Смирнова Светлана

Путь во тьму

Светлана Смирнова

Путь во тьму

Глава 1

Октябрь, 2004 год

Кейт снились странные, беспокойные сны, мелькающие образы появлялись и исчезали, но на смену им приходили другие. Она металась по кровати, лоб покрылся испариной, длинные темные волосы опутали лицо.

Все, что она видела, казалось слишком реальным для сна. Интуиция подсказывала, что этого не может быть на самом деле, но с каждым новым образом все меньше и меньше в это верила.

Кейт оказалась в странном помещении с каменными стенами. Освещенным черными свечами, выложенными полукругом на земляном полу. Рядом с начерченной мелом пентаграммой стоял человек в черном балахоне и капюшоне, тень от которого скрывала лицо.

Тут мрачная комната словно смазалась и превратилась в поляну, окруженную высокими деревьями. Полная луна бросала на нее бледный свет. Громадный зверь, отдаленно напоминающий волка, скалил клыки длиной в указательный палец и, рыча, надвигался на Кейт.

Она даже не успела испугаться, как картина сменилась, и Кейт оказалась в крытой стоянке для машин, напротив нее стоял Маркус. Как всегда, неотразимый, в черном пальто, ладно сидевшем на стройной фигуре, джинсах и в узконосых ботинках. Холодные черные глаза бесстрастно смотрели на Кейт. Маркус направил на нее пистолет. Раздался выстрел.

Кейт в ужасе стала осматривать себя, но раны не нашла. Когда она подняла голову, то обнаружила, что стоит в просторной комнате, обставленной дорогой антикварной мебелью. Возле большого окна с темными шторами стоял красивый мужчина в деловом костюме. Чертами лица он походил на Маркуса, только лет на пятнадцать постаревшего.

Все это исчезло, и Кейт увидела дорогу, припорошенную тонким слоем снега. На ней лежал Маркус, с открытыми, неподвижными глазами, а вокруг на белом снегу виднелись пятна крови. Рядом стоял Браун…

На этом месте Кейт проснулась. Сердце бешено колотилось в груди, по телу ручьями стекал пот. Она видела перед собой привычную обстановку своей комнаты, но не могла поверить, что привидевшееся – всего лишь сон. Ее трясло, словно в ознобе, в душе ощущалась жгучая, невыносимая боль потери и ледяной, колючий страх. Перед глазами стояло мертвое лицо Маркуса с остекленевшими, мертвыми глазами. Кейт старательно отгоняла эту страшную картину вглубь сознания, боясь представить, что это могло случиться наяву. Она тяжело и судорожно дышала и крепко сжимала руками края одеяла. Постепенно удалось успокоиться, восстановить сбившееся дыхание и полностью убедиться: привидевшееся все же сон.

Кейт села на постели и откинула с лица намокшие волосы.

'Приснится же такое, – подумала она. Не покидало чувство, что подобное она уже видела, и тут вспомнила: – Да, мне похожее уже снилось… Тогда, в больнице, после аварии. Только сейчас все казалось четче, прибавилось подробностей, и в прошлый раз не было мужчины, похожего на Маркуса…' – Кейт вздохнула и обхватила голову руками.

'С чего мне это приснилось? С тех пор, как Маркус и Браун убили Карнелию, прошел месяц. Мне, конечно, было тяжело все забыть, стереть из памяти Маркуса. Да и толком не удалось, но ни разу за это время, до сегодняшнего момента, ничего подобного не снилось. Вдруг это вещий сон? Ведь я иногда, бывает, вижу странные вещи. Например, я сплю в своей комнате, и мне снится, будто к маме пришла соседка. Потом оказывается, что соседка приходила на самом деле. Вот каким образом это можно объяснить? Я, что, ясновидящая? Да нет же – бред! Какая из меня прорицательница!.. К тому же такие сны мне снятся очень редко. Я больше накручиваю на себя. А то, что мне привиделось сегодня, – просто последствия произошедшего, мои страхи вперемешку с когда-то просмотренными ужастиками. В прошлый раз авария на меня так повлияла и мистическая чертовщина, а сейчас – то, что случилось с Дэном. – От воспоминания об однокласснике у Кейт защемило сердце. – Еще и Маркуса не удается забыть. Думала, что пройдет время и станет легче, а с каждым днем становится только хуже'.

Кейт встала с кровати, подошла к окну и раздвинула шторы, пропуская в комнату утренний свет. Потом повернулась и увидела, что простыня на постели съехала и открывала матрас, а одеяло и подушка валялись на полу.

'Надеюсь, я хоть не кричала. А то мама испугается, все ли со мной в порядке, и начнет водить к психиатру. Хотя навестить его чувствую, не помешало бы'…

Кейт вздохнула, подошла к кровати и стала приводить ее в порядок.

Тут дверь резко распахнулась и ударилась о стену: в комнату, не постучавшись, влетела Мэри.

– Сеструха, поздравляю с днем рождения! – радостно воскликнула она и потрясла перед ней небольшой розовой коробочкой, перевязанной красным бантиком. – Я тебе подарок принесла.

Кейт, расправив одеяло, посмотрела на старшую сестру.

– Э, ну что это за измученный взгляд? Проснись и пой. Ведь у тебя сегодня праздник. А то посмотришь на тебя – и хочется убить, чтобы дальше не мучилась, – весело произнесла Мэри и прибавила: – Не кисни. Держи подарок. Надеюсь, понравится.

Кейт вымученно улыбнулась, чем заслужила укоризненный взгляд сестры, взяла в руки коробочку и развязала бантик. Внутри на бархатной подкладке лежал серебряный кулон с жемчужиной внутри.

-О, какая красота, – восхищенно проговорила Кейт. У нее даже все угрюмые мысли немного отдалились на второй план.– Спасибо. – Кейт обняла Мэри, затем, вынув кулон из коробочки, стала его рассматривать.

– Не хочу портить такой момент. Но не забывай, что сегодня тебе еще в школу идти. А время уже много, – напомнила Мэри.

Кейт подняла глаза на старшую сестру.

– Может, не стоит… Ведь у меня день рождения, – с надеждой произнесла она.

– Стоп, замри, – выставила вперед указательный палец Мэри. – Не меняй выражение лица. Вот так и ходи. Пусть лучше оно будет умоляющее, чем угрюмое.

-Да ну тебя, – отмахнулась младшая сестра и, обиженно поджав губы, скрестила руки на груди.

-С таким выражением ты разжалобишь кого угодно, кроме меня. А с мамой это тем более не пройдет. Ты же знаешь, какая она у нас строгая родительница, – усмехнулась старшая сестра. – Давай, иди, прими ванну. Тебе не мешает освежиться, а то бледная вся – брр! Все о своем красавчике Маркусе страдаешь? Забудь наконец! Он тебя бросил – и хрен с ним! Нужно быть сильнее.

-Он не бросал меня. Мы с ним даже не встречались, а просто были друзьями, – возразила Кейт и тихо прибавила, опустив голову: – И на то есть причина, что он ко мне больше не приходит, но, извини, о ней я не могу тебе сказать.

-Ладно, забыли. Тебя не понять, – махнула рукой старшая сестра и прибавила: – Шевелись, а то в школу опоздаешь.

-А ты в универ опоздать не боишься, – усмехнулась младшая сестра и, подойдя к своей тумбочке, положила на нее коробочку с подарком сестры.

– Конечно, нет. Сегодня я никуда не иду. Буду помогать маме готовить и думать, как устроить твой день рождения, чтобы больше на твоем лице не появлялось угрюмого выражения. – Мэри улыбнулась и вышла из комнаты.

'Если бы только она знала, что обязана жизнью вампиру и охотнику на нечисть, как и я сама… Господи, как я скучаю по Маркусу!' – подумала Кейт и поплелась в ванную.

Приняв ванну и почистив зубы, она вернулась в комнату. Там она стянула пижаму, открыла шкаф и достала оттуда трикотажную кофточку, которую ей купил Маркус. Девушка рассматривала ее на вытянутых руках. Потом решительно сложила и убрала в самые недра содержимого полки.

'Кофта очень красивая и хорошо сидит на мне, но… Она сильно напоминает о Маркусе. А я больше не хочу его вспоминать. Хватит! Пора начинать новую жизнь. Без всяких вампиров и сверхъестественного,' – подумала Кейт и достала из шкафа голубую тунику с завышенной талией. Надев ее следом за джинсами, она спустилась на кухню.

-Доброе утро, мам, – плюхнувшись за покрытый яркой скатертью стол, проговорила Кейт.

-Доброе утро, с днем рождения, – поздравила мисс Олсен, поставив перед дочерью тарелку с блинчиками и стакан молока. Затем женщина вынула из кармана своего домашнего халата подарок и протянула его дочери.

Кейт приподнялась на стуле, чмокнула маму в щеку и взяла коробочку.

-Хм, что-то тяжеленькое, – она взвесила ее в руке.

-Ну же, открывай. Тебе должно понравиться, – улыбаясь, поторопила мама.

Кейт сняла бантик, развернула упаковку и открыла коробку. Внутри лежала странная бронзовая статуэтка. Она имела вид какого-то китайского символа, исписанного непонятными знаками. Кейт взяла ее в руки.

-Это что такое? – на пороге появилась Мэри.

-Это очень древний символ. Я купила его в одной лавке старинных вещей. Это подлинный символ. По легендам, он охраняет от злых сил, приносит удачу и бережет от кошмаров, – ответила мисс Олсен.

'Ну, все, теперь наш дом будет, кроме заклинаний Маркуса и Брауна, защищать еще и эта вещичка. А насчет кошмаров эта штука может быть очень полезной. Вдруг одним странным сном дело не ограничится?' – мысленно хмыкнула Кейт, а вслух произнесла:

– Спасибо.

– Я, конечно, понимаю, ты помешана на таких необычных вещах, – сказала Мэри. – Работаешь в музее. Но, мам, неужели ты веришь в этот бред?

– Существуют сверхъестественные силы. И зря, что ты не веришь, – серьезно ответила мисс Олсен.

'Мам, ты не представляешь, как права', – мысленно согласилась с ней Кейт, потом отложила подарок в сторону и принялась за блинчики.

Мэри скептически хмыкнула и произнесла:

– Извини, мамуль, но я реалистка по жизни.

'Ага, а у самой пила кровь вампирша, хоть ты этого не помнишь', – подумала Кейт, отправляя в рот кусочек блинчика.

– Мам, давай деньги. Я пойду за продуктам. У Кэти сегодня день рождения, а у нас в холодильнике мышь повесилась.

– Ага, сейчас, – мисс Олсен достала из кармана фартука пару купюр, протянула их Мэри и тут расширила глаза, обратив внимание на вид старшей дочери.

Кейт, проследив за взглядом матери, подняла голову на сестру.

На Мэри были надеты черные в обтяжку узкие джинсы и белая рубашка с корсетом, застегивающимся на крючки. Первые крючки не были застегнуты и это, особенно с корсетом, основательно открывало грудь. Длинные волосы распущены, глаза ярко подведены черным карандашом и накрашены серыми тенями.

По мнению Кейт, в этом образе Мэри не было ничего вульгарного, все ей безумно шло. Девушка выглядела очень сексуально. Но мисс Олсен думала совершенно по-другому.

-Мам, что ты на меня так смотришь?– спросила Мэри, тряхнув своими белокурыми прядями и повертев носком сапога.

-Только не говори, что ты в таком виде пойдешь за продуктами! – воскликнула Бритни Олсен.

-Ну да, а что? – пожала плечами старшая дочь. – По мне, классный прикид. Вот если б я надела колготки в сетку, мини– юбку, какой-нибудь топик, который можно сравнить лишь с лифчиком, и ярко накрасилась, – вот тогда тебе надо было бы бить тревогу. Так что сейчас я просто одета, как монашка!

И прежде, чем мисс Олсен смогла что-то сказать, Мэри, чмокнув ее в щеку, взяла из застывшей руки деньги и еще раз, поздравив Кейт с днем рождения, поспешила покинуть дом.

-Говорят, что младшие дети шибутнее старших, а тут наоборот, – со вздохом проговорила мать.

Кейт лишь улыбнулась.

'Как же я люблю свою семью,' – подумала она, делая глоток молока.

* * *

-Ты сделала геометрию? – спросила Синди у Кейт, когда они шли по наполненному учениками школьному коридору.

-Ага, – ответила девушка, подходя к своему шкафчику, открывая его и убирая внутрь пару учебников.

-У меня задание не получилось. Можно я у тебя спишу? – спросила подруга, с надеждой посмотрев на одноклассницу.

– Конечно, – Кейт протянула ей папку. – Только до начала урока семь минут. Успеешь?

-Спрашиваешь? Чему-чему я научилась в школе, так это быстро списывать! – Синди взяла папку с заданием из рук Кейт, затем достала из своего шкафчика ручку, опустилась по стене на корточки и принялась переписывать.

Кейт устало привалилась спиной к шкафчику и стала наблюдать за потоком учеников.

Вот прошел Тэд Оркинс, красивый блондин с атлетическим телосложением. Практически все девчонки тащились по нему.

'Что все в нем нашли? У него каждую неделю новая девчонка. Все прекрасно знают, что он бабник, но все равно рады провести с ним вечерок… или даже ночку. Смотрят только на внешность, а что внутри – им наплевать. Да и красота у него какая-то вульгарная и пошлая. Аж смотреть противно. Вот у Маркуса совсем другая красота: таинственная, темная, холодная, но черты его лица совершенны. В нем есть плохое, но в то же время и хорошее. Он помог мне и моей сестре, нарушая все свои принципы… Блин, ну опять ты думаешь о нем, забудь же ты Маркуса, наконец!' – подумала Кейт. Тут ее взгляд привлек один парень, стоящий в конце коридора, возле другого ряда шкафчиков, и беседующий с ее одноклассником Доном Компсоном.

У него были густые каштановые волосы, правильные черты лица. Одет в серою футболку и джинсы. Кейт сравнила его с Маркусом, ассоциации у нее были с днем и ночью, с теплом и холодом.

Почувствовав, что на него смотрят, незнакомец встретился взглядом с Кейт. И вдруг он сделал то, чего девушка никак не ожидала: улыбнулся и помахал ей рукой.

Кейт в ответ рассеянно улыбнулась и, приподняв руку, пошевелила пальцами.

Затем молодой человек вынул из своего шкафчика учебник и, еще раз посмотрев на Кейт, ушел.

Девушка испытывала неоднозначные чувства. Когда она увидела этого парня, ее будто громом поразило, а сердце забилось быстрее.

-Че, подруга, на Джастина загляделась?– Синди поднялась на ноги и протянула ей папку по геометрии.

-А кто он? Я что-то его раньше не видела, – спросила Кейт, сдвинув брови и взяв папку.

-Он новенький. Неделю назад к нам учиться пришел. Кстати, на наш курс. Все девчонки о нем говорят. Неужели ты ничего не слышала?! – удивленно воскликнула Синди.

-Нет, – покачала головой Кейт.

-Ну, все с тобой ясно, – подытожила одноклассница.– Все о своем Маркусе думала. Правда, я сомневаюсь, что твоя безответная любовь красивее Джастина.

-Он ничуть не хуже Джастина. Он таинственный, от него исходит темная аура. А его глаза…

-Темная аура, – протянула Синди, усмехнувшись. – Он не гот, случайно?

– Нет, – покачала головой Кейт.

'Маркус хуже. Он вампир', – подумала девушка.

-Ты все время о нем говоришь, будто он тебя заколдовал, – усмехнулась подруга.

Прозвенел звонок.

Синди захлопнула свой шкафчик.

-Ну что, идем грызть гранит науки? – весело проговорила она и двинулась по коридору.

-Идем, – вздохнула Кейт и, закрыв дверцу своего шкафчика, двинулась за подругой.

Девушки вошли в класс и сели на второй ряд. Кейт положила учебные принадлежности на парту и стала наблюдать за учениками, лениво занимающими свои места. Никому не хотелось сидеть на скучном уроке, тем более, со строгим преподавателем мистером Робинсоном.

Кейт посмотрела назад. На место, где раньше сидел Дэн. Девушке было тяжело вспоминать об этом парне. Пусть он и был порядочной сволочью, но Кейт очень жалела его.

'Как бы то ни было, он не заслужил смерти, – с грустью подумала девушка. – Хотя застрелился сам. Но Дэн был в состоянии шока и не понимал, что делает. Если бы мы могли его остановить… Но, как говорят, после драки кулаками не машут'.

Сначала Кейт думала, что в классе ее начнут презирать, шептаться за спиной, думать, будто Дэн покончил жизнь самоубийством из-за нее. И девушка была готова к такому варианту. Даже хотела этого, потому что считала себя виноватой. Но никто и слова не сказал ей по этому поводу. Все думали, что Дэн погиб из– за каких-то криминальных личностей. По школе ходили разнообразные слухи, вроде тех, что Дэн связался с мафиози, наркоманами, другими преступниками. Кто-то даже говорил, будто Дэн был наемным убийцей и его убрали из-за того, что он много знал. Слыша ту или иную небылицу, Кейт еле сдерживалась, чтобы не накричать и не рассказать, как все было на самом деле.

'Не знаю, каким образом Маркус все устроил – похоже, он в этом деле мастер – но даже полиция думает, будто Дэна застрелили уголовники. А ведь он мог оставить все как есть… Но для моего блага, чтобы никто в классе меня не упрекал, устроил так'.

Невеселые мысли Кейт прервал вошедший в класс мистер Робинсон. Положив журнал на учительский стол, он своим громким, жестким голосом попросил сдать конспекты и папки с домашним заданием.

-Ой, как плохо, что он конспекты попросил сдать, – прошептала Синди, передавая папки впереди сидящим. – Не дай бог контрольная.

Кейт посмотрела на одноклассницу. Уйдя в свои мысли, она совсем забыла о существовании подруги.

– Везет Кристине, она болеет, – грустно вздохнула Синди.

-А сейчас я выдам вам задания в форме теста и дам вам на их выполнение весь урок, – не оправдал ожиданий Синди учитель по геометрии.

-Но вы нас не предупредили о контрольной, – недовольно проворчала Синди. – Я даже не подготовилась.

-Я говорил вам три недели назад, чтобы вы повторяли весь материал первой главы. А в том, что вы слушали меня невнимательно или у вас короткая память, я не виноват. И вообще, вы должны быть готовы на каждом уроке, мисс Вирс, – ответил учитель, затем рявкнул: – Так что живо убрали все учебники и не дай Бог я увижу у кого– то шпору! Тот сразу вылетит из класса с двойкой за полугодие.

-Чокнутый маразматик, – тихо, чтобы слышала только Кейт, прошипела Синди.

Учитель раздал задания.

'В принципе, не так все страшно', – подумала Кейт, беря листок в руки и читая вопросы.

-Ну, пипец, – проговорила Синди, кусая ручку и крутя тест из стороны в сторону.

– Я тебе помогу, – успокоила ее Кейт.

-Спасибо, – одноклассница с благодарностью посмотрела на подругу.

Кейт принялась строчить ответы на вопросы. Мистер Робинсон ходил по рядам и высматривал шпаргалки.

-Тина, УБЕРИ УЧЕБНИК! – рявкнул он

Русоволосая девушка на первом ряду побледнела и поспешила спрятать учебник в сумку.

Вдруг парень, сидевший впереди Кейт, повернулся, и девушка встретилась с карими глазами Джастина.

-Извини, ты не знаешь ответ на четвертое задание? – спросил он.

– Сейчас напишу, – ответила Кейт, и ее сердце забилось быстрее. Вблизи новенький оказался еще симпатичнее: немного длинноватые каштановые волосы, скуластое лицо, волевой подбородок, теплые карие глаза. Девушка, стараясь не показать своих чувств, вынула из сумки блокнот, оторвала листок. Быстро начеркала ответ и, не сводя глаз с учителя, который на данный момент отчитывал за шпору двоечника Гарри Гриета, передала бумажку Джастину.

-Спасибо, – шепнул тот, улыбнувшись. Потом взял бумажку и повернулся к своей парте.

Синди ткнула Кейт в бок, затем двинула бровями в сторону новенького и прошептала, загадочно улыбнувшись и подмигнув:

– Да он к тебе клинья подбивает!

Кейт, сделав страшные глаза, помотала головой.

– Он на тебя та-ак смотрит! – с намеком прошептала одноклассница, на ухо Кэт.

– Ерунда, – отмахнулась подруга, – Ему просто нужен был ответ на задание.

– Олсен, Вирс, может, хватит трепаться?! – перед столом девушек стоял мистер Робинсон.

Подруги притихли и опустили глаза в тесты. Преподаватель, еще немного посверлив девушек взглядом, направился дальше по рядам.

Кейт едва успела покончить со своим заданием и помочь Синди, как у нее зазвонил телефон.

-Мистер Робинсон, можно выйти? – подняла руку девушка.

– Сначала реши задания, а потом разговаривай по телефону! И вообще, на уроке телефон нужно отключать, – буркнул учитель, садясь за свой стол.

– Я все сделала, – быстро проговорила Кейт, чуть не подпрыгивая на месте и молясь, чтоб звонивший дождался ответа.

-Тогда – листок с тестом на стол, и можешь уйти с моего урока, – смягчился учитель и уставился в классный журнал.

Кейт схватила листок и учебник с ручками, пулей подлетела к учительскому столу, положила тест и выскочила из класса. Оказавшись в пустом школьном коридоре, она дрожащей рукой нажала кнопку для принятия вызова.

-Да, – почти не дыша, ответила девушка.

– Привет, – поздоровался Браун. – Извини, я звоню не вовремя, наверно, ты в школе.

-Ничего страшного. Что вы хотели? – чуть заикаясь, ответила девушка. Ее сердце бешено колотилось в груди. Ведь охотник – это одна из ниточек, связывающих ее с Маркусом. А Кейт, как утопающий, хваталась за любую соломинку, только бы быть ближе к вампиру.

'Все-таки тщетно весь месяц я пыталась его забыть… Ничего не получилось', – пронеслось в голове у девушки.

-Мне нужно поговорить с Маркусом, но он, по ходу, сменил номер телефона. А где этот упырь живет, я не знаю. Тебе известен его новый номер или адрес? – спросил охотник.

-Новый номер – нет. Мы с Маркусом не общаемся. Но адрес я знаю. Если только он не переехал, – ответила Кейт, крепче сжимая рукой трубку.

-Назови улицу и дом, пожалуйста, – попросил Браун.

-А вам зачем? – насторожилась девушка.

'Джордж все-таки охотник на вампиров, а Маркус сам является кровопийцей. В прошлом у этих двоих было много разногласий, они были лютыми врагами. А месяц назад Маркус придумал хороший план, чтобы угробить Брауна. Но в последний момент у него проснулась совесть. Вдруг Джордж хочет отомстить?'.

-Не бойся, я не собираюсь убивать Марка. Мне просто нужно кое о чем его спросить. Это связано с моей охотой, но не касается вампиров, – заверил девушку мужчина.

'Если Маркус узнает, он меня убьет', – подумала Кейт и все же, вздохнув, назвала адрес.

-Спасибо, – поблагодарил охотник и прибавил: –Значит, Марк больше с тобой не общается…

-Да, – грустно ответила Кейт, при этом пальцем водя по гладкой стене школьного коридора и пытаясь не зареветь.

-Не переживай, это к лучшему. Сама понимаешь, – подбодрил Браун. – Если б он и остался с тобой, ничего хорошего из этого бы не вышло. Вам в будущем все равно пришлось бы расстаться. Или Марк превратил бы тебя в вампира, а возможно просто бы убил. Он и на последнее способен. Ты не знаешь его, как знаю я. Хорошо, хоть не видела, что он раньше вытворял … Правда, я не спорю: в Маркусе есть добро. Мне трудно это признавать, но так и есть. Иначе я не стал бы никогда ему помогать, но это добро тесно переплетается со злом. Марк – чистокровный вампир и мыслит немного не так, как мы. Но то, что Маркус решил не общаться с тобой, – это он сделал правильно. В кои-то веки подумал не о себе и не о клане, а об обычной человеческой девушке. Он и правда влюбился в тебя. Если честно, то я в шоке от Марка.

– Маркус ненавидит это чувство. Он говорил, что любовь делает нас слабыми. Вот еще одна причина, по которой он ушел, – произнесла Кейт, а затем спросила: – С чего вы взяли, будто Маркус мог даже убить меня?

-Вампиры ему дороже. Он до безумия предан своему роду. Карнелию Маркус считал отбросом, так что она не в счет. Если бы вампиры узнали о тебе, то у Марка было бы только два выхода: убить или превратить тебя. Легче было убить, чтобы избавиться от чувства так ненавистной ему любви. Вампиры не особенно любят свои чувства. Потому что у них они острее, чем у людей.

-Маркус говорил, что никогда не причинит мне вреда. Вы его хорошо знаете и должны понимать, что он не врет друзьям, – сказала Кейт.

-Да, он честный. Без крайней необходимости не будет юлить и обманывать. Но у него сложный характер. Я бы сказал даже: замудрённый. Вот до сих пор думаю: правильно я тогда не дал ему умереть или нет? Не спорю, Марк стал лучше, но долго ли он будет играть роль пай-мальчика?.. – задумчиво произнес охотник.

Кейт ничего не успела ответить. Трель звонка неприятно ударила ей по ушам.

Из классов стали выходить ученики. Коридоры наполнились шумом и голосами.

-Ну ладно, Кейт, спасибо за информацию. И не парься насчёт Марка. Это к лучшему, что вы не вместе. Пока, – попрощался Браун.

-Пока, – эхом отозвалась девушка и убрала телефон в карман джинсов.

– Подруга, ты че какая? – к Кейт подошла Синди.

-У меня все хорошо, – отозвалась девушка, посмотрев на одноклассницу и натянуто улыбнувшись.

На самом деле было все совсем наоборот. Браун напомнил о Маркусе, и Кейт теперь не могла прогнать его из своих мыслей. Девушка понимала, что страдать бесполезно, но ничего не могла с этим поделать.

'Любовь – это слабость', – вспомнились Кейт его слова, а в голове буквально прозвучал холодный голос Маркуса. – Ты оцениваешь его со стороны человека, но так ты его не поймешь. Чтобы понять, надо представить, как мыслят вампиры'.

-Э-э, подруга, хватит зависать! Ты что, все о Джастине думаешь? – Синди заглянула подруге в глаза.

-Нет. При чем тут он? – спросила Кейт, сдвинув брови.

-Да ладно, я вижу, что он тебе понравился, и ты ему тоже, – сказала Синди.

– С чего ты взяла? Мы с ним толком даже не знакомы! – воскликнула Кейт.

-Я в таких вещах разбираюсь, – уверенно сказала Синди – Ну, признайся, Джастин ведь тебе понравился! А ты стараешься этого не замечать, потому что надеешься, что твой Маркус вернется и скажет, что вы будете вместе до самой смерти.

'Господи, а ведь она права. Так все и есть. Я сама не хочу отпускать его, надеясь, что еще не все потеряно, – подумала Кейт, потом мысленно усмехнулась: – Трудновато быть с ним до самой смерти. Тут проблема по части умирания Маркуса'.

-Ты живешь прошлым. Твоя жизнь стоит на месте. Нужно двигаться дальше, – продолжала Синди. – Вот скажи, сколько времени прошло с тех пор, как ты последний раз видела своего красавчика?

Кейт вздохнула и, прижавшись спиной к стене, ответила:

-Месяц назад.

За этот месяц он хоть раз позвонил или как-то еще связывался с тобой? – продолжила задавать вопросы подруга.

-Нет. – Девушка опустила глаза в пол.

-Тогда я не понимаю, чего ты паришься! Ты с ним даже по идее и не встречалась! Как ты мне объяснила, вы были просто друзьями. Извини меня, конечно, но ему на тебя плевать. Сама ведь понимаешь, раз он с тобой не хочет никак связываться.

'Вот тут ты не права, на самом деле все гораздо сложнее', – с грустью подумала Кейт.

Синди задумчиво почесала затылок и тут воскликнула так громко, что некоторые стоящие рядом ученики посмотрели на них:

-У тебя с ним было и поэтому ты никак не успокоишься?!

Кейт аж поперхнулась, услышав догадку подруги.

– Ты бы еще на всю школу проорала, – тихо проговорила она, смотря на перешептывающихся учеников.

Синди виновато пожала плечами.

Кейт вздохнула: ей вспомнились поцелуи Маркуса и ночь после вечеринки, но там, кроме поцелуев (очень страстных и горячих), ничего не было.

-Нет. Мы с ним только пару раз целовались, – ответила девушка.

-Вот что я скажу тебе, подруга. – Синди стала полностью серьезной. – Забудь его и все, что с ним связано. Ты страдаешь напрасно. Судьба не сжалится над тобой, увидев твои слезы и грустное лицо. Живи и двигайся дальше. Если бы Маркусу ты была бы нужна, он давно бы дал понять. А так, по ходу, живет и в ус не дует. Не удивлюсь, если у него другая девка появилась.

'Ну, насчет девушки сомневаюсь. Но ведь он правда не дает о себе знать…'

Кейт опустила глаза.

-Ты права, – кивнула она. – Я только гублю себя. Нужно, наконец, начинать новую жизнь и забыть о прошлом.

-Ну, вот и славно, – улыбнулась Синди и похлопала подругу по плечу.

Прозвенел звонок.

-Вот блин, – засуетилась Кейт.– Мы даже учебники еще не взяли.

-Они нам сегодня не понадобятся, – ответила Синди, смотря как ученики лениво расходятся по классам. Затем схватила подругу за руку и повела к лестнице. – Сегодня нам не придется слушать нудного мистера Танера. К нам на его урок должны прийти студенты и рассказать что-то о наших правах и обязанностях.

-Ой, точно. Я и забыла, – вспомнила Кейт, а про себя подумала:

'Маркуса я оставляю в прошлом. Хватит грустить, вокруг полно хороших парней. Например, тот же Джастин'.

Как только девушка решила отпустить свою любовь, ей стало легче, поднялось настроение. И она будто заново увидела окружающее, все внезапно приобрело краски. Но, тем не менее, в глубине души осталась боль, которая уже не могла исчезнуть.

Девушки поднялись по лестнице. Пошли по коридору и вошли в класс.

-Как хорошо: выдался урок, где можно расслабиться. А потом английский, информатика и биология. Везет тебе – ты после права уходишь, будешь с мамой и сестрой праздновать свою днюху… Точно не обижаешься, что я сегодня не могу прийти к тебе? – тараторила Синди, пока девушки шли к своим местам.

-Нет, конечно, – улыбнулась Кейт, садясь за парту. Она поискала глазами Джастина, но, похоже, у него сейчас был другой урок.

-Вот в следующие выходные мы с тобой отпразднуем. Ты это на всю жизнь запомнишь это, я тебе обещаю, – продолжила Синди.

Кейт вдруг почувствовала усталость. Из-за странных снов она так и не смогла нормально выспаться.

-Не сомневаюсь, – Кейт положила голову на парту и зевнула. – Разбудишь под конец урока.

-Хорошо, – Синди подперла подбородок рукой .

Кейт закрыла глаза.

Через минуту она услышала, как открылась и закрылась дверь класса.

'Мистер Танер вошел. Надеюсь, за широкой спиной Гарри Квинта он меня не заметит', – подумала Кейт.

Как вошел учитель, все голоса смолкли. В кабинете наступила полная, звенящая тишина.

'Что-то уж совсем тихо, – удивленно подумала Кейт. – А, да ладно, мне-то…'

Мистер Танер протер тряпочкой свою лысину и сказал:

-Здравствуйте, ученики. Сегодня к нам пришли двое студентов с юридического факультета. Они расскажут о наших законах, что делать, если вы попали в ту или иную ситуацию, где вам понадобиться юридическая помощь.

До Кейт слова учителя доносились как бы издалека, она уже засыпала.

'До чего я докатилась… Беру пример со старшей сестры: сплю на неинтересных уроках', –перед тем как полностью провалиться в сон, подумала девушка.

-Дежурный, скажите, кого нет, – продолжил учитель, но Кейт его уже не слышала.

Вдруг девушка почувствовала, что кто-то тычет ее в бок.

-Что, уже конец урока? – одним глазом посмотрев на подругу, пробубнила Кейт.

-Нет, но ты должна это увидеть. А точнее, не это, а его. – Синди кивнула вперед. – Джастин красив, ну, а этот студент еще лучше. Никогда не видела таких красивых парней.

Кейт усмехнулась и подняла голову, чтобы заценить этого красавчика.

Мистер Танер сидел на своем учительском месте и постукивал ручкой по столу, обшаривая взглядом класс.

Рядом со столом стояла девушка, до боли знакомая Кейт, а рядом возвышался необычной, холодной красоты парень.

Глаза девушки расширились от удивления, она потеряла дар речи.

-Эй, подруга, вижу, красота этого парнишки совсем в ступор тебя ввела, – усмехнулась Синди, махая ладонью перед лицом подруги.

Кейт сделала глубокий вздох, взяла себя в руки и слегка дрожащим голосом произнесла:

-Ну, вот, кстати, познакомься: это и есть Маркус Страстенберг.

Глава 2

Синди округленными от удивления глазами уставилась на Кейт.

– Вот так ни фига себе! – шепотом воскликнула она. – Бывает же такое. Теперь я тебя понимаю, такой красавчик способен не только вскружить голову любой девушки, но и заставить плясать на коленях.

– Ага. Он еще и не такое может, – вздохнула Кейт, наблюдая за Маркусом. Сердце девушки было готово вырваться из груди. Она жадно пожирала вампира глазами.

' Тебе еще броситься к нему с воплями: 'Я люблю тебя. Будь со мной', не хватало, – мысленно укорила себя Кейт. – Ну и как это называется? Я только решила его забыть и пожалуйста'.

Стоящая рядом с учительским столом девушка, переминалась с ноги на ногу и сжимала в руках коротенькую сиреневую курточку – это была Джейд, однокурсница Маркуса. Кейт познакомилась с ней на вечеринке.

– Мисс, – обратился к студентке преподаватель. – Можете положить свою куртку мне на стол, чтобы она вам не мешала. И можете начинать.

– О, спасибо, – поблагодарила Джейд и положила свою курточку на учительский стол. Потом повернулась к классу, улыбнулась и начала свой доклад.

Вампир со скучающим и недовольным видом смотрел в сторону окна. Ему даже не льстило, что все девушки в классе с восхищением глазели на него. На учеников он не смотрел и поэтому не заметил Кейт. К тому же она сидела за широкоплечим Гарри Гриетом, там ее совсем было не видно.

Джейд увлеченно рассказывала что-то о кредитах. Похоже, ей очень нравилась эта тема, и девушка была рада донести ее до учеников. Женская половина класса не слушала студентку, им было не до этого. Ученицы пожирали глазами темноволосого, черноглазого красавчика в распахнутом черном пальто, черной кофте с высоким воротом, джинсах, через шею парня был перекинут серый шарф, а ноги обуты остроносые ботинки. Девушкам было до жути обидно, что студент стоит к классу вполоборота и на них не смотрит, и они не могут построить ему глазки.

Даже парни практически не слушали Джейд. Им больше нравилось разглядывать ее аппетитные формы, затянутые в коротенькое трикотажное платье. Только один ученик – тощий, длинный, отличник класса, сидевший на первой парте, с интересом слушал студентку, и записывал ее слова, стараясь успеть за девушкой.

– Может подловить его после урока, стрельнуть номерок, – услышала Кейт, как модница Лизи Маккин шепчет своей закадычной подруге Клэр Дэринг.

' Ну конечно, – мысленно усмехнулась Кейт. – Маркус не только красив, но и еще ученик одного из самых престижных университетов города. Мои одноклассницы уже просчитали перспективы встречаться с будущим адвокатом'.

Джейд закончила свой доклад и повернулась к Маркусу. Парень скользнул взглядом по девушке, потом вздохнул и лениво повернулся к ученикам. По всему его виду было ясно, что вся затея ему не по душе.

' Маркус в своем репертуаре', – подумала Кейт.

Парень начал осматривать учеников, при том скорее всего больше с гастрономической точки зрения, чем с каким-нибудь интересом. Восхищенные взгляды женской половины класса ему были просто противны.

' Простите, девушки, – мысленно обратилась Кейт к одноклассницам. – Но для него, вы, всего лишь ходячие закуски'.

Маркус пока ее не заметил. Кейт думала, что делать. Откинуться на спинку стула, чтобы вампир ее заметил или еще больше опустить голову и спрятаться за спиной одноклассника.

-Многие люди попадают в разные переплетки по не знанию своих прав и законов, –парень говорил монотонно, всем своим видом показывая, что ему не нравиться здесь находиться и что он лучше б убил бы всех в этом классе. Возможно, кроме Кейт никто не видел его настроения, но девушка ясно читала это на лице Маркуса.

'Зачем тебе профессия адвоката, если, ты, с большинством людей совершенно не можешь общаться, считая их едой и низшими существами?' – мысленно спросила его Кейт, откидываясь на спинку стула. При этом парта чуть покачнулась, с нее покатилась ручка и упала на пол. Девушка нагнулась, чтобы поднять ее, а когда разогнулась и посмотрела на студентов, то встретилась с черными глазами Маркуса.

Во взгляде вампира появилось сначала неверие, потом удивление. С лица сошло ленивое, пустое выражение. Тут Маркус по своему обыкновению, не мог скрывать своих эмоций. Парень запнулся на полуслове и поперхнувшись закашлялся.

– Может, вам, воды принести? – тревожно глядя на молодого человека, спросил преподаватель

Маркус, продолжая кашлять, помотал головой.

Джейд проследив взглядом за одногрупником, заметила Кейт. Поняв причину напасти Маркуса, студентка улыбнулась, потом повернулась к Маркусу и заботливо, но с нескрываемым сарказмом, предложила:

– Может, тебе по спинке похлопать?

В ответ вампир скользнул по девушке испепеляющим взглядом.

' Ну, все он меня заметил, правда я не ожидала, что он так удивится, что аж поперхнется, – промелькнуло в голове у Кейт. Девушка пыталась унять нервную дрожь. – Господи, как давно я не видела его черных глаз. Нет! Все хватит! Прекрати по нему убиваться! – девушка обхватила голову руками и уставилась в парту. – Блин, он сводит меня с ума'.

Маркус, справившись с кашлем, глубоко вздохнул и, посмотрев на учеников, выговорил:

– Прошу прощения.

– Ничего, бывает, – произнес мистер Танер и прибавил:

– Продолжайте, ваш доклад.

Парень снова заговорил о правах людей. При этом, стараясь не смотреть на Кейт.

– Вот видишь, – шепнула Лиззи подруге. – Он на меня посмотрел и так поразился моей красотой, что закашлялся бедный.

Услышав это, Кейт не выдержала и прыснула. Весь класс с удивлением посмотрел на девушку. Маркус, замолчав и сдвинув брови, тоже посмотрел.

– Мисс, Олсен, может, поведаете нам, почему вам так смешно? – грозно спросил учитель.

Кейт, пытаясь справиться со смехом, помотала головой.

– Тогда, может быть, вы выйдете, а когда успокоитесь, вернетесь обратно в класс, – продолжал мистер Тэрик.

– Извините, меня. Я уже все, – перестав смеяться, выговорила девушка.

'Ну, теперь одноклассники будут считать меня сумашедшей. А Маркус еще раз убедился в этом', – промелькнуло в голове у Кейт.

– Тогда больше не срывайте мне урок. У нас гости, а вы… – проворчал преподаватель, потом повернулся к Маркусу:

– Продолжайте.

– Ты что? – ткнула ее в бок Синди.

– Потом расскажу, – шепотом ответила ей девушка, вытирая выступившие от смеха слезы.

Вскоре Маркус закончил свой доклад. Девчонки, кроме Кейт и, возможно, Синди, млели от парня.

Вампир наблюдал за реакцией на него женской половины класса. Губы парня растянулись в усмешке.

'Только его умение сдерживать эмоции не дает ему самому кататься по полу от смеха ', – подумала Кейт.

-У вас будут вопросы? – обратился мистер Танер к ученикам.

Лизи Маккин выпалила:

-Молодой человек, а дайте свой номер телефона.

Маркус усмехнулся.

Синди закатила глаза и покачала головой. Кейт еле сдерживала смех. Другие девчонки класса с негодованием смотрели на Лизи. Мистер Танер наморщил лоб.

-По делу вопросы задавайте. У нас урок, а не свидание, – сказал он.

-А давайте я вам свой номер дам, – предложила Эмма Гринт, не сводя взгляд с Маркуса.

-А ничего другого ты мне дать не хочешь, – усмехнулся вампир.

Синди скривившись, посмотрела на Кейт. А та не выдержала и снова засмеялась, правда в этот раз тихо. Эмма скользнула по ней злым взглядом.

Маркус перевел взгляд на Кейт, но встретившись с ней глазами, отвернулся.

Желание смеяться у девушки сразу пропало, и она уставилась в окно.

Мистер Танер протерев свою лысину и взмокший лоб платком, чуть заикаясь, проговорил:

-Как я понимаю, вопросов нет

-По делу уж точно, – усмехнулся Маркус. Кейт посмотрела на него.

Лицо вампира стало полностью беспристрастно, глаза заледенели. Было видно, что его все раздражает, и он бы с радостью свернул бы всем шеи. Даже девушкам, хотевшим недавно заорканить его стало не по себе. Они все молчали, уткнувшись взглядом в парты.

'Господи, а он все-таки очень опасен. Как я это раньше не видела. Не боялась его', – подумала Кейт.

-Как я заметил, слушали вы нас очень внимательно, – Маркус сделал ударение на последнее слово. – Вам было совершенно наплевать, о чем мы тут рассказывали. Очень плохо. Вам давали бесплатные консультации. А так услуги адвокатов стоят дорого.

После слов парня Синди аж поперхнулась и прошептала:

-Извини, Кейт, но он полный урод. Наглый, высокомерный. Да он смотрит на нас как на насекомых.

'Он нас ими и считает', – мысленно ответила подруге Кейт.

Мистер Танер потерял дар речи.

А взгляд Джейд прямо испепелял Маркуса и говорил:

'Я тебя убью'.

-Так если вопросов ни у кого нет, – взял себя в руки учитель. – Поблагодарим студентов, за то, что они посетили нас…

Он не успел договорить, прозвенел звонок.

Ученики начали вставать со своих мест и пробираться к выходу.

-Маркус, ты мог бы себя вести ни как самая последняя скотина. Что на тебя нашло? – прошипела Джейд. – Это же надо было такое ляпнуть.

-Это самое безобидное что я мог им сказать, – спокойно отозвался парень, пробираясь к двери через толпу учеников.

-Угу 'безобидное'. Ты хоть слышал, каким тоном ты это сказал. Хоть раз в жизни проявил бы уважение не только к себе, – продолжила Джейд

-Мне плевать, – ответил Маркус. – Я поступаю, как хочу.

Он только переступил за порог класса, как однокурсница схватила его за шиворот пальто и втянула обратно в класс.

-Что ты себе позволяешь, женщина, – глаза вампира гневно блеснули.

-С тобой тут поговорить хотят, – ответила Джейд.

Маркус вздохнул и повернулся. Возле учительского стола стояла Кейт.

Вскоре в классе остались только трое.

-Вы выходите или нет? – переминался с ноги на ногу у двери мистер Танер.

-Извините, можно они поговорят, – захлопала глазками Джейд.

-Ну …э… хорошо. Только не забудьте класс, потом запереть и ключ в учительскую отнести, – разрешил Мистер Танер.

-Спасибо, – улыбнулась студентка, взяла ключ и положила его на стол. Затем посмотрела на Кейт и Маркуса молча наблюдавших за происходящим:

– Ладно, разговаривайте. А я домой поеду.

После этих слов девушка ушла.

-О чем, ты, хочешь поговорить. Мы вроде уже все решили и обговорили в ночь, когда Браун убил Карнелию, – заметил Маркус.

-И погиб Дэн, – прибавила Кейт. Она не хотела это говорить, но у нее вырвалось само.

-Застрелился, – поправил Маркус и прибавил:

-Честно скажу туда ему и дорога. Он был глупый и жалкий.

-Нельзя так говорить о мертвых! – воскликнула Кейт, стараясь найти в беспристрастном холодном лице вампира хоть частичку тепла. И надеясь, что он перестанет так холодно себя вести и наконец обнимет и скажет как соскучился.

'Наивная фантазерка', – мысленно посмеялась над собой девушка.

-Если ты хочешь говорить о прошлом, извини, у меня нет на это времени, – ответил Маркус, отметая прочь все надежды Кейт.

'Он сейчас уйдет', – запаниковала девушка, она не знала о чем говорить, но не могла его так просто отпустить.

Маркус, как ни странно уходить не спешил и выжидающе смотрел на Кейт.

-Мне звонил Браун,– вдруг вспомнила девушка.

-Зачем? Предложил поохотиться на вампиров,– усмехнулся Маркус.

-Почему ты себя так ведешь? – сдвинула брови Кейт.

-Как? – язвительно спросил парень.

-Разговариваешь со мной так, будто я сделала тебе что-то плохое. Раньше ты таким не был.

-Разве? Не был? Ты забываешь, кто я, – сказал Маркус. – И что значат для меня чувства. Я привык делать все что хочу и как хочу. А строить из себя заботливого добренького паренька я на данный момент не собираюсь. Так зачем звонил Браун?

-Он хочет с тобой поговорить и просил дать твой адрес, – водя сапогом правой ноги по линолеуму, ответила девушка.

-И ты, конечно, сказала ему, где я живу, – с усмешкой выговорил парень.

-Да, – опустила голову Кейт, но сделала это больше не из-за вины, а потому что глаза были наполнены слезами.

-Ясно. Как я понимаю, ты, хотела мне сообщить только это. Спасибо и прощай, – вампир уже двинулся к двери, но обернулся и сказал:

-Хватит бредить мечтами о любви со мной. Мы с тобой уже все обсудили. Тебе не нужен парень, который не ценит любовь. и не считает это важным чувством. Я принесу тебе только страдания, и это…

Маркус подошел к Кейт, поднял ее подбородок и вытер с лица девушки слезу

-… не поможет. Легче не станет. Живи дальше, забудь меня, наконец. Прощай.

Парень двинулся к выходу из класса.

-Ты же чувствуешь! – воскликнула Кейт.

Маркус остановился.

Девушка продолжила:

-Хоть что-то, но чувствуешь ко мне. Да любовь для тебя это слабость и ты борешься с этим чувством. Ты хочешь, чтобы я тебя ненавидела. Возможно, с какой-то стороны ты этого добился.

-Ты же прекрасно знаешь, что мы не можем быть вместе, – не оборачиваясь, прошипел Маркус. – Я ж для тебя, дура, стараюсь.

-Для себя в первую очередь. И я уверена, что даже если б на моем месте была вампирша, ты также прятал бы чувство любви к ней. Ты, живешь среди простых людей, не убиваешь их, но презираешь и ненавидишь и где тут выполняешь просьбу матери. Она хотела, чтобы ты понял их, зауважал, а ты продолжаешь видеть, как и раньше мешками с кровью, тока запретными. И я для тебя такая же раз ты при встрече не можешь со мной нормально пообщаться. Я раздражаю тебя, потому что ты испытываешь ко мне ненавистное тебе чувство любви…

Девушка не успела договорить, как Маркус с нечеловеческой быстротой оказался возле нее и сжал ее шею рукой. Его черные глаза горели яростным огнем, а клыки удлинились.

-Я общаюсь с тобой так, потому что не хочу любить тебя и хочу, чтобы ты меня ненавидела. В этом ты права. Мне ничего не стоит свернуть тебе шею. Я даже на это готов пойти, чтоб быстрее забыть и чтоб ты не попадалась мне больше на глаза. – прошипел вампир.

Маркус сжимал шею девушки, так что ей трудно было вздохнуть, слезы блестели в ее глазах. Страх окутал душу Кейт, она даже боялась пошевелиться.

Постепенно гнев в глазах Маркуса угас, клыки стали обычными. Парень разжал пальцы на шее девушки и отошел от нее на шаг

-Прости, – хрипло прошептал он, не смотря Кейт в глаза, повернувшись спиной, поспешил покинуть класс, оставив девушку в одиночестве.

Кейт всю трясло, и не было сил сдвинуться с места. Слезы застилали глаза. Девушка помнила, как боялась Маркуса, когда он признался ей в том, что он вампир. Но тогда страх пропал, когда парень успокоил ее и сказал, что ничего плохого ей не сделает. И она поверила…. Когда он спасал ее от Карнелии он хоть и не был ангелом, но тогда Кейт была уверена, что он не причинит ей вреда. А сейчас…как он изменился сейчас.

'Я просто еще маленькая наивная дурочка. Поверила что вампир может быть хорошим .Пусть он не убивает людей .Характер не изменишь. Маркус сам не хочет пускать добро в свое сердце. Он эгоист, хотя считает, будто своими действиями помогает другим, не понимая, что делает лучше только для себя. А ты, молодец, вообще. Вот за что ты в него втюрилась? Ты ж всегда гордилась тем, что тебя трудно охмурить. На внешность ты смотрела в последную очередь, главное, скрытое внутри. Неужели вампирское обаяние так действует на людей, – размышляла девушка, но тут вспомнила, каким он был порой нежным, вел себя как настоящий джентельмен, рисковал жизнью, чтобы спасти ее и Мэри. И как он изменился сейчас. – Может это просто такой способ забыть меня. Ведь вместе нам никак не быть если только он не обратит меня…Блин, опять я начала оправдывать его. Зачем я размышляю о нем. Что это изменит. И вообще я стою вся трясусь от страха и при этом, что-то пытаюсь понять, когда нужно просто теперь уже точно забыть Маркуса Страстенберга и жить дальше. Он монстр. Пусть и выглядит внешне как человек'.

Кейт вытерла слезы, взяла ключи со стола и заперла класс.

Уже прозвенел звонок, и коридоры были пусты. Девушка спустилась на первый этаж и пошла к раздевалке. Кейт уже надела куртку и, отогнав плохие мысли, постаралась настроиться на предстоящее празднование дня рождения, как ее окликнули.

Поначалу Кейт испугалась, не ее ли это знакомый вампир, но у Маркуса совсем другой голос. Девушка обернулась и увидела Джастина.

-Прогуливаешь? улыбаясь, спросил он.

-Нет. У меня сегодня день рождение и я отпросилась с последних уроков,– ответила Кейт. – А ты прогуливаешь?

-Как это ни странно, но нет. Мне по делам сходить нужно, – парень застегнул молнию своей черной куртки. – Тебе в какую сторону?

-К ближайшему парку.

– О, мне как раз туда же, – улыбнулся Джастин и тут спохватился:

– Ой, у тебя днюха, а я даже не поздравил. Извини, задумался че то. С днем рождения тебя, желаю, чтобы ты всегда оставалась такой же красивой как сейчас и была счастлива в жизни.

-Спасибо, – улыбнулась Кейт.

-Извини, – парень похлопал себя по карманам. – Подарка нет.

-Ну и ладно. Это не самое главное, – проговорила девушка.

-Мадам, вы не против взяться за мою руку и я сопровожу вас до куда смогу?– спросил Джастин улыбаясь.

Не против, сэр, – на манер парня ответила Кейт, беря его под руку.

Молодые люди вместе вышли из школы, где их встретил прохладный ветерок, кружащий, упавшие с деревьев, желтые листья.

-Ты давно живешь в Лондоне?– спросил Джастин.

-Нет. Мы с мамой и сестрой переехали сюда почти полтора месяца назад. По той причине, что маме предложили здесь хорошую работу. К тому же Лондон классный город. Мне так нравится его архитектура. Вот представь я тут уже почти два месяца. А еще даже не бывала нигде. Была только в музее посвященному Шерлоку Холмсу, да и то это было когда мы еще не переехали сюда. Я жила в маленьком городке, недалеко отсюда и в школе нам один раз устроили небольшую экскурсию в него.

-Хочешь, как-нибудь я устрою тебе экскурсию. Я хоть недавно сюда переехал и я даже не англичанин я родился в Вене. Но я раньше тут часто бывал и прекрасно знаю город. Тут есть такие места, которые грех не увидеть.

– О, это было бы здорово, – улыбнулась Кейт, а потом спросила:

-Значит, ты, из Вены сюда приехал?

-Нет, там я только родился. А так я в последнее время жил в Бухаресте.

– В столице Румынии, – родине вампиров, – улыбнулась девушка, правда чуть натянуто. Ей вспомнился Маркус.

-Ага, – ответил Джастин.

-Встречал их там? – спросила Кейт, выкидывая из головы Маркуса и внушая себе, что вампиров не существует, что это ее больная фантазия, а вопрос как шутка для придания их разговору веселости.

-Нет, – улыбнулся Джастин. – Там их нет.

-В смысле ' там ' их нет?– сдвинула брови Кейт.

– В прямом, – пожал плечами парень и непонимающе улыбнулся.

Кейт показалось, что его ответ двусмысленный, будто он знает о вампирах и имеет в виду, что в Румынии их нет, а в другом месте они есть.

'Бред. Ты стала слишком подозрительной, – подумала девушка. – Тон Джастина тебе только показался таким, и ты себе все остальное накручиваешь'.

-Ты веришь в вампиров? – спросила Кейт. Вопрос вырвался сам собой.

-А ты веришь? – вопросом на вопрос ответил парень.

-Нет – соврала Кейт.

– Ну, вот и я тоже. Это все суеверия и если подумать, нет ни одного реального доказательства их существования.

' А я знаю в лицо доказательство их существования ', – подумала девушка.

– А ты слышал такую систему, чтобы в чего-то не верили, растрезвонь это везде, приукрась чуть-чуть. Об этом будут говорить, но по– настоящему верить не будут и принимать всерьез, – произнесла Кейт.

Джастин в ответ как то странно улыбнулся. Девушка взглянула ему глаза. В них было столько тепла, красивое лицо привлекало, аура парня завораживала.

Парень все приближался и приближался к Кейт, а она, почти не дыша, потянулась ему на встречу, утопая в карих глазах. Но тут карие глаза сменились черными, черты лица изменились. Кейт отшатнулась от парня и опустила глаза. Маркус не отпускал ее. Или она боялась отпустить. Он пробудил в ней то что она никогда не чувствовала с такой силой. И теперь боялась начинать новые отношения, а точнее просто не хотела… пока.

– Извини. Я тут прямо …так…– пытался подобрать слова Джастин и вдруг спросил:

– Почему у тебя в глазах грусть?

-Извини? – натянуто улыбнулась Кейт, поднимая голову на парня.

-Ну, даже когда ты улыбаешься, веселишься в твоих глазах грусть. Создается впечатление, что твое веселье не настоящее что ты стараешься ради других, чтобы они за тебя не переживали.

– У меня такое ощущенье, будто я уже умерла, – девушка посмотрела вперед, где шла молодая пара. Они держались за руки, улыбались. В лицах было столько любви к друг другу… Пара поравнялась с Кейт и Джастином и прошла дальше. – Меня в этой жизни практически ничего не радует. Совсем недавно я познакомилась парнем,. – Кейт засунула руки в карман куртки. – Я влюбилась в него как в ни в кого раньше не влюблялась, – рассказывая все Кейт становилось легче ей, почему то казалось, что Джастин ее поймет. Поймет ни как Синди, ни как сестра и никак никто другой, что он сможет прочувствовать это вместе с ней, а не просто будет давать пустые советы на типа : ' забудь его и все'.

– Когда он был рядом, то будто электричество повисало в воздухе. Объяснить это чувство трудно. Меня поймет тот, кто это испытывал. Тот парень тоже полюбил меня.

-Если парнишка тебя любил и ты его, тогда в чем проблема?– спросил Джастин.

У него своеобразное понятие о любви…

-Принцип никого не любить и не строить длинных серьезных отношений, – усмехнулся Джастин.

-Типа того.

-Прости, конечно, но этот парень урод. Любовь надо ценить. Настоящая любовь приходит редко, – сказал Джастин, потом продолжил, останавливаясь на перекрестке и смотря, куда-то в сторону. – Я тоже, когда то любил девушку и расплатился за это сполна. Думал, она любит меня, а она лишь использовала… – парень вздохнул и посмотрел на Кейт. – Люби, но не позволяй затуманиться разуму, определи, достоин ли твой избранный твоей любви и испытывает ли он такие, же чувства к тебе и сможешь ли ты ему полностью доверять…. Ой, че то я рассоветовался.

– Ты говоришь правильные вещи. Только не всегда легко применять их на практике. Любимым многое хочется простить.

– Но за некоторые их поступки их надо уметь отпускать, – ответил Джастин, потом взглянул на часы на руке и спросил:

-Тебе сейчас прямо, да?

-Угу, – кивнула девушка.

-А мне налево, – усмехнулся Джастин, потом серьезно прибавил:

– Я бы тебя дальше проводил, но у меня срочные дела и я уже опаздываю.

-Да я сама дойду. Тут недалеко.

– Ну ладно пока. В школе еще увидимся.

– Пока, – попрощалась Кейт.

Джастин собрался переходить дорогу, но обернулся и сказал:

– Спасибо за интересную беседу. Мне понравилось с тобой общаться. И ты не можешь дать мне свой номер.

– Могу, – улыбнулась девушка. Джастин ей начинал нравиться все больше. Она продиктовала ему свой мобильный.

– Спасибо. Ну ладно еще раз с днем рождения. До встречи.

Кейт в ответ помахала ему рукой.

Парень перешел дорогу, а Кейт продолжила свой путь домой.

Определенно Джастин ей понравился. Он был красив, по всей видимости, умен, интересный собеседник. И он, в отличие от Маркуса, не хамил и не издевался. Но почему даже при таком раскладе Джастин не мог заменить Маркуса, пока не мог.

Так, блуждая в своих мыслях, Кейт не заметила, как дошла до дома.

Открыв дверь, девушка нос к носу столкнулась с Мэри.

-Ты что меня тут караулишь?– спросила, улыбнувшись, младшая сестра и расстегнув молнию, стянула с себя куртку.

– Да, – как –то виновато опустила глаза Мэри, что на нее было совсем не похоже.

-Что – то случилось? – спросила Кейт. В ее сердце посилилась тревога.

– Можно сказать и так, – отозвалась старшая сестра.

Глава 3

Кейт немного дрожащими руками, повесила куртку на вешалку.

' Господи, что же еще должно произойти неприятного за этот день? – мысленно спросила она.

– И что же? – бледнея, спросила девушка, повернувшись к старшей сестре.

– Я так хотела, чтобы твой день рождения прошел весело, тебе все понравилось, и, ты, была счастлива. А то в последнее время ходишь в какой –то прострации и все думаешь о своем красавчике, – прошептала Мэри, опустив глаза, и чуть не со слезами в голосе. Вот это было уже совсем на нее не похоже. Кейт сглотнула, внутри нее появилось до жути плохое предчувствие.

– А теперь … Короче приехал наш отец. Они сейчас с мамой в гостиной сидят, – подняв глаза на младшую сестру, продолжила Мэри.

Кейт как громом поразило. Внутри все оборвалось. Стараясь не показать свое состояние внешне, девушка выдавила натянутую улыбку, и произнесла:

– Ну, ничего страшного. Это даже хорошо, вся семья в сборе.

Девушка убеждала в этом скорее только себя.

На лице Мэри появилось сочувственное выражение.

– Он приехал не предупредив, – оправдывалась она.

– Ну и пусть. Приехал … и ладно, – смотря в одну точку проговорила младшая сестра, затем на негнущихся ногах пошла в гостиную. Если настроение Кейт, после встречи с Маркусом опустилось до нуля, а потом благодаря Джастину поднялось на пару планок выше, то сейчас упало еще ниже, чем после встречи с вампиром.

Джек Коллинз, отец Кейт и Мэри, ушел из семьи практически сразу, как родилась младшая дочь. Но он раз в два, три года навещал бывшую жену и детей. Точнее приезжал он ради Бритни и Мэри, Кейт же он терпеть не мог. Он дарил Старшей сестре игрушки, а над младшей дочерью издевался и постоянно ругал и говорил странные вещи в ее адрес, что Кейт дитя зла и все в этом духе.

Маленькая девочка часто ревела на чердаке и пряталась от отца, не понимая, в чем же она провинилась. Мэри успокаивала ее, отдавала подаренные отцом игрушки, но Кейт не брала их, ей было противно их брать. Она тогда ненавидела отца. Повзрослев, Кейт перестала его ненавидеть, посчитав, что он ее отец и надо любить его таким, какой он есть. Но она так и не смогла понять и узнать, почему он ее так невзлюбил.

' Может он считает, что я не от него ', – находила варианты Кейт.

Она много раз задавала маме вопросы на эту тему, но та отмалчивалась или коротко отвечала, что отцу не изменяла.

В гостиной был накрыт стол. На диване сидели родители девушек.

– О, Кэти, ты пришла, наконец. А тут папа приехал, – сказала мисс Олсен, привстав.

– Я вижу, – сухо отозвалась дочь, кидая свою школьную сумку на кресло в углу комнаты.

Мистер Коллинз встал с дивана и подошел к Кейт.

-Ну, здравствуй, дорогая, – протянул он, улыбаясь и рассматривая девушку. – Ты так выросла, стала такой красавицей. Наверное много парней за тобой ухлестывают. Интересно, … а ты всем позволяешь …

-Джек, – отдернула его Бритни Олсен. – Прекрати сейчас же у Кейт сегодня день рождения и я не потерплю, чтобы ты разговаривал с ней в таком тоне.

-Да, малышке Кэти уже семнадцать, – мужчина поставил ударение на последнем слове.

– И это повод приехать, чтобы поиздеваться на до мной и испортить мне праздник,– ядовито осведомилась Кейт, смотря в симпатичное лицо отца, его ничем не примечательные серые глаза. Еще от мужчины чувствовался явный запах алкоголя. Девушка старалась почти не дышать, чтобы не ощущать этого запаха.

'Мда… веселенькое у меня намечается день рождение', – с грустью подумала Кейт.– А я так ждала этого дня. Выходит, что зря'.

-Знаешь, о чем я жалею, – проговорил отец, не сводя взгляда с дочери. – О том, что не убил тебя, когда ты родилась.

Кейт будто громом поразило. Она расширила глаза и отступила от него на шаг.

– Джек, прекрати сейчас же, иначе я выставлю тебя из дома! – вскричала мисс Олсен, вскакивая с дивана.

– Да уж, папа я тоже прошу тебя разговаривать со своей дочерью порадушнее, – твердо сказала, молчавшая до этого, стоящая в дверном проеме, Мэри.

-Это не моя дочь, – прошипел мистер Коллинз, отходя назад. – Она порождение дьявола.

– Что ты несешь!!! – вскричала мисс Олсен и кинулась к Кейт.

Та попятилась к стене, переводя взгляд с матери на отца.

– Что он такое говорит, мама?– дрожащим голосом спросила девушка.

– Он рехнулся, – усмехнулась Мэри, скрестив руки на груди. – Виски перепил или… – девушка посмотрела на отца и язвительно проговорила:

– Папа, пора завязывать с травкой.

– Он и правда говорит ерунду. Не слушай его, – мать обняла дочь, успокаивая ее.

– Бритни, ты знаешь, что это не так, – процедил мистер Коллинз.

– Джек, прекрати! – закричала мисс Олсен, крепче прижимая к себе Кейт. – Тебе не следовало приезжать.

' О чем они говорят, что, черт возьми, происходит?! ' – мысленно воскликнула девушка, в ее глазах появились слезы.

– Почему он так говорит, мам? – вскричала девушка резко, отскочив о от матери.

– Потому что он пьян, – ответила за нее Мэри. – И дошел до белой горячки. Забей на него, пусть плетет все, что его душе угодно.

Кейт вытерла выступившие слезы. Она старалась соображать трезво и вести себя спокойно. Но у нее тряслись руки, и было жгучее желание убежать далеко, чтобы не слышать и не видеть отца. А больше всего она боялась того, что он говорит правду. После встречи с Маркусом Кейт стала верить в существование сверхъестественного.

' Со мной иногда происходят странные вещи. Сны, например, – пронеслось в голове у Кейт. – Может я, и правда то, чем меня считает отец '.

– Дьявол всегда принимает невинное облачение, чтобы затуманить нам мозги, а когда настанет время он покажет свою истинную натуру, – сказал мистер Коллинз, подходя к накрытому столу и наливая себе в стакан виски, из уже начатой бутылки.

– Да ты фильмов и книг перечитал – не выдержав, закричала Мэри, подскакивая к отцу. – Совсем свихнулся, да?

– Фильмы здесь ни причем. Бритни знает, в чем дело, – ответил отец, кивая в сторону бывшей жены.

Кейт посмотрела на мать.

– Он это из – за того что я странная, что мне снятся, которые потом сбываются и иногда. тоже во сне, я вижу события, происходящие в настоящем? – спросила дочь.

Но за мать ответил отец:

– Да моя, дорогая. И из этого следует, что ты отродье дьявола. И когда настанет время они придут за тобой, заберут к себе, чтобы ты им помогала в их страшных делах.

– Кто они?– спросила Кейт, сдвинув брови.

– Отродья дьявола, – осушив стакан, ответил мистер Коллинз.

– Отец! – закричала Мэри. – Если ты рехнулся, то не надо нас с ума сводить. Ты, хоть понимаешь, какую пургу несешь …

Старшая сестра орала и орала на него, но для Кейт все звуки стихли. Слова отца так поразили ее. Девушка посмотрела на мать в надежде, что та опровергнет его слова и скажет, что папе пора в дом для умалишенных.

– Кэти, дочка, – в глазах мисс Олсен появились слезы. – Он не прав. Ты моя дочь. Он просто суеверен, подумаешь, у тебя есть некие таланты. Да такое у многих есть. Подумаешь, некоторые твои сны сбываются, У тебя просто немного развитое шестое чувство и ничего больше.

– Ну да, наверное. Сначала сны, потом что-нибудь еще, – вставил отец и прибавил:

– Ненавижу тебя, ты никогда не была и не будешь моей дочерью.

– А ты моим отцом, – в тон ему ответила Кейт, потом развернулась на каблуках и кинулась в прихожую.

– Ты, куда? – крикнули ей вслед мама и Мэри и бросились за ней.

– Я ухожу, – решительно ответила девушка, снимая с вешалки куртку и надевая ее.

– Куда?! Постой, подруга не горячись, – воскликнула Мэри.

– Он пьян, дочка, – сказала мать.

– А мне наплевать, трезвый он или выпивши, – Кейт застегнула молнию куртки и взялась за ручку двери. – Пока он здесь, я домой не вернусь. Я не хочу больше терпеть от него таких слов.

Затем девушка открыла дверь и выбежала из дома.

– Вернись, – кричали ей вслед мать и Мэри, но Кейт даже не обернулась. Она быстрым шагом пошла прочь от дома. Ей хотелось оказаться подальше от этого места.

Девушка так долго ждала этого дня. Надеялась, что сегодня будет все хорошо и она снова почувствует себя счастливой.

' А тут, сначала Маркус, потом отец, который приехал специально, чтобы испортить мне праздник. И что за чушь он порол. 'Отродье дьявола', неужели он меня из-за моих снов так назвал?' – мысленно спрашивала Кейт, обхватив себя руками и идя по улице, даже не замечая, куда идет.

Если бы она не знала о существовании вампиров, то восприняла слова отца, как бред чистой воды. А тут…

'Вдруг он прав и во мне и правда есть что-то злое', – подумала она.

Кейт бродила по улицам никого не замечая, погруженная в свои мысли. Девушка не представляла сколько прошло времени, ей было на это наплевать. Когда на город опустились сумерки, девушка села на скамейку, спрятанную за кроной, с пожелтевшими листьями, дерева.

' Вот здесь сидел Маркус, в тот день, когда мы познакомились', – вздохнула девушка.

Пока ходила по городу, она сдерживала слезы. А сейчас Кейт не могла больше сдерживаться. По щекам заскользили теплые струи. Девушка наклонила голову, закрыла лицо ладонями и заплакала.

Вдруг как бы всколыхнулся воздух, обдав девушку холодом, затем раздался до боли знакомый голос, прямо над ухом Кейт:

– Ну и почему, ты, плачешь?

* * *

Кейт подняла залитые слезами глаза и увидела перед собой бледное, встревоженное лицо Маркуса. Девушка удивленно подняла брови и сжала руки в кулаки.

'Откуда он тут взялся? Как так незаметно подошел? Почему всегда появляется, когда я хочу его забыть? Зачем судьба так издевается надо мной, в чем я провинилась?' – мысленно вопрошала девушка.

Ее вдруг обуял гнев.

'Да как он смеет после всего так просто ко мне подходить! ' – возмущенно подумала она.

– Можешь успокоиться. Это не из-за тебя, – вслух процедила Кейт, вытирая слезы, ей не хотелось, чтобы Маркус видел ее такой.

– Это радует, – вздохнул парень, не сводя внимательного взгляда с девушки.

Он вел себя так, будто в школе ничего не было. Не хватал Кейт за шею, не говорил ей гадостей. Девушке такое его поведение уже начало надоедать.

' Сначала нормально общается, потом наговорит плохих вещей, что я страдаю, а потом как ни в чем не бывало, начинает со мной вести себя. Нет! Все хватит! Я не вещь и не игрушка, с которой можно так поступать. Я человек и у меня тоже есть чувства'.

– Убирайся отсюда! – тихо и устало, произнесла Кейт, отворачиваясь от парня и созерцая, стоящий вблизи фонарь, бросающий тусклый свет на молодых людей и небольшую территорию вокруг них.

Парень даже не шелохнулся.

– Пошел прочь! – не выдержав, закричала девушка, переведя взгляд на него и отодвигаясь к самому углу скамейки, только бы подальше от этого вампира. Который сам того не замечая, постоянно заставляет Кейт страдать. – Зачем, ты, вообще подошел, если желаешь мне смерти? После того, как, ты, вел себя в школе, я тебя видеть больше не хочу! Ты – темное бездушное создание, дитя ночи, которое не умеет любить, неспособное на сострадание. Все свои чувства засовываешь в самый дальний угол, своей черной души.

– Кэт, послушай… – сдержанно начал Маркус.

– Я не хочу, – закрыла уши руками девушка. – Убирайся, хватит мучить меня.

Из ее глаз снова потекли слезы. Кейт наклонила голову и закрыла лицо руками.

– Прости, я не хотел тебя обидеть в школе. Серьезно не хотел, – искренне проговорил вампир, садясь на корточки. – И я не знаю, поверишь ли ты, но мне сейчас тяжело видеть тебя в таком состоянии. Такое чувство, будто мне сердце режут серебряным ножом, – парень говорил удивленно, как бы не понимая, как такое с ним может быть.

– А совсем недавно, тебя мое состояние не заботило, когда, ты, меня за шею хватал, – сквозь слезы, язвительно напомнила девушка.

Маркус вздохнул, привстал и провел пальцами по скамейке, убедившись, что на ней нет грязи и пыли, сел рядом с Кейт.

– Просто сегодня утром я был не в духе, – начал парень, сцепив руки в замок и положив их на колени. – Я полночи повторял конспекты, утром чуть не проспал в универ. Плюс к этому, я даже не успел позавтракать. А когда я хоть немного голоден, да и если меня все вокруг раздражает, я могу быть не только до жути вредным и грубым, но и опасным. А тут еще вместо лекций меня и еще несколько студентов послали в вашу школу. И пожалуйста, вся женская половина твоего класса смотрела на меня так, будто хотела съесть, я удивляюсь, как у них слюни ручьями не потекли. Я еле сдержался, чтобы не свернуть им всем шеи. Еще, я тебя увидел. Это повергло меня в шок. Кто-нибудь сказал бы, что это судьба, мать ее… Ты правильно считаешь меня сволочью, такой я и есть. И ни капли об этом не жалею. Меня наоборот раздражает, то в кого я из-за тебя превращаюсь. Я уже много раз говорил, что любовь для меня – это слабость. Но если, ты, думаешь, что за этот месяц, я, ни разу не вспомнил о тебе, то глубоко ошибешься. Чувство к тебе не отпускает меня, заставляет мое сердце испытывать боль. Да, я могу побороть эти чувства, засунуть их глубоко внутрь себя. Мое отношение к любви мне очень в этом помогает. Я разозлился на тебя, зато, что ты снова пробудила во мне чувства. Наверное, как и я твои, – парень усмехнулся, потом продолжил:

– Да и еще начала говорить 'о нас'. Разбирать мой характер, а я этого терпеть не могу. Я не должен был поступать так грубо с тобой. К тому же я, когда-то обещал, что не причиню тебе зла, а видишь, как выходит. И сейчас, я ехал к Тому. Нужно взять у него один конспект. А тут, ты, сидишь и ревешь. Я не мог проехать мимо, точнее хотел, но не смог…

Кейт вытерла слезы и посмотрела на парня:

– А мне прямо здорово, страдать от твоих перепадов настроения. То отталкиваешь меня, то наоборот…

– Кэт, тебе нужно уяснить, что вместе мы никогда не будем, – прошептал Маркус, смотря в землю.

– Я это и так знаю.

– А в твоих глазах зачастую читается совсем другое. В них горит надежда, – пояснил вампир, переведя взгляд на девушку.

– Сейчас, ты, тоже ее видишь? – с иронией спросила девушка.

– Я вижу только грусть, боль и решимость, – ответил Маркус, смотря в глаза Кейт.

– А надежды больше нет. Считай, она умерла после того, что было в школе, – девушка старалась говорить твердо и это у нее получилось. Но ей стоило больших усилий сдержать слезы. – Теперь я действительно все осознала.

Маркус, молча, уставился в землю.

Подул небольшой ветерок. Кейт откинула, упавшие на лицо волосы и, вытерев остатки слез, тихо выговорила, теребя рукав куртки:

– Спасибо всем, за веселое день рождение.

Маркус поднял голову и посмотрел на девушку.

– Так у тебя сегодня днюха… я не знал. Да еще внес свой вклад, чтобы ее испортить. Прости, я не хотел. Мне жаль, что так вышло.

– Сомневаюсь, что тебе искренне жаль, – выговорила Кейт, смотря на покрытую вечерней тьмой улицу. Внезапный ветер снова взъерошил волосы девушки. В воздухе запахло надвигающимся дождем.

Маркус посмотрел на небо, затянутое тучами и, вздохнув, ответил:

– Если бы мне не было жаль, я бы так тебе и сказал. Ты же меня знаешь.

– Нет, я практически не знаю тебя, – покачала головой девушка и потом умоляюще попросила:

– Пожалуйста, уходи.

Парень ни слова, ни говоря, поднялся со скамейки и направился к своему новенькому черному нисану, стоящему у обочины.

' Похоже, я так была увлечена своими мыслями, что не слышала даже, как подъехала машина, – подумала девушка, но тут в ее голове щелкнуло. – Господи, ведь Маркус сможет прояснить все…'

– Постой, – крикнула ему вслед Кейт.

Парень остановился и, не оборачиваясь, спросил:

-Что?

– Посмотри на меня.

Маркус сдвинул брови и повернулся к девушке.

– Ну… и что дальше?– протянул он.

– Какие твои чувства ко мне? – спросила Кейт.

Маркус глубоко вздохнул, и устало выговорил:

– Кэт, мы много раз говорили… И только сейчас во всем разобрались. Неужели, ты, опять…

– Я не в этом смысле, – поправилась Кейт. – Кого, ты, во мне чувствуешь? Ведь вампиры способны распознавать мистических существ. Скажи, кто я? Человек или нет?

– Прости, что? – непонимающе посмотрел на девушку парень. – Почему, ты, спрашиваешь меня об этом?

Кейт опустила глаза и принялась объяснять:

– Просто сегодня, специально, чтобы испортить мне день рождение, приехал мой отец. Он ненавидит меня. Приезжает редко, но всегда при этом портит мне настроение. Вот сегодня он наговорил, много странных вещей. Будто я отродье дьявола, и что кто-то должен прийти за мной и им я буду помогать в каких-то страшных делах. Я бы посчитала все это его пьяным бредом, если бы не верила в вампиров и мне не снились странные сны.

– Ты человек, – ответил Маркус. – Я не чувствую в тебе какую-то другую сущность. Можешь быть спокойна, твой отец не прав.

Парень опустил взгляд на заваленную желтыми листьями землю, Кейт это насторожило.

– Почему, ты, не смотришь мне в глаза? Скрываешь что-то? Лучше говори все как есть, иначе я надумаю себе всякого, и выйдет еще хуже, – попросила девушка.

Вампир поднял взгляд. В его черных глазах отражался свет фонаря. Кейт сглотнула, пытаясь отогнать мысль, насколько Маркус красив, и как манит ее к себе.

' Вы не пара! Действуй как он, засунь свои чувства куда подальше', – дала себе совет девушка.

– Ты и, правда, человек, – протянул Маркус. – Просто… некоторые твои чувства развиты, ну как шестое чувство.

– Мне мама тоже самое сказала.

– Это даже не ведьмовские признаки. Это бывает у всех, только развито по-разному, – продолжил вампир.

– Я что экстрасенс? – спросила Кейт, сдвинув брови.

– Могла бы им быть, если развила свои способности, – ответил Маркус.

– Ну, хорошо, что так, – вздохнула с облегчением девушка. – А то я уж подумала…

– В тебе нет тьмы, – перебил ее вампир, правда при этом почему-то отводя взгляд чуть в сторону и голос его прозвучал не слишком уверенно, а потом парень чуть слышно прибавил:

– Но ты точно человек.

Обрадовавшаяся Кейт это не заметила. Она испытала огромное облегчение, узнав, что в ней нет зла. У нее даже настроение повысилось.

Девушка посмотрела на небо.

' Скоро дождь будет, нужно идти куда-то под крышу', – подумала она.

– Ты, из-за отца сбежала из дома? – это было больше утверждение, чем вопрос.

– Да, – кивнула Кейт.

– Твоя мать и сестра, наверно волнуются, – заметил Маркус.

– Да, но я не могу вернуться домой, пока он там.

– И что, ты, собираешься делать? Куда идти? – спросил парень, чуть наклонив голову на бок. – Скоро начнется дождь…

– Ничего, разберусь по ходу дела. Но домой не вернусь, – упрямо поджала губы девушка.

Маркус где-то минуту задумчиво смотрел на Кейт, потом сказал:

– А давай я заглажу свою вину, перед тобой. Отпраздную с тобой день рождение, куплю тебе подарок и постараюсь повысить настроение.

– Чтобы завтра оно упало еще ниже, – с иронией произнесла Кейт.

– Девушка, да вы борзуете. С каких пор, вы, стали такой язвой? – весело спросил Маркус.

– У тебя научилась. Как говорится: С кем поведешься… – вздохнула Кейт.

– Ну, если, ты, кое-чему научилась у меня, то сможешь забыть на время, все чувства ко мне и представить, что мы просто друзья, Соглашайся. Не всегда ж я бываю таким добрым и пытаюсь загладить свою вину. К тому же подумай сама, куда, ты, пойдешь еще. Или тебе будет приятно мокнуть под дождем?

– Ты сведешь меня в могилу, Маркус Страстенберг, – протянула девушка, поднимаясь со скамейки.

– Боюсь, ты, меня быстрее, – усмехнулся вампир.

Закрапал дождик и поднялся ветер.

– Садись в машину скорее, – произнес парень.

Кейт обошла нисан и села на сиденье возле водительского, на которое приземлился Маркус и захлопнул дверцу, не давая моросящему дождю попасть в салон.

– Пристегнись, – попросил вампир.

Кейт накинула ремень и откинулась на мягкую спинку сиденья. Девушку одолевали противоречивые чувства. С одной стороны она была рада, наконец, нормально отпраздновать день рождение, тем более с Маркусом. Сколько раз, после ночи убийства Карнелии, Кейт мечтала встретить Маркуса, что он одумается, и они придумают, как можно быть им вместе. С другой стороны девушка понимала, что нужно бежать прочь от него. Ведь опять она растревожит свои чувства.

' Ну, ладно пусть все идет, как идет', – махнула рукой Кейт, отгоняя все плохие мысли и настроясь на свое день рождение.

Они покинули частный сектор и ехали мимо освещенных витрин магазинов, вывесок и плакатов. Дождь мелкими каплями стучал в окна машины. Кейт прижалась лбом к холодному стеклу. Достала из кармана куртки свой выключенный телефон.

' Мама и Мэри, наверно очень волнуются, – смотря в темный экран, подумала девушка. – Но я не могу вернуться домой, пока там отец'.

– Ну, как мы поступим? – на миг оторвавшись от дороги, спросил Маркус.

Кейт пожала плечами и убрала мобильник обратно в карман.

– Я предлагаю зарулить магазин. Купим тортик и скромненько посидим у меня без всякого пива только. Я помню вечеринку у Анжелик, так что тебе лучше обойтись без алкоголя.

– Будем пить чаек? – усмехнулась Кейт, посмотрев на вампира.

– Само собой, – в тон ей ответил он, останавливаясь возле торгового центра. Заглушив мотор, парень прибавил:

– Посиди здесь, я быстро.

Затем Маркус открыл дверцу и вышел наружу. И подняв воротник пальто, быстро зашагал к торговому центру.

Кейт вздохнула и откинулась на спинку, рассматривая дорогой салон машины. Как это ни странно сейчас на душе девушки был спокойно.

' Я просто устала от всех проблем, – подумала она. – Хочется хоть ненадолго забыть о них'.

Вскоре вернулся Маркус в одной руке он держал торт в пластиковой упаковке, а другую прятал за спиной. Кейт открыла ему дверь, пропуская вместе с ним внутрь салона ветер и дождь.

– Фу, – вздохнул вампир, захлопнув дверь и передавая торт Кейт. – Погодка просто супер, – парень провел рукой по своим намокшим волосам. Потом повернулся к девушке и вынул из-за спины розовый подарочный пакет:

– Я поздравляю тебя с днем рождения. И прошу простить меня за плохое поведение и ужасный характер, – весело проговорил парень, протягивая подарок.

Кейт взяла в руки пакет. Увидев лежащую внутри мягкую игрушку черного котенка с красным бантом и большими черными глазами, непроизвольно улыбнулась.

– Какая прелесть, – умиленно выговорила девушка.

– Ты сама говорила, что любишь мягкие игрушки, – улыбнулся парень, следя за Кейт.

– Не такой уж, ты, и плохой, – сказала девушка, прижимая игрушку к себе.

Маркус усмехнулся:

– Знала бы, ты, каким я был, когда жил в клане.

– Ну, это ведь было раньше, – заметила Кейт.

– Думаешь, я сильно изменился, – произнес Маркус, вертя в пуках ключи от машины.

– А расскажи о своей жизни в клане, – оживилась девушка.

– Боюсь, короче я не умею, и рассказ получится долгим, – протянул вампир.

– А мы никуда не спешим.

– Еще это у моего рода считается противозаконным. И наказание довольно жесткое, хотя я итак рассказал уже тебе много того, что не должен был. Хорошо, я поведаю тебе свою историю, – согласился Маркус и, вставив ключи, завел мотор. Потом аккуратно стал выезжать со стоянки. – Но после моего рассказа, боюсь, ты напрочь поменяешь обо мне мнение. Притом, что я практически не изменился с того времени. Все мои чувства и характер остались почти такими же, как и раньше.

– А мне и хочется узнать тебя поближе, – проговорила Кейт.

– Ну, хорошо, – вздохнул парень, выезжая на дорогу, тогда слушай…

Глава 4

Прошлое Маркуса

2ооо год

По тротуару темной, безлюдной улице ночного Лондона, освещенной лишь стоящими у обочин фонарями, шагал высокий паренек, одетый в белую с черными узорами толстовку, с капюшоном, надетым на голову, синие джинсы. На шее была повязана серая бондана. На ноги обуты кроссовки.

Молодой человек шел, опустив голову и засунув руки в карманы толстовки. Из наушников в ушах парня играла громкая музыка.

Он прошел мимо паба, из которого доносилась веселая и шумная болтовня посетителей. Тут раскрылась дверь, и оттуда покачиваясь, вышел полный бородатый мужчина и затянулся сигаретой. Но паренек, похоже, полностью ушел в свои мысли или в тексты и музыку песен и ничего не замечал вокруг, лишь только изредка доставал из кармана mp3 плейер и переключал композиции. Молодого человека даже не заботило, что уже довольно поздно и небезопасно ходить одному по глухим закоулкам Лондона.

Тут из-за угла позади паренька вынырнули три мужские тени.

– Эй, постой! – крикнули они молодому человеку.

Тот даже не обернулся и не сбавил шаг.

– Так, я не понял, – проговорил один из мужчин, в черном свитере, косясь на своих товарищей, и крикнул еще громче:

– Тебе непонятно что ли?

Молодой человек продолжал упорно идти вперед, опустив голову и не замечая ничего вокруг.

– Эта мразь нас игнорирует. Ну, сейчас я ему покажу, – прошипел мужчина.

– Дрейк, может не стоит, – схватил того за локоть другой.

– Ага, щас, – вырвал руку мужчина в черном свитере и бросился вперед.

Парень наконец что-то услышал, вынул наушники и обернулся. Увидев троих мужчин бегущих к нему, расширил от ужаса глаза и бросился наутек, не разбирая дороги.

– А ну стой! – кричали ему вслед хулиганы. Топот ног гулко отдавался по улице, нарушая тишину и перебивая шум машин, раздававшийся вдалеке.

Молодой человек забежал в проулок, на миг, остановился и посмотрел, далеко ли его преследователи, затем, стараясь не наткнуться на мусорные баки, бросился вперед. И тут уткнулся в кирпичную стену, через которую было невозможно перемахнуть. Тяжело дыша и вытирая со лба выступивший пот, парень обернулся.

Трое хулиганов надвигались на него. Тот, который стоял посередине осветил его фонариком. Парень поморщился от яркого, бьющего в глаза луча света.

– Ну что, ублюдок, добегался, – гадко произнес Дрейк, продолжая слепить молодого человека фонариком.

– Что вы хотите со мной сделать? – дрожащим голосом произнес паренек, прижимаясь к холодной поверхности стены.

– Сейчас узнаешь, молокосос. Будешь знать, как не уважать старших, – мужчина шагнул к пареньку и кивнул остальным двоим, переведя свет фонарика от глаз молодого человека:

– Тэд, Эндрю, держите его по бокам.

Парень помотал головой и стал отступать к углу стены и, упершись в него, умоляюще попросил, глядя на подходивших к нему друзей Дрейка:

– Пожалуйста, не надо. Я же вам ничего не сделал.

Мужчина снова ослепил паренька фонарем и подошел ближе:

– Ты просто оказался не в то время, не в том месте.

Потом отвел фонарик и когда парень проморгался, обрадовался, увидев в его глазах страх.

Тэд и Эндрю схватили молодого человека под руки, а Дрейк ударил его кулаком в живот, паренек согнулся, тогда мужчина ударил ему еще в скулу, потом кивнул друзьям:

– Отпустите-ка его.

Те отошли в сторону. Дрейк закатал рукава своего черного свитера. Молодой человек сполз по стене на корточки и опустил голову. Вдруг его плечи затряслись, как бы от рыданий. Но вместо всхлипов раздался смех, от которого у хулиганов прошла дрожь по всему телу.

Подонки непонимающе переглянулись.

– Да у него истерика, – сказал Эндрю, правда, не очень уверенно.

Паренек поднял голову. В его черных глазах, больше не было и капли страха. Он снял с головы капюшон, открыв чуть длинноватые густые, немного взъерошенные темные волосы. Парень мотнул головой, убирая упавшую на глаза длинную челку. Потом поднялся на ноги, улыбнулся и слизнул, струйку крови, идущую от уголка губ.

Недавние обидчики ужаснулись, увидев длинные, чуть изогнутые внутрь клыки парня и попятились.

– Кто ты такой, мать твою? – дрожащим голосом спросил Дрейк.

– А, ты, как думаешь,– язвительно произнес Маркус Страстенберг. От испуганного подростка не осталось и следа. Перед хулиганами стоял настоящий хищник, вышедший на охоту. А они попались в его ловушку.

– Такого не бывает, – заикаясь, выговорил Дрейк.

– Да ты что, – Маркус сделал шаг к своим недавним обидчикам, затем схватил Дрейка за высокий воротник свитера и ударил лбом о стену.

Эндрю и Тэд испуганно переглянувшись, бросились прочь, но вдруг выход из проулка осветили фары лексуса, из которого вышли двое парней, загораживая хулиганам путь к отступлению.

– Не трогай меня, пожалуйста, – взмолился Дрейк, закрывшись руками. Вся его недавняя наглость испарилась без следа.

– Не трогать?! – с сарказмом спросил вампир, нагибаясь над мужчиной. – Несколько минут назад я просил сделать тебя тоже самое, а ты не внял моей просьбе. И не понял кто тут на самом деле охотник, а кто жертва.

– Ты не можешь быть вампиром. Это все сказки, – прошептал Дрейк, вжимаясь в стену.

Маркус довольно улыбнулся, упиваясь страхом этого мужчины.

– Я разве похож на сказку, – произнес он, слушая, как безумно стучит сердце его недавнего обидчика. Голод Маркуса стал сильнее и он сглотнул, сдерживая себя, чтобы не вцепиться в шею Дрейка. Парню хотелось еще помучить его.

Вампир наступил ногой на лежащую на земле руку мужчины и навалившись всем телом, повертел подошвой, при этом не сводя с него взгляда.

Дрейк стиснул зубы, чуть не взвыв от боли. Губы Маркуса дрогнули в полуулыбке. Ему нравилось смотреть на страдания своего недавнего обидчика.

Вампир опустился возле него на корточки и еще отчетливее услышал биение сердца Дрейка. Маркусу хотелось еще больше помучить хулигана, но он больше не мог сдерживать свой голод, и, не смотря в отражающие ужас глаза Дрейка, вонзил свои клыки ему в шею. Затем упивался вкусной, теплой солоноватой жидкостью с металлическим привкусом и запахом, текшей ему в горло. Когда вампир закончил и выдернул свои клыки, хулиган был еще жив. Его сердце билось медленно, но все же билось. Дрейк смотрел на парня чуть приоткрытыми, мутными глазами, губы его едва беззвучно шевелились.

Маркус вытер со своего рта кровь, потом порылся в карманах джинсов мужика и довольно улыбнулся, найдя в одном из них складной ножик. Потом нагнулся к уху Дрейка и прошептал:

– Ну и как понравилось, быть жертвой.

Затем разложил нож и с полностью беспристрастным выражением на красивом лице, не дрогнувшей рукой, вонзил в шею Дрейку по самую рукоять.

Пальцы хулигана конвульсивно дернулись, глаза расширились, а затем закрылись навсегда, а тело бесформенной кучей сползло по стене упало на асфальт.

Маркус поднялся с корточек. К нему подошли, двое вампиров.

– Вы разобрались с остальными? – не поворачиваясь, спросил сын главы клана.

– Конечно, – ответил русоволосый парень, лет двадцати, с темно серыми глазами. Одетый в джинсы и модный черный плащ.

– Я принесу из машины канистру с бензином, – сказал другой – чуть младше первого, кареглазый блондин.

– Давай, Джесси, – кивнул Маркус, смотря на тело своей жертвы. И при этом не испытывая никого сожаления или угрызений совести в содеянном. Пусть сегодня он убил поддонка, но через пару дней, возможно, полакомиться невинным человеком. Для него не было разницы. Ведь все люди, не в зависимости от пола, возраста, характера – всего лишь пища…

* * *

Пока друзья Маркуса Джесси и Дерек ставили машину в гараж, Страстенберг вошел в гостиную огромного четырехэтажного особняка клана.

Гостиная представляла собой большое помещение с большими окнами, тяжелыми темными шторами, дорогой антикварной мебелью, коврами, обделанной плиткой пол. На потолке висела дивной красоты многорожковая люстра.

Маркус направился к широкой лестнице, ведущей на остальные этажи, и практически столкнулся со спускавшейся вниз девушкой.

– Господин, – склонила она голову в поклоне. – Глава клана велел, когда вы вернетесь, передать, чтобы вы зашли к нему.

Маркус кивнул и, держась за перила, стал подниматься на четвертый этаж.

Затем пройдя по коридору, освещенному тусклыми настенными светильниками, остановился возле двери, ведущей в кабинет отца. И постучал.

Услышав ответ:

– Войдите.

Зашел внутрь.

Оказался в кабинете главы клана, отделанным в темных тонах, с дорогой мебелью. Спиной к окну в кожаном кресле за дубовым столом сидел красивый мужчина, лет тридцати пяти-сорока в деловом костюме. С такими же черными волосами, что и Маркуса, похожими чертами лица, только глаза у Томаскиноса Страстенберга были не черными, как у сына, а темно-карими.

Вот интересно главе клана было чуть больше восьми сотен лет. Он родился вампиром, а как известно старение чистокровных вампиров заканчивается на двадцати лет. А отец Маркуса выглядел явно старше.

Томаскинос рассказывал сыну, что много лет назад один колдун заставил своими заклинаниями его так постареть. Но глава клана еще легко отделался, колдун мог его так состарить, что от него остался бы только прах. Отец Маркуса во время успел остановить колдуна.

– Садись, – Страстенберг старший указал на кресло возле стола.

Маркус опустился в кресло.

– Ты хотел видеть меня, отец?– спросил он.

– Да, – кивнул глава клана и, отложив в сторону документы, которые держал в руках, внимательно посмотрел на сына:

– Тебе уже шестнадцать, можно сказать даже практически семнадцать. В твоем возрасте я командовал армией моего отца. Ты умный парень, и за свою короткую жизнь успел многому научиться…

Маркус слушал, затаив дыхание и стараясь сдерживать радость, догадываясь куда клонит Томаскинос.

– … На меня наваливается слишком много дел, – продолжал глава клана. – Мне приходится вести бизнес, чтобы нашему клану хорошо жилось. Но это мелочи. Есть другая проблема– это наши враги. Оборотни и охотники. Первые, ладно, сейчас редко себя проявляют. А вот этих людских охотников развелось, как грязи. И я решил, хватит тебе без дела мотаться по своим дискотекам, пора поработать во блага клана и показать, что ты достойный сын своего отца. Ведь если со мной что-нибудь случится, тебе придется занять мое место.

– С тобой ничего не случится и главы клана, лучше чем ты, не найдешь, – выговорил Маркус.

– Сынок, сам понимаешь, что в жизни всякое бывает, – усмехнулся Томаскинос и прибавил:

– Ну, как тебе мое предложение, стать моим помощником?

– Спасибо, за такую честь, отец. Я всегда хотел этого, ведь для меня защита и благополучие наших сородичей превыше всего, – Маркус встал со стула и склонил голову в поклоне. Его отец был практически единственным, перед кем парень был таким кротким и послушным. Страстенберг старший был для него своего рода идолом и Маркус хотел быть похожим на него. – Я не подведу тебя.

– Не сомневаюсь в этом, – сказал глава клана и встал с кресла:

– Идем со мной.

Они вышли из кабинета и спустились на первый этаж. Затем по узкой винтовой лестнице стали спускаться в подвал. Маркус молча шел за отцом. Повеяло сыростью и холодом, парень застегнул молнию толстовки до самого горла. Вскоре лестница закончилась, и они остановились возле решетчатой двери. На страже, которой стоял рыжеволосый вампир.

– Открой, – приказал ему Страстенберг-старший.

– Слушаюсь, господин, – кивнул тот и загремел связкой ключей, отпирая дверь. Затем толкнул ее и та со скрипом отворилась.

Отец и сын прошли в коридорчик с каменными стенами. Лампочки, висевшие на них, бросали неяркий свет. Глава клана вел Маркуса вперед и тут они остановились возле темницы с толстой решеткой. За которой, прикованный цепями, идущими от потолка и стен, находился оборотень в человеческом обличие, в разодраной рубашке и остатками штанов.

Увидев главных вампиров, он прошипел:

– Чистокровные ублюдки. Скоро придет конец вашему правлению. Мои сородичи выйдут из тени и истребят весь ваш род.

– Не будь так уверен, – сказал ему глава клана, потом повернулся к Маркусу, который не отрываясь смотрел на оборотня. А в душе парня зарождалась ненависть.

– Сын мой, скажи, кого ты перед собой видишь?

– Зверье, которое нужно истребить, – ответил Маркус, смотря в глаза оборотню и вспоминая, то почему он их так ненавидит. Тут дело было совсем не в том что между этими двумя разными расами уже давно шла война, начавшаяся из-за того, что оборотни хотели захватить территорию вампиров, посчитав себя сильнее. Но вампиры оказались намного хитрее, и сейчас оборотней осталось очень мало, но они не теряли надежды победить. Нападали на своих врагов и искали способы выиграть в этой войне.

Сын главы клана подошел к решетке и обхватил прутья руками. Оборотень оскалил зубы и зарычал, дергая цепями, чтобы дотянуться до вампира. На пальцах выросли длинные когти, руки покрылись шерстью, клыки удлинились, а глаза засветились желтым цветом. Дальше превратиться у него не получалось, после истязаний, которым подвергли его, вампиры, не осталось сил. Да и туго стягивающие цепи усложняли задачу.

На лице Маркуса не дрогнул ни один мускул.

– Отец, можно я убью его? – спросил он, так и не отрываясь от оборотня.

– Я для этого тебя сюда и привел, – улыбнулся Томаскинос, потом достал из пиджака пистолет, и протянул сыну:

– Узнаешь его?

Маркус отошел от решетки, повернулся к отцу и взял пистолет. Провел пальцами по выигрованным на нем символам.

– Да, отец, – кивнул парень.

– Прикончи эту мразь, – кивнул на оборотня глава клана.

Маркус повернулся к врагу и наставил на него оружие, целясь прямо в сердце.

– Ну, давай, стреляй, вампирский выродок, – закричал оборотень. – Но запомните, мои сородичи победят вас всех, разорвут на кусочки, выпустят кишки, растопчут ваши сердца…

Тирада оборотня могла еще долго продолжаться, если бы Маркус не щелкнул щелчок предохранителя и не выстрелил. Выпущенная серебряная пуля попала точно в цель. Оборотень замолк, конвульсивно дернулся и затих, безвольно повиснув на цепях.

Маркус опустил пистолет.

– Поздравляю, сын, какое точное попадание. Ты завалил оборотня с первого выстрела. Молодец.

Парень повернулся к отцу и протянул ему оружие.

– Нет, мой дорогой, теперь он твой. Я даю тебе именно его, а не любой другой пистолет, потому что знаю, что он значит для тебя.

– Спасибо, отец, – поблагодарил Маркус, пряча оружие за пазухой. Хоть парень обрадовался своей новой должности, он с самого детства хотел этого, пистолет и оборотень напомнили ему о самом неприятном и ужасном событии прошлого– убийстве его матери.

Глава клана заметил настроение сына и сказал вздохнув:

– Ну, ладно, уже пять утра. Все мы устали на сегодня. Тебе нужно отдохнуть, а вечером я введу тебя в курс дел, которыми ты будешь заниматься.

Маркус кивнул и они вместе с отцом пошли к выходу из подвала.

– Возьми кого-нибудь. Уберите там все, – приказал Томаскинос рыжеволосому вампиру…

* * *

Вскоре Маркус оказался возле двери в свою комнату. Тут к нему подошел Джесси:

– Был у главы клана?

– Ага, – кивнул парень. – Теперь я буду учавствовать в делах нашего сообщества, а ты будешь моим помощником.

– Будем рубить охотников и оборотней? – спросил Джесси, привалившись плечом к стене.

– Да, – кивнул сын главы клана.

– Ну, наконец-то, мы сможем отомстить этим ублюдкам, за наших сородичей, – произнес Джесси и тут обернулся.

По коридору шли тихо переговариваясь две девушки. Одна лет двадцати с виду, наверное столько ей и было, другая помладше, лет шестнадцати – красивая блондинка.

