Imanka

Паутина

Глава 1

Тишина постепенно окутывала мегаполис. Стих гул оживленной магистрали. Нечастые машины почти бесшумно проносились по черной ленте проспекта. Дома погрузились в сон, лишь редкие огни окон притягивали к себе взгляды одиноких прохожих. С неба сыпалась отвратительная гадость, периодически сбиваясь на мелкий колючий снежок. Люди кутались в шарфы, прибавляли шаг, стараясь укрыться от жгучего дыхания холода в тепле квартир.

Старинный парк, расположенный недалеко от сердца столицы, безмятежно спал. Последние посетители покинули его около одиннадцати часов вечера. Охранник запер ворота и благополучно задремал в сторожке. По темным аллеям бродила безмятежная ночь, подсвеченная желтыми фонарями. Вдруг на покрытой снегом поляне, которую садовники летом превращали в разноцветный цветочный ковер, возникло легкое сияние, словно кто-то подсветил разноцветные блески фонариком. Неожиданно из сверкающего облака в жидкую грязь, спрятавшуюся под снегом, упал парень. А спустя пару мгновений в нескольких метрах от него появились какие-то странные существа. Тиас обернулся, чтобы увидеть истинный лик своих преследователей. Лицо изумленно вытянулось, он попятился прочь. Существа отряхнулись от грязи как собаки, и медленно направились к нему. Медвежьи головы, на лапах-руках огромные длинные когти, больше похожие на лезвия ножей, человеческое тело только по пояс, ниже — ноги, заканчивающиеся копытами. Жесткая бурая щетина покрывает тело и конечности. Ото лба через всю голову, по шее на спину спускается невысокий ирокез ярко-оранжевого цвета. Тиас улыбнулся: видимо хозяин демонов большой модник и редкостный оригинал, раз наградил своих уродцев этакой деталькой во внешности. Им для полной красоты не хватает по большой цыганской серьге-кольцу в ухо. Красивыми были бы, глаз не отвести.

Парень еще в Межгалактическом Центре понял, что это демоны, но тогда они имели обычный человеческий вид, и он никак не мог понять, кого на него натравили. Теперь он понял. И все выходило хуже, чем он думал. Гораздо хуже. Их нельзя убить. От них невозможно скрыться. Демоны-преследователи останавливаются только в одном случае: выполнив приказ. И их конечной целью сейчас является он.

Тиас отскочил назад, не позволяя пятерым демонам окружить себя. Ноги скользили, он едва не свалился в грязное месиво. Один демон прыгнул на него. Парень сильным ударом ноги отразил атаку. И второй демон отлетел в сторону, успев оставить глубокие следы четырехпалых лап на его груди. Брызги красных капель смешались с землей. Не спуская глаз с противника, Тиас скинул остатки футболки. Голое тело под пронзительно холодным ветром тут же покрылось мурашками. Надо бежать… Сразу два демона напали на него. Он с ювелирной точностью отправил в нокаут сначала одного, затем другого, сбив третьего с ног. Повернулся и что было м;чи помчался прочь — один он с ними не справится.

Оказалось, бегать по скользким аллеям парка в мокасинах с тонкой и совершенно плоской подошвой холодно и не удобно — ноги все время разъезжались, а подтаявший снег хлюпал в обуви. Но преследователям приходилось еще хуже. На запорошенном льду демоны чувствовали себя неустойчиво, часто падали, оглашая окрестности противным похрюкиванием и рыком. Тиас уводил их в глубь парка. Он хорошо успел изучить этот клочок природы за несколько лет, знал все аллейки и тропинки. Идея, пришедшая парню в голову недалеко от портала Центра, казалась простой, но в то же время очень рискованной. Так как в его мире уничтожить подобных демонов нельзя никаким известным ему способом, то это сделает планета без магии. Подождав, пока люди-демоны подойдут достаточно близко, Тиайленс в два этапа перекинул преследователей сначала на родную планету Гайдис по срочному коду на специальный портал, и только оттуда на Землю. Это стоило ему массы магической энергии, но обстоятельства того требовали. Теперь надо сделать так, чтобы планета выпила их силу. Но как? Демоны должны пробыть на Земле хотя бы несколько дней, чтобы окончательно исчезнуть. Не будет же он все эти дни носится по морозу в одних тонких льняных брюках!

Тиас остановился, чтобы перевести дух и осмотреть грудь. От плеча через всю грудную клетку по диагонали кожа словно вспахана: две центральных «борозды» — серьезные рваные раны, боковые — глубокие царапины. Метрах в ста от него показались демоны. Они аккуратно ступали по раскатанной дорожке. Тиас знал, как только почва под ногами станет хоть сколько-нибудь устойчивой, ему придется несладко…

— Создал же кто-то уродцев неповоротливых… Что же мне с вами делать? — с горечью прошептал он. Опустился на колени, приложил озябшие руки к земле и с отчаяньем закричал: — Ну же, давай! Я привел к тебе магию! Помогай мне!

Он чувствовал, как энергетика Земли медленно собирается в парке. Слишком медленно! Тиас никак не мог заставить планету действовать быстрее… Любое создание Вселенной нуждается в магической силе. Планета без магии, что земля без дождя, — пустыня. А Земля считалась во Вселенной безжизненной пустыней. Она до такой степени лишена магии, что вместо того, чтобы давать силу, наоборот, забирает ее. На это и рассчитывал парень. Демоны созданы посредством колдовства, питаются им, состоят из него. Попав сюда, они станут тем самым дождем, который необходим любой пустыне. Тиас не переживал за Землю: ей все равно с каким знаком придет магия, планета в любом случае делает ее нейтральной, но он очень переживал за себя — слишком холодно для полураздетого подростка. Он осмотрелся вокруг. Среди деревьев виднелись дома.

— Что ж… Ты силы собираешь? — процедил он сквозь зубы. — Похвально. Но я не могу ждать. Не хочешь забрать их сразу, значит, придется тебя подразнить.

Тиайленс вздохнул и полез через грязь к забору. Демоны последовали за ним. Передвигаться по земле на копытах оказалось удобнее, чем плоской подошвой проскальзывать по чуть подмороженным бороздам — пришла же кому-то в голову глупая идея вспахать газоны! Расстояние между ними стремительно сокращалось. Рискуя свалиться, парень прибавил шагу. Демоны подобрались к нему совсем близко. Еще немного, и опять придется драться. Невероятным усилием воли он заставил себя сделать два больших прыжка. Зацепился за прутья и перемахнул через острые зубья.

— За мной, мальчики! Ну, что же вы остановились? — мрачно пробормотал он, исподлобья глядя на преследователей. Зарычав, они бросились на решетку.

Пока демоны пытались преодолеть препятствие, Тиас добежал до ближайшей пятиэтажки. Быстро прошел вдоль дома, выбирая нужное место. От холода начало сводить ноги и руки, громко стучали зубы. Если эти красавцы не поторопятся, у него будет серьезное переохлаждение. Наконец группа демонов показалась в начале дома. Тиайленс нырнул в подъезд. Поднялся на последний этаж, легко сорвал хлипкий замок, преграждающий путь на чердак. Вылез на крышу. Оценил обстановку. Мокрая и оледеневшая крыша… Аж блестит в свете луны. Будет тяжело… И очень опасно… Главное, не поскользнуться!

Он отошел от края на необходимое для разбега расстояние. Лишь бы не поскользнуться! Демоны образовали полукруг. Если у него сейчас ничего не получится, то этот поступок войдет в историю, как самая большая глупость Сына Галактик.

— Что вам надо от меня? Кто вас послал?

— Хозяин велел принести твой труп, — прорычало существо.

— Как зовут твоего хозяина?

— Для нас он просто Хозяин.

— Как имя мага, вызвавшего вас?

— Хозяин.

— Ну, тогда передавайте Хозяину привет!

Тиас развернулся и побежал. Сильный толчок. Тело вытянулось струной. Глаза четко зафиксировались на толстой ветке. Через секунду замерзшие руки обожгла заиндевевшая шершавая кора. Закоченевшие пальцы не выдержали нагрузки, разжались. Но парень успел перехватиться за другую ветку, немного тоньше первой. Она оказалось гнилой, и Тиас с высоты третьего этажа рухнул на шалаш, заботливо слепленный детворой из ящиков и картона двумя днями раньше. В спине что-то пребольно хрустнуло, он почувствовал, как в кожу впились гвозди. Его засыпало сломанными ветками. Наверху ничего не происходило… Из глаз потекли слезы… Неужели не получилось? Ведь они четко должны идти по следу!

Раздался хлопок. Потом еще, и еще… Преследователи прыгнули за ним с крыши! И планета, потеряв с колдовством прямой контакт, забирала демонов прямо в воздухе!

Он ликующе закричал. Сработало! Земля помогла!

Преодолевая страшную боль во всем теле, Тиайленс выбрался из коробок и ящиков и пошел обратно в подъезд. В одной из квартир на четвертом этаже горел свет…

***

Лена расстроено выключила телевизор. Часы показывали без четверти три. Он так и не пришел. Молодая женщина грустно усмехнулась: весь день она убиралась, готовила и приводила себя в порядок. Все зря… Хороший день рождения получился, ничего не скажешь. Остывший ужин, к которому никто так и не притронулся. Нарядное платье, которое она так и не надела. К горлу подкатил комок. Она почувствовала, что сейчас расплачется. Ушла на кухню. Ее встретил накрытый белоснежной скатертью стол. Пустые тарелки и сверкающий хрусталь рюмок, чистые приборы, нетронутые салаты, дорогущая бутылка коньяка для него и любимое «Мартини» для себя. На холодильнике стояла приготовленная для цветов ваза. Сегодняшний вечер должен был принадлежать только ей! Она так к нему готовилась… Лена разрыдалась. В голос, по-бабьи.

Истерика длилась недолго. Через полчаса, закусывая пряное «Мартини» черным хлебом, обильно посыпанного солью с перцем, Лена решала, что делать с Дмитрием. Ее месть будет ужасной! Он не достоин такой красивой женщины, как она! Умной, образованной и самодостаточной! И ничего, что в свои тридцать с хвостиком она еще ни разу не была замужем и отворачивается от мамашек с колясками, потому что вид слюнявых карапузов вызывает в ее душе нестерпимую тоску и желание иметь такого же малыша. Дмитрий идеально подходил на роль мужа и отца. Он такой надежный, сильный, самоуверенный. И такой безответственный! Лена шумно вздохнула и отправилась умываться. Завтра она что-нибудь обязательно придумает.

Тушь, размазанная во время рыданий, обычным лосьоном никак не смывалась. Женщина намылила лицо, аккуратно вспенивая мыло на веках и под ресницами. И в этот момент раздался долгожданный звонок! От неожиданности Лена вздрогнула, сердце заколотилось быстро-быстро — пришел! Пришел!!! Она торопливо принялась умываться. Мыло, попавшее в глаза, стало щипать. Не обращая на это внимание, она кинулась к полотенцу. Потом бегом в комнату. Платье как назло не надевается, язычок молнии куда-то завалился. Выворачивая руки назад и стараясь застегнуть платье, она одновременно запихивала ноги в узкие туфли. Нельзя заставлять Дмитрия ждать! Быстрее, копуша! Торопливо расчесала волосы и взглянула в зеркало — красавица! Жалко, что косметику смыла. Теперь должного эффекта не получится. Ну ничего, пока он будет мыть руки, она успеет наложить легкий грим! В коридоре Лена твердо решила, что не будет ругаться. Ведь сегодня ее день!

Она радостно распахнула дверь!

Вместо Дмитрия на пороге стоял парень лет пятнадцати. Быстрый взгляд тут же оценил мальчишку. Красивое лицо с выразительными глазами и чувственным ртом. Бровь рассечена, кровь размазана по лбу и виску. Черные с серебристым отливом волнистые волосы до плеч, атлетическая фигура, сильные руки, удивительно стройные ноги (тонкие брюки промокли и теперь замечательно их облепили). На груди еще одна рана, как будто незнакомец попал в лапы хищника. Подросток оказался на редкость красив! За три года работы в модельном бизнесе она видела много смазливых мужчин, но этот мальчик превзошел их всех вместе взятых. Созерцание ночного гостя и анализ его привлекательности занял в ее голове всего полсекунды. Потом она поразилась — на улице холодно, почти минус восемь, а он раздет! Клацая зубами, мальчик попробовал что-то сказать. Не получилось. Лена молча пригласила его в квартиру. Парень в беде: ни один нормальный человек не станет разгуливать по морозу в таком виде и с такой раной!

— С-с-с-па-па-си-бо, — кое-как выговорил он. — М-м-мне н-на-на-до позвонить.

— Конечно. Но сначала тебе нужна горячая ванна. — Он замотал головой. — И не спорь! — строго сказала Лена.

— Н-н-не-ль-з-зя. К-к-к-ро-во-те…

— А так тебе грозит пневмония! — перебила она его. — Марш греться!

Она отвела его в ванную и включила теплую воду. Потом пошла на кухню и налила целую чайную чашку коньяка. Перед закрытой дверью помедлила. Он, конечно, еще ребенок… подросток… но все-таки… Лена постучалась:

— Я принесла лекарство, чтобы ты не заболел. Можно войти?

— Сейчас.

Лена услышала, как зашуршала шторка. Улыбнулась… Она сегодня так ждала мужчину своей мечты, строила такие грандиозные планы на вечер… А теперь отогревает какого-то мальчишку. Наверное, он увидел свет в окне и потому выбрал именно ее дом. Хорошо, что любимый не пришел, и они не легли спать, иначе бедняжка замерз бы на улице. Она вошла, повесила халат Дмитрия и чистое полотенце на крючок. Протянула чашку за штору.

— Как тебя зовут?

— Тиайленс Асгорун. Но можно просто Тиас. Что это?

— Коньяк. Постарайся выпить все.

— Я не пью спиртное.

— Придется. Тиас — какое-то странное имя. Азиатское?

— Нет.

— Выпил?

— Нет.

— Я понимаю, что принципы важнее, но коньяк надо выпить. Постарайся. Организму сейчас нужно тепло. Хочешь, я тебе лимон принесу?

— Лучше чай сделайте. С медом и лимоном.

— Хорошо. Только и это выпей, пожалуйста.

— Попробую.

Лена украдкой глянула в зеркало, в котором отражался голый торс мальчишки. Все шесть кубиков пресса отчетливо видны. Мышцы под смугловатой кожей как будто вылеплены скульптором.

— Я тебя где-то видела. Ты не участвовал в показах?

— Каких показах?

— Ты не модель?

Он усмехнулся и язвительно отозвался:

— Хвала богам нет!

— У тебя такое спортивное тело…

— Образ жизни заставляет держать себя в форме. А сейчас с вашего позволения я все-таки останусь наедине с горячей водой.

— Какие мы стеснительные! — хохотнула женщина. — Коньяк пей!

Она ушла на кухню и начала хлопотать. Подогрела картошку и мясо. Заварила чай. Принесла плед. И довольная уселась ждать гостя. Потом подскочила — он же ранен! — и принялась перетряхивать аптечку в поиске бинтов, пластыря, перекиси водорода, йода и зеленки. Как давно она не чувствовала себя такой нужной, как давно не заботилась о ком-то.

Он не смог сидеть на стуле, и ей пришлось переносить все в комнату. Быстро подкладывая под подушки разноцветные думочки, Лена поймала себя на мысли, что пускает в свою постель чужого мужчину, даже ничего о нем не зная! Обычно она никогда так не делала! Ну что ж, она современная свободная женщина, которая вольна поступать так, как ей подсказывает сердце!

Мальчишка, морщась от боли, добрел до дивана и аккуратно лег.

— Лена, вы зря постелили чистое белье.

Женщина удивилась, кажется, она спрашивала, как его зовут, но своего имени не называла.

— Во-первых, сейчас я все-таки позвоню и меня, скорее всего, заберут. Во-вторых, все перепачкаю кровью.

— Это не беда. У меня автоматическая стиральная машина, так что лишняя стирка не будет обременительной. Откуда ты знаешь мое имя?

Он улыбнулся.

— На столе стояла чашка, на которой написано «Елена». Так как вы живете одна, я подумал, что это ваше имя.

— Очень заметно, что я живу одна?

— Ну, вряд ли женщина, живущая с кем-то, станет встречать неизвестно кого в вечернем платье. А судя по опухшим красным глазам и накрытому столу, ваш избранник не пришел.

— Сейчас все подростки такие умные? — фыркнула она.

— Не знаю, — пожал плечами Тиас. — Это простой анализ ситуации.

— А, по-моему, это простое хамство! Когда я была девчонкой, среди нас не было таких мальчишек. Прогресс и акселерация на лицо. Куда катится современный мир? — вздохнула Лена. — Я подогрела тебе поесть, надеюсь, не откажешься?

— Если составите компанию, то с удовольствием с вами поужинаю. Жаль, не смогу поухаживать за дамой, кажется я сломал позвоночник.

— Если бы ты его сломал, то не смог ходить. Сколько тебе лет, кавалер?

— Четырнадцать. А галантность от возраста не зависит.

Лена рассмеялась. Какой замечательный мальчишка! Как же повезло его сверстницам! Хотела бы она сейчас стать лет на восемнадцать моложе и учиться вместе с ним. Вот, наверное, на кого вешаются девчонки, начиная с пятого класса!

Она принесла радио-телефон. Набрав номер, он принялся ждать ответа. Ждал долго. Телефон скинул набор. Он еще раз позвонил. Лена посмотрела на часы: нет ничего удивительного, что трубку никто не берет, только сумасшедшие не спят в четыре часа утра. Наконец, ему ответили. Тиас оживился и стал говорить на каком-то странном, очень красивом и мелодичном языке. Лена, языковед по образованию, владеющая в совершенстве четырьмя европейскими и тремя азиатскими языками, с удивлением поняла, что ни одного слова понять не может вообще. У этого языка нет ничего общего с тем, что она знает! Женщина даже не смогла примерно идентифицировать группу, к которой мог принадлежать этот язык.

— Какой у вас адрес? — спросил странный мальчишка на совершенно чистом русском языке. И Лене показалось, что его московский говор слишком правильный.

— Староконюховский проезд, дом десять, квартира пятьдесят шесть, — пробормотала она. Как музыкант слышит звуки, так Лена научилась различать звучания языков. Мальчишка говорит слишком правильно, как будто его долго этому учили.

— Сестра приедет через полчаса. Что-то случилось? — он пристально посмотрел на нее.

Лена по-настоящему испугалась, казалось, что мальчишка залез к ней в душу. Тиас доброжелательно улыбнулся:

— Не переживайте! Я не шпион. Действительно, я изучал русский язык, и учитель ставил мне произношение. Теперь оно практически неотличимо от произношения коренных жителей Москвы.

— Зачем? Откуда ты приехал? Что это за язык?

— В Москве учится моя сестра. Так получилось, что она живет тут, а я в другом мире.

— На каком языке ты говорил? Что значит «в другом мире»?

— Лена, вы все равно не поверите.

— Я задала вопрос!

— Вы уверены, что хотите получить ответ?

— Да!

— Хорошо, — он опять улыбнулся. — Я разговаривал на искусственном языке. На Земле таковым является эсперанто.

— Только не надо врать, что ты разговаривал на эсперанто! — Лена отошла от него подальше. На тумбочке лежит тяжеленный справочник, который можно использовать для самообороны.

— Нет, это был не эсперанто, — спокойно и уверенно отвечал мальчишка. — Я говорил на межгалактическом языке, который создан на основе анализа пяти тысяч самых используемых языков во Вселенной. Этим языком владеет более восьмидесяти процентов жителей Вселенной. Он для меня привычнее русского. Извините, если напугал.

Лена не смогла скрыть вздоха облегчения. Вот оно что! Дети играют в какую-то игру, наверное, в звездные войны, и создали свой собственный язык. Теперь все понятно. А она-то, взрослая тетка, испугалась мальчишку! И имя его — Тиайленс Асгорун — скорее всего какая-нибудь кличка! Только в ее время дети не драли друг другу грудь и не выкидывали противника на мороз почти голышом!

— Давайте пить чай! Иначе он совсем остынет, — предложил Тиас.

Они быстро поели, и Лена занялась его ранами. Лоб и висок поцарапаны не сильно. Содрана кожа на ладонях и разбиты костяшки пальцев. Три прокола на спине (наверное, в него тыкали чем-то острым) она аккуратно продезинфицировала перекисью водорода. А вот на грудь стоит наложить швы, иначе останутся непрезентабельные шрамы, которых он сам потом будет стесняться. По-хорошему, ему бы не к сестре сейчас надо поехать, а в больницу.

— Тиас, давай я вызову «Скорую» и мы отвезем тебя в больницу. Сколько ты пробыл на морозе раздетый?

— Не знаю. Но в больницу я точно не поеду.

— Пойми, у тебя серьезное переохлаждение. Может начаться пневмония. Тебе необходима профессиональная медицинская помощь.

— Все будет нормально. Меня кроме спины сейчас мало что беспокоит.

***

Къёла приехала около пяти утра. Старенькая «Тойота» никак не хотела заводиться. Отец научил ее водить машину еще лет в десять, но права начинали выдавать с восемнадцати, поэтому девушка ехала окольными путями, по дворам, всячески избегая встречи со служителями закона. Если бы папа был дома, она бы приехала еще полчаса назад! Но он в командировке, мама работала в ночь, и ей пришлось самой садиться за руль. К тому же Къёла изрядно нервничала. Что Тиас среди ночи делает на Староконюховском проезде? Почему ему нужна одежда? Даже если допустить, что он ночью переместился на Землю, то зачем ушел в противоположную от ее дома сторону? Ответов она придумать не смогла и очень надеялась, что с братом ничего серьезного не случилось.

Дверь открыла молодая ухоженная блондинка в вечернем платье, выгодно подчеркивающим стройную фигуру. Девочка опешила. На всякий случай отступила на пару шагов назад.

— Прошу прощения, мне звонили отсюда…

— Ты Къёла?

— Да.

— Твой друг… — женщина пригласила ее войти.

— Брат, — поправила она, игнорируя приглашение.

— Извини. Твой брат у меня.

— Что с ним?

— Все в порядке. Он жив и почти здоров.

Она пристально посмотрела на Лену. Женщина поежилась под колючим взглядом карих глаз, такое ощущение, словно девчонка просветила ее рентгеном. Неожиданно напряжение спало. Къёла улыбнулась и прошла в комнату. Опустилась рядом с Тиасом, погладила его руку. Парень чмокнул ее в щеку.

— Я очень соскучился по тебе, милая, — сказал он по-русски.

— Я тоже. Что случилось? Почему ты здесь?

— Потом объясню. Посмотри позвоночник.

Лена наблюдала за ними со стороны. Они удивительно похожи, словно близнецы. Но отношения между ними странные. Поцелуй действительно скорее братский, чем любовный, но в отношениях столько нежности, она бы даже сказала трепета, какой может быть только у влюбленных. Надо же так любить друг друга.

Девчонка провела руками вдоль его тела от головы до самых ступней, едва касаясь одеяла. Он чуть дернулся, словно стало щекотно, сморщился, улыбнувшись.

— Позвоночник в порядке. Ты спину очень сильно ушиб, поэтому и больно, — неожиданно резюмировала девчонка. — Гвозди несильно проткнули кожу на спине, но надо получше промыть ранки, там осталась грязь и ржавчина. Легкие нормальные, воспаление тебе не грозит, разве что насморк и ангина. Грудь — разодрана кожа, задеты мышцы, яда нет. Ты сможешь дойти до машины? Я ничего с собой не взяла из лекарств.

— Не знаю, попробую. Все равно вариантов никаких.

— Простите, а как вы установили диагноз? — вмешалась Лена в разговор. — Вы ведь даже одеяло не сняли?

— У меня особый талант, — отмахнулась Къёла. — Одевайся, Тиас. — Она достала из сумки принесенную теплую одежду и бросила ее брату на постель.

Через несколько минут они спустились к машине. Лена попрощалась со странными гостями и отправилась домой. На втором этаже ее догнала девчонка.

— Постойте! Хочу поблагодарить вас за помощь.

— Не ст;ит. Любой человек поступил бы так, увидев на пороге окровавленного полураздетого юношу.

— Не уверена. Тиас для меня не просто брат, это часть меня самой, без которой я не могу жить. Долг платежом красен, поэтому я помогу вам. Завтра утром вы перестанете грустить по своему поклоннику, он станет приятным воспоминанием.

Лена вздрогнула, хотела возразить, сказать, что не нуждается в такой помощи и со своим ухажером разберется сама. Но девочка продолжала говорить, и от услышанного женщине становилось не по себе.

— Ангел вашего ребенка уже выбрал себе родителей. Я вижу его. Он рядом с вами и ждет отца. Со своим мужем вы познакомитесь вот-вот. Это высокий, голубоглазый шатен. Он несколько нескладный по жизни, но за ним вы будете как за каменной стеной. Я потороплю его. Завтра все произошедшее будет напоминать сон, который к обеду забудется, лишь мои слова останутся в памяти. Счастья вам!

— Кто вы? — ошарашено спросила Лена.

— Мой титул вам ни о чем не скажет.

— Титул? Кто вы и откуда?

— Вы спасли Его Всемогущество Сына Галактик и Верховного Правителя Вселенной Тиайленса Асгоруна Ие Рониму Босхе Арджу. А я его сестра — Къёрнетта Ларма Эрдан Босхе Арджу, Дочь Галактик и Верховная Правительница Вселенной.

— Это игра такая?

— Нет. Тиас живет в другой звездной системе, а я изучаю Землю и ее обитателей. Не знаю, что случилось, но, думаю, сегодня вы оказали Вселенной неоценимую услугу, спасли ее Правителя. Спасибо вам и прощайте.

Къёла быстро побежала вниз, а Лена еще долго стояла на лестнице и смотрела ей вслед.

Глава 2

Къёла сидела в кресле, поджав ноги, мрачно уставившись в одну точку. Мягко говоря, известие ее ошарашило. А если говорить честно, то сразило наповал. Тиас, обмазанный толстым слоем лечебной мази, зарылся носом в подушку. Видеть отрешенный взгляд сестры было невыносимо.

— Ты ведь бросил его. Ты это понимаешь? — спокойно и холодно нарушила она молчание.

— Я… ты пойми… там в Центре… может быть… — бессвязно пробормотал он.

— Тиас, ты предал Фея.

— Къёлка, я не предавал его! — Тиайленс вскочил и, закричав от стрельнувшей по позвоночнику боли, снова рухнул лицом в подушку. Магическая мазь на этой чертовой планете без магии действовала хуже некуда! У себя дома он уже давно бы позабыл о травме.

— Ладно, давай без эмоций и по порядку объясни внятно, что произошло.

— А я в машине тебе ничего не смог объяснить и сейчас не знаю! Понимаешь? Не знаю! Фей пропал. Это все, что мне известно. Мы получили сообщение, что в созвездии Двуликая Кошка пропадает магия. Ее кто-то словно пожирает. Ну Фей и отправился по вызову.

— Почему он полетел один?

— Почему-почему? — зло передразнил Тиас сестру. — Потому что!

— Где ты был? — не обращая внимания на его выходку, настаивала на ответе Къёла.

— По делам ездил! Личным! — взорвался он.

— Тиас, где ты был, когда Фей полез в опасное место один? — бросив на брата строгий взгляд, медленно проговорила девочка.

— У меня могут быть личные дела?

— Нет! — она резко вскочила и нервно заметалась по комнате. — Ты спятил? Какие могут быть личные дела, когда один из нас едет по сложному государственному делу, которое может быть опасным для жизни!

— Не ори! — рыкнул Тиас.

— А я буду орать! Буду орать! Потому что мой родной брат бросил нашего друга и брата в беде и радостный прискакал на Землю! Вместо того чтобы вытащить Фейралисе из переплета, он мне сообщает, что потерял его и вообще ничего не понимает!

— Между прочим, я пришел за помощью.

— Ага, притащив за собой демонов-преследователей!

— Къёла, ты прекрасно знаешь, что у нас я был бессилен против них!

— Замолчи! Скажи, что ты струсил!

Тиас гневно сверкнул глазами и покрылся красными пятнами от негодования. Он медленно поднялся и подошел вплотную к сестре. Та, сжав губы, буравила его ядовитым взглядом.

— Базар фильтруй, — неожиданно жестко ответил он совершенно по-земному.

Да, у Тиаса не так давно случилась личная драма, о которой сестре совершенно необязательно знать. Три недели назад, заскучав дома, Верховные Правители Вселенной решили развеяться и отправились инкогнито в соседнюю галактику на фестиваль альтернативной музыки. Все было бы ничего, если бы в ходе всеобщего веселья и радостного хаоса он не увидел ЕЕ! Яркая по внешности и вальяжная по поведению, маленького росточка, ужасно толстая, вся в складочках, как перекормленный младенец. Зеленые раскосые глазки прятались в пухленьких розовых щечках. Эпатажное одеяние могло шокировать кого угодно: длинная, узкая черная юбка, настолько узкая, что было не понятно, как она ходит в ней. Куртка из грубой плотной кожи с перекошенной на бок молнией, в каких обычно ходят рокеры на Земле, ласково зовущаяся «косухой» (Тиас очень удивился — в их Мире подобного не шьют совершенно точно). Под ней красный бархатный корсет поверх растянутой зеленой футболки. На ногах высокие тяжелые ботинки на толстой подошве, спице-образной металлической шпильке, со сбитыми мысками и разукрашенными винтажной вышивкой и блесками голенищами. А головку украшала желтая шляпа с широкими полями, вуалеткой и огромным пестрым пером. Мимо нее невозможно было пройти просто так! При этом девчонка очень старалась выглядеть умной, постоянно несла какую-то прекрасную чушь и кокетничала с каждым парнем, который умудрялся зацепиться взглядом за это сокровище. Сначала Тиас потешался над Мияко — он еще никогда не встречал такой забавной девочки. Но, вернувшись поздно ночью в гостиницу, едва дотянул до утра: ноги сами несли его к Мияко. В голове крутилось только одно имя, все мысли подчинились ей, Мияко! Какая же она божественная, инфантильная и женственная! Как обволакивает очарованием каждого, кто хоть мельком взглянул на нее.

