Даша Пар

Спящая кукла

Глава 1. Страх.

В этот по-осеннему сумрачный день, когда мысли кружатся вокруг чашки горячего чая или кофе, а тело немеет от холода, я опаздывала на занятия. Быстро лавируя в толпе, я спешила, спешила и всё равно не успевала. Через двадцать минут начнётся первая пара, я же была только в начале пути. В очередной раз убрав волосы, развевающиеся на ветру, я ускорила свой шаг. До остановки трамвая оставался один поворот и я почему-то знала, что трамвай только что отчалил от остановки. А следующий будет только через десять минут. Так и оказалось. В отчаянии я прислонилась к стене и выдохнула. И почему я такая? Почему всегда опаздываю? Всегда быть второй стало для меня привычкой. Сколько себя помню – всегда так было. На свет я родилась второй, мой брат-близнец словно оттолкнул меня и вылез первым. В садике оставалось всего лишь одно место в спецгруппу и, разумеется, мой брат оказался первым, а я попала в обычную. Как бы я не старалась в школе на различных конкурсах, заданиях и уроках, второе место всегда моё. И в повседневности, в мелочах – вторая, никогда не первая. Самое обидное это то, что кроме меня никто этого не замечал. Все считали меня умницей-разумницей. Быть моей подругой или другом – значит всегда достигать того, чего хочешь. Это стало неприятной аксиомой. Иногда меня даже называли талисманом на удачу, совершенно не заботясь о моих чувствах. Наверное, именно из-за этого, когда я окончила школу, то перестала общаться со старыми друзьями, ведь в школе искусств, куда поступила, никто не знал об этой моей особенности. А поступив, я так и не удосужилась завести новых друзей. Кому понравится, что его используют? м?

В этот момент подошёл трамвай. Посмотрев на часы, я поняла, что первая пара вылетела в трубу, и соответственно шанс сдать работу вовремя. А это значит, что Екатерина опять займёт первое место. И не спрашивайте, как я пришла к такому выводу. Ведь когда я приеду, мне достаточно будет найти преподавателя, придумать какое-нибудь оправдание своему пропуску и сдать работу, но поверьте мне – я точно знаю, что второе место займу именно я. Увы и ах.

Быстро пробив билет, я заняла место у окна и, прислонившись к нему, стала наблюдать за уличным движением. Вообще мой город ничем не отличается от сотни других городов, ну разве только не везде есть выход к холодному морю и соответственно диким, ледяным ветрам и прохладному лету. Я всегда замечала, что осень как-то странно влияет на города. Они словно бы становятся чётче после зелёного лета. Оранжевые краски, красные, жёлтые, серое небо или наоборот пронзительно-синее, какое и не снилось однотипному лету, делает город ярким, вызывающе нагим. Ведь осенью, когда опадают листья с деревьев, когда идут затяжные дожди и ветер, словно проснувшись от летней, тёплой спячки, с удвоенной энергией бросается на проспекты, перекрёстки, блочные дома и архитектурные изыски, демонстрируя нам всё, что летом было скрыто за зелёной листвой. Все трещинки, потёртости, отколовшиеся куски штукатурки и краски, новые признания в любви или ненависти на домах становятся явными именно осенью, когда разум, опечаленный разлукой с теплом, с ненавистью смотрит на окружающий мир, в надежде найти что-нибудь такое, что можно возненавидеть, обругать и успокоиться. Ведь грешно ругать природу за смену времён года, гораздо проще злиться на жадных хозяев города за то, что им жалко денег привести в порядок дома и улицы.

Я ещё раз посмотрела на часы. Три, два, один. Ну, вот и всё, звонок прозвенел. А я ещё в пути. Обидно, ну да ладно. Не в первый раз опаздываю. Я поудобнее перехватила чехол с работой внутри. Тяжёлый. Я день угробила на этот рисунок. Абстракции мне всегда трудно давались, особенно на какую-то конкретную тему, в данном случае – любовь. И вот что тут я должна была нарисовать? Геометрическое сердце? Стрелу амура? Что? В конце концов, я нарисовала любовь. Сложно описать словами то, что получилось и ещё сложнее сказать, где именно в моей картине любовь. Но всё-таки это абстракция. Красиво и очень неж...

Внезапно что-то толкнуло меня вперёд, и я сильно ударилась о поручень впередистоящего кресла, а затем меня опрокинуло назад. Я инстинктивно закрыла лицо руками, чувствуя, как по ладоням течёт кровь. Женщина, ещё минуту назад стоящая рядом со мной, сейчас лежала чуть впереди и громко стонала. Вокруг кричали люди, и вот снова что-то протаранило трамвай, на этот раз справа, и на моих глазах кресло врезалось в тело испуганной женщины и прижало её ко мне. Весь правый бок трамвая представлял собой печальное зрелище, искорёженные куски кресел, битые стёкла, висящие, разорванные провода и дым, и огонь. Несколько секунд я просто ничего не понимала, ничего не слышала и не чувствовала, в голове стоял гул и где-то на задворках сознания копошилась мысль, что я потеряла свою работу. После взгляд упал на женщину, плотно прижатую к моему телу. Из груди у неё что-то торчало, а из ушей, глаз и рта текла кровь. Как только до меня это дошло, я закричала. За долю секунды на меня обрушился весь мир, все звуки, запахи, картинка стала чёткой и ужасной, после чего всё погрузилось во мрак, и я потеряла сознание.

***

Первое, что я почувствовала, была боль. Голова просто раскалывалась. Второе – я почти не чувствовала своего плеча. Открыв глаза, я увидела белый потолок, белые стены и капельницу. Я в больнице? Память очень неохотно возвращалась, вроде бы я ехала в школу. Ехала в трамвае. Авария. Вот что случилось! В трамвай что-то врезалось, было много дыма и огня. В поле зрения появилась молодая девушка в халате медсестры.

– Очнулась? – заботливо спросила она, – вот и молодец! – достав из верхнего кармана халата фонарика, она посветила им мне в глаза, – так, на свет реагируешь, это хорошо, – после этого она проверила капельницу, – как ты себя чувствуешь?

– Голова болит, – прошептала я, и сама удивилась как тихо прозвучал голос, – и не чувствую своего плеча.

– Это нормально, после того, через что тебе пришлось пройти, неудивительно, что у тебя голова болит, – улыбнувшись, сказала она, – я сейчас принесу тебе таблетки, ты должна их выпить и тебе станет легче, – после этого она внимательно посмотрела на меня, – скажи, ты помнишь, что произошло?

– Да... авария, в трамвай что-то врезалось – ответила я.

– Да, всё верно, – облегчённо ответила она, – но ты не волнуйся, пожалуйста, тебе сейчас нужен покой, – после этого она достала из кармана блокнот и ручку, – скажи, пожалуйста, как тебя зовут и телефоны твоих родителей или ближайших родственников. Когда тебя привезли сюда, при тебе не было никаких документов удостоверяющих личность, похоже они пропали, – она виновато улыбнулась.

– Да... конечно, меня зовут София Спирин. Позвоните, пожалуйста, Инге Юрьевне, она заботится обо мне, – далее я продиктовала её телефон.

Быстро всё записав, медсестра внимательно посмотрела на меня, – Инга Юрьевна твой опекун?

– Я совершеннолетняя, мне не нужен опекун.

– Ясно, а твои родители? Может стоит, в первую очередь, позвонить именно им?

– Нет, не стоит.

– Ладно, это мы обсудим позднее, сейчас я тебе принесу лекарства, а ты пока отдыхай, набирайся сил. Позже я покормлю тебя, а после придёт твой лечащий врач. Кстати, меня зовут Лиза, если что – рядом с тобой лежит пульт, вот эта кнопка вызова, нажми, если что-то тебе понадобится, – она вновь улыбнулась и ушла.

Я пошевелила левой рукой, и, с трудом подняв её, ощупала свой лоб. Как и ожидалось, он был забинтован, потом я ощупала правое плечо – опять бинты. Видимо плечо я повредила когда... Нет, я не хочу об этом сейчас думать. И я закрыла глаза. Минут через пять вернулась медсестра, неся в руках поднос с таблетками и стакан воды. Проследив, как я приняла лекарство, она ушла.

А я уснула.

А когда проснулась, возле моей кровати уже сидела Инга и что-то читала.

– Ты давно приехала? – спросила я.

– О, ты очнулась! – оторвавшись от чтения, обрадовалась она. – Нет, не очень, – после чего она посмотрела на часы, – и часа не прошло. Как ты себя чувствуешь, дорогая?

Надо сказать, что Инга была для меня самым близким человеком на свете и самым любимым. Именно она, когда погибли мои родители, помогла мне и моему брату встать на ноги. Она всегда была рядом, когда нужна была её помощь или юридическая консультация. Очень добрый и светлый человек, она когда-то была близкой подругой моей мамы. Она единственная из всех, кто когда-то был другом семьи, не отвернулась от нас. Особенно в тот период, когда мы с братом, словно спящие куколки, были не в состоянии покидать дом и заботиться о себе. Она помогла нам справиться с этим. Жаль, что для моего брата этого оказалось мало и он, в конце концов, всё-таки оказался в психиатрической лечебнице, когда стало ясно, что своими силами мы не справляемся. И я благодарю бога за то, что страховку за автомобильную аварию, в которую попали мои родители, нам всё-таки выплатили, опять же благодаря Инге. И теперь мне не приходится слишком много думать о деньгах.

– Да, уже намного лучше, голова ещё немного гудит, но не сильно, – улыбнулась я. – Как думаешь, надолго я тут задержусь?

– Не знаю, наверное, да, – нахмурилась Инга, – я думаю, что тебе не следует так спешить выбраться из больницы, ты получила много ранений плюс у тебя сотрясение. Так что я думаю, что тебе следует составить список вещей, которые ты хочешь, чтобы я принесла.

– О, ненавижу больницы и больничную еду, – расстроилась я. – И у меня зачёт скоро, мне к нему нужно готовиться.

– А когда у тебя зачёт?

– Одиннадцатого.

– Думаю, что ты до этого числа точно не выпишешься, – улыбнулась она.

– Чёрт, – я печально покачала головой, – а когда здесь обед? Я проголодалась.

– Вот, правильный настрой! Я сейчас принесу тебе ужин, время то уже шестой час, – ответила она, потом аккуратно поправила на мне одеяло и вышла из палаты.

Я откинулась на подушку и задумалась. Получается, что в больнице я надолго. Соответственно я пропущу много занятий, зачётов и прочее, что связано со школой. В принципе мне уже приходилось догонять остальных в учёбе, после того что случилось с родителями я пропустила полгода обучения. Это оказалось не так сложно, как казалось мне. Нужно всего лишь стараться и не бояться обращаться к преподавателям, которые обязательно придут к тебе на помощь, если ты попросишь. Что ещё из дел? Ну, за домом присмотрит Инга, так что тут тоже всё в порядке. Счета за пребывание в психиатрической лечебнице уже оплачены, за дом тоже. Хорошо, что сейчас конец месяца и не нужно об этом беспокоиться. А больше ничего и нет. Моя жизнь не такая интересная, как могла бы быть. До смерти родителей я была не такой уж и общительной. Предпочитала читать книжки и смотреть интересные фильмы, чем гулять со сверстниками. А после я и вовсе перестала обращать внимание на окружающий мир. Пожалуй, единственное место, где я чувствовала себя увереннее – это был интернет и соответственно друзья, все, которые у меня сейчас есть – из него. То есть мы только там и общаемся. Это не так странно, как может показаться. Очень много людей моего возраста предпочитают интернет-общение реальному. В интернете ты можешь быть самим собой или притвориться кем-то иным, и ты всегда сможешь найти собеседника. Как-то получилось, что моими друзьями оказались люди, занимающееся концертной деятельностью, проще говоря, готическая группа Спящие куклы, в своей музыке они довольно интересным образом умудряются смешивать индустриальные мотивы и классическую музыку, а слова их песен по-настоящему трогают душу. А самое интересное заключается в том, что они живут как раз в моём городе. Вот только они не знают, что и я из этих мест. Когда я с ними только познакомилась, то уже заранее знала, что не решусь на личную встречу, так как они довольно популярны, а я... А что я? Маленькая девочка, которая вынуждена каждый день напоминать себе о том, что нужно жить, нужно есть, нужно учиться, убираться в доме, ходить за продуктами и посещать психиатра, чтобы не сойти с ума. Не думаю, что они хотели бы меня увидеть такой, какая я есть на самом деле. Для них я живу очень далеко и в очень маленьком городе. Я специально нашла такой, в который они точно не приедут, когда будут гастролировать. Тем я и рада. Вот только до меня лишь сейчас дошло, что двенадцатого они будут давать заключительный концерт в городе, после чего уйдут на полугодовой перерыв, во время которого запланировано написание нового альбома. А я ведь хотела сходить и посмотреть на их выступление вживую, так сказать инкогнито. Обидно получается. Я и билет уже купила. Но может всё-таки удастся уговорить врачей выписать меня пораньше, это было бы просто замечательно.

В палату зашла Инга, у неё в руках был поднос с едой. Больничной едой. Ненавижу.

– Я поговорила с медсестрой и попросила позвать твоего лечащего врача. Также я отменила визит местного психолога, ну, ты понимаешь, после того, через что тебе и другим пострадавшим пришлось пройти, это обязательная процедура, но я настояла на визите твоего психиатра, так что сегодня вечером я позвоню Анне Ивановне и попрошу её на днях навестить тебя. – Инга поставила поднос на стол и перевела койку в вертикальный режим, достала специальную подставку и водрузила на неё поднос, – вот, теперь ты можешь поесть. И не смотри на меня так, это специальная больничная еда, без всяких вредных добавок и всего прочего. Да она не слишком вкусна, но это то, что тебе сейчас нужно. Ты же не хочешь, чтобы тебе стало плохо? Твой организм сейчас слишком слаб, чтобы принимать ту пищу, к которой ты привыкла.

– Да мамочка, – проворчала я, беря ложку, – можно было обойтись и без лекций, я знаю, что это за еда, с прошлого раза запомнила.

– Вот и хорошо, – улыбнулась она, после чего посмотрела на часы, – мне скоро придётся покинуть тебя, для родственников жертв аварии сделали послабления, чтобы мы могли подольше находиться рядом с вами, но всё-таки не так уж намного. Как только врач осмотрит тебя и даст заключение, вынуждена буду тебя покинуть, так что давай, кушай и составляй список вещей.

– Да мне особенно много и не нужно, – ответила я, поедая отвратительную на вкус жидкую кашу, – главное мой ноутбук с интернетом и плеер, ну и всякие нужные больничные принадлежности.

– О Господи, вот она, современная молодёжь, ни дня без интернета, – покачала головой Инга, – я спрошу у врача можно ли тебе сейчас пользоваться техникой, потому что мне кажется, что нет.

– Да ладно, – усмехнулась я, – голова то у меня уже не болит, а всё остальное не может помешать мне полить грядки в Счастливом фермере.

– Молчи уж грусть, я свои не поливала уже так давно, что там наверняка всё завяло, – рассмеялась она.

– Приятно заходить в палату и слышать жизнерадостный смех, – в дверях палаты появился мужчина в белом халате, – ну что больная, как мы себя чувствуем? Меня зовут Олег Владимирович, я ваш лечащий врач, – представившись, он прошёл в палату и подошёл к моей постели, снял с неё какую-то дощечку и внимательно стал читать, – ага, София, ну так как мы себя чувствуем?

– Неплохо, голова уже совсем не болит, руку немного колит, а в остальном чувствую себя прекрасно, – улыбнулась я.

– Настолько прекрасно, что уже не можешь не думать о выписке? – усмехнулась Инга, – эта егоза только проснулась, а уже сразу спрашивает, когда можно будет поехать домой! Меня кстати Инга Юрьевна зовут, я в каком-то роде, опекун этой непоседы.

– Приятно познакомиться, – улыбнулся врач, – вы уж простите за мой нескромный вопрос, но в документах в графе родственники указаны вы, а не родители, можно спросить почему?

– Мои родители погибли в автомобильной аварии в день моего совершеннолетия, – ровным голосом ответила я, – больше у меня нет родственников, которые могли бы обо мне позаботиться, Инга Юрьевна мой адвокат, близкий друг и опекун в том смысле, который вкладывают в это слово.

– О, простите меня, я вам искренне соболезную, – несколько растерянным голосом ответил врач.

– Не стоит, это произошло уже достаточно давно, так что я спокойно отношусь к подобным вопросам, – ответила я, после чего перевела тему в другое русло, – а теперь, уважаемый Олег Владимирович, скажите мне, когда я смогу покинуть больницу и можно ли мне на время пребывания в данном заведении пользоваться интернетом?

***

С момента попадания в больницу прошло уже несколько дней, и я понемногу начинаю привыкать к этому месту. Врач разрешил мне пользоваться интернетом, и уже на следующий день Инга принесла ноутбук, продолжая ворчать про бестолковую молодёжь, которая слишком много времени тратить на всякие глупости, вместо того, чтобы совершать те глупости, которые совершали подростки, когда была молода Инга. Я, на удивление врачей, очень быстро иду на поправку. В первоначальном диагнозе врачи считали, что у меня сотрясение мозга, однако это оказалось не так. Голова у меня не болит, а рука очень быстро заживает, хорошо, что не было перелома. Все синяки и ссадины, которыми было покрыто тело, почти полностью сошли на нет, хотя даже и недели не прошло с тех пор, как я их получила. Давление пришло в норму, кровь тоже. Врачи головами качают, а я убеждаю их, что на следующей неделе, желательно в начале, меня можно будет уже выписать.

В интернете я прочитала, что случилось с трамваем. Читая сухие строки отчета с места происшествия, мне стало по-настоящему страшно, я даже расплакалась, когда поняла, как мне повезло. А ситуация была следующая. Всё произошло на перекрёстке, когда трамвай тронулся на зелёный свет, водитель небольшого грузовичка куда-то очень сильно спешил, поэтому, когда он увидел жёлтый свет, то решил, что если поднажмёт чуть-чуть, то проскочит. Не проскочил. Трамвай врезался в грузовичок, когда тот выскочил из-за большой фуры, после чего в нас врезался второй идиот с другой стороны, который тоже думал, что проскочит. В этой аварии погибло двадцать два человека, в том числе эти два идиота, плюс водитель трамвая, в живых осталось только пять человек. Судя по видео-модели, которую составили журналисты, я выжила чудом, так как сидела на линии удара второй машины. Память о произошедшем вернулась на второй день, вернее ночь, я тогда сильно кричала – мне приснилось лицо той женщины, которая врезалась в меня. Прибежавшая медсестра быстро что-то мне вколола, и я уснула без сновидений. Теперь я понимаю, что вероятнее всего та женщина спасла мне жизнь, загородив своим телом от проводов с током, огня и смягчив удар машины.

Вчера ко мне приходила Анна Ивановна, мой психиатр, мы очень долго проговорили, и она успокоила меня, заверив, что ничего не могла тогда сделать. Она всегда помогала мне прийти в себя и успокоиться, так что после её ухода, я чувствовала себя намного лучше в моральном плане. А в физическом и так всё хорошо.

Так прошло ещё несколько дней, а в среду следующей недели Олег Владимирович, наконец, пускай с неохотой и с моими клятвенными заверениями, если что не так, я обязательно позвоню, выписал из больницы. Я была на десятом небе от счастья, ведь по предписанию врача я ещё десять дней не могла посещать школу, а вот пойти в клуб, про который я благоразумно промолчала, совершенно спокойно могла. И даже сходить и купить то великолепное чёрное с серебряной ниткой платье, которое присмотрела в интернете, пока лежала в больнице. Так что я была просто счастлива, и ничто не могло омрачить моего счастья. Ничто, кроме этого.

– Твоему брату стало хуже, – проговорила вместо приветствия Инга, встретив меня возле больницы, она должна была отвезти меня домой, – те лекарства, которые ему давали... он перестал их пить, прятал под тумбочкой… вчера он принял их все разом, его еле откачали.

– Боже мой, – прошептала я, – но почему? Почему он это сделал? Врачи же говорили, что он идёт на поправку! Что он улыбается и уже не считает себя виноватым в смерти родителей! Почему?

– Вероятно, мы не скоро сможем узнать ответ на твой вопрос, – печально ответила Инга, – твой брат сейчас в отделении интенсивной терапии в больнице, я говорила с врачами, скорее всего мы не сможем его навестить ни сейчас, ни в ближайшее время. По словам Агнессы Павловны, твой брат, как ты понимаешь, планировал это давно, а если учесть что в самом начале лечения он считал виноватой и тебя, то встреча будет возможна ещё очень и очень не скоро.

– Я понимаю, – прошептала я.

Мои родители погибли в автомобильной аварии, когда везли нас с братом домой из ресторана, где праздновали наше совершеннолетие. Я и Сергей близнецы. В тот день отец слишком много выпил, и на просьбы моего брата вызвать такси, а уже потом забрать машину, ответил отказом. В результате, в нас врезалась другая машина на перекрёстке. И хотя в результате расследования проведённого полицией и страховыми компаниями, мы были признаны невиновными в случившемся, наши родители погибли, а мы с тяжелейшими травмами попали в больницу. Только через полтора месяца нас выписали. Всё это время нас навещали наши друзья, друзья родителей, штатные психологи и, разумеется, Инга. А мы были словно зомби, плохо реагировали на окружающий мир. Единственное, что по-настоящему нас задело – день, когда мы узнали, что родителей похоронили без нашего участия. Серж, словно обезумил, крушил и ломал больничную мебель, пока ему не вкололи успокоительное, я же тихо плакала. Самый страшный период был впереди, когда нас оставили в покое. Мы вообще не выходили из дома, почти не ели и постоянно спали. А ещё часто говорили. Вот только говорил в основном мой брат. И то, что он говорил, было очень страшно. Он обвинял меня и себя в том, что случилось. Говорил, что мы должны были уговорить отца отказаться от поездки на машине и вызвать такси. Он всё время припоминал какие-то странности в поведении родителей, вернее не припоминал, а выдумывал. В конечном счете, он решил, что наши родители решили покончить с собой из-за нас, из-за того, что мы бесполезные и плохие дети. И умереть должны были мы, а не они. И раз сейчас наши родители мертвы, то нам теперь незачем жить. Мой брат всегда был превосходным оратором, и тогда ему удалось меня убедить, ведь я всегда и во всём его слушала, своего любимого братика. У которого настолько поехала крыша, что он решил нас убить. Спасло чудо, и имя ему – Инга. Только она по-прежнему нас навещала и пыталась привести в чувство. Именно Инга заметила странные изменения в нашем поведении во время последней встречи и, проконсультировавшись со своей близкой подругой, Прохоровой Анной Ивановной, забила тревогу. Так мы попали в частную психиатрическую лечебницу, из которой спустя три с половиной месяца вышла я, а брат – нет. И до последнего дня моего пребывания в том месте брат считал, что мы не должны жить, а когда узнал, что меня выписывают, попытался на меня напасть, крича: «Предательница! Ты недостойна быть моей сестрой!» – и всё в таком духе. Теперь я отчетливо понимаю, что мой брат болен, и не понимает, что говорит, но тогда слышать его слова было невыносимо.

– Инга, отвези меня, пожалуйста, домой, – тихо проговорила я, – я очень устала и хочу спать.

– Да-да, конечно, – поспешно ответила Инга, открывая двери машины, – может мне остаться сегодня ночью с тобой?

– Нет, не нужно, – печально улыбнулась я, – просто устала и сейчас не готова говорить о брате и обо всём... ну ты понимаешь...

– Хорошо, – заводя мотор машины, она улыбнулась мне в ответ, – ты знаешь, я думаю, что рано или поздно твой брат поправится и вернётся домой, и вообще всё будет хорошо, иначе и быть не может!

– Да, разумеется, розовые слоники и всё такое, – сонно прошептала я и уснула.

***

Не смотря на всё, что произошло, я по-прежнему была преисполнена решимости сходить в клуб. С одной стороны я понимаю, что мой брат болен и было бы неправильно идти веселиться, когда он лежит в больнице. Но с другой стороны – я ничего не могла сделать, и как сказала Анна Ивановна, я не должна сейчас быть одной и много думать о поступке брата, так как психика ещё не слишком устойчива, а после аварии трамвая, чем меньше времени я буду посвящать самокопанию, тем лучше. И я думаю, что это правильно. Вот так вот. Такие мысли витали в моей голове, перед тем, как я легла спать. Инга благополучно привезла меня домой, помогла перетащить кое-какие вещи, мы даже вместе попили чай, после чего я проводила её и позвонила Анне Ивановне, чтобы поговорить о брате. А потом приняла душ и отправилась спать.

***

На следующий день я решила сходить по магазинам. В конце концов, нужно купить платье, да и продукты тоже не мешало бы приобрести. В результате я потратила целый день на покупки, домой вернулась нагруженная продуктами и, помимо платья, я ещё купила очаровательный комплект нижнего белья, чёрный, довольно простого покроя, но изумительно смотревшегося на моей фигуре. Дома я принялась за уборку, за время отсутствия в комнатах скопилось достаточно пыли и грязи, чтобы я не могла пройти мимо. В целом день прошёл очень даже не плохо, я слушала хорошую музыку, наводила чистоту, даже приготовила свои любимые зразы, ещё по бабушкиному рецепту. А ближе к ночи я с удовольствием погрузилась в общение со своими интернетовскими друзьями, которые с нетерпением ждали своего выступления. Ну и я вместе с ними.

Yuto***

«Жалко, что тебя не будет на концерте, Сонь»

Sofia***

«Что поделаешь, я живу слишком далеко от вас(((»

Roy***

«Ты знаешь, мне иногда кажется, что мы всё равно рано или поздно встретимся, мы так давно общаемся, что иначе и быть не может»

Sofia***

«Всё может быть, как знать, может, на этом концерте вы увидите моё лицо в толпе»

Написав это сообщение и отправив его, я на секунду онемела. Зачем я это написала? Чёрт, они могут догадаться о том, где я живу на самом деле. Из колонок раздался звук оповещения о новом личном сообщении. Похоже, кто-то из группы решил узнать в чём дело. Зайдя в почту, я увидела сообщение от Roy.

– Ты это серьёзно? Ты в городе?

Нужно опровергнуть свои слова, обратив всё в шутку.

– Да ладно, я просто шучу.

Тут же пришло новое сообщение.

– Не смешно. Я действительно поверил, что ты в городе.

– Прости, я просто устала и очень хочу спать, вот и шутки не смешные. Ладно, я пошла. Удачно вам в пятницу выступить!

– Спокойной ночи. И больше так не шути. А вот приеду в твой городок, и это будет уже не шутка, что ты на это скажешь?

После этого сообщения зелёный огонек того, что он в сети тут же погас.

Моё сердце сладко замерло. Он не шутил? Он, лично! хочет со мной встретиться? Приехать в этот чёртов город, когда я, как знать, возможно, живу в двух шагах?

С этим мыслями я выключила компьютер, так и не ответив на его слова. Быстро умывшись, я отправилась спать.

***

Бешеный стук сердца. Невозможность пошевелиться и в тоже время тело непроизвольно бьётся в судорогах. Жар в области спины, медленно расползающийся по кровеносным сосудам. Я вижу, как вены на руках расширяются и пульсируют в такт биения сердца. Боль, повсюду боль, невообразимая, это как иголки под кожу, а голова пылает и пылает. Жар добирается до горла, и я делаю вдох, но ничего не получается. Словно кто-то перекрыл кислород, задыхаюсь. С тяжестью отрываю руки от покрывала и держу себя за горло, мучительно пытаясь вдохнуть. Я словно съеживаюсь на постели, принимая форму эмбриона. Чувствую, как из глаз, ушей и рта течёт кровь. А воздуха нет. Только хриплые выдохи. Я переворачиваюсь и падаю…

***

Что за чёрт? Я что свалилась с постели? В тот же момент меня накрывает волна воспоминаний о прошедшем сне, и я обхватываю руками горло. Я дышу. Резко вскочив, так, что потемнело в глазах, я устремилась в ванную. Со мной всё в порядке. Лицо, немного опухшее после сна, на нём нет следов крови. И руки в порядке. Включив кран, я принялась ополаскивать холодной водой голову, пытаясь смыть остатки неприятных чувств после сна и освежиться. Поняв, что мне это не помогает, я залезла в душ. То, что нужно – контрастный душ, а потом крепкий кофе, сигарета и прекрасный вид из окна на просыпающийся город. Мороз и свежесть утра.

После чашки кофе и вкусных бутербродов, я, наконец, стала более-менее ясно мыслить и анализировать прошедший сон. Похоже, меня настиг так сказать флешбэк от аварии. Нестерпимый жар, невозможность вдохнуть. Вероятнее всего именно это я бы почувствовала, если бы не отключилась в трамвае. Надеюсь, такой сон будет единичным случаем. Я закурила. А что ещё мог бы значить этот сон? Ладно, я подумаю об этом потом, а ещё лучше расскажу на приеме у Анны. Выкурив половину сигареты, я окончательно расслабилась и созрела для того, чтобы включить компьютер и окунуться в прелести интернета.

В новостях ничего интересного я не обнаружила. Опять кого-то убили прошлой ночью, вернее загрызли собаки. Так больше никаких прогулок на ночь глядя. Слава богу, не в моём районе. Какой-то депутат проштрафился. Какая-то примадонна залетела и опять же обсуждения произошедшей аварии. Собираются провести день скорби по всем погибшим. Замечательно. Вы лучше заплатите денег тем, кто выжил. Моральная компенсация или как там это называется? Деньги лишними не бывают, уж поверьте мне.

В почте никаких интересных писем, Roy, после вчерашнего сообщения больше не выходил в онлайн. Слава богу, а то решит, что я не хочу отвечать. Хотя это правда – не хочу, потому что не знаю. Вообще Roy, которого на самом деле зовут Дмитрий, очень красивый парень. В группе он является бэк-вокалистом и играет на гитаре. Кумир многих юных девушек. У него длинные чёрные волосы, слегка вьющиеся, он очень любит перед концертом красить отдельные прядки в самые разные цвета или крепить искусственные пряди. К примеру, на одном из своих концертов он щеголял тигриной прядкой. Это было красиво и отлично сочеталось с его почти изумрудного цвета глазами. Он довольно высокий, почти метр девяносто. При моих метр шестьдесят, он просто гигант. Я на секунду представила, как бы мы смотрелись вместе. Черноволосый, зеленоглазый высокий парень, довольно смуглый и я невысокая, с рыжеватыми волосами, серыми глазами, формой напоминающие кошачьи, и с белой, почти алебастровой, кожей. По словам моих родителей, да и судя по фотографиям, в детстве я не была такой белокожей, я стала стремительно белеть после того, как мне исполнилось десять или одиннадцать лет. Помню, моя мама тогда очень испугалась этого и отвела к врачу, который диагностировал анемию, хотя я никогда не жаловалась на усталость, сонливость, ну и на прочие сопутствующие факторы этой болезни. Даже наоборот я практически никогда не болела, а если и простужалась, то буквально день-два и я здорова, у меня быстро заживают раны, да и общее самочувствие, не смотря на то, что я курю, просто прекрасное. Но вернёмся к Дмитрию и моей излишней мнительности. Похоже, я всё-таки не до конца выздоровела и всё ещё плохо соображаю, раз позволила своим мыслям, и чего уж греха таить, мечтаниям уйти так далеко. Скорее всего, он просто шутил.

Я докурила сигарету и затушила бычок. Пора написать ответ.

– Ха-ха, очень смешно. И позволь спросить, что ты будешь здесь делать? В моём городе даже и посмотреть толком то не на что. У нас даже остановки для поезда нет. Нам приходится ездить на рейсовом автобусе до ближайшего города. Впрочем, я об этом уже не раз писала. Кстати, с добрым утром, или днём… или вечером, короче с тем временем суток, когда ты прочтёшь это сообщение.

Отправив ответ, я выключила компьютер. Завтра пятница. Значит сегодня нужно привести себя в порядок. В парикмахерскую сходить, ноготки подстричь и покрасить. В общем, заняться всеми теми делами, которыми занимается каждая молодая девушка перед выходом в свет.

Неожиданно я закашлялась так, словно мне в горло что-то попало, а во рту образовалась какая-то неприятная вязь. Я подошла к умывальнику и сплюнула.

Кровавая слюна.

***

– Олег Владимирович, со мной точно всё в порядке?

– Я же только что осмотрел твоё горло, причём дважды. Скорее всего, это была не кровь. Жаль, что ты не взяла пробу, так бы я смог более точно сказать. Пока я считаю, что всё в порядке. Анализы ты сдала, я тебя осмотрел, послушал как ты дышишь. Кстати, если же это всё-таки была кровь, возможно, что это просто было микро-кровотечение.

– Микро-кровотечение? – недоверчиво переспросила я, – что это такое?

– В твоей карте сказано, что ты больна анемией. Именно поэтому в аварии ты потеряла так много крови, и мы делали тебе переливание. Скорее всего, твой организм не до конца восстановился. Помнишь? Тебе ещё девять дней нельзя выходить из дома и нужно отдыхать. Во время анемии, как ты знаешь, у больного временами идёт кровь – сосуды слабые. Возможно, из-за этого слюна была с примесью крови, а кашель, потому что кровь, проще говоря, попала не в то горло, – успокаивающе объяснил Олег Владимирович.

– И всё?

– И всё, – ответил он, – можешь идти домой. Анализы будут готовы через два дня, тогда и приходи.

– Спасибо, Олег Владимирович, – улыбнулась я, – вы меня немного успокоили.

– Да не волнуйся ты так, всё с тобой в полном порядке. Просто побольше ешь фрукты, печень, рыбу. Ну, список ты знаешь, – рассмеялся он.

***

В результате я потеряла день. А завтра уже концерт. Мне пришлось самой наводить марафет. Волосы хной покрасить, ноготки в порядок привести и всякое такое. Неожиданно я поняла, что нервничаю. Да ещё как нервничаю. Меня колотило от какого-то предчувствия. Никак не могу определить хорошего или плохого. Дмитрий мне так и не ответил, хотя и просмотрел моё сообщение. Да и вообще ребят в сети не было, когда я зашла в чат. Наверное, репетируют перед концертом или что-то в этом роде. Я глубоко вздохнула и выключила компьютер. Умывшись, я покурила на балконе, посмотрела на осенний ночной дождь, на оранжевую в свете фонарей листву, припозднившихся прохожих, на небо. Вроде бы всё в порядке. Ну, более или менее. Я жива, здорова, деньги есть, завтра иду на концерт друзей. Но что-то меня тревожило. Наверное, мой вчерашний сон, может быть, я просто боюсь, что он сегодня может повториться? Или же я боюсь, что меня увидят в толпе? Или просто остаточные чувства после аварии? Ведь автомобильные происшествия всегда имеют какой-то привкус воспоминаний для меня. А может всё дело в брате? Ведь мы близнецы, должно быть я чувствую то, что он чувствует. Пускай и не в полную силу? Или же всё сразу. Мне двадцать лет, я учусь в школе искусств, мой брат в психушке, я не совсем нормальна, мои родители погибли, я сама чудом в живых осталась. Я ощущаю себя проклятой. Мне больно думать об этом, но иногда меня посещают мысли… может мой брат не так уж и не прав? Может всё дело во мне? А может всё слишком быстро происходит, и я просто слишком много думаю об этом, ведь для таких как я проще во всём обвинить себя, чем поверить в случайности и невезение.

Я сама не заметила, как докурила сигарету. Выбросив в окно бычок, я ещё немного подышала свежим воздухом и ушла с балкона. Пора спать, сегодня ночью нужно выспаться, завтра долгий день, а ночь будет ещё длиннее.

***

Мне снилось нападение.

– Давай быстрее! Чего ты медлишь? – сказал мужчина стоящий чуть впереди меня, его лицо было размазанным и нечётким, но у меня было ощущение, что я его очень хорошо знаю, – ночь только началась, – и он побежал вперёд.

Мы находились на опушке леса, впереди была сонная маленькая деревушка. Была глубокая, лунная ночь. Весь мир был окрашен в чёрно-белые и зеленовато-синие тона. Где-то в лесу раздалось уханье ночной птицы, а из-за деревьев показались люди. Они молча подошли ко мне.

– Пошли, сестра, сегодня наша ночь, – сказал кто-то из них, и они, как по команде побежали вдогонку к первому мужчине. И я побежала вслед за ними.

Мы ворвались в деревню с криками и смехом. Дворовые собаки встретили нас пронзительным лаем. В домах раздались голоса людей, кто-то выбежал на улицу. Зря.

Одна из тех, кто прибежала сюда со мной, набросилась на сонного, перепуганного селянина и повалила его на землю. Из-за волос я не видела, что она делала, но было хорошо видно, что делали остальные. Что делала я. В моих руках испуганно билась молодая девушка, она истерично что-то кричала, но я не понимала, что она говорит. Мне было всё равно. Даже более того, мне нравилось, что она сопротивляется, нравилось ощущать силу над ней. А я была очень сильной. Я резко обхватила левой рукой её голову и оттянула в сторону, чтобы обнажилась шея. И вцепилась зубами ей в глотку.

***

Я открыла глаза. Чёрт. Какой яркий сон. Приподнявшись над постелью, я посмотрела на часы – шесть часов утра. Ещё спать и спать. Я легла обратно. Окно было ещё тёмным. Утро. Люди спят, и рассвет будет только через час-полтора. А я проснулась. Да уж. Но сон был классный. По круче всяких триллеров. Такой насыщенно-реалистичный. Пускай жестокий. Но всё равно мне очень понравилось. А главное не то, что вчера было. Не часто мне снятся сны мистического содержания. А уж сны про вампиров вообще не снились никогда. Я не фанат такого рода мистики. Слишком нереалистично. Но... я закрыла глаза. Давай дорогая моя, засыпай – может присниться продолжение?

***

Следующее моё пробуждение состоялось в двенадцать часов. И, к сожалению, мне больше ничего не приснилось. За окном ярко светило солнышко, было слышно пение птиц и голоса прохожих. Сегодня будет хороший день. Я сладко потянулась. Пора вставать. Впереди куча приятных дел, но сначала чашка крепкого кофе и плотный завтрак. Я должна быть в форме сегодня.

Спустя пять часов наведения порядка в доме и себя любимой, я стояла перед зеркалом в коридоре и красила губы. Билет уже покоился в моей сумочке, как и прочие необходимые вещи. Чёрное платье сидело на мне идеально, красиво очерчивая мою стройную фигурку. Волосы превратились в волнистую гриву с серебристыми блёстками. А вечерний макияж я завершала ярко-красной помадой, которую наношу на губы вот уже в третий раз. Это так сложно! Наконец я закончила. Использовав свои любимые духи с запахом цитрусовых, я надела на себя тёплое осеннее пальто и вышла из дома. До начала мероприятия осталось полтора часа. Неожиданно я почувствовала лёгкую грусть. Меня там никто не ждёт и никто меня не провожает. Когда я вернусь домой, он будет пуст. И там я буду одна. Я с трудом подавила слёзы. Иногда это бывает больно – осознавать своё полное и безоговорочное одиночество. Обычно я убеждаю себя, что мне никто не нужен, что у меня всё в полном порядке. Я говорю себе – что всё хорошо. Но ведь это по настоящему страшно быть одной, не иметь возможности кому-нибудь выплакаться, рассказать о себе. Психиатр не в счёт, я плачу ей за это деньги. Идя в сторону метро, я пристально всматривалась в лица прохожих. Они были мрачные, тяжёлые или просто никакие. Никто не проявляет эмоций на улице, только в кругу своих близких. Таков мой город. Если же кто-нибудь улыбнётся, просто возьмёт и улыбнётся, то люди будут смотреть на этого человека с подозрением и каким-то не понятным осуждением, словно бы это противозаконно. Но ведь в этом ничего такого нет.

Я помотала головой. Эй, подруга, хватит грустить! У тебя впереди отличное развлечение – концерт твоей любимой группы, так что прекрати. Ты, со смерти своих родителей, вообще никуда не ходила – из школы домой, из дома в магазин или к психиатру, и снова в школу. Совсем отгородилась от жизни. А она ведь тут, рядом – ждёт тебя.

Я резко остановилась. Мне показалось, что в толпе промелькнуло лицо той девушки-вампира из сна. Она вроде стояла неподалёку от меня. Но, присмотревшись, я поняла, что ошиблась. Хороший был сон, раз стал преследовать в реальности. Сильно зацепил.

***

В клубе было очень накурено. Повсюду сновали раскрашенные подростки с банками пива и дешёвых коктейлей. Мне было скучно. Только что отыграла группа, что была на разогреве, и сейчас был таймаут перед выступлением Спящих кукол, которые явно не торопились выходить на сцену. Я недовольно поджала губы. Интересно, что они там такого делают? Я с вялым любопытством осмотрела зал: ни одного приличного лица и очень много расфуфыренных малолеток. Меня затошнило. Господи, девочки, что вы с собой делаете?! Что за жуткий макияж, что за выпирающие жировые складки из-под корсета? Они что и правда себя считаю мега-сексуальными? Пошло, просто пошло, вместе с горьким пивом, которое они пьют как воду. На секунду мне показалось, что я вижу в толпе Кроноса. Я поспешила отвернуться. Господи, надеюсь, что мне показалось, в конце концов, что он может делать здесь, в зале? Повернувшись обратно, я оглядела толпу. Слава богу, мне показалось, переведя дух, я достала сигарету и принялась рыскать в сумочке в поисках зажигалки.

– Тебе прикурить... Софи?

Медленно подняв голову, я увидела перед собой Кроноса. На мгновение я растерялась. Как он смог найти меня в толпе или даже предположить, что я здесь?!

– Да, пожалуйста, – несмело ответила я. Он протянул мне зажжённую зажигалку, и я затянулась, – Здравствуй Крон, никогда не виделись с тобой, хорошо выглядишь. Тебе идёт эта рубашка.

– Спасибо, – ответил он и прямо спросил, – как ты здесь оказалась?

– Я не могла пропустить ваш концерт, вот и пришла, а что, не нужно было?

– Почему ты нам не сказала, что приедешь на концерт? Мы же вроде не чужие тебе.

– Мы друзья онлайн, я вижу различия, – довольно резко ответила я, – в конце концов – вы известная группа, а кто я? Какая-то девчонка из «Тмутаракани». Это даже не смешно.

– Видимо мы по-разному представляли наше общение, – несколько обиженным голосом проговорил он, – ты не хочешь встретиться с остальными? Мы только через сорок минут выходим, думаю, что ребята будут приятно удивлены твоим неожиданным приездом.

– Не хочу навязываться.

– А вот это позволь решать нам, – улыбнулся он, – так ты идёшь? Потому что я не смогу долго быть здесь. Фанаты… они могут меня узнать.

– Ладно, уговорил, – я затушила сигарету об пепельницу, – идём, всё равно здесь скука смертная.

– Скоро станет лучше. Мы приготовили пару сюрпризов для выступления, так что скучать не придётся.

Я усмехнулась в ответ, и мы направились в сторону приватной зоны, где, скорее всего, находились гримерки и места для отдыха выступающих.

Было немного непривычно проходить в зону из разряда «только для своих», я в таких местах никогда не была, поэтому сильно нервничала из-за этого и из-за предстоящей нежданной встречи с группой. Я даже на мгновение ощутила себя кем-то вроде их давней фанатки, которая всё про них знает и вот настал момент долгожданной встречи, чтобы получить автограф.

– Нервничаешь?

– Ещё бы, кэп, – нервно рассмеялась я, – я же планировала тайно прийти на ваше выступление, послушать его и тихо-мирно свалить домой.

– Домой? – Крон остановился и внимательно посмотрел на меня, – ты что, живёшь в городе или я тебя неправильно понял?

– Ну как бы сказать … да, я здесь живу, – замялась я, чувствуя, что мои слова несколько обескуражили Кроноса.

– Ты серьёзно? А почему ты нам рассказывала про тот дурацкий городок? Зачем это? – непонимающе спросил он.

– Вот поэтому я и хотела быть здесь инкогнито, чтобы не отвечать на подобные вопросы, – тихо проговорила я, – Крон, дело не в вас, а во мне. Я … плохо приспособлена для живого общения, понимаешь?

– Честно говоря нет, – он внимательно посмотрел на меня, – а ещё я не знаю, как на это отреагируют остальные, особенно Roy, ведь ты получается нам врала.

– Я знаю, но пойми, это интернет, – рассердилась я, – в нём ты можешь быть кем угодно. Я просто не хотела...

– Мне кажется я понял тебя, – разозлился он, – у тебя что-то произошло в жизни и ты спряталась от мира в интернете. Конечно же, там всё так просто, можешь быть кем угодно и жить где угодно! А теперь скажи мне, дорогая моя, хотя слово из того, что ты писала нам было правдой? Или ты всё придумала, м? Ответь мне!

– Да пошёл ты! – огрызнулась я в ответ.

Я почувствовала, как волна ярости поднимается внутри меня, сметая все барьеры. И лишь на краю сознания понимала, что не права, но мне было уже всё равно.

– Я не хотела с вами встречаться не потому, что я от чего-то там спряталась, а просто потому, что вы все из себя такие пафосные, крутые. Я просто не хотела петь оды вам! Слышишь? В интернете это было забавно, но здесь увы, но нет, – презрительно продолжила я, – и знаешь что? С меня довольно, идите к черту вы и ваша группа! Я ухожу!

Я развернулась и быстрым шагом направилась в сторону гардеробной. Я не хотела видеть лицо Кроноса, наверняка покрасневшего от злости и не хотела слушать его, и продолжать спор, так как не знала больше никаких аргументов в свою защиту. Да и вообще. Я никогда им не рассказывала толком про свою жизнь, про родных и про весь тот ужас, через который прошла два года назад. Я просто хотела хоть какого-нибудь общения, пускай и построенного на такой лжи. Я не права, но пускай хоть кто-нибудь меня за это осудит.

Забрав пальто, я вышла на улицу и вдохнула свежий, холодный, осенний воздух. Я чувствовала себя покинутой. Ну зачем, зачем он меня нашёл? Так неправильно всё получилось. Я просто растерялась, не знала, что сказать, вот и получилось не весь что. Теперь я точно осталась абсолютно одна, интернет больше не убежище для меня. Ведь там теперь нет моих друзей, с которым я так долго общалась. Я достала сигарету и закурила. Идти домой совершенно не хотелось, но возвращаться в клуб было бы глупостью полной. Я взлохматила волосы и сквозь зубы простонала: «вот что мне теперь делать?» Похоже всё-таки придётся идти домой, ничего иного не оставалось. Право, лучше бы я осталась в больнице, тогда бы сейчас всё было нормально. Я, конечно, была бы расстроенной из-за пропуска концерта, но я бы смирилась, а теперь всё стало просто отвратительным. Налетел сильный ветер, от неожиданности я закрыла глаза, а когда открыла – передо мной стоял Дмитрий.

– Почему? – тихо спросил он, – почему ты обидела Крона?

– Прости меня, я не хотела, – так же тихо ответила ему я, – правда не хотела, так … глупо получилось, неправильно, – я вздохнула и затянулась, а когда выдохнула, то собралась с силами и сказала, – Рой, я больше вас никогда не потревожу. Я сейчас уйду и исчезну из вашей жизни. Ты передай извинения Крону и остальным…

Я развернулась и пошла в сторону метро. Я почувствовала, что по щекам стекают слёзы и не понятно то ли я плачу, то ли это из-за ветра. Я чувствовала сигаретную горечь во рту. Дмитрий схватил меня за плечо и развернул, прижав к груди.

– Эй, всё в порядке маленькая, – прошептал он, – всё хорошо. Нет ничего непоправимого. Главное, что мы, наконец, встретились.

От его слёз я не выдержала и разревелась как ребёнок. Слёзы вперемешку с тушью стекали по щекам и попадали на белую рубашку.

– Ой, прости меня, я испачкала твою рубашку, – я отстранилась и несмело улыбнулась.

– И правда, видимо мне придётся выступать без неё, – Рой рассмеялся, – ты успокоилась?

Я кивнула в ответ:

– Я сейчас, наверное, выгляжу просто ужасно.

– Ты знаешь нет, – он внимательно осмотрел меня, – ты выглядишь как рок-звёзда после особо сильного концерта, вот так вот, – после чего тихо спросил у меня, – ты хочешь вернуться в клуб? К сожалению, сейчас с остальными поговорить не удастся, выступление через десять минут...

– Да я готова, – я посмотрела на землю и спросила его, – то, почему я …

– Я понимаю, интернет не для всех становится местом откровений, не нужно оправдываться или делать вынужденные признания. Крон, он прямолинейный человек и плохо понимает такие вещи. Он всех судит по себе. Я поговорю с ним, и он всё поймёт. Ладно, а теперь пошли, иначе я опоздаю на собственный концерт, – и он снова весело рассмеялся.

Над городом бушевал дикий, шквалистый ветер, тучи уверенно ползли в сторону проспектов, грозясь затопить осенний город. Было холодно и сладко. Я не одна.

Глава 2. Боль

Мир стал более ярким для меня. После того концерта я стала понемногу верить в то, что всё хорошо. Ребята очень хорошо выступили. Очень красиво и по-настоящему. Во время выступления на них падал белый снег со вспышками огня. Я стояла в зале и смотрела на них, чувствуя всю гамму положительных эмоций. Весь концерт был словно пропитан мистикой, казалось, что группа это не люди, а какие-то мифические боги, сошедшие на землю. Они действительно постарались для нас. И Рой, полуобнажённый смотрелся словно древнегреческий бог Арес, бог войны, он блестяще сыграл свои партии на гитаре, ах, а как он пел, а как пел Йозеф! Как пронзительно чистой была скрипка Кристофера и завораживающе играл на клавишах Кронос. А ритм, что задавал Анди на своих барабанах был просто оглушителен. Невозможно было просто стоять и не двигаться, душа хотела танцевать и танцевала. Весь мир был до неузнаваемости изменён. Девушки и юноши вокруг превратились в кибернетических существ, инопланетян, попавших в древние, дикие для цивилизации места. Толпа была просто заколдована Спящими куклами и ещё долго после не могла прийти в себя…

По окончанию концерта я смело прошла в вип-зону и предстала перед ними. Я никогда не забуду то мгновение, когда они внимательно рассматривали меня, словно неведомую зверушку, а после одновременно засмеялись и полезли обниматься, приветствуя как друга, которого они очень давно не видели. Какой огромный камень с души они сбросили словно шутя. Я была не одна. Наконец не одна!

В ту ночь мы покинули клуб, оставляя поклонников и посетителей шоу на афтепати, а сами поехали к Кроносу домой отмечать два важных для нас события – долгожданную и неожиданную встречу и, собственно говоря, концерт. Всё было просто замечательно! Наша маленькая вечеринка была волшебной, мы даже делали суши и играли в покер. Я отдыхала и душой и телом, было ощущение, что я вернулась в прошлое, когда родители были живы, а мой брат здоров. В конце концов, мы разошли по свободным комнатам и уснули. А утром я уехала домой, пообещав, что мы снова скоро встретимся. Мне было хорошо, по-настоящему хорошо. Я очень быстро доехала до дома и отправилась прямиком в постель – отсыпаться. Так я и провела весь день – смотрела какие-то фильмы, ела всякие вкусняшки и общалась с группой по телефону. Я чувствовала тепло на сердце, всё хорошо. И с Кроносом мы отдельно поговорили и помирились, хоть он и говорил, что мы не ссорились. Так что это был отличный день. Ближе к вечеру мне позвонил Олег Владимирович и сказал, что за результатами я могу не приходить, потому что всё у меня в полном порядке, и лучшее, что я могу сделать – это отдыхать и набираться сил перед выходом в школу.

Ах, если бы всё было так просто.

Ночью мне захотелось пить. Сонная, я босиком отправилась на кухню за соком. Не включая свет на кухне, я достала из холодильника упаковку, отвинтила крышку и стала пить. Резкая боль в спине буквально парализовала меня, сок выпал из рук и окрасил пол в жёлтый цвет. Я попыталась закричать, но получились только хрипы. Боль словно перекатывалась по позвоночнику, из-за чего я начала непроизвольно дёргаться. Стало душно, острый приступ паники поглотил меня, и я потерялась от страха и невозможности управлять своим телом. Неожиданно мускулы тела расслабились и я упала на пол, издав сдавленный писк. После чего контроль вновь был потерян, а главное пропал голос – я не могла позвать на помощь. Я чувствовала, как быстро бьётся сердце, оно стучало так сильно, словно стремилось вырваться из грудной клетки. Боль в спине постепенно стала словно растекаться по телу, переходя в область груди, рук, ног, медленно поднимаясь к голове. Я пыталась шевелиться, но удавалось только издавать редкие нечленораздельные звуки, мычание, казавшиеся оглушительным, но скорее всего тише шёпота. Наконец боль поглотила меня полностью. Она обжигала изнутри. Внезапно я резко выгнулась грудью вверх. Я чувствовала, как что-то управляет мной, казалось, что тонкие щупальца проникают в кровеносную систему, мозг, сердце и другие внутренние органы. Вспышка нестерпимой боли, и я рухнула обратно на пол, теряя сознание. Я умирала.

***

Мне снился странный сон. Я смотрела на своё тело, лежащее на полу на кухне. Со мной что-то было не так. Я выглядела просто отвратительно и была покрыта коркой коричневато-красной подсохшей жидкости, а мои волосы были грязные и слипшиеся. Вся кухня напоминала место бойни. Грязные жёлтые, красные, коричневые, оранжевые разводы были повсюду, какие-то жуткие почти чёрного цвета сгустки находились вокруг моего тела. Я почувствовала омерзительный запах, и если бы это происходило на самом деле, меня бы стошнило. Я подошла к своему телу и внимательно к нему присмотрелась. Я выглядела по-другому, под слоем этой грязи, я видела, что изменилась. Скулы на лице заострились и немного поменяли форму, став совершенными. Так же изменилась форма глаз, а волос стало гораздо больше и они были длиннее, даже в таком состоянии, в каком они находились сейчас, это было заметно. Я протянула руку, чтобы дотронуться до тела и…

Голод. Сильный тяжеловесный голод.

Лежащее на полу создание открыло глаза. Ярко-серые, почти стального цвета, они мягко светились в темноте. Существо выпустило когти из пальцев и втянуло их обратно, оно попыталось подняться, но у него ничего не получилось. Тогда оно раздражённо зашипело и буквально вогнулось внутрь, прижав ноги и руки к животу, после чего взлетело в воздух и тихо опустилось на ноги, словно кошка. Это создание выглядело очень и очень странно. С одной стороны оно походило на человека, но грязь, покрывавшая тело, делала сходство минимальным. Существо стояло, чуть сгорбившись, его пальцы были сжаты как у зверя перед нападением. Всё вместе производило жуткое впечатление.

Тварь принюхалась. Её что-то заинтересовало в открытом окне, через мгновение оно уже стояло, согнувшись, на подоконники и, прикрыв глаза, с силой вдыхала воздух. Простояв так пару мгновений, оно спрыгнуло вниз на ночную улицу. Небо озарила вспышка, и вдалеке прогремел гром. В город пришла буря.

***

Анатолий Сергеевич был человеком занятым. Он часто бывал в разъездах по делам своей фирмы, вёл важные переговоры и временами оставался в офисе допоздна. Так это случилось и в эту ночь. И когда его машина заглохла в двух километрах от дома, ему оставалось только в сердцах чертыхнуться. Анатолий Сергеевич очень устал после длинного трудового дня, все, о чём он мог сейчас думать, так это о том, чтобы добраться поскорее домой и лечь в постель, где его дожидается молодая жена. Посмотрев на хмурое небо и услышав гром, он принял, можно сказать, судьбоносное решение в своей жизни, а именно отправиться домой пешком. Его, человека привыкшего к комфорту и безопасности, совершенно не смущало, что время на часах три, а путь ему предстоит по пустым, ночным улицам города. Он выбрался из машины, достал тёплое пальто и зонтик, ещё раз чертыхнулся и, определив направление, пошёл в сторону дома. По дороге он тихо насвистывал любимую мелодию и отчаянно старался не заснуть, поэтому, когда перед ним на землю спрыгнуло какое-то чёрное нечто, он даже не успел сообразить, что происходит, не говоря уже о том, чтобы закричать. Тварь со светящимися глазами быстро выпрямилась и буквально набросилась на него, вцепившись когтями в плечи Анатолия. Мужчина не успел ничего сделать, его крик был подавлен сразу же острыми клыками, впившимися ему в шею. Последняя мысль, посетившая Анатолия Сергеевича, была о его беременной жене и не отданном кредите за квартиру. А потом его не стало.

***

Тварь отбросила от себя тело мужчины и сыто потянулась. Она поела. Теперь всё хорошо. После этого существо с легкостью подняло труп и побежало в сторону реки. Там оно быстро разорвало одежду на теле мужчины, и нанесла множество рваных ран, после чего выбросило труп в воду. Постояв немного и понаблюдав, как его уносит течением, тварь развернулась и побежала в сторону дома. Там она внимательно осмотрела стенку, видимо оценивала, сможет ли она добраться до окна. Сможет. Разбежавшись, тварь прыгнула, быстро пролетев два этажа, она схватилась за карниз третьего, подтянулась и попала на балкон чужой квартиры. Она прислушалась, но из квартиры не раздалось ни звука – хозяева ничего не услышали. После этого она встала на карниз и прыгнула вновь. Таким образом, она быстро добралась до балкона своей квартиры и благополучно попала внутрь. Существо вновь принюхалось и, не почуяв ничего подозрительного, пошла в сторону комнаты, где буквально рухнула на кровать и моментально вырубилась.

***

Я проснулась от громкого шума. На улице шёл дождь. В первое мгновение я даже не поняла, что случилось. Мне показалось, что я не вставала ночью с кровати и мне всё приснилось. Моя догадка рухнула в тот же момент, когда я увидела свою кожу. Она была грязной. Очень грязной. Тотчас же я села в постели, чтобы осмотреться. Передо мной предстала ужасная картина – всё тело было покрыто какой-то засохшей грязью, скорее даже коркой, которая неприятно сдавливала кожу при движении. Вид ночнушки был ещё более печальным, так как от неё остались лишь жалкие лохмотья, которые ничего не прикрывали, она была влажной и вся покрыта бурыми пятнами. Поднявшись с кровати, я стала делать простейшие движения, чтобы проверить слушается ли меня моё тело. Если не считать того, что я грязная, то я чувствовала себя просто превосходно. На мгновение даже показалось, что я стала сильнее и выше. Нахмурившись, я посмотрела на часы. Пять часов пятнадцать минут. Лишь через секунду до меня дошло, что этого просто не может быть. Потому что я не включала свет, но видела всё прекрасно. По моим внутренним ощущениям сейчас должен быть рассвет, именно тогда, когда цвета ещё не проступили, но уже всё видно. Тогда, когда мир виден в чёрно-белых тонах с редким вкраплением спокойных цветов. Я испуганно отвернулась от часов. Они встали… они не работают, этого не может быть, так не бывает. Я провела руками по лицу и волосам. Резкий звук грома буквально оглушил, от неожиданности я упала на пол и прикрыла уши руками. Мне стало страшно, и я сжалась в комочек. В таком состоянии я пролежала некоторое время пока не убедилась, что всё в порядке. И когда гром ударил вновь, он не был для меня таким громким. Как будто я управляла своим слухам как пультом от телевизора – а сейчас мы сделаем по тише!

Что же всё-таки произошло со мной? Мысли в голове путались, я никак не могла ни на чём сосредоточиться. Тогда я решила принять душ и смыть с себя всю эту грязь. По дороге в ванную, обратила внимание на грязные отпечатки босых ног, идущие из кухни. Похоже, что я, не приходя в себя, легла в постель. Когда я зашла в ванную, несколько минут мне пришлось простоять без движения, ожидая, когда глаза адаптируются к яркому свету. Когда это произошло, я быстро сняла с себя обрывки ночнушки и залезла в душевую кабинку. А потом наступили минуты ни о чём не думанья. Я смывала с себя грязь, сдирала её, убирала откуда только можно. Чистила, мыла, скребла. Казалось, что этот процесс бесконечен. Я остановилась лишь один раз, когда увидела, что на руках нет ногтей. Вообще нет, только кожа белого цвета, белее, чем в других местах. Сказать, что это меня удивило, значит ничего не сказать. Я дотронулась до этого места подушечками пальцев и ничего не почувствовала. Кожа была мягкой, как и везде. Пожалуй, если не присматриваться, кажется, что у меня такой маникюр. Белый лак. Выйдя из душа, я завернулась в чистое полотенце и покинула комнату. Передо мной стояла непростая задача, а именно зайти на кухню. Меня не покидало ощущение, что там я увижу нечто не совсем аппетитное. Так и вышло.

Первое, что я почувствовала, когда туда зашла, был запах. Противный, едкий запах протухших яиц. Это было настолько неприятно, что меня чуть не вырвало, и от омерзения я закашлялась. Включив свет, я в ужасе закрыла глаза. Представшая картинка была откровенно шокирующей. Словно попала в какой-то дешёвый фильм ужасов с расчленёнкой. Отвратительного вида грязь и какая-то засохшая слизь покрывала всю кухню. Складывалось впечатление, словно здесь произошёл взрыв, вернее словно бы здесь кто-то взорвался. Лишь через секунду до меня дошло, что этим кто-то могла быть я. Мне пришлось обхватить себя руками, чтобы унять дрожь, пробежавшуюся по телу. Я устало опустилась на пол. Мой взгляд блуждал по кухне, пытаясь найти хоть какое-то логическое объяснение тому, что здесь могло произойти. Люди не взрываются изнутри. А даже если и взрываются, не могут после этого спокойно дойти до своей комнаты и лечь спать. И уж тем более остаться без единого ранения. А то, что я цела, за исключением ногтей, это точно.

Здесь нужно всё убрать. Нужно всё отчистить. Моя мама бы не одобрила того, что я просто сижу и ничего не делаю. Нет-нет-нет.

Меня охватило какое-то странное оцепенение и чувство повтора. Я опять мою, чищу, скребу, только на этот раз свой дом. Меня даже не удивили следы босых ног на подоконнике, казалось, будто я потерялась во времени. Ни мыслей, ни чувств, ничего. За окном постепенно вставало солнце. Его яркие лучи раздражали, так как глаза никак не могли адаптироваться к свету. Пришлось закрыть окно занавесками. Так гораздо лучше. Примерно к полудню я закончила уборку. Вокруг всё словно блестело. Единственное, что осталось неизменным, так это запах, хоть я к нему уже притерпелась. Я открыла окно, чтобы проветрить кухню. После этого отправилась в комнату, чтобы снять грязное постельное бельё и вымыть следы ног на полу. Когда я, наконец, закончила, то отправилась в душ, так как опять чувствовала себя грязной. Я, как могла, оттягивала момент, когда нужно будет встать перед зеркалом и посмотреть на себя. Чувствовалось, что я изменилась. Как внутренне, так и внешне. Например, когда я была погружена в рутинную работу чистки, я не заметила, как перестала дышать. Словно бы это было и не нужно, а сделав вдох, я почувствовала, как он бесполезен. Единственное что он дал – мерзкий запах, пропитавший кухню. Далее опять же ногти. И то, на что я почему-то не обратила внимания в душе – волосы. Те, которые на голове явно стали намного длиннее. Казалось, что они достают до поясницы, но я могу и ошибаться. Так же я не увидела на теле волос. Нигде. Руки, ноги, подмышки, область таза – их не было. Остались только те, что росли на голове, включая брови и ресницы. Было страшно и я не хотела видеть остальные изменения. Всё это было слишком. Так что, когда я вышла из душа в коридор к большому зеркалу, я шла туда как на битву или казнь.

Первое, что я увидела в зеркале, были, конечно, глаза. Они мягко светились в полумраке коридора. И если раньше они были грязно-серого цвета, то теперь стали почти белыми с чёрными прожилками. Я приблизилась вплотную к зеркалу и внимательно их рассмотрела. Чёрные прожилки чередовались с белыми, которые словно пульсировали в такт еле слышного биения сердца. Я прислушалась, и, несмотря на то, что слышать я стала гораздо сильнее, чем когда либо, сердце практически не прослушивалось. И биение было каким-то рваным, неравномерным. Иногда сердце словно бы останавливалось на мгновение, хоть этого и не могло быть. Я отстранилась от зеркала и принялась дальше изучать своё тело. Волосы и правда стали намного длиннее. Они были до талии, а на ощупь мягкие, как шёлк и удивительно густые. И они стали толще, мягко блестели и переливались на свету. Это было по-настоящему завораживающее зрелище. Оторвавшись от изучения волосы, я обратила внимание, что стала выше. Сантиметров на десять, если не пятнадцать навскидку. Подойдя к стенке, возле которой меня и брата всегда измеряли родители, я прижалась к ней и приложила к голове линейку, а замерив позицию, отошла. Всё сошлось. Мой рост – метр семьдесят семь. Я могла себе представить многое, но то, что за ночь я могу подрасти на семнадцать сантиметров – увольте, здесь должна быть какая-то ошибка. Или...

Я стремительно вбежала в спальню. Телефон, где, чёрт возьми, мой телефон. Я быстро перебрала вещи на столе, прежде чем сообразила, что он лежит в сумке. Достав его, то с удивлением обнаружила, что он выключен. Нажав на красную кнопку, я попыталась его включить – села зарядка, но ведь это невозможно. Этого просто не может быть! Я же его вчера заряжала… от растерянности, я провела руками по волосам. Достав зарядку из ящика, подсоединила телефон и снова попыталась его включить. Наконец мне это удалось. Первое, что сделал мой мобильный – это оповестил о пяти пропущенных вызовов от Инги, четырёх от Дмитрия, одного от моей одногруппницы и двух от Агнессы Павловны. А потом я плавно осела на пол. Двадцать шестое сентября. Я потеряла тринадцать дней. Это... этого просто не может быть. Чёрт возьми, да так не бывает! В конце концов, я бы просто умерла от голода! На мгновение я ощутила, что что-то было сделано... что я что-то сделала. Но что именно? Я не помнила.

Мне пришлось подняться с пола и вернуться в коридор. Нужно завершить осмотр, и только после этого решать, что делать дальше.

Стоя возле зеркала, я вновь посмотрела на свои пальцы. Теперь я заметила то, на что не обратила внимания в ванной. Небольшое уплотнение чуть выше места, где должны были заканчиваться ногти. Я нажала на это место и с удивлением обнаружила, что оно твёрдое. Внутри что-то было. Я стала сжимать и разжимать пальцы. И неожиданно у меня выросли ногти. По длине они были примерно два сантиметра, может чуть меньше и к концу сужались и загибались внутрь. Как когти. Когда я дотронулась до них, то порезалась. Я испуганно сунула палец в рот. Острые, как бритва. У меня есть когти?! Это было действительно ошеломляюще. Вытащив палец изо рта, я увидела, что коготь на нём исчез. Похоже, он втянулся внутрь… как у кошки. Когда я снова сжала руки в кулаки, остальные когти также втянулись внутрь. Это впечатляло. И в тоже время говорило о многом. В частности о том, что чтобы со мной не произошло, – это не болезнь. А скорее… превращение? Но в кого? Я посмотрела на себя. И теперь увидела все изменения. Они словно бы проявились, после того, как я перестала цепляться за слово болезнь. Я стала выше, волосы красивее, пышнее, длиннее, глаза стали ярче, насыщеннее, больше, изменился разрез, он стал более похож на кошачий. Немного изменилась форма скул, они стали более сильно очерчены. И в целом моё лицо стало каким-то диким, оно приковывало взгляд. Посмотрев на руки, я убедилась, что пальцы стали более тонкими и длинными. Моя грудь стала немного меньше и более округлой формы, чем раньше. Исчезло плоскостопие. И появилась осанка. Моя фигура изменилась. Я стала длинной и худой, но это удивительным образом мне шло. Появились мускулы. И пресс. В детстве я всегда носила сумку через плечо вместо портфеля, из-за этого одно плечо было ниже другого. Теперь это исправилось. Я открыла рот. Зубы, немного испорченные сигаретами, стали белыми. Прикус стал правильным. Неожиданно я вспомнила, что в той грязи на кухне было что-то чёрное, твёрдое и маленькое. По форме напоминающие зубы… Я дотронулась пальцами до них. У меня за тринадцать дней выросли новые зубы? Не заостряйся, исследуй дальше. Однако я продолжала смотреть на свои зубы. Они стали меньше. Действительно меньше, но не выглядели маленькими, скорее аккуратными. Подняв верхнюю губу, я обнаружила небольшое уплотнение над клыками. Я надавила на него двумя пальцами. В то же мгновение клыки выросли. Как сверху, так и снизу. Замечательно дорогая, у тебя есть клыки. Ну прям вампир, честное слово. Я дотронулась до кончика одного из них, он также был острым, как и когти, но там было что-то ещё. Какая-то ямка. Я задрала голову и приблизилась к зеркалу вплотную. Это были присоски, они походили на те, что есть у пиявок. От этого сравнения меня передёрнуло, и я закрыла рот. После этого я ощутила, как клыки уменьшились и приняли обычную форму. Я отодвинулась от зеркала и посмотрела в глаза. Можно смело забыть о том, что я человек. Это не так.

Знаете, я всегда была здравомыслящей девушкой, не смотря на то, что происходило в моей жизни. Единственный раз, когда логика и голова мне отказали, было после смерти родителей. Но я думаю, что меня можно понять. Однако то, что происходило сейчас, не укладывалось в обычные рамки логики. Оставалось лишь мыслить шире.

Я не знаю, кем я стала. Но то, что я больше не человек, это факт. Я достаточно много читаю самой разной литературы, чтобы это признать. Вопрос только в том, кто я? И как это произошло? Была ли я человеком вообще? Или нет? Ведь, по сути, есть только два пути – или я с рождения не была человеком и этот процесс изменения был заложен с самого начала и запустился в период созревания, хотя я не уверена, что в этом дело. Или же меня кто-то сделал такой. Но кто? Когда? И почему я этого не запомнила? А может всё дело в каких-то химических факторах? Мутация? Но это вряд ли. Я выгляжу совершенной. Красивой и сильной. Мутация не может за раз так меня изменить. Эволюция так не работает. Если я конечно что-то и смыслю в этом.

По мифологии я похожа немного на вампира, немного на оборотня, немного на суккуба. А если взять на заметку те сны, то, скорее всего, первый вариант. Вампир. Ага, как же. Вампиры сгорают в лучах солнечного света, у них холодная кожа, красные глаза, они в гробах спят, в конце концов! И превращаются от укуса другого вампира или от передачи крови. Но что-то такого я в своей жизни не припомню. Значит я «неведомо зверушка».

А в это время на часах было полшестого вечера. За окном уже успело стемнеть. Со всеми этими делами и временными зависаниями над обдумыванием происходящего я этого даже и не заметила. А следовало бы.

Я почувствовала голод. Он был тягучим, как жевательная резинка и имел приторно-сладкий вкус. Эпицентр его находился в области спины. Как раз оттуда всё и пошло. Я повернулась спиной к зеркалу и посмотрела на себя. Ещё одно отличие от человека – мой хребет отчетливо выпирал наружу, это не так сильно выделялось, но было необычно. Голод. Передо мной стало серьёзное испытание. Насколько я помню из фильмов, вампира пытающегося есть человеческую пищу всегда тошнило. Вот сейчас мы это и проверим.

Я зашла на чистую кухню и принюхалась, запах почти выветрился – пора закрывать окно.

Открыв холодильник, я недовольно сморщилась – многие скоропортящиеся продукты пропали. Пришлось доставать мусорные пакеты и выбрасывать продукты. Покончив с этим, я стала пристально осматривать то, что осталось. Выбирать не из чего – пришлось доставать из морозилки пельмени.

Спустя семь минут по кухне поплыл умопомрачительный запах. Казалось, что я вечность не ела. Хотя так оно и было. Быстро накрыв на стол, я выложила пельмени в тарелку и помазала их маслом, пришло время приступить к ужину. Я осторожно наколола пельмень на вилку и, замерев на мгновение, положила в рот. Всё прошло как по маслу. Пельмени были очень вкусные, и я их быстро съела.

Откинувшись на кресло, я расслабилась. Я не вампир. Меня стало немного клонить в сон, сыто поглаживая желудок, я мечтательно размышляла над событиями. Вероятно, я всё преувеличиваю, и на самом деле со мной всё в порядке… нужно будет завтра позвонить Олегу Вла…

Резкая боль в животе согнула меня пополам. В голове зашумело, я скорее почувствовала, чем поняла, что меня рвёт. Это продолжалось недолго, после чего я обессилено откинулась назад. Голод внутри, умолкший после пельменей, вернулся с новой силой. И если раньше он был только в области спины, то теперь постепенно добирался до шеи. Я чувствовала, что если не поем, то голод захватит меня всю и случится что-то плохое. Казалось, что это уже происходило, но я не помнила точно.

Я подошла к окну и посмотрела на улицу. На город спустился густой туман. Конец сентября, но температура и не желала быть постоянной. Идеальное время для охоты. Бред. Полный и безоговорочный. Я что – действительно собираюсь выйти на улицу, подкараулить человека и пить кровь? На ненормальность я вроде бы не жаловалась. Хотя пора бы уже. А голод становился сильнее. Он словно шептал мне – иди, иди, вперёд. Я помогу.

Я не хотела уплывать, но сил сопротивляться голосу в моей голове не было… Чувства терялись, оставалась какая-то вялость и покорность. Я закрыла глаза и отпустила. Пусть будет то, что должно быть.

***

На улицу вышла молодая, красивая девушка в коротком чёрном платье и кожаной куртке. Её сапожки отбивали чёткий ритм, она никуда не спешила. Если вы сейчас заглянули бы ей в глаза, вас бы сильно удивила та пустота, что зияла в них. На секунду остановившись, она принюхалась. Вероятно, она уловила в воздухе какой-то нужный ей аромат, так как после этого она ускорила свой шаг. И если раньше она шла без направления, то теперь явно знала, куда идёт.

Минут через тридцать такой ходьбы она подошла к небольшому и явно мутному клубу. Она тряхнула волосами и снова принюхалась, после чего вошла внутрь.

***

– Мы обязательно должны торчать тут всю ночь?

– Кирилл успокойся, и да обязательно.

– Алис, но мы никого здесь не найдём, – раздражённо выдохнул Кирилл, – это типичный спальный район, вампиру здесь делать нечего!

– Ручаюсь, что остальные прочесывающие другие районы думают также, – спокойно ответила девушка, – однако это не мешает им концентрироваться на работе.

– Да-да, профессионалы и всё такое, – с досадой в голосе проговорил парень.

– И не забывай, что нам достался район – внимание! – предположительно из которого сбросили труп мужчины. Так что если это молодой вампир, то он может находиться где-то здесь.

– А если нет? Что если это просто какой-то псих?

– Ангел точно определила, что это был вампир, – тихо вздохнула Алиса, – когда знаешь с чем имеешь дело, трудно ошибиться.

– Хорошо, – пробурчал Кирилл, – а что если это будет психованный вампир? м?

– Скажи честно, ты просто не хочешь сейчас этим заниматься? Ты что, боишься?

Парень облокотился о каменную ограду и посмотрел на воду. На дворе была ночь, мелко моросил дождик и вместе с туманом город превратился в красивые декорации для съёмок мистического фильма. Кирилл пожалел, что не взял с собой фотоаппарат. Ему было бы гораздо легче, если бы он держал в руках что-то такое, что знал с детства. Не было бы так страшно. Парень посмотрел на свою напарницу. По ней нельзя было сказать, что она чего-то боится. Она была всего на два года старше, но казалась гораздо взрослее и опытнее.

– Нет, разумеется, я ничего не боюсь, – обиженно ответил он, – это же смешно. По словам наставника, это лёгкое задание.

– Не легче остальных, – отрезала девушка, – так-так, похоже нам придётся разделиться. Наставники приказали доставить вампира живым. Значит, пока один будет обыскивать улицы района, другой будет где-то неподалёку на машине. Вот ты будешь тем, кто на машине.

– Ты серьёзно? – удивлённо воскликнул Кирилл, – а тебе не кажется, что должно быть наоборот? В конце концов, здесь я парень, а не ты!

– Зато я опытнее тебя, и уже проводила подобные операции, – улыбнулась Алиса, – к тому же снотворное у меня.

– Сделаем вид, что я сдался, – ухмыльнулся в ответ парень и дружески похлопал подругу по плечу, – но если что – сразу вызывай, не геройствуй без нужды.

– По-моему то, что я согласилась взять тебя в напарники уже героический поступок, – проворчала с улыбкой девушка.

– Эй, я всё слышу!

***

Алиса брела вдоль набережной и размышляла – где может здесь охотиться молодой вампир? Если его обратили две недели назад и вчера он был в состоянии зверя, то логично, что он убил жертву и избавился от тела таким образом. Зверь умён, но не умеет не убивать. Сегодня вторая ночь. Если птенец не один, то, скорее всего, Кирилл прав и мы напрасно теряем время, потому что создатель птенца увезёт его из города сразу же после убийства. Всем известно, что в этом городе очень много охотников. Алиса про себя улыбнулась. Остаётся только надеяться, что этот птенчик один и сбежал от своего родителя. Потому что в противном случае никто не даст вести это дело столь молодым охотникам как она. Встреча с опытным вампиром всегда непредсказуема. Никогда не знаешь, что он выкинет в следующий момент. «Даже труп вампира может вас убить» – старая поговорка охотников. Так, сосредоточься Алиса, куда может пойти вампир в этом явно спальном районе?

***

Клуб "Лабиринт" по праву считался одним из самых злачных мест в городе. Затянутый сигаретным дымом танцпол, дешёвый бар и множество закоулков, где можно уединиться. Также наркотики, подпольный игровой зал. Место, являющееся сосредоточием человеческих пороков. Поэтому неудивительно, что молодую девушку-вампира потянуло именно сюда. В этом заведении легко затеряться и никто не будет задавать вопросов или смотреть на то, чем ты здесь занимаешься.

Девушка ловко лавировала в потоке танцующих людей, внимательно изучала их лица и выискивала того, чья кровь сможет утолить её голод. Она постоянно принюхивалась, пытаясь уловить в этой отвратительной мешанине запахов, состоящих из человеческого пота, пива, сигарет, грязной одежды и прочих прелестей клуба, то, что нужно. И, наконец, она нашла.

***

Алиса внимательно изучала карту района на экране своего мобильного телефона. Это была необычная карта, на ней было отмечено красным цветом места, где можно уединиться так, что никто не заметит. Своего рода белые точки, которые не снимают многочисленные камеры слежения, которые сокрыты от глаз прохожих и не видны из окон домов. И разумеется различные ночные клубы с сомнительной репутацией, заброшенные здания, подземные парковки, не оснащённые видео-наблюдением. Эту карту составили опытные охотники, она постоянно обновлялась и расширялась. Когда-нибудь она охватит весь мир. Это значительно облегчит работу охотникам, большая часть времени которых уходит на патрулирование местности с целью найти сверхъестественного убийцу. Ну, или хотя бы предположить, куда он может отправиться.

Судя по всему в этом районе не так уж много мест, где вампир может питаться, не привлекая внимания. Вероятнее всего тварь пойдёт в ночной клуб. Подобные места для них это как для нас шведский стол. Большой выбор. И проще всего охотиться, никто не заметит – он её целует в шею или же пьёт кровь. Темнота друг не только молодёжи, но и вампиров. Особенно, если ты обладаешь ночным зрением.

Клуб "Лабиринт", отмечен ярко-красным цветом. Судя по всему – то ещё местечко. Алиса вытащила рацию и вызвала Кирилла:

– Приём, приём! Земля вызывает Юпитер, как слышно? – с улыбкой проговорила девушка.

– Приём! Почему Земля и Юпитер? – из интеркома послышался удивлённый голос Кирилла, – ведь была же Пантера и Лев?

– Я решила, что на Льва ты сегодня не тянешь. К тому же сейчас мне не хватает звёзд, проклятый дождь вот уже третий день льёт как из ведра и не думает останавливаться, – нахмурилась Алиса.

– Ну что поделаешь, против природы не попрёшь, её нельзя проткнуть кинжалом.

– Ха-ха, очень смешно, – с иронией ответила она, – я хочу сказать тебе, что иду в клуб "Лабиринт", есть вероятность, что наш вампир может быть там.

– Хорошо, я выезжаю, – радостно сказал Кирилл, – мне уже надоело сидеть на одном месте. И по радио ничего приличного не крутят.

– Ну что поделаешь, что у нас такие вкусы разные, – рассмеялась Алиса, – рано или поздно у тебя будет своя машина.

– Скорее бы, надоело на метро кататься.

– Ладно, я пошла. Жди меня с обратной стороны клуба. Там запасной выход расположен. Если вампир внутри я его усыплю и вытащу наружу именно там.

– Окей и отбой.

– Надеюсь, нам повезёт, – задумчиво проговорила девушка, – отбой.

***

Из запасного выхода клуба в обнимку вышли двое. Это был маленький тупичок, зажатый между офисными зданиями и клубом. Неподалёку стояли, наполненные мусором, контейнеры. Из-под решётки канализации валил густой пар. Мелкий дождик и туман практически полностью скрывали от посторонних глаз парочку. Девушка уверенно прижимала молодого парня к стенке клуба.

– Дорогая, у тебя просто охр…ые глаза, – пьяно проговорил парень, – они словно светятся в темноте, как светлячки.

– Молчи, – прошептала девушка и запечатлела на его губах поцелуй, – сегодня хорошая ночь для охоты, – и она потянулась к его шее.

***

Кирилл никак не мог справиться с навигатором, казалось, что это чудо современной техники не желает иметь с ним никаких дел. Он обречённо опустил голову на руль и несколько раз ударил рукой по соседнему креслу. Видимо придётся действовать наугад, так как разобраться в этом лабиринте улочек и закоулочек не представляется возможным.

То, что он увидел, спустя семь минут блужданий, ввело его в состояние шока. Он и не предполагал, что встреча с вампиром предстоит именно ему, а не Алисе.

***

Вампира спугнул яркий свет фар от подъехавшей машины. Девушка так увлеклась процессом, что попросту не услышала автомобиль и теперь пребывала в некоторой растерянности. Она не знала, что делать. Отшатнувшись от парня, девушка вытерла рукой губы, испачканные в крови. Парень медленно осел на землю. Он был живой, вампир не успел выпить много крови, но без сознания.

***

Кирилл достал рацию и прокричал в неё:

– Алиса, приём! Срочно беги к запасному выходу, она здесь! Повторяю, вампир здесь! – Кирилл не был уверен, что Алиса его слышит, но это всё, что он мог сделать в данной ситуации. Он понимал, что не имеет права дать вампиру уйти, и, собравшись с силами, парень достал узкий нож и вышел из машины.

Его удивила реакция вампира. Вместо того чтобы сразу напасть или дать дёру, та зашипела и словно дикая кошка немного отступила в тень, подальше от слепящего света фар.

– Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого, – Кирилл не знал, что ещё можно сказать в данной ситуации, поскольку вампир себя явно не контролировала и больше была похожа на загнанного зверька, чем на опасную сверхъестественную тварь. Внезапно девушка перед ним замерла, а после этого она словно бы изменилась. Стала… более человечной?

***

Открыв глаза, я почувствовала себя сытой, а проведя языком по губам, ощутила солоноватый привкус крови. Передо мной стоял незнакомый парень. В его руках я заметила нож, однако он не походил на человека, который с радостью пустит его в ход. То есть он не был убийцей. Он был чем-то удивлён и даже напуган. В воздухе остро витал запах его страха, едкий, неповторимый аромат, что понятен только зверю. Осмотревшись по сторонам, я догадалась, что произошло. Вероятнее всего он заехал в этот тупик и увидел, как я питаюсь этим явно пьяным парнем. Присмотревшись повнимательнее я убедилась, что человек остался жив. Хорошо, что я никого не убила. Чем бы ни был этот голос в моём сознании, он в этот раз себя контролировал. Почему я сказала в этот раз, разве были и другие? Этот внутренний диалог явно не к месту. Нужно что-то делать с этим красавчиком с оружием, иначе может произойти беда.

– Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого, – сама не зная, я в точности повторила фразу парня, от чего тот испуганно дёрнулся, – послушай, этот парень… ну короче мы часто так развлекаемся. Он просто пьян, вот и лежит… я не убила его…, – уверенно проговорила я, и приподняла руки в знак добрых намерений, а между тем сделала несколько плавных и оттого незаметных шагов в его сторону.

А парень в ступоре застыл. Завис как компьютерная программа. Это было забавно наблюдать со стороны. Однако я пока точно не знала, что сделаю с ним, когда настигну – убивать человека не хотелось. И словно в ответ на мои мысли внутри меня родилось знание, что нужно делать. Ммм... это выход и я прыгнула на парня.

***

Алиса посмотрела на интерком рации – пропущенный вызов. Звонил Кирилл, наверное, он хотел сказать, что уже на месте. Чёрт, в этом клубе просто нереально громкая и невнятная музыка, сплошной белый шум, ничего не понятно. Всё воняет, сильно накурено и эти пьяные обдолбанные подростки, которые всё время орут, пихаются и толкаются. Единственное о чём мечтала девушка в данный момент, так это выбраться из этого проклятого места на свежий воздух. Боже мой, да я уже мечтаю о дожде, – подумала девушка, – ладно, выйду на улицу к Кириллу, подышу и переговорю с ним, а потом вернусь… или не вернусь. Вампир вряд ли будет охотиться в подобном месте. В конце концов, он не будет питаться тем, что выглядит, даже на взгляд человека, как кусок протухшего мяса. Поэтому, когда девушка вышла на улицу, она не сразу сообразила, что происходит.

Перед её глазами предстала следующая картина – девушка в коротком чёрном платье набрасывается на Кирилла с явной целью им полакомиться. Кирилл, стоящий как статуя и не понимающий, что происходит. И свет от фар, ослепляющий, мешающий сосредоточиться. В результате пара потерянных секунд.

***

София вцепилась в парня, и уже собралась было приступить к чему-то вроде гипноза, как почувствовала сильную боль в области шеи. Девушка отпустила Кирилла и дотронулась до места укола. Шприц? Что за чёрт? После этого её потянуло в сон. Подсознательно она почувствовала, что должна сопротивляться, но она вновь ощутила боль, но уже в области спины и потеряла сознание.

***

На руки Кириллу упала вампир. От неожиданности он успел её подхватить.

– Ты сделала это Алиса! – радостно улыбнулся парень, – ты усыпила её!

– Да, я спасла тебе жизни, и нет, не нужно благодарить, – нервно воскликнула Алиса, – о чём ты только думал? Если бы я сейчас не подошла, ты был бы уже мёртв!

– Я.. я не знаю… она не производила впечатления опасной, скорее испуганной, – виновато ответил Кирилл, – я растерялся, не знал, что делать. Снотворного у меня же не было!

– О да, потому что кое-кто, видите ли, забыл его на базе! – зло бросила девушка, – мне придётся об этом доложить наставнику. Думаю, что после этого инцидента тебя снимут с оперативной работы и вернут в зал. Ты не готов.

На парня было больно смотреть. Он был готов чуть ли не расплакаться.

– Извини, извини меня, я виноват, – прошептал он, облокачивая вампира о стенку клуба, – я дурак и заслуживаю обвинений.

– Ладно, в этом есть и моя вина, – смягчилась Алиса, – нужно было сразу отвезти тебя на базу, а я решила, что мы с одним пистолетом справимся.

– Не оправдывайся, если бы мы поехали на главную базу, этот парень был бы уже мёртв, – и Кирилл кивком указал на пьяного.

– Неужели вампиры нынче пошли такие неразборчивые, – брезгливо проговорила девушка и подошла к спящему, – судя по всему он жив и явно не собирается покидать сей грешный мир.

– Пьяному море по колено, ты же знаешь, – парень про себя облегчённо перевёл дух. Судя по всему, разборка его поведения откладывается.

– Однако нам всё равно придётся вызвать наших, – обречённо сказала Алиса, – думаю, что когда этот парень очнётся, его заинтересует укус на шее, и мало ли что он может вспомнить.

Словно подтверждая её слова, парень пробормотал:

– Не в шею, ниже…

– Отвратительно, – резюмировала девушка, – ладно, клади нашу спящую красавицу на заднее сидение, а я пока вызову бригаду зачистки.

– Но в целом мы вроде справились? – нерешительно спросил парень, поднимая вампира.

– Ну да, вампира мы захватили и остались живы, – улыбнулась Алиса, – так что задание выполнено.

Глава 3. Начало

Я очнулась от того, что мне очень хотелось почесать левую руку. Нет, серьёзно, рука просто невыносимо чесалась на сгибе локтя. Я попробовала почесать её правой, но с удивлением обнаружила, что что-то сдерживает меня. Открыв глаза, увидела, что руки были прикованы к боковым спинкам кровати, а в левую воткнута иголка, через которую в вену попадала кровь. Рядом стояла капельница с пакетом, наполовину наполненным. Больше в комнате ничего не было. Даже окон. Помещение было выкрашено в белый цвет, всё вокруг просто сверкало белизной, создавая впечатление нереальности происходящего. Под потолком мягко горела небольшая лампочка без абажура, а в углу комнаты сверху виднелась видеокамера, направленная в мою сторону. Честно говоря, сложившаяся ситуация поставила меня в тупик. Я напрягла память, пытаясь вспомнить, что могло привести к подобному. Пельмени, плохие пельмени, боль в животе…ммм… клуб! Точно, я была в клубе, чтобы поесть! Но точно не пельмени…Мысли ускользали и я никак не могла сложить картинку в целое. Ясно только одно, что это как-то связано с тем, что со мной произошло… в голове вспыхнул яркий эпизод – я прыгаю на какого-то парня, потом что-то впивается в шею, и я вроде как теряю сознание. Похоже, это последнее, что я видела, перед тем, как оказалась здесь. Меня похитили? И куда, чёрт возьми, делась моя одежда?

Неожиданно открылась дверь и в комнату зашла женщина средних лет. Она была одета в длинное чёрное платье без выреза и с рукавами, доходящими до запястий. Её каштанового цвета волосы были убраны в пучок. В целом она производила впечатление очень строгой учительницы. Сама её манера держаться наводила на подобные мысли. Вероятно чем-то подобным она и занимается. Женщина остановилась точно в центре комнаты и внимательно посмотрела на меня. Мне показалось, что на мгновение в её глазах промелькнул страх, однако он быстро исчез, оставив место для холодной уверенности преподавателя. Женщина негромко кашлянула и заговорила:

– Здравствуй, София. Меня зовут Агнесса, я пришла, чтобы поговорить с тобой. Мы хотели бы получить ответы на некоторые вопросы касательно тебя. И, возможно, ответить на твои. Но сначала скажи, как ты себя чувствуешь?

– Рука чешется, – призналась я, – как вы узнали, как меня зовут?

– Мы сверились с городскими базами данных и нашли тебя, – она сухо улыбнулась, – а твоя рука чешется там, где иголка?

– Да, а зачем вы делаете мне переливание крови?

– Мы знаем, кто ты, София. И знаем, в чём ты нуждаешься.

– Вы из-за этого меня похитили? – я испуганно посмотрела на женщину, – вы знаете кто я, так кто же? – взволнованно продолжила я.

– А ты не знаешь? – женщина удивлённо уставилась на меня, – разве тот, кто обратил тебя, не сказал?

– Обратил? Боюсь, я не понимаю о чём вы…

– Расскажи мне тогда, что с тобой случилось, и я отвечу на твой вопрос, – несмотря на явное замешательство, её голос по-прежнему излучал уверенность и некую властность.

– Я скажу, только, пожалуйста, вытащите иголку из моей руки, – ответила я, – кажется с меня довольно переливаний.

– Хорошо, сейчас я уйду, а вернусь с врачом, она сделает то, что ты просишь, – вздохнула Агнесса, – а после мы поговорим.

И с этими словами она покинула комнату. Я задумчиво уставилась на камеру. Кажется мои мысли по поводу вампиров и прочей нежити начинают обретать почву под ногами. Обращение, это слово не может быть связано с каким-то заболеванием это точно. Я обречённо вздохнула. Но в том то и загвоздка, что меня никто не обращал, я бы такое точно не забыла.

Агнесса вернулась на удивление быстро. Вместе с ней в комнату зашла молодая девушка лет на двадцать пять – двадцать восемь. Она была одета в медицинский халат, а её длинные белокурые волосы убраны в хвост. Девушка сразу понравилась мне, в ней была какая мягкость, которая редко встречается среди врачей. Её взгляд был преисполнен дружелюбием и участием.

– Здравствуй София! – она легко улыбнулась мне, – похоже ты чувствуешь себя лучше, так что да, нужно вытащить это из твоей руки. Кстати, меня зовут Ангел.

– Какое странное имя, – несколько удивлённо ответила я.

В это время девушка смело подошла ко мне, Агнесса, оставшаяся стоять возле двери словно задержала дыхание и как-то напряглась. Похоже она ожидает, что я сделаю что-то плохое. Она считает меня монстром. Интересно, а почему тогда Ангел не боится?

– Это даже не имя, а прозвище, – как ни в чём не бывало, ответила она, спокойно дотрагиваясь до моей руки и вытаскивая иголку, – ну вот и всё, – она быстро провела какие-то манипуляции с капельницей и уже собиралась уходить, как я окликнула её.

– А мне не нужен спирт или что-то в этом роде, чтобы продезинфицировать рану или хотя бы лейкопластырь?

Она остановилась и обернулась на меня, на её губах заиграла улыбка:

– Посмотри на свою руку, – сказала девушка и, развернувшись, ушла, на прощание кивнув Агнессе.

Когда я так и сделала, то обнаружила, что след от укола исчез, как будто его и не было.

– Что за чёрт, – пробормотала я.

– Теперь твои раны будут очень быстро заживать, – услышав меня, ответила Агнесса, – это хорошо, не правда ли?

– Мне кажется, что к этому нужно относиться, как к утешительному призу, а не главному блюду, ведь так? – тихо спросила я.

– Ну это как посмотреть, – холодно улыбнулась она.

В дверь постучали, и на пороге появился молодой парень со стулом в руках:

– Вы просили, чтобы я принес вам стул, Наставник.

– Спасибо Влад, можешь идти, – женщина забрала стул из рук парня.

А тот в это время откровенно пялился на меня. В его глаза сквозила смесь восхищения и испуга. Он явно не хотел уходить.

Я несмело улыбнулась ему.

– Можешь идти, Влад, – резко проговорила Агнесса, даже не посмотрев в его сторону.

Парень от неожиданности вздрогнул и, поклонившись спине Агнессы, вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

– Я чувствую себя каким-то зверем, которого опасаются и восхищаются одновременно, – раздражённо проговорила я, – эти... ммм... верёвки, они обязательны?

– После нашего разговора посмотрим, – ободряюще улыбнулась Агнесса, поудобнее устраиваясь на стуле, – ну что же, думаю, можем начинать?

Я собралась с мыслями. С одной стороны мне не хотелось ей ничего рассказывать, в конце концов, меня приковали к кровати, но с другой стороны хотелось узнать, что происходит и, в конечном счете, у меня просто не было другого выхода. Я не знала, что они будут делать, если я решу поиграть в молчанку, поэтому начала свой рассказ.

У меня не ушло много времени, чтобы поведать ей свою историю. Последние дни я и вообще плохо помнила. Через пятнадцать минут я умолкла и выжидательно уставилась на Агнессу. По её виду можно было сразу определить, что она находится в глубоких раздумьях. Похоже мой рассказ как-то не сочетается с её представлениями о происходящем, поэтому она не сразу начала говорить.

– Скажи, а в тот период, когда ты лежала в больнице, с тобой не происходило ничего странного? – неожиданно спокойным голосом спросила она, – не встречала ли ты людей, похожих на то, как ты выглядишь сейчас?

Я напрягла память, но ничего не смогла вспомнить. Лишь на секунду перед моими глазами предстал облик Кроноса, но это скорее моё усталое воображение и ничего более.

– Нет, в больнице со мной ничего не происходило странного. Как я уже говорила, всё началось после того, как я выписалась.

– На следующий день?

– Вроде да, – я собралась с силами и задала решающий вопрос, – вы сказала, что если я расскажу вам свою историю, вы скажете кто я… я жду ответа.

Женщина словно очнулась от своих размышлений и внимательно посмотрела на меня:

– Кто ты? Думаю, что ты уже знаешь ответ. В конце концов, мы живём в век, когда практически любую информацию можно найти в интернете. Ты вампир.

Ну вот и всё. Я закрыла глаза, чтобы не потекли слёзы, потому что чувствовала себя так, будто сейчас расплачусь. Интересно, а вампиры умеют плакать? Я горько усмехнулась про себя. Когда я открыла глаза, они были влажными, и Агнесса виделась словно сквозь призму.

– И что теперь со мной будет? – горько прошептала я, – я теперь …нежить? Пить кровь, спать в гробах и бояться солнечного света, да? Кресты, мука вечного одиночества, голод? Это теперь всё про меня? Что мне теперь делать с этим дерьмом? – под конец я уже кричала от отчаяния, ведь одно дело предполагать, что ты нечисть, а другое знать.

– Успокойся, пожалуйста, – тяжело вздохнула в ответ Агнесса, – не нервничай. По правде сказать, у меня нет опыта в общении с новообращёнными вампирами. Обычно я их сразу убиваю.

– И меня вы тоже убьёте? – севшим от горя голосом спросила я.

– Нет, тебя нет. В какой-то степени ты нужна нам. И ты ещё не стала монстром, хоть уже и успела убить человека.

– Что?– испуганно вскрикнула я, – я убила человека? Этого не может быть, просто не может! Я этого не делала, я бы такое точно не забыла!

– Я ещё раз говорю – успокойся, – терпеливо проговорила она, – когда ты нервничаешь, то, что живёт в тебе, то, что сподвигло тебя отправиться вчера ночью на охоту, может перехватить контроль над тобой и тогда происходят разные плохие вещи.

Агнесса приподняла полы своего платья, и оказалось, что к её лодыжке был прикреплён пистолет. Я не разбиралась в видах оружия, но мне показалось, что этот не убивает, а усыпляет.

– Тогда вы усыпите меня? Я правильно поняла ваши действия?

– Да, ты права, сейчас не имеет смысла убивать тебя. Вот если ты осознано совершишь убийство или попадёшь в ситуацию, когда ты будешь вынуждена убить человека из-за голода – да, тогда я или кто-то другой придёт за тобой и убьёт тебя.

– Ну да, раз вампиры существуют, значит, существуют и те, кто охотится на них, – печально пробормотала я, – и что теперь? По вашим словам я убийца. Но… чёрт, я запуталась…

– Для начала мне придётся покинуть тебя, чтобы поговорить с остальным, – она встала со стула и отряхнула свою юбку, – после нашего совещания, мы решим, что с тобой делать. Чтобы ты поняла, что мы честны с тобой и… доверяем тебе, сейчас я сниму с твоих рук наручники.

– О да, это было бы кстати. Мне не нравится чувствовать себя скованной.

– Я надеюсь, что ты не станешь совершать необдуманные поступки, – она достала из-под рукава прикреплённый туда нож. Удивительная женщина, она похожа вся нашпигована оружием под завязку, – помни, за тобой наблюдают, – и она указала на камеру видеонаблюдения.

– А вот девушка Ангел меня не боится, – ответила я.

– Скажем так, некоторые из нас плохо представляют, с чем имеют дело, в частности это касается тех, кто возится только уже с убитыми сверхъестественными существами, а не с живыми, – она саркастически улыбнулась мне.

– А что, есть и другие существа, кроме вампиров? – заинтересованно спросила я.

– Да, так и есть. Но об этом мы поговорим позже, – и она разорвала верёвки, приковывающие меня к кровати.

Удивительно было то, что я не почувствовала разницы. Руки не болели, ну знаете – той болью, которая появляется, если ты перекроешь доступ крови к конечности. Но чувство свободы значительно подняло настроение. Я даже умудрилась улыбнуться спине уходящей Агнессы.

Когда за ней закрылась дверь, я нерешительно поднялась с кровати. Ну, я по-прежнему чувствовала себя хорошо. У меня ничего не болело. Рука уже давно перестала чесаться. На самом деле единственное, что я чувствовала отчетливо, так это силу. Я была сильной. Я знала это совершенно точно. Уверенна, если я захочу, то запросто смогу отсюда выбраться. Не знаю точно, откуда проистекает такая уверенность, но она была. Вот только мне теперь некуда податься. Вряд ли, когда я вернусь домой, захочу показаться на глаза Инге или кому-нибудь ещё. Я подумала о Дмитрии и о группе. Ручаюсь, их моё превращение в вампира повергло бы в восторг. Вот только потом он бы пропал, уступив место страху. Я печально вздохнуло. Как ни грустно это сознавать, но я окончательно осталась одна. Я не смогу прийти домой. Не смогу навестить брата. Я даже на людях показаться вряд ли смогу. И ночной вонючий клуб не в счёт. А самое главное, я понятия ни не имела что происходит. И меня пугало то, что я могла узнать о себе и об окружающем мире.

Вот такие мысли бродили в голове, пока я ждала решения Агнессы и её… коллег? В конце концов, мне это надоело и я решила вздремнуть, благо вампиры, похоже, всё-таки умеют спать. Хоть это радует… такой была последняя мысль, прежде чем я провалилась в омут сна.

***

Моё пробуждение состоялось из-за звука открываемой двери. В комнату зашла Агнесса, держа в руках пакет, судя по виду наполненный одеждой. Она выглядела более дружелюбной, чем раньше. Значит в ближайшее время меня убивать не будут. Это как-то успокаивало.

– Я принесла тебе свежую одежду. Тебе нужно одеться, так как ты переезжаешь, – она улыбнулась и подошла ко мне.

– А куда вы дели моё платье? И сапоги? – спросила я, беря пакет в руки.

– Честно говоря – понятия не имею, тебя привезли сюда другие охотники, – искреннее ответила она.

В пакете обнаружились чёрные джинсы, белая футболка, белое нижнее бельё и серые носки, также в отдельном пакете лежали кроссовки.

– Жаль, мне нравилось моё платье, – расстроилась я, выбираясь из кровати, – эм... вы не могли бы отвернуться?

– А? Да-да, разумеется, – спохватилась она и отвернулась, – ты знаешь, я поговорю с теми ребятами, думаю, что мы найдём твоё платье.

– Ммм, спасибо, – пробормотала я, натягивая на себя футболку, – а теперь вопрос на засыпку – я пленница?

– В смысле? – удивлённо спросила она.

– Ну, вы говорите, что я переезжаю, это подразумевает другую комнату и скорее всего с чуть большими удобствами, ведь так?

– Это временно, буквально на неделю, не больше, потом ты сможешь вернуться домой, если захочешь, конечно. Но опять же всё зависит от нашего разговора.

– То есть если вам понравятся мои решения и ответы, всё будет хорошо, а если не понравятся?

– Прости. Но выбор у тебя невелик. Пойми, ты в какой-то степени уникальна. Твоя история делает тебя важной. И к тому же мы никогда не встречали настолько человечных… вампиров.

– В смысле? – я закончила переодеваться и сложила своё бельё в пакет. Чувствовалось, что одежда новая, ни разу ни стиранная. Она приятно облегала кожу. – Я закончила.

Агнесса обернулась ко мне и улыбнулась.

– Тогда пойдём?

– Да, идём, – и я улыбнулась в ответ. Признаться честно, меня немного нервировало находиться в комнате без окон. Мне казалось, что я заключённая. Поэтому была рада покинуть это помещение. В какой-то степени это вселяло уверенность, что всё кончится благополучно, хоть подсознательно я знала, что это не так.

Покинув комнату, мы оказались в длинном белом коридоре, освещённом лампами искусственного белого цвета. Внутренне я почувствовала, что мы находимся под землёй. Теперь мои прежние мысли о всесилии и способности к побегу казались нелепыми. Из-под земли сложно бежать. Мы направились в сторону лифта.

– Вы так и не ответили на мой вопрос, – я нарушила неловкую тишину.

– Да? Прости, я немного рассеянная, давно не спала, – и женщина провела ладонями по своим глазам, – я имела в виду, что ты ведёшь себя как человек. Двигаешься как человек. Ты даже дышишь, хоть тебе это и не нужно, – она нажала кнопку лифта, и двери тотчас же открылись. Войдя внутрь, она надавила на кнопку второго этажа. Судя по всему, мы всё же действительно находились под землёй. Так как по ощущениям лифт поехал вверх.

– Наверное, это потому, что я не встречала других вампиров и просто не знаю, как мне себя теперь вести, – неловко пожала плечами я.

– Расслабься, веди себя как обычно. Не нужно ничего строить и показывать. Будь сама собой, – она вновь улыбнулась мне.

Наконец мы вышли наружу и опять попали в очередной коридор. Только этот был нормальным, он не казался коридором из жутко засекреченных лабораторий, которые нам показывают в фильмах, а наоборот. Приятного цвета зелёные обои и нижняя часть из тёмного дерева, скорее всего дуб или клён. На полу была длинная ковровая дорожка тёмно-красного цвета. Прямо напротив нас располагалось средней длины окно, а на его подоконнике находилась узорчатая кадка с каким-то растением, похожим на диффенбахию. За окном ярко светило солнце, из-за чего я всё видела сквозь белёсую дымку. Но хорошее настроение это не портило, так как я чувствовала, что и комната будет также хороша, как и коридор. Мы подошли к одной из дверей, после чего Агнесса вновь улыбнулась и мы прошли внутрь.

Первое, что бросилось в глаза, это окно и бьющий по глазам солнечный свет, от неожиданности я отпрянула назад, обратно в коридор, прикрывая глаза руками. Агнесса недоумённо посмотрела на меня, после чего на её лице проступило понимание. Она подошла к окну и быстро закрыла его тяжёлыми, тёмными занавесками.

– Прости, пожалуйста, я не подумала об этом, – извинилась женщина, – я забыла, что солнечный свет для вампиров неприятен. Мы редко встречаем подобных тебе днём.

– Нет, он не то, чтобы неприятен, скорее это как если ты войдёшь в тёмную комнату только наоборот. Вместо чёрного – белый, но ты всё равно ничего не видишь, – ответила я и вновь вошла в комнату.

Я оказалась права. Комната была действительно хорошей. Она была выдержана в коричневых и зелёных тонах. Одноместная кровать, заправленная тёмно-зелёным одеялом, небольшой компьютерный стол с лампой и, вероятно, пустой чёрной тетрадкой посередине. Средней величины зеркало на стене, на полу ковёр с геометрическим узором, а напротив кровати небольшой телевизор и тумбочка с выдвижными полками. Также в комнате была ещё одна дверь, похоже у меня будет собственный санузел.

– Это комната похожа на гостиничный номер, вам так не кажется? – спросила я Агнессу, проводя рукой по стене.

– Ты права, раньше этот дом был гостиницей, потом она разорилась и мы выкупили здание, переоборудовав под свои нужды.

– Хорошо быть вами, – улыбнулась я, – мы будем разговаривать здесь? Я хочу поскорее всё это закончить.

– Да, здесь, – она села на компьютерный стул и указала мне на кровать, – садись, разговор будет долгим. Кстати, ты не голодна?

– А что, вы предлагаете мне свою шею? – пошутила я.

– Нет, – усмехнулась она в ответ, – но Ангел может принести тебе пакет с донорской кровью.

– И это работает? – взволнованно спросила я, – мне не нужно… убивать?

– Нет, это означает, что тебе не нужно будет питаться от людей вообще. Донорская кровь хорошая альтернатива, хоть и не приятна на вкус.

– Вы проводили соц-опрос среди вампиров? – облегчённо улыбнулась я. Если мне не придётся убивать людей, да и вообще охотиться, это значит, что есть вероятность вернуться к нормальной жизни. Хоть к какой-нибудь её части.

– Среди пленных вампиров. Они ярко демонстрировали своё отношение к этой крови, – немного мрачно ответила Агнесса.

– Ну, для меня вы сейчас сказали самую лучшую новость за последние сутки, – рассмеялась я, – и нет, я пока не голодна. В прошлый раз меня очень сытно накачали через капельницу кровью, это были просто непередаваемые ощущения.

– Это хорошо, – она улыбнулась кончиками губ, а после тяжело вздохнула, – ну что, готова услышать новости и предложения от совета?

– Как никогда, – ответила я.

– Во-первых, мы не знаем, как получилось, что ты стала вампиром. Это самая главная причина, почему ты будешь жить какое-то время здесь. Я сомневаюсь, что ты захочешь встретиться со своим создателем в ближайшее время, ведь, судя по твоей реакции, ты не в восторге от происходящего.

– Это точно, не в восторге, – нахмурилась я, – кстати, пока вы совещались, у меня родился в голове один вопрос. По вашим словам, вы убиваете вампиров. И насколько я поняла, из-за того, что я сделала... хоть я этого и не помню, меня тоже вы должны были убить, – я на секунду замолчала, а потом продолжила, – так почему вместо этого похитили?

– Ты живёшь в особом городе, София, – проговорила Агнесса, – этот город является тренировочной базой охотников. Здесь учатся множество молодых из нас. В какой-то степени этот город принадлежит нам, – она кашлянула и немного хриплым голосом продолжила, – несколько недель назад на одну жительницу города напал зверь и растерзал её. Наши врачи диагностировали, что это сделал оборотень. Вероятно новообращённый. Его до сих пор не нашли. Когда происходит подобное в нашем городе – это проблема, но она не так страшна, обычно мы быстро с этим справляемся. Но когда появляется жертва от новообращённого вампира, спустя пару недель после оборотня, это навело нас на некоторые размышления. Больше всего это похоже на чью-то акцию против нас. И смысл показать, как самые слабые из сверхъестественных существ убивают жителей нашего города буквально под нашим носом и исчезают без следа. Так мы предполагали, поэтому мы велели всем прочёсывать город и взять либо оборотня, либо вампира живым и привести к нам, – спокойно закончила она.

– Как всё сложно, – задумалась я над ситуацией, – а скажите, есть такая вероятность, что я просто часть плана этих странных... существ? Что я укладываюсь в теорию? Ведь я не помню, чтобы меня обратили… может меня загипнотизировали, м?

– Это невозможно, – отрезала она, – невозможно обратить загипнотизированного человека. Во время обмена кровью он получит контроль над разумом обратно.

– А после? Уже будучи вампиром?

– Тоже нет, один вампир не может загипнотизировать другого, – ответила она, – это-то и странно…

– А вы в этом абсолютно уверенны? Может вы ошибаетесь, и меня загипнотизировали?

– Нет, я уверенна, – твёрдым голосом ответила она, – я не могу тебе привести доказательства, так как это слишком долго объяснять, может позже. Но данные проверены на сто процентов.

– Тогда как я стала вампиром? – прошептала я, – и вообще, как становятся вампирами?

– Если ты читала современные книги о вампирах, то ты должна догадаться – через обмен крови. Вампир пьёт твою кровь и заменяет своей собственной. Чем больше он выпьет, тем быстрее начнётся процесс обращения. В среднем, если не учитывать сон, он занимает от десяти до двадцати дней, у кого как, – она чуть поджала губы. Мне показалось, что она знакома с этой процедурой не понаслышке, возможно что-то подобное происходило в её прошлом.

– Вы сказали сон, о чём это вы?

– Сон из прошлого создателя. Насколько я понимаю, он обычно связан с охотой.

– Понятно, по-моему что-то такое я припоминаю… то есть процесс не моментален, а может произойти когда угодно?

– Нет, когда пьют твою кровь, ты начинаешь терять сознание. Когда твоих губ касается кровь вампира, ты инстинктивно её пьёшь, но не просыпаешься. После этого ты видишь сон. Здесь главное, сколько ты пробудешь без сознания. Как я уже говорила, это зависит от обмена крови.

– Ага, теперь ясно почему вы так на меня смотрите, – я покачала головой, – такой процесс я бы точно не забыла.

– Вот поэтому ты и уникальна, мы не знаем кто ты. И где твой создатель.

– А он у меня есть? Может я с рождения носитель этого проклятья?

– Это невозможно! – горячо воскликнула она.

– Ну... всё когда-то бывает в первый раз, – я пожала плечами и провела рукой по волосам. Честно говоря, у меня стало появляться ощущение, что эта организация охотников знает не всё о вампирах. А я даже и не знала о чём их ещё можно спросить.

– И что теперь делать? – я всё-таки решила спросить её об этом.

– Мы решили, что тебя будет обследовать Ангел. Есть вероятность, что ты права. Мы же не можем знать всё. На это время ты будешь жить здесь, пока мы не подыщем тебе нормальное жильё. Также ты будешь проходить лекции о сверхъестественном мире вместе с остальными охотниками. Тебе нужно узнать многое про мир, в который ты попала. Мы выделим тебе небольшое содержание, своего рода стипендию. Может быть, будем тебя тренировать, чтобы ты не забывала, кто ты и какие у тебя есть возможности.

– Я так понимаю, что не смогу вернуться домой? – хоть я и хотела больше узнать о себе и мире, в который я угодила, но желание попасть домой было невероятно сильным, особенно теперь.

– А ты как думаешь? – печально посмотрела на меня Агнесса, – я видела твою фотографию в анкете. Мы с трудом смогли тебя опознать. Твои черты очень сильно изменились. Да ты и сама знаешь, как ты теперь выглядишь, я думаю, будет сложно объяснить твоим родным и друзьям, что с тобой произошло. И даже если мы как-то сможем помочь тебе вернуться домой, ты же понимаешь, что лет через десять-пятнадцать, тебе всё равно придётся его покинуть. Ты же не будешь стареть.

– У меня брат в психиатрической больнице, – прошептала я, – если меня не будет, кто будет оплачивать счета за его лечение?

– Мы что-нибудь придумаем на этот счёт. Ты уж извини, но это не самая главная проблема на данный момент.

– А можно… мне хотя бы узнать как он? – умоляюще посмотрела я на Агнессу, – я не прошу о встречи, просто хотя бы узнать… жив ли он... Когда это произошло со мной, он лежал в больнице…

– Хорошо, я думаю, что это не составит труда выяснить.

– И что будет дальше?

– О, на сегодня всё. Насколько я понимаю, с остальным ты согласна?

– Да, это хороший план, – кивнула я.

– В этой тетрадке на первой странице написан телефон Ангела и мой, а также службы охраны здания, это на всякий случай. Если тебе что-нибудь понадобится – звони им. Если проголодаешься – звони Ангелу, если какие-то будут вопросы – звони мне. А если захочешь почитать, то последняя дверь справа в этом коридоре – библиотека. Вопросы есть?

– То есть на сегодня всё, и я свободна? Могу делать что захочу?

– Пока да, завтра к тебе придёт Ангел и начнёт тесты. А на днях пройдут занятия, – улыбнулась Агнесса и поднялась со стула. По её лицу было видно, что она очень устала и хочет спать.

– Тогда последний вопрос – если я выпрыгну из окна и сбегу отсюда, что будет?

Агнесса рассмеялась и ответила мне невероятно холодным голосом:

– Я найду тебя.

После этого она вышла из комнаты.

***

Я свернулась в клубочек на кровати и тихо заплакала. Чувство страха охватило меня и полностью поглотило. Я не понимала того, что происходит. Я не понимала того, кто я. Я вообще ничего не понимала. В привычной картине мира не укладывалось то, что происходило. Я не хочу этого, честно, не хочу… какие-то вампиры, оборотни… охотники… В эту секунду я захотела вернуться к маме. В голове пронеслись воспоминания о нашей жизни. О совместной чашке кофе по утрам, просмотров фильмов в кинотеатре, прогулок по парку в детстве. Мне вспомнились наши ссоры с братом, как мы дрались и дурачились друг над другом. О твёрдой руке отца, который лупил меня и брата за шалости. То чувство защищённости, что было у меня, когда они были живы. Я вспомнила, каким потерянным стал наш дом, когда не стало родителей, а брат попал в психиатрическую больницу. Как было тяжело остаться абсолютно одной. Тогда осознание одиночества пришло не сразу. Меня прорвало лишь однажды – когда я стояла в магазине и выбирала стиральный порошок. Это было так сложно, ведь я никогда этим не занималась. Всё решала мама. Я никак не могла выбрать и в результате выбежала из магазина вся в слезах. Успокоить меня смогла только Инга. Она во много тогда помогла, так что я, в конце концов, пришла в норму. Вот только теперь Инги рядом со мной не будет. А будут только эти незнакомцы, которым я не могу доверять, ведь они мне никто. Они говорят, что всё будет хорошо, рассказывают мне про перспективы, но Агнесса ясно дала понять, что я теперь пленница. Лишь случай оставил меня в живых, хотя я бы предпочла умереть, чем жить такой, какой я стала. Вампир, это ведь невообразимо смешно. Я истерически рассмеялась. Вампир… вот умора... ха-ха-ха. Скажи мне кто-нибудь раньше об этом, я бы посоветовала такому человеку обратиться в дурку. Это глупо, ведь так? Просто шутка. Мой взгляд упал на мои пальцы, и я сжала руки в кулаки. Что мне теперь делать? Вот что? Ведь теперь ничего не будет как раньше! Я не смогу делать то, что люблю. Моя жизнь вылетела в трубу… Я перевернулась на спину и посмотрела на занавески. Солнечный свет теперь тоже для меня недоступен. Хорошо хоть я не сгорю на солнце, да и другие легенды оказались фальшивы. Жаль нельзя есть обычную человеческую пищу… как же мои любимые суши? А отбивная с картошкой? И если говорить об этом, то как же любовь? Мальчики? Мне двадцать лет, в конце концов! Я хочу встречаться! Хочу любить и быть любимой! Дети, внуки, счастливая старость… это что же теперь всё это для меня недоступно? Пускай сейчас я не готова к серьёзным отношениям, но рано или поздно я захочу влюбиться… и что тогда делать? М? Вот что?

Я вскочила с кровати и ринулась в ванную. Склонившись над умывальником, я включила воду и посмотрела на своё лицо. Собственное отражение пугало. У меня на лице были кровавые следы от слёз. О, это не была кровь, цвет не настолько насыщенный, но близко. Получается и слёзы уже не мои... не человеческие. Ненавижу, я ненавижу себя! Я со всей силой ударила по раковине, и на моих глазах большой фаянсовый кусок рукомойника упал на пол и разбился на несколько частей.

Боже мой… пронеслось в голове, когда я, как сомнамбула, вышла из ванны. Я не человек. Какое-то опустошение завладело разумом. В состоянии полной прострации, я дошла до кровати и легла. Свернувшись комочком, я тихо лежала и наблюдала за хороводом пылинок в воздухе. Эта картина успокаивала взбудораженный разум и я постепенно стала проваливаться в сон.

***

Мне снился дождь над чужим городом. Это был летний, тёплый ливень с грозой и молниями. Сила ветра пригибала южные деревья к земле. Я стояла на балконе и наблюдала за световыми вспышками над морем. Была глубокая ночь. Небо, затянутое тяжёлыми тучами было прекрасно. Пожалуй, именно зрение вампира раскрывало всю прелесть подобной погоды. Ведь каждая капелька дождя была уникальна, она сверкала в ночи подобно бриллианту и с тихим, мелодичным звоном падала вниз. Всё вместе создавало удивительную по красоте симфонию. Было такое волшебное, чужое чувство покоя, что я не сразу осознала, что это тело мне не принадлежит. Я была лишь невольным наблюдателем этой красоты и не могла что-либо изменить. Когда я попыталась пошевелиться, то с ужасом осознала, что заперта в этом теле. Крик, родившийся внутри меня, не сорвался с чужих губ, однако обладатель тела, вероятно, что-то услышал, потому что напряг свой слух и окружающий мир погрузился в настоящую какофонию звуков. А после всё прекратилось. Мир словно исчез… и я услышала слова этого вампира:

– Я иду за тобой.

Он резко развернулся и сразу же из-за вспышки молний, я увидела в отражении стеклянной двери его глаза. Алые, как кровь глаза.

***

– А-А-А! – я проснулась от собственного крика и резко подскочила над кроватью, неосознанно приняв боевую позу. Не смотря на то, что я больше не нуждалась в воздухе, прерывисто дышала. На коже выступил розоватый пот. Я чувствовала, как сердце бешено колотилось от страха. Чем бы ни являлся этот сон, он напугал меня до смерти. Лишь спустя минут десять я успокоилась и опустилась обратно в постель. Это был просто сон, навеянный вчерашними разговорами и моим напряжением. Вот и всё. И не нужно напоминать себе, что в фильмах всегда так говорят, а потом оказывается, что это не так. У фильма есть сценарий, у жизни его нет. Слишком много вероятностей, так что просто успокойся и подумай, где ты можешь найти новую одежду и постельное бельё, потому что это безнадёжно испорчено.

Я глубоко вздохнула и слезла с кровати. Подойдя к окну, посмотрела за занавеску – за окном стояла ночь или же был поздний вечер. Плюсы в зиме – долгая ночь и короткий день. Отдёрнув занавеску, я принялась рыться в шкафах. Так и думала, в большом шкафу лежало несколько запасных белых рубашек, пара джинсов, а также однотипных комплектов постельного и нижнего белья. Этот вопрос решён. Осталось теперь принять душ и почистить зубы, в ванной я вроде бы видела зубную щётку и пасту… фаянсовая раковина! Вбежав в ванную комнату, я с ужасом обнаружила, что раковина и правда расколота. Я её сломала. Вот чёрт, наверное меня за это по головке не погладят. Я растеряно провела рукой по волосам. Ладно, проблемы нужно решать по мере их важности. Сейчас главное – принять душ и почистить зубы, потом уже решить дело с раковиной, а потом нужно будет сходить и поесть. Чувство голода вновь поселилось в моём теле. Это наверное из-за адреналина. Пугающий сон и всё такое. Я быстро приняла душ, умылась и почистила зубы. Всё это пришлось проворачивать в ванной, что было не совсем удобно, но терпимо. После этого я переоделась во всё чистое и сняла постельное бельё с кровати. Аккуратно всё сложив в одну кучу, я подошла к компьютерному столу и позвонила охране. Мой диалог был коротким, я сообщила охраннику, что случайно сломала раковину и поинтересовалась, где можно постирать бельё. Он вежливо ответил, что пришлёт уборщика и поинтересовался, всё ли у меня в порядке. На секунду у меня сложилось впечатление, что моего собеседника данная ситуация забавляет, так что я быстро с ним распрощалась и сразу набрала номер Ангела.

– Алло? – на том конце телефона раздался приятный женский голос, – я тебя слушаю, София.

– Откуда ты узнала, что я звоню?

– Определить номер, милая. Ты хочешь есть?

– Да, ты права, – я на секунду запнулась и вежливо поинтересовалась, – а ничего, что я на ты? Сложно выкаться с человеком, который не намного старше меня.

– Ничего, нам предстоит много времени проводить вместе, так что дружеская обстановка будет только на пользу, – я почувствовала, как она улыбается, – тебе нужно спуститься на минус первый этаж, возле лифта я тебя встречу.

– Тогда до встречи, – и я положила трубку.

Подойдя к зеркалу и посмотрев на отражения, я невольно вздрогнула. Кажется, что я никогда не привыкну к своему новому виду. Эти глаза словно прожигали душу. Пронзительны до отвращения. Я представила, как другие смотрят на меня. В их глазах я наверняка выгляжу монстром. Чудовищем. Не человеком. Собравшись с духом, я покинула комнату. Как и в первый раз, когда я шла по этому коридору, меня поразила почти неестественная тишина. Внутренним чутьём, я поняла, что на этом этаже живу одна. Что ж, так даже лучше, никогда не знаешь, что ты можешь выкинуть в следующий момент, а если учесть, что ты вампир, пьющий человеческую кровь, то и подавно. Я вновь ощутила позыв голода, честно говоря, меня несколько удивляло, что голод шёл со стороны спины, а не живота. Это было действительно необычно. Нажав кнопку лифта, я дотронулась до холодных дверей, покрашенных в тёмно-коричневый цвет. Мне нравилось ощущать холод, ведь это означало, что в отличие от книжных вампиров, у меня температура явно в норме. По крайне мере, я не мертвец, уже хорошо. Наконец, двери лифта открылись, и я зашла внутрь. Нажав кнопку минус первого этажа, я расслабленно прислонилась к стене. На выходе уже ждала неприлично бодрая Ангел, девушка улыбалась, обнажив белоснежные зубы.

– Ещё раз здравствуй, София, – сказала она, – я слышала, что у тебя был беспокойный сон?

– Здравствуйте Ангел, что вы имеете в виду? – несколько ошарашено спросила я.

– Умывальник, помнишь? – она иронично приподняла одну бровь, – тот, который ты разбила?

– Я это сделала до того, как легла спать, и как я уже говорила охране – потому что просто не рассчитала силы, – несколько скованно ответила я, – теперь я даже и не знаю, на что способна.

– Вампиры обычно не сильнее людей, для того, что ты сделала, вампиру нужно… скажем так сосредоточиться или быть в возбуждённом состоянии, – она покачала головой и продолжила, – так как ты вряд ли экспериментировала с умывальником, я предположила, что ты расстроена, это так?

– Не задавайте глупых вопросов, конечно это так, – раздражённо проговорила я, смущённо пряча глаза, – в конце концов, вы сказали, что я убила человека и сама больше им не являюсь, к тому же не могу вернуться домой! Как вы считаете, это не повод, чтобы расстроиться и что-нибудь разбить? – смело подняв глаза, я с вызовов посмотрела на девушку.

Она немного нервно сглотнула и проговорила:

– Твои глаза… они засияли ярче…

– Что?

– Когда ты нервничаешь, они становятся ярче.

– Где здесь зеркало, я хочу это видеть, – я огляделась по сторонам. Коридор был зеркальной копией первого – того, белоснежного и, к сожалению, здесь зеркал не было.

– Пойдём, ты должна поесть, это тебя успокоит.

Как только она сказала про еду, я сразу почувствовала, как заныла спина от голода.

– Да, разумеется.

Коридор был крестообразной формы, мы свернули в правый отсек и подошли к одной из дверей с номером тридцать два. Ангел вставила пропуск в замок и дверь открылась.

– Как в научных лабораториях, да? – спросила я, – всё по-серьёзному?

– Ну да. Здесь всё по-серьёзному, – пожала плечами Ангел, и мы вошли внутрь.

Лаборатория оказалась совсем другой, чем я себе представляла. Во-первых, это была простая длинная комната для больных. В ряд стояло шесть коек, каждая из которых была закрыта от других белыми, полупрозрачными шторами. Повсюду располагались какие-то странные медицинские механизмы, инструменты и прочее, названия чего, я не знала. Так же были холодильники, когда я принюхалась, то ощутила, что изнутри идёт слабый запах крови. Да и в целом, это помещение пропахло кровью.

– Что это за место? – поинтересовалась я у Ангела.

– Это больничный отсек, здесь какое-то время находятся охотники, которых ранили. Когда они восстанавливаются, их переводят в более подходящее для выздоровления место.

– Этот этаж… больничный?

– Ага, здесь есть операционная, далее этот больничный отсек, морг и несколько других нужных помещений.

– Здорово… наверное.

– Я тоже так считаю, – она улыбнулась и подошла к одной из коек, – хорошо, теперь ложись сюда, сейчас я принесу тебе кровь. Кстати, кроссовки лучше снять, – ещё раз улыбнувшись, она ушла за кровью к одному из холодильников, находящихся на другом конце этой длинной комнаты.

Я быстро скинула с себя кроссовки и поудобнее устроилась на койке. Чувствовала себя как-то некомфортно и даже больной. Все эти койки, яркий больничный белоснежный свет… И вся эта атмосфера стерильности – угнетающе действовали на меня. Эта комната плохо ассоциировалась с едой. Вернее вообще никак. Мне вновь стало грустно. Неужели я до конца своих дней буду вынуждена так жить? Питаться замороженной кровью в стерильных комнатах, бояться выйти на улицу, чтобы никто не догадался, кто я? А главное, всё это делать одной. Ангел конечно милая девушка, у неё приятная улыбка, но меня пугало то, что сейчас я вижу не её, а вены, проступающие сквозь кожу. Слышу биение человеческого сердца, мерное, завораживающие... И пускай в голове не рождается желание напасть и высосать кровь, но всё равно, то что я чувствовала и слышала ещё больше отдаляло от человека, чем еда в стерильных боксах. Ну, если вы понимаете, о чём я.

Наконец, Ангел вернулась, в одной руке она держала пакет с кровью, а другой везла ко мне капельницу. Меня передернуло от отвращения.

– Надеюсь, что ты ничего не имеешь против первой отрицательной? – она улыбнулась.

– Я чувствую, эта кровь холодная.

– Хочешь, я её погрею?

– Давай, хотя... всё равно, лучше побыстрее покончим с этим, – и я с готовностью вытянула руку вперёд.

– Окей, – она подвела капельницу и принялась за процесс установки.

Ангел на удивление быстро со всем справилась. И вот, спустя семь минут, я уже вкушала все прелести холодной крови в своих венах. И да, чесотка вернулась.

– И как долго я буду лежать с воткнутой иглой?

– Пока не скажешь, что сыта, – пожала плечами Ангел, – обычно одного пакета хватает, но кто знает, ты же совсем младенец по вампирским меркам.

– Ну да… младенец..., – я с ненавистью посмотрела на пакет с кровью, желание почесать руку никуда не пропадало, – а почему у меня рука чешется в месте прокола?

– Потому что твоему организму не нравится, что в твоей руке торчит иголка. И кстати, если ты просидишь с ней часов…ммм… семь-восемь, эта иголка начнёт сама вылезать из-под кожи.

– Вы это серьёзно? – я недоверчиво посмотрела на неё.

– Точно тебе говорю, – кивнула Ангел в ответ, – это особенность организма вампира. Вот почему, чтобы убить такого как ты, нужно отрубить голову. У нас даже есть поговорка: «Даже труп вампира может вас убить». Дело в том, что если в вампира всадить всю обойму… в сердце, лёгкие, голову… короче не важно, он упадёт. Хотя, скорее всего, это произойдёт, если будут задеты по-настоящему важные органы. И то не факт. Я хочу сказать, что вампир, убитый пулями спустя двенадцать-тринадцать часов воскреснет, все пули буквально выползут из его тела, а раны затянутся. И он встанет и будет мстить. И если вампиру отрубить руку, а затем приставить к тому же месту, она прирастет обратно… это плохо работает только с головой. Для руки максимум шесть-семь часов с момента потери. Для головы счёт идёт на минуты. И это очень опасный процесс, так как может воскреснуть не разумный зверь… и вообще меня унесло в какую-то другую степь и я плохой рассказчик.

– Да уж, я... в шоке, – вытаращенными глазами смотрела я на Ангела. Регенерация конечностей. Полная регенерация. Это же фантастика. Неужели, я так могу?

– А новые руки не отрастают?

– За пару лет, – кивнула она, – я смотрю эта информация тебя ошарашила?

– Да, оказывается я не просто монстр, а супер монстр с нереальной способностью к регенерации и перспективой, в случае неудачи, стать неразумным монстром.

– Знаешь, не всё так плохо, а даже наоборот. Если человек разумен и здраво соображает, он может решить любую проблему. В конце концов, тебе не нужно убивать людей, – и она кивком головы указала на капельницу, – так что успокойся.

– Ага… легко сказать, чем сделать… и вы забыли – я вампир, – язвительно протянула я.

– Слушай, я пытаюсь тебя успокоить, но я явно не тот человек, который тебе нужен, – она смущённо склонила голову вниз, – вряд ли кто-то из нас может понять, каково тебе сейчас приходится. Всё, что мы можем сделать, это попытаться как-то облегчить твоё новое состояние, понимаешь? И, разумеется, найти того, кто это сделал.

– А что если я такой родилась? Что если в этом виновата только я? – тихо прошептала я в ответ, пытаясь сдержать слёзы.

– Не говори так! – громко воскликнула Ангел, – нельзя обвинять себя в том, в чём ты не виновата! Ведь это так, ты такой родиться не могла. Вот чисто физически не могла!

– О чём ты говоришь? – непонимающе уставилась я на неё.

– Вампиризм, это не мистика, это… паразит, – твёрдым голосом проговорила девушка.

– Паразит? – я вновь ошарашено уставилась на неё.

– Да, паразит. Наши ученые и я, в том числе, потратили много времени, чтобы выяснить это. Вампиры не миф, это сложный паразит передающийся через кровь. От вампира до человека. Какое-то время он размножается в новом теле, после чего появляется главный, скажем так, паразит, который помещается вдоль твоего позвоночника. От копчика до мозга. И начинает процесс переделки организма под свои нужды. В какой-то степени он даже разумен, так как процесс его эволюции идёт семимильными шагами. Разумеется, остаются некоторые вещи, которые мы не понимаем, но это скорее из-за уровня развития нашей науки, чем какая-то мистика, – она тяжело перевела дыхание, – ты просто больна, ты не монстр, чтобы ни говорили охотники. Я провела в лабораториях много времени и осознала это. Но они пока не понимают. Рано или поздно, но мы найдём лекарство. И ты станешь человеком вновь.

– Разве? – прошептала я, – стану? У меня появились когти, присоски на клыках, кости изменились, глаза стали другими. Я стала другой. И вы говорите, что сможете вылечить меня? Избавить от этого?

– В будущем обязательно найдём способ, – уверенно кивнула она в ответ.

– А что мешает вам сейчас вытащить из моего организма эту дрянь?

– Потому что если вытащить главного паразита, ты станешь мёртвой. Это как с пулями, понимаешь? Ты очнёшься, когда своё место займёт новый главный паразит. И это неизменно, чтобы мы не делали, – печально покачала головой Ангел.

– Вы проводили эксперименты над вампирами? – тихо проговорила я.

– Да, проводили.

– Это бесчеловечно, вы в курсе? – продолжила я.

– Не так бесчеловечно, как пить кровь у младенцев, – пожала плечами Ангел, – София, ты первый вампир, который ведёт себя как человек. Ну, из тех, что я встречала. Остальные хотели вонзить клыки мне в глотку, так что я не считаю, что мы не правы, пытаясь вас вылечить.

– И эти исследования, которые ты будешь проводить надо мной… они тоже будут такими? – резко воскликнула я, – ведь это же для моего блага?

– Ну, во-первых, мы будем пытаться понять, как ты стала вампиром, понимаешь? – спокойно ответила на мой выпад девушка, расхаживая по комнате вокруг меня, – я проведу забор крови, вот и всё. Во-вторых, ты наш гость и я не думаю, что было бы правильно так поступать с тобой. И в третьих, все опыты мы проводили над убийцами. Вот как это работает.

– А ты сможешь понять, что со мной не так, просто взяв кровь?

– Честно? – она внимательно посмотрела на меня, – думаю, что нет. Мы слишком мало знаем о вампирах, чтобы я могла объяснить, как такое могло получиться. Моё мнение таково – тебя обратили и стерли память. Кстати, тебе не говорили, что некоторые вампиры обладают определёнными способностями?

– Способностями? – я удивлённо уставилась на неё.

– Ага, насколько мы знаем, такими способностями они обладали будучи людьми, но в более низкой форме или в состоянии сна. Когда же их обращали, способности просыпались. Возможно, тебя обратил вампир, который обладает способностью гипнотизировать не только людей, но и своих собратьев.

– Тогда где же он? Почему он меня бросил? – в сердцах воскликнула я и вновь посмотрела на капельницу. Я чувствовала, что, скорее всего, легче бы пережила своё превращение, если бы рядом со мной был тот, кто со мной это сделал. Как интеграция в новое общество. Быть среди своих, которые всё объяснят и покажут. И собственно говоря, скажут, зачем они это со мной сделали. Вернее зачем он или она это сделал.

– А вот этот вопрос мне кажется самым важным, – тихо пробормотала Ангел, и уже нормальным голосом продолжила, – может ты обладаешь какими-то особыми способностями, но не знаешь об этом? С тобой не происходило ничего странного?

– Смеёшься? Я вампиром стала, куда уж страннее! – саркастически ответила я.

– Извини, думаю об этом мы поболтаем в другой раз, – она улыбнулась мне, – ладно, что-то мы с тобой заговорились, а мне нужно ещё кое-какие дела сделать для Ордена. В верхнем ящичке возле койки, ты найдёшь несколько книг. В основном фантастика, но есть и кое-что из классики. Как почувствуешь себя сытой, просто нажми вот на этот пульт, – и она указала на маленький белый пульт с единственной кнопкой, лежащий на тумбочке.

– Да, точно, дела… а что мне делать после... кхм... обеда?

– Позвони Агнессе, она скажет, – и Ангел направилась в сторону выхода.

– Эй, Ангел! А что такое Орден? – крикнула я ей вдогонку, слегка приподнимаясь над кроватью.

Она остановилась и развернулась ко мне:

– Орден... это мы. Охотники. У нас нет названия, так нас сложнее найти, но если ты встретишь человека с татуировкой двух о, ты будешь знать, что он охотник, – Ангел серьёзно посмотрела на меня, словно желая сказать что-то ещё, но потом покачала головой, запрещая себе говорить, и вышла из комнаты, оставив меня одну.

Орден Охотников. Забавно. Наверное, у них вековая история, как у каких-нибудь тамплиеров, иллюминатов или масонов. Ладно, что у нас тут есть почитать…

***

Прошёл час, прежде чем я почувствовала, что сыта. Нажав на кнопку, я дождалась Ангела, которая вытащила из меня иголку и проводила до лифта. Она выглядела какой-то уставшей, хотя мы не виделись всего час, но на осторожные расспросы касательно того, чем она занималась, лишь махнула рукой. Также она сказала, что завтра днём за мной зайдёт, и мы начнём исследования, но попросила, чтобы я не слишком возлагала на них надежды. И мы распрощались.

Придя в комнату, я сразу зашла в ванную и с удивлением обнаружила, что раковину мне заменили. На точно такую же. Я решила, что её принесли из соседнего номера. Быстро приняв душ, я подошла к телефону и попыталась позвонить Инге. Как и ожидалось, у меня ничего не вышло. Похоже телефон заблокирован от внешнего мира, что было обидно. Я посмотрела на часы, висящие на стене. Время было полвторого ночи. Звонить Агнессе явно поздно. Я печально вздохнула, меньше всего я хотела оставаться сейчас одна, особенно после всего, что услышала от Ангела. Конечно, я прихватила парочку книг из больничного отделения, но что-то читать особо не хотелось. Я подошла к окну и посмотрела на улицу. Судя по всему, окна выходили на небольшой парк, мягко освещённый жёлтым светом от фонарей. Я напрягла слух, и услышала тихое журчание воды. Мы находились возле воды, скорее всего маленькое озеро или пруд. Мне нестерпимо захотелось выйти наружу и подышать свежим воздухом. Тогда я решилась позвонить охране и попросить их об этом.

– Извините, но нет.

– Почему? Я же вроде не пленница! К тому же не собираюсь сбегать, я просто хочу подышать свежим воздухом, пройтись по парку и посмотреть на реку в лунном свете, я вроде бы о многом не прошу!

– У нас приказ – никуда вас не выпускать, извините, – голос на том конце провода был непреклонен.

– Ну, пожалуйста, вы можете идти рядом и держать меня на мушке, честно слово, я никуда не сбегу! Вы что, хотите, чтобы я вас умоляла? – я почти плакала, когда почувствовала некоторую неуверенность охранника, – ведь не обязательно об этом рассказывать, правда? Я завтра же поговорю с Агнессой, я абсолютно уверена, что она позволит эти прогулки… но сегодня… я просто боюсь оставаться одной…

– Ладно, но если вы что-то выкинете, мы будем стрелять на поражение! Вы поняли меня? – твёрдо проговорил охранник, предварительно с кем-то посовещавшись.

– Спасибо-спасибо-спасибо! – радостно воскликнула я.

– Спускайтесь, мы вас встретим.

Ура! Я иду гулять!

Парк и правда оказался волшебным, и всё благодаря моему особому вампирскому зрению. Каждая травинка, каждый листик был прекрасен. Эта красота проступала только тогда, когда я хотела её видеть. У меня пронеслось в голове – и как же я этого раньше не замечала. Весь небольшой парк, эта аллея, ведущая к маленькому прудику, видневшимся в дали, всё это было наполнено неповторимым ночным обаянием, каким-то волшебством, открывавшимся в серых и жёлтых тонах. А звёзды, о эти звёзды… мне казалось, что они стали ближе, сверкающие, как капли дождя на стекле. Я была очарована этой ночью, пьяна этой красотой. От радости, я начала танцевать, чувствуя себя лесной нимфой, а не монстром, затаившимся в ночи.

Охранники, бредущие чуть позади, были на удивление спокойны, один из них курил дешёвые сигареты и что-то рассказывал своему коллеге. Я старалась не обращать на них внимание, ведь они скорее надзиратели, чем охранники, хоть и ведущие себя довольно доброжелательно. Вот что странно, все охотники, которых я встретила, не выказывали знаков недружелюбия и ненависти, а наоборот, вели себя довольно спокойно в моём обществе. Хоть и все они знали, что я убийца. Это действительно удивляло, и я никак не могла найти причину. До меня донёсся запах сигареты и я сообразила, что не смотря на все мои изменения, на превращения, я всё ещё хочу курить. Это было смешно. Я решила проверить, могу ли я это себе позволить или же история повториться, как с пельменями. Я подошла к охранникам и вежливо поинтересовалась:

– Можно сигаретку?

Курящий охранник от неожиданности поперхнулся:

– Не знал, что вампиры курят!

– Я тоже этого не знаю, вот хочу проверить, – искренне ответила я.

– Ну ладно, держи, – он протянул мне сигарету и дал прикурить, после выжидательно уставился на меня.

