Ротвальд

Брачное объявление

Ротвальд

Брачное объявление

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ГОБЛИНА: НЕВЕРОЯТНЫЕ, НО ДОСТОВЕРНЫЕ

КНИГА ПЕРВАЯ. БРАЧНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРАЗДНИК ДРЕВА

Глава 1.

- Сынок, ты уже большой! Пора подумать о женитьбе! - сказала Мырыдхаю мама, раздвигая шторы и раскрывая настежь окна. - Нельзя же всю жизнь только развлекаться!

За окном был чудесный весенний день, солнечные лучи упали на физиономию Мырыдхая, придав ему изумрудный оттенок.

- Мама, я хочу спать! - застонал он, пытаясь натянуть на голову одеяло.

- Спать он хочет! Взгляните на него! - воскликнула мать, одной лапой сдергивая с сына одеяло, а другой - направляя на его заспанную физиономию холодную струю газировки из сифона.

- Ладно, ладно, хватит! - закричал тот, выпрыгивая из кровати, - я уже проснулся!

- Ах! Ты, моя умница! Такой жених! Красавец! Посмотри на себя! - сказала мать, пытаясь пристроить сифон на заваленной спортивными журналами и предметами кофейного сервиза прикроватной тумбочке.

- Так уж и красавец, - проворчал Мырыдхай, вытирая майкой морду. Он подошёл к зеркалу и недовольно уставился на собственное отражение.

На него глядел исподлобья коренастый, не юный уже гоблин, явно страдающий от избыточного веса. Следы разгульной жизни легко читались на его зелёной морде с приплюснутым носом, покрасневшими глазами и большими оттопыренными ушами.

- Так уж и красавец... - неуверенно протянул он, пристально разглядывая всё это великолепие.

- Да, красавец, поверь мне! - уверенно заявила мать. - Завидный жених!

- Думаешь? - с сомнением прогундосил Мырыдхай. - Да что ты, мама, всё время про женитьбу-то эту толкуешь? Не хочу я жениться! Мне и так хорошо!

- Придется, сынок, придется! - заявила мать уверенным тоном. - Твой отец так решил, а ты его знаешь, Мырыдхай. Если он что-то решил твёрдо, то решил навсегда.

Заковыристая фраза и уверенный материнский тон подействовали на Мырыдхая сильнее, чем душ из сифона и он проснулся окончательно. Зная своего отца, зажиточного и уважаемого соплеменниками гоблина, в прошлом участника многих боевых походов, впрочем, обычно, не удачных, Мырыдхай приуныл. Лапа у отца была ещё крепка, а упрямства в нём было больше чем в трухлявом пне личинок.

- Он сказал, что если ты не женишься до осени и не изменишь своего образа жизни, то можешь забыть о наследстве и всех своих привилегиях старшего сына.

- О! Гидра стоглавая! Что же мне делать?! - заныл отпрыск славной гоблинской фамилии.

- Да не ной ты, сынок, ничего страшного в этом нет. От женитьбы ещё никто не умирал... сразу, по крайней мере. Мы с отцом и невесту тебе уже подыскали. Будете жить - не тужить, заведёте детишек нам на радость! - успокоила его мама.

Мырыдхай отчётливо представил, как по его дому носится орава маленьких визжащих зелёных ублюдков, а он, вместо того, чтобы наслаждаться жизнью в компании друзей, сидит вечерами на кресле-качалке и слушает тарахтение супруги гоблинши...

- Ну и кто же моя невеста? - кисло спросил он.

- Замечательная девушка из уважаемой состоятельной семьи. - Ответила мать, довольная тем, что сын начал интересоваться подробностями, а, следовательно, уже наполовину сдался под напором обстоятельств.

- Да, ты её знаешь - Карытахана, дочь...

- ЧТО?!!! - взревел Мырыдхай, буквально подскакивая до потолка на своих кривых, но крепких ногах. Если бы не лишние фунты веса, он наверняка пробил бы головой потолок.

- Что???!!!! Эта уродина кривоногая?! Эта жаба цвета протухшего болота?!! Эта старая беззубая калоша?!!! Ну, спасибо, мамуля, осчастливила, нечего сказать!!!

Услышав эти слова, мать упёрла лапы в бока и надвинулась на сына с грозным, и, прямо скажем, разгневанным видом. Она так рассвирепела, что с её пожелтевших клыков стала капать слюна.

- Ну, предположим, она девушка вовсе не беззубая и легко кокосовый орех разгрызёт! Да и не стара она вовсе, всего-то на двадцать лет тебя старше, что для гоблинов сущие пустяки. А что касается цвета кожи... Думай, что говорить, когда с матерью разговариваешь! Говорили тебе, балбес-переросток, чтобы не якшался с этими эльфийскими дегенератами. От них ты всем этим гадостям и научился!

- Ладно, сын, смотри сам. Не нравится эта невеста, можешь подобрать себе другую. Главное помни, что свадьба должна состояться до осени, - продолжила она, немного выпустив пар. - Найди такую девчонку, чтобы всех нас устроила и получишь наше благословение.

- А сейчас приведи себя в порядок и марш обедать! Все уже за столом. Завтрак ты, как обычно, проспал, - ехидно заключила она свою тираду и вышла из покоев наследника рода, громко хлопнув дверью.

Мырыдхай вновь уставился на своё зеркальное отражение. В голове его царил настоящий гоблинский бардак.

За обеденным столом, ломившимся от разнообразных яств, царила отнюдь не праздничная атмосфера. У представителей далеко не всех народов изыски гоблинской кухни вызывают жгучий аппетит, поэтому перечислять блюда украшавшие стол мы не станем. Заметим только, что в рацион этой богатейшей семьи традиционно входили разнообразные закуски, салаты, а также горячие мясные и овощные блюда. В напитках недостатка тоже не было.

Однако кислый подавленный вид наследника мог испортить аппетит всем. Всем кроме отца семейства - старого, но ещё крепкого гоблина, который восседал во главе стола с важным и слегка ехидным видом.

- Предлагаю выпить за будущее нашей семьи! - торжественно провозгласил он, поднимая огромный бокал с какой-то бурой жидкостью. - За нашего наследника Мырыдхая и его будущее семейство! За тебя, сынок!

"Хорошая шутка!" - морщась, подумал наследник, но, зная норов папаши, отпил из своего бокала.

В это время из окошка в старинных настенных часах показалась голова домашнего миниптеродактеля. Тот окинул взглядом стол и дважды издал звук, напоминавший кашель чахоточного больного. Это означало, что наступило два часа дня.

- Кыш, гадёныш! - заорал на него Мырыдхай, за что тут же получил от отца по голове половником, стремительно выхваченным из супницы.

- Не смей пугать малыша, недоносок! - заорал старший гоблин. - Не трогай животное, бездельник, не ты его выращивал!

Мырыдхай насупился, чувствуя, как на правой стороне затылка мгновенно вскочила огромная шишка.

Отец сел на место и, приходя в себя, уставился на злополучные часы.

- Эти часы я привез из одного памятного похода, - проговорил он с ностальгией в голосе, предаваясь воспоминаниям.

Домочадцы слышали эту историю уже раз по пятьсот каждый, но конечно никто не решился намекнуть об этом грозному главе семейства.

- Я тогда был ещё юнцом, моложе, чем ты сейчас, Мырыдхай, - продолжил старый гоблин. - Мы пошли войной на могучий клан тёмных эльфов, зная, что большая часть их войска покинула цитадель и отправилась отражать очередное нашествие гномов. Да, хорошо мы тогда повеселились... и добра немало захватили. Правда, эти скоты не всю армию увели, остался сторожевой полк, так что в итоге они устроили нам полный ...! Но я, слава Древним Ограм, сообразил дезертировать ещё задолго до первого сражения, ставшего, кстати, и последним, так что, немало всякого барахла смог домой приволочь.

Отец гордо посмотрел на членов своей семьи, и те ответили ему благодарными, полными любви и уважения, взглядами.

- А ты, сын, молодец, что решил, наконец, за ум взяться, да семьей обзавестись. Респект тебе и уважуха! - закончил старший гоблин экскурс в историю, и, как всегда, было не понятно - то ли он говорит искренне, то ли издевается.

- Ну, что же, давайте пить чай, - предложила мать, подавая знак слугам, замершим в ожидании приказаний. - Нам доставили очень редкий сорт - листья тростника с ароматом болотной тины.

- Великолепно! - воскликнул старый гоблин. - Давненько мы не пили это чудо.

- А я, с вашего позволения, откланяюсь, - просительным тоном обратился к отцу Мырыдхай, осторожно дотрагиваясь до затылка. - Пойду, подумаю, как устроить свое будущее счастье, в смысле, где найти гидрову невесту.

- Так тебе же уже подыскали? - захихикал младший брат "жениха", за что тотчас получил от последнего крепкую затрещину.

- Не тронь ребенка! - заорал папаня и вновь треснул первенца половником, но уже по другой стороне затылка, от чего на голове несчастного Мырыдхая вскочила ещё одна шишка-гигант.

- Ну, вот! Ещё не женился, а уже рога выросли, как у рогатого демона, - заржал младший брат, вскакивая со стула и прячась за широкую спину отца.

- Не смей смеяться над старшим братом! - крикнул папаша, награждая младшенького увесистым тумаком, отчего тот, не ожидая такого поворота событий, громко разревелся.

- Ну, ладно, ступай, сынок, и думай, - произнес папаня, - раз чайку не желаешь. А мы ещё посидим, побалакаем.

Мырыдхай стремительно удалился, слуги стали вновь накрывать на стол, а мать семейства посмотрела ласково на супруга и сказала:

- Какой ты у меня всё-таки умница! Отлично придумал с этой уродиной Карытаханой. Он так напугался, что теперь точно женится на ком-нибудь, лишь бы не на ней!

И они весело рассмеялись, потому, что были гоблинами, а гоблины, как известно, самые весёлые существа на свете.

Глава 2.

Дом Мырыдхая представлял собой огромный роскошный особняк салатового цвета, построенный в стиле барокко знаменитым эльфийским архитектором Пропилдрелем, не поскупившимся на множество колонн, эркеров и лепнину, состоявшую, впрочем, преимущественно из горгульих голов.

Сбежав по ступеням массивной лестницы и миновав пост охраны, в которую родитель набирал исключительно огров - угрюмых, малосимпатичных существ гигантского роста, наш герой оказался на широкой центральной столичной улице и только здесь смог дать выход душившей его ярости.

Бешеный рёв, вырвавшийся из луженой глотки разъярённого гоблина, заставил разбежаться несколько десятков туристов, которые, согретые тёплым весенним солнцем, безмятежно прогуливались по имперской столице, глазея по сторонам. Повторный, уже менее страшный вопль, напоминавший рык простуженного медведя, привел к тому, что Мырыдхай оказался в полном одиночестве посреди обычно перегруженной улицы. Все жители и гости столицы успели разбежаться, лишь сонные тупые взгляды огров-охранников равнодушно скользили сквозь решётку ограды по фигуре убитого горем гоблина.

Порычав ещё немного вблизи родительского дома и несколько успокоившись, бедняга отправился бродить по городу, не замечая ни направления своего движения, ни несчастных прохожих, на ноги которых он периодически наступал и чьи вещи опрокидывал. Пролившийся на столицу дождик, новые красочные афиши, аппетитные запахи, доносившиеся из открытых дверей знаменитых на всю империю ресторанов - ничто не привлекало внимания слонявшегося по столице огорчённого гоблина. Так он бесцельно бродил весь день, погружённый в свои невесёлые думы, и только лишь когда вечерние сумерки опустились на город, пришёл в себя и огляделся.

Оказалось, что ноги сами привели его в Квартал Развлечений, где он обычно проводил вечера и ночи со своими друзьями. Подумав немного, гоблин направился в сторону клуба "Весёлый Дракон".

Завидев почётного и щедрого клиента, швейцар-друид распахнул перед ним двери, подобострастно улыбаясь и сообщая Мырыдхаю о том, как он счастлив его видеть.

Швейцар был отставным полковником, уволенным из армии после последней войны с гномами, когда имперские власти решили, что после такой громкой победы новые противники объявятся не скоро и армейские расходы можно урезать. Впрочем, бывший офицер нисколько не сожалел о переменах, произошедших в его судьбе, ибо зарабатывал он теперь гораздо больше, чем до того и мог не реагировать на идиотские, противоречащие один другому, циркуляры, вылетавшие из генштаба имперской армии, словно потревоженные осы из гнезда.

Пройдя в основной зал и окунувшись в привычную атмосферу праздника и веселья, наш герой осмотрелся, пытаясь отыскать в огромном зале, оснащённом по последнему слову клубной моды, знакомые лица. Наконец, в уютной нише недалеко от сцены, он заметил сидящих за столом друзей - эльфов и направился к ним.

- О! Наконец-то объявился! - обрадовались эльфы появлению товарища.

- А почему ты такой бледный сегодня? У тебя морда цвета морской волны! Что случилось?! - такими словами приветствовал гоблина его старый приятель Выпилэль.

- Можно подумать, что обычно она розовая, - буркнул в ответ Мырыдхай, занимая свободное место за столом. - Да, есть проблема и серьёзная...

Подозвав взглядом одного из снующих по залу официантов, Мырыдхай сделал заказ и угрюмо замолчал, ожидая пока ему принесут выпивку. На вопросы друзей он отвечал только печальными взглядами и обещаниями всё им рассказать, но только после того как смочит пересохшее горло.

Наконец принесли заказанные, как выразился Мырыдхай "для разминки", две пинты холодного эля. Осушив одну кружку залпом, он попросил официанта принести бутылку бренди и не затягивать с закусками. Подкрепившись, гоблин рассказал друзьям о постигшем его горе.

Они выслушали его историю, молча, сопровождая не слишком мудрёное повествование сочувственными кивками и огорчёнными вздохами. Лишь при упоминании о выходке младшего братишки Мырыдхая Перебухая, один из эльфов не выдержал и заржал как молодой единорог.

- Ничего смешного в этом нет, Оглохспаниэль! - недовольно воскликнул гоблин, глядя на неосторожного товарища тяжёлым взглядом, слегка замутнённым алкоголем.

- Ну, прости, случайно вырвалось, - извинился Оглохспаниэль, понимая, что с расстроенным и не вполне трезвым гоблином лучше не ссорится.

- Ладно, проскакали, - миролюбиво отозвался Мырыдхай, поглощая закуски и запивая их элем.

К этому времени, он уже слегка успокоился, и дальнейшая жизнь уже не казалась ему таким безнадёжным предприятием, как всего лишь какой-то час назад.

- Вместе что-нибудь придумаем... А что это сегодня здесь так тихо, братцы? Где музыка?! - воскликнул он. - Только сейчас заметил! Мы что, на похоронах?

- Сегодня в "Драконе" будет проводиться поэтический конкурс, - объяснил ему взволнованным голосом Спилилель, закадычный друг многих имперских музыкантов, художников и литераторов, и большой ценитель произведений искусства, благо, что состояние отца позволяло ему не только ценить, но и скупать их по всей Империи в неограниченных количествах.

- Потерялскальпель сказал, что его сестренка тоже участвует, - добавил он восторженно.

- Это хорошо, - обрадовался гоблин, который считал всех творческих людей бездельниками и шарлатанами, но восхищался золотистыми локонами сестры Потерялскальпеля. - Если Бежимвпостель участвует, то я этот почин одобряю.

В это время широкая клубная сцена причудливо осветилась лучами разноцветных огней. Художник по свету явно знал своё дело, да это было и не удивительно, ведь им являлся настоящий маг, изгнанный, по слухам, из гильдии магов за рискованные магические эксперименты с фондами Гильдии. Однако даже без изъятой волшебной палочки он продолжал творить чудеса - по вечерам на основной работе в "Весёлом Драконе", а днём на фондовой бирже Империи. Поговаривали, что он по-прежнему не чист на руку, и благодаря своим связям, лихо использует инсайдерскую информацию, но так как поймать за эту руку одного из сильнейших в недалёком прошлом чародея было не так-то просто, посетители клуба могли каждый вечер наслаждаться чудесами оптических эффектов.

Наконец, на сцену вышел постоянный ведущий развлекательных клубных программ и, по совместительству, один из совладельцев "Весёлого Дракона", солидно одетый господин, который и сам не брезговал писать на досуге стишки и считался в кругу состоятельных варваров гениальным поэтом.

- Дорогие друзья! - воскликнул он, обращаясь к залу. - Сегодня в нашем замечательном клубе "Весёлый Дракон" состоится выдающееся, не боюсь произнести это высокопарное слово, событие.

- Сегодня на нашей сцене перед вами будут читать свои замечательные стихи лучшие представители поэтического сообщества нашей великой Империи. Все золотые перья страны сосредоточили свои..., - здесь он запнулся, не зная, видимо, как закончить фразу, но в это время, и очень кстати, надо признать, один перебравший эля варвар, прибывший с имперской окраины турист, начал громко хлопать и что-то кричать.

Таким образом, варвар, очевидно, бурно выражал свой восторг по случаю выпавшего на его долю счастливого события. Буря эмоций была активно поддержана другими варварами и компанией нетрезвых, как обычно, рыцарей, так что ведущий смог удачно выкрутиться из сложной ситуации и приступить к оглашению условий конкурса.

- Дорогие друзья! - вновь произнес он свою коронную фразу, полностью соответствовавшую истине. Клуб тот был настолько дорогим, что посещали его лишь избранные богами граждане вполне демократичной во всех прочих отношениях Империи.

- Дорогие друзья! Учитывая состав участников конкурса, мы решили, что будет уместно учредить призовой фонд, который будет состоять из денег внесённых клубом, а это 10 000 золотых империалов и взносов наших меценатов, из числа уважаемых гостей. После того, как все участники прочитают свои стихи, компетентное жюри, состоящее из сотрудников нашего клуба, определит трёх поэтов, занявших первое, второе и третье места соответственно и распределит среди них призовой фонд. Чтобы судейство было абсолютно объективным и профессиональным, я сам решил возглавить жюри. Спасибо,... спасибо большое... Кроме меня в состав жюри входят подлинные знатоки современного искусства: наш шеф-повар, художник по свету, бармен и главный бухгалтер.

- Ещё одна важная деталь, - добавил ведущий, переждав бурю оваций, - награждение состоится только ПОСЛЕ оглашения результатов, никак не раньше!

- Правильно! - заорал всё тот же варвар, - только после оглашения, до оглашения не надо!

- Хотел бы я знать, как можно наградить победителя, не зная ещё, кто победил? - удивлённо проворчал Мырыдхай, но напряжённо вслушивавшийся в слова ведущего Спилилель, оборвал его, требуя тишины.

- Итак, осталось объявить условия конкурса, - продолжил ведущий. - Условия простые: каждый поэт должен сочинить и прочитать с выражением стихотворение на тему "Погода в Империи летом и зимой, что мне мерещится, если ночью возвращаюсь я домой". Тема должна обыгрываться словами: "воздух", "вода", "ветер", "огонь", "холод", "жара" и "дракон". А теперь уважаемые друзья, кто из вас желает внести посильную помощь в дело пополнения премиального фонда?

Говоря последнюю фразу, ведущий незаметно подмигнул одному из сидящих в зале рыцарей.

Рыцарь поднялся, прокашлялся и, дождавшись, когда на него направят поток света, хорошо поставленным баритоном заявил, что, мол, лично от своего имени готов внести 500 золотых.

Тут же к нему подскочил официант, случайно оказавшийся поблизости с пустым подносом, и принял мешок с золотыми.

- Ха! - громогласно отозвался варвар-турист. - Подумаешь, пятьсот империалов... Ха! Даю две тысячи золотых!

- Тоже даю две тысячи! - Закричал другой варвар.

- Три тысячи! - Отозвался один из рыцарей.

- Пять!!!.. Серебром! - выдохнул один из рыцарских баронов.

Подвыпившие клиенты, стараясь не отстать от других и продемонстрировать свои щедрость и состоятельность, а также принадлежность к кругу ценителей искусства, швыряли деньги на подносы обалдевших официантов, которые под бдительным оком ведущего тотчас уносили их за кулисы под надзор главного бухгалтера клуба. Дело дошло до того, что даже один из немногих некромантов, оказавшихся в зале, помявшись, выложил несколько медных монеток.

За каких-то двадцать минут по подсчетам Оглохспаниэля, самого трезвого из эльфов, устроителям конкурса удалось собрать более ста тысяч золотых империалов - огромная по имперским меркам сумма.

Мырыдхай тоже хотел сделать взнос, но под насмешливыми взглядами более трезвых товарищей воздержался.

- Чистый развод! - кашлянул, сидевший за соседним от друзей столиком, тёмный эльф, следивший за происходящим на сцене представлением с нескрываемой иронией. - Послушаем теперь конкурсантов, может, и услышим что-нибудь стоящее, хотя бы на незначительную часть этой суммы.

Мырыдхай хотел грубо одёрнуть тёмного, не понимающего ничего в высокой поэзии, но поостерегся, зная от папаши про их крутой нрав и магические способности, которых сами гоблины были практически лишены.

Через некоторое время, публика успокоилась, и, подождав пока официанты примут заказы у посетителей, ведущий провозгласил начало поэтического состязания.

Глава 3.

Участников конкурса набралось голов тридцать. Среди них были представители нескольких народов населяющих бескрайние просторы Империи.

На конкурс, конечно, не явилось ни одного представителя гоблинской расы (они просто не имели дурной привычки издеваться над словами) и ни одного тёмного эльфа. Последние не приняли участия то ли из вредности, то ли по другой веской причине, хотя легко могли бы выставить не одного сильного поэта.

Зато сильно удивило присутствующих наличие среди конкурсантов сразу трёх некромантов. Один из них, пожилой угрюмый и скользкий на вид тип, и начал представление. Начал и задал, как оказалось, дальнейшему состязанию тон. Он долго и нудно что-то мусолил о капризах природы, о том, что, дескать, достали эти времена года и, мол, выкапывать материал для последующего превращения смирно лежащих в могилах чудаков, в чудаков по-прежнему не живых, но уже бредущих по земле, неизвестно зачем и куда, и само-то по себе занятие идиотское, а в дождливую или морозную погоду к тому же ещё и крайне неприятное.

Закончил же он свой бубнёж такими вот словами:

То солнце жарит, то метель метёт

А я все кутаюсь в свой плащ потёртый,

А стадо зомби тупо тащится вперёд

Да, бог с ним! Надоели мне до чёрта!

Зрители ожидавшие, соответствующего имиджу клуба, феерического зрелища, проводили некроманта недоумевающими взглядами. В зале раздались жидкие аплодисменты (хлопали, по всей видимости, присутствовавшие в зале некроманты, сумевшие уловить горестный посыл автора). Однако, сами конкурсанты, дожидавшиеся своей очереди вблизи сцены, устроили выступившему поэту столь бурную овацию, что заразили своим энтузиазмом и часть зала. Эмоциональный фон был восстановлен, но, как оказалось, ненадолго.

Несколько следующих поэтов читали такую откровенную чушь, что даже Спилилель всё чаще и чаще отдавал предпочтение не происходящему действу, а старому доброму бренди.

- Бренди не обманет, - проникновенно икнул эльф, словно хотел поведать Мырыдхаю сокровенную тайну.

- Эль не подведёт, - рыгнул в ответ гоблин, словно произнося отзыв на пароль. Он продолжал с нетерпением ожидать выступление эльфийки. Выступления конкурсантов, по уже известной нам причине, его мало интересовали, так что и особого разочарования он не испытал.

Тем временем, одни поэты сменяли на сцене других, но общая картина от этого не менялась. Всё те же скучные невыразительные стихи, слова которых всё сложнее было различать на фоне повышающегося уровня шума, вызываемого гомоном стремительно пьянеющих зрителей, всё те же бурные овации после каждого выступления, устраиваемые самими участниками.

Публика оживлялась по собственной воле лишь дважды. Первый раз это произошло, когда выступил молодой некромант с горящими глазами и нервно двигающимися во время декламации стиха руками. Он прочитал свой стих энергично, с большим надрывом, так что сумел передать часть энергии публике и сорвал аплодисменты без помощи сотоварищей, которые, напротив, видя такой успех, хлопали вяло и без прежней показной радости. Гоблин тоже хлопал своими лапами, пока не заметил, что эльфы, глядя на него, хохочут и бьют руками по столу.

- Что это вы надо мной смеётесь?! - обиделся гоблин.

- А зачем ты хлопаешь? Стих-то корявый и бессмысленный, - объяснил ему Спилилель.

Второй раз внимание публики всколыхнуло выступление моложавой рыцарши. Всем понравился её стих, благо, что был он короткий и довольно складный. Более всего зрителям понравились формы поэтессы и её наряд, довольно фривольный, но не выходящий за рамки приличий. В ней чувствовалась порода и принадлежность к одной из влиятельных рыцарских династий.

Закончив чтение стихотворения, и сорвав причитавшиеся ей, вполне заслуженные аплодисменты, она гордо удалилась за кулисы, бросив презрительный взгляд на одного из варваров, пытавшегося сделать ей неуклюжий комплимент.

- Вот это достойное выступление, - проговорил тёмный эльф, соседствующий с нашими героями, - делим призовой фонд на тридцать семь частей и получаем...

- Ещё не все выступили, уважаемый! Скоро выход Бежимвпостели, - надменно ответил ему Спилилель.

- Посмотрим, посмотрим, добежит ли она... до первого места, - ухмыльнулся тёмный.

Назревал скандал, что тёмного мага, судя по всему, не сильно беспокоило, но тут на сцену выпорхнула Бежимвпостель, которая оказалась миленькой молодой эльфийкой с точёной фигурой и огромными зелёными глазами. Стих у неё получился весьма неплохим, а блестящие внешние данные никого не оставили равнодушным к прочитанному произведению.

- Эльфы рулят! - громко крикнул Выпилэль после выступления, опрокидывая в себя очередной бокал с бренди. Представители других народностей, которые тоже залили в себя немало бокалов и кружек прохладительных и горячительных напитков отреагировали на это заявление недовольным гулом, грозящим перерасти в массовые волнения, но тут на сцену вышел очередной конкурсант, и публику удалось успокоить.

Впрочем, оставшиеся участники никакого интереса не представляли, так что их выступления сопровождались бурными овациями сотоварищей и кислыми улыбками зрителей, до многих из которых уже стало доходить, что деньги, внесённые ими в призовой фонд, были, по сути дела, выброшены на ветер.

Наконец, конкурс закончился и на сцене оказался ведущий.

- Дорогие друзья! - с весёлой улыбкой сказал он, пытаясь перекричать недовольный гул разочарования, доносившийся из зала. - Мы рады, что смогли доставить вам неслыханное удовольствие своим представлением. Вот мы, собственно, и подошли к финишной черте нашего мероприятия. Скоро состоится награждение победителей, прошу вас немного подождать.

После этих слов ведущий танцующей походкой удалился, а посетители клуба продолжили обсуждение деталей прошедшего конкурса. Основные споры среди любителей поэзии возникали при сравнении ими внешних данных родовитой рыцарши и Бежимвпостели.

- Я думаю, что победит Бежимвпостель, - уверенно сказал Мырыдхай, обращаясь к тёмному эльфу и надеясь, что тот усомнится в верности гоблинского предположения.

Гоблину давно уже хотелось съездить кому-нибудь по физиономии, а количество выпитого спиртного, окончательно убаюкало чувство собственной безопасности.

Эльфы насторожились, понимая, к чему ведёт свою речь гоблин, но тёмный лишь вежливо поинтересовался, откуда у молодого гоблина такая уверенность.

- А чё? - спросил Мырыдхай заплетающимся языком, - не ясно, что ли? С такими ножками и попкой можно только гениальные стихи писать! Понл?

Тёмный согласился, что и ножки, и филейная часть у эльфийки в полном порядке и конфликта удалось избежать.

Однако назревал другой конфликт, так как время шло, а результаты конкурса не объявлялись и награждение не производилось. За окном начинало уже светать, когда публика не выдержала и стала требовать ведущего, но тот так и не появился. Его начали искать по всему зданию, но не нашли ни его, ни денег. Среди ценителей искусства начались разброд и шатания.

Когда один из пьяных варваров стал предлагать Бежимвпостели сбегать с ним в соседнюю гостиницу, а эльфийка залепила нахалу пощечину, Мырыдхай с друзьями бросились проучить хамоватого туриста и его дружков. К драке, непонятно на чьей стороне, подключились рыцари, из тех, что ещё могли передвигаться по залу без помощи магии. Изрядно накачавшиеся спиртным рыцари хотели проучить всех, а те, в свою очередь, желали проучить консервов; поэты жаждали получить деньги за выступление, а ошалевшие от подобного беспредела зрители хотели набить поэтам морды за их тупость и бездарность. В общем, вечер был спасен, праздник удался!

Последнее, что увидел Мырыдхай, была дверь, в которую выпорхнула Бежимвпостель в сопровождении солидного седовласого некроманта. Потом он почувствовал, как на его многострадальную голову обрушились все гномьи горы разом, потом наступила тьма...

Глава 4.

Говорят, что сначала было Слово. Враньё! Сначала были противный тихий скрежет и адская головная боль. Были Тьма и полное отсутствие проблеска Разума. Была Смерть.

Потом сквозь непроницаемую тьму стали пробиваться робкие лучики света. Это были очень дохлые и слабенькие лучики. Наверное, они были дистрофиками. Однако, постепенно, они набирали силу, жирели и крепли. И вот они уже начали проявлять не свойственную им поначалу наглость, бесцеремонно тормоша спящее сознание. Разум пробудился, и Смерть решила отступить, так как не переносила никчемной суеты Сознания и бестолковых игрищ Разума.

И не успело сознание очнуться окончательно, как в покрытой уродливыми шишками голове лежащего неподвижно существа, тело которого имело необычный цвет странного зелёного оттенка, появились первые мысли.

"Кто я?"

Нет ответа.

" Где я?"

"А кто ты такой?"

"Я и спрашиваю, кто я?!!!"

Нет ответа.

"О! Боги! - мысленно воскликнуло существо. - Скажите тому скоту, который пишет историю моей жизни, чтобы думал, прежде чем ставить свои закорючки на скрижалях времён! Пусть одумается, пока на моём бедном черепе есть хотя бы одна площадка, свободная для шишковыращивания."

Конечно, первые мысли не были столь чётко сформированными, но не может же рассказ состоять из одних лишь междометий, правильно?

Чёткие, не чёткие, но эти мысли вызвали в сознании существа смутный образ тёмного эльфа, сидящего напротив него с бокалом бренди в руках и глядящего на него пронзительными насмешливыми глазами. Глаза становились всё больше, и всё больше напоминали раскалённые угли. А руки тёмного стали превращаться в покрытые когтями крылья дракона и на несчастное существо навалился дикий первобытный ужас, и оно вновь провалилось во тьму.

В следующий раз оно очнулось, по собственным ощущениям, приблизительно через три тысячи лет. Очнулось оно от того, что в его голове какие-то малюсенькие негодяи долбили туннель.

"Гномы... нет карлики... - такова была первая мысль. - Строят шахту... надеются найти драгоценные камни... ха! ... в моей голове нет никаких сокровищ... прекратите, ради Бога! Мне так больно!!! Я простой несчастный гоблин!!!!!"

А потом уже было Слово! Точнее сказать несколько слов. Многие из них, пусть даже и самые искренние, мы вынуждены опустить по требованию цензуры и законам морали, так что первая фраза очнувшегося Мырыдхая звучала так:

- ...! Мама!!! Как ... как мне ... плохо! ... !! ... !!!!! Мамочка, где ты?!!!

Мырыдхай попытался сесть и это ему не сразу, но удалось. Размытый по пространству взгляд постепенно начинал фокусироваться на деталях, это пространство заполнявших. Те, в свою очередь, тоже постепенно прекращали свое хаотичное движение.

Посидев немного на кровати, гоблин со второй попытки поднялся на ноги и огляделся. Он находился в комнате причудливой формы, все детали интерьера которой, как и сами стены, потолок и пол, были сделаны из разных пород дерева. Цветовая гамма состояла из различных оттенков зелёного и коричневого.

Делая всё более уверенные шаги, Мырыдхай подошёл к окну ассиметричной формы. По подоконнику ползал огромный майский жук, который, как оказалось, и издавал тот противный тихий скрежет.

Выглянув в окно, гоблин со страхом отшатнулся. Оказалось, что комната находится на огромной высоте, что она сама и, очевидно, всё здание располагаются на ветвях гигантского дерева.

Оглянувшись, он с удивлением обнаружил в комнате сразу несколько одинаковых дверей. Любопытство заставило его, испытывая по-прежнему страшную головную боль, подойти к ближайшей двери и открыть её. Оказалось, что за дверью находится другая комната. В комнате царил полумрак.

Гоблин разглядел на стоявшей в комнате кровати какое-то странное тело, и, подойдя ближе, обнаружил, что тело, напоминавшее по форме человеческое или эльфийское, было плотно замотанно с ног до головы в белую ткань. На некоторых местах ткани были заметны пятна бурого цвета.

"Мумия?", - удивился он, - "это, что - склеп? Да, нет! Какой склеп может быть на дереве? Чушь! А что это тогда и где я?"

Подойдя вплотную к кровати, он продолжал с интересом разглядывать мумию, когда её тело вдруг дёрнулось и с жалобным мычанием, похожим на стон тяжелобольного существа, стало шевелить забинтованными конечностями.

- Ааааааа!!!!! АаааААА!!!!!!!!!! - заорал дико напуганный гоблин и в ужасе вылетел из страшной комнаты-склепа.

- Мама!!! Ааааа.... помогите!!!! - вопил он, пытаясь выбраться из той комнаты, в которой прежде очнулся сам. Он открывал все двери подряд, но они вели или во встроенные шкафы, или в ванные, или в смежные комнаты. Наконец, как это всегда бывает, распахнув последнюю дверь, он выскочил в коридор. Выскочил и налетел на... Оглохспаниэля.

Голова Оглохспаниэля была перебинтована, а одна рука висела на перевязи. В другой руке он держал поднос с двумя огромными кружками, наполненными до краёв. Лишь природная гибкость и ловкость, свойственная эльфам, помогла ему сохранить равновесие, не пролив ни капли.

- Что ты орёшь, как ненормальный?! - сердито спросил он Мырыдхая. - Весь дом на уши поставил!

- Дом? - спросил гоблин.

- Да, дом! Ты находишься на родовом Древе нашего клана, и считай, что тебе крупно повезло, ибо не каждому простому смертному выпадает честь гостить на Древе. Так что ты так орал?

Гоблин сразу осознал, что ему действительно выпала огромная честь. До этого он бывал в гостях у своих друзей эльфов, но только в их столичных особняках. Попасть на Древо! О таком ему не приходилось и мечтать.

"Ясно, что я совершил какой-то подвиг, - подумал Мырыдхай. - Но, хоть убей, не помню какой! Может быть, меня ещё и наградят!"

- У вас там мумия ожила! Я испугался и убежал, - объяснил он приятелю свое не геройское поведение. - Зови на помощь, одни можем не справиться.

- Какая ещё мумия?! Это Спилилелль, ему повезло меньше всех! - горько усмехнулся эльф.

- А что произошло? Война? - удивился гоблин.

- Ты что, ничего не помнишь? - в свою очередь удивился Оглохспаниэль. - Совсем ничего?! На вот, выпей холодного эля. Должно полегчать.

- Гоблины не похмеляются! - гордо заявил Мырыдхай, после чего схватил с подноса кружку и залпом её осушил. Затем схватил вторую и в три гигантских глотка покончил и с ней. Прошло несколько мгновений, и он почувствовал, что головная боль начала отступать, а память, напротив, возвращаться.

- А ты сам, как огурец! Меньше всех пострадал, я смотрю, - с невольным восхищением сказал эльф. - Лишь на лбу шишка вскочила, а так и следов-то никаких от вчерашнего поэтического мероприятия нет. Или это у гоблинов такая сила регенерации от природы заложена?

- Какая ещё дегенерация, - махнул лапой Мырыдхай. - Если бы тебя папаня лупил с детства половником по башке, то и ты бы был таким же крепким парнем, как я. Мудрый у меня отец, спасибо ему!

Глава 5.

- Ладно, вижу, что тебе стало лучше, - проговорил Оглохспаниэль, поморщившись, видимо, представив обрушивавшиеся на собственную голову удары кухонной утвари. - Я должен ввести тебя в курс дела и сделать анонс нашей сегодняшней программы.

- Сделать что? - спросил Мырыдхай, всегда испытывавший некоторое неудобство при разговорах с эльфами из-за их склонности к употреблению заумных слов. - И, кстати, почему ты сам приволок этот поднос, у вас слуг нет, что ли?

- Слуги есть, их у нас как вшей на рыцаре в походе. Только после наших вчерашних приключений, я нахожусь, так сказать, под домашним арестом, на правах политзаключённого, а заключённым слуги не полагаются.

- Да что вчера произошло-то?! - воскликнул гоблин. - Я помню только, как некроманты похитили Бежимвпостель, а после этого всё, как будто отрезало. И что там случилось со Спилилелем? Что-то страшное, судя по всему. Он хоть выживет?

- Бежимвпостель никто не похищал. Она, так сказать, отправилась читать одному уважаемому учёному-некроманту лекцию по истории стихосложения. И вовремя, надо сказать, потому что после того идиотского конкурса, на котором нам довелось присутствовать, была жуткая драка, впервые, говорят, в истории "Веселого Дракона". Тебя-то сразу приложили столом на восемь персон, вот ты ничего и не помнишь. А потом такое побоище началось, что даже демонам не снилось.

И эльф рассказал приятелю о том, что произошло в дальнейшем.

В драке участвовали почти все клиенты заведения. Поначалу перевес был на стороне варваров, но постепенно Фортуна перешла на сторону "консервов" (так в обществе, за глаза, именовали рыцарей, хотя этимология данного слова ни одному имперскому лингвисту была неизвестна).

Рыцари, которых в зале оказалось значительно больше, чем варваров, устроили в клубе настоящий погром. Вся мебель и оборудование были переломаны и восстановлению не подлежали. Не обошлось и без жертв.

Когда стало ясно, что ведущий конкурса и бухгалтерша исчезли, прихватив всю наличность, включая и призовой фонд, консервы и помирившееся с ними после драки варвары решили отыграться на попавших в их руки оставшихся членов жюри.

В итоге, славившегося своим мастерством на всю столицу бармена заставили смешать и выпить подряд около сорока крепких коктейлей, отчего он теперь находился в Центральной больнице и за его жизнь ни один некромант не поставил бы и одной берцовой кости покойного скелета.

Еще меньше повезло шеф-повару, весельчаку Гудвинплюху, за честь пригласить которого на работу боролись лучшие рестораны Империи. Его просто утопили в чане с грибным супом. За рецепт этого супа известные гурманы предлагали повару баснословные деньги. Жаль, но секрет кулинарного шедевра, скорее всего, так и останется не раскрытым.

Потом рыцари собирались надругаться над участницами конкурса, чтобы хотя бы частично компенсировать внесённые в призовой фонд средства, но тех спасло своевременное вмешательство главы столичной жандармерии. Тот прибыл в сопровождении не только жандармов, но и роты имперских гвардейцев и быстро навел порядок.

- Да ты можешь прочитать об этом событии в сегодняшней прессе, там все подробно описано со всеми реальными и выдуманными подробностями, - так закончил Оглохспаниэль свой рассказ.

- Мда... - протянул ошарашенный гоблин. - Я, похоже, пропустил всё самое интересное. А что же случилось со Спилилелем? Его вывеской били, что ли?

- Вовсе нет... Его, собственно, почти и не били. Ну, дали пару раз по физиономии, да сломали пару ребер. Мне, вот, руку сломали и на голове гематома, а он отделался парой фингалов, да несколькими сломанными ребрами.

- А зачем его тогда обмотали с ног до головы? - удивился Мырыдхай, ощупывая шишку на лбу и, в который раз поражаясь величию гоблинской расы, способной выдерживать коварные удары судьбы.

- Всё произошло во время нашей эвакуации, - продолжил своё повествование о минувших событиях Оглохспаниэль.

- Как потом выяснилось, - сказал он, - тот тёмный, с которым ты нарывался на конфликт, видя, какая складывается ситуация, связался по магической связи с жандармским управлением и моим отцом - главой нашего клана. Они с отцом старые приятели, друзья детства, тоже, судя по всему, в юности были теми ещё балбесами. Отец задействовал наш личный портал, а ты сам понимаешь, во сколько это обошлось, и сколько вечеров в "Весёлом драконе" можно провести всей нашей компании за эти деньги...

На этом месте эльф сделал небольшую многозначительную паузу, чтобы до приятеля лучше дошёл смысл его слов, а потом продолжил.

- Так вот, - кашлянул он. - Вскоре прибыли несколько экипажей с охраной для нашей транспортировки на Древо. Весь клан собирается здесь по случаю одного праздника, так что в столичной резиденции, кроме охраны никого не осталось, и перевозить нас туда не было смысла. Вообще-то, тебя брать не хотели, но я настоял на этом, отказываясь иначе уезжать, и начальник отряда охраны вынужден был согласиться. Нам, правда, обоим уже влетело за это, я вот теперь под арестом, а ему объявлен очередной выговор. Ну, и Древо с ним!

Вот пока мы ехали, всё и произошло. Сперва на экипаж, в котором везли беднягу Спилилеля, упала огромная сосна, видимо подпиленная лесными разбойниками. Потом изрядно переломанного Спилилеля переложили в другой экипаж, и мы продолжили путь. На горном серпантине, по которому мы неслись, чтобы скорее доставить Спилилеля к лекарю, у его нового экипажа отвалилось переднее колесо, а сам экипаж перевернулся и врезался в скалу.

- Но и это было ещё не всё! - горестно вздохнул эльф. - Когда экипаж рассыпался от столкновения с чёртовыми камнями, нашего приятеля вышвырнуло из него, и он полетел вниз в ущелье, ударяясь о камни. Благо, что пролетел-то всего ничего - ярдов двадцать, не больше, и упал на каменную площадку. Да, счастье ещё, что у начальника нашей охраны был при себе кое-какой запас магии воздуха. Короче говоря, подняли мы его и, набившись в уцелевшие к тому времени экипажи, добрались безо всяких приключений до дома. Лекарь, что оказывал помощь горемыке, сказал, что не видел таких увечий со времён войны. Он считает, что Спилилеля спасло только то, что он был мертвецки пьян и, соответственно, не мог, по всем законам бытия и здравого смысла, умереть во второй раз.

- Вот такие дела, - вздохнул Оглохспаниэль, завершая рассказ. - Сегодня прибудет на праздник Верховный Друид клана, он, кроме всего прочего, является нашим лучшим лекарем, и подлечит страдальца. Пока же ему прописан полный покой, так что не лезь к нему с расспросами и соболезнованиями.

Гоблин не представлял, как можно лезть с расспросами к выглядевшему мумией эльфу, но ничего не ответил.

- А что за праздник-то? Весело будет? - спросил он приятеля.

- Вот по поводу Праздника я и хотел с тобой поговорить. Это день основания нашего клана. Собственно, достоверной даты основания клана никто не знает, но несколько тысяч лет тому назад было решено отмечать этот Праздник раз в сто лет в определённый день. Сегодня как раз такой день. Но, дело в том, что на Празднике могут присутствовать только члены нашего клана и других эльфийских кланов, которые не должны нам денег и не утверждают, что корни их Древа глубже проросли в землю, чем корни нашего. Также могут быть приглашены виднейшие государственные деятели Империи и личные друзья главы клана из не эльфов.

- Так что меня здесь быть не должно, - насупился Мырыдхай, рассматривая свои лапы, сжатые в кулаки.

- В том-то и дело, - нахмурился эльф. - Но так как ты оказался у нас в гостях, пусть и случайно, то закон гостеприимства не позволяет нам вышвырнуть тебя с Древа, тем более, что ты пострадал в битве на стороне членов нашего клана. Поэтому отец требует тебя к себе. Он хочет лично с тобой познакомиться и тогда уже принять окончательное решение. Так что пойдем. Аудиенция состоится через пятнадцать минут.

Глава 6.

Вы случайно не были на Древе? Нет? Серьёзно?! Ни разу в жизни???!!! Ну, ничего... Сейчас я расскажу Вам о том, какое там житьё-бытьё. Я? Нет, я тоже никогда там не был. Что? Откуда знаю? Откуда... из достоверных источников, от очевидцев тех событий. Откуда же ещё мне знать? Вы ведь уже поняли, что я никогда не вру, разве что фантазирую иногда в пределах нормы человеческого восприятия... так мне, по крайней мере, кажется. Но за достоверность этих слухов и невероятность изложенных фактов отвечаю головой. Чьей? Ну, конечно, своей, не головой же Мырыдхая?!

Так что, пока гоблин, ведомый своим другом по лабиринтам Древа, ошарашено вертел головой, дивясь невероятным приключениям человеческой фантазии в переулках мозговых извилин, результатом которых явилось создание столь необычного жилища, мы с Вами также сможем осмотреть это чудо Природы, приспособленное для жизни разумных существ.

Вот Вы, например, девушка с пирсингом и плеером... Да нет, не та, которая постриглась "под ноль" и нервно курит сигарету, а та, что жует жвачку... да, Вы! Вот скажите, как Вы себе представляете эльфийское Древо? Как этакий огромный коряжистый дуб, по которому носятся ушастые чудаки и кидаются желудями? Нет? Правильно! Давайте сделаем так. Я буду рассказывать, а Вы, если заметите в моём рассказе неточность, меня поправите. Так будут и волки целы, и овцы в норковых шубах. Договорились? Отлично!

Начнём с урока истории.

Первые упоминания о Древе содержат эльфийские реликвии - две, чудом сохранившиеся до наших дней, рукописи на древнеэльфийском языке: "О происхождении видов и подвидов" и "Как избавиться от назойливых огров, которые повадились шастать в гости не только без предупреждения, но и без подарков".

Из сердцевины Древа современные эльфы до сих пор черпают свои энергию и магию, а произрастающие на нём плоды являются главным источником и основой для приготовления знаменитых чудодейственных эльфийских лекарств и косметических средств. Смола же, периодически выходящая на поверхность из разломов коры специальным образом перерабатывается, и продукты её переработки используются в различных областях эльфийского хозяйства, а именно, в строительстве, производстве мебели и предметов быта, изготовлении знаменитых эльфийских тканей и, даже, в дорожном строительстве.

Огромное значение имеют также корни Древа. Жизнедеятельность корней - наиболее охраняемая эльфами тайна, и тот, кто, возможно, сумел приоткрыть завесу этой тайны, никому уже о ней не поведает. А доверять досужим вымыслам всяких фантазеров, мы с вами, как серьёзные люди, конечно не станем. Так что известно о корнях немногое. Доподлинно известно вот что. Корни эти жили, живы и будут жить. Они простираются на многие мили по оси абсцисс и на неведомую глубину по оси ординат. По-крайней мере, ни одному гному и ни одному демону, и близко не удалось подобраться к корню Древа. И Вам не советую совершать такой рискованной попытки. Не надо!

Ну, и поскольку, наши герои попали на Древо в бессознательном состоянии, и мы не смогли взглянуть на его внешний вид их глазами, окинем его собственным взором.

Смотрите внимательно, постепенно снимая морок, наведенный Главным Друидом. Он использовал магию невидимости, а вы разрушайте её с помощью магии всевидения. Получается? Ага! Вот оно! Да нет, это не гора, просто мы совершили ошибку, и подошли слишком близко. Отойдите на милю назад. Хватит! Ну, как? Теперь видите? Да, это оно! Его крона скрывается за облаками, а диаметр ствола достигает нескольких миль. Конечно, отсюда плохо видно детали, но общее представление о внешнем виде Древа мы с вами имеем, так что можем теперь присоединиться к нашим героям и осмотреть его внутреннее убранство.

- Ну, вы даёте! Обалдеть! - восклицал Мырдыхай через каждые тридцать секунд, пока они с Оглохспаниэлем шли широким коридором на встречу с грозным главой эльфийского клана.

- Балдей, сколько влезет, - отвечал ему эльф.

Стены коридора, по которому они шли, не были стенами в привычном для нас значении слова. По своей фактуре они напоминали грубую чешую неведомого зверя. Казалось, что они не только дышат, но и переливаются всеми цветами радуги. Иногда гоблину даже чудилось, что стены двигаются и что-то шепчут ему, но он боялся показаться чересчур наивным и смешным и не решался задавать другу вопросы. Помимо всего прочего, коридор был заполнен тихой легкой музыкой, не понятно, откуда доносившейся, но такой прекрасной, что морда гоблина приняла умиротворенное выражение, а на глаза периодически наворачивались слезы. Никогда ещё Мырдыхай не испытывал такого чувства блаженства.

- Не обращай внимания на эти стены и звуки. Постепенно ты к ним привыкнешь, - бросил ему эльф, видя состояние приятеля. - Любой, кто оказался на Древе впервые, испытывает культурный шок. Эти стены действительно живые, так как при строительстве дома наши архитекторы вынуждены были задействовать естественные элементы в качестве стен, полов, перекрытий и так далее. Как ты сам понимаешь, излишне вмешиваться в организм Древа мы не можем, так что приходится подстраиваться под его структуру. Звуки, похожие на шепот, которые ты слышишь - это просто трансляция общедоступной информации на эльфийском. Если бы ты знал наш язык, то был бы уже в курсе всех наших дел.

Эльф одобряюще улыбнулся Мырыдхаю и, взяв его под лапу, направился с ним к появившейся с правой стороны нише в стене.

- А музыка? - спросил зачарованный гоблин. - Это что такое?

- Музыка - это музыка, - засмеялся Оглохспаниэль. - С ее помощью проверяется пространство помещений общего пользования на предмет наличия в них посторонних существ, враждебной магии, а также производится дезинфекция и стабилизация эмоционального фона. Понял?

- Да, вроде бы что-то понял, - выдохнул ошарашенный гоблин, чувствуя, что его организм пришел в нормальное состояние. Мутить его перестало, и голова уже совершенно не беспокоила.

- Ну, вот! - бодро произнес эльф, протягивая руку к небольшому выступу на стене ниши, к которой они подошли. - Скоро встретишься с моим отцом. Пока мы будем ехать, я тебя проинструктирую, что, как и когда говорить. Смотри, Мырыдхай, запоминай то, что я тебе скажу, и постарайся ничего не перепутать.

В это время в стене непонятным образом образовался проём и эльф вошел в открывшуюся комнатёнку.

- Заходи, - позвал он гоблина.

- А что это такое, - испугался гоблин. - Не тюрьма, надеюсь.

- Какая тюрьма? Ты в своем уме? За кого ты меня принимаешь?! - возмутился эльф. - Это подъёмное устройство, которое доставит нас на нужный уровень.

- Магия? - прошептал Мырыдхай, подходя с опаской к эльфу. - И сколько у вас здесь уровней?

- Сколько уровней сказать не могу, не обижайся, - ответил ему Оглохспаниэль. - Это - секретная информация. Какие-то уровни ты сможешь посещать, если останешься у нас на определённый срок, а какие-то - нет. А по поводу подъёмного устройства... Здесь, конечно, и магия задействована, но по большей части это магия науки и технических решений.

Эльф громко рассмеялся своей шутке и нажал на ещё один выступ. Мырдыхаю показалось, что земля ушла у него из-под ног, сердце подскочило вверх, а желудок, наоборот, провалился в бездну.

Глава 7.

Что поражает путника, впервые переступившего порог эльфийского жилища?

Нет, Вы не правы - стрелы настигают его ещё на подходе к месту обитания эльфов. А вот тех немногих счастливчиков, которым удалось-таки пробраться внутрь, поражают три вещи: ни на что не похожий интерьер, запахи и звуки, создающие впечатление, что ты находишься в дремучем заповедном лесу вне времени и пространства, и, наконец, ощущение собственной тупости и никчёмности, которая возникает в процессе общения с хозяевами.

- Мы пришли, - сказал Оглохспаниэль, когда воспользовавшись несколькими подъемными устройствами и пройдя, в общей сложности, пару миль, они оказались перед обычной на вид дверью, - это кабинет моего отца. Надеюсь, ты запомнил, как нужно себя вести в его присутствии?

- Типа того, - ответил Мырыдхай.

- Повторяю ещё раз: правильно произноси его имя, безо всяких сокращений. Обращайся к нему "Ваша Проницательность". Кратко и чётко отвечай на вопросы и, ни в коем случае, не пытайся с ним спорить или обмануть его, ибо это не только бесполезно, но и опасно, - ещё раз проинструктировал гоблина эльф.

Затем он с церемониальным видом постучал и, после того как прозвучала короткая музыкальная фраза в тональности до-мажор, открыл дверь, и они прошли внутрь.

Оказавшись за дверью, Мырыдхай остолбенел от неожиданности. Он ожидал оказаться в помещении, напоминавшем кабинет его папани, где тот решал важные финансовые и торговые задачи и, изредка, занимался вопросами своей семьи. Вместо этого, в который уже раз за последний день, гоблин ощутил собственную ничтожность и примитивность привычного для него мира. Было такое ощущение, что он стоит не в помещении, а в пространстве и пространство это бесконечно. Кабинет казался настолько огромным, что в нём не было видно ни стен, ни потолка.

Нельзя же считать стеной, виднеющуюся вдали, полосу тумана малинового оттенка, а потолком - висящие высоко над головой розоватые облака. Впрочем, немного осмотревшись, гоблин понял, что это, скорее всего, очередные эльфийские штучки, вызывающие обман зрения, так как поместить бесконечное пространство внутри конечного Древа невозможно. Потом Мырыдхай разглядел различные предметы деревянной мебели, покрытые тончайшей резьбой, среди которых выделялись, стоящие по краям, высокие шкафы, заполненные книгами и свитками. А затем он увидел прямо перед собой гигантский круглый стол и высокое, невиданной красоты кресло с той стороны стола. На кресле сидел эльф, облачённый в тёмно-зелёный, расшитый золотыми и серебряными нитями камзол и смотрел на гоблина немигающим всевидящим взором.

Мырыдхай почувствовал, что от волнения лапы его стали влажными, а морда сделалась на несколько градусов теплее.

"Если это всего-навсего кабинет, то мы с папаней живём в верхнем ящике письменного стола", - подумал вдруг гоблин, который с раннего детства привык чувствовать себя состоятельным существом и богатым наследником.

Потом он ощутил легкий толчок в спину и, стараясь выглядеть достойно, подошёл к столу.

Справа от него и на полшага позади чинно ступал Оглохспаниэль.

- Ваша... - начал говорить гоблин, и замолчал, понимая, что всё, что говорил ему приятель, напрочь выскочило из головы.

- Ваше Превосходительство, уважаемый Гдечетрпоберимойгей, - отчаянно выпалил Мырыдхай.

Справа и на полшага позади гоблина раздался стон.

- Гель! Гель, а не гей!!! - прошипел ему Оглохспаниэль.

- Простите, я хотел сказать "гель", а не "гей", - промямлил гоблин, чувствуя, что от его морды можно уже раскуривать сигары.

- Ваша Проницательность, - продолжал издавать шипящие звуки Оглохспаниэль.

- Ваша Проницаемость, глубоко уважаемый гражданин Гдечетрпоберимойгель! - хрипло произнес гоблин, чувствуя, что горло его пересохло, как пересыхает в имперских домах кран с горячей водой во время проведения плановых работ.

Стон за плечом гоблина стал напоминать рыдание нищего, потерявшего недавно найденный мешок с золотом.

Сидящий в кресле эльф продолжал с невозмутимым видом смотреть на страдающего гоблина.

Лишь левое ухо главы могущественного эльфийского клана стало подергиваться.

- Назови своё имя, молодой гоблин, - произнес вдруг ровным голосом эльф.

- Мырыдхай, - ответил гоблин, не в силах оторвать взгляд от дергающего уха отца Оглохспаниэля.

- Расскажи нам о себе, Мордойвчай, - попросил эльф, - мы хотим знать, с кем дружит наш сын.

- Меня зовут Мырыдхай, - поправил эльфа гоблин.

- Прости, я стал туговат на ухо, - извинился эльф и медленно сложил дважды правое ухо, демонстрируя тем самым, насколько туго оно гнётся.

- Ну, что рассказывать? Я - гоблин! - гордо сказал гоблин. - Я гоблин из древнего, могучего и богатого рода. Мой папаня - герой многих войн, известный бизнесмен, а маманя - известная бизнесменша по части пристраивать папанины денежки. Есть у меня братишка Перебухай. Он учится в Университете на платном отделении. Если не выгонят, то будет бухгалтером. А чё? Пусть считает наше бабло, всё равно я старший брат и по нашим законам именно я буду вместо папани в войнах участвовать и бизнес делать, в натуре. Правда, это если успею до осени жениться, а иначе всё этому Перебухаю достанется. То-то он, балбес, обрадуется.

- Оглохспаниэль - клёвый чувак! Зря вы его под арест, - добавил гоблин, припомнив, что надо говорить всё честно и без утайки. - Мы с ним старые кореша, чего уж там. Когда я буду жениться, он будет моим шафером, вот так-то! Это большая честь для него, и мне наплевать, что подумает наша родня, которая вечно про ушас...

Гоблин внезапно замолчал, делая вид, что он поперхнулся и закашлялся. За его спиной раздался звук падающего тела, но он даже не обернулся, зная, что поворачиваться спиной к высшему эльфу - верх неприличия.

Вместо этого он рассказал о том, как он счастлив побывать на Древе, в каком он восторге от всего увиденного, и попросил оставить его на праздник, пообещав хорошо себя вести и много не пить.

- Вы не переживайте, я гоблин из древнего, могучего и богатого рода. Мой папаня - герой многих войн, известный бизнесмен, а маманя....

Однако на этом месте, энергично обмахивавшийся обоими ушами, эльф остановил гоблина и дёрнул какой-то находившийся на столе рычажок.

Тут же, непостижимым образом, в кабинете появилось несколько эльфов, судя по одежде, гвардейцев клана.

"Вот и всё, отмахал я лапами, - холодея, подумал Мырыдхай. - Наверное, что-то не то ляпнул".

- Унесите Оглохспаниэля и приведите его в чувство, - обратился глава клана к старшему из гвардейцев. - Главный Друид прибыл?

- Да, Ваша Проницательность, - слегка поклонившись, ответил гвардеец.

- Хорошо, - проговорил хозяин кабинета. - Пригласите его ко мне, да распорядитесь принести сюда эля, хочу побеседовать с молодым гоблином.

Отдав распоряжения и проводив взглядом уносящих Оглохспаниэля гвардейцев, он перевёл взгляд на ничего не понимающего гоблина и неожиданно усмехнулся.

- Присаживайся, Мырыдхай. Как говорят варвары: "В ногах правды нет". Расскажи-ка мне, сынок, о то, что в действительности произошло в "Весёлом Драконе". Эта история напомнила мне мою юность. Хочу услышать её ещё раз от очевидца, который, судя по всему, никогда не врёт.

Глава 8.

- Нет, и ещё раз нет!!! Я сказал продавать, значит продавай! Скидывай эти акции немедленно! Кризис на носу, скоро всё рухнет! - кричал старый гоблин в волшебную трубу, меряя шагами кабинет. Оказалось, что длина кабинета составляет семнадцать широких гоблинских шагов, а ширина равняется двенадцати с половиной.

Собеседник, видимо, продолжал возражать, потому что у отца Мырыдхая остатки волос встали дыбом, а на губах появилась пена, что являлось характерным признаком крайнего раздражения.

- Первый раз встречаю такого маклера! - кипятился господин Несогласенподыхай. - Ну и что, что мы компаньоны?!!! Я-то старший партнер, а ты, ..., младший! Вот и делай, что тебе говорят, не умничай, твою мать!!! Скоро всё взлетит на воздух, нутром чую! Да чхать мне на твои теории, экономист хренов! Я, слава Древним Ограм, университеты не заканчивал, поэтому и живу в этом особняке. Да, ... мне твоя теория, учёный ...! Покажи мне двух известных экономистов, которые не давали бы прямо противоположные прогнозы и оценки по одному и тому же вопросу... Ха-ха-ха... То-то! У меня сын пропал, а я с тобой лясы точу!

Произнеся заклинание отключения связи, которое шло в комплекте к аппаратуре, доступной лишь самым состоятельным существам, он схватил сифон и направил струю холодной газировки на голову, пытаясь остудить разгорячённый от возбуждения мозг.

Бизнес его, легальную часть которого, помимо традиционных для гоблинов грузоперевозок, составляли посреднические операции и биржевые спекуляции, процветал, но каких это требовало усилий! Основные же деньги ему приносили контрабанда редких заморских артефактов, запрещённых заклинаний и волшебных порошков, производимых в тайных лабораториях южных варваров.

Несколько успокоившись, старый гоблин достал из бара бутылку коллекционного бренди, ящик которого он приобрел по случаю на знаменитом аукционе.

Он налил бренди в фужер и, присев на край рабочего стола, изготовленного по его заказу знаменитым, ныне покойным, краснодеревщиком, стал вдыхать широким носом аромат напитка, подражая изысканным эльфам и, тем самым, поднимаясь в собственных глазах на одну ступеньку вверх по социальной имперской лестнице.

"Куда же, чёрт возьми, подевался Мырыдхай? - думал он. - Не надо было пугать мальчишку этой горгульей. Надо было просто дать ему время на поиск невесты или, ещё лучше, самим подобрать молоденькую, симпатичную гоблиншу из приличной семьи".

В это время дверь в кабинет распахнулась и в него влетела супруга гоблина.

- Сколько раз говорить!... - начал орать гоблин, но его реплика была тут же оборвана разъярённой женой.

- Вижу, ты важными делами занят, бизнесмен ...!!! Сидишь, самогон жрёшь, а о ребёнке и не думаешь! - начала кричать она, едва ввалившись в кабинет. - Допрыгался со своими идеями и шутками-прибаутками! Собирайся, скоро опять в поход пойдешь, последний на этот раз!!

- Да, что случилось-то?! Говори толком, ... старая! - всполошился гоблин, зная, что без веской причины воспитанная гоблинша никогда не посмеет отвлекать мужа от важных дел. - Что-то с Мырыдхаем?

- И с Мырыдхаем, и с нами, видать, - зарыдала вдруг жена. - Идд-ди т-там т-т- ебя выз-зыв-вают...

- Куда вызывают? Кто?? Что за бред?! - воскликнул недоумевающий гоблин.

Кто мог осмелиться вызывать ЕГО, от чьего имени тряслась половина Империи! (Насчет половины Империи он, конечно, загнул, но кое-кто действительно опасался проявления плохо прогнозируемых гоблинских реакций).

Гоблин подбежал к жене и, воспользовавшись традиционным гоблинским транквилизатором - сифоном, быстро привел её в чувство.

- Ну, расскажи нормальным языком, что произошло-то? - спросил он спокойным, насколько позволяло волнение, голосом.

- У нас окно открылось в гостиной, вот что! - выпалила супруга.

- Что с тобой? Ты переволновалась, мать? Сейчас дам тебе успокоительное, - засуетился гоблин, полагая, жена помешалась из-за переживаний о пропавшем сыне. - Ты успокойся, Мырыдхай уже большой мальчик, он и раньше часто не ночевал дома. Да, была драка, но его среди убитых не нашли, так что он жив, скоро вернётся.

- Ты, старый идиот, думаешь, что я рехнулась?! - зашлась гоблинша истерическим смехом. - Иди, посмотри сам. В гостиной "окно" эльфийской связи открылось, тебя вызывает высший эльф на переговоры... или на разборку!

- Ну, Мырыдхай! Убью ублюдка, когда поймаю, - зарычал гоблин, начиная паниковать. - Что же он натворил-то, поддонок?! У нас в роду таких придурков ещё не было! Неужели это мой сын?!

Гоблин с подозрение глянул на жену и забегал в волнении по кабинету.

- Твой, твой, не переживай, - ехидно бросила ему гоблинша. - Морда один к одному, такой же красавец. Давай, быстрее беги в гостиную, сам знаешь, сколько стоит окно держать! Надеюсь, этот Ушастый переговоры не за наш счёт собирается вести?

Услышав эти слова, гоблин, привыкший считать не только чужие деньги, но и свои собственные, бросился вниз по лестнице, проклиная по дороге и Мырыдхая, и всю ненадёжную гоблинскую расу.

В гостиной, декорированной и меблированной в стиле ампир, прямо напротив дивана, привезённого из одного памятного похода, висело "окно", используемое высшими эльфами для экстренной связи.

В "окне", размером приблизительно полтора на полтора ярда, висело лицо высшего эльфа, знакомого гоблину по рисункам и живым картинкам, изредка появляющимся в имперских газетах и журналах. Лицо эльфа было спокойно, лишь подергивался кончик левого уха, что являлось проявлением крайнего нетерпения. Гоблину показалось, что эльф не совсем трезв, но он прогнал шальную мысль из головы, списывая подобное впечатление на качество связи.

"Хорошо ещё, что не правое", - успел подумать пожилой гоблин, понаслышке знавший, что дергающееся правое ухо - явный признак эльфийского гнева.

- Вы, полагаю, господин Несогласенподыхай? - осведомился эльф.

- Да, Ваша Проницательность, это я, - ответил гоблин, сдерживая внутреннее волнение.

- Дело в том, что у нас гостит ваш сын, Мырыдхай... Это ведь Ваш сын, не правда ли?

"Что натворил этот негодяй?!" - хотел было спросить гоблин, но его смутило слово "гостит".

- Да, вроде мой, - брякнул гоблин в ответ. - Что-то произошло?

- У нас сегодня состоится праздник. Мы отмечаем день основания нашего клана. По стечению некоторых обстоятельств, ваш сын оказался у нас и получил разрешение принять участие в праздновании этого великого события. Но мы подумали и решили, что было бы нехорошо пригласить Мырыдхая, не выслав приглашение его родителям. Поэтому я и хочу поинтересоваться, не окажите ли Вы нам честь, приняв наше приглашение и прибыв на праздник с Вашей супругой и младшим сыном?

Эльф негромко икнул, деликатно прикрывая рот рукой, а ошарашенный гоблин потерял дар речи.

- Ну... мы, конечно это... Это такая честь для нас... Мы, того... этого мы... - произнес гоблин, пытаясь собраться с мыслями.

- Но только Вы, Ваша Проницательность, сказали "сегодня", а как же мы успеем добраться до Древа? - рискнул спросить гоблин своего могущественного собеседника.

- Ваша доставка на Праздник не является проблемой. Вам достаточно трёх часов на сборы? - усмехнулся эльф.

- Да, Ваша Проницательность...

- Тогда ровно через три часа в этом же месте откроется Портал, и вы будете доставлены на Древо. Всего доброго!

"Окно" погасло, а обалдевший гоблин посмотрел восторженным взглядом на стоящую в дверях супругу.

- Видела?! Ну, Мырыдхай! Ну, умница!!! Сразу видно, чей ребенок! - гордо сказал господин Несогласенподыхай и отправился приводить себя в порядок.

Глава 9.

Первое, что услышал, вернувшийся в кабинет главы эльфийского клана, Оглохспаниэль, были слова Мырыдхая, обращенные к господину Гдечётрпоберимойгелю.

- Лан, тренер, огры с ними, но этот-то топор точно мифриловый! Редкий артыфак!

- Артефакт! - поправил его, с ноткой отчаяния в голосе, юный эльф.

Гоблин стоял у стенда с раритетами, составлявшими личную коллекцию главы клана и представлявшими собой огромную ценность. Не скрывая своих чувств, Мырыдхай восторженно смотрел на топор, висящий в центре экспозиции.

Даже после реставрации, рукоять топора кое-где была покрыта мелкими трещинами, которые реставратор оставил специально, чтобы они подчеркивали возраст изделия, намекая на глубину веков, из которой выплыло это сокровище. Топорище было укреплено несколькими золотыми ободками, украшенными россыпью драгоценных камней, среди которых выделялись два огромных алмаза и несколько крупных изумрудов. Лезвие топора было покрыто вязью магических рун, а сам он был настолько огромен, по сравнению с обычными боевыми топорами, что не мог не внушать уважение.

Высший эльф сидел, откинувшись в кресле и потягивая эль, и, откровенно забавляясь, посматривал на Мырыдхая. Камзол правителя клана был расстегнут на две верхние пуговицы.

- Мырыдхай, я тебе уже говорил, что такой материал, как мифрил, не существует в природе и никогда не существовал! Это - миф!

- Проспалкапель, объясни ему, - попросил правитель, обращаясь ко второму эльфу, сидящему напротив него за столиком с напитками и закусками.

"Главный Друид! Сейчас развеет этого дурака Мырыдхая по ветру", - ужаснулся про себя Оглохспаниэль, хорошо знавший крутой нрав Проспалкапеля, которого все члены клана побаивались и старались обходить стороной.

Однако, гроза эльфов, потягивая свой напиток из высокого бокала, лишь добродушно усмехнулся.

- Извольте, объясню в общих чертах, не раскрывая, так сказать, секретов фирмы, - произнес он. - Так называемый "мифрил" - не что иное, как специальный сплав металлов, основу которого составляет обычная сталь. Главные секреты производства этого материала заключаются в тайных знаниях о том, какие присадки необходимо использовать и, самое главное, как добиться выхода стали лишённой кристаллической решётки. Самым сложным делом было понять, как формируется микроструктура стали и добиться того, чтобы гранулы, образующиеся при застывании данного сплава, составляли не более нескольких микрон и при этом материал не боялся высоких температур, не поддавался воздействию времени и был достаточно лёгким.

- Сами же изделия из этого материала производятся исключительно методом отливки и не нуждаются в механической обработке. Ну, вот, как то так, в общих чертах, - заключил друид.

- И что же, никто об этом не знает? - спросил ошарашенный гоблин.

Из слов друида Мырыдхай понял лишь то, что мифрил, из которого сделаны ценнейшие диковины, в коллекцию которых его отец вкладывает сумасшедшие деньги, и, которые, по словам отца, из года в год становятся только дороже, не существует.

- Почему никто? - усмехнулся высший эльф. - Мы с Главным Друидом знаем, те, кто его производит, знают, теперь и вы с Оглохспаниэлем знаете. Только вам никто не поверит, реши вы об этом рассказать. Да вы, надеюсь, и не такие дураки, чтобы выдавать подобную информацию.

Говоря это, он покосился на тело сына, который вновь свалился в обморок от всего услышанного и потянулся рукой, чтобы в очередной раз вызвать гвардейцев.

- А у вас сифона нет случайно? - икнул Мырыдхай.

- Зачем тебе сифон? - удивился эльф.

- Чтобы Оглохспаниэля привести в чувство, - объяснил гоблин.

- Есть, в баре стоит, - сказал правитель и стал с интересом наблюдать за тем, как гоблин при помощи сифона приводит в чувство его сына.

- Да, молодцы гномы! - восторженно проговорил Мырыдхай, закончив спасательную операцию и ставя сифон на место, - какой материал изобрели!

- Причём здесь гномы?! - засмеялся Проспалкапель. - Вот она сила саморекламы! Неужели ты и вправду допускаешь, что эти бородатые вонючие землеройки, которые до сих пор не сумели изобрести даже душевую кабину, способны на создание высоких технологий?! Они лишь руду добывают, да кое-какое сырьё. В чём, как ты думаешь, кроется причина их нападений на Империю? Для чего они развязали эту идиотскую последнюю войну, если наша земля не изобилует горами и не пригодна для их жизнедеятельности? Хотели захватить эльфийские производства и грести всю капусту в один карман!

- Так кто же производит "мифрил" и все эти изделия - оружие и прочее? - спросил поражённый гоблин.

- Ну, изобрели его ещё в Древние Времена. Секреты по изготовлению некоторых присадок остались у нас, а основные технологии и само производство достались тёмным эльфам, - нехотя признался друид.

- Так значит этот топор...

- Да, он был произведён ещё во времена Древних по заказу одного гномьего короля. Кстати, все эти раритеты были дополнительно оснащены магическими заклинаниями, что существенно усилило их ударную мощь. Только сейчас они дезактивированы и приводятся в полную боевую готовность лишь во время войны.

- Ну, ладно, мальчики, сходите, погуляйте пока, а нам с Главным Друидом необходимо кое-что обсудить и подготовиться к Празднику, - произнёс Высший эльф, застёгивая камзол на все пуговицы и приобретая свой обычный строгий и величественный вид. - Спасибо, Мырыдхай, за компанию и за то, что поднял нам настроение. Иди и чувствуй себя, как дома. Ты ещё что-то хочешь спросить?

- Да, если можно, хотел обратиться к господину Главному Друиду, - робко спросил гоблин, чувствуя, что ситуация вновь изменилась и запанибратство будет выглядеть, по меньшей мере, неуместно.

Друид удивлённо взглянул на гоблина, разрешая задать вопрос.

- Не могли бы Вы убрать эти шишки с моей головы, а то неудобно идти на праздник в таком виде? - смущённо попросил Мырыдхай.

- Нет ничего проще, - ответил ему друид, делая пасы руками.

Гоблин провёл лапами по своей многострадальной голове и, не найдя на ней ни одного нароста, изумлённо поблагодарил эльфа.

Вежливо попрощавшись, он в сопровождении обалдевшего от всего увиденного и услышанного приятеля, оказался в коридоре.

- Ну, блин, Мырыдхай! - дал волю чувствам эльф. - Легче с гномами воевать, чем с тобой отдыхать! Любого другого давно бы уже в тайную лабораторию для опытов отправили, а ты все ещё как новенький, скотина, да ещё и шишки тебе сам Главный Друид сводит!

- Ладно, - добавил он, несколько успокоившись, - пойдём одежду тебе подберём. Не в этом же наряде на праздник отправляться. Гоблинских изысков у нас, конечно, нет, но что-нибудь придумаем.

И они отправились к известному эльфийскому портному, прокручивая в головах полученную от старших эльфов информацию.

Глава 10.

- Ой! Ой-ё-ёй!!! Ты что же, папаша, делаешь-то? Ай! Я не пуфик для иголок!!! Ой, мама! - вопил несчастный гоблин, пытаясь увернуться от рук старика портного, который, в свою очередь, никак не мог снять мерку с вёрткого клиента.

- Терпение, господин гоблин... та-а-ак... ещё минуточку... чудесно, - бормотал старый эльф, продолжая его обмерять. - Как говорят варвары: семь раз отмерь, один раз отрежь.

- Да ты чё?! Резать меня собираешься или костюм подбираешь? Ой, ну хватит уже!

- Вы что-то сказали? - отозвался портной. - Я, видите ли, плохо слышу, стар уже... но зато помню всё, что происходило...

- Об этом потом расскажешь! - громко прокричал гоблин, надеясь преодолеть слуховой барьер старика. - Скажи лучше, папаша, долго ещё терпеть-то?!

- Да, теперь земная твердь уже не та, что в пору моей юности, - прошамкал старик, втыкая очередную иглу гоблину в бок.

- АаааАААААа!!! Осторожнее, ты, швей-моторист! - взвизгнул Мырыдхай.

- Ты что, нарочно сюда меня приволок? Решил за всё одним махом отыграться?! Где ты эту древнюю пенсию отрыл?! - с негодованием спросил гоблин, корчащегося от смеха, Оглохспаниэля.

- Это наш лучший мастер! Прости, я не над тобой смеюсь, а над твоими ужимками, - ответил ему приятель. - Это Прикройвентиль, наша легенда. Ему уже более тысячи лет, но он не хочет на покой уходить, говорит, что без работы умрёт! А в молодости, кстати, он был великим воином, лучшим эльфийским стрелком из лука.

- Ясно! - прорычал гоблин. - Нашёл себе мишень, Орлиный Глаз! Ай! Ну, сколько можно?!!!

- Ладно, Мырыдхай, ты тут пока наряжайся, а я сбегаю, переоденусь и вернусь за тобой. Сходим навестить Спилилеля. Главный Друид его уже осмотрел и, надеюсь, поставил на ноги... ну, по крайней мере, на костыли.

С этими словами молодой эльф, задыхаясь от смеха, вылетел за дверь.

Мучения гоблина продолжались ещё какое-то время. Его коряжистая фигура никак не хотела размещаться в готовые эльфийские костюмы, поэтому портному приходилось на ходу, учитывая лимит времени, подгонять взятый за основу комплект одежды.

Наконец, он закончил работу, а дело своё он, надо признать, действительно знал, и, склонив голову на бок, придирчиво осмотрел результат своего труда.

- Ну-с, господин гоблин, можете пройти к зеркалу, полюбоваться на себя, - произнес портной дребезжащим голосом.

Гоблин не заставил себя просить дважды, и, облегчённо вздохнув, вскочил и подошёл к большому напольному зеркалу.

"Хорошо ещё, что я на днях постригся, - подумал он, - а то бы отправили к какому-нибудь дряхлому пню, бывшему мечнику".

Взглянув на своё отражение, он остолбенел.

- Дед, да ты, вообще, в своём уме?! - воскликнул гоблин, обращаясь к ожидавшему обычных восторженных сентенций, портному.

- Нравится? - улыбнулся старик.

- Ты чё, издеваешься надо мной, что ли?!!! - заревел Мырыдхай.

- А что такое? - изумился эльф.

- Да ты сам-то глянь, чё сваял-то?!

Эльф подошёл к зеркалу и взглянул на гоблинское отражение.

На него смотрел относительно молодой гоблин, одетый в элегантно сшитый темно-зелёный фрак.

- Ну, так что же Вас не устраивает? - искренне удивился старик портной, недоумевая по поводу истеричной реакции клиента.

- Ты знаешь, как нас, гоблинов, обзывают за глаза?! - прокричал Мырыдхай в ухо портному.

- Нет, откуда мне знать? - отвёл глаза эльф.

- Рыцарей зовут консервами, варваров - тупарями, некромантов - пылесосами, вас, длинноухих, - ушастыми, а нас как? - продолжал допытываться разъярённый гоблин. - Как, я тебя спрашиваю, портянка ты геройская?!!!

- Корягами зелёными, - нехотя озвучил свои познания Прикройвентиль.

- Корягами? Не знал! Ну, а ещё как? - продолжал допытываться Мырыдхай.

- Ну, ещё этими... как их?.. лягушатами, - сдался старик.