Странное влечение к Мияко Тиас принял за использование любовной магии. Только так он мог объяснить себе почему внешне абсолютно непривлекательная девочка пользуется неимоверно бешеной популярностью у противоположного пола. Сделав небольшое сканирование ее магических способностей, он с удивлением узнал, что она совершенно бесталанная, а ее талант очаровывать — всего лишь врожденное качество, доставшееся от родителей. Таким же даром, только магическим, наделен Фейралисе.

Три дня они провели вместе. Он окружил капризную девицу такой заботой и вниманием, которого не удостаивалась прежде ни одна девушка во Вселенной. Он запоем рассказывал Фею о своей подруге, ходил с глупой улыбкой на устах, пьяный от любви. Он порхал и светился, словно мотылек! Мог ни с того ни с сего начать петь, смеяться или весело подпрыгивать.

На четвертый день он решил рассказать Мияко о себе и познакомить с братом. Хорошо, что не успел ничего рассказать! Когда они с Феем пришли на место встречи, Тиас понял, что потерял ее. Она посмотрела на Фея таким взглядом, что все остальное стало бесполезным. Брат сначала держался ровно, потом и в его глазах появилось тепло любви. Тиас на всякий случай напомнил ему о том, что девушка, как ни крути, все ж его. Но Мияко кокетливо сказала, что сердцу не прикажешь, и нагло бросила Верховного Правителя Вселенной ради его же брата, которого он сам привел. Оскорбленный в лучших чувствах Тиас уехал домой, затаив на Фейралисе нешуточную обиду.

Фей вернулся через неделю совершенно ненормальный — по уши влюбленный и омороченный девчонкой. Он потерял голову от любви. Фей вообще не хотел ничего слышать и видеть, кроме Мияко. Узнав, что на родной планете девочки происходит что-то странное, Сын Галактик, напрочь позабыв о безопасности, понесся на выручку. Тиас остался дома из принципа. Видеть эту девчонку ему не хотелось, а уж тем более не было никакого желания ей помогать!

Через несколько дней с ним неожиданно связалась Мияко и сообщила, что у них беда! Сначала в Фея ударила молния, озарив мир яркой слепящей вспышкой. А когда к окружающим вернулась способность видеть, выяснилось, что Фейралисе бесследно исчез. Мияко билась в истерике, повторяя, что она этого не хотела. Тиас на мгновение испытал злорадство — у нее ничего не получилось с братом! А потом очень сильно испугался: кристалл, символизирующий Фея в Символе Высшей Власти, стал черным. Это могло означать только одно — физическую смерть его обладателя! Он тут же бросился к Мияко. В смерть сильнейшего во Вселенной Мастера Магии, которого убило какое-то простенькое колдовство, верилось с трудом. Да и не позволит Талисман умереть своему хозяину. Это Тиас знал наверняка. Но факты – вещь упрямая!

— Почему он поехал один? Почему ты отпустил его? — в голосе Къёлы послышались слезы.

— Он никому ничего не сказал, — мягко ответил Тиас, слишком честно смотря ей в глаза. Как же он «болел» после предательства лучшего друга! Как переживал за сестру, влюбившуюся в Фея с первого взгляда еще в те дни, когда никто и не думал, что он третий Избранный из старейшего магического рода. Зная горячий нрав сестренки, Тиас не мог рассказать ей об интрижке друга с какой-то девицей. И мужская солидарность тут вообще ни при чем!

Но Къёла поняла, что брат либо врет, либо недоговаривает. От близнеца невозможно скрыть правду.

Тиас принялся объяснять:

— Я переместился на Центральную планету, и тут неожиданно появился меч, а потом возникло чувство, что за мной кто-то следит, даже из леса не успел выехать. И Текаш так странно себя начал вести, словно хищники рядом. И знаешь, что удивительно? Я их не испугался, а проигнорировал! То есть внутренний голос кричит об опасности, единорог готов сорваться с места, меч светится, а я спокойно еду в ловушку, как будто так и надо! Уже в Центре увидел, что за мной хвостом идут какие-то мужчины, по пятам следуют! Естественно, я никуда не поехал, решил приглядеться к чужакам. Поводил их по Центру. Смотрю, для людей они какие-то странные: не разговаривают друг с другом и глаза горят как угли. Все животные от них шарахаются, а эти идут напролом, никого вокруг не замечают. Потом мы встретились с одним взглядами, и все… Я поплыл… Оторваться не могу, как кролик перед удавом стою. Хорошо, толкнул кто-то, а то так бы они меня и сцапали. И тут я понимаю, что это какие-то демоны, и что надо брать ноги в руки и очень быстро бежать. И я побежал. На выходе из Центра мою голову посетила мысль, что против пятерых демонов не выстоять, и оптимальный способ избавиться от них — это перекинуть на Землю. Планета сама уничтожит магию. Уже на земном портале увидел кто это, и стало мне совсем плохо, ведь демоны-преследователи самые сильные и стойкие, их невозможно убить. Да еще Земля пока сообразила, какое счастье ей привалило, пока силы собрала… Я чуть не замерз от ее медлительности! Пришлось нарушить прямой контакт демонов и планеты, оторвать их от поверхности. И жадность планеты сделала свое дело. Когда они прыгнули за мной…

— В каком смысле «прыгнули за мной»? Откуда?

— С крыши той пятиэтажки. Так вот, когда они прыгнули за мной, Земля их забрала. А я пошел в квартиру, где горел свет. Хотел немного хозяев загипнотизировать, чтобы не пугались и дали тебе позвонить, но этого делать не пришлось. Лена и отогрела, и накормила, и спать почти положила. Мне кажется, это была любовь с первого взгляда. Ты бы видела ее лицо, когда она меня рассматривала! — Тиас грустно улыбнулся.

— Ответь мне честно на один вопрос, — тихо попросила Къёла. — Пока меня не было, что-то случилось?

Тиас кивнул и отвернулся.

— Вы поссорились?

Он молчал.

— Он уехал один, потому что вы поссорились? Так?

Тиас упрямо молчал.

— Я должна знать, что произошло. Пойми, если вы поссорились, я все равно поеду за ним и вытащу из беды. Он мой друг. Но я хочу знать, что произошло.

Тиас молча указал взглядом на грудь.

Мир… всё-всё-всё его наполняющее… закружился. Раскололся. И упал. Пронзив сознание яркой молнией из бордового, словно малиновое варенье, нутра… Впервые в жизни Къёла испугалась. Сильно. Безнадежно. Она вцепилась в кулон, висящий под водолазкой, так, что побелели пальцы. Ей всего лишь надо его достать. Достать и посмотреть на камешки в хвосте птички. Но сейчас ей проще разбежаться и прыгнуть со скалы на планете без магии, чем увидеть эти камни, меняющие цвет. Три крупных магических кристалла тесно связаны с ребятами, по ним можно найти Детей Галактик, определить состояние здоровья, степень колдовского воздействия. Камни являются сильнейшим проводником магии, помогают в обрядах, защищают. Это частицы чистейшего древнего волшебства, созданного самой Вселенная. В обычном состоянии они ярко-голубые, похожи на редкой красоты и чистоты сапфиры. Но в зависимости от физического или магического состояния хозяина их цвет изменяется от бесцветного (Талисман не может найти хозяина) до коричневого (серьезная угроза жизни). Судя по лицу брата, камень, символизирующий Фея… Къёла не смогла заставить себя достать Талисман, лишь почувствовала, как пальцы рвут цепочку, на которой он висит.

— Тиас, что там? — беззвучно спросила она.

Он взял Къёлу за руку, сжал до боли.

— Ты права, я должен был ехать с ним. Тогда бы ничего не случилось. Я так виноват… Великий Космос, если бы можно было все исправить! Если… исправить… Я не задумываясь отдал бы свою жизнь… — Резко обнял сестру, словно боясь потерять и ее тоже…

— Что там?! — закричала она, вырываясь.

Он суетливо достал кулон из кармана и протянул ей. Къёла заметила, что Тиас тоже оборвал цепочку. Два камня — ярко-голубые. Третий… Она разрыдалась. Брат нежно прижал ее к себе. Еще никогда камни не становились черного цвета.

Къёла оттолкнула его и отшвырнула Символ Высшей Власти. Со всей силы ударила кулаком по стене, щелкнула пальцами, и шаровые молнии заметались по комнате, в опасной близости от занавесок и телевизора. Тиас блокировал огненные шары, вновь обнял бессильно вырывающуюся сестру, сжал, рыдающую, крепко-крепко…

— Милая, послушай меня, — осторожно начал он. — Только очень внимательно послушай. Я, увидев вчера Талисман, тоже начал было биться головой о стену и обвинять себя во всех смертных грехах. Дело в том, что в случае гибели хозяина, гибнет и кристалл. Он должен треснуть.

— Фей жив? — она с такой Великой Надеждой посмотрела в его глаза, что Тиас стушевался.

— Ну, я не могу так вот обещать… — промямлил он. Едва слышно добавил: — Скорее нет, чем да… — И, словно спохватившись, тут же заверил: — Но мы не имеем права исключать второй вариант. Ты ведь знаешь, что физическая смерть отражается на Талисмане. Камень рассыпается. Да, черный цвет означает только одно — смерть. Но Талисман Фея не даст хозяину умереть. Не должен дать по крайней мере. До тех пор, пока Символ Высшей Власти висит на его груди, Фей будет балансировать на грани.

— Тиас, прости, — всхлипнула девочка. — Я сейчас в твоих словах услышу то, что очень хочу слышать, а очень хочу слышать я только одно слово — живой. Объясни нормально, что ты имеешь в виду.

— Я и сам толком ничего не понимаю в этой истории с Талисманами. Это чистой воды теория. Я в книжке во дворце вычитал, что черный цвет камня говорит о том, что его хозяина нет в мире живых. Но это не означает, что он умер. Именно это я и хочу сказать. Возможно, умерло физическое тело…

— Ты издеваешься, да? Если умирает физическое тело, то умирает все остальное! — закричала Къёла обидчиво. — Есть, конечно, варианты комы, когда физическое тело и не там, и не тут, но такой вариант мы не рассматриваем, потому что наши врачи уже много десятков лет умеют выводить пациентов из комы за считанные минуты!

— Милая, если Фей умрет, то камень рассыплется! До тех пор, пока кристалл цел, у нас есть шанс спасти брата. Только вот шанс этот до такой степени ничтожен… Я боюсь на него рассчитывать. Фейралисе нет в мире живых, но он еще не попал в мир мертвых. И я не знаю, как его вытащить.

— Я его вытащу! Чего бы мне это не стоило! Я пошлю по его следу зов! Я нашлю на него видения! Я буду искать его во всех существующих мирах и вырву брата из рук смерти! Я не успокоюсь, пока вновь не увижу его живым и здоровым!

— А вместе мы с тобой не сила, а силища!

Къёла улыбнулась в ответ и вытерла слезы. Надо написать маме записку, что она отправилась в свой мир, а то будет волноваться.

***

Они переместились на Гайдис в полном молчании. На портале Тиас довольно потянулся — наконец-то он может пользоваться магией. Руки засветились ровным серебристым светом. Он окутал себя золотистыми нитями и вновь сладко потянулся. Щемящая боль в спине исчезла, стало легко и хорошо. Ужасная рана на груди светилась чуть дольше, а когда сияние пропало, то пропали и раны. Грудь была такой же целой и невредимой, словно и не рвал никто кожу.

Сестра даже не повернулась в его сторону. Зареванная, с воспаленными глазами, Къёла едва ли не бегом направилась к дому. Фей погиб! Глупость! Какая глупость! Он не может погибнуть! Талисман не даст хозяину умереть! Он предупредит, оградит, поможет, удержит… Нет, Фей жив! Просто он… Кристалл черный… Черный!!! Значит, Фейралисе… Нет! Талисман не даст… Но кристалл…

До дома осталась всего сотня шагов. Еще немного, и чаща расступится, покажет красивое деревянное строение с небольшой пристройкой, где живут единороги. Тиас резко остановился, схватил сестру за руку. Он к чему-то прислушивался. Но ничего, кроме птичьего щебета да шороха листьев, различить не удалось.

— Ты чувствуешь? — шепотом спросил он.

— Охранный щит нарушен. И не просто нарушен, а сломан, — удивленно хмыкнула Къёла.

Они свернули с тропинки в лес. Стараясь не шуметь, обошли дом с противоположной стороны, чтобы понаблюдать. Дверь распахнута, окна открыты, кое-где и вовсе стекла побиты. Ребята как по команде вызвали оружие. Меч тут же образовался в руке хозяина. На поясе девушки засветились ножны. Еще никто и никогда не приходил к ним без приглашения! Друзья приготовились к сражению. Тиас бесшумно перешагнул порог первым и застыл на месте.

***

Тиайленс стоял посреди гостиной и задумчиво созерцал разгром: мебель перевернута и сломана, стекла разбиты, ящики дальних шкафов выпотрошены, диванные подушечки разорваны в клочья.

— В конюшне испорчены все седла, попоны и кордео, — мрачно произнесла Къёла. — Ураган не пострадал. Он где-то в лесу, обещал прийти.

— Интересно, кто здесь был? Колдовство какое-то слабенькое, а защитный щит взломало. Не может колдовство такого уровня взломать нашу защиту.

Она пожала плечами и прошла на кухню. Продукты рассыпаны по полу, ножки стола сломаны, кастрюли смяты. Къёла удивилась: оторвать дверцы многочисленных полок и шкафчиков несложно, но нужна недюжинная сила, чтобы изуродовать металлическую посуду… Поднялась на второй этаж. Во всех спальнях кавардак, испорчены тренажеры в спортивном зале, книги в кабинете разорваны, монитор и клавиатурный планшет ожде разбиты, к счастью, сам системный круг не пострадал, маленькая лампочка показывала, что он работает, значит можно пользоваться системой объемного виденья. Потайная дверь, ведущая в мастерскую и библиотеку магических книг, распахнута. Къёла заглянула туда и не смогла сдержать вздоха облегчения — это Тиас открыл, враги не нашли мастерскую и библиотеку.

Она вышла на лестницу и грустно констатировала:

— Слушай, все не так плохо. Библиотека, мастерская и ожде почти целые. Боевой магии я не чувствую, значит, дома никого не было, когда произошел налет. И это опять хорошо, потому что Ворушка и Вора не пострадали. Только непонятно, где они. Остается выяснить, кто на нас напал. Взломать защитный щит может очень могучий колдун, но я не ощущаю присутствия сильного колдовства. Какие-то обрывки магии и все.

— В свете пропажи Фейралисе это нападение мне совершенно не нравится.

— Нужно срочно отправляться в созвездие Двуликой Кошки. Ты в курсе, кто там у них главный?

— В курсе, — пробормотал Тиас и недовольно скривился.

— Тогда пойдем в кабинет. Надо с ним связаться. Давай, Тиас, хватит медитировать. Я понимаю, что ты очень расстроен, но у нас есть проблемы посерьезнее налета. Еще необходимо предупредить службу безопасности и попросить дворцовых служащих здесь прибраться.

— Я уже их вызвал. Родители во дворце, так что хотя бы одной проблемой меньше. Я попросил Ворушку сюда не приезжать до полного восстановления дома.

— Это грамотно, — кивнула девочка и решительно направилась в кабинет. Неожиданно она перевесилась через перила и почему-то шепотом спросила: — Надеюсь, ты не сказал Высшему Совету Вселенной, что Фей на грани?

Он бросил на нее хмурый взгляд и буркнул:

— Я похож на идиота? Сами вляпались, сами и выпутываться будем.

— Это ты вляпался, — съехидничала Верховная Правительница.

— Это мы с Феем вляпались. — Тиас медлил, как-то недобро посматривая на сестру. Потом решился: — Къёлка, только прежде, чем ты свяжешься с Двуликой Кошкой, я должен тебе кое-что рассказать.

— Ну?

— Сядь.

Она удивленно опустилась на ступеньку.

— Давно надо было все рассказать.

— Я… Ты же знаешь… — мялся он.

— Не тяни.

— Ты только правильно пойми…

— Тиас, я жду. Честно сказать, я еще на Земле хотела прочитать твои мысли, но…

— Жаль, что ты этого не сделала. Тогда бы я был избавлен от необходимости говорить глупости и подбирать слова.

— Что произошло?

— В общем… Ты, главное, пойми правильно… Мы с Феем поругались.

— Это я поняла. Из-за чего?

— Ты не верно формулируешь вопрос.

— Не занудствуй! Говори же!

— Из-за девушки... Фей. Увел. У. Меня. Девушку.

От удивления глаза Къёлы стали большими-большими, а рот приоткрылся. Она нервно хихикнула и на всякий случай уточнила:

— Что он сделал?

— Увел у меня девушку.

— Интересное кино, — вновь глупо хихикнула девочка. — Фей у тебя отбил девчонку? Наш Фей? У тебя? Ты ничего не путаешь?

— Я похож…

— Нет, на идиота ты не похож, это мы уже выяснили. Теперь все понятно. И он поехал один, потому что вы с ним какую-то деваху не поделили?!

— Он поехал к ней. Поэтому и один. Он никого не предупредил. Зачем ему конкуренты?

— То есть Фейралисе влюбился? — очень медленно поинтересовалась Къёла, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Тиас кивнул и опустил глаза.

— Ты хочешь сказать, что после ее сообщения о гибели магии наш благоразумный Фейралисе бросил все и помчался на помощь? И вам не пришла в голову мысль, что это ловушка?

— Не глупее некоторых, — огрызнулся парень. — Только я даже до Центра не доехал, как на меня напали.

— Ну что ж? Нанесем визит этой красотке. И горе ей, если по ее вине мой друг пострадает! — Къёла нехорошо улыбнулась, представляя, как разделается с соперницей.

Тиас с удовольствием посмотрел на сестренку. Такая она очень нравилась ему — решительная, порывистая, отважная. Не девчонка — ураган!

Глава 3

Принцесса Мияко Котияко, правительница созвездия Двуликой Кошки, встретила высокопоставленных гостей с плохо скрываемым волнением. С самого утра во дворце тщательно готовились к их приезду. Мияко нежилась в тени пушистой хвойной арантии, скрываясь от горячих лучей утреннего солнца, чтобы не испортить фарфор кожи загаром, и то и дело посылала пажей справиться у управляющего о ходе приготовлений. Она так нервничала, что сама соизволила сходить на кухню и проверить качество десертов. Десерты пришлось переделывать: она съела почти все пирожные, которые приготовил повар для Детей Галактик.

Когда после полудня единороги Верховных Правителей Вселенной остановились перед парадным подъездом, Мияко не удержалась и ринулась им навстречу, презрев все протоколы и этикеты.

Сын Галактик ловко спрыгнул на землю, поправил дорожный костюм и отдал кордео конюхам.

— Покормить и почистить, — коротко бросил Тиас, даже не взглянув на прислугу. Он помог сестре спешиться. Къёла одарила брата благодарной улыбкой.

— Ваше Всемогущество! — Мияко присела в глубоком реверансе, глядя на Къёлу снизу вверх. — Ах, я так рада, что вы решили посетить наше скромное созвездие. Это великая честь для жителей созвездия. Мы так счастливы…

Къёла подняла руку, прося ее помолчать. Между тем Мияко «случайно» заметила Тиаса. Всего на мгновение ее лицо дернулось и недовольно скривилось, но, тут же совладав с собой, принцесса радостно вскрикнула и… бросилась парню на шею.

— Тиас! Как я счастлива видеть тебя снова! Что это за маскарад? Зачем ты придумал такие глупости, да еще притащил с собой эту гнусную девицу?

Тиас попытался снять Мияко с себя. Безуспешно.

— Ваше Высочество, соблюдайте протокол, — надменно произнесла Къёла. — Перед вами Его Всемогущество Сын Галактик и Верховный Правитель Вселенной Тиайленс Асгорун Ие Рониму Босхе Арджу.

— Сын Галактик? — ахнула Мияко, всплеснув пухленькими ручками. — Тиас, ты Сын Галактик? Я не верю! Это шутка, да?

— Нет, это не шутка, — холодно отозвался Тиас, отойдя от принцессы на безопасное расстояние. — Я на самом деле Сын Галактик и Верховный Правитель Вселенной. Мое полное имя Тиайленс Асгорун Ие Рониму Босхе Арджу. И мы здесь расследуем дело об исчезновении Его Всемогущества Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу, моего родного брата.

Личико Мияко вытянулось. Она побледнела и дрожащим голосом поинтересовалась, часто заморгав короткими ресничками:

— Фей твой брат? Я не ослышалась?

— Нет, ты не ослышалась.

— Великий Космос! Из-за меня погиб Верховный Правитель Вселенной!

Къёла не смогла скрыть раздражения.

— Мы так и будем стоять под взглядами сотни зевак? — резко спросила она, с презрением глянув на толстую коротышку, и быстро направилась во дворец.

Сын Галактик последовал за сестрой. Мияко посеменила за ними, виновато бормоча ему в спину:

— Тиас, я так виновата перед тобой… Как я могу исправить…

— Обращайтесь ко мне, Ваше Высочество, по протоколу, — тихо ответил он ледяным тоном.

— Тиас, между нами так много было хорошего! — упавшим голоском прочирикала Мияко. — Неужели ты все забыл? Мы же были с тобой так близки! Между нами было так много!

Тиас заметил, как плечи Къёлы вздрогнули в немом смешке. Он метнул в Мияко разгневанный взгляд:

— Ваше Высочество, будьте любезны, придерживайтесь протокола.

— Прости, я не знала, кто ты, — слезливо заскулила она, заломив ручки. — Если бы я знала, что Фей — Сын Галактик, я бы… да у меня бы… мышь бы… не проскочила бы…

— Зачем же вы обращались к нему за помощью? — спросила Къёла. — Ведь это не в его компетенции. Почему не обратились в службу безопасности Галактики? Так было бы логичнее.

— Я плохо понимаю в этом! — Мияко ухватилась за вопрос, словно утопающий за соломинку. Обогнала Тиаса и зашагала рядом с Къёлой вприпрыжку. — Вообще все эти правительственные дела не для меня. Я слабая девушка, которая нуждается в защите. Я поделилась проблемой с Феем. Спросила, кто может помочь и как связаться с этой службой безопасности! У нас в созвездии происходит какая-то непонятность, я очень боюсь! Я не умею ничего. Он был единственным, кто мог мне помочь! Меня вообще хотят убить! Я не знаю! Мне так нужна ваша помощь! Как замечательно, что вы приехали. Тиас, я так нуждалась в тебе! Только ты…

— Что ж, вот Верховные Правители Вселенной и взялись за проблемы в созвездии, — жестко перебила принцессу Къёла. — Только я вас предупреждаю, Ваше Высочество…

— Мияко! Называйте меня Мияко! Мияко с древнеэлионского языка переводится как «звезда», а Котияко с древнемагического означает «счастье», то есть я звезда счастья по отношению к другим и миру, и счастливая звезда по отношению к самой себе. Лучшего имени не придумаешь — красиво, выражает то, что я о себе думаю, и то, каким мир видит меня! — Она взяла гостью за руку и прижала ее к своей груди: — Ваш брат так дорог моему сердцу…

— Который из них? — Къёла выдернула руку. Мияко осеклась, опустила голову и низко поклонилась. Дочь Галактик продолжила: — Я вас предупреждаю, Ваше Высочество, если с головы Его Всемогущества Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу упадет хотя бы волос, или я узнаю, что это была ваша инициатива, молите своих богов о быстрой и легкой смерти.

— Ваше Всемогущество мне угрожает?! — с ужасом воскликнула принцесса. В зеленых глазах заблестели слезы.

— Предупреждаю, — с усмешкой фыркнула она. Надо же какой позор! Ладно, если бы ребята влюбились в красотку «что не можно глаз отвесть», а тут кошмар какой-то, пародия на девушку. Интересно, чем пленила братьев Мияко, ей было не понятно. Пока же принцесса вызывала в душе Верховной Правительницы лишь стойкую неприязнь. Кто бы мог подумать, что у Тиаса и Фея такой дурной вкус!

— У вас такие штуки на поясе… — восхитилась принцесса, указав на ножны Къёлы, украшенные чеканкой и драгоценными камнями. — Это меч, да? И что вы им делаете? Вы умеете им пользоваться?

— Нет, чисто для красоты таскаю, — ехидно отозвалась Дочь Галактик. — А иногда колбасу нечем покрошить.

— Странно, я не видела, чтобы у Тиаса…

— Его Всемогущества, — поправила Къёла.

— Ну да… простите… Не видела, чтобы… Его Всемогущество пользовался мечом. А вот теперь вы оба с мечами… как будто к врагам приехали, — она грустно вздохнула.

— А Его Всемогущество Фейралисе чем пользовался, когда на него напали? — Къёла сурово посмотрела в глаза Мияко. Принцесса испуганно шарахнулась в сторону и истерично закричала:

— На него никто не нападал!!! Это все молния виновата!!!

— Какая молния? — прошипела Дочь Галактик, не отводя взгляда.

— Белая!!! — брызнули слезы. Казалось, что Мияко от страха упадет в обморок.

— Исчерпывающий ответ, — губы Къёлы растянулись в презрительной усмешке.

Мияко передумала рыдать, отошла от полоумной девчонки подальше, поближе к Тиасу.

Надо отдать принцессе должное — дворец оказался шикарным. Светлый, легкий и искристый. Къёле сразу же бросилось в глаза множество собственных изображений в многочисленных зеркалах в дорогих золотых рамах, украшенных самоцветами. Они отвлекали внимание от изящных балюстрад со сложными, как бы скругленными формами, составленных из отдельных соединенных между собой элементов. Нельзя себе представить большего контраста с массивностью зеркальных рам. Красивая мебель с витыми ножками и резными спинками. Кругом хрусталь и золото. Взгляд ничего не задерживало, он скользил по интерьеру, цеплялся за какие-то маленькие детальки. Но ничего лишнего, каждая деталь продумана и функциональна, вплоть до дверных ручек и витражей из цветных стекол в окнах, филенках высоких дверей и плафонах на стенах. Удивительное умение объединять все элементы интерьера в единое целое. В разноцветных залах царило ощущение постоянного роста пространства и форм, с сильно выраженными вертикальными линиями. От этого кружилась голова и создавалось ощущение ускользающего пола.

Они поднимались в гостевые комнаты по красивейшей лестнице. Странная металлическая конструкция повсюду обнажена, тяги из металла изгибаются и закручиваются подобно усикам растений. Им вторила живопись на стенах и потолке, мозаичные узоры на мраморном полу.

Верховная Правительница испытала настоящий восторг, заметив под потолком вдоль стен изящный фриз из застывших женских фигур, напоминающих кариатиды, оплетенных сетью из сказочных цветов.

— Нравится? — кокетливо спросила Мияко.

Дочь Галактик снисходительно кивнула.

— Это я сама придумала! Все моими руками сделано. Ну то есть не моими, а строителями, но это я все сама придумала.

— Миленько, — бросила она через плечо и захлопнула дверь перед носом принцессы.

Верховные Правители настояли, чтобы их комнаты находились рядом и обязательно соединялись общей дверью. Тиас предпринял все меры предосторожности, чтобы оградить себя и сестренку от внезапного колдовского воздействия. Они приехали на Элиону инкогнито, без должной охраны, боясь, что весть об исчезновении Фея разнесется по Вселенной, а это не та новость, о которой должно знать население. У них очень мало времени. Если журналисты пронюхают о произошедшей трагедии, ребятам несдобровать. Чародейки Высшего Совета Вселенной обратят их в прах червяков за ротозейство и в наказание развеют по Космосу. Они должны найти брата и спасти его. Не может Сын Галактик, находящийся под защитой Талисмана, погибнуть так легко. Не может! Он слишком сильный Маг.

— Ты заметил? — Къёла упала на мягкую постель и с удовольствием вытянулась, раскидав руки в стороны. Казалось, этот переезд никогда не кончится. — Здесь совсем нет магии. Ни капли!

— Заметил, — проворчал Тиас, внимательно осматривая окна и парк за ними. — И мне не понятно, куда делся Фейралисе с этой планетки, которая от Земли отличается только размерами и ландшафтом. Я пробовал применять магию. Элементарные заклинания съедают столько силы, что о более серьезных заклятиях я и думать боюсь.

— А Мияко эта беспомощна как котенок. Похоже, ее силы хватает исключительно на перемещение с планеты на планету. Ты видел, все бра и люстры работают на энергии солнечных батарей, установленных на крыше дворца?

— Странно все это.

— Еще более странно, как ты и Фей польстились на этот комок жира! И если бы я не проверила ее на магию, то решила бы, что она вас приворожила.

— Къёла, дело не в наличии жира в области талии, а в том, что у человека внутри, — Тиас улыбнулся, глядя на болтающую ногами сестру. Как же она хороша, когда ревнует!

— Внутри у нее такая же пустота, какая наблюдается в моем желудке последние три часа. Нас тут кормить будут или нет? — она нетерпеливо подергала шнурок над кроватью.

— Милая, прошу тебя только об одном — будь более приветливой. Ты очень агрессивна.

— Да я ее убить готова!

— Вот этого я и боюсь.

— Из-за нее мой брат попал в переплет, а я должна быть с ней ласковой?!

— Ты просто-напросто ревнуешь.

— Не дождешься! Ха! Променять меня на это недоразумение… — Къёла неприятно рассмеялась. Неожиданно резко замолчав, горестно спросила: — Что вы в ней нашли? Она же глупа как пробка, страшна как грехи мои тяжкие. Что в ней есть такого, чего нет во мне?

— Не сравнивай себя с ней. Уверен, ты сама все вскоре поймешь. Она настоящий ангел! — Тиас забавно всплеснул руками и глупо улыбнулся.

— Ага, ангел! Только судя по всему крылья ее в химчистке, а нимб где-то на подзарядке, зато помело около входа стоит, чтоб долго не искать! — недовольно сощурила она глаза.

В комнату тенью вошел слуга. Застыл, не смея поднять взгляда.

— Ваше Всемогущество?

— Когда изволят подать обед? — величественно расправив плечи, вопросила Къёла.

— Через полчаса.

— Кто еще живет во дворце из родни Мияко?

— Никого.

— Передай Мияко, чтобы кроме нее на обеде больше никого не было. Мы не расположены видеть гостей.

— Это все распоряжения?

— Да. Иди.

— Нет, постой! — задержал прислугу Тиас. — Передай, что никаких званых празднеств не будет. Мы не в настроении. Нам нужна тишина и покой.

— Как прикажите, Ваше Всемогущество.

Весь багаж Детей Галактик уместился в двух походных сумках. Посему выбор одежды не занял много времени ни у неприхотливого Тиаса, ни у модницы Къёлы: парень надел желтые бриджи в песочных разводах и ярко-зеленую футболку с хулиганской надписью, купленную на Земле, девочка облачилась в простые салатовые шорты и белую майку на тонких бретельках.

Мияко передернуло, когда она увидела наряд Верховных Правителей. Принцесса сидела за столом, одетая по всем правилам и законам: в белоснежном богатом платье с огромным декольте, таким глубоким, что пышная грудь вот-вот норовила сорвать оковы корсета и вырваться наружу. Высоченный воротник расшит розовым жемчугом. На покатых плечах газовый палантин. Къёла ехидно подумала, что на ногах у нее обязательно должны быть чулки и туфли на шпильках — ни дать, ни взять невеста. Венчала чернявую головку принцессы какая-то очень сложная прическа и диадема. На шее жемчужное колье шириной в четыре пальца. Из-за этого короткая шея зрительно становилась еще короче и подбородок плавно перетекал в грудь.

— Ваше Высочество, — Тиас подчеркнуто вежливо кивнул, — вы прекрасны.

— Как обычно, — расцвела Мияко. — Ты же знаешь, я всегда великолепна. Только мне не очень понятна ваша просьба насчет гостей. Вечером я устраиваю прием в вашу честь. Не каждый день к нам приезжают такие гости.

— Это не просьба, — ответила Къёла. — Это приказ. Никаких балов и приемов. Мы здесь по делу. И говорить сейчас будем только о случившемся.

— Но мы же не можем говорить только об этом! Приглашения разосланы! Большинство гостей уже выехало.

— Мы можем говорить только об этом. А что до приглашений и гостей, скажите, что Правители Вселенной не в настроении, — нетерпящим возражений тоном произнесла Къёла.

— Тиас! — решилась искать защиты у парня Мияко. — Ну скажи ей!

Он даже не повернулся в ее сторону.

— Ты мне мстишь! — обиженно заявила принцесса.

Ребята удивленно подняли на нее глаза.

— Мстишь, что я предпочла Фея, а не тебя! Да, он лучше и красивее тебя. Он благородный! Смелый и отважный! Когда мне понадобилась помощь, он все бросил и примчался сюда! А ты! А ты! А ты даже пальцем не пошевелил, чтобы вернуть меня! Ты трус и предатель!

Парень бросил на сестру тревожный взгляд. Къёла настолько сильно любит Фейралисе, что подобное выступление могло стоить Мияко жизни. Но Дочь Галактик лишь растянула губы в смешке.

— Ну раз вы сами об этом заговорили… — нарочито любезно процедила она сквозь зубы. — Итак, Ваше Высочество, мне хотелось бы знать, что у вас случилось. Только очень подробно.

— Ничего не произошло, — гордо отозвалась Мияко, капризно опустив уголки губ.

Къёла шумно вскочила. Звякнули и упали бокалы, заливая белоснежную скатерть напитками, с грохотом опрокинулся стул, на мраморном полу звонко подпрыгнула вилка. Тиас уловил знакомое движение рукой — сейчас появится меч. Но Къёла передумала вызывать оружие, решив ограничиться только грозным видом.

— Слушай сюда внимательно, девочка, — зашипела Дочь Галактик, нависнув над ней грозовой тучей. Костяшки пальцев, сжатых в кулак, побелели. Вены и сухожилия на руках напряглись. — У меня пропал брат и любимый парень. Мой Талисман показывает, что он болтается где-то между мирами. И ты либо поможешь мне его найти, либо я лично превращу тебя в козьи шарики! Ты поняла?

— Вы мне опять угрожаете? — Мияко сжалась на стуле в комочек, по бледным щекам побежали слезы. Жемчужинки на воротнике и декольте нервно задрожали.

— Я сюда не Ваньку валять приехала! — по-земному огрызнулась Къёла, мало заботясь о том, чтобы смысл фразы дошел до принцессы.

— Я не знаю, зачем вы приехали, но я буду просить защиты у Высшего Совета от вторжения на частную территорию, — неуверенно пискнула она.

— Пожалуйста, — беспечно пожал плечами Тиас, кладя кусочек нежнейшего рыбного филе в рот. Глупая Мияко так неудачно играет с огнем, что как бы не пришлось защищать ее от разгневанной сестренки. — Только тогда тебе придется объяснить чародейкам, куда делся Фей. Что-то мне подсказывает, они не будут с тобой возиться так, как возимся мы. А мы с тобой возимся не за твои красивые глазки, а исключительно из милосердия и в память о наших с тобой хороших отношениях. Будь любезна, объясни, что произошло у тебя на планете и как пропал Фей. Подробно.

Мияко всхлипнула. Жемчуг на воротнике переливался в лучах коснувшегося его солнца. Къёла недовольно уселась на место, отпихнув залитую соком тарелку. Вокруг сновали слуги, ловко уничтожая следы испорченной еды залитой напитком, меняя приборы и посуду.

Когда на столе стало чисто, а взбалмошной гостье принесли новую порцию угощений, Мияко пролепетала:

— Я правда не понимаю, что произошло, Ваше Всемогущество. Если бы я знала, что Фей ваш брат и Верховный Правитель, то и не подумала бы подвергать его жизнь опасности.

— Ближе к делу, — прервала ее Къёла.

— Я и говорю о деле. Когда я вернулась после фестиваля, ко мне пришел совет мудрейших магов, которые помогают мне править, и сказали, что на планете что-то происходит. Магия исчезает. Я ничего в этом не понимаю. Вообще ничего. У меня нет таланта к магии, поэтому я связалась с Феем и, так как он сильный Мастер…

— Кто тебе сказал, что он сильный Мастер? — рыкнула Дочь Галактик.

— Он сам и сказал. Когда мы начали встречаться. Так вот, я обратилась к нему за помощью. Он приехал. Побеседовал с моими магами…

— Немедленно пошли за ними, — приказал Тиас.

— Уже послала. Они будут через час. После той беседы он отправился в колдовской лес. Вернулся на следующий день. Сказал, что все в порядке. Мы прекрасно провели день, а ближе к ночи… Ой! Я такое видела! Я такое видала! Что даже с вами мне хорошо!

— Что ты видела? — нетерпеливо подпрыгнул Тиас.

— На небе вдруг засверкали молнии, и одна попала в него. Ой! Он исчез. Я ни в чем не виновата! Оно само произошло! Я не знаю, как мне доказать вам, что это не я! — Мияко неожиданно разрыдалась.

— Что это за колдовской лес такой? — нахмурилась Къёла.

— Понятия не имею. Я там никогда не была. Там страшно. И уроды всякие ходят.

— Что рассказал Фей о той поездке?

— Ничего. Сказал, что он все понял.

— Что именно он понял?

— Понятия не имею. Я не спрашивала.

— Интересный поворот событий! — опять принялась рычать Къёла. — То есть ты не соизволила поинтересоваться, что у тебя происходит на планете?

— Мне оно не надо. Я живу себе спокойно, никого не трогаю. Я не лезу в тот лес, лес не лезет ко мне. Все замечательно! — она захлопала в ладоши и засмеялась.

Тиас и Къёла переглянулись. Поведение Фея вызывало множество вопросов. Но самый большой вопрос заключался в следующем: как такая правительница может управлять целым созвездием?

***

Разговор с тремя чародеями ни на какие интересные мысли их не натолкнул. Те рассказали, что действительно долго и обстоятельно беседовали с Феем. Он много расспрашивал о принцессе, ее магических возможностях и жизни вообще. Потом маги поведали ребятам о лесе, в котором скрывается колдовской источник, питающий магию планеты. Этот источник то ли пересыхает, то ли чем-то «закупорен». В любом случае попасть чародеи к нему не могут, потому что его оберегает Хранитель, который убивает каждого, кто приближается к роднику.

— Как давно это началось? — спросил Тиас.

— Судя по всему давно, — ответил самый старший. — Мы подозревали что-то неладное. Но не думали, что все так плохо.

— Расскажите о Мияко, — потребовала Къёла.

— Она хорошая девочка, — улыбнулся молодой. — Принцесса Мияко три года назад осталась без родителей. Они погибли в том лесу. Их Величества нашли около родника, превратившихся в ледяные глыбы. Остаться в девять лет без родителей, мудрых и заботливых, — это очень тяжело…

— Во сколько лет? — удивленно воскликнула Дочь Галактик. — Ей сейчас двенадцать?

— Да, ей в прошлом месяце исполнилось двенадцать. В лице Его Всемогущества Принцесса нашла друга и старшего брата, который бы мог многое сделать для планеты. И прежде всего он мог восстановить равновесие.

— Вы сразу поняли, кто такой Фейралисе? — ничуть не смутился Тиас.

— Конечно, — учтиво кивнул старший. — У нас во Вселенной слишком мало Мастеров такой огромной силы, как Его Всемогущество. И всех их я знаю поименно.

— Здорово! — рассмеялась Къёла. — Вы в курсе, кто Фей, а Мияко дурочкой прикидывается. Тебе не кажется это странным, Тиас?

— Нет, не кажется. Она и меня не признала.

— Позвольте заступиться за нашу девочку, — склонил голову средний чародей. — Принцесса Мияко слишком молода и своенравна. Не могу сказать, что Ее Высочество хорошо образована. После гибели родителей Принцесса избавилась от всех учителей и живет так, как ей вздумается. Мы помогаем Ее Высочеству править созвездием. Вроде бы успешно. А там, надеемся, что она удачно выйдет замуж за принца Эммина (он давно претендует на ее место), который довольно умен, чтобы грамотно вести созвездие к процветанию.

— Талант нравится — это… — Къёла замолчала, не зная, как сформулировать мысль.

— Мы наделили Ее Высочество этим даром. У Принцессы Мияко, как вы видите, очень своеобразная внешность, поэтому приходится ей помогать.

— Но я не почувствовал никакой магии! — удивленно воскликнул Тиас.

— Это не магия, это именно дар.

Дети Галактик переглянулись. О подобном способе колдовства они слышали впервые.

— Вы знаете, что произошло с Феем? — осторожно спросила Къёла.

— Только то, что рассказывала Ее Высочество.

— Как вы думаете, что это могло быть?

— Проклятие Хранителя.

— То есть?

— Если колдун или маг нарушит границу колдовского леса, его ждет неминуемая гибель. Его Всемогущество Фейралисе оказался очень сильным Мастером, раз проклятие покарало его только через сутки.

— Бред какой! — возмутилась Къёла. — Фея покарало проклятие?! Да его защиту ни одним проклятием не прошибешь! Я должна попасть к этому источнику и все увидеть сама!

— Ваше Всемогущество! — в один голос произнесли маги, встав и преклонив колени. — Мы говорили Его Всемогуществу Фейралисе, что живым он не выберется из того леса. От имени Вселенной и Мира просим вас не подвергать свою жизнь опасности. Мы не может потерять еще и вас. Его Всемогуществу Фейралисе уже не поможешь, а вы можете погибнуть.

Тиас хмыкнул. Надо же как эти чародеи быстро похоронили Фея! Еще чего не хватало! Бросить брата на произвол судьбы, прикрыв свои венценосные головы боязнью ранней смерти! Да он себе никогда этого не простит!

— Выезжаем немедленно! — скомандовал он. — Ну, Къёлка, ты готова ввязаться в драку с каким-то там Хранителем?

— Ваше Всемогущество! Только не это! Пожалуйста! Вы погибнете! — наперебой закричали маги.

— Не дождетесь! — подмигнул им парень.

— За Феем хоть в тартарары! — хищно улыбнулась Къёла.

— Вот и славно!

Тиас потянулся, размял кисти, сделал едва уловимое движение рукой, вызывая меч, и, изящно развернувшись и описав в воздухе дугу, скрестил оружие с мечом сестры. В стороны полетели искры, раздался неприятный лязг. Къёла парировала удар, легко и ловко отпрыгнув в сторону, выбила меч из рук брата. Клинок замер у незащищенной шеи. В зал влетела Мияко. Увидев безоружного Тиаса и рядом с ним Къёлу с мечом у его горла, она пронзительно завизжала и с воплем:

— Я не позволю его убить!!! — повисла на плечах парня. С противоположной от Къёлы стороны. То есть спрятавшись у него за спиной!

Верховные Правители рассмеялись. Ненормальная малолетка.

Глава 4

Прежде чем отправиться в путь, Дети Галактик тщательно изучили карту планеты и просканировали ее магией. Нормального ожде, вещички вроде земного компьютера, только мощнее в несколько раз, у Мияко не оказалось. У нее вообще никакого ожде не оказалось, что было крайне странно для молодой прогрессивной девушки. Они быстро нашли колдовской источник, но вот что с ним делать так и не придумали. Решили разобраться на месте.

Несложные манипуляции с Силой лишили их возможности колдовать на какое-то время. Планета на самом деле «пожирала» Магию с неприличной прожорливостью. Она не только ее уничтожала, она почти полностью блокировала действие молодых Мастеров, лишь легкая бытовая магия была немного доступна, и то недолго. Странно все это и не понятно. Только галактика Млечного Пути, в которой находилась Земля, считалась во Вселенной мертвой и не способной к Магии. Больше ни одна планета не обладала таким же скверным «талантом», как старушка Земля. Нет, на Земле можно колдовать, там вполне получаются простые заклинания, совершенно не интересные для профессионального Мастера, тем более если тратить на них массу сил, как на серьезные заклятия и обряды.

— Милая, я хочу, чтобы ты осталась во дворце, — в конце концов сказал Тиас. — Видишь, что происходит? Мы почти не можем колдовать, вся наша сила только в мечах и физической подготовке. Если со мной что-то случится, я буду нуждаться в твоей помощи.

— Тиас, я еду с тобой. Только так у нас получится спасти Фея. По одиночке мы слабее. Да и, скажу честно, еще один час в обществе этой девицы — и я сойду с ума. Не понимаю, как можно было влюбиться в это недоразумение…

— Любовь, как у вас говорят, зла… — лирично вздохнул Тиайленс.

— Ну, слушай, не до такой же степени! — игриво подняла бровь Къёла.

— Ревнуешь, — довольно мурлыкнул Тиас.

Она рассмеялась. Адреналин уже бродил по венам, наполняя тело ловкостью, а разум отвагой.

***

Ночь спустилась на Элиону внезапно, словно какой-то шутник на небе выключил светило. Темно стало за считанные минуты: ни тебе красивых закатов, ни набегающих с холмов туманов, ни заливистых трелей какой-нибудь птахи — ничего! Раз — и темень такая, что хоть глаз коли! Лишь месяц-перевертыш и ослепительно-белые тяжелые звезды нависли над планетой, как мокрые цветы. Вдобавок сильно похолодало, а ребята не особо позаботились о теплой одежде. Их попросту никто не предупредил, что здесь бывают резкие перепады температуры. Къёла по этому поводу последние полчаса всячески изгалялась над братом. Конечно, провожая их вечером в путь и бросая томные взгляды на отличное бронзовое тело Тиаса, замечательно просматривающееся из-под легкой майки-«боксерки», Мияко и в голову не пришло сказать, что через три часа плюсовая температура упадет практически до минуса. Заморозить решила беспокойных гостей. Нет, понятно, что с Къёлой у Мияко отношения не сложились (Тиас вообще ожидал худшего) — ее предупреждать не надо, пусть себе мерзнет, но бывшего возлюбленного хотя бы из чувства сострадания можно было поставить в известность об особенностях местного климата. Однако хитрая принцесса пожелала им счастливой дороги, скорого возвращения и смахнула скупую слезинку с румяной щечки. Пришлось прерывать путь и срочно разводить костер. Прижавшись друг к другу, Дети Галактик безуспешно пытались согреться, придвинувшись вплотную к пламени, но вскоре стало еще холоднее. Все вокруг покрылось коркой льда. Иней садился на волосы, серебрил ресницы. Не спасало ничего — ни близость огня, ни тепло соседнего тела.

— Есть идея! — воскликнул Тиас, когда понял, что еще час, и они окончательно замерзнут. Трясущаяся Къёла с мольбой смотрела на брата. — Надо развести два-три костра вокруг. Воздух нагреется, и мы протянем некоторое время в относительном тепле.

— Но ты же знаешь, что огонь выжигает кислород. Мы можем задохнуться.

— А так мы околеем. Тоже малоприятный вариант.

Немного магии, и через минуту ребята оказались в огненном круге. Жить стало веселей! По крайней мере не так холодно.

Спали они по очереди. Сначала Къёла поддерживала огонь и следила за окружающим миром, потом Тиас слушал тишину и вздрагивал от малейшего шороха.

Когда светило соизволило выползти на небо и одарить теплом все вокруг, Дети Галактик чувствовали себя хуже некуда. Мало того, что они потратили почти всю магическую силу на обогрев, так еще и не отдохнули физически. Через четверть часа о ночном морозе напоминала только влажная земля. Птицы вновь защебетали. Цветы раскрылись. Деревья расправили листья. Солнце принялось жарить продрогшие тела ребят. Пока Тиас готовил единорогов к дальнейшему пути, Къёла походила вокруг каких-то кустов на самом краю леса, порассматривала траву и цветы, поковырялась палочкой в земле и, повернувшись к брату, удивленно воскликнула:

— Ты только не смейся, но здесь заморозков не было!

— То есть? — изумленно оторвался он от затягивания подпруги.

— Вот тебе и «то есть»! Понимаешь, если бы здесь было все заморожено, то трава пожухла бы, — Къёла сорвала ветку и поднесла ее Тиасу. — Смотри, листья живые, без следов заморозков, словно на них выпала роса.

— Может, особенность такая? — хмыкнул Сын Галактик.

— Нет, это не особенность. Земля прогревается очень медленно, поэтому либо верхний слой будет влажным, либо он будет немного проморожен. Но он сухой! Посмотри на месте нашей стоянки и вокруг. Видишь, земля мокрая, тут вообще смерзлась. А ведь у нас несколько костров горело. Тиас, нас с тобой кто-то пытался заморозить.

Он ковырнул кованым мыском сапога землю рядом с кострищем и хладнокровно констатировал:

— Иными словами, нас пытались убить.

— Вот именно! Но я не понимаю одного: почему так глупо? Температура ночью не была критической для организма, мы могли не останавливаться, а ехать дальше…

— Нет, — задумчиво покачал парень головой, — не могли… Ночью в незнакомом лесу легко заблудиться… Конечно же, мы остановимся перед ним… И температуру они выбрали удачно...

Тиас замолчал, глядя куда-то в сторону, а потом неожиданно рассмеялся:

— Къёлка, мы два убожества! Все так легко! У нас с тобой выкачали магию! Это гениально!

— Зачем? — она глянула на брата как на ненормального.

— А за тем, что мы приехали за Феем! Я понял, что произошло! У него, сильнейшего Мастера, забрали магическую силу. Вот почему нельзя приближаться к этому лесу ни магам, ни колдунам! Хранитель забирает Силу!

— Но это глупости. Всем известно, что чародею или колдуну необходимо отдохнуть по-человечески или съездить на нормальную планету, и силы восстановятся за пару часов.

— Я думаю, здесь кто-то вампирит. Только вместо крови он предпочитает магию. Это многое объясняет. Нас с тобой всего лишь «попробовали на вкус». Фей пропал семь дней назад. Он потомок древнейшего магического рода, Избранный, у него в жилах, образно говоря, не кровь течет, а чистейшая Магия. Получив его Силу в свое распоряжение, вампир может быть еще сытым, поэтому и не нападает толком. И если мы с тобой его не опередим, то нас ждет та же участь, что и брата. Но надо быть слабоумным, чтобы убить Фейралисе, ведь он как та курица, что несет золотые яйца: его еще очень долго можно использовать в качестве «корма». Къёла, Фейралисе и не жив, и не мертв. Скорее всего, его «усыпили» и теперь «едят», а Талисман показывает, что он болтается где-то между жизнью и смертью — кристалл черный (смерть), но не треснувший (смерть не физическая). От того, как скоро мы найдем Фея, зависит, будет ли он жить. А для того, чтобы его найти, мы должны найти этого Хозяина. Но, по правде говоря, мы с тобой серьезно влипли, сестренка, глупо и очень опрометчиво вляпались в отвратительную историю. Езжай-ка ты во дворец и вызывай подмогу, наше мероприятие оказалось опаснее, чем я предполагал.

— Ты не поедешь один, — жестко пресекла Къёла любые возражения.

Тиас вздохнул и недовольно скривился: спорить с сестрой бесполезно. Если она решила чего-то добиться, горе тому, кто ей помешает! Он и не рассчитывал, что она немедленно бросится обратно к Мияко. Всего лишь хотел попробовать.

Они очень долго ехали по шикарному реликтовому лесу. Могучие деревья, изумрудные под бархатным мхом, закрывали свет, пропуская лишь мягкие широкие лучи, отчего лес казался дымчато-полосатым. Пушистые разлапистые папоротники прятали тропинки. Пахло прошлогодней листвой, хвоей и грибами. Единороги ступали мягко и бесшумно. Правители Вселенной сосредоточенно молчали. Иногда над их головами начинали серебристо стрекотать, как рассыпавшиеся бусы, какие-то насекомые, иногда резко пересвистывались птицы, а за деревьями мелькали олени и неведомые хищники… Или даже не хищники… Текаш и Ураган, друзья в путешествии и соратники в битвах, четко шли на зов колдовского источника. Ребята немного нервничали. Быть может, скоро они поймут, что произошло с Фейралисе. Быть может, они вот-вот спасут его. Даже если и не скоро это произойдет, но произойдет обязательно, потому что они обязаны его спасти. Сколько раз Фейралисе выручал, сколько раз спасал жизни брату и сестре. Сейчас их черед рисковать, лезть в пасть к смерти.

Колдовской источник находился в старой заброшенной штольне. По преданию, когда-то на Элионе жил малый лесной народец. Къёла назвала бы их на земной манер гномами. Судя по рассказам, те гномы были нелюдимы и предпочитали не общаться с чужаками, обходясь собственными силами. Они не вели войн, не ссорились с соседями, с которыми у них была договоренность о невмешательстве в жизнь друг друга. Раз в год эти угрюмые карлики приезжали на ярмарку с корзинами, полными уникальных самоцветов и драгоценных камней редкой красоты и огранки. Торговцы договаривались с гномами о продаже задолго до начала самой ярмарки. Всегда с нетерпением ждали их, устраивали торги на право быть первым покупателем. Но в тот далекий год маленьких человечков на ярмарке так и не дождались. Не приехали они и год спустя. А когда гномы не появились в третий раз, было решено нарушить запрет и послать к ним следопытов, чтобы те выяснили, чем впали в немилость торговцы. Из пяти следопытов через две недели нашли одного. Он был безумен. Из сбивчивого рассказа несчастного удалось узнать, что гномы все как один мертвы. Когда произошла трагедия, было, скорее всего, раннее утро. Смерть обрушилась на лесной город внезапно и застала всех без исключения. Кто-то из карликов еще не проснулся, и его истлевшее тело безмятежно лежало под сгнившим одеялом, кто-то был на кухне и останки лежали около очага, а за столом так и не дождались завтрака другие члены семьи. Кто-то встретился со смертью по дороге на работу. А около штольни стояли прикрытые рогожкой корзины, приготовленные для ярмарки. Это добро и решили прихватить с собой следопыты. Двое умерли в ту же ночь. Третий бесследно пропал. Четвертого убило старое дерево. А пятый, выкинув камни, бросился бежать вон из злополучного леса. Он умер через несколько часов. С тех пор элионцы предпочитали обходить заколдованный лес десятой дорогой. Многие поколения впитывали этот страх с молоком матери. По доброй воле никто и не помышлял искать заброшенную штольню, даже следопытов и мародеров не манили сокровища гномов. Лишь Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу, Сын Галактик и Верховный Правитель Вселенной, нарушил этот закон. И бесследно пропал.

Тиас мрачно смотрел на скрывшуюся в зарослях кустарника и плюща зловеще-черную дыру в породе. Оттуда тянуло могильным холодом и тленом. Спускаться в штольню не хотелось. Къёла вызвала оружие и держала его наготове. Стыдно сказать, но сейчас ей было страшно. Да, она сильная и смелая и бывала в передрягах посерьезнее этой, однако от прохода веяло таким отчаяньем и ужасом, что девочке становилось плохо только от одной мысли о спуске туда.

— Къёлка, смотри, что я нашел! — Тиас гладил землю и улыбался.

Сестренка присела рядом на корточки и заметила в мягкой земле отчетливые отпечатки подков Сорренто — единорога Фейралисе. Ребята чуть ли не на ощупь, едва касаясь отпечатков, покружили по следам.

— Таким образом, — Къёла подняла вверх перемазанный палец и многозначительно посмотрела на брата, — можно утверждать, что Фей здесь был. И это будет нашим первым пунктом в расследовании. Вторым пунктом я бы обозначила то, что Сорренто был с ним и гулял перед штольней без присмотра. То есть Фей приехал сюда, и отпустил Сорренто.

— А третьим пунктом я бы обозначил то, что обратно Фей ушел пешком. Вот следы его сапог. Возникает вопрос, который не дает мне покоя последнюю неделю — где Сорренто?

— Я пыталась с ним связаться все это время — бесполезно. И если его на Гайдисе нет (а у Сорренто крепкая нить возвращения домой в любом случае), в конюшнях Мияко его тоже нет (конюхи утверждают, что он пропал вместе с Фейралисе), значит…

— …значит, из штольни вышел не Фей! Сорренто разгадал двойника и не дался ему. То есть Сорренто в этом лесу! Магия леса блокирует наш зов и не дает его увидеть.

— Погоди! Тут у тебя огромная логическая дыра. Если Сорренто разгадал двойника и не дался ему, то почему Фейралисе вернулся во дворец на единороге? Конюхи сказали, что Сорренто пропал одновременно с Феем, то есть сутки он был в конюшне!

— Двойник?

— Скорее всего… Но тогда есть еще один вопрос — к чему эта история с исчезновением?

— Это как раз не вопрос, а так… — махнул Тиас рукой, нахмурившись. — Вспомни, сколько держится твой двойник?

— Ну, в нормальных условиях все зависит от необходимости и моей силы: от нескольких минут до нескольких дней. И зачем тогда делать двойник Сорренто?

— Эх, если бы я знал… Здесь нет магии. Для того чтобы слегка поколдовать, надо приложить максимум усилий. Двойники были очень сильными, раз продержались сутки. Но я не понимаю, почему двойники вернулись к Мияко и вообще зачем принимать обличие Фейралисе и Сорренто?

— Есть у меня идея… Только она не ахти…

— Говори.

— Давай вот что сделаем. Отправим одного единорога за помощью на Фариллу к теткам. А второго попросим найти Сорренто. Ты же понимаешь, Тиас, что сам лес не опасен. Опасно то, что прячется внутри штольни. Видимо, те гномы потревожили злобный дух, раз их сразу же всех убили. Мы с тобой туда войдем обязательно (надо найти Фейралисе), а вот подстраховаться будет не лишним.

— А что? Хорошая идея. Только в случае чего, нам на своих двоих от этого духа быстро не удрать.

— Была бы возможность удрать, а на чем, я думаю, мы решим.

— Есть еще один большой минус в твоей идее. Для того, чтобы перекинуть одного из единорогов срочным кодом на Фариллу, нам придется потратить всю магическую силу, которой у нас с тобой после морозной ночи, мягко говоря, совсем не осталось.

— Тем лучше, — беспечно улыбнулась девочка. — Враг не получит ни капли моей магии!

— Ну раз тебя не пугают трудности… — промямлили Тиайленс.

— За своего Фея я порву как Тузик грелку любого! — хищно произнесла Къёла.

— Бедняжка Мияко, — хихикнул он.

Къёла метнула на брата недовольный взгляд, встряхнула руками, вызывая Силу. Они поставили защитный щит для перемещения срочным кодом с планеты на планету на Текаша и аккуратно перебросили его на Фариллу, туда, где живут три чародейки Высшего Совета Вселенной. Текаш все расскажет, и им помогут. Ураган был отправлен в лес на поиски Сорренто.

Правители Вселенной взялись за руки и несмело вошли в штольню.

Глава 5

Сначала они передвигались в полнейшей темноте на ощупь, будучи не в состоянии вызвать осветительный шар, до боли в ушах вслушиваясь в тишину. Потом уставшие глаза стали различать какие-то блики вдалеке. Тиас крепко держал Къёлу за руку, боясь, что в лабиринтах штольни есть ловушки, в которые они легко попадут. Они не должны разъединиться ни в коем случае. Только вместе! Только рядом! Пальцы до судорог вцепились в удобную рукоять меча. Здесь Фей! Он где-то здесь! Его надо спасти! Только вместе они спасут его. Талисманы на шее каждого не допустят гибели ребят. Они защитят, помогут! Но почему Талисман Фея не справился со своей защитной функцией и позволил хозяину попасть в такую отвратительную ситуацию?

Блики стали ближе, они походили на перелетающих с места на место мотыльков-светляков. Одно из насекомых село совсем рядом. Зеркальная поверхность хитинового покрова жука поблескивала как осколок стекла, на который попадал солнечный лучик.

— Этого не может быть, — прошептала Къёла. — Они не могут светиться без солнечного света.

Она подставила жуку палец. Тот деловито забрался на него, покрутился и перелетел обратно на стену. Кончик пальца едва заметно мерцал.

— Ничего не понимаю… Этого не может быть!

Неожиданно на стенах вспыхнули яркие магические шары! Ослепленные ребята моментально прижались спина к спине и выставили вперед оружие. Глаза слезились от яркого света, направленного прямо в лица. На Тиаса упала тень. Он пытался проморгаться, нахватавшись «зайчиков», а когда увидел стоящее в двух шагах чудовище, едва не закричал от представшего кошмара! Что это было за существо, парень не мог сказать точно. Насекомое? Зверь? Птица или рептилия? Къёла взвизгнула от ужаса. Перед Правителями Вселенной стоял огромный белесый богомол по форме тела. На этом его сходство с симпатичным насекомым и заканчивалось. Шесть пар верхних длинных насекомьих конечностей венчались пятипалыми вполне человеческими кистями с длиннющими тонкими когтями, как у птицы. Четыре пары крепких ног, как у хорошей кошки. Три маленьких головки с огромными сетчатыми глазами. А на спине у этого создания совершенно непонятно зачем располагались стрекозиные крылья. Тиас был вдвое меньше стоящего напротив врага. И ни он, ни Къёла не представляли ни кто это, ни что с ним делать. Существо изготовилось, словно кошка перед прыжком, и пронзительно запищало. Звук оказался настолько сильным, что ребята заткнули уши, боясь оглохнуть.

— Фрррррррр! — фыркнул богомол в завершении и наотмашь ударил девочку по груди.

Къёла отлетела на пару метров назад, пребольно ударившись об острые выступы стены.

Тиас не спускал глаз с существа.

— Къёлка, жива? — хладнокровно спросил парень.

Она слегка пошевелилась. Наверное, жива, если еще возится и мыслишки в голове копошатся червячками.

— Угу.

Только из глаз текли слезы. От удара выбило плечо. Что ж она, пустоголовая, кольчугу не надела?

Нападать на богомола-мутанта Тиасу не хотелось. Глупо думать, что двенадцать рук будут действовать по очереди.

Он напал сам.

Тиас едва увернулся от верхней пары, отбил среднюю руку, почувствовал, как коготь чиркнул по пряжке на брюках и свалился после подсечки. Ловко перекатившись в противоположную от сестры сторону, вновь вскочил на ноги.

— Къёла, я предлагаю сматываться!

— Мы никогда не сбегали с поля боя! — упрямо отозвалась девчонка, делая безуспешные попытки вправить выбитый сустав.

— А кто говорит о бегстве? — Тиас вновь едва успел убрать голову из-под острых как бритва когтей. Получил хороший удар в плечо и снова оказался на полу. — Я говорю… — Когти легко взрыли камень, словно это была земля. — …о тактическом отступлении! — Он проскользнул между лап и едва избежал ранения от тонкого хвоста, покрытого пластинами с шипами. Вжался в стену. Бесполезно! Существо слишком проворное. Судя по всему, пользуется магией. Одними мечами, даже вместе с Къёлой, они его не одолеют, а магии нет ни капли.

Къёла заметила на стене какие-то знаки.

Тиас вскрикнул, когда богомол задними конечностями отбил ему в живот подобно взбрыкнувшей лошади. Сполз на пол. Попытался закрыться от хвоста. Руку обвило что-то липкое и жгучее.

Къёла старалась разобрать каракули. Буквы такие знакомые и незнакомые одновременно. Это писал Фейралисе! Она узнала бы его подчерк из миллиона похожих! Но что за язык? Что за бред? И почему так коряво!

— Къёла, помоги!!! — заорал Тиас. Еще немного, и существо оторвет ему руку.

Это очень важно! Надо понять, что написал брат!

— Къёла!!! Скорей!!!

Она схватила меч, краем глаза заметила, как отразились буквы в отполированном лезвии и застыла на месте!

Богомол подкинул парня в воздухе и швырнул на пол, не выпуская руки. Послышался хруст ломающихся костей.

Она поняла! Она все поняла!

— Тиас, немедленно брось меч!!! Как можно дальше!!! — повернулась она к брату, отшвырнув свое оружие в сторону. Только бы Тиайленс не сильно пострадал! Какая же она дура, что сразу не разобрала эти буквы!

Девочка кинулась к сражающимся и встала между ними, загородив Тиаса. Несущиеся для последнего удара конечности не успели остановиться. Къёла присела, пропустив верхние руки, кое-как избежала удара от средних и даже умудрилась перепрыгнуть нижние, но все равно два когтя вонзились в больное плечо (хотела же надеть кольчугу!). Богомол с силой рванул ее на себя, как мелкую рыбешку, попавшуюся на гарпун. Она побелела от болевого шока. Собравшись с силами, Верховная Правительница спокойно сказала, показывая богомолу пустые руки:

— Мир дому твоему. Мы пришли с миром. Мы не хотим войны. Мир. Только мир. Прости, что нарушили запрет и стали незваными гостями в твоем доме. Тиас?

Брат не отзывался. Либо существо его убило, либо он без сознания! Къёла почувствовала острое желание проверить, что с ним, но нельзя! НЕЛЬЗЯ!!!

— Прости моего брата! — она говорила медленно и сдержанно, как говорит врач с трудным пациентом. — Он не знал, что ты хороший хозяин и не причинишь ему вреда. Мы пришли с миром. Нам нужна твоя помощь.

Богомол, не вытаскивая когтей из плеча, чуть отступил назад, как будто приготовившись слушать.

Милый, хотя бы один звук! Хотя бы тихий стон и она не будет так нервничать!

— Мой старший брат был здесь несколько дней назад. На это указывает надпись на той стене. Потом он пропал. Мы ищем его! Он пришел помочь планете. Планета болеет, на ней нет магии! Я знаю, что ты создан с помощью магии. Я знаю, что ты охраняешь магию. Мне не нужна твоя магия, я сама сильный Мастер, но мне нужен мой брат! Помоги его найти! А я могу вылечить планету и заколдую лес, чтобы тебя больше никто не беспокоил вообще! Люди никогда не смогут снять моего заклятия. Ты будешь жить здесь в свое удовольствие. Только помоги мне найти брата! Я, Верховная Правительница Вселенной, клянусь, что никто не будет беспокоить тебя. Ты можешь мне помочь?

Богомол раскачивался из стороны в сторону, фырчал.

Къёла чувствовала, как когти шевелятся в теле, беспокоят сустав. Она взмокла от боли, но продолжала держаться спокойно. Плечо начинало холодить. В ранах яд. Смешиваясь с кровью, впитываясь мышцами, он разносится по организму. Неужели она ошиблась? Но ведь Фейралисе по-русски в зеркальном отражении, разделив буквы пополам, написал земную поговорку: «Кто с мечом придет, от него и погибнет!» Это он! Но почему такая странная надпись и что теперь делать, когда оружие далеко, они с Тиасом покалечены и не способны защищаться? Славную подставу сделал Фей! Хорошая шутка, ничего не скажешь!

Тиас застонал. Живой!!!

Богомол наблюдал, как за спиной девочки мальчишка приходит в себя. Ждал его действий. Къёла заметила в огромных сетчатых глазах насекомого, что Тиас пошевелился. Не смогла сдержать улыбки.

— Милый, никаких резких движений. Мы пришли с миром! — предупредила его Къёла.

Сын Галактик с ужасом смотрел, как из спины сестренки около лопатки торчат концы когтей богомола. Бедная девочка, как же ей больно!

— Ну так ты нам поможешь? Мой брат здесь? У тебя?

Существо резко выдернуло когти. Тиас закричал от отчаянья! Нельзя вынимать когти при такой ране! НЕЛЬЗЯ! Кровь забрызгала пол. Кровотечение необходимо остановить как можно быстрей, иначе сестра умрет! Богомол повернулся и скрылся в темноте коридора. Къёла кулем упала к ногам брата.

— Яд… — пробормотала она, когда Тиайленс приподнял ей голову. — Надо остановить яд… Мне… холодно…

— Ты держись… — растерянно прошептал он, судорожно пытаясь расстегнуть пряжку ремня. И закричал: — Не смей умирать! Слышишь!!!

Тиас провел здоровой рукой над телом. Нет, магии нет! Ни капли! Совсем нет! Он пустой сосуд, заполненный песком, а не живительной водой. Надо как-то остановить кровь! Но как это сделать без магии да еще со сломанной рукой?! Он перетянул рану ремнем, снял майку, сделал подобие повязки, она, конечно же, поможет не сильно, но хоть как-то остановить кровотечение! Хоть как-то!!!

Парень отвлекся на движение сбоку, с трудом поборов желание схватиться за оружие. Богомол сжимал в лапах огромный кристалл изумрудного цвета, размером со страусиное яйцо. Он протянул его Тиасу. Сын Галактик дотронулся до камня и обжегся — такой ледяной холод исходил от него, что не понятно было, как насекомое может держать его в кожаных ладонях. Богомол положил кристалл на пол и ушел. Свет погас. Лишь светлячки светились ярче прежнего, да камень слабо пульсировал в полнейшей темноте.

Он привел сестру в чувство, кое-как поставил на ноги и, катя кристалл перед собой, захромал к выходу из штольни. Камень едва видимым зеленоватым светом освещал их путь. Къёла еле-еле держалась, повисла на его плече, стонала от боли, слабела с каждой минутой. Тиас чувствовал, как липкая кровь хлюпает под мышкой. Тело скользит. Он вот-вот уронит ее, упадет сам и больше не сможет встать. Как быть? Что делать? Къёла выскользнула и мягко опустилась на пол.

— Ты можешь идти? — прошептала она. — Иди. Оставь меня здесь и иди. Я буду ждать твоей помощи.

Тиас ничего не ответил. Он бы никогда не оставил ее одну истекать кровью в этом аду! Никогда! Но ему надо передохнуть. Хотя бы пару минут. И он снова возьмет ее на руки и понесет. Если надо, он понесет ее на себе, но не бросит одну!

Она дотронулась до кристалла. Подкатила его к себе. Камень стал пронзительно зеленым, залил шахту слабым сиянием.

— Магия, — улыбнулась она. — Чистая магия. Попробуй, вдруг ты сможешь подпитаться от него и остановить действие яда.

Но Тиас не смог взять ни капли магии у кристалла. Ни капли.

Къёлу била мелкая дрожь. В зеленоватом отблеске ее бледное лицо казалось нереальным, мертвым и устрашающим. И даже в темноте было заметно, как сильно посинели губы. Девочка лежала на полу, подтянув коленки к животу, обняв камень. Для нее он был теплым и ласковым, как котенок. И Тиас с каким-то обреченным ужасом понимал, что Къёла самостоятельно не сделает больше ни шагу. Только не это!!!

Он заставил себя встать, с удивлением осознав, что нога сильно разбита, хорошо если целы кости ступни. Правая рука сломана в нескольких местах, серьезно повреждено запястье. Похоже, от удара о пол могут быть проблемы с внутренностями. Он сам-то сейчас нуждается в срочной помощи, но сестра не должна умереть! Еще этот дурацкий камень! Велев не выпускать кристалл из рук, Тиас кое-как взвалил ее на плечи и, придерживая здоровой рукой, направился к выходу. Главное выбраться из штольни, а там он позовет Урагана и они будут спасены.

Когда впереди замаячила точка выхода, парень едва держался. Вцепившись взглядом в проход, он гнал себя вперед. Къёла уже давно потеряла сознание, камень заморозил спину, а он молился Великому Космосу, чтобы тот сохранил жизнь хотя бы сестре. Нос уже чувствовал свежий запах леса. Лицо ощущало дуновение ветра. Но вот сил больше не было. Он должен! Он обязан! Она не умрет…

Тиас уронил сестру и упал рядом ничком…

Она… не… умрет…

Все остальное было как в тумане. Он смутно помнил, как его ткнул носом Ураган. Вынудил подняться. Качаясь из стороны в сторону, Тиас с огромным трудом заволок сестру на спину улегшегося наземь единорога. Друг аккуратно поднялся. Къёла не удержится верхом. Но залезть на Урагана Тиас не сможет. Единорог бережно подцепил парня под мышку на витой рог и подвел к поваленному дереву. С горем пополам Тиас вскарабкался на животное… И в его голове все перепуталось окончательно.

Глава 6

Как и при каких обстоятельствах к Тиасу попала эта летучая мышь, Мияко объяснить не могла. Она сказала, что он привез ее с собой. С учетом того, что во дворец Дети Галактик вернулись в полубессознательном состоянии, утверждать, что они не подобрали ее по дороге было нельзя, ибо Къёла вообще ничего не помнила, а Тиас хоть и помнил обратный путь, но весьма и весьма приблизительно, а местами и вовсе не помнил. Смешно сказать, но мышь преследовала ребят повсюду. Куда бы они не пошли, животное тут же появлялось следом, залезало на гардины или мебель и следило за друзьями. Вот и сейчас мышь висела на карнизе в комнате Къёлы, завернувшись в кожаные крылья, и лишь уши-локаторы изредка поворачивались, ловя только ими слышимые звуки.

Тиас вытянулся на постели Къёлы поверх пухового одеяла. Суровая складка залегла между бровями, губы плотно сжаты. Он обдумывал произошедшее за последние сутки. Сестра уткнулась носом в его плечо, обняла руку. Две черных косы змеями застыли на белом шелке подушки. Даже волосы потускнели, не отливали больше синевой. Ей было очень плохо и холодно. Периодически девочку начинало знобить, и тогда брат заботливо поил ее горячим отваром из лечебных трав. Это почти не помогало — Къёле не становилось лучше, но и общее состояние не ухудшалось, а Тиас, к своему стыду, был вынужден бездействовать. У него не получалось поставить на ноги сестру даже самым простым лечебным заклинанием. Его магическая сила не восстанавливалась, к тому же в этом захолустье не оказалось нормального лекаря, способного им помочь. Да и сам Верховный Правитель чувствовал себя неважно. Возможно, виноват сложнейший перелом правой руки: его пришлось лечить обычным наложением фиксирующего корсета, на тончайшие иглы которого посадили сломанные кости. Процедура оказалась очень болезненной и абсолютно ужасной для парня, привыкшего к магической медицине, а теперь вынужденного ходить с перевязью на шее и отвратительно ноющей рукой. Ну как можно жить без лекаря, владеющего магией? Нет, когда среди ночи после многочасовой бешеной скачки хромающий Тиас ворвался во дворец и потребовал помощи, Мияко тут же бросилась исполнять все его приказы: связалась с лучшими докторами планеты, те привезли с собой противоядие, подлатали Сына Галактик и, объективно говоря, спасли жизнь Къёле. К принцессе претензий у Тиаса не было, но нельзя жить без магии! Нельзя! Как она, эта глупая девочка, не понимает, что его сложные раны элементарно лечатся магией, что Къёлка сейчас была бы полна сил и решимости действовать дальше. Вместо этого они валяются в комнате, мятые и разбитые, да еще без каких-либо шансов на активные поиски в ближайшее время. У них нет времени! Каждая минута на счету! Фей! Как же он умудрился влипнуть в такую историю? Где он? Как его найти?

Мышь потянулась, расправив огромные, почти двухметровые в размахе крылья с надорванной перепонкой. Вот ведь незадача! Тиас совершенно беспомощен: он не в состоянии подлечить крыло, и самое главное не может просканировать мысли животного! Элементарщина! Всего лишь прочесть мысли живого существа! Он умеет разговаривать с землей, растениями (это чуть сложнее), но такой пустяк, как проникнуть в сознание летучей мыши… Как же тяжело без магии! Неловко взмахнув разорванным крылом, мышь тяжело шлепнулась на кровать, поползла к Тиасу. Задремавшая Къёла испугано вздрогнула, скрестила пальцы в защитном жесте и бросила останавливающее заклинание. Она сделала это рефлекторно, на уровне подсознания. И ничего. Совсем ничего. Мышь пристроилась между ребятами и снова заснула.

— Ты видел? — хрипло спросила сестра, потрепав пальчиком бурую шерстку.

— Видел, — недовольно пробормотал он. — Но если твою беспомощность я могу списать на отравление, то что происходит со мной? Я вообще не могу колдовать.

— Не знаю, вероятно, это из-за руки. Где кристалл, который мы привезли из леса? Ты бы поработал с ним. Надо слать по следу Фейралисе Зов с привязкой к нам. Знаешь это заклинание, когда Зов выдергивает того, кого зовут, и по любому приводит к зовущему?

— Конечно знаю. Проблема только в том, что я не могу его позвать. Къёла, я даже с этой живностью поговорить не могу.

— Сколько надо времени, чтобы сюда приехали чародейки Высшего Совета?

Тиас посмотрел на нее нехорошо. Отвел взгляд.

— Что случилось? — испуганно приподнялась Къёла.

— Что-то происходит вокруг. Есть у меня подозрение, что из этой передряги нам придется выбираться самостоятельно.

— В каком смысле?

— Ураган связывался с Текашом. Текаш до Фариллы не добрался, связи с ним нет. И он не нашел Сорренто.

— Но ведь мы перекинули Текаша с мощным щитом… — ахнула девочка, горько осознавая, что они потратили массу магических сил на совершенно бесполезное дело.

— Его нет ни на Фарилле, ни на Гайдисе, ни в зоне досягаемости.

— А как же теперь быть?

— Къёла, я скажу сейчас не очень хорошую вещь, ты только пойми меня правильно. Мне кажется, это единственное, что может нам помочь. Реально помочь.

— Говори.

— Необходимо уехать отсюда. Причем срочно.

— А как же Фей?!

— Нам надо вернуть магию. Только далеко отсюда мы сможем восстановиться. Вызовем чародеек и вернемся обратно. Иначе не выжить.

— Тиас, это глупо. И ты это знаешь. Фей погибнет. Мы не можем уехать отсюда. Поработай с кристаллом. Ведь зачем-то же нам его отдали. Да и меня этот камушек «держал» всю дорогу. Он на время нейтрализовал действие яда, помешал его распространению. Тиас, милый, поработай с ним.

— Хорошо. Я попробую. Если это закристаллизированная магия, то я разбужу ее и заставлю работать, в крайнем случае используем камень для Зова. Только, Къёлка, мы с тобой поступим иначе, я не буду звать Фейралисе, протяну к нему нить и пойду по ней. Договорились?

— Нет. Мы пойдем, а не ты пойдешь. Один ты никуда не пойдешь.

— Къёла, ты больна. Тебя саму надо охранять. И потом, подумаешь, осколочный перелом! Голова-то работает. И левая рука у меня развита не хуже правой. Прорвемся, не паникуй. Где наша не пропадала?

Тиас чмокнул ее в щеку и отправился к Мияко за кристаллом.

Къёла поежилась — брат ушел и стало совсем холодно, — натянула одеяло на голову. Ничего, она отлежится эту ночь и завтра будет в порядке. Сутки. Они потеряли целые сутки на зализывание ран. Плюс сутки с этим лесом и неудачной ночевкой. Только бы Фейралисе продержался! Только бы не погиб! Они здесь! Они ищут его и обязательно спасут. Она не заметила, как снова задремала. И снился ей сон. Как будто идет она по лесу. Все такое яркое, сочное. Только вот ни звука не раздается в том лесу, ни шороха. Ни птица не закричит, ни животное не промчится, ни деревья не качнутся, ни трава не шелохнется. Словно и лес этот нереальный, и она здесь не должна находится. Но Къёла знает, что он где-то в лесу. И его надо найти. Найти и оживить. Как? Она еще не знает, но узнает обязательно. Неожиданно Къёла попадает в странный сгусток туманообразного вещества. Она ничего не видит. Но страха нет, есть решимость найти брата и спасти его. Нет, не брата, любимого мальчика. Мальчика, за которого она готова отдать жизнь. Фейралисе названный брат, не родной. И они любят друг друга. Она никогда не поверит, что он мог влюбиться в эту глупую Мияко.

«Он мой! — зашипел страшный голос. — Ты тоже будешь моей! Ты почти моя! И ты не уйдешь от меня! Иди ко мне! Иди! Иди!»

Къёла почувствовала, как зеленый туман стал сгущаться, превращаться в желе. Ей все труднее двигаться, невозможно дышать.

«Иди ко мне! — требует злой бесполый голос. — Ты моя! Я забираю тебя!»

Она отчаянно вырывается. Ее окутывает зеленый кокон, стягивает тело, спутывает руки и ноги. Къёла сопротивляется, пытается колдовать, но магии нет. Она — пустой сосуд! Пустой сосуд!

«Как он! Он тоже мой! — хохочет голос. — Я возьму тебя! А потом возьму и второго! Вам не жить! Я буду пить твою силу! Я буду…»

Къёла закричала от боли. На лице лежала какая-то не то тряпка, не то что-то еще и эта жуткая боль около сонной артерии. Она скинула с лица вонючую ветошь. Мышь пронзительно пискнула, ударившись о стену, и недовольно покарабкалась вверх по гардине, обратно на карниз. Девочка с ужасом смотрела на животное. На белоснежные одеяла капала кровь из прокушенной шеи. Мышь пыталась ее убить! Она пыталась ее убить! Мышь!!!

Даже не одеваясь, в одной ночной сорочке, Къёла кинулась вон из комнаты. От слабости и вчерашней кровопотери ее кидало из стороны в сторону. Но девочка, гонимая страхом, спешила к брату. Только он мог ее защитить. Тиас, милый, любимый Тиас! А в голове стучалось: он мой, я и тебя выпью до дна!

Она через ступеньку сбежала по лестнице, бросилась по длинному коридору туда, где горел свет. Один зал. Другой. Третий. Она слышала голоса Тиаса и Мияко. Девочка торопилась к брату. Он защитит ее от этой мыши. Обязательно защитит!

Представшая взору картина ошарашила. Къёла остановилась в дверях как вкопанная и позабыла, зачем прибежала. Мияко и Тиас стояли посреди зала. Он заключил ее в объятия, при этом рука принцессы бесстыже шарилась по его спине.

— Тиайленс! — с негодованием воскликнула Верховная Правительница.

Они тут же отпрянули друг от друга, словно застигнутые на месте преступления воришки.

— Это не то, что ты подумала! — немедленно принялся оправдываться Тиас.

Мияко растерла слезы по пухленькому личику, обиженно выпятила нижнюю губку и, шмыгнув носом, надменно заявила:

— Ты не обязан ей ничего объяснять!

— Къёла!

Но Къёла уже ничего не слышала. Обжигаемая ревностью и обидой, она неслась по дворцу к выходу в сад. Ей надо побыть одной. Надо понять и решить, что делать дальше.

***

Тиас нашел ее в дальней беседке только под утро. Къёла к тому времени успела вдоволь наплакаться и сильно замерзнуть, поэтому сейчас сидела на скамейке, зябко поджав ноги, уткнувшись лицом в колени. Она не хотела возвращаться во дворец. Была бы возможность уехать, Дочь Галактик сбежала бы немедленно, подальше от этой гнусной принцессы и ненавистного дворца. Но Фейралисе… Ему нужна помощь… Он в беде… За то время, что она, рыдающая, провела на холоде, мысли в голове систематизировались и немного оформились в относительно стройную цепочку. Теперь ей все ясно. Тиас не будет искать Фейралисе. Они соперники. Ребята поссорились из-за этой дряни. Фей пропал, а это сейчас на руку Тиасу. В любви, как на войне — кто удачливее, тот и выиграл. Нет, Тиас не такой! Он не может предать брата, не бросит его в беде… Тиас благородный и ответственный. Он не настолько правильный как Фейралисе, но он порядочный до глубины души. Эта Мияко околдовала ребят. Она сделала так, чтобы они поссорились. Она развела их по разную сторону баррикад и теперь потешается. Что делать? Как быть? Как защитить братьев от очарования Мияко?

Она слышала, как сзади подошел Тиас, но даже не повернула головы в его сторону. Он накинул на нее свой плащ, поцеловал в горячую щеку. Къёла обиженно дернула плечом, скидывая его руку. Он усмехнулся и крепко обнял сестру.

— Дурочка ты моя, дурочка, — ласково сказал Тиас ей в затылок. — Глупенькая, ревнивая дурочка.

— Сам дурак! — огрызнулась Къёла, вяло вырываясь. Она боялась неловким движением задеть больную руку и причинить брату боль.

— Послушай меня, пожалуйста. Между мной и Мияко…

— Ты не должен оправдываться! Ты взрослый и волен делать то, что считаешь нужным! — с вызовом крикнула она.

— Послушай, — миролюбиво улыбнулся он. — Просто послушай. Между мной и Мияко ничего не может быть по определению. Да, мы с ней дружили. Более того, я считал ее своей девушкой. Но она выбрала Фейралисе, и я не буду стоять на пути своего брата. К тому же он тоже ее любит.

Почему-то последние фразы очень больно резанули по Къёлиной душе. Настолько больно, что дыхание перехватило. Фейралисе ее! Именно она, Къёла, несколько лет назад познакомилась с ним и влюбилась с первого взгляда. Именно она, Къёла, убедила всех в том, что Фей тот самый Избранный, о котором говорится в Пророчестве (правда, он оказался им на самом деле). Къёла знала, насколько сильна его любовь к ней. Грош цена словам мальчишек! Грош цена…

Тиас понял, что ляпнул что-то не то. Совсем не то. Он прикусил язык, торопливо соображая, как бы исправить ситуацию. Он сказал ей правду. Фейралисе влюблен. Сильно. Безнадежно. И Къёлка должна об этом знать. Да, это больно и обидно, но она должна знать правду. Для собственного блага.

— Ту сцену, что ты наблюдала во дворце…

— Замолчи, — простонала она.

— Къёлка, я уезжаю…

— Скатертью дорога! Проваливай! — зло фыркнула она, решительно вырвавшись.

Тиас шикнул и скривился от боли. Ну почему же здесь нет магии? Сколько еще он будет мучиться с переломом?

— Как же с тобой тяжело… — вздохнул он.

— Зато с тобой обхохочешься!

— Послушай! Мне надо уехать на соседнюю планету! Пока мы с тобой спали, приезжал Эммин и запугал ее. Мияко отдала ему кристалл! Эта глупышка отдала наш кристалл ему, вместо того, чтобы разбудить меня!

— Что значит отдала кристалл?! Она что, с ума сошла?!

— Вот так. Я заберу камень и вернусь. Меня не будет максимум день. Всего один день. Обещай, что с тобой ничего не случится за это время. Я попросил Мияко присмотреть за тобой. Договорились?

— Я хочу поехать с тобой. Не оставляй меня одну.

— Нет. Ты слишком слаба. Да и единорог у нас остался только один, а на лошадях наш поход к Эммину грозит затянуться на несколько дней. Ты же понимаешь, что у нас каждая минута на счету. Я быстро. Только бы с тобой ничего не случилось. Обещаешь?

— Хорошо. Только вышвырни ту мышь. Или забери ее с собой. Она меня укусила.

— Ладно, я прогоню ее.

— Когда ты уезжаешь?

— Прямо сейчас.

— И я не хочу видеть Мияко. Вообще.

— Къёлка, вдруг тебе станет плохо…

— Гораздо хуже мне будет, если я продолжу с ней общаться.

— Уговорила. Меня ее общество тоже порядком раздражает. И не ревнуй, пожалуйста. Повторяю, между мной и Мияко ничего нет. А с Фейралисе ты будешь разбираться потом, после того, как мы его спасем. Договорились? И еще запомни, заруби себе это на носу или напиши на бумаге и повесь на самых видных местах: я никогда не брошу Фея в беде, он мой брат, он мой друг. Ты поняла это?

Къёла кивнула и растянула уголки губ в улыбке. Глаза остались прежними: болезненными от тоски, обиды и горя. Тиас взял ее за руку:

— Милая моя, родная девочка, я понимаю, как тебе больно и трудно. Я знаю, что мы с Феем заставили тебя страдать. Обещаю, что скоро это кончится. Мне не надо было впутывать тебя в это дело с самого начала, но, пойми, без тебя я бы не справился… Я привезу кристалл, мы найдем Фейралисе и…

— Тиас… А если он… Если он на самом деле… Как же я? — она растерянно смотрела в глаза брата, по щекам быстро-быстро текли слезы.

— Давай сделаем свою работу, а потом подумаем о том, что будет дальше. Сейчас главное — спасти его, и мы его спасем. Ты мне веришь?

Она торопливо кивнула.

— Я отдам тебе свой Талисман, он поможет в случае опасности. Мне будет так спокойнее. Прошу, не спорь хотя бы в этом, — он снял с себя кулон и повесил на шею сестре. — Я люблю тебя. Не грусти, всю дорогу я буду думать о тебе и буду спешить только к тебе.

Къёла не выдержала и заплакала, крепко обняв брата. Так они и стояли посреди огромного сада в стрекоте цикад и кузнечиков.

Глава 7

После ужина Мияко уговорила гостью посидеть в гостином зале у камина и послушать, как музыканты созвездия исполняют лучшие классические произведения Вселенной. Придвинувшись поближе к огню, завернувшись в теплый плед, сытая и напоенная успокоительным чаем с вересковым медом, Къёла едва не заснула от монотонных и грустных мелодий. Иногда одинокая слезинка скатывалась по бледной щеке. Верховная Правительница вытирала ее украдкой, не хотелось показывать Мияко, что ей очень плохо. Принцесса же наоборот выглядела совершенно счастливой. Заглушая тихую музыку, она рассказывала, как познакомилась с братьями.

— Вокруг меня всегда много ребят крутится. Я такая красивая, просто необыкновенная…

Къёла отвернулась к огню. Мияко, конечно, не была страшной, но назвать ее необыкновенно красивой мог только слепоглухонемой человек. Что же Фей в ней нашел? Как он мог променять ее, сильную и смелую, на это инфантильное недоразумение?

— Мы сначала с Феем мало общались, — не обращая внимания на кислую физиономию Дочери Галактик, болтала принцесса, — потому что Тиас не подпускал его ко мне. Он так забавно ревновал. А потом нам удалось с Феем остаться наедине и поговорить, только совсем мало — я на фестиваль собиралась. Но мне Фей определенно нравился больше. С ним легко болтать, он такой весь реальный, ничуть не хуже Тиаса, наоборот, лучше... Симпатяшка такой плюшевый... Этакая хорошенькая булочка — все, как я люблю. А потом я увидела, как Фей смотрит на меня! О, это было божественно! Он такой галантный. Он так ухаживает. Ты себе не представляешь!

— Очень хорошо представляю, — эхом откликнулась Къёла, чувствуя, что еще немного, и она разрыдается от боли и тоски по любимому мальчику. И Тиас куда-то пропал. Обещал приехать к вечеру, а всё нет и нет…

— Нет, ты должна это понять! Я ведь не того... Ну, не играю... И даже не от тоски в омут головой кидаюсь. Я действительно сумела как-то полюбить его. Полюбить не как миленькое создание, не как комнатную зверюшку, не как забавное существо, а просто полюбить. Если угодно — как потенциального кошачьего хозяина. Что делает кошка, если у нее вдруг потенциально образуется два хозяина, и это не шизофрения у одного и того же?

— Понятия не имею… — ошарашено пробормотала Верховная Правительница. Еще никто и никогда не называл Фейралисе, ее любимого Фейралисе, Правителя Вселенной, кошачьим хозяином, да еще комнатной зверюшкой! Но Мияко не слушала ее, полностью поглощенная своими мечтаниями.

— Кто-нибудь знает такую кошку? Я бы у нее спросила. Обалдеть можно... Никогда бы не подумала, что я еще на такое способна. Кошек не любит только тот, кто еще не встретил свою кошку. А Фей уже встретил меня! Эх... Мда... Что я могу сказать? Попала я! Ну что же я тебе рассказываю? — Мияко подскочила. Легким движением пальчика подозвала слугу, заставила его передвинуть кресло вплотную к креслу Къёлы. Уселась поудобнее и снова защебетала: — Знаешь, Тиас отличный парень. Умен, красив. Он столько всего знает. Он так потрясающе ухаживает. Я видела, что он меня любит! Видела, как он на меня смотрит! Ты ведь понимаешь, о чем я говорю? Но Тиас немного мягче Фея. Фей как хорошо натянутая тетива. До него дотронешься, и кажется, что он зазвенит, такая в нем скрыта силища. Тиас же другой. Нет, он не слабый, в нем есть стержень, который вообще невозможно согнуть, но тем не менее он спокойный, рассудительный. Фей порывистый, резкий. Он настоящий мужчина. Временами жестокий, временами властный…

— Ваше Высочество, мне кажется, вы говорите о других людях, — Къёла отодвинулась подальше. Мияко нарушила ее личное пространство, и девочке стало неуютно. — Его Всемогущество Фейралисе никогда в жизни не был жестоким и властным. Да, он может быть жестким, но он всегда знает, где жесткость превращается в жестокость и вряд ли переступит эту границу. А что касается Его Всемогущества Тиайленса, то смею вас заверить, он гораздо жестче Фейралисе, и это при том, что общаться с ним проще в силу его менее занудливого характера.

— Фей зануда? — искренне удивилась Мияко. — Да ты, подруженька, его не знаешь! Вообще не знаешь! Фей милашка и очаровашка! Он такой плюшевый! Такой забавный! Ты на себя посмотри! На кого ты похожа? Да, ты яркая и симпатичная. Не уродка, но до красавицы тебе далеко. Кто тебе еще правду скажет? А я, можно сказать, почти твоя родня…

— В каком смысле? — пролепетала Къёла, опешившая от подобной наглости.

— В прямом! Тиас меня любит и Фей меня любит. Уж кто-нибудь из них обязательно сделает мне предложение и перевезет жить к себе! Это так здорово — жить на Фарилле!

— Мияко, тебе всего двенадцать лет! А Тиасу и Фею четырнадцать и пятнадцать соответственно. О каком замужестве ты говоришь? — рассмеялась девочка.

— А ты рассчитываешь, что Фей женится на тебе? — в ответ мерзенько хихикнула Мияко. — Тиас ведь твой брат-близнец, правильно? Иными словами, вы с ним не пара. Я, кстати, так и не поняла, почему ты его ревнуешь. В тебе говорит твое собственничество. Фей, насколько я поняла, вам не родной, значит, ты рассчитываешь на него в будущем, типа ровня он тебе. Правильно? Так вот что я тебе скажу, милочка: не ровня он тебе. Посмотри на себя. Что такое женщина? Главное — это впечатление, что девушка пышет энергией. Волосы темные, густые. Кожа чистая, набеленная. Все точеное — брови, глаза, черты лица. Нос особенный — или прямой и тонкий или с характерной горбинкой. Фигура статуэтки. А что такое ты? Ну какая из тебя женщина? Пацан и не более. Фигура у тебя мальчишеская. Движения порывистые, резкие. Ты слишком высокая и худая. Смуглая и загорелая. Да еще с кукольными чертами лица. Ты пойми — в твоей внешности всего слишком много. Твоя красота вульгарна, слишком бьющая в глаза и быстро утомляющая. Твоя внешность навевает на меня смертельную тоску, ибо ужасна в своей яркости и правильности. А потом, как ты одеваешься? Ты все время в брюках и спортивных тапках. Твои ступни растоптаны как у деревенщины, на тебя туфель не подобрать. Твои майки кошмарны. Твоя походка заставляет меня содрогаться от ужаса, а ведь ты девушка! Де-ву-ш-ка! И этот жуткий меч! Да мои рученьки ничего тяжелее ложки в руках не держали, а ты с оружием по дворцу разгуливаешь. Твои ладони в мозолях, а ногти никогда не знали маникюра. Твои ноги грубы из-за верховой езды. Ты не умеешь носить наряды. А что у тебя на голове? Караул у тебя на голове. И губы! Прости, дорогая, но такие губы даже я б целовать не стала! Они у тебя обветрены! Но самое страшное — это твоя фигура. Она же не женственная, а мускулистая, как у парня! И после этого ты задаешься вопросом, почему от тебя сбежали ребята? Да от такой красотки сбежит кто угодно! — припечатала Мияко.

Къёла не нашлась, что ответить. Ну, допустим, насчет внешности Мияко погорячилась. Хотя… Она действительно яркая, слишком яркая. Но дело даже не в этом. Многочасовые тренировки с оружием в руках, настоящие кровопролитные битвы — все это не могло хорошо отразиться на фигурке и ладошках, покрытых специфическими мозолями (на левой посреди ладони, на правой около большого пальца и мизинчика, и ведь ничем их не выведешь!). Да, Къёла гибкая, как ива, с отменной растяжкой и великолепной реакцией, не хуже настоящих средневековых монахов Шао-Линь, ее руки сильные и крепкие, в ней нет ни грамма жира, она подтянута и стремительна… Так вот что имел ввиду Тиас, когда сказал, что, только пообщавшись с Мияко, она поймет, что такого нашли в ней братья. Принцесса — настоящая девушка, не «свой парень», не друг и не соратник в битвах, а именно девушка, будущая женщина в отличие от Къёлы-воина. И мальчишки чувствуют это и стремятся к ней, потому что Мияко слабая, ее надо защищать и оберегать. Вот что значат капризы принцессы: рядом с ней ребята чувствуют себя нужными, сильными, мужчинами, а рядом с Къёлой… Она не нуждается в их помощи и защите, она сама может постоять за себя, потому что она — воин, такой же воин как они, она друг, а какой же мужчина захочет влюбиться в друга… Мияко абсолютно права! Она не умеет ходить красиво, двигается резко, в ней нет плавности, присущей женщинам. Волосы цвета пряной шоколадной корицы всегда заплетены в удобные косы, которые помогают ей в битвах, но совершенно не делают головку прекрасной и аккуратной. Неожиданно Къёла поняла, что она откровенно уродлива! Мияко очень верно подметила все ее недостатки. Она не девушка, некрасивая и безобразная. Музыка… Какая прекрасная музыка… Даже музыка плавная и пластичная…

Къёрнетта Ларма вздрогнула, словно ее внезапно разбудили, затрясла головой, прогоняя дурные мысли. Если бы она была некрасива, ребята на Земле не старались бы так завоевать ее расположения, не знакомились бы на улицах, а случайные мужчины и торговцы на рынках не дарили бы цветов «прекрасной незнакомке». Мияко говорит глупости, морок наводит. Только ей, глупышке, и невдомек, что Талисманы защитят хозяйку от любого колдовского воздействия. Къёла взяла себя в руки и сделала вид, что выступление принцессы на нее подействовало самым правильным образом.

— Ну хорошо, допустим, что один из Верховных Правителей сделал вам предложение и привез на Фариллу. И что дальше? Чего вы хотите?

Мияко закатила зеленые глаза и довольно вытянулась в кресле. На лице сияла улыбка.

— Чего я хочу? Славы. Но хочу настоящей славы. Не славы какой-нибудь вертихвостки типа тебя, не славы какой-нибудь звездулечки на час, не славы эпатажной, а спокойной, ничем не прошибаемой славы реально великого существа. Что мешает, спросишь ты? А самое главное и мешает — для той славы, что я хочу, нужно иметь реальные способности плюс реальное старание. Кто знает, хватает ли мне способностей? Никто. И я тоже не знаю. Это и страшно. Способности — предмет моих очень частых раздумий. Будь я ученым, я бы посвятила жизнь тому, чтобы создать точный определитель этих самых способностей. Очень удобно: увидел, что посредственность, — и живи спокойно, не рыпайся. Увидел, что можешь, — старайся. Увидел, что талант, — смело посвящай жизнь великому замыслу и не бойся, что тебя не хватит. Как мне такого определителя-измерителя не хватает!

— Но я не понимаю, зачем вам ребята? Вам надо всего лишь стараться и…

— Я не могу! Ну какая же ты глупая! Вот почему одним всё, а другим ничего? Вот ты — глупая, некрасивая, с плохой фигурой, а туда же — Верховная Правительница! А я? Все при мне, а вот сижу в этой дыре и света белого не вижу. Брак с Верховным Правителем Вселенной открывает море возможностей! Это мой путь к славе!

Къёла пожала плечами. Если бы Мияко хоть на секундочку задумалась о жизни Верховных Правителей, то поблагодарила бы Великий Космос, что тот миловал ее и не наградил этим сомнительным счастьем. Потом девочка ехидно улыбнулась: дорого бы она дала, чтобы посмотреть на лица чародеек, когда парни привезут на Фариллу подобное сокровище. Еще больше она бы дала, чтобы посмотреть на то, как ребята будут делать ей предложение. Интересно, а они в курсе планов принцессы? Эта мысль ее развеселила.

— Я очень рада, что мы с тобой поняли друг друга! — восторженно воскликнула Мияко. — Пойдем, я покажу, в чем буду на балу. Когда Тиас приедет, мы устроим бал в честь его возвращения! Грандиозный бал! Уже все готово! Я буду самой красивой девушкой! Пойдем!

Мияко схватила Къёлу за руку и, бесцеремонно выдернув из кресла, потащила за собой в гардеробную. Дочь Галактик с удовольствием последовала за ней. Должна же она знать, в каких нарядах ходит ее будущая родственница.

Принцесса доставала вешалку за вешалкой, бросая пышные платья к ногам Къёлы. Вокруг нее высились огромные сугробы из разноцветной парчи, тафты, шифона, шелка, кринолина… Драгоценные камни искрились в электрическом свете. Огромные шкафы заставлены разнообразными туфлями и сапожками. И зеркала, кругом зеркала, даже на потолке… Мияко хохотала, прикладывала платье к себе, потом отшвыривала его в сторону, доставала другое и снова демонстрировала наряд Къёле. Наконец-то она нашла нужное платье из солнечно-золотой парчи и шелка, с рукавами-«фонариками», длиннющим шлейфом и вырезами, сзади — до самого копчика, спереди — до ямочки пупка. Дочь Галактик замерла, с ужасом глядя на вульгарное платье. Мияко позвонила в колокольчик, вызывая прислугу, которая должна была помочь ей влезть в узкий корсет. А пока та нерасторопно спешила к хозяйке, достала туфли на высоченной шпильке и шляпу с огромным черным пером.

Засунув себя в корсет и утянувшись так, что на спине и груди из декольте и вырезов вылезли валики, нацепив шляпу, Мияко предстала во всей красе перед гостьей. Къёла из деликатности постаралась скрыть истинное впечатление от увиденного под восторженно-обалдевшей маской. Если все будет так, как хочет Мияко, то она, Къёла, лично убьет того брата, который решит привести это чудо во дворец. И дело тут не в ревности, а в полнейшем отсутствие вкуса у девицы. Над ними будет смеяться вся Вселенная!

— Ну как? — поинтересовалась Мияко, когда поняла, что ничего кроме «аха» от Къёлы не дождется.

— Гламурненько, — хихикнула девочка, стараясь придать голосу по возможности больше восхищения. — Очень даже креативненько. Только вот на шею такое колье не пойдет. Надо что-то изящнее. Что у тебя есть из драгоценностей?

Мияко с готовностью начала выворачивать из специального секретера колье, бусы, броши, диадемы. На пол летели кольца, браслеты, серьги. Она отшвыривала их в сторону, как ненужный лист бумаги. Украшения шлепались на мрамор, тяжело звякали. Иногда нити не выдерживали и разноцветные горошины разлетались по полу, перемешивались. В поисках нужного колье Мияко открыла одну ячейку и тут же ее захлопнула. Но Къёла успела заметить, что скрывалось на черном бархате подушечки. Ей даже дурно стало на мгновение.

— Покажи! — приказала она таким тоном, что Мияко шарахнулась в сторону.

— Что показать? — прошептала принцесса.

— Открой! Быстро! — закричала Къёла.

— Что открыть? — не понимала она.

Дочь Галактик оттолкнула глупую девку и рванула ячейку на себя. Трясущимися руками она извлекла на свет Талисман Фейралисе. Талисман — символ Высшей Власти. Талисман, который должен был находиться на шее брата в момент опасности и защитить его от нападения! Талисман, который обязан был спасти его жизнь! Талисман, по которому они с Тиасом могли бы его найти! И сейчас он лежит в этом шкафчике, вместо того, чтобы охранять своего хозяина!

Мияко надменно посмотрела на Къёлу.

— Мне эту побрякушку Фей подарил, отдай!

— Ты врешь! — зашипела Къёла. — Фей не мог тебе его подарить, продать или дать на время! Откуда у тебя это? Отвечай!

— Мне его дал Фей.

— Врешь!

— Нет, не вру! Фей подарил мне этот кулон за несколько минут до того, как в него попала молния! Я такое не ношу, слишком просто и некрасиво. Но не выкидывать же подарок.

Къёла поперхнулась от возмущения. Хорош подарок — символ Высшей Власти. Скромный такой, со вкусом! Если Мияко не врет, то у Фейралисе в тот момент случилось помутнение рассудка. Не иначе! Отдать этой девице собственный амулет — нет, это выше ее понимания.

— Отдай! — метнулась Мияко к Дочери Галактик. — Это мое!

— Сомневаюсь, — отрезала та, ловко увернувшись от протянутых ручек.

Она повесила Талисман брата на шею. Два других Талисмана, Къёлин и Тиаса, проявились на секунду, окутав грудь девочки едва заметным сиянием, слились воедино с третьим и вновь исчезли. Она почувствовала, как по пальцам слабыми колющими искорками заструилась магия. Талисман Фейралисе был полон Силы! Он был полон! А значит, поможет восстановиться и ей! И Тиасу поможет!

Къёла вернулась к себе в комнату и заперлась. Проверила, чтобы в помещении не оказалось мыши, закрыла все окна. Она должна остаться одна и запустить силу Талисманов. Сейчас все вместе они составляют Триаду Сил, необходимо лишь активизировать эту мощь. Она пошлет Зов сквозь Талисман Фейралисе, и где бы Фей ни был, чтобы с ним ни случилось, он придет на этот Зов. Если брат томится в плену, он сможет освободиться и убежать, либо ему помогут. Если он болен, то выздоровеет и вернется домой. Если у него проблемы с памятью, то он все вспомнит и найдется. Только бы он был жив! Къёла отдаст все на свете, лишь бы он был жив!

Она положила Талисманы на стол. Как все плохо! Если бы она раньше знала, что Талисман у Мияко, то Фей был бы уже найден. Они потеряли столько времени, потратили столько сил, и все без толку. Глупая принцесса! А теперь Талисман не чувствует хозяина. Кристалл, символизирующий Фея, голубой. Да, Къёла жива и относительно здорова, и теперь именно она хозяйка амулета, то есть цвет камня может быть только голубым, впрочем так же, как камень, символизирующий Тиаса. Она тяжело вздохнула. Ладно, пока брат общается с Эммином и возвращает подарок богомола обратно, надо поработать с тем, что есть.

Кулоны слабо переливались серебристым светом: первый признак того, что амулет Фея смог восполнить утраченную магию двух оставшихся Талисманов. Къёла накрыла ладонями подвески и произнесла заклинание:

— Ro Vine Pretti Ast!

От Талисмана Фея пошло сильное тепло, а через несколько секунд потеплели и другие амулеты. Руки девочки засияли пронзительным золотым светом, она почувствовала, как магическая Сила быстро наполняет тело, переполняет его, готовая пролиться через край. Звездочки закружились перед глазами, вспыхнули яркими брызгами и окатили ее волной Магии.

— Kale Mantu Vin Dezire! — прошептала она Талисманам.

Звездочки, образовав маленький золотой вихрь, закружились над столом. Къёла распахнула ладони, словно выпуская наружу птичку, и комнату заполнил невыносимо яркий зеленый свет…

Неожиданно ей на лицо что-то упало. Сосредоточенная на создании Зова, Къёла не сразу поняла, что это такое. Она дернулась, опустив руки и сбившись в заклинании. Ухо прострелила сильная боль: кто-то вцепился в ушную раковину и явно пытался ее откусить. Девочка с криком скинула взбесившееся животное с головы, наотмашь швырнула его через всю комнату. С той стороны ломали дверь. Слышались вопли Мияко. Мышь зло зашипела, засверкала красными угольками глаз. Къёла, горя желанием изловить гадину, в два прыжка оказалась рядом. Но тут дверь не выдержала под напором охраны, и дверное полотно со всего маху полетело на Дочь Галактик. Не рискнув быть задавленной, она отшатнулась в сторону. Мышь, воспользовавшись суматохой и неразберихой, исчезла. Къёла недовольно чертыхнулась. Обряд испорчен! Доведен не до конца! Но ничего! Зов все равно пошел по следу Фейралисе. Теперь она связана с братом невидимой нитью, и где бы он ни был, они обязательно встретятся! Обязательно!

Она подошла к столу, чтобы забрать Талисманы, и побледнела… Один амулет исчез.

Глава 8

До портала Тиас не добрался. И было не понятно, что спасло ему жизнь: то, что он, решив срезать путь, поехал через заколдованный лес, или то, что у единорога сестры такое обостренное чувство опасности. Объехав засаду, Тиас задумался. Что-то здесь не вязалось. Возможно, солдаты ждали вовсе не его. Стража Мияко носит форму с другой символикой, следовательно, организатор засады не она. Тогда что на этой планете делают вооруженные до зубов люди с другими гербами на кольчугах и плащах, если нет никаких серьезных предпосылок к военным действиям? И почему они ранним утром рассосредоточены на самом неудобном для путников, но очень удачном для засады, отрезке пути — здесь дорога делает крутой поворот и не видно ни того, что происходит впереди, ни того, что творится сзади?

А спустя час Ураган почувствовал хищников. Тиас закрепил кордео на луке, достал оружие. Эх, жаль, что он не может колдовать, мало того, что переломанная правая рука безбожно болит, так еще и управляться в бою только левой ужасно тяжело. Надо уйти с планеты и попросить у Эммина людей для сопровождения. Вряд ли принц откажет Правителю Вселенной. Не должен отказать. Не имеет права! Но когда до портала оставалось от силы четверть часа пути, Тиайленс увидел, какие именно хищники идут по его следу, стремительно настигают. Признаться, парень испугался. Он не справится с ними, тем более раненый и без капли магической силы. Еще была бы надежда на Талисман, но амулет на шее сестренки, а без него он и подавно беспомощен на этой планете. Слившись с единорогом воедино, он понесся сквозь чащу. Главное, успеть добраться до портала. Но почему Элиона не уничтожает магию? Почему не впитывает ее по законам равновесия, как сделала Земля? Великий Космос, откуда здесь появились демоны-преследователи? Этого не может быть! Почему в такой неподходящий момент? Кто их послал? Как от них избавиться?

Около портала Тиаса ждал еще один малоприятный сюрприз. Большой отряд стражников напрочь заблокировал проход на поляну, с которой он собирался переместиться на соседнюю планету к принцу Эммину. Сын Галактик на всякий случай, скорее для того, чтобы удостовериться, что сил все-таки нет, чем из практической надобности, щелкнул пальцами и произнес заклинание невидимости. Как и следовало ожидать, ничего не произошло. Он был прекрасно виден всем желающим на него поглазеть.

— Еще утро не началось, а уже день испорчен! — пробурчал он, прикидывая, как бы решить проблему мирным путем — драться с полусотней воинов редкостная глупость и заведомо проигранная битва. Но с этими хотя бы можно договориться в отличие от тех, которые с минуты на минуту будут здесь.

— Именем данной мне власти приказываю спешиться и сдать оружие! — прокричал мужичок, издалека похожий на мыльный пузырь — такой же кругленький и переливающийся в лучах светила.

— С кем имею честь разговаривать? — голос у Тиаса изменился, стал величественным и жестким.

— С тобой, болван, разговаривает поверенный в дела принца Эммина Актубаша, правителя планеты Актубаш, будущего правителя созвездия Двуликая Кошка, господин Мизол.

— Вот же мозоль на мою больную ногу, — едва слышно хмыкнул парень и, обведя присутствующих царственным взором, громко добавил: — На колени, когда разговариваете с Его Всемогуществом Сыном Галактик и Верховным Правителем Вселенной Тиайленсом Асгоруном Ие Рониму Босхе Арджу!

Как обычно его слова произвели должное впечатление на собравшихся: среди людей возникла паника, большинство тут же бухнулось на колени. Но небольшая группка так и осталась стоять. Они явно кого-то прикрывали.

«Телохранители, — догадался Сын Галактик. — Но кто из них Эммин и есть ли он тут вообще?»

Ураган встрепенулся — к порталу подтягивались демоны. Тиас уже ощущал их присутствие кожей, такая сильная волна колдовства исходила от существ.

— Мне нужен принц Эммин, — обратился он к господину Мизолу. — И чем быстрее мы с ним встретимся, тем лучше для него. Я «случайно» забуду об этом неприятном недоразумении.

Единорог начал пританцовывать, готовый сорваться с места в любой момент. Тиас похлопал его по шее, успокаивая.

— Меня предупредили, что ты будешь изворачиваться и врать, наглец! Либо ты сию минуту сдашь оружие, либо…

— Либо? — приподнял бровь Тиас. На устах застыла презрительная ухмылка.

— Либо я натравлю на тебя вот это! — грозно закончил Мизол, указывая тростью на появившихся демонов.

— Уже натравил, — буркнул Сын Галактик, разминая кисть перед боем. — Вы знаете, что нападение на Детей Галактик карается смертной казнью? Более того, если принц Эммин хочет нажить неприятности для всего созвездия, то может продолжать в том же духе. Служба безопасности Вселенной знает, где мы находимся, и в случае не выхода на связь в условленное время, здесь будут лучшие специалисты Вселенной. Боюсь, принцу не повезет…

— И в чем же нам не повезет? — вперед вышел молодой мужчина лет двадцати пяти. Этого бы товарища парень сравнил с павлином. Даже такой же венчик на голове и камзол расшит зелеными блестками. Тиас в душе довольно улыбнулся (в этом созвездии, видимо, в моде зеленые цвета, каждый второй в зеленом), оставив лицо слегка скучающим. Интересно, почему Эммин охотится за ним?

— Это твои шавки? — не поворачивая головы, кивнул парень на демонов, стоящих за спиной в опасной близости от него. — Убери их.

— Мы специально пришли, чтобы убить тебя, наглец! — с вызовом закричал господин Мизол. — Ты обвиняешься в неуважении к будущему правителю созвездия, пререканию с нами и оскорблению его венценосной головы!

— Интересно получается! — рассмеялся Правитель Вселенной, не обращая внимания на Мизола. — Давай-ка проясним ситуацию. Ты забрал у принцессы Мияко мой кристалл, устроил засаду, подозреваю, что несколько дней назад натравил на меня демонов-преследователей, а теперь говоришь о каком-то неуважении. Спорный вопрос, кто кого не уважает. Мне нужен мой кристалл. Причем немедленно, — в голосе зазвучал металл.

— Кристалл?! — зло отозвался Эммин. — Этот камень нам подарила Мияко в честь нашей с ней помолвки! Мы не отдадим тебе кристалл! Он наш!

— Подарила? — возмутился Тиас. — Это мой камень! И я хочу получить его обратно. Немедленно!

— Как ты смеешь? — зарычал принц. — Взять его!

— Именем Закона!..

Ураган отбил задними копытами приблизившуюся пару демонов. Еще одного Тиас отпихнул ногой, а другого заколол. Единорог рванул вперед. Прямо в кучу людей. Резко затормозив перед принцем, Тиайленс Асгорун навис над ним, грозно сверкнув глазами:

— Именем Закона! Я требую вернуть мне мой камень! Принц Эммин, вы нарушаете Закон. Вы обязаны подчиниться мне, Верховному Правителю Вселенной. В противном случае я буду вынужден сообщить о произошедшем в службу безопасности, и вы будете наказаны за неоказание помощи Детям Галактик и неподчинению высшей власти.

— Это подарок Мияко! Мы не отдадим его!

— Пойми, глупая твоя голова, это мой камень, она не имела права его дарить. Он мне нужен. Хочешь, я поговорю с Мияко, и она подарит тебе еще какой-нибудь камень? А это мой кристалл! МОЙ!

— Ты поговоришь с ней? — взревел Эммин. — Да как ты смеешь?! Мияко наша! Она была обещана нам с рождения! Это наша женщина!

— Да на здоровье! Желаю счастья в личной жизни! А теперь отдай мне кристалл и позволь вернуться обратно. У меня куча дел. Мне некогда. Разбирайся со своей Мияко сам. Она мне не нужна. Мне нужен только этот камень! Всё!

— Ты лжешь! — взвизгнул Эммин. — Взять его! Чего вы ждете? Он напал на вашего хозяина!

Тиас сражался отважно, отбиваясь от людей и демонов. Ураган помогал, берёг друга. Но силы были не равны с самого начала. Стражники стащили его с единорога, демоны едва не порвали. Тиас вывернулся из кучи людей и монстров, бросился бежать. Ураган рогом разметал нападающих. Парень запрыгнул на ходу верхом. До заколдованного леса было рукой подать, когда перед ними возникла еще одна проблема — богомол! Белесое существо встало на их пути. Парень чертыхнулся! Оглянулся — через три, максимум пять секунд, демоны вновь будут нападать.

Время остановилось. Тиас отчаянно крутил головой, глядя то на демонов, то на богомола, быстро соображая как быть. Вот самый рослый демон с разбега прыгнул на него. Ураган поднялся «в свечку», закрывая раненого друга, насадил существо на рог, кинул в сторону. Богомол застрекотал, зафырчал.

— Помоги! Пожалуйста! — без особой надежды крикнул Тиас. — Они хотят убить меня! Помоги!

Богомол пронзительно засвистел. Ураган просел, прижал уши, затряс головой. Тиас едва не выронил меч. Демоны попятились прочь. Напуганные люди бросились врассыпную. И тут существо принялось расти! Оно и так было немаленьким, метра три высотой, а сейчас и вовсе увеличилось в размерах вдвое. Более того, оно меняло цвет, превращаясь из белесого в ярко-красное с огромными синими пятнами. Тиас заставил единорога приблизиться к богомолу. Одна из трех головок склонилась на бок, словно рассматривая их, а потом кисть с длинными когтями небрежно махнула в сторону, как будто приказывая удалиться восвояси. Дважды Тиаса просить не пришлось. Пришпорив единорога, он скрылся в лесу.

Что произойдет с Эммином дальше, Правителя Вселенной не волновало. Его совесть была чиста перед собой и глупым принцем. Тиас сделал все, что мог в той ситуации. Кроме одного — он не забрал кристалл. Зато теперь ему понятно, откуда ноги растут у этих демонов. Вот кто натравил на него монстров. Вот кто вскрыл охранный щит на Гайдисе и разгромил весь дом. Все правильно! Эммин приревновал Мияко к нему и Фейралисе и решил избавиться от соперников. Значит, пропажа Фея — дело рук Эммина Актубаша! Тиас резко остановился. Ах он бестолочь! Как он мог позволить богомолу что-либо сделать принцу, пока не узнал, куда тот спрятал брата? Тиас сжал губы и недовольно глянул в ту сторону, откуда только что сбежал — надо поворачивать. Странно, таких нехороших проколов у Сына Галактик давненько не случалось. Всё идет наперекосяк! Абсолютно всё! Такое чувство, что он запутывается в ситуации как муха в паутине: чем сильнее барахтается, тем меньше шансов спастись.

Поле боя поражало воображение — девственная чистота кругом, ни тебе растерзанных трупов, ни изувеченных и стонущих тел. Зато несколько пустых оболочек из-под демонов валялись непосредственно у кромки леса. Еще штук пять были облеплены слизью и вяло бились в конвульсиях, а над одним богомол колдовал лично — вонзил клыки в лохматую шкуру и пил магию. Тиас впервые в жизни увидел, как прежде живое существо истончается, а спустя несколько минут превращается в высосанную оболочку, словно из полиэтиленового пакета вылили содержимое. Богомол чуть заметно светился белым светом. Он до такой степени напоен магией, что она «льется» через край.

Тиас побродил по поляне. Судя по следам, воины в страхе разбежались по округе, а свита принца и, видимо, он сам переместились на Актубаш. Хотя в последнем Тиас был не уверен. Странно, но он не чувствовал мощи портала, казалось, что проход кто-то перекрыл. Однако закрыть портал может только очень сильный маг, наделенный особым талантом или полномочиями. Во Вселенной таким даром обладали чародейки и они, Дети Галактик. И если портал заблокировал Фейралисе (больше некому), то тогда понятно, куда делись единороги — они находятся где-то в магическом поле Элионы и не достигнут цели до тех пор, пока блокировка не будет снята. Но зачем Фей это сделал? Он прекрасно знает, что ребята в любом случае придут на выручку, понимает, что им может понадобиться помощь чародеек. Логика Фейралисе оставалась для него загадкой. Почему он заблокировал выход с планеты? Нормальный человек заблокировал бы вход… Вот и камня нигде нет. Н-да… Как глупо надеяться, что Эммин бросит кристалл. Где же его теперь искать?

Богомол высосал очередного демона и в развалку поковылял к парню. Раздувшиеся бока лоснились в лучах солнца, хитиновый панцирь переливался.

— Спасибо, хозяин леса, за помощь. Я, Правитель Вселенной, твой должник, — он учтиво поклонился.

Богомол зафырчал. Приблизил страшные морды вплотную к лицу Тиаса. Застрекотал, рассматривая его. Потом пристально посмотрел на руку в перевязи, на разодранную футболку, распоротое и кровоточащее бедро, порванное голенище сапога. Тиас не шелохнулся. Страха не было.

Неожиданно существо крепко схватило его за бедра, талию и плечи, лишая возможности обороняться, и когтем вспороло повязку вместе с кожей и мышцами, до самой кости, как будто скальпель хирурга ловко сделал глубокий разрез. Тиас вскрикнул от неожиданной боли. Перед глазами завертелся лес, смешиваясь с небом, а сознание упрямо закричало, что надо найти камень и спасти Фейралисе. Последнее, что запомнил Тиайленс прежде, чем провалиться в небытие, — это смеющееся лицо брата.

«Смерть — это тупик, в котором есть выход. Тот, кто прошел через смерть, будет жить вечно», — улыбнулся Фей и протянул Тиасу руку.

Глава 9

Девочка сидела на холме и пристально вглядывалась в белую спицу дороги. Куда же пропал брат? Почти сутки прошли с того часа, когда он уехал. Сутки… Она не должна была отпускать его одного. А вдруг проклятие Хранителя обрушилось на него? Тиас сильный и смелый, он сможет постоять за себя… Фей… Фей тоже мог себя защитить. Мог… Не получилось. Къёла протяжно вздохнула. Мальчишки… Где же вы? На сердце так тревожно.

Мысли все время возвращались к обряду Зова. Она не закончила его. Мышь помешала, стащила Талисман. Мияко не могла его взять — слишком далеко от стола находилась. Мышь тоже не могла… Тогда кто? Слабо успокаивало то, что механизм Зова запущен. Она чувствовала это. Знала. А еще она чувствовала, что ее куда-то тянет. Не дает покоя. Подгоняет. Очень тревожно на сердце. Очень. Къёла подняла лицо к небу и прошептала:

— Astu Tin Vetu.

Ее понесло в Тонкий Мир. Она так давно не была здесь, успела соскучиться по глубокой черноте Космоса, разноцветным искрам звезд, по тому, как Мир преобразуется в зависимости от того, в каком настроении приходишь. В Тонком Мире можно гулять, размышлять, искать ответы на многочисленные вопросы. Это место для релаксации и медитации. Здесь думается легче, и решения принимаются правильные. Они с ребятами постоянно общаются через Тонкий Мир. Это своего рода их мобильная связь, как на Земле, но денег платить не надо: произнес заклинание и вот ты тут, лишь чуть магии потратишь. Только вот Тиас никак не выходит на связь, и она очень волнуется. Зовет его, зовет, а толку никакого. Словно нет брата в мире живых. Но с ним все в порядке, она чувствует это. Близнец всегда знает, что творится с его половинкой. А вот что твориться с сердечной половинкой? Где она? Как ей помочь? Душа девочки болела, плакала, страдала.

Я ищу тебя везде. Зову. Кричу. Я плачу без тебя. Моя жизнь остановилась. Я вглядываюсь в лица спешащих мимо прохожих, но они спрятаны за масками безысходности и безразличия. Каждый миг я вспоминаю тебя. Твою улыбку. Прикосновение рук. Я помню твой взгляд. Лучистый, ласковый. Строгий, недовольный. Смеющийся, игривый. Твои глаза… В этом мире нет ничего красивее твоих глаз. Я сохраню их образ в своей памяти. Навсегда.

Открой глаза.

Твой смех навсегда останется со мной. Он станет дождевыми каплями, рождающейся листвой, первыми снежинками, ласковыми лучами солнца. Все, что было в моем мире, все, к чему прикасались твои руки — останется со мной. Ведь все хорошее надо обязательно носить с собой в сердце. Всегда.

Открой глаза!

Я знаю, что ты рядом. Знаю. Я знаю, что ты не мог предать меня. Не мог. Если ты сделал выбор, то я приму его. Это твой выбор. Если тебе нужна моя помощь, то я не задумываясь отдам за тебя жизнь. Я сделаю всё, чтобы ты жил. Только бы ты жил. Всегда.

Открой глаза!!

В этом мире, где так много людей, я безумно одинока. Раньше, когда ты был рядом, мир был наполнен красками, счастьем и вкусом. Он был малиновым вареньем, мороженым, каруселью, радугой и бабочками. В моей душе жили бабочки. Бабочки… Лишь ветер гоняет по выжженной душе их потухшие крылья.

Открой глаза!!!

Я иду к тебе. Спешу. Бегу. Я знаю, что ты рядом. Знаю, что тебе нужна помощь. Где ты? Помоги мне найти тебя! Подскажи!

Открой!!! Глаза!!!

Я уважаю твой выбор. И что бы ни случилось, ты должен жить. Ты можешь быть не моим. Я научу себя жить без тебя. Ты можешь жить не со мной. Я заставлю себя радоваться твоему счастью. Ты можешь больше никогда не выйти мне навстречу. Я приучу себя не искать тебя среди прохожих. Но я не смогу жить, зная, что тебя больше нет. Я не умею жить в мире, где нет тебя. Только живи. Помоги мне. Подскажи. Только живи. Всегда.

ОТКРОЙ!!! ГЛАЗА!!!

Къёла закричала от боли. Резко вскочила на ноги и бросила парализующее заклинание:

— An Ex Por!

Летучая мышь дернулась и упала к ногам девочки. Эта тварюшка снова укусила ее за шею. И за ухо! Сильно укусила, мочка вся изжевана, кровь капает на плечо. Хороша же Дочь Галактик с изгрызенными ушами и прокушенной шеей! Просто красавица. Кто узнает — засмеет. Мастер называется. С глупой маньячной мышью справиться не может! Она присела и брезгливо перевернула тельце, почему-то очень хотелось посмотреть в глаза этой гадине, которая так активно портит ей жизнь последние сорок восемь часов. В лапке что-то зажато. Испуганные глазки таращатся на девочку, словно мышь понимает, что сейчас решится ее судьба. Къёла аккуратно разжала когтистые пальчики и ахнула — украденный Талисман! Она быстро распутала цепочку, нежно поцеловала подвеску, прижала ее к щеке, радуясь возвращению. Пальцы закололо — это Талисман подпитывал хозяйку магией. Она машинально глянула на кристаллы — все три камня ярко-голубые.

«Кто ты и почему все время нападаешь на меня?» — спросила она телепатически у мыши, немного ослабив хватку заклятья. Теперь у нее есть силы, чтобы разговаривать с животными.

Мышь резко дернулась — телепатия хорошее средство общения, но доставляет уж очень неприятные и болезненные ощущения, — часто заморгала, испугавшись вторжения чужого разума в свою голову.

«Говори, иначе я тебя убью!» — строго пригрозила Къёла и для пущей убедительности извлекла меч из ножен.

«Тебе нужна помощь. Он просил охранять вас».

«О ком ты говоришь?»

«Друг. Он в беде. Ты в беде. Ты связала вас. Он умирает. Ты умрешь. Он почти убил вас».

«Подожди, давай по порядку. Кто кого и с кем связал?»

«Ты».

«Я связала друга и себя, так?»

«Да».

«Я ничего не понимаю. Если твой друг просил тебя нас охранять, а я его и себя связала… Великий Космос! Ты говоришь о Фейралисе!»

«Друг».

«Как же я сразу не догадалась! Вот почему ты нас везде преследуешь! Фей просил тебя присмотреть за нами?»

«Да. Ты связала вас. Он умирает. Ты умрешь. Надо ему помочь. Он убивает вас».

«Стоп! Не спеши. С этим мы сейчас разберемся. Сначала скажи, зачем ты меня кусаешь?»

«Он рядом. Он хочет убить. Он мертвый. Сон — плохо. Он приходит и убивает. Я не даю спать, когда опасно. Он ждет, когда ты будешь спать. Я мешаю».

«Ну, определенная логика в этом есть. Но зачем кусать?»

«Сон — это не сон. Это смерть. Ты не просыпаешься, я кусаю. Ты должна помочь ему. Иначе ты тоже умрешь. Вы связаны. Когда ты звала, он вторгся и почти убил тебя».

«Чертовщина какая-то! Кто этот он? Кто? Фейралисе?»

«Враг».

«Фей — друг, правильно я понимаю?»

«Да».

«Есть еще враг, так?»

«Да».

«Ты можешь его показать?»

«Да. Ты живешь рядом с ним. Надо его остановить и спасти друга».

Къёла нахмурилась. Если друг — это Фей, то кто тогда враг? Кто живет рядом с ней? Здесь на этой планете постоянно рядом Тиас да Мияко. И если Мияко — «она», то Тиас выходит, что «он»! Но охраняет мышь «вас», то есть ее и Тиаса! Ерунда какая-то! Мияко — она, Тиас — он, охраняет — вас. Къёла задумалась. Может быть, мышь охраняет не ее и Тиаса, а ее и принцессу, ведь Мияко колдовать не умеет! Про Зов она говорила только с братом, и только он мог вклиниться в этот обряд и причинить ей зло. Демоны-преследователи, которых он притащил на Землю, его любовь к Мияко и ненависть к Фейралисе, тоже все как-то подозрительно… Девочка отчаянно затрясла головой. Даже в самом страшном, невероятном, глупом кошмаре такому не бывать! Чтобы Тиас хотел убить их с Феем? Да что она, право, с ума сошла! Эммин! Именно он забрал кристалл и угрожал Мияко! Вот кто! Вот! Больше некому…

«Времени нет. Я покажу тебе его. Отпусти меня», — неожиданно влезла в размышления Правительницы Вселенной мышь.

Она сняла заклятие. Животное пристроилось у нее на груди и указало на дворец Мияко. Девочка бегом последовала в заданном направлении.

Мышь привела ее в гардеробную Мияко. Къёла была готова сразиться с настоящим Врагом, была готова вытащить Фейралисе из глубокого подземелья, в, конце концов, она была готова победить дракона, если эта забавная зверюшка встретиться у нее на пути и будет мешать, но никак не перебирать дорогие и безвкусные тряпки принцессы. Мышь же велела искать. Кого искать?

Перерыв все, что было можно в поисках неизвестно чего, Къёла разнервничалась.

«Что мы ищем?»

«Друга. Он прячет его где-то тут. Неужели ты не чувствуешь?»

Она недовольно стряхнула животное с плеча.

«Знаешь что! Я в подъюбниках рыться не нанималась! Где тут можно спрятать Фея? Где? Тут сплошное шмотье!»

«Ищи», — коротко отозвалась мышь, лениво перебирая лапками по гардине.

А ведь она и правда его не чувствует, хотя должна!

Къёла справилась с гневом и раздражением и заставила себя настроиться на волну брата. Прошло несколько минут, прежде чем ей удалось почувствовать легкую вибрацию откуда-то сверху. Она задрала голову и поняла, что там, на антресолях, хранятся коробки со шляпами. Схватив лестницу, девочка ловко взобралась под потолок. Как Мияко несколько часов назад, она открывала коробку, вытряхивала шляпку и небрежно отшвыривала ее в сторону. Еще одна коробка бухнулась на пол. Еще одна шляпа спланировала вниз. И опять пусто, и опять безрезультатно. Она добралась до самой дальней, открыла ее и рассмеялась. Маленькая шляпка-таблетка была аккуратно натянута на большой бледно-зеленый кристалл. На тот кристалл, который отдал им Хранитель. На тот кристалл, который спас ей жизнь, когда отравленная ядом, истекающая кровью девочка уже готова была отправиться к пращурам. На тот кристалл, за которым поехал Тиас к принцу Эммину и который сейчас лежит на самой дальней антресоли в качестве болванки для шляпки-таблетки у бестолковой и глупой принцессы Мияко Котияко, правительницы созвездия Двуликой Кошки. Сказать, что Къёла разозлилась, значит ничего не сказать! Спрыгнув с лестницы, она решительным шагом отправилась к дурочке, чтобы высказать ей все, что о ней думает.

***

Пальцы на ногах и руках замерзли, поясница ныла, откуда-то здорово тянуло холодом.

«Кажется, почки отморозил», — с горечью подумал Тиас, прислушиваясь к звукам — тишина. Он незаметно дотронулся рукой до пола — камень! Открыл глаза и сел. Голова закружилась. Розоватый свет магических светильников мягко касался каменных стен.

Когда помещение, в котором богомол сломал ему руку и порвал сухожилия, перестало качаться, Тиас с удивлением обнаружил, что кость цела, кисть работает замечательно, а он сам полон Магией. Только вот как он попал из леса в штольню, может не было ничего, может показалось? Но о том, что произошедшее в лесу не фантазия уставшего мозга, говорил тонкий белый шрам от ключицы до самой середины кисти и разодранная, залитая бурой кровью футболка. Богомол вылечил его. Более того, он наполнил Правителя Вселенной магией. Странно все это. Подозрительно как-то.

Вдалеке послышались голоса. Точнее, голос. Только Тиас никак не мог понять, кому он принадлежит: для мужчины голос был слишком высоким, а для женщины — низким. Судя по интонации, его хозяин задавал какие-то вопросы, потом сам на них отвечал, ругался и возмущался.

— An Lor Xsen, — шепнул парень, бесшумно скользнув в ближайший тоннель. Теперь его никто не увидит. Как же хорошо вновь обрести Силу!

— Как ты смел? — неприятный голос ворвался в зал. — Где он? Где?

Тиас удивленно уставился на странного визитера. Богомол по сравнению с ним был редкостной душкой! Высокий, тонкий, грязно-болотного цвета человек с огромными длинными конечностями. Вытянутые остроконечные уши с оттянутыми мочками. Плешивая голова с редкими выцветшими волосами. Кожа вся в струпьях, гнойных прыщах и бородавках. Носа нет, на месте рта прорезь, пустые глазницы и непонятно как держащиеся в них огромные желтоватые яблоки глаз без зрачка, похожие на старый куриный жир. Подобное он видел только в магических книгах по демонологии. И если Тиасу не изменяла память, то стоящее сейчас в нескольких шагах от него существо было ни кем иными, как Демоном Смерти из отряда вампиров магических. Так вот кого разбудили лесные люди-гномы! Хороший ход, ничего не скажешь: заполнить драгоценностями старые горы, и рано или поздно породу найдут и начнут исследовать, добывать кристаллы. Видимо гномы случайно вскрыли запечатанную древними магами могилу, выпустив зло в мир. Наверняка народец пользовался магией, а Демон Смерти был настолько голоден, что «съел» всё, до чего смог дотянуться в тот момент. Вот и разгадка гибели народа. А еще Тиас вспомнил, что никаких инструкций по уничтожению магических вампиров в демонологии дано не было, зато там черным по желтому волшебными чернилами было написано, что «это исчезнувший вид демонов, не встречающийся в повседневной жизни, поэтому не нуждающийся в истреблении». Следовательно, о том, как бороться с этим чудиком, Тиас не имел ни малейшего, даже чисто теоретического представления. Более того, теперь он четко осознал, что Фей скорее всего погиб, и его самого ждет та же учесть. А вы говорите — проклятие Хранителя… Нет никакого проклятия. Есть Демон Смерти из отряда вампиров магических, который и уничтожал всех магов, попавших в лес, в последнее столетие как минимум.

— Я тебя спрашиваю, где он? Ты сказал, что мальчишка лежит в главном зале раненый и полностью обездвиженный! Во имя могильных червей, где он?

Тиас нахмурился: определение «раненый и полностью обездвиженный» к нему, сильному и здоровому, никак не подходило. Странно все это.

Богомол защелкал в ответ.

— Ты мне не перечь! — взвился вампир. — Ты прекрасно знаешь, что я не могу есть падаль в виде демонов-преследователей! Это ты жрешь все, что не попадя, а я питаюсь только чистой магией! Найди его! Немедленно найди, во имя могильных червей!

Богомол снова робко щелкнул.

— Еще одно слово — и я превращу тебя в таракана и раздавлю! Это ты позволил тому мальчишке заблокировать планету, и с нее теперь не выбраться! Вместо того чтобы убить мерзавца, ты отпустил его! Уму не постижимо! Отпустил! И что теперь делать? Он привел за собой хвост! Кто же знал, что так получится? Одно радует — девку я оставлю на десерт. Ох, как же она меня бесит. Маленькая костлявая тварь! Что ты стоишь, дурень?! Иди и найди его!

Богомол тенью просеменил мимо Тиаса, чуть зацепив его когтем…

***

Къёла, осторожно прижимая теплый кристалл к груди, быстро обошла весь дворец, но принцессу найти не смогла. Мияко пропала. Решив, что устроит ей разгон утром, Правительница Вселенной вернулась в свою комнату, с удовлетворением обнаружив мышь на привычном месте, висящей на карнизе, и завернувшуюся в крылья.

«Слушай, животное», — мрачным тоном произнесла Къёла телепатически.

Мышь от испуга разжала лапки и свалилась с импровизированного насеста. Девочка бережно перенесла ее к себе на кровать.

«Прости, я не хотела тебя напугать. Скажи, может быть Фей говорил тебе, как его расколдовать? Я не знаю, что это за заклятие».

«Заклятие смерти, — отозвалась мышь. — Его убили».

Къёла побледнела и пролепетала:

— Ты же говорила, что он жив!

«Я не понимаю тебя. Говори нормально».

«Ты сказала, что он умирает! Умирает — означает, что он еще жив! Если он жив, то я смогу его спасти!»

«Не кричи. Он умрет — ты умрешь. Он держит тебя. Ты держишь его. Надо спешить. Вы с ним связаны одной нитью».

Надо думать. Хороший Мастер с первого взгляда определяет, с какой проблемой столкнулся и как ее решить. Однако в этом случае все сложнее. Если Фейралисе заколдовали и превратили в сгусток закристаллизированной магической энергии, стало быть, применялись древнейшие заклинания, которые на тот момент еще не имели разделения на магию защиты и помощи и магию нападения и вреда. Что же это за колдовство такое? Быть не может, чтобы Мастера Магии так легко превратили в сгусток энергии! Как его достать оттуда? Как расколдовать?! Фей — сильнейший Маг Вселенной. Сильнее него только чародейки Высшего Совета, и то только потому, что более опытны! Даже они с Тиасом слабее. Но Фей, рожденный человеком, защищен хуже всех! Что делать? Как его спасти? Къёла покачала головой, разглядывая камень, задумчиво покусывая губку. Нет, Фей опытный Мастер. Он должен был поставить защиту. Должен! Странно то, что Талисман попал к Мияко и не защитил хозяина. Его нельзя так просто взять или украсть. Его может отдать только сам Фейралисе, предварительно нейтрализовав защитные заклинания амулета. Но чтобы брат передал подвеску Мияко — в это она не верила и никогда не поверит! При том образе жизни, который ведут Правители Вселенной, подарить кому-то Символ Высшей Власти — означало собственноручно подписать себе смертный приговор: слишком часто они рискуют жизнью, слишком часто амулет защищает их от неминуемой смерти. Как Талисман оказался у Мияко? Ладно, об этом она подумает попозже. Что делать сейчас? Если бы рядом был Тиас, она бы предложила обряд Колокольчика — это когда запускается Зов и вытягивается душа из камня (она словно летит на звоночек колокольчика), а потом расколдовывается телесная оболочка. Обряд делается в паре: один «вызванивает» душу, второй раскрывает оболочку. В одиночку Къёла не справится. Хотя… Она посмотрела на Талисманы. Триада Сил… Активизировать Триаду… Потом… Она связала их одной нитью… Следовательно, надо связать душу брата со своей душой, стать с ним одним целым. И пока его жизнь будет сливаться с ее жизнью, она раскроет оболочку. Такой «Колокольчик» еще не описывался ни в одной магической книге. Талисманы помогут, вытащат их. Должны, обязаны помочь.

Къёла взяла бумагу и тщательно записала обряд и заклинания, продумывая все до мелочей. Никаких трудностей не возникнет. Обряд не особо сложный, хотя и очень затратный по силе. Он не потребует каких-то особых приготовлений, все можно провести в полевых условиях. Главное, чтобы планета не впитала всю ее магию до того, как обряд завершится. Положив камень на постель и накинув на него цепочки с амулетами, девочка приступила к возвращению Фейралисе в мир живых.

Поставив купол-защиту от вторжения третьих лиц, Къёла торжественно произнесла на древнем магическом языке — авгуладу:

— Великий Космос! Высшая Сила! Прошу вашей помощи и поддержки! Талисманы, объединитесь! Триада Сил, помоги мне!

Золотой луч, вылетевший из светящихся Талисманов, осветил комнату, заискрился осязаемым блеском. Кристалл жадно впитывал этот блеск, становясь все ярче и ярче. Золотые и зеленые искры метались в пределах границы купола, слегка касались Къёлы и, взяв у нее частичку силы и жизни, несли ее к заколдованному Фею, исчезали в изумрудной, пульсирующей глубине камня.

— Иди ко мне! — приказала она брату, чувствуя, как все внутри напрягается, словно кто-то рвет невидимые канаты в самой глубине ее сознания. Стало очень больно и тяжело. Но это была не физическая боль, а душевная. Слезы, как дождевые капли в сильный ливень, сбегали по щекам, капали на грудь, впитывались в трикотаж топика. Хотелось выть от отчаянья, кататься по полу и всячески истерить.

Больно!

Как же больно!

Больно настолько, что не вынести. Не выжить…

Смогу… Я смогу… Ради тебя.

Пожалуйста…

Ну, пожалуйста...

Умру за тебя… Умру вместо тебя…

Пожалуйста... Вернись же... Иди ко мне… Слышишь, я зову тебя!

Как же больно...

Тук-тук…

Тук… Тук… Тук-тук…

Сердце бьется так неровно. Бьется…

Иди ко мне!

Сейчас оно бьется за двоих… Если твое сердце остановится, я тоже умру.

Так позволь мне быть первой. Я не умею жить без тебя…

Тук… тук… тук-тук-тук…

Ну, пожалуйста…

Как же больно.

Тууук...

Остановите это сердце кто-нибудь! Не вынести… Не смочь!

Больно! Невыносимо больно.

Больно…

Я смогу… Пожалуйста, только живи… Я смогу… Только…Иди… Ко мне…

— Иди ко мне! — звала Къёла пока не поняла, что его душа поддается, медленно отделяется от каменной оболочки и ползет к ней.

Ужасно медленно!

Невыносимо больно!

Быстрее, пожалуйста, быстрее!

Как больно!

Остановите сердце. Запретите ему биться!

Ну, пожалуйста…

Иди ко мне…

— Kale Mantu Vin Dezire! — она усилила зов. Если душа Фея будет столь медлительной, то она рискует никогда не достать ее из кристалла. — Vin Amos Kale Bela Koros! — Это удивительное заклятие одного из древнейших наречий авгуладу они с Фейралисе выучили пару месяцев назад, младшая чародейка Анжа уверяла, что именно этот зов способен разбудить чей угодно разум и привести его к зовущему.

Ты сможешь, я знаю.

Ты сильный и ты сможешь.

Иди ко мне. Я зову тебя, слышишь?

Тук-тук… Тук-тук… Тук… Тук…

В этот раз ты сможешь. Я знаю.

Так же, как могу я.

— Иди ко мне! — вновь приказала она и улыбнулась: душа брата стремительно неслась к ней навстречу. Ура! Получается! Боль отступала. Сердце отпускало. Оно вновь забилось ровно, иногда сбиваясь с ритма, но все-таки ровно.

Теперь поработаем руками. Она дотронулась до камня и сосредоточилась:

— Leu Verty Feyralise Sert!

Кисти обволокло белым расплывчатым свечением. Къёла аккуратно смахнула его с рук, медленно окутав магическим туманом кристалл. Он слабо засеребрился. Она добавила силы. И камень наконец-то начал расти, неторопливо вытягиваясь в длину и ширину. Къёла усиливала и усиливала заклинание. Уже не остается сил, а ей еще надо вложить душу обратно. Давай же, милый, давай, очень тяжело одной тащить тебя с того света!

Постепенно камень начал приобретать форму человеческого тела. Сначала образовался скелет, потом все быстрее и быстрее проявлялись вены, сосуды, внутренности, мышцы. Мгновение, и на постели появилось тело Фея. Къёла моментально перенаправила вовремя подоспевшую душу в тело брата и разрубила магическую нить, связавшую их через Зов. Всё, теперь он отдельно от нее, сам по себе! Девочка устало уселась на пол. Какие же они тяжелые, эти мужчины!

Прошло несколько минут, прежде чем она смогла вновь встать на ноги. Коленки дрожали так сильно, что Къёла побаивалась упасть. Она перебралась на постель, с любовью принялась рассматривать такие знакомые черты лица, обезображенные заклинанием смерти. Неприятно бросились в глаза жутковатые сине-фиолетовые губы. Щеки цвета топленого молока с каким-то кошмарным синеватым оттенком ввалились. Ресницы дрогнули, но веки не открылись — длинные реснички смерзлись, покрылись корочкой льда, который в тепле таял, капельки скатывались в уголки глаз, отчего казалось, что это слезы. Потухшие грязные волосы прилипли к мокрому лбу. Она провела трясущимися от усталости руками над лицом брата, едва-едва используя лечебную магию — сил совсем не осталось. На его щеках появился болезненный румянец пятнами. Губы побледнели и слегка порозовели. Остатки льда она аккуратно убрала ногтем. Ласково погладила теплую ладонь. Фей слабо сжал ее пальцы, поднес к губам и едва заметно поцеловал. Она улыбнулась. Ради этого легкого, как касание крыла бабочки, поцелуя, она готова отдать все на свете. Ради этого стоило рисковать. Ради этого стоило жить! Фей посмотрел на нее мутноватым взглядом еще плохо пришедшего в себя человека и спросил:

— Где Мияко?

Мир взорвался и рассыпался на части…

Глава 10

— Где Мияко? — повторил Фейралисе.

Второй раз вопрос не вызвал в ее душе такой нестерпимой боли. Больнее уже некуда. Разбитое сердечко давно перестало биться, а холод, сковавший грудь, выморозил все так, что болеть оказалось нечему. Къёла встала, гордо вскинула голову и с насмешкой заявила:

— Там, где она тебя бросила. На антресоли в виде подставки для шляпы.

Она решительно повернулась и понеслась к дверям.

— Стой! Къёла, стой! — слабо закричал ей вслед Фей.

Но она ничего не хотела слышать.

Он щелкнул пальцами и магически захлопнул дверь перед ее носом. Къёла едва успела затормозить, чуть не влетев с разбегу в дверь. Слезы душили ее, мешали соображать. Она принялась бессильно колотить кулаками по закрытой двери, медленно опускаясь на пол. И, в конце концов, не сдержавшись, разрыдалась.

Фейралисе с трудом поднялся с постели. Он чувствовал себя хуже некуда — разбитое тело ломит, в голове гадко, шум и какие-то голоса. Пол под ногами волнообразно качался. Так всегда, когда слишком долго бываешь заколдованным.

— Хорошая моя, послушай… — он обнял ее за плечи.

— Я не твоя! — Къёла резко вырвалась, отпихнула его, рванула ручку в очередной попытке открыть дверь. Фей не удержался, шлепнулся на пол рядом с сестрой.

— Ты можешь мне не верить! Я не знаю, что наговорил тебе Тиас. Впрочем, догадываюсь. Но я прошу только об одном — выслушай! Дай мне сказать! Это важно! — он схватил ее за руку и с силой сжал.

«Синяки останутся» — обиженно подумалось Къёле. Она крутанула руку, освобождаясь от захвата, залепила смачную пощечину, настолько сильную, что рассекла кожу на виске. Как дикая кошка, отскочила в сторону, сверкая глазами.

— «Где Мияко?» — передразнила она брата, скорчив рожу. — Да если бы ни я, ты бы так и остался подставкой для шляпки!

— Именно она меня в ту подставку и превратила! — стараясь докричаться до сестры, заявил Фей. К плохому самочувствию добавилась еще и тошнота. Желудок разнылся. — Дай мне сказать хотя бы слово! — взмолился он.

— Ты лжешь! Мияко мало того, что глупа, некрасива, тщеславна, уродлива, так еще и колдовать от природы не умеет! Она с планеты на планету переместиться без посторонней помощи не в состоянии!

— Мияко — демон. Она полностью состоит из магии…

— Вот уж нет! — зло фыркнула Къёла. — Она даже световой шар зажечь не может! В ней нет ни капли колдовства, я ее проверяла и неоднократно!

— Это эффект зеркальности, — Фей поморщился, одной рукой осторожно ощупывая висок, а другой держась за отчаянно тянущий живот. — Ндааа… Мияко как хороший фокусник при грамотном использовании «зеркал», прячет свою истинную сущность. Пойми, я бы никогда не стал встречаться с девушкой своего брата!

— Рассказывай! — строго и бесцеремонно приказала Къёла.

— Некогда! Где Тиас и Мияко?

— Рассказывай!

— Къёла, некогда!

Она сдвинула брови на переносице и поджала губы.

— Хорошо, но в двух словах, договорились? — нехотя сдался Фей, зная, что сестре лучше уступить, чем продолжать спорить. — Когда я увидел, что Тиас увлекся сомнительного вида девицей, сразу же почуял неладное. Узнал про нее всё — с какой планеты, чем занимается, что из себя представляет. Удивило то, как погибли ее родители, здесь явно не обошлось без колдовства. Потом меня заинтересовала сама планета и происходящее на ней. Элиона очень сильная. Я просканировал ее магией и понял, что на ней живет паразит. И этот паразит активизировался в последние три года, то есть с тех пор, как погибли правители созвездия. Сначала я пожалел бедняжку, думал, несчастная девочка развлекается как может. А потом разобрался, что эта так называемая бедняжка, как правило, заводит романы с сильными магами, привозит их к себе, а потом они бесследно исчезают. Более того, меня очень сильно удивил ее яркий талант обольщения в двенадцать лет при подобной внешности. И хотя магию я не чувствовал, но меня напрягало то, что наш целомудренный и осторожный Тиас совсем голову потерял. А когда он начал мечтать о будущем с этой девицей, я понял, что надо действовать. Ну и признался ей, что я — Мастер, каких мало, и она мне нравится. Тиас тут же получил отставку и ужасно на меня обиделся. А мне пришлось изображать великую страсть.

— Изображать? — ревниво прищурив глаза, прорычала Къёла.

— Ты ее видела? — криво улыбнулся Фей. Видимо у сестренки было совсем мало силы, раз она не вытянула лечебные заклинания полностью. Великий Космос, как его сейчас ломает! Ничего, надо лишь немного прийти в себя, и он подлечится.

— Да, нас успели представить друг другу.

— Къёлка, ты же знаешь мой вкус, чего ревновать? Как я могу променять тебя на нее? Она же этакий страшный мифологический уродец! О ней даже в книжках написано, что методов уничтожения не существует в связи с отсутствием в природе. А мы с тобой в каких только передрягах не побывали. Ты же часть меня! Но для работы…

— Для работы?! — подскочила она, уперев руки в бока.

— Къёлочка, а как я еще мог спасти Тиаса? Только пожертвовав собой!

— И моей любовью!

— Не говори ерунды, вот уж твоей любовью я так совершенно точно жертвовать не собирался.

— Что с тобой произошло?

— Глупость со мной произошла. Я все узнал за неделю. Пообщался и подружился с Пати. Видела патикрапта? Это очень редкий вид хранителей магии. Тут вообще столько всего интересного… — мечтательно закатил глаза Фейралисе, представляя сколько исследовательской работы осталось на Элионе.

— Видела, — строго прервала его грезы сестра. — Он Тиасу чуть руку не оторвал, переломал всего.

— Только не говори, что вы к нему с оружием заявились! — удивленно воскликнул Фей. — Кто ж с хранителями воюет? Конечно, он стал агрессивен. Я ж вам там нацарапал на стене, чтобы вы не ввязывались в драку…

— Вот именно, что нацарапал! Я едва сумела разобрать твои каракули! Нельзя было понятно написать?

— Нельзя! Демон разберет любую надпись, а выдать Пати — все равно что убить его, у нас уговор был. Вот я и придумал, как зашифровать, ведь вы с Тиасом все равно поняли, что я хотел сказать.

— Поняли?! — захлебнулась возмущением Къёла. — Тиас чуть не погиб! Я вам вообще удивляюсь в последнее время! Один друга бросает в беде, другой подставляет… Ладно, что было дальше?

— Видимость обманчива, моя дорогая… А дальше… Когда я понял, кто это, решил уехать на Фариллу, чтобы в безопасности разобраться, как бороться с Демоном Смерти, тем самым паразитом, который вселился в Мияко и использует ее тело для своих целей. Ну на портале он меня и перехватил…

— Ты возвращался во дворец?

— Нет. В этом не было необходимости. Контакт с Мияко и без того был очень опасным, чтобы подвергать жизнь дополнительному риску.

— А во дворце все говорят, что ты возвращался, потом молния в тебя попала…

Фейралисе рассмеялся.

— Молодец, девчонка! И заметь, какое легкое древнее колдовство! Вы ведь не поняли, что они зачарованно лгут? После визита в штольню я сразу же отправился на портал. Хотел с секундной задержкой закрыть выход с планеты, чтобы Демон никуда не смог удрать, предварительно договорившись с Пати, чтобы тот полностью перекрыл магию Элионы. Закрыть-то выход закрыл, а вот переместиться не успел. В момент перемещения, Демон перенаправил мою же энергию против меня самого. К счастью тут сработала защита Талисмана. И вместо вкусного обеда Демон получил орешек, который оказался ему не по зубам: Талисман обратил меня в магический кристалл, с которым вампир ничего не мог сделать вообще. Глупо ужасно. Я так и не понял, как он так быстро добрался до портала.

— А почему твой Талисман оказался на Мияко?

— Потому что через него Демон и подцепил меня на крючок, поймал, как глупого бычка. В итоге, Талисманом завладела Мияко, а так как она мертва, кристалл мог почернеть, и я представляю, что с вами случилось, когда вы увидели мой камень. Не хочу пережить тоже самое. Ладно, не суть. Сейчас надо найти Мияко и не дать ей убить Тиаса. Могу тебя утешить только тем, что с планеты Тиас никуда не денется. С нее вообще никто не может переместиться, пока я выход не открою. Где он?

— Тиас поехал к Эммину за тобой… — пробормотала Къёла.

— Давно?

— Вчера утром.

— Мияко где?

— Весь день рассказывала мне о своих матримониальных планах относительно вас. Утомила жутко. Ни секунды покоя мне не было. А сейчас ее где-то носит. Но часа два-три назад она еще дома была, рассказывала, как сильно тебя любит, пока я на холм не сбежала.

— Что же ты сразу не сказала?! — вскочил Фейралисе. Пальцы закололо — по рукам заструилась Сила. Еще немного и он будет в форме. — Погоди, а мыши моей у тебя тут нет? Я просил ее в случае чего присмотреть за вами.

— Вон она, паршивка, на карнизе висит! Все уши мне искусала, — махнула Къёла на животное, торопливо переодеваясь в удобную для боя одежду и кольчугу. — Эх, жалко единорогов нет, а то мы бы быстро до портала добрались. И с колдовством тут большие проблемы.

— Сорренто в магическом поле, я его убрал подальше от Демона. С колдовством тут никаких проблем нет, так как по договоренности с Хранителем, вся магическая сила, попадающая на планету, ею нейтрализуется. Иными словами, здесь никто не может колдовать, кроме меня, я же, наоборот, получаю подпитку от планеты. — Къёла ошарашено уставилась на брата. В ее взгляде было столько возмущения, что он торопливо добавил: — Это сделано для того, чтобы Демон не мог колдовать и не причинил никому вреда. Но у вас планета не должна была забирать силу… Надеюсь, что не забирала… А где Текаш и Ураган?

Девочка недовольно хмыкнула:

— Подозреваю, что Текаш тоже в магическом поле планеты, потому что ты осложнил жизнь абсолютно всем со своим закрытием порталов и магических источников. Тиас уехал на Урагане за тобой к Эммину.

Фейралисе улыбнулся. Он выглядел совершенно здоровым и даже чуть светился, наполненный магией планеты. На его груди распласталась огромная мышь. Он гладил ее по шерстке и что-то шептал в ухо. Потом аккуратно снял и выпустил в окно.

— Уехал к Эммину? — переспросил он и засмеялся. — Это очень забавный субъект. Он настолько околдован Мияко, что готов порвать любого, кто посмотрит в ее сторону. Я так и не понял, зачем он ей. Знаешь, этакая комнатная зверюшка, кошачий хозяин…

Къёлу передернуло, что не укрылось от глаз брата.

— Ты готова, моя хорошая? Превращаемся в птиц и летим.

— Я не могу. У меня сил нет. Вообще нет ни капли магии.

— Сейчас все будет. Минутку потерпи, — подмигнул брат, довольно разглядывая собственные искрящиеся ладони. Физически он может быть пока еще слаб, но вот магически силен как никогда! — Я с планетой уже договорился. Эта мышь — душа планеты. Она помогала мне, а после превращения следила за Мияко и не давала ей вас убить. Принцессу-то я заморочил заклинанием обыденности. Ей казалось, что мышка Элиона всю жизнь здесь жила. Мы с ней очень сдружились! Она только лечится сама не может, а вот магией наполнит так, что на троих с лихвой хватит.

— Душа планеты? — изумленно воскликнула девочка. — Мышь?

— Да, хоть это и звучит глупо, — рассмеялся Фей. — Я велел ей возвращаться обратно и освободить магию. Чтобы нам помощь была.

— Но почему она нам не помогала?

— Элиона нажаловалась на тебя, говорит, ты ее обижала. Мышь на самом деле серьезно вам помогала. До тех пор пока вы в глазах Мияко были слабыми и беспомощными, вы были в безопасности. Не забывай, планета активно забирала ее колдовскую силу, ей нужна была пища, а тут вы такие все из себя сильные. Пришлось Элионе вообще забрать вашу силу, но все было под контролем, видимо, когда у нее не получалось помешать Мияко, она отвлекала тебя, выводя из-под удара.

— Убить бы тебя, да руки марать не хочется, — бросила она брезгливо.

— Поверь мне. Так надо было. Я не знал, что Мияко меня заколдует. Но я предпринял все меры предосторожности на случай, если вам придется меня вытаскивать отсюда. Вы же не знали кто такая Мияко на самом деле, зато она прекрасно знала, кто вы, и действовала бы стремительно. Вы бы погибли с Тиасом еще до того, как успели понять, куда и к кому попали, в первые же часы своего пребывания в замке. Я не мог рисковать близкими мне людьми. Ты нравишься мне живой и резкой, а не зеленой и холодной. И не забывай, ты и Тиас — это все, что есть в моей жизни. Я не променяю вас ни на одну самую красивую, самую лучшую, самую замечательную принцессу в мире. Я не предам вас, даже если придется умереть.

Къёла заставила себя посмотреть брату прямо в глаза. Боль еще блуждала по душе, она очень боялась в любимом взгляде заметить хоть частичку холода. Фей поймал ее взгляд, полный отчаянья и тоски. Посмотрел прямо, открыто, честно. Он не предавал ее, не предавал Тиаса, не предавал их дружбы и уважения. Обстоятельства так сложились. Он не мог поступить по-другому. Иначе они бы все погибли. И Тиас в первую очередь.

Секунду они смотрели друг на друга, а потом кинулись в объятия.

— Великий Космос, я так по тебе соскучилась, — шептала она.

— Ты не представляешь, что я пережил без тебя, — гладил он ее. — Нам надо спешить. Ты готова? Полетели.

Они, улыбаясь, встали друг напротив друга, взмахнули руками и, обратившись в двух соколов, вылетели в окно.

***

Богомол не просто зацепился когтем за лоскут ткани разодранных брюк, но и дернул Тиаса за собой. При этом существо продолжало двигаться как ни в чем не бывало, словно не его он отправился искать. Тиас понял, что если богомол его и не видит, то чует отлично, поэтому касание не было случайным, его зовут. Он сделал неуверенный шаг. Животное нетерпеливо подтолкнуло Сына Галактик в глубь коридора.

— Я не буду долго ждать! — закричал им вслед Демон Смерти. — Поторопись, во имя могильных червей, мне еще надо прикончить девку! Надоела она мне!

Тиас вздрогнул и остановился, потянулся за мечом. Но богомол одной лапой вернул оружие в ножны, а другой вновь толкнул его вперед.

Поблуждав по коридорам и галереям где-то с час, богомол вывел парня на окраину леса. Тиас присвистнул — всего в нескольких минутах ходьбы отсюда находился портал. Так вот как животное попало к месту сражения. Это он ехал в объезд, а тут, оказывается, короткая дорога есть. Умные эти гномы были. Очень умные. Богомол начал щелкать.

— Я не понимаю тебя, — пробормотал Тиас, потом подумал и перешел на телепатическую связь: «Ты умеешь так разговаривать?»

«Да. Ты глуп. Ты подвел меня, — с большим раздражением отозвался богомол. — Найди то, что я дал. Помоги нам. Иди. Времени мало».

«Сколько я был без сознания?»

«Сутки. Спеши. Нам всем нужна помощь!»

«Сутки? — возмутился Тиас. — Почему же ты допустил, чтобы я так долго отсутствовал? А если с Къёлой что-нибудь случилось!»

«Ты долго восстанавливался. Ты потерял главное».

«Что я потерял?»

«Ты глупее, чем я думал. Спеши. Времени совсем не осталось!»

Тиас пристально посмотрел на животное, просканировав его мысли. В душе богомола творилось что-то ужасное: смятение, ужас и непокорство. Он очень боялся Демона Смерти. И столь же сильно, как боялся, он ненавидел его. Каждая волосинка на его теле, каждая клеточка его организма презирала вампира магического.

«Я помогу! Клянусь!»

— Тиас? — послышался удивленный вскрик.

Он обернулся и увидел Мияко. Богомол испуганно защелкал, попятился прочь.

— Кто это??? — завизжала она, указывая пальчиком на существо.

— Не бойся, это друг! — улыбнулся Тиас.

Богомол в два прыжка оказался около входа в штольню и скрылся в лабиринтах подземелья.

— Какой урод! — разрыдалась принцесса, с разбега припав к груди парня.

Он утешал ее, перепуганную, гладил по голове.

— Как ты здесь очутилась? Одна в лесу! Ты с ума сошла! Почему без охраны? — он чувствовал, как нежность переполняет его сердце. Маленькая глупая девочка, как же она отважилась поехать к порталу, да еще через колдовской лес.

— Я так волновалась из-за тебя! Ты же знаешь, насколько сильна моя любовь. Помнишь, я дала тебе слово на фестивале, что всегда буду с тобой? Помнишь?

Тиас кивнул и еще крепче прижал к себе. Как же он не замечал ее все это время? Как мог позволить себе обидеть девочку невниманием? Почему не заступился, когда сестра оскорбляла бедняжку? Мияко всхлипнула и продолжила шептать:

— Я абсолютно искренне не понимаю, зачем жить тому, кто нарушил Слово... Для меня такой человек уже мертвец. Его нет. Если Слово дано — это навсегда. Поэтому я и предназначена только тебе и останусь с тобой либо одна, чтобы не случилось.

— Мияко, милая, но ты же выбрала Фейралисе! — изумился Тиас. — Ты ушла к нему, оставила меня…

— Ты не понимаешь! Ты — мое счастье! Я поняла это потом. Ты же знаешь, что, только что-то потеряв, можно понять, как дорого оно было. Когда я поняла, что с тобой беда, я все бросила и помчалась к тебе. И потом, не забывай, я дала Слово! Крепче Слова нет ничего в этом мире, и если уж оно дано (а прежде, чем давать, я таааак крепко думала), то ничто не может помешать его сдержать. И неважно, изменились ли обстоятельства, нарушил ли кто-то другой свое, еще что-то. Для меня лучше умереть, чем нарушить свое Слово. И лучше умереть любому, кто его нарушил.

— Мияко, что ты такое говоришь? Я освобождаю тебя от твоего Слова. Ты свободна в выборе. И если ты на самом деле любишь Фея, то…

— Ах, замолчи! Кроме тебя, мне никто больше не нужен! И мое Слово принадлежит только тебе. Ты можешь меня простить за то, что я причинила тебе боль? Можешь?

— Ну конечно, о чем разговор? — улыбнулся он, чмокая ее в макушку. Великий Космос, как сильно он ее любит!!!

— Мияко, отойди от моего брата! — откуда-то раздался знакомый голос.

Тиас с удивлением повернулся и едва не закричал от счастья. В нескольких шагах от них стояли Фейралисе и Къёла. Оба с оружием наготове, а по их позам Тиас понял, что они вот-вот начнут нападать.

— Я сказала, отойди от моего брата! — процедила Къёла сквозь зубы.

— Готов поспорить, ты не ожидала, что я вернусь? — холодно улыбнулся Фей, медленно прокручивая магический посох между пальцами.

— Признаться, я начала волноваться! Потеряла всякую надежду! — огрызнулась Мияко. И, повернувшись к Тиасу с глазами полными слез, прорыдала: — Они всегда меня не любили! Защити меня! Спаси! Они хотят меня убить!

— Успокойся, никто тебя пальцем не тронет, — закрыл ее собой Тиайленс.

— Тиас, осторожно, это Демон Смерти! — крикнула Къёла.

Брат рассмеялся:

— Демон Смерти сейчас находится в штольне! Къёла, ты же знаешь, что Мияко беспомощна, как котенок. Она не умеет колдовать.

— Тиас, она меня ненавидит и наговаривает! Она хочет нас разлучить! — рыдала Мияко, крепко обхватив его за талию и щедро орошая спину слезами. — Ты же лучше меня знаешь! Между нами так много было!

— Мияко, завязывай с концертами, а, — поморщился Фейралисе. — Отойди от Тиаса. Я тебя добром прошу.

— Не отдавай меня на растерзание этому извергу! — заголосила она. — Он ревнует, только тебя я всегда любила! А он знал! Он знал! И поэтому хочет меня убить! О, как он низко пал! А еще прикидывался моим другом!

«Братик, — Къёла перешла на телепатию. Тиас вздрогнул от внезапной головной боли. — В теле Мияко живет Демон Смерти. Очень аккуратно отойди от нее на безопасное расстояние. Мне бы не хотелось, чтобы она причинила тебе вред. Сейчас Хранитель и Элиона освободят магию планеты, и мы сможем уничтожить паразита».

«Да вы что? Она же не умеет колдовать!»

«Ага, только я Фейралисе из того кристалла, что она якобы отдала Эммину, с трудом вытащила, и у меня нет никакого желания превратиться в аналогичный камушек и пойти на корм вампиру. Давай, мой хороший, медленно и аккуратно уйди с линии атаки. Ты мне доверяешь?»

Тиас развернулся к Мияко и взял ее за руки. Друзья стояли чуть поодаль. В его голове никак не укладывалось, что она, девочка его мечты, вдруг оказалась Демоном Смерти, тем самым ужасным демоном, которого он видел в штольне.

«Уходи!» — приказал Фейралисе брату, чувствуя, что магия вот-вот прорвется наружу. Тогда сильными станут не только Верховные Правители, сильнейшие Мастера Вселенной, но и Демон Смерти, существо, с которым они даже не представляют, как бороться.

— Милая, я не могу бросить тебя, — прошептал он. — Если тебе суждено умереть, то мы умрем вместе! Но им придется повозиться! — Тиас со всей силы оттолкнул Мияко от себя и… бросился с оружием на друзей.

— Она околдовала его! — закричала Къёла, отражая молниеносный удар брата. — Фей, действуй!

Но Тиас, проворный и ловкий, уже сцепился с Фейралисе, изрядно ослабленным после всех магических передряг. Он отлично знал слабые стороны Фея и сейчас активно использовал свои знания. Къёла на мгновение растерялась, не зная, что делать — то ли братьев разнимать, то ли Мияко нейтрализовать. Решила начать с принцессы. Она бросила в девчонку парализующее заклинание. Оно отразилось от нее, как от зеркала, и вернулось назад, Къёла едва успела закрыться. Мияко неприятно расхохоталась:

— Беспомощный котенок, говоришь! Ну так смотри же! Во имя могильных червей!

Она стала изменяться. Сначала фарфор кожи покрылся струпьями, прыщами и бородавками, стал отвратительного цвета болотной грязи. Руки и ноги вытянулись так, что было странно, как она вообще может держаться вертикально. Тело истончилось, вместо черных локонов появились седые патлы. А зеленые маленькие глазки вылезли из орбит и, утратив зрачки, стали бледно-желтыми. Къёла почувствовала тошноту: принцесса Мияко Котияко, правительница созвездия Двуликой Кошки, стала похожа на полуразложившийся труп.

— Я всегда говорила, что в тебе полно гнили, — хмыкнула Дочь Галактик. — И девиз у тебя какой-то стремный — во имя могильных червей! Бррр! Сейчас такое не кричат, не модно это. А вообще, знаешь, подруженька, похоже, у тебя и срок годности давным-давно истек! И нечего таращить на меня глаза дохлой рыбы!

— Могу сказать о тебе то же самое. У меня хоть какой-то взгляд, а у тебя и такого нет, одноклеточная! Женщина должна быть женщиной, а не тем, кто ты есть сейчас.

— Сделай одолжение, избавь меня от этих умозаключений, тем более в таком непрезентабельном виде, и укрась мир отсутствием своим, ты мне безумно надоела!

Демон улыбнулся беззубой прорезью и играющее кинул в Къёлу заклинание уничтожения. Девочка ловко отвела удар. Приятно вновь чувствовать в руках Силу. С пальцев стекали капли нового заклинания. Она улыбалась. Если Демон зеркальный, то и магия будет особенной. Уж она-то постарается!

— Ort Rel Hex Rlyem Nox! — встряхнула руками, давая заклятию жизнь.

— Не смей трогать мою девушку! — зло закричал Тиас, сбив Фея подсечкой и кидаясь наперерез заклинанию сестры.

— Нет!!! — не своим голосом заорал Фейралисе. — Къёла, нет!!!

Но было поздно! Обволакивающее заклинание неслось к цели. Фей быстро кинул в брата заклятие перемещения с планеты срочным кодом — лучше выкинуть его вон отсюда, чем позволить попасть под магический удар сестры. Демон Смерти отправил навстречу ему еще одно заклинание смерти. В тот момент, когда все три заклинания сошлись в одной точке, раздался мощный хлопок, разметавший Фея, Къёлу и Демона Смерти в разные стороны. И возникла ослепительно белая вспышка, словно разом взорвалось несколько водородных бомб, заполнив мир осязаемым белым светом, разошедшимся по лесу голубыми волнами, которые вырывали с корнем многовековые деревья, сжигали траву. Поразительно красивое зрелище: вспыхнувшее зарево окрасило небо неестественно сочными цветами, поглощающий все живое белый свет с огромной скоростью уничтожал мир. Молодые Маги, несколько раз перевернувшись в воздухе, отлетели на сотню метров от места стычки и друг от друга. Демона Смерти отнесло к подножию горы и практически размазало по склону, вытерло об камни. В воздухе запахло озоном и гарью, чадящей резиной и пластиком. Отвратительный запах. Перепуганный Мир замолчал. Хорошее начало дня, ничего не скажешь…

Эпилог

Анечка поковырялась вилкой в салате и поставила тарелку на письменный стол. Есть не хотелось. Впрочем, как спать, пить и жить. У еды уже больше двух недель не было вкуса, а у жизни цвета. Она перебралась на кровать, поджала ноги под себя и сгребла в охапку медвежат. Слезы сами катились из глаз. Плюшевые сердца быстро стали влажными. Пушистая белая шубка игрушек слиплась и потеряла всякий вид. А со стола на нее смотрел улыбающийся Андрей. Эту фотографию они сделали в кинотеатре. Он получился особенно красивым: немного возбужденный после тренировки взгляд, румянец на щеках. Такой замечательный и красивый мальчик. Она во всем винила себя…

Первые сутки после его исчезновения были самыми трудными в ее жизни. Анечка билась в истерике и рыдала в голос. Рядом сидела Лана и тоже ревела. Пришлось звонить Оксанке, и та сделала девчонкам уколы с успокоительным и снотворным.

Мама, узнав причину ухода мальчика, обозвала их остолопками. Татьяна Ивановна ходила с мрачным видом по квартире и бросалась к телефону на каждый звонок. Папа и дядя Сева не вылезали из милиции. Они полностью отследили его путь до «Сокола», но потом Андрей как в воду канул. Его искали по больницам, моргам, приютам, отделениям милиции… Мужчины подняли все связи, даже назначили вознаграждение за любую информацию о парне, но все оказалось напрасным. Андрей пропал бесследно.

Потом, спустя две или три недели (сколько прошло времени, Анечка не помнила, черные дни тянулись безнадежно долго), все немного утряслось. Мама и папа погрузились с головой в работу.

Каникулы кончились, Анечка пошла в школу. Она отсиживала положенные часы, возвращалась домой и до прихода родителей лежала на кровати в обнимку с телефоном и медвежатами. Постоянно набирая заветные цифры его мобильного, она снова и снова слышала, что «абонент вне зоны действия сети». И Анечка опять начинала плакать, гипнотизируя телефон и ругая оператора, который не дотянул сеть до нужной зоны. Иногда она брала одного из мишек с собой в школу, сажала его на парту, и задачи решались быстрее, вопросы попадались легкие, словно Андрей, как и прежде помогал ей.

Везде и всюду рядом с Анечкой была Лана. Она как могла поддерживала подругу, старалась развлечь, заставляла делать уроки, не оставляя ее ни на секунду одну. Но та совсем сникла, потускнела, словно треснувший хрусталь…

Поздними вечерами, оставаясь в долгожданном одиночестве, Анечка пролистывала его тетради со скупыми записями, скорее, пометки основных мыслей. Буквы ровные, с замысловатыми завитушками. Иногда на полях попадались какие-то странные знаки. Зато в тетрадке по литературе на последней страничке написано ее имя: «Анечка-Анюта» — и нарисовано сердечко. И она вновь начинала плакать, прижимая холодную бумагу к мокрым щекам…

В комнату вошла Лана. Сегодня она выглядела удивительно счастливой. Анечка угрюмо глянула на подругу и отвернулась к стенке.

— Мальцева, танцуй! — заулыбалась Лана. — Оксанка меня надоумила, что можно сделать!

Анечка даже не шелохнулась.

— Где его письмо? — она бесцеремонно порылась у нее на столе. Залитый слезами мятый лист нашелся под стеклом. Лана пробежала его глазами и авторитетно заявила: — Я знаю, где его искать! Смотри, тут написано, что он из другого мира, значит, где-то должен быть переход! Это из всех книжек известно. Что Андрюшка еще тут накарябал? Он пишет, что путь укажет хищная птица. Помнишь, мы смеялись, что он изучает атлас птиц? Где он?

Анечка повернулась на Ланины слова. Впервые за многие дни в ее глазах появилась заинтересованность. Потом вскочила и принесла атлас. Лана облегченно вздохнула. Все-таки Оксанка — молодец, придумала, как вывести подругу из депрессии! Хоть поиском мифического перехода между мирами ее отвлечь. Нет, конечно же, это тоже бред несусветный. Странно, что Анечка так быстро согласилась.

— Вот смотри, страницы особенно замусолены на разделе «Хищные птицы»… То есть он искал что-то, что может быть как-то связано с птицей. А что у нас в Москве связано с птицей?

— Район «Сокол»! Метро «Сокол»! Он там пропал!

— Я тоже так подумала. Таким образом, переход, через который он ушел, должен быть где-то в районе «Сокола». И значит, мы его найдем! Мальцева, мы его найдем! Ты мне веришь?

— Верю! Но как мы его найдем?

— Не знаю. Но мы обязательно найдем переход и вернем Андрея сюда!

— А если он не захочет?

— Тогда я скажу ему, что он самый неблагодарный человек на свете! Что мы все сделали для него так много, и он мог хотя бы объявиться для приличия, чтобы попрощаться по-человечески! Если его не учили быть вежливым, то он негодяй, который не заслуживает ни одной твоей слезинки! — Лана грозно стукнула по столу кулаком.

— Почему это я негодяй?

— Потому что нормальные люди… — Лана запнулась и повернулась к дверям. Анечка вздрогнула и побледнела, уставившись на стоящего в нескольких метрах от нее молодого человека.

Андрей изменился так, словно его не было не две недели, а как минимум год. Он загорел и поправился, стал шире в плечах. Бицепсы четко выделялись под тонким льняным полотном рубашки, расшитой этническими узорами. Кожаные брюки обтягивали стройные бедра и ноги. Изрядно отросшие челка и височные волосы собраны в небольшой «хвост» на затылке, остальные иссиня черные волнистые локоны свободно рассыпались по плечам. Мягкий бархатный взгляд из-под чуть опущенных ресниц скользнул по открывшей рот Лане и остановился на Анечке. Девчонки завизжали и вдвоем бросились ему на шею. Он обнял их, рыдающих от счастья, расцеловал каждую.

— Как ты мог? Ты ушел! Бросил меня, родителей! Никому ничего не сказал! Бросил нас всех! — били его кулачками по груди девочки.

— Я же оставил записку. Чтобы вы не волновались, — смеясь, оправдывался он.

— Тиас, может, ты все-таки представишь меня?

Девочки так обрадовались возвращению Андрея, что не заметили его спутника.

— Извини, Фей. Это мой брат Фейралисе, познакомьтесь, пожалуйста… — беспечно махнул рукой Андрюшка на стоящего рядом парня.

Мир закружился перед глазами. Вспыхнул яркими искрами, рассыпался разноцветными брызгами. Еще никогда Лана не видела никого красивее этого мальчика! Он был немного старше Андрея, лет шестнадцать-семнадцать, и повыше на полголовы, пошире в плечах. Огромные глаза ярко-синего цвета на загорелом лице выглядели как два неба в летний полдень после дождя. Каштановые волосы до плеч полностью собраны в «хвост». Идеальные черты лица. До такой степени красивые, что казалось, таких красивых лиц в природе существовать не может. Черная водолазка и кожаные брюки делали его стройным и чрезвычайно привлекательным.

— Вау… — только и смогла вымолвить Лана, застыв на месте с широко распахнутыми глазами.

Фей смущенно улыбнулся. Он и не думал, что может производить такое сильное впечатление. Лана едва не потеряла сознание от восхищения. Эта улыбка невинного младенца окончательно заставила разум сгинуть в недрах головного мозга.

— Фей происходит от слова «фея» только в мужском роде? — съехидничал ее рот.

Он лукаво усмехнулся. И Лана поняла, что разум окончательно покинул голову. Она задрожала всем телом. Челюсти начало сводить от дикого, неудержимого восторга. Теперь она будет говорить только глупости, нести абсолютный вздор.

— Нет, Фейралисе в переводе с древнемагического языка означает Умеющий Творить. Но друзья называют меня просто Творцом. Если вас, сударыня, что-то смущает, то вы можете называть меня по полному имени.

— А как ваше полное имя? — Лана томно посмотрела на парня.

— Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу, — гордо ответил он.

— Упс! Пожалуй, короткое имя тоже звучит неплохо, — девочка кокетливо захлопала ресницами. — А меня зовут Светлана. — Фей учтиво поцеловал изящно протянутую ручку. — Это имя славянского происхождения и означает Светлая. Но друзья зовут меня Ланой. К сожалению, ваш друг несколько занят, чтобы нормально всех представить.

Анечка и Тиас так и стояли обнявшись посреди комнаты, не обращая внимания на присутствующих. Парень крепко держал ее за талию и что-то шептал, шептал, шептал…

— Предлагаю оставить их наедине, — сконфуженно посмотрев на Фея, растянула губы в глупой улыбке Лана. — Вы уже познакомились с Аниными родителями?

— Да. Это, пожалуй, единственное, что успел сделать Тиас до встречи с Анечкой.

— Вы тоже пострадали от этой ненормальной любви? Анька мне все уши прожужжала «Андрей, Андрей, Андрей!» — и, словно спохватившись, ахнула: — А как вы его назвали?

— Тиас. Моего брата зовут Тиайленс Асгорун.

— Какое замечательное имя! — хихикнула Лана и мрачно добавила: — То-то мы никак не могли его угадать. Такое не то, что угадать невозможно, такое даже запомнить тяжело. Ничего удивительного, что он его забыл.

— К сожалению, в нашем мире имена имеют несколько иное звучание. И это нормально. Для нашего уха имя Андрей тоже звучит коряво и незвучно за счет трех идущих подряд согласных. В этом отношении наш язык гораздо более мелодичный и красивый, так как в нем много гласных, а согласные всегда идут в паре с гласными, что добавляет певучесть речи.

— Фееей, — с сожалением оторвавшись от Анечкиного уха, протянул с улыбкой Тиас. — Ты ей еще про грамматику расскажи. Хватит умничать.

— Белявский, ты там занят? Вот и не мешай нам беседовать! Ты лучше Мальцевой объясни, где пропадал все это время. Она все глаза выплакала.

— Пойдемте пить чай, и ты, Андрюша, нам все расскажешь, — вошла в комнату Татьяна Ивановна. — Уже и Всеволод пришел, и Оксана.

Стол пришлось раскладывать, а стулья собирать по всей квартире, потому что мест не хватало. Все возбужденно разглядывали мальчишек. Те держались уверенно и подчеркнуто вежливо. Татьяна Ивановна мыла принесенные ими диковинные фрукты. Таких она не видела даже в супермаркетах: один только цвет заставлял усомниться в их съедобности. Оксана аккуратно резала торт и раскладывала куски на десертные тарелочки. Анечка и Лана разливали чай. Сергей Александрович достал дорогой коньяк, припасенный еще с Нового года, чтобы взрослые отметили возвращение «блудного» сына по-настоящему. Когда все перестали суетиться и наконец-то расселись по местам, Андрей встал и произнес:

— Позвольте вам представить моего брата — Фейралисе Ие Рониму Босхе Арджу, Сын Галактик и Верховный Правитель Вселенной. Прошу любить и жаловать.

Присутствующие замерли, вцепившись взглядами в Фея. Как-то слишком странно прозвучало представление.

— Ну а теперь, собственно, к делу. — Он помедлил, собираясь с мыслями, и официальным тоном сказал: — Я, Тиайленс Асгорун Ие Рониму Босхе Арджу, Сын Галактик и Верховный Правитель Вселенной, с разрешения Высшего Совета Вселенной и от себя лично имею честь пригласить вас, здесь присутствующих, на бал в честь моего возвращения домой.

— На бал? — ахнула Анечка.

— На бал! — усмехнулся Сергей Александрович.

— И где он будет проходить? — поинтересовалась Татьяна Ивановна.

— Это игра такая, да? — скептически спросила прагматичная Оксана.

— Правитель Вселенной! Вот выдумали! — возмутился Всеволод Илларионович.

И только Лана ничего не сказала. Она смотрела на Фея влюбленными глазами и готова была пойти за ним куда угодно. Лишь бы вместе.

— Никто не отказался? Хорошо, — доброжелательно улыбнулся Тиас. Он с самого начала предвидел такую реакцию окружающих. Людям Погибшего Мира тяжело признать тот факт, что на свете существует Истинный Мир, куда им вход категорически запрещен. — Так, с официальной частью мы закончили, теперь я всё объясню популярно. Я являюсь Верховным Правителем Вселенной и случайно попал в ваш мир. Точнее, мой Мир с подачи Фейралисе, спасая голову своего Правителя от неминуемой гибели, выкинул тело в никуда, в тартарары.

— Я ничего не понимаю, — нахмурился Сергей Александрович. — Объясни нормально, что произошло! Пока это похоже на какой-то дурацкий кинофильм.

Тиас взглянул на Фея, словно спрашивал разрешения. Тот улыбнулся и пожал плечами. Ланка вздохнула, сопровождая каждое движение Фейралисе обворожительным взглядом. Парень посмотрел на влюбленную девочку и, смутившись, торопливо уткнулся в чашку с чаем.

— Я расскажу, что произошло, — серьезно сказал Тиас после некоторой паузы. — Мы — я, моя сестра Къёла и мой брат Фейралисе — рождены Миром, чтобы защищать его, беречь и творить Добро. Мы — Верховные Правители Вселенной…

— Это что-то типа принца? — удивленно спросила Лана у Фея.

— Выше. Гораздо выше, — ответил он.

— В нашем Мире существует Магия, — продолжал объяснять Тиас. — Есть Черная Магия, то есть магия Зла, есть Белая Магия, то есть магия Добра. Всё находится в относительном равновесии. Если где-то равновесие нарушается, то мы должны поправить его, исправить ошибку, наказать виновного. Это наши прямые обязанности помимо всего прочего.

— Что значит «помимо всего прочего»? — уточнил Сергей Александрович.

— Ну, помимо всего прочего мы следим за порядком во Вселенной и решаем ряд вопросов различного характера.

— Вы знаете, сколько планет во Вселенной? — недоверчиво ухмыльнулся Всеволод Илларионович. — Следить за порядком во всей Вселенной — брехня, ей-богу! У нас вон и на меньшей площади порядка нет!

— Ага, работенка у нас, скажу прямо, паршивенькая, да еще периодически опасная для здоровья, — улыбнулся Тиас. — Всеволод Илларионович, у нас другие законы, другие люди, у нас всё другое. Окружающий мир помогает, когда ему требуется помощь. А мы, первые лица Мира, можем позволить себе путешествовать без охраны, потому что являемся самыми сильными Магами во Вселенной, с которыми только отчаянные колдуны решаются ввязаться в драку.

— Ага, — тут же съехидничал полковник. — А потом замучаешься тебя лечить и из передряг вытаскивать! Три раза в больнице был, шесть раз убить пытались! И все это за два с половиной месяца! Веселенькая у тебя жизнь, однако!

— Это скорее исключение, чем практика, — заверил мужчину Фейралисе. — К тому же за Тиасом повсюду следовало мощнейшее заклинание смерти, полученное им в наследство от Демона Смерти. Именно это заклинание, точнее его остатки, и пыталось убить брата. Оно трансформировалось на Земле в демона, вселяющегося в людей, и с их помощью нападало.

Всеволод Илларионович расхохотался. Даже похрюкивать начал от удовольствия.

— Ой, сказочники! Ой, рассмешили! Ой, демоны везде мерещатся!

— Крестный! — взмолилась Анечка.

— Сева, правда, что с тобой! — зашикала Татьяна Ивановна.

Тиас взглядом приподнял заварочный чайник, покружил его над столом, потом перевернул, не расплескав ни капли, и поставил на место.

Все заворожено замолчали. И только Всеволода Илларионовича левитация фарфорового сосуда не вдохновила:

— Так каждый может. Нашел чем удивить. Копперфильд тоже летать умеет, — хохоча, заявил полковник.

Фей недовольно скривился. Он терпеть не мог, когда с ним начинали разговаривать в подобном тоне. Не будь он в гостях, мужчина уже серьезно пострадал бы. Но, кажется, Тиаса сарказм Всеволода Илларионовича забавлял. Что ж, придется проучить наглеца. Фейралисе громко щелкнул и совершенно неприлично показал указательным пальцем на полковника. Неожиданно вместо мужчины на стуле появился беспородный барбос. Девчонки завизжали. Татьяна Ивановна вознамерилась упасть в обморок. Сергей Александрович шарахнулся от друга. Оксана онемела и застыла, боясь пошевелиться.

— Фей, как маленький, — проворчал Тиас. — Зачем ты народ пугаешь? — Он потянулся через стол, слегка стукнул барбоса по носу и сел на место. — Хороший же человек, а ты его в стрёмную дворняжку превратил. Мог бы хоть в породистого пса обернуть. Ротвейлера там или мастифа… Извините, Всеволод Илларионович.

— Гав! — грозно ответил полковник, превращаясь обратно в человека.

— Тогда бы он упал со стула, — философски заметил Фейралисе, разминая пальцы. Нет, все-таки Земля отнимает слишком много сил для простого колдовства. Ужасно жадная планетка. — Еще кто-нибудь не верит? — Все торопливо закивали. — Вот и славно! Всеволод Илларионович, вам еще что-нибудь продемонстрировать?

— Га… Тьфу! Нет, я верю! Верю! А что ты еще умеешь?

Фей задумчиво пожал плечами:

— Возможно, это прозвучит нескромно, но я практически всемогущий.

— О, Боже! — восхищенно застонала Лана, заломив костлявые ручки.

— Лань! — покраснев, пнула ее локтем Анечка. — Андрей, рассказывай дальше!

Тиас одарил ее влюбленной улыбкой и продолжил:

— Так получилось, что в октябре по земному исчислению мы с Фейралисе здорово поссорились. Он уехал по очень важному делу один и пропал. Наши с сестрой Талисманы, Символы Высшей Власти…

— Он у тебя с собой? Покажи! — тут же подскочила Ланка, протягивая руку. — Я никогда не видела Символа Высшей Власти!

Тиас рассмеялся, снял подвеску, шепнул что-то и отдал любопытной подружке.

— Уууу, — разочарованно выпятила она нижнюю губку, разглядывая белую невзрачную птичку с тремя ярко-голубыми камнями похожими на сапфиры, — какой страшненький девчачий кулончик. И вы с этим ходите?

— Да, это Символ Высшей Власти, — ничуть не обидевшись, продолжал улыбаться Тиас.

— Рассказывай! — потребовала Анечка. Оксана и Татьяна Ивановна согласно закивали. Кулон пошел по рукам.

— Так вот, наши с сестрой Талисманы показывали, что Фей погиб. Я тут же отправился за ним на ту планету, где он пропал…

— Вы еще и на другие планеты летаете? — с сарказмом перебил Всеволод Илларионович.

— Крестный! — закричала Анечка. — Вы замолчите все или нет?! Дайте человеку рассказать! Андрей…

Мальчишки улыбались. Лана протяжно вздохнула.

— В общем, приехали мы с сестрой на Элиону, эта планета находится в созвездии Двуликой Кошки, познакомились с ее правительницей, ну и начали искать следы Фея. Времени мало, помощи ждать неоткуда, потому что никто не знает, где мы, ни служба безопасности, ни Высший Совет, ни родители, никто. Правительница — дуреха, от магического совета созвездия помощи ждать как от снега тепла, да еще местный принц с соседней планеты со своей ревностью все время под ногами путается, наслал на меня демонов-преследователей, а те останавливаются только в одном случае — когда выполнят приказ хозяина и убивают свою жертву.

— Ха! — усмехнулся Сергей Александрович. — И он еще смеет говорить, что в их мире порядок и ему ничего не угрожает! Бардак везде!

— И я говорю, что условий никаких, — согласился Тиас. — Это было очень серьезное расследование: мы с Къёлкой ждали опасность откуда угодно, но не с той стороны, откуда она в итоге пришла. Дело в том, что древний народ разрушил могильник, созданный Великими Магами прошлого, в котором те запечатали Демона Смерти. Пару веков Демон набирался сил, питаясь чем получится, а потом, видимо, вкусил мага или колдуна, ну и пошло-поехало. Три года назад по стандартному времяисчислению Демон убил правителей созвездия. Девятилетней принцессе Мияко Котияко грозила незавидная участь стать десертом, но Демон решил использовать ее тело по-своему. Он вселился в девочку и за три года уничтожил многих хороших магов, заманивая их в ловушку и выпивая силу. Но вот Фейралисе оказался ему не по зубам. У нас стоит очень мощная защита. Нас оберегают Талисманы. Всё, что смог сделать Демон — это захватить Фея в момент перемещения с планеты на планету, когда любой Маг практически беспомощен. Но тут сработала защита Талисмана (своего рода предохранитель на подобные случаи), и он обратил хозяина в кристалл — сгусток магической энергии, недоступный для пищи вампиру, а сам амулет, к сожалению, попал в руки к девчонке. Самое смешное, занимаясь поиском брата, мы с Къёлой и с Хранителем Магии сцепились, и с душой планеты в виде летучей мыши поругались, и с принцем Эммином сражались, а заколдованный Фейралисе все это время хранился у принцессы Мияко в укромном местечке, — Тиас игриво покосился в сторону брата и добавил: — На антресоли. — Фей недовольно сжал губы и покраснел. — Хорошо, что сестренка у меня умница, нашла общий язык с мышью и расколдовала Фея, пока меня, оглушенного магией, лечил Хранитель.

— А с тобой что случилось? — ахнула Анечка, глаза подозрительно заблестели.

Настало время Фея позлорадствовать:

— А Тиас наш запамятовал, что последнее дело на Хранителя с мечом кидаться. Там, как ни крути, а все равно проиграешь, потому что сила Хранителя в несколько раз больше силы нападающего, причем независимо от того, насколько тот мастерски владеет оружием. Сила действия, как известно…

— …равна силе противодействия! — радостно закончила Ланка.

— Вот! — согласился с ней Фей. — Тиас, вместо того, чтобы разобраться, с громким гиканьем накинулся на несчастную зверюшку, ну и получил по шапке. Нормальные же люди сначала думают…

Тиас недовольно прищурился и кашлянул. Фей растянул губы в довольной улыбке и учтиво налил сидящей рядом Оксане чаю.

— Ну, продолжай! — дрожащим от нежности голоском произнесла растроганная Анечка, представляя, как мужественно сражался ее любимый Андрей с каким-то монстром. Даже слезки навернулись.

— А дальше все было очень интересно. Вылечил меня Хранитель, магию вернул и в лесок выпроводил. Иди, говорит, бегом к сестре, чтоб духу твоего тут не было, ибо не время сейчас прохлаждаться, родина в опасности и нам всем помощь твоя нужна. Не успели мы с ним попрощаться, как тут же мне на шею кинулась правительница созвездия и, рыдая, сообщила, как сильно она меня любит. Потом я ничего не помню. Помню только, что сердце разрываться стало от любви и нежности к ней. А потом меня убило. Да-да, Всеволод Илларионович, именно убило. И последнее, что я видел — это лицо своего убийцы — Демона Смерти.

— От любви? — с обидой в голосе ревностно поинтересовалась Анечка.

— Аня, не переживай, — поспешно успокоил ее Фейралисе. — Это принцесса Мияко применила к Тиасу свои чары. Колдовство очень простенькое и незатейливое. Тиайленсу ее бы слушать не надо было, а девчонка заболтала его, лапши на уши навешала, глаза заморочила…

— Кто ж знал, что она и есть тот Демон Смерти? — сконфуженно пробурчал Тиас.

— Тебе ж и я, и Къёла на межгалактическом языке объясняли, что видимость обманчива! Представляете, вместо того, чтобы помочь нам с сестрой Демона обезвредить да обратно в могильник загнать, он на нас с мечом кинулся. Пока я брата отвлекал, сестра с Демоном «любезностями» обменивалась. А как до главного дела дошло, то есть Къёлка заклинание против Мияко подобрала, тут на нас сюрприз свалился! Тиайленс Асгорун, Верховный Правитель Вселенной, собственной персоной с воплем: «Не тронь любимую!» — выскочил на линию магического «огня». Тоже мне Ромео нашелся. Короче говоря, заклинание Къёлы несется на Демона. А тут Тиас (нарисовался — не сотрешь) через секунду получит смертельную дозу колдовства от собственной сестры-близнеца. За тысячную долю мгновения я понял, что ему не спастись. Чтобы защитить брата от смерти, я перекинул на него всю свою магическую силу, спрятав за надежным защитным щитом, и выкинул с планеты.

— Как выкинул? — вытаращил глаза Сергей Александрович.

— По срочному коду, — просто ответил Фей. — Это неприятный и ужасно травмоопасный прием помогает очень быстро унести ноги с того места, где тебе угрожает опасность. Правда, последствия бывают непредсказуемыми, более того, никто не гарантирует, что ты выживешь.

— То есть можно умереть? — зачем-то уточнила Татьяна Ивановна.

— Да, в данном случае да, — кивнул Тиас. — К счастью, я чуть опоздал, и заклинание Къёлы пролетело мимо. Но оно столкнулось с заклинанием Мияко, которая направила на меня смертельное заклятие. Произошло смешение убийственных колдовских энергий, а потом последовал магический взрыв. И я в эпицентре! Хорошо, что Фей успел поставить защиту, тем самым закрыв меня от удара.

— А что было дальше? — восторженно спросила Ланка, хлопая ресницами.

— А дальше все было обыденно, — скучающе помешивал Фей чай. — Мы с сестрой соскребли себя с планеты. Долго искали Тиаса, но он исчез. Тогда я понял, что если и не успел со щитом и срочным кодом, то по крайней мере не опоздал. Демону Смерти все-таки досталось сильнее, чем нам: заклинание Къёлы подействовало, но не убило, а обездвижило. Мы провели обряд, уничтожив Демона. Увы, принцессу спасти не удалось, она погибла задолго до нашего появления на планете. Нам с Къёлой чародейки Высшего Совета такой выговор влепили, что вспоминать не хочется. Созвездие перешло под контроль службы безопасности Вселенной, я назначил туда следить за порядком опытного человечка, наказал принца Эммина за неуважение Верховных Правителей Вселенной, неоказание им помощи и чинение препятствий в расследовании. Хотя на самом деле зря я это сделал, ведь он был заколдован и поэтому не отвечал за свои поступки… Ладно, он все равно не сильно подходил на роль правителя созвездия… Къёла, в свою очередь, закрыла от всех колдовской лес, как обещала Хранителю. Я подлечил планету. Ну а параллельно с основной работой мы искали брата. Пустили по его следу Зов магический и Зов по крови, потому что сканирование Вселенной ничего не дало, а его надо было срочно найти. Мы потратили на поиски массу времени и сил, и, честно говоря, даже потеряли всякую надежду, потому что ни один прием не срабатывал, ни один Зов не выводил нас на него, а его на нас. Это было ужасно! Мы перевернули мир, были в отчаянье… А он на Земле с такими классными девчонками прохлаждался!

Тиайленс недовольно все-таки пнул брата ногой под столом.

— Но причем тут Белявские? — спросила Татьяна Ивановна. — Как ты, Тиас, попал к ним, почему похож на того Андрея?

— О, это всего лишь трагическое совпадение! Более трагического и придумать нельзя! Но у Мира свои законы. Мир живой. Иногда он тоже шутит. Только вот шутки у него временами дурацкие. Ребята сняли блок с моей памяти, и мы смогли восстановить события вплоть до момента столкновения. Двадцать четвертого октября без двух минут час по московскому времени я, перенесший огромнейшую перегрузку от перемещения срочным кодом и фактически мертвый, оказался в машине Белявских. А так как за мной шла мощная волна смерти, то это и спровоцировало аварию с многочисленными жертвами. Я выжил чудом, спасибо врачам. Алевтина и Матвей, увы, погибли… Конечно, не последнюю роль в этом сыграли испорченные Евгением Белявским тормоза, но именно я инициировал аварию…

— А те глупые сны? Те люди, что на тебя нападали? — вспомнила Анечка.

Фей рассмеялся:

— Все просто! Те «глупые сны» посылали мы с сестренкой. Как Тиас уже сказал, он появился в машине Белявских за несколько секунд до аварии. Этих нескольких земных секунд в нашем мире хватило, чтобы связать его крепкой колдовской нитью по крови. Къёла и Тиас близнецы, они одно целое. Сестренка почувствовала, что он умирает. Я подстраховал ее, и нам удалось вытащить Тиаса с того света.

— Это когда он резко пошел на поправку? — ахнула Оксана. — Ведь было ясно, что Андрюшка практически мертв!

— Да, он действительно был без пяти минут покойник. Но не так просто убить Сына Галактик! На тот момент мы держали Тиаса вдвоем, не давали умереть, отдавая часть своих жизней взамен его смерти. Но, как не старались, мы не могли найти брата в своем Мире. Тогда Къёла придумала посылать ему сны, через которые я мог бы «нащупать» брата. И тут вмешалось заклинание смерти, которое обрывало нашу связь, как только она становилась относительно крепкой. Через несколько снов…

— Я бы сказал кошмаров… — пробормотал Сергей Александрович.

— Кошмары получались из-за Демона Смерти, — поправил его Фейралисе. — Так вот, через несколько снов я понял, что Тиас категорически не понимает наших подсказок. Мы стали думать, как ему помочь. Пришлось заниматься ближайшим предвиденьем его будущего. В одном из видений я «рассмотрел» пять голубых солнц с золотыми звездами, а рядом с ними нашего брата. Бред еще тот, но мы решили использовать эту подсказку, сами не понимая, что она значит! Къёла вычислила проводника — относительно сильного Мастера, который бы помог ему найти дорогу домой. Мы же еще понять не могли, куда он попал! Если бы мы сразу догадались, что он на Земле, то отыскали бы в два счета, а так мы его толком не видим, и он нас не понимает. Отвратительное состояние беспомощности. А потом все было делом техники. Мастер дала Тиасу направление, я послал на него тревогу, а Къёла усилила Зов и связала нас крепкой «нитью», то есть, куда бы он ни пошел, мы обязательно должны были где-то пересечься. Так мы и довели его по «нити» до портала. Представляете, какое у нас было удивление, когда «нить» вывела на Землю! Мы же искали брата в нашем мире, о вас и не думали! И только около портала стало понятно, что у Тиаса заблокирована память, и он вообще ничего не помнит и не понимает — своеобразный побочный эффект от смеси разных заклинаний. Потом было полугодовое лечение у лучших врачей Вселенной. Ваши хирурги так испоганили его мозг…

— Ну, извините, — буркнула под нос Оксана. — Скажите спасибо, что вообще спасать стали, а то Михельсон за него даже браться не хотел.

— …что нашим хирургам пришлось потрудиться, чтобы восстановить его атомную структуру. Тиас пережил несколько сложнейших операций на мозге, мы убирали швы, лечили полученные здесь травмы, снимали блоки с памяти. Последствия заклинания Демона Смерти пришлось уничтожать, а то заклятие почувствовало магию и активизировалось не на шутку, надоело хуже метеоритного дождя.

— Подожди! То есть как полгода? — удивилась Лана.

— Да, у нас прошло полгода. Представляешь, как мне было тяжело все это время! — пламенно посмотрел на Анечку Тиас.

— Когда Къёла находится с нами, время во Вселенной течет немного по-другому. А сестра была постоянно у нас эти полгода. Кроме последних двух недель, — пояснил Фей. Он умолчал только об одном. Последний месяц они уговаривали Высший Совет Вселенной разрешить землянам, людям с закрытой для Истинного Мира планеты, присутствовать на празднике в его честь. Но чародейки стояли на своем — Дети Галактик наказаны! Дело дошло до того, что Тиас пригрозил навсегда перебраться на Землю и сменить имя, если ему не позволят пригласить друзей, спасших его от гибели. Зная упрямый характер парня, Высший Совет выдвинул такие кошмарные условия, что Фей и Къёла схватились за головы. Но Тиас без колебаний согласился. Убедить влюбленного брата, что он загоняет себя в страшную кабалу, никто не смог. Мальцевы, Бузыкины и Всеволод Илларионович на празднике присутствовать будут! Чего бы ему это не стоило! Всё было бы ничего, если бы аналогичные условия не предъявили и Фею с Къёлой. Накануне визита на Землю брат пришел к ребятам и сказал:

«Я волен делать с собой всё, что угодно, брать на себя любые обязательства. Но я никогда не позволю себе подвести вас. Я понимаю, что загоняю вас в жуткие обязательства, которые противоречат нашей внутренней сути, но… Ребята, я не могу без нее! Последние несколько месяцев я не живу! Существую! Я разговариваю с ней, засыпаю и просыпаюсь с ее именем! Стыдно сказать, по ночам я брожу по Тонкому Миру в надежде встретиться с ней… Я так ее люблю! Понимаю, что полностью зависим от своей любви и ничего не могу с собой поделать. Но я откажусь от нее ради вас. Они не будут гостями на празднике, а сам праздник не состоится. Я не могу веселиться на похоронах собственной любви!»

«Перестань, Тиас, — обняла его Къёла. — Ты же понимаешь, что мы все сделаем для тебя, лишь бы ты был счастлив. Ты любишь ее? Так ломай стены ради этой девочки! А уж мы с Феем как-нибудь прикроем твою спину, подставим плечо. Мне проще будет разобраться с Советом, чем видеть твое горе и выхаживать твою депрессию».

Всеволод Илларионович кашлянул, чем вывел Фея из задумчивости. Все обратили взоры на полковника.

— Интересная сказка. Приятно, что вы, молодые люди, читаете книжки. Жаль только, что книги эти низшего сорта. Магия, спасение мира, борьба добра со злом… Сильно, ничего не скажешь. Великие цели… Но нам все-таки хотелось бы понять — без всей этой мишуры и сказочности — кто вы и откуда? Где живете?

— Планета Гайдис. Там мой дом, — рассмеялся Тиас. — Там живут мои родители и брат с сестрой. Чаще всего я разговариваю на межгалактическом языке, это своеобразный эсперанто нашего мира…

— А ну-ка скажи что-нибудь, — потребовал мужчина. — Помнится мне, в прошлый раз ты и слова вымолвить не мог.

Тиайленс Асгорун посмотрел на Анечку и нежно произнес:

— Марэ пьярике нам ситэ пор ту.

— И что это значит? — строго спросил полковник.

— Мое сердце навсегда останется с тобой, — спокойно перевела Анечка. Фейралисе улыбнулся и кивнул.

— И ты Правитель Вселенной? — не унимался Всеволод Илларионович. — Тебе сколько лет, мальчик?

— Пятнадцать будет через месяц. И я Правитель Вселенной.

— Не рановато ли Правителем быть? Молоко на губах не обсохло.

— В самый раз.

— А взрослые среди вас есть? Кто вам помогает править?

— Есть. И вы с ними скоро познакомитесь. Через четверть часа надо выходить. Къёла встретит нас у самого портала. Ничего не бойтесь. Вы проведете в гостях столько времени, сколько захотите, и будете находиться под охраной дворцовой службы безопасности. Надеюсь, никому не придет в голову нападать на наших гостей. Вы будете обеспечены всем необходимым. Бальные наряды, украшения — это не ваша забота. Лучшие портные и ювелиры будут в вашем полном распоряжении. А мы с Феем и Къёлой постараемся сделать так, чтобы ваш визит прошел интересно и увлекательно. Домой вы вернетесь, условно говоря, сегодня вечером, так что никто и ничего не заметит. Вот, собственно, и всё. Если кто-то не хочет ехать на бал, то можете отказаться. — Тиас обвел присутствующих веселым взглядом и с удовольствием отметил, что отказываться никто не собирается.

— Фей, а как тебя правильно называть? — испуганно спросила Лана. — Ну ты кто? Ваше величество или Ваше сиятельство?

— Вообще-то нас принято называть Ваше Всемогущество и в нашем присутствии по протоколу нельзя сидеть. Разговаривать с нами можно только с разрешения, и то после протокольной просьбы, которую вы обязаны подать через церемониймейстера. Но тебе, Ланочка, я бы советовал не заморачиваться на эту тему, и общаться с нами нормально.

— А я танцевать не умею… по-бальному… — трусливо пискнула она.

— Не переживай, Фей тебя научит, — обнял ее Тиас. — До бала еще неделя.

— Правда научишь?

— Обязательно научу. А сейчас давайте собираться. Сестренка ждет.

И возбужденная группа землян направилась к ближайшему порталу, чтобы переместиться в Истинный Мир на бал к Верховным Правителям Вселенной. Рядом с Тиасом шла Анечка и крепко сжимала его руку. Почему-то сейчас ей больше всего на свете хотелось, чтобы мальчик с красивым именем Тиайленс оказался самым что ни на есть обычным парнем, и всё стало как прежде — только он и она. Угораздило же его родиться Правителем… Вот не повезло человеку!

24 декабря 2004 – 28 мая 2006 г.

Москва

Content

Imanka
Паутина

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог