, часто вспоминая, каким обманутым он почувствовал себя, когда Энни попросила у него развод. Это было неожиданно для него, потому что она никогда не говорила, что несчастлива. Точно так же он не знал, что Итан покинет город сразу, как выйдет из тюрьмы.

Да, он не любил сюрпризы и недосказанность.

Но ему надоело быть самым недоверчивым из братьев Баррон. Он влюбился в Келли и решил не отступать, несмотря на то что нутром чувствовал, что Келли беспокоит нечто большее, чем их отношения.

Глава 9

Нэш был удивлен, насколько приятным оказался ужин с Келли и Тесс. Его сестра была сама любезность. Ему не хотелось думать, что он купил ее, и хотелось верить, что их отношения налаживаются. В любом случае он наслаждался общением с ними.

Келли и Тесс рассказывали о том, как росли в городе, как у Келли вечно получался подгоревший завтрак и как однажды Тесс украла домик для котят и держала это от всех в секрете.

От этих воспоминаний у Келли раскраснелись щеки, она так искренне и заразительно смеялась, что у Нэша как-то странно кольнуло в сердце. Вот чего он лишился, когда умерли родители, — тепла, чувства сплоченности.

— Нэш, а у тебя есть дома животное? — простодушно спросила Тесс.

Келли широко распахнула глаза, предчувствуя беду.

— По правде говоря, была дворняжка по имени Люцифер.

— Почему Люцифер? — сморщила нос Тесс.

— Потому что это был не пес, а дьявол, — усмехнулся Нэш. — Всегда опрокидывал соседский мусор и выкапывал у них кусты роз, — покачал головой Нэш, вспоминая. О выросшем Люцифере он не думал.

— Что с ним случилось? — спросила Тесс.

— Не знаю. — У Нэша перехватило горло. Он не думал о взрослом Люцифере. Не позволял себе думать.

— Ха! Как это? — не унималась Тесс.

— Тесс, оставь это, хватит, — тихо сказала Келли.

— Нет, почему? — Он должен все рассказать, если не хочет, чтобы Тесс отдалилась и не пришлось начинать все снова. — Ты знаешь, как наш отец… мои родители умерли?

Тесс посмотрела на него широко распахнутыми глазами и кивнула.

— И тебе известно, что Итан уехал из города.

И снова Тесс молча кивнула.

Рядом с ним стояла Келли, и Нэш чувствовал ее молчаливую поддержку, пока она ждала конца истории.

— Ну и вот мы с Диром отправились жить в разные приемные семьи.

— А Люцифер?

— Не знаю. Думаю, он отправился в местный приют для бездомных животных.

У него не хватило решительности сказать ей, что пса, который спал в ногах в его кровати и облизывал ему лицо, возможно, усыпили. И в этом Нэш винил себя. Он не попросил Россманов забрать Люцифера. У него не хватило мужества просить больше того, что они уже ему дали. Особенно после того, как они не взяли с ним вместе его брата.

— Вот черт! — сказала наконец Тесс.

Ни он, ни Келли не сделали ей выговор за грубые слова.

Они в полной тишине закончили ужин, история Люцифера всех немного расстроила.

Келли встала и начала убирать со стола, Нэш помогал, Тесс тоже подключилась, хотя ее никто не просил. Вид у всех был хмурый, но уютная атмосфера сохранилась, и вскоре они уже снова подтрунивали друг над другом и смеялись.

— Может, устроим вечеринку в честь возвращения домой Итана и Фейт? — предложила Тесс, как раз когда Нэш управился с мусором. При упоминании о возвращении брата состояние покоя и семейного уюта вмиг исчезло.

— Мне кажется, отличная мысль! — откликнулась Келли, тревожно взглянув в сторону Нэша. — Почему бы тебе не пойти наверх и не составить список того, что нам понадобится. А я завтра утром его возьму.

— Здорово! — Тесс помчалась к двери, но внезапно обернулась. — Нэш?

— Что? — удивился он.

— Спасибо за все эти штуковины для рисования.

— Не за что, — улыбнулся Нэш.

— Ты ведь придешь на вечеринку в честь возвращения Итана и Фейт? — В ожидании ответа Тесс прислонилась к дверному косяку.

— Да, я приду.

«Как будто у него был другой выбор».

Тесс широко и искренне улыбнулась ему, и эта улыбка стоила жертвы, на которую решился Нэш.

— Иди составляй список. — Он не ожидал, что ее одобрение может сделать его таким счастливым.

— О’кей. Только еще кое-что.

— Что?

— Мне очень жаль твою собаку. — С этими словами Тесс исчезла из виду, ее шаги звучали все дальше и дальше.

— Куда мне это положить? — Нэш обернулся к Келли, держа в руках мешок с мусором.

— Просто поставь здесь. Я займусь этим позже. Нэш… — Келли шагнула к нему.

— Правда, не надо ничего повторять.

— Знаешь, в этом твоя проблема. — Келли подошла к нему и провела рукой по его щеке. — Ты не хочешь поговорить, не хочешь поделиться, ты просто хочешь делать что-то… для других. — Ее рука задержалась у него на щеке. — А как же ты сам?

— Я в порядке. Ладно, как насчет того, почему ты на самом деле отменила наш ужин сегодня? А я расскажу тебе все, что ты хочешь о моей собаке, о моем прошлом и даже о моем брате.

— Я говорила, — Келли опустила руку, — у меня болела голова.

— А тот телефонный звонок?

— Я сказала, это — личное.

— В том смысле, что ты не хочешь это обсуждать? — подчеркнул Нэш.

— Я тебя поняла, — расстроившись, вздохнула Келли. — Но мне это не нравится, — пробормотала она, и у Нэша появилось желание поцеловать ее губы.

— Мне — тоже. — Ему хотелось, чтобы все было предельно ясно.

Келли скрывает что-то. Его прошлое, его настоящее открыто для нее, черт возьми! Всякие секреты и тайны его просто бесят.

— Послушай, я пойду. У тебя голова болит, тебе надо поспать.

Он не может стоять здесь с ней и добродушно подшучивать, когда на самом деле после вечера, который они провели вместе, он сходил с ума от желания. Нэш собрался уходить, но Келли протянула руку и коснулась его плеча.

Это прикосновение обожгло его. Он развернулся и прижал ее к кухонной стойке, упершись руками в холодный гранит.

— Ты сводишь меня с ума.

Ему хотелось задушить ее, уйти не оглядываясь, но уже в следующую минуту он обнимал и целовал ее, не в силах оторваться.

То, что наверху находилась сестра, еще больше заводило Нэша.

— Просто для того, чтобы ты знала… — Нэш прижался к ней бедрами, его восставшая плоть уперлась в живот Келли, выдавая силу его желания.

— Что?

— Когда мы сможем остаться одни? У нас есть незаконченное дело, ты и я.

— Ты про это? — Келли качнула бедрами и едва сдержала стон.

Если ей нужен секс, значит, она его получит. Но почему она так переменчива? То горячая, то равнодушная, то отменяет встречу и сдерживается, то в следующую минуту рядом с ним забывает об осторожности. Это можно объяснить только одним простым фактом: любовные взаимоотношения пугают ее.

Келли проводила Нэша до двери, ее тело все еще помнило его прикосновения на кухне. Они не закончили. Нэш четко дал это понять, и Келли была этому рада. Она нужна ему, не только чтобы помочь сблизиться с Тесс, но и преодолеть противоречивые чувства к Итану и своему прошлому. И Келли хотелось стать для него настолько близкой, насколько это возможно.

Что касается Райана, то он заявил, что его бывшая жена под контролем. О частном сыщике ему ничего не известно, но он заставит ее отозвать этого человека. Келли понимала, он верит в то, что говорит, но она была достаточно умна, чтобы проявлять осторожность и быть осмотрительной. Между тем ей надо выстраивать собственную жизнь, и сейчас она хотела, чтобы Нэш стал частью этой жизни.

* * *

На следующий день рано утром Тесс и Келли осуществили намеченное. Гостиную, которую Фейт со вкусом отделала в темно-серых и кремовых тонах с абстрактными картинами на стенах, теперь украшали шары с надписью «Добро пожаловать домой!» и транспаранты пурпурного и черного цвета. Хотя девочка больше не щеголяла пурпурными прядями в волосах, ее любимые цвета не изменились. И Келли отнеслась к этому спокойно.

В воскресенье днем вместе собралась не только вся семья, включая Нэша, Дира, Тесс и Келли, но еще Тесс пригласила лучшую подругу Фейт — Кейт, приятную женщину с рыжими волосами, и, к удивлению Келли, мать Фейт — Лейни.

Когда Келли поинтересовалась у Тесс, почему она пригласила эту женщину, Тесс посмотрела ей в глаза и дала простой ответ:

— Потому что она мама Фейт.

Как много заключено в этих простых словах, подумала Келли.

И хотя накануне она не стала заходить в магазин Фейт, теперь за несколько минут до приезда Итана с Фейт она приветствовала Лейни Харрингтон в этом доме. К удивлению Келли, сейчас мать Фейт оказалась намного приятнее, чем тогда, на свадьбе. И трезвее, что тоже сыграло свою роль. Потом приехали Итан с Фейт и были в восторге от устроенной в их честь вечеринки. Загоревшая и счастливая пара лучилась супружеским счастьем.

Келли нашла взглядом Нэша в другом конце гостиной. Его настроение решительно отличалось от настроения счастливой пары и от настроения, в котором Келли видела его последние несколько раз. Сейчас он встречал брата и Фейт с натянутой улыбкой на лице, пытаясь быть вежливым, но весь его облик излучал напряженность.

Но все же он здесь и пытается все делать правильно. Все ради Тесс.

Всякий раз, когда Нэш приоткрывал кусочек своего прошлого и делал жест доброй воли в адрес своей сестры, Келли понимала, чего ему это стоило, и всякий раз отдавала ему маленькую частичку своего сердца. Она понимала, что он все больше привязывал ее к себе и все больше завоевывал ее сердце.

Келли направилась к Нэшу.

— Я благодарил тебя за то, что ты управлялась здесь со всем, пока меня не было? — перехватил ее Итан.

Келли улыбнулась старшему Баррону. Итан был шире Нэша в плечах, у него были темно-карие глаза, черные как смоль волосы, тогда как у Нэша волосы были светлее, а глаза — голубые. Хотя Итан покончил с дурным прошлым, в его глазах Келли по-прежнему видела озорной блеск и знала, что под волшебство его чар может подпасть любая женщина, как это случилось с Фейт. Но Келли предпочла среднего из братьев Баррон.

— Келли, ты меня слушаешь? — окликнул ее Итан, не подозревая, что она только что сравнивала его с братом.

— Прости, — покачала головой Келли и рассмеялась. — Я задумалась.

— Я вижу. — Итан взглянул в сторону Нэша, давая понять, что догадывается, где были ее мысли.

Тем временем Нэш наблюдал за ними из-под опущенных век ничего не выражающим взглядом.

— Да, — Келли потерла взмокшие ладони и постаралась сосредоточить свое внимание на Итане, — ты благодарил меня за то, что я присматривала здесь за всем. Мне это было приятно, хотя хозяйство вряд ли можно назвать маленьким. — Келли обвела рукой огромное помещение, только одно из большого числа комнат в особняке.

— Ты можешь приходить сюда в любое время, — засмеялся Итан, — и ты это знаешь.

— Спасибо. Нам с Тесс действительно необходимо было побыть вместе.

— Рад, что мое свадебное путешествие случилось так своевременно для всех нас. Кстати, как дела у Тесс?

— Честно говоря, не знаю, — покачала головой Келли. — Мне кажется, у нее есть проблемы с некоторыми одноклассниками и особенно с одной учительницей. — Келли коротко рассказала Итану о родительском собрании, о мисс Бернард и о причинах ее отношения к девочке. — Думаю, Тесс хочет вернуться в обычную школу. Подожди, ничего не говори сразу. Я понимаю, что там другой контингент и что есть шанс, что она опять попадет в дурную компанию. Но я думаю, что есть точно такой же шанс, что она поведет себя импульсивно, если мы не учтем ее чувств.

— Дай мне осмотреться дома, — Итан с пониманием отнесся к ситуации, — поговорить с ней, поговорить с учительницей, понять, что на самом деле происходит. Мы к этому вернемся, о'кей? — Итан коснулся плеча Келли, явно давая ей понять, что она скажет свое слово при принятии окончательного решения.

— Замечательно, — кивнула Келли. — А как прошло свадебное путешествие?

Лицо Итана озарила широкая улыбка.

— Значит, хорошо, а? Поделись подробностями, — засмеялась Келли.

— Не волнуйся, поделюсь. — Итан оглянулся на Фейт, и по его лицу промелькнуло удивление, словно он не мог поверить, что ему так повезло, что он женился на ней.

Как и Нэш, Итан склонен был недооценивать себя. И Келли размышляла, поймут ли эти двое, насколько они похожи, и сблизятся ли они когда-нибудь настолько, чтобы понять это.

— Я еще хотела спросить у тебя кое-что, — сказала Келли, прежде чем переключить свое внимание на Нэша.

— Что такое?

— Есть какие-то известия о нашей матери? — Келли спрашивала о Лии Мосс, которая бросила их с Тесс.

Итан обещал пустить по ее следу частного сыщика, чтобы они могли оформить опеку и права на Тесс и ее социальное обеспечение.

Келли старалась не думать о матери. Она твердила себе, что выросла и привыкла к тому, что ее нет, но жизнь была намного сложнее. Лия Мосс — неисправимая эгоистка, каких Келли никогда не встречала и делала все возможное, чтобы не подражать ей. Было бы лучше выбросить мать из головы, но с тех пор, как Тесс призналась, что пригласила сегодня Лейни Харрингтон только потому, что она мать Фейт, Келли задумалась, не сказывается ли на Тесс отсутствие матери сильнее, чем они предполагали. Именно это она объяснила Итану теперь, надеясь, что он поймет, насколько чувствителен этот вопрос для их сестры-подростка.

Итан выслушал Келли и нахмурился.

— До моего отъезда никаких новостей не было, но это первое, что я выясню утром. Я хочу найти Лию, но не собираюсь бросать Тесс, — категорично заявил он.

— Согласна. Но ты не волнуйся. Не думаю, что она нужна матери, — грустно прошептала она, хотя Тесс стояла в другом конце комнаты и ничего услышать не могла. Это были слова, которые никогда нельзя произносить о матери и ребенке. Печальный факт состоял в том, что Лия и о Келли и ее жизни заботилась ничуть не больше, чем о Тесс.

Келли вдруг вздрогнула, подняла глаза и встретилась с взглядом Нэша. Он словно знал, когда ей особенно необходимо почувствовать его присутствие.

— Итан, можем мы поговорить немного позже? — спросила она.

Итан, проследив за ее взглядом, посмотрел на брата, который стоял один.

— Не возражаешь, если я поговорю с ним первый? — кивнул он в сторону Нэша.

— Э-э, конечно, — осторожно ответила Келли, закусив нижнюю губу.

— Нэшу повезло, что ты обратила на него внимание, — улыбнулся Итан.

На этот раз при упоминании Нэша Келли покраснела.

— Разговаривал с Диром? — уточнила она, уверенная, что младший брат выболтал все, что знал.

— Нет. — Итан сунул руки в карманы. — Но спасибо, что подтвердила очевидное, — улыбнулся он и пошел туда, где у камина в одиночестве стоял Нэш.

Совсем рядом с кочергой для камина, тревожно подумала Келли.

Ревность, ярость, досада, в большей степени беспричинные, бушевали внутри Нэша, когда он смотрел, как Келли разговаривала с его старшим братом. Теперь Итан с решительным видом шел к нему.

«Сукин сын», — подумал Нэш. Разве недостаточно того, что он здесь и на его лице почти все время наклеена улыбка.

— Привет, — подойдя, сказал Итан.

Нэш кивнул в ответ. Понимая, что недалеко стоит Тесс, а Келли наблюдает за ними с другого конца гостиной, Нэш заставил себя поддержать разговор.

— Добро пожаловать домой. Как поездка? Удалась?

— Все отлично, — кивнул Итан. — Рекомендую и тебе как-нибудь съездить.

— На Теркс и Кайкос[9]? — уточнил Нэш, благодарный за нейтральную тему разговора.

— Нет, в свадебное путешествие. С подходящей женщиной, я имею в виду, — посмотрел в сторону Келли Итан.

Внутри у Нэша все сжалось от ярости.

— Ты же не скажешь мне держаться от нее подальше?

— Вот именно, — разочарованно выдохнул Итан. — Нам надо поговорить.

Нэш приподнял брови, неуверенный, что хочет говорить с братом.

— Если только ты не хочешь сделать это в присутствии всех гостей, предлагаю пройти за мной, — с каменным лицом сказал Итан и, ни слова не говоря, развернулся и вышел из гостиной.

Понимая, что разговор неизбежен, Нэш устремился за ним, догнав брата в его кабинете. Нэшу не нравилось находиться на территории брата, в его кабинете, где тот уютно чувствовал себя и имел преимущество. Если бы Нэш уступил раньше и согласился на этот разговор, на котором Итан настаивал с момента своего возвращения в город, возможно, Нэш мог бы сам выбрать место и время.

Итан закрыл дверь, чтобы им не мешали. Умный поступок. Не хватало еще, чтобы Тесс подслушала их спор, подумал Нэш.

— Ударь меня, — без вступления сказал Итан, подходя к брату. — Давай выпусти свой гнев. Ударь меня.

Нэш закусил губу и почувствовал вкус крови. Он твердил себе, что у него нет желания ударить брата. А может быть, он просто боялся, что, ударив один раз, не сможет остановиться.

Нэш отвел взгляд и посмотрел на стол Итана. Там стояло небольшое фото в рамке, где они были втроем перед домом, в котором выросли, — Итан, Нэш и Дир.

В следующее мгновение кулак Нэша соприкоснулся с челюстью брата.

Итан пошатнулся, потом выпрямился, и Нэш приготовился получить ответный удар. Но вместо этого Итан только потряс головой и потер место удара.

У Нэша чертовски болела рука.

— Лучше? — спросил Итан.

— Пошел к черту!

— Ты разговариваешь. — У Итана потемнели глаза. — По крайней мере теперь мы кое-чего добились.

Он хочет поговорить? Отлично. Они поговорят.

— Как ты, черт возьми, мог это сделать? — Нэш задал вопрос, который много лет не давал ему покоя. — В горле стоял комок, к этому разговору он готовился десять лет, но, оказалось, так и не был готов к нему. — Как ты мог сесть на свой мотоцикл и удрать из города, даже не подумав о нас?

— Ты действительно так плохо думаешь обо мне? — с раздражением в голосе уточнил Итан. — Я каждый день вспоминал вас с Диром.

— И все же домой ты не вернулся, — прищурил глаза Нэш. У него так сильно колотилось сердце, что казалось, оно было готово выпрыгнуть из груди.

— Правильно, — повысил голос Итан. — Потому что из-за меня родители оказались на дороге в ту ночь. Они ехали в полицейский участок, чтобы помочь мне. — Он постучал себя в грудь. — Вместо этого они столкнулись с пьяным водителем и погибли. Поэтому, нет, я не вернулся домой, потому что подумал, вам с Диром лучше жить без меня! — выкрикнул Итан.

Внезапно все стало понятно: он злился не на Нэша, а на себя за свои поступки. И эта мысль, которая никогда не приходила в голову Нэша раньше, ослабила его собственный гнев. Немного, но не совсем.

В дверь кабинета постучали. Не дожидаясь ответа, дверь приоткрылась и в кабинет сунула голову Фейт.

— Все в порядке? — Она с любовью и тревогой пристально смотрела на Итана, заставив Нэша задуматься, что такого сделал его брат, чтобы быть таким чертовски счастливым.

И задаться вопросом, почему он в своей жизни никогда не был объектом такого рода внимания от женщины. Фейт не бросит своего мужа. Никогда.

— Все в порядке.

— Твоя челюсть! — Фейт распахнула дверь шире, и за ее спиной Нэш увидел Келли, ее взгляд был направлен на Нэша, и в этом взгляде он увидел такое же тепло и тревогу.

А может быть, ему только показалось, поскольку несколько секунд назад он мечтал об этом.

— Мы еще не закончили, — поднял руку Итан, останавливая Фейт, которая уже была готова бросится к нему.

— Хорошо, — кивнула она, понимая ситуацию. — Но мне не хочется заново отделывать эту комнату, — обратилась она в том числе и к Нэшу.

Иначе говоря, никакой драки.

Отношения Нэша и Фейт с самого начала были натянутыми; действия ее отца привели к трагическим последствиям для приемной семьи Нэша, которые он слишком сильно переживал, и не собирался приветствовать ее возвращение в город с распростертыми объятиями. Не способствовало этому и то, что она немедленно связала свою судьбу с человеком, к которому Нэш питал едва сдерживаемую ненависть. Но ее преданность брату показала силу характера, которую он прежде за ней не замечал.

Может, она совсем не такая, как ее преступный отец или самовлюбленная мамаша. В конце концов Фейт была первым человеком, которому доверилась Тесс, когда приехала сюда. Итан был вторым.

— Ну? И что теперь? — развел руками Итан, повернувшись к брату.

Нэш провел рукой по волосам. Черт, если бы он знал.

— Пусть тебе это сильно не нравится, но мы братья. Тогда я был не прав, но прошлое изменить невозможно.

— Что ты от меня хочешь? — спросил Нэш.

— Чтобы ты узнал меня, — пожал плечами Итан. — Судил обо мне такому, какой я есть сейчас.

— Не слишком ли много?

«Может, ему и почку свою отдать», — подумал Нэш.

— Да, — кивнул Итан, — я прошу так много. Еще неизвестно, — мрачно рассмеялся он, — может, я тебе понравлюсь.

— Не надейся, большой брат, — округлил глаза Нэш и, не удержавшись, улыбнулся уголками губ, когда следом за Итаном выходил из его кабинета.

Через окно проникли солнечные лучи, коснулись лица Энни и мгновенно разбудили ее. Она повернулась, чтобы свет не слепил ей глаза, и почувствовала теплое тело рядом. Энни распахнула глаза и увидела Джо.

«О Господи!»

Она крепко зажмурилась, стараясь вспомнить, как он оказался здесь. Покалывание в конечностях напомнило ей, что у нее рецидив. Отсюда и название — рассеянный склероз. Эти приступы характеризуются сильной усталостью и слабостью в руках и ногах, сил хватает лишь на то, чтобы лежать в постели и ждать, когда все это пройдет.

Энни никогда не знала, что спровоцирует очередной приступ, но на этот раз была уверена, что толчком послужила внезапная болезнь отца, ее дежурство в больнице всю ночь во время операции и последовавший за этим стресс от страха, все ли будет хорошо. Вчера прямо от Келли она поехала в больницу, не обращая внимания на признаки начинавшегося приступа. Покалывание в пальцах и внезапная сильная усталость подсказали, что ей лучше успокоиться и отдохнуть. Но только после того, как увидела отца, Энни прислушалась к словам матери и отправилась домой вздремнуть.

Она едва успела переодеться в домашнее, как рухнула прямо на одеяло, а запланированное свидание с Джо было напрочь забыто.

Еще один признак надвигающегося приступа — провалы в памяти. Управлять симптомами она не могла и ненавидела себя в это время. С тех пор как два года назад ей поставили этот диагноз, Энни делала вид, что здорова, предпочитая оставаться с болезнью один на один.

Но сейчас она была не одна.

Джо был рядом.

Глава 10

— Готова сознаться, что проснулась? — прозвучал в ухо Энни голос Джо.

Она вспомнила, что он стучал ей в дверь, что она сползла с кровати и упала в его объятия. Все остальное было словно в тумане, поэтому она предположила, что проспала всю ночь.

Энни повернулась и, заставив себя посмотреть Джо в глаза, встретила его довольный взгляд.

— Даже не знаю, с чего начать? Извиниться за потерянное свидание? Поблагодарить, что остался? — Энни тяжело вздохнула. — Или сказать, что теперь со мной все в порядке, поэтому ты можешь идти, не чувствуя за собой никакой вины?

— За свидание не переживай, — покачав головой, выдохнул Джо, — мне следовало позвонить, чтобы убедиться, что наша договоренность все еще в силе. Так что все в порядке. Я никуда не собирался. Что касается вины, ничего глупее я не слышал.

— Хорошо, тогда прости, что я такая глупая, — заморгала ресницами Энни.

— Ты просила меня остаться? Оторвала меня от чего-то? Нет, — сам ответил за нее Джо. — Поэтому никакой вины. Как ты себя чувствуешь?

— Не такой обессилевшей, как раньше, — честно призналась Энни. Она еще была слаба, но у нее не было опасений, что она упадет в обморок.

Это хорошо. А что еще ты чувствуешь? — Джо оперся на руку и смотрел ей прямо в глаза в ожидании ответа.

Голос Джо звучал спокойно и уверенно, и Энни понимала, что должна рассказать об этом.

— Это начинается с покалывания, иногда — в руках, иногда — в ногах, иногда — и там, и там. Как предупреждение. В сочетании с полным изнеможением я могу стать абсолютно беспомощной.

Энни отвела взгляд, зная, что лишила себя всякого шанса на какие-то отношения с этим человеком, и это огорчило ее больше, чем она могла бы предположить. Она ожидала, что он сбежит. Если бы не брачные обязательства Нэша перед ней и ее семьей, он бы тоже быстро сбежал.

— Это больно? — спросил Джо.

— Это зависит от серьезности приступа. Боль — странная вещь. Она индивидуальна, ты знаешь?

Джо кивнул.

— И сколько времени проходит, прежде чем ты почувствуешь себя лучше?

— Не знаю.

На самом деле приступы длились день, или два, или даже несколько недель. По этой причине она уволилась с работы в крупной бухгалтерской фирме в соседнем городке, чтобы иметь собственный график. Но Джо не надо знать, насколько эта болезнь может подорвать здоровье человека.

— Джо, я очень благодарна тебе, что ты здесь. Но у тебя не было других обязательств, кроме свидания, а я проспала его и, возможно, даже храпела. Уверена, что сегодня утром у тебя есть дела поважнее.

В этот момент у Энни заурчало в животе. Организм напоминал, что она ничего не ела со времени вчерашнего ленча.

— Голодная? — с неотразимой улыбкой поинтересовался Джо.

— Да. И уверена, что ты тоже голоден, и это еще одна причина, по которой ты должен идти. Чтобы позавтракать.

Энни заставила себя сесть, преодолевая слабость во всем теле.

— Куда ты собралась? — спросил Джо.

— Умыться и почистить зубы, — направляясь в ванную комнату, пробормотала Энни. Он скорее всего уйдет к тому моменту, когда она приведет себя в порядок. И тогда она сможет спокойно и не спеша сварить себе кашу.

Но когда она наконец умылась, переоделась и спустилась вниз, ее встретил запах жареного бекона и французских тостов.

Энни пришла на кухню и увидела Джо, который стоял у плиты и выглядел весьма привлекательно.

— Что ты делаешь?

Он удивленно поднял брови и усмехнулся.

Глупый вопрос, потому что с помощью лопаточки он выкладывал на тарелку аппетитные кусочки зажаренного бекона.

Она сказала ему уходить, но он не послушался. Должно быть, она сумасшедшая, но желудок у нее был пуст и, кроме огромной благодарности, она больше ничего не чувствовала. И потом, как можно сердиться на человека, который освоился в ее доме, чтобы позаботиться о ней?

Энни много раз твердила себе, что ей не нужна нянька, но теперь присутствие Джо было ей очень приятно.

Спустя десять минут она жадно съела все, что у нее было в тарелке, и поймала на себе его пристальный взгляд.

— Что бы ты делала, если бы меня здесь не было? — спросил Джо.

Энни не хотелось, чтобы он думал о ней как о совершенно беспомощном человеке.

— Я бы позвонила и вызвала экономку матери помочь мне, — призналась она.

Такая у нее была договоренность с родителями после развода. Если не хочет переезжать домой, значит, всякий раз должна сообщать о своем состоянии, когда не может о себе позаботиться. Энни ненавидела эту ситуацию, но понимала необходимость этого, поэтому согласилась.

Джо кивнул, словно обрадовался, что существует выработанный план действий.

— Ну а если бы ты вообще не позвонила? Если бы я не появился?

— Хватит, — подняла руку Энни, останавливая его.

— Хорошо, что у нас на сегодня? — Джо с готовностью откликнулся на ее предложение сменить тему.

— Тебе решать, — ответила Энни.

Джо довольно уверенно встал, и Энни подумала, что он уходит. Ей этого не хотелось.

К удивлению Энни, Джо взял ее тарелку и быстро помыл.

— Я сама могла бы это сделать, — выдохнула Энни, — спасибо.

— Мне надо сходить в бар, посмотреть, как там дела.

Итак, он уходит.

Заставив себя улыбнуться, Энни проводила его к выходу и открыла дверь. Так будет лучше. Ни один мужчина не захочет долго терпеть ее болезнь, поэтому зачем притворяться.

— Спасибо, что был здесь.

— Не за что.

Судя по тону, каким это было сказано, он не собирался отделываться от нее. По телу Энни вдруг пробежала дрожь.

Прежде чем она успела что-то сделать, Джо обнял ее, притянул к себе и поцеловал. И это был не торопливый поцелуй на прощание, а требовательный, из разряда «я хочу тебя», от которого у нее под топом мгновенно затвердели соски.

— С чего это? — изумленно спросила Энни.

— На твоей майке вчера красовалась надпись «Поцелуй меня». Я просто ждал подходящего момента.

— А-а. — Энни провела языком по влажным губам и смущенно улыбнулась. — Можно спросить, почему именно сейчас?

Легкая улыбка появилась в уголках губ Джо.

— Потому что я знаю, ты думаешь, что я прощаюсь с тобой навсегда. Это мой способ сказать тебе, что мы скоро увидимся.

Джо ушел, оставив ее одну. Энни чувствовала, что ближайшее время проведет в ожидании прикосновений этого человека.

В понедельник утром Нэш ехал в больницу навестить Ричарда, но какое-то странное щемящее чувство, которое он не мог объяснить, заставило его сначала заехать к Энни. В субботу ее мать рассказала Нэшу, что отправила Энни из больницы домой хоть немного отдохнуть. В тот же день, несколько позже, а потом еще вчера Нэш звонил Энни домой, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, но все время слышал сигнал голосовой почты. Энни ему так и не перезвонила, и Нэш об этом забыл.

Сегодня утром он позвонил в больницу, чтобы уточнить, что Ричард готов к его визиту, и когда поинтересовался насчет Энни, Мэри ответила, что сегодня утром еще не слышала дочь. Обычно Энни — ранняя пташка, если только все в порядке.

Нэш проезжал мимо дома Энни и уже собрался припарковать где-нибудь машину, как вдруг увидел Джо Локхарта, который выходил из ее дома. Джо — это парень, который работает барменом и, сколько помнит Нэш, питает нежные чувства к Энни.

Руки Нэша инстинктивно сжали руль. Женщина, на которой он был женат, явно встречается с другим мужчиной. Ничто другое не могло объяснить появление Джо здесь в такую рань. Вместо того чтобы остановиться, Нэш нажал на педаль газа и проехал мимо, пока Энни или Джо не увидели его.

Разобраться в собственных чувствах бывает нелегко. Он явно разволновался, хотя был теперь разведен. Почему Энни и Джо как пара волнуют его? Сказать, что он все еще испытывает чувства к Энни, так нет, это не так. Во всяком случае, не такие, как к Келли.

Это самолюбие, заставил себя признать Нэш. Энни оттолкнула его, разбила его сердце и, хотя она дольше, чем он, оставалась одна, теперь все-таки поставила точку на их прошлой жизни.

Очевидно, Дир и даже Келли правы. Настаивая на том, что Энни нуждается в его заботе, Нэш цеплялся за прошлое. На самом деле он присматривал за Энни, потому что хотел удержать ее в своей жизни, чтобы Энни не стала еще одним близким человеком, который исчез из его жизни и подвел его.

Нэш обнаружил, что, задумавшись, проехал поворот к больнице, и теперь ему пришлось разворачиваться и возвращаться назад. Наконец он припарковался, вышел из машины и направился в больницу. Ричарда перевели в отдельную палату, и хотя после операции он был бледнее обычного, слабый, но пребывал в радостном и бодром расположении духа. Ему как можно скорее хотелось вернуться к нормальной жизни, но факт оставался фактом: впереди его ждет длительный период выздоровления и реабилитации.