- Лягушатами, - передразнил его гоблин. - Не лягушатами, а жабами клыкастыми! Понятно? Очень мне интересно, чтобы на празднике в меня пальцами тыкали, вот, мол, полюбуйтесь, жаба в кружевах пожаловала! Ты чё ваще думаешь? Мало того, что цвет идиотский выбрал, так ещё кружавчиков да оборочек налепил! Ты бы ещё лилию на лацкан пришпандорил, чтобы полный комплект был!!!!

- С лилией это Вы удачно придумали, - задумчиво проговорил эльф, видимо обдумывая следующий заказ. - Зря Вы так кипятитесь, господин гоблин, фрак пошит по последнему слову эльфийской моды, и Вам он к мор... к лицу.

- Нет уж! - воскликнул Мырыдхай, стаскивая с себя одежду и, понимая, что переубедить старика он не сможет. - Давай, показывай, где у тебя готовые вещи висят, сам себе что-нибудь подберу! - проорал он прямо эльфу в ухо.

- Не надо кричать, я не глухой! - возмутился эльф. - И прекратите хулиганить, а то я вызову гвардейцев! Вон в том шкафу висят готовые вещи, от которых отказались клиенты. Можете брать, что хотите.

- Дожили! Мало того, что жабы клыкастые по Древу разгуливают, так они ещё на эльфов кричать осмеливаются, - ворчал себе под нос обиженный и возмущённый старик, наблюдая за тем, как гоблин выбирает себе подходящий наряд.

Недолго порывшись среди вещей, самые дешёвые из которых стоили больше, чем зажиточный крестьянин зарабатывал за год, Мырыдхай остановился на подходящем ему по размеру пиджаке в широкую клетку, темного красного оттенка.

- Отлично! Нигде не жмет... только рукава чуть - чуть коротковаты, - довольно произнёс гоблин, глядя на себя в зеркало.

- Да, чуть-чуть, всего на два дюйма, - ехидно откликнулся эльф.

- Два дюйма, это не два ярда, - объяснил ему гоблин, подбирая себе брюки. - О! вот эти бежевые, думаю, подойдут... Как полагаешь, отец, подойдут?

- Это кальсоны. Вам они, наверное, будут в самый раз, - пожевав губами, согласился эльф.

- Не, кальсоны не надо, чё я деревенский, что ли? - обиделся Мырыдхай. - Есть у тебя нормальные бежевые брюки? Да рубашку подавай тоже бежевую, чтобы не нарушить цветовой баланс. При таком раскладе, и туфли мои жёлто-синие как раз отлично подойдут.

- Подойдут или нет, Вам виднее, здесь Вы специалист в области одежды. В любом случае обуви на Вашу ла... ногу на Древе не найти, а изготовить её за оставшееся время не возможно, - кисло ответил знаменитый портной, мечтая поскорее избавиться от ненормального клиента.

Когда вернулся Оглохспаниэль, одетый элегантно, по последнему слову эльфийской моды, довольный гоблин стоял перед зеркалом, напевая себе под нос модную современную песенку.

Он думал о том, какое незабываемое впечатление произведёт его наряд на Бежимвпостель, которая, по словам Оглохспаниэля, также должна была почтить Праздник своим присутствием.

Глава 11.

Объясните мне, пожалуйста, за что большинство существ любит чужие праздники?

За то, что во время такого праздника им весело? За то, что на них можно хорошо подкрепиться, не прикладывая никаких усилий, кроме усилий пищеварительной системы? А может быть за то, что праздники позволяют освободиться от тех совершенно ненужных вещей, которыми пользоваться никогда не будешь, но и выбрасывать жаль? Я имею в виду вещи, подаренные когда-то одним существом другому существу на один из ранее состоявшихся праздников.

Или и за то, и за другое? А может быть и за то, и за другое и ещё за возможность, воспользоваться случаем, пообщаться и обменяться информацией, накопленной о себе и о других существах? Может быть... Тогда так и надо говорить: "Приглашаем Вас посетить наш буфер обмена информацией, который состоится тогда-то, в такое-то время, по такому-то адресу. Вход - платный. Стоимость прохода на Буфер - одна ненужная вещь с каждого, по большому счёту, не нужного нам носа?" Так что ли? Нет? Опять я что-то напутал...

Вижу, вы уже морщите носы и начинаете ворчать: "Для чего он всё это говорит? Ведь мы же пришли сюда не на глупые вопросы отвечать, да обсуждать банальные проблемы, возникающие в процессе общения существ! Не хотел, чтобы мы приходили, так бы и сказал. Мы уйдем и унесём подарки с собой, подарим их кому-нибудь другому. Откровенно говоря, не очень-то и хотелось сюда тащиться".

Вот, зря вы так! Я же просто пытаюсь занять вас разговором, убиваю время, дожидаясь, пока наши герои пройдут мимо, спеша на Праздник Древа. Нас-то без них всё равно не пропустят, вот ведь в чём дело, и мы не узнаем о том, что там произошло. Так что, придется подождать, ничего не поделаешь... Нет, это не они... Это тоже не они, это совершенно не знакомые мне эльфы.

А вы, кстати, что подарите? Секрет, что ли? Хотите, чтобы был сюрприз? Правильно! Я тоже приготовил им сюрприз.

А это кто показался из-за поворота? Ха! Странная троица! Не сказал бы, что святая.

Слева бодро шагает молодой, высокий, элегантно одетый, эльф. Справа, опираясь на костыль, хромает другой эльф. Одет он тоже, мягко говоря, не плохо, но вид его портит марлевая повязка на голове, нога, замурованная в гипс, и свернутый набок нос. А! это же Спилилель. Бедняга! Его, видимо, не успели до конца вылечить. Ну, ничего! После праздника им наверняка займутся знаменитые эльфийские лекари. Слева, значит, во фраке изумрудного оттенка идет Оглохспаниэль, а в центре... размашистой походкой шествует гоблин. Видите? Его коренастый, приземистый, широкоплечий каркас, облачённый в уже описанный ранее наряд, дополнился двумя новыми штрихами: фиолетовым головным убором, напоминающим цилиндр и бабочкой оранжевого цвета, как нельзя более подходящей ко всем вышеперечисленным деталям гоблинского туалета.

Пора! Ну-ка, поправьте свои шапки - невидимки и бегом за ними.

- Я гляжу, атмосфера здорово изменилась! - удивлённо произнес Мырыдхай, который несколько сбавил ход, заметив, что не долеченный Спилилель, даже опираясь на костыль, с трудом успевает идти с ними в ногу. - Воздух стал свежее, запах как-то бодрит, стены стали переливаться по-другому, ярче краски стали, что ли... Да и музыка громче сделалась и какой-то бравурной стала! Или мне померещилось?

- Всё верно, это праздничная атмосфера нагнетается, - с трудом проговорил Спилилель, которого немного мучила, не совсем удачно, по причине спешки, вставленная Верховным Друидом челюсть.

- А чё её нагнетать? Это же праздник?! - изумился гоблин.

- Видишь ли, Мырыдхай, - объяснил ему Оглохспаниэль, заметив, что Спилилелю разговоры доставляют некоторое неудобство, - дело в том, что для любого эльфа, кроме наших правителей и высших должностных лиц, каждый день - это праздник. Поэтому рядового эльфа нужно перед Праздником немного встряхнуть, дабы он мог ощутить его в полной мере. У других рас, говорят, дело обстоит иначе.

- Это точно, совсем по-другому, - согласился гоблин, обдумав услышанное.

- А, вот, скажите... мне просто интересно... - поинтересовался гоблин у Оглохспаниэля. - Вы кузены, что ли?

- Вроде того, - коротко ответил эльф, не желая вдаваться в тонкости эльфийских родственных связей. - Мы не только члены одного клана, но и родственники.

- А Бежимвпостель с Потерялскальпелем, они ведь из другого клана?

- Ну, да, а что?

- А у них тоже такое же Древо есть? - продолжал расспрашивать Мырыдхай.

- У них? - с ноткой презрения в голосе переспросил эльф и рассмеялся.

- Если сравнивать наши Древа, то можно сказать, что они живут на кусте дикого шиповника. Что у них за Древо? Всего-то мили три в поперечнике. Да и клан небольшой, не чета нашему. Не один вопрос серьёзный без помощи проллобировать не могут. Беднота...

В представлении гоблина Древо толщиной в три мили никак не походило на куст шиповника, но он не стал комментировать слова друга.

- Но они точно будут на Празднике? Их не забыли позвать? - спросил он с замиранием сердца.

- Точно, не переживай, - засмеялся Оглохспаниэль, зная о тайной страсти приятеля. - Мы им в долг не даем, хотя они и клянчат всё время, так что кланы наши по-прежнему дружат. Тонкая штука - политика!

В это время они подошли к вратам, ведущим на Праздник, в которые медленно просачивались разодетые эльфы. Гости прибывали по отдельному гостевому коридору, поэтому в этой толпе их видно не было.

- Слушай, Оглохспаниэль, а разве ты не должен был встречать гостей вместе с отцом? - спросил вдруг Мырыдхай. - У гоблинов так принято.

- У нас тоже так, но сегодня такой день был, что всё не так, как всегда, - ответил эльф. - Я же раненного друга сопровождаю, что само по себе является уважительной причиной. Кроме того, на моей шее висит персональный почётный, как оказалось, гость, выжравший с Его Проницательностью половину запасов эля. Это - тоже вполне уважительная причина. Ну и, наконец, я под арестом. Если что, объясню, что малость задержался, так как пришлось перепиливать тюремную решётку и сбивать кувалдой кандалы.

Так, пошучивая друг над другом и раскланиваясь со стоящими рядом эльфами, они потихоньку приближались к Вратам, ведущим в праздничный рай. Ну, и мы потопчемся немного, ожидая своей очереди. Только, ради Древних Огров, не снимайте, пожалуйста, шапки-невидимки и не вздумайте спрашивать "кто последний"!

Глава 12.

В жизни случается всякое, поэтому не удивляйтесь, если ваши ожидания не оправдываются, а надежды не сбываются.

Вот, например, живёт один человек. Работает он, скажем, инженером на заводе или бренд-менеджером в крупном автосалоне, или прорабом на стройке, или, быть может, на государственной службе взятки получает. Это не важно, кем он работает. Важно другое... Важно то, что он чувствует, что занимается не своим делом. Каждое утро он смотрит в зеркало и говорит своему отражению, что, мол, приходится заниматься не своим делом. Он-то в душе художник и хотел бы писать картины маслом, а не лить масло под ноги своим конкурентам, да обходить те масляные лужи, которыми эти самые конкуренты украсили его собственную карьерную лестницу.

Понятно, что зеркальное отражение ничего ему не отвечает, а только корчит рожи и наглядно демонстрирует, что жизнь идет вперед форсированным маршем, и что привал уже не за горами. И человек этот (не важно, как его зовут, он просил его не называть) думает, что до привала ещё есть время, и он обязательно что-нибудь напишет маслом на холсте.

Проходят годы, и вот уже его внуки пишут и рисуют краской на заборе всякие вещи, а он на свою пенсию покупает им краски и билеты на рок-концерты. Он умирает, так ничего и не создав... А ведь мог бы набросать на холстах пару-тройку чёртовых гениальных полотен и жить вечно! (Конечно, если бы у него вдруг оказался талант). Обидно...

Для чего я это написал? Вот, чёрт! Пока писал, забыл...

Всем известно, что эльфы любят природу, особенно лес. Они вообще помешаны на всех этих травинках и деревцах. И это тем более странно, что произошли они не от Древних обезьян, как, например, варвары, а от Древних эльфов. Варвар, тот срубит дерево и не задумается, а эльф скорее умрёт от холода, чем позволит себе подобное действие. Поэтому-то эльфы и не носят топоры, а вовсе не от того, что у эльфа не хватает сил топор поднять. Просто настоящему эльфу легче превратить варвара в дикобраза при помощи стрел, чем срубить невинное дерево.

Вы скажете: "Как же так?! Вся мебель и прочие предметы у них деревянные, а деревья они не рубят. Как такое может быть?"

Отвечаю: "Да, очень просто! Древесину им поставляют те же варвары, а они её только обрабатывают".

Собственно, от этой двойственности положения, эльфы, полагаю, и стали такими умными. Дурак ведь не сможет придумать выход из безвыходного положения, он просто назовет его безвыходным и всё. А умный станет думать и в итоге что-нибудь придумает. Так, долго думая, эти дети природы и изобрели множество полезных вещей, например, Портал. Только беда в том, что и новейшие технологии не безгрешны и самая передовая техника тоже, порой, даёт сбой.

Нет, простите меня, о том, как устроен Портал, я вам не расскажу. Да, не могу! Какие чертежи? Смеётесь, что ли?! Не имею права об этом рассказывать. Вдруг наш разговор подслушает какой-нибудь недобросовестный налогоплательщик или, того хуже, жулик... Вы же их знаете этих прохвостов. Построит Портал в хранилище вашего Центрального Банка, а мне потом отвечать. Только, пожалуйста, без обид!

Когда все жители Древа и прибывшие гости оказались в банкетном зале, предвкушая начало Праздника Древа, нагнетание праздничной атмосферы было успешно завершено. Настроение у эльфов было приподнятое, а гостей Праздника ждал очередной сюрприз. Дело в том, что банкетный зал представлял собой приличного размера лес, в центре которого, на огромной опушке, стояли накрытые столы. Они были соединены между собой таким образом, что в результате получился сложной формы многоугольник.

Внутри многоугольника располагалась сцена, оборудованная по последнему слову имперского шоу-бизнеса. Столы ломились от блюд с изысками эльфийской и традиционной имперской кухни, и каждое представленное блюдо являлось шедевром кулинарного искусства. Не хватало лишь знаменитого грибного супа Гудвинплюха. Великий кулинар отсутствовал на празднике по уважительной причине и, следовательно, не смог внести свою лепту в общий котёл.

Оркестр, собранный из лучших эльфийских музыкантов, наполнял зал-лес чудесной возвышенной музыкой. Над опушкой периодически рассыпались многоцветные огни фейерверка, представлявшие картинки из героической истории клана и зажигавшие надписи на эльфийском и общеимперском языках, как дающие пояснения к картинкам, так и просто поздравительного содержания.

В зале, среди нескольких тысяч веселящихся эльфов и пары сотен, ликующих от восторга гостей - эльфов из других кланов и представителей других рас, можно было заметить и двух серьёзных, я бы даже сказал, озабоченных существ.

Одним из них был бельчонок Тигли, который опасался, как бы кто из подвыпивших гостей, по окончании праздника, не нашёл в лесу и не разорил его личную кладовую.

Вторым был сам Правитель клана - Его Проницательность господин Гдечертпоберимойгель.

Вы думаете, что он беспокоился о том, на всех ли столах лежат салфетки? Вовсе нет! У него была иная причина для беспокойства. Вы, надеюсь, помните, что высший эльф обещал родителям нашего героя доставить их на праздник при помощи Портала? Обещать-то он обещал, но по всемирному закону подлости, Портал в назначенное время не сработал. Вот вам и высокие технологии! Техники, обслуживающие Портал, несколько часов пытались починить оборудование, но безуспешно. Наконец, причина сбоя была найдена, и Правитель клана по волшебной трубе предупредил гоблинов, что их перенос на праздник всё-таки состоится, но немного позже.

Однако в условленный час опять вышла заминка - Портал вновь показал свой капризный характер. Теперь уже телепортировать гостей приходилось прямо в праздничный зал, а до открытия Праздника оставалось всего-то пятнадцать минут. Все прибывшие на праздник гости уже заняли свои места за столами, а руководители клана и самые почётные гости расположились за отдельным, находящимся на некотором возвышении, столом, по форме напоминавшим эльфийский лук. Во главе этого стола сидел, улыбающийся гостям и тщательно скрывающий своё волнение, высший эльф.

Должен вам напомнить, что по законам эльфов, Правитель, не выполнивший данное кому-либо слово, был обязан сложить с себя свои полномочия, и лишался звания высшего эльфа. Так что был у господина Гдечертпоберимойгеля серьёзный повод для беспокойства. Он уже начал подумывать о том, чем сможет заняться на пенсии, когда к нему подбежал главный техник и сообщил, что всё в порядке и ворота Портала прямо сейчас откроются рядом с его столом.

Глава 13.

Мырыдхай с друзьями разместились за столом, стоящим недалеко от главного стола, за которым собралась высокопоставленные существа. Справа от него сидели Оглохспаниэль и лишённый, по причине больной челюсти, возможности в полной мере насладиться великолепными блюдами, Спилилель. Слева от нашего героя были пустые места, предназначенные для его родителей и брата, которые, как мы знаем, задерживались по технической причине.

Напротив гоблина, по чистой случайности, оказались Бежимвпостель и её брат Потерялскальпель. Потерялскальпель был высоким представительным эльфом с большими изумрудного оттенка грустными глазами и несколько удлинённым носом, которым он периодически потягивал, словно пытаясь насытить свой организм праздничным воздухом.

Друзья уже успели обсудить последствия злополучного конкурса, оценить подготовку хозяев к празднику и обменяться, накопившейся за последнее время, информацией. Меньше всех говорили Спилилель, по понятной причине, и Мырыдхай. Гоблин испытывал сильное волнение, находясь поблизости от Бежимвпостели. То, как она несколько жеманно отвечала на вопросы Оглохспаниэля, то, как она, в ожидании открытия праздника, нетерпеливо подёргивала левым ушком, и даже то, как она оглядывала оценивающим опытным взглядом периодически проходивших мимо их стола представительных существ, всё это наполняло душу гоблина каким-то восхитительным чувством.

Не принимая активного участия в разговоре, Мырыдхай лишь иногда поправлял свою оранжевую бабочку и передвигал по поверхности головы сиреневый цилиндр, стараясь подыскать для него то, единственно верное положение, в котором головной убор смотрелся бы наиболее выигрышно.

Во время очередной такой манипуляции с цилиндром открылся Портал. Явление это вызвало в огромном зале волну вздоха изумления и восторга.

Мало кто из присутствующих видел когда-либо своими глазами это фантастическое явление.

Сначала под сводом зала раздался громкий хлопок, потом, как показалось зрителям, с небес обрушился поток света, переливавшегося всеми оттенками серебра. Поток этот, достигнув пола, приобрел форму цилиндра, достигающего в диаметре около десяти футов. Казалось, что по поверхности цилиндра в хаотичной последовательности пробегали сполохи разноцветных молний. Сама же его поверхность слегка изменяла форму, то выпячиваясь отдельными частями, то наоборот, сжимаясь внутрь. Однако, через несколько мгновений, форма цилиндра сделалась абсолютно ровной и неподвижной, после чего он стал складываться сверху вниз. И вот когда верхний край достиг пола и с новым легким хлопком столб света исчез, зрителей ждал ещё один сюрприз. На месте пропавшего цилиндра стояли три гоблина - двое пожилых и один молодой.

Гоблины на Празднике Древа, да ещё прибывшие таким необычным способом?! Многие из присутствующих уже представляли себе, как они будут рассказывать об этом событии своим знакомым, лишённым возможности присутствовать на подобном представительном собрании.

Ещё больше их удивил тот факт, что новых гостей встречал сам глава клана. Он подошёл к ним тотчас после их появления и стал о чём-то с ними говорить. О чём? Слушайте сами.

- Прошу прощения за досадную задержку, - произнёс Правитель, косясь на руки гоблинши, в которых она держала увесистые кошёлки с какими-то банками и кастрюлями.

- Да, что Вы Ваша Проницательность! Мы всё понимаем и спешим выразить Вам свою признательность за это приглашение, - ответил отец Мырыдхая, который при необходимости вполне мог изъясняться на литературном общеимперском языке.

- Это моя супруга, госпожа Несогласенподыхай, а это - Перебухай, мой младшенький, - представил гоблин сопровождающих его лиц.

Жена гоблина, улыбнувшись, протянула эльфу свои авоськи.

- Вот, Ваша Проницательность, принесли Вам к празднику гостинцы. Это блюда традиционной гоблинской кухни: закуски, салатики и наше знаменитое лягушачье рагу а-ля Жридачавкай, - порадовала она высшего эльфа.

- Благодарим за приглашение, - добавила она, толкая локтем в бок своего сына, который с обалделым видом крутил головой, пытаясь запечатлеть в памяти невиданные прежде чудеса.

- Э... да... спасибо ...это... очень счастливы Вас видеть, - откликнулся Перебухай, одетый в ярко-жёлтый костюм, зелёную рубашку и зелёные же ботинки.

- Огромное спасибо, обязательно попробуем, давно мечтал отведать настоящей гоблинской пищи, - сказал Правитель, давая знак слугам забрать авоськи из рук госпожи Несогласенподыхай.

- Это ещё не все! - произнес старший гоблин. - У гоблинов не принято ходить в гости без подарков, и я не собираюсь нарушать древнюю традицию!

Он взял эльфа под руку и, отвёл его немного в сторону.

- Вот мой подарок по случаю Праздника, - произнёс он, протягивая Его Проницательности небольшой красиво упакованный предмет.

Будучи хорошо воспитанным существом, Его Проницательность развернул обёртку и уставился на небольшой невзрачный флакон без какой-либо этикетки.

- Демонический возбудитель, редчайшая вещь, - прошептал гоблин в ответ на недоумённый взгляд эльфа.

- Благодарю покорно! - воскликнул высший эльф с неподдельной благодарностью. - Где же Вы смогли раздобыть это сокровище?! Я был уверен, что все разговоры о его существовании - чистый миф!

- Секрет фирмы, - усмехнулся господин Несогласенподыхай, довольный тем, что его дар произвел нужный эффект. - И мы, скромные гоблины, кое - что можем! Если возникнет необходимость достать то, что не существует в природе, обращайтесь. Буду рад Вам помочь.

- Поговорим об этом после Праздника, - немедленно отозвался эльф и незаметным жестом подозвал к себе слугу.

- Для Вас оставили свободные места рядом с Вашим сыном Мырыдхаем, - сказал он гоблинам, - Вас проводят. Наслаждайтесь праздником. Рад был с Вами познакомиться.

Семейство гоблинов отправилось занимать свои места за праздничным столом, а заметно повеселевший эльф направился к стоящей неподалеку трибуне. Наступило время объявить Праздник открытым.

Глава 14

.

На днях, одна глубокоуважаемая мною дама, к которой я питаю самые тёплые чувства, спросила меня: "Неужели у тебя нет никаких недостатков?!"

Странный вопрос, верно? Я тоже удивился и честно признался, что состою из них примерно на десять процентов, а оставшиеся девяносто - дистиллированная вода. Это я к тому говорю, что не надо создавать себе кумиров из существ, состоящих на девяносто процентов из воды. Найдите такое существо, которое состоит по большей части из каких-нибудь ценных минералов, тогда, пожалуйста, делайте его своим идолом и молитесь на него сколько душе угодно. Хотя, сами знаете, что идолопоклонничество - тоже тупиковый вариант.

Я, например, когда был моложе, ну, в те времена, когда по волосам, сыпавшимся из головы, ещё нельзя было отследить мой путь по тропе жизни, тоже любил создавать кумиров. Сначала, рисовал их на бумаге, облачёнными в немыслимые доспехи. Но бумага оказалась непрочным материалом, и они быстро выходили из строя, даже не попрощавшись. Затем, я начал находить их среди знакомых существ, из тех, которых встречал в жизни, или тех, о которых узнал из толстых пыльных книг, извлеченных с книжных полок. И в этих пришлось разочароваться. Одни оказались негодяями, другие - дураками, третьи - слабаками. Но мне повезло! Ещё не успели выпасть все волосы, а я уже научился смотреть на мир скептически, и избегать затяжных прыжков без парашюта и глубоководных погружений без акваланга. Беру теперь пример с Мырыдхая, ни на кого не равняюсь.

А, хотите, давайте посмотрим на это дело с той стороны бруствера. Вот Вы, например, хотели бы стать для кого-нибудь кумиром? Нет? А Вы? Тоже нет? Неужели никто не хочет? Вы, девушка, хотите? Отлично! Хотя бы одно существо нашлось с нормальными желаниями.

На самом деле, это очень приятно, быть кумиром. Все говорят тебе приятные слова, возлагают... тьфу!.. дарят цветы и приносят дары. Тут уже любой дурак почувствует себя умным, каждый слабак возомнит себя богатырем, а всякий негодяй поспешит этой ситуацией воспользоваться. Но однажды обязательно наступит такой момент, когда почитатели придут к тебе, поставят перед тобой корзины с дарами и спросят: "Ну, чё, не надоело тебе кумиром служить? Не пора ли на покой?"

Ты им начнешь заправлять, что, мол, пока ещё не пора, есть ещё порох, и он не до конца отсырел. Они, как обычно, начнут открывать свои корзины, но вместо привычных даров станут доставать оттуда непривычные. И хорошо ещё, если поклонники твои существа культурные - тогда они достанут из корзин помидоры. А вдруг они невоспитанными окажутся? Закидают тебя тухлыми яйцами, а то и побьют, или нагадят на твой постамент. Вам это надо? Мне - нет! Не люблю я запах сероводорода, не нравится он мне почему-то.

"Да, ну, тя с твоими нравоучениями!" - вновь скажете вы.

А, ведь, я это всё написал не потому, что хотел показаться умным или возомнил себя достойным учить вас жизни. Вовсе нет! Просто хотел время убить, пока моя Муза ходила в бутик платье от кутюр покупать. А, вернулась уже! Слышите, в дверь барабанит? Надоела она мне, честно говоря, все шкафы своими платьями забила! Некуда уже свой посох пристроить. Ну, ладно, схожу, открою, пока она дверь не вышибла, а потом продолжим...

- Дорогие друзья! - обратился Его Проницательность к собравшимся в зале существам. - Только один раз в сто лет мы отмечаем выдающееся событие - день нашего Древа. Трудно переоценить важность самого факта существования Древа, как для членов нашего клана, так и для всей Империи. Всем вам хорошо известно, какое значение имеет...

Речь главы клана изобиловала историческими фактами, подчеркивающими героизм и мудрость эльфов, сумевших пронести сквозь многие века заветы своих праотцов, древних эльфов, завещавших своим потомкам держаться корней Древа, беречь природу и искать разумные компромиссы во взаимоотношениях с другими расами. Из его слов можно было сделать вывод, что и все народы населяющие Империю, да и сама Империя своим существованием и относительным благополучием были обязаны членам славного клана.

Подобные слова, конечно, вызвали разную реакцию у приглашённых на праздник гостей. Реакции обычных эльфов разнились в зависимости от толщин их собственных древ, тёмные эльфы слушали речь оратора спокойно, лишь иногда на их губах появлялись лёгкие снисходительные улыбки.

У немногочисленных варваров был такой вид, словно слова из уст Правителя клана вылетали на непонятном для них языке, они все чаще ёрзали на своих стульях, с нетерпением разглядывая заполнявшие столы угощения.

Представители рыцарского сословия не скрывали своего глубочайшего презрения ко всему и всем, что их окружало. На их лицах можно было прочитать следующее выражение: "Нас пригласили в этот балаган, и мы пришли. Пришли из политических соображений, так и знайте. А все эти сказки о магических деревьях, держащих в своих цепких корнях планету, оставьте для тупарей и этих клыкастых жаб, невесть откуда взявшихся. А то, что глава клана лично встречает подобных гостей, само по себе свидетельствует о его могуществе лучше всяких слов".

В то время, когда высший эльф произносил неизбежную на подобном собрании помпезную речь, за тем столом, где расположились гоблины, происходило следующее.

Мырыдхай уже познакомил родственников с друзьями, а друзей со своей родней. Оглохспаниэль, как сын Правителя, удостоился от господина Несогласенподыхай пожатия руки, причем гоблин от избытка чувств едва не сломал молодому эльфу руку, настолько сильным было его лапопожатие.

При знакомстве со Спилилелем и Потерялскальпелем, гоблины ограничились вежливыми кивками, к которым Перебухай добавил от себя ещё по одной улыбке. При знакомстве с Бежимвпостелью, старший гоблин растянул морду в улыбке от уха до уха, обнажив все свои клыки, а также резцы, коренные и прочие зубы, чем слегка напугал юную эльфийку.

Перебухай повторил трюк отца, добавив от себя восторженный стон, больше похожий на рык молодого голодного медведя, загнавшего косулю в тупик и объявляющего ей о том, как он счастлив с ней познакомиться.

Несколько разрядила ситуацию мать гоблинского семейства. "Ой! Какая хорошенькая! Похожа на нашу горничную, из варваров", - сказала она, чем вызвала у Мырыдхая желание провалиться к корням Древа и затеряться в их бесконечном лабиринте. Впрочем, эльфийка, видимо, не обратила на комплимент никакого внимания и ответила на него, принятой у эльфов, холодной, ничего не выражающей улыбкой.

- Ах! Какая интересная у эльфов пища! - воскликнула госпожа Несогласенподыхай. Она сидела, положив на колени свой огромный розовый ридикюль, совсем не подходящий к её праздничному платью цвета ультрамарин, украшенному пышными золотистого цвета буфами и золотистой же баской. Гоблинша обратилась к эльфийке с просьбой познакомить её с представленными блюдами.

- Извольте, - охотно откликнулась Бежимвпостель, которая была рада показать этим смешным существам превосходство её расы в области кулинарии и, заодно, отвлечься от скучной речи, доносившейся с трибуны.

Как оказалось, перед ними, среди прочего, были расставлены: салат "весенний", в состав которого входили свежие овощи и молодые побеги Древа, предварительно уваренные в специальном сиропе; праздничный салат, с мясом молодого грифона; салат "варварский", состоящий из такого количества ингредиентов, что их перечисление заняло бы не одну страницу; традиционное блюдо темных эльфов, приготовленное из пещерных слизней со специальным соусом; блюдо "гномья радость", приготовленное из смеси мяса диких уток и домашних гусей, украшенное жареной картошкой; рыба, запечённая по-эльфийски; рыбные и мясные пирожки из эльфийского теста...

- Ой! Что это?! - прервала свой рассказ Бежимвпостель, испуганно глядя на лежавшую, на коленях гоблинши, сумку. - Ваш ридикюль прыгает, как живой!

- О, Древние Огры! - воскликнула госпожа Несогласенподыхай, привлекая внимание слушавших бесконечную речь соседей. - Я же совсем забыла о малыше! Ведь он же мог задохнуться!

Она стремительно рванула замок своей необъятной сумки, из недр которой тотчас показалась взъерошенная голова какого-то странного длинномордого зверька, который издав кашляющий звук, недовольно уставился на Бежимвпостель, словно обвиняя её в перенесённых им неудобствах.

Эльфийка взвизгнула от неожиданности, чем вызвала затяжной кашель недовольного обитателя ридикюля.

- Не пугайтесь! - успокоила мама Мырыдхая окружающих. - Это наш домашний миниптеродактиль, его три года назад подарил мужу один благодарный клиент совсем птенчиком. С тех пор мы его и воспитываем. Это очень редкий представитель животного мира. В Империи они не водятся, и даже в зоопарке вы их не найдете. Так что вам крупно повезло! Он очень добрый и умный мальчик, правда, Проглотик? Веди себя хорошо, а то - а-та-та.

Гоблинша погладила питомца по головке, уговаривая забраться в сумку. Однако уговоры ни к чему не привели. Вместо того чтобы забраться обратно в розовый ридикюль, Проглотик, наклонив голову набок, осматривал разложенные перед ним блюда. Делал он это с очень серьёзным и сердитым видом, словно собирался написать после окончания праздника разгромную статью в ведущий имперский кулинарный журнал.

- Очень не любит оставаться один дома, скучает, вот и пришлось взять его с собой, - продолжала говорить госпожа Несогласенподыхай.

Не успела она завершить последнюю фразу, как миниптеродактиль, закончив предварительный сбор данных и пришедший к определённым промежуточным выводам, решил перейти к лабораторному анализу представленного материала. Издав очередной кашляющий звук, но на этот раз с явно победной интонацией, он стремительно выхватил из стоящего перед ним блюда кусок слизня и скрылся в сумке.

Воспользовавшись этим, старший гоблин, взиравший с ужасом и стыдом на всё это безобразие, решительно, не смотря на протесты супруги, выхватил у нее сумку, захлопнул её и защелкнул замок:

- Просим прощения за этот инцидент. Обычно он ведёт себя смирно, просто мы не успели покормить его, перед тем как покинули дом, вот он и проголодался.

Ридикюль в руках гоблина начал недовольно подпрыгивать - видимо, Проглотик, не наевшись, собирался продолжить охоту на слизней. Лишь пара крепких ударов гоблинской лапой по сумке заставили его на время притихнуть и заняться пересмотром своих тактических действий.

Все гоблины и сидящие рядом с ними эльфы с облегчением вздохнули и, стараясь прийти в себя, уставились на трибуну, с которой в это время глава эльфийского клана представлял почётных гостей, собравшихся за главным столом.

Глава 15.

- Друзья мои! - обратился Правитель к заполнившим зал существам. - Настало время представить вам почётных гостей, оказавшихся среди нас в этот знаменательный день.

Сначала он представил эльфов из дружеских кланов, почтившим своим присутствием праздник. Самой значительной фигурой среди эльфов оказались один из министров нынешнего имперского правительства Вотэтокарусель, двое видных членов парламента, без лоббистского влияния которых не принимался ни один сколь-нибудь значимый законопроект, а также знаменитый эльфийский маг Гасифитиль, способный, по слухам, превращаться в грифона и переноситься на сотню миль без помощи Портала. Кроме них, был представлен отец Потерялскальпеля и Бежимвпостели - господин Япростоперепуталпостель с супругой.

Так же на празднике присутствовал знаменитый менестрель Заставлюпетьлюбуюбудьвнейхотьодноотверстиесвирель - худощавый нервный эльф, с красивым лицом, которое несколько портило ехидное, наглое выражение. Менестрель оказался длинноволосым шатеном с карими блудливыми глазами, что явно не соответствовало привычному эльфийскому облику.

- Характером в бабку по материнской линии пошёл. От неё, говорят, и эти краски. Но так как он знаменитость, да ещё и внук Гасифитиля, эльфы на это не обращают внимания, - объяснила Бежимвпостель гоблинше странную внешность менестреля. - Это не имя такое длинное, а творческий псевдоним. Мы его зовем просто - Засуньсвирель.

Тем временем Его Проницательность продолжал представлять гостей, одновременно, благодаря их за то, что они смогли осчастливить Древо своим присутствием.

Много времени заняло у Правителя клана перечисление всех званий и регалий гостей-рыцарей. Высокое самомнение консервов и их обидчивость широко известны, поэтому было необходимо упомянуть все их явные и мнимые заслуги перед Империей, указать все титулы, в основном пожалованные рыцарями самими себе, и огласить полный список заработанных (или купленных ими) рыцарских и общеимперских наград.

Необходимо заметить, что хотя Империя занимала значительную часть заселённого живыми разумными существами континента (остальные земли принадлежали гномьему королевству, несколькими мелкими государствами, да ряду свободных племён), по сути своей, она являлась конфедерацией нескольких отдельных территорий. О тонкостях имперской политики мы сейчас говорить не станем, не подходящий момент. Давайте позволим Его Проницательности закончить представление гостей.

Не повторяя за главой эльфийского клана всех деталей, скажем просто, что рыцарей было трое. Первым был представлен, именующий себя герцогом, барон Штепсель - пожилой, но крепкий ещё седовласый мужчина, оснащённый широким костяком и круглым багрового оттенка лицом, на котором выделялись холодные серые глаза и синеватый нос, приобретший, от частых возлияний, форму картошки.

Одет он был в тёмно-синий со стальным отливом костюм, поверх которого была надета орденская лента. На одном из толстых, напоминавших сардельки, пальцев красовался огромный золотой перстень, служивший одновременно и герцогской печатью.

Господин Штепсель давно уже добивался от центральной власти Империи королевского титула и мечтал объединить все рыцарские земли под своей властью. Однако добился он пока лишь туманных обещаний рассмотреть этот вопрос, а также того, что правительство государства смотрело сквозь пальцы на рыцарские склоки, периодически переходящие в настоящие столкновения и даже захваты замков конкурентов. Рядом с господином Штепселем сидела герцогиня - молодящаяся тётка средних лет, с пустыми рыбьими глазами и презрительным выражением на лице, чрезмерно отштукатуренном при помощи эльфийской косметики.

Так же на празднике присутствовали ещё два рыцаря. Барон Штрюдель - белобрысый человек лет пятидесяти с добродушно-ироничным взглядом, был представлен, как член Императорского Совета и полномочный представитель рыцарей при дворе. Он так же присутствовал с супругой, добродушной на вид, элегантно одетой женщиной лет тридцати пяти.

Последним рыцарем был барон Шприц, который казался полной копией герцога, но сделанной в более ранние годы, когда волосы последнего ещё не сделались седыми, а нос не обрёл формы столь ценимого рыцарями и варварами овоща. Появление барона Шприца можно было объяснить лишь влиянием его патрона - герцога, чьей правой рукой он являлся. Сам по себе он ничего интересного не представлял, и кроме мерзкого, подлого характера, отпечатавшегося на его лице так же явно, как нога варвара отпечатывается на мокрой глине, никакими ценностями не располагал. Шприц не был женат, поэтому присутствовал на празднике в единственном числе.

После рыцарей публике была представлена пара приглашенных на праздник варваров. Пара состояла из вождя крупнейшего южноварварского племени - моложавого мужчины, одетого в простой, но элегантный костюм, явно эльфийской работы, и его супруги - шикарно и со вкусом одетой молодой, красивой женщины, обладательницы великолепной фигуры, приковывавшей к себе взгляды всех присутствующих существ мужского пола. Варварша была в юности известной моделью, вдохновлявшей на подвиги всех знаменитых костюмеров Империи. Однако, после того, как знаменитые кутюрье начали использовать на показах мод не обычных моделей, а поставляемых некромантами скелетов, ушла на покой, о чем, впрочем, ни сколько не жалела... Единственное, что портило впечатление от вида прекрасной варварши - это её густые каштановые волосы, колом стоящие на голове.

- Странная у варварши прическа. Что это за мода у них такая? - обратилась мать Мырыдхая с очередным вопросом к Бежимвпостели.

- Это не прическа! - засмеялась эльфийка. - Просто варвары стали последнее время для мытья головы использовать наше моющее средство для единорогов. Средство отличное, я и сама им пользуюсь. Волосы от него становятся мягкими и ложатся волосок к волоску. Отличное средство! Только она, видимо, не прочла инструкцию по применению, а там на понятном эльфийском языке ясно сказано, что это концентрат и его нужно разводить в пропорции 1:10.000, или капля на ведро. Она же его не развела, вот Вам и результат!

Пока взгляды окружающих, в том числе и её супруга, буравили фигуру бывшей королевы имперского подиума, госпожа Несогласенподыхай, вернула себе свою сумку. Убедившись, что никто на неё не смотрит, она открыла замок и стала скармливать своему любимцу Проглотику полюбившихся ему слизней.

- Ах ты, мой маленький, - тихонько приговаривала она при этом. - Никому до голодного ребёнка дела нет. Кушай, мой хороший. Только тихо, а то злой папа опять Проглотика посадит под замок.

Миниптеродактиль понимал, что сейчас не время лезть на рожон и отстаивать право голоса и свободу волеизъявления. Поэтому он поглощал слизней с сердитым видом, но молча, не вступая в дискуссию.

- Надо бы тебе попить дать, бедная крошка, - пробормотала сердобольная гоблинша, оглядывая стол и отыскивая среди представленных напитков подходящий для редкого заморского гостя. - Ага! Смотри, малыш, какой компотик красивенький. Сейча-а-ас... та-а-ак... бока-а-а-льчик... на-а-али-ива-а-аем... на, попей, Проглотик. Пей мой хороший.

Стараясь не привлекать внимания, она поднесла к морде Проглота бокал с напитком ярко-малинового цвета. Питомец с брезгливым и подозрительным видом засунул в напиток длинный нос, фыркнул, удивлённо кашлянул и быстро опорожнил бокал.

- Понравилось?! Ещё хочешь? - довольно спросила госпожа Несогласенподыхай и, вновь наполнив бокал, предложила своему любимцу новую порцию. Вторая порция также была мгновенно уничтожена. На морде зверя впервые за вечер появилось довольное выражение.

- Ну-ка, дай-ка я тоже попробую, что это за вкуснятина, - пробормотала хозяйка Проглотика, поднося к губам вновь наполненный бокал.

- Ой! Это же ликер! Да еще и крепкий какой!! - воскликнула она. - Что я наделала! Проглотик, ты как? Как себя чувствуешь?

Она с волнением посмотрела на своё сокровище и увидела, что миниптеродактиль спит на дне сумки, положив голову на одно крыло и прикрыв её другим. На его морде застыло выражение абсолютного счастья и покоя.

- Ну, ладно, отдыхай, миленький, а мама пока послушает, что дядя говорит. А то потом тёти Некачай и Нескучай попросят рассказать, что на празднике интересного было, какие знаменитости приходили, а мама не сможет их порадовать, потому что всё прослушает.

Положив ридикюль под стол, госпожа Несогласенподыхай уставилась на трибуну, пытаясь вникнуть в смысл доносившихся оттуда слов.

Тем временем, Его Проницательность заканчивал представление гостей.

Последним был представлен самый влиятельный из присутствовавших на Празднике тёмных эльфов. Его Правитель клана коротко назвал "мой личный друг, господин Сожритебямоль". Тёмный, при этом, вежливо кивнул присутствующим гостям.

Отношения наземных эльфов с проживающими в своих подземных городах тёмными, всегда были сложными и до конца не понятными существам не эльфийского происхождения. С одной стороны, представители двух ветвей эльфийской расы успешно сотрудничали в области экономики, и быстро находили общий язык по всем серьёзным политическим вопросам, что позволяло Империи сохранять стабильность, а самим эльфам занимать в Империи лидирующее положение. С другой стороны, на публике они во все времена держали дистанцию, и редко личные отношения между ними перерастали в дружбу. За глаза, обитавшие на Древах эльфы называли тёмных собратьев "пещерниками", а те, в свою очередь, дали им прозвище "древолазов". И хотя никаких враждебных действий друг против друга представители двух ветвей эльфийской расы не проявляли, но личной дружбы, за крайне редким исключением, не водили.

Господин Сожритебямоль являлся одной из самых загадочных фигур в общественной и политической жизни государства. Говорили о его несметных богатствах, влиянии и фантастических магических способностях, но точных достоверных сведений о нём не было. Даже жёлтая пресса хранила молчание по поводу его личности, хотя сам он запросто появлялся в различных публичных местах, держась независимо, но при этом скромно, безо всякой заносчивости.

Глава 16.

Закончив представлять гостей, господин Гдечертпоберимойгель попил воды, откашлялся и сделал небольшую паузу, добиваясь от слушателей большего внимания, торжественным тоном продолжил свою речь.

- А теперь, я хотел бы напомнить, что сегодня мы отмечаем двойной праздник, - произнёс он.

- Сегодня мы отмечаем два дня рождения: день рождения нашего Древа и день рождения старейшего и наиболее уважаемого члена нашего клана - в прошлом великого воина, а в настоящее время мудрого наставника молодых эльфов - господина Прикройвентиля. Более тысячи лет этот достойнейший сын эльфийского народа трудился, не покладая рук, на благо не только нашего клана, но и, не побоюсь этого слова, всей Империи. Господин Прикройвентиль, пожалуй, единственный разумный обитатель планеты, помнящий те события, о которых никто ничего не знает. Попросим же его выступить перед нами и поделиться частичкой своей памяти и своей мудрости.

Зал восторженно заревел, призывая на трибуну живую легенду.

Мырыдхай только сейчас заметил сидящего слева от Гдечертпоберимойгеля старика портного, с которым он так не вежливо обошёлся накануне праздника. Уши гоблина сделались темно-зелёными от стыда, а шляпа-цилиндр сама собой сползла ему на глаза.

Однако сама легенда никак не отреагировала на восторг публики. Больше того, казалось, что уставший за день старик эльф кемарил, подставив правую руку под голову, а левую разместив неподалёку от блюда с эльфийскими пирожками.

- Публика просит! - прокричал высший эльф на ухо старейшине клана.

Тот встрепенулся и, окинув осоловевшим взором битком набитый зал, удивлённо посмотрел на Его Проницательность.

- Просят рассказать о ТЕХ временах, - пояснил ему глава клана. - Интересуются историей.

- А разве эта информация не является строго засекреченной? - удивлённо продребезжал старик, подозрительно покосившись на нынешнего главу своего клана.

- Гриф секретности с этой темы был снят ещё пятьсот лет назад, - с легкой досадой на забывчивость героя прошлого отозвался Гдечетрпоберимойгель.

- Да ты же каждые сто лет травишь эту байку, забыл что ли?! - прошипел он в ухо старика - портного, видя его нерешительность.

- Я не помню того, что происходило недавно... каких-то пятьсот лет назад, - раздражительно и неожиданно громко отозвался тот, заставив смолкнуть зал. - Зато помню, как мы бились с драконами...

- Отлично! Вот и расскажи про это! А потом приступим к праздничному ужину. Все уже извелись, есть хотят.

- Ладно, расскажу, но только под твою ответственность. Сам будешь, если что с Друидом разбираться, - согласился, наконец, старик-эльф и направился слегка шаркающей походкой к трибуне.

Добредя до трибуны, Прикройвентиль долго буравил зал взглядом, словно передавая ему накопленную за полтора тысячелетия мудрость, а потом произнес:

- Разве сейчас умеют шить одежду?! Что это за покрой? Что за ткани сейчас производят, я вас спрашиваю? Отвечаю: дерьмо, а не ткани! А всё почему? Потому что экономим на всём, закупаем материалы по дешёвке у землероек бородатых, а потом удивляемся тому факту, что вещь служит всего-то ничего.

Зал притих, не понимая, что происходит, а глава клана с деланной улыбкой подскочил к оратору и начал что-то ему втолковывать.

Публика, тем временем, стала проявлять нетерпение.

- Про Древо расскажи! - крикнул кто-то самый нетерпеливый.

- Про драконов лучше! - закричал другой.

- Про драконов давай! - поддержали просьбу ещё несколько голосов.

- Про драконов? - удивлённо спросил старик. - А про древний покрой охотничьих курток не хотите, что ли?

- Хотим про драконов! - закричали новые голоса.

- Драконы! Драконы! - начал скандировать зал.

- Где?! - испугался Прикройвентиль, втягивая голову в плечи и затравленно оглядываясь на высшего эльфа.

Тот стал его успокаивать и что-то горячо объяснять, одновременно помахивая рукой в сторону зала и растерянно улыбаясь.

Наконец легенду эльфийского клана удалось успокоить и Его Проницательность, оглядываясь на каждом шагу, отправился на своё место.

- Вообще-то Дракон был один, - подумав пару минут и придя в себя, прохрипел Прикройвентиль. Потом он отпил воды из бокала, прокашлялся и уже нормальным голосом продолжил рассказ.

- Дракон был один, но зато какой! Крюгер его величать. Слышали о таком? То-то! Многие думают, что всё написанное о Крюгере - миф. Конечно, много в этих сказках вранья и намёков, непонятно на что. Пишут, например, что у него было три головы. Дерьмо! Не было такого. Одна у него голова была, я сам её видел. Глаза у него были с мои ладони размером, один глаз жёлтый, другой - зелёный.

Старик вытянул перед собой ладони, очевидно демонстрируя размер драконьих глаз. Затем, подумав, он повернул ладони на 45 градусов, показывая расположение разноцветных глаз на драконьей морде.

- У него ещё манера такая была - поочередно ими подмигивать. Сначала левым подмигнёт, мол, видал какой я страшный, а потом правым, дескать, не желаешь взглянуть на меня изнутри? Левый глаз был зелёный, а правый - жёлтый... или наоборот. Ну, не важно...

Рассказчик на мгновение замолчал, разглаживая левой рукой правое, ссохшееся от старости ухо, видимо, переносясь мысленно в то легендарное время. Губы его при этом, то втягивались, то вытягивались, что свидетельствовало об усиленной работе памяти.

- Н-да, хлебнули мы тогда горя! - прокричал вдруг старый эльф и взмахнул рукой, словно отгоняя привидение. - А всё почему? Да, потому...

- Так, вот... - продолжил Прикройвентиль после очередной паузы. - Во всём виноваты женщины! Крюгер этот на них просто помешался, постоянно воровал наших дам и таскал их к себе в пещеру. А заодно опустошал наши поля, на которых работали нынешние рыцари, а тогда ещё простые крестьяне из людей. Мы-то никогда сами в земле не копались, не наше это дело, сами знаете. А есть-то надо, вот и приходилось подряжать людишек. Мы им - бусы из самоцветов, они нам - продукты. А Крюгер, конечно, скотина был, но не дурак. Мог бы крестьянок подворовывать потихоньку, никто бы ему и слова не сказал. Но у него, видимо, вкус был хороший от природы, вот он и гонялся за эльфийками. Долго терпели мы это безобразие, кому охота с драконом связываться, но когда он уволок дочурку тогдашнего Верховного Друида, терпение наше лопнуло и мы решили с ним разобраться. Кто мог знать, во что это предприятие выльется...

Старик снова примолк и зашевелил губами. Притихшая публика, забыв про урчащие от голода животы, с нетерпением ожидала продолжения истории.

Старший гоблин, его сыновья и, даже, супруга поддались общему настроению и не видели ничего кроме трибуны и стоящего на ней старика. Даже Бежимвпостель и сидящие рядом эльфы буравили глазами Прикройвентиля. Никого, окутанная тайной прошедших веков, история не оставила равнодушным, поэтому никто и не заметил, как из ридикюля гоблинши выбрался диковинный представитель заморской фауны.

Объевшийся слизней и напившийся ликёра, миниптеродактиль, вылез с некоторым трудом из сумки, постоял немного под столом, осваиваясь в непривычной обстановке. Затем он окинул оценивающим взглядом ноги Бежимвпостели, тихонько кашлянул, заложил крылья за спину и отправился, неуклюже переваливаясь на кривых ногах, в путешествие по праздничному залу. Выпитый ликёр призывал его совершить подвиг, но инстинкт самосохранения подсказывал, что покидать подстолье не следует.

Тем временем с трибуны вновь донесся дребезжащий голос Прикройвентиля.

- Нас была сотня, сотня лучших эльфийских воинов. Тогда ещё не существовало всех этих дурацких разделений на кланы, были просто эльфы. Даже Древа ещё не открыли, жили себе в лесах, никого не трогали, кроме... Ну, не важно... Так вот, сотня лучших эльфийских стрелков на одного дракона - много это или мало? Мы думали, что в самый раз, - почесав нос, признался Прикройвентиль.

- Крюгер тогда жил в пещерах Одинокой горы, что в районе Скалистых гор находится. Ну, вы её знаете. Там пещерники теперь музей какой-то содержат. Так вот... Мы подошли к пещере на рассвете, блокировали все выходы и стали звать этого мерзавца.

Три недели мы вызывали его на бой, ждали, пока этот гад вылезет из своей норы, но он не появлялся. Самим туда лезть? Да вы в своем уме?! Какой дурак полезет в пещеру дракона без его официального приглашения? Приходилось ждать - воду пить, кору жевать. Мы думали, что Крюгер испугался, но потом выяснилось, что он летал по делам за океан.

И вот однажды утром, я тогда как раз стоял на стрёме, то есть, на вахте... короче, на часах... Гляжу, туча чёрная небо закрыла. Только успел подумать, что будет гроза, как сверху на наш лагерь словно гора рухнула. Оказалось, что мы разбили лагерь на крюгеровской посадочной площадке. Мерзавец этот сразу несколько наших братьев передавил. Да ещё, представьте себе, рассвирепел от того, что мы без приглашения прибыли и стал нас лапами да хвостом дубасить.

Я и ещё около сорока эльфов, успели разбежаться в стороны и, отыскали укрытия, и принялись всаживать в него свои стрелы. Точнее пытались всаживать - у него такая шкура была, что наши знаменитые стрелы отскакивали от неё, как мухи от стекла. Некоторые наши братья, отчаявшись, бросались на него с мечами, пытаясь разрубить шкуру в разных местах, но шкура была не пробиваемая, а самих смельчаков он запросто в отбивные превращал своими лапами. Страшное дело!

Рассказчик замолчал. Было видно, что он сильно взволнован собственным повествованием. Руки его дрожали, а морщинистый лоб покрылся испариной.

- Бой был кровавым и долгим, - несколько успокоившись, продолжил свою историю господин Прикройвентиль. - Несколько минут сражались мы с драконом. Наконец, когда нас осталось меньше половины, я нашёл выход из положения. Я вдруг понял, раз шкуру пробить не возможно, то надо стрелять по глазам.

Первая же моя стрела, а я тогда был лучшим эльфийским стрелком, попала Крюгеру в глаз, в левый, по-моему,... да точно в левый, правый он тогда лапой чесал. Ох, как он начал орать, материл нас, на чём свет стоит. Не буду повторять его слова при дамах, но можете поверить, что таких ругательств вы никогда не слышали. Потом с ним стало твориться что-то странное. Он начал вертеться как волчок, одновременно подпрыгивая и издавая жуткий вой. Вскоре он уже напоминал настоящий смерч, в воронку которого затягивались оказавшиеся поблизости трупы, камни и даже некоторые деревья.

Я забился под находившийся по близости обломок скалы и лежал там ни живой, ни мёртвый. Потом вдруг всё стихло. Я выглянул из укрытия и удивился - на том месте, где крутился смерч, ничего и никого не было, Крюгер исчез! Не было ни тела, ни каких либо следов, только пустая чистая площадка круглой формы.

Уцелевшие члены нашего отряда выбирались из своих убежищ. Когда все собрались, оказалось что в живых осталось всего двадцать шесть эльфов.

Зайдя в пещеру, мы были поражены великолепием тамошней обстановки. Тот музей, который вы сейчас имеете возможность посетить, просто помойка по сравнению с тем, что там было в то время.

Слава Древним Эльфам, все украденные Крюгером эльфийки, оказались живы. Но какой они нам устроили приём!

Прикройвентиль поморщился и горестно вздохнул.

- Не хотел об этом говорить, всегда заканчивал историю на этом месте, но раз уж гриф секретности с неё снят, расскажу всё. А то помру, а вы и не узнаете всей правды. - Старый стрелок постоял, словно готовясь прыгнуть первый раз со скалы в воду, и махнул рукой, отметая последние сомнения. - Те эльфийки, которых мы освободили, набросились на нас почище Крюгера. Зачем, говорят, вы сюда явились? Кто вас, идиотов, звал? Крюгер - наш любимый повелитель, мы без него никуда не пойдём. Многие из них уже были в интересном положении, а у некоторых оказались дети.

- Короче говоря, о дальнейшей судьбе Крюгера я ничего не знаю, а те эльфийки отказались возвращаться домой, признался рассказчик. - Нам лишь удалось силой лишь дочь Друида забрать с собой. Правда, она вскоре тоже куда-то сбежала. Наверное, вернулась к подонку Крюгеру. Мы ещё раз отправились в ту пещеру, но там уже никого не нашли. Все исчезли. На столе лишь лежала записка, которая теперь должно быть хранится в нашем секретном архиве. "Не пытайтесь преследовать нас, это бесполезно. Мы уходим на новое место. Место это станет домом для новой расы - расы тёмных эльфов. Крюгер".

В зале поднялся шум, раздались крики удивления, недоверия и протеста, вызванные тем, что Прикройвентиль полностью разрушил представление эльфов о собственной истории, хотя было и не ясно, являлся ли его рассказ правдой или бредом, впавшего в маразм, старика.

- Это правда, чистая правда! - кричал старый эльф. - А драконов я больше никогда не видел, понятно?! Нет их больше, ясно?! Где они эти драконы, покажите мне их, ха-ха-ха...

В этот момент Проглотик, привлечённый криками Прикройвентиля, прошаркал из-под стола к трибуне, и, взлетев, опустился прямо перед оратором.

- Кхе-Кхе-Кхе, - прокашлял миниптеродактиль, глядя прямо в глаза старого эльфа.

Легендарный эльф, уставившись на неожиданного поклонника, начал хватать ртом воздух, замахал руками и свалился в обморок. К нему бросился глава клана, ошарашенный рассказом старика и пытающий сообразить, как теперь завуалировать речь Прикройвентиля, наговорившего много, мягко говоря, лишнего.

Проглотик, испугавшийся поднявшейся суматохи, закашлялся и, расправив крылья, поднялся в воздух. Он начал планировать в сторону окружавших зал деревьев.

Слуги, по приказу главы клана, бережно подняли тело старика и понесли его к дежурному лекарю, а высший эльф при помощи подскочившего к трибуне Верховного Друида попытались успокоить взволнованную публику.

Глава 17.

- Дал дед шороху! - прокомментировал Оглохспаниэль поднявшуюся суматоху.

- Да, уж, - прочавкал гоблин, с энтузиазмом поддержавший призыв Его Проницательности приступать к праздничной трапезе. - А зверюга наша ещё масла в огонь подлила. Какого лешего мои предки этого урода на праздник притащили?! Каждый раз он что-нибудь вытворяет. Только половником его никто по башке не лупит. Только и слышишь: "ах, ты, моя крошка", "ай, ты, моя умница"...

Родители Мырыдхая, прихватив с собой Перебухая, сгорая от стыда, бросились отлавливать питомца. В качестве приманки госпожа Несогласенподыхай прихватила бутылку ликёра и горсть слизней, зачерпнув их своей наманикюренной лапой прямо из блюда. Младший братишка Мырыдхая не хотел отправляться в эту экспедицию и удаляться от Бежимвпостели, но, получив крепкую затрещину от отца, подчинился.

В зале царило нездоровое возбуждение. Чтобы отвлечь гостей от крамольных мыслей, Правитель клана подал знак приглашённым на праздник артистам начинать представление, не дожидаясь окончания застолья, а также велел усилить иллюминацию в зале. Сам же он о чём-то шептался с Верховным Друидом и своим другом тёмным эльфом господином Сожритебямолем.

- Вкусные пирожки, - заметил Мырыдхай, который, пользуясь физиологическими особенностями гоблинов, мог позволить себе класть пирожок в рот целиком, а не откусывать его по частям, как это делали эльфы. - Сочные такие, и тесто какое-то необычное - тает во рту, не успеваешь даже прожевать.

- Это наше тесто, эльфийское, - пояснил ему Потерялскальпель, который тоже отдавал предпочтение пирожкам. - Не знаю, как оно готовится, это Бежимвпостель мастер пирожки печь, хобби у неё такое. Наши пирожки ещё вкуснее.

- Рецепт простой, - улыбнулась эльфийка словам брата. - Муку из семян Древа надо смешать с небольшим количеством молока единорога. Ещё немного молока подогреваешь, добавляешь в муку и хорошо перемешиваешь. После этого кладёшь на сковороду, доводишь до кипения на медленном огне, постоянно помешивая, и пару минут кипятишь. Потом снимаешь с огня и охлаждаешь. Затем выкладываешь слой теста на большую непригораемую сковороду, смазываешь топлёным маслом, не обязательно приготовленным из молока единорога, можно и из коровьего молока, затем выкладываешь оставшееся тесто. Кладешь начинку слоями, заворачиваешь края теста, ещё раз смазываешь маслом и запекаешь в разогретой печи, до тех пор, пока тесто не приобретет цвет тёмного золота. Вот и все! Только не пойму, зачем тебе рецепт, ты же готовить не умеешь?

- Научусь, - пообещал Мырыдхай, накладывая себе в тарелку варварский салат и рыбу по-эльфийски. - Бежимвпостель, давай поженимся, будешь мне пирожки печь и рыбу, запечённую по-эльфийски, готовить, а?

Эльфы дружно рассмеялись, глядя на блаженное выражение, поселившееся на морде гоблина.

- У меня времени не останется на готовку, - мягко улыбнулась гоблину эльфийка, привыкшая к усиленному вниманию со стороны существ мужского пола и читавшую этих существ, как открытую книгу. - Всё время будет уходить на то, чтобы выдёргивать из тебя отравленные эльфийские стрелы. Ты же знаешь, Мырыдхай...

- Знаю, - буркнул помрачневший гоблин, запивая навалившуюся грусть терпким эльфийским вином. - Я пошутил.

- Ого! Смотрите! - воскликнул Спилилель, стараясь переключить внимание друзей. - Засуньсвирель готовиться выступать. Только этого не хватало! Сейчас начнется! Опять какую-нибудь гадость двусмысленную сбряцает. Что за мудрец разрешил ему петь?!

- А как ему запретишь, если он почётный гость, да ещё и внук Гасифитиля? - с досадой поморщился Оглохспаниэль. - Ладно, может быть на этот раз и обойдётся.

В то время как гости, кто с ужасом, а кто с восторгом, ожидали выступления скандально известного своими ехидными и крамольными балладами менестреля, Его Проницательность и господин Сожритебямоль незаметно покинули зал и углубились в окружавшую его лесополосу. Они медленно прогуливались среди деревьев, и между ними состоялся такой вот разговор.

- Ну что, брат, ситуация, как я понимаю, сама собой не рассосалась? - мягко спросил Сожритебямоль.

- Не рассосалась, - горестно вздохнул Гдечертпоберимойгель. - Ты был прав. Уже начался открытый шантаж. Чёртовы консервы!

- Я же тебя предупреждал! Так дела не делаются. Нельзя терять бдительность. Вы всё еще живёте в прошлом тысячелетии: "Древо - наш оплот, мы - соль земли; с тёмными договоримся, а дикари пусть огороды копают и бусы примеряют". А времена-то уже не те, братишка. Ситуация-то в корне изменилась.

- Да, кто мог подумать, что они решатся напасть на императорского гонца, тем более средь бела дня! Он без охраны был. Убили его, взяли документы и... фьють! Никаких следов не оставили. Если бы проклятый Штепсель не сунулся ко мне, через эту крысу Шприца, с туманными намеками, а потом и не туманным "деловым", как он выразился, предложением, не ясно было бы, откуда ноги растут. Я и сейчас не знаю, где они бумаги держат. А если бы даже и знал... Как их вернуть?

- Ты не знаешь, зато я знаю, - усмехнулся Сожритебямоль.

- Точно знаешь? Откуда?! - воскликнул высший эльф и начал озираться по сторонам, опасаясь, как бы их разговор кто-нибудь не подслушал.

- Точно знаю, не волнуйся, - засмеялся тёмный маг. - И не переживай, никто нас не услышит. На мне амулет безмолвия.

- Дело в том, что пока вы балы устраивали и щеки надували на Имперском Совете, мы агентурную сеть создавали и, как оказалось, не напрасно деньги и время тратили. Всё-таки не зря в наших жилах драконья кровь течёт! - тёмный эльф рассмеялся искренне и звонко. - Ох, рассмешил меня сегодня старый перец! Надо будет прислать ему ящик нашего тёмного эля, он его обожает, насколько мне известно.

- Он и без эля уже чудить начал, - кисло усмехнулся Его Проницательность, - не знаю, что с этим выступлением делать...

- Да, плюнь ты на это! Всё равно никто не поверит, поговорят и забудут. А жёлтой прессе дам сигнал, чтобы заткнулись, они у меня все на содержании, - пренебрежительно махнул рукой Сожритебямоль.

- Спасибо, брат, успокоил хоть в этом, а то Друид наш извёлся весь.

- Не о том он думает, ваш Друид. Сейчас фокусами тысячелетней давности ничего серьёзного не добьёшься, а после того, как консервы с Магическим Орденом снюхались, на одну лишь магию больше рассчитывать не стоит. Политика, брат, штука сложная, давно нужно было это понять. Мы с вами сейчас на коне не потому, что у нас есть древа и подземные крепости, а лишь потому, что держим в своих руках современные технологии и науку. Профукаем момент, когда консервы с варварами вцепятся в этот пирог зубами, и весь этот древний антураж можно будет тащить на свалку под аккомпанемент твоего замечательного оркестра.

- Ладно... Так чего этот Штепсель хочет в обмен на документы? Не денег же?

- Лучше бы деньги просил... Ему, ни много ни мало, нужен королевский титул, личный Портал повышенной пропускной способности и технологии по производству волшебных труб связи, - с отчаяньем в голосе ответил высший эльф.

- Ха! Губа не дура у этой жестяной банки, - рассмеялся господин Сожритебямоль. - Только он - дурак! Не знает, что основные секреты технологии в руках тёмных эльфов. А с титулом тоже номер не пройдёт - Император, сам знаешь, в каком состоянии находится, а Совет в ближайшее время этот вопрос и рассматривать не станет, будет лишь обещания давать.

- Так, что же делать? Сам знаешь, если информация, содержащаяся в тех бумагах, выплывет наружу, то такая резня начнётся, что ни с Древа будет не слезть, ни из пещеры нос не высунуть! Там же, по сути, весь план дворцового переворота описан, хорошо ещё, что без конкретных имён, но для службы имперской службы безопасности не составит труда свести концы с концами.

- Не составит, - впервые за всё время разговора помрачнел тёмный эльф. - Единственная государственная структура, на которую мы никак не влияем. Правда, есть у меня и там кое-кто, но это сути дела не меняет.

- Выход у нас один, - мрачно добавил он, пнув ногой попавшую под ноги сухую ветку.

- Какой? - оживился Его Проницательность, который не видел никакого решения проблемы.

- Надо брать штурмом замок Шприца. Документы находятся там, братишка. Я даже точно знаю где именно.

- Да ты что!!! - испуганно воскликнул Гдечертпоберимойгель. - Если мы туда сунемся, начнется война - все против всех, или все против нас. Это же будет расценено как открытое вмешательство в человеческие дела, да ещё без весомой причины! Как ты объяснишь...

- Никак! - оборвал друга Сожритебямоль. - Сами мы туда не полезем. Есть у меня одна идея. Всё это будет выглядеть как внутренняя разборка консервов. Есть и кандидат на роль благородного мстителя. Шприц немало ему нагадил. Недавно, при помощи солдат герцога чуть было не захватил замок этого барона, ущерб огромный нанес и, самое главное, дочь его увёз. Так что всё будет выглядеть правдоподобно, как месть оскорблённого отца и соседа. У рыцарей это обычное дело, сам знаешь. А когда документы окажутся у нас, Штепсель этот и не пикнет, сам понимаешь. Есть только одна загвоздка... Сил у него, у нашего героя маловато. Да и открывать ему истинную причину нашей поддержки никак нельзя.

- И что же делать? - с надеждой спросил Его Проницательность, чувствуя, что друг не договаривает, придерживая в рукаве очередной козырь. - Ты что-то придумал, я же вижу.

- Честно говоря, я не видел выхода до сегодняшнего праздника, но когда я разглядывал твоих гостей, в моей голове мелькнула шальная мысль. Мы не можем послать своих бойцов, не можем обратиться к варварам, не можем привлечь других консервов, и, естественно, не имеем права обращаться к центральной власти. Что остаётся?

- Что? - переспросил Его Проницательность.

- Надо поговорить с этим твоим гостем - гоблином, как там его звать, забыл?

- Э-э-э... Несогласенподыхай.

- Точно! Не знаю, как ты умудрился его пригласить. Пьяный, что ли был? - подозрительно спросил тёмный, пристально глядя в глаза старинного товарища.

- Ну, выпили немного с его сынишкой. Он с моим обормотом дружит, - признался Его Проницательность.

- Понятно. Ты, всё тот же, что и в молодости, но, как говорится, боги любят пьяниц, - засмеялся тёмный эльф. - Ты знаешь, что этот Несогласенподыхай крупнейший имперский контрабандист, хотя и прикрывается чистым бизнесом? Я давно за ним слежу, и как-то пользовался его услугами, конечно, не напрямую. Он не обычный гоблин, брат. Для гоблина он просто гений. Да и хватка у него железная. Я хочу с ним встретиться и поговорить. Лучше всего здесь, у тебя. Думаю, что он будет счастлив заиметь таких друзей, как мы с тобой, и пойдет на всё, чтобы нам услужить. Ну и мы, конечно, в долгу не останемся. Ты оставь этих гоблинов погостить пару дней. Этой ночью мы с ним всё предварительно обговорим, нечего тянуть грифона за хвост.

- Ладно, как скажешь, - ответил Его Проницательность. - Сам я уже сел в лужу, так что отдаю руководство операцией в твои руки. Цель у нас одна, а голова у тебя лучше варит, так и в детстве было.

- Договорились, - усмехнулся Сожритебямоль. - Надеюсь, что Древние Эльфы нас не оставят, и мы это дело как-нибудь разрешим. Ну, пойдем теперь, прогуляемся немного по вашему чудесному лесу, а потом вернёмся в зал.

Они бродили некоторое время среди деревьев, вспоминая молодость и беседуя на отвлечённые темы, пока их внимание не привлекли доносившиеся из глубины леса крики.

Глава 18.

Бельчонку Тигли было не до смеха. Наученный горьким опытом, он ожидал от праздника всяких напастей. Вот, что он думал: "Если бы этим эльфам не пришло в голову пригласить в гости невоспитанных существ с короткими ушами, то все было бы отлично. Сами хозяева хотя и бегают на двух лапах, но ведут себя культурно, к природе относятся бережно и с пониманием. Но эти надменные, дурно пахнущие, одетые в нелепые одежды существа... как их зовут эльфы?".

Бельчонок напряг память, вспоминая подслушанные разговоры: "Стопари... нет ... тупари! Тупари и концерты... или касервы? Напьются и начнут шастать по лесу, гадить везде... тьфу! Да ещё возню обязательно какую-то со своими самками устроят, да обязательно именно под тем деревом, где находится кладовая несчастного Тигли".

Но все страхи померкли перед лицом другой опасности, с которой пришлось столкнуться бельчонку.

"Мало было хозяевам гостей, что ли? - продолжал размышлять бельчонок. - Видимо да, раз они притащили сюда этих зелёных существ. А те, ясная шишка, сами притащиться не могли, припёрли с собой ещё и урода этого. Тоже мне летун! Какая-то пародия на орла! Носится по лесу, как ненормальный! Кхе-кхе-кхе! Кхе-кхе-кхе! И как он на мою кладовую вышел, гад летучий?! Уже пытался свой длинный нос в кладовую мою засунуть, слямзить мои шишки надумал! Не тут-то было! Классно я ему шишкой по башке запустил, ха-ха-ха! Вон, сидит теперь на ветке, аккурат над дуплом. Соображает! Если бы он был двуногим, я бы решил, что он пьяный в стельку. На черта ему мои шишки, если он такой мордой всё равно разгрызть их не сможет. Вот дурак!"

Тигли презрительно поморщился и вдруг заметил, что события продолжают развиваться дальше: "Ой! Ещё гости прутся! Мама, хорошо, что ты этого не видишь. А! Да это же те кривоногие, что этого чудика на праздник притащили. Ищут они его, что ли? Да, похоже на то. Ну, посмотрим, посмотрим... Я им своё добро всё равно не отдам. Сдохну, но не отдам!!!"

Спрятавшись в дупле, служившим ему центральным складом и одновременно офисом, бельчонок Тигли высунул из отверстия мордочку и стал внимательно наблюдать за перемещениями противника.

- Смотри внимательно, сынок! Лес не такой большой, мы его обязательно отыщем, - говорил Перебухаю отец.

- Сам бы обратно прилетел, чего нам за ним гоняться-то?! - воскликнул в ответ молодой гоблин. - Пропустим самое интересное!

- Самое интересное, то есть то, как тебя с Древа вышвырнут без страховки, ты не пропустишь, не переживай. - Порадовал своего отпрыска господин Несогласенподыхай.

- Ну, зачем ты мальчика пугаешь? - упрекнула супруга мать семейства.

- Мальчик, - передразнил её муж. - Тупое отродье, а не мальчик! Вечно вы мне на голову проблемы вешаете. Не слушал свою мать, теперь расхлебываю. Хорошо ещё, что старший сын у меня - умница. Такое дело провернул! В высшее общество нас ввёл. Так вы всё испортили!

- Почему это Мырыдхай умница, а я отродье? - обиженно захныкал Перебухай.

- Потому что я - плохой отец, - вздохнул пожилой гоблин. - Его лупил половником по башке, а тебя нет! И всё из-за твоей матери. Жалела тебя, а что толку?! Чего добилась?

- Добилась того, что у ребенка нет хронического сотрясения мозга, и он учится в университете! - гордо, и даже несколько надменно, произнесла, запыхавшаяся от лесных гонок, мать.

- Ну и как успехи? - ехидно спросил сына отец.

- Всё отлично! - довольно осклабился Перебухай.

- Я имею в виду не твои шашни с дочкой Пахайнепахая, а учебу, - уточнил старший гоблин. - Ты учти, в следующем году будешь мне баланс делать. Ну, не всех дел моих, конечно, а только легальных.

- Почему в следующем? Рано мне ещё, - заныл отпрыск.

- Для того чтобы ты понял, что мне надоело редкие артефакты твоим профессорам дарить, без которых тебя, идиота, давно бы уже выкинули из чёртового университета!! - заорал гоблин. - Нет, ..., половник, только половник! Вот единственное средство воспитания, способное вправить гоблину мозги. Только половник, а ещё лучше - дубина огра!

Неизвестно, чем бы закончилась эта перебранка, если бы Перебухай неожиданно не заорал.

- Вот он! Вот он! Я его вижу! - закричал юный гоблин, указывая толстым зелёным пальцем вверх. - Прямо над нами сидит.

- Где?! - воскликнул господин Несогласенподыхай, задирая голову.

- Кто? - спросила Перебухая мать.

- Его Проницательность! На ветке сидит, - сострил молодой гоблин, за что тут же получил затрещину такой силы, что отлетел на пару гоблинских шагов.

- Я и без половника, любому профессору сто очков вперёд дам, - довольно ухмыляясь, пошутил старший гоблин.

Он заметил, сидевшего на ветке, с осоловевшим видом, Проглота, и вновь обрёл прекрасное расположение духа.

- Не трожь ребёнка! - закричала на него супруга.

- Захлопни пасть и зови малыша, - посоветовал ей глава семьи.

Гоблинша обиженно засопела, но хорошо изучив своего мужа, не рискнула вступать с ним в перебранку.

- Цып-цып-цып, - позвала она питомца, равнодушно взиравшего на них с высоты своего положения, - иди к мамочке, иди ко мне, мой хороший! Прог-ло-о-тик... давай скорее... Пойдем обратно, там концерт хороший начался, послушаешь песенки. Ты же любишь музыку, правда?

Миниптеродактиль слушал её с невозмутимым видом пьяного, погруженного в созерцание бытия, и чувствующего, что истина где-то рядом, и что она вот-вот откроется ему во всей своей красе.

- На, малыш, смотри, что мама тебе принесла. Вот твои любимые слизни, ням-ням, - она сделала вид, что ест этот деликатес, и он ей очень нравится.

- А может быть, ликёрчику хочешь, - предложила госпожа Несогласенподыхай Проглотику, демонстрируя ему бутылку ликера.

Гоблинский любимец, при виде бутылки, слегка встрепенулся, но затем вновь приобрел статичное положение.

Ни уговоры, ни приманка не срабатывали, и гоблины задумались, не зная, что ещё предпринять.

- Жаль, что мы топоры с собой не прихватили, - произнес Перебухай, оценив ситуацию.

- Да, сынок, умница ты моя, - с еле сдерживаемой яростью согласился с ним отец, - только мы собирались в гости, на праздник, а не на лесоповал.

- Зачем топоры, обойдемся и без них, - раздался рядом с ними весёлый голос.

Гоблины обернулись и увидели подходящих к ним тёмного эльфа и пригласившего их на праздник хозяина.

- О, Ваша Проницательность! Господин Сожритебямоль! Простите, ради Древних Огров нас за этот ужас! Мы, наверное, испортили Вам праздник, - обратился к ним, испытывавший крайнюю неловкость, но при этом не потерявший достоинства, гоблин.

- Вовсе нет! - весело откликнулся тёмный эльф. - Наоборот, Вы внесли некоторое оживление в привычный распорядок. Он встал под ветку, на которой сидел домашний любимец гоблинской четы и, направив в сторону Проглотика вытянутую руку с раскрытой ладонью, что-то прошептал. Миниптеродактиль покачнулся и свалился прямо в руки, ловко поймавшего его, господина Сожритебямоля.

- Вот Ваше сокровище, - протянул зверька гоблинше тёмный маг. - Он сейчас спит, но с ним всё в порядке, не волнуйтесь. А теперь, если Вы не возражаете, давайте вернемся к праздничному столу.

Они удалились, весело переговариваясь, а бельчонок Тигли, с облегчением вздохнув, принялся наводить в своей штаб-квартире порядок.

Глава 19.

Недавно я встретил на улице Мырыдхая. Он как раз вылезал из своей колесницы, окруженный ограми охраны, а я проходил...

- Как такое может быть? - обижаетесь вы. - Ведь это же фэнтези, ёшкин кот, а в фэнтези вся история должна быть вымышленной. И это должна быть не просто вымышленная история, а, по сути своей, история совершенно невероятная. Встретиться на улице вы никак не могли, не морочь нам голову! Мы, чтоб ты знал, читаем эту историю исключительно для того, чтобы отвлечься, хотя бы ненадолго, от серых будней.

Н-да, честно говоря, не ожидал я от вас подобной реакции.

Я-то полагал, что вы давно уже поняли, что все события, описанные в этой книге подлинные, что записаны они со слов очевидцев, а если и приукрашены слегка, то только в целях придать им художественный вид.

Интересное дело! Когда вы под прикрытием шапок-невидимок таскали на празднике пирожки из-под носа отвлечённых скандалом эльфов, я ничего обидного вам не говорил, и не депортировал вас в привычную реальность, хотя это поедание и являлось вопиющим нарушением закона потребления пирожков! И если Древние Эльфы, хватятся искать содержавшуюся в пирожках, и бесследно исчезнувшую вместе с ними энергию, вы, наверное, не станете кричать о невозможности подобного явления! Вы уже будете дома, лежа на диване, ощущать синергетический эффект, вызванный Вашим неразумным поведением. Почему вы решили...

- Решили, - передразниваете вы меня. - Да, ничего мы не решили. Что мы можем решать в этой жизни, если всё уже давно решено и поделено без нашего участия, и от нас ничего не зависит?! Мы просто высказались прямо и честно.