Поравнявшись с Маркусом девушки склонили головы в поклоне и пошли дальше.

– Слушай, а эта брюнеточка Кларисса, ничего так, – одними губами прошептал Джесси, смотря вампиршам вслед.– Да еще старше нас три года, опытная наверно.

Маркус усмехнулся.

Вдруг блондинка обернулась и встретилась с ним взглядом. Сын главы клана улыбнулся ей. Девушка смутилась и отвернулась. Вскоре обе вампирши свернули за угол.

– Маркус, мне кажется, что Мари влюбилась в тебя, – проговорил Джесси, посмотрев на друга.

– Влюбилась,– усмехнулся Маркус, устало приваливаясь спиной к двери, и задумчиво прибавил:

-Интересно, а какая она в постели. Наверное, такая же нежная и невинная, какой всегда и является. И сто пудов она еще не успела ни с кем…

– Я понимаю к чему, ты, клонишь, – серьезно проговорил Джесси. – Но может не стоит так вот с Мари. Она слишком ранимая и не поймет потом ради чего все было. К тому же она любит тебя.

– Нет никакой любви, – серьезно изрек Маркус. – Переживет, вампирам нельзя быть такими ранимыми. Может послужит ей хорошим уроком. А может она не такая пай девочка и ей понравится такое общение со мной.

Джесси опустил глаза. Ему совсем не нравилась затея друга. Но возразить он не мог. Дружба дружбой, но Маркус был все-таки сыном главы клана.

– Но я тебе могу обещать одно, что с твоей сестренкой Эмили я вертеть не буду, – усмехнулся Страстенберг младший. – Она конечно девчушка красавица…

– Ей еще только тринадцать исполнится скоро, – усмехнулся Джесси.

– Ну, это сейчас тринадцать, а когда-нибудь она вырастет и превратится в очень красивую девушку. Но я не буду крутить с ней по двум причинам. Потому что ты мой лучший друг, мы с тобой выросли вместе. И Эмили такая боевая, что мне порой самому страшно становится. Она ж сожрет меня с потрохами, – засмеялся Маркус.

– Да ну тебя, – улыбнулся Джесси.

– Ладно, я пошел спать, – сказал сын главы клана.

– Хорошо, господин, – с усмешкой кивнул Джесси, отклеиваясь от стены.

– Ты, как вообще со мной разговариваешь, – весело произнес Маркус и попытался отвесить другу щелбан. Тот не успел увернуться и получил по лбу.

– Ах, ты зараза, – Джесси ткнул парня в живот.

– Да я тебя одной левой на лопатки положу, – засмеялся Маркус, отскакивая в сторону.

– Мальчики, что за детский сад. Вам оболтусам уже почти по семнадцать лет, а ведете себя, как дети, – внезапно раздался женский голос и возле парней остановилась сестра Маркуса Изабелль

-Тебя забыли спросить, иди куда шла, – усмехнулся сын главы клана, разглядывая девушку.

– Надавать бы тебе подзатрещин, братец, – проговорила старшая сестра и высоко, подняв голову, пошла дальше.

– Ладно, вечером много дел. Давай, – парни пожали друг другу руки и разошлись по комнатам.

Маркус подошел к своей кровати и включил ночник, стоявший на тумбочке. Комнату осветил неяркий свет. Парень стянул с себя толстовку, скинул кроссовки, оставшись в черной футболке и джинсах, сел на постель.

Вот сегодня настал тот день, который сын главы клана ждал с самого детства. Но что-то непривычно тяготило парню душу.

Маркус взял в руки, стоящую на тумбочку фотографию в золотистой рамке, где была изображена, почти в полный рост, статная красивая, темноволосая девушка. Сын главы клана долго всматривался в знакомые черты лица своей матери. Затем повалился на постель, прямо поверх одеяла с покрывалом и поставил рамку на место, скрестил руки над головой и закрыл глаза.

Пусть когда умерла его мать, ему было восемь лет, но он присутствовал при этом. И даже спустя почти десять лет прекрасно помнил тот день, будто это происходило вчера…

* * *

Восемь лет назад…

– Сынок, хочешь я куплю тебе книжку со сказками? – поглядывая на книжный лоток, обратилась красивая темноволосая девушка в бежевом плаще к мальчику лет восьми.

– Я уже не маленький, – обиженно произнес Маркус и вырвал свою руку из пальцев матери.

Девушка, огляделась по сторонам, пару секунд наблюдая за проходящими мимо людьми, потом присела возле сына на корточки и положила ему руки на плечи.

– Ты чего? Ведь раньше тебе нравились сказки. Сам вечно просил меня их тебе почитать, – спросила Миранда Страстенберг, заглядывая в глаза Маркусу.

– Я уже вырос и мне не до этих небылиц. Отец сказал, что когда я буду готов, то буду помогать ему. А это мой долг перед нашими сородичами, – ответил мальчик.

– Не торопись вырастать. Ты даже не представляешь какое будущее приготовил тебе отец и что с тобой станет в итоге, в кого ты можешь превратиться, если во всем будешь слушаться Томаса, – серьезно произнесла Миранда, посмотрев по сторонам, чтобы убедиться, что никто из посетителей торгового центра, их не услышал. Затем, оправив сыну, черный свитер с пиджачком, встала на ноги.

– И в кого я превращусь? – сын главы клана поднял голову, чтобы заглянуть в лицо матери.

– В бездушное существо, способное только убивать врагов. И не знающее никаких добрых чувств, ни любви, ни сострадания, ни жалости, – ответила девушка, смотря куда-то в сторону, потом со слезами в голосе прибавила:

– Я много раз говорила твоему отцу, если он будет так продолжать, то воспитает из тебя тирана. Пусть ты и будешь верен своим, но станешь поистине жестоким существом. А Томас мне твердит, что ему нужен сильный сын, на которого можно будет положиться, и которому не будет мешать жалость или сострадание в выполнение дел,– девушка вытерла подступившие слезы и повернулась к Маркусу:

– Я не позволю, чтобы ты вырос таким. Я не против того, чтобы ты помогал клану, но я хочу, чтоб в твоем сердце жили теплые чувства и способность любить…

– Любви нет. Это все придумано, – сухо произнес мальчик.

Миранда поразилась холодности в черных глазах сына. Даже ей почти восьмисотлетней вампирше, стало жутко от этого взгляда.

' Господи, сколько уже в тебе тьмы', – ужаснулась девушка.

– Тогда кто я для тебя? Просто мама? И ты совсем не испытываешь ко мне теплых чувств, не любишь меня? – вслух спросила она, игнорируя зазывающий, восхищенный взгляд какого-то мужчины, прошедшего мимо них.

Глаза Маркуса смягчились, в них появилась вина.

– Я очень люблю тебя, мама, – выговорил он. – Прости, я не хотел так говорить.

– Ну, ничего, мой хороший, – Миранда обняла сына, потом отошла в сторону, взяла его за руку и прибавила веселым тоном:

– Пойдем, а то папа будет волноваться, да и Калебу наверно, надоело ждать у входа, пока мы с тобой нагуляемся по торговому центру.

Мальчик кивнул, и они направились выходу.

Возле автоматически открывающихся дверей стоял хмурый парень лет двадцати пяти в черной куртке и брюках. Томаскинос никогда не разрешал жене с сыном куда-либо ходить одним и всегда давал им кого-то в охранники. Зачастую Калеба. Этот парень не был чистокровным вампиром, но его обратили уже более трехсот лет назад и глава клана всецело доверял ему.

– Извини, Калеб, что заставили тебя, – произнесла Миранда и прибавила с легкой усмешкой:

– Мог бы пойти с нами, а то вдруг в торговом центре на нас бы напали охотники или оборотни.

– Ничего, вы совсем недолго. Сомневаюсь, что наши враги могли напасть на вас в таком людном месте, – ответил вампир, забирая у госпожи бумажный пакет, где лежали ее покупки, в большинстве для сына. Калеб очень любил Миранду, но не как мужчина женщину, а как просто хорошего человека, в данном случае вампира. И если б что случилось, готов был защищать ее до последнего вздоха. Жена главы клана была не похожа ни на одну вампиршу, которую он знал. Она была очень добра, и ни разу за свою довольно долгую жизнь не убила, ради пищи ни одного человека. Калеба эта странная ее привязанность к людям не раздражала, как, например, главу клана, а умиляла. Миранда считала этих смертных существ равными себе и пыталась внушить это сыну. Правда, тот слушал больше своего отца. Но при всем при этом Миранда являлась очень сильной по натуре женщиной.

Все трое направились к стоящему у обочины новенькому черному Фольксвагену. Навстречу им шла пожилая женщина, увидев Маркуса, она умильно просюсюкала:

– Какой мальчик хороший. Хочешь конфетку? – женщина стала рыться в своей сумке, потом подняла голову и протянула Маркусу конфету.

Сын главы клана так посмотрел на женщину, что та изменилась в лице и побледнела, до того был пугающий взгляд у него взгляд.

– Извините, – проговорила Миранда и легонько подтолкнула сына, чтобы он шел дальше. Женщина поспешила уйти подальше от странного мальчишки, а на ее языке вертелись слова: 'Дитя тьмы'. Миранда отвесила Маркусу легкий подзатыльник.

– За что? – недовольно проговорил сын главы клана, потирая макушку.

– Хватит так пренебрежительно относиться к людям.

– Они пища, – упрямо заявил Маркус, открывая заднюю дверцу машины и забираясь на сиденье.

Миранда обреченно вздохнула и села рядом с сыном и захлопнула дверь.

' Как же мне иногда хочется убить Томаса', – подумала девушка.

Калеб, положив покупки госпожи, рядом с водительским сиденьем, сел за руль и завел мотор.

Маркус достал из кармана джинсов электронную игру и принялся в ней побеждать каких-то монстров, защищая свою крепость.

Проехали они немного, потому что застряли в пробке.

– Вот черт, – недовольно произнес Калеб, останавливая машин и рассматривая через лобовое стекло ее масштабность. – Да мы здесь до глубокой ночи простоим, – вампир, не выдержав, ударил по рулю.

– Э, потише, – улыбнулась Миранда. – А то руль сломаешь, и мы вообще никуда не уедем.

Девушка посмотрела в окно, затем указала на ряд старинных домов в викторианском стиле:

– Вон видишь арку между этими зданиями. Мы можем объехать пробку дворами.

– А, вы, уверены, что там можно проехать? – посмотрел на девушку Калеб.

– Да, я знаю это место, – кивнула жена главы клана.

Охранник вздохнул и осторожно стал выезжать из ряда машин.

Маркус оторвался от своей игры и, повернувшись, положил подбородок на спинку сиденья. Мать тем временем набрала номер отца и, прижав мобильный к уху, ждала ответа.

Они подъехали к арке. Тут мальчик увидел, что серая Хонда с затемненными стеклами тоже отделилась от вереницы машин и поехала за ними.

' Может им тоже не хочется ждать', – подумал Маркус, но в его душе поселилось дурное предчувствие.

– Томас, – проговорила Миранда. – Мы немного задержимся. Нет, у нас все нормально. Просто на дороге жуткая пробка. Приходится ехать дворами. Ладно, давай.

Закончив разговор, девушка убрала телефон в карман плаща. Они проехали несколько дворов.

– Мам, Калеб…, – начал Маркус, он хотел сообщить о водителе, ехавшим за ними. Но вдруг раздался странный звук и их машина резко остановилась.

– Что случилось? – с тревогой спросила Миранда, приподнимаясь на сиденье.

– Не знаю, похоже колесо спустило, – пожал плечами Калеб. – Сейчас посмотрю.

Он открыл дверцу и вышел наружу.

– Ну, все не славу Богу, – протянула Миранда и вышла за ним.

Маркус посмотрел в заднее стекло и увидел только окруженную бетонным забором, за которым были какие-то строения, местность. Хонды видно не было.

Мальчик хотел вздохнуть с облегчением, но вспомнил, как один раз отец говорил ему:

'При проявлениях любых признаков опасности, и если даже тебе кажется, что опасность миновала, оставайся всегда начеку. Уж лучше перестраховаться, чем потом кто-нибудь ударит тебя в спину'.

Маркус взялся за ручку, открыл дверь и вышел наружу.

Оглядываясь по сторонам, обошел машину. Мальчику очень не нравилось, что они остановились в таком глухом и безлюдном месте.

' Для наших врагов, как на ладони', – промелькнула у него мысль.

Калеб стоя на корточках, рассматривал колесо. Мать стояла рядом, скрестив руки на груди, и наблюдала за действиями охранника.

– Как, ты, умудрился проколоть колесо?! – недоуменно спросила девушка.

– Да, я хрен знаю, – пожал плечами Калеб. – Пойду, достану из багажника запаску.

Жена главы клана вздохнула и, достав телефон, набрала номер мужа:

– Томас, у нас прокололось колесо, и мы задержимся еще больше. Приехать? Да, конечно лучше приезжай. Мы во двориках за улицей…

Маркус не слушал, о чем говорит мать. Надвигались сумерки, небо было ясным и на нем виднелись первые звезды. Обычный вечер, но Маркусу, казалось, будто все вокруг потемнело и не потому что день сменялся ночью. Мальчика тяготило жуткое предчувствие чего-то страшного и ему казалось, будто за ними следят и колесо прокололось не просто так.

Миранда закончила разговор и вдруг обернулась, беспокойно осматривая безлюдную улочку, а потом взяла сына за руку и посмотрела на охранника, мысленно умоляя, чтобы он быстрее заменил колесо.

'Уж лучше бы мы стояли в пробке… Черт меня дернул', – укорила себя жена главы клана.

Маркус тоже кого-то почувствовал, но не человека и не вампира, это был какой-то знакомый запах и аура, но вот кого, мальчик вспомнить не мог.

Калеб снял поврежденное колесо и замер. Внутри шины он увидел стальное лезвие, от какого-то ножа.

Внутри Маркуса все похолодело, он понял, что ему не показалось и за ними и правда кто-то следит. Сын главы клана прижался к матери, но не потому что боялся врагов. Он боялся, что те причинят вред матери, а она была ему самым дорогим существом на свете. Он любил ее даже больше, чем отца.

Вдруг раздался долгий и протяжный волчий вой.

Калеб быстро достал из-за куртки пистолет и вскочил на ноги, прикрывая собой Миранду и ее сына.

– Томас, скоро должен приехать, – шепнула охраннику жена главы клана.

– Если успеет, – так же тихо ответил ей Калеб. – Они нападут неожиданно, и медлят специально, чтобы пощекотать нам нервы.

Миранда, осматривалась по сторонам, пытаясь определить, где находятся оборотни. Но запах был повсюду, что говорило о совсем неутешительных выводах.

И тут на них напали. Оборотней было трое. И как догадалась Миранда, напали они с разных сторон, окружая вампиров, чтобы у тех не было шансов сбежать.

Калеб выстрелил в одного, но тот быстро обратился и одним ударом когтистой лапы распорол полшеи вампиру. Кровь брызнула во все стороны, попав и на Маркуса с Мирандой. Калеб захлебываясь этой алой жидкостью, упал на землю и вскоре затих.

Миранда крепко сжала плечи сына и подняла голову с мертвого Калеба на изучающего ее оборотня в человеческом обличии. Он, походу, был главным из этой троицы.

В глазах девушки не было и капли страха, лишь только ненависть к существам, стоящим перед ней.

– О, поглядите кто тут у нас. Представительница рода кровососов и ее выродок, – с сарказмом произнес главарь оборотней. Это был молодой мужчина с неправильными, но все же довольно приятными чертами лица. Недельная небритость, потрепанная одежда и манера держаться, очень уж сильно отличала его от аристократичных вампиров.

– А она ничего, – произнес другой оборотень, что стоял взади девушки.– Может, сначала позабавимся. Она хоть и вампирша, но такая сексуальная, что сдержаться трудно.

– А, что это мысль, – улыбнулся главарь и сделал шаг к Миранде.

– Если хоть пальцем тронешь мою мать, то пожалеешь, – дернулся вперед Маркус. Жена главы клана еле смогла его удержать, чтобы он не набросился на оборотня. Вот сейчас девушка испугалась по-настоящему, но не за себя, а за своего сына.

– И что ты мне сделаешь, вампирская малявка? – усмехнулся главный оборотень, затем, не обращая на крики Миранды, схватил мальчика за ворот свитера. Вампиршу схватил оборотень, стоящий до этого за ее спиной. Девушка брыкалась, царапалась, пытаясь вырваться. Но когда, вместо человеческой руки у оборотня появилась лапа с длинными когтями, замерла, понимая, что мертвой никак не сможет помочь сыну.

– Я убью тебя, – мужественно смотря в глаза главарю, ответил Маркус.

Оборотень громко рассмеялся. Потом оттолкнул мальчишку от себя. Тот со всего размаха ударился спиной о стену и потерял сознание.

– Займемся им потом, когда разберемся с этой шлюшкой, – главный оборотень посмотрел на Миранду, та не отрывая наполненных ужасом глаз смотрела на лежащего на земле сына.

– Ах, ты, мразь! – воскликнула девушка, посылая уничтожающий взгляд главарю.

Тот подошел к ней и схватил за шею.

– Повежливее, красавица. Иначе я выпотрошу твое милое дитятко у тебя на глазах, – пригрозил мужчина.

Девушка опустила взгляд, еле сдерживая слезы.

' Этот ублюдок от меня их не дождется,– подумала она. Хотя на самом деле ей хотелось рыдать от отчаянья и от безвыходности ситуации. Калеб мертв, ее саму крепко держат оборотни, стоит ей дернуться и ее убьют. А Томаскинос не знает, что здесь происходит. Хоть и обещал приехать быстрее, но в городе ужасные пробки. – Возьми себя в руки. В твоей жизни было столько казавшихся безвыходными, ситуаций и ничего прожила почти восемьсот лет'.

Главарь оборотней дернул ткань плаща Миранды. На землю посыпались пуговицы. Жена главы клана скривилась, когда мужчина провел по ее шее своим языком. Второй оборотень, державший девушку со спины за плечи, гадко хихикнул.

Миранда посмотрела на третьего представителя волчьих. Тот принял человеческий облик и с каким-то гастрономическим интересом, разглядывал тело Калеба. Жена главы клана испытала несколько чувств: отвращение и еще большую ненависть.

Миранда, воспользовавшись тем, что главарю сейчас приятнее водить своим противным языком по голым частям ее тела, а второму смотреть на все это, засунула руку в карман и стала доставать средних размеров кинжал, лезвие которого было покрыто серебром. Если ей удаться ударить второго, потом главного. Пока те замешкаются, с помощью вампирской скорости подбежать к сыну, схватить его и быстро скрыться. Хорошо местность была знакома, и девушка знала, куда бежать.

Миранда крепко обхватила рукоять кинжала и резко вонзила в живот, стоящему взади оборотню. Тот взвыл и отскочил назад, скуля от боли и зажимая рану рукой. Девушка хотела ударить второго, но не успела. Главарь перехватил ее руку, потом выхватил нож, и взял Миранду за волосы.

– Сучка, вот сейчас ты сократила себе минут десять жизни, – зло прошипел он, потом воткнул кинжал в грудь девушке очень близко к сердцу, но, не попав в него. Затем ударил Миранду по лицу. Вампирша упала на землю.

– Ну, что нравится?– прошипел главарь, садясь возле нее на корточки и откидывая, закрывшие ей лицо длинные темные волосы. – Вот так-то лучше, я хочу видеть твои глаза, шлюха.

– Иди к … черту, – процедила Миранда.

Его бесило то, что в глазах вампирши не было и тени страха.

– С тобой неинтересно, – с сожалением выговорил оборотень, и снова воткнул кинжал в девушку, в этот раз, задев сердце, но не так сильно, чтобы она умерла сразу. Затем откинул оружие в сторону и прошипел вампирше на ухо:

– Но быстро и легко, ты, не умрешь.

Потом вместо ногтей у него выросли длинные когти и он воткнул их в грудь Миранды, добираясь до сердца.

Пусть ужасная боль и пронзала тело девушки, она ее не чувствовала. Наверно потому, что все мысли Миранды были лишь о том, чтобы Маркус остался жив.

Вдруг в сторону главного оборотня метнулась темная тень и оттолкнула его от Миранды.

Оборотень поднялся на ноги, и увидел перед собой Маркуса. Он даже на миг поразился жуткому, полному ненависти взгляду маленького вампира. Такого выражения глаз он не видел еще ни у одного кровососа.

Спутник главаря, изучавший до этого труп Калеба, двинулся на мальчика, но главный остановил его рукой и произнес:

– Тихо, Кларк. Дай мне позабавиться.

– Джозеф, выпотроши эту малявку, – произнес, лежащий на земле оборотень, скривившийся от боли и зажимая рану на животе рукой. Пусть ранение было не смертельным, но серебро жгло кожу, заставляя его чуть ли не кататься по земле.

Главарь оборотней быстро подскочил к Маркусу и толкнул его на землю.

Мальчик упал на колени, возле тела Калеба, и уперся ладонями в землю.

– Ты, слишком слаб, – усмехнулся Джозеф. – И никак не сможешь победить меня.

Маркус тяжело дышал, чувствовал усталость, но не собирался сдаваться. Он готов был сражаться до последнего.

'Нет, я просто обязан выжить, чтобы отомстить этому грязному животному, за маму', – подумал мальчик, при этом надеясь, что его мать еще жива и чтобы не случилось, отец скоро приедет и поможет ей.

Тут Маркус увидел, лежащий возле тела Калеба пистолет. Это было для сына главы клана как подарком небес. Маркус взял его в руки. Мальчику всегда нравилось оружие Калеба. Тот очень часто давал ему его подержать. Сыну главы клана были интересны знаки, которыми был исписан пистолет. Но сейчас Маркусу было не до их созерцания. Он поднялся на ноги, развернулся к Джозефу и наставил на него оружие.

Кларк сделал шаг к вампиру, но Маркус сказал твердым голосом:

– Стой на месте, иначе я убью, твоего главаря.

Джозеф засмеялся, а потом выговорил:

– Ну, так давай стреляй, малявка. Если успеешь, да и сможешь ли ты еще попасть.

На лице сына главы клана не дрогнул ни один мускул. Мальчик нажал на курок. Главарь на секунду замер и расширил глаза. Затем замертво рухнул на землю. Пуля Маркуса попала ему точно в сердце.

Оставшиеся двое других оборотней отупело, посмотрели друг на друга. Следующая пуля пришла в голову раненому оборотню.

Кларк будто б очнулся и прорычал:

– Брось пушку, выродок.

В ответ Маркус нажал на курок, но выстрела не последовало. Закончились пули. Мальчик попятился и уткнулся спиной в машину.

– Конец тебе, выговорил оборотень, превращаясь.

Тут двор осветили фары машины. Из нее быстро выскочили трое мужчин. Одним из них был Томаскинос Страстенберг.

Кларк хотел взять Маркуса в заложники. Но мальчишка оказался ловчее, уйдя от захвата оборотня, юркнул под машину и вылез с другой стороны.

Взбешенный Кларк бросился на взрослых вампиров, но те успели расстрелять его из пистолетов.

Глава клана подошел к сыну.

– Где Миранда? – дрожащим голосом спросил он.

Вместо ответа мальчик кинулся к месту, где лежала мать.

Девушка была еще жива. Маркуса ужаснуло обилие крови, и долгие перерывы между сердцебиением матери.

Томаскинос опустился возле жены на колени.

Веки Миранды дрогнули и она открыла глаза.

– Как хорошо, что с … нашим сыном все в порядке, – тихо прошептала она. – Позаботься о нем, но не… воспитывай так… как хочешь.

– Молчи, пожалуйста, – попросил глава клана, в его вечно суровых глаза сейчас было столько боли, потом повернулся к стоящему за спиной вампиру:

– Дерек, нам нужно отвезти ее…

Миранда схватила мужа за руку:

– Ты, сам прекрасно понимаешь, … мне не помочь. Ты, просто не … успеешь.

– Господин, я боюсь ее даже нельзя двигать с места, – произнес Дерек.

– Заткнись, – с болью в голосе прошипел ему глава клана, сжимая пальцы жены.

– Он прав, – выговорила она и закашлялась.

До Маркуса стал доходить весь ужас происходящего и его неизбежный итог. По щекам мальчика, против его воли, потекли слезы. Он хотел быть сильным и не показывать свою слабость, но не мог остановить их.

– Томас, послушай, – откашлявшись, выговорила девушка, но с каждой секундой ей было говорить все труднее. – Нельзя воспитывать… нашего сына, внушая ему, что любовь и страдание– это слабость.

– Миранда, ты не понимаешь, – сказал глава клана, держа руку жены и упершись в нее лбом.

– Это ты… – девушка не договорила и в последний раз посмотрела на Маркуса, улыбнулась ему, как бы говоря, что все будет хорошо, и умерла.

Томаскинос осторожно опустил ее в руку, поцеловал жену в лоб. Потом опустил голову, закрывая лицо ладонью.

Маркус, смотря на мертвую мать, поклялся что когда придет время, он будет убивать всех врагов вампира, не жалея никого. И будет стараться, чтобы те перед смертью испытывали ту же боль, что и сейчас он…

2000 год

Маркус открыл глаза, отгоняя воспоминание. Он очень любил свою мать, и даже спустя столько лет ему было тяжело вспоминать о том, что с ней произошло. Он застрелил ее убийцу еще тогда. Но ему было мало той мести. Сын главы клана хотел извести всех врагов своего рода. Ведь случай с его матерью не единственный. Вампиры часто гибнут от оборотней и человеческих охотников. Конечно Маркус не мог уничтожить всех врагов, но в его силах было основательно уменьшить их число, чем парень и собрался заняться в ближайшее время.

Маркус выключил ночник, повернулся на бок, потянул на себя край покрывала и закрыл глаза.

'Прости, мама, но я никогда не стану, таким, каким ты хотела меня видеть', – мысленно обратился к ней сын, перед тем как погрузиться в сон…

* * *

Вечером Маркус сидел в кожаном кресле в кабинете своего отца, положив ногу на ногу и откинувшись на спинку. Парень сменил свой недавний наряд на серую рубашку, верхние пуговицы, которой оставил расстегнутыми, темные джинсы и узконосые черные туфли.

Этот вид прибавлял ему солидности и делал старше на пару лет.

– Как тебе известно, сын, – начал глава клана, вставая со своего места и подходя к окну. – В Лондоне находятся два клана вампиров. Один мой, другой моего брата Майкла Лейстрейнджа. И вот на территории Майкла были убиты двое членов его клана. Это не оборотни, тут действует охотник. Неделю назад у нас пропал Ксандр. Мы проверили все морги, полицейские сводки. Но, ни слуху, ни духу. Охотник оказался разумным и решил спрятать тело. Сам понимаешь нельзя, чтобы тела убитых вампиров попадали к людям. Иначе смертные могут узнать о нашем существование, а это грозит такими последствиями… стоит вспомнить древние времена, когда половина земного шара точно знала о нас. Считая исчадиями ада, но очень боясь нас. Не дай бог в то время кто-то распознал бы в тебе вампира, сразу бы набросились всей толпой, кол в сердце, и сожгли дотла. Хотя людишки в большей степени тогда погубили себеподобных. Ошибочно обвиняя невинных людей в вампиризме и колдовстве. А сколько их погибло в бесчисленных войнах, борьбе за власть, разбойничных нападениях. Люди и по сей день продолжают себя уничтожать. В сегодняшнее время все тоже самое, что и тогда, но более в скрытой форме. И вот представь, что будет, если смертные узнают о нашем существовании. Начнется хаос. Одни будут нас обожать и просить их обратить. Другие относится с опаской, но стараться не обращать внимание на такое соседство. Остальные возненавидят, и неизвестно как будут себя вести. А охотники будут всех агитировать, и внушать, что мы кровожадные убийцы и заслуживаем только смерти. Такой расклад совсем не нравится нашему роду. Поэтому мы держим свое существование в тайне. И существует закон, если человек узнал о нас, его нужно либо обратить, либо убить. Вот от наших неосторожных охот и появляются охотники. То жертва остается жива, то вампир утоляет голод, не подозревая, что какой-то человек это видит. То у будущего охотника убили дорого ему человека. Одним словом примеров можно провести множество. Да и вампиры не единственные сверхъестественные существа, населяющие эту планету. Узнали о них, прознали и про нас. Существуют даже целые семьи охотников, которые на протяжении веков из поколения в поколение охотятся на наш род. Тебя наверное удивляет, как человек способен убить существо, которое во многом сильнее его. Но, я тебе всегда говорил, что побеждает не всегда тот, кто сильней. У всех есть слабые места и главное правильно их найти.

– Я знаю это, отец, – кивнул Маркус.

– Ладно, хватит объяснений. Перейдем к делу. Сегодня потусуйся где-нибудь где наши часто появляются. Сам смекнешь, как охотника выловить. Бери себе в помощь кого хочешь, – продолжил Томаскинос Страстенберг, смотря в окно в темноту улицы.

– Я возьму с собой Джесси и Дерека, – протянул Маркус.

– Хорошо, – кивнул глава клана, потом посмотрел на сына:

– Будь только осторожен.

– Само собой, – улыбнулся уголками губ парень и поднялся с кресла.

– И еще одно, – Томаскинос положил ладони на стол. – Завтра к нам приезжает мой брат и пара старейшин.

– Вампирские, скучные посиделки, – усмехнулся Маркус. – Мы хоть принесем в жертву какую-нибудь девственницу, чтобы так скучно не было.

– Интересно, с самым древним вампиром своим прапрадедом Вириустетом ты будешь также остр на язык?– сухо спросил глава клана. – Похоже, ты еще слишком молод, чтобы понимать суть наших собраний. Мы решаем важные вопросы. Если хочешь, сделай предложение старейшине о девственнице. Мы проводили жертвоприношения пару веков назад, по традициям, которых сейчас уже нет. Но я, надеюсь, Вириустету ты не будешь говорить как мне, с намеком, что наши нынешние собрания скукотища, – последнюю фразу глава клана произнес с нескрываемым сарказмом.

– Наверное, не буду. Не хочется, чтобы мне отрезали язык. Ведь по древним законам так могли сделать, – усмехнулся Маркус.

– Ну, ты же походу приверженец старых обычаев, – с иронией заметил Томаскинос.

– Ладно, я молчу, – улыбнулся сын главы клана. – Пойду вершить справедливость.

– Давай. Только смотри там поаккуратней.

– С нами будет Дерек. Он старше нас с Джесси. Так что не беспокойся, – с этими словами Маркус покинул кабинет отца.

* * *

Через час трое вампиров вошли в клуб, где раньше сами зачастую проводили время.

– Ну, как думаете, будем искать охотника? – осведомился у своих спутников Маркус, расстегивая пуговицы своего модного черного плаща.

– Если он еще здесь есть, – проговорил Дерек, рассматривая многочисленных посетителей клуба.

Играла громкая музыка, часть молодежи отрывалась на танцполе, другие сидели на верхнем этаже за столиками, остальные кто где: у стойки бара, у входа, или играли в бильярд в соседнем помещении.

– А вы знаете, сколько в Лондоне подобных заведений, – усмехнулся Джесси.

– Нам одной ночи не хватит их все обойти, – в тон ему ответил Маркус, и прибавил:

– Охотники нас как-то вычисляют. Значит, и мы их можем. Будем себя выдавать, но конечно не светить клыками и глазами, – сын главы клана посмотрел на двое перстней-печаток на левой руке. Один перстень с замысловатым символом символизировал его принадлежность к клану Страстенберг. Другой с инициалами, говоривший, что Маркус либо глава клана, либо его родственник. В данном случае сын. – Охотники знают про наши колечки, если увидят, то поймут кто мы. И, кстати, ведь у некоторых охотничков есть всякие магические штучки, с помощью которых они могут нас распознать. Короче, действуем походу дела. Главное не перестараться, иначе наш дружок поймет, что это ловушка.

– Для начала ципанем телочек, – усмехнулся Дерек. – Ведь наши враги, знают, как мы зачастую ищем себе жертв.

– Слушай, – усмехаясь, проговорил на ухо, чтобы из-за игравшей музыки тому было лучше слышно, своему русоволосому сероглазому другу. – Ты родился в восемнадцатом веке. А по тебе не скажешь, общаешься, будто тебе и как с виду, правда, двадцать.

– Знаете, господин, после общения с такими как вы, – с иронией ответил Дерек. – Еще и не тому научишься. Порой посмотришь на тебя и подумаешь, не молодой человек с аристократическими корнями, а шпана.

– Ну, это зависит от моего настроения, – усмехнулся Маркус. – Иногда, я люблю пошалить и отойти от своего аристократического образа, – потом парень резко посерьезнел и прибавил:

– Ладно, шутки и забавы в сторону. Мы здесь для важного дела. Давайте я к бару, а вы куда вам лучше. Спутники кивнули и разошлись в разные стороны.

Маркус стал пробираться через толпу молодежи.

Дойдя до барной стойки, положил руки на ее деревянную поверхность и посмотрел по бокам в поисках фальшивой сегодняшней жертвы.

– Что хочешь, красавчик? – обратилась к нему симпатичная девушка-бармен.

Сын главы клана перевел глаза на нее и потом скользнул глазами по полкам, с различными алкогольными напитками, позади барменши

– Джин с тоником, – ответил Маркус и положил на стойку пару купюр.

Девушка кивнула забрала деньги и отвернулась к полкам. Затем поставила перед парнем коктейль.

Маркус сделал глоток и отодвинул бокал от себя.

Тут высокий металлический табурет, рядом с вампиром присела ярко накрашенная девица в явно не в трезвом состоянии. Одетая в короткое блестящее золотистое платье и высокие черные сапоги на шпильке.

– Привет, – поставив локоть на стойку и подперев рукой подбородок, бросая кокетливый взгляд в сторону Маркуса, заплетающимся голосом произнесла девушка.

– Привет, – выдавил сын главы клана, чуть не скривившись от отвращения. При охоте он практически никогда не заигрывал с девицами, спеша быстрее полакомиться ее кровью. Маркус не понимал как некоторые могли перед тем, как убить жертву противоположенного пола могли не только пообниматься, целоваться, а даже перепихнуться. А некоторые даже повстречаться, влюбив в себя, а потом жестоко обломав. Для сына главы все люди являлись просто ходячими мешками с кровью, и он даже для игры не хотел заводить с ними какие-то отношения. Ему даже было противно общаться со своими жертвами. Маркусу была важна только алая жидкость текущая внутри них. Но та, что сейчас сидела рядом с ним не годилась даже в качестве еды. У Маркуса эта девушка вызвала такое отвращение, что он еле сдерживал себя, чтобы свернуть ей шею, чтобы видеть больше эту представительницу человеческого рода.

Парень посмотрел по сторонам. Вокруг было много девушек, но все они не многим отличались от сидящей перед ним. А искать более или менее нормальную у Маркуса не было ни настроения, ни времени.

– Меня зовут Дон, – улыбаясь, представилась девушка.

– Маркус, – сухо ответил парень, потом более вежливым тоном предложил:

– Хочешь джин тоник?

Глаза у девушки просияли. Она наверное думала, как ей сегодня повезло. Не только познакомилась с сногсшибательно красивым парнем, но он еще и выпивкой угощает. а если сегодня удаться оказаться с ним в одной постели, то день прожит не зря. Только вот последнее явно не входило в планы Маркуса.

Он ей отдал свой почти нетронутый бокал с коктейлем. Маркус практически никогда не прикасался к спиртным напиткам. Так иногда в таких заведениях мог выпить стаканчик коктейля или чего-нибудь другого. Но сейчас заказал джин-тоник для вида, и не стал допивать его до конца. Парню нужна была светлая голова.

Дон выпила коктейль меньше через пару минут.

'Интересно, она джин в чистом виде также хлебать будет', – мысленно усмехнулся Маркус и подумал:

' Куда же катятся люди'.

Дальше вампир заказал ей еще коктейль. Дон о чем-то без умолку болтала и останавливалась только, чтобы отхлебнуть тоника.

Маркус ее не слушал, только изредка говорил: 'Угу', 'Понятно', ' А что дальше?'

Парень краем глаза изучал посетителей клуба. Руку с кольцами специально держал на видном месте. Чуть погодя сын главы клана перешел к следующей части плана, он предложил Дон прогуляться.

Глаза девушки снова просияли. Предложение погулять она свела к одному. А после большого количества выпитого алкоголя любви и ласки хотелось больше, чем обычно.

Дон слезла с табурета. Девушку основательно покачивало. Маркусу пришлось побороть свое отвращение и придерживать ее за талию, иначе они бы долго добирались до выхода из клуба.

Оказавшись на улице, Маркус вдохнул прохладного ночного воздуха. Запахи алкоголя, сигарет и множества людских тел парня уже достали.

Вампир повел свою спутницу подальше в тень. Но девушка оказалась проворной штучкой. Как только они оказались в темноте, прижала Маркуса к стене и принялась страстно обнимать и тянуться губами к его губам. Терпение вампира лопнуло и он, схватив Дон за волосы прошипел:

– Слушай, швабра, либо ты не будешь тянуть ко мне свои руки, либо я сокращу твою никчемную жизнь. Поняла?

Девушка испуганно уставилась на парня и даже немного протрезвела.

– Ты поняла? – переспросил Маркус, больно дернув ее за волосы.

– Да, да, – закивала Дон, по ее щекам потекли слезы. Сейчас она думала о том, что если останется жива, никогда больше не будет так знакомиться с парнями.

Сын главы клана посмотрел по сторонам. Он слышал лишь доносившиеся вдалеке голоса, играющую в клубе музыку и спокойные удары своего сердца, вместе с бешеными ударами Дон. И никаких признаков находящегося поблизости охотника.

' М-да, все это похоже на искание иголки в стогу сена. Может Джесси с Дереком повезло больше', – подумал парень, потом посмотрел на Дон. В его планах не было ее убивать. Возиться потом с трупом явно не хотелось. Тогда Маркус повел перепуганную девушку к ближайшему фонарю и заглянул ей в глаза, гипнотизируя своим взглядом:

– Сейчас, ты, пойдешь домой, и не будешь помнить ни меня, ни что тут произошло. Тебе все ясно?

Дон кивнула, смотря на парня пустым взглядом марионетки.

– Теперь иди, – парень оттолкнул ее от себя.

Девушка не очень твердой походкой пошла прочь от клуба. Маркус вздохнул и, достав мобильник, позвонил Джесси.

Как оказалось у его друзей тоже провал. Тогда парни поехали в другой клуб, но там тоже не нашли охотника, тогда покатались по городу, затем посетили еще пару заведений, где иногда тусовались вампиры. Там тоже провал. Уже почти в четыре утра они завалились в еще один танцевальный клуб.

– Ну, как я понимаю, на сегодня это последний, – устало произнес Дерек. – скоро уже рассветет, ночные заведения закроются. Да и охотники не охотятся днем.

– Главное сейчас не расслабляться, – сказал Маркус. – Давайте, по нашей схеме. В этот раз я давайте вместе потусуемся за столиками.

– Ладно, – кивнул Джесси, рассматривая столики у стен, и вдруг замер, и дернул Маркуса за рукав.

Сын главы клана проследил за его взглядом и выговорил, увидев, сидящих за одним из столиков свою сестру и блондинку Мари:

– Только этого не хватало.

Парни направились к девушкам. Вампирши очень удивились, увидев их.

– О, вы тут охотитесь или просто так развлекаетесь? – спросила Изабелль.

– Охотимся, – усмехнулся Дерек.

– Я за вас рада, мальчики. Давайте вы теперь уйдете отсюда. Сейчас к нам придут наши жертвы с пивом. И вообще я тут учу Мари, как правильно охотиться, а вы…

– Извини, сеструха, – сказал Маркус, ставя ладони на стол и нагибаясь над ухом Изабелль. – Вам придется уйти отсюда. И вас не предупреждали, что охотиться нужно осторожно. В городе объявился охотник и неизвестно один ли.

– Не факт, что он находится именно в этом клубе и именно узнает в нас вампиров. Что теперь вообще сидеть в особняке и никуда не выходить?! – возмутилась старшая сестра.

– Я просто нутром чую. Здесь точно не чисто. Охотник где-то рядом, – произнес Маркус.

– Может, и правда уйдем? – посмотрела на подругу Мари.

Изабелль с сожалением посмотрела, на стоящих возле барной стойки двоих парней.

– Все пойдем, – Дерек взял под руку старшую сестру Маркуса, заставил подняться со стула и повел к выходу.

Сын главы клана в свою очередь приобнял Мари за талию и двинулся за первой парой, не замечая, как смотрит на него Мари. Джесси внимательно оглядываясь по сторонам замыкал шествие.

На улице уже начало понемногу светать.

Молодые люди чуть прошли от входа в клуб к машине Дерека.

– Вы на чем приехали? – спросил Джесси.

– Моя машина стоит через улицу, – скрестила руки на груди Изабелль.

– Прекрасно, тогда в путь, – улыбаясь уголками губ, махнул рукой Маркус.

– Знаешь, братец, ты меня младше лет на семьдесят, а ведешь себя… – прошипела Изабелль.

– Сестренка, … – начал парень, но не договорил.

В воздухе вдруг что-то просвистело. И если бы не быстрая реакция сына главы клана, то у Мари во лбу была бы серебряная стрела. Девушка расширила от ужаса глаза, смотря на острие перед собой, которое перехватил Маркус.

Парни закрыли собой девушек. Сын главы клана крикнул:

– Может, ты, нам покажешься.

Из угла вышел мужчина лет тридцати пяти с арбалетом наготове.

– Быстро уходите отсюда, – прошептал Маркус девушкам. – Добирайтесь до машины и езжайте в клан.

– А как же? – Мари кивнула в сторону охотника.

– Мы с ним справимся, – усмехнулся Маркус.

– А… – начала Мари. Но тут Изабелль схватила ее за руку и с помощью вампирской скорости в считанные секунды девушки скрылись с улицы.

– Может, хоть познакомимся, – язвительно предложил Маркус, вертя в руках стрелу охотника.

– Извини, я с кровососами не общаюсь, – ответил мужчина и резко выпустил стрелу из арбалета, метя в сердце одного из вампиров…

Но она не достигнув нужной цели, упала возле ног Джесси.

– Телекинез полезная вещь, – усмехнулся светловолосый вампир.

Маркус кивнул друзьям и те в одно мгновение ока оказались по обеим сторонам от охотника, за его спиной, но на некотором расстоянии.

Сын главы клана перевел взгляд на немного растерявшегося истребителя и резко пустил в него, стрелу, которую вертел в руках. Надо отдать должное подготовке охотника, он успел увернуться. Затем стал стрелять из арбалета, стараясь попасть хоть в одного вампира. Но те с нечеловеческой быстротой уходили от его стрел, которые скоро закончились.

Охотник бросил арбалет на землю и стал наблюдать за своими врагами, понимая, что расклад явно не в его сторону. Но кровососы не знали, что у него в запасе имеется еще оружие.

Маркус быстрым взглядом оглядел улицу. Никого видно не было, но уже практически совсем рассвело, время совсем не годилось для разборок, если, что придется убирать слишком много свидетелей.

Вампиры стали сжимать охотника в кольцо. Они могли сразу броситься на него. Но мало ли, какое оружие у него припрятано, так, что нужно было быть осторожными. Вдруг мужчина резко достал из кармана куртки гранату и положил палец на чеку.

Вампиры резко остановились.

– Если, вы, ублюдки, подойдете ближе, то взорветесь вместе со мной! – крикнул охотник, переводя взгляд с одного парня на другого.

– Ты, можешь сейчас уйти, но поверь, потом тебе будет еще хуже, – сказал Маркус.– Давай решим все сейчас. Мы не будем нападать все вместе. Поступим честно, только ты и я и пусть судьба решит, кому жить, а кому умереть.

– Да пошел, ты, кровосос, – прошипел охотник.

– Да, ты, трусишь, – жестко проговорил сын главы клана. – Привык нападать на нас исподтишка и наносить удары со спины.

– Отошли быстро, – проигнорировал его слова мужчина.

– Жалкий, трусливый человечишка, возомнивший себя спасателям своего рода. Как же, ты, жалок, – презрительно процедил Маркус и потом кивнул друзьям:

– Пусть уходит. Но он даже не представляет, что ждет его в будущем.

Охотник, не сводя взгляда с вампиров, стал пятиться назад, скрылся за углом, а вскоре послышался шум отъезжающей машины.

– Мы его практически просто так отпустили! – воскликнул Дерек, подходя к сыну главы клана.

– Тебе хотелось, чтобы этот псих тебя взорвал. К тому же уже светло и лично я уже слышу, как за углом начинают ходить люди. Мы ба сейчас заруливших сюда представителей их рода кучками убивали, а потом складывали в нашу машину?

В подтверждение его слов из угла вынырнули две женщины среднего возраста и с опаской косясь на троих людей, прошли дальше.

– Господин, я был не прав, – виновато опустил голову Дерек.

Тут сын главы клана что-то увидел на асфальте и прищурив глаза подошел к этому месту.

– О, да наш охотник попался, – иронически произнес Маркус и, наклонившись, поднял с земли фотографию. – Это выпало у него.

Джесси и Дерек встали по оба плеча сына главы клана и посмотрели на фото. На нем были изображены трое: женщина лет сорока, она хоть и улыбалась в объектив, но в глазах застыла грусть, будто у нее случилось что-то страшное и отпечатком легло в ее глазах. Второй была симпатичная девушка лет пятнадцати, а третьей весело, улыбающаяся пятилетняя девчушка.

– Ну, скорее всего это семья нашего охотника, – посмотрел на друзей Маркус. – Нужно выяснить, живы они или нет. Парень протянул фотографию Дереку:

– Займись этим, – потом Маркус прибавил тише:

– Им очень повезло если они мертвы, а охотник мстит сверхъестественным существам за их смерть. Если же они живы, то мне их даже немного жаль…

Последние слова парень произнес с нехорошей улыбкой и дъявольским блеском в глазах.

– Я все сделаю, узнаю о людях изображенных на этом фото, – кивнул Дерек, убирая фотографию в задний карман джинсов.

Уже совсем рассвело. Вампиры сели в машину и поехали в особняк…

Когда Маркус на ходу доставая ключи от своей комнаты, шел по тускло освещенному коридору. Возле двери в свою спальню, сын главы клана заметил Мари . Увидев сына главы клана девушка бросилась к нему, но осознав кто такой Маркус и что она творит, остановилась на расстоянии двух рук от него и взволнованно, но с облегчением проговорила:

– Я так беспокоилась за вас и за Дерека с Джесси. Я боялась, что охотник причинит вам вред.

Маркус так и застыл с ключами в вытянутой руке, Мари поразила его в самое сердце. И парень не знал смеяться ли ему над этой девочкой или воспользоваться моментом. Но вместо этого Маркус улыбнулся как-то сильно искренне для него и без всякой иронии в голосе, с теплотой в глазах, сказал:

– Ты зря волновалась этот охотник ничего бы не смог сделать… хотя нет… мог, но этого не случилось. Я добьюсь того, чтобы наш клан был в безопасности. И спасибо тебе, что так переживала, мне очень приятно, что кому-то я небезразличен.

– Я должна сказать и вам спасибо, – опустила глаза Мари. – Вы, Маркус, спасли мне жизнь.

– Я уже говорил, что это мой долг, защищать своих, – улыбнулся сын главы клана, а потом прибавил:

– Спокойной ночи, – и отперев дверь, скрылся в своей комнате.

– Спокойной, – вслед ему проговорила Мари.

Маркус стянув с себя одежду, повалился на кровать и практически сразу заснул. Вот только спал он в этот раз плохо, все утро ему снилась мать, умоляющая его пересмотреть свои жизненные принципы, иначе в итоге случится беда…

* * *

Вечером как и говорил Страстенберг старший в клан приехали Старейшины Вириустет, Эдмунт, брат Томаскиноса глава другого клана, находившегося в другой части Лондона – Майкл Лейстрейндж и еще несколько вампиров. Все гости расположились в гостиной. Стояла полутьма, пространство комнаты освещали только настольные лампы, стоящие на антикварных тумбочках с резной отделкой возле пары диванов и в углах гостиной.

Маркус скучал, расположившись в кожаном кресле в углу огромной гостиной и медленно, смакуя каждый глоток, пил кровь из хрустального бокала. Все мысли парня были об охотнике и о том, как его поймать.

Тут подошел Джесси и сел на подлокотник кресла.

– Ну и как весело? – спросил блондин.

– Веселее не придумаешь, – усмехнулся сын главы клана, наблюдая за своими сородичами.

И тут среди тихо переговаривающихся и пьющих кровь из бокалов вампиров Маркус заметил Мари.

На девушке было черное вечернее платье на бретельках и основательным вырезом на груди. Из-за этого самого выреза Маркус предположил, что платье блондинке выбирала никто иная, как его сестра. Часть белокурых волос девушки была забрана наверх, другая кудрями падала на спину и плечи. Сын главы клана заинтересованно рассматривал Мари. Та, почувствовав, что за ней наблюдают, встретилась с его взглядом. Маркус улыбнулся ей, Мари улыбнулась в ответ и, засмущавшись, отвернулась.

Джесси, наблюдавший за всем этим прошептал Маркусу на ухо:

– Может не стоит. Мари не поймет тебя, ей нужна любовь, а не отношения завязанные лишь на одном.

– Любовь?! – усмехнулся сын главы клана. – Какая у вампиров может быть любовь. Долг и верность своим сородичам, это да, но не любовь в романтическом понимании.

– Я согласен с тобой, но не все же так считают, а Мари еще слишком молода…

– На год младше нас, если я не ошибаюсь, – усмехнулся Маркус и сделал глоток из бокала. – Смотри, друг, ты так печешься о ней. Меня может это навести на мысль, что ты в нее влюбился, – вампир сделал акцент на последнее слово.

– Нет, – поморщился Джесси. – Я просто знаю тебя, а Мари совсем неподходящая для тебя натура. Она не поймет твоего отношения к ней. Это разобьет ей сердце.

– Джесс, – вздохнул Маркус. – Я привык брать, то, что меня цепляет. В этой блондинке есть что-то особое и мне хочется узнать ее поближе. К тому же девушке уже пара стать сильнее и вырасти из сопливой девчонки в сильную женщину, иначе ей долго не прожить в нашем жестоком мире.

Джесси промолчал.

А Маркус поднялся с кресла и направился к Мари.

– Вы сегодня так обворожительно выглядите, – улыбнулся сын главы клана и галантным жестом поцеловал руку девушки.

– Спасибо, – ответила Мари, не сводя взгляд с Маркуса и не веря, что парень, в которого она уже давно влюбилась, сам оказывает ей знаки внимания.

– Не соблаговолите прогуляться со мной, – предложил Маркус, подставив девушке руку.

– Давайте прогуляемся, – улыбнулась она, принимая его жест, и прибавив:

– Вы сегодня такой галантный, просто настоящий джентельмен.

– Милая, Леди, на меня так действует дух этого вечера. Тут так и попахивает временами балов и собраний аристократического общества. Так, что пытаюсь соответствовать, припоминая, то чему меня учили. К тому же, вы, романтическая девушка и вам должно это нравиться.

– Мне очень нравится, – улыбнулась Мари, ее глаза просто сияли от счастья.

Возле молодых людей остановились Вириустет и глава клана.

Мари склонила голову в легком поклоне.

– Здравствуй, Маркус. – произнес старейшина, скользнув взглядом по блондинке.

– Здравствуйте, – поклонился сын главы клана.

– Каким же, ты, . стал взрослым. Просто настоящий мужчина. А у меня почему-то не идет из головы образ маленького мальчика, – улыбнулся Вириустет, сверкнув такими же как и у Маркуса черными глазами.– Я очень горжусь тобой. Ты, достойный сын своего отца и мы можем положиться на тебя.

– Ваши, слова большая честь для меня, – сказал Маркус.

– Сейчас, вы, ищете охотника. Прошу, тебя, будь осторожен и.. не перегибай сильно палку.

– Не беспокойтесь, я не выйду за рамки наших законов, – пообещал сын главы клана.

– Я уверен, что наши законы, ты, чтишь. Просто я знаю, как ты относишься к врагам нашего рода. Прошу не будь уж чересчур жестоким.

Маркуса удивили слова прапрапрадедушки. Он не понимал, как такое мог сказать самый из старейших вампиров.

– Люди всего лишь пища, как их можно жалеть?! – удивленно сдвинул брови парень.

Вириустет скользнул взглядом по Томаскиносу и произнес:

– Я не буду переубеждать тебя ни в чем. По идее ты правильно мыслишь, нам нельзя считать людей, больше, чем пищей.

Потом старейшина, переведя взгляд на главу клана, прибавил:

– Пойдем, Томас, найдем твоего брата и у тебя в кабинете обсудим наши дела.

Затем, пожелав Маркусу и Мари, прекрасного вечера мужчины ушли.

– Слушай, – посмотрел сын главы клана на блондинку. – Здесь что-то душно. Давай прогуляемся по территории особняка.

– Давай, – кивнула Мари…

Они вышли из особняка. Было чуть прохладно, и Маркус снял пиджак, оставшись в белой рубашке одетой на выпуск, и накинул на плечи девушки. Мари втянула носом воздух.

– На улице так хорошо, свежо, – выговорила она, улыбаясь. – И Маркус, вы только посмотрите сегодня такое чистое небо и столько видно звезд. Вы, знаете какое-нибудь созвездие?

– Ну, – протянул Маркус, подняв голову и всматриваясь в звезды, потом вытянул руку и произнес:

– Вон видишь, там созвездие Ориона, тельца. А вон там Кассиопеи.

– Красиво, – улыбнулась девушка.

Молодые люди спустились ступеням, и подошли к небольшому фонтану, в середине, которого стояла мраморная статуя женщины, в длинной греческой тунике. В руках статуи был кувшин, из которого и лилась вода.

Стояла тишина, которую прерывал лишь цокот цикад и журчание воды.

Мари присела на край фонтана и потрогала воду рукой.

– Захотела искупаться? – усмехнулся Маркус, присаживаясь напротив.

Мари улыбнулась и отвернулась. Она еще никогда не общалась так близко с сыном главы клана и поэтому смущалась. Маркуса же эта девушка забавляла. Он мог прямо здесь или точнее за какими-нибудь, зеленеющими кустами, совершить с ней, то, что хотел. Но почему-то на данный момент ему хотелось, лишь просто пообщаться с ней, расслабиться, и забыть хоть на короткое время о врагов его рода, побыть обычным парнем.

Дальше они разговаривали о всякой ерунде, о увлечениях, фильмах, музыке, погуляли по аллее за территорией особняка. Маркус рассказал Мари кучу веселых историй, от которых она еще долго смеялась.

Раньше Мари считала Маркуса таким далеким, жестоким из-за того что он сын главы клана. Но сейчас был таким милым, самым обычным. И девушка почувствовала, что влюбляется в него еще больше.

Когда они уже подходили к дверям особняка, из него вышел Джесси и позвал Маркуса с собой, сообщив, что им нужно поговорить.

Мари вернулась к обществу вампиров, решив дождаться сына главы клана там, но он не появлялся. Блондинка нашла Изабелль и завела с подругой беседу. Вскоре гости стали понемногу расходиться и девушке ничего не оставалось, как пойти спать, но не думать о Маркусе она не могла.

Мари попрощалась с Изабелль и направилась к своей спальне. В душе девушки разливалась теплота. Подумать только сам Маркус Страстенберг обратил на нее внимание. Да и устроил ей такую интересную прогулку. Об этом она так долго мечтала, но не надеялась, что это когда-нибудь сбудется. Мари испытывала небольшое сожаление, что вечер закончился, и они расстались с Маркусом, и сегодня она больше его не увидит. Ведь возможно на следующий день сын главы клана даже не вспомнит о ней.

Но Маркус не думал забывать о ней. Не успела Мари дойти до своей комнаты, как сын главы клана оказался возле нее.

Мари вздрогнула и от испуга едва не выронила из рук маленькую черную сумочку.

– Вы меня напугали, – схватившись одной рукой за сердце, проговорила девушка.

– Извини, я не хотел, – виновато произнес Маркус и потом прибавил, протянув руку к девушке и погладив ее по волосам:

– Я раньше не особо обращал на тебя внимание, не замечая, какая ты красивая и интересная личность.

От его прикосновения по всему телу Мари прошла приятная дрожь. Сын главы клана переступил ногой по ковру, делая шаг к девушке. Мари со своим ростом доставала Маркусу лишь до подбородка и поэтому ей пришлось поднять голову, чтобы заглянуть в его глаза. В клане проживало довольно много красивых парней. Но ни одного такого, как Маркус. От этого вампира исходила еще более сильная и мощная аура, чем от остальных.

' Ну еще бы, – подумала Мари. – Его род один из самых чистокровных и древних, а такой чистой вампирской крови мало осталось. Моя семья хоть и древняя, но за все века успела смешаться с обращенными, тем самым чуть разбавив древнюю кровь. А как говорят, в старые времена вампиры отличались от нынешних и не только тем, что они жили в другую эпоху'.

'Чем старше вампир, чем он ближе к самым первым, тем темнее его душа',– так говорила Мари ее мать. Но сейчас девушка считала все это суевериями. Но в Маркусе и правда, темного чувствовалось больше, чем в остальных.

'Может, это из-за того, что случилось в его прошлом. Мать Маркуса убили на его же глазах', – размышляла Мари.

Тьма, таинственность, холодная красота, чарующий голос так и приманивали девушек и могли свести с ума. Мари не стала исключением. Только ко всему прочему ей было еще и жалко этого парня. Она сочувствовала ему. В его прошлом произошла такая страшная трагедия. Маркус никогда не показывал, как ему больно. Далеко, далеко в глубине его глаз засела эта боль. Мари хотелось помочь ему убрать ее.

– Ты, мне очень нравишься, прошептал Маркус, выводя девушку из ее размышлений, обвивая ее талию рукой и прижимая к своему телу. Сердце Мари было готово выпрыгнуть из груди, А вот сердце сына главы клана билось почему-то спокойно и ровно, а на губах играла полуулыбка. Маркусу нравилось следить за реакциями девушки на его прикосновения. Сын главы клана наклонил голову и поцеловал блондинку в губы. Это был совсем мимолетный, легкий поцелуй. Маркус как бы дразнил себя и не спеша околдовывал девушку, зная, что если он сразу перейдет к более активным действиям Мари оттолкнет его. От прикосновения губ Страстенберга-младшего к ее, все тело девушки затрепетало от восторга. Еще не один парень не целовал ее так, хотя и их у нее было всего лишь двое, да и кроме самых обыкновенных обниманий, страстных, но все же только поцелуев, с ними у нее больше ничего не было. Мать Мари, родилась в далеком семнадцатом веке и учила дочь, что леди до свадьбы не должна спать с мужчиной. Как блондинке говорила Изабелль, что сейчас уже на дворе двадцать первый век , и все эти правила устарели, но это не значит, что нужно заниматься любовью с любым понравившимся парнем. Нужно хотя бы узнать его получше и каковы у него на нее намерения. Изабелль сказала, Мари нужно парня, который и ее будет любить. Другие отношения разобьют ей сердце, а если она переспит с таким уродом, ей будет в стократ хуже.

Маркус на миг оторвался от губ Мари и шепотом спросил, щекоча своим горячим дыханием ее ухо:

– А я тебе нравлюсь?

– Конечно, – ответила девушка, вдыхая запах туалетной воды Маркуса.

На лице парня появилась довольная улыбка. Затем он еще раз поцеловал Мари сдержанно, но в этот раз более напористее.

Блондинка не сопротивлялась, отвечая вампиру. Ей это очень нравилось и так хотелось, чтобы этот момент никогда не заканчивался.

Маркус заскользил губами по шее Мари, доставляя еще большее наслаждение. А когда он, спустив бретельку платья, стал наклоняться к груди девушки, до Мари начал доходить другой смысл происходящего и к чему ведет Маркус.

Блондинка положила руки на плечи парня и мягко отодвинула его от себя.

– Простите, но я не могу, – виновато произнесла она, опустив взгляд.

Маркус посмотрел на нее своими черными глазами.

– Если, ты, боишься, то я обещаю, что буду предельно аккуратен. Мне хоть и только почти семнадцать, но я уже знаю… толк в этом деле.

– Как я погляжу, вы, уже спец в этом. У вас наверное было много девушек на которых вы практиковали свой опыт, – внезапно твердо произнесла Мари, но тут же испугалась этих слов и своей резкости в голосе и съежилась в ожидание того, что сын главы клана ответит на ее грубость.

Маркус удивился, откуда в тихой с виду девчонке такая твердость.

'Да походу, я тебя совсем не знаю, красавица', – улыбаясь, подумал сын главы клана, а вслух ответил:

– И, что из этого, они были, тогда, а не сейчас. У меня нет привычки заводить отношения сразу с несколькими девушками, если, ты, об этом подумала. Но если не хочешь со мной … то я не буду тебя заставлять и принуждать, я просто сейчас уйду.

' Подумаешь, – мысленно фыркнул Маркус. – Другую найду и не такую недотрогу, а с опытом', – Парень старательно гнал от себя мысль, что почему-то ему не хочется другую, на данный момент ему нужна только Мари. Но Маркуса больше воспитывали, как аристократа и совесть не позволяла ему сделать что-то с девушкой насильно. Каким бы сын главы клана не был, но в этом плане уважал мнение девушек.

Блондинка молчала, не поднимая глаз, тогда Маркус отошел от нее и, бросив:

– Спокойной ночи, – повернулся к ней спиной и зашагал по коридору.

Мари колебалась. С одной стороны она понимала, что не должна с ним переспать так вот сразу. Но с другой вампирша знала, если он сейчас уйдет, то между ними уже ничего не будет, больше того, что раньше. Они снова будут только здороваться, прощаться и перекидываться ничего не значившими словами, а все ее мечты улетят в тартарары.

' К черту принципы', – подумала Мари и негромко крикнула:

– Маркус.

Парень остановился.

– Что? – обернувшись, спросил он.

– Вы, еще не передумали, со мной…

Она не успела договорить, как воздух возле девушки всколыхнулся, рядом появился Маркус и не слова не говоря впился в губы Мари поцелуем, боясь, что девушка передумает, и в этот раз решил сильно не тянуть. Ему стало буквально плохо от мысли, что пришлось бы просто идти спать и не провести остаток ночи с этой вампиршей. И все дело было совсем не в том, что он хочет секса, все дело было в этой блондинке.

Целуя, Маркус крепче прижал Мари к себе, его руки плавно скользили по ее спине, а язык уже чувствовал себя полноправным хозяином у нее во рту. Но сын главы клана дотрагивался до девушки так нежно, аккуратно, как до фарфоровой куклы, которую боялся сломать. Но каждое его прикосновение вызывало бурю положительных эмоций.

Мари приподнялась на цыпочках и, не отрываясь от его губ, обхватила шею парня руками.

– А если, здесь кто-нибудь пойдет и увидит нас? – на миг оторвалась от Маркуса девушка.

– Боишься слухов и сплетен, – усмехнулся вампир, обдавая ее лицо горячим дыханием и прибавил:

– Если я услышу, что-то нелестное в твой или мой адрес, то собственноручно накажу эту личность. Так, что не беспокойся.

Маркус снова накрыл губы Мари поцелуем, затем вытянул руку и стал нащупывать ручку ближайшей двери. , Найдя ее, повернул и толкнул, дверь распахнулась.

– Эта спальня Даяны, если она там? – немного отстранившись от парня, вглядываясь в темный проем комнаты, рассеянно произнесла девушка. Ей было неловко провести ночь с Маркусом в чужой комнате.

– Когда я уходил, то видел ее среди гостей, – проводя губами по шее девушки, ответил сын главы клана.

– Ну, так она вернется, – не унималась девушка, обеспокоенно оглядываясь по сторонам.

– Наплевать мы запремся. Не бойся, если она и увидит нас, слухи я ей распускать не дам. Да, и зная кто, Даяна не посмеет, зная что я могу жестоко наказать, – Маркус заправил за ухо прядь волос Мари и с нежностью заглянул ей в глаза.

– Но это ее комната, – привела последний довод блондинка.

– К черту, – почти прорычал сын главы клана. Мари хотела еще что-то сказать, но Маркус не дал ей договорить накрыв ее губы таким поцелуем, от которого забыла обо всем на свете, кроме этого удивительного парня, его губ, и прикосновний.

Тут в коридоре появилась Даяна. Это была высокая рыжеволосая девушка, с виду двадцати лет в красном платье, длиной почти до щиколоток. Она с недоуменным выражением лица остановилась возле загораживающей проход в ее комнату целующейся парочки. И еще больше удивилась, узнав Мари и Маркуса.

Сын главы клана, крепче прижимая млеющую от счастья блондинку к себе, поднял голову и холодно произнес:

– Найди себе сегодня другое место для сна.

– Но, – вскинув брови начала было вампирша, впав в ступор от наглости, своего господина.

Маркус не обратил никакого внимание на ее слова, а просто затащил Мари в темноту спальни и захлопнул перед Даяной дверь.

Мари ничего не видела и не замечала вокруг. Был только Маркус, околдовавший ее и даривший ей волшебные и незабываемые ощущения. Покрывая ее тело поцелуями, он подвел ее к широкой кровати Даяны. Умело и привычно отыскал молнию платья на спине девушки, расстегнул ее, и, водя губами по шее Мари, спустил вниз бретельки, затем само платье. Блондинка просто млела от наполняющих ощущений, такого она еще никогда не испытывала. Везде, где ее касался Маркус, по телу пробегали мурашки, все тело девушки буквально дрожало от восторга, требуя большего.

Сын главы клана стянул с себя пиджак и рубашку и бросил их на пол. Потом повалил девушку поперек кровати и пристроился сверху. Он целовал Мари, начиная с губ, шеи, потом опускался все ниже и ниже, при этом его ловкие пальцы, избавляли девушку от лифчика. Затем сын главы клана шепотом спросил , наклонившись над ее ухом:

– Ты, не передумала?

– Нет, нет, – ответила девушка, крепко схватив парня за руку, она бы сошла с ума, если бы на этом все закончилось. Ведь после этого она станет ближе к нему. Маркус же не бросит ее, попользовавшись. Он не такой…

Маркус сам не понимал, зачем спросил Мари. Ведь она уже была в его руках, а если бы решила все прекратить, то он бы точно теперь ее не отпустил…

' Ну, ладно перейдем непосредственно к делу', – мысленно усмехнулся парень и потянулся к кружевным трусикам своей очередной девушки, купившейся на его обояние…

* * *

В просторной комнате, освещенной мягким, приглушенным светом ночника, стоящего на прикроватной дубовой тумбочке с резной отделкой, полулежала на постели Изабелль Страстенберг. Девушка читала роман с изображенной на обложке целующейся молодой парой. Увлеченная любовными похождениями главной героини, дочь главы клана полностью ушла в сюжет книги и забыла о существовании реального мира. Вдруг в дверь постучались, затем в спальню ворвалась Даяна и возмущенно воскликнула, тем самым вернув Изабелль на грешную землю, из несуществующего мира, где жила сильная, красивая героиня, которой до черной зависти везло в любви,

– Ты, представь себе, что вытворяет твой брат?!

– И что же? – не отрываясь от текста книги, спокойным голосом спросила дочь главы клана.

– Решил поразвлечься с девушкой в моей комнате! Сказал, чтобы я нашла другое место для сна, и захлопнул передо мной дверь! Нет, ты представь себе иметь такую наглость! – восклицала Даяна, расхаживая взад-вперед по комнате и размахивая руками. Из высокой прически выбивались ярко-рыжие локоны, пряжка пояса красного платья съехала на бок, но вампирша была так возмущена, что сейчас даже собственный внешний вид ее не интересовал.

– Мой братец и на не такое способен, – также, не поднимая головы и переворачивая страницу книги, усмехнулась Изабелль.

– Да ему, что комнат мало! Мог бы и в свою ее повести! – продолжала возмущаться вампирша.

– Его спальня находится от твоей в другом конце особняка. Парнишке просто не терпелось уложить девушку в постель и устроить ей незабываемую ночь любви, – произнесла дочь главы клана, ей сейчас совсем не хотелось обсуждать брата и разбирать проблемы Даяны.

– Да он еще мальчишка, – поморщилась Даяна, прекратив ходить по комнате и посмотрев на подругу. – Сомневаюсь, что он может нормально удовлетворить девушку.

– Ты права, моему братику без малого семнадцать. Он мальчишка, но какой красивый, притягательный и сексуальный мальчишка, – Изабелль, поняв, что теперь ей не отвязаться от Даяны с сожалением отложила книгу на туалетный столик и посмотрела на рыжеволосую вампиршу. – Похоже, ты, не в курсе о похождениях Маркуса. Он бабник еще тот. Знала бы ты со сколькими девушками из нашего клана он успел переспать, а некоторые из них были намного его старше.

– Что?! – удивленно вскинула брови Даяна. – С ним?! С этим малолеткой…?!

Вампирша осеклась и замолчала, поняв о ком говорит. Как никак Маркус– сын главы клана, а говорить о нем такое его родной сестре…

– Если мой брат, например, учится стрелять, то не успокоится пока не выучит все азы и не станет метким стрелком. Вот также и в любовных делах, – усмехнулась Изабелль, потом встала с кровати и потянувшись прибавила:

– Многие рассказывали, что Маркус в постели просто прекрасен, да так рассказывали, я даже пожалела, что я его сестра. Если он сейчас такой, представь, каким станет через пару лет, – мечтательно вздохнула девушка.

Даяна поморщилась и отвернулась. Она явно недолюбливала сына главы клана, считая его избалованной, эгоистичной сволочью. Одна язвительная улыбка или усмешка Маркуса вызывала в ней раздражение.

– Так кого он захомутал на этот раз? – Изабелль скрутила свои черные волосы на затылке в узел и заколола золотистой заколкой, взятой с туалетного столика, и стала изучать свое отражение в большом зеркале с позолоченной рамой.

– Мари, – ответила Даяна.

– Что?! – удивленно воскликнула дочь главы клана, резко повернувшись к подруге.

– Маркус так окрутил бедную девочку, казалось будто он ее загипнотизировал. У малышки на лице так и было написано, что ради этого парня она готова на все, пойдет с ним куда угодно и сделает что угодно.

– Малютка Мари даже не представляет с кем связалась и что ее ждет, – протянула Изабелль, оперевшись ладонями в край туалетного столика и задумчиво смотря в сторону большого окна с тяжелыми серыми шторами, которые были не задвинуты, и через стекло виднелась полная луна, озаряя пространство комнаты тусклым и бледным светом.

– Попользуется ей твой брат, да выкинет. Возможно, это случится уже сегодня, когда они проснуться, – фыркнула Даяна, разглядывая свои длинные, накрашенные красным лаком, ногти.

– И это разобьет ей сердце, – протянула дочь главы клана, подходя к окну и вглядываясь в ночную темноту улицы.

– Знаешь, зато девочка будет знать, как связываться с такими как Маркус, и впредь будет думать, что делает, – скрестила руки на груди рыжеволосая вампирша. – Сама виновата.

– По Мари уже давно было заметно, что она без ума от моего брата. А Маркус и тебя бы в легкую окрутил, не то что нашу малютку, – усмехнулась Изабелль, повернувшись к подруге. На фоне тусклого освещения и холодного света луны, дочь главы клана в легкой доходящей почти до пят ночной сорочке так и походила на привидение или вампиршу, как их любили изображать художники на обложках книг и старинных картинах.

– Сомневаюсь, – фыркнула Даяна.

– Я тебе серьезно говорю, – ответила дочь главы клана и прибавила, задвигая шторы и отходя от окна:

– Мой брат очень красив, сексуален, с ним интересно вести беседу и можно разговаривать на любые темы. Но Маркус не верит в любовь, раньше у него на уме были только тренировки своей силы, подготовка к будущим битвам с врагами вампиров, а сейчас естественно защита клана и дела отца. Маркус воин по натуре. Секс для него так развлекаловка, Он же мужчина все-таки, а им как ты знаешь без занятия этим некуда. Но чтобы мой брат не говорил, это не значит что он не способен любить. Маркус обманывает самого себя. Ох, частенько мы спорили с ним на эту тему. Но когда-нибудь он все равно полюбит, и мы посмотрим кто был прав…

* * *

Маркус проснулся от яркого света, бьющего в глаза. Даяна вчера не задвинула шторы, теперь лучи солнца бесцеремонно гуляли по комнате. Сын главы клана прикрыл глаза рукой, повернул голову и обнаружил, спящую Мари, пристроившуюся на его плече.

Сын главы клана довольно улыбнулся, вспоминая сегодняшнюю ночь. Вот и еще одна девушка попалась в его сети. Испытывал ли он муки совести о содеянном? Совсем нет. Мари не первая и не последняя девушка в его жизни. Правда, зачастую представительницы женского пола знали, что все это на одну ночь и поэтому лишних проблем наутро не было. Но иногда и бывало, что любовницы начинали костерить и крыть матом Маркуса на все лады, полностью забывая что он сын главы клана и если захочет может и жестоко наказать за такое неподобающие обращение к своей персоне. Но парень либо просто, не вставая с постели спокойно, но с угрозой в голосе говорил заткнуться и уйти вон. Либо молча вставал с кровати, открывал дверь и показывал на выход. Маркусу редко хотелось встречаться с одной девушкой несколько раз. Почти все они почему-то становились противны ему после первого занятия любовью и становились уже какими-то неинтересными, и повторить ночь безумной любви и страсти с ними у сына главы клана желания не возникало.

Маркус наблюдал за спящей Мари. Она казалась ему такой милой, да и почему-то не хотелось скинуть ее с кровати и сказать: пошла прочь. В этой девушке было какое-то отличие от остальных, даже от тех с которыми он встречался по нескольку раз. Парень провел кончиками пальцев по мягким золотистым локонам вампирши.

Веки Мари дрогнули и она открыла глаза.

– С добрым утром, – прошептал Маркус, нежно водя тыльной стороной ладони по щеке девушки.

– С добрым, – улыбнулась в ответ блондинка, крепче прижимаясь к телу любимого.

– Как спалось? – спросил сын главы клана.

– Прекрасно.

– А как, то что было до сна? – с легкой усмешкой спросил Маркус, положив руку на талию девушки.

Мари слегка покраснела и, опустив глаза, ответила:

– Мне понравилось.

Парень усмехнулся и рисуя пальцами узоры на голой спине вампирши, поинтересовался:

– А ты бы хотела как-нибудь повторить?

Мари замялась. Ей конечно и правда все очень понравилось, она никогда раньше не испытывала таких чувств. А Маркус был таким нежным, таким ласковым и страстным… Но воспитание не позволяло блондинке так поступать. Она итак нарушила указания матери. Не дай бог пойдут слухи и это дойдет до ее родительницы. Да и по мнению Мари, после занятия любовью, парень не должен спрашивать такое у девушки, если она конечно, не нужна ему только для одной цели. Но блондинка упорно стала отгонять эти мысли.

' Маркус не может оказаться таким', – мысленно внушала она себе, уже не представляя, если что случится, как она сможет жить без этих прекрасных черт лица, черных, как сама ночь глаз, чарующего голоса, без прикосновений к этому телу…

– Я согласна на повторение, – кивнула Мари, млея от легких ласк молодого человека.

Маркус довольно улыбнулся, потом отодвинулся от девушки и, встав с кровати, быстро принялся собирать с пола свою одежду и надевать ее на себя.

– Прости, у меня сегодня много дел, – застегивая брюки, объяснил свое поведение сын главы клана.

– Ясно, – кивнула Мари, приподнимаясь на кровати, стараясь не показать легкое сожаление. Но девушка прекрасно понимала, что у сына главы клана слишком много обязанностей и дел.

– Увидимся еще, – пообещал Маркус, одевшись до конца, и выскочил из комнаты и направился по маршруту в свою спальню. Мысли о Мари лезли в голову, и парень старательно убирал их вглубь своего сознания, решив оставить этот вопрос на потом. Сейчас было важнее быстрее разобраться с охотником, пока он не убил еще кого-нибудь из представителей рода вампиров.

'Так нужно принять ванну, переодеться, пропустить пару стаканчиков кровушки, потом найти Дерека и спросить о продвижении наших дел по исканию семьи охотника', – мысленно составлял свой распорядок дня Маркус.

Но Дерек опередил его план, наткнувшись на сына главы клана в коридоре.

– У меня есть сногшибателная новость, – сходу выпалил сероглазый вампир. – Я узнал о тех людях на фотографии. Все они живы и здоровы. Правда, с адресом пока проблемка, они часто переезжают. Но это вопрос совсем малого количества времени, мы вскоре все выясним. Известно кое-что еще. Девушку-подростка на фото зовут Дон Фаул. Снимок был сделан года три назад, так что ей уже где-то восемнадцать. Она учится в колледже и подрабатывает в магазине сувениров недалеко от Оксфорд-Стрит.

– Ты просто молодчина, – похлопал друга по плечу Маркус и прибавил с довольной усмешкой:

– Дай-ка мне точный адрес этого магазинчика…

* * *

Когда Маркус ушел, Мари со вздохом встала с кровати, и принялась одеваться. Тут дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге появились Даяна и Изабелль.

– О, подруга, ты даже не представляешь насколько влипла, – проговорила старшая сестра Маркуса.

Мари вздрогнула от неожиданности, посмотрела на бесцеремонно ворвавшихся вампирш и обхватила себя руками, чтобы удержать не до конца надетое, сползающее платье.

– Я не… – начала оправдываться блондинка, покраснев до самых корней волос.

– Ну кто же сомневался. Она с ним переспала, – протянула Даяна, махнув рукой.

– Только, пожалуйста, не рассказывайте моей матери, – взмолилась Мари, с отчаяньем смотря на старших подруг.

– Да, успокойся. Мы никому не расскажем, – вздохнула Изабелль, садясь в кресло возле журнального столика из красного дерева, и ложа ногу на ногу.– Тут проблема совсем не в этом.

– А в чем же? – спросила Мари, поправляя сползающее платье.

– Тебе пора вырасти. Зря ты позволила моему брату даже дотронуться до себя. Я же тебе всегда говорила, что сначала нужно изучить парня перед тем как провести с ним ночь любви и страсти. А ты соблазнилась его красотой и красивыми речами. Дорогая ты выбрала совсем не того, кто тебе нужен.

– Я не понимаю, – сдвинула брови блондинка.

– Моему брату от девушек нужен только секс. Он использовал тебя, и теперь возможно, даже не будет смотреть в твою сторону, – ответила Изабелль.

– Да, что ты такое говоришь! – воскликнула Мари. – Это… это неправда Маркус не такой! Я не верю!

– Я тебя понимаю, – вздохнула Изабелль, затем поднялась с кресла и подошла к чуть не плачущей блондинке. – Моя маленькая девочка, – дочь главы клана убрала волосы с ее спины и легким движением застегнула молнию на платье девушки. – Я знаю, что ты уже давно заглядываешься на моего брата. Тяжело такое узнать о нем, особенно после того, что между вами произошло. Если не веришь нам, то проверь его сама. Посмотри, как он будет себя с тобой вести, заведи вопрос о серьезных отношениях и о любви. Посмотришь, что он тебе на это ответить. И узнаешь правы мы или нет

* * *

В маленькой сувенирной лавке звякнул колокольчик, открылась дверь, и внутрь вошел очередной покупатель. Дон Фаул оторвала свой взгляд от книги, лежащей на прилавке, и посмотрела на посетителя. Сердце девушки забилось быстрее, когда она увидела неспешно шагающего вдоль полок со статуэтками, шкатулками, веерами, сервизами, картинами и прочим товаром, темноволосого парня в модном черном плаще, клетчатом серо-черном шарфе, обвивавшим шею, джинсах и узконосых ботинках.

Из-за того, что он не поворачивался к ней лицом, Дон сумела разглядеть только его благородный профиль. Ну и этого было достаточно, чтобы убедиться, насколько красив посетитель лавки.

Дон бросила взгляд на висевшее возле окна, в конце прилавка зеркало, поправила челку, забрала за ухо, выбившуюся из конского хвоста прядь своих каштановых волос, оправила розовую блузочку, и, придерживаясь кончиками пальцев за край прилавка, спросила, обращаясь к красавчику-покупателю:

– Может вам помочь?

Молодой человек перестал рассматривать различные статуэтки Будды и повернулся к продавщице.

Дон угадала, парень действительно оказался красив, чего стоили только его черные, как сама ночь глаза…

Молодой человек поразил девушку прямо в глубину души, и ей стоило больших усилий сохранить спокойствие и унять бешено колотящееся сердце и дикое желание затащить парня в подсобку, где стоял довольно крепкий диван…

' Ну ты и развратница', – мысленно укорила себя Дон.

С чарующей улыбкой на губах парень подошел к прилавку и, постукивая длинными тонкими пальцами с аккуратно обстриженными ногтями по стеклянной поверхности витрины, ответил чистым голосом, напоминающим холодную зиму, согретую полуденным солнцем:

– Да, мне нужна ваша помощь. Могли бы вы подобрать мне какой-нибудь камешек к моему знаку зодиака.

– А кто вы по гороскопу? – спросила Дон, ей внезапно стало жарко от такой близости с этим молодым человеком. Их разделял только прилавок.

– Скорпион, – с усмешкой ответил брюнет, его черные таинственные глаза странно мерцали.

– О, как, – выдохнула Дон, потом чуть нагнувшись, пошарила рукой под прилавком и достала оттуда книгу в синей обложке под названием 'Знаки и судьбы'. – Сейчас мы о вас почитаем и узнаем, что вам подходит, – протянула девушка, листая книгу и ища нужную страницу. – Ага. Вот нашла. Обладатели знака зодиака Скорпион – это вечное стремление к идеалу, внутреннее желание быть лидером и контролировать правила окружающего мира. Скорпионы – это упорные, напористые и активные люди, это прямолинейные критики и преданные соратники, импульсивные и сентиментальные романтики способные временами удивлять даже самих себя.

Для Скорпиона нет ничего невозможно, так же как нет ничего не достижимого. Перед людьми этого знака зодиака в жизни открыты любые дороги, однако как нестранно чаще всего Скорпионы, благодаря своему неуживчивому характеру, выбирают саму сложную и заковыристую дорогу из всех возможных. Скорпионы не из тех людей кто ищет простых решений, но возможно, что именно эта их особенная черта характера приводит их в такие места, где не может появиться никто другой. Уникальность выбранного пути является залогом успеха, обладателей знака зодиака Скорпион.

Закончив читать, Дон подняла взгляд на молодого человека.

-Хм, – задумчиво протянул парень, положа руки на прилавок и еще ближе придвинувшись к продавщице, от этого по телу девушки прошла дрожь, а щеки залились румянцем. Непроглядно черные глаза молодого человека гипнотизировали ее, заставляя проваливаться в их бездонный омут. – А знаете, я соглашусь, что тут много чего похожего на меня.

Дон с трудом оторвала от него взгляд и снова посмотрела в книгу.

– Интересно, а вы знали, что у вас одно из счастливых чисел 666?

– Нет, – с улыбкой покачал головой молодой человек. – Жутковато, не правда ли? В счастливых числах иметь число зверя.

– Да уж, – протянула Дон. Были причины в ее жизни стать довольно-таки суеверной.

– А может я какой-нибудь дьявол во плоти? – спросил парень, его глаза при этом странно блеснули.

– Ну, если это так, то судя по этому гороскопу, все люди со знаками Скорпион тоже, – усмехнулась Дон, посмотрев на покупателя, а потом опустив взгляд обратно в книгу.

– Логично, – с улыбкой кивнул молодой человек.

– О, я нашла ваши камни это: коралл, рубин, топаз, берилл, лунный камень, оникс, аквамарин, кошачий глаз, хрусталь и малахит, – прочитала девушка, потом разглядывая витрину рядом с собой, где лежали всякие камни и обереги, произнесла:

– Сейчас мы что-нибудь вам подберем.

– А может лучше вы дадите мне свой номер телефона, мы созвонимся и встретимся где-нибудь сегодня вечером, – предложил молодой человек, убирая руки с прилавка и выпрямляясь в полный рост.

Удивленная и не верящая своему счастью Дон подняла на него взгляд.

– Я… я не знаю, – замялась девушка.

– Я могу устроить вам романтическую прогулку, – предложил парень и, протянув руку, представился:

– Меня зовут Маркус.

– Дон. Дон Фаул, – ответила девушка, пожав ему ладонь.

– Очень приятно. Ну так, что насчет телефона?

Продавщица вынула из-под прилавка небольшой блокнот и написала номер своего мобильного, затем вырвала листок и протянула его молодому человеку, думая про себя:

' Наконец-то мне попался нормальный парень. Такой галантный, вежливый. Так аккуратно, дорого и со вкусом одет. А какой приятный запах у его духов. Не то, что мой бывший Рик, одетый в черти знает во что, пропахший насквозь бензином, и ставящий везде на первом месте свою машину. Хм, а интересно сколько Маркусу лет? С виду мой однолеток, хотя можно было бы и лет двадцать дать…'

– Я позвоню, – прервал мысли Дон голос брюнета.

– Буду ждать, – улыбнулась девушка, уже предвкушая их вечернюю прогулку.

– До встречи, – попрощался Маркус Страстенберг, сунув бумажку с номером в карман плаща и с довольной улыбкой покинул магазин, радуясь тому, что первая часть его плана по поимке охотника выполнена…

* * *

Маркус на ходу снимая плащ, поднимался по широкой, устланной дорогим ковром, лестнице на третий этаж, где находилась его спальня.

Он только сошел с лестницы, как у входа в коридор, где располагались комнаты, буквально столкнулся с Мари.

– Ты поаккуратней, – улыбнулся парень, убирая упавший на лицо девушки ее светлый локон.

Мари стояла, молча, немного опустив голову, и смотря в пол.

Маркусу это показалось странно и совсем непохоже на блондинку. Парню сейчас не особо и хотелось с ней общаться, все его мысли занимал план по поимке охотника. Сыну главы клана нужно было действовать быстро, пока этот истребитель не убил еще кого-нибудь из вампиров. Но от вида поникшей Мари, что-то шевельнулось в его холодном сердце.

– Что случилось? – со вздохом спросил Маркус.

– Нам нужно поговорить, – также, не поднимая головы, пустым голосом ответила девушка.

– Ну пойдем в мою комнату, – сдвинул брови и пожал плечами сын главы клана. Он не представлял, что взбрело в голову блондинке и почему она даже не смотрит на него.

Молча они дошли до двери спальни Маркуса. Парень достал из кармана джинсов ключ, вставил в замок и два раза повернул.

– Проходи, – сказал Маркус, толкая дверь и пропуская девушку внутрь.

Мари зашла в комнату.

Сын главы клана кинул свой плащ на кресло стоящее возле небольшого антикварного, полированного столика, потом прошел к своей кровати и улегся на нее прямо в ботинках и поверх одеяла, положив руки под голову.

– Я тебя слушаю, Мари, – протянул Маркус, выжидающе смотря на девушку.

Вампирша переминалась с ноги на ногу, так и не поднимая взгляд на сына главы клана. Все советы Изабелль просто вылетели у нее из головы, и она не знала с чего начать. И уже сожалела о том, что послушалась свою старшую подругу.

'Лучше бы я узнала о намерениях Маркуса постепенно, а не так лоб в лоб', – мысленно посетовала девушка, стараясь подобрать слова необходимые для разговора.

Маркусу надоела гнетущая тишина, звенящая в ушах.

– Мари, – раздраженно вздохнул парень. – У меня сегодня еще много дел. Говори быстрей что хотела.

– Что ты можешь сказать о прошлой ночи? – спросила Мари, следуя наставлениям Изабелль и при этом чувствуя себя полной идиоткой.

Вопрос ввел Маркуса в ступор.

Парень пару раз закрыл и открыл рот, не зная, что ответить.

'Ей, что заняться больше нечем, как, когда у меня куча важных дел, задавать дурацкие вопросы', – недовольно подумал он, сдвинув брови и посмотрев в окно. Маркус мог просто прогнать Мари из комнаты и попросить прийти в другой раз, когда она не будет так молчалива и сможет обосновать причину таких вопросов, но почему-то не делал это.

– Мы с тобой переспали, что я могу еще сказать, – со вздохом ответил сын главы клана, переведя взгляд на стоящую посередине комнаты блондинку. – Мне понравилось, – протянул он и прибавил:

– Извини, но я не понимаю, к чему ты клонишь и с чего завела весь этот разговор.

'Конечно, ты не секси в постели, но в принципе совсем ничего. Меня даже, что-то зацепило', – мысленно добавил Маркус, при этом старательно отгоняя мысль, что эта девушка зацепила его чем-то большим, чем постель. Его что-то притягивало в этой девушки, но что и почему парень понять не мог.

– Ты говорил, что я тебе нравлюсь, и ты обещал, что мы еще увидимся, – протянула девушка, старательно проговаривая слова.

– Ну да, – кивнул Маркус, встав с кровати и подойдя к окну. Парню уже начал надоедать этот дурацкий и бесполезный, по его мнению, разговор. Парень пожалел, что не отвязался от Мари еще в коридоре. – Давай мы с тобой увидимся…

– Это правда, что тебе от меня нужен был только секс? – перебила сына главы клана Мари, решившись задать самый интересующий ее вопрос, от ответа на который зависели их дальнейшие отношения.

Маркус оторвавшись от созерцания вида за окном, мгновенно все, поняв, смеясь, повернулся к блондинке:

– Ах, вон оно чего. Тебе Даяна и скорее всего еще и моя сестра наговорили про то, что я кабель и бабник. Ведь так?

– Да, – твердо ответила девушка, посмотрев Маркусу в глаза. Сердце Мари заколотилось с бешеной скоростью, когда она задала следующий вопрос:

– Они сказали правду?

Блондинка молила Бога, чтоб все это оказалось враньем и, боясь, что Изабелль оказалась права. Сердце девушки замерло в ожидании ответа.

Маркус вздохнул и ответил с улыбкой, пристально глядя на Мари:

– Да, правда. Вот такой я засранец. И ни капельки об этом не жалею.

Внутри Мари все оборвалось. Она до последнего не хотела верить дочери главы клана, хотя понимала, что той врать незачем. Но Маркус был такой нежный, такие приятные слова ей говорил, а теперь оказалось, что это было лишь притворство, чтобы затащить ее в постель.

Маркус нравился блондинке еще с самого раннего детства. Сколько раз она мечтала, что этот парень когда-нибудь обратит на нее внимание. Будучи совсем маленькой, представляла, как он спасает ее от различных демонов, охотников и оборотней. В ее глазах сын главы клана всегда был героем. Постарше Мари представляла, как они ходят на свидания, гуляют по различным местам Лондона. Но Маркуса с самого детства интересовала лишь учеба и тренировки своих сил. Дети вампиров не ходили в людские школы их обучали прямо в клане. Учителем был восьмисотлетний обращенный вампир, который преподавал еще, когда был человеком. Он являлся приверженцем старых правил, старого воспитания и был довольно строг. Мистер Кэш чаще всего обучал своих учеников в отдельности. Но иногда проводил и совместные уроки. Тогда в его класс входили пятеро вампиров: Мари, Маркус, Джесси и еще двое близнецов Браен и Бриан. Учится юным вампирам приходилось намного труднее, чем людским детям, кроме обычных предметов на подобие английского и математики, истории, они проходили историю своего народа, где разбирали войну между вампирами и оборотнями, ее причины, как их сородичи жили в прошлом, сколько было старейшин, глав кланов и так далее. Плюс к этому учили древний вампирский язык и латынь, правилам охоты, а также тренировали свои силы, учились сдерживать свою жажду, чтобы не обезуметь от голода и в таком состоянии не напасть на людей, что чревато дурными последствиями.

Если на занятиях два светловолосый брата Браен и Бриан частенько вели себя как настоящие оболтусы, от чего частенько получали взбучку от мистера Кэша, то Маркус был очень прилежным учеником. Он всегда с легкой усмешкой на лице наблюдал затем как близнецы устраивают очередную пакость, как взрослый, которому уже эти игры неинтересны. У блондинки возникало чувство, что сыну главы клана не терпится вырасти. Конечно иногда и на Маркуса находило. Они с Джесси тоже устраивали различные каверзы, но только над членами клана, да и это бывало довольно редко. Мари всегда удивлялась как он мог так быстро схватывать все на лету, и справляться даже с самыми трудными заданиями, при этом не предпринимая больших усилий. Блондинка сама хорошо училась, но угнаться за сыном главы клана у нее никак не получалось.

– Слушай, тебе не надоедает так учиться? – услышала однажды Мари вопрос Бриана, адресованный Маркусу.

– Нет, – усмехнулся в ответ сын главы клана. – Чем больше я знаю и умею, тем лучше. Так мне в будущем будет проще охотится на наших врагов и защищать клан…

Вот Маркус только и думал о том как быстрее стать защитником клана и отомстить тем, кто убивает его сородичей. На Мари он никогда не обращал должного внимания, так перекидывался парой фраз, а она по своей глупости влюбилась в этого неприступного и холодного красавчика. А когда уже перестала на что-то надеяться и чего-то ждать, Маркус сам обратил на нее внимание, но счастье девушки было не долгим. Произнесенные секунды назад слова сына главы клана вернули Мари из мира сказок в жестокую и суровую реальность…

– Зачем ты так со мной поступил?! Что я плохого тебе сделала?! – воскликнула Мари, сжав руки в кулаки. В глазах девушки заблестели слезы.

– Да ладно, тебе же понравилось. Это был просто секс, что в этом такого. Ты прекрасно провела время и получила удовольствие, – усмехнулся Маркус, но на его душе почему-то заскребли кошки. В глубине парень понимал, что поступает неправильно. С другими девушками он обходился и хуже и сердце даже не ойкало, а с этой с ним происходило, что-то странное и это совсем не нравилось Маркусу.

Да ладно, тебе же понравилось. Это был просто секс, что в этом такого. Ты прекрасно провела время и получила удовольствие, – усмехнулся Маркус, но на его душе почему-то заскребли кошки. В глубине парень понимал, что поступает неправильно. С другими девушками он обходился и хуже и сердце даже не ойкало, а с этой с ним происходило, что-то странное и это совсем не нравилось Маркусу.

– Как же я ошибалась в тебе. Думала что ты настоящий, а ты оказался бесчувственным поддонком!– продолжала кричать Мари, едва сдерживая слезы, ей не хотелось еще и разреветься перед Маркусом. – Я доверилась тебе, думала, что твои чувства правдивы, а ты так жестоко поступил со мной.

– О, леди, как мы говорить умеем, – засмеялся Маркус. – И пожалуйста только не надо от злости и безвыходности разбрасывать различные вещи в моей комнате, как у некоторых бывает такая привычка. Тут очень много дорогостоящего антиквариата.

– Да в тебе нет ничего светлого и доброго. Господи, какая же я была дура, – с этими словами Мари, закрыв лицо руками, чтобы скрыть льющиеся слезы, выскочила из комнаты.

Сын главы клана, испытывая противоречивые чувства, пару минут смотрел на дверь, за которой скрылась блондинка, Одна часть Маркуса радовалась такому исходу. Ведь он в легкую добился этой девушки, выполнил свое дело, а она сама не ожидая таких последствий, затеяв разговор об этом, внесла ясность и тем самым, сама поставила жирную точку в х отношениях. Маркус испытывал облегчение, что потом не нужно будет все объяснять Мари. Правда, парень жалел, что слишком мало поиграл с этой куколкой. Она притягивала его. Возможно тут дело было в ее молодости, наивности, чистоты, которую не имела ни одна из знакомых представительниц вампирского рода. Эти необычные качества были очень интересны Маркусу, хоть он и немного презрительно относился к таким особам. Темной натуре сына главы клана так и хотелось сорвать этот нежный цветок, именуемый Мари, растоптать под ногами и наслаждаться мучениями девушки, наблюдая в кого она после этого превратится. Станет испорченной девчонкой или также останется милой, доброй недотрогой. Маркус видел в глазах Мари сталь, так что был уверен, что жизнь может эту девушку, сделать ее более сильной натурой, какой и подобает быть вампирам, чтобы выжить в их жестоком мире.

Другая сторона вовсю кричала, что он поступил неправильно и Мари не заслуживает такой участи. Она же не человек, а представитель рода вампиров, их Маркус должен защищать, а не унижать и доводить до слез. Но что сделаешь, сын главы клана просто не мог останавливаться, он получал от девушек все что хотел, а долгие отношения ему были совершенно не нужны.

А тут парень в первый раз в жизни не мог определиться чего именно хочет и как следует поступить. Это очень ему не нравилось и сбивало с толку.

'Маркус, ты воин по натуре, и не должен позволять девушкам выводить себя из колеи. Теперь ты можешь защитить свой род и отомстить за смерть матери, – напутствовал себя парень. – Ты ждал с самого детства получения этого права. Отец всегда повторял, что любовь или чувства близкие к ней делают нас слабыми, заставляют совершать совершенно необдуманные поступки. Пусть отец это и скрывает, но я знаю, как он сильно любил мою мать. Я был маленьким, но прекрасно все замечал. Но я понимаю, почему отец так отзывается об этом чувстве и учит меня не поддаваться ему. Он не хочет, чтобы я повторил его прошлых ошибок. Помню, как слышал от кого-то, что когда-то мой отец, пошел против воли моего деда, чуть не предал свой род и не обесчестил свое доброе имя, и все это ради моей матери. Им повезло, что все обошлось, в те далекие времена наши законы были намного суровее, чем сейчас. Так, что моя стихия, это война, а не любовь'.

С этими мыслями Маркус сев в кожаное кресло, напротив окна, взяв с возле стоящего рядом круглого, стеклянного столика пачку сигарет с зажигалкой и закурил. Сигаретный дым успокаивал его, давал возможность расслабиться. Парень прижался затылкам к спинке кресла и закрыл глаза, выдыхая дым и делая еще захаб. При этом стараясь очистить голову от всех мыслей, расслабиться и дать уставшему мозгу отдых.

Через час, когда в комнате от выкуренных сигарет уже стоял туман, и еле угадывались силуэты мебели, Маркус встал с кресла, затушил окурок в пепельницу и открыл окно, пропуская в спальню свежий, после недавно прошедшего дождя, весенний воздух. Положил руки на подокойнике и, высовываясь наружу, вдохнул полной грудью. Сигареты, правда, сильного облегчения не принесли на душе так и остался тяжелый ком.

'Да, то с тобой такое? Подумаешь какая-то девчонка. Она сама виновата что поверила тебе', – внушал себе Маркус. – Что с тобой ты ведешь себя, как настоящая тряпка. Самому на себя же противно становится'.

Сын главы клана сделал еще глубокий вздох, и, настроившись на поимку охотника, покинул свою спальню, чтобы найти Джесси, с которым нужно было обсудить план их дальнейших действий.

Но не успел Маркус даже сделать пару шагов, от двери своей комнаты, как дорогу ему преградила Изабелль.

Щеки старшей сестры раскраснелись, а глаза пылали гневом. Вдруг ни слова ни говоря она залепила Маркусу звонкую пощечину.

– О, Мари успела тебе все рассказать и поплакаться в жилетку, а ты как хорошая подруга пришла мне мстить и читать нравоучения. Но извини, сестренка, у меня есть более важные дела, чем выслушивать вашу дребедень, – язвительно произнес Маркус, насмешливо, смотря сестре в глаза.

– Я давно знаю, как ты поступаешь с девушками. И некоторым даже нравятся ваши перепихоны. Но Мари совсем другая, как ты мог с ней так поступить?

– Ну вот так вот, мог, – усмехнулся парень.

– Дорогой, братец, если ты Мари еще раз обидишь каким-либо образом, я тебе все яйца оторву, – пригрозила девушка.

– И здесь я уже должен начать бояться? – с сарказмом спросил Маркус.

– Как же можно быть таким уродом, – процедила Изабелль в ее голосе появилось сочувствие.