Визит его длился недолго, потому что Ричарду нельзя переутомляться. Нэш вышел из больницы немного расстроенным — его наставник и друг казался таким постаревшим и немощным, к тому же мысли об Энни не поднимали настроения.

Единственный человек, которого он хотел видеть сейчас, и единственная женщина, которая ему нужна, была Келли. Но захочет ли Келли видеть его?

У Келли состоялся короткий разговор с Ричардом, и, хотя голос у него был слабым и болезненным, он, как всегда, говорил о делах. Понимая, что с текущей работой придется подождать, он попросил ее перебрать старые папки и разложить их, подготовив для хранения. Келли и не подозревала, сколько в задней комнате стояло коробок с документами, покрытых слоем пыли. Копаясь в бумагах, она подумала, что завтра для этой работы наденет джинсы и футболку.

Келли не знала, сколько прошло времени. Начав с самых старых документов, она разбирала папки восьмидесятых годов. Вдруг дверь в офис распахнулась, и Келли поняла, что кто-то пришел.

— Я здесь, — крикнула из задней комнаты Келли. Она сидела на полу в таком плотном окружении коробок, что не могла встать и посмотреть, кто пришел.

Когда вошел Нэш, она очень удивилась. Они не разговаривали со вчерашнего вечера. После его разговора с Итаном настроение у него было неплохое, но, поскольку он ничего не рассказывал, Келли ничего не спрашивала.

Келли встала и попыталась отряхнуть пыль с юбки, прежде чем подойти к нему.

— Привет! Что ты здесь делаешь?

— Мне надо было увидеть тебя, — после секундного замешательства сказал Нэш.

— Хорошо, — приветливо улыбнулась Келли.

Но он, казалось, не заметил ее улыбки. Странно, он сказал, что пришел увидеть ее, а сам погружен в свои мысли.

— Садись, — обронила Келли.

Нэш покачал головой, лицо было задумчивым и… отрешенным.

— Все в порядке? — с растущим внутри беспокойством спросила Келли. — Ричард? Тесс? Итан? Дир? — Она называла имена членов его семьи, думая, что он, может быть, не знает, как сообщить ей плохую новость.

— С ними все хорошо. — Между бровями у Нэша залегла глубокая морщинка. — Сегодня утром кое-что произошло. И ты единственный человек, с кем я хотел поговорить об этом, но…

— Но? — подтолкнула его взволнованная Келли.

— Но я думаю, ты неправильно воспримешь то, что я скажу.

— Почему бы тебе просто не рассказать мне, а я обещаю не делать никаких выводов, пока ты мне все не объяснишь. — Она боялась, что он передумает и ничего не расскажет ей.

— По дороге в больницу, — выдохнул Нэш, — я решил проехать мимо дома Энни. Ее мать говорила, что вчера она не очень хорошо себя чувствовала. Перед этим я звонил ей, но она мне не ответила.

«Значит, Энни. Следовало догадаться», — подумала Келли.

— Понятно. Я уже знаю, Энни — важная часть твоей жизни, — спокойно сказала она.

В конце концов, она спала с ним, зная, что он по-прежнему очень настойчиво опекает бывшую жену. Поэтому его остановка у дома Энни сегодня утром ничуть не удивила Келли. Она даже не могла сказать, что это взволновало ее, просто она чувствовала себя немного неуверенно, несмотря на его недавние заверения, что они с Энни — просто друзья.

Но Нэш — здесь, напомнила себе Келли, и она обещала его выслушать.

— С Энни все в порядке?

— Не знаю, — пожал плечами Нэш. — Когда я оказался там, из двери ее дома вышел Джо Локхарт, поэтому я проехал мимо.

Келли кивнула, не слишком удивившись. Странно, что Энни позволила Джо остаться на ночь, но учитывая влечение, которое она заметила между ними в тот вечер в баре, Келли решила, что природа взяла свое.

— Ты знала? — спросил Нэш, заметив, что для нее эта новость не оказалась такой ошеломительной, как для него.

— Я знала, что у них было свидание вчера, вот и все. Я так полагаю, ты расстроился, что Энни была с кем-то другим? — спросила она.

Учитывая, насколько эта новость шокировала Нэша, Келли догадалась, что ему впервые стало известно о свидании Энни с другим мужчиной. Она пришла к единственно возможному для себя выводу: увидев выходящего из дома Энни Джо, Нэш понял, как сильно он продолжает любить свою бывшую жену и хочет ее возвращения.

Для чего же еще он нашел Келли и сказал, что она единственный человек, которого он хотел увидеть, если не для того, чтобы освободиться от отношений с ней, прежде чем пойти за Энни? В груди больно кольнуло, но Келли не станет устраивать сцен.

— Я поняла. — Она прикрыла рукой его руку, чтобы успокоить и поддержать его.

— Поняла?

— И не собираюсь создавать тебе проблемы, — кивнула Келли. — Иди. Расскажи Энни о своих чувствах. — Она отдернула руку и помахала Нэшу, выдавив из себя улыбку и ожидая, когда он уйдет, чтобы остаться наедине с болью, терзавшей ее сердце.

— Это не то, что я хочу, — покачал головой Нэш. — Меня взволновало, что Джо был там, но причины другие, не те, о которых ты думаешь.

Келли, смутившись, затаила дыхание.

— Я удерживал Энни в своей жизни, даже если она этого не хотела. На самом деле я защищал свое самолюбие, а не Энни.

— Я не понимаю.

— Я держался за Энни, потому что это означало, что мне не придется столкнуться с тем, что еще один человек в моей жизни бросит меня.

Келли пристально смотрела на него и не могла поверить, что Нэш так обнажает свою душу.

— Вид Джо, покидавшего дом Энни, заставил меня задаться тем же вопросом, какой ты задавала мне. Как я на самом деле отношусь к роману Энни? — Нэш развел руки перед собой, словно умоляя Келли понять его.

— И? — Она не понимала. Пока не понимала. — Как ты к этому относишься? Или я должна спросить, что ты чувствуешь? — с трудом произнесла Келли. Она боялась ответа.

Нэш взял ее за подбородок, мягко заставляя посмотреть на него.

— Расслабься, — пробормотал он.

Она и не поняла, что затаила дыхание.

— Что ты говоришь?

— Что новость о Джо и Энни меня нисколько не взволновала, — улыбнулся Нэш. — И единственный человек, с которым я хочу быть, это ты. — Он обхватил руками ее голову и поцеловал.

И это был не просто поцелуй. В нем было все: его эмоции, его чувства, его искренность. Этот поцелуй дал ей понять, что он не только хочет ее, но и что она у него единственная.

Наверно, у них могут возникнуть любые другие трудности в будущем, поняла Келли, но только не его чувства к бывшей жене. Этот поцелуй убедил Келли, что для Энни в его сердце нет места.

До тех пор пока ее прошлое не столкнулось с ее настоящим, она хотела наслаждаться этим настоящим. Пока Нэш с ней, он принадлежит ей.

Она запустила пальцы ему в волосы и поцеловала в ответ, страсть победила здравый смысл. Нэш прижал ее к ближайшему столу, приподнял и посадил на край, не прерывая поцелуя, а сам встал у нее между ног. Его руки легли на талию Келли, он вытащил края заправленной в юбку шелковистой блузки и кончиками пальцев коснулся обнаженной кожи.

У Келли участилось дыхание, а пальцы Нэша двигались вверх, пока большие пальцы не коснулись через бюстгальтер ее сосков. Она застонала и выгнула спину. Нэш осторожно положил ее на стол. Не отрываясь от ее глаз, он стал расстегивать блузку, пуговицу за пуговицей, медленно и осторожно, словно дразня ее. Всякий раз, расстегивая очередную пуговицу большими пальцами, он касался чувствительных сосков набухшей груди.

Когда с пуговицами было наконец покончено, Нэш распахнул блузку и губами прижался к животу Келли. У нее сжались мышцы, она задрожала, и ее накрыла волна ни с чем не сравнимого удовольствия. Он обнял ее за плечи, ему ни о чем не пришлось просить. Келли подняла ноги, обхватила ими его спину, и его возбужденная плоть оказалась у нее между ног, упираясь в юбку Келли.

Нэш поднял ее юбку, обнаружив, что вместо колготок сегодня на ней были чулки. Она выгнулась ему навстречу, ее трусики и его брюки мешали им слиться, только усиливая возбуждение.

Внезапно Нэш прервал поцелуй и коснулся губами ее груди. Он целовал ее напряженные соски, согревая своим дыханием, и стал резко двигать бедрами, имитируя грубый секс, и Келли без предупреждения вдруг достигла апогея. А Нэш все продолжал двигать бедрами, пока ее возбуждение, достигнув пика, медленно не пошло на спад.

Из-под полуопущенных век она наблюдала, как он расстегнул брюки, снял и отбросил в сторону. Восставшая плоть натянула ткань боксеров, и Келли уже была готова принять его.

Она спросила, будет ли он предохраняться.

— Черт! — Нэш сделал глубокий вздох, но его тело все еще дрожало от сильного желания.

Келли решилась.

— Я принимаю таблетки. И осторожна. — Она посмотрела на Нэша, ожидая ответа.

— Я тоже, — улыбнулся он, наклонив голову.

И Келли верила ему. Если и есть в Нэше что-то, так это честность.

— Тогда чего ты ждешь?

Его боксеры полетели на пол вслед за брюками, и он пошел к ней, обнаженный, с восставшей плотью, безупречный образец мужчины, который хотел только ее. Келли задохнулась, когда сильными руками он развел ее бедра и напряженная плоть коснулась ее теплого пульсирующего лона.

Она ожидала, что он начнет медленно, осторожно, не торопясь. Но Нэш одним мощным движением проник в ее тело. Келли изумленно вздохнула. Им не нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу. Они были словно две половинки одного целого.

— Ты так хороша, — сказал он хриплым голосом.

— Я знаю. — Она подумала, что никогда не забудет это мгновение.

— Боже! — вырвалось откуда-то из глубины души Нэша. Он двигался медленно, постепенно убыстряя темп.

Удерживая руки у нее на талии, он мощными движениями бедер проникал в глубь ее тела, и она чувствовала каждый яростный удар его плоти.

Внезапно Нэш наклонился и опустился на нее, прижался к ее губам, его язык требовательно проник внутрь, и Келли поняла, что сейчас достигнет наивысшего наслаждения. Она выгнулась ему навстречу, прижавшись к нему бедрами, заставляя его еще глубже проникнуть в свое тело. Каждое его движение приближало Келли к желанному пику страсти.

Ей показалось, что она задыхается от восторга. Нэш все еще целовал ее. Он не останавливал движения бедер до тех пор, пока с его губ не сорвался низкий стон, подсказавший Келли, что он тоже близок к вершине страсти. И каким-то невероятным образом наслаждение, державшее ее в своем сладком плену, сменилось напряжением, и она вновь начала двигаться ему навстречу.

* * *

Нэш весь дрожал от волнения. Они занимались сексом в офисе Ричарда, входная дверь была не заперта, кто угодно мог войти сюда и увидеть происходящее.

Нэш отвернулся, они как-то быстро оделись и за все это время не произнесли ни слова. А что тут скажешь? Он пришел, чтобы поговорить, и растворился в ней.

Нэш был счастлив, но понимал, что Келли достойна лучшего. Он обернулся, чтобы взглянуть на Келли. Она застегивала блузку, лицо раскраснелось, на губах — блаженная улыбка. Возможно, все не так плохо.

У Нэша зазвонил телефон, он мельком посмотрел на дисплей и сразу отключил.

Когда Нэш повернулся к ней снова, она стояла уже полностью одетая. Но одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, чем они занимались. У нее раскраснелось лицо, волосы спутались, юбка помялась.

Нэшу явно нравилось то, что он видел.

— Чему ты улыбаешься? — поинтересовалась Келли.

— На какой вопрос, ты хочешь, чтобы я ответил первым?

— Ты выбирай. — Келли сложила руки на груди, потому что сквозь легкий шелк блузки просвечивал влажный бюстгальтер.

— Ладно. Я улыбаюсь, потому что ты выглядишь как женщина, у которой только что был секс на столе в офисе и ей это необыкновенно понравилось.

Келли выжидающе на него смотрела.

— Телефон пикал, подавая сигнал о календаре, — продолжал Нэш. — Сегодня — день рождения моей матери, и в семь часов я должен быть там на ужине.

— Ты часто с ней видишься? — спросила Келли.

— Один-два раза в неделю, если это спланировано, и гораздо чаще, если просто где-то сталкиваемся друг с другом. — Он по-своему любил Флоренс, просто прошлое не давало ему покоя и боролось с этим его чувством из-за преданности младшему брату.

— Пойдем со мной сегодня вечером, — не раздумывая предложил Нэш.

— Зачем? — Келли была удивлена этим приглашением не меньше, чем он сам, и осторожно посмотрела на него.

— Почему нет? — вопросом на вопрос ответил Нэш и шагнул к ней ближе, чувствуя ее тепло.

Если он хочет привести женщину домой, чтобы познакомить со своей приемной матерью, он это сделает.

— А кто там будет? — прикусила нижнюю губу Келли.

— Нервничаешь перед толпой? — спросил Нэш, зная, что на нее это не похоже.

— Нет, нервничаю перед твоей матерью. А если я не понравлюсь ей, потому что совсем не похожа на Энни?

— Она полюбит тебя, — заверил Нэш. — И потом, ты нравишься мне, разве не это главное? — Он подался вперед и коснулся губами ее губ.

Келли вздрогнула, но не отступила. И Нэшу это очень нравилось в ней.

— А тебя никогда не посещала мысль, что ты поэтому и нравишься мне так сильно, что совсем не похожа на мою бывшую?

— Объясни.

— Ты энергичная, смелая, ты отвечаешь за людей, которых любишь. — Они оба понимали, что сейчас он говорил о Тесс.

Келли не подозревала, как Нэшу вдруг захотелось быть в списке людей, которых она любит.

— Это слишком приторно, — усмехнулась Келли.

— Я бы не говорил так, — с досадой сказал Нэш. — Вернемся к тебе. Еще ты честная. Когда не смогла справиться с Тесс, сказала об этом. Когда не захотела отношений со мной, объяснила почему. Ты называешь вещи своими именами, и я ценю это. — «Больше, чем ты думаешь», — мысленно добавил Нэш.

— Нэш, я…

— Ш-ш. — Он приложил палец к губам. — Единственное, что я хочу услышать сейчас, что ты готова.

— Опять? Так скоро?

— Да не в этом смысле. — Нэш легко шлепнул ее по ягодицам. — Маленькая негодница. — Готова прийти на ужин. Там будем только мы с матерью. Поэтому, пожалуйста, присоединяйся. — Нэш обнял Келли за талию и прижал к себе. — Пожалуйста.

— Хорошо.

— Спасибо, — улыбнулся он, но не потому, что настоял на своем, а потому, что снова увидит ее сегодня вечером. — Что ты планировала делать в оставшееся время?

— Работать. А что?

— Просто предлагаю тебе пойти домой, пока сюда никто не пришел и не вычислил, чем мы тут занимались.

Келли смущенно промолчала. Ей хотелось, чтобы скорее наступил вечер, когда после празднования дня рождения Флоренс они опять смогут побыть наедине.

Глава 11

Келли была покорена словом «пожалуйста», прозвучавшим из уст Нэша. Его крепкое тело, прижимавшееся к ней, напомнило ей о том блаженстве, которое она испытала в его объятиях. Все могло бы быть так замечательно, если бы она не скрывала свое прошлое. И если бы честность не была так важна для него.

Но поскольку для него это было очень важно, она подошла так близко к тому, чтобы рассказать Нэшу о себе, а он одним своим прикосновением лишил ее способности говорить. Он хотел от нее только одного, и она уступила. И вот теперь она здесь. Нэш обнял ее, и они готовы войти в дом его приемной матери.

Солнце уже садилось, но было пока не так темно, как в тот вечер, когда Нэш устроил ей экскурсию по Серендипити, и сейчас она могла лучше рассмотреть этот дом. Он не выглядел грандиозно, как Харрингтон-Мэншн, но его внушительный вид и ухоженная постриженная лужайка вокруг дома демонстрировали достаток его хозяев.

Келли застыла на крыльце.

— Расслабься, — прошептал ей на ухо Нэш, и к ней мгновенно вернулись события сегодняшнего утра, когда за словом «расслабься» последовала фраза «ты единственный человек, с которым я хочу быть».

— Флоренс Россман не кусается, — заверил ее Нэш.

В этот момент дверь широко распахнулась.

— Нэш! — воскликнула появившаяся на пороге женщина, очевидно, приемная мать Нэша. — Я так рада, что ты здесь!

— Как я могу пропустить твой день рождения? — Нэш вручил ей небольшую коробочку, в которой, даже Келли поняла, был подарок от Тиффани.

— Ты — вот подарок, который мне нужен, — заключила его в объятия женщина.

Ее любовь к Нэшу, хоть он и приемный сын, была очевидна. Келли немного завидовала ему, потому что сама ни в юношестве, ни во взрослой жизни, никогда не чувствовала к себе такой любви и нежности. А еще ей было печально наблюдать, как неловко чувствовал себя Нэш в теплых и заботливых объятиях этой женщины.

— Мам, я хочу познакомить тебя с Келли Мосс. Я уже говорил тебе, она сестра Тесс по матери.

— С днем рождения, миссис Россман. Спасибо, что позволили мне вторгнуться к вам на праздник. — Келли протянула ей цветы, купленные сегодня вечером.

— Чепуха, — улыбнулась миссис Россман, вдыхая запах цветов. — Никуда вы не вторгаетесь. Я обожаю компании. — Она взмахнула рукой, приглашая войти в дом.

Келли взглянула на Нэша, и они вместе вошли внутрь. Келли была удивлена, увидев миниатюрную блондинку с загорелым лицом в обычных черных брюках, толстом свитере и балетках от Шанель. Она излучала теплоту и участие, и Келли была поражена, что такая женщина отказалась взять на воспитание и Дира тоже.

Флоренс Россман усадила их в гостиной, отделанной в теплых зеленовато-голубых и кремовых тонах. Она засыпала Нэша вопросами о том, как он живет, о его работе. Спросила о Ричарде и сказала, что отправит ему корзину с фруктами, когда его выпишут из больницы. Она была искренней и оживленной, и Нэш, пока они разговаривали, похоже, расслабился. У него смягчились черты лица, и чувства, которые он испытывал к этой женщине, были понятны. По крайней мере для Келли. Только когда он был один и его охватывали воспоминания о настоящих родителях, когда он сравнивал свою счастливую жизнь с условиями, в которых вырос Дир, Нэш замыкался.

Во время ужина, для которого Флоренс приготовила дивного цыпленка, она рассказывала, каким был Нэш в подростковом возрасте, и продолжала делиться своими воспоминаниями, когда, поужинав, они вернулись в гостиную.

Келли нравилось слушать о мальчишке по имени Нэш. Она получила возможность узнать, как он жил, прежде чем стал таким, каким она его знала. Она с интересом ловила каждое слово Флоренс.

— И надо было видеть его лицо, когда он понял, что в частную школу ему придется надеть униформу, — улыбнулась, вспоминая, Флоренс.

Сидя рядом с Келли, Нэш покачал головой, подтверждая, что проблемы с униформой у него были. «Точно как у твоей сестры», — подумала Келли, сдерживая смех. Когда она находила что-то общее между Тесс и Нэшем, это всегда изумляло ее. И это фактически объясняло их настойчивую неприязнь друг к другу. На самом деле они были слишком похожи.

— Споров по поводу формы было столько, что я подумывала отправить его назад в государственную школу.

— И почему же вы не отправили его назад? — подалась вперед Келли. — У моей… То есть у нашей сестры Тесс в частной школе тоже не все гладко. И я не знаю, что делать, — призналась она.

— Как взрослый человек я должна была думать о его будущем, — с понимающим видом кивнула Флоренс. — Я понимала, что, забирая Нэша от друзей в государственной школе, мы причиняли ему боль. Особенно после тех серьезных потерь, которые он пережил, — тихо сказала она. — Но мы беспокоились, что, если он останется там и будет общаться с детьми, у большинства из которых нет никакой цели в жизни, он не воспользуется теми возможностями, которые могла дать ему его новая школа. Поэтому мы попросили его попробовать.

— И я попробовал, — откликнулся Нэш. Он испытывал чувство огромной благодарности к людям, которые его приютили.

— Понравилось? — спросила Келли, явно все еще думая о Тесс.

— Сначала нет, — признался Нэш, откинувшись на спинку.

Его первые месяцы у Россманов и в академии[10], куда они его направили, были ужасными. Он скучал без друзей, без Дира. Он был сердит на этот мир, который забрал у него всех, кого он знал и любил.

— Но если бы я остался в своей старой школе, я бы, наверно, не стал усердно учиться или задумываться о будущем. А так я поступил в Нью-Йоркский университет, а потом — в магистратуру Школы юридических наук.

— Я рада слышать это от тебя, — сказала Флоренс. — Я никогда не была уверена, что ты на самом деле думал о… обо всем этом.

Нэш знал, что для Россманов всегда было непросто разобраться в его эмоциях и противоречиях. Теперь он понимал, что их жизнь из-за этого сильно усложнилась.

Ему не нравилось чувствовать себя неблагодарным, но были времена, когда он, наверно, был таким.

— Послушай, — сказала Флоренс, возвращая Нэша к настоящему, — я знаю, что тебе легче уступить Тесс, когда она несчастна, но может, следует подтолкнуть ее продержаться немного дольше?

Возможно, он сможет поговорить с ней, подумал Нэш. Недавно в их отношениях кое-что изменилось к лучшему, и, может быть, она услышит его.

— Мудрые слова, — кивнула, соглашаясь с Флоренс, Келли. От ее улыбки у Нэша перехватило дыхание.

— Знаете, мне кажется, Итан думает точно так же, — добавила Келли.

Пока она говорила, Нэш чувствовал, что она не сводит с него глаз, размышляя, не станет ли он сердиться за это упоминание о брате.

— Как твои отношения с Итаном? — спросила Флоренс, не знавшая новых обстоятельств.

— Пока никак. Но… Я думаю, мы сдвинулись с мертвой точки.

Келли широко распахнула глаза. Хотя он видел ее после встречи в доме Итана, они не обсуждали, что там произошло между Нэшем и его братом. Да и Нэш запретил себе задумываться над этим.

Но теперь он испытывал совсем новые чувства. Как только он ударил Итана, переполнявший его все эти годы гнев исчез, оставив в груди странную пустоту и замешательство. И это, как ни странно, было лучше, чем ненависть, с которой он жил много лет.

— Я рада. Семья есть семья, — сказала Флоренс. Эти слова она часто повторяла на протяжении всей жизни.

— Я тоже, — откликнулась Келли. Ее искреннее признание согрело Нэша. Он знал, как сильно она желала примирения между братьями, и не только ради Тесс, но и ради него самого.

— Жаль, но мне завтра рано вставать, — сказала Флоренс. — Я на добровольных началах работаю в доме престарелых, и моя смена начинается завтра в восемь утра.

— Давайте я помогу вам все убрать, — сказала Келли.

— Утром придет помощница, — покачала головой женщина, — и вы уже помогли мне помыть посуду. А все остальное может подождать.

Вот что всегда восхищало в этой женщине Нэша. Она все решала легко и весело. Если она сказала, что это подождет до утра, значит, подождет.

— Но…

Келли попыталась возразить, но Нэш знал, что это ни к чему не приведет.

— Она так решила, — сказал он Келли, поднимаясь с места. Он взял ее за руку, дав понять, что надо уходить.

— Ну если вы уверены…

— Уверена.

— Она уверена, — подтвердил Нэш.

И все трое рассмеялись.

Когда прощались, по довольному лицу Флоренс можно было понять, что она обрадовалась появлению Келли. Нэш никого, кроме Энни, не приводил знакомиться с семьей. И все же сегодня вечером он чувствовал себя уютно, а реакция матери подсказала ему, что он правильно поступил, пригласив Келли.

Обратно они доехали быстро. Серендипити — компактный городок, и вскоре Нэш припарковался рядом с кофейней Джо.

Он выключил двигатель и вышел из машины, чтобы проводить Келли до дверей. С каждым днем воздух становился все прохладнее, и Нэш обнял Келли за талию. Чтобы согреть, сказал он себе, зная, что это ложь. Он хотел ее, но понятия не имел, как вести себя дальше.

Дверь ее квартиры находилась на самом верху длинного лестничного пролета, и там горел яркий фонарь. Нэш успокоился, что она не пойдет домой одна в кромешной темноте. Он повернулся к ней лицом, снова и снова удивляясь, как сильно его тянуло к ней.

— Спасибо, что пришла сегодня. Я знаю, что это был не самый веселый способ провести вечер.

— Почему ты так думаешь? Мне кажется, сегодня вечером я узнала тебя намного лучше, чем за все время нашего знакомства.

— И что же ты узнала обо мне? — занервничал Нэш, увидев ее понимающую улыбку.

— О, это знаю только я. — Келли вставила ключ в замочную скважину. — А тебе останется гадать об этом, — засмеялась она и открыла дверь в квартиру.

Вместо того чтобы войти следом за ней, Нэш остановился на пороге. Хотя он был на семейном дне рождения, он весь вечер хотел только одного.

— Нэш? — Келли сняла пальто и положила на стул сумку. — Что происходит?

— Ты дома. Целая и невредимая. Мне надо идти. — Особенно, подумал он, если она не планировала оставить его у себя.

Его восхищало, как спокойно она разобралась с тем, что он считал жизнью шизофреника, — с одной стороны, сын богатых приемных родителей, с другой стороны — один из братьев Баррон, он сам до сих пор не знал, кем себя считает.

— Ты хочешь уйти? — хрипло спросила Келли.

На ней была розовая блузка, и этот цвет подчеркивал ее натуральный румянец. Она потянулась к верхней пуговице и расстегнула ее, потом последовала другая пуговица, за ней — еще одна. Под блузкой оказался кружевной бледно-розовый бюстгальтер, дразнивший Нэша своей сексуальностью.

Ее намеки были абсолютно понятны, и Нэш, отбросив напряжение, владевшее им все это время, подошел к Келли, которая стояла в центре комнаты. Он протянул руку, намереваясь прикоснуться к ней, но она, положив обе руки ему на плечи, подвела его к дивану и толкнула вниз.

— Ты играешь с огнем, — предупредил ее Нэш.

— Справлюсь. Ты хотел знать, что я поняла сегодня вечером, да?

— Правильно.

— Я поняла, что тебе нужен кто-то, кто тебя понимает. Ты благодарен Россманам. Ты любишь Флоренс. Но ты сдерживаешь себя, потому что чувствуешь вину за Дира. Которому, кстати, твоя жалость не нужна.

— Я не могу сейчас говорить об этом.

Ее пальцы медленно расстегивали пуговицы на его брюках.

— А мы не будем много говорить, — пообещала Келли и усмехнулась. Она посмотрела на Нэша, и ее глаза светились желанием. — Я только хочу, чтобы ты знал, что я тебя понимаю. И когда ты со мной, ты можешь не скрывать своих чувств, а я не буду осуждать. Итак, сегодня вечером ты праздновал прекрасный день рождения с приятной женщиной.

Нэш кивнул, потому что не мог говорить, у него перехватило дыхание. Он был тронут, что она так много и серьезно думала о нем. Но ему сейчас хотелось сжать ее в объятиях, и он снова потянулся к Келли.

Но она опять увернулась.

— Келли, ты не должна…

— Я хочу, — оборвала она его, опустившись перед ним на колени.

Нэш издал низкий стон, задрожал всем телом, откинув голову на подушки. Он провел рукой по ее волосам, перебирая локоны, и обхватил ее голову, когда она начала ласкать его.

Наконец она получила то, что хотела. Он выдохнул ее имя, его тело продолжала сотрясать дрожь, когда Келли встала на ноги. С блестящими глазами она быстро разделась, отбросив свою одежду, и оседлала Нэша. Выгнув спину, она обняла его за плечи. Нэш, обхватив ее за бедра, стал двигаться ей навстречу до тех пор, пока Келли в экстазе не выкрикнула его имя.

Когда Келли проснулась утром, Нэш ушел. На кровати лежала записка. «Ночь была особенной, как и ты сама. Увидимся позже». Она уткнулась головой в подушку, вдыхая его запах, напоминавший о том, чем они занимались нынешней ночью. Один раз — на диване, дважды — на кровати. По крайней мере хоть в промежутках они поспали.

Келли переоделась в спортивный костюм и кроссовки для работы в пыльной кладовке. К тому же у нее совсем не было сил приводить себя в порядок. При каждом движении ее тело болело, напоминая о событиях прошедшей бурной ночи.

Он был для нее теперь самым близким человеком. Келли подумала, что Энни права и ей надо честно рассказать ему о своем прошлом и о тех проблемах, которые могут возникнуть.

Энни. Прежде чем отправиться в кофейню сегодня утром, она позвонила подруге, надеясь встретиться с ней там. Хотя Келли разговаривала с Ричардом лично только один раз после операции, она справлялась о его здоровье у жены или у дочери. Ричард быстро шел на поправку.

Но вот уже несколько дней она не звонила Энни и теперь хотела убедиться, что у подруги все хорошо. А еще ей хотелось узнать, как у нее прошло свидание с Джо.

Келли набрала номер подруги, в трубке шли долгие гудки. Келли уже хотела положить трубку, когда услышала голос Энни, который звучал так, словно она только что пробудилась от глубокого сна:

— Алло?

— Энни, это Келли. Я разбудила тебя?

— Все в порядке, — прозвучал стандартный ответ, когда вы хотите, чтобы человек на том конце провода не чувствовал себя неловко.

— Может, перезвонишь мне сама? — предложила Келли, хотя и заволновалась, что Энни утром спит так поздно.

— Да нет, я могу говорить. Просто не очень хорошо себя почувствовала, поэтому спала.

— Я могу чем-то помочь? Принести обед? Ужин? — Келли уже обдумывала, где заказать еду.

— Нет, спасибо, у меня есть все, что нужно.

Келли подумала, что Энни не хочет обременять никого своими заботами.

— Как же ты сама о себе позаботишься?

Келли знала, что мать Энни занята в больнице с Ричардом, а сама она, судя по голосу, слишком слаба.

Энни немного помолчала, но ответ сам пришел Келли в голову, как только она озвучила вопрос:

— Джо зашел, да?

— Нет, — вздохнула Энни, — прямо сейчас его здесь нет.

— Но это он заходит и помогает тебе!

— Откуда ты знаешь? — теперь уже громче спросила Энни.

— Ну… Я хотела тебя предупредить. Нэш интуитивно почувствовал, что что-то не так, поэтому подъехал к твоему дому вчера рано утром.

— Он не заходил, — усталым и смущенным голосом сообщила Энни.

— Потому что увидел, как из твоего дома выходил Джо.

— О Господи! Он сердился?

— Скажем так, — Келли крепче сжала трубку в руке, — это стало для него откровением, и он с ним справился. И даже очень успешно.

— Правда? Ты уверена? Или просто не хочешь меня расстраивать, пока я себя неважно чувствую?

— Нет, ничего такого, — рассмеялась Келли. Она вспомнила, как Нэш взволнованно рассказывал ей про Энни, а потом набросился на нее и занялся любовью прямо на столе в офисе.

— Ой, хорошо, я почувствовала такое облегчение. — Энни немного помолчала в трубку. — Уверена, что и тебе стало легче.

— Можно сказать и так. Ну и? Ты с Джо? Что же случилось с женщиной, которая не хотела, чтобы о ней заботились? — дразнила она Энни.

— Она слабая и просто сдалась, — засмеялась Энни. — Он зашел, потому что назначил свидание, а я забыла обо всем! Потом от слабости я практически упала ему на руки, а когда на следующее утро проснулась, он все еще был здесь. Рядом со мной. В постели.

Келли присвистнула, радуясь, что в жизни Энни появился такой человек, как Джо.

— Но я по-прежнему не хочу, чтобы он оставался со мной из жалости. Или потому, что считает, что мне нужен кто-то, чтобы ухаживать за мной.

— Ни один мужчина не возвращается из жалости, — заверила ее подруга. И потом, Келли видела, как Джо смотрел на Энни.

— Чтобы порадовать его и показать, какой я могу быть, когда болезнь не укладывает меня в постель, я хочу сделать ему сюрприз. Этот сюрприз компенсирует то, что я забыла о свидании, и станет ему благодарностью за то, что он был здесь.

— Что ты придумала?

— Я пока еще не решила. Что-нибудь такое, чего он не ждет.

— Похоже, он счастливый человек, — засмеялась Келли. — Когда это произойдет?

— Хотела бы я знать, — простонала Энни. — Сначала надо поправиться.

Еще несколько минут они поболтали о здоровье Ричарда, и Келли повесила трубку, пообещав Энни позвонить позже.

Келли отправилась на работу. Она вышла из дома, зашла за кофе и направилась в офис. Сделав большой глоток своего утреннего кофе, Келли вытащила для сортировки первую коробку. Каждая папка должна быть подписана и сложена в новую крепкую коробку, на которой отмечен год.

Время прошло быстро. Когда у нее заныли от усталости ноги, Келли посмотрела на часы и поняла, что начала она в девять, а сейчас уже почти половина первого. Она заглянула в открытую коробку и решила, что если просмотрит последние несколько папок, и с этой коробкой будет покончено, а после обеда приступит к сортировке новой.

Келли достала оставшиеся папки, проверила имя на обложке и не поверила своим глазам.

Баррон.

У Келли перехватило дыхание. Точно так же, как она поступала с другими папками, она пролистала страницы, чтобы убедиться, что все бумаги касаются одного и того же дела. Но не смогла удержаться и стала внимательно читать.

Ричард был прокурором округа Серендипити и ушел с этого поста сразу после ареста Итана, занявшись частной практикой. Ему хотелось помочь детям, которых он наказывал. Как он объяснил Келли, в этих подростках он видел себя, потому что сам в юности был хулиганом. Большинство папок, которые юна просмотрела, касались детей из небогатых районов города, которые попали в беду и нуждались в помощи. Поскольку реальные деньги Ричарда поступали от бизнеса его отца, связанного с недвижимостью, он имел возможность значительное количество дел в своей юридической практике вести на благотворительной основе, что вызывало у Келли восхищение.

Очевидно, братья Баррон принадлежали именно к такой категории клиентов. Хотя Нэш рассказывал ей, что у него был Ричард, чтобы присматривать за ним, подробностей Келли не знала. И вот теперь они лежали перед ней. Она помедлила и, сделав глубокий вдох, открыла папку и начала читать. Келли потрясло то, что она узнала. Она была уверена, что Нэш даже не подозревает об этом. Полученная информация теперь изменит его отношение к жизни.

* * *

Сегодня утром первоочередной задачей Нэша было перевести Билла Манфреди из помощника в младшего партнера. Как он и ожидал, энергичный и благодарный Билл принял его предложение, и Нэш знал, что они оба выиграют от этого. С компаньоном работа пойдет значительно легче и быстрее.

Спустя час позвонила Келли и попросила его немедленно приехать. Она не будет дергать его по пустякам, и ее голос действительно звучал очень взволнованно, поэтому Нэш бросил все и помчался в офис Ричарда.

Как только он там появился, он сразу почувствовал присутствие Келли, ее запах, духи и тут же вспомнил, чем они тут занимались недавно. Нэш отбросил эти мысли, напоминая себе, что пришел сюда не ради секса.

— Келли? — позвал он.

— Я здесь, — откликнулась она из дальней комнаты.

Нэш направился туда и увидел Келли, которая ждала его, положив руку на стопку папок.

— Что случилось?

Келли побарабанила пальцами по стопке бумаг, потом наконец подняла на него глаза.

— Ричард просил тебя во всем помогать мне в офисе, правильно?

— Правильно. У тебя какие-то проблемы? — Нэш снял пиджак и положил его на стопку папок.

— Я выполняю текущую работу, — покачала головой Келли, — и вот разбираю старые папки, привожу их в порядок.

Нэш нахмурился. Вряд ли ей требуется его помощь в этом деле.

— Некоторые папки датированы восьмидесятыми годами.

— Отлично. — Нэш по-прежнему не мог понять, куда она клонит и зачем он здесь.

Келли нервно вздохнула.

— Предположим, что мне было бы неудобно вот так, без всякого повода, передать тебе комплект папок, чтобы ты взглянул на них, — сказала Келли.

Юристы привыкли постоянно слышать выражения из разряда «что, если», но это нисколько не ослабило внезапной тревоги, охватившей Нэша.

— Но, — продолжала Келли, — если мне понадобилась твоя помощь в просмотре всех этих папок с делами, это совсем другое дело. И если, помогая мне, ты случайно прочтешь эту верхнюю папку, чтобы убедиться, что там все в порядке, это будет обычным делом.

Нэш взглянул на папку, с которой Келли не убирала руку. Видимо, она хотела, чтобы он прочитал эти бумаги, но ее явно волновало нарушение конфиденциальности.

— Я права?

Нэш кивнул, понимая, что речь идет о чем-то важном.

— Я обещаю, что никто не узнает, как я добрался до этой папки, — пообещал он.

— Хорошо, — выдохнула Келли. — Я пойду немного передохну, но буду в соседней комнате. — Она подошла ближе и коснулась рукой его щеки. — Мне кажется, я буду нужна тебе, — прошептала Келли, прежде чем выйти из комнаты.

С интересом и волнением Нэш взял папку и сел за стол.

Одного взгляда было достаточно, чтобы увидеть, что на папке написана его фамилия. Внутри у Нэша все сжалось. На первых страницах была информация об аресте Итана, сведения из суда. Потом следовало судебное решение по делу брата. Последующие письма и записки, сшитые вместе, указывали на то, что Ричард держал связь с Итаном после его освобождения, предлагая ему помочь решить вопрос с братьями, найти работу и так далее. Но Итан покинул город, Нэш прекрасно это знал, и они с братом попали под опеку штата. На эту тему в папке тоже были собраны бумаги.

Нэш наконец наткнулся на заявление Россманов, которое они подавали, чтобы стать приемными родителями. Нэш стал читать более внимательно. Заявление должен был заполнять каждый из родителей. И первым шло заявление Флоренс, Нэш узнал ее витиеватый почерк. Она подробно излагала, почему хочет стать приемной матерью, что, по ее мнению, она может дать ребенку, и потом, внизу страницы, она обращалась с конкретной просьбой назначить ее приемной матерью Эндрю (Дира) и Нэша Барронов.

Нэш непонимающе моргал глазами, потом еще раз прочел эти слова, но они не изменились. Флоренс просила за них двоих. Учащенно дыша, он перевернул страницу и стал читать заявление Сэмюела. Сомнений нет, он тоже просил назначить его приемным отцом и Нэша, и Дира.

— Я не понимаю, — пробормотал Нэш.

Он точно помнил, как Ричард пришел домой к другу Нэша, где тот жил в первые дни после смерти родителей и отъезда Итана. Дир тоже жил у кого-то из друзей. Ричард усадил Нэша на стул и рассказал про Россманов и как они хотят стать его приемными родителями.

— А Дир? — спросил тогда Нэш, стараясь быть мужественным перед Ричардом, который в то время казался ему огромным, словно медведь.

— Есть другая семья, которая хочет забрать Дира, — объяснил тогда Ричард.

— Но почему люди, которые забирают меня, не хотят забрать и его тоже? — настаивал Нэш.

Улыбка Ричарда получилась натянутой, даже шестнадцатилетний Нэш понял это.

— Иногда в людских сердцах места хватает только для одного ребенка, — сказал он тогда.

Нэш запомнил эти слова, потому что когда он пришел в огромный дом Россманов с одним только маленьким чемоданчиком, он сразу задумался, почему в сердцах этих людей, принимавших его, нет места для его младшего брата, ведь в этом гигантском доме полно комнат.

Чувствуя приступ тошноты, Нэш листал страницы. Здесь же была информация о семье Гарсия, которая взяла к себе Дира, и еще какие-то бумаги, которые не вызвали интереса у Нэша.

Сейчас он мог думать только о том, что Флоренс с Сэмюелом хотели взять к себе двух братьев, хотя последние десять лет Нэшу твердили другое.

«Опять ложь», — подумал Нэш, раздраженный и сердитый. Когда это все закончится?

Глава 12

Келли не находила себе места, размышляя, как Нэш воспринял новость, не стоит ли ей заглянуть к нему. Россманы хотели и Дира тоже забрать? Даже она не могла понять это, учитывая, что ей было известно об истории братьев Баррон.

Когда она услышала звук, похожий на стук падающего предмета, она решила, что пора заглянуть к нему.

— Нэш? — Келли с решительным видом зашла в заднюю комнату, где хранились папки.

Он повернулся к ней с выражением растерянности на лице.

Келли потерла руки, чувствуя неловкость и не зная, что сказать.

— Прости, но я подумала, ты должен знать, — сказала она наконец.

Ей показалось, что в его глазах мелькнула благодарность.

— Ты единственная, кто подумал, что я должен знать. Ричард и Россманы лгали мне в лицо десять лет. Они лгали бы и дальше, — пробормотал Нэш. В его голосе чувствовалась боль, которую он испытывал, столкнувшись с предательством близких. — Итак, вопрос на миллион долларов: почему? — посмотрел он на Келли.

Они оба знали, что вопрос риторический.

— Ты расскажешь Диру?

— Нет, пока не узнаю больше, — покачал головой Нэш. — Ему и так досталось.

Келли улыбнулась. Она надеялась, что Дир понимает, какой у него брат. Его преданность и необходимость заботиться о тех, кого он любит, была настолько сильна, что это ему в семье надо было стать копом. Хороший, надежный человек, уже не в первый раз подумала Келли.

Да, Энни бросила его. На самом деле это его желание защитить и стало основной причиной их расставания. Келли впервые осознала, что никогда не уйдет от него первой. Ее чувства к нему становились все сильнее.

— Что? — Голос Нэша отвлек Келли от собственных мыслей.

— Ничего. — Она подумала, что не время копаться в себе. Особенно сейчас, когда ему нелегко.

— Ты только что покачала головой, как будто думала о чем-то, — прищурился Нэш.

— Просто я подумала, жаль, что ты не можешь поговорить с Ричардом прямо сейчас. Он, наверное, ответил бы на все твои вопросы.

— Когда он будет готов к разговору, — Нэш расправил плечи и взял свой пиджак, — я заставлю его сказать правду.

— Куда ты собрался?

— Поговорить с Флоренс.

При упоминании о женщине, которая казалась такой мягкой и заботливой, которая любила Нэша как своего родного сына, Келли охватила паника.

— Может, для начала тебе надо успокоиться? — Судя по резким движениям и исходившим от него ощутимым волнам напряжения, его переполнял гнев, и она подумала, что ему не следует идти одному.

— Нет, я слишком долго ждал ответов.

— Тогда я пойду с тобой.

— Нет.

Келли понимала, что его резкий тон не относится лично к ней. Просто в данный момент она единственная, кто есть с ним рядом.

Она осторожно шагнула ему навстречу, но он оставил это без внимания и с решительным видом натянул пиджак.

— Это моя проблема. Я много лет жил один с их ложью. И один встречусь с ней.

— Прекрасно, — сказала Келли. Она вовсе так не думала, но знала, что не сможет остановить его. — Иди. Поговори с матерью. С Флоренс, — махнула она рукой, словно отпуская его.

Нэш быстро покинул офис, и Келли не решилась попросить его вести себя спокойно с Флоренс Россман.

Келли отвела взгляд от двери и увидела раскрытую папку, которая лежала на столе. Какая неразбериха! Она по-прежнему считала, что поступила правильно, предоставив Нэшу возможность узнать правду о своем прошлом.

Ему надо, чтобы кто-то был там с ним рядом, кто-то, кто понимает его. Сейчас он явно не хотел, чтобы рядом с ним была она или Дир. Остается только один человек, который сможет помочь Нэшу.

Келли решительно взяла трубку телефона.

— Почему, когда возвращаешься из отпуска домой, такое чувство, что ты отсюда никогда не уезжал? — спросил Итан Баррон у своей жены.

Фейт что-то делала в гардеробной, которая была устроена у них в спальне, и Итан не был уверен, слышала ли она его вопрос. Ну и хорошо. Ему надо собраться с мыслями после звонка от Келли. Этот звонок напомнил о годах, которые он старался забыть, о том, что он бросил братьев на попечение приемных родителей, и о чувстве вины, которое не покидало его.

Он бы предпочел думать о своей жене. Итан до сих пор не мог поверить, что девушка, о которой он мечтал с восемнадцати лет, действительно вышла за него замуж. Она жила в шикарном особняке, у нее было все, о чем Итан мог только мечтать, и она поверила в него.

Но сейчас не время думать о приятном, его долг находиться рядом с братьями, которых он бросил в прошлом.

— Кто звонил?

В комнату вошла Фейт.

— Иди сюда. — Итан протянул руки, и она шагнула в его объятия, прижав голову к его груди.

— Что случилось?

Итан ничуть не удивился ее вопросу. Фейт всегда была в курсе его дел.

— Келли звонила. Только что Нэш откопал в бумагах в офисе информацию о своей приемной семье. — Итан продолжал объяснять, что ему сказала Келли о документах в офисе Ричарда Кейна и как Нэш помчался к своей приемной матери за ответами. — Келли волнуется за него. Она сказала, что Нэш не поедет к Диру, пока не узнает правду, что он не должен быть сейчас один.

— Она права. — Фейт откинула голову назад и посмотрела мужу в глаза. — Ты знаешь, что мы с Нэшем поначалу не ладили…

— А сейчас ладишь? — с сарказмом спросил Итан. Они оба знали, что на вечеринке по поводу их возвращения домой у Итана и Нэша произошла небольшая стычка. Но это хоть как-то сдвинуло их отношения с мертвой точки.

— Это не важно. Зато я вижу, как упорно он пытается наладить отношения с Тесс.

— У него нет права обвинять тебя за поступки твоего отца.

— У его приемного отца случился сердечный приступ, он умер вскоре после того, как они потеряли огромную сумму денег в преступной схеме моего отца. И потом, как юрист, он лично слышал истории многих людей, которые потеряли денег еще больше, чем Россманы. И он меняется к лучшему.

— Отчасти, — пробормотал Итан.

— Но это лучше, чем ничего. — Фейт потянулась и поцеловала мужа.

— Я поеду найду его.

— Ты должен это сделать. Только не кори себя за прошлое и за то, что ты не в силах изменить. Ты пришел к согласию с самим собой. Не позволяй Нэшу разжигать обиды, — предупредила его Фейт.

Итан покачал головой, восхищаясь, как всегда, ее мудростью и проницательностью.

— Ты же знаешь парадокс этой ситуации, да? С тех пор как я вернулся сюда, я хотел только одного: иметь шанс помириться с братьями.

— Теперь этот шанс у тебя есть, — радостно сказала Фейт.

— Да. — Теперь он понимал, во что обошлись его решения братьям, которых он любит. И вот когда ему представилась возможность, которой он так ждал, неизвестно, сможет ли он быть таким братом, который им нужен.

Нэш двадцать минут катался по окрестностям, пытаясь успокоиться перед встречей с приемной матерью. Нельзя забывать, что Россманы взяли его в свой дом, дали ему одежду, еду, образование, о котором он и не мечтал, и, самое важное, любовь.

Но их взаимоотношения были построены на лжи.

Нэш остановился у дома, и следом за ним подъехал черный автомобиль. Выйдя из машины, Нэш понял, что это «ягуар» его брата.

— Итан, — пробормотал Нэш, приветствуя брата, когда тот вышел из машины, — какого черта ты здесь делаешь?

— Спасаю тебя от самого себя.

— Келли позвонила, — уныло догадался Нэш.

— Она волнуется за тебя.

Нэш ждал от себя гнева, что она послала Итана за ним следом. Итана, а не кого-то другого.

— Я знаю, — только и сказал он. Никакого гнева в адрес Келли он не чувствовал. — Тебе все известно?

Итан кивнул.

— Отлично. Я собираюсь поговорить с ней.

— Я иду с тобой, — заявил Итан.

— Играть дублера? — удивленно поднял брови Нэш. — На тот случай, если ты мне понадобишься, большой брат?

— Самое время, как думаешь? — Итан сунул руки в карманы своего кожаного пиджака, его твердый взгляд скрывали темные очки.

Нэш ничего не ответил, прошел мимо брата и направился по длинной подъездной аллее к дому. У него голова так забита всякими мыслями, что не до проблем, связанных с Итаном. Но странное дело, присутствие Итана у него за спиной уже не казалось проблемой… Скорее он ощущал поддержку.

Нэш позвонил в дверь.

— Нэш, что ты здесь делаешь? — открыв дверь, удивилась Флоренс, но вид у нее был довольный.

— Мне необходимо поговорить с тобой.

— Конечно. Заходи. — Она заглянула ему за спину, увидев Итана, и удивленно распахнула глаза.

Насколько было известно Нэшу, они никогда раньше не встречались. Их круг общения не пересекался, подумал он.

— Это мой брат Итан, — представил Нэш. — Нэш, это моя… Это Флоренс Россман.

— Приятно познакомиться, — подошел к открытой двери Итан и протянул руку.

— Чем обязана? — приняла его жест Флоренс и смущенно переводила взгляд с одного гостя на другого.

— Хочу получить ответы, — хриплым от волнения голосом сказал Нэш.

— Понятно, — смутилась Флоренс.

— Ему действительно нужны ответы. Но сначала мне бы хотелось поблагодарить вас, — встрял Итан, удивив Нэша. — За то, что вы были с моими братом, когда я не мог… Когда меня не было.

В этот короткий миг Нэш увидел брата совсем другим человеком, на которого не хотелось сердиться. Ему вдруг стало интересно узнать, где Итан был все эти годы, что он пережил и как справился с этим.

Но сначала…

— Мы можем войти? — спросил Итан.

— Итан, мне очень приятно, уверяю вас, — кивнула Флоренс, приглашая их в дом. — Заходите.

Нэш сидел в той же гостиной, где накануне вечером был с Келли. Но только на этот раз его взгляд упал на ряд фотографий на подоконнике.

Итан проследил за его взглядом и ухмыльнулся:

— Это твоя постепенная эволюция, постепенный переход из одного состояния в другое?

— Средняя школа, колледж и юридический факультет университета, — гордо сказала Флоренс, ее пальцы нежно касались каждой фотографии по очереди.

Нэш мог бы обойтись без шапочек-конфедераток и мантий, но каждая из них представляла определенную веху в его жизни, которая была бы невозможна без женщины, стоявшей рядом с ним.

— Почему ты не взяла к себе и Дира тоже? — выпалил Нэш, не в состоянии больше сдерживать вопрос. И предоставляя Флоренс последний шанс сказать ему правду, пока ему не пришлось уличить ее во лжи.

— О! Я… — Она неуверенно отступила назад, подняв руку к горлу.

— Она не ожидала такого вопроса, Нэш. Давайте присядем, — предложил Итан. Он приобнял женщину за спину и проводил к дивану, на который она медленно опустилась.

Возможно, его брат хотел дать ей минутку, чтобы успокоиться, но Нэш сгорал от желания понять, что произошло.

— Ну? — сверлил он глазами Флоренс.

— Некоторые люди… некоторые пары… не подготовлены, чтобы иметь двух детей.

«У некоторых людей места в их сердцах достаточно только для одного ребенка».

Она почти дословно повторила слова Ричарда. Но Нэш на это больше не купится.

— Хватит лжи, — воскликнул он. — Я видел настоящее заявление на усыновление. Ты хотела забрать нас обоих.

Флоренс вздрогнула, явно потрясенная его словами.

Но Нэш не успокаивался. Он и не успокоится, пока не узнает правду.

— Ты и Дира тоже хотела забрать, так почему, черт возьми, ты его не взяла? Почему он оказался в многодетной семье на другом конце города?

Нэш на мгновение вспомнил, как многие годы прятал в своем рюкзаке еду для Дира, извинялся за потерянную одежду, которую тоже носил ему. В досаде он стукнул кулаком по столу.

Итан бросил на брата предупредительный взгляд.

— Это правда, — призналась наконец Флоренс. — Мы хотели взять вас обоих. — Она говорила и смотрела на свои руки, очевидно, подыскивая правильные слова. — Мы с твоим отцом… мы только что потеряли Стюарта. — Голос Флоренс оборвался на имени родного сына. — Он умер, когда ему было шестнадцать, — пояснила она для Итана. — Длинная история, но когда мы решили, что дом опустел и надо, чтобы вокруг бегали дети, мы написали заявление на вас обоих.

— Тогда почему его здесь не было?

Флоренс подняла поникшую голову и посмотрела Нэшу в глаза:

— Тебе придется задать этот вопрос своему брату.

Взгляд Нэша мгновенно метнулся к Итану, но потом он понял, что Флоренс имела в виду Дира.

— Дир знает, что вы хотели его взять?

Из всего, что он мог услышать, это было самым неожиданным. Его оглушили эти слова и эта новость.

Итан молча и напряженно ждал, что ответит Флоренс.

— Нам сказали, что он отказался жить у нас. И хотя штат мог бы заставить его, учитывая… обстоятельства… Возможно, было бы лучше, чтобы на него не давили.

— Обстоятельства? — с сарказмом переспросил Нэш. — Это все, что ты можешь сказать?

— Это не моя история, чтобы рассказывать ее, — настаивала Флоренс. Она вытянула руки перед собой, умоляя его понять. — Но мы хотели взять его тоже. Даже после того, как мы узнали, почему он не… почему он не придет.

Нэш не мог ни думать, ни чувствовать. Его охватили гнев и разочарование из-за того, что он по-прежнему ничего не знал.

Мысль о том, что ответы у Дира… Нэш не мог понять это.

Не мог.

— А как ты объяснишь, что лгала мне все эти годы? — резко спросил Нэш.

— Не забывай, в каком состоянии ты был тогда и что тебе пришлось пережить в то время. За одно мгновение ты потерял обоих родителей. Тебя бросил старший брат. — Флоренс бросила извиняющийся взгляд на Итана. — Ты потерял равновесие в жизни и был раздражен. Ты верил только одному человеку, и это был Дир.

Флоренс встала. Она подошла к небольшому столику в углу гостиной, достала из ящичка бумажную салфетку и промокнула глаза.

Нэш понимал, что ему надо прекратить давить на нее и дать ей время, но не мог остановиться. Он слишком долго ждал ответов.

Флоренс вернулась на свое место и взглянула на него, по-прежнему сжимая в руках бумажную салфетку.

— Дир был молод, но у него были свои причины, чтобы не хотеть жить с нами, здесь, — обвела она рукой комнату. — Ричард и социальные работники настояли, что лучше не давить на него.

— Но я все равно не понимаю, почему ты не рассказала мне правду.

— Учитывая, сколько ты пережил, — покачала головой Флоренс, — если бы мы сказали, что твой брат не хочет жить с тобой, мы бы причинили тебе боль. Этого было бы достаточно, чтобы в ярости отвернуться от него. Но мы не хотели, чтобы ты потерял единственного оставшегося у тебя члена семьи.

Ее слова немного смягчили праведный гнев Нэша. Но совсем немного.

Взгляд, брошенный на Итана, подсказал Нэшу, что тому слушать этот рассказ было так же тяжело, как и ему самому. Информация из первых рук о братьях, которых он оставил, потрясла его, и Нэш впервые имел возможность увидеть боль брата.

— Мне надо поговорить с Диром, — отрезал Нэш.

Флоренс, женщина, которую он называл матерью, когда находился в этом доме, и ссылался как на приемную мать, когда был с Диром, протянула ему руку. Нэш все время чувствовал, что его жизнь разбита на две части: одна часть — жизнь с родителями, вторая — после их смерти. Его угнетало чувство вины, что ему повезло жить здесь, а Дира отправили в бедную семью Гарсия. С одной стороны, он был благодарен Россманам за свою судьбу, а с другой — ненавидел их за то, что они не взяли к себе Дира.

Но теперь он понял, что Россманы благородно взяли на себя бремя лжи, его гнев, только чтобы у Нэша сохранились отношения с единственным на тот момент братом.

Но может быть, они заблуждались. И им все-таки следовало сказать ему и дать ему самому сделать выбор, но они поступили так, как лучше для него. Они были для него вторыми родителями и любили его.

Нэш пожал Флоренс руку, чтобы она знала, что все он понимает. После этого он ушел.

Его следующей визит будет к Диру. К человеку, от которого он меньше всего ожидал получить ответы. Брат, которого, как ему казалось, он хорошо знает, оказался братом, которого он не знает совсем.

— Если ты не перестанешь ходить туда-сюда, мне придется менять ковер, — обратилась Фейт Харрингтон-Баррон к Келли, которая появилась в ее доме и беспокойно ходила по комнате, не останавливаясь ни на секунду.

Келли надеялась, что Фейт уже что-то узнала от Итана, но известий не было. Фейт и не ждала, что он скоро позвонит. Если вообще позвонит. Он может просто вернуться домой, после того как закончит все дела с Нэшем.

— Прости. — Келли остановилась в центре большой гостиной, любимой комнаты Фейт, отделку которой она подбирала сама.

— Расслабься, я пошутила, — успокоила Фейт взволнованную Келли. — У Итана с Нэшем запутанная семейная история. Сейчас Нэш выяснит ситуацию с приемной матерью, потом поговорит с Диром. За пять минут это не уладится.

— Что-то подсказывает мне, что это вообще может не уладиться, — сказала Келли и, вздохнув, рухнула на диван.

— Почему ты так думаешь? — прищурилась Фейт.

— А разве может Нэш простить ложь и предательство? — Келли вскочила с дивана и опять начала взволнованно ходить по комнате.

На ней был спортивный костюм, и она без конца потирала руками плечи. Фейт понимала, как важно это откровение для Нэша. Она так же понимала, как нелегко было Итану решиться поехать за братом и настоять на своей поддержке, независимо от того, нужна она Нэшу или нет.

И она замужем за человеком, которого это тоже касается.

— Э-э, Келли? — окликнула Фейт.

— Да?

— Почему у меня такое ощущение, что ты думаешь о чем-то, что мне известно?

— Это так заметно? — посмотрела на нее Келли. — Кого я пытаюсь одурачить? — простонала она. — Ну конечно, ты права.

— Давай с этого и начнем. Ты любишь Нэша, да?

На лице Келли промелькнул испуг, а потом она разразилась слезами.

Фейт встала и обняла Келли.

— Расскажи мне все.

Слушая Келли, которая откровенно рассказала о прошлом и поделилась страхами о будущем, Фейт подумала, что благодарна судьбе за то, что она счастливо вышла замуж и вся эта неопределенность, связанная с началом отношений, осталась для нее позади.

Ей хотелось успокоить Келли, что Нэш поймет, почему она не рассказала ему о прошлом, или что он преодолеет то, что стало известно сегодня. Но не могла. Фейт с трудом понимала Нэша Баррона. Она выбрала самого простого из братьев Баррон, и, учитывая сложность самого Итана, этим было все сказано.

— Прости, — наконец справилась с собой Келли. — Так много накопилось. Не нужно было мне выплескивать все это на тебя.

— А для чего, ты думаешь, нужна семья? — покачала головой Фейт. По иронии судьбы именно с Итаном она познала семейные ценности.

— Не знаю.

— Учитывая, что вообще мы все познакомились только потому, что ты сделала так, как лучше для Тесс, я позволю себе не согласиться.

— Спасибо, — улыбнулась Келли. — Что касается Нэша, то я его знаю. Независимо от того, как все закончится сегодня, хорошо или плохо, он нескоро успокоится. И я не могу сейчас все ему рассказать. Это будет эгоизмом с моей стороны. Ему необходимо сначала решить все с братьями. Это важнее, чем то, что я хочу.

От Фейт не ускользнуло, что Келли не ответила на ее вопрос, влюбилась ли она в Нэша. Во всяком случае, в открытую не сказала. Но любая женщина, которая волнуется так сильно, что ставит на первое место то, что лучше для мужчины, а не собственные тревоги, явно влюблена.

Даже если она еще даже себе в этом не призналась.

Нэш выскочил из дома и направился к машине, Итан последовал за ним. Нэш ожидал, что брат сядет в свой дорогой «ягуар» и поедет за ним искать Дира, но вместо этого Итан подошел к машине Нэша со стороны пассажирской дверцы.

— Какого черта ты делаешь?

— Еду с тобой.

Нэш удивленно поднял брови. Не желая тратить впустую время на споры, он лишь пожал плечами и бросил:

— Как хочешь.

Вскоре они уже ехали к городскому дому Нэша.

— Лучше ему быть дома, — пробормотал Нэш.

— Она любит тебя, — в полной тишине сказал Итан, думая о Флоренс.

Нэш понял, что с его стороны было бы слишком самонадеянно думать, что поездка пройдет в молчании.

— Да, — коротко бросил он.

— Тебе повезло.

— И последние десять лет я жил с чувством вины из-за того, что мне повезло, а Дир попал в бедную семью. — Неужели его брат действительно сделал такой выбор? И если это так, то почему?

— Может, на это у него были свои причины, — сказал Итан о Дире. — Как у меня были свои.

Нэш крепко сжал руками руль.

— И какие же причины были у тебя? — услышал он свой голос.

Если уж сегодня день откровений, он мог бы выслушать все сразу.

— Я ненавидел себя и ничего, кроме этого, не замечал, — приглушенным голосом сказал Итан, отодвинув назад пассажирское кресло и вытянув ноги. — Я нес ответственность за то, что наши родители оказались в ту ночь на дороге, где их убил пьяный водитель. Мне было восемнадцать, я все испортил и, кроме своей боли, ничего не видел. Я сбежал, как трус.

Нэш проглотил комок в горле. Сколько он плохого передумал о старшем брате, но не предполагал, что Итан тоже себя ненавидел. Он помнил, что нечто подобное Итан говорил во время их первого столкновения, после того как они узнали про Тесс, но тогда из-за своих эмоций Нэш не придал этим словам значения.

Однако он слушал его сейчас, крепко сжимая руль, впервые задумавшись, что в восемнадцать лет Итан был не способен принять правильное решение.

— Я должен был собрать свою волю в кулак и остаться.

Впервые в жизни Нэшу захотелось сказать нечто большее, чем свое стандартное «должен был, черт побери».

— Прошлое невозможно изменить. — Это все, что он смог произнести в данный момент.

— Невозможно. Но как бы мне этого хотелось. И какие бы ни были причины у Дира, возможно, он хочет того же.

Проезжая по деловой части Серендипити, Нэш почти ничего не замечал вокруг, все его мысли были о Дире и о предательстве брата.

— Он много лет скрывал от меня правду. Тебя по крайней мере хоть не было здесь, и мы не виделись изо дня в день. «Он знает, как мне было трудно принимать все, что предлагали Россманы, включая самое главное — их любовь, — мысленно добавил Нэш, — и все потому, что я думал, они намеренно отказали в этом ему».

Итан хранил молчание. Очевидно, даже он не мог найти объяснений.

— Я дважды убегал из дома, — сказал Нэш, снижая скорость на подъезде к жилому кварталу. Были такие вещи, которые ему необходимо было сказать до того, как он встретится с Диром.

Итан явно понимал это, потому что ждал, не спуская глаз с Нэша.

— Я не мог принимать всего так много, когда у него было так мало. Я хотел вместе с ним уйти в семью Гарсия. Чтобы присматривать за ним.

— Как мне следовало бы присматривать за вами обоими, — заметил Итан.

На этот раз Нэш не знал, что на это ответить.

— Когда копы последний раз вернули меня Россманам, я понял, что надо придумать что-то получше. Я таскал для него одежду и еду и думал, какой я умный, убегая со всем этим.

— Думаешь, Россманы все знали с самого начала? — спросил Итан.

Он не думал, но…

— Да. Наверно, они не верили, что свои джинсы я оставил в шкафчике в раздевалке спортивного зала. Не говоря уже о еде, которую я таскал из кухни. — Нэш чувствовал себя полным идиотом.

— Ты все правильно делал по отношению к Диру.

— Настолько правильно, — громко рассмеялся Нэш, — что даже попросил Ричарда Кейна присматривать за Диром и за домом Гарсия. Он посмотрел мне в глаза и пообещал. Я верил ему, а он тоже мне лгал.

Они наконец подъехали к дому. Рядом была припаркована машина Дира.

— Готов? — спросил Итан.

Нэш должен был ответить «да, готов», но промолчал. Больше всего ему хотелось, чтобы брат сказал, что бумаги врут, что Флоренс сочинила эту историю и Дир, брат, защите которого он посвятил свою жизнь, не лгал ему и не предавал его.

Но скорее всего Дир подтвердит рассказ Флоренс, придумает объяснение, в которое Нэш не сможет вникнуть или понять.

Нэш не знает, кто такой его младший брат. И никогда не знал. И это значит, мир, каким он его знал, исчез навсегда.

Глава 13

Нэш открыл дверь и вошел в свою квартиру. Итан, который за последний час превратился в его тень, держался сзади. Нэш стремительно вошел в дом.

— Дир! — крикнул он.

— Я здесь.

Дир ждал его в комнате отдыха с упакованным чемоданом. Он по-прежнему был в форме, очевидно, только что с дежурства.

— Фейт позвонила, — сказал Дир, опережая вопрос Нэша, почему он собрал чемодан.

Нэш бросил взгляд через плечо на Итана, но тот только пожал плечами.

— Итак, ты не собираешься сказать мне, что все это — одна большая ошибка? — спросил он, указывая на упакованный чемодан. Видимо, Дир решил, что больше его здесь терпеть не станут.

Нэш не успел обдумать все возможные варианты развития ситуации, и от мысли, что Дир после ссоры уедет, он растерялся. Они так долго вместе противостояли этому миру, и теперь он пристально смотрел на брата, всей душой желая, чтобы он опроверг сегодняшние откровения.

— Сожалею, — покачал головой Дир.

Серьезные глаза Дира напомнили Нэшу мать. Он редко вспоминал о ней, слишком это было больно.

— Почему? — Он заглянул в лицо Диру.

Дир отвел взгляд и подошел к окну. Стоя спиной к Нэшу и Итану, он смотрел в окно и молчал так долго, что Нэш засомневался, есть ли у него ответ.

— Я не мог жить с ними, — проронил наконец Дир. — Я не мог изо дня в день смотреть в глаза Россманам, зная, что сделал. — Он сунул руки в задние карманы брюк и повернулся к братьям: — Правильнее сказать — не сделал.

Нэш начинал злиться. Сколько можно ходить вокруг до около.

— Объясни, — процедил он сквозь зубы.

— Помнишь тот день, когда сын Россманов умер на вечеринке? Я прогуливал школу и был там.

Нэш произвел в уме нехитрые подсчеты. Стюарт Россман погиб примерно за восемь месяцев до смерти его родителей. Россманы все еще оплакивали своего сына, когда взяли в семью Нэша, прочитав о нем в газете и услышав от Ричарда.

— Тебе было всего… Сколько? Пятнадцать? — поразился Итан. — Какого черта ты делал на вечеринке у старшеклассников?

— Шел по стопам своего старшего брата, — отрезал Дир. Он встретился с потрясенным взглядом Итана. — Прогуливал школу, тусовался со старшими школьниками, начал пить. Потому что ты так делал. И потому что это было классно.

— Я не знал, — пробормотал Итан и, опустив плечи, сел в любимое кожаное кресло Нэша.

— Я тоже, — согласился Нэш.

— Не помню, чтобы вы подписывались на роль родителей, — пожал плечами Дир. — Мать с отцом в тот момент тоже не слишком много внимания мне уделяли. — Он сжимал и разжимал кулаки, что явно говорило о том, что он напряжен.

— Так что же случилось? — теперь уже более спокойным голосом спросил Итан.

Дир прислонился плечом к стене. В этот момент, как показалось Нэшу, ему действительно требовалась поддержка.

— Вечеринка проходила в богатой части города. Все были за домом на террасе дома Брайана Макнайта. Его родители уехали в отпуск. На вечеринке были ребята из богатых и бедных семей. Добавьте к этому алкоголь, и остальное уже известно. Произошла драка. Макнайт первый ударил Стюарта Россмана.

— А где я был в тот день? — спросил Итан.

— Пошел в школу. — Дир засмеялся. Братья поняли его иронию. — У тебя была контрольная, потом ты сбежал пораньше, уговорил какую-то девчонку — и на озеро, целоваться. Если бы ты пошел на вечеринку, мне бы не хватило мужества там показаться.

Дир покачал головой, и Нэш понял, что брат ничего не забыл о том дне. В комнате повисла тишина, долгое время ни один из братьев не произнес ни слова.

— Может, закончишь свой рассказ? — нарушил тишину Итан.

— Стюарт был достаточно пьян, — откашлявшись, продолжил Дир, — чтобы один удар свалил его с ног. Он упал и разбил голову. — Дир поморщился, как будто до сих пор слышал звук удара, глаза потемнели. — Кровь была повсюду.

Нэш почувствовал приступ тошноты, представляя, как тогда поразило Дира то, что он увидел.

Нэш был типичным подростком, занятым своими проблемами, но никак не проблемами младшего брата. Он бы вряд ли заметил, если бы поведение Дира изменилось. Так продолжалось до смерти родителей и исчезновения Итана. Тогда Нэш взял на себя ответственность, решив стать таким человеком, каким его старший брат не смог стать или не станет.

— Все в доме запаниковали, — продолжал Дир. — Либо вы друзья Макнайта и остаетесь, чтобы все прибрать, избавиться от алкоголя и улик, либо вы из бедной части города и убегаете.

— Никто не вызвал копов, — сказал Итан. И это был не вопрос, это было утверждение.

— В газете написали, — покачал головой Дир, — что группа его друзей забросила его в свою машину и, выгрузив у больницы, поспешно умчалась.

— Какие-то друзья, — пробормотал Нэш.

— И никто не знал, что ты был там? Никто не сообщил твое имя копам? — подал голос Итан.

— Это была одна из тех ситуаций, когда кто-то услышал, что «будет вечеринка, поэтому давай явимся без приглашения». Никто не знал имен. Дети частной школы прибыли из соседних городов. Мы не знали их, они не знали нас.

Итан откинулся в кресле и не спускал глаз с брата.

— Ты убежал, пришел домой и никогда больше не говорил об этом?

— Почти. — Дир опустил глаза. — Я глубоко запрятал это в себе и сказал, что буду счастливым ребенком и никто никогда не сможет связать меня с этой трагедией.

Какой веселый брат, всегда думал Нэш. Какой сломленный человек, понял он теперь. Механизм преодоления трудностей в том, чтобы притворяться счастливым.

И никто не понял.

Никто не заметит.

— А потом погибли наши родители, и Россманы захотели взять нас к себе. — Нэш удивился, услышав собственный голос.

— Я не мог пойти к ним, — хрипло выдохнул Дир. — Не мог жить с ними, зная, что не сделал ничего, чтобы помочь Стюарту. Но я подумал, что, как только они узнают, что произошло, они не захотят меня забирать. Поэтому я рассказал правду Ричарду Кейну, а он рассказал им. И, будь я проклят, но они все равно предложили взять меня к себе.

Нэш уже знал, какими великодушными были Флоренс и Сэмюел. Только теперь он понял, какие большие были у них сердца.

Но один вопрос все же остался. И не давал ему покоя.

— Какого черта ты мне ничего не рассказал? — спросил Нэш у Дира.

Потому что из всего, что он узнал сегодня, это ранило его больше всего. Этого он, возможно, никогда не простит. Его младший брат не доверял ему и держал в неведении много лет.

— Тот день изменил меня. — По лицу Дира промелькнула мрачная тень. — Мне было только пятнадцать, но я чувствовал себя намного старше.

Внезапно Нэш припомнил, как иногда ловил на лице брата такое же мрачное выражение и удивлялся… Но в следующее мгновение к Диру возвращалось его обычное добродушно-веселое настроение.

Теперь он понимал, о чем думал его брат.

— Послушай, я знал, что мой рассказ может повредить твоей благополучной жизни в приличной семье. Ты и так дважды убегал из дома. Я боялся испортить тебе будущее.

— Поэтому ты решил скрыть правду. Точно так же, как Флоренс и Сэмюел. — Нэш повысил голос: — Все думали, что знают, как лучше для меня, но никому ни разу не пришла в голову мысль спросить, что я думал. Что я хотел.

Гнев, который он сдерживал весь день, охватил его в полную силу. Дир и его самые близкие люди отобрали у него возможность собственного выбора.

— Все делали то, что они считали правильным. Я делал то, что считал правильным, — настаивал Дир.

— У тебя не было права, — ткнул его в грудь Нэш.

Итан поднялся и встал между ними.

— Мы все делали так, как считали правильным.

— Это забавно. Экстренное сообщение! Вы все делали то, что было лучше для вас самих. Себялюбивые ублюдки! — крикнул Нэш. Кровь зашумела у него в ушах, сердце гулко стучало в груди. — Пошли вон. Оба, — указал он на дверь.

Итан и Дир переглянулись.

Потом кивнули и ушли.

Келли отправилась домой и ждала вестей от Нэша. Безмолвное утро превратилось в такой же день, который плавно перетек в вечер. От Итана Келли уже знала основные события дня и понимала, что Нэшу скорее всего необходимо время, чтобы побыть одному и пережить все, что он узнал.

К восьми часам вечера она сдалась и набрала его номер, но звонок был тут же переадресован на голосовую почту. Келли больше не могла ждать и волноваться, поэтому собралась и поехала к его дому. Машина Нэша стояла на подъездной дорожке.

Келли звонила и стучала, но ответа не последовало, поэтому она повернула ручку двери.

Не заперто.

Сделав глубокий вдох, Келли вошла. И обнаружила Нэша в комнате для отдыха. В расстегнутых джинсах и мятой рубашке он сидел, развалившись, в кресле с полным стаканом виски в руке. Рядом на столике стояла полупустая бутылка «Джек Дэниелс».

— Наверно, глупо надеяться, что бутылка была полупустая еще до того, как ты начал? — спросила Келли.

Нэш, вздрогнув, повернулся и посмотрел на нее бессмысленным взглядом.

— Что ты здесь делаешь?

— А ты как думаешь? — спросила Келли, подходя к нему и забирая бутылку.

— Волновалась за меня? — ухмыльнулся Нэш.

— А должна?

— Нет. — Нэш встал с кресла и держался на ногах крепче, чем предполагала Келли. — Я сам о себе могу позаботиться.

— А я никогда не говорила, что ты не можешь.

— Больше никто не думает, что я могу, — сказал Нэш, глядя на янтарную жидкость в стакане.

Келли понимала, какие чувства крылись за этими словами. Но вечеринку жалости пора заканчивать. Келли забрала у него стакан и вышла из комнаты.

— Эй! Куда ты с этим пошла? — крикнул вслед Нэш.

— Сварить тебе кофе. — Келли надеялась, что в доме есть кофе, потому что сейчас он был просто необходим Нэшу. Бутылку и стакан она поставила в раковину.

Не успела она обернуться, когда почувствовала, что Нэш у нее за спиной, как он прижался к ней своим телом и обнял за талию. Он был такой большой и сильный, что ее сразу окутало тепло. Неожиданно для себя она ощутила прилив желания. Он прижимался к ней сзади, и она поняла, что он тоже ее хочет.

Нэш уткнулся лицом ей в шею, его теплые губы коснулись чувствительной кожи, и Келли задрожала всем телом.

— Нэш, — прошептала она, стараясь сдерживать свои чувства.

— М-м… — Он покусывал ее плечо, и Келли почувствовала, как напряглись у нее соски.

— Тебе надо поговорить о том, что произошло.

— Мне надо ни о чем не думать сейчас, — простонал Нэш.

Он резко развернул Келли к себе лицом. Ее спина оказалась прижатой к столешнице, их бедра соприкасались, Келли хотела оттолкнуть Нэша, чтобы поговорить, но ее руки сами обвили его шею.

— Ты ведь не станешь лишать меня шанса почувствовать себя лучше, правда? — хрипло спросил Нэш.

Она заглянула ему в глаза и в этот момент поняла, что Фейт оказалась права. Она любит Нэша.

Она его любит.

У Келли перехватило дыхание, она постаралась справиться с взрывом эмоций.

— Нет, я не стану лишать тебя этого шанса, — прошептала она, прижимаясь губами к его губам.

Нэш обхватил руками ее голову и стал целовать ее так жадно, как поглощает пищу изголодавшийся человек, который никак не может насытиться. Конечно, она нужна ему не только для того, чтобы почувствовать себя лучше. Она любит его, любит по-настоящему, и он, возможно, тоже.

— Обхвати меня ногами, — приказал Нэш, отрываясь от ее губ.

Келли подпрыгнула, он приподнял ее так, чтобы она могла обхватить его ногами за талию, и понес в темную спальню. Там он положил ее на кровать.

— Одежду надо снять.

Келли сняла футболку, оставшись в спортивных брюках.

Его затуманенный взгляд потемнел, и Келли почувствовала, что каждая клеточка ее тела наполнилась желанием.

Она поддела пальцами пояс брюк и потянула их вниз, заодно с ними снимая трусики.

Теперь она лежала перед ним совершенно голая, ноги свисали с кровати, руки — за головой.

— Теперь счастлив?

На щеке Нэша дернулся мускул.

— Почти, — коротко бросил он, снимая рубашку, а за ней — всю остальную одежду. — А ты счастлива теперь?

Келли не могла отвести от него глаз, завороженная красотой мужского тела, и только кивнула в ответ.

— Ты как-то говорила, что будешь мне нужна, — сказал Нэш. — Ты оказалась права.

Своими ладонями он словно обжигал ее. У нее была только одна мысль, чтобы он поскорее заполнил собой ее тело и потом ни на минуту не останавливался. Но сегодня она должна исполнять его желания, поэтому лежала тихо, позволяя ему делать все, что он хочет, и не торопила его.

Нэш склонился над ней, перед глазами Келли вспыхнули звезды, и она выгнулась ему навстречу.

Он овладел не только ее телом, но и ее сердцем, и душой. Она признавалась себе в своих чувствах, и теперь у нее вдруг мелькнула мысль, что она погибла.

— Нэш, сильнее, пожалуйста…

Он исполнил ее просьбу. С каждым движением ее наслаждение нарастало. Ей ужасно хотелось верить, что ему так же хорошо, как и ей.

Нэш смотрел на Келли, ее прекрасное тело распростерлось перед ним. Его позиция обеспечивала ему преимущество и власть, и он пользовался этим, умело управляя ее наслаждением. Но Нэш недооценил влияние Келли на себя, и вскоре его способность контролировать бесследно исчезла.

Их тела то разъединялись на несколько долгих мгновений, то соединялись снова.

Нэш получил близость, которую так страстно желал, это принесло ему облегчение, но теперь он желал большего.

Нэш поднял голову и заглянул ей в глаза. То, что он увидел в их темных глубинах, выходило за рамки простого секса. Он понимал это. Чувствовал это. И не знал, что делать с этим.

— Просто люби меня, — сказала Келли.

Между ними не осталось никакого пространства, никаких барьеров. Келли подстроилась под его желания, растворяясь в ритме его движений. Все, казалось, подчинено связи между их телами, пока ее короткие стоны не стали звучать все чаще и чаще.

— Вот так, дорогая моя. Не останавливайся. — Нэш сжал зубы и постарался держаться, чтобы все это длилось как можно дольше.

— Нэш, о Боже, пожалуйста. — Ее голос эхом отдавался в ушах Нэша.

Она торопила Нэша поскорее присоединиться к ее восторгу. И он двигался все быстрее и быстрее, а затем — вспышка разноцветных огней и бархатная, оглушительная тишина…

Спустя несколько минут они уже лежали под одеялом, Келли, уютно свернувшись калачиком, прижалась к нему спиной.

— Спасибо, что заглянула, — сказал Нэш. В мире, который внезапно пошатнулся у него под ногами, только с ней он чувствовал себя в безопасности.

— Ты бы для меня сделал то же самое, — ответила Келли.

— Звучит слишком уверенно.

— Так и есть, — пожала плечами Келли.

Он убрал рассыпавшиеся волосы Келли и устроился поудобнее с ней рядом. Она доверяет ему.

— Когда-то я так же доверял Диру.

— Ты по-прежнему можешь доверять ему. Он просто берег тебя.

— В пятнадцать лет я еще понимаю, — замер Нэш. Ну а когда мы повзрослели? Почему он тогда мне ничего не рассказал?

— Иногда чем дольше мы скрываем правду, тем сложнее потом подобрать подходящий момент для признания, — тяжело вздохнула Келли. Она повернулась к нему лицом и коснулась рукой его щеки. — Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить все это сегодня.

— Меня это здорово измотало, — признался Нэш.

— Тогда надо прекратить эти разговоры и поспать.

Нэш взял ее руку, поцеловал у запястья.

— Мне кажется, ты устал.

— Морально истощен. Но я ничего не говорил про физическую усталость, — усмехнулся Нэш и притянул Келли к себе.

Они еще долго не спали, но ни о чем не говорили.

В первые несколько дней после разоблачительных откровений Нэш избегал всех, кроме сотрудников офиса и своего нового партнера. Уход с головой в работу казался самым безопасным способом отключить собственные эмоции, поэтому он игнорировал всех. Включая Келли.

Его братья поначалу проявляли настойчивость, но потом поняли, что ему необходимо побыть одному, и он несколько дней не слышал ни Дира, ни Итана. Даже Фейт сначала пыталась связаться с ним. У нее долго не было семьи, и теперь, выйдя замуж за Итана, она хотела помочь братьям наладить отношения.

После трех дней молчания Нэш понял, что единственный человек, который сейчас ему нужен, — это Келли.

Она нужна ему. Отчаянно нужна. Поэтому, начиная с третьего дня молчания, он каждый день стал появляться на пороге ее дома после работы и не уходил от нее до рассвета, потом направлялся домой, принимал душ, переодевался и ехал на работу. Она принимала его с распростертыми объятиями, без лишних разговоров, просто отдавала себя и составляла компанию, когда он хотел посидеть в тишине. Когда днем ему было тяжело и он не мог избавиться от мрачных мыслей, Нэш думал о Келли. Ее небольшая квартирка стала надежным прибежищем, местом, куда никто не будет звонить и не станет подталкивать его примириться с тем, что произошло, пока он не готов к этому.

Она только отдавала.

Он был бы счастлив жить так вечно, но вторглась реальная жизнь. Ричард уже неделю был дома, выписавшись из больницы. Всего со дня операции прошло две недели. Но с момента возвращения Ричарда домой Нэш его не навещал. Поскольку приехать к нему и не задать вопросы было невозможно, Нэш ждал, когда, по его мнению, Ричард будет к этому готов.

Сегодня этот день наступил.

Нэш был настолько поглощен мыслями о себе и о своих проблемах, что даже не думал, что может столкнуться с Энни в доме ее родителей. Но когда позвонил в дверь, на пороге появилась его бывшая жена.

— Нэш! — Энни, казалось, была удивлена, увидев его. Она на секунду встретилась с его взглядом и отвела глаза, на щеках появился румянец.

— Можно войти? — спросил Нэш. — Мэри сказала, что Ричард готов к посещениям.

— Конечно, — кивнула она.

Нэш прошел за ней следом в прихожую. Энни стояла перед ним, явно испытывая неловкость. Он и сам чувствовал себя ненамного лучше.

— Келли рассказала тебе, что я видел Джо, выходившего из твоего дома на прошлой неделе, да?

— Ну да. — В ее красивых глазах промелькнуло удивление. — Я не ожидала, что ты вот так все разболтаешь.

— Есть вещи, о которых надо честно говорить, — отрезал Нэш. Одному Богу известно, чего стоил ему этот урок.

— Я бы сказала тебе, если бы увидела…

— Ты ничего не должна мне объяснять, Энни. — Тон Нэша стал добрее и мягче. — Твоя личная жизнь не мое дело. Но поскольку мы говорим друг другу правду, я теперь с Келли, — признался он, сам не веря, что обсуждает с бывшей женой свою личную жизнь.

Я рада за тебя, — кивнула Энни. — Правда, рада. Ты заслуживаешь, чтобы кто-то любил тебя так, как я не смогла.

— Я думаю…

«Любовь?»

Это слово испугало Нэша. Келли любит его? Об этом он еще не задумывался.

— Ты поймешь это, — усмехнулась Энни, потрепав его по щеке и пристально глядя ему в глаза.

— Ты любишь Джо?

— Все это так быстро. Я была больна, он остался, чтобы просто помочь мне. Сегодня вечером мы встречаемся.

— Все, что ты не хотела получать от меня. — Нэш удивился, что правда не причинила ему никакой боли, как это было раньше.

— Не знаю, что сказать, — развела руками Энни. — С Джо… это все по-другому.

Совсем как с Келли. С ней тоже все по-другому, подумал Нэш.

— Я хочу, чтобы ты была счастлива, — сказал он бывшей жене, подчеркивая каждое слово.

— И я желаю тебе счастья.

Эти слова успокоили Нэша, он наконец почувствовал себя свободным от обязательств, которые сам на себя взвалил.

Теперь надо было поговорить с ее отцом.

Глава 14

— Нэш, мой мальчик! — приветствовал его Ричард.

— Ты уверен, что уже готов принимать посетителей?

— Уверен. — Ричард был в постели и держал перед собой большую подушку. — Такая скука, что я скоро сойду с ума. Не обращай внимания на эту подушку. Сказали, ее надо прижимать к груди, если я вдруг закашляю или захочу чихнуть, — поморщился Ричард.

Нэш присел на стул, который Мэри поставила у кровати для гостей. Он окинул взглядом комнату с золотисто-желтыми стенами и старинной мебелью, потом перевел взгляд на Ричарда.

— Хорошо дома? — спросил он.

— Лучше, чем ты думаешь, — простонал старик. — Если бы еще моя жена перестала вертеться вокруг, — приглушенным тоном сказал Ричард, явно не желая быть услышанным.

— Она волнуется. Ты всех напугал. — Несмотря на терзавшую его боль и гнев, Нэш уважал и любил этого человека.

— Я вас всех переживу, — пообещал Ричард. — Хотя должен сказать, что, когда смотришь смерти в лицо, о многом начинаешь задумываться, — грустно заметил он.

— Например, о том, что солгал много лет назад? — Нэш подался вперед.

— О чем именно ты сейчас говоришь? — И без того бледное лицо Ричарда стало совсем белым.

— О том, что Россманы хотели забрать Дира к себе тоже. Что он сам отказался жить с ними, а ты солгал мне.

Ричард вдруг вздохнул и закашлялся. Прижимая к груди подушку, он поморщился и застонал.

— Я не должен был сейчас затевать этот разговор, — покачал головой Нэш и встал со стула.

— Что случилось? — вбежала в комнату Мэри.

— Мне надо было подождать с визитом. — Нэш виновато посмотрел на жену Ричарда. — Я пойду.

— Нет! — сказал Ричард.

— Я не знаю, что происходит, но у меня такое чувство, что Нэш прав. Сейчас не время.

— Всякий раз было не время, черт возьми! — крикнул Ричард. — Я не собираюсь это больше откладывать. — Он опять закашлялся.

Мэри, расстроившись, закрыла глаза и покачала головой:

— Вот что я тебе скажу. Если ты справишься с волнением и будешь говорить спокойно, Нэш может остаться. Иначе он уйдет, и вы встретитесь нескоро.

Нэш узнал упрямое выражение на лице своей бывшей тещи. Он достаточно часто видел его на лице ее дочери. Просто Нэш решил не придавать значения чувствам Энни, не понимая, что, игнорируя ее желания, он разрушал их брак. И потом, хоть они и были взрослыми, им не хватило сильного влечения, которое сейчас они оба испытывали к другим людям.

— Ричард? — Голос Мэри вернул Нэша к реальности. — Ты обещаешь говорить спокойно и не расстраиваться?

Ричард вынужден был кивнуть.

Нэш понимал его. С такой сильной женщиной лучше не спорить. Боже мой, как он был молод и глуп, когда женился!

— Нэш? — Мэри повернулась к нему, уперев руки в бока.

— Обещаю. Не буду больше волновать его. — Только непонятно, как они оба выполнят свои обещания.

— Я буду в соседней комнате, — предупредила их Мэри.

Нэш подождал, пока она вышла из комнаты и сел на стул.

— Мне не надо было поднимать этот разговор сейчас.

— Нет, это я не должен был молчать столько лет. Лучше бы я рассказал тебе сам. — Ричард немного помолчал, собираясь с силами. — Как ты узнал? — спросил он наконец.

— В папках, которые разбирала Келли, обнаружились заявления Флоренс и Сэмюела. — Нэш посмотрел на свои руки, потом — на Ричарда. — У меня вопрос. Почему ты не рассказал мне?

Ричард указал на стакан, стоявший на тумбе.

Нэш подал ему стакан с водой, Ричард сделал глоток и медленно проглотил воду. Потом он вернул стакан Нэшу, и тот поставил его на поднос, стоявший на тумбочке.

— Дир умолял меня не делать этого. Он говорил, что ты так зол на Итана, что он не вынесет, если ты и на него обозлишься тоже. Флоренс, Сэмюел и я согласились, что сохранить твои отношения с братом — лучшее, что мы можем сделать. Для вас обоих.

Нэш опустил голову, собираясь с мыслями и стараясь успокоиться.

— Я понимаю, что ты принимал это решение, когда Диру было пятнадцать, мне — шестнадцать. Но прошло десять лет. Десять долгих лет. Ты был мне как отец. Как… — Нэш замолчал, чтобы не расстраивать старика.

Ричард слаб, он устал, и ему нужны силы, чтобы поправиться.

— Об этой истории я думал все эти долгие годы. Но чем больше проходило времени, тем труднее было возвращаться к этому, не говоря о том, чтобы все рассказать тебе. И мы все согласились, что это история Дира и рассказать ее должен он. Не мы.

Все опять вернулось к Диру, который не доверял Нэшу настолько, чтобы обо всем рассказать.

— Вы все решили за меня, что мне надо было знать. Но никто ни разу не подумал о моей жизни, как я живу. — Нэш старался говорить тихим, спокойным голосом, хотя ему хотелось вскочить и кричать.

— Нэш, мы думали о тебе.

— А вы учли при этом, что я разрывался на две части? С одной стороны, я был благодарен Россманам за то, что они дали мне все. Они обеспечили мне крышу над головой, частную школу и высшее образование. И в это же время я ненавидел их за то, что они не взяли к себе Дира. Я ненавидел себя. «Почему они взяли меня? — спрашивал я себя снова и снова. — Почему меня, а не Дира?» — Нэш прижал руки к вискам, стараясь успокоиться.

— У меня нет ответов, которые порадуют тебя, — сказал наконец Ричард.

Нэш посмотрел на старика и, хотя он пришел обвинять его, теперь почувствовал вину за то, что огорчал его сейчас.

— Отдохни немного, хорошо? — Нэш встал со стула. — Когда поправишься, у нас будет много времени, чтобы вернуться к этому разговору.

— Я сожалею, — кивнул Ричард.

— Знаю, — опустил голову Нэш. То, что Ричард никогда не хотел причинить ему боль, — это факт. Но то, что он причинил ее, тоже факт. — Я должен идти. Отдыхай, а я завтра снова загляну. — Он понимал, что единственный способ для Ричарда восстановиться и вернуться к нормальной жизни — это отдых.

И никакого стресса.

— Ты простил меня? — спросил старик, когда Нэш взялся за ручку двери.

Нэш остановился. Он мог бы солгать, ответить, что простил. Или сказать: «Здесь нечего прощать». Но Нэш не хотел лгать.

— Со временем. Мы поговорим завтра, — сказал он и вышел, с тихим щелчком прикрыв дверь.

Джо вышел из душа, взглянул на часы и стал одеваться для свидания с Энни. Он обещал, что зайдет за ней в семь, но опаздывал, потому что в баре было много работы. Он надел джинсы и светло-голубую рубашку с длинным рукавом, которую в прошлом году ему подарила на день рождения сестра. Сегодня они ничего особенного не планировали. За последние две недели он много времени провел с Энни, сначала пока она восстанавливала силы, потом он заходил всякий раз, когда у него было время.

Когда Энни начала настаивать, чтобы он не приносил ей продукты, Джо понял, что она почувствовала себя лучше, и сменил тактику. Он попросил ее взяться за финансовую работу в баре, но Энни раскусила его, увидев в этой просьбе откровенный предлог проводить с ней побольше времени. Сверкая глазами, с раскрасневшимися от гнева щеками, она накричала на него за это.

Ее честность всегда забавляла и волновала Джо, и он не собирался принимать ее отказ. Когда Энни узнала, что он навел справки о ней у ее нынешних деловых клиентов, она согласилась взяться за дело.

«Еще одно очко в мою пользу», — подумал Джо, довольный собой. Но кроме всего прочего, это был еще и удачный деловой ход. Его прежний бухгалтер был закадычным другом отца, пьющим и необязательным человеком.

Джо уже готов быть взять ключи и выйти из дома, когда раздался звонок в дверь. Он никого не ждал и широко распахнул дверь, готовый послать куда подальше незваного гостя. Пока не увидел, кто стоит на пороге.

— Энни!

В плотно облегающих джинсах и в золотистой водолазке, которая выгодно подчеркивала цвет ее волос, она стояла и улыбалась ему.

— Привет! Ты готов?

— Я думал, я заезжаю за тобой, — прищурился Джо.

— Сюрприз! — помахала перед ним своими ключами Энни. — Ну? Ты готов?

— Думаю, да. — Ему нравилась импульсивность Энни. — Хочешь, я поведу? — предложил он.

— Нет. Все твое мастерство и энергия потребуются потом, — загадочно приподняла брови Энни.

— Я надеюсь, ты имеешь в виду постель? — хриплым голосом спросил Джо. — Но мне почему-то кажется, у тебя на уме что-то еще.

— Возможно, я запланировала и то и другое, — понизив голос, сказала Энни и засмеялась.

Джо не удержался, прижал Энни к себе и поцеловал.

— М-м-м, — тихо простонала она, без всяких уговоров открываясь ему навстречу.

Его язык нежно ласкал рот Энни, касался уголков губ.

— Если мы продолжим в таком же духе, то никогда отсюда не выйдем, — предупредил он Энни, не отрываясь от ее губ.

— Вот черт! — Она сделала шаг назад. — У меня слишком много планов, чтобы уступить. Как бы мне этого ни хотелось. — Энни улыбнулась и взяла его за руку.

Он понял, что она запланировала нечто особенное. Для него. И эта мысль была ему приятна. И он не станет лишать этого ни себя, ни ее. Потом он вернется к тому, на чем они остановились.

— Куда мы направляемся? — поинтересовался Джо.

— Ты когда-нибудь соревновался в гонках на машинах?

— Нет. А ты?

— Тоже нет. Слышал когда-нибудь о Гран-при?

— Этап гонки, — удивленно поднял брови Джо. — Парни в баре обсуждали это. У него никогда не было шанса попробовать это самому. Автомобиль для картинга и реальные трассы. Настоящие костюмы и шлемы гонщика. — Ты готова к этому?

— С тех пор как мне поставили диагноз «рассеянный склероз», я сказала себе, что хочу пробовать что-нибудь новое и не позволять жизни или болезни сдерживать меня. Я рассталась с мужем, в остальном же не сделала пока ничего экстраординарного. Потом ты пригласил меня на свидание и не сердился, когда я забыла об этом. Ты заботился обо мне, и мне это было приятно. Когда Нэш меня опекал, я просто бесилась. Я видела его недавно. Он знает о нас и пожелал мне счастья. Он отпустил меня.

— Ты уверена?

— Он думает только о Келли. А я? Я думаю только о тебе.

Джо растаял от ее слов, он обожал ее искренность и непосредственность.

— Ты понимаешь меня и относишься к моей болезни как к гарниру, но не как к основному блюду.

— Это потому, что основное блюдо — это ты, детка, — улыбнулся Джо.

— Ты такой спокойный, с тобой я чувствую себя в безопасности. Но я знаю, как ты заботился о матери и о сестре. А твоя работа в баре — это тоже огромная ответственность. Поэтому я подумала, что мы могли бы вместе расслабиться. На гоночном треке. А потом, — выдохнула Энни, — могли бы закончить… в постели.

Она раскраснелась от волнения, а Джо, слушая ее, чувствовал себя самым счастливым парнем на свете.

— Я с удовольствием расслаблюсь. — Джо коснулся ее щеки, она затрепетала от его прикосновения. — С тобой. — Он коснулся языком ее губ. — В тебе.

По телу Энни прокатилась дрожь желания. И это желание они удовлетворят немного позже.

— Нас ждет гоночный трек, — напомнил он ей.

В субботу Нэшу позвонила Фейт и пригласила его заглянуть к ней домой, не объясняя зачем. Когда Нэш, удивленный таким приглашением, спросил об этом напрямую, она ускользнула от ответа. Когда он остановился на длинной подъездной дорожке к дому и увидел припаркованную машину Келли, то чуть не вскрикнул от радости. Хотя прошлую ночь он провел в ее постели и проснулся сегодня утром с ней, уютно свернувшейся калачиком рядом, он ужасно соскучился. Он не мог насытиться ею.

Нэш позвонил в дверь, и ему открыла Фейт. На ней были джинсы и темно-синий свитер, белокурые волосы распущены. Она не принадлежала к тому типу женщин, что нравились Нэшу, но он ценил красоту. А Фейт была красивой, просто раньше он не позволял себе думать об этом. Он испытывал неприязнь ко всем, кто имел отношение к Итану. Кроме того, отец Фейт многих людей лишил денег, включая приемных родителей Нэша, даже не задумываясь о трагических последствиях. Для Нэша Фейт была легкой мишенью для нападок.

Но гнев, с которым он так долго жил, исчез практически совсем после того, как Итан оказался рядом в трудный для Нэша момент. Старший брат подставил ему свое плечо, когда Нэшу казалось, что все его предали.

— Нэш, спасибо, что заглянул! — тепло улыбнулась Фейт.

— Я был удивлен, что ты пригласила меня, — честно признался Нэш.

— Я подумала, что пришло время поговорить, — кивнула Фейт. — Проходи.

Нэш вошел за ней в дом.

— Давай пойдем на застекленную террасу. Самое хорошее место для разговора.

— А Итан чем занимается? — спросил Нэш, когда они миновали плотно закрытую дверь кабинета брата.

— Он проводит селекторное совещание. Дела. — Фейт провела его через мраморный холл и комнату для отдыха. Нэш впервые без неприязни осматривал особняк брата.

Итан умело использовал свою любовь к компьютерным играм и свою армейскую подготовку и обучение и создал прибыльный компьютерный бизнес, продавая за кругленькую сумму военное программное обеспечение правительству. Сейчас Нэшу приятно было думать о брате, который всего добился сам.

Они с Фейт оказались в небольшой комнате, в которой Нэш никогда прежде не бывал, с окнами от пола до потолка и с очень красивым видом на окрестности. Стоял конец осени, листва и деревья окрасились в оранжевые, желтые и коричневые тона, а небо над ними, казалось, становилось все выше и выше.

— Великолепно, — не сдержался Нэш.

— Спасибо. Я обожаю эту комнату и этот вид, — обвела рукой вокруг Фейт. — Садись. — Она села в большое кресло, положив ноги на маленькую скамеечку.

Нэш выбрал себе место на небольшом диване напротив нее. Как и весь дом, комната была выдержана в приглушенных тонах, тем не менее в отделке и аксессуарах присутствовало достаточно тепла, что обеспечивало ощущение дома и семьи.

— Итак? — Нэш откинулся на спинку дивана и вопросительно посмотрел на Фейт.

— Тебя интересует, почему я попросила тебя заехать?

— Да, — кивнул Нэш.

Фейт всегда говорила напрямик. Он понял это еще раньше. Так было с Тесс, в отношениях с Итаном, в оценке поступков своего отца. Он не сомневался, что и сейчас она не будет увиливать от прямого ответа.

— В тот день, когда Итан поехал за тобой домой к Флоренс Россман… Я хотела поблагодарить тебя, что ты впустил его сюда. — Фейт положила руку на сердце. Нэш понял, что она имела в виду.

— Я не впускал его. — Он ответил автоматически, по привычке.

— Ты наверняка сделал это. — Фейт опустила ноги на пол и подалась вперед. — Ты не прогнал его, позволил ему поехать с тобой на встречу с Диром, значит, все-таки впустил.

— Но я прогонял его. — Нэш чувствовал, что обязан сказать ей.

— Наверно, ты не слишком старался, — усмехнулась Фейт.

Нэш открыл было рот, но промолчал и задумался.

Разве он только что не признался сам себе, что почти простил старшего брата? Зачем же отрицать очевидное?

— Это было нелегко, — сказал он наконец. — Какая-то часть меня все еще злится на него. — Нэш знал, что это брошенный мальчишка не хочет забывать обиды. Взрослый мужчина простил.

— Тебе больно. А это совсем другое дело. — В глазах Фейт вспыхнули решительные огоньки. — Но ты скоро поймешь, что твой брат, который когда-то бросил тебя, теперь стал другим человеком.

Комната наполнилась тишиной. Нэш не знал, что ответить.

Вывернуть душу наизнанку было нелегко, но Фейт, казалось, была рада дать ему время подумать над ее словами.

— Моему брату повезло, что у него есть ты, — сказал Нэш.

Было время, когда Нэш завидовал отношениям Итана и Фейт. Открытость, честность, преданность. Но теперь он нашел все это и для себя. В Келли.

И хотя он не знал, что будет дальше, сейчас ему чертовски все нравилось.

— Это мне повезло, — сказала Фейт. — И вот почему я просила тебя заехать: я подумала, поскольку у вас с Итаном теперь более разумные отношения, мы с тобой тоже могли бы заключить мир. — Она глубоко вздохнула. — Я знаю, почему ты ненавидишь моего отца, но я — это не он. Я больше принадлежу вашей семье, чем своей. И я знаю, как много это будет значить для Итана, если мы сможем поладить.

Нэш смотрел в ее открытые, честные глаза и подумал, почему он раньше не замечал, как она не похожа на своего отца. Она просто дочь, для которой поступки отца стали такой же неожиданностью, как и для всех жителей города. Женщина, которой пришлось все начинать с нуля. Отец в тюрьме, мать — в городских изгоях, но Фейт вернулась после развода и разочарований. Она должна была быть слабой, а она оказалась сильной.

А Нэш не заметил ее силы и честности. Он уже обвинил в смерти своего приемного отца преступную схему Мартина Харрингтона, был зол на Итана, поэтому набросился и на Фейт тоже, считая себя справедливым.

Нэш покачал головой и заставил себя посмотреть в глаза Фейт.

— Я не знаю, достоин ли твоей дружбы.

— Как я уже говорила с самого начала, — слегка пожала плечами Фейт, — Тесс необходима семья. Ты, я и Итан — все вместе — мы обеспечим ей крепкий жизненный фундамент.

Нэш отметил, что Фейт не упомянула Дира.

— Насчет этого ты права, — согласился он. — Тесс судит о людях по тому, как они относятся к Итану. — В другое время Нэш бы уже скрежетал зубами, а сейчас просто сказал, и все.

— Итан умеет нравится всем, — улыбнулась Фейт.

Нэш закатил глаза, не желая обсуждать эту черту характера старшего брата.

— Я был несправедлив к тебе, но тоже хочу начать все заново. И я очень ценю, что ты даешь мне такой шанс.

— Это оказалось легче, чем я ожидала, — вздохнув, рассмеялась Фейт.

— Я был с тобой довольно груб, — смущенно сказал Нэш.

— Ничего такого, что я не могла выдержать.

— Но ты не должна была ничего выдерживать. Я рад, что ты протянула мне руку, но я должен знать почему. Почему сейчас?

— Потому что Келли набралась смелости, чтобы приехать сюда и просить Итана поехать за тобой, — встретилась с его взглядом Фейт. — Если учитывать твое отношение к Итану, то она не знала, какая последует реакция. Он мог рассмеяться ей в лицо или выставить за дверь.

Нэш едва сдержался, чтобы не поморщиться, когда представил такую картину.

Конечно, теперь он перенес этот гнев на своего младшего брата. Ему очень хотелось закрыть глаза, чтобы все исчезло, но это было невозможно. Дир предал его так легко, по-взрослому, и он не знал, как с этим примириться.

— В любом случае, — голос Фейт вернул Нэша к действительности, — если Келли подумала, что ты стоишь подобного риска, я решила, что это действительно так. Поэтому я позвонила и попросила тебя заехать.

Нэш теперь понял, что за это примирение он должен благодарить Келли. Ну что ж, он найдет способ продемонстрировать свою благодарность. В той ванне на ножках в ее квартире.

Даже сейчас, во время такого важного разговора с Фейт, он не мог не думать о Келли.

— Я бы хотел все начать сначала. — Нэш встал с дивана, чтобы пожать ей руку.

Фейт обняла его.

— Я не помешаю? — осторожно покашляв, в комнату зашел Итан.

К чести Фейт, она и глазом не моргнула. Обняв Нэша одной рукой за талию, она повернулась к мужу.

— Я заключала перемирие с твоим братом, — широко улыбнулась она.

— Неужели? — осторожно спросил Итан.

Конечно, он не подумал, что младший брат пристает к его жене. Просто долгое время Нэш вел себя по отношению к Фейт как последний осел.

— Видно, твоя жена верит, что я исправлюсь, — сказал Итану Нэш. Он хотел отступить в сторону, но Фейт держала его за талию, не отпуская от себя.

Ей хотелось подчеркнуть, что они семья. И скрывать тут нечего.

— Пока ты не пристаешь к моей жене, я целиком и полностью за мир, — сказал Итан, но в его голосе еще звучали нотки сомнения.

Похоже, он всей душой желал полного примирения, но был настороже, когда дело касалось кого-то, кого он любил.

— Никаких приставаний. Никаких оскорблений, — заверил он Итана.

— Хорошо. — Итан улыбнулся и протянул руку Фейт. Она мигом оказалась рядом с ним. — Как ты? — спросил он у Нэша.

— Нормально. Я видел машину Келли рядом с домом, — спохватился Нэш.

— Келли и Тесс пекут на кухне печенье, — улыбнулась Фейт.

— На обратном пути зайду поздороваюсь, — сказал Нэш.

— На самом деле мы собираемся отвезти Тесс в молодежный центр, — сказала Фейт. — Моя подруга, Кейт Эндрюс, хочет открыть там программу по искусству. Тесс спрашивала у кого-то из учителей, можно ли ей добровольно принять участие в этой программе. Вот собираемся поговорить, как это сделать.

— И Фейт уверена, что помощь другим многое даст самой Тесс.

— Это значит… что ты мог бы помочь Келли испечь печенье, — поддразнила Нэша Фейт.

Келли сидела с Тесс на кухне. Они решили испечь печенье для предстоящей в школе Тесс благотворительной акции по сбору денег, которые пойдут на оплату поездки в Музей современного искусства в Нью-Йорке. Келли знала, что эта поездка понравится Тесс. Младшая сестра попросила ее прийти сюда и испечь печенье, поскольку здесь было просторнее. Они уже смешали все ингредиенты, необходимые по рецепту, и теперь тесто было почти готово. Что касается мытья посуды, то у Розалиты был выходной и Келли делала все сама.

— Я не Бетти Крокер[11], — пробормотала Келли, мешая тесто. — Ну скажи, почему мы не могли воспользоваться готовой смесью?

— Потому что там мы будем обмениваться рецептами печенья. Давай перемешивай, а то в тесте комочки, — приказала Тесс, опустив в тесто ложку, чтобы попробовать.

— Эй! — Келли шутливо хлопнула сестру по руке. — Перестань съедать весь доход и давай смазывай противни для печенья.

— Надзирательница. Ты не забыла разогреть духовку?

Келли кивнула. Она наконец добилась, чтобы тесто было без комков. Они вместе аккуратно разложили на противни кусочки теста и поставили в духовку, а Келли установила таймер.

— А почему тебе так нравится Нэш? — спросила вдруг Тесс, застав Келли врасплох своим вопросом.

Келли задумалась, как лучше ответить.

— Твой брат хороший человек.

— Я не это имела в виду. — Тесс села на стул у кухонной стойки, подперев руками, перепачканными мукой, подбородок, и приготовилась слушать. — Забудь, что Нэш мой брат. Почему он тебе нравится такой, какой есть? — Келли поняла, что ей не уйти от ответа.

— Да, Келли. Ответь Тесс, почему я тебе нравлюсь такой, какой есть.

Взгляд Келли метнулся к двери, где стоял Нэш, наблюдая за ними. Его глаза сияли веселым блеском.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Келли.

— Ну? — твердила Тесс. — Отвечай мне!

Келли не могла не ответить.

— Влечение друг к другу невозможно объяснить, — пробормотала она.

Нэш не отрывал от нее глаз.

— Господи, взрослые! — разочарованно покачала головой Тесс.

— Тесс, ты уже готова ехать? — послышался из другой комнаты голос Фейт.

— Иду!

— Руки помой, — подсказала ей Келли.

— Да-да. Спасибо, что помогла с печеньем. Но, думаю, этот разговор у нас не кончен!

Келли прикусила губы, чтобы не рассмеяться, а Тесс выбежала из кухни.

— Так что ты здесь делаешь? — вновь обратилась она к Нэшу.

Он подошел и сел на стул рядом с ней. Она уловила его запах, такой приятный и родной, вспоминая, что уже несколько дней подряд засыпала рядом с ним и просыпалась утром в его объятиях.

— А я думала, печенье хорошо пахнет.

— Что?

— Я сказала, ты хорошо пахнешь. — Келли наклонилась, тихонько укусив его за ухо. — Так что ты здесь делаешь? — усмехнулась она.

— Фейт пригласила меня. Мы заключили что-то вроде перемирия.

Келли не удивилась.

— Я рада.

Если и было что-то хорошее в этой истории с Диром, так это то, что у Нэша потеплели отношения со старшим братом, а у Тесс продолжали налаживаться отношения с Нэшем. Она уже не сердилась и задавала вопросы о них как о паре. Теперь надо, чтобы Нэш помирился с Диром, и тогда его семья воссоединится.

Сейчас говорить об этом не время. Как не время сказать ему о том, что она его любит. Келли самой все еще не верилось, что рядом такой любящий и нежный Нэш.

Внезапно у Келли появилась идея.

— Ты занят в выходные? — спросила она.

Нэш наклонился к ней, и Келли почувствовала тепло его тела.

— А что ты хотела предложить?

— Я подумала, что мы можем уехать куда-нибудь. Номер в отеле плюс завтрак или что-то подобное на выходные.

— Превосходная идея, — загорелись глаза у Нэша.

— Я все узнаю и подыщу что-нибудь. Можем уехать в субботу рано утром. Выставка Тесс состоится в пятницу вечером.

— Без проблем. — Нэш прижал Келли к себе и поцеловал страстно и требовательно.

Она растаяла в его объятиях, его язык скользил по губам Келли, требуя проникнуть внутрь. И на короткий восхитительный момент она позволила ему сделать это, а потом прервала поцелуй.

— Ты пахнешь тестом для печенья и на вкус такая же, — усмехнувшись, облизнул свои губы Нэш.

— Иди. Мне нужно все помыть здесь, а потом отправляться искать гостиницу, — похлопала его по плечу Келли. Они и так подозрительно долго сидели на кухне одни.

Нэш сорвал еще один поцелуй и ушел.

Из груди Келли вырвался счастливый вздох. Когда в ее жизни последний раз были такой мир и покой? Она не могла дождаться, когда они с Нэшем останутся одни. Где-нибудь вдали от всех проблем.

В каком-нибудь месте, где никто им не помешает.

Глава 15

Келли выбрала небольшую гостиницу в Рокпорте, штат Массачусетс, почти в четырех часах езды от Серендипити. Предметом гордости гостиницы был вид на Атлантический океан; все номера с террасами, джакузи и с отдельным входом. Все складывалось отлично, и, хотя она надеялась, что большую часть времени они проведут без одежды, ей все равно хотелось купить что-нибудь специально для этого случая.

В обеденный перерыв Келли отправилась за покупками. Она прошлась до центра города и направилась в магазин «Комиссионная одежда и дизайн», который располагался рядом с магазинчиком Фейт.

Когда она открыла дверь, весело зазвенели колокольчики, возвещая о ее прибытии. Ей навстречу вышла женщина с супермодно подстриженными волосами вишневого цвета. И Келли сразу подумала, что Тесс это понравится.

— Добро пожаловать! — сказала она.

— Спасибо. У вас отличный магазин. — Келли окинула взглядом помещение. — И одежда, и интерьер просто великолепны!

— Спасибо! Это мой брат Ник постарался. Кстати, меня зовут Эйприл Манчини.

— А я Келли Мосс. Фейт Баррон рассказывала мне о вас. Надеюсь, вы поможете подобрать мне несколько вещей для поездки в эти выходные?

— С удовольствием. — Эйприл подхватила Келли под руку, как будто они были старинными подругами. — Вы едете по делам или развлечься?

— Развлечься, — покраснела Келли.

— A-а. С кем-то, кого я знаю?

Келли, которая много лет прожила в большом городе, еще не привыкла, что здесь посторонние задают личные вопросы и ждут ответов. Но Эйприл была милой и дружелюбной, и Келли не возражала.

— Нэш Баррон, — призналась она.

— О, эти мальчишки Баррон, — ухмыльнулась Эйприл, — всегда их было не понять. И особенно Нэша.

— С ним необходимо сблизиться, — кивнула Келли, — прежде чем он пустит к себе в душу.

— Ну, я рада, что он нашел такого человека, потому что знаю, что он очень тяжело переживал развод. Пошли. Я так понимаю, Фейт предупредила, что большая часть вещей — комиссионный товар, но я в последнее время начала создавать собственные модели.

— Фейт говорила, что продала вам несколько дорогих дизайнерских вещей, и вы превратили их в необыкновенные наряды.

— Я собиралась продать их через аукцион eBay, потому что не думала, честно говоря, что состоятельные люди будут делать покупки в комиссионном магазине. Но оказывается, людская молва — сильная штука. Я и представить не могла, как вещи Фейт поднимут мой бизнес. — Эйприл вся светилась от радости. — Еще я решила, что у меня будут продаваться эксклюзивные вещицы, чтобы даже те, кому не нужны немного поношенные вещи или дорогостоящая дизайнерская одежда, могли делать здесь покупки.

— Всего понемножку? — рассмеялась Келли.

— Это моя слабость, — вздохнула Эйприл. — Не могу заниматься чем-то одним. Если мне что-то нравится, я беру и надеюсь продать.

— Похоже, вам необходим бизнес-план, — улыбнулась Келли.

— Это предложение? — с надеждой спросила Эйприл.

— Мне жаль, но я не сильна в этом. Но буду иметь в виду, если услышу о ком-то, кто может вам помочь.

— Спасибо. А теперь начнем. Я запаслась сексуальным бельем для разбирающихся в этом покупателей. Что-то подсказывает мне, что вам понравится. — Эйприл повела ее в конец магазина к отдельной секции одежды и примерочной.

Спустя полчаса Келли приобрела белье, сексуальный комплект домашней одежды и оригинальный наряд для ужина в субботний вечер. Все это она покупала с мыслями о Нэше.

Келли понимала, что влюбилась в него так, как не влюблялась ни в кого раньше. Ей нравилось в нем сочетание силы и уязвимости. Он доверял ей, а у нее были все основания доверять ему.

Как-нибудь во время уик-энда Келли выберет минутку и расскажет ему все о своем прошлом с Райаном, об ошибке, которую она совершила, и о свидетельских показаниях, которые ей, возможно, придется давать. Если она выскажется начистоту, он поймет. Близкие люди слишком долго лгали ему. И Келли не хотела разочаровать его.

В тот вечер, когда проходила художественная выставка, школьная парковка была переполнена дорогими машинами. Келли заехала туда и поставила машину недалеко от «ягуара» Итана. В окружении других дорогостоящих машин малолитражка Келли выглядела как дешевая игрушка.

Тесс выбралась из машины Итана, и ее счастливая улыбка заставила Келли забыть обо всем.

— Не забудь посмотреть проекты Сэры Мерфи, — предупредила Тесс. — Эта курица считает себя самой талантливой художницей в школе.

— Тесс! — одновременно воскликнули Келли, Итан и Фейт.

Тесс надула из жевательной резинки огромный пузырь.

— Дай сюда, — нахмурившись, протянула руку Келли. Она почувствовала раздражение.

— Подожди, у меня есть бумажная салфетка, — не сдерживая смеха, сказала Фейт.

— Ты же знаешь, что в школе резинка запрещена, — заметил Итан. — Можешь ты хотя бы час вести себя прилично, пока мы здесь?

Келли наблюдала за лицом Тесс.

— Так и быть, если уж все мои братья ладят между собой, — заявила Тесс с кривой ухмылкой.

Келли не знала, насколько Тесс осведомлена о проблемах между тремя братьями, но ее младшая сестренка была очень восприимчивой особой, особенно когда дело касалось ее братьев. И она точно знала, что сейчас назревает какая-то неприятность.

— Твои братья всегда ладят. — Келли подтолкнула Тесс идти быстрее. — И поскольку сегодня твой вечер, думаю, тебе не о чем волноваться. Твои братья будут на высоте.

— Я за них не волнуюсь. — Тесс закусила нижнюю губу, съев блеск для губ, который Келли несколько секунд назад помогла ей нанести.

— О своей выставке тоже не волнуйся. Я видел, насколько хороши твои работы, — заверил ее Итан.

Он уже был готов взъерошить Тесс волосы, но Фейт перехватила руку мужа и переплела свои пальцы с его пальцами. Встретившись с взглядом Келли, Фейт улыбнулась.

И Келли облегченно выдохнула. Только женщина поймет, что Тесс, наверно, целый час стояла в ванной с выпрямителем для волос, чтобы ее волосы выглядели сейчас так великолепно. Одно прикосновение Итана вмиг все разрушит.

Келли нравились эти маленькие перемены в Тесс. Она попросила блеск для губ, потратила время на прическу, проявляла интерес к школе. За эти несколько недель, которые прошли с момента возвращения домой Итана, она ни разу не спросила о переводе в другую школу. Она по-прежнему проводила много времени с Мишель, и хотя девочки скорее всего подружились, потому что другие не принимали Тесс, нельзя было не отметить положительное влияние Мишель на ершистую сестру Келли. Вместе с рисованием, которое так обожала Тесс, может быть, эта частная школа в конце концов поможет ей.

Они вошли в здание, и сквозь толпу родителей и детей Тесс повела их к своему месту, по пути здороваясь с девчонками и мальчишками, которых Келли не знала. Места детей располагались в алфавитном порядке, поэтому, если что, Нэш и Дир найдут их без проблем.

Они подошли к месту, где были развешаны работы Тесс. Предполагалось, что она должна находиться рядом и, когда гости проходят мимо, рассказывать всем желающим о себе.

Келли внимательно рассматривала рисунки, восхищаясь талантом сестры. В школе она была только два коротких месяца, и Келли сравнивала врожденные способности Тесс и то, чему научил ее преподаватель. В работах появилось изящество, которого раньше Келли не замечала, более обдуманный выбор цвета. Да, школя даст Тесс возможности, которые Келли никогда не смогла бы ей дать сама.

Келли встретилась взглядом с Итаном и мысленно поблагодарила его. Какое счастье, что он взял Тесс в свой дом, когда она зашла в тупик с ее воспитанием, и в такое короткое время он изменил ее к лучшему. Каким бы он ни был в прошлом и что бы он ни сделал тогда, теперь Итан стал замечательным человеком.

И когда Келли почувствовала теплую руку у себя на спине, она поняла, что пришел Нэш.

Он знал, что сегодня вечером ему будет нелегко, потому что придется встретиться с Диром и вести себя вежливо, но приехал. Келли понимала, что он приехал ради сестры.

— Привет, — тихо сказала она.

— Привет, — улыбнулся Нэш, отметив ее счастливое лицо, и поцеловал в щеку.

— О! — воскликнула Келли.

— Я не скрываю наши отношения, — пояснил Нэш.

Келли больше не была его ночным секретом. Эти отношения Нэш был готов вынести на новый уровень. Они стали официальной парой, и его больше не заботило, что о них узнают.

У Келли загорелись глаза от радости, и у Нэша стало легко на душе.

— Привет! Никаких сотовых телефонов, или я зову охрану, — прервала их Тесс. Как обычно, она сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что имела в виду деловые разговоры.

— Покажи мне свои работы, зануда, — закатив глаза, сказал Нэш.

Тесс стояла рядом, кусая ногти, пока он просматривал ее работы. Раньше она неохотно показывала их, и были времена, когда Нэш обижался на то, с какой готовностью она делала это для Итана, доверяя ему. Теперь она вспомнила нервную привычку грызть ногти, видимо, его мнение что-то значило для нее.

Нэш внимательно изучал каждую работу. Тесс нравилось рисовать яркими красками, но любимыми цветами были черный, пурпурный и оранжевый. Нэш не мог не отметить, что учительница по изобразительному искусству позволила ей выбрать собственный стиль, научив, как расти и совершенствоваться в том, что ей нравится, и направив ее внимание в этом направлении.

— Отличная работа! Кто бы мог подумать, что у тебя такой талант? — подтрунивал Нэш.

Тесс толкнула его в плечо, но по ее лицу было понятно, что ей важно услышать его одобрение. Он подумал, что для него взаимопонимание с этим ребенком очень много значит.

Нэш взглянул на Келли, наблюдавшую за ними. Она смотрела на них с нежностью и любовью. Нэш заодно заметил, как черные джинсы и белый свитер облегали ее прекрасную фигуру.

— Привет! — К ним внезапно присоединился Дир, заключив Тесс в дружеские объятия.

— Дир! — обрадовалась его прибытию Тесс.

Приезд брата не вызвал подобных чувств у Нэша.

Он замер, и семейная идиллия, которой он наслаждался, исчезла.

Ну что ж, он посмотрел работы Тесс и теперь сделал шаг назад, уступая место Диру Нэш поспешил вернуться к Келли, пока Тесс не заметила, что что-то не так.

— Хочешь прогуляться и посмотреть работы других детей? — Честно говоря, его это не интересовало. Но как способ бегства прогулка по залу вполне подойдет. Ему нужна передышка.

— Конечно.

Они взялись за руки и стали переходить от рисунка к рисунку по всему огромному залу.

— Смотри. Наша любимая учительница, — кивнула в дальний конец зала Келли, где с другой учительницей стояла мисс Джулия Бернард с вечно хмурым выражением лица.

— Итан заезжал к директору школы, доктору Спеллману. Тот явно серьезно поговорил с этой женщиной. Будем надеяться, что это повлияло на ее отношение к Тесс, — сказал Нэш.

— Как-то повлияло, — кивнула Келли. — И Тесс выглядит довольной, как думаешь?

— Прошло всего несколько недель, но мне кажется, ты права. Она как-то успокоилась. И вообще ей лучше, когда Итан дома.

— Было время, когда это причинило бы мне боль, — призналась Келли, — но теперь я только рада, что кто-то может найти с ней общий язык.

— Согласен.

— Даже если этот кто-то — Итан? — Келли встретилась с его взглядом и пристально посмотрела в глаза Нэшу.

— Если ты хочешь спросить, помирился ли я с ним… Отвечу: стараюсь. — Его гнев на Итана стал частью его самого, к потеплению отношений предстояло привыкать.

— А Дир?

Нэш промолчал, потянул ее за руку и провел ее через дверь на тускло освещенную лестничную клетку.

— Что ты делаешь?

— Уединяюсь с тобой. — Он прижал ее к стене, чувствуя тепло ее тела.

Келли облизнула пересохшие губы, и Нэш, проследив за этим движением, почувствовал, как напряглось в ответ его тело.

— Зачем?

И снова ответ для него был очевиден.

— Затем, что с тех пор, как сегодня утром я покинул твою постель, я соскучился и хочу, чтобы ты перестала задавать мне вопросы о моей семье.

— И как же ты собираешься заставить меня замолчать? — улыбнулась уголками рта Келли, явно провоцируя его. Она дразнила его.

— Вот как. — С легким стоном Нэш прижался губами к ее губам.

Каждое прикосновение к ней было для Нэша открытием, особенно теперь, когда его чувства были так обострены. Он продолжал целовать ее, проникая языком ей в рот, разжигая их желания.

Нэш наконец прервал поцелуй.

— Здесь не место, — пробормотал он.

— Я знаю.

В голосе Келли он уловил нотки разочарования и усмехнулся:

— Я наверстаю сегодня вечером.

— Обещаешь?

— Знаешь, мне будет чертовски трудно вернуться в зал, — едва сдержал стон Нэш. — Я не выпушу тебя из постели весь уик-энд.

— Почему бы мне не пойти первой, чтобы дать тебе возможность взять себя в руки? — предложила она, посмотрев ему на брюки.

— Отличная мысль. — Нэш снова требовательно поцеловал ее. — Иди. Я скоро.

Когда она ушла, Нэш, чтобы отвлечься, стал опять вспоминать события последних дней и решил не торопиться. Зачем встречаться с Диром раньше, чем это необходимо?

* * *

Итан стоял рядом с Тесс и улыбался, стараясь скрыть свою тревогу. Теперь Нэш едва терпел Дира. Пока они не помирятся, Итан будет переживать не только за них, но и за Тесс тоже. Сейчас она слишком увлечена своей выставкой, чтобы заметить, что братья, которые обычно ладили между собой, теперь игнорировали друг друга. Но она скоро заметит.

Когда Нэш и Келли отправились погулять по выставке, Дир вышел подышать на улицу, Фейт ушла поговорить с директором, чтобы убедиться, что ситуация с мисс Бернард находится под контролем.

Итан отошел в сторону, чтобы дать возможность Тесс представить свои работы родителям других детей. Когда он вернулся, то мгновенно понял, что что-то не так. Тесс была вся напряжена, стояла, раскачиваясь на каблуках, точно так же, как в конце лета раскачивалась в своих черных армейских ботинках на шнуровке. Она приняла воинствующую позу и была явно раздражена.

Нэш направился к мужчине, который стоял с ней рядом. Сначала Итан разглядел только спортивную куртку и плешь на голове. Потом он понял, что этот человек не похож на кого-то из родителей. Его куртка была слишком старой и немодной.

— Итан Баррон, брат Тесс, — протянул руку Итан, чтобы поздороваться с мужчиной. — Вы чей отец?

Взгляд незнакомца скользнул по Итану, и мужчина отступил назад.

— Роджер Грейсон. — Его влажная ладонь на мгновение слабо пожала руку Итана.

— Я не услышал, чей вы отец? — прищурился Итан, наступая на мужчину.

— Дело в том, что он не отец, — толкнула Итана в бок Тесс. — Он спрашивал про Келли, как долго она жила со мной в твоем доме, оставляла ли она меня одну на ночь и всякую такую ерунду.

Теперь Итан уже всерьез разозлился.

— Какого черта вы ее допрашиваете? — Он положил руку на плечо Тесс, повернулся и поймал взгляд жены, которая с обеспокоенным лицом направлялась к ним.

— Что здесь происходит? — Фейт поправила упавшую на лицо белокурую прядь и посмотрела на всех троих, ожидая ответа.

— Сделай одолжение, принцесса, погуляй с Тесс. Пусть посмотрит работы своих одноклассников. У меня появилось небольшое дельце.

— Но кто он? — спросила Тесс. — Он задавал мне вопросы. Я имею право знать, кто он и что ему надо!

— Когда узнаю, я тебе скажу, — подтолкнул ее к Фейт Итан.

— Давай-давай, пошли, — увлекла девочку Фейт, практически толкая ее впереди себя по проходу.

«Господи, я люблю эту женщину», — подумал Итан.

Но теперь он сосредоточил свое внимание на Роджере Грейсоне, если это было его настоящие имя.

— Итак, рассказывайте.

Мужчина полез в карман и передал Итану визитку.

— Хорошо, — бросив беглый взгляд на карточку, сказал Итан, — вас действительно зовут Роджер Грейсон. Вы частный детектив. Какого черта вам нужно от Тесс? И почему вас так интересует Келли?

— Меня наняла женщина, которая…

— Итан? — К ним подошла Келли, на лице у которой застыло тревожное выражение. — Где Тесс? — поискала она взглядом сестру.

— Я отправил ее погулять с Фейт. Этот человек, — Итан указал пальцем на Грейсона, — задавал вопросы Тесс про вас обеих.

— Кто вас нанял? — побледнела Келли.

— Лия Малдун.

— Кто? — в один голос воскликнули Итан с Келли.

— Меня наняла ваша мать.

— Мою мать зовут Лия… Мосс, — прищурилась Келли.

— Ее фамилия по мужу — Малдун.

— Вышла замуж, — со стоном произнесла Келли. — Но меня это не удивляет. Так почему же она послала вас, а не пришла сама взглянуть на нас с Тесс?

— Вам придется спросить об этом у нее, — потер лысеющую голову мужчина.

— Я пытался ее найти, — сказал Итан, решив, что ему придется уволить своего сыщика.

— Я передам ей, что вы хотите поговорить. — Частный детектив медленно отступил назад, и Итан почувствовал, как сжимаются у него кулаки.

Он не собирался начинать драку в школе Тесс, но Итан мысленно отметил для себя, что с советом школы, в который он теперь входил, надо обсудить систему охраны школы.

— Ты в порядке? — повернулся он к Келли, которая понемногу начала приходить в себя.

— Да. Но ты догадываешься, что я думаю о матери? — В голосе Келли звучало отчаяние.

— Да. — Итан прекрасно понимал ее состояние. — Если Лия наняла частного детектива, чтобы он все разузнал, это может означать только одно. Она хочет забрать Тесс.

— Потому что она знает, что без компромата на меня у нее нет ни единого шанса в суде, — вздохнула Келли и посмотрела Итану в глаза.

Он смотрел на женщину, которая несколько месяцев назад была для него незнакомкой. Она появилась у него на пороге и слепо поверила ему, она отдала ему угрюмого и замкнутого подростка, и это стало для него подарком судьбы.

Келли с ее карими глазами с доверчивой теплотой и великодушием вошла в круг самых близких для него людей. А у Итана их было немного.

— Келли, я хочу знать, — сказал Итан, — мы по одну сторону баррикад?

— Господи, ну конечно! — В глазах Келли блеснули слезы, и она обняла его за шею.

— Хорошо, хорошо.

Теперь Итан знал, без борьбы они Тесс не отдадут.

У Келли дрожали руки, и она потерла их, стараясь успокоиться. Когда она услышала, что ею интересовался незнакомый мужчина в кофейне, она предположила, что он был нанят женой Райана. Никогда, даже в самых страшных снах, она не могла представить, что ее мать собирает компромат на собственную дочь.

Чувствуя отвращение и смятение, Келли пыталась сосредоточиться. Конечно, она на стороне Итана. Лия бросила своего ребенка-подростка, даже не оглянувшись. Роль матери Тесс она много раз отдавала Келли, не задумываясь, как дорого это обойдется ей или Тесс. А потом она исчезла и вышла замуж.

— Что-то еще не так? — спросил Итан.

— Ну почему вы, братья Баррон, так невероятно проницательны?

— У тебя руки дрожат, ты едва стоишь. Ты выдюжила, когда мать бросила вас, и что касается Тесс, то здесь мы команда. Мне кажется, тебя беспокоит что-то еще. — Итан положил ей на плечо руку, предлагая свою поддержку. — Что такое?

Келли встретилась взглядом с Итаном.

— Разве Фейт не рассказывала тебе о моем бывшем друге Райане Хейуарде?

Итан покачал головой, терпеливо ожидая объяснений. Значит Фейт сохранила ее секрет. Келли особенно не просила ее молчать, но Фейт не проболталась. Эта женщина оказалась еще лучше, чем думала о ней Келли.

— В Нью-Йорке у меня осталась проблема, — призналась Келли. Если она доверила Итану свою сестру, значит, она может доверить ему свои секреты.

Она быстро объяснила ситуацию Итану, зная, что в любую секунду могут вернуться Тесс или Нэш.

— Поэтому этот частный детектив запросто мог быть нанят женой Райана, чтобы облить меня грязью, перед тем как меня вызовут повесткой в суд, чтобы дать показания на слушаниях по их разводу. — Келли прижала руки к пылающим щекам. — И если это попадет в заголовки газет, меня назовут проституткой, и Тесс узнает, как я познакомилась с Райаном. У нее будут большие проблемы в школе, и она подумает, что я самая ужасная лицемерка, которая призывает ее к хорошему поведению, а сама… — Келли умолкла, качая головой.

— Тесс любит тебя, — прикоснулся к ее плечу Итан, успокаивая. — Она будет рядом, несмотря ни на что. И я тоже.

Он даже не представлял, что значит для нее его поддержка.

— Спасибо. — Глаза Келли наполнились слезами. — Я не знала тебя, когда отдала тебе Тесс, но я доверяла Ричарду. А ты оказался чудом, которое так ей было нужно.

— Я взял ее, потому что мы похожи, — смущенно опустил голову Итан. — Что касается твоей проблемы с бывшим…

— Моя проблема намного больше, чем Райан и его жена, — вздохнула Келли. — Я скрывала это, опасаясь, что вы все обо мне плохо подумаете.

— Нэш ничего не знает? — уточнил Итан.

Келли покачала головой. Внутри у нее все сжалось.

— Сначала я надеялась, что все уляжется само собой. Потом, услышав, что кто-то задавал обо мне вопросы в кофейне, я позвонила Райану, и он поклялся, что все, что касается его жены, он держит под контролем. К тому времени, когда я решила обо всем рассказать Нэшу, всплыла эта история с Диром и Ричардом, и я не смогла возложить на его плечи еще и свою ношу. Я собиралась все рассказать ему в этот уик-энд, когда мы уедем подальше от всего.

Но теперь они не могли покинуть город, когда здесь шныряет частный детектив, нанятый ее матерью.

— Он пережил кучу потрясений. Может, он воспримет все лучше, чем ты думаешь, — пытался успокоить ее Итан.

— Может, я сам решу, что лучше? — послышался за спиной Келли голос Нэша.

Они были так увлечены разговором, что не заметили его приближения.

Келли прикрыла глаза и покачала головой. «Когда же жизнь станет проще?» — подумала она и снова посмотрела на Итана.

Нэш перевел взгляд с брата на Келли. Он явно прервал серьезный разговор. И, подходя, услышал, как Итан назвал его. имя.

— Что происходит?

— Вернулась моя блудная мать, и есть все основания полагать, что ей нужна Тесс.

Итан подробно рассказал все, что Нэш пропустил.

Слушая и размышляя о том, как легко этот подонок проник в школу и вычислил его сестру по фамилии на рисунках, Нэш почувствовал приступ ярости.

— У него нет никакого права разговаривать с ней вообще. Как, черт возьми, он прошел сюда?

— В толпе других родителей, — предположил Итан.

— А где Тесс сейчас? — оглянулся вокруг себя Нэш.

— Фейт увела ее погулять, — ответила Келли.

— Послушай, — начал Итан, — пока Тесс не вернулась, нам надо кое-что прояснить. У нас с тобой, — он показал на себя и на Нэша, — были проблемы. Теперь они возникли у тебя с Диром. Меня не волнует, насколько все, что происходит, законно, но пока мы не узнаем, что надо матери Тесс и насколько далеко она готова зайти, мы должны быть единым целым. Мы все должны держаться вместе, и никто не даст ей ни единого повода, который можно использовать против нас в суде. Понял? — пристально посмотрел он на Нэша, всем своим видом показывая, что не потерпит возражений.

В другое время Нэш, возможно, и слушать не стал брата. Но теперь поведение Итана и его преданность делу воспитания Тесс вызывали в нем уважение. Что касается Дира, то это личное дело Нэша, и он не будет вмешивать в это семью. Не должен вмешивать, ради Тесс.

Поэтому Нэш взглянул на старшего брата и протянул ему руку. Испытывая явное облегчение, Итан пожал ее.

— Я не отдам Тесс матери, — пообещал Итан. — Замужем она или нет, ей придется побороться.

В этом Нэш не сомневался.

Итан беспокоился за Тесс, а у Нэша была еще другая тревога, и это Келли. Потому что она будет выступать против собственной матери. И пусть она уверена, что Тесс должна быть с ними, ей придется нелегко.

И ему хотелось стать тем человеком, который поможет ей пережить эти трудные времена.

— Вон Фейт и Тесс. Пойду поговорю с ними, — сказал Итан.

— Что ты скажешь Тесс?

— Что мы не знаем точно, что это был за человек и что ему нужно. Но я это выясню, и ей не о чем волноваться. Вот такая ложь во спасение, — развел руками Итан.

— Я согласен, — пробормотал Нэш. Незачем расстраивать Тесс. Пока они не узнают наверняка, хочет ли ее мать получить опеку над дочерью или просто сказать «привет».

Итан направился к жене, а Нэш повернулся к Келли и взял ее за руки.

— Ты замерзла. — Он потер ее руки в своих ладонях.

— Холодные руки — горячее сердце, — попыталась пошутить Келли.

— Мне кажется, тебе надо успокоиться. Когда мы вернемся к тебе домой, поговорим о твоей матери, — пообещал Нэш.

— Я даже думать о ней не могу, у меня сразу возникает желание ударить ее. Тесс не игрушка, чтобы передавать ее туда-сюда.

Нэш поднес ее руки к губам и поцеловал.

— Итан позаботится о Тесс. А как насчет тебя?

— А что я?

— Как насчет того, что мать сделала тебе?

— Что ты имеешь в виду? — удивленно моргая ресницами, спросила Келли. — Ей нужна Тесс.

— Но ее цель — это ты. Она копается в твоей жизни, а сама оставила на тебя ребенка, даже не спросив, хотела ты этого или нет, справишься ты с этим или нет. — Нэш отпустил одну руку и коснулся пальцами ее щеки. — Как насчет того, чтобы хоть на секунду задуматься о себе?

Келли заглянула в его понимающие глаза. Она была явно потрясена.

— Ты первый человек, который заботится обо мне.

— Привыкай, — низким голосом, который сам едва узнал, сказал Нэш. Он обнял Келли за талию и притянул к себе.

— Не давай обещаний, которые не можешь выполнить, — прошептала она.

— Келли…

— Пошли! — крикнула им Тесс. — Мы уходим!

— Пошли, — сказала Келли, выскользнув из его объятий.

Все направились на улицу к машине, Дир держался на расстоянии от них. Нэш знал, что ему придется в конце концов решать проблему с братом, но был все еще слишком сердит и не готов к разговору.

Они так долго пробыли в школе, что парковка уже почти опустела. Когда все направились к своим машинам, из тени вышла женщина.

— Тесс, подойди поздоровайся с мамочкой!

Глава 16

Итан взял Тесс за руку, а Нэш поддержал Келли, обхватив ее за талию.

Освещение было тусклым, но Нэш смог рассмотреть крашеные белокурые волосы Лии Мосс. Келли была похожа на мать, только черты лица у нее были мягче. У Тесс во внешности было больше общего с Нэшем, чем с матерью.

— Разве ты не обнимешь меня? — Лия протянула руки к Тесс, звеня в тишине золотыми браслетами.

Нэш взглянул на сестру, которая прижалась к Итану. Она не двинулась с места, а лицо у нее было такое бледное и испуганное, как будто она видела перед собой привидение.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Келли. Такого ледяного тона Нэш никогда у нее не слышал.

— Я хотела увидеть своих девочек. — Лия крепче сжала в руках серебристую сумочку. — Разве это преступление?

— Ты хочешь сейчас общаться с матерью? — Итан присел перед Тесс, чтобы видеть ее глаза.

Девочка помотала головой, яростно выражая свое нежелание.

Итан встал и положил руку на плечо Тесс.

— Дир, Фейт, отвезите Тесс домой.

— Тесс, детка, это я, мамочка твоя! — позвала ее Лия.

В напряженной тишине Фейт и Дир одновременно протянули руки девочке, и она с готовностью ухватилась за них, позволяя увести себя.

Келли дождалась, пока Тесс оказалась на таком расстоянии, где ничего уже не услышит, и повернулась к матери, сложив руки на груди.

— Мало того что ты исчезла, не попрощавшись, так ты и появиться решила точно так же? Ты расстроила ее.

— Это несправедливо, Келли.

Дул ветер, такой же холодный и бесчувственный, как эта женщина.

— Роджер Грейсон сказал, ты меня искала.

— Оказывается, тебе не надо было далеко ехать, чтобы добраться до нас. Ждала на парковке? — с раздражением спросила Келли. — Послала незнакомца, чтобы напугать Тесс. Частного детектива, которого ты наняла, чтобы облить грязью собственную дочь.

— Ты собралась и уехала. Мне надо было узнать, что происходит, прежде чем увидеть тебя снова, — промямлила Лия.

Келли рассмеялась, и Нэш почувствовал, сколько горечи было в этом смехе.

— Ты хочешь сказать, что до сих пор тебе ни разу не приходило в голову найти меня? Узнать, как живет Тесс, у тебя не было желания?

Келли удивленно подняла брови и холодно смотрела на мать.

Лия опустила голову, словно стыдясь самой себя.

— Я должна была собраться с силами, прежде чем вернуться.

— Ты хочешь сказать, тебе надо было найти мужчину, чтобы заботился о тебе? — уточнила Келли. — Я слышала, ты вышла замуж. Прости, что я тебя не поздравила.

— Я не верю, что ты за меня не рада, — надулась, как ребенок, Лия.

— Мам, поезжай домой, ладно? — устало попросила Келли.

Итан встретился взглядом с Нэшем. Они только что стали невольными свидетелями того, как Келли приходилось воспитывать собственную мать.

Нэш изучал Лию, пытаясь понять, что привлекло в ней его отца и почему он предал свою семью. Мать Нэша отличалась природной красотой, Лия в своем облегающем красном платье с яркой косметикой на лице, вместо того чтобы выглядеть моложе, казалась старой и потрепанной. Наверняка свою роль здесь сыграл алкоголь. Черт, может, она была привлекательна, когда была моложе, но сейчас Нэш не видел в ней красоты. И, учитывая, как она отнеслась к своим детям, внутренней красотой она тоже не отличалась.

— Я не могу поехать домой, — настаивала Лия. — Нам надо сначала поговорить.

Келли рассмеялась бы над матерью, если бы вся эта ситуация не была такой напряженной. Она меньше всего ожидала, что мать появится теперь. Хотя когда частный детектив сказал, кто его нанял, Келли поняла, что рано или поздно это произойдет.

Лия была импульсивной, эгоистичной. Она не думала ни о ком, кроме себя.

— Что ты хочешь? — опять спросила Келли, думая, как бы поскорее избавиться от нее.

Келли не хотела оставаться с ней рядом и не хотела, чтобы Нэш и Итан участвовали в разговоре.

— Мне кажется, нам не следует обсуждать эту тему в их присутствии. — Лия указала на мужчин, не глядя на них.

— Почему нет? Мы же не собираемся говорить обо мне. Ты хочешь поговорить о Тесс. А она и их сестра тоже. Если ты не забыла, что спала с их отцом.

— Келли! — ужаснувшись, воскликнула Лия, обиженно надув красные губы.

— Тебе не кажется, что сейчас уже немного поздно смущаться?

Лия подняла глаза и впервые за все это время посмотрела на Нэша, потом перевела взгляд на Итана.

Повисла неловкая тишина.

— Вы оба унаследовали красоту отца, — сказала наконец Лия.

Братья молча смотрели на женщину.

— Келли, пожалуйста, нам нужно поговорить наедине.

Келли в замешательстве покачала головой. Она понимала, что матери нужна опека над Тесс. Она только не знала зачем. Почему у нее вдруг проснулись родительские чувства? И какое отношение к возврату дочери домой имеет ее новый брак? Келли хотела узнать ответы на эти вопросы, но пока Лия сама не произнесет слово «опека», черта с два Келли поможет ей сделать это.

— Нэш и Итан останутся, — отрезала Келли.

— Мы останемся, — подтвердил Нэш, пожимая плечами.

— Ваш отец любил вас, мальчики, — неожиданно сказала Лия.

Келли задохнулась от удивления и посмотрела на Нэша.

Он лишь поморщился, но промолчал.

— Если отец так сильно любил их, он не должен был изменять их матери, — пробормотала Келли.

— Всегда все сводится к этому, да? — Лия раздраженно топнула ногой по асфальту.

— К чему? — Келли приготовилась к надвигающейся истерике. Только Богу известно, сколько таких приступов она уже пережила.

— К моему роману. Ты всегда презирала меня из-за отношений с Марком Барроном.

— Потому что он был женат! Ты сознательно спала с мужчиной, у которого была жена и трое маленьких детей! — Келли подумала, что для Нэша и Итана этот разговор так же невыносим и отвратителен, как и для нее.

Мать Келли быстро подошла к ней вплотную.

— Боже мой, лицемерка, которая осуждает других. Ты сама оказалась ничем не лучше меня, когда спала с Райаном Хейуардом! — ткнув пальцем в лицо Келли, злобно выкрикнула Лия.

Эти слова прозвучали для Келли как пощечина, она почувствовала, что задыхается.

— Райан по закону был разведен, — процедила она сквозь зубы. — Я убедилась в этом, посмотрев бумаги, перед тем как вступить с ним в отношения, потому что не хотела быть похожей на тебя, — дрожа от ярости, добавила Келли.

В то время, когда она встречалась с Райаном, мать была поблизости. Просто в тот момент, когда Келли столкнулась с болью и предательством, Лия сбежала. Ее не волновало эмоциональное состояние старшей дочери. Для нее имели значения лишь собственные чувства.

У Келли на глаза навернулись слезы, она не могла говорить и дать достойный отпор.

У Лии такой проблемы не было.

— Тебе легко судить, — продолжала она. — Почему это так? Откуда эта нравственная добродетельность? Ты познакомилась с Райаном, когда работала в службе эскорт-услуг! Почему ты пытаешься судить меня? — с истеричными нотками в голосе выкрикивала Лия.

Келли резко отвернулась, ее взгляд метнулся прочь от матери и мерзких слов, которые услышал Нэш. Он ошеломленно смотрел на нее.

— Откуда, черт возьми, ты знаешь это? — в ужасе спросила она.

— Эскорт-услуги? — спросил Нэш, и весь мир Келли в одно мгновение рассыпался.

— На самом деле это не так ужасно, как звучит, — обронила Келли, хотя эти слова звучали жалко и неубедительно даже для нее самой.

— Это было в отчетах, которые мне передал частный сыщик, — пробормотала Лия. Похоже, ей стало стыдно.

Но это не имело значения. Ничего уже не имело значения.

— Вот что, — сказал вдруг Итан. Он шагнул вперед, взял Лию под локоть и отодвинул от Келли. — У вас нет права так разговаривать со своей дочерью. У нее ситуация совершенно иная, чем у вас. Она стала жертвой. И хорошая мать не стала бы использовать ее прошлое против нее. Вы сказали свое слово, а теперь уходите.

— Что здесь, черт возьми, происходит? — спросил Нэш. — Что такое знает Итан, чего не знаю я?

Келли почувствовала, что сейчас у нее подогнутся колени.

— Я ухожу. — Лия освободилась от руки Итана. — Я не хотела этого, Келли. Я думала, что, когда вернусь, ты будешь рада отдать мне сестру и налаживать свою жизнь. Потом я узнала, что ты даже не воспитывала ее сама. Ты отдала ее сводным братьям, которых она не знала.

— Это не так! — выкрикнула Келли со слезами на глазах.

Она сделала для Тесс все, что было в ее силах. Все, пока не испугалась, что может совсем потерять сестру. Отдать ее Итану — это был последний отчаянный шаг, на который она решилась, чтобы спасти Тесс, а не бросить ее.

— Ш-ш, — тихо сказал Нэш, обняв Келли и крепко удерживая ее. Но Келли чувствовала его замешательство и знала, что, когда ему станет все известно о ее прошлом и о том, что его брат уже в курсе, он не простит нового предательства.

— Я не хотела сделать тебе больно, Келли. Я твоя мать, и я люблю тебя. Но ты так строго судишь меня, и я только хотела доказать, что на самом деле ты ничуть не лучше меня.

Келли опустила голову, у нее не было сил доказывать сейчас обратное.

— Я мать Тесс, — продолжала Лия с видом победителя. — Я хочу ее вернуть. — Лия расправила плечи. — В следующий раз с вами свяжется мой адвокат.

— Почему? — вырвалось из груди Келли. — Ты ненавидела быть матерью. Ты не была матерью, когда жила дома. Почему, скажи на милость, ты хочешь ее вернуть?

— У моего мужа есть деньги, — отвела взгляд Лия, — поэтому не думай, что я отступлюсь. — Она повернулась и пошла к своей машине.

— Ты не получишь Тесс, — крикнула в спину удаляющейся матери Келли. — Я буду бороться с тобой в суде. Итан, Нэш, Дир и я будем бороться с тобой. Ты не заслуживаешь быть ее матерью!

У Келли так тряслись ноги, пока Итан отпирал дверцу машины, что Нэшу пришлось посадить ее на пассажирское сиденье.

— Успокойся, — хрипло произнес он. — Дыши глубже.

Келли делала медленные вдохи и выдохи, пока не прошли слабость и головокружение.

— Со мной все в порядке.

— Уверена? — с обеспокоенным лицом спросил Итан.

Нэш положил руку на ее плечо.

— Да. Мне жаль, что вам пришлось с ней встретиться.

— Все будет хорошо, — покачал головой Итан. — Я уверен, что у нее достаточно скелетов в шкафу, которые мы вытащим на свет. Тесс никуда не поедет.

— Он прав, — подтвердил Нэш. — У меня в штате есть отличный парень. Я первым делом позвоню ему утром.

— Отлично, поскольку мой парень не смог отыскать Лию раньше, чем она нас нашла, — недовольно сказал Итан.

— Нам необходимо узнать, зачем она хочет вернуть Тесс. — Келли нутром чуяла, что ответ на этот вопрос принесет им победу над Лией в суде.

— Узнаем, — обещал Нэш.

— Тебе надо ехать домой к Тесс, — обратилась Келли к Итану.

— Итан присмотрит за Тесс, — сказал Нэш. — Нам надо поговорить.

У Келли все оборвалось внутри, и она заставила себя встретиться с его взглядом. Она поняла, что все изменилось. В его глазах больше не было желания, которое она видела чуть раньше, когда они стояли на лестничной клетке, а только осторожность и недоверие.

— Я знаю, что надо, — тяжело сглотнула Келли. — Ты справишься с Тесс?

— Конечно, — с извиняющимся видом произнес Итан. — Она позвонит тебе чуть позже, — пообещал он.

— Спасибо. — Келли встала и захлопнула дверцу его машины.

Итан поднял руку, прощаясь с ними, потом сел в свой «ягуар», включил двигатель и уехал, оставив их вдвоем.

Осторожный пристальный взгляд Нэша выдавал его чувства. Когда кто-то, кого Нэш любил, разочаровывал его, он отгораживался от этого человека. И Келли знала, что ее новость станет преградой между ними. Хотелось бы думать, что будет иначе, но как научила ее мать, потом — Райан, люди редко остаются рядом в трудную минуту.

Поэтому, хоть она и любила Нэша и глупо позволила себе поверить, что у них есть будущее, она обманывала себя. Теперь она стояла перед ним, предчувствуя конец их отношений.

Нэш внимательно изучал Келли, а внутри все сжалось. Он был потрясен и расстроен и понимал, что сейчас не время, но ждать он не мог.

«Еще больше откровений. Еще больше секретов. Еще больше лжи. Интересно, когда-нибудь это закончится?»

— Расскажи, что мой брат уже знает, а я нет, — держась на расстоянии, спросил Нэш.

— Я хочу это сделать, но мне нужно сесть.

Нэш осмотрелся вокруг и увидел качели на лужайке.

— Пошли.

Келли прошла за ним к большим железным качелям и села.

Нэш прислонился к металлической опоре, сложив руки на груди.

— Что имела в виду твоя мать, когда сказала, что ты была в эскорт-услугах? И почему Итан, похоже, обо всем этом уже знал? — холодно поинтересовался Нэш.

Келли сосредоточенно ковыряла каблуком землю под ногами. Она сидела на качелях такая потерянная и одинокая, но Нэш понимал, что не сможет согреть ее и успокоить, пока не узнает правду.

— Ты уже знаешь, что я не хотела вступать в связь с мужчиной, у которого остались отношения с бывшей женой. — Келли сильно сжала пальцами цепи, на которых висели качели. — У меня были серьезные чувства к одному человеку. Его зовут Райан Хейуард, и он работает там в крупной инвестиционной компании.

Нэшу стало тошно от мысли о том, что она была с кем-то еще. Нелепо, учитывая, что он сам был женат и разведен, но сейчас ему трудно было оставаться благоразумным.

Так или иначе, но Нэш хранил молчание.

— Мы с Райаном познакомились при… исключительных обстоятельствах. Моя подруга работала в службе эскорт-услуг. По студенческим займам мы обе должны были кучу денег, и она нашла дополнительный способ заработка. У меня никогда не возникало желания заниматься этим, но однажды вечером она заболела, а у нее была назначена эта встреча. Она знала, что если отменит ее в последнюю минуту, то сразу потеряет работу, поэтому она стала умолять меня подменить ее. Она обещала, что там нет никакого секса, поэтому… я согласилась. — Келли обхватила себя руками и застыла на качелях. — Звучит это все намного хуже, чем было на самом деле, — вздохнув, продолжала она. — В тот вечер я не спала с ним. Мы просто познакомились, поговорили. Он захотел увидеть меня еще раз, но я уже знала о его ситуации, поэтому заставила его доказать мне, что они с женой живут отдельно, и он сделал это. Я думала, что все в порядке, но мать оказалась права. Все было не так. У него были семья и ребенок, и мне надо было держаться подальше. — Келли замолчала и еще настойчивее ковыряла каблуком землю.

Нэш молчал, давая ей собраться с мыслями.

— Короче говоря, месяцев через восемь Райан отправился обсудить что-то со своей бывшей. Одно потянуло за собой другое, он с ней переспал. Она забеременела, и он к ней вернулся. Чтобы попытаться сохранить семью.

У Келли дрогнул голос, Нэш понимал, какую боль ей причиняет. Неудивительно, что она так упорно сопротивлялась ему, когда думала, что Нэш все еще любит Энни.

— В конце концов они так и не смогли ничего наладить, и их новый бракоразводный процесс просто безобразен. Жена обвиняет его в том, что он спал с девушкой из эскорт-услуг. Когда мне придется давать свидетельские показания на бракоразводном процессе, она использует все, что сможет раскопать. Поэтому, когда я обнаружила, что человек, который разговаривал с Тесс, частный детектив, я запаниковала. Итан заметил это и спросил, что случилось. Я только сегодня вечером обо всем ему рассказала. Он ничего не знал. — Келли подняла на Нэша свои большие умоляющие глаза. — Тебе неприятно? — тихо спросила она.

— Господи, о чем ты, — покачал головой Нэш. Она никогда не будет ему неприятна. — Ты правда думаешь, что я стану осуждать тебя за то, что доверилась не мне?

И тут его осенило. Конечно, она не доверяла ему!

— Спасибо, — выдохнула Келли. — Я знаю, что должна была все тебе рассказать.

Вот это была основная проблема.

— Почему же не рассказала?

— Сначала я не знала, что ты подумаешь. Ты все время был таким сердитым. На Итана, на Фейт. Позже Энни советовала мне рассказать тебе, но…

— Энни знала? — Нэш был потрясен услышанным. — Моя бывшая жена, мой старший брат… Кто еще знал о твоем прошлом до меня?

— Фейт, — призналась Келли.

Он поднял голову и смотрел на темное, без единой звездочки небо и… ничего не почувствовал. Незадолго до этого разговора его предали самые близкие люди. Казалось, его сердце и разум больше не воспринимают предательства.

— Прости, — услышал он голос Келли.

Глядя на ее заплаканное лицо, Нэш вдруг осознал, что она не должна извиняться.

— Знаешь что? Не извиняйся, не надо. Ты ничего не должна мне объяснять. Сколько мы были вместе? Несколько недель? Месяц?

Хотя казалось, что намного больше.

Келли встала, обхватила дрожащими руками его лицо, заставляя Нэша смотреть ей прямо в глаза.

— Мы были так близки! Мне хватило этого, чтобы понять, что я люблю тебя.

Нэш, вздрогнув, резко отступил назад. Не то чтобы это сильно его удивило. Он и сам влюбился. Когда он посмотрел на нее, на покрасневшие от холода щеки, на мокрые глаза, у него перехватило дыхание, такой желанной она была. Но внутри у него все замерло.

Нэш взял ее за запястья и оторвал руки от своего лица.

— Ты не любишь меня, Келли. У нас был отличный секс. Масса удовольствий. Ты была рядом, когда мой мир рассыпался на части, и я тебе благодарен.

— Ты хочешь сказать, что я тебе безразлична? — дрожащими губами спросила Келли.

— Ну конечно, нет. Но мы недолго были вместе. И потом, люди, которые любят, доверяют друг другу. — Нэш сунул руки в карманы пиджака, чтобы не прикоснуться к ней. Она была рядом с ним, но не доверяла ему настолько, чтобы раскрыться. И он не мог отделаться от этой мысли.

Нэш думал, что нужен Диру как брат, Энни как муж, Келли как любимый мужчина. Но оказалось, что он не заслуживает даже их доверия. Очевидно, он вообще ничего не знает о людях. И о себе он вообще ничего не знает.

На следующий день Нэш встал рано. Ему необходимо было хоть как-то отвлечься от своих мыслей, и он направился в спортивный клуб, где обычно занимался.

— Привет, Нэш, — поздоровалась с ним администратор клуба.

— Как дела, Эрин?

— Хорошо.

— Ты, как всегда, в полной боевой готовности. — Нэш протянул ей карточку члена клуба, чтобы она просканировала ее.

— Спасибо, — широко улыбнулась девушка. По ее взгляду он понял, что если бы он захотел… Но он не хотел. Нэш кивнул и прошел мимо стола.

Они с Келли должны были в это время ехать в отель на уик-энд. Но они даже не обсуждали поездку. Для Нэша было очевидно, что Келли никуда не поедет из-за Тесс, даже если бы они не поссорились.

Он помахал знакомому парню, чтобы тот его подстраховал на штанге, и полчаса тренировался, поднимая тяжести.

Нэш стоял, размышляя, отправиться ли ему на беговую дорожку или на эллиптический тренажер, когда услышал за спиной знакомый голос.

— Привет.

Нэш оглянулся и увидел старшего брата.

— У тебя нет домашнего спортзала?

— Жду. Скоро доставят несколько тренажеров. Но время от времени я люблю выходить из дома. — Итан шлепнул брата полотенцем, как делал когда-то в детстве. — Ты в порядке?

— Нет, — выдохнул Нэш.

— Хочешь поговорить об этом?

Нэш взглянул на Итана. Раньше ему бы и в голову не пришло советоваться с ним.

— Да, — сказал он теперь, удивляясь самому себе. — Хочу.

Итан опустился на пустую скамейку.

Нэш присел рядом. Он разглядывал свои руки, не зная, с чего начать.

— Когда ты уехал, мне пришлось взять ответственность за Дира на себя. У меня не было выбора. И мы всегда были близки, во всяком случае я так думал. Он повсюду ходил со мной и с моими друзьями. — Нэш пожал плечами, вспоминая те годы. — Почему он не захотел объяснить мне свое решение, когда пошел жить в семью Гарсия?

— Возможно, ему надо было самому во всем разобраться.

— В пятнадцать лет? — повернулся Нэш к брату. — Скорее всего он не смог подойти ко мне и поделиться. — «Интересно, подошел бы Дир к Итану, если бы тот был рядом», — подумал Нэш.

— Ты не знаешь, что он думал тогда.

— А Энни? Мы с шестнадцати лет были неразлучны. Впервые я услышал о том, что она несчастлива в браке со мной, когда попросила у меня развод. Она тоже не могла ко мне подойти.

— Мне кажется, нелегко сказать тому, кого ты любишь, что ты несчастлив, — сказал Итан.

— Тесс я сразу тоже не слишком понравился.

— Она сначала привязалась ко мне. Это была просто защитная реакция.

— Ну а Келли? — вопросительно выгнул бровь Нэш. — Как ты собираешься оправдать тот факт, что женщина, с которой я спал, решила, что не может рассказать мне о своем прошлом и о своих проблемах?

— Мое бегство из города заморочило тебе голову, — выдохнул Итан, поставив локти на колени. — Я не собираюсь извиняться снова или говорить, что мне жаль, что так вышло. Я только констатирую факты. Ты — надежный человек, верный. Каждый в семье знает, ты тот, на кого они могут рассчитывать.

— Но? — Нэшу необходимо было услышать правду. Даже от Итана.

Черт, особенно от Итана. Его не было десять лет, и, возможно, он остался единственным беспристрастным человеком, способным сказать ему правду прямо в лицо.

— Но ты трудный человек. Первое, что думают люди, когда видят тебя, он жесткий. Непреклонный. И когда они знакомятся с тобой, они думают, что ты видишь все только в черном и белом цвете. Никаких оттенков серого.

— Объясни, — стиснул зубы Нэш.

— Итан уехал. Он сволочь. Причины его бегства не имеют значения. Дальше. Келли привела Тесс на порог моего дома. Ты подумал, что у нее нет сердца. Пока наконец не узнал совершенно другое. Энни больна, поэтому она нуждается в опеке. И не важно, сколько раз она говорила тебе отцепиться от нее и дать ей свободу. Или по-твоему, или никак, — покачал головой Итан. — Черт, не нравится мне это.

— А Келли? — пробормотал Нэш.

— Она сказала мне, — Итан прислонился спиной к стене, — что хотела рассказать тебе все о себе, но в твоей жизни произошли эти события. Она считала, что не вправе грузить тебя еще и своими проблемами. Но Фейт говорила, что Келли боялась рассказать тебе все, не зная, как ты отреагируешь.

Из горла Нэша вырвался стон. Он просил говорить правду, и Итан ничего не стал скрывать. Теперь он осознал, каким стал невыносимо упрямым, и ему предстоит много о чем подумать.

— Она сказала, что любит меня. — Нэш удивился собственному признанию. При воспоминании о Келли на душе потеплело. Надо было сказать ей, что он тоже любит ее. Но его уже захлестнули эмоции, и он причислил Келли к списку предателей.

Как только что сказал Итан, Нэш видел все только в белом и в черном цвете.

— Могу я узнать, что ты ей ответил? — осторожно спросил Итан.

— Что для любви — все произошло слишком быстро, — поморщился Нэш. — Что мы отлично провели время, и секс был хороший.

Итан покачал головой и поднялся со скамейки.

— Неплохо, — пробормотал он, похлопав Нэша по спине. — Знаешь, что я думаю?

Нэш молчал.

— Думаю, тебе надо отправиться домой и разобраться в своих чувствах к этой женщине. Потому что если это то, о чем я думаю, то у тебя чертовски мало времени для того, чтобы решить проблему. Тебе лучше поторопиться.

Мудрые слова. Весь ужас в том, что у Нэша нет ни малейшего представления, как разобраться в себе, не говоря уже о Келли.

Глава 17

У Келли страшно болела голова. Она спала дольше обычного, не в состоянии вытащить себя из постели и заняться самыми обычными делами: принять душ, позавтракать. Единственное, что она сделала, так это позвонила Тесс. Она заставила себя говорить с сестрой веселым голосом и пообещала, что они найдут способ оставить ее жить у Итана. Келли также намекала сестре, что, если мать будет настаивать, возможно, придется увидеться с ней.

В ответ Тесс разразилась грубой тирадой. Ничего подобного Келли не слышала с тех пор, как притащила ее этим летом к Итану. После долгих уговоров Тесс хотя бы пообещала, что поговорит о матери со своим психотерапевтом. Плевать на собственные чувства, но она не хотела, чтобы в один прекрасный день, уже будучи взрослой, Тесс пожалела об импульсивных решениях подросткового возраста. Но в душе Келли не хотелось, чтобы Лия присутствовала в жизни Тесс.

К полудню Келли встала с кровати и приготовила себе чашку овощного супа. Она только начала есть, как раздался стук в дверь.

На какую-то секунду внутри все перевернулось, но она тут же вспомнила, что Нэш не хотел иметь с ней никаких дел. Келли подошла к двери и широко распахнула ее. На пороге стоял судебный курьер.

Она взяла в руки голубые листки, быстро пробежала их глазами и поняла — случилось то, чего она так боялась. Ее вызывали в суд в пятницу в одиннадцать часов дня для дачи свидетельских показаний на бракоразводном процессе мистера и миссис Райан Хейуард.

Келли почувствовала отвращение и одновременно странное облегчение. По крайней мере это все скоро закончится. И даже если скандал попадет в заголовки газет, Тесс и без этого есть из-за чего волноваться.

А остальным членам семьи Баррон уже известны ее мрачные секреты.

Парадокс в том, что теперь, когда она получила повестку в суд, ей вдруг стало легче. Теперь ей казалось, что она паниковала без всякой причины, и не сомневалась в поддержке семьи. Но только, скрывая правду, она потеряла Нэша, и это расстраивало ее намного сильнее.

После длинного уик-энда в понедельник Келли вернулась на работу. Она едва начала планировать работу на день, как услышала звук шагов и знакомый голос.

— Привет! Келли?

— Я в кабинете, Энни, — откликнулась Келли.

— Где это ты была сегодня утром? Я взяла кофе, ждала тебя, но ты не появилась. А ты никогда не пропускаешь утреннюю чашку кофе.

— Неудивительно, что я чувствую себя такой вялой, — покачала головой Келли, заставив себя улыбнуться. — Я забыла, — призналась она подруге.

Энни внимательно посмотрела на Келли и коснулась ладонью ее лба:

— Ты заболела? У тебя жар?

Келли покачала головой.

— Выглядишь ты плохо, — прямо сказала Энни.

— Ну спасибо. — Келли горько усмехнулась. Сама Энни буквально светилась от радости. У нее был потрясающий вид. И счастливый.

— С Джо все идет хорошо? — спросила она, подумав, что еще недавно была так же счастлива.

— Изумительно. — Энни подвинула стул ближе к Келли. — Что случилось? Ты можешь мне рассказать. Я твоя подруга. И то, что я бывшая жена Нэша, вовсе не означает, что я на его стороне. Что касается Нэша, то у каждого из нас своя жизнь и мы идем каждый своей дорогой.

— Я знаю, — кивнула Келли. — Знаю. И ценю нашу дружбу больше, чем ты думаешь. — У Келли было не так много близких друзей, и Энни с ее искренностью и прямотой занимала в ее сердце особое место.

— Тогда расскажи мне. Пожалуйста.

— Моя мать хочет оформить опеку над Тесс. — Келли рассказала про частного детектива.

— А потом она появилась в школе, — продолжала она, — и даже хотела обнять Тесс, как будто и не пропадала больше года. Мы поссорились. В присутствии Нэша и Итана. Она сказала, что я всегда осуждала ее за роман с Марком Барроном, потому что он был женат, но заявила, что я лицемерка. Закрутив роман с Райаном, я оказалась ничуть не лучше. — Келли невидящим взглядом уставилась на стопку документов, которые лежали перед ней на столе. — Самое ужасное то, что она права.

Энни взяла ее за руки.

— Твоя мать — эгоистичная дрянь. Ты совсем не такая, как она. Ты меня слышишь?

— Итан сказал то же самое, — слабо улыбнулась Келли.

— А Нэш? Что он сказал?

— Когда понял, что Итан уже все знает? — У Келли на глазах выступили слезы. — Когда я вскользь упомянула, что ты просила меня рассказать ему, а значит, и ты тоже все знала?

— О Господи, мне очень жаль!

— Я сказала, что люблю его, а он заявил, что мы недолго были вместе и это была не любовь. У нас был отличный секс и масса удовольствия. Он поблагодарил меня за то, что в трудную минуту я оказалась рядом и помогла ему в непростой ситуации. Но любовь требует доверия, а у нас его не было. — Келли пожала плечами и подняла глаза на Энни. — И в этом он тоже прав. — По щекам Келли потекли слезы.

— Я убью его, — пробормотала Энни, потом встала и начала ходить по комнате.

— За что? Ладно, Энни. Ты же знаешь, у него есть право чувствовать себя преданным.

— Тогда ему пора повзрослеть и понять, что, если к нему никто не торопится со своими сомнениями, значит, на это есть причина. Ты о своих делах рассказала другим людям, потому что знала, они поймут. Нэш такой непреклонный и никогда не изменяет своим взглядам. Пока наберешься мужества поговорить с ним, много воды утечет, понимаешь?

— Прекрасная аналогия, — покачала головой Келли, — но я ведь знала его. Я должна была сказать ему первому. Если бы он сначала услышал это от меня, возможно, со временем он бы успокоился. А может, даже просто понял и не осуждал. Я никогда это не узнаю, и это моя ошибка. — Она задумалась. — Кто знает. Наверно, мы все в чем-то виноваты, но, как ни крути, для нас все закончено.

— Я не согласна.

Келли не обратила на эти слова никакого внимания.

— Кстати, угадай, что я получила? Повестку в суд на пятницу на бракоразводный процесс Райана.

— Беда не приходит одна.

— Ты это говорила.

— Хочешь, я поеду с тобой? Для моральной поддержки? — предложила Энни.

— Ты такой хороший друг, — растроганно улыбнулась Келли. — Только со мной все в порядке. Я должна сделать это сама и раз и навсегда поставить на этом точку.

— Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю. Я восхищаюсь тобой. — Энни обняла ее и, попросив позвонить, если надо будет о чем-то поговорить, ушла.

Келли больше не хотела тратить время на переживания и с головой окунулась в работу. Чуть позже, после обеда, у них с Ричардом состоялось плановое селекторное совещание, во время которого ей показалось, что его голос звучал намного тверже, чем когда они разговаривали в последний раз. Он планировал в середине недели на несколько часов появляться на работе, чтобы проверить свои силы.

Во время разговора с Ричардом Келли слышала голос его жены, которая сказала, что в первый день он будет на работе один час, не больше.

Келли усмехнулась. Если Мэри спорит с мужем, значит, Ричард действительно идет на поправку.

Оставшееся время Келли провела, работая над вопросами следующей по плану процедуры снятия свидетельских показаний, которая была отложена до следующего месяца. Келли подумала, что ей, наверно, тоже следует нанять адвоката на процесс дачи свидетельских показаний по делу о разводе Райана. Даже президент Клинтон попался, и его обвинили в лжесвидетельстве, потому что он действовал в одиночку. Келли не собиралась лгать, но как помощник адвоката она была не настолько глупа, чтобы воспринимать дачу показаний как какое-то несерьезное дело.

Ей не хотелось вмешивать Ричарда, а из местных юристов она знала только Нэша, но к нему за помощью она обратится в последнюю очередь. Келли позвонила Итану, который направил ее к своему поверенному, и тот обещал, что сегодня вечером ей позвонят. Итан также заверил ее, что у Нэша есть личный частный сыщик, который занимается расследованием жизни ее матери, и он был уверен, что они найдут достаточно фактов для того, чтобы победить ее и оставить Тесс у себя.

После этого Келли отправилась домой, в свою квартирку, чтобы провести в одиночестве еще одну ночь. Она и не подозревала, как быстро привыкнет к присутствию в своей жизни другого человека и как пусто ей станет без него.

После школьной выставки Нэш впервые после долгого перерыва провел ночь у себя дома. С тех пор как ушел Дир, он заезжал только переодеться или принять душ.

Первым делом он позвонил в компанию по уборке квартир, услугами которой время от времени пользовался, и попросил их приехать в понедельник. В воскресенье Нэш отправился в магазин, поскольку в холодильнике было пусто. Он, конечно, не составил список, поэтому половину того, что нужно купить, забыл, включая молоко.

В понедельник после работы по дороге домой он остановился у гастронома. Лучше побродить здесь, прежде чем ехать в свой пустой дом. За все время, которое он провел у Келли, он никогда не обращал внимания, насколько мала ее квартирка. Они пользовались одной раковиной в ванной комнате, его зубная щетка стояла рядом с зубной щеткой Келли, а бритва постоянно падала в раковину, поскольку на полке было мало места. Но его ничего не раздражало, потому что тогда он был с Келли.

Он катил тележку по проходу, не спеша выбирая на полках то, что нужно, размышляя о своей жизни. Нэш много думал над тем, что сказал тогда Итан. Заглянув в себя, Нэш понял, что ему не нравится тот упрямый прямолинейный человек, в которого он превратился.

Разве не считал он Дира добродушным, а себя — мрачным, более скованным? Он даже не подозревал о той боли, которую большую часть своей жизни испытывал Дир. А когда узнал об этом, подумал только о себе и о том, как его предали. И вовсе не о том, через что прошел его младший брат.

А по отношению к Келли он повел себя еще хуже. Вместо того чтобы поддержать ее и успокоить после сцены с матерью, он бросил ее в беде. Потом отказался от ее любви, лишив и себя самого главного в жизни.

Ему надо обязательно все исправить.

Одного «прости» здесь явно недостаточно. Даже если Келли ждет его без всяких объяснений, ему самому необходимо доказать ей, что он изменился, стал добрее и мягче. Только тогда он сможет извиниться и попросить ее простить его.

Как, бывало, говорил его отец, не по словам судят, а по делам. Только очень жаль, что отец сам нарушил эту заповедь. Но Нэш постарался жить именно так.

— Нэш!

Он повернулся на голос Энни и тут же вспомнил, что она оставила ему голосовое сообщение, а он не потрудился его прослушать.

— Привет! — Нэш остановился, дожидаясь, когда она поравняется с ним.

— Привет! — улыбнулась Энни и поцеловала его в щеку. — Непривычно видеть тебя здесь, — сказала она.

— Человек должен что-то есть, — пожал плечами Нэш.

— Разве ты не получил мое сообщение? — с любопытством в голосе и без всякого раздражения спросила Энни.

— Я видел твой звонок, — кивнул Нэш, — просто не было возможности прослушать сообщение.

— Так это прогресс, — довольным голосом сказала Энни. — Ты не бросился тут же перезванивать мне, а это значит, что на уме у тебя нечто более важное. — Она пытливо изучала его. Ее взгляд многое рассказал ей, потому что Энни хорошо знала Нэша.

— Что-нибудь важное?

— Зависит от того, важно ли для тебя, что я назвала тебя придурком. — Энни смотрела на него, скрестив руки на груди.

— Что я сделал на этот раз? — спросил Нэш, хотя догадывался, что Энни говорила о Келли.

Энни взяла его под руку, уводя в сторону от других покупателей, которые стали обращать на них внимание.

— Неужели ты настолько глуп, что позволишь Келли уйти, только потому что она побоялась довериться тебе. Это твой пунктик, а не ее! — толкнула его в грудь Энни. — Советую учиться на прошлых ошибках, иначе останешься один.

— Поверь, я не собираюсь стареть в одиночестве, — заверил ее Нэш. — Но мне приятно знать, что ты волнуешься.

— Я волнуюсь за Келли. А ты слишком упрям и глуп, чтобы мне беспокоиться за тебя, — отрезала Энни.

Конечно, она беспокоилась. Просто не хотела, чтобы он знал это.

— Серьезно, Нэш, ты не должен терять ее.

— Ты, правда, думаешь, что я допущу это?

— Не знаю, — пожала плечами Энни. — Судя по тому, что мне рассказала Келли…

— Мое упрямство не означает, что я полный осел. Расслабься. Я смогу все исправить.

— До или после отъезда Келли для дачи показаний на бракоразводном процессе?

— Когда это случилось? — напрягся Нэш.

— Повестку ей вручили в выходные.

— Вдобавок ко всему еще и это? — Нэш выглядел совсем расстроенным.

— Похоже, ты переживаешь. — В ее глазах мелькнул озорной блеск. — Прости, не сдержалась, — покачала головой Энни и рассмеялась. — Нэш, что ты делаешь с собой?

— Пытаюсь понять, кто я такой, черт возьми. Если бы я это знал, возможно, мы бы все еще были женаты.

— А может, вообще никогда не поженились бы? — тихо заметила Энни. — Я тоже много думала. Ты был моим лучшим другом. Человеком, которому я доверяла больше всех. Но мы были так молоды, мы даже сами себя еще не знали.

Нэш был согласен. Отчасти.

— Как ты можешь говорить, что доверяла мне? Ты ни разу не сказала мне, что была несчастлива.

— Потому что я сама не знала! — Энни теребила пуговицу своего пиджака. — Когда мне поставили диагноз, я посмотрела на жизнь совсем другими глазами. И поняла, что несчастлива. Я хотела чего-то другого, но не знала чего, поэтому как я могла тебе рассказать?

— Спасибо за это, — кивнул Нэш.

Жаль, что этот разговор не состоялся у них раньше. Теперь благодаря Энни ему многое стало понятно.

— Мучительная правда состоит в том, — печально улыбнулась Энни, — что с тех пор, как мне поставили диагноз, ты подавлял меня, а я этого не хотела. Я не говорила тебе, потому что раньше всегда принимал решения ты. Это была моя слабость, не твоя.

— Даже когда ты говорила, вряд ли я тебя слушал.

По крайней мере теперь он знал почему. После побега Итана Нэш решил, что вся ответственность теперь легла на него. Даже после развода он не слушал, когда она просила оставить ее в покое. И хотя она призналась в собственных слабостях, Нэш знал, что сам виноват в том, что людям трудно найти к нему подход.

Дир — совсем другая история. Брат хранил свой секрет с пятнадцати лет. Может быть, Нэш и выносливый, но он не может взять на себя всю вину за выбор брата. Теперь он понимал, что это не главное. Он должен либо принять то, что сделал брат, либо нет.

Все закончилось. Он не может изменить прошлое, но абсолютно уверен в том, что не хочет терять брата точно так же, как не хочет терять Келли.

— Не могу поверить, что этот разговор мы ведем в бакалейном отделе, — сказала Энни, отвлекая Нэша от собственных мыслей.

— Это лучше, чем в отделе замороженных продуктов, — усмехнулся Нэш.

— С тобой все будет в порядке?

Нэш кивнул. И впервые за долгое время он действительно верил, что все будет хорошо.

Нэш собрал семейный совет у себя дома. Он позвал всех: Келли, Дира, Итана и Фейт. Только попросил оставить Тесс дома с Розалитой.

Нэш не видел Дира после выставки. Хотя они не разговаривали после ссоры, Нэш знал, что Дир пару ночей провел в мотеле, прежде чем Итан предложил ему переехать в свободную комнату в его доме. Поэтому неудивительно, что Итан, Дир и Фейт приехали вместе. Келли появилась чуть позже.

Все понимали, что приехали сюда, чтобы обсудить ситуацию с Тесс, и были предельно вежливы.

Дир кивнул Нэшу, когда тот вошел в гостиную, следом появилась Келли.

Нэш не мог оторвать от нее глаз. Она была в темно-синих спортивных брюках, которые сидели низко на бедрах и были собраны у щиколотки, в белой майке и в толстовке на молнии с капюшоном. Он подумал, что безумно соскучился по ней. Ему захотелось медленно расстегнуть молнию, обнажить кожу и прикоснуться к ней губами, а потом открыть взгляду все, что Келли прятала под одеждой.

Волосы она собрала в конский хвост, на лице не было ни грамма косметики. Ее явно не волновало, произведет она на него впечатление или нет. Темные круги у нее под глазами красноречиво говорили о том, что она так же плохо спала без него, как и он без нее. И это все, что ему было нужно знать.

— Спасибо, что собрались, — поблагодарил Нэш. — Частный детектив, которого я нанял, обнаружил интересную информацию, и я подумал, что мы все вместе должны ее обсудить.

Итан подался вперед, сгорая от нетерпения узнать новости, а Фейт положила руку ему на плечо, давая понять, что она рядом.

Нэш взглянул на них и подумал, что обязательно добьется, чтобы у них с Келли сложились такие же отношения, чего бы это ему ни стоило.

Но сначала им всем предстоит иметь дело с Лией Мосс.

— Итак. По всей видимости, когда Лия оставила Тесс с Келли, она вместе со своим тогдашним другом отправилась в Атлантик-Сити. Там в одном из казино он проиграл кучу денег, не смог оплатить кредит, который ему предоставило казино, и оказался в тюрьме. Вместо того чтобы поддержать его, Лия занялась поисками нового друга. Конечно, у нее не было денег, поэтому она стала работать официанткой в одном из крупных ресторанов казино. — Нэш бросил взгляд на Келли, которая сидела с отстраненным видом, и понять ее чувства было невозможно. — Пока Лия работала, она познакомилась с Шоном Малдуном, состоятельным мужчиной, который искал себе женщину более зрелого возраста. Его вторая жена двадцати с небольшим лет от роду ушла от него к молодому мужчине. А первая жена умерла, и у них уже взрослые дети.

— Звучит как мыльная опера, — сказала Фейт, взглянув в сторону Келли. — Прости. В моей семье все гораздо хуже.

Келли только слабо улыбнулась в ответ.

— Продолжай, — потребовал Итан.

— Последовали бурные ухаживания и свадьба. Взрослые дети Малдуна, конечно, не в восторге от всего этого. Они понимают, что их будущее наследство уменьшается. Малдун живет рядом с Ливингстоном в штате Нью-Джерси.

— Хорошее местечко, — присвистнул Дир.

— Чтобы произвести впечатление на своих новых родственников, Лии необходимо сыграть роль добропорядочной жены и безумно любящей матери.

Дир откашлялся и внимательно посмотрел на Итана:

— Частный детектив Нэша так быстро все это раскопал. Какого черта твой все это упустил?

— Наверное, стал ленивым и жадным. Последний раз, когда он занимался моими делами, речь шла о проблемах с бывшим деловым партнером. Тогда он хорошо поработал, поэтому; когда теперь он сказал мне, что в этом деле зашел в тупик, я ему поверил. А он взял деньги авансом и ничего не сделал, — пробормотал Итан.

— Я так понимаю, ты его уволил? — уточнил Нэш.

— И доложил о нем в лицензирующий орган. — Итан побарабанил пальцами по столу. — А чем занимается этот Малдун? — сменил он тему разговора.

— Производство. Старый семейный бизнес, которым руководит его старший брат, хотя у него в этом бизнесе лишь заранее определенная доля.

— А что, если это помешает оставить Тесс у нас? Если они скажут в суде, что могут обеспечить ей достойную жизнь, у матери ребенка гораздо больше шансов, чем у сестры или у брата. — Голос Келли дрожал от волнения.

— Есть еще кое-что, — сказал Нэш.

Сейчас он видел в глазах Келли лишь мрачное отчаяние, но надеялся, что все изменится. Скоро, пообещал он себе. Как только они разберутся с проблемой, которую создала ее мать.

— Малдун — настоящий алкоголик. Судя по отчету, который я получил, он ежедневно посещает загородный клуб, где проводит вторую половину дня, следя по телевизору за фондовым рынком, и в руке у него всегда стакан с выпивкой.

— А моя мать? — зажглась надежда в глазах Келли. — Она все еще пьет? Как это ни ужасно, я надеюсь, что моя мать продолжает пить. И все потому, что это может помочь нам спасти Тесс. — Она смущенно опустила глаза.

— Скверным человеком тебя не назовешь, Келли. Не казни себя, — подошел к ней Дир и обнял за плечи.

Нэш понимал, что это братская поддержка, но все равно почувствовал укол ревности.

— Нэш? Что ты узнал о моей матери? — спросила Келли, первый раз обратившись к нему напрямую.

— По словам тех, с кем говорил мой человек, они позволяют себе выпивать. Днем и ночью. Для суда мы можем нарисовать безобразную картинку.

Келли кивнула, а Нэш взял в руки папку, которую ему доставили сегодня днем.

— Вот, — протянул он папку Итану. — Уверен, у тебя есть хороший адвокат, специализирующийся в области семейного права. Но если нужна моя помощь, только дай знать. — Нэш больше имел дело с правовыми нормами деловых отношений и недвижимым имуществом, хотя однажды сделал одолжение для друга, у которого возникли проблемы более личного характера, и даже выступал в суде по семейным делам.

Но для защиты Тесс нужен самый лучший адвокат.

— Я надеюсь вообще избежать суда. — Итан бросил папку на стол. — Моя интуиция подсказывает мне, что репутация Малдуна в обществе значит для них больше, чем получение опеки над ребенком, который им на самом деле не нужен. Меньше всего они хотят, чтобы на людях полоскали их грязное белье, и если они потащат нас в суд, то все так и будет. Это я обеспечу.

— И ты позаботишься, чтобы моя мать узнала об этом раньше, чем дойдет до суда, — поняла его намерения Келли. — Я еду с тобой.

— Нет, — покачал головой Итан, опередив Нэша, который хотел сказать то же самое.

Нэш был рад, что решение принял Итан. Он боялся, что Келли, как и Энни, подумает, что он ее контролирует. Да, он должен быть рядом, поддерживать ее, но при этом верить в ее способности и силы.

— Она моя мать.

— И она поведет грязную игру пользуясь твоим волнением, чтобы рассердить и завести тебя.

Нэш заметил, как вспыхнули глаза Келли, когда она вспомнила тот разговор возле школы.

— Позвольте мне самому встретиться с ней, — продолжал Итан. — Мне хватит хладнокровия. Без твоего присутствия у нее не будет попыток манипулировать, и я возьму верх.

— Но теперь я готова к этому. Я больше не позволю ей разозлить себя.

Келли расправила плечи, и Нэш поддержал ее.

— Я знаю, что ты не позволишь, — сказал он.

На мгновение на лице Келли вспыхнула благодарность, но она тут же поспешила спрятать свои чувства.

— Я тоже это знаю, — подтвердил Итан.

— Я все понимаю, — выдохнула Келли. — Без меня наша позиция сильнее.

Теперь Нэш восхищался силой характера, которая потребовалась Келли, чтобы признать, что ей лучше держаться в стороне.

— Мы составим все документы на опеку для ее подписи, — сказал Итан. — Будем надеяться, что, когда я объясню Лии все последствия этого шага, она откажется от своих планов.

— Не могу поверить, что прошу об этом, но… — Келли покачала головой. — Но как насчет посещений? Она мать Тесс, пусть и не слишком хорошая… Но разве у Тесс, когда она повзрослеет, не должно быть выбора, если она захочет увидеть Лию?

Итан задумался.

— Я бы настаивала, чтобы сначала она получила помощь врача и перестала пить, — добавила Келли. — Я не собираюсь подвергать Тесс эмоциональной или физической опасности, но расти без матери и знать, что ей безразлична судьба дочери, — это тоже душевная рана.

— Мы отметим это в соглашении, — обещал Итан. — Трезвость Лии и выбор Тесс.

— Спасибо, — прошептала Келли.

Семейная встреча подошла к концу, все встали, попрощались друг с другом и потянулись к выходу.

— Келли, задержись на минутку, — попросил Нэш, пока она не вышла.

Келли повернулась, и он увидел, как она испугано посмотрела на него, но сразу справилась с собой.

— Я не могу, — покачала головой Келли.

— Ты хочешь сказать, нет? — Нэш потянулся к ней, но она отступила назад.

— Не могу. У меня другие планы.

Нэш стоял молча некоторое время.

— Ладно, — кивнул он, — желаю приятного вечера.

— Спасибо.

Она поспешно вышла, и Нэш снова остался один. Он сам во всем виноват. И теперь только от него зависит, когда закончится это одиночество.

Келли вышла из квартиры Нэша с высоко поднятой головой. Как только она услышала, что дверь за ней закрылась, она прислонилась к стене и сделала глубокий вдох.

Да, у нее есть планы. Нужно обдумать свои свидетельские показания с адвокатом Итана. Господи, как тяжело находиться в одной комнате с Нэшем и не общаться с ним! Ну что ж, ей просто придется научиться справляться с этим.

Глава 18

Нэш знал, что Дир обедает в «Семейном ресторане». Он подумывал, чтобы встретиться с ним у Итана, но боялся, что Тесс станет свидетельницей возникшего напряжения между братьями, поэтому он предпочел встречу в общественном месте. И чтобы для Дира эта встреча была как бы случайной.

Нэш перехватил на пути коллегу брата, Мака, вручил ему двадцать долларов и попросил перекусить фаст-фудом, а чуть позже вернуться назад, чтобы забрать Дира.

Нэш махнул Мейси, дав понять, что ей не надо искать для него место, и указал на диван, где сидел Дир. Она кивнула и занялась другими клиентами.

— Не возражаешь, если я присоединюсь? — спросил у брата Нэш.

— Через несколько секунд Мак придет. — В синих глазах Дира промелькнула настороженность.

— Он уделит нам несколько минут, — заметил Нэш.

— Садись, — махнул на пустой диван Дир.

— Как ты? — Нэш сел напротив брата.

— Нормально.

— Как работа?

— Тоже все хорошо.

— Значит, вот как будет? — Нэш сцепил руки под столом. — Каждое слово клещами вытаскивать?

— Я не знаю, что тебе сказать, — пожал плечами Дир.

— Господи, просто поговори со мной. Может, тебе есть что сказать?

Дир откинулся на спинку дивана, поднял глаза к потолку, потом перевел взгляд на Нэша.

— Если бы мне снова пришлось делать выбор жить или не жить с Россманами, я бы поступил точно так же, как тогда.

— Ну что ж, по крайней мере честно. Даже представить не могу, через что тебе пришлось пройти тогда.

— Что я слышу! — удивился Дир. — Нэш, неужели ты смирился с этим и принял?

— Да, принял, — улыбнулся Нэш. — Слушай, никто из нас не в силах изменить то, что случилось много лет назад. Если бы мы могли, наши родители были бы живы. Мне хочется как можно скорее забыть все плохое.

— Я много лет лгал тебе, — настаивал Дир.

— Да, лгал, и мне все еще хочется надрать тебе задницу за это.

— Попробуй, — ухмыльнулся Дир. — Я прошел специальную подготовку в академии.

— Не могу понять, почему ты молчал все эти годы. Но мы все совершили много ошибок, давай закроем тему.

— Жаль, что не всегда это было так просто, — пробормотал Дир, и его синие глаза потемнели, как штормовое море.

Вот оно, подумал Нэш. То самое мрачное выражение в глазах брата.

— Но если ты готов простить и забыть, я благодарен тебе. Я хочу вернуть своего брата. — Дир протянул руку, которую Нэш пожал.

Наконец камень упал с его сердца, даже дышать стало легче. Без Дира он не представлял своей жизни, и последние несколько недель были ужасными.

— Хочешь переехать назад в квартиру?

— Ты возьмешь на себя роль Розалиты?

— Избаловался? — Нэш рассмеялся.

— Это временно. Я съеду раньше, чем ты это поймешь. Кроме того, мне кажется, что Келли скоро простит тебя за то, что ты был таким ослом.

— Гамбургеры для братьев Баррон, — возвестила Джина, поставив перед ними тарелки.

— Я еще не заказывал, — удивленно приподнял брови Нэш.

— Ты же не меняешь своих предпочтений, — похлопала его по плечу Джина. — Я подумала, зачем ждать. Крикни, если понадобится что-нибудь еще, — добавила она и поспешила к другому столику.

Нэш только теперь при виде гамбургера и картофеля по-французски понял, как голоден.

— Ну? — спросил Дир, когда они приступили к трапезе. — Ты уже убедил Келли простить тебя за то, что ты вел себя как осел?

— А почему ты думаешь, что я был ослом? — спросил Нэш, вытирая рот салфеткой.

— Ты хочешь сказать, что ваш разрыв произошел по ее вине? — Дир налил в тарелку кетчупа и передал бутылку Нэшу.

— Я все улажу.

— Ждешь чего-то особенного? Появления на горизонте другого парня, например?

— Ты что-то знаешь? — Нэш сразу вспомнил, что Келли говорила о каких-то планах.

— Нет, — рассмеялся Дир. — Но стоило бы увидеть твою реакцию на это. Серьезно, чего ты ждешь?

— Она не пожелала со мной разговаривать на днях, но не беспокойся, — сказал Нэш, убеждая не столько брата, сколько себя, — у меня есть план.

* * *

В четверг Келли забрала Тесс после школы, и они отправились в кофейню поесть мороженого. Завтра она поедет в город для дачи показаний, и на этом, надо надеяться, закончится хотя бы одна неприятность.

Келли заказала себе кофейное мороженое и горячую сливочную помадку, а Тесс ванильное мороженое «Месиво монстра» и маршмеллоу[12]. На улице резко похолодало, но мороженое было всегда их любимым угощением в любую погоду.

Келли нарочно выбрала столик у окна в углу кофейни, чтобы спокойно поговорить с Тесс наедине. Несколько минут они наслаждались мороженым, потом Келли собралась с силами и начала разговор.

— Нам необходимо поговорить о матери.

— Черт, нет, — отрезала Тесс.

— Хорошо, — вздохнула Келли. — Я буду говорить. А ты слушай.

Тесс с такой силой ткнула ложкой в свою вазочку, что пластиковая ручка треснула прямо у нее в руке.

— Она бросила меня, — тихо сказала Тесс.

— Именно поэтому мы хотим доказать, что она недостойна воспитывать тебя. Ты мне доверяешь?

Келли впервые одолели сомнения. Ведь она оставила Тесс с Итаном точно так же, как мать оставила ее с Келли. Только сейчас она поняла, что отчасти тоже бросила сестру.

— Да, тебе я доверяю.

Девочка говорила искренне, но Келли хотелось полной откровенности.

— Даже, несмотря на то что этим летом я оставила тебя с Итаном?

— Да, — быстро закивала головой Тесс. — Я была как заноза в заднице, у тебя не было выбора. — Тесс уставилась на свой десерт, внезапно потеряв к нему всякий интерес.

— Эй! — Келли подождала, пока Тесс снова подняла глаза. — Да, ты была занозой, но ведь и тебе было нелегко. Мы обе переживали трудные времена, поэтому я обратилась к Итану за помощью. Теперь я понимаю, что в твоих глазах могла выглядеть ничуть не лучше матери, но, клянусь Богом, Тесс, я люблю тебя и буду всегда рядом, если ты захочешь.

К удивлению Келли, Тесс заплакала. Оказывается, резкая и несговорчивая Тесс может быть и слабой.

— Что такое? — У Келли тоже выступили слезы.

— Мы команда, — сказала Тесс. — Ты часто мне так говорила, когда я боялась быть одна и забиралась к тебе в кровать.

— Да, команда. — Келли улыбнулась.

— Но и Итан с Фейт — тоже команда.

— Я не понимаю, — прищурила глаза Келли, смущенная словами Тесс.

— Они только что поженились. — Тесс начала раскачиваться на стуле. — И им не нужен ребенок, вечно болтающийся рядом. Разве им не проще позволить матери забрать меня?

Келли наклонилась вперед.

— Послушай меня. Если бы я хоть на секунду подумала о том, что ты не нужна Итану, я бы забрала тебя с собой и сама бы боролась с матерью.

— Тогда почему ты этого не делаешь? — Тесс не поднимала глаз. Она размешивала ложкой уже подтаявшее мороженое, стоявшее перед ней.

— Потому что и сердцем, и душой я чувствую, что Итан любит тебя и сделает все, что в его силах, чтобы ты осталась с ним. И Фейт тоже. Давай посмотрим правде в глаза. Разве не лучше тебе жить в большом красивом доме, а не в моей однокомнатной квартирке?

Келли ждала ответа на свой вопрос, поклявшись, что, если Тесс скажет «не лучше», она сегодня же заберет ее к себе.

— Ты не обидишься, если я скажу тебе правду? — спросила Тесс.

— Учитывая, что ты в первый раз просишь разрешения выразить свое мнение? Ну конечно, нет. Давай! — приободрила ее Келли.

— Тогда я отвечу, да, лучше. Мне нравится жить вместе с Итаном и Фейт и иметь собственную комнату. Я могу приглашать друзей, и дома после школы всегда кто-то есть. И я не слишком сильно скучаю по тебе, потому что часто вижусь с тобой.

— Конечно, ведь я все для этого делаю. Значит, ты мне веришь? Что ты нужна Итану и Фейт?

Тесс кивнула:

— Просто…

— Ты боишься слишком сильно доверять людям после матери.

— Как тебе удается читать мои мысли? — вскинула голову Тесс.

— Потому что я старше и мудрее, — засмеялась Келли.

Тесс усмехнулась, и Келли поняла, что трудный разговор окончен.

— Тогда как оказалось, что вы с Нэшем не вместе больше?

— Больше не вместе. — Келли задумалась. — Потому что иногда люди хотят быть вместе, но боятся признаться друг другу в ошибках прошлого. — Келли осталась довольна своим объяснением. — Ты понимаешь?

— Нет, — покачала головой Тесс.

Келли вздохнула.

— Добрый день, дамы.

Келли замерла, услышав знакомый, такой сексуальный голос Нэша.

— Привет, Нэш! Мы как раз только что о тебе говорили, — весело сообщила Тесс.

— Да? — Нэш взял стул из-за соседнего столика, поставил его рядом с Келли и сел. — Ну-ка, давай рассказывай.

— Не говори! — предупредила сестру Келли. Она пошарила в кошельке и вытащила десять долларов. — Вот, иди купи себе другое мороженое. Пока мы разговаривали, твое успело растаять и ты его даже не попробовала.

Тесс взяла деньги, внимательно посмотрела на Келли, потом на Нэша.

— Купи мне, пожалуйста, бутылку воды, — попросила Келли.

— Очередь длинная, — пожаловалась Тесс, бросив взгляд в сторону прилавка.

— Иди.

Тесс потопала выполнять поручение.

— Не слишком вежливо, — улыбнулся Нэш.

— Послушай, она ушла на несколько минут. Миссия выполнена.

Нэш рассмеялся, и Келли почти забыла, что они расстались. Он был особенно красив в элегантном костюме с галстуком. Мысль о том, что этот мужчина больше не принадлежит ей, отозвалась резкой болью в сердце.

— Что за повод? — Нэш показал на растаявшее мороженое Тесс.

— Я забрала ее из школы, хотела поговорить с ней о матери. Понять, что она на самом деле чувствует в этой ситуации.

— С ней все в порядке?

Келли понимала, что он сохранял вежливость ради Тесс, потому что впереди у них — многие годы совместных семейных встреч и мероприятий. Только все это причиняло ей боль.

— Будет все в порядке, когда закон будет на нашей стороне. Пока она пребывает в состоянии неопределенности, она сомневается и в наших чувствах.

— Как это несправедливо, что в такие молодые годы ей приходится проходить через все это.

— От боли и разочарования никто не защищен, — сказала Келли и уже про себя подумала, что уж он-то должен знать это не понаслышке.

— Ты права. И иногда эта боль заставляет нас говорить или делать глупые вещи по отношению к людям, которые этого не заслуживают. — Нэш встретился с ее взглядом и долго не отпускал его.

Ему так много хотелось сказать ей, объяснить. Он соскучился по ней, как сумасшедший, но от Энни знал, что завтра Келли предстоит давать свидетельские показания, и он просто завез Итану папку с юридическими документами, чтобы тот воспользовался ими в противостоянии с матерью Келли. Нэш понимал, что сейчас не время выяснять отношения. Он вспомнил слова Итана о Келли. Конечно, она хотела рассказать о себе все, но в его жизни произошли события, перевернувшие ее. Разве можно грузить человека еще и своими проблемами, когда весь его мир трещал по швам?

Господи, он вел себя как законченный эгоист, когда оттолкнул ее от себя!

— Это похоже на извинение. — Голос Келли прервал мысли Нэша.

Нэш взял ее за руку, сразу вспомнив, какая у нее нежная кожа.

— Может, потому что так оно и есть, — обронил он.

Келли посмотрела на их соединившиеся руки, потом выдернула свою руку.

— Спасибо.

— Это так, Келли. Я совершил много ошибок. Понимаю, что сейчас не время обсуждать мои поступки. — Нэш помолчал немного. — Я слышал, завтра ты даешь свидетельские показания.

Келли кивнула, оглядываясь вокруг, вероятно, чтобы убедиться, что Тесс еще не вернулась.

— Мне совсем не хочется, — призналась она.

— Представляю. Чем я могу тебя поддержать?

Если бы не завтрашний процесс, он бы заключил ее в объятия и зацеловал до беспамятства в присутствии Тесс и других посетителей кофейни.

— Спасибо, но я справлюсь с этим сама.

Нэш ждал такого ответа. С той самой минуты, как через витрину увидел Келли и Тесс, он решил зайти сюда и предложить свою поддержку.

— Я уважаю твое решение. Но если ты передумаешь…

— Я не передумаю.

Нэш кивнула в знак согласия, но интуиция подсказывала ему, что надо спорить и добиваться, чтобы она разрешила ему ехать вместе с ней. То, что он сейчас отступает, вовсе не означает, что он позволит ей вот так просто уйти из его жизни. «Завтра, — заверил себя Нэш. — Завтра будет самое время».

Он решил сменить тему разговора.

— Я недавно разговаривал с Итаном. Он планирует поехать в Джерси завтра, встретиться с Лией и ее новым мужем.

— Моя мать как ночной кошмар, — простонала Келли.

Нэш сочувствовал ей всей душой. Он даже представить себе не мог, что мать готова облить свою старшую дочь грязью, только бы добиться своего.

— Не волнуйся. Итан готов к борьбе. Надеюсь, что для Лии и ее мужа важнее репутация в обществе, чем судьба Тесс. Если мы все сделаем правильно, завтра Итан вернется с подписанными бумагами на опекунство.

— Надеюсь, ты прав, — натянуто улыбнулась Келли. — Спасибо, что дал мне знать. Я не ответила на звонок, когда была на школьной парковке. Возможно, это Итан звонил, чтобы сообщить об этом.

Нэш заметил темные круги у Келли под глазами и понимал, насколько она переутомлена. Ко всем не приятностям и в офисе Ричарда она управлялась одна. Несколько новых дел она переслала Нэшу, но основная нагрузка все равно легла на ее плечи.

Но завтра, когда процедура дачи показаний закончится и угроза оформления опеки ее матерью исчезнет, возможно, Келли наконец вспомнит, как им было хорошо вместе.

Нэш отчаянно надеялся на это. Потому что он хотел, чтобы в его жизни была только Келли.

День дачи свидетельских показаний выдался солнечным. Келли поехала в Манхэттен, планируя добраться туда за час до назначенного ей времени, чтобы успеть поговорить с адвокатом.

Она была сегодня настроена решительно, и единственный способ мужественно встретить Райана и его жену — выбросить из головы все другие проблемы и дела. Не думать об Итане, дающем отпор ее матери и ее новому мужу по поводу Тесс. Не думать о том, как напугана Тесс. И уж точно не думать о Нэше.

Как будто она могла не думать о нем. Вчера он был так добр, так заботлив. Он не только извинился, в нем явно произошли изменения, которые Келли не могла не заметить, но позволить зайти их разговору дальше она не могла, тем более когда Тесс была всего в нескольких шагах от них.

У Келли зазвонил мобильный телефон. Это была Энни, которая звонила, чтобы пожелать ей удачи и подбодрить.

Доехала она быстро. Так всегда бывает, когда приближаешься к чему-то, чего боишься. Келли планировала встретиться с адвокатом в кофейне «Старбакс», которая располагалась недалеко от адвокатской конторы, где ей предстояло давать свидетельские показания.

Митчелл Йейл был опытным адвокатом по семейным делам, хотя имел довольно моложавый вид. Он попросил, чтобы она называла его Митч, и напомнил, что говорить надо только правду, отвечать на вопросы кратко и ничего не приукрашивать. Лучше, если ответы будут «да» и «нет», уточнять следует, только если попросят. Нельзя также вступать в публичные разговоры с Райаном или с его женой, которая скоро станет бывшей.

Все это звучало очень просто на словах. Из собственного опыта работы помощником юриста Келли знала, что на деле может быть все, что угодно.

Келли вошла в зал заседаний, понимая, что все взгляды направлены на нее. Она надела простую черную юбку, бледно-розовую блузку и жемчуг. Да, она выглядела как сама невинность. Нет, ее не волновало, что о ней подумают. Она просто хотела, чтобы этот день поскорее закончился, всеми силами стараясь не поддаваться эмоциям.

Расстановка сил за большим столом в зале заседаний была стратегической. Дорин Хейуард сидела рядом со своим адвокатом. Напротив них сидели Райан и его адвокат, а в дальнем конце стола сидел судебный секретарь. Келли как в тумане чувствовала на себе возмущенный взгляд Дорин. Райан, видимо, пытался привлечь ее внимание, но, как рекомендовал адвокат, она сосредоточилась на судье, который задавал вопросы, и больше никуда не смотрела.

Все было так мерзко и неприятно, как и представляла себе эту процедуру Келли. Адвокат Дорин Хейуард основательно раскопал семейную ситуацию Келли и вытащил на свет тот факт, что ее отец умер, когда она была еще юной. Он спросил, воспитывала ли она свою сестру, а потом, по существу, намекнул, что Келли, оказывая эскорт-услуги, искала мужчину, который мог бы заменить ей отца. И с Райаном она оказалась по этой же причине. Келли подчеркнула, что один тот случай не сделал из нее девушку по оказанию эскорт-услуг, но ее адвокат тронул ее за плечо, напоминая, что не стоит вступать в дискуссию.

В свою очередь, адвокат Райана формулировал свои вопросы так, что в них подразумевалось, что Келли, молодая, без гроша в кармане женщина, охотилась на Райана, состоятельного женатого мужчину, который не смог устоять перед ее чарами. Несколько раз Келли замечала, что Райан спорил со своим адвокатом относительно выбранной им тактики.

Все, что от нее требовалось, так это дать показания и уйти. Ей удалось вести себя сдержанно и разумно, но это было тяжелым испытанием. Конечный результат сегодняшних показаний имел отношение не к ней, а только к деньгам Райана. Поэтому она отвечала на вопросы и старалась никого не вовлекать в спор. К тому времени, когда все закончилось, Келли была опустошена морально и физически. Она спустилась на лифте вниз и попрощалась со своим адвокатом.

Из холла она уже направлялась на парковку, где оставила свою машину, когда услышала свое имя и знакомый голос Райана. Больше всего на свете ей не хотелось останавливаться, но она никогда не была трусихой. Она приехала сюда, потому что была вызвана повесткой, и сознавала, что этот день принесет ей облегчение. Поэтому Келли повернулась, чтобы спустя больше года впервые встретиться лицом к лицу с Райаном.

Глава 19

Келли внимательно смотрела на человека, которого когда-то любила, или думала, что любила, объективно оценивая его сейчас. Он был очень привлекательным мужчиной. На улице женщины оборачивались ему вслед, и Келли не могла отрицать его харизмы. Появившаяся на висках седина только добавляла ему шарма. Сейчас ей казалось, что она смотрит на незнакомца.

— Прости, что тебе пришлось пройти через это, — шагнул к ней Райан.

— Спасибо. Я рада, что все закончилось. — Келли осторожно отступила назад, надеясь, что он поймет и не станет подходить ближе.

— Как ты жила?

— Все в порядке. — Келли намеренно посмотрела на часы. — Не хочу показаться грубой, но мне действительно надо идти.

— Пожалуйста, подожди. Я хотел поговорить.

— Даже представить не могу, что еще осталось недосказанным, — нахмурилась Келли.

— Тогда давай я тебе скажу. — Райан пустил в ход свою обворожительную улыбку. — Я уверен, ты поняла, почему мне пришлось постараться восстановить свой брак, когда Дорин сказала, что беременна, но на этот раз все кончено.

Келли молча смотрела на него.

— У нас с тобой были особенные отношения, — продолжал Райан голосом, который она когда-то считала таким соблазнительным. — Келли, ты должна знать, я никогда не переставал любить тебя. И теперь, когда Дорин навсегда ушла из моей жизни… — Он замолчал, очевидно, предполагая, что и так все понятно.

— Ты вернулся к своей жене, — напомнила ему Келли. — Прошло уже больше года с тех пор, как мы прервали наши отношения.

— Долгий, наполненный болью год, — коснулся ее плеча Райан. Он с мольбою в карих глазах смотрел на нее, но Келли уже не была той девчонкой, которая попала в эту ловушку год назад, когда они впервые встретились. Он больше не привлекал ее, к тому же она сделала выводы из тяжелых уроков, которые ей преподнесли.

— Ты сделал свой выбор, и он оказался не в мою пользу. — Келли сняла его руку со своего плеча. — Мне жаль, что так получилось, но у меня своя жизнь.

Келли подумала, как много изменилось за этот год. Она переехала в другой город, стала частью новой семьи и, что самое важное, нашла нового мужчину. Мужчину, которого она любит всем сердцем, безоговорочно, и ей больше никто не нужен. Она чуть его не потеряла, когда позволила страхам овладеть собою. Даже когда Нэш попросил ее остаться и поговорить после семейной встречи, она сбежала. Но больше она не боится. Ей нужен Нэш, а не Райан, и она намерена вернуть своего мужчину.

Райан покачал головой в знак несогласия, на лице застыло решительное выражение.

— Ты ушла только потому, что я не оставил тебе выбора. Но теперь все по-другому. Я свободен. Мы свободны, чтобы быть вместе.

Келли пристально смотрела на него. Он не слышал ее.

— Я не свободна, Райан.

— У тебя есть кто-то? — повысил он голос.

— Есть, — кратко ответила Келли, надеясь, что ее ответ положит конец их разговору.

— Вы слышали, она сказала, что занята. — Глубокий голос Нэша заставил Келли вздрогнуть. Ей казалось, что все это происходит во сне.

Но когда он сделал шаг к ней и обнял за талию, Келли поняла, что все это наяву.

— Ты здесь, — посмотрела на него Келли. — В Нью-Йорке. Я не понимаю, — покачала она головой.

Нэш смотрел ей в глаза, не отрываясь, словно умоляя, чтобы она поверила ему.

— Ты сказала, что во время процесса тебе никто не нужен, что ты сможешь одна справиться с этим. Но ты не говорила, что не хочешь, чтобы я был здесь сразу после процесса.

— Ты приехал, — пробормотала Келли. Радость, прозвучавшая в ее голосе, согрела Нэша. — Как ты узнал, где я буду?

— Мне пришлось вытаскивать эту информацию из Итана, он сначала не хотел говорить.

— Простите, что прерываю, — сказал Райан, и сарказм, прозвучавший в его голосе, только подчеркнул его раздражение. — Но кто вы такой?

— Райан Хейуард, познакомься, это Нэш Баррон. Райан, это Нэш.

— Тот самый «кто-то», — подчеркнул Нэш.

— Келли не та женщина, на которую можно заявить свои права, — прищурился, глядя на Нэша, Райан. — Она независима и умна. — Он расправил плечи, готовый бросить вызов Нэшу, настолько он был уверен, что лучше знает Келли.

— Согласен. Келли умна. Слишком умна, чтобы ждать, когда вы решите свои проблемы с женой. И теперь у вас нет шанса вернуть ее назад.

— Келли сама может сказать за себя, — застыв, отрезала Келли.

— Этот человек ничего не знает о нас или о том, что между нами было, — нахмурился Райан.

Нэш уже почти пожалел этого человека.

— На самом деле Нэш знает обо мне все.

Эти слова сильно взволновали Нэша.

— Я знаю, что теперь она моя. Этого достаточно, чтобы убедить вас? — Нэшу хотелось, чтобы этот человек исчез, тогда он сможет наконец ее поцеловать.

Он любил ее. Любил ее независимость, ее способность постоять за себя и за сестру, принять любой вызов судьбы и достичь цели.

— Достаточно того, что она не отрицает ваши слова, — опустил голову Райан, но потом снова посмотрел на Келли. — Пусть у тебя все будет хорошо, — сказал он наконец.

— И у тебя тоже.

— Надеюсь, с вами ей будет лучше, чем со мной, — протянул руку Нэшу Райан.

Нэш помедлил немного, но знал, что может позволить себе быть великодушным, и пожал мужчине руку в ответ.

Спустя несколько секунд Райан исчез.

Келли высвободилась из объятий Нэша и, подбоченившись, повернулась, чтобы заглянуть ему в лицо.

— Мне извиниться за то, что я вел себя как пещерный человек? — глядя на нее, спросил Нэш.

— Ты знаешь, что Райан прав. Я не та женщина, на которую ты можешь заявить свои права.

У Нэша все замерло внутри. Он так долго ждал в холле окончания процесса, а когда Келли наконец вышла, кто-то ее окликнул по имени. Нэш не решился сразу подойти, хотя понял, что это был Райан.

Если бы Келли захотела остаться с этим болваном, Нэшу пришлось бы отпустить ее. Но ее жесты подсказали ему, что она ничего не хотела иметь с Хейуардом, и он решил присоединиться к разговору. Он был просто рад, что Келли дала ему такую возможность.

Но сейчас у нее на лице не было радости.

— Ты хочешь сказать, что сделала все это, чтобы отделаться от него?

— Я хочу сказать, что ни один мужчина не может заявить о своих правах на меня, пока я этого не захочу. — Келли улыбнулась, обняла его за шею и прижалась к его телу. — Нэш, я хочу, чтобы ты заявил свои права на меня.

Нэш испытал необыкновенную легкость, он подхватил ее на руки и стал кружить. Потом опять поставил на ноги и поцеловал.

— Пойдем, — потянул он ее за руку.

— Куда? Моя машина на парковке за углом.

— Я заказал для нас номер в отеле «Лондон».

Келли усмехнулась.

— Подожди говорить «нет». Ты забыла, что мы планировали на уик-энд? Еще я подумал, тебе необходимо отдохнуть и не ехать домой сегодня. Но если ты не хочешь…

— Стоп! Да! Конечно, я хочу. Я все еще привыкаю к тому, что ты приехал сюда. Ради меня.

— Дорогая, — Нэш обхватил руками лицо Келли, — я всегда буду там, где ты. Давай теперь поедем в отель. Мы сможем поговорить обо всем, о чем ты хочешь, как только останемся одни.

Время, которое он провел в этом холле, показалось ему вечностью. А это ровно столько, сколько он хотел быть с Келли.

Нэш продумал все до мелочей. Из номера люкс на верхнем этаже отеля открывался вид на город. На столике рядом с огромной кроватью стояла охлажденная бутылка шампанского.

У нее до сих пор кружилась голова от событий сегодняшнего дня, поэтому она легла на кровать, вытянулась, позволив своему телу расслабиться.

— Божественно, — пробормотала она.

— Надеюсь, что будет еще лучше. — Нэш присел рядом с ней, его взгляд был наполнен теплом и волнением. — Я действительно не знал, как ты отреагируешь на мое появление здесь сегодня.

— Я рада, что ты рискнул. — Келли приподнялась на подушках. — Поговори со мной, — сказала она. Ей хотелось понять, что в нем изменилось.

Нэш прилег с ней рядом. Находиться здесь с ним было так хорошо, так правильно. И хотя Келли не знала, что он думает о будущем, она так сильно любила его, что не спешила и могла дать ему времени столько, сколько нужно.

— Тяжело взглянуть на себя и обнаружить, что все, чему ты верил, ложь, — сказал наконец Нэш.

Келли ждала продолжения.

— Я считал себя заботливым братом для Дира и любящим мужем для Энни. Итан был ничтожеством, а я хорошим парнем. Когда я узнал, что ты рассказала о своих секретах всем раньше, чем мне, я разозлился. А потом задумался о причинах, по которым те, кого я люблю, не смогли довериться мне.

— Никто не совершенен. Даже ты.

Нэш горько рассмеялся, и сердце Келли наполнилось любовью. Она поняла, настолько трудными были последние недели и для него тоже.

— Келли, ты слышала, что я только что сказал? — приподнялся рядом с ней Нэш.

Она слышала. Он говорил о том, почему люди, которых он любит, не смогли довериться ему. Келли боялась поверить, что он действительно это имел в виду.

— Скажи это еще раз, — попросила она, глядя ему в глаза.

— Я люблю тебя. И больше никогда не буду напыщенным болваном, который сначала судит, а потом — задает вопросы.

— Даже сейчас в этом номере я не могу поверить, — прошептала она.

— Можешь, — хриплым голосом заверил ее Нэш. — Потому что я люблю тебя.

— Мне нравится, как ты это говоришь, — улыбнулась Келли. — Я тоже люблю тебя. Безумно. — Она провела пальцами по его волосам и прижалась лбом к его лбу.

Этот жест наполнил Нэша такой нежностью, какой он не знал прежде. Он прижался к губам Келли и целовал ее так, словно не видел целую вечность.

Келли застонала, и Нэш перевернул ее, положив поверх своего тела, не отрываясь от ее губ. Она почувствовала что-то твердое в кармане его брюк.

— Подожди, — сказал Нэш, вспомнив, что забыл о сюрпризе.

— Разве мы уже и так не ждали достаточно долго?

— Сначала вот что. — Нэш уложил Келли на кровать, чтобы можно было рукой залезть в передний карман брюк. — Мне очень хотелось поскорее вернуться к тебе, но я решил дать тебе время справиться со всем, что происходило в твоей жизни. Твоя мать, эти показания… И за это время я понял, что скрываю от себя свои чувства, точно так же, как ты скрывала от меня свое прошлое.

Келли кивнула, ее глаза сияли от счастья. Нэш обожал видеть ее такой.

— Время в разлуке с тобой дало мне шанс доказать тебе, что я не только хотел измениться, но и действительно смог. Я хочу, чтобы ты доверяла мне во всем.

— Тебе никогда не надо было мне что-то доказывать.

— Значит, мне надо было доказать это самому себе, — покачал головой Нэш. — В любом случае… — Он раскрыл руку. Там оказалось кольцо, которое он купил сегодня утром, как только приехал в Нью-Йорк. — Подумай, ты можешь решиться выйти за меня замуж и провести остаток жизни с самонадеянным болваном, который время от времени видит мир только в черно-белом цвете?

— Да. Да. Да! — Келли покрыла поцелуями его лицо.

Нэш надел ей на средний палец правой руки кольцо от Тиффани из белого золота с бриллиантом. И только потом обнял ее.

И позже, когда они оба разделись и их тела переплелись, он подумал, что нашел то, что искал всю свою жизнь.

В гостиной Итана на праздник собралась семья Баррон. Совместная вечеринка в честь помолвки Нэша и Келли и успеха Итана в деле с Лией Мосс.

Диру Баррону нравился праздник, он сидел на диване, размышляя о своей семье. Наблюдая, как они смеются и обмениваются шутками, никто не подумает, что мужчины в семье Баррон недавно были так далеки друг от друга. Или что три месяца назад никто из них даже не подозревал о существовании Тесс. И что Фейт с Келли стали прекрасным пополнением в их рядах.

Все, кто присутствовал в этой комнате, были семьей Дира. Он знал все, что они пережили и преодолели. Иногда ему казалось, что он не заслуживает таких родственников. Особенно это касалось Нэша, который сделал для Дира больше, чем любой родитель.

В последнее время Диру стали сниться кошмары о той ночи, когда умер Стюарт Россман. Он думал, что эти сны остались в прошлом. Отогнав мрачные мысли, Дир стал размышлять о настоящем.

Тесс принесла в их жизнь столько новизны и открытости. Мать Тесс и Келли была больше неопасна. Как все и надеялись, от одной только угрозы скандала парочка запаниковала. Для Малдуна одно дело пить и быть незапойным алкоголиком и совсем другое дело — позволить миру узнать правду. А если их друзья из загородного клуба узнают, что Лия бросила свою дочь и вовсе не записывала ее в привилегированный пансион, как объявила всем, их безмятежная жизнь, которой они наслаждались, закончится. Лии с мужем Тесс нужна была только как трофей для прогулок по округе, чтобы Лия могла заявить, что она такая же хорошая мать, как и другие женщины в ее клубе. За двадцать минут Итан разрушил их план, и они подписали бумаги, по которым он и Келли становились опекунами Тесс.

— Как дела? — К нему подошла Тесс и села рядом. Она подвернула ноги под себя и заглянула Диру в глаза. — Почему ты сидишь здесь один?

— Просто отдыхаю. У меня было дежурство прошлой ночью.

— Тебе нравится быть копом? — наморщила она нос.

— Невоспитанный ребенок, — засмеялся Дир. — Ты говоришь так, как будто это болезнь.

— Не я это сказала.

Дир понимал, что ее вопрос был серьезным.

— Мне очень нравится, — ответил он, а сам подумал, что, возможно, выбрал эту профессию, чтобы искупить грехи прошлого. Но он не собирался признаваться в этом своей четырнадцатилетней сестре. — Мне нравится знать, что я делаю доброе дело, например, защищаю людей.

— Думаю, это круто, — кивнула Тесс.

— Ну если ты так говоришь… — Дир изучал сестру.

На ней были надеты плотно облегающие джинсы, майка и свитер, ободок на голове удерживал темно-каштановые волосы, чтобы не падали на лицо. Перед ним сидела симпатичная девушка, совсем не похожая на малолетнюю преступницу, которая несколько месяцев назад появилась на пороге дома Итана.

— Эй, малышка!

— А-а?

Дир обхватил рукой спинку дивана и повернулся к Тесс лицом.

— Я говорил тебе, что искренне рад, что ты вместе с нами?

— Нет. — Тесс с недоверием смотрела на него.

У Тесс были все причины, чтобы проявлять осторожность. Она совсем не знала Дира, их общение ограничивалось общими фразами.

Но теперь? Он чувствовал, что готов защищать ее, и, будь он проклят, он обожал эту малышку.

— Я хочу сказать, Тесс, что люблю тебя, сестренка. — Дир услышал грубые нотки в своем голосе и задумался, как она отреагирует на его признание.

К его удивлению, она вскочила и крепко обняла его. Ее худые руки обвились вокруг шеи Дира, и он чувствовал себя как герой.

Потом Тесс убежала к Келли, которая стояла в объятиях Нэша в другом конце комнаты. Фейт и Итан тоже о чем-то ворковали. Комната была наполнена романтикой и любовью. Дир был счастлив за своих братьев, но сам пока наслаждался холостяцкой жизнью. В свои двадцать пять он не спешил связывать себя обязательствами.

У Дира зазвонил мобильный телефон. Увидев, что это по работе, он немедленно ответил. Один из его друзей в полиции знал, что есть один человек, которого отслеживал Дир, и обещал сообщить ему, если парня поймают, не важно, дежурил в тот момент Дир или нет.

Брайан Макнайт, испорченный богатенький мальчик, который собрал вечеринку, навсегда изменившую жизнь Дира. Макнайт был источником неприятностей в шестнадцать и с тех пор так и не исправился. Его арестовали сегодня рядом с баром «У Джо» за пьянство и нарушение общественного порядка. Для Дира сегодняшний семейный праздник закончился.

Он следил, чтобы проделки Макнайта не оставались безнаказанными. По крайней мере, пытался. Но обычно появлялась его сестра с дорогим адвокатом и все улаживала.

Лисса Макнайт не давала покоя Диру с тех самых пор, когда он был сексуально озабоченным подростком. Он сказал братьям, что пошел на ту вечеринку, чтобы потусоваться со старыми друзьями, на самом деле он пошел, чтобы увидеть ее. Если бы Дир знал, что ее там не будет, он бы никогда не стал свидетелем того рокового события. Не сбежал бы с друзьями, не вызвав копов. Возможно, Стюарт Россман был бы жив до сих пор. И кто знает, как сложилась бы жизнь Дира? В итоге Лисса ушла из дома в тот вечер и Дир ее так и не увидел.

И теперь Дир не принадлежал к кругу знакомых Лиссы и не входил в ее компанию. Он редко видел ее, только когда она появлялась, чтобы выручить брата из беды.

Дир встал, попрощался со всеми и извинился, что уходит. Он хотел убедиться, что Брайан получил по заслугам, но главное — ему все еще нравилось встречаться с Лиссой, когда это было возможно. Она по-прежнему ему нравилась. И пусть ему не хотелось признавать это, но если был шанс встретиться с Лиссой, Дир очень не хотел упускать его.

1

Голландская водка.

2

Заморская территория Великобритании в юго-восточной части Багамского архипелага.

3

Американская компания по продаже кофе и одноименная сеть кофеен.

4

Американский бизнесмен, которого в июне 2009 года суд Нью-Йорка приговорил к 150 годам тюремного заключения, обвинив в создании крупнейшей в истории финансовой пирамиды.

5

TMI (Too much information) — аббревиатура, принятая в чат-форумах.

6

Американский триллер, в котором в городке Степфорде местные жители научились переделывать детей в послушных роботов.

7

Серендипити (англ. Serendipity) — озарение, счастливая способность к открытиям.

8

Время, когда алкогольные напитки в баре продаются со скидкой.

9

Острова расположены в Атлантическом океане и являются продолжением цепи Багамских островов.

10

Частная средняя школа или частный пансион, готовящие к поступлению в колледж, университет.

11

Рекламный образ и товарный знак, под которым выпускаются, в частности, полуфабрикаты блюд из картофеля, замороженные смеси в упаковке, десертные смеси, смесь для выпечки коржей от компании «Дженерал миллс».

12

Мягкое сладкое ароматное кондитерское изделие, продается в двух разных видах — кусочками, как зефир, и в банках — жидкое, как сгущенка.

Content

Карли Филлипс
Судьба

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

1