- Но ведь всё это правда! - кричу я. - Неужели нельзя немного помолчать и дать возможность человеку высказаться?! Ну, что вы за люди такие?!!

Вы обиженны, я расстроен... Всё это напоминает семейные разборки, когда люди доводят себя до крайности, споря ни о чём. Осталось только, Вам - замкнуться в себе, а мне - отправить вас самостоятельно искать ключи от двери, ведущей в счастливый мир сказочных иллюзий.

К счастью, я - один, а вас - множество умных симпатичных людей. И вот уже голоса тех из вас, кто читал Тургенева, Конфуция и Маркеса, или собирается когда-нибудь прочесть произведения этих и других великих творцов вашей реальности, призывают остальных дать автору возможность объясниться.

- Ладно, валяй, - говорите вы, и я начинаю лихорадочно вспоминать, о чём, собственно, хотел сказать.

- А... м-м-м... Так вот... Повстречал я недавно на улице, прошу прощения, Мырыдхая.

Заметив меня, он очень обрадовался и бросился обниматься.

- Привет! - сказал я ему, пытаясь освободиться из крепких гоблинских объятий.

Сами знаете, не всякий костяк способен выдержать давление лап радостного гоблина. Мой костяк, например, выдерживает, но с трудом.

- Рад тебя видеть, старина! - заорал гоблин, ослабляя хватку. - Всё собирался набрать тебе по волшебной трубе, да времени не было. Кризис, ты же знаешь!

"Причём тут кризис?" - подумал я.

- Как дела? - спросил я его.

- Норма! - расплылся в улыбке Мырыдхай, обнажая тридцать два клыка.

Мне всегда, почему-то, кажется, что его кусающее-жующий аппарат состоит исключительно из клыков.

- Прочёл первую часть твоей книжонки. Респект! Думал, что ты, как обычно всё переврёшь, ха-ха-ха, и выставишь меня круглым дураком. А ты - молодец! Прямо - капитан Фракасс, гы-гы-гы, честно всё описал.

"Ну, и отлично, буду жить", - подумал я.

- Как твои родители? Как мама, как папа? - спросил я, надеясь на то, что они в полном порядке.

- Они в полном порядке! - осклабился гоблин, - Маманя как обычно сюсюкается с Проглотом и пытается дрессировать внуков, а папаня, садясь за стол, придвигает супницу с половником поближе к себе. Ты же его знаешь, он не может жить без первого.

Мырыдхай хохочет так заразительно, что и я начинаю смеяться вместе с ним.

- Кстати, а почему ты не выложил в конце первой части текст последней баллады Засуньсвиреля? Клёвая вещь! Все, кроме её героев, лежали под столом от смеха. Да и окончание Праздника Древа можно было описать, особенно то, как очухавшийся Прикройвентиль танцевал варварские танцы, а пьяный консерв - герцог Штепсель - разорялся о великом будущем своего несуществующего королевства, в то время, как его герцогиня запихивала в сумочку недоеденные угощения.

- Из политических соображений, - туманно отвечаю я, думая про себя о том, что он, наверное, прав, и я зря всё это не описал.

- Ну, и зря ты это не описал! - говорит Мырыдхай.

Мы некоторое время молчим, думая каждый о своём.

- Сам-то ты как? - задает он, наконец, неизбежный вопрос.

- Всё о'кей, - отвечаю я. - Пишу продолжение этой истории. Надеюсь, ты не возражаешь против того, чтобы она была дописана до конца?

- Возражаю?! Ты что, старина, конечно пиши! Лепи правду-матку. Лепи, но знай меру!

Он гогочет, видимо, припоминая что-то из прошлого. Потом вдруг выдаёт:

- Знаешь, я всё думал, почему говорят, что "быть или не быть?" - это главный вопрос. По-моему, это не так. "Жениться или не жениться?" - вот, мать его, вопрос всех вопросов! Вечный, так его раз этак, вопрос!

"Откуда в гоблинской голове взялись такие глубокие мысли?" - думаю я.

- Ты, наверняка, удивляешься тому факту, что в моей голове появились такие мысли, - в утвердительной форме заявляет Мырыдхай, и я начинаю думать, что пора бросать всё к чертям и отправляться в отпуск, желательно на море.

- Конечно, кое-кто решает этот вопрос легко, не вдаваясь в долгие размышления, - отбросив шутливый тон, произнёс задумчиво гоблин, от чего его физиономия приобрела весьма комичный вид. - Вот возьмем, например, рыцарей. Они...

- Что ты сказал? Прости, я задумался и прослушал.

- Я говорю, возьмём, например, рыцарей. Они, когда приходит время, просто женятся на ком положено и всё. Никаких тебе сомнений, приключений и объявлений. Женятся и продолжают жить, как ни в чём, ни бывало. Как будто забывают об этом прискорбном, а может быть, счастливом факте. Так и живут дальше, пока не превратятся в портреты на стенах собственных замков. Счастливые существа, эти консервы! А мы, гоблины, даже женившись, продолжаем задавать себе тот же вопрос.

Мырыдхай замолкает и начинает понуро разглядывать ногти.

"Наверное, все ещё вспоминает её", - думаю я.

- Старая любовь не покрывается коростой, - усмехается он.

- А ты опять порхаешь, как этот чудак из той реальности... как его... Жуан?

- Нет, я скорее, как Энтони Кларендон, - усмехаюсь я.

- А что это за чувак? - спрашивает Мырыдхай, но, не дождавшись ответа, вдруг вспоминает о том, что дел у него невпроворот, и, быстро попрощавшись, спешит к своей колеснице.

"Всё течет, всё меняется, и все движется по спирали", - думаю я, глядя на то, как мой приятель на ходу орёт что-то в волшебную трубу, зажатую в его крепкой зелёной лапе.

- Чёртова спираль! Кручусь, как миниптеродактиль! - кричит он мне напоследок, забираясь в колесницу.

Я машу ему на прощание рукой.

У меня вновь появляется неодолимое желание поселиться на берегу тёплого моря и, разведя костёр, слушать шум прибоя и смотреть, поочерёдно, на набегающие на берег ленивые волны, на языки пламени, танцующие свои странные танцы, и на то, как усталые седые рыбаки перетаскивают со своих баркасов на берег корзины с дневным уловом. Ну, и на самок аборигенов, конечно! Короче говоря, отдыхать и радоваться тому факту, что я всё ещё свободен. Сами знаете, как выматывают бесконечные путешествия по несуществующим, для кого-то, мирам, как эти перемещения высасывают магическую энергию!

А костёр, всё-таки разводить на берегу не стоит, я думаю. А то ещё пираты нападут, не отдохнёшь, как следует. Какие пираты?! Действительно! Ну, и заносит же меня порой!

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПЕРВЫЙ ПОХОД МЫРЫДХАЯ

Глава 1.

Всякое существо на свете стремится обзавестись собственным домом, чтобы было, куда возвращаться из дальних странствий или, пусть даже, после недолгих отлучек. Дом - это место, куда хочется вернуться, по крайней мере, иногда. Конечно, это если там царит доброжелательная атмосфера, и никто не пытается объяснить Вам, что Вы лишний в этом уютном гнезде или просто не вписываетесь в интерьер.

В понятие слова "дом" разные существа вкладывают различный смысл. Скажем, для гномов домом является бесконечная сеть подземных ходов и тоннелей. Так что, стоит иному гному зарыться поглубже в землю, и он уже чувствует себя как дома. Эльфу, чтобы ощутить себя в привычной домашней обстановке, достаточно углубиться на несколько десятков ярдов в лесную чащобу или очутится на родном Древе. Гоблинам, как, впрочем, и многим другим существам, достаточно просто оказаться за стенами той постройки, в которой они родились или которую приобрели, чтобы сказать себе: "Наконец-то добрался домой. Чертовы пробки! Каждая свинья норовит обзавестись колесницей, а дороги, похоже, с каждым годом становятся всё уже. Если так будет продолжаться и дальше придется покупать ковёр-самолет".

Стоит ли говорить о том, что необходимым атрибутом любого дома является адрес. Если есть адрес, значит, есть и дом. Поменяйте адрес, и дом Ваш окажется на другой улице или в другом городе, или, даже, в другой стране. Тогда Вы просто скажете: "Я, знаете ли, недавно переехал. Теперь мой дом находится по такому-то адресу".

Впрочем, речь сейчас идет не о тех существах, что меняют адреса, а о тех, для кого понятие "дом" имеет совершенно иное значение. Для таких существ совершенно немыслимо поменять адрес и куда-то переехать. Дом таких существ слишком велик и тяжел, вследствие чего, совершенно не транспортабелен и ни один маг не возьмется перенести его в иное место при помощи магии перемещения.

Назвать другое жилище своим домом эти существа не могут. Не могут, так как именно в этом доме жило несколько поколений их предков, здесь они рождались, взрослели и умирали, оставляя на память о себе не только свои портреты и наследственные болезни, но и таинственные мифы, легенды и, частенько, замурованные в стенах или зарытые в землю кубышки с кладами.

Бывает, что, помимо выше перечисленного, остаются еще свидетели ушедшей эпохи, называемые призраками. Задача призраков - постоянно напоминать неблагодарным потомкам об ушедших временах, превращая, тем самым, обычные семейные истории в легенды и поднимая закладную стоимость самого жилища. Жилища, населенные призраками, на общеимперском языке именуются замками, а считающие их своим домом существа зовутся рыцарями.

В зале было жарко натоплено. Камин пожирал дрова, которые периодически подбрасывал в его прожорливую пасть один из слуг. Вернее сказать, один из оставшихся слуг. После недавнего нападения на замок охочих до чужого добра соседей, численность обитателей замка значительно сократилась. Сам замок удалось отстоять лишь чудом. Бой шел уже на внутренней территории, когда боевой рог нападавших протрубил отступление, и превосходящие силы противника неожиданно отошли назад, подобно океанской волне, которая разрушив стену песочного укрепления, с недовольным шипением откатывается вспять.

Впрочем, любому чуду можно найти вполне реальное объяснение. В данном случае, отстоять замок помогли три обстоятельства. Первое из них - сплоченность защитников. Даже слуги, вооружившись, бились с агрессорами наравне с солдатами. Замок неоднократно подвергался нападениям в прошлом, поэтому боевой опыт имелся практически у любого обитателя замка мужского пола. Отношение к челяди поверженного противника было у рыцарей традиционно отвратительным, следовательно, и у слуг была причина сражаться за своего господина не за страх, а за совесть.

Второй составляющей чуда явился тот факт, что, несмотря на неожиданность нападения, которое, очевидно, было тщательно спланировано, откровением для гарнизона оно не стало.

Среди защитников замка всегда поддерживалась строгая дисциплина, бдительности часовых могли бы позавидовать сами эльфы, а мобилизация всех сил, благодаря многочисленным учебным тревогам, осуществлялась с чёткостью, напоминавшей действия встревоженного осиного роя.

Когда знаешь, что помощи ждать не от кого, а просить пощады бессмысленного, то и к обязанностям своим относишься соответственно. Так что, к тому времени как прозвучал сигнал об отходе, нападавшие успели потерять несколько десятков человек, чьи пробитые арбалетными болтами, изрубленные мечами тела остались лежать невостребованными на внутренней территории замка и за крепостными стенами.

Наконец, третьим фактором, обеспечившим защитникам победу, явился смелый маневр владельца замка и, по рыцарской традиции, командующего гарнизоном, барона Шанса.

Когда в выбитые ворота устремились солдаты противника, барон, понимая, что падение замка неизбежно, решился на отчаянный шаг. Взяв с собой две дюжины находившихся в резерве солдат, он провел их по тайному подземному ходу, отрытому строителями замка на случай вынужденного бегства, и, оказавшись за пределами своего родового гнезда, ударил в тыл ликовавшего от ощущения скорой победы врага.

Барон Шприц, который, несмотря на личную трусость, будучи уверенным в успехе мероприятия, лично возглавил нападение на замок, расположился со своим штабом и резервом, насчитывавшим около пятидесяти солдат как раз неподалеку от выхода из потайного хода.

Едва заметив, что его отряд подвергся нежданному нападению, и люди вокруг него стали падать, сраженные выстрелами из арбалетов, он ударился в панику, то есть, попросту говоря, дал дёру. За ним бросился верный оруженосец, трубя на ходу сигнал об отступлении, а за ним и весь эскорт. Паника, как водится, перебросилась и на остальные штурмующие замок силы. Солдаты бросились бежать вслед за своим предводителем. Защитники замка, наоборот, обрели второе дыхание и, поймав кураж, яростно рубили бегущих с поля боя противников. Меньше всех повезло тем из нападавших, кто уже успел пробраться на территорию замка. Из них удалось спастись лишь нескольким счастливчикам.

Победа была полной, но омрачалась двумя обстоятельствами. Во-первых, потери оказались довольно внушительными, что едва ли позволяло надеяться отбить повторную атаку, произойди она в ближайшее время. Во-вторых, и это было настоящей трагедией, в руки Шприца попала единственная дочь барона Шанса - красавица Гертруда.

Случилось так, что она возвращалась из охотничьего домика в сопровождении нескольких слуг и четырех человек охраны. По трагической случайности, путь их пересекся с отступающим в панике отрядом барона Шприца. Заметив, одетых в цвета противника, солдат, отступавшие люди барона Шприца с яростью набросились на маленький отряд и весь его перебили. В живых остались лишь Гертруда, захваченная нападавшими в плен, и один из егерей, которому, несмотря на многочисленные ранения, удалось спастись и принести отцу печальную весть о похищении его дочери.

Глава 2.

После нападения на замок прошёл месяц. Последние дни владелец замка, удостоверившись в том, что ворота, выбитые во время штурма, поставлены на место, на территории замка наведен порядок, раненым оказывается медицинская помощь, а патрульно-постовая служба не вызывает нареканий, уединившись во внутренних покоях, предавался размышлениям о сложившейся ситуации. Большую часть времени он проводил в каминном зале, расположившись в удобном кресле рядом с пылающим камином.

Подумать было о чем. Наглое нападение, произошедшее без предупреждения и предъявления какой-либо, пусть и необоснованной, высосанной из пальца, претензии, говорило о том, что, привыкшие действовать исподтишка, барон Шприц и его патрон герцог Штепсель перешли к решительным действиям.

"Герцог! - презрительно усмехнулся про себя барон Шанс. - Подлая свинья, возомнившая себя хозяином мира и решившая, что ей всё дозволено!"

То, что Штепсель одержим идеей объединить под своей властью все рыцарские земли, провозгласить себя королем и стать значительной фигурой на политическом небосклоне Империи, ни для кого не было секретом.

До сих пор действия по осуществлению этой бредовой, как казалось большинству баронов, идеи носили характер гнусных интриг и спонтанных отщипываний кусочков земель от владений более слабых или неудачливых соседей.

Сам барон Шанс, в результате подобных нападок, уже успел потерять более трети своих исконных земель. Несколько процветающих деревень и часть охотничьих угодий уже перешли к тому времени под власть ненавистных Шприца и Штепселя.

Исторически так сложилось, что земли барона Шанса, подобно клину, вдавались в территории, принадлежащие его извечным врагам. Каждый раз они находили надуманный повод для нападения и, пользуясь преимуществом в живой силе, откусывали очередной кусок от владений барона.

Правда, в прежние времена, подобные нападения случались крайне редко, так как Рыцарский Совет не допускал беспричинных нападений соседей друг на друга и мог призвать нарушителя рыцарского кодекса к ответу. Однако, в последние годы ситуация изменилась. Герцога за счет различных интриг, подкупов и запугиваний, а порой и прямого шантажа, удалось получить в Совете большинство голосов, что наконец-то развязало руки ему и его приспешникам.

"Подонки! Похитить ребенка! Какой-то десяток лет назад на подобное деяние не смог бы решиться и полный идиот", - подумал господин Шанс, уставившись невидящим взором на пылавший в камине огонь. На коленях у барона лежало пришедшее на днях наглое послание господина Шприца, в котором сообщалось о том, что здоровье дочери барона находится в полном порядке, а сама она передаёт отцу сердечный привет и надеется на его благоразумие. Никаких угроз письмо не содержало. В нем лишь сообщалось, что предложения по урегулированию данного прискорбного инцидента вскоре последуют.

Барона била лихорадка, причиной появления которой была, конечно, не та пустяковая рана, которую он получил во время вылазки за крепостные стены, а переживания о судьбе дочери и о будущем своих владений.

Движение мыслей в голове скукожившегося в кресле немолодого уже человека, у которого события последних дней и вызванные ими переживания отняли, по крайней мере, двадцать лет жизни, напоминало почитаемые варварами тараканьи бега.

В забеге по извилинам баронского мозга лидировали три идеи. Одной из них была идея собрать все оставшиеся в распоряжении силы и попробовать за счет неожиданного и решительного удара прорваться в замок Шприца и отбить дочь, а самого подлеца при удачном стечении обстоятельств... (здесь фантазии барона Шанса приобретали столь зловещие формы, что описывать их, наверное, не стоит). Идея была абсолютно утопической, так как сил для её осуществления все равно бы не хватило, ведь в недавнем нападении участвовало много солдат герцога, присланных им на помощь своему ближайшему сподвижнику. По сути, эти солдаты составляли абсолютное большинство отряда агрессора. Скорее всего, часть их до сих пор оставалась в распоряжении неудачливого полководца.

Другая идея - попробовать обратиться с апелляцией в имперский суд - так же не выдерживала никакой критики. Имперские власти, как известно, и раньше старались не вмешиваться во внутренние рыцарские дела, а в последнее время...

По слухам, Император Предониус IX совсем отошел от дел по причине умственного бессилия. Окружение Императора занималось лишь интригами и стремилось укрепить свои позиции перед лицом нарастающей угрозы переворота, вызванной усилившимся недовольством правящих в разных частях Империи политических элит.

- Проклятые недоумки! Как им только удаётся править страной?! - воскликнул барон. - Каждый думает только о себе и о том, как подольше усидеть на тёпленьком месте.

Хозяин замка опасливо покосился по сторонам, осознав, что крамольная идея была выказана им вслух. Мрачная слава имперской службы безопасности внушала страх даже ничего не боявшимся рыцарям. Шпионская сеть СБ ещё издавна была ловко наброшена на имперские просторы и со временем не сгнила, а лишь окрепла. Однако, слава Богам, свидетелей баронской несдержанности не нашлось и "тараканьи бега" в голове барона возобновились.

Теперь гонку возглавила идея обрести союзников за пределами рыцарских земель. Идея была свежей, но такой же пустой, как и две предыдущие. Да и кого можно было позвать на помощь? Вопрос повис без ответа, и владелец замка мог лишь тяжко вздохнуть, вытерев со лба выступившую испарину.

"Неужели придется договариваться с этой крысой? - подумал он с отчаянием - Или все-таки попробовать напасть на его чертов замок? Не так уж и хорошо он укреплен. Эта гнида привыкла ползать в тени своего хозяина, на него никто не осмеливается напасть, так что обороной своих владений он давно уже не занимается... Может и выгореть..."

Мысли пошли на очередной круг, а в бокале оказалась новая порция джина, который барон считал единственным действенным лекарством от лихорадки и тоски.

Однако на этот раз, мысли-тараканы не успели войти в режим форсажа. Неожиданно для погружённого в переживания хозяина замка, перед ним материализовалась фигура его старого слуги Себастьяна. До сих пор, тот изредка, подобно безмолвной тени, появлялся в каминном зале , чтобы подбросить в камин поленья или поставить перед своим господином новый штоф с джином и блюдо с закуской.

На этот раз, Себастьян - сухой, но крепкий старик, способный своей выправкой дать сто очков вперед иному имперскому гвардейцу, сухо и деликатно кашлянул, стремясь обратить на себя внимание хозяина.

Барон, нахмурившись, уставился, на нарушившего запрет беспокоить его, слугу.

- Ну, что ещё произошло? - недовольно протрубил барон, догадываясь, что просто так слуга никогда не стал бы прерывать его размышления. - Не иначе, Шприц приполз с повинной или замок окружили гномы! Да, Себастьян?

- К Вам посетитель, ваша милость, - слегка поклонившись, произнёс старик.

- Какой, к чертям, посетитель?! - взревел барон. - Я же приказал никого в замок не впускать! Они что, вопреки приказу ворота открыли?

- Нет, Ваша милость, конечно, нет. Он сам прошел.

- Что значит сам? Как прошел?

- Не могу знать, господин барон, - удивленно произнес Себастьян. - Ворота закрыты, выходы из потайного хода надёжно заперты. Я сам ничего не понимаю, но когда я шёл сюда, чтобы подбросить в камин дрова, в соседнем зале стоял человек, который сказал, что прибыл в замок с важным поручением и ему просто необходимо о чём-то с Вами переговорить. Сказал, что мог бы пройти и сам, но не хочет показаться невежливым гостем.

- Ну и дела, - протянул поражённый словами барон, - не замок, а проходной двор! Как он, хотя бы выглядит? Кто он такой, чёрт его побери?

- Не могу знать, Ваша милость. На нем плащ с капюшоном. Лица не видно, а представиться он отказался. Сказал, что будет говорить только с Вами, и что принять его в Ваших же интересах. Может быть, солдат позвать?

- Не нужно звать солдат, Себастьян, - задумчиво проговорил барон, - если бы он был убийцей, то с такими способностями перемещаться по охраняемой территории, давно бы выполнил своё поручение. Впусти его, и оставь нас одних. В сущности, всё плохое, что могло с нами произойти, уже произошло. Посмотрим, что он скажет.

- Слушаюсь, - проговорил Себастьян, и медленно направился к выходу из зала, видимо, надеясь, что хозяин отменит своё рискованное решение остаться с незнакомцем тет-а-тет. Барон своего решения не изменил, и старик со вздохом покинул зал.

Глава 3.

Не успел старый слуга покинуть помещение, как в него проник ожидавший за дверями посетитель. Легко, словно тень, он преодолел расстояние от входа в зал до невысокого столика, за которым расположился барабанящий пальцами по поверхности стола барон.

- Добрый вечер, господин барон, - поздоровался с хозяином посетитель. - Прошу прощения за столь поздний и несогласованный заранее визит. Однако, учитывая последние события, думается, Вы сможете принять мои извинения и соблаговолите выслушать то, что я должен Вам передать на словах.

Вошедший говорил на чистом общеимперском языке, но с каким-то странным певучим выговором, от чего произносимые им слова казались слегка растянутыми.

Барон, насупившись, уставился на визитера, и по выражению его лица было легко прочитать всё то, что он думал по поводу вопиющего нарушения заведённого издавна порядка нанесения визита владетельным персонам рыцарского звания, наделённым баронским титулом. Впрочем, на баронском лице можно было прочитать также и явный интерес и, даже, некоторую надежду на то, что данное вторжение способно привнести положительные изменения в череду негативных событий последнего времени.

С минуту барон, молча, разглядывал стоявшую перед ним фигуру. Фигура была стройной, среднего человеческого роста и казалась довольно худощавой, хотя точно судить о полноте, либо худобе посетителя было затруднительно, так как весь он был закутан в чёрный длиннополый плащ, а лицо его полностью закрывал капюшон.

- Раз уж Вы уже стоите передо мной, то, учитывая реалии военного времени, а я, как Вы, очевидно, знаете, нахожусь в состоянии войны, формальности можно опустить, - произнёс хозяин замка, налюбовавшись на таинственного посетителя.

- Тем не менее, - протрубил барон, повысив голос и несколько опустив голову, от чего стал похож на быка, приметившего посягнувшего на целомудрие его подопечных бурёнок конкурента, - тем не менее, я хотел бы знать, с кем имею честь разговаривать. Представьтесь и снимите, наконец, свой капюшон, я хочу видеть ваше лицо.

- Имя моё ни о чём Вам не скажет, да и знать Вам его незачем, - спокойно ответил посетитель после короткой паузы, - но Вы, наверно, правы, желая видеть глаза собеседника. Это Ваше право.

Визитер легким движением сбросил капюшон.

- О, Боги всемогущие! - воскликнул владелец замка, уставившись на лицо гостя.

Нет, гость не был каким-нибудь уродом, прятавшим лицо под капюшоном, дабы не пугать слабонервных людей. Его лицо, излучавшее спокойствие и уверенность, имело тонкие черты и могло бы считаться вполне симпатичным человеческим лицом, если бы не чересчур крупные, хотя и красивые, глаза цвета яркого изумруда, и не эти длинные, заостренные уши. Чёрные волосы существа были стянуты в узел, отчего уши его еще сильнее привлекали к себе внимание.

- О, Боги! Эльф! - не смог сдержать удивления барон.

- Тёмный эльф, господин барон, так будет точнее, - подтвердил догадку рыцаря визитер, оглядывая стол с закусками и джином и остановив на мгновение взгляд на лежащем на столе свитке. - Мы не частые гости в ваших краях, так что я понимаю Ваше удивление.

- Честно говоря, я впервые разговариваю с тёмным эльфом, хотя и встречал Ваших... э... собратьев, будучи по делам в столице, - признался барон.

- Присаживайте, пожалуйста, - вспомнил барон об обязанностях хозяина, - Вы, наверное, голодны...

- Спасибо, - прервал слова хозяина эльф, садясь в стоящее напротив барона кресло, - ничего не нужно. Да и Вам, пожалуй, пора завязывать с ... курсом лечения.

- Страдаю от лихорадки, знаете ли, - смущённо признался хозяин замка, испытывающий непривычное чувство неуверенности в обществе тёмного эльфа. - Джин - отличное средство против лихорадки.

- Это хорошее средство для того, чтобы оказаться на улице без средств к существованию. Вы уж простите мне мою грубость, Ваша милость, но времени на долгое лечение у Вас нет.

- Вот, примите этот порошок, - добавил эльф, доставая из спрятанной под плащом сумки небольшой бумажный пакетик. - Высыпьте его в рот и запейте чем-нибудь, желательно не спиртным. Это моментально избавит Вас от лихорадки и придаст сил. Они Вам понадобятся, так как Вам предстоит срочная поездка в столицу. Выезжать надо немедленно после того, как Вы меня выслушаете, и, я надеюсь, согласитесь с моим предложением.

- Что это за колдовское зелье? И зачем мне покидать замок в такое напряжённое время? Вы в своем уме?! - воскликнул барон Шанс, изумлённо уставившись на гостя.

- Нет, никакого колдовства здесь нет. Мы вообще колдовством не занимаемся - это удел не способных к магии гоблинов и варваров. Мы, когда это необходимо, применяем магию. Но в данном случае, речь идет о простом медицинском препарате, изготовленном нашими фармацевтами-магами. Пейте смело, не опасаясь за своё здоровье. Сами понимаете, если бы я был послан с целью нанести вред Вашему здоровью, то давно бы находился на полпути к дому с докладом об успешно завершённой операции. Вы нужны нам здоровым и крепким, полным сил для предстоящей операции. Примите порошок, он излечит Вас, освежит Ваш ум, и тогда я изложу Вам предложение пославшего меня лица. Пейте!

Слова гостя прозвучали столь властно и убедительно, что хозяин замка, поколебавшись напоследок несколько мгновений, решительно высыпал в рот порошок и, запил его лимонадом, которым он до того разбавлял джин.

Приняв таинственное зелье, Шанс стал прислушиваться к собственным ощущениям, а таинственный гость, в это время, взирал на него с легкой снисходительной улыбкой. Первое время ничего необычного не происходило, но затем рыцарь почувствовал, как по его телу, от пальцев на ногах до макушки, словно бы прошла горячая волна. За ней через несколько мгновений - другая, а потом и третья. Когда третья волна покинула тело барона, тот с удивлением почувствовал, что его больше ничего не беспокоит. Мало того, он ощутил такой мощный прилив сил, какого не испытывал и в молодые годы.

Бросив случайный взгляд на пострадавшую во время последнего сражения руку, он с удивлением обнаружил, что рана полностью затянулась, не оставив на руке и следа.

- Чудеса! - вскрикнул, поражённый произошедшими в его организме изменениями, рыцарь. - Не верю своим глазам! Это чудо ещё похлеще Вашего незаметного проникновения в замок. Кстати, как Вам это удалось? Магия?

- Никакой магии, господин барон. Мне было запрещено применять магию на рыцарской территории. Это лишь проявление некоторых врождённых способностей, нескольких десятилетий тренировок, да пары веков практики, - улыбнулся эльф.

- Так, вижу, Вам стало лучше. Тогда позвольте изложить то, с чем я, собственно, к Вам и пожаловал.

- Да, уж, хотелось бы, наконец, узнать причину Вашего появления.

- Видите ли, Ваша милость, волею судеб сложилась несколько необычная ситуация. Как Вы знаете, эльфы, в том числе и тёмные, никогда не вмешиваются во внутренние рыцарские дела. Как, впрочем, и в дела варваров, и, вообще, в людские дела. Мы стараемся сохранить сложившийся в Империи порядок, ибо нас он вполне устраивает, так как позволяет всем существам, независимо от расы, жить согласно своим обычаям и привычкам, сотрудничать на взаимовыгодной основе в экономической сфере и при этом объединяться для отражения внешней угрозы. Такое положение дел до недавнего времени устраивало не только эльфов, но и все живущие на территории Империи расы.

Эльф молчал несколько мгновений, испытующе глядя в глаза рыцаря, ожидая реакции на свои слова, и дождавшись утвердительного кивка, выражающего согласие барона с прозвучавшими словами, продолжил.

- Последнее время в большой имперской политике стали происходить незаметные для непосвящённых существ, но очень серьёзные события. - Тёмный слегка покачал левым ухом, потом один раз дернул правым, раздумывая, насколько глубоко он может вдаваться в подноготную захлестнувших имперский политический небосвод тайных интриг.

- Короче говоря, случилось так, что интересы пославшего меня влиятельного лица оказались удивительным образом переплетены с интересами господина барона. Это лицо, пожелавшее до момента Вашей с ним личной встречи сохранять свое инкогнито, и лично изложить Вам суть своего предложения, направило меня сюда с целью предложить Вам, как можно скорее, прибыть на эту встречу...

- Позвольте, но это же абсурд! - вскричал барон, прерывая эльфа. - Бросить замок в такой критический момент, перед лицом очередного штурма, когда моя похищенная дочь находится в руках этого... Шприца! И для чего покинуть? Для того лишь, чтобы встретиться неизвестно с кем, неизвестно для чего?! Да Вы с ума сошли!!!

Рыцарь, хотя и был заинтригован и испытывал такое чувство, что мрак безысходности, царивший в его душе последние недели начал слегка рассеиваться, всё же не мог переломить свою рыцарскую натуру, требующую находиться в своем родовом гнезде, и быть готовым для последнего, пусть и безнадёжного, но решительного боя.

- Тёмные эльфы, если и сходят с ума, то только к концу второй тысячи лет жизни, - засмеялся визави барона, похоже, нисколько не смущённый словами владельца замка и нисколько на них не обидевшийся. Было похоже, что он ожидал подобной реакции рыцаря на свои слова.

- Дорогой барон, когда я говорил Вам, что эльфы не вмешиваются в дела людей, то забыл упомянуть о том, что при этом они проводят постоянный мониторинг происходящих здесь событий и владеют исчерпывающей информацией обо всех ваших делах...

- Проводите постоянный что? - спросил барон.

- Наблюдаем за вами и собираем информацию, чтобы быть в курсе всех ваших дел, - ответил посланник таинственного лица, твёрдо глядя в глаза рыцаря.

- То есть... попросту говоря, шпионите? - нахмурился барон, чувствуя, что по его рыцарской гордости нанесён удар. Корпоративная этика требовала немедленно изгнать из своего дома нахала, и барон, побагровев, даже привстал слегка в кресле, но последующие слова, произнесённые эльфом уверенным тоном, заставили его тело занять исходную позицию.

- Шпионим, подкупаем нужных людей, через посредников, конечно... Когда это бывает необходимо, тайно проникаем в ваши замки, бывает, что-то похищаем и, даже, устраняем сильно осложняющих ситуацию персонажей... как например, барона Штопора, помните такого?

Барон Шанс подавленно молчал, ошарашенный всем услышанным. Барона Штопора, скоропостижно скончавшегося три года назад от неведомой болезни, он хорошо знал. Тот был редкостной сволочью и ближайшим сподвижником герцога, и будь он сейчас жив, не поддерживающим герцогских замашек рыцарям пришлось бы совсем туго.

По счастливой случайности, старший сын покойного барона и, соответственно, его наследник оказался прямой противоположностью своего отца. Он с юных лет слыл в рыцарской среде чудаком, предпочитавшим заниматься искусством, а не войной.

Едва став владельцем обширных отцовских владений, на территории которых находилось сразу три хорошо укрепленных замка, возглавляя большую дружину, уступавшую по численности лишь герцогскому войску, он, тем не менее, сразу же объявил о своем нейтралитете во внутрирыцарских делах. Имея место в Рыцарском Совете, он также неизменно занимал в нем умеренную и миролюбивую позицию.

Герцог все ещё пытался образумить наследника своего бывшего друга, но, похоже, что это было делом абсолютно бесполезным.

- Ну, не стоит так переживать, - произнес эльф, заметив какое впечатление произвели его слова на собеседника, - ничего страшного в наших действиях нет, мы лишь стремимся сохранить положение статус-кво в ваших делах и не допустить, чтобы болезнь, поразившая рыцарское сообщество привела его к гибели. Никакого прямого вмешательства не будет, уверяю Вас.

Подавленный обрушившейся на него информацией, барон, молча, смотрел некоторое время на стол, стараясь разобраться в своих смятенных чувствах. Наконец, сумев вновь овладеть собой, он поднял глаза и взглянул на эльфа уже своим обычным твёрдым взглядом.

- Хорошо, предположим, что я посчитал бы возможным ввязаться в эту авантюру и встретится с Вашим хозяином, или кем он Вам приходится, - выдавил из себя рыцарь. - Но кто, скажите на милость, станет руководить моим гарнизоном, подвергнись замок нападению во время моего отсутствия. Как Вы себе это представляете - замок атакуют, а барон в это время прохлаждается в столице?!

- Послушайте, господин барон! Я ведь сказал Вам, что мы располагаем точной и достоверной информацией о происходящих здесь событиях. Не спрашивайте меня, откуда мы черпаем данные, просто поверьте, что в ближайшие три - четыре недели нападения не будет. А через три недели, в том случае, конечно, если Вы проявите благоразумие и решительность, Вашим врагам будет не до того. Поймите же, что Вы нам интересны не сами по себе, а именно как полноценный барон - владелец укреплённых замков, командующий приличным отрядом солдат и обладающий к тому же здравым смыслом.

Эльф посмотрел на рыцаря и, видя, что тот заколебался, добавил:

- Протянув нам руку помощи сейчас, в тяжелый, как для Вас, так и для нас момент, Вы не только освободите свою дочь и вернёте потерянные владения, может быть, даже и расширите их. Вы обретёте на будущее могущественных и верных друзей. Ибо, тёмные эльфы, каких бы отвратительных, зачастую надуманных черт им не приписывали, никогда не оставляют своих сторонников и друзей в беде.

- Теперь по поводу Вашего отсутствия... Ни о чем не беспокойтесь. В случае Вашего согласия отправиться в столицу, я изложу Вам свой план действий, призванный сбить Ваших противников с толку и выиграть дополнительное время. Когда Вы через пять-шесть дней вернетесь назад, то обнаружите свой замок в том же положении, в каком он находится и сейчас.

- Хорошо... я согласен. Можете изложить свой план, - подумав, произнес барон, чувствуя себя человеком, прыгающим с высокого утеса вниз с прикреплёнными к рукам крыльями, испытать которые иных добровольцев не нашлось.

- Скажите, барон, кого из рыцарей Вы бы назначили своим заместителем на время отъезда? - спросил эльф.

- Рыцаря Шайсе, кого же ещё! - не задумываясь, ответил барон Шанс.

- Я так и думал, - усмехнулся эльф. - Поставьте кого-нибудь другого. А рыцарю Шайсе объявите, что направляете его с важным, срочным поручением к... Кто в рыцарской среде является одним из самых непримиримых противников герцога, обладающим силами достаточными, чтобы с ним считались? Желательно, чтобы владения этого рыцаря находились в трех - четырех днях езды от Ваших, и чтобы путь от Ваших до его земель пролегал через владения барона Шприца. Ну что, барон? Приходит на ум кто-нибудь, соответствующий этим условиям?

- Ну, я бы сказал, что барон Шпиль идеально соответствует всем условиям, - огорчённо, понимая к чему клонит гость, ответил хозяин замка. - Неужели мой Шайсе...

- Да, он давно подкуплен Шприцем. Я рад, что Вы меня поняли. Давая рыцарю Шайсе поручение, скажите ему, что очень рассчитываете на его преданность и быстроту исполнения поручения. Также сообщите ему, что сами немедленно отправляетесь в столицу, чтобы подать жалобу на действия барона Шприца. А также посылаете гонца в Рыцарский Совет с требованием наказать нарушителя рыцарского кодекса.

- Признайтесь, барон, что в Вашей голове мелькали подобные мысли, и Вы обдумывали возможность таких действий, хотя, как умный и опытный человек осознавали их бесполезность.

- Признаюсь, - горько усмехнулся барон.

- Вот и Ваши враги ожидают от Вас подобных действий, - засмеялся темный эльф. - Не станем же их разочаровывать. Пусть они думают, что Вы совсем отчаялись. Тогда они просто будут ждать, пока Вы получите везде отрицательный результат и, окончательно сломавшись, согласитесь со всеми их предложениями. А мы, тем временем, осуществим свой план. Согласны?

- Логика железная, учитывая Вашу осведомлённость в наших делах и Вашу уверенность, думаю, это дело может выгореть. Я только не пойму... Неужели Вы решили прислать сюда отряд тёмных эльфов, Вы же обещали не вмешиваться напрямую в рыцарские дела. Если это так, то я не могу согласиться на Ваше предложение.

- Вы обо всём узнаете на встрече с пославшим меня лицом. Ни о чём не беспокойтесь, просто отдайте необходимые распоряжения и отправляйтесь в путь как можно скорее. Остановитесь в столице в любом удобном для Вас месте. Вас разыщут. Тот, кто с Вами свяжется, предъявит Вам этот перстень, - эльф показал барону массивный золотой перстень, украшенный изображением черного дракона. - Да, и предупредите своего слугу, чтобы о моем визите никому не говорил ни слова, а лучше всего возьмите его с собой. Он старик крепкий, дорогу выдержит. В крайнем случае, обратно можете его не брать. Пусть он немного погуляет в столице. Вашим слугам полагается отпуск?

Эльф снова рассмеялся, довольный своей шуткой и тем, что успешно выполнил свое поручение.

- Ладно, - добавил он, поднимаясь со своего места, - я свое дело сделал, письма Вы составите и без меня, а я на этом раскланиваюсь. Прощайте, господин барон, не знаю, встретимся ли с Вами ещё когда-нибудь. Провожать меня не нужно, я дорогу знаю.

С этими словами он исчез, а барон Шанс вызвал Себастьяна и приступил к осуществлению разработанного плана.

Глава 4.

Он лежал на спине, закинув руки за голову. Лежать было удобно. Под спиной была густая мягкая трава, настолько мягкая, что напоминала ему ковер, покрывавший пол их гостиной. Этот ковёр ручной работы, сотканный когда-то из верблюжьей шерсти в одной из южных провинций варварских земель, был привезён его отцом из одного похода, точнее сказать набега. Ковер был ярким, украшенным причудливыми узорами, и он, будучи ещё ребенком, любил сидеть на нем, разглядывая замысловатые линии орнамента.

Он не помнил, как оказался на этой огромной поляне, покрытой такой пушистой ароматной травой, запах которой смешивался с дурманящим запахом растущих тут же диковинных разноцветных цветов, напоминавших по форме обыкновенные колокольчики. Легкий ветерок смешивал благовония трав и цветов со свежим и прекрасным ароматом окружавшего поляну леса, и от этого воздух, которым он дышал, приобретал необыкновенный пьянящий эффект, пьянящий и одновременно освежающий. "Это - воздух счастья - подумал он. - Я - в раю, и я счастлив. Она наконец-то со мной, и поэтому мне так хорошо".

Над его лицом склонилась её голова. Солнечные лучи подсвечивали каскад пышных золотистых волос, рассыпавшихся по её плечам, и от этого казалось, что над головой её сияет нимб, и сама она словно бы выходит из потока солнечного света, являясь частью этого света, его порождением и воплощением. Им овладело чувство, невыразимого словами, восторга от ощущения прикосновения к этой тайне - тайне проникновения небесного божественного света в мир обычных существ и материализации эфемерного понятия "счастье" в образ этого златоволосого существа из плоти и крови.

- Я люблю тебя, Бежимвпостель. Мне кажется, что я любил тебя всегда, и буду любить вечно, - произнес он прерывающимся голосом, чувствуя нарастающее возбуждение и протягивая руки, чтобы схватить её и прижать к себе.

Желание слиться с ней в одно целое было столь сильным, что он даже слегка застонал. Однако руки его прошли сквозь её тело, словно само тело её состояло из воздуха.

- Ты же знаешь, что это не возможно, - ответила, улыбнувшись, она тихим, напоминавшим шорох опавшей листвы голосом.

- Но почему?! - воскликнул он, вновь пытаясь обнять её, и вновь безуспешно.

- Потому, что такова судьба.

- Какая ещё судьба?! - вновь воскликнул он, чувствуя, что слёзы наворачиваются на глаза, а к горлу подступает ком. - Мы ведь уже вместе!

- Наши судьбы переплетаются, но они у нас разные, понимаешь? У каждого из нас своя судьба и свой путь на карте жизни, - её лицо нависло над ним, и глаза её смотрели на него со смешанным выражением иронии и легкой грусти. - Тебя ждет дорога, полная опасностей и приключений, меня же... меня ждет своя дорога.

- Какая дорога?! - закричал он, вскакивая на ноги. - Что ты такое говоришь? Моя жизнь без тебя не имеет никакого смысла!

Ему показалось, что свет, снисходивший на него и согревавший его душу, начал меркнуть. Он даже поднял голову к небу, настолько явственным было это ощущение, и с удивлением заметил, что на солнце с необыкновенной скоростью надвигается маленькая чёрная туча. Уже спустя какие-то мгновения солнце оказалось полностью закрыто, а туча непонятным образом увеличилась в размерах. Вскоре стало ясно, что туча эта стремительно приближается к земле, и что это не туча вовсе, а, невесть откуда взявшийся, огромный чёрный дракон.

Не успел он осознать, что же происходит, как дракон, совершив сложный маневр, на вираже схватил Бежимвпостель своей когтистой лапой и, зависнув в воздухе, принялся её рассматривать и, громко фыркая, обнюхивать.

- Отпусти её, гадина! - заорал он на дракона и обвёл взглядом поляну, надеясь найти на ней хотя бы что-то напоминающее оружие.

- Поди прочь, глупец! Не суйся не в свои дела! - проревел в ответ дракон, глядя на него немигающим взглядом своих огромных разноцветных глаз.

- Сгинь! Я тебя узнал. Ты - Крюгер. Тебя давно уже нет на свете. Отпусти её и убирайся... не знаю уж куда!- крикнул он дракону.

- Давно уже нет?! - захохотал дракон, и захохотал так громко, что от его зловонного дыхания вмиг завяли все цветы, а вокруг поляны стали валиться могучие деревья.

- Меня не может не быть, лягушонок! Проваливай-ка лучше ты сам, пока цел. Не знаю уж куда, но так далеко, чтобы я тебя больше никогда не видел! Твоё счастье, что я не ем лягушатину.

С этим словами, дракон снова захохотал и ударил хвостом по земле.

Он попытался добраться до дракона, схватить его своими лапами за шею и задушить, но в том месте, где драконий хвост ударил по земле, образовалась быстро увеличивающаяся трещина. Он пытался перепрыгнуть через неё, но сил, подорванных разгульным образом жизни, не хватило, и он полетел в пропасть.

Как ни странно, лететь было не страшно, и он испытывал странное удовлетворение от сознания того, что эта никчемная, пустая жизнь скоро закончится. Перед его мысленным взором мелькали знакомые лица друзей и родственников. Повернув голову влево, он увидел домашнего миниптеродактеля, наматывающего вокруг него витки спирали и отмечающего своим отвратительным кашлем начало каждого нового витка.

- Пошел вон, чёртов урод! - закричал он на Проглота.

Тот же, расставив свои крылья таким образом, чтобы находиться на уровне лица несущегося в пропасть существа, надменно посмотрел на него своими злыми глазами и, разразившись продолжительным победным кашлем, сильно ударил его в лоб длинным носом, после чего резко взмыл вверх и исчез из поля зрения.

- Сколько раз тебе говорить, чтобы ты не трогал малыша, - раздался над ухом рев папаши и над головой прозвучал свист рассекающего воздух половника.

- Промахнулся... начинаю стареть, - грустно прокомментировал отец неудачно проведённый им воспитательный акт. - Давай, сынок, женись скорее, а то придется дела Перебухаю передать, а ты же знаешь его способности - развалит всё дело за несколько месяцев...

"Придется, папаня, поискать тебе другую кандидатуру, мне недолго уж осталось воздух рассекать", - подумал он и посмотрел вниз, удивляясь тому, что полет все ещё продолжается.

Внизу раскинулось море разноцветных огней. Одни из них горели равномерно, другие мигали, третьи сплетались в постоянно меняющиеся фигуры и, даже, как ему показалось, надписи на неведомом языке. Между этих огней, разбросанных по всему лежащему под ним пространству, были и другие огни. Эти, последние, двигались, собираясь вместе, подобно ручейкам, которые в свою очередь сливались с другими ручейками и превращались в реки, пересекающиеся с другими реками и растекающиеся в разных направлениях по лежащему внизу неведомому миру.

"Что за чертовщина! - мысленно воскликнул он. - Почему уже ночь, я же падаю не более нескольких секунд? Куда я попал? Чёртов Крюгер, похоже, отправил меня прямиков в гоблинский Ад. Ой, мама!"

Падение резко ускорилось и столкновение с миром огней казалось неизбежным. "И мокрого места не останется. И мокрого места не останется. И мокрого места не останется..." - эта фраза, часто употребляемая отцом во время деловых переговоров с несговорчивыми клиентами, крутилась у него в голове, пока он, испытывающий животный ужас и слабость внизу живота, ожидал столкновения с кишащей огнями поверхностью Ада.

В последний миг он зажмурился и истошно заорал что-то нечленораздельное. Однако ожидаемого столкновения не произошло. Вместо этого он попал, как ему показалось, в какую-то мягкую влажную субстанцию, которая словно обняла его и плавно опустила на землю.

Дрожа от страха, он приоткрыл глаза и увидел, что оказался в ужасном неведомом мире, как раз в центре слияния двух светящихся рек, оказавшихся потоками жуткого вида железных чудовищ, глаза которых испускали яркие пучки света.

Оглядевшись, он понял, что находится на пересечении двух улиц неведомого мира, по которым двигались потоки светящихся чудовищ, и на обочинах которых стояли небывалой высоты и уродливой формы строения, по всей видимости, выполняющие те же функции, что и дома в его родном мире.

По обочинам улиц сновали похожие на людей, но странно одетые существа, судя по всему, местные жители, то есть, попросту говоря, черти.

Здания имели бесконечное количество отверстий, многие из которых также светились разноцветными огнями.

"Наверное - это окна" - решил он.

Фасады кошмарных строений, напомнившие ему термитники, были завешены светящими вывесками, состоящими из разнообразных рисунков и надписей на неведомом языке.

"Адская реклама, двигатель адского прогресса" - догадался он, продолжая беспомощно стоять в месте пересечения двух потоков железных чудовищ. Стало понятно происхождение огней, видимых ему во время полета, но легче от этого знания не сделалось.

Он стоял, а мимо него с жуткими звуками проносились железные колесницы, издававшие, ко всему прочему, крайне неприятные запахи. Несколько раз мимо с рычанием промчались диковинные двухколёсные повозки.

Ими управляли жуткого вида твари, отдаленно напоминающие варваров, облаченных в облегающую одежду, но имеющих на плечах вместо голов блестящие предметы, выглядящие как огромные яйца. На каждой двухколёсной повозке сидело по одному чудовищу, хотя пару раз он видел подобные колесницы и с двумя чудищами на спине.

Всякий раз, проносясь мимо него, повозки слегка притормаживали и издавали отрывистые пронзительные звуки, в то время как сидящие на них чудища сердито кричали ему что-то и били себя лапой по голове.

"В Аду найдется место каждому, только не мне. Я - чёртов неудачник!" - думал он, отчаянно мечась между двумя железными потоками, в надежде найти выход из этого скопления средств передвижения по Преисподней.

В это время, раздался грохот, напомнивший ему тот, с каким сталкиваются на полном скаку двое облачённых в доспехи рыцарей. Оказалось, что это одна из повозок, стремясь объехать мечущееся между потоками существо, изменила траекторию движения и врезалась в другую повозку. За этим столкновением последовало еще несколько, и вскоре вокруг него образовалось скопище в разной степени покорежённых колесниц.

Движение вокруг остановилось. Из столкнувшихся повозок стали выбираться разъярённые черти. Черти-возницы также сильно смахивали на человеческие существа. Все они направлялись к нему с явно не добрыми намерениями. Некоторые сжимали в руках дубинки и какие-то металлические предметы, явно не предназначенные в качестве презента для только что попавшего в Ад существа.

Обратив внимание на то, что с обочины к месту происшествия спешат ещё двое чертей, одетые в одинаковую одежду, с дубинками в руках и болтающимися на поясе цепями, он почувствовал панику и бросился бежать в сторону противоположной обочины.

За спиной нарастал шум погони, раздавались крики и резкие звуки, похожие на свист неведомых птиц. Выбравшись на обочину, он побежал, расталкивая идущих навстречу жителей Ада.

Стремясь оторваться от погони, он бросился в какой-то вестибюль и, пробежав его, попал в ведущий вниз широкий каменный коридор. Удушливый воздух местной улицы сделался затхлым с примесью запаха нечистот. Повсюду валялся мусор, на который, впрочем, привыкшие ко всему черти не обращали внимания. Заметив, что погоня отстала и его замечают не больше, чем на мусор под ногами, он сбросил скорость и стал двигаться в том же темпе, что и все.

Плотность идущих рядом с ним существ постоянно увеличивалась, и когда они, спустившись по диковинной движущейся лестнице, оказались на нижнем ярусе, то уже представляли собой толпу.

Окружавшие его адские жители были облачены в столь нелепую однотипную одежду, что казались однополыми. Отличить чёрта от чертовки было практически невозможно.

Спускающихся по лестнице внизу поджидал, одетый в рваные штаны и балахон грязно-голубого цвета, нестарый ещё чёрт, который совал им в руки небольшого размера яркие бумажки, видимо с какой-то важной информацией. В его ушах, носу, губах и, даже, бровях торчали небольшие металлические предметы, а прочие видимые части тела были украшены какими-то рисунками. Судя по всему, этот абориген в чем-то провинился перед местными властями или богами этого мира. За что и был ими жестоко наказан. Некоторые из чертей брали у горемыки листок, другие проходили мимо, словно не замечая его. Он на ходу взял один из листков и машинально засунул его себе в карман.

Помещение, в которое он попал, сойдя с движущейся лестницы, напоминало огромный каменный зал, с двух сторон которого пролегали широкие канавы. По дну канав зачем-то были проложены стальные жилы. Канавы обоими концами уходили в разверзнутые пасти подземных туннелей.

"Гномья работа, - подумал он, - вот, значит, куда ведут их тайные ходы. Эти хитрые бестии, даже в Аду работу находят!"

Ему захотелось выбраться назад из этого затхлого пространства, но потом в голову пришла другая мысль.

"Надо попробовать пройти через один из туннелей, - подумал он. - Может быть, сумею выйти к проклятым землеройкам, а там глядишь, удастся связаться с отцом. Раз он ведет с ними дела, значит..."

Здесь его мысли были прерваны нарастающим гулом, исходившим из прорытого гномами хода, а потом показалась голова мерзкого чудовища с двумя горящими глазами. Выползавшее из темноты чудовище оказалось огромной железной гусеницей.

Страх обуял, измученное кошмарами, существо.

"Бегите!!! - заорал он стоящим рядом с ним жителям Ада, пытаясь выбраться из окружавшей его толпы.

Однако, казалось, что появление чудища никого не пугает, все продолжали стоять, со спокойными равнодушными лицами. На него также никто больше не обращал внимания. Казалось, что его просто перестали замечать.

В остановившейся, тем временем, напротив толпы гусенице с лязгом открылись проемы и его, визжащего от ужаса, извивающегося, в тщетной попытке вырваться из толпы, под напором этой толпы засосало внутрь кошмарной твари.

Створки с лязгом захлопнулись, и чудище, трясясь и грохоча стальными членами, стремительно набирая скорость, направилось в тёмный туннель. Видимо, оно спешило в свое тайное логово, чтобы без помех переварить беспечных чертей, а вместе с ними и его самого.

"О, Древние Огры! Клянусь принести вам в жертву стадо коров. Спасите меня! Клянусь осенью жениться, если выберусь отсюда! - произнёс он страшную клятву. - Мамочка, где ты?! А-а-а-а-а!!! Помогите!!"

Он почувствовал, что на лицо его полились струи какой-то жидкости.

"Всё! Начала нас переваривать. Это - конец!" - решил он, отчаянно пытаясь стереть лапами с морды льющуюся жидкость.

В этот момент кто-то крепко схватил его за плечо и стал сильно трясти. Он обернулся и увидел, что-то кричавшую ему беззубую старуху, одетую во всё чёрное. Он не мог разобрать ни слова, потому что речь была чужой, не похожей ни на один из известных ему языков. Однако, затем, сквозь царящий в утробе гусеницы грохот, он начал улавливать слова на родном гоблинском языке.

- ... Сон... тебе... сон... проснись, сынок!.. хорошо... это ... мама... узнаешь... мамочку?

- Отстань, сволочь старая, ты мне не мать! - заорал он, пытаясь вырваться из цепких лап мерзкой старухи, которая уже была не старухой, а чудовищем с телом гоблина и головой огромного птеродактиля.

Потом он почувствовал, как поток выливавшейся на морду жидкости усилился, а по самой морде кто-то нанес серию пощёчин. Причём, почему-то на правую щёку приходилось ударов больше, чем на левую.

- Просыпайся, сыночек, очнись же, наконец! - вдруг отчетливо раздался над его головой озабоченный голос матери.

- Мам, что ты на него из сифона брызгаешь? Видишь ведь, что толку никакого. Тресни лучше его сифоном по башке, или, давай я на кухню за половником сгоняю, - раздался рядом другой голос.

"Ну, Перебухай! Ну, гадёныш, я тебя точно когда-нибудь придушу!" - подумал он, узнав голос младшего братца.

Раздался звук очередной пощёчины и звук падающего тела. Очевидно, на этот раз пощёчина досталось зловредному брату.

- Мам, ты что? Я же ничего не сделал, - прохныкал Перебухай.

- Радуйся тому, что у матери рука легкая, - раздался голос матери, - но могу и отца позвать.

"Слава Древним Ограм, я дома" - с облегчением, постепенно приходя в себя, подумал он и открыл глаза.

- Слава Древним Ограм, очнулся, наконец! - воскликнула мать.

- Что, сынок, сон страшный приснился? - ласково спросила она.

- Очень страшный, просто кошмар, - прохрипел он в ответ.

- Ему невеста, Карытахана, наверное, приснилась, - высказал из-за двери догадку Перебухай.

- Убью, сволочь! - пообещал брату начинавший приходить в себя Мырыдхай.

- Мальчики, прекратите! Вы ведёте себя, как дети! - прикрикнула на них госпожа Несогласенподыхай.

- А что тебе снилось? - с интересом спросила она своего первенца.

- Ад снился, всякие ужасы... Ой! Приснилось, что дракон Крюгер похитил Бежимвпостель! - Мырыдхай резко сел на кровати, ибо он очнулся в своей собственной постели, где и проводил первую ночь в родном доме после возвращения с Праздника Древа.

- Нужно срочно узнать, не случилось ли с ней чего! - воскликнул он.

- Успокойся, сынок, это же всего лишь сон. Потом, знаешь, твоё увлечение этой эльфийкой перешло все допустимые пределы. Знакомые уже начинают над нами смеяться. Я сначала думала, что всё это пустые слухи, распускаемые завистниками, но теперь вижу - дело серьёзное. Пора заканчивать с юношескими увлечениями и браться за ум.

- Знаешь, ты во сне поклялся жениться, а, как говорит тётушка Нескучай, клятва, данная во сне, сильнее клятвы на крови! Кстати, я приглашу её зайти к нам вечерком. Расскажешь ей свой сон, она тебе разъяснит, что он означает, - закончила мать, довольная пришедшей в её голову идеей.

- Не собираюсь ничего рассказывать этой старой аферистке. Сон - это сон, и всё!

- А приказ женится - это приказ! - недовольно сказала мать. - Твой отец после твоих успехов у эльфов, просто бредит твоей свадьбой. Хотел тебя женить немедленно, но я ему напомнила, что он дал тебе время до осени на подбор невесты. Так что, поторапливайся, сынок! А тётушку Нескучай я всё же позову, хуже от этого не будет.

- Между прочим, одежду перед сном мог бы и снять, - насмешливо добавила она, перед тем как выйти из комнаты.

Окинув себя взглядом, Мырыдхай с удивлением обнаружил, что, он действительно, лежит в постели полностью одетый. На нём была та самая одежда, в которой он вернулся с эльфийского праздника.

Само возвращение вспоминалось с трудом. Единственное о чём он твёрдо помнил, так это о том, что возвращались они вместе со Спилилелем, который спешил в столицу, чтобы успеть к открытию выставки какого-то известного художника-примитивиста из варваров. Перед расставанием они договорились встретиться на следующий день после обеда и куда-нибудь сходить.

Дальше следовал провал в памяти и Мырыдхай, вздохнув, откинулся на подушку. Он старался припомнить подробности произошедших во сне событий и пытался разобраться в той ситуации, в которой он оказался по воле отцовской причуды, связанной с необходимостью продолжения славного гоблинского рода.

Время стремительно убегало. Уже наступило лето, и образ ужасной Карытаханы всё отчетливее проступал в сознании несчастного гоблина. Нужно было что-то решать, но никаких мыслей на этот счет в голове гоблина не было.

"Надо посоветоваться со Спилилелем. Он - личность образованная и к тому же творческая. Может быть, вместе и найдем выход из проклятого тупика", - решил Мырыдхай и, взглянув на, висевшие на стене громоздкие часы, очередной папашин трофей, как раз отмерявшие мелодичным боем два часа пополудни, отправился в ванную комнату.

- Скажу, что пообедаю со Спилилелем и смоюсь отсюда поскорее, - проворчал он себе под нос, стаскивая с тела несвежую одежду. - Небось, теперь не станут кричать, что хватит с эльфийскими кретинами дружбу водить. Вон как папаня воодушевился после ночного разговора с отцом Оглохспаниэля и тем тёмным.

Когда он вытряхивал из штанов накопившуюся там мелочь, на пол выпала странная бумажка. Подняв её и развернув, он с удивлением обнаружил, что это был тот самый ярко раскрашенный лист бумаги, который он на ходу взял во сне у оборванца с железными заклепками на лице.

На листке были изображены несколько человек в черной, судя по всему кожаной, одежде. Сверху и снизу от рисунка, выполненного настолько мастерски, что изображённые на нем черти казались живыми, были нанесены надписи на совершенно незнакомом языке.

У Мырыдхая закружилась голова, и он схватился за край ванной, чтобы не упасть. Придя в себя через некоторое время, он хотел сначала показать этот листок своему приятелю-эльфу, но затем, подумав, решил спрятать его в своей комнате и пока никому не рассказывать об этой странной находке.

"Показать всегда успею. Какой-нибудь варвар или консерв, на моем месте, наверное, свихнулся бы от такой находки. А я - гоблин, битый с детства половником по голове. Мне хоть бы что. Хорошо все-таки быть гоблином...", - думал он, залезая под бьющую из душа холодную воду, чтобы смыть кошмар прошедшей ночи.

Глава 5.

Если Вы когда-нибудь бывали в столице Империи, то должны помнить величественное здание Ордена Магов, построенное в форме тринадцатиугольника и расположенное на площади Героев, напротив громоздкого и мрачного здания Дома Правосудия. Площадь героев - это та самая площадь, где находится скульптурная композиция "Победители", включающая в себя представителей всех рас и народов, населяющих имперские просторы.

В состав композиции входят несколько существ, стоящих плечом к плечу с оружием в руках, как то: имперский гвардеец, рыцарь, два варвара (по одному с южной и северной окраин Империи), гоблин, огр, светлый и тёмный эльфы, представитель магического сословия со свитком в руке, а также собирательный образ простого мирного жителя, взявшегося за оружие в тяжелый для страны момент.

Образ последнего воплотился в облике странного существа, одетого, как ремесленник, но почему-то сжимающего в руках крестьянские вилы. Группу героев возглавляет сам Император Предониус VI, прадед нынешнего властителя, ловко восседающий, на, присевшем на задние ноги, крылатом коне, и держащий в правой руке символ императорской власти - магическую палицу Колотун.

Посещение площади Героев входит в любую экскурсионную программу, также как осмотр императорского музея изящных искусств, волшебных садов (где лучшим ботаникам и зоологам государства удалось вырастить все известные виды имперской флоры и фауны), знаменитого столичного блошиного рынка и императорского дворца.

Разумеется, в целях обеспечения покоя и безопасности Императора, дворец осматривается туристами снаружи, с приличного расстояния и под бдительным оком сотрудников имперской службы безопасности.

Впрочем, речь сейчас идёт именно о здании Ордена Магов, точнее говоря о том, что происходит в одном из его залов в то время, как Мырыдхай, выйдя из родительского дома, направляется, стараясь держаться в тени огромных фикусов и секвой, дабы укрыться от палящего летнего солнца, на встречу со Спилилелем.

- Камрады! Мы собрались сегодня на внеплановое заседание Совета Ордена, чтобы принять решение по архиважному и не терпящему отлагательства вопросу, - тихим скрипучим голосом обратился к присутствующим верховным магам председательствующий.

Это был древний на вид, седовласый старик, с кустистыми чёрными бровями, длинным, напоминающим клюв хищной птицы, носом и бледно-голубыми глазами, которые, несмотря на возраст хозяина, казались способными прожечь в собеседнике дыру.

Старик, как и положено главе Ордена, был облачён в длинный белый халат, расшитый тринадцатью разноцветными, по числу входящих в Орден магических школ, звёздами. Голову его покрывала белая шляпа с широкими полями, также украшенная тринадцатью звёздами, но уже не вышитыми, а изготовленными из различных драгоценных камней.

Точного возраста главного мага Империи никто не знал. Достигший высот магического искусства, он мог, разумеется, при желании принимать образ любого существа, любого возраста. Однако на заседаниях магов и встречах с влиятельными имперскими персонами, глава Ордена всегда принимал такой вот малосимпатичный и наводящий робость на собеседников облик.

- Думаю, не стоит говорить о том, что всё сказанное здесь не должно выйти за пределы нашего круга, - проскрипел старик, оглядывая расположившихся за столом магов и останавливая взгляд на самом молодом на вид волшебнике в зелёных плаще и шляпе, главе школы магии природы.

- Разумеется, Старший камрад, всё останется между нами, - смущённо откликнулся тот.

- Ну-ну, камрад Летаргиниус... ну-ну, - дёрнув носом, скептически прошелестел председательствующий маг и замолчал, словно сомневаясь в том, стоит ли вообще продолжать заседание.

- Вероятно, старший камрад Левитациус припомнил тот досадный случай, когда наш молодой коллега, в пылу полемики со слушательницей своей школы, которую он экзаменовал во внеурочное время, случайно проговорился о... - с еле уловимой ехидцей в голосе, попытался напомнить присутствующим о нашумевшей когда-то истории другой маг, облачённый в одежды чёрного цвета.

Это был курносый человек, с маленькими бегающими глазками и короткой жидкой бородкой. Однако его ехидная речь была прервана поднятым вверх указательным пальцем председательствующего.

Прервав, таким образом, чёрного мага, известного своими интригами и попытками сколотить внутри Ордена собственную фракцию, старший камрад Левитациус некоторое время с интересом рассматривал свой палец, простое движение которого, заставило замолчать одного из сильнейших магов страны.

Дождавшись, когда в зале наступила полная тишина, и взгляды всех присутствующих также оказались прикованы к его пальцу, он почесал этим пальцем свой крючковатый нос и произнёс буквально следующее:

- То, к чему наш Орден стремился последние столетия, о чём мы могли лишь мечтать, до конца не веря в возможность осуществления нашей мечты, может свершиться в ближайшие несколько недель.

Присутствовавшие в зале маги продолжали молчать, пытаясь осознать истинный смысл слов своего лидера.

Тайной целью существования Ордена было установление владычества магов над всей Империей. Официально же говорилось о том, что Орден существует для того, чтобы изучать на благо Империи магические законы и их связь с законами физическими, способствовать развитию культурного и образовательного уровня населения и служить делу укрепления имперской власти, а также сплочения всех рас и народов, населяющих имперские просторы.

- Вы удивленны и я понимаю ваше удивление, - окинул присутствующих насмешливым взглядом старик, - но такова сущность бытия - глобальные изменения назревают долго, а происходят неожиданно, когда на одну чашу находящихся в равновесии весов падает маленькое, почти невесомое пёрышко. В данном случае - это пёрышко представляет собой несколько документов, попавших по нелепой случайности в руки одной ничтожной личности. Личность эта пытается вести свою игру, хочет извлечь свою прибыль из этих бумаг, не понимая, в какую игру она влезла и каковы ставки в этой игре.

Старший камрад вновь замолчал и задумался, очевидно, ещё раз просчитывая сложившуюся ситуацию. Потом он обрисовал собравшимся магам эту ситуацию, связанную с похищением дискредитирующей эльфов их тайной переписки со своими агентами влияния.

- Как вы понимаете, расклад получился такой, что, располагая этими документами, мы легко изолируем эльфийских выродков от активной политической деятельности, - убеждённо произнёс глава Ордена магов. - Они попали в патовую ситуацию и не способны в данный момент предпринять никаких решительных действий.

Ясно, что их цель - сменить правящую династию, которую они считают, и, надо признать, считают справедливо, вредоносной и мешающей развитию Империи. Однако само имперское устройство их вполне устраивает, и сохранение сложившегося равновесия является для них целью ещё более важной. Поэтому они не могут ни отобрать эти документы силой, ни вступить в прямое противостояние с императорским окружением.

Наша же цель - избавление государства от экономического и технического диктата эльфийской расы. Пора уже людям брать власть в свои руки. Учитывая то, что эльфы не догадываются о нашей роли в грядущих событиях, мы, опираясь на военную силу рыцарей, объединенных герцогом, используя всю свою магическую мощь, а также, задействовав еще кое-какие рычаги, сможем быстро взять власть в руки.

- А уверен ли старший камрад в том, что эльфы не догадываются о нашем участии в этом деле? - робко спросил зелёный маг. - Всё-таки они превосходят нас не только в технологиях, но и в магии. Ведь те магические способности, которые нам приходится приобретать десятилетиями упорного труда, они имеют от рождения. А с мощью их Верховных Друидов даже мы, сильнейшие маги Ордена, едва ли справимся в открытом бою. Кроме того, если нам и удастся способствовать быстрому объединению рыцарей и убедить их поддержать нашу... акцию... не известно ещё как отреагируют на нашу, так сказать, инициативу варварские племена и другие расы.

Присутствовавшие на заседании маги встревожено зашумели, соглашаясь со своим молодым коллегой и явно опасаясь, что план, предлагаемый старшим камрадом, может привести не к осуществлению тайной мечты магов, а к полному краху их организации.

Чёрный маг посматривал на своих коллег с видом некоторого превосходства, словно говоря им: "Я же вас предупреждал! От глубочайшей мудрости до старческого маразма всего один шаг и, похоже, кое-кто готов этот шаг сделать и даже приподнял уже трясущуюся от дряхлости ногу".

Председательствующий, наблюдая нерешительность и испуг магов, лишь досадливо крякнул.

- Риск, конечно, есть, - проговорил он, несколько повышая голос и хлопнув ладонью по столу, чем заставил остальных замолчать и обратиться в слух, - риск есть, но он не велик.

- Варварские племена слишком раздроблены и невежественны, чтобы быстро отреагировать на наши действия. А о каких "других расах" мы должны беспокоиться? О гоблинах и карликах, что ли? Или об ограх? Смешно даже обсуждать подобный вздор! Эльфы?! Да после того, как документы окажутся в наших руках, эльфы не посмеют предпринимать активных действий, ибо будут уверены, что наша цель - сохранение власти правящей династии.

А получив власть в стране, мы какое-то время сможем морочить им голову обещаниями сохранить прежний порядок. Главной нашей задачей на том этапе будет объединение всех людских сил. А там уже разберемся... Так что единственная наша проблема заключается в том, как эти чёртовы бумаги заполучить. Рыцари, похоже, решили попробовать разыграть эту карту самостоятельно.

Старик замолчал, предлагая желающим высказаться, но таковых в зале не нашлось. Все ждали, что он выскажет своё предложение по разрешению данной проблемы, без чего все прозвучавшие ранее слова были весомы не более чем обычный трёп.

- Ну, что же, мы, пожалуй, дадим барону Шприцу и герцогу Штепселю такую возможность. - Не дождавшись от своих соратников никаких предложений, снова заговорил, облаченный в белое маг. - Пусть консервы попробуют использовать эти документы для шантажа эльфов и окончательно поймут, что без нашей помощи рыцарское сообщество обречено играть четвёртую скрипку в захудалом провинциальном оркестре. А когда они это поймут, мы заключим с ними договор, скрепленный "заклятием вечной дружбы под угрозой мучительной смерти". Поможем герцогу быстро подчинить сохраняющих независимость рыцарей и провозгласить себя королем, в обмен на эту переписку и клятву признать в будущем нашу верховную власть и предоставить в наше распоряжение войска.

- В конце концов, до тех пор, пока Его Императорское Величество и те из его родственников, что могли бы претендовать на престол, скоропостижно не скончались от неведомой болезни, мы ничем не рискуем. Нужно лишь, чтобы всё сказанное здесь осталось тайной. А этого мы добьемся, произнеся "заклятие молчания под страхом смерти вызванной жуткими мучениями от адской боли", - добавил старик со злобным смешком, оглядывая своих камрадов и задерживая взгляд на зеленом и черном магах. - Надеюсь, возражений у вас нет, а, камрады?

Было видно, что произносить страшное заклятие никому не хотелось, но и отказаться от подобного предложения камрадам не было никакой возможности.

- А что произойдет, если рыцари, не добившись от эльфов желаемого, просто опубликуют эти документы, или передадут их главе службы имперской безопасности? - рискнул спросить чёрный маг, понимая, что его карта бита и, независимо от исхода дела, пошатнуть авторитет главы ордена в этот раз не удалось.

- Тогда, камрад Прострациус, будет война, и мы составим новый план о том, как нам действовать в новых условиях, - спокойно ответил старик, впиваясь в оппонента колючим взглядом. - Впрочем, такой вариант хотя и возможен, но маловероятен. Рыцари, хотя и недалекие люди, но всё же не дегенераты.

- Камрады, исходя из той информации, которой я располагаю, у нас есть около месяца до того момента, когда герцог убедится в тщетности своих мечтаний. За это время мы должны успеть подготовится к осуществлению нашей цели. Сейчас, предлагаю всем по очереди произнести заклинание, потом отдохнём немного и составим предварительный план действий. Заклинание будем произносить в обычном порядке, начиная с камрада Коматозникуса, - глава Ордена покосился на сидящего справа от него жёлтого мага, человека также весьма почтенного возраста с бледным изможденным лицом и, прикрыв глаза, откинулся на спинку кресла.

Маги начали готовиться к произнесению страшной клятвы, отбирающей у произносящего её много физических и магических сил, а мы, тем временем, незаметно покинем тайное собрание магов и устремимся вслед за Мырыдхаем, находящимся уже неподалеку от жилища своего приятеля.

Только я Вас очень прошу, не рассказывайте никому о том, что Вы услышали на заседании магов. Хорошо? А то, знаете, политика такая штука, что лучше в неё не соваться.

Глава 6.

Спилилель проживал в просторной квартире, занимавшей два последних этажа в современном восьмиэтажном доме, построенном в эклектическом стиле по проекту одного чудаковатого архитектора - тёмного эльфа, близкого друга Спилилеля.

Дом был поистине огромным, занимавшим целый квартал на юго-западе столицы. Здание напоминало усечённую и уменьшенную копию эльфийского Древа, словно выросшего в гигантской пресс-форме и оттого принявшего столь причудливые очертания.

Из двух этажей, занимаемых приятелем Мырыдхая, жилым являлся только нижний этаж, оборудованный по последнему слову эльфийской техники. Здесь располагались семь кухонь, семнадцать ванных комнат, пять спортивных залов, кабинет, сорок три спальни и множество вспомогательных помещений.

Стены верхнего этажа, имевшего сорокафутовый потолок, и крыша здания, сделанные из специального эльфийского строительного материала, были не только полностью прозрачны для света и воздуха, но и могли также дополнительно функционировать в двух специальных режимах. В одном из них они получали возможность самоочищаться, а, будучи переведёнными во второй режим, пропускали дождевые капли.

Применение сверхдорогостоящего материала было необходимым, так как на верхнем этаже был раскинут настоящий эльфийский сад, в котором было представлено великое разнообразие произрастающих на имперских просторах растений.

В саду этом обитали также некоторые виды птиц и небольших животных. Проживала здесь даже пара карликовых саблезубых тигрогуаров - редких зверей, привычным ареалом обитания которых, был таинственный остров Приведений, населенный помимо редких зверей, ещё и кровожадными воинственными туземцами, отчего охотников посетить его находилось немного.

Тигрогуары были не только симпатичными на вид и весьма забавными своими повадками животными, но и крайне опасными хищниками, способными вмиг освежевать тушу разумного существа. Так что, нанятым Спилилелем дрессировщикам и психологам потребовалось более года, чтобы объяснить чете тигрогуаров правила поведения в приличном обществе, а также заставить их полюбить растительную пищу и, специально подобранный для них, сбалансированный корм.

Эльф сокрушался из-за необходимости вмешиваться в естественный ход природного процесса, но посчитал, что держать животных в клетке ещё ужаснее, поэтому и сумел перебороть себя и провести для своих любимцев дорогостоящий курс по превращению их в достойных, благовоспитанных столичных жителей.

Впрочем, звери легко приняли правила игры и выглядели вполне счастливыми условиями своего обитания. А так, не считая того, что некоторые имперские деревья были представлены своими карликовыми копиями, всё в саду Спилилеля полностью соответствовало природным нормам.

Другой особенностью эльфийской квартиры был расположенный в центре сада выставочный зал, в котором Спилилель держал приобретаемые им произведения современного имперского искусства. Здесь находились тысячи экспонатов, преимущественно картин и скульптур, и тем существам, которым посчастливилось быть приглашенными посетить эту художественную сокровищницу, требовался не один час для осмотра представленных экспонатов. Для того, чтобы произведения искусства не пострадали во время полива сада, над выставочным залом был сделан дополнительный потолок из того же материала, но без режима пропускания дождя.

В квартире Спилилеля постоянно гостили странные личности, в основном варвары, которых он называл непризнанными гениями, и которым оказывал своё покровительство.

Для обслуживания квартиры, хозяин, не желавший тратить драгоценное время на общение с живыми слугами, которым как он выражался "надо всё объяснять дважды для того, чтобы получить результат прямо противоположный желаемому", держал целый штат големов тёмноэльфийского производства.

Живых слуг в квартире было всего четверо, и все они проживали в квартире. Штат живых слуг состоял из двух пожилых эльфов, обслуживавших Спилилеля с раннего возраста, повара экстра-класса и одной хорошенькой служанки варварского происхождения. Она умела варить прекрасный кофе по-южноварварски и отличалась, по мнению хозяина квартиры, тонким вкусом и, редким для варваров, чувством прекрасного.

Мырыдхай знал, что большую часть времени Спилилель проводит, любуясь своими экспонатами или прогуливаясь по саду. Испытывая некоторое беспокойство, он направился к подъёмному механизму, заключённому, в вытянутую на высоту здания, прозрачную колбу.

Принцип действия механизма был выше гоблинского разумения, но по заверениям эльфа это была надёжная конструкция, абсолютно безопасная для жизни и здоровья пользователей. Механизм управлялся одним из големов, который, неуклюже передвигаясь внутри устройства, нажимал на необходимые выступы, дёргал соответствующие рычаги и безошибочно доставлял посетителей на нужный этаж.

Голем, судя по всему, узнал, часто бывавшего у его хозяина, гоблина, потому что, завидев его, судорожно задергал головой в знак приветствия и промычал своё дежурное "заходить пожалуй".

Проблема наделения големов разумом была, по словам Спилилеля, слишком сложной для решения и требовала не одно десятилетие для того, чтобы разум големов приблизился к разуму пещерных троллей. "Теперь перед спецами тёмных поставлена задача, чтобы их разум достиг уровня разума огров. Казалось бы, плёвое дело, но я думаю, что на это уйдет ещё пара сотен лет. Однако с функциями своими они справляются, а это - главное", - объяснил как-то эльф Мырыдхаю.

- Привет, Лифтёр! - зайдя на площадку подъемного механизма, поздоровался гоблин с големом, удивляясь тому, какие странные имена дает хозяин своим механическим слугам. Помимо Лифтёра, гоблин уже успел познакомиться с Сантехником и Телефонистом.

- Сгоняй на последний, - попросил Мырыдхай, и голем, промычав что-то нечленораздельное, задёргался, приступая к выполнению полученного поручения. Доставка гоблина до пункта назначения прошла успешно и, вскоре, он уже бодро шагал через сад.

Как и ожидал Мырыдхай, Спилилель оказался в выставочном зале. Эльф стоял спиной к появившемуся из зарослей гоблину и рассматривал стоящие перед ним на специальных подставках картины.

- Привет, Мырыдхай! - не оборачиваясь, поприветствовал друга эльф, очевидно, узнав его по звуку шагов, хотя самому гоблину казалось, что он передвигался совершенно бесшумно по зелёному ковру мягкой, идеально подстриженной травы.

- Ты только посмотри, какую прелесть мне удалось приобрести на сегодняшней выставке! - воскликнул Спилилель, не отрывая взгляд от одного из полотен. - Еле выхватил их из-под носа этой проныры Ударилхмеля. Отвалил столько золотых, что теперь до конца лета ничего купить не смогу. Но я не жалею... Ты только взгляни на это чудо!

Мырыдхай встал рядом с приятелем и уставился на вызвавшую у последнего такое восхищение картину. На его взгляд, картина производила такое впечатление, словно умственно отсталому троллю попались в руки кисть маляра и несколько вёдер красок, и он решил выместить на несчастном холсте одолевавшую его тревогу и избыток энергии.

"Мне бы твои проблемы!" - подумал гоблин, но расстраивать приятеля не стал и постарался выразить свой мнимый восторг несколькими междометиями.

- Не надо врать, Мырыдхай, я же знаю, что тебе картина не нравится, - засмеялся эльф, взглянув на приятеля, - но, поверь мне, этот художник ещё прославится. Просто, это новое слово в живописи. Ты только посмотри, какая цветопередача, какая необычная техника!

- Может быть... - проворчал гоблин, уворачиваясь от подкравшихся к нему тигрогуаров.

- Ну, ладно, ладно... хватит меня лизать, - проговорил он неожиданно ласковым голосом, гладя забравшихся к нему на руки хищников.

Удивительно, но тигрогуары ещё при первой встрече полюбили гоблина и ни на шаг не отходили от него, требуя ласки. Мырыдхай, не часто встречавший подобное к себе отношение, также проникнулся к забавным зверям симпатией и всегда приносил им какие-нибудь лакомства. Вот и теперь, он занимался тем, что скармливал им извлекаемые из кармана сухарики.

Глава 7.

- Друг мой, я вижу, что тебя гложет внутреннее беспокойство. Что случилось? - спустя некоторое время спросил Мырыдхая эльф, отвлекаясь от созерцания приобретённого шедевра.

- Да, всё то же самое, - ответил Мырыдхай, сбрасывая на землю тигрогуаров и бросая им остатки сухарей. - Чёртова женитьба! Время идёт, а я никак не могу сообразить, что мне делать. Папаня от меня не отстанет и, если я что-то не придумаю, женит на этой уродине.

- А своей кандидатуры у тебя нет? - спросил эльф.

- Есть, но она не согласится, - тоскливо проговорил гоблин, стряхивая с лап, прилипшие крошки.

- Если ты говоришь о Бежимвпостели, то вот тебе мой совет - выбрось эту дурь из головы, - участливым и одновременно твёрдым тоном сказал ему эльф.

- Ты же сам знаешь, что подобный союз не возможен, - добавил он с некоторой досадой. - Угораздило же тебя влюбиться в эльфийку!

- Знаю, что не возможен, - нервно откликнулся Мырыдхай и замолчал, думая о несправедливости жизненного устройства.

Вообще-то, в физиологическом и генетическом планах, гоблины могли вступать в брачный союз и с эльфийками и с представительницами людской расы.

Один известный ученый-некромант, проведя многочисленные исследования, установил, что генетически гоблины также близки со свиньями и предложил провести эксперимент по скрещиванию гоблина со свиньёй. Его, разумеется, тут же признали окончательно выжившим из ума и, учитывая былые заслуги и верность императорской семье, назначили министром сельского хозяйства, поскольку министерства медицины и образования были в тот момент заняты другими, не менее достойными кандидатурами.

Так что дело было не в природных противоречиях, а в исторических примерах, ибо несколько любвеобильных гоблинов, попытавшихся установить свою половую совместимость с эльфами на практике, (а было это ещё в давние лихие времена), долго после этого не прожили и умерли в страшных мучениях. Однако погибли они не зря - их печальный опыт явился для будущих поколений назидательным примером.

- И что же мне делать? - воскликнул гоблин с отчаянием. - Допустим, я согласен жениться на нормальной симпатичной молодой сексапильной гоблинше, хотя бы для того, чтобы избежать брака с папашиной уродиной, но где её, черт побери, взять?! У всех знакомых дочки не намного лучше того крокодила.

- Надо подумать, - задумчиво проговорил Спилилель, который, несмотря на свою богатую фантазию, не мог представить "нормальную симпатичную молодую сексапильную гоблиншу".

- Надо подумать, - повторил эльф, шевеля ушами.

- Ну, так придумай что-нибудь! Ты же творческая личность. Воображения у тебя хоть отбавляй - вон какие картины откопал. Другой бы плюнул, покрутил пальцем у виска и прошёл мимо, не догадываясь, что это шедевры, а ты вон как... Сразу понял, что к чему... - Мырыдхай уставился на Спилилеля с таким видом, словно ожидал от него немедленного решения своей проблемы.

В этот момент к друзьям подошла горничная эльфа - Зухрымухра - миловидная девушка из южных варваров, наделённая точёной фигурой и идеальной формы грудью. Все эти достопримечательности легко просматривались сквозь легкую ткань, которую она накинула на варварский манер.

- Господа хочут чай - кофе? - спросила она, улыбаясь гоблину дежурной улыбкой и глядя на эльфа преданными, влюблёнными глазами.

- Кофе, - отозвался эльф.

- Просто кофе, - добавил он зачем-то.

- И я, пожалуй, выпью чашечку просто кофе, - сказал Мырыдхай, почувствовавший слабость к плодам кофейного дерева.

"Даже и не знаю, что я буду делать, когда через десять-двадцать лет Зухрымухра разучится кофе варить" - сокрушался как-то подвыпивший Спилилель.

- Вам сахар ложить? - спросила горничная, пристально глядя на гоблина своими красивыми миндалевидными карими глазами и облизывая розовым язычком пухлые губки.

- Можно... одну ложку... просто сахара, - ответил гоблин, ощущая под взглядом Зухрымухры прилив странного волнения.

"Ведьма какая-то, - подумал он. - Дура дурой, даже говорить грамотно не может, а кофе сразу захотелось".

Горничная, мягко покачивая бедрами, удалилась, а друзья уставились друг на друга.

Глава 8.

- Знаешь, а я, кажется, придумал! - неожиданно воскликнул Спилилель, ставя пустую чашку на столик, за которым они сидели, потягивая чудесный крепкий напиток и наблюдая за периодически появлявшейся в поле зрения грациозной горничной.

- Что придумал? - спросил приятеля гоблин, пытаясь представить себе, на кого был бы похож ребенок, реши он завести его с похожей на Зухрымухру горничной.

- Придумал, что надо сделать, чтобы найти тебе подходящую по всем статьям невесту, - пояснил эльф.

- Да?! - встрепенулся Мырыдхай, мгновенно отвлёкшись от пустых фантазий и спустившись с небес на землю. - И что же надо сделать? Говори скорее!

- Давай дадим объявление в ведущие газеты, например, "Вестник Империи" и, скажем, "Слухи и Домыслы".

- Какое ещё объявление? - удивился Мырыдхай, не улавливая всей тонкости эльфийской мысли.

- Как, какое? Брачное, конечно, какое же ещё? Тебе невеста нужна или... горничная?

"Мне нужна невеста-горничная" - подумал гоблин.

- Невеста, - произнес он вслух.

- Ну, вот! Какого же огра ты вообще должен её искать?! Пусть невесты сами находятся, а ты просто отберёшь из всех кандидаток ту, которая тебе подходит. Если, конечно, такая найдется. Я думаю, что найдется. Писать-то будут отовсюду, где проживают гоблинши. Уже хорошо, что откликнутся грамотные девчонки, которые хотя бы читать умеют. Кроме того, напишут те, которые действительно хотят выйти замуж, так что, в случае чего, долго уговаривать невесту не придётся. А, кроме того, в тексте объявления будут перечислены все необходимые условия, габариты, детали внешности, материальные и прочие аспекты, поэтому совсем уж неликвид из числа кандидаток будет исключен сразу же.

Довольный Спилилель подозвал горничную и, погладив её по бедру, попросил сварить им ещё кофе.

- А кто составит текст объявления? - спросил друга гоблин, заинтересовавшись идеей и находящий её вполне продуктивной. - Может быть, ты сам что-то нацарапаешь? Я, честно говоря, как-то не силен в эпитокарном жанре.

- Эпистолярном! - поправил гоблина Спилилель. - Ладно, это не проблема. Прямо сейчас и накидаем несколько строк. Это же не роман, а всего лишь объявление...

Дождавшись, пока горничная доставила новую порцию источавшего чудесный аромат напитка, он распорядился принести бумагу, перо и чернила, и, прикрыв глаза, стал постукивать кончиками пальцев по столу, обдумывая содержание будущего объявления.

Глава 9.

Барон Шанс въехал в западные столичные ворота вечером на третий день после того как, скрепя сердце, покинул замок. Его сопровождали один слуга и двое телохранителей, отобранных землевладельцем из надёжных, опытных солдат.

Помня указания таинственного гостя, убедившего его ввязаться в это авантюрное, как ему по-прежнему продолжало казаться, предприятие, барон сразу направился в гостиницу, остановив свой выбор на "Мече и Розе".

"Меч и Роза" была старой четырехэтажной гостиницей, построенной когда-то одним бароном, потерявшим в междоусобных стычках родовой замок и земли. Вместо того чтобы бросаться на меч, как делали обычно рыцари в подобных ситуациях, он перебрался в столицу и на оставшиеся деньги открыл собственное заведение.

Сначала, это была всего лишь небольшая таверна, которая по мере того как дела хозяина шли в гору, многократно перестраивалась и надстраивалась. Таким образом, наследнику барона досталась уже полноценная гостиница. Здесь любили останавливаться преимущественно рыцари, находящиеся по делам в столице.

Клиентам импонировала царящая в гостинице обстановка, напоминавшая обстановку рыцарского замка, а также то, что в расположенной на первом этаже таверне подавалась привычная для рыцарского желудка простая вкусная пища, приготовленная безо всяких эльфийских и варварских гастрономических изысков.

В гостинице, к моменту прибытия барона Шанса, оказалось три свободных номера, так что рыцарь смог занять сразу два - один для себя, а другой для сопровождающих его солдат.

"В столице можете остановиться в любом удобном для Вас месте, Вас разыщут", - проинструктировал его таинственный посланник.

"Как они меня разыщут, хотел бы я знать? И сколько же на это уйдет времени. Старый я дурак! Ввязался в пустую авантюру", - в который раз подумал господин Шанс, спускаясь на ужин в таверну.

Сидя за свежевыструганным дубовым столом, он с интересом разглядывал меню, хотя выбирать было особенно не из чего. В меню значилось лишь несколько блюд, из которых барон после долгих размышлений выбрал салат из свежих овощей и рагу из дикого кролика, а также графин с крепким фирменным напитком, названным шнапсом в честь основавшего гостиницу барона, который и изобрел это полюбившееся рыцарям питьё.

Это сейчас, напитком этим никого не удивишь, ибо он проник во все параллельные миры, трансформировавшись во множество аналогичных продуктов, а когда-то его можно было отведать лишь в гостинице господина Шнапса. Если Вы слышали другую версию происхождения этого напитка, не верьте - Вас подло обманули, или ввели в заблуждение по недомыслию. Я сам узнал об этом случайно, роясь в архивах императорской библиотеки.

Заедая очередную стопку шнапса куском кролика, выхваченным из испускающего ароматный дымок горшочка, барон слушал выступающего в таверне заезжего волынщика. Тоскливая мелодия, исполняемая музыкантом, окончательно испортила настроение измученного переездом барона и подтолкнула его к мысли заказать еще один графин шнапса. Однако он взял себя в руки и, наскоро закончив ужин, отправился по скрипучей, освещаемой факелами лестнице в свой номер.

В номере en suit, обставленном простой, но добротной мебелью и украшенном висящими на стенах картинами с батальными сценами, царил полумрак. Комната освещалась лишь пылающим в камине огнём и тремя, вставленными в бра, свечами. Барону захотелось посидеть перед сном у огня, и он направился к одному из двух расположенных у камина кресел.

Подойдя к креслу, он удивленно вскрикнул и схватился рукой за то место, где обычно находилась рукоять меча, позабыв о том, что меча при нём не было. Дело в том, что в кресле уже кто-то расположился и расположился весьма комфортно, протянув ноги в сторону камина и держа в руке бокал с каким-то напитком.

- Ну-ну, барон, не надо нервничать, - засмеялся незнакомец, одетый в одежду темного цвета безо всяких украшений.

Глаза рыцаря уже успели привыкнуть к полумраку комнаты, и он заметил, что неброский костюм незваного гостя сшит по последней имперской моде из очень дорого материала. Судя по ворсу, это была шерсть коз редкой породы, которых разводили в одной из южных варварских провинций. Сам же гость оказался тёмным эльфом, уже вторым тёмным эльфом, тайно проникающим в жилище барона Шанса за последние три дня.

- Кто Вы такой, чёрт побери, и как Вы здесь оказались?! - воскликнул барон, испытывающий такое чувство, словно в его замок вторглись солдаты противника и занялись мародёрством, не обращая внимания на защитников замка.

Потом у него мелькнула мысль, что он, возможно, под воздействием выпитого шнапса перепутал номер и, наоборот, сам очутился на чужой территории.

- Простите за это вторжение, но мне не хотелось привлекать к себе внимание, и я решил подождать Вас здесь, не мешая Вам наслаждаться своим ужином, - спокойно и доброжелательно пояснил эльф причину своего нахождения в чужом номере. Надеюсь, Вы извините меня также за то, что я без разрешения воспользовался Вашим баром.

Эльф качнул рукой с бокалом и улыбнулся.

- Присаживайтесь, барон. Вы ведь собирались встретиться с кем-то в столице, правильно? Вот, взгляните-ка на эту вещицу, - незнакомец вытащил свободной рукой какой-то предмет из нагрудного кармана и протянул барону.

Рыцарь оторопело взял предмет и воззрился на него. Это оказался тот самый или очень похожий на него перстень, который продемонстрировал ему проникший три дня назад в его замок посланник.

Барон уселся в кресло, продолжая рассматривать перстень, который, надо сказать, был великолепен и представлял собой настоящее произведение ювелирного искусства. Закончив рассматривать перстень, он уставился на таинственного гостя, ожидая, пока тот объяснит ему смысл происходящего и поведает, какого рожна, находясь в критической ситуации, он бросил свои дела и помчался в столицу.

"Надеюсь, что не ради того, чтобы отведать рагу из кролика и выпить шнапса", - подумал рыцарь, устраиваясь в кресле.

Глава 10.

- Прежде всего, я хотел бы представиться, - проговорил тёмный эльф, видя нетерпение барона. - Меня зовут Сожритебямоль, я высший эльфийский маг и заместитель главы клана тёмных эльфов... заместитель по непредвиденным ситуациям, скажем так.

Тёмный эльф наклонился ближе к огню, чтобы барон мог лучше рассмотреть его лицо. Барон узнал это лицо, так как выписывал ведущие печатные издания и неоднократно встречал в них изображение своего собеседника.

- Да. Я узнал Вас... господин Советник, - проговорил господин Шанс, с некоторым трудом, припомнив, как в своих статьях именовали гостя журналисты. Прежде, барон не особенно интересовался делами эльфов и прочих, не входящих в рыцарское сообщество, существ, но память имел отменную.

- Хорошо... Тогда, господин барон, позвольте, не тратя время попусту, обрисовать Вам сложившуюся ситуацию и суть моего предложения, - качнул головой тёмный маг.

- Да уж, хотелось бы, наконец, понять, для чего было устраивать весь этот... - барон не смог закончить фразу, так как в голове крутились лишь нецензурные слова, и фраза повисла в воздухе.

Не обратив на это никакого внимания, господин Сожритебямоль сделал небольшой глоток из бокала и, поставив бокал на стоящий между креслами столик, начал говорить.

- Вы уже знаете, что мы в курсе обрушившихся на Вас несчастий. Сейчас я поясню Вам, чем вызвана наша заинтересованность в этом деле. Случилось так, господин барон, что Ваш противник располагает кое-какими, не принадлежащему ему документами, которые он пытается использовать во вред нашим союзникам, а, следовательно, и во вред нам. Барон Шприц не осознает, в какую игру он сел играть с весьма влиятельными персонами и не понимает, что правила этой игры не им написаны и ему не по силам вносить в эти правила свои изменения. Он убежден в собственной неуязвимости, рассчитывает на связи и крепость стен своего замка, поэтому ведет себя чрезвычайно нагло и вызывающе. За это он и поплатится.

Эльф пригубил из бокала, но не поставил его на стол, а, прищурившись, стал разглядывать на просвет, любуясь игравшими в его содержимом языками пламени.

- За это он жестоко поплатится, - повторил господин Сожритебямоль, и в его голосе прозвучали такие жёсткие нотки, что даже ничего не боявшийся барон невольно поёжился.

- Мы как раз обдумывали, какие шаги предпринять в этом направлении, когда узнали о Ваших, барон, проблемах. Тогда и появился план наказать негодяя совместными усилиями и получить причитающиеся каждой стороне дивиденды. Вы в результате совместных с нами действий получаете свою дочь, земли и что там ещё захотите получить в качестве компенсации за понесенные убытки (можете хоть забрать себе все земли и всё имущество барона Шприца, нас это не касается), мы же получаем назад наши документы.

- И это всё? - удивлённо спросил рыцарь, уставившись на гостя. - Ради возвращения каких-то бумажек, Вы готовы... И как, кстати, Вы собираетесь мне помочь, если посылать своих воинов не имеете права, ибо это противоречит нашим предварительным договоренностям?

- Ради бумажек или чего-то другого, суть не в этом, - ответил эльф, - вопрос в том, готовы ли Вы принять нашу помощь и гарантировать соблюдение наших условий.

- Смотря, какую помощь Вы окажите, и какие условия выдвинете. Если Вы всё же собираетесь послать на нашу территорию своих солдат, то...

- Нет, - прервал барона темный эльф, - мы пошлем Вам в помощь совсем другую силу. А условий у нас всего два и они очень простые - не препятствовать тем, кого мы пошлем забрать и вывезти документы, и хранить в тайне, до поры до времени, наш с вами разговор. При любом раскладе, эльфы в этой операции не участвовали, Вы меня понимаете?

- Хранить тайны я умею, я всё-таки рыцарь, а не базарная торговка, - усмехнулся барон, - однако Вы, господин Советник, так и не сказали, кого Вы хотите прислать мне на помощь? Если это не эльфы, и не рыцари, то кто тогда? Неужели, варвары?! Как Вам удалось...

- Нет, это не варвары, - ответил эльф.

- А кто же тогда? Не гномы же?

- Гоблины.

- Гоблины??? - вскричал барон и уставился на эльфа с таким видом, словно увидел перед собой приведение покойного барона Шнапса. - Не знал, что у гоблинов есть армия!

- Нет, армии у них нет и нет уже давно. С того момента, как они надумали однажды напасть на город тёмных эльфов, им не разрешено собирать ополчение. Даже в имперской армии они служат только по собственному желанию, - успокоил барона эльф.

- Зато у них есть разбойничьи шайки, одну из которых мы и направим Вам в помощь, - добавил господин Советник и весело посмотрел на рыцаря, ожидая его реакции.

- Шайку гоблинов на помощь?! - вскричал барон, вскакивая с кресла. - Вы что, издеваетесь надо мной? Ехать в такую даль, чтобы услышать подобную чушь...

От возмущения барон даже покраснел и временно потерял голос.

- Успокойтесь, господин барон. Успокойтесь и присядьте, не нужно волноваться. Лучше промочите горло, а я пока объясню Вам суть своей идеи.

Тёмный эльф наблюдал, как барон извлек из бара приглянувшуюся бутылку, налил её содержимое в стакан и, опрокинув последний себе в рот, удовлетворённо крякнул. Подождав, пока рыцарь, налив себе ещё одну порцию, устроился в кресле, он сказал:

- Конечно, идея использовать гоблинов, к тому же бандитов, кажется на первый взгляд... несерьёзной, поэтому я не удивляюсь Вашей реакции. Но это только на первый взгляд. На самом деле, здесь есть несколько преимуществ.

Господин Сожритебямоль стал загибать пальцы, демонстрируя рыцарю преимущества использования гоблинских бандитов при штурме рыцарского замка. Черты баронского лица, поначалу скептически сморщенного, постепенно разгладились, по мере того, как эльф приводил ему свои доводы.

- Во-первых, - говорил он, - их использование не противоречит никаким договоренностям и будет выглядеть вполне логично - отчаявшийся барон, лишённый поддержки своего сообщества, схватился за соломинку и использовал единственную возможность спасти своего ребёнка. Кто сможет Вас в этом упрекнуть? Никто!

- Во-вторых, шайка, о которой я веду речь, насчитывает более трёхсот кровожадных и опытных преступников Империи, скрывающихся в Чащобном лесу и находящихся в самом отчаянном положении, так как все они находятся в общеимперском розыске и не могут показаться ни в одном населённом пункте. Средств в той глуши, где они прячутся, особых не соберёшь, с питанием проблемы, ну и так далее. Так что за обещание уладить их дела с правосудием и выплатить серьёзную денежную премию, они согласятся на все наши условия.

- В-третьих, возможно удастся увеличить их численность за счет их слияния с еще несколькими мелкими шайками. Так что я думаю, что всего их наберется морд под пятьсот. Учтите, что среди этого отребья находятся не одни только гоблины. Среди них немало представителей и людской расы. Есть среди них и огры. По моим данным около трети от их общего числа составляют дезертиры имперской армии. Многие из них, в том числе и некоторые гоблины, служили в имперской армии, так что с оружием обращаться они умеют и имеют соответствующие навыки. Так что опытный командир сумеет их грамотно использовать, а командовать ими будете Вы сами.

- В-четвёртых, при подготовке и проведении операции, их вожак, а это очень умный и талантливый гоблин, будет неукоснительно, это я Вам гарантирую, выполнять все Ваши приказы и находиться в полном Вашем подчинении. В этих бандах царит жестокая диктатура, нравы у них самые свирепые, поэтому в смысле дисциплины тоже всё будет в порядке. После того, как штурм закончится, они покинут рыцарские земли. На грабёж земель барона Шприца дадим им всего сутки или трое, без этого никак нельзя, иначе последствия будут совершенно непредсказуемыми. Этой публике обязательно нужно дать возможность выпустить пар...

Эльф замолчал и виновато пожал плечами.

- Ну и наконец, в - пятых, все связанные с их участием расходы я беру на себя, Вам это не будет стоить ни одной монеты.

- Ну, что Вы теперь скажете? - перестав загибать пальцы, обратился господин Советник к задумчиво глядящему на танцующие языки пламени барону. - Да, совсем забыл, учтите ещё элемент неожиданности, который должен сопутствовать этой операции.

- Скажу, что если Ваша информация точна и Ваши слова соответствуют действительности, то дело может выгореть, - перевел взгляд на эльфа рыцарь, - вполне может выгореть. Только я с трудом себе представляю, как можно командовать этим сбродом. Но если Вы говорите, что они разбираются в военном деле и, к тому же, знают, что такое дисциплина...

- Да, Вы не переживайте, барон. Мы уже использовали гоблинов, правда, не в таких масштабах. Вы будете отдавать приказ вожаку, а дальше уже его проблема как доносить приказ до остальных. Слушайте его советы при разработке плана и позвольте ему самому назначать себе заместителей. Тогда все будет отлично. Эта публика не боится ни Древних Огров, ни Древних Эльфов, а ради того, чтобы спасти свою шкуру да ещё загрести при этом кучу денег, они горы свернут, не сомневайтесь.

Барон Шанс молчал какое-то время, ёрзая в кресле от охватившего его возбуждения.

- Ладно, давайте попробуем, тем более, что другого выхода у меня действительно нет. Только у меня есть несколько вопросов.

- Ну, так задавайте их, - предложил тёмный эльф, вскинув брови.

- Как они смогут преодолеть разделяющее Чащобный лес и мой замок пространство? Ведь это около сотни миль! Представляю, что у нас начнется, когда станет известно, что по рыцарским землям прогуливается полтысячи вооружённых гоблинов. Потом, как я с ними свяжусь? Прикажете самому отправляться в Чащобный лес? Если же они сами будут добираться до нас, то у них должен быть проводник. Есть он у них или нет?

- Отвечаю на ваши вопросы, - подняв руку, произнес тёмный маг.

- Публика они выносливая, привыкли к тайным длительным переходам. Это расстояние они преодолеют за трое суток. Двигаться будут по ночам, а в светлое время суток будут прятаться. Случайных свидетелей, если таковые найдутся, будут ликвидировать. Если будет необходимо, станут передвигаться несколькими группами. К Вашему замку они подходить не будут, двинутся сразу к замку Шприца. В миле от его замка начинается лес - его охотничьи угодья. Сейчас ему не до охоты, так что они разместятся в этом лесу. Вы также в условленное время подтянете туда свои силы. Сделаете это тайно, в ночное время. Расстояние между вашими замками не такое уж и большое, за ночь преодолеете. Преодолеете?

- Несомненно, мои солдаты могут передвигаться не хуже гоблинских разбойников, - надменно произнёс барон, обиженный подобным вопросом.

- Отлично! - продолжил говорить господин Сожритебямоль. - План нападения, исходя из соотношения противостоящих сил и местных условий, разработайте заранее. После встречи с отрядом гоблинов изложите его их атаману, а он передаст своим командирам. Сутки на отдых и подготовку, и вперед. Замок охраняет большой отряд, но их всё равно не более двухсот-трёхсот человек. У Вас будет около пятисот гоблинов, да Ваших солдат человек сто пятьдесят плюс элемент неожиданности. Думаю, что имея чёткий план действий, вы справитесь без особых проблем.

- Штурм замка - это не конная прогулка,- проворчал барон Шанс, который уже начал прокручивать в уме различные варианты нападения. - Но я согласен с Вами, расклад получается неплохой.

- Теперь о проводнике. Проводник нужен - местность для гоблинов не знакомая, а найдутся ли среди их сотоварищей беженцы или дезертиры из ваших мест нам неизвестно. На южном краю Чащобного леса, на расстоянии полумили от него есть небольшая дубовая роща. Она там одна - перепутать невозможно. Пошлите туда надёжного способного человека, который станет проводником.

- Думаю, всё пройдет успешно и уже через пару недель Ваши злоключения закончатся, - продолжал говорить эльф убеждённым тоном, заражая барона своей уверенностью. - В случае успеха, можете считать, что Вы приобрели верных и могущественных друзей. Я имею в виду не гоблинов, а мой клан, - засмеялся темный маг, заметив появившееся на лице барона брезгливое выражение.

- Наступают новые времена, так что подобная дружба лишней для Вас не станет, поверьте мне, - добавил он.

Господин Сожритебямоль встал с кресла и, пройдясь по комнате, остановился у одной из картин. Он постоял некоторое время, молча разглядывая изображенную на картине сцену, на которой два закованных в доспехи рыцаря, рубили друг друга, что было сил.

- Да, вот ещё что... Герцог ваш последнее время стал якшаться с Орденом магов, поэтому я не исключаю вероятности того, что в замке Шприца может ошиваться один из них. Вы магией не владеете, а я не имею права применять её на рыцарских землях. Но выход из этого тупика есть. Вы получите один ценный артефакт - глушитель магической энергии. Следов в магическом поле он не оставляет, зато полностью нейтрализует действие любой магии в радиусе десяти миль, в том числе и связь посредством волшебных труб. Вас научат им пользоваться, это просто. После Вашего возвращения в замок, Вас ещё раз навестит один из моих сотрудников, тот же, что был у Вас в прошлый раз. Он доставит Вам артефакт и передаст последние новости, которыми мы будем располагать на тот момент.

Налюбовавшись образчиком рыцарского искусства, господин Сожритебямоль подошел к стоящей у противоположной стены тумбочке и, прихватив с неё подсвечник с незажжёнными свечами, возвратился к своему креслу. Прежде чем опустится на своё место, он установил подсвечник на столик и непонятным образом, зажег все свечи разом. Потом эльф сел в кресло и, ободрительно улыбнувшись изумлённо взиравшему на него барону, достал из-под камзола свёрнутые в трубку бумаги.

- Утром Вам придется отправляться обратно, поэтому давайте обговорим основные детали операции и определимся по срокам, - сказал тёмный эльф, разворачивая на хорошо освещённом теперь столике свои свитки.

Рыцарь с интересом наблюдал за этими манипуляциями, гадая, что же припас его необычный союзник для завершающей части их встречи.

- Вот, барон, взгляните на эти бумаги, - предложил ему тёмный. - Это карта интересующей нас местности, на которой мы отметим все значимые пункты и даты. Второй документ представляет собой точную схему замка барона Шприца.

- Не спрашивайте, откуда она у меня. Это не важно! - предвосхитил эльф, готовый вырваться из уст барона вопрос. - Важно то, что схема абсолютно точная. На ней отмечены постоянные посты охраны, слабые места в укреплениях и другие моменты, что могут пригодиться Вам при планировании операции. Самое главное, здесь помечены помещения, где содержатся Ваша дочь и интересующие меня документы. Помните, что в кабинет Шприца, где он и хранит эти бумаги, ни Вы, ни Ваши солдаты попасть не должны. Изъятие документов - дело Ваших новых союзников. Это условие принципиальное и обсуждению не подлежит. Все же прочие детали мы сейчас обсудим.

- Хорошо, давайте приступим. Ваши документы мне не нужны. Меня волнует судьба моей дочери... и ещё, признаться, чешутся руки проучить эту тварь Шприца, - согласился рыцарь, вглядываясь в лежащую наверху карту.

И они стали составлять детальный план предстоящей операции.

Глава 11.

- Вот, взгляни, Мырыдхай. Набросал кое-что, хм... Вроде бы ничего не забыл, но тебе лучше знать, на что клюют гоблинские барышни, - протянул товарищу лист бумаги Спилилель с написанным на общеимперском языке красивым, чётким почерком текстом.

Гоблин взял лист великолепной плотной, приятной на ощупь, бумаги эльфийского производства, секрет изготовления которой хранился в глубокой тайне, как, впрочем, и все эльфийские секреты.

Прежде чем приступить к изучению содержащейся в тексте информации, Мырыдхай поднял лист над головой и начал его рассматривать. Помимо того, что бумага стала, таинственным образом, светится и переливаться разными цветами в лучах покинувшего зенит светила, на просвет стал виден герб клана, к которому принадлежал Спилилель - клановое Древо, опутавшее корнями планету. На Древе висели эльфийский лук и колчан со стрелами. От поверхности планеты вокруг Древа шла надпись на древнеэльфийском языке, представлявшая собой девиз клана. Гоблин, конечно, не понимал древнеэльфийский язык, да и на современном эльфийском мог произнести лишь несколько корявых фраз. Однако со слов Оглохспаниэля наш герой знал, что девиз гласил: "Держаться корней, разить без промаха".

"Богатые, все-таки, существа эти длинноухие. На черновики пускают бумагу, один лист которой стоит столько, что иной барон мог бы на эти деньги неплохой бал закатить!" - воскликнул про себя гоблин.

Он подумал о том, что его, далеко не бедный, отец, заказавший себе по случаю несколько листов подобной бумаги, использовал их лишь в крайних случаях, при составлении документов чрезвычайной важности.

- Я что-то ничего не понял.... Что это такое? - с удивлённым видом развёл лапы Мырыдхай, пробежав глазами текст, в котором было написано буквально следующее: "Мол. сост. и сим. гоб. б.в.п. из хор. семьи, жел. поз. с очар. юн. гоб-шей с отмен. род. для совм прож на длит. срок. и возм. созд. сем. Ч. - к. не предлагать, в д. не пр. Спон. пом. не оказ. Треб к претенденткам: рост... вес... глаза... ноги ров, сп прям, 90х60х90, вс нат; без пред-и. Анк с рис. внеш отпр: .... Отвечу всем."

- Это просто текст с сокращениями. Все гоблины и варвары так объявления пишут, в целях экономии. Впрочем, ты существо не бедное, можно и полный текст тиснуть, - ответил эльф озадаченному гоблину.

- А что там написано-то?! - нетерпеливо воскликнул Мырыдхай. - Я ни огра не понял. Неужели ты думаешь, что какая-нибудь гоблинша поймет, о чём здесь идёт речь?!

- Раз одни пишут, значит, другие понимают. Просто ты никогда не давал объявления в газету. Да ты, впрочем, и газеты-то, наверное, не читаешь... и правильно делаешь. Я и сам, признаться, только биржевые сводки просматриваю, - засмеялся Спилилель.

- Почему не читаю? Читаю... иногда, хотя, больше люблю журналы с картинками просматривать, - обиделся гоблин. - Так, о чём там говорится?

- Изволь, я тебе расшифрую, что там написано, - сказал эльф, забирая их лап гоблина лист с объявлением. - Вот, слушай:

"Молодой состоятельный и симпатичный гоблин без вредных привычек, из хорошей семьи, желает познакомиться с очаровательной юной гоблиншей с отменной родословной для совместного проживания на длительный срок и, возможно, создания семьи. Чай-кофе не предлагать, в долг не просить. Спонсорскую помощь не оказываю. Требования к претенденткам: рост... вес... глаза... ноги ровные, спина прямая, 90х60х90, всё натуральное. Без предыстории. Анкету с рисунком внешности отправлять по адресу:... Отвечу всем."

- Что скажешь? - спросил Спилилель друга, напряжённо ловившего каждое слово.

- Ну... не плохо... - протянул гоблин, потирая лапами морду, - только надо его немного изменить да и добавить кое-что хотелось бы.

- Давай, говори, а я исправлю, - согласился эльф, - это же предварительный набросок. Что тебя не устраивает?

- Убери это "совместное проживание", мне надо успеть до осени жениться, на проживание времени нет, - с сожалением попросил Мырыдхай.

- Потом... Рост, напиши, средний, вес - небольшой... Не охота корячиться, а то сядет на шею, как все гоблинши - ей хорошо, а у меня сколиоз и остеохондроз будут. Про глаза напиши так: "не рыбьи", они поймут. Про цвет глаз писать не надо, глаза у всех гоблинов одинакового цвета, сам знаешь. Не надо лишних слов, а то так мы роман накатаем.

- Логично, - захохотал эльф, - что ещё?

- Ещё это "90х60х90, все натуральное"... Напиши просто: "фигура не коряжистая". Где ты видел, чтобы у гоблинши было 90х60х90, да ещё без того, чтобы хирург-некромант не затупил над ней сотню скальпелей? Если такие требования включать, то я скорее на Бежимвпостели женюсь, чем дождусь, пока подобная гоблинша-мутант отыщется.

- Да ещё про зубы напиши, это важно, - добавил гоблин, перед мысленным взором которого промелькнул кошмарный лик Карытаханы. - Пусть зубы будут крепкие и ровные... Нет, напиши лучше "крепкие и светлые, не темнее цвета пожелтевших листьев гибискуса". Ну, пожалуй, и всё...

- Так... готово... - проговорил спустя некоторое время Спилилель, закончив переписывать набело исправленный текс объявления. - А адрес-то, какой написать?

- Давай, твой напишем, - попросил приятеля гоблин. - Не хочется, чтобы маманя с братцем рылись в моих письмах. А то они такие любопытные, что обязательно засунут носы в пришедший на моё имя конверт. А так, я буду к тебе заходить, и мы здесь вместе подумаем, с кем встречаться, а с кем - нет. В две башки легче разобраться. Конечно, если вообще кто-нибудь ответит.

- Ответят обязательно, не сомневайся - гоблинш много, а гоблины на пересчёт, - убеждённо, со знанием дела сказал мудрый эльф.

- Прочитай ещё раз, хочу послушать, что вышло, - попросил Мырыдхай, устраиваясь поудобнее.

"Молодой состоятельный и симпатичный гоблин, без вредных привычек, из хорошей семьи, желает познакомиться с очаровательной юной миниатюрной гоблиншей с отменной родословной с целью создания семьи.

Чай - кофе не предлагать, в долг не просить. Спонсорскую помощь не оказываю.

Требования к претенденткам: рост - средний, глаза - большие, не рыбьи, ноги - ровные, зубы - крепкие и светлые, не темнее цвета пожелтевших листьев гибискуса, спина - прямая, фигура - не коряжистая. Без предыстории.

Анкету с рисунком внешности отправлять по адресу: Империя, Транкевилль, Ново-эльфийский район, улица Предониуса VI, 3-47. Отвечу всем".

- Отлично! Так и оставь, - довольно закивал головой Мырыдхай, - и давай, будем ставить его в каждый номер, а то меня время сильно поджимает.

- Хорошо, так и сделаем, - согласился Спилилель, думая о том, что лет через двести и ему придется обременить себя брачными узами. Только в отличие от гоблина, женится ему придётся на той, чья кандидатура будет соответствовать политическим интересам его клана, не зависимо от её фигуры, формы глаз и ног, а также от того умеет ли она варить кофе или, вообще, употребляет только декофеинированные напитки.

- Давай ещё кофейку, - предложил он Мырыдхаю, - или, может быть, сходим куда-нибудь? "Весёлый Дракон" уже восстановили. Говорят, интерьер полностью переделали, есть на что посмотреть. Сегодня он как раз впервые открывается после перерыва. Должно быть, подготовили интересную программу.

- Нет, сегодня не могу. Давай в другой раз, - огорчённо покачал головой гоблин. - Сегодня я должен быть дома. Маманя одну знакомую пригласила, типа, в гости. Мне надо присутствовать на этом вечере. Я, сдуру, уже пообещал.

- Ладно, - легко согласился эльф, - в другой раз, так в другой раз. Посижу сегодня дома - картинами полюбуюсь, кофе попью.

- Спасибо тебе, старина! Без тебя я бы никогда не додумался объявление дать. А если бы и додумался, то текст такой точно бы не составил. Теперь хоть надежда какая-то появилась. - Мырыдхай поднялся со своего места.

Гоблин потянулся, наблюдая за Зухрымухрой, появившейся из недр необъятных эльфийских апартаментов. Ему отчаянно захотелось кофе, но он взял себя в лапы и, откланявшись, отправился восвояси.

Глава 12.

Барон Шприц спускался по винтовой лестнице жилого помещения своего замка, возвращаясь из апартаментов, выделенных им для содержания Гертруды - дочери неуступчивого барона Шанса. Переставляя ноги, он одновременно потирал горящую от полученной пощёчины щёку. Тем не менее, на лице рыцаря блуждала самодовольная улыбка.

"Взбалмошная девка, упрямая и гордая... вся в своего папашу. Привыкла командовать своим стариком и домочадцами. Думает, что и здесь этот номер пройдет, - ворчал про себя барон Шприц, стараясь не оступиться и не поскользнуться на крутой лестнице. - Однако, красивая чертовка! Какие формы! Как всё в жизни меняется. Пару лет назад, женился бы на ней, не раздумывая, а теперь есть и более интересные варианты. Хотя, неплохо было бы с ней романчик закрутить".

Барон Шприц не сомневался в том, что обложенному со всех сторон барону Шансу, недолго осталось наслаждаться своими богатствами да пользоваться преимуществами знатного происхождения. Случайное незапланированное похищение дочери барона, в свете новых обстоятельств, приносило больше неудобств и проблем, чем могло бы, при иных обстоятельствах, принести выгод. Рыцарскому сообществу, конечно, не понравится столь вольное обращение с отпрыском одного из древнейших родов.

"Ничего, проглотят! Деваться им некуда - через месяц-другой, когда герцог станет королём, ни одна собака не посмеет тявкать. А девку эту можно будет и оставить... для утех", - барон похотливо облизал пухлые губы, представляя себе подробности воображаемых утех.

Жениться он собирался на третьей, самой младшей дочке будущего короля - восемнадцатилетней прыщавой и неказистой Катарине, обладавшей, судя по всему, таким же мерзким, склочным характером, что и её мать - нынешняя баронесса Штепсель.

Договорённость на этот счет с будущим королем была достигнута ещё два года назад. В случае своего возвышения, герцог Штепсель намеревался отдать старших дочерей замуж за влиятельных вождей варварских племен, чьи владения граничили с рыцарскими землями, а младшую, как он говорил, "наилюбимейшую доченьку", обещал выдать за своего верного помощника и соратника - Шприца.

"Я в политике тоже не новичок. Посмотрим, что из этого выйдет. Рыцари всё равно не позволят варварам собой верховодить, как этот старый дурак этого не понимает! А я - свой, да ещё и женатый на дочери короля... Надеюсь, что и детишками королевской крови Господь не обделит. Глядишь, ещё и в короли выйду... По крайней мере, регентом вполне могу стать", - мечтал барон Шприц, открывая дверь в покои своего гостя, расположенные на том же этаже, что и хозяйские апартаменты.

"Жаль, конечно, что не удалось захватить замок Шанса, но ничего... скоро ему в любом случае настанет конец", - злобно оскалился барон Шприц, входя в просторную комнату, служившую его гостю кабинетом, и отыскивая последнего взглядом.

- У Вас есть новости? - раздался сухой голос, стоящего сбоку от окна человека, одетого во все чёрное и, потому, неразличимого на фоне тёмных штор.

- Да... есть, камрад Прострациус, - облизнув пересохшие губы, ответил барон, который не мог перебороть чувство робости, испытываемое им в присутствии мага. Существо по природе своей подлое и трусливое, барон Шприц панически боялся всего сверхъестественного и непонятного. Поэтому присутствие рядом человека, способного в один миг превратить его из лоснящегося и самодовольного рыцаря в жирную противную крысу или висящего на липкой нити паука, вселяло в барона первобытный, не поддающийся контролю, ужас.

Фигура мага отделилась от окна и приблизилась к рыцарю.

- Надеюсь, Вы хотели поделиться не только своими амурными успехами, но и иной информацией, - насмешливо проговорил маг, бросая взгляд на пунцовую щёку барона.

- Так точно, камрад Прострациус, Вы как всегда правы, - промямлил барон, ненавидя себя за собственную трусость, но не способный её преодолеть.

- Есть свежие новости, полученные мною от надёжного человека. Это - преданный нам рыцарь, разделяющий наши взгляды, из ближайшего окружения барона Шанса. Он был послан Шансом к барону Шпилю с просьбой о помощи. Сам же барон Шанс направился в столицу, подавать жалобу на мои действия. Кроме того, этот глупец послал гонца в Рыцарский Совет, с нотой протеста и требованием примерно наказать меня, как нарушителя рыцарского кодекса.

Шприц ехидно захихикал.

- Как видите, мы оказались правы. Он в полном отчаянии и в скором времени, не получив ожидаемой помощи, запоёт по-другому, - барон посмотрел на мага с некоторым самодовольством, хотя голос его при этом звучал так же подобострастно.

- Надеюсь, что так и будет. Впрочем, он может и попытаться решить эту проблему силой - ворваться в Ваш замок и перевешать вас всех ко всем чертям, - весело проговорил камрад Прострациус, явно наслаждаясь тем давлением, какое оказывало его магический статус на трусоватого барона.

- Не сумеет, да и не посмеет, - стараясь выказать уверенность в собственных словах, ответил рыцарь.

- Отчаявшийся человек способен на многое, милый барон. Особенно, если он настоящий рыцарь, умеющий держать меч в руках и командовать солдатами, - заметил с еле скрываемым презрением чёрный маг.

- Впрочем, не переживайте. Солдат у Вас достаточно, да и я нахожусь здесь не просто так. Магический Орден заинтересован в Вашем успехе и надеется, что и его интересы будут соблюдены.

- Если Вы имеете в виду те бумаги, то, смею Вам напомнить, что у меня есть месяц на то, чтобы договориться с длинноухими, - с неожиданной твёрдостью в голосе произнес барон.

"А если я с ними договорюсь, а я договорюсь - деваться-то им некуда, то у меня в руках окажутся эльфийские технологии, а это такой козырь, что не известно ещё, захочу ли я с вами дело иметь", - самодовольно подумал рыцарь и тут же испугался, как бы его могущественный собеседник не прочитал его крамольные мысли.

- Мы слово держим. Однако, через месяц, точнее уже через двадцать шесть дней, в том случае, если Вы не добьётесь желаемого результата, документы должны быть у меня. Это наше непременное условие, принятое Вашим герцогом. Не забывайте об этом, - спокойно отозвался маг.

"А тебе, тупая крыса, никогда не добиться от эльфов желаемого", - добавил он про себя.

- Хорошо, камрад Прострациус. Даю ещё раз слово рыцаря выполнить все наши договорённости, - произнес барон. - А теперь позвольте пригласить Вас на скромный ужин, отведать дикого кабана, запечённого на вертеле, паштет из гусиной печени, заморский овощ - картофель, жаренный в масле и прочие скромные угощения.

- Потребление жирной пищи ведёт к повышению в крови холестерина, сужению сосудов и преждевременной смерти от приступа грудной жабы. Это Вам подтвердит любой врач, даже не окончивший университет из-за тупости и лени, - с насмешкой ответил маг, окинув взглядом рыхлое тело барона Шприца. - Распорядитесь, чтобы мне прислали салат из свежих овощей, варёного цыпленка и бутылку нежирного молока, если такое отыщется. Если нет, то кувшин воды вполне сможет его заменить.

- Как скажете, камрад Прострациус, - ответил сбитый с толку рыцарь, не понимающий как можно отказаться от кабана с паштетом в пользу салата с цыпленком. - Если поступит новая информация, я Вас немедленно оповещу.

Он попрощался с магом и вышел из комнаты, испытывая смешанное чувство облегчения и стыда, а маг Прострациус, посмеиваясь, сел за стол и углубился в изучение содержащихся в лежащем на столе фолианте заклинаний из области черной магии.

Глава 13.

Вечером того же дня, когда было составлено брачное объявление, Мырыдхай сидел за накрытым столом и, стараясь подавить зевоту, слушал ведущиеся за столом разговоры.

Стол ломился от яств. Помимо традиционных блюд гоблинской кухни, ассортимент угощений был расширен за счёт двух эльфийских кушаний, рецепт приготовления которых госпожа Несогласенподыхай получила на празднике Древа от Бежимвпостели, охотно поделившейся с ней своими знаниями. Хозяйке дома хотелось произвести впечатление на присутствующих за столом тётушки Нескучай, её супруга и дочери.

Пригласив тётушку на ужин вместе с её семьей, мать Мырыдхая надеялась не только получить компетентную консультацию по расшифровке приснившегося сыну кошмара, а гоблины, надо сказать всегда придавали подобным вещам большое значение, но ещё и "отловить одним взмахом лапы сразу несколько лягушек".

Во-первых, ей не терпелось рассказать кому-нибудь о той чести, которую оказали эльфы её мужу, сделав ему неслыханное предложение посетить их праздник. Из того, как она описала оказанный им прием, следовало, что её супруг личность поистине выдающаяся, к слову которого прислушиваются сам эльфы и, без одобрения которого в Империи не решается ни один серьёзный вопрос.

Тётушка Нескучай славилась не только своими способностями к колдовству и разгадыванию сновидений, но и наличием широких связей в среде состоятельных гоблинов. Её часто приглашали для разгадывания снов и отправления колдовских ритуалов, способствующих росту благополучия и привлечения удачи. Кроме того, гостья семьи Несогласенподыхай отличалась весёлым общительным нравом, всегда была готова поделиться полученной от третьих морд информацией, вследствие чего, у матушки Мырыдхая были все основания полагать, что через несколько дней многие состоятельные гоблины будут в курсе того какая благодать была ниспослана на её мужа Древними Ограми.

Во-вторых, муж тётушки, добродушный на вид, довольно остроумный пожилой гоблин, в прошлом известный контрабандист, ушедший недавно на покой, должен был составить компанию её супругу, который терпеть не мог находиться в женском обществе и слушать "пустую бабью болтовню".

В-третьих, госпожа Несогласенподыхай хотела, пользуясь случаем, познакомить своего старшего сына с дочерью тётушки, о которой слышала много хорошего от своих подруг. "Скромная девушка, воспитанная, да и внешне - недурна", - говорили они.

"Один Древний Огр знает, куда упадёт его дубина, - подумала госпожа Несогласенподыхай. - Вдруг, понравятся друг другу, всё-таки девочка из хорошей семьи..."

Чтобы не мучить читателя, озабоченного судьбой Мырыдхая, сразу заметим, что "в-третьих" не сработало.

Измученный событиями прошедших дней, наследник славного гоблинского рода с трудом улавливал нить, ведущегося за столом разговора. Он лишь согласно кивал головой, подтверждая достоверность излагаемых матерью подробностей эльфийского праздника, да инстинктивно прикрывал голову руками, когда господин Несогласенподыхай, внося свои реплики, рефлекторным движением тянулся к супнице. К тому же Мырыдхая мучил вопрос о предстоящем сеансе распутывания клубка сновидений, сплетённого для него богом сна Демидролом.

"Неужели придётся описывать всё это в присутствии папани, придурка Перебухая и этой прыщавой малолетки, завитой мелким бесом?! - с ужасом вопрошал себя наш герой. - И откосить не удастся, если до того дойдёт. Тогда придется что-нибудь наврать. Хотя, признаться, и самому интересно послушать, как эта расфуфыренная сплетница будет "расшифровывать" мои ночные похождения".

Справедливости ради, признаемся в том, что присутствовавшая на ужине юная гоблинша была вовсе не дурна собой. Она была также прилично одета и носила модную в гоблинской среде того времени прическу - волосы были выкрашены в светло-бирюзовый цвет и мелко завиты, отчего её жидковатая шевелюра, казалась довольно-таки пышной. Да и глаза её были красивыми - большими, приятного изумрудного оттенка и вовсе не "рыбьими". Однако, взгляд этих прекрасных глаз всё чаще устремлялся в сторону Перебухая, который, как отметил его старший брат, и сам до того увлекся этой игрой в "гляделки", что практически перестал вставлять шпильки Мырыдхаю и вёл себя на редкость тихо и культурно.

Госпожа Несогласенподыхай и тётушка Нескучай первое время пытались с помощью невинных вопросов и обращений скрестить взгляды Мырыдхая и молодой гостьи, но вскоре поняли, что искры этим самым между ними высечь не удастся и прекратили свои тщетные попытки.

Если "в-третьих" не оправдало надежд двух почтенных гоблинш, то "во-вторых" сработало на все сто процентов.

Всю вторую часть ужина отцы семейств делились, по гоблинской традиции, воспоминаниями о своей героической юности и хвастались друг перед другом трофеями, реквизированными во время походов, участниками которых они являлись.

Оказалось, что они оба отличились в том историческом набеге на город тёмных эльфов, после которого все гоблинские формирования решением имперского правительства были окончательно разоружены и, который, таким образом, явился последним военным мероприятием доблестного гоблинского ополчения.

Господин Несогласенподыхай с гордостью продемонстрировал экспроприированные им у алчных тёмных эльфов богатства. Они состояли из несколько ценных ковров, золотого канделябра, резного шкафа, штор, украшенных золотым и серебряным орнаментом, которые висели ныне в гостиной. Также перед гостями были выложены различные ювелирные изделия, некоторые из которых вызвали вздохи восхищения у тетушки Нескучай. Особого рассказа удостоились знаменитые гигантские напольные часы, в которых по замыслу мастера жила когда-то механическая копия грифона, сообщавшая хозяевам о том, что ещё один час их жизни откинут рукой Судьбы на чётках Времени. Грифон, к сожалению, незаметно выпорхнул из своего гнезда во время срочной эвакуации под натиском пронырливых эльфов, решивших отбить назад свои владения и теперь, как мы знаем, эти часы являлись главной резиденцией любимца семьи Несогласенподыхай - миниптеродактеля Проглота.

Господин Нескучай не мог похвастаться столь весомым успехом, так как не сообразил, подобно уже в те далёкие времена мудрому не по годам отцу Мырыдхая, вовремя дезертировать. Господин Нескучай верил в непобедимость гоблинской дружины и оставался в войске почти до самого конца. Это "почти" спасло ему жизнь, но заставило бросить часть заработанных тяжким ратным трудом богатств во время поспешного бегства. Впрочем, и ему удалось продемонстрировать кое-какие сокровища. В частности, извлечённые из нагрудного кармана часы, украшенные россыпью драгоценных камней, среди которых выделялся огромный, невиданной чистоты, изумруд. Тут уж пришёл черёд вздыхать матери Мырыдхая, ибо гоблины, как известно, вообще падки на зелёный цвет, а на изумруды, тем паче.

- Жадность варвара сгубила! - огорчённо произнес господин Нескучай, закончив оглашение списка своих трофеев. - Сколько добра пришлось бросить, а ведь почти за каждую вещь пришлось проливать чью-то кровь.

- Ладно, старина, не переживай, - успокаивал его господин Несогласенподыхай, который, насладившись заслуженным триумфом, захотел "на десерт" продемонстрировать гостю своё благородство.

Они перешли к обсуждению политической обстановки, а именно, к вопросу о зависимом положении великой гоблинской расы в современном мире.

Надо сказать, что гоблины жили в Империи не плохо, и даже имели самоуправляемую автономную территорию, включавшую обширные Гнилые Болота, примыкающую к ним с запада часть Чащобного леса и замыкающие их с востока Зеленые Холмы. В центре Зеленых Холмов, на живописных берегах одной из имперских жемчужин - озере Лох-буль, располагалась столица гоблинской автономии - город Дуркинхлам.

Большинство гоблинов, несмотря на льготы, предоставленные этому неспокойному народу центральной властью и извлекаемые ими из этого положения выгоды, с ностальгией вспоминали о тех временах, когда одно лишь упоминание о них наводило ужас на живущие по соседству народы. Конечно, будучи разумными существами и учитывая реалии современной жизни, они вовсе не желали конфронтации с императорским домом и населявшими имперские просторы расами. Просто, в их сердцах тлел огонёк надежды на то, что когда-нибудь настанет день, и они обретут былое могущество и смогут говорить с другими народами на равных, но глядя на них сверху вниз.

Едва покончив с десертом, отцы семейств решили продолжить беседу в кабинете хозяина, где, по традиции, намеревались выкурить по сигаре и выпить по бокалу крепкой гоблинской настойки.

Перебухай, несколько смущённо, предложил юной гостье ознакомиться со своей коллекцией насекомых, на что та, получив разрешение матери, с застенчивым видом, согласилась.

- У меня есть экземпляры почти всех насекомых... Ну, кроме носатого перевёртыша. Это очень редкая бабочка. Я встречал её всего-то один раз, но поймать, к сожалению, не сумел, - промямлил Перебухай, привычные распущенность и хамоватость которого, куда-то подевались.

- Но я её обязательно поймаю, как и мохноногого паука-стеклодува, которого у меня тоже пока ещё нет и ещё этого, как его... жука-токсиста, яд которого способен...

- Ой, как интересно, - с волнением откликнулась гоблинша, цепко ухватив Перебухая под лапу и направляясь с ним к месту осмотра коллекции.

Глава 14.

- Ну, что же, сынок, - проговорила госпожа Несогласенподыхай, когда они остались втроём, - может быть, попросим тётушку Нескучай раскрыть нам те тайны, что скрываются в твоём странном сне?

- Ты ведь его не забыл, правда? - с некоторым нажимом спросила мать у Мырыдхая, который был настолько ошеломлён необычным поведением младшего братца, что смог лишь согласно кивнуть в ответ.

- Ну, красавчик, сейчас мы разберёмся в том, что тебе приснилось, - сказала тётушка Нескучай с таинственным и одновременно деловым видом.

Она была одета в просторную тёмно-зелёную тунику до пят, расшитую вычурным золотым орнаментом, состоящим из всевозможных тайных символов и магических знаков. Руки её были увешены, звенящими при каждом движении золотыми браслетами, на толстые пальцы были нанизаны массивные кольца, число которых заметно превышало число самих пальцев. На шее болтались различные по длине бусы, составленные из разнообразных материалов.

"Какая безвкусица", - подумал Мырыдхай, привыкший общаться с наделёнными тонким вкусом эльфами и не разделявший, свойственную большинству его соплеменников, тягу к броским, кричащим одеяниям и несуразным побрякушкам.

По просьбе колдуньи, они переместились за журнальный столик, стоявший в уютной просторной нише.

"Здесь работать сподручнее", - объяснила тётушка, с видом опытного профессионала, раскладывая на столике предметы, извлекаемые из необъятной, какие любят носить гоблинши, сумки.

Мырыдхай с интересом следил за подготовкой к ритуалу разгадывания сна. Прежде, он даже и помыслить не мог, что для того, чтобы разобраться в его хитросплетениях необходимы сушённые лягушачьи лапки, хрустальный шар эльфийской работы, размещенный на специальной золотой подставке, миниатюрный деревянный маятник. На конце маятника болталась фигурка Древнего Огра - уменьшенная копия одной их тех статуй, которые можно встретить в любом гоблинском храме. Также из сумки колдуньи на свет появились: несколько тканых мешочков с неизвестным содержимым, пузырёк с какой-то мутной жидкостью, обтрёпанное перо неизвестной птицы и маленькая деревянная миска.

- А ты думал, что это так просто - подглядывать в карты Судьбы? - рассмеялась колдунья, заметив удивлённый взгляд гоблина. - Ничего, красавчик, сейчас мы не только твой сон разгадаем, но и все преграды с твоего пути уберём, да ещё и удачу к тебе приманим.

Последними из необъятного вместилища магических аксессуаров были извлечены небольшой бронзовый подсвечник и красиво инкрустированная коробка из чёрного дерева, из которой, в свою очередь, тётушка с важным видом достала толстую сильно оплывшую свечу.

- Свеча познания! - торжественно объявила она, устанавливая свечу на подсвечник.

"Неужели?" - усмехнулся про себя Мырыдхай.

Расположив "необходимые для работы" предметы на столике, тётушка Нескучай прикрыла редкие волосы чёрным платком и заявила о том, что готова приступать к "таинству исцеления духа и проникновения во тьму, неподвластных простым смертным, откровений".

- Садись удобнее и расслабься. Сейчас я введу тебя в такое состояние, что ты сможешь пережить свой сон заново и, одновременно, будешь рассказывать о том, что тебе снится, - проговорила колдунья, беря со стола несколько лягушачьих лапок.

После того, как её подопечный, поёрзав в кресле, заявил, что устроился весьма комфортно, она зажгла свечу и стала водить вдоль его туловища лапой, в которой держала пучок конечностей покойных земноводных. При этом она что-то тихо бормотала, периодически резко выдыхая из себя воздух.

- Скажи, что ты испытываешь? - попросила она, спустя несколько минут.

- Да, как будто ничего, - признался гоблин, прислушиваясь к своим ощущениям.

- Ладно, тогда попробуем так... Смотри на этот шар, - сказала тётушка, придавая лежащему на золотой подставке хрустальному шарику вращательное движение.

При этом она положила на стол лягушачьи конечности и, взяв в лапу перо, стала энергично водить им вокруг головы Мырыдхая. Бормотание, издаваемое ею до того, сменилось тоскливым песнопением, исполняемым на неизвестном гоблину языке.

- Так, ну а теперь чувствуешь что-нибудь? - минут через пятнадцать вопросительно пропела она, не меняя мелодии.

- Не-ее-ет, - пропел Мырыдхай ей в унисон, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.

- Тяжелый случай, - несколько раздражённо воскликнула знаменитая колдунья, стирая проступившие на лбу капли пота. - Вот что значит юношеский нигилизм и пренебрежение традициями.

- Да, такая сейчас молодежь пошла, никакого... - пыталась поддержать тётушку Нескучай мать Мырыдхая, заворожено следившая за всем происходящим, но была резко осажена колдуньей.

- Прошу, не мешайте мне работать! - прикрикнула на неё ведьма.

- Извините, случайно вырвалось, - испуганно извинилась госпожа Несогласенподыхай.

- Хорошо, попробуем ещё один вариант, - сказала тётушка. - Смотри прямо перед собой и думай о чём-нибудь приятном.

Она запустила маятник, расположенный таким образом, чтобы он находился на одной линии с глазами клиента и горящей свечой.

- Смотри на маятник, думай о приятном и старайся не моргать, кра-савчик, - ещё раз напомнила ведьма и, убедившись в том, что Мырыдхай, не моргая, усердно пялится на качающуюся фигурку Древнего Огра, принялась приплясывать, громко декламируя очередную абракадабру и периодически хлопая в ладоши.

Мырыдхай честно старался думать о чём-нибудь приятном, но ему на ум постоянно приходили супница с половником и прыщавая дочка тётушки Нескучай.

- Ну что, заснул что ли, наконец?! Что ты видишь? - рискнула спросить гоблина тётушка минут через тридцать.

- Да, ничего особенного, - честно признался Мырыдхай, - огра на нитке.

- Тьфу ты, проглоти меня жабоваран! - тяжело дыша, закричала колдунья. Она сорвала с головы платок и стала вытирать льющийся по морде пот. - Первый раз такое вижу! Ты гоблин, в конце-то концов, или пень болотный?

- Совершенно не поддается чародейству экстра-класса, - пожаловалась тётушка Нескучай матери клиента и упала в кресло, обдумывая возможные варианты продолжения сеанса.

- Много времени с эльфами проводит, - пожаловалась госпожа Несогласенподыхай, - они, конечно, ребята хорошие, но...

- Прошу, не мешайте мне думать! - в очередной раз оборвала её колдунья, взбешённая неудачей.

- Остается последнее, - спустя несколько минут заявила тётушка Нескучай, обмозговав внештатную ситуацию.

Встав с кресла, она направилась к столу, с которого слуги, удалившиеся по приказу хозяйки, не успели убрать остававшиеся на нем блюда, и взяла графин с водой.

Вернувшись к журнальному столику, она налила воду в деревянную миску и, осторожно подогрев воду над свечёй, высыпала в неё какие-то порошки из тканых мешочков. Затем добавила в полученный раствор несколько капель мутной жидкости из пузырька и, поболтав немного полученную смесь, протянула миску Мырыдхаю.

- Выпей это волшебное зелье. Выпей залпом! - приказала она.

Мырыдхай подозрительно уставился на предложенное пойло, не рискуя пить неизвестно что, да ещё и залпом.

- Пей, сынок, пей. Тётушка знает, что делает, - требовательно сказала ему мать.

"Знает она, как же!" - подумал Мырыдхай, но, опасаясь скандала, взял всё же миску из лап ведьмы и, зажмурившись, вылил в себя её содержимое.

- Теперь сиди спокойно, сейчас подействует, - вновь приказала ему колдунья.

- Если не подействует, то я брошу свою практику, клянусь Древними Ограми! - Торжественно пообещала она.

"Нашла чем клясться", - усмехнулся про себя Мырыдхай, устраиваясь удобнее, и стал думать о том, что из своей коллекции успеет продемонстрировать Перебухай дочери измучившей его колдуньи.

"Женят дурака на этой лягушке в оборках. Женят, как пить дать", - решил Мырыдхай и вдруг почувствовал, как пол уходит у него из-под ног, а самого его начинает затягивать в какую-то тёплую воздушную воронку.

- Ну, вот, кажись, сработало, - услышал он слова тётушки Нескучай, перед тем как воронка поглотила его всего без остатка.

Глава 15.

Мырыдхай полулежал в кресле, заново просматривая свой давешний сон и, одновременно, транслируя его на родном гоблинском языке. При этом на его морде отражались все переживаемые эмоции.

Выражение покоя на его физиономии сменилось на выражение счастья, потом - недоумения, затем - ярости. Любопытство и негодование, надежда и отчаяние, протест и ужас - эти и многие другие чувства и эмоции успели посетить чело гоблина за то время, пока он находился в состоянии транса. Тело подопытного дублировало, отражавшиеся на морде, эмоции. Сначала он лежал, закинув лапы под голову, потом стал хватать ими что-то перед собой. В какой-то момент он начал беспокойно ёрзать и попытался даже ухватить близко подошедшую к нему из любопытства маманю за горло с явным намерением задушить. Когда движения его стали слишком резкими и хаотичными, он отвесил зазевавшейся тётушке такого крепкого пинка, что бедняжка отлетела на несколько ярдов в сторону. Впрочем, будучи настоящим профессионалом своего дела, она тут же поднялась и, постанывая от боли, вернулась на рабочее место.

Всё то время, что длился сеанс, тётушка Нескучай стояла рядом с клиентом, внимательно наблюдая за его реакциями и слушая даваемые им комментарии. При этом она постоянно подбрасывала на пламя свечи щепотку бурого порошка из лежащего отдельно от остальных чёрного полотняного мешочка.

Вступая в реакцию с огнём, порошок издавал лёгкий чмокающий звук, а пламя свечи при этом на миг ярко вспыхивало, причём, что удивительно, давая вспышки разного цвета.

Первые вспышки, соответствовавшие интерлюдии сновидения были небесно-голубого и ярко-синего цвета. Похищение Бежимвпостели вызвало проблески зелёных тонов, а диалог Мырыдхая с драконом Крюгером сопровождался устойчивым сиянием изумрудного цвета.

Когда спящий гоблин начал проваливаться в пропасть, свеча на миг погасла, а потом загорелась вновь и на все попадания в её пламя таинственного порошка отвечала сердитым шиканьем и вспышками алого цвета, которые к концу сновидения приобретали всё более яркий оттенок. Когда сон подошёл к концу, свеча издала долгий шипящий звук и погасла.

Мырыдхай открыл глаза и отрешённо уставился невидящим взглядом прямо перед собой.

- Ты как, сынок? Как себя чувствуешь? - озабоченно поинтересовалась мама, подскочив к креслу сына.

- Нормально, - ответил гоблин после некоторой паузы, - только мутит немного.

Мать и сын посмотрели на колдунью, ожидания комментария проведённого эксперимента.

Морда тётушки Нескучай приобрела цвет морской волны, являвшегося эквивалентом сильной бледности, появляющейся на людских лицах в минуты сильного испуга или недомогания. Пошатываясь, та добрела до своего кресла и обессилено свалившись в него, прикрыла морду лапами. Так она сидела до тех пор, пока госпожа Несогласенподыхай не осмелилась робко к ней обратиться.

- Тётушка, Вам нехорошо? Не хотите прилечь на диван? Или, может быть, стоит вызвать врача?

Колдунья отрицательно покачала головой и потерла морду.

- Лучше подайте мне бокал гоблинской настойки, - попросила ведунья хриплым голосом.

Выпив настойку, она призналась, что сеанс проходил необыкновенно тяжело, и она должна немного подумать, прежде чем попытаться дать объяснения, снившихся Мырыдхаю, событиям.

Гоблины терпеливо ожидали, пока ведьма окончательно придёт в себя, что и произошло, наконец, после четвёртого бокала выпитой ею настойки.

- Ну, что же, попробуем, - как-то неуверенно икнула тётушка.

- Настойка у вас слишком крепкая, - сказала она смущенно.

- У нас настойка делюкс, от "Нежмисьглотай", обиделась мать Мырыдхая, - ровно 63 градуса, как и положено. Не рыцарская водянка шнапс, конечно, но и не троллий самогон.

- Ладно, прошу прощения, - снова икнула колдунья.

- Что я могу сказать... Сон очень странный, я бы сказала, просто невероятный сон. По крайней мере, мне, за всю мою долгую практику, такие сны ещё не встречались, - растерянно призналась тётушка Нескучай.

- Я могу сказать абсолютно точно, что ждёт тебя, красавчик, дальняя дорога. Причём, в самом скором времени. Об этом ясно говорят приснившееся тебе цветы, похожие на колокольчики, - уверенно заявила тётушка.

"Еще бы, - с насмешкой подумал Мырыдхай, - я как раз собираюсь отправиться в "Весёлый Дракон". А где после него окажешься, никогда точно не знаешь".

- Все эти амурные переживания - это обычный сон - бессознательное проявление процессов происходящих в твоем подсознании, - продолжала говорить ведьма. - Это подтверждают вспышки пламени разных оттенков синего цвета. Сами оттенки и интенсивность свечения, говорят лишь о различной глубине этих подсознательных процессов.

- Свечение, окрашенное в зелёные цвета, свидетельствует о том, что связанные с ним сновидения могут проявиться в реальных событиях. Так как, если синий цвет - цвет мечтаний, то зелёный является цветом правды и гармонии.

- Конечно, это не означает того, что всё произойдет именно так, как тебе приснилось, - поспешила добавить тётушка, заметив проявившееся на морде гоблина беспокойство, - но каким-то боком будущее может быть связано со сном.

- В любом случае, ты должен быть осторожен в ближайшее время. Пока ты сражался с драконом, свеча горела изумрудным пламенем, что говорит о подстерегающей тебя опасности. Ты в результате этого конфликта не получил никаких повреждений, и это хороший знак, говорящий о том, что всё должно закончится благополучно. Но то, что у дракона были разноцветные глаза, свидетельствует о том, что ты окажешься на распутье, и тебе надо будет сделать правильный выбор.

"А так же свидетельствует о том, что я был на празднике Древа и слышал басню старика портного о Крюгере", - раздражённо подумал Мырыдхай, которого все ещё подташнивало после сеанса.

- Ах! Бедный мой сын! Ему грозит опасность! - запричитала мама Мырыдхая, заламывая лапы.

- Успокойтесь Вы! Я ведь объяснила, что смертельной опасности нет, надо просто соблюдать осторожность, - успокоила её колдунья.

- Меня смущает другое обстоятельство, - промолвила она после небольшой паузы. - Этот алый цвет... За всю мою практику я встречаю подобное в первый раз. Я даже не поняла сначала, что он означает, но потом вспомнила... Когда-то я читала в одной древней книге о том, что алый цвет, появляющийся во время подобного ритуала, свидетельствует о реальности приснившихся событий. К тому же это непонятное временное исчезновение пламени свечи и её самостоятельное возгорание... Такое ощущение, что ты перешёл из одного мира в другой. Но ведь этого не может быть! Ты ведь просто спал и никуда не исчезал. Я врать не люблю, я серьёзный специалист, поэтому признаюсь, что точного объяснения этому явлению дать не могу. Кроме того, погасшая в момент твоего пробуждения свеча и этот звук, который она при этом издала... Это может означать лишь то, что ты либо оставил там что-то своё, либо прихватил с собой какой-то не принадлежащий нашему миру предмет. Но ты ведь ничего не терял, верно?

- Ничего, - подтвердил Мырыдхай, в душе которого росло раздражение от, как ему казалось, бессмысленной болтовни гадалки. - Ничего не терял, в чём заснул, в том и проснулся.

Тётушка испытующе посмотрела на него.

- Я понимаю, что мой вопрос прозвучит глупо, но ответь... Та бумажка, которую ты взял у чёрта в заклёпках, она случайно не у тебя?

- Не у меня, - раздражённо ответил Мырыдхай и похлопал себя по карманам, в знак того, что говорит правду.

"Вот, вляпался, - подумал он про себя, стараясь, чтобы его растерянность не отразилась на морде. - Фантастика какая-то! Старая грымза-то не такая дура, какой казалась. Придётся, наверное, посоветоваться с эльфами по поводу этой бумажки. Как я сразу не придал этому значения?!"

- Не у меня, - повторил он.

- Ну, тогда, я закончила, больше мне добавить нечего. Будь осторожен и всё будет хорошо, - покачала головой тётушка. - На вот, возьми этот оберег. Он будет тебя охранять и предупреждать об опасности. Только не снимай его с шеи, он должен прочувствовать твою ауру и настроиться на твои биоритмы.

Она достала из сумки небольшой футляр и протянула его гоблину.

Он раскрыл его и достал, висящий на кожаном шнурке плоский неровной формы камень с нанесённым на него изображением магического символа. В центре пересекающихся линий, составляющих странный многоугольник, располагался овал, в который был вписан круг. В этот круг был вставлен какой-то прозрачный кристалл.

- Одевай, красавчик, одевай, - сказала ему тётушка, - когда он настроится на тебя, то начнёт светиться. В нормальной обстановке он будет гореть одним из оттенков синего или зелёного цветов, в момент опасности - красным цветом. Чем ярче свечение, тем ближе опасность.

- Надевай, сынок, скорее! Пусть он застроит ритмы твоего Био, - заголосила мать Мырыдхая, взволнованная услышанным.

Гоблин ещё раз осмотрел подарок и, не желая спорить, надел его на шею.

"А что, прикольная вещица!" - подумал он, ощущая идущее от камня тепло.

В этот момент в гостиную вошли одновременно главы семейств и Перебухай с дочерью тётушки Нескучай. У всех был очень довольный весёлый вид.

- Ну, что же, нам пора, - сказала тётушка, поднимаясь. - Спасибо за прекрасный вечер!

- Не забывай о моих словах. Даже если думаешь, что всё это чушь и шарлатанство, - тихо добавила она, обращаясь к Мырыдхаю.

- Заходите к нам ещё, - сказал господин Несогласенподыхай, довольный беседой с господином Нескучай, - всегда рады вас видеть.

- Нет, теперь мы ждём вас к себе, - любезно ответил бывший контрабандист. - Постараемся не ударить мордой в грязь.

Они тепло распрощались с гостями, а Перебухай пошёл проводить их до ворот.

"А где же был всё это время Проглотик?" - спросите вы меня.

Да, он отсыпался в напольных часах, утомлённый, произошедшими на празднике Древа, событиями.

Глава 16

.

Попрощавшись с гостями, Мырыдхай направился в свою комнату, собираясь завалиться в кровать, но был остановлен отцом.

- Сынок, надо срочно поговорить, - сказал ему отец, морда которого сразу после того как гости скрылись за дверью, приобрела серьёзное и, как показалось Мырыдхаю, озабоченное выражение.

- Сейчас?! - удивился наш герой и посмотрел на часы, показывающие, что поздний вечер уже готовится перейти в ночь.

- Да, Мырыдхай, именно сейчас, - подтвердил господин Несогласенподыхай. - Я знаю, что ты очень устал и хотел бы отдохнуть, но дело не терпит отлагательств. Пойдём в кабинет.

- Половник прихватить? - спросил Мырыдхай

- Не надо, если что, обойдёмся бронзовым бюстом императора, - отшутился старший гоблин. - Внесём, заодно, свой вклад в развитие педагогики. Да, сынок?

Не дожидаясь ответной реплики, он развернулся и бодро зашагал по широкому коридору, направляясь в сердце своей собственной империи. Он шёл так быстро, что наследник еле за ним поспевал.

В кабинете, отец сразу занял место за рабочим столом, показывая тем самым, что разговор и впрямь будет серьёзный и деловой. Кивком головы он указал сыну на одно из кресел, стоявших в комнате и, дожидаясь пока тот займёт своё место, стал отбивать пальцами на крышке стола ритм популярной в то время гоблинской песенки "Ради тебя я осушу болото".

Звучало это примерно так: та... та-та-ту... та-та... та-та-ту... та... та-та-ту... ту-ту... ну, и так далее. Узнали? Слышали уже где-то? Не удивительно - песенка очень популярная, её всё время кто-нибудь сочиняет, хотя слова в разных версиях перепутаны и даже немного отличаются. Ну, конечно! Авторские права надо соблюдать, кто же с этим спорит?

Слова той гоблинской версии я помню плохо; помню только припев:

"Ради тебя я осушу болото,

Не сомневайся! Ешь цветы и пей вино.

Вчера мне было грустно отчего-то,

Сегодня, почему-то, мне смешно".

- Ты как, сынок? Поди, замучила ведьма-то? - спросил господин Несогласенподыхай, перестав барабанить пальцами по столу. - Голова не болит?

- А с чего ей болеть? - удивился Мырыдхай, ощупывая голову. - После твоих тренингов её ничем не прошибёшь. Так, кружится слегка... Заставила гадость какую-то вылакать, да чухню эту, что почище математики будет, слушать пришлось... А так я в норме.

- Это ты зря так, сынок, про ведьму говоришь, - не согласился отец. - Бабы - они, конечно, дуры, но без колдовства гоблинам никак не обойтись. Оно нам и эльфийскую учёность и людское коварство заменяет. Меня не раз её предупреждения выручали, немало я, благодаря им, удачных сделок провёл.

Мырыдхай удивлённо посмотрел на отца. Тот явно тянул время, словно не решаясь заговорить по существу вопроса. А этот мягкий тон и интерес к самочувствию сына, поселили в душе последнего смутную тревогу. Здесь точно что-то было не так.

- А что она тебе сказала? - спросил отец.

- Да, чушь какую-то! Мне, мол, светит дальняя дорога, и ждут меня серьёзные опасности, ха-ха-ха... Правда, всё должно закончиться хорошо, если я буду смотреть под ноги и не стану прыгать с обрыва в пропасть. Даже камень какой-то подарила, чтобы он меня об опасностях предупреждал. - Мырыдхай достал оберег и продемонстрировал его отцу.

Старший гоблин удивлённо поднял левую бровь и покачал головой.

- Вот видишь, сынок, - проговорил он, - тётушка действительно мастер своего дела. Тебе и впрямь придётся немного прогуляться.

Мырыдхай изумлённо уставился на отца.

- Сейчас я тебе всё объясню, - решился, наконец, господин Несогласенподыхай и, вернувшись к своей обычной решительной манере вести переговоры, ввёл Мырыдхая в курс дела.

- Я всегда в тебя верил, сынок. Ты - настоящий Несогласенподыхай! Только на тебя я и могу надеяться в будущем, только тебе я смогу передать дела, когда решу уйти на покой.

Поэтому, я и настаиваю на твоей женитьбе. Существо, не обременённое семьей, не думающее о подрастающем поколении, не способно действовать разумно и осторожно и обязательно будет, хотя бы иногда, делать не продуманные шаги, вставая на путь авантюризма.

На твоего брата надежды нет никакой. Я его, конечно, люблю, но вижу, что ничего путного из него не выйдет. Его даже половником бить, наверное, бесполезно. Ты - другое дело.

Я знаю о твоём увлечении этой эльфийкой и, как ты заметил, ни разу до сих пор с тобой на эту тему не говорил. Не говорил, потому что сам пережил в молодости нечто подобное. В этом, я считаю, проявилась твоя необычность и превосходство над большинством твоих сверстников. Кто из них может похвастаться таким количеством друзей из лучших эльфийских семей? Кто мог бы добиться того, чтобы сам глава могущественного эльфийского клана пригласил его и, что ещё важнее, его отца на такое торжественное мероприятие, как Праздник Древа? Никто! Никто, кроме тебя, сынок.

Господин Несогласенподыхай на миг умолк и видно было, что он взволнован собственными словами, вызванными искренней гордостью за сына.

- Да, ладно, папаня, чего уж там. Всё вышло совершенно случайно, - произнёс Мырыдхай, растроганный отцовской тирадой, и не желающий принимать незаслуженную, как ему казалось, похвалу.

- Нет, Мырыдхай, - поднял лапу старший гоблин, - ничто на этом свете не происходит случайно, всё закономерно.

Что касается твоего увлечения, то оно скоро пройдёт. Ты разберёшься в себе, и тебе надоест заниматься самообманом. Будет трудно, конечно, но я уверен, что ты это переживёшь. Переживёшь и сделаешься мудрее.

- Я хотел поговорить о другом, - он немного понизил голос. - Ты знаешь, что я встречался с Его Проницательностью?

- Да, знаю.

- Так вот, на встрече присутствовал господин Сожритебямоль.

Я думал, что они попросят достать им какой-то редкий материал или доставить контрабандный груз, но дело оказалось намного сложнее. Поэтому я и решил поговорить с тобой. Дело настолько серьёзное и секретное, что я не могу доверить его выполнение никому из работающих на нас существ. Это должно быть выполнено тайно, кем-то из нас. Но Перебухай отпадает сразу, а я не могу отлучиться из столицы. К тому же мои передвижения вызывают пристальное внимание имперской СБ и наших конкурентов. Так что, остаёшься только ты.

Мырыдхай вновь с удивлением воззрился на отца.

- Ты, как представитель золотой молодёжи, - пояснил господин Несогласенподыхай, брезгливо морща морду, выражая тем самым собственное отношение к подобной категории существ, - как один из этих ..., ты уж прости, не вызываешь никаких подозрений ни у легавых, ни у дельцов. На этом мы и сыграем.

- Да, что делать-то надо, и в чём, собственно, дело?! - воскликнул наследник, слегка обиженный последними отцовскими словами и, одновременно, заинтригованный услышанным.

И тут отец подробно пересказал ему всё, что происходило на той тайной встрече.

- Теперь ты понимаешь, сынок, во что я ввязался, - подвёл он итог, пристально глядя в глаза ошарашенному и немного подавленному услышанным Мырыдхаю. - Дело очень опасное, к тому же политическое, а я, как ты знаешь, в политику никогда не лез. Но, зато, такой шанс заручиться дружбой и покровительством влиятельных эльфийских кланов выпадает только раз в жизни.

- Я бы даже сказал, что у гоблина, за всё время существования нашей расы, он выпал впервые, - добавил он. - И если мы его используем, то достигнем таких высот, о которых не могли и мечтать. У меня уже есть кое-какие идеи. Ты можешь, конечно, отказаться...

- Нет, я согласен! - воскликнул неожиданно Мырыдхай. - Я чувствую, что так надо. Это - судьба! Мне, признаться, надоело жить этой скучной жизнью, и я тоже имею право на подвиг. Я справлюсь, отец, не переживай. Скажи только точно, что надо сделать, когда и куда мне отправляться?

Старший гоблин посмотрел на сына с гордостью. Было видно, что с его души упал тяжёлый камень.

- Поедешь в сторону Чащобного леса. Выезжать придется завтра утром, времени на раскачку нет. С тобой поедут огры из моей охраны: Ук, Тук и Каменная Башка. Они, конечно, умом не блещут, но это нам только на руку. Главное, что лучших и более преданных телохранителей не найти. Знать они, разумеется, ничего не будут.

- Выполнив задание, немедленно возвращайся. Не вздумай ввязываться в саму операцию, - озабоченно добавил господин Несогласенподыхай. - А сделать ты должен будешь вот что...

Глава 17.

Вот Вам мой совет. Если окажитесь однажды в нашей реальности и незнакомый гоблин пригласит Вас прокатиться в Чащобный лес, чтобы поохотиться на длиннохвостого кабана, не соглашайтесь.

Конечно, лес тот сейчас не так уже опасен, как в былые времена, да и гоблины народ вполне мирный, да и Вы, скорее всего, живёте в крупном городе и напугать Вас не способны даже государственные чиновники, но, всё-таки, лучше отказаться. Сделать это стоит хотя бы потому, что длиннохвостых кабанов не существует.

"А что это за лес такой? Если уж ходить туда не стоит, так хотя бы расскажи о нём немного", - спрашиваете Вы, поднося ко рту левую руку, держащую бутерброд с колбасой, в то время как правая Ваша рука ставит чашку с кофе на стол.

Ну, ладно, пожалуйста, расскажу, только коротко, чтобы не нарушать динамику повествования.

Чащобный лес возник в то время, когда в Вашей реальности свирепствовал Юрский период. В отличие от вашего мира, где площадь лесов постоянно сокращается, в нашем, наоборот, леса эти норовят заполонить весь мир. Конечно, разумные существа стараются бороться с этим природным бедствием, но делают они это в строгом соответствии с подписанной в глубокой древности хартией "О защите жизненного пространства" и в относительном соответствии со здравым смыслом.

Чащобный лес, названный так в силу своей дремучести и непроходимости, занимает практически всю Среднеимперскую равнину и располагается в самом сердце континента. Соединяющиеся на его территории рукава реки Великая Прорва, разбивают его на три части - небольшую восточную, являющуюся частью гоблинской автономии, южную, граничащую с рыцарскими землями и самую крупную - западно-северную. Последняя выходит на севере к территориям, заселенным племенами северных варваров, а на западе упирается в пустыню Адская Сковорода.

Ещё стоит добавить, что в месте слияния рукавов Великой Прорвы, являющейся торговой артерией соединяющей разные земли Империи, примерно в центре Чащобного леса, расположен остров Подарок Судьбы. В период правления прадедушки нынешнего императора - выдающегося правителя Предониуса VI, на этом острове было решено основать смешанное поселение. Идея была в том, чтобы на пути следования судов, перевозящих грузы и путешественников из одной части страны в другую, имелся хотя бы один порт, служащий, как перевалочной базой, так и местом ремонта кораблей и отдыха, передвигающихся по реке, существ. Поселение со временем превратилось в небольшой процветающий самоуправляемый портовый город, названный Речным Городом.

Что касается обитателей Чащобного леса, то помимо разнообразной фауны населяют его и разумные существа. Но это не эльфы. Как известно, эльфы живут в Зачарованном лесу, который начинается севернее гоблинской автономии неподалёку от имперской столицы и тянется на восток вплоть до занимаемых тёмными эльфами Скалистых Гор.

В Чащобном же лесу обитает таинственное племя карликов-лесовиков. Об их жизни мало что известно, так как они редко вступают в контакт с цивилизованным миром. Обычно это случается раз в год во время проведения ежегодной ярмарки. На неё их представители доставляют собранные на продажу товары: лекарственные травы, лесные орехи, мёд диких пчел и звериные шкуры. На вырученные деньги они закупают необходимые им предметы быта, ткани, инструменты и оружие, после чего вновь скрываются в своих чащобах. Народ это не только скрытный, но и дикий. Сложно поверить, что их собратья карлики-степняки добились таких феноменальных успехов в области финансов, и что сама императорская семья хранит свои деньги в ЦвергЮнайтедБэнк. Вот и думайте, бытие определяет сознание или наоборот.

Впрочем, речь сейчас пойдёт не о них. Мы с вами приближаемся к восточной части Чащобного леса, отделённой от остальной части леса крутым изгибом Великой Прорвы. А это, как вы уже знаете, территория гоблинской автономии, превратившаяся со временем в опасный анклав на территории Империи. Это место, ставшее приютом для самых опасных преступников государства.

Глава 18.

Было раннее ясное утро, когда из бревенчатого домика, расположенного на краю большой, затерянной в глубине Чащобного леса поляны, вышел гоблин.

Гоблины, вообще, как известно, народ не мелкий, но этот был поистине исполинского роста, никак не ниже шести футов и десяти дюймов.

Кивнув, в знак приветствия, стоящим у входа телохранителям-ограм, он постоял немного на крыльце, втягивая носом прохладный лесной воздух. Потом, взвалив на плечо огромную дубину, гоблин не спеша двинулся вдоль края поляны, совершая традиционный обход лагеря и проверяя посты охраны. Периметр поляны представлял собой мощную защитную стену, срубленную из брёвен, а вся внутренняя территория была занята небольшими домиками и вырытыми землянками, из которых доносился богатырский храп.

Это была одна из трёх подобных, соединённых между собой тропками полян, которые вместе составляли тайную базу беглых преступников, каждый из которых находился в розыске и опасался покидать территорию лесного массива.

Отряд постепенно разрастался и уже с трудом умещался на трёх полянах.

"Триста сорок шесть морд, - подумал рослый гоблин, - и все хотят жрать три раза в день, и за каждым нужно следить, и каждого надо воспитывать. Ну, и влип же я! Рано или поздно я оступлюсь, и тогда они сожрут меня самого".

Руководить такой многочисленной бандой было не просто. Нужно было постоянно занимать братков какими-то делами и устраивать периодически показательные экзекуции, чтобы с одной стороны члены отряда гасили неуёмную гоблинскую энергию, а с другой - постоянно опасались гнева свирепого вожака.

Судя по всему, руководил бандой гоблин умело, так как отряд его больше походил не на крупную банду, а на небольшое дисциплинированное воинское формирование.

Для того чтобы держать своих подопечных в тонусе, Тырпырхай, а именно так звали главаря, проводил ежедневные учения и тренинги и, используя любую возможность, устраивал столкновения с другими бандами, скрывающимися в Чащобном лесу. Впрочем, в последнее время подобных столкновений практически не было, так как все банды признали его верховенство и всячески старались угодить Тырпырхаю, дабы не вызвать его гнев.

Третий день кряду Тырпырхай ощущал смутное беспокойство. Чувство это, поселившееся в его душе, было хорошо ему знакомо с тех самых пор, когда он ещё вёл полноценную, полную приключений жизнь, а и не был вынужден скрывался в этом опостылевшем лесу.

Как правило, беспокойство появлялось у него на завершающем этапе подготовки наиболее сложных из тех операций, в проведении которых ему не было равных. Похищения состоятельных существ с целью получения выкупа, ограбления банков и ювелирных магазинов, налёты на офисы крупных компаний в день выдачи зарплаты сотрудникам - вот неполный перечень тех видов деятельности, в которых Тырпырхай являлся признанным экспертом. Профессиональное отношение к работе, удача, правильная кадровая политика, личная неустрашимость и феноменальная физическая сила, а также честность по отношению к работающим на него существам - все эти качества принесли ему мрачную славу талантливого налётчика и непревзойденного специалиста по перекачиванию чужих денежных средств на собственные счета.

За долгие годы успешной карьеры, Тырпырхаю удалось накопить немалые богатства, обзавестись нужными связями в различных сферах и, постепенно отойдя от опасных и дурно пахнущих похищений и ограблений, сосредоточиться на традиционном гоблинском бизнесе - нелегальных и полулегальных транспортных перевозках.

Всем хорошо известно, что лучших, чем гоблины, специалистов в области логистики не существует. Даже эльфийские компании порой прибегают к их услугам, что уж говорить о других расах? А если ещё учесть их врождённую способность достать то, чего не существует и продать это тому, кто в этом не нуждается, то и получается, что контрабанда редких и запрещённых к ввозу на территорию Империи товаров - гоблинский национальный бизнес. И если какой-нибудь гоблин скажет Вам при встрече, что занимается бизнесом, а на вопрос "каким?" ответит, что у него сеть цветочных магазинов и пять ресторанов, будьте уверены в том, что основное его занятие - доставка спор грибов-галлюциногенов из подконтрольных королю гномов земель вождю одного из южно-варварских племён.

Если Вы полагаете, что, будучи в те времена некоронованным королём преступного мира, Тырпырхай прятался на "малинах" и передвигался по ночам, опасаясь ареста, то Вы глубоко заблуждаетесь. Жил он в те времена в роскошном особняке в престижном столичном районе и являлся президентом созданной им для прикрытия нелегальных операций "Тырпырхай Инкорпорейтед". Дела шли отлично, преследований со стороны властей не было, и он стал подумывать даже о женитьбе на одной симпатичной молодой вдовушке.

Как это часто случается, судьба дала хитрому, предприимчивому и умному бандиту шанс превратится в респектабельное существо и сделаться, в конечном счёте, основателем благотворительного фонда. Одновременно она подкинула ему соблазнительную возможность завершить прежний этап своей жизни громким и беспрецедентным банковским ограблением. И он, поверив в собственную неуязвимость, попался на эту удочку.

Случилось так, что в то время в очередной раз налаживались дипломатические отношения с извечным имперским врагом - гномьим Королевством. Мирный договор не был пока ещё подписан, но торговые связи уже возобновились, и для обеспечения и укрепления этих связей из Королевства в Империю была доставлена крупная партия драгоценных камней, преимущественно бриллиантов и изумрудов. Была достигнута договоренность в том, что по мере необходимости камни станут обмениваться по фиксированному курсу на имеющие хождение в Империи золотые монеты, а деньги будут расходоваться торговым представителем Королевства на поддержание королевских купцов и на государственные закупки имперских товаров. Уполномоченным банком, в котором должны были храниться и обмениваться камни, стал Первый Эльфийский Банк, принадлежащий клану тёмных эльфов, тому самому, в котором состоял знакомый нам господин Сожритебямоль.

Устоять перед таким кушем, Тырпырхай не мог. Он понимал, чем рискует, но профессиональная гордость требовала испытать судьбу. Это был первый случай, со времён того самого злополучного гоблинского похода, когда гоблин рискнул посягнуть на эльфийскую собственность, и это явилось роковой ошибкой.

Конечно, подготовка операции проводилась тщательнее, чем когда бы то ни было. Были задействованы самые надёжные существа и то, исключительно, из гоблинов. Всё было продуманно до мелочей - и необходимое число нападающих, и силы прикрытия, и альтернативные пути отступления, и время нападения, и места временного хранения похищенного, и способы его реализации через седьмые руки... Было учтено всё, кроме той детали, которая и не могла быть учтена.

Мы-то с Вами уже знаем, благодаря подслушанному разговору, произошедшему между господином Сожритебямолем и Его Проницательностью господином Гдечертпоберимойгелем на празднике Древа, что практически вся Империя была охвачена шпионской сетью тёмных эльфов. Тёмные эльфы, будучи существами педантичными и обладающими неограниченными техническими и финансовыми возможностями, если брались за какое-то дело, то подходили к нему серьёзно и основательно. Создавая шпионскую сеть, они не упустили из виду и преступный мир, справедливо полагая, что "от этой публики всего можно ожидать и, порой, её можно выгодно использовать".

Когда Тырпырхай подбирал исполнителей из самых надёжных и проверенных гоблинов, он посвятил в свои планы сразу двух эльфийских шпионов. Те, конечно, сразу же сообщили о готовящемся нападении своему куратору. Так что той злополучной ночью, когда бандиты, следуя чётко разработанному своим вдохновителем плану, приближались к хранилищу Первого Эльфийского Банка, их уже ждали отряды эльфийских гвардейцев.

Тёмные эльфы, не терпящие вмешательства в свои дела, не стали доводить до сведения центральной власти информацию о готовящемся нападении, справедливо полагая, что и сами справятся с бандой Тырпырхая, что, в общем-то, и произошло. Все гоблины, принявшие участие в нападении, а их было несколько десятков, расстались с жизнью неподалёку от банка, будучи нашпигованными арбалетными болтами и порубленными эльфийскими клинками. Спастись удалось лишь Тырпырхаю и нескольким гоблинам из его личной охраны, с боем пробившимся сквозь один из заслонов. Спасла Тырпырхая интуиция, заставившая его в последний момент изменить маршрут своего передвижения.

Хотя шкура его и была пробита в трёх местах, смертельных ранений не было, а мощные гоблинские лапы вынесли Тырпырхая и нескольких его израненных товарищей из смертельной ловушки.

Было ясно, что их заложили, и все места их обычного пребывания должны находиться под контролем противника. Казалось бы, деваться было некуда, но уцелевших гоблинов выручила предусмотрительность вожака. Давно ещё, предвидя вероятную для существа его профессии ситуацию, когда земля будет гореть под лапами и ни в одном населённом пункте укрыться не удастся, он создал тайную базу на принадлежащей гоблинам части Чащобного леса. На той базе хранился запас провианта и оружия, и постоянно проживало несколько десятков скрывавшихся от правосудия преступников из тех, что входили в возглавляемое Тырпырхаем сообщество.

Понимая, что деваться больше некуда, вожак отдал приказ выбираться из города и двигаться в сторону Чащобного леса. Тёмные эльфы, для которых было важно скрыть сам факт нападения на банк, не стали преследовать кучку уцелевших бандитов, а принялись в срочном порядке уничтожать следы сражения, вывозить трупы и выводить отряды из города. Так что судьба, сыграв с гоблином злую шутку, дала ему в качестве компенсации шанс на спасение. И он этим шансом воспользовался.

Прошли годы, и небольшая бандитская база в Чащобном лесу превратилась в настоящий укрепрайон. Единственной проблемой был вопрос обеспечения продовольствием трёх сотен гоблинов, нескольких десятков примкнувших к ним людей, преимущественно дезертиров из имперской армии и, нескольких, не понятно как очутившихся в лесу огров. Зверья в ближайших окрестностях становилось всё меньше, охотникам приходилось углубляться всё дальше в лес и тратить значительно больше сил и времени на пополнение запасов. Лесные же карлики, с которыми поначалу установились неплохие отношения, после нескольких ненужных инцидентов прекратили всякое общение с отрядом и, судя по всему, вообще покинули эту часть леса.

"Чёртовы ублюдки! - думал Тырпырхай, заканчивая свой утренний обход, - сами себе нагадили. Ума не приложу, что делать дальше! Может быть, на городишко какой-нибудь напасть? Нет, тогда точно сюда армию пришлют и, не считаясь с затратами весь лес прочешут. Неужели мне до конца жизни придется торчать среди этого бурелома?!"

Эта мысль посещала его всё чаще, портя и без того отвратительное настроение. Ему захотелось отыграться на каком-нибудь нерадивом часовом, но обход подошел к концу, а никаких нарушений замечено не было. Впрочем, это было не удивительно, ведь старшим ранней утреней смены он назначил Джека-Следопыта, одного из северных варваров, прижившихся в отряде. Джек оказался отличным охотником, за что и получил своё прозвище, хотя вообще-то он был в прошлом офицером имперской армии, судимым за убийство сослуживца и сбежавшим из мест заключения. "Бабу не поделили, да и вообще ... он был, я ни о чем не жалею", - так объяснил он свой поступок Тырпырхаю.

"А охотиться тебя, что, в армии научили?" - спросил как-то его гоблин.

"Нет, конечно, - усмехнулся в ответ Следопыт, - этому меня учили с детства. Я ведь, шеф, из семьи охотника, так что ещё до армии эту науку освоил".

- Ну, как, Следопыт? Всё в порядке? - спросил главарь для проформы у подошедшего к нему Джека.

- Да, шеф, происшествий нет, - спокойно и чётко доложил тот.

"Повезло мне с ним, - подумал Тырпырхай, разглядывая стройную поджарую фигуру подчинённого и ощущая на себе его твёрдый спокойный взгляд. - И людей держит в руках и из моих жаб настоящих солдат сделал".

"Только что мне со всем этим делать?" - в который раз, спросил он себя.

- Молодец! Хвалю! - похвалил он Джека, назначенного им недавно командиром людской части отряда и одним из своих заместителей.

Закончив обход, гоблин направился было к своему домику, как вдруг раздались сигнал тревоги и крики часовых. Шум доносился с северной части поляны, оттуда, где находились единственные, ведущие в лагерь, ворота.

Подбежав к воротам, он с удивлением увидел стоящий с той стороны стены отряд гоблинов, тащивших троих связанных огров и какое-то существо, с накинутым на голову мешком и связанными за спиной руками.

"Нападение... нет, мятеж... Началось! - подумал Тырпырхай, узнав, среди подкравшихся к стене разбойников, гоблинов из, расположенного на "северной" поляне, лагеря.

- Чего надо?! - рявкнул он, обращаясь к находившимся с той стороны стены, соплеменникам.

- Пахан, мы лазутчиков изловили! - закричал в ответ один из гоблинов, в котором Тырпырхай признал заместителя командира "северного" лагеря. - Двадцать наших братанов покалечили, а Отлетая и Замухрая убили, ... поганые! Говорили, что к тебе идут, но мы им, конечно, не поверили и побить маленько хотели, а они, ..., тоже...

- Давай их сюда, баклан, хорош болтать! - рявкнул Тырпырхай, отдавая приказ открыть ворота. - Сам разберусь, кто что хотел...

Вскоре массивные ворота были открыты и к ногам главаря швырнули трёх избитых огров и существо с мешком на голове.

Глава 19.

Путь до Чащобного леса был преодолён за четверо суток. Можно было добраться и быстрее, но сменные лошади, имевшиеся на почтовых станциях, с трудом выдерживали тяжесть таких пассажиров, как огры, отчего через некоторое время нормального бега, несмотря на понукания, упрямо переходили на шаг.

Мырыдхая сильно раздражала подобная неспешная езда, но ничего поделать с этим он не мог. Хорошо ещё, что отец выделил ему для поездки самую просторную из имевшихся у него карет. По крайней мере, гоблину не грозила участь быть раздавленным в лепёшку тремя его спутниками - ограми.

Путешествовать вместе с ограми - то ещё удовольствие. Нет, ребята они, конечно, замечательные - не пристают к тебе с не нужными вопросами, не напиваются на каждой станции до потери сознания, и не ведут весь день напролёт заумные беседы. Но, с другой стороны, уж больно они скучные и молчаливые.

Мырыдхай пытался несколько раз вызвать их на разговор, но они лишь вежливо кивали в ответ и отделывались односложными репликами. "Да, Мырыдхай" и "Нет, Мырыдхай" - только это и слышал гоблин от своих попутчиков.

К Мырыдхаю огры относились с уважением, как к своему временному начальнику, но безо всякого подобострастия и без малейшей заинтересованности. Судя по всему, им было абсолютно наплевать на то, что это сын их босса и, возможно, будущий босс.

Они даже ни разу и не назвали его "боссом". Наверное, потому, что слово "босс" на огрском языке означает "хозяин", а хозяин у них был один - господин Несогласенподыхай.

Впрочем, вести беседы с представителями этой славной расы было в любом случае затруднительно, так как из работ известных имперских лингвистов стало известно, что словарный запас огра обычно не превышал пятисот слов и междометий. Правда, частично это компенсировалось более чем двумястами жестов, активно используемых ими во время разговора. Но, согласитесь, общаться с тремя могучими ограми в карете на языке жестов - весьма сомнительное удовольствие.

Если уж мы заговорили об ограх, то нужно заметить, что, несмотря на свою кажущуюся туповатость и неповоротливость, они были непревзойдёнными телохранителями. Преданность одному хозяину, огромная физическая сила, выносливость и, как ни странно, великолепная реакция - всё это снискало им славу лучших имперских "бодигардов" ("бодигард" на огрском языке как раз и означает "телохранитель"). Так что, если у одних народов национальным бизнесом был финансовый бизнес, у других - транспортный, а у третьих ещё какой-то, то огрским национальным бизнесом был бизнес охранный.

Вести беседы с попутчиком огры не стремились, но к своим прямым обязанностям относились со всей серьёзностью. При каждой остановке кареты, когда путникам приходилось её покидать, Мырыдхай оказывался в середине треугольника, места в углах которого занимали телохранители. Место в вершине треугольника и, соответственно, во главе процессии всегда было за Каменной Башкой - старшим из огров, а сзади от гоблина оказывались Ук и Тук.

Каменная Башка был, как ни странно, очень маленького для огра роста - около девяти футов, что, впрочем, компенсировалось его феноменальной реакцией и сообразительностью. Он оказался из троих телохранителей также самым разговорчивым и даже выдавал иногда целую фразу, а то и две подряд.

Один раз такой редкий случай произошёл, когда Мырыдхай, волнуясь из-за предстоящего посещения Чащобного леса, поинтересовался, не был ли кто-нибудь из спутников там ранее и действительно ли лес этот так опасен.

"Если нам сдохнуть, тебе сдохнуть после нас", - успокоил гоблина Каменная Башка, после чего добавил что-то на языке жестов.

О том, что означала серия стремительных ударов воображаемой дубиной, "успокоенный" Мырыдхай мог только догадываться.

Легендой, выдуманной господином Несогласенподыхай для объяснения поездки Мырыдхая являлась его инспекционная поездка с целью проверки работы торговой сети "Подыхай холдинг". Чтобы не вызывать подозрений, гоблину приходилось останавливаться в каждом населённом пункте и посещать фирменную торговую точку.

Мырыдхай старался честно играть свою роль и извлечь, заодно, из своей временной работы пользу, как для себя, так и для отцовского бизнеса. Поэтому, сначала он обходил с важным видом торговый зал, изучая представленный ассортимент товара, его подачу покупателю и работу персонала. При этом он постоянно делал какие-то пометки в блокноте. Потом, в сопровождении огров, заходил в кабинет директора и около часа громко на него орал, пытаясь донести до несчастного управляющего суть своих замечаний. После этого он давал какие-то указания, касающиеся улучшения работы объекта и уезжал.

Как потом оказалось, некоторые из его предложений оказались настолько толковыми, что стали обязательными для исполнения во всей торговой сети. Мало того, спустя какое-то время его идеи были собраны в единую систему, названную по имени создателя мырыдхайтингом. Это потом уже, термин этот, трансформировавшись до неузнаваемости, превратился в слово "маркетинг" и проник в Нижние Миры.

Глава 20.

Поездка, показавшаяся выносливым ограм увеселительной прогулкой, для Мырыдхая, не привыкшего к тяготам кочевой жизни, к концу третьих суток превратилась в пытку.

Приближаясь к последнему населённому пункту, лежащему на их пути, он вспоминал окончание их последнего с отцом разговора.

...Господин Несогласенподыхай прошёлся по кабинету, и, вернувшись в свое кресло, хлопнул лапой по столу и строго посмотрел на сына.

- Мырыдхай! - произнес он, - помни, что ты едешь в крайне опасное место. Поэтому оставь столичные замашки дома. Гоблины, скрывающиеся в лесу - это не наши милые соседи и не твои утонченные эльфийские приятели. Это бандиты, сынок, причем бандиты самого отвратительного сорта.

- Тогда зачем мне вообще туда ехать, если с ними нельзя договориться? - удивился Мырыдхай.

- Я этого не говорил, - резко ответил ему отец, - просто просил тебя быть осторожным и в точности выполнить то, что я тебе скажу! Я никогда не послал бы тебя туда, если бы... ну, ладно, слушай. Дело в том, что власть там сейчас крепко держит в своих лапах, ни кто иной, как мой младший брат...

- Как?!! - вскричал, не веря своим ушам, Мырыдхай, - дядя Тырпырхай? Твой брат?! Я думал, что он давно умер.

- Многие так думают, - усмехнулся господин Несогласенподыхай, - но наша порода - живучая, нас так просто не возьмёшь.

- Папань, а ты точно это знаешь? - на всякий случай спросил Мырыдхай, понимая, что в другой ситуации за такой вопрос получил бы бронзовой копией "победителей" по голове.

- Конечно, точно! - рявкнул старший гоблин, останавливая дёрнувшуюся в направлении "победителей" лапу. - Я что, по-твоему, идиот?!

- У меня с ним контакт налажен. Кое-какие совместные дела делаем, но тебе об этом знать не нужно. Дела-то так... мелочь, он же сидит там обложенный со всех сторон, нос высунуть не может.

- Тогда зачем он нам, и чем он способен тебе помочь? - Мырыдхай скорчил морду от удивления.

- Сможет! Твоё дело придти к нему и передать вот этот пакет с деловым предложением и инструкциями, - сказал сыну господин Несогласенподыхай, - там всё написано. На словах добавишь только, чтобы с уважением относился к барону, не допускал излишней грубости по отношению к населению и обязательно доставил те бумаги лично ко мне домой.

- Какие бумаги? Какой барон? И как он доберётся до нас, если не может нос из леса высунуть?! - воскликнул, ничего не понявший из слов отца Мырыдхай.

- Тебя это не касается! - ответил отец. - Просто запомни мои слова и передай. Добавь так же, что после окончания дела, он может смело возвращаться сюда, никто его не тронет. Да, и добавь ещё, чтобы тебя немедленно отправил назад. Нечего тебе там делать и лезть в эти дела. Понял?

- Да, понял... Понял, что ничего не понял, - проворчал Мырыдхай, обиженный на то, что отец скрыл от него суть дела, и заставляет исполнять роль простого гонца.

- Сынок, повторяю ещё раз, дело это крайне опасное! Мало ли, вдруг что-то пойдёт не так. Мы и так уже вляпались по уши, не хватало ещё тебе голову в бою сложить.

- Так это будет поход?! - встрепенулся Мырыдхай, с детства мечтавший принять участие в настоящем походе и горевавший от того, что те времена, когда отважные гоблинские дружины принимали участие в набегах, и каждый гоблин мог прожить жизнь, полную приключений, навсегда ушли в прошлое.

Господин Несогласенподыхай закрыл рот лапами и сердито зарычал, проклиная себя за то, что проговорился.

- Ещё раз повторяю, тебя это НЕ КА-СА-ЕТ-СЯ!!! Понял, твою мать?!!! - заорал он на сына. - Ты, твою мать, передашь пакет, скажешь то, что должен сказать и немедленно отправишься назад. А не то я, ..., всю башку твою разобью! Будешь, твою мать, слюни пускать, как чертов идиот! Уф-ф-ф... Понял, сынок?!

- Да, понял я, понял... - надулся Мырыдхай.

- Ну, и хорошо. Молодец! - успокоился отец и стал давать ему последние наставления, касающиеся маршрута передвижения, легенды и способа добраться до грозного родственника, засевшего в Чащобном лесу...

Наконец, на четвертый день путешествия, очередная конная упряжка дотащила Мырыдхая с ограми до небольшой гоблинской деревеньки, находившейся милях в двадцати от Чащобного леса.

Желающих селиться в опасной близости от страшного места было немного, зато те, кто там жил, научились извлекать немалую пользу от подобного соседства. Львиная доля собранного урожая и заготовленного мяса, тайно продавалась местными жителями скрывавшимся в лесу бандитам, которые расплачивались деньгами, отобранными у путников, осмелившихся показаться неподалеку от лесного массива. Жителей деревни лесные братья никогда не обижали, боясь потерять единственную нить, связывавшую их с цивилизованным миром. Так что сотрудничество было обоюдовыгодным, хотя и тайным.

В деревне Мырыдхай отыскал гоблина, являвшегося связным отца, то есть той самой ниточкой, которая соединяла господина Несогласенподыхай с опальным младшим братом.

Дом связного, оказавшегося крепким жилистым стариком, стоял на некотором отдалении от деревни в той стороне, что вела к Чащобному лесу.

Мырыдхай, как ему и было велено, передал старику мешочек с золотыми монетами и письмо от отца. Тот тут же вскрыл конверт и, пробежав глазами текст, бросил письмо с конвертом в печь, на которой грелся ужин для нежданных гостей.

- Поедите и сможете пару часов отдохнуть. Потом надо будет идти, - сказал он Мырыдхаю.

- Куда идти? В лес? Ночью? - удивился молодой гоблин.

- Да, ночью, пока все спят, и никто вас не видит, - проворчал старик. - Не волнуйся, я вас выведу. Хотя путь, конечно, не близкий, если поднажать, то к утру будем там.

- Всю ночь топать?! - возмутился Мырыдхай. - Да я и так уже устал, трое с половиной суток в дороге!

- Это твои проблемы. У меня приказ шефа, и я должен его выполнить. Он написал "срочно", а мы и так потратим время на ужин и отдых.

Часа через три недовольный зевающий Мырыдхай и невозмутимые огры начали свой марш-бросок, который длился всю ночь и прерывался лишь несколько раз, когда неутомимый старик разрешал им немного передохнуть. Перед рассветом, еле волочивший от усталости лапы, Мырыдхай и, по-прежнему, невозмутимые, казавшиеся совершенно не уставшими, огры вышли к Чащобному лесу. Стена высоченных деревьев, причудливо подсвеченная Луной, тянулась с юга на север и казалась бесконечной.

Глава 21.

- Ну, вот и всё, мы пришли, - бодро объявил связной, рухнувшему на траву, Мырыдхаю. - Видите эту тропку? Нет, это тропа, неужели не понятно?! Присмотритесь. Вот по ней и идите, пока не наткнётесь на пост. Скажите, к кому идёте, вас проведут. Здесь недалеко.

- Счастливого пути, - добавил он ничего не выражающим тоном и, не дожидаясь ответа, растаял в лёгком предрассветном тумане.

Около часа Мырыдхай провалялся на земле, не в силах подняться, но потом, со стоном, встал на ноги, и они отправились в лес, стараясь не потерять еле заметную тропку. За бодро шагавшими впереди Каменной Башкой и Уком, плелся Мырыдхай, а замыкал шествие самый рослый и мощный из огров - Тук, рост которого превышал десять футов.

Через некоторое время блужданий по лесу, гоблин вдруг ощутил сильно жжение под рубашкой. Ощущение было такое, что к его груди приложили раскалённый кусок металл. Он засунул руку под рубашку и вытащил, подаренный тетушкой Нескучай оберег, кристалл на котором светился ярким алым светом.

- Опасность! - крикнул Мырыдхай, мгновенно вспомнивший слова тетушки о том, что означает приобретение кристаллом алого цвета.

- Ещё какая! - раздался рядом противный насмешливый голос и Мырыдхай увидел, что они окружены плотным кольцом, не понятно откуда взявшихся, гоблинов. Гоблины были хорошо вооружены, некоторые из них держали наведенные на путников луки.

- Куда путь держим? Если хотите внести взнос в лесной благотворительный фонд, то вы уже на месте, - проквакал тот же гоблин, видимо, главный среди этой шайки.

- Мы идем по важному делу, - заявил Мырыдхай, стараясь выглядеть уверенно.

У старшего из гоблинов от этих слов случился приступ смеха, поддержанного его соплеменниками.

- И какое же дело у тебя, фраер, в нашем лесу? - прохрипел он, немного успокоившись.

- Я иду к Тырпырхаю с важным посланием, - ответил Мырыдхай, чувствуя нарастающее отвращение к этим, дурно пахнущим, отбросам цивилизации, но стараясь не показать своего настроения.

- Ты что гонишь, придурок?! Какое у тебя дело к нему может быть?! - заорал вдруг гоблин, морда которого приняла свирепое выражение. - Заблудились, а теперь мозги нам засирать будете?

- Гоните бабло, да скидывайте шмотье свое фирменное, может, и отпустим вас, - рявкнул он и схватил Мырыдхая за куртку.

Это движение вызвало немедленную реакцию телохранителей Мырыдхая, которые начали крушить стоящих вокруг разбойников, пытаясь добраться до осмелившегося напасть на объект охраны гоблина.

Началась драка, просвистело несколько стрел, одна из которых угодила Уку в плечо. Выстрелов, однако, было мало, так как стрелки боялись угодить в своих и, побросав луки, тоже бросились врукопашную. Первое время ограм и, неожиданно рассвирепевшему, Мырдыхаю удавалось отбиваться от бандитов, некоторые их которых уже валялись на земле, поваленные мощными ударами огров. Но, потом, имевшие многократное численное преимущество лесные братья одержали верх. Огров, в конечном счете, удалось спеленать с помощью сетей, а Мырыдхая, голова которого выдержала несколько крепких ударов, сбили с ног пришедшемся ему в челюсть выпадом дубинки.

Обозлённые бандиты долго ещё избивали поверженных противников, пока их не остановил крик одного из них.

- Хватит! Прекратите!

- Ты что это раскомандовался, Распухай? - как сквозь туман, донёсся до избитого Мырыдхая голос вожака шайки. - Ты, что ли, здесь старший?

- Старший ты, Требухай, а вот на дереве висеть нам всем рядышком придётся, если этот фраер действительно к пахану топал. Может быть, тот его ждёт, ты об этом не подумал, троллий ты помёт?!

- Ты кого это помётом назвал, падла?! Да я тебя...

Послышались удары и, с трудом приоткрыв заплывшие глаза, Мырыдхай увидел, как двое гоблинов лупят друг друга, а остальные, молча, за ними наблюдают.

Наконец, несколько разбойников, видимо посчитав, что по очкам выходит ничья, растащили дерущихся в разные стороны. Морды у обоих были разбиты, а глаза яростно сверкали.

Мырыдхай замычал, пытаясь привлечь к себе внимание, что ему и удалось.

- Ах ты, гнида! Жив ещё?! Ну, ничего, сейчас мы это исправим! - завопил Требухай, пытаясь дотянуться до Мырыдхая и пнуть его ногой, но крепкие гоблинские лапы, державшие его, не позволили ему этого сделать.

Слова Распухая посеяли в их душах сомнение, а страх перед Тырпырхаем был слишком силён, чтобы это сомнение отбросить.

- Пусть скажет, что хотел... - прохрипел Распухай, пытаясь освободиться. - Да, пустите вы меня, я уже в норме!

Его отпустили и он, проковыляв на своих кривых ногах к Мырыдхаю, присел на корточки и стал поливать его разбитую морду из фляги.

-Ну, говори, - приказал он нашему герою.

- Я ыду... к Тылпылхаю с фашным полусением... нешу пахет... Он мня штёт... - с трудом произнес Мырыдхай, рот которого был полон крови из-за разбитых губ и выбитых зубов. - Эта плафта.

- Да, брешет он! - зарычал Требухай, которого, по-прежнему, держали за лапы. - Надо посмотреть, что там, в пакете этом! Может там бабло или акции какие облигации. А этих добить, на хрен, и закопать! Вон, сколько они наших положили! Двоих точно грохнули, даже не дёргаются!

- Ты совсем долбанулся, что ли?! - возмутился Распухай. - А если фраер правду говорит, знаешь, что с нами Тырпырхай сделает? Кто-нибудь проболтается и тогда нам точно конец!

Подавляющее большинство бандитов поддержали Распухая и, вскоре, связанных пленников потащили в главный лагерь к Тырпырхаю.

Глава 22.

- Значит, они сказали, что идут ко мне? - недобрым взглядом уставился на Требухая Тырпырхай, бегло осмотрев избитых пленников.

- Ну, да, квакали что-то на эту тему, - неуверенно промямлил тот, внезапно осознав, что он натворил.

- А ты, значит, мыслитель, им не поверил, так?

- Не поверил, - непроизвольно втянув голову в плечи, тоскливо выдохнул Требухай.

- Ну-ну... Развяжите огров и снимите мешок с этого, кто он там такой, - приказал Тырпырхай, - хочу на него взглянуть. Да, верёвки на руках разрежьте. Не убежит, небось.

Огров быстро освободили от пут и поставили ноги, а с головы Мырыдхая стащили мешок и, разрезав веревки, усадили на землю, поскольку он был не в состоянии стоять после перенесённых побоев.

Огры, осмотревшись, стояли спокойно с невозмутимым видом, не выказывая ни страха, ни агрессии. Они прекрасно понимали, что справиться с таким количеством противников, среди которых находились и несколько их земляков, им не удастся. К тому же по отношению к объекту охраны никаких враждебных действий не предпринималось.

Огры Тырпырхая не интересовали и он, скользнув по ним взглядом, принялся внимательно разглядывать избитого на совесть гоблина.

Через несколько мгновений брезгливое выражение на его морде сменилось выражением заинтересованности, а затем превратилось в крайнее удивление.

- Мырыдхай?! - воскликнул он со смешанным чувством удивления и сомнения.

Он подошел к избитому пленнику и, присев на корточки, пристально на него уставился.

- Та, тятя, эт-та й-я, - выдавил из себя несчастный гоблин, пытаясь не завалиться на бок.

- Ты зачем сунулся в лес, племяш?! Натворил что-нибудь? Замочил кого-то? - спрашивал его Тырпырхай, который никак не мог поверить своим глазам.

- Ы-ы, й-я ат атша... ш пу-маками... ф па-хете... а-ны, - еле выговорил Мырыдхай и, потеряв сознание, начал заваливаться на бок.

- Лекарей сюда живо! - заорал Тырпырхай, обхватив неожиданно свалившегося на его голову племянника.

В это время прибежали два человека и один гоблин, державшие в руках корзинки со знахарскими принадлежностями, и принялись оказывать пострадавшему помощь.

Оставив родственника на их попечение, Тырпырхай подошел к дрожащему от страха Требухаю.

- Значит, не поверил, да? - спросил он его спокойно и тут же, не дожидаясь ответа, нанёс по голове провинившегося гоблина страшный удар своей дубиной, от чего голова последнего с чавкающим звуком разлетелась на части.

- Я же объяснял тебе, что надо сначала думать, а потом уже действовать, - продолжал говорить Тырпырхай, обращаясь уже к дергающемуся в агонии телу. - Ну, ничего, в следующий раз будешь вести себя умнее.

Требухай, ясное дело, ничего не ответил на эти слова и, вскоре, перестав дергать лапами, затих.

- Это касается всех вас, чёртовы ублюдки. Если я что-то говорю, то запоминайте и выполняйте. Лень мне повторять дважды, усекли? - не повышая голоса, обратился вожак к стоящим вокруг него бледным от ужаса разбойникам.

Один лишь Следопыт встретил взгляд главаря со спокойным, невозмутимым видом.

- Ну, ладно, как закончите с Мырыдхаем, отнесите его в мою хижину и окажите помощь ограм. Вот у того, здорового, вообще обломок стрелы из плеча торчит.

- А вы, ребята, не дергайтесь, всё закончилось. Здесь Мырыдхай в безопасности. Лечитесь и отдыхайте. Вас разместят вместе в одном из домов, - обратился он, глядя в глаза Каменной Башке, в котором, непонятным образом, сразу признал старшего из огров.

- А где тот пакет, что был при них? - спросил Тырпырхай, и тут же получил его от одного из бандитов.

Все суетились, стараясь продемонстрировать свирепому вожаку свою преданность и выполнить его приказания. Страшная смерть Требухая, занимавшего не последнюю ступень в бандитской иерархии, произвела на прочих разбойников неизгладимое впечатление.

Глядя на царившую в лагере суету, Тырпырхай усмехнулся и, кивнув Следопыту, давая ему понять, что тот остается за главного, направился в свой домик изучать находившиеся в пакете бумаги.

Глава 23.

Очнувшись от глубокого сна, в который он провалился не столько от усталости или из-за перенесённых мучений, сколько под действием регулярно вливавшихся в него разбойничьими знахарями микстур, Мырыдхай некоторое время тихо лежал с закрытыми глазами. Он сразу же вспомнил всё, что приключилось с ним за последнее время, и попытался оценить то состояние, в котором находится его организм. Гоблин по очереди пошевелил всеми конечностями, подвигал шеей и был приятно удивлён. Тело, хотя и саднило местами от побоев, но действовало вполне сносно. Ощупав лапами морду, он обнаружил на ней несколько гематом, а поводя во рту языком определил примерное число утраченных зубов. По его подсчетам, таких было девять.

"Это ерунда! - подумал гоблин. - Попрошу Оглохспаниэля, отвести меня к своему дантисту, чтобы тот новые зубы вставил. Лучше уж к эльфам сходить, чем к гоблину-дантисту. У эльфов, говорят, ничего даже и не почувствуешь. А шишками нас не напугаешь, мы привычные".

Ухмыльнувшись воспоминаниям, Мырыдхай попытался открыть глаза и это ему довольно легко удалось. Небольшие припухлости, конечно, ещё оставались, но серьёзных неудобств не приносили.

Гоблин понял, что очнулся он поздним вечером или ночью - в комнате было темно. Полежав ещё немного, он откинул лёгкое одеяло, которым был укрыт и с лёгким стоном сел на кровати.

"Сейчас разбужу всех своими "охами", - подумал гоблин.

В этот момент, дверь в комнату открылась, и в дверном проеме показался Тырпырхай.

- Очнулся, наконец! - довольным тоном произнёс он. - Ну, и силён же ты дрыхнуть, Лягушонок. Двое суток провалялся!

- Хах, тфое шуток? - удивился Мырыдхай.

- Как, как... вот так! Даже и не шевелился почти, когда лекари твои раны обрабатывали, - засмеялся огромный гоблин. - Заварил кашу, а сам - на боковую.

- Хакую кашу я сафарыл? - с недоумением спросил Мырыдхай, вставая с кровати.

- Острую, с красным варварским перцем. Теперь будем её расхлебывать всей бандой, - пояснил ему Тырпырхай. - Правда, есть надежда, что на дне котелка нас ждёт приятный сюрприз.

- Нышехо не па-имаю, - признался молодой гоблин, пытаясь отыскать в полумраке комнаты свои вещи.

- Подожди, Лягушонок, - сказал ему дядя и, пройдя в комнату, зажёг стоящий на столе подсвечник.

Потом он на минуту вышел и вернулся с чисто выстиранной и заштопанной одеждой племянника.

- Да, красавец! Ничего не скажешь, - ухмыльнулся Тырпырхай, - завидный жених. Одевайся, а я пока прикажу еду приготовить. Жрать, небось, охота?

- Ы-хы, - признался, почувствовавший страшный голод Мырыдхай, с трудом напяливавший на себя брюки.

- Ы-хы, - передразнил его вожак разбойников, - ну, давай, жду тебя в гостиной. Поешь, заодно и поговорим чуток.

- Халашо, - ответил ему Мырыдхай, со стоном просовывая лапу в рукав рубашки.

Умяв две порции гоблинской лягушачьей похлёбки и котелок отменно приготовленного рагу "Жридачавкай", Мырыдхай, откинувшись на спинку стула, с наслаждением пережевывал кусок мягкой и сочной копчёной гадюки. Дожевав и проглотив этот деликатес, который вы с трудом отыщите и на столичном рынке, он опрокинул в рот бокал гоблинской настойки. Настойка сильно обожгла пораненный рот, но зато приятно согрела гоблина и вызвала у него чувство расслабленности.

- Видишь, как я тебя встречаю? - улыбнулся Тырпырхай, с довольным видом наблюдая за племянником. - Сначала развлечения, потом угощение. Мои пацаны языки бы проглотили, взглянув на этот стол. Мы здесь не каждую неделю так питаемся, поверь мне.

- Ы-хы... ласфлешеныя пыли што ната, - проворчал Мырыдхай.

- Ну, ладно, не серчай... Что квакало, то в болоте утонуло, - подмигнул племяннику дядя. - Расскажи лучше, как там дома? Какие новости? Если, конечно, говорить не больно.

Мырыдхай поведал ему об основных событиях столичной жизни и коротко пересказал последние сплетни. Потом он рассказал ему о своей несчастной любви и поделился свалившейся на него бедой, вызванной решением отца женить его в кратчайшие сроки.

- Женить решили? Ха-ха-ха... Узнаю братца своего... ха-ха... три месяца дал??? Добряк! Ха-ха-ха...

- Не шмешно, - обиделся Мырыдхай.

- Очень смешно! - не согласился с ним дядя.

- А хочешь, я твою проблему в два счёта решу, - неожиданно предложил он бодрым тоном.

- Хах эта? - удивился племянник.

- Как-как! Украдём твою девку, эльфийку эту. Будешь жить с ней в моём лесу, да радоваться. Банду свою соберёте. Будете на отсталых путников нападать - ты с дубиной, она с луком...

- Нееее... ни ф хоим шлушае! Она не сахошит, та и я не хошу. Элфы меня и тут тостанут ф тфа шота, - испуганно закачал головой Мырыдхай.

- А раз так, племяш, то выбрось эту чушь из головы! - серьёзно сказал ему Тырпырхай. - Ты уже не ребёнок, пора за ум браться. Правильно братец тебе говорит. Тебе скоро дела принимать, а ты всё тролля валяешь!

Мырыдхай, насупившись, молчал. В глубине души он был с родственником согласен, но расстаться со своей иллюзией пока ещё был не готов.

- А што ты там пло хашу хахую-то хафолыл, што я сафалыл? - поинтересовался он у Тырпырхая.

- Кашу? - удивился его могучий родственник, - какую кашу?.. А! Это я про бумаги, которые ты привёз. Ты что, не читал их?

- Не... не шитал, я плостой ганес, - обиженно ответил племянник. - Кштати, я толшен пыл ешо на слофах топафить...

- Что?

- Штопы ты ... эта... - Мырыдхай напряг память, вспоминая слова отца, - а... Штопы ты палона хахохо-то уфашал, налот сля не полтил и пумаки отшу плинес лишна. Тела стелаеш, мошеш шмела фосфлашатся томой, тепя нихто не тлонет...

- И ешо эта...

- Что ещё, лягушонок? - спросил Тырпырхай, напряженно вслушивавшийся в слова племянника, пытаясь разобрать его шепелявую речь.

- Ну,.. меня штопы с шопой фсял... ф пахот!

- Ну, это ты врёшь! - рассмеялся Тырпырхай. - Не мог он такого сказать.

- Шхашал, - упрямо произнёс Мырыдхай.

- А что же он тогда не дал тебе бумаги прочитать? А, лягушонок? - недоверчиво спросил племянника дядя.

- Флемени не пыло, тела слошное, - вышел из положения племянник.

- Огры с тобой, возьму! Но только при мне будешь всё время, понял?

- Ы-хы, - довольно кивнул Мырыдхай, мечта которого - принять участие в походе - как никогда раньше была близка к осуществлению.

- Ладно... Я, пока ты дрых, почти всё уже подготовил. Выступаем через три дня, - произнес главарь банды. - Раз уж ты пойдёшь с нами, я сейчас расскажу тебе, в чём тут дело.

И он рассказал Мырыдхаю о том, во что они ввязались.

Глава 24.

Совершив ночной переход, отряд барона Шанса проник в лес расположенный неподалёку от замка ненавистного противника. Не успели солдаты расположиться на отдых, как примчался один из часовых, расставленных по периметру охотничьих угодий Барона Шприца, и поднял в лагере тревогу. По его словам, следом за ними двигался крупный отряд вероятного противника.

Барон Шанс, опасаясь утечки информации, не стал посвящать солдат в свой замысел, и все были уверены в том, что они идут отбивать похищенную дочь сюзерена, не имея ни малейших шансов на успех. О приближающейся помощи никто не знал, так что в отряде царил дух обречённости. При этом явного недовольства не проявлялось. Все хранили верность присяге и лучшим традициям рыцарской чести.

Барон, отдал приказ занять оборону и, на всякий случай, приготовиться к бою. Сам же он, в сопровождении дозорного и нескольких рыцарей, поспешил туда, откуда надвигалась возможная угроза.

"Неужели это гоблины? - с сомнением и надеждой думал рыцарь, знавший со слов вездесущего эльфийского посланника о том, что барон Шприц не располагает достаточными для окружения силами. - Скрытно преодолеть такое расстояние за трое суток! Невероятно! Не могу в это поверить!"

Стояло ранее утро и лёгкий туман, обычный для этих мест, скрывал окружающее лес пространство. Тем не менее, опытные солдаты, стоящие в дозоре, на слух определили не только факт надвигающейся угрозы, но и примерную численность приближающегося отряда.

- Человек пятьсот, господин барон! - с тревогой в голосе, обратился к подбежавшему рыцарю немолодой солдат, вслушивавшийся в еле уловимый шум. - Не лучше ли скрыться в лесу?

Окружавшие барона воины негромко переговаривались, явно поддерживая предложение опытного солдата.

- Я, по ряду причин, не посвящал вас в свои планы, но теперь скажу... - проговорил барон Шанс, обращаясь к взволнованным подчинённым. - Мы ждём один отряд, который идёт нам на помощь, и я очень надеюсь, что это он самый и есть. Их как раз и должно быть чел... существ пятьсот. В любом случае, если это не они, мне эту ночь не пережить, друзья мои. И я бы предпочел погибнуть сразу с мечом в руке, а не бегать несколько часов по лесу, как один из тех оленей, на которых охотится здесь эта подлая гиена Шприц. А вы все, если что-то пойдет не так, бегите назад, поднимайте людей и пытайтесь вырваться из леса. Если я ошибся в расчетах, то это моя ошибка, поэтому я освобождаю вас от клятвы верности и дарую свободу. Храни вас Бог!

- Я тоже, знаете ли, не заяц! - с возмущением произнёс один из рыцарей. - Я давал присягу и не нарушу её.

Остальные рыцари и солдаты одобрительно зашумели, поддерживая прозвучавшие слова.

- Спасибо, Иоганн, спасибо, вам всем... Я этих слов не забуду! - растроганно проговорил барон, положив руку на рукоять меча и устремляя взор в ту сторону, откуда доносился нарастающий шум.

Так они и стояли, нервно сжимая оружие, пока из тумана на них не вывалился подошедший отряд.

Возглас изумления и ужаса вырвался одновременно из глоток окружавших барона воинов. Сам он сумел сдержать эмоции лишь потому, что был подготовлен к представшему перед глазами зрелищу.

По ковру стелящегося тумана, к ним бодрым шагом направлялся высоченный могучего сложения гоблин, держащий на плече огромную дубину. Рядом с ним шли двое гоблинов обычного роста и один сухопарый человек, а за его спиной высилось около двух дюжин огров. Один из огров нёс на плече тело какого-то существа, судя по всему, человека.

Заметив рыцарей, гоблин в окружении свиты направился в их сторону. Рыцари стояли, молча, но было заметно, что они испытывают сильное волнение. Заметив это, барон поднял руку, призывая своих подчинённых к спокойствию.

- Барон Шанс, я полагаю? - обратился гоблин к барону Шансу, мгновенно распознав в нём командира.

- Да, это я. Я вас ждал, но, признаться, в душе не верил в то, что вам удастся преодолеть около ста десяти миль за трое суток, - признался барон, изумление которого постепенно сменялось чувством облегчения от того, что план, разработанный тёмными эльфами, выполнялся, не давая сбоев.

- Ну и проводника Вы нам прислали, - засмеялся огромный гоблин, глядя на барона сверху вниз. - Последнюю ночь пришлось тащить его на себе.

Огр, нёсший тело, снял его с плеча и поставил на землю смущённого человека.

- Но он, всё же, молодец! Дорогу указывал верно, поэтому мы его и не сожрали, - похвалил гоблин, задрожавшего от страха проводника.

- Да, шучу я, шучу, успокойся! - захохотал гигант, снимая с плеча свою дубину и расправляя плечи. - Меня зову Тырпырхай, я пах... командир этого отряда.

- Барон Шанс, - представился барон Шанс, протягивая руку гоблину, который осторожно пожал её, стараясь не раздавить.

Тем временем весь отряд Тырпырхая достиг леса и рыцари, с плохо скрываемым ужасом, разглядывали толпу окруживших их, обвешанных оружием, гоблинов. Люди, постоянно проживающие на рыцарских землях, прямо скажем, не часто встречаются с представителями этого замечательного племени, а уж целый вооружённый отряд, да ещё составленный из существ самого разбойничьего вида, - это, скажу я вам, зрелище не для слабонервных. Впрочем, неврастеников в окружении барона не оказалось, да и среди гоблинов, как мы знаем, находилось несколько десятков представителей людской расы, так что постепенно солдаты успокоились и, даже, начали переговариваться с вновь пребывшими, интересуясь подробностями совершённого ими стремительного перехода.

Тырпырхай с гордостью посматривал на свой отряд, довольный тем, что он прибыл в полном составе и ни одного отставшего не оказалось. Перед началом перехода главарь банды был уверен в том, что выносливые гоблины выдержат предстоящее испытание, но за людей, которых он про себя называл "дохляками", поручиться не мог. Однако, к его удивлению и радости, трёхдневный марш-бросок выдержали все. Тяжелее всего пришлось, не привыкшему к физическим нагрузкам, Мырыдхаю, но и тот, окрылённый тем, что его давняя мечта - принять участие в боевом походе - сбылась, стоически переносил все тягости перехода.

"Молодец, Следопыт! - в очередной раз подумал гоблин. - Надрессировал своих обезьян на совесть".

Члены его банды, разросшейся за счет гоблинов-добровольцев из других шаек, орудовавших в Чащобном лесу, совершали переход, окрылённые обещанной им наградой. А Тырпырхай, основываясь на гарантиях своего брата, содержавшихся в доставленных племянником бумагах, пообещал каждому, ни много, ни мало, полную амнистию от государства плюс по двадцать пять тысяч золотых от нанимателя. Заместителям Тырпырхая было обещано выплатить по сто тысяч, а самому главарю - полмиллиона. Впрочем, деньги Тырпырхая волновали мало, ведь его возвращения дожидались два миллиона золотых, размещённые на тайных счетах в лучших банках Империи.

- Ну-с, барон, хотелось бы полюбоваться на ту кубышку, которую нам предстоит вскоре отколупнуть, - обратился гоблин к рыцарю.

- Вы не хотите отдохнуть? - удивился рыцарь - Замок Шприца можно увидеть лишь с противоположной стороны леса - путь не близкий. Поражаюсь Вашей стойкости! Мои солдаты, знаете ли, валяться с ног...

- Пожалуй, и моим пацанам тоже не мешало бы отдохнуть. Хотя я, признаться, предпочел бы закончить дело сразу, не закапывая на зиму в землю. У Вас, барон, я так разумею, уже готов план штурма...

- Да, план есть, и я укажу Вам, какие задачи поставлены перед Вашим отрядом. Однако хотелось бы уточнить некоторые детали на месте. Давайте разместим лю... солдат, отдохнем часок, а потом прогуляемся в сторону замка, - важно произнес рыцарь, напоминая тем самым, что руководит операцией именно он, а гоблин - всего лишь его подчинённый.

- Согласен, - легко согласился гоблин и отдал своей команде распоряжение выдвинуться в центр леса и устроить временный лагерь.

- Только, чтоб тихо там! - громко рявкнул он. - Костры не жечь, деревья не рубить. Жрать только то, что принесли с собой!

- Нерыгай, будешь в лагере смотрящим, пока мы с Джеком станем план местности изучать, - сказал он гоблину, наделённому природой столь зверской физиономией, что он мог бы убивать вражеских солдат, одним своим видом доводя их до инфаркта.

Глава 25.

Барон Шанс в сопровождении двух рыцарей, Тырпырхай, Джек-Следопыт и Мырыдхай стояли на краю леса, пытаясь рассмотреть замок противника. Туман успел рассеяться, и взорам разведчиков открылась тянущаяся на пару миль голая равнина, за которой на небольшом холме виднелось родовое гнездо барона Шприца.

- Н-да... - разочарованно протянул предводитель гоблинов, - на таком расстоянии много не увидишь.

- Да, далековато... Он сказ... я полагал, что до замка будет не более мили, - потирая подбородок, согласился с ним расстроенный барон.

- Впрочем, что касается осмотра объекта, то это дело поправимое, - с некоторым самодовольством проговорил барон Шанс, вынимая из висевшего на поясе цилиндрической формы футляра странный предмет, напоминавший небольшую трубу.

Гоблины с интересом наблюдали за тем, как рыцарь, обхватив трубу руками, прижал один её конец к правому глазу, а другой направил в сторону замка.

- "Волшебный глаз", - небрежно пояснил гоблинам Джек-Следопыт, - полезная штука.

- Как, Вы уже видели нечто подобное?! - поразился барон, прервав свое занятие и с изумлением уставившись на Джека. - Где? Когда?

- На границе с гномьим Королевством, когда в армии служил, - невозмутимо объяснил Следопыт. - Гномы постоянно устраивали провокации, наскоки делали неожиданные... вот мы и раздобыли такую трубу, чтобы следить за их перемещениями.

- Где же вы добыли сей магический предмет в такой глуши? - удивился рыцарь, а все остальные с интересом уставились на Следопыта.

- Где, где... У гномов и взяли. Где ж ещё?

- Тайное хранилище сколупнули, типа, гоп-стоп, - с пониманием произнес Тырпырхай.

- Да, ничего мы не колупали! - обиделся бывший офицер. - Просто выменяли у них "волшебный глаз". Отдали им несколько старых эротических журналов и бочонок шнапса. Жаль, конечно, было меняться, но безопасность на войне превыше всего.

- Да это в нашей армии обычное дело, - усмехнулся он, глядя на вытянувшиеся физиономии нынешних своих боевых товарищей. - То мы им оружие продадим, то они нам что-нибудь подкинут... Военная наука - штука сложная!

- Дайте глянуть, что там за волшебство такое, - попросил главарь гоблинов и, получив драгоценный предмет, принялся с интересом разглядывать замок и окрестности, восторженно выражая при этом свои эмоции.

- Ну и гномы! Просто волшебники! - восторженно воскликнул он, передавая оптическое чудо Джеку-следопыту.

- Какые ышо хномы! Шта они мохут, семлелойки палататые, - неожиданно вступил в разговор Мырыдхай, - эта фсо элфы телают, хномы лыш сылйо тапыфают.

- А что это с Вашим товарищем? - поинтересовался барон, с сочувствием глядя на Мырыдхая, на морде которого, несмотря на присущую гоблинам повышенную регенерацию и усилия знахарей, до сих пор оставались многочисленные следы недавнего приключения. - Вам пришлось прорываться с боем?

- Да, нет, - пожал плечами Тырпырхай, - просто мы думали с его помощью ворота замка вынести, вот и тренировались перед походом.

Барон Шанс с ужасом уставился на огромного гоблина. Он, в силу своих предубеждений, мог ожидать от гоблинов чего угодно, но только не этого.

- Да, шучу же я, ах-ха-ха-ха... Люблю я пошутить! - расхохотался Тырпырхай, хлопнув себя лапами по бокам.

- Просто он пошёл на охоту, и на него напала стая дремучих медведей. Мырыдхай с ними справился, конечно, но сильно пострадал... еле выходили. Он - великий воин, лучший среди нас! - серьёзно добавил гоблин, успокаивая своего союзника.

Мырыдхай обиженно засопел, но ничего не сказал.

- Ладно, посмеялись и хватит. Так какой же у Вас план, господин барон? Как будем замок брать? - деловито обратился к рыцарю Тырпырхай.

- План у нас такой, - охотно откликнулся барон, - подождем, пока солдаты восстановят свои силы, построим их на поле, и пойдем на штурм. Штурмовые лестницы у нас припасены, надо их лишь собрать. Пока будет идти штурм, выбьем ворота. Я думаю, сегодня днём, после обеда и приступим.

- Как это после обеда? - удивился гоблин, которого поддержал и ошарашенный словами барона Джек-Следопыт. - Днём, что ли? На виду у гарнизона?!

- А как же ещё?! - в свою очередь изумился благородный рыцарь. - Конечно, днём - согласно рыцарскому кодексу ведения войны.

- Какой ещё кодекс? Вы что смеётесь надо мной?! Да меня братва на куски порвёт, если я им такой план предложу... Даже такой богатырь, как Мырыдхай, не спасет! Я им обещал свободу и бабло, а Вы предлагаете им чучелами на рыцарских огородах стать, так что ли?!

- Но... - попытался возмутиться барон, но был прерван гоблином.

- Подождите! Я, ..., конечно, Ваш подчинённый в этом деле, но послушайте... Даже если бы мы все разом сошли с ума и согласились идти на этот штурм, то всё равно не смогли бы выполнить Ваш замечательный план! - Тырпырхай не на шутку рассердился и не стеснялся использовать крепкие выражения.

- Почему это?! - повысил голос рыцарь.

- Да потому, что перед нами не поле, а болото!!!

- Какое болото?! - не понял его рыцарь, - перед нами самое обычное поле, равнина... Что за?..

- Я, знаете ли, потомственный чистокровный гоблин, а не ... гном, и уж поле-то от болота как-нибудь отличу, поверьте мне!

- Канешна эта палота. Яшный пелетс! Я ешо утефилса, сашем мы на палота фышлы, - поддержал дядю Мырыдхай. - Фон и куфшынки плафают. М-м-м... класифые!

Барон Шанс, план которого внезапно пошел прахом, подавленно молчал. Тырпырхай вновь завладел "волшебным глазом" и принялся внимательно осматривать замок и подходы к нему.

- А это, что ещё за хрень?! - воскликнул он, передавая трубу рыцарю. - Взгляните, барон, там, на стене прогуливается... в чёрной шляпе.

- Монах что ли какой-то? - пробормотал расстроенный рыцарь. - Пусть гуляет, воздухом дышит, нам-то что?

- Монах... Это не монах, барон, это ... маг, так его растак! И пусть сожрут меня Древние Огры, если это не верховный чёрный маг... Как его?.. Забыл, но не важно.

- Я эту рожу в столице встречал, - обрадовал союзника Тырпырхай. - Вот мы и осушили болото!

- Да, чхать мне на магов! - неожиданно заявил барон Шанс. - На этот счёт всё предусмотрено, не беспокойтесь. Надо думать, как до стен добраться, а ещё лучше до ворот, а маги нам не страшны.

Главарь гоблинов посмотрел на рыцаря с некоторым подозрением, словно опасаясь, что тот от огорчения неожиданно сошёл с ума.

Рыцарь, перехватив этот взгляд, усмехнулся и махнул рукой, успокаивая своих спутников.

- У меня ещё две волшебные штуковины припасены, - объяснил он. - Одна для того, чтобы магов нейтрализовать, другая - чтобы ворота выбить. Нам бы только добраться до замка. Давайте думать вместе, господа. Сообща, мы что-нибудь, да придумаем.

Глава 26.

В тот вечер барон Шприц был сильно удивлён, когда на дежурное предложение поужинать вместе, маг Прострациус ответил согласием.

Уже две недели, в ожидании результатов проводимого рыцарем в отношении эльфов шантажа, маг гостил в замке барона. За это время волшебнику порядком надоело то ограниченное замковыми стенами пространство, в котором он был вынужден существовать. Его нервировала оторванность от библиотеки магического ордена, и, соответственно, от работы над его диссертацией. Мага также не мог не беспокоить вопрос о том, что происходит с созданной им оппортунистической фракции в отсутствии самого вдохновителя раскольнических идей. Помимо всего прочего, господина Прострациуса ужасно раздражала примитивная и скучная, по сравнению со столичной, сельская жизнь, и ему крайне претило находиться рядом с этим подлым, жадным до чужого имущества и примитивным по своей сути, рыцарем. Однако, по указанию главы Ордена, он терпеливо дожидался окончания начатой рыцарем интриги и обеспечивал защиту этого прохвоста от гипотетически возможной магической атаки.

"Скорее бы этому подонку ответили отказом! Заберу компромат на эльфов, и домой! Не пожалею магической энергии, чтобы быстрее добраться до дома! Могу же я позволить себе потратить пару сотен грандджоулюсов энергии из собственных запасов на быстрое возвращение домой после двухнедельных пыток скукой? Нет! Не так! Я имею полное право потратить пару сотен грандджоулюсов энергии из орденских запасов, ради срочного возвращения в столицу с докладом об успешно выполненном ответственном задании!!! Так, и только так!" - такие мысли, в разных вариациях, крутились в голове камрада, когда он, оторвавшись от прихваченных в поездку учёных книг, выбирался из жилой башни, чтобы побродить по внутренней территории замка или, поднявшись на стены, обозреть окружающие замок просторы.

Вечера он скрашивал, работая над своей новой монографией "Воспитать в себе мага" или, теребя жидкую бородку, затевал диспуты с хозяином замка на политические и экономические темы. Барон Шприц в подобных беседах всегда выглядел полным дураком, что очень забавляло ехидного мага и изрядно поднимало ему настроение.

Ночи камрад проводил в компании с одной пышногрудой служанкой, опрометчиво, на второй день после прибытия мага в замок, присланной бароном навести порядок в апартаментах важного гостя. Впрочем, подробно на этой теме мы останавливаться не станем, так как ничего нового для себя в области взаимоотношений тощих магов и пышнотелых служанок не найдём.

"Почему? А вдруг?" - думаете Вы.

Объясняю. Дело в том, что на пятую ночь, пресытившись научной беседой со служанкой, но, не желая ещё спать, камрад решил посмеяться над бедняжкой, и стал рассказывать ей в какого ужасного монстра он способен превратить её одним лишь взмахом своей волшебной палочки. Несчастная девица, будучи простой суеверной и впечатлительной селянкой, конечно и не подозревала, в отличие от нас с Вами, что сей магический атрибут является обычным изделием краснодеревщика и никакой волшебной силой не обладает. Она оказалась до того напугана возможными трансформациями своего тела, что все последующие ночи превратились в кошмар не только для неё, но и для почтенного гостя.

- О! Я вижу, сегодня у нас настоящий пир! - воскликнул маг, входя в залу, где уже расположился барон Шприц. - Какой аромат! Тушёная зайчатина, я полагаю?

- Нет, камрад Прострациус, зайчатины не подают, так как по Вашей рекомендации охота отменена до завершения нашего дела, - ехидно откликнулся хозяин. - Ни зайчатины, ни дичи, ничего особенного... простая добрая свинина по-рыцарски. Очень, знаете ли, жирная и вредная пища. Вот сижу, ломаю голову, чем бы Вас угостить... Может быть велеть творога принести?

- Зачем же творога? Сегодня ведь праздник. Так что, я могу, пожалуй, позволить себе отойти от обычного меню и вкусить знаменитой рыцарской еды. Кстати, давно мечтал об отличном куске жареной свинины с жареным же в кипящем масле картофелем, - ответил в тон рыцарю маг, занимая свое место за столом и с несвойственным ему интересом разглядывая украшавшие стол блюда.

- Праздник? - удивился хозяин. - Какой же, позвольте полюбопытствовать?

- О! я вижу на Вашем лице новые боевые шрамы! Кто же так расцарапал Вам лицо? - с наигранным сочувствием поинтересовался камрад Прострациус, накладывая в тарелку закуску и салат.

- Это Вас не касается! Это моё личное дело, понятно Вам? Я уже устал от этих Ваших уколов, - неожиданно взорвался барон.

- Простите, я вовсе не хотел Вас обидеть, - любезным тоном ответил ему маг, чьи бегающие глазки на миг замерли, и устремлённый на хозяина замка взгляд, казалось бы, подтверждал искренность произнесённых слов.

- К тому же... - камрад принялся разглядывать перекочевавшие в его тарелку яства, отчего глаза его снова забегали, - к тому же, я успел заметить, что раны на Вашем теле имеют свойство быстро заживать... прямо как на гоблине.

И он, положив в рот кусочек копчёной индейки и забросив туда же несколько солёных грибков, начал, жмурясь от наслаждения, всё это пережёвывать.

- Ну, шнапс я Вам не предлагаю, - проскрежетал зубами барон, с трудом сдерживая душившую его ярость.

- От чего же? Помилуйте, барон! Надо же отметить праздник! Наливайте! Наливайте и Вы убедитесь в том, что по части выпивки маги не уступают даже северным варварам.

- Да что за праздник-то такой?!! - вскричал рыцарь, давая выход душившей его ярости.

- Да, не волнуйтесь Вы так, милый барон. Вспомните лучше, какой сегодня день.

- Какой?!

- Сегодня последний день, отведённый Вам на Ваши жалки манипуляции с эльфийской перепиской. Вот, мы сейчас отметим это событие, и Вы передадите мне бумаги. А завтра утром я повезу их в Транкевилль. Хотя, конечно, пережить расставание с Вами, будет мне ой, как нелегко! - камрад Прострациус притворно вздохнул и, не дожидаясь пока ему нальют шнапс, сам потянулся за графином.

- Прекратите паясничать, камрад! Время ещё не истекло. Я могу держать документы до утра, если быть точным, то до одиннадцати часов.

- Бог с Вами! Держите их до утра, почитайте перед сном, если Вам так угодно. Я не возражаю, - милостиво согласился маг.

Начало ужина не располагало к приятной беседе, что, впрочем, мага вполне устраивало. Ограничиваясь короткими ничего не значащими фразами, они неспешно ужинали, думая каждый о своём. Облачённый в чёрную одежду маг мысленно уже находился в столице, обдумывая очередную интригу против Старшего камрада Левитациуса - главы Ордена магов. Барон же, клял про себя подлых эльфов, разрушивших тот замок из чистого горного хрусталя, который он успел построить в своём сознании. Впрочем, в глубине души, он верил, что эльфийский гонец ещё прибудет в его замок и что "длинноухие собаки" по своей привычке просто тянут до последней минуты, чтобы напоследок помотать благородному рыцарю нервы.

Последний час они практически не разговаривали, пока изрядно набравшийся шнапса маг, не обратился к рыцарю с неожиданным вопросом.

- Барон, а не позволите ли Вы мне забрать с собой Сельму?

- Что? - непонимающе уставился на него барон, прервав плавный бег своих мыслей.

- Ну, эту Вашу служанку? Такая она, знаете ли... уух! Мы с ней очень хорошо... подружились. Готов выплатить компенсацию...

- Да, Вы в своем уме?! - с негодованием прервал рыцарь не вполне связную речь мага. - С какой стати мне её Вам отдавать? Попользовались и хватит! Если только на эти бумаги...

- Не-е-ет... на бумаги не могу, - с сожалением ответил камрад Прострациус, - на бумаги никак не могу...

- Ладно, господин маг, я вижу Вы уже порядочно нализались. Не пора ли идти спать?! - произнёс хозяин, не скрывая своего раздражения и нервозности.

Маг собирался что-то ответить на эту хамскую фразу, как вдруг со двора замка донёсся какой-то быстро нарастающий шум.

- Что за чертовщина! - вскричал барон. - Ганс! Что там происходит?! Разберись и накажи...

В этот момент в залу вбежал один из слуг.

- Ты что, скот, как ты заходишь в... - начал было орать на него хозяин, но тот только замахал руками, перебивая хозяина.

- Господин барон! На нас напали! Нападение!

- Ты пьян, что ли? Повешу, свинья! Какое нападение может быть посреди ночи?! Да я вас поганых...

Тем временем шум нарастал, и уши рыцаря уже явственно улавливали доносившиеся со двора крики солдат и звуки боя.

- Что за чёрт?! - заорал барон, вскакивая с места. Он начал суетливо бегать по зале, будучи не в состоянии осознать происходящее и принять какое-то решение.

- Ничего не понимаю... Мой амулет-индикатор... он погас, - удивлённо протянул мгновенно протрезвевший маг, уставившись на какой-то предмет, извлечённый из кармана, - Это значит...

- Что? Что, леший Вас побери, это значит?! - закричал рыцарь и тут же пригнулся, так как в этот момент в помещение, разбив окно, влетела стрела.

- Это значит... значит, что магического поля нет... Я установил защиту, а поля нет... Дьявол! Магия не действует! - камрад Прострациус тоже вскочил на ноги, растерянно глядя по сторонам.

Рыцарь, перестав, наконец, суетиться сорвал со стены рог и начал трубить в него сигнал тревоги. Потом он схватил один из висевших на стене мечей и бросился вон из залы.

Глава 27.

Штурм замка пришлось отложить. Барон Шанс никак не мог прийти в себя, узнав, что его великолепный план, основанный на рыцарском кодексе ведения войны и достаточном для штурма численном перевесе, пошёл коту под хвост из-за такого пустяка, как заболоченная почва.

Учитывая настроение рыцаря, командный состав экспедиционного корпуса, как гордо именовал барон свое разношерстное формирование, закончив обозрение окрестностей замка, отправился вглубь леса. Здесь уже успел укрыться и обосноваться весь отряд. Лагерь был быстро обустроен и неплохо организован, благодаря привыкшему к лесной жизни пополнению. Приблизительно в центре леса, разведчиками из числа гоблинов были обнаружены три жилых дома и несколько строений хозяйственного назначения. В одном домике, что поменьше, проживал лесничий барона Шприца со своей семьей, два других дома пустовали. Эти просторные и прекрасно, хотя и без излишней роскоши, оборудованные дома служили временным пристанищем хозяина этих земель, который после удачно проведённой охоты обычно проводил пару дней в лесу, наслаждаясь царящим здесь покоем.

Удачная находка резко подняла настроение солдат и разбойников, облегчив работы по обустройству лагеря. К тому же, солдаты барона и подчинённые Тырпырхая смогли, не опасаясь выдать свое местоположение противнику, разводить костры и готовить горячую пищу. Учитывая то, что это были охотничьи угодья, опытным охотникам, состоявшим в гоблинском отряде, не представило никакого труда обеспечить своих товарищей мясом, что также весьма способствовало поднятию боевого духа.

Гоблинские разведчики, обнаружившие, в глубине леса, сей райский уголок, так обрадовались, что не только сохранили жизнь лесничему и членам его многочисленной семьи, но и милостиво позволили им переселиться в подвал собственного дома. Мало того, известный нам Распухай, руководивший поисковой группой, помня наказ Тырпырхая не причинять без особой необходимости ущерб жителям рыцарских земель, был настолько любезен, что перед тем, как захлопнуть крышку ведущего в подвал люка, позволил хозяевам взять с собой бочонок воды и мешок сухарей. Учитывая тот факт, что все находившееся в подвале продукты, в том числе и упомянутый мешок, уже были гоблинами реквизированы, это был поистине рыцарский жест.

Таким образом, командование отряда смогло расположиться со всеми удобствами в лесной резиденции своего врага, а рядовой состав также оказался неплохо устроен и обеспечен всем необходимым, чтобы восстановить силы перед предстоящим захватом замка.

Осталось лишь составить план этого захвата. Здесь как раз и возникли сложности. Барон Шанс никак не желал доверить проведение операции Тырпырхаю и его заму - Джеку-Следопыту, а собственный новый план предложить не мог. Рыцарь не хотел отходить от основ корпоративной этики, повелевающей вести войну по особым (бредовым, как назвал их Тырпырхай) правилам. С другой стороны, вести отряд на штурм средь бела дня по болоту на виду у вооружённого до зубов гарнизона, было самоубийством и барон, будучи опытным человеком, прекрасно это понимал.

Учитывая сложившуюся ситуацию, Тырпырхай настойчиво предлагал руководствоваться гоблинским кодексом проведения боевых походов, который в его изложении состоял из трёх основных пунктов:

1. Нападай тогда, когда противник этого не ждет и бей по наименее защищённым и наиболее болезненным местам. Лучше всего делай это ночью из-за угла, и бей в спину.

2. Береги свою шкуру. Помни, что запасной шкуры у тебя нет.

3. Бери добычи немного меньше, чем можешь поднять, так как возможно тебе придется бежать с поля боя.

Спор гоблина с бароном тянулся несколько часов, до тех пор, пока изрядно рассвирепевший Тырпырхай не воскликнул:

- Барон! Я Вас не понимаю! ...! Возникает такое ощущение, что Вам все эти реверансы перед похитившим вашего ребёнка скотом, дороже здоровья и жизни единственной дочери! Что за ослиное упрямство?!

После этих слов барон Шанс долго молчал. Он сидел, опустив голову, поглаживая висящий на поясе кинжал, пока, наконец, не решился признать правоту лесного разбойника.

- Хорошо, я согласен, - тихо произнес он, - излагайте Ваш план... Но только, я требую, чтобы Вы гарантировали, что гражданское население замка не пострадает, что Ваши головорезы не устроят в замке резню.

- Ладно, но при условии, что им будет позволено вынести оттуда всё, что они смогут унести. Таков наш древний обычай. Иначе, они вырежут не только население замка и всех окрестных деревень, но и нам с Вами глотки перережут. Я не шучу!

- Пелелешут, эта тошна! - с видом бывалого участника боевых походов, поддакнул дяде Мырыдхай.

- Да, на здоровье! Пусть забирают всё. Главное - не допустить ненужного кровопролития, - легко согласился барон.

- Отлично! Следопыт! - обратился Тырпырхай к своему заму. - Ты долго рассматривал замок и подходы к нему. К тому же ты у нас бывший кадровый боевой офицер. Что ты предлагаешь? Есть идеи?

- Есть, - спокойно ответил Джек. - Я лишь хочу знать, как барон собирается выломать ворота и гарантирует ли он, что находящийся в замке маг не сможет применить свою силу?

- Я вам уже говорил, что беру это на себя! - раздражённо откликнулся барон, - Неужели я похож на шута? У меня, не важно откуда, имеются два артефакта. Один, после активации, полностью подавляет любую магическую энергию в радиусе десяти миль. Второй, его нужно лишь установить рядом с воротами и повернуть один рычажок, вынесет эти ворота к чертям собачьим. Я не знаю, что он из себя представляет, но мне его дал... тот, кто шутить не любит! Главное, как мне было сказано, не находиться в пределах прямой видимости от этого артефакта, когда он сработает. Лучше всего укрыться за земляной насыпью или широкой каменной стеной. Да, вот он, глядите...

Барон достал из лежащего у его ног саквояжа, с которым он ни на миг не расставался, стальную продолговатую коробку без надписей и изображений. Сбоку на коробке имелся рычаг, который, по словам рыцаря, нужно было опустить вниз перед применением устройства.

- Ну, Мырыдхай, похоже, мы обойдёмся без твоей помощи, - ухмыльнулся огромный гоблин племяннику.

- Я ошен лат, - кисло ответил молодой гоблин, уставший от многочасовых препирательств барона с дядей.

- Давай, Следопыт, не томи... Излагай, что ты там придумал, - приказал Тырпырхай бывшему офицеру.

- План у меня простой и, как мне кажется, единственно возможный в данной ситуации, - по-военному чётко начал говорить Джек-Следопыт. - Во-первых, нам, как ни крути, придется перейти это болото, так как на обходные маневры времени нет. Или всё же есть?

- Нет, - подтвердил барон.

- Тогда остается открытым вопрос, возможно ли форсировать эту естественную преграду, не является ли болото непроходимым?

- Непроходимых болот не существует, дружище, говорю тебе это как гоблин, - усмехнулся Тырпырхай. - Мы выросли на болотах и чувствуем себя в болоте также уверенно, как столичный щёголь на проспекте Императоров.

- Не сомныфайтес! Хоплины фесте плойтут, таше па палотам, - с важным видом поддержал дядю Мырыдхай, который будучи столичным жителем, видел болото всего несколько раз в своей жизни, когда ездил в Дуркинхлам навещать родственников.

- Отлично! Считаем, что этот вопрос решён, - облегчённо вздохнул Джек, - тогда излагаю свой план...

Глава 28.

Всю ночь, специально отобранная Тырпырхаем, команда, состоящая исключительно из гоблинов, тщательно загримировавшись, дабы не выделяться на фоне болотной тины, обследовала болото. Работа была нелёгкой даже для выносливых, привыкших к болотистой местности, разведчиков.

Было полнолуние, а по небу не скиталось ни единого облачка. Мырыдхай стоял на краю леса, куда Тырпырхай отпустил его в сопровождении шести огров-охранников, тремя из которых были наши знакомые Тук, Ук и Каменная Башка.

Наслаждаясь пением лягушачьего хора, молодой гоблин наблюдал за тем, как гоблины-разведчики, вооружённые одними лишь слегами, углублялись в болото, отыскивая те неведомые простому смертному пути, по которым следующей ночью весь отряд должен будет переходить болото. Пройдя лишь незначительное расстояние, разведчики становились совершенно незаметными на фоне поблескивающего в лунном сиянии пространства.

Звёзды, мерцавшие в небе, ширь освещённого луной болота, лягушачье пение - всё это наполняло душу гоблина тихой радостью и какой-то светлой грустью.

- Ка-кайа клашата! - тихо прошептал Мырыдхай, доставая из футляра одолженный им у барона Шанса "волшебный глаз" и направляя его в сторону замка.

Замок в лунном свете казался сказочным дворцом. Благодаря заключённому в "глазе" волшебству, гоблин отчётливо видел расположенные по бокам мощной, казавшейся непреодолимой, стены выступающие за линию стены округлые башни. Башни были расположены таким образом, чтобы находившиеся в них защитники замка могли обстреливать всё пространство перед стенами цитадели. Этому же, как понял Мырыдхай, способствовали и сооружённые наверху башен и стены навесные бойницы, из которых было удобно вести навесную стрельбу по атакующим замок солдатам неприятеля.

Ворота, на которые гоблин перевёл взгляд, так же казались неприступными и он с удивление подумал о том, как такая небольшая железная коробочка сможет разрушить массивные обитые железными листами ворота, загороженные металлической решёткой и, наверняка, укреплённые изнутри тяжёлыми деревянными балками.

- Чутеса, - выдохнул наш герой, и попытался представить себе дочь барона Шанса, заключённую в темнице и то, как он - отважный воин - спасает её от верной гибели.

Потом мысли Мырыдхая перескочили на Бежимвпостель, но долго на ней не задержались, и устремились к жилищу Спилилеля. При этом перед мысленным взором гоблина предстал эльфийский стол, заваленный грудами писем от потенциальных невест.

Затем внимание Мырыдхая вновь сосредоточилось на замке, точнее на донжоне - внутренней башни замка, расположенной за стенами, посреди внутреннего замкового пространства и возвышавшейся над всем архитектурным ансамблем.

"Вот, чёрт! - воскликнул про себя гоблин. - Нам ведь и эту башню придётся брать ... А пока мы будем штурмовать стену, они успеют там укрыться и элемент неожиданности, на который рассчитывает Джек, использовать уже не удастся. Надо сказать об этом дяде, пока ещё можно изменить план штурма".

Окинув напоследок прекрасный ночной пейзаж и убедившись в том, что углубившихся в болото разведчиков совершенно не видно, Мырыдхай отдал ограм приказ возвращаться в лагерь.

- Ой! А мы найтём тароку нашат?! - запоздало поинтересовался он, поняв, что не учёл того обстоятельства, что возвращаться в расположенный в глубине леса лагерь им предстоит ночью по, еле заметной, узкой тропке.

- Найдём, - усмехнулся Каменная Башка, - может быть...

Глава 29.

Следующей ночью отряд перешёл болото.

Первыми через коварную смертоносную среду шли гоблины-разведчики, изучившие накануне зыбкую топь и отыскавшие наиболее безопасные пути для перехода. Таких путей оказалось три, поэтому отряд продвигался тремя цепочками. За проводниками в болото входили гоблины-лучники, перед которыми стояло задание, выбравшись на твёрдую поверхность перед стенами замка, обеспечить прикрытие не успевших форсировать болото товарищей. За лучниками шли все остальные. По совету Тырпырхая солдаты и рыцари барона, а также подчинённые самого Тырпырхая человеческого происхождения шли вперемежку с гоблинами. Сделано это было на тот случай, что если кто-то из людей сойдёт с пути и начнёт тонуть, то идущие впереди и позади него гоблины смогут вытянуть неудачника обратно.

Тырпырхай с Мырыдхаем шли за разведчиками-проводниками в средней цепочке; барон Шанс, отказавшийся плестись в хвосте отряда, возглавил левую цепочку, а Джек-Следопыт - правую.

Перед тем как начать переход, главарю гоблинов с превеликим трудом удалось заставить рыцарей и солдат барона снять с себя доспехи и оставить их в лесу. Рыцари не понимали, как можно идти в бой практически голыми и долго отказывались выполнить "безумное" указание гоблина. Ситуация накалилась до предела и грозила перейти в вооружённое столкновение. Однако сам барон, поразмыслив, подал пример своим вассалам и солдатам, первым скинув тяжёлую амуницию.

"Гоблин прав, - объяснил он свой поступок, - в доспехах нам через топь не пройти, к тому же руки у вас будут заняты слегами. Иного выхода, пожалуй, нет, но если кто-то боится идти на штурм без доспехов, то он может остаться здесь".

После этих слов, солдаты с ворчанием разоблачились и сложили в лесу свои доспехи и лишнее оружие, оставив себе лишь мечи, луки и арбалеты.

"Да, вот ещё что, - обратился к ним Тырпырхай, после того как гоблины помогли людям барона закрепить оружие на спины, чтобы оно не мешало идти по болоту и не занимало руки. - Нам предстоит нелёгкое дело - пройти более двух миль по болоту, да ещё ночью. Поэтому слушайте меня внимательно! Идти строго за впереди идущим бойцом, молча, не нарушая темпа движения. Если вам захочется тонуть в болоте, тоните, но тоже молча, иначе я вас на обратном пути достану и превращу в зомби, понятно?!"

Люди угрюмо выслушали напутственную речь рослого гоблина, но возражений не последовало. Интуитивно все, даже барон, понимали, что единственная надежда выжить в этой безумной авантюре исходила от этого существа с огромной дубиной и повадками страшного хищника. Барон фактически признал превосходство Тырпырхая в планировании нестандартных операций и делегировал ему право руководить захватом замка.

Глядя на то, как его соплеменники помогают людям навести маскировку перед началом вхождения в болото, Тырпырхай негромко, чтобы не слышали подчиненные, обратился к барону с такими словами:

- Знаете, барон, чем бы всё это не закончилось, я хочу сказать, что Вы мне нравитесь. Вы - храбрый человек! И Вы, и ваши солдаты - смелые люди. Вы, даже, чем-то напоминаете мне гоблинов.

- Гоблинов?

- Ну, да! Это в моих устах, самый большой комплимент, который я могу сделать в Ваш адрес, наблюдая, с какой лёгкостью вы все отправляетесь на это, по сути, безнадёжное мероприятие, - усмехнулся Тырпырхай.

- Почему же безнадёжное? - прошипел барон. - Вы же говорили, что шансы у нас есть?!

- Шансы есть и неплохие, - ответил гоблин. - Вот и Луна, похоже, скоро скроется за тучу... Я на это уже и не рассчитывал - вчера на небе ни облака не было. Идти, конечно, будет сложнее, но зато вероятность того, что нас заметят, существенно снижается... Просто дело в том, что мы рассчитываем на плохую организацию обороны противником, и на Ваши артефакты... Если бы я был владельцем этого замка, то расстрелял бы всех нас к чертям собачьим ещё на выходе из болота.

- Но владелец то, слава Богам, не Вы, а барон Шприц и он, насколько я его знаю, рассчитывает на помощь этого мага и строит свои козни, нисколько не заботясь об обороне.

- Кстати, по поводу мага! - встрепенулся Тырпырхай. - Вы гарантировали, что нейтрализуете его магические способности. Не пора ли Вам выполнить своё обещание? А то, смотрите, все уже готовы прогуляться до того берега.

- Пора, - просто сказал рыцарь, окинув взглядом, замершее в ожидании приказа, войско.

Он достал, завёрнутый в несколько слоёв плотной ткани, предмет, который будучи извлечён из-под обертки, оказался круглой, слегка светящейся изнутри, сферой. Таинственная сфера была изготовлена из какого-то прозрачного материала. Посередине она разделялась пополам плоскостью, судя по всему, металлической, при этом одно полушарие светилось оранжевым светом, а второе - ультрамариновым. Внутри сферы проходил тёмный стержень, выходивший из испускающего оранжевое свечение полушария наружу примерно на пятнадцать дюймов.

- Ну и как же эта штука действует? - спросил Тырпырхай, зачарованно рассматривая артефакт.

- Клашата! - не удержался от восклицания Мырыдхай, который, до тех пор, молча, прислушивался к разговору старших товарищей.

- Как она действует, я не знаю, а активизируется она вот так, - ответил барон, медленно вращая оба полушария. - Видите стержень, что внутри шара заточён? Он должен загореться и, по мере вращения, приобрести ярко-изумрудный цвет... та-а-ак... а сама сфера должна погаснуть... после чего... та-а-ак... вот, видите?! Начал светиться красный свет... оранжевый... жёлтый...

- Клашата! Фелаятна фелихая сила ф нём саклушена! Ылфиская лапота! - возбуждённо проговорил Мырыдхай, выглядывая из-за плеча Джека-Следопыта, подошедшего вместе с другими высшими чинами "экспедиционного корпуса" полюбоваться невиданной прежде диковиной.

- Ну, вот! Ярко-изумрудный свет установился... сфера гаснет... отлично! Теперь надо воткнуть её этим штырем в землю и быстро отбежать на несколько ярдов, - проговорил барон и, осторожно воткнув шар штырём в землю, бросился бежать.

Остальные зрители тоже бросились врассыпную, но, отмахав ярдов двадцать - двадцать пять, остановились и с опаской стали наблюдать за таинственным предметом.

Первое время ничего не происходило, но затем из того места, где был установлен артефакт, вертикально вверх ударил мощный ярко-изумрудного цвета луч, который, казалось, насквозь пронзил небесный купол. Потом луч разошёлся в обе стороны, наподобие фантастического веера. После того, как обе его половины достигли земли, стремительно начала образовываться гигантская полусфера того же оттенка, мгновенно накрывшая землю на много миль вокруг.

- Нам каюк! - отчаянно вскричал Тырпырхай, как и все прочие, взиравший на это феерическое зрелище со смешанным чувством восторга и ужаса, но не забывший при этом о намеченном мероприятии. - Теперь мы выдали себя с головой! Можно возвращаться назад.

- Ничего подобного! - отозвался спустя несколько мгновений барон Шанс, также потрясённый увиденным зрелищем. - Не беспокойтесь, кроме нас этого никто не видел. Меня предупредили, что это явление можно наблюдать только из ... репи... депи... короче говоря, только отсюда, из центра, с места установки артефакта. Ни в замке, ни в его окрестностях, никто ничего и не заметил.

- Уф! - выдохнул главарь гоблинов. - Тогда хватит пялиться на чудеса. Пора...

- Отряд! Построиться в цепочки. Помните, о чём я вас предупреждал, и будете живы. Да, помогут нам Древние Огры! Вперёд! - скомандовал Тырпырхай, и, повинуясь приказу, отряд начал медленно и осторожно пробираться на противоположный берег трясины.

Мырыдхаю, который хотя и был гоблином, совершал переход через болотную среду первый раз в жизни, приходилось нелегко. Он с трудом брёл вперёд, проваливаясь по самую грудь в холодную, неприятно пахнущую вязкую жижу, но при этом из-за всех сил старался держаться за своим могучим дядей. Когда голова цепочки, в которой они двигались, втянулась в болото на несколько десятков метров, молодой гоблин обернулся и бросил взгляд назад. Как и говорил барон Шанс, свечение, испускаемое активизированным артефактом, не было заметно.

"Уже хорошо! - мысленно успокоил себя Мырыдхай, напрягавший все силы, чтобы удержаться на ненадёжной тропе. - Хоть по болоту разок прогуляюсь. Я - гоблин, я справлюсь".

Глава 30.

Камрад Прострациус очнулся в полной темноте. Первое время он, ничего не понимая, шарил руками по неровному каменному полу, удивляясь тому факту, что впервые в жизни очнулся, лежа на полу. Даже в бытность свою юным слушателем Академии магических наук, он никогда не позволял себе так низко пасть, хотя, как и все будущие маги, считал дружеские попойки и следующие за ними развлечения чем-то вроде факультативных занятий.

Вскоре, правая рука наткнулась на какой-то предмет, который через несколько мгновений был идентифицирован мозгом одного из высших иерархов магического ордена, как "головной убор, скорее всего - шляпа".

"Наверное, моя шляпа... А если не моя, то где же моя?" - подумал маг.

Удивление, вызванное сложностью детерминировать собственное местонахождение, сопровождала жуткая головная боль, которую камрад по привычке хотел убрать, пробормотав простое, но действенное универсальное заклинание "очищение духа и тела". Однако, впервые на его памяти, заклинание не сработало.

- Что за чёрт! - прокряхтел маг, с трудом усаживаясь на каменном полу и ощупывая голову руками.

- Ай! У-у-у... - застонал камрад Прострациус, когда его руки наткнулись на большую рану на затылке, прикрытую слипшимися от крови волосами.

Открыв тем самым новый источник боли, на этот раз не внутренний, а внешний, и, по-прежнему, ничего не соображая, он постарался вспомнить то, что происходило с ним накануне. Постепенно, память начала возвращаться к магу Прострациусу, и он вспомнил ужин и разговор с бароном Шприцем, а также собственное обещание продемонстрировать рыцарю способности в области поглощения алкогольных продуктов в промышленных масштабах.

"Неужели мы могли так напиться?! - удивился он. - Ну, ладно, предположим, что мы надрались, но почему я валяюсь на полу в темноте... да ещё и с разбитой головой? Подрались мы с бароном, что ли?"

Держась за стену, продолжая кряхтеть и стонать, маг поднялся на ноги. Каменная стена была холодной и шершавой и, также как и пол, сырой и влажной.

Нос камрада сигнализировал владельцу о том, что воздух в помещении слишком сырой для того, чтобы считаться полезным для здоровья. К тому же, он ещё и дурно пах.

"Можно подумать, что меня бросили в подземную темницу", - усмехнулся про себя Прострациус и вдруг вспомнил всё.

После того, как встревоженный барон Шприц, сорвав со стены меч, бросился во двор, ничего не понимающий гость, нахлобучив свою чёрную длиннополую шляпу, отправился вслед за ним.

Во дворе творилось чёрт знает что. Солдаты барона, не успев толком одеться, выскакивали из служившего казармой здания и с криками бестолково носились во дворе замка. Вооружённые арбалетами солдаты, не дожидаясь команды, устремлялись к ведущим на стены крутым каменным лестницам, где их боевые товарищи вели стрельбу по неизвестному противнику. Некоторые из стрелков уже пали. Их трупы валялись теперь во дворе замка, пронзённые толстыми короткими стрелами со странным оперением.

Появление владельца замка, поминутно трубящего в рог и бегающего по двору с мечом, вносило в ряды защитников ещё больше паники.

- Все на стены! - орал барон Шприц, срывая голос. - Нет! Все ко мне!

Противоречивые команды, издаваемые истеричным голосом, окончательно запутали солдат. Но затем командование гарнизоном взял в свои руки рыцарь, руководивший тем отрядом, что был послан на помощь барону герцогом Штепселем.

Оборона стала налаживаться. Большая часть солдат направлялась на стены, так как по логике штурма там вот-вот должны были показаться верхушки штурмовых лестниц, а следом за ними - головы штурмующих замок врагов.

Оставшиеся силы разбивались на несколько групп. Две из них, небольшие, накапливались перед северными и южными воротами, на тот случай, если их попытаются выбить с помощью тарана. Учитывая то, что ворота были достаточно крепки и к тому же основательно укреплены, вероятность того, что враг проникнет в замок именно через них, была невелика. По этой причине, остальные, не занятые в обороне стен и ворот солдаты составили резерв и по приказу, взявшего на себя командование, рыцаря собирались у казарм.

- Что-то странное творится... Нападают только со стороны болота! При этом, перестрелка ведётся вовсю, а на стены никто не лезет! - прокричал командовавшему солдатами рыцарю барон Шприц.

Он отчасти пришёл в себя и потому, видимо, решил напомнить о том, кто в замке хозяин.

- Я полагаю, что они проводят отвлекающий удар, а основное нападе...

В тот момент, со стороны северных ворот раздался такой ужасающий грохот, что, казалось, подпрыгнула вся внутренняя башня, а вместе с ней и весь замок.

Камрад Прострациус как раз смотрел в том направлении и увидел, как какая-то неведомая огненная сила вырвала из стен ворота и швырнула их, вместе с железной решеткой и прочими укреплявшими их средствами, в сторону, расположенного перед воротами, отряда солдат. Бедняги распрощались с жизнью, даже не успев понять, что произошло.

"Магия демонов", - услужливо подсказало магу природу выбившего ворота явления подсознание.

"Она", - согласился с подсознанием камрад Прострациус, наблюдая за тем, как из постепенно оседающего облака дыма появляются жуткие фигуры демонов. Впереди шагали двое из них - один рослый и мощный с дубиной на плече, другой обычного человеческого роста с мечом в руке. За ними стеной высилось пара десятков огромных демонов, сжимавших в руках дубины. Дубины были столь гигантского размера, что больше напоминали небольшие деревца.

"Это - конец!" - заверещал внутренний голос мага, когда тот инстинктивно вскинув руки, чтобы поразить демонов одним из мощных антидемонических заклятий, во второй раз за ночь убедился в том, что магия его потеряла всякую силу.

Тем временем, из образовавшего на месте бывших ворот пролома на территорию замка просочилась целая толпа этих жутких существ, особенно кошмарно выглядевших при свете факелов освещавших двор замка.

- Гоблины!!! - раздался вдруг вопль одного из солдат.

"Ну, вот! Еще и гоблины пожаловали. Не замок, а проходной двор какой-то", - не унимался внутренний голос камрада Прострациуса, который продолжая стоять в оцепенении у входа в жилую башню замка, вдруг осознал, что те существа, которых он принял за демонов, на самом деле действительно являются гоблинами... гоблинами и людьми.

- Что же это такое, а?! - воскликнул маг, поражённый такому странному альянсу гоблинов с людьми, и тому, как ловко и умело они расправлялись с защитниками замка.

Часть нападавших сразу устремилась в донжону. Маг не успел прийти в себя, как, оттолкнув его в сторону, в башню вбежал барон Шанс с несколькими солдатами и захлопнул за собой кованую дверь.

- Ой! А как же я?! - растерянно воскликнул господин Прострациус, не успевший юркнуть в спасительный дверной проём и обречённо наблюдавший за тем, как, снося дубинами со своего пути немногих смельчаков, рискнувших преградить им дорогу, к башне приближаются страшные огры и не менее страшные гоблины и люди. А вид вылезших недавно из болота существ, освещённых светом факелов, с рёвом размахивающих дубинами и мечами, кого хочешь могли напугать.

Вас бы не напугали?! Не боитесь? Ну и правильно! Вы же отважные люди, поэтому я вас и взял с собой наблюдать за этим штурмом. Многие просились, сами знаете... Но я решил не испытывать судьбу и взять только проверенных людей - тех, что сопровождали Мырыдхая на празднике Древа и в его путешествии в Чащобный лес. Но вы, всё-таки, будьте осторожны, держитесь ближе ко мне и старайтесь не схватить шальную стрелу. Вон, сколько трупов вокруг лежит и каждый из них ещё недавно полагал, что он бессмертен...

- Эй! А как же я?! - вновь закричал Прострациус, колотя руками и ногами в закрытую дверь донжона.

- Что, Шляпа, домой не пускают?! - услышав, раздавшийся за спиной, зычный голос, чёрный маг обернулся и оказался лицом к морде с высоченным гоблином, сжимавшим в лапах окровавленную дубину.

Глава 31.

Ворвавшись, благодаря прекрасно сработавшему артефакту барона Шанса, на территорию замка, отряд разделился. Тырпырхай с бароном Шансом, в сопровождении огров и нескольких десятков гоблинов и солдат, бросились к внутренней башне замка, в то время как остальные бойцы сводного отряда под руководством Джека-Следопыта расправлялись с защитниками замка, дезориентированными феерическим выносом ворот и жутким видом своих противников.

Тяжелее всего пришлось тем солдатам барона Шприца, которые защищали стены. Им, с одной стороны, приходилось продолжать перестрелку с оставшимся за пределами замка лучниками, а с другой - отбиваться от гоблинов, ловко взбиравшихся по внутренним лестницам.

Напавших на замок существ, определить принадлежность которых к той или иной расе из-за плохой видимости не представлялось возможным, с подачи одного запаниковавшего солдата, многие считали вылезшими из болота чудовищами. Это тоже вносило смятение в ряды защитников, так как сражаться с людьми дело одно, а противостоять монстрам - совсем другое.

- Вот он! - раздался крик идущего рядом с Тырпырхаем барона Шанса.

- Кто?

- Да, Шприц! Вон он, к башне побежал, - указал барон пальцем в сторону башни, и гоблин успел заметить, как в ведущую в донжон дверь, юркнули несколько рыцарей. У входа в башню осталась стоять лишь одна, облачённая в чёрную одежду, фигура.

- Ну, так пойдемте, барон, навестим Вашего приятеля, - отозвался Тырпырхай и приказал двоим ограм поднять и отнести к жилой башне одну из тех балок, что ранее служили для укрепления ворот, а теперь, благодаря действию открывшего им проход за замковую территорию артефакта, валялись во дворе.

- Балка - то нам зачем? - удивился барон.

- Набор отмычек дома забыл, а дверь, похоже, заперта на ключ, - ухмыльнулся Тырпырхай и слегка хлопнул по плечу, шедшего рядом племянника.

Мырыдхай еле устоял на ногах от этого прикосновения. Ему было не по себе от такого количества мёртвых, умирающих и, убивающих друг друга, существ. Поход, рисовавшийся в воображении нашего героя, как весёлая романтическая прогулка, на деле оказался страшной кровавой историей, последняя страница которой, могла перевернуться для него в любое мгновение. Несколько раз рядом с гоблином пролетали стрелы и арбалетные болты. Десятки гоблинов и солдат падали у него на глазах, сражённые ими или ударами меча. От вида кровавого побоища, Мырыдхая начало мутить, тело сотрясала проходившая по нему волнами дрожь, а лапа, сжимавшая меч, стала липкой от пота.

- Ничего, Лягушонок, прорвёмся! - ободряющим тоном сказал ему Тырпырхай, понимая то, что творилось в душе племянника. - Первый раз всегда тяжело. Ты, главное, смотри в оба, и держись рядом со мной.

- Ы-хы, - согласно кивнул Мырыдхай, следящий за тем, как Джек-следопыт ведёт отряд в бой против расположенного у казарм резерва, чтобы отрезать его от донжона и позволить группе возглавляемой Тырпырхаем и бароном Шансом выполнить основную задачу.

Наконец, сметя со своего пути немногих смельчаков, рискнувших бросить вызов размахивающим дубинами ограм, предводители нападающей стороны оказались у закрытой двери внутренней башни. Перед дверью, спиной к ним, стоял один лишь человек, одетый во всё чёрное.

- Что, Шляпа, домой не пускают?! - осведомился у последнего Тырпырхай.

- Вышел погулять перед сном, а ключи забыл, так что ли? - ухмыльнулся гоблин, глядя на испуганное лицо обернувшегося человека. - А магией чего не воспользуешься своей? Забыл, все свои заклинания со страху, так что ли?

-Ма-ма-магия не-не де-действу-вует, - заикаясь ответил тот, тщетно пытаясь придать себе уверенный вид.

- Ну, тогда, отдохни чуток, пока мы свою магию попробуем применить, - миролюбиво сказал магу гоблин и неожиданно толкнул его в грудь, отчего тот, стукнувшись затылком о дверь, потерял сознание и свалился на землю.

- Давайте, быстро! Выносите дверь! - обратился гоблин к ограм, держащим огромную балку. - Отойдите, барон, не мешайте. - А ты, как дверь откроем, прихвати с собой Шляпу, он может нам ещё пригодиться, - приказал Тырпырхай одному из огров.

На счет "три" дверь, казавшаяся неприступной, была выбита и Тырпырхай, а за ним и все остальные ворвались внутрь башни.

Немногочисленная охрана, хотя и пыталась честно выполнить свой долг и оказать сопротивление, лишь ненадолго смогла задержать ворвавшийся в донжон отряд, стремившийся прорваться на верхний этаж, где по имевшимся сведениям, содержалась дочь барона, и хранились нужные гоблину бумаги.

Глава 32.

Оказавшись во внутренней башне замка и заперев дверь на засов, барон Шприц, в сопровождении двух рыцарей, бросился вверх по лестнице. Ещё несколько солдат, которым посчастливилось проникнуть внутрь донжона, остались охранять вход.

На верхнем этаже находились личные апартаменты самого барона и та комната, в которой хозяин замка держал взаперти дочь барона Шанса. Ценность пленницы, как Вы понимаете, в свете произошедших событий, многократно возросла, и барон спешил воспользоваться своим последним козырем в проигранной по всем статьям партии. Нет, не подумайте ничего плохого! Ни о каком насилии речь не шла, просто он подумал...

Вот, собственно, о чём он думал:

"Ну, Шанс! Посмотрим, как ты запоёшь, увидев у горла любимой дочурки острие моего меча. Мне бы только выбраться из замка с компроматом на длинноухих, а там посмотрим, чья возьмёт!... А с таким щитом мне ни уроды твои зелёные не страшны, ни их стрелы!"

Ещё не достигнув двери, за которой томилась красавица Гертруда, барон услышал первые удары в кованую дверь башни.

"Давайте, давайте, подлые свиньи, ломайте... К утру управитесь", - злорадно посмеивался про себя благородный рыцарь, полагавшийся на рекламу той кузнечной мастерской, в которой была изготовлена дверь.

Какого же было его удивление, когда, привалившись к стене на верхней площадке башни и, пытаясь успокоить, отвыкшее от нагрузок и потому бешено колотившееся, сердце он услышал приглушенный грохот рухнувшей двери и звуки начавшегося внизу башни боя.

"О, Господи! Где же он нашел этих зелёных ублюдков?! Как мог рыцарь так низко пасть, чтобы не только нарушить заветы предков и наплевать на рыцарский кодекс, но ещё и связаться с гоблинским отрепьем?! Не могу в это поверить!" - такие вот мысли мелькали в голове барона, пока он, теряя драгоценное время, пытался выбить дверь в покои своей пленницы.

К несчастью для владельца замка, дверь эта оказалась единственной дверью в замке, установленной согласно правилам пожарной безопасности, то есть открывалась наружу, а не вовнутрь. К тому же Гертруда, которой надоело общение с навязчивым хозяином, объявила накануне голодовку, заперла дверь на засов и надежно её забаррикадировала. Услышав звуки начавшегося штурма и, справедливо полагая, что нападение на замок осуществляет её любимый родитель, она молилась всем известным ей богам, прося у них, чтобы барон Шприц был ещё жив, когда она выйдет за пределы места своего заточения.

Бой внизу башни был скоротечен, и вскоре господин Шприц услышал топот бегущих по лестнице врагов. Понимая, что добраться до заложницы не удастся, он бросился в свои апартаменты, в надежде воспользоваться, известным только ему, тайным ходом.

- Задержите их! - крикнул барон сопровождавшим его рыцарям, скрываясь в своих покоях.

Рыцари, которых было двое, разделились. Один из них, вооружённый арбалетом, встал у двери, за которой исчез барон Шприц, а другой, с мечом в руке, спрятался сбоку от лестницы.

Не успели они занять свои позиции, как на площадке оказался главарь гоблинов, бежавший первым. Следом за ним появился, изрядно запыхавшийся, но сумевший не отстать от дяди, Мырыдхай. За Мырыдхаем поднимались барон Шанс, а также несколько гоблинов и солдат.

- Стойте, иначе я буду стрелять, - твёрдым голосом произнёс рыцарь с арбалетом, направляя оружие в грудь гоблина.

- Ну, стреляй, - усмехнулся Тырпырхай, успевший мгновенно окинуть взглядом видимую часть верхнего этажа, и определить, что за спиной арбалетчика как раз и находится интересующее его помещение.

- Только давай быстрее, не тяни. Времени у меня в обрез, - прорычал могучий гоблин, поднимая свою страшную дубину так, чтобы она прикрывала сердце, - у тебя один выстрел, а у моей дубинки...

- Шайсе! Это - подлец Шайсе! Я с ним сам разберусь! - крикнул барон Шанс, поднявшийся на площадку и сразу узнавший предавшего его рыцаря.

В этот момент Мырыдхай, стоявший рядом с дядей, почувствовал, за спиной какое-то движение. Повернув голову, он заметил, что рыцарь, скрывавшийся то этого момента за лестницей, покинул своё убежище и с поднятым в руке мечом бросился на барона Шанса. Не успев толком осознать, что он делает, Мырыдхай выставил навстречу напавшему на барона рыцарю свой меч, на который тот и напоролся.

- Ой! Йа ны хател, - дрожащим голосом промямлил, выпустивший из рук рукоять меча Мырыдхай, видя, как рыцарь, которому клинок угодил в незащищённое бронёй место, роняя собственное оружие, медленно опускается на пол.

В этот момент, пользуясь тем, что рыцарь Шайсе на мгновение отвлекся, Тырпырхай бросился вперед. Раздался щелчок выстрела, и арбалетный болт, совершив свой короткий полет, вонзился в левое плечо гоблина. Практически в тот же миг дубина Тырпырхая обрушилась на рыцаря, отбросив того в сторону, а сам гоблин, продолжая движение, всей массой своего тела обрушился на дверь, ведущую в апартаменты барона Шприца. Дверь, не выдержав силы удара, распахнулась, и вожак гоблинов, влетев в комнату, растянулся на полу. Чувствуя нарастающую боль в плече, он, тем не менее, смог вскочить на ноги и увидеть, что барон Шприц, держа в одной руке ворох бумаг, а в другой какой-то мешок, уже стоит в открывшемся в противоположной стене проёме.

"Тайный ход... сейчас уйдет... Мне не успеть!" - пронзила мозг гоблина отчаянная мысль.

Подобная же мысль, очевидно, посетила и барона Шприца, только у него она вызвала довольную злорадную усмешку, когда схватив свой мешок зубами, он потянулся освободившейся рукой куда-то в сторону, явно собираясь задействовать механизм, закрывающий тайный ход.

Но и на этот раз удача оказалась на стороне гоблина. Не успел барон дотянуться до известного лишь ему рычага, как раздался звук спускаемой тетивы гоблинского лука. Выпущенная из-за спины Тырпырхая, стрела угодила точно в висок барона Шприца, пробив его голову насквозь, и избавив славного рыцаря от необходимости бегать по скользким лестницам тайного хода.

- Молодец Нерыгай! - сказал Тырпырхай, глядя на страшную, но довольную морду, стоящего в дверях, гоблина. - Получишь премию, сверх нормы. Хотя убийство барона... дело серьёзное.

- Жаль, что не удалось взять его живым, - добавил вожак, бросив дубину и опираясь здоровой лапой о стоящее рядом кресло.

- Спасибо, пахан! Не переживай, я уже кое-что придумал, - проквакал лучник, деловито направляясь к телу поверженного барона.

- Мырыдхай! Закрой двери и принеси сюда бумаги, что у него были, и мешок тоже, - распорядился Тырпырхай, заметив появившуюся в дверном проеме фигуру племянника.

- Я ехо упил, я фет не хотел... Я ехо упил, Я фет не хотел - дрожащим голосом повторял Мырыдхай, подбирая с пола бумаги и мешок, - Я ехо упил, Я фет не хотел шел ... Он парона хотел уталыт, я слушайна... я фет не хотел...

- Ты - молодец, настоящий герой! Спас барона от смерти, а может быть и меня заодно! Ты теперь настоящий гоблин - участник боевого похода! Хотел идти в поход? Вот он - поход! Отличный поход получился - море крови, да и с пустыми руками не вернёшься. Успокойся Лягушонок, лучше найди, чем мне плечо перетянуть, - успокаивал племянника Тырпырхай, с изумлением наблюдая за действиями прикончившего барона Шприца гоблина.

- Ты что это делаешь, Нерыгай?! - наконец не выдержал он. - Мухоморов обожрался, что ли?!

Нерыгай тем временем подтащил тело барона, с торчащей в голове стрелой, к стоявшему у камина креслу и, усадив в него труп, сопя от усердия, зажимал свой лук в левой руке покойника.

- Ты что делаешь-то, мать твою?!! - повторил вопрос Тырпырхай, от удивления позабывший на время о боли, разрывавшей раненное плечо.

- Ну, Пахан, ты, в натуре, даёшь! Сам же сказал, мол, не хорошо вышло, что консерва мочканули... А так, если что, то он, типа, сам... эта... расстроился, что замок его захватили, ну и того, типа, застрелился...

- О! Древние Огры!! - завыл Тырпырхай, - Ты что, братан, несёшь?! Сам себя послушай! Да ты, я смотрю, совсем в лесу одичал. Расстроился, значит, сел в кресло, взял гоблинский лук, натянул его и пробил себе башку насквозь? Ну, ..., ты молодец! Скоро на всю Империю прославишься!

Мырыдхай, которого от всего пережитого вывернуло наизнанку, сидел теперь на полу, привалившись спиной к стене. Услышав версию самоубийства барона, предложенную Нерыгаем, и дядин комментарий к ней, он стал заливаться громким истерическим смехом.

- Слышь, Нерыгай, - поморщился Тырпырхай, - вон там, на полке, бутылка шнапса стоит, видишь? Влей в Лягушонка порцию и дай мне бутылку. Потом сгоняй за водой и, заодно, узнай, как там наши дела. Да, пришли-ка сюда пару огров. Поставь их у двери и скажи, чтобы никого, кроме барона, к нам не пускали. И, это ещё, братан, приведи кого-нибудь из лекарей...

Глава 33.

Рыцарские дороги всегда славились отменным качеством покрытия. Никаких тебе ухабов, одни лишь точно подогнанные ровные каменные плиты. Едешь себе, да радуешься. А если твоя карета снабжена рессорами, то можешь и поспать, скоротать, так сказать, часок-другой путешествия.

Мотели? Нет, мотелей в тех краях нет. Зато, по пути встречается немало деревень, в которых утомлённые путешественники могут найти кров и пищу, и, заодно, пополнить несколькими монетами деревенский бюджет.

Привыкнув за двое суток к гладким рыцарским дорогам и, насытившись однообразным видом из окна кареты, являвшим взору лишь идеально возделанные поля, фруктовые сады, да небольшие рощи, Мырыдхай большую часть времени дремал. Оживлялся он лишь в те минуты, когда одолженная у барона Шанса карета из каретного парка покойного барона Шприца, в которой они с дядей возвращались домой, проносилась мимо зажиточных рыцарских деревень, больше напоминавших маленькие сказочные городки.

Вот и теперь, почувствовав, как, плавно покачиваясь на рессорах, карета въехала на брусчатое покрытие, наш герой высунул голову из окна и стал с интересом рассматривать добротные, красивые домики, сделанные преимущественно из камня. Дома были выкрашены в разные цвета, украшены лепниной, на окнах висели горшки с цветами. Прилегающая к домикам территория в который раз поразила нашего героя безукоризненным порядком. Больше всего его удивлял необычный запах свежести и чистоты, свойственный воздуху всех рыцарских селений.

"Вот бы наших гоблинов сюда! - в который раз подумал Мырыдхай. - Посмотрели бы, как другие крестьяне живут, может быть, и сами бы перестали устраивать свалки у своих домов ".

Он приветливо помахал лапой и послал воздушный поцелуй одной из пейзанок, которая перестала на миг драить и без того идеально чистый участок дороги, примыкавший к её дому и, с любопытством, свойственным всем сельским жителям вселенной, пялилась на проносящуюся мимо баронскую карету.

- Та, што ше они фсе тах меня пухаются?! - с досадой воскликнул наш герой, заметив выражение ужаса, появившееся на лице женщины.

- Ты бы сам себя испугался, окажись ты на их месте, - засмеялся Тырпырхай. - Представь себе, ты ждёшь увидеть важную лощённую баронскую физиономию, а из кареты высовывается какая-то беззубая жаба с разбитой мордой.

- Хфатит уше пло мойу молту хофолыт! - взмолился Мырыдхай. - Она пашти сашила, у мыня лехенилашия холошайа. А шупы тома фстафлу!

- Регенерация, Лягушёнок, ре-ге-не-ра-ция! - поправил племянника Тырпырхай. - Она у всех у нас на высоте!

Проскочив без остановки деревню, карета вновь выскочила на ровную дорогу. За шикарной каретой, в которой они ехали и, которая, до недавнего времени, являлась парадным средством передвижения самого барона Шприца, следовали ещё две кареты попроще, но из того же каретного парка, а также небольшой почётный эскорт. Эскорт, состоявший из одного рыцаря и нескольких солдат, был выделен благодарным бароном Шансом с той целью, чтобы гоблины могли без проблем достичь границы своей автономии.

"Кто же ещё удостоился чести прокатиться в каретах поверженного барона?" - спросите Вы меня.

Отвечаю. Во второй карете ютился, придавленный тремя невозмутимыми телохранителями Мырыдхая, гоблин Нечихай - шаман и лекарь по совместительству, сопровождавший раненого Тырпырхая. В третьей карете, проигрывая, по очереди, друг другу в кости взятые во время похода трофеи, ехали четверо наиболее доверенных и приближенных к Тырпырхаю гоблинов, бывших членами его банды ещё в те времена, когда он, проживал в столице и крепко держал в своих лапах нити преступного мира. С Нерыгаем Вы уже знакомы, а представлять сейчас остальных, думаю, смысла нет.

Итак, под колесами кареты снова была гладкая дорога, тряска прекратилась и Мырыдхай, откинувшись на спинку сидения и прикрыв глаза, мысленно вернулся к предшествовавшим этой поездке событиям.

А та селянка, которой наш герой послал воздушный поцелуй, придя в себя, бросилась рассказывать соседям о страшном монстре, разъезжающем средь бела дня в карете барона Шприца и пожирающем младенцев. В скором времени, когда весть о самоубийстве барона Шприца достигла ушей местных жителей, история, рассказанная этой уважаемой дамой, приобрела новые кошмарные подробности и быстро распространилась не только по всей рыцарской территории, но и с легкостью преодолела её условные границы. В Нижние Миры она попала, трансформировавшись для образованных людей в легенду о графе Дракуле, а для простого сельского населения в многочисленные байки об оборотнях и вампирах. Но это я так, к слову...

Глава 34.

Мырыдхай вспоминал их последний вечер в замке покойного барона, и в который раз поражался той лёгкости мышления и изобретательности своего родственника, благодаря которой, тот умудрялся стричь купоны с чужих вложений и обращать любую ситуацию в свою пользу.

...После штурма они провели в замке трое суток. Всё это время стояли погожие летние дни, обслуживающий персонал на лету схватывал и исполнял пожелания победителей ещё до того как сами победители успевали выразить их вербально, а повар с поварятами трудились без отдыха. Местное население не оказывало новой власти никакого сопротивления, видимо, признавая право гоблинской рати на бесплатное приобретение сувениров и радуясь тому факту, что эти кошмарные на вид создания не причиняют местным жителям физического ущерба.

Мырыдхай, пережил, из-за всех ужасов штурма и, особенно, из-за совершённого им убийства рыцаря, серьёзный нервный срыв. По рекомендации лекарей он проводил большую часть дня на свежем воздухе. Для прогулок наш герой, как правило, выбирал крепостную стену, с которой открывался прекрасный вид и любовался оттуда окружающей природой, а также наблюдал за перемещениями своих соплеменников, деловито, подобно муравьям, стаскивающих добычу со всей округи в замок покойного барона, напоминавший, соответственно, в те дни огромный муравейник.

Вид болота производил на Мырыдхая гнетущее впечатление, воскрешая в памяти картины недавнего штурма, поэтому наш герой интуитивно выбирал для своих прогулок южную сторону замка.

Общаться ему ни с кем не хотелось. Дочь барона оказалась несколько надменной и избалованной девицей, относящейся к своим спасителям, не принадлежащим к человеческой расе, с еле скрываемым презрением.

"Почему они считают её красавицей? - удивлялся про себя Мырыдхай. - Фигура почти, как у гоблинши, здоровая, как лошадь, голос подобен звуку боевого рога, да еще эти круглые уши! Не то что у Бежимвпостели - и ушки, и фигурка, и голос - всё без изъяна".

Впрочем, в последнее время, образ Бежимвпостели не задерживался в голове гоблина надолго. То ли из-за перенесённого стресса, то ли ещё по какой-то причине, но, думая о ней, он начал испытывать некоторое равнодушие. Впервые за долгое время ему страстно захотелось оказаться дома, среди родных. И своих родителей, и младшего брата Перебухая, и, даже, домашнего любимца миниптеродактеля Проглота он вспоминал с неожиданной для самого себя теплотой и нежностью.

Вечерело. Остановившись рядом с одним из гоблинов, несшим караульную службу на крепостной стене, Мырыдхай наблюдал за весельем, царившим во дворе замка.

К этому времени, во владениях покойного барона Шприца произошли серьёзные перемены.

В замке был наведён порядок, следы недавнего штурма постепенно исчезали. Были восстановлены ворота и налажена гарнизонная служба.

Накануне барон Шанс отпустил восвояси выживших в недавней мясорубке солдат и рыцарей герцога. На прощание, он велел им передать господину Штепселю, что в соответствии с существующими рыцарскими законами, объявляет себя законным владельцем принадлежавших покойному барону земель. Бывшим вассалам барона Шприца новый владелец пообещал сохранить их имущество и статус, в том случае, если они решат присягнуть ему на верность.

Нужно отметить, что рыцари, трепетно относившиеся к законам чести и, особенно трепетно, к законам, касавшимся перехода имущества, имели полное моральное право принести новую присягу. Дело в том, что барон Шприц не оставил после себя прямых наследников и не имел родных братьев, которые могли бы, имея достаточно сил, претендовать на его имущество. А по действующему на рыцарских землях "Закону о наследстве" при отсутствии прямых наследников всё имущество переходило к победившей стороне.

Барон Шанс, на которого выучка и храбрость подчинённых Тырпырхая произвели неизгладимое впечатление, узнав от гоблина о том, что его отряд будет распущен, а сам он собирается вернуться в столицу, предложил Джеку-Следопыту и всем состоявшим в отряде Тырпырхая людям перейти к себе на службу.

Практически все согласились, так как большинству бывших разбойников и дезертиров возвращаться было некуда, а лихая лесная жизнь давно уже сидела у них в печёнках. Джек легко согласился на предложение барона, тем более что за несомненный вклад в дело общей победы ему было обещано рыцарское звание и небольшой земельный надел.

Гоблины радовались предстоящему возвращению домой, хотя, как оказалось, некоторые члены банды Тырпырхая собирались вернуться в Чащобный лес и продолжить заниматься привычным ремеслом.

Предвкушая скорый отъезд, на прощальный ужин Мырыдхай отправился в приподнятом настроении.

Когда молодой гоблин вошел в залу, все уже собрались за столом. Во главе стола восседал барон Шанс. По правую руку от него расположилась его дочь, по левую - Джек-Следопыт, назначенный комендантом захваченного замка. Напротив барона сидел Тырпырхай, старавшийся не выказывать перед сотрапезниками мучавшей его боли. Также за столом собрались несколько рыцарей и гоблинов, в том числе и старый подельник Тырпырхая - Нерыгай.

По случаю предстоявшего отъезда своего боевого товарища, барон Шанс постарался устроить праздничный ужин. Стол ломился от блюд с разнообразными угощениями. В углу залы играл маленький оркестрик состоявший из нескольких сельских музыкантов. Напуганные видом гостей бедняги с трудом извлекали правильные звуки из своих инструментов, чудом уцелевших во время сбора гоблинами сувениров. Потом, дело вроде бы пошло на лад, хотя извлекаемые доморощенными исполнителями из сомнительного качества инструментов звуки лишь подчеркивали несуразность мероприятия.

Мырыдхай, войдя и окинув взглядом открывшуюся картину, еле сдержался, чтобы не расхохотаться - так резко контрастировало это зрелище с немедленно всплывшим в памяти эльфийским праздником Древа. Особенно его позабавили одеяния присутствовавших за столом гоблинов.

Дело в том, что одежда самих гоблинов не смогла перенести путешествия по болоту и последовавшего за ним штурма. Поэтому, будучи приглашёнными на прощальный ужин, они постарались не ударить мордой в грязь и принарядились, нацепив на себя позаимствованную у местного населения одежду.

Мырыдхай, который, как нам уже известно, в то время и сам придерживался традиционного гоблинского взгляда на моду, заключавшегося в том, что чем ярче одеяние, тем оно солиднее смотрится, взирал на своих земляков с ужасом и изумлением одновременно. Особенно его поразил наряд Нерыгая. Тот умудрился где-то раздобыть и нацепить на себя ярко-оранжевую рубашку, пиджак малинового цвета с крупными блестящими пуговицами и широкие розовые панталоны. На голове гоблина, морда которого, и без того имевшая самое свирепое выражение, была обезображена несколькими свежими рубцами, красовалась женская соломенная шляпка, в которую новый владелец воткнул какое-то яркое перо.

Наряд Тырпырхая, рядом с которым Мырыдхай занял место за столом, тоже вызывал удивление. Но племянник уже знал, что отыскать одежду подходящего размера для своего вожака гоблинам не удалось, поэтому-то, тот и облачился в какую-то хламиду, накинув поверх неё найденный в апартаментах камрада Прострациуса чёрный балахон расписанный множеством звёзд.

Справедливости ради заметим, что ужин вполне удался. Гости веселились, как могли, а дочь барона даже слегка флиртовала с сидящими за столом и оказывающими ей знаки внимания рыцарями. Отец её смотрел на всё это со снисходительной улыбкой. Барон громко переговаривался через стол с Тырпырхаем и за время ужина произнес речь, в которой благодарил своего боевого товарища за помощь, объявил его своим другом и выразил надежду на то, что в будущем отважный гоблин не раз окажет ему честь, посетив замок в качестве почетного гостя.

После ужина, по просьбе Тырпырхая, гоблин с племянником и барон уединились в кабинете.

- Барон, - обратился гоблин к новому владельцу замка, - завтра утром мы уезжаем. Однако у нас остался не решённым ещё один важный вопрос.

- Какой же? - удивился барон.

- Мы совсем забыли о нашем госте, чей балахон я имел честь напялить на себя. Надо что-то решать с этим, и решать срочно.

- Н-да... я, признаться, совсем о нём забыл, - расстроено протянул рыцарь, - закрутился, понимаете ли, со всеми этими делами. А что же нам с ним делать? Ума не приложу!

- Грохнуть нельзя, отпускать тоже нельзя, так? - спросил Тырпырхай, глядя на своего визави сквозь бокал бренди.

- Нельзя. Нельзя, чёрт его побери! - согласился барон, разом осушив свой бокал. - Может быть, придумаете что-нибудь и на этот раз?

- Я уже придумал, - усмехнулся Тырпырхай, - только прошу Вас доверить это дело мне и сделать всё так, как я Вам скажу. Гарантирую, что никаких проблем в будущем этот тип нам не доставит.

- Хорошо, я согласен, - облегчённо вздохнул барон Шанс. - А что нужно сделать?

- Вам ничего делать не нужно. Идите к себе и отдыхайте. Кстати, сколько ещё будет действовать тот артефакт? Ну, тот, который магию нейтрализует?

- Так... сегодня у нас...- барон задумался, видимо, что-то подсчитывая, - до его дезинт... дезориен... Короче говоря, неделя ещё есть.

- Отлично! - воскликнул гоблин. - Тогда проблем не возникнет. Я сейчас с ним переговорю и, если переговоры увенчаются успехом, то через недельку, когда Вы приведёте его в божеский вид, а силы его магические восстановятся, Вы его отпустите. А мы с Мырыдхаем к тому времени будем уже дома.

- Да Вы опять смеётесь надо мной! - с негодованием вскричал рыцарь.

- Ну, что Вы, в самом деле! - захохотал Тырпырхай. - Успокойтесь, ради Древних Огров! Я этого охотника за чужими секретами заставлю накатать на себя такой компромат, что он будет дрожать до конца своих дней. Надо бить врага его же оружием. В тот момент, когда Вы его отпустите, бумаги эти будут надёжно спрятаны и ему до них будет уже не дотянуться. Понимаете теперь?

- Да! - обрадовано ответил барон. - Ну, а если он не согласится писать такие бумаги?

- Согласится или я плохо разбираюсь в психологии мыслящих существ. Если же всё-таки не согласится, то придётся утопить его в болоте, ничего не поделаешь, - скривился Тырпырхай, то ли от боли, то ли от мысли о том, что кто-то может отказаться принять выдвинутые им условия.

- Ладно, один раз Вы уже спасли мне жизнь, надеюсь, что и теперь Вам будет сопутствовать удача, - решился барон Шанс и, пожелав гоблинам спокойной ночи, удалился.

- До ночи ещё далеко, - проворчал Тырпырхай, когда дверь за бароном закрылась.

- Слушай, Лягушонок, - обратился он к племяннику, - сходи, позови Нерыгая.

Мырыдхай вышел из кабинета и вскоре вернулся со свирепым гоблином.

Слегка осоловевший от выпитого на празднике спиртного, Нерыгай вместо приветствия громко икнул и, усевшись напротив Тырпырхая, лениво уставился на вожака. Весь вид его как бы говорил, что пора бы и отдохнуть перед дорогой и нечего, мол, дёргать свою доверенную морду по пустякам. Нерыгай был старинным приятелем главаря банды и тет-а-тет обходился с ним достаточно фамильярно, хотя при посторонних всегда строго соблюдал субординацию.

- Красив! Мырыдхаю бы такой прикид - давно бы невесту себе отыскал, - добродушно рассмеялся Тырпырхай, глядя на жуткую морду кореша.

- Нерыгай, не в службу, а в дружбу, сходи, пожалуйста, за нашим почётным гостем.

- Каким это?

- За магом... Он жив, кстати?

- Жив, вроде. А чего это я должен тащиться в подземелье? Больше послать некого, что ли?! - слегка возмутился Нерыгай.

- Я хочу, чтобы ты сам его притащил и чтобы он счастлив был, что живым до меня добрался, понимаешь? Нет... бить не надо, просто улыбайся ему всю дорогу, как ты это умеешь.

- Понял. - Нерыгай покосился на стол и, заметив стоящую на нём бутылку, глотнул бренди прямо из горлышка. После чего отправился выполнять данное ему поручение.

Пока они поджидали мага, Мырыдхай по просьбе дяди притащил в кабинет его страшную дубину, на которой оставались следы крови и взгромоздил её на стол, справа от владельца. Потом достал непочатую бутылку бренди и, поставив её перед Тырпырхаем, уселся в стоящее в сторонке кресло, с интересом ожидая развязки этой истории.

Наконец, за дверью послышался шум, раздался грозный рык Нерыгая, и в комнату влетел испуганный отощавший и обтрёпанный маг, за которым ввалился, незаметно подмигнувший вожаку, Нерыгай.

- Остальных уже кончили? - лениво осведомился у помощника Тырпырхай.

- Ага. Этот последний, - немедленно подыграл огромному гоблину Нерыгай. - Чё с ним делать-то? Повесить, в болоте утопить или тоже, как того, последнего, свиньям скормить?

- Ща решу... - задумчиво проговорил Тырпырхай, присматриваясь к пленнику.

- О! Братан, да это же маг! Дай-ка я с ним побалакаю сначала, может он нам на что-нибудь сгодится. Грохнуть мы его всегда успеем.

Тырпырхай продолжал некоторое время буравить дрожащего мага свирепым взглядом, одновременно поглаживая свою дубину. Потом, заметив, что камрад вот-вот свалится в обморок, решил сократить вступительную часть представления и перейти к основной его части.

- Слушай, Шляпа! Скажи честно! Ты ваще жить-то хочешь, или надоело уже?

- Хо-хо-хочу-чу, - заикаясь, тут же ответил камрад Прострациус.

- Ты уже понял, что твоя магия против нашей бессильна?

- По-по-по-нял.

- Тогда у меня к тебе предложение... Если выполнишь то, что я тебе прикажу, останешься жив. Тебя будут содержать в нормальных условиях, приведут в порядок, подкормят, подлечат и через несколько дней отпустят восвояси. Мы тебе, пожалуй, даже вернём твою магическую силу. Если же не согласишься, то я твою поганую башку разобью вот этой дубиной и зарою тебя рядом с твоим дружком Шприцем, вместе с которым вы дочку моего друга похитили.

- Я--я-я тут ни-ни при-при...

- Меня это не колышит, причём или не причём! Понял, собака?! Я барона еле отговорил от того, чтобы тебя живьём спалить! Хотел сначала предложение тебе сделать.

- Что-что-что на-на-на...

- Ты, Шляпа, за этими бумагами из столицы припёрся? - Тырпырхай бросил на стол бумаги покойного барона. - Отвечай!!

- Да-да...

- Ты сейчас сядешь за стол и напишешь мне всю эту историю. Как, когда, куда и зачем... Понял?! Если мне покажется, что ты где-то соврал, я тебя прибью. Если напишешь честно, то будешь жить и скоро отправишься домой.

- За-за-за...

- Затем, чтобы у тебя и мысли не было возвращаться к этой теме. Вот зачем, усёк?

Камрад Прострациус с минуту молчал, глядя, как этот ужасный гоблин с мечтательным видом поглаживает свою дубину и, понимая, что выхода у него нет, решился.

- Со-со-согласен. Да-да-вайте-те бу-бу-магу.

- Ну, вот и молодец! Не зря всю жизнь умные книжки читаешь, - похвалил его Тырпырхай и кивнул племяннику, чтобы тот положил на стол письменные принадлежности.

Так, собственно, и закончилась история этого похода.

... Мырыдхай незаметно уснул в плавно покачивавшейся карете. Он спал и улыбался во сне до тех пор, пока карета резко не подскочила, и он не ударился головой об её потолок. За первым толчком последовал второй, а через некоторое время и третий.

- Што слушилос?! - воскликнул он, схватившись за голову, - напатение?!

- Не-е-ет... - простонал Тырпырхай, которому, из-за раненного плеча, неожиданно начавшаяся тряска доставила куда более мучительные ощущения. - Это, Мырыдхай, Родина сжимает нас в своих объятиях. Мы уже на территории автономии. Скоро, Лягушонок, мы будем дома.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СПАСИТЕЛЬ

Глава 1.

- Умм.. ммм... мы-ы-ы-ы... А-а-а-а!!!

- Та-а-ак... чудесно... чудесно... Ага! Очень хорошо! - удовлетворённо произнёс пожилой врач-некромант, производя осмотр зубного аппарата Мырыдхая, понёсшего сокрушительные потери во время первого героического похода своего хозяина.

В кабинет господина Джинкса наш герой попал, поддавшись настоятельным уговорам своей матушки, грозившим перейти в затяжную истерику. Не успел он проснуться, как увидел её лицо, склонившееся над ним.

- Проснулся, сынок? Выспался? Бедненький ты мой. Ну и зверюга же этот твой папаша! Я ему, скотине, это ещё припомню!

- Мам, ты шта? Я ф палятке, фсе сахоншилас халашо, - потягиваясь, попытался успокоить маму наш герой.

- Как же... хорошо, - запричитала госпожа Несогласенподыхай, - все зубки потерял мой мальчик. Что же за скоты такие, выродки проклятые! Кто это сделал? Люди, конечно! Ни приличный гоблин, ни, даже, длинноухий на такое не способны.

- Канешна, мам! Не спашопны... - согласился Мырыдхай, надеясь поскорее закончить этот разговор и ещё немного поваляться в кровати, насладиться покоем после опасного приключения.

- Я, сынок, всю ночь глаз не сомкнула! Всё думала, где же тебе поскорее зубки вылечить.

- Ой, мам! Та што ты ф шамом теле! Схашу на тнях х илфийшкаму флашу и фстафлу. Мне тлушья памохут.

- На днях?! - вскричала мать. - Нет, сынок! Вставай, умойся, позавтракай и отправляйся к врачу. Я тебя уже записала на приём.

- Шта?! Сыхотня?!! - возмутился Мырыдхай.

- Да, сегодня! Зачем нам эти эльфы? Я нашла тебе лучшего врача! Мне его сама тётушка Нескучай порекомендовала. Мы с ней утром в храме встретились, где я просила за тебя Древних Огров, вот она мне и посоветовала к кому обратиться. И ещё журнал подарила с его рекламой. Вот, смотри! - она показала Мырыдхаю журнал. - Тётушка сказала, что все приличные гоблины лечат зубы у доктора Джинкса. Сам посуди, разве плохой врач сможет давать рекламу в "Вестнике Империи"?

Она раскрыла свежий номер вестника и сунула его сыну под нос. Четверть страницы журнала занимало рекламное объявление под броским заголовком:

"Здоровые зубы - залог здоровья!"

С объявления потенциальным клиентам доктора Джинкса, страдающим от зубной боли или же просто тяжело переживающим расставание со своими некогда верными и крепкими друзьями, ободряюще подмигивала, одаривая бедолаг лучезарной улыбкой, известная в Империи модель.

Текст объявления сулил всем существам, обратившимся к доктору за помощью, немедленное избавление от боли, мгновенную имплантацию, лечение под общим обезболиванием, а также бесплатную консультацию и отбеливание зубов в подарок.

Заканчивалась реклама сообщением чисто коммерческого свойства, что лишь подчеркивало размах стоматологического предприятия "Доктор Джинкс":

"Мало б/у коренные зубы, резцы, клыки и "зубы мудрости" любых мыслящих существ, всех возрастов, оптом и в розницу по разумной цене со склада в Транкевилле и под заказ. Доставка в любую точку Империи".

Учитывая то, что творилось с его родными накануне, в день его возвращения из опасного путешествия, Мырыдхай решил не спорить с матерью и покорно отправился на консультацию к выбранному ею эскулапу.

- Та-а-ак... А что у нас здесь? - пробормотал некромант, засовывая обе руки по локоть в рот Мырыдхая. По крайней мере, так показалось измученному осмотром гоблину. - А здесь у нас... здесь у нас, мил друг, ка-та-стро-о-фа!

- М-м-м-ы-ы-м... - промычал Мырыдхай, чувствуя, что его сейчас вырвет от подобного обращения и, попытался вырваться из рук доктора.

- Ну, ладно, ладно... можете немного передохнуть, господин гоблин. Вот, прополощите рот, - войдя в положение клиента, сказал доктор Джинкс, милостиво протягивая гоблину стакан с какой-то розоватой жидкостью. - Сплёвывать можете туда.

Он указал на стоящую рядом с креслом ёмкость, один нечищеный вид которой вновь вызвал у Мырыдхая рвотные позывы.

Мырыдхай почувствовал, что рубашка, в которой он явился на приём, намокла от льющегося по телу пота. Ладони его также сделались влажными и, протянутый доктором, стакан выпал из трясущихся лап и, упав на пол, разбился.

- Ну и ну, - недовольно проворчал врач, - какие мы нежные... Небось, когда с зубами расставались, вели себя мужественно и инвентарь не портили.

Он достал из шкафа новый стакан, на этот раз железный и, немного подумав, плеснул в него простой воды, после чего протянул гоблину.

- Здоровые зубы - залог здоровья! - торжественно произнес он свой рекламный слоган. - А здоровье, господин гоблин, требует больших денег! То есть, я хотел сказать, оно требует от нас приложения больших сил. Сейчас Вы передохнёте, и мы продолжим.

- Ш... шкока эта... - прополоскав рот, попытался обратиться к доктору наш герой, с ужасом глядя на разложенные перед ним инструменты, среди которых выделялись массивные зловещего вида клещи.

Мырыдхай уже не рад был тому, что, поддавшись на уговоры матери, пришёл в этот кабинет. Затрапезный вид кабинета являл собой прямую противоположность красочному рекламному объявлению и яркой красотке, убеждавшей наивных гоблинов и прочих потенциальных клиентов доктора в том, что здоровые зубы - это вам не хухры-мухры, а прямо-таки ого-го!

Сам доктор, облачённый в полинялый костюм, чей поношенный вид не мог скрыть, даже слегка помятый и давно не стираный халат, тоже не произвёл на Мырыдхая благоприятного впечатления, и особого доверия клиенту не внушил. Нечёсаные, длинные, наполовину поседевшие волосы господина Джинкса, не лишённые налёта перхоти, видимо, в гигиенических целях были завязаны в хвост, а под обкусанными ногтями виднелись следы застарелой грязи.

- Сколько денег я с Вас возьму? Во сколько Вам обойдутся новые зубы? - неожиданно оживился врач. - Это, господин гоблин, зависит от того насколько серьёзно Вы относитесь к своему здоровью. Хотя мы ещё и не закончили осмотр, ситуация в целом ясна. У Вас не хватает девяти зубов.

"Это я и без тебя знаю!" - подумал Мырыдхай, чувствуя растущее раздражение и косясь на стоящие слева от него полки, на которых располагались черепа разных существ. Все они были выставленные на кошмарной экспозиции с широко раздвинутыми челюстями, гордо демонстрируя всем желающим полный набор здоровых белоснежных зубов. В центре экспозиции находился огромный череп совершенно жуткого вида.

- Счастливчик! - восторженно воскликнул доктор Джинкс, проследив направление взгляда клиента. - Вот Вам образец правильного отношения к своим зубам. Повезло ему, этому огру! Когда я нашёл его труп, а это было ещё в одной из первых моих экспедиций, меня поразил тот факт, что всё тело переломано, ни одной целой кости не осталось - он, видимо, пьяный в ущелье свалился. Но вот зубы! Все на месте и все в прекрасном состоянии! Если так, до последнего вздоха, следить за зубами, то и денег на лечение тратить не придётся.

"Да он, похоже, ненормальный! Куда я попал?! - с ужасом и тоской подумал Мырыдхай. - Ну, маманя! Сколько раз говорил тебе, не верь рекламным объявлениям!"

Доктор же расценил реакцию гоблина по-своему и, присев на край столика с инструментом, доверительным тоном проговорил:

- Да, я не какой-то варварский зубодёр, я - учёный! Я, если хотите знать, учёный-некромант в четвёртом поколении. Зубы для меня лишь средство, дающее возможность заниматься наукой. Знаете ли Вы, что мои первые зомби до сих пор трудятся на чьё-то благо в разных уголках Империи? Ну, конечно, приходится их периодически обслуживать, так сказать.... Хех! Да что такое Ваши зубы и Ваши деньги по сравнению с познанием секрета вечной жизни?

- Деньги, деньги... - всё больше возбуждаясь, повысил голос доктор. - Все только о них и думают. Приходят сюда, а в голове только одна мысль - "сколько с меня сдерут?" А я Вам скажу! Это зависит от того, насколько хорошо Вы к себе относитесь. Если хорошо, то Вы захотите сделать себе такие зубы, которые всю жизнь прослужат Вам верой и правдой. Вы мне скажите: "Доктор Джинкс! Подберите мне лучший материал, самый свежий и без следов кариеса, зубного налета и прочей гадости". А если Вы...

- Э! Фы што?! - прервал пламенную речь стоматолога рык ошалевшего от всего услышанного Мырыдхая. - Фы што? Хотыте мне шупы какохо-то пахойника фштафить?!

- А кого же ещё? - удивился в свою очередь доктор. - У Вас что, донор есть на примете, который Вам свои зубы продаст?! Я, знаете ли, серьёзный, уважаемый специалист, а не какой-то, прости Господи, эльф-шарлатан! Только эти собаки ушастые, вместо настоящих зубов, поделки, чёрт знает из какого материала, вставляют. У нас же всё по-честному. Нужны зубы? Получите! Настоящие зубы!!

- Вам, кстати, повезло, - немного успокоившись и поигрывая, взятыми со стола, клещами, добавил доктор Джинкс, глядя на, потерявшего от ужаса дар речи, гоблина. - Коренные зубы не пострадали, так что можно будет сделать Вам хороший надежный мост, и состояние Вашей пас... Вашего рта будет вызывать зависть у всех Ваших знакомых.

- Халашо, я па-па-тумайу, - промямлил Мырыдхай, с трудом выбираясь из кресла.

Он представил себе, как у него во рту бригада маленьких некромантов возводит ажурный мост, наподобие знаменитого Императорского моста и понял, что если он немедленно не покинет кабинет доктора Джинкса, то навсегда распрощается со своим рассудком.

- Подумайте, подумайте, - милостиво согласился доктор, - с Вас пять золотых.

- Са што? - удивился Мырыдхай, зная, что на пять золотых империалов крестьянская семья могла прожить целый год.

- Как это за что? - в свою очередь удивился доктор. - За осмотр и консультацию, конечно.

- Тах ф лехламе хафарилош, шта консулташыя у Фас песплатныя, - попытался возразить гоблин, поражённый столь неслыханной наглостью.

- Правильно, она и есть бесплатная, - устало подтвердил стоматолог. - Когда будем делать мост, эта сумма Вам зачтётся.

- А-а-а-а... фсе панятна, - протянул Мырыдхай, отсчитывая деньги. - Шпасипа, токтол, плашайте.

- До свидания, господин гоблин. Не затягивайте с лечением. Мост - дело серьёзное!

Покинув на слегка дрожащих ногах кабинет учёного стоматолога, Мырыдхай в который раз подивился наивности своих соплеменников и поклялся себе, что его нога никогда больше не переступит порог этого кабинета, и ни одного рекламное объявление не заставит его вновь почувствовать себя дураком.

Вы, конечно, мне не поверили. Думаете, что я всё это придумал и что таких врачей не бывает? Конечно, Вы ведь не гоблины и не попадаетесь на рекламные трюки. Я за вас рад! Молодцы! Только, верите вы мне или нет, а всё так и было. Всё точно записано со слов Мырыдхая. Клянусь!

Глава 2.

Очутившись на улице, Мырыдхай взглянул на, дожидавшихся его возле колесницы, охранников и усмехнулся. Господин Несогласенподыхай, озабоченный долгим отсутствием сына и, в ещё большей степени, измученный причитаниями супруги, отчаявшейся увидеть любимое чадо живым и здоровым, запретил Мырыдхаю покидать дом без охраны и приказал в ближайшее время передвигаться по городу исключительно на колеснице. Не малую роль в принятии подобного решения сыграл, очевидно, тот факт, что родитель нашего героя опасался возможных последствий своего участия в разработанной эльфами операции.

Мырыдхай стоял у подъезда, наслаждаясь тёплым летним ветерком, обдувающим его разгорячённое и вспотевшее тело. Улыбаясь, он с интересом поглядывал по сторонам, подмечая, обращённые в его сторону, косые взгляды редких прохожих.

"Да, без зубов - это не жизнь. Так и будут пялиться все кому не лень, - подумал он. - Принимают меня за какого-то..."

- Вот, бандитские морды! Совсем обнаглели! Накупили себе колесниц и разъезжают по городу, словно императоры какие-то, - с неожиданной злобой прошипела себе под нос проходившая мимо Мырыдхая небогато одетая старуха, однако гоблин, обладавший, как и все его соплеменники, отличным слухом прекрасно всё расслышал.

"И за что они так нас не любят?" - с досадой подумал он. Настроение было безнадёжно испорчено.

В воздухе вообще ощущалось непривычное для Транкевилля напряжение. Казалось, что за время его отсутствия что-то произошло или вот-вот должно было произойти. А, может быть, просто день с самого начала не задался и обычная обстановка воспринималась в дурном свете.

Мырыдхай досадливо крякнул, думая, чем бы ему заняться. Приближалось время обеда, но ехать домой ему совершенно не хотелось. До вечера, когда он по распоряжению отца должен был находиться в особняке, чтобы принять участие в назначенной на семь часов встрече с важными гостями, было ещё далеко. Поразмыслив немного, гоблин решил отправиться к своему приятелю Спилилелю. Мырыдхай прикинул, что он как раз успеет к обеду, а эльф, по мнению гоблина, наверняка обрадуется, если кто-то из друзей составит ему компанию.

"Отлично! - подумал гоблин. - Повар у него замечательный, да и соскучился я по эльфийской пище. Заодно узнаю последние новости. От наших только непроверенные сплетни услышишь, а эльфы точно знают что к чему... Хм, интересно, откликнулся ли кто-нибудь на моё объявление? Времени то много уже прошло. А папаня с меня точно не слезет, даже вчера эту тему не пропустил!"

Усаживаясь в колесницу и называя вознице адрес, он невольно припомнил подробности их, с Тырпырхаем, возвращения...

...Приближаясь к последнему, лежащему на их пути, городку автономии Тырпырхай приказал остановиться и сбить с карет украшавшие их гербы покойного барона Шприца. Будучи существом осторожным, он предположил, что появление в столице ватаги гоблинов и огров, разъезжающих в рыцарских каретах, может вызвать обоснованное подозрение у властей. Поэтому на ближайшем постоялом дворе гоблины поменяли роскошные средства передвижения на невзрачные гоблинские повозки. Хозяин двора не стал задавать лишних вопросов и с радостью согласился на выгодный обмен. Так что, в Транкевилль они въехали, не привлекая ненужного внимания и, к вечеру, благополучно добрались до особняка господина Несогласенподыхая.

Семья как раз закончила ужин и домочадцы, в подавленном настроении, вызванном пропажей наследника, покидали гостиную, когда в вестибюле особняка раздался непривычный шум и, вслед за бегущим с докладом мажордомом, показалась целая группа гоблинов весьма разбойничьего вида.

- Мырыдхай! - воскликнула госпожа Несогласенподыхай, падая в обморок.

- Мырыдхай! - радостно воскликнул Перебухай, бросаясь к старшему брату.

- Кхе-кхе-кхе, - удивлённо прокашлял стоявший на пути прибывших Проглот, не успевший разобраться в своих чувствах и думавший лишь о том, как не оказаться раздавленным этими, стремительно надвигающимися на него, дурно пахнущими после длительного путешествия, существами.

- Плифет, блатышка! Как я лат тепя фитеть! - сжимая Перебухая в объятиях, улыбнулся Мырдыхай. - Фсё холошо, я фелнулса.

Отпустив опешившего брата, Мырыдхай схватил Проглота и от избытка чувств поцеловал его прямо в уродливую морду.

- Ах, ты, мой холоший, пелфый плипешал фстлешать Мылытхая. Фот, какая умнитса! - рассмеялся Мырыдхай, ставя миниптеродактеля на пол.

Проглот, также, как и Перебухай, не привыкший к подобным нежностям со стороны гоблина, ошарашено попятился назад, уступая место главе семейства.

- Мырыдхай, сукин сын! Прибью, поддонок! - зарычал господин Несогласенподыхай, бросаясь к сыну. - Я же запретил тебе...

Он, на мгновенье запнулся, сообразив, что рассказывать непосвящённым в истинную причину отсутствия Мырыдхая родственникам и слугам ничего нельзя.

Воспользовавшись заминкой, Мырыдхай спрятался за спину, стоявшего позади него Тырпырхая.

- Привет! - захохотал Тырпырхай. - Узнаю старшего брата. Отличный приём ты нам оказал, прямо-таки королевский!

- Привет, Тырпырхай, рад тебя видеть, - несколько сконфуженно отозвался отец Мырыдхая, на лице которого попеременно отражались противоречивые чувства - от облегчения и радости до тревоги и гнева.

- Надеюсь, всё в порядке? - с нажимом спросил он, пожимая лапу Тырпырхая и пристально глядя в глаза своего рослого брата.

- Все тип-топ, братишка, не дрейфь, - усмехнулся Тырпырхай, похлопав огромной лапой по портфелю с бумагами.

- Хорошо, - вздохнул с облегчением тот, раздумывая как бы добраться до ослушивавшегося его распоряжений первенца.

- Не трогай мальчишку, брат, он ни в чём не виноват, - усмехнулся Тырпырхай, быстро смекнувший, что к чему. - Если хочешь, бей меня, это я его взял с собой. Он упирался, хотел возвратиться домой, но я решил, что со мной ему будет безопаснее.

- Нечихай, приведи даму в чувство, обратился он к стоящему за спиной лекарю, видя, что брат не обращает внимания на потерявшую сознание супругу.

- Ах, да... - пробормотал господин Несогласенподыхай, - надо как-то её... того...

Тем временем, лекарь уже очутился рядом с матерью Мырыдхая и приводил её в чувство, хлопая по щекам и давая нюхать какую-то жидкость из, извлечённого из мешка со знахарскими принадлежностями, флакона.

Вскоре госпожа Несогласенподыхай очнулась и, обняв, подбежавшего к ней, Мырыдхая, стала его целовать, громко рыдая и что-то причитая.

- Кстати, старший твой - молодец! Вёл себя, как настоящий герой! Можешь им гордиться, - сказал брату Тырпырхай.

- Да? Хорошо... потом расскажешь, - ответил отец Мырыдхая, покосившись на, стоящего с открытым ртом, Перебухая.

- Давай бумаги, - протянул он лапу к портфелю.

- Знаешь, брат, пусть они пока побудут у меня, - произнёс Тырпырхай, убирая портфель за спину, - всё-таки я не только о себе должен думать, но и о братве. А это наша единственная гарантия. Мы, пока вся эта история не закончится, и пока я свой дом в порядок не приведу, у тебя поживём. Ты, надеюсь, не возражаешь? Так что бумаги будут постоянно находиться в твоём доме и под надежной охраной.

- Ладно, пусть будет так, - немного подумав, согласился господин Несогласенподыхай. - Конечно оставайтесь, место для вас найдётся. Вы это... давайте-ка, в порядок себя приведите, помойтесь, что ли. А-то воняете, как тролли какие-то. Потом поедите и расскажите, что и как...

- Да, и одежду вам сейчас подберём нормальную, - добавил он, покосившись на Нерыгая и прочих спутников брата, щеголявших в тех же нарядах, в которых они красовались на прощальном ужине в замке барона Шприца.

- Давай, братишка, командуй, мы не возражаем, - рассмеялся Тырпырхай.

- Я сейчас распоряжусь насчёт вас и пойду в кабинет, свяжусь кое с кем. Нужно поскорее закончить это дело, а то... мало ли что... - произнёс старший гоблин, вновь приобретая привычный уверенный тон и деловые манеры.

Поздно вечером, когда прочие прибывшие гости привели себя в порядок, плотно подкрепились и отправились отдыхать, Тырпырхай с Мырыдхаем отправились в кабинет владельца особняка, где и поведали ему во всех красочных подробностях о своих приключениях.

Рассказ был выслушан с большим вниманием и, к тому моменту как повествование завершилось, отец окончательно сменил гнев на милость и стал посматривать на Мырыдхая с гордостью и даже некоторой, не свойственной ему прежде, нежностью. Кульминацией отчёта о проделанной работе явилась демонстрация трофеев, захваченных Мырыдхаем во время похода.

Сам Мырыдхай до этого и не подозревал об их существовании. Он привёз с собой лишь несколько не особенно ценных сувениров. Поэтому наследник с трудом сдержал удивление, когда Тырпырхай вывалил на стол целую груду драгоценностей. Это была ровно треть того, что содержалось в том самом мешке, который пытался спасти барон Шприц вместе с компроматом на эльфов. Тырпырхай, как оказалось, разделил богатства покойного барона на три равные части. Одну взял себе, вторую отдал сразившему барона Нерыгаю, а третью оставил племяннику.

- Да, сынок, думаю, что в смысле трофеев ты даже меня переплюнул! - восхищённо проговорил отец, разглядывая превосходные ювелирные изделия, лежавшие грудой на его столе. - Теперь ты настоящий гоблин! Давай, скорее, вставляй новые зубы и определяйся, наконец, с невестой. Время твоё истекает. С учётом твоих подвигов, могу дать тебе небольшую отсрочку. Скажем, недели две - три, максимум месяц. Тырпырхай, готовься. Скоро будем у этого обормота на свадьбе гулять!

- Всегда готов повеселиться, - засмеялся Тырпырхай, подмигивая племяннику.

- Ну, а что с нашими делами? - уже серьёзным тоном спросил он брата. - Ты уже переговорил со своими таинственными заказчиками или ещё нет?

- Ах, да! - воскликнул господин Несогласенподыхай. - Всё улажено. Завтра вечером, в семь часов, к нам прибудут важные гости. Сказали, чтобы вы с Мырыдхаем присутствовали при разговоре. Так что, ради Древних Огров, будьте в это время дома!

Глава 3.

В то самое время, когда Мырыдхай направлялся в кабинет доктора Джинкса, глава Ордена магов, Старший камрад Левитациус готовился нанести заранее согласованный визит в императорский дворец.

Обычно подтянутый бодрый и решительный старик, в это утро был раздражителен и суетлив. Нерешительность отражалась в каждом его жесте. Прежде, чем покинуть кабинет, он долго тянул время, поправляя перед зеркалом свой магический наряд, несколько раз снимая и вновь надевая белую широкополую шляпу, украшенную тринадцатью вышитыми звёздами, и напрягал лицевые мышцы, пытаясь придать своей физиономии обычный решительный и надменный вид. Тщетно!

Ещё несколько дней назад, готовясь к этому визиту, долженствовавшему ознаменовать триумф Ордена, старший камрад Левитациус думал лишь о том, какое впечатление произведёт на собеседника доставленный им компромат на ненавистных эльфов, коренным образом меняющий расклад сил в закулисных внутриполитических баталиях. Ещё он с удовольствием предавался размышлениям о том, какие выгоды для Ордена и лично для себя сможет выжать на тайных переговорах со своим могущественным сообщником. Теперь же, глядя в зеркало на своё печальное растерянное отражение, он размышлял о подлости и коварстве Фортуны, способной вот так походя ударить острым локтём под дых уважаемого магистра, и подтереться тщательно разработанным изящным планом переустройства миропорядка.

Сладкие мечты о будущем рассыпались в один миг, как прогоревшие насквозь угли под сапогом варвара. И случилось это три дня назад, в тот самый миг, когда из кабинета отсутствовавшего долгое время камрада Прострациуса донёсся дикий нечеловеческий вопль - воль ужаса и невыносимой запредельной боли. Жуткий крик продолжался не одну минуту, меняя свои тональность и тембральную окраску, пока, наконец, не перешёл в страшный хрип и не затих. Лишь тогда, примчавшийся к месту происшествия начальник охраны Ордена и трое его подчинённых, рискнули заглянуть в кабинет главы школы чёрной магии и одного из тринадцати иерархов Ордена магов.

Зрелище, представшее взору охранников, немало пережившим на своем веку нестандартных ситуаций, было в высшей степени жутким и отвратительным. Они, по началу, решили, что в кабинет камрада непонятным образом, преодолев магическую защиту, проник один из демонов подземного мира. Проник и сдох в кресле хозяина кабинета.

Преодолев внутреннее содрогание, начальник охраны приблизился к креслу, в котором в нелепой позе скорчился кошмарный пришелец, и, внимательно присмотревшись, опознал в нём камрада Прострациуса. Сделать это было непросто. На измученном лице мага навсегда застыло выражение дикого ужаса. Глаза его вылезли из орбит, рот был широко открыт, язык вывалился. Волосы камрада стояли дыбом, причём вся растительность на его голове, включая бородку, оказались абсолютно седыми. Скрюченные члены мага, приняли в минуту смерти самые неожиданные положения. Так, например, левая нога оказалась закинутой за голову, левая рука с согнутыми пальцами была вытянута вперёд, ладонью вниз, а правая держала мага за горло, словно собираясь придушить его. Запах, исходивший от тела, недвусмысленно свидетельствовал о том, что отправляясь в долгое странствие по неведомым для живых мирам, камрад решил опорожнить организм от всех скопившихся в нем шлаков.

Заметив разбросанные перед креслом покойника листы бумаги, начальник охраны приказал подчинённым не приближаться и, превозмогая отвращение от распространяемого трупом зловония, быстро собрал их в лежавшую на столе канцелярскую папку. Узрев на одном из листов надпись "Старшему Камраду Левитациусу. Строго конфиденциально" - он приказал остальным охранникам выйти в коридор и сторожить кабинет, не впуская в него никого до особого распоряжения, а сам помчался на другой этаж, чтобы донести до главы Ордена печальную весть и передать ему найденные бумаги.

Следующие двое суток, перевернувшие все планы Старшего камрада, ушли на попытки разобраться в сложившейся ситуации. Из найденных в кабинете покойного мага бумаг, содержавших доклад о произошедших в замке барона Шприца событиях, ясно следовало, что великолепный план провален, а компрометирующие эльфов документы попали в чужие руки. Причины же, по которым это произошло, несмотря на чёткость изложения и научный стиль письма, казались настолько бредовыми, что высшие иерархи Ордена отказывались в них верить.

Согласно объяснительной записке, на замок барона Шприца напал обиженный им барон Шанс, возглавляющий несметную рать гоблинов и огров. Мало того, среди гоблинов находился страшный монстр - гоблин высоченного роста и исполинской силы, являвшийся к тому же сильнейшим из ныне живущих магов. Сила гоблина была настолько велика, что он не только запросто вынес ворота замка, но и легко нейтрализовал магию одного из руководителей магического Ордена.

Покойный камрад заявлял, что, будучи не в силах вырвать документы из лап этого монстра, а также перед ужасом быть заживо скормленным свиньям и в обмен на обещание снять через какое-то время чары и отпустить его в столицу, он был вынужден раскрыть своему мучителю тайный орденский план. Учитывая тот факт, что никакая магия в тот момент в замке не действовала, камрад Прострациус надеялся, что данная им клятва о неразглашении не сработает, и он сможет вернуться, дабы предстать перед судом Ордена и понести заслуженную кару, вплоть до отстранения от занимаемой должности и перевода на другую работу.

Таким образом, причина гибели чёрного мага выяснилась. Как только магия вновь заработала, он произнёс заклинание перемещения. Однако уже в процессе перемещения камрада Прострациуса из замка в его личный кабинет, сработало отложенное "заклятие молчания под страхом смерти вызванной жуткими мучениями от адской боли", и в кресло вернулось уже находящееся в агонии тело.

Итак, непосредственная причина гибели товарища стала ясна, но магов интересовал другой вопрос - что в объяснительной записке являлось правдой, а что выдумкой, попыткой оправдать свои некомпетентность, халатность и предательство. Поверить в россказни об орде гоблинов, разгуливающих по рыцарским землям и обретшим откуда-то магические способности, да ещё такой колоссальной силы? Нет уж, увольте!

Целый день утомительных совещаний и бессонная ночь, также не принесли результатов в раскрытии тайны пропажи документов. Тогда было решено провести спиритический сеанс, вызвать дух покойного камрада и выяснить, наконец, в чём же, собственно, дело.

Несколько часов, сменявшие друг друга руководители Ордена пытались связаться с духом покойника. Тот же, видимо, не успевший ещё обустроиться на новом месте, никак не хотел идти на контакт. Наконец, специально вызванному в орденскую башню, и, под нажимом Совета, также произнесшему "заклятие молчания под страхом смерти вызванной жуткими мучениями от адской боли" профессору, читающему лекции на высших курсах некромантов, удалось вызвать дух, увиливающего от прямого разговора, камрада.

Первое время, дух продолжал юлить, не желая возвращаться к событиям последних дней жизни камрада Прострациуса. Он упорно переводил разговор на детальное обсуждение прелестей некой Сельмы и повествовал о своих подвигах на ниве плотской любви. Лишь после того, как Старший камрад пригрозил превратить тело покойного в зомби, а несговорчивый дух вызывать по нескольку раз в день, любоваться на ужимки кошмарного урода, дух сдался и выложил историю последних дней бренного существования покойного господина Прострациуса.

Впрочем, и эта история не добавила ясности в общую картину. Дух бывшего иерарха Ордена упорно, раз за разом, повторял то же самое, что было написано в объяснительной записке. Единственное, что изменилось в его показаниях, так это численность гоблинской армии (гоблинов оказалось меньше, а огров и вовсе несколько штук), да дал описание гоблинов-магов. Тех оказалось, как минимум, трое: один был молодой и беззубый, а двое - постарше. Первый из них, тот, что главный, имел огромный рост и страшную дубину, второй - жуткого вида морду и розовые штаны. Во всём остальном дух стоял на своём, а так как врать под воздействием чар он не мог, то Старший камрад был вынужден прервать сеанс, ввиду бессмысленности дальнейших расспросов.

Взгляд главы Ордена непроизвольно упал на лежащую у зеркала тонкую папку с бумагами. Горестно вздохнув, он взял её в руки и, скорчив зеркалу на прощание кислую мину, отправился во дворец. Опаздывать на встречу с главой имперской службы безопасности, особенно в нынешнем своем положении, Старший камрад не имел права.

Глава 4.

Как и во время своего последнего визита к Спилилелю, состоявшегося накануне отъезда в Чащобный лес, Мырыдхай застал приятеля в саду, расположенном на верхнем этаже необъятной эльфийской квартиры. Только на этот раз Спилилель был занят вовсе не разглядыванием собственной коллекции, состоящей из произведений искусства, созданных чудаковатыми художниками и скульпторами. Эльф прогуливался с задумчивым и печальным видом в сопровождении пары карликовых тигрогуаров и какого-то странного лохматого неряшливо одетого субъекта, при ближайшем рассмотрении оказавшегося человеком, сильно смахивающим на северного варвара.

На тело варвара был накинут длинный халат, перепачканный красками различных цветов, ноги его были обуты в войлочные тапочки, а вокруг головы была повязана полоска грубой ткани. Повязка эта была сооружена с той, очевидно, целью, дабы не позволять спутанным, давно не мытым, космам налезать на глаза этой эксцентричной личности, и не мешать любоваться теми красотами, что открывались перед её, замутнённым внутренними видениями, взором.

- Привет, Мырыдхай! Где ты пропадал, дружище? - заметно оживился эльф, заприметив друга. - Ты как всегда вовремя. Скоро обед. Я, вот, как видишь, аппетит нагуливаю. Надеюсь, не откажешься составить компанию.

- Ны откашус, - ухмыльнулся Мырыдхай, - я спешыална нанос тепе фисит ф эта флемя, штопы напрасытса на апет.

- Древние эльфы! - вскричал Спилилель. - Что с тобой приключилось?! У тебя же половины зубов нет!

Варвар при этих словах встрепенулся и попытался сфокусировать на гоблине взгляд.

"Ещё один непризнанный гений - явный мухоморщик, - с неожиданным раздражением подумал гоблин, надеявшийся наедине с эльфом обсудить все насущные проблемы. - Сколько же он денег тратит на этих долбанных ...!"

- Не палафины, а толка тефяты, - обиделся Мырыдхай.

- Йа плошта... На меня напалы, кахта я естил нашу талкофуйу сет инспехтылофат, - объяснил он эльфу отсутствие части зубов, не желая раскрывать истинные причины своего нынешнего состояния.

- Благодарные клиенты постарались? - сострил эльф.

Пока насупившийся Мырыдхай гладил забравшихся к нему на руки тигрогуаров, варвар зашелся в противном блеющем хохоте.

- Кстати, старина, знакомься. Это Крэк, художник. Очень талантливый художник, смею тебя заверить. Наступит день, когда его полотна будут стоить очень больших денег. Впрочем, не это главное в искусстве. Крэк, знакомься, это мой близкий друг, Мырыдхай.

- Пачем нынча халшты и кисты? - вместо приветствия спросил гоблин. - На фтахнафение аштаетса?

- Все ништяк, чувак! Расслабься! Пока Ель башляет, не пропадём! - вновь захохотал варвар.

- Н-да... - протянул Спилилель, понимая, что нормального диалога у гоблина с варваром не получится.

- Ты, вот что, Крэк, пообедай сегодня один, в малой гостиной. Нам с Мырыдхаем нужно обсудить кое-какие проблемы наедине. Дорогу найдёшь?

- Не парься, Ель! Я пока ваще жрать не хочу, - захихикал варвар. - Лучше ещё по саду прошвырнусь... чувствую, зреет что-то внутри... внутри меня... Что-то зреет... никак не созреет...

Художник удалился, шаркая ногами и бормоча под нос непонятные рваные фразы, а друзья, переглянувшись, направились в сторону лифта.

- Между прочим, сегодня у меня необычный обед! - с некоторой гордостью заявил по дороге Спилилель.

- Пластник какой-та, што лы? - удивился гоблин.

- В каком-то смысле да... Мой повар, по его словам, раскрыл секрет грибного супа бедняги Гудвинплюха. Вот мы с тобой сейчас это и что проверим.

- Столофо! - обрадовался Мырыдхай. - А хте, кштати, тфая слушанка, эта... шай-кофа?

- Отпросилась на две недели, - горестно вздохнул эльф, - взяла внеочередной отпуск за свой счет, домой поехала. У её бабушки, видишь ли, день рождения - восемьдесят лет стукнуло. Вся родня, сказала, собирается...

Было заметно, что Мырыдхай наступил приятелю на больную мозоль. Спилилель даже покачал от возмущения и расстройства обеими ушами:

- Тоже мне, дата! Можно подумать, что не восемьдесят, а тысяча восемьсот! А мне из-за этой ерунды ещё восемь дней без кофе обходиться придётся!

- Схоты в "Феселую Фтофу", там тоше кофа нолмалный потают, - посоветовал другу Мырыдхай. - Мы там шасто с Охлохшпаныэлем и Фыпылэлем кофа пём. Флоте пы фсе в полятке, шифоты не полят.

- Да, что там могут подать, кроме кишечных инфекций? - презрительно скривился эльф. - Между прочим, Выпилэль приглашал всех на вечеринку. Через три недели в "Весёлом Драконе". Тебя он найти не смог, поэтому просил всех, кто тебя встретит, передать приглашение.

- А што са пофот? - уставился Мырыдхай на эльфа.

- Не знаю, - отвёл взгляд Спилилель, - он сам объявит. Ты придёшь?

- Канешна, лас плихласили. Хотя я мок пы и пес плыхласения схатит. Фсе-тахи я хоплын, - засмеялся Мырыдхай.

В это время они уже сидели за прекрасно сервированным столом и с зачарованным видом следили за поваром Спилилеля - подтянутым немолодым эльфом, с победоносным видом готовящимся открыть крышку с кастрюли с грибным супом.

Наконец, крышка с кастрюли была снята, и чуткий гоблинский нос немедленно уловил чарующий аромат волшебного блюда.

- Та! Эта он! Я уше шую! - воскликнул Мырыдхай. - Тах ф шем ше пыл сехлет шупа Кутфынплуха?!

- В чём был секрет его супа, так и останется тайной, - гордо и важно произнес повар. - Я, Нашёлтрюфель, не только разгадал его, основываясь исключительно на своей вкусовой памяти, но и добавил в рецепт один новый ингредиент. Так что теперь все будут разгадывать секрет моего супа.

- Надеюсь, господа, обед доставит вам удовольствие. Приятного аппетита! - с этими словами он покинул хозяина и его гостя, а друзья поспешили приступить к трапезе.

- Приятного аппетита, Мырыдхай, - сказал эльф, - давай насладимся обедом, а потом пойдем разбирать твою корреспонденцию.

- Плыятнаха аппетыта, Шпылилел. А што? Уше ешт отхлики на мое опъяфление?

- Отклики, - усмехнулся эльф. - Да у меня в кабинете столько писем тебя дожидается, что тебе следует основательно подкрепиться, чтобы осилить всю эту прорву.

И они приступили к дегустации знаменитого нынче в Империи супа Нашёлтрюфеля.

Ах, Вы тоже хотите его попробовать? Надеюсь, что когда-нибудь Вам удастся это сделать. Стоящая вещь!

Глава 5.

- Фот налот! - не уставал возмущаться Мырыдхай, разбирая с помощью Спилилеля груду писем, лежащих на столе эльфа.

- Йа ше напишал, штоп шай-кофа не плытлахали, што йа ны споншор кахой-та, што фсе сельёшна! А ани што пышут?

Просмотренные письма друзья складывали в две не пропорциональные по размеру стопки. Справа от себя гоблин клал те отклики, которые вызывали у него хоть какой-то интерес, собираясь внимательно изучить их ещё раз, после того как сортировка всей корреспонденции закончится. Слева от себя он небрежно кидал послания либо совершенно бестолковые, либо те, что никак не соответствовали условиям запроса (главным несоответствием, как правило, являлись или неуместные просьбы и предложения, или неподходящая внешность отправительниц).

К концу второго часа титанического труда, справа от Мырыдхая лежали четыре письма от претенденток на отважное гоблинское сердце, не лишённых последнего шанса, а слева высилась гора посланий отвергнутых неудачниц. Гора эта дважды уже подвергалась тектоническим сдвигам и столотрясениям, вызванным ударами лапы возмущённого гоблина по крышке стола. Случались подобные катаклизмы в те мгновения, когда, рассерженный и подуставший от непривычной канцелярской работы, Мырыдхай обнаруживал, что очередное послание не соответствует его ожиданиям.

- Нет, ты толка паслушай эта! - прорычал он, пробежав глазами очередной опус.

В письме было написано буквально следующее: "Привет, красавчег! Ни хочишь ли наслодится нашим искусствам дарить нослаждения? Две ачараватильныя феи - Матильда и Каркулья ждут тибя по адрису:..."

- Ыли плашитай эта! - взвыл гоблин, протягивая приятелю, надушенный приторно-сладкими духами, листок бумаги, вынутый из малинового, украшенного розочками и цветочками, конверта.

Давясь от смеха, Спилилель продекламировал с соответствующим выражением следующий текст:

"Вам скучно, нечем заняться? Никто не ценит Вашу добрую широкую натуру? Соскучились по женской ласке? Двери нашего заведения всегда широко распахнуты именно для Вас. Массаж и сауна круглосуточно, чай и кофе всех сортов. Приходите и Вы узнаете, как отдыхали Древние Эльфы!"

Закончив читать, эльф медленно сполз со стула, не в силах более сдерживать вырывавшиеся из груди рыдания.

- Тепе смешно, та?! - закричал на него гоблин. - А хто фсе эта плытумал?

- Латна, ис плиншыпа пласитаю фше! Мошыт, фше-такы пафесёт... - проворчал Мырыдхай, протягивая лапу за очередным конвертом.

- Эй! Чем это вы занимаетесь?! - удивлённо воскликнул незаметно появившийся в это время Оглохспаниэль. - Прямо, две канцелярские крысы в министерстве иностранных дел.... Читают министерскую переписку и дохнут от смеха. Что же вы друзей то не позвали, коль такая веселуха ожидалась?

- Плыфет, Шпаныэль. Эта не феселуха, а фашный фоплос! Эта тела лишная, - раздражённо откликнулся гоблин на приветствие.

- Ну, простите... я, видимо, не вовремя зашёл. Тогда, пожалуй, зайду в другой раз, - стараясь не выказать обиду и удивление, произнёс воспитанный эльф, удивлённый тем, что его друг Мырыдхай, впервые в жизни не захотел делиться с ним личными проблемами.

- Та, нет, што ты, астафайса. Пласты, плошта я устал уше.

- Ладно, останусь, - легко согласился эльф, подходя к столу и кивком головы приветствуя, выбирающегося из - под стола, Спилилеля. - А что вы тут делаете, и что с тобой приключилось. Подрался, что ли?

- Шпылылъел, опъясны ему, - попросил Мырыдхай, углубляясь в изучение очередного письма.

Пока эльфы обменивались информацией и комментариями по её поводу, гоблин успел просмотреть ещё несколько писем, провожая их перелёт на кучу забракованных посланий репликами, вроде "ну и лоша", "сафшем апалтела", "тупайа калофа". Гора бумаги, что высилась слева от него, в результате приобрела несколько новых разноцветных пластов, а справа от гоблина так и остались лежать всё те же четыре письма.

- Мне кажется, что тебе обязательно повезет, дружище. Вот увидишь, - с улыбкой произнес Оглохспаниэль, глядя на гоблина, чья морда выражала сплошное страдание, вызванное усталостью и разочарованием.

- Тумаеш? Што-та йа уше не фелю, - покачал головой Мырыдхай. - Фот сматлы што аны пышут.

Он передал другу очередное послание и тот, покосившись на Спилилеля, очевидно призывая того сохранять выдержку и не травмировать своим гоготом расстроенного приятеля, прочитал письмо вслух:

"Уважаемый господин Мырыдхай!

Взываю к Вашему милосердию и доброте. Я, по воле трагического случая, осталась в столице одна с тремя маленькими детьми, которых мне совершенно нечем кормить. У нас нет денег, чтобы купить билеты домой, где живут все наши родственники. Не мог ли бы Вы перевести три тысячи золотых на мой счёт? Заранее благодарна. Да хранят Вас Древние Огры!

P.S. При переводе денег обязательно проверьте, правильно ли Вы указали номер моего счёта и реквизиты Цвергюнайтедбэнк."

- Аха! Хах шы! Тенех нет у ныйо! А пумака толохая и шёт в плестышнам панке у ныйо ешт! - возмутился Мырыдхай.

- Да, ладно тебе, старина, не заводись. Я чувствую, что тебе сейчас повезёт, а интуиция меня никогда ещё не подводила, - улыбнулся Оглохспаниэль, возвращая письмо гоблину, который тут же швырнул его на вершину бумажной горы.

- Смотри, писем уже немного осталось, - бодрым тоном произнес эльф. - Вон, глянь, там внизу - толстый серый конверт. Обычно в таких конвертах живые письма отправляют. Давай в него заглянем. Может быть, там и прячется твоя судьба.

Мырыдхай нехотя достал, лежавший последним конверт и, вскрыв его, воскликнул:

- Тейстфительна шифоя писмо!

- Не бедная, видать, девчонка написала! - тут же отозвался Спилилель. - Маги за составление таких писем не меньшее пятидесяти золотых берут. Эта уж, точно, клянчить ничего не будет и дрянь всякую предлагать не станет. Как мы раньше его не заметили. Ну, Спаниэль, и острый же у тебя глаз! Мырыдхай, давай уже, не томи! Знаешь, как оно запускается?

- Снаю, што йа паштух што лы?! - обиделся гоблин, переворачивая письмо, по виду похожее на толстенный лист спрессованной бумаги, и нажимая на специальную нашлёпку.

Трое друзей, затаив дыхание уставились на письмо, которое ожив, явило их взорам лик молодой холёной гоблинши, просто, но элегантно одетой в полном соответствии с последним словом имперской моды. Её лицо отличалось редкими для гоблинши чертами - тонкими и такими приятными, что его не мог испортить даже несколько приплюснутый носик и слегка оттопыренные уши. Большие красивые глаза гоблинши, обрамленные длинными пушистыми ресницами, смотрели прямо перед ней, слегка иронично и, пожалуй, даже насмешливо.

Уставившись на гоблиншу, оба эльфа от неожиданности крякнули, а Мырыдхай и вовсе закашлялся. Впрочем, ему пришлось быстро подавить свой кашель, так как, помолчав несколько мгновений, видимо для того, чтобы дать адресату возможность пережить произведённый эффект, красотка слегка приподняла правую бровь, взмахнула ресницами и начала наговаривать текст живого письма:

- Привет, Мырыдхай! Надеюсь, что ты меня узнал. Всё-таки, мы с тобой росли по соседству. Да-да, я - Лилихана, дочь господина Громчетопая. Отец, как ты знаешь, сейчас заместитель главы нашей автономии и т.д. и т.п. Я, признаться, была крайне удивлена, прочитав твоё объявление в этой похабной газетёнке, пусть она и считается рупором... ну, да ладно.

Жаль, что ты редко навещаешь наши края. Конечно, слухи и сплетни до нас доходят, и мы в курсе всех основных событий, происходящих в столице. Однако про тебя я знаю лишь то, что ты все ещё порхаешь, не обременяя себя заботами, да, поговаривают, что водишь дружбу с эльфами. Ха-ха, наверное, такие же богатые бездельники, как и ты. Уверена, что время даром вы не теряете.

А что это ты вдруг жениться надумал? Папаня, небось, начал давить? И зачем было объявление давать? Неужели, тебе невесту подыскать не могут? Ты же у нас такой красавчик, да ещё и, как ты там написал... "молодой состоятельный и симпатичный гоблин без вредных привычек, из хорошей семьи..."? Ха-ха-ха... Между прочим, я тоже пока ещё не замужем, хотя претендентов тьма-тьмущая и отбиваться от них мне становится всё труднее. Мои предки тоже волнуются, давят на меня потихоньку... хотя, сам знаешь мой характер, а он остался таким же, каким был в детстве, ах-ха-ха-ха-ха... Помнишь, как я тебя чуть было не утопила в болоте, когда ты моей кукле "Лягушке - императрице" голову оторвал? Так что, приятель, лови свой шанс, может быть, я отдам предпочтение именно тебе, ха-ха...

Ну, ладно, не пропадай! Будешь в Дуркинхламе, не забудь заглянуть. Адрес, надеюсь, помнишь? Улица Цветочная, дом 1, если забыл. Буду ждать! Пока!

Она кокетливо подмигнула, послала воздушный поцелуй и, взмахнув на прощание своими пушистыми ресницами, исчезла.

- Хм, та фот... - крякнул Мырыдхая, ошарашено вертя в лапах погасшее письмо, - та фот...

- А что?! Классная девчонка, дружище! Прямо-таки, гоблинская красавица, - кашлянул Спилилель.

- Я же тебе говорил, что интуиция меня никогда не подводит, - откликнулся Оглохспаниэль. - Мне она тоже понравилась... Просто красотка... для гоблинши, по крайней мере. Ей бы носик подправить и...

- Та што фы панимаете в шенской класате! - рассердился Мырыдхай. - Фам пы фше пыть, шрать, да лшать нато мной!

- Да что с тобой сегодня?! - удивлённо воскликнул Оглохспаниэль. - Ты, как будто, сам не свой. Что с тобой произошло? Я ж говорю, отличная барышня, лучше кандидатуры нам не найти. Садись в свою колесницу и дуй в свой Дуркинхлам, пока её кто-нибудь не увёл.

- А-ха! Туй... пляма фот такой бесшупый и памшус, - расстроено ответил гоблин, находясь под впечатлением живого письма и чувствуя, что все мысли в голове его неожиданно смешались, а земля словно стала уходить из-под ног.

- Зубы? Зубы - это ерунда! - засмеялся Спилилель. - Я сейчас наберу своему дантисту. Он тебе зубы мигом ставит.

- Кому звонить собрался? - спросил друга Оглохспаниэль. - Кто твой стоматолог?

- Лихойкобель, кто ж ещё? - удивился эльф.

- Правильно, он - лучший! Отлично лечит и совсем не больно.

Эльф тут же связался с доктором и объяснил ему ситуацию. Однако, ссылаясь на то, что все дни на ближайшие три недели у него расписаны, Лихойкобель мог предложить Мырыдхаю посетить его кабинет лишь через двадцать четыре дня.

- Ладно, старина, не переживай, что-нибудь придумаем, - успокоил гоблина Оглохспаниэль. - Просто этот лучший из лучший, но есть ведь и другие отличные врачи. Главное, не суйся к этим выродкам некромантам, они тебе всю пасть испортят!

- Нет уш! Х этым не пайту, лутша путу пес шупов хатит, - согласился Мырыдхай.

Потом он случайно посмотрел на стоящие на столе Спилилеля часы и закричал:

- Ой, Тлефнийа Оклы! Я шут пыло не апостал! Мне ната слошна томой пешат! Спашипа, тлуся, са помош.

Он схватил живое письмо, собираясь дома пересмотреть его ещё раз, и бросился к выходу.

- Постой, а что с остальными письмами делать?! - бросил ему вдогонку Спилилель.

- Фыплос ых, мне аны полша не нушны, - махнув лапой на прощание, ответил гоблин и заскочил в кабину лифта.

- Отлично, старина! Похоже, что эта девица запала ему в душу, - облегчённо вздохнул Оглохспаниэль, обращаясь к Спилилелю.

- Да уж, дружище, надеюсь, что теперь он спокойно воспримет последние новости, - отозвался хозяин квартиры.

- Ты, кстати, не забыл позвать его на вечеринку Выпилэля?

- Нет, не забыл, - слегка обиженным тоном ответил Спилилель, - то, что я интересуюсь современным искусством, ещё не означает, что я лишился ума и памяти.

В этот момент в глубине сада замаячила фигура, гостившего у Спилилеля, художника. Подобно неприкаянному привидению, тот бесцельно блуждал среди диковинных растений, в ожидании того чудесного мгновения, когда отлучившееся куда-то вдохновение, вновь посетит его, наполнив душу свежими эмоциями, требующими немедленного излияния на многострадальный холст.

- Очередной гений, нуждающийся в признании и опеке? - кивнув в сторону Крэка, поинтересовался Оглохспаниэль, хотя ответ на этот вопрос был и так вполне очевиден. - Неужели, ты и впрямь веришь в то, что делаешь удачные вложения своего капитала?

- Я делаю это больше из любви к искусству, - отозвался Спилилель, - хотя думаю, что в недалеком будущем смогу неплохо заработать на своей коллекции, особенно на этих варварах. Я, знаешь ли, обнаружил интересную вещь... Как правило, по настоящему талантливые работы при жизни мастера никому и даром не нужны, а после его смерти стоят целое состояние. Конечно, на наших эльфийских мастерах заработать сложно - и ждать долго придётся, да и не известно ещё кто кого переживёт. А с людьми всё гораздо проще. Так что весьма скоро мое собрание будет стоить серьёзных денег.

- Да ты, старина, оказывается циник! - удивлённо воскликнул Оглохспаниэль. - Ждёшь, значит, пока твои протеже переберутся в лучший мир, чтобы стать ещё богаче?

- Вовсе нет, - с досадой задёргал левым ухом Спилилель. - Это не так! Я отношусь к ним с искренней симпатией и желаю этим талантливым существам только добра. Пусть живут до глубокой старости. Просто, что такое для нас каких-то тридцать или семьдесят лет? Для них это целая вечность, а для нас...

Он замолчал, наблюдая за тем, как неуверенно передвигающая членами фигура художника, обходит кругом куст "акации многоцветной".

- А для нас с тобой, - задумчиво продолжил фразу друга Оглохспаниэль, - это, словно, ещё один день, проведённый в поисках средства борьбы со скукой. Знаешь, а наш-то приятель, гоблин, в чём-то прав. Мы, действительно, только тем и занимаемся, что пьём, едим и развлекаемся.

- Ничего, успеем ещё поработать на благо нашего Древа. Что это тебя, дружище, на самоанализ вдруг потянуло?

- Действительно... Ладно, давай хвастайся последними приобретениями. Давно я у тебя не был, - Оглохспаниэль взял нахохлившегося приятеля под руку и тот, сначала нехотя, а потом всё больше загораясь, начал демонстрировать последние экспонаты, с тяжёлыми боями вырванные из-под носа пронырливых конкурентов.

Глава 6.

Преодолев многочисленные кордоны, делающие саму мысль о несанкционированном проникновении в сердце безопасности Империи совершенно невозможной и, пройдя, несмотря на своё высокое положение, несколько унизительных процедур личного досмотра, глава Ордена магов был, наконец, допущен в приёмную руководителя имперской службы безопасности.

Здесь, в просторном, строго, без какой бы то ни было роскоши обставленном помещении, ему пришлось ещё раз почувствовать себя униженным и оскорблённым. Немолодая, хотя и не потерявшая следы былой привлекательности, секретарша главы СБ попросила Старшего камрада полностью назвать свою должность и по буквам произнести своё полное имя. Лишь после этого, сверившись в журнале, она подтвердила, что да, действительно, ему назначено и его примут. Однако так как планы её начальника были несколько изменены, господину магу придется ещё полчаса обождать.

"Вот, грымза! - внутренне вознегодовал Старший камрад, кое-как устроившись на жестком, неудобном кресле и, положив папку с бумагами на колени. - Каждый раз одно и то же - делает вид, что впервые меня видит".

Ждать, пока его пригласят в кабинет, магу пришлось почти сорок минут. За это время он окончательно запутался в том, какую линию поведения выбрать при разговоре с могущественным чиновником. Все те фразы и объяснения, которые он заготовил по пути во дворец, казались теперь совершенно жалкими и неуместными.

Услышав, наконец, долгожданное "входите, Вас примут" и, протиснувшись мимо открывшей ему дверь в кабинет высокорослой дородной секретарши, глава Ордена оказался в самом начале длинной ковровой дорожки, что вела к столу, удостоившего его чести быть принятым, существа. Дорожка эта, в прежние посещения выглядевшая обычной ковровой дорожкой, в свете нынешних обстоятельств, представлялась магу сродни пути к эшафоту.

Впрочем, встретили его вполне доброжелательно.

Заметив направляющегося к его столу и, успевшего к тому времени преодолеть три четверти расстояния, мага, хозяин кабинета поднялся со своего кресла и, растянув в улыбке тонкие губы, произнес:

- Приветствую Вас, Старший камрад! Рад, что Вы смогли выкроить время и прийти. Простите за то, что пришлось заставить Вас ждать, но сами понимаете - дел невпроворот.

Как бы в подтверждение своих слов, он указал рукой на свой массивный огромный рабочий стол, на котором, однако, не было совершенно ничего, не считая многочисленных волшебных труб, располагавшихся на правом краю стола и устройства создания Портала, находившегося слева. Ещё на столе лежали небольшой открытый блокнот и перо - они всегда лежали перед хозяином кабинета - правда, камрад Левитациус ни разу не видел, чтобы во время беседы блокнот пополнился хотя бы одним графическим элементом.

- Присаживайтесь, не будем терять драгоценное время понапрасну, - произнёс начальник СБ, опускаясь в кресло.

Перед столом стояло единственное кресло для посетителя, больше напоминавшее резной стул с высокой неудобной спинкой. По степени удобства, это кресло, с его жёстким сидением и деревянными узкими подлокотниками, легко могло бы занять первое место на конкурсе самых изощрённых пыточных устройств. Вероятно, и кабинет и приёмная специально были оборудованы столь неудобной мебелью, чтобы стимулировать в посетителях желание как можно скорее изложить то, что от них требовалось, и удалиться, не занимая лишнего времени у отвечающего за безопасность Императора лица.

Внешне начальник СБ был вполне симпатичным человеком, не лишённым некоторого шарма. Его умное волевое лицо не только нагоняло на посетителей ужас, но и вызывало в них острую потребность оказать хозяину кабинета любую посильную помощь в важном деле обеспечения безопасности Императора. Многие гости испытывали в этом кабинете чувство глубокого раскаяния за ещё не совершённые преступления. Улыбка, иногда появлявшаяся на лице главы имперской СБ, была довольно приятной и казалась искренней, хотя его серые, оттенка грозовой тучи глаза всегда оставались холодными.

Обстановка кабинета носила тот же пуританский дух, что и обстановка приёмной. Голые бежевые стены, несколько простых шкафов со справочниками и со специальной литературой, относящейся к различным областям, два стола - один хозяйский, второй - значительно большего размера, предназначенный для проведения совещаний... Вот, пожалуй, и все детали интерьера.

Ах, да, прошу прощения! Совсем забыл упомянуть портрет Императора, висевший за спиной хозяина кабинета. Как можно было не заметить единственную деталь, выбивавшуюся из общей картины оформления данного помещения. Тем более, что большой портрет в обрамляющей его массивной золочёной раме первым бросался в глаза любому попадавшему сюда существу.

Тот портрет, что висел в кабинете начальника СБ, как, собственно, и другие изображения Императора, украшавшие стены кабинетов практически всех имперских чиновников, являлся копией знаменитого полотна выдающегося эльфийского живописца Аквареля. В тоже время, эта копия существенно отличалась от всех других своих сестёр, ибо в отличии он них, выполненных, как правило, не великими мастерами, практически полностью соответствовала оригиналу, так как была написана самим Акварелем. Как и все работы великого мастера, портрет был выполнен настолько искусно, что взирающий с него самодержец казался абсолютно живым существом.

Портрет этот был создан много лет назад, когда те вспышки безумия, которые в последующие годы посещали венценосную особу всё чаще и чаще, ещё не успели отразиться на его челе. Картина передавала облик слегка надменного молодого человека, облачённого в парадный гвардейский мундир, с вызовом смотрящего в лицо Судьбы.

Пожалуй, пора сделать небольшое отступление и рассказать о политическом устройстве Империи. Наверняка, многие читатели задаются вопросами: "С какой стати, государством, в котором проживают могущественные, обладающие передовыми технологиями и внушительной магической силой эльфы, да и не только они, управляет представитель людского племени, к тому же не вполне владеющий собственной головой?! Неужели такое положение устраивает и самих эльфов, и гоблинов, не лишённых, как всем хорошо известно, определённых амбиций, и пронырливых карликов, управляющих наравне с эльфами основной массой денежных потоков и держащих таким образом имперскую экономику за горло? Разве не могли эти народы, объединившись, установить свой диктат на просторах страны?"

Да, я вас понимаю. Имея некоторое представление о том, как устроена Ваша реальность, я нисколько не сомневаюсь в том, что вы бы давно уже попытались вытолкнуть возницу, управляющего несущейся по просторам Вечности колесницей и усесться на его место. Но в этом-то как раз и различие между расами людей и эльфов. На самом деле, на заре становления Империи подобные мысли наверняка мелькали в головах многих представителей нечеловеческих рас. Тем не менее, именно эльфы выдвинули предложение о подобном устройстве. Первоначальная модель государства, несомненно, переживала некоторые изменения в процессе многотысячелетнего существования, но, в конечном счете, нынешняя схема государственного механизма не сильно отличается от той, что была одобрена на легендарном объединительном совете представителей всех рас и народов, вошедших в состав Империи.

Учитывая тот факт, что около трёх четвертей населения создаваемого государства принадлежали к человеческой расе и что люди заселяли на тот момент более шестидесяти процентов территории, был предложен следующий вариант управления страной, который и был в итоге принят. Действует он и поныне. Вот как он выглядит.

Во главе государства стоит Император, имеющий значительную, хотя и ограниченную власть. Император назначает премьер-министра и утверждает состав правительства, а также единолично назначает начальника службы безопасности и главнокомандующего имперской армией, которые в состав правительства не входят и подчиняются ему лично. Он принимает окончательное решение по вопросам, связанным с изменением границ территорий, на которых проживают входящие в состав Империи народы, и по основным вопросам экономического развития страны.

Однако принимать подобные решения монарх может лишь после их утверждения на Императорском Совете. Таким образом, реальной силой, решающей все важнейшие государственные вопросы является именно Императорский Совет, именуемый также Парламентом, в который все проживающие в Империи народы и расы делегируют своих представителей.

Состав Императорского Совета формируется таким образом, чтобы все расы и народы имели в нём равное количество голосов. Эта задумка позволила эльфам, формально отдав власть в людские руки, на равных со всеми участвовать в управлении государством. А если учесть тот факт, что эльфийских народов было фактически два и, по всем основным проблемам они легко договаривались, как между собой, так и с представителями других народов нечеловеческой расы, (а за счет умело проводимых интриг и с частью человеческих народов), идущих, по сути, в кильватере их политики, то легко понять, кто в итоге выиграл от подобного государственного устройства.

Признав за людьми право избирать Императора из своего числа, эльфы в качестве компенсации и в целях гарантии собственной безопасности оставили за каждым эльфийским кланом право держать собственные вооружённые силы, называемые гвардиями. Такое же право было оставлено и за гоблинами, только их вооружённые силы назывались ополчением.

Правда, затем, как мы уже знаем, Имперский Совет лишил гоблинов этой привилегии ввиду их неадекватного поведения, выражавшегося в склонности вести боевые действия в мирное время против своих соседей, входящих к тому же в одно с ними государство. Возражение гоблинского руководства, заключавшее в том, что участие в боевом походе и добыча трофеев есть непременное условие взросления гоблина мужского пола, на окончательное решение членов Императорского Совета никакого влияния не оказало.

Что касается формирования регулярной армии и полиции, то было решено, что за нечеловеческими расами сохраняется квота пропорционально их доли в общей численности населения Империи, как в рядовом, так и в командном составе. Но и здесь для них были сделаны уступки. Так, если люди, за исключением рыцарей, отбывали воинскую повинность, то эльфы и представители других народов нечеловеческих рас, а также проживающие на баронских землях люди, служили по желанию. В случае же возникновения внешней угрозы и эльфы, и рыцари обязаны были предоставить свои вооружённые силы в распоряжение Главнокомандующего.

Может возникнуть ещё один вопрос: а для чего, собственно, эльфийским народам потребовалось входить в состав Империи? Здесь было три мотива. Первый мотив - экономический. Войдя в состав Империи, они получили огромный внутренний рынок для сбыта своей продукции, ибо в области технологий и качества товаров эльфы не имели конкурентов. Второй мотив - обеспечение собственной безопасности. Являясь частью Империи, эльфийские земли были защищены не только от нападений со стороны других народов её заселяющих, но и со стороны своих извечных противников гномов, так и не пожелавших создать вместе со всеми единое государство. Был ещё и третий, и по сути своей, основной мотив, но о нём мы сейчас говорить не будем.

Глава 7.

- Ну, давайте, камрад, давайте, что у Вас там... - не скрывая своего нетерпения, начальник СБ протянул руку за папкой лежавшей на коленях у главы Ордена магов.

- Давайте же бумаги, - удивлённо повторил он, видя, что маг не спешит расставаться с находящимися у него документами. - Да не переживайте Вы, все наши договоренности будут соблюдены...

"Кха-кха"... "гм"... - такие звуки издал в ответ пожилой маг, уставившись взглядом в стол и не решаясь поднять глаза. Фигура хозяина кабинета вдруг стала внушать ему панический ужас, что было, конечно, странно, учитывая магическую силу и занимаемое магом в обществе положение. Старший камрад ощутил поднимающуюся в душе волну стыда и презрения по отношению к самому себе. Могущественный глава Ордена магов не мог совладать с собой и посмотреть в глаза этому опасному человеку, которого по имени мало кто осмеливался называть. Обычно к хозяину неуютного кабинета обращались так: "господин Начальник".

- Что с Вами, камрад Левитациус? Вам плохо? - в третий раз, но уже недовольным тоном, обратился к магу его визави.

- Да... нет... в общем... Так вышло, понимаете, в общем, короче говоря, это не то, что должно было быть, - промямлил маг, рискнув, наконец, поднять глаза.

- Что значит, не то? - опешил начальник СБ.

- Тех бумаг у меня нет...

- Как это нет?! Вы что, с ума сошли? Всё уже почти готово, осталось лишь пустить эти документы в оборот! Где же они? Вы их забыли взять, или что?

- Или что... Или что, черт меня побери! - старший камрад почувствовал, что наваждение прошло и отчаяние сменилось бесшабашностью. К нему вновь стала возвращаться былая уверенность. - Профукали мы их... вот так вот!

- Что значит "профукали"? Ничего не понимаю... - неожиданно растерялся хозяин кабинета. - Мы же обо всём договорились... Я так рисковал, а Вы...

- Форс-мажор, господин Начальник. Извольте взглянуть, - комично пожав плечами, камрад протянул собеседнику папку, в которой вместо компромата на эльфов лежала объяснительная записка мага Прострациуса и стенограмма допроса его духа.

Хозяин кабинета раскрыл папку и, быстро пробежав глазами несколько листов, воскликнул:

- Что за, прошу прощения, херня?! Какие гоблины? Какой штурм?

Он потряс головой, просматривая листы еще раз:

- "гоблин-маг"... "магия отказала"... "признался, дабы не быть скормленным свиньям заживо"..."готов понести..." так... так... А это что ещё за хрень?! При чём здесь какая-то Сельма? Какое нам дело до всех этих поз?!! Хотя... вот это любопытно... Тьфу! Вы что это принесли, камрад? Верно, решили посмеяться надо мной?!

- Бог с Вами, господин Начальник! Как можно! - почувствовав, что его вот-вот накроет новая волна ужаса, быстро проговорил маг. - Сейчас я Вам всё объясню.

И он вкратце, путаясь от волнения в деталях, рассказал всю историю данной интриги.

- Та-а-ак... - откинувшись в кресле и скрестив руки на груди, протянуло ответственное за безопасность Императора лицо. - Та-а-ак... Ну, да ладно. Это, конечно, сильный удар, но это ещё не конец. Придётся задействовать резервный вариант.

Произнося эти слова, он оторвал руки от груди и направил указательный палец правой руки в сторону пола.

- О, нет! Только не это! - испуганно воскликнул Старший камрад. - С этими лучше не связываться, потом не отделаемся от них! Может быть, лучше с... - он оглянулся, проверяя закрыта ли дверь в кабинет и шёпотом продолжил, - может, лучше с бородатыми договориться?

- Вы думаете, я - дурак?! - скривился всесильный вельможа. - Пытался уже к ним клинья подбить... аккуратно, конечно. Бесполезно! Только пытаются информацию вытянуть, а так совершенно ясно, что на сделку они не пойдут. Я, откровенно говоря, так и не понял почему. Условия им были предложены исключительно выгодные. Но они, несмотря на это, отказались. Так что придётся с этими.

- Я пас, - закачал головой Старший камрад, раздумывая, не применить ли свою магическую силу и развеять этого выскочку, а потом преподнести это таким образом, словно он сам раскрыл заговор в высших кругах императорской власти.

- Куда ж Вы теперь денетесь, уважаемый? Вы у меня теперь вот где сидите! - начальник СБ нехорошо улыбнулся и показал магу сжатый кулак. - Я слишком долго к этому шёл, чтобы останавливаться теперь на полпути. Будем действовать сообща, и оба будем на коне... или на эшафоте. Понятно? Только условия нашего контракта придётся пересмотреть. Вы теперь мой подчинённый в этом деле, так что место под солнцем, конечно, займёте, но то, которое Вам укажу я. Понятно? Потому что Солнцем буду я.

Маг затравленно молчал, лихорадочно обдумывая изменившуюся ситуацию.

- Да, кстати, Вы со своим Прострациусом покололись, допустили небольшую ошибку, - насмешливо произнёс вдруг хозяин кабинета.

- Что? - не понял маг.

- Когда Вы заставили своих умников произносить "заклятие молчания...", нужно было наложить сверху "заклинание отключения сознания" на случай попадания принявшего "заклятие" в магоаномальную зону. Что же Вы, не догадались-то? Теперь у них компромат на Вас, хотя после смерти этого идиота большого значения это и не имеет.

- Откуда Вы знаете про это заклинание? - поразился маг. - Это же спецкурс для наиболее одарённых выпускников Академии Магии, успешно прошедших пятилетнюю практику!

- Ох-хо-хо... - рассмеялся высокопоставленный заговорщик, - вот я и проболтался, ха-ха-ха... Только, я это для того проболтался, уважаемый камрад, чтобы Вы голову себе всякими глупостями не забивали. Как маг, я не намного слабее Вас. К тому же, Вы должно быть этого не знаете, на работу в нашу службу берут лишь тех, кто обладает врождённым иммунитетом к магическим заклинаниям направленного действия. Ясно? И прекратите дёргаться, здесь нас никто не услышит. Можете говорить обо всём в полный голос. Защиту я ставил сам, да и магов во дворце нет... не считая этих ваших клоунов, что по воле нашего Дурака призывают молнии или, наоборот, тучи разгоняют.

- Значит Вы - маг?! А я полагал, что Вы из армии пришли, - подавленно выдавил камрад Левитациус.

- И из армии тоже, до полковника дослужился в своё время. Я много откуда пришёл, не в этом дело. Я всю жизнь шёл вверх по лестнице судьбы. Осталась одна ступенька, понятно?

- Хорошо... Но, ведь, у его Императорского Величества, насколько я знаю, был сын, который куда-то исчез... Или это не так?

- Исчез, это правда. Похитили его ребёнком... Тогда не я в этом кресле сидел, а тот, кто сидел... Но, не будем о страшном... Это может стать проблемой в будущем - наследники просто так не исчезают... Но давайте решать проблемы по мере их возникновения. Сначала длинноухих и всю эту нечисть изведём, потом возьмём власть и будем создавать нормальный человеческий мир.

- Ладно, согласен... Только, вот, с этими связываться - это ещё хуже, чем сейчас, - покачал головой маг.

- Выбора нет, камрад! Кого мы сейчас сможем поднять? Армия и та может расколоться. Рыцари? Могли, да, но теперь у них, по последним данным, междоусобица назревает, и не факт, что герцог выйдет из этой свары победителем. Варваров? Кого-то из них да, но далеко не всех. Да, и потом, в военном смысле толку от варваров немного. Да, наскребём по сусекам, народ против нелюдей поднимем, работа в этом направлении уже идёт, хотя особого эффекта пока и нет... Так что против эльфов, с их технологиями противопоставить нам особо-то и нечего.

- А эти чем нам помогут? И как с ними связь держать?

- Вот тут-то тролль и похоронен! У этих есть свои технологии, может быть не такие продвинутые, как у длинноухих, но всё же. Они уже не те, что несколько веков назад. Это только мы почему-то на месте топчемся, - господин Начальник поморщился. - Потом, наши земли им не нужны, они здесь жить не могут, сами знаете. Им нужно сырьё - мы станем их им обеспечивать в обмен на продукцию и, если получится, технологии. Кроме того, мы вполне можем обойтись без территорий, занимаемых тёмными эльфами и гномьих нор. Вот за них, да за сырьё они и будут драться. А потом уже решим, как дальше быть.

- Да-а... - протянул маг, - так Вы всё уже продумали!

- Я же говорил, что есть резервный вариант.

- А как же...

- А по поводу связи с ними, вообще, всё сложилось само собой, - хохотнул хозяин кабинета. - Дурак наш, в порыве очередного припадка, захотел с ними установить дипломатические отношения. А мы взяли, да и поддержали его. Идея, мол, отличная, Ваше Императорское Величество! Да здравствуют новые рынки сбыта, новые технологии, дешёвая рабочая сила или, наоборот, новые рабочие места. В общем, оппоненты не нашли, что возразить кроме "ой!" и "ай!". Так что, послали туда гонцов - это мы можем без Императорского Совета решить. Скоро, надеюсь, пожалует их делегация. Вот так вот, камрад! Пока Вы с одним тупым бароном переговоры вели, я такое дело провернул. И, как оказалось, не зря!

Глава 8.

Стремительно взбежав по лестнице, Мырыдхай очутился в вестибюле особняка, где, чуть было, не столкнулся с уже одетым и готовящимся выйти на улицу братом.

- Здорово, Мырыдхай! Куда ты так спешишь? До ужина ещё далеко, - поприветствовал его тот.

- Плыфет, Пелепухай! Мыня отес штёт. Нафелное, уше фыпилает полофник потяшелее иш сфоей холлехцыи - ответил, слегка запыхавшийся Мырыдхай, бросая взгляд на висевшие в вестибюле часы.

Часы показывали без четверти семь.

- А что это у тебя? Ух, ты, живое письмо! Дай глянуть, интересно же, что там такое!

Мырыдхай отвесил брату легкий дружеский подзатыльник:

- Мал ты ышо, плат, тахыя писма шитат. Ты, непось, к сфоей плышафай потлушке намылилса? Сматли, шенят тепя, тулака, ани так и смотлят, штопы в нашу семью флест. А ты ышо малатой, мошеш похулят ышо.

- Сам как-нибудь разберусь, - обиженно ответил Перебухай и выскочил из дома, в сердцах хлопнув дверью.

- Ну-ну, ласпелайса, - покачал головой Мырыдхай и помчался в свою спальню, чтобы переодеться и спрятать живое письмо.

Очутившись в комнате, гоблин быстро умылся и сменил рубашку, выбрав шёлковый экземпляр светло-салатового цвета. Затем, подумав, надел кремовый пиджак. Пригладив перед зеркалом непышную шевелюру и, окинув себя скептическим взглядом, наш герой решил, что выглядит вполне презентабельно и достойно, чтобы не ударить мордой в грязь перед важными гостями. Затем он подскочил к секретеру и выдвинул нижний ящик, где хранил самые ценные вещи, намереваясь спрятать говорящее письмо. Приподняв находившиеся в ящике бумаги, поверх которых лежали различные памятные безделушки, он вдруг заметил ту странную, загадочную картинку, которую каким-то необъяснимым образом умудрился принести из приснившегося ему около месяца назад сна.

Он стоял, зачарованно глядя на неё, когда дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге показался рассвирепевший господин Несогласенподыхай.

- Мырыдхай, скотина, мать твою так и раз эдак! - взревел папаня, приветствуя своё любимоё чадо. - Ты что же это делаешь, а?! Погибели моей захотел, что ли? Бегом в мой кабинет! Сейчас гости важные пожалуют, а мы не готовы.

- Та йа уше пеку, папан! - пискнул Мырыдхай, резко задвигая ящик секретера и машинально засовывая свой таинственный трофей в карман пиджака. - Йа плоста пелеатефалса...

Впрочем, отец, не дожидаясь ответа, уже грохотал по коридору, и Мырыдхай, вылетев из комнаты, понёсся вслед за ним.

Когда наш герой забежал в кабинет и, плотно закрыв за собой дверь, неподвижно застыл на пороге, отец доставал из бара бокалы и бутылку лучшего в своей коллекции бренди.

В кабинете, кроме них двоих, находился только Тырпырхай. Последний, одетый в элегантный костюм свободного покроя, безмятежно развалился в кресле, наблюдая за действиями старшего брата. На его губах блуждала лёгкая улыбка, а пальцы правой руки выбивали дробь на подлокотнике кресла.

- Тырпырхай, прекрати, пожалуйста, стучать. Меня это раздражает! - попросил брата господин Несогласенподыхай, расставляя на столе бокалы и бутылку с бренди, стоящую, как было известно Мырыдхаю, баснословных денег.

Потом пожилой гоблин и сам занял место за столом.

- Осталась одна минута. Сейчас доложат об их прибытии. Такие существа никогда не опаздывают, - с важным видом сказал он.

И точно, как только были произнесены последние слова, раздался настойчивый стук в дверь. Эта настойчивость слегка удивила наследника, так как обычно слуги стучали в дверь очень робко, опасаясь вызвать со стороны сурового хозяина внеочередной всплеск раздражения.

Молодой гоблин, повинуясь жесту отца, собрался было открыть дверь, как вдруг под потолком кабинета раздался резкий хлопок и прямо перед столом, за которым сидели господин Несогласенподыхай и его брат, неожиданно появился серебристый, словно прошитый вспышками разноцветных молний Портал. Когда цилиндр Портала сложился, перед находящимися в кабинете гоблинами предстали двое эльфов. Оба они уже хорошо известны почтенным читателям. Одним из них был Его Проницательность господин Гдечертпоберимойгель, а вторым - господин Сожритебямоль.

Потерявший было дар речи от столь неожиданного проникновение в святилище его личной Империи, господин Несогласенподыхай быстро пришёл в себя и, поднявшись с кресла, поздоровался с гостями, после чего пригласил их занять свои места за столом.

Тырпырхай, который никогда не видел Портал в действии, в чём Мырыдхай был абсолютно уверен, напротив, никак не проявил своего удивления. Он просто привстал со своего места и вежливо кивнул обоим гостям поочерёдно. При этом, первый кивок почему- то пришёлся на долю тёмного эльфа.

Мырыдхай же, так и остался стоять на пороге кабинета, широко открыв рот и ожидая дальнейших распоряжений отца.

- Очень рад вас видеть, господа! - повторил старший гоблин, дождавшись, когда гости займут места за столом. - Признаться, не ожидал, что вы появитесь через Портал.

- Дело слишком серьёзное, чтобы экономить на безопасности. Мы решили, что так будет надёжнее, - улыбнулся господин Сожритебямоль.

- Надеюсь, что вы не откажитесь от бокала бренди? - спросил хозяин, обращаясь к гостям.

- От такого бренди не отказываются, старина, - хохотнул Его Проницательность.

- С удовольствием, - кивнул головой тёмный эльф, - разговор предстоит долгий и серьёзный, так что одним бокалом этого чудесного напитка Вам не отделаться.

- Буду счастлив, если этот напиток доставит вам удовольствие, господа, - произнёс хозяин.

В этот момент в дверь кабинета вновь настойчиво забарабанили, и все присутствующие заметно напряглись, не исключая и эльфов.

- Вы ещё кого-то ждёте? - удивлённо обратился к хозяину тёмный эльф.

- Да, нет... - растерянно произнес тот, - может быть, что-то случилось...

- Да, что там думать! Время - деньги. Мырыдхай, глянь, кто там, - неожиданно приказал племяннику Тырпырхай и тот, привыкший за время похода подчиняться его приказам и, видя, что немедленных возражений со стороны отца не последовало, осторожно открыл дверь.

В кабинете раздался хохот всех присутствовавших, когда в него, привычно заложив крылья за спину, важно прошествовал миниптеродактиль Проглот.

Обойдя стол вокруг, он остановился напротив Сожритебямоля и, наклонив голову набок, что-то ему прокашлял.

- Привет-привет, - засмеялся тёмный маг и, наклонившись, почесал пальцем голову Проглотика. - Вспомнил меня, да? Ха-ха... Ну, а теперь, ложись и спи, нам нужно обсудить тут кое-какие вопросики.

Он провёл над головой миниптеродактиля рукой и тот, сделав несколько неуверенных шагов в сторону, опустился на ковер и, прикрыв голову крылом, моментально заснул.

- А что это Мырыдхай к нам не присоединяется? - удивился Его Проницательность. - Привет, приятель, я смотрю, ты сегодня без сифона. Надеюсь, это хороший знак - никого в чувство приводить не придётся.

Он весело засмеялся, припоминая свою первую встречу с Мырыдхаем, незадолго до праздника своего Древа, а смущённый гоблин тем временем занял своё место за столом.

- А мне мошна этат пренти паплопофат? - неожиданно спросил он отца.

- Конечно, сынок, - после небольшой паузы отозвался отец, - ты же полноправный участник переговоров, лично приглашённый господами эльфами. К тому же ты непосредственный участник нашей операции. Угощайся!

- Спашипа, - обрадовался молодой гоблин, протягивая лапу за бутылкой.

- А что это с нашим молодым другом? - удивлённо поинтересовался Сожритебямоль.

- Та... эта... - начал было говорить Мырыдхай, но был прерван своим дядей.

- Он, Ваша Проницательность, пострадал во время штурма рыцарского замка. И, вообще, во время нашей экспедиции Мырыдхай вёл себя, как настоящий герой. Спас, между прочим, жизнь барона Шанса, да и мою тоже. Хотя, это, наверное, не имеет для Вас большого значения. Главное, что дело сделано.

- Напротив, это имеет очень большое значение! Очень большое, так мы хотим сделать Вам одно предложение. Впрочем, всё по порядку. Сначала, мы хотели бы услышать отчёт о Вашем подвиге, и рассказать о выполнении своих обещаний, а потом уже поговорим о будущем.

- Правильно, Моль! - сказал вдруг спутник господин Гдечертпоберимойгель, - Только позволь мне сперва поинтересоваться, отчего наш юный герой не вставил себе до сих пор новые зубы. Может быть ему помощь нужна? Дело, судя по всему, серьёзное.

- Та йа... эта... - начал говорить Мырыдхай, окончательно смущённый проявленной эльфом заботой, и оттого путаясь в словах. - Мне Шпылилъел шо Шпаныэлем хатели памош, толка токтол не смок мына плынят... ошен санят...

- А к кому они хотели тебя направить? Как его имя?

- Этат... как ехо... Копель, што лы...

- Лихойкобель?

- Аха... он скашал, што толка шерес мешас патшты смошет...

- Сейчас мы этот вопрос решим, - произнёс эльф, доставая из кармана волшебную трубу.

- Доктор? Приветствую. Узнали? Да, это я. Доктор, у меня к Вам просьба. Нужно помочь одному нашему близкому другу. Да, срочно. У него выбито несколько зубов. Нет, это не годится... надо завтра утром. Никак не сможете? А что такое? Понятно, тогда пойдём на компромисс - завтра вечером. Да? Спасибо, док, я - Ваш должник. Сделайте всё по высшему разряду, а счёт пришлите мне, ок? Да, и не удивляйтесь, когда он к Вам нагрянет. Он - гоблин. Да-да, гоблин. Зовут его Мырыдхай, он сошлётся на меня. Да. Впрочем, я думаю, гоблины не часто посещают Ваш кабинет. Ха-ха-ха... Значит, завтра в пять? Отлично! Ещё раз спасибо. Да... До свидания, доктор.

- Ну, что, всё слышал? - обратился эльф к обалдевшему гоблину. - Мы своих друзей в беде не бросаем. Вот тебе адрес.

Он быстро черканул в своей записной книжке адрес доктора и, вырвав его из книжки, протянул Мырыдхаю.

- Держи, герой. Ну, а теперь давайте послушаем ваш рассказ.

Все присутствовавшие, словно по команде, повернули головы в сторону Тырпырхая. Тырпырхай усмехнулся про себя, ибо никогда раньше не мог себе и представить, что будет когда-нибудь сидеть за одним столом с двумя могущественными эльфами, пить с ними бренди и, развалившись в кресле, рассказывать о своих подвигах. Гоблин понимал, что наступил его звёздный час и собирался выжать из этой ситуации максимум возможного.

Глава 9.

Тырпырхай чётко, опуская некоторые незначительные детали, но при этом достаточно живописно, описал всю историю захвата рыцарского замка, а также те события, что произошли после этого с нашими героями, вплоть до их возвращения домой.

В своё повествование он ненавязчиво вплёл и, надо сказать, показал в самом выгодном свете, как собственное участие в планировании и проведении операции, так и героические действия Мырыдхая с Нерыгаем.

Рассказ его был построен и изложен настолько грамотно и ясно, что ни у кого из присутствовавших за столом не возникло никаких вопросов. Заметное оживление вызвали такие моменты повествования, как форсирование болота под прикрытием магического артефакта, штурм замка, героические действия Мырыдхая и получение от пленённого мага письменного признания в причастности магического Ордена к данной истории.

Мырыдхай слушал историю своего первого похода в дядином изложении, широко открыв рот, не забывая, впрочем, освежать пересохшее горло добрым глотком драгоценного бренди. Особенно его поразил тот момент, когда он лихо выхватив меч, сразил им коварно подкравшегося к барону Шансу и самому Тырпырхаю рыцаря, а потом бросился в кабинет барона Шприца, дабы не дать тому возможности скрыться с важными документами.

Как и предсказывал господин Сожритебямоль, одной бутылкой великолепного напитка дело не обошлось и к концу повествования хозяину пришлось поставить на стол вторую.

- Н-да, интересная история, - проговорил тёмный эльф, глядя в глаза Тырпырхаю, после того, как тот, закончив свой рассказ, похлопал лапой по лежащим перед ним папкам с документами. - Вы, часом, в армии не служили?

- Я? В армии? Да, упаси меня Древние Огры! - засмеялся Тырпырхай, - Я, Ваша Проницательность, с юности служил только одному существу - Золотому Единорогу. И, надо признать, что он исправно отсыпал мне золотые, хотя, бывало, и, что и копытом в лоб попадал.

- Позвольте же, наконец, взглянуть на бумаги, - обратился к гоблину господин Гдечертпоберимойгель.

- Пожалуйста, они Ваши, - передал ему верхнюю папку с бумагами Тырпырхай, - владейте. Надеюсь, что ...

- Да-да, конечно! - сразу сказал тёмный эльф, сообразив, о чём хочет спросить гоблин. - Вы составили списки тех, кого необходимо наградить?

- Да, вот они, - ответил Тырпырхай, передавая ему вторую папку. - Здесь все, начиная с командиров.

- Ага, - пробежав глазами первый лист, улыбнулся эльф, - и Мырыдхай здесь, на четвёртой строчке.

- Без него мы бы...

Эльф рассмеялся:

- Я Вас понял. Конечно, он получит свою награду наравне со всеми.

- Ну, как ты, приятель? - обратился к нашему герою господин Гдечертпоберимойгель, довольный тем, что злополучная переписка, наконец-то, попала ему в руки и опасность шантажа окончательно миновала. - Что собираешься делать дальше? Опять думаешь развлекаться вместе с моим балбесом?

- Йа? - Мырыдхай смутился от того, что всеобщее внимание оказалось приковано к его персоне и задумался.

- Не-е, не расфлехатша, - ответил он, подумав, - на йэта флемени шас нет... я школо шенюс, а патом...

Господин Несогласенподыхай, услышав эти слова, резко дернул лапой так, что пролил на стол целый глоток волшебного напитка:

- Что ты сказал, сынок? Женишься?? Уже решил на ком???

-А-ха, толка...

- Когда же ты успел невесту найти??! Ну, ты молодец! И кто же она?

- Лылыхана, тош хаспатина Хломшетопая, ты их снаеш, толка...

- Вот, умница! Отличная семья, не голодранцы какие-то... Громчетопай - видный политик, это мне может в дальнейшем пригодиться.

- Толка ана ышо не снает ап этам, мошет ны сахошет ышо, - грустно закончил свою мысль Мырыдхай.

- Захочет, куда она денется! Вы с детства дружили. Где она ещё такого парня найдет?! Я завтра же наберу её отцу...

- Не ната, я шам! - сказал Мырыдхай с таким упрямым видом, что отец, нехотя, но согласился не предпринимать никаких действий без ведома отпрыска.

- Нас на свадьбу пригласишь? - улыбаясь, спросил молодого гоблина Его Проницательность.

- А-ха, канешна, - важно ответил Мырыдхай. - Фсех прихлашу.

- Молодец! Ну, а потом, что делать собираешься? - продолжил расспрашивать гоблина о его планах на будущее тёмный маг. - После женитьбы?

- Патом, лапотат путу, отшу пола помахат, тлутно ему отнаму уше, - пожал плечами Мырыдхай.

Услышав это, господин Несогласенподыхай поперхнулся бренди, и Тырпырхаю пришлось, перегнувшись через стол, крепко хлопнуть его по спине, благо, что огромный рост и длинные лапы позволяли ему это сделать.

- Спа-асиб-бо, сыно-нок-к! - прокашлял старший гоблин.

- Несашта, толка снашала йа хошу пайти ушитса, - глядя на отца, произнёс Мырыдхай.

Бокал с бренди вылетел из лапы отца и полетел на пол.

- Учиться?! Ты что? Зачем тебе учиться? Да я тебе любой диплом куплю, какой захочешь! Зачем тратить время на эту ерунду?

Мырыдхай в ответ только вздохнул, покачав головой.

Оба эльфа, с интересом наблюдавшие за молодым гоблином, удивлённо переглянулись, а Тырпырхай, хорошо изучивший и полюбивший племянника за время совместного похода, лишь ухмыльнулся.

- Да, ладно тебе, братишка, - обратился он к старшему брату, пусть учится. Он - вообще необычный гоблин. Может быть, станет первым в истории гоблином-учёным.

Господин Несогласенподыхай ничего на это не ответил, а потрясся головой, встал, чтобы достать из шкафа новый бокал и ещё одну бутылку. Вернувшись к столу, он налил себе большую порцию бренди и залпом опрокинул её в рот.

- А на кого ты хотел бы выучиться? - поинтересовался господин Сожритебямоль, встретившись своими умными глазами с глазами Мырыдхая. - Что ты хочешь изучать: военное дело, медицину, бизнес...

- Не-а... Толка не фоенная тела... Писнес? Мошна, но патом. Снашала истолиу... или, там, махиу... Хашу панят, как этат мир устлоен, - задумчиво ответил Мырыдхай, чем вызвал лёгкий стон со стороны отца.

- Интересно... - протянули в унисон эльфы. Было видно, что они потрясены до глубины души.

- Молодец, Лягушонок! - рассмеялся Тырпырхай. - Когда узнаешь, как он устроен, не забудь поделиться информацией.

- Миром, Мырыдхай, управляет случай, вероятность, - сказал молодому гоблину тёмный эльф. - Вопрос в том, как научиться этой вероятностью управлять. Хотите фокус? Я могу дюжину раз подряд угадать, что выпадет - орёл или решка. Мырыдхай, не найдётся ли у тебя монетки?

- Ест, - Мырыдхай поднялся и запустил лапу в карман пиджака, чтобы достать золотой.

Когда он вынимал монету, из кармана на стол упала та самая таинственная картинка, которую он, спеша на эту встречу, не успел положить обратно в секретер. Гоблины не обратили на листок никакого внимания, зато зоркие глаза эльфов так и впились в него. При этом лица их неожиданно исказились, как от страшного потрясения.

- Да, это же... - заговорил было Его Проницательность, но тут же осёкся, встретившись взглядом с глазами своего тёмного собрата.

- Мырыдхай, дружище, откуда у тебя это? - глухим голосом спросил у гоблина господин Сожритебямоль.

- Та Фы фшё лафно ны пафелите, - удивлённо ответил Мырыдхай, поражённый подобной реакцией эльфов на появление такого, в сущности, простого предмета, как листок бумаги.

- Не мог бы ты отдать это мне? А потом, когда наша встреча закончится, я ещё хотел бы с тобой побеседовать наедине, - попросил эльф, пристально глядя на нашего героя, словно желая проникнуть вглубь его сознания.

- Та, пошалуста, - гоблин протянул бумажку эльфу, - а фот и монета для фокуша.

- Господа! Это - важный документ, пропавший из моей канцелярии, и я хотел бы побеседовать с Мырыдхаем наедине после окончания нашей встречи, - убедительным тоном соврал тёмный эльф. - Очень Вас прошу, не расспрашивайте его о нашей беседе, так будет лучше для всех.

- Конечно, - равнодушно ответил старший гоблин, которого совершенно не интересовала какая-то бумажка, и чьи мысли были заняты неожиданными изменениями, произошедшими с его сыном. Он никак не мог решить радоваться ему или огорчаться подобной метаморфозе.

Тырпырхай лишь пожал плечами, давая понять, что не собирается совать нос не в своё дело.

Спрятав картинку во внутренний карман пиджака и, сосредоточившись, тёмный маг продемонстрировал своё искусство, дюжину раз кряду угадав, какая сторона монеты окажется наверху. Затем он повторил по просьбе оживших гоблинов свой фокус ещё несколько раз.

- Ну, а теперь, господа, после этого небольшого представления, позвольте перейти к главному, - мгновенно приняв серьёзный вид, обратился к присутствующим Сожритебямоль.

- Как, разве мы ещё не всё обсудили? - удивился старший гоблин, а Тырпырхай сразу подобрался, понимая, что наступает тот самый ответственный момент, которого он инстинктивно ждал.

- Нет, мы с вами говорили о прошлом, а теперь давайте поговорим о том, что может ожидать нас в будущем.

Глава 10.

- То, что вы совершили - настоящий подвиг, - начал говорить господин Сожритебямоль, после того как заметил, что присутствующие за столом гоблины настроились на серьёзный разговор. - Да, это подвиг, потому что эти документы могли спровоцировать начало того процесса, который грозил привести к распаду Империи.

Однако теперь, как выяснилось, нам грозит ещё большая беда. Наступают смутные времена, господа, возможно, будет война...

- Опять, землеройки?! - с негодованием воскликнул Несогласенподыхай.

- Нет, хуже... - тёмный эльф вдруг замолчал и переглянулся со своим собратом.

- Да, чего уж там, выкладывай всё, - махнул рукой Его Проницательность. - Мы теперь в одной корзине.

- Знаете, должен признаться, что в былые времена я бы и помыслить не смог, что буду говорить с гоблинами на подобную тему. Но, благодаря Мырыдхаю и нашим совместным действиям, а также проанализировав ситуацию, пришёл сюда, к вам, чтобы предложить народу гоблинов в вашем лице объединиться с нами для сохранения Империи, а если её спасти не удастся, то хотя бы ради спасения наших народов.

- Да, что же такое случилось-то?!! - ошарашено спросил господин Несогласенподыхай.

- Случилось то, что должно было когда-то случиться. Пользуясь тем, что император наш, как вы сами знаете, не может уже управлять не только страной, но и самим собой, некоторые силы, возглавляемые начальником службы безопасности, решились на захват власти. Помимо отдельных генералов, способных повести за собой часть армии, сил СБ, Ордена магов и некоторых варварских племен, они рассчитывали вовлечь в свои ряды, предварительно объединив их, рыцарские дружины.

Расчёт заговорщиками был сделан на то, что пока эльфы, опасаясь опубликования добытых вами документов, будут топтаться в нерешительности, они (заговорщики) успеют сместить Императора и объявить нового монарха. Потом они планировали начать передел собственности и попытаться с помощью шантажа получить наши технологии и захватить контроль над денежными потоками.

Мы пытались вести контригру и, чего уж скрывать, тоже хотели сместить Императора. Но цель наша была другая - сохранить прежний имперский порядок. И дело здесь не в экономической выгоде нашего положения, а в том, что основной целью заговорщиков является, как бы неправдоподобно это ни звучало, тотальное уничтожение всех нечеловеческих рас.

Информация абсолютно достоверная, можете не сомневаться. Они давно уже к этому готовятся. Может быть, вы уже замечали, что по отношению к представителям наших народов в последнее время стали встречаться шовинистические выпады, чего раньше никогда не бывало, да и быть не могло.

Гоблины поочередно кивнули головами в знак согласия. На их мордах читалась крайняя озабоченность полученной информацией.

- А што мы им такофа стелали, штоп нас уныштошат? - расстроился Мырыдхай. - Што оны ш ума пасхотыли? Мы ша фсехта тлушно шили! Фон и у Тылпылхая ф панте лути пыли... нолмалныя фсе! Та и лытсали с намы фместе слашалис плешом х плешу... Я-та фшехта шитал, што тело не ф том, кахие у тепя ушы или лапы, а ф том кахой ты ф нутлы!

- Дело не в людях, Мырыдхай, - поморщился эльф, - люди, сами по себе, вполне адекватные и разумные существа. Просто, век их недолог. Времени им богами отведено мало, а добиться хочется многого. И здесь многое зависит от тех, кто ими управляет. При прежних императорах все эти волнения удавалось сглаживать. А теперь их подталкивают, подначивают... Говорят им: "Знаете, откуда все ваши проблемы исходят, где корень зла? Вон они - собаки длинноухие, жабы клыкастые, землеройки бородатые. Жиреют за ваш счёт. На ваших горбах в светлое будущее въехать хотят. Да ещё и живут во много раз дольше вас. Хотите получить всё и сразу, да ещё, возможно, секрет долголетия узнать? Готовьтесь, скоро такая возможность представится".

Видишь ли, дружище, бездарностям легче найти внешнего врага, чем решать внутренние проблемы. В этом-то всё и дело. В этом, да ещё в личных амбициях, жадности, высокомерии и полной политической слепоте.

- Так, вот, - продолжил эльф, - после того, как уважаемому господину Тырпырхаю удалось захватить эти документы, планы их изменились. Вы этого ещё не знаете, а у нас уже есть информация о том, что среди рыцарей наметился раскол, так что, опереться на них заговорщикам не удастся. Всю армию они тоже не смогут перетянуть на свою сторону, а варвары - несерьёзная сила, поэтому они решили договориться с...

- Гномами! - догадался Тырпырхай.

- Нет, господин Тырпырхай, не с гномами... С гномами нам скоро самим надо будет договариваться. Без их помощи нам не выстоять...

- Так кого же ещё нам опасаться, если гномы будут с нами, а все, как нам уже поведал Мырыдхай, технологии в ваших руках? Да, людей гораздо больше, но неужели они осмелятся объявить нам войну?! - удивился господин Несогласенподыхай. - Им же, получается, не найти союзника, способного перевесить чашу весов в их пользу?

- Тем не менее, они его нашли. И делегация этого союзника уже выехала в Транкевилль, - скривив губы в горькой усмешке, ответил тёмный маг. Так что, господа, дело серьёзное.

- И кто же это такие? Что за сила такая? Я ничего не понимаю! Мы же всех уже перебрали, - развел лапы Тырпырхай.

- Теманы! - неожиданно воскликнул Мырыдхай, мозг которого, подобно молнии, пронзила догадка.

- Ах-ха-ха, демоны! Ах-ха-ха...- засмеялся, было, его отец, но взглянув на лица эльфов, оборвал свой смех и замер с открытым ртом.

- Ну, Мырыдхай, ты не перестаёшь меня удивлять! - усмехнулся тёмный эльф. - Да, господа, да! Это звучит неправдоподобно, но это так. К счастью, мы вовремя получили эту информацию, через одного моего агента. Так что, теперь у нас появился неплохой шанс. Мы знаем практически всё об их планах, и можем подготовиться, а они не знают о том, что мы в курсе их дел. Исходя из предварительных расчетов, на то, чтобы всё организовать им потребуется не менее года. Конечно, война - это худший из всех возможных вариантов развития событий. Может быть, ещё удастся её избежать, но готовиться надо к самому плохому.

- А что у них за сила, у демонов? Мы же о них практически ничего не знаем. Да, и потом, они же не смогут воевать на поверхности? - поинтересовался Тырпырхай.

- Силы у них значительные. И что важно, они обладают кое-какими технологиями, хотя до уровня наших технологий им, конечно, очень далеко. Да, воевать на поверхности для них проблематично, но им это и не нужно. Их армия будет направлена против нас, тёмных эльфов и гномов, если те нас поддержат. Так что с человеческой армией придется сражаться вам, гоблинам, опираясь на помощь наземных эльфов. Вам необходимо срочно, но в тайне, возрождать свое ополчение. За этим мы, собственно, и прибыли. Полагаем, что возглавить гоблинское ополчение мог бы господин Тырпырхай. Мы внимательно изучили его биографию, проверили в деле и считаем, что лучшей кандидатуры не найти.

А Вы, господин Несогласенподыхай, могли бы заняться политической стороной этого дела, вопросами обеспечения ополчения и так далее. Вы, с Вашими связями, опытом и напором, я думаю, вполне справитесь. Только надо пока что держать всё это в строжайшей тайне, чтобы выиграть как можно больше времени.

- Как же можно тайно готовить армию, если ты не имеешь права даже ополчение созывать? - развёл лапы отец нашего героя.

- Я знаю как, - отозвался на это Тырпырхай. - Мы устроим соревнования в военном искусстве, приурочив их к празднику, Дню Единства. Он, конечно, не скоро, но мы начнём готовиться загодя, чтобы, типа, не ударить мордой в грязь перед Императором. Ну и, конечно, для прикрытия, одновременно карнавал будем готовить и прочую ерунду. Так что, эти фраера не врубятся, а у нас через несколько месяцев, будет подготовленная армия.

- Идея отличная, господин Тырпырхай, - улыбнулся тёмный маг. - Мы с Вами, как оказалось, думаем в одном направлении. Только я предлагаю несколько иной вариант.

- Какой же?

- Как Вы знаете, по имперской традиции, Император на свой день рождения посещает одну из провинций государства, дабы подчеркнуть единство народа и показать, что верховная власть ни о ком не забывает. В следующем году он, как раз, должен посетить гоблинскую автономию...

- И что? - удивился господин Несогласенподыхай, не понимающий, к чему ведёт тёмный эльф.

- Просто так никто не позволит гоблинам соревноваться в воинском искусстве, - покачал головой господин Сожритебямоль. - А вот если вы решите порадовать Его Величество театральной постановкой, скажем так, известного исторического события... Понимаете? Нет? Ну, ладно, слушайте.

Тёмный маг сделал глоток бренди и продолжил говорить:

- Предложим организаторам празднования дня рождения Его Величества разыграть перед Императором и его свитой, достоверные сцены из истории последнего гоблинского похода, приведшего к окончательному присоединению вашей автономии к Империи. Да-да, того самого, не смущайтесь, господа... Для того, чтобы всё это разыграть, нужно будет, разумеется, организовать, "потешное" войско, назовём его так...

- Ага, понял! Отличная идея, господин Советник! - воскликнул Тырпырхай, громко хлопнув лапой по столу. - А как мы сможем убедить...

- Мы этот вопрос пролоббируем, не волнуйтесь. Ваше дело - организовать всё на месте, хотя и тут мы окажем вам всестороннюю помощь, - успокоил гоблинов, господин Гдечёртпоберимойгель. - Все детали обсудим в скором будущем. Сейчас нам нужно лишь Ваше принципиальное согласие.

Гоблины переглянулись.

- Мы согласны, - ответил за всех Тырпырхай. - Только, кто меня назначит этим "ополчением" руководить? С моей-то репутацией сделать это будет нелегко.

- Этот вопрос мы решим, не волнуйся, - ухмыльнулся господин Несогласенподыхай, поглядывая на сына. - Есть у меня идеи на этот счёт.

- Вот и отлично! - облегчённо вздохнул Его Проницательность. - Вы решите этот вопрос на местном уровне, чтобы руководство автономией в официальном порядке само выступило с подобной инициативой, а там уже и мы подключимся. Ну, вроде бы на сегодня всё... Давайте, продолжим обсуждение этого вопроса в следующий раз.

- Да, пожалуй, - согласился тёмный эльф. - Все основные вопросы мы сегодня решили. Надо теперь подготовиться к дальнейшим шагам. Спасибо за сотрудничество, господа! А теперь позвольте нам с Мырыдхаем, как мы и договаривались, поговорить тет-а-тет.

- Пожалуйста, - согласился господин Несогласенподыхай, поднявшись с кресла и обходя стол, чтобы взять на руки мирно дремавшего на полу Проглотика. - Мы же пока пойдём, осмотрим наши скромные владения.

- С удовольствием, никогда ещё не бывал в жилище гоблина, - обрадовался Его Проницательность, не желая мешать приятелю беседовать с Мырыдхаем.

- А я, если позволите, пойду отдыхать. Рана ещё не зажила. Устаю быстрее, чем обычно... Обычно-то, я, вообще, не устаю, - пошутил Тырпырхай и, попрощавшись с эльфами, отправился в выделенные ему братом апартаменты.

- Ну, что же, дружище, а теперь давай поговорим о САМОМ главном, - положив ногу на ногу, и поднеся к губам бокал с бренди, произнёс господин Сожритебямоль, внимательно глядя на, заёрзавшего под его пристальным взглядом, Мырыдхая.

Глава 11.

Знаете, что меня более всего остального удивляет в вашей реальности?

Ну, помимо того, с какой лёгкостью, а подчас и радостью, вы употребляете различные продукты и товары, заранее зная, что они нанесут вред вашему здоровью?

Конечно, это вам покажется странным, но сильнее всего прочего меня поражает обилие храмов различных религиозных концессий, на каждом шагу попадающихся пришельцу из далёкого и неведомого вам мира, то есть, скажем, мне. У нас, например, хотя каждая раса и имеет собственное божество, но уж точно никто не станет гневить своего Бога, создавая всё новые и новые культы. А здесь, в пределах одного разумного биологического вида, богов столько, что быстро перестаёшь удивляться тому факту, что большинство из вас, вообще, ни в кого и ни во что не верит.

Вот, скажем, возьмем гоблинов. Попробуйте подойти к одному из них и сказать: "Слышь? Ты какой веры? Понятно... А знаешь, друг, тут новый храм открылся неподалёку, тоже гоблинский, но там другую веру исповедуют. Нет, Древние Огры, конечно, крутые парни, слов нет, но Вечный Скиталец, говорят, вообще клёвый чувак! Ему любую просьбу выполнить, что плюнуть. И оформлены его храмы ничуть не хуже, и службы в них веселей проходят, да и не пугают там прихожан карающей дубиной. Зашёл бы, посмотрел, глядишь, да и понравилось бы".

Что? Не хотите попробовать? Нет? Ну и правильно! Я бы тоже не рискнул - гоблины за свою веру насмерть стоят, хотя и не понимают, почему это эльфам покровительствуют Древние Эльфы, а им, гоблинам, - Древние Огры.

Позёвывая и ёжась от утренней сырости, Мырыдхай стоял во внутреннем дворике храма дубины Глюка Великага - кошмарнага, но добрага - главного храма гоблинов в Транкевилле.

Он вновь поймал себя на мысли, что давно уже не поднимался в такую рань. Ранняя пешая прогулка - по гоблинской традиции добираться до храма нужно было обязательно пешком, дабы успеть настроиться на общение с Древними - хотя и казалась ему поначалу дьявольской пыткой, затем, наоборот, принесла с собой некую отрешённость от свалившихся за последнее время забот.

Созерцание пробуждающейся столицы наполнило душу гоблина лёгким восторгом и умиротворением. Мырыдхай не мог припомнить, когда он последний раз прогуливался по ещё спящему, но уже готовому к пробуждению городу. Туман, застилавший сонные улицы и навевавший тоскливые мысли, неожиданно преобразился, раскрашенный в сказочные оттенки, преимущественно, розового и малинового цветов лучами восходящего светила, выглянувшего в конце уходящего в перспективу проспекта, по которому Мырыдхай в сопровождении своих спутников направлялся к храму.

Вскоре, подобный сказочному видению, туман исчез при свете утренней зари, но лучи солнца не закончили на этом демонстрацию своего искусства и переключились на стены стоящих вдоль проспекта особняков, возвращая их, казавшимся до этого серыми, стенам их истинные цвета - бежевый, салатовый, жёлтый...

"Вот это красота, ахх-ххамм! - прикрывая рот лапой, чтобы скрыть от окружающих очередной зевок, воскликнул про себя Мырыдхай. - А я, дурак, ещё упирался, как тролль... Таким я город, пожалуй, никогда ещё и не видел! Ахх-хххам".

Потрясённый разговором с тёмным эльфом, разрушившим все его представления об устройстве мира и пообещавшего в дальнейшем осветить ему лучом эльфийских знаний и другие ещё более таинственные и неожиданные его закоулки, Мырыдхай долго не мог заснуть. Поворочавшись пару часов, прокручивая в голове детали прошедшего дня, он поднялся с постели, зажёг свечи в стоящем на столе подсвечнике и несколько раз пересмотрел полученное от Лилиханы живое письмо, дабы убедить себя в том, что оно действительно существует, а не привиделось ему вследствие вызванного встречей с эльфами шока.

Нет, всё правильно, письмо существовало и его содержание соответствовало тому, что отпечаталось в его памяти.

С чувством приятного волнения и неожиданно появившейся уверенности в том, что судьба неумолимо ведёт его в благоприятном направлении, он, наконец, провалился в вязкий, наполненный сменяющими друг друга видениями, сон. Фрагменты неведомых кровавых сражений вытеснялись в них образами близких и незнакомых существ, прогулки по знакомым с детства улицам неожиданно заканчивались падениями в какие-то шахты, которые словно втягивали его бешено вращавшееся тело в своё бесконечное нутро. Чувство радости и покоя вытеснялось вдруг тоскливым ощущением затхлости и тлена.

Впрочем, сон этот оказался недолгим, будучи прерван госпожой Несогласенподыхай, которая настойчиво тормошила своё любимое чадо, попутно бесцеремонно окатывая его холодной струёй из сифона.

- Вставай, сынок! Пойдёшь со мной в храм, - колоколом отозвались в голове Мырыдхая слова матушки.

- М-м-м-м... зашем мне эта ната? - пытаясь спрятаться под одеялом от льющихся на него холодных струй, простонал гоблин, - шта я там сапыл?

- Не богохульствуй, Мырыдхай! - яростно набросилась на сына гоблинша, одним рывком сдергивая с него оказавшееся ненадёжным укрытие и, продолжая "пробудительную" операцию при помощи ловко направляемых на дезориентированного сына сифоновых струй.

- Ты когда в храме последний раз был? Не помнишь?! И я не помню! От этого-то и все твои беды! Вставай немедленно, паршивец!! Сейчас госпожа Нескучай с дочкой подъедут. Перебухай их уже встречает. Он с нами каждый раз храм посещает, вот умница какая! Бери пример с младшего брата! Вставай, скотина, я тебе говорю! Я тебя из дома не выпущу, если не встанешь сейчас же! А уж к эльфийскому врачу точно не пущу без благословения!

Промелькнувший в стонущем подсознании ассоциативный ряд "Счастье - Лилихана - зубы - врач", словно запустил в действие неведомую пружину, и гоблин вскочил на ноги.

- Латна, маман, латна не клыши, шас атенус! - крикнул он, пытаясь сообразить какие вещи, и на какие части тела следует одевать гоблину, покидающему свое жилище.

- Давай скорее, мы тебя ждём! Поторопись, сынок, а то к службе не успеем, - проговорила мать, удаляясь из комнаты.

Храм дубины Глюка Великага - кошмарнага, но добрага находился на примыкающей к проспекту Болотной улице, населённой преимущественно гоблинами.

По гоблинской традиции, величественное в своей громоздкости здание храма было сложено из неотесанных камней, покрытых затем толстым слоем мха. По бокам от входа, напоминавшего лаз в пещеру, высились гигантские скульптуры, изображавшие двух зловещего вида, огров. Там, где у живых существ обычно находятся причинные места, у огров их не было. Вместо них, древний скульптор, по всей вероятности гоблин, вмонтировал держатели для факелов. Держатели эти никогда не пустовали, так по незыблемой традиции гоблинского культа, у входа в святилище должен был постоянно гореть огонь, указывая заблудшим душам дорогу к храму. В руках каменные изваяния сжимали дубины. Дубины они держали таким образом, что они были скрещены как раз над головами, проходящих под ними прихожан.

Минуя вход, верующие гоблины попадали в некое подобие узкого туннеля, пройдя который, вновь оказывались на свежем воздухе, на этот раз - в просторном внутреннем дворе. Именно здесь находился алтарь - специальная, расписанная таинственными рунами, каменная глыба, ритуальное костровище и другие атрибуты, необходимые для проведения службы и совершения таинств.

Само же здание храма служило жилым помещением для шамана-настоятеля брата Крюка, в миру - господина Невстревая и его многочисленного семейства, помощников и прислуги.

Итак, наш герой стоял во внутреннем дворе храма, наблюдая за тем, как облачённый в хламиду бурого цвета настоятель, принеся в жертву Древним Ограм невероятного размера жабу, кружился вокруг разведённого у алтаря костра.

Брат Крюк исполнял сложный ритуальный танец, долженствующий смягчить суровые сердца богов, чтобы те, затем, ниспослали благодать на души благочестивых прихожан. Двое помощников настоятеля, стоявшие по бокам от алтаря, в это время тянули заунывную мелодию, подыгрывая себе на древних, обтянутых кожей крылатого варана, мифического ныне животного, барабанах.

Исполняя танец, шаман изредка бросал в костёр щепотки священного порошка. В ответ на эти действия, пламя отзывалось, взметаясь на несколько ярдов вверх и рассыпая вокруг себя яркие разноцветные искры, а прихожане взрывались дружным, восторженным рёвом.

Мырыдхай, как существо твёрдо решившее встать на путь познания, неожиданно для себя усмотрел в этом чудодейственном явлении лишь результат взаимодействия пламени костра с вбрасываемым в него братом Крюком порошка. Однако гоблин тут же укорил себя в подобном богохульном умозаключении и мысленно попросил прощения у всех Древних Огров в целом, и у Глюка Великого, в частности.

Случайно скосив взгляд на стоящего справа от него младшего брата, Мырыдхай заметил как тот, высунув язык от удовольствия, осторожно оглаживает стоящую перед ним и благосклонно принимающую его ласки, дочку тётушки Нескучай.

"Вот, балбес! Теперь мне ясно, отчего он в храм зачастил", - с негодованием подумал гоблин, нанося Перебухаю резкий удар лапой, дабы прекратить это кощунство.

Удар пришелся в солнечное сплетение, отчего бедняга Перебухай задыхаясь, сложился от боли пополам.

Видя такое поведение младшего сына и, принимая его за проявление глубоко погружения в религиозный транс, госпожа Несогласенподыхай гордо и в тоже время укоризненно взглянула на Мырыдхая: вот, мол, сынок, смотри, какой у тебя брат! Мырыдхай лишь покачал головой и отвернулся, сожалея о том, что не соизмерил силу удара.

В этот момент танец закончился и, обмахнувшись поднесённым ему одним из помощников веером, заметно запыхавшийся брат Крюк обратился к толпе верующих.

- Гоблины! - произнес он торжественно-гнусавым голосом. - А теперь попросим Глюка Великага явить нам видение того, что ждёт народ гоблинский. И пусть же будущее наше будет чистым и светлым, как молодая ряска на болоте. А, ежели, ждут нас испытания тяжкие, то помолимся, дабы явил нам Бог наш лик избавителя нашего от напастей тех злокозненных. Вознесите же дары ваши и вдохните дыма священного, дабы очистить души ваши, дабы взоры ваши узрели послание Божие!

После этих слов прихожане стали подходить по одному к священному огню и, бросив в пламя принесённые с собой дары и вдохнув дым костра, в который шаман каждый раз что-то подбрасывал, возвращались на своё место и усаживались на пол.

Мырыдхай, в свой черед, тоже подошёл к костру и, преподнеся в дар Божеству лягушачью лапку и кусочек торфа, глубоко вдохнул в себя священный дым. Пока он возвращался на своё место, душа его наполнилась чувством безграничного восторга и любви ко всему сущему.

Дождавшись того момента, когда все гоблины вернулись на свои места, брат Крюк подал знак помощникам, и те начали отбивать на барабанах подходящий случаю ритм. Сам же настоятель воздел руки к небу и стал вызывать видения, повторяя имя покровителя храма. Имя было немедленно подхвачено впавшими в религиозный экстаз гоблинами.

- Глюк, Глюк, Глюк... - разносилось в храме.

Надо заметить, что обычно Глюк Великий являл прихожанам счастливые видения. Покачиваясь в трансе, они наблюдали, как на возделанных полях зреет богатый урожай, как они веселятся на праздниках и карнавалах, а крылатые вараны приносят к их домам мешки с золотом и изумрудами.

На этот раз, однако, ничего подобного Древний Огр их взорам не явил. Долгое время он не являл вообще ничего и шаман-настоятель даже начал недоуменно коситься на исходящий от костра бесплодный дым. Но затем, всё изменилось и гоблинам явились видения. Но это были совсем не те видения, которых они ожидали.

Перед, оцепеневшими от ужаса прихожанами, проносились картины жестоких битв, разрушения и смерти. Видения сожжённых сёл, толп бегущих беженцев, разорённых полей и рыдающих женщин и детей, сменялись картинами битв гоблинского ополчения с огромными людскими армиями, среди боевых порядков которых мелькали жуткие неведомые монстры.

Последнее видение, впрочем, продемонстрировало сцены наступления на бегущего в панике противника гоблинских сил, возглавляемых полководцем-гоблином исполинского роста. Небывалое дело, но гоблинов поддерживали их извечные враги - эльфы, и какие-то люди.

Затем, видение битвы исчезло, и в дыму священного костра проявилось изображение странного, необычного по меблировке помещения. Видимо, это был кабинет, за письменным столом которого работало какое-то существо, сидящее спиной к нашим зрителям. Потом оно неожиданно обернулось и стало ясно, что это - тёмный эльф. Он сидел теперь, глядя прямо в толпу, впавших в оцепенение, гоблинов, помахивая пачкой исписанных листов бумаги, словно пытаясь им что-то сказать. Эльф покачал головой, виновато пожал плечами и, протянув руку в направлении сидящих на полу прихожан, указал пальцем на кого-то из них. После этого он подмигнул прихожанам, ободряюще улыбнулся, зачем-то показал язык, и вновь повернулся к ним спиной, видимо, продолжая что-то писать.

Видения на этом закончились, и дым священного костра стал похожим на обыкновенный дым. Гоблины, продолжали сидеть молча, постепенно приходя в себя и, скидывая сковавший их души ужас перед увиденным. Первым, как и должно было быть, очнулся шаман.

- Гоблины! - обратился он к гоблинам. - Глюк Великий явил нам страшные видения. Но не станем впадать в панику, ибо он подал нам знак, что Спаситель явится в нужный момент, и ясно дал понять, что сейчас Спаситель находится среди нас! Давайте же узнаем - кто он! Да, укажет нам его, по воле Глюка Великого, священная дубина!

Брат Крюк подал знак помощникам и те передали ему четыре дубинки, необходимые для проведения ритуала, а сами вновь стали отбивать ритм на барабанах, но уже иной.

Под этот ритм шаман-настоятель принялся жонглировать дубинками. Это продолжалось несколько минут под постепенно усиливавшийся барабанный грохот. Наконец, когда барабаны выдали максимум возможного, брат Крюк издал утробный рык и разбросал дубинки в разные стороны.

Мырыдхай, заворожено следивший за этим ритуалом, видел, как первая дубинка полетела за спину настоятеля, вторая упала слева от него, третья - справа, а последняя, вращаясь, понеслась в толпу гоблинов...

"...уф-уф-уф..." - вот что успел услышать гоблин, перед тем как потерять сознание.

Глава 12.

"Вот он - наш Спаситель! Кто бы мог подумать", - удивлённо проговорил писклявый женский голос где-то справа от него.

"Спасите спасителя! Ему плохо!" - откликнулся слева другой женский голос, помоложе.

"Это - мой брат, Мырыдхай. Не волнуйтесь, он привычный, скоро очухается", - успокаивал дам голос Перебухая.

"Возрадуемся, гоблины! Благодарите же Глюка Великого за то, что явил нам Спасителя нашего", - прогундосил настоятель храма.

"Гоблина дубиной не пришибить, не волнуйтесь, мадам", - проквакал кто-то, успокаивая рыдающую над ним мать.

"Сынок! Сынуля мой! Тебе плохо? Он же без сознания! Поднимайте его скорее! Несите к выходу, там уже наша колесница должна стоять. Только осторожно... Осторожно, говорю вам! Вот, тупое отродье! - причитала над его головой госпожа Несогласенподыхай. - Перебухай, бери его за голову, сынок. Кто-нибудь возьмите за ноги".

"Только не Перебухай! Уронит ведь, скотина!" - подумал наш герой.

"Да, возьмите же его за ноги, наконец! Есть здесь мужчины, или тут одни лягушки дохлые собрались?! - продолжала руководить спасительной операцией госпожа Несогласенподыхай. - Да, осторожней же вы, жабы клыкастые! Так, понесли!"

Мырыдхай давно уже пришел в себя. Он лежал с закрытыми глазами, чувствуя, как на затылке растет огромная шишка. Голова сильно болела, но гоблин сдерживал стон, стараясь не подать вида, что очнулся, чтобы избежать ненужных расспросов и изъявлений восторга и почитания. Ясно было, что ритуальная дубинка не смогла найти лучшего места куда свалиться, чем его многострадальная голова. И вот он уже герой, хотя ни одного подвига ещё и не совершил.

"А может быть я, действительно, необычный гоблин?" - подумал наш герой и, пока продолжалась эвакуация, успел заново прокрутить в голове весь тот разговор, что состоялся у него накануне с могущественным тёмным магом...

- А теперь, приятель, рассказывай, откуда у тебя это? - бросив на стол изъятую ранее у Мырыдхая картинку, спросил его господин Сожритебямоль, как только они остались в кабинете одни.

- Та Фы фсё лафно не пафелите, - махнул лапой гоблин, скосив глаза на оставшуюся стоять на столе бутылку бренди.

- Да, ты не переживай, дружище, - усмехнулся тёмный эльф, кивая на бутылку, как бы призывая Мырыдхая на правах хозяина наполнить чудесным напитком опустевшие бокалы.

- Поверь, я достаточно сильный маг, чтобы уметь отличать правду ото лжи. Просто скажи мне, где ты это нашёл, - добавил он, пригубив из бокала.

- Латна, скашу, - кивнул головой гоблин, делая добрый глоток бренди. - Я эта... она эта... ис шна... йа нашел ейо фо шне. Фот так!

И он, с обречённым видом, посмотрел в глаза эльфу, ожидая, что тот, услышав подобное объяснение, разразиться хохотом.

Однако реакция гостя была совершенно иной. Он моментально подобрался, его точёное, холёное лицо, только что взиравшее на гоблина со снисходительной подбадривающей улыбкой, казалось, окаменело и заострилось.

- Из сна?! Ты уверен, Мырыдхай? - наклонившись к гоблину и, сверля его пронзительным взглядом, переспросил эльф. - Ты не можешь ошибаться?

- Та ис шна! Я фсял её фо шне у отнако штланноко типа... слушайна! А кохта плашнулса она пыла у меня ф калмане. Я не шнаю, как эта махло пыть!

- Та-а-к! Вот тебе новость! Кто бы мог подумать!! - откинувшись в кресле, воскликнул господин Сожритебямоль.

Прикрыв глаза, он сидел некоторое время, молча, поджимая губы и подёргивая левым ухом. Потом, открыв глаза, вновь уставился на ничего не понимающего гоблина.

- Скажи, ты говорил кому-нибудь о своей находке?

- Нет, я...

- И не говори! Ты меня понял?!

- Та, я...

- Никому не говори, даже родителям и брату! Ты меня хорошо понял?!

- Халашо! Толка ласфе такойа фасмошна?! Штоп ис шна...

Тёмный эльф поднял правую руку, призывая гоблина помолчать и послушать собеседника.

- Возможно, Мырыдхай, возможно... Я тебе кое-что объясню, но сначала, пожалуйста, расскажи мне свой сон - что ты видел и как это происходило.

- Латна, йя паплопую, - пожал плечами гоблин, - толка эта пыло дафно... то пахота. Не шнаю шмаку лы йа фшё фшпомныт?

- Сможешь, я тебе помогу, - заверил его господин Сожритебямоль. - Садись поудобнее, закрой глаза и расслабься.

Мырыдхай выполнил указание эльфа, который подошёл к нему и, подержав правую ладонь над его головой, тихо заговорил по-эльфийски.

- Мырыдхай, открой глаза и расскажи мне, что тебе снилось в ту ночь? - вернувшись через пару минут в свое кресло, бесстрастным тоном потребовал эльф.

И Мырыдхай рассказал всё.

Когда рассказ был закончен, тёмный маг с задумчивым видом вновь подошёл к гоблину и повторил ту же процедуру.

- Как ты себя чувствуешь, сынок? - взяв гоблина за подбородок и пристально вглядываясь в его глаза, участливым тоном спросил он.

- Атлишна! - прислушавшись к своим ощущениям, ответил наш герой. - Ашушения такойа, слофна йа холашо фыспалша.

- Ну и отлично! - с облегчением улыбнулся эльф, вновь возвращаясь на свое место и беря в руку бокал с бренди. - Знай, Мырыдхай, что ты - необычный гоблин. Ты хотел узнать, как устроен мир и ты это, со временем, узнаешь. Если примешь сейчас мое предложение.

- А што тахоя? Я што, полен?- ощупывая себя, удивлённо спросил гоблин.

- Да нет, дружище! Ты совершенно здоров, не волнуйся, - рассмеялся тёмный эльф, глядя на то, как гоблин пытается отыскать на своем теле источник неведомой болезни. - Просто у тебя особый редчайший дар - ты способен проникать в Нижние Миры и возвращаться оттуда, не пользуясь никакими техническими средствами.

- Нышный мыр? Так снашит эта фше-тахи пыли шерти? Теманы?

- Нет, не демоны! Это были люди, Мырыдхай, обычные люди. Просто живут они в другом мире, который мы называем нижним, потому что, когда ты отправляешься туда, чувство такое, что ты куда-то проваливаешься. Ты не волнуйся, ничего страшного с тобой не случилось и не случится, если ты примешь мое предложение и погостишь какое-то время у нас, в нашем клане.

Ты, ведь, хотел узнать, как устроен этот мир? Как он возник, и что с нами происходило в прошлом? Вот у тебя и появилась уникальная возможность во всем разобраться. Только сначала тебе нужно будет кое-чему научиться.

Я тебе всё это рассказываю, а это строго секретная информация, которой владеют единицы, даже среди эльфов и абсолютно не владеют прочие расы. Рассказываю в расчете на то, что ты согласишься на время переехать к нам. Твой переезд, разумеется, будет держаться в тайне. Если ты откажешься, а это твоё право - распоряжаться собственной судьбой, то я при расставании просто сотру наш разговор из твоей памяти.

Эльф снова усмехнулся, глядя на открывшего от удивления рот гоблина, выпил глоток бренди и продолжил говорить:

- Видишь ли в чём дело... Для того, чтобы отправляться в тот мир, а это нам делать, время от времени, необходимо, мы вынуждены использовать сложные технические средства и магию. Денег и магических запасов на это тратится столько, что не хочется об этом говорить. Таких же существ, как ты, способных совершать подобный переход самостоятельно в мире практически не существует. Даже я не могу этого сделать, ибо лишён подобного дара, а научиться этому невозможно. Признаюсь, у нас есть только один специалист, способный на это, и ты с ним познакомишься, если, конечно, согласишься на моё предложение. Большего тебе я пока сказать не могу. Пойми меня правильно. Ну, так что? Готов ты послужить нашему общему миру? Поедешь к нам?

Мырыдхай долго молчал, пытаясь переварить полученную информацию. Желание согласиться и узнать о своем мире всё, что недоступно простым смертным боролось в нём со страхом перед неизвестностью и нежеланием на долгое время отрываться от привычного уклада жизни.

Наконец, тяга к познанию неведомого взяла верх.

- Та, но снашала я толшен шенитша, ешли, канешна, эта слушитса, - задумчиво протянул он. - И патом, отпустыт лы меня папана?

- Отпустит, я с ним поговорю, - убеждённо ответил эльф. - Да, и потом, ты же не навсегда покидаешь дом. Поучишься и вернёшься. Будешь жить обычной жизнью. Тебе в любом случае придётся отправляться в тот мир, хочешь ты того или нет. Так лучше делать это подготовленным существом, попутно извлекая пользу для нашего мира, вот и всё. А что касается твоей свадьбы...

Господин Сожритебямоль переместился со своего кресла на край стола рядом с гоблином.

- Дай-ка, свою руку, - попросил он Мырыдхая.

Обхватив запястье гоблина своей крепкой рукой, эльф замолчал и, глядя куда-то в сторону, долго сидел неподвижно, словно к чему-то прислушиваясь. Затем отпустив лапу гоблина, задумчиво проговорил:

- Я вижу, что в твоей душе есть две привязанности: одна старая привязанность... к эльфийке (он в который раз с изумлением взглянул на гоблина), а вторая - к женщине своей крови. Это новое чувство очень сильное, затмившее то, прежнее, но и то чувство в тебе живо и в глубине души ты страдаешь, не зная на что решиться. В то же время, под напором обстоятельств и вспыхнувшей страсти ты готов связать свою жизнь с этой гоблиншей.

Я вот что тебе скажу, сынок. Поверь, что мне дано видеть будущее, в определённых пределах, конечно, и здесь мне всё видно совершенно ясно. Так что слушай. Та эльфийка не создана для тебя. Я даже не говорю о том, что подобная связь не возможна. Вскоре ты сам в этом убедишься. Она тебя не любит и, вообще, не любит никого, ибо чувство это ей пока не ведомо. Тем не менее, тропы ваших жизней идут рядом, хотя и не пересекаются. Вы будете встречаться с ней и в будущем, но только как друзья. Гоблинская же девушка, о которой ты думаешь, подходит тебе полностью. Я вижу, что судьбы ваши вскоре переплетутся, и вы пройдете вместе долгий путь. Это хорошая девушка, Мырыдхай, и она тебя ждёт. Правда, характер у неё - не приведи Древние Эльфы!

- Эта тошна! Ф тетстфе пыл ушасный халактел! Но фоопше-та она халошая.

- Ну, вот и я о том же! - засмеялся господин Сожритебямоль. - Поезжай смело, всё будет хорошо. Даю тебе свою гарантию!

- Латна, спашипа! А хах у фаш лофка фышла фохнат меня ф шон. Тётушка толхо не мохла мыня усыпит, - усмехнулся гоблин.

- Какая ещё тётушка?! - насторожился эльф. - Расскажи-ка об этом.

Мырыдхай, смеясь рассказал о тех титанических усилиях, которые пришлось приложить тётушке Нескучай ради того, чтобы добиться того же эффекта, который эльф легко получил за несколько минут. В конце рассказа, он продемонстрировал подаренный тётушкой амулет.

Тёмный маг с интересом изучил этот предмет и, покачав головой, признался, что не ожидал обнаружить у гоблинской ведьмы подобных умений.

- Ладно, мне придется встретиться с ней, как бы невзначай, чтобы на всякий случай убрать из её памяти твой рассказ, - спокойно проговорил эльф.

Потом он в очередной раз усмехнулся и добавил:

- Заодно, поставлю ей блокировку на любое вмешательство в дела вашей семьи. А то вижу, она уже запустила свою доморощенную магию, чтобы при помощи дочки охмурить твоего братца, а потом... Ну, ладно, ничего у неё не выйдет ... ха-ха-ха-ха... Она даже ничего не сможет понять... хах-хах-хах...

- Та, эта тошна! - оживился Мырыдхай. - Я эта слашу понял!

Отсмеявшись, господин Сожритебямоль напустил на себя серьёзный вид и уставился на нашего героя, слегка поддергивая левым ухом.

- А теперь, Мырыдхай, скажи... Готов ли ты принять мое приглашение приехать к нам на учёбу? Высокий уровень знаний и комфортное проживание я тебе обеспечу. Только нужно, чтобы ты приехал к нам после свадьбы - сразу, как медовый месяц проведёшь. Или, скорее, наоборот сделаем. Времени у нас немного. Сам знаешь, как события разворачиваются. Ну, так что? Поговорить с твоим отцом или стереть этот разговор из твоей головы?

- Тафайте папаню посафем! Я шохлашен. Я хошу ушнат как мир уштлоен, эта тля меня ошен фашна... не шнаю пошему?

- Ну, зови отца, приятель! Засиделся я у вас! - с облегчением улыбнулся господин Сожритебямоль, взглянув на часы, и спрятал в карман, лежавший всё это время на столе, злополучный листок.

- Та, кшаты! А шта эта са фашная пумашка? Фы панымаете, о шом там хофарытша? - с интересом спросил гоблин, заглядывая в глаза своего могущественного собеседника.

- Понимаю! - громко расхохотался тот. - И ты будешь понимать, к тому времени, как закончишь своё обучение. Это вовсе не важная бумажка. Это просто рекламный листок, или приглашение. А говорится здесь о том, что... м-м-м... так... Короче говоря, тебя пригласили на какой-то концерт, который должен был состояться... Ну, в общем, это не важно - концерт то всё равно уже закончился. Ах-ха-ха-ха...

- Фот тепе на! - разочарованно разведя лапы в стороны, воскликнул наш герой и отправился разыскивать отца...

"Ну, вот, хорошо, донесли, наконец-то! Теперь осторожно кладите в колесницу. Осторожно я вам говорю! Перебухай, сынок, смотри не урони страдальца".

Голос матери вернул Мырыдхая в реальность.

"Сейчас точно уронит! Больше некому было нести меня, что ли?" - подумал он и тут же почувствовал, как голова его выскальзывает из потных лап, сопящего от усталости, брата и начинает стремительно падать вниз.

Глава 13.

Как обычно, рано утром господин Несогласенподыхай в сопровождении охраны покинул особняк и помчался в офис холдинга "Несогласенподыхай холдинг кампани", в который входило большинство принадлежащих гоблину компаний. Лозунг холдинга: "Вместе в счастливое будущее!", встречающий посетителей в холле, занятого компанией многоэтажного современного здания, был лично придуман господином Несогласенподыхай и являлся предметом его гордости. Хотя, надо признать, негласный лозунг холдинга, введённый в обиход одним, давно уже уволенным сотрудником: "Не согласен? Подыхай!" - более соответствовал стилю, духу и методам управления, царящим в этой славной и процветающей организации.

Главный акционер и, по сути, единственный владелец холдинга давно уже привык к тому, что в ответ на его утренний запрос о состоянии дел на текущий момент, он получал широкую жизнерадостную улыбку главы секретариата и дежурную фразу: "Все в ажуре, шеф! Никаких происшествий!".

В это утро, однако, всё с самого начала пошло не так.

Во-первых, в главном офисе его встречала не глава секретариата, а её заместитель. Сама бессменная помощница главы холдинга, впервые на памяти господина Несогласенподыхая, не вышла на работу. Как оказалось, выходя из дома, она сломала ногу и в ближайшее время не могла находиться на боевом посту.

Во-вторых, на дежурный вопрос расстроенного босса "Как дела?", прозвучал нестандартный ответ - "неплохо, но есть проблемы".

В-третьих, проблем оказалось столько, что жизнь принесшему дурные вести сотруднику спасло лишь то обстоятельство, что по сравнению с теми глобальными проблемами, о скором наступлении которых господину Несогласенподыхай сообщили эльфы, эти проблемы казались сущей ерундой.

Ну, подумаешь, акции холдинга упали на несколько пунктов, в то время как котировки акций конкурентов неожиданно устремились вверх! Одну из фирм трясет налоговая инспекция? Тьфу ты, чёрт! Ладно, разберёмся, откуда ветер дует...

Что там ещё? Забастовка на торфодобывающем предприятии? А чего они хотят? Чтобы вместо двух выходных в месяц, был один в неделю? Обалдели, что ли? Вместо двух - один?! Будет им один выходной, только не в неделю, а в год. Так им и передайте!

Что??? Эти опять не заплатили?! Очень плохо! Крупнейший должник, сославшись на вызванные недавним экономическим кризисом проблемы, как на форс-мажорные обстоятельства, отказался погасить дебиторскую задолженность!

Перенесена встреча с министром транспорта? На сколько? О! Досадно! В это время господин Несогласенподыхай собирался совершить боевой поход в сауну. А вы знаете, что значит для гоблина отказать себе в таком удовольствии? Не знаете? Значит вы не гоблины и с гоблинами даже не знакомы. Сауна для гоблина - это как... В общем, это для него почти всё!

Но хуже всего было не это. Хуже всего было то, что пропала партия товара, который Несогласенподыхай взялся перекинуть для... для одного важного лица, не станем афишировать его имя, с территории, контролируемой южными варварами до границы с Гномьим королевством. Как пропала? Неизвестно. Прошла почти весь путь, по тщательно подготовленному маршруту и исчезла недалеко от места прибытия вместе с сопровождавшими груз сотрудниками. А ведь это были надёжные, проверенные в деле существа. Да, есть о чем поразмыслить...

Узнав последнюю новость, грозящую нанести серьёзный ущерб основному, хотя и теневому, бизнесу, гоблин долго сидел, запершить один в кабинете, обдумывая сложившуюся ситуацию. Сидел до тех пор, пока к нему в офис не прибыли Тырпырхай с Нерыгаем, которым он, учитывая их длительное отсутствие в столице, обещал помочь уладить некоторые дела.

Порычав для порядка на сотрудников, и придав тем самым необходимый импульс рабочему процессу, господин Несогласенподыхай покинул офис в сопровождении родственника и его компаньона.

С этого момента, дела шли уже не плохо. Основные проблемы Тырпырхая были успешно решены, а когда господин Несогласенподыхай, поддавшись внезапному импульсу, решил лично и без предупреждения нанести визит в контору злостного неплательщика, то ему посчастливилось закрыть и этот, казалось бы, безнадёжно зависший вопрос.

Конечно, первое время должник отчаянно упирался и пытался представить бумажные доказательства своего бедственного положения. Но после того как нежданный гость, следуя интуиции, пригласил в кабинет Тырпырхая, заметно заколебался и пообещал ещё раз всё тщательно обдумать. Когда же в кабинет ввалился проголодавшийся и обеспокоенный длительным отсутствием своих спутников Нерыгай, дебитора посетила гениальная идея и деньги были немедленно найдены, так что вся сумма долга, считавшегося безнадежным, была тут же переведена на счет "Несогласенподыхай холдинг кампани".

"Слава Древним Ограм! Похоже, чёрная полоса оказалась короткой", - подумал отец нашего главного героя и, впервые за день, улыбнулся.

До встречи с министром оставалось ещё достаточно много времени, а возвращаться в офис совершенно не хотелось, и он предложил Тырпырхаю с Нерыгаем вернуться домой и пообедать.

Подъезжая к дому, господин Несогласенподыхай сразу почувствовал неладное, заметив у ворот особняка повозку их домашнего врача - доктора Негорюя.

"Негорюй просто так днём не заедет, значит, что-то произошло. Что за неудачный день такой!", - воскликнул про себя гоблин, взлетая по широкой, устланной ковровой дорожкой лестнице особняка.

Ворвавшись в дом, он узнал у расстроенного мажордома, что за беда приключилась с наследником, и бросился в комнату Мырыдхая.

В комнате находились: доктор Негорюй, лекарь Нечихай, гостивший в особняке, госпожа Несогласенподыхай, Перебухай и одна из служанок, державшая в руках мешок со льдом.

На кровати, с повязкой на голове, лежал наследник.

- Что случилось, чёрт тебя подери?! Ни на минуту нельзя из дома выйти! - поздоровался с женой гоблин и тут же, в ответ на свой запрос, получил исчерпывающую информацию о событиях минувшего утра.

- В храме? Дубинка? Спаситель? Кто? Мырыдхай??.. А вы, что же, сомневались?! Кто ещё сможет спасти этот долбанный мир, если не мой сын!

Отец подошёл к постели наследника и, невзирая на протесты медиков, лично осмотрел голову пострадавшего.

- А это ещё что такое?! Что это такое, я вас спрашиваю?!!! - взревел гоблин, когда осмотр закончился. - Почему у него две шишки на голове?! Его что, закидали чёртовыми дубинами, что ли?! Да я этому клоуну с дубинками причиндалы оторву за такие фокусы!

- Не богохульствуй, Подыхай! Побойся Древних Огров! Сам Глюк Великий указал на твоего сына, как на Спасителя, а ты... - взбеленилась супруга главы семейства.

- Почему у него две шишки на голове, я тебя спрашиваю?! - не унимался гоблин.

- Это сынок наш, Перебухай, случайно уронил его, когда в колесницу заносил. Вот он, бедненький и стукнулся о подножку, - нехотя, объяснила мужу сей загадочный парадокс госпожа Несогласенподыхай.

- Ах, ты, гадёныш! - накинулся отец на младшего сына, - Ну, я тебя!

Испуганный Перебухай забился в угол, опасаясь гнева рассвирепевшего родителя, явно вознамерившегося выплеснуть на младшего отпрыска всю, накопившуюся за день, отрицательную энергию.

В этот момент, Мырыдхай с лёгким стоном приподнял голову, чем вновь привлек к себе всеобщее внимание.

- Ны нато, папан, астаф ехо! Он, конешна, тулак, но не спешиална ше он эта стелал! Мне уше лутша.

Потом, бросив взгляд на часы, он начал подниматься с кровати.

- Ты, что сынок?! Тебе нельзя вставать! - испуганно вскричала мать.

- Я моху опоштат на прыём х тантисту, - поморщился Мырыдхай.

- Никуда ты не пойдешь! Доктор, скажите ему! - закричала мать.

- Я ны сапилаюс фсу шисн пес супоф ходыт. Фыхотыте иш хомнаты, мне ната плыфесты сепя в полятох, - оказавшись на ногах и, не обращая внимания на протесты лекарей, твёрдо произнес молодой гоблин. - Папан, скашы ым...

- Давайте, ступайте! Мырыдхай сам знает, что ему делать! - рявкнул старший гоблин на присутствующих.

- Давай, мать, иди, отдохни, - уже более мягким тоном сказал он, обращаясь к супруге. - Спасителю виднее, что ему делать. Отныне, я запрещаю давать Мырыдхаю указания. Он уже взрослый гоблин, повидавший много такого, чего вы и представить себе не можете!

- Да, и убери этого, - добавил отец, указывая на младшего сына. - Постарайся сделать так, чтобы я его сегодня не встречал...

- Спашипа, атеш! У мына тейстфытелна фше налмална... толка халафа немноха клушитса, но эта плайтёт, - улыбнулся Мырыдхай, довольный тем, что избавился от докучливой опеки.

"Как же он изменился за последние месяцы! - с гордостью и нежностью подумал отец, глядя на Мырыдхая, пытавшегося, опираясь на изголовье кровати, встать на ноги. - Ещё недавно мне казалось, что он так и останется до конца жизни богатым балбесом, и что не на кого будет дела оставить. А, поди же ты! Превратился в настоящего гоблина!"

И, весело насвистывая незатейливый мотивчик, заметно повеселевший господин Несогласенподыхай, покинул комнату сына.

Когда отец вышел, Мырыдхай вновь опустился на кровать. Он некоторое время сидел, прикладывая к голове, оставленный служанкой мешок со льдом, потом поднялся и стал готовиться к выходу. Ему не терпелось попасть к знаменитому эльфийскому стоматологу и закончить, наконец, "зубную" эпопею.

Глава 14.

Прошло три недели. И за этот, в сущности, небольшой отрезок времени в жизни наших героев произошло много событий.

Каких? Ну, возьмем, хотя бы, Тырпырхая. Его собственный особняк, который за время длительного отсутствия хозяина слегка обветшал и основательно пропылился, успели привести в надлежащий вид, обставить новой мебелью, и счастливый владелец смог, наконец, обосноваться под собственной крышей.

Вскоре после переезда, Тырпырхай пригласил брата с семьёй на новоселье. Все его дела были к тому времени улажены, и он решил с размахом отпраздновать это событие. Новоселье отмечали двое суток. Столы ломились от яств, приготовленных знаменитыми поварами. Для развлечения гостей были приглашены лучшие столичные артисты и музыканты. Покой же посетивших праздник существ охранялся настолько серьёзно, что, как потом выяснилось, ни одному, охочему до сплетен и сенсаций, щелкопёру так и не удалось преодолеть защитные редуты.

Мырыдхай, крепко сдружившийся с дядей, проводил в его доме немало времени, а пока длился праздник, находился там безотлучно. Впрочем, его интересовали не столько всевозможные развлечения, сколько прибывавшие поздравить Тырпырхая существа.

За два дня ему довелось перезнакомиться не только со всеми главарями уголовного мира и руководителями теневого бизнеса Империи, приехавшими, чтобы лично засвидетельствовать почтение возвратившемуся в столицу "на золотом единороге" авторитету, но и со многими известными существами: творческими личностями, спортсменами, бизнесменами, политиками...

Столь высокий интерес к проводимому мероприятию со стороны вполне достопочтенных подданных Империи, был обусловлен тем, что уставший от прежней беспутной и опасной жизни гоблин, решил, наконец-то, остепениться и начать новую жизнь. Благодаря негласной помощи эльфов, заинтересованных в том, чтобы бывший лидер преступного мира поскорее приобрел реноме добропорядочного существа, успешно работающего на благо государства и населения, он успел не только реанимировать собственную компанию "Тырпырхай Инкорпорейтед", но и широко разрекламировать, используя мощные медиа и агентурные сети всё тех же эльфов, только что основанный вместе со старшим братом благотворительный фонд "Вернём зубы народу".

Так что уважаемых гостей встречал не какой-то там бывший беглый бугор, а вполне уважаемый бизнесмен, вложивший огромные средства в дело помощи страждущим, господин Тырпырхай, глава крупной компании "Тырпырхай Инкорпорейтед".

Знакомая картина? Вот как?! У вас, в вашей реальности тоже так бывает? Впрочем, чему тут удивляться? Фундаментальные законы жизни везде, видимо, одинаковы, хотя и по-разному читаются.

Вот, Вы, например, как читаете? Без очков? Да, я не об этом... Ладно, Бог с Вами! А Вы? С лупой в руке и сигаретой в зубах? Приходится щурить глаза от едкого дыма? Понятно. Ну, а Вы? Да-да, Вы, который носит очки на носу и мину глубокомыслия на лице? Как все нормальные люди? Это как?! Строчку за строчкой, и так пока не закончится текст? Ещё и по диагонали можете? Технику скоростного чтения освоили?! Читаете и анализируете прочитанное? И как успехи? Нормально? Рад за Вас! Но Вы всё-таки попробуйте, как-нибудь на досуге, прочитать тот же текст, но не построчно и на скорость, а вдумчиво, между строк. Если, конечно, сумеете. Потом расскажите, что там, в междустрочии, откопали - обменяемся впечатлениями, о'кей?

Вы хотите спросить, каков профиль "Тырпырхай Инкорпорейтед"? Ну, вы меня удивляете! Чем может заниматься серьёзный гоблин, кроме как логистикой и доставкой грузов? И не важно, что они перевозят, куда и зачем. Это нас не касается. Главное, что делают они это лучше, чем кто-либо другой. Недавний прокол господина Несогласенподыхай не в счёт, так как это лишь, подтверждающее общее правило досадное исключение.

Впрочем, новый общественный статус господина Тырпырхая - новость хотя и важная, но не основная. Гораздо важнее для нас то, что за эти три недели Мырыдхай обрел, наконец, новые зубы.

Ура? Согласен, ура! Хотите на него посмотреть? Пожалуйста, вот он, красавец. Любуйтесь на здоровье!

Помимо некоторых новых черт, внушавших госпоже Несогласенподыхай беспокойство за сына, как то: стремление принимать самостоятельные решения, желание разговаривать на отвлеченные темы, возмутительная тяга к получению ненужных приличному гоблину знаний и тому подобное, у Мырыдхая появилась ещё одна пугающая черта - он стал одеваться не по-гоблински.

- Сынок! Да, что же ты так вырядился, а? - воскликнула мать, едва Мырыдхай вошёл в гостиную, где после недавнего чаепития уже собралось всё остальное семейство.

- Ты, часом, не на поминки собрался? - изумлённо поинтересовалась она, разглядывая своего первенца.

- Нет, мамань, не на поминки, совсем наоборот - на вечеринку. Выпилэль давно уже приглашал, я просто забыл тебе сказать, - ответил Мырыдхай, стоя перед одним из отцовских памятных трофеев - большим напольным зеркалом.

"Как же он всё это дотащил? Вот, у меня отец - настоящий герой!" - в который раз подумал гоблин.

Последнее время ему пришлось несколько раз встречаться и беседовать с Советником главы могущественного клана тёмных эльфов господином Сожритебямолем, и он неожиданно для себя начал перенимать некоторые манеры последнего, в частности, манеру одеваться.

Вот и сейчас, для похода в клуб "Веселый Дракон" вместо излюбленных гоблинами броских ярких одеяний, он выбрал строгий смокинг, идеально отутюженные чёрные брюки и белоснежную рубашку. К вящему ужасу матери, наряд сына был дополнен чёрной бабочкой. Чёрные лаковые туфли завершали "непотребный" комплект.

Придирчиво оглядев себя и поправив бабочку, Мырыдхай широко улыбнулся своему зеркальному двойнику. Это нехитрое упражнение последнее время доставляло гоблину несказанное удовольствие, так как позволяло вновь и вновь наслаждаться видом полного комплекта белоснежных зубов, отсутствие значительной части которых, ещё совсем недавно, причиняло ему как физические, так и моральные неудобства.

"Всё-таки эльфы - молодцы! Тут и спорить не о чем - культурная, образованная раса", - подумал Мырыдхай, с удовольствием ощупывая языком новые клыки, которые вставил ему эльфийский дантист.

Конечно, за один сеанс выправить все зубы не удалось и ему пришлось несколько раз посетить кабинет стоматолога. Да, и без боли и неприятных ощущений дело не обошлось. Но, зато, и великолепно оборудованный, сияющий чистотой кабинет врача, и сам господин Лихойкобель - симпатичный, подтянутый и элегантный эльф и стиль его работы, и новейшие технологии, применяемые этим специалистом, даже не снившиеся доктору Джинксу, свели неудобства пациента до минимума.

- На вечеринку он собрался, - покачала головой госпожа Несогласенподыхай, - к эльфам, видите ли. Так что ж ты, сынок, опозорить нас решил? Кто же так одевается-то? Вот, посмотри на своего братика. Вот, у мальчика есть вкус! Надел бы ты лучше тот пиджачок канареечного цвета, что мы тебе на Новый год подарили. К нему и брючки красные подошли бы. Ещё бы шелковую...

- Знаю, мамань, ещё бы шёлковую оранжевую рубашку и голубые туфли, которые вы мне на день рождения купили. Отличный получается костюм. Хорошо. Одену его, когда пойду спасать мир. Может быть, и дубину поднимать не придётся.

Мама обиженно засопела, косясь на спокойно читавшего газету супруга. Тот, словно почувствовав её взгляд, не отрываясь от "Вестника Империи" слегка раздражённо бросил:

- Спасителю лучше знать, как одеваться. Оставь его в покое!

- А я считаю, что мама права, тот пиджак - ваще чумовой, я бы... - неожиданно встрял в разговор Перебухай, но стрельнув глазами в сторону отца и заметив, что тот слегка наморщил нос, испуганно замолчал.

Мырыдхай с улыбкой взглянул на младшего брата, с кислым видом, сидевшего в противоположном углу гостиной. Малиновый пиджак, желтые брюки, рубашка цвета индиго и зелёные туфли...

"А ведь, я и сам недавно так одевался", - подумал Мырыдхай и перевёл взгляд на перебинтованную голову брата.

После того, как господин Несогласенподыхай узнал, что его старшего сына отметил сам Глюк Великий, он поклялся, что больше никогда не ударит сына половником по голове. Одновременно он решил, что настало время серьёзно заняться воспитанием младшего отпрыска.

"Сделал Мырыдхая настоящим гоблином, глядишь, и из тебя, сынок, мессию вылеплю!" - заорал он во время обеда, впервые огрев Перебухая по голове. Несчастный ребенок, не привыкший к подобному обращению, терпел адовы муки и постоянно ходил с перебинтованной головой. Зато количество острот, слетавших с его языка в адрес Мырыдхая, сокращалось в геометрической прогрессии, относительно числа сеансов половникотерапии и сифонолечения.

- А, хочешь, брат, я его тебе подарю? - спросил Мырыдхай Перебухая, которому в душе сочувствовал, понимая, какого тому приходится. - Забирай! Бери его и всё, что тебе понравиться. Скоро учебный год стартует, будешь с каждой новой девчонкой в разном наряде встречаться, по гоблинской традиции!

"Хорошо, всё же, что у меня есть брат! - подумал Мырыдхай. - А то, так бы и лупили меня половником по башке до конца жизни".

- Спасибо, Мырыдхай! Правда, отдашь? - обрадовался брат. - У тебя все вещи крутые и абсолютно новые; ты же некоторые из них ни разу не надевал. Не передумаешь?

- Не задавай Спасителю идиотские вопросы! Сказали тебе "забирай", значит забирай, барахольщик чёртов, - прорычал отец семейства, переворачивая страницу газеты.

- Погоди, сынок! - вскричала мама, со слезами на глазах обращаясь к Мырыдхаю. - Ты что же теперь всё время будешь ходить в таком виде?!

- Да, мамуль, думаю, буду. Это модно и стильно, понимаешь? Я же с разными существами общаюсь, и в таком виде, комфортнее себя чувствую.

- Спасибо, брат! - воскликнул Перебухай. - А можно, я прямо сейчас пиджак заберу, а то мне тоже скоро уходить...

- Куда это ты намылился, Перебухай?! - воскликнула мать. - Сегодня же тётушка Нескучай приедет с мужем... и дочкой.

- Ну и пусть приезжает, я-то тут причём? - огрызнулся Перебухай. - Я что теперь, всё свободное время с этой дурой прыщавой должен проводить?! У меня встреча с.. э-э... друзьями. Я уже договорился.

- Как это так? Подыхай, скажи ему! - обратилась за помощью к мужу мать.

- Что скажи? - отложив газету, уставился на супругу гоблин. - Он взрослый парень, куда хочет, туда и идёт, с кем хочет, с тем и э-э... дружит. Я, кстати, тоже ухожу.

- Куда это?

- В сауну иду, кости попарить, - объяснил глава семейства.

- Ну, так взял бы Нескучая с собой, а то как-то неудобно получается, - с потерянным видом пролепетала госпожа Несогласенподыхай.

- А что, мать, идея неплохая! Возьму его, как-нибудь, с собой. Но только не сегодня - сегодня у меня деловая встреча. Я с министром иду, надо кое-что перетереть, так сказать, в неформальной обстановке.

- А что же я им скажу? - обижено засопела госпожа Несогласенподыхай, услужливое воображение которой незамедлительно представило её внутреннему взору картину этой самой неформальной обстановки?

- А чего говорить-то? - взбеленился гоблин. - Я чувствую, что эти Нескучаи скоро у нас поселятся! Да что ты, в самом деле! Придут, пожрут, побалакаете и "до свидания". Передай им, если хочешь, от нас со Спасителем привет. Скажи, что мы отправились мир спасать, а Перебухай у нас на подхвате.

- Ладно, я пошёл, а то опоздаю, - еле сдерживая смех, сказал Мырыдхай.

- Иди, сынок, иди, - отпустил его отец, - только возьми колесницу и охрану, на всякий случай.

- Ладно, папань. Пока, мам! - ответил Мырыдхай и, подмигнув брату, покинул гостиную.

Глава 15.

Был последний летний месяц, и дожди шли всё чаще. Вот и в этот день войско столичной пыли было основательно потрёпано изрядным количеством дождевых капель обрушившихся с небес на землю. То ли, протёк кран в одной из ванных комнат Древних Огров, то ли одна из эльфийских богинь, расстроившись из-за чего-то, лила перед обедом слёзы, то ли... Да, мало ли, что может произойти в незримых для простого смертного высоких сферах. Главное, что после нескольких невыносимо жарких дней на город опустилась прохлада.

"Надо было плащ захватить, хотя кто же мог знать, что мы застрянем по дороге", - с сожалением думал Мырыдхай, выбираясь из колесницы, чтобы разузнать причину затянувшейся остановки.

Оглядевшись, он удивился тому факту, что проспект Дружбы народов был полностью, насколько позволяли видеть глаза, оцеплен жандармами, имперскими гвардейцами и какими-то существами в штатской одежде, относящимися преимущественно к человеческой расе.

"Переворот?! Не может быть... Что же тогда?" - подумал гоблин, пробираясь сквозь стоящие колесницы ближе к оцеплению, чтобы увидеть причину, вызвавшую необычное для Транкевилля столпотворение. На его памяти это был первый случай, когда силы правопорядка перекрывали проезд по городу. Говорили, что такое уже было, когда в город приезжала первая, после последней войны, делегация гномов, но Мырыдхай тогда гостил у родственников, любуясь пейзажами, окружавшими знаменитое по своей красоте озеро Лох-булль. Услышав за спиной шум, он обернулся и увидел, что двое бодигардов, одним из которых был Каменная Башка, также покинули средство передвижения и, со своим обычным равнодушным видом, следовали за ним.

Перед кордоном собралась толпа зевак, привлечённых возможностью увидеть и, хотя бы в роли простых статистов, поучаствовать в важном мероприятии, пусть и непонятно в каком.

Расспросы ни к чему не привели, так как никто из собравшихся ничего не знал, а проводить опрос стоявших в цепочке угрюмых стражей порядка никому из подданных Императора и в голову не пришло.

Выбрав такое место, откуда можно было видеть хотя бы кусочек проспекта, Мырыдхай ждал развития событий, ощупывая языком, по появившейся у него в последние дни привычке, новые зубы.

Слева от него расположилась группка галдящих южных варваров. Судя по тому, как они крутили головами, разглядывая город, это были недавно прибывшие в столицу туристы.

Повернув голову налево, Мырыдхай заметил, стоявшего в нескольких шагах от него и с удивлением его рассматривавшего, человека. Лицо человека показалось ему знакомым, он точно встречал его, и встречал недавно, но вот где? Впрочем, едва тот сделал первый шаг в сторону гоблина, Мырыдхай понял, что это один из рыцарей барона Шанса, вместе с которым они недавно штурмовали замок покойного господина Шприца.

- Добрый вечер, господин... э-э... - обратился к нему рыцарь, явно пытавшийся припомнить имя нашего героя.

- Мырыдхай, - улыбнулся гоблин, - а Вы...

- Ганс, - представился рыцарь. - Можете звать меня по имени, всё-таки мы с Вами боевые товарищи. Я, признаться, Вас сразу не узнал, привык видеть Вас в... другом обличии.

- У многих существ, о нас, гоблинах, сложилось неверное представление. На самом деле, мы вовсе не такие уж и дикари. Бывает, мы и смокинги надеваем, - рассмеялся Мырыдхай, довольный тем, какое впечатление произвел на собеседника его наряд.

- А Вы, я смотрю, в столицу перебрались. Заходите в гости, посмотрите, как живут скромные гоблины, - добавил наш герой и назвал свой точный адрес.

- Да нет, господин Мырыдхай, я здесь по делу - выполняю поручение барона. Но если время останется, то с удовольствием воспользуюсь Вашим приглашением. Когда ещё такая возможность выпадет, - поблагодарил гоблина посланник барона Шанса.

- Рассказали бы, как у вас там дела, - попросил Мырыдхай, чувствуя симпатию к этому открытому и улыбчивому человеку, с которым ему, к тому же, довелось делить тяготы походной жизни.

- Всё отлично! Почти все юридические формальности, связанные с переводом собственности, улажены. Нас поддержала значительная часть баронов, так что на наших землях наметились большие перемены. Читайте прессу! - засмеялся рыцарь и хлопнул Мырыдхая по плечу.

- Между прочим, ваши бывшие сослуживцы, оставшиеся служить барону, отлично себя чувствуют. Джек, тот вообще, похоже, скоро у нас на первые роли выйдет.

Рыцарь хотел рассказать что-то ещё, но в этот момент толпа зашевелилась, раздались удивленные крики, и всё внимание горожан было обращено на проезжую часть проспекта.

Каменная Башка, обычно невозмутимый и равнодушный ко всему происходящему вокруг, если это не угрожает безопасности охраняемого им объекта, выдал вдруг такое грубое ругательство, что тут же прикрыл рукой рот. Будучи самым низкорослым из всех знакомых Мырыдхаю огров, он, тем не менее, значительно превосходил окружавших их существ по росту, и первым узрел нечто такое, что и вызвало столь необычную для него реакцию.

Сначала Мырыдхай ничего не мог рассмотреть, но потом тоже удивлённо вскрикнул и уставился на появившуюся в поле зрения процессию.

В сопровождении многочисленного эскорта, состоявшего из конных гвардейцев Императора и колесниц, помеченных знаками имперской службы безопасности, по проспекту, в сторону центра города, не спеша продвигались кареты странной конструкции и зловещего вида. Все они были полностью покрыты черной, как сама тьма, краской. Окна карет были задернуты чёрными шторками, и разглядеть едущих в них существ не представлялось возможным.

Но не конструкция карет вызывала вопли ужаса у стоящих за оцеплением горожан и туристов, а те жуткие на вид существа, которые медленно влачили эти невиданные средства передвижения. Мырыдхай вначале даже не понял, кого они ему напоминают, но затем, приглядевшись, с содроганием опознал в них огромных насекомых, более всего похожих на пауков странной вытянутой формы.

По мере того, как кошмарная процессия продвигалась мимо, крики замолкали, и в воздухе повисала гнетущая тишина.

Когда оцепление было, наконец, снято, и путь вновь открылся для транспорта и пешеходов, все долго ещё стояли в оцепенении, переглядываясь и, делясь впечатлениями от увиденного зрелища.

- Что же это было? - тихо, словно сам себя, спросил рыцарь и потряс головой, словно сбрасывая наваждение.

- Демоны это, вот что, - так же тихо произнес Мырыдхай. - Наступают иные времена.. Читайте прессу, Ганс. И старайтесь читать не столько сами строки, сколько между строк.

Потом, поддаваясь внезапному чувству, он добавил, положив лапу на плечо рыцаря:

- И знайте, что мы вам не враги - ни мы, ни эльфы!

Глава 16.

Когда Мырыдхай добрался, наконец, до клуба "Весёлый Дракон", был уже поздний вечер.

Пройдя в зал и оглядевшись, он заметил, что интерьер клуба претерпел значительные изменения. Впрочем, хуже от этого он не стал. Напротив, новое убранство ещё больше подчеркивало статус самого дорогого заведения города, да, пожалуй, и всей Империи.

Зал был полностью заполнен отдыхающими после праведных и не совсем праведных трудов клиентами, многие из которых являлись завсегдатаями "Весёлого Дракона".

Гоблин уже слышал от друзей о том, что в клубе сменилось руководство, и новый управляющий наотрез отказался проводить в будущем сомнительные мероприятия, вроде того поэтического конкурса, который совершенно неожиданным образом повлиял на дальнейшую судьбу нашего героя. Теперь каждый вечер в клубе шло супершоу с участием лучших танцовщиц, фокусников и музыкантов. Иногда, не чаще двух-трёх раз в месяц здесь проводились сольные концерты имперских знаменитостей, не участвующих в ежевечернем представлении.

Мырыдхай с трудом отыскал в переполненном зале группу своих друзей - эльфов. Они расположились недалеко от сцены и занимали сразу несколько сдвинутых вместе столов. В тот момент, когда он подошел к ним, первое отделение шоу закончилось, и в зале установилась относительная тишина.

- Ба! Вот и он! - радостно воскликнул Оглохспаниэль, первым заметивший нашего героя.

- Ну, и стильно же ты прикинулся, дружище! Тебя сразу и не узнать!

- Прямо настоящий эльф! - добавил он со смехом, поднимаясь, чтобы пожать Мырыдхаю лапу.

- Я - гоблин, и меня это вполне устраивает, - слегка нахмурился Мырыдхай, оглядывая эльфов.

За столом собралась большая компания, и не всех присутствующих он хорошо знал, а некоторых из них видел в первый раз. Чувствовалось, что сидят они здесь уже давно. Многие были навеселе, а устроитель вечеринки Выпилэль, по своему обычаю, успел уже так набраться, что и вовсе не сразу заметил явившегося с опозданием приятеля.

Так что, фактически, функции хозяина взял на себя Оглохспаниэль.

- Ну, присаживайся, старина, - указав на свободное место рядом с собой, предложил тот, закончив краткое представление незнакомых Мырыдхаю лиц.

Гоблин, который не успел ещё отделаться от тягостного чувства, оставшегося в душе после встречи с процессией демонов, и к тому же немного продрог, первым делом выпил бокал коньяка, после чего стал рассматривать сидящих рядом с ним сотрапезников.

- А тебе такой костюм действительно очень идёт! - проворковала, сидевшая напротив гоблина Бежимвпостель, пронзив его холодным взглядом своих прекрасных глаз. - Просто красавец!

Мырыдхай, который за последнее время уже успел обменяться несколькими письмами с Лилиханой и, казалось бы, избавился от действия чар Бежимвпостели, вдруг почувствовал, как пол уходит у него из под ног. Стараясь выиграть время и не показать своего смущения, он стал машинально накладывать в тарелку различные кушанья, после чего выпил ещё один бокал коньяка. Коньяк был отменный, и почти не уступал тому, которым угощал посетивших их особняк эльфов его отец.

- Ты тоже отлично выглядишь, Бежимвпостель! Жаль, что ты не гоблинша, а то... - начал произносить ответный комплимент Мырыдхай, который был прерван дружным хохотом изрядно подвыпивших гостей.

"Что я несу!" - с отчаянием подумал гоблин и, посмотрел на сидящего слева от Бежимвпостели незнакомца. Тот был, пожалуй, единственным из присутствующих за столом эльфов, кто казался абсолютно трезвым.

- Простите, не расслышал Вашего имени, - обратился к нему наш герой, чтобы как-то загладить неловкий момент.

- Занозель, - представился эльф и, слегка растянув рот в улыбке, ободрительно подмигнул гоблину, мол, "Не бери в голову, приятель. Всё это ерунда!"

"Симпатичный малый", - сказал себе Мырыдхай, которому новый знакомый сразу чем-то понравился.

- А я - Выпилэль! - раздался вдруг громкий пьяный голос Выпилэля, который очнувшись, тоже решил познакомиться с новым гостем.

- Это я уже знаю! - рассмеялся Мырыдхай, на что признавший его хозяин застолья лишь махнул рукой, которой тут же потянулся за бокалом с вином.

- Извините, конечно, но почему у Вас такое странное имя. Вроде бы эльфийское, но какое-то... хм, непривычное, - рискнул спросить гоблин у нового знакомого.

- Вижу, что Вы хорошо разбираетесь в наших именах, - усмехнулся эльф.

- Это у него сокращенное имя, - встрял в разговор Оглохспаниэль. - Полное имя такое длинное, его даже трезвому друиду не выговорить, не то, что нам. А не пьёт, потому, что его на высо-о-о-кий пост назначили. Будет секретарём главы эльфийской фракции в Имперском Совете. О, как! Завтра в должность вступает, понл?!

- Да уж, - горестно вздохнул Занозель, - угораздило же родителей дать мне имя, состоящее из девяноста семи слогов! Сам его запомнить не могу. Подхожу, однажды к матери, спрашиваю, мол, зачем мне такое имя дали? Сама-то можешь его произнести? Она объяснила, что не может и, вообще, она здесь ни при чём - это, мол, отец меня называл. Он, дескать, в моём имени хотел запечатлеть все основные вехи развития нашего клана. Ну, я к отцу подошёл с тем же вопросом: можешь ли ты, отец, произнести моё полное имя?

- А он что? - наклонившись к эльфу, спросил заинтригованный Мырыдхай.

- Он? Ступай, говорит, прочь, Занозель! У меня, говорит, нет сейчас времени такой ерундой заниматься. У меня, говорит, завтра Совет клана, а ты не даёшь мне спич написать. Вот так вот!

- Ну, типа моего папани! - воскликнул Мырыдхай. - Но ты это... не переживай! Имя у тебя звучное, хорошее... Да и половником по голове тебя отец, судя по всему, не бьёт. Нормально всё будет!

- Вот, завтра в Совете ик! ржачка будет! - громко расхохотался Выпилэль, незаметно подошедший на слегка заплетающихся ногах к Мырыдхаю. - Как ж тя предствлять-то будут? Полным имнем ик!... иль как?

- Полным, конечно! Это будет официальный приём у Его Величества, - саркастически ухмыльнулся Занозель. - Обязаны представить меня по всей форме. И пусть только попробуют хоть одну букву перепутать!

- Ик!.. А мошт быть тя специально псылают в Совет, чтоп там всё... ик!.. перпутали, а мы им сканда-а-а-льчик закатили, или... ик!... ещё шо-нить? - с видом внезапно наступившего прозрения, проикал Выпилэль.

- Да ты, что, дружище? - обнял его за плечи Оглохспаниэль. - Хватит пить! Всё-таки праздник, а не беда какая-то.

- Да, кстати, ты зачем всех собрал-то?! - спохватился Мырыдхай. - Что за повод? А то все знают, кроме меня!

- Повд? Ах, по-о-вод! - вновь икнул Выпилэль. - Жнюсь я, брат! Вот какой повд... ик!

- О! Поздравляю! Молодец! И кто же твоя невеста? - растянув морду в улыбке, поинтересовался Мырыдхай.

- Кто? - поморщился Выпилэль. - Да, ты её хршо-о знаишь!

И снизив голос, добавил, кивнув головой на Бежимвпостель:

- Во-он, сидит, шалава, глазищами стреляет... ик!.. по стронам... ик!

- Кто?!! - переспросил Мырыдхай, чувствуя, что сейчас упадет. - Я что-то не понял!

- Ну, не Знозель жа... и не Ель! - раздраженно обдавая гоблина перегаром, выпалил эльф. - Она! Потаскуха щёртва!

- Ты что это такое говоришь?! - возмутился гоблин, ничего не понимая. - Как ты можешь! Зачем же ты на ней женишься, если совсем не любишь её и не уважаешь?!

- Ну, и чё?! Она меня тож совсе-ем не лю-ю-бит... А кто мня спрашил? Мня.. ик!.. ваще никто-о не любит... и не спрашиит... Объявлили на о!бщем Совете... этих... как их?...А! ик!... кланов, шо мы с ней женимся и ...! Да ещё, вместо обычных десяти... ик!... лет, на подгтовку с... с-свадьбы адин... ик!.. год дали!.. А-адин! Понл?.. Лю-ю-бишь - не лю-ю-бишь... Кому... ик! ик!... до этого дело есть?! Плитика, мать йё так! Наши кланы вечна... ик!.. враждуют,.. а тут им зачемт пнадоби!лось сро-о-чна нас промерять... нет... измерять... при-и-... эта... -мирять, вот! Зчем, спрашится? Не зна-а..ишь!? То-то!

"Не знаю, но догадываюсь", - подумал Мырыдхай, опускаясь на стул и глядя украдкой на Бежимвпостель, увлечённо беседовавшую о чём-то с Занозелем.

- Да я бы... ик!.. на гоблинше лучше жнился при!личной, чем на этой... - не успев прикрыть рот рукой, рыгнул Выпилэль. - Вот, ткой у мня, бртишка, пра-а-здник... ик!

- Корни Дре-е-ва, корни Дре-е-ва... - пьяно ворчал эльф, возвращаясь на своё место, - перплести им, видите ли на-а-до... ик!... ко-о-рни! Ик!.. шо я крзинщик что ли, вашу ик!...

"Вот и кончилась юность беспечная", - с неожиданной грустью подумал наш герой и, вздохнув, налил себе новую порцию коньяка.

В этот момент свет в зале начал медленно гаснуть. Начиналось второе отделение шоу.

Глава 17.

Отважно преодолевая выбоины, притаившиеся на капризной дороге, колесница неслась вперед, согреваемая лучами тёплого летнего солнца. Впрочем, великолепные рессоры, усиленная подвеска и магические подушки безопасности, которыми было оборудовано это современное средство передвижения, позволяли пассажирам чувствовать себя достаточно комфортно. Пассажиров было двое: с одной стороны салона расположился невысокий огр, одетый в строгий чёрный костюм, напротив него устроился молодой гоблин, облачённый в лёгкий дорожный костюм свободного кроя.

Гоблин постоянно зевал и тёр лапами глаза, - судя по всему, он провёл бессонную ночь. На сидении, справа от него лежала изящная шкатулка, обтянутая зелёным бархатом, а слева лежала толстая книга в кожаном переплёте.

Столица, которую они покинули ещё до рассвета, осталась далеко позади, и сонный взгляд гоблина скользил по окружающей дорогу равнинной местности гоблинской автономии, условную границу которой они недавно пересекли. Изредка колесница подпрыгивала так сильно, что ему приходилось левой рукой хвататься за поручень, дабы не упасть, а правой придерживать ларец. Книгу держать было уже нечем и она дважды, с того момента, как они въехали на территорию автономии, оказывалась на полу.

"Нет, это всё-таки странно, - подумал молодой пассажир, - министром дорожного строительства традиционно назначают гоблина, а нормальных дорог в гоблинской автономии как не было, так и нет".

- Каменная Башка, как ты думаешь, почему у нас, в Империи, дорожным министром всегда назначают гоблина, а дороги в автономии такие дерьмовые? - зевнув, обратился он к своему спутнику.

- Так всегда, - подумав, ответил огр, - лекарь без здоровья, так говорить люди, да?

- Пенсионер без пенсии, - поправил его гоблин, радуясь тому, что взял с собой именного этого бодигарда, единственного из всех огров, с которым во время путешествия можно было перекинуться словом.

- Книга зачем? Мырыдхай читать?- неожиданно спросил его Каменная Башка, наблюдая за тем, как гоблин в очередной раз поднимает книгу с пола.

- Ехать долго, может, почитаю, - возвратив на место труд эльфийского философа Несётсяселя "Как постичь непостижимое", поморщился Мырыдхай и, взглянув на название книги, задумался...

...Он действительно не спал этой ночью.

Возвратившись с эльфийской посиделки, гоблин принял холодный душ и выпил несколько чашек кофе, чтобы как-то нейтрализовать то пагубное влияние, которое оказали на его организм нескольких лишних бокалов бренди.

Известие о предстоящей свадьбе Выпилэля и Бежимвпостели произвело на Мырыдхая двойственное впечатление. С одной стороны, он ощущал странную грусть от того, что очередная страница его жизни была перевёрнута, а с другой стороны - неожиданный восторг от осознания той простой истины, что жизнь на этом не заканчивается, и впереди его ждёт множество новых непрочитанных страниц этого увлекательного произведения.

Он долго сидел в своей комнате, раз за разом прокручивая в голове события последних месяцев и пытаясь представить, что произойдет с ним в будущем, пока не почувствовал, что мысли начинают носиться по кругу и не ощутил настойчивого желания этот круг разорвать.

Тогда он решительно поднялся, оделся, собрал необходимые вещи, написал записку отцу и вышел из дома. Около особняка, на тот случай, если хозяину придется срочно куда-то отправиться, всегда дежурила готовая к выезду колесница. Направившись к ней, Мырыдхай с удивлением увидел, прогуливавшегося по двору, Каменную Башку.

- Ты-то чего не спишь? - спросил его гоблин.

- Спать не хотеть. Завтра свободный, может спать, - ответил огр. - Ты ехать сейчас?

- Да, надумал прокатиться, один поеду, - улыбнулся гоблин. - До встречи.

- Я с тобой, - решительно покачал головой Каменная Башка, давая понять, что последний приказ господина Несогласенподыхай, гласивший о том, что его наследник отныне может принимать любые решения, но не должен передвигаться за пределами дома без сопровождения, не может быть нарушен ни при каких обстоятельствах.

- Я поеду далеко и вернусь не скоро, - заметил гоблин.

- Ждать, я вещи брать, дубина брать, - изрёк в ответ Каменная Башка и решительно направился в дом.

Через несколько минут они уже ехали по улицам спящего города...

...Очнувшись от воспоминаний, Мырыдхай взял в руки шкатулку и, открыв её, с мечтательной улыбкой принялся рассматривать лежавшие там сокровища - несколько ювелирных изделий с изумрудами, отобранными им из тех трофеев, что были добыты в его первом походе. Налюбовавшись, он прикрыл шкатулку и, продолжая всё так же мечтательно улыбаться, задремал.

Бойко подпрыгивая на неровностях дорожного покрытия, колесница везла его навстречу новым приключениям.

...........................................КОНЕЦ......................................................

© Copyright Ротвальд (rotwald@yandex.ru)

14/01/2012

Взято из Самиздата, http://samlib.ru/r/rotwalxd/a_brachnoe_obyavlenie.shtml

Content

Ротвальд Брачное объявление

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ПРАЗДНИК ДРЕВА

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

Глава 18.

Глава 19.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПЕРВЫЙ ПОХОД МЫРЫДХАЯ

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16

Глава 17.

Глава 18.

Глава 19.

Глава 20.

Глава 21.

Глава 22.

Глава 23.

Глава 24.

Глава 25.

Глава 26.

Глава 27.

Глава 28.

Глава 29.

Глава 30.

Глава 31.

Глава 32.

Глава 33.

Глава 34.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. СПАСИТЕЛЬ

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.