– Я такой, какой есть, – протянул Маркус, потом, вздохнув, прибавил с усмешкой:

– Извини, сестренка, но у меня действительно много дел. Насчет Мари, купи ей пачку платочков, включи какой-нибудь веселый фильм, поговорите по душам, как у вас там у девчонок в таких случаях бывает.

Сказав это, парень пошел дальше по коридору.

-Когда ты сам полюбишь, поймешь страдания Мари, – серьезно сказала ему вслед Изабелль. – Узнаешь как ей сейчас тяжело и больно.

Маркус остановился и, полуобернувшись, ответил:

– Мне не дано любить.

– Это тебе только кажется, брат мой. Когда-нибудь все этому подвергаются, – произнесла сестра.

– Я не все, – ответил сын главы клана, затем пошел дальше, чувствуя на себе прожигающий спину взгляд Изабелль.

– Ты еще вспомнишь мои слова, – тихо проговорила ему вслед старшая сестра…

* * *

Маркус нашел Джесси возле гаражей, во внутреннем дворе огромного особняка клана. Стояла середина дня, небо рассеялось, выглянуло солнце. О недавно прошедшем дожде свидетельствовали лишь следы на земле и последождевая свежесть воздуха. Было тихо, слышались только щебетания птичек, расположившихся на крыше дома и на деревьях в саду. Сыну главы клана очень нравилась такая погода. Не жарко и не холодно, а как приятно где-нибудь посидеть, подставляя свое лицо легкому ветерку, отгородиться от всех мыслей и проблем и просто отдохнуть. Маркус глубоко вдохнул воздух и зашагал по выложенной камнем земле, к своему другу.

Блондин мыл свой черный Фольксваген. Увидев сына главы клана Джесси устало прижался спиной к машине и, кинув тряпку в ведро с водой, стоящее рядом, провел тыльной стороной ладони по лбу.

– Привет, – выговорил Маркус, доставая из кармана джинсов пачку сигарет и зажигалку.

– Привет, – ответил Джесси, сдвинув брови, наблюдая как сын главы клана закуривает. – Что-то случилось?

– Да, нет. С чего ты взял? – выдыхая струйку дыма, спросил Маркус.

– Просто. Как я знаю, ты можешь закурить, только когда очень зол или тебя, что-то беспокоит, – заметил Джесси, выправляя закатанный рукав своей светло-голубой рубашки.

– Да все нормально, – пожал плечами сын главы клана.

– Кстати, как у тебя вышло с Мари? – спросил Джесси.

'Ну что вы все пристали с этой Мари?'– со злостью подумал парень, подавляя желание, хорошенько врезать другу, за такие вопросы.

– Как обычно. Мы уже с ней во всем разобрались. Правда, она обиделась жутко. Бедняжка заплакала и убежала, – с сарказмом и холодом в глазах, ответил Маркус. – Забавно неправда ли?

А вот Джесси это забавным не казалось. Блондин опустил глаза и серьезно ответил:

– Мари не заслуживает такого обращения.

– О, у маленькой вампирши появился еще защитник, – усмехнулся Маркус. делая захаб и выдыхая дым. – Сначала это была моя сестра, теперь ты. Может еще подеремся, ты отплатишь мне за честь невинной красавицы.

– Маркус! – укоряюще произнес Джесси, подняв глаза на друга.

– Я уж сам пожалел, что связался с Мари, – выкинув окурок на землю и затушив его подошвой черных туфель, сказал сын главы клана. – Причем пожалел во всех смыслах этого слова. Ладно все хватит о Мари, нужно найти Дерека и обсудить план наших действий по поимке охотника. Вот где я чувствую, мы нормально повеселимся. Охотник даже не подозревает, во что вляпался и с кем связался и очень сильно пожалеет, что не сдался при первой нашей встречи…

* * *

Маркус созвонился с Дон вечером и пообещал приехать к закрытию лавки.

Повесив на двери табличку 'закрыто' Дон стала собираться домой. Пересчитав деньги и заперев кассу, девушка подошла к круглому зеркалу, висевшему возле прилавка. Поправила прическу, немного обновила макияж и накрасила губы легким розовым блеском.

Дон немного волновалась и боялась не понравиться Маркусу. Уж очень он солидно выглядел, а положил глаз на какую-то продавщицу. Но в принципе Дон было чем гордиться. Аппетитная фигура с высокой грудью и округлой попкой. Милое личико с нежно-голубыми глазами, пухлые губки. Не раскрасавица, но довольно симпатичная и всегда имела популярность среди парней. Только попадались всегда совсем не те. Либо тупоголовые придурки, либо считающие ее нужной только для одной цели. Но никто еще не был так нежен и обходителен, как Маркус. Дон понимало, что еще мало знает его, но почему-то этот парень внушал доверие. А его завораживающие черные глаза, в которых можно было просто утонуть. В них только посмотришь и уже полностью отдаешься во власть этого парня.

Дон накинула серую короткую ветровку, захватила сумочку, выключила везде свет и включила сигнализацию. Затем вышла на улицу и стала запирать дверь.

– Добрый вечер! – раздался за спиной девушки красивый чистый мужской голос.

Дон вздрогнула от неожиданности и выронила ключи. Чертыхнувшись, хотела их поднять, но Маркус подошел ближе, обдав девушку приятным запахом туалетной воды, нагнувшись, поднял ключи с земли и протянул Дон.

– Прости, я не хотел тебя напугать, – извинился он.

– Ничего страшного, – ответила девушка, вертя пальцами ключи и буквально пожирая Маркуса глазами. На нем была та же одежда, что и днем, на губах играла легкая улыбка, а выражение черных глаз Дон рассмотреть не могла. Стало уже темно и пространство освещали только лишь, стоящие у обочин фонари, светящиеся витрины и рекламные вывески, расположившиеся по всей длине улицы Оксфорд-стрит.

– Кстати, у меня для тебя подарок, – улыбаясь, произнес Маркус, вынимая из-за спины три красивые розовые розы и протягивая их Дон.

– Спасибо, какая прелесть, – восхитилась девушка, вдыхая запах лепестков, а потом подошла к парню и обняла его.

Маркус с язвительной усмешкой положил руку на талию дочери охотника на вампиров и чуть прижал к себе. В глазах вампира промелькнул огонь предвкушения дальнейших событий плана. Хотелось совсем покончить быстрее, но чтобы все прошло, как по маслу от порядка задуманных действий уходить было нельзя.

Ничего не подозревавшая, радостная Дон, отошла от Маркуса

– А тебе известно, что розовые розы являются символом элегантности и изысканности? Розовый цвет бутонов роз и букетов из этих прекрасных и благородных цветов выражает благодарность и гордость, симпатию и сладкие мысли, нежные эмоции и чувство восхищения. Розовые розы часто символизируют новое начало отношений, некий намек на то чувство, которое, возможно в скором будущем, разгорится во всю силу и поразит двух влюбленных в самое сердце, – заметила Дон.

– О, какие познания в языке цветов, – в этот раз в улыбке Маркуса промелькнула теплота и искренность. – Я тоже прекрасно с ним знаком, и именно имея в виду эти чувства, подарил эти розы. Ну и куда мы пойдем? В Лондоне очень много мест, где можно посидеть и прогуляться, хочу предоставить тебе выбор.

– Можно доехать до Грин-парка. Мне всегда нравилось там гулять, – предложила Дон.

– Поехали, – пожал плечами Маркус и повел девушку к своему черному Ниссану…

В машине молодые люди разговаривали о различных пустяках. Дон Маркус начинал нравиться все больше и больше. Девушке хотелось прыгать и скакать от радости, как маленькая девочка. Сыну главы клана же хотелось быстрее совсем этим закончить. Тянуть долго было нельзя, ведь на кону стоят жизни его сородичей.

Перед тем как прогуляться по парку Маркус предложил Дон постоять у фонтана на Пикадилли-серкус. Девушка не возражала. Они постояли возле фонтана в центре пикадилли-серкус, воздвигнутом в 1892 году. Эта достопримечательность была знаменита тем, что во времена викторианской Англии посреди фонтана была воздвигнута статуя совершенно нагого юноши, что совсем не соответствовало нравам викторианской Англии. По замыслу скульптора, сера Альфреда Гилберта, это скульптура отображает Антэроса, а не его старшего брата-близнеца – Эроса. Но бытует и другая версия популярности статуи в частности и фонтана в целом. С точки зрения технологии, статуя была отлита целиком из алюминия и является первой статуей в мире, изготовленной по такому способу.

Затем Маркус по Пикадилли-стрит отвез Дон к Грин-парку и повел в глубь густых деревьев.

– А где ты учишься или работаешь? – спросила Дон, когда они шли по кленовой аллее парка.

– Я, – всматриваясь вглубь густо посаженых деревьев, протянул Маркус с легкой усмешкой. – Помогаю своему отцу… он бизнесмен.

– О, как интересно, – улыбнулась Дон, а про себя подумала:

'Теперь понятно откуда у него деньги на дорогую одежду и машину'.

Пару минут они шли молча. На небе светила полная луна, озаряя все пространство тусклым холодным светом, через редкие тучи проглядывали жемчужины звезд. Было тихо, спокойно, даже ветер не шевелил листву. Тишину прерывали лишь стрекотания кузнечиков и звуки шагов, гуляющей по алее пары.

– Знаешь, мне так нравиться здесь гулять, – первой нарушила молчание Дон. – Пусть в отличие от других лондонских парков, тут нет прудов и практически нет памятников, за единственным исключением знаменитого мемориала королевы Виктории, который установлен напротив Букингемского дворца на стыке с Сент– Джеймсским парком, именно в этом месте я чувствую себя спокойно.

– Я слышал, что этот парк долгое время это было излюбленное место для дуэлей британских аристократов, – сказал Маркус, смотря на свою длинную тень, тянувшеюся по асфальту.

– Первый раз встречаю парня, который так начитан, – умилилась девушка, Маркус начинал ей уже не просто нравиться. Девушка так радовалась, что встретила его, не догадываясь какую судьбу он ей приготовил.

– У меня дома очень много книг и я много чего прочитал, – усмехнулся Маркус, устремляя взгляд на полную луну. Сын главы клана любил гулять в ночное время по городу. Темнота успокаивала и дарила умиротворение, да и вокруг в такое время было меньше, раздражающих, снующих туда-сюда людей. – К тому же у меня были строгие учителя. Как можно выразиться на молодежном языке: лафу гонять не получалось. К тоже мне всегда нравилось учиться.

– Ты удивляешь меня все больше и больше, – улыбнулась Дон.

'Я еще не так тебя удивлю', – мысленно усмехнулся Маркус.

Вдруг неожиданно откуда ни возьмись, появился ворон и прокаркав несколько раз пролетел мимо молодых людей и скрылся в глубине парковых деревьев. От неожиданности Дон едва не вскрикнула, сердце от испуга забилось сильнее, Маркус даже глазом не моргнул, совершенно никак не отреагировал, только лишь остановился. Девушка инстинктивно прижалась к нему боком. Парень еле подавил желание отскочить назад. Но взяв всю свою волю в кулак даже не шелохнулся.

– Он вылетел так неожиданно. Я так испугалась, – слегка дрожащим голосом произнесла девушка, боязливо оглядываясь по сторонам. Она любила ночные прогулки, но до того момента, как ее что-то напугает. Стояла мертвая тишина, и кроме их двоих вокруг не было ни души. От холодного света луны от деревьев отделялись корявые тени, приобретая силуэты когтистых лап. Дон сразу же захотелось оказаться в месте, где много народу, или вообще дома в своей теплой постели. – А ты знаешь, что обитель ворона находится вне мира времени и пространства. Он может проникать в прошлое, настоящее и будущее, улетать в свет и погружаться во мрак. Еще по некоторым суевериям говорят, что ворон это предвестник смерти, – от своих же собственных слов по телу Дон прошла дрожь. Девушка посмотрела на Маркуса и замерла. Парень молчал, в свете луны можно было разглядеть поистине зловещую улыбку на его губах, в глазах блестели отсветы луны, что делало их поистине дьявольскими. Нельзя было поспорить с тем, как красив этот молодой человек, но сейчас вся его красота казалась какой-то потусторонней, а суеверная Дон всегда такого боялась.

– Что с тобой? – сдвинув брови и положив руки на плечи девушки, спросил Маркус.

Дон опустила глаза, пытаясь избавиться от странного наваждения и унять бешеный пульс. Потом, когда вновь посмотрела на молодого человека, он ей больше не казался порождением тьмы. Самый обыкновенный парень.

'Да что это я ворона и темноты испугалась, да и Маркуса причислила к сверхъестественному. А это все чертов лунный свет виноват, он дарит такие иллюзии, вместе с моей буйной фантазией', – мысленно объяснила себе все девушка, а вслух ответила:

– Прости, я просто перепугалась, – улыбнулась Дон, стараясь не смотреть по сторонам и стараясь прогнать страх.

– Я же с тобой, – с едва заметной усмешкой и скрытым сарказмом ответил Маркус, снова двинувшись вперед по дорожке аллеи. – Тебе нечего бояться.

'Кроме меня', – мысленно добавил сын главы клана, посмотрев на шею девушки.

– А чем занимается твоя мама? – спросила Дон первое пришедшее в голову, чтобы отвлечься от жутких мыслей.

При напоминании о матери Маркусу будто резанули ножом по сердцу. Опустив глаза, он ответил пустым голосом:

– Она умерла когда мне было восемь.

– Ой, прости, – закрыла ладошкой рот девушка. – Я… я не знала. Как же нехорошо получилось. Я сочувствую тебе, мне очень жаль.

– Ничего, ты же не знала, – протянул Маркус.

Луна почти скрылась за тучами и теперь Дон совершенно не видела выражения лица своего нового знакомого, но чувствовала, как поменялось его настроение.

'Ну кто меня за язык тянул', – укорила себя девушка.

– Моя мать была удивительно доброй женщиной, – смотря в одну точку, произнес Марку. – В отличии от меня…

– Ты тоже не злой, – улыбнулась Дон.

Сын главы клана едва подавил желание засмеяться ей в лицо.

'Моя, дорогая, ты даже не представляешь кто я и что тебя ждет', – мысленно обратился он к ней, а вслух ответил:

– Со стороны конечно виднее.

Маркус не любил рассказывать о себе и своих переживаниях даже своим друзьям. Наверное, потому, что хотел казаться сильным в их глазах. Да он и был таким, просто иногда прошлое давало о себе знать и тяжким грузом начинало давить на сердце. И пусть когда Миранду убили, был всего лишь маленьким мальчиком, он считал виноватым себя, что не смог ее спасти. Пусть Миранда и была очень доброй и пыталась внушить сыну, что люди это не только сосуды для крови, но и живые существа со своими чувствами и проблемами. Считала смертных равными себе, но Маркус совершенно не мог ее в этом понять. Сын главы клана все равно любил ее, Как он мечтал вернуть все назад и спасти ее, даже если бы это стоило бы ему жизни. Маркус считал, что Миранда достойнее его жить на этой земле. Как порой ему хотелось с кем-то поделиться всем этим, облегчить свою душу, позволить себя утешить. И как он презирал себя за эти мысли, считая все это слабостью не подобающей сыну главы клана, на плечи которого ложиться очень многое. Он ненавидел себя за эти чувства и прятал их глубоко в самые недра своей души. Но все равно порой они вылезали наружу. Если бы можно было избавиться от чувств, вырезав себе сердце и при этом получить возможность жить дальше, Маркус давно бы так поступил. Но в принципе, в подавлении эмоций он и так много чего достиг. Вывести Маркуса из равновесия могли только воспоминания о смерти матери, а также новость о гибели кого-то из своих сородичей и теперь к этому списку прибавилась еще и Мари. Маркус сам не понимал, что происходит и чего такого в этой блондинке, и почему мысли о ней постоянно лезут в его голову, мешая здраво рассуждать. К Дон сын главы клана не чувствовал совершенно ничего. Она являлась для него просто пустым местом. Но почему-то ей, чужому, мало знакомому человеку, он готов был рассказать все накипевшее на душе. Маркус был уверен, что она поймет его. Но конечно рассказывать ей ничего не собирался.

– Я тебя прекрасно понимаю, – протянула Дон, встретившись с Маркусом взглядом. – Я знаю какого это терять близких и как это сложно пережить.

'О, сейчас ты наверно поведаешь приукрашенную и немного переделанную историю о смерти своего родственника, в гибели которого замешаны мои сородичи. И узнаем почему твой отец стал охотником', – мысленно ухмыляясь предположил сын главы клан, весь обратившись во слух.

– Моего старшего брата убили, – начала рассказывать Дон, опустив глаза. – Он возвращался домой, на него напали какие-то хулиганы, – грустно прибавила девушка, зябко поежившись от внезапно подувшего ветра. Ей было трудно об этом говорить. К тому же ее брата убили непростые хулиганы, а дети ночи, именуемые вампирами. Раньше Дон не верила в существование этих существ, считая их вымышленными сказками, но смерть ее брата доказала ей совсем обратное. Маркусу девушка ничего не могла рассказать об этом. Отец, ставший охотником на ночных тварей, ради мести за сына, запретил ей о них рассказывать. Но Дон при любом раскладе не стала бы. Кто бы ей поверил?

Дон очень любила своего брата. Он был старше ее на два года. В детстве они постоянно проводили время вместе. Играли в различные игры, он всегда защищал ее от пристающих мальчишек, помогал во всем. Когда Дон узнала, что его больше нет, мир потерял все краски. Из веселой девчушки Дон превратилась в безразличное ко всему существо. Ее больше ничего не радовало в жизни. Это длилось год, пока после попытки самоубийства, мать не провела с ней беседу, сказав, что Зак бы не хотел видеть свою сестренку такой, что не простил бы ее за сведения счетов с жизнью, и что ради него она должна быть сильной. Да и мать бы не пережила смерть еще одного ребенка. После убийства Зака она и так будто постарела лет на десять и в каштановых волосах появились седые пряди. В тот момент Дон поняла какой была эгоисткой. От жалости к бедной матери у нее чуть не разорвалось сердце. И тогда девушка поклялась себе, что ради своей семьи и ради памяти брата, вновь станет такой же как и до его смерти, будет радоваться жизни и больше никогда не подумает о самоубийстве.

– Сочувствую, – произнес Маркус, на самом деле не чувствуя совершенно ничего.

Девушка грустно улыбнулась, заглянув ему в глаза.

Тут у сына главы клана зазвонил телефон. Он достал его из кармана плаща и чуть отойдя в сторонку от Дон, поднес к уху и ответил:

– Я слушаю.

– Маркус, плохая новость, – усталым и немного встревоженным голосом, сообщил Томаскинос Страстенберг. – Убили Кайла, похоже, это дело рук нашего охотника. Причем он еще оставил труп прямо на улице. Очень непрофессионально с его стороны. Кайл не отвечал на звонки, вот мы и решили проверить сводку убийств и морги. И нашли его тело в одном из них. Чтобы все уладить пришлось поработать с тамошним персоналом.

Услышав это, Маркус так сжал мобильник, что костяшки пальцев побелели, а корпус телефона затрещал, но вовремя опомнившись, парень расслабил пальцы.

Кайл был веселеньким пареньком. Маркус мало с ним общался, но это и неважно, главное, что он был вампиром, а долг сына главы клана защищать своих сородичей. Этого он защитить не смог…

Маркус посмотрел на Дон. Девушка, обхватив себя руками и рассматривая ночные красоты парка, терпеливо ждала конца разговора своего нового знакомого.

Как у тебя дела с дочерью охотника? – спросил глава клана.

– Нормально. Не беспокойся, отец, все идет по плану, – не сводя хищного взгляда с Дон, ответил Маркус, с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего.– Маркус, с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего.– Охотник заплатит за каждую каплю крови наших сородичей, пролитую им.

– Я полагаюсь на тебя. Ладно, давай. Как приедешь в особняк зайди ко мне, – произнес Томаскинос перед тем как прервать разговор.

Маркус убрал мобильник в карман плаща и подошел к Дон.

– Что-то случилось? – с тревогой спросила Дон, в свете луны заметив, напряженный взгляд парня.

– Да так небольшие проблемы, – протянул Маркус, думая о своем, потом прищурив глаза, спросил:

– Может тебя домой отвезти, а то уже поздно родители волноваться будут?

Сын главы клана совсем непросто так задал вопрос о родителях девушки. Ему нужно было узнать кто сейчас у Дон дома.

– Не будут. Сегодня никого нет. Мама работает, папа… – девушка немного замялась.

' А папочка охотится на вампиров', – мысленно сказал Маркус, сожалея о том, что теперь его план придется перенести на потом. Это его раздражало. Нужно было быстрее разбираться с охотником, ведь на кону стояли жизни его сородичей.

– Папа… тоже работает, – продолжила Дон и зазывающее прибавила, чуть ближе подойдя к парню и проведя пальцами по его груди.– У меня еще есть младшая сестра, но она сегодня у подружки остается. Не хочешь поехать ко мне домой? – спросила девушка, но пожалела об этом, увидев промелькнувшее на лице Маркуса презрение.

' Вот дура. Думай, что предлагаешь, вы знакомы всего день, а ты сама его чуть ли не в постель тащишь. Что он думает теперь о тебе. Что ты легкодоступная девушка? Да я никогда так не поступала. Ну просто этот парень, как-то необычно на меня действует. Все теперь придется восстанавливать свое доброе имя в его глазах', – подумала Дон, убрав руки и отойдя от Маркуса.

– У меня сегодня еще дела. Давай сейчас я отвезу тебя домой. А завтра мы снова встретимся, – предложил парень, тепло улыбнувшись, и приобняв за талию повел к выходу из парка, где стояла машина.

У Дон отлегло от сердца:

' Он согласился на вторую встречу, а то я думала, что первая окажется последней'.

– Только завтра я обещала приехать к подруге, – опустила глаза девушка. Ей безумно хотелось увидеться с Маркусом. Но с подругой они не вделись очень давно и та должна приехать в Лондон всего на один день. – Может, тогда послезавтра?

– У меня не получится. Слишком много дел, – ответил парень. – Может ты все-таки как-нибудь постараешься завтра?

Молодые люди дошли до машины. Маркус развернул Дон к себе лицом и нежно провел пальцами по ее щеке. От этого движения по телу девушки прошла дрожь.

– Мы завтра можем наведаться к тебе, – прошептал парень, заглядывая Дон в глаза.

– Мама с сестрой будут дома, – ответила девушка, омут черных глаз, с отражавшийся в них полной луной, затягивал будто в водоворот все глубже и глубже. Мысли стали путаться. Девушке уже стало наплевать на подругу, лишь бы увидеться еще с этим таинственным парнем и как можно быстрее.

– Познакомишь меня с ними, – сказал Маркус, затем легким поцелуем скользнул губами по губам Дон.– Я же

Девушка находилась в каком-то одурманенном состоянии и готова была согласиться с чем угодно, чтобы не сказал Маркус.

' Небольшой гипноз внушение и делай с тобой что хочешь. Какие же вы, люди, все-таки слабые ', – усмехнулся сын главы клана, смотря на безвольную марионетку перед собой.

– Мама будет рада знакомству с моим парнем, – пустым голосом произнесла Дон.

Маркус довольно улыбнулся и тут почувствовал легкое головокружение. Гипноз всегда отбирал много сил, а Маркус был еще слишком молод и не так силен, чтобы вовсю им пользоваться. Парень посмотрев на слегка выступающую артерию на шее девушки, едва подавил желание, восстановить силы, выпив крови Дон.

' Еще все слишком рано. Потерпи до завтра', – наставлял себя парень, стараясь подавить, проснувшуюся жажду.

Маркус сделав, глубокий вдох, отошел от девушки, тем самым, прервав с ней гипнотический контакт и отключив сигнализацию, открыл дверцу машины.

Холодный ветерок привел Дон в чувство. Девушка поежилась от холода. Она попыталась понять, что сейчас произошло, будто что-то поменялось, и чувствовала себя Дон как-то странно, будто слишком много и долго спала.

Вокруг стояла все та же ночь, луна также светила бледным светом. Вот только стало немного холоднее.

– Садись в машину, – поторопил ее Маркус, нетерпеливо, постукивая по асфальту, подошвой своих туфель.

До девушки не сразу дошел, смыл его слов. Сначала Дон смотрела в одну точку, а потом встрепенулась, поняв, что от нее хотели. Обозвав себя, тормозом, девушка плюхнулась на водительское сиденье. С каждой минутой способность нормально мыслить возвращалась к ней все больше и больше.

Маркус завел мотор, ругая себя за преувеличение собственных сил и возможностей.

' Ох, парень, сильно уж высоко ты себя ценишь. Тебе еще многому предстоит научиться', – с усмешкой мысленно укорил себя сын главы клана, отъезжая от парка. Голова немного кружилась и это сбивало с толку.

' Нам бы не врезаться никуда', – подумал Маркус, чтобы восстановить силы ему была нужна кровь. Но пришлось закусить губу и вести машину, даже не смотря в сторону Дон.

– Назови, пожалуйста, свой адрес, – попросил Маркус, не сводя взгляда с дороги.

Девушка прекратила рассматривать мелькавшие перед глазами здания и светящиеся витрины и, повернувшись к парню, назвала улицу и дом.

Сын главы клана кивнул и прибавил еще газу. Вскоре они остановились возле симпатичного двухэтажного домика, окруженного парой деревьев.

' Ну все, моя дорогая, ты попалась', – мысленно усмехнулся вампир, а вслух спросил, чтобы убедиться, что его внушение не пропало:

– Значит, мы завтра встретимся и посидим у тебя дома?

– Да, – кивнула девушка, сдвинув брови.

'Это будет незабываемая встреча, я тебе обещаю', – мысленно усмехнулся сын главы клана.

В глубине души Дон понимало, что-то не так, попыталась понять что именно. Напрягая память, но потом бросила это занятие. Ведь главное завтра она снова проведет время с этим замечательным парнем, а с подругой она еще успеет встретиться… Матери она найдет, что сказать, а вот сестренке Маркус должен понравиться, по-другому никак.

– Я позвоню тебя завтра, и мы договоримся, во сколько мне приехать, – сказал Маркус.

– Хорошо. До встречи, – кивнула Дон, открыв дверцу, затем вышла из салона машины и, стуча каблуками по каменной дорожке, направилась к дому. Она немного расстроилась из-за того, что Маркус даже не поцеловал ее на прощание.

' Скажи спасибо, что он хоть еще раз встретиться предложил', – подумала девушка, отпирая ключами входную дверь и скрываясь внутри дома.

Когда Дон ушла, Маркус немного отъехал от ее дома, остановился, и, достав из бардачка пакетик с донорской кровью, сделал пару глотков. С каждой каплей ему становилось лучше. Откинувшись на сиденье, парень блаженно прикрыл глаза. Он видел разочарование в глазах Дон, когда она выходила из машины. Девушка явно ждала его поцелуя. Но Маркусу было совершенно наплевать на ее чувства. Целоваться с человеком, ему не доставляло удовольствие. Можно было бы ради дела, но парень боялся, что не сдержится и вцепится этой девчонке в горло.

Пока все шло по плану. Главное нужно дождаться следующего дня, где с охотником будет покончено раз и навсегда.

* * *

Вернувшись в клан, Маркус первым делом пошел к отцу. Но как выяснилось, тот совсем недавно уехал по делам к своему брату. Тогда сыну главы клана ничего не оставалось, как идти спать.

Проходя мимо комнаты Мари, парень остановился. Ему вдруг очень захотелось увидеть блондинку. Минуту он боролся с тем как лучше поступить: не изменять своим принципам, ведь любовь – это слабость, которой нельзя поддаваться, или же просто отдаться на волю чувств… Именно с Мари он почему-то чувствовал себя свободнее, все дела клана отходили на второй план. А иногда все равно же хотелось отдохнуть от всего этого.

Ненавидя самого себя за это, и совершенно не понимая, зачем это ему нужно, Маркус постучал в дверь. Парень понимал, что утром поступил с ней очень неправильно и обиженная девушка может послать его куда подальше. Но попытка не пытка.

Девушка, похоже, очень крепко спала, что даже острым вампирским слухом не слышала стука.

Тогда Маркус толкнул дверь и вошел внутрь. Окна были не зашторены, и с улицы в спальню лился лунный свет. Мари безмятежно спала на боку, положив одну руку под голову. Сын главы клана залюбовался красивыми чертами лица блондинки. Бесшумно подойдя к кровати, парень скинул ботинки и прямо поверх одеяла прилег рядом с девушкой.

' Что ты творишь, Страстенберг?', – посетила его голову здравая мысль.

Маркус просто хотелось немного полежать с ней рядом, а потом пока она не проснулась уйти.

Сын главы клана заметил следы слез на лице девушки. И испытал угрызение совести за то, что так обошелся с ней.

Заметив, Что Мари спит, прижимая к себе мягкую игрушку, Маркус непроизвольно улыбнулся.

' Какая же ты все-таки маленькая, наивная девочка. Попалась в сети, такого чудовища, как я'.

Маркус хотел понаблюдать за блондинкой еще пару минут, но он так замотался за день, так устал, что сам незаметно для себя заснул…

* * *

Проснувшись и увидев, спящего рядом Маркуса, Мари очень удивилось. Сначала ей показалось, что все это ей мерещится и просто на любовной почве у нее начались галлюцинации. Девушка пару раз моргнула, но сын главы клана, как спал, так и оставался спать, устроившись поверх одеяла на боку и даже не потрудившись, перед тем как лечь, снять с себя плащ.

' Хорошо, хоть ботинки скинул, – подумала девушка, наблюдая за парнем. – А может мне все это снится?'

Мари ущипнула себя, почувствовав легкую боль, поняла, как это ни странно, но все происходит наяву. Девушка не знала плясать ей от радости, что сам Маркус собственнолично пожаловал к ней, или же плакать.

Солнечные лучики, струившиеся из окна, играли бликами на красивом, благородном лице и черных волосах парня. Трудно не залюбоваться.

Дыхание и сердцебиение Маркуса было ровным и спокойным. Впрочем, почти, как и всегда, даже когда он не спал. Будто его никогда ничего и не беспокоило. Редкий раз по той или иной причине его сердце пускалось в бешеный вскачь.

Мари любовалась красивым умиротворенным лицом сына главы клана. Ей так хотелось провести рукой по гладкой коже его щеки, запустить пальцы в густые волосы парня.

Девушка уже потянула руку, но тут остановилась, так и не дотянувшись до щеки.

'Это неправильно! Ты не должна! Он так подло с тобой поступил! А сейчас ему, небось, опять захотелось с кем-то переспать. А кроме тебя доступных кандидатур он не нашел. Ведь он знает, что ты его любишь, а значит, растаяв под его взглядом и нежными прикосновениями, не откажешь, – в душе Мари начал зарождаться гнев. – Все хватит! Пора, наконец, взрослеть. Не смотреть лишь на внешность парней и не поддаваться их сладким, лживым речам, сказанным чарующим голосом. Маркус бесчувственная, самовлюбленная сволочь. Вспомни, как он разговаривал с тобой вчера. Он даже не раскаивался в содеянном, не пытался извиниться. Ему наплевать на твои чувства и о том как ты по нему страдаешь. Этот парень способен думать только о себе. Ему нравиться влюблять в себя девушек, а потом пользоваться этим и упиваться чувством собственного достоинства и превосходства. Какая же я была дура, что не видела его настоящей личины. Ну хорошо, мистер Страстенберг, вы сами напросились. Больше от меня ничего не получите'.

Мари решительно сжала губы и стала скидывать Маркуса с кровати.

' Нечего тебе здесь спать', – подумала девушка.

Из расчета вампирских сил и потому что сын главы клана спал в мертвую голову, блондинке не составило труда скинуть его с постели.

Маркус с глухим стуком упал на пол, слегка приложившись головой лоб пол. И от этого собственно проснулся.

– Что за… – недовольно пробурчал сын главы клана, спросонья не поняв, что произошло

– Пошел вон отсюда! – закричала Мари, вскочив с постели и уперев руки в бока, гневно смотря на вампира.

– Что за, твою мать, пробуждение, – закончил свою фразу Маркус, сонно щурясь и пытаясь сфокусировать взгляд на блондинке. Еще ни одна девушка его так не будила. – А если бы я шею сломал, – Садясь на полу, потирая затылок и приваливаясь спиной к прикроватной тумбочке, прибавил вампир. – Понежнее нельзя было никак.

– Какого хрена ты вообще оказался в моей комнате, причем в моей кровати? – вскричала Мари и тут же немного смутилась, раньше она еще не с кем так не выражалась. Но возмущение и гнев были сильнее ее природной робости.

Сын главы клана немного опешил. Такого обращения с собой он от Мари совершенно не ожидал. Он считал ее маленькой наивной девочкой, но оказывается, в ней скрывалась и немного другая более сильная личность. Взяв себя в руки, парень прикрыл лицо руками и с сарказмом попросил:

– Закрой шторы, пожалуйста, я не хрена не вижу из-за этого чертового солнца.

Мари чуть не задохнулась от возмущения.

'Он даже мои слова не воспринимает серьезно. Хотя, кто я такая по сравнению с ним. Он же у нас сын главы клана. Ему все дозволено'.

Девушка устало опустилась на кровать и тихо проговорила:

– В тебе нет ничего хорошего. Ты эгоистичная сволочь, хоть порой тебе и кажется, что ты стараешься ради других. На самом деле ты все делаешь только для себя. Я с самого детства любила тебя, но сейчас понимаю, сколько времени я убила зря.

Маркус вздохнул и поднялся на ноги.

– Выслушай меня. Ты совсем меня не знаешь, – начал он.

– Я не хочу слушать вас, мистер Страстенберг. Уходите, пожалуйста. Я поняла одно, что кроме боли вы приносить ничего не умеете, – опустив глаза, чтобы скрыть слезы произнесла Мари. Ей очень хотелось, все ему простить, выслушать. Но девушка понимала, что счастья с ним у нее никогда не будет. Ведь он не понимает, истинные чувства любви. Поэтому правильнее сейчас разорвать все отношения, чтобы потом не мучиться еще больше. Потом ведь будет намного больнее, если она сейчас снова довериться ему. – Я ненавижу вас, убирайтесь.

– Как скажешь, – беззаботно пожал плечами Маркус, хотя в его душе мелькнуло сожаление.

' Так будет лучше. А тоже мне расклеился, растаял из-за девчонки. Прав отец, что все эти чувства делают из тебя хрен знает кого. У тебя есть дела и поважнее', – мысленно укорил себя сын главы клана, обувая свои туфли. Потом больше ни слова не говоря, вышел из комнаты, поклялся себе, что больше никогда и не вспомнит об Мари.

Как только за ним закрылась дверь, блондинка легла на кровать и, обняв мягкую игрушку, дала волю слезам.

* * *

Весь день Дон с нетерпением ждала вечера. Все ее мысли были поглощены Маркусом. Ей так хотелось снова увидеть его прекрасное лицо, окунуться в омут непроглядно черных глаз, услышать чарующий, немного холодный голос.

На работе день не задался. Дон ходила словно в тумане, считая часы до встречи с парнем своей мечты. Девушка была так рассеянна и погружена в свои мысли, что даже чуть не уронила на ногу покупателю большую тяжелую бронзовую статуэтку египетской богини Баст, которую завертывала в упаковку.

– Наберут на работу… чуть инвалидом меня не сделала, – недовольно проворчал мужчина– покупатель, бросая на прилавок деньги. Потом забрав статуэтку, ушел с мыслями, что в эту лавку больше не придет.

Дон не обратила на это ровно никакого внимания. Маркус будто околдовал ее, и кроме как о нем она больше думать не могла.

Девушка очень любила свою работу. В мире сувениров, камней, оберегов, она чувствовала себя как рыба в воде и всегда была рада помочь покупателю выбрать нужную вещь. Редко кто уходил из лавки ничего не приобретя, никто просто не мог ничего не купить, когда милая продавщица с вежливой и доброй улыбкой, рассказывала целые истории о той или иной вещи. Дон очень любила мифологию, историю, хорошо разбиралась в значениях цветов и символах. Да и обычную вазочку могла расхвалить так, что покупатель не мог устоять и обязательно покупал ее. Хозяин лавки считал Дон настоящей золотой находкой. После ее смены в кассе всегда оставалось приличное количество денег, намного больше, чем у сменщицы. Чтобы не потерять такую находку, хозяин практически в любой просьбе уйти пораньше или выплатить зарплату пораньше, шел ей навстречу. А порой даже давал деньги в долг. Дон не любила занимать, но ее семью нельзя было назвать богатой, а девушке требовалось большое количество денег, чтобы учиться в колледже.

День тянулся бесконечно долго. Дон вся извелась, считая чуть ли не минуты до конца рабочего дня. В конце смены, девушка, закрыв магазин, на всех порах понеслась домой. Ей еще нужно было предупредить мать о сегодняшнем госте.

– Мама, к нам скоро придет мой парень, – выпалила Дон, только появившись на пороге в гостиную.

Миссис Фаул оторвалась от лежащей на коленях газеты и с легким удивлением посмотрела на немного взволнованную, запыхавшуюся от быстрой ходьбы дочь.

– Парень? – переспросила она. – И давно вы встречаетесь, почему ты мне ничего не говорила?

– Нуу, мам, – протянула Дон, пошаркав ногой. – Сама понимаешь, я не люблю распространяться о своей личной жизни.

– А он красивый? – раздался детский голосок, спускающейся по лестнице со второго этажа, младшей представительницы семьи Фаул.

Мать и старшая дочь повернулись к ней.

– Очень красивый, – ответила Дон.

– Он принц? И у него есть белый конь? – продолжила расспросы маленькая девочка, спустившись с лестницы и подойдя к старшей сестре.

– Еще какой принц, – усмехнулась Дон, поправляя девочке белый воротник ее розового платьица. Потом притворно вздохнув, прибавила:

– Вот только конь у него железный и черный, но тоже ничего.

– Во сколько его ждать? – спросила миссис Фаул.

Дон посмотрела на часы, висевшие на стене, напротив дивана, на котором сидела мать. Сердце девушки забилось быстрее от близости предстоящей встречи.

– Через час, – ответила она, повернувшись к матери и пытаясь скрыть радостное волнение.

– Глаза у тебя просто сияют, – заметила миссис Фаул. Ей не нравилась эта затея, а душу тревожило плохое предчувствие. – Неужели этот парень, так покорил твое сердце?

– Он замечательный и тебе обязательно должен понравиться, – ответила Дон, улыбнувшись. Внутри девушки разливалась теплота, от мысли, что она скоро вновь увидит Маркуса.

– Ладно, – протянула миссис Фаул, отложив газету в сторону, и встав с дивана. – Пойду, займусь ужином.

Затем женщина повернулась к младшей дочери, игравшей на кресле куклой.

– Поможешь мне, Дора?

– Конечно, мам, – девочка слезла с кресла и, прижав к себе куклу, побежала на кухню радостно крича.– Чур, я расставляю тарелки.

– Кстати, от отца нет известий? – спросила Дон, внезапно, вспомнив о своем родителе.

– Пока нет, – вздохнула мать. – Надеюсь, с ним все в порядке. После этих слов женщина последовала за младшей дочерью, а Дон наверх в свою комнату, чтобы перед встречей привести себя в порядок.

* * *

Ровно в восемь раздался звук дверного звонка. Сердце Дон забилось быстрее. Девушка уже десять минут не находила себе места, считая минуты до прихода Маркуса. Она не понимала, почему так волнуется. Раньше с парнями у нее такого никогда не случалось.

– Это он, – Дон, вскочила из-за стола и бросилась в прихожею.

Распахнув входную дверь, Дон увидела стоящего на крыльце парня своей мечты. В руках парня она заметила длинную, тонкую коробку.

– Что это? – улыбаясь, спросила Дон.

– Сюрприз. Потом покажу, – с таинственной улыбкой ответил парень, его глаза при этом странно блеснули.

– Проходи, – Дон отошла от двери.

Маркус вошел в дом. Осматриваясь по сторонам и разматывая шарф, спросил:

– А твои родители не слишком строгие, а то мне как-то стремно?

– Мама у меня очень хорошая и мучить тебя сильно не будет. Папа строже и к моему избраннику у него большие требования. Но папы сегодня нет, с его работой ему приходиться постоянно уезжать и дома он бывает очень редко.

Маркус мысленно выдохнул. Парень был уверен, что охотника не будет, но мало ли, по закону подлости тому приспичило бы именно сегодня навестить семью. Маркусу тогда пришлось бы немного менять свой план. Весело бы получилось, если охотник увидел бы в дружках своей дочери знакомого вампира.

Сын главы клана повесив плащ на крючок бронзовой вешалки, рассматривая скромную, но уютную обстановку прихожей, направился вслед за Дон. Через гостиную девушка провела его в столовую. За квадратным столом, накрытым бежевой скатертью сидели женщина и девочка с фотографии, потерянной охотником.

Жена охотника в жизни выглядела еще подавленнее, чем на фото. В серых глазах застыла такая боль, что даже Маркусу стала не по себе, а в сердце кольнуло. Сестра Дон весело улыбалась и с любопытством рассматривала гостя.

Сама столовая представляла собой небольшую комнату с серыми обоями. Двумя большими окнами с полупрозрачным тюлем и шторами в тон стенам. На побеленном потолке висела шестирожковая люстра. Кроме стола и стульев не было больше никакой мебели. Все довольно просто и недорого. Но довольно уютно и для людей со средним достатком совсем неплохо. Маркуса, привыкшего жить в роскоши такая обстановка угнетала.

– Здравствуйте, – поздоровался Маркус.

– Здравствуй, – миссис Фаул, отодвинула стул и встала из-за стола. – Присаживайся.

Женщина указала на место напротив себя.

Маркус сел на стул, поставив рядом с собой белую коробку, Дон села рядом.

– А меня Дора зовут, – представилась младшая сестра Дон, протянув через стол маленькую ручку.

– Очень приятно. Я Маркус, – улыбнулся парень и пожал девочки пальцы.

– А вы и правду очень красивый, – заметила малышка. – Жалко, что моя старшая сестра вас уже заняла, а то бы я взяла вас в свои принцы.

Маркус едва подавил смешок.

– Не обращай внимание, – улыбаясь, проговорила Дон парню на ухо. – Моя сестренка еще и не то может сказать.

– Дора, ты еще найдешь себе принца. Но для начала нужно вырасти, – миссис Фаул погладила девочку по голове, а потом поцеловала в макушку. – Давай я тебе салатика положу…

При виде этой картины улыбка сползла с губ Маркуса. Ему вспомнилась его мать, которая тоже окружала теплом и заботой.

' Опять эти сопляческие мысли, – укорил себя парень. – Сколько можно? Нужно быть сильнее, иначе тебе никогда не стать достойным сыном своего отца и представителем древнего рода Страстенберг'.

– Маркус, ты что будешь? – спросила миссис Фаул. – Могу предложить салат из шпината и зелени. Это вегетарианское блюдо, в его составе: шпинат, зелень, чеснок и красный перец.

При слове ' чеснок' Маркус с отвращением посмотрел в салатницу, где зеленой субстанцией лежал салат.

' Еще не хватало помимо этой травы нажраться чеснока. Тогда из-за стола меня полуживого будут выносить', – подумал сын главы клана.

– Еще я приготовила салат из говядины с сыром, – продолжила миссис Фаул.

Наличие мяса и отсутствие чеснока Маркуса порадовало больше.

– Можно мне второго салата, – вежливо попросил парень, протянув тарелку.

– Конечно, – Мать Дон наложила ему салата и несмотря на все протесты парня, что ему неловко но он уже успел поужинать, положила ему кусок жаркого из курицы и ложку картофельной запеканки.

Маркус со вздохом посмотрел на содержимое своей тарелки и взял вилку.

– Вы давно встречаетесь? – спросила миссис Фаул, накладывая себе вегетарианского салата.

Дон так и не донесла вилку с кусочком запеканки до рта и покосилась на Маркуса. Если мать узнает, что они знакомы всего лишь второй день. То в восторге от такого быстрого развития отношений не будет.

– Совсем недолго – неделю, – слегка преувеличил парень, ковыряясь в тарелке.

Есть человеческую еду ему совсем не хотелось.

Дон мысленно облегченно вздохнула.

– А когда приедет папа? – внезапно спросила Дора. – Я по нему очень скучаю и на парня Дон он посмотрел бы.

'Да уж посмотрел бы ', – мысленно усмехнулся Маркус.

– Он, работает, дорогая, и приедет, как только сможет, – мягко ответила дочери миссис Фаул.

– А где он и почему не приезжает? – надула губки Дора.

' Где он, я бы и сам хотел знать. Но не беспокойся, малышка, мы его очень скоро все увидим', – мысленно пообещал Маркус.

– Я не знаю, у него такая работа, – погладила дочь по плечу миссис Фаул. – Он скоро приедет.

Маркус усмехнулся и достав из кармана черного пиджака мобильный телефон, посмотрел на время, отображенное на циферблате.

Дон млела от счастья, сидя рядом с Маркусом. И еле подавляла желание, присесть к нему поближе.

' Сегодня точно нужно будет показать ему мою комнату и больше внимания уделить кровати', – подумала девушка.

– Дон говорила, что ты помогаешь своему отцу– бизнесмену, а в чем именно? – спросила мисс Фаул.

– Мусор убираю, – со скрытым сарказмом и таинственной улыбкой ответил сын главы клана.

Дон перестала, есть и, сдвинув брови, посмотрела на парня.

От улыбки молодого человека по телу миссис Фаул прошла дрожь. Она не поняла смысл его ответа, но сердце кольнуло в дурном предчувствии.

Не успел никто ничего сказать, как тишину прорезал дверной звонок.

– Я пойду, открою, – Дон понятия не имела, кто так поздно вечером пришел к ним.

Девушка прошла в прихожею и подошла к входной двери.

– Кто там? – спросила Дон, взявшись за ручку.

– Доставка пиццы, – последовал ответ.

– Но мы ничего не заказывали.

– Нам дали ваш адрес…

' Что за фигня', – подумала Дон и распахнула дверь.

На пороге стояли двое парней. Один кареглазый крашеный блондин в черном полупальто. Другой чуть выше ростом русоволосый, с темно-серыми глазами, в сером двубортовом плаще с черными пуговицами. От обоих веяло странной аурой. В них было, что-то не так…

По телу Дон пробежала дрожь. На разносчиков пиццы эти парня совершенно не были похожи. Девушка попыталась закрыть дверь, но сероглазый просунул в проем ногу, не давая это сделать.

– Что ж ты сразу дверь закрываешь. С гостями так не поступают, – с сарказмом произнес он, затем схватил испуганную Дон за плечи, зажал ей рот и развернув спиной, прижал к себе. – Идем, милая, – прошептал он ей на ухо и повел в глубь дома.

Светловолосый вошел следом, закрыл дверь и последовал за другом и Дон.

Миссис Фаул похолодела от ужаса, увидев как в столовую вошли двое, один из которых обхватил шею Дон рукой. Из рук женщины выпала вилка и со стуком упала на стол. Жена охотника на вампиров вскочила из-за стола и крикнула:

– Кто вы такие?

– А ты как думаешь? – протянул светловолосый. – Твоему мужу нужно было быть осторожнее, охотясь на нас. И следить за тем, чтобы личные вещи. Которые могут вывести нас на его семью, не терялись. А лучше вообще их не брать с собой.

Миссис Фаул прижала к себе перепуганную Дору.

Маркус как сидел на стуле, так и сидел, будто, что происходило здесь, его не касалось.

– Что вы хотите с нами сделать? – спросила миссис Фаул.

– Сначала мы вызовем твоего мужа, а затем посмотрим, – с улыбкой ответил сероглазый.

По щекам Дон потекли слезы. Она уважала своего отца, за то, что он мстил вампирам за смерть сына. Но девушка почему-то и подумать не могла, что эти твари могут найти ее, мать и сестру.

' Еще и парня привела. Господи, а он сейчас о чем думает. Они же убьют его', – в ужасе подумала девушка, смотря на неподвижно сидящего Маркуса.

– Хм, а может, для начала перекусим девушкой, – обратился с сероглазый к своему другу, проведя губами по шее Дон, как раз по тому месту, где находилась сонная артерия.

– Нет, пожалуйста, не трогайте ее! – в отчаиньи закричала миссис Фаул, крепче прижимая к себе младшую дочь.

Дон чувствовала теплое дыхание вампира на своей шее. От мысли, что эта тварь, сородич которой убил ее брата, будет пить ее кровь, девушка испытала лютую ненависть, брезгливость и страх.

Нужно было как-то выбираться из этой ситуации.

Вампир продолжал исследовать губами шею девушки, как бы ища место куда лучше укусить или специально грая нервами Дон.

Девушка старалась оставаться холодной и не впадать в истерику, но в итоге не выдержала и закричала:

– Маркус. помоги. Пожалуйста, сделай что-нибудь.

Парень встал со стула и повернулся к Дон. Сероглазый вампир поднял голову и посмотрел на Маркуса.

– Дерек, Джесси, отведите наших дам в гостиную, – с иронической улыбкой распорядился сын главы клана. – Эта комната, слишком маленькая и душная. А гостиной хоть воздуха побольше.

– Господи, – прошептала миссис Фаул, крепче прижимая к себе Дору, с ужасом смотря в спину Маркусу и понимая, что теперь они обречены, и надежды на спасенье нет.

Сын главы клана язвительно улыбался, разглядывая лицо своей недавней подружки.

– Этого не может быть. Я не верю, – замотала головой Дон. Она не могла поверить, что Маркус так легко ее обманул. Очаровал и заманил в ловушку. Притворился обыкновенным парнем. А она же чувствовала что-то странное в нем, почему не насторожилась и не приняла никого значения? Одни лишь его гипнотические черные, как сама ночь глаза, говорили о нечеловеческом происхождение этого парня. Дон как знающая о существование вампиров должна была догадаться…

' Мне всегда не везло с парнями, – подумала девушка. Ее начала охватывать истерика. – Я сама привела в дом это существо и подставила свою семью. Какая же я дура, повелась на красивую внешность, деньги и лживые речи этого ублюдка, совершенно не догадываясь, какая мерзкая сущность скрывается за привлекательной оберткой. И теперь расплачусь не только я, но и моя семья. На милосердие вампиров можно не рассчитывать. Они бездушные звери и люди для них всего лишь скот'.

Не смотря на раскрытые карты и снятые маски, Дон не хотелось верить, что Маркус вампир. Как ей не хотелось умирать.

– Нет! Нет! Нет! – не выдержав, закричала Дон, из ее глаз потекли слезы. – Я не хочу! Отпустите меня! Маркус, как ты мог так поступить?! Я доверяла тебе…

Девушка брыкалась, царапаясь, пытаясь вырваться из железного захвата рук Дерека. Сероглазый вампир тащил ее в гостиную, не реагируя на ее попытки вырваться, лишь только с каждым ее рвением к свободе, крепче сжимал руками ее тело, чем причинял невыносимую боль. Чуть ли не обезумев от безвыходности ситуации, Дон, собрав последние силы, впилась ногтями в кисти рук вампира и попыталась освободиться еще с большим напором.

Терпение Дерека лопнуло. Он развернул Дон к себе лицом, крепко схватил за шею, потом впечатал девушку в ближайшую стену с такой силой, что висевшая рядом картина покачнулась и упала с глухим стуком, ударившись об пол.

– Если ты еще раз дернешься, то я собственными руками оторву тебе голову. Ты поняла? – прошипел Дерек. В его серых глазах горел звериный огонь, красивое лицо исказила гримаса ненависти и злобы.

Испуганная и дрожащая Дон, слабо кивнула, со страхом смотря на вампира.

– Не слышу, – прошипел вампир, нагибаясь над ухом девушки, обдавая ее кожу теплым дыханием.

– Поняла, – задыхаясь, ответила Дон.

– Молодец, будь паинькой, хорошо? Ты же не хочешь, чтобы мы причинили тебе лишнюю боль? – злоба исчезла с лица Дерека, на губах появилась улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Парень убрал руки с шеи Дон, повел притихшую девушку к стоящему в центре гостиной бежевому дивану и заставил на него сесть.

Сам вальяжно расположился на стоящем рядом журнальном столике.

Джесси привел миссис Фаул и Дору и указал им на место рядом с Дон. Младшая представительница семьи охотника, тихо плакала, уткнувшись в грудь матери.

Джесси присел на корточки возле них и дотронулся до вздрагивающего плеча девочки.

Миссис Фаул со страхом и презрением взглянула на блондина, и крепче прижав к себе дочь, инстинктивно отодвинулась от вампира, практически вжимаясь в спинку дивана.

Дора подняла заплаканное лицо на Джесси. Вампир тепло улыбнулся и представив палец к губам, как бы показывая, чтобы девочка соблюдала тишину и не ревела.

В гостиную вошел Маркус, держа в руках белую коробку.

Сын главы клана подошел к дивану. Джесси поднялся с корточек и отошел в сторону.

– Ну что ж, – протянул Маркус, обводя взглядом семейство Фаул. – Давайте по-хорошему. По идее вы мне совершенно не нужны. Мне нужен только четвертый представитель вашей семьи, который решил поиграть в Баффи истребительницу вампиров, совершенно не понимая с кем связался, и как мы поступаем с такими как он. Причем так подставил своих родных, как нехорошо с его стороны. Сейчас, вы, набираете номер телефона нашего охотника, даете мне трубку, и я приглашаю его на нашу милую посиделку.

– Ни за что, – произнесла Дон.

Маркус посмотрел на нее, улыбаясь.

– Ах, да, – парень дотронулся рукой до головы, будто, что-то вспомнил. – Как же я забыл о подарке.

Сын главы клана подошел к Дон. Девушка вжалась в спинку дивана. Теперь этот парень не вызывал у Дон восхищения и желания затащить его в постель, она испытывала лишь ужас и страх, понимая, что от этого холодного красавчика можно ожидать все, что угодно.

Маркус снял крышку и извлек из коробки бордовую розу, края лепестков которой, были такими темными, что казались черными.

Внутри Дон все похолодело.

– В природе не существует черных роз, – протянул Маркус, рассматривая цветок. – За их принимают, темно бордовые розы. Конечно, для получения черного цвета ее можно было и выкрасить в специальном растворе, но у меня не было на это времени. К тому же натуральная лучше. Итак… – парень протянул цветок девушке. – Ты прекрасно ознакомлена с языком цветов. Скажи, что означает черная роза?

– Черные розы означают мятеж и силу, но никогда – привязанность, – дрожащим голосом ответила девушка.

– А еще? – учтиво спросил сын главы клана.

Дон молчала.

– Говори, – приказал парень, в его глазах блеснул нечеловеческий огонь.

– Это символ смерти, траура. Черный символизирует конец, – сквозь слезы ответила девушка, затем зарыдала и спрятала лицо в ладонях.

Маркус усмехнулся и кинул розу ей на колени.

– Прекрати поясничать. Я наберу номер мужа, но при условии, что ты сохранишь жизнь, хотя бы моим дочерям, – твердо произнесла миссис Фаул.

– Вы не в таком положении, чтобы диктовать условия, – ответил Маркус. – Либо вы вызываете охотника, либо я буду убивать твоих дочерей очень медленно и мучительно, и начну с нее, – сын главы клана указал на Дору.

– На поверхности ты холодный, самодовольный и злой. На ступень ниже идет ненависть. А самой глубине – боль, почему? В твоем прошлом случилось, что-то, в чем ты не можешь себя простить? Ты потерял кого-то очень близкого? – спросила миссис Фаул, смотря Маркусу в глаза.

– Это не ваше дело, – прошипел парень. – Я меньше всего нуждаюсь в психоаналитике, особенно в лице вас. Последний раз прошу: Наберите номер телефона вашего мужа.

Женщина дрожащей рукой достала из кармана платья телефон и, найдя в списке контактов номер мужа, нажала на вызов. Как пошли гудки, протянула мобильник Маркусу.

Сын главы клана поднес телефон к уху.

– Дорогая, я же просил тебя мне не звонить, – через некоторое время услышал он голос.

– Извини, дорогой, но так получилось, – издевательски ответил Маркус.

– Кто это? – голос охотника прозвучал взволнованно и напряженно.

– Твой старый знакомый. Помнишь встречу возле клуба. Ты похоже совершенно не дорожишь своей семьей. Нужно быть осторожнее и не терять вещи, по которым можно вычислить тебя или твоих родных.

– Если с головы моей семью упадет хоть волос, то я клянусь Богом, ты поплатишься за все, – прошипел охотник.

– Уже боюсь, – усмехнулся Маркус. – Значит так, у тебя пятнадцать минут, чтобы приехать к себе домой. В противном случае я начну развлекаться с твоей семьей. Фантазия у меня богатая учти… И, пожалуйста, без фокусов. Попытаешься, что-нибудь выкинуть, за это жизнью ответить, кто-то из твоих родных.

После этих слов Маркус нажал на отбой и улыбаясь посмотрел на членов семьи Фаул.

– Теперь остается только подождать, – с усмешкой проговорил он.

* * *

Не прошло и десяти минут, как нарушая образовавшуюся в ожидании гостя звенящую тишину, раздался долгий и настойчивый звонок в дверь,

– Как наш охотник боится за свою семью, – язвительно протянул Маркус, поднимаясь с журнального столика, где сидел рядом с Дереком. – Примчался раньше данного промежутка времени. Ну вот сейчас начнется настоящее веселье.

Потом сын главы клана посмотрел на своих друзей и серьезно проговорил:

– Откройте и приведите сюда охотника.

Оба вампира кивнули и покинули гостиную.

Маркус присел на корточки рядом с плачущей Дон и спросил с наигранным сочувствием:

– Солнышко, ты почему плачешь? Тебе не нравится мой подарок? Я так старался, выбрал самую красивую розу и стоит она довольно прилично.

– Пошел к черту, – не поднимая головы и не убирая с лица рук, сквозь слезы ответила девушка, жалея о том, что у нее нет никакого оружия против вампира, которое смогло бы навсегда остановить сердце этого ублюдка и стереть с его лица самодовольную саркастическую улыбку.

– Любимая, но зачем ты так? Твои слова больно ранят меня, – продолжал играть Маркус. – Или ты меня больше не любишь?

– Прекрати сейчас же! –не выдержав, воскликнула миссис Фаул.

Маркус перевел взгляд на женщину. От холода черных глаз вампира, та вздрогнула. Страх холодной пеленой накрыл ее тело.

– Ты дьявол, – дрожащим голосом прошептала миссис Фаул и отвела взгляд, поглаживая младшую дочь по голове, чтобы хоть как-то успокоить перепуганную девочку.

Маркус ничего не успел ответить. В гостиную вошли Дерек и Джесси, ведя за собой охотника. Светловолосый вампир заломал ему руки за спину, сероглазый держал за шею.

– Папа! – воскликнула Дора, отодвинувшись от матери. – Папа, убей их. Они плохие. Ты же сможешь. Ты должен нас защитить!

Маркус усмехнулся на ее слова, затем поднялся с корточек и повернулся к охотнику.

– Моя, милая, все будет хорошо, не бойся, папа с тобой, – ласково произнес охотник, обращаясь к младшей дочери. В его взгляде было столько любви и нежности, что у Маркуса кольнуло в сердце. Его отец никогда таким не был.

' Да что с тобой такое? Нашел о чем жалеть и чему завидовать', – отругал себя сын главы клана, эти жалкие проявления чувств начали его порядком раздражать.

– Вот мы снова встретились, но при каких обстоятельствах, – усмехнулся сын главы клана, сузив глаза, – А я предупреждал тебя, предлагал решить все честно и по-мужски. А ты испугался, струсил, решил что мы не найдем тебя в таком большом городе, как Лондон. Потом бы ты уехал и залег где-нибудь на дно, чтобы через некоторое время снова выйти на охоту на моих сородичей. А нет, ничего у тебя не вышло. Ты прокололся в самом начале… и как глупо. Это же надо, потерять фото своих родственников, прямо перед нашим носом. Дальше легче простого. Твоя старшая дочурка засветилась в газете, где ее представили как одну из самых лучших студенток на факультете, какая у тебя дочь умница, да еще написали о месте ее работы. Моему другу, которому я поручил задание найти людей на фото, даже пальцами ударять не пришлось, он много чего разузнал, лишь просто купив обыкновенную лондонскую газету.

– Послушай, – тяжело дыша, хрипло выговорил охотник. – Тебе не нужна моя семья, нужен лишь я. Отпусти их. Я понимаю, вы держите в тайне свое существование и устраняете, либо обращаете, тех, кто узнает о вас. Но вы можете применять гипноз и способны заставить моих родных обо всем забыть.

– Ты прав, – задумчиво протянул Маркус. – Твоя семья мне не нужна…

При этих словах вампира семейство Фаул напряглось в ожидание ответа Маркуса. Дон даже перестала плакать и с надеждой смотрела на сына главы клана. Именно в эту минуту решалась судьба всей ее семьи. И в руках кого она была? Самовлюбленного, эгоистичного вампира. Но сейчас Дон была готова на все лишь бы она, и ее семья остались в живых.

– Но… – Маркус подошел к охотнику и заглянул ему в глаза. – Они нужны тебе.

После этих слов сын главы клана отошел от мужчины и посмотрел на остальных членов семьи Фаул. На лице парня играла холодная, язвительная ухмылка. Дон похолодела, понимая, что надежды на спасенья больше нет…

– Ах, ты ублюдок! Только тронь кого-нибудь из них! – закричал охотник, вырываясь из рук, державших его вампиров, за что получил удар по затылку и рухнул на колени. Дерек одну руку положил ему на затылок, другой обхватил шею и, нагнувшись, прошипел на ухо:

– Только дернись, и я сверну тебе шею, а твою семью мы потом заживо порежем на кусочки.

Охотник затих, а сероглазый вампир с хищной улыбкой стал наблюдать за действиями своего господина.

Маркус переводил взгляд с одной представительницы семейства Фаул на другую, как бы выбирая кого убить первого, проделывал он это медленно, нарочисто играя на их нервах.

Потом резко схватил миссис Фаул за волосы, оторвал вцепившуюся в мать Дору, и развернул лицом к охотнику.

Плачущую младшую сестренку, Дон прижала к себе, с ужасом наблюдая за происходящим, и проклиная себя за то, что познакомилась с этим чудовищем Маркусом.

– Эрик, – прошептала женщина, глядя на мужа.

– Никола, прости меня. Я только хотел отомстить за нашего сына, – с болью прошептал охотник.

– Эрик, я люблю тебя, – по лицу миссис Фаул покатились слезы.

Маркус с холодной улыбкой наблюдал за этой сценой, а затем с беспристрастным выражением на лице свернул Николе шею и отбросил тело на пол.

– Мразь! – вне себя закричал охотник и снова дернулся из рук вампира, за что Дерек так сжал его шею, что Эрик начал задыхаться.

– Я тебя предупреждаю последний раз. Сиди тихо и не дергайся, – процедил сероглазый вампир.

– Мама, нет! – громко зарыдала Дон, уткнувшись Доре в плечо, одной рукой стуча от безысходности по мягкому сиденью дивана, другой прижимая маленькую сестренку к себе. Девочка больше не плакала, а лишь пустым взглядом смотрела пустым взглядом, не моргая и застыв как статуя, куда-то в одну точку. – Нет! Нет! Нет! – Дон уже громко кричала не в силах остановиться.

– Что нравится? – усмехнулся Маркус, смотря на охотника. – Мне тоже нелегко терять членов своего сообщества. Те двое, которых ты убил, были мне как родные, коими являются все вампиры из клана моего отца. И я буду истреблять таких сволочей, как ты, которые уничтожают вампиров, а у моих сородичей тоже есть свои жизни, семьи. Я понимаю, что ты мстишь нам за сына. С какой-то стороны даже уважаю, но ты попался и теперь ты увидишь, как умрет вся твоя семья.

Сын главы клана посмотрел на Дон. Девушка перестала истереть и округлившимися от ужаса и страха глазами уставилась на некогда парня своей мечты.

– Нет, нет, – замотала головой девушка. – Я не хочу, – она крепче прижимая к себе Дору, вжалась в спинку дивана.

– Не трогай моих дочерей, пожалуйста, – с мольбой и болью в голосе попросил Эрик.

– Как же ты жалок, – с презрением проговорил Маркус, на миг, скользнув взглядом по охотнику, а потом повернулся обратно к его дочерям.

Парень взял, лежащую на сиденье розу и протянул ее Дон.

– Возьми, дорогая, – попросил он.

Девушка лишь со страхом смотрела на Маркуса.

– Возьми, – повторил сын главы клана, в его голосе зазвучали угрожающие нотки.

Дон протянула дрожащую руку и сжала цветок в пальцах.

– Забери девочку, – Маркус повернулся к стоящему рядом с охотником и Дереком, Джесси.

Блондин подошел к дивану и, взяв Дору за руку, отвел девочку в сторону. Малютка как марионетка пошла за Джесси. Девочка была напугана происходящим ужасом, а после того как увидела смерть матери впала в шоковое состояние.

– Только тронь ее, вампирский выродок, – процедил охотник, повернув голову в сторону Джесси.

– Молчи, – прошипел Дерек, дернув Фаула за волосы.

– Моя милая, – Маркус нежно провел тыльной стороной ладони по щеке Дон. – Такая молодая, такая красивая… Но для представителей моего рада ты ничто. Лишь жалкая обертка в венах которой течет вкуснейшая для нас жидкость.

Дон с полными ужаса глазами наблюдала за действиями вампира. Слезы ручейками текли по ее щекам.

Сын главы клана положил руку на пальцы Дон, в которых она держала розу, и крепко сжал их. Дон вскрикнула от боли, ее нежную кожу поранили острые шипы розы, и по ладони на обивку дивана потекли тонкие струйки крови.

Мистер Фаул дернулся из рук Дерека, за что получил удар в солнечное сплетение. Задыхаясь, охотник согнулся пополам. Сероглазый вампир схватил его за волосы и поднял голову, заставляя смотреть на то, что Маркус творит с его дочерью.

Черноглазый вампир наслаждался страхом, видимым в глазах Дон. Парню нравился бешеный стук ее сердца, а кровь приправленная страхом всегда вкуснее.

Сын главы клана вынул розу из дрожащей руки Дон. Раскрыл ладонь девушки и провел по ней языком, слизывая вытекавшую из маленьких ранок, красную жидкость. Запах пьянил парня, заставляя просыпаться голод. Маркус последний раз пил кровь тех отморозков на улице, это было несколько дней назад. За это время парень успел проголодаться. Сердце самого Маркуса быстро заколотилось, предвкушая трапезу. Но еле поборов жажду и не дав себе просто вцепиться девушке в шею и напиться до полного насыщения, парень оторвался от ее ладони, поднял голову и заглянул Дон в глаза.

– Ты познакомила меня со своей матерью, теперь я хочу познакомить тебя с моими друзьями, – на лице Маркуса заиграла нехорошая улыбка.

Дон со страхом посмотрела на двух других вампиров. Почуяв запах крови, они пожирали девушку хищными, голодными взглядами.

– Они будут рады вкусить молодой девичьей крови, – вполголоса произнес Маркус, затем схватив Дон за локоть, поднял упирающуюся девушку с дивана. Девушка понимала, что обречена, но не могла допустить, чтобы из нее, как из простого 'стакана' выпили кровь кровососущие уроды. Терять было нечего, и Дон не боялась, что Маркус не выдержит и просто свернет ей шею. Она даже наделась на то, что ее убьют быстро. Девушка кричала, царапалась, оставляя на коже Маркуса царапины, которые тотчас заживали. Сын главы клана наслаждался отчаяньем Дон, его темной стороне души нравились ее крики и мольбы о помощи. Ну, а больше Маркусу нравилось видеть боль охотника, на глазах которого мучают собственную дочь. Ведь весь этот спектакль для него.

– Нет, не делайте этого! – закричал Эрик, несмотря на все предупреждения сероглазого вампира, он стал рваться из его рук, но Дерек ударил его по голове. От сильного удара в глазах Фаула потемнело и он, потеряв сознание, распластался на полу.

– Пусти! Пусти меня! – кричала Дон, вырываясь и пытаясь укусить Маркуса.

– Нет, милая, – прошипел сын главы клана, заломив руки девушке за спину и прижав ее к себе. – Кусаемся здесь только мы.

После этих слов вампир схватил девушку за шею и кинул Дон в висевшее на стене зеркало длинной в половину роста человека. Ударившись о зеркальную поверхность, девушка вместе с осколками упала на пол.

Боль охватила все тело Дон. Глотая слезы, прямо по осколкам, не замечая, что режет себе руки и тело, девушка поползла. Она не знала куда, но ей хотелось скрыться подальше от Маркуса и всего этого ужаса.

Маркус усмехнулся, а потом подошел к девушке, стараясь не дышать. На полу, на осколках зеркала, да и на самой Дон было слишком много крови. Парень боялся не сдержаться. Звериная натура просилась наружу, клыки стали длиннее. Маркус полностью затаил дыхание и, вспоминая, как его учили в детстве подавлять голод, поднял Дон за подмышки, потом кивнул своим друзьям:

– Кушать подано, господа, – сказав это, парень толкнул Дон в объятья Дерека.

Сероглазый вампир впился девушке в шею, а блондин, отойдя от Доры, в запястье.

Маленькая девочка, как бы очнулась, увидев и осознав весь ужас происходящего она хотела убежать, но Маркус быстро метнулся к ней и, заглянув в глаза, приказал:

– Стой тут.

Повиновавшись гипнозу, малютка осталась стоять на месте. Маркус удовлетворенно улыбнулся и отошел от нее. Скользнув взглядом по кормящимся друзьям, он посмотрел на охотника, лежащего на полу в бессознательном состоянии.

Сын главы клана подошел к нему и легонько пнул ногой в бок. Эрик медленно стал приходить в себя. Полностью очнувшись и увидев перед собой Маркуса, вскочил на руки.

Сын главы клана даже ему не помешал. Эрик посмотрел куда-то ему за плечо. Маркус с улыбкой проследил за его взглядом.

– Ублюдки! Сволочи! – закричал Эрик, смотря на безвольно повисшую в руках вампиров Дон. Охотник метнулся к ним, но был остановлен ударом ноги Маркуса.

– Сердце твоей дочурки еще бьется, хочешь ее спасти, сразись со мной. Если тебе удаться меня победить я вас отпущу, даю слово. Но знай, каждая секунда на счету, сколько еще Дон сможет протянуть. Я даже обеспечу тебя оружием, авось тебе, и убить меня удастся.

Джесси оторвавшись от запястья Дон, вынул из-за пазухи кинжал с длинным лезвием, покрытый серебром и протянул его сыну главе клана, тот в свою очередь отдал его охотнику.

– Все с самого начала могло закончиться так, простым боем. Я давал тебе шанс, ты его не принял и вот что получилось…

Не дослушав Маркуса, Эрик, дико взревев, кинулся на вампира, направляя острие кинжала ему в сердце.

Маркус с легкостью увернулся и, оказавшись у охотника за спиной, толкнул его на пол. Эрик быстро поднялся и снова бросился на вампира. Они дрались не больше пяти минут. Надо отдать должное охотнику техники боя он был хорошо обучен, но проигрывал быстрому вампиру, учителя приемов боя, которого были заметно лучше. Или сын главы клана лучше обучился этому делу. В итоге Маркус вырвал оружие из рук Эрика, обхватил его голову руками, и тяжело дыша, после боя, прошептал:

– Все-таки ты очень слаб и жалок и зря выбрал охоту на нас. Это совершенно не твое…

После этих слов вампир свернул ему шею. Потом посмотрел на своих друзей. Они уже не пили кровь Дон, девушка была мертва. Ее широко открытые, остекленевшие глаза были направлены в потолок. Маркус взял лежащую на диване розу и бросил ее на тело Дон. А потом повернулся к застывшей, слово статуя Доре и направился к ней.

– Не стоит, она ребенок, – схватил его за локоть Джесси. – Мы загипнотизируем ее, и девочка ничего не вспомнит.

– Не факт, – проговорил Дерек, белым платком, стирая с губ кровь. – Такой удар по психике. Через несколько лет, если ее что-то подтолкнет, она может начать вспоминать.

– А это чревато дурными последствиями. Мало как Дора себя поведет. Она может стать для нас опасной. В любом случае мы не можем рисковать. Нельзя жить людям со знаниями о нас.

Джесси покачал головой

– Это всего лишь маленькая девочка.

– Она всего лишь пища, как и все остальные люди, – ответил сын главы клана.

– Джесси, Маркус прав. И лучше выкини из головы эту ненужную жалость и прибереги ее для представителей нашего рода, – проговорил Дерек.

Блондин опустил глаза.

Маркус подошел к Доре и присел возле нее на корточки.

– Я всегда хотел иметь младшую сестренку, – проговорил он, проведя пальцами по густым волосам девочки. – Заботиться о ней, учить уму разуму. А имею только старшую сестру, которая меня всему старается научить и вечно лезет со своими упреками и советами.

Малютка, дрожа от страха, смотрела на вампира, но от пережитого не могла сказать, ни слова.

– Прости меня, – прошептал на ухо ей Маркус, а потом воткнул ей в шею свои клыки.

Закончив пить, он аккуратно опустил тело девочки на пол и выпрямился в полный рост.

– Сожгите здесь все и уходим, – не поворачиваясь к друзьям, дал распоряжение сын главы клана.

* * *

В погруженной во тьму комнате, перед большим окном в обитом кожей кресле, сидел Маркус. В одной руке он держал бокал, в другой бутылку виски, найденную у Дерека в комнате. Налив жидкость в бокал и разом, выпив все содержимое, Маркус поморщился. Отложив бутылку на подоконник, парень взял оттуда же графин с красной жидкостью внутри. Сын главы клана налил кровь в стакан и пусть он сегодня был уже сыт, нужно было избавиться от противного вкуса виски.

' Как люди пьют это', – подумал парень, делая глоток крови и став стакан на подлокотник. Откинувшись на спинку и сцепив руки на животе в замок, Маркус посмотрел в окно, в темное ночное небо.

Сын главы клана вернулся в особняк два часа назад. Первым делом зашел к отцу и рассказал, как все прошло. Потом после, его похвал в плохом расположении духа ушел в свою комнату, предварительно попросив у Дерека бутылку виски, чтобы утопить невеселые мысли в вине. Но затея не удалась. Убийство семьи охотника не вызывало у Маркуса бурной радости. Нет, стало легче, что на одного убийцу вампиров стало меньше. Да и жалко представителей семьи Эрика ему не было, просто все это ему вновь напомнило о матери. Только в этот раз палачом был он. Он хотел заставить охотника испытать ту же боль потери, что сам испытал, когда убили его мать. Но почему-то не радовался проделанной работе, потому что уподобился оборотням, убившим его мать.

'Начало положено и назад пути нет, – подумал Маркус. – Я должен продолжать охоту на убийц вампиров. И убрать все свои чувства'.

Размышляя парень, закрыл глаза и сам не заметил, как заснул.

Открыв глаза, Маркус увидел, что возле окна стоит девушка в белом длинной до пят платье, и смотрит на убывающую луну.

– Кто ты? Что здесь делаешь? – приподнявшись на кресле, спросил Маркус.

Девушка повернула к нему свое бледное лицо.

– Мама, – удивленно выдохнул парень, узнав знакомые и родные черты.

– Что ты наделал. В кого ты превратился. Эта дорога приведет тебя во тьму. Остановись пока не поздно.

– Я не могу, – пожирая мать глазами, произнес Маркус, как он был рад видеть ее. – Я сплю? – спросил он, понимая, что наяву это происходить не может.

– Я не чувствую в тебе раскаяния о содеянном. Я потеряла тебя, – по щекам Миранды текли слезы.

– Я не мог поступить иначе.

– Мог. Выход есть всегда. Ты переступил черту, я больше никогда не явлюсь тебе. Мне больно видеть в кого превращается мой сын, и понимать, что я ничего не могу сделать. Прощай навсегда…

– Нет! Постой! – воскликнул Маркус, подпрыгивая на кресле, и вместе с этим проснулся, теперь уж по-настоящему. При этом случайно скинув с подлокотника стакан с кровью, тот упал на пол, разбившись.

Маркус часто дыша, разглядывал пространство комнаты, потом успокоившись нагнулся над разбившимся стаканом.

– Прости мама, но я никогда не стану таким как ты хочешь. Это не мой путь, – прошептал Маркус, смотря на расползающиеся по осколкам стакана и пола ручейки крови…

Глава 5

Маркус внезапно прервал рассказ и со вздохом выговорил, откидываясь на спинку водительского сиденья:

– Нужно сделать передышку. У меня язык уже не шевелиться и я просто… не могу вспоминать дальше. Не сейчас…

Дождь закончился. О том, что он шел, свидетельствовали лишь мокрые следы и маленькие лужи на асфальте, блестящие в свете стоящих возле дороги фонарей. Наверное было уже совсем поздно, ночь полностью вступила в свои права, окутав город темным покрывалом. Они уже давно приехали к дому Маркуса и сидели в машине уже долгое время.

Но Кейт так вслушалась в рассказ Маркуса, так живо представляла все, о чем он рассказывал, что совершенно потеряла счет времени.

Девушка нервно теребила пальцами ремень безопасности, смотря в одну точку. Ее колотило мелкой дрожью. История вампира ужаснула девушку.

Сколько Кейт раньше знала о Маркусе? Он был для нее порой наглым, заносчивым, эгоистичным и даже опасным и грубым. Она все это принимала, прощала несносные поступки, потому что была уверена, что любит этого вампира, надеялась, что он поймет, что любовь – это самое важное чувство на земле, без которого невозможно жить. Но сможет ли все это понять тот Маркус, которого она узнала в рассказе. Тот жестокий вампир, ради защиты клана способный на убийство ребенка. Использующий девушек только для удовлетворения своих потребностей. Те кого он затащил в постель являлись вампиршами, его сородичами, которых он поклялся защищать. А сам же разбивал им сердца, похлеще воткнутого в сердце осинового кола.

Маркус потерял мать, которую очень сильно любил и винил себя, что был слаб и не смог ее спасти. Кейт понимала чувства парня, понимала его жгучую ненависть к врагам вампиров. Желание Маркуса быстрее вырасти и преуспевать в каждом деле. Все это сводилось к мести за мать, долг перед сородичами и уважением отца. И убивал он так жестоко семью охотника, пытаясь страданиями других заглушить свою боль, заставив Эрика пройти то через, что прошел сам.

По мнению Кейт это было жестоко и эгоистично. Семья Фаул еще и до Маркуса знала о боли. От рук вампиров они потеряли одного из родных. Эрик поэтому стал охотником, он тоже как Маркус решил мстить врагам и защищать своих. Но как говорится в войне побеждает сильнейший.

Если на некоторые вещи Кейт скрипя сердцем, могла закрыть глаза, но только не на убийство маленькой девочки. Невинного существа, не знающего еще жестокости мира, ребенка у которого вся жизнь была впереди, а Маркус все это разрушил. Если бы он захотел то мог подсуетиться и найти другой вариант, нежели убийство, но люди же для него были едой… Дети, взрослые… все одно.

' А почему 'были'? – вдруг задалась вопросом Кейт. – Сильно ли он изменился? От любви он также бегает, на людей смотрит с презрением, принимает только тех, кто по его мнению этого достоин. Надо отдать должное, тому, что решив пойти по дороге, которую хотела для него мать, он хоть больше никого не убивает. Но по нему видно, что воле матери он подчиняется через силу. Не его это. Маркус сейчас словно воин в клетке, которого не пускают на войну махать мечом для уничтожения врагов. Я не знаю окончания его истории, но он говорил, что весь его клана погиб из-за оборотней. Почему же Маркус не возвращается к вампирам, они бы нашли, куда его пристроить? Тем более с таким древним происхождением. Наш Марк же сын главы клана и прапрадедушках у него самый старейших из ныне живущих вампиров, с такими корнями и с жаждой мести врагам его с руками оторвут. Но нет, он мучается. Но живет среди людей. Сколько же в тебе еще загадок, Маркус Страстенберг? И можно ли тебя изучить до конца?'

Девушка посмотрела на парня. Он расслабленно сидел с закрытыми глазами, откинувшись на спинку сиденья, будто спал. Но Кейт знала. что это не так, парень отдыхал от рассказанного, воспоминая о прошлом давались ему тяжело. Не из-за совершенных убийств и плохих поступков, врят ли Маркус о чем-то сожалел. Из-за случившегося потом. Ему трудно было вспоминать своих друзей и отца. Вот тут Кейт было очень жаль его. Порой плохой, жестокий, но в тоже время ранимый, нуждающийся в тепле и заботе.

Кейт смотрела на Маркуса. На уже ставшие родными черты его лица, привычную дорогую одежду, идеально сидевшую и подходившую ему. Не все парни умеют так одеваться, что приятно смотреть, и все подобрано правильно.

' Вот и здесь он пытается быть лучше. Пусть ему будет и совершенно наплевать на свою внешность, но он все равно станет одеваться так, чтобы выглядеть на высоте', – подумала Кейт.

Маркус открыл глаза и, выпрямившись на сиденье, посмотрел на девушку.

– Почему молчишь? Тебе нечего сказать? Часть моей истории совершенно не впечатлила? – спросил он, в фразе прозвучала ирония.

– Я… я не знаю, что сказать, – заикаясь, выговорила Кейт, в ее голове была каша. Девушка не знала, что теперь думать о Маркусе. Некоторым его поступкам было оправдание, некоторым нет. Где-то он вызывал жалость, а где-то желание убить, чтобы эта мразь больше не ходила по земле и никому не смогла причинить вред. Где-то Маркус был нежен и заботлив, а где-то зол и бессердечен. Все смешалось в одно. Кейт не могла понять, чего же в этом человеке или точнее вампире больше – добра или зла?

– Наверное, теперь я кажусь тебе совершенно плохим? – усмехнулся Маркус, прищурив глаза.– В прошлом я творил разные вещи, причем я рассказал тебе еще не все. И ни капли не жалею о совершенном. Я действовал в интересах своего клана. Ты бы тоже защищала свою семью.

И тут Кейт поняла одну вещь, из-за которой пропасть между ними стала еще больше. Он вампир, она человек. В этих словах весь смысл. Они слишком разные, у них разное восприятия мира, поступков. Но главное она всегда будет на стороне людей, а он вампиров.

Девушка не понимала, чем влюбила в себя этого холодного парня.

' Вот только он любит или хочет обладать? Ведь и ушел он после убийства Карнелии не только потому что желал мне лучшей жизни, боясь погубить меня. Не только по причине, что я смертна, а он бессмертен. В первую очередь он бежал от чувств. Он не хочет никого любить. И я уверена, что в будущем он планирует вернуться к своим, чтобы продолжить борьбу против врагов своего рода, а там я ему вместе с 'любовью' на фиг не нужна. Господи, при первой нашей встречи наши отношения были обречены на провал, а я дурочка все на что-то надеялась'.

– Спасибо за рассказ. Теперь я полностью убедилась в том, что мы не пара. Я наверное. Как и все другие Мари, Дон была околдована твоей красотой и обаянием и не понимала, какие мы разные. Ты творил столько ужасных поступков в прошлом. Но и правда мало изменился. Любовь не ценишь, людей все равно считаешь пищей, охотник готов и дальше убивать. Стоит вспомнить твой план, по которому ты хотел покончить с Брауном. Тогда ты обманул даже меня.

Маркус сдвинул брови и опустил взгляд. Но что это успела заметить на его лице Кейт. Горечь? Или сожаление? Да не может этого быть.

– Я рад, что ты, наконец, это поняла. И мы сможем расстаться без всяких сожалений и надежд на будущие отношения, – пустым голосом произнес парень.

Он выглядел почему-то ранимым, в глазах не было ни обычной, присущей ему насмешки, ни холодности. Сейчас посмотрев на Маркуса, невозможно было поверить, что это он четыре года назад с жестокостью расправлялся с семьей охотника.

Поднявшиеся при встрече с Маркусом настроение опустилось полностью. Захотелось запереться где-нибудь, где никто не достанет и дать рвущимся на волю слезам. Кроме облегчения осознание всего, придавало и боль. Кейт же все-таки любила Маркуса. Но порой нужно и, правда, думать головой…

– Тебя отвезти домой или мы будем праздновать твой день рождения? – Маркус снова улыбался.

' Быстро он справляется с переживаниям. Мне бы так', – мысленно позавидовала ему Кейт, а вслух ответила:

– Я не вернусь домой пока там мой отец. Но и… – она хотела сказать, что не может сейчас даже общаться с Маркусом, ни говоря о дне рождение. Кейт смотрела на этого парня и видела того, кто убивал, того у кого руки по локоть в крови. А этими самыми руками он раньше обнимал и ласкал Кейт. Это невыносимо.

Еще девушке стало страшно. Живо было утреннее воспоминание, как он схватил ее за шею. Тогда в его глазах было столько злобы и ненависти. Он мог легко убить Кейт.

' Он же не человек, вампир. Почему раньше до тебя не доходил смысл этих слов', – укорила себя Кейт, потом взяла в руки, подаренную Маркусом игрушку. Такую милую, заставляющую непроизвольно улыбаться.

– Я чувствую, что после моего рассказа между нами выросла еще большая стена, – тщательно проговаривая слова начал Маркус, наблюдая, как Кейт гладит голову игрушки, будто это живой котенок. – Я знал, что так будет. Правда, ожидал. Что ты громко раскричишься и приплюсуешь мне еще кучу грехов, даже не совершенных мной. Ты оказалась более спокойной и благоразумной. Я сволочь. Причем, которая старается подавлять в себе лучшие качества, а не стремится стать лучше. Я понимаю, ты добрая девушка, всегда всех жалеешь и тебе, узнав обо мне столько грязи, трудно со мной общаться. Хочется уйти, забыть и больше никогда не вспоминать. Я рад такому исходу. Конечно, лучше было бы если б я поведал тебе свою историю после того, как мы отпраздновали твой день рождении. У тебя хоть осталось какое-то светлое воспоминание об этом дне…

– А давай, – Кейт подняла голову и встретилась глазами с Маркусом. – Отпразднуем.

' Пусть хоть последнее воспоминание о нем будет светлым', – подумала девушка.

* * *

Пока Маркус завозил машину в гараж, Кейт ждала его, держа в одной руке торт, другой прижимая к груди игрушку. На улице было прохладно, свежо после прошедшего дождя, и спокойно. Как Кейт хотела, чтобы в ее душе поселилась спокойствие.

Закрыв гараж и ища в связке нужный ключ от входной двери дома, Маркус подошел к Кейт.

– Идем, – кивнул парень, дотронувшись до плеча девушки. От этого прикосновения она вздрогнула, по телу прошли знакомые мурашки. Парень, увидев реакцию Кейт, поспешно убрал руку и пошел открывать дверь.

Находясь в прихожей и снимая верхнюю одежду Кейт, хоть была здесь не в первый раз, отметила впервые насколько все чисто и аккуратно, не хватает какой-то мужской небрежности.

' Аристократ что с него взять, а они терпеть не любят небрежность', – подумала Кейт. Она задумалась, неужели Маркус сам убирает свой дом? Представление о том, как сын главы клана вампиров, праправнук самого главного старейшины скачет по дому в фартуке с пылесосом и тряпкой, повысило настроение.

Маркус проходя на кухню, оглянулся и сдвинул брови, заметив, как Кейт сама с собой улыбается.

– Я не сумасшедшая, – выпалила девушка, встретившись с ним взглядом.

– Все вы так говорите, – усмехнулся Маркус, потом поставил коробку с тортом на кухонный стол и принялся рыться в навесных шкафчиках.

Кейт почувствовав себя неловко, попыталась выглядеть серьезной.

– Давай сюда торт, – сказал Маркус, доставая из шкафчика два блюдца и две чашки.

Кейт поставила его рядом с Маркусом на кухонную тумбу.

Парень снял пластиковую крышку и, вынув из деревянной подставки нож средних размеров, задумчиво почесал затылок.

– О чем думаешь? – спросила Кейт.

– Есть или не есть? Вот в чем вопрос, – шутливо ответил он.

– Это твое право, – пожала плечами девушка.

– В честь твоего дня рождения, побалую себя человеческой пищей, – улыбнулся парень, посмотрев на Кейт. Он хотел выглядеть веселым и беспечным, но глаза выдавали его настоящее настроение. Кейт первый раз видела Маркуса таким грустным и ранимым. Сейчас он как никогда походил на обычного парня, и трудно было поверить, что он, пусть и в прошлом, был жестоким убийцей, и что его руки по локоть в крови.

'Интересно, в чем причина его плохого настроения?– подумала Кейт. – Во мне или в воспоминаниях прошлого, где он потерял всех своих родных?'

Девушка достала из карманов джинсов телефон и включила его. Экран отобразил двадцать пропущенных вызовов. Часть из которых принадлежала матери, а другая Мэри. Кейт испытала угрызения совести, она убежала, а они должно быть место себе не находят от волнения за ее непутевую.

Девушка оставила телефон включенным, если мать или сестра позвонят, она ответит и сообщит, что с ней все хорошо.

Маркус разрезал торт, умело орудуя ножом. Кейт поежилась, представив, как живя в клане, он расправлялся с врагами с помощью холодного оружия.

Этот парень мог быть совершенно разным: милым, нежным, заботливым, романтичным. А потом внезапно измениться и стать жестоким, грубым и язвительным. Но Кейт не могла собрать все эти качества воедино и составить полную картину, чтобы понять каким же является Маркус, чего в нем больше: добра или зла? Когда он вел себя, как полный ублюдок, Кейт начинала считать его неисправимой сволочью. Когда становился нежным и ласковым, хотелось простить ему все на свете.

' В нем слишком много тайн. Он непредсказуем, что очень пугает. Часть истории его прошлого приоткрыла его некоторые секреты, показала настоящую личину Маркуса. Нет, нельзя сказать, что он был полностью злодеем. Его душа была окутана тьмой, но в глубине ее всегда горел неяркий свет, не давая тьме до конца подчинить Маркуса, – размышляла Кейт. Она так устала от этих дум, но ничего не могла поделать, они сами лезли ей в голову. – Сегодня мы с ним вместе в последний раз, а с завтрашнего дня я начну новую жизнь, в которой Маркусу Страстенбергу будет не место. Пусть я до сих пор люблю его, даже после того, как узнала, что он творил в прошлом. Но Маркус слишком глубоко в моем сердце, полностью я его никогда не смогу забыть'.

Вампир поставил чайник и разложил два кусочка торта по тарелочкам, затем спросил, повернувшись к имениннице:

– Может, посидим в моей комнате? Там поуютнее и моя спальня внушает мне спокойствие и умиротворенность.

Кейт пожала плечами:

– Как хочешь, – ей было трудно разговаривать с Маркусом. Да и не хотелось вовсе. Девушка жалела, что согласилась отпраздновать с ним день рождения. Находиться с ним рядом было невыносимо и тяжело. Хотелось убежать, далеко, далеко. Скрыться в какой-нибудь норе, чтобы ее никто не нашел и забыть, забыть Маркуса. Сейчас Кейт завидовала героиням, из просмотренных фильмов и сериалов, в которых они теряют память.

– Может тебя и правда отвезти домой. Я поговорю с твоим отцом. Он больше не обидит тебя, это я обещаю, – сдвинув брови, предложил парень.

Кейт сделала страшные глаза и замотала головой. Она пришла в ужас от представления того, как Маркус может поговорить с ее отцом.

– Я бы пальцем его не тронул, – парень, словно прочитал мысли девушки, потом вздохнув, прибавил:

– Ладно, тогда идем в мою комнату. Выпьем чая, съедим по кусочку торта и спать. А завтра я отвезу тебя домой. Возможно, твой отец уже уехал, а если и нет, то я поговорю с ним. Он не имеет права. так отзываться о своей родной дочери или… не родной. – Маркус сдвинул брови, и чуть склонив, голову на плечо, посмотрел на Кейт.

– Я тоже думала, что он не мой отец. Я на него даже не похожа, но мама твердо сказала, что не изменяла ему, и сомнений нет – он мой отец. Просто из-за моих снов, которые сбываются других вещей, он считает меня дочерью тьмы. Он никогда меня не любил. Мне было так больно, я всегда хотела, чтобы у меня был нормальный отец, – глаза Кейт наполнились слезами.

Маркус подошел к ней и провел пальцами по щеке девушки.

– Мы с тобой оказывается в чем-то даже и похожи. Тебе не хватало отца, его твердости и защиты, а мне матери, ее доброты и ласки. Я понимаю, здесь я действительно понимаю твою боль, испытав тоже самое. Но тебе больнее. Моя мать умерла, и я знал, что она любила меня, а твой отец жив и никогда не любил тебя. Он дурак, как можно не любить собственное дитя, свою родную кровь. Пусть ты и владеешь какими-то необычными способностями, но они даже с магией не связаны. Твой отец не разобравшись ни в чем, посчитал тебя злом и отказался от тебя. Это говорит о его суеверности и необразованности. Такой человек не годится в отцы.

Кейт задрожала от прикосновения Маркуса. Тонкий аромат его туалетной воды щекотал ноздри и сводил с ума. Кейт захотелось прижаться к груди парня, позволить ему себя обнять и утешить. В его глазах она увидела понимание и сочувствие. Такому Маркусу она доверяла и безумно любила. Образовавшаяся между ними стена стала тоньше. Парень смотрел Кейт, в глаза нежно водя пальцами по щеке, стирая остатки слез.

– Как бы я хотел, чтобы на твоем лице всегда сияла радостная улыбка, и никогда не было слез, если только не считать слез счастья, – прошептал Маркус. – А вместо этого постоянно причиняю тебе боль.. За мои грехи, по мне уже давно осиновый кол плачет. Я сделал столько зла, а испытываю угрызения совести лишь к тебе, ну еще… к Мари. Во мне слишком много тьмы и это мне нравится, тебе было нужно бежать от меня прочь как только ты узнала о том, кто я, а уж тем более не влюбляться. Я всегда удивлялся, почему девушки так легко на меня велись. Неужели все дело в моей красивой роже, или в моей лапше, которую я вешал им на уши, чтобы заманить в постель?

– Они может на это, и велись, но я разглядела в тебе светлые стороны, правда, их ты проявляешь довольно редко. Вот сейчас ты тоже их проявляешь, – заметила Кейт.

– Вот за это я себя и ненавижу, – усмехнулся Маркус, опуская руку и отходя от девушки.

В этот момент заиграла мелодия звонка на мобильном Кейт. Девушка подумала, что это либо мать, либо сестра звонят, но номер оказался

– Привет, раздался в трубке бодрый голос одноклассника. – Я тебе не мешаю? Не разбудил?

– Да, нет, – протянула Кейт, из-за произошедших событиях она совсем забыла о симпатичном новеньком.

– Как ты смотришь на то, чтобы сходить завтра прогуляться, – сразу взял быка за рога Джастин.

– Я не знаю, просто у меня сейчас некоторые проблемы. Давай ты мне завтра позвонишь, и мы все решим, – ответила девушка и бросила взгляд на Маркуса.

Лицо вампира превратилось в беспристрастную маску. В его прищуренных глазах плескалось доселе не виденное Кейт выражение.

– Тогда я звякну тебе в обед. Надеюсь, ты примешь мое предложение встретиться. Обещаю, что смогу скрасить наше времяпровождение и ты не пожалеешь о нашем свидании, – уверенно произнес одноклассник.

– Какое смелое заявление, – улыбнулась Кейт, отвернувшись от Маркуса. Разговаривая при нем с парнем, она, почему то чувствовала себя неловко и казалась себе предательницей.

' Да, что я все! – мысленно отдернула себя девушка. – Маркус мне никто, мы с ним даже встречаться не начинали. К тому же я собралась начинать новую жизнь, в которой ему не будет места. Ему и прочей мистической чертовщины!'

– Постараюсь оправдать его в полной мере, – по голосу Джастина было понятно, что он улыбается. – Тогда до завтра, красавица, сладких снов.

– Пока, – у Кейт потеплело на душе. Как давно она не слышала от парней таких нежных слов, без иронии, сарказма и упоминаний о чувстве любви, ничем иным, как о слабости. Девушка понимала, что нельзя так быстро поддаваться чувствам. Тому примеры Дэн и Маркус. Нужно для начала узнать человека поближе, чем она займется завтра. Сейчас она устала, и ей хотелось ни о чем не думать, а просто отдохнуть, но находясь с Маркусом это совершенно невозможно.

Вздохнув, девушка убрала телефон в карман джинсов и повернулась к вампиру.

– Вот мне интересно, почему ты не побежала за утешением к своему дружку, а сидела и пускала слезы в одиночестве? – ядовито осведомился Маркус. – Могла мне сразу сказать, что нашла себе парня, а то сразу согласилась поехать ко мне.

– Ты подслушивал наш разговор! – возмущенно воскликнула Кейт

– Извини, я не виноват, что у меня острый слух. Я не мог не услышать или скажешь, мне нужно было уйти в другую комнату, – жестко ответил Маркус. – А что ты мне сегодня утром плела про наши отношения, если у тебя новое увлечение?

– Я с ним только сегодня познакомилась и приглашает он меня еще только на первое свидание. С тобой мы во всем разобрались и теперь моя личная жизнь не твое дело! – воскликнула Кейт, а потом, сощурив глаза и понизив голос, прибавила:

– Ты ревнуешь.

– Что?! – несколько фальшиво засмеялся Маркус. – Я ревную?! С чего это? Если ты помнишь, я первый понял, что быть нам вместе нельзя. Это ты все бегала за мной.

– Теперь не буду бегать! – воскликнула Кейт. – По твоему рассказу я поняла, сколько в тебе говна! Ты считаешь себя лучше всех. И тебе неприятно, что я согласна на полный разрыв наших отношений, а ты, наверное, хотел, чтобы я всю жизнь страдала и бегала за тобой. Тогда ты в любой момент мог прийти ко мне, наплести ласковых слов, побыть добрым и нежным, я бы растаяла и вновь поверила, что между нами, что-то может быть. А ты бы бессовестно этим воспользовался. И теперь узнав, что мной тебе больше не поиграть, да я еще нашла себе парня, ты злишься и начинаешь ревновать.

– Я взбесился, потому что подумал, что ты с ним УЖЕ встречаешься, – тщательно проговаривая слова, спокойно ответил Маркус. – Мы месяц не виделись, за это время, согласись, могла десяток парней поменять. Помнишь, как было с Дэном? Ты начала встречаться с ним, а нравился больше я. До того как узнала о моей сущности, без всяких зазрений совести поехала со мной в торговый центр, а могла просто послать куда подальше, ведь было понятно, что покупка шарфа всего лишь предлог. В моих планах было таким образом позвать тебя на свидание, о чем я потом, правда, много раз пожалел, было ошибкой поддаваться чувствам… И потом встречаясь с Дэном, чуть мне не признавалась в любви. Не такая ты уж и святая, Кэти.

Кейт опустила глаза. От упоминаний о Дэне сердце сжалось в комок и нещадно заныло.

– Да, я не идеальна. Возможно я поступала неправильно, – подтвердила девушка. – Но в жизни мы имеем право выбирать. Тогда я не могла определиться кто лучше. И если бы случилось так, что Дэн не оказался бы козлом и не пытался меня изнасиловать, а ты был человеком. Я бы сделала выбор, но бросать кого-то из вас было бы невыносимо тяжело, я бы страдала не меньше, осознав, как я обнадеживала того.

– Мне скоро будет плохо от переваривания ваших человеческих чувств, – Маркус со вздохом опустился на круглый металлический стульчик, стоящий возле стального столика. – Ты слишком чувствительная, мне уже кажется, что это ощущается в воздухе и режет мне сердце. Все закрыли эту бесконечную тему отношений, все точка, баста! Хватит мучить друг друга! Сейчас мы идем наверх поздравим тебя с днем рождения, а дальше как друзья и никто больше: съедим торт, посмотрим какую-нибудь киношку, и ляжем спать. Подчеркиваю, ты ляжешь в комнате для гостей, а то подумаешь чего-нибудь не то, – слова парня звучали буднично, но в глазах опять появилась грусть, но вдруг она исчезла, и на смену ей пришло опасное выражение:

– Только, пожалуйста, не стоит больше меня в чем-то обвинять. Я такой какой есть и точка. Просто посидим. А если ты, снова начнешь говорить, какая бесчувственная скотина. То, соответствуя этому образу, я без всякого зазрения совести, вышвырну тебя из дома. Пусть на улице ночь, но не страшно, ты можешь позвонить тому парню и поплакаться ему в жилетку, он же не такой, как я, он тебя правильно поймет и приласкает, – каждое слово, особенно последние предложения, так и сочились ядом.

Произнеся это, Маркус поднялся со стула быстро разлил чай по чашкам и двинулся по направлению к своей комнате.

Его слова даже мысли Кейт вогнали в ступор. Она ничего не могла подумать, к тому же так устала от Маркуса и проблем с ним, что просто молча, наблюдала, как он наливал чай, а потом также ни говоря ни слова, пошла вслед за ним.

Вскоре взору Кейт предстала уже знакомая спальня Маркуса. Те же серые с черными витиеватыми узорами обои, мягкий серый ковер, та же мебель, и также чувствовалось, что здесь живет мужчина. Девушку приятно удивило, что в этот раз в комнате царил легкий беспорядок. На заправленной постели валялись в полной неразберихе учебники, папки, листы с напечатанным текстом, это напомнило Кейт, что Маркус пусть и тонкими ниточками, но связан с миром людей. Он учится, общается с однокурсниками, вот с ними, как она заметила тогда на вечеринке, Маркус вел себя, как вполне обычный парень.

' Может я просто не замечала его пренебрежения к ним или же ему не хватает друзей, в клане их роль выполняли Джесси и Дерек, вот он решил заменить их однокурсниками', – подумала Кейт, но на душе внезапно стало теплее.

Плюс университетским принадлежностям, на кровати лежала гора рубашек. А на компьютерном столе, кроме черной толстовки с капюшоном, оставшаяся часть учебников и папок, в прошлый раз. Как помнила Кейт, они лежали аккуратной стопкой, теперь разбросаны по столу в беспорядке.

Маркус похоже забыл в каком состоянии оставил свою комнату и сейчас остановившись возле двери, растерянно созерцал весь этот бардак.

– А… эээ, – невнятно пробурчал парень.

Кейт пожалела, что у нее нет с собой видеокамеры. Грех не снять такого Маркуса, ведь такое выражение на его лице большая редкость, она даже видела его впервые. Это ее позабавило. Маркусу не хватало только густо покраснеть, но для него это было бы слишком, так что кожа вампира так и оставалась чуть бледной.

У девушки был телефон, в нем была камера, но Кейт не стала рисковать, он бы не дал записать на себя компромат, позорящий его честное имя беспристрастного, сволочного вампира.

– Я говорил, что утром собирался поспешно, а потом мне приспичило позаниматься, затем я поехал к тому и не успел убраться, – оправдывался Маркус и прибавил:

– Я сейчас все соберу, – затем, не смотря на Кейт, поставил поднос с чашками и тарелочками на прикроватную тумбочку и принялся собирать с постели рубашки.

Кейт не могла сдержать улыбки. Ведь было в Маркусе, что-то человеческое, мало, но было…

Девушка подошла к кровати и взяла в руки одну из папок. В ней аккуратным, со старательно, немного резко выведенными буквами, была записана лекция о уголовно-наказуемых статьях закона.

Кейт даже немного позавидовала красивому подчерку Маркуса, в школе практически всегда ей доверяли подписывать открытки учителям и писать надписать на плакатах, ее подчерк считали очень аккуратным, но по сравнению с написанным Маркусом, он мог показаться неаккуратным и, ни шел в никакие сравнения.

Кейт вздохнула и закрыв папку, посмотрела на Маркуса, вешающего рубашки в шкаф.

– Давай я тебе помогу, – предложила она.

– Помоги.

Через десять минут в спальне снова царил идеальный порядок. Маркус сел на кровать и взял поднос.

– Если я уже начал вести себя как свинья, устроив бардак в комнате, то давай наплюем на весь этикет, которым мне в свое время прожужжали все уши и поедим прямо на кровати.

Кейт пожала плечами.

– Подожди. – Маркус оставил поднос на постели, а сам подошел к компьютерному столу, открыл ящик и вынул оттуда черную сумочку, и достал из нее ноутбук. Затем взял со стала флэшку и вернулся на кровать. – Мне Том недавно скачал фильмы…

Парень раскрыл ноутбук, включил его и всунул флэшку.

– … Я, правда, сам еще не знаю какие. Сейчас мы что-нибудь выберем…

– Только не ужастики и не… про вампиров, – попросила Кейт.

Маркус поднял глаза с экрана ноутбука на нее, потом опустил их назад.

– Как скажешь, – выговорил он. – Только любовную лабуду, я смотреть не буду…

– Я же сегодня именинница, – напомнила Кейт. – Вот я бы посмотрела что-нибудь на типа 'Титаника' или 'Ромео и Джульетты'.

– Ты смерти моей хочешь, – снова поднял глаза на девушку вампир.

Кейт присела возле него и стала изучать список фильмов. После небольших споров они пришли к единому выбору посмотреть фильм 'Шанхайский полдень'. Джеки Чан и Оуэн Уилсон сыграли забавные роли, и сюжет довольно интересный.

Маркус приподняв подушку к стенке, привалился к ней спиной. Кейт села рядом, стараясь не дотрагиваться до Маркуса.

Парень поставил ноутбук и поднос между собой и Кейт, так чтобы удобно было тянуться к чашкам, и удобно было смотреть фильм.

Весь просмотр они просидели, молча, пив чай и поедая торт. Кейт быстро съела свой кусочек, а Маркус справился с этим лишь к концу фильма. Отложив поднос с посудой на туалетный столик, он залпом допил остатки чая.

– Какой же этот торт сладкий, – поморщился парень. – Нужно было себе поменьше отрезать. Моему желудку он совсем не понравился.

Уже шли титры, Кейт засыпала. Ей было так уютно, тепло и хорошо, что это быстро ее сморило.

Губы Маркуса дрогнули в улыбке, когда он, приподнявшись на постели, посмотрел на Кейт.

– Давай, я провожу тебя в комнату для гостей, – предложил он.

– Кейт кивнула и нехотя стала подниматься с кровати. Вдруг тишину прорезал дверной звонок. Это немного взбодрило девушку. Сдвинув брови, она посмотрела на Маркуса:

– Кто это может быть?

– Я не знаю, – пожал плечами парень. – Ко мне в два часа ночи обычно никто не захаживает…

Маркус прислушиваясь к каждому шороху и готовый даже к нападению вышел из комнаты и спустился вниз. Кейт увязалась за ним, заставить ее остаться не получилось. Маркус со вздохом бросил это дело и попросил держаться за его спиной.

Они уже вошли в прихожею, как звонок повторился.

Маркус, попросив Кейт, остаться позади, отпер замок и раскрыл дверь.

У Кейт отлегло от сердца, поздним гостем оказался Джордж Браун. Пусть она и была с ним мало знакома, но увидев, очень обрадовалась, этот мужчина ей очень нравился… как хороший человек.

– Ну и что тебе нужно? – с сарказмом спросил Маркус, скрестив руки на груди.

– Надо срочно поговорить, – ответил охотник на вампиров, он удивился, увидев здесь Кейт.

' Я же говорила ему, что не общаюсь с Маркусом. Надеюсь, он не думает, что я его обманула', – подумала девушка.

– И о чем же? – в том же тоне спросил Маркус. – Долго объяснять. Это очень важно. Выйдем на улицу, покурим.

Вампир поднял брови.

– На улице?! Покурим?! – усмехнулся он. – А под курткой у тебя нож с серебряным лезвием и пистолет с пулями из этого же металла.

– Не бойся. Мне очень хочется тебя грохнуть. Но я пришел не за этим, – с сарказмом ответил Браун. – Кейт наверно предупреждала тебя.

– Не боишься, что я сейчас, когда ты потеряешь бдительность, грохну тебя, – в тон ему произнес вампир, в его глазах зажегся дьявольский огонек.

– А я не потеряю бдительность.

Ответом охотнику послужила таинственная улыбка.

Затем Маркус повернулся к Кейт:

– Иди спать, где комната для гостей ты знаешь.

– Да, иди. Слушать наши разговоры не стоит. Меньше знаешь, крепче спишь. Лучше тебе не вникать в мир сверхъестественного и не знать о тварях, на которых я сейчас охочусь, – прибавил Браун.

Мысли в голове Кейт путались. Она так устала, и согласно кивнув, и пожелав всем спокойной ночи, пошлепала на второй этаж

' Хватит с меня сверхъестественного', – подумала она.

Вскоре Кейт легла в постель. Белье пахло приятной свежестью, а одежда девушки пропахла запахом туалетной воды Маркуса. Стараясь не думать о нем и вообще ни о чем, Кейт закрыла глаза. Сон практически сразу принял ее в свои успокаивающие объятия.

Глава 6

Проснувшись довольно рано утром и, не найдя Маркуса в его спальне, Кейт спустилась вниз. В гостиной никого не оказалось, тогда девушка, на ходу приглаживая волосы, вошла на кухню.

Маркус сидел за столом, положив ногу на ногу и откинувшись на спинку металлического стула. Несмотря на девятый час утра довольно бодрый, как всегда аккуратен, дорого и модно одет, в серой рубашке, надетой на выпуск и верхние пуговицы которой были расстегнуты, обнажая грудь, и в черных джинсах. В правой руке парень держал раскрытую кожаную папку и изучал ее содержимое. Рядом на столе стояла чашка с кроваво красной жидкостью, которая являлась явно не томатным соком…

– Доброе утро, – не отрываясь от конспекта, произнес Маркус. Потом взял чашку, сделал глоток и поставил ее обратно. – Не рано встала?

– Хоть я старалась ни о чем не думать, но, похоже, все отложилось в моем сознании, и мне всю ночь снилась девушка, просившая меня помочь тебе, – ответила Кейт, прижимаясь спиной к стене, возле двери кухни.

' А еще она просила не уходить от тебя и что только настоящая любовь может спасти твою душу', – но вслух этого Кейт не сказала.

Маркус поднял глаза на девушку. В его взгляде читалось удивление.

– Что за девушка? – немного растерянно спросил он.

– Красивая, темноволосая. Как я еще ее опишу, она не представилась. Это просто сон, потом мне вообще снилось, как вы с Брауном напились и танцевали, обнимаясь под медленную романтическую песню…

Маркус округлил глаза, потом поперхнулся и закашлялся.

– Кейт… ты правда… хочешь моей смерти, – сквозь кашель выговорил парень. – Ты… говорила, твои сны иногда сбываются… не дай Бог…

Девушка, схватив с тумбы стакан, кинулась к раковине, заполнив его водой, протянула Маркусу.

Парень в три глотка осушил его, глубоко вздохнул и поставил на стол.

– Не говори мне больше таких вещей связанных с Брауном, иначе меня инфаркт хватит. Именно инфаркт. Пусть мое сердце в десятки раз сильнее человеческого, такой новости даже оно не выдержит. Меня аж затошнило. Какая же ересь тебе сниться. Да вы порочны, милочка.

– Я?! – указала на себя пальцем девушка. Как же ей сейчас нравился Маркус. Насмешливый, но добродушный. Ей вдруг, так не захотелось, уезжать от него, выбрасывать из своей жизни… Как бы то ни было, кем он не являлся, но она успела привыкнуть к нему…

'Не факт что настроение у него не поменяется, и он не станет опять холодным и злым. Потом будешь жалеть, что вновь поддалась чувствам. Маркус – убийца, воин по натуре. И как бы он ни старался он не может себя изменить. У него, несомненно, есть чувства ко мне, но это не любовь. Он не может любить, потому что не понимает истинное значение этого чувства'.

– Пойдем со мной, – Маркус встал со стула, взял Кейт за и повел за собой.

– Куда мы идем? – недоумевала Кейт.

Маркус молчал. Они поднялись на второй этаж. Парень завел Кейт в свою комнату, где отпустил ее руку и подошел к письменному столу.

– Маркус, что? – сдвинула брови девушка? Наблюдая, как он роется в ящике стола.

Закрыв ящик, парень подошел к Кейт, держа в руках фото.

– Что ты скажешь о ней? – спросил он, протягивая фотографию Кейт.

Девушка взяла ее в руки. Оттуда на нее смотрела темноволосая девушка из сна Кейт…

– Это…

– Моя мать, – закончил Маркус.

– Она мне снилась. Это точно она, но как? Почему? – Кейт недоуменно посмотрела на вампира.

– Пусть она умерла, но даже после смерти продолжает оберегать меня. Хочет, чтобы я стал лучше. Вот только она зря старается, – горько усмехнулся Маркус.

– Именно зря, – кивнула Кейт, проводя пальцем по гладкой поверхности фотографии. Девушка, изображенная на ней, совершенно не походила на вампира. От нее исходили тепло, и доброта, а видя ее милую улыбку, трудно было удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ. Миранда была слишком похожей на человека. Она жила, чувствовала, любила, не предаваясь каким-либо принципам. Мать Маркуса хотела научить этому Маркуса, впустить в его сердце тепло. Отчасти ей все-таки это удалось… В глубине его души поселилась искра света, если бы не она, то Маркус давно превратился бы уже в полностью бесчувственного монстра. По сравнению, с которым, тот Маркус из прошлого казался бы ангелом. Но эта искра света слишком глубоко в его душе, к тому же в ней слишком много тьмы.

– Ты соглашаешься со мной, потому что считаешь, что такие ублюдки как я не исправляются? – усмехнулся Маркус, с интересом посмотрев на Кейт.

– Потому что ты сам не хочешь, – девушка перевела с фото взгляд на парня. – Ты пытаешься и делаешь все через силу, ради матери. Но не можешь переступить через себя, побороть отвращение к людям, как к низшим существам. Ведь даже меня…

– Как это ни странно, но как ни крути, я не могу воспринимать тебя как низшее существо. Я пытался… но не получается. От осознания мысли, что я испытываю чувства к человеку, мне раньше становилось противно. Но противно было, что ты человек, а сама ты, твоя личность и сущность все равно манили меня. Это трудно объяснить, но надеюсь, ты меня понимаешь. И знаешь, – Маркус усмехнулся, – … я с какой-то стороны пожалел, что рассказал о своем прошлом. Я эгоистичная сволочь и как я уже много раз повторял, прекрасно это осознаю. Моей натуре порой нравилось, что ты чуть ли не бегаешь за мной, уговариваешь встречаться, я буквально видел, что ты любишь меня. Правда, меня часто еще и раздражало твое поведение, потому что ты заставляла и меня чувствовать любовь к тебе или что-то типа этого. Я запутался и не понимаю чего хочу… Любить, обладать, забыть. Все смешалось в одно… – тут Маркус замолчал и сдвинул брови. Затем его красивое лицо скривилось, и он выговорил:

– Господи, я стал походить на тебя. Мусолю и мусолю разговоры о наших отношениях. Разбираю, то, что уже было сказано много раз. Да и в этих разговорах нет больше никакого смысла, все уже решено, только мозги трахать.

Вдруг в кармане джинсов Кейт завибрировал мобильник. От неожиданности, поглощенная в невеселые мысли девушка, вздрогнула, чем заслужила насмешливый взгляд Маркуса.

– Джастин, наверное, звонит, не терпится договориться о встречи, – усмехнулся вампир.

Кейт проигнорировала его слова и достала телефон.

'Мама', – прочитала она на экране и почувствовала себя эгоисткой. Ни мать, ни Мэри ни в чем невиноваты, все отец… А она убежала, и даже не послала сообщение, что все хорошо. А ее два самых близких и родных человека сходят с ума, гадая все ли с ней в порядке.

– Да, мам, – ответила Кейт.

– Ты где? С тобой все в порядке? – раздался в трубке взволнованный голос мисс Олсен.

Девушка испытала новый укор совести, ее сердце болезненно сжалось. Она так любила свою семью и не хотела заставлять их переживать и испытывать боль. Но вчера все вышло спонтанно. Сначала Маркус, потом отец, нервы Кейт не выдержали, и она убежала, не думая ни о чем. Ей хотелось скрыться и побыть одной.

– Со мной все хорошо, – ответила Кейт, крепче сжимая мобильник.

– Твой телефон… был выключен, мы с Мэри всю ночь не спали, боясь, что с тобой что-нибудь случилось и что после того, что наговорил отец, ты могла с собой что-нибудь сделать, – дрожащим голосом, в котором слышались слезы, произнесла мать.

– Простите, я не хотела с вами так поступать, – с виной в голосе извинилась девушка.

– Мы не дадим твоему отцу больше тебя обидеть. Возвращайся домой…

– Он еще там? – спросила Кейт. Меньше всего ей сейчас хотелось видеть отца.

– Да, но у него поезд через два часа…

– Вот когда уедет, тогда я и вернусь. Я не хочу его видеть. Еще раз простите, – сказав это, Кейт нажала на отбой и, опустив глаза, посмотрела на фото Миранды, которое до сих пор держала в руке. Девушке никогда не хотелось мучить свою мать, также как Маркус.

– Зря, – произнес вампир.

– Что? – Кейт подняла на него взгляд.

– Не нужно бегать от трудностей. Ты должна вернуться домой пока твой отец еще там, этим ты покажешь, что не боишься его, не боишься его слов и что ты сильнее.

'А ведь он прав, – промелькнуло в голове у девушки. – Нельзя позволять отцу выгонять меня из собственного дома, нельзя показывать, что его слова меня задевают'.

– Поехали, – кивнула она, протягивая фотографию Миранды Маркусу.

На лице вампира появилась довольная улыбка. Он взял фото и, посмотрев на него, положил на компьютерный стол.

– Только, пожалуйста, не бей моего отца, – попросила Кейт. – Пусть он и ублюдок, но все-таки мой отец…

– Не беспокойся. Я же говорил, что могу решать вопросы не только физической силой…

* * *

Через полчаса Кейт вместе с Маркусом стояла на крыльце своего дома и нажимала на звонок.

Дверь открылась и на пороге появилась мисс Олсен. Ее глаза были красными от слез, от чего Кейт снова испытала жгучее угрызение совести, а в сердце больно закололо.

– Дорогая, моя, – облегченно вздохнула женщина и обняла дочь. Вот сейчас Кейт осознала, насколько сильно мать любит ее.

– Прости меня, – прошептала девушка.

– Это ты прости, нельзя было пускать Джека…

– Тебе не за что извиняться… Я же знаю, как ты любила его, – ответила Кейт.

Тут мисс Олсен подняла голову и заметила Маркуса.

Парень с глубоко запрятанной болью и грустью в глазах, наблюдал за трогательной сценой между матерью и дочерью.

– Здрасте, – поздоровалась мисс Олсен, с легким удивлением и настороженностью разглядывая темноволосого парня в дорогом драповом пальто.

– Здравствуйте, – вежливо ответил Маркус.

Кейт отстранилась от матери и встала боком между ней и парнем.

– Мам, это Маркус, – представила его девушка, потом прибавила:

– Мы с ним просто знакомые. И вчера он мне помог, если бы не он, то пришлось ночевать на улице под дождем…

– Мам, кто тут? – послышался из прихожей голос Мэри. А скоро за спиной мисс Олсен показалась сама девушка. Увидев Кейт, Мэри облегченно вздохнула:

– Ну и заставила ты нас поволноваться, сестренка. Я все понимаю, но не следовало слушать этого пьяного шизофреника.

Тут Мэри увидела Маркуса. Потом посмотрела удивленным, вопросительным взглядом на младшую сестру. Кейт не успела ничего объяснить, как пройдя мимо матери и Мэри, на крыльцо вышел отец.

– Вернулась, доченька, – усмехнулся он и перевел взгляд на Маркуса. Глаза мистера Коллинза расширились, и в них отразился страх…

Вампир был выше, намного ловчее и проворнее, и что уж там говорить сильнее неповоротливого, привыкшего проводить время на диване перед телевизором с банкой пива или бутылкой виски отца Кейт. Мистер Коллинз прекрасно понимал, что если завяжется драка, он проиграет другу дочери. Это Кейт прочитала в его глазах и не без злорадства мысленно усмехнулась.

– А ты еще кто такой? – совсем недружелюбно спросил мистер Коллинз. Его голос звучал смело, но это была всего лишь показуха, страх продолжался плескаться в глазах мужчины.

– Вам не кажется, что вы слишком грубо разговариваете со своей дочерью? – холодно спросил Маркус.

Даже Кейт вздрогнула от звука голоса вампира. От парня так и веяло опасностью. В воздухе повисло напряжение, даже мисс Олсен и Кейт затаили дыхание и боялись пошевелиться, ожидая исхода разговора. Они тоже чувствовали волны опасности, исходящие от Маркуса, только не знали кто он на самом деле и на что способен…

А Кейт знала… Ей вдруг стало страшно за отца, пусть Маркус и обещал только поговорить с ним, но можно ли ему доверять? Джек пусть и боится, но будет через силу показывать, что он не слабак… Он может наговорить лишнего, а станет ли Маркус это терпеть…?

– Она! – мистер Коллинз кивнул в сторону Кейт. – Не может быть моей дочерью!

– Джек прекрати! – воскликнула мисс Олсен.

– Замолчи! – прошипел мужчина, делая останавливающий жест рукой.

Бритни умолкла и упустила глаза.

Мэри вцепилась пальцами обеих рук в ее локоть.

– Как же не ваша? – усмехнулся Маркус, в его черных глазах появилась насмешка. – Я вижу схожие внешние черты. Сразу их не увидишь, но они есть.

– В ней тьма, – процедил Джек. – Почему этого не чувствует никто кроме меня, даже ты, Бритни, – он повернулся к бывшей жене.

– Прости, – покачала она головой, в ее глазах стояли слезы. – Наша дочь милое и доброе создание. Уходи, Джек, здесь никто больше не хочет слушать твой бред.

– Ты прекрасно знаешь, что это не бред, – прошипел мистер Коллинз. – Но игнорируешь это.

В ответ мисс Олсен покачала головой и, борясь со слезами, закрыла лицо ладонью левой руки и отвернулась.

Маркус сдвинув брови, задумчивым взглядом осмотрел Кейт, как бы ища в ней подтверждение словам ее отца.

Девушка замерла.

' А вдруг Маркус ошибся и во мне есть что-то темное, – в ужасе подумала она. – Я лучше умру, чем стану чем-то злым'.

Похоже, повторный поиск темноты ничего не дал. Лицо Маркуса расслабилось, а взгляд говорил:

' Твой отец и, правда, псих'.

Кейт испустила мысленный вздох облегчения.

– Вас попросили уйти, – голосом, от которого бросало в дрожь всех присутствующих, напомнил Маркус, повернувшись к мистеру Коллинзу.

– Это мое дело уходить или оставаться, молокосос, – Джек сделал шаг к вампиру.

Кейт сглотнула, понимая, что он зря это сделал, если он разозлит Маркуса, то все может закончиться весьма кроваво. Но пока вампир казался совершенно спокойным, холодным и беспристрастным, только вот, что творилось у него в душе неизвестно. И не знать, о том, что он чувствует, было страшнее, чем, если бы он орал и злился.

– Вы же не хотите, чтобы я выкинул вас отсюда? – сдержанно спросил Маркус. В его глазах так и было написано, что если Джек не уйдет, он и правда его выкинет.

Кейт похолодела от ужаса. Оставалось надеяться только на благоразумие отца. Девушка чувствовала себя беспомощной, она хотела что-то сделать для избежания страшного исхода разговора между двумя мужчинами, но знала, что ее никто не послушает. Маркус все равно сделает, как захочется ему.

' Все-таки хорошо, что до меня дошло осознание его сущности. Маркус – страшное и опасное существо и никакие его нежные слова, и порой примерное поведение этого не исправят. Внутри его живет хищное и темное животное, мнение которого Маркус всегда разделяет', – подумала девушка, ее сердце колотилось с бешеной скоростью, руки, несмотря на прохладную температуру воздуха, вспотели.

– Ты мне будешь угрожать?! – отец Кейт указал на себя пальцем и сделал еще шаг к Маркусу. Теперь их разделяло расстояние в длину половины руки. Мистер Коллинз понимал, что может получить по роже и волновался не меньше Кейт, но упрямый характер не давал отступить.

– Я даже не начинал вам угрожать, – похоже, терпению Маркуса начал приходить конец, его глаза опасно сузились. Потом парень посмотрел на Кейт.

'Пожалуйста, ты же обещал', – мысленно взмолилась девушка, посылая ему просящий взгляд.

Маркус неглубоко вздохнул и выдохнул и вновь посмотрел на Джека, встретившись с ним взглядом. Отец Кейт внезапно побледнел и отступил на шаг, в его глазах отразился ужас.

Маркус не понимая такой перемены, сдвинул брови.

– Я же говорил… говорил, – забормотал Джек. – Я предупреждал…

После этого мужчина быстро сбежал с крыльца и направился прочь от дома, оставив всех остальных в недоумении. Маркус задумчиво смотрел ему вслед, пока мужчина не скрылся из вида. Кейт совсем не понравился его взгляд. Поведение отца тоже было ей непонятно.

'Чего он так резко испугался Маркуса и что он бубнил? – не понимала девушка. – Неужели и, правда, сошел с ума'?

– Да он свихнулся, – словно прочитала мысли младшей сестры Мэри.

Наконец все смогли выдохнуть с облегчением и порадоваться, что все обошлось без кровопролития. Воздух разрядился, и стало будто свободнее. Вот только ореол опасности, исходивший от Маркуса, так и остался. Парень выглядел напряженным и задумчивым.

– Давайте зайдем в дом, – растерянно предложила мисс Олсен. Ее мысли тоже были далеко. – Маркус, выпьете с нами чаю, – обратилась она к вампиру.

Кейт почему-то вспомнился из рассказа Маркуса, ужин в семье Дон. Как сначала парень играл роль милого молодого человека, а потом открыл свое настоящее лицо – чудовища…

Маркус скользнул взглядом по Кейт и будто бы понял, о чем она думает или просто видел, что она хочет, чтобы он ушел или сам захотел уйти…

– Извините, я не могу. Мне нужно ехать, – ответил парень.

– Тогда до свидания, – выдавила улыбку мисс Олсен. Было видно, что после истории с Джеком ей тяжело на душе.

С этими словами женщина ушла в дом. Мэри, скользнув взглядом по сестре и Маркусу, направилась за ней. Послышался звук закрываемой двери, и Кейт осталась наедине с вампиром.

Вокруг все казалось безжизненным и мрачным: корявые, потерявшие листву деревья, затянутое серыми тучами небо, подгоняемые по земле легким ветром желтые листья… Осень… Вот также серо было и у Кейт сейчас на душе и это далеко не только из-за отца…

– Мне показалось, будто твой непутевый родитель понял, кто я такой и поэтому свалил, – задумчиво протянул Маркус.

– Что?! – удивленно и недоверчиво спросила Кейт. – Этого не может быть, тебе показалось. Он просто испугался, что ты его побьешь. Отец итак переступил через себя, построив из себя мачо, а на самом деле трясся, как заяц. Под конец у него не выдержали нервы, он сдался и сбежал…

– Ты сама веришь в то, что говоришь? – усмехнулся Маркус, засунув руки в карман пальто.

– Либо у него и правда съехала крыша, и он принял тебя за нечисть и не обязательно за вампира. Твои глаза порой пугают, – последнее предложение Кейт произнесла, понизив голос до шепота. – А если у него не в порядке с головой это его только подтолкнуло. Ты же не думаешь, что он связан с охотниками на вампиров?

– Заметь эта идея сама пришла тебе в голову. Я об охотниках даже не заикался, хотя подумал, – произнес Маркус, внимательно смотря на Кейт, будто ища в ней что-то. – Я не могу ничего утверждать точно, почему твой отец шарахнулся от меня и сбежал. Но я с уверенностью могу сказать, что я увидел в его глазах понимание и страх, если не дикий ужас. Может он и не понял кто я, мы можем узнать правду, только от твоего отца… Мне так и хочется его проверить…

Кейт вновь стало страшно. В глазах вампира появились дьявольские огоньки. Маркус даже сейчас готов защищать своих сородичей, а что будет если ее отец и правда связан с охотниками или сам им является?…

' Нет, не может быть. Будь он убийцей нечисти он бы меня убил еще в детстве. Хотя не факт, моя мать могла запретить… Господи, еще только с этим проблем не хватало. Но все хватит! Пусть все остается как есть, я не хочу ни о чем знать! Я просто хочу жить нормальной жизнью без сверхъестественного, без… вампиров… без Маркуса'.

Девушке не нравился задумчивый, горящий взгляд парня. У него на уме было явно проверить Джека Коллинза. А если подозрения оправдаются, Маркус просто убьет его. Беспристрастно, безжалостно, как убил семью Фаул.

'Чудовище, – так и вертелось в голове Кейт. – Красивый, холодный монстр…'

– Маркус, пожалуйста, оставь все как есть, – взмолилась Кейт, она сомневалась, что ее отец связан с охотниками. Но все равно боялась, что Маркус навредит ему. К тому же ей самой не хотелось узнавать того, что может откопать вампир. Она боялась узнать о себе что-то нехорошее, подтверждение слов отца. Кейт очень хотела нормальной жизни, нормального парня, семью, детей и никакой мистики…

'Как же жаль, что ты не человек, Маркус, – промелькнуло в голове у девушки. – Не будь ты вампиром, все могло сложиться совсем по-другому. Но значит не судьба. Жестокая жизнь диктует свои правила'.

Хоть Кейт все решила, но ей было очень больно принять это. Она любила Маркуса, но теперь должна отпустить его, забыть, как в свое время сделала и Мари. Она поняла, что с Маркусом у нее никогда не будет нормальных отношений, что он использовал ее, и, несмотря на любовь, заставила себя отвернуться от него. Нужно думать не только сердцем, но и головой. Маркус – хищник и он опасен, очень опасен, неизвестно, чего от него можно ожидать, можно ли ему доверять. Да и искренность его любви подвергалась сомнениям.

'Такой как он не может любить, только по-своему, в каком-то извращенном плане', – подумала Кейт.

– Я, – парень замялся, видно было, что ему нелегко уступать Кейт, ведь безопасность сородичей дороже, чем жизнь ее отца. Но увидев в глазах девушки страх, пообещал:

– Я не стану узнавать ничего о твоем отце. Пусть все останется тайной. Хотя… все тайное все равно когда-то становится явным…

На душе Кейт стало немного легче.

'Надеюсь, Маркус сдержит свое обещание', – подумала девушка. Поднявшийся ветер взъерошил волосы на голове Кейт и заставил вздрогнуть от холода, словно пронзившего насквозь. Пора было прощаться и теперь уж навсегда…

Маркус молчал, о чем-то размышляя, но уходить не спешил.

Кейт с болью смотрела на него и ждала, когда он соизволит уйти, а сама почему-то не решалась попрощаться и наконец-то скрыться за дверью своего дома, где царит тепло и уют и нет обжигающего холода, который словно исходит от Маркуса.

Вампир протянул руку к Кейт, как бы хотя дотронуться… утешить. Но девушка отшатнулась. Рука Маркуса замерла в воздухе, в черных как сама ночь глазах появилась грусть и понимание.

– Не надо, – покачала головой Кейт. – Не дотрагивайся до меня.

– Ты до такой степени стала меня бояться? – пустым голосом задал вопрос вампир.

– Да, – ответила девушка. – Но боюсь не только тебя, боюсь, что твое ласковое поведение снова меня обманет, и я поддамся чувствам и не захочу отпускать…

– Так не от… – начал Маркус, но осекся и замолчал.

Кейт поглощенная в свои переживания не придала этому значение.

– Уходи, пожалуйста! Не мучь меня больше, да и себя, – умоляла Кейт в ее глазах появились слезы.

Маркус опустил руку и проговорил:

– Прощай, – затем бросив последний взгляд на девушку, повернулся к ней спиной и пошел прочь.

Кейт смотрела ему вслед едва сдерживая слезы, готовые в любой момент теплыми ручьями пролиться по ее лицу.

' Нет! Хватит! Больше никаких слез. Маркус их не стоит. Ты наоборот должна радоваться, ведь теперь, ты можешь забыть о прошлом и начать новую жизнь, в которой не будет место сверхъестественному. Снова станешь, той же простой девушкой, какой была до приезда в Лондон. И проблемы будут вновь заключаться в том, что одеть, как хорошо закончить школу, как не разонравиться парню, а не как остаться в живых и доказать вампиру, что любовь – это самое теплое и доброе чувство на земле и оно несомненно ведет к свету'…

Глава 7

Не успела Кейт войти в гостиную, где на мягком бежевом диване сидели сестра и мать, как мисс Олсен задала вопрос:

– Этот… парень. Ты с ним встречаешься? – и, не дав Кейт ничего ответить, продолжила:

– Он слишком взрослый для тебя. А глаза у него черные… мне даже жутко стало. Взгляд властный, холодный… Я не спорю, парень красив, одет дорого и со вкусом, девушки я уверена на него так и вешаются, но не следует поддаваться внешнему обаянию. Я чувствую, что душа у него черная и ничего хорошего он тебе не принесет. Я понимаю, ты уже взрослая, и можешь сама решать с кем встречаться, но я надеюсь на твое разумное решение. Маркус тебе не пара, нутром чую.

– Мам, ты еще возьми пример с отца и скажи, что он дитя тьмы, – усмехнулась Мэри, откидываясь на спинку дивана.

'Ты даже не представляешь насколько сейчас права', – подумала Кейт. Она понимала беспокойство матери. Маркус в разговоре с отцом показал, насколько сильно опасен и позволил темноте, идущей из его души вырваться наружу и этим открыл часть своей настоящей сущности.

Кейт бросило в дрожь, когда она вспомнила взгляд Маркуса во время разговора с ее отцом. Холод и дьявольский блеск в глазах, затягивающих, словно в глубокий омут, все-таки у человека не может быть таких бездонных, гипнотических глаз.

– Мама, ты можешь не беспокоиться, между мной и Маркусом ничего нет, мы с ним лишь знакомые. Он помог мне и успокоил, за что я ему очень благодарна, но мы с ним больше не увидимся, – ответила Кейт и поспешила в свою комнату. В глазах девушки блестели слезы, и она не хотела, чтобы мать и сестра видели как ей плохо. Кейт нужно было оказаться в привычной уютной обстановке спальни и успокоиться. Она зареклась не реветь, и понимала, что окончательное расставание с Маркусом одна из самых правильных вещей в ее жизни, но на сердце все равно было невыносимо тяжело.

'Ты должна быть сильной, К тому же Маркус уже бросал тебя, после истории с Карнелией и теперь вы даже не начинали встречаться, просто увиделись два раза, первый из которых оказался совсем неприятным, так почему мне сейчас не намного легче, чем в ту ночь? Неужели мимолетная встреча, открыла не до конца зажившую рану на сердце? Неужели я и правда, так сильно люблю его… Ну все хватит! К черту мучить себя! К черту Маркуса Страстенберга с его дурацкими принципами, я узнала его настоящее лицо, поняла что он из себя представляет, теперь пора окончательно забыть и молиться, чтоб наши пути больше никогда не пересеклись'.

Кейт села на кровать и посмотрела на подарок Маркуса, который держала в руках. Первой мыслью девушки было выкинуть эту игрушку к чертовой бабушки в окно или в мусорку, чтобы не осталось воспоминаний и больше ничего не напоминало о неудачной любви. Но Кейт испытывала слабость к кошкам. Котенок пусть и был ненастоящий, но смотрел на нее такими невинными черными глазками, совершенно не похожими на холодные и жестокие глаза Маркуса, что девушке стало жалко его выкидывать. Она провела рукой по его гладкой, мягкой искусственной шерстке, встала с кровати, и, подойдя к шкафу, поставила наверх к другим мягким игрушкам, спрятав за белым зайцем. Пусть она не выкинула подарок вампира, но он не будет мелькать у нее перед глазами.

Затем Кейт подошла к окну, отодвинула штору и выглянула на улицу. Ничего не изменилось… Все та же пасмурная, противная осенняя погода. Хорошо хоть дождь не шел. Иначе он бы совсем похоронил когда-то бывшее хорошим настроение девушки.

Кейт после расставания с Маркусом чувствовала себя по-другому. Будто жизнь в кратчайшие сроки изменилась, заставив смотреть на давно привычные и знакомые вещи по-новому. Девушке казалось, что и изменилась и она, стала немного взрослее что ли…

Теперь она свободна, прошлого в лице Маркуса больше нет, она, наконец, отпустила его и может начать новую жизнь… Конечно глубоко в сердце осталось больно режущее чувство горечи, но Кейт была уверена, что со временем оно пройдет. Возможно через десяток лет она со смехом будет вспоминать все свои переживания. У нее будет своя семья любящий муж, не имеющий никакого отношения к сверхъестественному миру и дети, для которых она постарается стать заботливой матерью и воспитает хорошими людьми, без всяких идиотских принципов. И если встретит на улице Маркуса, ее сердце больше не дрогнет, а в мыслях будут слова: 'Как же было глупо любить его, не видя настоящую личину и страдать, губя собственную жизнь'. Проживет отведенную судьбой жизнь и умрет, унеся с собой в могилу знание о существовании вампиров и любовь к вампиру, от которой к тому времени останется лишь остывший пепел…

Кейт вздохнула, опустила штору и повернулась лицом к комнате.

Тут звенящую тишину нарушил звонок мобильного телефона. Сердце девушки радостно подпрыгнуло, когда она прочитала имя звонившего. Джастин именно тот, кто был ей сейчас очень нужен.

– Алло, – ответила Кейт.

– Приветик, – услышала она веселый, но без всякого сарказма, который привыкла слышать из уст Маркуса, голос одноклассника. – Ты еще не передумала со мной встретиться?

– Нет, – ответила девушка.

– Прекрасно, я очень рад. Я боялся, что ты пошлешь меня куда подальше, – также весело произнес Джастин. – Давай я к тебе часам к пяти подъеду, диктуй адрес.

– Хорошо, – улыбнулась Кейт. – Запоминай…

* * *

Ровно в пять часов вечера приехал Джастин. Кейт вышла из дома и подошла к стоящей возле обочины Тайоте цвета спелой вишни. Из салона выскользнул одноклассник и, улыбаясь, выговорил:

– А вот и наша красавица. Ты просто обворожительно выглядишь.

Кейт провела рукой по блестящим темным волосам и, заправив одну прядь за ухо и потупив взгляд, чуть смущенно ответила:

– Ты мне льстишь.

– Ничего подобного, ты только посмотри на себя – настоящий ангел, – от улыбки на щеках Джастина появлялись милые ямочки.

Кейт и правда сегодня основательно потрудилась над своей внешностью. Она хотела казаться по-настоящему красивой, забыть обо всех переживаниях и быть простой девчонкой. С помощью фена придала своим темным, густым волосам объем и надела широкий черный ободок. В макияже использовала серые и серебристые тени, черную тушь и карандаш. Девушка использовала косметики слегка больше, чем обычно и поэтому даже поначалу не узнала себя в зеркале. Прическа и новый макияж сделали ее другой, она казалось взрослее и элегантнее, а бежевый двубортовый плащ длинной чуть ниже бедер, с большими черными пуговицами, узкие темно-синие джинсы, сапожки на высоком каблуке, завершили образ утонченной леди. Маркус раскрыл бы рот, увидев ее. Раньше она одевалась со вкусом, но довольно просто, без особого шарма, а сейчас походила на модель из журнала.

За улыбкой Джастина скрывалась и легкая растерянность. Он не ожидал, что одноклассница так изменит свой образ. Парень просто пожирал девушку взглядом, в котором читалось восхищение, но между бровей пролегла глубокая складка.

Впервые за последний месяц Кейт почувствовала себя расслабленно и легко. Ее снова начала радовать жизнь и захотелось активных действий.

Смотреть в лучащиеся теплом карие глаза Джастина было намного приятнее, чем в холодные, гипнотические похожие на черную пропасть глаза Маркуса.

Но одноклассник не выглядел таким уж карамельно-плюшевым и добрым… В глубине его глаз читалась некая суровость и загадочность. Идеальные немного резковатые черты лица говорили о совсем непростом характере и твердости духа. Этим Джастин разительно отличался от Дэна. Погибший одноклассник был слишком простым, мелочным, да и выглядел младше своих лет. А Джастину Кейт не могла дать меньше восемнадцати, если не двадцати.

'Нуу, – мысленно протянула девушка. – Маркусу, например в шестнадцать, судя по его рассказу, удавалось выглядеть на два года старше. Внешне все взрослеют по-разному.

С повязанным на шее бежево – черным полосатым шарфом тонкой вязки, модной черной куртке, джинсах и ботинках Джастин выглядел просто потрясающе, но все равно он не мог затмить Маркуса… пока не мог.

'Мне просто нужно время', – подумала Кейт.

Джастин обошел вокруг машины и галантно распахнул переднюю дверцу и сделал приглашающий жест.

– Садитесь, пожалуйста, – улыбаясь, произнес парень.

Кейт не могла сдержать ответной улыбки. Одноклассник был так мил, что, несомненно, являлось плюсом для него. Кейт отвыкла от подобного обращения со стороны парней. Сначала она начала встречаться с Дэном, но это продлилось недолго, да и не походил он на романтика, и как оказалось, в его голове кроме секса ничего и не было. Потом Маркус, да он защищал ее от Карнелии, порой был тоже, очень мил и нежен, а в остальное время холоден и язвителен. С вампиром Кейт почти не могла расслабиться. Нет, конечно же присутствовали моменты, когда рядом с ним она чувствовала себя счастливой, но вскоре они сменялись очередным разочарованием. Джастин же казался совершенно другим: намного интереснее Дэна и проще Маркуса. Кейт понимала, что ей будет трудно полностью забыть вампира и переключиться на другого парня. К тому же она боялась довериться Джастину, боялась разочароваться в очередной раз. Но чем черт не шутит, не сторониться, же теперь парней весь остаток жизни.

Кейт села в салон и пристегнула ремень безопасности.

Джастин захлопнул дверцу и занял сиденье на месте водителя.

– Куда поедем? – спросила Кейт одноклассника, смотря, как он заводит машину.

– Можно припарковаться и прогуляться по набережной. Правда сейчас довольно прохладная погода, возле Темзы еще холоднее, но мне так нравится смотреть реку, на волны, дышать свежим, чистым воздухом. Скоро начнет смеркаться, а в сумерках там очень красиво. К тому же можно посмотреть на Биг Бен, Тауэр, конечно уже закрыт для посещений, но издалека тоже интересно полюбоваться.

– Любишь архитектуру и живописные места? – спросила Кейт.

– Считай это моей маленькой слабостью, – улыбнулся Джастин, на миг, оторвавшись от дороги и посмотрев на девушку.

'Маркус тоже любит достопримечательности и красивые места', – пронеслось в голове у Кейт. Девушка опустила глаза и посмотрела на свои руки и затеребила пальцами край плаща. От воспоминаний о вампире болезненно сжалось сердце.

– Я предлагаю погулять по северной части набережной, – сказал Джастин, при этом внимательно следя за дорогой. – Я больше люблю исторические достопримечательности и предпочитаю Биг Бен и Тауэр, чем пусть и знаменитое на весь мир колесо обозрения и здание мэрии в форме яйца,– одноклассник усмехнулся.

– Полностью с тобой согласна, – улыбнулась Кейт, посмотрев на парня. – Моя мама работает в музее и без ума от истории и древних вещей. Этот ее интерес похоже достался мне в наследство.

– Я рад, что наши увлечения сходятся, – Джастин оторвался от дороги и, встретившись с взглядом с Кейт, тепло улыбнулся.

От его улыбки на душе девушки стало радостнее и мысли о Маркусе отошли на второй план.

Они припарковали машину и через десять минут уже гуляли по набережной. Дул сильный, холодный ветер, пробирая до костей. Но Кейт этого не замечала, любуясь открывшимся видом. Серые тучи, затянувшие небо и сгущающиеся сумерки не портили прекрасной картины: широкой и темной глади воды, простирающейся вдаль, тяжелых волн, бьющихся о берег. Кейт перегнулась через невысокое кованное ограждение, чтобы посмотреть все это великолепие поближе. У нее просто захватывало дух от красоты Темзы.

– Смотри, свалишься, – веселым голосом предупредил Джастин, стоящий рядом.

– Не беспокойся, – Кейт выпрямилась и посмотрела на парня.

Девушка взяла парня под руку, и они зашагали вдоль реки.

По левую руку открывался вид на величественный и мрачный Тауэр – одно из старейших исторических сооружений Великобритании.

Кейт с интересом рассматривала в сумеречном свете его многочисленные башни, стены и жалела, что уже поздно и экскурсий в сам Тауэр уже не проводят. Но и со стороны было на что посмотреть, крепость поражала своей мрачностью и великолепием. Трудно было поверить, что история Тауэра насчитывает уже более девятисот лет.

– Я бы рассказал тебе об этой знаменитой крепости, но я даже не англичанин, поэтому сомневаюсь, что знаю, намного больше тебя, – произнес Джастин.

– Не думай, что я совершенно не знаю историю своей родины, – Кейт остановилась и встала напротив одноклассника. Ветер забирался под одежду и холодил кожу, девушка поежилась и, достав из кармана черные кожаные перчатки, натянула их на озябшие руки.

– Замерзла? – заботливо спросил Джастин и, придвинувшись поближе, положил руки на талию Кейт.

Девушка чувствовала исходившее от одноклассника тепло, смотрела в глаза. Из-за сгущающихся сумерек трудно было разглядеть их выражение, но Кейт осталась полностью уверенной, что они светятся нежностью и заботой.

Парень убрал одну руку с талии и провел тыльной стороной ладони по щеке девушки. От этого совсем невинного жеста по телу Кейт пробежала приятная дрожь, а сердце забилось быстрее.

– Редко встречаются такие девушки как ты, – прошептал Джастин, нежно очерчивая пальцем контур ее губ.

– Какие такие? – на одном дыхании, вполголоса прошептала Кейт, млея от легкой ласки парня.

– Интересные, настоящие, живые, а не безликие, пустые куклы в одежде от Гуччи и мечтами о богатом муже или горячем сексе с множеством мужчин, – ответил одноклассник, не отрывая взгляда от глаз Кейт и прижимая ее к себе еще крепче и чуть нагибаясь, что уменьшило расстояние между их губами.

Кейт, несомненно, нравился Джастин, и она хотела забыть Маркуса, но вампир прочно поселился в ее сердце, терзая и мучая его, и никак не хотел оставить, пускай она и отпустила его. Когда Кейт осознала, что они не пара, ей стало легче дышать, боль уменьшилась, но часть ее все равно осталось и придется еще потерпеть, пока она не исчезнет полностью.

Кейт встретилась с Джастином, чтобы узнать его поближе. Ей нужен тот, кто может затмить Маркуса, будет лучше его и займет прочное место в ее сердце. Но пока девушка не могла позволить Джастину себя поцеловать, перед глазами все время представал вампир, затмевая лицо одноклассника и не давая о себе забыть… Девушка не могла еще перевести отношения с одноклассником на новый уровень…

– Давай я расскажу о Тауэре, буду твоим гидом, – Кейт, высвободившись из объятий Джастина, повернулась к нему спиной и направилась ближе к крепости.

Парень пару секунд постоял, смотря вслед однокласснице, потом двинулся за ней.

– Итак, перед нами одна из главных достопримечательностей Великобритании, – с видом заправского экскурсовода начала девушка, указывая на Тауэр. Джастин с полуулыбкой слушал девушку, чуть склонив голову на бок и скрестив руки на груди. – На данный момент является одновременно памятником истории и музеем. Основание крепости Тауэр приписывается Вильгельму I. После нормандского завоевания Англии, Вильгельм I принялся возводить оборонительные замки для устрашения покорённых англосаксов. Одним из самых больших стал Тауэр. А еще здесь произошло много пыток и казней, чуть ли не в каждой башне кого-то травили и резали. Когда-то это была государственная тюрьма для высокопоставленных узников: королей и членов их семьи и представителей аристократии. В Тауэре были убиты Генрих VI, а та Репутацию зловещего места пыток Тауэр приобрел во времена Реформации. Генрих VIII, одержимый желанием иметь сына-наследника, разорвал всякие отношения с Римско-католической церковью и начал преследовать всех, кто отказывался признать его главой Церкви Англии. После того как вторая жена Генриха, Анна Болейн, не смогла родить ему сына, король обвинил ее в предательстве и супружеской измене. В итоге Анна, ее брат и четверо других особ были обезглавлены в Тауэре. Та же участь постигла Кэтрин Говард, пятую жену Генриха. Немало особ королевского рода, представлявших угрозу английскому престолу, были препровождены в Тауэр и затем казнены.

– Жутковатое место, – усмехнулся Джастин, засунув руки в карманы с интересом и жадным блеском в глазах рассматривая стены крепости. – Представь сколько там приведений.

– Да уж, – улыбнулась Кейт и дотронулась тыльной стороной ладони до покрасневших и замерзших щек и продолжила рассказ:

– Хотя в Тауэр были брошены тысячи заключенных, лишь пять женщин и двое мужчин были обезглавлены на территории крепости, что спасло их от позора публичной казни. Трое из этих женщин были королевами – это Анна Болейн, Кэтрин Говард и Джейн Грей, продержавшаяся на престоле лишь девять дней. Большая часть других казней – в основном обезглавливание – происходили на расположенном неподалеку Тауэрском холме, куда стекались огромные толпы любителей подобных зрелищ. Отсеченную голову надевали на кол и выставляли на всеобщее обозрение на Лондонском мосту в качестве предупреждения для остальных. Обезглавленное же тело увозили в Тауэр и хоронили в подвалах часовни. В этих подвалах было погребено в общей сложности более 1 500 тел.

В XVII веке Англия и Тауэр на какое-то время оказались в руках Оливера Кромвеля и парламентариев, но, после того как на трон был вновь возведен Карл II, тауэрская тюрьма особенно не пополнялась. В 1747 году на Тауэрском холме произошло последнее обезглавливание. Однако на этом история Тауэра как государственной тюрьмы не закончилась. Во время Первой мировой войны в Тауэр были заключены и расстреляны 11 немецких шпионов. В период Второй мировой войны там временно содержались военнопленные, среди которых несколько дней провёл и Рудольф Гесс. Последней жертвой, казненной в стенах крепости, стал Йозеф Якобс, обвиненный в шпионаже и расстрелянный в августе 1941 года. Но не только казни и убийства связаны с Тауэром…

Более 500 лет в Тауэре находилось главное отделение королевского монетного двора. Один из его самых бурных периодов пришелся на правление Генриха VIII, когда монеты чеканили из серебра, реквизированного из разрушенных монастырей. Кроме того, в Тауэре хранились важные государственные и юридические записи, а также изготовлялось и хранилось оружие и военное снаряжение короля и королевской армии. Ну, а еще здесь хранятся драгоценности Британской империи… Ну вот и все, что я могу рассказать тебе об этом месте.

– Вот так не фига себе, как хорошо ты все знаешь, – улыбнулся Джастин. – Тогда звание гида я полностью передаю тебе. Куда ты дальше меня поведешь?

– К Тауэрскому мосту, – девушка кивнула в сторону еще одной знаменитой на весь мир достопримечательности Великобритании.

Тьма почти полностью окутала город, и мост освещали тысячи ярких огней. Кейт и Джастин немного прошли по пешеходной дорожке этого монументального, всего сделанного из металла, кроме высоких башен, которые были обложены камнем, разводного моста и, положив руки на перила, залюбовались открывшимся видом. За спиной сновали туда-сюда машины, но это не портило захватывающего впечатления. С моста хорошо были видны и Тауэр и колесо обозрения, и лондонскую администрацию.

Сильный ветер трепал волосы и холодил кожу лица Кейт, но, несмотря на холод, она была счастлива. Впервые за последнее время. Ведь перед ней парень, который ценить 'любовь', она не могла знать насколько, но уж явно больше Маркуса. Джастин, когда шел вместе с Кейт из школы, сам говорил, что любовь нужно ценить и дурак тот, кто этого не делает…

– Ты ведь жил в Бухаресте, можешь рассказать о столице Румынии? – попросила Кейт, посмотрев на парня.

– Расположен на юго-востоке Румынии в центральной части Нижнедунайской низменности, на несудоходной реке Дымбовице. Является важнейшим экономическим и культурным центром страны, – усмехнулся Джастин, прищурив глаза. – Имеет множество достопримечательностей, одна из них Триумфальная арка и дворец парламента.

– А ты был в замке Дракулы? – с интересом спросила Кейт и тут же мысленно укорила себя:

'Опять свожу все к вампирам'.

– Да, – усмехнулся Джастин. – Но ничего сверхъестественного и выдающегося я там не видел. Замок стоит на вершине скалы. У него было много хозяев, но он не принадлежал Владу Цепешу. Замком Дракулы его прозвали по одной из версий, что господаря Валахии турки пытали в подвалах замка, а по другой он любил охотится в лесах, окружающих Бран и ночевал во время походов. Кстати ты наверное смотрела фильм 'Дракула' режиссера Копполы. Так вот он специально реставрировал замок для съемок фильма.

– Конечно смотрела. Этот фильм такой чувственный. В нем рассказывается о настоящей сильной любви. Пусть Дракула и чудовище, но он не виноват, в том, что стал таким. У него отняли самое дорогое и от отчаянья, безысходности, и того, что он служил церкви, а небеса так поступили с ним, отрекся от Бога и отдался тьме, чтобы отомстить… – воодушевленно проговорила Кейт.

С лица Джастина внезапно пропала улыбка, в глазах отразилась боль и горечь. Тяжело дыша, парень повернулся к реке и положил ладони на перила моста.

Кейт сдвинув брови, не понимая, что случилось, спросила:

– Что с тобой?

– Просто, ты мне кое о чем напомнила, – с трудом и болью в голосе выговорил Джастин, смотря на темную гладь воды. – Я встречался с девушкой, я безумной любил ее. А однажды мы гуляли ночью… На нас напали хулиганы и потребовали денег. Их было трое, к тому же они были старше меня в два раза, я ничего не смог сделать… Случайно они убили ее… Ты не представляешь, как я хотел отомстить и что я испытывал…

Парень свесил руки с перил и низко опустил голову.

– Она была красивой как ангелочек, мне так нравились ее золотистые кудри, обрамляющие нежное личико… Она как ребенок радовалась моим подаркам, первому снегу. Нежная, хрупкая, добрая, с чистой душой. Я не понимаю… почему это случилось?.. – в голосе Джастина слышалось столько тоски и боли, что у Кейт от жалости сжалось сердце. Она положила ладонь ему на плечо, чтобы подбодрить и поддержать, больш не зная как еще помочь.

– Мне жаль. Жизнь порой несправедлива… – прошептала девушка.

– Не справедлива?! – зло прошипел Джастин, резко повернувшись к Кейт. В его глазах полыхнул яростный огонь, и вмиг исчезли все тепло и веселость, а лицо превратилось в холодную, суровую маску. Девушка отшатнулась, казалось перед ней сейчас не тот милый одноклассник, а кто-то другой – человек с темной душой, жаждущий мести за утраченную любовь и готовый пойти на все, даже на убийство.

– Она чертовски несправедлива! Люди, которые зачастую достойны жить и радоваться – страдают и умирают, а подонкам, которым место в аду, живут припеваючи и наслаждаются этим, губя жизни хорошим людям! – громко, чтобы Кейт хорошо расслышала в шуме проезжающий по мосту машин, процедил парень. Усилившийся ветер безжалостно трепал его волосы и бил по коже, но Джастин казалось, не замечал этого, будто вовсе не чувствовал холода.

Тут в его взгляде проскользнула вина, а ненависть исчезла, оставив боль и тоску. По выражению лица Джастина было видно, что он сожалеет о своей вспышке гнева и не хотел ни обидеть и ни напугать Кейт.

– Прости, – чуть хрипло произнес одноклассник. Он тяжело дышал, и его грудь быстро поднималась и опускалась.

– Я понимаю твою боль. И мне очень жаль тебя и ту девушку. Я сама не понимаю, почему так устроен наш мир и кто распоряжается нашими судьбами и решает кому, когда жить и умирать– искренне проговорила Кейт, смотря парню в глаза. Эта трагедия в его жизни напомнила ей другую: убийство матери Маркуса. Вампир хотел мести за смерть родного и любимого существа, и Кейт прекрасно могла его в этом понять. Но мстил он как… чего стоила только бойня в доме семьи Фаул… Мстив убийствами и заглушая свою боль страданиями других, Маркус сам уподоблялся оборотням, которые лишили его матери. Конечно вампиру было совершенно наплевать в кого он превращался… Кейт не могла понять жестокого насилия, даже ради цели и дела, да тем более людям, которые в смерти дорогого тебе существа. Девушка смотрела на Джастина и думала, что он сделал, если б мог заставить тех подонков расплатиться за смерть возлюбленной? Не стал бы поступать как Маркус, заставив ублюдков перед смертью испытать боль потери, которую испытал сам?

'Ты боишься, что Джастин может оказаться такой же сволочью как Маркус, опасаешься довериться ему, – мысленно вывела причину своих размышлений девушка. – Но нельзя бояться всю жизнь, нельзя теперь постоянно отдаляться от парней, бежать от серьезных отношений. Нужно постараться снова впустить кого-то в свое сердце. Если Джастина разозлила несправедливость нашего мира, здесь есть очень весомая причина такого гнева. У парня отобрали самое дорогое, лишили всех надежд на счастье…'

У Кейт сжалось сердце. Ей было больно смотреть на Джастина, он поник и выглядел таким ранимым, что девушке захотелось подойти, обнять и утешить. Она очень жалела, что по незнанию напомнила ему о страшной трагедии. Одна мысль о потери близкого человека вызывала у нее панический ужас и страх. Девушка понимала люди невечны и когда-нибудь ей придется пережить что-то подобное, но упорно гнала эту мысль, надеясь, что испытает подобное очень нескоро.

Кейт помнила свои переживания, когда Мэри угрожала опасность умереть от клыков Карнелии, а еще хуже обратиться в не-мертвого вампира. Девушка боялась представить, что стало бы с сестрой, да и с ней самой, если б не Маркус. Он, рискуя собственной жизнью спас ее и Мэри, вот за это Кейт была ему безмерно благодарна. А от мысли, что обстоятельства могли сложиться и по-другому… Маркус бессмертен, но это не значит, что его нельзя убить… От мысли о его смерти внутри Кейт все похолодело, пусть она решила забыть его, вычеркнуть из своей жизни, но он все равно очень дорог ей…

– Я так хочу помочь заглушить твою боль. Сделать что-то, чтобы тебе стало легче, – искренне произнесла Кейт, подходя ближе к Джастину. – Но не знаю как.

– Ты уже помогла, – ответил парень, грустно улыбнувшись. – Твоя поддержка это уже помощь. Мне становится тепло и легче от твоих слов. Ты все же удивительная девушка.

Кейт улыбнулась и смущенно опустила глаза. От нового порыва ветра часть темных локонов волос упала ей на лицо. Девушка убрала их и заправила за уши. Потом пригладила испорченную прическу, но безжалостный ветер вновь разворошил волосы.

Девушка поежилась от холода и прижала ладони к замерзшим и покрасневшим щекам.

– Ты вся дрожишь, пойдем в машину, – предложил Джастин, сунув руки в карманы куртки. Холод добрался и до него. – Плохая идея прогуливаться по набережной в такую ветреную и отвратительную погоду. Теперь ты можешь заболеть по моей милости.

– Мне очень понравилась прогулка, – ответила девушка, когда они направились к месту, где Джастин припорковал машину. – Да и возле Темзы всегда ветрено.

Подходя к своей Тайоте Джастин достал из кармана куртки брелок и нажал на кнопочку, чтобы отключить сигнализацию. Машина пару раз пикнула. Одноклассник открыл для Кейт дверцу возле поссажирского сиденья, сам занял место водителя.

В салоне не было тепло, и Кейт поежилась от холода, сняла перчатки и потерла руки. Джастин включил печку, чтобы прогреть машину и согреть себя и девушку.

Кейт молча, рассматривала профиль одноклассника, отмечая, насколько же он красив. Не хуже Маркуса, и лучше и мягче в характере. С ним легче и проще общаться, а главное… он человек.

– Отвезти тебя домой? – спросил Джастин, повернувшись лицом к Кейт. В его глазах вновь появилась веселость, но в глубине продолжала плескаться боль и грусть.

Кейт очень винила себя, в том, что напомнила ему о его погибшей девушке.

'Я ведь не знала, – подумала она. – Как же мне хочется заставить его боль исчезнуть и сделать его счастливым. Вот только врят ли я смогу заменить ему ЕЕ'.

– Да пожалуй, сегодня был поистине сумасшедсший и тяжелый день. И пусть наше свидание скрасило его и помогло на время забыть о проблемах, я устала и нужно отдохнуть, – ответила Кейт.

– Правда, скрасило? – с теплой улыбкой спросил Джастин, продолжая смотреть на нее.

– Да, – искренне ответила девушка.

Уголки губ парня вздернулись, а глаза блеснули, когда он повернулся к лобовому стеклу и положил руки на руль.

Через двадцать минут Джастин остановил машину возле дома Кейт.

Оба вышли наружу и встали напртив друг друга.

– Мне понравилось свидание, – опустив глаза и крепче сжимая в тоненьких пальчиках черный клатч, произнесла Кейт.

– Я же сказал, что понравится, – усмехнулся Джастин. – А согласишься ли ты повторить как-нибудь?

– Неужели во мне тебя что-то привлекло? – спросила Кейт, поднимая глаза.

– И не могло не привлечь, – произнес одноклассник, придвинувшись ближе. – Ты замечательная.

Он хотел провести пальцами по ее щеке, но Кейт отшатнулась.

– Прости, – заправляя за ухо прядь и пряча глаза, виновато произнесла она. Потом подняла взгляд на парня и прибавила:

– Это… это, не думай дело не в тебе. Ты мне очень нравишься, но я пока…

– Это все из-за того парня о котором ты мне рассказывала? – прервал ее Джастин.

– Да, – Кейт опустила глаза.

– Ничего, я понимаю, трудно забыть прошлое. Но я надеюсь, что когда-нибудь ты впустишь и меня в свое сердце. Я подожду и не стану ни упрекать тебя, ни заставлять меня полюбить или что-то еще. Ты сама поймешь потом кто я для тебя. До встречи, я позвоню, – сказал парень, затем поцеловав Кейт в лоб, сел в машину и уехал.

Девушка с улыбкой смотрела ему вслед. По телу разливалось тепло. Она наконец почувствовала себя нужной и немного счастливой. Ей нужно время, чтобы забыть Маркуса, но теперь Кейт казалось, то этого времени уже нужно не так много…

Войдя в дом, она включила в прихожей свет и прижалась спиной к входной двери, со счастливой улыбкой и прикрыв глаза.

Вдруг в кармане плаща завибрировал мобильник. Девушка достала его, увидев имя звонившего, нахмурила брови, затем прижала телефон к уху.

– Я слушаю, – ответила она.

– Здравствуй, Кэтрин, – услышала она в трубке голос Джорджа Брауна и его тяжелое, неровное дыхание, будто он запыхался после долгого бега. Сердце девушки кольнуло дурное предчувствие, она крепче сжала пальцами мобильник. Не успела она и рта раскрыть, как охотник быстро и торопливо продолжил:

– Выслушай меня и не перебивай. Передай вампиру, чтоб не приезжал завтра в указанное место. Пусть позвонит по номеру, который я тебе щас продиктую, и передаст, то о чем я его просил моему знакомому и пусть не морщится, что ему придется иметь дело с другим охотником. Он согласился помочь, а я не смогу приехать…

– Почему не сможешь? Что случилось? – Кейт не имела представления, о чем договаривались Джордж и Маркус, но слова охотника пугали ее. Что с ним? Он в беде?

Тут девушка услышала в трубке стук и чьи-то голоса, будто кто-то ломился в запертую дверь. Внутри Кейт все похолодело.

' Его загнали в ловушку и могут убить!' – пронеслась в голове у девушки паническая мысль.

– Где ты? Что происходит?! – воскликнула Кейт, нервно хазодив взад вперед по маленькой прихожей.

– Запомни номер это очень важно, – проговорил Браун, девушке показалось, что она услыала звук перезаряжаймого пистолета. Затем мужчина продиктовал мобильный. – Запомнила? – спросил охотник.

– Да, где ты? Назови адрес! – воскликнула Кейт.

– Я в самой жопе по самое не хочу, – горько усмехнулся Браун. Стук и голоса усилились. Кейт нервничала, не зная, что делать. Она боялась представить, что будет, когда преследователи Брауна ворвуться в его укрытие и что они сделают с охотником. Джордж хороший человек, он помог спасти ее и Мэри от вампирши, и Кейт не могла оставить его в беде.

– Джордж, пожалуйста, скажи, где ты? – взмолилась Кейт, кусая губы от отчаинья. – И почему ты не позвонишь своим знакомым охотникам?

– Они сейчас очень далеко отсюда. Кэт, я понимаю, ты хочешь мне помочь, и я знаю, что ты для этого сделаешь. Но Марк не побежит меня спасать, и я не хочу, чтобы ты влезла в неприятности…

– А я не хочу, чтобы тебя убили, скажи, где ты, иначе я точно наделаю глупостей, – по щекам девушки потекли слезы.

Послышался тяжелый вздох, затем охотник назвал адрес.

– Только, пожалуйста, думай о себе и не совершай опрометчивых поступков. Ты замечательная девушка и заслуживаешь счастья я бы врезал Марку за то, как он поступил с тобой, что заставил пережить, но… Если буду и дальше продолжать дышать так и сделаю, если нет, то мир лишь вздохнет спокойно и…

Браун не договорил, раздался звук падения чего-то большого, как Кейт предположила, что преследователи снесли дверь, за которой прятался охотник с петель. Затем хитрый женский голос полный сарказма:

– Ну здравствуй, лапуля.

Кейт слушала, затаив дыхание.

Потом шум, возня, бранные реплики, какие-то выкрики, а затем связь прервалась. Пару секунд побледневшая Кейт смотрела на свой телефон, внутри все оборвалось, сердце казалось вот-вот остановится.

'А если его убили, – пришла ей в голову страшная мысль. – Нет, еще ничего не известно и нужно действовать. Я верю, что Браун жив'.

С этими мыслями Кейт схватила с тумбочки Мэрины ключи от машины, совершенно не думая, что сестра очень сильно разозлиться. Но девушку это не волновало. Открыв входную дверь, она выбежала на улицу и понеслась к гаражу.

Браун в опасности, а помочь ему может только тот, кого она так сильно пытается забыть и вычеркнуть из своей жизни…

Глава 8

Кейт боялась не успеть, боялась, что охотника уже нет в живых. Но старательно отгоняла эти мысли, и сильней нажимала на педаль газа. Конечно не хватало бы еще попасть в аварию, но девушка об этом не думала, в ее голове билась лишь одна мысль: 'Спасти Брауна!'

Остановившись возле дома Маркуса, Кейт быстро выскочила из машины. На благо для девушки в окнах второго этажа горел свет.

'Он дома',– облегченно подумала она. Сердце быстро колотилось в груди, в висках неприятно пульсировала кровь, словно стуча молоточками, вызывая боль. Кейт нервничала не только из-за Брауна, а еще, потому что ей придется обратиться за помощь к Маркусу, в то время как она тешила себя надеждой поскорее его забыть. А теперь боялась, что когда вновь увидит его, чувства вспыхнут вновь. Кейт очень тяжело далось расстование с вампиром, пусть она и была уверена, что поступает правильно. Тогда она думала головой, заставив разум взять верх над сердцем. Удасться ли ей сделать это вновь?

Почти месяц после истории с Карнелией, когда Маркус оставил ее, Кейт страдала, сильно страдала, невыносимо скучая по вампиру. Тогда она совершенно не думала о его сущности, она просто любила и надеялась, что вновь встретит его, и поэтому не желала отпускать и забывать.

И вот они вновь встретились… После рассказа Маркуса о прошлом как пелена спала с глаз девушки, и она поняла, с кем связалась и что любовь к вампиру не сулит ей ничего хорошего. Эгоистичный Маркус со сволочными чертами характера, не ценящий теплых чувств, бежащий от них и не желающий никого любить, ей не пара. С ним она не будет счастлива. Да и если бы она сегодня днем не расставила в их отношениях все точки на 'i' и продолжала надеяться на то, что Маркус очнется и захочет быть с ней рядом, ничего бы не изменилось. Вампир сам бы бросил ее, объясняя все старыми причинами. А так Кейт заставила себя саму делать шаг и понять что из себя представляет Маркус, без этого она бы так и не смогла его отпустить… Сейчас девушка боялась, что увидит Маркуса и сердце победит разум… Судьба словно издевалась над ними, устраивая им встречи. Но у Кейт не осталось выбора, кроме Маркуса Брауну некому помочь.

Ветер дул сокрушительными порывами, гоняя и срывая с деревьев пожелтевшие листья и въерошивая волосы Кейт. Небо затянуло тяжелыми свинцовыми тучами, так, что через них не пробивалась ни одна звездочка. Начинал накрапывать дождик.

Не замечая даже холода Кейт открыла кованную воротину и вошла во двор. Дождь разошелся, и тяжелые капли начали бить по лицу. Девушка бросилась к крыльцу и нажала на кнопочку звонка.

Сердце казалось, вот-вот вырвется из груди, дыхание сбилось. В ожидание, когда вампир соизволит открыть дверь, Кейт нервно постукивала ногой и мысленно умоляла:

'Давай открывай, где же ты? Брауну нужна помощь'.

Вскоре услышала щелчок открываемого замка. Еще секунда, дверь открылась, в ее проеме стоял Маркус в белой рубашке, с застегнутыми лишь двумя нижними пуговицами и небрежно закатанными до локтей рукавами. Парень прижимал к уху мобильный телефон и вел с кем-то беседу.

Кейт показалось, что ее сердце остановилось, и она поняла, как за такой срок соскучилась по вампиру. Но тут же отдернула себя:

'Сейчас не время для любовных разборок, по сравнению с жизнью человека они ничего не стоят!'

Увидев Кейт, Маркус изменился в лице. Вместо непринужденного выражения и расслабленности, появилось удивление и неприязнь.

– Я перезвоню тебе, – голосом, лишенным эмоций, проговорил он в трубку невидимому собоседнику и захлопнул свою раскладушку. – Ты что издеваешься? – зло прошипел Маркус, смотря на Кейт, в его глазах разгорался гневный огонь.

Но когда Маркус заметил, что девушка взволнована и чуть не плачет, гнев исчез. На его место пришла тревога и озабоченность, а между бровей пролегла глубокая складка.

– Что случилось? – спросил он.

– Брауну нужна помощь! Его схватили… – девушка старательно отгоняла мысль, что его могли и убить, веря и надеясь, что он еще жив. – Я не знаю кто, но я знаю адрес. Мы должны поспешить, чтобы спасти его!

Кейт с отчаиньем смотрела на Маркуса, подавляя желание схватить его за руку и потащить к машине, чтобы не терять драгоценного времени. Ведь каждая секунда могла приближать Брауна к смерти.

Но тут Маркус сделал, то чего Кейт никак не ожидала, и этим вогнал ее в ступор. Он громко расхохатался. Девушка сдвинула брови, не понимая, что здесь смешного.

– Есть справедливость на свете, – сквозь смех выдавил Маркус. – Неужели наш охотничек наконец попался. Ох, я бы с радостью посмотрел на его предсмертные муки. Надеюсь, его основательно помучают. Кэти, ты принесла мне замечательную новость, у меня даже настроение повысилось.

– Ч… что? – недоуменно спросила девушка, попятясь назад. – Как ты можешь?!

– Как я могу?! – переспросил парень, его голос так и источал яд. – Браун – охотник, убивающий моих сородичей. Мне плевать на него, как ты помнишь, я сам хотел его убить с помощью Карнелии, но сам не знаю, почему не осуществий свой план до конца. Возможно из-за того, что охотник заговорил о моей матери, и я чувствую себя в долгу перед ним за спасенную жизнь, хотя я тогда не просил мне помогать… Но я буду только рад, если Браун сдохнет. Туда ему и дорога.

Кейт покачала головой и продолжила пятиться. Все-таки она зря верила, что в Маркусе есть добро…

– Какая же ты мразь,– протянула девушка, сдав руки в кулаки.

– Ага, мы это уже проходили, – с сарказмом произнес Маркус. – Еще можешь обвинить меня во всех смертных грехах.

– Ну ладно я и без тебя справлюсь, – произнесла Кейт, и, повернувшись к Маркусу спиной и мысленно проклиная его, решитильно двинулась к машине.

– Ты совсем дура или как? – крикнул ей вслед Маркус. Из его голоса пропал сарказм и в глубине слышались тревожные нотки.

Кейт ничего не ответила.

– Ты не спасешь охотника и в итоге умрешь вместе с ним. Неужели он тебе так дорог, что ты готова пожертвовать своей жизнью? – громко сказал вампир.

Девушка остановилась и, полуобернувшись, бросила:

– Какая тебе разница, что будет со мной?

– Да ты походу совсем из ума выжила и вместо головы у тебя теперь котелок. Неужели это так на тебя новый дружок влияет?

– Да пошел ты! – девушка открыла воротину и бросилась к своей машине. Забравшись в салон, завела мотор, нажала на газ и поспешила уехать. Прочь от этого дома, прочь от Маркуса, которого теперь совершенно не хотела видеть… никогда.

* * *

'Я действительно дура, если решила, что этот урод будет спасать охотника на вампиров. Он же верный сыночек своего отца, ради дела и мести он убил маленькую девочку, лишь потому, что она являлась дочерью охотника и могла стать проблемой для вампиров в будущем, хотя никто не мог гарантировать, что так бы получилось, – в ярости подумала Кейт, крепче сжимая руками руль. Внутри девушки все кипело. – Ему плевать, что Браун, когда-то спас ему жизнь. Я конечно не знаю как все там случилось. Тогда рассказывая о своем прошлом, Маркус не дошел до этой части. Но если бы не Браун он давно был бы уже мертв и поэтому мог бы хоть раз в жизни оказать услугу своему спасителю'.

Дождь борабанил по стеклу, еще больше раздражая Кейт. Маркус ей не поможет и девушке нужно срочно придумать, как спасти охотника без него. Конечно вампир прав: сумашествие и самоубийство спасать Брауна в одиночку. Ведь она даже не знает кто его схватил и главное, если они не люди, что нужно для борьбы с ними. Не говоря уже о том, что она совершенно обычная девушка без сверхъестественных способностей, видения и сны ей тут не помогут, да она даже драться не умеет…

– Черт, – чуть не плача прошипела девушка, осознавая свою беспомощность. – Если позвонить тому охотнику номер которого дал Браун… Только Джордж сказал, что все его друзья далеко… Но больше ничего не остается…

Девушка одной рукой держа руль и не отрывая взгляда от дороги, другой рукой достала из кармана пальто мобильный и набрала номер.

Полминуты девушка слушала долгие и протяжные гудки и уже отчаялась, что ответят, как раздался мужской голос:

– Да, я слушаю.

– Я знакомая Джорджа Брауна, – протянула девушка. – Ему срочна, нужна помощь.

– Я вас видел когда-нибудь? – голос мужчины звучал настороженно. Это и понятно, ведь Кейт могла оказаться вампиром или одной из тех тварей, схвативших Брауна, а сейчас она заманивает в ловушку и его.

– Вы не знаете меня. Джордж однажды помог мне. Он убил не-мертвую вампиршу, – тщательно подбирая слова, ответила девушка, боясь, что охотник положит трубку. – Его схватили те на кого он, скорее всего, охотился. Он звонил мне и просил, запомнит ваш номер, чтобы я дала его одному парню, который был должен что-то передать Джорджу, чтобы этот парень вместо него встретился с вами.

В трубке послышался тяжелый вздох.

– Да Джорджу должны были передать одну вещь. В случае если с ним, что-то случится, ее должны передать мне. Значит ты знакомая вампира, которому Браун почему-то доверяет, чего я совершенно не понимаю. И ты…

– Я человек, – перебила его Кейт, останавливая машину возле своего дома и откидываясь на спинку.

– Хм, очень интересно, – задумчиво протянул мужчина и прибавил:

– Говорил же я ему, что опасно работать в одиночку. Черт! Я сейчас далеко от Лондона, быстро приехать у меня никак не получится.

– Что же теперь делать? Неужели в Лондоне нет больше ни одного охотника? – спросила Кейт.

– Уж сильно ты много знаешь, – подозрительно проговорил мужчина. – Вампиры, охотники – все тебе известно. А твоя дружба с кровососом доверия к тебе не вызывает. Но я знаю, что Джордж надежный парень и один из лучших охотников он не будет якшаться с людьми, которым нельзя верить… Не беспокойся, мы своих не бросаем, я уже сейчас выезжаю, но лишь к завтрешнему вечеру буду в Лондоне. Будем надеяться, что Джордж еще жив. До встречи, и давай там не води дружбу с вампиром, это может плохо закончится. Понимаю, ты подумаешь, я их истрибитель и для меня они все монстры, которых нужно уничтожить, но я насмотрелся на то, что они творят. Сколько людей убивают, сколько разрушают семей. Для них мы всего лишь пища, им не важна оболочка, главным они считают лишь житкость, которая течет по нашим венам. Не существует хороших вампиров. Они звери и монстры и не стоит стремиться к вечной жизни, она может в итоге надоесть. Лучше прожить отпущенный судьбой срок человеком, чем чудовищем рабом жажды крови. Выполни, пожалуйста, мою просьбу: не говори своему вампиру номер моего телефона. Если мне не удастся спасти Брауна… – голос охотника дрогнул. – Я позвоню тебе, и мы решим, как передать нужный нам предмет.

– Пока вы добираетесь… столько пропадет времени, – дрожащим голосом проговорила кейт, понимая, что шансы на то, что Браун останется в живых почти нулевые.

– Прости, по-другому не получается, – тихо произнес охотник. – У нас опасная работа и всякое может случиться, Джордж знал, на что шел. Мы защищаем людей, хотя они об этом и не знают, но нам и не нужна награда. Для нас счастье спасение человеческих жизней. Многие из нас, когда-то из-за сверхъестественных тварей потеряли близких людей и так узнали о существовании другого мира, мира полного вампиров, оборотней, призраков и прочих чудовищ. И после этого мы встали на защиту людей, чтобы их не постигали трагедии, постигшие нас.

– Мне жаль, того кого вы потеряли, – искренне произнесла Кейт.

– Браун попросил о небольшой просьбе вампира. Я не представляю, откуда он его знает и почему доверяет ему. Но я ни разу в жизни не оставлял ни одного кровососа в живых. Если Джордж мертв, после того как твой вампир передаст мне нужный предмет, я убью его. А даже если Браун останется в живых, все равно выслежу и вгоню кол прямо в сердце ублюдку. Конечно, ты можешь предупредить своего вампира, но я бы не советовал. Он монстр и должен умереть.

Внутри Кейт все похолодело. Она крепче сжала пальцами мобильный телефон.

'Господи, да этот человек – чокнутый фанатик. Браун знал, чей номер дает? Маркус – мразь, и я буквально уже ненавижу его, но не желаю смерти, пусть он и совершил много ужасных дел'.

– Спасибо, я все поняла, – как можно спокойнее произнесла девушка. – Надеюсь, вы спасете Брауна. До свидания.

После этого она нажала на кнопку окончания вызова, шумно и лихорадочно выдохнув, уткнулась лбом в руль, крепко сжав его пальцами. Руки мелко дрожали, кровь стучала в висках, мозг лихорадочно работал, ища выход из сложившейся ситуации.

'С Маркусом подумаем потом. Но нельзя надеяться, что этот странный охотник успеет спасти Джорджа. Я просто не смогу спать, зная, что Браун в опасности, а у меня есть хоть маленький, но шанс его спасти. Мне известен адрес, возможно, смогу проникнуть туда, где его держат незамечанной… Блин, надо было спросить у охотника или Маркуса, хотя бы кто схватил Джорджа. Я даже не знаю, чем мне вооружаться… Черт, – девушка в ярости ударила руками по рулю. – Это безумие! Но я должна… должна'.

Кейт выскочила из машины и громко захлопнула дверцу, и стала шарить в кармане пальто в поисках ключей от дома.

Дождь закончился, но ветер не утих. Мощных порыв взметнул волосы девушки и бросил их ей на лицо. Она уронила из дрожащих пальцев найденные ключи и в который раз чертыхнувшись, откинула уже ставшие ненавистными темные пряди со лба и нагнулась за ключами. Тут спину осветили фары, и послышался шум, подъезжающей машины.

Кейт резко обернулась и выпрямилась, крепче сжимая в руках брелок с ключами.

Рядом с ней остановился черный с тонированными стеклами Ниссан. Из салона вышел Маркус.

– Садись в машину, – коротко приказал он. Его голос звучал спокойно и сдержано, но в глазах плескался гнев.

– М…Маркус? – Кейт не верила своим глазам. Кого – кого, но его она не ожидала увидеть.

– Нет, Папа Римский, – съязвил в ответ парень, засунув руки в карманы черного драпового пальто. – Садись в машину. Если не сядешь, я не собираюсь тащить тебя насильно и просто уеду. И пожалуйста, спасай тогда своего охотника в одиночку без моей помощи. Не медли, я советую воспользоваться моментом пока я добрый, и пока я не плюнул на тебя и твою жизнь.

– Ты хочешь помочь? – удивленно спросила девушка, недоверчиво смотря на вампира.

– Как ты догадалась? – с сарказмом произнес Маркус, его красивое лицо исказила кривая гримаса. – Если ты думаешь, что я сейчас загипнотизирую тебя и запру где-нибудь до того момента, пока не будет точно ясно, что Браун мертв, ты ошибаешься. Иначе я бы не стал с тобой церемониться и уже затолкал бы в машину. Если честно, мне и правда хочется так сделать. А спасать охотника, которому я от всего сердца искренне желаю смерти… – вампир положил ладонь на грудь, затем снова засунул руку в карман и продолжил:

– При этом рисковать собственной жизнью, я не хочу. Но похоже мне ничего не остается… Я, что зря спасал тебя от Карнелии, пошел против своего сородича?! Если бы об этом узнали старейшины, они бы наказали меня, и наказали очень сильно, меня могли заточить на сотню лет в каком-нибудь подземелье, а могли и казнить. У нас суровые законы и их нарушение наказывается жестоко. Мне даже мое происхождение бы не помогло! Я прекрасно знал это, но все равно стал помогать тебе – обычной человеческой девушке, которых я раньше в грошь не ставил! А ты все Маркус – сволочь, мразь, в нем нет ничего человеческого! Хотя этого человеческого во мне уже до фига, аж самому противно. Это как зараза… – парень скривился, затем перевел дыхание и продолжил:

– Я не хочу, чтобы ты наделала глупостей и так просто лишилась жизни. Хотя… может она для тебя ничего не значит, если ты захотела совершить такое своеобразное самоубийство.

Кейт стояла, вздрагивая от холодных порывов ветра, во все глаза, смотря на Маркуса, удивляясь и совершенно не понимая этого парня. Его характера и поступков…

– Может, хватит на меня пялится, и ты быстрее решишь: ехать со мной спасть гребаного Брауна или не ехать! – не выдержав, Маркус перешел на крик, потом язвительно прибавил:

– Охотничка же могут убить, если не уже… Или тебе уже наплевать?!

– Нет, не наплевать, – Кейт сунула замерзшие руки в карман пальто и подошла к машине Маркуса. – Поехали.

– Не прошло и года, – с иронией произнес парень. Он был в ужасном расположении духа и с трудом сдерживался, чтобы не сорваться и не сделать, что-то похуже колких замечаний. Поэтому вымещал всю свою злость едкими словами. – Ты встречалась со своим новым ухажером только пару раз, а уже успела деградировать. Я раньше не замечал за тобой тормознутости и тупоголовости.

Кейт ничего не ответила, Маркус ей сейчас очень нужен, а их перепалки не помогут Брауну. Так, что девушка решила не обращать внимание на слова вампира. Она молча открыла дверцусо стороны переднего посажирского сиденья, забралась в салон и села в мягкое кресло.

Маркус занял место водителя и с громким звуком захлопнул дверцу, Кейт от неожиданности вздрогнула и чуть не подпрыгнула на месте.

– Давай адрес, – со вздохом потребовал парень, положив руки на руль и посмотрев на девушку. Его лицо едва различимо выделялось в неярком свете от приборов на машинной панели, черные глаза будто прожигали Кейт насквозь. Девушке захотелось провалиться сквозь землю от его взгляда.

Она назвала улицу и место, где схватили Брауна.

– А там хороший такой райончик, – заводя мотор, усмехнулся Маркус. – Грабежи, убийства… ночью там лучше не оказываться.

В салоне чувствовался знакомый запах туалетной воды вампира, что очень раздражало Кейт. Раньше ей очень нравился его парфюм, но сейчас даже отвернувшись к окну и не смотря на Маркуса, чтобы не видеть его, она все равно чувствовала этот запах и поэтому не могла представить, что вампира здесь нет. А ощущение его присутствия резало сердце Кейт, словно ножом.

'Почему события происходят так, что мне не удается забыть Маркуса? Почему судьба вновь и вновь сводит нас вместе? – мысленно спросила девушка, прижимаясь виском к холодному стеклу и терябя пальцами ткань пальто. – За что мне все это в чем я провинилась, чего натворила ужасного, и за что теперь расплачиваюсь?'

– Вот скажи, как тебе удается создавать столько проблем и попадать в различные передряги? – вдруг раздаженно спросил Маркус, крепко сжимая руками руль и на повороте резко поворачивая его влево. Машину вильнуло, Кейт слегка бросило вперед, а потом назад на сиденье. Девушке повезло, что она была пристегнута, иначе ей бы не удалось избежать столкновение лбом о приборную панель.

Кейт приподнявшись на сиденье, посмотрела на вампира и почувствовала напряжение, идущее от него и почти неконтролируемую ярость. Маркус был зол, очень зол и только его сдержанность не давала ему полностью выйти из себя.

Еще один поворот и Кейт бросило в бок, в этот раз ей не удолось избежать столкновия и девушка приложилась виском об стекло окна.

– И похоже я тебя так достала, что ты решил угробить меня своими руками, – недовольно проговорила девушка, дотронувшись до головы и поморщившись, почувствовав легкую боль. – Мог бы и полегче на поворотах.

– Я же спешу, чтобы быстрее спасти Брауна и очень волнуюсь за него, поэтому руки слегка дрожат и машину заносит, – ответил Маркус с таким ядовитым сарказмом, что Кейт удивилась, как яд еще не стал сочиться из самого Маркуса. – До нужного места путь не близкий, а вдруг в данный момент охотника убивают, если он умрет, это разобьет мне сердце, я никогда не смогу простить себя, что не спас его.

– Ну и ублюдок же ты, – процедила Кейт и, скрестив руки на груди, уставилась в окно, смотря на меняющиеся здания с яркими огнями и вывесками.

Маркус в ответ гадко рассмеялся.

– Кэти, что я мразь, сволочь и так далее… уже известные вещи, и ты не должна удивляться моему поведению.

– Я просто констатировала факт, – не поворачиваясь к парню, произнесла девушка, сейчас она просто ненавидела Маркуса. Но в глубине души девушка понимала, что они с Брауном терпеть не могут друг друга и на это у них есть веские причины. Маркус – вампир, Браун – охотник. Они лютые враги и каждый из них убивал дорогих другому людей. В их случае трудно относиться друг к другу хорошо и не желать смерти.

Вдруг в груди Кейт закололо, а пальцы непроизвольно сжали ткань пальто.

'А если Брауна и, правда сейчас убивают… или… он уже мертв', – от этой мысли внутри девушки все похолодело, а сердце начало пропускать удары.

Маркус сдвинув брови, посмотрел на нее:

– Только в обморок не падай, дыши ровнее, а то сердечко заносить начинает. Меня не радует мысль откачивать тебя, ведь вдруг из-за переживаний о дорогом охотнике – инфаркт, вот ведь нехорошо получится.

Кейт глубоко вздохнула и выдохнула, еле подавляя желания найти что-то острое и воткнуть в Маркуса, чтобы стереть с его дьявольски красивого лица язвительную ухмылку.

– Ладно, – вздохнул Маркус, усмешка исчезла с его лица. – Поразвлекались и хватит.

Затем он, держа правой рукой руль, не открывая взгляда от дороги, левой потянулся к бордачку и достал кинжал с витой серебряной рукоятью и странным пепельного цвета тонким и острым лезвием.

– Что это? – спросила Кейт, с интересом рассматривая оружие.

– Предмет, который я должен был передать Брауну. Этим кинжалом можно убить тех существ, которые поймали охотника.

– А может, ты мне скажешь, наконец, на кого охотился Джордж? – спросила Кейт.

– На демонов, моя дорогая, – ответил парень, посмотрев на нее. – И эти существа не менее опасны оборотней и вампиров и если я сегодняч умру – это будет целиком и полностью на твоей совести. Только самоубийцы, не имея четкого хорошо продуманного плана, вдвоем, не имея понятия сколько противников будет нам противостоять, врываются к таким могущественным и сильным врагам, как наши.

– Демоны? – слегка дрожащим голосом переспросила Кейт, чувствуя, как к горлу подступает комок, а по телу пробегает холодная дрожь.

'Сколько же еще нечести существует в нашем мире, о скольких монстрах я еще не знаю? – в ужасе подумала девушка, вжимаясь в кресло. – Люди живут бок о бок со страшной опасностью и не подозревают об этом. Сколько чудовищ выходит каждую ночь на охоту и подстерегает жертв в темных углах и подворотнях… Вампиры, оборотни, демоны, и другие ночные хищники о которых я еще не слышала, да и не хочу слышать'.

Кейт вдруг внезапно захотелось не знать об этом, не думать о том, что на темных улицах можно встретить вампира, желающего свежей человеческой крови. Уж лучше как все люди бояться психопатов и маньяков, против которых может помочь газовый балоничик и с которыми в силах справиться полиция. Захотелось, чтобы время прокрутилось назад, туда, где Кейт жила в небольшом городке близ Лондона. Матери не предложили бы работу в столице Виликобритании, Она не познакомилась бы с Маркусом, не узнала о существовании сверхъестественных ночных обитателей, да и не попадала в мистические приключения, жила обычной жизнью школьницы старших классов и была бы намного счастливее, не познакомившись с вампиром…

– Они самые, – ответил Маркус, ложа кинжал на приборную панель. – Адские твари и хвала Господу, что многим из них нельзя выбраться из преисподнии. Иначе мир давно бы сгорел в огне, и на земле воцарился ад.

– И что же представляют из себя демоны? – спросила Кейт, взяв в руки кинжал и с интересом его рассматривая. Оружие выглядело изящным и изготовленным искусным мастером.

– Нуу, – протянул Маркус, внимательно следя за дорогой. – Я никогда не встречался с ними и знаком только теоритически, что очень плохо в нашем случае. Эти уроды бывают разных видов и делятся на различные группы. Высшие, низшие демоны… Низшие – это шестерки, но им легче выбраться из ада на землю и всячески досождать людям, что они и делают очень часто. Но убить их можно и без специального оружия: пустить в лоб освещенную пулю или отрубить башку, потом сжечь, читая молитвы… Высшие же бывают разных рангов: на ступень выше и ниже, как директор и заместитель. Вот они противники серьезнее и убить их можно лишь вот этим самым кинжальчиком.

Демоны бывают рожденными или бывшими людьми, когда-либо заключавшими сделки или добровольно отдавшими себя в лапы адской тьмы. Некоторые владеют различными силами, могут управлять природой, имеют экстранциооные способности и.т.д. Другие питаются жизненной энергией людей, душами, необычными особенностями, хорошими или плохими воспоминаниями, страхом, ненавистью и тому подобное… Одни выглядят как люди и проникают в наш мир в своем настоящем обличие, другие выглядят ужасными монстрами и в нашем мире либо вселяются в людей, либо принимают человеческое обличие или создаваяют его иллюзию… Вот это без малого вся информация о демонах, которой я обладаю. То, что запомнил, будучи еще мальчишкой, на уроках учителя из клана моего отца. Не густо, правда? Ты скажешь, что я боюсь туда ехать, что я трушу. Совсем нет, если бы они держали в заложниках значимого для меня человека, я бы без всяких разговоров отправился бы его спасать. Но не вот так сбухты барахты, не имея никакого плана. Храбрость часто граничит с глупостью, нужно всегда быть хитрее. А умирать из-за охотника, которого я бы собственноручно придушил, мне совсем не хочется. А ты, моя дорогая, очень сильно переоцениваешь мои силы. Если я один, а их нападет, например, десять, все, можно будет заказывать панихиду. И сила, умение не всегда играют большую роль. Тебе может попасться противник намного слабее тебя, но он может победить, найдя твое больное место, ахиллесову пяту и все. Порой мне кажется, что до конца ты не воспринимаешь серьезность ситуаций. Думаешь все просто, как в сказке. Я с восьми лет не верю в сказки, после того как на моих глазах убили мою мать. Я потерял много по-настоящему родных для меня людей, и не хочу потерять еще одного, по причине его собственной глупости.

Кейт вздрогнула от последней фразы и едва не порезалась острым лезвием кинжала. От греха подальше она положила его обратно на приборную панель и растерянно посмотрела на парня, вглядываясь в идеальный профиль его лица. От мысли, что она так дорога Маркусу, что он готов рисковать ради нее жизнью, по телу непроизвольно разлилась теплота, а сердце забилось быстрее. Девушке было очень приятно, что такое холодное существо, как Маркус, хищник, считающий людей низшим звеном в пищевой цепи, заботится и волнуется о ней – о простой смертной, не выделяющейся из серой массы людей ни особой красотой, ни умом.

'Нельзя поддаваться, – внезапно отдернула себя девушка и заставила себя отвернуться от вампира, и перевести взгляд в окно. – Да, пусть он любит меня, под стать своим принципам, убеждениям, собственным идеям, но все же испытывает к моей персоне подобие теплых и нежных чувств. Но его жесткая натура не понимает значение настоящей любви, настоящих чувств, где нужно не только забирать сердце своей половинки, но и дарить взамен свое. А так я для него лишь игрушка, которую ему нравится защищать и беречь, и только ему можно ломать ее и унижать, а потом сладкими речами и нежностью собирать обратно, для того, чтобы потом сломать опять… Он эгоист и собственник в этом я убедилась уже давно. Пусть я все еще люблю Маркуса и мне невыносимо тяжело находится рядом с ним, но я не жалею о своем решении вычеркнуть его из своей жизни и начать ее с чистой страницы. Нужно выкинуть все чувства к нему из головы и больше не давать проникать им обратно, мыслить холодно и здраво'.

Девушка вдохнула и выдыхнула, пытаясь унять легкую дрожь, которую она часто чувствовала в присутствие Маркуса, и больше не думать о нем, как о парне, которого она не может забыть, даже, несмотря на его жестокое обращение и дурацкий, тяжелый характер.

Кейт понимала правоту вампира в опасности их операции по спасению Брауна. Но она никогда бы не простила себе, что оставила Джорджа умирать и корила бы себя до конца своих дней… Надеяться, что его спасет друг – охотник не следовало. Неизвестно, когда он доберется до Лондона, да и сможет ли в одиночку противостоять демонам. К тому же он не понравился Кейт, а его фраза о том, что Маркус должен умереть, заставляла сердце пропускать удары. Девушка боялась за вампира, мало ли что может сделать охотник…

'Нужно будет предупредить Маркуса, но только после того, как мы спасем Брауна', – о том, что этого может и не удасться сделать и предупреждение не понадобится по причине, что они могут скоро погибнуть, Кейт думать не хотела.

Девушка взглянула на время, отображаемое на магнитоле, и заметно занервничала.

'Мы едем уже двадцать минут, как же долго',– Кейт забарабанила пальцами правой руки по колену.

– Мы скоро приедем? – взвалнованно и нетерпеливо спросила она, бросая мимолетный взгляд на вампира.

– Мы почти на месте, – ответил Маркус, крепче сжимая руль и слегка поддаваясь вперед, чтобы прочитать табличку с названием улицы, висевшую на непреметном сером, облупленном здании.

Руки Кейт вдруг вспотели, а вдоль позвоночника пробежали холодные муражки, окутывая тело девушки липкими сетями страха. Скоро они предут к месту, где держат Брауна, а дальше судьба распорядится дальнейшими жизнями их троих. Девушку совершенно не радовала мысль о встречи с демонами, и не хотелось умирать, но Браун в опасности, в прошлый раз он помог ей, теперь она готова помочь ему.

'Авось все пройдет нормально, главное держать себя в руках и не бояться', – настраивала себя Кейт. Потом бросила взгляд на вампира.

Маркус оставался совершенно спокоен и беспристрастен, Кейт не сомневалась, что если так сложится, он с таким же невозмутимым выражением примет даже смерть от рук демонов.

– Вот мы и приехали, – сообщил Маркус, остановив машину возле тратуара около высокого здания из красного кирпича. Заглушил мотор, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

Сердце Кейт пропустило удар, по телу холодной волной пробежали муражки, но девушка напомнила себе, что нужно успокоиться и забыть о страхе, и настроить себя на спасение Брауна.

Кейт приподнялась на сиденье и стала оглядывать местность через лобовое стекло автомобиля.

Увиденное ей совершенно не понравилось. Безлюдный, непреветливый район. Кругом стояла ничем не нарушаемая тишина, будто все живое вымерло. По бокам обшарпанные кирпичные здания с грязными, а где еще и разбитыми окнами. Вдаль тянется широкая асфальтовая дорога, освещенная светом фонаря, стоящего на углу здания слева, ближе к которому они остановились. Неосвещенная часть дороги утопала в непроглядной тьме, и совершенно невозможно было разглядеть, что в ней скрывается.

– Это и есть то место, где демоны расположили свое логово? – спросила Кейт, бросив тревожный взгляд на Маркуса и, указав на здание возле которого они стояли. От мысли, что Браун где-то за этими стенами и что возможно он ранен или в данный момент его могут пытать, Кейт захотелось быстрее покинуть машину и кинуться его спасать. Но Маркус словно спецально тянул время, чем заставлял девушку нервничать еще сильнее.

– Кэт, – устало вздохнул Маркус, открыв глаза, и с сарказмом прибавил:

– Нужный дом за углом. Не стал бы я останавливаться прямо у входа в логово демонов, Нас бы сразу сцапали и отправили прямиком к Брауну. Либо на тот свет, либо на допрос: кто мы такие и что здесь делаем? Или может полакомились нашими душами.

– Мы должны идти туда! – воскликнула Кейт и, взявшись за ручку, хотела открыть дверцу, как Маркус схватил девушку за плечо.

– Стой, куда ты? Так не терпится умереть? Мы должны хоть как-то продумать наши действия, что я сейчас и пытаюсь сделать. Уж пусть лучше Браун потерпит минут десять и у нас будет хоть какой-то шанс его спасти, чем мы сейчас туда завалимся, не имея понятия, что делать, и нас просто грохнут. Лично я хочу еще пожить на этом чертовом свете.

Кейт вздохнула и откинулась на сиденье, понимая правоту Маркуса.

'Только вдруг у Брауна нет этих десяти минут, – беспокойно подумала девушка, но у них не оставалось выбора, нужно было обдумать, как спасти охотника, иначе они не смогут ему помочь. – Маркус мог бы заняться этим и по дороге сюда, но ничего не сделал. Все-таки он специально тянет время. И будет очень рад, если мы опоздаем и Брауна убьют'.