Я осторожно затянулась и… н-и-ч-е-г-о. Я ничего не почувствовала. Просто воздух с никотиновым вкусом.

– Ну как? – поинтересовался некурящий.

– Ничего, даже обидно, – я расстроено повела плечами, – кстати, а вы какой крепости сигареты курите?

– Да я бросаю, поэтому единичку.

– Может поэтому? – я вновь затянулась, – раньше я курила тяжёлые сигареты.

– Хотите, я завтра куплю вам тяжёлые?

– Если можно, то да, – я улыбнулась, после бросила сигарету в урну, – ладно, думаю, что пора возвращаться, завтра новый день и всё такое.

– Да, пойдёмте.

И мы покинули парк. Я с лёгким оттенком грусти рассматривала по дороге деревья. Это красота, которая доступна монстрам. Почему я её вижу, а охранники нет? Или же причина в том, что я, пытаясь найти в себе изменения, заметила изменения внешние? Вернее не так, чувствуя себя на грани, поняла красоту мира, позволила себе её увидеть, а вот люди не позволяют? Проходят мимо и не замечают. От таких мыслей мне стало ещё более грустно.

Придя в номер, я вновь приняла душ. После этих кровавых следов по всему телу, я постоянно чувствовала себя грязной, ведь люди всё время потеют… а значит и на моей коже всё время образуется этот розоватый слой. Надо будет об этом поговорить с Ангелом, подумала я, разбирая постель. Включив прикроватный ночник, я решила перед сном всё-таки почитать. Спать мне по-прежнему особо не хотелось, хотя какое-то лёгкое чувство усталости всё же появилось. Так что я погрузилась в чтение книги.

***

Открыв глаза, я с удивлением обнаружила, что заснула прямо над книгой. Это было забавно, раньше я никогда так не вырубалась. Я чувствовала, что ночью приснился какой-то сон, но я никак не могла вспомнить о чём он был. Решив не заморачиваться, я отправилась в душ. Как ни странно, но сегодня на теле и соответственно одежде ничего не было. Никаких пятен. Наскоро ополоснувшись, я набрала номер Агнессы.

– Доброе утро, Агнесса, – с улыбкой на устах поздоровалась я с ней.

– Доброе, София, – раздался в ответ спокойный голос Агнессы, – как спала? Я слышала, ты вчера выходила погулять, хорошо было?

– Эм… да, хорошо…– несколько скованно ответила я, – я же никуда не сбежала, как видите…

– И всё равно, – голос стал более жёстким, – тебе нельзя покидать гостиницу, ты сама не представляешь на что способна, не знаешь, что можешь выкинуть, если почуешь кровь. Так что пока мы не научим контролировать зверя, тебе нельзя никуда выходить.

– Вы имеете в виду паразита, да? – раздражённо ответила я, – мне рассказала Ангел о нём… вот что интересно, она сказала, что он возможно даже обладает разумом. Или что-то в этом роде, не суть. Вам не кажется, что, в целях своей безопасности, он не станет нападать на первого встречного, м? Не станет рисковать благополучием моего тела, своего обиталища?

– Может тебе стоит напомнить про мужчину, которого ты убила? – раздался в ответ ледяной голос Агнессы, – у него, между прочим, осталась молодая беременная жена!

– Что? – весь мой пыл резко улетучился, и я буквально упала на кровать. Нервно сглотнув, я спросила, – и что теперь вы сделаете со мной?

– Ничего, – Агнесса тоже успокоилась, – я не хотела тебе об этом говорит, – честно призналась она, – ты сейчас как динамит – можешь взорваться от любой информации или поступка с нашей стороны. Только вампиры могут управляться со своими… детьми. Нам нужно быть осторожнее в отношении тебя.

– Динамит… интересно, но я не чувствую себя такой, – устало вздохнула я, – я хочу заснуть, а проснуться дома, в своей постели.

– Такова жизнь, дорогая моя…. И она дерьмо, – небрежно закончила она, – насколько я понимаю, ты звонила, чтобы узнать о твоём расписании?

– Да, и честно говоря, я удивлена, что вы мне не позвонили раньше, сейчас уже двенадцатый час.

– Ты вампир, будить тебя раньше двенадцати – самоубийство, – хмыкнула она, – такие как ты спят в основном с семи-восьми утра до полудня.

– Так мало? – изумлённо пробормотала я.

– Ну да. За тобой приедут через два часа. Так что советую сходить сейчас к Ангелу и поесть. Ты поедешь на тренировку. Мы решили, что тебе пока лучше не контактировать с молодыми охотниками, это было бы не безопасно, так что ты будешь индивидуально заниматься у опытного тренера.

– И что я буду делать?

– Учиться контролировать себя, – спокойно сказала женщина, – а так же элементарным методам самозащиты. Дальше он расскажет тебе о том, кто такие вампиры и прочие представители сверхъестественного. И всё в таком духе.

– Вау… это звучит действительно… здорово, – промямлила я, испытывая некоторые сомнения по этому поводу.

– Да, и он решит, стоит ли тебе жить, или лучше чтобы ты умерла, – без эмоционально продолжила она, – для тебя этот человек станет и отцом, и тренером, и совестью и самим мать его богом.

– Вы это серьёзно? – воскликнула я, чувствуя, как живот скрутился в какой-то жгут, – вы же сказали, что не хотите моей смерти? Что вы за человек такой, что говорите такие вещи?!

– Да, но вчера мне звонила Ангел и высказала интересное предположение касательно тебя, – я почувствовала, как в голосе Агнессы появились более уверенные и насмешливые нотки, словно предположения Ангела ей не кажутся таковыми. Словно они – правда. И, кажется, я знаю о чём она скажет дальше, – про гипноз. Ты тоже об этом думала, насколько я помню.

– Вы о способностях?

– Ну да, так что ты на подозрении, моя милая, – я почувствовала, как она вздохнула на том конце провода, – честно, мне жаль тебя, София. Ты попала в мир, в котором тебе нет места. Стала пешкой в руках кукловода. Всё-таки родиться вампиром невозможно хотя бы потому, что вампиры не стареют. Вернее не взрослеют. А это значит, что у тебя есть создатель. Вот вопрос только в том, где же он…

– Не знаю, но меня это тоже сильно волнует, – прошептала я. Неожиданно родилось чувство злости, и даже ненависти к гипотетичному создателю и я резко проговорила в трубку, – потому что я должна его убить. Должна отомстить за то, что он со мной сделал! – и я повесила трубку.

Мне не хотелось идти к Ангелу. Мне казалось, что она предала меня, рассказав всё Агнессе, хоть умом я и понимала, что это не так. В конце концов, она мне ничего не должна и мы не друзья. Всё просто – я вампир, она врач, лечащий охотников. Но почему мне тогда так горько?

Когда я спустилась к Ангелу, она вела себя очень сдержано и иначе чем вчера. Фактически мы почти не говорили друг с другом, и на её лице не было улыбки. Мне оставалось лишь принять такие правила и во время процедуры углубиться в книжку. В результате время пролетело почти незаметно. Самое смешное, что таким образом я узнала очередную способность вампиров. Скорочтение. Так я это окрестила. Фактически я не просто читала, а пролистывала страницу за страницей, на время останавливаясь и переваривая полученную информацию. Также я поняла, что обладаю абсолютной памятью. Я, прочитав всего раз, запомнила весь текст. Это было приятно, хоть немного утомительно.

Когда я вернулась на свой этаж, там меня уже ждал давешний парень, охотник Влад, он нервно переминался с ноги на ногу. Когда же он заметил меня, я почувствовала волну паники, исходящую от него. Она было с привкусом корицы, солоноватая и терпкая. Из-за этого вкусного запаха, на мгновение я даже остановилась, чтобы в полной мере насладиться им.

– М..е..ня послали… за тобой, – немного заикаясь, пробормотал он. Чувствовалось, что парень хотел провалиться сквозь землю от смущения.

– О! Здорово, – пожала плечами я и развернулась в сторону лифта, – тогда пошли отсюда?

– Дда…а, – ответил он, идя за мной.

Парень сразу постарался оказаться как можно дальше от меня. Он в руках держал какую-то коробку, небольшую по размерам, с логотипом неизвестной мне фирмы.

– Что это у тебя в руке? – поинтересовалась я.

Влад вздрогнул и посмотрел на свою руку, как на ядовитую змею, посмевшую укусить.

– Да, точно… это тебе, – и он протянул мне коробку, – это очки… глаза...

– Чтобы я не ослепла, – улыбнулась я и приняла коробку. Открыв её, я обнаружила пластмассовые чёрные очки. Они были в стиле девяностых. Большие, книзу кругло-треугольной формы. Я знала, что такие очки очень популярны сейчас. На сердце стало чуть теплее. Всё-таки они купили их для меня...

– Я решил купить их для тебя, – проговорил парень и тут же, смутившись от своих слов, пробормотал – я знаю, что вы плохо видите днём…

– Спасибо, – сухо ответила я, надевая очки. Тёплые чувства моментально пропали.

Выйдя на улицу, я с облегчением поняла, что вижу. Мир вокруг был странных цветов, чуть затемнённый по краям. Но главное – я видела. Мы подошли к одной из чёрных машин, стоящих подле гостиницы. На улице была ясная солнечная, но осенняя погода. Я кожей чувствовала как холодно, но внутри было тепло от крови, что я сегодня получила, так что холод был не страшен. Я чувствовала его кожей… но не телом. Не могу точно описать разницу. Вот ещё одна особенность вампиров. О ней вроде бы говорили в фильмах, только объясняли это тем, что вампир – оживший мертвец. А таковым я себя не чувствовала.

Мы сели в машину. Влад на место водителя разумеется, а я на заднее сидение. Быстро заведя машину, мы тронулись с места.

– Нам долго ехать? – поинтересовалась я.

– Примерно минут сорок, всё зависит от пробок, – ответил он, – мы едем в нашу загородную резиденцию.

– У вас и загородная резиденция есть? – иронично проговорила я, – как интересно… вы же вампиров убиваете, я права?

– Эээ, ну да, – растеряно ответил парень, выруливая на перекрёсток, ведущий в сторону выезда из города.

– А откуда у вас такие средства?

– Эм… ну….

– Ладно, забей, – я решила не мучить больше парня. И так чувствовалось, что он боится меня. А нервы водителя лучше беречь… целее будешь. Хотя вероятно если случится авария – я выйду живой. Вот интересно, а взрыв… как он на меня повлияет?

***

Влад успешно довёз меня до загородной базы Ордена. Здание было построено в манере прошлого столетия. Массивная бетонная коробка с высокими белыми колоннами, окружённая сосновым бором. Территория было защищена высокой оградой из красного кирпича, сквозь которую ничего не было видно, а сверху она была увита колючей проволокой. При въезде был построен небольшой блокпост, где Влад предъявил свои документы двум охранникам в, скажем так, боевой чёрной форме. Они были полностью укомплектованы к военным действиям. Автоматы, рации, броня. У меня создалось странное ощущение от происходящего, словно мы попали на какой-то секретный объект. Совсем по-другому выглядела гостиница в городе, она была более добродушной, ну, если не считать нижние этажи. В частности охрана не произвела на меня такого отрицательного впечатления, как эти два белобрысых бугая на въезде. Однако я не стала расспрашивать об этом Влада, он и так сидел как на иголках. Территория базы впечатляла, мы ещё минут двадцать ехали сквозь сосновый бор, прежде чем показалось само здание. Однако Влад не стал останавливать машину, а свернул за угол, где я увидела ворота. Въезд на подземную парковку, объяснил он. Так мы попали внутрь.

Парковка также впечатляла, особенно машины. Большая часть была накрыта чёрным брезентом, но те, что нет – были внушительны. Как уже говорила – я не разбираюсь в машинах, так что просто скажу – передо мной были самые разные виды джипов, все чёрного цвета с тонированными окнами. Мы быстро припарковались и подошли к лифту. Я немного нервничала. Атмосфера предрасполагала к этому. Судя по всему, у этого здания было три подземных этажа. И семь верхних. Что также говорило о его размерах. Влад сказал, что на самом деле здание состоит из двух частей, то в которые мы сейчас поднимаемся – жилое. Здесь обычно обитают охотники, также тут расположена столовая, мини-кинотеатр, комнаты досуга и даже тренажёрный зал. Когда я спросила про нижние этажи, парень  смущённо замялся и кивком головы указал на кнопки лифта, пояснив, что чтобы узнать что там находится, нужно туда попасть. И для этого нужен ключ, который вставляется в эти кнопки. Я равнодушно пожала плечами. В конце концов, меня это не касается.

Мы поднялись на четвёртый этаж, и попали в небольшую рекреацию. Судя по парковке, лифт расположен в центре здания, а на этом этаже задней частью он упирался в стенку. В целом, помещение производило впечатление современности. Стиль хай-тек, или что-то в этом роде. Абстрактные картины на стенах. Зелёный, однотонный ковёр на полу. Белая краска, какие-то декоративные цветы в вазах. Белые диванчики и огромный плазменный телевизор.

– Зачем мы сюда пришли? – поинтересовалась я у Влада.

– На этом этаже живёт твой будущий тренер, – ответил он, – мне сказали, чтобы я привёз тебя сюда.

– И сдал с рук на руки, – ухмыльнулась я, – тогда чего мы стоим?

– Да-да, – спохватился парень и повёл в сторону двери напротив лифта. Мы оказались в длинном коридоре. В целом обстановка была приятной, успокаивающей. И если холл был выполнен в бело-зелёных цветах, что очень красиво смотрелось, то этот коридор был голубым. Красивые декоративные обои с волнообразным узором. Приятный чёрный ковёр. И опять абстрактные картины в морском стиле. В конце коридора было окно с небесно-голубой занавеской. Коридор создавал впечатление тёплой, но немного официальной обстановки.

– Здесь живут самые лучшие и успешные охотники, – проговорил Влад, – у каждого из них своя квартира. Правда, они редко задерживаются здесь надолго. Часто путешествуют по миру, – добавил он.

– Охотятся, – прошептала я. Я абсолютно уверена, что квартиры изнутри выглядят, не менее впечатляюще, чем всё, что я видела до этого. Красиво... но не по-домашнему. Уют есть, однако он, как и всякий хай-тек, искусственен. Если бы здесь действительно жили люди, всё не выглядело настолько стерильно-красивым.

Мы подошли к одной из дверей. Возле неё в стенке был небольшой интерком с экраном и мини-камерой. Влад нажал на звонок, и из-за двери послышалась тихая переливчатая мелодия. На экране высветилось мужское лицо.

– Кто это? – раздался хмурый голос.

– Мы от Агнессы, – взволнованно проговорил парень.

– Вампир с тобой? – хрипло спросил мужчина.

– Да, я здесь, – ответила вместо Влада я. В конце концов, я не неодушевлённый предмет – я живая.

– Ну да, ну да… – хмыкнул он, – ладно входите.

И дверь открылась по мягкому щелчку. Сплошная автоматика. Дорого. Интересно как охотники зарабатывают деньги на всю эту роскошь?

На пороге стоял молодой небритый мужчина. Короткие чёрные волосы, стального цвета глаза. Пронзительный человек. Такого встретишь на улице и обязательно оглянешься вслед. Жилистая фигура, старые шрамы на плечах, укрытые огромной татуировкой в виде острых линий. Он внимательно и оценивающе смотрел на меня.

– Здравствуйте, –  смущённо поздоровалась я.

– Так значит, ты и есть тот вампир, о котором все говорят. Честно говоря, – он на секунду умолк, – я ожидал большего.

Я сняла очки и посмотрела ему в глаза, стараясь вызвать то чувство, которое было во мне, когда я пыталась загипнотизировать парня возле клуба. Охотник в ответ рассмеялся.

– Детка, ты не в той ситуации, чтобы демонстрировать зубки, – и он холодно посмотрел на меня, – я решаю, будешь ли ты жить или нет. Не надо ссориться.

Я растеряно моргнула и потеряла концентрацию.

– Что значит, буду ли я жить или нет?

– Так постановил совет, – пожал плечами он, приглашая пройти внутрь, – ладно, проходите, что на пороге стоим.

Влад облегчённо перевёл дух, от сложившейся ситуации он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

– А ты парень… как там тебя зовут?

– Влад.

– Чай, кофе будешь? – и он кивнул в сторону кухни.

– Нет, спасибо, – покачал головой Влад.

– Ну, тогда до свидания, – и охотник сложил руки на груди, – ведь больше тебе никаких инструкций не давали, правильно я понимаю?

– Э.. да, – и он развернулся в сторону выхода, лишь возле дверей оглянулся и посмотрел на меня, – до свидания.

– Пока-пока, – и я помахала ему рукой.

Теперь я с этим психом осталась наедине. Чувство неуверенности свило гнездо вокруг моего сердца. Замечательно, только недавно я посмеивалась про себя насчёт Влада, а теперь сама такая. Впрочем, меня можно понять. Этот охотник… кстати, а как его-то зовут? Короче этот охотник грозится меня убить и сейчас смотрит так, будто прикидывает чем именно.

– Эээ…ммм…– промычала я, пытаясь вызвать того на диалог. Охотник не реагировал. Мне даже показалось, что он впал в состояние транса, пристально изучая какую-то точку на моём лице.

– А как вас зовут? – решилась спросить я.

– Дион, – мужчина словно бы очнулся и отвёл взор.

– Так чем конкретно мы будем заниматься? – интересное имя подумала я про себя. Эх, жаль у меня нет интернета, посмотрела бы, что оно означает.

– Сейчас мы будем пить кофе, потом пойдём в тренажёрный зал, – и он пошёл в сторону кухни.

Надо сказать, квартирка впечатляла не меньше, чем коридор с холлом. Всё тот же минимализм. У меня сразу сложилось впечатление, что в этой квартире редко бывают. Не жилая она, слишком чистая, хоть и не лишена определённого очарования. Во-первых, она была полностью открыта, ну, за исключением ванны, похоже. Приличных размеров современная кухня, ограждённая от столовой/гостиной кухонным столом, в другой стороне большая кровать с двумя маленькими тумбочками по бокам. Просторный диван в гостиной, там же небольшой стол, в прихожей тумба с телефоном. Как я уже говорила – минимализм. Здесь даже телевизора не было. Примечательно то, что квартира только с первого взгляда казалась такой… минимум мебели и соответственно вещей. Присмотревшись к стенкам, я обнаружила еле заметные выступы, похоже, что из стен можно выдвинуть полки или что-то в этом роде. Хай-тек, что с него взять. Во-вторых, цветовая гамма. Мне, как художнику, было приятно здесь находиться. Серый, чёрный, белый, насыщенно-синий (там, где кухня), ничего лишнего. Никаких узоров, пятен, абстракций. Сплошная геометрия. Плотные светофильтры на окнах. Одно-единственное растение на всю квартиру в разделе спальни и то – кактус. Сложно передать словами насколько всё здесь стильно и современно. Можно только сказать – на это хорошо смотреть, но не жить.

– Насколько я понимаю, вы здесь живёте? – вежливо поинтересовалась я у охотника, пока тот разбирался с кухонной утварью.

Бросив на меня взгляд, он недовольно поморщился.

– Разумеется, нет, я здесь проездом, – и он вернулся к кофеварке.

– Понятно, здесь…ммм... очень стильно.

– Отвратительно и неудобно, не квартира, а сплошное недоразумение, – хмыкнул в ответ Дион, – и почему-то все считают, что здесь очень престижно жить.

– Со стороны всегда так, – неловко улыбнулась я, чувствуя, насколько глупый получается диалог. А что я могла поделать? Этот... охотник, явно не в настроении со мной общаться. И вообще, он выглядит так, будто только что проснулся. Я бросила взгляд в сторону кровати – не заправлена. Точно, только что проснулся. Я покачала головой.

– Что ты стоишь как столб? – поинтересовался он, – здесь полно свободных стульев и даже диван есть, садись.

– Спасибо, – и я устроилась на краю дивана, – знаете, я заметила, что больше не испытываю усталости от долгого стояния или чего-то в этом роде.

– Ну, я не биолог и не врач, так что помочь с разъяснениями не могу, – он почесал свою щетину, после чего налил себе в чашку кофе. По квартире разнёсся великолепный запах свежеприготовленного кофе. Я втянула запах и блаженно закатила глаза.

– Вкусно пахнет.

– А, прости, ты тоже будешь кофе? – поинтересовался он и сделал первый глоток.

– Простите? Я могу пить кофе?

– Любые жидкости, кроме молочных продуктов, на сколько я знаю, – пожал плечами он, –думал, ты знаешь.

– Можно сказать, что я вообще ничего о себе не знаю, – я почувствовала раздражение, – и пока что мне мало кто что говорит. Насколько я понимаю, именно Вы будете просвещать меня относительно моего нового… облика.

– Ну да… ну да, – хмыкнул он, и достал вторую чашку для кофе, – ты крепкий будешь?

– Да.

– Держи, – он поставил чашку на обеденный стол.

Я подошла, и уселась на табуретку. Взяв чашку в руки, я сделала небольшой глоток. И будь что будет. На удивление кофе пошёл неплохо. Правда я не почувствовала ничего из того, что чувствовала раньше, когда пила его будучи человеком.

– Замечательно, теперь кофе для меня и не кофе совсем.

– Зато проблем со здоровьем не будет, – усмехнулся Дион, – ладно, давай ты мне сейчас кратенько обрисуешь ситуацию насчёт тебя. Совет мало что мне сказал, кроме того, что ты неизвестно как стала вампиром.

– О да, очень захватывающая история берущая корни неизвестно откуда, – пробурчала я, делая очередной глоток.

Рассказывая в очередной раз последние недели своей жизни, я пристально наблюдала за собеседником. Он определённо выглядел как человек, которого изрядно потрепала жизнь. Те шрамы, которые я увидела в коридоре, здесь проступили особенно ярко. Я попыталась представить, что могло нанести их, и ужаснулась. Похоже, здесь постарались не только люди с пистолетами и холодным оружием. Те, что возле плеч и на шее – следы от когтей и клыков. Меня внутренне передёрнуло. Я представляла себе, что жизнь у охотников не сладкая, но не настолько. Охотник был серьёзным человеком, собранным и уверенным. В нём присутствовала грация хищника. Человека, который много занимается боевыми искусствами и участвует в настоящих сражениях. Единственное, что удивляло, так это его возраст. О нет, он не был мальчишкой, как тот же Влад, по моим ощущениям ему было около тридцати, но не больше. У него был холодный взгляд. Тот эффект, который появился после обращения, я имею в виду, что в глаза мне страшно смотреть, так как они светятся, у него был просто так. Пронзительно-серые, стальные, ледяные. Они обжигали и заставляли вновь смотреть на них. Притягивали и пугали одновременно. Я даже смутилась, на секунду захотев дотронуться до него, просто ради того, чтобы поверить, что он из плоти и крови, а не из стали и льда. Резко очерченные скулы, крупные чёрные ресницы. Внешне он походил на цыгана. В мочку правого уха была вставлена крупная круглая серьга. Длинные пальцы, тонкие губы. Он производил впечатление. Ручаюсь, что, не смотря на шрамы, а может и из-за них тоже, отбоя от девушек у него нет. Кто знает, может, поэтому он выглядит таким не выспавшимся? А впрочем, это не моё дело. Я же теперь вампир. Кровопийца и так далее. А он охотник, который смотрит на меня слишком уж пристально. А главное, я никак толком не могла прочесть у него в глазах, что он обо мне думает. И это пугало больше всего.

– Ну вот, собственно говоря, и всё, – неуклюже закончила я свою исповедь.

– Да уж, не густо, – хмыкнул Дион, – теперь давай проясним ситуацию. Я приехал сюда из-за нападений сверхъестественных существ. Фактически ты являешься моим заданием. Выяснить, что, чёрт возьми, ты такое и как всё это случилось. Вчера ночью мне позвонили и предложили заодно провести с тобой несколько особых уроков, так как я специализируюсь в основном на вампирах. А дальше всё зависит от тебя. Если ты будешь плохо вести или не сможешь себя контролировать, то я лично убью тебя.

– Я умею себя контролировать! – обиженно вскрикнула я.

– Это мы проверим позднее, – пожал плечами он, – насколько я понимаю, многие вещи ты уже освоила. Это упрощает задачу.

– Освоила?

– Ну да, к примеру, запахи. Вампир способен чуять кровь на расстоянии до двух километров. Также определять, кому она принадлежит. Поскольку вы без приключений сюда доехали, значит сейчас ты, скорее всего, подсознательно, снизила радиус действия. Далее свет, ты спокойно сидишь и пьёшь кофе. Ты не слепая и если тебя сейчас завести в тёмную комнату тебе потребуется время, чтобы ты перешла на новый вид освещения. Как я и предполагал, вампиры инстинктивно обучаются пользоваться такими способностями. Ещё ты пыталась меня загипнотизировать в коридоре, если бы я был обычным человеком, тебе бы это удалось.

– Обычный человек? А ты значит необычный? – иронично улыбнулась я.

– Да, и тебе лучше поскорее отвыкнуть называть меня на ты. Для тебя я Наставник, поняла? – хмуро посмотрел он на меня, делая большой глоток из чашки.

– Поняла, Наставник, – сконфуженно ответила я. Этот охотник нравился мне всё меньше и меньше. Да и вообще, я стала чувствовать отчуждённость от таких, как он. К примеру, я слышала, как работает его организм, биение сердца, как в лёгких наполняется воздух и по венам бежит кровь. В противовес – мой организм. Да я чувствовала, как внутри меня происходили какие-то процессы… но они были более гладкими, более плавными… я ощущала присутствие паразита… это успокаивало меня, говорило, что я не одна… и больше никогда не буду одинокой…

– Ты что там, заснула? – грубо прервал мои размышления охотник.

– Простите, я просто задумалась о том, насколько сильно я теперь отличаюсь от людей.

– Мой тебе совет, деточка – поменьше об этом думай, – холодно проговорил Дион, – иначе в один из дней, ты решишь, что люди это ходячие бурдюки с кровью и не более.

– Так считают остальные вампиры? – спросила я.

– Все они. И вампиры, и оборотни, и остальные твари Теневого мира.

– Теневой мир? – улыбнулась я, – вы так называете факт существования паранормального?

– К черту паранормальности, детка. Вы такие же реальные персонажи, как и динозавры или мамонты, просто те вымерли, а вы нет, – фыркнул он в ответ, – и да, Теневой мир, потому что они скрывают факт своего существования от людей.

– А почему, кстати говоря, они скрывают? Из-за численности людей? Да?

– Потому что так вампирам проще управлять планетой, – ответил он, – Ведь если люди узнают о существовании других видов, тем более тех, кто живёт за их счёт, они точно не будут в восторге и постараются вас уничтожить.

– А почему вы тогда не рассказываете людям о нашем существовании? Как знать, может тогда придумали бы лекарство от вампиризма? Ведь насколько я понимаю, под словом вид, Вы подразумеваете симбиоз паразита и... человека?

– Да, правильно, именно симбиоз. Вот только человека уже нет. Есть вампир, – равнодушно проговорил Дион, – ладно, ты пока посиди, кофе попей. Если что, в кофеварке есть ещё. А я пока душ приму. Что-то вы рано приехали, – пробурчал он.

– А, хорошо, – кивнула я, – и вы потом расскажете, почему покрываете нас?

– Да просто иначе на планете поднимется паника, это палка о двух концах. И не факт, что в открытом противостоянии победят люди. Вампиры не мифические существа, живущие в пещерах и средневековых замках. У них есть чем ответить на атаку людей, – раздражённо ответил мужчина, прежде чем скрыться в ванной.

Я перевела дух. Что ж кое-какая информация есть, уже хорошо. Я сделала маленький глоточек и подошла к окну. Открыв один из светофильтров, передо мной предстал во всей своей вечерней красоте сосновый бор. Тишина и благодать. Ну, если не считать ограду, видневшуюся вдали. И отбросить охотников прогуливающихся по территории с автоматами. Класс. А всё моё зрен… У меня на секунду помутнело в глазах и из ослабевших пальцев выпала чашка, разлив кофе по полу. Что за чёрт. Я словно бы ослепла и потеряла ориентацию. Потом волна повторилась, и я упала на колени. Я помотала головой. Перед глазами пронёсся вид земли из окна самолёта. Картинка была настолько чёткой, что я словно бы перенеслась туда на мгновение. Запахи, ощущение спинки кожаного кресла первого класса, звук, издаваемый двигателем самолёта и смех пассажиров за соседними креслами. Потом картинка стала тускнеть и всё пропало. Я в шоке поднялась с колен, меня немного мутило, но в целом я пришла в чувство. Что это было? Это видение немного напоминало тот сон, что я видела. В голову закралось нехорошее подозрение. Неужели это как-то связано с моим создателем? Это он посылает мне эти образы? Я похолодела. Во сне он сказал, что идёт за мной.

– Ты зачем кофе пролила? – сзади раздался спокойный голос.

Я обернулась и обомлела. Дион явно не входил в список праведников или же точно не считает меня девушкой. Полотенце, обёрнутое вокруг бёдер… и собственно говоря всё. От смущения я покраснела и пробормотала:

– Вообще-то, я девушка. Вы не могли бы одеться.

– Что? – удивлённо уставился на меня Дион. Потом на его лице проступило понимание, и он проговорил, – извини, отвернись тогда, я оденусь.

– Угу, – кивнула я и отвернулась. Да уж его шесть кубиков пресса я точно никогда не забуду. Я покраснела ещё сильнее и неожиданно почувствовала кровь на губах.

– Ой! – воскликнула я, дотрагиваясь до зубов. Так и есть – клыки выскочили. Похоже, мой организм счёл моего наставника достаточно аппетитным, чтобы я его съела.

– Ты чего? – спросил Дион.

– Эээ, у меня клыки выскочили, – прошепелявила я. Да уж, с такими клыками особо не поговоришь.

– У тебя парень есть?

– Нет, а что такое? – удивилась вопросу я.

– Ты просто ведёшь себя так, как будто никогда мужчину без одежды не видела, – спокойно произнес он, по звукам продолжая одеваться.

– Эм... ну, как бы сказать… так и есть, –  смущённо пробормотала я.

– Великолепно, вампир-девственница, – рассмеялся он, – о сколько нам открытий чудных. Твои клыки выскочили потому, что вампиры во время секса пьют кровь друг друга. Ты возбудилась – организм отреагировал.

– Это как… эрекция у мужчин? – спросила я.

– Что-то в этом роде, – я почувствовала, как он пожал плечами, – мой тебе совет, постарайся успокоиться, иначе ты ещё долго будешь с ними щеголять.

– Это противно, – скривилась я, – я уже могу оборачиваться?

– Да-да, – ответил он, – и подбери чашку с пола. Кстати, ты так и не ответила, почему её уронила?

– Просто задумалась о своём и не заметила, – подобрав чашку, я обернулась. Слава богу – шерстяной свитер, джинсы, всё скрыто. Честно говоря, я сама не поняла, почему скрыла от него свои видения. Хотя… что-то внутри меня говорило – это не для посторонних. Только моё.

– Ладно, пошли, – он поставил чашки в раковину и кивком головы приказал следовать за ним. Впереди предстоял экзамен на то – как сильно я хочу жить.

***

На удивление, за весь путь из первой части здания во вторую, мы не встретили ни одного охотника. Вообще никого не было. Тихо и спокойно. Как я и предполагала, внутри здание выглядело гораздо более впечатляюще, чем снаружи, в перешейке мы даже прошли мимо небольшого фонтана. Во второй половине здания, мы спустились по лестнице на подземный этаж. Возле входа в зал располагались две комнаты – раздевалки для мужчин и женщин. Дион сказал, чтобы я переоделась в одежду, которую найду внутри и прошла через вторую дверь непосредственно в зал. Мы разделились.

Раздевалка опять была выполнена в стиле хай-тек. Помешаны они на нём что ли? Белый, зелёный, чёрный, огромные зеркала, отдельная комната с душевыми кабинками. Всё как в настоящем спортивном клубе. Атмосферно и умиротворяюще. Также здесь был небольшой шкаф, доверху забитый спортивной формой. Чёрный верх, чёрный низ, а также какого-то странного вида носочки и балетные тапочки. Всё чёрное. Судя по всему, охотники тренировались не в кроссовках. Интересно. Быстро переодевшись, я вышла в зал.

Диона пока не было, наверное ещё переодевается. Так что я решила пока оглядеться. Фактически зал был разделён на две части: одна, из которых была пустой, там был только большого размера чёрный мат, а вот вторая часть была заполнена различными тренажёрами, грушами. Ну, вы знаете, как выглядят такие комнаты в спортклубах. Вдоль стен были расположены открытые полки, на которых находились различные виды холодного оружия. Я почувствовала себя тупицей, так как практически ничего из того, что видела я не знала. Разве только самое очевидное – мечи, сабли, лезвия, топоры и многое другое. Набор впечатлял. Я бы не удивилась, если бы на другом этаже располагался и оружейный зал. Похоже, охотники основательно готовят себя к боевой жизни. Стилевая гамма – оранжевый, белый, чёрный. И опять ничего лишнего. Единственное отличие от других комнат состояло в том, что этим залом явно часто пользуются, так как мат выглядел несколько потрёпанным, в некоторых местах даже были порезы. Видимо здесь часто тренируются. Интересно тогда почему мы с Дионом до сих пор никого не встретили?

Сзади раздался звук открываемой двери, обернувшись, я увидела охотника. Он также был одет во всё чёрное. Я обречённо вздохнула и провела языком по зубам. Клыки только-только убрались, а теперь они опять могут появиться. И что теперь делать? Меня охватило уныние. Вообще я всегда была очень спокойной девушкой. И ещё не встречала парней, от которых… ну появлялось это чувство. Не знаю, как описать. Разумеется, я видела мужчин, на которых был приятно смотреть и возникало желание познакомиться. Но чтобы появлялась физическая реакция – такого не было. И теперь я просто не знала, что делать. О, нет-нет, я не влюбилась, мне сейчас как-то было не до того. Однако, видя, как майка облегала мышцы Диона, я чувствовала влечение. И с этим что-то надо делать.

– София, ты совсем не умеешь скрывать свои чувства, – насмешливо сказал Дион, – всё на лице написано. Мне говорили, что ты очень человечна. Но я даже и не представлял, что настолько.

– Смешно, – смутилась я в ответ, – однако ничего не могу с этим поделать.

– И не надо, чем дольше ты будешь испытывать человеческие чувства, тем больше времени пройдёт, прежде чем ты перестанешь быть человеком.

– Но так ведь я уже не человек.

– Физиологически – да, эмоционально – нет. Твой паразит видимо пока ещё не взялся за тебя, – рассудительно сказал он, – скажи, ты ещё не чувствуешь некоторого раздвоения внутри себя? Как бы двух голосов?

– Нет, я же не шизофреник, – улыбнулась я, – и явно не страдаю раздвоением личности.

– Значит это у тебя впереди, – он кивнул мне, – рано или поздно, паразит захочет пить настоящую человеческую кровь, кусать вены, гипнотизировать людей, слушать, как с каждым ударом сердца их покидает жизнь. Он захочет, чтобы ты оказалась среди своих. Испытала близость с одним из вампиров. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я, – и он улыбнулся, – вампиры, по сути, не одиночки. Да, некоторые из них предпочитают уединенный образ жизни, но таких мало. Они часто контактируют друг с другом. Единственное – они предпочитают охотиться по одному. Только это. Нет понятия своя территория или что-то в этом роде. Вампиры почти никогда не нападают друг на друга. Паразит не позволяет.

– Умеете вы поднять настроение, – испуганно прошептала я, – знаете, вы и Агнесса, вы словно пытаетесь, чтобы я всё-таки стала тем вампиром, о котором вы говорите. Словно бы в этом ваша цель. Ведь так проще будет убить. Разве нет?

– Ты ошибаешься, – равнодушно проговорил он, прохаживаясь вдоль стен с оружием, – мы всего лишь пытаемся подготовить тебя к тому, что будет. Рано или поздно, но ты останешься одна. Агнесса и члены совета могут хоть до хрипоты убеждать тебя, что мы поможем тебе. Что ты будешь не одна. Но неужели ты думаешь, что это навсегда? Что каждый день Ангел будет поить тебя кровью? Что у тебя здесь будет свой кров и наша защита? Как только совет получит от тебя всё, что им нужно – они постараются от тебя избавиться. Или же ты поддашься голосу паразита и сама сбежишь. И тогда за тобой приду я.

– Вот ты говоришь про защиту, – обиженным голосом воскликнула я, – о какой защите идёт речь, если ты готов убить меня, если тебе что-то во мне не понравится?

– А, ты об этом, – усмехнулся он, – один из тестов ты уже прошла. Только что я нанёс себе небольшой порез, а ты этого даже не почувствовала. Молодые вампиры обычно очень бурно реагируют на любые виды крови. Даже на месячные у женщин.

Я смутилась и осторожно принюхалась. И правда, в воздухе витал едва заметный запах крови. Однако я на него практически никак не реагировала.

– Меня Ангел сегодня покормила, я больше не хочу, – тихо сказала я, опуская глаза в пол.

– Вот видишь, – улыбнулся Дион, – это признак равновесия.

– Так что мы будем здесь делать? – я решила увести наш разговор в сторону от опасной темы. Не хочу на третий день пребывания среди охотников чувствовать себя жертвой или кем-то в этом роде.

– По идеи я должен тренировать тебя. Учить, как пользоваться своими способностями, – пожал плечами он, – однако, я считаю это лишней тратой времени. Насколько я знаю совет, они наверняка захотят использовать тебя. Это в их манере. К примеру, чтобы ты стала охотницей. Они просто не знают, что это невыполнимо. Я всё это время изучал тебя и точно знаю, что ты не сможешь убивать своих сородичей. А для остальных целей обучать тебя бессмысленно и даже опасно. Всё может сложиться так, что ты однажды захочешь использовать полученные от нас знания в свою пользу.

– Именно поэтому здесь нет других охотников? – спокойно спросила я, хотя внутри танцевала буря. Я хотела всё крушить и ломать от чувства ненависти к этому охотнику.

– Да, чем меньше знаешь, тем больше шансов, что ты не навредишь никому из нас. И больше шансов, что тебя не так сильно будут преследовать охотники, если ты сбежишь, – Дион говорил разумные вещи, слишком разумные для меня. Его совсем не заботили мои чувства. Хоть это и было понятным. Кто я для него? Враг, кровопийца, я чувствовала это, когда он смотрел на меня. Это было обидно – ведь я не виновата в этом! Меня такой сделали… Я почувствовала горечь на губах. Больше всего на свете хотелось вернуться к домой, забраться в кровать и укутаться с головой под любимым одеялом. Я не хотела даже думать о происходящем. Однако Дион считал иначе.

– Не отвлекайся, – проворчал он, – ты всё время ворон считаешь.

– Простите, я просто задумалась, – медленно проговорила я, – мы можем поговорить о совете и моём статусе в другой раз? Меня сейчас больше волнует, в какой мир я попала. Вы говорите, что есть вампиры, оборотни… а кто ещё?

– Не так много, как тебе кажется и как написано в различных древних книжках, – пожал плечами Дион, – но прежде чем мы перейдём к этой теме, я предлагаю тебе прогуляться. Как я уже сказал если я и буду тебя тренировать, то это явно не произойдёт в ближайшие месяцы. Вот если ты продержишься среди нас хотя бы полгода, тогда я подумаю.

– Вы меня сильно успокоили, – иронично ответила я, – честно говоря, я не слишком-то уж и хочу осваивать методы убиения ближнего своего. Мне хватает того, что я уже могу.

– Ты что пацифистка? – неожиданно развеселился он, – любовь к людям, все мы родственники и всё такое? Вампир-пацифист… звучит смешно.

– Ну, что-то в этом роде… хотя уже и не знаю кто я, – смутилась я, – недавно я сказала, что хочу убить своего создателя… однако сейчас не уверена в том, что смогу это сделать... Не смотря на то, что он сотворил со мной.

– Хм, – хмыкнул он, – посмотрим, как ты заговоришь, когда у тебя начнутся откаты.

– Что начнётся? – удивлённо переспросила я.

– Откаты! Тебе что, и это не говорили? – изумлённо уставился мужчина, – о чём они только думают! – скривился Дион.

– Как я уже говорила, мне сказали, что Вы мне всё расскажете, – напомнила я.

– Вот про откаты ты поговори с Ангелом, она в этом лучше разбирается.

И неожиданно резко продолжил он:

– Видимо они решили тебя спихнуть на меня со всеми потрохами. Идиотизм какой-то. Они словно не давали мне задание выследить оборотня. И когда, по их мнению, я должен этим заниматься?!

– Не знаю, – пожала плечами я.

Он вздохнул:

– Ладно, пошли отсюда. Я слышал, что ты прогулки ночные любишь. Значит пройдёмся.

– Окей, – кивнула я.

***

Спустя пятнадцать минут мы встретились вновь возле выхода из зала, уже полностью одетыми.

– Только что мне позвонили и сказали, что ты переезжаешь в это здание, – неожиданно суровым голосом проговорил Дион.

– А в чём причина? – удивилась я.

– В городе произошло очередное убийство – нападение инкуба, судя по всему молодого, – нахмурился он.

– И при чём тут мой переезд?

– Ты звено этой цепи и лучше, если ты будешь как можно дальше от центра событий.

– Ладно… а как быть с переливаниями?

– Ангел будет приезжать к тебе, – ответил Дион, – ну, во всём нужно видеть плюсы. Зато ты теперь сможешь спокойно гулять по территории. И здесь есть бассейн.

– Да-да, Влад мне уже перечислил достоинства этого места.

– Болтун этот парень. Нужно будет провести с ним воспитательную беседу.

– А кто он вообще такой? Он ведь не похож на охотника.

– Верно, – кивнул он, – он сын одной охотницы. Её убили вампиры, после этого у парня был выбор – либо сиротский приют, либо к нам. Он выбрал нас. Правда, способностей к охоте у него нет, так что он вроде как мальчик на побегушках. Но не жалуется.

– Смотрю, ты много о нём знаешь, хотя когда встретились, ты даже не знал, как его зовут и как он выглядит.

– Ты забылась? – холодно сказал он, – то, что я с тобой разговариваю и что-то рассказываю тебе, не означает, что ты должна панибратски относится ко мне. Для тебя я Наставник, поняла?

– Но это же глупо! – вспылила я, – какой наставник! Я же не в секцию по боевым искусствам пришла! Вы просто тот, кто расскажет мне, куда я вляпалась и всё! Вы же не будете ничему меня учить!

– То, что я тебе рассказываю, поможет тебе выжить, – резко ответил он, – и убери свои чертовы клыки, если не хочешь, чтобы я их вырвал!

Я зажала свой рот руками. Чёрт, я даже не заметила, как они выскочили!

– На сегодня всё, твоё домашнее задание – найди в этом здании человека, который покажет, где ты будешь теперь жить, – он зло сверкнул глазами, после чего ушёл.

Несколько минут я простояла в состоянии полной прострации. Глаза наполнились слезами. Как он мог так со мной поступить? Вот что я ему сделала? Я же нормально с ним разговаривала! Да, меня задевало выкаться с парнем, который старше меня лет на восемь-девять. У моих родителей разница в возрасте составляла десять лет, и они жили душа в душу… и умерли в один день… Я тихо сползла на пол и свернулась в комочек. По щекам потекли слёзы. Мне было очень горько и одиноко…

Глава 4. Осколки

Так я пролежала там почти час, пока не пришла Ангел. Она минуту простояла надо мной, после чего села и обняла за плечи, медленно глядя волосы и приговаривая:

– Ну-ну, не плачь, успокойся, всё будет хорошо, – минут тридцать она тихо шептала мне успокаивающие слова. После чего помогла подняться и повела в сторону первой части здания.

– Сейчас я отведу тебя в твою комнату, – ласково проговорила она, – тёплый душ, переливание, – на этом слове я всхлипнула, – хочешь, я сделаю тебе вкусный чай?

– А я водку пить могу? – прошептала я.

Ангел обречённо вздохнула.

– Можешь, конечно, думаю, если мы с тобой сегодня напьёмся, то ничего страшного не случится.

– Всё так плохо со мной?

– Ну, не только ты нуждаешься в этом народном средстве, – улыбнулась она и легонько взлохматила мне волосы, – иногда и стойким девушкам врачам нужно расслабиться, раз им запрещают курить.

– Вам запрещают курить? – изумилась я, – почему?

– Если не считать очевидный факт, то просто потому, что у меня нашли рак.

– Что? – я остановилась и посмотрела на неё. Вампирское чутьё сразу определило то, на что я раньше не обратила внимания – она не правильно дышала. Не так, как все.

– Да-да, – она печально вздохнула, – я умираю. Мне осталось жить год, может два. Не больше. Я пыталась их переубедить. В конце концов, раз я всё равно умираю, так почему бы не накуриться напоследок? Однако совет считает, что чём меньше я буду вредить здоровью, тем больше проживу и соответственно принесу больше пользы Ордену.

– Эгоисты… – тут мне пришла в голову одна мысль, – а кровь вампира? Она не поможет? Я вроде где-то читала об этом…

– Поможет только если при обращении. Вампирская кровь может затянуть небольшие шрамы – укусы, порезы – не более. А если принять кровь в больших количествах – начинается процесс обращения.

– Так вы опыты и на людях проводили? – ошеломлённо воскликнула я.

– Я – нет, – тихо ответила девушка, – когда я стала работать на охотников, эту информацию подчерпнула из книг принадлежащих Ордену. Так что всё может быть, – и она пожала плечами.

– Всё веселее и веселее, – вздохнула я, не зная, как поддержать Ангела. Я просто никогда не попадала в такие ситуации.

– Мы почти пришли, – несмело улыбнулась она.

Меня переселили на третий этаж. Когда мы покинули лифт, то оказались примерно в таком же холле, что и на этаже Диона. Правда здесь не было телевизора. Вместо него было несколько стеллажей с книгами. В целом здесь присутствовала смесь хай-тека и классики. Вместо ярко-зелёных, голубых, оранжевых цветов, в холле была имитация деревянных панелей, на полу расстелен тёмно-синий ковёр, а диванчики под стать панелей – орехового цвета. Однако всё тот же минимализм и строгость, и геометрия. Стало интересно, какая у меня будет квартира?

Ангел быстро провела меня по тому же пути, что и недавно Влад – прямо и направо. Правда моя квартира оказалась дальше по коридору и без интеркома. Видимо он является привилегией или чем-то в этом роде. Ангел достала из кармана халата ключ от входа и открыла дверь.

– Добро пожаловать! – улыбнулась она, и мы вошли внутрь.

Ну… чего-то подобного я и ожидала. Тёплые, успокаивающие тона. Насыщенно-зелёного цвета обои. Кухня, сделанная под дерево. Каштановый ламинат на полу. Планировка у квартиры оказалась такая же, как и у Диона. Только отражённая зеркально. И вещей как-то больше. Средней величины телевизор, мягкие диваны и кресла. Небольшой обеденный стол возле окна. В отделе спальни помимо кровати стоял шкаф для одежды и небольшой туалетный столик. А самое главное – мольберт и столик с принадлежностями для рисования.

– Зачем это здесь? – я посмотрела на Ангела и указала на мольберт, – я не просила об этом!

– Ну, видимо они решили, что ты захочешь рисовать, – неуверенно проговорила она в ответ, – ведь ты же хочешь?

– Нет! – закричала я, – нет-нет-нет! Разве ты не понимаешь? Я рисовала, когда была человеком! Мольберт был частью меня, кисть продолжением руки… это было моё будущее – рисовать, стать художником! Теперь же это только мечты, – горько закончила я и опять расплакалась, – я так не могу. Не могу, – запустив руки в волосы, я медленно сползла на пол по стенке и принялась раскачиваться из стороны в сторону, – не могу, не могу, не могу.

Ангел ошарашенно смотрела на меня, она не могла понять то, что я чувствую. Для неё я всего лишь эксперимент. Никто из них никогда не поймёт, через что я сейчас прохожу.

Неожиданно я почувствовала, как она дотронулась до моего плеча.

– Я унесу его, – мягко прошептала девушка.

И я осталась одна в квартире. Поднявшись с пола, прошла в спальню и подошла к зеркалу. Отражение мне не понравилось. Глубокие синяки под глазами, бледное, как у мертвеца, лицо, а также кровавые подтёки – я производила впечатления восставшего из могилы зомби. Белая футболка была покрыта засохшими коричневыми пятнами, так что я быстро стащила её через голову. Душ. Горячий душ.

Я сидела на полу в душевой кабинке под горячими струями воды и размышляла о будущем. В голове накопилось порядочное количество вопросов. Ищет ли меня Инга? Что думают по поводу моего внезапного исчезновения ребята? А тот врач из больницы? А школа искусств? Что с моим братом? Выкарабкался ли он? И что с ним будет дальше? А с моей квартирой? Орден обещал помочь с содержанием Сергея в психиатрической лечебнице, но сдержат ли они своё обещание? И что конкретно меня ожидает? Я так и буду их «свободной» пленницей или же они всё-таки дадут мне хоть какую-нибудь свободу перемещения? Какими у нас в дальнейшем буду взаимоотношения с Дионом? А тот сон и видение? Неужели и правда, это моя связь с создателем? Сотни вопросов в голове и ни одного ответа. Посильнее обхватив руками колени, я зажмурилась. Хочу, чтобы всё было как раньше. Чтобы родители были живы, чтобы брат не был психом и улыбался, чтобы я не превратилась в монстра и окончила школу, не знала всего этого… Я снова начала плакать, и тихие всхлипывания переросли в громкие рыдания. Мама, мамочка, где же ты… ты мне так нужна…

***

Когда я выбралась из душа, меня уже ждала Ангел с пакетами крови и небольшой капельницей.

– Ты как? – осторожно спросила девушка.

– Нормально, – хрипло ответила я и поплотнее завернулась в хэбэшный халат, – переливание? Но я не голодна.

– Это пока, – проговорила она, – просто если ты сейчас не поешь, то ночью проголодаешься, а я не смогу приехать. Ты молодой вампир, не поешь – можешь…ммм… превратиться.

– В голодного монстра, ну да, – тяжело вздохнула я и опустилась на диван. – Ладно, коли.

– К сожалению, водку я не достала, – печально сказала она, подключая меня к капельнице, – а медицинский спирт я думаю, что ты не станешь пить. Но зато я нашла сигареты! – и Ангел улыбнулась кончиками губ, – ты будешь?

– О да! – вяло улыбнулась в ответ, – разумеется буду, и надеюсь, что они крепкие.

– Я тоже на это надеюсь, хотя после долгого перерыва и лёгкие сигареты становятся то, что надо, – закончив со всеми операциями, она села рядом со мной и достала из халата пачку без марки и вообще каких-то записей.

– Что это за сигареты такие? – удивилась я.

– Самокрутки, – она подмигнула мне, – как я говорила, Орден следит, чтобы я не курила. Да и вообще, они не поощряют курильщиков и ревностно следят за своими подчинёнными. Особенно за теми, кто живёт на территории базы. Вот молодые и наловчились делать самокрутки. И не спрашивай из чего они. Тебе вряд ли навредят, а мне уже всё равно.

– Всё равно, – кивнула я и прикурила. После чего блаженно откинулась назад и выпустила струйку дыма в потолок, – странно, ты говоришь, что нашла сигареты… значит здесь кто-то есть?

– Ну да, – несколько недоумённо ответила она, – есть, тут полно народу живёт.

– Тогда почему, когда мы с Дионом, а до этого с Владом, ходили, то никого не встретили?

– Наверное, потому что седьмой этаж в первой части здания, минус второй этаж второй части здания да плюс подземный гараж – всё это для самых лучших охотников. А они часто путешествуют. Сейчас в городе только Дион из особого списка вот и всё.

– А-аа, понятно, – удовлетворённо хмыкнула я, наблюдая за тем, с каким наслаждением курила Ангел.

– Слушай, я вот что хотела спросить, – медленно потянула я, – почему всё-таки тебя зовут Ангел? Ведь это мужское имя?

Она усмехнулась в ответ.

– В этом нет никакой тайны, просто моё полное имя – Ангелина.

– Тогда почему не Лина, например?

– А вот это спроси у моих школьных друзей, – пожала плечами она, – меня всегда звали Ангелом и никак иначе.

– Здорово, что ещё могу сказать, – и я вновь затянулась.

– Я даже сделала себе такую татуировку, – хитро подмигнула девушка, – хочешь, покажу?

– Ну, давай, – я заинтересованно уставилась на неё.

Ангел быстро скинула с себя халат, под ним оказалась простая тёмно-серая рубашка с короткими рукавами и чёрные штаны. Она повернулась ко мне спиной и подняла рубашку. На её спине были изображены огромные ангельские крылья, испачканные алой кровью. Татуировка была сделана очень качественно и явно её не один раз обновляли.

– Когда ты её сделала? – поинтересовалась я.

– В тринадцать лет, – она опустила рубашку и развернулась ко мне.

– Очень красиво, а зачем кровь?

– Понимаешь, я всегда хотела быть врачом, – она забралась с ногами на диван, скинув лёгкие тапочки на пол, – и всегда очень хорошо училась, чтобы осуществить свою мечту. И однажды я провела ассоциацию врача с ангелом. Врачи спасают жизни, как и ангелы. И в этой работе не обойтись без крови.

– В тринадцать лет маму застрелили на моих глазах, я пыталась остановить кровотечение до приезда скорой, но не успела, – печально продолжила она, – я никогда не забуду, сколько было крови. Никогда.

– Соболезную, – тихо пробормотала я, – знаю, что ты чувствуешь. Мои родители погибли в автокатастрофе.

– А мы оказались не в том месте, не в то время, – сказала она, – ограбление банка.

Мы синхронно затянулись.

– Да уж, всё очень печально, – спустя минуту проговорила я.

– А как иначе, такова жизнь, – она вяло улыбнулась, после чего нерешительно продолжила, – я знаю, что тебе сейчас очень тяжело. Но, боюсь, я не могу до конца осознать, что с тобой происходит и как тебе в этом помочь.

– Не надо, – ответила я, – пожалуйста.

– Я должна сказать, – в её голосе появилась твёрдость, – София, лекарства нет.

– Это я уже поняла, – обречённо улыбнулась я, – вампиры, оборотни, а теперь ещё и инкубы и, наверняка, множество других существ. Это не чума, не бешенство, не вирус эбола и не ленточный червь. Не болезнь. А значит нет и лекарства.

– Прости, – она затушила сигарету в заранее принесённую чашку, – просто с охотниками легче объясняться, когда говоришь им, что это всего лишь паразит. Мне кажется, что в средние века было проще охотиться. Есть зло и есть добро, охотники – это защитники света. Легко и понятно. А теперь, в век рационализма и логики, науки и медицины… трудно поверить в существование чего-то сверхъестественного, если даже ведьм  они считают просто одарёнными людьми.

– Значит и ведьмы есть, – я вздохнула, – а кто ещё? Орки, гномы? м?

– Нет-нет, – она улыбнулась, – это фэнтези. Есть вампиры, есть оборотни, суккубы и инкубы, ведьмы и колдуны, маленький народец, который вымирает, есть гули и пожиратели плоти, их ещё зомби называют, а также демоны. Правда последние не имеют никакой религиозной основы. Ну и, разумеется, есть призраки и полтергейсты. Русалки давно вымерли… так что вроде я больше никого не забыла.

– И охотники пытаются запихнуть весь этот паноптикум в логику и рационализм? – поразилась я, – да уж, шутники изрядные!

– Знаешь, а ведь когда препарируешь сверхъестественных существ, вроде бы находишь что-то, – серьёзно сказала она, – раньше мы не знали про паразита у вампиров, а потом пришла наука и мы это выяснили.

– Слушай, меня сейчас конечно много вопрос мучает, поэтому я буду задавать мелкие, чтобы знать с чего начать, – я последний раз затянулась и затушила сигарету в чашку, – дай ещё одну, пожалуйста!

– Держи, – она достала из халата пачку и протянула мне.

– Кури, не кури – каждая затяжка для меня как первая, – ухмыльнулась я. Быстро прикурив, я сосредоточилась на вопросах в голове.

– Итак, первый мелкий вопрос будет про зомби. Я смотрела фильмы и там эта зараза быстро распространялась. Как дела обстоят у реальных зомби?

– Поэтому мы их называем пожиратели плоти, – она улыбнулась мне, – они не заразны. Это не вирус в том смысле, в котором ты это понимаешь. Пожиратели плоти это люди, которых ели гули, но почему-то не доели. Они лишаются разума, и остается только рефлекс – есть как можно больше.

– А гули это кто?

– Гули – подвид вампиров. Вероятно, они когда-то откололись от главного вида. Имеют множество мелких паразитов, главный отсутствует. Размножаются тем же способом, что и вампиры. Абсолютно и полностью преданы своему хозяину – вампиру. Не бессмертны. Их легче убить, чем вампира. Предпочитают есть мясо людей, чем пить их кровь. Не брезгуют и свининой.

– Вот это круто, – я почесала кончик носа, – ладно, идём дальше – призраки и полтергейсты, что ты о них можешь сказать?

– Самые непонятные существа из всех, – печально вздохнула Ангел и вытащила сигарету из пачки, – это не люди. Вернее они не помню, что когда-то ими были. Способны к диалогу – если ты не поняла, то я про призраков говорю. Общаются с помощью телепатии… ну или спиритической доски. Могут двигать мелкие предметы, иногда помогают людям или наоборот вредят. Избавиться от них – только если выполнишь какую-нибудь просьбу. Нельзя заключать с ними сделки – могут попросту не выполнить свою часть или подставить. Они разумны, но сами себе на уме. Пропадают и появляются в основном только перед теми, кто знает, что они существуют. Хотя нередки случаи, когда они появляются и перед обычными людьми. Ну, ты наверняка слышала подобные истории. Вообще про них можно долго говорить. Ведь толком не понятно что они такое. Сами призраки никогда не разговаривают на эту тему, – она перевела дух и затянулась, – Так… полтергейсты. Сущие твари – избавиться от них можно только с помощью ведьмы. Вообще не идут на нормальный контакт, но любят, когда к ним обращаются. Всегда агрессивны и любят зло пошутить. Из сумбурных слов призраков, полтергейст – это призрак, которого кто-то сильно обидел или же не выполнил желание. Сами призраки не могут говорить с полтергейстами, – закончив речь, Ангел замолчала.

– Да уж… чувствую, что мистика всё-таки существует, – медленно проговорила я, – даже и не знаю, хорошо это или плохо.

– София, если все твои вопросы касаются именно этих видов, давай лучше я принесу тебе завтра книгу про них?

– О! Давай, – я улыбнулась, – Дион явно не собирается со мной больше видится, хоть займусь чем-нибудь. Чувствую, что свободного времени у меня впереди полно.

– Вечность, – по глазам Ангела я поняла, что она о чём-то очень сильно задумалась, пепел с сигареты упал на диван.

– Эй! Ангел, не спи! – и я пощелкала пальцами перед её лицом.

– А? – она встрепенулась в ответ, – прости, я просто очень устала сегодня. Мне пришлось проводить вскрытие тела жертвы инкуба. Я пыталась найти хоть какие-нибудь подсказки к тому, что происходит, но ничего не нашла…

– Да уж, денёк ещё тот выдался, – я кивнула в ответ.

– Сколько ты уже под капельницей? – неожиданно спросила девушка.

– Да вроде бы не слишком долго, – и я посмотрела на часы, – как быстро однако летит время. Час уже прошёл.

– Думаю, что пора вытаскивать эту штуку из твоей руки, – она улыбнулась и поднялась с дивана.

– И ты сможешь с чистой совестью отправиться домой, оставив мне эту чудную пачку сигарет? – и я подмигнула Ангелу, наблюдая за её манипуляциями с пустым пакетом крови, – слушай, а ты можешь меня научить ставить себе капельницу с кровью? – поинтересовалась я.

– Да-да, – раздался в ответ немного сонный голос Ангелы, – только давай завтра, м? Я что-то дико спать захотела.

– Хорошо, – я усмехнулась и вновь затянулась.

– Ну вот и всё, – Ангел убрала пустой пакет в свою сумку, отодвинула капельницу в угол и надела халат.

– Ты пошла? – я расслабленно вздохнула и стряхнула пепел.

– Ага, – она провела рукой по своим волосам и встряхнула головой, – так, завтра я принесу книги, сигареты, выпивку и фильмы и мы устроим девичник!

– Это великолепная идея! – вдохновилась я и порывисто вскочила с дивана.

Ангел улыбнулась и подошла ко мне. Мы обнялись.

– Всё будет хорошо, зай, – прошептала она, поглаживая мою спину, – ты главное верь в это и будь сильной. Твоя жизнь не кончается, она только-только начинается.

– Я буду стараться в это поверить, – тихо ответила я и выпустила Ангела из своих объятий.

Она ушла. А я осталась одна. С сигаретами, неработающим телевизором и дикой тоской по прежним временам на сердце.

– Я буду верить в то, что всё будет хорошо – прошептала я, – чего бы мне это не стоило.

***

В результате я провалялась в постели до трёх часов ночи, читая какую-то книжку. Мне было невыносимо скучно. Тело так и бурлило, требуя как минимум взобраться на луну. Я раздражённо потянулась и бросила книгу в стену. Не могу так! Скучно до безобразия. Решение проблемы созрело мгновенно. Пора исследовать эту территорию. Может, найду что-нибудь интересное. В конце концов, Дион сказал, что можно. Я быстро переоделась в новую одежду. Мой гардеробный шкаф был забит под завязку белыми футболками и чёрными джинсами. Жаль, что выбирать не из чего. Ну да ладно, как-нибудь попрошу у Ангела что-нибудь нормальное.

Я покинула квартиру с лёгким сердцем. Мне было тяжело там находиться. Некомфортно. Быстро спустившись по лестнице на первый этаж, я толкнула небольшие двери, ведущие в холл. О да, теперь, когда я успокоилась, я слышала через стены, каким спокойным или беспокойным сном спят охотники. У кого-то работал компьютер, кто-то читал. Тихие вздохи, звук работающего душа. Даже в три часа ночи в здании были не спящие. Выйдя в главный холл, я оглянулась. По сути – ничего особенного. Разве только аквариум с рыбками и какие-то пальмы в кадках вдоль стен. Жёлтый, приятный полусумрак. Вероятно свет здесь на ночь приглушают для комфорта.

Я быстро пересекла холл и вышла на улицу. На меня пахнула осенняя свежесть. Глубоко вздохнув, я ощутила, как приближается зима. Совсем скоро выпадет первый снег, деревья укутаются в свои пушистые одеяла, а земля покроется белым ковром. Появятся сугробы, дети буду лепить снежную бабу, а родители достанут с антресолей зимнюю одежду и санки, чтобы детишки могли кататься с горок. А потом наступит Новый Год. Нарядная елка, гоголь-моголь, подарки, Дед Мороз, бой курантов. Интересно, вампиры празднуют Новый Год? Рождество? А день рождение для них этот тот день, когда они превратились или всё-таки когда родились человеком?

Вот такие раздумья витали в голове, когда я шла по территории. Обогнув здание, я обнаружила ещё один въезд на другую парковку. В окнах кое-где горел свет, преимущественно на первых этажах. Я даже увидела, как какой-то парень курит в окошко, разумеется, он меня не увидел. Сама не знаю почему, но я предпочла скрываться в тени и избегать уличных фонарей. Наконец, здание осталось позади. И я решила покурить.

Оглядевшись по сторонам, я заметила неподалёку ещё один… объект? Здание? Оно было полностью погружено во мрак. Принюхавшись, я почувствовала запах застарелого пота, а также пороха и крови. Похоже это ещё один тренировочный комплекс. Затянувшись, я навострила ушки, мне было интересно, насколько сильно улучшился слух. Так, я по-прежнему слышала, что происходит в здании. Только теперь звуки раздавались как-то приглушённо, словно сквозь вату. Зато уличные обострились, я слышала, как смеются на блокпосту при въезде на территорию. При желании, я могла даже расслышать те анекдоты, что они друг другу травили. Ещё было слышно, как живёт ночной жизнью лес. Шорохи, шелест, попискивание птиц и мышей. А ещё я услышала плеск воды где-то совсем рядом. Отлично, это то, что нужно. Вода, её успокаивающее влияние на меня.

Я решительно устремилась в сторону воды и, наконец, вышла на берег. Здесь не было ограды, как в городе, и размерами он явно был больше. Настолько, что я даже задумалась, а какова реальная территория этой базы? Здесь были уютные лавочки и красивые оранжевые фонари. Влажный и совсем-совсем не холодный воздух. Я расслабленно облокотилась о спинку лавки и затянулась. Вода в озере лениво плескалась, на небе были видны яркие звёзды и не совсем полная луна. Было тихо и спокойно, настолько, что я могла ни думать ни о чём, а просто наслаждаться за долгие дни первым покоем…

В лесу раздался громкий шорох. Я резко встрепенулась и прислушалась. Точно, там кто-то есть. По моим внутренним ощущениям, этот кто-то не был зверем. Я осторожно принюхалась и почти сразу ощутила приторный запах крови. Вскочив с лавки, я отбросила сигарету в сторону и побежала на запах. Я должна узнать, что там происходит.

В результате мне пришлось обогнуть озеро целиком, и по мере приближения к цели, запах крови в воздухе становился всё сильнее и сильнее. А значит пролито её было очень много. Я практически влетела в сосновый, густо-заросший буреломом, бор. Ветки деревьев хлестали по щекам, оставляя царапины на лице, а ноги постоянно обо что-то спотыкались. И всё равно я не успела. Когда я выбежала на поляну, девушка уже была мертва. А вот следов преступника не было. Я не слышала, чтобы кто-то продирался сквозь лес на выход, не чуяла запаха, вообще ноль. Если бы не шорох, я даже и не поняла, что тут что-то произошло.

Я в нерешительности застыла. Что мне теперь делать? Кого позвать на помощь? Диона или охрану возле въезда? Присмотревшись к девушке, я поняла, что она вряд ли является охотницей. Слишком уж слабо выглядела. На секунду я подивилась своему рационализму. Передо мной лежит выпотрошенная девушка с гримасой ужаса на белом миловидном личике, а я думаю, была ли она охотницей. Во мне поднялась волна отвращения к себе, неужели это проявления вампиризма? Равнодушие к мёртвой?

А потом я почувствовала приближение людей. Принюхавшись, я поняла, что это охранники. Интересно, где они были раньше? Я пошла на встречу. Они неожиданно показались из-за деревьев. Стараясь двигаться бесшумно, охранники тихо переступали с ноги на ногу.

– Здравствуйте! – открыто сказал я, выходя из-за деревьев.

На меня тут же уставились стволы автоматов и внимательные приборы ночного видения.

– Не стреляйте! – крикнула я и подняла руки вверх, – я София, живу в здании!

Разумеется автоматы никто не убрал. Вероятно они видят мои светящиеся глаза и знают, что я тот самый вампир.

– Послушайте, тут неподалёку произошло убийство, я была в это время возле озера, услышала шорох, пришла посмотреть, что происходит и увидела труп молодой девушки, – сбивчиво проговорила я, – похоже её… ели.

И, наконец, мой организм отреагировал по-человечески, я упала на колени и меня стошнило.

***

– Ещё раз повтори, что ты услышала, а главное почувствовала, София, – внимательные серые глаза буквально буравили моё лицо, словно намереваясь прожечь в нём дыру.

– …Наставник, ещё раз повторяю: Я вышла из здания, решила прогуляться перед сном, услышала плеск воды, захотелось там посидеть. Спустя минут пятнадцать, не могу сказать точнее, услышала в лесу подозрительный шорох. Внутренним чутьём определила, что это не животное, а что-то гораздо крупнее. Ну, размером с взрослого человека. Потом, когда принюхалась, почувствовала в воздухе слабый запах крови. Меня это заинтересовало, и я решила сходить и посмотреть, что там происходит. Пока я шла, запах становился сильнее, а вот шорох пропал. Не знаю, ушла та тварь, что это сделала, или нет – я не слышала. Когда пришла на поляну, там была только мёртвая девушка со вспоротой грудной клеткой. Могу поклясться, что из её тела ещё шёл пар, когда я там появилась. Пока решала, что делать, в лесу раздался другой шорох, как поняла – от охраны и я пошла им на встречу. Вот и всё, – устало закончила я, делая очередную глубокую затяжку.

– А запахи? – продолжил допрос Дион, – ты не чувствовала ничего гниющего или…

– Ещё раз повторяю – нет! Всё глушил сильный запах крови, – я почти уже кричала, настолько сильно меня всё это достало. Время пятый час утра, хоть я особо и не хотела спать, но честно говоря была просто выжата, как лимон из-за этих расспросов, – это ведь был пожиратель, да?

– Да, – хмуро проговорил Дион и почесал щетину.

– Получается – оборотень, вампир, инкуб, пожиратель… – прошептала я, – а кто остался?

– Два вампира, – Дион встал и подошёл к окну. На небе медленно разгорался рассвет, – была ещё нападение твоего сородича.

– Что? – я удивлённо посмотрела на него.

– Оно было возле той гостиницы, в которой ты вчера была, – он задумчиво посмотрел на меня, –кажется, что ты выбываешь из игры, София. Ты не являешься частью этой схемы. Во всех случаях, кроме твоего, не было никаких следов, отпечатков, ничего. Наши ловушки на молодых существ ни разу не были активированы. Мы нашли только тебя. Так что я думаю, что ты всего лишь случайность.

– И что теперь со мной будет?

– Ничего, – пожал плечами Дион и вновь отвернулся к окну, – тебя будет изучать Ангел. Вы будете вместе напиваться, смотреть фильмы, курить самокрутки. А потом, если всё пойдёт благополучно, я буду натаскивать тебя на убийство сородичей. Если ты не сбежишь, конечно.

– Красивое будущее, – ничуть не смутившись, ответила я и вновь затянулась, – а как быть с убийствами? Ведь это явно – схема! Почему тот, кто за этим стоит, ничего не требует и не говорит?

– Почему же не говорит? – я почувствовала, как он усмехнулся, – вероятно, он знает, что мы поймали тебя. И поэтому буквально за сутки было сделано три убийства – инкуб, вампир и пожиратель. Я не говорил, но нападение инкуба было совершено возле твоего дома. Вампир – гостиница. Пожиратель – эта база.

– И что это значит? – я настороженно смотрела на профиль Диона, пытаясь понять, о чём он говорит.

– Это значит, что в ближайшее время будут ещё убийства, – хмыкнул он, – а ещё, что среди нас есть предатель. Или же это ничего не значит, – Дион резко развернулся и холодно посмотрел в глаза, – а может это делаешь ты?

– Что? – изумлённо воскликнула я, – какого черта Вы делаете такие предположения?

– Я разрабатываю все теории, – он снова почесал щетину и отвёл взгляд, – и в отличие от своих коллег принимаю условия мистики.

– Ну, я могу Вас заверить, что этого не делала, – я вновь затянулась и затушила сигарету, – а теперь я могу идти? Хочется принять душ и поспать немного.

– Да, – ответил он, – ты свободна.

– И ещё, – сказал он вслед, – если ты опять попадёшь в похожую историю – не жди, а сразу беги ко мне, поняла? Тебя от расстрела спасла только тошнота и рвота. Зверя не будет тошнить от вида развороченного тела.

Я кивнула и вышла. Наконец-то иду в душ. Теперь здание было похоже на растревоженный улей. Повсюду ходили настороженные охотники. Мы с Дионом были в комнате на первом этаже, что-то вроде детективного кабинета, в котором на стенах были развешаны фотографии жертв, карта с точками – местами преступлений. Похоже там Дион вел своё расследование. И я в чём-то его понимаю – его квартира на седьмом этаже – пустой дом, ничейный, не родной. Разумеется, он не хочет там быть.

Я быстро скользила по коридору, направляясь в сторону лифта, мне были неприятны взгляды, которые бросали охотники. Одни меня ненавидели, другие боялись, третьи прикидывали, как половчее убить. Возле лифта стояло несколько охотников в ожидании кабинки. Встав рядом с ними, я без удовольствия отметила, как они отодвинулись в сторону. Двери раскрылись и из лифта вышло несколько человек, я быстро проскользнула внутрь. Больше никто не зашёл. Они даже не пытались показать, что всё в порядке. Они хотели задеть, пытаясь скрыть свой страх передо мной и закрытым помещением. Об этом я размышляла, пока доставала ключ от своей квартиры.

В первый момент, когда я зашла, даже не поняла, что не так. Лишь когда я включила свет, увидела ЭТО на стене.

Ярко-красные разводы с трудом складывались в слова.

«Почему ты не съела её? Я оставил её для тебя!»

Я пронзительно закричала.

***

– Ну-ну, успокойся, – приговаривал Дион, наливая мне очередную стопку водки, – ты ни в чём не виновата, слышишь?

Залпом и по столу. В голове зашумело, но сразу прошло. Осталось только чувство лёгкости.

Я вновь оказалась в том же кабинете, что и полчаса назад. Небо уже почти полностью порозовело, фонари успели погаснуть на улице. День обещал быть солнечным.

– Я… – хрипло начала и замолчала, – не хотела этого... всего…

– Не вини себя, слышишь? – твёрдо сказал Дион в ответ, – это делает псих, понимаешь? Он играет с тобой! Ты не должна поддаваться, – неожиданно мягко закончил охотник.

В дверь постучали. На пороге появился молодой охотник. Им оказался тот самый парень, на которого я напала в клубе… господи, как давно это было…

– Там убрали, – сказал он, – и взяли пробы.

– Законсервируйте комнату, – ответил ему Дион, – и Кирилл, позови свою напарницу, Алису!

– Да, – парень с интересом посмотрел на меня, на почти пустую бутылку водки и виновато улыбнулся, – будет сделано, сэр!

– Консервировать? – вяло поинтересовалась я.

– А ты хотела бы жить в той квартире? – с иронией посмотрел на меня Дион, – запах крови никуда не денется, ты учуешь.

– Я не пойду направо и налево убивать людей, если ты об этом, – немного раздражённо ответила я, откинувшись на стуле, – и что теперь делать?

– Как я уже говорил – не поддаваться на провокацию, – серьёзно ответил Дион, – вероятно эта тварь будет пытаться тебя спровоцировать на убийство.

– Тварь? – переспросила я, про себя подумав – теперь он не обращает внимания на панибратство. Похоже я уже для него не такое уж и чудовище, хоть это радует.

– У меня появилась одна теория после… записки, – он замолчал.

– И что это за теория?

– Я пока не уверен, нужно будет изучить характер ран. Но я подумал, что это может делать одно существо, – он нахмурился, – пока у меня нет предположений, кто именно. Но, вероятно, кто-то из демонов. Это самый многочисленный вид, возможно есть среди них типы, способные имитировать других существ.

– И инкуба? – заинтересованно спросила.

– И его тоже, – кивнул он, – нужно будет поискать.

– Если хочешь, я могу помочь, – я нерешительно предложила свою помощь, – всё равно мне нечего делать. А если эта тварь будет пытаться… привлечь моё внимание, то будет лучше, если ты будешь рядом, – неуклюже закончила я, вновь наливая стакан. Жаль, что не получается напиться, однако хоть лёгкое чувство опьянения остается – уже хорошо.

– Я подумаю, София, – он провёл рукой по волосам и неожиданно зевнул, – ладно, на сегодня всё. Сейчас придёт Алиса, а она не любительница вампиров, так что, – он потянулся к стоящему на столе телефону и набрал какой-то номер, – Влад? Забери из холла Софию и покажи её новую квартиру. Да-да. Всё верно.

– Ну вот, иди в холл, там тебя встретит Влад, – он сухо улыбнулся.

Я неожиданно для себя сказала:

– Тебе тоже поспать не помешало, всю ночь небось на ногах, это вредно для здоровья.

– Я могу не спать гораздо больше времени, София, – хмыкнул Дион, – и при этом работать. Пока я сплю – в городе происходят убийства. Почти сразу после твоего ухода, мне поступила информация о девушке. У неё осталась больная мать и маленький братик. Если бы я работал усерднее и ни на что не отвлекался – она бы осталась жива.

– А теперь я скажу – ты не виноват. Ты же не бог, – я вновь залпом осушила стакан и поднялась со стула, – всё, пошла спать. Надеюсь, что… больше никаких записок не будет.

– Все мы на что-то надеемся, – он улыбнулся и налил себе немного, – я подумаю над твоим предложением. Вечером дам ответ. Когда Ангел принесёт тебе книги – постарайся прочитать их до моего ответа. Чтобы знать больше о мире, в который ты угодила, – он сделал глоток и поморщился, – иначе ты будешь бесполезна.

– Учту, – кивнула я и покинула кабинет.

***

«Суккубы и инкубы – это разные виды. Первые питаются исключительно человеческими мужчинами, вторые только женщинами. Инкубы размножаются оплодотворяя человеческих девушек. Те, практически всегда, умирают при родах. Если рождается мальчик – он становится инкубом. Если рождается девочка – она будет человеком, обладающим неповторимым шармом и притягательностью. Суккубы способны родить за свою жизнь четверых максимум пятерых детей. Все они будут девочками. Суккубы и инкубы не способны к размножению друг от друга».

Я перевернула страницу. Да уж чтение подобной литературы по-настоящему затягивало. А главное – это простота и легкость. Всё понятно, никаких зубодробильных фразочек. По словам Ангела это из-за охотников. Чтобы им не приходилось особенно напрягаться при изучении своих будущих противников. Время шло к полуночи. И я почти всё прочитала.

В дверь раздался стук. Я отложила книгу и направилась к выходу, по пути посмотревшись в зеркало. Ну вроде нормально, лицо не зарёванное, глаза особо не блестят. Открыв дверь, я увидела на пороге Диона.

– Привет, – поздоровалась я, – проходи.

– Угу, – кивнул он, и огляделся, – чистенько у тебя тут, уютно.

– Такую квартиру дали.

Теперь я жила на пятом этаже. И телевизор здесь работал. А квартира была и правда уютной. Тёплые тона, много мягкой мебели. Коврики, картины с морскими видами на стенах, шёлковые занавески на окнах. Хорошо, вот только подсознательно чувствовала, что мне здесь не место. Я смотрелась совершенно чужой. В этом длинном голубом платье с вырезом, в этих милых домашних тапочках. И с ярко-серыми глазами. С когтями. С клыками. «Бабушка, а почему у тебя такие большие зубы?»

– Молодцы, – он прошёл в гостиную и расположился в кресле, внимательно оглядываясь по сторонам, словно ожидая увидеть какие-то подсказки, как себя теперь вести. Не знаю откуда, но я знала, что он согласился, и про себя улыбалась этому. Я хотела найти убийцу. Найти эту тварь, что посмела сравнить себя со мной. Да, я убила человека в разгар его пиршества. Но я буду нести этот крест всю жизнь, я виновата. Хоть и ни в чём не виновна. А вот он упивается своими поступками. Поэтому его нужно остановить.

– Так что ты решил? – наконец спросила я.

– Да, я согласен, – он вновь кивнул, – но с двумя условиями.

– Какими?

– Ты должна звать меня Наставник, – и он строго посмотрел на меня, – это будет твоим обучением.

– Понятно, – согласно кивнула я, – а второе?

– Когда мы его поймаем – ты убьёшь его, – договорив, он сложил руки на груди в ожидании моего ответа.

– О да, я согласна с этим полностью, – я почувствовала, как на моих губах расцветает хищная улыбка.

Ночью мне приснился сон. Я была на роскошном карнавальном балу. Золотой полусумрак, танцующие тени на стенах, арлекины, мимы, фиолетовые драпировки, яркая, зовущая музыка, вальсирующие маски… о, сколько там было масок! Сверкающие, словно бриллианты, в темноте. А костюмы! Строгие и вызывающие, яркие и почти не заметные! Пышные платья с глубоким декольте, сюртуки, смокинги, фраки, корсеты, перья, шёлковые перчатки… и музыка, музыка, музыка! Повсюду смех, тихий шёпот и громкие споры. Бокалы с вином и шампанским. Страстные танцы под пронзительную скрипку!

– София…. София…. – шелест, такой тихий, как мягкий ветер, запутавшийся в зелёной листве.

И смех становится оглушительным, бокалы падают… повсюду кровь, нет-нет, вино! И зубки острые… и крик и боль! И дождь – сверкающий и золотой. Разбиты маски, лица… И в центре – я, в кроваво-алом платье, корсетом, перчатках чёрных, на высоких каблуках. Глаза, поддёрнутые поволокой… меня в руках сжимает он, высокий, в маске чёрной. Он улыбается и шепчет.

– Смотри внимательней, малышка! Ведь это твой новый дом!

Клыки вонзаются мне в шею….

***

Над квартирой пронёсся крик и я резко села в кровати. Что за чёрт! Я посмотрела на стену – время полпервого дня. Да уж, я проспала достаточно долго. Быстро выкарабкавшись из постели, я направилась в ванную – горячий душ – лучшее лекарство от страшных снов. Лишь позже, на кухне, с чашкой горячего кофе и последней самокруткой, я поняла, что это всё то же самое, что и раньше. А значит, рано или поздно, в мою жизнь войдет та тварь, что обратила меня. Значит, я должна быть готова!

Я позвонила Ангелу и сказала, что готова к процедурам. Она сказала, что будет через час.

Что ж, я вернулась обратно в постель и достала книжки. Дион должен знать, что я ответственно отношусь ко всему происходящему.

***

Когда мы закончили с Ангелом, я направилась в квартиру Диона и с удивлением обнаружила, что его там нет. Лишь спустя несколько минут я догадалась – он наверняка даже и не покидал свой кабинет на первом этаже. Так и оказалось.

Перед глазами предстала следующая картинка – Дион, сладко спящий над какими-то документами. Его даже не тревожил писк, издаваемый работающим компьютером. Судя по всему, он заснул совсем недавно. Я нерешительно остановилась. И что мне делать? Будить его? А имею ли я права? Да и вообще – человеку явно нужно когда-то высыпаться…

– Который час? – раздался чуть хрипловатый голос Дион.

– Полтретьего, – ответила я.

– Сделай мне кофе, – Дион выпрямился в кресле и потянулся, – кофеварка в соседней комнате.

– Хорошо, – кивнула я и вышла.

Когда я вернулась, он уже переоделся, был собранным и готовым к работе. Протянув чашку, я поинтересовалась, что мы сегодня будем делать.

– Поедем в главную библиотеку, – хмыкнул он в ответ.

– В библиотеку? – удивлённо переспросила я.

– Да, за сегодняшнее утро, я перерыл всю имеющуюся информацию по сверхъестественным видам и ничего не нашёл. Значит нужно ехать в библиотеку и искать вымершие виды.

– А зачем, они же вымерли?

– А вот это нам и предстоит узнать.

***

Библиотека оказалась приличных размеров квадратное здание. Всё чистенько, аккуратненько. На входе написано «Городская библиотека». Лаконично.

– Мы среди обычных книжек информацию искать будем? – скептически спросила я.

– Нет, – коротко ответил Дион, – увидишь.

Внутри нас ожидала старушка-вахтёрша. Она неодобрительно посмотрела на мои солнцезащитные очки и сухим голосом попросила читательский билет. Дион вежливо поздоровался и достал две чёрные книжки. Открыв их, бабулька переменилась в лице и как-то заискивающе улыбнулась.

– Что это за билеты, – поинтересовалась я, когда мы прошли внутрь.

– Пропуск в архив и дальше.

– О! – кивнула я, ничего не поняв.

В архиве мы встретили вторую бабульку, но более любезную. Видимо дальше читательского зала проходит не каждый. Наконец мы попали в небольшую комнату, полностью заставленную стеллажами с книгами. В центре был расположен маленький круглый столик и пара стульев. Неожиданно Дион чихнул.

– Сюда давно никто не приходил, ведь так? – улыбнулась я, – столько пыли… Вы уверены, что мы найдём здесь нужную информацию?

– Найдём, – и он опять чихнул, – охотники зря недооценивают архив. Здесь можно найти массу полезной информации.

– Ну, будем надеяться, что так и есть.

– Что ж, начнём, – Дион окинул зал сосредоточенным взглядом, – нам нужна информация по вымершим видам демонов.

– Хорошо, – кивнула я, – где каталог?

– Что? – не понял охотник, – какой каталог?

– Ну… если я не ошибаюсь, в библиотеках есть каталоги книг… сейчас даже электронные версии… чтобы книги проще было искать…

Дион очень обидно рассмеялся.

– Дорогая моя, добро пожаловать в реальный мир! У нас никто этим не занимается. Обычно информацию передают от наставника к ученику… лишь последние века мы стали записывать что-то… Сейчас даже краткие справочники делают, которые ты читаешь.

– Я уже прочла, – печально кивнула я.

– Прочла? – удивился он, – быстро ты… ладно, хватить разговоров – пора за дело.

Я сняла мешающиеся очки и огляделась. С чего бы начать? А, всё равно. И я принялась методично просматривать книги, ища нужную информацию. Дион делал то же самое, но с другой стороны комнаты. Очень скоро он подхватил одну книгу и сел за стол, углубившись в чтение. Спустя пару минут и мне повезло. Я наткнулась на целый ряд книг, посвящённых демонам. В процессе чтения, я обратила внимание на то, как медленно читал Дион. Страничка за страничкой… я же просто пролистывала книгу, фиксируя в голове то, что казалось важным.

И всё равно мы провозились часов шесть, прежде чем я нашла то, что нужно.

– Метаморфы! – радостно воскликнула я, постучав пальцем по книге.

Дион, постепенно засыпающий над книгами, немного оживился.

– И кто они?

– Демоны, способные менять своё тело по собственному желанию, превращаясь в кого угодно, будь то – вампир, оборотень, другой вид демона…. Это оно!

– Когда вымерли?

– Так, дай-ка посмотрю, – я пролистнула пару страниц, – ага, вообще они не вымерли, просто исчезли в шестнадцатом веке. Оказывается, их очень не любили за излишнюю кровожадность. Тут ещё написано, что они бесполые. Они размножаются через превращение в человека. Их дети остаются людьми до подросткового периода… а потом они обретают способность к превращению. Достоверно не известно, как метаморфы выглядят на самом деле, так как с рождения они не имеют своего облика и выглядят как точная копия женщины человека или как мужчины. Тут как повезёт.

– И всё? – спросил он, – больше никакой информации нет?

– Дальше тут написано, что их можно убить, только если отрубить голову, – флегматично улыбнулась я, – а так как они исчезли в шестнадцатом веке, то как на них влияет современное оружие – мы не знаем. Метаморфы способны полностью перестраивать свой организм и менять его по своим желаниям.

– Чем они питаются?

– Всем – кровью, мясом, рыбой… в этом плане они ближе к людям.

– Как можно его распознать? – продолжил спрашивать заметно оживившийся Дион.

– Никак, – покачала головой я, – разве только если он примет облик твоего друга и не сможет ответить на вопросы, ответы на которые знает только твой друг.

– А вот эта самая плохая новость за день, – Дион обхватил голову руками, – ведь если это и правда метаморф, то мы никогда не сможем его поймать.

– А по-моему нет, – пожала плечами я, – насколько я понимаю, он имеет доступ к базе. Вы считали, что среди вас шпион – так и есть. Дион, он среди вас.

– Нужно его вычислить, – Дион вскочил со стула и направился к выходу, попутно доставая из кармана телефон, на секунду обернувшись, он проговорил, – ты молодец, продолжай работать, может, накопаешь что-нибудь ещё.

Я кивнула в ответ. Тут мне пришла в голову одна неприятная мысль.

– Постой! А что если он давно среди вас? Возможно ли, что он не проник на базу? А сам является охотником… долгое время?

– Если это так, то мы очень серьёзно влипли, – и он покинул комнату.

Оставшись одна, я продолжила изучать книги. Ох, не прав был Дион, говоря, что книгами никто не занимается. Ведь их кто-то напечатал! И адаптировал к современному языку. И ещё у меня сложилось впечатление, что здесь не все книги, а лишь их малая часть. Вероятно, к другим у Диона нет доступа… интересно, а у кого есть? Или же этого доступа нет у меня.

Перерыв почти весь архив, я пришла к печальному выводу, что метаморфы самый правдоподобный вариант. Я нашла упоминания о них ещё в некоторых книгах. Вспоминая ночь убийства и то, насколько тихо там было – ведь я не почувствовала присутствия убийцы, лишь шорох… вероятно он тогда превращался… а потом… ну может, улетел или ещё как… мало ли способов скрыться от молодого вампира?

Ещё раз пролистав нужные книги, я зафиксировала в памяти все упоминания о метаморфах и разложила всё по полкам. В библиотеке должен быть порядок. Надев очки, я отправилась на поиски Диона, который подозрительно долго отсутствовал.

Выйдя на улицу, я с удивлением обнаружила Влада, сидящего на капоте машины и что-то читающего с электронной книги. Он выглядел гораздо более расслабленным, чем при предыдущих наших встречах. Я невольно задумалась, почему парень остался в Ордене, ведь мать умерла. И, вероятно, ему не раз говорили, что он не обладает нужными задатками охотника. Я не думаю, что ему нравится роль мальчика на побегушках. Почему он здесь?

– Привет, Влад, – как можно дружелюбнее поздоровалась я.

– Здравствуйте, – парень резко встрепенулся и соскочил с капота, – вы закончили?

– Слушай, давай лучше на ты, – мягко улыбнулась я, – в конце концов, ты же старше меня и выкаешься.. глупо, ты не находишь?

– Д-да, – кивнул он и несмело улыбнулся в ответ.

– А теперь вопрос на засыпку – что ты здесь делаешь?

– Дион попросил приехать и подождать тебя здесь, – Влад выключил книжку и кинул её на заднее сидение машины, – он сказал, что я должен буду отвезти тебя на базу, когда ты закончишь.

– Ага... ага… расследование… партнёрство, – тихо пробурчала я, – а он не сказал, куда сам отправился?

– Неа, – покачал головой Влад.

– Ладно уж, вези, – как можно более равнодушно сказала я, поправляя очки.

***

Когда приехали на базу – расстались. У Влада были ещё какие-то поручения, а я решила проверить кабинет, вдруг Дион там. Эх, жалко мне не выдали телефон, я бы позвонила и выяснила, что делать дальше.

В кабинете ждал небольшой сюрприз в виде записки. Похоже, Дион всё-таки был здесь. В записке он попросил позвонить, если в книгах я нашла что-нибудь, что могло указать на метаморфа. Далее был номер телефона. Разумеется, в таком кабинете был небольшой стационарный телефон, правда я думала, что он не работает, настолько не современно он выглядел, но похоже это чудо телефонной связи… Я ошеломлённо застыла. Я. Могу. Позвонить. Быстро подлетев к телефону, я сняла трубку с рычага. Он и правда работает. Инга. Дмитрий. Анна. Я могу позвонить им! Сказать, что со мной всё хорошо! Я тяжело опустилась в кресло. А что дальше? Фактически, пока я не имела возможности ни с кем связаться, покинуть это место без разрешения, – я могла не думать об этом. А теперь… теперь я знаю, что было бы эгоистично звонить Инге… у которой маленькая внучка и взрослые дети, у которой есть семья, но она всё равно находила время помочь мне, женщина ставшая почти родной. Как я могу взвалить на неё и это? Как я скажу, что стала вампиром, что сейчас меня удерживают охотники и что где-то там бродит псих метаморф, играющий в свои игры… А могу ли я сказать об этом Анне? Которая получает деньги за наши беседы? Вероятно, она сочтёт, что я свихнулась, как и мой брат. Не поверит. И уж тем более смешно было бы сказать об этом Дмитрию или кому-нибудь из группы. Хотя Кронос может и поймёт, он сам немного странный парень, сам себе на уме. Но помочь-то они не в силах. А вот получить неприятности – вполне.

Я бросила трубку на место. Похоже, Дион знал, что я не позвоню. В конце концов, не смотря ни на что – я хороший человек, и не стану втягивать их в свою новую жизнь. Я вновь взяла записку, последняя строчка – «Если ничего стоящего больше нет, то на сегодня всё – отдыхай». Вот и прекрасно, я сейчас с удовольствием бы поплавала. Не зря и Дион и Влад так советовали сходить в бассейн, похоже, здесь он действительно особенный.

Мне повезло – покинув кабинет – я почти сразу наткнулась на охотника Кирилла.

– Привет! – поздоровалась я, – как жизнь молодая?

– Эээ, привет, – немного растерялся он, – нормально. А что ты тут делаешь?

– Искала Диона, – пожала плечами я, – но не нашла. Теперь ищу бассейн.

– Бассейн?

– Ага, Дион оставил записку, сказал, чтобы я отдыхала, – улыбнулась я, – вот, хочу поплавать.

– Бассейн на улице, в отдельном здании, – ответил Кирилл, – не пройдёшь мимо.

– Спасибо, – кивнула я. Возникла неловкая пауза.

– Я слышал, ты теперь помогаешь Диону в расследовании? – поколебавшись, спросил он.

– Ага, а что мне ещё делать? – ответила я, – эта тварь мне оставила послание на стене… если я останусь в стороне от этого дела, может всякое… произойти.

– Понятно, – на секунду мне почудилось, что в голосе Кирилла промелькнула зависть, – и как продвигается расследование?

– С переменным успехом, – я нервно передёрнула плечами, вспомнив о метаморфах, – но точно не могу сказать.

– Это что тайна? – скептически посмотрел он, – обычно охотники не таятся.

– А я не охотник, – холодно ответила я, – и это не обычное расследование. Эта тварь не просто оставила труп на территории базы, но и проникла в здание. Как думаешь, как у неё это получилось?

– Эээ, не знаю, – он переступил с ноги на ногу, – кто знает, что эта за тварь такая… или вы уже знаете?

– Понятия не имею, – не моргнув глазом солгала я, – может Дион и знает, но я не имею не малейшего представления.

– Или просто не хочешь говорить, – он отвёл взгляд, – говорят, что из тебя хотят сделать охотника.

– Посмотрим, что у них из этого выйдет.

– Ладно, удачи тебе... с расследованием, – Кирилл немного помялся и ушёл.

– Пока-пока, – помахала я ему вслед. Похоже, мы с ним никогда не подружимся. Он какой-то… не дружелюбный, хотя ничего такого я не уловила при разговоре. Интересно, быть может, он метаморф?

***

Бассейн и правда впечатлял. Он скорее походил на небольшой аквапарк, чем на стандартный спортивный бассейн. Имел три части – в первой было несколько горок и таких извивающихся труб, во второй была сделана искусственная волна, а третья часть была разделена на дорожки – как в обычном бассейне. Мне немножко жал купальник, среди тех, которые были в раздевалке – не было моего размера. Но ничего, зато я в бассейне. Как ни странно здесь были и другие люди. В основном молодые охотники (судя по взглядам, которыми они награждали меня), но было и несколько пожилых. Но тоже охотников. Только детей не было. И вообще, на базе я не встретила ни одного ребёнка. Похоже, не смотря на большое количество квартир, семьями здесь не живут.

Ладно, не будем о грустном, а будем о весёлом – то есть о той великолепной трубе, которая начинается почти у потолка. Интересно, что я почувствую, когда буду спускаться?

Я ухмыльнулась своим мыслям и направилась к ней.

– А-а-а-а-а!

По бассейну пронёсся мой крик, полный восторга и адреналина. Оказавшись в воде, я как пробка вылетела наверх, оттолкнувшись от дна. Это было круто! Чувства стали ярче, мир красочнее, а запахи острее. Я должна ещё раз скатиться вниз! Незабываемо!

В результате я пробыла в бассейне до закрытия горок, о чём мне вежливо сообщил один молодой человек. Он извинился и сказал, что круглосуточная подача такого количества воды – слишком дорого. Однако горки откроются завтра в двенадцать часов утра. Я поблагодарила его и отправилась просто плавать в раздел три. Мне понравились горки, они делали всё как-то резче. Да и приятно было видеть некоторое недоумение на лицах охотниках, ручаюсь, они не ожидали от меня подобного. Я была единственной, кто катался на горках, остальные просто плавали или сражались с волной. После моих визгов и радостных криков, некоторые тоже попробовали покататься, но видимо не поняли всю прелесть данного процесса. Не ощутили весь этот кайф. Глупые. Когда я покинула горки, в бассейне кроме меня и того вежливого юноши никого не осталось. Мне захотелось провести некоторый эксперимент по погружению под воду.

Нырнув, я забилась в угол, чтобы меня не поднимало наверх, и замерла. Спустя минуту пришла к неутешительному выводу – мне действительно не хотелось дышать. Я не испытывала такой потребности. А вот когда открыла рот, то моментально закашляла и, отпустив руки, поднялась наверх. Да уж, дышать мне не требуется, но вода в легких тоже не нужна. Неожиданно послышался тихий всхлип. Как будто кто-то плачет.

Быстро выбравшись из воды, я прислушалась. Но больше ничего не услышала. Наверное померещилось, покачала головой я и направилась в сторону раздевалки. На полпути я замерла. Запах. Я отпрянула. Неужели опять? Он шёл из женской раздевалки. Я ускорилась и почти влетела туда. Передо мной предстала молодая девушка с длинными светлыми волосами, она стояла, склонившись над раковиной, и пыталась остановить кровь.

– Голову запрокинь, – переведя дух, проговорила я.

Девушка резко обернулась, на её лице застыло испуганное выражение. Судя по всему, она недавно плакала.

– Эй, с тобой всё в порядке? – я примирительно приподняла руки, – может врача позвать?

– Со мной всё в порядке, – прошептала она, немного гундося – правой рукой она зажимала нос, – я просто поскользнулась.

Я кивнула в ответ и направилась в душевую. Понятно, почему она испуганна – я вампир, а тут кровь и оружия рядом нет. Если я сорвусь, то она умрёт. Лучше будет, если я оставлю её одну – тогда она сможет быстро ретироваться, пока я моюсь.

Так и случилось. Выйдя из душевой, я никого не обнаружила – следов крови нигде не было, и запах почти полностью выветрился. Пожав плечами, я быстро высушила волосы и переоделась. Пора на ночную прогулку, а потом и поспать не помешало бы. День пускай и не такой насыщенный, как вчера, но информации к размышлению получено много.

Позже я сидела на лавочке возле озера и курила, размышляя о метаморфах. Мне было интересно – их склонность к насилию – это врождённое заболевание или приобретённое? Как они осознают себя в этом мире? И почему один из них начал убивать именно сейчас, прямо под носом у охотников, рискуя выдать, что они не вымерли?

– Может, потому что он молод? – наверное, последний вопрос я задала вслух, потому что Дион, не слышно подошедший ко мне, ответил:

– То есть?

– Сам посуди – все убийства похожи только одним – их совершил кто-то молодой. Вампир, оборотень… метаморф, – неспешно проговорила я, когда он сел рядом. – Вы ничего не нашли?

– Ничего, то есть вообще ничего, – пожал плечами он, – сегодня я разговаривал со всеми охотниками, кто был на базе вчера ночью. Все они прошли мой мини-тест.

– Значит он здесь давно, – печально прошептала я.

– Или же мы ошиблись.

– А есть повод для сомнений?

– Он всегда есть, – Дион ненадолго замолчал, а потом продолжил, – сегодня вскрыли твою квартиру.

– Что? – удивлённо переспросила я.

– Некая Инга Юрьевна подала заявление в полицию по поводу твоего исчезновения, сегодня проводили обыск.

– О Господи… – проронила я.

– Да, – он покачал головой, – скоро всё закончится.

– Что именно закончится?

– Твоя связь с прежней жизнью, – ответил он, – кстати, ты молодец, не стала никому звонить, хотя я был уверен, что ты это сделаешь.

– Это тоже был тест? – раздражённо прошипела я.

– Что-то в этом роде, – кивнул он, – и ты его прошла.

– Ты меня теперь всё время будешь тестировать? – я начала медленно закипать.

– Да, я должен знать, насколько ты соблюдаешь мои правила. Кстати говоря, одно из них ты упорно игнорируешь – заметил он, – так сложно проявить уважение к человеку, который помогает тебе?

– И чем ты помогаешь мне? – язвительно прошептала я.

– Ты прошла тест – завтра тебе подключат интернет.

– Что? – я мгновенно остыла.

– Интернет, – он мягко улыбнулся, – я знаю, тебе скучно без него. Ты же представитель современной молодёжи как-никак.

– Ты тоже, – ухмыльнулась я.

– Не совсем, – он покачал головой, – пока ты ходила в школу – я тренировался и готовился к своей нынешней жизни. Твои экзамены на поступление в институт – мой первый убитый вампир. Есть разница.

– Крут, крут, – с важным видом кивнула я, хотя было смешно.

Однако веселье быстро прошло.

– Скажи, Дион, а что будет, если сюда придёт мой создатель? – несмело спросила я.

– Мы его убьём.

– А если он окажется сильнее?

– Сильнее тридцати охотников? – Дион недоверчиво покачал головой, пристально и с иронией смотря мне в глаза.

– Столько сейчас охотников на базе?

– Ну да.

– А ты не знаешь такую девушку, примерно моего возраста, ну, может чуть постарше. Светлые волосы, голубые глаза. У неё ещё небольшая татуировка на плече в виде японского или китайского иероглифа?

– Знаю, конечно, это Алиса, напарница Кирилла, – Дион несколько удивился подобному вопросу, – а что такое?

– Да, просто сегодня получилась немного неудобная ситуация. Мы встретились в женской раздевалке при бассейне. Она поскользнулась и у неё кровь из носа пошла… нет-нет, я ничего такого не сделала! По правде говоря, теперь меня несколько удивляют ваши слова о потере контроля – со мной ни разу такого не случалось. Так вот, она испугалась меня. Я постаралась сгладить ситуацию и оставила её одну.

– Я поговорю с ней, – кивнул Дион, – слушай, дай мне одну из этих твоих самокруток. Курить охота, а всё этот Совет со своими дурацкими запретами.

Я улыбнулась:

– Да, держи.

Он прикурил и с наслаждением затянулся. Над озером воцарилась тишина.

И первым её нарушил Дион:

– Как интересно получается – ты вампир, однако куришь. И где-то даже добываешь эти самокрутки.

Я ухмыльнулась:

– Вот именно, я вампир. Просто подошла к одному молодому охотнику, от которого разило табаком, и попросила сигарету. Он так растерялся, что отдал всю пачку.

Дион рассмеялся:

– Да уж, вот она современная молодёжь. Надо будет поговорить с их наставниками – что-то дети в последнее время пошли пугливые.

– Не пугливые, – я покачала головой, – скорее не верящие в то, что сверхъестественное существует. Тот парень меня не испугался, он просто растерялся и не знал, чего от меня ждать. По сути меня боится только Влад.

– Он всех боится, – согласился Дион.

– Эти… дети, пока они не отрубят голову своему первому вампиру или не застрелят оборотня – для них всё игра. Психология.

– Да, – он задумался и, почесав щетину, затянулся, – хорошо тут.

– Мне тоже нравится, – я улыбнулась кончиками губ, – тихо, спокойно и никого нет.

– Ладно, что-то засиделся я с тобой, – Дион последний раз затянулся и выбросил сигарету в урну, – пора на боковую.

– Опять в кабинет? – я сладко потянулась.

– Сегодня – нет, – ответил он, – мне нужно нормально выспаться. Чувствую, что скоро всё продолжится – нужно быть готовыми.

– А знаешь, в тот миг, когда я ощутила запах крови в лесу… – задумчиво произнесла я.

– Что?

– Я сравниваю его и запах из бассейна. Моё обоняние, оно не просто чует кровь, оно чует всё. Ненужное отбрасывается, но сохраняется в памяти. Так вот, там был какой-то ещё запах. Очень-очень слабый, почти неощутимый. Сейчас я понимаю, что он был и в первой квартире, в той, в которой появилась надпись на стене, – я приложила руку ко лбу, – я где-то ещё его чувствовала, но не помню где…

– На что он похож? – вмиг посерьёзнел Дион.

– Я не знаю, как можно сказать, что это за запах, не видя источника? – покачала головой я, – он немного похож на запах… мужчины, – я немного смутилась, – только другой… более мускусный что ли…

– Ладно, не мучай себя, – Дион вновь почесал щетину, – как почувствуешь его вновь – пытайся определить, от кого он идёт, хорошо? Только я тебя умоляю, не проявляй инициативы, хорошо?

– Хорошо, – кивнула я, – слушай, вот ты сказал, что я должна убить эту тварь, а как я это сделаю – я же ничего не умею?

– Научим, – ухмыльнулся Дион, – я как раз сегодня говорил с одним очень хорошим Наставником по боевым искусствам, он согласился дать тебе один урок.

– Ура, ура, – я почувствовала в себе усталость и какое-то внутреннее нежелание это делать – учиться убивать.

– Только учти, он не будет прощать, если ты назовёшь его хоть раз на ты, – строго покачал указательным пальцем Дион, – спокойной ночи, София.

– Спокойной ночи, Дион, – я мягко улыбнулась ему и помахала рукой на прощание.

– Завтра я тебе позвоню.

– Буду ждать.

И я осталась одна. Только озеро, месяц на небе, лавочка и я. Достав очередную сигарету, я закурила. Интересно, так всегда теперь будет? Как-то… нежизненно. Словно бы из какой-то книги. Стать вампиром, попасть к охотникам… а тут ещё убийство, расследование, загадка… и создатель со своими снами… так не бывает, наверное. Или бывает, но не так. Я раздражённо затушила сигарету. К черту всё.

Глава 5. Друзья

И вновь мне приснился странный сон. В этот раз действие происходило на дороге. В небе мягко светилась полная отливающая зеленью луна. Сотни маленьких звёздочек образовывали известные созвездия. Тёплый ветерок мягко касался лица. Я ехала на мотоцикле и ехала очень быстро, да так, что завораживало дух. И я была не одна. Ещё пять мотоциклов рядом. Пять вампиров, разодетых под байкеров. Две девушки и три парня. Нам было хорошо, мы давили педаль газа и ускорялись, ускорялись… Одна из девушек радостно закричала и вырвалась вперёд. Мы устремились следом. Это было по-настоящему здорово – чувствовать такое единение душ. Ночная дорога, полная луна, верные друзья. Я почему-то в этом не сомневалась… в том, что они верные и что друзья. Весело. Мы стремились сквозь пустые поля, неразличимые из-за высокой скорости, сливающиеся в одну полосу. Впереди замерцал неяркий флуоресцентный свет. Парень посмотрел на меня и заговорщицки подмигнул. Мы поднажали. Вскоре перед нами предстала небольшая забегаловка, скорее даже дешёвый придорожный бар для дальнобойщиков и байкеров. Остановившись рядом, мы слезли с мотоциклов и с шутками, весёлым смехом и дружескими подначками ввалились внутрь.

Бар был грязным, каким-то засаленным, пропахшим дешёвым пивом, сигаретным духом и машинным маслом. А ещё застарелым потом. Одна из девушек, с волосами чёрными как смоль недовольно поморщилась. Кроме нас здесь было несколько посетителей, двое из которых вяло гоняли шары по старому сукну. Также толстый бармен лет за сорок и симпатичная блондинка-официантка в застиранном платьишке.

И, разумеется, все уставились на нас. Кто-то из посетителей с раздражением – ходят тут всякие, галдят и шумят… официантка с интересом, а вот бармен с опаской. Вероятно он здесь хозяин и по совместительству бармен.

Один из нас подошёл к нему и заказал виски. Черноволосая девушка рассмеялась и направилась к бильярдному столу, приговаривая: «Сейчас я вас научу, как играть в настоящий бильярд». Я не удивилась, когда она загнала в лунки сразу несколько шаров. Она и правда умела это делать. Двое парней уселись за свободный стол и затеяли громкий спор. А ещё одна девушка дружески ткнула меня в плечо и вышла на улицу. Я знала, что она там будет делать. В баре повисло напряжение. Несмотря на наше дружелюбие, люди чувствовали, что что-то не так. А тем временем, парень, заказавший виски, красавчик с короткими белыми волосами, начал откровенно глумиться над барменом, выводя того из себя. Я же, прислонившись к деревянному столбу, поддерживающе здание, ожидала развязки. Она не заставила себя долго ждать. От бильярдного стола раздался крик. Все обернулись. Моя подруга, сестра, попутчица наколола на кий толстого пивного мужика и пригвоздила его к стене. Над баром повисла тягучая тишина. Те двое, что сидели возле столика во весь голос рассмеялись, обсуждая, как она его наколола. Девушка с усмешкой на губах пожала плечами и отпустила кий. Мужик рухнул на пол уже будучи мёртвым. Черноволосая облизала кровь с ладони и проговорила:

– Он жульничал, – и поправила прическу.

Официантка закричала. И события приняли резкий оборот. Беловолосый парень перемахнул через барную стойку и вцепился зубами в шею бармена, повалив его на пол. Парни бросились на троих посетителей, которые только поднимались со стульев, ещё не успев толком понять, что происходит. Одному из них мой друг свернул шею походя. Тем временем, черноволосая пировала вторым бильярдистом. А вот мне досталась официантка. Я стала медленно подходить к застывшей от ужаса девушке, приговаривая: «Тише-тише, всё хорошо, я твой друг и ничего тебе не сделаю»! Наконец, я поймала её взгляд и она покорилась, из её глаз ушёл ужас и страх, она расслабилась так, что даже не обратила внимания на мои клыки в её шее. Только тихонько вздохнула, когда я делала первый глоток.

Это действительно восхитительно. Как сама жизнь. Её концентрация. Единение двух душ. Вкус богов – амброзия. Её жизнь внутри меня, настоящая, живая. Это как чувствовать чужой оргазм – сокращение её мышц. От этого я взлетаю выше-выше…

– София… София, – тихий шёпот, даже отзвук эха.

Девушка падает на пол. По подбородку течёт кровь, я машинально вытираю его рукой.

– София, – даже не шёпот, шелест, доносящийся сквозь дождь.

Осматриваясь, я понимаю, что никто, кроме меня этого не слышит. Беловолосый спокойно бьёт бутылки с алкоголем и расплёскивает жидкость для будущего пожара. Парни, а вернее братья-вампиры – теперь я это точно знаю, покончив с жертвами, пьют скотч, их глаза ярко поблескивают в темноте. Черноволосая девушка продолжает играть в бильярд. Шёпот повторился и теперь я знаю – он идёт из туалета. Я быстро устремляюсь туда, чувствуя, что скоро это здание заполыхает огнём и я не узнаю… чего?

Толкнув дверь, я оказалась во тьме. Не сразу глаза адаптировались, чтобы я вновь его увидела – мужчину, без лица, но с невидимой улыбкой.

Он шепчет:

– София, малышка София. Тебе нравятся мои сны?

***

Я резко подскочила над кроватью и вновь рухнула обратно. Это сон, всего лишь сон, чёрт возьми! Это был не создатель! Нет-нет! Должно быть какое-то объяснение… чёрт, да я согласна признать паразита разумным, чем поверить в эту чёртову связь! Паразит, это точно он делает! Он нашёптывает кровавые сны, чтобы я начала убивать! Точно, тут другого объяснения и быть не может!

Тогда почему, когда Ангел делает мне переливание – я вновь молчу?

– Как ты сегодня? – спрашивает она.

– Нормально, – я пожала плечами, – вроде выспалась.

– Хорошо, – Ангел улыбнулась, – как ваше расследование?

– Никак. Мы застряли на идентификации убийц. То ли их много, то ли он один, – усмехнулась я.

– Да уж, – она нахмурилась, – непростое дело досталось Диону. И тебе заодно.

-Ну, я в отличие от него могу отказаться, – я криво улыбнулась, – вот только что-то не хочется оставаться в неведении.

Ангел в ответ промолчала и ушла на кухню делать нам кофе. Она раздобыла мне целый блок очень крепких сигарет, за что я ей была безмерно благодарна.

Мы ещё немного посидели, обсудили всякие глупости и точно договорились о посиделках за просмотром хороших фильмов про любовь. Хоть я и настаивала на вампирах. Матчасть нужно знать! Пускай и фантастическую.

Когда она ушла, я ещё посидела некоторое время просто так… в тишине и с сигаретой. Меня тревожили сны, меня тревожила моя жизнь. А ещё более тревожило равнодушие к судьбе брата. Мне никто так и не сказал, как он. Я подсознательно знала, что с ним всё в порядке. Лежит себе в психушке, думает там о чём-то своём. Ему не нужно видеть меня, не нужно знать. Мы стали совсем друг другу чужими. И это теперь не изменить. Вероятно, охотники сдержат своё обещание и о нём позаботятся. Это хорошо. Вот только моё равнодушие как-то пугало. В голове пронёсся последний сон. И я на секунду ощутила тоску. Ведь это действительно было здорово… по-настоящему как-то… Я хотела бы так жить – с такой вот вампирской семьёй… и в то же время меня пугало это желание. До смерти пугало.

Докурив, я вышла из квартиры, заперла дверь и спустилась в кабинет Диона. Почему-то я не сомневалась в том, что найду его там. Так и вышло. В этот раз он не спал, а деловито разбирал какие-то бумажки, попивая кофе.

– С добрым утром! – поздоровалась я.

– С добрым-добрым, – не отвлекаясь от чтения, ответил он, лишь мельком посмотрев на меня, – слушай, ты посиди на диванчике пару минут, мне тут дочитать нужно.

– Хорошо, – кивнула я, не став его допрашивать. Ждать пришлось не долго, буквально через десять минут, Дион оторвался от чтения и потянулся.

– Ну вот, кажется, мы нашли подтверждение нашей теории о метаморфах, – расстроенно протянул он.

– Да? – заинтересовалась я, – какое?

– Ангел, наконец, прислала мне отчёт о вскрытии, – он кашлянул, сделал большой глоток из чашки и продолжил, – странно, что мы не обратили внимания на это раньше.

– Так что там? – нетерпеливо спросила я, когда он замолчал.

– Ни жертва оборотня, ни жертва вампир, ни жертва инкуба и пожирателя… не была съедена до конца. Так, как поступил бы молодой представитель этих видов, – он криво улыбнулся, – раны указывают одно, а вот поступки другое. Насколько я понял, метаморф убивает не ради еды. Он убивает ради самого факта смерти...

– Убийства, – тихо прошептала я. В голове пронеслась непрошеная мысль – жаль я не взяла сигареты с собой.

– Да-да, – кивнул он и сложил руки в замок, – так что теперь у нас только одна версия.

– И сотня догадок, почему именно сейчас и почему под вашим носом? – иронично спросила я, – ведь фактически мы топчемся на месте.

– Я работаю над этим, – ответил Дион, – ладно, вернёмся к нашим баранам. Сейчас я позвоню Наставнику, про которого я тебе вчера говорил, и мы согласуем время, когда ты пойдёшь на тренировку.

– Хорошо.

В результате через полчаса я бодро вышагивала в сторону тренировочного зала. Мне предстояла тренировка на мечах. По словам Диона всё остальное мне вряд ли понадобится в ближайшее время. Так же этот мой наставник, которого зовут Коф, покажет мне, насколько я слаба в поединке с охотником. На этот счёт у меня, разумеется, было своё мнение, но посмотрим как пойдёт.

Быстро переодевшись в женской раздевалке (странно, опять здесь никого нет), я нерешительно замерла перед дверью в зал. Ладно, вперёд дорогуша. Всё равно назад дороги нет. И твой любимый мольберт и кисточки не вернуть.

***

Наставником оказался невысокий, поджарый мужчина, которого язык не поворачивался назвать стариком. Лет за пятьдесят, в волосах проступала седина, на лице старческие морщинки и тонкий шрам, словно делящий лицо пополам. Он стоял передо мной, скрестив руки на груди и холодно изучая моё лицо.

– Здравствуйте, – несмело поздоровалась я.

Он промолчал, продолжая внимательно меня изучать.

– Я София, Дион прислал… для тренировок, – я попыталась вызвать его на диалог.

– Ты когда-нибудь защищала себя? – сухой голос с примесью ржавчины. Он был неприятен на слух, был как когтями по стеклу. Я невольно поморщилась.

– Нет, никогда не приходилось.

– Хорошо, – кивнул он и, отвернувшись от меня, прошёл к одной из стоек с оружием.

– Меня зовут Коф, сегодня я научу тебя использовать твои способности, которые ты получила, став... вампиром, – на последнем слове он запнулся, ему было неприятно это говорить.

– Я не буду приказывать тебе называть меня Наставником, так как считаю, что ты не заслуживаешь такой чести быть моей ученицей, – продолжил он, рассматривая оружие. Лицом ко мне он так и не повернулся. – Более того, я голосовал за то, чтобы тебя убили, так как ты не являешься человеком.

И почему меня не удивляет, что проходило голосование?

– Сегодня будет единственный наш урок, после которого распрощаемся. Если я встречу тебя за пределами этой базы и не в обществе одного из охотников – я убью тебя.

– Спасибо за честность, – нервно сглотнув, пробормотала я.

– Ладно, приступим, – и он, развернувшись, бросил в меня кинжал.

***

На дворе стояла ясная ночь, и я вновь сидела возле озера, куря одну за другой сигарету. Сегодня был плодотворный день, и мне удалось раздобыть через Влада бутылку виски. Я хотела напиться. Коф действительно был хорошим учителем. Жизненным. Весь день он избивал меня, наносил удары ножами, кинжалами и прочим. Господи, да он даже стрелял в меня! Когда я поднесла бутылку к губам, рука мелко тряслась. После нанесения ран, он показывал, как на мне всё быстро заживает. Чокнутый старик. У меня сложилось впечатление, что он намеревается меня убить. Однако к концу занятия я, наконец, смогла поймать кинжал. И всё, что я получила в ответ на свои муки – это второй кинжал, пробивший мне левую руку. Меня передёрнуло. Коф сказал, что неплохо будет повторить, ему понравилось избивать меня. Чёрт, да он даже и не пытался делать вид, что он чему-то учит! Ему всё это нравилось. Я вновь затянулась и откинулась на спинку скамейки. Если так пойдёт и дальше, то вероятно однажды он промахнётся, и я погибну. Думаю, что никто не расстроится, если это произойдёт.

– Как первый день тренировок? – за моей спиной раздался бодрый голос Дион.

– Нормально, – невозмутимо ответила я, – вот, сижу, пытаюсь напиться и накуриться. Только что-то плохо получается, – пожаловалась я и, вытянув бутылку, потрясла её, проверяя на наличие жидкости внутри.

Дион перехватил её из рук и сделал приличный глоток, после чего сел рядом, без спросу вытащив сигарету из моей пачки, и закурил.

– Не обращай внимания на слова Кофа, – флегматично сказал он, – его дочь сбежала с одним вампиром. И вот уже как двадцать лет является представителем твоего племени.

– Вот это здорово! – раздосадовано пробурчала я, – теперь понятно, почему я весь день была как боксёрская груша. И, между прочим, Ангелу пришлось вечером делать мне внеочередное переливание!

– Зато он тебя похвалил, сказал, что для вампира ты сохраняла удивительное спокойствие, – усмехнулся он.

– И когда будет следующее избиение? – удручённо спросила я.

– Послезавтра, – Дион явно не впечатлился моим грустным состоянием, – так что будь готова показать высший класс.

– Будет сделано, – ответила я и вновь приложилась к бутылке, – чёрт, ну почему эта штука на меня не действует?! Я так хочу напиться!

– А вот этого делать не надо, – невозмутимо сказал Дион, – напиваться – это признак слабых духом. А вампиры не бывают слабыми.

– Значит и напиваться не могут, – резюмировала я.

– Вот именно.

– Кстати, как продвигается расследование? – полюбопытствовала я, – а то ты как-то незаметно устранил меня от него.

– Просто пока ты не готова, – пожал плечами мужчина, – да и к тому же у меня нет никаких зацепок, кто это мог быть. Нам остается только ждать, что он предпримет в дальнейшем.

– А кто ещё остался? Вампир, оборотень, инкуб, пожиратель…

– Да-да, демоны. В призраков, как ты понимаешь, он превратиться не может – они же не материальны. В суккуба он не станет – они мало чём отличаются от инкубов, разве только полом. А убивает он только девушек.

– Очень и очень круто, – прошептала я, вспоминая залитую лунным светом поляну, пар из распотрошённого тела. Помотав головой, я постаралась избавиться от воспоминаний.

– Сейчас я занимаюсь проверкой счетов, телефонных номеров и всякой документации по жителям базы. Возможно что-нибудь накопаю.

– Хорошо, – кивнула я, – а что делать мне?

– Адаптироваться, – усмехнулся он, – что ещё тебе делать. Завтра тебе подключат интернет, я скину пароли и адреса наших сайтов – поброди, изучи информацию. Кстати, вот небольшое задание на завтра – посмотри в наших архивах – случалось ли такое ранее.

Я затушила сигарету.

– И что, ты вот так спокойно даёшь мне доступ к вашим сайтам… я же вампир, кто знает, как я их использую через пару лет?

– Смешно, – улыбнулся он и приложился к бутылке, – Соня, то, что выложено в интернете, это известно всему Теневому миру. На все эти сайты имеют доступ и вампиры тоже. У нас там даже есть один очень забавный форум, на котором молодые охотники любят позубоскалить с молодыми вампирами, оборотнями и так далее. Так что в этом нет ничего удивительного.

– Понятно, – помолчав немного, я рассмеялась, – позубоскалить? Обязательно зайду почитать.

– Заходи, заходи, – кивнул он, – может быть, найдёшь что-нибудь полезное для себя. Ладно, пойду я. Дел невпроворот.

– Пока, – мы пожали друг другу руки и распрощались.

Посидев немного, выкурив ещё одну сигарету и допив бутылку, я решила сходить на ночь поплавать. Хорошая идея, по-моему – отдохнуть, расслабиться. Жаль только горки в это время уже не работают, но ничего и так можно.

***

И потекли незаметно дни. Нападений больше не было, так что Дион даже умудрился смотаться в соседний город на охоту. Я же честно пролистала архивы в интернете, и если говорить по секрету – то ещё занятие, в результате ушло на это несколько дней. И это при моей феноменальной скорости чтения и запоминания. С Ангелом мы неплохо проводили время вместе – смотрели хорошие фильмы, даже парочку про вампиров. Хохотала до коликов в животе! У меня случился первый откат. Надо сказать, когда происходят фантомные боли – это действительно заставляет тебя кричать и кататься по полу. К сожалению, никакого лекарства против этого у Ангела не было. Также я тренировалась с Кофом, у меня даже стало получаться. Немного правда, но занятия уже не походили на избиение младенца. Видимо я всё-таки схватываю всё на лету. Я с удивлением обнаружила, что не всегда способности вампира – это хорошо. Иногда они сильно мешали. И Коф учил это преодолевать. У нас сложилась даже небольшая традиция – перед началом каждого занятия, он говорил, что оно последнее, что он не хочет меня учить. А в конце менял своё решение. Он в принципе хороший мужик, только какой-то затюканный. Видимо его очень сильно задел поступок дочери. Ведь одно дело, когда родная дочка сбегает с каким-нибудь музыкантом или хиппи, и совсем другое, если она сбегает с вампиром и сама становится монстром.

Так же я в какой-то степени подружилась с охотниками Алисой и Кириллом. Нам нравиться друг друга подкалывать. Ещё в нашу компанию затесался Влад, ему даже удалось побороть страх передо мной, и он почти перестал заикаться в моём присутствии. Теперь у нас сложилась небольшая традиция – собираться возле озера или если плохая погода у меня в квартире и играть в карты, пить какие-то настойки, которые регулярно откуда-то доставала Алиса и смотреть фильмы. Это было здорово. Иногда я даже забывала о том, что я не человек. Хотя Алиса и подкалывала регулярно. Но по-доброму как-то. Кстати, я выяснила, что она является активным участником форума, который называется Теневой мир. Или, как любит говорить Кирилл, Теневая помойка. Она даже предлагала присоединиться, но я была вынуждена отказаться. Для меня это всё-таки опасно.

Мне по-прежнему снились странные сны. Вариации на тему как хорошо быть вампиром. У моего создателя (а теперь я не сомневаюсь в том, что это действительно он) лицо как было скрыто туманом, так и осталось. Интересно, почему он не хочет показывать себя? Но я привыкла. Сны, по сути, мало чём отличались друг от друга, они проповедовали одни и те же вампирские ценности – семья вампиров, вкусная кровь, ничтожные люди, и, разумеется, свобода охоты. Один сон был даже про долголетие – я была на кладбище в окружении могил своей семьи, родственников и нынешних друзей. А за оградой стояли вампиры и звали меня с собой. Это были те же ребята, что и во сне про бар. Судя по всему мне показывали картинку из будущего – дескать кроме них, у меня никого не останется.

Так прошёл месяц. Я всё-таки узнала, что с братом всё в порядке – он лежит в психиатрической больнице и в связи с моим исчезновением, заботу о нём взял некий фонд помощи психически тяжелобольным. Разумеется, за этим стоял Орден. Инга же, имея документы на квартиру, поступила по-умному – стала её сдавать, предварительно перевезя все вещи на специальный склад хранения. По словам Агнессы, та не теряет надежды на моё возвращение. И сейчас она собирается на вырученные деньги за сдачу в аренду квартиры нанять детектива – чтобы найти меня. Честно, после этих слов я даже немного заволновалась, но Агнесса успокоила, сказав, что я так качественно испарилась, что спустя почти два месяца даже самый лучший детектив вряд ли сможет меня найти. Что ж это немного успокаивало. В целом можно сказать, что всё как-то наладилось, не было каких-то взрывов, криков, паники. Я вставала днём, получала свою порцию крови, ходила на тренировки, убиралась в доме, лазила по интернету, пыталась напиться, плавала в бассейне. Единственное, чего мне не хватало – так это воли.

***

– Нет и ещё раз нет! – категоричным тоном сказал Дион, – никаких концертов, никаких прогулок в городе. Это опасно!

– Но я уже месяц как взаперти сижу! – ныла я в ответ, – с той поездки в библиотеку, я ни разу не покидала территорию базы! Мне скучно, я вижу только вас, охотников! Я хочу побыть хоть немного в обществе людей, которые не знаю ни кто я, ни чем я являюсь!

– Нет, София, – Дион уже почти рычал в ответ, что было не удивительно, ведь это уже не первая наша стычка на данную тему, – ещё рано. Подожди немного, я думаю, что через год…

– Год? – заорала я, – Ещё год здесь торчать? Да вы свихнулись что ли? Так я скорее сбегу отсюда, чем буду дожидаться конца срока моего заточения!

– Ты не умеешь себя весть, – безапелляционно заявил он.

– Господи, да вы же сами говорили мне, что я прекрасно умею себя контролировать! – я чувствовала, что буквально бьюсь лбом в глухую стену, – даже Коф это замечает!

– София, мы ещё не поймали того метаморфа, – мягко продолжил Дион, меняя тактику, – мало ли что ему в голову придёт с тобой сделать?

– Прошёл месяц, – воскликнула я, нервно расхаживая по кабинету Диона и разглядывая фотографии жертв, – целый месяц, а от него ни слуху, ни духу. Как знать, может он вообще свалил из города.

– Я бы об этом узнал, – покачал головой парень, – к тому же он явно не закончил то, что начал.

– Дион, послушай меня, – я уже устала просить об одном и том же, но мне категорически не нравилось сидеть на одном месте – я хотела выбраться из изоляции! – по сути, нет никаких стоящих причин держать меня здесь. Вы просто боитесь, что я сбегу или наделаю глупостей. Чёрт возьми, я же уже говорила, что не буду пытаться что-либо изменить или как-то связаться с... родными. Вы проверяете мой интернет и знаете это!

– Я просто хочу сходить на концерт любимой группы, – тише добавила я, – и я заранее согласна на все ваши условия.

– София, – смиренно проговорил он.

– Пожалуйста, – я повернулась и посмотрела ему в глаза. Холодные и какие-то виноватые.

– Я поговорю с Агнессой, – наконец сдался он, – но ничего не обещаю.

– Спасибо, – и я улыбнулась. Моя маленькая победа.

***

Мои ребята… группа «Спящие куклы»… одно время на их странице висело даже объявление о моём исчезновении… потом сняли. Правильно, наверное… Ребята хотели уйти на полгода в творческий отпуск, но их планы изменились – будет ещё один концерт. Спустя месяц с лишним. Я очень хочу пойти. Даже придумала, как можно измениться так, чтобы меня никто не узнал. И вот, сидя у себя в квартире с чашкой горячего кофе, я с нетерпением ждала результатов. В конце концов – я не так часто о чем-либо прошу! Вернее кроме сигарет я вообще ни о чём их не просила!

И вот сейчас, я сижу, курю, пью, нервничаю. И желание убить кого-нибудь возрастает в геометрической прогрессии.

Раздался звонок в дверь. Наконец-то!

– Ну что? – с порога выпалила я.

– Разрешили, только ненадолго, – через силу улыбнулся Дион.

– Ура! – я захлопала в ладоши от радости. Свобода!

– Только, как ты понимаешь, есть несколько условий, – проворчал Дион, проходя на кухню и с удовольствием втягивая в себя запах свежесваренного кофе.

– Тебе кофе налить? – поинтересовалась я, входя следом.

– Да, давай, – кивнул он, усаживаясь на мягкий диван.

– Сейчас, – и я принялась шуровать на кухне, – так что там за условия?

– В принципе адекватные, – ответил парень и почесал свою щетину, – первое – ты поедешь не одна, а в сопровождении одного из нас. И, разумеется, в районе клуба будет дежурить патруль. Второе – ты пробудешь там максимум три часа, после чего вы уезжаете. Третье – ты ни с кем не должна говорить. Четвертое подразумевается само собой – никого не убивать.

– Серьёзно вы подошли к моей прогулке, – нахмурилась я, протягивая кофе, – патруль, телохранитель… кстати кого вы назначили?

– Влада конечно, – Дион с удовольствием глотнул кофе и потянулся за сигаретами, – вот за что я люблю бывать у тебя – так это за возможность курить! Везде стоят датчики, кроме твоей квартиры.

– Ну да, – загадочно улыбнулась я, вспоминая, как мы с Ангелом пытались отодрать его от потолка, а потом скрыть улики.

– Так что наслаждайся концертом своей любимой группы, – подытожил он.

– Спасибо, Дион, – серьёзно ответила я, – если бы не ты, я бы с ума сошла здесь.

– Да, я знаю, – мне всегда было трудно прочитать Диона по его глазам. Ярко-серые, льдистые, постоянно внимательные и настороженные. В них притаилась какая-то глубокая тоска, которую он никому не хотел показывать. Сейчас они немного потеплели. На секунду мне показалось, что он хочет что-то мне сказать, однако он промолчал и сделал приличный глоток.

– У тебя вкусный кофе, – наконец сказал он.

– Спасибо, мне это часто говорят, – я улыбнулась и наваждение пропало. Ничего не было в его глазах, и быть не могло.

***

В клубе было накурено. Нет, не так. В клубе было очень накурено. Я с трудом выносила этот запах. Эту дикую смесь пота, пива, табака. Мне было противно. Честно говоря, такого я просто не ожидала. Хотя рядом стоящий Влад похоже ничего не чувствовал и с интересом рассматривал окружающих. Ну да, когда он ко мне пришёл, я была готова просто повеситься! Джинсы и серый свитер, под которым виднелся контур кобуры. О да, мальчику выдали оружие! Боже, какие они заботливые. У него, наверное, чуть крышу не снесло от такого! Но ничего, вроде нормально справился. Особенно когда мы нагрянули к Кириллу и обыскали его гардероб в поисках приличных шмоток. Теперь хоть на человека стал похож.

– Влад, – прокричала я, – подожди меня здесь, я выйду проветриться! Душно и воняет очень!

– Что? – проорал он в ответ. Сквозь музыку пробиться было сложно. Группа должна была выступать через сорок минут, так что сейчас работал один диджей. Плохо, честно говоря, работал.

– Я выйду на улицу! – ещё громче проорала я.

– Да-да! – кивнул Влад поддерживая мою идею. Сейчас он выглядел писаным красавчиком, и не удивительно, что он рад избавиться от моего общества. Та зелёная фея у стойки бара явно была не прочь познакомиться. Ладно, пусть радуется. В конце концов, я и сама могу за себя постоять. А он… лишь знак, что охотники не доверяют мне.

Быстро лавируя сквозь толпу, я выскочила на улицу. Блаженство… свежий, городской воздух… бензин, грязь, моча, городские отходы… Мне с трудом удалось уменьшить на приемлемый минимум обоняние. Вот теперь можно и покурить. Смешно однако. Интересно, как я выдержу концерт? Возвращаться на базу было бы глупо, всё-таки первая вылазка на волю. С наслаждением затянувшись, я отошла от входа в клуб и села на свободную лавочку.

Я не заметила, как он подошёл, наверное слишком расслабилась и уверилась в своей маскировке.

– София? – да, передо мной стоял Дмитрий. Всё тот же Дмитрий. С зелёными прядями в волосах, искусственными ресницами, весь в латексе и с подводкой на глазах. Его лицо выражало полную растерянность. Он не понимал, что со мной стало, не понимал, что я здесь делаю, вообще ничего не понимал и поэтому неловко переминался с ноги на ногу.

Конечно, я могла сказать, что он ошибся и я не София, а потом гордо встать и уйти… ну хоть куда-нибудь. Вот только это не выход, ну какая девушка, пришедшая на концерт, откажется от желания познакомиться с гитаристом любимой группы? Вот только я не смогу сыграть это.

– Как ты узнал? – спокойно спросила я, глубоко затянувшись.

– А я и не знал, – он явно был в замешательстве. Я знала, что он хотел ошибиться, что это не могла быть я. Ведь моя внешность сильно изменилась. – Просто… ты…

– Да, я сильно изменилась, – я посмотрела в сторону клуба. Какая вероятность того, что Влад уже познакомился с той феей и забыл про свои обязанности? Верно, почти нулевая.

– Слушай, давай в другом месте поговорим? – вставая, предложила я. – Тут рядом парк, мы поговорим… концерт же через сорок минут.

– Через тридцать, но давай, – медленно кивнул он и мы ушли.

В парке было тихо. Не было ни собачников, ни бодрых старичков, любящих бегать трусцой, ни пьяной молодёжи. В свете вечерних фонарей, он был волшебным. Деревья словно ожили, превратились в маленьких фейри, смеющихся в листве на ветру.

– Что случилось, София? – спросил меня Дмитрий, – куда ты пропала?

– Как бы я хотела ответить на твой вопрос, – пробормотала я в ответ, пиная маленький камешек, – Дмитрий, наша встреча не должна была состояться. Я просто поддалась воспоминаниям о прошлой жизни. Этого не должно было случиться.

– София, тебя что завербовали? – с нервным смешком проговорил он, – ты так изменилась… словно бы сделала пластическую операцию.

– Ну… ты близок к истине, – улыбнулась я, – как ты понимаешь, я не могу об этом говорить.

– Да-да… но я не понимаю! – он был растерян. Действительно растерян и встревожен тем, что со мной произошло.

– Дмитрий, я не хотела этого. Честно, – я выбросила сигарету и остановилась, – я хотела дружить с вами, ходить в школу, оплачивать счета, встречаться… любить и жить. Но мне не дали выбора и теперь всё это в прошлом, – я горько усмехнулась, – это звучит как полный бред… но я просто не знаю, что ещё сказать.

– Ничего не говори, – он подошёл ко мне и обнял, – всё будет хорошо, Соня… Сонечка, мы всё решим, мы справимся вместе.

Как бы я хотела не разрывать объятий. Как бы я хотела поверить его словам. Но из глаз  текут розовые слёзы и я резко отхожу от него и поворачиваюсь спиной, чтобы их вытереть.

– Скажи… Дмитрий… Дима… Рой… у нас с тобой… могло что-нибудь получиться? – шёпотом спрашиваю я, вытирая слёзы.

А в ответ тишина, только хруст веток справа.

– Дима? – я разворачиваюсь и никого не вижу. Пустая аллея парка, опавшие листья и всё. – Дима, ты где? – напрягая слух, я пытаюсь услышать его, но в ответ только шелест деревьев да хруст веток. В воздухе разлился ржавый запах.

Справа. Быстро! И я бегу, продираясь сквозь ветки и крича не своим голосом:

– Дима! Дима!

А запах усиливается, как и мой слух и обоняние. Я слышу медленное и прерывистое биение сердца.

Буквально вылетев на поляну, я испуганно зажимаю рот, пытаясь подавить крик.

Распростёртое тело на земле, спутанные волосы, глаза, его прекрасные, удивительные глаза изумрудного цвета… смотрящие в пустоту. Я падаю перед ним на колени и зажимаю глубокую рану на шее, из которой фонтаном бьёт кровь.

– Дима, Димочка, Господи, да что же это, – я испуганно всхлипываю и качаюсь вперёд-назад, вперёд-назад, – только держись, миленький, только держись!

– Дима! – начинаю кричать, когда биение сердца останавливается. – Чёрт возьми, не умирай, Боже, только не умирай! – Я в исступлении бью кулаком по его груди, а потом пытаюсь делать массаж сердца, – вернись, пожалуйста, вернись, – и я склоняюсь над его грудью, сжимаясь в комочек и плачу, плачу, – помогите, кто-нибудь, помогите мне…

– София, – шелест, тихий шелест листьев.

Резко вскакиваю и сжимаю руки в кулаки.

– Кто здесь? – мой голос звучит хрипло, из-за слёз я почти ничего не вижу, только пятна света.

– София, – это ветер, только ветер.

– Зачем ты это сделал? Зачем убил его? – я кричу, пытаясь подавить рыдания. – Зачем?

– Выпей его, София. Он всего лишь еда, малышка, – шёпот, идущий сзади.

Я резко разворачиваюсь, пытаясь увидеть его, убийцу.

– Никогда! Слышишь? Никогда! – зло рявкнула я.

– Тогда его смерть была напрасной, – и шелест уходит. Чувство присутствия другого пропало. И я осталась одна. Наедине со смертью.

Обессилено падая на колени, я беззвучно плачу. Его убили из-за меня.

***

– Почему ты ушла от Влада? – гневно орёт на меня Дион. Рядом с ним осуждающе смотрит Агнесса.

– Я просто хотела подышать, – шепчу я. Мной завладела какая-то апатия и сонливость. Мне не хотелось ничего делать. Только лечь в кровать и спать, спать, спать… Я чувствовала глубокую скорбь внутри своего сердца.

– Как это произошло? Как ты могла это допустить? – эстафету перехватывает Агнесса, – ты должна была просто следовать нашим указаниям, как ты могла?

– Это не нарочно получилось, – тихо отвечаю, – он узнал меня… со всем этим гримом, макияжем, одеждой, внешностью… он узнал. Я пыталась решить проблему.

– Что произошло? – более спокойно спрашивает Коф.

– Я отвернулась, всего на мгновение отвернулась, – я вытираю глаза, пытаясь сдержать слёзы, – а он исчез…

– Это сделал метаморф? – гневно вопрошает Дион, – да?

– Да, – киваю я, – это сделал он.

Глава 6. Одиночество

И вновь полетели дни. Я лежала в постели, уткнувшись в стенку, то спала, то просто не двигалась и пребывала в странном оцепенении. Время от времени ко мне приходили Алиса с Кириллом, Влад, даже Дион заглядывал, давая пустые обещания. Ангел приходила каждый день, молча вставляла мне иглу в руку, поддерживала во мне жизнь и этот, пустой, ошеломлённый разум. Она молчала, иногда гладила по голове и уходила.

Иногда мне снились страшные сны. О нет, их не посылал мне создатель. Это были просто сны… жуткие, кошмарные сны. В них я бродила по базе и находила своих друзей мёртвыми, с разорванными глотками и испуганными лицами. Ангел, Влад, Алиса, Кирилл, Дион, Агнесса, Инга, группа «Спящие куклы» в полном составе, мой брат… мёртвые, поверженные, а в гулких, пустых коридорах слышался смех, его смех. Я всегда просыпалась с криком, сжимая подушку так сильно, что она рвалась в руках и мне приносили новую.

Я боялась, о, как я боялась! Паника накрывала с головой и вся бравада про то, что я убью своего создателя… она пугала ещё больше. Какой я была наивной и глупой! Неужели я и правда верила в то, что смогу его уничтожить? Боже, да я даже не смогла увидеть его, хотя, наверняка, он стоял рядом со мной. Без сомнения, он обладает огромной силой. Это жутко. Каждую ночь, лёжа в постели, я ожидаю его. Иногда кажется, что он рядом, стоит и смотрит на меня. Тогда я вскакиваю в постели, но никого не вижу. Лишь за окнами завывает холодный ветер. Я пытаюсь заставить себя перестать страдать и начать что-то делать. Но не могу, просто не получается.

Я так и не сказала им, что это был не метаморф. Не знаю почему, просто не смогла произнести это. Мне иногда кажется, что это он не даёт признаться в том, что он существует, что он в городе. Что он где-то рядом. Не знаю почему он медлит… лучше уж сразу, но… я не знаю, чего он хочет! Зачем он обратил меня? Ведь я не обладаю никакими способностями… в конце концов, если они у меня и есть, то уже должны были проявиться! Но их нет, ничего нет. Ни силы, ни ума… Пустое, перепуганное существо, скулящее от ужаса. Я чувствую себя ничтожеством, гораздо большим, чем Влад, боящийся заговорить в моём присутствии.

Но больше всего страшит неизвестность. Она пугает до коликов, заставляя прятаться под одеялом и дрожать от страха. Все эти чувства, они словно поглотили меня, заставив личность исчезнуть, раствориться в волнах паники.

***

– Ну всё, хватит! – Дион сдирает с меня одеяло, заставляя невольно щуриться от яркого солнечного света, – ты почти две недели не вылезаешь из постели! Посмотри на себя, ничтожество, – презрительно говорит он, – хватит! Если ты и дальше будешь притворяться напуганным щенком, я прибью тебя! Слышишь?

Я изумлённо смотрю на его разъярённое лицо и молчу, не зная, что сказать.

– Выбирайся! – продолжает разоряться он. Потом скрылся в ванной. Я слышала, как он набирает воду и мне стало интересно, что он задумал.

На меня обрушился каскад ледяной воды, так что я возмущённо пискнула.

– Достаточно! – кричу я, когда он направился за второй порцией, – я поняла!

Дион разворачивается и внимательно смотрит на меня.

– Точно?

– Да-да, – киваю в ответ.

– Тогда ты сейчас идёшь и принимаешь душ, приводишь себя в порядок. Я пока сварю нам кофе.

– Хорошо.

Спустя полчаса мы чинно сидим за обеденным столом и пьём горячий кофе. Дион по-прежнему внимательно рассматривает меня, а я молчу.

– Насколько я понял, вы были близки? – нарушил молчание он.

– Не так, как ты думаешь… мы не успели по-настоящему сблизиться, – тихо ответила я, прихлебывая кофе.

– Я не умею утешать разбитые сердца, – с минуту помолчав, говорит он, – всё, что я могу тебе посоветовать – не сдаваться, а бороться – мстить.

– Прошло две недели, – я равнодушно посмотрела ему в глаза, – ты что-то накопал? Почему-то мне кажется, что нет.

– Это не повод забиться в постель, страдать и ничего не делать, – хмуро бурчит он в ответ. Похоже я права, он ничего не нашёл.

– А что мне ещё делать?

– Например, не пропускать тренировки с Кофом.

– О, действительно! – раздражённо отвечаю я, с грохотом опуская чашку на стол, – ведь это так важно! Это так помогло мне уберечь Дмитрия! Ммм… я так многому научилась, – язвительно заканчиваю и тянусь за сигаретами.

– Метаморф – сильный противник, – не обращая внимания на мою выходку, говорит Дион, – не удивительно, что ты не смогла с ним справиться.

– Я его вообще не увидела, как и в прошлый раз, – печально покачала головой я.

– И это повод, чтобы сдаться? – с иронией в голосе усмехается Дион, – по-моему, это повод, что тренироваться усерднее. И не только с Кофом. А самой тоже что-то делать. Коф учит молодых охотников, а не вампиров. Он не может научить тебя тому, чего сам не знает. А вот ты сама должна это освоить.

В ответ я только хмыкнула и затянулась. Как же я не хотела признавать его правоту. Даже более того, я не хотела ничего из этого делать. Тренировки с Кофом? Это был вынужденный шаг! А самой… очень глубоко внутри себя, я не хотела тренироваться. Ведь эта наука не только для защиты, но и для убийства. Когда-то Агнесса и Дион говорили мне про паразита, который начинает управлять своим хозяином, если тот не делает то, что нужно. На себе это я не испытала. Ни разу. Смешно сказать, но я пацифист. Кофа, во время наших с ним уроков, это дико раздражало. Как же – бить вполсилы – глупо! Вот только я не могла иначе. Никак. И, не смотря на желание отомстить, я не могла убить. Не было во мне такой силы. Не было, нет и вряд ли будет.

***

Я сидела под водой любимого озера. Размышляла. Как ни странно, но мне нравилось такого рода времяпрепровождение. Нет нужды дышать и нет холода, хотя каким-то кусочком сознания я его ощущаю. Здесь более-менее тихо и как-то гулко. Движение воды, перекатывания песка, обманчивая мягкость ила. Но главное это то, что никто не потревожит меня здесь. И я могу спокойно подумать. Мне нравилась эта умиротворяющая красота подводного мира. Хорошо, что всё-таки догадалась использовать тяжёлый камень, вначале всё время раскачивало и тянуло наверх, я никак не могла занять удобную позицию. А теперь хорошо. Вот только ничего хорошего не было.

Слова Диона заставили меня всерьёз задумать о том, кто я. Смешно сказать, но не смотря на все новоприобретённые способности, по-настоящему я не чувствовала себя вампиром. Не была им. Когда я читала учебники про вампиров, там писали, что молодые очень кровожадны, они сильны, быстры и пользуются своими способностями чаще неосознанно, чем специально. Но всегда по максимуму. А вот я нет. Я быстро обрела равновесие, научилась контролировать себя. И не испытав свой потенциал, попросту не знаю своих возможностей. И что теперь с этим делать? На мгновение вновь накрыла волна паники, как смешно я сейчас рассуждаю! Возможности, способности… даже если я и овладею ими полностью – не поможет! Против собственного создателя – они не спасут! Я идиотка. Камень упал на дно, а я поплыла наверх. Хватит с меня на сегодня.

Возле озера ждал Дион. Он сидел на моей любимой лавочке, рядом с моей одеждой и курил. Его лицо было задумчивым и печальным. Не знаю какие картинки проносятся сейчас в его голове, какие воспоминания тревожат. Но сейчас он выглядел особенно беззащитно.

– Привет, – мягко поздоровалась я, выбираясь из воды и подходя к нему.

Печаль сошла и появилась привычная маска суровости. Непроницаем, как и всегда.

– Как поплавала? – спокойно поинтересовался он.

– Нормально, – пожала плечами я, беря в руки полотенце, – надо будет ещё раз повторить.

– Хорошее дело, – он улыбнулся кончиками губ, – есть разговор.

– Давай я сейчас оденусь, выпью горячий чай и мы поговорим? – и я потрясла мокрой головой.

– Эм… чай? – Дион смутился, – это тот, который в термосе?

– Да, – предчувствуя непоправимое, протянула я, – что, поезд ушёл, и чая больше нет?

– Прости, я тебя долго ждал, а погода не летняя, – извиняющимся тоном проговорил он.

– Значит, сейчас ты везёшь меня в город в кофейню, – как само собой разумеющееся, ответила я и принялась одеваться. Да уж, как-то я не подумала про мокрый купальник и сухую одежду. Они явно плохо сочетаются. Ладно, до дому дотерплю, а там переоденусь.

– Эм, ты хочешь в город? – изумился парень.

– Почему бы и нет, – ровно ответила я, натягивая через голову рубашку.

– Ладно, – он не мог отказать.

Я про себя улыбнулась, наблюдая за незаметными для остальных признаками эмоций на его лице. Сначала это растерянность, недоумение, а затем глубокое удовлетворение. Похоже, я не подвела его в этот раз. И это радует. Жаль, что не всегда мне удаётся читать его так же легко, как и сейчас. Может опять всё дело в том, что я неполноценный вампир?

– И куда мы поедем? – поинтересовался Дион.

– В самую шоколадную кофейню на свете, конечно.

***

Спустя час мы степенно сидели в кафешке и пили вкусный, настоянный на травах, чай. Дион заказал себе горячий чизкейк, и я с потаённой завистью наблюдала за его трапезой. Ну почему жизнь так несправедлива? Почему вампиры могут пить, но не могут есть? Это же неправильно! Я так люблю разные вкусности… пару недель назад я решила попробовать небольшую шоколадку, всего-то дольку… меня ею стошнило через десять минут. Отвратительно.

– Так о чём ты хотел поговорить? – наконец не выдержала я.

– А? – непонимающе посмотрел охотник, отрываясь от еды, потом на его лице проступила тень понимания, – да… точно, поговорить… Я по поводу метаморфа.

Хорошо, что в этой кофейне есть отдельные, тихие кабинки. Так что мы могли спокойно разговаривать и не бояться быть подслушанными. Правда, от вампира эти стены не спасут. Я вот прекрасно всё слышала – в соседней кабинки две молодые девушки обсуждали измены парней, и какие все вокруг сволочи. Смешно, ничего в мире не меняется.

– И что с ним? – я поставила чашку на стол и потянулась за сигаретами.

– Меня насторожила смена его поведения.

– Смена? – я постаралась, чтобы мой голос не выдавал моих эмоций, – что именно?

– Понимаешь, тогда, когда он на время затих, я и правда думал, что он переехал, решил, что здесь стало слишком опасно для него, – Дион говорил с набитым ртом и увлечённо жестикулировал, похоже он что-то накопал. – А потом он напал и не просто напал, а напал на парня, который был тебе симпатичен!

– И что из этого следует? – сдержанно спросила я.

– Как ты помнишь, раньше он нападал только на молодых девушек, – Дион сделал глоток чая и продолжил, – а теперь напал на парня. Тут два варианта – либо это сделал не метаморф, либо он ревнует.

– Ревнует? – скептически усмехнулась я.

– Вот именно ревнует. Хотя не нужно отбрасывать и первый вариант, – спокойно кивнул Дион, – в конце концов, мы же не знаем, куда делся твой создатель и почему он до сих пор не появился.

Внутри меня всё похолодело. Я должна ему сказать, должна и прямо сейчас.

– Дион… – тихо протянула я.

И тут раздался телефонный звонок.

– Минутку, – Дион поднял указательный палец и достал телефон, нажав кнопку ответа, он сказал: – Алло?

– Что случилось? – вмиг посерьёзнел охотник, а его глаза стали насыщенно-серого цвета. – Когда? Хорошо, выезжаем, – и он повесил трубку.

– Что случилось? – растеряно спросила я.

– А что ещё могло случиться? Разумеется, новый труп, – раздражённо бросил он, доставая деньги из кошелька, – пошли, нам надо ехать.

Я молча кивнула в ответ.

***

– Кстати, что ты хотела сказать? – спросил Дион, когда мы сели в машину.

– Что? – я размышляла на тему, что мы сейчас увидим, поэтому не сразу поняла, о чём он.

– Ну, там в кафе?

– А, да так, ерунда, – я покачала головой. Момент был упущен. Теперь я понимаю, что не смогу сказать ему о своей лжи. Я ещё помню его первые слова о том, в чьих руках висит моя жизнь. И пока я ещё не доказала им, что достойна жизни.

***

Над городом сгустились тучи. Мелкий, противный дождик с липким туманом окутал закоулки сонного города. Серость и слякоть, отрешённые лица людей, чёрные зонтики, тёмные одежды. Город отчаянно стремился забраться в тёплую постель с чашечкой горячего чая с лимоном, хорошей толстой книжкой или приятным летним фильмом. А вместо этого несчастные люди работали, работали и работали.

Девушка в ярко-жёлтом, коротком платье лежала в закутке между старыми аварийными домами, в которых давно уже никто не живёт. Неестественно вывернутая нога, большая дырка на колготках и руки, измазанные в грязи, так, словно она пыталась сбежать… это вызывало скорее отвращение, чем сочувствие или жалость. Словно она сама виновата в том, что с ней случилось. При взгляде на неё сразу становилось понятным, какова её профессия – ночная бабочка, мотылёк, летящий на огонь. Она сгорела до тла.

На месте преступления нас ждала Агнесса, она уверенно что-то втолковывала полицейскому, который яростно жестикулировал в ответ. Заметив нас, она крикнула другому полицейскому, чтобы он нас пропустил. Затем она вежливо что-то сказала своему собеседнику и направилась к нам. Тот недовольно посмотрел её вслед и, махнув рукой, отправился к полицейской машине, что-то говоря в рацию.

– Быстро вы добрались, – вместо приветствия сказала она.

– Мы были неподалёку, – кивнул Дион, пожимая ей руку.

– Как ты себя чувствуешь, София? – участливо поинтересовалась Агнесса.

– Более или менее, – я выдавила жалкую улыбку.

– Что у нас тут? – спросил Дион, подходя к телу жертвы.

– Судя по всему нападение молодого демона из рода Иггу, – женщина невольно поморщилась.

– Чёрт возьми, да у неё дыра в голове! – изумлённо воскликнула я, подойдя поближе.

– Да, демоны Иггу любят человеческие мозги, – неприязненно ответила она, правда в последнее время они стараются питаться трупами. Только молодой демон мог не сдержаться и сделать такое.

– Омерзительно, – прошептала я и отвернулась.

– Ага, – рассеянно сказал Дион, – Несс, ты сказала, что здесь есть ещё кое-что, на что стоит взглянуть?

– Да, и это самое неприятное, – я почувствовала, как помрачнела Агнесса. – Идёмте.

Как оказалось, это был не совсем тупик среди зданий, за давно проржавевшим мусорным контейнером находилась небольшая дыра, ведущая в помещение. Мы прошли туда, осторожно переступив через труп. Внутри оказался общественный туалет или что-то в этом роде. Агнесса сказала, что это здание раньше было детским центром развития.

– Чёрт, – выругался Дион и с раздражением сплюнул.

Среди разломанных туалетов и битых зеркал, среди покорёженного кафеля и следов от костров лежало потрясающее бальное платье алого цвета. Оно было безукоризненным, лёгким, воздушным и, несомненно, очень мягким и нежным. А над ним, на стене, кровью была сделана огромная надпись: «С любовь дарю его тебе, моя искусительница».

– Что за...? – прошептала я.

– Вот именно, что за, – обречённо вздохнула Агнесса, – у этого психа окончательно съехала крыша! Чего он, чёрт возьми, добивается?!

– Взаимности, – успокоившись, проговорил Дион, – а проще говоря, он хочет убить Софию.

– Это-то ты с чего взял? – поразилась я.

– Наш убийца – маньяк, думаю, с этим все согласятся? – обвёл нас взглядом Дион, мы синхронно в ответ кивнули, – маньяк, который оставляет записки на месте преступления хочет получить известность и признание. Но это явно не наш случай. Час назад, в разговоре с Софией, я пришёл к выводу, что наш убийца – влюблён. Это стало очевидно, после случая с Дмитрием, – Дион достал из кармана сигареты и закурил, – что мы имеем на данный момент: София попала к нам, как мы выяснили, после первого убийства. Через какое-то время маньяк совершает второе убийство и где это произошло? Правильно, рядом с домом Софии. Так же у меня были подозрения, что он проникал к тебе домой и взял кое-какие вещи. Ничего не напоминает? Идём дальше, очередное убийство происходит возле гостиницы, где ты какое-то время жила. Раньше я думал, что это провокация или что-то в этом роде. Тогда я ещё не знал, что убийца один. А следующее случилось уже на территории базы и там появляется надпись на стене в твоей бывшей квартире. Дальше нападение на твоего друга – явный признак ревности. Теперь вот это алое платье. Влюблённый маньяк никогда не будет жить долго и счастливо со своей возлюбленной. Рано или поздно он убьёт её. Вот так вот.

– Интересно, как он это планирует сделать… – пробормотала я, вспоминая свои тренировки с Кофом. У меня ещё теплилась надежда, что уж с метаморфом я смогу справиться.

– А может он просто хочет, чтобы она приняла свою суть? – задумчиво сказала Агнесса, – в конце концов, мы имеем дело не с обычным маньяком, а с метаморфом. Возможно, он просто ищет себе пару…

– И такой вариант нельзя исключать, – согласился Дион, – хотя он маловероятен, он же метаморф.

Мне не понравились слова Агнессы по поводу моей сути. Похоже, она абсолютно уверенна в том, что я… монстр? И что это лишь игра в кошки-мышки. Рано или поздно, но она будет голосовать за мою смерть.

– Что теперь? – спросила я.

– Будем искать его, – Дион задумался, – есть вероятность, что метаморф находится в твоём окружении.

– Что? – ошеломлённо выдала я, – этого не может быть! Просто не может! Я бы это поняла, почувствовала, в конце концов! Если у него есть какая-то страсть, я бы увидела это в Кирилле или Владе! Я же вампир, у меня теперь много способностей…

– Если он в теле мужчины, в чём я не уверен, – криво улыбнулся он. – Метаморфы бесполы. Он с лёгкостью может принять облик женщины, как и мужчины. И быть кем угодно.

– И ты считаешь, что я бы не заметила изменений в поведении своих друзей? – иронично ответила я.

– А может он уже давно среди нас… и хорошо подготовился к переходу в чьё-то тело, – задумчиво проговорила Агнесса, – шпион.

– С одной стороны отпадает, а вот с другой ещё одно подтверждение того, что он среди друзей Софии, – кивнул Дион, – он не может быть шпион. Если бы это было так, то убийств не было бы. Это значит, что он молод. Вообще, тут нужно хорошенько посидеть и всё обдумать.

– И не делать это на месте преступления, – одобряюще кивнула Агнесса, а потом уныло вздохнула, – ладно, пошла разбираться с полицией и ждать приезда наших специалистов.

– У Ангела сегодня будет много работы, – обречённо сказала я.

– А у вас были какие-то планы? – полюбопытствовал Дион.

– Да, мы хотели посмотреть один фильм про вампиров. Очень смешное кино в стиле грейндхаус.

– Да? – заинтересовался он, – я бы не отказался… давно уже ничего не смотрел.

Агнесса сделала вид, что не слышит его, отвернувшись от нас.

– Отлично, тогда с тебя какой-нибудь очень крепкий напиток. Можно абсент... я его никогда не пила, но говорят, что у него очень высокий градус, – усмехнулась я.

– А зачем тебе? – удивился Дион.

– Мы выяснили, что только крепкие напитки дают устойчивый эффект… опьянения. Правда слабый, но хоть что-то, – я виновато улыбнулась.

– Давайте вы это в другом месте обсудите? – раздражённо вклинилась в наш разговор Агнесса, – хватит здесь топтаться!

– Да-да, – и мы направились на выход, возле которого я на мгновение остановилась и обернулась. Да уж, платье действительно впечатляло. А ещё впечатляло насколько сильно оно походило на то, что было надето на мне во время сна про бал-маскарад.

– Только одно, Агнесса – надпись сделана не кровью, а краской, – неожиданно сказала я.

– Что?

– Неважно, просто мне показалось это странным.

– Эксперты разберутся, – пожала плечами она, и мы вышли на улицу.

***

– Принёс? – радостно спросила я Диона, впуская того в квартиру.

– Конечно, принёс, – усмехнулся он в ответ, – о, ты всё приготовила!

В квартире царил идеальный порядок, которого здесь не было уже достаточно давно. Ну, вот не склонна я к чистоте, что тут поделаешь. А сегодня решила прибраться. Помимо всего прочего я подготовила гостиную к просмотру фильма, развернула диваны в нужную сторону, поставила стаканы на кофейный столик, попкорн насыпала в большую стеклянную чашу. В целом, навела полный марафет.

– Да ты проходи, не стой на пороге, –  смущённо засуетилась я, – может, хочешь что-нибудь съесть? У меня в холодильнике вроде что-то такое было.

– Нет, спасибо, я уже поел, – мягко улыбнулся он, садясь на диван, – а вот от пепельницы я бы не отказался.

– Ты так много куришь, – вежливо упрекнула я, ставя перед ним пепельницу.

– Немного помогает расслабиться, – Дион совсем не обиделся на моё замечание.

– Да я заметила, что многие охотники курят, – рассмеялась я, – представляешь, я сегодня утром ходила поговорить к Кофу, так от него так табачным дымом разило! Смешно…

– Ну да, – тактично кивнул он.

– Ладно, всё готово к просмотру, – я даже немного хлопнула в ладоши от нетерпения, – доставай бутылку!

***

Позже я сидела под горячими струями в душевой кабинке и тихо плакала. Может это так повлиял алкоголь или же я не до конца растеряла свою человечность, но когда начала флиртовать с Дионом, внутри что-то ёкнуло. Я не сразу поняла, что произошло. Лишь тогда, когда он ушёл, осознала. Дмитрий. Как я могла сидеть, смотреть фильм и весть себя, как ни в чём не бывало? Даже более того – флиртовать! Да ещё с кем – с Дионом! Я вела себя как эгоистка, как… вампир? Неужели они так себя ведут? Не чувствуют? Мол, человек – это просто бурдюк с кровью – нечего из-за него переживать…. Но ведь я не такая… действительно не такая! Я так долго изводила себя… но почему переход от одних эмоций к другим оказался таким резким? Всего один день и я как новенькая! Будто бы ничего и не произошло…

Я принялась раскачиваться в воде, пытаясь привести свои мысли в порядок. А может именно так действует паразит? Может это он меняет меня? Нет, нет и ещё раз нет! Я не имею права перекидывать свою вину на этого чертова паразита! Это как уход от ответственности! Неправильно!

Но всё равно, как бы я не истязала себя, спустя полчаса слёзы закончились, голова прояснилась, и единственным желанием было лечь спать, что и сделала.

***

На душе было тяжко. Я сидела в мягком кресле и помешивала кофе, а за окном шёл дождь. Очередной серый день. Вдруг мне нестерпимо захотелось уехать отсюда! Уехать из этого промозглого, холодного города туда, где тепло. Тёплое море, яркие, насыщенные краски, туда, где жизнь! Знаете, я не всю жизнь прожила здесь. Когда мне было двенадцать лет, мы переехали, потому что отец получил здесь очень хорошую работу. А до этого жили в городе возле реки. Там было холодно. Гораздо холоднее, чем здесь. Очень короткое лето… но там было как-то веселее…люди что ли чаще улыбались… не знаю. А может это мне так кажется? Мне грустно, вот и всё вокруг кажется таким унылым и печальным? Раньше, до смерти родителей, я особо не обращала внимания на погоду и на эту бесконечную серость. Может, потому что мы были счастливы? Я встала и подошла к окну. Передо мной простирался меланхоличный лес, местами пожелтевший, но по большей части сохранивший зелень. Сосновый бор, в нём не так много других деревьев. Я мрачно вздохнула. Делать ничего не хотелось. Просто лечь и спать, спать, спать… странное состояние, но оно как-то успокаивало меня.

В дверь раздался звонок. Похоже, Ангел пришла, бедная девочка. Очередной труп молодой девушки это всего производит гнетущее впечатление… оборванная жизнь в расцвете юности…

– Ты как, Соня? – участливо спросила Ангел, разбирая своё оборудование, – я слышала, что за подарок он тебе оставил… это ужасно.

– Да нет, – покачала головой я, доставая вторую чашку для кофе, – меня это не трогает. Я не хочу, чтобы он считал, что это может как-то взволновать меня.

– Удивительная рассудительность, – неловко пробормотала она, – ну что, готова?

– Да, – кивнула я и поставила чашку на стол, – время кушать.

– Кстати, как проходят исследования моей крови? – спустя минуту поинтересовалась я.

– Никак, – печально покачала головой Ангел, прикуривая сигарету, – есть небольшие отклонения, но ничего по-настоящему особенного нет.

– А что за отклонения? – заинтересовалась я, поудобнее устраиваясь в кресле.

– Как бы тебе это объяснить, не используя медицинские термины, – задумалась Ангел, – ладно, попробую простым языком. Проще говоря, мы не знаем, что означают эти отклонения. У некоторых вампиров они есть, у других их нет. Как ты понимаешь, в моём распоряжении не так много было вашей крови для сравнения и изучения, однако у меня родилась одна теория, – она на секунду умолка, чтобы сделать затяжку, – я считаю, что эти отклонения признак наличия способностей. Когда я для сравнения взяла кровь охотников, то я заметила, что у некоторых также есть эти отклонения, только в гораздо более малом количестве, они скорее выглядят как зачатки.

– Да, ты никогда не умела внятно объяснять, – с усмешкой проговорила я, – но в целом я тебя поняла. Это значит, что я обладаю способностями. Вот только их у меня нет.

– Ещё раз повторяю, это чисто моё мнение, нет достаточного количества доказательств, чтобы сказать наверняка, – возразила она, – и ещё одно, способностей очень и очень много и они разные. Может твоя способность пока ещё не проявилась? Или же она действует, но мы этого не замечаем?

Я задумалась, что во мне могло измениться, кроме того, что я стала вампиром?

– Ничего, – резюмировала я.

– Ну, мы ещё поговорим на эту тему, – Ангел затушила сигарету.

– А как прошло вскрытия? – осторожно поинтересовалась я, внимательно глядя на неё, – ничего, что я спрашиваю?

– Нет-нет, – немного приуныла она, – к сожалению безрезультатно. Вообще никаких особенностей нет. Это преступление совершил молодой демон, как до этого вампир, оборотень, инкуб… кто там ещё был?

– Подожди, так ты не знаешь? – тихо спросила я, лихорадочно обдумывая, не говорил ли Дион в присутствии Ангела про метаморфа. На ум ничего не вспоминалось. Но ведь она делает вскрытие! Почему ей никто не сказал? Понятно, что ни Кирилл, ни Влад, ни Алиса не знают, они тут ни при чём. Но Ангел!

– О чём ты?

– Нет, извини, ничего, – поспешно проговорила я, – мысли скачут сегодня туда-сюда, день такой.

– Ну да, – с подозрением посмотрела на меня девушка.

– Слушай, давай посмотрим какой-нибудь фильм? – я увела разговор в сторону, чтобы избежать недопониманий и обид.

– Ладно, давай, – расслабленно кивнула она, делая глоток из чашки, – время у меня ещё есть.

– Отлично, что будем смотреть? – с хитрецой улыбнулась я, – давай про вампиров?

***

Я приближалась к кабинету Диона, когда услышала их.

– Она вампир, Дион! Ты понимаешь? Вампир! Не молоденькая девочка-подросток, а монстр! Или ты забыл, что она человека убила? Забыл?

Разумеется, первым желанием было уйти, но…

– Это была не она, а паразит, – раздался спокойный рассудительный голос Диона, – и я искренне не понимаю, в чём ты меня подозреваешь?

– Ты сближаешься с ней, – горько произнесла Агнесса, – так нельзя, Дион, Господи…

– Если она навредит кому-нибудь, я со спокойной совестью убью её.

– Ты не понимаешь, как это работает, – вздохнула она, – просто не понимаешь. Нельзя было приводить её к тебе. Как мы не подумали… после того, что случилось с Элейн…

– Молчи, – прошипел он, – даже не смей произносить её имя!

Я услышала, как Агнесса направилась к двери. Чёрт! Она увидит меня! Быстро осмотревшись, я заметила, что одна из дверей в коридоре была не заперта и пулей рванула туда. Успела! Я выдохнула, слушая, как цокают каблуки Агнессы. Что это было? Кто такая Элейн?

***

Именно такой вопрос я задала Ангелу, когда она пришла ко мне на следующий день.

– Где ты услышала это имя? – изумилась она.

– Эм… слышала в коридоре, – смутилась я, опуская глаза.

– София! – укоризненно воскликнула девушка и обвиняюще уставилась на меня, – а тебя разве в детстве не учили, что подслушивать не хорошо?

– Я случайно! – принялась оправдываться я, обхватив себя руками, – это просто так вышло, всё этот чёртов суперслух вампира! Я просто услышала, а потом… к тому же они уже заканчивали говорить, так что я не подслушивала!

– Не оправдывайся! – вздохнула она, – обычно тот, кто оправдывается, сам считает себя виноватым. Так что подумай об этом и больше так не делай, – она замолчала, задумчиво смотря на закат.

– Так кто? – нерешительно спросила я.

– Ты и правда хочешь это знать? – она перевела на меня взгляд, вдумчиво изучая моё лицо, – пойми, это давняя история… и очень грустная.

– Что случилось? – нервно сглотнув, спросила я.

– Ладно, только пообещай никому не рассказывать об этом… особенно Диону, – серьёзно проговорила Ангел, – никто не должен знать, что ты в курсе.

– Клянусь никому не рассказывать, – поклялась я.

– Ну хорошо, – Ангел провела рукой по волосам, вспоминая прошлое, – примерно семь лет назад у Диона была девушка. Как ты понимаешь, тогда он был молодым охотником, но уже хорошо себя зарекомендовавшим. Тогда он работал в паре. С Несс.

– Агнесса, – прошептала я.

– Да, с ней. Это стандартная связка – молодой и опытный охотники, – она тяжело вздохнула и сделала приличный глоток вина, стоящего на столе, – однако тогда он был... не таким как сейчас. Более открытым и дружелюбным. Его таким делала Элейн.

– Его девушка? – уточнила я.

– Да, она, – кивнула Ангел, – раньше он жил в другой стране, в другом городе. И там была она. Охотники редко по-настоящему встречаются с кем-то не из их круга, это тяжело – жить двойной жизнью, особенно, если ты часто путешествуешь. Но Дион полюбил её и, разумеется, лгал ей, боясь, что она уйдет, если узнает правду. Агнесса не одобряла эти отношения, в конце концов он был молод, но очень талантлив. Она боялась, что те чувства, которые он испытывает к Элейн, могут помешать ему стать настоящим охотником. И в конце концов это было опасно.

– Опасно встречаться с кем-то? – не поняла я.

– У охотников много врагов. А как я уже говорила, Дион был очень талантливым. И успел-таки завести парочку, – Ангел на секунду прервалась, доставая сигареты.

– О! Дай и мне одну, – мы закурили. – Так что же случилось?

– Агнессу выследили, – тяжело проговорила она, – оборотни. Вот только их целью была не она, а Дион. Оборотни долго наблюдали за Нессой и, в конечном счёте, вышли на Диона. Узнав, что у него есть девушка, они решили напасть на неё.

– Её убили оборотни? – прошептала я.

– Нет, они обратили её, – Ангел затянулась, – а потом устроили ловушку для Диона и Агнессы. Новообращённая Элейн, Дион и Агнесса в запертом заброшенном здании, – Ангел отрешённо смотрела сквозь меня, вспоминая прошлое, – я тогда училась у старого врача, Игоря Васникова. У него в прошлом году случился инфаркт.

– Ммм... сочувствую, – проговорила я, не зная что сказать.

– К нам привезли Диона и Агнессу, оба были изрядно покалечены, – грустно сказала Ангел, – вот только когда мы оперировали их, выяснилось что это следы не от когтей. Боевые мечи. Они сражались друг с другом, – Ангел одним глубоким глотком осушила бокал. – Позже Агнесса рассказала, что произошло. Рассказала, что Элейн не проявляла никаких признаков агрессии. Что она была напугана и ничего не понимала. Рассказала, как одним ударом отрубила ей голову из-за того, что она стала монстром. Как Дион пытался защитить любимую, как доказывал ей, что Элейн не кровожадный зверь, что он научит её контролировать себя. Как после её смерти он обезумел и напал на свою напарницу, пытаясь убить.

– О Господи, – ошеломлённо прошептала я, представляя себе эту картину. И чувствуя себя на месте Элейн. Алиса и Кирилл, или же другие охотники… они бы просто убили меня только за то, кто я есть. И сейчас могут убить.

– Не думай об этом, Соня, – опустошённо вздохнула Ангел, выпуская кольца дыма, – тогда сочли, что действия Агнессы были слишком… жестокими, ведь девушка никого не убивала… Можно было попробовать приручить зверя внутри неё. После того происшествия Дион сбежал. И полтора года выслеживал в одиночку всех членов той семьи оборотней, что так поступила с ним. А когда вернулся, то стал работать один. Он очень изменился, стал более жёстким. Равнодушным. А Агнессе предложили место в местном совете, это была её последняя охота.

– Вот о чём говорила Агнесса, – пробормотала я, вспоминая подслушанный разговор.

– Что? – не поняла Ангел.

– Агнесса считает, что Дион слишком сблизился со мной, – ответила я, неуверенно пожимая плечами, – хотя я так не считаю.

– Почему же? – Ангел улыбнулась кончиками губ, – в её словах что-то есть. Только не то, что она думает. Мне кажется, Дион пытается спасти Элейн через тебя.

– Адаптировать меня? Приручить зверя? – горько усмехнулась я, – что-то неважно у него получается.

– О чём ты?

– Да так, мысли вслух, – отмахнулась я и перевела тему, – вот почему они ведут себя то как близкие друг другу люди, то как враги, да?

– Да, так можно сказать об их отношениях, – кивнула она, – вот только Дион редко здесь бывает именно из-за Агнессы. Мне кажется, что он никогда не сможет её простить.

– Она очень жесткий человек, который пытается казаться другом, – задумчиво охарактеризовала я Агнессу.

– Несса очень одинокая женщина, – мягко проговорила Ангел, улыбаясь мне, – не стоит её осуждать. В отличие от нас, она прожила гораздо больше лет сражаясь. И делала это в самых опасных районах мира. Вероятно, она видела много такого, что позволяет ей делить мир на чёрное и белое.

– А может она просто ксенофоб? – пошутила я.

– И такое может быть, – кивнула Ангел.

Уже уходя, она ещё раз спросила меня:

– Надеюсь, ты не будешь ни с кем об этом говорить?

– Я же поклялась, – твёрдо ответила я.

– Это хорошо, – и кивнув мне на прощание, она ушла.

***

Оставшись одна, я прибралась в квартире, немного посмотрела телевизор, побродила по интернету. Заглянув на страничку группы, я поспешно ушла оттуда. Слишком тяжело было читать о его смерти. Знать, кто в этом виноват. Я положила голову на руки и закрыла глаза. Почему так всё происходит? Кого в этом можно обвинить? Как в нашем исключительно рациональном мире может существовать такое? Террористы, бандиты, криминал, даже падение самолета на необитаемый остров кажется более вероятным, чем существование теневого мира. Нереально, но от этого не менее жестоко. Сколько людей погибло, случайным образом соприкоснувшись с этим миром. Сколько судеб было сломано! Как такое можно было допустить? Как это случилось? Ведь всё было так просто раньше… понятно. Я бы смирилась со смертью родителей, с болезнью брата… смирилась бы! И всё стало бы нормальным. Я бы закончилась школу, устроилась работать, вышла замуж, родила детей, ведь это так естественно, так нормально, что многие бегут в неизвестность, лишь бы быть не как все. Кто-то устраивает побег – и он живёт своей жизнью, той, которую он выбрал! Другие возвращаются домой, испугавшись неизвестности и идут обычным путем. Разумеется, есть те, кто погибает – становится наркоманом, уличным бродягой или ещё как. Есть те, у кого выбор очень сложный, почти невозможный – те, кто живёт в зоне боевых действий, в странах, где нищета и голод… там ты не просто живёшь, но выживаешь. Все эти варианты жизни – они понятны. Естественны. И когда человек кричит – я уникален! – он не слышит, что и другие кричат тоже самое. Хоть это и является действительностью.

А я попала на изнанку. Я попала туда – в никуда, место, которого нет. Действительности, которой не существует! Ну не бывает вампиров, как бы ярко сейчас не светились глаза – не бывает!

Я резко вскочила со стула и бросилась вон из квартиры. Не могу, очень душно! Быстро выбежав из здания, я прямиком направилась к своей любимой скамейке. На секунду я почувствовала одиночество, то, которое появляется у нас, когда есть друзья, но их нет рядом. Жаль, но Алиса и Кирилл на дежурстве, Влад наверняка уже спит – он страшный соня оказывается! Ангел работает, а чем занимается Дион я и знать не хочу. Всё. Больше никого нет.

Вздохнув, я расположилась на скамейке и расслабленно закрыла глаза. Нельзя всё время быть серьёзной. Но почему-то плохо получается ни о чём не думать. Мои мысли перескочили на метаморфа. Интересно, кто это может быть? Я стала обдумывать своих друзей, составлять их портрет, будучи абсолютно уверенной в бредовости предположения Диона. Я же вампир – почувствовала бы!

Итак, начнём:

Ангел. Девушка двадцатипятилетнего возраста. Много курит, иногда выпивает. Есть татуировка. А ещё она больна раком. Насколько я знаю, она относительно в курсе того, что происходит в Ордене, но не знает, что убийца – метаморф. Среди охотников с пятнадцати лет. До этого полтора года была бродяжкой – сбежала из детдома. Хороший врач и учёный. Второе более ярко выраженно. Искренняя, часто витает в облаках, мечтает. Легко грустит. Добрая.

– Не могу так! – крикнула я в небо, – не могу!

Решать кто из моих друзей психованный маньяк-убийца-метаморф? Чёрт возьми, да это просто бред собачий! Бред и точка! Они люди, хорошие люди, каждый по-своему. Ну разве Ангел может такой быть? Мечтательный, добрый Ангел, девушка, не побоявшаяся войти в комнату к молодому вампиру и дотронуться до него, когда стоящая рядом опытная охотница даже и не думает, чтобы приблизится? И это метаморф? А может Алиса? Ироничная девушка, родители которой погибли, когда ей было пять лет? От рук вампиров… она смогла со мной подружиться! Любит выпить и подурачиться, но всегда остаётся собранной и уверенной в своих силах! Я не могу представить её в роли маньяка! А Кирилл? Мальчик с фотоаппаратом! Немного глуповатый, но верный парень, во всём доверяющий своей напарнице! Прекрасная картина – Кирилл крадущийся по улицам тёмного города в поисках одинокой проститутки, чтобы съесть её мозги… бред! Кто там ещё остался? Ах да – Влад! Парень, боящийся собственной тени. Тоже потерявший мать-охотницу. Прекрасная кандидатура на роль маньяка! При условии, что он всегда на виду, в окружении охотников. Он очень многих знает, и многие знают его. Если бы метаморф забрал его тело, заменил бы его – об этом сразу узнали бы! Слишком он уж часто выполняет поручения охотников. Класс. А может это Дион? Просто хорошо притворяющийся? Или сама Агнесса? М? Я никого не забыла? Мёртвый Дмитрий! Точно! В этот момент я поняла, что зашла слишком далеко. И поток язвительности иссяк. Я обессиленно откинула голову назад и посмотрела на звёзды. Красиво, что тут можно сказать. Небо такое яркое, сочное, многообразное. Моё зрение, способное чуть-чуть приближать объекты, делает звёзды ближе. Крупнее. Не так сильно, как хотелось бы, но всё равно – ярче, чем когда-либо я видела раньше. Странно это – рефлексировать тут, возле озера. Наслаждаться чем-то эфемерным, как звёзды. В то время как Дмитрий лежит под гранитной плитой, в гробу… мёртвый. Это действительно страшно – просто взять и умереть. А сколько я всего раз его видела? Два раза. И оба вышли не очень. А я ещё спрашивала, могло ли у нас что-то получиться… идиотка. Конечно же нет. Ему нужна была нормальная жизнь. Нормальная девушка. Не я. Сейчас мне кажется, что я слишком много думаю. Забываю о реальности. Становлюсь пустотой. А жизнь идёт – люди влюбляются… люди работают… умирают. А я вот вырвалась.

Вы спросите, каково это быть вампиром? Ответ очень просто – не быть человеком.

Вот сейчас я живу на полном обеспечении охотников. Подсознательно всё происходящее я воспринимаю, как игра. Глупая, нелепая игра. Не могу осознать, что это моя жизнь. Кажется, что она осталась где-то там… в коридорах школы. Разумеется, рано или поздно всё изменится. Либо я стану охотником и тогда начнутся суровые будни обучения – настоящего, не того, что проводит со мной Коф. Я как-то подсмотрела реальную тренировку – жуть какая-то! Там всё по-настоящему. А у меня игра. Есть и второй вариант развития событий – меня убьют и неважно охотники или метаморф или создатель. Самый спокойный вариант из всех. Потому что всё станет не важным. Третий вариант – меня заберёт создатель. Он это может сделать в любой момент. Конечно, я буду пытаться защититься. Но чему быть, тому не миновать. Четвёртый вариант – побег. Я сбегу отсюда в неизвестность. И скорее всего погибну. Мне так кажется.

Грустно всё это, очень грустно. Я очень хочу, чтобы всё, наконец, разрешилось – хоть как-нибудь! Не могу жить этим безвременьем. Тоска страшная.

Глава 7. Тревога

Когда я вышла на свой этаж, то сразу почувствовала, что что-то не так. Но никак не могла взять в толк, что именно. Ничего вроде бы не изменилось. Всё то же самое. Тихо и спокойно. В квартирах, в которых кто-то жил (а таких на этом этаже было не много) тихо работал телевизор, было слышно, как кто-то принимал душ или тихо посапывал во сне. Всё нормально, кроме запаха. Запах? Я осторожно потянула воздух. Пахло кровью. Из моей квартиры. Я со всех ног рванула туда. Дверь была немного приоткрыта, так что я просто ввалилась внутрь и ошеломлённо застыла на пороге. Я никогда не верила, что волосы могут шевелиться от испуга. Теперь я уверена – могут. Мне стало очень-очень страшно.

Моя милая, спокойная квартирка, убранная, геометрически правильная теперь напоминала декорацию к фильму ужасов. Повсюду была кровь. Стены, потолок, пол, мебель, окна, занавески, кухня. Я прикрыла глаза и вновь открыла, надеясь, что это просто почудилось. В центре комнаты, подвешенная к люстре, висела молодая девушка чертовски похожая на меня. Её поза напоминала танец, приподнятые руки, казалось, что они лежат на плечах невидимого танцора. Голова была чуть наклонена, а её губы… господи, на её лице вырезали улыбку! Я отвернулась и прижалась головой к косяку, мне стало дурно. Я медленно опустилась на колени и зарыдала.

***

– Вы теперь так и будете меня футболить по всей базе? – спокойно спросила я Агнессу, затягиваясь сигаретой.

– А что ещё нам остаётся делать? – Агнесса чуть приподняла правую бровь, как бы выказывая презрение.

– Не знаю, – пожала плечами я и посмотрела на дверь своей бывшей квартиры. Сейчас там был Дион, Ангел и пара судмедэкспертов или что-то в этом роде среди охотников.

– Вот и я не знаю, – тяжело вздохнула она и покосилась на сигареты, – ты хотя бы в коридоре не курила, всё-таки у нас политика некурящих.

– К чёрту, – я покачала головой и вновь затянулась, – вторая квартира и опять… не могу, просто не могу, – я почувствовала, как к горлу подкатывает комок и нервно сглотнула, – веришь, нет, но я уже давно не могу нормально спать. Постоянно снится, что кто-то проник в мою квартиру и стоит надо мной и смотрит. А когда я резко просыпаюсь и озираюсь – никого. Второй взлом, теперь я точно не засну! И как он это делает? – со злостью воскликнула я, – как? Даже если он один из охотников и свободно перемещается по базе – одно дело кровью надпись намалевать на стене и другое дело протащить труп девушки и успеть… устроить тут кровавую вакханалию! Меня же не было минут тридцать, максимум сорок!

– Очень просто, София, – бесчувственно проговорила она, – эта девушка была твоей соседкой.

– Что? – хрипло переспросила я, – она была охотницей?

– Да, – тем же тоном ответила Агнесса, – была. Вероятно, убийца позвонил ей в дверь, принял твой облик или облик того, кого она бы впустила поздно ночью. А потом всё просто. В этом отсеке этажа, кроме тебя и Яны жил только Ангус. А он известный пьянчуга.

– Вот чёрт, – я потушила сигарету в пепельницу.

Из квартиры вышли судмедэксперты, они на носилках несли тело девушки. Когда они проходили мимо нас, из-под одеяла выскользнула её рука и на пол упала капля крови.

Я отвернулась. Ещё одна не убитая мной жертва. Сколько их ещё будет, прежде чем охотники поймут – проще ликвидировать меня, чем ловить убийцу – авось с моей смертью он и успокоится.

На пороге появилась Ангел, она молча подошла ко мне и взяла из рук пачку сигарет, вытащила одну и закурила. Агнесса недовольно поморщилась, но ничего не сказала.

– Ну что там? – тихо спросила я.

Ангел нервно рассмеялась. Я почувствовала, что она на пределе.

– Веришь нет, но с твоим появлением я повидала столько трупов, сколько не видела за последний год, – она вновь засмеялась, – кишки, мясо, кровь… тьфу ты чёрт, – и она резко посерьёзнела, – хочешь знать что там? А ты зайди, посмотри. Там тебе очередной подарок лежит.

– Не надо так, – тихо прошептала я и направилась в свою бывшую квартиру. На моей кровати сидел Дион, он выглядел очень рассерженным и злым. Рядом с ним лежала пепельница, наполненная окурками, а сам он глубоко затягивался очередной сигаретой. Когда я вошла, он скосил взор на меня, но ничего не сказал, лишь кивком головы указал на мой кухонный стол.

Я вздохнула и подошла к нему. Там лежала небольшая записка, напечатанная на компьютере. Сухие одинаковые буквы несли в себе страшное послание:

Здравствуй, София!

Это пишу тебе я, твой самый верный и единственный поклонник. Скажи, моя дорогая, тебе понравились мои подарки? Признаться честно, я немного расстроен, что ты ими не воспользовалась, но прекрасно понимаю почему. Единственное о чём я искренне молю тебя – надень красное платье на Ежегодный Маскарадный бал, тогда я с удовольствием потанцую с тобой. Ах, как я надеюсь на нашу настоящую встречу! Абсолютно уверен, что ты тоже втайне мечтаешь об этом. Я хочу вместе с тобой увидеть мир и погрузить его в прекрасные глубины кровавой бездны. Это будет великолепное путешествие! К сожалению, сейчас я вынужден прекратить дарить тебе подарки, так что я буду рад, если ты попробуешь крови этой охотницы, поверь моему взыскательному вкусу – это стоит того. Но если нет, так нет. Я не настаиваю и прекрасно понимаю твоё угнетённое положение и искренне сочувствую. Желая приободрить, хочу сказать – скоро всё изменится! Не буду более ничего говорить, чтобы не сорвать сюрприз. Однако хочу предупредить – если ты не будешь следовать моим советам, для твоих друзей всё может очень плохо кончится. И поверь, это не прихоть, а необходимость. Напоследок – желаю тебе сладких снов, малышка Соня, надеюсь присниться тебе!

Твой Д.

Я резко выдохнула. Оказывается, я читала письмо, не дыша.

– Что за чёрт? – я повернулась к Диону, который всё также флегматично курил сигареты одну за другой.

Он посмотрел на меня и улыбнулся:

– Всё просто София, всё очень просто. Мы не поймаем его, – и он криво ухмыльнулся.

– Что такое Ежегодный Маскарадный бал? – уже более спокойным голосом поинтересовалась я.

– Он будет на следующей недели, – ответил Дион, – Орден празднует только два праздника. Первый – День Основания и второй – Маскарадный бал.

– И что это такое? – ещё раз спросила я, чувствуя глухое раздражение из-за апатичности Диона.

– Это просто бал. Традиция. С элементами игры – кто-то наряжается представителями Теневого мира, кто-то охотниками, а кто-то просто надевает маски. В конце бала устраивается небольшое сражение. На людей из третей категории нападают из первой и убивают. Задача вторых спасти третьих. Задача первых – убить. Всё просто, – пожал плечами Дион.

– Традиция, – я смотрела на Диона и не понимала его обречённости. Ведь это реальный шанс поймать убийцу! Почему они все выглядят как в воду опущенные?

– Что происходит, Дион? – устало спросила я, – есть что-то такое, чего не знаю я?

– Да, – кивнул он и посмотрел на меня, – если эта тварь ещё кого-нибудь убьёт, к нам пришлют особого охотника.

– И кто же он? – предчувствуя что-то очень плохое, спросила я.

– Палач, – Дион хмыкнул, – первое, что он сделает, когда приедет сюда – убьёт тебя.

– Ладно, – почему-то меня это не удивило, – а второе – поймает убийцу, ведь так? Кстати, похоже наш маньяк знает об этом. В записке написано, что не будет убивать, если я надену платье. Кстати, где оно?

– Не беспокойся, мы его не уничтожили, – ответил Дион, – я удивлён твоим спокойствием. Правда удивлён.

– А вот я неприятно удивлена твоим пессимизмом, – раздражённо бросила я, – что происходит? Метаморф наконец-то начал действовать, он вылезает из своей скорлупы – это наш реальный шанс поймать его!

– Скажи, ты была знакома с Яной, твоей соседкой? – грубо перебил меня Дион.

– Я её ни разу не видела, – покачала головой я, – а что такое?

– Ничего, хорошая девочка была, молодая охотница – училась вместе с Алисой, – задумчиво продолжил он, – её мать биолог, а отец врач, оба работают на нас.

– К чему ты это говоришь? – тихо спросила я.

– Как мы им скажем, что их дочь умерла только из-за того, что жила рядом с вампиром? – меланхолично спросил Дион, – как мы могли допустить её смерть?

– Дион… – я была готова вновь расплакаться.

– Посмотри на себя, – и он печально усмехнулся, – такая живая. А вокруг тебя смерть. Кровь… ты даже не остановилась, чтобы оплакать жизнь девушки, погибшей в твоей квартире! Вперёд, оживление, устремления. Понимаешь, о чём я?

– Да, – и я выбежала из квартиры, на ходу размазывая по лицу кровавые слёзы.

***

Сквозь ветки деревьев мягко светила луна, окрашивая пространство в нежно-голубой цвет. В лесу было по ночному тихо, только мягкие шорохи, скрипы деревьев да шелест листьев.

Сбежав от Диона и его обжигающе-правдивых слов, я забралась на дерево с удобными сучьями. По правде сказать, я точно не знаю, как это сделала. Но раз пальцы у меня немного гудят, похоже, я выпускала когти. Поморщившись, я прислонилась к стволу дерева и закурила. Впереди долгая ночь. Одинокая и холодная, как и любая в этом году. Осталось совсем немного дней до прихода зимы и настоящих холодов. Мне интересно, как я буду видеть снег? Будет ли он для меня ослепительно-белым или же моё зрение разберёт его по составу, открывая бесчисленные узоры снежинок? Я не знаю ответа.

Дион, наверное, презирает меня. А может он просто прозрел и увидел меня настоящую. Раньше я думала, что вампиры меняются сразу, после обращения… по крайне мере так показывали в фильмах. Охотники обрисовывали их кровожадными монстрами, любящие издеваться над своими жертвами. Подсознательно я не верила этим словам. Не верила, потому что думала, что знаю себя. Но Дион прав – мои переживания какие-то мимолётные и появляются только, когда я начинаю о них думать. Я поставила перед собой цель – убить метаморфа и в какой-то степени ждала, чтобы он кого-нибудь убил. Я ждала этого! Чтобы получить новые улики или факты для его поимки, совершенно не думая о последствиях своего желания.

Закрыв глаза, я представила перед собой ту записку, что-то в ней меня настораживало, в ней был ключ к разгадке. Резко открыв глаза, я глубоко вздохнула. Я не хочу терять запахи, теперь они стали для меня не менее важны, как зрение и слух. Запах передавал мне очень много информации об окружающем мире и людях. Я не хочу его терять ни на секунду. И всё же, что так настораживало меня в той записки? Я чувствовала, но никак не могла понять, что именно.

***

Меня переселили на этаж в квартиру рядом с Дионом. Для безопасности меня и окружающих. Честно говоря, мне было всё равно где жить. Постоянные переезды даже в пределах одного здания – кого хочешь утомят. Так что я прохладно отнеслась к этой новости. С Дионом мы больше не разговаривали. Я знала, что ему нужно время всё обдумать и принять решение, поэтому не наседала на него.

На следующий день я решила навестить Алису, давненько мы с ней не говорили по душам. К тому же я хотела посоветоваться.

Спустившись на её этаж, я быстро проскользнула в отсек коридора, где была её квартира. Мне повезло, ни одного охотника не встретила. По словам Агнессы, многие ещё не знают, что произошло, а если узнают… могут быть плохие последствия. Она просила меня не поддаваться на провокации, а ещё лучше стараться ни с кем не встречаться и поменьше выходить из квартиры. Сейчас они думают, куда бы меня переселить – чтобы обезопасить не только от метаморфа, но и от молодых охотников.

Я нажала на звонок и прислушалась. Ага, Алиса в квартире, подходит к двери и смотрит в зрачок.

– Кто там? – раздался холодный голос девушки.

– Это я, Соня!

– Где мы встретились второй раз? – тембр голоса не изменился – всё также холодный и подозрительный.

– В бассейне… у тебя кровь из носа шла, – я растерялась от такого тона.

Раздался щелчок и дверь открылась. На пороге стояла Алиса с огромными синяками под глазами, её кожа была нездорового бледного цвета, девушка была либо больной, либо давно не спала.

– Что с тобой? – взволнованно спросила я.

– Ничего, просто не выспалась, – хрипло ответила Алиса, – проходи, не стой на пороге.

Впустив меня, она, прежде чем закрыла дверь, осмотрела коридор.

– Да что происходит?

Алиса холодно посмотрела на меня.

– Скажи, это ты убила Яну? – в её голосе прорезался металл.

– Нет, это всё тот же убийца, – я растерянно смотрела на неё, – а почему ты решила, что это я?

– Ходят слухи, что Дион покрывает тебя из-за… – тут Алиса замялась.

– Из-за Элейн, – спокойно кивнула я, – да я знаю о ней.

– Вот, – она глубоко вздохнула, – так что я жду от тебя комментарий.

– Это сделала не я, – мягко ответила я, – слушай, давай будем обсуждать эту тему не в коридоре, хорошо?

– Ладно, – кивнула она, осмотрев меня с ног до головы, словно ища – не спрятала ли я нож под одеждой. Странно как-то.

Алиса жила в этой квартире уже несколько лет, так что здесь было очень по-домашнему. Красивые постеры на стенах, уютные занавески. Планировка точно такая же, как и в моей предыдущей квартире. Так что без сюрпризов. Проходя в гостиную, я заметила наполовину пустую бутылку виски и пепельницу, заполненную окурками сигарет.

Алиса прошла на кухню.

– Что-нибудь будешь? – поинтересовалась она.

– Если можно кофе, – кивнула я, проходя в гостиную и устраиваясь поудобнее на диване.

Спустя минут семь, Алиса уже сидела напротив и курила сигарету, вперив в меня свой коронный, замораживающий взор.

– Так ты объясняться-то будешь или как? – холодно поинтересовалась она.

– Да-да, конечно, – я обречённо выдохнула, – я не убивала Яну и других девушек. И я искренне надеюсь, что ты не видела моей квартиры. Того, во что она превратилась.

– Говорили, что там настоящее кровавое побоище, – задумчиво проговорила Алиса.

– Да, это сделал маньяк, – выдержав паузу, сказала я.

– Ну, об этом тоже ходили слухи, однако все склонялись к мысли, что либо ты убийца, либо это диверсия против нас.

– Они ошибаются в той и в другой версии, – я нервно сглотнула и взяла чашку.– Я раскопала в архивах сведения об одном демоническом виде, представители которого могут искусно подделывать подчерк убийств разных видов. Их называют метаморфы. Демоны, способные принимать чужие обличия, – я отвела взгляд от Алисы, – вероятно, демон принял мой облик, чтобы зайти к Яне.

– Подожди минуту, – Алиса наморщила лоб, – слушай, я конечно не слишком примерная ученица, но что-то я не помню, чтобы среди классификаций современных демонов встречался такой вид.

– Потому что он вымер, – кивнула я, – вот только у нас сомнения на этот счёт. И недавно мы получили доказательства, что убийца один. Я съехала из первой квартиры в этом здании из-за надписи на стене – послания от него. После я получила немало доказательств, что убийца один. А так как только этот вид способен принимать чужие обличия, то других вариантов нет – это сделал метаморф.

– Так они же вымерли? – возразила Алиса.

– Похоже, что охотников обманули, – пожала плечами я, – они же метаморфы, скрыться им не составило труда.

– Но почему об этом никому не известно? – нахмурилась она, – почему вы держите всё в такой тайне?

– Потому что среди нас бродит предатель, – я глубоко вздохнула, – вернее он среди вас. Вероятно, кого-то убил и принял его обличие.

– Так он смог проникнуть на базу, – понимающе прошептала Алиса, – а как можно опознать его?

– Мы не знаем. Дион опрашивал охотников, пытаясь вывести демона на чистую воду, однако он не преуспел.

– И что теперь?

– А ничего, – я взяла со стола пачку сигарет и закурила, – метаморф оставил мне записку возле тела Яны.

– И что в ней? – нетерпеливо спросила Алиса, превращая беседу в форменный допрос.

– В ней написано, что если я надену красное платье, то он потанцует со мной во время маскарада.

– Что за красное платье?

– Оно было обнаружено на месте другого убийства, – хмыкнула я, – я же говорю, это не провокация против охотников, а настоящий маньяк.

– Он тебя преследует? – на лице Алисы появился изумление, – что за чёрт?!

– Он хочет, чтобы я стала такой же, как он. Вернее стала сама собой – монстром, убийцей, вампиром, – я на секунду прикрыла глаза, вспоминая свои сны и те ощущения, что они будили, – все убийства так или иначе связаны со мной.

– Это мы заметили, – кивнула она, – именно поэтому многие и считают, что ты убийца или очень тесно связана с ним.

Мы погрузились в раздумья. Через минуту Алиса подняла голову, словно прозрев.

– Подожди, именно поэтому погиб твой друг, Дмитрий?

– Да, – солгала я. А что ещё мне оставалось делать? Не говорить же ей, что это убийство совершил другой монстр – мой создатель.

– Бедная моя, – прошептала она и подошла ко мне, чтобы обнять, – мне так жаль.

– Не стоит, – ответила я, высвобождаясь из объятий, – я не хочу вновь это переживать.

– Понимаю, – она неуверенно кивнула и вернулась на своё место, – и что теперь делать?

– Ничего, – покачала головой я, – Дион находится в какой-то прострации, Агнесса медленно паникует, а Ангел изучает трупы. Нам остается только ждать бала. Хотя я не уверена, что это поможет его поймать.

– А что если он ещё кого-нибудь убьёт? – Алиса смотрела прямо мне в глаза, и я чувствовала, что ей страшно.

– Тогда приедет какой-то Палач, который убьёт метаморфа. А заодно и меня, – равнодушно пожала плечами я.

– Легендарный Палач, – испуганно прохрипела девушка, от потрясения у неё сел голос, – невероятно…

– А кто это? – поинтересовалась я, туша сигарету, – мне Дион ничего о нем не рассказал.

– Хм, – Алиса громко хмыкнула и обхватила себя руками, на её лице причудливо мешалась смесь испуга и восхищения перед Палачом. – Палач – это особый охотник. Никто не знает, кто он, где родился, какое у него настоящее имя. Всегда в маске палача и просторном чёрном балахоне. Он действительно невероятен. Его вызывают, когда дела идут действительно плохо, так было всегда. Первые упоминания о Палаче появились ещё в шестнадцатом веке, говорят, что Палач, это охотник заключивший сделку с дьяволом, обречённый на вечную жизнь полудемоном-получеловеком.

– Вот чёрт, – изумилась я, – и где здесь ложь, а где правда?

– Не знаю, – пожала плечами подруга, – всё это есть в интернете на наших сайтах. Возможно Палач – это название независимого клана охотников, может его способность убивать всех сверхъестественных созданий, дар быть таким же, как они, передаётся из поколения в поколение. Отсюда и маска, и таинственность, – она немного виновато улыбнулась мне, – Сонь, я могу сказать тебе только свои теории и то, что написано в интернете. Достоверно известно, что когда дела идут плохо, охотники вызывают его и он решает все проблемы.

– Да уж, он действительно легенда, – печально вздохнула я, поднимаясь с дивана и подходя к окну, – понятно, почему Дион такой потерянный.

– Он просто боится тебя потерять, – сзади раздался голос Алисы, – вы с ним стали очень близки. Ты первая, с кем он нормально разговаривает. До твоего появления здесь, он был очень одиноким и молчаливым.

– Расскажи мне о нём, – попросила я, поворачиваясь к Алисе.

Та на секунду смутилась, а потом задумалась.

– Он добрый, – начала девушка, – хоть и кажется строгим и холодным. Я не была знакома с ним до того случая с Элейн, говорят тогда он был душой компании. Очень весёлым и общительным, лёгким. А также весьма перспективным охотником, – она замолчала, погрузившись в воспоминания, – когда я его встретила в первый раз, он меня напугал. Это был первый день практики, наш наставник заболел, и Диона назначили на замену. Я никогда не забуду, как он гонял нас по лесу, заставляя чуть ли не ползать по снегу в поисках следов молодого оборотня. Наша первая боевая вылазка, но мы всё-таки нашли и убили того оборотня. Я помню, как после орала на Диона Агнесса: «Они же дети! Как ты мог? А если бы кто-нибудь погиб?» И как равнодушно смотрел он на неё. В результате, наша группа стала самой сильной среди всех. Мы многому у него научились и в первую очередь – не вестись на внешность монстров, не в обиду тебе, тот оборотень был молодой девушкой с голубыми глазами. Она чуть не убила моего друга. А ещё я помню, как один из нас, парень Макс, подошёл к телу той девушки и хотел пнуть его, но Дион не дал. Он сильно ударил Макса по лицу и оттащил от тела. Я помню его слова: «Она не виновата в том, что стала такой». Ещё он присел возле её тела и поцеловал в лоб.

– Это звучит как-то невероятно, – прошептала я.

– Да, – она улыбнулась, проведя рукой по щеке, – это действительно невероятно. Дион убивает монстров и одновременно жалеет.

– Из-за Элейн, – медленно кивнула я.

– Да, из-за неё, – она вновь задумалась, – он хороший. Печальный, одинокий, временами грубый, но хороший. Вот почему Агнесса приставила тебя именно к нему.

– В смысле?

– Другой охотник просто убил бы тебя, – смутилась Алиса.

– А, понимаю, – сообразила я, – монстр и всё такое.

– Вот именно. Только Дион показал всем, что ты не такая. Помнишь, как мы встретились?

– Да, бассейн, – кивнула я.

– Соня, прости меня, пожалуйста, – неожиданно тихим голосом сказала Алиса и опустила глаза вниз, – это была провокация. Дион всем говорил, что ты нормальная, что ты не убийца. Мы решили проверить.

– И ты специально пустила себе кровь из носа? – иронично усмехнулась я.

– Да, – она стрельнула глазами в мою сторону и вновь их опустила.

– Забавно, – вздохнула я, – Дион до этого уже проверял меня. Ещё в первую нашу с ним встречу он пустил себе кровь. А я даже и не заметила, – я улыбнулась своим воспоминаниям, – правда тогда мы поссорились. И если бы не последующие убийства, вряд ли всё сложилось в мою пользу.

– Ты не сердишься на меня? – Алиса посмотрела мне в глаза.

– Нет, разумеется, – серьёзно ответила я и подошла к дивану, – я всё понимаю.

Алиса кивнула, и мы замолчали, не зная о чём дальше говорить.

– Алис, ты знаешь, я в последнее время очень много думала о себе. О своей природе, о том, что со мной стало и как это изменило меня, – задумчиво проговорила я, – я много читала о вампирах, о том, как вы к нам относитесь. И я заметила только агрессию с вашей стороны: встретил вампира – убей его! Если тебя обратили – убей себя! Вампиры – это монстры, убийцы, нечисть. Противоестественные создания, убивающие людей. Кровожадные и безжалостные. Ты знаешь, я пыталась провести параллель с собой. И не нашла. Да во мне что-то определённо изменилось, однако я не чувствую себя безжалостным убийцей.

Я замолчала, а потом опять продолжила:

– Однако ко мне относятся именно так. Сколько раз я слышала, как в этих коридорах обсуждают меня, а эти взгляды в мою сторону? «Она монстр! Убейте её!» – вот, что я вижу в вас, охотниках. Я понимаю, трудно перестраиваться и начать относится ко мне иначе, но, чёрт возьми, это так тяжело. Если бы не вы – Алиса, Ангел, Кирилл, Влад, даже Дион, если бы мы не подружились... Если бы вы не попытались понять меня, я была бы очень одинокой. И со временем, кто знает, что из этого получилось. Однако у меня есть вы, я держусь за вас и вместе с этим держусь за свою человечность. Это тяжело, правда, иногда я чувствую, как что-то пытается незаметно изменить меня, – Алиса внимательно слушала мою маленькую исповедь, время от времени нервно потирая руки.

– Я могу сопротивляться только благодаря вам – вашему кнуту и прянику, – я улыбнулась.

– Это правда помогает! –я вновь сосредоточилась, – вот только у других новообращённых нет такой поддержки. У них никого нет, кроме создателя и других вампиров, которые говорят: «Убивай! Они лишь пища!» Понимаешь? – я посмотрела на Алису и та кивнула, – они одиноки, космически одиноки. Не имея другого выбора, они подчиняются и становятся монстрами. Все эти одинокие дети… оторванные от социума, от людей, от жизни, попавшие в жестокую сказку, – я замолчала.

– София, я не знаю, что сказать в ответ, – тихо проговорила Алиса и глубоко вздохнув, потянулась за следующей сигаретой.

– Не нужно, – я усмехнулась, – это всего лишь печальная лирика. Меланхолия после тяжёлых дней. Ты знаешь, я верю, что всё можно изменить. Что я не исключение из правил, что мы все такие. Не бывает монстров, нельзя вот так взять и стать им. Это неправильно. Монстрами нас делает наше окружение, плохое воспитание, стереотипы. Ведь если бы охотники пытались научить молодых вампиров жить по-новому, всё было бы по-другому.

– Кто знает, – пожала плечами Алиса, – может быть. Только, я тебя прошу, не пытайся проповедовать эту идею среди охотников, поверь мне, они её не оценят. В конце концов, мы охотимся на сверхъестественных существ. Нам легче убивать молодую девушку с оленьими глазами, думая, что она кровожадный монстр, чем невинная жертва, вынужденная убивать.

– Я понимаю, – печально кивнула я, – однако легче от этого не становится.

– Я всё чаще стала задумываться о своём будущем, что меня ждёт? Какой я стану через... десять лет? Через пятьдесят? Что со мной будет? Вернее, какой я буду? – продолжила я свои размышления.

– Поживём, увидим, – на лице Алисы промелькнула тень улыбки, - выживем – учтём.

– Ладно, что мы всё о грустном? – я улыбнулась в ответ, – будто нет других тем для разговора. Мы всё уладили? Никаких проблем?

– Больше нет, – уверенно кивнула Алиса, – я поговорю с остальными, думаю, что мне удастся убедить их в твоей невиновности.

– Без упоминания о метаморфе?

– Без, – подтвердила она, – я всё понимаю, такие новости лучше хранить в секрете.

– Да, – я несмело улыбнулась, – и ещё, Алис, если ты заметишь, что кто-то ведёт себя странно – сообщи мне или Диону, хорошо?

– Обязательно, – и мы расслабленно улыбнулись друг другу.

Неожиданно раздался звонок в дверь. Это пришёл Кирилл, он выглядел немного потрёпанным и усталым, похоже, его сегодня сильно гонял наставник по боевым искусствам.

Ему мы не стали рассказывать о метаморфе, поскольку он не умеет хранить секреты и обязательно всем рассказал. Кирилл хороший парень, добродушный и немного пугливый. Насколько я поняла, в будущем он планирует заниматься только призраками и полтергейстами, так как ему не нравится убивать живых существ, пусть даже если они сверхъестественные монстры.

В результате просидели до поздней ночи, смотря разные смешные фильмы и играя в карты. За весь вечер мы не произнесли ни слова касательно произошедших событий и вообще старались как можно меньше говорить о сверхъестественном. Нам всем порой хочется побыть свободными от наших жизней.

***

Настала ночь и мне приснился очередной сон – подарок от моего создателя.

Мы сидели за столиком на веранде небольшого кафе. Здесь даже навеса не было. Несколько красивых чёрных столиков и стульев, одинаковых по стилю: узорчатые и скорее декоративные, чем предназначенные для длительного отдыха с чашкой чая и вкусными бутербродами. Кофейня была расположена на набережной, без проезжей части, покрытой гранитной брусчаткой тёмно-серого цвета. Осматриваясь вокруг, стараясь не смотреть на своего создателя, я поразилась как здесь спокойно и тихо. Густой, предрассветный туман прятал от нас окружающий мир, делая доступным взору лишь контуры соседних зданий да слабый блеск далёкого маяка. Море же было полностью сокрыто пеленой тумана, из-за этого создавалось впечатление, что за оградой ничего нет, а тусклый свет старинных фонарей лишь усиливал это впечатление.

Окружающее меня пространство было наполнено исключительно серыми, тёмно-голубыми и чёрными цветами. Предрассветная гамма – когда солнце только-только подбирается к горизонту, но ещё не успело полностью рассеять тьму. А когда в это время идёт дождь, складывается впечатление, что день вообще не настанет. На этом фоне моё ярко-красное платье, то самое, что снилось в первом моём сне и лежало на месте преступления, выглядело особенно вызывающе. Слишком насыщенно. Как только что пролитая кровь.

Создатель аккуратно взял со стола блюдце с чашкой тёмной густой жидкости и поднёс к своему лицу, сокрытому плотным чёрным дымом, который образовывал контуры головы и лица. Он сделал большой глоток неизвестного напитка, и туман на мгновение окрасился в бордовый цвет. Это было весьма неприятное зрелище. Кажется, я знаю, что за напитки в этом сне.

– Я смутил тебя, моя малышка? – раздался его чуть хрипловатый голос.

– Ни... сколько, – я попыталась спокойно ответить ему, но чуть запнулась от волнения.

– Я понимаю, – прозвучало в ответ с усмешкой, и он поставил чашку на стол, – уютное место, не правда ли?

– Не знаю, не я выбирала, – пробормотала я, пытаясь собраться с мыслями. Чёрт возьми, это всего лишь сон!

– Отнюдь, – туман на мгновение задрожал, а потом вновь успокоился, – это ты выбирала. Это твой сон. Он будет вечно сниться тебе, пока не умрёшь. В отличие от людей, мы не способны анализировать нашу жизнь во сне. Мы не видим красочных сновидений, не способны потерять себя в этом мире. Сидя здесь, ты понимаешь, что спишь. Ты могла бы проснуться, если бы я не хотел с тобой поговорить. Всё-таки влияние создателя над птенцом велико, – и он замолчал.

– Что это за место? – нерешительно спросила я, осматриваясь.

– Место твоего покоя, – я почувствовала какую-то тоску в его голосе, – это самый невинный подарок от наших с тобой создателей. От тех, кто породил вампиров. Это кафе – отражение твоих мечтаний. Место уединения и свободы. Лишь здесь ты чувствуешь себя в безопасности. Так будет всегда. Каждый раз, как засыпаешь, будешь попадать сюда. Наверное, зря я посылал другие сновидения, они мешали и нервировали тебя. Теперь я это понимаю.

– Я не чувствую себя здесь в безопасности.

– Разве? – усмехнулся он, – прислушайся к себе и ты поймёшь, что это неправда.

– Как так может быть?! – не выдержав, гневно воскликнула я. – Здесь ты! Я нигде не буду в безопасности, пока ты рядом!

– Успокойся, – спокойным тоном проговорил он, – тебе не нужны эти лишние эмоции. Я пришёл поговорить с тобой, а не выяснять отношения.

– И о чём ты хочешь со мной поговорить? – с горечь пробормотала я.

– Разумеется, о нас, – ровно ответил он, – о чём же ещё?

– Нет никаких нас, – я попыталась сделать своё лицо беспристрастным, однако плохо получалось сдерживаться. Единственное, что спасало от слёз и настоящей паники, так это дождь. Его шелестящий звон отрезвлял, а осенняя прохлада удерживала влагу внутри моей души. Это место было идеальным. Я знала, что здесь безопасно, однако присутствие создателя пугало до чёртиков и я соскальзывала с этой мысли.

– Есть. Не нужно отрицать очевидное, София. Произошло недоразумение, моя дорогая. Причина, по которой я не забрал тебя сразу – это другой город. Ты со своей семьёй переехала в город охотников, поэтому я был весьма удивлён, когда почувствовал, что ты здесь. К тому же охотники действовали на удивление оперативно, я не успел забрать тебя вовремя.

– Я не понимаю, мы переехали, когда мне было двенадцать лет, – нахмурилась я, – при чём тут это?

– О! – воскликнул он, – прости, я забыл, что ты не знаешь. Это весьма деликатная тема для беседы, и её лучше вести наяву. Так что обсудим позже.

– О чём вы? – я всё также непонимающе смотрела на него.

– Позже, – утвердительно проговорил он, – сейчас моё время на исходе, так что я скоро покину тебя, и ты сможешь по-настоящему насладиться этим местом. А пока я хочу попросить тебя выполнить условия из письма нашего общего знакомого.

– Так вы вместе, – разозлилась я, – я должна была раньше об этом догадаться!

– И да, и нет, – уклончиво ответил он, – могу сказать, что мы пересекались. Весьма приятная... особь.

– Кто он? Что ему от меня надо? – дрогнувшим голосом спросила я.

– Кто он, ты и сама знаешь, просто пока не хочешь в этом признаваться, – усмехнулся туман и потянулся за чашкой с кровью, – ты же вампир! Нас не может обмануть какой-то вымирающий метаморф, это смешно.

– Значит, мы не ошиблись, – кивнула я.

– Я бы разочаровался в твоём мужчине, если бы он думал иначе.

– Он не мой мужчина, – удивлённо возразила я и сложила руки на груди, – вы ошибаетесь.

– Не нужно говорить на вы, моя дорогая, это плохо звучит, учитывая, сколько времени нам предстоит провести вместе, – туман вновь задрожал и окрасился в тёмно-красный цвет, когда он поднёс чашку к губам, – а этот Дион твой мужчина. Защитник и покровитель, если бы не он, ты бы уже была мертва. Пожалуй, я не стану убивать его.

– Ты не сможешь! Он охотник, а ты всего лишь вампир, – презрительно бросила я в ответ, в то время как внутри всё дрожало от ужаса.

– Бедное дитя, как же тебя запугали эти глупые охотники, – в голосе вампира послышалась непритворная грусть, – уверяю тебя, твой Дион всего лишь слабый человек, пусть и наделённый некоторой сверхъестественной силой.

– Силой? – я удивлённо уставилась на вампира.

– Это ты у него спроси, – я услышала его тихий смешок и вновь почувствовала раздражение, – хотя вряд ли он ответит. Кстати, я знаю, что ты никому не рассказывала обо мне – это правильное решение.

– Я не смогла, – я почувствовала, как краснею и опустила голову.

– Не смущайся, это ведь естественно. Ты же моё дитя. Ты не можешь предать меня. По крайне мере пока ты так молода.

– А убить? – я резко подняла голову и пристально посмотрела на него.

– Мы как-нибудь попробуем, – усмехнулся он и поднялся со стула, – ладно мне пора.

– Скатертью дорога, – раздражённо прошипела я, чувствую себя неуютно.

Вампир обогнул столик и подошёл ко мне. Я попыталась отстраниться, однако не смогла и с места сдвинуться. Вот тебе и безопасный сон. Он наклонился ко мне и поцеловал в макушку, после склонился ещё ниже и прошептал прямо в ухо:

– Я скоро заберу тебя, моя милая малышка. Скоро мы будем вместе.

***

Я резко подскочила и тут же опустилась обратно в постель. Очередной сон. Мне пришла в голову мысль, что я так и не спросила, как же его зовут. А, впрочем, не важно. Я тяжело вздохнула и потянулась за сигаретами. Желание блюсти в очередной квартире чистоту полностью отсутствовало. Кто знает, возможно, скоро меня здесь не будет. Раздался звонок в дверь и я, с сожалением, выбралась из кровати и пошла открывать. На часах было полпервого, так что это может быть кто угодно.

На пороге стоял Дион и по нему сразу было видно, что ночь прошла без сновидений. Глубокие круги под глазами, полопавшиеся сосуды вокруг зрачков. Если говорить в целом, то Дион имел вид весьма помятый.

– Та ещё ночька была, да? – сочувственно спросила я.

– Да, – он был рассеянный и сегодня ему подошёл бы эпитет – неуверенный. Раньше такого за ним не наблюдалось.

– Я много думал о прошедших событиях и мне кажется, что я нашёл то, что мы упустили из виду.

– Проходи, – я кивнула и пропустила его в квартиру, – чай, кофе?

– Кофе, – он буквально рухнул на диван и блаженно закрыл глаза.

– Слушай, похоже твои новости не горят, может отложим беседу, и ты поспишь? – растеряно спросила я, разбираясь с навороченной кофеваркой.

– Позже, – твёрдо ответил он, открывая глаза.

– Ну, ладно, – пожала плечами я.

Спустя пару минут мы уже наслаждались вкусным кофе с корицей и мятой. Теперь, когда в моём рационе присутствуют исключительно напитки, я решила начать экспериментировать с различными вкусовыми сочетаниями. Проще говоря – пробовать всё новое.

– Ладно, приступим, – собрался с мыслями Дион и отставил пустую чашку от себя, – во-первых, мы упустили одну важную деталь, а именно – первое убийство.

– А что с ним не так? – поинтересовалась я, закуривая.

– Мы считали, что наш метаморф преследует тебя, – продолжил он, – своими убийствами он пытается привлечь твоё внимание. Однако это не так. По крайне мере не всегда так было. Ведь первое убийство было совершено до твоего появления здесь. Тогда, когда он не знал о твоём существовании.

– И правда, – растерянно пробормотала я, – и что из этого следует?

– А то, что чтобы он не хотел сделать в день маскарада, это будет связано не только с тобой, но и с Орденом, – спокойно проговорил он, – насколько я понял, в этот день он собирается совершить нечто особенное, завершающий акт своей пьесы.

– Есть предположения? – я нервно затянулась, вспоминая свой последний сон.

– Множество и все неубедительные, – раздражённо ответил он, – нашему убийце не откажешь в уме. До сих пор мы не имеем ни малейшей зацепки насчёт того, кем он может быть. А ведь это самое важное.

Во сне мой создатель сказал, что я знаю, кто убийца. Что это знает вампир внутри меня. Я сосредоточено стала перебирать в голове возможные кандидатуры. Нет, не получается. Какие-то неясные подозрения присутствуют, но нет конкретики. Кто же это может быть? Я сделала глубокий вздох и попыталась расслабиться. Убийца, убийца, кто же ты?..

– Эй? – перед моими глазами появилась рука Диона, он сделал несколько щелчков, – ты тут?

– Прости, я тоже плохо спала, – извинилась я. – Твои слова о предателе, о волке в овечьей шкуре, сбивают меня с толку. Я пытаюсь понять, кто это может быть, однако на ум ничего не приходит.

– Вот и у меня тоже, – мрачно кивнул он.

– Кстати, я была вынуждена рассказать обо всём Алисе, –  смущённо сказала я, стараясь не встречаться глазами с Дионом.

– Что? – в голосе Диона проскользнуло неподдельное изумление, – она что, тебе угрожала?

– Не она, – проговорила я, – понимаешь, другие охотники уверены, что убийца я. Вернее, что я имею к этому непосредственное отношение. Вчера, когда я встретилась с Алисой, она было очень… враждебной по отношению ко мне. А она всё-таки моя подруга, поэтому я ей всё рассказала. Она пообещала сохранить всё в тайне и её слову можно верить, – я на секунду замолчала и глубоко затянулась. – Она сказала, что поговорит с другими и убедит их в моей непричастности.

– А что если она метаморф? – неожиданно спокойным голосом спросил Дион.

– Я не могу никому не доверять, – виновато ответила я, – и я не думаю, что метаморф это Алиса.

– А остальные? – поинтересовался Дион, барабаня пальцем по спинке дивана и с укоризной посматривая в мою сторону, – я уверен, что и для других у тебя приготовлено оправдание. Уверения в том, что и они не являются метаморфом. Однако он среди нас.

– Чёрт, – воскликнула я, раздражённо туша сигарету в пепельницу, – будь у нас больше времени, можно было бы устроить что-то вроде проверки. Не знаю, можно было бы что-нибудь придумать.

– Умные мысли всегда приходят с запозданием, – согласился он, – однако сути это не меняет. Ладно, что сделано, то сделано и ничего не попишешь.

– Красное платье? – спросила я.

– Да, тебе придётся его надеть, – кивнул он, – а мне придётся не выпускать из виду всех твоих друзей. И тщательно следить за тем, как проходит бал.

– Задачка не из лёгких, я правильно понимаю? – криво улыбнулась я.

– У нас нет другого выхода, иначе придёт Палач, – спокойно сказал Дион, поднимаясь с дивана, – ладно, у меня есть ещё дела, так что продолжим в другой раз, хорошо?

– Для меня главное, чтобы ты перестал хандрить и занялся делами, – с иронией улыбнулась я, тоже поднимаясь, – а уж что это за дела, не мне решать.

– На твоём месте я бы не был таким оптимистом. В конце концов, погибла девушка.

– И не одна, – нахмурилась я, открывая дверь своей квартиры, – не нужно думать, что я чёрствая. Просто я не привыкла к такой жизни, видеть трупы и столько невинной крови… каждый справляется по-своему.

– Она была одной из нас, – покачал головой Дион.

– Вот именно, одной из вас, – хмыкнула я, – я не вхожу в круг Ордена или ты забыл?

– Как знать, может когда-нибудь всё изменится, – неловко улыбнулся парень.

– Пока, Дион, – вздохнула я, закрывая дверь.

***

Я сидела на широком подоконнике своей гостиной и смотрела на лес. Спокойный, тихий сосновый бор с лёгкой дымкой вечернего тумана. Я о многом думала и ещё о большем старалась не думать. В первую очередь об этом страстном предвкушении от встречи со своим создателем. Я нужна ему, по-настоящему нужна! Он не бросит меня, не упрекнёт в чёрствости… Я стала думать о своей прошлой жизни и с удивлением обнаружила, что почти забыла её. А, впрочем, и вспоминать-то нечего. После смерти родителей всё превратилось в пустоту. Некуда возвращаться. Не о чём сожалеть. Слишком серой она была, если говорить по правде. Я была психически не здорова и никогда не смогла бы адаптироваться к нормальной жизни. Только имитировать её. Но после того как стала вампиром, внутри всё просто пылает, горит. Я чувствую себя живой, настоящей! И пускай начинаю чувствовать себя среди людей чужой, это пустое по сравнению с тем, что открывается передо мной. Я слышу голоса сфер, их нежный, как шёлк шёпот. И музыка, она повсюду, как наркотик, омывает моё нутро. А краски! Стоит мне только захотеть и мир расцветает этим невероятным безумием цвета! Я не могу представить себе жизнь без такой яркости… просто не могу представить. Сложно признаться, однако такую насыщенность жизни я ощущаю только после переливаний крови. Со временем всё тускнеет, становится серым, скучным, обычным. Внутри зреет знание, что всё это именно из-за способа, которым я питаюсь, что стоит попробовать настоящей крови, живой, бегущей по венам человека, и эти чувства не будут так стремительно угасать.

Но как я могу об этом рассказать... Ангелу? Или Диону? Хоть кому-нибудь? Я только напугаю их, они не поймут. Как они могут называть нас монстрами? Как? Ведь в отличие от них мы невероятно близки к природе, мы чувствуем окружающий мир гораздо острее. Это люди – монстры, убивающие всё отличное от них, а мы нет… да мы не такие, как они, да мы питаемся кровью. Но позвольте – они без жалости убивают животных, пытают их ради призрачной выгоды и удовлетворения! И потребляют, потребляют, потребляют… мы лучше их! Потому что…

Глава 8. Колдун

Раздался очередной звонок в дверь. Кто бы это мог быть? Дион уже приходил, да и Ангел уже кормила меня.

– Здравствуйте, – осторожно поздоровалась я.

На пороге стоял незнакомый мужчина, одетый в униформу охранника. Судя по запаху, он работает на базе, возле соснового бора. Один из тех, кто нас охраняет.

Сейчас охранник выглядел весьма странно. Пустое выражение лица, мутный взгляд. Складывалось впечатление, что он в стельку пьян, однако запах выпивки отсутствовал.

– Сегодня, в полночь, в лесу, на месте убийства, приходи одна, – деревянным голосом сказал он, – никому не говори, иначе этот человек умрёт, – охранник развернулся и ушёл.

Я отступил назад. Этого не может быть! Почему так скоро? Как же бал маскарад? Но вместе с растерянностью почувствовала, как холодное предвкушение охватывает меня. Наконец-то всё закончится, всё будет хорошо… Но права ли, что так радуюсь? А главное – чему?

Я непроизвольно сжала кулаки. Мои ли это мысли? Или же мой создатель так влияет на меня? Совсем недавно всё, о чём я мечтала, так это убить его! Отомстить за утраченную человечность… и вот такая перемена. Где же среди этих мыслей я, а где он? Я тяжело вздохнула и прошла в гостиную. Достав из пачки сигарету, я закурила. А что мне ещё оставалось делать? Может просто не пойти? Тогда этот охранник умрёт. И получится, что его убила я. Вот такие дела. Если внутренний голос молчит, не говорит, что хорошо, а что плохо – обратимся к логике. Первое, если я не пойду – человек умрёт. Второе, если я скажу кому-нибудь – человек умрёт. Третье, если я пойду – вероятно, человеком я уже не вернусь. Четвёртое, меня никто не убьёт. Пятое, хотя может быть. Шестое, на самом деле я не уверена, что это мой создатель. Седьмое, это может быть кто угодно. Восьмое, даже метаморф способен загипнотизировать человека. Девятое… а к черту нумерацию – я по уши в дерьме. И вот это самый настоящий факт.

***

Я сидела на дереве возле бывшего места убийства. На часах было без десяти минут полночь, а место убийства выглядело так, словно здесь ничего и не происходило. Для людей кончено. Что до меня, то я явственно чувствовала запах старой крови на листьях деревьев, на жухлой траве и в земле. Просто для этого нужно было немного напрячься, вот и всё. Самое интересное в этом было то, что если бы я не знала, что здесь кого-то убили, то нипочём не догадалась. Всё-таки дождь не раз прошёл за это длинное время. Следовательно, мой будущий собеседник знает, что здесь случилось. Или же сам это устроил. Но внутри меня стойко зрело предчувствие, что это не метаморф. И признаться честно и не создатель. Вопрос – кому я ещё нужна?

Неожиданно я почувствовала, как воздух резко посвежел. Дохнуло холодом и морозной стужей, а вместе с этим и электричеством? Я настороженно стала осматривать окрестности поляны. Ничего. Только колышутся серебристые в свете луны листья деревьев, да где-то протяжно заухала ночная птица. И вместе с этим над поляной нависла тяжёлая пелена, невидимая, но ощутимая на нематериальном уровне. Проще говоря, душа ушла в пятки от страха. Что бы это ни было, оно становилось сильнее и сильнее. По телу прошла волна слабых электрических зарядов, заставляя волосы шевелиться от ужаса. Первым желанием было убежать, скрыться, спрятаться, но я не смогла даже пошевелиться. Охватила паника, поглощая под собой и разум, и логику, вытаскивая наружу что-то дикое.

Раздался звериный рык, и существо спрыгнуло с дерева, мягко приземлившись на увядшую траву, его глаза ярко засветились в темноте красным светом, а сжатые руки медленно выпускали когти. Тварь принюхалась, пытаясь определить источник угрозы. Кожа существа местами вспыхивала голубым светом – статичные заряды тока несильно, будто проверяя, разряжались о тело существа, причиняя лёгкое неудобство. В конце концов, тварь словно встряхнулась и ещё раз зарычала, только чуть более низко, усиливая вибрацию голоса. Её глаза засветились ещё ярче, и она ринулась в правый конец поляны, словно почуяв своего противника. Через мгновение тело существа пролетело в обратную сторону, сильно припечатавшись к стволу дерева, с которого совсем недавно спрыгнула и, рухнув на землю, замерла.

Я осторожно открыла глаза. Последнее, что я запомнила, был страх, вернее ужас. А после, кажется, я сорвалась. Также, когда ела пельмени и меня стошнило. Похоже, мой внутренний демон появляется в ситуациях, когда я не могу справиться собственными силами. Очень удобно и очень опасно. Чем всё закончилось на этот раз?

Перед глазами предстала тихая и спокойная поляна, лёгкий ветерок нежно колыхал листья деревьев, Кронос умиротворённо жевал зелёную травинку и задумчиво смотрел на небо. Тишина и благодать. Кронос?!

– Что? – хрипло прошептала я, аккуратно поднимаясь с земли.

Кронос перевёл на меня задумчивый взгляд и холодно улыбнулся.

– Проснулась? Долго ты. С такими рефлексами скоро станешь мёртвым вампиром.

– Что ты здесь делаешь? – осторожно поинтересовалась я, прислоняясь к стволу дерева. Я чувствовала неимоверную слабость во всём теле и тихий голод глубоко внутри себя.

– Пришёл поговорить с вампиром, который убил моего друга, – спокойно ответил он.

– Тогда ты ошибся адресом, – слабо прошептала я, пытаясь собраться с мыслями.

– Может да, а может и нет, – он покачал головой, выплёвывая травинку, – однако ты в этом замешана, вампир.

– Это ты вызвал меня сюда? – поинтересовалась я, откинув голову назад. Так гораздо лучше.

– Да я, – он порылся в своих карманах и достал пачку сигарет, – будешь?

– Да, конечно, – кивнула я. Кронос бросил мне пачку. Мы закурили.

– Кто ты, если не секрет?

– Колдун, – равнодушно ответил он, наблюдая за небом.

– Признаться честно, я удивлена, – ничуть не удивлённым голосом сказала я.

– А как я удивлён, узнав, что ты стала вампиром, – хрипло рассмеялся он в ответ, – когда мы в первый раз встретились, я почувствовал, что ты не совсем человек, однако я думал, что ты просто очень слабая колдунья, из тех, спящих, но чтоб вампир…

– Мне это ни о чём не говорит, – фыркнула я в ответ, искоса посмотрев на него.

Неожиданно до меня дошло:

– Что ты сказал? Не совсем человек? Этого не может быть, меня обратили позже… хоть я этого и не помню, – горько воскликнула я.

– Я не мог ошибиться, – покачал головой он, пристально рассматривая меня, – ты определённо была из наших. Из теневых. Просто очень слабой. Вернее спящей.

– Спящей? – не поняла я. – Ты о чём?

– Твой хозяин совсем тебе ничего не рассказывал? – удивился он.

– Он мне не хозяин. Я никогда не видела его в живую, только один раз во сне, – ответила я. – Честно говоря, долгое время считала, что я какой-то уникум. Или что здесь какая-то ошибка. По крайне мере охотники тоже весьма удивлены.

– Поразительно, – изумлённо прошептал он, – что за чёрт с тобой происходит?!

Я неуверенно пожала плечами. Да кто его знает, что со мной происходило последние несколько месяцев.

– Подожди, тогда почему погиб Дмитрий? – спустя пару минут спросил он.

– Потому что мой создатель пытался заставить меня его съесть, – тихо ответила я, вспоминая ту ночь, – поверь, я не хотела ничего плохого! Это был первый день, когда охотники разрешили мне выйти в город, разумеется, я хотела пойти на ваш концерт! Я не думала, что Дима меня узнает! Я хорошо загримировалась, однако это не помогло. Когда он подошёл ко мне, чтобы поговорить, первое, что мне пришло в голову так это увести его оттуда, ведь в клубе был мой друг – охотник, а ему явно не понравилось бы то, что меня узнали. Мы вышли в парк, а там… там на него напал мой создатель и вспорол ему шею. Я не смогла выпить… Диму. Он умер на моих руках. Вот.

Несколько скомкано закончила я и подняла глаза на Кроноса:

– Мне очень жаль, что он умер. Честно, очень жаль! Он был хорошим, и так погибнуть из-за меня… это неправильно.

– Вот именно, что неправильно, – задумался Кронос, – так создатели не поступают. Почему он допустил охотников? Как такое вообще могло получиться? И почему он до сих пор не забрал тебя? Оставить спящую куклу беззащитной! Без поддержки! – под конец он уже почти кричал, настолько Кронос был поражён сложившейся ситуацией.

– Ну, тут ситуация несколько иная, чем ты себе нарисовал, – осторожно возразила я, – мой создатель уже приличное время находится рядом. Пусть и не материально, но в моих снах. И кажется, что он в курсе, где я и что со мной происходит. И если я всё правильно понимаю, то в ближайшее время мы с ним увидимся лично. А кто такие спящие куклы? – заинтересованно спросила я.

– Это ты, – Кронос равнодушно пожал плечами и переменил позу. Мы оба чувствовали, что разговор будет долгим.

– Этим термином обозначают людей, которых в детстве накормили вампирской кровью. Понимаешь, ребёнка нельзя обратить. Если с ним провести нормальный процесс обращения, то во время преобразования тело не выдержит и ребёнок умрёт. Поэтому ему дают некоторое количество крови, а точнее паразитов, живущих в ней. И начинается медленное преобразование организма. Это выражается в изменении характера, поведения, интересов и увлечений. У ребёнка улучшается самочувствие, он перестаёт болеть и раны быстро заживают, но при этом он болен анемией. Завершающий этап наступает у всех по-разному, в среднем – от шестнадцати до двадцати пяти лет. В этот период количество паразитов в крови человека достигает определённого объема для запуска превращения в вампира или наоборот – их количество снижается, впадая в спячку. Симптомы одинаковые – резкие перепады настроения, тревожные сны, а также ммм… кровавые выделения, в некоторых случаях отказ от пищи и стремление пить что-нибудь красное. Также человек стремится найти место, где никого нет. Уединение, попытка сбежать от людей. Обычно в этот период его находит создатель, который чувствует, что его подопечный скоро превратится. Завершающий аккорд – формирование главного паразита и двух-трёх недельное обращение. У всех по-разному. В результате – молодой вампир. Спящая кукла проснулась.

– Вау, – с чувством ответила я, – но у твоих слов есть один небольшой недостаток – я не помню, чтобы меня поили кровью в детстве.

– Это обычная практика – заставить забыть. Гипноз. Могла и сама догадаться.

– Хорошо, есть ещё один недостаток – почему охотники об этом не знают?

– Понимаешь, в детстве у тебя наверняка брали кровь на анализ, это логично при анемии. Да и в школах практикуют. Однако врачи ничего не нашли. Они не увидели паразитов, приняв их за что-то другое. Если бы они знали, что искать… сама понимаешь, приятного мало, – ответил он, – спящих кукол скрывают. В первую очередь именно от охотников. Таких детей, как правило, обращают из-за способностей.

– Но у меня нет никаких способностей! – в сердцах бросила я и невольно подалась вперёд, – то же самое говорила Ангел! Но этого нет! Я и вампиром себя чувствую поскольку-постольку.

– Значит пока не проявилось, – пожала плечами Кронос и затянулся, – ты лучше у создателя спроси, что он увидел в тебе.

– Обязательно спрошу при встрече, – хмуро ответила я, – знаешь, Кронос, я совсем запуталась. С одной стороны создатель, вампиры, Теневой мир, а с другой стороны охотники, в общем-то неплохие люди. И это главное, то, что они люди.

– Но ты нет, – ответил он, – вот самое главное. Ты больше не человек. Смешная у нас с тобой получается ситуация – вампиры, особенно молодые, подобными терзаниями не озадачиваются. Ты очень странная и это плохо.

– Для кого?

– В первую очередь для тебя. Если ты не погибнешь в ближайшее время от охотников и если ты не покончишь с собой, то тебя ждёт очень долгая жизнь. Жизнь в облике вампира. И чем быстрее ты примиришься со своей новой сущностью, тем легче будет для тебя.

– И это оправдывает смерть Дмитрия, так получается? – жестко спросила я.

– Если бы ты его убила – я бы убил тебя, – холодно посмотрел на меня Кронос, – он был моим другом, частью команды.

– Тогда я ничего не понимаю.

– Вампиры и колдуны не друзья, так всегда было, однако мы не лезем в дела друг друга, если это нет повода, – Кронос затушил сигарету и вновь переменил позу, – у вампиров есть традиция – новообращённый для подтверждения своей перемены и отказа от прежней жизни должен убить кого-то из своих близких. Чаще всего это мать или отец, иногда возлюбленная. Кто-то, кого он очень сильно любит или связан родственными и близкими отношениями. После этого превращение считается окончательным. Странно, что для тебя таким человеком стал Дмитрий.

– Он и не стал, я же не убила его, – тихо прошептала я, вспоминая кровь, струящуюся из шеи Дмитрия.

– Однако он мёртв, – так же тихо ответил Кронос, – и погиб он зря.

– Что ты хочешь, чтобы я сказала? – воскликнула я, – что мне жаль? Ты и так это знаешь! Мой последний вопрос Дмитрию касался наших с ним отношений. Я сожалела о том, что всё так получилось! Понимаешь? А теперь он мёртв и всё кончено! На моих руках кровь как минимум двух человек, а если учесть и жертв метаморфа, то ещё больше! Я убийца! Слышишь меня? Убийца! – под конец я уже кричала на Кроноса, быстро вскочив на ноги.

– Успокойся, Соня! – мирным голосом сказал Кронос, также поднимаясь на ноги. Он быстрым шагом пересёк поляну и положил руку на плечо, – я не враг. И не осуждаю тебя. Пойми, мне тоже тяжело. Всё это время я пытался найти тебя. Я думал, что ты убила его просто так. Я не знал, что и думать! Вся эта ситуация кажется ненормальной. Теперь слишком поздно плакать и убиваться. Его не вернуть.

– Остаётся только мстить? – хрипло прошептала я, пытаясь сдержать слёзы.

– Ты не сможешь, ведь он твой создатель. Новообращённый вампир не может убить того, кто его обратил. Защитный механизм, – покачал головой Кронос, убирая руку с моего плеча.

– Я это уже ощутила. Раньше я думала только об убийстве создателя, но постепенно эти мысли превратились в труху, – горько воскликнула я, – я уже думала о таком механизме.

Мы замолчали, думая о чём то своём.

– Скажи, – спустя минуту продолжила я, – а ты можешь убить его?

– Вряд ли, – вздохнул он, – я могу убить тебя, потому что ты молода и ничего не знаешь о своих возможностях. Но убить старого и опытного вампира – невозможно. По крайне мере для меня. Я слишком молод для этого, – горько усмехнулся Кронос, стараясь не смотреть мне в глаза.

– Почему-то я так и думала, – нерадостно улыбнулась я в ответ, – ну и что теперь делать?

– Ничего, – пожал плечами Кронос, – ты можешь удивиться, но я рад за тебя. Серьёзно, стать вампиром, бессмертной, получить возможность наблюдать за развитием жизни на земле, даже участвовать в этом процессе, по-моему это здорово.

– А ты бы согласился? – с иронией спросила я, усаживаясь обратно и прислоняясь к дереву, – испытывать голод, убивать людей?

– Ну, хорошо, не убивать, а просто питаться ими, – продолжила я, когда Кронос с укоризной посмотрел на меня. – Оставить семью, друзей, а самое главное – видеть, как они умирают? Согласился бы?

– Нет, – ответил он, – мне это не нужно, я колдун. У меня свой дар и своя жизнь. Поверь, для меня это лучшее, что есть на свете.

– А в чём он заключается? – осторожно поинтересовалась я, – я на своей шкуре ощутила твою… магию, но что это такое? Ты произносишь какие-нибудь волшебные слова? Палочкой машешь или как?

– Нет, всё не так, – Кронос тепло улыбнулся мне, – быть колдуном это значит ощущать связь с миром, настоящую связь, которая с годами становится прочнее. Срок нашей жизни, к примеру, в два, а то и в три раза больше, чем у людей, если брать за отправную точку сто лет.

– Единицы из людей, кто преодолевает столетний рубеж, – усмехнулась я. Я вновь почувствовала голод, пока ещё тихий, чтобы причинить серьёзные неудобства, но заставляющий задуматься. Интересно, как отреагирует Ангел на вызов посреди ночи? Как я ей это объясню?

– Я говорю образно, – улыбнулся в ответ Кронос, также опускаясь на землю, – а вообще, колдовать – это не махать палочкой и не говорить волшебные слова или делать какие-то пассы руками. Это просто чувствовать, что можно сделать. По щучьему велению, по моему хотению, только иначе. Какие-то вещи даются легко, а какие-то сложнее. Всё зависит от целого ряда обстоятельств. К примеру, погода: зимой очень сложно наколдовать дождь, то есть повысить температуру, а летом это сделать проще. Если ты, допустим, в средней полосе. Но на экваторе, где-нибудь в пустыне… для этого нужно быть очень сильным колдуном, – с жаром заговорил Кронос, было видно, что ему нравится объяснять свою силу. – Далее ментальные воздействия. На животного – проще некуда. И чем меньше зверь, тем проще заставить его что-то делать. Подчиниться моей воли. А вот с людьми сложнее. Всё зависит от человека. Если у него сильная воля, то нужно очень постараться, чтобы заставить его что-либо сделать. А если слабая, то он может сломаться и превратиться в марионетку, которая уже никогда не оправится от полученного воздействия. Кстати, на вампиров сила колдунов в этом плане почти не действует. Именно поэтому я сильно удивился, когда ты так легко поддалась страху и пробудила свою вторую ипостась.

– Значит это называется вторая ипостась, – иронично проговорила я, скрывая горечь, – а я думала, что это просто – убийца, монстр. В конце концов, все мои неприятности из-за неё.

– Это тоже защитный механизм, – чуть улыбнулся Кронос, – паразит внутри тебя не дурак, он хочет жить. Его эволюция идёт семимильными шагами, он адаптируется к внешним условиям. Ты знаешь, что в средние века вампиры боялись солнца? Оно действительно причиняло им вред.

– Да ты что? – с сарказмом спросила я, – правда? Вот откуда появились легенды о вампирах, ночных жителях.

– Да, это так, – Кронос сделал вид, будто бы не услышал в моём голосе сарказм, – но мы вроде говорили не об этом.

– Да ладно, я уже поняла, что быть колдуном это здорово и всё такое, – устало сказала я, на секунду прикрывая глаза, – ты мне лучше вот что скажи – что теперь делать?

– Как можно скорее воссоединиться со своим создателем, – не задумываясь над ответом, выпалил Кронос. Увидев выражение моего лица, он пояснил, – у тебя нет другого выбора. Рано или поздно блажь охотников, приютивших молодого вампира пройдёт, и они убьют тебя. Пойми, да они люди, возможно милые и весёлые. Ведь насколько я понимаю, ты общаешься с молодыми? – я кивнула. – Вот-вот. Однако они ещё и охотники. Их учат убивать сверхъестественных существ. Задумайся, почему они ещё не сделали этого. Должна быть причина.

– Она есть – они изучают меня.

– Уверен, что в будущем это их изучение не пойдёт на пользу твоему виду, – задумчиво покачал головой Кронос и глубоко вздохнув, посмотрел на небо, – рядом с создателем ты будешь в безопасности.

– Я не хочу быть рядом с тем, кто уничтожил мою прежнюю жизнь, – зло бросила я, открывая глаза.

– А что в ней было такого? За что ты так цепляешься? Ты уж извини, но то, что я знаю о тебе и о твоей жизни, не показывает, что ты была счастлива. Твои родители мертвы, твой брат в больнице, ты одинока. Теперь же у тебя появилась семья. Большая семья, которая поддержит тебя. Сейчас вампиры не убивают друг друга, это противозаконно. Среди них нет вражды, предательств. Паразит не допускает подобного поведения. Наоборот – поддержка, помощь. Если говорить в целом, то вампиры занимают второе место по сплочённости в Теневом мире. Первое конечно у оборотней, потому что они могут иметь детей.

– Вот-вот, создатель и этого меня лишил, – раздражённо бросила я, мысленно вспоминая свои сны. А ведь правда же, я чувствовала какое-то единение там. Это было здорово, это была семья, которой мне так не хватало в последние годы.

– Брось, вампиры по-другому размножаются. Для твоего создателя ты и есть ребёнок, дочь, которой он захочет гордиться. Когда-нибудь и у тебя появятся дети, – криво улыбнулся Кронос.

– Надеюсь, что это случится не скоро, – я вновь прикрыла глаза.

– Я вижу, что ты устала, сильно я тебя приложил, верно? – неожиданно спросил меня Кронос.

– Нормально, прорвемся, – спокойным голосом ответила я, стараясь не думать о голоде, который понемногу становился сильнее и острее.

– А я считаю, что не стоит насиловать свой организм, – возразил он, – так что давай на сегодня прервёмся и продолжим разговор в другой раз, хорошо?

– Как хочешь, – как можно более равнодушным голосом ответила я, – только учти, через неделю всё может сильно изменится. Я ещё не знаю как, но возможно меня здесь уже не будет.

– Ты в этом уверена? Это как-то связано с маскарадом у охотников, ведь так?

– Ты прав, именно с этим и связано, – согласилась я.

– Ну, тогда встретимся раньше, я пришлю к тебе птицу. Ворона.

– Как мило, – усмехнулась я, вновь открывая глаза.

– Встретимся снова здесь? – поднимаясь с земли, спросил Кронос.

– Хорошо, – я тоже поднялась и застыла напротив парня. Пришло время прощаться.

– Пока тогда, – немного неуверенно сказал Кронос, стряхивая со штанов землю и приставшие травинки.

– До встречи, – кивнула я в ответ и быстро развернувшись, устремилась в сторону базы.

Не люблю долгие прощания. На секунду мне показалось, что с Кроносом мы больше никогда не увидимся. Не знаю, откуда взялось такое предчувствие, однако в глубине души я знала, что это правда. Наши дорожки ненадолго пересеклись, а теперь разошлись навсегда – каждый пойдёт по своему пути.

***

– Алло, Ангел? Ты спишь? – спросила я в трубку. На том конце провода раздалось сиплое и недовольное сопение.

– А ты как думаешь? Время четыре часа утра, что я, по-твоему, должна сейчас делать? – раздался раздражённый голос девушки.

– Прости, что разбудила. Просто… ммм… Я проголодалась, – смущённым голосом ответила я.

– Сейчас? – громко воскликнула Ангел, – чем ты там занималась, что умудрилась проголодаться?

– Не поверишь – бегала, – а что, по-вашему, я могла ей сказать?

– Ночью? – окончательно проснувшимся голосом удивилась девушка.

– А когда же ещё? Ночь прекрасное время суток для занятий спортом, – я уже откровенно несла чушь. Зачем вампиру бегать? Смешно, не правда ли?

Однако Ангел поверила моим словам. Вероятно, она решила, что я просто тренируюсь и проверяю свои силы. В этот момент я почувствовала неловкость из-за того, что разбудила её. Однако у меня не было другого выбора, ведь я не хотела проверять насколько сильным может стать голод и что может произойти до утра, если мне не сделают переливание.

– Ладно, тогда поступим так, – вздохнув, сказала Ангел, – разумеется, я не поеду сейчас на базу, так что можешь не тревожиться угрызениями совести за моё пробуждение. Тебе повезло, на базе есть медпункт и там всегда сидит дежурная медсестра, тебе нужно будет обратиться к ней с просьбой о переливании. Думаю, что она сможет в этом помочь, – после этого Ангел подробно разъяснила мне, как туда попасть и уже собралась со мной прощаться и отправится обратно в объятия Морфея, однако я её остановила.

– Слушай, если здесь есть медсестра, которая может делать мне переливания, то почему тогда ты этим занимаешься? – осторожно спросила я.

– Потому что мне так сказали, – в голосе Ангела прорезались нотки недовольства, – послушай, София, в другой раз всё обсудим, сейчас я плохо соображаю для разговоров и очень хочу спать. Я поздно легла, а мне скоро вставать.

– О! Прости, – искренне извинилась я, – и правда, в другой раз поговорим. Ещё раз извини за то, что разбудила, право, я не хотела этого делать.

– Но к своему состоянию нужно относиться серьёзно, – вместо меня продолжила Ангел, – ты всё правильно сделала, София. Так что если это повторится – обязательно звони мне, хорошо?

– Хорошо, – я улыбнулась. Приятно, когда о тебе заботятся.

После этого мы распрощались, и я отправилась на поиски медпункта. Настроение у меня значительно поднялось, и я не думала ни о чём плохом. В конце концов, я узнала о себе много нового. Самое главное это то, что я узнала кто я и как стала вампиром. Разумеется, у меня появилось много новых вопросов, но важно то, что я получила ответы на старые. Это хорошо.

Вот в таком приподнятом настроении я спустилась на первый этаж в медпункт. Я не буду рассказывать о встрече со старушкой медсестрой, хотя признаю честно – личностью она оказалась занимательной. Но, в конечном счёте, мне нужно было поесть. Получить переливание, так что я там надолго не задержалась и уже в половине шестого утра лежала в своей постели и готовилась ко сну. Впереди ждал новый день, и я уже примерно знала, что должна в нём сделать.

***

– Как она?

– Хуже, чем я думал.

– Ты поговорил с ней?

– Да, похоже, мне удалось её успокоить, – Кронос аккуратно стряхнул пепел на землю и посмотрел в лицо своему собеседнику, – она изъявляла желание убить вас.

– Этого следовало ожидать, – вампир глубоко вздохнул и отвёл взор от Кроноса. Теперь его занимал только рассвет над морем и полёт одинокой чайки в небе, – это изменится, как только я заберу её от охотников. Право, было глупо оставлять её там, но мне было интересно посмотреть на то, как она выкрутится из этой ситуации.

– Она вас не разочаровала?

– И да, и нет, – вампир поморщился, не отрывая взгляда от птицы, – в ней осталось слишком много от человека, это плохо.

– Да, я это заметил, – хмыкнул Кронос, также наблюдая за полётом чайки, – она очень слабая.

– Я это исправлю, – мужчина развернулся спиной к морю и пошёл к припаркованной неподалёку машине. Возле неё он остановился и оглянулся на Кроноса:

– Спасибо за помощь. Твой долг прощён. Теперь ты можешь покинуть город.

С секунду Кронос ещё смотрел на птицу, а когда обернулся, машина уже трогалась с места. Нельзя было точно сказать, какие чувства он испытывал к вампиру и сложившейся ситуации. А если на мгновение заглянуть к нему в голову, то можно услышать его лёгкие и свободные мысли с ноткой грусти о развалившейся группе. Про себя Кронос решил начать новую жизнь в другом городе, в другой стране. И возможно вновь связать свою жизнь с музыкальной и клубной индустрией. К тому же оставалось так мало времени, чтобы просто наслаждаться жизнью. Скоро придёт время отдать последний и самый важный долг.

***

Как жаль, что у меня нет будильника. Сегодня я катастрофически проспала все свои дела. А главное тренировки. Не знаю, как это получилось, однако, когда я открыла глаза – за окном уже было темно. Время – шесть часов вечера. И я проспала. Чёрт. Быстро выбравшись из постели, я собрала своё бельё и отнесла в ванную комнату, чтобы бросить в стирку. Никак не могу привыкнуть к крови. Вернее к этим кровавым выделениям, что теперь украшают и простыни, и наволочки, и пододеяльники. Я стираю бельё каждый день. Это утомляет, но спать в грязном?! Вздохнув, я насыпала в стиральную машину порошок и запустила программу. Через сорок минут всё постирается. После этого я сняла вчерашнее высохшее бельё с веревки и отнесла в комнату. Сейчас главное принять душ, а потом уже можно будет заняться глажкой и выпить кофе. Все остальные дела – потом, потом, потом. Я про себя улыбнулась и включила горячую воду.

Спустя час я стояла возле окна и наблюдала за лентами дождя в оранжевом свете фонарей. Воистину, нет более прекрасного зрелища, чем природа. Она удивительна во всех своих проявлениях. Даже когда я была человеком, то находила время для того, чтобы понаблюдать за ней. А теперь… теперь эта красота буквально преследует меня, заставляя забывать о насущных делах и вопросах. Я печально улыбнулась. Во всём есть свои плюсы и минусы.

Неожиданно я заметила птицу, летящую над лесом. Она была довольно крупной и судя по всему чёрной. Я сразу вспомнила наш уговор с Кроносом. «Так скоро?» – удивилась про себя. Мне казалось, что наша встреча была последней и мы больше никогда не увидимся. Может это просто птица в небе? Однако та уверенно летела в сторону моего окна, так что мне пришлось его открыть и впустить её внутрь.

Птица, а ею оказался ворон, влетев внутрь, сделала круг над комнатой и приземлилась на стол, недовольно каркнув. После этого она встряхнулась, окатив дождём из капель и переступая с ноги на ногу, пристально уставилась на меня.

Пребывая в некой прострации, я не сразу заметила, что к правой ноге ворона был прикреплён небольшой водонепроницаемый пакет. Я подошла к птице и та сразу выставила передо мной свою ногу.

– Какая умная птичка, – улыбнулась я, забирая её ношу.

Как только я это сделала, птица вновь каркнула и устремилась к открытому окну. Там она на секунду села на раму и вновь пристально посмотрела на меня. А потом улетела, ещё раз на прощание каркнув.

Я пожала плечами и закрыла окно. Птица скрылась из виду.

Чтож, теперь можно приступить к посланию. Аккуратно развернув пакет, стряхивая с него капли влаги, я достала сложенный вчетверо конверт. Вскрыв его, я обнаружила письмо от Кроноса.

Дорогая София!

Как ты уже могла догадаться, наша встреча была последней и мы больше никогда не увидимся. К сожалению, но я не могу полностью рассказать тебе почему, однако она не связана с тобой напрямую, так что не кори себя за это. Я хотел бы попросить не пытаться разыскать меня, так как уверен, что это тебе удастся, но новая встреча не принесёт тебе того, что ты хочешь. Группа «Спящие куклы» прекратила своё существование в связи со смертью Дмитрия и моим отъездом. Остальные участники со мной солидарны. Они пообещали, что не будут пользоваться именем нашей группы, и я им верю. Напоследок хочу дать тебе несколько советов на будущее, поверь, они могут помочь тебе выжить:

1.        Первый и самый важный совет – не сопротивляйся своей новой сущности. София, когда я встретился с тобой, то был сильно удивлён твоей человечности. Твоё поведение, слова и поступки… всё указывало на то, что ты борешься со своей новой природой. Не стоит этого делать. Тебя ждёт долгая, почти вечная жизнь и от того, как ты себя будешь вести – зависит, сколько ты проживёшь. А пока ты очень легкомысленная и доверчивая. Чем быстрее ты начнёшь действовать как вампир, тем лучше.

2.        Второе – не доверяй своим друзьям-охотникам. Они не так дружелюбны, как тебе могло показаться. И чем старше они, тем больше вероятность того, что тебя используют. Ведь наверняка в твоём окружении есть не только молодые охотники, которые только учатся убивать таких, как мы с тобой? Ведь я прав? Присмотрись к ним по внимательнее, и как только почувствуешь подвох – беги. И ещё – постарайся понять, что им от тебя нужно. Это очень важно, поверь.

3.        Третье, касается того, как ты питаешься. Я долго думал над тем, с какой лёгкостью я парализовал тебя тогда во время нашей встречи и как быстро ты начала испытывать голод. А ещё над тем, чем же тебя кормят. Переливание, ведь так? Это ошибка. Молодой вампир не может развиваться при таком питании. Это как если бы кормить младенца полуфабрикатами – вредно. Отсюда плохо развитые способности и частый голод. Ведь ты питаешься каждый день? Тебе нужна нормальная пища, София, иначе всё плохо кончится. Ведь не обязательно убивать, если именно это волнует тебя. Достаточно заставить свою жертву забыть, а раны исцелить кровью.

4.        Четвертое, будь последовательна в своих решениях и мыслях. Ты знаешь, что со временем связь между создателем и его ребёнком слабеет? Ты можешь этим воспользоваться, когда придёт время. В конце концов, он действительно уничтожил твою прежнюю жизнь. И убил Дмитрия. А месть это такое блюдо, которое подаётся холодным.

5.        Пятое, хорошее число. Мой последний тебе совет. Попытайся понять, что за способность в тебе сокрыта. Это самое важное дело. Даю подсказку, как это выяснить. «После обращения, у молодого вампира развился талант – телепатия. Парень был не удивлён такой способностью, по его словам даже будучи человеком, не редко мог угадывать, о чём другие думают». Это касается и тебя, подумай о своей человеческой жизни, я уверен, что ты разгадаешь эту загадку. Твоя способность – преимущество перед остальными.

Вот и всё, что я хотел тебе посоветовать. На самом деле есть многое, что я хотел бы сказать, но эти вещи лучше постигаются на личном опыте, так что я промолчу. Мне жаль, что наша дружба, и так большую часть времени протекающая в интернете, так внезапно обрывается, но ничего нельзя сделать. Так что я прощаюсь с тобой навсегда. Прощай – от слов прости меня за всё.

С Глубоким уважением, Кронос.

Ps: Сожги это письмо, его никто не должен увидеть. Особенно твои друзья, ведь среди них есть и предатель.

Я несколько раз перечитала письмо, прежде чем его смысл дошёл до меня. От разочарования, я прикусила нижнюю губу и достала последнюю пачку сигарет. Я чувствовала, что наша встреча была последней, чувствовала, но не хотела принимать это. Ведь Кронос был последней ниточкой к моей прежней жизни. Пуская такой странной, фальшивой и ненадёжной, но ниточкой! А теперь мне начинало казаться, что моя жизнь была лишь иллюзией, репетицией перед выходом на сцену. В сегодня. В эту жизнь. Странно, но я никак не могу вспомнить, как выглядят мои сокурсники. Мои преподаватели и тот врач, как же его зовут… не помню. Всё моё прошлое постепенно стирается из памяти. А вот нынешняя жизнь становится явной и я уже не чувствую себя сумасшедшей. Я начинаю привыкать. Возможно, Кронос прав, и я не должна бежать от себя новой. Но я не хочу потерять то, что делает меня мной. Не человеком, и не вампиром, а мной. Девушкой Софией, прожившей на этой земле двадцать с лишним лет. И это самое главное.

Собрав все листы, я прошла на кухню и подожгла их над раковиной, а затем залила остатки письма водой. Вымыв раковину, я вытерла руки и вернулась в гостиную. Вот и всё, Кронос может быть спокойным, я сделала то, о чём он просил. Закурив, я принялась размышлять о прочитанном письме. Мне казалось, что я что-то упустила в нём, какую-то важную деталь, что-то такое было в его словах… но я никак не могла понять, что именно.

В дверь раздался негромкий стук. Я удивлённо приподняла бровь и подошла к ней. Включив интерком, я увидела в коридоре Влада. Мельком посмотрев на часы, я изумлённо приподняла брови. Время-то к ночи, что он здесь делает? Я открыла дверь. Влад, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, спросил:

– Можно войти?

– Проходи, – я пропустила его в коридор, – с чем пожаловал?

– Эм... скучно просто. Алиса и Кирилл ушли на дежурство…

– Понятно, – прервала я, проходя в гостиную, – кофе, чай будешь?

– Да, давай, – кивнул он, недовольно морщась, – а чем это у тебя так пахнет?

Я мысленно усмехнулась:

– Да так, гадала по-всякому… так что ты всё-таки будешь? Кофе или чай?

Парень подумал немного, а потом решительно сказал: «Кофе».

– На ночь кофе?

– А почему бы и нет? – он улыбнулся.

Через десять минут мы уже чинно сидели в гостиной, пили кофе и добивали мою последнюю пачку сигарет.

– Кстати, как у вас там дело с расследованием продвигается? – поинтересовался он.

– Да никак, с тех пор, как мы нашли… охотницу, Дион особо не посвящает в свои планы, – спокойно соврала я, – он отдалился. Похоже, разочаровался во мне, как в следователе.

– Сочувствую, – буркнул парень, делая приличный глоток кофе.

– Да ладно, я уже и сама поняла, что это не моё… все эти убийства, кровь… опасно, да ты и сам это знаешь, – беспечно ответила я.

– И что ты теперь будешь делать? – поинтересовался он.

– Готовиться к балу, – я изобразила радость на своём лице, – представляешь, я никогда не бывала на подобных мероприятиях. Будет здорово, я уверена.

– Не для всех, – хмыкнул Влад.

– В смысле не для всех? – удивилась я, поудобнее устраиваясь на стуле.

– Для Кирилла не праздник. В этот день его девушка пыталась сделать из него оборотня.

– Что? – я изумлённо приподняла бровь, – он никогда не рассказывал об этом.

– София, ты же понимаешь, что у каждого из нас своя история, из-за которой мы стали охотниками, – проговорил Влад, – Алиса из-за родителей, я из-за матери… хоть у меня и не получается особо, – я попыталась возразить ему, но он предостерегающе поднял правую руку.

– Я знаю, что это так. Что из меня не получился настоящий охотник. Однако я здесь и помогаю, чем могу, – он ненадолго замолчал, обдумывая свои слова, а затем продолжил:

– А вот Кирилл попал к нам из-за своей девушки. Это было несколько лет назад. Тогда он ещё не знал о Теневом мире, был обычным парнем, готовящимся к поступлению в институт, он хотел стать профессиональным фотографом. И у него была девушка. Очень красивая девушка, я видел её фотографии в интернете. Её звали Вита, и она была цыганкой. Если я правильно понял Кирилла, то особой любви между ними не было.

– Просто отношения? – понимающе кивнула я.

– Да, просто отношения, – согласился Влад, – для Кирилла, но не для неё. Так что, когда он встретил другую девушку и провел с ней ночь, Вита словно с цепи сорвалась. Она почуяла чужой женский запах на Кирилле и решила сделать его своим до конца, чтобы он не мог бросить её.

– Она решила его обратить, – вновь перебила я Влада.

Он в ответ лишь кивнул:

– От обращения парня спасло плохое отношение к происходящему клана Виты. Поэтому когда девушка похитила Влада и увезла в леса, чтобы там без помех провести обряд, они вмешались и помешали этому. Но Виту это не остановило, и она обратила свой взор на ту, из-за которой всё и случилось. Она убила её на глазах Кирилла.

– Это жестоко, – прошептала я, – убить возлюбленную…

– Да нет, – поморщился Влад, – не возлюбленную, просто случайную девушку, – он вновь умолк, – ты знаешь, мне кажется, что это ещё хуже. Девушка погибла не из-за любви, а просто потому, что провела ночь не с тем парнем.

– И что потом было? – спросила я, когда Влад вновь погрузился в свои размышления.

– А? – он словно очнулся и, собравшись с мыслями, продолжил, – а дальше цепь случайностей. По законам клана, Вита должна была убить парня, чтобы он никому не рассказал о них. Но она не смогла этого сделать, слишком его любила. Вместо этого она помогла ему сбежать и предупредила, что с ним будет, если он кому-нибудь расскажет об оборотнях. В результате парень лишился всего. Он оказался в другой стране, без документов, бродягой. Какое-то время он в буквальном смысле побирался и прятался от полиции, чтобы его не опознали и не вернули на родину, где его ждёт смерть от клана цыган. А потом он увидел в одной из подворотен, как охотник расправляется с оборотнем. Кирилл решился рассказать тому охотнику свою историю. А потом согласился самому стать охотником. Так он попал сюда.

– Да уж, нелегко ему пришлось, – грустно вздохнула я.

– Охотниками не становятся просто так, – пожал плечами Влад, – у каждого из нас своя история, грустная и печальная. За исключением потомственных охотников. Но и у нас свои скелеты в шкафу.

И мы уткнулись в свои чашки с кофе, каждый думая о своём. Я размышляла о Кирилле, о том, что по нему и не скажешь, через что ему пришлось пройти… а вот о чём думал Влад я не знала, однако он довольно быстро допил свой кофе и попрощался со мной.

Я так и не поняла, что ему было нужно. Однако я недолго оставалась одной, буквально через полчаса ко мне пришла Ангел. Пришло время поесть.

– Ты как там, София? – поинтересовалась она, когда с процедурами было покончено, и мы спокойно сидели на диване.

Я задумчиво провела пальцами по выступившим венами. Я физически чувствовала, как через иглу в них попадает кровь.

– Нормально, – пожала плечами я, осторожно меняя позицию тела на более удобную, – скучать не приходится.

– Я слышала, что ты не ходила сегодня на тренировку к Кофу.

– Просто не хотелось тренироваться, – хмыкнула я, – да и пользы от этих тренировок… ноль.

– Да, а вот Коф так не считает, – удивилась Ангел, – ты не поверишь, но он даже хвалил тебя, говорит, что ты делаешь успехи.

Я вновь хмыкнула, но уже про себя. Ага, успехи, как же. Когда Кронос меня по дереву размазывал, было очень хорошо видно, что это за успехи.

– Я подумаю над этим, но вряд ли ещё буду заниматься, – покачала головой я, – слушай, а ты сигареты принесла? А то у меня кончаются…

– Да, принесла, куряга, – иронично вздохнула Ангел, вороша свою объёмную сумку, – слушай, тебя спасает только то, что ты вампир. Куришь по три пачки в день – это ненормально.

– Я просто не могу остановиться, – я улыбнулась, – ничто теперь не сдерживает мою зависимость. Я могу курить не переставая, а эффект нулевой. Серьёзно. Для меня самые крепкие сигареты за пару затяжек превращаются в единички. Это даже не смешно. Поэтому если качеством брать не получается, беру количеством.

– Ха-ха, вампир с никотиновой зависимостью, забавно, – усмехнулась Ангел, выуживая из сумки блок крепких сигарет.

– В этом плане мне повезло. Я не умру от рака лёгких, – равнодушно ответила я, закуривая очередную сигарету.

От моих слов, Ангел заметно побледнела. Чёрт! Какая же я дура! Надо было такое ляпнуть!

– Прости, пожалуйста… я не…

– Всё нормально, – голос Ангела предательски дрогнул, – моя болезнь не от этого. Да, у меня рак лёгких. Но курить я начала после того, как узнала, что умираю.

– Ангел, – тихо прошептала я.

– Всё нормально, София. Это жизнь. Люди смертны и с этим нужно смириться, – Ангел отвела глаза и медленно проговорила, – ты знаешь… наверное зря Агнесса и совет пытаются сделать из тебя охотника… да и вообще держат здесь.

– Мне здесь не место, – горько усмехнулась я, – ты не первая, кто говорит мне об этом.

– Но это правда, – она вновь посмотрела на меня, – София, тебе нет места среди людей. Сейчас ты этого не понимаешь и не осознаёшь, но вскоре заметишь разницу между собой и людьми.

– Вы умираете, я нет. Чего уж тут непонятного.

– Вот именно. Ты хочешь видеть, как умирают твои друзья? Твой возлюбленный? Ведь не всегда смерть приходит к нам в старости, а уж среди охотников тем более. Тебе будет тяжело среди нас.

– А что мне остается делать? Уйти к вампирам? К кровопийцам? Всё, что я читала о них в ваших книгах, говорит о том, что они не самая приятная компания.

– Не верь всему, что написано в книгах, – покачала головой Ангел, – помни, книги написаны для охотников. Разумеется, они выдержаны в стиле, что вампиры и прочие сверхъестественные существа это чистое зло.

– А ты бы согласилась стать вампиром? – неожиданно спросила я, – согласилась бы? Ведь тогда ты не умрёшь в течение двух лет! А будешь жить очень и очень долго.

– Нет, – она покачала головой, – и не предлагай мне это.

– Как я могу предлагать тебе такое, – усмехнулась я, – в конце концов, я даже не знаю, как это делается.

– Когда придёт время, узнаешь, – мягко улыбнулась она, – ведь вампиры так размножаются. Для них обращённые люди – это дети. Птенцы.

– Да-да, и это я уже слышала, – скривилась я.

– Вот видишь… а по поводу моего отказа… понимаешь, София, я отказываюсь не из каких-то охотничьих принципов. Я отказываюсь потому, что я в первую очередь врач. А вампиры это охотники. Даже те, которые не убивают людей, а только пьют кровь… это всё равно вред для здоровья человека. Я так не смогу.

Я сделала вид, что я понимаю, о чём она говорит и что мне всё равно. Что это не задевает меня, хоть и было немного неприятно слышать подобные рассуждения. В конце концов, у меня такого выбора не было. Меня просто сделали спящей куклой из-за каких-то там способностей, которые углядел во мне вампир, когда я была маленькой.

– Ангел, у меня к тебе есть один вопрос, – нерешительным голосом начала я.

– Да, я слушаю, – она внимательно посмотрела на меня.

– Скажи, ты знаешь, что от меня нужно старшим охотникам?

– Честно говоря, меня и саму мучает этот вопрос, – она задумчиво покачала головой.

– Просто я тут подумала, и пришла к мысли, что если я не оправдаю их желаний… они могут убить меня, – я негромко кашлянула и отвела взгляд от Ангела.

– И такой вариант вполне вероятен, – спокойно согласилась со мной девушка, – вопрос в том, готова ли ты к такому повороту событий?

– И да, и нет, – я глубоко вздохнула и затушила очередную сигарету, – я просто не знаю, что мне тогда нужно будет делать. Как ты понимаешь, я умирать не хочу.

– Вот именно. Это означает, что тебе придётся бежать отсюда, – Ангел скрестила руки на груди и облокотилась о спинку дивана.

– Но я не смогу это сделать. Я не знаю как, – воскликнула я, – куда бежать? Что мне там делать? Как выживать?

– Если бы я не была тем, кто я есть, то посоветовала бы тебе найти своего создателя.

– Ни за что! – я порывисто вскочила с дивана и гневно посмотрела на Ангела, – как ты можешь предлагать такое?

– А что не так? – Ангел удивлённо изогнула бровь, – он научит тебя быть вампиром. И как выживать в этом мире. Признаться честно, я удивлена твоей реакции.

– Это он сделал меня такой! Из-за него моя жизнь пошла под откос, и ты спрашиваешь, чем я недовольна? – вскричала я, почти вплотную нависая над девушкой.

– Прекрати истерить, – резко воскликнула она, также поднимаясь с дивана, заставляя меня отойти назад, – а что ты хотела, чтобы я предложила тебе? м? София, прекрати вести себя как обиженный ребёнок! Пришло время повзрослеть! – она перевела дух и подошла к окну, – я уже давно хотела поговорить с тобой об этом, да всё руки как-то не доходили. Похоже пришло время для этого разговора, раз ты наконец начала задавать правильные вопросы, – она кашлянула и повернулась ко мне, – я знакома с тобой с того самого дня, как ты появилась здесь и всё это время пристально наблюдала за твоим поведением. Вначале мной двигало любопытство, всё-таки новообращённый вампир, прекрасный образчик для изучения. Ты читала книги, видела, какими вас там изображают. Я старалась поймать тот момент, когда из человека ты превратишься в монстра из книги. А этого всё не происходило и не происходило, что заставило меня усомниться в правильности книг. А потом я незаметно привязалась к тебе, – она, помедлив, продолжила, – ты знаешь, если бы не эта привязанность, я ни за что не начала бы этот разговор.

– Я понимаю, – неожиданно для себя сказала я, – понимаю, о чём ты хочешь мне сказать. Я не планирую свою жизнь, живу одним днём. Я это знаю.

– Вот-вот, а это для тебя верная гибель, – она тяжело вздохнула, – я давала тебе время, думала, что ты сама поймёшь, что тебе нужно бежать отсюда. И неважно куда. Лишь бы подальше от Агнессы и подобных ей. Но вместо этого, ты помогаешь в расследовании Диону, тренируешься с Кофом, дружишь со мной и молодыми охотниками, плаваешь в бассейне, гуляешь в интернете и смотришь фильмы. Ведёшь себя как ребёнок. Не вижу, не слышу, молчу. Таким странным способом ты пытаешься убедить себя в том, что ты не вампир, а человек. Ведь так?

– Так, – глухо прошептала я, отводя взгляд и буквально падая обратно на диван, – всё верно, Ангел.

– И поэтому, сейчас ты стараешься делать вид, что из твоей руки не торчит игла и тебе в вену не вводят кровь. Но ведь это не так, – тихо продолжила она, подходя ко мне и кладя руку на плечо, – София, пришло время повзрослеть. И взглянуть правде в глаза… ты не человек. Сейчас ты находишься во вражеской организации охотников, которые либо будут использовать тебя, либо убьют. Дальше: не понятно как ты обратилась, неизвестно где находится твой создатель. И в заключении по базе бродит маньяк-метаморф, испытывающий к тебе какие-то чувства. Это тоже должно вызывать в тебе чувство опасности. И я повторяю свой вопрос – что ты здесь делаешь? Почему ты ещё не ушла?

– Потому что я не хочу уходить! Да и некуда… – раздражённо ответила я, – как ты себе это представляешь? У меня нет документов, нет денег, я никуда не смогу улететь отсюда. Далее, где я буду жить, как я буду питаться?

– Ты вампир! – воскликнула она, – ты же обладаешь гипнозом, неужели так сложно использовать этот дар?

– Ага, воровать у людей? Ты предлагаешь мне стать воровкой? – я хмуро посмотрела на девушку, – сейчас ты говоришь какие-то глупости.

– Но можно же что-нибудь придумать, ты умная девушка, – продолжила она, – а самое лучше, что ты можешь сейчас сделать – это обратиться к себе самой. Проще говоря, найти своего создателя или, на крайний случай, других вампиров. Я уверена, что они помогут тебе скрыться от охотников.

– Ах да, про охотников я и забыла. Помниться в нашу первую встречу с Агнессой, она недвусмысленно дала понять, что со мной будет, если я попробую сбежать, – проворчала я, – что-то мне подсказывает, что она исполнит свою угрозу.

– Да, это проблема, – согласилась Ангел, – но проблема решаемая, как только ты найдёшь других вампиров.

– И как мне, по-твоему, их искать? – я насмешливо улыбнулась, – объявление в газету дать? Так и так, ищу собратьев по крови, чтобы спастись от разъярённых моим побегом охотников?

– Нет, – спокойно ответила она, возвращаясь на диван и раскуривая сигарету, – ты из какого века, подруга? Интернет-то тебе на что дан? Проще простого найти молодых вампиров на наших сайтах. Они с удовольствием собачатся на форумах охотников. Уверена, что если ты к ним обратишься за помощью, они помогут.

– Что-то мне это в голову как-то не пришло, – смутилась я.

– Так что подумай над моими словами, – кивнула Ангел и посмотрела на настенные часы, – ну что же, время закругляться, мне ещё домой ехать, между прочим.

– Прежде чем ты уйдёшь, объясни, откуда ты узнала о метаморфе? – неожиданно спросила я.

– Ты думаешь, что Агнесса и Дион смогут скрыть от меня подобную информацию? – иронично воскликнула девушка, покачав головой, – мне потребовалось время, чтобы заподозрить обман и прийти к правильным выводам, чтобы потом прижать к стенке Диона и всё из него вытрясти. Право слово, я была весьма расстроена тем, что вы так долго скрывали подобную информацию… да от кого! От меня – патологоанатома Ордена! Ваше счастье, что мне не удалось ничего найти, иначе последствия были бы весьма печальным.

– Я полностью подчиняюсь Диону. И я не имела права никому рассказывать об этом, - смущённо объяснилась я.

– Да я тебя ни в чём и не виню, – мягко проговорила Ангел, дружески разведя руки в стороны.

После мы ещё немного посидели, покурили и пообщались на более нейтральные темы. А потом Ангел вытащила из моей руки иголку и убрала все инструменты в сумку. На прощание мы тепло обнялись и она ушла.

Как бы мне ни хотелось сейчас выйти на улицу и прогуляться, однако погода к этому не располагала. На улице начался очень сильный дождь, а сильный, колючий ветер окончательно отбил желание куда-то выходить. В результате я ещё немного побродила по интернету, посмотрела какой-то сериал и, приняв душ, отправилась в постель.

***

В очередной раз перевернувшись с одной подушки на другую, я окончательно убедилась, что сон ко мне не идёт. От раздражения я со всей силы ударила по одеялу кулаком. Нервная выдалась неделька, много событий, много проблем всплыло наружу. Поднявшись с кровати, я, не включая свет, прошла в гостиную, подобрав с кофейного столика пачку сигарет и зажигалку, подошла к окну и удобно устроилась на подоконнике. За окном бушевал ветер, от его силы деревья пригибались к земле, а яростные струи дождя волнами нападали на стекло, оставляя сероватые разводы. Нынче погода буйная, словно отражение моей души. Столько новых вопрос внутри меня родилось, а сколько их проснулось. Мои странные каникулы кончаются, впереди пугающая неизвестность, а я к ней не готова.

Я долго отказывалась принимать себя, долго не верила, что всё реально, что это не бред сумасшедшей девушки. Поверьте, такие мысли посещали меня не раз. Вдруг, я сейчас лежу в психиатрической лечебнице? Вдруг, это всё не по-настоящему? Может быть, я просто сошла с ума из-за смерти родителей, вот и придумала эту реальность? Странный, правда, получился выбор, какой-то неправильный. Но даже если и так, мне отсюда не выбраться, нужно решать и действовать в этом мире. Настоящий он или нет. И возвращаемся к моим проблемам.

Я лгунья. И пытаюсь скакать на двух лошадях. А это приводит к путанице и новым проблемам. Сейчас я на перепутье, с одной стороны ждёт создатель, ждут вампиры, колдуны и прочие сверхъестественные создания, а с другой стороны люди, вернее охотники. Они не ждут, более того, этот путь шаток и скорее всего, приведёт к гибели, но он пролегает среди людей. А я так хочу снова быть человеком. Хотя… не буду лгать себе, мне нравится быть вампиром. Нравится чувствовать себя сильной и ловкой, нравится видеть этот мир таким ярким и насыщенным, таким звучным и сочным. Я не смогу представить себе, что лишусь этих способностей. Этой силы. Но ведь она таит в себе опасность. По настоящему, я не понимаю кто такие вампиры. Демиурги? Сверх-создания? Или же монстры? Дьяволы? Но разве дьяволы способны видеть мир таким прекрасным? И обладать нечеловеческой красотой? Если отбросить слова охотников о том, кто такие вампиры, то я просто не знаю ответа на этот вопрос. И отсюда проистекает главная проблема в выборе пути. Я просто не хочу быть злой. Не хочу становиться убийцей, хоть я уже стала ею, даже если этого и не помню. Мне грустно от таких мыслей, но от них никуда не деться. И нужно сделать выбор, и не ошибиться в нём. Я затушила сигарету в пепельницу и отставила её в сторонку, прислонившись лбом к холодному стеклу. Господи, как я не хочу решать эту проблему, как я хочу избежать всего этого, как я хочу, что бы всё было как раньше, а главное, чтобы в детстве мне не встретился вампир…

***

Мой давешний сон повторился вновь. Только в этот раз я лежала на каменном парапете и смотрела в небо. Мой создатель стоял рядом, облокотившись, его взор был устремлён на морскую гладь. Мы были одни в этой густой, вязкой тишине, мир сужен до этой ограды, из густого тумана едва-едва проглядывали очертания кофейни и столиков перед ней. Здесь, как и в прошлый раз, было очень спокойно и как-то уютно. Мне не хотелось двигаться, настолько было хорошо. Ну, за исключением его.

– Ты так и будешь во все мои сны являться? – глухо поинтересовалась я.

– Мы можем поговорить и в реальном мире, если ты согласишься по доброй воле пойти со мной, – равнодушно ответил он, не отрывая свой взгляд от моря.

Я искоса посмотрела на него и вздохнула:

– Ты же знаешь, что я никогда не буду твоей.

– Жизнь покажет. Хочешь или нет, но ты слишком мала, чтобы выжить одной, – покачал головой вампир.

– Есть и другие вампиры.

– Они ни за что не пойдут против моей воли. Ведь я твой создатель, на ближайшие пятьдесят лет я решаю, как ты будешь жить, – я почувствовала, как он улыбается, – тебе лучше смириться.

– Смерть предпочтительнее. Твоя смерть, разумеется, – холодно сказала я.

– Попробуй, будет интересно посмотреть, как это у тебя получится.

– О чём ты хотел со мной поговорить, раз уж ты здесь? – я увела тему разговора в сторону. Письмо Кроноса прочно засело в моей голове, так что «вендетта» ещё получит шанс на успешную реализацию.

– Я хочу попросить тебя быть более осторожной в общении с охотниками. Наш общий знакомый предупредил меня о том, что их решения о тебе изменились в худшую сторону.

– И почему я не удивлена, – пробормотала я. И уже нормальным голосом спросила:

– И в чём выражается твоя просьба?

– Не делай глупостей и постарайся пореже демонстрировать свои способности вампира, – спокойно ответил он.

– Я не делаю ничего дурного, – обиделась я, – веду себя как ангел.

– Вероятно, этого им стало мало, – он покачал головой, – а вообще глупости ты делаешь. И самая большая из них – ты всё ещё среди охотников.

– Это мой выбор, – упрямо ответила я, чуть приподнимаясь над парапетом, – лучше быть среди охотников, чем среди монстров.

– Это нас ты считаешь монстрами? – рассмеялся он, – ты многого не знаешь о своих «друзьях-охотниках», уж поверь мне, то, что они творят над слабыми и беззащитными сверхъестественными созданиями, никак несравнимо с тем, что делаем мы. Люди, что с них взять, они всегда такими были.

– Я не верю тебе, – покачала головой я, – мои друзья не такие, за остальных охотников ручаться не буду, но в своих я уверена.

– Это пока так, но рано или поздно молодые охотники станут взрослыми, начнут охотиться уже по-настоящему. Вот тогда и посмотрим, кто из нас прав, – он выпрямил руки и повернулся ко мне.

– Но Дион уже опытный охотник, – я закусила губу. От чего-то я верила ему, своему создателю. Не умом, но сердцем. А может той связью, что протянулась между нами в момент, когда он напоил меня своей кровью.

– Вот именно. Задай себе вопрос, девочка, а так ли ты хорошо его знаешь? – мягко прошептал он.

– Давно хотела спросить тебя, как твоё имя, вампир? – резко поинтересовалась я, вновь уводя разговор от опасной темы.

– Я скажу тебе моё имя только тогда, когда ты будешь рядом со мной, – покачал головой создатель, – я не хочу, чтобы охотники знали, кто тебя обратил.

– Кстати, – язвительно спросил он, – а почему они до сих пор не знают о наших с тобой беседах и встречах во сне? Почему они до сих пор гадают, как ты стала вампиром?

Я смутилась и отвела взгляд.

– Я просто не смогла им ничего сказать, – прошептала я.

– Ведь ты тоже не доверяешь им, правда? – я почувствовала на себе его пристальный взгляд и поежилась.

– Правда, – едва слышно ответила я, стараясь не смотреть в этот тёмный и холодный дым на месте его лица.

– Тогда почему ты отказываешься присоединиться ко мне? – ласково поинтересовался он, приближаясь ко мне и касаясь плеча. Его руки были холодны как лёд.

– Потому что они люди, а ты нет. Потому что не знаю, кто из вас лучше, – вздохнула я, пытаясь заставить себя сдвинуться с места, – и потому что тебя не было рядом, когда я обратилась. А вот они были.

– Я весьма сожалею об этом, – ответил он, убирая руку, – и я понимаю твою растерянность. Однако есть вещи, которыми не шутят. Твоя жизнь, например. То, что ты делаешь сейчас – откровенно глупо.

– Значит мне суждено умереть молодым вампиром, – усмехнулась я, – я не могу вот так запросто взять и уйти от них. И даже если отбросить то, что меня будут преследовать, то остаются мои друзья, бросать которых я не хочу.

– Если они и правда твои друзья, то всё поймут, – немного раздражённо ответил он, – тебе не кажется, что наша беседа зашла в тупик?

– Я это давно уже поняла, – и я улыбнулась, – а также я понимаю, что не хочу больше разговаривать. Разумеется, у меня ещё есть вопросы к тебе, но что-то мне подсказывает, что ты не захочешь отвечать на них.

– О да, я понимаю, что это за вопросы и ты права, – я почувствовала, что он снова улыбается. После этого, он вновь повернулся к морю:

– Ты знаешь, твоё место спокойствия очень красивое, мне нравится то, что ты неосознанно построила для себя.

– Спасибо за комплимент, – я также вернулась в ту позицию, с которой мы начали наш разговор. И пускай небо было сокрыто от меня пеленой тумана, но мне нравилось смотреть в эту молочную пустоту и чувствовать холодный ветер, нежно касающийся губ. – А какое твоё место? – неожиданно для себя, спросила я.

– Я тебе как-нибудь покажу. Уверен, что оно тебе понравится, – ответил он.

– Ловлю на слове, – глухо рассмеялась я. В глубине души, я уже понимала, что мне от него не скрыться. Что рано или поздно, но он придёт за мной и заберёт с собой. И я ждала этого, так как была трусливой и неуверенной в себе девушкой. Во мне не было нужной боевой жилки, чтобы самой принимать важные решения в жизни. А может я просто не хотела этого? Поэтому я ждала его, своего создателя, «спасителя». Ждала его прихода. Я хотела, чтобы он принял решение за меня. Трусливо, не правда ли? Но с другой стороны, часто ли люди попадают в такие ситуации? Вот то-то и оно.

– А теперь я хочу попросить тебя оставить меня здесь одну, я хочу немного помечтать перед тем, как проснуться, – медленно проговорила я.

– А меня здесь уже нет, – послышался тихий шёпот, – до свидания, моя милая малышка, скоро встретимся в реальности…

Приподнявшись над парапетом, я убедилась, что осталась одна. Затем я опустилась назад и закрыла глаза. Тихо. Наконец-то тихо. Тихий шелест прибоя, далёкие крики птиц. Этим можно наслаждаться вечность. Глубоко вздохнув, я стала просыпаться. Когда-нибудь я останусь здесь навсегда.

Глава 9. Ожидание

Просыпаться было на удивление легко. Это при условии, что я уснула на подоконнике и яркие лучи осеннего солнца били прямо в лицо. От неожиданности я даже вскрикнула, прежде чем убежать в спальню. Это надо же было так умудриться заснуть на окне! Глаза отчаянно горели, как будто бы я долго простояла, наклонившись над костром. Осторожно открыв их, я поняла, что ослепла. Перед глазами была мутно-белая пелена, в которой едва-едва угадывались очертания предметов. Вдобавок к этому у меня немилосердно чесалась кожа. Тихонечко взвыв от боли, я на ощупь пробралась в ванную. Включив холодную воду, я залезла внутрь, ожидая, когда наберётся вода. Слава богу, ждать долго не пришлось, и уже через семь минут я блаженствовала под ледяной водой. Кожу постепенно начало отпускать, глаза же я пока не решалась открыть. Пролежав так почти час, я с сожалением покинула ванную и вновь на ощупь вернулась в спальню. Открыв глаза, с облегчением поняла, что зрение постепенно возвращается. Теперь я видела намного лучше, но белый туман до конца ещё не рассеялся, что было неприятно. Я вернулась в гостиную и занавесила шторы, после этого включила кофеварку и сварила кофе. С сожалением отбросив мечты о человеческом завтраке, я ограничилась сигаретами. Чуть позже я сидела в большом мягком кресле, попивая кофе и наслаждаясь вновь обретённым зрением. Какая же я дура… уснуть на подоконнике! Мельком глянув на часы, я поняла, что проспала относительно немного времени. Был седьмой час утра. Сквозь занавески просачивались лучи солнца, и на небе не было ни облачка. Похоже, ночная буря успокоилась, и сегодняшний день будет солнечным и ясным. В принципе я была против такой погоды, потому что это означало, что я целый день должна сидеть дома. Нет, я, конечно, могу прогуляться, но настоящего удовольствия такая прогулка мне не принесёт. И что остается? Сидеть тут. Можно конечно зайти к Диону, может у него появились какие-нибудь новости, всё-таки давно не виделись, но делать это совершенно не хотелось. Вообще ничего не хотелось, только забраться в постель, укутаться одеялом и спать, спать, спать… и видеть сны про то удивительное место, где я чувствовала себя как дома… мечты…

В дверь раздался звонок. Опять гости, нужно чаще выходить из дому, чтобы этого избежать.

На пороге стоял Дион и выглядел он впечатляюще. Щетина, за которой он так тщательно следил, отросла, некрасиво обрамляя его лицо. Красные от недосыпа глаза, огромные фиолетовые синяки под ними и какой-то бешеный взгляд. Одет он был небрежно, словно взял первое, что подвернулось под руку, соответственно не глаженое и помятое. Он был весь таким … утомлённым. Судя по всему ему даже стоять на одном месте было тяжело, того и глядишь – падёт беспробудным сном.

– Да что с тобой такое творится? – в сердцах воскликнула я, – ты вообще спал в эти дни? Что ты делал?

– Я работал над нашим делом, – пробормотал он, – слушай, у тебя есть кофе? У меня закончилось…

– А поспать не, никак? Какого чёрта ты стоишь на моём пороге в семь часов утра? – сердито спросила я, – ты гробишь свой организм! – я подвинулась с прохода, пропуская его в гостиную, – знаешь, может это прозвучит грубо, но если ты и дальше так себя будешь вести, то во время маскарада от тебя будет мало толку.

– Да?– он тяжело опустился на диван, – зато у нас не было бы вообще никакой информации о планах «нашего» метаморфа.

– Ты что-то накопал? – удивилась я, заваривая кофе, – что ты узнал? И кстати, почему ты этим занимался без меня?

– Прости, я слишком привык работать в одиночку, – он извинялся, но по глазам было видно, что виноватым он себя не чувствует. Вероятно, его новости стоят любых извинений.

– Ладно, выкладывай, что ты нашёл, – со вздохом сказала я, протягивая ему кружку и устраиваясь в кресло напротив. Дион с наслаждением втянул запах свежесваренного кофе и, отхлебнув немного, поставил чашку на стол.

– Слушай, не одолжишь сигаретку? – проговорил он, откидываясь назад.

– Хм, – я недовольно приподняла брови. Мне одной кажется, или я плохо влияю на здешних обитателей? Вроде как они не должны курить… ну, по крайне мере, не в таких количествах. Но вновь посмотрев на лицо Диона, моё сердце сжалилось. Человек ночами не спал, работал, а мне что, сигареты жалко?

– Держи, – я достала из заначки полную пачку сигарет, – кури не на здоровье, – не удержалась я от маленькой шпильки, в конце концов, мне смерть от рака больше не грозит.

– Спасибо, – на мгновение в его глазах появились искорки веселья. Он понял меня правильно. Сделав первую затяжку, он, закрыв глаза, с наслаждением выпустил дым в потолок. Несколько мгновений он наслаждался тишиной и блаженством от кофе и сигаретой, а потом, потянувшись, опёрся локтями о колени и затушил сигарету.

– Метаморф планирует что-то взорвать, – резко сказал он, посмотрев мне прямо в глаза.

– Неожиданно, – растерянно воскликнула я, – с чего ты взял?

– Я просматривал все возможные варианты того, как он может серьёзно навредить. И отталкивался я от нашего маскарада, который состоится через три дня, как ты помнишь.

Я кивнула.

– На маскарад приедет много охотников и пускай мы не центральный город Ордена, но людей будет прилично и все в одном месте. Чем не повод что-то с этим сделать? – неприязненно проговорил он.

– А где это, кстати говоря, будет? – поинтересовалась я, – я думала, что здесь, на базе. Но что-то не заметила никаких приготовлений.

– Как обычно – мы снимаем выставочный зал, – пожал плечами он, – в этом плане мы не меняем традиций. К тому же то место, которое мы выбрали, неплохо организованно в плане безопасности… однако для метаморфа это вряд ли будет проблемой, всё-таки умение превращаться в кого угодно является его главным козырем.

– Да уж, – огорчённо протянула я, – это мы знаем.

– Поэтому несколько дней назад я начал проверять наши счета и чем занимаются сотрудники Ордена, которые не охотятся. Также я проверял всех, кто является недовольным действиями Ордена и открыто говорит об этом. Так я вышел на Виктора Буреломова.

– Говорящая фамилия. И кто это такой? – спросила я, когда Дион вновь замолчал.

– Сотрудник, работает в области снабжения Ордена. Вернее нашей базы. Ну, знаешь, продукты, одежда и всё такое… если говорить конкретно, то он заведовал нашим автопарком.

– Неплохая работа, – сказала я, закуривая, – и что же в нём такого особенного ты нашёл?

– Не в нём, а в том, что он делал, – Дион тяжело вздохнул, – в последние месяцы он в больших количествах закупал на первый взгляд невинные вещи… однако если их собрать получится…

– Самодельная бомба, – прошептала я. На мгновение я почувствовала лёгкую дрожь. Бомба, пожалуй, она способна меня убить. И это было как-то странно. Казалось бы, я ещё не прожила достаточно времени, чтобы осознать бессмертие и свои настоящие силы и возможности, а вот поди же ты – страшно стало это потерять. Как-то по-особенному страшно.

– И что дальше? – не выдержала я затянувшегося молчания. Диону, похоже, всерьёз нужно выспаться, он отключался буквально на ходу.

– А дальше я поговорил с ним и выяснил, что он тут ни при чём, – вздохнул Дион, – я долго допрашивал его, собирал свидетелей, говорил с его коллегами. Получилось, что он был в двух местах одновременно. Что явно указывает на действия метаморфа.

– Понятно.

– А это на самом деле плохая была новость, – покачал головой Дион, – понимаешь, метаморф может превращаться в нас, может на какое-то время обмануть и притвориться кем-то другим… но такая сложная операция, которую провернул он, требует весьма серьёзной осведомлённости о внутренней жизни базы, что говорит о том, что он уже очень давно среди нас.

– Кхм, – я негромко кашлянула, новости – одна хуже другой, – и что теперь делать? Бомба это не шутки, теракт нужно предотвратить.

– Вот только как это сделать? – горько усмехнулся Дион, – сама подумай, как можно уберечь нас, когда метаморф может оказаться самым близким тебе человеком? Лучшим другом, хорошим коллегой по работе, твоим начальником или расторопным подчинённым? Метаморф не просто принимает облик другого человека. С той информацией, которую он успел собрать за долгое время пребывания здесь, он может стать кем угодно. Он не приходит сюда на время, он среди нас.

– То есть дело дрянь? – усмехнулась я, – а может устроить дезинформацию? Проверку? Разделить людей на группы и постепенно пытаться спровоцировать метаморфа на действия так, чтобы другие этого не заметили?

– Мы уже касались этой темы, слишком мало времени, – покачал головой Дион, вновь откинувшись назад, – маскарад скоро.

– А может его нужно отменить? – прошептала я, – тебе не кажется, что здесь уместен принцип меньшего зла? Он обещал, что будет убивать. Но если вспомнить, как он это делает, то нас ждёт… ну, одна девушка, две… пока мы не раскроем его… это же лучше, чем множество смертей охотников?

– Не говори так! – зло крикнул Дион, буквально взлетая в воздух и буравя меня гневным взглядом, – ты только послушай себя, София! Ты серьёзно предлагаешь сейчас обречь несколько молодых девушек на смерть в муках от рук маньяка? Ты, правда, этого хочешь?

– А иначе погибнут охотники, не будь которых, девушек, погибающих от рук сверхъестественных маньяков, будет на порядок больше, – также резко воскликнула я, вздёрнув подбородок, – и не говори, что я не права!

– Не буду, слава богу, это решать не тебе, а Агнессе и Совету, – он посмотрел на настенные часы, – сегодня я даю заключительный отчёт, а дальше им решать. В конце концов, у нас ещё есть время, как обезопасить себя от него.

– Удачи, – проворчала я, чувствуя себя виноватой перед Дионом. Чёрт, но ведь я сказала правду! На одной чаще весов – охотники, на другой несколько невинных девушек, выбор очевиден, не так ли? Только почему я чувствую себя последней сволочью?

– К тому же, в твоём варианте есть один существенный недостаток – мы не знаем, что он сделает, если бал отменят, – Дион опустился обратно на диван и вновь закурил.

В отличие от него, я не строила иллюзий по поводу будущего. Будет бал или нет, но мой создатель обязательно явится предъявить свои права на меня, так что скоро всё закончится. Эти мысли отрезвили меня. А что в действительности будет? Что сделает создатель, чтобы забрать меня? В конце концов, ему нужно будет каким-то образом прийти сюда и… чёрт, не хочу даже думать об этом. Потому что по доброй воле я с ним не пойду.

– Тоже верно, – кивнула я Диону, – извини за мои слова, хоть я от них и не отказываюсь, но понимаю, что это жестоко так говорить.

– Хорошо, что понимаешь, – вздохнул он в ответ, – иначе дело дрянь. Вампиры жестоки именно в своей логичности, а также в любви к удовольствиям. Можно сказать, что они мечутся от одной крайности к другой.

– Тяжело быть бессмертным, – холодно воскликнула я, – это накладывает свой отпечаток.

Дион в ответ промолчал и лишь задумчиво посмотрел на меня.

– Знаешь, ты лучше скажи, чем я могу помочь тебе? Мы же вроде вместе занимаемся этим делом? – я перевела нашу беседу в более насущное русло.

– Потренируйся в гипнозе, – неожиданно сказал Дион, – я вчера консультировался с центральной библиотекой, просил их поискать в своих архивах что-нибудь насчёт метаморфов. Они сказали, что эти твари беззащитны перед гипнозом. По крайне мере молодые метаморфы.

– А ты уверен, что наш молод? – иронично проговорила я.

– Да, – кивнул он, – будь он старше, действовал бы по-другому. А скорее всего вообще не действовал, так как их главный козырь – то, что их считали вымершими. Кстати, Агнесса уже перевела метаморфов в категорию активных сверхъестественных сущностей.

– Ой, как плохо-то, – хмуро сказала я, недовольно поморщившись, – если эта тварь и не знала раньше, что мы в курсе, кто она такая, то теперь знает точно. Мы потеряли один из козырей.

– Может да, а может и нет, – Дион задумчиво провёл рукой по своей щетине и сделал глубокую затяжку, – теперь можно открыто сказать всем охотником, что среди нас есть враг. Люди будут более внимательны друг к другу.

– Действительно, чуть больше шансов вывести его на чистую воду, – я улыбнулась и допила свой кофе, – ещё по чашечке или же ты всё-таки пойдёшь и поспишь немного?

Дион вновь посмотрел на часы.

– Ты знаешь, наверное мне и правда лучше поспать, на докладе я должен выглядеть лучше.

– Менее помятым, – усмехнулась я, – у тебя есть запасная одежда? В прошлый раз, когда мы виделись, ты был одет точно так же.

Парень смутился и негромко кашлянул.

– Понятно, значит нет, – я откровенно смеялась над ситуацией, – тогда снимай с себя это, я постираю. Во сколько ты должен быть готов к докладу?

– К пяти часам, – Дион был очень смущённым, – слушай, ты не обязана это делать…

– Будем считать это моим вкладом в это расследование. Ты проделал большую работу, пока я… эм… бездельничала, – я откинула волосы назад и поднялась с кресла, – надеюсь моё присутствие на докладе не нужно?

– Нет, – покачал головой он.

– Вот и отлично, – в голову пришла мысль, что моё присутствие там не просто не нужно, а даже нежелательно, в конце концов, я вампир, а значит враг для них, чтобы по этому поводу не думал Дион и ребята. Скорее всего, они будут спрашивать и про меня тоже.

– Так ты будешь снимать одежду или ты настолько устал, что это придётся делать мне?

***

Спустя полчаса я в полном одиночестве сидела в гостиной. Одежда Диона негромко переворачивалась в стиральной машине, на стене тикали часы, а за окном по-прежнему ярко светило солнце. Мне было скучно. По идее я должна чувствовать какое-то возбуждение оттого, что Дион накопал, но его не было. Была лишь скука и желание, что бы всё это поскорее закончилось. Осталось три дня. А там маскарад, метаморф и создатель. И всё это на одну меня. Как-то многовато, вы не находите? Не то, чтобы я жаловалась, но хотелось бы чего-то более спокойного и нормального в своей жизни. Упорядоченного. Как-то так. Я расслабленно перебирала рукой волосы и отрешённо смотрела в никуда. Как же я устала думать. Нет, серьёзно, устала! Всё это время, я только и делаю, что думаю, да ещё иногда плачу и страдаю. Чувствуя себя при этом какой-то неврастеничкой. Мне нужно действие! Хоть какое-нибудь, но чтобы забыть о проблемах и просто жить. А, бестолковое самокопание. Лучшее, что я могу сейчас сделать, это сходить в бассейн. Мне нравится плавать, это приятно, хоть от воды и разит вонючей хлоркой.

В результате я до двенадцати плескалась в бассейне, каталась с горок, прыгала в волнах и приводила в недоумение окружающих, для которых бассейн – часть тренировок. После этого я поднялась в квартиру и достала постиранное бельё, быстро запихнув его в сушилку (да-да, и такая штука есть в моей новой квартире!), после чего отзвонилась Ангелу и сказала ей, что сегодня попрошу сделать переливание у медсестры, так как я обещала Диону его разбудить… да и высохшие вещи нужно будет погладить. Я на мгновение вспомнила, какой Дион всё-таки красивый. Эти мускулы… стоп. Вообще-то, нужно было сразу выпроводить его из квартиры, чтобы он переоделся у себя, а потом просто занёс ко мне вещи. Я про себя улыбнулась, хорошо, что такие умные мысли приходят всегда с запозданием.

***

Вот уже десять минут я стояла возле квартиры Диона и отчаянно пыталась до него дозвониться. Через полчаса у него доклад для совета, а он до сих пор дрыхнет! Чёрт, нужно было догадаться попросить ключи! И что теперь делать? Нет, в принципе, ничего страшного будет, если он проспит… по-моему… наверное… чёрт, я начинаю волноваться!

– Дион! Просыпайся, соня! – прокричала я, громко стуча по двери, – ты же доклад свой проспишь!

Из-за двери раздался приглушённый звук падения чего-то тяжёлого. Это не может не радовать! Дион всё-таки проснулся. Дверь неожиданно открылась, явив мне сонную физиономию вышеозначенного объекта. Объект был явно недоволен пробуждением.

– Доклад, – с улыбкой напомнила я, – ты просил тебя разбудить.

– Кхм, – Дион негромко кашлянул и пропустил меня внутрь, – спасибо.

– Да не за что, – пройдя в гостиную, я на мгновение опешила. Нет, я знаю, что такое квартира холостяка, но вот то, что предстало передо мной, было явно чем-то большим. В мои прошлые посещения квартиры всё было гораздо приличнее.

Повсюду были разбросаны вырезки из газет, какие-то счета и бумаги. На одной из стен на кнопки была прибита карта города с отмеченными местами убийств и фотографиями оных. Грязные носки вальяжно расположились рядом с набитой окурками пепельницей, а со стороны кухни несло таким амбре немытой посуды, что я невольно поморщилась. Дион перенёс разведывательный штаб из кабинета в квартиру. Вот и всё, что я могла подумать по этому поводу.

– В прошлый раз, когда я была у тебя, здесь было чище, – неловко сказала я, не решаясь сесть на диван, поскольку он весь был покрыт какими-то крошками и пятнами от пролитого кофе.

– Да? – задумчиво сказал он, оглядевшись по сторонам, – чёрт, и правда нужно прибраться.

– Хотя бы на кухне, – поддержала я его, – и не смотри на меня так! То, что я постирала твою одежду, ещё не значит, что я стала домохозяйкой! В конце концов, я же вампир! Вампиры не убираются в квартирах!

Парень смутился и отвёл взгляд.

– И не надо так виновато молчать, – я улыбнулась, – лучше выпей кофе, побрейся и отправляйся на доклад, – и я протянула ему пакет с выглаженной одеждой, – а я пошла.

– Ммм, спасибо, – пробурчал Дион, принимая вещи, – честно, спасибо. Последние дни были… суматошные…

– Да-да, – махнула рукой я, – понимаю. Кстати, а почему ты все документы перенёс сюда? Всё-таки у тебя есть кабинет...

– Я боялся, что метаморф может туда проникнуть, – серьёзно ответил он, – я не хочу, чтобы он был осведомлён о моей работе, так что я всё перенёс сюда.

– И, я так понимаю, вообще не выходил из квартиры? – растерялась я, – послушай, я, конечно, ценю твою преданность делу, но не до такой же степени.

– Не хочу, чтобы сюда заявился Палач, – Дион почесал щетину и прошёл на кухню, – кофе?

– Это из-за меня? – тихо спросила я, опустив глаза.

В ответ Дион только хмыкнул и принялся рыться в шкафах в поисках кофе.

– Не утруждай себя так, если мне суждено умереть, так тому и быть, – с легкостью в голосе, соврала я, – в конце концов, я убила человека, и из-за меня метаморф убил охотницу, есть повод для вины.

– Не говори так, – неожиданно спокойным голосом сказал Дион, доставая из верхнего шкафчика полупустую банку кофе, – никто не заслуживает смерти от руки Палача, особенно ты.

– Погоди, сейчас не время для такого разговора, – прервала я его, – тебе нужно быть собранным на докладе, а я… просто не хочу об этом сейчас говорить, ладно?

В ответ он только кивнул.

– Удачи на докладе, Дион, – сказала я и вышла из квартиры.

***

На улице ощутимо похолодало и я, пожалуй, в первый раз по-настоящему ощутила прелесть нового обличия. Мне не было холодно. Вернее не так, холод я ощущала… но как-то смазано, словно из-под плотной оболочки. Раньше, когда я была человеком, прихода зимы ждала с глубоким отвращением, так как холод буквально вымораживал изнутри. У меня начинали ныть кости, болеть запястья и общее самочувствие падало до состояния средней паршивости. Если долго находилась на морозе, то начинала чувствовать неимоверную усталость и вялость, сонливость и желание умереть, лишь бы попасть туда, где тепло. Вот что такое для меня зима, если конечно отбросить внешние её проявления, такие как слякоть, мелкий колючий снег, гололёд, а также обнажённые ветви деревьев, отвратительные, голые просторы, свойственные той местности, где я обитала. Проще говоря, зима вводила меня в ледяную депрессию, нет, не осеннюю хандру, сплин, а именно депрессию… ледяную, мрачную, холодную… Хорошо, что теперь я не замерзну зимой. Перескакивая через лужи, я попыталась добраться до своей любимой лавочки, но, к сожалению, потерпела неудачу, так как вокруг неё образовалась приличных размеров лужа, а сама она, не смотря на солнечный день, так толком и не высохла. Разумеется, я могла бы на ней устроиться, спокойно посидеть, насладиться ночной красой и прихваченной пачкой сигарет, так как заболеть мне не светит… но вот одежда не волшебная и имеет свойство пачкаться, так что я была вынуждена вернуться обратно на базу, хоть этого и не хотелось.

Дион ещё не скоро вернётся после доклада, да и скорее всего он вновь отправиться спать. Ангел находится в городе и вряд ли сегодня приедет навестить. Алиса и Кирилл опять на дежурстве и всё из-за метаморфа. С Владом я не хотела сегодня видеться один на один. Нет, он, в принципе, неплохой парень, но очень уж… волнительный что ли? Короче в его присутствии я чувствовала себя… виноватой. Но в чём моя вина? Поэтому нет. Коф вряд ли захочет со мной видится, в конце концов, я уже давно не прихожу на тренировки, так что при его отношении ко мне, я вполне могу получить от него по голове. Так что тоже отпадает. Кто остается? Агнесса? Она на докладе и нам с ней не о чём говорить. В результате таких измышлений я расстроилась. Получается мне банально скучно быть одной. И вот такой как я досталась вечность? Ха-ха, очень смешно.

Ещё немного поплакавшись о своей неудачной жизни и судьбе, я скачала себе пару фильмов на остаток вечера и углубилась в просмотр. Думать о чём-то серьёзном сегодня не хотелось. Слишком часто я это стала делать за последние месяцы своей жизни, это уже не приносит пользы, только вред. Единственное, что я действительно хотела, так это встретиться во сне со своим создателем и поговорить о том, когда он планирует навестить меня на физическом плане бытия. Это действительно важно!

***

Следующий день разбудил очередным стуком в дверь. И кого это принесло в… я мельком глянула на часы.. десять часов утра? Недовольно поморщившись, с отвращением «наслаждаясь» трелью дверного звонка, я всё-таки выбралась из постели и прошла в коридор. На интеркоме отобразилось лицо Диона. Выражение лица свидетельствовало о том, что у него есть какие-то важные новости. Я быстро посмотрела в зеркало, убедилась, что волосы не слишком сильно топорщатся в разные стороны, а ночнушка выглядит вполне прилично, я открыла дверь.

– Ну, и как ты думаешь, что решил Совет? – вместо приветствия, сказал Дион.

– Что они ничего отменять не будут? – раздосадовано пробурчала я.

– И правильно сделали, – улыбнулся он. Я посторонилась, пропуская его в квартиру, – и знаешь какой довод оказался решающим?

– Какой? – хмуро спросила я, проходя на кухню, чтобы приготовить кофе.

– То, что мы охотники. Среди нас, разумеется, есть те, кто считает, что наш долг состоит исключительно в охоте на сверхъестественных злодеев, но таких мало.

– Здорово, поздравляю, – невпопад ответила я, когда Дион замолчал.

– Ты не поняла, наш долг защищать людей от монстров. Если так поставить вопрос, то всё становится простым.

– Ну, замечательно, – раздражённо воскликнула я, – нет, я понимаю, что ты, может, просто не улавливаешь некоторые тонкости, но чтобы совет был таким… глупым, вот этого я понять не могу! И как вы с такими принципами умудрились дожить до сегодняшних дней?

Дион неожиданно поморщился.

– Ну, в принципе можно сказать, что мы… дожили… но, если говорить по правде, наш Орден уже был один раз почти в полном составе уничтожен… лет этак девяносто назад, – с досадой сказал он.

– И это вас ничему не научило? – спокойно спросила я, – совсем-совсем? Принцип меньшего зла тебе не о чём не говорит? Смерть охотников, защитников и смерть нескольких молодых девушек…

– София, есть одно обстоятельство, которое ты не учла, – мягко заговорил Дион, – бомба никуда не денется, если маскарад не состоится. Ему ничего не будет стоить направить своё оружие против людей.

Я растерянно замолчала, переваривая полученную информацию. По всему получалось, что Дион прав. И я действительно не учла бомбу в своих рассуждениях.

– Прости, – после недолгого молчания, сказала я, – вы оказались более дальновидными, чем я.

На мои слова Дион не ответил, только достал пачку сигарет, поудобнее расположился на диване и закурил.

– А что ещё вы обсуждали на совете, если не секрет?

– Всё то же самое, только в более больших количествах, чем мы с тобой, – ответил он.

– Ну, и, разумеется, меня, – я натянуто улыбнулась.

– Ммм…

– Можешь не отвечать на этот вопрос, просто скажи мне – всё плохо? – я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более спокойно.

Дион внимательно посмотрел на меня, прежде чем ответить на вопрос.

– София, никто не причинит тебе вреда…

– До того, как придёт Палач, – усмехнулась я, заканчивая разбираться с кофеваркой и разливая сей божественный напиток по чашкам.

– Ну, как бы да. Но, София, ты не понимаешь одной вещи. Если бы могли, мы бы не дали ему… убить тебя. Однако у нас нет над ним власти. Единственный человек, который может приказывать Палачу – это нынешний глава Ордена… а он, мягко говоря, очень жёсткий человек для компромиссов.

– Постой-постой, а кто-нибудь, кроме совета и живущих здесь, вообще в курсе о моём существовании? – нахмурилась я, – а то, как-то странно всё получается.

– Эм, – Дион тяжело вздохнул, – не все в курсе. Официально – тебя не существует. Неофициально существует проект по выяснению, как человек становится вампиром в… моральном плане.

– Вау, ребята, великолепную тему вы замутили, – ядовито воскликнула я, – да вы просто молодцы! Кстати, а каков конечный путь вашего эксперимента? Всё-таки моя смерть? Или что?

– Попытка адаптировать тебя под охотника, – Дион старательно отводил от меня взгляд, чувствуя вину.

– И поэтому ты со мной возишься? Поэтому Алиса, Кирилл и Влад со мной общаются? И Ангел? Это часть программы? Создание отношений в вашей среде, привязанностей? – продолжала наступать на него я.

– София! Не считай нас хуже, чем мы есть! – Дион наконец-то посмотрел мне в глаза. И в его взгляде была искренняя обида.

– Вспомни, как мы с тобой познакомились! Ты серьёзно считаешь, что это было частью плана? – он рывками затушил сигарету об пепельницу и встал с дивана. По нему было видно, что он уже давно хотел со мной поговорить об этом, но всё никак не решался. До сегодняшнего дня.

– Когда мне сообщили об эксперименте, я был против. Я просто не понимал, чего они хотят! У меня даже была мысль, что всё это они затеяли ради меня, – он остановился возле окна, наблюдая за хмурым осенним утром. В отражении стекла смутно отображалось его сумрачное лицо. – А потом пришла ты. И я понял, что всё это всерьёз. Ты бы видела себя со стороны! Маленькая, напуганная девочка с яркосветящимися глазами. По-твоему лицу можно было прочитать все эмоции! И это в очередной раз убедило меня в том, что не все сверхъестественные создания монстры…

– Видимо не один ты так считаешь, иначе ради чего был затеян этот эксперимент? – ровно сказала я, делая приличный глоток кофе.

Дион по-прежнему стоял у окна и наблюдал за природой.

– Есть и другой вариант – мы не справляемся. Мы всего лишь люди.

– Тоже вероятно, но, как мне кажется, если рассматривать этот эксперимент с этой точки зрения, то он заранее обречён на провал, – рассудительно сказала я.

– Почему?

– Потому что, если я правильно всё понимаю, «новорождённые» вампиры привязаны к своим создателям. Я же в своём роде уникум, – мне пришлось вновь ему соврать, чтобы… чтобы никто не узнал, что у меня есть создатель и что он рядом. Я не хочу, чтобы меня считали угрозой!

– И я не думаю, что все молодые вампиры так уж сильно были против своего обращения. Соответственно им нет резона охотиться на своих сородичей, – спокойным тоном закончила я и посмотрела на Дион. Господи, как он устал! Ему бы нормально выспаться, съездить на море, отдохнуть, а не вести серьёзные беседы с такой, как я.

– А это уже решать не нам, – Дион отвернулся от окна и внимательно посмотрел на меня, – и я не думаю, что совет не додумался до твоих выводов. К тому же я считаю, что эксперимент удался.

– Да? – иронично воскликнула я, – это так не выглядело, когда я обсуждала наши дальнейшие действия, стоя над «трупом» охотницы.

– Это просто твой характер. Твоя защита от плохих вещей, – он пожал плечами и вернулся обратно на диван. Дион с наслаждением принюхался к аромату кофе и, взяв свободную чашку, пригубил напиток.

– Не буду отрицать, – я несмело улыбнулась, вспоминая тот день.

– Так что мы имеем в итоге? – после непродолжительного молчания, спросила я его.

– В итоге всё очень просто. Послезавтра состоится маскарад, на котором мы поймаем метаморфа, допросим его и убьём, – бесстрастно ответил он.

– Великолепный план! Такой подробный! – съязвила я в ответ.

– Все подробности я скажу накануне маскарада, – Дион улыбнулся кончиками губ и одним глотком осушил чашку, – конспирация, сама понимаешь… к тому же есть ещё некоторые вещи, которые нужно уточнить…

– А что будет после бала? – я постаралась, чтобы мой голос не выдал моего волнения.

– Если всё пройдет удачно, то нас ожидают различные вкусные плюшки и мой долгожданный отпуск, – Дион на мгновение прикрыл глаза, как бы предвкушая пальмы, солнце, коктейли с зонтиками.

– Это тебя, а меня? – с нажимом вернула я его обратно на землю.

– Вероятно, тебя перевезут отсюда на главную базу, – Дион негромко кашлянул и отвёл взгляд.

– И зачем им это делать? – невозмутимо спросила я, делая очередной глоток кофе. Интересно, об этом говорил создатель во сне?

– Для исследования. Ты же хочешь узнать, почему ты стала вампиром?

– Я думала, что Ангел этим занимается.

– Она и занималась, пока не стало ясно, что она не справляется. Видишь ли в чём дело, ты вообще никак не отличаешь от обычного вампира. Разве только тем, что с момента твоего превращения ты испытала всего лишь один откат, тогда как молодые вампиры испытывают их гораздо больше и чаще.

– Странно, что мне об этом никто не сказал, – под нос пробурчала я.

– Далее, когда она получила твои медицинские документы, то по ним выяснила, что в твоей крови уже присутствовал паразит, правда в очень маленьких количествах.

Меня прошиб холодный пот. Лишь бы они не догадались! Я неосознанно принимала сторону своего вида, теперь пришло время окончательно в это поверить. Охотники, те, с которыми я общалась, казались мне хорошими людьми… но вся организация в целом? Я не могу быть уверена в том, что мои знания не навредят в будущем. Как говорил Кронос – меня ждёт очень долгая жизнь. Фундамент для неё нужно закладывать уже сейчас.

– И что это значит? – я сделала вид, что ошеломлена его словами. Эх, парень! Не стоит так пристально всматриваться в лицо девушки-вампира! Ты можешь увидеть в её глазах совсем не то, чего ты ждёшь!

– Понятие не имею, – покачал головой Дион и отвёл взгляд, – именно поэтому тебя и хотят отправить в главный исследовательский центр Ордена.

– Интересно получается… а если меня убьёт Палач… это же сильно помешает их планам? – возбуждённо прошипела я, внутреннее успокаиваясь – они не догадались… пока.

– Ну… им не обязательно, чтобы ты была при этом живой, – Дион вновь смутился.

– Всё нормально, этого следовало ожидать, – кивнула я, пытаясь показать, что мне всё равно, – кстати, а я, получается, после смерти не развеюсь симпатичной горсткой пепла?

– С чего бы? – Дион удивлённо уставился на меня, а затем на лице проступила тень понимания, – ты имеешь в виду как в фильме?

– Ну да, – я улыбнулась, чувствуя, как мрачная атмосфера в комнате стала постепенно сглаживаться.

– Нет, ты не развеешься, – Дион улыбнулся в ответ.

– Ну ладно, раз у тебя больше никаких новостей нет, и я так понимаю тебе помощь сейчас не нужна, так что на сегодня всё? – я решительно подвела итог нашей беседы. Мне не хотелось обсуждать с Дионом серьёзные темы, признаться честно, единственный… человек, с которым я была готова говорить – мой создатель, в конце концов, именно он меня во всё это втравил. Мы с Дион не так уж хорошо знакомы… у нас ещё не было ни одной нормальной беседы, чтобы сейчас мы могли поболтать на отвлечённые темы… ну разве только о погоде… смешно. Поэтому если мы с ним сейчас же не расстанемся, то обязательно затронем что-нибудь не слишком приятное, и моё хорошее настроение испарится… а мне этого не хотелось.

– А.. ну да, тогда спасибо за кофе, – кивнул он, соглашаясь с моим желанием, – если у меня появится какая-то важная информация, я обязательно сообщу. И ты тоже не молчи – если есть какие-нибудь интересные задумки, я живу в соседней квартире, – мы поднялись с дивана и направились в сторону выхода.

– Только не проси больше тебя будить, хорошо? – на прощание пошутила я.

– Не буду, – улыбнулся он в ответ.

После этого я быстро чмокнула его в щёчку и сделала вид, что не заметила, как он дёрнулся от моего прикосновения. Для него я по-прежнему вампир – то есть враг. Не смотря на наши отношения.

***

Только после его ухода из квартиры, я позволила себе выпустить наружу чувства и до боли закусить губу от расстройства. Если говорить начистоту, то я не хотела, чтобы бы между нами что-то… началось? Ведь положа руку на сердце – я признаюсь, что мне он симпатичен. Правда! И если бы я была человеком, а он обычным парнем, то я обязательно пригласила бы его в кино или в кофейню, чтобы узнать друг друга получше. Но этот вариант для другой жизни, не для этой. Здесь я уже совершила ошибку – не смогла проститься со своим прошлым и в результате погиб Дмитрий. Ведь он мне тоже был симпатичен, и как сейчас понимаю, когда он узнал меня – я была рада этому! Даже появились мысли, а вдруг что-нибудь да выйдет… что-то хорошее… а в результате он умер. И в этом виновата я. Вот поэтому я никогда не дам своей симпатии к Диону перерасти в нечто большее… просто сейчас очень обидно из-за его странного отношения ко мне. Ведь я помню, как всё начиналось, он был грубым и в какой-то мере жестоким, но постепенно его отношение стало меняться. А сейчас я даже не могу сказать, что он чувствует ко мне! Другом я не могу его назвать, скорее напарником, хоть и это слово с трудом подходит к нашим отношениям. Неожиданно я вспомнила, как Дион просил, чтобы я называла его Наставником. Эх, это было действительно очень мило. По-детски мило, как раз, чтобы я могла более легко адаптироваться к происходящему. Как в книге.

Однако хватит об этом. Я с наслаждением потянулась и улыбнулась остаткам запаха кофе. У меня сегодня хорошее настроение! Вы спросите почему? Потому что ночью вновь попала в то замечательное место, где есть туман, набережная и уютные столики кофейни… и я там была совершенно одна! Перед сном я думала о создателе, хотела с ним поговорить, но сон, в результате, прошёл в совершенном одиночестве и я счастлива от этого! Там был настоящий покой и умиротворение… я весь сон гуляла вдоль набережной, чувствуя себя самой спокойной девушкой на свете. Это не может не привести к хорошему расположению духа. В связи с этим сегодня я совершенно не была готова к каким-то активным действиям. Наверное лучшее, что я могла сегодня сделать – это проваляться весь день на диване за просмотром хороших фильмов, а вечером отправиться гулять вдоль озера или же в сосновом боре. Не хочу тревожиться больше необходимого. Послезавтра наступит час икс. Я уже давно думала о том, как мне нужно будет поступить и пришла к некоторым выводам. Например, я не могу сбежать раньше срока. Это было бы бесчестно по отношению к моим друзьям... да и вообще, меня здесь каждый день кормили кровью, не дали сойти с ума от осознания, во что я превратилась, дали ответы на многие вопросы, которые теснились в моей непутёвой голове. И из-за меня погибла охотница. Я не могу просто взять и уйти, хоть мне и страшно от незнания того, что будет. Бомба тоже сыграла свою роль в моих страхах. Но вот после поимки… даже если она не состоится – я уйду отсюда. Пока не знаю как, но уйду. Я хочу жить! Такое простое и понятное желание для каждого. Поэтому уйду. Не хочу оказаться на острие ножа Палача или в застенках лабораторий Ордена – и тот и другой вариант неприемлем для меня. Мне грустно оттого, что скоро расстанусь со своими новыми друзьями. С Дионом, с Ангелом, Алисой, Владом и Кириллом. Единственное, что я постараюсь унести с собой, так это память о них, о том, что они были в начале моего пути. Того, что они не отвернулись от меня – именно это и будет сдерживать во мне вампира – то, что материальные изменения не являются изменениями души. И какой я буду в будущем – зависит только от меня самой. Я грустно улыбнулась своим мыслям. Не знаю, каким будет путь, но то, что его пора начинать это точно. Быть ребёнком здорово, но не стоит задерживать детство дольше положенного, иначе можно нанести вред не только себе, но и окружающим.

Кажется, что такие мысли возникли в голове именно из-за сна, в котором я побывала. Именно из-за того покоя, что теперь плотно угнездился в моей душе. Мне нужна была эта тихая передышка перед будущим. Теперь я готова к чему угодно. Только не к смерти, разумеется.

«Идиоты, вы съели единственного человека, который крутит нашу пластинку!»

От смеха, я чуть не свалилась с дивана, когда в дверь раздался звонок. Я огорчённо поморщилась и поставила фильм на паузу. И кто это пришёл так не вовремя? Поднявшись с дивана, я прошла в коридор и открыла входную дверь. На пороге стояла Алиса и радостно улыбалась.

– Привет, ты чего так поздно и почему такая счастливая? – недоумённо спросила я, вспоминая нашу последнюю встречу.

– Тебя отпустили! – заговорщицки подмигнув, ответила Алиса и прошла в гостиную, – что смотришь? И почему без меня?

– Да так, фильм про вампиров… куда отпустили? – растерялась я.

– Гулять завтра в город, – пожав плечами, ответила она, – у тебя сигареты есть? Сегодня был очередной дурацкий обыск – всё изъяли. Это просто ужасно! По законодательству, мы совершеннолетние и имеем право курить, пить и… ну ты понимаешь, а они без разрешения вторгаются в наши квартиры и изымают…

– Алиса, ты мне зубы-то не заговаривай, – перебила я её, скрещивая руки на груди, – куда меня завтра отпустили?

– Какая ты сердитая, – с юмором поморщилась она, – радоваться нужно! А то тебя, после того, что случилось, вообще никуда не отпускают… или тебя это устраивает – сидеть тут целыми днями? Скука!

– Потому что я была виновата, из-за меня погиб человек, – стараясь быть терпеливой, ответила я.

– Ну да, ну да, – Алиса остановилась возле телевизора и пальцем провела по нему, – как у тебя здесь пыльно.

– Так что завтра-то?

– А? – она повернулась ко мне, сосредоточенно морщась, потом её лицо просветлело и она улыбнулась, – завтра мы идём сначала по магазинам, в отличие от тебя у меня костюма нет! Во-вторых, мы идём в кино, в-третьих мы идём кататься на Американских горках, ну это уже инициатива мальчишек, а в четвёртых завтра состоится концерт группы «Дом Кукол» и у нас есть билеты, ура! – на высокой ноте закончила она.

– Слушай, может, я чего-то не понимаю, но с чего такая программа?

– А тебе нужен повод? – удивлённо поджала губы Алиса, – нам всем нужно отдохнуть накануне... маскарада.

– А вам обязательно нужно идти? – тихо спросила я, отвернувшись к окну.

– Ну, праздник всё-таки, – за спиной раздался такой же тихий голос Алисы, – мы не можем струсить, потому что если струсим мы, то кто останется? Каждый из нас сам выбрал этот путь.

– А я вот боюсь, – я повернулась обратно к Алисе и грустно улыбнулась, – я не уверена, что если… бомба взорвётся, то я смогу остаться в живых.

– Какая бомба? – осипшим голосом спросила Алиса.

– Чёрт, – воскликнула я, – я не должна была этого говорить…

– Потому что я могу быть метаморфом, и это может помешать Дионовым планам? – Алиса вопросительно изогнула бровь и посмотрела мне в глаза, – значит бомба, вот что он задумал…

– Теперь, я надеюсь, ты не пойдёшь на маскарад?

– Отчего же, пойду. Это ничего не меняет, просто теперь я буду более внимательной, вот и всё… но насколько я понимаю, это секрет? И остальным я рассказать не могу, – задумчиво протянула она, – тяжело будет молчать, но я справлюсь. В себе, как ты понимаешь, я уверена… а вот в остальных… кто его знает.

– Кхм…

– Всё нормально, София, правда, я справлюсь! – улыбнулась она, – ты лучше скажи мне, как тебе идея насчёт завтра?

– А ваши занятия?

– Выходной. Завтра, послезавтра и послепослезавтра.

– Здорово, – кивнула я, стараясь не видеть, как лицо у Алисы помрачнело после слов о бомбе.

– Так ты идёшь?

– Да, разумеется. Нам и правда стоит развеяться перед маскарадом.

– Отлично, я зайду за тобой в двенадцать, хорошо? Вначале мы с тобой пойдём по магазинам, а потом к нам присоединяться мальчишки.

– Тогда до завтра, – и я проводила её до двери.

***

На душе было тяжко. Смутно как-то стало после недолгого разговора с Алисой. Я с раздражением посмотрела на экран телевизора, и, подумав, выключила его. Пропало хорошее настроение, как будто его и не было. Со злости бросив пульт от телевизора на диван, я уставилась на картину, висящую напротив меня. Синие волны абстракции с ядовито-зелёными проблесками олицетворяли тоску. Глухую, тяжёлую тоску, что угнездилась в моём сердце. Этот чёртов метаморф, да что же он задумал? Я не глупая девушка, я понимаю, что вероятнее всего мне ничего не грозит. Создатель бы этого не позволил. Отчего же так тяжко-то? За друзей своих? Да друзья ли они мне? Можно подумать, что я не вижу, как они вздрагивают, если я их касаюсь. Не вижу затаённого страха в глазах… но что я им сделала? Я же хорошая. От злости хотелось выть и что-нибудь со всей силы разбить о стену! А ещё лучше сбежать из этой душной, тяжёлой квартиры, от этих стен, что словно сдвигаются надо мной. Из этой клетки туда, на волю, в холодный и успокаивающий лес, где нет никого наделённого разумом. Прочь от этих сомнений, от этой лжи и чужих ошибок! Я ринулась к окну и со всей силы распахнула его, высунувшись наружу. Глубоко вздохнув полной грудью воздух, я подставила лицо ледяному ветру и закрыла глаза. Хорошо, свежо, хоть на мгновение отпустить бы себя в этот мир, без тела, без оков, что держат душу взаперти…

Резкая боль ударила по мне, как нож и я падаю назад, в комнату на пол. Мучительный крик, исторгается из горла и разносится по квартире. Откат. Второй в жизни откат. Судорога свела руки, отчаянно карябающие пол, оставляя после себя длинные царапины. Слух пропадает, вместо него остаётся комариный звон в ушах. В отдалении я слышу, как кто-то звонит в дверь.

– Помогите, – отчаянно хриплю я, но понимаю, что ни слова не говорю.

Боль приходит волнами, накрывая с головой. И я проваливаюсь в воспоминания о той, первой боли на полу старой кухни. Моё тело корчится, агония перерождения рождается в голове, но тело… оно симулирует повтор, остаточный эффект, откат. И я теряю настоящее.

Плоть от плоти. Кровь от крови. Слёзы на полу. Я, испытывая эту страсть, смотрю на своё тело со стороны и вижу: как лопаются глазные яблоки, как этот сок стекает по лицу. Как кровь хлещет из носа, из глаз, изо рта, из ушей… я вижу, как кожа шелушится, а волосы отходят от головы, обнажая лысый череп. Эта быстрая перемотка кадров, за счёт этого я вижу, как тело удлиняется, и слышу, как ломаются кости и в то же мгновение срастаются заново. Меняются черты лица, а руки трансформируются и на пальцах появляются когти. Мне сложно осознавать весь процесс, так как смотрю сквозь призму боли, я задыхаюсь из-за неё и вновь кричу, теряя картинку, возвращаясь в реальность.

Перед глазами тени, они движутся и видоизменяются. Боль постепенно уходит, оставляя за собой след усталости и глухого раздражения. Я чувствую, как кто-то касается меня и поднимает с пола. Этот кто-то вкусно пахнет, и я с трудом придвигаюсь к нему ближе, касаясь губами шеи. Я слышу, как что-то бьётся сильно-сильно. Как удары молота по наковальне – громко-громко. Аккуратно открывая рот, я касаюсь языком его шеи, а затем обнажаю клыки.

– Нет, София, нет! – я слышу сквозь туман отдельные, непонятные звуки, я не знаю, что они обозначают, потому что мне всё равно.

Меня пытаются оттолкнуть, и я выпускаю когти, чтобы вцепиться в это податливое тело. Я чувствую, как когти вспарывают кожу и запах становится сильнее. Упоительный, живой, как амброзия с привкусом цитрусовых фруктов и меди. Мы падаем вниз и я уже готова вонзить клыки в его тело, как зрение проясняется, и я вижу чужие глаза. Стального цвета глаза.

– Дион, – мои губы неловко выводят узор его имени.

И я падаю на него, уткнувшись головой в пол. Из груди раздаются сдавленные рыдания. Я чувствую их вкус на губах, солёные… смешанные с кровью слёзы. Неожиданно я чувствую, как он кладёт руку мне на спину и осторожно, словно я драгоценная статуя, нежно гладит, успокаивая.

Тишина становится оглушительной, сдобренной порцией судорожных всхлипываний и бессвязного бормотания.

– Прости, прости меня, пожалуйста, прости, – шепчу я. А он в ответ молчит и не убирает своей руки. Я слышу, как прерывисто он дышит, как тяжело вздымается его грудь и в воздухе до сих пор витает запах чужой крови.

Мы пролежали, обнявшись долго, бесконечно долго, прежде чем поток слёз иссяк. Наконец, я, тяжело подымаясь, буквально отползаю от него, касаясь спиной стены. Глаза закрыты, они слиплись от этих ржавых слёз. Я чувствую, как он поднимается следом за мной и наклоняется к моему лицу. Тихо, не произнося ни слова, он касается рукой моих губ, затем, не убирая руки, проводит линию до глаз. Я чувствую, как он вытирает пальцами глаза и отнимает руку.

– Тебе не за что извиняться, – хрипло прошептал он, – такая боль не может нести в себе вину.

И я открываю глаза, чтобы вновь столкнуться со сталью в его взоре. Мягкой, тёплой сталью. Мне вновь хочется плакать, но глаза сухие, в теле не осталось больше слёз.

– Почему это так больно? – всхлипываю я, – почему это так страшно?

– Рождение тоже сопряжено с болью и страхом, – отвечает он, отстраняясь от меня.

– В этот раз было сильнее, – я отвожу от него взгляд и оглядываюсь. Моя очередная квартира превратилась в место боя. Следы крови на полу, сломанный кофейный столик и глубокие царапины от когтей. А ещё выломанная входная дверь.

– Я заметил, – просто ответил он.

– Да уж, – вскинула я руки, указывая на обломки столика, – и что теперь с этим делать?

– Я попрошу, чтобы кого-нибудь прислали всё это убрать.

– Знаешь, в этот раз я видела своё превращение. Кусками и словно со стороны… но это было ужасно, – тихо проговорила я, – я всё чувствовала…

– Лучше поскорее забудь об этом, – ответил он, – это…

– Нет, я должна помнить, – я вскинула голову и посмотрела на Диона, – я должна помнить и чувствовать ту боль, которую принёс мой создатель! Каждую боль, потому что она была разной! Ты понимаешь? – я прикусила нижнюю губу, – то, через что я прошла… господи, если следующие откаты будут сильнее этого, я просто сойду с ума. Я даже не представляла, что боль может быть такой разной… такой жаркой, как огонь! Я сгорала в ней и рождалась вновь…

– Я не знаю, что тебе сказать, София, – спокойно ответил он, – мне жаль, что это с тобой случилось? Да, жаль. Я жалею, что мы не истребили вампиров…

– Не говори так! – воскликнула я, – нельзя мерить всех по их расе, их принадлежности к одному виду – мы все разные! Каждый из нас. И среди вампиров, и среди людей, есть как подлецы, так и хорошие люди.

– Как среди вампиров могут быть хорошие люди, если вы питаетесь кровью? – также громко воскликнул Дион, – человеческой кровью!

– И я тоже плохая? – я отшатнулась от Диона, недоверчиво уставившись на него, – ты это хочешь сказать? После всего, что было… – я вскочила на ноги и отошла от него подальше, – знаешь, возможно, ты и прав – я плохая! Я убила человека, выпила его кровь и тело выбросила в реку. Моя эмоциональность скачет как мячик, и я быстро забываю о смерти. И только что я чуть не убила тебя.

– София, я не то хотел сказать, – я увидела, как Дион с тяжестью стал подниматься на ноги, опираясь о стену.

– Я сильно ранила тебя? – моё раздражение пошло на спад, как только я увидела пятна крови на одежде Диона.

– Ну, скажем так, это было болезненно, – фыркнул Дион, и прошёл к дивану.

– Дай, посмотрю, – обеспокоенно сказала я, подходя к нему.

– Не стоит, со мной всё в порядке, – Дион попытался отстраниться от меня, однако я с лёгкостью преодолела сопротивление.

– Даже не думай, – строго сказала я, выпуская когти, – помнишь нашу первую встречу? Ты тогда ранил себя, чтобы проверить мою реакцию на кровь. Я не слечу с катушек, если увижу её. А вот с рубашкой придётся попрощаться, – я осторожно сняла с него куртку и принялась распарывать когтями ткань.

– Это я уже понял, – сконфуженно ответил Дион. Как ни старалась быть аккуратной, но всё равно, когда я снимала рубашку, он болезненно морщился.

Наконец, вся верхняя одежда оказалась снята и взору предстали раны, нанесенные моими же руками. Страшно признаться, но я ожидала большего. На теле было всего лишь несколько неглубоких порезов, расположенных в районе плеч. Также был небольшой порез на шее, вероятно, я всё-таки коснулась его клыками. Сильнее всего пострадали руки, в области предплечий. Я не медик, но догадывалась, что лейкопластырем и бинтами тут не обойтись – нужно зашивать.

– Ну что, Дион, звоним Ангелу или мне позвать медсестру с первого этажа? – виновато сказала я.

– Звони Ангелу, чем меньше посторонних будет знать о случившемся, тем лучше, – пробурчал в ответ Дион, рассматривая мои «подарки».

– Странно, а почему здесь никого нет? – задумчиво сказала я, смотря в сторону двери, – я точно помню, что кричала… и довольно громко, но пришёл только ты… почему?

– Потому что стены хорошие… и на этаже больше никто не живёт, – нехотя ответил он.

– То есть как это никто не живёт? Если я не ошибаюсь, здесь вроде было ещё несколько постояльцев?

– Приказ Агнессы – рядом с тобой никого не должно быть, во избежание… ну, ты понимаешь, – проворчал он.

– А, – протянула я, принимая правоту охотницы, – а ты почему остался?

– Ну, кто-то же должен за тобой присматривать, мало ли что? – и он картинно развёл руками, показывая на последствия моего приступа, – кстати, когда будешь звонить Ангелу, не забудь попросить её привезти кровь. Ты же проголодалась?

– Как ты узнал? – удивилась я.

– Твои глаза – они снова ярко пылают.

– И это показатель…?

– Того, что ты голодна. Я давно уже это заметил, – пожал плечами он.

– Ну, хорошо, что мы это выяснили. Признаться честно, я не обращала внимания на глаза. Мне вполне хватает того, что они жутко выглядят, – скривилась я.

– Звони Ангелу.

Дозвониться до девушки оказалось непросто, на это ушло минут двадцать. Быстро обрисовав ситуацию, я попросила её приехать как можно скорее, после чего положила трубку.

– Кофе? – с вялой улыбкой поинтересовалась я у Диона, стараясь не смотреть на его мышцы. Ну, что поделаешь – питаю я страсть к красивому прессу у мужчин. У всех есть свои маленькие слабости.

– Не отказался бы, – ответил он, щёлкая каналы по телевизору.

– Хорошо, – я поставила чайник на плиту. Сейчас мне совершенно не хотелось заниматься приготовлением хорошего кофе, да и растворимый не всегда плох. Я с огорчением посмотрела на входную дверь. Всё-таки старые привычки трудно изжить из себя. Например – закрывать двери. Сейчас я чувствовала себя непозволительно открытой. Это раздражало, так что я прошла в коридор и подняла её.

– Ты что делаешь? – недоумённо воскликнул Дион.

– Ставлю дверь на место, – прохрипела я, прислоняя дверь к проёму, – не волнуйся, мне не тяжело.

– Но зачем ты это делаешь? Я завтра оповещу рабочих, они установят новую дверь… да и потом, ты фактически блокируешь выход. Ангел же скоро приедет! – резонно возразил он.

– Ну и что, зато открытая дверь меня нервирует! – раздражённо выпалила я, наконец, вставляя дверь в проём так, как надо, – фув, закончила.

– Ну ладно, как хочешь, – пожал плечами Дион, возвращаясь к телевизору.

В результате, пока Дион наслаждался прелестями вечернего эфира, я занималась уборкой. Нужно было собрать в мешок бывший кофейный столик, вытереть кровь и кусочки стекла и, с сожалением, постоять над следами когтей на полу. Паркет безнадежно испорчен. Интересно, последующие жильцы этой квартиры будут знать о том, что здесь жила я? Или же придумают какую-нибудь душещипательную историю касательно этих отметин? Я про себя улыбнулась и пошла готовить кофе.

Ангел приехала спустя сорок минут после звонка и была весьма удивлена моими усилиями по передвижке двери.

– Что здесь произошло? – удивлённо воскликнула она, проходя в гостиную.

– То, что я уже сказала по телефону – откат, – проворчала я в ответ, – кофе будешь?

– Нет, спасибо, я перед выходом выпила, – несколько рассеянно ответила она, изучая следы на паркете.

– Хорошо.

– Так, вначале я займусь Дионом, потом уже тобой. Заодно и потренируемся с самостоятельным переливанием крови, – осматривая раны Диона, проговорила она.

– Спасибо за заботу, – Дион неловко улыбнулся.

– Спасибо за то, что был рядом с Софией во время приступа, – спокойно ответила Ангел, разбирая свой чемоданчик, – итак, вначале займёмся ранами на предплечьях, потом уже царапинами… кстати, а почему ты так… ранен?

– Я была не в себе после отката, набросилась на Диона. Чудо, что я вовремя пришла в себя и не сделала ничего непоправимого, – печально сказала я, отходя к окну.

– Всё хорошо, что хорошо кончается, – на секунду мне даже показалось, что она совсем не услышала, что я сказала, будучи полностью поглощённой штопкой ран.

– Ну да, – растеряно протянула я, пытаясь определить, как лучше сесть, чтобы воткнуть иголку в руку.

– Ты забыла жгут, – Ангел бросила взгляд на мои попытки, – хотя оставь, я потом сама всё сделаю.

– Хорошо, – я с облегчение отложила иглу. Ну, нет во мне желания протыкать себя! – послушай, а может мне просто разогреть кровь в микроволновке и выпить так? Меньше времени займёт...

– София, я не буду сейчас рассказывать об особенностях строения вампира, потому что я уже это делала. И не раз! И книги тебе давала! – серьёзно сказала Ангел, не отрываясь от процесса. Дион тактично молчал, морщась от боли и внимательно следя за руками Ангела.

– Поэтому я тебе просто скажу – будет плохо. Лучше посмотри на себя в зеркало и обрати внимание на верхние клыки.

Я подошла к зеркалу и открыла рот. Клыки, что с ними может быть не так? Ну, за исключением того, что они выдвигаются, когда я голодная… не, не так, когда я не просто голодная, но и нахожу в непосредственной близости от источника пищи. Ну, или когда сильно возбуждена.

– Прости, Ангел, я и правда забыла. Ты про эти присоски на внутренней стороне клыков, да? Как у пиявки?

– Да.

– И ты хочешь сказать, что я не пью кровь… а сосу её? – смутилась я.

– Да, и если ты будешь просто пить кровь, тебе это не понравится, потом будешь животом маяться. В финале ты будешь сытой, но какими усилиями, м? – улыбнулась Ангел, – а так кровь попадает прямо в вены и сразу начинает действовать.

– Ты хотела сказать, что она сразу попадает в пасть паразитов?

– Не просто паразитов, а того, что у тебя в спине.

Я непроизвольно дёрнулась. Когда мне не напоминают о его существовании, всё более-менее нормально, а так иногда пробирает дрожь.

– Ну, вот и всё, – Ангел улыбнулась Диону и стала убирать инструменты в чемодан.

– Спасибо тебе, – Дион кивнул Ангелу и поднялся с дивана, – думаю, мне стоит сходить к себе за верхней одеждой.

– Да-да, – кивнула Ангел, – а мы пока займёмся Софией.

– Эм, София, ты не могла бы мне открыть дверь? А то боюсь, если это сделаю я, швы могут разойтись.

– Конечно.

***

– Ну, теперь ты мне расскажешь толком, что у вас произошло? – спросила Ангел, когда я закрыла дверь за Дионом.

– Я же тебе вроде всё объяснила, – спокойно ответила я, – когда меня настиг откат, Дион ворвался в квартиру, чтобы помочь… хотя я не знаю, как именно… А я на него набросилась. Я была не в себе, как говорила раньше. Хотела вцепиться ему в шею, но меня вовремя отпустило и сознание прояснилось. Вот и всё.

– Не всё, потому что Дион умный парень и понимает, что ты была не ты. И твоя попытка укусить была вызвана откатом. Что произошло после того, как ты пришла в себя?

– Чёрт, ты всегда умела докапываться до сути, – усмехнулась я, внимательно наблюдая за тем, как Ангел протыкает мне руку.

– Так уж получилось. В конце концов, я врач, – Ангел подмигнула мне, а затем вновь стала серьёзной, – ты не уходи от ответа, а рассказывай. Дион скоро вернётся, а я не уверена, что у нас будет ещё возможность об этом поговорить.

– Почему?

– Потому что я не дура и прекрасно понимаю, что после маскарада независимо от того, как всё пройдёт – ты сбежишь отсюда.

– Как ты догадалась? – испуганно воскликнула я, невольно отодвигаясь от подруги.

– Потому что это я надоумила тебя так поступить, – спокойно ответила она, доставая из чемодана пачку сигарет, – будешь?

– Не откажусь, – растерянно ответила я.

– И всё-таки, что у вас произошло?

– Дион назвал меня монстром.

– Он так и сказал?

– Не совсем, он сказал, что все вампиры плохие, потому что мы пьём кровь. Понимаешь? Он сказал все! То есть и я тоже!

– Думаю, что он не это имел в виду.

– Слово не воробей, вылетит – не поймаешь! – горько бросила я, отворачиваясь от Ангела.

– Только не надо говорить поговорками, – сухо рассмеялась она. – София, мне кажется, или мы уже говорили об этом? Об охотниках и их отношении к сверхъестественному? Не стоит слишком сурово относиться к словам Диона, ведь важны его поступки! И поступки Алисы, Кирилла, Влада… мы рядом с тобой, мы тебя не бросили, так почему ты так легко обижаешься на него? И попрошу не забывать, что в тот момент он был явно неадекватен, учитывая через что ему пришлось пройти.

– Может потому что это правда? – я искоса посмотрела на Ангела. Её лицо выражало искреннюю заботу и участие, она не смеялась надо мной.

– А может потому, что ты относишься к нему несколько иначе? – мягко продолжила она. – Я вижу, как ты на него смотришь. Ведь, правда? И как он иногда смотрит на тебя.

– Не надо об этом, – оборвала я, – Ангел, ты замечательная девушка и хороший друг, но, пожалуйста, давай не будем об этом говорить.

– Хорошо, если ты ответишь на мой вопрос.

– Да, мне он нравится! – крикнула я, – и что с того? Другой парень, который мне нравился погиб от руки метаморфа, но по правде он погиб из-за его отношения ко мне! Я не хочу повторения истории. И тем более не хочу доказывать тебе очевидные факты. Как кто на кого смотрит – не важно, важно то, что я из-за отката чуть не съела Диона! Понимаешь? Я утратила над собой контроль!

– Не кричи, говори спокойно, – сдержано сказала девушка, – я понимаю, о чём ты говоришь, но ничем помочь не могу. И честно говоря, я считаю, что в произошедшем есть и его вина. В прошлый раз рядом с тобой никого не было и всё прошло… нормально.

– Если это можно назвать нормальным.

– Да, это нормально, потому что ты вампир. Новообращённый вампир, – Ангел провела рукой по волосам и потянулась за очередной сигаретой. Интересно, где пропадает Дион? Он живёт в соседнем номере, неужели так сложно найти чистую рубашку?

– Поэтому не будем заострять на этом внимание. Важно то, что он, понимая, что с тобой происходит, подошёл к тебе! И насчёт этого я с ним позже поговорю.

– Ты постоянно находишь мне оправдания, – грустно улыбнулась я в ответ, – интересно, если я кого-нибудь съем, ты тоже придумаешь веский довод, почему я это сделала?

– Не говори так! – раздражённо воскликнула она, – да что с тобой происходит? Что за настроение?

– Упадническое, – съязвила я, – не заметно? С часу назад я испытывала, скажем прямо – нечеловеческие боли! Есть повод для язвительности?

– Прости меня, – Ангел умерила свой пыл и нервно затянулась, – просто, когда ты позвонила, я по приезду ожидала…

В дверь раздался стук.

– Дион пришёл!

– Интересно, кто откроет ему дверь? – рассмеялась Ангел, указывая пальцем на капельницу.

***

В результате, Дион был вынужден отправиться обратно к себе, так как ему двигать тяжести в ближайшие несколько дней противопоказано, а Ангел не обладает достаточной физической развитостью, чтобы нормально сдвинуть дверь. Когда она ушла, я ещё долго сидела у окна, наблюдая за звёздами и добивая очередную пачку сигарет. Я долго не хотела ложиться спать, так как боялась ночных кошмаров с участием моего бывшего кухонного пола и меня самой. Но, памятуя о прошлом разе, я всё-таки ушла к себе в комнату, предварительно закрыв во всей квартире шторы – слепнуть вновь мне не хотелось. Интересно, ничего будет, если я не буду присутствовать при ремонте гостиной? Я не хотела пропускать шоппинг с Алисой и последующее веселье. Ведь я действительно очень давно не покидала пределов базы, и это угнетало. Не так сильно, как взаимоотношения с Дионом или предстоящий маскарад, но сидеть взаперти неприятно.

Глава 10. Прощание

– Что у тебя здесь произошло? – недоумённо спросила Алиса, осторожно проходя в гостиную, – ещё вчера у тебя был кофейный столик… и дверь не была выбита? – после этих слов Алиса увидела следы когтей и её брови поползли ещё выше, – и этого тоже не было!

– Откат, – просто ответила я, расчесывая волосы перед зеркалом, – а дверь выбил Дион, он думал, что меня здесь убивают.

– Когда ты говоришь про откат, я сразу вспоминаю наркоманов, уж не знаю почему, – задумчиво пробормотала Алиса, присаживаясь возле царапин и осторожно проводя пальцами по ним.

– Ну да, есть что-то общее. По крайне мере боль и чувство беспомощности, – я немного нахмурилась, пытаясь заставить свои глаза не светиться так ярко, – ну давай же, давай.

– Ты чего?

– Пытаюсь управлять своим телом, – рассеянно ответила я, – недавно прочитала в интернете, что вампиры могут гасить свечение своих глаз. Вот экспериментирую.

– Давай быстрее, у нас мало времени, – Алиса посмотрела на часы и перевела взгляд на меня, – может в другой раз? Сейчас лучше надень очки.

– Время только двенадцать! Мы же покупаем тебе платье, а не целый гардероб!

– Сразу видно – человек не привык ходить по магазинам, – усмехнулась она, – я хочу купить не просто платье, а маскарадное платье! Чувствуешь разницу? А к нему ещё нужно купить кучу разных аксессуаров. Нам предстоит мотаться по всему городу, прежде чем мы найдём что-нибудь нормальное!

– Чувствую, что я подписалась на что-то из ряда вон выходящее, – обречённо вздохнула я, бросая свои попытки.

– А то, – Алиса подмигнула и направилась к выходу, – и потом, тебе же нужно купить обувь и маску, раз уж у тебя будет просто красное платье.

– О, ты его не видела, это не просто красное платье, это ярко-алое платье, – проворчала я, неприязненно морщась, – ненавижу красный цвет.

– Привыкай, малышка, ты же вампир!

При этих словах Алисы, я невольно вздрогнула и уставилась на неё. Это просто оборот речи или что-то большее? Алиса шла впереди меня, насвистывая что-то себе под нос, явно не осознавая значение своих слов.

***

Много-много позже, когда мы, будучи нагруженные пакетами с покупками, сидели в небольшом уютном ресторанчике и попивая вкусный кофе, я спросила у Алисы, кем она хотела стать в детстве.

– Охотником, разумеется, – спокойно ответила она.

– И только? Странный выбор для ребёнка.

– Знаешь, я никогда особенно не вдавалась в подробности детства и юности, – она улыбнулась, помешивая ложечкой свой кофе, – вероятно, пришло время рассказать немного больше о себе:

– Мои родители были потомственными охотниками. Что отец, что мать. Они вместе учились в месте, похожем на нашу базу. Вместе росли, вместе учились и после охотились, поэтому неудивительно, что они влюбились друг в друга и со временем поженились. А потом на свет появилась я. По традиции, охотники не бросают дело ради детей, так что я видела их довольно редко. Однако росла счастливым ребёнком, потому что всегда была среди таких же, как и я. И в те дни, когда ко мне приезжали родители, мы всё время были вместе. Они были очень умными людьми, интеллигентными и культурно-развитыми. Это же они привили и мне. Мы часто посещали театры, оперу, ходили в музеи и на выставки. Когда у них был отпуск, ездили за границу, в самые разнообразные и интересные места на свете. Однажды, мы целый месяц прожили в Африке, наверное, это был самый удивительный период в моей жизни. Ты спросила, кем я хотела быть в детстве? Я отвечаю – охотником, таким же, как и родители, хоть они особо и не распространялись касательно своей… работы. Но был период, когда я хотела иного. Это случилось, когда мои родители впервые сводили меня в оперу, и я увидела симфонический оркестр в действии. Тогда меня просто заворожила работа дирижёра, как он управлял столькими людьми всего лишь взмахом палочки. Я видела, как рождается музыка, это было настолько пронзительно, что я забывала, как дышать! Дирижёр всё взмахивал и взмахивал… это было просто потрясающе для маленькой меня. Позже, когда я осталась одна в своей комнате, я включила классическую музыку, взяла в руки расчёску и, стоя перед зеркалом, стала взмахивать ею. Так продолжалось долгое время, я читала в интернете об известных дирижёрах, о том, что именно они заставляют известные композиции звучать по-новому. Открывают новые грани в музыке, наполняя их собственной страстью и душой. Признаться честно, я даже подумывала о том, чтобы поступить в консерваторию и стать дирижёром.

– А как к твоему увлечению относились родители?

– В этом они сильно отличались от остальных охотников. Ещё до моего увлечения, они провели со мной беседу касательно будущего. Они хотели, чтобы я сама решила, кем хочу стать. Сказали, что я не должна быть охотником, вернее защитником людей, если я этого не хочу. Что они поддержат как финансово, так и морально то, что выберу.

– Правильные у тебя были родители, – грустно сказала я, вспоминая свою ссору с отцом, когда я сказала, что хочу стать художницей.

– Да, – она светло улыбнулась, погружаясь ещё глубже в воспоминания, – а потом их убили. И все мечты пошли прахом.

– Как это произошло? – тихо спросила я, дотрагиваясь до руки Алисы.

– На задании, они получили неверную информацию о количестве демонов, – ответила она, – знаешь, в моей семье была традиция – перед каждым их отъездом, мы заказывали столик в нашем любимом ресторане. Это было нашим прощанием. Сама понимаешь почему. Я никогда не забуду тот день, когда мне сообщили об их смерти. Я сидела в классе, по-моему, на уроке истории Ордена. И в середине урока к нам зашёл Павел, заместитель главы местного совета. Когда он вошёл, я сразу всё поняла, – голос девушки задрожал, она вновь переживала тот день.

– Алиса, если ты не хочешь, можешь не рассказывать, – успокаивающе сказала я, сжимая её руку.

– Нет-нет, это было так давно, и… я хочу рассказать, – хрипло проговорила она и улыбнулась, – к тому же я уже всё рассказала. После того что случилось, моя жизнь переменилась. Родители оставили после себя небольшое состояние, которое полностью перешло ко мне. А также письмо, в котором они настойчиво просили следовать зову сердца, а не долга.

– Письмо? – удивилась я.

– Да, похоже, они перед каждым заданием составляли такое письмо на случай их смерти, – Алиса стала выводить пальцем узоры по столу, вероятно, она до сих пор хранит его, как память. – Я последовала их совету. Сердце выбрало долг, и я стала ещё больше вкладываться в учёбу, чем раньше. А также переехала жить на базу, так как была не в силах заботиться о доме, в котором выросла. Сейчас там живёт Ангел.

– Серьёзно?

– Мой дом находится неподалёку от Гостиницы, в которой ты жила, помнишь?

– Разумеется.

– Ну вот, так как Ангел проводит много времени там, то я предложила ей свои апартаменты, чтобы ей не приходилось каждый день мотаться из пригорода.

– Однако, – я сделала глоток вкусного кофе и посмотрела за окно. Опять дождь и холодный, пронзительный ветер. Серый сонный день в морском городке. Кто эти люди, спешащие в будний день по своим делам? Как они могут быть такими беззаботными? Здесь, за стеклом сидит вампир, который может разорвать их невинные шеи в поисках крови. Здесь на границе обыденности разыгрывается сверхъестественная трагедия, а они даже не знают об этом. Как легко не верить в меня и считать сказкой мою жизнь, запечатлённой на страницах книг или экране телевизора. Но я здесь! Я дышу тем же воздухом, что и вы! Смотрю на этот мир широко распахнутыми глазами, как и вы! Я реальна, как и мой мир, сокрытый в тени! И завтра, завтра он сделает очередной судьбоносный виток. Должно быть страшно, но страх не может соперничать с ледяным ужасом, что угнездился в сердце. Совсем недавно я и представить не могла, что попаду в это реальное/нереальное зазеркалье и буду в нём выживать. У каждой сказки есть свой конец, каким будет мой? На окне ленты дождя составляют свой причудливый узор, а над чашкой кофе клубится пар. Завтра надвигается с неумолимой скоростью времени.

***

– Так, кто идёт на Американские горки? – радостно поинтересовался Кирилл, вставая в очередь за билетами.

– Без меня. Мне и в жизни хватает экстрима, – звонко рассмеялась Алиса, поглощая огромный шар сахарной ваты.

– У тебя вата на подбородке, – сообщила я, с завистью наблюдая за процессом. Ненавижу быть вампиром! Я тоже хочу сахарную вату! А ещё попкорн, который остальные ели в кинотеатре и жареные рёбрышки в кафетерии после. Почему жизнь так несправедлива?

– Спасибо, – Алиса вытерла подбородок и огляделась. – О! Я пойду в зеркальную комнату, кто со мной?

– Я, пожалуй, на горки, всегда мечтала на них покататься… интересно, каково это будет… в моём нынешнем состоянии! – я присоединилась к Кириллу.

– Так, один есть, кто ещё?

– Горки, – уверенно кивнул Влад. Ах, да, мальчишки всегда доказывают если не окружающим, то себе, какие они смелые! Я про себя улыбнулась. Вроде взрослые ребята, охотники. Но всё время если не устно, то взглядами меряются друг перед другом. Смешные.

– Я в зеркальную комнату, – Ангел выбрала сторону Алисы. Признаться честно, я не ожидала, что она присоединиться к нам, но похоже кое-кому тоже нужен отпуск от пробирок.

– Итак, подведём итог: трое на горки, двое в зеркальную комнату, – Кирилл улыбнулся, доставая из кошелька деньги и протягивая их кассирше.

– Желаю удачно повеселиться, – крикнула на прощание Алиса.

– Встретимся возле касс, хорошо? – ответил Кирилл, и мы прошли за ограждение.

***

– Мне не страшно, не страшно… А! – и вагонетка отправилась вниз с высоты более пятидесяти метров. Это чувство полёта было просто непередаваемым! Обострённые чувства вампира «буквально» вырвали сердце из груди. Я прекратила дышать, поражённая скоростью движения. И вот, наша вагонетка влетела в мёртвую петлю, остановившись наверху. Я искоса посмотрела на Влада и громко рассмеялась из-за увиденного. Парень вцепился руками в ремни безопасности, его помертвевшее лицо выражало ужас, а глаза лихорадочно метались по конструкции горки, выражая крайнюю обеспокоенность её надежностью.

– Эй, ты как? – из-за ветра мне пришлось буквально кричать, чтобы он услышал.

Влад вздрогнул и перевёл на меня свой взгляд. Он хотел что-то сказать, но вагонетка тронулась, и мы вновь полетели вперёд.

– А! – я кричала от наслаждения и ледяного холода, который пробирал до костей. Обжигающее чувство восторга и яркости впечатлений полностью поглотили, так что я не сразу сообразила, что вагонетка замедляет свой ход, приближая конец аттракциона.

– Ну как, тебе понравилось? – спросил Кирилл, когда ремни безопасности открылись, и мы покинули вагончик.

– Это было незабываемо! – вскликнула я, пытаясь пригладить волосы, – особенно последняя горка! Когда мы с неё стали спускаться, по-моему, наша скорость была километров сто в час!

– Всё может быть, – рассмеялся Кирилл и посмотрел на Влада. Тот был в состоянии полной прострации и непонимания где он. Кирилл дружески хлопнул его по плечу.

– Эй, ты как?

– Что? – Влад недоумевающе посмотрел на Кирилла.

– Как тебе горки? Понравились?

– Это… было непередаваемо, – наконец, пробормотал он.

– Может быть, ещё кружочек сделаем?

– Нет! – чересчур громко крикнул Влад в ответ, – хорошего понемножку, иначе мой желудок расстанется со съеденными рёбрышками.

– Я тоже пас, – сказала я, чтобы поддержать Влада. Судя по выражению лица Кирилла, он был готов повторить только ради того, чтобы ещё больше напугать Влада. А тот, разумеется, не откажется, если пойду я.

Я не хотела, чтобы сегодняшний день омрачился стычками между парнями, поэтому благоразумно отказалась от катания, хоть мне безумно хотелось вновь взмыть к облакам. Я успокоила себя тем, что впереди меня ждёт вечность на подобные развлечения.

– Ну что, пойдём искать девушек, или ты пойдёшь ещё кататься? –поинтересовалась я у Кирилла.

– Нет, без вас мне там будет скучно, – огорчённо протянул он, обиженно посматривая на Влада. В сущности, между ними никогда не было вражды, да ещё такой… детской, скорее соперничество как у всех нормальных парней. Возраст обязывает.

Как ни странно, но возле касс девушек не было. Интересно, что можно делать в зеркальной комнате так долго? Я никогда не понимала этого бессмысленного кривляния перед зеркалами… а если учесть, что в этой комнате они вдобавок ко всему ещё и кривые… куда они пропали?

Спустя десять минут ожиданий, Кирилл не выдержал и позвонил Алисе на мобильный. И судя по диалогу, состоявшемуся между ними, девушки уже давно покинули зеркальную комнату.

– Ну, где они? – сразу после того, как он положил трубку, спросила я.

– Пошли встречать Диона, – растеряно ответил он.

– Что?

– Он захотел присоединиться к нашей прогулке, мол вечереет, мало ли что может случиться.

– Ага, в компании трёх охотников и одного врача, – я сразу поняла за кого может волноваться Дион.

– В компании студентов-охотников и врача, который не знает элементарных правил самообороны, – раздался голос сзади.

– И не мечтай! Я в вашу тренажёру ни за что не пойду! – раздражённо бросила Ангел.

– А вот и вы, – я повернулась к ним лицом и улыбнулась, – Дион, ты действительно думаешь, что здесь на нас может напасть…

– Маньяк-убийца, охотящийся на охотников? – предостерёг Дион, взглядом показывая, что не все осведомлены о существовании метаморфа. В принципе это было странно, поскольку в коридорах базы я уже не раз слышала упоминания о «новом» виде демонов и о связи с происходящими событиями. Ладно, после спрошу.

– Да…

– А почему нет? – флегматично спросил он.

– Ну, например, потому что мы в парке аттракцион, где полно народу… да и основные события будут…

На этом месте Ангел незаметно пихнула меня. Когда я хотела спросить у неё, зачем она это сделала, то девушка укоризненно посмотрела на меня, как бы вопрошая: «Ты что, намеков не понимаешь?»

Я перевела взгляд на Диона и про себя улыбнулась. Вероятно, действительно до меня всё доходит как до жирафа. А Дион просто хочет с нами развеяться, а ведь я своими словами могу обидеть его.

– Ладно, проехали, – я примирительно развела руками, – лучше пойдём, сыграем в тот Силомер!

– Хорошо, – кивнул Дион, улыбаясь кончиками губ.

Силомер был стилизован под Султана и был довольно высоким, метра три.

– Сейчас я вас всех сделаю, – злорадно улыбаясь, я со всей силой ударила кувалдой.

Аттракцион радостно запиликал, оповещая о моей безоговорочной победе. Судя по выражению лица хозяина аттракциона, он не ожидал, что я выиграю.

– Погоди, погоди, – воскликнул Кирилл и, забрав у меня из рук кувалду, прицельно размахнулся и ударил.

– Так не бывает! – вскрикнул он, когда шайба недобрала примерно полметра высоты.

– Бывает, бывает, – забирая свой приз из рук ошарашенного хозяина – плюшевого медвежонка, и тесня друзей подальше от аттракциона.

– Этот Силомер фальшивый!

– И как это ты догадался? – иронично бросила я, когда мы ушли на приличное расстояние. – Может ты это скажешь владельцу, чтобы окончательно поставить его в тупик?

– Кирилл, успокойся, – примирительно сказал Дион, видя, что тот намеривается вернуться к Силомеру, – если владелец и правда мухлюет, то возникает вопрос, как победила София?

– Чёрт, – от этих слов Кирилл ещё больше скис.

– Так что не будем возникать, а пойдём побросаем кольца, – похлопав по плечу Кирилла, воскликнула Алиса.

– Если это тебя развеселит, возьми мишку! – и я протянула плюшевую игрушку Кириллу.

– Нет, нет, спасибо, – отказался он, пробиваясь сквозь толпу к другому аттракциону.

– Надеюсь, сейчас нам попадётся более честный рабочий, – вполголоса сказала Алиса.

– Я постараюсь, – невпопад ответила я.

– Давай, Алиса, ты справишься! – воскликнула я, подбадривая подруга. Ей предстояла закинуть последний круг и тогда она выиграет, что девушка с блеском и проделала.

– Ура! Ну, Кирилл, что ты на это скажешь? – задорно воскликнула она, принимая игрушечного жирафа из рук продавца.

– Мы ещё посмотрим, кто кого, – парень хотел казаться хмурым, но было видно, что он рад за свою напарницу.

– Не расстраивайся, здесь ещё полно других аттракционов, – сказала Ангел, сжимая плечо парня, – к примеру, дартс, а ещё можно пострелять из ружья.

– Увольте, мы и так кучу денег сегодня просадили, к тому же, знаю я, что за ружья в парках развлечений. Старые, кривые и никуда не годные, буду я ещё на это деньги тратить, – фыркнул он и отстранился от Ангела.

– Сколько времени осталось до концерта? – поинтересовался Влад.

– Сейчас посмотрим, – Кирилл достал из кармана куртки мобильный телефон и посмотрел на часы, – ещё полтора часа, если мы хотим успеть купить билет для Диона, то самое время выдвигаться.

– Ну, тогда пошли, – сказала я, осматривая карманы своего плаща в поисках зажигалки.

– Держи, – Дион протянул мне свою, – может мне кто-нибудь расскажет, что это за группа?

– Вот в машине и послушаем, не знаю, понравится тебе или нет…

– Если не понравится, я просто не пойду на концерт, а вернусь на базу, – пожал плечами он.

Мы вышли за пределы парка развлечений, и подошли к парковке.

– Кто поедет со мной? – спросил Дион.

– Давай я, – я подошла к машине Диона.

– И я с вами, – сказала Алиса.

– По трое в каждой машине, – с улыбкой кивнул Кирилл, доставая брелок с ключами от машины, – вы главное от нас не отставайте, а то потеряетесь.

– Не волнуйся, не отстанем, – ухмыльнулась я в ответ, забираясь на переднее сидение.

– Так, где тут у тебя плеер?..

***

Как будто повезло –

Попутный ветер стих,

Мы будем всем назло

Живее всех живых,

Мертвее мёртвых, но

Прекрасней чем в кино.

Не говори мне – да,

Не говори мне – нет,

Нам на двоих с тобой –

Сто сорок тысяч лет.

Предательский рассвет,

Назад дороги нет.

( Текст песни группы Дом Кукол «Тише-тише»)

– Не сбежать от этой боли, – тихо прошептала я слова песни. Как будто в душу влезли и вытащили нутро наружу. А ведь группа даже не знает, насколько близки их песни. Как по тонкому льду. Я стояла возле сцены, закрыв глаза, полностью погружаясь в музыку. В голове невольно возникло сравнение между группой «Спящие куклы» и «Дом кукол», разумеется, общего между ними нет, разве только название, да и только, но в той и другой группе присутствовала какая-то неповторимая энергетика, заставляющая задуматься о собственной жизни. О том, во что она превратилась за последние несколько месяцев.

– София, ты тут как? – сквозь толпу ко мне пробралась Алиса, в своих руках она держала клубничный махито, и с удовольствием его пила. Ей пришлось кричать, чтобы я услышала её. Как будто я была человеком и не могла разбить окружающее пространство на составляющие и вычленить её голос из толпы. Я раздражённо поморщилась, вроде я уже говорила ей, что не нужно кричать, это что, так сложно запомнить? К тому же, теперь она не отстанет, пока не выяснит, всё ли со мной хорошо и не собираюсь ли я мимоходом кого-нибудь загрызть. Вот она, психология молодого охотника! Знать, что я вампир, ожидать от меня всяких пакостей, но при этом ни в грош не ставить мои способности к самоконтролю.

– Всё хорошо, – громко сказала я, наклоняясь к ней поближе, чтобы она меня услышала, – не нужно волноваться, возвращайся к ребятам, я скоро приду, как только у группы будет перерыв.

– Хорошо, – прокричала она в ответ и подняла большой палец вверх, показывая, что всё замечательно. После этого она скрылась в толпе.

Я вновь недовольно поморщилась и повернулась обратно к сцене. В это время группа начала петь новую песню.

Никуда не деться от тоски.

Не убьёшь, не спрячешь эту боль.

Ни чертям, ни братьям не должны,

Мы проснулись где-то под землёй.

Мы проснулись в жуткой тишине

Лебединый пух, колючий страх,

Вспоминай, хотя бы, обо мне

Сорок восемь стрелок на часах.

(Текст песни группы Дом кукол «Красота»)

Мне захотелось отвернуться от сцены и спрятаться, вновь стать маленькой-маленькой девочкой. А ещё лучше стать просто девочкой, у которой есть семья, друзья, школа или университет. Девочкой, которая пришла на концерт любимой группы вместе со своими друзьями, которая до этого весь день веселилась. И получала наслаждение от жизни даже в такой мрачный и холодный день, который может быть только в конце осени. Я хотела бы такого простого невинного счастья. Самое удивительное в этом то, что я бы действительно была счастлива, но если бы я прочитала о такой зависти на страницах книги или увидела бы в интернете, то раздражённо фыркнула и сказала бы, что это ерунда и лучше быть вампиром или кем-то ещё, чем просто человеком. Я бы говорила о том, насколько скучна и сера жизни на самом деле. Что это полотно, выполненное в чёрно-белых тонах, с редкими вкраплениями цвета, такими как этот день. А те, кто не являются частью простого, человеческого мира – счастливчики. Их жизнь яркая, мощная, не дающая заскучать. Она исключительна. Но только для тех, кто находится по другую сторону зеркала. Я тихо улыбнулась своим мыслям. Глупышки, я тоже могу испытывать скуку и тоску. Но чаще всего чувствую страх, граничащий с паникой. А ещё боль, как физическую, так и моральную. И одиночество, и непонимание со стороны окружающих. Ценность моей жизни в вашем понимании исчезает вместе с теми, кому можно об этом рассказать. Ведь когда ты мечтаешь о том, чтобы стать самым сильным, самым ловким, сверхъестественным, ты, в первую очередь, мечтаешь об этом для других. Чтобы тебе завидовали, чтобы тобой восхищались… чтобы ты не был одинок… но вместо этого, получая этот «дар», ты становишься ещё более одиноким, чем раньше. На века. И поэтому я горько смеялась, когда читала форумы о вампирах, созданные молодыми мальчиками и девочками. Глупцы! Радуйтесь тому, что вы можете быть не одинокими! Что если вы не будете тратить время попусту на досужие мечтания, то сможете чего достичь в жизни и быть счастливыми!

От таких мыслей я расстроилась и, пробираясь сквозь толпу, подошла к бару, чтобы заказать себе выпить.

– Тройной виски, пожалуйста, – прокричала я бармену, доставая деньги из кошелька.

– Что, песня расстроила? – возле меня возник, словно бы из ниоткуда, Влад.

– Да так, мысли разные в голову пришли, – я забрала стакан и сделала приличный глоток, – нужно от них избавляться, всё-таки сегодня веселимся.

– И поэтому ты весь вечер избегаешь нашего общества? – поинтересовался он, делая точно такой же, как и у меня, заказ. Напоминаю, у нас в вип-зале столик, было бы обидно им не воспользоваться.

– Да ладно, – пожала плечами я, доставая сигарету и раскуривая её. В это время группа закончила петь грустные песни и переключилась на что-то более жизнерадостное.

– Каждый имеет право на одиночество, к тому же, я хотела быть поближе к сцене.

– Не похоже, что ты фанат таких мероприятий, – с сомнением протянул он, – помниться в прошлый раз ты почти сразу сбежала из зала.

– Кхм, были причины, – я недовольно поморщилась, вспоминая тот вечер, – тогда я ещё плохо владела собой и своими способностями. Теперь всё нормально.

– Я надеюсь на это, – в его глазах промелькнуло нечто странное, мне показалось, что он хотел сказать что-то ещё, что-то важное, но всё быстро улетучилось, и тень пропала с его лица. – А в целом, как тебе этот день?

– Ну, было весело, – ухмыльнулась я, – особенно горки. Признайся, ты хотел бы это повторить? – подколола я.

– Как-нибудь в другой раз, – он скривился и одним глотком осушил стакан.

– Эй, полегче, – рассмеялась я, – кто машину поведёт? Когда я видела Кирилла в последний раз, он сильно налегал на спиртное, да и Алиса с Ангелом тоже.

– Нормально, – Влад отрицательно покачал головой, – алкоголь почти не влияет на меня. Правда, иногда я об этом жалею, – под конец, задумчиво пробормотал он, прикрывая глаза.

– Надеюсь на это, – кивнула я, – кстати, смешно получается, я вампир, но при этом не умею водить машину!

– У тебя вечность впереди научиться! – в ответ улыбнулся он, – ну что, пойдём наверх?

– Сколько сейчас времени?

– Полдвенадцатого.

– О, концерт скоро закончится, – огорчилась я, – и, соответственно, этот день тоже.

– Всё когда-нибудь кончается, – философски ответил Влад, – ну так что?

– Пошли, последние полчаса только для друзей, – мягко улыбнулась я, допивая виски и поднимаясь со стула.

***

Мы въехали на стоянку базы. Как-то так получилось, что в машине были только мы с Дионом. Ангел что-то бурно обсуждала с изрядно захмелевшим Кириллом и села к ним в машину. Судя по всему, сегодня она решила переночевать на базе.

– Прогуляемся? – неожиданно предложил Дион, когда мы припарковались.

– Думаю, что ребята будут не в восторге от этой идеи, – неуверенно сказала я, – ты же видел, что на улице сегодня пасмурно. Дождь, пускай небольшой, но всё-таки идёт.

– А кто говорит о них? Мне нужно с тобой поговорить. Наедине.

– Ладно, – растеряно согласилась я.

– Эй, мы решили на этом не останавливаться и продолжить в квартире Алисы! – возбуждённо сказал Кирилл, когда мы все вышли из машин, – сыграем в карты?

– Нет, ребят, идите без нас, – я покачала головой, захлопывая дверцу машины.

Судя по выражению лица Кирилла, он хотел сказать что-то не совсем приличное, но Ангел его резко одёрнула.

– Идите, если что, вы знаете, где нас искать, – с улыбкой сказала Алиса, и мы распрощались.

***

– Так о чём ты хотел поговорить? – настороженно спросила я, когда мы достигли берега озера.

– О том, что лучше не обсуждать в стенах базы.

– А что не так? Жучки, микрофоны, видеокамеры? – с усмешкой проговорила я.

– Всё может быть, – неожиданно серьёзным голосом ответил Дион, – сегодня утром я говорил с Агнессой. У нас состоялась весьма познавательная беседа о недопустимости таких близких отношений, которые сложились у нас с тобой и с другими.

– Да неужели, – я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более равнодушно, – а мне казалось, что в этом и состоит цель эксперимента, разве нет?

– Не в этом суть. Агнесса намеками дала понять, что ей что-то известно.

– Например?

– О том, что ты вряд ли поедешь в исследовательский центр.

– Она знает о моём будущем побеге? Но откуда?

– Вот это я и хотел бы понять. Поэтому наш разговор здесь, а не в твоей квартире.

– Я бы почувствовала слежку, – уверенно сказала я, – ты же помнишь, когда я совершила убийство, я точно знала, где его… нужно совершить, чтобы не быть замеченной камерами.

– Это была не ты, а паразит внутри тебя, – возразил Дион, обшаривая карманы своей куртки в поисках сигарет.

– Неважно, я бы почувствовала! – я протянула ему свою пачку и мы закурили.

– Но осторожность не помешает.

– Ладно, так о чём ты хотел со мной поговорить?

– Маскарад завтра, – устало проговорил он, тяжело затягиваясь, – завтра всё решиться. Насколько я понимаю, ты ещё не знаешь, как именно совершить побег?

На самом деле я знала. Знала, что придёт создатель, что он точно знает, где я нахожусь. Это одна из сторон нашей связи. Так что мне не сбежать. В очередной раз пришла в голову мысль, почему я до сих пор никому ничего не сказала?

– Раньше я никогда не сбегала, так что у меня нет в этом опыта.

– Тебе повезло, что у тебя появились здесь хорошие друзья, которые знают, что нужно делать, – усмехнулся он, – теперь слушай внимательно. Мы сбросились и набрали некоторую сумму денег, которая поможет тебе в ближайшем будущем. Далее я добыл для тебя поддельные документы весьма хорошего качества, единственное – тебе придётся отрезать свои волосы, чтобы выглядеть как на фотографии. Документы и деньги, а также комплект сменной одежды, храниться в камере хранения центрального аэропорта. На тот случай, если тебе придётся бежать с маскарада.

– Дион, – ошеломлённо прошептала я.

– Подожди, слушай дальше, – он негромко кашлянул и продолжил, – когда поедешь в аэропорт, лови обычную машину, не такси и не метро. На выходе загипнотизируй, чтобы не платить денег. И вообще, постарайся как можно чаще использовать свой талант, чтобы не тратить деньги. Они тебе ещё пригодятся. Если я правильно понял, ты чувствуешь, когда на тебя направлены камеры?

Я кивнула. В этом я смогла убедиться, когда мы развлекались в городе.

– Отлично, используй это, чтобы как можно более незаметно достигнуть камер хранения. Заберёшь вещи и сразу в туалет, чтобы переодеться. Далее, покупаешь билет на ближайший рейс неважно куда. По приезду, быстро покидаешь аэропорт и пересаживаешься на поезд. Твои документы подразумевают свободное перемещение, так что с этим не будет проблем. Сейчас я не буду говорить конечную точку назначения, об этом будет написано в письме. Главное, чтобы между этим городом и конечным, было как можно больше перелётов и переездов. Если захочешь, воспользуйся услугами автобусов и автостопом. Больше шансов затеряться. И гипноз, он твой главный козырь.

– Дион, это…

– Лучшей благодарностью будет, если ты останешься жива, – вновь оборвал он, – есть вопросы?

– У меня только один… питание… как быть с ним?

– В камере хранения есть переносная капельница, но кровь… сама знаешь, какая охрана в аэропортах, проблем будет много с хранением и так далее… в каждом городе тебе придётся воровать её.

– Не убийца, но воровка.

– Такова жизнь, надеюсь, что у тебя получится это, – жестко сказал он, – потому что в противном случае, ты вновь станешь…

– Монстром, – закончила я за ним.

– Да, и тогда именно мне придётся убить тебя, – Дион посмотрел мне прямо в глаза, – не разочаруй меня, София.

– Я смогу, верь мне, – тихо ответила я, – у меня просто нет другого выхода.

Я бросила сигарету на землю и осторожно подошла к Диону. Когда же он не отшатнулся, я крепко обняла его, прижавшись не телом, а душой. Мне было нужно почувствовать чужое тепло, чтобы хотя бы на миг согреться от холода одиночества. И больше всего я боялась, что он отстраниться. Но вместо этого, он сам обнял меня за талию. Мы стояли, плотно прижавшись друг к другу и слушали биение наших сердец. А затем пошёл дождь, со всей силой уходящей осени. Я убрала голову с плеча Дион и легонько коснулась его губ. Мне хотелось этого больше всего на свете. И он ответил на мой поцелуй.

Мы касались друг друга с величайшей осторожностью, боясь упустить этот момент. В поцелуе не было той страсти, что свойственна юным влюблённым, в нём была особенная осенняя бережливость. Прощальный и первый поцелуй. Мы касались того, что никогда не случится между нами. С горечью на губах. Закрытые от всего мира пеленой тумана и дождя, здесь на берегу озера, мы плакали в объятиях друг друга. Было очень тихо, а мне хотелось до хрипоты кричать.

***

Как сомнамбула я вошла в квартиру, не видя и не слыша ничего вокруг. Мне было холодно, гораздо холоднее, чем, если бы я просто замёрзла. Негнущимися пальцами, я закрыла за собой дверь и прошла в гостиную. В первую минуту, я даже не поняла, что неправильно в ней. Потом я прозрела и увидела на своём новом кофейном столике большую подарочную коробку чёрного цвета с ярко-красным пышным бантом. Прошло несколько минут, прежде чем я поняла, что нужно открыть подарок.

Аккуратно развязав бант, я подняла крышку от коробки и заглянула внутрь. Панический вопль отразился от стен, прежде чем я закрыла рот рукой и рухнула на пол. В коробке лежала простая чёрная маска.

***

– Что за глупые шутки устроил этот метаморф? Зачем он проник в мою квартиру и положил туда этот подарок? – зло крикнула я создателю, который в это время с невозмутимым видом сидел за столиком кофейни и пил… не будем говорить, что он пил из чашки.

– И какого черта ты опять заявляешься сюда? Ты же присылал мне сны на протяжении множества недель, почему ты перестал присылать их и стал заявляться сюда? – продолжила я.

– Ты стала старше. У тебя больше не будет других снов, кроме этого, – равнодушно ответил он.

– Великолепно. Тогда избавь от своего присутствия, чтобы я могла насладиться этим сном.

– Позже.

Я огорчённо вздохнула и огляделась. Сегодня я хотела дойти пешком до маяка и забраться на самую верхотуру. Почему-то я была уверена в том, что там ждёт роскошная комната с большой и мягкой кроватью, красивый камин и мольберт. Но вместо этого я опять сидела на веранде кофейни в обществе безликого мужчины, моего создателя.

– А что насчёт метаморфа?

– Он хотел сделать тебе приятно. Разве выбранная им маска оказалось плохой?

– Мне не нужны его подарки. Завтра я убью его, – пренебрежительно ответила я.

– Как тебе будет угодно, он не настолько ценен, чтобы за него сражаться. Но я бы предпочёл, чтобы он остался в живых. Никогда не знаешь, кто тебе может пригодиться в будущем, – философски ответил создатель, приложившись к чашке.

– Твоё желание отклонено, – язвительно ответила я.

– Это будет интересная встреча, дорогая моя, – я почувствовала, что он смеется надо мной, но, по правде сказать, мне было всё равно, лишь бы он убрался отсюда.

– Что на этот раз тебе от меня нужно?

– Я просто заскочил повидать тебе, узнать, не передумала ли ты пойти со мной по доброй воле? – я почувствовала на себе его пристальный взгляд, после чего он глубоко вздохнул, – но, к сожалению, я вижу, что нет. Что ж, так тому и быть.

– Теперь ты уйдёшь? – с надеждой спросила я.

– Да, и напоследок хочу попросить быть как можно более осторожной. Завтра тебе предстоит тяжёлый день и не менее тяжёлая ночь среди охотников, опытных охотников. Как думаешь, что они сделают, если увидят тебя без маски и поймут, кто ты? – после этих слов он растаял в воздухе.

Глава 11. Спящая кукла

И опять моё пробуждение состоялось от звонка в дверь. Это было уже не смешно. Во сне я даже не успела дойти до маяка, не говоря о большем. В принципе мне понравилась прогулка, она опять успокоила сердце и охладила разум. Теперь я была готова встретиться лицом к лицу со всем, что будет в этот день.

– Алиса? Ты чего так рано? – удивилась я, увидев на пороге квартиры свою подругу.

– Время половина двенадцатого! Это не рано, а поздно! Нам столько всего нужно сегодня сделать, – радостно воскликнула она в ответ, – к тому же я принесла тебе кое-что.

– Проходи в дом, – я пропустила её внутрь, а сама пошла на кухню, – чай, кофе?

– Как обычно – кофе, сегодня нужно быть бодрой.

– Так что ты мне принесла?

– Эм… твой завтра, – Алиса смутилась, ставя на пол небольшой чемоданчик.

– Значит кровь, что ж… спасибо, хоть и немного странно. А где Ангел?

– Она поехала домой, ей нужно закончить кое-какие дела, так что мы встретимся только на балу.

– Слушай, тебе не обязательно было приносить мне кровь, я могла бы… поесть и у медсестры, – сказала я, включая кофемолку.

– Кхм, – Алиса негромко кашлянула, – понимаешь, Дион просил тебя сегодня не выпускать из квартиры… во избежание всяких недоразумений.

– Много охотников приехало? – спокойно спросила я, вспоминая слова создателя и, параллельно, оценивая, насколько шумной стала база за последние несколько дней.

– Да…

– Я понимаю и обещаю, что вплоть до маскарада не покину квартиры.

– Хорошо, – Алиса облегчённо выдохнула и закурила.

– Какие у нас планы на сегодня?

– Прежде чем будем обсуждать планы, держи, – и она положила на кухонный стол небольшой ключик с номером, – думаю тебе не надо объяснять, что это такое.

– Ты права, – я кивнула и забрала ключ от камеры хранения.

– Так, из дел у нас на сегодня – хорошо выглядеть на балу. В отличие от тебя, мне для этого потребуется весь день.

– Не говори глупостей, ты очень красивая! – возмутилась я.

– Спасибо за комплимент, но факт остается фактом… по крайне мере было бы глупо не предстать на маскараде во всей своей красе.

– Я в этом участвовать не буду.

– Я же уже сказала – тебе и не нужно! Конечно, я принесла немного косметики… ну там, глазки покрасить, губы… да и прическу нужно сделать…

– Алиса, – прошипела я, – не буди во мне зверя, ты же знаешь, как я не люблю все эти процедуры! По-моему вчера я ясно дала понять, как я ко всему этому отношусь!

– Я по минимуму! – Алиса примирительно вскинула руки.

– Слушай, я бы всё поняла, если бы это был обычный бал… или выпускной. Но это маскарад охотников! И наша цель не выглядеть как супермодель, а поймать метаморфа! И обезвредить бомбу. А самая главная наша цель – это остаться в живых! И, как ни странно, это лучше получается, если на тебе нет двадцатисантиметровых шпилек!

– Но это не повод выглядеть плохо! – всё ещё сопротивлялась Алиса. После этого она резко помрачнела. – К тому же, лучший способ убить время, это заняться хоть каким-нибудь делом.

– Ладно, будь по-твоему, – сдалась я, чтобы Алиса улыбнулась, – ты лучше расскажи мне, как вы вчера вечером повеселились?

***

Спустя приличный отрезок времени и когда Алиса давно уже ушла к себе наряжаться, я стояла перед зеркалом, в том самом красном платье. Оно мне не нравилось, хоть и было прекрасным. Моя талия оказалась заключена в длинный изящный корсет, который треугольником заканчивался на широкой юбке. Развлечения ради, я немного покружилась, в результате из-за ширины низа платья, оно сильно поднялось вверх. Остановившись, я вновь уставилась в зеркало. Никто не спорит, оно действительно шло, но цвет… да и декольте можно было сделать не таким глубоким… хорошо хоть корсет не сдавливает сильно рёбра. Ещё меня порадовала скрытая молния сбоку, благодаря ей мне не пришлось вызывать Алису с просьбой помочь… знаю я её помощь. Я тихо рассмеялась. Однако не время расслабляться, скоро должен прийти Дион. И мы отправимся на Ежегодный Маскарадный Бал. Недовольно поморщившись, я отправилась пить кофе. Вот, кстати говоря, ещё одна странность – кофе и правда действовал на меня. После небольшой чашечки, я становилась значительно бодрее, чем до неё. А вот алкоголь действовал только в больших порциях и сильной крепости, да и то недолго.

В дверь позвонили. Я ещё раз окинула себя критическим взглядом и, оставшись довольной увиденным, отправилась открывать.

– Хорошо выглядишь, – поражённо воскликнул Дион, когда я появилась на пороге.

– Спасибо за комплимент, – я неловко сложила руки на груди и посторонилась.

– А что это ты с собой принёс? – удивилась я, когда он внёс в квартиру какой-то большой свёрток.

– Я искреннее надеюсь, что не понадобится, – немного помялся он, извлекая… меч из свёртка.

– Меч? – скептически вопросила я, изогнув правую бровь, – ты это серьёзно? В двадцать первом веке меч?

– А что тут такого? – пожал плечами он, – единственный надёжный способ убить… монстра, это отрубить ему голову. Стопроцентный.

– И ты думаешь, что он будет просто стоять и смотреть, пока ты будешь ему её рубить? – рассмеялась я.

– Не я, а ты. Для меня этот меч и правда бесполезен, я недостаточно быстр для него, а вот ты…

– Достаточно глупа, чтобы им воспользоваться?

– Нет, достаточно быстра. Возьми его и скажи мне, что он для тебя тяжёлый, – и он протянул его.

Взяв меч в руки, я с удивлением обнаружила, что с виду тяжёлый и неповоротливый, он оказался лёгким как пушинка. Но в целом он производил впечатление своими размерами. Обоюдоострый железный меч с бронзовой треугольной рукоятью. Вдоль лезвия шла какая-то надпись, похоже на латыни.

– Что здесь написано?

– «Мы всегда рядом». Стандартный девиз нашего Ордена. Кто знает, тот поймёт кому принадлежит этот меч, кто не знает, подумает о чём угодно, но не о нас.

– Понятно, – и я вновь присмотрелась к мечу. Судя по всему, его уже не раз использовали в деле, так как я чувствовала лёгкий запах крови, идущий от меча.

– Откуда он у тебя?

– Взял у Кофа, – Дион принял из моих рук меч и завернул его обратно в свёрток, – он был весьма удивлён тем, что ты так и не поговорила с ним и просто забросила тренировки.

– Они бессмысленные. А Коф ведёт себя так, будто бы я монстр, готовый убить его в любой момент. Я просто устала находиться рядом с этим комком нервов.

– Это твоё дело, не моё, – пожал плечами Дион.

– Ну, что, по кофейку и пойдём? – я неловко прервала возникшую паузу.

– Да, давай. С остальными мы встретимся уже на маскараде.

– Ты не видел Ангела сегодня? – поинтересовалась я спустя пять минут, разливая кофе по чашкам, – я сегодня пыталась до неё дозвониться, но никто не брал трубку.

– Нет, не видел, – пожал плечами он, – она, наверное, либо закопалась в своих исследованиях, либо отсыпается после вчерашнего.

– А если с ней что-то случилось?

– Не думаю, ведь ребята видели её утром, и всё было в порядке.

Но плохое предчувствие так и не покинуло моё сердце.

– Постой, но ты же не думаешь, что метаморф? – рассмеялся Дион.

– Нет, конечно, – возмутилась я в ответ, осторожно закуривая сигарету, чтобы не размазать помаду, – человека подменить можно, но вот умения его? Думаю, что вряд ли. Она же врач и почти каждый день делала мне переливание. Я бы быстро раскусила метаморфа, если бы он стал ею.

– Ты знаешь, после вчерашнего я задумался над нашим предположением касательно того, что метаморф завладел телом одного из нас. Неоднократно ребята обсуждали вещи, которые происходили задолго до теперешних событий, и каждый спокойно поддерживал беседу. Может быть, я ошибся?

– А я думаю, что нет, – тихо ответила я, вспоминая слова создателя.

***

Много позже, в машине.

– Чёрт, совсем забыл, это тоже тебе, – Дион достал из кармана куртки мобильный телефон-раскладушку.

– Сегодня мой день рождения или я что-то пропустила? – рассмеялась я, – меч, мобильный, ключ…

– В телефоне есть все наши номера, включая Агнессу и ещё пары человек из совета, на всякий случай, – продолжил он. – София, не нужно так нервничать, всё в порядке, сама подумай, там будет около сотни охотников и всего один метаморф.

– А я и не нервничаю, – соврала я, стараясь прогнать нехорошее предчувствие куда подальше, – я просто волнуюсь за Ангела. Перед выходом, я ей опять позвонила, и тишина. Беспокоюсь.

– Может она уже на месте. Позвони сейчас, в этом телефоне есть все её номера.

Я сделала, как он сказал, но всё равно не смогла до неё дозвониться.

– Успокойся, приедем на место, поищем её внутри. Если что, я всегда смогу сгонять к ней домой и в гостиную.

– Спасибо, – ответила я.

– Так, а теперь слушай внимательно план действий. Во-первых, мы разделимся, потому что я думаю, вряд ли метаморф подойдёт к тебе, если я буду рядом. Твоя задача – не привлекать к себе внимание и быть настороже. Я буду за тобой следить. И ещё одно, постарайся ни с кем не разговаривать. Это может осложнить дело, да и…

– Не все охотники в восторге от меня? Я знаю, – нерадостно воскликнула я.

На эти слова Дион ничего не ответил, лишь внимательнее уставился на дорогу.

– Эй, всё в порядке, – я дотронулась рукой до его плеча. Дион дёрнулся, и я убрала руку,

– Не волнуйся за меня, всё будет хорошо, – хрипло проговорила я.

***

Когда мы подъезжали к месту проведения маскарада, я надела маску, подаренную метаморфом. Незачем лишний раз нервировать охотников. Мне пришла в голову мысль, что на любом другом мероприятии охотников, мне было бы гораздо сложнее, так как все знали бы, кто я. А маскарад – поди догадайся, что сокрыто под маской. Я покосилась на Диона. Парень надел белую рубашку, фрак, галстук-бабочка, кожаные перчатки и чёрный цилиндр. На лице маска, почти точная копия моей. Ах да, белая рубашка была забрызгана красной краской. Я так и не поинтересовалась, кого он изображает. Хотя догадаться не трудно.

– А вот и вы, – радостно воскликнула Алиса, когда мы вышли из машины.

Девушка была одета в костюм ведьмы: простое чёрное платье с серебристыми пауками по бокам, ожерелье в виде паутины и остроконечная шляпа. И, разумеется, маска. Кирилл, не мудрствуя лукаво, выбрал костюм Зорро, он даже раздобыл себе красивый декоративный кнут и игрушечную шпагу. А вот от Влада, я ожидала большего, однако он предпочёл не выделяться и надел классический смокинг, галстук-бабочка и черную маску, прикрывающую только глаза.

– Какие вы все красивые, – улыбнулась я в ответ, – а где Ангел?

– Я думала, что она поехала с вами, – недоумённо сказала Алиса.

– Нет, – и я выразительно посмотрела на Диона.

– Давай не будем торопиться с выводами, может быть она уже внутри.

– Подождите, когда она уходила от нас сегодня утром, то выглядела нездорово, может она заболела? – сказал Влад.

– Да? – нахмурился Кирилл, – может быть, хоть я и не заметил, что она больна.

– Тогда почему она никого не предупредила о том, что заболела? И на телефонные звонки не отвечает? – я несогласно покачала головой.

– София, у нас нет на это времени, скоро начнётся маскарад, нам нужно поспешить, – торопливо проговорил Дион, поглядывая в сторону здания, – я же обещал, что если мы её не найдём, я съезжу к ней домой.

– Хорошо, – сдалась я, и мы прошли внутрь.

***

В голове царило воспоминание об одном из первых снов, которые прислал создатель. Яркие, сочные краски, невиданные и многообразные костюмы и платья. Пение скрипки, пианино, флейты… словом ничего общего с тем, что предстало передо мной. Общее впечатление от маскарада – это мрачность. Малое количество людей делало этот зал огромным. Не улучшало картину и то, что все рассеялись маленькими группками. Может, дело в том, что не играет музыка? И соответственно то, что никто не танцует? Но, к сожалению, я слышала, что обсуждали здесь люди. Многие не видели друг друга целый год или больше, они вспоминали павших, обсуждали свои ранения и то, что впереди ждёт их. Другие говорили обо мне и о метаморфах. Они клялись друг другу, что убьют меня и не верили в то, что я не монстр. Единственные, кто оживлял обстановку – молодые охотники, те, кто ещё не участвовал в настоящих боях, не терял соратников и не был измазан в своей и чужой крови. Они шутили, смеялись, рассказывали друг другу забавные истории, которые приключались с ними на дежурстве и в учебных комнатах. Единственное, что объединяло их со старшими – недоверие ко мне.

– Ну, как тебе Ежегодный Маскарадный Бал? – спросил Дион, когда мы сдали верхнюю одежду в гардеробную.

– Ожидала чего-то более красочного, – я разочарованно фыркнула, – и более приподнятого настроения у людей.

– Этот Бал причина, чтобы собрались многие охотники, связанные с этим городом кровными узами. В центральном городе повеселее будет, если мне память не изменяет, – равнодушно ответил он, – к тому же этот маскарад омрачён сама знаешь какими известиями.

– Слушай, я так и не поняла, зачем устраивается этот бал? Ведь есть же День Основания, и из названия понятно, что он собой представляет.

– День Основания мы празднуем в центральном городе, единицы, кто не приезжает туда. Маскарад – более семейный праздник, мало кто продолжает охотиться в эти дни. К тому же это добрый повод напиться и не бояться смерти от рук сверхъестественного.

– Но не сегодня, – закончила я.

– Не в этом городе, именно поэтому мало кто пришёл сюда. Те, у кого есть маленькие дети, предпочли праздновать либо в других городах, либо вообще отказаться от маскарада и просто провести несколько дней с семьёй.

– Увы и ах. Кстати, а когда будет музыка?

– Я думаю скоро, мы пришли к самому началу.

– Будут говорить какие-нибудь речи? Я знаю, что на подобных мероприятиях высокие люди любят поговорить.

– Нет. Мы не любим. Только в день Основания, глава нашей организации выступает за трибуной. Плюс сообщают полный список тех, кто погиб. И, разумеется, раздают награды. Но это в день Основания, а сегодня просто маскарад. Есть мнение, что под словом маскарад подразумевается Теневой мир. И сегодня мы занимаем места тех, на кого охотимся, чтобы ощутить то, что чувствуют они, – задумчиво проговорил Дион, а потом разочарованно вздохнул. – Но так было раньше. Сейчас это просто красивая традиция. Я думаю, что когда-нибудь и она канет в бездну, как и многие другие традиции до неё.

– Расскажи мне что-нибудь о прошлом охотников, – попросила я.

– В другой раз, София. Ребята ушли, сейчас и мне пора покинуть тебя. Мы же это обсуждали, помнишь?

– Но я не думала, что здесь будет так… мало людей. Мне будет трудно затеряться в толпе, которой нет. И моё красное платье будет привлекать слишком много внимания.

– Тогда поищи кого-нибудь из друзей. Алису или Влада, к примеру. А когда начнётся музыка, будет проще, – ответил Дион, разглядывая зал в поисках знакомых лиц.

– Ладно, – я недовольно кивнула ему и тоже осмотрелась. Вроде людей мало, но куда все подевались?

– Кстати, поправь галстук, он съехал набок.

– Что? А! Спасибо.

– Пожелаем, друг другу удачи и успешного окончания этой ночи, – я сделала неглубокий реверанс и покинула Диона. Всегда мечтала так сделать!

***

Мне повезло, музыка зазвучала сразу, как только я отошла от Диона. А вместе с музыкой многие отправились танцевать, да как! У меня даже закралось подозрение, что не все из танцующих – охотники. Может это нанятые артисты? В это же время на небольшую сцену вышла небольшая группа профессиональных танцоров, которые начали танцевать что-то невероятно-красивое. Их танец был завораживающим, гибким и пластичным. Самые интересные были девушки в клоунских трико, они летали над нами, используя тросы и верёвки. Благодаря такой захватывающей программе, мне стало значительно легче находиться среди людей и не привлекать внимание своим одиночеством. Ясно же, девушка наслаждается зрелищем! Через полчаса шустрые официанты стали разносить подносы с шампанским, красным и белым вином. Выпив один бокал, я с сожалением констатировала факт – слишком слабый напиток, чтобы я смогла хоть что-нибудь от этого получить. Ещё через полчаса, в течение которых со мной пытался познакомиться какой-то пьяный пират, я начала откровенно скучать и нервничать. Всё это время я пыталась найти Ангела, но, похоже, её здесь нет. Быстро отыскав глазами Диона, я знаками показала, что намереваюсь выйти на балкон, чтобы ей позвонить. Он, также знаками, ответил, что не пойдёт со мной, чтобы опять же не привлекать внимание.

Глубоко вздохнув по-зимнему свежий воздух, я достала из маленькой сумочки телефон и набрала номер Ангела. И снова тишина. Только ровное биение гудков на том конце провода, более ничего. Разочарованно, я оборвала связь. После этого я полезла в телефонную книгу, чтобы позвонить Диону, но в этот момент мне пришёл вызов с незнакомого номера. По инерции я нажала кнопку принять вызов.

– Алло?

– Соскучилась, моя малышка? – раздался на том конце провода вкрадчивый голос создателя.

– Откуда у тебя этот номер? – холодно спросила я.

– Один наш общий знакомый передал. Кстати, он весьма сожалеет о том, что не потанцует с тобой на балу, – мягко сказал он.

– Что тебе нужно?

– Догадайся, – раздался смех.

– Иди ты к чёрту, – я уже намеревалась положить трубку, когда создатель сказал:

– Дорогая, все ли твои друзья с тобой?

– Что ты с ней сделал? – испуганно воскликнула я.

– Пока ничего, – насмешливо ответил он, – но всё может измениться в любой момент, если ты не будешь следовать моим указаниям.

– Я тебя слушаю, – грубо сказала я, поворачиваясь к залу лицом. Сквозь стекло отчетливо были видны лица танцующих, но ни Диона, ни ребят, не было видно.

– Я хочу, чтобы ты немедленно приехала на базу, там ты должна прийти на поляну, думаю, не нужно объяснять какую именно.

– Я не умею водить машину.

– Ах да, я не буду возражать, если ты возьмёшь своих друзей с собой. Но никого более. Если ты обманешь меня, то твоя подруга со столь милым именем умрёт.

– Хорошо, я скоро буду.

***

– Дион, – найдя парня в толпе, крикнула я, – собери ребят, я буду ждать вас возле машины.

– В чём дело? – недоумённо уставился он на меня.

– Я всё объясню там, – я махнула ему рукой, чтобы он поторапливался, а сама устремилась на выход.

По дороге мне попалась Агнесса, беседующую с каким-то мужчиной в красной маске с длинным клювом, меня она не заметила.

– Что случилось, София? – обеспокоенно спросила меня Алиса, когда они пришли.

Я глубоко вздохнула и потушила сигарету, прежде чем ответить.

– У… моего создателя Ангел. Он велел мне немедленно явиться на базу, иначе будет плохо.

– Твой создатель? – вскричал Дион, – он здесь? Что за чёрт?

– Я… ребят, у меня нет времени объяснять… я должна ехать, просто обязана… там же Ангел, – путано заговорила я, а потом мой голос дрогнул, – у меня нет права просить вас поехать со мной…

– Это даже не обсуждается! – горячо возразил Влад, – я еду. В конце концов, ты же не умеешь водить машину.

– Мы все едем, – поддержала его Алиса, каждого обводя взглядом.

– Я должен связаться с Агнессой, – Дион достал из кармана брюк мобильный телефон.

– Нет! – крикнула я, – не звони ей. Мой… создатель, он предупреждал, что если приедет кто-то кроме меня… и вас, он убьёт её.

– То есть против нас он не возражает? – нахмурился Дион.

– Вероятно, он просто не считает нас серьёзными противниками, – глухо рассмеялся Кирилл.

– Поехали, прошу вас, Ангел, – я подёргала ручку дверцы машины. Дион нажал кнопку на брелке и дверца открылась.

– Да, не будем медлить, по дороге обсудим, как будем действовать.

***

– Для начала, я думаю, было бы глупо заявиться туда всей толпой, кстати, куда именно он не сказал? – серьёзно начал Дион, когда мы выехали с парковки.

– На поляну, где был найден труп девушки.

– Хорошо. Все знают, где это место? – спросил он у остальных.

Сзади раздался разноголосый положительный ответ.

– Отлично, это упрощает дело. Во-первых, на поляну пойдём мы с Софией. Это будет логично. В конце концов, я её наставник. И лучший охотник из всех присутствующих. А если он будет спрашивать…

– Мы ответим, что просто не сказали остальным, потому что они молодые охотники, и им нечего там делать, – подхватила я.

– Да, ты права. Остальные в это время должны будут проникнуть в оружейную и добыть оружие. Далее, Алиса, я поручаю тебе меч, достанешь его из багажника. Когда придёт время, просто кинешь его Софии, поняла?

– Да, – уверенно ответила она.

– Подождите, подождите. Вы ничего не путаете? Там не метаморф, там вампир! Взрослый вампир, которому неизвестно сколько лет! – нерешительно воскликнула я.

– А я вот думаю, что это метаморф. И это его очередная уловка, – спокойно сказал Дион.

– Но мы все здесь!

– А при чём тут это? – с заднего сидения раздался недоумённый голос Кирилла.

– Потом я тебе объясню, – нетерпеливо ответила Алиса, – Дион, ты уверен в том, что это…?

– Ангел? Нет, не уверен. Но всё может быть.

– Подожди, мы же недавно обсуждали, что она не может им быть? – изумлённо воскликнула я.

– Ребят, вы что считали, что метаморф один из нас? – вновь раздался ошарашенный голос Кирилла.

– Да! – раздражённо крикнула я, – но только не Ангел!

– Всё, успокоились! – зло оборвал Дион, – мы едем не на увеселительное мероприятие, мы едем сражаться с этим монстром, так что будьте добры – успокоитесь!

Я хотела возразить Диону, и предупредить всех, что он ошибся и там на самом деле мой создатель, но когда я попыталась сказать это, то почувствовала, что просто не могу это сделать! И в тоже мгновение, мою спину пронзила глубокая боль и чувство, что там что-то шевелиться. Я недовольно поерзала на сидении, но чувство не пропадало. Вот значит, кто блокировал моё желание рассказать о снах. Ангел была права, паразит и правда обладает каким-то разумом. Мне вновь стало холодно. Это важно, я должна всё рассказать… иначе всё плохо кончится.

***

– Мы на месте, – голос Диона зазвучал как приговор.

Выбравшись из машины, я огляделась. Мы находились на подземной парковке. На мои просьбы как можно скорее добраться до поляны, Дион ответил отказом. Он сказал, что будет лучше, если мы двинемся отсюда. Так Алисе и остальным будет проще незаметно добраться до оружейной. В конце концов, на базе были ещё люди, хоть и очень мало. Больше всего нас напрягало то, что при въезде мы не увидели охрану. А я почувствовала слабый запах крови.

– Так, Алиса держи меч, – Дион достал свёрток из багажника и протянул его девушке.

– Спасибо, – хмуро кивнула она, постоянно осматривая парковку.

– Ребят, вы ничего не слышите? – неожиданно спросила я, сильнее прислушиваясь. Я слышала какое-то тиканье.

– Нет, а что мы должны услышать? – удивился Кирилл.

– Здесь что-то тикает… словно часы или…

– Механизм?

– Да, – рассеяно ответила я, отходя от друзей и пытаясь определить, откуда оно идёт. Мне пришлось пройти два ряда машин, прежде чем приблизилась к источнику.

– Оно идёт из кузова этой машины!

Ко мне тотчас подошли остальные. Приблизившись как можно ближе к машине, Дион заглянул сквозь мутное окно внутрь.

– Похоже, мы наши, куда делась бомба.

– Что? – испуганно сказала Алиса, – в этой машине бомба?

– Да, и ещё тут таймер, – Дион протёр рукой стекло машины и присмотрелся, – чёрт, не видно, сколько времени осталось.

– Дай я посмотрю, – я потеснила Диона и прильнула к окну, – ещё полтора часа до взрыва.

– И что теперь делать? – подал голос Влад, – мы же не можем никому позвонить и предупредить.

– Есть выход, я могу отвезти бомбу в чистое поле и убежать. Времени как раз хватит, – спокойно сказал Кирилл.

– Насколько я понимаю, никто из нас не умеет обезвреживать бомбы? – иронично воскликнула я.

– Кирилл, ты уверен? – тихо спросила Алиса.

– А почему нет? Я просто не вижу другого выхода.

– Иначе мы потеряем базу, – подытожил Дион.

– А как ты это сделаешь? Здесь нет ключей.

– Вообще-то есть, – возразил Кирилл, – посмотрите сами, – и ткнул пальцем в переднее окно.

– Это может быть ловушкой, – тихо сказала Алиса.

– Не думаю, – покачал головой Дион, осторожно открывая дверь, – кто, кроме Софии, может здесь оказаться? Для метаморфа мы все всего лишь довесок к ней. И он не станет причинять ей вред.

– И никто кроме меня не услышал бы… тиканье, – согласилась я.

– Тогда я вообще ничего не понимаю, – Алиса нервно провела правой рукой по левой.

– У нас нет времени думать и менять планы. Кирилл, ты уверен в своём решении?

– Да, – твёрдо сказал он и залез в машину, – я постараюсь как можно скорее вернуться. Если что – мобильные у всех есть.

– Прощай, Кирилл, – я подошла к нему и поцеловала в щеку, – надеюсь, мы ещё когда-нибудь свидимся.

– Обязательно, София. Ты самый замечательный вампир из всех, кого я встречал. Я уверен, что с тобой будет всё хорошо.

– Спасибо, – с улыбкой на устах, кивнула я.

– Скоро увидимся, напарник, – усмехнулась Алиса.

– Если ты дашь себя убить метаморфу, лучше не попадайся мне на глаза – убью, – в штуку ответил он.

– Удачи, – сухо сказал Дион.

В ответ Кирилл только кивнул и дотронулся до ключа зажигания.

– Решающий момент, – немного напряжённо сказал он и повернул ключ. Мотор машины взревел и машина завелась. Мы остались живы.

– Прощай, – ещё раз прошептала я, когда Кирилл выезжал с парковки. Мы больше никогда не увидимся.

Следом за Кириллом нас покинула и Алиса с Владом. Я искренне надеялась, что у них всё получится. Однако надежда глупое чувство, особенно если ты не знаешь своего врага.

– Пошли? – тихо спросила я Диона, положа ему руку на плечо. Он молча посмотрел на меня и кивнул.

По дороге мы молчали, похоже ни один из нас не знал, что сказать другому.

В это время мне почему-то вспомнились родители. Интересно, как бы они отреагировали, если узнали, во что превратилась моя жизнь? Как знать, раз есть призраки, может и они не канули в пустоту, а смотрят на меня с небес? Что они чувствуют, видя, как я веду своих друзей во тьму? Я стала вспоминать весь путь, который я прошла из детства до сегодняшнего дня. Первый удар был нанесён в день моего совершеннолетия. Смерть родителей. Потом безумие брата. Потом трамвай и крики людей. Я думала, что самый страшный удар – это первый. Но затем я стала вампиром и убила человека. Затем из-за меня погибали девушки и Дмитрий. И теперь я предчувствовала, что всё может скверно обернуться. По дороге я несколько раз пыталась сказать Диону правду, но в результате ничего не вышло, и только разболелась голова. Я задумалась, как много во мне осталось от человека? И как вообще можно такое измерить? Я быстро забываю смерть и, иногда, люди кажутся мне слабыми и медлительными. Но ничего более. Я умею плакать, смеяться, страдать и радоваться. Я беспокоюсь за своих друзей и испытываю чувство привязанности к ним. Например, сегодня, когда позвонил создатель, я не колебалась ни секунды. Ведь это Ангел. Но с другой стороны, я почти не помню свою прежнюю жизнь. Лица одногруппников стерлись из памяти, а лица Инги и Сергея поддёрнуты туманной дымкой. Это неправильно, ведь так?

– Почти пришли, – тяжело выдохнул Дион, когда мы миновали озеро, – ты уже знаешь, что будешь говорить?

– Всё зависит от того, что скажет он, – пожала плечами в ответ. – Меня больше волнует Ангел. Что с ней.

– Всё будет хорошо, София, – попытался успокоить меня Дион.

– Я на это надеюсь, – мрачно ответила я.

Мы вступили в лес. И чем дальше шли, тем труднее приходилось Диону. Сегодня безлунная ночь и небо было затянуто тяжёлыми облаками. Я всё прекрасно видела, моё зрение с легкостью подстраивалось под темноту. А вот Дион страдал. Ему под ноги постоянно попадались какие-то сучья, корни деревьев и грязевые лужи. Из-за этого он вскорости сильно перепачкал брюки, а под конец мне пришлось взять его за руку. Интересно, как мы упустили это из виду? Здесь весьма грязно и темно. А Алиса была разодета в длинное платье ведьмы. Да и Влад одет не лучше. Надеюсь, они догадаются переодеться и взять с собой приборы ночного виденья. Если они там есть, конечно.

До поляны оставалось идти всего ничего, когда я почувствовала его. И Ангела. Сердце первого билось тихо и размерено, а вот Ангел была напугана, её биение звучало громко и очень одиноко.

– Я думал, что ты решила бросить свою подругу. Тебя долго не было, – раздался его голос из-за деревьев.

– Прости, что моя скорость не оправдала твои ожидания, – ответила я, и мы вышли на поляну.

– Значит, ты остановила свой выбор на Дионе. Ожидаемо, – весело поцокал языком мужчина.

Моим создателем оказался крупный мужчина с длинными по пояс чёрными волосами. Его глаза были точной копией моих. То же самое чередование белого и чёрного. Если поставить нас рядом друг с другом, то можно было бы принять нас за близких родственников. Единственное, что нас не объединяло, так это цвет волос. Рост, похоже, одинаковый. И он выглядел старше меня. Лет на пять-семь. У него были утончённые к концу чёрные брови по форме напоминающие треугольник. А губы были тонкие и плотно сжатые в прямую линию. В целом он производил впечатление очень холодного и мрачного вампира. На нас он смотрел, чуть сощурившись, его взгляд показывал презрение и высокомерие.

– Так значит, так ты выглядишь на самом деле, метаморф? – вызывающе сказал Дион.

– Метаморф? – с наигранной весёлостью переспросил вампир, – отрадно слышать, что ты ничего не сказала ему, малышка.

– Я пыталась, но у меня ничего не получилось, – угрюмо ответила я.

Дион озадаченно переводил взгляд с меня на него.

– О чём он?

– Я её создатель, охотник, – зло рассмеялся вампир, – и она принадлежит мне.

От стыда я уставилась в землю, чтобы не видеть реакцию Диона.

– София, – раздался тихий шёпот Ангела.

Я посмотрела на свою подругу и увидела неверие на её лице. Она сидела у ног моего создателя, её одежда была испачкана в грязи. И выглядела она очень напуганной.

– Ты не обманешь ни меня, ни её, никого бы то ни было, метаморф! – раздражённо крикнул Дион, он подошёл ко мне и дотронулся до плеча. – София, он лжёт, ты же видишь это?!

– Да, София, скажи, что я лгу, – иронично сказал вампир и поднял руки, – я жду твоих слов, дорогая!

– Он не лжёт, Дион, – глухо молвила я в ответ, – это правда. Он снился мне много раз, с тех пор, как я стала вампиром. Он же убил Дмитрия и направлял метаморфа.

Слова полились из меня потоком, наконец, я могла всё рассказать Диону и больше не испытывать этого мерзкого совестливого чувства предательства.

– Это неправда, – тупо повторил Дион, отшатнувшись от меня, – он заморочил тебе голову, это ложь…

– Нет, – я горько сглотнула и подняла глаза на Диона, – я пыталась! Честно, пыталась сказать тебе, – невесело рассмеялась, – но каждый раз что-то мешало это сделать, и я молчала…

– Видишь, как она предана мне? – язвительно бросил вампир, – а теперь подойди ко мне малышка, нам пора уходить.

– Нет, – я стала пятиться назад, – я никуда с тобой не пойду!

– Тогда они все умрут, – равнодушно ответил он.

– Ты не сможешь нас убить, – сказал Дион.

– Из-за тех, кто прячется в лесу, я правильно тебя понимаю? – и он вновь рассмеялся, а потом крикнул, – хватит, ребята! Выходите, я вас слышу!

В ответ в лесу раздались звуки борьбы и через миг на поляне показался Влад, он тащил за собой упирающуюся Алису, как пушинку. Увидев нас, Алиса на миг ослабила сопротивление и выпустила меч из рук. Он упал неподалёку от меня, и я была уверена, что в случае чего успею им воспользоваться.

– Как это понимать? – изумился Дион, когда увидел ухмыляющегося Влада.

– Вот твой метаморф, Дион, – устало ответила я, – мне следовало догадаться раньше.

– Да, София. Я был разочарован тем, что ты этого не сделала, – насмешливо сказал Влад и бросил Алису перед собой, – только попробуй встать, и я сверну тебе шею, – пригрозил он.

– Влад, – это день стал днём сюрпризов для Диона. Я обеспокоенно посмотрела на него. Он выглядел каким-то покинутым, но вместе с тем, я чувствовала, как в нём зарождается холодная злость.

– Куда ты дел настоящего Влада, ты, ублюдок? – гневно крикнула Алиса, сжимая руками грязь под собой.

– Настоящего? А я и есть настоящий, – он улыбнулся и, достав из кармана пачку сигарет, закурил, – я таким родился и очень рад этому.

– Вот, что не сходилось, – прошептала я, и уже более громким голосом, спросила, – как же так получилось, что сын охотницы оказался метаморфом и предателем?

Влад не ответил, а только посмотрел на моего создателя. Тот кивнул ему, показывая, что есть время для рассказа.

– Моя мать была влюблена в метаморфа, от него и понесла ребёнка. Мы с ней никогда не обсуждали отца, но мне кажется, она не знала, кто он. А потом её убили, – Влад скривился, вспоминая прошлое. – Мне сказали, что её убили вампиры, когда она была на охоте, но спустя пару лет, когда я разбирал её документы, я нашёл… скажем так, некоторый секрет, который тщательно охраняли старшие охотники и который узнала моя мать. Среди этих документов было и письмо, обращённое ко всем, кто его найдёт. В нём она писала, что если она умрёт, то её смерть будет на совести охотников.

– И ты решил мстить, – со злой иронией заключила Алиса.

– Нет, тогда нет, – пожал плечами Влад, – мстить я стал после того, как первый раз обратился. Это было, когда я стал совершеннолетним. Представляете, каково мне пришлось тогда? Не к кому обратиться, не у кого узнать, что со мной. Я был напуган до смерти, ведь я знал все виды существующих монстров и ни один из них не подходил. Мне пришлось долго рыться в библиотеке, точно так же, как это пришлось сделать вам, чтобы узнать, кто я. А узнав, я возгордился и собирался рассказать совету о том, что я метаморф. Я был уверен, что они будут рады услышать это, ведь метаморфы очень могущественные создания. Я думал, что это поможет мне стать лучшим охотником, – он грустно усмехнулся, – слава богу, этого не случилось, иначе я был бы уже мёртв. Меня спасла история Диона и то, как Агнесса расправилась с Элейн. После этого я стал расспрашивать старых и опытных охотников. Те, после нескольких стаканов виски становились на удивление разговорчивыми, – Влад затянулся и бросил сигарету на землю. – О, как они хвалились тем, кого убили. Молодыми волчицами с глазами оленят, девочками, которым не повезло родиться ведьмами. Они убивали всех сверхъестественных, кто встречался на их пути и чаще всего это были те, кто не мог постоять за себя. Вот такие они, старые, бывалые охотники. Те, кто действительно чего-то стоит, умирал очень быстро и в муках. Настоящие охотники долго не живут, а эти становятся членами совета и выше.

– Это неправда, – покачала головой Алиса, – это не может быть правдой! – крикнула она, вскакивая на ноги и вытаскивая из-под пояса небольшой кинжал.

– Алиса, стой! – испуганно воскликнула я, бросившись к ней.

Влад оказался быстрее, он, как тень, обогнул её и, обхватив за талию, прижал к себе, выбивая из её руки кинжал. В воздухе раздался тонкий вскрик, а затем Влад свернул ей шею и отбросил тело в сторону.

– Я же гово… – начал говорить он, а затем на его лице появилось такое странно-детское и глупое выражение, и изо рта потекла кровь.

– Я тоже говорила, – холодно произнесла я, бросая окровавленный меч в сторону.

Голова Влада с мерзким хлюпаньем отделилась от туловища и покатилась по земле.

В это время, Дион видимо решил, что пора действовать, и ринулся на вампира. Я не успела ему ничего сказать, как он отлетел на другую сторону поляны и сильно приложился о ствол большого дуба. Похоже, эта поляна словно создана для того, чтобы по ней швыряли людей. Вампир в это время поправил свой плащ и положил руку на плечо Ангела. Девушка пыталась отползти в сторону, но от прикосновения замерла на месте. В её глазах застыл панический ужас.

Я плавно опустилась возле тела Алисы, взяв её руку в свою. На меня накатило то странное спокойствие, которое приходит иногда к людям, которые многое испытали в жизни. Вместо слёз, криков, мольбы. Отстранённо я почувствовала, что Дион ещё жив, просто без сознания. Я слышала, но не слушала, что говорит мой создатель. Ангела тихо плакала. Я просто сидела на коленях и медленно гладила руку Алисы. Затем я поцеловала её в лоб и, прихватив меч, поднялась с земли.

– Этим мечом ты надеешься зарубить меня? – укоризненно спросил вампир, – глупо, моя малышка, очень глупо.

А затем он резко поднял Ангела с колен и прижал к себе, приставив длинный коготь к её шее.

– Опусти меч, и пойдём со мной, дорогая, иначе твоя подруга умрёт.

Я в нерешительности замерла.

– Не соглашайся, – раздался хриплый голос Ангела. Вампир сжал её сильнее и на шее выступили капли крови.

– Хорошо, давай заключим сделку, – терпеливо произнёс он, – я расскажу тебе, какую тайну узнал наш безвременно почивший Влад, а потом ты пойдёшь со мной.

– Мне нет дела до тайн Ордена, – я покачала головой и выставила меч вперёд.

На это вампир только улыбнулся, а потом очень быстро прокусил себе руку и прижал её к губам Ангела. Девушка хотела что-то сказать и из-за этого кровь попала ей в рот.

– Пей, девчушка, – с наслаждением сказал вампир, – пей, кровь – это жизнь.

– Что ты делаешь? – закричала я, устремляясь к ним.

– Стой на месте или я перережу ей горло! – резким криком он остановил меня, – не бойся, вампиром она не станет. Это делается немного по-другому.

– Тогда зачем? – но в душе я уже понимала, что он делает. Он покупает меня.

– Я знаю, что эта девушка больна, – при этих словах Ангел перестала вырываться из его рук и замерла, вынужденно глотая кровь, – в своё время мне сказал об этом Влад. Когда-то она ему нравилась, и примерно тогда же он прочитал документы своей матери. Ты чувствуешь, к чему я клоню?

– Вампирская кровь исцеляет не только раны, – прошептала я.

– Вот именно, – и он убрал руку от губ Ангела. Девушка, осознав услышанное, проглотила оставшуюся кровь.

– Теперь ты должна решить. Я подарил ей жизнь, но я могу свой подарок забрать. Выбор за тобой, – и он отбросил девушку от себя, – зачем тебе быть среди лжецов и убийц, которые будут пытать тебя? У тебя есть свой народ, своя раса, свой вид. Семья, настоящая, преданная друг другу семья, – вампир протянул свою руку, – идём же, малышка, – ночь не может длиться вечно.

Я молча смотрела ему в глаза. В голове крутились воспоминания о прошлой жизни. О матери, которая готовила вкусные пироги с маком, об отце, который показывал, как лучше стрелять из лука и о брате, моём любимом братишке, защищающем меня ото всех обидчиков. Я вспоминала их лица, те чувства, что питала к ним. На землю тихо ложился пушистый снег. Первый в этом году. Его густые хлопья падали на волосы, укутывая в свой пронзительный холод. Я почувствовала, как из рук выпал меч и услышала слова Ангела:

– Не надо, – её тихий шёпот казался громом, как тогда, когда я проснулась вампиром.

И я вложила свою руку в его.

To be continued…

Ссылки:

СИ– http://zhurnal.lib.ru/k/komissarowa_d_i/

В Контакте – http://vk.com/tapesrain

Content

Даша Пар
Спящая кукла

Глава 1. Страх.

Глава 2. Боль

Глава 3. Начало

Глава 4. Осколки

Глава 5. Друзья

Глава 6. Одиночество

Глава 7. Тревога

Глава 8. Колдун

Глава 9. Ожидание

Глава 10. Прощание

Глава 11. Спящая кукла