– Ну и каков наш план?– спросила она, скрестив руки на груди и не смотря на вампира.

– Нам нужно незаметно пробраться в логово демонов, найти и освободить Брауна, и выйти оттуда, не создавая лишнего шума. Таков наш план, но это в идеале. Скорее всего, совсем незаметно не получится, поэтому мы должны быть готовы к нападению и могли защититься. Поэтому нужно как следует вооружиться.

После этих слов Маркус достал из-под сиденья пистолет с выгравированными на нем различными руническими символами и, вынув из кармана глушитель, привинтил к оружию.

– Это не очень удобно, но нам не следует создавать много шума, – прокомментировал он свои действия Маркус.

– Это тот самый пистолет, принадлежащий Калебу – охраннику твоей материи и который твой отей отдал тебе, когда ты вырос и стал достойным защищать клан? – спросила Кейт, сдвинув брови, рассматривая оружие.

– Он самый, – опустив глаза, ответил Маркус, проводя пальцем по прохладному металлу оружия. – Правильнее оставить тебя в машине…

Кейт напряглась всем телом.

– Нет, нет, – замотала она головой, приподнимаясь на сиденье и умоляюще посмотрев на вампира. – Я… я не смогу сидеть здесь сгорать в неизвестности, сможешь ли вытащить Брауна и вернешься ли вообще…

– Поэтому лучше взять тебя с собой, а то наделаешь глупостей. Уж пусть ты будешь рядом со мной, на моих глазах, – со вздохом ответил парень, протягивая девушке пистолет. – Держи, а я кинжальчиком обойдусь.

Кейт почти не дыша, взяла пистолет и удивилась его тяжести. Тонкие пальцы девушки пробежали по гравировке, ее заинтересовали рунические символы, и стало любопытно, зачем они были нужны бывшему и ныне покойному хозяину пистолета. Для своеобразной уникальности или по другой причине. Кейт чувствовала себя странно держа в руках огнестрельное оружие, а думать, что ей придется из него стрелять и возможно убивать, не хотелось.

– Калеб увлекался рунами и считал, что эти символы помогают и защищают его, – ответил на незаданный вопрос Маркус. – Только несильно они ему помогли… Ты держишь в руках оружие очень дорогое мне. Ты не представляешь, сколько на нем крови, которую пролил я и Калеб. Не любящей насилия девушке этот пистолет должен быть противен.

– Хватит тянуть время, – резко произнесла Кейт. Чтобы спасти Брауна она должна нарушить свои принципы и навремя стать другой, более сильной, готовой пролить кровь ради спасения друга.

На красивом лице Маркуса появилась улыбка:

– Как я понимаю, стрелять ты не умеешь. Сейчас я постараюсь тебя научить, – вампир придвинулся ближе к Кейт. Запах его духов стал отчетливее, а от близости к нему по телу Кейт теплыми волнами пробежали мурашки, – И ты меня раскусила, да, я тяну время в надежде, что Браун сдохнет, а может уже покинул наш мир… Если что вдвоем нам будет легче смотаться из логова демонов, а может мы плюнем на все и просто уедем?…– прошептал Маркус на ухо Кейт, обжигая кожу дыханием.

Вампир действовал на девушку гипнотически, заставляя ее сердце биться быстрее, забывать обо всем кроме него…

– Нет! – воскликнула Кейт, найдя в себе силы, чтобы оттолкнуть Маркуса от себя. – Если ты не хочешь мне помогать, я пойду одна, и только попробуй меня остановить!

Маркус обреченно вздохнул и, откинувшись на спинку сиденья, устало произнес:

– Выйдем на улицу, я научу тебя стрелять, а потом сразу двинемся спасать нашу 'Баффи'.

* * *

На улице стало еще холоднее, от дыхания в воздухе появлялись облачка пара, но ветер утих. Небо расчистилось от облаков и на его темном полотне россыпью раскинулись сверкающие серебром звезды. Боязливо оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к любым звукам, готовая, что в любой момент могут появиться демоны, Кейт захлопнула дверцу машины, и крепче сжимая тоненькими пальцами пистолет, стараясь унять дрожь, подошла к Маркусу.

– Итак, у нас мало времени и хорошего стрелка я не успею из тебя сделать… – задумчиво произнес вампир, вставая напротив Кейт и не отводя пристального взгляда от ее глаз. – Но попробую, обучить хотя бы самым нужным азам. Так что будем заниматься экстерном. Что ж приступил к уроку… Во-первых, при стрельбе ни в коем случае нельзя бояться и волноваться, дыхание должно быть ровным и спокойным, иначе ты рискуешь навредить себе или попасть совсем не туда куда нужно. Понимаешь меня?

– Да, – кивнула девушка, теплый взгляд черных как сама ночь глаз вампира и его спокойный и ровный голос успокаивали. Но справиться до конца с волнением, унять бешено колотящееся сердце не получалось. Она очень хотела спасти Брауна, но страх перед адскими монстрами не исчезал, как Кейт, ни пыталась его побороть.

'Какая же я слабая', – пытаясь сдержать слезы, с грустью подумала Кейт.

Маркус вздохнул, видя ее состояние, затем подошел ближе и обхватил ее лицо прохладными руками.

– Если правда хочешь помочь Брауну, то должна успокоиться, иначе станешь лишь обузой. В тебе есть твердость и сила, где-то в глубине, но есть, я чувствую. Ты сильнее, чем кажешься, поверь мне. Соберись, иначе, я просто загипнотизирую тебя и увезу отсюда. Пусть потом ты еще больше возненавидишь меня, будешь мучаться муками совести из-за смерти охотника, но зато останешься жива, – спокойно и ровно произнес Маркус, смотря на Кейт странным взглядом, в котором смешалась и нежность и боль…

– Ты ведь мог применить гипноз с самого начала. Ведь тебе на руку если я стану тебя ненавидеть, – прошептала девушка. Она не могла выкинуть мысль, как же ей нравится находиться с Маркусом так близко, несмотря ни на что. Ни на его дурацкий характер, ни на то, что для ее же блага ей стоит его забыть. Это было очень трудно полностью вычеркнуть этого парня из своей жизни.

'Я должна забыть, у меня теперь есть Джастин, а Маркус лишь неудачное прошлое. Следует бороться и не поддаваться эмоциям', – настраивала себя девушка.

Маркус отвел глаза и отошел от Кейт.

– Я чувствую себя в долгу перед Брауном, как я уже говорил, он спас мне жизнь, и мне это очень не нравится. Я не хочу ему помогать, но долг тяготит мне сердце, и я хочу его вернуть. Это единственное, почему я не применил к тебе силу внушения, да и вообще терплю Брауна. Но это ничего не значит в сравнении с твоей жизнью.

– Хорошо, я соберусь, обещаю – кивнула Кейт, затем закрыла глаза, сделала глубокий вдох, выдохнула и, открыв глаза, решительно посмотрела в глаза вампиру:

– Я готова, правда готова, – она заставила унять бешеное биение своего сердца и немного успокоиться. Если что Маркус будет рядом, а он сможет ее защитить. Эта уверенность придала ей сил.

– Ладно, – кивнул Маркус. – Тогда продолжим урок…

Парень зашел за спину Кейт и вполголоса произнес на ухо, щекоча кожу дыханием, отчего по телу девушки прошла дрожь, но уже, совсем не из-за страха…

Стараясь не обращать на это внимание, Кейт сосредоточилась на словах вампира.

– Я советую тебе взять пистолет обоими руками. Крепко держи рукоятку и подними оружие на уровень глаз…

Кейт стараясь ровно дышать, сделала, как сказал вампир.

– Замечательно, – похвалил Маркус. – А теперь целься вон в то разбитое окно, – он указал на первый этаж здания из красного кирпича. Для этого тебе лучше сделать пару шагов назад…

Вампир положил руки на плечи девушки и заставил отойти.

– А теперь целься, – потребовал он.

Кейт сощурила глаза, пытаясь прицелиться. Ей показалось, что она наставила пистолет правильно, но Маркус с тяжелым вздохом произнес:

– Немножко не так, я не хочу сказать, что ты совсем косая, но… – парень положил свои руки на ее и чуть сместил оружие в сторону.

– Что ты творишь, – прошептала девушка, прикосновение его кожи к ее было невыносимо. Девушка от такой близости начала задыхаться, чувствуя рядом дыхание Маркуса, тепло его тела, она не могла сосредоточиться.

– Забудь про меня, думай лишь о цели, выкини все глупые чувства из головы. Мы же приехали сюда спасти Брауна, – прошептал Маркус и осторожно, чтобы не сбить прицел, убрал руки.

Окно выделялось в свете фонар, и Кейт прекрасно видела, куда нужно стрелять.

'Так я смогу, все хорошо, – настраивала себя девушка. – Я обязана, чтобы помочь Джорджу. Времени на ученье нет, так, что нужно постараться, чтобы все получилось с первого раза'.

– А теперь сними с предохранителя и плавно нажимай на спусковой крючок, – скомандовал Маркус, не сводя напряженного взгляда с окна, в которое кейт нужно попасть.

Кейт сглотнула, крепче обхватила рукоять оружия, щелкнула предохранитель и медленно нажала на курок. Раздался тихий выстрел.

Девушка опустила пистолет и взвалнованно посмотрела на вампира:

– Я вроде папала.

– Попала, – кивнул Маркус, довольно улыбнувшись, а в его глазах на секунду промелькнуло восхищение. – Пусть с моей помощью, но тебе это удалось, поздравляю. Честно скажу, я удивлен… Знаешь, если тебя подучить, то вышел бы толк…

– Прекрасно, тогда идем спасать Брауна, – нетерпеливо произнесла Кейт, слова вампира ее подбодрили и прибавили сил.

– Да, только обещай, что будешь выполнять все, что я скажу. В противном случае я тебя сам придушу.

– Хорошо, – с готовностью кивнула девушка.

– И с пистолетом поаккуратнее… не стреляй, если я буду находиться рядом с твоей мишенью, а то мало ли. Скосишь и подстрелишь меня, пули серебряные, а то вдруг еще проявишь чудеса меткости и выстрелишь мне прямо в сердце. Обидно будет…

* * *

Демоны расположили свой штаб в четырехэтажном здании разорившейся и закрытой еще в далекие семидесятые годы фабрики по производству шелка, находившейся в одном из бедных районов Лондона, славившемся дурной славой. Что являлось очень пригодным местом для адской нечисти.

Холодный и мертвый свет убывающей луны тускло освещал старую фабрику, что делало ее похожей на место из страшных романов или фильмов. Когда-то она приносила прибыль своим владельцам, а сейчас это лишь разрушавшееся, местами поросшее мхом, никому не нужное здание, от которого со временем останутся лишь воспоминания.

На втором этаже створка окна повисла на одной петле и с противным скрипом покачивалась от легкого дуновения ветерка. От этого ужасного звука по телу Кейт пробегали холодные мурашки, а сердце то замедляло биение, то пускалось в бешеный ритм. Девушка чувствовала себя героиней ужастика. Вот только никто не крикнет: 'Стоп, снято!' Съемку прервать нельзя. Ведь все происходит наяву. Кейт оставалось лишь собрать в кулак все свое мужество, и помнить слова Маркуса: не поддаваться страху и оставаться спокойной, иначе она все испортит и живым им точно не выйти.

Кейт и Маркус подошли к заднему входу фабрики. Но так просто попасть внутрь не удалось. На старой двустворчатой двери висел ржавый замок. Маркус вздохнув, присел на корточки и взял его пальцами, рассматривая, механизм.

Кейт стояла позади парня и, боясь, что демоны выскочат из темноты и нападут на них, с тревогой оглядывалась по сторонам и крепче сжимала одной рукой рукоять пистолета, а другой в кармане бутылочку со святой водой. Маркус вручил ей флакон, когда они находились еще возле машины и сказал, что на демонов святая вода подействует словно кислота, прожигающая кожу.

– Ну здесь даже думать не надо, – пробормотал Маркус и с силой дернул замок, отчего он с легкостью открылся. – Старье, все заржавело уже и полуистлело.

Парень посмотрел на девушку. Его красивое лицо бледным пятном выделялось в свете луны, мертвые лучи которой делали его похожим на потустороннее существо. По сути Маркус и являлся таким, но обычно он мало чем отличался от человека, если скрывал длинные клыки и мерцающие карим цветом дьявольские глаза. Но лунный свет будто выдавал его настоящую сущность, показывал и предупреждал, что перед Кейт опасный ночной хищник…

Маркус положил замок на землю и, поднявшись на ноги, взялся за ручку и медленно открыл дверь. Осторожно заглянув внутрь, парень поманил за собой Кейт и вошел туда.

Девушка почти не дыша двинулась за ним.

Они оказались в непроглядно-темном помещении без окон. Кейт застыла на месте, ничего не видя, ощущая себя беспомощным, слепым котенком. Лишь чувствуя неприятный запах сырости и прелости, и слыша, как где-то капает вода.

– М…Маркус? – дрожащим голосом позвала девушка, пытаясь разглядеть его в кромешной тьме. Сердце забилось с бешеной скоростью и Кейт начала охватывать паника.

Девушка вздрогнула, когда ей на талию легли чьи-то сильные руки.

– Не бойся, это всего лишь я, – услышала она над ухом тихий голос вампира и немного расслабилась. – Я чувствую их, – прошептал Маркус. – Но они не очень близко…

– А ты чувствуешь Брауна? – спросила Кейт, смотря вперед в непроглядную тьму.

– Нет, только нечеловеческих существ. Демонов больше и поэтому их запах перебивает человеческий. Еще получается, что поблизости нашего охотника нет, – ответил вампир.

– А если он… – у Кейт язык не повернулся сказать: 'мертв'.

– Все может быть, – усмехнулся Маркус. – Мы можем повернуть назад пока не поздно…

– Нет, – решительно проговорила Кейт и крепче сжала пистолет в руке, наличие оружия придавало ей уверенности и сил.

– Вампиры в непроглядной тьме видят не намного лучше людей, больше опираясь на чувства осязания и слуха, сейчас я тоже полуслепой.

– Ты полу, а я совсем ничего не вижу, – проговорила Кейт.

– Медленно идем вперед, напротив нас я различаю дверь, – сказал Маркус, подталкивая девушку вперед, но, не убирая рук с ее талии. Ощущая его рядом и чувствуя его сильное тело, Кейт становилось спокойнее.

Они шли, пока девушка не нащупала руками стену. Маркус вышел вперед и, найдя ручку, открыл дверь, за которой оказался коридор на счастье с окном, через которое виднелась луна и хоть как-то освещала пространство.

Вампир крепко взял Кейт за руку и повел по коридору, прислушиваясь к каждому шороху. Девушка ничего не слышала, кроме мертвой, звенящей тишины и не знала, какие звуки различает вампир. Сердце быстро колотилось в груди, а руки вспотели. Оставаться полностью спокойной, не выходило, как бы Кейт не старалась.

– Успокойся, ты мешаешь мне сосредоточиться, – недовольно прошептал Маркус.

Кейт как могла, выполнила эту просьбу…

Они прошли пару полутемных коридоров, затем поднялись по лестнице на второй этаж. Который оказался, освещен почти полностью, но там как сказал Маркус, присутствие демонов ощущалось намного ближе. Вампир попросил Кейт быть начеку и держать пистолет наготове.

Они медленно продвигались по пыльному коридору с дверьми по обе стороны, с высокими потолками и потрескавшимися стенами, с местами обвалившейся штукатуркой. Вдруг Маркус резко остановился и, зажав ладонью рот Кейт, затащил девушку в одну из дверей.

– Тихо, – прошептал Маркус, освобождая рот, испугавшейся Кейт, затем беря ее за руки и заставляя опуститься вместе с ним на корточки перед замочной скважиной.

В коридоре тихо переговариваясь, появились двое мужчин. С виду они ничем не отличались от обычных людей, а на самом деле являлись отвратительными адскими созданиями.

Девушка затаила дыхание, молясь, чтобы ее и Маркуса не заметили, и скрестила пальцы наудачу.

На счастье демоны прошли мимо и скоро покинули эту часть коридора. У Кейт отлегло от сердца, и она облегченно вздохнула.

– Я чувствую человека и это не ты… – прошептал Маркус, поднимаясь на ноги и помогая встать Кейт.

– Он жив? – взволнованно спросила Кейт, посмотрев на вампира.

– Я не знаю, кроме биения наших сердец, я не слышу других… Возможно просто не могу расслышать сердца охотника из-за расстояния, разделяющего нас, либо у нашей Баффи оно больше не бьется.

От последней фразы Кейт похолодела. Ей даже представить было страшно, что охотник мертв…

Они вышли из комнаты и двинулись дальше. Пройдя до конца коридора, повернув направо, и тут Маркус остановился возле двери с облупившейся краской.

– Здесь, – прошептал вампир и отошел в сторону.

У Кейт пересохло во рту, дышать стало труднее, а ноги начали подкашиваться, она боялась того, что увидит за дверью… Девушка протянула дрожащую руку к ручке и обхватила ее пальцами, повернув, распахнула дверь…

Просторная комната с потрескавшимися полом и стенами и грязным полом, никакой мебели, кроме стула, стоявшего посередине… На котором, с опущенной головой сидел крепко привязанный мужчина, на полу вокруг него виднелись пятнышки крови. Мужчина был совершенно неподвижен…

– Джордж? – дрожащим голосом позвала Кейт, делая пару шагов к нему.

Охотник поднял голову и встретился с ней взглядом. Он сдвинул брови. А в глазах появилось неверие и удивление.

– Кейт?… – хрипло прошептал мужчина, пересохшими губами.

– Мы вытащим тебя отсюда, – пообещала Кейт и кинулась к нему, чтобы развязать крепко связанные за спиной руки.

Девушка присела на корточки, положила рядом пистолет, и стала бороться с тугими узлами веревки.

Охотник выглядел неважно… Он тяжело дышал, была разбита губа и рассечена бровь, руки со сбитыми коковками и кровавыми следами от глубоко врезающейся в кожу веревки, все это заставляло сердце Кейт сжиматься от жалости и боли. Но Браун жив, они успели и это главное. Теперь лишь осталось выбраться из этого ужасного места…

Брови охотника поползли вверх, когда он увидел стоящего в дверном проходе Маркуса, без каких-либо эмоций, смотрящего на него. В глазах Брауна появилось еще большее неверие и удивление.

-Ты?! – недоверчиво спросил он.

– Я не для тебя стараюсь, – голосом лишенным эмоций ответил вампир, затем закрыл дверь и подошел к возившейся с веревками Кейт.

– Как успехи? – спросил он, облокотившись о спинку стула.

– Они не поддаются, – чуть не плача выговорила Кейт, нервно дергая, связывающие Брауна путы.

– Отойди, – вздохнул Маркус и, достав из внутреннего кармана пальто кинжал, с помощью которого можно было убить высших демонов, стал разрезать веревки. – Хорошо ж тебя связали, – прошипел Маркус, бросив взгляд на дверь. – Придется попотеть…

– Эти ублюдки скоро вернуться, времени мало, – тяжело дыша, выговорил охотник.

– Я знаю, я чувствую, что демоны рядом и приближаются все ближе, – спокойно сказал Маркус, будто, то, что их здесь застанут, ни капельки его не волновало.

Внутри Кейт все похолодело. Липкие сети страха накрыли тело, дыхание перехватило, девушка оперлась рукой о холодную стену, чтобы не упасть.

Они рядом… Им придется драться… Ей, чтобы выжить придется убивать…

' Господи, пусть все это окажется ночным кошмаром, и я проснусь в мире, где не существует ни вампиров, ни демонов и всего этого ужаса', – взмолилась девушка. Ей стало очень страшно, все слова вампира о том, что она должна оставаться спокойной вылетели из головы.

– Кейт, – жесткий и властный голос Маркуса заставил ее вздрогнуть. – Возьми пистолет и направь его на дверь. Но, чтобы не случилось, не стреляй, пока я тебе не скажу. Не время сейчас трястись и бояться. Никто не заставлял тебя спасать Брауна, ты сама выбрала этот путь, так веди себя достойно.

Кейт кивнула, понимая правоту Маркуса и нагнувшись, дрожащей рукой потянулась за пистолетом.

'Не бояться, все будет хорошо. Мы справимся. Я должна быть сильнее', – мысленно твердила она, наставив пистолет на дверь и ожидая демонических гостей.

– Ты там еще долго возится, будешь? – нетерпеливо спросил Браун, слегка повернув голову к Маркусу.

– Еще немного, – процедил Маркус, с усилием разрезая толстый слой пут. – Веревки они не пожалели, щедро обмотали…

– Далеко ли эти уроды?

– Нет, у нас примерно еще пару минут до их прихода, – бросая взгляд на дверь, ответил Маркус и с усмешкой прибавил:

– Мы еще можем сбежать, но только без тебя. Я могу помочь тебе… убью быстро и безболезненно. А ты знаешь, что демоны еще помучают тебя…

– Даже не думай об этом, Маркус, – твердо проговорила Кейт, крепче сжимая обоими руками пистолет. Слова вампира вызвали злость, а злость придала ей сил. И теперь девушка была готова встретится с демонами и даже убить кого-то… ради дорогих ей людей…

Уголки губ вампира вздернулись верх, потом он разрезал последнюю часть веревки, связывающую охотника.

Браун, потирая затекшие руки, морщась от боли, поднялся на ноги и спросил, повернувшись к Маркусу:

– У тебя еще есть оружие?

Вампир достал из кармана пистолет и протянул охотнику.

– Он заряжен полностью, но пуль больше нет. У меня не было времени раздобыть их большее количество.

– Ничего, прорвемся, – Браун взял оружие и повернулся к двери.

– Ну, что мои дорогие, наши друзья уже здесь… – сказал Маркус, и тут же дверь открылась, вошли шестеро мужчин во главе со статной брюнеткой в черном платье длинной выше колен и накинутым на плечи белом полушубке.

– Очень интересно, – сложив руки на груди, улыбаясь, промурлыкала женщина. Цепким взглядом, рассматривая нежданных гостей. – Вампир, девчонка и охотник на нечисть – забавная компания. И как это героически и благородно прийти в логово полное врагов, чтобы спасти друга. И как грустно, что теперь вы все умрете…

Женщину можно было назвать красивой… Соблазнительная фигурка, милое личико с аккуратненьким носиком, пухленькими губками, большими серыми глазами… Но поистине плотоядная улыбка вызывала у Кейт дикий ужас.

Девушка направила пистолет прямо на нее и то и дело бросала взгляды на Маркуса, ожидая его команды, да и помощи с поддержкой, которые сейчас так нужны.

Но вампир не смотрел на нее. Его пристальный, спокойный взгляд изучал демонов. Маркус словно оценивал возможную силу противников и шансы выбраться отсюда живыми.

Демонесса посмотрела на Кейт, совершенно не обращая внимание на направленное на себя дуло пистолета. Словно в руках Кейт детская игрушка, а не оружие способное убить.

– Дорогая, ты такая молодая, сочная и вкусно пахнешь. Я уже предвкушаю момент, когда полакомлюсь твоей нежной плотью, – женщина облизнулась и Кейт вздрогнула и едва не выронила пистолет, увидев ее длинный синеватый язык.

– Умерь запросы, ты ее не получишь, – холодно произнес Маркус.

Демонесса повернулась к нему и с интересом окинула взглядом.

– Меня никогда не привлекали вампиры. С холодной плотью, дыханием, полумертвыми сердцами – ими противно питаться. Я считала носферату вторым сортом… Пусть ты и принадлежишь другому роду кровососов и вполне живой, теплый, но над тобой чувствуется ореол смерти, отпечаток не-мертвых прародителей твоего вида. Ее приторный сладковатый запах окружает тебя. Но… внешне ты очень даже ничего, – выражение лица демонессы стало игривым. – Высокий, хорошо сложенный, красивый, я просто возбуждаюсь, глядя на тебя. Я бы не отказалась провести с тобой время любви и не сдерживаемой страсти. А потом бы вырвала твое сердце и с наслаждением смотрела, как тело бьется в предсмертной агонии. Затем в последний раз, заглянув в твои дьявольски красивые черные глаза, вырвала бы и их, и оставила себе на память. Они мне понравились – глаза темного существа, настоящего демона.

– Как поэтично и романтично, – не сводя холодного взгляда с демонессы, с сарказмом произнес Маркус. – Просто клуб извращенцев и психопатов.

– Мне нравится твой острый язык, но поосторожнее, иначе моргнуть не успеешь как лишишься его, – в голосе женщины зазвенела сталь. – Демоны практически никогда не конфликтовали с вампирами, вы нас просто не интересовали. К тому же вы являетесь хищниками, питающимися ничтожными людишками, этим вы похожи на нас… Но раз уж ты помогаешь людям, то не будет тебе пощады. Я с большим удовольствием убью тебя. Ваши шансы на победу ничтожно малы, нас семеро, вас трое. Расклад не в вашу пользу.

– А ты не боишься получить пулю в лоб, не успев приказать своим шестеркам убить нас? – холодно спросил Маркус.

– И кто же в меня выстрелит? Она? – демонесса ткнула пальцем в сторону Кейт и засмеялась. – Девчонка не боец. У нее трясутся руки, она боится. Боится нас, боится смерти. Ее нельзя назвать угрозой.

– Не стоит оценивать противника по внешнему виду, он может быть обманчив, – проговорил Маркус.

Женщина усмехнулась, затем лукаво улыбнулась и произнесла, обращаясь к остальным демонам:

– Мне бы хотелось поиграться с гостями, тем более с охотником мы еще не закончили… Но, как это не прискорбно… Убейте их!

Демоны молниеносно кинулись в атаку.

– Стреляй! – крикнул Маркус, отталкивая от себя одного из демонов.

Руки Кейт вспотели и дрожали, дыхание сбилось, действовать советам Маркуса оказалось не так просто перед лицом опасности, так же трудно, как и выстрелить в человека, пусть тот им и не является. Все равно живое существо…

– Стреляй, черт бы тебя побрал! – со злостью закричал Маркус, демоны плотным кольцом оттесняли его и Брауна в другой конец комнаты, подальше от Кейт… Чтобы их предводительница сама расправилась с ней.

Тогда Кейт выстрелила… Спустила курок от отчаянья, не думав ни о чем, и промахнулась…

Услышала как чертыхнулся Маркус, как громко засмеялась демонесса. Кровь бросилась в лицо, а в голове промелькнула мысль:

'Я слабая, никчемная и теперь из-за меня мы погибнем'.

Рядом слышалась возня, крики, удары и яростные ругательства Маркуса, голос Брауна. Кейт не смела посмотреть в сторону, где сражались вампир и охотник. Она боялась, что они проигрывают, что они обречены…

Кейт не могла отвести взгляда от хищно и довольно улыбающейся демонессы, и не могла опустить пистолет, продолжая сжимать его затекшими, вспотевшими руками. Если она опустит оружие, то окончательно проиграет и ничего уже нельзя будет изменить.

– Брось игрушку, милочка. Все равно в твоих руках она бесполезна, – с фальшивой мягкостью, произнесла демонесса, приближаясь к Кейт на шаг.

– Не подходи, – попятилась Кейт.

– Иначе что? – засмеялась демонесса.

– Я спущу курок… – дрожащим голосом ответила девушка.

– Ты уже продемонстрировала свое умелое обращение с оружием, – усмехнулась демонесса. – Не впечатлило.

Она еще ближе подошла к Кейт, которой больше некуда было отступать, спиной она уперлась в прохладную стену.

– Прости, дорогая, но тебе будет больно, – демонесса улыбнулась и провела синеватым языком по заострившимся зубам и приподняла правую руку с длинными острыми ногтями, больше похожими на когти зверя. – Я съем тебя заживо, отрывая по кусочку…

– Нет! Ни за что! – закричала Кейт. Она не могла стать ужином этой твари. Так просто она не сдастся! Желание жить помогло нажать на курок. Раздался выстрел, на мгновение оглушивший Кейт. Звуки стихли, в глазах помутнело. Первым, что Кейт услышала, когда звуки вернулись – это душераздирающий, холодящий душу крик.

В глазах прояснилось, и она увидела кричащую от боли демонессу, закрывавшую окровавленными ладонями лицо, на грязный пол капала кровь…

Кейт, скользя руками по стене, стала отходить в сторону, подальше от адской твари. Но тут демонесса убрала руки с лица.

Кейт вскрикнула, увидев кровавую дыру вместо левого глаза демонессы, из которой ручейками текла густая темно-красная кровь.

К горлу девушки подступила тошнота.

Радужка целого глаза сделалась красной, а лицо демонессы перекосилось от ярости:

– Маленькая дрянь, я отправлю твою душу в ад и вечно буду измываться над ней! – прошипела она.

Кейт хотела снова выстрелить, но демонесса вырвала пистолет из рук и откинула прочь.

Девушка вжалась в стену, понимая, что сейчас умрет и что теперь совершенно бессильна, чтобы это изменить.

– Маркус… – прошептала она, чувствуя дыхание приближающейся смерти.

Демонесса вскинула руки с острыми когтями, намериваясь пропороть ими горло девушки…

Но кто-то схватил ее за плечи и отшвырнул в сторону, подальше от Кейт.

Девушка увидела высокую фигуру Маркуса. Вампир схватил демонессу за волосы и занес окровавленный кинжал, чтобы пронзить ей сердце. Но женщина вывернулась и выбила оружие из рук вампира и полоснула когтями по его щеке. Маркус ударил демонессу по лицу, она зашипела, ударившись спиной о стену. Тогда Маркус обхватил ее голову руками и резко повернул, раздался противный хруст костей, и безжизненное тело демонессы мешком рухнуло на грязный пол.

Кейт с трудом подавила приступ тошноты и подняла с пола пистолет. Нашла глазами Брауна.

Охотник сражался против единственного оставшегося демона, остальные были мертвы. Браун выглядел уставшим, его лоб покрылся испариной, а дыхание было прерывистым, но он ловко уворачивался от ударов адской твари. Выстрел и демон упал замертво.

У Кейт немного отлегло от сердца. Они победили. Даже не верится. Теперь осталось выбраться отсюда.

Девушка посмотрела на Маркуса:

– Она мертва? – Кейт кивнула на демонессу.

– Нет, – хрипло ответил он, бегая взглядом по полу. – Где этот чертов кинжал?

Потом посмотрел на дверь и проговорил:

– Твою мать!

В комнату ворвались еще пятеро демонов. Браун сходу выстрелил в одного и тот повалился на грязный пол. Кейт, больше не желая быть жертвой и оставаться бесполезной, вскинула пистолет и, прицелившись, нажала на курок. Попала в ногу демону, чем еще больше разозлила его. Адская тварь кинулась к ней, но ее добил Браун.

Маркус наконец нашел лежащий на полу кинжал и бросился к нему. Но один из демонов его опередил…

Кейт вскрикнула, когда он полоснул острием по шее вампира. Сердце словно перестало биться, а дыхание перехватило.

Маркус зажал рану рукой и откинул от себя демона, затем тяжело дыша, прижался спиной к стене. Между пальцев вампира текла кровь, а ноги подкашивались.

– Маркус! – в отчаянии закричала Кейт, когда демон вновь кинулся на него, сжимая в руках кинжал.

Глава 9

Маркус поднял голову и тяжелым взглядом посмотрел на несущегося на него демона. Ноги парня подкосились, и он едва не рухнул на пол. Силы сдавали, и отразить атаку он бы не смог.

Кейт не найдя другого выхода выстрелила в демона. Пуля попала в спину монстра, но это лишь немного затормозило его. Тогда Кейт бросилась к Маркусу и загородила его собой.

– Что… ты… творишь, уйди, – услышала она чуть слышный, хриплый голос за спиной. Но не обратила на это внимание. Кейт едва не вскрикнула, когда демон с горящими огнем глазами занес над ней кинжал.

Не думая ни о чем, поддаваясь инстинктам самозащиты, достала из кармана флакончик со святой водой и разбила его о лоб демона. Монстр закричал и выронил кинжал, его лицо покраснело и покрылось жуткими волдырями. Тогда Кейт вскинула пистолет и выстрелила. Демон замертво рухнул на пол.

'Господи, что я делаю? Я убийца! – в ужасе подумала девушка, но все равно вновь подняла пистолет, чтобы помочь Брауну, сражающемуся с тремя оставшимися в живых демонами. Охотник специально не подпускал их к Кейт и Маркусу, видя, что вампир не в состоянии драться. Но и его силы небезграничны. Мужчина устал и отбивал атаки все слабее еще немного и демоны одержат победу. – Я должна, ради дорогих мне людей…

– Стой… – на руку, в которой она держала оружие, легла ладонь Маркуса. – Ты… попадешь в Брауна, он слишком близко с этими… тварями.

Голос вампира звучал тихо, но твердо.

– Они убьют его, – дрожащим голосом произнесла Кейт, поворачиваясь к вампиру. Он едва держался на ногах и продолжал правой рукой сжимать шею. – Господи… как ты?

– Все хорошо, – парень покачнулся и повалился на девушку. Кейт едва хватило сил удержать его и не упасть вместе с ним.

Кейт испугалась за Маркуса. От мысли, что его может не стать в душе стало пусто и все внутри похолодело.

– Что с тобой? Что?! – в отчаянии она потрясла его за плечо.

– Мне нужно… пару секунд, – Маркус уперся рукой о стену и отошел от Кейт. Он прерывисто дышал, что заставляло сердце девушки пропускать удары. – Ничего страшного, могло быть… и хуже…

Он прижался спиной к стене, его грудь быстро поднималась и опускалась, но дыхание с каждой секундой становилось равнее.

Кейт переводила беспокойный взгляд с Брауна на вампира и сгорала от бездействия.

Один из демонов толкнул Брауна и тот ударился спиной о стену. Затем адская тварь занесла нож и вонзила его в плечо охотника.

Кейт словно окатили холодной водой, она крепче сжала пистолет и направила на демонов.

– Стой на месте! – приказал Маркус и, нагнувшись, поднял с пола кинжал, затем быстрой тенью метнулся к адским монстрам. Одного схватил за плечо и воткнул в кинжал в грудь, отбросив в сторону тело, ударил головой об стену второго и также убил кинжалом. Третий занес над ним руку с длинными когтями, но его оттолкнул от вампира охотник и, зажимая рану на плече морщась, прижался к стене.

Маркус схватил за шею оставшегося демона и, обнажив зубы с длинными клыками, толкнул его на пол и поставил ногу на грудь.

– Что, кровосос, крови хочешь, – процедил демон. – Так и пей и подавись, урод!

– Я не дурак, чтобы пить демоническую кровь, – спокойно ответил Маркус.

– Ты лучше, кровушки своего дружка отведаешь. Ведь тебе хочется, я вижу, и долго сдерживать себя не удастся. Тебе нужно восполнить силы, а тут еще такой соблазн раненый охотничек, истекающий кровью. Вот будет забавно, если ты отдашься своей природе и перекусишь собственными друзьями, которых с таким сильным упорством пытался спасти, – демон зашелся смехом. Но вскоре смех превратился в хриплый, булькающий звук – Маркус с лицом лишенным всех эмоций, что вызвало у Кейт страх, наступил подошвой туфель на горло демона и сдавливал его до тех пор, пока изо рта мужчины не потекла кровь, и он затих, перестав дышать. Затем Маркус вонзил ему в грудь кинжал.

Кейт бросилась к Брауну.

– Господи, ты весь в крови, – взволнованно проговорила она. – Нужно перевязать рану.

– Следует сначала выбраться из этого чертового места. Если сюда снова прибегут демоны, боюсь мы проиграем, – охотник морщась от боли, отошел от стены.

– Мы еще не закончили, – Маркус поднялся с корточек, его взгляд был направлен на распростертое на полу тело темноволосой демонессы. – Нельзя оставлять опасных противников в живых.

Кейт заметила, что Маркус старается не смотреть на Брауна.

– Ты в порядке? – спросила она с тревогой и провела пальцем по шее вампира. От раны остались лишь разводы крови на гладкой коже.

– В полном, – ответил он, не смотря на Кейт. Девушке показалось, что он очень напряжен и это не из-за демонов.

Она бросила взгляд на демонессу, и ей почудилось, что тело брюнетке шевельнулось…

Кейт сдвинула брови и присмотрелась внимательней. Правая рука демонессы проскребла ногтями по грязному паркету. Потом женщина оперлась на ладони, резко повернула сломанную шею, отчего кости и позвонки с противным хрустом встали на место.

От этого жуткого зрелища по телу Кейт прошла холодная дрожь, кончики пальцев онемели, а дыхание перехватило.

Демонесса медленно поднималась на ноги. Складывалось впечатление, что тело не слушается ее, а дух пытается подчинить, заставить вновь работать жизненно важные функции организма.

– Браун, уведи Кейт, – не сводя глаз с демонессы, сквозь зубы произнес Маркус.

– Марк, эта тварь слишком сильна. Ты сейчас не том состоянии, чтобы сражаться, нам лучше скорее покинуть это место, – хрипло ответил охотник, от слабости его слегка покачивало.

Кейт не нравилась его бледность и обилие крови, пропитавшей одежду и капавшей на пол.

– Мы должны выбираться отсюда, пока эта тварь не очухалась полностью! – воскликнула Кейт, переводя взволнованный взгляд с парней на демонессу. – Джордж, тебе нужна помощь и скорее, ты истекаешь кровью.

Охотник скривился от боли и нетвердой походкой стал отступать к выходу.

Кейт дернула застывшего на месте Маркуса за рукав. Ответом ей послужил злобный, хищный взгляд черных глаз. Она отшатнулась. Это был совершенно другой Маркус – вампир, давший своим звериным, темным инстинктам выйти наружу.

– Уходи, пока я еще могу себя сдерживать. Слишком много крови… – прошептал он, сжимая руки в кулаки. Кейт увидела удлинившиеся клыки.

– Я не… – начала она, но ее прервал скрипучий и хриплый голос:

– Вы не покинете это место, вы сгниете здесь, – демонесса стояла на ногах, склонив голову на бок. Выглядела она жутко: всколоченные волосы, один глаз полон ярости и горит красным светом, вместо другого кровавая дыра, грязная одежда в кровавых разводах.

– In nomine… Patris, et Filii, et Spiritus Sancti. Amen, – тяжело дыша проговорил Браун.

По телу демонессы прошла дрожь. Полный ненависти и презрения взгляд адской твари переместился на охотника.

– Заткнись, – прошипела она.

– Exsurgat Deus et dissipentur inimici ejus: et fugiant qui oderunt eum a facie ejus.

Sicut deficit fumus, deficiant: sicut fluit cera a facie ignis, sic pereant peccatores a facie Dei, – продолжил Браун,

Демонессу снова передернуло.

– Как ты смеешь?! Замолчи! Я вырву твой язык и распотрошу тело, как тушку свиньи! – закричала она.

– Judica, Domine, nocentes me: expugna impugnantes me. Confundantur et revereantur quaerentes animam meam. Avertantur retrorsum et confundantur cogitantes mihi mala.Fiat tamquam pulvis ante faciem venti: et angelus Domini coarctans eos… – продолжал охотник. Чтобы не упасть он привалился к стене.

Кейт бросила на него обеспокоенный взгляд, понимая, что силы Брауна на исходе, и он едва не теряет сознание.

– Маркус, пожалуйста, уходим. Джордж не сможет долго сдерживать ее, – взмолилась Кейт, осторожно дотрагиваясь до его руки. Она понимала насколько это опасно, но не могла допустить, чтобы он остался здесь, с демонессой. – Ты сильный и можешь совладать с жаждой. Я не уйду без тебя…

– Дура, самая настоящая идиотка. Если я сорвусь, то разорву вас с Брауном в клочья, – процедил Маркус, пятясь за Кейт к выходу.

– Veniat illi laqueus quem ignorat; et captio quam anscondit, apprehendat eum: et in laqueum cadat in ipsum. Anima autem mea exsultabit in Domino: et delectabitur super salutari suo, – лоб охотника покрылся испариной, а глаза закрывались и держать их открытыми с каждой секундой ему становилось все труднее.

Демонесса сжала руки в кулаки и завыла, от этого звука кровь стыла в жилах. Затем упала на колени, ее тело ломало, слышался хруст костей, а из ушей и рта текла кровь.

Кейт отвернулась не в силах смотреть на этот ужас и, стараясь прогнать приступ тошноты. Маркус обхватил правой рукой охотника за талию и помог ему выйти за пределы комнаты.

Вампир вынул из кармана пальто флакончик со святой водой и разлил ее по порогу под слова экзорцизма Брауна. Затем захлопнул дверь.

– Валим, господа, пока заклинания изгнания демонов сдерживают эту сучку и пока сюда не прибежали оставшиеся шестерки, и пока я могу хоть как-то контролировать себя… – сказал Маркус.

* * *

Кейт обхватила охотника за талию с левой стороны, и они направились по коридору к выходу из здания. Браун был бледен, еле передвигал ноги и тяжело дышал.

Кейт понимала, что он потерял много крови, и боялась летального исхода.

'Все будет хорошо. Он не умрет, – упрямо повторяла она. – Мы выберемся и отвезем его в больницу, там Джорджу помогут, и он скоро поправится'.

Но состояние охотника, эта не все, что волновало Кейт. Жажда Маркуса, вот что ее заботило не меньше.

'Сколько он еще сможет сдерживаться?'

Кейт посмотрела на вампира. Плотно сжатые губы, напряженный взгляд, нельзя точно понять, о чем он думает и что чувствует. Либо его тревожит возможная погоня, либо съедает сильная жажда крови, либо и то и другое…

Ноги Брауна подкосились, он бы рухнул на пол, если бы Маркус его не удержал.

– Охотник, твою мать… – раздраженно процедил вампир, и тут его взгляд упал на залитую кровью одежду Брауна, на собственные руки, перепачканные красной жидкостью. Глаза вспыхнули дьявольским огнем, и вампир обнажил в зловещем оскале белоснежные зубы с острыми чуть изогнутыми внутрь клыками.

'Зверь', – мелькнуло в голове Кейт, ее накрыло липкой, холодной волной страха.

– Вот черт, – прошептал Браун, закрывая собой Кейт и пятясь вместе с ней к стене.

Вампир склонил голову на бок и, прищурив глаза, наблюдал за ними взглядом хищника, животного, но не Маркуса, каким знала его Кейт.

– Вампиры рабы жажды крови. Это их проклятие за бессмертие. Похоже перед операцией моего спасения он не перекусил дома, пусть и был немного голоден, – проговорил Браун, морщась от боли в плече. – Ранение его ослабило и еще больше пробудило голод, а моя кровь довершила дело… Кэти, извини, но правильней было бы сейчас пустить ему в сердце серебряную пулю. Просто вампир – это проблема, а вампир, поддавшийся своей звериной сущности – катастрофа.

При последних словах охотника Кейт крепко вцепилась в его плечи.

– Мы же не станем убивать Маркуса, – прошептала она.

– Если он кинется на нас, то не останется выбора, иначе он убьет нас. Попробовав крови он либо озвереет еще больше, а после такого вампиры редко становятся прежними… У меня осталась одна пуля… главное не промахнуться…

– Нет! Нет! – Кейт закрыла уши руками и замотала головой, в глазах появились слезы. Потом она опустила руки и с надеждой посмотрела на Маркуса:

– Скажи, что ты в порядке, пожалуйста!

Вампир покачал головой и попятился назад в сторону выхода из здания, а потом повернулся спиной и умчался со сверхъестественной скоростью.

– Он хоть не растерял остатки разума, не превратился полностью в животное… пока. А то я подумал, что он уже ничего не понимает и интересует его только кровь, – пробормотал охотник. Делая пару шагов вперед. Он чуть не упал, и Кейт пришлось вновь обхватить его за талию. Браун оперся рукой о плечи девушки, и они направились к выходу. Шли медленнее, чем с Маркусом, то и дело, спотыкаясь и чуть не падая, но с каждым шагом приближались к выходу.

Демоны не появлялись, что несказанно радовал, и давало надежду покинуть фабрику, больше не встретившись с ними. Возможно они всех их перебили, а жуткая демонесса еще никак не могла выбраться из ловушки, созданной Брауном.

Кейт старалась не думать о Маркусе, но мысли все равно возвращались к нему.

– Главное, чтобы Марк не напал на кого-нибудь, – проговорил охотник.

Внутри Кейт все похолодело. Она представила как Маркус, обнажив клыки, бросается на ни в чем не повинного человека и вгрызается ему в шею. Льется кровь, а он жадно пьет ее, словно взбешенный зверь, разгрызая клыками плоть жертвы…

Кейт вздрогнула и откинула прочь эту ужасную фантазию, молясь, чтобы она не стала реальностью.

'Что теперь делать? Где теперь его искать?'

Но искать Маркуса не пришлось.

Кейт и Браун, выйдя из здания, увидели его возле двери, прижимающегося спиной к кирпичной стене.

Он судорожно дышал и даже не посмотрел на них.

– А я думал ты уже далеко отсюда и пьешь кровь какого-нибудь человека, – сказал Браун, не отрывая взгляда от вампира и вместе с Кейт отходя от него подальше.

– Я… чистокровный вампир… меня учили… Я никогда… не стану… Я не животное, – процедил он, сжимая руки в кулаки. – Если я и буду пить чью-то кровь, то сохраняя рассудок…

– Я могу… – Кейт хотела выйти из-за спины охотника, но Браун схватил ее здоровой рукой и заставил отойти назад. – С ума сошла! Сейчас та малая часть крови, которую ты можешь ему предложить без вреда для своего здоровья, лишь раздразнит его. Марк не сдержится и убьет тебя.

– Он прав… уходите, – проговорил Маркус, не моргая, смотря в землю.

В этот момент из здания старой фабрики выскочил мужчина. Он ничего не успел сделать, как Маркус с нечеловеческой скоростью метнулся к нему, схватил за горло и припечатал к стене.

– Браун, изгони из него демона! – потребовал вампир.

– Марк… не… – начал охотник.

– Сделай это! Или я за себя не отвечаю! – почти прокричал Маркус.

– Ритуал нельзя провести быстро, – сказал Браун.

– Это шестерка, слабый демон. К тому же он сам вылетит из этого тела, ведь он не захочет, чтобы я устроил ему пытки, на которые не способны даже в аду, – прошипел Маркус и повысил голос, встряхивая мужчину:

– Ведь я прав? Ты покинешь тело добровольно? А?

Демон испуганно закивал головой.

Не успел Браун произнести и предложения заклинания изгнания, как от тела мужчины отделилась тень и ушла в землю.

'Какое же ты страшное существо, если даже адская тварь испугалась тебя, Маркус', – подумала Кейт.

– Вы поможете мне? Поможете? Я был одержим, он управлял мной… – мужчина вцепился в плечи Маркуса. Он был напуган, и в свете луны Кейт различила в его глазах мольбу и надежду.

Девушка вскрикнула и закрыла рот рукой, когда Маркус ни говоря, ни слова вцепился острыми клыками в шею мужчины.

– Пойдем, не стоит на это смотреть, – сказал Браун и заставил Кейт отвернуться.

* * *

Кейт била мелкая дрожь, сердце колотилось как ненормальное и кровь неприятной барабанной дробью стачала в висках. Разум девушки не желал принимать действительное. Она снова попала в водоворот мистики, прикоснулась к сверхъестественному и вновь еле осталась жива. А Маркус… В этот раз она узнала его еще более темную сторону. Увидела живущего внутри зверя, жаждущего крови и готового рвать людей на части.

'Маркус едва сдержался, чтобы не убить меня и Брауна, – от этой мысли сердце Кейт пропустила удар, а по телу разлился холод. – Но ведь сдержался, ему было трудно, но он не поддался природе', – тут же внесла она довод в защиту вампира.

'Но теперь страдает ни в чем неповинный человек, сначала в него вселился демон, а теперь лакомится вампир… У мужчины должно быть есть семья, дети, друзья – одним словом жизнь, а Маркус ее сейчас забирает и я уверена, что при этом не чувствует и капли жалости. Ведь люди для него по большей части лишь сосуды наполненные живительной влагой'.

Кейт дрожащими руками нажала на ручку, открыла дверцу и помогла Брауну сесть на заднее сиденье автомобиля. Охотник, тяжело дыша, откинулся на спинку и прикрыл глаза.

Кейт присела рядом и стала искать в салоне аптечку.

– Только держись, – бормотала она. Найдя за сиденьем сумочку наполненную медикаментам, повернулась к охотнику. Сердце сжалось от страха и тревоги за жизнь Брауна.

Силы полностью покинули его, он осунулся и побледнел еще больше, воздух со свистом вырывался из приоткрытых губ.

Кейт провела дрожащими пальцами по бледной щеке охотника и уверенно проговорила:

– Все будет хорошо.

Затем начала осторожно снимать с Брауна куртку, боясь причинить ему боль.

– Не беспокойся, мне бывало и хуже. Заживает все… как на собаке. На моем теле много шрамов. Один из них даже оставил этот ублюдок – Марк, – морщась, ответил охотник. Здоровой рукой он открыл аптечку и достал из пачки с незнакомым названием таблетку и проглотил ее.

– Что это? – спросила Кейт, сдвинув брови.

– Обезболивающее… – голос Брауна прозвучал хрипло и устало.

– Только не теряй сознание, – взволнованно произнесла Кейт. Она стянула с охотника рубашку, при этом стараясь не обращать внимания на кровь, щедро залившую его одежду, тело и ее собственные руки. Кейт удивлялась, как еще не упала в обморок. В детстве при виде чужой крови ее начинало мутить, а в глазах темнеть. Возможно сейчас она просто боялась за Брауна и сильно хотела ему помочь или боязнь крови со временем прошла. Давно Кейт не могла проверить это на практике.

Взяв в руки бинт, она начала перевязку.

– А почему Маркусу не нравится, когда его называют Марком? – спросила Кейт, она видела, что охотнику с трудом удается держаться в сознание и решила вести с ним беседу, чтобы не дать уснуть. Но и ответ на вопрос интересовал ее давно.

– Могу предположить, что до меня… его никто так не называл… Укороченное имя напоминает ему обо мне, а меня он ненавидит, поэтому и бесится.

Кейт усмехнулась, но тут же побледнела, губы сжались и превратились в тонкую линию.

– Маркус убьет того мужчину… – это походило больше на констатацию факта, чем на вопрос.

– Скорее всего уже…

Кейт опустила глаза, продолжая перевязку.

– Я охотник на сверхъестественных тварей, но не могу винить его за это. Иногда жажда вампиров берет над ними контроль и они ничего не могут с этим поделать… Такими… их создала природа, – хрипло произнес Браун.

– Ты не испытываешь жалости, когда убиваешь вампиров? – спросила Кейт.

– Какая тут жалость, когда на тебя кидается существо с горящими глазами и звериными клыками, жаждущее впиться в артерию или свернуть тебе шею, – Браун усмехнулся и попытался приподняться на сидении, но тут же поморщился от боли и оставил попытку. – Пусть они и питаются кровью по жизненно важной необходимости, при этом они убивают людей, и поэтому для них в моем сердце нет места состраданию.

– А Маркус…

– Не было и дня, чтобы я не пожалел, что не только оставил его в живых, но и помог ему, поддавшись словам призрака его матери. Ты не представляешь, сколько на его руках крови ни в чем не повинных людей и не всех он убил из-за жажды…

– Я как раз представляю, – ответила Кейт, она закончила перевязку и помогла Брауну накинуть на плечи куртку. – Он рассказал часть из своего прошлого…

– Совесть замучила, решил исповедаться? – усмехнулся охотник, но скептически прибавил:

– Хотя совести у него нет.

Кейт убрала аптечку и, опустив глаза, затеребила край левого рукава пальто.

– Нельзя любить Марка, он способен принести только страдание. Да и вообще вам нельзя быть вместе, это может завести вас в такие дебри, что даже хитрый Маркус не сможет выпутаться. Любовь вампира и человека опасна и может стоить вам жизни…

– А нет никакой любви, и вместе мы никогда не будем, – ответила Кейт. – У меня есть парень, а Маркуса я забуду, – она повернулась к охотнику, говорить о вампире ей больше не хотелось:

– Как ты себя чувствуешь?

– Наверное это обезболивающее, но мне кажется, что лучше.

Тут Кейт услышала звук открываемой двери, сердце дрогнуло и в ту же секунду на место водителя сел Маркус, принеся с собой холодный ночной воздух.

Девушка замерла, смотря на вампира. Она видела лишь его затылок и не могла видеть его лицо и эмоции, играющие на нем, либо их отсутствие. Но от Маркуса холодные волнами исходила опасность. Даже Браун затаил дыхания, пытаясь разобраться, что чувствует вампир и как подействовала на него выпитая кровь. Утолила жажду, либо еще больше превратила вампира в животное.

– Маркус… – дрожащим голосом произнесла Кейт.

– Что? – без всякого выражения в голосе ответил он и повернул ключ зажигания.

– Ты… – Кейт не могла подобрать слов.

– Я в порядке и больше не жажду вашей крови, – тем же тоном ответил он и повернулся к Кейт. В его глазах больше не было голода. Он выглядел отстраненным и уставшим.

Маркус скользнул взглядом по Брауну, повернулся к лобовому стеклу и положил руки на руль.

– Охотник, умрешь в моей машине и я выкину твое тело из салона, – с сарказмом произнес вампир, но голос звучал немного надтреснуто. Похоже Маркуса задело, что он едва не сорвался из-за жажды и уподобился животному.

* * *

Сдав Брауна на руки врачам и медсестрам, Кейт с Маркусом покинули здание больницы.

Близился третий час ночи, и Кейт понимала, что ее остаток проведет либо без сна, либо в душных объятиях кошмарных снов.

Сегодняшние события еще надолго останутся в ее памяти. Она будет просыпаться по ночам от ужасающих видений в виде рек крови и красных глаз демонессы, выстрелов, часть из которых совершила сама, тем самым превратившись в убийцу. Кейт была уверена, что так и будет. Маленькое мистическое приключение не может не иметь последствий…

Но Кейт ни о чем не жалела. Пусть теперь она на некоторое время лишится нормального сна, зато с ее помощью удалось спасти хорошего человека. За жизнь Брауна Кейт больше не волновалась. В больнице ему окажут необходимую помощь, и он скоро поправится.

– Отвезешь меня домой? – спросила Кейт, посмотрев на Маркуса, когда они шли к припаркованной машине по заасфальтированной дорожке, тянувшейся от больницы.

– Само собой, – без всякого выражения в голосе ответил он. Маркус был непривычно тихий и уставший, что вызывало у Кейт недоумение.

'Неужели он все из-за несдержанности своего голода?' – подумала она.

Кейт еще пару секунд продолжала изучать его идеальный профиль, освещенный фонарями, стоящими по обе стороны дороги, потом отвернулась.

Они подошли к автомобилю. Кейт хотела сесть внутрь, но Маркус остановил ее.

– Давай постоим немного, подышим свежим воздухом, – предложил он.

– Хорошо, – пожала плечами Кейт и подняла взгляд к темному небу, где раскинулись мириады мерцающих звезд. – Красиво, правда? – обратилась она к вампиру.

– Да, – коротко ответил он. Его брови сдвинулись на переносице, а во взгляде появилась настороженность.

– Что случилось? – прошептала Кейт с тревогой.

– Меня не покидает странное чувство еще с того момента, когда мы находились возле фабрики… – протянул он, рассматривая колючим взглядом темных глаз окружающую местность. – Кажется, что за нами следят…

Кейт поежилась и оглянулась. Вернулся страх и липкой паутиной вновь опутал сердце.

– Демон? – дрожащим голосом спросила она, сжимая руки в кулаки. Очередной встречи с этими монстрами она не выдержит…

– Я не чувствую нечисть, – ответил Маркус и у Кейт отлегло от сердца. – Скорее всего – человек.

Девушка огляделась, но никого поблизости не увидела и тем более не почувствовала. Она вспомнила об охотнике, которому она обращалась за помощью в спасении Брауна.

'А если он следит за нами, – мелькнула мысль. – Но он не может сейчас быть здесь… Правда стоить предупредить Маркуса'.

– Я должна тебе кое-что сказать… – неуверенно начала Кейт.

Вампир посмотрел ей в глаза.

– Я слушаю.

– Браун позвонил мне, когда оказался окружен демонами. Он дал мне номер охотника, которому ты должен был передать кинжал. После того, как я приехала к тебе с просьбой помочь Джорджу и твоего отказа, я позвонила ему в надежде, что тот спасет друга. Но он оказался слишком далеко от Лондона и не мог приехать быстро… Этот охотник сказал, что убьет тебя… Еще мне показалось, что он слегка не в себе и это делает его более опасным…

– Хм, получается теперь за мной будет охотиться шизанутый охотник на вампиров, – губы Маркуса скривились в усмешке, а во взгляде мелькнула заинтересованность.

– Он не сумасшедший, – неуверенно произнесла Кейт. – Просто…

– До безумия предан делу, – с иронией в голосе закончил Маркус. Он заметно оживился и настроение начало повышаться. – Мда… удружил Браун… Хотя… это повод повеселиться. Перегрызть глотку очередному охотнику на вампиров – чем не праздник. Если конечно он не пронзит мне сердце кинжалом с серебряным лезвием, или не отрубит голову. Вывод один: кому-то из нас придется умереть.

Кейт не понравился огонь предвкушения веселья, горящий в глазах вампира, и она отвернулась. Ей было не понять его радости. Точнее она понимала, но не хотела воспринимать. Пусть Маркус хочет избавить мир от охотника, уносящего с собой жизни его сородичей, но мысли об убийстве были ей противны. Она сама теперь не знала, как очистить себя от этого страшного греха. Хотя в глубине души понимала, что ни в чем не виновата, ведь помогала дорогим людям…

– Смотрю, ты принарядилась и уверен, старалась не для меня, – неожиданно произнес Маркус, окинув Кейт взглядом.

Девушка провела рукой по некогда хорошо уложенной, а сейчас безнадежно испорченной прическе, бросила взгляд на пальто, покрытое кровавыми пятнами.

– Когда ты появилась на моем крыльце в первую секунду я даже не узнал тебя… Ты преобразилась специально, чтобы соблазнить нового дружка? – с издевкой спросил Маркус, сузив глаза.

– Не только поэтому, я девушка и хочу выглядеть красивой, – невозмутимо ответила Кейт. Начало этого разговора ей не нравилось…

Маркус пару секунд молчал, разглядывая ее, а затем с легкой усмешкой спросил:

– Как прошло ваше свидание?

Кейт опустила глаза, не выдержав пристального, словно проникающего в душу, взгляда вампира.

– Отлично. Джастин хороший парень и мы с ним интересно провели время…

– Ты так давно его знаешь, что можешь утверждать, что он хороший? – в голосе Маркуса сквозила неприкрытая ирония и насмешка.

Кейт начал надоедать этот разговор. Ей не хотелось обсуждать с Маркусом свои новые отношения и выслушивать его издевки.

Она подняла взгляд и уверенно заглянула в глаза вампира.

– С Джастином я могу расслабиться, с ним свободно. В отличие от твоего общества, где я не могу нормально дышать, и напряжение не покидает меня. С Джастином можно говорить и не бояться, что в ответ он жестоко высмеет меня. Он относится ко мне как к равной и не считает игрушкой, которой можно вертеть как угодно и в смене своего настроения, то приближать, то жестоко отталкивать от себя, – отчеканила Кейт. – К тому же он знает цену любви и способен на это чувство.

'А главное Джастин – человек, а не кровожадный монстр', – хотела прибавить она, но не стала.

Маркус усмехнулся, отвел взгляд и, улыбаясь, ядовито произнес:

– Ты просто прекрасно разбираешься в людях. Пара встреч и ты уже можешь так много знать о нем.

– Я… – начала Кейт, но Маркус не дал ей договорить, и вновь заглянув в глаза, с улыбкой, но без иронии спросил:

– У тебя новое увлечение и теперь мое присутствие не трогает?

– Не трогает, – твердо ответила она, не дрогнувшим голосом, Это была ложь, но ей хотелось, чтобы Маркус думал обратное. Хотелось задеть его самолюбие.

– Уверена? Хорошо подумала прежде это сказать? – все с той же улыбкой спросил он. Кейт не нравилось довольное выражение его лица. Маркус словно видел ее насквозь и знал, что она врет.

– Я вычеркнула тебя из жизни еще после того разговора возле моего дома, когда просила уйти, – она старалась контролировать сердцебиение, чтобы не выдать себя. Рядом с ним разум был не властен над сердцем. В тот день Кейт нашла в себе силы отпустить его, и сейчас была тверда в своем решении. Но она не перестала любить… Хотя так мечтала, освободиться, забыть его навсегда… – Ты слишком самоуверен, если не веришь мне.

Маркус приблизился к Кейт в плотную и прошептал на ухо, щекоча теплым дыханием кожу:

– Я могу доказать обратное…

Он нежно поцеловал ее в шею, отчего по телу разлилась сладостная дрожь. Кейт была возмущена его действиями, хотела оттолкнуть вампира, но тело не слушалось…

Маркус заглянул в лицо Кейт и провел прохладными пальцами по щеке. Другой рукой крепко обнял девушку за талию.

– Прекрати… – чуть слышно произнесла Кейт, тая в черных омутах глаз вампира. Сердце колотилось с бешеной скоростью, дыхание прерывалось, все тело и даже разум, жаждали прикосновений и ласки вампира, и лишь частичка души противилась их близости.

– А ты оттолкни меня, – ответил Маркус и поцеловал Кейт, легко, специально дразня, не давая большего.

'Зачем позволяешь ему? Он играет, проверяет наличие своей власти над тобой…' – доносился из глубины души голос разума.

Продолжая целовать, Маркус начал расстегивать пуговицы пальто Кейт, затем запустил руку под кофту. Его рука заскользила по телу. Эти ласки приносили Кейт ни с чем несравнимое удовольствие.

Маркус на миг оторвался от ее губ, довольно улыбнулся и затем впился в них страстным, горячим поцелуем, от которого у Кейт подкосились ноги. Не выдержав, она сильнее прижалась к сильному телу вампира, с удовольствием отмечая, как же быстро колотится его сердце и сбивается дыхание.

Сама она сгорала от непонятно раньше желания, все ее тело просило большего.

Но тут Маркус резко оттолкнул Кейт от себя и, переведя дыхание, с довольной усмешкой произнес:

– Одно из двух: Либо ты прикидываешься чистой и целомудренной девушкой, а на самом деле распутна и тебе плевать 'с кем', лишь бы получить удовольствие. Либо ты мне соврала, и мое присутствие еще как трогает тебя.

– Ты… ты просто подлец, ты… – выдавила Кейт, дрожа, но теперь уже от злости, и замахнулась рукой, чтобы залепить пощечину. Но Маркус перехватил ее, схватив за запястье, и притянул девушку к себе.

– Думала уколоть меня, задеть словами о том, что твои чувства ко мне прошли бесследно. Милая, да я читаю тебя, как открытую книгу, если настоящие эмоции нельзя прочесть на лице, то их можно найти в глубине глаз. Либо просто послушать биение сердца, ритм которого, выдает твои чувства с головой, – с усмешкой проговорил ей в лицо Маркус. – Да и если рассудить логически: не могла ты полностью избавиться от любви ко мне за такой короткий срок.

Кейт едва удавалось сдерживать слезы жгучей обиды, но мысленно она поклялась, что он их не увидит и это придавало сил и не давало соленой влаге, пропитанной болью и горечью, вырваться наружу.

– Я забуду… – твердо произнесла она, обращаясь больше к себе, чем к нему. – Теперь уже точно… – Кейт вырвала руку и отошла на несколько шагов. Маркус не сдерживал ее, лишь хмуро наблюдал. – Ты скажешь, что я много раз это говорила, называла тебя сволочью, кричала: 'Ненавижу!', но все равно прощала. Все твои издевательства и унижения, все… Ведь ты потом становился добрым и нежным, но хватало тебя ненадолго… Хватит! Если вчера, просив тебя уйти я не испытывала ненависти, лишь горечь и сожаление, что мы такие разные и, что не можем быть вместе. Теперь во мне все кипит от ненависти. Я правда самая настоящая дурра, раз до последнего надеялась, что хоть в глубине твоего сердца есть что-то светлое. Это мой недостаток искать в людях добро, не видя, что его нет, и сочувствовать даже тем, кто этого не достоин.

Кейт приблизилась к вампиру и заглянула в глаза:

– Ну и что ты видишь сейчас? Правдивы ли мои слова или я опять вру?! Верно говорят, что от любви до ненависти один шаг. Знай, теперь я тебя просто ненавижу и это не пустые слова. Планка терпения лопнула! Ты сам добился этого! Всем сердцем надеюсь, что сейчас я уйду, и судьба больше никогда не сведет нас вместе!

– Хоть вздохну спокойно, – усмехнулся Маркус и язвительно прибавил:

– Если снова влипнешь в какую-нибудь историю, не вздумай бежать ко мне за помощью. Обращайся к Брауну, он охотник бывалый и живучий гад, вытащит из любой ситуации. Но все же во всем полагаться на него нельзя, помню, был у него напарник – молодой парнишка, правда на пару лет старше меня. Браун пообещал его матери, что присмотрит за пареньком, но не ничего у не вышло. Джордж не смог защитить его от меня… Так, что обращайся лучше с такими делами к своему бой-френду. Ты ведь успела за два дня хорошо его изучить, теперь доверяешь как себе и во всем можешь на него положиться.

– Иди к черту, Маркус, – устало бросила Кейт, покачав головой, развернувшись, пошла по тротуару в сторону дома. Пешком идти не хотелось, но выбора не оставалось. Телефон разбился во время битвы с демонами, и вызвать такси было не из чего. А телефонных буток поблизости не наблюдалось.

Ей повезло, по дороге ехал черный кеб, а на крыше светилась оранжевая табличка 'такси', что означало – машина свободна. Кейт выставила руку и автомобиль остановился. Когда водитель согласился отвезти ее, она села в салон.

– Мэм, только предупреждаю, выйдет дороже, чем днем, едем по ночному тарифу, – посчитал нужным сообщить таксист, мужчина средних лет.

Но Кейт его не услышала, в голове была лишь одна мысль:

'Теперь действительно все'.

Глава 10

– Ну иди, иди, моя дорогая, – с усмешкой прошептал Маркус вслед девушке, не отводя от нее взгляд, пока та не села в такси.

«Что со мной творит эта чертова смертная?» – с раздражением подумал он, и достал из кармана пальто пачку сигарет и зажигалку. Закурив, присел на капот машины.

Кейт уехала, и Маркус понимал, что теперь она действительно забудет его. Он прочитал жгучее желание и холодную решимость этого, не только в глазах, но и в ее сердце.

Маркус не привык, чтобы отворачивались от него. А эта девчонка смела пойти по стопам Мари… Это раздражало…

Но все к лучшему, так и должно быть. Только на душе почему-то горько. Если в первый раз ему было легче расстаться с ней, то сейчас он испытывал сожаление, что она ушла. Стало как-то пусто кругом и в сердце. Эти чувства бесили Маркуса, и он всеми силами противился им. Хватался за темную, не знающую любви, сторону души. Как же ему все надоело…

Знакомство с этой забавной девушкой одна из самых глупых ошибок, совершенных им. Зачем познакомившись с ней, попросил съездить вместе за шарфом? Поездка являлась лишь предлогом, чтобы побыть с Кейт. Чего он хотел? Повеселиться? Поиграть? Или же побыть с ней рядом, узнать поближе? Он же знал, что из этого не выйдет ничего хорошего.

«Лучше бы я выпил ее кровь при первой нашей встречи. В тот день мне захотелось прекратить диету из донорской крови. Выпить свежей, теплой крови, приправленной страхом… А эта девчонка, чем-то зацепила меня и я не стал…» – при напоминании о крови Маркус вздрогнул, вспомнив недавнюю несдержанность и голод, лишающий разума… Выкинув окурок, он заметил на рукаве пальто засохшую кровь и представив, как сейчас выглядит, поморщился. Пальто придется сдавать в химчистку, да еще применить гипноз, чтобы у работников не возникло вопросов, почему одежда в крови. Пусть Маркус корил себя за несдержанность, за то, что едва не переступил черту, перешагнув через которую практически не возвращаются. А он чистокровный вампир, с самого детства его учили подавлять жажду, а тут… Но он не мог отделаться от чувства, что ему нравилось видеть в глазах того мужчины, которого убил сегодня, страх, беспомощность, нежелание смерти. Чувство, что жалкий человечек в его руках приносило удовольствие, понимание превосходства над людским родом. А кровь… как же Маркус давно не пил ее из людей и забыл, какова она на вкус. Донорская не сравнится…

«Может хватит держать себя на диете? – промелькнуло у него в голове. – Зачем я вообще лишил себя радости охоты? Нет, когда-нибудь я стану вновь охотиться, но сейчас… Пока не следует…

Сейчас Маркусу было трудно вспомнить чувства и эмоции двухгодичной давности. Тогда он в один миг лишился всех кто был дорог ему. Больше всего в тот момент хотелось мести, но отличающейся от желания отомстить врагам за смерть матери. Хотелось рвать на части, словно дикий зверь всех кто угрожает вампирам. Утопить себя в крови, но отплатить им.

Лишь чудо сохранило разум и не дало отдаться на волю мести. Зная, что так он лишь погубит себя, превратится в зверя.

Маркус поклялся отомстить, но позже, когда горечь от потери утихнет и при виде врага он сможет мыслить холодно и расчетливо. Был нужен отдых, жизнь вдали от вампиров. Поэтому он обосновался среди людей. Пришлось бороться с инстинктами и перестать охотиться, ведь так легче угомонить зверя внутри себя и избавиться от ненависти в душе. Еще Маркус решил хоть раз в жизни угодить матери, во имя ее памяти… Она считала людей равными себе и хотела, чтобы сын думал также. Но Маркус не мог перебороть отвращение к смертным. Для него они так и остались слабыми, никчемными сосудами с кровью. Но Маркус перестал их убивать и переборов себя сдружился с тремя однокурсниками из университета. Он не хотел признавать, но они стали хорошими друзьями… Этим он отдал хоть какую-то дань матери, хоть немного изменился, стал лучше. А теперь Кейт… В первый же день знакомства он не видел в ней «еду». Она казалась другой, не такой как остальные… А он дурак поддался глупым чувствам, позаигровал с девочкой, спас от не-мертвой вампирши, поиграл в героя и что теперь получил… Кейт разбудила те чувства, от которых он пытался избавиться, хотел выкинуть из души навсегда. Она, как Мари, задела сердце. Но он никогда не признается в глупом людском чувстве ни себе, ни ей…

«Да пошла она к черту», – со злостью подумал Маркус, прогоняя прочь ненужные по его мнению мысли, и оттолкнулся от капота машины.

Прохладный ветерок прошелся по коже вампира и зашевелил волосы. Но он не почувствовал холода…

Маркусу вновь показалось, что за ним наблюдают… Сжимая в кармане пальто рукоять пистолета, он краем глаз посмотрел по сторонам, потом затаив дыхание прислушался, напрягая все чувства.

Рядом с ним кто-то находился, он не ошибся… И этот кто-то обычный человек…

Маркус закрыл глаза и дал своим чувствам высвободиться полностью. Все звуки стали громче и Маркус четко услышал справа чье-то дыхание и биение сердца, примерно на расстоянии тридцати трех футов.

Уголки губ вампира вздернулись. Но он не спешил показывать, что знает, где находится неизвестный наблюдатель.

Вдруг он услышал еще одно биение сердца и совсем рядом. Открыл глаза и встретился с испуганным взглядом, проходившем мимо девушки, та отскочила в сторону и, ускорив шаг, то и дело оглядываясь, поспешила уйти.

Должно быть, неподвижно стоящий парень, с кровавыми пятнами на одежде, с закрытыми глазами выглядел жутковато.

Тут Маркус услышал тихие осторожные шаги и слегка повернувшись в сторону затаившегося преследователя, увидел как тень быстро метнулась в закрытую часть больницы.

Охотник догадался, что Маркус его засек и теперь сделал своего рода приглашение.

'Хочешь поиграть, давай поиграем', – мысленно усмехнулся Маркус и двинулся за ним. Он сомневался в честности охотника и понимал, что тот заманивает в ловушку. Но не чувствовал ни волнения, ни даже тени страха. Сердце билось ровно и спокойно. Только вот на душу давило плохое предчувствие, инстинкты вопили: 'Не ходи туда!'. А в воздухе витал противный тошнотворный запах и чем ближе вампир подходил к зданию, тем он ощущался отчетливее, неприятно щекоча нос и горло. Но все же был мало уловим для того, чтобы определить чему принадлежит.

Маркус дотронулся кончиками пальцев по висевшему на двери раскуроченному замку и вошел внутрь закрытого крыла больницы. По всей видимости здесь шел ремонт. Маркус увидел широкий коридор с частично побеленными стенами, на полу лежали различные строительные материалы, рядом стремянка, а в воздухе витал запах краски, смешанный с противным запахом, который Маркус уловил еще на улице.

'Что за вонь?' – мысленно спросил вампир, медленно идя по коридору и прислушиваясь к каждому шороху. Запах казался смутно знакомым, но чьим источником является, Маркус понять не мог.

Вдалеке вампир слышал биение сердце и чувствовал человека. В конце коридора повернул направо и оказался в просторном помещении, находившимся в таком же состоянии, что и коридор.

– Давай не будем играть в прятки, – голос Маркуса гулко прозвучал в пустой комнате. – Выходи.

Он услышал тихое дыхание и шаги. Затем на потолке замигали, потом заполнили помещение светом люминесцентные лампы.

Яркий свет больно ударил по глазам. Маркус прищурился и увидел, стоящего напротив мужчину лет тридцати, в коричневой кожаной куртке и потертых джинсах. Лицо охотника пересекал грубый и уродливый шрам, делая и без того несимпатичную внешность еще более неприятной.

У Маркуса от резкого и неприятного запаха запершило в горле.

– Чем здесь несет? Или это от тебя такая вонь, что дышать невозможно? – с сарказмом спросил Маркус, не отводя пристального взгляда от охотника. У истребителя вампиров должен был быть план борьбы с вампиром, без него он бы не связался с ним и задача Маркуса его разгадать или суметь защититься, чтобы не угодить в ловушку.

– Иногда хорошее обоняние может сыграть злую шутку… Тебе вообще повезло, что ты еще можешь дышать, и я лишь немного пропах этим запахом. Неужели не узнаешь его? – с усмешкой ответил охотник.

– Чеснок, верно? – догадался Маркус. Вся ситуация нравилась ему все меньше и меньше. А инстинкт самосохранения вовсю кричал: Ты уже в ловушке! Уходи отсюда! Не время для геройства!

Охотник кивнул.

– К сожалению запах едва уловим даже для тебя и не может навредить… – в его голосе скользнуло притворное сожаление.

После этих слов Маркус все понял и разгадал нехитрый план охотника. Быстро вынул из кармана пистолет, но убийца вампиров успел его опередить… Под ноги Маркуса упала газовая граната. Только вместо слезоточивого или нервно – паралитического газа он почувствовал удушающий запах чеснока.

Легкие и горло зажгло огнем, стало трудно дышать, в глазах потемнело. Маркус выронил из ослабевшей руки пистолет и, хватая ртом воздух, тем самым еще больше травясь чесноком, упал на пол.

– Вампиры обладают физической силой, во много превышающей человеческую, устойчивы к боли и имеют множество других качеств, которых нет у людей. Но у вас, как и у всех есть слабости. Например, своего рода аллергия на чеснок, – охотник подошел к Маркусу и поднял с пола пистолет. – Действительно противный запах, правда людям не несет никакого вреда. Сейчас с тобой справиться не составит большого труда. Я могу просто выстрелить тебе серебряной пулей в сердце, и ты никак не сможешь мне помешать.

– Ну… так давай… стреляй, – прошипел Маркус, задыхаясь и чувствуя что вот-вот потеряет сознание. В глазах, то темнело, то светлело, и он едва различал нависшую над ним фигуру охотника. Сердце билось все медленней и медленней. Маркус почти прекратил тщетные попытки сделать хотя бы вздох, и словно волнами его уносило в черную пропасть беспамятства.

Сильный удар в грудь заставил Маркуса очнуться от сладкого полузабытья.

– Ты не умрешь так просто. Я придумал кое-что поинтереснее, – охотник нагнулся почти над самым лицом вампира и Маркус увидел, как блестят безумным огнем его глаза. – Скажи приятно быть жертвой?

Охотник снова ударил Маркуса ногой в грудь, так, что затрещали ребра. Вампир закашлялся, и изо рта потекла струйка крови.

– Знаешь, жертвы порой умеют кусаться, – прошипел Маркус и, собрав последние силы, ударил охотника ногой в живот. Убийца вампиром повалился на пол.

Маркус перевернулся на живот и с помощью рук попытался подняться, но в глазах резко потемнело, и разум застлала тьма…

* * *

Первое, что почувствовал Маркус – жгучий холод пронизывающий тело и словно сковывая льдом. Вампир с трудом разлепил отяжелевшие свинцовые веки. Он лежал на животе на промерзлой земле, грудь горела огнем, а сердце билось слишком медленно, едва качая по венам кровь.

Голова раскалывалась от боли, мысли путались. Маркус пытался схватиться хоть за одну, но она тут же ускользала, не давая восстановить картинку произошедшего. Но через секунды память вернулась, и он все вспомнил…

Маркус сделал жадный вздох, глубже вдыхая чистый и прохладный воздух. Сердце забилось быстрее, оживляя замедлившиеся процессы организма. С трудом, морщась от боли, Маркусу удалось перевернуться на спину. Он увидел полоску черного неба с мерцающими бледным светом звездами. Затем посмотрел по сторонам, его окружали земляные стены примерно десяти футов в высоту.

– Очень оригинально, охотник, – прошептал Маркус. – Бросить меня в могилу, а что дальше?

Смерть стояла рядом и дышала холодным дыханием в затылок. Он сейчас слишком слаб и не сможет противостоять охотнику. Да ему даже не выбраться из этой чертовой ямы.

'Ты сам виноват, – пронеслось в голове. – Сам угодил в ловушку. Недооценил противника. Он воспользовался твоим методом, нашел слабое место и ударил. В схватке кто-то должен побеждать и не всегда победа должна доставаться тебе'.

Возле края могилы появился охотник.

– Очнулся, кровосос, – довольно произнес он, посветив фонарем в лицо Маркуса. Вампир даже не поморщился и не отвел холодного взгляда от врага. – Как самочувствие? Хотя зачем спрашиваю, знаю ведь, что хреновое. Но недолго еще осталось… Сегодня я добрый и умрешь ты быстрее, чем я хотел. Правда… – охотник на секунду задумался. – Может и не слишком быстро. Таким способом я еще не убивал кровососов, ты первый.

Мужчина продемонстрировал Маркусу лопату.

– Догадываешься, что я хочу сделать?

– Закопаешь меня заживо, – едва шевеля губами, хрипло ответил он. В глазах начало темнеть, сознание ускользало, боль в легких и груди стала почти невыносимой.

– Похоже я немного перестарался, ты и так еле дышишь и не сможешь в полной мере оценить, каково быть придавленным тонной земли и не иметь возможности ни вздохнуть, ни пошевелиться, – в голосе мужчины прозвучало сожаление. – Ну и ладно, раз уж так получилось. Только не теряй сознание подольше…

Маркус отвел взгляд от охотника и посмотрел в черное небо. Он не боялся смерти, но не хотел погибнуть от рук чокнутого истребителя вампиров… Только вот сделать ничего не мог… Или мог?

Охотник насвистывал какую-то веселую мелодию и вскоре Маркус почувствовал, как ему на ноги упала горсть земли, а затем еще одна на грудь.

– Твою же мать, – донесся раздраженный голос охотника. – Лопата сломалась. Ну погоди, у меня запасная есть…

Послышался звук удаляемых шагав.

– Урод, – прошептал Маркус и, перевернувшись на живот, уперся ладонями о землю и попытался приподняться. Но тело не слушалось, словно принадлежало другому существу. Оставив тщетные попытки встать, Маркус тяжело дыша, достал из кармана пальто мобильный телефон.

Найдя нужный номер прижал раскладушку к уху.

– Я слушаю, Марк, – ответили на другом конце.

– Браун… – прошептал вампир. Язык поворачивался с трудом, сознание меркло, медленно уплывая вдаль, все глубже и глубже в черную бездну.

– Ты должен мне… помочь… Твой друг… охотник.

– Что случилось? Что у тебя с голосом? – вопрошал Браун.

– У… тебя плохие… друзья… Интересно… многих вампиров… закапывали заживо… – чуть слышно сказал Маркус и потерял сознание.

* * *

Браун нахмурился и, нервно вертя мобильник в здоровой руке, прислонился спиной к приподнятой подушке.

– Черт, – раздраженно произнес он и бросил телефон на одеяло.

– Зачем звонил вампир? – спросил Кайл и поднялся с металлического стула, расположенного возле больничной кровати.

Браун посмотрел в покрытое морщинами лицо охотника.

– Из того, что я смог понять, сделал вывод, что Энди задумал закопать его живьем, – ответил он. – Марк просил о помощи.

Кайл изумленно вскинул брови.

– Этот гордец опустился до того, чтобы попросить помощи у своего врага?! Сильно наверно ему досталось от Энди.

– Похоже на то, я едва понял, что он мне говорил, – ответил Браун, напряженным взглядом смотря на дверь палаты.

– Ты какой-то мутный, Джордж, – в голосе охотника появилась озабоченность.– Смерть этого вампира – решение большой проблемы. Кровососа зовут Маркус Страстенберг, верно? Ты мне так и не сказал кто он и откуда его знаешь, но я догадался. Помнишь месяц назад он со смертной девушкой приходили к тебе, я увидел инициалы у него на перстне. Это отпрыск Томаса Страстенберга и с ним ты два года назад воевал. Он чудовище и ему прямая дорога в ад. Мир только с облегчением вздохнет, если этой сволочи не станет, и ты как охотник должен это понимать.

– Марк помог нам, достал кинжал. Без него мы бы еще долго искали это оружие, демоны почти все уничтожили еще в древности. Получается… я подставил Маркуса… Попросил помощи, что странное он не отказал, чем удивил меня. Мы договорились, что если со мной что-нибудь случиться, он должен будет передать кинжал одному из охотников. Я обещал, что его никто не тронет…

– Джордж, давай только не будешь играть в благородство с вампиром, – поморщился Кайл.

– Если бы не Марк, я был бы сейчас мертв… – Браун находился в замешательстве. В нем боролись двое: охотник, которого учили, что вампиры и прочая нечисть не достойны жизни и всех их нужно уничтожать и человек, умеющий держать слово, не лишенный милосердия и чувства долга.

– Он не для тебя старался, а ради девушки, – Кайл сел на стул и скрестил руки на груди.

– Ты прав, Марку плевать на мою жизнь, – усмехнулся Браун. – Он спас меня, чтобы отдать долг и больше не быть ничем обязан… Только знаешь… мы убиваем вампиров, за то что они убивают людей… А Маркус отошел от дел и живет мирно.

– Не верю, чтобы этот кровосос решил похоронить себя среди смертных. Он же помешан на защите вампиров. Он, что-то выжидает…

Браун опустил глаза, понимая правоту охотника. Только на душе неприятно скребли кошки. Он чувствовал вину перед Маркусом.

'Дожили, жалеешь эту кровососущую мразь', – укорил он себя и, опустив подушку, лег на постель.

– Ты не должен забывать, что Маркус Страстенберг убил Даниэля. Неужели можно ему это простить? – внес еще довод Кайл. – Он заслуживает смерти. Ведь не факт, что если ты спасешь ему жизнь, потом он не нанесет тебе удар в спину. Так, что лежи, отдыхай, общайся с симпатичными медсестричками и не думай о Маркусе. Считай он списан со счетов, вывен из игры на нашу радость. Я много слышал о Маркусе и сделал неутешительные выводы – он очень опасный враг, нельзя, чтобы он жил у нас под боком. Так что, все что не делается, все к лучшему, – охотник встал со стула и прибавил:

– Пойду за кофейком, тебе принести?

– Нет, не хочу, – поморщился Браун.

Кайл вышел из палаты, оставив его одного с тяжелыми думами.

Джордж сел на постели. Голова тут же закружилась, очертания палаты на миг помутнели перед глазами, раненое плечо заныло.

'Кайл прав, Маркус не заслуживает спасения. Пусть подохнет, давно пора', – мысленно согласился с охотником Браун, но на сердце все равно было тяжело.

Браун почувствовал сквозняк, словно открыли окно. Сдвинув брови, пробежался взглядом по палате, и вздрогнул, когда перед ним возникла молодая женщина в белом платье, в которой он узнал Миранду Страстенберг.

– Здравствуй, Джордж, – тихо, но отчетливо, произнесла она.

Странно, но Миранда мало походила на призрака, если не считать пробирающего до костей холода, исходившего от нее и мертвенной бледности кожи. Женщина казалось реальной, а не бледной тенью приведения. Браун был уверен, что если дотронется до нее, то рука не пройдет сквозь и он ощутит холодную, но осязаемую плоть.

– Ты всегда будешь появляться, когда сыну нужна помощь? – ядовито осведомился Браун и отвернулся, чтобы не встретиться с взглядом мертвой вампирши. Он был уверен, что в первую их встречу она загипнотизировала его и этим заставила помочь Маркусу.

– Это последний раз… больше нельзя, – голос Миранды дрогнул. – Я меняю его судьбу, вмешиваюсь в мир живых… Это запрещено, но… есть причина по которой мне дозволили вмешаться…

– С чего такие привилегии? – с усмешкой спросил Браун и перевел взгляд на вампиршу, при этом стараясь не смотреть ей в глаза.

На губах Миранды проскользнула грустная улыбка.

– Я не могу сказать…Не хочу, чтобы об этом когда-нибудь узнал Маркус… Ему это не понравится…

– Ты говоришь так, словно знаешь, что он будет жить и я помогу ему, – произнес охотник. – Но я не дал согласия и не собираюсь этого делать… Мне совершенно безразлична судьба твоего отпрыска. Поэтому можешь возвращаться обратно в мир мертвых. От меня ничего не добьешься.

– Пойми, мысль о его смерти невыносима. Я мать, он мой ребенок. Я безумно люблю Маркуса и хочу ему счастья. Охотник, можешь не прятать от меня взгляд, я не стану применять гипноз, – слова вампирши шли от сердца, звучали искренне и были полны боли. На левую щеку Брауна легла ледяная ладонь.

'Она сильный призрак, если так осязаема в нашем мире. Неужели любовь к сыну и желание помочь ему подпитывают ее? Или есть еще что-то?.. Если я захочу прогнать ее, это будет непросто…' – промелькнуло в голове охотника.

Миранда развернула его к себе лицом и заглянула в глаза.

– Я должна извиниться, два года назад я помутила тебе разум, внушила согласие в помощи Маркусу. Но по-другому мне бы не удалось тебя уговорить. Ты считал Маркуса врагом и не испытывал ничего кроме ненависти и жажды отмщения за смерть друга. Мой мальчик умирал… у меня не оставалось выбора… Пожалуйста, умоляю помоги ему и сейчас, – в ее карих глазах Браун увидел отчаянную мольбу и слезы. Сердце дрогнуло, стало жаль эту женщину. Она мать, она любит сына, таким, какой он есть… Но заслуживает ли Маркус спасения? А главное, каких сюрпризов можно ждать от него в будущем? А если он вернется к вампирам и возьмется за старое…

– Ты не хочешь стать фанатиком, убивающим сверхъестественных существ без разбора, лишь за то, что они не люди. Считать их отродьями, не достойными ходить по земле, даже если они не причиняют вреда человеческому роду. Хочешь сохранить здравомыслие и рассудок. Понимаешь, что существуют существа принадлежащие миру тьму, но не угрожающие простым смертным. Есть даже демоны, питающиеся негативными эмоциями и этим наоборот облегчающие жизнь жертвы. Большая часть вампиров убивает людей, ради крови. Оставшаяся, малая, но все же какая-то часть, питается донорской кровью или пьет кровь из человека, но при этом не убивает его. Суть в том не кто ты, а каков ты… Маркус, неважно по каким причинам, но не трогает людей. Он изменился, пусть немного, но все же стал лучше. Ты сам это замечаешь, только его отношение к смертной девушке чего стоит. Ведь больше не чувствуешь к нему ненависти. Считаешь, что он сполна заплатил за все, что совершил. Наказание, которое он понес, хуже смерти. Боль от потери отца, друзей, девушки. Пусть сейчас она утихла, но где-то в глубине души она останется навечно. Это рана, которую не залечить. Маркус столько учился, хотел защищать вампиров, стать сильнее, но не смог… погибли все. По правде говоря, он ни в чем невиноват, но думает по-другому. Представь какую боль он испытывает, как ему тяжело. В этом ты прекрасно можешь его понять… Твоя судьба также непроста… У него сложный характер, Маркус неидеальный и никогда не сможет полностью измениться. Но он никогда не был плохим. В мире не существует идеально хороших или плохих существ. У всех есть как положительные, так и отрицательные черты характера. Только у кого-то чаша весов склоняется больше к одной стороне, а кого-то к другой, либо уравнивает и те, и те качества. Для родни Маркус готов даже не пожалеть собственной жизни. Разве это не положительная черта характера? С врагами он беспощаден, но здесь его можно оправдать… Ты и сам порой жесток с нечистью… Сегодня он спас тебе жизнь, неужели ты не ценишь этого? Да, Маркус хотел вернуть долг и больше не быть ничем обязанным. Хотел развязать, связующие вас нити… Но он бы никогда не стал помогать, если бы не уважал. Он ненавидит тебя, но считает настоящим воином, действительно способным, что-то сделать для людей. Маркус ценит эти качества.

– Я просто тронут, – скептически произнес Браун. – Но все же отрицательных черт в нем больше и ты как мать никогда этого не поймешь. Будешь любит в любом случае, чтобы он ни натворил.

– Я хочу, чтобы ненависть и тьма исчезли из сердца Маркуса. Пусть не полностью, но хоть какая-то часть, – прошептала Миранда. – Я знаю это возможно…

– Не думаешь, что все бесполезно и твое желание неосуществимо, и какой мразью Маркус был, такой и останется? Горбатого только могила исправит. А главное не думаешь, что он уже мертв? С момента звонка Марка прошло около двадцати минут. Энди уже мог убить его.

Миранда вздрогнула, как от удара, по лицу прошла рябь, словно по глади воды, глаза наполнились страхом и болью. Женщина покачала головой и с трудом выговорила:

– Он… жив, я чувствую, но ему очень плохо… Пожалуйста… – вампирша опустилась на колени. – Помоги ему, охотник.

Браун сдвинул брови и растерянно посмотрел на нее. Как же она любит сына… Как непохожа на вампиров, какими он привык их видить.

– Хорошо… – выговорил он и поежился, начав замерзать от близкого общества мертвой вампирши. – Но, если Марк заставит меня пожалеть об этом, я сам лично убью его, даже пусть мне придется пожертвовать для этого жизнью.

– Спасибо, – прошептала Миранда и, поднявшись с колен попятилась назад. С каждой секундой ее фигура становилась менее явственной, через нее стала видна обстановка палаты. – Он на старом кладбище, что в паре минут езды отсюда. Ты знаешь где это… Прощай…

После этих слов она растворилась в воздухе.

Браун глубоко вздохнул.

'Надеюсь, спасение этого ублюдка боком не обойдется', – подумал он.

Дверь в палату открылась, и вошел Кайл, держа в левой руке одноразовый стаканчик с дымящимся черным кофе.

– Не скучал без меня, медсестрички не захаживали, а то заметил, как они заинтересованно поглядывают на твою палату, – весело произнес он.

– Мы должны собираться, – Браун, морщась от боли в плече, встал с постели. Комната закружилась, в голове помутнело, он уперся здоровой рукой о тумбочку, чтобы сохранить равновесие.

'В таком состоянии только и спасать кого-то, – пронеслась мысль. – Остается верить в свои силы и силы обезболивающего'.

Кайл замер и недоуменно посмотрел на напарника:

– Куда собрался?

– Я решил помочь Марку.

– С ума сошел! – воскликнул Кайл. Его лицо побелело от гнева и он расплескал кофе по полу. – Мы же решили…

– Я передумал, потом объясню почему. Прошу поехать со мной. Я ранен и без твоей помощи не справлюсь…

* * *

– Ты сумасшедший, – уже наверное в сотый раз повторил Кайл. Он нахмурил брови и крепче сжал руками руль, так, что костяшки пальцев побелели. – У тебя от медикаментов крыша съехала! Если Итан узнает, что ты помог вампиру – по головке не погладит. Он считает тебя одним из лучших охотников и гордится, как родным сыном. Итан воспитал тебя, обучил борьбе с нечистью и возложил большие надежды. Он сильно разочаруется, если узнает и может подумать…

– Ты не сдал меня, после того как Маркус со смертной девушкой пришли ко мне за помощью в упокоении не-мертвой вампирши. Не рассказал Итану откуда у нас кинжал для убийства демонов и уверен не выдашь и в этот раз, – сказал Браун, смотря на проносящимися за окном фонари, высокие здания и деревья, покрытые пожелтевшей листвой. Клонило в сон. Сказывалась усталость, потеря крови и препараты, которыми обкололи в больнице. Но это мелочи, Брауна научили быть выносливым и стойким. Он привык к ранениям. Они стали чем-то обыденным в жизни. – Мы друзья, ты тоже принимал участие в моем обучении и знаешь – я верен нашему делу. Вампиров нужно истреблять – я не изменил этому правилу. Но с Маркусом по-другому… Все сложно… Я постараюсь объяснить, но… чуть позже. Сейчас мы должны сосредоточиться на другом.

– Хочешь пойти против своих? Энди поступает правильно, раз поймал вампира, то обязан выполнить долг – убить его, – с укором и долей грусти произнес Кайл. – Ты разочаровываешь меня, сынок.

Браун вздохнул и посмотрел на охотника.

– Энди обещал, что если ему придется забрать у Маркуса кинжал, не тронет вампира. Заверил, что это будет лишь деловой сделкой, без крови, если только кровосос сам не нападет. Зачем ты поехал со мной, если так не хочешь помогать Маркусу? – с недоумением спросил Браун. – Мог остаться, или позвонить Итану. Вместе бы попытались вразумить меня.

– Почему я не позвонил Итану, сам знаешь. У тебя были бы проблемы… А поехал, потому что волнуюсь за твою непутевую жизнь. Ты не в лучшей форме, а Энди в последнее время меня беспокоит. Ты зря посвятил его в дело связанное с вампиром.

– Мы давно знакомы и он всегда казался вполне здравомыслящим человеком, – сдвинул брови Джордж. Новость удивила его, он и предположить не мог, что с Энди что-то не в порядке и никогда не замечал за ним ничего такого.

– Я видел, как он вел себя странно. Мы недавно охотились на оборотня в Бристоле. Когда поймали его, Энди с поистине неуправляемой яростью, наносил ему удары серебряным клинком. В глазах горело бешенство, гнев, я еле успокоил его. У нас сложная работа, порой на такой ужас насмотришься… У некоторых не выдерживает психика и боюсь, что Энди начинает превращаться в своего рода маньяка. Побоялся, что он может напасть на тебя, если ты помешаешь ему шлепнуть Маркуса.

– Вот черт, только в нашей команде психов не хватало, – раздражено бросил Браун и устало откинулся на сиденье, но тут же приподнялся, увидев впереди кованую ограду кладбища. – Мы подъезжаем.

Автомобиль остановился возле ворот. Браун вышел наружу и захлопнул дверцу, вдохнув прохладный ночной воздух, осмотрелся. Старое, закрытое кладбище, отделенное от никогда не спящего, вечно оживленного Лондона, многовековыми высокими деревьями. Через ворота видны покосившиеся кресты и надгробия, покрытые сухой растительностью и желтыми листьями.

Местность освещает бледный диск луны и кругом гнетущая, непроницаемая тишина.

Кайл заглушил двигатель, выключил фары и вышел из машины.

– Ну, что идем, – произнес он, проверяя наличие патронов в пистолете, а потом пряча его за пазухой.

– Пошли, – Браун двинулся вперед, прислушиваясь к звукам, но кладбище отзывалось лишь тишиной.

– Здесь мы закопали несколько трупов оборотней и одного вампира, не боишься их призраков? – шутливо спросил Кайл.

– Я охотник, защищаю мир от нечисти. Это они должны нас бояться, – усмехнулся Браун, блуждая взглядом по могилам.

Тут услышал, что кто-то насвистывает какую-то мелодию и остановился.

– Ты слышишь? – обратился он к Кайлу.

– Да, – кивнул тот.

Стараясь не шуметь, они двинулись на звук к полуразвалившейся каменной церквушке. Выглянув из-за нее, увидели Энди, закапывающего могилу. Охотник казался довольным и полным энтузиазма.

– Твоему вампиру тяжело пришлось, жестокая смерть – быть закопанным заживо. Мне даже его жалко стало, – с иронией прошептал Кайл. – Не факт, что Маркус еще жив.

– Как будем действовать? – проигнорировал слова напарника Браун, напряженно наблюдая за Энди и гадая, опоздали они или еще есть надежда и Марк жив.

– Оставим все как есть и уйдем, – ответил Кайл. – А вампир пусть покоится с миром или горит в аду, что более вероятно.

Затем вздохнул и прибавил:

– Нам придется выйти и попытаться поговорить. Другого выхода не вижу.

Они вышли из укрытия и направились к Энди.

– Привет, Брук, вижу удачно поохотился. Почему нас не позвал, мы бы помогли. Ты же знаешь, мы всегда рады прищучить чертову нечисть, – весело произнес Кайл.

Энди перестал свистеть и поднял глаза на нежданных гостей. Он казался удивленным.

– Что вы здесь делаете? – спросил он, сдвинув брови, и воткнул лопату в кучку земли возле могилы.

– Ищем приключений, – ответил Браун и бросил взгляд за спину Энди:

– Кого закапываешь?

– Кровососа, – Кайл посмотрел на друга с подозрением, и поднял с земли фонарь. – Вижу ты ранен, что с плечом?

Браун бросил взгляд на руку на перевязи и ответил, при этом сделав пару неспешных шагов вперед, тем самым приблизившись к могиле:

– Демоны постарались.

– Так отдыхал бы, набирался сил, а то сразу за работу. Одной рукой с нечистью трудно воевать, – произнес он, не сводя напряженного взгляда.

'Догадывается или нет, зачем мы здесь? – мысленно спросил Браун. – Заметил ли, что Маркус звонил мне?'

Охотник бросил взгляд на Кайла, тот внимательно следил за Бруком. Внешне казался непринужденно спокойным, но Браун знал, что если Энди пойдет против них, он среагирует быстро. Кайлу перевалило за пятьдесят, но реакция осталось такой же быстрой, как и в молодости.

– Это пустяковое ранение и грех валяться из-за него в больнице, – ответил Джордж, сделав еще шаг, к могиле.

– Что нового в Бристоле? – отвлек Брука Кайл.

– Убил еще одного оборотня. Трудно пришлось, эта зараза едва мне голову не оторвала…

Воспользовавшись тем, что Энди на него не смотрит, Браун подошел к краю могилы и заглянул в нее. Там лежало тело полузасыпанное землей. Он пригляделся и увидел оставшиеся на поверхности полы пальто и руку с двумя перстнями – печатками.

'Твою мать, Маркус!'

– Джордж, отойди оттуда, – охотник услышал щелчок спускаемого предохранителя. Браун медленно обернулся. В лицо смотрело дуло пистолета, который держал Энди. – Кровосос должен умереть. Мне очень хочется отправить на тот свет и тебя. Ты связался с тьмой, запятнался в грязи и не можешь больше считаться охотником, и заслуживаешь смерти не меньше кровососа, – голос Брука был полон презрения и отвращения. – Кайл, ты хоть знаешь…

– Ты перегибаешь палку, Энди, – спокойно произнес Кайл, не дослушав его, и ударил рукоятью пистолета в затылок.

Брук рухнул на землю.

Браун взял небольшую лестницу, лежащую на земле, опустил в могилу и спустился в нее. Плечо ныло, но он старался не обращать внимания. Опустившись на корточки, принялся здоровой рукой откапывать Маркуса. Кайл сверху светил фонариком.

Убрав большую часть земли, Браун взял вампира за руку и потянул, напрягая оставшиеся силы. Вытащив Маркуса из завала, перевел дыхание и провел рукой по вспотевшему лбу.

Маркус был весь перепачкан в земле и не дышал.

Браун дотронулся двумя пальцами до горла вампира. Не нащупав пульс, тяжело вздохнул и посмотрел на Кайла:

– Нужно вытащить его отсюда, нужна твоя помощь.

– А может для пущей убедительности лучше кол в сердце и пусть покоится с миром, – с иронией произнес охотник.

– Кайл, – повысил голос Браун. – Он умрет, если мы ему не поможем. Мне самому не особо хочется его спасать, но…

– Не думаешь, что он уже мертв и наша помощь бесполезна.

– Вот сейчас и проверим… Кайл, прошу тебя.

– Ну хорошо, – вздохнул охотник и спустился в могилу. Браун прижался к стене, чтобы не мешать – втроем здесь было тесновато.

Чертыхаясь, Кайл поднял Маркуса на руки, а потом взвалил на плечо.

– Тяжелый зараза, кровосос проклятый, – прошипел он. – Стар я стал для этого. Подержи со спины меня, а то не только вампира уроню и сам вслед за ним шмякнусь.

Кайл начал подниматься по лестнице и вскоре оказался на поверхности. Выбравшись из могилы вслед за ним, Браун перевел дыхание и бросил взгляд на лежащего без сознания Энди.

– Брук может очнуться в любую минуту. Лучше связать его, – сказал он, не представляя, что делать с бывшим другом. Он их в покое не оставит и может подкинуть кучу проблем. Договориться с ним врят ли получится… Решив оставить этот вопрос на потом, Браун перевел взгляд на Кайла.

– В машине есть веревка, – тяжело ответил охотник и положил Маркуса на землю. Выпрямился и посмотрел на вампира, сдвинув брови.

– Сначала Марку поможем, – Джордж опустился на корточки рядом с вампиром.

– Он не просто холодный – ледяной. Словно сердце не билось уже довольно долго. Я бы не удивился, если бы он был из рода 'не-мертвых'. Но у его вида, для нормальной жизнедеятельности организма сердце должно биться, также как и у людей или наступает физическая смерть. Может она уже наступила… – сказал седовласый охотник.

– Вот сейчас и проверим. К тому же вампиры более живучи, чем люди и убить их сложнее. У Марка есть реальные шансы. Но кто знает, как распорядится судьба… – делая ударение на каждом слове, произнес Браун. Он понимал, что Кайл специально пытается сбить его с толку, протянуть время или убедить оставить попытки помочь вампиру. Но Джордж не мог судить его в этом и прекрасно понимал, почему тот придерживается такой позиции. – Давай я возьмусь за самое неприятное, буду вдыхать ему в рот воздух, а ты делать массаж сердца.

– Сумасшедший, – недовольно произнес Кайл и, опустившись на корточки, положил ладони на грудь Маркусу. – Боюсь, сынок, ты еще много раз пожалеешь о спасении этого вампира…

Браун стер рукавом грязь с губ Марка и наклонился над его лицом.

Джордж вдыхал в рот вампира воздух, а Кайл надавливал на грудь. Прошло около трех минут, но Маркус так и не подавал никаких признаков жизни.

– Может он все-таки мертв, и мы прекратим это бесполезное занятие? – произнес Кайл, делая очередные надавливания.

Браун покачал головой и, переведя дыхание, сказал:

– У меня есть идея, – после этих слов достал из кармана куртки небольшой складной ножик. Раскрыв его, полоснул по запястью здоровой руки и поднес кровоточащий порез ко рту Маркуса. – Только ты не прекращай массаж сердца, – бросил он Кайлу. Затем убрал руку и вновь вдохнул в рот вампира воздух, а потом еще раз и еще.

Тут Маркус закашлял и открыл глаза. У Брауна вырвался вздох облегчения, а внутри будто пропал камень с души, чему охотник удивился. Он думал, что не в зависимости от того жив будет Маркус или мертв – ему будет совершенно плевать на это и он не ощутит никаких чувств.

Браун перевернул его на бок, стер с собственных губ свою же кровь и положил ладонь на вздрагивающее от кашля плечо вампира. Бросил взгляд на Кайла. Тот стоял рядом напряженный со стянутыми в тонкую линию губами.

Джордж перевел взгляд на вампира. Маркус продолжал кашлять, и жадно ловил ртом воздух, бороздя ногтями по земле. Посмотрел на охотника, в черных как сама ночь прочиталось удивление и неверие.

– Ты? – хрипло, сквозь кашель произнес вампир.

– Как видишь, – ответил Браун.

Маркусу наконец удалось справиться с кашлем и судорожно дыша он перевернулся на спину, и посмотрел в звездное небо.

– Эй, ты, крововосос, можешь встать? – нагнулся над ним Кайл.

Маркус покачал головой, его грудь быстро поднималась и опускалась, а глаза казалось, того и гляди закроются.

'Что же с ним Энди сделал, что он так слаб? – мысленно спросил Браун. Видимых повреждений на теле вампира он не видел. – Уверен, если бы он только в землю закопал Марк бы сейчас быстро пришел в себя…'

– Давай поднимем его, – кивнул он Кайлу.

Тот вздохнул, но ничего не высказал против. Только, когда они взяли Маркуса под руки и стали поднимать с земли, Кайл ворчал:

– Скажи еще нам его до дома довезти, в кроватку уложить, укрыть теплым одеяльцем и кровью своей поделиться, чтобы силы ему вернуть. А лучше жертву найти, которую Маркус осушит досуха, а потом еще ее труп закопать, – слова Кайла, так и сочились ядом.

Маркус, придерживаясь за плечи охотников, чтобы не упасть, ноги подкашивались, посмотрел на Кайла.

– Я тебя знаю, – произнес он. – Ты играл роль консьержа в грязном здании, неблагополучного района Лондона. Браун проживал там… вы на кого-то охотились, я пришел к нему с девушкой… Ты назвал меня вампирским выродком и обещал нашпиговать серебряными пулями… Но у меня складывается впечатление, что я видел тебя и раньше.

– Джордж, меня съедает желание кинуть его вновь в могилу и лучше не закопать, а забетонировать, так надежней, – сухо сказал Кайл.

– А где урод, который чуть не убил меня? – спросил Маркус, посмотрев по сторонам.

Браун посмотрел на место, где должен был лежать Энди и замер, не увидев его.

– Вот черт, – пробормотал он, сердце пропустило удар.

За спиной послышался щелчок и голос охотника:

– Чувствую вырытая мной могила станет братской…

Браун чуть слышно чертыхнулся и ненароком бросил взгляд на Маркуса. Глаза вампира опасно сузились, а внутри них загорелась жажда мести. Охотнику было знакомо это выражение и ничего хорошего оно не предвещало. Маркус мстительный, и теперь не успокоится, пока не отплатит Энди. На миг Браун пожалел, что согласился помочь вампиру и не оставил засыпанным землей гнить в могиле.

Энди встал перед ними и, угрожая пистолетом, потребовал:

– Джордж, Кайл, достаньте оружие и отбросьте в сторону.

– Послушай, мы столько лет знакомы, столько пережили вместе, сражались бок о бок. Неужели после всего ты убьешь нас? – сухо спросил Кайл.

– Вы запятнали свою душу, впустили тьму! – воскликнул Энди и ткнул пальцем в Маркуса. – Вместо того чтобы помочь мне убить эту тварь, кинулись ее спасать! Я не ожидал этого от тебя, Кайл, ты сильно разочаровал меня. Больно осознавать, что в наших рядах встречаются предатели. Вдвойне больнее оттого, что двое из них являются моими друзьями. На руках этого вампира море крови невинных людей и, несмотря на это вы пошли против меня!

Браун не мог отделаться от мысли, что с какой-то стороны Энди прав. Ведь первое правило охотника: 'Истреблять!' Истреблять нечисть без капли жалости и сострадания. Все они без исключения заслуживают смерти. Милосердию к этим созданием не должно быть места, оно может погубить… Но только, как целиком и полностью следуя этому правилу остаться человеком и не уподобиться монстрам, которых сам же убиваешь?

– Достаньте пистолеты и бросьте их в сторону! – с раздражением повторил Энди. – Только без резких движений, иначе я сразу стреляю!

Браун медленно достал из внутреннего кармана куртки оружие и бросил к ногам Энди. Кайл последовал его примеру. Маркус тяжело дышал и все сильнее наваливался своим весом на охотников, что создавало крайнее неудобство. Если в раненом плече Брауна чувствовалась режущая и ноющая боль, то здоровое онемело и затекло, и он едва мог шевелить пальцами. Препаршивейшее, нерадужное положение, из которого практически невозможно найти выход!

На лице Брука заиграла довольная улыбка, в глазах появился ненормальный, нездоровый блеск, говоривший, что их обладатель не в себе. Это еще больше усугубляло ситуацию и рушило надежды, что с ним можно договориться.

– Мне жаль, но я должен… должен вновь очистить наши ряды, – Энди переводил пистолет с одного охотника на другого.

– Вновь?! – изумленно переспросил Браун, сдвинув брови, а в мыслях пронеслось:

'Боже, что ты успел натворить, Энди?'

– Пришлось убить Эмбер, – с искренним сожалением в голосе ответил Брук. – Глупая девчонка вместо того, чтобы уничтожить оборотня – влюбилась в него. Тьма овладела ее, и у меня не осталось выбора… Я покончил с обоими. Теперь они вместе горят в аду!

Браун был поражен, и пожалел, что раньше не заметил отклонений в психики Энди и не принял меры. Теперь погибла молодая охотница, причем не от рук мистических тварей, а от руки наставника, который должен был защищать и обучать девушку охоте на нечисть.

– Господи… – вырвалось у Кайла.

– Псих, – презрительно бросил Маркус, посмотрев в глаза Энди. – А еще это нас называют чудовищами…

– Заткнись, кровосос, я не давал тебе слово! – прошипел охотник и приставил дуло пистолета к его лбу.

Маркус даже не шелохнулся и продолжал без тени страха смотреть на Энди.

– Хочешь вышибить мне мозги? Давай. Стреляй, я не боюсь смерти, – спокойно произнес он.

– Оставлю это удовольствие напоследок, – Брук убрал пистолет от его лба и, не опуская, отошел на пару шагов. – Вначале я хотел убить и ту смертную девчонку Кейт, – прибавил он.

При упоминании о ней Маркус напрягся.

– Эта шлюшка влюбилась в вампира… – продолжил охотник.

– Не смей так говорить о ней! – прошипел Маркус, его глаза зажглись холодной яростью, а во рту блеснули острые клыки.

– О, одно плохое упоминание о малышке Кэти и ты теряешь самообладание, – усмехнулся Энди. – Странно, а себе позволяешь костерить ее на все лады, унижать и измываться. Играешь с душой малышки, используешь ее. На другое ты неспособен, твари подобные тебе не умеют любить.

– Не влезай в то, чего не понимаешь, – уже спокойнее произнес Маркус.

– Не беспокойся, я передумал убивать ее после того, как она послала тебя и ушла. Она освободилась из сетей тьмы, увидела твою настоящую личину, не приняла ее, а ушла. Это похвально.

– Какая она молодец, – язвительно произнес вампир, уголки его губ вздернулись.

Браун едва подавил желание, несмотря на неподходящую ситуацию, врезать по наглой физиономии вампира.

'Вот ублюдок, неужели опять обидел бедную девочку? Сколько будешь ей еще нервы мотать?' – буравя Маркуса тяжелым взглядом, подумал охотник.

– Мне надоели разговоры, – устало произнес Энди и посмотрел на Брауна. – Пора вершить правосудие. Ты привел вампира в наш круг, поэтому умрешь первым, – Брук направил на него пистолет.

– Энди, послушай, опусти пистолет, давай поговорим. Не нужно проливать кровь, – попытался вразумить охотника Кайл, голос был полон волнения и тревоги.

– Джордж, мне жаль… но выбора не остается, – искренне проговорил Энди, снимая оружие с предохранителя.

– Одумайся! – воскликнул Кайл. – Он ни в чем не виноват!

'Вот и все', – подумал Браун, смотря в черное око своей смерти. Он не чувствовал страха, лишь пустоту и обреченность. Можно постараться помешать Энди выстрелить. Пусть это и сродни самоубийству. Брук хороший охотник, хороший стрелок и шансы его остановить почти нулевые, но терять уже нечего… Либо застрелят, а он даже не пошевельнется, либо застрелять, но хоть как-то попытается помешать бывшему другу…

Но Джордж решил ничего не предпринимать и смирился с тем, что умрет, он заслужил… Ведь с какой-то стороны Энди прав…

Но выстрел не оборвал жизнь охотника.

На Энди бросился Маркус и, выбив из его рук пистолет, схватил за плечи и, не медля ни секунды, вцепился в шею.

Это был опрометчивый поступок. Марку повезло, Брук явно не ожидал нападения со стороны раненого вампира, иначе бы выстрелил. А ослабленного Маркуса, да еще с пулей в теле, Энди не составило бы труда добить. Но удача оказалась на стороне кровососа.

Вначале Брук сопротивлялся и пытался оттолкнуть от себя вампира, но ничего не вышло и вскоре перестал бороться и затих, руки безвольными плетьми повисли вдоль тела.

Браун отвернулся, не в силах на это смотреть. Все же Энди являлся охотником и вместе они прошли через многое, спасали людей и жизни друг друга, а это нельзя взять и забыть. Джорджу казалось, что это он сейчас убивает Брука, а не Маркус. Он презирал себя за то, что стоит и не предпринимает никаких попыток остановить вампира и не может отделаться от мысли, что будет лучше, если Энди умрет…

* * *

С каждым глотком крови тело Маркуса наполнялось теплом и силой. Когда он смог твердо стоять на ногах, то оторвался от шеи Энди и заглянул ему в глаза. Голова все равно кружилась, но Маркус знал – еще немного крови и он полностью восстановит силы. Эта жидкость для вампира, словно живительный эликсир. Правда, при опасных ранениях помогает плохо, способна лишь на малый промежуток времени отсрочить смерть.

– Я бы вырвал твое сердце и сделал бы это нарочисто медленно, чтобы насладиться твоими мучениями, – произнес Маркус, смотря в затуманенные глаза охотника. – Но не сделаю это. Не хочу марать руки, и пусть твоя кровь лучше восстановит мои силы, чем прольется впустую.

– Чудовище… – прошептал Энди.

– Такое же как и ты, – ответил Маркус, обнажив в язвительной улыбке длинные клыки…

Когда с Бруком было покончено, Маркус толкнул его тело в могилу, ранее предназначавшуюся для него самого, затем повернулся к оставшимся двум охотникам.

В глазах Кайла читалось презрение и отвращение. По лицу Брауна ничего нельзя было прочесть, и оставалось лишь догадываться, о чем он думает.

– Я поступил правильно и вы не можете со мной не согласиться. Я спас нам всем жизни. Ваш шизанутый друг убил бы и меня и вас. Я избавил вас от грязной работы, и вы должны быть благодарны, – не отрывая взгляда от седовласого охотника, произнес Маркус. Ему хотелось увидеть понимание своей правоты в глазах Кайла, что он и прочел в их глубине, и самодовольно улыбнулся.

– Если бы мы не стали спасать твою шкуру, то ничего бы этого не было, – процедил сквозь зубы охотник, с ненавистью смотря на него.

– Не спорю, – согласился Маркус и добавил насмешливо:

– Только от этого психа пострадал бы кто-нибудь другой, кого он посчитал бы связавшимся с тьмой, впустившим ее в свое сердце, продавшим душу дьяволу и бла, бла, бла. Или скажешь я не прав?

Слова так и сочились ядом.

Кайл ничего не ответил. Он просто прошел мимо Маркуса, вынул лопату из кучки земли и начал закапывать могилу, а вместе с ней тело бывшего друга.

Маркус усмехнулся и перевел взгляд на Брауна. Охотник хмуро наблюдал за Кайлом, затем достав из пачки сигарету, закурил и присел на серый, потрескавшийся от времени, надгробный камень.

Маркус вдохнул воздух полной грудью. Как же приятно и легко дышать, когда горло и легкие не горят огнем, нет противного запаха чеснока, из-за которого невозможно сделать и вздоха, все тело не сводит от боли, в голове ясно. Но все же Маркус чувствовал легкую усталость, избавиться от которой можно лишь ненадолго забывшись сном.

Он подошел к Брауну. Несколько минут молчал, испытывая противоречивые чувства и не находя слов.

– Я должен… поблагодарить тебя и… сказать 'спасибо' за спасенную жизнь, – наконец выдавил Маркус. Ему стоило неимоверных усилий произнести эти слова, практически переступить через себя. Но он вновь оказался в долгу и хотя бы словами хотел отплатить.

Браун поднял склоненную в раздумье голову, и удивленно вскинув брови, с иронией ответил:

– Это что-то новенькое. Как ты опустился до того, чтобы благодарить МЕНЯ – охотника?

– Я думал, ты лишь порадуешься, что Энди схватил меня и уж точно не станешь спасать, – сузил глаза Маркус. – Я вновь удивлен и честно, не понимаю твоей логики и намерений, ведь лучше было не вмешиваться и дать Энди покончить со мной, жилось бы спокойнее. Я умею быть благодарным – закрываю глаза на то, что ты и твой друг Кайл – охотники, не предпринимаю попыток убить вас. Но я не прощаю… ты до сих пор истребляешь моих сородичей, я не забываю это… Может оказаться так: мы вновь окажемся по разные стороны баррикад, и тогда извини… Я буду думать в первую очередь о родных мне по крови существах, а не о благодарности и долге. Правда обещаю не тронуть твою сестру Снежанну, просто закрыть глаза на то, что она есть. Это будет маленьким подарком. Видишь, иногда я могу быть хорошим и идти на уступки, – последнюю фразу Маркус произнес с кривой усмешкой.

– Какие мы благородные, – выдохнув сигаретный дым, съязвил Браун. – Судя по разговору, планируешь вернуться в вампирское общество?

– А ты думал, я вечно буду прозябать среди смертных? – хмыкнул Маркус.

– Только вот вернуться хочешь в свой клан, а не в чей-то другой. Мысль о невозможности этого – убивает. Не хочешь верить в смерть родных и друзей. Если честно, мне даже жаль тебя, – Браун хотел уколоть, причинить боль и ему это удалось.

Маркус вздрогнул, резко стало холодно, тело опутали ледяные нити, а сердце казалось остановилось, будто в него вонзили нож. Маркус опасно сузил глаза, захотелось ударить охотника, чтобы он больше не смел… не смел бить в самое больное место…

Лишь усталость и навалившаяся апатия не дали этого сделать. Браун назвал еще одну причину, по которой Маркус не возвращался в вампирское общество. Ведь вернись и никуда не деться, придется признать – все друзья и отец мертвы и это не исправить.

– Я не нуждаюсь в жалости, в особенности твоей, – сухо бросил Маркус и полез в карман за пачкой сигарет.

– Кстати, что ты в этот раз наговорил Кейт? – с укором спросил охотник.

Маркус замер и затаил дыхание, от упоминания о ней дрогнуло сердце, но затем волной накрыло ненавистью.

– Это тебя не касается, – раздраженно ответил он. Пачка оказалась смята и в нее набилась земля. Грязно выругавшись, Маркус выкинул ее в ближайшие кусты.

– Держи, – Браун протянул ему сигарету и дал прикурить.

Маркус с наслаждением затянулся дымом. Говорят, с помощью курения можно успокоить нервы, только это неправда, обман и самовнушение. Но зато дает иллюзорное успокоение, чего Маркусу на данный момент вполне достаточно.

– Зачем мучаешь ее? Она не игрушка, Марк… – продолжил Браун.

– Во – первых, это мое дело и не нужно учить меня жизни. Во-вторых, можешь успокоиться, наши пути с Кейт больше не пересекутся, – Маркус раздраженно стряхнул пепел с сигареты. – Ты ведь слышал своего чокнутого дружка. Кейт меня послала и этим освободилась из сетей тьмы и на этот раз окончательно.

Маркус говорил насмешливо, но голос звучал надтреснуто. Совершенно не хотелось говорить о Кейт… Больше никогда…

– Уверен ты заслужил. Своим мерзким характером и острым языком вечно все портишь, – спокойно произнес Браун, выкидывая окурок. – Ты словно укрываешься ото всех непроницаемым коконом. Никого к себе близко не подпускаешь, никому не открываешься, прячешь чувства, убегаешь от них. Тебе нравится быть пустой, бездушной, холодной сволочью. Боишься стать другим. Но как ни странно, тебя можно оправдать, врагу не пожелаешь тех несчастий, постигших тебя, да и Страстенберг – старший хорошо потрудился над тобой, воспитал примерного сыночка, беспощадного убийцу, готового отдать жизнь за вампиров. Ты по сути неплохой парень… Трудно, но с тобой можно найти общий язык. Но дорога, по которой ты идешь, убивает душу, все самое лучшее в ней, оставляя лишь грязь и темноту. Она превращает тебя в чудовище, неужели так хочется быть мертвым, пусть не физически – душевно, холодным, ничего не чувствующем монстром?

– Как же вы все достали, – с ненавистью прошипел Маркус. – Мне не нужны советы. Я такой, какой есть! Господи, какая ирония – меня учит жизни охотник на вампиров! Извини, я не записывался на прием к психоаналитику!

Маркус рассмеялся, в голосе слегка проскальзывали истеричные нотки, а внутри все кипело от гнева.

– Ты хорошо умеешь скрывать эмоции, но они есть и ты не можешь избавиться от них. Я вижу, что тебя бесит – Кейт нашла силы забыть тебя, не без твоей помощи конечно, а вот ты не можешь ее забыть. Игрушка сама ушла, это тебя раздражает. Она будет счастлива с другим, а ты один бороться с глупыми чувствами. Признайся ведь хреново без нее,– похоже, Браун решил сегодня совсем добить Маркуса. – Разум считает, что ты не можешь быть с ней, а сердце думает по-другому. Только вот ты никогда ничего не добьешься без уважения и укрощения мерзкого характера. Ты жуткий эгоист, Марк, и как я понимаю, Кейт это поняла. Она хоть очень молода, иногда наивна, но не глупа. Ее нельзя охмурить смазливой рожей, деньгами, подарками, ей важна душа, внутренний мир, который у тебя практически весь прогнил. Но ты способен на теплые чувства. Я помню Мари…

– Замолчи! Если продолжишь, и я вырву тебе язык, – зло прошипел Маркус, выкинув окурок и сделав угрожающий шаг к Брауну. Он больше не мог это слушать. Каждое слово, словно удар молотка, забивающий кол в сердце. Чертов охотник!

Браун не испугался ни угрожающих слов, ни надвигающегося на него вампира, и остался совершенно спокоен.

Гнев Маркуса постепенно угас. Слегка закружилась голова, и вампир устало привалился спиной к стоящей рядом, мраморной статуи ангела.

– А ведь это снова моя мать попросила спасти меня… Я прав? – после небольшого молчания спросил Маркус.

– Да, Марк.

– Она все еще думает, что я могу измениться, – грустно усмехнулся Маркус, не моргая, смотря перед собой. При воспоминании о матери у него всегда от боли сжималось сердце, и здесь он почти не пытался выкинуть эти чувства, позволяя им безжалостно ранить себя. – Когда же она поймет, что это невозможно…

– А ты уверен, что не изменился? – спросил Браун. – Я бы не стал помогать, никакие бы слезливые уговоры твоей матери не помогли бы, если бы не видел разницу тебя прошлого и тебя настоящего. В большей степени эта заслуга Кейт, а что с этим делать решать тебе.

В ответ Маркус смог лишь промолчать, не зная что сказать…

Глава 11

Кейт зря боялась, ее не мучили кошмары. Но лишь потому что весь остаток ночи она не могла уснуть и беспокойно ворочалась с бока на бок. Сознание переполняли мысли, больше касавшиеся неприятной, унизительной выходки Маркуса, чем встречи с демонами. Узнав о существовании вампиров, Кейт заметила, что стала легче относится к другим проявлением сверхъестественного мира. Но это не значило, что кошмары не будут ее мучить, они придут к ней в сон как-нибудь в следующий раз, в этом она не сомневалась.

Гнев переполнял Кейт, внутри все кипело. Она злилась на Маркуса, но в тоже время испытывала облегчение. Словно исчез груз с души, мешающий дышать. Больше нет веревки сдавливающей горло. Кейт свободна и теперь может строить новую жизнь, не оглядываясь на прошлое, сердце больше не принадлежит эгоистичному красавчику с темнотой в душе. Теперь она забудет вампира, ненависть поможет. Это чувство иногда бывает полезным, только оно может победить сильную любовь, превратить ее в остывший пепел.

Как она могла терпеть все его унижения и не видеть, что является для него лишь игрушкой? Он не ценит ее как равную себе, ему приятно, когда по нему страдают, нравится иметь власть над ее сердцем, причинять боль. Ему глубоко наплевать на чувства Кейт, он волнуется только за свои, боится измениться, стать лучше. Он не даст ее никому в обиду, но сам будет безжалостно издеваться. Маркусу не нужны отношения, не нужна семья, он не создан для этого. Хотя какая с ним может быть семья, он даже не человек. Странно, но Кейт почти не задумывалась об этом, часто выбрасывала из головы и старалась не придавать особого значения. Маркус никогда не состарится и не умрет, а она обыкновенная смертная… Какое могло быть у них будущее? Хотя в глубине души Кейт знала легкое решение этой проблемы… Стать такой как он, отказаться от человеческой жизни, жизни без сверхъестественного. Ради любви она бы согласилась и на это. Пусть совсем не хотела превращаться в вампира, боялась при этом обратиться в чудовище, а от мысли об убийстве людей бросало в холод. Но… мать Маркуса, пусть была вампиршей, причем чистокровной, но это не мешало быть по-настоящему хорошей, доброй женщиной, ценящей человеческую жизнь. Всегда есть выбор, каким тебе быть.

Но это уже не важно…

Как она могла любить этого эгоистичного монстра, как была слепа. Но теперь прозрела, словно пелена спала с глаз. Наконец узнав и по-настоящему поняв истинную личину Маркуса, больше не попадется к нему на удочку. Своей выходкой он сделал очень больно, буквально вытер об Кейт ноги. Показал, как она ничтожна для него и как зависит от любви к нему. Этого она не могла простить и не простит никогда.

Лишь под утро Кейт удалось немного забыться сном. Когда ненавистный будильник возвестил, что пора вставать она с силой разлепила отяжелевшие веки. Совершенно не хотелось, и не было сил идти в школу. Но преодолев себя, встала с постели.

Холодный душ немного взбодрил, но не прогнал сонливость полностью. Разум настоятельно требовал остаться дома и дать телу положенный отдых. Но Кейт не слушала его, жизненно необходимо было пойти в школу. Там Джастин, сейчас он нужен ей и безумно хочется его увидеть. Они знакомы совсем немного и Кейт понимала, что не может сильно доверять ему, но он виделся лучиком света, падающим в темный колодец, где сейчас она находилась. Надеждой на новую любовь, не с таким грустным финалом, как с Маркусом. Кейт очень надеялась, что в этот раз судьба сжалится и она обретет счастье.

По дороге в школу Кейт немного взбодрилась. Прохладный воздух, повседневная жизнь и шум города помогли выйти из полусонного состояния и более осмысленно взглянуть на мир.

Она вошла в здание школы вместе со звонком и поэтому перед началом занятий не смогла увидеться ни с Джастином, ни с Синди. Первые уроки были у них сегодня разными.

Всю литературу Кейт с пустым выражением лица смотрела на преподавателя, совершенно не слушая его, и отсчитывала время до конца урока, мечтая быстрее увидеть Джастина.

Когда наконец прозвенел звонок Кейт одной из первой покинула класс. Трудно найти кого-то в трехэтажном здании, кишащем учениками. Поэтому она подошла к широкому коридорному окну, прижалась к подоконнику и набрала номер одноклассника, при этом пробегая взглядом по проходящим мимо ученикам. Девушка с нетерпением ждала ответа, сжимая тоненькими пальчиками корпус старенькой 'Моторолы'. Любимый смартфон разбился в стычке с демонами, пришлось пока пользоваться допотопной моделью, с которой ходила еще в конце младшей школы.

Через несколько гудков Джастин ответил ей бодрым голосом:

– Приветик. Я только собирался тебе позвонить. Ты где находишься?

Сердце Кейт забилось быстрее, и она сильнее сжала пальцами телефон. Конечно Кейт не была влюблена в Джастина, еще совсем рано. Она знала его только пару дней. Пока он был ей очень симпатичен, приятен в общении и если все хорошо пойдет, чувства перерастут в нечто большее. Она надеялась на это всем сердцем. Как хотелось нормальных отношений. Без оскорблений, нервов и унижений. Чтобы парень в ответ на ее чувства подарил нежность и любовь, а не боль и слезы. Пусть и будут ссоры, но самые обыденные, житейские, как практически у всех. Зато это будет нормальная жизнь. Маркусу не понять тепло домашнего очага, радость рождения первенца, тихой и спокойной жизни…

– На втором этаже, возле окна, напротив кабинета литературы.

– Жди, сейчас приду, – ответил Джастин и разъединил связь.

Кейт убрала телефон и провела рукой по собранным в хвост волосам. Собираясь, еле удалось скрыть тональным кремом последствия бессонной ночи: мешки и круги под глазами. Кейт боялась, что выглядит ужасно, а Джастин сразу заметит, что она не выспалась.

Она сразу увидела показавшегося в коридоре одноклассника. Выглядел он прекрасно: в полосатом оранжево – сером легком свитере тонкой вязки, опоясывающем шею черном шарфе, ( 'Единственная схожесть Маркуса с Джастином: слабость к шарфам', – мысленно усмехнулась Кейт) джинсах и черных ботинках. Бодрый, в хорошем настроение, с теплой улыбкой на лице.

– Здравствуй, – произнес он.

– Привет, – ответила Кейт. По телу от присутствия одноклассника пробежали приятные мурашки, она была рада его видеть. В его компании чувствовала себя легко и непринужденно, все плохие мысли, пусть не полностью, но отдалялись на второй план сознания.

Улыбка пропала с лица Джастина, а в глазах появилась тревога.

– У тебя уставший вид… Не выспалась? – озабоченно спросил он. Она чуть не расплакалась от радости, он тревожится о ней, а помимо этого в его взгляде столько теплоты, заботы. Кейт привыкла к душевной боли, поведение Джастина настоящий подарок небес.

Не могла отрицать, что между ними может ничего и не выйти, но сейчас была безумно рада тому, что есть, пусть даже если это ненадолго.

– Да, – ответила Кейт, смотря на Джастина, и как энергетический вампир жадно упивалась теплотой, идущей от него.

– Что же ты ночью делала? – вновь улыбнулся одноклассник и прищурился, во взгляде заплясал озорной огонек, а в уголках глаз появились морщинки.

– Мне неделю назад, на сегодня, задали доклад по истории, а я вспомнила об этом только вчера, когда ложилась спать. Пришлось копаться в интернете, искать информацию, печатать… Закончила довольно поздно, утром еле разлепила глаза… – врать не хотелось, но не могла же она рассказать, что ночью вместе с вампиром спасала от демонов охотника на нечисть. Правда она почти не соврала, доклад действительно задали, только вот она приготовила его еще три дня назад.

– Ясно, – ответил Джастин, внимательно рассматривая лицо Кейт, будто ища в нем что-то. Она не выдержала и опустила глаза. Парень продолжил:

– Не хочу расстраивать, у меня первым уроком как раз была история… Учитель заболел и выйдет на работу не раньше следующей недели.

Кейт ничего не успела ответить, звонок на урок неприятно резанул по ушам и заставил вздрогнуть. Она подняла глаза на Джастина и произнесла:

– У меня английский, а я даже учебники не взяла. Словно неживая хожу, забылась…

Ученики лениво начали расходиться по классам.

Джастин придвинулся к Кейт поближе и кончиками пальцев дотронулся до ее плеч. По телу пробежала дрожь и Кейт замерла почти не дыша:

– А может ну этот английский, на третьем этаже идет ремонт класса географии, рабочих сегодня не будет. Может посидим там..?

Кейт замялась, она привыкла исправно посещать занятия и еще ни разу, кроме как по болезни, не пропускала уроки. Боясь, что это раскроется и будут проблемы.

– Да, ладно, это же здорово иногда нарушать правила, – заметил ее замешательство Джастин.

– Хорошо, идем, – кивнула Кейт. Подумаешь раз в жизни пропустить урок. Все равно сегодня она не расположена к занятиям, слишком не выспавшаяся, чтобы думать об учебе. К тому же не следует опускать шанса побыть с Джастином наедине, сейчас это очень нужно ей.

Они вошли в пахнущий краской класс. Джастин подошел к широкому окну, открыл его, чтобы впустить в кабинет свежий воздух, и сел на подоконник.

Кейт подошла к нему и выглянула на улицу. Конечно вид не такой, как с Тауэрского моста, достопримечательностей не видно, но все же улица в обрамлении оранжево – желтых цветов осени красива.

Джастин с интересом наблюдал за ней. Кейт села рядом и встретилась с ним взглядом. Его глаза так манили…

'Пора перестать жить прошлым и для этого нужно сделать еще один шаг', – приняла решение Кейт и, положив ладонь на щеку Джастина, поцеловала его. Парень сначала замер, явно не ожидая от нее подобных действий, а затем ответил на поцелуй. Сначала медленно, а потом более страстно. Затем обнял Кейт и сильнее прижал к своему сильному телу.

Поцелуи Джастина были приятны, но так отличны от поцелуев Маркуса. Прикосновения, запах, ощущение близости – все другое. Но так даже проще, лучше, чтобы Кейт смотрела на Джастина и не видела перед собой Маркуса, не чувствовала их схожести. Так легче полностью вычеркнуть вампира из жизни.

'Что я делаю? – мысленно вопрошала она, обняв одноклассника за шею и полностью отдаваясь на волю чувств. Тело дрожало, а внизу живота стремительно разливалось тепло. С каждой секундой обжигающее дыхание Джастина становилось все тяжелее и прерывистее, а прикосновения жарче. – Нет… это может зайти слишком далеко… Не этого я хотела… По крайней мере не сейчас…'

Кейт резко отпрянула от Джастина, отвернулась и положила дрожащие руки на колени. Щеки горели, сердце быстро колотилось в груди. Она чувствовала неловкость. Впервые она первая сделала шаг к парню. Но так нужно… нужно стать чуть смелей, чтобы полностью стереть из памяти ЕГО.

Джастин спрыгнул с подоконника и, встав напротив Кейт, накрыл ее руки своими и заглянул в лицо. Пару секунд молчал, показалось, что в его взгляде промелькнуло удивление, рассеянность и неверие, но эти чувства вмиг сменились теплотой и заботой.

– Ты решилась забыть того парня? Приоткрыть сердце для меня? – вопросы звучали больше как утверждение. Одноклассник понял ее, понял чего она хотела показать поцелуем.

– Да… Нельзя жить прошлым… К тому же я осознала, что слепо любила настоящего ублюдка, – твердо ответила Кейт. Услышав последнюю фразу, Джастин вскинул брови. Он наверное не ожидал услышать от нежной с виду девушки грязных слов. Но она не знала больше как назвать Маркуса, да так чтобы выплеснуть во фразу всю злость и презрение. Нельзя сказать, что Джастину это не понравилось, уголки губ дрогнули в полуулыбке, и он произнес:

– Ты кажешься скромной и ранимой, нуждающейся в защите. Но на самом деле ты сильная личность, глубоко внутри тебя есть твердый стержень и когда нужно он проявляет себя. Ты просто удивительная девушка.

Кейт снова смутилась и, опустив глаза, тихо сказала:

– Вовсе я не сильная…

– Ошибаешься, – Джастин одну руку положил ей на плечи, другой нежно приподнял лицо за подбородок и заглянул в глаза. – Поверь мне.

Кейт выдавила улыбку и, достав из кармана джинсов мобильник, посмотрела на экран, где в углу отображалось время.

– Скоро звонок, нужно взять учебники… У меня информатика, а у тебя? – Кейт спустилась с подоконника.

– А может, не пойдем? – с усмешкой спросил Джастин, а во взгляде заплясали черти, и появился азарт.

Кейт замерла и во все глаза уставилась на него.

– Я… я не могу…

– Предлагаю вместо скучных уроков удивительную прогулку по городу. Обещаю угостить чашечкой превосходного кофе, – Джастин нежно пропустил пальцы через прядь ее волос. По телу Кейт волной прошла дрожь, а дыхание замедлилось. Она встретилась с теплым карим взглядом. – Ничего не случится, если мы разочек пропустим занятия. К тому же свежий воздух сейчас тебе только на пользу. Согласна? – он протянул руку.

– Ты и мертвого уговоришь, – улыбнулась Кейт и вложила свою руку в его. – Веди меня на прогулку.

– Как прикажете, – Джастин наклонился и поцеловал тыльную сторону ее ладони. Отчего по телу Кейт разлилось тепло, а сердце трепетно забилось. Она была почти счастлива…

* * *

Сначала на автобусе, потом пешком они добрались до района Ковент-Гарден. Побродили возле знаменитого оперного театра, выпили по чашечке кофе в Monmouth Coffee и продолжили прогулку.

Кейт было хорошо находиться рядом с Джастином, нравилось переплетать свои пальцы с его, чувствовать тепло его кожи, вести непринужденную и интересную беседу, смеяться на шутки и смущенно опускать глаза на комплименты. Никаких укоров и язвительных замечаний, нервов и переживаний… Как не хватало этого с того дня, как она узнала о существовании вампиров…

Джастин оказался очень начитан и любил путешествовать по миру. Удивительно, за восемнадцать лет жизни успел побывать в городах Румынии, России, Франции, Риме. Он мог рассказать столько замечательных историй о достопримечательностях этих стран, столько всего видел, что Кейт наряду с восхищением испытывала и легкую добрую зависть. Она тоже жаждала путешествий по городам мира и в будущем мечтала посетить хотя бы несколько из них.

Прогулка помогла – сонливость полностью исчезла и Кейт почувствовала себя бодрой и полной сил, а главное поднялось настроение.

Ближе к трем часам Джастин вызвал такси и через сорок минут они уже стояли возле дома Кейт.

Джастин положил руки на ее талию, провел тыльной стороной ладони по щеке и поцеловал. Словно земля ушла из-под ног и закружилась голова, Кейт с силой удалось отстраниться.

– Увидимся завтра в школе, – произнес Джастин и, помахав рукой на прощание, сел в кеб.

Радостные эмоции переполняли Кейт, губы растягивались в счастливой улыбке. Она благодарила Бога за чудесно проведенное время с Джастином. Но только где-то глубоко – глубоко в сердце было неспокойно, словно чего-то не хватало…

На кухне Кейт нашла записку, прикрепленную к холодильнику, написанную крупным подчерком Мэри:

' Я у Джейка, мама вернется вечером. Не скучай'.

Настроение стремительно начало падать. Нельзя оставаться одной наедине с мыслями! Нужно чем-то отвлечься, с кем-то поговорить или…

' Надо съездить к Брауну в больницу. Отвлекусь и заодно узнаю как он', – решила Кейт и достала телефон.

Глава 12

Кейт подошла к двери с серебряной табличкой 225. Взялась за круглую ручку и чуть помедлив, повернула. Стараясь не обращать внимания на пропахший медикаментами воздух и не волноваться, вошла в палату. Увидела небольшое помещение с белыми стенами, окном с жалюзи, кроватью, прислоненной изголовьем к стене, справа от которой стояла небольшая тумбочка, а слева капельница. На постели полулежал Браун. В руках он держал старинную, потрепанную книгу с темной обложкой. Названия Кейт не видела, но предполагала, что Браун читает что-то про демонических существ.

Взгляд охотника сосредоточен, на лбу пролегла задумчивая складка. Он был прикрыт одеялом лишь до пояса, и Кейт видела в меру мускулистый торс. Скользнула взглядом по перевязанному плечу. Охотник был бледен, но не выглядел тяжело больным, и у Кейт отлегло от сердца. Она боялась, что Браун чувствует себя куда хуже. Страшно представить, сколько крови он потерял в логове демонов, и какими последствиями это могло грозить. Кейт искренне радовалась, что все обошлось. Она мало знала Брауна, но, несмотря на это прониклась к нему симпатией и считала хорошим человеком и другом, готовым прийти на помощь в любую минуту.

– Здравствуй, – поздоровалась Кейт, переминаясь возле двери.

Браун поднял глаза и тепло улыбнувшись, произнес, откладывая книгу.

– Приветик, проходи, садись, – указал на обитый кожей стул, стоящий возле кровати.

– Как ты? – сев, спросила Кейт, немного нервно, теребя серебряный браслет на запястье левой руки.

– Живой пока, – усмехнулся охотник. – Плечо болит зараза, но терпимо. Как я уже говорил, мне не привыкать к болячкам, случалось и похуже.

– Совсем себя не бережешь, – сочувственно произнесла Кейт. Ей стало жаль Брауна. Он заслуживает большего, чем безликой, полной опасности жизни охотника. – Ты выполняешь полезную работу, защищаешь людей от мира сверхъестественных монстров, спасаешь человеческие жизни. За это я склоняю перед тобой голову и говорю искреннее 'спасибо'. Но неужели хочешь заниматься этим до конца своих дней? Никогда не думал прекратить охоту? Остепениться, завести семью… Ты молодой симпатичный мужчина, уверена многие девушки согласились бы быть с тобой. А на охоте на нечисть жизнь может оборваться в любой момент. То, что произошло в логове демонов доказательство этому. Неужели тебе плевать на свое будущее?

Охотник глубоко вздохнул и ответил, заглянув Кейт в глаза:

– Охота – это моя жизнь и другой я не вижу. У меня есть причины ненавидеть нечисть, а в большей степени вампиров. Они перечеркнули мою судьбу. Теперь я убиваю их, этим ограждая людей от того, что произошло со мной. Не хочу, чтобы кто-то пережил подобное… Я не боюсь смерти, да и чувствую, что меня не ждет долгая жизнь. Но перед тем как уйти, я заберу на тот свет, столько сверхъестественных тварей, сколько смогу. Да и завяз я в этом по самые уши и уже не могу выбраться из этой трясины.

Кейт опустила взгляд, сердце болезненно сжалось, а в душе поселилась грусть. Понятно, что в прошлом Брауна произошла трагедия, виной которой стали вампиры. После чего он и стал охотником. Но узнавать подробности не стала, посчитав, что Джорджа это наведет на грустные мысли и воспоминания.

Браун приподнялся на постели, одеяло немного скользнуло вниз, и Кейт увидела на левом боку белый шрам.

– А это откуда? – спросила она.

Браун перехватил ее взгляд и ответил усмехнувшись:

– За этот подарок нужно благодарить Маркуса. Три года назад, когда он был верным солдатиком своего отца, в схватке пырнул меня ножом. Тогда могла закончиться либо его история, либо моя… Но… судьба распорядилась иначе и мы оба остались живы.

От упоминания о ненавистном вампире у Кейт перехватило дыхание, по телу прошла холодная дрожь, а сердце заныло и словно остановилось. Она яростно сжала руки в кулаки и впилась ногтями в нежную кожу. Не хотелось не только думать и вспоминать о Маркусе, а даже слышать его имя.

Браун заметил перемену настроения Кейт и понимающе произнес:

– Прости, мы больше не будем говорить о том, что связано с ним.

Кейт посмотрела охотнику в глаза, благодарно улыбнулась и разжала руки. Сердце начало биться в обычном ритме, охватившее напряжение медленно отпускало.

Браун больше не произнес ни слова об охоте и вампирах. Он всеми силами пытался развеселить и отвлечь Кейт от невеселых мыслей, за что она была ему безмерно благодарна.

Через час заметила, что Браун устал и едва держит глаза открытыми.

– Я пойду, тебе нужно отдыхать и набираться сил, – Кейт поднялась со стула.

– Не советую добираться на метро или на автобусе. Уже стемнело, улицы небезопасны и виной тому не только пьяницы и хулиганы. В ночи скрываются твари и пострашнее. Да и после вылазки в логово демонов, нужно быть осторожнее… Лучше вызови такси, – посоветовал Браун, ложась головой на подушку. Он был серьезен, а во взгляде читалась тревога.

Кейт очень хотелось пройтись пешком, подышать свежим воздухом, но понимая правоту слов охотника, кивнула и достала мобильный телефон.

* * *

За окном автомобиля мелькали улицы, здания, светящиеся рекламные вывески и фонари. После пребывания в больнице Кейт слегка мутило. В такси было душно, разболелась голова. Хотелось поскорее оказаться дома, а перед этим подышать свежим, прохладным вечерним воздухом.

'Когда же мы приедем', – вздохнула она, когда таксист остановил автомобиль на светофоре. Голова раскалывалась и Кейт прижалась затылком к спинке сиденья и закрыла глаза.

Через пять минут поездки она не выдержала и, посмотрев, на хмурого таксиста попросила:

– Сэр, остановите здесь, пожалуйста.

– Как скажете, мисс, – голосом лишенным эмоций ответил водитель и остановил кеб возле тротуара.

Заплатив, Кейт покинула салон и с наслаждением вдохнула свежего воздуха. Дул прохладный ветерок, отчего становилось легче, и головная боль понемногу начала утихать.

Кейт понимала тревогу Брауна, да и сама не любила ходить в одиночку по темным улицам. Но до дома уже совсем недалеко, а в такси находиться было просто невозможно.

Она посмотрела на стоящий рядом фонарь, на хмурое вечернее небо, огляделась по сторонам и пошла по тротуару. Каблуки гулко стучали по асфальту. По дороге проезжали редкие машины, улица была почти безлюдной, лишь вдалеке Кейт заметила пару человеческих силуэтов. Фонари, высокие мрачные здания в викторианском стиле и почти зловещая тишина, если не считать звуков автомобилей в соседних кварталах.

По телу пробежали холодные мурашки, сердце быстро забилось, и Кейт уже пожалела, что отпустила такси.

'Совсем не страшно, – успокаивала она себя. Натянула капюшон, засунула руки в карманы куртки и ускорила шаг. – Уж лучше, чем задыхаться в такси. До дома осталось дойти всего ничего'.

Пройдя немного, она расслабилась. Никто не нападал на нее из темного угла, за спиной не слышалось тяжелой поступи и дыхания какого-нибудь серийного убийцы. Поэтому Кейт позволила себе вздохнуть спокойнее.

'Еще пару, тройку улиц и я дома', – подумала она.

Впереди виднелось скопление народу, светящиеся вывески танцевального клуба и слышались звуки доносившейся из него музыки.

Опустив голову, Кейт продолжила свой путь.

– Какая цыпочка! – услышала она вечелый мужской голос, когда поравнялась с толпой молодежи. – Давай потусим с нами! Обещаю, оторвемся по полной! Будет весело.

Не ответив и даже не посмотрев в сторону говорившего Кейт зашагала быстрее. Сердце отбивало барабанную дробь, дыхание участилось, ладони вспотели. Она боялась, что парень не отстанет и пойдет за ней. А если подключатся его друзья…

'Нет уж хватит ночных прогулок в одиночку, теперь буду ездить вечерами только на такси', – пронеслось в голове.

– Красавица, ты куда? – услышала за спиной. – Подожди!

Страх охватил все нутро, когда на плечи легли чьи-то руки. Кейт вздрогнула, а сердце словно остановилось.

'Все я попала', – пронеслась в голове паническая мысль.

Кейт обернулась и увидела высокую девушку в сиреневой куртке.

В первые секунды она не поняла кто это, а потом узнала…

'Джейд! Однокурсница Маркуса!'

Кейт облегченно выдохнула, страх начал медленно отпускать, сердце сменяло бешеный ритм, на спокойные, ровные удары.

– Привет, дорогая, – радостно воскликнула Джейд, обняла Кейт и расцеловала в обе щеки. Ее глаза блестели, щеки раскраснелись, а в дыхании чувствовался запах алкоголя. Она нетвердо стояла на ногах, отчего можно было сделать вывод, что она пьяна.

Рядом засунув руки в карманы куртки, и опустив голову, стоял Том.

Кейт слегка опешила, не зная что сказать. Она не ожидала встретить однокурсников Маркуса.

– У меня сегодня день рождения и мальчики устроили мне замечательный праздник, – радостно и возбужденно продолжила Джейд. – Я просила Маркуса взять тебя с собой, а он в ответ лишь прошипел, чтобы я больше о тебе не упоминала. Кэти, он сволочь конечно, не спорю. Но бывает такой лапочкой, на самом деле он ранимый и нуждается в тепле и ласке, это видно. Только приручить его сложно, но нет ничего невозможного…

Зачем? Зачем снова напоминают о НЕМ?! Сколько можно?!

– Джейд, я поздравляю тебя с днем рождения, желаю счастья, успехов и всего чего сама пожелаешь, – серьезно произнесла Кейт, стараясь держать себя в руках и не начать кричать от отчаянья и злости на судьбу. Которая только и делает, что сталкивает с вампиром, словно издеваясь. – Пожалуйста, не надо говорить о Маркусе, между нами ничего нет и быть не может.

Захотелось побыстрее распрощаться и идти домой. Кейт нравились Джейд и Том, но сейчас вести беседу с ними выше ее сил.

Радостное выражение исчезло с лица Джейд, на смену ему пришло сочувствие.

– Как бы я хотела, чтобы вы были вместе… – грустно произнесла она.

'А я не хочу даже слышать об этом чертовом вампире!'

– Не судьба, – вслух ответила Кейт.

– Джейд, такси, – Том кивнул в сторону, подъехавшему к клубу автомобилю.

– Ну ладно давай, дорогая, – Джейд чмокнула Кейт в щеку. – Не переживай все будет хорошо.

Она взяла Тома под руку, и они двинулись к кебу.

Кейт вздохнула и продолжила свой путь к дому. Настроение было испорчено…

Чтобы взбодрить себя, отогнать невеселые мысли она достала телефон, решив позвонить Джастину. Надеясь, что он не спит или не занят. Но едва не застыла на месте, увидев под фонарем, возле обочины, до боли знакомую машину. Прислонившись спиной к водительской дверце, стоял Маркус и чиркал зажигалку, чтобы прикурить сигарету.

'Нет, этого не может быть, – мысленно простонала Кейт. – За что мне это'.

Сердце снова пустилось в бешеный вскачь, Она еле заставила себя идти дальше. Хотелось развернуться и пойти другой дорогой. Пусть она будет длиннее, опаснее, темнее, но зато не придется проходить мимо ЕГО.

Кейт приближаясь к вампиру, молилась, чтобы он промолчал. Пусть проводит взглядом, но ничего не говорит. Но надежды не оправдались…

– Оказывается Лондон, несмотря на размеры тесен для нас. Чертова судьба не упускает шанса устроить нам встречу, – услышала она холодный, насмешливый голос, когда поравнялась с вампиром. – Лично меня это достало, да и тебя наверно тоже.

Сердце пропустило удар, Кейт сжала кулаки и посмотрела на Маркуса.

– Даже не представляешь как, – процедила она и хотела прибавить, что-нибудь язвительное, но слова застряли в горле. А вся злость почему-то исчезла, когда она присмотрелась к Маркусу. На смену ей пришло недоумение.

Что-то в нем не так… В выражении лица, в позе, в движениях… Казалось он стоит на ногах, только благодаря тому, что находит опору, прижимаясь к автомобилю…

'Господи, да он пьян!' – Кейт удивленно расширила глаза. Казалось неестественным видеть Маркуса в таком состоянии. Он ведь не любит алкоголь и если и употребляет его, то в малых количествах, только чтоб составить друзьям компанию. Он сам это говорил.

– Ты выпил?! – спросила она, сдвинув брови.

– О, да, – усмехнулся вампир. – Только похоже слишком много… Но все равно не понимаю почему когда людям плохо их тянет нажраться. Я последовал их примеру, но проблемы так и остались… Они даже стали ярче. А в голове сумбур из ненужных мыслей и туман. Что же здесь хорошего?

Кейт не нашлась, что ответить и лишь смотрела на него.

Маркус не докурив сигарету, выкинул на землю.

– Уходи, Кэти, – произнес он. Достал из кармана пальто ключи и повернулся к машине.

Внутри Кейт все похолодело.

– Ты куда собрался? – с тревогой спросила она. Не хватало еще, чтобы он в таком состоянии сел за руль.

– Домой, я жутко хочу спать и разговаривать с тобой у меня нет ни малейшего желания. Да и тебе лучше поскорее уйти, пока я не разозлился на судьбу, и тебе как виновнице всего не досталось.

Кейт решительно вздохнула, подошла к нему и твердо сказала:

– Ты никуда в таком виде не поедешь. Ты на ногах еле стоишь. Пусть у вампиров хорошо развиты реакция, зрение, и все остальное, но сомневаюсь, что в таком состояние это поможет. Если тебе плевать, что ты можешь сбить кого-то, то подумай о себе. Аварии бывают разные. Может слегка помять машину, а может ее искорежить так, что ты будешь похоронен под грудой пластика и металла. Сомневаюсь, что даже тебе в таком случае удастся выжить, – Кейт пыталась достучаться до его сознания, но пробиться через туман навеянный алкоголем оказалось нелегко. Если не сказать невозможно.

Маркус ничего не ответил и просто сел в машину.

Кейт не найдя другого варианта, оббежала ее и села возле него, благо пассажирская дверца оказалась не заперта.

Маркус вставил ключи в замок зажигания и посмотрел на Кейт. Она похолодела от холодного слегка затуманенного взгляда.

– Выметайся из моей машины, Кэти. Ты же не хочешь, чтобы я выкинул тебя.

– Мне самой не очень приятно сидеть с тобой. Но можешь делать что угодно, но ты никуда не поедешь! – Кейт воспользовавшись замешательством Маркуса, вынула ключи из замка зажигания и сунула в карман. Она понимала, что играет с огнем. Неизвестно как бы повел Маркус в трезвом состоянии, а в пьяном и подавно. Но он лишь молча смотрел на нее. Странно, но во взгляде не было злости, лишь грусть.

Маркус нагнулся к Кейт и обжигая кожу дыханием прошептал:

– Ключи.

По телу Кейт пробежали мурашки.

– Нет, – твердо ответила она. – Ты сам должен понимать, что не в состоянии вести машину. Или в конец все мозги пропил?!

– А тебе не наплевать, что со мной может произойти? Ты ведь меня ненавидишь. Я козел и сволочь, пролил столько крови невинных людей, неужели по-твоему мнению я достоин жизни?– Маркус посмотрел ей в глаза. Его лицо было так близко. Кейт это не нравилось, совсем не нравилось…

– Не мне решать чего ты достоин. Но твоей смерти я не хочу. Пусть я тебя ненавижу, но если сейчас не остановлю и ты попадешь в аварию. Это навсегда останется на моей совести. Я буду до конца дней корить себя, за то что не смогла тебя задержать, – серьезно ответила Кейт. Она хотела отодвинуться от него, но не могла пошевелиться, оторваться от черной пропасти его глаз. – Прекрати меня гипнотизировать.

– Я не применяю гипноз, Кэти, – ответил Маркус. От него исходил уже знакомый приятный запах духов, перемешавшийся с легким запахом алкоголя и сигарет. У Кейт начала кружиться голова. – Да и если бы захотел, сейчас не смог бы. Гребаный алкоголь не дал бы мне правильно сфокусироваться.

Маркус усмехнулся.

Затем перевернулся на спину, лег головой Кейт на колени и закрыл глаза.

Кейт опешила.

– Что ты делаешь?! – недовольно воскликнула она.

– Я так устал, так хочу спать, – чуть слышно пробормотал Маркус.

'Он что издевается!' – возмущению Кейт не было предела. Она едва сдержалась, чтобы не скинуть его с колен. Но побоялась. Это могло его разозлить. Маркус пьян и сейчас она опасалась его больше, чем обычно.

Кейт вздохнула и сдержанно попросила:

– Пожалуйста, сядь на сиденье.

Он не ответил.

– Маркус, – с нажимом произнесла она, начиная злиться.

Он молчал.

– Эй, – Кейт потрясла его за плечо. Никакой реакции.

Маркус глубоко и ровно дышал, лицо было расслабленным и умиротворенным. Он спал.

'Только этого не хватало, – мысленно простонала Кейт и дотронулась кончиками пальцев до висков, при этом, не отрывая взгляда от вампира.

Она не могла отделаться от мысли, шедшей из глубины сознания, что ей приятно чувствовать тяжесть тела Маркуса на коленях, ощущать его тепло, разглядывать удивительно красивое лицо. Спящим он казался таким милым…

Поддавшись внезапному порыву, Кейт сняла перчатки, положила на приборную панель и провела пальцами по густым волосам вампира. Он находился так близко, но в то же время так далеко. Она могла дотронуться до него, но он не принадлежал ей и никогда принадлежать не будет…

Кейт резко отняла руку и нахмурилась.

'Господи, что я делаю?! Что он делает со мной? Откуда у него, такая власть надо мной? Снова я поддаюсь чувствам… Он эгоист, и сволочь и никогда не сможет измениться. Он обидел меня, поступил подло. Да и вообще, сколько боли он мне причинил! А стоило ему уснуть у меня на коленях, я растаяла и простила… Ну уж нет! Больше я не поддамся, хватит! Мне надоело страдать, а с ним иначе не получится'.

Кейт решительно взяла его за плечи и попыталась приподнять. Это оказалось весьма трудной задачей, он был слишком тяжел для нее. Тогда она, придерживая его голову, стала двигаться ближе к дверце машины. Открыла ее, затем осторожно опустив голову Маркуса на сиденье, покинула салон и захлопнула дверцу.

Нельзя сказать, что позу для сна Маркус выбрал удобную. Пробуждение будет явно весьма неприятным… Но это его проблемы.

Сделав несколько шагов от автомобиля, Кейт обернулась.

Ночи холодные, двигатель заглушен… Маркус замерзнет…

Когда она искала аптечку для Брауна, то видела за задним сиденьем плед…

'На нем пальто. Да и если замерзнет, не простудится и не умрет. Остальное его проблемы и меня это больше не касается. У него своя жизнь, у меня своя и эти две параллели никогда больше не должны пересекаться', – с этими мыслями Кейт не оборачиваясь, направилась к дому.

Впереди новая жизнь без мистики и без Маркуса. Остается надеяться, что судьба или случай снова не сведут их вместе…

'В одном городе нам действительно становится слишком тесно', – все-таки оглянувшись, подумала она.

* * *

Уроки пролетели незаметно. Джастин не давал предаваться грустным мыслям, прекрасно отвлекал от дум о Маркусе и веселил. Он начинал нравиться ей все больше и больше. Красивый, интересный, умный, а главное общающийся с ней на равных. А не смотрящий свысока как Маркус. Поэтому, несмотря на пасмурную погоду и проблемы Кейт была почти счастлива. Почти, потому что чего-то все-таки не хватало… Только она не могла понять чего именно. Да и вампира пока не удавалось забыть до конца. Воспоминания о нем, сожаление от несбывшихся надежд тяжелым грузом лежали на сердце.

'От любви нелегко избавиться, но у меня все получится, и я забуду… Я уже вычеркнула из жизни и возненавидела его. Просто нужно время. Я забуду, а через несколько лет буду смеяться и думать, что я могла найти в этом черством, эгоистичном и холодном парне', – настраивала себя Кейт.

Она спустилась со школьного крыльца и, поправив на плече ремень сумки, направилась к высоким кованым воротам. Джастина задержали после английского, и он попросил подождать его у выхода. Он пригласил ее в кино и от предвкушения предстоящего свидания по телу пробегали приятные мурашки, а на сердце разливалось тепло.

Небо было затянуто серыми тучами. Асфальт и желтые листья блестели от недавно прошедшего дождя. Холодно. Сыро. В такую погоду только и сидеть у окна и придаваться грусти, вспоминать о том, что прошло и что нельзя вернуть…

'Никакой грусти, – отдернула себя Кейт. – У меня есть парень и я счастлива. Маркус ему в подметки не годится'.

Выйдя за ворота, она замерла на месте. Холод ледяной змейкой опоясал тело. Ноги ослабели, в глазах потемнело. Чтобы не упасть ей пришлось схватиться за железный прут ворот.

'Он что преследует меня? Зачем приехал? Что ему нужно? Это невыносимо, сколько можно?' – пронеслось в голове.

Возле тротуара стоял черный 'Ниссан'. Кейт без труда узнала машину Маркуса, она уже давно запомнила номера.

Дверца открылась, и из салона вышел он.

Кейт сильнее сжала тонкими пальцами прут, не замечая, что металл ранит нежную кожу. Сейчас она не чувствовала физической боли, ее терзала душевная, а эта мука намного сильнее. Сердце бешено колотилось в груди, хотелось рыдать от отчаянья и несправедливости злой судьбы.

Кейт сделала пару глубоких вздохов и постаралась успокоиться.

'Не нужно истерик, главное держать себя в руках, – настраивалась она. Отпустила прут и прижалась спиной к воротам, словно пытаясь просочиться через них. Хотелось бежать. Бежать от него, от издевательств судьбы. Как же все достало. Почему она не может жить спокойно?! – Успокойся. Иначе скоро совсем нервы сдадут, и придется жить на успокаивающих таблетках, а там и до психиатрической больницы недалеко. А ты сильнее этого и должна бороться с эмоциями'.

– Кэти, мне тошно видеть тебя, изображающей бедную, загнанную овечку. Не бойся, волк на данный момент сыт и не собирается кусаться, – с усмешкой произнес Маркус. Он прижался спиной к машине и сунул руки в карманы пальто.

– Что тебе нужно? – голос слегка дрожал. Кейт отошла от ворот, но слишком близко приближаться к вампиру не стала.

– Да ничего, – беззаботно отозвался Маркус. – Просто на этот раз ты забыла у меня перчатки.

Он вынул их из кармана и протянул ей.

'Угораздило же', – укорила она себя и нетвердой походкой подошла к вампиру и забрала перчатки.

– Спасибо. Правда мог позвонить, а не поджидать меня здесь, – произнесла она. В глаза бросилось то, что Маркус выглядел непривычно небрежно, да и казался немного больным. Лицо бледнее обычного, волосы взлохмачены. Пальто расстегнуто и под ним немного мятая серая рубашка. Правда эта небрежность нисколько не портила Маркуса, даже придавала особого шарма.

'О, спалось тебе действительно нехорошо', – в Кейт проснулось злорадство.

– А ты бы взяла трубку? – с усмешкой вопросом на вопрос ответил он.

– Написал бы сообщение.

– Не факт, что ты стала бы его читать.

Кейт пожала плечами. Возможно он и прав.

Маркус достал сигарету и закурил, но пару раз затянувшись дымом, поморщившись, выкинул. Затем смял пачку и выкинул и ее.

– Бросаешь курить? – усмехнулась Кейт.

– На сегодняшний день точно, – ответил Маркус, прижался левым плечом к машине и устало прикрыл глаза.

– Неважно выглядишь. Видно вчерашняя гулянка дает о себе знать. Не понравился первый серьезный опыт знакомства с алкоголем? Честно, не думала, что вампиров, как и людей, мучает похмелье. А может бокал мартини или стакан виски, легче станет.

– Замолчи, Кэти, – сдержанным и спокойным голосом попросил Маркус, открыв глаза и посмотрев опасным, словно прожигающим насквозь взглядом.

Но Кейт уже не могла остановиться. Она не могла упустить шанса поиздеваться над Маркусом.

– Я просто пытаюсь помочь и дать совет, воспользовавшись которым, ты облегчишь себе состояние, – с сарказмом продолжила Кейт. Маркус прищурил глаза и чуть склонил голову на бок. Он молча слушал, и это не сулило ничего хорошего. – А ты слышал выражение: два пальца в рот и все пройдет. Уверена это поможет избавиться от похмелья.

Маркус выпрямился и отошел от машины. Кейт поежилась от его холодного взгляда и невольно сделала шаг назад.

'Похоже я перегнула палку. Маркус не из тех, кто дает безнаказанно над собой издеваться'.

Она не могла оторвать взгляд от бездонных, завораживающих черных глаз вампира. Они затягивали в омут, подчиняли себе. Кейт не могла даже пошевелиться.

– Вот сейчас я применяю гипноз, – вполголоса, слегка растягивая слова, произнес он и подошел к ней вплотную. Положил руки на плечи. Отчего по телу пробежала холодная дрожь, сердце начало пропускать удары, дыхание замедлилось.

Маркус нагнулся над ее шеей и, скользнув теплыми губами, по коже, прошептал:

– Твоя кровь поможет мне восстановить силы. Для вампира это лучшее лекарство. Тебе страшно? Мне ничего не стоить с помощью гипноза превратить тебя в послушную марионетку и приказать сесть в мою машину. А там я могу спокойно отведать твоей крови. Нравится предложение?

Маркус поцеловал Кейт в место, где бился пульс.

По ее телу пробежали сотни мурашек, быстро заколотилось сердце.

Она играла с огнем. Не сумела держать язык за зубами и получила по заслугам.

Маркус переместил правую руку на ее талию и притянул к себе.

– Нравиться быть моей марионеткой, Кэти? – вполголоса спросил он. Его дыхание обжигало. Его близость заставляла дрожать то ли от страха, то ли от желания.

В голове туман, мысли путались, очертания улицы расплывались. Все сторонние звуки исчезли, не осталось ничего кроме Маркуса. Его голоса, дыхания, теплоты тела и прикосновений… Но в глубине сознания билась отчаянная мысль:

'Я должна найти силы оттолкнуть его. Я виновата, но он не имеет права, брать вверх над моим телом и разумом. Я не должна позволять ему опускать себя еще ниже, вытирать об меня ноги и показывать, как я зависима от него и слаба. Он и так причиним мне много боли'.

Его губы скользили по ее шее. Кейт стало трудно дышать. Сердце казалось вот-вот остановится, либо вовсе выпрыгнет из груди.

Да, сейчас она полностью в его руках. Послушная игрушка, если захочет он может ее сломать, разбить, выбросить, заставить выполнить любую его прихоть. Но она не принадлежит ему. В руках вампира частичка разума, тело, а не сердце. Оно больше не его, оно почти принадлежит другому. Почти…

' Всего лишь гипноз. Я не его марионетка. Это всего лишь глупый гипноз', – Кейт пыталась бороться, вырваться из сетей вампира, густого тумана застилающего сознание.

– Можешь сколько угодно… наносить мне удары в сердце… Но не разобьешь его… Потому что оно больше тебе… не принадлежит, – губы едва шевелились, мысли путались, но Кейт удалось немного взять себя в руки, пробиться сквозь чары вампира и произнести эти слова.

Она почувствовала, как Маркус напрягся.

– Что ты сказала, милая? – вполголоса спросил он, выпрямившись и посмотрев ей в глаза. При этом так и оставив руки на ее талии. В его взгляде читалось легкое удивление, насмешка, но в тоже время восхищение. – Я поражаюсь тебе, Кэти.

Морок, навеянный Маркусом, рассеивался словно дым. Черные глаза вампира потеряли над ней власть, хотя Кейт смотрела в самую их глубину, в темную бездну его души.

Звуки и все окружающие стало четче. Снова серое небо, пасмурная погода, дорога, укутанные пожелтевшими листьями деревья, шум машин и едва слышные голоса за спиной на территории школы. Привычный, обыденный мир.

– Я не перестаю удивляться, как тебе так легко удается избавляться от гипноза. Я не жалея сил старался затуманить твой разум, мне это удалось, но совсем на мимолетное количество времени. Хотя гипноз должен был действовать намного дольше. Выходит ты сильная личность. С виду такая хрупкая, слабая, – Маркус провел тыльной стороной ладони по щеке Кейт. Она дернулась, пытаясь отвернуться и отойти подальше от вампира. Но он второй рукой крепко держал за талию, делая эту попытку невозможной. – Но в тебе есть некий стержень, Кэти.

'Уже второй человек говорит мне это', – пронеслось в голове.

– Если ты уверен, что слова, что мое сердце теперь не принадлежит тебе, и я отдала его другому, полный бред, то глубоко ошибаешься, – вслух яростно произнесла Кейт, сжав кулаки. – Ты слишком высокого о себе мнения и не думаешь, что своим поведением можешь заработать ненависть к своей персоне. Никому не хватит сил терпеть твои выходки и эгоизм!

Кейт положила ладонь ему на грудь и почувствовала удары сердца. Смело, смотря Маркусу в глаза, продолжила спокойным, но твердым тоном:

– Твое сердце бьется, но оно мертво. Оно не умеет любить и сострадать. Твоя душа черна и беспросветна. Ты прирожденный солдат и убийца. Кроме мести и защиты вампиров ты ни на что не способен. Тебе не место среди людей, ты никогда не сможешь принять их и считать равными. Ты очень привлекателен, умеешь красиво говорить, знаешь толк в соблазнении девушек. Но каков ты на самом деле… Ты пустое существо, Маркус. Эгоистичное и черствое, не способное на настоящую любовь – чистую и светлую. Я жалею, что познакомилась с тобой. Лучше умереть, чем мучится, находясь рядом с таким как ты.

В ответ Маркус мог язвительно рассмеяться, разозлиться и накричать или свернуть ей шею. Но он просто стоял и смотрел. Казалось эти слова задели его. Во взгляде вампира промелькнула грусть и боль. Последнее удивило Кейт.

– Я правда кажусь тебе таким? – вполголоса спросил Маркус. Он был очень серьезен.

– Да, – твердо ответила Кейт. Правда в глубине души знала, что в нем есть и другая – светлая сторона. Но лучше думать, что ее нет, так легче забыть и возненавидеть…

– Ты меня не знаешь, Кэти, и не понимаешь, – прошептал он. В его голосе звучало сожаление. Он убрал руки с талии Кейт и отошел на два шага. Снова она заметила, как он неважно выглядит и почему-то испытала небольшое угрызение совести, что издевалась над ним. – Я не идеален, у меня много недостатков, дурной характер, но я не такой, каким описала ты. Я черствый? Ты даже не представляешь, что я пережил и что при этом чувствовал, как мне было плохо. Не знаешь каково это потерять всех кого ты любил и при этом не сойти с ума, не сдаться, а двигаться вперед, жить дальше. Я умею чувствовать, Кэт. Ты безоговорочное этому доказательство. Если поразмыслишь над тем, что я делал ради тебя, то поймешь, что я имею в виду. А умение подавлять чувства и эмоции до сих пор держит меня на ногах. Если бы не оно я бы давно умер.

Кейт опустила глаза, она понимала – ее слова не совсем правильны. Но Маркус кое-что не понял, что она еще хотела ими сказать.

– Мне жаль тебя, твоих родных. Врагу не пожелаешь такой судьбы. Конечно ты можешь чувствовать, нежность и боль тебе не чужды. Но все это в силу твоего характера. Ты думаешь только о себе. Ты хоть раз подумал обо мне о моих чувствах. Нет. Для тебя я игрушка, марионетка. Бесспорно я нравлюсь тебе, но посмотри что ты со мной делаешь! Какой муке подвергаешь! Я не виновата, что ты не можешь избавиться от эмоций ко мне. Ты не можешь любить по-настоящему, потому что думаешь только о своем благополучии, чтобы твое 'Я' было довольно. А в настоящей любви нужно еще что-то отдавать избраннику! Можешь накричать на меня в ответ, сказать, что тебя в себе все устраивает, и изменять ничего не хочешь. Но дам совет: стань проще и люди к тебе потянутся.

Маркус молчал, по лицу нельзя было ничего прочесть – совершенно никаких эмоций. Затем он отвел взгляд в сторону и сдвинул брови, словно что-то услышал или почувствовал.

'Он пропустил мои слова мимо ушей или ему совсем наплевать?!' – мысленно возмутилась Кейт.

Вампир посмотрел ей через плечо. Кейт перехватила взгляд и обернулась.

– Джастин, – чуть слышно произнесла она. Одноклассник направлялся к ним.

Сердце сжалось. Неизвестно как он отреагирует на Маркуса. Боялась, что вампир из-за вредности может и наговорить лишнего, тем самым подпортить ее отношения с Джастином.

Кейт нервно затеребила браслет на руке, что не укрылось от Маркуса. По его губам скользнула улыбка. Он догадался о причине ее беспокойства.

Подойдя, Джастин по-хозяйски обнял Кейт за талию. Она почувствовала себя спокойнее, ощущая его близость и тепло тела.

Одноклассник чуть поддался вперед и протянул руку вампиру.

– Джастин, – представился он.

Маркус бросил мимолетный взгляд на протянутую ладонь и пожал ее:

– Чертовски приятно, Маркус, – в голосе звучала неприкрытая ирония.

С виду оба парня выглядели спокойными. Но Кейт чувствовала напряжение, повисшее в воздухе. Оба буравили друг друга тяжелым взглядом.

– А вы…? – начал Джастин.

– Я проезжал мимо, увидел знакомую и остановился поговорить, – объяснил Маркус. Трудно описать словами, как Кейт была ему благодарна, что он выручил ее. В его духе было все выставить в другом свете.

Кейт заметила еще странную деталь. Лицо Маркуса совершенно спокойно, но в глубине глаз отражалось непонятное чувство и он крутил пальцами один из своих перстней, раньше такой привычки она за ним не замечала. Казалось, что его спокойствие напускное, а на самом деле внутри все кипит от злости или от ревности.

'Ревности?! Да ладно, – мысленно усмехнулась Кейт. – Хотя… ну конечно, его игрушку забрали, вот он и бесится'.

– Я поехал. Удачно провести время, – с этими словами Маркус сел в автомобиль.

– Пойдем, – бросил Джастин и направился к припаркованной неподалеку 'Тойоте'.

Порыв ветра бросил волосы на лицо Кейт. Она откинула их назад и посмотрела на отъезжающую машину Маркуса. Через полминуты 'Ниссан' скрылся за поворотом. На душе по непонятным причинам заскребли кошки. Кейт перевела взгляд на Джастина. Оджноклассник сел на место водителя и сделал приглашающий жест Кейт. Одноклассник казался напряженным и раздраженным.

Новый порыв ветра снова взъерошил волосы Кейт. Она села в автомобиль и попыталась их пригладить.

– Только совсем недавно не было никакого ветра, – посетовала она.

– Ага, – Джастин сжал руками руль и смотрел вперед не мигающим взглядом.

Кейт не понимала его поведение. Могла объяснить ревностью. Если это так, то с одной стороны Кейт приятно, если ревнует значит есть чувства к ней. С другой она не хотела чтобы это глупое чувство рушило только что-то начавшие образовываться отношения. Они и так еще не крепки, любая серьезная ссора может их уничтожить и вовсе.

'Если у нас с Джастином из-за Маркуса начнутся проблемы. Я убью этого вампира', – мысленно поклялась Кейт.

– Что с тобой? – осторожно спросила она.

– Этот Маркус и есть тот, о котором ты рассказывала? Это его ты любила? – Джастин посмотрел на Кейт, сузив глаза.

Она опустила взгляд, затеребила пальцами низ курточки, затем подняла глаза на одноклассника и ответила:

– Да, это он. Но я больше не влюблена в него и вычеркнула из жизни. Он слишком жестокий, холодный, не ценит любовь и не может любить по-настоящему. Я была для него лишь игрушкой, забавой. Но эта роль мне надоела. Любовь к нему умерла вместе с надеждами, что он изменится, поймет меня, и мы будем вместе.

Джастин внимательно изучал лицо Кейт, словно что-то искал, проверял правдивость слов.

– Мне хватило одного взгляда на этого парня, чтобы понять, что он тебе не подходит, – произнес он. – С таким человеком счастье не построишь, уж поверь мне.

– Я знаю, – кивнула она. – Давно поняла это. Да и не зачем говорить о нем. У меня есть ты и больше мне ничего не надо.

По губам Джастина скользнула улыбка. Он нагнулся и поцеловал Кейт. Сердце затрепетало, по телу пробежала дрожь, дыхание участилось. Она ответила на поцелуй, глубже вдыхая приятный запах кожаной куртки Джастина, смешавшийся с ароматом его туалетной воды. Сильные руки обняли ее и притянули к себе. Кейт обхватила Джастина за шею и крепче прижалась к нему, не отрываясь от его губ. Одноклассник тяжело дышал, его руки скользнули под одежду Кейт. Она вздрогнула, почувствовать чуть прохладные пальцы на коже. Но его прикосновения, объятия были невыносимо приятны. Хотелось забыть все. Маркуса, проблемы и отдаться Джастину полностью. В таком случае пропасть между ней и вампиром станет еще шире. Кейт удастся быстрее вычеркнуть его из жизни, познав близость с другим.

Но тут Джастин оторвался от ее губ и мягко отстранил.

– Это может зайти слишком далеко, нам лучше остановиться, – хрипло выговорил он. Тяжелое дыхание со свистом вырывалось из его легких.

Кейт заправила за ухо прядь волос и отодвинулась на сиденье. Руки дрожали, сердце бешено колотилось, губы слегка саднили, кожа в том месте, где ее касался Джастин, горела. Кейт отвернулась к окну. Если полминуты назад она была готова перейти грань между обычными поцелуями и прикосновениями к большему прямо в машине, то сейчас ее пыл угас. Она смутилась и боялась посмотреть однокласснику в глаза.

– Я тут подумал… Может вместо кинотеатра поедем ко мне, посмотрим что-нибудь там? – предложил Джастин.

Кейт повернулась к нему и слегка расширила глаза. Вспомнился Дэн. Ему не нужна была она, он лишь хотел затащить ее в постель. А если Джастин такой же… От этой мысли резко упало настроение и закололо сердце.

– Я догадываюсь, о чем ты подумала, – по губам одноклассника скользнула теплая улыбка. – Мы с тобой мало знакомы, а тут я приглашаю тебя к себе… У меня нет мысли воспользоваться тобой и затащить в постель, а затем распрощаться навсегда или пользоваться дальше. Ты интересна мне как девушка, как личность. Обещаю даже не стану приставать. Но если хочешь, поехали в кино или еще куда-нибудь. Почему я предлагаю ко мне, просто устал за сегодня и не хочу больше никуда ехать.

– Давай к тебе, посмотрю, где ты живешь, – улыбнулась Кейт и пристегнула ремень безопасности. После его объяснений настроение поднялось, а беспокойство отступило.

– Ох, не знаю, будешь ли ты довольна от вида моей скромной холостятской квартиры, – усмехнулся Джастин, поворачивая ключ зажигания.

* * *

Джастин жил в районе Кэмден Таун. Месте недорогих многочисленных рынков, магазинов, выставок и пабов.

Из окна автомобиля Кейт видела дома построенные в викторианском стиле, фасады которых украшены вытянутыми окнами и коваными балконами. В одном из таких зданий и жил Джастин.

– Это шумный район. Здесь на улицах постоянно множество людей, а кругом железнодорожные линии. Не мешает? – спросила Кейт, когда они направлялись к нужной квартире.

– Да нет, я привык, – ответил Джастин, останавливаясь у нужной двери, вставил ключ в замок и пару раз повернул. Затем пропустил Кейт в квартиру.

– Проходи, садись на диван, – произнес одноклассник, а сам направился на второй этаж.

Кейт, рассматривая обстановку, расстегнула куртку и села.

Миленькая квартирка, обделанная в белых и карамельных тонах. По мнению Кейт здесь не хватало живости, чуть больше мебели и каких-нибудь безделушек, картин, светильников, которые она так любила. Но это же холостятское жилье, мужская обстановка. Правда даже у Маркуса в доме казалось теплее и гостеприимнее, но квартира Джастина по-своему тоже была уютной.

– Ты не проголодалась? – вернувшись, спросил Джастин.

– Нет, – покачала головой Кейт, сцепив руки на коленях. После очередной встречи с вампиром, поцелуев с Джастином, она была взволнована и не могла толком прийти в себя, есть совершенно не хотелось.

Одноклассник сел рядом и включил телевизор.

– В последнее время я так устала, – после некоторого молчания произнесла Кейт. – Судьба словно издевается надо мной…

– Жизнь нелегкая штука, – заметил Джастин. – Нам не дают испытаний, которые мы не смогли бы преодолеть.

– Я надеюсь на это, – тихо проговорила Кейт. Джастин обнял ее, а она положила голову ему на плечо.

По телевизору шел фильм. Но Кейт даже не пыталась вникнуть в его суть. Мысли были далеки. Джастин рядом, он безумно нравится ей. А главное Джастин может помочь забыть ЕГО. Навсегда стереть из памяти Маркуса Страстенберга.

ГЛАВА 13

Кейт вернулась домой в прекрасном расположении духа. Все мысли летали вокруг Джастина. Ей так понравилось их свидание. Пусть они просто сидели на диване и даже почти не разговаривали. Джастин обнимал ее, гладил по волосам. Рядом с ним было по-настоящему хорошо и уютно. Джастин понимал, чувствовал на ее сердце боль. Его моральная поддержка дорогого стоила. С помощью его стало намного легче. Маркус отступил дальше. Воспоминание о нем стали не столь болезненны, как еще утром.

Сердце позволило впустить Джастина глубже, оно приняло его. А значит теперь все наладится…

Кейт вошла в свою комнату, закрыла дверь, прижалась спиной к стене и прикрыла глаза, вспоминая моменты, проведенные с Джастином. Сердце трепетало в груди, хотелось быстрее вновь увидеться с одноклассником. Услышать его голос, почувствовать прикосновения и тепло кожи.

Окрыленная этими мыслями она открыла глаза. На улице сгустились сумерки. Окна зашторены, поэтому в комнате царил мрак. Кейт хотела пройти к кровати и включить свет, как почувствовала чей-то взгляд и незримое присутствие, словно кто-то наблюдал за ней. По телу прошел холодок, сердце заколотилось быстрее. Стало страшно.

Она здесь не одна.

Кейт начала всматриваться во тьму. Дыхание перехватило, когда она различила стоящую возле кровати фигуру, почти сливающуюся с темнотой.

– Кто здесь? – срывающимся голосом спросила она, медленно продвигаясь к двери. Готовая в любой момент бежать.

Фигура шевельнулась, и зажегся неяркий свет ночника.

В таинственном госте Кейт узнала Маркуса.

Пару секунд она не могла пошевелиться и просто смотрела на него. Она была удивлена и шокирована. Но страх и удивление быстро сменялись гневом.

Кейт сжала руки в кулаки и яростно выговорила:

– Что ты здесь делаешь?! Как проник сюда?! Что тебе еще нужно?! Убирайся! Я не хочу больше никогда видеть тебя!

Внутри все закипало от гнева. Что ему на этот раз понадобилось? Когда он наконец уйдет из ее жизни? Сколько это может продолжаться, чем она прогневала судьбу, что та так издевается над ней?

– Выслушай, а потом будешь кричать, и прогонять меня, – спокойно и серьезно произнес Маркус. – Это очень важно. Ты в опасности и я хочу предупредить…

– О чем ты? Что за опасность? – скептически спросила Кейт и скрестила руки на груди. – Как мне помнится, ты говорил, что больше не станешь мне помогать. Случись что, я должна обращаться к Брауну, а тебя моя жизнь больше не волнует.

Маркус вальяжно расселся в кресле, расположенном возле компьютерного стола, закинул ногу на ногу и продолжил, полностью игнорируя последние слова Кейт:

– Ты должна прекратить общаться с Джастином.

– Что? Что ты несешь? Интересно еще почему? – с иронией спросила Кейт, хотя в голосе появилось нервное напряжение, и по телу прошелся холодок. Сердце закололо от дурного предчувствия. – Он тебе не понравился, также как Дэн. Считаешь его плохим человеком?

– Он не человек.

– А кто же?! Оборотень? Вампир? – Кейт старалась, чтобы голос звучал насмешливо, но он дрожал.

– Он демон, Кэти.

– Кто? – до нее не сразу дошел смысл слов.

– Одна из тварей, от которых мы спасали Брауна, – спокойно, проговаривая каждое слово, пояснил Маркус.

Кейт замерла. Сердце словно остановилось. В глазах резко потемнело и она начала задыхаться.

– Это неправда, – замотала головой Кейт, пятясь и прижимаясь к шероховатой поверхности стены. Все казалось сном или ложью. Это не может быть правдой… Просто не может.

– Мне жаль, но это так. Джастин демон, причем не шестерка. Его силы равны с силами той брюнетки. Не верю, что у него возникли к тебе теплые чувства. Он искусно притворяется, строит из себя заботливого, доброго паренька, втирается в доверие. Джастину что-то от тебя нужно и боюсь, это будет стоить твоей жизни. Демоны адские существа, им не знакомо милосердие или любовь. В них нет и доли человеческого, – Маркус говорил ровно без эмоций и это раздражало. Казалось ему наплевать, наплевать, как ее ранят его слова. Как вновь обретенное счастье исчезает, оставляя лишь мрак, боль и давящую пустоту на сердце.

По щекам потекли теплые, солоноватые дорожки слез.

'Снова, снова все обернулось крахом. Но почему?! За что?!' – мысленно вопрошала Кейт. Сердце разрывалось, казалось она сейчас умрет.

Перед глазами плясали круги, словно в тумане она подошла к Маркусу, села возле на колени и схватила за руку.

– Пожалуйста, скажи, что это неправда. Скажи, что ты специально наврал, чтобы отомстить, сделать мне больно, – умоляла Кейт.

– Прости, не могу… – Маркус недовольно сдвинул брови и растерянно посмотрел на нее.

Она, не выдержав, зарыдала, уткнувшись лицом в его колени.

Как же больно. Как все надоело. Сколько можно разочаровываться в любви и каждый раз так жестоко…

– Кэти, прекрати, – вполголоса произнес Маркус и, взяв Кейт подмышки, встал с кресла и заставил подняться и ее. Обхватил лицо ладонями и заглянул в глаза. – Я терпеть не могу слез. А каждый твой всхлип полный боли и страдания заставляет мое сердце сжиматься и начинает казаться, будто меня режут заживо. Это неприятно… Он не стоит этого, никто не стоит твоих слез…

Маркус нежно провел большими пальцами по щекам, вытирая мокрые дорожки.

– Я… я не могу остановиться… Ты представить не можешь, как мне сейчас плохо, – слезы вновь застлали глаза и Кейт зарыдала, уткнувшись Маркусу в грудь. Он нерешительно обнял ее и слегка дрожащей рукой поглаживал по волосам. Было видно, что он не умеет успокаивать, это для него непривычно и противоестественно, но все же искренне старается помочь. Кейт мысленно благодарила Маркуса за поддержку. Он мог посмеяться над ее болью, но не стал. Иногда он все же такой хороший и понимающий…

– Я не верю, все равно не верю, – всхлипывая, произнесла Кейт. Она не желала принимать действительное.

– Он так сильно зацепил тебя? – спросил Маркус.

– Да… Он казался таким хорошим, дал надежду на счастливое будущее, что у меня все еще будет хорошо, – давясь от слез, выдавила Кейт. Как же невыносимо больно и тяжело…

Маркус глубоко вздохнул и сильнее прижал Кейт к себе.

– Верь и все будет хорошо, – мягко прошептал он. – Мне действительно жаль, что так вышло…

Ноги больше не держали Кейт, содрогаясь от слез, она освободилась от объятий Маркуса и опустилась на пол, застеленный мягким ворсистым ковром.

Маркус сел рядом и Кейт положила голову ему на колени. Она вытирала слезы, но они все текли и текли, она не могла успокоиться. Слишком много боли скопилось на сердце и сейчас все это выходило наружу, но облегчит ли это душу? Как жить дальше?

'Больше не поверю ни одному парню. Хватит с меня этой боли. Любовь и отношения приносят только страдания. А я так устала, так устала, как же хочется покоя'.

Маркус обнял Кейт за плечи и молчал. Оказывается, он тоже мог морально поддерживать. Искренне, без издевательств. Он терял близких, однажды его жизнь разом разрушилась и изменилась. Маркус знает, что такое боль и может понять это… Только не понимает, когда сам приносит страдания и в этом он неисправим… к сожалению.

– Ты сильная девочка и сможешь все пережить, – произнес Маркус.

Кейт приподнялась и посмотрела в его лицо. Такое красивое и родное. Во взгляде читалось сочувствие и растерянность. Она вытерла слезы и спросила:

– Что же будет дальше?

– Нужно узнать, зачем Джастин познакомился с тобой, – ответил Маркус и провел пальцами по волосам Кейт.

Она еще раз всхлипнула, слезы закончились, но на сердце осталось невыносимо тяжело. От присутствия Маркуса легче не становилось. Пусть он пытался помочь, но рядом с ним только хуже. Это замкнутый круг, где вампир играет разные роли. То он заботливый и нежный, то холодный и безразличный. Она думала, что разорвала круг и вырвалась наружу, но вновь ее затянуло обратно… Все должно наконец закончиться…

– Пожалуйста, сделай для меня одну вещь, когда все закончится, – попросила Кейт.

– Какую?

– Обещай, что уедешь из города. Ты был прав, Лондон становится слишком тесен для нас, – ей трудно дались эти слова. Но так будет лучше им обоим.

Рука, лежащая на плече Кейт, дрогнула, Маркус опустил глаза и бесцветным голосом ответил:

– Хорошо, – он поднял взгляд и прибавил:

– Давно нужно было это сделать. Мне не место среди людей, моя мать неправа, мне не принять их никогда. Пора вернуться к своим собратьям. Правда, я не привык бросать что-то на полпути, это я об университете, но могу закончить его заочно. Придется долго объясняться перед старейшинами, где я находился все это время и почему не давал им знать. Но что-нибудь придумаю.

В глазах Кейт вновь заблестели слезы. Но она сдержалась. Хватит показывать Маркусу слабости.

Он уедет, она больше никогда его не увидит и тогда сможет полностью освободиться…

Маркус поднялся на ноги и помог встать ей.

– А сейчас нужно разобраться с твоим демоническим дружком, – произнес он.

* * *

– Что предлагаешь? – Кейт вытерла остатки слез и заправила волосы за уши. Ее до сих пор трясло, но она старалась взять себя в руки и сильно не думать о Джастине и о мечтах, которые теперь никогда не сбудутся. Сердце словно разорвали на куски, на душе тяжесть и боль. Но она должна справиться, должна найти силы жить дальше.

Маркус вздохнул и протянул:

– Покажешь где он обитает. Приму вход молитву и святую воду, свяжу, выпытаю, что ему от тебя нужно, а затем… – он достал из внутреннего кармана пальто уже знакомый кинжал с витой серебряной рукоятью. Внутри Кейт все похолодело. – Устраним проблему. Все просто. Главное чтобы обошлось без неожиданных эксцессов. Я бы посоветовал тебе держаться в стороне…

– Нет, я буду рядом, хочу убедиться в верности твоих слов, – твердо и решительно произнесла Кейт, затем после секундного молчания прибавила:

– Хочу посмотреть ему в глаза, перед тем как ты убьешь его.

Маркус снова вздохнул.

– Другого я не ожидал… Хорошо, но в том случае, если ты беспрекословно будешь делать, то, что я скажу. Обещаешь? – он положил руки ей на плечи и заглянул в глаза.

– Да, – кивнула она.

– Тогда поехали, навестим твоего лживого Ромео, – произнес Маркус. Кейт кивнула и направилась к двери, но вампир неожиданно схватил ее за руку и развернул к себе. От его прикосновения кожу начало покалывать. – Ты хочешь посмотреть в глаза Джастина, хочешь найти там вину, сожаление, правдивость и искренность теплых чувств к себе, но в этой твари не найдешь. Поверь мне, только лишний раз расстроишься, поняв, что он играл с тобой.

– Он не один такой. Вам всем нравится делать из меня игрушку. Развлекаться, не щадя моих чувств, думать только о себе, либо использовать для каких-то целей, – голос звучал резко, но Кейт было плевать. Она лишь сказала правду.

– Может в чем-то я не прав и мое отношение к тебе неправильное и эгоистичное. Но ты дорога мне, иначе меня бы сейчас здесь не было, – Маркус смотрел Кейт в глаза. А ее тянуло к нему, тянуло невыносимо. Хотелось прижаться к сильному телу Маркуса, ощутить объятия, почувствовать удары сердца и дыхание на коже, прильнуть к губам и слиться в поцелуе.

Кейт отвернулась, отгоняя наваждение.

'Нет, нельзя, иначе снова затянет в бесконечный круг непонятных отношений, и ты будешь страдать больше, чем сейчас. Пускай все быстрее закончится, и он уедет'.

– Мы должны ехать, – Кейт высвободила ладонь из руки Маркуса и направилась к двери.

* * *

Снова за сегодня Кейт оказалась в доме, где проживал Джастин. Только на этот раз цель была не приятно провести время с любимым человеком, а разоблачить и устранить демоническое существо, которое так недавно было надеждой на счастливое будущее. Сердце сдавливало и сжимало от боли. Все казалось сном. В глубине души Кейт тешила себя мыслью, что Маркус ошибся и Джастин самый обыкновенный человек… Как ей этого хотелось… Но в подарки и благосклонность судьбы она больше не верила…

Кейт нажала на звонок. Маркус стоял сбоку наготове с кинжалом и бутылкой из-под минералки, наполненной святой водой. Выражение его красивого лица было непроницаемо и совершенно невозможно понять, о чем он думал.

Руки дрожали, сердце бешено колотилось в груди, но внешне она старалась выглядеть спокойной. Нельзя выдать себя Джастину раньше времени. Послышались шаги и звук отпираемого замка. Сердце замерло. Кейт затаила дыхание. Дверь открылась, и на пороге появился Джастин. Все такой же красивый, милый парень с теплым приятным взглядом карих глаз. Ну неужели он принадлежит к созданиям дьявола? Как не хотелось в это верить. Кейт мечтала, чтобы все оказалось страшным кошмаром, она проснется и все станет по-старому.

– Э…Кэти? Что ты здесь делаешь? – удивленно выговорил он, сдвинув брови. – Почему не позвонила?

– Я просто…– неуверенно начала Кейт, затем опустила глаза и немного отошла в сторону.

– Она соскучилась и решила сделать сюрприз. Правда не особо приятный, – из-за двери вышел Маркус и резко облил Джастина из бутылки.

В глубине души Кейт продолжала надеяться, что Маркус ошибся. Святая вода не принесет вреда Джастину, и он окажется просто человеком. Но надежды не оправдались…

Кожа Джастина задымилась, он схватился за лицо и процедил сквозь зубы грязные ругательства.

Все происходило словно во сне. Перед глазами поплыл туман, силы покинули Кейт, и она оперлась ладонью о прохладную стену, чтобы не упасть. Маркус ударом ноги толкнул Джастина вглубь квартиры. Затем вновь облил святой водой.

– Вампирская сволочь, – услышала Кейт одноклассника. Он отполз в гостиную. Кейт не чувствуя ног прошла вслед за Маркусом в квартиру.

– Закрой дверь, – бросил через плечо вампир. Кейт подчинилась и с ужасом наблюдала за происходящим, прижавшись спиной к стене.

Маркус схватил Джастина за шкирку и кинул в кресло. Затем облив еще раз святой водой, быстро, едва уловимым для человека движением очертил мелом круг вокруг демона и что-то прошептал.

Узнать шокирующую новость одно, а увидеть ее подтверждение другое, это больнее и ужаснее.

Джастин яростно взирал на незваных и неожиданных гостей. Он по-прежнему оставался чертовски красив, но красота изменилась, стала холодной, пугающей, в этом он стал схож с Маркусом… Из глаз пропало тепло, которое так нравилось Кейт. В них горела лютая злоба и ненависть. В отличие от вампира, тьма которого манила, облик, и аура Джастина отталкивали.

– Ну, мразь, расскажи, зачем этот спектакль? Сильно сомневаюсь во вспыхнувших чувствах к старшекласснице, – голос Маркуса звучал ровно и спокойно, но в нем слышалась едва заметная угроза.

– А, если не расскажу, что ты мне сделаешь, кровосос? Я не боюсь тебя, – с усмешкой ответил демон.

– А зря, я способен заставить молить о пощаде. На душе из святой воды моя фантазия не заканчивается, – с долей яда произнес Маркус и вновь брызнул из бутылки.

Джастин крепко сжал кулаки, было видно, что ему больно, но он лишь рассмеялся:

– А мне кажется на этом твоя фантазия как раз и заканчивается.

– Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, – Маркус оставался таким же спокойным. А по голосу казалось ясным, что ему приятно пытать Джастина, это приносит удовольствие.

Кейт поморщилась. Маркусу никуда не деться от своей натуры и тьмы в сердце…

А Джастин… Она смотрела на него и не узнавала… Она познакомилась не с этим парнем, сидящим напротив нее. Это не может быть он.

Джастин прекрасный актер, роль милого и доброго парня он сыграл блестяще. Можно ему похлопать.

Боль смешалась со злобой. Получился ураганный, выворачивающий душу на изнанку коктейль из чувств и эмоций, с горьким привкусом. Это невыносимо. Кейт позавидовала умению Маркуса подавлять эмоции. Сейчас это бы ей пригодилось, держать себя в руках, когда внутри бушует ураган практически невозможно. Она держалась из последних сил. Нельзя показывать Джастину слабость, пусть думает, что ей плевать на него и она не страдает.

Маркус удобнее взялся за рукоять кинжала и хотел нанести удар, как демон произнес:

– Я понимаю, что сразу ты меня убивать не станешь, но режь осторожнее, а то навредишь телу, убьешь ненароком настоящего Джастина. Девочка расстроится.

У Кейт перехватило дыхание, сердце замерло. О чем он?

– Что ты плетешь? – прошипел Маркус. – Какое тело?..

– А ты разве не чувствуешь? Не различаешь что в этом теле двое. Демоническое существо и обычный парень, который так мило общался с этой малышкой. Хотя тебе же наплевать, ты с радостью убьешь и соперника. Вот только Кэти этому не будет рада, – в голосе слышались противные, неприятно резавшие слух язвительные нотки. В сердце Кейт загорелась надежда. Получается, что демон только овладел телом Джастина. Но почему Маркус ничего не сказал? Если он специально решил обмануть ее, чтобы убрать с дороги соперника… Если это так, она никогда не простит его.

Кейт подошла к Маркусу, заглянула в лицо:

– Он говорит правду?

Во взгляде вампира читалось недоумение.

– Сейчас, да, я чувствую в нем две сущности. Но клянусь памятью моей матери, днем я этого не заметил. Это странно…

Он поклялся памятью самого родного человека, Кейт не могла не поверить. Но почему тогда?..

– А часто ли ты встречался с демонами? Я чувствую в тебе силу древних вампиров, а еще, что ты чистокровный. Но еще слишком молод… Не хватает опыта, поэтому ты мог и ошибиться или просто ревность заглушила чувства? Игрушка ушла, променяла на другого, это раздражает, сводит с ума. Не так ли? – язвительно продолжил Джастин. – Неприятно осознавать ошибки, а? Ты скрываешь эмоции, но я вижу, что промахи задевают и причиняют боль. Ты привык быть выше и лучше других, неприятно опускаться на грешную землю и осознавать совершенные ошибки.

Кейт думала Маркус разозлиться и испугалась, что в порыве ярости убьет вместе с демоном и настоящего Джастина, но он лишь спокойно выговорил:

– Я прекрасно знаю, что не застрахован от промахов. Мне очень хочется прикончить тебя, и я расстроен, что придется лишь отправить назад, откуда ты пришел, – Кейт вновь позавидовала сдержанности Маркуса.

Она была возбуждена и радовалась, что демон не Джастин. В будущем снова забрезжил свет. Неужели судьба сжалилась?

– А ведь признайся, не хочешь спасать парня. Он соперник, не так ли? Ты бы придушил его собственными руками, – издевался демон.

Маркус не ответил. Хотя Кейт знала, что слова демона верны.

Вампир сунул кинжал во внутренний карман пальто, а из другого достал небольшую книжицу в темной обложке.

Демон засмеялся:

– Пусть ты можешь ходить в церковь, без вреда для себя держать святые вещи, но внутри тебя тьма. Вы произошли от не-мертвых вампиров, существование которых, как и наше не признается Богом. Вы прокляты, как и они. Экзорцизм проводят верящие люди. Ты же к ним не относишься, но пусть даже постараешься, искренне отдашься вере в Бога, тьма все равно будет давить, противиться. А в тебе ее много, уж слишком близок ты по родству с древними, кровь слишком уж чиста. Экзорцизм серьезная вещь, ритуал может нанести вред и тебе.

Маркус проигнорировал его и открыл книгу на нужной странице. Кейт схватила его за локоть:

– Может позвать Брауна?

– Сам справлюсь, – последовал короткий ответ.

– А ты упрямый, – усмехнулся лже-Джастин. – Вот веселуха сейчас начнется.

– Для кого как, – сухо бросил Маркус и, осветив демона крестным знамением начал читать уверенным и твердым голосом:

– In nomine Patris, et Filii, et Spiritus Sancti. Amen. Exsurgat Deus et dissipentur inimici ejus: et fugiant qui oderunt eum a facie ejus.Sicut deficit fumus, deficiant: sicut fluit cera a facie ignis, sic pereant peccatores a facie Dei.

Judica, Domine, nocentes me: expugna impugnantes me.

Confundantur et revereantur quaerentes animam meam.

Avertantur retrorsum et confundantur cogitantes mihi mala.

Демон положил руки на подлокотники и с улыбкой наблюдал и слушал Маркуса. Сначала казалось, слова экзорцизма не действуют и не причиняют лже-Джастину никакого вреда. Но вскоре улыбка сползла с его лица, он крепко сжал руки в кулаки и опустил голову.

– Ублюдок, – прошипел он, а дальше из уст посыпались более грязные и непристойные ругательства. Кейт стало противно существо, завладевшее телом Джастина. Оно просто оскверняло его.

Маркус брызнул на него из бутылки, не переставая читать:

Anima autem mea exsultabit in Domino: et delectabitur super salutari suo.

Демон дрожал, царапал ногтями обивку кресла, лоб покрылся испариной, дыхание тяжелым хрипом вырывалось из легких, красивое лицо исказилось, губы шептали проклятия.

Жуткое зрелище. Кейт стало страшно от яростного, горящего огнем взгляда лже-Джастина.

– Вы все сгорите в аду, – морщась от боли, прошипел демон. – Это я обещаю. А ты, вампир, испытаешь пытки на себе. Не физические, а душевные терзания, ведь только этим можно заставить чувствовать тебя настоящую, ни с чем несравнимую боль.

Кейт вздрогнула, тело змейкой опоясал холод. От слов демона стало не по себе.

– En antiquus inimicus et homicida vehementer erectus est. Transfiguratus in angelum lucis, cum tota malignorum spirituum caterva late circuit et invadit terram, ut in ea deleat nomen Dei et Christi ejus, animasque ad aeternae gloriae coronam destinatas furetur, mactet ac perdat in sempiternum interitum. Virus nequitiae suae, tamquam flumen immundissimum, draco maleficus transfundit in homines depravatos mente et corruptos corde; spiritum mendacii, impietatis et blasphemiae; halitumque mortiferum luxuriae, vitiorum omnium et iniquitatum, – продолжал Маркус.

Он выглядел уставшим, голос звучал уверенно, но казалось, каждое слово дается с трудом. Словно что-то мешало читать. Будто ритуал выжимал соки и забирал силы.

Демон хохотал как сумасшедший, не смотря на боль, которую причинял экзорцизм.

Кейт хотелось закрыть уши руками, чтобы не слышать этого. Она могла уйти, но не могла сдвинуться с места, и завороженно, с ужасом наблюдала за происходящим.

Тело Джастина ломало, словно куклу, это напомнило Кейт японские ужасы. А именно призраков в белом, с длинными черными волосами, их тела похоже выворачивало при движение, с таким же противным хрустом. Кейт молилась, чтобы с настоящим Джастином было все хорошо, она боялась, что он может не пережить этого ритуала.

– Oremus. Deus coeli, Deus terrae, Deus Angelorum, Deus Archangelorum, Deus Patriarcharum, Deus Prophetarum, Deus Apostolorum, Deus Martyrum, Deus Confessorum, Deus Virginum, Deus qui potestatem habes donare vitam post mortem, requiem post laborem; quia non est Deus praeter te, nec esse potest nisi tu creator omnium visibilium et invisibilium, cujus regni non erit finis: humiIiter majestati gloriae tuae supplicamus, ut ab omni infernalium spirituum potestate, laqueo, deceptione et nequitia nos potenter liberare, et incolumes custodire digneris. Per Christum Dominum nostrum. Amen, – казалось, что Маркус задыхался, отчего у Кейт болезненно сжалось сердце. Он едва выговаривал слова, но упрямо читал дальше. Сердце замерло от страха и тревоги, когда Кейт увидела, как из носа Маркуса вытекла струйка крови.

– Ab insidiis diaboli, libera nos, Domine.

Ut Ecclesiam tuam secura tibi facias libertate servire, te rogamus, audi nos.

Ut inimicos sanctae Ecclesiae humiliare digneris, te rogamus audi nos.

Эти слова Маркус произнес из последних сил и тяжело дыша посмотрел на демона.

Адское создание скрючило от невыносимой боли, и вскоре от тела Джастина отделилась тень и исчезла, просочившись сквозь пол. Одноклассник обмяк в кресле.

Из дрожащих рук Маркуса выпала книжка. На не гнущихся ногах он подошел к креслу, стоящему в углу гостиной и почти упал в него и, откинувшись на спинку, закрыл глаза.

Кейт подняла с пола молитвенник, на секунду прижалась губами к обложке, и мысленно прошептав молитву, убрала в карман куртки. Подошла к Джастину и дотронулась дрожащей рукой до его шеи. Почувствовав ровные удары пульса, вздохнула с облегчением.

'Он жив, слава Богу'.

Кейт едва сдержала слезы счастья.

Джастин пошевелился, веки дрогнули, и он открыл глаза. Снова наполненные теплом, а не как недавно демоническим огнем и яростью. Он недоуменно посмотрел на Кейт и сдвинул брови.

– Кэти, а как ты здесь оказалась? А это кто? – одноклассник посмотрел поверх ее и указал на Маркуса.

– Ты разве ничего не помнишь?

– Нет, а что я должен помнить?– глаза Джастина наполнились тревогой. Он был растерян и не понимал что произошло.

– Я все объясню тебе, – пообещала Кейт. Как же она была рада, что Джастин не демон. – Что ты помнишь последним?

Джастин задумался.

– Нашу прогулку по… Ковент-Гарден, как я отвез тебя домой. Приехал к себе, вошел в квартиру, почувствовал странный жар в теле, перед глазами все закружилось, а дальше вижу тебя и не знакомого парня… – он нахмурился. – Как вы здесь оказались, я ни черта не понимаю.

– Боюсь в это трудно поверить, но ты должен. Подожди пару секунд, и я все объясню, – произнеся это, Кейт повернулась к Маркусу. Он неотрывно смотрел на нее. Его лицо ничего не выражало, и нельзя было даже представить, что он чувствует.

Кейт подошла к нему:

– У тебя кровь… Ты в порядке?

Вампир достал из кармана пальто белый платок и вытер кровавую струйку.

– В норме, – он поднялся на ноги. – Мне следует уйти, я здесь определенно лишний. Позвони Брауну, неспроста демон вселился в твоего парня. Тебе все еще грозит опасность, а охотник предоставит защиту.

Кейт стало грустно. Он собрался уезжать, даже не узнав, чем все закончится, не желая больше помогать. Она с сожалением разглядывала его красивое лицо.

'Так будет лучше', – твердила она себе. Но на душе все равно чувствовался горький осадок, и скребли кошки. Он эгоист, собственник, сволочь, но она все равно любит его… Как бы не пыталась доказать себе обратное. Но назад дороги нет. Нужно раз и навсегда вырваться из замкнутого круга. Все будет хорошо, с Джастином у нее есть шанс на счастливое будущее. А с Маркусом будущего и вовсе нет.

– Спасибо за помощь, – поблагодарила Кейт. Ей хотелось прижаться к телу Маркуса, обнять на прощанье, но удалось сдержаться.

– Прощай и будь счастлива, – она почувствовала теплое дыхание на коже и поцелуй в щеку, легкий, невесомым, но от которого током пронзило тело и пробежало сотню мурашек. А дальше он просто развернулся и ушел.

Второй раз она чувствовала эту потерю, но теперь знала, что это к лучшему. Она постаралась откинуть невеселые мысли и повернулась к Джастину. Ему многое придется объяснить, разговор будет трудным.

* * *

Направляясь к автомобилю, Маркус на ходу достал пачку сигарет. В последнее время он стал чаще курить, это начинало превращаться в зависимость. Но что он мог сделать, если сигареты хорошие помощники в успокоении нервов, пусть и иллюзорно.

Внутри все кипело. Сердце бешено колотилось о ребра. Прикурив, Маркус сел в салон. Затянувшись дымом, повернул ключ зажигания и нажал на газ. Хотелось скорее уехать подальше от этого места, пока он не удержавшись, не вернулся обратно в квартиру, где оставил Кейт с этим смертным.

Огромного труда ему удалось сохранить спокойствие и сдержанность в той гостиной. Его ужасно раздражал Джастин. Хотелось убить его, несмотря на то, что он оказался человеком. Он забрал сердце Кейт. Маркус искренне пожалел, что тот оказался всего лишь одержим. Странно, но днем он и, правда, чувствовал в этом парне лишь демоническую природу. Как он мог так облажаться…

'Это все твоя невнимательность. Ты слишком расслабился, живя среди людей, забыл уроки и наставления отца', – в салоне стало душно, и Маркус опустил стекло окна. Прохладный воздух холодил кожу, слегка трепал волосы, а главное помогал привести мысли и чувства в порядок.

Он выкинул окурок и крепче сжал пальцами руль.

Кейт отвернулась от него, попросила уехать. С одной стороны он прекрасно понимал ее. Да его отъезд это правильное решение. Он не принадлежит миру смертных и должен жить среди собратьев. Прошло время после трагедии случившейся с его кланом, он смог это пережить и успокоился. Горечь осталась в глубине сердца, но уже нет лютого желания рвать врагов вампиров на части, и не бояться уподобиться зверю. Теперь он может вернуться… Правда не в свой клан… А ему так этого хотелось… Отца, друзей, также как и мать он теперь сможет увидеть лишь после смерти. А в том, что ему не суждено прожить вечно он не сомневался. Слишком жестокий мир, слишком много врагов. Не всегда должно везти. Ему всего без малого двадцать два года, а он уже бывал на волосок от смерти, причем не один раз. А после встречи с оборотнями почти три года назад, думал, что путешествия в иной мир не избежать. Он почти побывал там, но фортуна оказалось на его стороне. Ему повезло, но так везти вечно не может. А спокойно жить он не может. У него остался один смысл жизни война и месть.

Он старался отключиться от мыслей о Кейт, но получалось с трудом. Как же ему было неприятно наблюдать ее нежные взгляды, адресованные Джастину. Они ревновал. Не хотелось ни с кем делить эту девчонку. Сам того не замечая он привык к ней. Сейчас отпускать ее оказалось намного сложнее, чем в первый раз, после убийства не-мертвой вампирши.

Она перевернула все его чувства с ног на голову, заставила принципы отступить.

Убеждение, что любовь – это слабость, плавала на задворках сознания. Эмоции брали верх над разумом и здравым смыслом. Он проигрывал эту войну и призирал себя за это. Он ненавидел чувства к Кейт. Они делали его зависимым от смертной девчонки. Он не понимал, что нашел в ней, чем она его зацепила. Добротой, искренностью, наивностью, казалась забавной. Или тем, что наряду с этими качествами, которые он, по сути, не переносил в других, в ней оказался спрятан стержень. Когда нужно она способна выпустить коготки, несильно, но может. Она честная, знает цену дружбе и дорожит родными, в этом они похожи.

Вот именно, когда Маркус начал ее терять, постепенно понял, насколько она дорога ему и как не хочется от нее отказываться. Как хотелось схватить ее за руку и утащить за собой, главное не оставлять с Джастином.

Не хотелось, чтобы Кейт забыла его. Хотелось обладать ее, чтобы она принадлежала только ему.

Маркус понимал насколько его мысли эгоистичны, понимал, что сам виноват в том, что Кейт отвернулась от него. Он причинил ей боль. Но ничего не мог поделать. Он такой, какой есть, таким он вырос, а изменится практически невозможно, тогда это будет просто не он, а жалкое подобие. Но кое-что из слов Кейт и Брауна он все же взял на заметку и понял ошибки. Но теперь это не имеет значения, ему нужно уехать из города и навсегда стереть Кейт из памяти.

Без него ей действительно будет лучше.

Маркус вздохнул. Он заставлял себя успокоиться, унять бешено колотящееся сердце. Нужна холодная голова и здравые мысли. Хватит думать о глупых чувствах! Все позади, ваши дороги разошлись и теперь уж навсегда.

Холодность и равнодушие возвращалась к Маркусу. Он подумал, что не все так страшно, и он все переживет. Только какое-то чувство продолжало терзать его. Оно кричало, что он не должен был оставлять Кейт с Джастином и причина здесь не в ревности. Казалось, он что-то упустил, что-то связанное с ритуалом экзорцизма было не так.

Маркус начал прокручивать в памяти как пленку всю сцену изгнания демона, вплоть до того момента как покинул квартиру. Сначала ему ничего не показалось странным, но когда он вновь все перемотал в голове, то все понял…

Чертыхнулся и резко нажал на тормоз. Сзади раздраженно засигналили. Но он не придал этому значения, ему было плевать.

– Ну ты и дурак, – обругал он себя и добавив пару грязных фраз, под недовольные крики водителей стал разворачивать машину.

Этой выходкой нарушил сразу несколько правил дорожного движения, но его это не заботило. Нужно спасти Кейт, остальное не важно.

ГЛАВА 14

– Демоны? – недоверчиво спросил Джастин, нахмурившись. Кейт только закончила рассказ. Она поведала обо всем касающемся адских созданий, об охотнике, которого они с Маркусом спасли и о том, что демоническим созданиям зачем-то понадобилась она. Кейт умолчала лишь о настоящей сущности Маркуса, представив его тем самым поддонком, который играл ее чувствами, о котором она рассказывала еще в первый день знакомства.

– Я понимаю, мой рассказ кажется неправдоподобным, – Кейт заерзала на диване и посмотрела на ошарашенного одноклассника, сидевшего в кресле рядом с ней. – Но ты должен поверить: демоны существуют, они опасны и нам нужно обезопасить себя от них. Я должна позвонить охотнику, он нам поможет…

Она достала из кармана курточки телефон.

– Подожди, – мягко попросил Джастин и накрыл ладонью руку, в которой Кейт держала мобильник. – Ты поведала мне лишь суть, самое основное. Но откуда ты знакома с охотниками, почему так спокойно говоришь о сверхъестественных существах, словно давно о них знаешь?

Кейт вздохнула и встретилась с теплым взглядом Джастина… Перед глазами возник Маркус. С него и началось знакомство с миром мистики… Образ рассеялся, и она вновь видела лишь красивое лицо одноклассника.

На душе заскребли кошки. Нельзя позволять себе вспоминать Маркуса. Он навсегда исчез из ее жизни. Осталось за малым… навсегда уничтожить воспоминания и чувства к нему в сердце… Только почему после его ухода стало пусто и тяжело? Ведь она должна испытывать только облегчение.

Кейт неглубоко вздохнула, отмахиваясь от ненужных мыслей, и заставила себя вернуться к разговору с Джастином.

– Это произошло случайно… Давай расскажу в следующий раз, а сейчас нужно позвонить охотнику, – она не хотела посвящать одноклассника во все что знает о сверхъестественных существах. Да и не могла… Раскрытие тайны Маркуса стояло под запретом. Он и так нарушил закон, признавшись ей, кем является. Поэтому она должна немного подумать и чуть приврать о своем первом знакомстве с мистикой. Кейт не любила ложь, но выбора не было.

Джастин пересел на диван, одной рукой обнял ее за талию, а кончиками пальцев другой нежно провел по щеке.

– Надо позвонить… Все очень серьезно, – пролепетала Кейт, тая под его взглядом. От прикосновений по телу бежали мурашки, сердце трепетно колотилось в груди. Она не могла отвести взгляд от карих глаз одноклассника.

– Ответь мне на один вопрос, – обволакивающим голосом произнес Джастин, проводя пальцами по ее волосам. – Что ты нашла в вампире? Понравилось ли его любить?

Кейт вздрогнула и, сдвинув брови, недоуменно посмотрела на одноклассника. Откуда он знает о Маркусе? В сердце посилилось подозрение, от которого кровь стыла в жилах.

– Что? – дрожащим голосом спросила она. – О чем ты?

– Ты прекрасно понимаешь, о чем я, – беззаботно ответил он, продолжая перебирать пряди ее волос.

В нем что-то изменилось, лицо стало жестче, в глазах появилась сталь. Он стал чем-то схож с демоном, которого изгонял Маркус…

Кейт попыталась вырваться из его объятий, но он крепко прижимал ее к себе.

– Только не говори что ты… – холодея от страха, прошептала она.

– Демон, – закончил Джастин. – Так и есть, моя дорогая девочка.

– Я не понимаю… как? – Кейт казалось, что сердце останавливается, дышать становилось все труднее. – Маркус изгнал тебя.

На губах Джастина заиграла холодная улыбка.

– Не нужно было никого изгонять. Это тело мое и всегда им было. Твой вампир оказался прав, и чувства его не подвели. В первую встречу, он правильно различил во мне лишь демона. Я недавно разыграл небольшой спектакль, – он достал из кармана бежевого пиджака круглый с витиеватыми узорами амулет с небольшим алым камнем посередине. – Это зачарованный амулет с помощью его я обхитрил вампира, обманул его чувства и заставил думать, что бедный Джастин всего лишь одержим. Я исказил восприятие вампира. Правда, терпеть ритуал экзорцизма оказалось неприятным занятием. Но я вытерпел для благого дела. Теперь, крошка, ты в моих руках. А вампир и друг охотник, где-то далеко.

– Почему экзорцизм не изгнал тогда тебя в ад вместе с телом? – спросила Кейт. Она хотела завалить его вопросами, а пока он отвечает придумать, что делать и как выбраться.

Джастин засмеялся. Кейт поежилась.

– Дорогая, это невозможно. Мне не нужны чужие тела, чтобы бродить в этом мире. Меня можно лишь убить, ослабить святыми обрядами, ну а чтобы отправить в ад нужно больше чем экзорцизм. Твоему вампиру это не по зубам.

– Я не понимаю одно… Ты познакомился со мной раньше, чем мы спасли охотника от демонов… Значит, ты уже тогда знал, что я знакома с охотником и тогда решил через меня насолить ему, – задумчиво и слегка дрожащим голосом рассуждала Кейт.

Губы Джастина исказила кривая усмешка.

– С самого начала моей целью была ты. Мы даже не знали, что ты знакома с вампиром и истребителем нечисти, который капает под нас, – демон грубо прижал ее еще сильнее к своему телу, так что их губы оказались очень близки друг от друга. Кейт чувствовала горячее дыхание Джастина на лице, хотела вывернуться, но не могла избавиться от стального захвата его рук. На душе было горько. Все-таки судьба не сжалилась, а вновь жестоко поиздевалась.

– Я? Но зачем?! Что вам от меня нужно?! – воскликнула Кейт и попыталась вырваться, в глазах заблестели слезы.

– Тебе уготована великая честь, – спокойно и с благоговейным трепетом ответил Джастин, крепко держа ее и пресекая попытки вырваться. – Ты умрешь во имя нашей веры.

– Что?! Нет! Я не хочу! Отпусти меня, дьявольская тварь, – Кейт закричала и замахала руками, пытаясь оттолкнуть его.

– Тсс, – Джастин положил палец ей на рот. Она замерла и посмотрела на него полными слез глазами. – Успокойся.

Он убрал руку и поцеловал Кейт, напористо, но нежно и ласково.

– Пожалуйста, отпусти меня, – попросила она, когда он прервал поцелуй. По щекам потекли слезы.

– Прости, но я не могу, – ей показалось, или в его голосе правде послышалось сожаление.

Затем он положил ладонь ей на лоб. Сначала рука его была теплой, потом повеяло холодом, голова закружилась, перед глазами все поплыло, она начала заваливаться назад и последним, что почувствовала, перед тем как провалиться в черную пропасть беспамятства, сильные руки крепко прижимающие к себе.

* * *

Маркус несся по вечернему городу, горящему сотнями огней и вывесок, вжимая в пол педаль газа. Под возмущенные крики и сигналы водителей, нарушал правила и ловко обгонял машины. Он боялся опоздать, время шло на секунды…

'Развели как мальчишку', – раздраженно подумал он, сильнее сжимая руль и не отрывая взгляда от дороги. – В детстве на уроках, когда учитель рассказывал о демонах, упоминалось: Одержимый демоном человек, вскоре освобожденный от влияния дьявольской твари, помнит все, что натворил демон его руками. Это адский подарок, крест, который будет нести человек, побывавший сосудом для демонического существа.

Слова мистера Кэша точно всплыли из памяти.

Он всегда знал это. Почему не обратил внимание…

Джастин сделал вид, что ничего не помнит. Нужно признать у него прекрасно получилось сыграть недоумение и потерю памяти. В демоне умер замечательный актер, способный исполнить любую роль. Но Джастин собственноручно сдал себя, обложался с амнезией, а Маркус не придал этой на первой взгляд мелочи значения. Теперь по его вине Кейт осталась наедине с демоном и ей грозит смертельная опасность.

Ну не зря же он не почувствовал в Джастине человека днем. Демон подстраховался, нашел способ перехитрить его, ввести в заблуждение…

– Черт, – прошипел Маркус и сильнее нажал на педаль газа, боясь не успеть. Из-за угла выехала машина, и только природная ловкость и умение хорошо водить помогли обрулить ее и избежать столкновения.

Он потерял всех. Друзей, родных, свою жизнь в клане и будущее, но если потеряет и Кейт это станет последней каплей. Маркус привык защищать тех, кто дорог, это было смыслом жизни. Но вышло наоборот, он лишился всех и остался один. Уж лучше бы смерть тогда забрала его и позволила жить всем кто погиб в клане почти три года назад.

Если Кейт погибнет, он не сможет жить дальше, посчитав себя никчемным и не способным никого уберечь, как бы ни старался. Возьмет и застрелиться из собственного пистолета.

Возможно сейчас в нем говорили эмоции, которые Маркус всеми силами пытался подавить, чтобы мыслить здраво и чтобы не случись стреляться он не станет.

С одной стороны смерть Кейт это его избавление. У него не было бы соблазнов вернуться или думать, как она живет. Нет ее, нет проблем. Он бы забыл, посчитал, что все к лучшему. Вернулся в мир вампиров и стал прежним, или даже еще жестче и суровее, чем ранее.

'Ну и козлина ты, раз начинаешь искать плюсы в гибели Кейт. Жестокая, бесчувственная мразь, что она только в тебе нашла', – подумал Маркус. Но он не хотел ее смерти, пусть разум твердил о положительных сторонах этого, сердце было категорически против. Одна мысль, что он может навсегда потерять ее заставляла холодеть внутренности. Он помнил мертвую Мари на своих руках, он помнил смерть матери и не хотел повторения. Хватит с него потерь. Он должен спасти Кейт, чего бы это ему не стоило.

Маркус резко затормозил возле дома Джастина и пулей вылетел из автомобиля, сжимая рукоять кинжала, в кармане пальто.

Квартира демона оказался заперта. Маркус, пытаясь восстановить сбившееся дыхание и безумно колотящееся сердце, прислушался. Жилище Джастина отозвалось тишиной. Это совсем не понравилось Маркусу. Внутри поселилось нехорошее, давящее на сердце предчувствие…

Не заботясь о том, что соседи могут услышать шум и вызвать полицию, ударом ноги вышиб дверь. Представители порядка его не заботили совершенно. Затуманить разум или даже убить, не оставив следов, он умел блестяще.

Квартира оказалась пуста. Грязно выругавшись и лихорадочно соображая, что делать дальше, Маркус вернулся в машину. Если бы он знал, зачем демонам понадобилась Кейт…

Заводя мотор Маркус начал звонить Брауну.

– Я слушаю, Марк, – ответил охотник.

– Нужна твоя помощь, – сказал Маркус, выезжая с улицы Джастина. – Тащи задницу к моему дому и прихвати с собой кого-то из дружков, лучше Кайла.

– Что случилось? – в голосе охотника слышалась тревога.

– Демон забрал Кейт, – ответил Маркус, стараясь сохранять хладнокровие, не давать эмоциям верх. Сейчас нужна холодная и трезвая голова.

Браун тяжело вздохнул и выругался:

– Твою мать, этого я и боялся.

– Зачем она им?

– Есть предположение, приеду, расскажу, – коротко ответил охотник. – Минут через двадцать буду. Главное не переживай и знай, что время еще есть. Чтобы его зря не терять пока позвоню Кайлу. На месте все решим.

– Давай, – безжизненным голосом ответил Маркус и захлопнул раскладушку.

В считанные минуты Маркус добрался до дома. Он не представлял где теперь искать Кейт. Сомневался, что демон привез ее на заброшенную фабрику. Оставалась одна надежда на Брауна. Тому о замыслах демонов было известно больше, чем ему.

Маркус затормозил у кованной воротины. Возле нее стояла блондинка в кожаной куртке и с силой нажимала на звонок. Заметив автомобиль, она повернулась, и Маркус узнал в ней Мэри, старшую сестру Кейт.

– Только этого еще не хватало, – пронеслось в голове.

Маркус вышел из машины и с силой захлопнул дверцу.

– Ну и где она? – с вызовом спросила Мэри, уперев руки в бока. Выглядела она угрожающе и Маркус удивился, как не превратился в горстку пепла под ее взглядом.

Он изучал ее лицо и размышлял, как поступить. Стоит ли ей поведать хоть часть правды или же лучше затуманить разум и отправить домой. Старшая сестра Кейт была разгневана, взволнована и возбуждена и представляла собой далеко не слабого человека с легкой податливой психикой. Ритуал экзорцизма немного ослабил Маркуса. Сильный гипноз лишит остатка сил. Восполнить которые сможет кровь и сон. На последнее времени нет.

Силы сейчас ему нужны как никогда. Да и не факт, что даже серьезный гипноз способен затуманить разум Мэри и не дает гарантию, что потом она ничего не вспомнит. Вдруг она, как и Кейт, унаследовала стойкость даже к самому сильному внушению.

– С чего ты взяла, что Кейт у меня? – спросил он, подходя к Мэри.

– Вот только не надо лжи, – скривившись, ядовито произнесла она. – Я видела, как вы шли по дорожке от нашего дома. Затем мимо проехала твоя машина. Фонари прекрасно освещают пространство возле нашего жилища и все видно как на ладони. Только странно, ты оставил автомобиль не возле нашего дома, а чуть дальше за углом. Я видела его, когда шла от друзей. Почему скрывался? Где Кейт? Что ты с ней сделал, отвечай?!

– Главное выслушай и не делай поспешных выводов, – спокойным голосом, тщательно проговаривая слова, ответил Маркус. Не найдя другого выхода он решил рассказать часть правды. – Кейт похитил демон, и в самое ближайшее время нужно узнать для какой цели и прийти ей на помощь.

Пару секунд Мэри молчала, обдумывая сказанное. Ее глаза расширились, и она смотрела на Маркуса как на сумасшедшего. Затем сдвинув брови, отступая на шаг назад, выговорила:

– Не зря ты мне сразу не понравился. Господи, с кем связалась моя сестренка. Я всегда знала, что в тебе что-то не так. Но не думала, что все настолько плохо. Ты псих. Отвечай где Кейт?! Или я звоню в полицию! – Мэри, продолжая пятиться, достала из кармана куртки телефон.

– Я не сомневался, что ты мне не поверишь, – в голосе Маркуса зазвучали холодные нотки. Ситуация начала надоедать. Не хотелось ближе подбираться к тайне о своей настоящей сущности. Он сделал шаг вперед.

– Не подходи! – Мэри достала из второго кармана газовый баллончик и направила на него. А большим пальцем другой руки стала быстро нажимать на кнопочки мобильника.

– Придется пойти другим путем, но более действенным. Извини, если выйдет грубо, но не хватало еще, чтобы ты позвала полицию, – холодно сказал Маркус и метнулся сестре Кейт.

Она не успела вздохнуть, ни говоря о том, чтобы воспользоваться баллончиком. Маркус выбил его из ее руки, из другой выхватил телефон и прижал Мэри к кирпичному забору с кованой верхушкой.

Маркус чувствовал бешеное сердцебиение девушки, срывающиеся прерывистое дыхание и страх, словно кокон, обволакивающий ее.

Она несомненно боялась его. Но старалась не подавать вида, и смело смотрела ему в глаза. Это заслуживало уважения.

'Все-таки не все люди такие жалкие какими я их всегда себе представлял', – подумал он.

– Считаешь демонов и прочих сверхъестественных существ выдумкой? – спросил Маркус, крепко держа Мэри за плечи. – А разве не помнишь, что подвергалась нападению вампира? Не припоминаешь, как в спальню заходила девица в белом с холодным дыханием и ледяной кожей? Она питалась твоей кровью, а гипнозом запретила рассказывать об этом кому-либо. Возможно, внушением она старалась заставить тебя вовсе забыть обо всем, но ты сильная личность и это плохо действовало. Ты все равно все помнишь.

Мэри вздрогнула и побледнела. Теперь в ее глазах явственно отразился страх.

– Откуда ты знаешь? Это был просто сон, странный казавшийся реальностью, но просто ночной кошмар… – дрожащим немного неуверенным голосом прошептала она.

– Это не сон, а реальность. Ты просто успокаивала себя, стараясь объяснить все здраво, – сказал Маркус, смотря Мэри в глаза. – К тебе правда приходила вампирша. Я помог Кейт избавиться от нее и спасти тебя, иначе бы ты превратилась в подобную ей.

– Бред! – воскликнула Мэри и оттолкнула Маркуса.– Ты сумасшедший!

Маркус вздохнул. Не остается выбора, придется привести самый действенный довод в существование мистических существ, но при этом вновь нарушить закон…

Маркус упер руки в железные прутья забора по обе стороны от Мэри. Этим, преграждая ей путь к отступлению.

– Будешь и дальше утверждать, что я ненормальный? – Маркус, не отрываясь, смотрел на Мэри и позволил показать свою нечеловеческую сущность. Он знал, что глаза поменяли цвет, а во рту почувствовал удлинившиеся клыки.

Мэри расширила глаза и сильнее вжалась в забор. Ее сердце отбивало чечетку, она была в ужасе, но старалась сильно не паниковать и не показывать как ей страшно по-настоящему. Предыдущая встреча с вампиром едва не стоила ей жизни, а теперь еще оказалось, что младшая сестра влюблена в подобное существо… Маркус чувствовал страх Мэри. Она больше боялась не за себя, а за Кейт…

– О, Господи, – прошептала Мэри. – Все… все правда… ты вампир. А значит и тогда… Я думала у меня поехала крыша… Но выходит девушка в белом и правда приходила ко мне… Она пила мою кровь, а ты… ты пьешь кровь Кейт?

– Нет, – поморщился Маркус. Одна мысль об использование Кейт в качестве пищи была противна. – Мои жизненные позиции отличаются от позиций той вампирши. Я не такой как она… В данном случае теперь…

– Жизненные позиции?! – усмехнулась Мэри, она осталась настороженной, но страха стало меньше. – Моя сестра влюбилась в труп, питающийся кровью. Это разве нормально?!

Маркус едва подавил тяжелый вздох и желание закатить глаза.

Неприятно, что его считают живым мертвецом, веря в легенды, фильмы и книги, не зная настоящей правды. Но сейчас доказывать обратное не было ни сил, ни желания. Пусть думает, что хочет.

Маркус убрал руки от забора, отошел от Мэри, достал мобильник и посмотрел на отображаемое время.

'Браун должен приехать с минуты на минуту. Скорее бы поторапливался что ли…?' – подумал он.

Охотник заверил, у них есть время. Это значило, пока оно не истекло, Кейт не тронут. Это немного успокаивало. Главное узнать, где ее прячут, а в этом одна надежда на Брауна. Сейчас остается только ждать.

Маркус убрал мобильник и посмотрел на Мэри. Она с брезгливостью и отвращением рассматривала его. Наверно представляла картину, где он спит под землей на кладбище в гробу и встает после захода солнца сосать кровь живых людей.

В другой ситуации это бы его позабавило. Сейчас утомляло и раздражало. Все мысли роились вокруг спасения Кейт и думать о другом не хотелось.

– Кэти у демонов? – недоверчиво спросила Мэри. Все же нелегко принять существование мистического мира.

– Да, – кивнул Маркус, засунув руки в карманы пальто. Становилось зябко. – Сейчас приедет человек, который поможет мне спасти ее.

– Но как она оказалась у этих демонов? – спросила Мэри, сдвинув брови.

Маркус вздохнул и вкратце рассказал все, что знал. О новом парне Кейт Джастине, о спасение охотника, о мнимой одержимости и о похищении.

Мэри была поражена.

– Многого же я не знала о сестренке и ее друзьях. Она по уши завязла в вашем мире… – произнесла она, не моргая, смотря в одну точку. Порыв ветра взметнул ее волосы и бросил на лицо. Мэри откинула их и поежилась.

– Пойдем в машину там теплее, и не беспокойся, мы спасем Кейт, – Маркус взял Мэри за руку, но она резко выдернула ладонь. Он иронично поднял бровь.

– Мне неприятно, прикосновение мертвяка, – ядовито пояснила сестра Кейт. – Твоя рука как лед, – она вздрогнула.

Маркус криво усмехнулся. На улице холодно, у него замерзли руки и поэтому теплотой не отличались. Мэри хоть в перчатках.

– Да ладно, – Маркус не удержался и не упустил шанса поиздеваться над ней. Он дотронулся тыльной стороной ладони до ее щеки.

Мэри дернулась и отскочила в сторону.

– Больше никогда так не делай, – прошипела она.

Маркус захохотал и сел в машину. Секундная веселость, а потом мысли снова вернулись к Кейт.

Мэри, глядя на него с опаской, села рядом.

– Я так боюсь за нее, – прошептала она, после недолгого молчания.

– С Кейт ничего страшного не случится, обещаю, – заверил Маркус и начал нервно постукивать пальцами правой руки по рулю. Браун задерживался. Бездействие надоело и угнетало.

Он достал мобильник и набрал номер охотника:

– Твою мать, ты где? Я жду уже полчаса, – недовольно произнес Маркус, крепче сжимая телефон.

– Марк, мы уже подъезжаем. Мы немного задержались, нужно было проверить информацию. Не волнуйся, в ближайшие два с половиной часа Кейт ничего не угрожает, она нужна им, – ответил охотник.

– Я вас жду, – коротко ответил Маркус и прервал вызов. Закурил и откинулся на спинку сиденья.

– Что сказал охотник? – спросила Мэри.

– Сейчас они приедут и Кейт в ближайшие два с половиной часа не тронут. Время есть…

– Как ты куришь? Неужели это приносит удовольствие? У тебя же легкие не работают.

Маркус тяжело вздохнул и терпеливо выговорил:

– Также как двигаюсь, говорю и думаю, – затем попросил:

– Дай руку.

– Зачем? – насторожилась Мэри.

– Дай, – с нажимом повторил он.

Она протянула ладонь. Маркус обхватил ее запястье и прижал руку к своей шее, туда, где располагалась артерия.

– Что чувствуешь? – стряхивая пепел в окно, спросил он.

– Биение пульса, – Мэри озадаченно нахмурилась.

– Сделай вывод. Не стоит верить людским легендам, в них не все правда. Если интересно, спроси у Кейт, она расскажет о моем роде.

Дорогу осветили фары. Подъехал старенький синий 'Фольксваген'.

– Наконец-то, – выговорил Маркус и, выкинув окурок в окно, вышел из салона.

Охотники подошли ближе. В руках Брауна Маркус заметил сложенный лист карты.

За спиной хлопнула дверца. Он обернулся и увидел Мэри. Она встала рядом с ним.

Браун вопросительно посмотрел на девушку.

– Это Мэри, сестра Кейт, – пояснил Маркус. – Не спрашивай как она здесь оказалась… У меня не осталось выбора, теперь она в курсе дела.

– Ясно, – кивнул охотник и прошел к капоту машины. Кайл двинулся за ним, при этом поравнявшись с Маркусом, одарил его неприязненным взглядом.

Маркус усмехнулся и тоже встал возле капота. Браун расстелил карту. На ней красными кружками были обведены три месте в различных частях Лондона.

– Мы давно следили за демонами, – начал Браун. – Пытались понять, что они готовят, раскрыть их планы и нам это удалось. Верховные демоны с большим трудом могут проникать в наш мир. Они сильны и это сулит нам гибель, поэтому высшие силы поставили преграду, сдерживающую их. Но слугам демонов довольно легко оказаться в нашем мире, поэтому верховные адские твари зачастую творят черные делишки через них. Сегодня особый день для них. Сегодня верховный демон может передать силы одному из слуг. Ритуал должен пройти в полночь и как банально это не звучало, для его проведения нужна непорочная, юная человеческая жертва.

– Девственница, – усмехнулся Маркус.

– Да, Марк, – кивнул Браун. – Говорят, непорочная кровь обладает большой силой.

– Ну становится более или менее все ясно, – протянул Маркус, внимательно смотря на Брауна. – Но зачем такие сложности? Зачем Джастин стал учиться в школе, играл с Кейт в любовь? Нельзя было просто найти любую целку, хотя конечно в наше время это редкость, но все же Кэти не единственная, и в день ритуала, или за день до него, забрать к себе?

Браун вздохнул и ответил:

– На жертву должен указать их господин. Вот он и окучивал ее, входил в доверие, чтобы в нужный день похитить ее не составило труда. Еще один момент, в девушке должно быть что-то необычное, мистическое, но сущность должна стоять возле черты, за которой стоит тьма, но не переходить за нее. Это меня удивило… Скажи, Марк, что же такого необычного в малышке Кэти? Кто она?

Маркус бросил мимолетный взгляд на Мэри, та была напряжена и взволнована и с большим нетерпением и тревогой ждала ответа, чем охотник.

– Человек, – пожал плечами Маркус. – В этом я уверен. Да в ней есть что-то с нашей стороны… Она видит странные сны, может противостоять сильному гипнозу, но больше ничего я не замечал. В ее душе нет тьмы.

Браун начал постукивать пальцами по капоту машины.

– Вот так и получается… Она связана с мистикой, но находится не на стороне тьмы. Загадка откуда у нее эти способности. Либо наследственность, либо что-то еще…

Он повернулся к Мэри.

– Я не вижу ни вещих снов, ничего похожего, – пожала плечами Мэри. – Уверена, что у Кейт просто сильнее развито шестое чувство и ничего странного в этом нет. Существуют люди и с большими способностями.

– Надеюсь, ты права, – произнес Браун и повернулся к карте. – Мы долго выясняли, где должен проходить ритуал. Он должен совершиться в оскверненном, греховном, проклятом месте, где пролилась кровь. Зло, боль должны до сих пор окутывать и очернять это место. Мы перекапали множество информации о жестоких убийствах, и нашли три подходящих варианта, – охотник указал на карту. – Вот здесь, в этом доме есть квартира, в ней десять лет назад проживал маньяк, там нашли пять изуродованных тел… Вдаваться в подробности не стану. Второй вариант, дом семьи Кэмббол. Жена главы семейства была гулящей особой, она часто в отсутствие мужа приводила любовников и придавалась пороку. Муж застал ее и жестоко расправился с обоими, а сам повесился. Третий вариант, это школа. Легенда об Эдварде Йорке. Мальчике, который за унижения в школе, жестоко расправился с обидчиками.

– У нас нет времени на проверку каждого из этих мест. Они находятся в разных частях города. На езду затратим много времени, – сказал Маркус. – Нужно выбрать самый подходящий вариант и молиться, чтобы мы не ошиблись.

– Я слышала об этих убийствах, – заговорила Мэри. Все повернулись к ней. – С уверенностью могу сказать, что нам нужно ехать к дому Кэмббэлов. Мой университет находится неподалеку, и я часто прохожу мимо этого дома. Он даже днем вызывает страх, его словно окутывает кокон негативной, черной энергии и вы… – она ткнула пальцем в Брауна. – Не сказали, что кроме жены и ее дружка, мистер Кэмббол убил сына, новорожденного младенца. А убийство невинного ребенка грех еще более тяжкий, наряду с остальными. В этом доме пропадают люди и это не просто городская легенда, не так давно там пропала пара из моей группы. Они хотели показать, что не боятся историй о тамошних призраках, вошли в дом и больше не вернулись. Их не нашли до сих пор, – Мэри опустила глаза. – А остальные места не такие страшные. В них происходят странности, но до пропажи людей еще не доходило.

– Откуда такие познания? – спросил Браун, сдвинув брови, внимательно изучая Мэри.

– Я покопалась в архивах, поспрашивала людей, после пропажи моих друзей. Хотела докопаться до правды. Но мне не хватило смелости, даже днем посетить дом Кэмббэлов… Я испугалась и решила забыть об этой истории…

– Ну и правильно, – кивнул Кайл. – Иначе бы сгинула, как и твои друзья.

– Ничего не остается, как положиться на тебя. Мы поедем, а ты отправляйся домой, – произнес Маркус.

– Нет! – воскликнула Мэри. – Я поеду с вами и точка! Там моя сестра, и мне плевать какие опасности в этом доме! Теперь я не боюсь.

– Ты едешь домой, – прошипел Маркус. Еще не хватало, если эта девчонка погибнет. – Все очень серьезно и опасно. Ты будешь обузой.

– Марк, прав, – кивнул Браун.

– Вас мало, а я могу пригодиться. Поверьте, я умею за себя постоять, – настаивала Мэри.

– Я сказал 'нет', – Маркусу надоел это спор. – Вызывай такси и езжай, мы теряем время.

– А если так? – Мэри достала из курточки пистолет и направила на него. Маркус сдвинул брови, узнав свое оружие.

– Откуда ты?..

– Нашла под твоим сиденьем.

– Не будь дурой, отдай пистолет. Пока себе чего-нибудь не отстрелила, – раздраженно попросил Маркус. Еще немного, он сорвется, и чтобы угомонить эту упрямую девчонку придется применить грубую силу.

Мэри сняла пистолет с предохранителя и отошла чуть назад, следя за Маркусом и охотниками.

– В школе я была чемпионкой по стрельбе. С легкостью способна попасть тебе в сердце, – она нацелилась на стоящий невдалеке фонарь. Раздался выстрел. Погас свет и на землю посыпались осколки.

– Неплохо, – произнес Браун. – Из тебя мог бы получиться хороший охотник. Вижу задатки.

Маркус перевел взгляд с фонаря на Мэри.

– Вас охотников и так развелось… отстреливать надо… Черт с тобой, поехали с нами, но сама отвечай за свою жизнь. Или пусть Браун и Кайл тебя прикрывают. Я даже не пошевелюсь, и если погибнешь, не виноват, – процедил он и, забрав у Мэри пистолет, сел в салон.

Впереди ожидалась жестокая бойня, от итога которой зависела жизнь Кейт.

ГЛАВА 15

Первое что почувствовала Кейт, вырвавшись из черной бездны сна, в котором скрюченные костлявые руки с длинными желтыми ногтями, царапали кожу и тянули за собой во тьму, головную боль и дрожь во всем теле. Кошмар не отпускал, и она не сразу поняла, где находится.

Она сидела на стуле со связанными за спиной руками. Веревки больно врезались в кожу, тело и руки затекли, отчего на глазах против воли выступили слезы. Но это оказалось не самым страшным. Место, где она находилась, вселяло больший страх, чем недавний сон, из которого некогда так хотелось вырваться. Сейчас Кейт предпочла бы вновь заснуть.

При первом взгляде ничего особенного. Огромная гостиная старого дома, скудная, потемневшая от времени мебель, пыль и грязь, оторванные клочки обоев, большие окна с тяжелыми, выцветшими шторами. Через стекло среднего окна видна полная кровавая луна, наполовину скрывшаяся покрывалом темных облаков. Даже начерченная на полу красной краской пентаграмма, изрисованная незнакомыми символами и расставленные тут и там черные свечи, не так пугали как жуткая энергетика дома. Она словно сдавливала, душила, мешала дышать. От стен раздавался неясный шепот, в темных углах, до которых почти не доставал свет свечей, клубились тени. Несомненно, здесь жило зло, и оно существовало еще до прихода демонов и оно хотело ее, свежей крови…

– Не бойся, они не тронут нас, – раздался ровный голос Джастина.

Кейт вздрогнула, сердце замерло. Он вышел из тени и встал перед ней. Красивый в джинсах, тонком белом свитере и бежевом пиджаке. С виду самый обыкновенный парень, но на самом деле смертельно опасный демон, который принесет ее в жертву своей вере.

Боже, как она могла поддаться, поверить, что действительно нужна ему. Видно не суждено найти настоящую любовь. Да и поздно об этом думать… Жить осталось все равно недолго…

Мысль о смерти пугала. Она так молода, столько еще не сделала… Но обречена и спасать ее некому. Самой ей не выбраться. А Маркус не знает о ее положении. Он уедет и возможно не узнает о ее смерти, будет думать, что она счастлива с Джастином и вскоре забудет о ней.

'Может хоть у него будет все хорошо', – пронеслось в мыслях. Она начала смиряться с судьбой. Устала бороться, да и шансов на спасение не осталось.

Тени в углах стали гуще, шепот усилился. Сердце забилось чаще. Тело ледяной змейкой опоясал страх.

Кейт не любила фильмы ужасов. А теперь жизнь превратилась в сплошной ужастик, смешавшийся с любовной драмой. Вампиры демоны, оборотни… страшно представить, кто еще прячется во тьме, кого носит грешная земля.

– Кто они? – дрожащим голосом спросила Кейт, тревожно оглядываясь по сторонам.

– Злобные духи, чистое зло. Они застряли здесь и теперь это место проклято. Тут пролилось много крови и это оставило отпечаток. Умершие здесь люди не могут обрести покой и убивают тех, кто забредает сюда. Но ты нам нужна и духи не тронут тебя, не посмеют. Ты неприкосновенна для них.

Кейт поморщилась, запястья нещадно ныли, спина болела. Но она старалась выглядеть сильнее, не давать Джастину повода для веселья.

'Хоть умру достойно', – подумала она.

– Извини, я слишком туго затянул веревки, – с притворной заботой и виной произнес Джастин и, нагнувшись, заглянул в лицо. На его губах играла кривая усмешка.

– Да пошел ты, – огрызнулась Кейт и отвернулась. Вся симпатия к нему исчезла еще в квартире и на смену пришла ненависть. Он обманывал и играл с ней. Джастин хуже Маркуса, тот хоть играл в открытую, не скрывал настоящей сущности. Был таким, какой есть.

Зачем демону этот жестокий фарс? Зачем разбивать уже разбитое сердце, осколки которого она пыталась склеить? Или демоны так развлекаются?

– Почему ты притворялся? Приглашал на свидания, играл роль примерного парня? Чтобы потом посмотреть на мои страдания? – спросила Кейт и заглянула в карие глаза Джастина.

– Я хотел войти в доверие. Чтобы в итоге привезти тебя сюда без лишнего шума. Да и быть уверенным, что ты останешься также невинна. А то мало ли… парней вокруг много и мог найтись из них, захотевший лишить тебя девственности, – демон усмехнулся.

Кейт показалось, что он что-то не договаривает. Были еще причины, но он молчал о них. Да и слова звучали неубедительно.

– На мосту… ты соврал про погибшую девушку? Хотел разжалобить? Это тоже была часть игры?

Кейт удивилась, увидев промелькнувшую в глазах Джастина горечь и боль. Он тяжело вздохнул и сел на потрепанный диван напротив.

– Нет, – серьезно ответил Джастин. – Это правда. Я лишь кое-что скрыл…

1876 год

– Сегодня прекрасный вечер, не находишь? – воодушевленно произнесла девушка, прижимаясь к державшему ее под руку Джастину. – Обожаю весну. Все распускается, оживает после зимней спячки, на место морозов и холодов приходит долгожданное тепло. Ты только посмотри на зеленую листву, окутывающую деревья, почувствуй аромат цветов, послушай пение птиц, разве это не прекрасно?

Джастин улыбнулся и оглядел цветущую аллею, по которой они прогуливались, освещенную луной и фонарями. Тепло и тихо, слышно лишь щебетание птиц. Крепко, но нежно сжал маленькую ручку своей избранницы. Его любимой Агны. Его золотоволосому ангелу, его будущей жены.

Он был влюблен и счастлив. Вчера он просил у отца Агны, ее руки. Волновался и боялся отказа, но барон фон Венцель согласился и вместе с баронессой благословил их брак. Скоро они поженятся, и это крепче сплотит их узы.

– Я люблю тебя, моя принцесса, – нежно произнес он и поднес к губам ее тонкие пальчики. Сердце быстро колотилось в груди. Как же он радовался, что встретил ее – свою судьбу. Джастин не представлял жизни без этой удивительной, милой и доброй девушки. – Ты также прекрасна, как и это великолепие вокруг.

Агна смутилась и, остановившись, заглянула Джастину в глаза, провела рукой по его щеке и сказала, улыбаясь, ее глаза светились счастьем:

– Я тоже люблю тебя. Мы всегда будем вместе, и ничто нас не разлучит.

Джастин нагнулся и поцеловал ее, затем она вновь взяла его под руку и они продолжили прогулку, наслаждаясь чудесной погодой, и друг другом.

– Эй, вы только посмотрите какая куколка! – раздался за спиной противный, хрипловатый голос.

Сердце Джастина дрогнуло, душу затопило тревогой и чувством опасности, дыхание перехватило. Он заметил, как побледнела Агна, повернулся к говорившему и закрыл ее собой. Она испуганно вцепилась в локоть его правой руки.

Голос принадлежал одному из троих мужчин, относившихся явно не к дворянскому роду. Грязная, засаленная одежда, небритые лица, запах дешевого алкоголя и немытых тел. В руке среднего появился револьвер.

Агна испуганно ахнула и сильнее вцепилась в руку Джастина.

– Деньги, – потребовал разбойник. – Только без глупостей, мальчишка. Иначе пущу твою красавицу на колбасу.

– Все будет хорошо, мы отдадим деньги, и нас отпустят, – ободряюще шепнул Джастин Агне. Затем кинул к ногам разбойников кошелек. Один из мужчин нагнулся и, посмотрев содержимое, выговорил:

– Нехорошо, нехорошо. Богато одетый господин, а денег мало. Хотите остаться в живых платите больше, – глаза разбойника похотливо заблестели, он с интересом поглядывал на Агну. Джастин сжал руки в кулаки. Он никому не позволит притронуться к ней. Тем более грязными, похотливыми руками. Он не даст осквернить свою милую и невинную возлюбленную.

– У меня в поместье есть еще деньги, много денег. Я богатый и влиятельный человек. Я отдам вам столько, сколько захотите, – Джастин старался, отвлечь внимание мужчин от Агны. Он не взял оружие, а разбойников трое, шансов справиться с ними нет, к тому же рискнув, он мог подвергнуть большей опасности будущую жену.

– Заманчивое предложение, – задумчиво протянул мужчина с револьвером. – Но уж больно твоя девка понравилась. Не то что портовые шлюхи, а милая, нежная, словно молодой, но распустившийся во всей красе цветок.

Внутри Джастина все похолодело, затем запылало от гнева.

– Просите что угодно, но ее я не отдам! – воскликнул он.

– Уйди с дороги, мальчишка! Застрелю! – голос разбойника прозвучал угрожающе. Мужчина выставил вперед руку с револьвером.

– Джастин, сделай, что они просят, – со слезами в голосе умоляла Агна. – Иначе они убьют тебя. Пусть я буду обесчещена, опозорена и унижена, но главное это сохранит тебе жизнь.

– Я лучше умру, чем позволю им… – твердо прошептал Джастин, не отрывая взгляда от разбойников. – Я отвлеку, а ты беги. Беги так быстро, как сможешь и позови на помощь.

– Нет-нет, – замотала головой Агна и вцепилась в его плечи.

– Пожалуйста, ради меня… – попросил Джастин и закричал:

– Беги!

Агна, давясь от слез и путаясь в юбках, понеслась по аллее.

Джастин не успел сделать и вздоха, как сильный удар в грудь заставил упасть на землю. Дышать стало невыносимо тяжело, в глазах потемнело. Одним за другим сыпались удары. Раздавались яростные крики, смысл которых он не понимал. Смертельный холод распространялся по всему телу, тянуло в черную пропасть, переступив за черту которой он уже не сможет выбраться. Сознание путалось, и все о чем удавалось думать только об Агне. Джастин молился, чтобы ее не догнали…

Отчаянный женский крик почти остановил его сердце. Накрыло волной удушающего страха. Удары тяжелых подошв сапог разбойников прекратились.

Джастину едва удалось поднять веки. В глазах темнело, в ушах звенело, и словно в тумане он увидел картину, которая привела его в ужас.

Агна словно взбешенная фурия отталкивала разбойников от него. Ее волосы были всколочены, платье разорвано, она кричала, царапалась, колотила мужчин маленькими кулачками. В его любимую словно вселился дьявол, так отчаянно она защищала его.

– Уходи, – хотел прокричать Джастин, но с губ сорвался лишь неясный шепот. Хотел приподняться, но сил не осталось.

– Ведьма! – крикнул хриплый голос. Раздался выстрел.

Джастин перестал дышать. Время словно остановилось. Тело Агны упало возле него.

Джастин не мог оторвать взгляда от широко открытых мертвых глаз любимой.

Мир замер и перестал существовать.

Она мертва. Его Агна мертва. Он не смог ее защитить. Жалкий, слабый, никчемный.

Без нее жизнь закончена. Больше нет будущего… Лишь беспросветная тьма.

Он закашлялся, рот наполнился солоноватой жидкостью и Джастин потерял сознание.

2004 год

– Я очнулся через пару днем в своем поместье. Вся родня бегала вокруг меня. Я был серьезно избит, и они боялись летального исхода, – продолжал Джастин. – Но мне было плевать. Жизнь утратила смысл. Стоило закрыть глаза, и я видел Агну. Ее милое лицо, добрую улыбку. Я хотел к ней всем сердцем. А еще я хотел отомстить, заставить убийц Агны захлебнуться в собственной крови. Тогда пришла она – демонесса. Предложила сделку. Обещала дать силу и власть, с помощью которой я мог отомстить. Но нужна плата. Обычно демоны разводят людей, исполняют желания, а взамен забирают душу и измываются над ней в аду. Но мне Иннесс предложила несколько другое… Сказала я достоин большего, чем пойти на мясо. Исполнив месть, я должен буду служить ее господину, превратиться в демона.

Джастин перевел дыхание и продолжил:

– Люди всегда с неприязнью относились к нечисти. В детстве мне часто рассказывали страшные истории и легенды о вампирах, приведениях и других представителей тьмы. Прививали веру в Бога и опасности отречения от него. Но я без зазрений совести и боязни пошел на сделку с Иннесс. Я был убит морально, боль и горечь потери душили, и я хотел мести. Поэтому предложение демонессы стало настоящим подарком… Я отомстил, – на губах Джастина появилась зловещая, пробирающая до дрожи улыбка, а глаза заблестели. – Эти уроды захлебнулись в собственной крови, как я и хотел. Вот теперь больше века я демон и служу своему господину…

Кейт с искренним сочувствием посмотрела на него. История Джастина тронула. Стало жаль его. Это судьба и случай превратили этого парня в чудовище.

Но Кейт кое-что поняла, увидела…

Джастин до сих пор любил Агну. Это чувство запряталось глубоко в сердце, но оно жило. Видя страдания Джастина, она поняла, что через холод и тьму, демоническую сущность удалось пробиться к остаткам его человечности. А значит, у нее появился маленький шанс спастись и возможно спасти и Джастина.

Он сидел с опущенной головой, положив руки на колени. Воспоминания об Агне давались ему тяжело, и это было прекрасно видно. Казалось, Джастин переживал ее смерть заново.

'Господи. Неужели его любовь так сильна, что даже время и демоническая натура не уничтожили ее', – с горечью и восхищением подумала Кейт.

– Что ты со мной делаешь?! – зло прошипел Джастин и вскочил на ноги. Глаза горели яростью, руки сжимались в кулаки.

– Ничего. С моей помощью ты просто вспомнил о человечности. Пусть ты и превратился в монстра, демоническое создание. В глубине сердца все равно живет боль и воспоминания об Агне. Я напомнила тебе о ней, чувства проснулись. Джастин, ты до сих пор любишь ее, – спокойно ответила Кейт, стараясь не обращать внимания шепот, медленное колыхание штор и беспокойное пламя свечей. Дом становился все менее гостеприимным. Бросало, то в жар, то в холод, словно температура воздуха, то падала, то понижалась.

Джастин криво улыбнулся и, подойдя к Кейт, положил ей руки на плечи и заглянул в лицо.

– Агна в прошлом. Да я храню память о ней, но тот Джастин умер больше века назад. Я другой и предан господину, одному из верховных демонов. Думаешь, я не понимаю, что ты задумала? Хочешь с помощью моей якобы человечности выбраться. Думаешь, я подобрею и отпущу тебя. Нет, милая девочка, поздно отступать. Ты будешь принесена в жертву, Иннесса получит часть силы господина, и мне плевать пусть мир хоть сгорит в огне, утонет в хаосе. Я не человек и меня не волнуют судьбы смертных.

– Ты врешь себе, – прошептала Кейт.

– Не надо, Кэти, ты ведь не хочешь, чтобы я показал, каким могу быть не человеком, – прошипел он.

Кейт отвернулась. Неужели все бесполезно и она умрет? А главное чем сулит ритуал остальным людям, что будут демоны делать с силой верховной твари?

– Одно скажу, мне жаль, что все так получилось, – почти ласково произнес Джастин и провел рукой по ее волосам. – Но господин указал на тебя… Ты необычная девушка и поэтому он выбрал тебя.

– Почему я? Что во мне особенного?! – она посмотрела на него с мольбой. Может хоть перед смертью удастся узнать правду о себе.

– Во-первых, ты невинна, не знала еще настоящей близости с мужчиной. А еще, у тебя необычная аура, я никогда не встречал такую.

– Во мне есть тьма? – дрожащим голосом задала Кейт, самый волнующий вопрос.

– Я бы не сказал… Есть сила, но непонятного для меня происхождения. С уверенностью скажу – ты человек, – задумчиво ответил Джастин.

'Он почти повторил слова Маркуса, но только никто не может сказать, почему я такая и откуда вся эта непонятная сила возникла?'

– У меня развито шестое чувство?

– Что-то большее, связанное со сверхъестественным, – ответил Джастин и выпрямился. – Я не знаю, что это, извини.

Кейт похолодела. Оказывается она залипла в мистическом мире куда глубже, чем думала ранее. Частичка его есть в ней. Но откуда?

Демон взглянул на часы, затем посмотрел на полный диск кровавой луны и с улыбкой повернулся к Кейт.

– Сейчас начнется самое интересное.

Двухстворчатая дверь открылась, принеся с собой холодный воздух и гонимый ветром ворох желтых листьев. В гостиную вошла знакомая брюнетка в сопровождении троих мужчин. На этот раз в вишневом коротком платье, черном полушубке, высоких сапогах на шпильке. Губы накрашены красной помадой, глаза закрывают затемненные крупные очки.

Кейт заерзала на стуле и потеребила веревки, но руки были связаны слишком крепко. Освободиться не предстояло возможности.

– Иннесс, – поприветствовал брюнетку Джастин, слегка поклонившись.

Демонесса встала напротив Кейт.

– Ну здравствуй, – с ненавистью произнесла она. – Помнишь меня? Я вот тебя прекрасно помню, – Иннесс сняла очки.

Кейт вздрогнула, увидев темный провал вместо левого глаза. К горлу подступила тошнота.

Демонесса вновь надела очки и нагнувшись на Кейт, одарив, сладковатым запахом духов, процедила сквозь зубы:

– Как ты посмотришь на то, если я подпорчу твое личико? Око за око, – Иннесс провела острым ногтем по щеке Кейт, оставив неглубокую царапину.

Кейт мужественно смотрела на демонессу, затем плюнула ей в лицо.

– Ах, ты, тварь! – сильный удар по щеке обжег кожу. На глазах выступили слезы, но она сдержалась, не дала им волю. Нельзя показывать слабости. Спасибо Маркусу, он научил ее этому. – Я исполосую твою рожу, вырву глаза и язык! – нервно закричала брюнетка и замахнулась острыми ногтями.

– Иннесс, прекрати, – удержал ее руку Джастин. – Господин приказал не трогать ее до ритуала.

– Не убивать, Джастин, а про покалечить или изуродовать он промолчал. Уйди, у меня с ней личные счеты.

– Нет, – парень встал между ней и Кейт.

Демонесса внимательно посмотрела на него и скрестила руки на груди.

– Ты слишком вежлив с ней… С чего бы это? – она положила руку на сердце Джастина. – Ты всегда мне нравился, в тебе есть огонь, холод, беспощадность. Не разочаровывай меня, мальчик, я могу и вырвать из твоей груди этот живой, теплый, бьющийся комок.

Затем она отошла от него на шаг и посмотрела на пришедших с ней демонов:

– Что встали? Давайте готовимся к ритуалу. У нас осталось десять минут.

По телу Кейт прошла дрожь и начала накатывать паника и страх. Господи, ей осталось жить около десяти минут.

* * *

Минуты текли как часы. Делая ожидание смерти настоящей пыткой.

'Скорее бы все закончилось', – молила Кейт.

Шепот духов действовал на нервы. Но когда брюнетка встала возле пентаграммы, держа в руках большую потрепанную книгу, демоны встали за ее спиной, Джастин рядом с Кейт, они затихли. Наступила гробовая, зловещая тишина.

Сердце отбивало чечетку, дышать стало трудно, нещадно ныли руки. А от вида кинжала с серебряной рукоятью, в руках Джастина, лучше не стало.

'Вот и все, – обреченно подумала Кейт. – Вновь я на пороге смерти, но помощи ждать неоткуда.

Хотелось кричать, рвать веревки, пытаться освободиться. Но она держалась.

– Пора, – торжественно произнесла Иннесс и заговорила на незнакомом языке.

Пламя свечей стало ярче, стены задрожали, в центре пентаграммы пошли трещины.

– Джастин, перережь этой сучке горло. Ее кровь, пустит в наш мир господина, и он сможет передать мне силы, – обратилась брюнетка к демону.

Кейт со страхом посмотрела на него.

– Прости, – прошептал Джастин. – У меня нет выбора…

Он удобнее взял кинжал. Кейт мысленно прощалась со всеми: матерью, сестрой, друзьями, Маркусом… Что ее ждет впереди? Что бывает за чертой жизни, на другой стороне? Многие задаются этим вопросом. А она сейчас узнает ответ…

Послышался звон разбитого стекла, и в этот же момент к Джастину метнулась черная тень и оттолкнула его от нее…

В первые секунды Кейт не поняла, что случилось. Все произошло слишком быстро и неожиданно.

Словно в замедленной съемке на пол посыпались осколки разбитого окна. Джастина черная тень отбросила к стене. Он ударился о высокий дубовый шкаф, рухнул на пол и больше не шевелился. Ошеломленная Кейт перевела взгляд на вошедших через входную дверь Брауна, смутно знакомого седовласого мужчину и… Мэри.

'Мэри?! А она что здесь делает?! Как?!' – недоумевала Кейт.

– Как вы посмели сорвать ритуал?! – яростно закричала Иннесс. Она откинула книгу в сторону, ногти на тонких изящных пальцах начали расти, и превратились в острые и опасные когти. Демонесса вихрем кинулась на незваных гостей, остальные демоны последовали ее примеру.

Началась бойня. Браун сцепился с Иннесс, седовласый мужчина отстреливался от остальных адский слуг, прикрывая собой Мэри. Кейт удивилась, увидев в руках сестры пистолет и тому, как она ловко из него стреляет. Демоны кружили вокруг них, словно вороны и увертывались от пуль. Одного все же седовласому охотнику удалось убить. Другие, не обращая на это внимание, сжимали сестру и мужчину в кольцо.

Сердце Кейт бешено колотилось в груди, кровь стучала в висках. Кейт с тревогой и страхом наблюдала за дракой. Она была безумно рада, что ей пришли на помощь, но боялась проигрыша, боялась потерять друга, а еще сильнее сестру.

– Вроде бы все закончилось, но судьба снова свела нас, – услышала Кейт над ухом до боли знакомый, насмешливый обволакивающий голос, от которого по телу пробежали мурашки. Она чуть не задохнулась, узнав его, и испытала неимоверное облегчение.

Он здесь, он не уехал и вновь пришел на помощь.

– Маркус, – выдохнула она и повернулась к нему и встретилась с черными, как сама ночь глазами. Кейт не могла описать словами как была рада видеть его и просто молчала, смотря на него. Почувствовала теплые прикосновения рук к своей коже. Маркус боролся с веревками, связывающими ее запястья.

– Вот черт, – услышала она недовольный голос Маркуса. После чего последовало пара грязных словечек. – Хорошо же постарались, связывая тебя.

Кейт беспокойно заерзала на стуле. Руки ужасно болели, но она старалась не обращать на это внимание. Мысленно она умоляла Маркуса, освободить ее быстрее.

Переведя взгляд на Мэри, вскрикнула. Демон выбил из ее рук пистолет и теснил к стене. Сестра не растерялась и хорошо поставленным ударом ноги ударила его между ног. Адская тварь взвыла и с яростью откинула ее к стене…

– Ну я так и знал, – тяжело вздохнув, пробормотал Маркус и тенью кинулся к Мэри. Кейт взволнованно и с тревогой наблюдала за ними, теребя веревки, которые так и не хотели поддаваться.

Маркус свернул демону шею и выстрелил ему в голову. Схватил Мэри за руку и крикнул:

– Освободи сестру, – сам смотрел за спину Кейт.

Она обернулась и увидела, стоящего у стены Джастина. В руке он сжимал кинжал, лезвие которого отливало серебром, и не сводил с Маркуса горящего ненавистью взгляда.

Секунда и парни сцепились в схватке.

Кейт с тревогой смотрела на дерущихся демонов и друзей. Охотники не подпускали к ней адских слуг. Повезло, что их оказалось не так много. Демоны особо не опасались, что ритуал могут сорвать. В этом и прощитались, не удвоив защиту.

– А ты что здесь делаешь?! – удивленно посмотрела Кейт на старшую сестру, старательно борющуюся с веревками.

– Я видела, как ты уходила из дома с Маркусом, – ответила она, тяжело дыша. – Затем я не могла до тебя дозвониться. Взволновалась и поехала к нему. А там он рассказал мне где ты и кто он… Честно я не в восторге от того, что узнала… мне стало страшно за тебя и виной тому не только демоны… Но об этом поговорим дома, а сейчас нужно выбираться.

Голос Мэри звучал взволнованно, раздраженно и недовольно. Она перепугалась за младшую сестру, да и ее знакомство с вампиром ей не нравилось, как и вся эта мистическая история. Она боялась чувств Кейт к Маркусу и куда они могли завести.

Наконец руки Кейт оказались освобождены. Морщась, она потерла ноющие запястья и встала со стула. Тело отозвалось болью, ноги почти не слушались, но она старалась быть сильнее и не обращала на это внимание.

Браун дрался с Иннесс в другом конце гостиной. Седовласый мужчина отбивался от последнего оставшегося демона, и не подпускал его к Кейт и Мэри. Маркус и Джастин кружили вокруг друг друга, устав от рукопашной схватки. Лица были сосредоточены. Оба тяжело дышали. Если в глазах Маркуса виднелось холодное спокойствие, то Джастина – жгучая ненависть.

– Надо уходить, они справятся без нас, – Мэри схватила сестру за руку и потянула за собой.

– Подожди, – остановила Кейт, оглядываясь по сторонам. Шепот духов усилился, тени выползали из-за углов и двигались к выходу из дома. – Призраки не выпустят нас живыми.

Мэри обвела взглядом гостиную и вздрогнула, заметив их.

Седовласый мужчина расправился с демоном, и тяжело дыша и хромая, направился к ним.

– Не выходите из этого круга, – хрипло сказал он и что-то шепча, разлил вокруг сестер святую воду, затем обвел круг мелом. – Духи не пройдут. Здесь мы в безопасности.

Мужчина встал рядом за спасительную черту круга, и напряженным взглядом вглядывался в темные углы комнаты. Духи образовывались в прозрачные человечески фигуры, то вновь становились черными тенями. Шепот сводил с ума и заставлял холодеть от ужаса. Стало настолько холодно, что от дыхания в воздухе появлялись облачка пара. Но сейчас Кейт больше заботило не это…

Она нашла взглядом Маркуса. Он ловко уворачивался от ударов кинжала Джастина и сам наносил удары, чтобы избежать, которых демону нужны были все свои силы и умения боя. Нельзя сказать, кто из парней выигрывал в схватке, казалось они равны. Кейт скрестила пальцы, она надеялась на победу Маркуса, боялась за его жизнь. Но не хотела и смерти Джастина. Пусть он зло, демон, но внутри него живут человеческие чувства и сильная любовь… его еще можно спасти…

Тени роились вокруг парней, но не одна не осмеливалась подобраться ближе и напасть.

'Маркус – вампир. В нем есть тьма. Они не станут на него нападать', – это мысль успокоила.

Раздался чудовищный грохот, треск ломаемых досок и бьющихся стекол. Кейт повернула голову и в ужасе наблюдала, как Иннесс схватила Брауна за шею и подняла развалившегося шкафа для посуды. Затем ударила, задыхающегося охотника о стену. Он рухнул на пол.

Кейт вскрикнула. Она не знала, жив ли Браун. Похолодела, заметив кровь на его виске.

'Господи, пусть он только будет жив', – отчаянно молила она и страшно боялась обратного.

Седовласый мужчина, что-то процедил сквозь зубы и крепко сжал кулаки, хотел броситься на демонессу, но остановился, увидев подбирающиеся к черте круга тени.

– Вы, – крикнула она духам и указала на Маркуса. – Он не с нами, прикончите его!

Маркус прекрасно слышал слова демонессы, но по его выражению лица не казалось, что он встревожен. Вампир даже не смотрел на тени. Словно это не опасные духи, способные убить. Все его внимание было приковано к борьбе с Джастином.

Духи медлили, не решались.

– Ну же! – приказала Иннесс. – Прикончите его!

Тени кинулись к Маркусу, отгородив его от Джастина. Сердце Кейт отбивало чечетку, она испуганно прижала руки ко рту. Хотелось броситься к Маркусу, но она держалась, зная, что только подставит себя под удар и прибавит ему проблем.

– Пошли прочь! – холодно и резко произнес Маркус, даже не отступив от духов и на шаг. Его черные глаза отливали льдом, и он словно весь заледенел. Темная аура вокруг него стала сильнее и четче. Он не боялся их. А они чувствовали в нем силу и тьму и даже после приказа Иннесс, не решались нанести удар. Они образовали плотный круг вокруг него, извивались, перешептывались, но не нападали. Боялись.

'Да ты дьявол, Маркус, раз даже эти твари, которые все равно уже мертвы, не решаются напасть на тебя', – подумала Кейт. Она всегда чувствовала в нем что-то дьявольское, темное и это пугало.

– Джастин, убей девчонку! – крикнула Иннесс и подняла с пола книгу. – А я попробую закончить ритуал… Правда время истекло… но чем черт не шутит. Сегодня кровавая луна и возможно силы тьмы помогут нам… Я надеюсь…

Маркус бросил быстрый взгляд с демона на Кейт, хотел пройти через кольцо духов, но не мог. Они не решались напасть, но старались не выпустить его.

Кейт попятилась, увидев направляющего в ее сторону Джастина. Седовласый мужчина загородил ее собой и наставил на парня пистолет.

– Отойди, иначе умрешь и ты и ее сестра, – без всякого выражения в голосе, сухо сказал Джастин. – Я не могу войти в круг, но придумаю как вас выманить оттуда.

– Если так тому и быть, убей меня, довершите свой чертов ритуал, – с ненавистью произнесла Кейт, выйдя из круга, и не дав ни охотнику, ни Мэри себя задержать. Она не могла рисковать их жизнями, пусть лучше умрет она. – Добро все равно победит!

Джастин промолчал, а Иннесс громко рассмеялась:

– Наивная, глупая девчонка. Жизнь не сказка. Мальчик мой, убей эту суку!

Джастин посмотрел на кинжал, а затем перевел взгляд на Кейт. В его глазах читалась грусть, боль, обреченность. Сердце болезненно сжалось. Он не хотел ее убивать, он все же поддался человеческим чувствам и теперь не знал, как поступить. Кейт безумно стало жаль его.

Джастин опустил глаза и отошел в сторону.

– Я не стану… – прошептал он, бездумно глядя перед собой.

Кейт пораженно смотрела на него. В это время, сильные руки седовласого мужчины втянули ее в круг.

– Я так и знала, – Иннесса с яростью отбросила книгу и сшибла его с ног и вцепилась в воротник пиджака. – Тебя послали к ней, потому что ты был человеком, знаешь, как притвориться милым парнем и обольстить скромную и невинную девушку. Но никто не просил тебя проникаться к ней симпатией! – демонесса ударила его по щеке. После чего на коже осталась тонкая кровавая полоса. – Убей ее! Не дай гребаной человечности овладевать тобой! Не расстраивай нашего господина и меня. Иначе я вырву твое чертово сердце. Ты всегда был послушным мальчиком, верно служил и какая-то девчонка все изменила?! Прикончи ее!

– Нет! – Джастин оттолкнул Иннесс от себя. – Я не стану.

– Тогда сдохни, нам не нужны такие слуги. Я наделила тебя силой, властью, а ты расстроил меня, оказывается я ошиблась в тебе. Настало время умирать, Джастин, – сказала она и вонзила когти ему в грудь.

Джастин вздрогнул и с силой вдавил подушечки пальцев в пол.

– Отпусти его! – в отчаянии закричала Кейт. Демонесса лишь дьявольски улыбнулась, посмотрела на нее и, вынув когти из груди Джастина, слизнула с пальцев кровь и блаженно закатила глаза. Кейт едва подавила тошноту и бросила тревожный взгляд на Джастина. Он судорожно дышал и обреченно смотрел на Иннесс, но главное был жив.

Демонесса оседлала его, нежно провела тыльной стороной ладони по щеке, затем слизнула с нее кровь. Впилась поцелуем в губы Джастина и страстно прошептала:

– Милый мой, мальчик, ты всегда мне нравился. Красивый, соблазнительный так слаженно выполняющий приказы господина. Он доверял тебе, а ты его предал… предал ради смертной девчонки. Думаешь, что умрешь быстро, нет. Я буду убивать тебя долго и мучительно. Пока ты сам не начнешь умолять меня о смерти.

– Оставь его! – вновь крикнула Кейт, не в силах больше наблюдать за этой ужасной сценой.

– Так останови меня, – усмехнулась Иннесс. – Выйди из круга и покажи на что способна.

Седовласый мужчина крепко сжал локоть Кейт, пресекая все попытки.

– Не вздумай, – шепнул он.

Кейт опустила глаза, ей оставалось только наблюдать. Сердце сжималось от боли и жалости. Она должна помочь Джастину. Должна.

– Покончу с ним, перейду на вампира, ведь его смерть будет для тебя еще болезненней. Ты любишь темноволосого красавчика и сильно, я чувствую, – промурлыкала Иннесс.

Внутри Кейт все похолодело, страх охватил сердце. Она бросила взгляд на Маркуса. Тени сдерживали его. Он не мог ничего сделать. Она даже не различала за черными фигурами выражение его лица.

– Выйди из круга, и я не стану никого убивать, кроме тебя, обещаю, – слова Иннесс звучали растянуто и нагоняли сон, но внушали доверие.

'Демоны лгут, она убьет нас всех', – подумала Кейт и как в подтверждении услышала слова седовласого мужчины:

– Не вздумай верить ей, она обманет.

Иннесс ласково улыбнулась и провела кончиками острых ногтей по губам Джастина.

– Милый, скажешь, когда будет больно? – с иронией произнесла она и вновь вонзила когти ему в грудь, правда в этот раз нарочно медленно, чтобы он ощутил большую боль.

Джастин сжал руки в кулаки и закусил губу, но не издал ни звука. Но по глазам было видно, какую страшную муку ему доставляет Иннесс.

– Хватит! Прекрати! – не выдержала Кейт. – Я выйду из круга, только перестань мучить Джастина!

Демонесса выдернула руку и поднялась на ноги.

– Давай, дорогая, выходи. Мы поиграем. Я буду резать тебя по кусочкам.

Кейт сделала шаг из круга. Иннесс довольно улыбнулась и поманила ее пальцем, с которого капала кровь Джастина.

– Боюсь, игры закончились, – сухо произнесла Кейт, смотря демонессе в глаза. – Надо быть осторожной, ведь враг в любой момент может оказаться за спиной.

Улыбка сползла с лица Иннесс. Она обернулась. Раздался нечеловеческий вопль, и Кейт вздрогнула, увидев взмах стали и голову демонессы покатившуюся по полу. Тошнота стала невыносимой и Кейт отвернулась. Она мечтала скорее покинуть это место и забыть этот кошмар.

Браун выкинул окровавленное мачете, и устало опустился на пол.

– Пора в отпуск, – тяжело дыша, произнес он.

– Согласен, – кивнул седовласый, оглядывая взглядом гостиную.

Мэри нерешительно вышла за пределы круга. Зябко поежилась и обхватила себя руками.

– Веселуха ничего не скажешь, – пробормотала она.

Кейт счастливо улыбнулась.

'Неужели все закончилось'.

Она бросила тревожный взгляд на Маркуса. Тени медленно отплывали от него во тьму, до которой не доставало пламя свечей. Демонессы больше нет, и они больше не видели смысла в выполнении ее приказа. Они правда боялись Маркуса. Пусть он молод, но в его жилах текла кровь самых древних представителей вампирского рода, и они чувствовали это. Ощущали в нем такую же частичку тьмы, какой были наделены сами и не осмелились бросить вызов, поэтому ушли. О присутствие духов свидетельствовал лишь тихий шуршащий шепот.

Джастин, не сводя взгляда с охотников, поднялся на ноги.

Браун и седовласый мужчина настороженно и недоверчиво наблюдали за ним.

– Я не стану на вас нападать, если вы не будете, – заверил кареглазый демон. – Вы мне не нужны.

– Ты в порядке? – взволнованно спросила Кейт, оглядывая Джастина. На груди белого свитера виднелись пятна крови.

– Да, – ответил он. Затем приблизился к ней. Все напряглись. Но Джастин выставил вперед руку, сдерживая охотников, и сказал:

– Я лишь скажу ей пару слов.

Маркус выглядел мрачнее тучи и наблюдал за ними, сощурив глаза, но молчал. Сейчас Кейт явственно ощущала обволакивающую его темную ауру и это пугало. В такие моменты Маркус очень опасен. Стало страшно за Джастина. Пусть он демон, их знакомство было спланировано, чтобы в итоге она оказалась здесь и была принесена в жертву. Но Джастин помог ей, пошел против собратьев, веры. Она действительно разбудила в нем человечность. Он заслуживал спасения.

– Прости за то, что я сейчас сделаю, – чуть слышно прошептал Джастин на ухо, опалив кожу теплым дыханием. – Но поверь, это для твоего же блага. Он не пара тебе. Думаешь, вампир лучше демона, возможно, есть и такие, но не Он. Его душа черна, он уведет за собой во тьму и уничтожит тебя.

По телу Кейт пробежала холодная дрожь, стало трудно дышать.

– Что ты хочешь сделать? – сердце кольнуло дурным предчувствием. – Не вздумай! Это моя жизнь и мне решать, кого любить и как поступать…

– Любовь слепа, Кэти. Он никогда не сможет любить искренне и поэтому погубит тебя.

Джастин отошел от Кейт и посмотрел на Маркуса.

– Мы с тобой не закончили, – демон поднял с пола кинжал с серебряным клинком.

– Охотно принимаю вызов, – иронично улыбнулся Маркус. В глазах горело удовлетворение и предвкушение. Он хотел этого боя. – Решил поиграть в рыцаря? Спасти бедную, невинную деву из рук чудовища? Похвально! Романтично и смешно одновременно.

Слова вампира сочились ядом.

– Она не понимает с кем связалась. Видит только часть твоей темной, гнилой души. Я хочу лишь помочь ей.

– Как это благородно, – засмеялся Маркус. От холодного смеха Кейт пробрала дрожь.

Она просто не могла допустить этого боя. Должна остановить их.

Маркус достал кинжал с витой рукоятью и тонким лезвием – оружие против демонов.

– Не вздумайте! – воскликнула Кейт и хотела кинуться к ним, но ее схватил за локти Браун. – Отпусти! – закричала она, видя как, парни начали кружить вокруг друг друга, и наносить удары.

– Не лезь, они сами разберутся, – произнес Браун. Но ей было плевать, что он говорит. Она не хотела смерти ни Маркуса, ни Джастина. Вампира она любила, а к демону, несмотря на все, чувствовала симпатию. – Прекратите! Довольно убийств! Хватит крови, ее и так сегодня пролито достаточно! Пожалуйста, перестаньте! – по щекам Кейт потекли слезы. Она пыталась вырваться из рук охотника, но тщетно.

Что они творят?! Один хотел помочь, но вмешивался в ее жизнь, считая свой поступок правильным. А она уже большая девочка и способна решать сама, как ей поступать. Второму было совершенно наплевать на жизнь Джастина. Маркус испытывал к нему неприязнь, зато, что он покусился на его собственность, его игрушку.

Маркус ударил Джастина локтем в лицо, а затем вонзил в грудь кинжал. Кейт замерла и перестала дышать.

Вампир снова занес оружие и хотел нанести последний решающий удар…

– Пожалуйста, Маркус, не надо! – умоляла Кейт, чувствуя теплые дорожки слез на щеках и их солоноватый привкус. – Ради меня не делай этого…

Маркус замешкался, и чуть опустив кинжал, тяжело вздохнул и повернул голову к Кейт.

– Нельзя быть такой доброй, Кэти.

Вдруг он вздрогнул и переменился в лице, кинжал выскользнул из пальцев и Маркус начал заваливаться назад.

Кейт не понимала что происходит. Она чуть не задохнулась от ужаса и страха, увидев в груди Маркуса клинок, в том месте, где находилось сердце.

Пол начал уходить из под ног, сердце казалось, остановилось. Она даже не увидела и не почувствовала, как Браун отпустил ее. Кинувшись к падающему Маркусу, подхватил его.

Кейт била дрожь. Она посмотрела на вампира, которого Браун опустил на пол и удерживал за плечи, а потом на Джастина. Ноги демона подкашивались, и он бессильно опустился на выцветший и поеденный молью ковер.

Кейт охватила ярость. Она подняла с кинжал, выроненный Маркусом, и с холодной решимостью подошла к Джастину. Сердце сжималось от боли. Она боялась посмотреть в сторону вампира.

Демон, совсем ослабев, лег на пол спиной. Его белый свитер быстро окрашивался алым.

– Зачем? Зачем ты это сделал?! – прошептала Кейт и занесла кинжал.

– Для твоего… же блага… – хрипло выговорил Джастин, не отрывая от нее карих, таких теплых, совсем не демонических глаз.

Слезы сильнее потекли из ее глаз. Кейт сильнее сжала рукоять кинжала. Но сразу же выронила его из рук. Она не могла простить Джастину то, что он сделал с Маркусом и как нечестно поступил, но и убить не могла.

– Странно… – прошептал демон, едва слышно. – Но только сейчас… я понимаю… какую ошибку совершил больше века назад. Я любил Агну, а ради мести… лишил себя возможности встретиться с ней после смерти… Я уверен она на небесах, а мне нет туда дороги. Я ее никогда не увижу… Но я сам виноват…

Слезы застилали глаза, Кейт и жалела Джастина и ненавидела. Она запуталась в своих чувствах. Было больно, чертовски больно.

– Прости меня, – прошептал Джастин. Он последний раз вздохнул, а дальше его взгляд неподвижно застыл навсегда.

Кейт вытирая слезы, закрыла его веки. Сердце разрывалось и казалось, не выдержит и остановится.

Она присела возле Маркуса и провела дрожащими пальцами по его щеке. Он был бледен, бледен как вампир из легенд и фильмов и походил на мертвеца. Но он прерывисто дышал, а значит был жил… пока жив.

Браун снял с себя свитер и прижимал к ране вампира. Охотник выглядел напряженным, его взгляд вселял мало надежды, что Маркус поправится. Это пугало. Кейт чувствовала себя словно в тумане, не верилось, что происходящее реальность. Она не могла потерять Маркуса, не могла… Ей просто не перенести этого и плевать, что Джастин говорил, что так будет лучше. Она любит Маркуса, любит всем сердцем и пусть он трижды эгоист и сволочь, ей наплевать.

– Браун… – чуть слышно произнесла Кейт. Слова давались с трудом. – Он…

– Я не знаю, Кэти, – опустил глаза охотник. – Скажу только, что дело дрянь. Демон задел его сердце. Марку вообще повезло, что он до сих пор жив, а сколько он сможет еще протянуть неизвестно…

Кейт старалась сдерживать слезы, но не могла. Она взяла руку Маркуса. Его кожа была холодна, что еще больше испугало Кейт.

Веки Маркуса дрогнули, и он открыл глаза.

– Кэти, – прошептал он.

– Прости меня, это я виновата… Если бы я не остановила тебя, ничего бы с тобой не случилось.

– Это я… просто забыл… все уроки отца. Нельзя расслабляться… даже, когда твой враг еле жив… – слова давались Маркусу с трудом. Он закашлялся, и изо рта потекла струйка крови. Сердце Кейт еще больше сжалось от боли.

'Он не умрет, не умрет', – внушала она себе.

Маркус протянул руку и дотронулся ее до щеки Кейт.

– Ты такая теплая, красивая, – прошептал он. – Я дурак… да? Неправильно поступал с тобой, думал только о себе…

– Господи, Маркус, – взволнованно произнесла Кейт, крепче сжимая его ледяную ладонь. – Не говори ничего, не сейчас.

– А если потом… будет поздно, – он снова закашлялся и с каждой секундой дышал все тяжелее.

– Не будет, – уверено, сквозь слезы, заявила Кейт. – Я люблю тебя, Маркус, люблю всем сердцем, я не переживу если ты умрешь.

Губы Маркуса тронула слабая улыбка.

– Твой демон… был прав, Кэти… Я могу лишь… погубить…

– Не говори ерунды. Мне плевать, что будет потом. Пусть ты уедешь, но главное будешь жив. Я хочу, чтобы ты жил.

– Мне умирать не хочется… – прошептал Маркус. – Но боюсь в этот раз… все слишком хреново.

Он вновь закашлялся, и кровь снова потекла изо рта.

– Держи, – Браун положил руку Кейт на свитер, которым он пытался остановить кровь. Она ужаснулась ее количеством, пальцы сразу окрасились в алый и стали липкими. – Я сейчас вернусь.

Маркус едва дышал.

Он ушел, Кейт обернулась. В доме кроме ее и вампира и неясных теней в углах никого не было.

Кейт перевела взгляд на вампира, глаза его были закрыты, и она не замечала, чтобы его грудь поднималась и опускалась.

– Маркус, – со страхом позвала Кейт и потрясла его за плечо, но он не как не отреагировал. – Маркус! – позвала она уже с отчаяньем. Если он умер, она никогда себе этого не простит. Никогда!

ГЛАВА 16

– Очнись! – Кейт сильнее затрясла Маркуса за плечо, поддаваясь паники.

– Тихо-тихо, успокойся, – услышала она мягкий голос Брауна. На плечо легла теплая ладонь. – У тебя начинается истерика. Попробуй взять себя в руки, иначе только навредишь Марку.

Охотник присел возле Маркуса и дотронулся пальцами до его шеи.

– Он жив, хоть пульс и очень слабый, – охотник взял Кейт за подбородок и посмотрел в глаза. – Не спорю, Марк ранен серьезно и может умереть. Но знай, он сильный парень, любит жизнь и просто так в руки смерти не дастся. Он живучий ублюдок, уж поверь мне, я знаю. Верь в хорошее. Нужно перевязать его и быстрее сваливать. Кайл вызвал знакомых охотников, чтобы они помогли прибраться здесь. Им нельзя знать, что мы сотрудничали с вампиром. Иначе будут проблемы.

* * *

Браун перевязал Маркуса. За это время вампир так и не пришел в себя.

Пока ехали в машине, Кейт прислушивалась к каждому медленному, неглубокому вздоху Маркуса. Обнимала за плечи и держала за руку, стараясь хоть как-то согреть его холодное тело. Молилась Богу, умоляла, чтобы Маркус выжил. Мысль о его смерти невыносима и вселяла ужас, она просто не сможет жить, и будет до конца дней винить себя.

Они привезли Маркуса к нему домой, и уложили на диван в гостиной.

Кейт сразу помчалась на второй этаж в спальню вампира. Взяла с постели одеяло, вернувшись в гостиную, укрыла Маркуса. Намочила полотенце и стерла с губ, и подбородка вампира кровь.

Бессильно опустилась возле него на пол и тихо плача, уткнулась лицом в обивку дивана.

– Тебе нужно отдохнуть. Не будешь же ты сидеть здесь все ночь, – услышала она мягкий и сочувствующий голос Мэри. Сестра присела рядом.

Кейт подняла голову и провела пальцами по волосам Маркуса. Он был таким неподвижным, бледным, холодным. О том, что он жив, свидетельствовали лишь слабое, едва заметное дыхание и медленный пульс.

Сердце Кейт сжималось от чудовищной вины и боли. Слезы продолжали литься из глаз. Она хотела помочь Маркусу, но не знала как. Браун сказал, что они сделали все, что могли. Остальное зависит от того насколько серьезно повреждено сердце Маркуса и сможет ли ускоренная регенерация помочь. Охотник прибавил, что Маркусу повезло. Джастин задел сердце, слегка промахнулся и ударил не в ту часть, ранение в которую убило бы вампира мгновенно, но возможно это лишь отсрочивает смерть ненадолго. Но Маркус еще дышал, и у Кейт оставалась надежда, пусть и слабая, но надежда. Она всем сердцем и душой желала, чтобы он поправился.

– Дорогая, не плачь, – Мэри обняла ее за плечи. – Пойдем, умоешься, а затем тебе нужно поспать, ты вымоталась, мы все вымотались.

Кейт, всхлипывая, покачала головой.

Она не хотела отходить от Маркуса, боялась, что ему станет хуже, а все будут спать и никто не сможет помочь.

– Если что, мы все здесь рядом, – сестра словно прочитала мысли. – Ляжешь на диване напротив.

– Она права, – Кейт повернула голову и увидела в приглушенном свете абажуров Брауна. – Я понимаю, тебе сейчас тяжело, но ты многое пережила и устала, тебе нужен отдых. Поспишь на диване, я буду в кресле, Мэри… – охотник огляделся.

– На втором этаже есть спальня для гостей, – тихо произнесла Кейт, вытирая слезы.

– Ну вот и славно, – улыбнулась старшая сестра. – Вижу, ты согласна, пойдем, поищем ванную твоего красавчика вампира.

* * *

Через десять минут гостиная была погружена во тьму. Кейт лежала на боку, на диване и вглядывалась в темноту, пытаясь различить бледное лицо Маркуса. Все мысли были только о вампире. Кейт чувствовала, что устала, тело налилось тяжестью, пораненные веревками запястья саднили, но сон не шел. Она слишком взволнована, слишком переживала за Маркуса. Но минут через двадцать усталость все же взяла верх, веки стали наливаться свинцом и вскоре Кейт заснула.

Церковь. Повсюду горели свечи, дымился ладан…

Кейт стояла возле роскошного полированного черного гроба из дерева.

Внутри на белоснежной обивке лежал Маркус. В черном костюме, неестественно бледный, с застывшими, восковыми, заострившимися чертами лица, но все такой же красивый. Голова покоилась на серой подушечке, вокруг лежали бутоны черных, белых и кроваво-красных роз. Веки сомкнуты, руки лежат на груди.

Кейт дотронулась дрожащими пальцами до щеки вампира и резко, в ужасе отдернула руку.

Задыхаясь, попятилась назад, не в силах смотреть на мертвого Маркуса. Паника и отчаянье охватили разум.

'Не может быть, не может. Нет! Не хочу! Это неправда! Не верю!' – мысленно кричала Кейт, продолжая пятиться.

К телу Маркуса подошла женщина в белом платье, с накинутым на голову черным кружевным платком. Она вцепилась обеими руками в края гроба, опустила голову. На секунду повернулась к Кейт, и она узнала Миранду – мать Маркуса. На лице женщины была написаны неописуемые словами боль и страдание.

У Кейт сжалось сердце. Казалось оно не выдержит, и она последует вслед за Маркусом.

Кейт посмотрела вглубь церкви. Возле расположенных в два ряда деревянных скамьях стояли люди в черных балахонах, с капюшонами, скрывающими лица. Стояли не шевелясь, словно неживые статуи. От них веяло холодом и смертью…

'Мы пришли за ним, ему пора уйти', – зашелестели голоса.

Внутри Кейт все похолодело, по коже прошли ледяные мурашки.

Миранда вцепилась в гроб так, что на блестящем дереве появились следы от ногтей. Затем она закрыла лицо руками и, зарыдав, опустилась на колени.

'Мы заберем его', – голоса нарастали, становились громче и громом отдавались в перепонках.

– Нет! Нет! Замолчите! Вы не получите его! – закричала Кейт, закрыла уши руками и замотала головой. – Уйдите! Замолчите!

И проснулась…

Руки дрожали, бешено колотилось сердце, дыхание со свистом вырывалось из легких, тело покрылось испариной. Все та же темная гостиная. Привидевшееся сон…

Услышала кашель, и не думая ни секунды, нащупала кнопку абажура рядом, зажгла свет и бросилась к Маркусу.

Он тяжело со свистом дышал. Тело содрогалось от кашля, от уголка губ к подбородку тянулась тонкая струйка крови.

Сердце Кейт забилось быстрее, сознанием вновь овладели страх и тревога. Она присела на краешек дивана. Разум не хотел покидать жуткий сон – ведение Маркуса в гробу.

Веки вампира дрогнули, и он открыл глаза, устремив на Кейт полный боли взгляд. Сердце сжалось.

Очередной приступ кашля заставил Маркуса поморщиться, схватиться за грудь и повернуться на правый бок, уткнувшись лицом в подушку.

Кейт сидела ни жива, ни мертва. Душа разрывалось на части. Маркусу стало хуже… Сколько он еще сможет продержаться? А главное, чем ему помочь, как облегчить боль?

– Маркус, – слегка дрожащим голосом произнесла Кейт и накрыла его ладонь своей.

Он посмотрел на нее и сжал ее пальцы.

Кейт почувствовала, как по щекам текут слезы, оставляя мокрые, соленые дорожки на коже.

– Не надо, – чуть слышно прошептал Маркус, протянув руку, чтобы стереть слезу. – Рано… я еще жив… Ты же знаешь, я не люблю… слез. А твои невыносимы…

Кейт послушно вытерла мокрые щеки тыльной стороной ладони.

– С тобой все будет хорошо, я уверена, – твердо произнесла она, внушая себе, что так и будет.

Губы Маркуса зашевелились, словно он хотел что-то сказать, но снова закашлялся.

Кейт испугалась еще сильней и растерянно глядела на вампира и, не зная, как ему помочь.

Маркус кашлял и не мог остановиться. Кейт сильнее сжала его руку, сердце бешено билось в груди, от страха она старалась не дышать.

– Держись, пожалуйста, только держись, – молила Кейт, отчаянно, смотря в его глаза.

В ответ он сильнее сжал ее маленькую ладонь. Кейт чувствовала холод пальцем Маркуса и старалась своим теплом согреть его холодную кожу. Она бы отдала все, лишь бы он жил.

Глаза Маркуса становились все тускнее, и тускнее и он все слабее сжимал ее руку.

'Сейчас я его потеряю, потеряю', – билась в голове страшная мысль, пронзая холодом сердце, убивая душу.

– Марк, только попробуй умереть, – услышала рядом голос Брауна. – Мы еще свели не все счеты. Рано уходить. А если ты и отправишься на тот свет, то от моей руки.

– Размечтался, – прошептал Маркус, задыхаясь и морщась от боли, но все же сумел выдавить усмешку.

– Мы должны помочь ему, – Кейт с надеждой посмотрела на охотника.

Он достал из кармана джинсов небольшой складной нож.

– Это единственное, что приходит на ум…

Браун раскрыл нож и поднес к запястью.

Ну конечно! Кровь!

– Давай я, – Кейт дотронулась до локтя охотника, при этом, не сводя встревоженного взгляда с Маркуса. – Тебе итак в последнее время сильно доставалось. Даже малая потеря крови может ослабить. Трудно будет потом ухаживать за вами обоими.

Охотник усмехнулся и отдал ей нож.

Руки Кейт дрожали. Она сделала глубокий вздох и резко полоснула лезвием по запястью. Закусила губу от боли. На коже выступила кровь.

Браун немного приподнял почти теряющего сознание Маркуса за плечи. Кейт поднесла запястье ко рту вампира.

– Пожалуйста, пей, – взмолилась она.

Он припал губами к ране.

'Только бы это помогло, пожалуйста, только бы помогло', – молила Кейт, наблюдая за Маркусом, и продолжала легонько сжимать его ладонь, свободной рукой. От запястья до кончиков пальцев начинало неметь и саднить, но она не придавала этому значения. Главное помочь Маркусу.

Кейт почувствовала, что он сильнее прижался к ране. По телу прошла дрожь. Казалось, Маркус увлекся. Он сжал ее руку так, что ногти впились в кожу. Кейт едва не вскрикнула.

Увидела, как напрягся Браун. Кейт вздрогнула. Во взгляде Маркуса появился хищный, звериный блеск. Еще немного и он вцепиться в запястье острыми клыками.

Но она не испытывала сильного страха. Она бы даже отдала всю кровь, лишь бы он жил.

Браун тряхнул Маркуса за плечи.

– Не забывайся, Марк!

Вампир резко оторвался от кровоточащего пореза и посмотрел на Кейт.

Браун опустил Маркуса на подушку, протянул бинт и помог перевязать руку. Она слегка болела, но это пустяки.

– Прости, я чуть не потерял контроль, – после некоторого молчания прошептал Маркус. Взгляд Маркуса стал немного живее. Значит, кровь все же помогла. Кейт надеялась на это.

– Как ты? – слегка дрожащим голосом спросила она.

– Лучше… чем пару минут… назад, – тихо ответил он и поежился.

– Тебе холодно? – взволнованно спросила Кейт и получше укрыла его одеялом.

Было видно, что Маркусу не особо приятно, что с ним нянчатся как с младенцем. Он не любил слабость, а свою собственную вдвойне. Но сейчас ему ничего не оставалось, как подчиняться, он ранен и помощь обязательна.

– Паршивая ситуация, – прошептал он. Его глаза закрывались, но Маркус боролся со сном.

– Отдыхай, Марк, – сказал Браун. – Кровь прибавила немного сил, но не растрачивай их напрасно, они еще понадобятся.

Маркус закрыл глаза.

– Он будет жить? – с мольбой и надеждой спросила Кейт.

Охотник вздохнул.

– Я скажу одно, если он дотянет до вечера, то в дальнейшем поправится. Чем дольше он держится, тем больше шанс. Сердце борется, организм тоже. Регенерация из-за сильной потери крови и тяжести ранения медленная, но все же быстрее, чем у человека. Поэтому каждый час, повышает шансы на выздоровление. Мы можем поить его кровью, она помогает, но вылечить полностью тяжелое ранение не может. Как я и говорил, все зависит от того насколько сильно повреждено сердце Марка и сможет ли регенерация это исправить.

* * *

Дальше сделалось спокойнее. Утром Маркусу стало немного лучше. Пусть он не приходил в себя, но пульс бился быстрее, и кожа была не так холодна. У Кейт отлегло от сердца. Она была уверена – он поправится, просто нужно время. Да и Браун подтвердил ее мысли, сказав, что этот ублюдок выживет.

Настроение Кейт повысилось, несмотря на пасмурную погоду за окном. Наплевать, что Маркус уедет, вернется к вампирам, главное он будет жить. А она переживет, но никогда не сможет его забыть, как бы ни старалась и не обманывала себя, что сможет его ненавидеть. Маркус властный и эгоистичный собственник, живущий по своим личным законам и правилам. Но, несмотря на это его частичка навсегда останется в сердце.

Мэри покинула жилище Маркуса еще утром. Ей нужно было на учебу, шли важные лекции, пропускать, которые нежелательно. Перед тем как уйти сестра обняла Кейт и тепло произнесла:

– Не переживай, все будет хорошо и знай: я всегда с тобой. Поддержу и не дам в обиду мою маленькую сестренку.

В ответ Кейт с грустью улыбнулась. Она безумно любила сестру и была безмерно ей благодарна за все: за поддержку, за помощь в спасении от демонов, где она рисковала жизнью, да и за то, что она просто есть.

Мэри ободряюще улыбнулась и, помахав рукой на прощание ей и Брауну, ушла.

Ближе к обеду уехал Браун, сказав, что ему нужно встретиться с Кайлом и решить некоторые вопросы. Обещал вернуться к вечеру.

Кейт осталась наедине с Маркусом. Он лежал неподвижно, в той же позе, что и заснул ночью.

Кейт присела на краешек дивана и смотрела на безмятежное, бледное, но такое красивое лицо, прислушивалась к едва заметному дыханию. Дотронулась пальцами до бьющейся жилки на шее. Испытала неимоверное облегчение и радость, почувствовав более уверенный и ровный пульс, нежели утром. Да и кожа Маркуса стала теплой.

Душа расцветала и пела, сгустившийся в ней мрак озаряло солнце. Волнение и тревога за жизнь Маркуса остались, но теперь Кейт точно знала – он поправится. А увидеть Маркуса здоровым – самый большой подарок судьбы.

Она положила ладонь ему на лоб, чтобы проверить, нет ли жара. Его не оказалось, и Кейт вновь испытала облегчение. Провела тыльной стороной ладони по гладкой щеке Маркуса. Веки дрогнули, и он открыл глаза – таинственный, завораживающие, пугающие, но такие родные, несмотря на навечно посилившуюся в них тьму.

– Кейт… – произнес он, слегка щурясь от дневного света, пробивающегося через оконные стекла. Голос звучал хрипло, но громче и тверже, чем еще ночью.

– Да, – ответила она и накрыла его ладонь своей. Потом посмотрела на окна, встала, подошла к ним и плотно задернула шторы. У вампиров зрение лучше и острее, чем у людей, но и чувствительнее. А сейчас Маркус слаб и свет бы неприятен его глазам.

– Спасибо, – сказал Маркус, когда Кейт вновь присела рядом.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила она, вложив свою руку в его. Он переплел с ней пальцы. Отчего по телу пробежала знакомая приятная дрожь, а сердце забилось быстрее.

– Лучше, чем было, – ответил он, не отводя внимательного взгляда. – Хоть дышать легче стало, и больше нет холода, пронизывающего все тело.

Кейт радостно улыбнулась.

– Значит, ты скоро поправишься. А… ты наверно… голоден, – немного неуверенно прибавила она. – Еще Браун сказал, что для вампиров кровь – лучшее лекарство…

Кейт взяла со стоящего рядом журнального столика складной нож охотника. Сначала посмотрела на перебинтованное запястье левое руки, потом взяла в нее нож и поднесла к правой. Хотела сделать порез, как Маркус схватил за руку.

Кейт подняла глаза на него.

– Не нужно, Кэти. Еще шрамы останутся. Я перебьюсь донорской, все же уже не при смерти, нечего меня баловать, – Маркус улыбнулся. К нему возвращались прежние привычки, манера разговора. Это являлось хорошим знаком. Отчего на сердце Кейт теплело еще больше.

– Хорошо, я быстро, – она встала с дивана и направилась в кухню.

Через пару минут Кейт сидела рядом с Маркусом и наблюдала, как он делает небольшие глотки кровавой жидкости и из стакана. Она старалась не думать, что он пьет кровь.

Несмотря на все протесты Кейт, Маркус морщась, медленно приподнялся, причем отказавшись от помощи, и придвинув подушку к спинке дивана, прижался к ней и натянул одеяло до плеч. Объяснив свои действия тем, что ему надоело валяться бревном, и он хочет почувствовать себя живым.

Кейт смотрела на него и не могла отвести глаз, буквально в воздухе ощущая тягу и любовь к нему. С трудом удавалось бороться с чувствами.

– Помнишь, я обещал закончить рассказ о своем прошлом, – выводя узоры на тыльной стороне ладони Кейт, задумчиво протянул Маркус. – Вот сейчас я расположен к этому.

– Ты уверен? – тревожно спросила Кейт. Она боялась, что рассказывая, он будет испытывать сильные эмоции. Пусть внешне это не выдаст, но внутри будет бушевать буря. Маркус еще не поправился до конца, и она боялась, что воспоминания, а особенно часть, где погиб его клан нанесут вред.

– Не волнуйся, я в порядке. Мне хочется рассказать все до конца и именно сейчас.

Кейт вздохнула.

– Хорошо, давай.

По губам Маркуса скользнула улыбка, он нежно, но настойчиво притянул Кейт к себе. Она удивилась его порыву, но противиться не стала. Вся обида и злость на него давно пропали, и ей так хотелось быть к нему поближе. К тому же это в последний раз и Маркус тоже это понимал.

Она осторожно, стараясь не причинить боль Маркусу, прижалась щекой к его плечу и приготовилась слушать.

Он укрыл ее одеялом и начал…

ГЛАВА 17

Прошлое Маркуса. Часть 2

Через год после событий первой части

Маркус устало обвел глазами клуб. Пробежался взглядом по людям на танцполе, извивающимся в ритме музыки или сидящим за столиками, и вновь посмотрел на свою спутницу.

Она сидела рядом, напротив на высоком металлическом стуле у стойки бара. Медленно потягивала коктейль через соломинку, наблюдала за Маркусом из-под приспущенных век и кокетливо улыбалась.

Настоящая хищница, охотница за мужскими сердцами. Столько парней она опустила к своим стройненьким ножкам и затоптала высокими каблучками. Грациозная, красивая словно богиня. Длинные каштановые волосы, завитые в крупные, тугие локоны, овальное личико, пухлые губы, маленький аккуратный носик и глаза жгучие, манящие цвета изумруда. Одежда полностью соответствовала образу покорительницы сердец: короткое леопардовое платье, с глубоким вырезом на груди идеально подчеркивало ее прелести.

– Рад твоему приезду, Шарлин, – громко, чтобы через музыку она могла расслышать слова, произнес Маркус. При этом уголки его губ насмешливо вздернулись.

– Сколько мы не виделись? Год? Полтора? Я соскучилась, Маркус. Должна заметить за это время ты возмужал. Если и раньше выглядел немного старше истинного возраста, то теперь превратился в настоящего мужчину. Не скажешь, что ты еще не достиг двадцатилетнего возраста и тебе всего восемнадцать. Ты всегда старался перегнать время, дорогой. Одно из качеств, которые мне в тебе нравятся, – она достала из маленького черного клатча пачку тонких сигарет. Маркус поднес серебристую зажигалку и нажал кнопочку. Шарлин прикурила и, выпустив изо рта тонкую струйку дыма, продолжала наблюдать за Маркусом.

А ему не терпелось затащить ее в постель, и он прекрасно знал она не откажет и сама хочет от него того же.

Шарлин Вильямс восьмидесятилетняя вампирша, дочь старейшины, друг и любовница. Единственная из тех, кого после занятия сексом не хотелось прогнать и больше не иметь никаких отношений. Возможно, потому что она жила в Америке и редко приезжала в Лондон. Он познакомился с ней два года назад. Она приехала в особняк клана вместе со старейшиной. Маркус сразу ее приметил и поклялся затащить ее в постель, покорить Эверест так сказать. Ведь он был мальчишкой, а она взрослой женщиной, гордой дочерью чопорного, хладнокровного и алчного Кэмерона Вильямса. Переспать с ней являлось настоящей победой… Он понравился Шарлин, такой молодой, но выглядевший на пару лет старше. Бесстрастный, с холодными, глубокими, словно бездна черными глазами и красивый как дьявол. Правда, она быстро поняла к чему он вел милые ухаживания и что ему нужно. Похвалила, что он окручивал ее умно и слишком умело для своего юного возраста. Призналась, что она такая же как он, не верящая в любовь, считающая ее слабостью и глупостью. Шарлин любила играть с мужчинами, так же как Маркус с женщинами. Эта схожесть и сблизила их, отсюда и началась своеобразная дружба. Каждый приезд Шарлин обязательно заканчивался постелью.

Маркус почуял знакомый запах и сущность вампира, повернулся и увидел пробирающихся по танцполу через людскую толпу Мари и смутно знакомую девушку из клана. Сердце дрогнуло и забилось чаще. Маркусу не нравилось, что этот комок крови так среагировал на блондинку, но ничего не мог с собой поделать.

Мари оделась скромно в отличие от подруги, да и находившихся здесь смертных девушек. Узкие джинсы, воздушная светло – зеленая туника, едва открывающая плечи.

Мари неуверенно оглядывалась по сторонам и не отпускала руки подруги, уверенно идущей через толпу. Маленькая, невинная, слишком добрая для вампира… В последнее время он стал чаще думать о ней. А она уже год избегала его, а ему хотелось поговорить с ней, побыть наедине. Маркус чувствовал тягу к Мари и презирал себя за это, не понимал, что с ним происходит.

Мари замерла и побледнела, заметив Маркуса. Подруга почтительно склонила голову, блондинка поджала губы и тоже слегка поклонилась. Затем отвернулась и положила руки на стойку бара. Маркус чувствовал, как Мари нервничала и волновалась. Он до сих пор ей нравился, что тешило самолюбие и внушало уверенность, что если захочет, то сможет ее вернуть. Превратить в послушную марионетку, которая будет от него без ума, а он будет дергать за веревочки.

Выпив по бокалу мартини, девушки ушли танцевать. Маркус неотрывно смотрел вслед Мари.

– Ты так смотришь на нее… Я начинаю бояться, не влюбился ли, – донесся, словно издалека голос спутницы.

Маркус внутренне содрогнулся и повернулся к ней.

– Рассмешила, Шарлин, – усмехнулся он. Одна мысль о любви вызывала презрение и неприязнь. Он никогда не подчинится этой болезни. Никогда не станет зависимым от девушки. Его стихия война, а не глупое чувство, которое делает слабым, превращает в тень, подобие себя прежнего.

Вампирша аккуратно затушила окурок в стоящую рядом пепельницу, подняла на Маркуса глаза и посмотрела внимательным, сосредоточенным взглядом.

– Меня не обманешь, Маркус, – протянула она. Он удивленно вскинул брови, не понимая, к чему ведет Шарлин. – Я живу без малого век, и успела многому научиться. Например, читать эмоции и чувства людей по их лицам. Они словно открытая книга. Вампиров читать сложнее, намного сложнее… Но возможно. Ты искусно прячешь эмоции, что усложняет задачу и даже предположить, что чувствуешь невозможно. Но иногда маска слетает с лица… Сейчас все написано в твоих глазах. Ты неравнодушен к белокурой милашке. Она не очередная девка, которую ты хочешь затащить в постель. Здесь другое, более глубокое, идущее из сердца, – Шарлин чуть придвинулась вперед и положила ладонь ему на грудь. – Это огорчает… Я не хочу потерять моего мальчика.

– Бред, ты преувеличила мой интерес к ней в сотни раз, – насмешливо ответил Маркус. Ему не нравился этот разговор, и хотелось скорее сменить тему. – Я переспал с ней один раз и сделаю это снова. Больше мне ничего от нее не нужно.

Шарлин выпрямилась и вздохнула:

– Так считает твой разум, а не сердце. Ты не понимаешь, что чувствуешь, но когда-нибудь осознаешь, но будет поздно… Любовь тугим коконом оплетет паутиной и ты больше не спрячешься от нее…

Маркус хищно сощурил глаза. В груди стало жарко, ярость накрыла огромной волной. С трудом удавалось держать себя в руках и не дать волю гневу.

'Они издеваются! Сначала Изабелль твердит, что я полюблю, теперь эта… Как же надоело'.

– Нам лучше закрыть эту тему, Шарлин, – ледяным голосом произнес Маркус.

– Как скажешь, – спутница отвернулась к барной стойке и принялась допивать коктейль. Маркус чувствовал ее страх. Она испугалась. Это даже приятно. Шарлин намного старше его, сильная волевая женщина, а боится его.

Маркус закурил. Понемногу ему удалось успокоиться и вернуть разуму расчетливое и холодное мышление.

Шарлин так и не смотрела на него.

Маркус затушил сигарету и, придвинувшись ближе, нежно обнял ее за плечи. Она повернулась к нему и томно произнесла, положив ладонь ему на щеку:

– Ты настоящий дьявол, Маркус, и это сводит меня с ума.

Он усмехнулся, затем поцеловал ее. Шарлин ответила и обхватила его за шею, и сильнее прижалась к груди.

Сердце грохотало в ушах, дыхание сбивалось от нехватки кислорода и жгучего желания. Маркус чувствовал еще немного, и он повалит вампиршу прямо здесь на пол, несмотря на толпу народа.

– Подожди, притормози, – произнес он, отстранившись. Тяжело дыша и пытаясь унять бешеное сердцебиение. – Еще немного и я за себя не отвечаю… Поехали в гостиницу.

Шарлин откинула со лба прядь волос, обвела взглядом танцующих смертных и, посмотрев на Маркуса, кокетливо произнесла:

– Конечно, милый, только схожу, попудрю носик. Я быстро, – чмокнув его в щеку, ушла.

Маркус вздохнул и сделал глоток, почти нетронутого джинтоника. Вспомнил про Мари и оглядел танцующих. Заметил ее подругу, но блондинки не было.

Это ему не понравилось, а в душе поселилось нехорошее предчувствие…

* * *

– Ублюдок! Проклятая эгоистичная сволочь! Как он может так поступать?! Что я сделала ему плохого?! – Мари уперлась руками в края раковины и посмотрела в зеркало. От слез под глазами растеклась тушь.

Мари включила воду. На сердце было невыносимо тяжело и горько. Хотелось рыдать от отчаянья и безвыходности, крушить все вокруг. Как же больно.

Маркус целовался с этой дочерью старейшины. Да целовался мягко сказано, казалось, они могли заняться любовью прямо в клубе, ничуть не стесняясь присутствующих.

Она не выдержала и поспешила уйти с танцпола, побыть наедине, прийти в себя.

За долгий год Мари не удалось полностью забыть Маркуса. Они жили под одной крышей, пусть и в огромном особняке, но все же иногда пересекались. Она всегда приветствовала его. Промолчав, пройти мимо не смела. Маркус сын главы клана и полное игнорирование его посчитается неуважением к главе клана и его наследнику.

Мари часто хотелось уехать, убежать подальше от Маркуса, но было некуда.

Она мечтала избавиться от чувств к нему, но не могла. Они съедали изнутри, ломали, мучили, как бы она не старалась их выкинуть из своего сердца. Маркус имел просто сверхъестественную власть над девушками. Мог очаровать и влюбить в себя любую. Как Мари жалела, что попалась в его сети и теперь не может из них выбраться… Но с ним быть нельзя, это еще хуже. Он эгоист и не способен на любовь. Маркус может только разрушать и ломать. Но иногда ей так хотелось, чтобы он хоть взглянул на нее, тепло улыбнулся, сделал к ней шаг… Мари ненавидела себя за эти мысли, но не могла от них избавиться.

Она ополоснула лицо водой, чтобы охладить пылающую кожу. Стерла тушь и закрыла кран.

Слышалась приглушенная музыка и едва различимые на ее фоне голоса. Возвращаться назад не хотелось.

Но Мари не могла оставаться в туалете до закрытия клуба и выйти уверенной, что Маркус ушел.

Она решила вернуться на танцпол и, не поворачиваясь к бару, где сидел Маркус с любовницей, уговорить Монику поехать домой.

Мари двинулась к выходу из туалета, как дверь открылась и вошла дочь старейшины и подруга Маркуса.

– Здравствуй, девочка, – холодно произнесла она, прижалась к двери, преграждая путь к выходу, и скрестила руки на груди.

Мари опешила. Она не понимала, что ей надо.

– Бедняжка, я вижу следы слез на твоем личике, – с сарказмом и притворным сочувствием сказала Шарлин. – Не повезло полюбить сына главы клана. А чувствовать себя не нужной и использованной и вовсе ужасно.

Мари похолодела. Откуда она знает? Неужели этот ублюдок рассказал? Как он посмел?

– Я не понимаю о чем вы, – Мари старалась, чтобы голос звучал спокойно и безразлично.

По лицу Шарлин скользнула ядовитая улыбка:

– Не притворяйся, я знаю. Примерно год назад мне звонила Даяна и жаловалась на Маркуса. Вот она и упомянула о душераздирающей истории о том, как он обидел тебя, а ты дурочка влюбилась. Даяна та еще болтушка ничего не скажешь, я бы убила такую подругу. Но мы не об этом… – голос дочери старейшины стал резким и угрожающим:

– Запомни, милочка, Маркусу ты не нужна. Слабая, никчемная девчонка. Он презирает таких. Найди себя, пускающего слюни и бегающего за советом к маме вампира. Он составит тебе прекрасную пару. Хотя… среди наших собратьев я таких не встречала. Но может тебе повезет. А к Маркусу не приближайся, иначе я сотру тебя в порошок. Надеюсь, ты все поняла?

Мари молчала, едва сдерживая слезы.

– А?

– Да, – тихо ответила она.

– Ну и хорошо, – улыбнулась Шарлин. – Удачи.

Помахав рукой, она оставила ее в одиночестве.

Мари прижалась к стене, спустилась по ней на пол и, закрыв лицо руками, зарыдала.

* * *

– Ты разговаривала с Мари? – как только Шарлин вернулась и села напротив, спросил Маркус, постукивая пальцами левой руки по поверхности барной стойки… Он внимательно изучал ее лицо. Нутром чуял, что не ошибся в своем предположении… Хотя хотел оказаться неправым…

Мари слишком ранима, а у Шарлин жестокие методы убеждения. Могут возникнуть проблемы…

– О чем это ты? Кто такая Мари? – подруга недоуменно вскинула брови и состроила невинное личико.

– Не притворяйся, я знаю тебя как облупленную, – иронично протянул Маркус и, взяв с барной стойки пачку сигарет, закурил.

Шарлин вздохнула, и кокетливо накручивая на палец прядь волос, призналась:

– Я сказала ей лишь не лезть к тебе, держаться подальше и она тебе не пара. По-дружески избавила твою милую персону от блондинистой проблемы.

Голос спутницы звучал так невинно и непринужденно, что Маркус не выдержал и засмеялся. Шарлин играла роль подруги, желающей угодить и оказать помощь другу. Но на самом деле все сделала для себя. Сбросила со счетов соперницу. Догадаться несложно даже не зная характер Шарлин. Все слишком просто. Ядовито зеленые глаза дочери главы клана горели, она наслаждалась маленькой победой над бедной Мари.

– Стерва, – резко, но ласково сказал Маркус, смотря в глаза Шарлин, и затушил окурок в пепельницу.

– Я знаю, что нравлюсь тебе такой, – Шарлин приблизилась к нему и нежно провела пальцем по губам и подбородку. Сердце Маркуса забилось быстрее. Он опустил глаза и увидел перед собой вульгарно открытое, соблазнительное декольте. Стало жарко и желание поскорее уехать отсюда в гостиницу, где остановилась Шарлин, усилилось. Дочь старейшины, словно издеваясь, придвинулась еще ближе, так что он чувствовал ее дыхание на лице.

– Не спеши, – Маркус мягко оттолкнул ее от себя. Уголки его губ вздернулись. – Ты же не хочешь, чтобы я завел тебя в туалет…

– Не романтично, – притворно надула губки Шарлин и, проведя пальчиками по вороту его белой рубашки и лацканам пиджака, ласково, но нетерпеливо произнесла:

– Поехали же ко мне.

Маркус не мог покинуть клуб, не убедившись в одной вещи. Он начал выискивать взглядом среди пьяных или полупьяных смертных Мари. Но увидел лишь ее подругу, флиртующую с высоким рыжим парнем. Сердце снова кольнуло дурное предчувствие.

– Подожди немного… У меня есть дело… – Маркус поднялся со стула, хотел найти Мари, но Шарлин преградила дорогу и положила руки ему на плечи.

– Не стоит волноваться за девчонку. Поплачет и успокоится. Ты не должен бегать за всеми своими пассиями с носовыми платочками? Она большая девочка разберется. А тебе ведь неинтересны ее расстройства на амурном поприще. Я права?

– Да, – натянуто улыбнулся Маркус. Он не понимал, почему так волнуется за Мари, может всему виной это чертово предчувствие? Но Шарлин права, Мари сама виновата, что полюбила его, пусть разбирается с этим сама.

– Ты напряжен, я помогу расслабиться, – жарко прошептала на ухо Шарлин и все мысли о Мари вылетели из его головы. Но на душе так и продолжало висеть грузом дурное предчувствие.

* * *

Ближе к утру Маркус вернулся в особняк клана. Вокруг стояла тишина. Кто-то спал, кто-то еще не вернулся с охоты или прогулки.

Вначале он, расстегивая на ходу пуговицы драпового пальто, направился в крыло, где располагалась его спальня, но подумал о Мари, и предчувствие беды накрыло с новой силой. Тогда он решительно, но несколько нехотя направился в другое крыло. Надеясь, что Мари уже спит, а предчувствие плод больного воображения.

Маркус остановился у двери спальни Мари и постучал. Ответом послужила тишина. Тогда он дернул за ручку, но дверь оказалась заперта. Сердце тревожно забилось, когда он услышал доносившиеся из спальни тяжелое дыхание Мари. Она не спала.

Маркус постучал еще раз. Снова она не открыла. Он мог уйти и оставить девчонку наедине со своими мыслями, но что-то не давало это сделать.

Когда Маркус постучал в третий раз, и дверь Мари так и не открыла, начал терять терпение.

Он крепко сжал ручку и силой толкнул дверь. Послышался треск щепок и сломанного замка, но Маркуса это не волновало.

Он вошел в спальню.

Блондинка сидела на кровати и невидящим взглядом смотрела перед собой. Двумя руками она держала кинжал и приставляла острием к груди.

Маркус среагировал за долю секунды. Кинулся к Мари и вырвал кинжал из ее рук. Внутри кипела ярость, он едва сдержался, чтобы не отвесить этой сумасшедшей пощечину, чтобы мозги встали на место. Но воспитание не позволяло бить женщину.

– Дура! Совсем умом тронулась?! – закричал он. Мари никак не отреагировала, лишь только по ее щекам потекли слезы.

Маркус глубоко вздохнул. Он понимал, что если будет кричать, сделает только хуже. Тогда присел возле Мари и, взяв ее за подбородок, повернул к себе и заставил посмотреть в глаза. Переведя сбившееся дыхание, спокойно спросил:

– Почему? Ты только подумай, ради чего ты хотела покончить с собой. Оно того не стоит. Нельзя идти на поводу у слабости, которая может довезти до такого низкого шага.

– Я… я не знаю, что на меня нашло… – едва удалось выговорить Мари. – Просто она… ты…

Маркус вздохнул. Ему совсем не хотелось разговаривать с ней на эту тему. К тому же он не любил, да и не умел успокаивать. Но он должен сделать так, чтобы эта глупышка больше не повторила попытку свести счеты с жизнью.

– Прекрати реветь, – Маркус никогда не любил слез, они раздражали. – Шарлин стерва и наговорить может чего угодно и не стоит лезть в петлю после каждого сказанного ею ядовитого слова.

– Дело не в ней… Просто столько всего разом навалилось и все будто потемнело… Я дура, знаю, и глупо было даже думать о смерти, – слова Мари звучали так искренне, были пропитаны горечью и шли из самой души, что Маркус вздрогнул. Захотелось закончить быстрее этот неприятный разговор. Слишком много боли он видел в глазах Мари, вытерпеть это было выше его сил. Он знал, что такое боль, знал, как она может ломать и мучить.

– Я козел, согласен, если ты хочешь, чтобы я на теплые чувства ответил взаимностью, извини я не могу, потому что не чувствую и не хочу этого. Не стоит принимать все так близко к сердцу. Будь сильнее и все станет хорошо.

– Уходи… пожалуйста, – попросила Мари, отвернувшись.

– Хорошо, но пообещай, что больше не станешь делать глупостей.

– Не стану.

– Вот и прекрасно, – Маркус улыбнулся и поднялся на ноги.

Заиграл мобильный. Он достал его и прочитал сообщение, написанное отцом:

'Срочно зайди ко мне. Есть дело. В городе вновь объявились охотники'.

* * *

Маркус сел в кресло перед столом главы клана. Откинулся на спинку, положил ногу на ногу и спросил:

– Охотники? Ты уверен?

Томаскинос Страстенберг положил ручку рядом со стопкой бумаг, открыл ящик стола, достал оттуда несколько фотографий и протянул сыну.

На фото было изображено страшно обгорелое тело.

– Кто это? – сдвинул брови Маркус.

– Лекс. Он пропал два дня назад, не отвечал на звонки своей девушки, а сегодня его нашли…

Маркус тяжело вздохнул и отодвинул от себя фотографии. Он плохо знал этого парня, но потеря каждого из членов клана давалась нелегко. Словно с каждой смертью отрывали кусок от него самого.

– Почему охотники? Может оборотни? – предположил Маркус.

– Нет. Ему вогнали серебряный кол в сердце, а затем подожгли, чтобы скрыть улики. Оборотни вырывают сердца и кромсают тела на части, а это не их метод. Подчерк охотников. К тому же от доверенного лица есть информация, что в город прибыли истребители. Их двое или больше. Это сулит нам огромные проблемы, особенно сейчас… – Томас встал с кресла и подошел к окну и продолжил, наблюдая восход солнца:

– Удалось добыть адрес бывшего охотника. Он давно отошел от дел, ему уже минул шестой десяток лет. Старикашка поддерживает связи со старыми друзьями, и он знает, кто приехал в Лондон, – глава клана повернулся к сыну и достал из кармана пиджака блокнотный лист и протянул ему:

– Держи адрес, что делать ты знаешь.

Маркус встал с кресла и взял листок.

– Я все понял, отец, – кивнул он и после небольшой паузы спросил:

– А как дела у твоего русского друга?

Томас вздохнул и сел в кресло. Маркус последовал его примеру.

– Плохо. Он и его подчиненные не справляются. Оборотни осадили их, не дают дышать. Нападают, чуть ли не среди бела дня, попахивает открытой войной. Я предложил помощь. Через три дня мы собираем наших собратьев и летим в Россию. Антон предоставит нам штаб – особняк за городом.

– Я только 'за' истребить побольше этих тварей, – произнес Маркус, предвкушая битву и сладость мести. Оборотни большая угроза, чем охотники, поэтому их убийство приносит большее удовлетворение. К тому же они убили его мать…

– Не сомневаюсь, – в глазах главы клана промелькнула и исчезла печаль. Он тоже вспомнил Миранду. – У тебя три дня поимку охотников, справишься?

– Я постараюсь.

– Только будь осторожен, Маркус. В помощники можешь брать любого кого считаешь нужным и вот еще одно… – Томас достал из ящика стола черную кожаную папку.– Здесь досье на старика охотника. Ты уже не маленький мальчик и разберешься, чем оно может стать полезным.

– Складывается впечатление, что я ученик, а ты даешь мне домашние задания, – усмехнулся Маркус, пролистывая содержимое папки.

– А так и есть, – серьезно ответил отец. – Ты мой приемник, наследник, сын и я хочу, чтобы ты учился все делать самостоятельно. Я даю тебе сложные задания, от которых зависит не только твоя жизнь, но и жизнь наших собратьев. Ты хороший ученик и я нисколько не сомневаюсь в том, что ты выполнишь их правильно. Не разочаровывай меня.

– Да, отец. Я сделаю все, что в моих силах. – Маркус, крепко сжимая папку в руках, поднялся с кресла.

– А теперь ступай. Завтра вечером придешь ко мне с отсчетом.

Маркус слегка поклонился и покинул кабинет.

Пора начинать новую охоту…

* * *

Неделей ранее

Джордж Браун и его напарник Эндрю слезли с поезда и покинули здания станции Сент-Панкрас.

– О, Лондон – туманный и дождливый Альбион, – иронично произнес Эндрю, раскинув руки, словно приветствуя город. – Молодые англичанки и клыкастые кровососы – вот и программа развлечений на ближайший месяц. Жалко в нее нельзя впихнуть Биг Бен или

Вестминстерское аббатство, а также ночные клубы и бары.

– Молодые англичанки уже перебор, – усмехнулся Браун. – Мы приехали сюда убивать вампиров, а не развлекаться.

– Всегда можно совмещать приятное с полезным, – весело ответил Эндрю и, взглянув на хмурившееся небо, прибавил:

– Нам лучше быстрее добраться до квартиры, которую мы сняли. Боюсь, будет дождь.

– Ты прав… Лондон мать его, – проворчал Браун. – Нужно найти такси.

* * *

Браун стоял у окна и наблюдал, как капли дождя стучать и стекают ручейками по стеклу. Видел серое небо, промокший и потемневший асфальт, желтые листья, величественные здания и людей, пытающихся укрыться от непогоды зонтами. Еще один город и снова охота. Она стала смыслом жизни, а другого у него никогда не будет…

Джордж задернул штору и сел на красный немного потрепанный диван в центре гостиной. Съемная квартира не отличалась роскошью, но была чистой, даже уютной, с горячей водой и двумя спальнями. Так что по сравнению с некоторыми лачугами, где им с Эндрю приходилось останавливаться, это жилье казалось просто шикарным.

Браун посмотрел на приоткрытую дверь одной из спален. Там на кровати посапывал Эндрю. Не успели они войти в квартиру, он сразу пожаловался, что устал и завалился спать.

Эндрю Хэрис мог показаться на первый взгляд легкомысленным и слишком беззаботным. Всегда веселый, постоянно шутит. Но напарник, несмотря на то, что едва достиг девятнадцати лет, был прекрасным помощником и охотником и когда нужно превращался в серьезного и рассудительного парня.

Браун вздохнул, и устало откинулся на спинку дивана и посмотрел в потолок.

Предстояло много работы. В Лондоне располагалось два клана. Влиятельных и одних из самых крупных в мире. Сотни кровососов разгуливали среди людей, не подозревающих об опасном соседстве. Вампиры – разумные звери, одержимые жаждой крови, беспощадные убийцы, которые заслуживают лишь смерти. Они хорошо устроились в мире. Живут в тени, но имеют большие связи, деньги, власть, о которой никто из смертных не подозревает…

Когда-то давно Браун тоже не подозревал… До двенадцати лет он жил обычной жизнью. В прекрасной, любящей семье. Отец был англичанином, мать русской. Они познакомились еще в студенческие годы. Эрик Браун приехал в Россию по обмену и встретил на курсе Машу Скворцову. Между ними зародилась симпатия, а дальше любовь. Вскоре Эрик увез будущую жену в свой родной город Бристоль. Дальше свадьба, рождение первенца. Они условились, если родится девочка, имя выберет Мария, если мальчик Эрик. Родился сын, и Браун старший именовал его Джорджем. А через пять лет у счастливой пары появилась дочь. Радостная мать назвала девочку Снежанной.

Джордж рос подвижным и любопытным мальчиком. Любил читать фантастические и мистические романы, и мечтал попасть на страницы книг, стать героем и сражаться за добро против злобных чудовищ. Если бы он только знал, что его мечте суждено сбыться… Правда, в реальности, а не в мечтах все вышло не так как он хотел. Это и перевернуло всю его жизнь.

Мария любила природу и свежий воздух. До знакомства с Эриком, живя с родителями, постоянно ездила на дачу. Любила наслаждаться тишиной, высокими деревьями и дикими цветами.

Поэтому и попросила Эрика купить загородный дом. Небольшой двухэтажный коттедж, уютный и светлый, расположенный вдали от шумного города.

Когда все случилось, Джорджу только исполнилось двенадцать. В тот злополучный вечер он с родителями и сестрой находились в загородном доме.

Лил сильный дождь, бушевал ветер и слышались раскаты грома. Снежанна сидела на ворсистом, мягком ковру гостиной, разложив игрушки, и, несмотря на все уговоры матери, не хотела идти спать. Отец читал газету, а Джордж с интересом читал очередную книгу про привидений и завидовал героям и их жизни полной приключений.

Обычный непримечательный вечер, наполненный семейным уютом, если бы не раздался звонок в дверь…

Мать с отцом настороженно переглянулись. Джордж оторвался от романа и устремил взгляд на входную дверь. Сердце кольнуло дурным предчувствием. Не хотелось, чтобы родители открывали неожиданному гостю.

Но отец уже подошел к двери. Поздними гостями оказали четверо парней, промокших до нитки. У них сломалась машина, и они попросились переночевать.

С виду вежливые молодые люди, вызывающие доверие. Доброе сердце матери не могло отказать и отцу пришлось их пропустить. От чая и еды они отказались. Снежанна отвлеклась от своих игрушек и, не отрывая взгляда, с интересом рассматривала высокого и стройного парня в бежевом, длинной чуть ниже бедер, плаще.

Через несколько минут, когда мать все же отправила ее и Джорджа спать, она твердила, какой хорошенький этот парень, какие красивые и необычные у него глаза – темно-серые, яркие, цвета темного асфальта. Сказала, что когда вырастет, хочет себе такого мужа.

Джордж не разделял ее воодушевления, ему не нравились гости, их вежливость, скромность казалась ненастоящей, фальшивой и наигранной.

В эту ночь Джордж так и не смог уснуть. Но, несмотря на опасения ничего страшного не произошло. Утром отец помог парням починить машину и они, расплывшись в благодарностях, уехали.

Все бы ничего, но после этого случая в семье все изменилось. А именно мать стала странной. Всегда добрая, вежливая, до безумия любящая мужа и детей она превратилась в раздражительную и нелюдимую женщину. Постоянно ругалась с мужем, срывалась на детях, просила ее и не трогать и запиралась на чердаке.

Отец растерянно разводил руками, не понимая, что происходит.

Джорджа поведение матери пугало. Казалось, вскоре случится что-то страшное.

Оно и случилось…

Прошла неделя с того как мать начала странно себя вести.

Джорджу не спалось. Он ворочался с бока на бок, выбирая удобную позу, старался очистить голову от мыслей, но сон не шел.

Не выдержав, он открыл глаза. Бледный свет луны пробивался из-за штор, тьма окутывала комнату плотным покрывалом. Стояла по-настоящему зловещая и мертвая тишина. Ни шороха, ни ветра, ни птиц. Это казалось странным и пугающим.

Джордж включил светильник и сел на постели. Звук удара и стон за стенкой, заставили вздрогнуть, а сердце быстро забарабанить в груди. Стало страшно, ладони вспотели. Почти не дыша, Джордж медленно, осторожно делая каждый шаг, двинулся к спальне родителей, именно оттуда послышался звук.

В горле пересохло, руки дрожали, когда он осторожно прижался ухом к двери и вновь услышал мужской стон. Сначала Джордж смутился, подумав, что родители, наконец, помирились и занимаются 'этим'. Стало стыдно, и он хотел быстрее вернуться в свою комнату, как услышал болезненный хрип и протяжный стон, явно не удовольствия, а нестерпимой боли.

Джордж замер, сердце снова заколотилось с удвоенной силой, кровь молоточками забилась в висках. Не дыша, он распахнул дверь.

Спальня была погружена во тьму и что-либо разглядеть не представлялось возможным, тогда Джордж дрожащей рукой нащупал на стене выключатель и щелкнул кнопку. Комнату наполнил яркий свет, больно ударивший по глазам. Сощурившись, Джордж увидел на родительской кровати распростертое тело отца, с широко открытыми мертвыми глазами и рваной раной на шее, все постельное белье было залито кровью.

Онемевший от ужаса Джордж посмотрел на мать, злобно устремившую на него взгляд.

Ее глаза горели нечеловеческим огнем, рот был измазан кровью, а во рту блестели длинные клыки.

Перепуганный Джордж пулей вылетел из комнаты и бросился в спальню к сестре. Благо с малышкой все оказалось в порядке, и она мирно спала в своей кроватке.

Он до конца не верил, что мать вампир, и она убила отца. Казалось странным, столкнуться наяву с тем, о чем читал только в книгах и видел в фильмах.

Джордж разбудил Снежанну и сказал, что им нужно уходить. Сестренка вначале упиралась, плакала. Просила объяснить, что происходит и позвать папу с мамой. Когда он сказал, что мать вампир и убьет их, если они не уйдут из дома, Снежанна заплакала, но позволила брату крепко схватить себя за руку и потащить за собой.

Джордж нашел на кухне серебряный нож из набора, что отцу и матери подарили на годовщину свадьбы и повел Снежанну к входной двери.

Но убежать не получилось, Джордж вздрогнул, увидев на пороге четверых парней, неделю назад, просивших приюта.

Светловолосый, со щетиной на щеках и подбородке, с голубыми почти прозрачными глазами, по всей видимости, главный в компании, сказал, ухмыляясь:

– Куда собрались, детки?

– Уйдите, – немного дрожащим голосом, но смело, процедил Джордж, крепче сжимая, спрятанный за спиной нож.

Светловолосый засмеялся, а на лице парня с серыми глазами, о котором все твердила Снежанна, заиграла насмешливая улыбка. Остальные остались серьезными, их каменные лица не выражали совершенно ничего.

Джордж закрыл сестру собой и выставил нож.

Засмеялись уже все четверо вампиров.

Джордж начал пятиться, лихорадочно соображая, что делать. Ему не выстоять против четверых мужчин. А где-то в доме бродит мать…

Тут вампиры резко оборвали смех. Двое обнажили клыки. Светловолосый и сероглазый настороженно оглядывались по сторонам, прислушиваясь к каждому шороху. Послышался звук разбитого стекла, голоса. В дом ворвались незнакомые люди и сцепились с вампирами. В их руках поблескивали серебряные лезвия кинжалов.

Недолго думая, Джордж прижал к себе сестренку и закрылся с ней ванной.

Минуты потянулись как часы, он слышал яростные крики, удары, звуки ломающейся мебели, бьющихся стекол. Сердце колотилось в горле, во рту пересохло, дыхание с хрипом вырывалось из легких, и страх липкий и холодный окутывал разум и тело.

Джордж прижимал к себе, всхлипывающую и перепуганную Снежанну и поглаживал ее по голове, пытаясь успокоить.

Он вздрогнул, когда кто-то начал дергать дверь, а сестра крепче вцепилась пальчиками в его майку.

– Откройте, – послышался умоляющий голос матери. – Пожалуйста, откройте. Мне страшно, я не понимаю, что со мной происходит.

Она начала скребакать ногтями дверь. Джордж напрягся. Это не его мать, а чудовище одержимое жаждой крови. Оно убило отца, настоящая мама любила его и никогда бы не причина ему вред.

– Откройте сейчас же! – вампирша разозлилась и начала яростно колотить в дверь кулаками.

Джордж посмотрел на вздрагивающую от ударов задвижку… Скоро она не выдержит.

Он поднялся на ноги, закрыл собой тихо плачущую Снежанну и крепче стиснул нож.

Дверь резко открылась и на пороге появилась мать.

– Мы должны уйти, охотники убьют нас, – она протянула руку детям. – Он сказал, что выведет нас, поможет мне и вам. Научит меня жить с новой сущностью…

Джордж не понимал о ком она говорит, да и ему не было интересно.

– Ох, но вы так вкусно пахнете, я слышу, как бешено, колотятся ваши сердечки… – в глазах матери зажегся огонь, а во рту показались длинные клыки. – Простите, но я не могу… не могу совладать с жаждой… Ваша кровь, это божественный нектар… она манит, зовет…

Она сделала несколько шагов к ним. Нагнулась над шеей Джорджа, глубоко вздохнула и обдала кожу на удивление теплым дыханием, хотя он ожидал, что вампиры холодны, ведь являются мертвецами.

Сердце казалось, выпрыгнет из груди, когда он занес нож. Джордж не понимал что делает, все происходило словно во сне. Мать что-то шептала, но он уже не различал слов. В голове билась мысль:

'Спасти сестру и убить монстра, убившего мать и вселившегося в ее тело'.

Джордж размахнулся и с силой ударил мать ножом в грудь. Снежанна закричала. В глазах начало темнеть, словно в тумане он видел, как падает мать, как в ванну врывается незнакомый мужчина и присаживается на корточки возле тела вампирши, а потом смотрит и говорит, что все будет хорошо и представляется Кайлом…

Кайл и остальные незнакомцы – суровые мужчины с кинжалами с серебряными лезвиями, оказались охотниками на сверхъестественных тварей. Вампиры раз и навсегда перечеркнувшие жизнь Джорджа были убиты. Снежанну пришлось отправить в Россию к бабушке с дедом, а Джордж решил остаться и посвятить себя охоте на нечисть, которая и стала единственным смыслом в жизни.

ГЛАВА 17 (часть 2)

Маркус посмотрел на старый, небольшой кирпичный двухэтажный дом. Глубоко вдохнув приятный, свежий, после недавно прошедшего дождя воздух, не спеша пошел по дорожке засыпанной гравием и вошел на крыльцо.

Здесь проживал Эштон Майлз – бывший охотник, знающий много секретов своих старых приятелей. Задача Маркуса узнать как можно больше. Сын главы клана владел настоящим талантом в выбивании правды и информации.

Маркус протянул руку, затянутую в черную кожаную перчатку и нажал на звонок.

Через несколько секунд за дверью послышались неторопливые шаги и удары тревожно бьющегося сердца.

Дверь открылась, и на пороге появился пожилой мужчина с седеющими волосами, выцветшими, безликими голубыми глазами и сеткой морщин на лице.

Маркус натянул приветливую улыбку и воодушевленно, с энтузиазмом произнес:

– Здравствуйте. Я Маркус Такер, страховой агент. Хочу предложить выгодную сделку и застраховать вашу жизнь. Поверьте, сотрудничество с нашей компанией вам понравится.

В голосе вампира звучал искусно прикрытый сарказм.

Маркус, продолжая улыбаться, смотрел на бывшего охотника, ожидая ответа.

Майлз сдвинул густые брови и придирчиво, и настороженно осмотрел вампира. Подтянутый, аккуратный в дорогом драповом пальто, повязанном вокруг шеи шарфе, в брюках и узконосых, лакированных туфлях, с кожаной папкой в руках, Маркус прекрасно подходил под образ делового человека.

– Я не нуждаюсь в ваших услугах, – сухо бросил бывший охотник и хотел закрыть дверь, как Маркус поспешно схватился за ручку, не давая Майлзу скрыться в доме.

– Вы не боитесь, что можете умереть. Все-таки старость, или вас могут убить… А мы можем дать гарантию, что если вы согласитесь на сотрудничество, ваша внучка и ее годовалая дочь не пострадают, – все дружелюбие исчезло с лица Маркуса. Перед Майлзом холодное и опасное существо, не знающее пощады к врагам.

Бывший охотник побледнел, поняв кто перед ним, дернул на себя дверь, но она сдерживаемая рукой Маркуса даже не шелохнулась.

Губы сына главы клана растянулись в зловещей улыбке.

Майлз попятился вглубь дома, оглядываясь по сторонам, явно ища что-то годное для оружия, но при этом, стараясь не выпускать вампира из вида.

– Старик, ты сам прекрасно понимаешь, что в ловушке. Не делай глупостей, – холодно сказал Маркус, войдя в прихожую и закрыв дверь. Он слышал бешено колотящееся сердце бывшего охотника, чувствовал его страх и кровь, приправленную испугом – это будило жажду.

Но с возрастом кровь теряет вкус, часто становится отравленной болезнями, дурными привычками и горькой на привкус, поэтому вампиры чаще предпочитали молодых жертв.

– Садись, – с притворным дружелюбием и учтивостью сказал Маркус, указав Майлзу на кресло в гостиной.

– Пошел ты, гребаный кровосос! – ненавистно выплюнул старик, сжимая руки в кулаки.

Маркус усмехнулся. Он знал, как усмирить старичка и заставить рассказать все что нужно…

– Падай в кресло, не испытывай мое терпение и не заставляй применять силу, – холодно ответил сын главы клана. – У меня есть пара вопросов…

– Я ничего не скажу, можешь убить меня! – процедил Майлз, его лицо перекосилось от гнева, и проступили вены на висках.

– Тогда твоя дочь Эстер и маленькая внучка Энн умрут, – усмехнулся Маркус. Его голос звучал тихо и спокойно, но в нем читалась угроза и удовлетворение.

– Ублюдок… – обреченно выдохнул старик. Держась за грудь, и тяжело дыша, опустился в кресло.

– О, не волнуйся, не то слабое старческое сердце не выдержит, а мне нужна информация, – язвительно произнес Маркус и подошел к нему. – А сейчас посмотрим кое-что интересное. Тебе должно понравиться. Ведь возможно ты мне не веришь.

Он открыл кожаную папку и достал оттуда фотографии и протянул бывшему охотнику.

– Не скажу, что твоя дочь красавица, но и не уродина. Но спать я бы с ней не стал, она не в моем вкусе, – продолжил Маркус. Майлз затрясся от гнева. По губам вампира скользнула довольная улыбка. Ему нравилось доводить бывшего охотника, это приносило удовольствие. – А твоя внучка, милая девчушка. Она вроде в следующем году пойдет в начальную школу? У меня правильная информация? Молчишь…

Маркус схватил Майлза за подбородок и заставил посмотреть в глаза.

– Мои собратья сидят в машине возле дома твоих родственников, один мой звонок и они убьют их. Скажи мне имя охотника, или охотников, которые приехали сюда и мои люди просто уедут, не причинив твоей родне вреда, даю слово.

– С чего ты взял, что я знаю об этих охотниках? – тяжело дыша, спросил старик. – Я давно не общаюсь ни с кем из них. Я больше не охотник.

– Не вешай мне лапшу на уши, – серьезно и сухо сказал Маркус. – Ты снял им квартиру. Скажи имена и адрес. Или мне позвонить своим ребятам?

Майлз вздохнул и назвал адрес, затем чуть помедлив имя:

– Джордж Браун. А один он или нет, я клянусь тебе, мне неизвестно.

Маркус внимательно смотрел в глаза бывшего охотника. Старик говорил искренне, обреченно, у него не было выбора, лишь сказать правду.

– Спасибо за информацию, – Маркус улыбнулся, закрыл папку и, сунув подмышку, достал пистолет с привинченным глушителем.

– Мои родные… – хрипло напомнил бывший охотник.

– Не беспокойся, Я держу обещания, – усмехнулся Маркус и, набрав на мобильном нужный номер, прижал раскладушку к уху. Когда Джесси ответил, приказал:

– Уезжайте и узнайте как можно больше о Джордже Брауне.

Затем захлопнул телефон, убрал в карман и направил пистолет на лоб бывшего охотника.

– Пора на покой, – холодно произнес Маркус.

Но Майлз похоже смирился с судьбой и обреченно ждал смерти.

Вампир нажал на курок.

Затем развернулся спиной и, не оборачиваясь, направился к двери. Есть имя и адрес, нужно устроить охотнику засаду и…

Маркус открыл дверь, и нос к носу столкнулся с незнакомым мужчиной. От неожиданности перехватило дыхание, и сердце казалось, остановилось.

Маркусу понадобилось пару секунд, чтобы взять себя в руки и разглядеть незнакомца.

Мужчина лет двадцати пяти – тридцати, чуть выше Маркуса ростом, русоволосый, сероглазый, с небольшой щетиной на лице, в простой черной куртке, потрепанных джинсах – ничего примечательного. Но глаза суровые, видно, что человек прошел через многое…

– Джордж Браун? – решил проверить догадку Маркус. Внутренний голос подсказывал, что он не ошибся.

Мужчина прищурил глаза и спросил:

– Ты кто?

– Охотник, – уголки губ Маркуса вздернулись. Он ведь даже не соврал, ведь сам являлся охотником… только не на вампиров…

Браун вздохнул и оглядел его.

– Перчатки сними, – потребовал он.

– Зачем? – сдвинул брови Маркус. Хотя понял, что хочет проверить охотник, но поломать комедию еще не мешает.

– Снимай, – повысил голос Браун и Маркус почувствовал как в грудь, туда, где располагалось сердце, уперлось что-то твердое. Опустил глаза и увидел в руках охотника пистолет.

– Осторожнее с оружием, ладно? – со скрытым сарказмом попросил вампир и начал снимать перчатку. Он знал, что охотник его сейчас раскусит, но не боялся и был совершенно спокоен. У него тоже есть козыри и дуло пистолета прижатое к сердцу еще не конец.

– Где Эштон? – спокойно спросил Браун, когда Маркус продемонстрировал ему руку с перстнями – печатками.

– На том свете. Беги, может догонишь, я помогу, – усмехнулся вампир.

Браун внимательно посмотрел ему в лицо и, сдвинув брови с саркастической улыбкой, сказал:

– По перстням и символам на них выходит ты – отпрыск главы клана Томаса Страстенберга… Мне лет десять назад говорили, что у него есть сын… совсем ребенок. Если посчитать, получается тебе не больше семнадцати – восемнадцати. Вижу, папаша разрешает своему сосунку играть во взрослые игры, хотя ему место в песочнице. Скажу честно, выглядишь на пару лет старше, но уверен это все солидная, классическая одежда. Наденешь модные для подростков толстовки с капюшонами, широкие штаны и будешь выглядеть на свой настоящий возраст, даже холодный взгляд не поможет.

Внутри Маркуса разгорался пожар, и он всеми силами пытался его остановить и не дать выбраться наружу. Он ненавидел, когда напоминали о его юном возрасте. А охотник еще сделал намек на его неопытность. Но Маркус понимал, что должен оставаться спокоен, гнев только пойдет во вред. А, чтобы остаться после этой встречи в живых, нужна холодная и расчетливая голова. Поэтому нужно держать себя в руках.

– Посмотрим, как ты запоешь, когда этот сосунок вырвет тебе сердце, – язвительно ответил Маркус. – Тебя не учили, что не стоит недооценивать кого-либо только из-за его внешности или возраста. Он может удивить, а тебе это не понравиться.

– Все это слова, мальчик, – охотник сделал акцент на последнее слово. Маркус сощурил глаза, но все же не давая гневу выбраться наружу. – Не думал, что убить сына главы клана будет так легко… Ты бы хоть охрану с собой брал…

Он нажал на курок…

Но пуля попала в воздух, за секунду до этого, с помощью вампирской скорости Маркус успел нагнуться, схватить охотника за ноги, заставить упасть и выхватить собственный пистолет.

Теперь оба мужчины, не отводя взгляда, держали друг друга на мушке.

– Слова говоришь, – усмехнулся сын главы клана. – Я не всесильный, но справиться с такими уродами как ты способен.

Браун сдвинул брови, теперь глядя на Маркуса несколько по-другому и понимая, что противник достался непростой, несмотря на возраст.

Зазвучали полицейские сирены, должно быть соседи услышали выстрел и вызвали служителей правопорядка.

Маркус чуть слышно чертыхнулся. Полицейские близко и нужно уходить. Светиться нельзя.

Браун медленно, не упуская пистолета, поднялся на ноги и начал пятиться с территории двора.

Маркус же скрылся во тьме за домом, зная, что это не последняя встреча с Брауном, охота только началась…

Настоящее 2004 год

Маркус замолчал, дотронулся до сердца и поморщился от боли.

– Кейт подняла голову и взволнованно посмотрела на него.

– Тебе плохо?! Давай ты лучше ляжешь, а свою историю закончишь потом, – в голосе звучала тревога. Она очень боялась за Маркуса и понимала, что ему нужно отдыхать, а не собирать в памяти осколки прошлого. Особенно те, которые могут причинить боль… Но как же он упрям…

Маркус покачал головой и часто дыша, откинулся головой на спинку дивана.

– Я в порядке, ничего страшного.

– Ты мне исповедоваться решил… словно… перед смертью, – Кейт содрогнулась от собственных же слов.

– Не говори ерунды, – он посмотрел на нее. Бледный, слабый – это тяжело было видеть. – Мое чертово сердце еще бьется и быстрее, чем ночью. Когда ты поила меня своей кровью. Сейчас мне лучше.

Кейт провела пальцем по полоске бинта на запястье.

– На меня редко нападает тяга к откровению, Кэти. Сомневаюсь, что потом она придет и будет время.

– Ну хорошо, что случилось потом? Ты вновь встретился с Брауном? – Кейт интересовало прошлое Маркуса. Она хотела узнать этого парня поближе понять. Но сейчас боялась за его самочувствие…

– Нет, – вздохнул он. Кейт снова легла ему на плечо, а он начал перебирать ее волосы. Вот даже сейчас она чувствовала себя хорошо, рядом с ним. Все же она любила, любила несмотря ни на что. – Мы не встретились. Я послал собратьев на съемную квартиру охотников, но их там уже не было. Браун решил подстраховаться и наверно предупредил дружка. Дерек искал информацию о Джордже, но ни черта не мог найти. Точнее нашел, но только то, что его родители погибли, а о других родственниках ничего. Он узнал это по вырезкам старых газет и еще одним источникам. Но там не упоминалось, что у Брауна русские корни. Это мы узнали позже, затем я узнал, что у охотника единственная живая родственница это сестра – Снежанна. В это время мы уже обосновались в России. Антон – друг отца, выделил нам особняк за городом, для штаба. Мы готовились практически к войне.

– А что Мари? – спросила Кейт. Она жалела бедную девушку и не понимала, как Маркус мог так жестоко с ней поступать.

Маркус глубоко вздохнул и обнял Кейт за плечи.

– Ничего. Я не общался с ней, но иногда встречал и меня выводили из себя ее грустные взгляды, они выворачивали мою душу наизнанку. Я занимался серьезными делами, и все девушки перестали для меня существовать. Еще я стал замечать, что моя сестра Изабелль часто стала куда-то уходить. Я шутил, язвил, что неужели она любительница любовных романов нашла себе мужика среди смертных, что отцу не понравится, если она приведет его к нам и попросит разрешения на обращение. Ведь кровь не чиста, а у нас древний род, не смешивающийся ни разу с кровью обращенных. Отец бы ничего не сказал, если бы избранник дочери был обращенным, но только если бы он не являлся молодым вампиром. Еще я просил ее быть осторожной, ведь в городе много оборотней. Мы не были особо близки с сестрой, но я ее любил… Но зря шутил и волновался… А правда вскрылась очень поздно… Но это оставим на самый конец истории. На самую пикантную часть, так сказать, – Маркус грустно усмехнулся, а Кейт крепко сжала его руку, поддерживая. Она не знала подробностей, как это произошло, но знала итог его рассказа. Маркус перевел дыхание и продолжил:

– По счастью и волей фортуны Снежанна жила в соседнем городке, всего в сорока минутах от города, где обосновались мы. Русский я знал прекрасно, поэтому общение не являлось проблемой, и я поехал навестить сестру Брауна…

Глава 18

Прошлое Маркуса. Часть 3

Маркус поджидал сестру Брауна возле ворот университета, где она училась.

Вдохнул полной грудью свежего морозного воздуха и потоптался на месте. Под ногами захрустел снег. Маркусу нравилась зима в России. Города окутывало белоснежным покрывалом – это казалось настоящим чудом. Чего нельзя увидеть в Лондоне, где снег довольно редкое явление.

Маркус начал замерзать, хоть и был менее восприимчив к холоду, чем люди. Он привык к частым Лондонским дождям, пасмурной, прохладной погоде, но все же Россия более холодная страна.

Маркус поднял воротник пальто, достал пачку сигарет и закурил.

В этот момент заметил, идущую к воротам сестру охотника. Не красавица, не горячая штучка, но довольно симпатичная и милая. Обычная, ничем особым не выделяющаяся из серой людской массы. Овальное личико, приятные черты, длинные, почти до талии прямые русые волосы, не тронутые краской. В короткой дубленке, джинсах и высоких сапожках без каблуков.

– Девушка! – окликнул он ее на русском, когда она вышла за ворота и пошла по тротуару.

Снежанна обернулась и посмотрела на него.

– Я слушаю вас, – немного дерзко ответила она.

Маркус выкинул окурок, подошел ближе и встретился с серо-зелеными умными глазами.

'А ты не простая штучка. Не такая, как дурочка Дон, – мысленно усмехнулся он. – Да и охотник крепкий попался. Но мы его сломаем. Он пожалеет, что встал у нас на пути'.

– Я увидел красивую девушку и решил познакомиться. Отказом вы разобьете мне сердце, – улыбнулся Маркус и краем глаз бросил взгляд на припаркованную невдалеке машину. Нужно уговорить девушку сесть в нее. Он мог сделать это силой, но вокруг слишком много свидетелей.

– Я советую вам сдерживать гормоны или найти более доступную девушку, для осуществления ваших желаний, – резко ответила она, давая понять, что знакомство ей не нужно.

Маркус слегка опешил. Он нравился девушкам. Да, они порой ломались, но не так и недолго. Никто еще не отшивал его так грубо. Но от этого интереснее, у Маркуса проснулся азарт. Его никогда не интересовали смертные девушки, только если в качестве пищи, но эта особа зацепила его внимание. Жаль только игра будет недолгой… Он должен с помощью Снежанны поймать Брауна, а это важнее чем интерес соблазнения и секс.

– Вы меня обидели. Я к вам с чистыми намерениями. Вы просто мне понравились, – его голос звучал искренне, несмотря на то, что каждое слово являлось ложью.

– Сказать можно все что угодно, – философски заметила Снежанна, но оглядела его уже с интересом.

'Неужели рыбка клюнула?' – мысленно усмехнулся Маркус.

– В вашем голосе слышатся небольшой акцент – вы иностранец, – констатировала она. – Похвально, русским владеете хорошо. Не спорю красивый, дорого и модно одетый. Уверена, разбили немало девичьих сердец. А вот в глубине ваших глаз боль и тоска. Вы одиноки, несмотря на то, что окружены людьми. Но никого не хотите пускать в свое сердце, хотя оно хочет тепла…

– Прекратите! – не выдержав, процедил Маркус сквозь зубы. Она прочитала его словно книгу. А он терпеть не мог, когда кто-то видел, что находится у него глубоко внутри. Все о чем говорила Снежанна ему противно, и являлось слабостью, которую всегда он старался подавить. – Вы экстрасенс или психолог?

– Уж точно не экстрасенс, – усмехнулась сестра Брауна. – Просто научилась хорошо разбираться в людях и смотреть глубже в душу. Возможно, не всегда точна и могу ошибаться, но часто оказываюсь права.

Маркус сдвинул брови. Эта девушка оказалась еще интереснее, чем он предполагал, но желание и азарт в ее соблазнении пропал. Хотелось скорее затащить эту упрямую и набивающую себе цену ослицу в машину и быстрее разобраться с Брауном. А после закопать и ее и охотника где-нибудь в лесочке, в братской могиле.

Чтобы не тянуть время Маркус решил применить гипноз. С этой куколкой будет сложно, но нужно попробовать. Он только заглянул ей в глаза, как услышал за спиной голос:

– Отойди от нее!

Обернулся и увидел Брауна, а рядом с ним незнакомого паренька.

– Вот это сюрприз, – с саркастической ухмылкой протянул Маркус. – Неожиданно.

– Заткнись! – процедил охотник.

Маркус огляделся. Людный район в разгар дня, не место для схватки.

– Джордж… – услышал он за спиной дрожащий, растерянный и удивленный голос Снежанны.

– Здравствуй, сестренка, – тепло произнес Браун и, не отводя напряженного, тяжелого взгляда от Маркуса, прибавил:

– Обойди его медленно и иди сюда. А ты, Марк, стой на месте и не делай резких движений! Иначе я выстрелю, несмотря на то, что кругом люди.

Маркус скривился, услышав из уст охотника свое укороченное имя. Первый раз в жизни его назвали Марком. Теперь он чувствовал, что будет ненавидеть эту форму имени до конца своих дней или же если ему не 'посчастливица' умереть от чьей либо руки, то всю вечность.

Маркус окинул охотника взглядом. Тот держал руку в кармане, должно быть там и находился пистолет. Взглянул на растерянную Снежанну, медленно обходящую его и смотрящую с опаской.

Он, молча, наблюдал за этой сценой. План с треском провалился. Маркус мог схватить девушку, Браун не успел бы выстрелить или попал бы в сестру. Но кругом смертные… Ладно стрельба. Его не найдут, к тому же он из другой страны. Но у охотника хорошая реакция, поэтому ему пришлось бы использовать всю быстроту своей скорости, на которую простые люди не способны. Поэтому оставалось лишь наблюдать и мысленно посылать охотнику проклятья и ругать себя, что сюсюкался со Снежанной вместо того, чтобы сразу применить гипноз.

Осторожными шагами Снежанна подошла к брату, и они крепко обнялись.

Маркус усмехнулся.

– Какая милая сцена. Встреча двух родных после долгого времени разлуки, – его голос источал яд. – Браун, ты разрушил мой план. А он был хорош. Там вы бы не только встретились, но и умерли бы в один день, да и похоронили бы вас в братской могиле. Мило и трогательно, не правда ли?

Маркус улыбнулся, затем холодно и серьезно прибавил:

– Вы сейчас уйдете, но мы найдем вас рано или поздно. Вам не скрыться, ты знаешь, охотник, насколько опасен и могущественен мой род и сколько имеет связей.

В глазах Снежанны отразился страх, и она сильнее прижалась к брату. Напарник Брауна хмуро молчал. Они говорили на русском, а он похоже не знал этого языка.

– Я не собираюсь бегать, Марк. К тому же шанс убить сына главы клана выпадает раз в жизни. Ради этого я готов рискнуть, – уже на английском произнес охотник. – Встретимся сегодня вечером один на один и решим все вопросы. Согласен?

Напарник сначала удивился, потом нахмурил брови. Задумка друга ему не понравилась.

– С ума сошел! – воскликнул он. – Он обманет! Приведет кучу вампиров! Они не способны играть честно!

– Молчи! – прошипел Маркус. – Не говори того чего не знаешь! Я согласен, Браун.

Зимнее небо хмурилось. Крупными хлопьями посыпался густой снег, ложась на город. Он падал на лицо, волосы, плечи, скрывал фигуры охотников и девушки белоснежной пеленой.

– У меня условие, Марк, если победишь, не тронешь Снежанну. Она не причем это не ее война, – услышал он голос охотника.

– Она знает о нашем существовании, – протянул Маркус. – А значит уже потенциальная угроза.

– Почти за двадцать лет жизни она не распорядилась этим знанием против вас. Война не стихия Снежанны.

Маркус вздохнул. Он не любил идти на уступки и проклинал себя за то, что дав честное слово, не сможет его нарушить. Но с Брауном нужно разобраться как можно быстрее. Кругом оборотни, а эта проблема куда серьезнее…

– Клянусь памятью моей матери, если ты сегодня умрешь, я не трону твою сестру, закрою глаза на ее существование.

– Джордж, не надо, прошу тебя… – взмолилась Снежанна, вцепившись в локоть брата. – Не ходи…

– Сегодня в девять… – проигнорировал охотник слова сестры.

Маркус удовлетворенно улыбнулся. Вечером они сразятся, и кто-то один умрет…

* * *

Приехав в указанное место. Маркус покинул салон автомобиля и огляделся.

Пустой переулок. Единственный фонарь, разгоняющий тьму, поблескивающий в свете снег. Высокие нежилые здания, находившиеся в аварийном состоянии приготовленные по снос, смотрящие темными провалами окон. Черное небо, усыпанное мириадами звезд и зловещая тишина.

– Неплохое место, чтобы умереть. Тихое, спокойное, не правда ли, охотник? – обратился Маркус к густой тьме, до которой не доставал свет фонаря.

Скрипнула дверь и вскоре Браун стоял напротив вампира, сжимая в руке короткий серебряный меч.

– Посмотрим, кто станет этим счастливчиком, – усмехнулся он.

Губы Маркуса вздернулись в полуулыбке. Он не боялся смерти. Умереть в бою против достойного противника – честь. А в том, что Браун достойный Маркус не сомневался. Он уже показал часть своих умений, как борьбы, так и переговоров. Маркус видел перед собой сильного человека, действительно хотевшего защитить своих и делающего все для этого. Вряд ли кто из охотников согласился бы сразиться с кем-то из правящей вампирской верхушки. Если Браун убьет его, на него спустят всех собак сразу все кланы мира и будут искать тщательно пока не найдут… Охотник не боялся и это вызывало уважение.

Маркус достал длинный кинжал…

Они начали кружить вокруг друг друга, ища слабые стороны. Напали одновременно…

Браун ловко ушел от удара Маркуса и замахнулся кинжалом, метя в грудь вампира. Точный удар в сердце мог убить сына главы клана, но он успел увернуться и ударить Брауна ногой в живот. Охотник отшатнулся, едва не упал, но все же смог устоять на ногах.

Маркус усмехнулся, бросился на Брауна и едва успел увернуться – охотник чуть не полоснул его по горлу.

Браун тяжело дышал, вампир слышал его неистово колотящееся сердце.

По губам Маркуса скользнула улыбка. В отличие от Брауна он не испытывал и толику усталости и сердце его лишь немного ускорило ритм. Главное в битве спокойствие и холодный расчет, и умение найти слабую сторону врага – учил его отец.

Но Браун, несмотря на силу и ловкость противника не уступал и легко сдерживал удары. Да и Маркусу приходилось постараться, чтобы охотник не задел его кинжалом.

Среди смертных ему попался достойный противник – обычный человечишка, но по-настоящему храбрый воин. Это добавляло азарта и адреналина.

Маркус даже оставил попытку использовать быстроту скорости. Охотник ловок, а Маркус опасался, если кинется к нему, то тот способен угадать, где он нанесет удар и будет держать кинжал наготове. Отскочить вампир не успеет, пусть Браун даже не попадет в сердце, ранение затормозит, и охотнику ничего не будет стоить закончить начатое.

Но все же Маркусу удалось полоснуть охотника кинжалом по правому боку.

В ноздри ударил запах свежей крови. Маркус подавил желание вгрызться в шею Брауна. Схватил его за ворот куртки и замахнулся оружием, чтобы добить… Но охотник прыснул чем-то в лицо, огненная жидкость попала в рот и обожгла горло. Маркус сделал непроизвольный глубокий вздох и, отпустив охотника, отшатнулся, задыхаясь.

– Чеснок, гребаный чеснок, – ловя ртом воздух и пятясь назад, выдавил Маркус,

– Вкусно, ублюдок? – тяжело дыша, усмехнулся Браун, зажимая ладонью рану на боку.

– Пошел… к черту…

Горло и грудь горели огнем, в глазах мутнело, голова кружилась… Маркус выронил кинжал и рухнул на колени. Упираясь ладонями о холодный, промерзлый асфальт, закашлялся. Во рту появился солоноватый привкус, и от уголка по подбородку потекла струйка крови.

– Черт, – прошептал Маркус, вытерев ее тыльной стороной ладони. Услышав тяжелую поступь и дыхание, поднял голову. Браун, крепко сжимая кинжал в руке, прихрамывая, направлялся к нему.

Маркус собрав последние силы, выхватил из-за пояса пистолет. Он не собирался так легко сдаваться. Браун замер.

Голова от нехватки воздуха жутко кружилась, в глазах темнело, и Маркус не мог правильно прицелиться. Нажал на курок, раздался выстрел, но охотник так и остался стоять на месте.

Маркус снова чертыхнулся, хотел выстрелить вновь, но силы изменили, в глазах совсем потемнело, и он повалился боком на асфальт.

Маркус не мог дышать, и это медленно убивало его, сердце колотилось все тише и тише.

Он делал попытки сделать хоть маленький, но такой желанный глоток воздуха, но легкие словно отвергали его.

Маркус услышал голоса. Браун был не один.

Собрал последние силы и в глазах немного прояснилось.

Рядом с охотником стоял парнишка напарник и придерживал его за плечи.

– Мы должны быстро уходить. Они рядом… А тебе нужно в больницу, – с тревогой произнес он.

– Ничего царапина, заживет… – Браун тяжело дышал и явно преуменьшил опасность ранения.

– Ты истекаешь кровью и тебе нужна помощь. Поехали, вампиры недалеко. Этот урод не мог не подстраховаться, хотя его собраться в паре кварталов отсюда и сейчас они будут здесь. Уходим.

– Подожди… – Браун, пригляделся к Маркусу. – Ублюдок еще жив. Я никогда не проверял на практике, умирает ли вампир, если его отравить чесноком… Он вызывает у них нечто подобное приступу астмы, но убивает ли это их? Нужно довезти дело до конца, нельзя опускать шанс и оставлять этого кровососа в живых! Он опасный враг, несмотря на то, что мальчишка…

– Нет, уходим! Они подъезжают. Замешкаемся вампиры прирежут нас!

По стенам заплясали тени от света фар.

Парень буквально потащил, быстро теряющего силы друга к стоящему рядом автомобилю.

Они уехали, а Маркус слышал за спиной, подъезжающую другую машину. Хлопнула дверца и последним, что он увидел прежде чем его затянуло в черную пропасть беспамятства, было взволнованное лицо и полные тревоги темно-серые глаза Дерека.

* * *

Маркус очнулся утром. Сделал жадный глубокий вдох. Почувствовал боль в легких, но это показалось мелочью, главное он мог дышать. Никогда дыхание еще ни казалось таким блаженством. Сердце ровно билось в груди, а не колотилось как бешеное или едва качало кровь, как когда он лежал, задыхаясь на промерзлом, ледяном асфальте. Он остался жив, а значит еще повоюет и довершит дело с охотником до конца. А кто выиграет, кто проиграет, решит судьба.

Маркус лежал на постели в выделенной ему комнате, в особняке, предоставленном клану Антоном. Рядом сидела взволнованная и перепуганная Мари с покрасневшими от слез глазами и сжимала тоненькими пальчиками кисть его руки.

– Наконец ты пришел в себя, – блондинка смахнула с ресниц слезу и слабо улыбнулась. Она все еще переживала за него. Маркус не смог отделаться от мысли, что ему приятно – быть значимым для кого-то. Мари повернулась в сторону больших окон и чуть слышно произнесла:

– Господин, ваш сын…

Маркус проследил за ее взглядом.

Оконные стекла местами покрылись морозным узором, тысячи снежинок кружились в воздухе. Глава клана смотрел на падающий снег, сложив руки за спиной. Подтянутая, мужественная фигура, прямая осанка – настоящий аристократ, умный и жесткий руководитель их сообщества. Маркус всегда хотел быть похожим на отца, хотел уважения с его стороны.

Томас Страстенберг повернулся к сыну:

– Рад, что ты очнулся, – ровным голосом произнес он, прижимаясь к подоконнику. Обратился к Мари:

– Дорогая, Маркусу нужно набираться сил, и он наверно голоден, ему нужна кровь, принеси стаканчик.

– Да, господин, – Мари кивнула, слегка поклонилась, бросила взгляд на сына главы клана и покинула комнату.

Томас бросил взгляд на дверь, подошел к постели и сел на стул, где до этого сидела Мари.

Маркус хотел приподняться на кровати, но отец остановил жестом руки.

– Лежи.

– Я в порядке, – Маркус стиснув зубы от боли в груди, приподнял подушку и привалился к ней спиной. – Я не могу валяться в кровати, когда кругом рыскают оборотни. К тому же я обязан нанести Брауну ответный удар. Судя узнанной информации – завтра у него день рождения. А я не могу оставить охотника без подарка.

На губах Маркуса появилась зловещая улыбка. Он знал, что подарить Брауну…

* * *

Эндрю Хэрис, насвистывая и вертя в руке ключи от машины, вошел на территорию крытой стоянки, располагавшейся рядом с многоэтажным жилым домом. В городе зачастили случаи жестоких смертей от нападения диких собак, и Эндрю допрашивал очевидицу одного из происшествий. Она утверждала, что ее парня загрызла не собака. Девушка, попрощавшись с любимым человеком, вошла в подъезд, но услышав крики и рычание, выскочила назад, испугавшись за парня. Она утверждала, что ее Сашу убил монстр, напоминающий волка… Полиция конечно рассказу девушки не поверила, списав все на стресс и шоковое состояние от созерцания тела любимого мужчины.

Но Эндрю знал, что бродячие собаки не причем… По городу шастают оборотни и уж сильно много вольностей они себе разрешили.

Он вздохнул и потер переносицу. Разговор со свидетельницей его вымотал. Эндрю плохо знал русский, поэтому общение выдалось трудным. Помогли лишь его скудные знания русского и чуть более обширные знания девушки английского.

Джордж отлеживался у Снежанны. Точнее не у нее, а на квартире ее подруги. Из своего жилища сестре Брауна пришлось временно съехать из-за вампиров, а подруги не будет пару недель и пока можно жить там. Снежанна наплела ей про ремонт квартиры, которая сейчас якобы представляет руины и жить во время работ в ней невозможно.

Эндрю поежился от холода и застегнул молнию куртки до конца.

'Сейчас бы быстрее в теплую квартирку и выпить вкусного горячего чая с лимоном, медом и еще какими-то пряностями, по рецепту Снежанны.

Вокруг стояла мертвая тишина. Но она казалась обманчивой. По мере того как Эндрю через ряды автомобилей продвигался к своей машине, в душе возрастала неясная тревога.

Казалось он не один и за ним наблюдают…

Эндрю услышал за спиной шорох, обернулся – никого. Крепче сжал пальцами ключи и оглядел парковку. Ряды машин и тишина… обманчивая тишина…

Сердце быстро забилось в груди, в горле пересохло, ладони вспотели.

Возле ближайшего ряда машин промелькнула черная тень и в ту же секунду исчезла, словно растворилась.

Эндрю понял, что влип, крупно влип. Его вычислили, проследили. Неважно кто: вампиры, оборотни. Главное – враги.

Что делать? Бежать? Это явно ловушка, а значит расклад не в его сторону.

Нет, он не станет бежать. Да и если сделает попытку они догонят… Сильные, ловкие, хитрые – нелюди, проклятые хищники, прячущиеся в тени среди человечества.

Эндрю вынул из-за пояса пистолет. Проверил обойму.

'Полная обойма серебряных пуль, – мысленно констатировал он и довольно улыбнулся. – Ну, гады, держитесь, повоюем. Умру, но прихвачу кого-нибудь из вас на тот свет. Обещаю'.

Эндрю ожидал, что нападут неожиданно, но ошибся – ждали у его автомобиля. Трое вампиров, одного из которых он не ожидал увидеть в ближайшее время.

Эндрю крепче стиснул рукоять пистолета. Он не боялся смерти. Знал, что выбирая путь охотника, можно не рассчитывать на долгую жизнь. Но не хотел причинить страдание матери – самому родному и единственному по-настоящему любящему его человеку. Но он сам выбрал этот путь… назад дороги нет…

* * *

– Здравствуй, охотник, – с сарказмом произнес Маркус и улыбнулся уголками губ. Мышеловка захлопнулась, пойманной мыши деваться некуда. Здесь она и встретит свой славный конец. – Как здоровье Брауна? Обидно, не правда ли? У него сегодня день рождение, а он наверно мучается от боли боевого ранения и валяется в постели. Бедняга. Вот я решил хоть как-то его порадовать, приготовил сюрприз. Здорово, не правда ли?

Охотник побледнел, в его глазах отразилась ярость.

– Да пошел ты, урод! – злобно выплюнул он.

В ту же секунду он поднял пистолет и, направив на Маркуса, выстрелил.

– Сдохни, сука!

Сын главы клана успел увернуться.

На охотника кинулся Скотт – молодой вампир, не старше Маркуса, которого тот решил взять в помощники.

Раздалось пару выстрелов, и Скотт замертво рухнул на пол. Обе пули попали в грудь, одна из них пробила сердце.

Маркус вздохнул. Терять своих неприятно и больно, даже если вы особо не общались. Клан – семья. Семья – это самое дорогое, ее нужно беречь. Это его долг.

С охотником дрался Дерек. Сероглазый вампир, опытный боец и намного старше Маркуса, но это не его бой. Маркус сделает подарок Брауну сам.

– Дерек, не нужно, – остановил его он.

Сероглазый молча, метнулся в сторону, выходя из боя.

– О, сражаться с сыном главы клана вампиров, честь для меня, – с издевкой произнес молодой охотник, тяжело дыша. Дерек заставил его попотеть и потратить сил. – Может поклониться? Или присесть в реверансе перед вашим святейшеством?

– Не нужно, – усмехнулся Маркус и с сарказмом добавил:

– Тебе уготована великая честь умереть от моей руки.

Охотник послал в его сторону ненавистный взгляд. Секунда и они начали драться.

Друг Брауна оказался ловок и проворен и знал толк в боевых искусствах, но все же был слабее и менее опытнее Джорджа.

Он не успел поставить блок или увернуться и Маркус вонзил в него кинжал.

Охотник зашатался и упал.

Дело сделано, осталось самое малое – поздравительная открытка.

Маркус присел на корточки возле охотника, достал из внутреннего кармана пальто средних размеров открытку и позолоченную ручку. Написал размашисто, аккуратным подчерком:

'Дорогой Джордж Браун! Поздравляю с днем рождения! Надеюсь, ты обрадуешься моему подарку. Это ведь от чистого сердца.

P.S: Знай, ты следующий на очереди'.

Маркус кинул открытку на грудь охотника.

– Уверен тебя, урод, ждет… медленная и мучительная смерть, – выдавил друг Брауна, морщась от боли. Он умирал. Маркус чувствовал это и понимал по замедляющимся ударам сердца и срывающемуся дыханию. Ему осталось недолго.

– Посмотрим– посмотрим, – усмехнулся сын главы клана.

Несколько неровных вздохов и сердце охотника остановилось навсегда.

Маркус поднялся с корточек.

– Минус один, проблемой меньше. Осталось решить вторую, более сложную.

Глава 19

Два дня спустя

– О чем ты хотела поговорить, Даяна? – бросив пустой, безразличный взгляд на рыжеволосую вампиршу, голосом, лишенным эмоций, спросил Маркус.

– Давай, пройдемся, на свежем воздухе легче думается, – немного неуверенно предложила девушка, теребя низ красного полупальто.

Маркус вздохнул и припарковал машину у обочины. Ни слова, ни говоря, покинул салон и, глотнув морозного воздуха, дожидался Даяну и ее объяснений.

Он был необычайно серьезен, холоден и задумчив. Оборотни ополоумели, Браун, словно в воду канул. Проблем навалилось слишком много. Это выводило из колеи.

Маркусу было совершенно наплевать, о чем хочет поговорить Даяна. Она подошла к нему в особняке и предложила проехаться по городу. Стены временного жилища клана угнетали и давили. Ненадолго покинуть особняк и оторваться от дел, проветрить голову не мешало, и Маркус согласился.

Вышла Даяна, и они двинулись по безлюдной, укутанной тьмой, разбавленной фонарями, улице.

Погода выдалась неприятная, ветреная и холодная. Днем была оттепель, снег растаял, появились лужи и грязь. Все очарование от города, ранее укутанного снежным покрывалом, теперь исчезло. Он словно вернулся домой в Лондон. Но там не так холодно.

Холод. Маркус чувствовал, что скоро станет ненавидеть его лютой ненавистью.

Он поднял воротник пальто, натянул черные кожаные перчатки и устало произнес:

– Начинай уже, Даяна. Надеюсь, разговор не касается Мари…

– Нет, дело не в ней.

– Это радует, – Маркус мысленно поблагодарил Всевышнего.

– Во мне, – ответила Даяна.

Маркус резко остановился и посмотрел на нее, удивленно вскинув брови.

– Не понял, чего?!

– Понимаешь… – вампирша замялась и отвела взгляд. – Ты мне нравишься.

С минуту Маркус просто смотрел на нее, не в силах, что-то сказать.

'Они, что издеваются?! То одна, теперь другая! Достали!'

– С чего вдруг такая честь? – улыбнулся Маркус, хотя улыбка больше походила на оскал. Голос звучал сухо. – Помниться, ты была обо мне совсем нелестного мнения… А уж после того, как я, чтобы заняться любовью с Мари, не пустил тебя в твою же спальню, наверно и вовсе возненавидела меня.

– Тебя невозможно ненавидеть, – игриво произнесла Даяна и, подойдя к Маркусу, провела пальчиком, с длинным накрашенным красным лаком ногтем, по щеке и губам. – Чертовски красивый, сильный, умный. Я давно испытываю к тебе симпатию, а ты все таскаешься с другими юбками.

Маркус оглядел Даяну. Но не ощутил даже малюсенького желания затащить ее в постель. Он вообще ничего не чувствовал кроме усталости и легкого раздражения.

Вся голова была забита проблемами клана. Сейчас не до женщин.

Он не грубо, но резко отпихнул Даяну от себя.

– Ты зря затеяла этот разговор. Поехали назад в особняк, – сухо бросил он.

Вампирша опустила голову. Запиликал ее телефон. Она достала его и начала быстро скользить пальчиками по клавиатуре, набирая сообщение.

Маркус глубоко вздохнул. Еле сдерживаясь, чтобы не схватить Даяну за шкирку и не запихнуть в машину. Он уже окоченел от холода.

Вампирша чуть опустила телефон и, бросив взгляд на экран, Маркус увидел, что она отправляет сообщение его сестре.

Едва не застонал. Эта рыжая курица еще переписывается с Изабелль. Наверно сообщила о неудачи и жалуется на несговорчивого сына главы клана. Возможно его старшая сестра и подтолкнула Даяну на разговор. А возможно эти две дуры сговорились и хотят отомстить ему за Мари. Но это не волновало Маркуса. У него есть дела намного важнее и в глупые игры он играть, не намерен.

Навстречу ехал автомобиль, точнее несся на огромной скорости, слепя фарами. Маркус раздраженно выругался. Прикрыл глаза рукой. Поздно сообразил, что машина едет прямо на них. Оттолкнул Даяну в сторону, сам отскочить не успел, ударился о капот, лобовое стекло, перелетел через крышу и упал на асфальтовую дорогу.

* * *

По телу волнами прокатывалась невыносимая боль, дыхание перехватило. Маркус дотронулся рукой до длинной ссадины на виске и щеке, которая затягивалась под его пальцами. Сделал судорожный глоток воздуха и крепко стиснул зубы. Грудь быстро поднималась и опускалась, голову, и тело словно разрывало на части.

Хлопнула дверца. Появился Браун.

Несмотря на боль Маркус засмеялся. Он и не сомневался, что за рулем сидел охотник, жаждущий мести за убийство друга.

– Отличный ход, Джордж, – улыбнулся Маркус и поморщился. – Вижу, подарок понравился.

– Вставай, – холодно бросил Браун. Его лицо походило на застывшую ледяную маску. – Иначе пристрелю как собаку.

– Какие мы честные и благородные, – усмехнулся Маркус, превознемогая боль, поднимаясь на ноги. – Другой бы проехался по мне пару раз, а если бы я после этого еще дышал – добил.

– Меньше всего мне сейчас хочется слышать твой поганый голос, – сухо сказал охотник, в руках он держал кинжал, лезвие которого поблескивало серебром.

– Даже отдышаться не дашь? – ядовито спросил Маркус. Сердце бешено колотилось в груди, в висках оглушительно стучала кровь. На ногах он стоял нетвердо, руки немного дрожали. Не то состояние, чтобы драться. Но боль постепенно уходила. Быстрая регенерация устраняла все повреждения организма, несмотря на сколько сильно пострадало тело.

Вместо ответа Браун кинулся на него. Маркус едва успел увернуться от смертельного удара кинжалом в сердце. Силы вернулись еще не полностью, но боли он уже не чувствовал. Ударил охотника коленом в живот и выбил рукой оружие. Кинжал со звоном упал на асфальт.

Браун ударил Маркуса в грудь и лицо.

– Кстати, как рана? – с сарказмом осведомился Маркус и ударил охотника в бок, где меньше недели назад полоснул кинжалом. – Ой, прости, я не хотел. Сильно больно?

Браун, шипя от боли и тяжело дыша, отскочил и одарил его яростным взглядом.

– Кровью харкать будешь, обещаю, – процедил охотник.

– Посмотрим, кому из нас в этом повезет, – усмехнулся Маркус и вдруг разом посерьезнел, огляделся. Показалось, что в воздухе витал запах ненавистных ему существ, лишивших матери… Дурной знак…

Браун, воспользовавшись моментом, сбил его с ног, повалил на землю. Они катались по асфальтовой дороге, нанося друг другу удары.

Жуткий, протяжный вой прорвал тишину.

Маркус и Браун замерли, затаив дыхание.

'Только этого не хватало для полного счастья', – мрачно подумал Маркус, оттолкнул охотника и вытащил пистолет. Направил на Брауна, при этом прислушиваясь к каждому звуку, в ожидании нападения со стороны еще одних врагов, врагов страшнее и опаснее, чем охотники. Выстрелить не успел, атаковал оборотень. Едва не снес ударом когтистой лапы голову. Маркус успел увернуться, отскочить в сторону и выстрелить.

Но на этом ничего не закончилось, а только началось…

Из темноты вышли остальные оборотни. Не меньше шести. Их глаза горели в полумраке желтым огнем. Слышалось рычание и скрежет длинных когтей.

– Ну что, твари, поиграем? – холодно и громко произнес Маркус.

– Ты трруп, вампиррр, – раздался голос одного из вервольфов, больше похожий на рычание.

Маркус крепче сжал рукоять пистолета. Понимал, что силы не равны. Но он не отступит, будет драться до последнего вздоха. Это долг, долг перед кланом и… матерью. Он заберет в ад столько этих уродов, сколько сможет.

Бросил взгляд на напряженную фигуру Брауна. Каким смешным бы это ни казалось, но охотник отвлечет на себя часть оборотней, что на руку Маркусу и дает шанс выжить. Против шести Маркус не устоит, против трех-четырех возможно, если приложит всю свою силу и ловкость.

Вой стал сигналом к атаке.

Одного оборотня Маркусу удалось убить с двух выстрелов. Второй вервольф, ударил вампира лапой. Маркус упал и немного прокатился спиной по асфальту. Обнажив длинные, словно ножи клыки, зверь хотел схватить Маркуса за грудки и перегрызть горло. Но вампир ударил его по ногам, сделал подножку, вскочил на ноги и вонзил в сердце кинжал с серебряным лезвием.

Тяжело дыша, Маркус поднялся на ноги. Странно, но на него больше никто не нападал.

Браун чуть поодаль отбивался от вервольфа, еще один, но мертвый лежал рядом на дороге.

Женский крик полный страха и отчаянья пронзил слух. Маркус кинулся на звук.

Он думал, что Даяна, испугавшись за свою шкуру, давно свалила отсюда, но оказывается, ошибался.

Оборотень загнал вампиршу в тупик. Испуганная и дрожащая Даяна вжималась спиной в кирпичную стену, словно мечтая через нее просочиться.

Вервольф играючи, нарочито медленно, надвигался на вампиршу, проводя когтями по стене.

– Эй, ты, вонючая псина! – крикнул Маркус. – Взгляни, пожалуйста, в лицо своей смерти!

Зверь замер и зарычав, посмотрел на вампира. В ту же секунду раздался выстрел. Туша оборотня грузно упала на землю.

– Уходи отсюда, Даяна, живо! – скомандовал Маркус, подойдя к вампирше.

– Мне так страшно, так страшно, – в ее глазах заблестели слезы, голос дрожал. Пахло истерикой. Маркус шумно вздохнул. – Он… он… едва не убил меня…

Сильный удар в спину выбил весь воздух из легких и швырнул в кирпичную стену. Ловя ртом воздух, словно в тумане Маркус, едва передвигая ногами, повернулся. Горячее дыхание оборотня обожгло лицо. Маркус вздрогнул, когда клыки зверя сомкнулись на его шее. В глазах потемнело, по телу разливался обжигающий холод, во рту появился солоноватый привкус. От шеи по груди и спине потекло что-то теплое. Сознание ускользало, жизнь постепенно уходила, все обволакивало тьмой и туманом…

Оборотень нарочито медленно убивал Маркуса, словно издеваясь, давая врагу помучиться перед смертью.

Маркус почувствовал сильную боль, когда вервольф еще глубже погрузил клыки в его шею. Это заставило немного прийти в себя.

Он не хотел умирать так глупо, от клыков оборотня, не хотел…

Тело не слушалось. Собрав последние силы, Маркус потянулся к карману пальто, где виднелась рукоять кинжала. Пистолет он, к сожалению, где-то выронил, когда его ударил вервольф.

Дрожащими пальцами, стараясь не обращать внимание на боль и холод, Маркус обхватил рукоять кинжала. У него есть только один шанс, один удар. Если он промахнется, то оборотень просто оторвет ему голову.

Маркус вонзил ему в грудь нож по самую рукоять. Зверь дернулся, отшатнулся назад, упал на спину и больше не шевелился.

Кинжал выпал из ослабевшей руки Маркуса.

Дрожащими пальцами вампир дотронулся правой рукой до левой стороны шеи. Увидев на пальцах собственную кровь, много крови, вздрогнул. Он слишком тяжело ранен и умрет.

Закашлялся, и солоноватая жидкость хлынула изо рта. Маркус задыхался, в глазах то темнело, то светлело. Сердце билось все медленней и медленней. Он словно чувствовал холодное дыхание смерти, стоящей рядом.

Все закружилось, ноги больше не держали и Маркус рухнул на асфальт.

* * *

Браун присел на корточки возле Маркуса. Вампир истекал кровью, она пропитала его черное драповое пальто и капала на асфальт, где постепенно образовывалась алая лужица. Маркусу не хватало воздуха, он судорожно дышал. Оборотень тяжело ранил его – долго не протянет. Смерть стояла рядом, но Маркус не переставал цепляться за жизнь.

– Я же сказал, кровью харкать будешь, – произнес Браун, смотря в лицо вампира. – Жаль только я не приложил к этому руку. Но ты умрешь и мне этого достаточно.

Губы Маркуса зашевелились, но он ничего не смог сказать, рот наполнился алой жидкостью и он закашлялся. Было слышно, как в горле клокотала кровь. Маркус с трудом перевернулся на бок.

– Ну уж нет, – охотнику совсем не хотелось облегчать участь вампира. Он перевернул его обратно на спину. – Уж лучше захлебывайся кровью, быстрее сдохнешь.

В потускневших черных глазах Маркуса сверкнула ненависть.

– Ублюдок… – чуть слышно, с усилием выдавил он. Дыхание стало тяжелым и хриплым.

– Неприятно умирать, не правда ли? – язвительно спросил охотник, вглядываясь в побелевшее мертвенной бледностью лицо вампира. Маркус снова закашлялся, кровь потекла у него изо рта. Браун был рад, что убийце его друга, кровососу и серьезной проблеме оставалось жить всего ничего. Правда, он собственноручно хотел убить Маркуса, но оборотень опередил его и тут уже ничего не попишешь.

Маркуса, несомненно, предали и заманили в ловушку. Рыжеволосая вампирша была в сговоре с оборотнями. Она прекрасно видела, появившегося за спиной Маркуса вервольфа и не предупредила. Довольно улыбалась, наблюдая как оборотень, вонзает клыки в горло сына главы клана. А потом словно испарилась. Брауну было плевать на это, плевать на войну между вервольфами и вампирами. Уж лучше бы они и вовсе перебили друг друга. Только вот в данный момент оборотни напрягали. Они собрались со всех концов и просто обложили город, стали чаще охотиться. Из-за их войны с вампирами сейчас страдали ни в чем неповинные люди. Знакомые русские охотники попросили помощи в уничтожении обнаглевших вервольфов. Поэтому Джордж и Эндрю приехали сюда.

Перед глазами всплыло лицо убитого друга. На сердце стало тяжело. Браун бросил взгляд на едва дышащего Маркуса и произнес с усмешкой:

– Можно позавидовать твоей живучести. Но сейчас сюда приедут мои знакомые, чтобы помочь убрать тела. Чем быстрее умрешь, тем лучше. Продержишься дольше, и тебя просто закапают живьем.

В ответ Маркус бросил взгляд на охотника и закрыл глаза. О том, что он еще жив, свидетельствовали лишь едва заметное, слабое, поверхностное дыхание и иногда слегка подрагивающие пальцы. Лужа крови на асфальте увеличилась, но рана уже не кровоточила так сильно. Сердце Маркуса останавливалось.

Браун бросил взгляд на стоящую невдалеке машину. В ней сидела Снежанна. Сестра похоже была так шокирована и испугана происходящим, что не решалась выйти. Да и правильно, нечего ей на трупы смотреть.

Охотник вздрогнул, стало холоднее, словно температура разом упала на несколько градусов.

Поднял голову и мигом вскочил на ноги, увидев полупрозрачную фигуру девушки в белом платье. В карих глазах призрака застыла невыносимая боль и печаль.

– Пожалуйста… – ее глаза умоляли, в них застыли слезы. – Помоги ему…

Она повернула голову в сторону Маркуса.

Браун недоуменно сдвинул брови и презрительно выговорил:

– Смеешься? Помочь этой мрази? Пусть горит в аду!

– Мой сын не такой, каким ты его считаешь, – слезы покатились по ее щекам. – Вы похожи с ним. В его сердце тоже живет боль. Маркус не зло и он может стать лучше.

– Так ты его мать, – усмехнулся охотник. – Вали отсюда, я не при каких обстоятельствах не стану помогать твоему ублюдку. Мне глубоко фиолетово, что у него там в душе. Я охотник, он вампир. Он убивает людей, я их защищаю. Как ты вообще смеешь просить меня ему помочь, после того, как он убил моего друга! Жаль, что ты призрак, иначе я бы с удовольствием вогнал бы тебе кол в сердце.

Девушка обреченно опустила голову, наверно понимая, что ее попытка спасти сына бесполезна.

Тут резко бросила испуганный, отчаянный, взволнованный взгляд на Маркуса и сжала полупрозрачные кисти в кулаки. Должно быть, чувствовала, что сыну осталось совсем немного.

Браун ничего не успел сделать, как призрак оказался перед его лицом и охотник встретился с глубокими карими глазами, сейчас походившими на настоящие, живые. Они затягивали в омут, глубоко. Браун пытался сопротивляться гипнозу, но постепенно сознание все же обволакивало густым туманом…

– Ты поможешь Маркусу, – услышал он голос мертвой вампирши. – У его отца есть бумаги, ценная информация об оборотнях, которой нет у вас. Она поможет в охоте. Ты спасешь жизнь Маркусу, свяжешься с главой клана и предложишь обмен – сына на бумаги. Заметь, охотник, правда, выгодная сделка. Оборотни больше досаждают, чем вампиры.

Призрак исчез. Браун заморгал и потер переносицу. Он видел призрака матери Маркуса, но о чем она говорила, вспомнить не мог…

Присел возле сына главы клана и проверил пульс. Биение было почти неразличимо.

Охотник вздохнул, он не хотел возиться с полумертвым Маркусом, но бумаги нужны. Глава клана несомненно пойдет на обмен. Только вот невесело получится, если Марк умрет.

Браун прижал пальцы к ране на шее вампира и крикнул Снежанну.

* * *

Светлая, уютная комната средних размеров. На окнах сиреневые шторы, через полупрозрачный тюль пробивались лучи холодного, зимнего солнца. Стены увешивали фотографии в рамках, в большинстве с запечатленной светловолосой, мило улыбающейся девушкой.

Вот знала бы хозяйка квартиры, подруга Снежанны, что происходит в ее жилище…

Джордж Браун сидел в кресле в нескольких метрах от кровати, на которой лежал Маркус.

Охотник не отводил тяжелый, хмурый взгляд с мертвенно бледного лица вампира. Рядом на подлокотнике лежал длинный кинжал с узким лезвием из серебра.

Маркус лежал неподвижно с плотно сомкнутыми веками и лишь неглубокое, тихое, хриплое дыхание доказывало, что он еще жив.

Браун злился, ярость окутывала сознание. Весь дурман, навеянный мертвой вампиршей, рассеялся и охотник понял, что натворил. Какую ошибку совершил. Очарованный гипнозом привез злейшего врага к себе.

Теперь не знал, что делать. Добить и дело с концом. Плюсов много – избавится от очередного кровососа, а главное отомстит за друга, убьет сына главы клана, этим расшатает спокойствие правящей верхушки вампиров, что на руку. Нанести более значимый урон этим уродам может не уничтожение обычных вампиров, подчиняющихся стоящим выше, а именно тех, кто стоит у власти.

Но предложение призрака матери Маркуса весьма дельное. Хитрая вампирша, знала что предлагает. Подстраховалась на тот случай, если внушение исчезнет.

Врага нужно знать в лицо, а значит, чем больше ты располагаешь информацией о нем, тем лучше. Вампиры и оборотни живут в тени людского сообщества, тщательно скрывая свое существование. Охотники располагают лишь малой информацией о них. У кровососов явно довольно много сведений о вервольфах. В сложившейся ситуации сделка, предложенная матерью Маркуса весьма кстати. Только есть одно 'но' Браун не хотел помогать вампиру. Особенно такому опасному врагу как Маркус. Это чревато последствиями.

Охотник знал, что глава клана не обманет, честно выполнит условия сделки. Томасу в плюс, что против оборотней пойдут еще и охотники. Таким образом, он сохранит в живых больше своих воинов и на некоторое время отвлечет от собратьев внимание охотников. Но что будет потом…

Все сначала… Браун и Маркус вновь будут искать способы насолить друг другу и убить, и неизвестно куда это заведет и чем закончится. Если при этом пострадает Снежанна, он себе никогда не простит.

Охотник решительно сжал рукоять кинжала и поднялся с кресла.

С оборотнями они как-нибудь разберутся, а Маркус должен умереть…

Подошел к постели, посмотрел в бледное лицо вампира и направил острие лезвия в его сердце.

– Джордж, не делай этого, пожалуйста! – воскликнула Снежанна и схватила брата за руку.

Content

Смирнова Светлана Путь во тьму

Светлана Смирнова Путь во тьму

* * *

* * *

Глава 4

* * *

* * *

* * *

Глава 7

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *