Садикова Елена

Ведьма для фей

Садикова Елена

Ведьма для фей

В начале двадцатого века в маленькой английской деревушке были сделаны фотографии, вызвавшие в то время большой общественный резонанс. Люди говорили, что это подделка и мистификация. Снимки исследовали, обсуждали, даже отдали экспертам для проверки. А один знаменитый писатель в 1922 году написал книгу "Явление фей", что послужило предметом критики и злословия в его адрес. Несмотря на инсинуации в прессе, сэр Артур Конан Дойль до самой смерти непоколебимо верил в подлинность фотографий из Коттингли.

Зарисовки из жизни ведьмы Агнессы.

Пролог

С некоторых пор жизнь перестала меня радовать своими красками, стала серой и однообразной. Каждый день приходить на биржу труда, стоять в очереди, ни на что не надеяться. Неприятно. Вчера, по настоянию мужа, снова ходила искать работу, недолго покрутилась среди людей, разозлилась, и, чтобы успокоиться, уехала за город, на берег моря. Можно походить босиком, искупаться, если никого нет, поворошить камушки, вдруг попадется интересный экземпляр? Плеск волн хорошо отвлекает от житейских неурядиц, мысли исчезают, дышать становится легко, настроение повышается само собой. В последнее время всё чаще жалела о своем обещании, данном мужу во время свадьбы. Как можно было согласиться перестать составлять заклинания, собирать травы в лесу при полной Луне, плавать в море столько, сколько захочется, а не так, как все: окунутся, тут же на берег и лежат часами животом кверху, поджариваясь на солнце. Зачем я вообще вышла за него замуж? Семью хотела, детей. Чтобы быть такой, как все. А тут представительный мужчина. Дети при нем, жена не захотела воспитывать, алименты платит иногда, когда вспомнит. Наивная ведьма подумала и решила, что может быть счастлива. Что семья — это здорово. Прошло время, и все поняли, что затея была ошибочной. Попытки угодить мужу стали заканчиваться плачевно, а корабль семейной жизни дал течь.

Гуляла по берегу до самого заката. Потом села и принялась наблюдать, как Солнце тонет в море. Удивительное, феерическое зрелище, особенно тот момент, когда сияющий раскаленный диск солнца постепенно опускается за линию горизонта. Всю сознательную жизнь любуюсь красотой и магией этого мига, забывая о трудностях и печалях. На берегу я сидела долго, ни о чем не думала. Потом посмотрела на часы, соображая, что уходить-то придется, не ночевать же на жестких камнях. Хочешь, не хочешь, а пора вставать и отправляться в обратную дорогу. Фонарей здесь нет. Поэтому, когда каменистый склон усиленно подсовывал мне под ноги камушки, я спотыкалась и, в один прекрасный момент, всё-таки подвернула ногу и упала. Не так больно, как обидно. Слезы потекли сами. В этой, прямо скажем, неприятной ситуации у правого уха раздался раздраженный девчачий голос: "Нечего тут сидеть, нога уже в порядке, вставай и топай, куда шла". Показалось? Я спокойно, не суетясь, нашла в кармане юбки упаковку бумажных носовых платков, вытерла глаза и нос, повернулась на звук, никого не увидела. Странно. Медленно поднялась на ноги. Справа кто-то тоскливо вздохнул, после чего мимо моего носа стремительно промчалась крошечная фигурка. Я опять села. Пятая точка сообщила мне все свои соображения поводу такого наплевательского к ней отношения.

Когда у меня все-таки получилось встать во второй раз, перед лицом парила фея, сложив руки на груди. Две косички задорно торчали над ушами, а коротенькие штанишки вызывали желание потрогать существо и убедиться, что оно — настоящее. Молча разглядывала явление, пытаясь все-таки сообразить, это иллюзия или я провалилась в зазеркалье? Попыталась сказать пару слов, но горло сжалось, от потрясения, наверное. Может, я вообще первый раз вижу настоящую фею собственными глазами. С другой стороны, невежливо сидеть и таращиться, как невоспитанная дурочка.

Собралась с силами, реанимировала разговорные способности и высказалась:

— А что, собственно, ты делаешь ночью на этой скале? В книжках умные люди пишут, что феи — теплолюбивые создания, а вечерняя прохлада для них нежелательна.

Сказочно красивая девочка с радужными крылышками, сияющими в темноте, снисходительно посмотрела на меня и грубо заявила:

— Что? Не видишь? Любуюсь видом на море. А могла бы спать в теплой кроватке у себя дома!

Как бы Вы, нормальный образованный современный человек, поступили на моем месте? Правильно, я представилась и деликатно спросила, как зовут мою собеседницу. Выяснилось, что Аурелия или, можно короче, Рель. Дальше, до автобусной остановки, я шла уже не одна, а в компании крылатой феи, у которой рот не закрывался ни на минуту. Болтушка малоразмерная. Сидя на моем плече, Рель увлеченно рассказывала свою историю. Её родители и их друзья, девять семейных пар, приехали к нам, на полуостров, из Ирландии лет десять назад на корабле, приписанном к нашему порту. Феечки поселились в разных местах. Здесь, на берегу, осталась только семья Аурелии. Жили они метров на пятьсот выше по склону. Там росли густые заросли лаванды, чуть повыше — можжевельник, тамариск, несколько деревьев кизила, миндаль и дикая слива. Всё шло просто замечательно. А неделю назад приехала ужасная железная штука (полагаю, экскаватор), и все растения уничтожили. Теперь там вырыли большую яму, люди в оранжевых касках ругаются, кричат и постоянно стучат. Фея замолкла, перестала жаловаться и засопела. Похоже, простыла уже на ночном воздухе. Это как же надо довести волшебное существо, чтобы оно бросилось за помощью к первому встречному? Или первой встречной, не знаю, как правильно сказать.

Пришлось открыть сумку и предложить свой шарф в качестве утепления. Хорошо, что он лежал сверху, а то в моей сумке сложно что-нибудь найти, в особенности, если это что-то необходимо прямо сейчас. Вы не поверите, Рель собралась ко мне домой в гости. Судорожно попыталась вспомнить, что читала об этом маленьком народце, не вышло, склероз, наверное. Ехала в маршрутке домой и размышляла. Похоже на то, что спокойная жизнь закончилась, а я сознательно собираюсь вляпаться в очередную историю, везу же в сумке волшебное существо и совсем не переживаю по этому поводу. Между прочим, прабабушка меня учила: нечего таскать домой всякое разное, будут проблемы. Так оно и вышло в конечном итоге.

До дома я дотащилась по кривым улочкам как раз в полночь. Открыла калитку (там замок заедает), потом пообщалась с мужем, которому было очень интересно, где можно шляться целый день, манкируя домашней работой и приготовлением ужина. Пришлось пообещать, что уж завтра я обязательно исправлюсь. Только, когда убедилась, что все разбрелись по кроватям, проскользнула на веранду. Быстренько, чтобы никто не заметил, открыла сумку — пусто. Ну вот, подумала я, обиделась и улетела крошка-фея. Проходя мимо кухни, услышала голос, подозрительно нетрезвый, тихонечко выводящий "Вечерний звон". Заглянула. На столе, рядом с открытой банкой мёда сидела эта, с позволения сказать, девушка и, размахивая кофейной ложечкой, как указательной палочкой, пела. Ушла спать, а фея — пусть сидит сколько хочет. Какая мне разница?

Утренняя суета, это, когда все собираются, кто куда, и всем одновременно нужны носки, рубашки, потерялась правая туфля мужа, портфель младшего ребенка, а карманные деньги вообще никто никогда не видел. Самый главный вопрос: "Когда в этом доме, наконец, подадут завтрак?". Я металась туда сюда, и сильно злилась на Рель, которая, стоя на подоконнике, дирижировала всё той же кофейной ложечкой, угорая от смеха. Одна косичка у неё расплелась, и зеленая ленточка сиротливо повисла, держась на честном слове, в рыжих кучеряшках. Самое интересное, похмелья-то у нее не было! Вы думаете, кто-нибудь из домашних обитателей заметил фею? Конечно, нет. Хорошо, что они головы свои не забыли, а муж вообще два раза возвращался: первый раз за ключами от машины, а второй — за папкой с документами. Зато наша верная старенькая такса видела всё и участвовала во всех метаниях. Усиленно попадалась всем под ноги, весело гавкая, видимо, считала, что утренние ежедневные сборы — развлечение ей на радость. Уф, наконец-то все ушли, могу и я выпить на пару с феечкой горячего чая, заваренного из смеси мелиссы и мяты. Рель пригубила свой напиток из кофейной чашечки, мечтательно глядя на горшок с белой геранью, почесала затылок, уронив ленточку, и решительно сказала:

— Так у тебя же здесь есть цветы! — Важное наблюдение, что тут скажешь. То-то я до сих пор была не в курсе.

— Ну да, а в чем проблема. — Садовод из меня нестандартный, поскольку стоит мне посадить какой-нибудь лютик у себя в саду, как сие растение сразу же заполоняет все пространство. Я же всю свою сознательную жизнь стремлюсь к разнообразию, поэтому всяческих кустиков, цветочков и деревьев на участке, до фига и больше, то есть очень много. Аурелия устроилась на подоконнике в позе лотоса, судя по всему, размышляя о дальнейшей жизни. Я занялась домашними делами и провозилась больше двух часов. Вернувшись на кухню, нашла Рель в той же позе, только с опущенной головой и сгорбившимися от непосильной тяжести житейских проблем плечами.

— К сожалению, у меня нет пенни, чтобы дать за твои мысли. Может, так поделишься? — вежливо и тактично спросила воспитанная я.

— Моя семья — очень спокойные и приличные феи. Мы поможем тебе привести сад в порядок, нас никто чужой не заметит. Пожалуйста, возьми нас к себе жить. — Прошептала себе под нос крошечная, дюйма четыре в высоту, девчушка с разноцветными крыльями за спиной.

Зачем мне чужие проблемы, подумала я и согласилась. С другой стороны, а что мне терять?

Когда мы к полудню приехали на обрыв, стройка шла уже полным ходом. Грохот стоял такой, что мои уши в трубочку свернулись, я уж молчу про Релькины. Фея погрузилась в полуобморочное состояние от шума и тревоги за семью. Я решительно подошла к ближайшей наваленной куче выдранных с корнем кустов лаванды и розмарина. Не повезло, никого нет. Мы старательно заглядывали в разные ямки, выступы на склоне — всё впустую. Пришлось подозвать феечку и попросить у нее волосок. Взяла волосок в левую руку, прикрыла глаза, и, не сразу, но заметила ниточку связи от феи по направлению к вагончику строителей.

Рель быстренько просочилась внутрь, чем-то там пошуршала, потом высунула голову, попросила раскрыть коробку (я взяла из дома картонную, на всякий случай) и поставить на пол вагончика. Когда фея мне помахала рукой, что всё в порядке, все на месте, я вошла в вагончик, закрыла коробку и поплелась к остановке. Мало приятного ходить по жаре, знаете ли, особенно, если не выспалась. Коробка пела, ругалась, бубнела, шевелилась, и даже немного подпрыгивала. В автобусе на меня косились, настойчиво пытаясь выяснить, кто же там сидит. Можно было, конечно, сказать, что там щенок или котёнок, но жарко, лень и кому какое дело, в конце концов…

Дома никого не было, это такое облегчение, я вам доложу. А то сразу все хором полезли бы в картонку выяснять, что там такое вкусненькое мама принесла.

На дворе июль месяц. Припекает. Становится неуютно. От ближайшего угольного терминала несет серым туманом. Марево накрыло город плотной пеленой пыли и смога. Все живое замерло в ожидании вечерней прохлады. Практически сиеста.

Поставила на стол во дворе коробку и открыла, чтобы моим квартирантам было удобнее выбираться. Тишина. Сидят молча, не решаются выйти. Пришлось ползти в сторону плиты и ставить чайник, делать вид, что мне вовсе неинтересно, кто там, внутри. Вернулась к столу через пять минут и улыбнулась. Картина, открывшаяся передо мной, повеселила изрядно. Стараясь не улыбаться уж слишком откровенно, я прислушалась. Знакомую фею воспитывала её собственная мамочка. Крылышки у Рель грустно опустились, ручки комкали передник, из глаз лились градом слёзы.

Оказывается, потерялось три члена семьи. Возле коробки в наличии были, а при выгрузке не обнаружились. Когда я решила выяснить, сколько же всего фей на моем участке, мне туманно объяснили, что количество народонаселения значения не имеет. Остальная компания уже свалила в сторону моего огорода, устраивая там полетушки, не хуже бабочек, пчел и стрекоз. Я принесла чай, пила сама и подсовывала крошки печенья девушкам, пока они обсуждали задачу о поиске пропавших членов семьи. После трех съеденных печенек дамы обернулись ко мне и возмущенно заявили:

— А запивать чем? Печенье же — песочное!

Пришлось разыскивать вторую чашечку из кофейного сервиза. Хорошо, что нашла, думала, они уже все разбились. Получилось настоящее английское чаепитие в пять часов вечера. Обе красавицы пришли к консенсусу, требовательно уставились на меня и пояснили, что конкретно я для них просто обязана предпринять, причем, чем быстрее, тем лучше. Принесла в коробке проблемы себе на голову. Не хочется мне этого делать, давно уже перестала выстраивать круги. Страшновато возвращаться к этому виду ведьмовства. Мало ли, вдруг чего забыла, или перепутаю порядок ритуала случайно, а феечки-то живые.

— У тебя самой есть семья, ты же переживаешь за близких, пожалуйста, помоги нам, пожалуйста, — Алесса, которая в клеточку, и Рель смотрели на меня умоляющими глазами. Ну, да, я теперь за них в ответе перед Миром. Сама согласилась, никто не заставлял. Почти.

Всегда интересовалась количеством просто людей, нормальных, которые не видят фей, не чувствуют изменений энергетических потоков, не встречаются с привидениями. Да и кого вообще можно назвать нормальным человеком? Что такое — нормальный человек? Вопрос риторический. Если я оборотня не видела, это не значит, что его нет. И пусть только кто-нибудь попробует мне возразить.

Камни для ритуалов лежали опрятной кучкой там, где я их прошлый раз оставила. Рассада цветов и трав уже была готова к высадке в почву, да и время Луны выдалось подходящим. Собрав всё, что требуется, в пластиковый ящик неохотно поплелась в огород. Место для фейского портала выбрала рядышком с орешником и рябиной. Терновник, к сожалению, муж вырубил прошлой осенью в приливе трудовой деятельности. Поросшая клевером полянка послужила основой, а камни — белые и черные — я выложила в две окружности. Черными — круг внутри, белыми — круг снаружи. По схеме высадила мяту, лаванду, розмарин, бархатцы (эти обязательно, еще древние майя советовали не забывать о них при создании круга), вербену и пару кустиков мелиссы. Примутся, без сомнения. Еще водой ключевой полью. Тимьян всегда растет у меня в саду. А три кустика голубого можжевельника защищают это место от злых сил и негативных энергий. Распустила волосы, разулась, стала босыми ногами прямо на вскопанную землю и прикрыла глаза. Энергия Земли поднималась снизу, проникая в каждую клеточку тела, наполняя меня золотистым сиянием и заставляя подчиняться общему ритму планеты. Состояние полного слияния с Богиней, Матерью всего сущего, всегда приводит к непредсказуемому результату в моем случае. Сотворение подобно любому акту рождения нового — все идет кувырком, и никогда не знаешь, что получится на выходе. Именно поэтому я стараюсь не вмешиваться в порядок вещей. Когда закончилось движение энергии в теле, Сила покинула меня, и я увидела своими глазами восхитительное зрелище, достойное кисти художника. Управление ритуалом перешло от меня к крошечным созданиям. Над созданным порталом закружился хоровод фей в разноцветных платьицах и костюмах. Они пели и танцевали прямо в воздухе, выписывая своими перемещениями знак бесконечности времени и пространства.

Две соседские кошки замерли неподвижными египетскими статуэтками, обвив хвостами лапы, только глаза их светились в темноте ярким светом. Наша собака устроилась в позе сфинкса, против обыкновения не суетилась и внимательно наблюдала за творящимся безобразием во вверенном ей хозяйстве. Ящерки спустились с теплых каменных стен забора и выстроились вокруг портала в ожидании волшебства, чуть приподняв чешуйчатые головы и касаясь раздвоенными язычками воздуха. Ожидание волшебства воцарилось в пространстве. Феи плавно закружились по восходящей спирали, и каждая сыпала пыльцу в центр круга. Цветная радужная воронка, казалось, закручивается уже самостоятельно. И, как всегда внезапно, будто лопнула струна или что-то резко разбилось, — такое ощущение у меня, может у других иначе, — всё прекратилось. Феи замерли, свет Луны сконцентрировался точно в Круге, а все участники магического действа увидели три фигурки, появившиеся из ниоткуда, прямо в центре полянки. Теперь можно спокойно выдохнуть, расслабиться, заканчивая ритуал. В самом конце колдовских действий я незаметно, надеюсь, сбежала к себе на кухню.

Люблю это место в доме, чувствую себя здесь спокойно и безопасно. Записка вот, лежит на подоконнике, ждет, пока прочитаю. А я-то думаю, куда все подевались. Муж и дети уехали, как выяснилось, на выходные в поход к Белой скале. Ни предупредить заранее, ни с собой позвать. Я сидела, печально размышляя о том, что так и осталась чужой для них, что закончилась кирпичная крошка, опять нет заработка, нужно снова пройтись и обновить защиту жилища. Но вставать со стула не было желания, глаза закрывались сами собой, хотелось только спать.

Слева послышалось жужжание крылышек моих подопечных (что уж скрывать — теперь они под моей ответственностью). На деревянную пирамидку, изображающую пресс-папье для салфеток, передо мной опустились Алесса, её муж и Рель. Остальные, скорее всего, носились по саду, пугая пауков, бабочек и стрекоз.

— Дориан, — представился мне красивый феёк с рыжими волосами и хитрющими серыми глазами. — Я благодарен тебе за помощь и прошу разрешения для своей семьи поселиться в твоём саду.

Алесса и Аурелия стояли, опустив свои умильные глазки, и смиренно молчали. Глава семейства старательно не смотрел на меня и не пытался воздействовать ни пыльцой, ни гламуром. А вы что думали? Что маленький народец не обладает магией? Ага, надейтесь дальше. На самом деле я всё решила ещё тогда, на закате. Мир меняется стремительно. Демоны из нижнего мира заходят в нашу реальность, практически не скрываясь. Маги и колдуны вышли из тени в неимоверном количестве, даже объявления печатают в газетах, предлагая свои услуги. Скоро люди будут вынуждены признать существование иных разумных видов, сможет ли человечество научиться выживать в новом составе? Хотя, какой он новый…

— Дориан, Алесса, Аурелия, — произнесла ритуальную формулу, — меня зовут Агнесса. Принимаю вас и всю вашу семью в своем саду, живите столько времени, сколько вам необходимо. Я и моя семья рады вашему обществу. Клянусь никогда не причинять вреда действием или бездействием никому из вас. Луна, Земля, Воздух, Огонь и Вода — свидетели моим словам. Да будет так.

Крошечное пламя затанцевало на моей ладони в знак того, что клятва услышана и принята.

— Так, где у тебя мёд? — Трое крылатых варваров ринулись на захват ближайшей кухонной полки. Эпическая часть окончена, переходим к повседневной жизни. Кажется, кто-то обещал приличное поведение? Сейчас разберусь.

Зарисовка 1. У меня появляется приемная племянница.

Порезать каштаны, каждый на четыре дольки. Взять трехлитровую банку, высыпать в неё подготовленные части, залить родниковой водой. Сколько тут её осталось? Литров семь. Не забыть бы заказать ещё. Стакан сахара и размешать, добавить столовую ложку сметаны. Если нет нормальной, порошковая тоже годится. Поставлю на водяную баню, пусть полчасика погреется на краю плиты. В конце всех этих манипуляций получится замечательный чуть кисловатый напиток для качественного улучшения состояния кровеносных сосудов.

На улице раздался визг. Выходить, не выходить. Драки в последнее время не редкость. Визг оборвался на высокой ноте, и что-то легкое с силой стукнулось об мой забор. Хлопнула дверью, вышла. Здоровый накачанный мужик в синих джинсах держал на вытянутой руке ребятенка и орал на него. Потом размахнулся и снова бросил детёныша на мою собственность. Да, хлипкий, покосившийся забор. Но мой! Я достала из-за спины бейсбольную биту и взвесила её на руке:

— Что такой шикарный мужчина делает с моим несчастным забором! Джентльмен, а так нехорошо поступает. Ручки свои пачкает.

Джентльмен поднял на меня свои заплывшие жиром глазки и почесал лысый череп. Надпись на футболке, обтягивающей широкую грудь байкера, информировала всех желающих о том, что её владелец любит рэп, пиво и мотоциклы. Долго думать он не стал и радостно сообщил:

— Так это ж оборотниха! Давить их надо, пока маленькие.

Хулиган протянул мощную лапу к сжавшейся в клубок девчушке, дрожащей от страха. Грязные лохмотья еле прикрывали тощую спину, покрытую синяками, кровоподтёками и застаревшими шрамами.

— Знаешь, господин хороший, у меня лицензия на работу в этом районе. Желаете неприятностей с нашей службой? Могу и подраться, если будете настаивать.

Лысый дяденька тут же принял независимый вид, покосился на биту и резво попрыгал вниз по улице. Вроде он не он, и шляпа не его, и даже рядом не проходил ни разу.

Я склонилась над девочкой. Повернула её лицо к себе и поморщилась. Совсем крошка. Попробовал бы он справиться со взрослой особью. Большие глаза с узкими вертикальными зрачками на фоне радужки цвета жидкого золота с ужасом вытаращились на меня.

— Давай уже, тащи эту замарашку домой, там банка закипает с твоим варевом. Испортишь, кто нам заплатит? Между прочим, каштанов больше нет, кончились. — Резво махая крылышками, моя головная боль размером в четыре с лишним дюйма, подлетела к зверёнышу.

— Ты не дрожи, мы тебе больно не сделаем, нам как раз зелье заказали из печени молодого оборотня, а тут — такая удача! — Ребёнок закатил глаза и потерял сознание.

— Всегда ты так, ляпнешь гадость, а мне разбираться, — ворчала я, пока заносила невесомую малышку в дом. Лавка стоит на веранде справа от двери, накрытая плетёной циновкой. Положив проблему, я ринулась к своей кастрюле. Успела! Аккуратно сняла на специальную подставку горячую тару с лекарством, обернула драгоценной фольгой (в продаже не найти сейчас такой роскоши), закрыла льняной тряпочкой и убрала в стенной шкаф, настаиваться. Десять суток, ни больше, ни меньше. Зазвонил телефон. Я с опаской уставилась на него. Телефонная линия молчала уже полгода. С того самого ПЕРЕХОДА. Его все так и называют, ПЕРЕХОД. Звонит аппарат и звонит. Я взяла трубку.

— ОБИР на связи! Лицензия 49?

— Да.

— Сменщица не вышла на работу, придется Вам её заменить. Через час в мэрии собрание, будьте добры присутствовать. — Длинные гудки сообщили, что дополнительной информации не будет.

Всегда не меньше двух сторон у одного события. Так и здесь. Линию починили, — хорошо, а вот сам звонок, — плохо.

Я сняла передник, сложила на стуле и тронула свою находку за плечико.

— Мне надо на работу, срочно. Ты, если хочешь, можешь остаться здесь, подождать пока я вернусь. Приду — подлечим, подумаем вместе, как тебе жить дальше. Нет? Тогда уходи. Ворота выпустят. Еда на печке, там картошка в котелке и мясо тушеное. — Подняла рюкзак с табуретки и бегом помчалась на площадь. Мэрия теперь в том же здании, где раньше был горсовет. Вроде недалеко, но, если учесть наши горки, трудновато пешком добираться.

Я влетела в зал одной из последних. Меня тут же дернула за ремень рюкзака подруга, устраивая на свободном сиденье возле себя.

— Чего так долго? — Татьяна из бывшей метеослужбы, теперь отдел по управлению погодой. — Объявили уже. Сам мэр выступать будет.

— Из наших ребят есть кто-нибудь? А то, может, зря торопилась.

— Да вон оба, на сцене. — Я подняла голову. Точно! Сидят два голубчика. Карл, наш начальник, и его заместитель, Роман. Они друг друга стоят. Качественно портят нервы сотрудникам. Ну, вот и мэр явился, опять вещать два часа будет. Как можно столько ни о чем говорить, удивляюсь. Любопытно, что мэр тот же тип, что и раньше был. Перекрасился, нехороший человек. Главное, на кормушке устроился, и всё у него отлично.

Тогда, 21 декабря 2012 все решили, что конец света, это очередная ложь. Что ничего страшного не произошло. Что жизнь не изменится. Ошиблись. Это плохо. С другой стороны люди поняли, что не одиноки на Земле. Вся предыдущая пропагандистская компания увенчалась закономерным результатом. Толкиен, фэнтази, Сумерки, всё такое. Так оно и есть на самом деле. Многие тогда в Россию уехали. Муж тоже решил обосноваться на Дальнем Востоке. Обещал, что кто-нибудь за мной приедет, когда он с детьми устроится и решит вопросы с жильем и работой. С тех пор прошло много времени. Знаю, что живы. Потом там местные колдуны пошаманили, и стена выросла, точно по границе бывшей прошла. Барьер энергетический. Попробуй зайди, ага.

— А сейчас о состоянии дел в отделе безопасности иных рас нам расскажет дежурная ведьма Агнесса! — Голос очередного выступающего прорвался сквозь дрёму моих размышлений. В бок врезался острый локоть соседки. Я вскочила.

— Сюда, сюда, пожалуйста. — Пригласил меня мэр. Я удивленно воззрилась на своего начальника. Чушь какая. Пришлось идти. Мой доклад был самый короткий за всю историю существования подобных сборищ.

— Наш отдел самоотверженно трудится на благо города и его граждан! Мы с честью выполняем свои обязанности по защите каждого жителя! Подробнее обо всем расскажет наш начальник, господин Карл Данторовский! — И громко захлопала в ладоши, повернувшись всем телом к начальству. Низко кланяясь, я вытащила его со стула и подтолкнула к кафедре.

— Ты у меня попляшешь завтра в отделе, — проскрипел господин начальник и взялся внушать слушателям прописные истины. Я же спокойно спустилась по боковым ступенькам, вышла через правую дверь прямо на улицу и быстрым шагом отправилась домой. Завтра так завтра. А на сегодня у меня ещё куча дел запланирована. Темнело. Я вытащила из сумки камень и резво потопала в сторону дома. Булыжник всегда можно бросить в нападающего, или стукнуть им, если внезапно подкрадутся сзади. Даже просто уронить на ногу — и то мало приятного. А оружие носить нам запретили. Так что, каждый в наше неспокойное время обороняется, чем умеет.

На входе в парк внимательно осмотрелась по сторонам. Время позднее, но обходить по главной улице далеко. Рискну.

Возле колеса обозрения почувствовала запах падали. Не хватало только нарваться на зомби. Слева, за кустами боярышника, что-то большое зашелестело осенними листьями. От страха сердце почти остановилось. Я вспомнила фильмы ужасов, где в таких ситуациях главная героиня обычно застывает на месте, и побежала к выходу. Сзади меня догонял кто-то тяжелый и громоздкий. К тому же сильно пахнущий разлагающимся мясом. Пришлось ускоряться. Вот всю жизнь слышу про второе дыхание. И ни разу его не испытала, сколько бы ни бегала.

Легкие горели, сердце выпрыгивало из груди, но умирать не хотелось, поэтому я представила, что за мной несется стая бешеных ротвейлеров. И, права была та тетка на тренинге, сила мысли повлияла на скорость. Спрашивается, разве ротвейлеры страшнее зомби? Хорошо, бежала я вниз по склону, плохо, что чудовище сзади меня догоняло. Я перенеслась по инерции через дорогу буквально перед бампером громадного дальнобойщика. Успела. А вот мой преследователь не успел. Сзади раздался глухой удар, и что-то или кто-то с глухим шлепком ударился о подпорную стенку. Задерживаться я не стала, просто пошла дальше, держась за бок. Кололо ужасно. Булыжник опять же посеяла. Придется теперь новый искать.

Домой вползла исключительно на упрямстве и силе воли. Закрыла за собой ворота, проверила охранные заклинания. Посчитала ступеньки, на пятой остановилась и открыла входную дверь. Забыла. Я забыла, что дома оставалась девчонка. А на кухне гремел и пузырился полный кавардак. Хелависа пела о своем драконе из устаревшего магнитофона. Феечки в полном составе собрались здесь, кружились и веселились под музыку от всей души. Их разноцветные курточки, юбки и ленточки мельтешили перед глазами. О, меня заметили. И тут же ринулись водить хороводы вокруг моей головы. Это было уже слишком. Я вяло сползла на лавку и прикрыла глаза.

Приятный запах корицы вывел меня из состояния прострации. Девочка стояла рядом, протягивая большую кружку с чем-то горячим. Ну и выпью. Руки еще дрожали от напряжения или от страха после приключения в парке. Но кружку я удержать сумела. Ой, как вкусно! Я оставила половину какао в кружке и отдала новоявленной кухарке:

— Ты прямо меня к жизни вернула. Какао с корицей — любопытный вкус, никогда не пробовала. Сама-то пробовала? Держи кружку и допей, пожалуйста. — Повысила голос и внимательно осмотрелась вокруг, — хотелось бы знать, кто у нас такой умный и пронырливый, что нашел последнюю пачку какао, припрятанную на Рождество?

Зря кричала, крылатая вездесущая стая быстренько просочилась через раскрытое окно и смылась от меня подальше. Я перевела взгляд на детёныша. Недоразумение стояло и капало слезами на мой свежевымытый пол. Окна сияли протертыми стеклами, занавески были выстираны и выглажены, интересно чем? Утюг сама не помню, куда дела. На печке в глиняном котелке варилось что-то умопомрачительно вкусное. Запах отбил всякое желание ругаться и скандалить. Газ нам отключили сразу после ПЕРЕХОДА, а электричество мне жаль тратить на готовку.

— Садись уже за стол и пей. Очень вкусно получилось. Ой, ну не плачь, — прижала к себе тощее вздрагивающее тельце. Девочка пахла чем-то сухим и горьким, похожим на горчицу. Приятный запах, нравится.

— Не выгоняй меня на улицу, пожалуйста. Мне совсем некуда идти. Люди такие злые. Бьют, кричат, отовсюду гонят. — Сквозь слёзы бормотала "ужасная оборотниха".

— И как же мне тебя звать, приобретение?

— Не помню, — рыдания усилились. Я забрала у неё кружку и поставила на печку. Там какао не остынет, девочка потом допьет. Накапала в ложку настойки пустырника и дала ей выпить. Не разбавляя. Естественно, плакса закашлялась и перестала плакать. На печке, как выяснилось, варился суп. Мы поужинали. Пока малышка мыла посуду, я нагрела воды в большом ведре и вылила в цинковую ванну.

Она у меня висит на крючке под самой крышей. Вот, когда наш телевизор официально объявил полгода назад, что теперь кроме людей, равными правами обладают гномы, оборотни, ведьмы, колдуны и целый список рас, народонаселение ринулось грабить супермаркеты и магазины. Честно, я такого не ожидала. Били стекла, дрались. Чем не конец света? Да, так хочу сказать, что сумасшествие заразно. Каюсь, не безгрешна. Я тоже понеслась на рынок и утащила там цинковую ванну. До сих пор не понимаю, как доволокла, но результат радует мою душеньку по сей день.

Добавила немного настойки календулы для дезинфекции, ну, или для самоуспокоения. Пошептала заговор и, когда вода покрылась легким паром, стелящимся над поверхностью, позвала девочку.

— Иди сюда, будем купать тебя, Лия.

— Так я мылась днем, мне феи показали, где мыло лежит и мочалки. Грязную одежду в печке сожгла. А почему Лия?

— Да, уж вижу, что в моей футболке разгуливаешь. Снимай и полезай. — Девочка разделась и сжав зубы опустилась в горячую воду. — Имя тебе подбирала. Думала, может, Лилия, Наталия, Розалия, вот и получилось, — Лия. Если не нравится, давай другое выберем. Или ты своё имя помнишь?

— Не помню. Разве оборотней так называют?

Тело девочки было худым, на грани истощения. Синяки, шрамы, незажившие язвочки на ногах, видно, босиком бегала. Пока я мягкой тряпочкой обмывала ранки, Лия молча терпела. Но, когда в четвёртый раз намылила волосы, возмутилась:

— Я уже вся скриплю! Пожалуйста, хватит меня мыть, очень прошу.

— Ладно, поднимайся, сейчас вытрем. Вот так, — чистым куском старой простыни я аккуратно промокнула израненную кожу. Потом достала полотенце и завернула волосы девочки. Поставила ребенка перед собой на табуретку. Можно было, конечно, пройти в комнату, но здесь печка, тепло, уютно. Не замерзнет. Смазала бальзамом повреждения. Посмотрела на Лию:

— Всё до свадьбы заживет, не переживай. Надевай чистую рубашку и носки. Постарайся дома босиком не ходить. Сентябрь на дворе. Тапочки купим, как только до магазина доберусь, а пока мои носи.

— Ты позволишь мне здесь остаться? И печень не заберешь? — Лия с надеждой смотрела на меня. Эти её раскосые глаза с вертикальными зрачками кого-то мне напоминали. А, вспомнила, мультик такой был. Там ещё кот со шляпой умоляюще таращился на людоеда. Или это был тролль?

— Ясное дело, оставлю себе такую умелую домработницу, а как же ж, — подняла ребятенка на руки, отнесла в спальню и уложила под одеяло на своей кровати. Еда, тепло, дневная суета плюс пустырник, и вуаля! Лия крепко спит. Пока выливала воду, занималась неотложными делами, время перешло за полночь. Пора и мне на бочок.

Утро для меня началось с противного верещания в ухо:

— Проспишь, вставай немедленно. Скоро рассвет, а ты ещё не готова! — Персональный будильник с крылышками в кофточке ядовито — розового цвета и голубых шортиках подпрыгивал на подушке и всячески способствовал приведению меня в чувство.

— Ребёнка разбудишь, — проворчала я, — спать хочу!

— Ну, ты же не сердишься за какую-то пачку какао на свою лучшую подругу? Мы все здорово повеселились вчера, просто супер. Кстати, у родителей к тебе разговор, серьезный. Вставай уже, сколько можно валяться! — Феечка запрыгала прямо у меня на груди. Тушка брямкнулась на коленки и принялась щекотать мой нос кончиком крыла. Громкий чих, конечно же, разбудил Лию, пригревшуюся у меня под боком. Девочка села и, не открывая глаз, пробормотала:

— Встаю, щас встаю, — плюхнулась на подушки и сладко засопела. Розовые со сна щечки, спутанные чистые волосики, прелесть. Любопытно, а какая вторая ипостась у этого чудесного существа?

Садик позади дома занимал всего лишь сотку земли. Уход за растениями — медитация, разминка по утрам, необходимое заземление для моей сущности. Семья фей поселилась у меня еще до Перехода. Маленькие крылатые садовники помогают мне управиться с прополкой и посадкой однолетников. Полив, безусловно, на мне. А вот за появлением вредителей, слизняков, улиток следят феечки. Рассвет мы встречали вместе, каждый день. Я выползла на крыльцо, встала босиком на деревянную решетку под старой черешней и дёрнула за веревочку. Ведро перевернулось, остывшая за ночь вода вылилась на меня прохладным душем, и процесс просыпания успешно завершился.

Солнце сегодня вставало медленно, заранее осветив лучами облака, похожие на разбросанные по небу перья. Казалось, мир замер, в ожидании чуда, настолько торжественным воспринимался момент появления сияющего диска над горизонтом. Я смотрела на открывшуюся феерию, чуть прикрыв глаза веками. Помимо радости и хорошего настроения, есть еще и целительный эффект. Зрение сохраняется дольше. Но, только пока диск не полностью предстал во всей красе. Тогда глядеть на светило уже нельзя.

Мы сделали зарядку, в смысле попрыгали, помахали кто руками, а кто крылышками, и вернулись к делам. На кухне Лия уже суетилась возле плиты. Чайник кипел, горшочек с овсянкой стоял на столе, прикрытый полотенцем.

— Ребёнок, — принялась я за воспитание. — Кто ж так рано просыпается?

— Да, ладно, — вмешалась кнопка. — Я бы и поспала, так телефон звонил. Вам велели бегом на работу. Только без завтрака не пущу! — И девочка грозно перехватила деревянную ложку. Я вздохнула и села на табуретку, придвигая к себе тарелку:

— Лия, учись следить за собой. Не забудь позавтракать сама. К десяти часам придет полная женщина, Катерина Ивановна. Ты ей отдай синий флакончик, там настойка из перегородок грецких орехов для лечения щитовидной железы. Как принимать по каплям, я на листике написала и приклеила. Да, может еще Семёныч заглянуть, седой весь с бородой. Ты ему не открывай, просто скажи, что мазь пока не готова. Читать умеешь?

— Нет, — растерялась Лия.

— Ага, держи книжку, — вчера выкопала в ящике. — Букварь. Полистай. Вечером помогу разобраться. А каша вкусная! Спасибо тебе! И воды набери в бочку за домом, пусть отстаивается.

Джинсы, футболка, жилетка с карманами. Косынка на шею, спрятать амулеты. Перчатки в сумку. Пойду получать выговор.

В семь часов утра на улице не было ни одной собаки. Раньше, до Перехода, в каждом дворе жили эти друзья человека. По утрам хозяева выгуливали их, понятно зачем. Никак не могу привыкнуть к отсутствию лая. Собаки убегали одна за другой и не возвращались. Месяц всего лишь прошел, и ни одной псины в городе не осталось. Куда делись, живы ли, никто не знает. Я вернулась к той стенке, об которую вчера ударился мой ароматный преследователь. Грязное тёмное пятно отливало радужными разводами. Я провела рукой, никаких вибраций нет. Можно же посмотреть истинным зрением? Закрыла глаза, сосредоточилась, и! Нет, существа здесь не было. Получается, что оно ударилось, оставило часть плоти и свалило. Лучи солнца выбрались из-за двухэтажного дома и осветили след, оставленный на стене, сложенной из дикого камня. На глазах изумлённой публики в лице одной меня субстанция испарялась грязно-зелёной дымкой. Минута, вторая, и поверхность абсолютно чистая. Я пошла в отдел, размышляя о том, что бы это могло быть такое. К примеру, у Гарри Дрездена был череп, который обладал знаниями, сравнимыми по объему с Ленинской библиотекой. Может, и больше. Герой, конечно, вымышленный, но идея такого хранилища информации импонирует. У меня черепа нет, и Интернет полгода не работает. Остаются личные контакты.

Отдел Безопасности Иных Рас находится в трёхэтажном здании, на неприметной улице. Я отметилась у дежурного и поднялась на свой этаж. Все сидят на местах, никто и головы не поднял. Боятся что ли? Поздоровалась. За спиной раздались аплодисменты.

— Явилась. Ну, давай, проходи. Карл ждет тебя с нетерпением. Увидишь, тебя выгонят с треском! И лицензию заберут! — Я молча обошла Романа.

В кабинете начальника было пусто, только из-под стола раздавался шелест и, хм, ругательства. Я прислонилась к стене, сложив на груди руки. Карлуша вылез весь красный и злой. Увидел меня и разозлился еще сильнее:

— Опозорила на весь город! Еле выкрутился!

Я философски пожала плечами. Шеф подозрительно сморщился.

— Что, никто не предупредил?

— Нет.

— И про сменщицу ничего не знаешь?

— Нет.

— Ладно, садись. Твоя подруга третий день не приходит на работу. Линию связи в том районе не починили пока, так бы просто позвонили. Сейчас собирайся и двигай к ней домой. Разберись там. — И зашелестел бумажками на столе.

— У меня три вопроса, сэр. Первый — как мне добираться в ту степь, пешком что ли? Я и к вечеру не вернусь, не успею просто. Второй вопрос — кто это так здорово меня подставил с отчетом? И третий, последний. Вчера в парке за мной гнался зомби. Или умертвие. Оно здесь, прячется. Мы будем что-то делать с этим фактом?

— Будем, уже делаем. Я поручил это дело Роману. За прошедшую неделю у нас три жертвы, все в одном месте. Сегодня наряд оцепит парк, и по радио объявят, что входить и гулять там запрещено. Это всё? Вали, не мешай работать. — Карл сердито уставился на меня. Показалось или нет, что в его глазах промелькнуло красное пламя?

— А транспорт, шеф, далеко же, — стою на своём.

— Лови ключи, потом вернешь. Машина во дворе. И отстань уже от меня!

Взвизгнув шинами, старенький уазик вылетел на дорогу и свернул вправо. Второй вопрос решится сам собой, но, думаю, попозже. Бензин стоит дорого, отпускают его не всем, поэтому, как следствие, путь свободен. От былых пробок и следа не осталось. Дороги ухудшились, ямы, выбоины. Времени на размышления за вождением не оставалось. На выезде из города стояла машина и два мужика с жезлами.

— Откуда, куда, зачем?

— Из города, в посёлок, начальник послал.

— А кто у нас начальник? — ехидно усмехаясь, съязвил дяденька в форме.

— ОБИР, Карл Данторовский, звоните, проверяйте. — Выходить из машины не буду, мало ли.

— Проезжайте, будьте осторожны на дороге, — взял под козырек тот, что постарше.

На переезде тонкий противный голосок просветил меня:

— Скока можно стоять? Ты будешь ехать или где? Я уже утомилась ждать, пока ты заведешь этот тарантас и сдвинешься с места. — На зеркало уселась известная красотуля, скрестив ножки в аккуратных красных туфельках.

— Рель, ты серьезно думаешь, что я не в курсе, кто сидит в моем капюшоне? — Дребезжащий всеми запчастями паровоз протащился мимо, и вереница автомобилей из трех штук тронулась с места.

— Ну, вдруг удалось бы тебя провести, прикольно было бы! — Феечка сняла туфельку. Та держалась на кончиках пальцев и вот-вот должна была свалиться.

— У тебя только обувь красная или есть что из одежды?

— Курточка, потом одену, посмотришь, какая я красавица. Мама сказала, чтобы я искала себе жениха. Не понимаю, зачем. — Демонстративно задумалась потенциальная невеста. В этот момент я затормозила, и туфелька таки шлепнулась в недра ручного привода. Не слушая комментарии своего партнера, я вылезла и захлопнула дверцу. На обочине загорал красавчик в черной бандане, футболке с оторванными рукавами и длинным хвостом белокурых волос. Очки с затемненными стеклами скрывали глаза.

— Чего хотела? Видел флажок на твоей черешне. — Это сигнализация у меня такая. Придумали Рель с мамой, их же исполнение. Черный цвет звал на встречу определенного представителя клана Рыцарей дорог.

— Донован, у меня девочка, оборотень. Лет девять. Ваши все дома?

— Волки дома, наши во всяком случае. Ты знаешь, что здесь представители еще двух кланов? Одни с севера — пятеро мужчин и одна леди. Остановились в городе, гостиница синяя такая, стеклянная. Босс сказал, на разведку приехали. И трое турков. Эти не в курсе где, но на поклон приходили, отметились, сказали, что уедут скоро. Детей при них не было.

— Жаль, что не знаешь. За новости спасибо, — вернулась в машину, спицей достала туфлю, вручила надутой феечке, и поездка продолжилась.

— Ты почему не дала мне поздороваться с Донованом, он такой классный. Прямо няшечка кавайная! — Плаксиво заныла фея.

— Опять телевизор смотрела! Эти анимэ не доведут тебя до добра, попомни мое слово, подруга, — я повернула руль налево и остановила машину возле облезлого трехэтажного дома.

Конец сентября, дневное время, возле дома никого. Тишина. Ощущение неприятностей можно потрогать руками.

— Рель, страшновато. Может, не пойдем?

— Интересное дело! А Карлуше собираешься рассказывать сказки? Идем, если что, отобьемся! — Фея взмахнула крылышками и полетела в направлении открытого окна.

Ведьмам и колдунам, сотрудникам отдела, удалось в своё время добиться разрешения работать по сменам. Юлия была обычной ведьмой с небольшими способностями к ясновидению и, соответственно, моей сменщицей. Дежурства, как правило, протекали гладко, без эксцессов. До сих пор.

Двери в квартиру лежали на полу коридора вместе с приличным куском стены.

— Дорогой Ватсон, что ты скажешь по этому поводу, — обратилась я к феечке. Рель приземлилась ко мне на плечо и заявила:

— Выбиты изнутри, факт! — И гордо дёрнула меня за ухо. Аккуратно переставляя ноги, я вошла в помещение. Запах газа практически сразу привлек внимание. Судя по всему, ничего не взорвалось только из-за открытого дверного проема. Сквозняк помешал. Вентиль на газовом баллоне открыт, как я и думала. В спальне пусто, постель сброшена на пол, вещи валяются в беспорядке. Мурашки побежали по позвоночнику. Из коридора можно зайти налево — в спальню, и направо — в гостиную.

Юля висела, некрасиво склонив голову, на своей любимой хрустальной люстре из чешского стекла. Фея тихо ахнула от ужаса. Большая пентаграмма украшает пол в центре комнаты. Свечи красного цвета по углам ещё горят. Приторный запах газа смазывает картину происшедшего. Только решилась войти, как зазвонил телефон.

— Да? — проблеяла в трубку. — Кто звонит?

— Карл в пальто. Не узнала? — Шеф хихикал. — Проверить решил. Как раз связь восстановили, так что? Чем занята госпожа Юлия?

— Висит на люстре, шеф. Ритуал вызова демона, хотя я не уверена. Спецов бы сюда. Вы же знаете, эти дела не по мне.

— Понял, группа выезжает. Дождись ребят и сразу ко мне. — Начальник бросил трубку.

Зарисовка 2. Демон? Не может быть.

Дурацкий газ. Забивает вообще все запахи. Как я теперь унюхаю эманации? О! Кэп! Видимо, именно для этого вентиль-то и открыли! Мои размышления были прерваны звуком сирены подъезжающего тарантаса со следователем и криминалистами.

— Идем, дорогая, — разрешил мелодичный голосок подруги, — я уже срисовала все символы и определилась со сторонами света. — Детектив Рель запихала мне в карман бумажку с огрызком карандаша. — Как тебе значок на спине пострадавшей?

— А что там?

— Иди и посмотри сама, не волнуйся, ваши эксперты тупые, как крокодилы, все равно ничего не заметят.

— Как-то ты неуважительно. Придумала сравнение, — ворчала я, обходя жертву. Закрыла глаза и сосредоточилась на картинке. Сияние символа на Юлиной коже притягивало, манило и приглашало повторить линии. Я шагнула внутрь пентаграммы и только решилась дотронуться, как что-то щёлкнуло, и агатовые бусинки рассыпались по всему полу. Хороший был амулет, качественный. Солнышко заглянуло в раскрытое настежь окно. Его лучи коснулись изображения, и символ испарился зелёной дымкой. Наваждение исчезло, как и не было ничего.

— Несса, освободи помещение. Надеюсь, ты здесь не успела похватать руками улики? — Эксперт вытолкала меня за двери. — Вали давай, не задерживайся. Бусики твои соберу, но не отдам. Плохо, что их нельзя больше использовать для амулетов.

— Я ещё и кран закрывала на газовом баллоне. Так что там отпечатки носовичка. Платок дать? — Кармен промолчала. Никому не нужен мой платок. Пойду я отсюда.

Машина резко тронулась с места и рванула к городу.

— Ты с ручника-то сняла? — Хихикнула феечка. Я честно глянула, сняла, да.

— Всю жизнь мне напоминать будешь, бессовестная? Подумаешь, пару раз покаталась с тормозом. Кстати, зря Кармен не взяла платочек. Тот, кто вентиль крутил, эманации свои оставил, они теперь на ткани. — Я достала из правого кармана платок в пакете и показала напарнице.

— Ура! Мы теперь как Шерлок Холмс и доктор Ватсон, да? Я — Шерлок, а ты — Ватсон! — Рель принялась подпрыгивать, изображая рил.

— Предлагаю обратный вариант. Фея — Ватсон, я — Шерлок, а ведьма за рулем — водитель транспортного средства. — Заявил чужой пикси c заднего сиденья.

Эх, надо стекла закрывать в машине, когда оставляю на стоянке. Хотя, заяц в красном. Пусть живет пока. Рель от неожиданности взлетела и стукнулась головой. Потом устроилась в позе лотоса поближе ко мне, настороженно разглядывая неучтенного пассажира.

— Сэр, предлагаю покинуть наш автомобиль, где Вам удобнее выйти? — Правда, я очень вежливо разговариваю? Никого не оскорбляю, не выбрасываю в открытое окно. Заклинаниями не бросаюсь.

— Я хотел бы доехать до города вместе с вами обеими. К тому же вам определённо нужна охрана. Всё-таки поблизости рыщет ужасный демон. — Блондинистый феёк решительно перебрался на зеркало заднего вида. Свесил ножки в красных ботинках, ухватился рукой за крепление и сделал вид, что рассматривает открывающиеся впереди виды. Кучерявые вихры выбиваются из-под банданы. Синяя курточка без рукавов и коричневые штанишки дополняют внешний вид записного сердцееда с хитрыми зелёными глазами.

— Левый ботинок каши просит, — ехидно отметила я. — Ты в наших краях невесту ищешь? — Все же знают, что красный цвет заявляет о поиске пары у фей.

— Ничего, вот женюсь, жена и починит. — Мечтательно глядя на Рель, произнес кандидат в мужья.

— Ты бы представился, Шерлок, ведь приедем скоро. Надо же как-то тебя называть. — Подруга молчит, приходится мне вести диалог. — Я тут слышала, что сегодня родители моей напарницы устраивают сэйли. Вечеринку.

— Пусть уходит, не буду я с ним разговаривать, — сердито заявила подружка. Парниша скуксился, сунул руки в карманы, за что и поплатился. На въезде в город нас снова остановили. Я тормознула, и феёк свалился с зеркала, еле успела руку подставить.

— Далеко собрались? — козырнул младший и попытался заглянуть в салон.

— Уже останавливал. — Разозлилась я. — Пластинку смените, чего одно и то же спрашивать. — Релькин ухажер покинул автомобиль и в эту секунду подкрадывался сзади к шее дежурного.

— Скучно стоять, вот и спрашиваю. За все время только вы проехали, да еще микроавтобус вашей службы. Даже не остановился. Спешили. Не расскажете, что там такое случилось?

— Мы можем ехать? Нас ждут в отделе, — скорее бы тронуться.

— Езжайте, — разочарованный отсутствием свежей сплетни лейтенант поднял руку к воротнику.

Я смогла заговорить только после подъема по серпантину:

— Ума лишился, придурок. А если бы тебя заметили?

— Старший видел. Только ржал так, что сел мимо табуретки. Да я немного насыпал пыльцы, скоро пройдёт. — Сконфузился народный мститель.

— Зараза ты. Он же теперь весь чесаться будет до посинения. — Мы с феечкой ухмыльнулись.

Чтобы не тащить парочку с собой, я решила завезти их домой. Ворота заперты, заклинания в порядке, мы и вошли. В ту же секунду мелкий вылетел вперёд и с воплем:

— Эй ты, подстилка для блох, найди себе противника по размеру! Не смей обижать котика! — принялся тыкать зубочисткой в морду оборотню. Седой волк, высотой в холке мне до плеча, перестал рычать на дверь и принялся клацать зубами, стараясь поймать противную мелочь, мельтешащую перед его носом. Остальные феечки расположились на столе и уличном кресле и, переговариваясь, наблюдали спектакль. Из двери выскочила большая кошка и боднула агрессора головой в грудь. Потом зашипела и прижала уши, собираясь кинуться в атаку. Я сцапала её за шкирку уже в полёте. Прижала к себе, пошептала в ушко. Киса перестала трястись и возмущенно уставилась на волка. Тем временем Рель и Алесса в четыре руки удерживали разбушевавшегося вояку.

— Делать вам нечего. — Вздохнула я. — Прошу всех в дом, разберёмся. Куда дели ребёнка?

— Что тебе сказать, дорогая, — Алесса присела на край цветочного горшка с геранью, — думаю, Лия у тебя под мышкой. — Я за шкирку подняла перед собой животное и внимательно рассмотрела.

— Это же не кошка! — Вот тут они заржали. Причем все, включая подлого оборотня, который развеселился до такой степени, что уселся в корыто с перегноем и теперь матерился, отмывая заднюю часть тела в ближайшем тазике.

Белый детёныш кугуара, размером намного больше любой кошки, вырвался из захвата и взялся гонять по кухне зелёный клубок ниток. Стараясь пнуть его поближе к мохнатому, зубастому волку. Отмытый гость расположился на крыльце, страдальчески закатывая глаза каждый раз, когда ему прилетало клубком в бок.

— Несса, мы с Дорианом хотим перебраться в поместье твоих друзей. Там большой сад, цветник, и они нас приглашают. — Виновато глядя на меня, проговорила Алесса. То есть я, наконец-то, смогу достать припрятанную плитку шоколада и стрескать в полном одиночестве? Ни с кем не делиться? Йяуу!

— Ребята, думаю, вам там будет здорово. Я, конечно, буду скучать, но ничего привыкну, — грустно уронила голову на грудь и притихла. Алесса подозрительно покосилась в мою сторону:

— Ты только не плачь. Ирма и Кассия переселяются на соседнюю улицу, там у колдуна сад и две грядки лекарственных растений, будут прилетать, проведывать тебя. К тому же пятеро моих старшеньких остаются присматривать за твоим садиком до тех пор, пока Рель замуж не выйдет. Заодно место для жизни поищут. Сэйли вечером прощальное, так что, смотри, не опаздывай. Кстати, представь нам своего защитника.

— Меня зовут Дэклан, — гордо произнес шкет в драном ботинке и отвесил поклон маме своей потенциальной невесты. Дориан похлопал его по плечу, и вся эта летучая компания покинула кухню с шелестом крыльев и гиканьем. Только моя недовольная подруга присела на веточку фикуса Бенджамена и задумалась.

— Эмм, Несса, — вернулась дамочка, — не возражаешь, мы приготовим напиток из той шоколадки, что завалялась в холодильнике? Ты же все равно не ешь. К тому же в корзинке для ниток Дориан нашел ещё пачку какао. — Я резко повернулась, но в дверях уже никого не было.

— Прекрати смеяться, Донован. Кто тебя вообще во двор пустил, заразу такую. — Плакал мой праздник живота. Последнюю заначку вытащили, жулики с крылышками. — Кстати, девочка сумеет обернуться в человека?

Мягкая дымка покрыла лежащего волка, и через пару минут обнаженный блондин уже нацепил на себя мой халат с цветочками.

— Чаю нальешь, скажу, — вальяжно развалился на лавке красавчик. Рель слетела с насиженного места и взялась виться вокруг привлекательной мужской особи.

— Я вообще на минутку заехала. Говори, что хотел, и разбежались.

— Чайник закипел, — Лия вернулась, — только сразу говорю, вот этот хотел в дом пробраться. Я так разозлилась, ужас. Во двор я пустила, прости. Пожалела, так жалобно собачка плакала за забором.

— Малышка, первое обращение, это круто. Будут трудности — обращайся. — Предложил белобрысый, сказала бы козёл, так нет, волк. Лия поставила на стол тарелки, хлеб, налила борща. Обедаем, значит.

— Заходила шувани, — доедая вторую порцию, приступил к делу посланец. — Предупредить, что цыгане уходят. У них ребёнок пропал, девочка. Лет девяти. Думают, некромант забрал.

Лия внимательно изучала содержимое своей тарелки, расчленяя морковку и скатывая хлеб в шарики.

— Вроде не было некромантов в городе. Откуда ветер? Малыш, кушай, не балуйся, никто тебя не отдаст.

— Шувани говорит, демонов призывают. Сильный колдун здесь шаманит. Уходить надо. Вкусный борщ, кнопка, спасибо. Если что, к себе заберу. Готовить будешь. Мы сытно поесть любим. — Поганец похлопал себя по животу и слинял. Только халат на лавке остался лежать сиротливой кучкой.

Думаю, девочка не первый раз оборачивается. Ладно, потом разберусь. Деньги, сумка и за руль. Попутно обняла Лию и, уже закрывая ворота, услышала:

— Я с тобой! — Рель с корзинкой в руке догнала меня возле машины и влетела в окно.

— Не, вы видели это безобразие! Меня, самого главного, забыли! — Дэклан шлепнулся на торпеду рядом с корзинкой и тут же полез проверять содержимое. Точно. Окна надо закрывать. Я тронула автомобиль с места. Зря. Впереди стояла гроза нашего района, бабка Гавриловна. Вцепившись в клюку, она пристально смотрела на меня, не уступая дороги.

— Слышь, ведьма! Выйди, поговорить надо.

— Мазь от прострела не готова пока, ещё пару дней постоит, тогда принесу. — Вышла из машины, а куда деваться.

— Участковый приходил, велел всем экстрасенсам на учет стать. А кого сосчитали, тем в субботу на собрание, в Дом рыбака, к восьми вечера явиться. Тебе обязательно быть. Усвоила? Своим ребятам в отделе передай, вдруг, кто не слышал.

— Спасибо, Гавриловна, только я тороплюсь. Давай потом обсудим, когда за лекарством придёшь?

— Ладно, и про девчонку расскажешь, очень уж молчаливая она у тебя.

— Да, да! — Наконец-то поехали. Бабка у нас по профессии учитель, никаких ведьм, колдунов и прочих не признает. Исключение для эктрасенсов, и то, только потому, что когда-то шоу было, с похожим названием. Раз телевизор сказал, значит, правда. А молодец Лия, не поддается на бабкины провокации.

В кабинет шефа я вошла без стука. Интересно, вдруг он опять под столом копается? Не повезло. Карлуша был не один, а в компании двух офицеров из городской службы безопасности.

— Шеф, ключи от машины, кладу сюда, на полочку! — Бодро отрапортовала я и развернулась к двери. Сбежать не получилось. Третий прокол сегодня, где моя кепка "капитана очевидность"?

— Наша сотрудница, мадам Агнесса, только вернулась с места происшествия, — представил (или подставил?) меня босс.

— Вам уже сообщили, что Белый Совет направил своих представителей в наш город? — повернулся высокий мужчина в штатском.

— Нет.

— Требуется создание подотчетного Совету органа власти, может быть, ковена.

— Меня волнует то, что в городе, возможно, болтается демон без присмотра. А все эти политические заморочки решайте сами, на то вы и власть.

— Как? Откуда? — Карлуша схватился за голову, — почему не сообщили?

— Господа, это я и хотела доложить начальнику. Но, поскольку вы здесь, ставлю в известность всех присутствующих.

— Не понял, что в таких случаях делают? — хмуро вопросил второй мужик, бритый налысо, в форме.

— Мало информации. Я видела обе стороны фразы "незнание это благо" в действии. Люди гибнут, потому что не верят в существование вампиров, демонов, других сущностей. И люди умирают, зная обо всем, но, не осознавая, какая конкретно опасность им грозит. Просто нет способа узнать, что именно случится.

Зазвонил телефон. Шеф снял трубку, послушал и положил на аппарат. Потом пристально уставился на меня красными пылающими глазами:

— На месте преступления найдены твои бусы! Ты отстранена от расследования до выяснения обстоятельств! — Лицо Карла отекало на глазах. Бисеринки пота покрыли кожу. Последнюю фразу он проорал во весь голос. Офицеры удивленно воззрились на моего начальника.

— Быстро выходим из комнаты и подпираем двери, — посоветовала я, сцапав ближайший стул. Карлуша поднимался над письменным столом всё выше, трансформируясь в нечто ужасное. Как только мы выскочили в коридор и захлопнули створки двери, из комнаты раздалось рычание. Втроем мы подтащили большой дубовый шкаф, издавна стоявший на страже отдела, и прислонили его к проему. Было ясно, что надолго это не удержит тварь. Сотрудники выходили в коридор и, услышав рев, быстренько сматывались из здания. Как-то мало героев, нет? К чести службы безопасности должна отметить, что офицеры, хотя и не поняли, что происходит, но оружие достали. Я рванула в общий зал и принялась искать в сумке хоть что-нибудь, понимая, что мне не выстоять против существа из другого мира. А пули вряд ли на него подействуют. Под руку попалась изящная бутылочка из матового стекла с притертой пробкой. В ней искрился и переливался порошок неизвестного происхождения. Когда-то давно, лет десять назад, подруга привезла мне его из Иерусалима после празднования Пасхи. И да, мне нравится, как он блестит, вот и таскаю с собой.

В коридоре раздался чудовищный треск, и страшилище вида ужасного вырвалось на свободу. Подпирая потолок бесформенной головой, отсвечивая алыми глазами, с ядовитой слюной, капающей с клыков, перед нами предстало нечто склизкое и омерзительно зелёное, к тому же в бородавках и с перепончатыми лапами. Волны ужаса распространялись по всему пространству. Меня защищали амулеты. Офицеры же были беззащитны перед энергетической атакой. Но, даже теряя сознание от страха, они продолжали поливать свинцом кошмарную жабу. Похоже на земноводное, что тут скажешь. И ни одного приличного мага в качестве кавалерии. Холера. Патроны у мужиков закончились, мой выход. Крепко держа в правой руке уже открытую бутылочку, я быстро подошла и обсыпала порошком всё, до чего сумела дотянуться. Коленки от страха подогнулись, я упала на пятую точку, и только поэтому лапа чудовища промахнулась. Раскрытая пасть наклонилась, я бросила туда остатки порошка вместе с бутылочкой и закрыла глаза рукой. Капля яда прожгла дорожку в моей чудесной жилетке, и наступила тишина.

Громкие аплодисменты раздались со стороны лестницы. Холодея от ужаса, я убрала от лица руку. Рядом со мной, скорчившись в позе младенца, лежал в луже вонючей зеленоватой слизи Карлуша. Возле него валялся пустой флакончик.

— Надо же, какие специалисты водятся в местном болоте! — бархатный голос высокого тощего типа в чёрном плаще привел в сознание представителей власти с оружием, в чем мы тут же убедились.

— Хто ты? — активизировался один из мужчин. Второй, пошире в плечах, встал за моей спиной и принялся разглядывать остатки катаклизма. Похмыкал и помог мне подняться. Потом кивнул и потряс мою дрожащую руку.

— Доминик, маг. Это я кстати зашел представиться местному начальству. Пустите поближе поинтересоваться, если дама не возражает? — Незваный гость вытащил из кармана какую-то рогатку и взялся водить ею над миазмами, проистекающими из экзоплазменной жидкости.

Участливые сотрудники отдела, проявившись в зоне доступа, стали настаивать на том, чтобы вытащить любимого начальника и посмотреть на предмет наличия жизни. Кажется, мне надо где-нибудь присесть и чего-нибудь выпить. Я прошла на своё рабочее место и достала из сейфа початую бутылку коньяка. Руки тряслись, сердце выпрыгивало из груди, тошнило от пережитого, и коньяк, холерный, никак не хотел литься в кружку. Кружка свалилась со стола и разбилась. Доминик отнял у меня пузырь и сам налил в мензурку.

— Пей уже, — скомандовал он.

— Карлуша жив? — спросила я, когда ледяной узел в желудке стал таять. Интересно же, вдруг нового начальника пришлют.

— У меня один, но исключительный вопрос к Вам, пани Агнешка. Чем Вы обсыпали проявление, что оно так некультурно вылилось в лужу?

— Пан из Польши? Ведьмак, наверное. — Сказать или не сказать. — Не знаю я, пан Доминик. Честное ведьмовское.

— Скрываете, не хотите секрет раскрыть. Понимаю. Завтра поговорим. — Повернулся к дверям. По коридору бегал Роман, заместитель Карла, и пытался руководить, в частности, срочно найти виноватого.

— Жив ваш начальник, даже не сильно пострадал. Его уже увезли, подержат пару дней в клинике и выпустят. Вовремя Вы вмешались.

Народ постепенно возвращался на свои рабочие места, когда ведьмак насторожился и как-то странно дернул правой рукой. Перед нами на столешнице возник Дэклан, судорожно сжав челюсти. Я прищурилась. Толстая оранжевая нить принуждения тянулась от указательного пальца Доминика и обвивала талию фейка. Напряженная спина и приподнятые плечи парня демонстрировали насколько ему неприятно такое обращение.

— Коллеги! В своей глуши вы даже не знаете о существовании Маленького Народца! Пользуйтесь случаем, смотрите. Это существо мне удалось пленить в Дублине, когда я там был на симпозиуме по обмену опытом. Хватило всего лишь кусочка пиццы. Их можно использовать для шпионажа. Иногда оно приносит небольшие вещи. Подходите ближе, не стесняйтесь, — колдун повел рукой, приглашая к просмотру. Все давно знали Рель и не только ее семью. Отношения были дружеские, а девчата часто приносили печенье для фей и просили передать. Я уже молчу, что они тут вытворяли вместе с мелкой шкодой. Поэтому народ молчал и отворачивался.

— Какие-то вы дикие здесь. — Обиделся Доминик, — пани Агнешка?

— Продолжайте, мы внимательно слушаем. Что интересного Вы узнали на симпозиуме? — Я потерла кончики пальцев. На них остались крупинки искристого порошка. Попробовать же можно.

В этот момент из шкафа с папками, (так вот где она пряталась всё это время!), вылетела феечка и, возмущенно потряхивая сжатым кулачком, стала подкрадываться сзади к нашему лектору. Он как раз увлеченно вещал о том, как следует укрощать крылатых уродцев. С воинственным кличем Рель высыпала фейский порошок за шиворот ведьмака, ещё и растерла ладошкой. Победно оглянулась на зрителей и поклонилась в ответ на аплодисменты. Доминик удивленно почесал шею. А я протянула руку и коснулась пальцами нити, связывающей Дэклана и его самозваного владельца. Цвет сменился с оранжевого на черный, пффф, и нить осыпалась невесомыми хлопьями, тут же превратившись в ничто. Фея слетела на стол и вцепилась в потрепанную курточку парнишки. Доминик застыл, потом снова почесался. Кожа на его лице и шее стала покрываться мелкими красными пузырьками, как при крапивнице.

— Пани, что происходит? Я вижу женскую особь или у меня галлюцинации? И почему я весь чешусь. — Господин задумчиво принялся расчесывать руку.

Кто-то ржал в голос, кто-то уже плакал от смеха, пришлось погрозить кулаком, чтобы не смущали приезжее начальство.

— Пан Доминик, Вам сейчас нужно быстро доехать до гостиницы и принять солёную ванну. Хорошо бы и вещи замочить в солёной воде на сутки, а потом выстирать хозяйственным мылом.

— Да? Ладно, уже бегу, а Вы мне завтра скажете, в чем дело?

Плащ мелькнул в дверном проеме, и топот каблуков нашего гостя сообщил, что мы остались без руководителя. И про Дэклана забыл, надо же. Расслабиться не удалось.

— Ага! Так и знал! Это ты во всем виновата! — Роман нашел козла отпущения, кто бы сомневался. — Завтра на работу не приходи, ты уволена без выходного пособия!

Ура! Выходной. Я встала, забрала бутылку у соседа, а то он уже примеривался вылить себе в кружку остатки, и медленно, как старуха, почапала на выход. С полдороги вернулась, подошла к луже и щепкой от шкафа поддела немного субстанции. Сейчас мы все проверим, сейчас мы все сравним. Замечательный мультик "Золотая антилопа". Солнышко еще не спустилось за горизонт. Его последние на сегодня лучи давали надежду на проведение опыта. Аккуратно, стараясь не измазаться, кладу щепку на капот. Ну вот. Что и требовалось доказать. Вещество плавно испаряется зелёной дымкой под воздействием солнечного света.

Вечер близился к концу, когда я добралась до своего дома. По дороге зашла в магазин и купила пару плиток шоколада. Феи давно гудели на вечеринке. Ворота приветствовали меня тихим скрипом. Что-то привлекло внимание. В конце улицы промелькнула тень. Я потрясла головой и присмотрелась. Нет, показалось. Шум и музыка доносились со стороны задней части дома. Праздник развернулся во всю мощь. Я потихоньку скользнула в дом, закрыла двери, устроилась на лавочке. Вот полежу немножко и пойду к феям.

Зарисовка 3. Обычный рабочий день.

Удобно устраиваясь на своей деревянной скамейке, я надеялась благополучно проспать до утра. Не тут-то было. Рядом раздался тихий вздох, и кто-то тёплый и пушистый настойчиво принялся бодать меня ушастой головой в живот.

— Мы тебя ждём. А ты здесь спишь? — возмущенный голос Алессы заставил мой несчастный организм проснуться. На руки тут же запрыгнула большая кошка, или пума, без разницы. Она удобно свернулась клубочком, замурлыкала и принялась играть с моей рукой. Пришлось чесать шейку, за ушками и животик. Приятное тепло на коленях располагало к размышлениям.

Многие люди сейчас живут, считая, что всё осталось по-прежнему. Только приходят раньше домой и крепче запирают двери. А, если им на глаза попадается кто-то или что-то непривычное, они отворачиваются и стараются выбросить из головы. Им так комфортно. С другой стороны, городок у нас маленький. Народу не так уж много. Порт есть. Шансов обычному человеку столкнуться с тем же вампиром, практически нет. Оборотни обитают в горах и стараются лишний раз на глаза не попадаться. Заметны только колдуны и ведьмы. Размещают объявления в газетах, оказывают услуги. Но представителей этих талантов не так уж и много. Исходя из этих умозаключений мне совершенно непонятно, что здесь делает посторонний некромант, чего ему надо и к чему эта выходка с превращением Карла в отвратительное существо.

— Солнышко, Алесса, свет очей моих, я так устала, можно никуда не пойду? — Нет, ну правда, и монстр до сих пор стоит перед глазами.

— Замечательное решение! — Бодро заявила подруга. — На улице темно, гости расходятся, останутся только свои! Сейчас всё принесем сюда и продолжим, ты не спи пока. Мы очень хотим услышать рассказ о победе над кошмарной жабой из Мира Духов. — И улетела организовывать семью.

Мир Духов. До сих пор я о нем только слышала. Фэйри, Темный двор, Благой двор, Дикая Охота. Страшные истории. Они же всегда предпочитали Европу, Англию, Ирландию. Местные жители и не слышали о таких созданиях. Брр. Кошечка спрыгнула с моих колен и убежала во двор. Как почувствовала мои невесёлые мысли.

Феи зажгли свечи. Кухня приобрела таинственный вид, а скатерть в красную и белую клеточку придала событию праздничное настроение. Букетик маргариток сообщал о чистоте намерений существ, собравшихся этим вечером за общим столом. Пока все феи занимали места, Лия, в облике человека, вернулась и достала пирог из духовки. Я рассказывала, как прошел день. Девочки-феи крутились вокруг моих волос, что-то там заплетали. Тихо и неспешно закончился вечер прощания с семьей Алессы. Конечно, мы еще встретимся, и я не останусь одна здесь, но жизнь меняется стремительно, поэтому мы и провели это время вместе, не задумываясь о будущем, и не вспоминая о прошлом…

— Лия, поговори со мной, пожалуйста, — новый день я решила начать с выяснения интересующих меня фактов. — Давай выйдем на улицу, посидим под виноградом. И ты мне ответишь на пару вопросов.

— Некогда, тебе же на работу надо. Может, вечером? — Озабоченно помешивая большой ложкой что-то в большом глиняном котелке, предложила девочка. Нахмурила брови, потом выбрала пакетик на полочке и добавила в варево щепотку сушеного тимьяна.

— А меня вчера Роман уволил. Безработная теперь, — радостно потерла я ладошки. — Возьмусь за твоё воспитание. Не хочешь на улицу, будем говорить здесь. Сколько тебе лет?

— Четырнадцать, просто расту медленно, не так, как другие. У меня мама — рысь, а отец — кугуар, или пума. Получается, я — полукровка, ни там, ни здесь. — Плечи моей подопечной обреченно опустились.

— И когда ты научилась менять ипостась?

— Сразу, как только родилась. Менялась часто, плохо фиксировалась в одном состоянии. А, когда мне исполнилось двенадцать лет, я подслушала разговор мамы с нашей колдуньей. Меня решили отдать в клан отца, которого я никогда не видела. Надоело им со мной возиться. Испугалась сильно, сбежала, долго была без еды. Ну, и вышла на огонь в лесу. Там как раз табор остановился на стоянку. Шувани, цыганская колдунья, приютила, учила меня правильно оборачиваться.

Я не стала дальше расспрашивать. Видно было, что малышке вспоминать не хочется. Поэтому мы с ней решительно взялись за домашние дела. Точнее, попытались, потому что зазвонил телефон, и мне пришлось взять трубку. Звонила давняя знакомая, просила срочно сделать ей зелье для омоложения. Пришлось всё бросать и срочно привинчивать мясорубку. На самом деле готовится оно быстро, при наличии ингредиентов. Нужно почистить три головки чеснока, размером с крупное яйцо, и взять четыре лимона.

— Лия, поищи там мёд в кладовке, литровую банку, коричневый такой, гречишный. — Я очистила два лимона от кожуры и прокрутила вместе с чесноком в большую миску, добавила туда же два лимона, пропущенные через мясорубку вместе со шкуркой. Лия налила четыре пятых стакана льняного масла. Хорошенько растерла все это месиво и вывалила в трехлитровую банку. Я добавила туда мед и еще раз все перемешала. Теперь немножко магии и можно закрывать крышечкой, обязательно пластиковой или просто тряпочкой чистой. Такую смесь нужно хранить в тёмном холодном месте. А кушать по одной столовой ложке три раза в день за полчаса до еды. Это я так, вдруг кому пригодится. Поручив Рель сообщить мне, когда приедет знакомая, я удалилась в кладовую, разбираться с припасами. Только достала коробку с травами с верхней полки, как раздался стук в ворота и феечкины восклицания. В ту же секунду зазвонил телефон. Он ближе, поэтому я сняла трубку, а не вышла из дома.

— Пани Агнешка, это Вы? — Какой приятный голос у этого ведьмака, и что ему понадобилось.

— Я.

— Никуда не выходите. Сегодня нашли еще одно тело. Вот Вам пан Роман расскажет, передаю ему трубочку.

— Значит так. Ты — подозреваемая номер один. Именно твои бусы были обнаружены на месте смерти Юлии. И ты была в кабинете начальника, когда он превратился в существо. Поэтому я накладываю на тебя домашний арест. Сиди дома и жди, за тобой приедут. — Длинные гудки. Может ему кнопку на стул подложить? Не знаю, вряд ли поумнеет. Телефон снова зазвонил.

— Пани Агнешка, это опять я, Доминик. Вы меня узнали? Я просто хочу сказать, что Ваш начальник пришел в себя, сейчас им занимается наш целитель. Думаю, с ним все будет в порядке.

— Спасибо за хорошие новости, а то я волновалась, — хоть кто-то адекватно мыслит.

— Отцепись от телефона, там Питер явился, — подружка возбужденно летала вокруг меня и потирала ладошки. — Представляешь, он уже рисует мамин портрет!

Наш художник обычно занят тем, что пишет море. Мы познакомились с ним года два назад, когда играли в догонялки с воришкой на нашей набережной. Случайно перевернули ему мольберт, и потоптались по картине. Ох, Петя и злился тогда, ужас. Хотя, стоило ему увидеть Аурелию во всей красе, и весь его гнев испарился в обмен на разрешение рисовать в анфас и профиль такое прелестное создание.

Я положила трубку и вышла на кухню. Там царило форменное безобразие. Вся семья Алессы, а это пятьдесят девять феечек, плюс один надоедливый Дэклан приставали к работнику кисти и полотна с просьбами нарисовать их портреты по одному и группами. Лия удивленно наблюдала со стороны, помешивая овсянку. Заметила меня и кивнула:

— Приезжала высокая дама, вся в золоте и бриллиантах, банку забрала и расплатилась, правильно?

— Да, спасибо тебе, я совсем забыла о заказе.

Стоя за спиной талантливого парня, я видела, как на тетрадном листке бумаги рождается портрет Алессы. Светлые локоны, убранные под белую косынку, пышная юбка в желто-зеленую клеточку, блузка, цвета только распустившихся листиков мяты, радужные крылья, улыбка и взгляд матери шумного семейства.

— Петь, что-то случилось? Обычно ты сюда не приходишь, — не хочу мешать процессу, но и время тянуть ни к чему. По темноте у нас лучше не шарахаться по улицам.

— Я пообещал ребятам сделать их семейный портрет, можно потом на ночь останусь?

— Оставайся, сейчас кресло раздвинем. Оно длинное, ты поместишься. И поужинаешь с нами за компанию.

Петр писал картину на листе ватмана, феи позировали, Лия давно ушла спать, а я потихоньку выспрашивала о причине появления гостя. Выяснилось, что на набережной происходят странные события. Среди бела дня с мольбертов пропадают незаконченные картины, потом, через промежуток времени, снова появляются. Пропадают краски, кисти, бесследно. Художники обычно на пленэр берут с собой еду и чай в термосе. Еда тоже исчезает. Все нервничают и подозревают друг друга в розыгрыше. Петр проговорился, что знаком с ведьмой. Вот его и послали договориться о расследовании. Я сказала, что подумаю.

Потопталась для порядка рядом с этой компанией, повозмущалась на тему устройства студии в моей кухне. Никто даже головы не повернул. Тогда я решительно ушла дышать свежим воздухом. А что? Пройду до конца улицы и обратно, прогулка перед сном получится. Уже на подходе к вокзальному спуску возникло ощущение холода в позвоночнике. Велели же сидеть дома, так не послушалась. Я резво пошла обратно, надышалась воздухом, хватит. На перекрестке, прямо у меня на пути, стояла Тень. Существо, похожее на плотное грозовое облако. Высотой почти в два моих роста. Никто не знал, кто или что это такое. Похоже, я сейчас получу сведения из первых рук. Главное в таких случаях, не показывать, что боишься. Поэтому я спокойно шла в обход Тени, стараясь не смотреть в ее сторону. Существо переместилось и снова встало передо мной. Я сложила руки на груди и уставилась себе под ноги. Стандартный защитный жест.

— Хозяин приказывает тебе не вмешиваться, — прошелестел призрачный голос.

— Кто твой хозяин? — Спрашиваю, а у самой мурашки по коже бегают. Существо молчит.

— Я хочу говорить с твоим хозяином, где мне его найти?

— Не вмешивайся. — Тень повторила приказ и, распавшись на клочки тумана, исчезла. Волна холода пронеслась мимо, вызвав дрожь в каждой клеточке моего тела. Я быстро добежала до ворот и закрыла их за собой на замок. Проверила заклинания и обошла по периметру весь участок. На всякий случай.

Утро началось с нудной перебранки под моим окном. Судя по накалу страстей, Алесса воспитывала Рель и учила её жизни. Точно! Сегодня же часть семьи перебирается на ферму. Сборы, разговоры, суета шли полным ходом. Похоже, моя помощь им не требуется, поэтому я с чистой совестью отправилась будить художника. Кресло было застелено, сверху лежала записка: "Несса, в субботу утром жду тебя в гости, Петр". Ещё бы Несси написал, ранний птиц. Телефон звякнул, помолчал и разразился мерзким трезвоном.

— Лицензия 49?

— Да, слушаю, — кажется, сейчас мне будут шить дело, или как правильно выразиться?

— Вам надлежит быть по месту работы через двадцать минут! — Положили трубку. Жаль, что моя метла не летает, как у Гарри Поттера. И пылесос не летает. Ступы нет. Кто у нас после этого ведьма? Надо им, значит, пусть ждут, твердо решила я и отправилась прощаться с Маленьким Народцем, заниматься утренними делами и воспитывать подопечную. Лия, в отличие от моей особы, уже давно встала, приготовила завтрак на всех, пустую тару для вывоза и ждала распоряжений от меня, сколько и чего брать из продуктов.

С тех пор, как знакомая мне семейная пара продала все, что у них было (две квартиры, гаражи, дачу) и купила участок хорошей земли поближе к горам, у меня появилась возможность покупать качественные натуральные продукты по сниженной цене. К тому же ребята и воду мне возили из источника, практически даром. Ставили грузовичок рядом с моим забором и, в течение часа, распродавали плоды фермерского труда. Именно к ним и собралась Алесса с семьей. Я показала девочке, где лежат деньги, еще раз попрощалась со всеми и спокойно отправилась на работу. Двадцать минут, ишь чего придумали. Как приду, так и нормально. Возле ворот уже выстроилась очередь, поэтому незаметно уйти не получилось. Я выслушивала жалобы на самочувствие и записывала посетителей на месяц вперед. Сбежать удалось, только когда из-за угла показался синий бампер автомобиля. Народ отвлёкся, а я быстренько понеслась бегом, чувствуя, что терпение у моих работодателей заканчивается.

И, только когда входила в здание отдела, до меня дошло. Рель осталась дома. Первый раз за прошедшие годы. Стало как-то не по себе. Я так задумалась, что не глянула на карман, пришитый на мой рюкзак. И зря. Оттуда выбирался Дэклан, при этом усиленно освобождая застрявшую ногу. Шаг, второй:

— Ты что здесь делаешь? — подозрительно прищурилась я и помогла ему выбраться на свободу.

— Дориан велел присмотреть за тобой. Они там все прощаются, а я получаюсь лишний. Вот и придумали мне задание. — Феёк независимо сунул руки в карманы.

— Ну, ладно, можешь идти со мной, только есть просьба.

— Какая?

— Если Доминик предложит тебе пиццу, два раза подумай, перед тем, как брать, — заранее предупредила, а то, мало ли, ведьмаки хитрые. — Да, и ещё, если я кивну в твою сторону, лети домой, не раздумывая, и уезжай вместе со всеми. Неизвестно, чем обернется это их собрание.

Роман ждал меня у входа в зал заседаний.

— Явилась. Два часа тебя ждут высокие гости, а ты не торопишься. Позоришь отдел перед всем миром!

— Да ладно. Ты ж меня уволил на днях. Или забыл? — Наш героический зам нахмурился и открыл двери, пропуская меня вперед. Я оглянулась:

— Ты идёшь?

— Нет, у меня дел по горло, — и мой персональный враг тихо прикрыл створки. Лжет, а не поймаешь.

— Мадам, перейдем к делу. Вы заставили нас ждать, это недопустимое проявление неуважения к Белому Совету. Чем же Вы были так заняты? Поделитесь с нами, — вкрадчивый мужской голос из-под капюшона, надетого до самого подбородка, вынудил меня повернуться к заседателям.

За длинным столом сидели три фигуры. И человеком был только один, Доминик. Высокий, худощавый, в кожаной куртке, мечи за спиной крест накрест, седые волосы, убранные в хвост. Внушительно смотрится. Уже боюсь. Возле окна стоит особа женского пола. Стройная, молодая, длинные волосы цвета полуночи убраны в тугую косу. Одежда обычная, сапоги, брюки, рубашка, жилет. Плащ висит на стуле. Маг или ведьма, не могу точнее определить. И фигура в плаще с капюшоном. Лица не видно. Только из рукава видно кончики когтей, постукивающих по столу.

— Чай пила, — здороваться не буду. Не нравятся они мне. Даже не представились.

— Лилиан, можешь приступать, — распорядился неизвестный. Дама подошла и уставилась мне в глаза. Скрывать мне почти нечего, посмотрим и мы. Обычные радужки темно зеленого цвета. Зрачки в порядке. Похоже, недавно была ранена, и рана на правом боку ещё болит. Трижды поврежден позвоночник, как она ходит-то, непонятно. Маг, теперь вижу. У них аура иначе светится, чем у обычных людей. Не, я так не могу, столько молчать:

— У меня дома есть мазь, настоянная на двенадцати травах, помогает хорошо при заживлении застарелых ран. Могу принести. Как бы воспаление не началось. Температура уже и так выше нормы, — говорю и наблюдаю, как вытягивается лицо магессы (или волшебницы, кому как больше нравится называть).

Она еще раз внимательно всмотрелась и удивленно заметила:

— Да, если можно, а то я аптечку в дороге потеряла.

— Так что с ней? Она — некромант? — Нетерпеливо ерзая на стуле, спросил когтистый. В моей сумке раздался сдержанный чих, потом шпион расчихался во всю мощь своих крошечных легких. Я открыла молнию, и феёк вылетел к нам, весь обсыпанный белым перцем. Вот холера, пакетик мне разорвал. Пришлось достать пластиковый мешочек и заняться спасением остатков порошка.

— Ах, апчхи, хихихи, некромант, апчхи, хихихи, придумали, да вы ненормальные, апчхи, — Дэклан чихал, смеялся, стряхивал перец с одежды и одновременно прицеливался к винограду. Господа перекусывали перед моим приходом, судя по тарелкам, кувшину и блюдам с фруктами и булочками. Теперь наступил черед Доминика удивляться. Он вытаращил глаза, икнул и произнес:

— Оно разговаривает!

— А еще чихает, ржет и ест мой виноград, — философски заметил тип, хоть бы представился уже. — Мадам, тогда почему от Вас веет чарами? — О чем это он, не поняла.

— Да потому, что она вчера с Тенью говорила, кретин, — вмешался новоявленный Павлик Морозов, заталкивая в рот три ягоды сразу. Скажу Рель, что нам не подходит такой жених. Пусть катится на фик. Ещё и подглядывает.

— Мадам, скажите уже что-нибудь, — с сожалением глядя на меня, проговорил безымянный товарищ. И скажу, мне не жалко:

— Ты кто? — Картина маслом. Все замерли. В смысле, кто это тут заговорил. Даже феёк застыл с торчащим изо рта хвостиком от ягодки. Надо им помочь:

— А кофе есть? — Нормальный вопрос, в гости звали? Пусть наливают, зря я, что ли, тащилась в такую даль. Подтащила стул и уселась рядышком с этим, который не знаю кто.

— Эм, — отмерла Лилиан, — пойду Роману скажу, он принесет. — И вышла. Я подёргала типа за рукав.

— Снимай уже тряпку с головы, а то умру от любопытства. — Нет, я понимаю. Пиетет, уважение к вышестоящим, всё такое. Но интересно же. Мужик снял капюшон и снисходительно воззрился на меня. Ага, зрачки узкие и вертикальные, почти как у моей кошки, радужка серая, кожа с чуть заметным радужным отливом, шея и кисти покрыты еле заметной чешуёй. Волосы бронзового оттенка, заплетены в кучу косичек, почти дреды. Я моргнула. Видение исчезло. Очень симпатичный мужчина с карими глазами, короткой стрижкой, небольшой бородой и усами. Кого же я увидела сначала?

— Дэклан, прожуй уже виноград и скажи мне, это тот, кто я думаю? — Подавился, что ж такое с ним сегодня? Наверное, переживает за подружку, как-то она там без него родителей провожает. Ведьмак в шоке до сих пор. Не верит, что особь с крылышками разговаривает. Странно. Не иначе, на симпозиуме над ним пошутили. Ирландцы, они такие, могли вполне.

— Да, оборотень. Вы это хотели узнать? — Язвительно поинтересовался ящер.

— Нет, я хочу знать, какой именно.

— Можно подумать в городе найдется хотя бы один меняющий облик. Ваши крошечные способности могут опознать меня, или нет? — Смотрите, какой загадочный. Я прищурилась, потом и вовсе закрыла глаза. Тест, значит. Ой, не может быть, дождалась.

— Мне мой вариант нравится, честное слово.

— Мадам, если Вы угадаете, скажу Вам своё имя, — и хитро так жмурится.

— Истинное? — все мы читали Урсулу Ле Гуин, в курсе.

— Нет. Пока нет. Можете называть меня Сайгаш, — ящер налил из кувшина воды и предложил мне. Хлопнула дверь. Это вернулась магесса и принесла поднос с кофейником и чашками. Другой разговор.

— Мадам Агнесса не имеет никаких склонностей к занятиям некромантией. К тому же, определенно можно утверждать, что вчера она никого не убивала, — Лилиан говорила и ставила чашки на стол.

— Несса, почисти мандаринку, ну, пожалуйста, — Дэклан подкатил оранжевый мячик к моей руке. Почищу, конечно, но дома ты у меня получишь, обжора, всё Рель расскажу.

Пока пили кофе с булочками, поведала о ритуале, бусинах, встрече с Тенью. На закуску развернула лист с символами. И, что я теряю, на страничке блокнота изобразила знак, испарившийся с Юлиной спины. Господа переглянулись и воззрились на меня. Ещё что-то? Ладно. Доложила результаты эксперимента со слизью и воздействием на неё солнечных лучей. Эксперты они или кто? Пусть думают.

Я встала и отошла к шкафу возле окна. Засланцы Белого Совета склонились друг к другу и о чем-то тихо совещались. Кстати, не забыть спросить, что такое, этот их Белый Совет?

— Мадам, скажите нам, чем таким Вы обсыпали порождение Мира Духов? Мы восхищаемся Вашей компетентностью. Ваш начальник жив, здоров и скоро примет участие в расследовании.

— Пыль со Стены Плача в Иерусалиме, собранная во время празднования Пасхи, — кажется, на бумажке так написано было. Я уже давно её посеяла, столько лет прошло.

— Из Иерусалима? — Лилиан в восхищении захлопала в ладоши.

— И Вы высыпали всё, да? — возмутился ведьмак, встал со стула и принялся бегать от избытка чувств по поводу моей расточительности.

— Понимаете, я же не знала, что это средство поможет, — зря сказала, теперь они хором вытаращились на меня и принялись вскрикивать по очереди. Первым замолчал Сайгаш. Он с уважением пожал мне руку:

— То есть ты понимаешь, что тебя бы съели? — О, мы уже на ты.

— Конечно, она понимает. Повезло, бывает, чего прицепились? — Это мой как бы напарник решил за меня вступиться. Дэклан сидел на краешке спинки стула и болтал ногами, пристально рассматривая ведьмака. Пакость замысливает, не иначе. А, уже осуществил, связал шнурки от ботинок в узел.

— Мадам, считайте, что у Вас отпуск. Неделя минимум. Мы настоятельно рекомендуем не выходить в темное время суток.

Непостоянный ящер, этот Сайгаш, теперь снова на Вы. Уже не увольнение. Семь суток, — большой срок, может, ещё чего придумают. Мне пока есть, чем заняться. Попрощалась и вышла вон, случайно хлопнув дверями. Створки тут же распахнулись, и Доминик вылетел, как черт из табакерки, впечатавшись в ближайшую стенку. Споткнулся об порог, ага. Присяду на подоконник, может, что важное услышу.

— Пани, хочу поблагодарить за подсказку о солёной воде. Я трижды принял ванну, переоделся в чистую одежду, потом долго стирал вещи. Уже не чешусь. Спасибо. Скажите, а что со мной было? Сглаз? — Торопливо проговорил, смиренно развязывая шнурки.

— Ха, тебе за шиворот попала пыльца фейская. Если бы не смыл, покрылся бы красными пузырями, расчесал до крови и умер. Так тебе и надо. — Грозный мститель взлетел до уровня носа мужчины и принялся усиленно махать крылышками, — хочешь, повторю?

— Не хочу, извини. Пани Агнешка, а второе существо действительно было? — Странные вопросы задает господин, вроде со зрением у него порядок.

— Доминик. Второе существо было. Моя подруга отомстила за Ваше обращение с Дэкланом. Маленький Народец, так называют фей в Ирландии, вполне умеет за себя постоять. Разумная раса. — Лицо у Доминика вытянулось и покрылось неравномерными красными пятнами. Стыдно, наверное. Он пару раз судорожно вздохнул, потом поклонился Дэклану и церемонно произнес:

— Прошу прощения, я действительно не знал, что ты — мыслящее существо. У тебя осталась семья в Дублине? Ой, а я даже не подумала спросить.

— Да, осталась, — феёк опустил голову и прикрыл глаза, грустит, в смысле. И при этом косится в сторону правого кармана на куртке Доминика. Надо заканчивать этот фарс и топать домой. Там свежий творожок, сметанка. Ребята молока привезли свежего.

— Дэклан! Уходим, — я вспомнила, что сегодня ещё не ела, и энергично потрусила в сторону выхода. Сзади хлопнула дверь. В ту же секунду я услышала голос Кармен:

— Несса, погоди, не беги, что ж ты мчишься, как на пожар.

Кармен, наш эксперт по криминалистике, приехала на стажировку из Одессы год назад. Сейчас она догоняла меня, стаскивая перчатки и сердито нахмурив брови.

— Слушай, я же видела, как рассыпался твой оберег. Сама бусинки собирала. Никак не могу понять, почему тебя подозревают. И где Рель?

— Напарница дома. А подозрения, надо же найти крайнего, вот наш зам и нашел. Карл появится, разберётся. Что там с пробами?

— Могу только сказать, что причина смерти во всех случаях одна и та же. Вот, держи, — она сунула мне в руки лист бумаги, — я отметила на карте города места, где погибли ведьмы. Любопытная картина получается. Здесь не разворачивай, дома посмотришь. Что будем делать?

— А меня вообще выгнали, велели дома сидеть.

— Ой, не смеши мои тапочки. Нашли послушную дамочку. Короче, если что — звони или посыльного присылай. Чиао. — Кармен для общего развития учит итальянский язык и на нас испытывает произношение. Артистка, одно слово.

Зарисовка 4. Ситуация меняется, только неясно в какую сторону.

Я шла и размышляла. Пять погибших женщин. Умертвие в парке. Покушение на начальника отдела. Представители эти очень кстати объявились. Белый Совет. Видимо, со стороны Сил Света. А кто сказал, что эти трое именно оттуда? Как я, обычный человек, могу проверить. Одни вопросы, никакой ясности. Придумали ярлыки эти. Ведьмой называют. Разве я ведьма? Ну, могу кое-что. Всё. Злоумышленника вычислить не в состоянии. Дэклана потеряла. Точно. Где этот шпион самоучка? Я остановилась. Надо за ним вернуться. Сумка чихнула и зашевелилась. Ага, попался.

— Что тебе мешает путешествовать на свежем воздухе?

— Я прячусь, закрой сумку.

— Смысл? Ты ж всё равно чихаешь.

— Закрывай и пошли домой, только быстро, — я присмотрелась внимательнее. Этот жулик обнимал небольшую фигурку из светлого металла ростом чуть ниже его самого.

— Оставь в сумке железку, а сам вылезай. Перец тебе не на пользу. Ты её у Дома стащил? Признавайся, а то Рель нажалуюсь. Феёк вылез, отряхнулся и перелетел мне на плечо.

— У него там дух сидит, я сам видел. А ещё он меня шпионить учил, даже чары специальные наложил, чтобы никто меня не чувствовал. Вот сейчас. Ты же не знала, что я в сумке сижу, да? И когда первый раз к тебе в машину забрался, не сразу поняла, я прав?

— Прав. Интересные дела творятся в нашей округе. Дэклан, а как он духа вызывал? Ритуал какой-то, наверное, кровь невинных младенцев применял. Хи, шучу. Зачем ты вообще взял чужое?

— Шутки у тебя, напарница, — о, у меня новый друг образовался. — Просто тёр рукавом статуэтку, и дух появлялся. Ничего не чужое, мне компенсация положена. — Пообщался с Рель, новое слово выучил. А мне теперь расплачиваться. С другой стороны, справа сквер, безлюдный. Не проводить же такие эксперименты дома? Я свернула на протоптанную тропинку, купила два стаканчика шоколадного мороженого, и уселась на самую дальнюю скамейку. Постелила чистую салфетку на сумку.

— Дэклан, ты мороженое любишь? — Развернула пакетик и предложила лакомство, аккуратно установив на салфетке. Недоверчиво косясь в мою сторону, парнишка взял пластиковую ложечку для кофе. Забыла я выбросить, да. Ничего смешного, так и ношу, не помню сколько, в сумке, вот — пригодилась. Таак, товарищ занят, мешать не будет, с полным ртом вряд ли получится. Рукавом значит потереть. Пока не отняли, надо вызвать духа. Никогда этим не занималась. Любопытно, аж жуть. Взяла в руки серебряную статуэтку, согрела металл и легонько подышала на поверхность. Ничего. Протерла салфеткой. Ничего. Может, еще раз?

— Валяй, загадывай желание, — и кто это сказал? Никого нет. Я опять потерла фигурку. Прозвучало звонкое — бамс, и перед моими глазами явился, нет, явилась… Кто это?

Сиреневая дымчатая леди. Кринолин, зонтик, прическа, шляпка, даже лорнет присутствует. Никак не Хоттабыч.

— Или можешь спрашивать. А что такое ест этот пронырливый мальчишка? Неужели мороженое? Шоколадное. А я, бедный несчастный, всеми покинутый дух, истерзанный гадкими желаниями предыдущих хозяев, буду смотреть и страдать…

Не желая слышать продолжение, я сняла упаковку и предложила угощение леди. Через мгновение рядом со мной на скамейке сидела вполне себе живая девушка и, перекидываясь шпильками с Дэкланом, лакомилась мороженым.

— Я обещал, что украду, и украл! — Гордо вещал пятидюймовый рыцарь, поедая вафельный стаканчик.

— Помню, помню, а еще мороженое есть? — Два сиреневых глаза умильно таращились на мою сумку. Это что ж такое делается, все съели и добавки им надо?

— Напарник, а напарник, это — Джинн? — Что-то там такое было, в той сказке про Алладина, насчет прямых вопросов.

— Не, я — дух. Подлый старикан Мерлин заключил меня в металл. И теперь я вынуждена отвечать на вопросы и выполнять желания. Не все, конечно. Некоторые.

— Сейчас-то я могу тебя даже потрогать. — Прикоснувшись к руке девушки, я почувствовала живое тепло. — У меня пока только один вопрос. Дэклан, вы что, заранее договорились?

— Ну да, мы решили от него сбежать.

— Вы, два интригана, понимаете, что у меня не хватит сил, чтобы вас защитить? Ведьмак — он же ого-го. Мы тут сидим, а надо срочно бежать. Вдруг он уже заметил, чего не хватает в его кармане. — Я раскрыла сумку, сунула в нее статуэтку и бегом, ладно, трусцой, направилась в сторону дома. Возле палатки с мороженым остановилась, купила упаковку. Будут ныть, предложу взятку. Феёк занял стратегическое место в кармане, специально пришитом на рукаве для Рель. Сиреневое облачко планировало чуть в стороне, но тоже в пределах видимости. Наверное, полагается загонять дух обратно после вызова, потом спрошу.

Наш тройственный союз достиг вожделённых ворот, ведущих во двор, милый двор, минут через сорок. Или там про дом? Неважно. Проблема нарисовалась сразу же. Под воротами сидел на корточках Доминик. На коленях перед собой он держал меч. Длинная такая железяка, тяжелая, наверное. Облачко за моей спиной превратилось в еле заметную дымку и скрылось в веточках айвы. Вряд ли гость заметил этот маневр, потому что прямо перед ним, оскалившись в недоброй улыбке, готовилась к прыжку Лия. Уши прижаты, клыки выставлены напоказ, шипит. Не бросается, чувствует угрозу. Взъерошенные феечки носились вокруг и шумно общались. И, как апофеоз всего этого беспорядка, Гавриловна размахивала клюкой и пыталась прогнать Доминика. Он вяло от нее отпихивался. Картина маслом.

— Доминик, ты ко мне в гости? — подхожу к своей кошке, присаживаюсь и кладу руку ей на загривок. Малышка прижимается к моим ногам, успокаивается. Только сердце колотится, как заячий хвост.

— Пани, я только хочу поговорить с мелким крылатым вором. Он кое-что у меня взял.

— Что?

— Артефакт, семейное наследство. Я должен получить его немедленно. — Мужчина встал и убрал меч в ножны, пристально рассматривая кошку. — Пани, Вы знаете, что это пума? Иначе говоря, горный лев. Вам не страшно к ней прикасаться?

— Доминик, день заканчивается, я устала и хочу отдохнуть. Увижу мальчика, обязательно передам Вашу просьбу. К себе не приглашаю, мои феи против. Сами видите. Всего доброго. — Я открыла ворота и пропустила Лию вперед. Следом вошла бабуля Гавриловна. И, уже закрывая за собой замок, услышала:

— Доброй ночи, пани Агнешка, доброй ночи. Увидимся завтра.

Угрожает? Что-то не давало мне покоя, ускользало от внимания. Какая-то деталь вертелась на краю сознания. Вот-вот ухвачу, но — нет, никак не получается. Я задумалась и не слышала, о чем говорит моя соседка. В конце концов, она не выдержала и подёргала меня за руку.

— Да что с тобой. Ты как не в себе. Ушёл ирод. Крылатики проследили. — Она обняла меня и погладила по спине. — Не волнуйся так сильно-то, мы тебя в обиду не дадим. Ты, если что, сразу зови. Отстоим всем миром!

— Спасибо Вам, Лия одна не справилась бы. — Опомнилась я и отстранилась.

— А мазь мне твоя племяшка отдала. И как пользоваться рассказала. Умница и, к тому же, вежливая девочка. Подумай, я могу позаниматься ней. Литература, письмо. О цене договоримся. — Бабуля хитро прищурилась и заметила, — а то, что она в кошку превращается, не пугает. Люди иной раз намного страшнее.

Вот вам, господа, и тема для размышления. Оказывается, учитель русского языка способен принять существование оборотня. Однозначно, мир меняется. С другой стороны, она общается с феями у меня дома и записывает их рассказы и легенды. Абсурдная ситуация, нет?

— Племянница, чем это ты занималась за воротами, пока я собирала проблемы на свою голову? — Надо озадачить население, а то ко мне приставать начнут с вопросами. Отвечать как-то не хочется. Поэтому я грозно нахмурила брови и пристально уставилась в сторону нарушительницы режима.

— Ну да, ну да, — Лия завязала фартук и взялась за поварешку. — Целый день ты, тётенька, гуляешь, а потом начинаешь интересоваться, чем ребёнок занимался. Не выйдет! Вот поужинаешь, расскажу. И передо мной на стол приземлилась тарелка с томатным супом.

— Дорогая, угости даму вкусненьким, — прожорливый дух попался. Интересно, в какое место он ест? Рядом со мной устроилась леди почтенного возраста в очках, при классическом костюме и принялась активно двигать ложкой.

— Солнышко, жду ответа.

— Я относила бабушке мазь и задержалась. Она такая добрая, учила меня печь пирожки. Вот — пробуйте, пожалуйста. С капустой. Правда, вкусные? — Невинная мордочка Лии наводила на размышления. Ладно, позже разберусь. В данный момент есть более важные дела, например, статуэтка. Завтра придется вернуть собственность хозяину. И что из этого следует?

— Гм, дух. Хочу тебя спросить, но не знаю правил общения с сущностями, подобными тебе. Не в службу, а в дружбу, расскажи, в чем подвох. И как тебя зовут?

— Таких, как я, нет. Шайла, можешь называть меня этим именем. Чувствую, ты хочешь меня попросить об услуге. Проси. — Рядом со мной вполоборота расположился старец, с длинной белой бородой в серой мантии. Похоже, образ дамы не соответствует мудрости.

— Что будет, если ты обретёшь свободу?

— Невозможно, Мерлин создал меня для себя, как хранилище знаний и, одновременно, помощника. Мне нужен маг, только тогда я буду в равновесии со Вселенной. Ты подходишь. — Старик поднял брови и улыбнулся одними глазами. — Если, конечно, не жаль мороженого. Особенно, шоколадного.

— Хорошо. А тебе обязательно жить именно в этой статуэтке? — Я держала в руках фигурку танцующей девушки. Настоящий Мастер сотворил это чудо. Ни одного изъяна. Как будто одна из фей замерла в серебре во время движения, приподнявшись на носочках и протянув ладони к солнцу.

— Соображаешь, подруга, — старик подмигнул и превратился в девочку подростка. — Еще никто из моих владельцев ни разу об этом не спрашивал. Конечно, нет. Обязательное условие — материал. Что ты хочешь мне предложить? И, если можно, Лия, положи мороженого.

Я оставила своих домашних наслаждаться десертом. Прошла к себе в комнату и осмотрелась. Вряд ли Мерлин одобрил бы такое вместилище для своего помощника. На комоде стоял серебряный Ганеша, высотой одиннадцать сантиметров или почти 4,5 дюйма.

Ритуал замены потребовал три часа времени и несколько капель моей крови. Правда, в начале дух слегка возмущался, потом успокоился и даже развеселился, представив, как будет в каждой руке держать что-нибудь вкусное и откусывать по очереди.

Уже поздно вечером, засыпая, услышала:

— Несса, не сердишься, что я самовольно назвалась твоей племянницей? Скажи, не молчи. — Определённо, ребёнку нужна собственная кровать в отдельной комнате. Завтра займусь, а то всё некогда.

— Нормально, спи, завтра обо всем подумаем.

Звонок телефона разбудил меня ещё до рассвета. Еле нащупала трубку, глаза не хотят открываться и всё тут.

— Пани Агнешка? — Вот холера долговязая, не спится ему.

— Доминик, чего тебе надо, быстро говори, а то разозлюсь.

— Он отдаст то, что взял?

— Ты очумел совсем, в такую рань звонить. Занесу в отдел на днях, не страдай так, подумаешь статуэтка. Красивая, конечно. Ценная, да?

— Семейная реликвия. Я через час подойду? — Какой настырный ведьмак, где их таких делают только.

— Приходи уже. — Всё, положила трубку, можно спать дальше. Хотя, утро уже наступило, пора заняться делами. Оделась и ушла в свой садик. Обливаться нечем, воды вчера не набрала. Феи уже устроились на ветках яблони в ожидании рассвета. А я просто постою. Мантру почитаю. Есть такая для солнышка. Гайятри-мантра. Нравится мне, как звучит. И сердце радуется. Что может быть лучше для начала дня?

Рель сидела на краешке горшка с розмарином и о чем-то усиленно размышляла. Я заняла стратегическую позицию возле большого ведра, в котором рос куст настурции, и принялась обрывать семена. Коробочки можно будет высушить и приготовить средство от депрессии. Пластиковый стакан почти наполнился сырьем, когда подруга подняла голову и спросила:

— Как они могли вот так просто уехать. Не понимаю. Им грустно без меня, без всех нас?

— Миленькая моя, конечно. Родители всегда скучают и переживают. Но вы-то уже выросли. Пора самим строить свою жизнь. Давай чаю попьем или кофе. К тому же, скоро придет гость. И у меня будет к тебе просьба в связи с этим.

— Серьезно? Так мы всё еще напарники?

— Конечно. Идём. Помнишь основное правило фокусника?

Ровно через час после раннего звонка в ворота постучали. Доминик, во всей красе предстал перед обитателями моей фазенды. Пришлось пригласить его в дом к завтраку. Феи, по моей просьбе выполняющие маневры по отвлечению внимания, принялись кружиться вокруг его головы и обсуждать наступающий день. Они так шумели и так часто менялись местами, что пораженный ведьмак беспрекословно согласился выпить чаю и съесть пару пирожков с капустой. Судя по всему, он безуспешно пытался сосчитать крылатых человечков. Деморализация противника прошла успешно. А когда Лия, помахивая хвостом и мурлыкая, устроилась на моих коленях, приезжий господин пришел в состояние ступора.

— Вот Ваша фигурка. Целая и невредимая. Кстати, мне она очень нравится. Не могли бы Вы подарить её? На память, к примеру. — Не проверяет, сразу прячет во внутренний карман. Хорошо!

— Да, да, то есть, нет. Прошу прощения, никак не можно. Сколько же их у вас здесь вьётся? Не могу понять, для чего пани понадобился мой экземпляр? — Ой, что сейчас будет! И кто только его за язык тянул. На стол приземлилась Аурелия и уперла руки в бока. Остальные феечки принялись сосредоточенно изучать затылок и воротник гостя.

— Ты кого назвал экземпляром? — Дэклан вынырнул из-под стола и сердито завис в воздухе перед лицом обидчика. Лия приподнялась, вывернулась из моих рук и зашипела.

— Пан Доминик, а какие новости в отделе? — надо же разрядить обстановку.

— Нету пока известий. Так, мелочи, ничего важного. Я пойду? А то, знаете, ночь не спал, переживал. Пирожки вкусные, есть можно. Только вчерашние, похоже. Агнешка, Дэклан, увидимся. — Хлопнули ворота, и только мы его и видели.

— Больше не дам ему пирожков. Подумаешь, вчерашние. Не ел бы. Раз такой привередливый. — Это уже девочка моя ворчала себе под нос, пока убирала со стола.

— Слушай, он же тебя видел только кошкой?

— Да. Это плохой человек, злой.

— Вот. Смотри, не показывайся ему девочкой. На всякий случай. Договорились? — Ведьмак всё-таки, а их готовят сражаться и с оборотнями тоже. Надо бы заклинания обновить по периметру. На всякий пожарный случай.

Как хорошо, что сентябрь в этом году выдался сухой и тёплый! Можно заниматься делами на улице. Я разложила на столе кучки трав и корешков, сортируя по степени свежести и пригодности для отваров и заклинаний. Рель сидела рядом и настойчиво уговаривала сходить в лес. На моё резонное замечание по поводу того, что нам велели не гулять по городу в ближайшее время, мне тут же сообщили, что это же не улицы, а лес. Можно взять с собой девочку, пусть побегает на природе. И кто-то из волков составит компанию. Донован вполне может, если не занят. К тому же, за городом сейчас чего-то такое цветет, которое очень необходимо феечкам. Прямо сегодня. А завтра? И завтра можно, но послезавтра будет поздно. С Алессой легче было договориться, чем с её потомством. Что же мне покоя не дает, цепляет. Убрала на столе, а успокоиться — ну нет никакой возможности. Закрыла глаза и попыталась очистить сознание от посторонних мыслей. Правильно. Сняла с гвоздика ключ и ушла в свой сарайчик. Там я варила зелья, мази, экспериментировала, занималась другими важными делами. Отодвинула шкаф, сняла три половицы и достала свой давно забытый эксперимент по тауматургии. Макет города. Большой лист фанеры, а на нем дома, набережная, пристань. Здания бывших заводов. Площади. Я сдула пыль и прикрепила лист фанеры на столе. Идея не моя. Принадлежит любимому литературному герою, чародею Гарри Дрездену. Или многочисленным поклонникам Вуду. В принципе не имеет значения. Так. Что изменилось за последние годы. Я спокойно, не отвлекаясь, принялась за работу. Вот здесь снесли три дома, вырыли котлован, и так все и бросили. А в этом районе построили четыре многоэтажных дома, хотели продавать квартиры. Потом случился Переход. Теперь дома так и стоят, свободные от жителей. Говорят, там живут бездомные, не проверяла. Приклеила четыре прямоугольных кусочка пенопласта. Время шло, я увлеклась. И не заметила, как рядом со мной возникла сиреневая дымка.

— Хммм, кхе-кхе, и что это у нас будет? — Над макетом парил сиреневый старик и пристально его разглядывал.

— Понимаешь, хочу проверить одну мысль. Вряд ли сработает, но попробовать нужно. — Я с надеждой посмотрела на Шайлу.

— А обычная карта не годится? Не шипи, я просто спрашиваю. Где ты вообще этому училась, подруга? — ехидно поинтересовалось привидение. Нет, ну а кто еще? Привидение и есть. Самое настоящее. Я сняла с полки книгу и открыла на страничке, отмеченной ленточкой. Положила на свободную полку и пригласила Духа к прочтению. А сама вернулась к своей работе. Да, я упрямая. И карта там есть. Она приклеена. А все крошечные домики, деревья, кустики и прочее уже сверху крепились. Важно, чтобы для соответствия, на макете присутствовали частицы от конкретного объекта. Например, игрушечная часть берега в центре посыпана пылью, честно отшкрябанной с плиток настоящей набережной. Конечно, пока эксперимент не будет настолько чистым, как мне бы хотелось. Но нужный район практически не изменился, следовательно, есть шанс, что всё получится. Закончив трудиться над изменениями, зажгла свечу и поставила в центре макета, на площади Ушакова. Подвигала плечами, шеей, расслабилась и позволила себе смотреть Истинным Зрением. Все знают, что, воздействуя магически на модель здания или крошечную фигурку, изображающую объект, или фотографию человека мы получаем реакцию в реальности. Это очень красиво показано в фильме "Иствикские ведьмы", и это действительно так. Но связь действует и в обратную сторону. Сейчас я смотрела на свой любимый город и видела лей-линии разной толщины, пронизывающие поверхность земли в разных направлениях, сходящиеся в узлах, и выходящие из них. Видела багровые больные пятна на месте игорных кварталов и питейных заведений. Темнозеленые, истекающие миазмами ядовитой дымки, образования на месте городских больниц. Светились сияющие области в районе монастыря, небольшой церкви через горку от моего дома, Владимирского собора. Я аккуратно, почти не дыша, взяла агатовую бусинку, поднятую на месте гибели Юлии, и опустила возле колеса обозрения. В том месте, где первый раз столкнулась с умертвием. Взяла иголку, уколола палец и уронила каплю крови на агат. Пару секунд ничего не происходило, потом бусинка стала раскачиваться. Кажется, Рель заработала шоколадку, в благодарность за припрятанную и сохраненную улику. Агатик приобрел тёмный оттенок, покатался по парку и замер возле административного здания. Тонкая, еле заметная ниточка яркого алого цвета возникла около бусинки, обвилась вокруг двухэтажного дома, исчезла.

— Допрыгалась? — громкий шепот раздался возле самого уха.

— А что такое-то? — Да, я испугалась. Забыла совсем, что здесь комментатор сидит.

— У тебя есть инструкция в этой книжке, но она неполная. Тот, кто её писал, разбирается в магии. Самое главное он сохранил в тайне. Теперь тебе по идее положено прыгнуть в автомобиль и размахивая посохом арестовать негодяя, так?

— Приблизительно.

— Автомобиля нет, посоха нет, знаний и умений нет, мозгов тоже нет. Зато теперь имеется личный враг, который с этого момента в курсе, что ты им интересуешься. Что будешь делать?

— Так начальству сообщу. Пусть занимаются. У них всё есть, в том числе и представители эти. Профессионалы.

— Иди, звони в свой телефон. А я пока уберу здесь. Эх, молодежь, молодежь. — На макете бусинка вспыхнула голубым огоньком и рассыпалась тонким слоем пепла.

Я подняла трубку и позвонила в отдел. Надеюсь, там хоть кто-нибудь дежурит. Гудок, второй, о! Кто-то есть.

— Вы дозвонились в отдел БИР, можете оставить сообщение после звукового сигнала.

— Я вот сейчас оставлю по шее кому-нибудь. Кармен, ты трезвая? Что там происходит?

— А, Нессочкааа, привет. Мы тут немножко выпили. Хочешь — приходи. Будем рады.

— Трезвый есть хоть кто-то? Позови сюда.

— Щас все будет, не бросай трубку. — На моей памяти ни разу такого не было.

— Мадам, ваши коллеги такие смешные. Напились и веселятся. Не желаете присоединиться? — Вот же змей подколодный.

— Я хочу поговорить со своим начальством, — твердо и без паники. Только так с ними надо разговаривать.

— А нету. Не повезло. Хочешь, я прямо сейчас прилечу, пообщаемся.

— Ладно, тогда завтра с утра вам принесут мой доклад. Я тут эксперимент провела. Похоже, есть куда заглянуть в поисках нашего вредителя. Разберётесь сами. — И положила трубку. Надо бы уточнить один момент, где этот сиреневый провокатор?

— Шайла, ты как оказалась или оказался, в сарайчике?

— Оказалась. Буду пока девочкой.

— Я статуэтку не терла, не дышала на нее и не звала тебя.

— Эммм, так это всё и не нужно, — дух принялся активно летать по кухне туда сюда. — Ты теперь моя хозяйка. В радиусе десяти метров, или чуть больше, от фигурки я могу находиться где угодно. Да, кстати, напоминаю, воды в ведро налей, а то завтра опять нечем обливаться будет. — И, ехидно усмехаясь, отчалил во двор. Звезды наблюдать, наверное.

В ворота постучали. Мы с Лией переглянулись и подошли поближе.

— Девочки, это я, Гавриловна, открывайте. Дело есть.

— А завтра никак? — обреченно вздохнула Лия.

— Нет, решение надо принимать срочно.

Зарисовка 5. Вампир.

Я открыла ворота и только хотела позвать бабульку войти, как Гавриловна вытащила меня за рукав на улицу. Лия выскочила следом.

— Идём, скорее, там такое! — Она тащила меня изо всех сил.

— Какое? Мы уже бежим, скажи, что там.

— Марина Сергеевна вышла дочку с работы встретить. Ты ж знаешь, она в маркете кассиром допоздна трудится. А тут я иду из магазина с хлебом. Поговорили и разошлись. Я ещё на свою улицу не свернула, как слышу, кричит Сергеевна. Сразу к тебе.

Возле пустого дома в конце улицы стояла соседка и вся тряслась, зажав рот рукой. Слёзы лились из её глаз ручьем. Я перевела взгляд в ту сторону, куда она смотрела. Над лежащей девушкой склонился какой-то мужик и чем-то хлюпал, придерживая тело под спину. Ах ты, гад такой! Ярость взорвала меня изнутри. Я вцепилась в куртку негодяя и рванула на себя. При этом поскользнулась, и мужик по инерции впечатался в ближайшую стенку. Именно в этот момент зажглись уличные фонари. Я бросилась к Светлане и увидела, как из её шеи толчками выливается кровь. Стащила с себя рубашку, смяла и комком приложила к ране, надавливая изо всех сил. Потом услышала ехидный смешок и подняла голову. Чудовище склонилось передо мной в поклоне:

— Сколько здесь еды, я в полном восторге! И даже сама приходит, звать не нужно. — Красивый белокурый парень в джинсах и светлой рубашке обаятельно улыбнулся, и клыки спрятались. — Да брось ты её, все равно мертвая, — повернулся он ко мне. Сзади зарычала Лия. — О! И оборотень здесь. Прелестная кошечка! Люблю девчачью кровь!

Вампир. Настоящий. А я ничего не могу сделать.

— Гавриловна, отомри. У тебя клюка есть?

— Есть.

— Так действуй. — Бабуля замахнулась деревяшкой, но вампир мгновенно переместился и хихикнул.

— Ну что, побегаем? — Он даже подпрыгивать начал от возбуждения. Мячик, холера его забери. Вампир метнулся ко мне и раскрыл свою пасть с выдвигающимися клыками. Я подняла левую руку и выставила перед ним открытой ладонью вперед. Рука была полностью в крови девушки. И в эту секунду страх во мне сменился чистым искристым гневом:

— Да чтоб ты сдох, нечисть поганая! — У меня в груди что-то лопнуло, дышать стало легче. Из ладони вырвался кровавый сияющий луч, сразу же впитавшийся в голову твари. Вампир издал дикий пронзительный визг и отшатнулся в сторону. Он вцепился когтями себе в лицо и начал срывать с него кожу.

Сзади мимо меня пролетел сгусток огня и поджег вопящую гадину. Пламя охватило кошмарное существо, вспыхнуло белым светом, и через пару секунд перед нами лежала лишь кучка пепла.

— Грязно работаете, мадам, — высокомерный голос ящера ослабил напряжение. Обещал прилететь, и вот он здесь, удачно. Сайгош подошел ко мне и пощупал пульс на руке девушки.

— Она жива, и, если мы поторопимся, надеюсь, будет жить. — Наш спаситель поднял с земли Светлану и понёс ко мне. Я шла рядом и прижимала тряпку к шее. Мама Светланы шла сзади, еле переставляя ноги.

Гавриловна уже ждала нас возле ворот, раскрыв их настежь. Сайгош аккуратно уложил девушку и снова взялся считать пульс. Я поручила Лие зажимать укус, а сама ринулась за бинтами и лекарствами. Что же поможет остановить кровь? И перекись водорода надо взять.

— Настойку девясила возьми и прижги. Я невидим, пока этот змей здесь. Да, она верующая?

— Понятия не имею, — я схватила бутылочки, бинты и вернулась во двор. Приготовила тампон, намочила настойкой и приложила к ране. Руки дрожали, кровь продолжала течь слабее, но не останавливалась. Сайгош отодвинул меня в сторону, проколол когтем кожу на своем указательном пальце и капнул две капли золотистой крови прямо в рваную рану. Потом лизнул раздвоенным языком ранку, и она сразу же закрылась. Я посмотрела на рану Светланы. Кровь уже не текла. Но рваную кожу придется зашивать. Пока она без сознания, надо торопиться. Только успела вдеть нитку в специальную иглу, как девушка выгнулась дугой и пронзительно вскрикнула. Сайгош крепко держал её за плечи, что позволило быстро и аккуратно зашить повреждения. Ещё раз обработала рану настойкой и привязала мазь для заживления. Бинты выделялись белой полосой на шее Светланы, безжизненно лежавшей на моем столе. Марина Сергеевна спала на лавке в кухне.

— Я усыпил её и стер это воспоминание, — прошелестел рядом змей. — Есть одеяло? Девушку нужно укрыть, а завтра неплохо было бы сделать переливание крови. Да, кстати, благодарностей не нужно.

— Может, перенесем её на кресло? Раскладное, в комнате.

— Нет. Необходимо, чтобы девушку коснулись первые лучи солнца. Рассвет — волшебное время. Только тогда мы будем уверены, что зараза не прижилась в её крови. — Сайгош помог Лие укутать больную. Потом строго глянул на девочку.

— А ты иди вымойся, дорогая. Ты вся дрожишь. Быстро! — Лия подскочила от окрика и убежала в ванную комнату. Я принесла чистую одежду и переоделась, в качестве душа, удовольствовавшись водой из ведра. Странно, Гавриловна ушла, молча. Ничего не спросила. Может, ей плохо станет. Такой шок. Я оттирала стол и бросала окровавленные тряпки в таз. Туда же определила свою блузку, и вещи Светы. Лия подошла минут через двадцать и тоже бросила кучку вещей на сжигание.

— Несса…

— Что, моя хорошая?

— Бабушку я положила отдыхать у нас. И накапала ей валерьянки. В коньяк.

— Нормально. Спасибо тебе большое. Помогло?

— Да, она спит. Пульс посчитала — в пределах нормы. Очень кушать хочется. Я согрею кашу и гуляш? И печку растоплю. Морозит. — Малышка устало прошла на кухню.

Сайгош поднялся, подошел к вороху ветоши и стряхнул с ладони небольшой огненный шар. Содержимое тазика вспыхнуло и загорелось. Мы стояли рядом и смотрели на огонь, пожирающий улики. Что говорить в отделе, не знаю.

— Есть хочешь? — Думаю, обращение на Вы можно отложить.

— Да, не откажусь. А что дают? — Заинтересованно посмотрел на меня спаситель. Если бы не его кровь, Светлана была бы в лучшем случае мертва. Про худший исход даже думать не хочу.

Часом позже мы сидели на улице рядом со столом и ждали рассвета, согревая в ладонях стаканчики с остатками коньяка. Бутылка к этому времени уже опустела.

— Гляди, не забывай. У девочки первая ипостась — человек. Но ей нельзя оборачиваться спонтанно. А запах крови способствует, — сто пятнадцатый раз воспитывал меня новоявленный учитель. — Когда работаешь с такими ранами, не привлекай её. Маленькая ещё.

— Хорошо, как скажешь, а у тебя тоже человек?

— Что?

— Первая ипостась, — еле выговорила, видно спиртное все-таки действует.

— Хитрющая ты ведьма. Всё знать надо. Неа, вторая. На самом деле я, чшшшшш, не скажу, кто.

— И не надо. Слушай, а как с ними вообще бороться? В книжках написано, что нужна святая вода, осиновые колья, мечи специальные.

— Угу, ты ещё скажи, что твари светятся, как бриллианты, на солнце. А мы с тобой теперь братья Винчестеры. Минуточку, не понял. Сколько ты вампиров вообще видела? — Ящер или жираф, вот в чём главный вопрос нашего ночного саммита.

— Одного, вот того, который теперь пепел. Если бы не ты, он бы нас съел.

— Неа, он был уже дохлый, когда я его поджёг. Твоя работа.

— Чего ж он тогда так сильно визжал?

— Как вы смотрите на кофе, господа алкоголики? — Из дверей вышла Гавриловна, неся на подносе две поллитровые кружки кофе. — Всю ночь сторожили, теперь пора взбодриться. Сахар и сливки сами себе добавите.

Пожилая учительница поставила поднос на подоконник, подошла к лежащей девушке и склонилась над ней. Сайгош еле успел отдернуть женщину, как Света села и клацнула челюстями. Все замерли.

— Солнышко встает. Смотрите! — радостный голос Аурелии пронесся по всему двору и привел нас в чувство. Из-за горизонта поднимался раскалённый, сияющий шар. Проснувшиеся феи хлопали в ладошки и смеялись от счастья, что долгая ночь, наконец-то, закончилась. Все отвлеклись и не заметили, как рассветные лучи озарили Светлану. Приглушенный вздох пожилой учительницы заставил нас повернуться. Ярким светящимся факелом на наших глазах горела девочка, которую я знала с самого рождения. Мы не сумели её спасти. Но и монстром она тоже не станет.

Подавленное состояние удалось немного развеять хлопотами. Откачали Гавриловну. Ссыпали пепел в красивую глиняную вазу. Крепко запечатали. Отвели домой маму девушки, вызвали к ней скорую помощь. Прибрались. Потом организовывали похороны. Сайгош куда-то пропал, к обеду снова появился. За всеми делами я не вспомнила о логове некроманта, пока дух не напомнил о себе.

— Приди в себя. Расскажи ящеру, нужно успеть, пока не стемнело, — резкий голос проскрипел в моей голове. — Потом будешь страдать, рыдать, или что ты собралась делать.

Я тут же отвела в сторонку Сайгоша и подробно ему всё рассказала. Затем вручила карту парка с крестиком в том месте, где закончилась ниточка остаточной энергии. Он кивнул и тут же ушёл. Народ плавно переместился в дом к матери, потерявшей своего ребёнка, и двор опустел. Я без сил опустилась на кровать, укрылась и провалилась в сон.

Спустя час меня подняли на ноги причитания Рель. Оказывается, я обещала сегодня сходить с ними в лес, чтобы они там чего-то насобирали. На часах час дня с четвертью. Лия, уже одетая, с большой полосатой сумкой в руках, сидела в боевой готовности возле дверей. Я вышла на улицу и подняла голову, пытаясь рассмотреть верхушку черешни.

— Вывесили мы флаг, причем с самого утра. Собирайся скорее. Мы все готовы, ждем только тебя. — Умылась ледяной водой из-под крана. Брр. Ладно. Маленький Народ иначе относится к смерти. Для них жизнь побеждает всё. Дела нельзя откладывать на завтра, потому что потом может и не быть.

Я покосилась на кучу золы, оставшейся в тазике, пообещала себе закопать её, как только вернусь, и ушла одеваться. Джинсы, рубашка, свитер, обереги, волшебная палочка. Да, у меня есть такой артефакт. Вырезанная из можжевельника давным давно, она лежала до сего момента на комоде. Пятнадцать дюймов длиной. Понятия не имею, как с ней работать, но все равно возьму с собой. "Висгардиум левиоса" сколько ни пробовала, ни разу не получилось. С другой стороны, она твёрдая и крепкая, можно использовать, как оружие, если вдруг что.

— Что ты там копаешься? Народ уже свалил на кладбище, можем спокойно убегать. — Рель трещала над ухом, беспокойно поглядывая на мою тоскливую физиономию. — Идем, развеешься заодно.

Конечно, и развеешься, и вляпаешься очередной раз во что-нибудь. У кого бы узнать, когда конкретно появились посторонние в городе. Спинным мозгом чувствую, не найдут они сегодня никого в парке.

За воротами стоял Карлушин автомобиль. С ключами. Надо же, сюрприз! Я подозрительно присмотрелась к Лие.

— И нечего так на меня смотреть. Это все Дэклан с Рель придумали. Они уговорили ящера попросить машинку на пару часиков. Вот Сайгош и приехал на ней.

— Интересно, как он сам назад добирался. — Я уселась за руль, завела мотор, проверила наличие топлива.

— Ребята в масках и шлемах на таком синем автобусе его забрали. Они вместе приехали. Машину оставили с ключами нам.

Ужас, сколько я всего интересного проспала. На условленном месте за городом нас ждал другой представитель стаи. Пожилой жилистый мужчина, в темных очках. Короткая стрижка и маскировочный военный костюм наводили на мысли о военном прошлом товарища. Увидев нас, он снял очки и оглядел личный состав. Потом пожал плечами, вздохнул и сел на переднее сиденье.

— Меня зовут Вольф, — хриплым голосом сообщил наш сопровождающий. — Едем в сторону Байдарской долины, там спокойно.

— Не поняла, что значит — спокойно, — я выруливала в обратную сторону и не видела, как он оскалился и прорычал:

— Полнолуние сегодня, ведьма. Забыла? Наши все уже на охоте. Один я, кретин, проиграл Доновану желание и должен теперь с вами нянчиться. — Суровый волк сложил руки на груди и отвернулся.

— Американка на кону что ли была? — Тут же влез Дэклан, до сих пор молча сидевший на передней панели. — А во что играли? Преферанс?

Оборотень клацнул зубами и тихо рыкнул:

— Если бы. В двадцать одно. Хитрый ирландец обвел меня, как мальчишку, вокруг пальца.

— Ты — немец? — Любопытно мне, кто здесь болтается по нашим горам.

— Да. И да, дивизия Вервольф, НСДАП, Калининград, там я тоже был, можешь не спрашивать. — Мужик нервно тер руки и не решался взглянуть в мою сторону.

— А что такое НСДАП? — спросила Лия, переглянувшись с феечками.

— Национал-социалистическая немецкая рабочая партия. Правящая партия в Германии с 1933 года и во время Второй Мировой войны. — Я сердилась и даже не думала скрывать своё состояние.

— Несса, пожалуйста, перестань. Ты уже, как раскаленная печка, пышешь яростью и бешенством. Успокойся, ради нас всех. — Рель сидела на моем плече и уверенным тоном пыталась меня угомонить. Я съехала на обочину, остановила двигатель и вышла из машины. Феечки тут же вылетели и принялись обследовать окрестности. Лия оставила свою сумку на сиденье, сбросила с себя тряпочки и кошкой унеслась в глубину посадки. Что-то происходит с моей энергетикой. Раньше я так легко не срывалась. Главное, дышать, вдох-выдох. Прошло несколько минут, пока дыхание вошло в норму, и красная пелена спала с моего зрения. Чего, спрашивается, завелась. Больше семидесяти лет минуло с тех пор, а память крови реагирует. Феномен, не иначе.

Место оказалось сказочным. Густая зеленая трава. Лесополоса, высаженная лет пятьдесят назад для защиты от ветра. Заброшенные виноградники вдали. Чистый воздух. Прозрачное безоблачное сентябрьское небо высоко над головой. Красота.

— Девочка сказала, что ты голодная. Я тут тормозок раскурочил. Поешь, а? — Вольф возился возле стола, накрытого синей скатертью. Раскладные стулья в количестве трех штук завершали картину пикника на обочине.

— Прости, пожалуйста, со мной что-то происходит, я не должна была так взрываться. — Извиняюсь, стыдно так себя вести. Взрослый же человек.

— Садись к столу, я тебе и узвару налил. Свеженький. Племяшка твоя просто прелесть. Хозяйка. Булочки вот горячие с вареньем.

— Разве что за компанию с тобой. Далеко народ улетел, не знаешь? — устраиваясь за столом, положила салфетку себе на колени.

— Ты просишь меня сесть с тобой за один стол? — Удивился вервольф. Не то, чтобы прошу, предлагаю, но неважно.

— Да, конечно, они не меньше часа будут носиться в кустах. Нам хватит времени перекусить.

На исходе второго часа стол был атакован голодающим воинством. Почему именно это слово? Потому что все крылатые особи мужского рода были одеты в килты, шерстяные носки, ботинки. А мордочки были раскрашены синим цветом. Следом за ними из ближайших кустов лавровишни, мягко ступая, вышла довольная кошка, что-то слизывая со своих усов. Даже не хочу знать, что именно. Внезапно рой крылатиков, значительно превышающий по количеству наших фей, воронкой закружился вокруг нас. Желто-оранжевый вихрь кружился, улюлюкал и верещал, размахивая крошечными луками и копьями. Наши феечки выстроились кругом на столе, ощетинившись зубочистками и зонтиками для коктейлей. Порылись в моем столе, поросята. Я им устрою шопинг, потом. Когда выберемся отсюда. Взяла чайную ложку и постучала по металлическому термосу. Ну, вот, все замолчали. Прогресс, однако.

— С кем имею честь разговаривать, господа? — Интересно, там осталось хоть что-нибудь. Я покосилась на Вольфа, он кивнул и раскрыл сумку. Потом поднял голову и сделал умильные глаза. Ага, не всё слопали, обжорки!

— Мы, свободный клан, это наши кусты и наш лес! — На стол опустилась шикарная феечка в оранжевой мини юбке и желтой маечке.

— Хорошо, мы собираем вещи и уезжаем.

— Они нам должны выкуп! Разбойники ободрали два наших куста боярышника и один шиповник! А еще эти собрали все орехи с лещины!

— Скажите, разве это единственное дерево с орехами здесь?

— Нет, ну и что, мы хотим выкуп! — И эта толпа в лучших традициях сомалийских пиратов стала скандировать: "Выкуп, выкуп, выкуп".

— Ладно, к делу. Что вам нужно?

— Мы возьмем вот этого. — И она показала на Дэклана. — Отличная сделка.

Рель возмущенно набрала воздуха, чтобы высказать всё, что она думает по этому поводу, но ей это не удалось. Вольф достал свёрток. Развернул пергамент, и одуряющий запах выпечки распространился по свежему воздуху. Феи дружно, как единый организм, повернулись и уставились на великолепный свежий, с румяной корочкой, изумительный яблочный пирог с корицей и взбитыми сливками. Единый вздох пронесся над столом. Лия, уже в фартуке и косынке на волосах, приподняла нож и стопку одноразовых бумажных тарелок.

— Драться будем или мириться? — Улыбнулся во весь рот оборотень. Зряшный вопрос, как оказалось. Потому что все скоренько побросали своё оружие, и выстроились в очередь. Леди в оранжевой юбке пыталась призвать к порядку своё войско, но это были пустые хлопоты. К тому же, хитрый и запасливый немец принес из багажника три пиццы, после чего наступило полное взаимопонимание и дружба народов. Минут через сорок, после бурного прощания, обнимашек и пожеланий скорейшей новой встречи мы ехали домой. Лия дремала на заднем сиденье, вся усыпанная полусонными феечками. Дома я, конечно, присмотрюсь получше, но уже сейчас должна заметить, что минимум три старших сына Алессы остались в лесном клане, а какое-то количество фей оттуда мы везём с собой. За рулем сидел Вольф, поэтому ехали мы быстро, не снижая скорость на поворотах и подъемах.

— Можно спросить, — я повернулась к мужчине.

— Валяй, — видно было, что он в мыслях уже бегает со своей стаей.

— Вы добровольно становились оборотнями? Тогда, во время войны.

— Какое это имеет значение сейчас? Вокзал. Спасибо за чудесный день и вкусную еду. Увидимся и да, привет Доновану я передам. — Вольф вышел из машины и через пару секунд исчез в наступающих сумерках.

Когда мы подъехали к дому, было уже темно. Пьяненькие соседи расходились с поминок и пели песни. Надеюсь, больше вампиров на нашей улице нет. По крайней мере, сегодня. Все хором перебазировались в дом. Я, как и каждый вечер, обошла вокруг свой крошечный кусочек земли, проверяя сигнальные и защитные плетения. Стащила с черешни флажок. Закопала золу из тазика. И только собралась идти спать, как почувствовала чей-то взгляд на своей спине. Повернулась. За воротами, в центре улицы левитировал в воздухе тип в черном плаще и шляпе, надвинутой на самые брови. Лицо было не разглядеть, фигуру тоже, только ощущение пронзительного холода волнами шло от этого призрачного существа. Завороженная и одурманенная, я шагнула к нему.

— Пошел вон, — властный голос раздался над моей головой. Мужик в шляпе кивнул и испарился.

— Вот пиявка. Выждал, пока ты расслабишься, и напал. Иди спать уже, завтра поговорим. — Высокий сиреневый старик с бородой бурчал до тех пор, пока я не уснула.

По традиции, утро началось с телефонного звонка. Глаза не открывались никак. Вылезать из кровати не хотелось категорически. Трубку снял какой-то мужик, чего-то там пробормотал. О, можно спать дальше. Какой упоительный запах. Вы замечали, как здорово пахнет кофе рано утром, особенно, если Вам принесут его в постель.

— Рыбка моя, хочешь кофе, — мужской приятный голос ласково проник в моё сонное сознание. Ну, не знаю, может и хочу. Ой. Я села и усилием воли раскрыла глаза. После наведения резкости выяснилось два факта. Первый — это действительно особь мужского пола, второй — кофе в большой кружке действительно горячий и сладкий. Бальзам на мой отключенный мозг повлиял не сразу, а секунд через десять.

— Ты хто такой? — Почти могу уже говорить. Скоро проснусь. Наверное. Есть такая вероятность.

— Ах, мадам, Вы так непостоянны. Мы простились только вчера, а Вы уже забыли обо мне. — Сокрушенно вздыхая, негодяй отнял у меня кружку и допил остатки сам.

— Сайгош, ты что здесь делаешь в такую рань? — Правильно, главное прицепиться и пусть оправдывается, а я пока соберу свою больную голову из кусочков. Ящер укоризненно покачал головой и закатил глаза:

— Уже полдень, дорогая. Ты проспала всё на свете. Кстати, звонил какой-то Пётр, и я ему сказал, что ты заболела. И встречу пока отложим. Он согласился. Беспокоился о твоем здоровье. Хочешь, я вызову его на дуэль?

— Вот как встану сейчас, будет тебе и дуэль, и полдень, и выйди вообще. Мне одеться нужно. — Злая, с чугунной головой, растрепанная, я точно являла собой образец бабы Яги. Умненькие феи не показывались на глаза. Лия гремела кастрюлями на кухне. Мерзкий чешуйчатый гад тоже куда-то спрятался. Я им устрою. Полежу только еще немножко, совсем чуточку. Капельку. Секундочку.

— Караул! — Что такое, что случилось. Бежим. Скорей. Спрыгнула с кровати, запуталась в одеяле и чуть не упала. Меня поймали. — Умница, встала, теперь иди, умойся и приведи себя в порядок. — Откуда взялся этот тип на мою голову. Я нацепила на себя халат и пошаркала тапочками в кухню:

— Лия, деточка, кто его пустил, а? — Бедная моя голова, так и раскалывается на части.

— Сам вошел. Я там воды налила утром в ведро. Можешь поплескаться.

— Мне с тобой ничем не рассчитаться за это счастье. Спасибо, ребёнок. — Прямо в ночной рубашке я встала под дерево и дернула за верёвку. Н-да. Вода тёплая. Солнышко встало раньше меня и нагрело. Что ж такое со мной сегодня.

— Что, что, про вампира забыла? Ведь он тебя выманивал вчера, к зову приучал, — ворчливый голос Шайлы привел меня в чувство и заставил взять себя в руки. Определённо, нужна информация. А где мне её взять? Правильно. В Интернете.

Вот холера, всемирная сеть не работает больше полугода.

Зарисовка 6. Всегда две стороны, с одной стороны всё выяснилось, с другой — запуталось окончательно.

Итак, где достать информацию? Минимум один кровососущий гад находится сейчас в городе, практически, рядом.

— Перестань так усиленно шевелить мозгами, хозяйка, — голова чуть не взорвалась от постороннего вмешательства, — а то будут торчать во все стороны. Ящер умрет от смеха. А что тогда делать нам? Лие, феечкам? Разберись с ним, потом расскажу, как убить вампира. Только, тссс, я не хочу, чтобы Он знал обо мне. — Дух замолчал и оставил мой мозг в покое.

— Мадам, позвольте пригласить Вас к столу. Ваша помощница уже приготовила кофе и выпечку, — вот и ещё один сундук со знаниями, как бы только до них добраться. Я кивнула ожидающему ответа кавалеру, улыбнулась и ушла переодеться. Ну, в самом деле, не буду же я в мокрой одежде сидеть со всеми за столом. Тонкие, цветастые шароварчики, желтый топик и вязаная крючком белая туника сверху. Волосы расчесала и оставила свободными. Все равно Рель с девочками наплетут косичек и уложат мою гриву по своему усмотрению.

На кухне царили мир, согласие и романтика. Лия, в новом передничке, аккуратно причесанная в стиле африканских мотивов (это когда наплетается много косичек, которые торчат во все стороны), чинно сидела за столом и вела неспешную беседу с гостем. Феи, как яркие разноцветные, нарядные бабочки, влетали через раскрытые окна и двери, носились везде и всюду, создавая атмосферу праздника и уюта. Одна, новенькая, стояла рядом с Рель на краю горшка с полудохлым фикусом и настойчиво просвещала мою подругу на тему того, как правильно нужно ухаживать за этим редким экзотическим растением. В соседнем горшочке с индийским луком усердно рыхлил землю симпатичный парнишка. Его длинные каштановые волосы были заплетены в причудливую косичку. Светлая рубашка, расстегнутая до середины груди, зеленые штанишки и задумчивое выражение лица довершали образ сердцееда. Он поглядывал на Аурелию и старался привлечь ее внимание. На столе, прислонившись спиной к банке с растворимым кофе, стоял Дэклан, хмуро разглядывая соперника. Я внимательно присмотрелась к килту, потом протянула руку и потрогала ткань.

— Дорогой, а где это ты взял эту тряпочку? — Дэклан, не глядя в мою сторону, буркнул, что это Алесса с девочками нашили перед отъездом и оставили для обитателей садика в подарок.

— Агнесса, присаживайтесь, мы уже заждались, — Сайгош потянул меня за рукав и таки усадил на скамейку рядом с собой. Налил из кофейника горячий напиток, подвинул булочку и вопрошающе приподнял левую бровь. Галантный мужчина, ах.

Кофе окончательно примирил меня с действительностью и вернул способность хоть как-то соображать.

— Мадам, Вы помните, что сегодня вечером приглашены на собрание?

— Что-то такое припоминаю. Вроде собирают всех, кто занимается сверхъестественными практиками. В котором часу говорите?

— Начало в 19.00. Планируется масштабное заседание, потом выборы в местный совет. Конечно, под нашим контролем.

— О, а может, я заболела? И такая вся лежу под одеялом с градусником в зубах, — не люблю сборищ, вот честное слово.

— Ах, мадам, но без Вас никак нельзя, — и этот хитрый кареглазый искуситель прищурился, отпивая горячий напиток из глиняной кружечки. — Видите ли, мы тут посоветовались, и я решил рекомендовать Вас на главу местного Совета.

Я тут же подавилась кусочком булочки и еле прокашлялась. Он решил! Цаца Великосветская.

— Понимаете, мы уже опросили многих, и только Вы одна уже встречались с потусторонними сущностями. А главный начальник будет отвечать за весь город и благополучие всех жителей. Ему нужно знать, с чем или кем придется сталкиваться. — Сайгош поставил кружечку на блюдце, сложил руки на груди и пристально уставился на меня в ожидании реакции. Белая рубашка, бабочка, костюм-тройка, потрясающие ботинки. Люблю хорошую обувь, а эта пара, похоже, если исходить из наличия золоченой пряжки и качества кожи, модель от Гуччи. Оу, красота. Честно? Интересный мужчина. Одна шкиперская бородка и аккуратные усы с проседью чего стоят. Морщинки возле глаз только добавляют шарма, обаяния и загадочности. Короткая стрижка. Высокий лоб и умные карие глаза никому не дадут усомниться в интеллекте их обладателя. Джентльмен. Только вот, тогда, в зале, я видела совсем другую личность. А сейчас он определённо играет Шона О'Коннери.

— Вы так пристально меня рассматриваете, мадам. Будто оцениваете. Могу я узнать Ваши выводы?

— В покер с Вами играть не стала бы, уж простите.

— Несса, Вы обязаны идти. Можете отказаться от должности, но присутствовать необходимо. Вы же не хотите остаться без работы.

— Осмелюсь напомнить, я уже уволена. Наш зам постарался. Так что делаю, что хочу.

— Мне надо позвонить, — Сайгош резко встал и прошёл к телефону. Лия прикрыла дверь в комнату и, глядя на меня с укоризной, выдала:

— Несса, разве ты не видишь, что он очень хитрый. А вдруг напакостит? Сходила бы уже, куда там ему надо. Он бы и отцепился.

— Если ты боишься, мы пойдём с тобой, — тут же с разных сторон подлетели Рель и две её симпатии. Вторая феечка, оставшись одна рядом с фикусом, грустно отвернулась к стволу и гладила ладошкой кору деревца. Печально опущенные плечи подействовали на мою совесть и воззвали к лучшим сторонам души.

— Рель, если ты познакомишь меня с девушкой, которая знает, как вылечить мой любимый фикус, не буду ругаться из-за испорченной шотландской шали. И даже ни разу не надела, всё берегла на парадный случай. — Я горестно всплеснула руками и попыталась выдавить слезинку.

— Как это берегла? Да ты её ни разу не одевала! Мы и решили, что это наш материал для пошива килтов. Мама сказала, что ты не заметишь. Зато у нашего клана теперь есть свои цвета и форменная одежда для выходов! И глины мы у тебя взяли совсем мало.

— Угу, порошок утащили, проверила уже. Нет, чтобы взять камушек, потолочь в ступке. Я бы и слова не сказала. А стянуть готовое лекарство — позор. Это же голубая глина! Ладно, отдам тебе тени, синие валяются где-то, то есть хранятся. Кстати, спасибо за предложение, но сборище поздно вечером. Возможно, мне придется ночевать у знакомых. Так что, ребята, оставайтесь дома и помогите Лие не скучать.

Йен расслабленно уселся на край горшочка и внимательно наблюдал. Пока что молча.

— Вот — Мэвис, а вон то — Йен. — Аурелия представила ребят и вылетела в окошко.

— Меня зовут Агнесса. Могу я для вас что-нибудь сделать? — Дэклан вообще отвернулся к стенке и пыхтел от злости. — Кстати, вы уже познакомились с моим напарником? Очень храбрый и находчивый молодой человек.

— Привет, Дэклан, откуда ты приехал? — Вежливо поинтересовалась Мэвис. Очень красивая феечка, с изящными чертами лица, тоненькая, белые волосы. Нереальная красота. — Contae Aontroma, Антрим. — отживел парниша, уже разговаривает. Можно и мне выпить ещё чашечку кофе.

— Ой, это же побережье, там у вас холодно, и ветер всегда, — округлила свои прозрачные серые глаза Мэвис. — Давай ты мне расскажешь, как вы там жили. — С этими словами парочка вылетела во двор и пропала из поля зрения.

Лия отпросилась на пару часиков позаниматься к Гавриловне с условием, что сразу пойдет домой после урока. Завернула в полотенце пирожки в подарок и ушла. Весь день сегодня перевёрнутый получается. И это ещё не вечер.

Скрипнула дверь, и хмурый Сайгош вернулся на скамейку. Взял булочку и принялся разламывать её на мелкие кусочки. Ну, держать паузу могу и я. Сидим, молчим, время идёт. Наконец, ящер поднял голову и соизволил объяснить:

— Я хотел договориться с Романом, чтобы Вас вернули на рабочее место. Абсолютный идиот. Как ему удалось устроиться в отдел, да еще на эту должность, не понимаю, — джентльмен пожал плечами и вернулся к своим крошкам. Теперь он принялся лепить из них фигурки.

— Просто мэр устроил своего племянника на рыбное место.

— Несса, пожалуйста, Вам обязательно надо быть во дворце культуры вечером.

— Где? — Я чуть не задохнулась от возмущения. — На другом конце города, так поздно. И как, по Вашему мнению, мне потом возвращаться? Телепортироваться, что ли?

— А Вы умеете? — Заинтересовался Сайгош.

— А Вы? — должен по идее уметь, вдруг расколется и расскажет, как это делается.

— Эмм, давайте решим вопрос с Вашим присутствием, — увильнул, холера такая. Ладно.

— Сайгош, у Вас есть ровно тридцать минут для того, чтобы объяснить, что происходит. Я не знаю, что такое Белый Совет. Не знаю, почему Вы и ваши спутники появились здесь почти одновременно с вампирами и этим неуловимым любителем черных ритуалов. Не знаю, зачем вам понадобилось собирать вместе тех, кто хоть как-то пытается удержаться на грани между иными и остальным населением города. Сложная задача, между прочим. Нас не миновало обострение паранойи и вопли "Ведьме — пламя". Пострадали три профессиональные ведуньи и два обычных человека. Они защищали женщин. Я уверена, что пять жертв некроманта, или кто он, погибли не ради эксперимента. Завтра в четвертом часу утра полное затмение Луны. Да, у нас есть связь с работниками обсерватории. Не удивляйтесь. Мне достаточно подать условный сигнал, и никто не придет на собрание. — Надеюсь, он не заметил флажки на черешне. Можно и просто позвонить, телефон работает.

— Мадам, приходите, и всё узнаете на месте, — Сайгош добавил обаяния своему облику и положил руку на спинку моего стула. Ха, нашел, кому глазки строить.

— Три минуты прошло, — я взяла его конечность и убрала от себя подальше.

— Ваши ладошки нежные и мягкие, — какой бархатный приятный голос, так бы слушала и слушала. Может, спеть попросить. Я поднесла руку к глазам и принялась изучать.

— Осталось двадцать пять минут, и не пытайтесь воздействовать на меня своим очарованием. Не выйдет.

— С другими дамами получается. — Огорчился Сайгош, хитро прищурившись и примериваясь цапнуть мою лапку.

— Слышь, ты мудрый, старый и хитрый, верю. Но время идет. Или говори, или выметайся вон. — Я встала и решительно взяла в руки метлу

— Но я же такой привлекательный мужчина, неужели не произвел впечатление? Мы могли бы вместе слетать попутешествовать. Например, в Таиланд. Здесь многие дамы хотят там провести пару недель. Я узнавал.

Что ж такое, угрозы не помогают. Не желает рассказывать, хоть ты тресни.

— Несса, там Донован, открывай скорее. Он какой-то растрёпанный весь и грязный. — Рель тормошила меня за воротник и пыталась тащить к воротам. Раздался жуткий грохот. Ворота железные, гремят, особенно, если в них ногами лупить изо всех сил. Я опомнилась, все-таки действует на меня магия драконов. Демонстративно поставила часы под нос ящеру и побежала открывать двери. Волк просочился во двор и тут же бросился к воде. Каждый день Лия набирала воду для полива, чтобы отстоялась от запаха хлорки и очистилась солнечными лучами. Донован оторвался от ведра, облизнулся и упал на землю. Он часто дышал и выглядел так, как будто его сначала вываляли в грязной луже, а потом заставили бежать марафонскую дистанцию. Чем-то он напоминает мартовского кота. Тощий, обглоданный и счастливый.

— Ты отдышись пока, а я закончу разговор с гостем.

Сайгош стоял на пороге, повесив на руку аккуратно сложенный пиджак.

— Дай мне ключи от машины, пожалуйста. Нужно срочно уехать. Не скучай, рыбка моя, я постараюсь вернуться, как можно скорее. — И ушел. Плохой из меня шпион, так и не удалось ничего узнать. Никакие фокусы с угрозами тоже не помогли. Я вздохнула. Зато есть над чем работать. Взяла насадку на шланг и пошла мыть грязнулю. Феечки уже весело толпились над головой волка, предвкушая развлечение. Потрогала шерсть, остыл уже. Отправила зрителей подальше, нет времени на веселье сегодня.

— Не возражаешь против душа? — Главное в этом процессе вовремя отскочить в сторону. А то, как начнет отряхиваться, так все вокруг будут мокрые. Шампунь смыла быстро, пациент не сопротивлялся, терпел и не пытался никого покусать. Только дрожал всем телом и вздрагивал.

— Ой, там такие дядьки здоровые! — Лия влетела, как метеор, и задвинула засов на воротах. Спрашивается, куда делись два часа? — Они по дворам ходят и спрашивают ведьму.

— Ну и что? — Я закрутила кран и стала сматывать шланг в кольцо, — Мало ли чего им надо.

— Да не чего, а кого! Вот его они ищут! — И девочка указала на Донована. Кто бы сомневался, что противная зверюшка, весом килограмм семьдесят, не меньше, выберет именно этот момент, чтобы стряхнуть воду с шерсти. Мы с Лией, мокрые с головы до ног, ринулись к оборотню, чтобы отомстить, но он успел скрыться в доме. Только хотели его поймать, как на улице раздались голоса, и кто-то очень сильный постучал так, что ворота еле удержались на своих петлях. Я взяла табуретку, подставила поближе к створке, залезла и высунулась над верхним краем. Прямо передо мной возвышался прекрасный экземпляр мужского рода с зелёными глазами. Нет, два громадных экземпляра ростом с меня вместе с подставкой. Викинги, определённо. Шлемов с рогами не хватает. И плащей из шкур.

— Чего колотим?

— Красавица, ведьму позови, а? Ищем мы типа одного, пусть скажет, куда спрятала, карга старая. — Светловолосый норг улыбнулся и подмигнул, — зови, детка, мы тут подождем.

Прибью серого, точно, сковородкой. Вышла на улицу.

— Мальчики, расскажите, что случилось, а я подумаю, где может быть тот тип, которого вы ищете. — Мужики переглянулись, оценили мою мокрую личность и зверское выражение лица, потоптались и пришли к общему знаменателю.

— Он, этот мерзкий оборотень, соблазнил и бросил нашу сестру. Вот. Мы его увидели, когда он выходил из её комнаты в гостинице. Она сейчас сидит в номере и горько плачет.

— Ага, а от него что требуется?

— Как что? Пусть женится, с нами поедет. Семья — это серьезно, а сестру мы с ним здесь не оставим. Нравы у здешней стаи распущенные. Да и назревает что-то нехорошее, шкурой чувствую, — ответил мне белокурый гигант и снова улыбнулся.

— Ну что ж. Сватовство, дело важное. Заходите во двор, гости дорогие. — Я широко открыла ворота, отодвинула в сторонку Лию, сама быстренько шмыгнула в дом.

Донован сидел на кресле и листал журнал. Он был уже одет в рубашку и брюки, которые хранил на такой случай у меня дома.

— Ушли орлы залётные? Тороплюсь я, дела, знаешь ли.

— Так ведь они сватать тебя пришли, друг ты мой единственный, смекаешь?

— Не понял, ты их к себе пригласила? Сказала, что я здесь? Не ожидал такого. — Волк сделал обиженный вид, поднялся и бросил журнал на пол.

— Что за история с девушкой? Говори сейчас, у меня нет времени слушать твоё враньё.

— Ах, она такая красивая, вся беленькая, с синими глазами. Чудо настоящее. Мы сразу полюбили друг друга. Тебе она тоже понравилась бы. — Ловелас попробовал просочиться мимо меня в коридор.

— Иди и договаривайся о свадьбе с её братьями. Мужчина ты, или где. — Взяла его за руку и вытащила во двор, где за столом уже восседали, иначе не скажешь, гости из далёкой северной страны. Мальчики улыбнулись, встали и взяли жениха с двух сторон под руки.

Шесть вечера. Идти или не идти. Знакомых я предупредила на всякий случай. Пусть люди сами решают за себя. Норги с Донованом ушли. Ох, чую я, не рассчитаюсь с Вольфом. Будет скандал по этому поводу. Почему с ним? Потому что он Вожак стаи, ещё во время поездки догадалась. С другой стороны, что это за рефлексы у оборотня? Застукали, так он сразу в бега. А детей кто будет воспитывать. Сегодня второй день Полнолуния, влияние на зачатие неоспоримо. Хорошо, об этом я подумаю завтра. Тихонько скрипнули ворота, и вошёл Сайгош.

— Вижу, ты уже собралась, рыбка моя. — Бархатный голос ящера рассыпался бисером по моей коже.

— Да, Лия остается одна, как считаешь, это не опасно?

— Я усилил твою защиту своим плетением. Думаю, можешь ехать спокойно.

И мы поехали. Правда, автомобиль был уже другой. Не Карлушин. Одного не понимаю, когда это мы успели перейти на ты.

Синий мерседес мягко подъехал к ступенькам бывшего здания Дворца культуры и остановился. Сайгош вышел, открыл дверцу и помог выйти мне. Рядом с ним я выглядела, как цыганка из табора. Длинная юбка, туфли без каблука, шафрановая блузка, алая вязаная шаль и масса браслетов и бус. На плече большая сумка с кучей разных необходимых вещей. Волосы мне заплетали феечки, поэтому на голове бездна косичек. Переделывать времени не было. Просто прихватила лентой всё это богатство и успокоилась. Коллеги привыкли меня видеть такой. А мнение остальных не волнует.

На входе мы расстались. Сайгош ушел к своим, а я отправилась искать знакомых в толпе народа.

— Несси, привет, давно не виделись, ты в курсе, что происходит? — Ольга тащила меня за рукав в угол, — смотри Татьяна и Антон уже здесь. Остальные решили не приходить.

— Будешь обзываться, ничего не расскажу, — я решила обидеться. На пару минут.

— Да ладно, не сердись, а что это за мужик с тобой зашел? Такой импозантный, в костюме.

— Оль, карта города есть? Я же знаю, ты её всегда с собой таскаешь. Дай глянуть. — Подруга работала в полиции следователем и очень старалась, чтобы никто не узнал о её паранормальных способностях. — И что ты здесь делаешь?

— Можешь смеяться, меня отправил начальник, шпионить. Казачок я, засланный. Держи карту.

— Такс, развернём, — мы спрятались за портьерой и использовали широкий подоконник, как стол. — И что мы здесь видим.

— Ты о чем сейчас?

— Смотри, четвертая жертва, Юлия, из наших, умерла у себя в квартире. Ставлю точку. Трое — в парке. Три точки. А последняя?

— Последняя, Ингрид, новенькая, неделю отработала у нас в связях с общественностью, вот здесь, — Ольга отняла у меня карандаш и поставила метку. Потом соединила точки одной линией. Получилась странная вытянутая фигура. Или мы чего-то не знаем, или одно из двух.

— Оль, точно смертей больше не было?

— А что это вы здесь делаете? — Любопытная физиономия Антона сунулась прямо в карту. — Угу, понял. Геометрией развлекаетесь. Прямо по лей-линиям карандашом возите. Смотрите, надо вот так и вот здесь ещё не хватает пары точек. И тогда получается семиугольная звезда из лей-линий.

Точки должны быть здесь и здесь.

— Да, но все подумали, что это смерть от несчастного случая. В бухте была найдена девушка. Все решили, что утонула. А на заводе повариха в столовой обварилась кипятком из кастрюли, умерла на месте от шока. — Ольга подняла голову и внимательно уставилась мне в глаза. — На что это ты намекаешь?

— Семиугольная желтая звезда Соломона? — Я повернулась к Антону.

— При чем здесь масоны. Они вообще нас в упор не видят. — Заметил он. — Кто мы для них? Пыль.

— Септаграмма, Звезда магов, Эльфийская звезда — судорожно перечисляла я. — Фэйри. Эта звезда обозначает веру в волшебство. Кто-нибудь помнит, как называются холмы, в которых живут фэйри?

— Ты хочешь сказать, что кто-то тащит сюда целый холм? — Возмутилась Ольга. Ужас холодной волной пронесся по моему позвоночнику. Надеюсь, я ошиблась, и всё это только мои фантазии.

— Сколько можно секретничать, народ? — Татьяна отдернула портьеру и сердито нахмурила брови. — Я их везде ищу, а они тут прячутся и сплетничают. Идемте скорее, там уже все расселись, и какой-то хмырь седой вещает с трибуны.

Мы заняли свои места и стали слушать Доминика. Он рассказывал о необходимости объединения всех в одну организацию. Как это будет здорово и замечательно, вместе противостоять всемирному злу. В таком духе. Я отключилась и принялась размышлять.

Семь лучей, семь небес, семь цветов радуги, семь нот, семь чакр, семь чудес света. И семь дней в неделе. Семерка представляет собой равновесие Вселенной. Символ Земли, квадрат с четырьмя сторонами, соединенный с троицей, символизирующей небеса. Они образуют друг с другом гармонию, которая видится в форме семиконечной звезды. В эльфийской звезде — это символизируется тремя лучами над четырьмя, или превосходством небес над землей. Для некоторых она обозначает семь направлений: север, юг, восток, запад, верх, низ и внутреннюю сторону. Иногда, — семь магических элементов: земля, воздух, огонь, вода, жизнь, свет и магия. Ещё говорят, что это символы внутреннего и внешнего (духовного и материального): земля, воздух, огонь, вода, небо, земля и сам человек.

Семиконечная Звезда Магов, как предполагают нынешние исследователи, возникла во времена древнего Вавилона, шумеров. Так это или нет — это вопрос спорный. Что-то про халдейскую магию в голове крутится ещё.

— Несса, вернись к нам, тут выборы начинаются. — Прошептала мне на ухо Ольга. Народ в зале переговаривался, шевелился и что-то там писал на бумажках. Доминик разговаривал с Лилиан и Карлом. О, а этот здесь откуда? Выпустили из больницы на нашу голову.

— Слушай, я дома книжки полистаю, потом к тебе приеду. Сравним выводы, ладно? — Антон вопросительно смотрел на меня, а я никак не могла сообразить, о чем он. Потом дошло.

— Приезжай, только завтра я занята. К художникам поеду, кто-то на набережной хулиганит. Пётр просил разобраться и помочь.

— Ну что, все сдали листочки? — Не все, мы трое не сдавали, да и ладно.

Итоги голосования вам объявят через полчаса. Пока можете быть свободны. — Доминик сел. Комиссия из семи (!) человек принялась раскладывать и сортировать бумажки. Я повернулась к соседу.

— Антон, получается вполне рабочая версия. И возникает вопрос.

— Какой, дорогая? — Чтоб он провалился, не сидится ему на месте, мудрец хвостатый. В том, что хвост есть, я уже уверена. Ольга удивленно приподняла брови и толкнула Атона локтем в бок, кивая в мою сторону. Это вот сейчас она на что намекает?

— Сайгош, зачем кому-то понадобилось тащить сюда ситхен, возможно с жителями, с Большого Острова? — Мы все уставились на моего кавалера в ожидании ответа. Он поочередно посмотрел на каждого из нас, вздохнул, почесал затылок, потоптался и сел рядом.

— Когда мы в Совете обсуждали этот вариант, только один старый Шеймас сказал, что мы ничего не знаем о славянах. Все остальные были уверены, что ваш народ не отличается умом, сообразительностью и не развит в магическом смысле. После Перехода у нас возникли проблемы с фэйри, пришлось заключать соглашение.

— Существам понадобилось новое место для жизни, и ваш Совет, не спрашивая нашего согласия, без разрешения пообещал им что-то на нашей земле? — Антон встал и презрительно уставился на ящера. Окружающие нас люди замолчали и стали прислушиваться. — Это собрание, подложные выборы служат только одной цели, да? Принять задним числом решение о выделении участка для шийна? Интересно, вы протащите его вместе с подземной частью?

К нам подошла Лилиан. Доминик поднял голову от бумажек и напряженно смотрел в нашу сторону. Карл уже стоял во весь рост и кому-то звонил по телефону.

— Наши женщины были убиты тоже во имя этой цели? — Антона уже несло. Он взмахнул рукой, и бумажки на столе вспыхнули и рассыпались пеплом. — На этой земле вашей власти нет. Уходите прочь!

— Вы не понимаете, — побелевшими губами прошептала Лилиан. — Изменить ничего нельзя. Жертвы принесены, и ваша сторона призвала фэйри на свою землю. Холм уже в пути. Место указывает звезда.

— А если поискать ракетную установку? — вмешался кто-то из толпы. — Наверняка, на складах можно найти оружие, гранаты, авиационные бомбы. Если, конечно, ещё не поздно.

— Получается, нас обманули? — дошло до народа. Все тут же выстроились полукругом и повернулись к пришельцам явно с недобрыми намерениями. — И покажите нам этого нехорошего человека, который звал с нашей стороны. Мы хотим ему объяснить что-то важное.

— Вы ничего ему не сделаете. Это ваш мэр. Именно с ним будут заключаться договора и соглашения. Потому что ни с кем другим фэйри говорить не будут. Они считают его Властителем вашего края. — Ровный голос Сайгоша услышали все.

Тёмный Властелин, мамочки, дожились. Мысли в моей голове носились, как перепуганные колибри. Я упала на стул и обняла себя руками. Иногда это помогает.

Зарисовка 7. Договор подписан и ратифицирован.

Народ шумел, возмущался и угрожал. Представители Белого Совета Европы стояли спина к спине в центре актового зала, готовясь к защите от нападения. Порядок был нарушен, тайное стало явным, многим хотелось внести свою лепту в происходящее. Недовольство росло и набирало обороты. Я мучительно пыталась сгрести в кучу всё, что мне известно о волшебстве, Северном Уэльсе, пространственных переходах. И статуэтка со всезнающим духом осталась дома. Спросить не у кого. Волшебный народ играет миром, как ребёнок погремушкой. Захочет — бросит, захочет — поломает. Кто-то подёргал меня за волосы.

— Йен?

— Останови их, ты же можешь. — Взволнованно заявил мне пикси. — Каждое волшебство должно быть закончено, подумай!

Кто крайний? Правильно, Агнесса. Я быстро добралась до сцены и нашла микрофон.

— Ша, народ! — Все повернулись в мою сторону и поморщились. Кто ж знал, что громкость включена на максимум. Ничего, переживут. — Слушайте сюда все! Представьте, что произойдет, если ситхен не закончит своё движение! Мы не знаем, кто там внутри, да это и не важно. Они все равно выберутся. Вряд ли будут в хорошем настроении. Нас вынуждают закончить процедуру. После принятия решения большинством голосов и оформления его на бумаге, потребуются наши подписи, ведь так? Лилиан?

Я уже заметила, что не могу определить, когда Доминик или Сайгош лгут. С дамой мне было легче.

— Да, — хрипло ответила женщина, вздохнула, вышла из толпы и села на первый попавшийся стул. — Вы должны подписать договор. Все, кто присутствует здесь. Если вы откажетесь, они будут мстить. — Зал погрузился в молчание.

— Мы имеем право хотя бы прочитать. Вот эти бумажки, которые раздавали в начале, и под которыми люди ставили подписи, это и был договор? Или вам удобнее, чтобы мы подписывали его вслепую? — Нельзя злиться, нельзя. Повторяю, а у самой руки дрожат от бешенства.

— Да. — Твердо и четко ответил Сайгош.

— Ещё есть? — Валерьянку надо пить мне и побольше. Так и хочется вцепиться кому-то в чешуйчатый хвост.

— Вон тот ящик, на столе. Подписи жителей города и ближайших поселков мы уже собрали. Мэр помог.

Антон с друзьями вынули пачку договоров и раздали каждому по два экземпляра. Все устроились читать. Даже включили еще две осветительные колонны.

— А почему по два листка? — не удержался любопытный Доминик.

— Один всегда должен быть с собой. Мало ли что. И перечитать на свободе лишним не будет, — веско ответил кто-то из старшего поколения. — У меня тоже вопрос к вам. Почему Польша отказалась принять волшебников? — Пан приезжий покрылся красными пятнами и отвернулся. Не хочет отвечать. Ладно, я попробую.

— Так, может, у них нет продажных мэров, как у нас. Или вся страна состоит из верующих. Каждое воскресенье все ходят на проповеди, молятся каждый день. Святая земля не место для фэйри.

Послышались смешки и ядовитые комментарии. Напряжение спадало, становилось легче дышать. Когда мы собрали все подписанные бумажки в общую кучу, Лилиан достала из внутреннего кармана монетку и положила сверху. В ту же секунду все услышали шелест падающих снежинок, в зале ощутимо похолодало, и звонкий смех хрустальными колокольчиками рассыпался над нами, одаривая надеждой и радостью.

— Помощь заслуживает подарка, волшебница, чего ты хочешь? — Холод окутал меня со всех сторон и вынудил прикрыть на мгновение глаза. Женский голос прошептал:

— Не бойся, смотри, ты в сказке. — Точно, "Морозко" называется. Снежная равнина, метель и я, в своей дырчатой шали и балетках. По колено в снегу. — А хочешь, оставайся здесь, с нами.

Я повернулась и замерла от восхищения. Высокая юная леди в ослепительном белом платье парила над поверхностью и разглядывала меня с любопытством учёного, поймавшего незнакомую разновидность таракана. Противно, но присмотреться не мешает.

— Спасибо, счастье видеть Вас уже роскошь для меня. Не смею просить о большем. — Я принялась рассматривать снег, надеясь, что склоненную голову примут, как поклон и признание. Кровь стыла в жилах, кожа приняла голубой оттенок, похоже, тут из меня получится неплохая ледяная статуя.

— Мы дарим тебе наше прощение совершенно безвозмездно. Увидимся. — Призрачный смех колючими льдинками коснулся моего лица и пропал.

Я снова в зале со всеми, вижу, как народ сгрудился вокруг стола и разглядывает грамоту, написанную светящимися буквами на выделанной коже, размером с приличную картину. Одна рамка стоит целое состояние. Меня непрерывно трясет от холода, обувь испорчена, и, кажется, кто-то оставил у себя мою шаль. Или я сама её выронила.

— Несса, что с твоим лицом? Ты же в крови вся! — Ольга бегом спустилась со сцены, вытаскивая из сумки спирт и ватные кружочки. Подруга молча принялась суетиться вокруг, обрабатывая порезы.

— Бумажки превратились в грамоту. Видишь, раритет получился. Теперь все думают, куда её девать. — Антон говорил и пристально рассматривал моё голубенькое дрожащее тело и юбку, на которой таяли последние снежинки. Он прикоснулся к моей ледяной руке и тут же отдернулся.

— Что случилось? Твоя кожа обжигает. И глаза стали другие, жуткие. Зрачок вытянутый, как у оборотня.

— Благодарность фэйри, колдун. Смотри и начинай бояться. Страх — полезное чувство, помогает сохранить жизнь. — С этими словами Сайгош завернул меня в свой тёплый пиджак, поднял на руки и понёс в машину. Ольга положила мне на колени сумку, поцеловала и обещала позвонить в ближайшее время. Потом захлопнула дверцу и помахала рукой, прощаясь.

Антон остался стоять на ступеньках возле входа.

Доминик вёл машину. Лилиан повернулась ко мне с переднего сиденья и протянула пару теплых носков:

— Возьми, они чистые. Спасибо тебе, я уже боялась, что нас на части порвут. До сих пор не могу поверить, что всё получилось.

— Йен? Йен, отзовись. — Я обшарила все карманы и принялась рыться в сумке. Где же он спрятался. Я прижала руку к животу и почувствовала, что под блузкой что-то есть. Расстегнула пуговицы, достала крылатика и поднесла поближе к глазам. После разговора в снегу, у меня что-то случилось со зрением. И не только с ним. На моей ладони лежало безвольное тельце с повисшими крылышками, стремительно теряющими краски и блеск. Я умоляюще посмотрела на дракона и протянула ему гибнущее существо. Сайгош вздохнул и отвернулся.

— Они не могут жить в холоде. Только в тепле и там, где есть цветы. — Но ведь феечки — волшебные создания? Значит, что-то ещё можно сделать! Я сложила ладони лодочкой и постаралась направить внутрь энергию, текущую во мне и сквозь меня. Закрыла глаза и представила, как нагреваются ладошки, как жизнь из них крошечными лучами проникает в сердце Йена. Вспомнила, как он серьезно сидел на краешке горшочка и рассматривал Аурелию, как весело и радостно кружились феи на полянке. Не знаю, сколько прошло времени. Мягкая рука Лилиан погладила меня по спине.

— Мы приехали. Тебе нужно выйти и присутствовать. Сама же будешь страдать потом, если пропустишь. — Магесса вышла из автомобиля, оставив дверцу открытой. Конечно, пожалею, если не увижу своими глазами такое событие. Я, как была, в пиджаке, со сложенными ладонями вылезла и подошла к Сайгошу. Он склонился над моими руками, чего-то там понюхал и подмигнул:

— Посмотрим?

Ладно, всё равно уже не чувствую течения энергии. В лодочке сложенных ладошек сиял яркий свет. В нём, как в колыбели, спал, подложив ручки под щеку, маленький феёк. Его крылышки снова искрились и переливались разноцветными узорами. Лилиан ахнула:

— Как ты это сделала? Нет таких законов в магии, оживлять мёртвых, да ещё так!

— Не кричи. Разбудишь. — Я убрала руки под пиджак и с любопытством принялась осматриваться. Покосилась на сердитую рожицу магини и улыбнулась:

— Ладно тебе дуться. Мне просто очень хотелось, чтобы Йен выжил. Вся премудрость. — Лилиан недоверчиво покачала головой и только хотела что-то сказать, как раздался низкий гудящий звук. Земля под ногами задрожала. Впереди, на склоне горы, грунт расступился, посыпались камни, снизу поднялась полусфера покрытая зелёным мхом, колючими вьющимися лозами, травой, кустарником. Секундная пауза, и вся конструкция стала поворачиваться по часовой стрелке. Потом мы услышали, как что-то выдохнуло, пфффф, и холм легко опустился вглубь почвы. Казалось, он находится здесь от начала времён. Из леса сами собой потянулись ветки шиповника. Они струились, извивались, тянулись и, наконец, принялись опутывать основание возвышенности.

— Кажется, свершилось. — Облегченно сказал Доминик.

— Мы пока довольны, — еле заметное колебание пространства, и перед нами вырос огромный лоснящийся вороной конь. Не знаю, как мои спутники, но я скоро заикаться начну от таких фокусов. Брр.

— Почему здесь нет человека, который послал ЗОВ? А, вы забыли. Так по-человечески, выронить из памяти важное условие. — Жеребец косился на нас, обходил вокруг уже второй раз. Что?

— Люди, пять шагов в разные стороны, быстро! — И сама шарахнулась к машине. — Уши развесили, слушаем. Хороши колдуны, ничего не скажешь.

Сайгош встряхнулся и зашипел:

— Сейчасссс вы нарушшшшшаете договоррр.

— Не докажешь, дракон. Тем более, ничего не получилось. Вот, если бы я обошел вас в третий раз… — Конь передёрнулся, и на его месте мгновенно выросла мрачная фигура в тёмном плаще с капюшоном. — Королева велела назначить другого посредника. Что ты там прячешь, красавица?

Такой резкий переход от одной темы к другой не дал мне и минутки для ответа. Капюшон возник рядом из ниоткуда, и черные руки с длинными музыкальными пальцами разжали мои ладони. Яркий луч света вырвался и стремительно унесся к небесам. Йен потянулся, похлопал крылышками и чихнул. Потом увидел, кто перед ним, сжался в комочек и задрожал от ужаса.

— Ха, пикси. Знал, что они давно уже здесь.

Создание отбросило капюшон на спину и принялось нас разглядывать. Я покрепче зажмурилась, в надежде, что меня не заметят. Как тот страус. Зря надеялась.

— Отныне ты наш посредник. Нам без разницы, одним феем больше, одним меньше. — Чернокожий фэйри коснулся моих висков, и заставил посмотреть ему в глаза. Показалось, что он заглянул ко мне в душу и за долю секунды пролистал всю мою жизнь. — Ты вернула эту мелочь к жизни одним своим желанием, теперь он — твой подданный. Веление Королевы. — Распорядился и пропал. Как не было никого.

Я почти упала на сиденье в машине. Босиком стоять уже прохладно, ноги мерзнут. Не лето. Йен взмахнул крылышками и полетел к ближайшим зарослям эозифуса. Сайгош присел рядом на корточки, погладил меня по волосам, горько вздохнул:

— Не ожидал, что так случится. Надеюсь, ты нас простишь. Быть посредником — очень сложная задача. Есть у тебя способности к дипломатии и политике?

— Везите, пожалуйста, мадам посредника домой. Очень кушать хочется. И замерзла я сильно. — В открытую дверцу влетел мой личный подданный и вручил мне несколько запоздалых цветков клевера. Потом как-то странно покосился себе за спину. Ага. Краем уха прислушиваясь к перебранке Доминика и Лилиан, я растерла пальцами левой руки цветки и кашицей коснулась век, внешних уголков глаз и чуть провела по ресницам. Подтащила к себе сумку, порылась там немножко, как будто что-то ищу. Размяла шею, к слову, точно завтра, то есть сегодня, будет болеть. Теперь глянуть вокруг. Посмотрела на свою голову. Кошмары мне обеспечены, причем надолго. Весь склон от холма до кромки леса заполнен сказочными существами. Они потягивались, косились по сторонам, некоторые, кажется, ждали разрешения, чтобы умчаться в заросли. В открытую дверцу всунулась любопытная безносая мордочка, вся покрытая тонким слоем шерсти. Тонкая лапка с четырьмя пальчиками потянулась к сумке. Я случайно выронила плитку шоколада на сиденье и продолжила выкладывать расческу, спички, две свечки, моток ниток, блокнот. Потом принялась запихивать всё обратно. Шоколадка, как и следовало ожидать, пропала вместе с одной свечой. Йен всё это время сидел на моем плече и крепко держался за воротник пиджака. Ему определённо было очень страшно. Церемония закончена, надо поторопить господ. Сайгош и компания на повышенных тонах выясняли отношения. Фэйри стояли вокруг и заинтересованно слушали, периодически прикасаясь к одежде, волосам, карманам. Заглядывали в глаза, хихикали, переговаривались. Вели себя, как маленькие дети, выпущенные на свободу. Пришлось подёргать Ведьмака за штанину. Он посмотрел на меня, подумал и шепотом спросил:

— Они что, здесь? — Моргнула. — И много? — Я сделала страшные глаза. Доминик выругался на своем языке и сел за руль. Над поляной пронесся порыв ледяного ветра, верхушки деревьев склонились, всё пространство затянуло влажным липким туманом. Лилиан сжалась на заднем сидении. Похоже, читает заклинание. Мы в фильме ужасов. Кошмар. Йен хихикнул:

— Они ушли уже. Хватит бояться. Хозяйка, а в твоей сумке есть ещё конфетки, или ты все брауни отдала?

— Брауни? Прелестные невысокие человечки? Они такие милые. И ничего не отдавала, просто уронила шоколадку случайно. На, держи, подданный, — я протянула ему половинку шоколадного батончика.

Туман поднимался мутными ватными клочками, таял на наших глазах, растворяясь в хрустальной глубине сентябрьского неба. Рассвет.

Прошло полтора часа прежде, чем меня высадили возле ворот. Сайгош вышел из машины вместе со мной:

— Мы сделали свою работу и уезжаем. Сегодня. Будешь в Дублине, позвони. Вот карточка, — опустил в мою сумку кусочек картона. Достал из кармана коробочку, повертел в руках. Решительно отдал мне, сел в машину и чао бэби. С другой стороны, раз не попрощался окончательно, значит, еще увидимся. Ой, пиджак-то на мне остался. В кармане что-то звякнуло. Телефон. Нажала на кнопочку, высветилась СМС. "Увидимся, мадам". Любопытный факт. Надо проверить свой сотовый. Вдруг и Интернет починили?

Я повернулась к воротам, надо же зайти домой, и ахнула. На верхнем краю забора рассредоточились любители романтики. Лия платочком утирала влажные глазки, команда феечек в полном составе восседала на её плечах, заборе, веточках айвы и грустно разглядывала мою несчастную рожицу.

— А я думала, он у нас жить останется! — Жизнерадостный голос Рель чуть не довел меня до инфаркта. Разве ж можно так пронзительно верещать мне в ухо? Вдруг родимчик приключится или ещё что, похуже.

— Чего это? — Хочу спать, есть, ванну, шампанское и чашечку кофе. Слышать не желаю о подлом предателе. Гад чешуйчатый. Понятия не имею, как прилично назвать то, что нам всем подложил мерзкий Белый Совет. Ничего, равновесие не я придумала. Месть будет отложена, но не забыта. Долг платежом красен, не так ли? Народная пословица, не абы что.

Спать мне было некогда, поэтому после душа, переодевания и бурного обсуждения событий, я стояла на остановке маршрутного автобуса и слушала перебранку пикси в специальной переносной сумке. Лия тоже не спала ночью, нервничала и переживала. И, чтобы занять руки, сделала небольшую коробочку из картона, обшитую тканью с отверстиями для доступа воздуха. Девочка напросилась мне в помощницы и сейчас стояла рядом. Молча. Скрывает чего-то. Рель с компанией слушали рассказ Йена в пятнадцатый раз и активно вмешивались в повествование. Судя по интонации рассказчика, он описывает свою победу над очередным фэйри. Обиженный на ведьмака Дэклан перебрался в нагрудный карман, делая вид, что ему совсем неинтересно, чем заняты его друзья.

— Несса, а он, ну, спрашивал про меня?

— Наверное, собирался, а потом забыл. — Мог бы выйти из машины и попрощаться, баран польский, так нет. Даже не вспомнил.

Рядом остановился джип.

— Садитесь, подвезу. Далеко собрались девочки? — Роман вел машину на полной скорости по пустым улицам. Воскресенье, скоро полдень, и никого. Ни прохожих, ни автомобилей.

— Мы с племянницей хотим погулять на набережной. Картины посмотреть, мороженое покушать. Народ куда подевался, не знаешь?

— Мэр выступал по радио, просил всех по возможности дома сидеть, не высовываться минимум до обеда. Слышала гром ночью? Операция была, государственной важности. Спецслужбы террористов ловили. Думали, в городе теракт. Оказалось, нет. В районе Демерджи заварушка была. Я сейчас еду туда в составе группы, как следователь от нашего отдела. Расскажу потом, как всё прошло. — Исполненный чувства собственной значимости заместитель отбыл в направлении службы безопасности, оставив нас возле спуска на набережную.

Палатки с мороженым никуда не делись. Да и какое-то количество туристов бродило туда сюда. Надеюсь, художники на месте. Я купила всем мороженое, и мы устроились на скамеечке. На море поглядеть, перекусить и подумать.

— Йен, а кто это был, в плаще?

— Тот, о ком ты спрашиваешь, приближенный Королевы, Черный Лорд. Мы все его боимся. Давай лучше купим еду. Рель говорит, здесь можно купить пиццу. Мороженое вкусное, только заканчивается быстро.

— Ребята, страшный тип сказал, что "знал, что пикси уже давно здесь". Объясните мне. — Крылатики переглянулись, помялись и вытолкнули Рель вперед.

— Ну, понимаешь, всегда, прежде чем холм займет своё новое место для жизни, нас отправляют заранее. Если нам понравится, и мы выживем, значит можно переезжать. — Феечки прижали ручки к груди и скорбно опустили свои прелестные головы. Я внимательно смотрела на них. Мэвис, Аурелия, Йен, Дэклан. Ведь они тоже фэйри. Воплощение самой природы. Живут по её законам. Не злые, не добрые. Как вода, которая может поддерживать жизнь, а может в виде цунами разрушать и убивать. Маленький Народец выполнял приказ Королевы. За что же мне на них сердиться? Не за что.

— Что это вы загрустили и стоите с перемазанными мордочками? Вот вам салфетки, быстренько вытирайтесь и пойдем искать заказчика. — Я встала и принялась оглядываться.

— Да вон он стоит. — Рель взлетела вверх, покрутилась во все стороны. — Идите за мной.

Феечки полетели за подружкой. Люди оборачивались, говорили друг другу: "Смотрите, какие красивые разноцветные бабочки!" и долго смотрели им вслед.

Пётр настолько увлеченно измазывал красками лист бумаги на мольберте, что не слышал, как мы подошли. Пользуясь этим, мы с Лией принялись рассматривать изображение стены, скамейки и кустов. Такой себе тенистый уголок.

— Почему ты рисуешь скамейку? Смотри, какое красивое море и здание с синими стеклами? — Лия, склонив голову, поглядывала то в сторону моря, то на картину.

— Потому что это недоразумение оскорбляет мой художественный вкус. — Художник оторвался от работы, достал тряпку и стал вытирать кисть. — Смотри, какое чудовищное нарушение пропорций. Чужеродное и отвратительное искажение береговой линии, да тебе не понять, мелкая ещё.

Петр приподнялся на носочках и помахал кому-то рукой.

— Сейчас подойдут.

— Мэр же ж велел по домам сидеть, чего это вы все здесь? Полно народу, а город пустой, как вымер.

— Вот сам пусть и сидит дома в такую погоду. Ты на небо посмотри! А воздух! Выдумали террористов, да кому мы нужны. По домам сидят обыватели, сама знаешь. О, идут уже. Несутся.

Набежало человек пять художников. Все такие колоритные. Руки в краске, глаза горят. Хором принялись мне рассказывать свои истории. Я слушала и пыталась разобраться, о чем идет речь. В этот момент Лия взяла меня за руку и потащила.

— Куда ты меня тащишь, я же слушаю.

— Да не нужна ты им, они вон и сами замечательно общаются. Картину Петра только что два мальчишки стащили и куда-то несут. Бежим. — Лия бросила меня и понеслась все быстрее и быстрее. Легко ей говорить. А у меня уже и бок колет. Бегом что ли заняться по утрам. Трусцой. Я оглянулась. Так и есть. Народ бурно обсуждал свои проблемы, не замечая моего отсутствия. Рель возникла перед глазами, принялась размахивать руками и показывать куда-то в сторону трибун.

Сразу за хозяйственными пристройками нашлись преступники в количестве трёх штук подростков и одного взрослого дяди в форме капитана милиции. Лия стояла перед ними и упорно настаивала:

— Это наша картина! Я сама видела, как они её стащили!

— Иди отсюда, маленькая ещё, чтобы тут права качать, — странный какой дяденька. Интересно, что он скажет взрослому человеку.

— Мне тоже уйти?

— В чем дело, девушка? Идите вон на бульвар, там гуляйте, а здесь посторонним делать нечего.

— Пойду, конечно. С картиной вместе. Может, скажете, зачем вам понадобилось таскать незаконченные произведения?

— Не твое дело. Уходи, пока все целы, и никто не пострадал. — Подозрительный страж порядка демонстративно нахмурил брови.

— У меня заявление от пострадавших художников. Вот удостоверение. — Он же не в курсе, что меня вроде как уволили. Выкопала из кучи амулетов бляху свою с номером лицензии и сунула под нос капитану. Мужик ухмыльнулся и повернулся к подросткам:

— Гоните их отсюда, обеих. Некогда задерживаться.

— Не выйдет, господин хороший, нас много, а ты один, — художники подтянулись, наверное, Рель позвала. Самый старший, с аккуратной штурманской бородкой, седой художник подошел к подросткам и забрал у них холст. Отдал Петру и снова обернулся к похитителям.

— Зачем вы брали полотна? — Мужчины придвинулись поближе.

— Он нам платил за каждую. Мы должны были унести, а потом незаметно вернуть на место, — подросток в синей футболке и рваных джинсах переминался с ноги на ногу, явно чувствовал себя неловко, и, похоже, ему даже стыдно.

— Мужик один. Он в той будке сидит. Где сторожа ночуют. — Подросток переглянулся с друзьями. — Могу проводить. Только отпустите нас.

Все дружной толпой заглянули в будку. Дверь была открыта настежь. Пусто. Лия подождала, пока художники ушли, и вошла внутрь небольшой комнатки.

— Знаешь, мне этот запах кажется знакомым. Вспомню, скажу тебе, хорошо?

Мы вернулись на набережную, где народ усиленно воспитывал ребят. Петр бережно пристроил свою работу на мольберт и уже что-то правил мастихином, забыв обо всем.

— Они сейчас найдут свободный мольберт, вручат мальчикам карандаши, и будут учить рисовать, — приятный женский голос слева вернул меня из созерцательного состояния к реальности. — А дяденька в форме сбежал, я сама видела.

— Зачем карандаши? — удивилась Лия.

— Трудотерапия, лучший способ от скуки и безделья.

Симпатичная молоденькая блондинка, одетая в легкую ситцевую юбку и свободный льняной балахон, испачканный красками, улыбалась нам, как своим лучшим друзьям.

— Понимаете, я хочу вас поблагодарить за помощь. Они пока увлеклись, забыли. Потом вспомнят, а вы уже уйдете. Спасибо большое.

— Пожалуйста. — Приятная неожиданность. Обычно никто не считает нужным благодарить.

— Петр сказал, Вы работаете в полиции?

— Не совсем, но расследованиями занимаемся. А что?

— Вот, возьмите набросок. Дело в том, что мы с Юлей живем, то есть жили, в одном доме. Я видела, как из её квартиры вышел мужчина. Хотела зайти, а тут Вы приехали. Потом ещё народ набежал. Может быть, рисунок поможет найти убийцу? — Девушка протянула рулончик бумаги. Свидетель. Как наши прозевали её, не знаю.

— Вы кому-нибудь говорили о том, что видели? Случайно или просто рассказали. Убийство все-таки.

— Нет, я же читаю детективы. Даже не открыла двери вашим, когда ходили по квартирам и всех спрашивали, кто и что видел.

— Молчите и дальше. Его не нашли. Поэтому берегите себя и ничего, никому не рассказывайте. Хорошо было бы вам переехать на время.

— Так я уже. Сейчас живу у тети, в доме рядом с музыкальной школой. Возьмите телефон. — Она написала номер карандашиком на кусочке бумаги и передала мне. — Звоните, если что.

По сути дела, расследование кражи картин закончилось ничем. Я купила пиццу, разрезала её на кусочки и смотрела, как феечки и Лия жмурятся от удовольствия, подбирая последние крошки.

— Здравствуйте, госпожа Агнесса! — Два белокурых гиганта подошли к нам и присели на соседнюю скамейку. — Гуляете? А мы вот завтра уезжаем. Хорошо, что Вас встретили, а то Донован волнуется. Хочет попрощаться перед отъездом. Вон, бежит уже. Спринтер.

— Несса, Лия, Рель, вы все здесь! — Жених рухнул рядом с нами и принялся строить мне несчастные глазки. — Заберите меня, пожалуйста. Не хочу на север. Там холодно. Я буду очень скучать без вас, заболею и умру там.

— Что ты так переживаешь, дорогой мой лапусик. У нас хорошие врачи. И знахарь есть. Мой родной дядя. Тебя вылечат, и будешь вместе с нами бегать по снегу. — Высокая сероглазая красавица с длинной косой присела на корточки и погладила Донована по коленке. — Ты же сам говорил, что хочешь быть со мной вечно. Вот поженимся, и твоя мечта осуществится. Я — Мэрит, в переводе с норвежского значит жемчуг. Правда, красивое имя? Вы — Агнесса?

— Да, а это Лия, моя племянница.

— Как хорошо, что мы познакомились! Жених столько всего рассказывал о ваших приключениях. А эти крошки все ваши?

— Нет, они свои собственные. — Феечки с полными животиками разлеглись на постеленном полотенчике и только и могли, что кивнуть.

— Я бы взяла себе парочку. А можно посмотреть, как они летают?

— Неа, мы полежим пока. Переполнение. — Важно заметила Аурелия, поглаживая свое пузико. — У вас там холодно, мы не сможем жить. Замерзнем.

— Жаль. Ну что, мальчики, пошли дальше гулять? — Мэрит поднялась и подала руку Доновану. Мальчики встали, попрощались с нами, и пошли дальше.

— Не жалко тебе его, все ж далеко уедет. — Лия грустно смотрела вслед оборотню. Скажите, какая симпатия. То шипела, в дом не пускала, теперь расстраивается. Молодежь.

— Захочет, вернется, не век же будут его под охраной держать. Давай поспорим, к Хэллоуину появится. Наслушаемся упреков, вот увидишь. Давай, грузи пузантиков в коробку, домой пора.

Пока добирались, день пошел на убыль, наступили сумерки. Возле ворот нас ожидал сюрприз. Маленькая фигурка скорчилась на земле под забором и дрожала всем телом.

Зарисовка 8. Никаких ужастиков, сплошной позитив.

Говорят: осторожнее с тем, чего ты желаешь. Другими словами: будь предусмотрителен в своих молитвах. Проверь, много раз проверь, то ли это, чего ты действительно хочешь. Никогда не знаешь, что и когда Божество может дать тебе в ответ на просьбу. Вот и мне приходится расплачиваться по счетам, выписанным чужими людьми.

Брауни вообще, как правило, маленького роста. Существо, ожидающее нас, даже не дотягивало до 70 сантиметров в высоту. Когда мы подошли ближе, брауни поднялась на ноги и покрепче прижала к себе свёрток. Все молчали. Наконец, существо решилось:

— Хотела зайти, а сетка не пускает. Жжется. — Ну да, так она и работает, магия защиты.

Я открыла ворота, пригласила гостью в дом. Не оставлять же её на ночь одну. По нашим улицам ночью шатается всякое. Лия ушла переодеваться и ставить чайник. Феечки выбрались из коробки, настороженно разглядывали брауни и хмурились. Йен подобрался поближе:

— Королева послала, да? Потому, что ты взяла шоколадку у чужих. — Он сочувственно покачал головой, вздохнул. Брауни стояла на пороге, но не переступала его. Вдруг свёрток у неё на руках заворочался и стал попискивать.

— Что я не так сказала? — Обратилась я ко всем сразу. — Почему она не заходит?

— Несса, тебе нужно отвернуться. Она сама найдет себе место. — Лия укоризненно на меня уставилась своими глазищами. Пришлось вставать и топать в сарайчик. Там я немножко порылась в куче вещей и вытащила на видное место большую картонную коробку. Не помню, откуда она взялась. Пусть стоит, если кому понадобится для гнезда, найдут.

Брауни — существа близкие по духу к нашим домовым. Хозяев они выбирают сами, если захотят. Важно помнить, что им ничего нельзя дарить или отдавать, только класть на видном месте. И, самое главное, их нельзя злить и раздражать, могут превратиться в боггарта. А это уже совсем другое существо, даже скорее дух. Весьма неприятный. Очень опасный и навязчивый. Можно было бы не звать её к себе, но тогда никто не дал бы и медной монетки за их жизнь. Я вернулась на веранду. Феечки в компании с Лией пили чай с печеньками.

— Кто-нибудь спросил, как её зовут?

— Мег. Королева велела ей идти к тебе жить. Даже позволила взять с собой ребёнка. Великая милость. — Поклонился Йен и вернулся к своему занятию. Он подпирал тостер спиной, усердно изучая шариковую ручку. Ужинать не хотелось. Чем бы таким заняться. Рель повздыхала, глядя на мои попытки включить компьютер, потом достала с полки коробочку и подвинула ближе ко мне.

— Не получается?

— Неа. Завтра на работу отнесу, может, кто из техотдела починит.

— Слушай, мы тут уже полчаса сидим, ждем. От любопытства скоро кусаться начнем. Открой, пожалуйста. — Даже носы вытянулись в сторону подарка у феечек. Я сняла красную ленточку, развернула блестящую бумагу и восхищенно уставилась на синий бархатный футляр. Как-то давно мне никто ничего подобного не дарил. Приятно. Внутри, на алой ткани лежал амулет. Треугольник, по-моему, стальной. На нём

выгравированы три символа. Один точно знаю. Это руна защиты. THURISAZ. Выглядит, как глиф молота Тора — Мьёлльнира, защитника людей и богов. Видимо, в данной комбинации усиливает защитные и отражающие злой умысел свойства. Мне больше нравится руна EOLH. С ней легче работать, к тому же по своим свойствам она ближе к женской энергетике. Два других символа не знакомы. Надо будет порыться в записях.

— Доставать? — Все недоуменно переглядываются. В том смысле, что нечего спрашивать, вынимай уже игрушку из коробки скорее. А мне не по себе как-то. Берусь за витую платиновую цепочку и вытаскиваю амулет. Тонкий стальной треугольник, углом вверх, висит на цепочке и милостиво позволяет всем себя рассматривать. Обратная сторона, предсказуемо, украшена Трискеле, заключенным в круг. Это понятно. Кольцевая система этого символа содержит в себе элемент переплетения трёх стихий: Огня, Воды и Воздуха, уходящих в Бесконечность. Это значит, что амулет дает равновесие трёх стихий в Природе. Если короче, то носитель получает уравновешенность, защиту и жизненную энергию. Я сжала амулет в руке. И тут же почувствовала укол в ладонь. Сталь окрасилась капелькой моей крови. Все пристально следили за тем, как кровь впитывалась в металл буквально на глазах.

— Активировала подвеску и молодец. Надевай теперь. — Ворчливо заметил призрачный голос откуда-то сверху. — Я уже думала, он никогда не уедет, дракон этот вездесущий. Всюду свой нос совал, разведывал. А ты, клуша, могла бы и раньше меня вызвать. Амулет он тебе настоящий выкатил. Не висюлька какая. Знаешь, что он делает? — Сиреневая старушка парила под потолком и глубокомысленно курила трубку, пуская кольца фиолетового дыма.

— Защита, похоже, и ещё что-то. Не знаю значения двух символов.

— Где уж тебе, недоучка. Это амулет защиты от магии фэйри. Конечно, не всякой. Сама разберешься. И гламор их на тебя действовать не будет. А то обаяют, очаруют, наплетут с три короба, а ты уши развесишь. Железка-то вещь дельная. Сам, наверное, делал.

— Почему я ничего не чувствую? — Тут же влезла Рель, солнышко мое ненаглядное.

— Потому, что на фей-крошек драконья магия не влияет. Сиди спокойно и молчи, когда старшие разговаривают. — Старушка грозно нахмурилась и спустилась почти до уровня стола.

— А почему не влияет? Интересно же. — Маленькая рыжая шкода, вися в воздухе, усиленно пыталась поймать колечки, выскальзывающие из трубки Шайлы.

— Потому, что вы и есть сама магия, или волшебство, как раньше старики говорили. Магия сама себе обычно не вредит. Именно феи ближе всего к тому, что составляет саму суть волшебной страны фэйри. И, когда вы покинули ситхен, выбрали себе другое место для жизни, у Королевы не осталось другого выхода. Королевству без вас грозила гибель. Вот они и притащились сюда.

— Очень интересно. А что нам теперь с ними делать? — Это уже я решила поиграть в почемучки. Раз уж у нас тут вечер вопросов и ответов.

— Ничего. Вопрос в другом. Что ОНИ будут делать с вами. — Старушка расплылась сиреневой дымкой и дезертировала в открытую дверь.

Перед сном я стояла у себя во дворе и рассматривала звездное небо. Столько всего изменилось в жизни людей и нелюдей, а вверху ничего не меняется. Большая Медведица, Змееносец, созвездие Ориона. Ко мне на плечо мягко спланировала Аурелия.

— Ты чувствуешь, какой холодный свет падает на Землю со звезд? — тихонько прошептала она мне.

— Ощущаю. Давным-давно, ещё в прошлой жизни, кто-то мне рассказывал о том, что в системе второй звезды Пояса Ориона есть жизнь. Возможно, похожая на нашу. Иногда хочется в это верить. — Мы еще помолчали немного.

— Рель, а что с Лией? Она молчит, грустит, ничего не рассказывает. Поначалу ей здесь понравилось, или мне показалось? — Феечка вздохнула и принялась заплетать косичку из пряди моих волос.

— Понимаешь, она оборотень. Им нужен простор. Компания. Здесь ей тесно и одиноко. Вот и переживает. С одной стороны нашла для себя дом. С другой — мало места. Тебя обижать не хочет.

Серьезная проблема, об этом я подумаю завтра.

Ночью нас разбудил резкий стук и шипение. Я выскочила на кухню босиком, в ночной рубашке и с битой в руке. Неважно, что она тяжелая, вряд ли я сумею как следует размахнуться. Все же оружие. Брауни стояла возле стола и трясла рукой. Оказывается, она пришла взять свое молоко и оладушки, мы ей оставили с вечера. А я, клуша и есть, забыла на столе свою волшебную палочку из можжевельника. Рель вытащила из сумки и таскала вчера туда сюда, как копьё. Интересно, значит, можжевельник не нравится брауни. Надо запомнить на будущее.

Я извинилась перед Мег, и быстренько убралась назад в кровать.

Утро началось с осознания неприятного факта. Понедельник. Сколько живу, ни разу не встречала человека, который любит понедельники. Лия уже встала, пришлось и мне последовать её примеру. Во время завтрака сиреневая кошка, висящая в оконном проеме, размахивала хвостом и размышляла.

— Ты сегодня идешь на работу? — Риль танцевала в воздухе над столом.

— Надо идти, компьютер не работает. Вот ещё портрет показать Карлу следовало бы.

— Сама-то уже смотрела? — Ехидно заметило прозрачное чудовище уже фиолетового оттенка. Я порылась в сумке и достала свиток. Сняла веревочку, развернула. Как там когда-то любил говорить господин Зверев? Звезда в шоке. Нет, я, конечно, на звезду не претендую. Но шок имеет место быть. Лия уже сложила ноутбук в сумку стояла на пороге, ожидая, пока я соберусь и уйду.

— Девочка моя, поговорим вечером? Обо всем. — По крайней мере до этого времени она не сбежит, надеюсь.

На работе я застала дурдом Колокольчик в натуральном виде. Дамы складывали папки с бумагами в большие коробки. Сильная половина мужественно таскала их вниз и складывала во дворе. Лаборанты с безумными глазами бегали по коридору и выпрашивали старые газеты, вату, поролон и другие упаковочные материалы. Возле общей комнаты меня цапнул за руку начальник.

— Опаздываешь, дорогая! Могу и штраф выписать за такое отношение к работе.

— Здрасьте вам, так меня же Роман уволил. За злоупотребление чем-то там.

— Агнесса. Значит так. Ввожу в курс дела. Нам выделили новое большое помещение. В центре, представляешь? Быстро собирай свои вещи и помоги другим. Скоро машина подойдет.

Да, увольнение не состоялось. Приказ я выбросил. Так что ты в штате. И, честно, спасибо за то, что меня спасла. Потом поговорим, некогда сейчас. Переедем, зайди в бухгалтерию. Там тебе премия начислена. — Карлуша увидел кого-то в дверях и сорвался с места. Денежка это всегда хорошо, пошла собираться.

Когда тащила вниз по лестнице ящик с реактивами, на дороге попался Роман.

— О! Привет! Давай помогу. — Он взял у меня из рук груз и потащил к машине. Своей. — Я смотрю тут у тебя бьющиеся колбочки и баночки. Давай ты со мной поедешь, подержишь, чтобы не разбилось. Помнишь, мы на теракт выезжали?

— Вчера ж вроде. — Какой-то он подозрительно добрый сегодня.

— Ну вот. Никого не было. Приехали, покрутились. Потом с ребятами в кабачок сходили. Татарский. Шашлыки там — просто супер. Так что выходной удался. — Если бы они кого нашли на месте, я бы сильно удивилась. Вместе мы вернулись в здание и принялись осматривать, где что валяется и как это все упаковать, сложить и разместить. От этого увлекательного занятия меня оторвала Кармен. Прическа на её голове напоминала воронье гнездо. Обычно идеально белый халат сейчас испачкан пылью и какими-то пятнами. В руках дамочка держала большой микроскоп.

— Несса. Здорово, что я тебя нашла. Пойдем со мной, поможешь складывать инструменты. Не переезд, а катастрофа настоящая. Слушай, — мы зашли в лабораторию, — я узнала, почему Карл тогда приобрел такую любопытную форму. Жаль, анализы не успела сделать. Там всё быстренько испарилось. Держи коробку, вон ту кучу сюда организуй, пожалуйста.

Я оборачивала ветошкой блестящие железки и плотно укладывала, одновременно слушая рассказ. Оказывается, Карл, ещё на первом месте преступления принимал участие в осмотре территории. Там ему приглянулся симпатичный зеленоватый камушек. Он его в карман и положил. Какое-то время носил с собой, а в тот день просто достал и вертел в руках. От нагревания и сработало проклятие. Если бы не чудодейственный порошок, ходить бы нашему шефу до сих пор склизкой лягушкой.

— Понимаешь, получается, что ты сняла проклятие. Значит, оно вернулось к тому, кто его наслал. Это настоящая злая магия. Ох, не завидую я этому колдуну.

— Кармен, а камушек к делу приспособили как улику?

— Неа. Ты ж знаешь. Они в такие вещи не верят. Раз нельзя увидеть и руками потрогать, значит, этого нет в природе. Фонарь.

— Не выражайся, пожалуйста. Такая интеллигентная женщина. Кандидат наук. Прекрати искать свои вторые глаза, они у тебя на лбу. — Эксперт благодарно кивнула, нацепила на нос очки и принялась рыться в бумажках. — Отдай мне камушек, может, я чего найду. Своими методами.

— Да вон в шкафу лежит. Бери, только не потеряй. Вдруг шеф спросит. Держи ящик, неси аккуратно. Не дай Бог, уронишь. Там вся моя докторская диссертация. — Кармен вытолкала меня за двери и бросилась складывать остальные документы. Когда я вынесла коробку во двор, то сначала не поняла, в чем дело. И, только после того, как поставила груз в машину к Роману, насторожилась. Тишина, никто не бегает, не ругается. Я разогнулась. Народ восхищенно таращился на черный ягуар. Автомобиль бесшумно въехал на стоянку и остановился. Медленно, как в кино, открылась дверца, и на площадку вышел мачо. Не, не так. МАЧО. Уж на что Сайгош модник, так рядом с этим типом он смотрелся бы ниже среднего уровня. Идеальная обувь, темный костюм тройка, галстук, голубая рубашка. Белые волосы длиной до середины спины собраны в хвост золотой заколкой. Резные скулы, синие глаза, смуглая кожа. Девочки разных возрастов замерли от восторга. Конечно, такие мужчины в наш отдел ни разу не приходили. Мгновения не длятся вечно, поэтому весь цимес был испорчен явлением Романа. Он тащил громадный ящик, причем двигался задом наперед. Естественно, мачо он не видел. А тот, в свою очередь, устраивал демонстрацию для дам с поклонами и улыбками, немного растерянно оглядываясь по сторонам. Столкновение было неизбежно. Мы с Рель переглянулись, и устроились поудобнее.

— Ты же дома была, когда я уходила, — прошептала ей, не отрывая глаз от изысканного зрелища.

— Ну, прилетела. Там скучно. И Дэклан с Йеном ругаются. А Мэвис плачет. У тебя веселее. — Маленькая хитрюга уселась на коробках в ожидании развязки. Шаг, еще шаг и бабах! Непереводимый фольклорный язык с выражениями. Отдавленная нога у мачо. И грозный Роман, на которого не действует мужское обаяние, нависающий над грудой бумаги. Смеялись все, даже шофер из машины вылез, полюбоваться. Некоторые хлопали в ладоши и требовали повторить на БИС. Шутили, конечно.

— Что здесь происходит? Быстро за работу! Распустились, пока я болел. — Карл выскочил на улицу и быстро нашел занятие всем. — Вам что здесь понадобилось? — Он выкопал гостя из бумажного сугроба и помог выбраться. Мужчины отошли в сторонку, спокойно разговаривая вполголоса. Рель было рванулась подслушать, но я не пустила. Ну их. Как раз Кармен ещё ящик притащила, и мы принялись устанавливать его так, чтобы ничего не разбилось в процессе транспортировки. За нашими спинами раздался кашель.

— Кх, кх. Знакомьтесь, пожалуйста. Наш эксперт, — подруга кивнула, — и наш лучший оперативник, Агнесса с помощницей.-

Рель взлетела, помельтешила крылышками и изящно поклонилась носу клиента.

— А это, девочки, пострадавший. Кармен, заканчивай с погрузкой, поедешь с Романом. Будешь следить за своими стекляшками. Несса, прими заявление, оформи по правилам. За дело принимайся без промедления. Гость заграничный. Сама знаешь, там, — он закатил глаза кверху, — с нас спросят.

— Прошу ко мне в машину, думаю, так будет удобно, — мачо открыл дверцу и повел рукой в сторону шикарного сиденья, покрытого кожей цвета молочного шоколада. Хоть посижу в ягуаре. Будет, о чем вспомнить на старости лет.

— Слушаю Вас, — открыла папку и приготовилась записывать. Рель спикировала мне на плечо, занимая выгодную позицию для наблюдения. Клиент нервно моргнул.

— Меня зовут Шон. Ищу свою дочь. Она пропала больше двух лет назад.

— Очень интересно. Фотография, особые приметы? И почему Вы ищете здесь, у нас. — Спрашиваю, а сама уже вижу, что проблема моя решится не сегодня, так завтра.

— Дело в том, что я ни разу в жизни её не видел. Мы с матерью ребенка живем в разных странах. Когда она сказала, что девочка исчезла, я даже не сразу поверил, что у меня есть дочь. В итоге, после долгих поисков, мне попался цыганский табор. Они шли в направлении Румынии. Тамошняя колдунья сказала, что я найду малышку здесь, у вас в городе. — Красавчик замолчал и уставился на меня своими синими глазищами. Удивительно, но моя подруга не произнесла ни слова. Она вообще отвернулась от нас. Сложила руки на груди и обиженно сморщила лоб.

— Как Вы узнаете, Ваша это девочка или нет? — Протокол велит задать вопрос, я спрашиваю, хотя и так уже видно, что это папочка Лии. — Может, у ребенка амнезия. Или что-нибудь в таком роде. К тому же, почему Вы думаете, что она захочет поехать с Вами? — Мужик наклонил голову и принюхался. Потом схватил меня за руку и ткнулся носом в мою ладошку. Поднял голову, и глаза его стали меняться. Зрачок суживался до вертикальной линии, а радужка из синей становилась золотистой.

— Ты знаешь, где она. — Вот только не надо трансформироваться в машине. Сиденья жалко. Рычит ещё на меня. — У тебя руки пахнут ею.

— И что тебя удивляет? Да, знаю. Кто-то же должен заботиться о ней, пока родители между собой разобраться не могут.

— Слушай, ведьма, договоримся. Я тебе — деньги, ты мне — дочь. — Я от неожиданности чуть из машины не выпала. Рель взлетела в воздух и удивленно замахала крылышками в открытом окне:

— Ты чего, мужик, с ума сошел? Дети не продаются.

— Шон, успокойся, пожалуйста. Девочка не в плену. С ней все нормально. Предлагаю другой вариант. Ты же все равно не отвяжешься? — Оборотень кивнул. — Мы сейчас все вместе едем потихоньку ко мне домой. Ты ждешь на улице. Если Лия захочет с тобой поговорить, войдешь. — Рель поднялась в воздух и стремительно полетела прочь, предупреждать. Свеженашедшийся папаша завел машину и вопросительно посмотрел в мою сторону.

— Почему Лия? Её зовут Росариа.

— За руль пустишь, скажу. — Шон напрягся. Потом повернулся всем телом и пристально стал меня разглядывать. Увиденное его не вдохновило. Отвернулся, повздыхал, помялся.

— Не обижайся, но ты не похожа на человека, который может водить машины такого класса. — Ну и ладно. Понятно, что не даст баранку покрутить, но спросить-то надо было. Ничего, наши дороги ему отомстят за мое расстройство.

Так оно и случилось. Ехать, в принципе, недалеко. Но асфальта на наших кривых улочках не было никогда. Разве кто щебенки насыплет возле своего дома. Поэтому бедный автомобиль полз через наши ямы и выбоины, поскрипывая и цепляясь обшивкой за колючие заросли ежевики. Нет. Другая дорога, получше и поровнее, конечно, есть. Только кто ж ему покажет, раз он такой жадный. На воротах нас ждала засада.

Все представители Маленького Народца вооруженные, кто чем, заняли стратегические места поверх забора. Возглавляла эту агрессивную армию, естественно, Аурелия.

— Я им чем-то не нравлюсь, — удивленно заметил Шон.

— А что в тебе хорошего? Только ягуар, и то за руль не пустил. Сиди здесь пока.

Лия нашлась на веранде, сидя в обнимку с большим теплым котелком.

— Что там внутри? — Деловито интересуюсь. Главное, не пугать. Потянула носом. Вкусно пахнет. Гречку мы все любим и уважаем. Я присела на корточки и заглянула в лицо девочке.

— Солнышко, мы вполне можем его прогнать. Насовсем. Феи-крошки, они, знаешь, какие воинственные. Хочешь? — Лия покачала головой и сильнее прижала к себе котелок, замотанный в кухонное полотенце. — Позвать твоего папу? Девочка подняла на меня заплаканные глаза:

— Зови. Только феям скажи, чтобы не обижали его. Пока.

Смотреть на встречу и подслушивать не стали, хотя и очень хотелось. Мы отняли кашу и накрыли стол на улице под виноградом. Феи наелись минуты за три, покрутились вокруг, потом сложили свое оружие в специальную коробку и улетели в сад. Заниматься вечерним уходом за цветами. Судя по всему, мальчики помирились самостоятельно, что порадовало мое сердце. Через пару минут Дэклан вернулся, сцапал свой лук, стрелы и с дикими воплями унесся обратно.

— Опять они кошку гоняют, — тихо заметила Мэвис. Она одна осталась со мной, предпочитая лежать на животе и листать букварь. — А ещё у тебя есть книжки с картинками?

— Есть. Большие и красивые. Они там закончат общаться, тогда найду для тебя. Рель говорит, ты плакала днем.

— Ничего, прошло уже. — Ладно, не буду приставать. Все равно Рель разболтает, надо только подождать и задать наводящий вопрос. Что-то долго они там разбираются. Я не выдержала и пошла на кухню. Чайник поставить.

Лия потерянно сидит на диванчике. Шон обнимает её за плечи и молчит. Как бы так незаметно выяснить, до чего они договорились.

— Каша еще осталась. На всех хватит. Ужинать будете? Я вот чайник поставлю. Чай будем пить. С плюшками. Лия, кто булочки пек. Ты или Мег?

— Я бы перекусил, — нерешительно проговорил владелец моей любименькой машинки. Звонок телефона прервал копившееся напряжение.

— И кто там такой смелый?

— Начальник твой, дорогая. Что там иностранец? В гостинице не появлялся, я проверял.

— Все уладилось, завтра расскажу. Карл. Тут такое дело. Есть свидетель. Живой. По тем убийствам ритуальным.

— Завтра жду на работе с отчетом. Отбой. — Хороший у меня босс. Другой бы начал настаивать, типа давай скорее ловить преступника, езжай в отдел. А этот — завтра. Сколько у нас времени сейчас? Ой, спать пора давно. Интересно, устроит раскладное кресло богатенького Буратину? Или в отель свалит. Пойду, спрошу.

На кухне все были счастливы и довольны. Улыбались и подъедали последние плюшки. Шон радостно обнял дочку и заявил:

— Лия едет со мной. Прямо сейчас.

— Ну, если ты сможешь самостоятельно отсюда выехать, то без проблем. Можете собираться. — Папаша выглянул на улицу и убедился. Темно. Ничего не видно. Фонари тоже объявили сегодня забастовку.

— Я и не видел, что уже ночь наступила. Агнесса, разреши мне остаться и переночевать здесь. Пожалуйста.

Вот и славно. Никто никуда не едет. И этот странный день, наконец-то закончился.

Зарисовка 9. Жизнь продолжается, монстрики наступают…

Тёмной ночью, поддавшись таинственному Зову, я встала с кровати и вышла на улицу. Ощущение было двойственное. С одной стороны, прекрасно понимаю, что нужно спрятаться в доме и покрепче закрыть дверь на засов. С другой стороны, вся моя женская сущность тянется, заставляет переставлять ноги, двигаться в направлении притягивающей нити. Возле ворот я наступила на что-то острое, порезала ногу и на пару секунд пришла в себя. И тут же ледяной сгусток энергии окутал все тело, заставив забыть обо всем. Железные ворота на ночь мы закрываем на ключ, вешаем его на специально прибитый крючок. Но сейчас мной управляет кукловод, он не знает, что двери без ключа мне не открыть. Поэтому я безуспешно пытаюсь выйти. Хочу содрать замок руками, не получается. Железо крепче моих рук. Постороннее влияние полностью поглотило волю. Со стороны я, наверное, похожа на привидение. Растрёпанная дама, в ситцевой ночной рубашке, глаза, без единого проблеска разума, руки, разбитые в кровь с содранной кожей на костяшках. Я знаю, там, снаружи, меня ждут. Надо выйти любой ценой. Кто-то схватил меня за плечи и потащил назад, в тепло дома. Я упиралась, вырывалась и рвалась к выходу.

— Опять ты, мерзкий вампир! Пошёл вон, гадина дохлая! — Мимо пролетел сиреневый шар энергии, впечатался в защитную сетку и растёкся по ней, впитываясь и усиливая крепость заклинаний. — Попадись ты мне, упокою! — Что там было дальше, не знаю, потому как благополучно потеряла сознание.

Пришла в себя уже на кухне. Лия подсовывала мне поднос ватку с нашатырным спиртом, морщась от резкого запаха, и тревожно заглядывала мне в глаза:

— Как себя чувствуешь? Мы так испугались, когда ты стала биться всем телом в ворота. — Девочка выбросила поскорее приводитель в чувство, достала аптечку и стала в ней рыться. Больно как. Подтянула к себе ногу и посмотрела на рану. Ничего себе, рассадила почти до кости. Тут мне в голову пришла интересная мысль. Это вот в дом меня внес кто? Кошмар. Посторонний дяденька, а я в ночной рубашке, и вообще — бррр. Совсем не комильфо. Лия притащила тазик с теплой водой.

— Спасибо, малышка. Ты меня спасла сегодня. Иди, пожалуйста, спать. Дальше я сама справлюсь. Прошу тебя. — Не хватало, чтобы ребёнок смотрел, как я все это буду зашивать и шипеть от боли. Самой неприятно, а ей так и вовсе ни к чему. Лия ткнулась головой мне в плечо и утопала в спальню, поминутно оглядываясь.

— Вампир уже второй раз зовет Нессу, и она его слушается, — пожаловался Дух оборотню. — Я еле успел. Прошлый раз дракон помог. В этот раз ты здесь вовремя оказался. А что будет в следующий? Кстати, подруга, ты почему амулет сняла? У меня маленькая энергоемкость. Теперь придется копить энергию очень долго, сама понимаешь. Второй раз такой выброс Силы могу и не осилить.

Видимо, это уже ко мне вопрос. Я как раз взялась прокалить на огне спиртовки иглу. Поэтому скорчила серьезную мину и сделала вид, что очень занята. Почему сняла. Не знаю. Сняла и сняла. Прицепился. Вот не знала, что у Мерлина может быть в помощниках такой нудный Дух. Со стула вот чуть не свалилась, пристраивая ногу удобнее для лечения.

— Могу помочь. Я умею зашивать раны. — Смотрите-ка, очнулся наш красавец мужчина. Пусть шьет. Я отдала иглу.

— А почему сейчас у тебя глаза желтые? Днем были синие. — Больно же, когда кожу прокалывают и тянут.

— Потому что днем были контактные линзы, выпали там где-то. Когда я разозлился на тебя. — Ещё четыре стежка. На что же это такое я наступила. Острое и длинное. Остаточная магия Зова все еще искрами ощущалась по всему телу. Хотелось стать под горячую воду и мыться намыленной мочалкой до сдирания верхнего слоя кожи. Отвращение, вот что я чувствовала сейчас по отношению к себе. Видимо, во сне вампиру удается каким-то образом воздействовать на психику. Отсюда вопрос, что делать, если его влияние уходит не полностью. Что, если, уцепившись один раз, чудовище вгрызается намертво.

— Понимаешь, я подумал, что ты её держишь, как зверя, в клетке. В нашей стране некоторые колдуны именно так поступают с оборотнями. — Шон отрезал последний хвостик нитки и вернул мне иглу. Потом снова откинулся на спинку стула. М-да, слишком экзотическое зрелище для моей расшатанной нервной системы. Полураздетый мускулистый мужчина. Так близко. Н-да. Ещё раз как следует промыла рану настойкой сафоры. Щипало очень сильно. Лишние мысли улетучились мгновенно. Потом достала из аптечки мазь с антибиотиком, всего-то на кончике ножа осталось. Аккуратно примотала салфетку с лекарством, бинтом и завязала кончики. Пока я возилась, Шон сидел, как статуя, неподвижно. Вот, когда уже закончила обрабатывать костяшки на руках, он шевельнулся, взял мои холодные израненные руки в свои ладони и предложил:

— Я могу взять тебя с собой, дорогая. Поехали? У меня дивный дом на берегу моря, большая усадьба, собственный пляж. Лия будет рада твоему обществу. Что тебе здесь делать? Одна, без семьи живешь. Только крылатые недоразумения, но их тоже можно взять с собой. — Потрясающе красивый мужчина склонил голову и коснулся губами моих рук. Ах. Какая романтическая сцена.

— Это предложение чего именно? Ну, вдруг пойму не правильно. — За свою жизнь я на котов насмотрелась. Не думаю, что человеческий вариант так уж сильно отличается, потому и уточняю.

— Я предлагаю тебе место колдуньи клана. Отдельный небольшой домик, почти такой, как твой. И своё общество. Иногда. — Шон протянул мне руку, чарующе улыбнулся, подмигнул, — по рукам?

Один положительный момент от этого разговора всё-таки был. Я отвлеклась от своих странных ощущений и не заметила, как чужая магия окончательно испарилась под воздействием лучей восходящего солнца. Уже рассвет. Скоро Рель прилетит меня будить. А я тут в неглиже. Ужас.

— Так каков будет твой положительный ответ? — Помню этот фильм. Челлентано, Орнелия Мути. Это ж сколько лет прошло.

— Нет, спасибо за предложение. Я оценила. — Он кивнул, отвернулся и ушел к дочери. Прошло какое-то время, пока собрали вещи, сложили в машину. Мы с Лией постояли обнявшись. Малышка стала для меня родным и близким человеком всего лишь за неделю. Расставаться не хочется, а надо. Пришла Гавриловна. Прочитала лекцию по воспитанию детей папаше и подарила своей ученице эксклюзивное издание сказок Пушкина.

— Двери этого дома всегда открыты для тебя, племянница, в любое время, — прошептала я на ухо Лие, когда она уже шла садиться в машину. Прощание это маленькая смерть. Не помню, чьи слова, но так оно и есть. Мы стояли на улице и смотрели, как уезжает в другую жизнь наша малышка. А потом пошли пить чай. Мег заварила свежий и круассанов напекла. Большую часть, правда, отдали в корзинке путешественникам. Но штук пять нам вполне хватит для завтрака на двоих.

— Да не расстраивайся ты, вон у тебя в кружке чай пополам со слезами. — Гавриловна участливо погладила меня по спине, о чём-то пошепталась с Рель и ушла к себе, сообщив, что у неё должен подойти очередной ученик. И, правда, расклеилась совсем.

Лучший способ избежать депрессии — заняться делом. Я вышла во двор посмотреть, чем это умудрилась вчера пораниться. Моя домохозяйка с утра пораньше смыла мыльным порошком кровь с плиток и присыпала пеплом. На всякий случай, чтобы никто не использовал во зло. Хотя кто тут, в моем дворе будет пакостями заниматься? Нашла. Завернутый в мягкий кусочек светлой замши на столе лежал кинжал. Удобная ручка, лёгкий. Лезвие волнистое с выделенной режущей кромкой. Две змейки вьются по рукояти и раздваиваются, защищая руку от острых краев. Красивый и смертоносный. В ножнах обнаружилась записка: "Оставляю его тебе в подарок. Вчера я положил кинжал возле входа для дополнительной защиты. Пригодился же". Видите? Опять две стороны у факта. Первая — защита сработала. Вторая — я получила боевое ранение в сражении с самой собой. И теперь хромаю. Непонятно только, ругать оборотня или благодарить. Послышался шум подъезжающего автомобиля. Рель выглянула:

— Несса, собирайся скорее. За тобой машину прислали. Сам за рулем.

— Кто? Карл? — Не может такого быть.

— Скажешь тоже. Роман. Что-то он в последнее время слишком хорошо к тебе относиться начал. Не к добру.

Я открыла двери и выглянула:

— Пара минут, и буду готова, подожди, пожалуйста.

— Ага, привет, ведьма. Иностранец в отдел заезжал попрощаться и заявление забрать, сказал, что у тебя с ногой проблемы. Так меня начальник за тобой отправил. — Выдал наш бравый заместитель и развернул газету.

Собралась я быстро, на всякий случай уложила в сумку статуэтку и кинжал. Набросила спортивную куртку с капюшоном и села в машину. Рель привычно забралась в карман.

Карлуша ждал нас в кабинете, нервно перекладывая бумажки с места на место. До начала рабочего дня ещё минут десять, а шеф уже на взводе. Спрашивается, чего он так переживает?

— Ты сказала, что есть свидетель, это правда? — Ни тебе здрасьте, ни тебе, что у тебя с ногой, сразу наезжать. Начальству всё можно. Ну, или оно так думает.

— Правда. Мало того, наш свидетель — художник. Вот портрет мужчины, который вышел из Юлиной квартиры.

Карл развернул свиток и поднес поближе к свету. Опустил, посмотрел на меня, снова поднял, рассмотрел и отдал Роману.

— Ты знаешь, где он живет? — Осторожно спросил начальник.

— Да, знаю. — Мы вместе учились когда-то в прошлой жизни. Часто пересекались по работе. Антон служит следователем вместе с Ольгой. Он сильный колдун, но скрывает этот факт. Его бы уволили, если бы узнали. Обычные люди в наше время стараются избегать нас. Даже город негласно разделен на районы. Из-за этого операцию пришлось согласовывать с начальством и кооперироваться с главным отделом безопасности. На задержание выехали двумя машинами. Утром я звонила Ольге. Подруга сказала, что у Антона выходной, и он, скорее всего, дома. Квартира оказалась пустой. Два бойца остались в засаде, остальные вернулись к машинам. Спецы здоровые, как лоси, носятся быстро. А я, со своей ногой, еле спустилась вниз по лестнице. Остановилась отдохнуть возле скамейки с местными бабушками. Ступню пекло огнем.

— Кого ищете, деточка? — Симпатичная дама с аккуратной стрижкой внимательно смотрела на меня голубыми глазами. Остальные две тоже навострили ушки.

— Антона ищем, на четвертом этаже живет в вашем подъезде. Нужен срочно по работе. А дома никого нет. — Я попыталась стать на ногу, не вышло. Даже пискнула от боли.

— Нога что ли болит? — Включилась в разговор еще одна пожилая дама. — Что у тебя с ней?

— Бандитская пуля, девочки. С утра вроде ничего, А сейчас разболелась, боюсь, как бы швы не разошлись. — Бабульки похихикали.

К подъезду подрулила еще одна машина. Из нее вышла Ольга и еще два сотрудника, из тех, кто всегда работает с Антоном. Подружка решительно направилась ко мне.

— Деточка, а давай я тебе костыль вынесу. Прошлой зимой муж ногу сломал, так нам в поликлинике выдали. — Дама шустро сбегала к себе в квартиру и вынесла прочный инструмент для хождения одной ногой. — Ты только, когда не нужен будет, верни, пожалуйста. Глядишь, ещё кому пригодится.

— Спасибо Вам, большое. Выручили. — Я оперлась на костыль и попробовала шагнуть. Получилось.

— А если наш Антон так уж сильно нужен, — взяла слово первая дама, с прической. — Так он тут по двору с утра бегал, кошек ловил. Затолкал всех в корзинку и ушел в сторону мусорки. Сказал, в приёмник отвезет. Чтобы просто так по улицам не болтались, заразу не разносили. — Только он нервный был, в глаза не смотрел, торопился очень. Мы вот сидим и думаем, что за приёмник такой?

— Давно ушел, девочки? — Спрашиваю, а Ольга смотрит на меня, как на врага народа. Хмурится и пыхтит.

— Минут сорок назад, я на часы глянула, когда он уходил. — Доложила третья бабушка, постучав по циферблату ручных часов.

— Спасибо вам огромное, вы нас просто спасли. — Я перекинула сумку на спину, вцепилась в костыль и резво попрыгала в нужную сторону. Карл что-то крикнул, не расслышала, просто помахала рукой, указав направление.

— Хотела тебя поколотить, но не буду. Ты и так калека. Антон вам зачем? — хотела бы промолчать, но нельзя. И сказать трудно.

— Так он колдун и есть, которого мы ищем. Соседка видела его, когда выходил от Юли. А она — художница. Настоящий мастер. Портрет нарисовала. Потом тебе покажу. Зачем ему кошки?

— Зачем, зачем. Не будет же он бабку с собой тащить среди бела дня. — Проворчала Ольга, переходя на бег.

— Эй, куда побежала, а я? — Все меня бросают. Все. Обижусь на них.

Далеко прыгать не пришлось. Мусор у нас в городе давно уже не вывозят, как положено в цивилизованном обществе. Вот местные жители и придумали использовать ближайший пустырь под свалку. Запахи, сочившиеся из огромной кучи отходов, явно отталкивали население. Наверное, поэтому наш колдун выбрал это место для ритуала. Из-за того, что обычно днем здесь никто не шарился. Судя по всему, он и сейчас не рассчитывал на зрителей. Сидя на корточках, спиной к нам, Антон заканчивал начертание сложной звезды, вписывая необходимые символы. Свечи по углам уже горели. Несмотря на легкий морской бриз, пламя поднималось ровно вверх. Сама звезда заключена в круг. Корзинка с кошками расположилась ближе к нам. Мы оглянулись. Кавалерия где-то задержалась, или я неубедительно рукой размахивала. А, нет, вон, по одному перебегают от куста к мусорным кучкам. Маскируются и занимают позиции вокруг. Рель высунулась из кармана с требованием:

— Кошек надо спасать. Сделай что-нибудь.

— Чего это я. Вон подруга, у неё две ноги. Пусть она спасает. — Ольга подняла на меня горящий взгляд, прижала руки к груди и затряслась. Не сильно. Чуть-чуть. Всё ясно, человек неадекватен. Или боится.

— Рель, может, ты отодвинешь крышку? Они сами убегут. Колышек вытолкни, и все дела. — Малышка отрицательно покачала головой. Сил не хватит. Антон выпрямился и, с закрытыми глазами, начал бубнить нехорошие слова вызова или призыва. Не разбираюсь я в этом.

Пользуясь тем, что товарищ занят, прерываться ему никак нельзя, я встала на колени и подползла поближе. Потом взяла костыль. Полезная штука, многофункциональная оказалась. Пару раз промахнулась, на третий раз получилось подцепить ручку. Медленно, стараясь, чтобы друг меня не заметил, я подтащила тару к ногам и открыла корзинку. Кошки повыскакивали мгновенно и разбежались во все стороны. Ольга заставила себя подойти и помочь мне подняться.

Антон непрерывно говорил что-то на латинском языке. Внезапно он раскрыл глаза, потянулся рукой назад. А там нет ничего. Он повернулся и увидел своих друзей, то есть нас. Одна трясется, как осиновый лист. Вторая еле стоит на одной ноге.

— Давай заканчивай и выходи оттуда, — рядом с нами нарисовался босс Антона. Он так решительно двинулся в сторону творящейся магии, что мы еле успели удержать его от непоправимого шага. Некромант уже не мог прервать ритуал изнутри. Мы ничего не могли сделать снаружи. Энергия уже собиралась отовсюду, закручивалась в спираль и уплотнялась. Антон достал ритуальный нож и полоснул себя по запястью. Кровь пролилась тонким вязким ручейком по линиям начертанной фигуры.

— Шайла, что он делает, — мысленно спросила я, тяжело опираясь на костыль.

— Энергию собирает, это должно быть понятно даже такой глупой ведьме, как ты.

— Зачем?

— Понятия не имею. Наверное, хочет куда-то направить. Я же символы не вижу отсюда. А туда не полечу. Боюсь.

— Чего ты боишься? Ты же Дух.

— Сейчас да, а там как рванет, могу развоплотиться. Кто тебе советы тогда давать будет?

В этот момент некромант резко поднял вверх руку с зажатым ножом. Что он хотел этим показать или сделать, нам не узнать никогда. Потому что у молодого мальчишки из группы захвата не выдержали нервы. Боец выстрелил короткой очередью, как учили.

Пули пробили энергетический щит и вонзились в грудь Антона. В центр звезды упало уже мертвое тело. Жертва. Получается, ритуал закончен. Что бы некромант ни затевал, нам это определённо не нужно. Мы с подругой переглянулись и резко выбросили руки, ладонями вперед, посылая чистое пламя, рожденное в наших сердцах и пропущенное через вечный огонь Земли, человеку, который так долго был нам другом. Стихия Огня отозвалась мгновенно, через секунду столб пламени поглотил и звезду, и тело Антона, и что-то мрачное, возникающее на месте гибели некроманта.

— Несса, там у тебя нет на примете небольшого домика? Похоже, мне придется переезжать. — Устало сказала Ольга, стряхивая пепел со лба. — Сегодня же напишу заявление на перевод в ваш отдел. Как считаешь, Карлуша согласится?

— После того, что он только что видел? Спрашиваешь.

Две чумазые, обсыпанные пеплом ведьмы, подобрав костыль, дружно двинулись к машине, возле которой стоял потрясенный случившимся Карл. Рядом с ним громко кричал по рации Роман, вызывая пожарников. Ветер дул с моря, поэтому огонь перекинулся на свалку, пожирая мусор быстро и беспощадно. Черный вонючий дым поднимался вверх, закручиваясь спиралью и медленно двигаясь в сторону южного района.

Обо всем этом я подумаю завтра. Хороший подход у Скарлетт О'Хара.

Ольга поехала к себе решать проблему с переводом. Меня ребята завезли в больничку, где выяснилось, что таки да, швы разошлись. Рану обработали, зашили снова, и крепко перевязали. Выписали больничный до конца недели. Карл полюбовался на официальную бумагу, потом вздохнул и налил нам с Романом по кружечке кофе из новой кофеварки. Видать, на новоселье подарили.

— Несса, скажи только честно. Как ты считаешь, он погиб случайно, или это чей-то способ замести следы? История закончена? — Карл взлохматил остатки шевелюры, требовательно уставился на меня, даже ногой притопывать начал от нетерпения.

— Ты же у нас начальник, а я так — на больничном из-за своей глупости. Можете не оплачивать. — Я гордо сидела с прямой спиной на краешке стула, с чашечкой кофе в руке. Рель под шумок таскала шоколадные конфеты из вазочки в шкафу и складывала мне в сумку.

— Если бы не вы с Ольгой, подозреваю, от нас мало чего осталось бы. — Шеф, наконец-то, сел и успокоился. — Ты же в курсе, она переходит к нам в отдел. Вот, держи ещё эти коробки с конфетами. Мне сладкое вредно, а твоя крошка из вазочки уже все перетаскала.

— Мне можно шоколад! — Вмешался Роман, до этого тихо возивший чайной ложкой по блюдцу.

— Тебе нельзя, потому что никто не дает. Иди, делом займись, к примеру, даму отвези домой. До завтра, Несса.

По дороге Роман выпросил у феи коробку конфет, хотя мелкая упиралась до последнего. И согласилась только на обмен. Конфеты на мороженое. Возле ворот нас никто не ждал. Как-то даже обидно и непривычно. Традиция нарушается.

Ужин был накрыт на столе, покрытом накрахмаленной скатертью. В доме — ни пылинки. Комнатные цветы политы, вымыты и переставлены на другие места. Хм. Действительно, так намного лучше. Я случайно забыла две коробки с трюфелями на тумбочке, возле телевизора. Кстати, может, выбросить его? Жаль, что я не могу пригласить к ужину брауни. Не любят они этого. Пусто без моей девочки, грустно. Даже аппетит пропал. Поэтому, когда зазвонил телефон, я сразу бросилась к телефону.

— Несса! Привет! Мы уже границу проехали, сейчас остановились пообедать. Как твоя нога?

— Лия, солнышко, все нормально. Нога заживает, мы все за тобой скучаем. Береги себя. — Не успела я перейти к наставлениям, как связь закончилась.

Прилегла на кровать подумать, закрыла глаза и провалилась в кошмар.

Выжженная степь, ни травинки, ни кустика. Ничего. Я стою босиком, одетая в какие-то рваные тряпки. Рядом рассохшийся безжизненный ствол дерева. Оно, как будто ещё живое, но умирает. Вдали видна громадная куча мусора. Какой-то механизм движется слева. Эта жуткая картина полного запустения давила на психику и мешала сосредоточиться. Сзади раздался скрипучий голос:

— Разве так должна выглядеть твоя Земля? — Я повернулась. Чудовище. Ну, или другая форма жизни. Существо, с головой орла, мощным львиным туловищем, широкими лапами. Грифон, что ли. Плохо разбираюсь в мифологии. Справа раздался скрежет, я обернулась, никого и ничего. Повернула голову к грифону. Пропал. Внизу почва стала мягкой и вязкой. Тонуть в земле, как в зыбучих песках, очень страшно. Я закричала от ужаса. И проснулась.

Зарисовка 10. И снова вампир.

Лучше бы мне оставаться там, в безжизненной пустыне с корягой под боком. Потому что сейчас я оказалась в идеально чистой, большой, светлой комнате с высокими потолками. Пол выложен белыми и черными плитками. На возвышении возле окна небольшой столик сервирован к чаю. Тонкий прозрачный фарфор, кружевные салфетки, вазочки с вареньем и джемом. Корзинка с горячими булочками. Легкие белые занавеси обрамляют старинный витраж, изображающий абрикос в цвету. По обе стороны от столика стоят два стула с высокими спинками. И, среди всего этого безупречного совершенства я. Босая, изодранное платье невнятного цвета, волосы, слипшиеся от грязи и обвисшие лохматыми сосульками. Если смотреть со стороны, похоже, что меня сначала протащили по колючим кустам, а потом вываляли в грязной луже. Остатки которой в настоящий момент стекают коричневыми ручейками к моим ногам на сверкающую чистоту плиток. Откуда я знаю, как выгляжу? Большое зеркало напротив не оставило мне иллюзий. Замарашка и есть.

— Что же ты стоишь, человек? Проходи, садись к столу. Я, Королева, сама налью тебе чаю. — Даже её голос обладает Силой. Неприятная режущая кромка воздушной волны коснулась края ткани, и кусочек моего одеяния упал на пол. Кто-нибудь отказывал Королевам? О. Вот я тоже не могу. Ещё минуту назад я была одна здесь. Теперь же на одном из стульев расположилась царственная особа. Открытое вечернее платье, цвета темной ночи. Распущенные по белым плечам волосы. Длинные изящные пальцы нежно касаются чайника. В лицо смотреть не решаюсь.

— Нижайше прошу прощения, Ваше Величество. Не смею подойти к Вам даже на шаг. Мой вид оскорбителен для Ваших глаз. — На колени падать не буду. Из принципа. В конце концов, у нас тут монархия не ночевала больше ста лет. Я понятия не имею, как себя правильно вести.

— Мудрый ответ. Скажи, этот не мертвый, он сильно тебе досаждает? У тебя кровь капает с рук, нога не в порядке. — Если мне придется третий раз накладывать швы, буду орать. Вряд ли сумею выдержать экзекуцию молча. Или это просто сон? То, что происходит сейчас. И это не моя кровь расплывается под ногами поверх грязных разводов.

— Могу избавить тебя от его визитов. Хочешь? — Королева наклонила голову, закрывая лицо шелком черных волос. Молчу. Никаких услуг принимать от фэйри не намерена. Чувствую, как страх начинает прорастать через кожу, заворачивая меня в кокон отчаяния. — Иди, но помни, ты сама придешь к нам. Очень скоро.

Я проснулась. Дома, на своей кровати, там, где прилегла на минутку подумать. Вспомнила, что швы разошлись, судорожно стала разматывать бинты. От раны осталась тонкая, еле заметная белая линия. Поднесла к лицу руки. Ссадины, ранки, всё зажило. Срочно надо выпить горячего сладкого чая. А то трясет всю от таких сновидений. С другой стороны, нога теперь не болит, можно вернуть костыль старушке. Хорошо, что удалось отказаться от предложения Королевы. В ситхене нельзя пить, есть и договариваться о сделках с фэйри. Если только вы не хотите там остаться на всю оставшуюся жизнь.

Феи-крошки по ночам спят. Мег тоже не видно. Сижу одна за столом, пью чай и пишу отчет по вчерашним событиям. Шеф не напомнил, но обязательно спросит. Время близится к двум часам после полуночи. Час темных сил. Пожалуйста, судя по тому, как раскалился амулет на моей груди, одна личность уже здесь. Где-то у меня есть приготовленная заранее бутылка со святой водой. Схожу, пообщаюсь.

Уличное освещение нам так и не починили. Темно. Так, как там Гарри Поттер говорил? Экспеллиармус! Нет. Это чего-то там изгоняет, кажется. Хихи. Что-то со мной не то. Но смешно. О! Вспомнила. Люмос! И взмахнуть волшебной палочкой. Хм. Это не палочка. Я плеснула себе в лицо водой и пришла в себя. Понимаю, если заклинание не несет вреда, то амулет его пропускает. Я создала небольшой огонек на левой ладошке и отпустила его в свободный полет над улицей перед воротами. Сама залезла на табурет и выглянула. Рель утром меня точно прибьет. За то, что её не позвала. А не за то, о чем вы подумали.

Высокая фигура в плаще и надвинутой шляпе маячила точно перед входом.

— Кто тут по ночам бродит, порядочным девушкам спать мешает? — Кто скажет, что я — парень, пусть бросит в меня камнем. Уй, забыла классику. Склероз.

— Иди сюда, покажу, — вкрадчивый голос пробежал мурашками по моей коже. Фу. Мерзость.

— Что тебе от меня нужно? Топчешься тут. На нервы действуешь. И вообще, мужик, шляпу сними. Надо же видеть, с кем разговариваю. — Зря сказала. В шляпе он был не такой опасный. Породистый вампир попался. Волнистые каштановые волосы длиной до середины спины. Высокий лоб, идеальная форма бровей, пронизывающий взгляд черных глаз, нос, чуть длиннее нормы. Твердая форма подбородка. Грозная такая лапочка. Предыдущий был просто красавчик. Этот же напомнил мне ассасинов из фильма. Такие наемные убийцы. Там они все были высокие, широкоплечие, поджарые и какие-то одинаковые. В итоге всё хорошо, все умерли. Японский фильм. Что-то я отвлеклась, мысли витают в астрале. Опять магия. Налила на ладошку водички и умылась. Пришла в себя.

— Ещё раз попытаешься заморочить мне голову, уйду. Будешь один тут куковать, без компании.

— Ты мне угрожаешь? Маленькая глупая женщина меня пугает. — Вампиры умеют смеяться оказывается. Сколько нового узнаю этой ночью. — За храбрость я готов сделать тебя своей подданной вместо того, кого ты убила. Выходи. — Играет голосом и магией. Но на меня пока не действует. Амулет остыл, не горит алым светом. Наверное, хватит уже нарываться на неприятности.

— Извини, кэп. Судьба Бэллы Свон меня не привлекает. — Я слезла с табуретки, снова умылась водичкой, освященной в монастыре на прошлую Пасху.

(Кто не знает, Белла Свон — героиня нашумевших в свое время "Сумерек", всё ходила за своим возлюбленным вампиром, чтобы он её обратил.)

Спать не хотелось. На кухонном столике обнаружила трехлитровую банку со скисшим молоком. Зачем, интересно, Мег её сюда поставила? Взяла большую кастрюлю, вылила туда простоквашу, поставила на маленький огонь и стала помешивать ложкой. Будет творог на завтрак. Мешаю, а сама думаю, кому и зачем понадобились картины. Когда подвесила творог стекать над большой миской, сообразила.

— Шайла, солнышко, поди сюда на минутку.

— Да здесь я. Наблюдала твои разговоры с нечистью. Чего изволишь? — Надутое существо, похожее на большого дымчатого страуса устроилось на скамейке, доставая из кармана неизменную трубку.

— Хочу спросить про историю с картинами. Ты что-нибудь знаешь?

— Могу высказать пару идей. Смотри, если наложить заклинание, открывающее вход, получится не портал, а, как это у вас называется, форточка. Можно подглядывать, можно энергией подпитываться. Ты же в курсе, что вампиры не только кровь пьют. Эмоции, страхи, сомнения, раздражительность, тому подобное. Человек купит картину, повесит в спальне, и ему всегда будет плохо рядом с ней. Вторая идея — влияние. Допустим, ты плохой колдун. И тебе нужно провернуть какое-нибудь дельце. Украсть, убить, подставить, неважно. Ты накладываешь заклинание на картину. Заметь, все творения были незакончены. Значит, картина попадает назад к художнику, и он с ней работает дальше. Заклинание покрывается слоем краски, в процессе уже улавливая в свои сети самого мастера. Потом попадает к покупателю, или заказчику. И уже там включается на полную мощность. Человек становится одноразовой куклой. То есть, выполнит, что ему положено, и тут же об этом забудет.

— Программирование. Угу. Гадость одноразовая или будет влиять постоянно?

— Как правило, выполнит предназначение и истаивает. Картина снова предмет искусства, ничего больше.

— А как узнать, зачем нужен такой сложный путь.

— Несса, что ты от меня, обычного Духа, хочешь. Дай лучше конфетку. — Открыла коробку, поставила её на стол и задумалась.

Когда я, в очередной раз, проснулась, солнышко уже озарило светом землю и существ, её населяющих. Перед моим носом возникла большая кружка кофе со взбитыми сливками. Божественный запах. Ехидная мордочка Рель появилась в моем поле зрения.

— Творог накладывать? Кстати, там этот пришел. Здоровый такой, с косичками. Звать? Второй час ворота подпирает. Йен с Дэкланом посыпали его пыльцой. Представляешь? Он даже не чешется. Стряхнул и всё. — Мег поставила на стол миску с творогом и возмущенно уставилась на меня.

— Что? Говори уже. У меня с пониманием взглядов трудности.

— Хозяйке полагается спать в кровати, а не на столе. Я пришла утром готовить и убирать, а здесь ты. Чтобы больше этого не было. — Я кивнула, сказать-то нечего. Встала и пошла во двор, смотреть, кто там завис в ожидании.

Забор подпирал братик невесты Донована. Шикарный норвежский викинг ростом с меня на табуретке. Роскошная грива белокурых волос спускается чуть ниже лопаток. Косички на висках с бусинками и ленточками. Шлем с рогами надо обязательно добавить. Тогда сходство будет полное. Плюс зеленые глаза, обрамленные длинными светлыми ресницами.

— Привет, сват, заходи, гостем будешь, — не держать же его на улице, итак соседка пятый раз за хлебом идет. Товарищ расплылся в улыбке, протиснулся во двор и задрал голову, сосредоточенно почухивая затылок. Я тоже попыталась рассмотреть, куда это он вылупился. Норг хихикнул. При его размерах выглядело это по меньшей мере странно. С черешни слетела стайка летающих девиц с агрессивными намерениями. Они закружились вокруг головы гостя, звонко обсуждая будущую прическу из его волос. Мэвис подлетела вплотную к его бровям и принялась их причесывать специальной расческой. Гигант замер.

— Слышь, отомри. Дышать надо. — Ехидно заметила Рель.

— Так боюсь. Малышка такая крошечная. — Мягко сказал симпатичный великан и улыбнулся. Феи тут же обрадовались и принялись вить на его голове воронье гнездо. Ну, это я так называю их парикмахерское искусство.

— Творог будешь? — Принесла на улицу всю миску. Думаю, на веранде он не поместится. — Мы тут как раз завтракаем.

— Кто-то завтракает, а время уже к обеду близится. Рель в своем репертуаре, тут же наябедничала, что вчера ночью я рассекла ногу кинжалом почти до костей, а сегодня даже не хромаю. И ничего ей, такой милой, красивой и любящей не рассказываю. Даже о чем ночью с вампиром беседовала. Бедный викинг чуть булочкой не подавился, когда услышал.

— Сердечко моё, с вампирами нельзя разговаривать. Они плохие. — Это он к кому обращается вообще?

— Хорошо, больше не буду, — главное не говорить, чего именно не буду, и все довольны. — Тебя как зовут, добрый молодец?

— Витарр, — сказал великан, возвращаясь к еде. Мег стояла рядом с ним и умиленно смотрела, как исчезает пятая, по счету, булочка. — Лесной воин, на вашем языке. Мэрит уехала с женихом. Брат с ними, чтобы этот ваш Дон Жуан не смылся по дороге. Я здесь остался, с тобой. Можешь называть меня Вит, или Тар, как тебе больше нравится. — Нахал подмигнул Рель и налил себе ещё чаю. Я встала, возмущенно открыла рот, закрыла, села мимо стула. Мало того, что ночь ненормальная, так ещё и сюрприз утром на голову свалился. Подозреваю, что этим дело не закончится. Как в воду глядела, на улице загудел клаксон.

Роман ввалился во двор, размахивая пакетом:

— Рель, я тебе мороженое купил, как договаривались, а кто это? — Коллега пристально вытаращился на викинга. Тот облизнул ложку и демонстративно развалился на стуле. Стул треснул и развалился. Тар успел подняться на ноги.

— Сердечко моё, я сделаю тебе нормальные стулья. Не ругайся. — Тар делал большие умильные глаза, ногой задвигая обломки себе за спину. — Любимая, а ещё булочки есть?

— Не, я не понял, откуда здесь взялся этот шкаф? — Роман сердито уставился снизу вверх в лицо викингу. Тот хмыкнул. — И, вообще, Агнесса, тебя шеф к себе требует.

— Что значит, требует, — я возмутилась. — У меня больничный лист, между прочим. Производственная травма! Мне до конца недели доктор велел дома сидеть!

— Угу, прыгаешь, как здоровая, — ехидно заметил мужик. — Собирайся и поехали. Рель, куда мороженое деть? А шкаф останется дома.

Мороженое забрала Мег. Я вяло переоделась, не глядя, сложила сумку, вышла на улицу и удивленно остановилась. Мужики, мирно общаясь по поводу последнего футбольного матча, сидели в машине.

— Ты чего-то не сильно торопилась, — съехидничал мой личный водитель.

— Но-но, не обижай ведьмочку, — отозвался шкаф.

Капец, подумала я.

Карл ждал нас в кабинете, обложившись справочниками и книжками. Кофеварка работала.

— Всем привет. Несса, у нас новое дело. Садись к столу, вот фотографии. Смотри. Народ своё слово сказал, теперь твоя очередь. Кстати, кто это с тобой? Представьтесь, молодой человек. — Начальник поднял красные от недосыпа глаза на викинга. Потом снял очки и устало потер переносицу.

— Витарр, симпатия Агнессы. — Произнес Тар, оценивая возможности ближайшего стула. Во избежание порчи имущества симпатия осталась стоять, подпирая двери.

— Несса, ты ж вроде замужем, — удивленно заметил шеф.

— Что-то не вижу здесь никаких мужей. — Спокойно отреагировал мужчина. — Крыша течет, инструменты во дворе валяются. Стены в трещинах. Плитку во дворе давно переложить надо.

— Я посмотрела снимки. Что за дело, шеф? — Тему надо менять, хватит уже обсуждать мои проблемы.

— Да вот, уже пятый случай. Сначала человек вялый, еле ходит. На следующий день лежит, не встает, отказывается от еды. Бледнеет. Теряет волю к жизни, умирает. Никто не обращался, а сегодня дочь заведующего архивом заболела. Подняли документы, нашли похожие случаи, ну, ты знаешь, как это бывает.

— Карл, при всем уважении, неужели никто при осмотре не обратил внимания на проколы в яремной вене?

— Но у нас же никогда не было вампиров до сих пор, — вздохнул начальник, надевая очки обратно. — Откуда бы им взяться.

— Неделю назад один сгорел на моей улице. Сайгош помог справиться. А девушка, которую он укусил, умерла. С тех пор тот, кто его создал, почти каждую ночь бывает возле моего дома. — Немая сцена. Карл снова снял очки, закрыл глаза рукой и задумался. Потом поднял со стола лист бумаги:

— Вот здесь написано, что наш отдел создан для защиты рас не людей. Вампиры — раса? — Нашел что спросить. Умник.

— У нас на севере, кровососы считаются расой. Только их нет ни одного. Поселился год назад один такой раскрасавец. Потом девушки пропадать стали, одна, другая. С тех пор нет, не селятся. Как какой появится, сразу несчастный случай. То с повозки упадет в обрыв, прямо вниз головой. Они ж по ночам передвигаются. Темно. Край дороги плохо видно, вот и падают. То на кол напорется. Детишки играют в звездные войны, в рыцарей короля Артура. Бросают колышки из осины, где попало. Это я к тому, что — да, раса. Шаман строго следит за этим. — Тар достал откуда-то небольшой топор и принялся невозмутимо проверять остроту лезвия.

— Замечательно. — Отреагировал наш заместитель. — А нам что делать? Может, спихнем это дело в городской отдел? — Он с надеждой посмотрел на шефа.

— Не получится, — отозвался тот. — Они нам его и подсунули. Теперь это наша головная боль. — Карл сложил все книжки на столе в одну стопку, прихлопнул сверху рукой и уставился на нас.

— Значит так, Несса, бери Ольгу и двигайте к начальнику архива. Поговорите с его дочкой. Мало ли. Может, чего расскажет. Я поеду договариваться в спецотдел. Думаю, если кто-то совершенно случайно взорвется, мы же не успеем с помощью? Надо узнать, что у них есть из подходящих средств. А ты, Рома, остаешься на связи.

— Карл, у меня еще дело. — Не могу молчать. Вдруг это все связано как-то между собой. — Я про картины.

— Несса, давай потом. — Отмахнулся шеф и сбежал, прихватив свой любимый портфель.

— Ром, а Ольга в каком кабинете? — меня же не было утром.

— Они там с Кармен варят какую-то розовую муть в колбочках. Заперлись и никого не пускают.

Я вышла в коридор и отправилась искать химиков-любителей. Вовремя как выяснилось. На первом этаже что-то взорвалось. Тар тут же задвинул меня себе за спину. Беспредел какой-то! Я вылезла и побежала смотреть. Это же сколько потом можно будет вспоминать им по поводу и без повода. Быстренько сбежала вниз по ступенькам. Картина маслом. Кармен с очками, повисшими на одно ухе и прической "я у мамы дурочка", рвалась начистить пятак Ольге. Наш охранник держал её за руки и не пускал. Ольга пряталась за спиной колдуна из группы быстрого реагирования и пыталась увещевать Кармен:

— Ну что ты сердишься. Подумаешь, стекляшка рванула. Я же не знала, что туда нельзя пепел стряхивать. Ты могла бы предупредить.

— Корова ты бестолковая! Не могла отойти подальше! Там пепельница на подоконнике стоит, мымра! Это же моя диссертация! А, кстати, надо бы проверить компоненты, — Кармен потерла себе лоб, пошарила рукой по голове, нашла очки, нацепила на нос, закатила глаза к потолку и ринулась назад в лабораторию. Все дружно пронаблюдали эти манипуляции и облегченно вздохнули. Ольга струсила мусор со своей юбки и подошла ко мне.

— То ты хромаешь, то — нет. Ты уж как-нибудь определись, подруга. Кстати, что это за потрясающий мужик за твоей спиной хмурится? Познакомь, а?

— Ольга, это — Витарр, Витарр — это Ольга. Могла бы поздороваться. — Вроде не моё, но все равно неприятно. Пусть бы сама себе искала.

— Оу, а можно я буду называть тебя Вит? — Умеет Оленька призывно улыбаться в отличие от меня. Я сердито потрусила её за рукав.

— Нет, для тебя — исключительно Витарр. Идем в машину, у нас задание от вашего шефа. — Викинг спрятал топор, взял меня за руку и потащил к выходу.

Когда ехали к дому начальника архива, нас обогнала пожарная машина со включенной сиреной. Мы опоздали.

Зарисовка 11. Почти детектив.

Тар привез нас с Ольгой в то время, когда дом уже догорал. Мы вылезли из машины, стали рядом и занялись делом: смотрели, как работают ребята-пожарники, наблюдали, как горит огонь, медитировали на текущую воду. Все три удовольствия сразу. Запах гари и дым повисли в воздухе, заставляя слезиться глаза и раздражая слизистую носа и гортани. Конечно же, собралась куча народа, жаждущая зрелища. Не люблю толпу, весьма, знаете ли, управляемое образование. Умелый манипулятор с её помощью способен на многое. Пока мы так расслаблялись, пожарники собрали свои шланги и уехали. Народ подступил ближе, высказывая догадки, предположения и наблюдения. Пришло время раскрыть пошире ушки, собирая сведения из первых рук. Чем мы с Ольгой и занялись, с разных сторон внедрившись в коллектив зрителей, свидетелей и просто зевак, подтянувшихся с камерами и фотоаппаратами. Послышалось урчание автомобиля. Я обернулась. Тар, сидя за рулем государственной собственности, вырулил на дорогу и уехал в неизвестном направлении. Ладно, выводы сделаем попозже. Пока послушаю, что дяденька с большими усами рассказывает тетеньке, продавщице мороженого. Судя по всему, работает она в палатке, недалеко от места трагедии. О! Наши приехали, вместе с передвижной лабораторией пожарных следователей за компанию. Ну, ясное дело. Дом же, наверное, застрахован. Будут выяснять, поджог это, или оно само загорелось. Работа у ребят жуткая, лазить по пепелищу, искать улики и рассматривать сгоревшие трупы. Брр.

— Ну, и чего вы тут обе две делаете? — Кармен подрулила. Причесалась, халат чистенький надела. Зря, конечно. Пожарище — штука грязная. Даже, если просто рядом стоял, а уж тем, кто там роется…

— Ты бы комбинезон надела и резиновые сапоги, светоч ты наш ученый. Нам занятие попозже будет, когда все желающие поучаствовать в расследовании отъедут по своим офисам. Оль, ты можешь прямо сейчас сказать, случайность это или то, что мы все предполагаем. — Мы приготовились внимательно слушать выводы и достали из карманов блокноты с карандашами. Рель тоже выкопала у себя в передничке огрызок красного карандаша и выдернула у меня листочек. Три пары глаз одновременно выразили весь объём нашего восхищения проницательностью коллеги.

— Да ну вас, бессовестные вы личности. Вам бы только посмеяться над кем-нибудь. Здесь же место преступления! А вам хиханьки.

— Помедленнее, мы записываем, — вмешалась Рель, пряча усмешку. Хорошо, что телевизор сломался, а то она до сих пор смотрела бы своё японское анимэ и старые советские комедии. И так нахваталась афоризмов.

— Значицца так, — нормально, еще одна любительница детективов. — У нас тут имеется место преступления. Все косвенные свидетельства указывают, что имел место взрыв газового котла. Но! Утром приходила кухарка, о чем свидетельствует бабушка, дежурившая в кустах за проволочной оградкой, и продавщица мороженого из полосатой палатки. — Ольга заложила руки за спину, расхаживая взад-вперед перед нашей аудиторией, к которой добавился Карл и шеф пожарных. — Спрашивается, что делала в кустах пожилая женщина? Ответ: она каждое утро там стоит и считает количество прислуги, приходящей или уходящей из соседнего дома, теперь сгоревшего. Зачем она это делает? Просто так. Ей восемьдесят девять лет и смотреть телевизор надоело. Подглядывать за соседями интереснее. Так вот, кухарка пришла, приготовила завтрак, как обычно на три персоны, и ушла на рынок. Котел работал в щадящем режиме. Сведения от того же наблюдателя. В кухне было большое окно и стеклянная дверь, часто открытая настежь. Кто чем занят, все просматривается со второго этажа соседнего дома. Повезло нам со свидетелем. Рабочий приходит три раза в неделю, выполняет мелкие поручения, в том числе, проверяет исправность оборудования. Вон он стоит, его допрашивает следователь из страховой компании. Утверждает, что котел был в порядке. Я слышала, когда рядом проходила. Желаете услышать предварительный вывод? — Ольга остановилась и требовательно воззрилась на слушателей. Нас к тому моменту стало больше на двух человек. Вернулся Тар и подошел эксперт пожарников. Все мы дружно закивали, преданно глядя на коллегу. Сзади раздались жидкие аплодисменты, комментарии и поддерживающие замечания. Девушка продолжила:

— Наш свидетель не слышала криков, не видела посторонних людей рядом с домом, ничего подозрительного. Просто раздался взрыв, и весь дом загорелся. Улавливаете? — Мы отрицательно покрутили головами. — Одновременно загорелся! А что должно было быть? Сначала вспыхнула котельная, и только потом огонь перекинулся на жилые помещения. К тому же, котельная на расстоянии от дома. Это же очевидно! А что это значит? — Все дружно изобразили интерес. — Злоумышленник заранее обработал все поверхности внутри дома бензином или другой горючей смесью. Сделать так, чтобы котел рванул, несложно. Скорее всего, он ещё разместил где-то устройство для небольшого взрыва.

— Так и есть, — кивнул эксперт от пожарников. — Мы нашли наверху остатки взрывателя, забрали на экспертизу. Дом загорелся на пару минут раньше, чем взорвался газ.

Мне почему-то вспомнился открытый вентиль на газовом баллоне в Юлиной квартире. Нет ли здесь связи?

— Утверждаю, что внутри найдут всего одно тело. — Быстро проговорила Ольга. — Почему, не скажу, думайте сами. — Гордо подняла подбородок и отошла подальше от пожарища. Шеф пожарников отошел, переговорил со страховщиками, вернулся, встал напротив моей подружки:

— Кто вам сказал, что там погиб только один человек? — Инстинкт стадности в действии. Все окружающие повернулись к предыдущему оратору. Оля принялась объяснять ход своих мыслей, а меня отвел в сторонку Тар. Оказывается, уже поздно и ему очень хочется кушать. А, поскольку, я теперь его сердечко, то должна заботиться о том, чтобы товарищ был всегда накормлен. Если мне очень нужно, часик он согласен потерпеть, но не больше. И так проникновенно и умоляюще Тар всё это расписывал, что у меня самой животик вспомнил о том, что весь сегодняшний завтрак осел в желудке викинга, а обеда вовсе не было. Пришлось срочно ускоряться. Первым делом я подошла к Ольге и вручила список адресов жилья, выставленного на продажу. Потом отвлекла начальника и сказала, что завтра приду попозже. Карл быстренько согласился, чтобы я отцепилась, а он мог вернуться в клуб по интересам. Рель осталась послушать, о чем говорят, с условием, что она всё запишет и сразу вернется домой. Она с деловитым видом отняла мой карандаш, вручив свой огрызок для заточки. Потом улетела и заняла стратегически выгодную позицию на плече шефа. Почему выгодную? Потому что в его нагрудном кармане виднеется обертка от плитки шоколада. Тар мягко взял ремень сумки, потянул на себя:

— Поехали уже, куда там тебе надо, только потом — сразу домой, хорошо? — Голодающий викинг привел меня к машине и открыл дверцу. Я остановилась и задумалась.

— Тар, мы приехали сюда на другом автомобиле. Куда ты его дел и где взял этот? Прости, что спрашиваю, но меня же Карлуша прибьет, если с его драндулетом что-нибудь случится.

— Радость глаз моих, поехали уже, а? — Он всё-таки впихнул меня на переднее сиденье и пристегнул ремень. Джентльмен. — Развалюшка твоя на стоянке возле отдела, а ключи я отнес в кабинет, Ромке отдал. — Не, вы слышите? Ромка, значит. Уже спелись, голубчики. — Потом позвонил Вольфу, он мне эту тележку и подогнал.

Мафия, как есть мафия! Пока я возмущалась и пыхтела от злости, джип мягко притормозил возле входа в сквер.

— Иди, я подожду тебя. Только быстро, стоянка здесь запрещена.

— Очень интересно, чего остановился тогда? — с этими словами я вылезла из машины и хлопнула дверцей. Викинг поморщился. Вот, я так и знала. С этого всё начинается. Не хлопай дверцей, не лезь под капот, плавно нажимай сцепление.

— Остановка разрешена, вон же знак висит. — И показал наверх. Точно, между двумя столбами, на которых закреплены фонари уличного освещения, натянут тросик, на котором висит знак. В жизни не увидела бы. Какой законопослушный тип, надо же. Возмущаясь про себя, я потопала к набережной, искать блондинку. Девушка определенно адекватнее, чем Питер. По крайней мере, с ней можно договориться. За углом я спряталась за зеленую изгородь из нестриженого самшита и потихонечку вернулась к машине. Тар разговаривал по рации. Потом завел двигатель и куда-то свалил. Ну-ну. Ольга тут не одна — Шерлок Холмс. Нашлась загадка и для меня.

Блондинку обнаружила возле киоска с мороженым. Она меня сразу заметила и подняла руку вверх, с двумя оттопыренными пальчиками. Я кивнула. Пока дошла, девушка, удобно устроившись на скамеечке под платаном, уже ждала меня с четырьмя порциями мороженого.

— А где твои феи? — Она предложила вкусняшку на выбор. Пожалуй, возьму малиновое.

— Они не мои, это я — их, ведьма для фей. — Мы молча съели по одной порции. — Вкусно, спасибо.

— Бери ещё, я специально по два купила. Мне всегда одного мало для полного счастья. Чего расскажешь?

— Поймали мы душегуба. Так что тебе ничего не грозит. На вот, возьми мою визитку, здесь адрес, если чего — обращайся. Я, конечно, могла бы просто позвонить. Но у меня серьезное дело. Тебя как зовут, кстати? — Мммм, ванильное мороженое с шоколадной крошкой. Объедение. Надеюсь, я поправлюсь, и Тар от меня отстанет.

— Анжелика. Прикинь, мама назвала. Весь роддом смеялся целый месяц потом. — Я тоже чуть не подавилась. Еле прокашлялась.

— Ты же ещё и блондинка натуральная. Полное совпадение. Ладно, повеселились и будет. Спасибо за угощение. — Плавно перехожу к интересующей меня теме. — Понимаешь, вся эта история с картинами не такая уж безобидная. Вычислить махинатора трудно, но возможно. С твоей помощью, обязательно получится. Мне нужны два списка. Первый — кто из художников стал жертвой воришек, второй — куда потом девались законченные творения.

— Ладно, сделаю. Ты доверяешь мне, блондинке, такое важное дело. Уверена, что справлюсь? — Анжелика хитро прищурила один глаз, вытирая влажной салфеткой подтаявшие капли мороженого со своего передника, заляпанного красками.

— Ты же сама сказала, что любишь читать детективы, разве нет?

— Ну, да.

— Так вот, это уже второе расследование, с твоим непосредственным участием. Кстати, благодарю тебя за оказанную помощь от имени всех служб безопасности. Если бы не твой портрет, нам вряд ли удалось найти преступника так быстро. — Девушка порозовела и смутилась. Хорошенькая, просто картинка. Куда там той французской актрисе. Мы пожали друг другу руки и разошлись. Я — к машине, а Анжелика — к киоску с мороженым. Бедная деточка, только бы горло не простудила. Краем глаза замечаю фигуру, почти сливающуюся со стенкой беседки, полностью обвитой шиповником. Существо мерцает, то появляясь, то исчезая. Пробую посмотреть Истинным Зрением. А, ну, конечно, фэйри. Образ определить не могу, размывается и плывет, даже голова закружилась. Почувствовала легкое касание чужой энергии, и всё. Видение исчезло.

Когда я вышла к условленному месту, джип стоял, как вкопанный. Вроде и не уезжал никуда.

— Несса, солнышко, ты так быстро справилась, умница. Садись, поехали, — Тар включил зажигание, и через десять минут мы уже были дома. Возле ворот снова никого не было. Пропала традиция.

Вечер прошел спокойно и размеренно. Мег сегодня расстаралась и наготовила целых три перемены. Жаркое в горшочках, суп с клецками, салат мясной и еще какая-то зелень кучей в двух глубоких тарелках. Мне хватило половинки горшочка, потом животик, обманутый мороженым, сказал, что больше не хочет. Поэтому я пересела на веранду за рабочий стол и принялась записывать свои наблюдения, выводы, истории. Случайно нажала кнопку скайпа. Ойей! Интернет заработал, ура! Я подпрыгнула, прижала к себе брауни и принялась скакать от радости. Потом чмокнула её в щеку, вернувшись к компьютеру. Мег укоризненно покачала головой, глядя на мои гримасы. На экране мигал вызов. Нажала ответить:

— Привет, мадам Агнесса, — вот кого не ждала, того получила. Чешуйчатая персона из самой, понимаешь, Великобритании, объявилась.

— Добрый вечер, Сайгош.

— А, различие во времени. У нас еще только шесть часов. У многих рабочий день не закончился. Как ты? Как себя чувствует кошечка Лия?

— Нормально. Верни, пожалуйста, приличное выражение лица, умильные глазки у тебя плохо получаются. Кстати, Лию забрал отец. Приезжал тут на ягуаре. Весь из себя такой джентльмен, в костюме и при галстуке. Только жадина, порулить не дал. — На веранде пространство определённо уменьшилось. Все ясно. Кое-кто закончил с ужином и притащился выяснять, чем это я тут занимаюсь.

— Несса, ты что — совсем одна в доме? Мелочь не считается, ты же знаешь, против вампира им не выстоять никак, — встревожился змей подколодный. Ишь, глазки забегали. Викинг подвинул меня и занял место перед камерой.

— Конечно, солнышко здесь не одна. Как ты мог подумать такую глупость. Сайгош, друг, на тебя это не похоже. — А в ответ тишина. Я вытолкала громилу со стула и снова заняла своё место:

— Змей, ты уехал, а как справиться с вампиром — не рассказал. Ты его видел, страшный такой. Что с ним делать?

— Вон у тебя сидит образина лохматая, пусть он тебя просвещает. — Скажите, пожалуйста, обиделся! Ну и ладно, на обиженных воду возят. Попробую зайти с другой стороны:

— Слушай, а ты зачем звонишь? Только не юли, говори честно. Пока связь работает.

— Несса, как тебе не стыдно. Вечно ты меня в чем-то подозреваешь. На самом деле ничего особенного не случилось, просто Доминик обнаружил, что его статуэтка пустая.

— Какая досада. И что? — Тар встал, вышел за ворота, скучно ему с нами сидеть стало.

— Ну что. Дух нужно вернуть на могилу Мерлина. Сама должна понимать. Артефакту такой силы нечего делать в вашей деревне. У нас есть достойные волшебники, сильные маги, которые найдут ему правильное применение.

— А ты меня спросил, ящерица-переросток? — За моей спиной вырос фиолетовый полупрозрачный старец с длинной бородой и неизменной трубкой в зубах. Тар ввалился в двери с двумя большими скатками под мышкой. Поглядел на призрака, хмыкнул и ушел внутрь дома. Сайгош на пару секунд просто замер, удивленно разглядывая явление.

— Несса, все-таки он у тебя. Это Дэклан его стащил, да? Ладно, теперь это не имеет значения. Ты обязана вернуть его на родину, сюда. Дорогу мы оплатим. Приезжай, а? Пожалуйста.

— Как про вампиров рассказывать, пусть Витарр старается, а как артефакт, так, пожалуйста, Несса, привези. Прямо двойные стандарты у Вас, господин дракон. — После этих слов экран заморгал и потух. Вот, холера, опять забыла ребятам ноут отнести, чтобы посмотрели, чего там сломалось. Ну и ладно. Пора спать ложиться. Утро вечера мудренее (русский вариант поговорки Скарлетт).

Этот, с позволения сказать, Витарр, расположился на полу в гостиной. Разложил там два тонких матрасика, постелил сверху спальник и уже разлегся с томиком Перумова, переставив себе настольную лампу. Я посмотрела на это безобразие, фыркнула и ушла на улицу, звезды считать и вести неспешную вечернюю беседу с Аурелией.

— Несса.

— Что.

— Как ты считаешь, из Йена хороший муж получится? — Я села. Благо табуретка стоит рядом. Ничего себе новости.

— Рель, тебе решать, и ему. Чего ты меня спрашиваешь.

— Так мама далеко. Про нас забыла, наверное. — Во время беседы фея лежит на пузике, подпирая голову, у меня на руке, дрыгает ногами и мягко помахивает крылышками.

— Можешь попутешествовать. Как хоббит. Туда и обратно. Завтра ребята приедут, продукты привезут. А через неделю с ними же и вернетесь. Ты подумай. Йена с собой возьми, только Дэклан может обидеться. Или нет?

— Честное слово, ты, как маленькая. Они уже давно пара с Мэвис. Сейчас вот думают, в каком углу твоего сада строить свой дом. А, если мы уедем, как же ты одна будешь?

— В каком месте одна? Вон, на полу, целый настоящий викинг книжку читает. Грамотный. Видела его топор?

— Он тебе нравится?

— Топор? Рель, ну ты вопросы задаёшь. Сама знаешь, я весточку жду. Давно. Больше трёх лет прошло, как они там? Ничего не знаю. — Когда я ложилась спать, Тар уже тихонько похрапывал. Умаялся за целый день. Амулет снимать я не стала, ещё и святую воду переставила поближе. На всякий случай.

Утро для меня началось не телефонным звонком, не воплями феечки, нет! Ужасным грохотом падающих досок. От неожиданности я подпрыгнула и спросонья чуть не упала с кровати. Минут пять приходила в себя, потом догадалась глянуть на часы. Кошмар! Опять проспала. Скоро уже ребята подъедут, а я всё еще не одета. Позорище. Осторожно высунулась на кухню:

— Мег, что у нас такое грохнулось?

— Мужчина твой доски привез. Чинить стулья собрался, и домик молодежи строить. Ты завтракать собираешься? У меня уже всё готово. Воды я тебе вчера набрала, иди уже, обливайся. Посторожу. — Угу, я думала, что Лия — тиран. Ошиблась. Поплелась обливаться, бррр, холодная вода.

Минут через пятнадцать с улицы раздался требовательный гудок. Я тут же выскочила за ворота и бросилась обниматься с Людмилой.

— А где девочка твоя? Мы ей мясца привезли, свеженького. Муж давече кабанчика заколол. Смотри, красота какая, — Люда попыталась вынуть из грузовичка объемистый тюк. Сзади протянулась мощная рука и легко подняла и тючок, и корзинку с яйцами, молоком и сметаной. Меня чмокнули в макушку, и Тар понес в дом провиант.

— Несса, это кто такой здоровый? Ему бы шлем с рогами, точно викинг. Людмила с опаской покосилась в сторону открытых настежь ворот.

— Идем, чайку выпьем вместе, я тебе все новости расскажу, — потащила я подружку с собой.

— Нет, что ты. Мы много всего привезли, пока распродадимся, а еще засветло домой успеть нужно. — Телефонный звонок вернул нас в реальность. — Ладно, потом поговорим, в другой раз как-нибудь.

— Люд, деньги я тебе сейчас вынесу, только у меня просьба есть. Небольшая. Вы, когда домой поедете, захватите двух феечек с собой, к Алессе в гости.

— Уговорила. Так, я всё тебе отдала, побежала мужу помогать. Гляди, сколько людей собралось. Не справиться ему одному. Ты ребятам передай, пускай собираются. До встречи! — И унеслась. Вот так мы и общаемся. Два слова посреди дороги.

Мег накрыла стол на улице, как на праздник. Наверное, решила, что ребята зайдут в гости. Чай, булочки, ватрушки, овсянка. Тар уже сидел за столом, задумчиво размешивая ложкой сахар. Когда я приземлилась напротив и потянулась за ватрушкой, поднял голову и спросил:

— Несса. У тебя с драконом что-то было? — А нахмурился, жуть как. Переживает. Мелодрама, прямо как в сериале.

— Ты вот сейчас о чем спрашиваешь. Не пойму. — Скорее бы кашу доесть и на работу. Отношения выяснять, хуже нет занятия.

— Сайгош вел себя вчера странно. Обычно он так не дергается. А какой артефакт он хочет у тебя забрать?

— Какой, какой. Голодный. Мороженого никто не дает, конфеты закончились. — Дымчатая рука сцапала ватрушку со стола. Мою, между прочим. Уже обратила внимание, тащит только то, к чему я притрагивалась. Здесь есть о чем подумать. Получается, капли крови, пролитые во время ритуала, каким-то образом повлияли на связь Духа со мной.

— Несса, если он говорит отдать, значит, надо отдать. — Лицо Витарра преобразилось. Теперь передо мной сидел не добродушный великан, а жестокий воин, прошедший не одну битву. Я поежилась, моргнула, нет, снова привычный Тар. Показалось, наверное. — Ты только не расстраивайся. Хочешь, куплю тебе что-нибудь. Женщины любят подарки.

— Вот прицепился. Ладно, обещаю подумать. Слушай, ты едешь со мной сегодня, или у тебя свои дела? Я хочу компьютер техникам занести, чтобы посмотрели. Как думаешь, есть смысл, или он сдох окончательно.

Тар тут же принялся разглядывать нотик, потрусил его, потом почесал в затылке и выдал:

— Понятия не имею, давай отнесем. Если не починят, я тебе куплю новый. — Отвлекла внимание, называется. Угу. Вспомнила! — Тар, а кто звонил?

— Упть, забыл. Шеф твой звонил, велел ехать сразу по адресу. Я записал на бумажке. Отвезу тебя, потом уеду по делам. Вечером не беги пешком домой, пожалуйста. Дождись меня. Не нравится мне эта история с вампирами. Как бы чего не вышло.

Тар высадил меня возле нашей машины и уехал. А мне пришла в голову умная мысль. Что я знаю об этом человеке? Кроме того, что он брат Мэрит. По-хорошему, это тоже с его слов. Оказывается, викинг знаком с Сайгошем, причем давно. Дальше размышлять мне не дал шеф.

— Несса, хорошо, что ты приехала. Там работают уже двое. Подключайся. Кстати, сходи в машину, переоденься. Кармен бушует, если кто без перчаток и комбинезона. Давай быстрее.

Переоделась. Нацепила перчатки и медленно пошла к высокому зданию. Чем ближе я подходила, тем хуже себя чувствовала. Откуда-то взялся запах цветущего вереска. Кожа покрылась мурашками. Двери открыл полицейский, пропустил вперед и проследил, чтобы надела бахилы на обувь. Перед входом в первую комнату задержалась. Здесь, в коридоре четко ощущалось искажение пространства.

Зарисовка 12. Происки дракона.

Ощущение неправильности вызвало тошноту и головокружение. Если бы Кармен вовремя не подставила свое плечо, наверное, потеряла бы сознание. Эксперт деловито сунула мне под нос ампулу с нашатырным спиртом. Отметив проблеск интеллекта в моих глазах, заткнула ампулу ваткой и спрятала в нагрудный карман.

— Тут всем плохо становится. — Подруга похлопала себя по карману. — История такая. Утром наш мэр приехал из командировки домой. Позвонил, чтобы ему открыли входную дверь. Ключи он с собой, как выяснилось, не брал. На звонок никто не ответил. Тогда мэр позвонил начальнику СБ, с этого момента всё и закрутилось. Суть в том, что пропали все, кто был в доме. Жена, обе дочки, экономка и горничная. Дом пустой, в столовой накрыт стол. Бермудский треугольник какой-то получается. Мы нашли место, где самая большая концентрация искажающей энергии. Идём, покажу. — В конце коридора Кармен открыла передо мной дверь последней комнаты. Мой завтрак тут же решил покинуть желудок. Я зажала рот рукой и заглянула внутрь. Всё пространство затянуто молочной дымкой, в которой чудовищного размера воронка, сотканная из угольно-серого плотного тумана, вихрилась и сверкала серебристыми искрами, не издавая ни звука. Тошнота подступила к самому верху, пришлось срочно бежать к выходу. Скучающий охранник услужливо кивнул в сторону большого мусорного мешка. Понятно, не только меня выворачивает наизнанку. Когда мне стало полегче, Кармен протянула влажную салфетку и бутылку минералки.

— Агнесса, иди сюда. — Мы вместе подошли к начальству. — Твоё мнение?

— Шеф, я же не волшебник, я только учусь. Но, в целом, (в моей голове раздался ворчливый голос Шайлы: портал это, глупая ведьма) похоже на пространственный портал. — Сама знаю, нечего мне подсказывать.

— Значит так, иди туда и приведи их всех обратно. — Распорядился Карл. Это как он себе представляет?

— А почему сразу я? Вон, Дмитрич сильнее меня, умеет больше. Пусть он идет. Или Тим. — я бы перечисляла и дальше, но у нас в отделе всего два колдуна. Карл отвел взгляд в сторону, задумчиво разглядывая ворону, сидящую на верхушке ясеня.

— Нессочка, у Дмитрича — жена и дети, а у Тимофея неделя только после свадьбы прошла. Как я могу их посылать в неизвестность? Не идти нельзя, мэр обещался всех уволить, если семью ему не вернем.

— Карлуша, в таком случае иди ты. — Разозлилась я. Нет, что это за тактика такая, посылаем вперед женщину, если никто её не съест, тогда идем сами? — Ты мне скажи, а если бы это были обычные люди? Кого-нибудь это заинтересовало? Или просто закрыли бы глаза, как, впрочем, это у нас происходит всегда.

— Агнесса, я пробовал. Оно меня не пускает. Ольгу сразу втянуло, бойца следом тоже. — Не поняла. Получается пропаданцев уже семь человек? Так, мне нужен стимул. Где этот большой козел, то есть начальник? Я нашла мэра на стульчике, рядом с его автомобилем.

— Давайте договариваться. — Мужик удивленно поднял глаза от папки с бумажками. — Я пойду за вашей семьей только в одном случае. Если Вы решением горсовета поднимете зарплату всему составу отдела. Сзади раздался кашель. Кто-то подавился, что ли.

— Разве это не Ваша работа? Спасать людей, а не шантажировать их близких. — Сопротивляется. Кармен подкралась со спины, вцепилась в куртку и принялась меня оттаскивать. Не поддамся!

— Людей спасает другое ведомство. Так как? — Если ведьма не захочет, никому не сдвинуть её с места! Даже кандидату химических наук. — Кармен, хватит меня тащить. Ветровку порвешь, а она старенькая. На новую денег нет.

В итоге нам клятвенно пообещали прибавку к зарплате, а я вернулась к машине наших ребят, верёвку выпрашивать. Мысль пришла в голову, когда препиралась с начальником. Он усиленно настаивал, чтобы со мной пошел кто-то из мужчин. На всякий случай. Цитирую: "А то твой викинг мне голову оторвет". Интересно, из чего они сделали вывод, что он — мой? Не понятно. В багажнике нашли альпинистский шнур, общим собранием решили, что выдержит, если придется кого-то вытаскивать. Один конец шнура обмотали вокруг ствола ясеня, второй закрепили у меня на поясе. На всякий случай, я приготовила нож. Мало ли, вдруг затянет неизвестно куда, и надо будет обрезать. Итак, Мальбрук в поход собрался! Попрощалась с Кармен, крепко её обнимая и похлопывая по спине. В процессе ампула с нашатырным спиртом перекочевала ко мне в карман. Можно же было просто попросить! Скажете вы. Ну, по идее, да. Зато так интереснее и смешнее. Вот я уйду в туда, а она заметит пропажу, повод для смеха. Или нет?

Я решительно шагнула в портал. Эксперимент — дело святое! Даже, если очень страшно и коленки дрожат. Главное в моем трудном деле — представить себя Алисой. С этой задачей я справилась отлично. Несмотря на уверения авторов известных фэнтази-творений, о том, что переход занимает несколько мгновений, для меня падение тянулось вечность. Даже успела сделать вывод: раз я все время ускоряюсь, на выходе могу здорово приложиться обо что-нибудь нужной частью тела. Значит, надо сгруппироваться и прикрыть голову руками. Только это я скукожилась в компактный шарик, как воронка выбросила меня на каменную поверхность. Надо же! Пещера!

Ударилась левым боком, очень больно. Как ни странно трос остался на месте. Я разогнулась, отцепила его от талии и застегнула карабин на ближайшем сталагмите. Пещера оказалась просторной. Через небольшое отверстие вверху, свет попадал на стены и давал минимальное освещение. Справа, возле большого выступа, сидела Ольга и подвывала, держась за голову. Недалеко от неё живописной группкой расположились остальные пропаданцы. Я посчитала, все на месте. Осталось переправить их обратно и придумать, как закрыть портал с нашей стороны. Мелочи.

— Оль, что у тебя с головой, сильно поранилась? — Присела на корточки возле подруги. — А у меня есть нашатырный спирт, на, понюхай. — С этими словами я подсунула ампулу к Олиному носику. Подруга чихнула, сфокусировала взгляд и удивилась:

— Ты ещё тут откуда взялась? Когда я падала, тебя не было, точно помню. — Пока она умничала, я осмотрела ранение. Кожа содрана в одном месте и всё, не страшно. Главное, чтобы сотрясения не было.

— Оль, сколько пальцев я тебе показываю?

— Восемь, отстань, нет у меня сотрясения мозга. Что делать будем?

— Выбираться. Давай ты растолкаешь спящую красавицу, — показала на бойца в маске, отдала ампулу, а сама поднялась на ноги. — А я пока осмотрюсь. Кто очнётся, отправляй вдоль по шнуру вон в ту воронку.

— Несса, мне страшно, не уходи. Вдруг там кто-то большой, с зубами.

— Как раз об этом и думаю, сейчас кто-то большой, страшный, с ужасными клыками и чешуйчатой шкурой получит в глаз, — я решительно направилась к выходу из пещеры. На свежем воздухе передо мной открылся чудесный вид. Солнышко закрывали низкие тяжелые тучи. Цветущий вереск укрывал склон от подножия скалы и дальше, до самого обрыва. Вдали нежно перекатывал свои волны Атлантический океан. Я повернулась назад. Оказывается, выход расположился у подножия невысокого скального образования, изредка покрытого мхом и низкорослой травой.

— Кхгм, гм, кхе, кхе. — Кашель определённо помешал мне любоваться сказочной картиной. — Нессочка, рыбонька, давай артефакт скорее. Долго держать проход я не смогу. — И вы ещё спрашиваете, откуда знаю, что это именно Атлантический океан?

Из-за скалы выдвинулся кончик носа с тонкими извивающимися усами, потом весь нос, еще нос, и снова нос (длинный какой) и, наконец, глаз! Огромный, сияющий янтарный глаз с вертикальным зрачком! Вау! Я тут же сцапала с земли булыжник и размахнулась.

— Нет, нет, нет, — зажмурилось чудо-юдо заморское. — Не надо в глаз, можешь просто так стукнуть. Вот тебе кусочек хвоста.

Мне в ноги, действительно, подсунулся хвост. Надо помацать. Вернусь, всем расскажу, как я щупала драконячий хвост. Тёпленький, чешуйчатый, а, любопытно, чешуйки выдергиваются? Сейчас проверим. Ммм, где-то я видела рецепт, в котором обязательно нужно добавлять тёртую чешуйку дракона. Живого, естественно.

— Агнесса! Прекрати терзать чешую и отдай артефакт! Сей же час! — Противная змеюка. А если я его дома забыла? Мы же ни о чем таком не договаривались заранее. В голове прозвучал ехидный голос Шайлы: "Да ладно, отдай ему статуэтку, пусть подавится. Могу даже посидеть там немножко. Для достоверности, что я — это я". Я открыла сумку, порылась немножко, достала своего любимого Ганешу и положила в протянутую лапу. Нос обнюхал серебро, облегченно выдохнул и благосклонно сказал:

— Давно бы так. Можешь возвращаться. Я там всех уже в чувство привел, они по одному домой отправляются.

— То есть, вся катавасия ради статуэтки? — Драконам нельзя врать, сразу чувствуют. Урсула ле Гуин много об этом писала. Поэтому не скажу ему ничего, пусть потом ругается сам на себя.

— Забудь, никто же не пострадал. А вашему мэру полезна встряска. Пусть попереживает. Иди, минута осталась до закрытия портала. — Я бегом понеслась обратно в пещеру. Хотелось много чего высказать этому высокомерному типу, но некогда. Ничего, ждать я умею, а случай отомстить представится. Не сомневаюсь.

Возле сталагмита оставалась одна Ольга. Увидев меня, она облегченно вздохнула, отцепила карабин и протянула мне руку. Обратное перемещение прошло намного быстрее. Мы приземлились на пол. Даже успели понаблюдать, как воронка скручивается сама в себя и с легким хлопком исчезает. Как будто ничего не было. Нормальная пустая комната. Одной проблемой меньше, с нашей стороны закрывать портал не придется.

На улице нас ждали все. И мэр с семьей, и служба безопасности, и все наши во главе с Карлушей. Когда мы, наконец-то, вышли из дома, нас встретил шквал аплодисментов. Все хорошо, что хорошо заканчивается. Я всех убедила, что это роковая случайность, и больше такое не повторится. Мне поверили. Наверное, потому что захотели поверить.

Когда, довольные и счастливые, мы вернулись в отдел, всех ждала крайне неприятная новость. Нам опять передали очередное кровавое дело. Расследование перенесли на завтра, потому что рабочий день уже подошел к концу. Все разбежались по домам. Шеф с заместителем заперлись в кабинете под предлогом обсуждения новых обстоятельств и планирования задач для сотрудников. Надеюсь, когда их "дело" закончится, они не пойдут за следующим. Видела, как мэр презентовал Карлу бутылочку Hennessy в порыве благодарности.

На улице перед подъездом никто меня не ждал. Мы с Ольгой решили не задерживаться, все равно уже часа два прошло, если кто хотел, мог бы приехать, и пошли пешком. Сумерки — мое любимое время. Когда уже не день, но еще не вечер. Мы шли и любовались осенью. Листья на деревьях приобрели золотистый оттенок, кое-где пожелтели полностью. Воздух чистый, прозрачный, почти хрустальный. У нас принято высаживать возле подъездов виноградную лозу. Сейчас, в конце сентября, резные виноградные листья меняют свою окраску постепенно. Кажется, что идешь не просто по улице, а в сказке. Настолько изящно обрамляют окна и стены пестрые узоры на винограде. Кое-где даже гроздья ещё не срезали. Я несколько раз оборачивалась, но возле конторы так никто и не появился.

— Оль, ты нашла себе дом? — Начала я разговор издалека, молчание становилось тягостным.

— Нет, ты же видишь, некогда было. Не выгоняют ещё из квартиры. Соседи здороваются. Может, обойдется. Я ведь не скрывала свои возможности, даже постоянные клиенты есть. Приходят, советуются, настойки покупают. Смотри! Мой автобус! — Оля махнула мне рукой и побежала на остановку.

Я шла, размышляя о том, как именно измельчать чешуйку. Она же твердая, не ломается, скользкая. Может, попробовать её нарезать ножом на мелкие кусочки? Угу, керамикой. Плохая идея. А, если сначала размягчить? Меня обогнал джип и остановился. Дверца открылась.

— Витарр, с тобой все в порядке? — Не зря волновалась. Рукав висит на нитках. Под глазом расцветает синяк. Костяшки пальцев сбиты, грязный весь. Я даже дверцу прикрыла аккуратно, чтобы лишний раз не нервировать. Тар завел двигатель, и мы степенно влились в общий поток. Домой ехали в полном молчании. Сегодня возле ворот топтался подросток, в форме службы доставки. В руках он держал огромный букет из багровых роз. Знаю, знаю этот сорт. "Черная магия" называется. У меня на участке таких нет. Тар хлопнул дверцей, дал мальчишке на чай, забрал у него букет, сунул мне в руки и сердито пошел домой. Вывод: викинг в плохом настроении. Здорово! И что с ним таким делать?

Пока я стояла, размышляя, куда девать цветы, Тар выскочил нагишом на улицу, встал под черешню и вылил на себя воду из ведра. Потом снова скрылся за дверью. Все страньше и страньше. Сегодня у меня день, посвященный Льюису Кэрроллу, определённо. Я решительно запихнула букет в ведро и налила туда воды из-под крана. Пусть тут стоят, раз в них ни листика, ни конверта от дарителя. Мимо снова проскочил Тар, уже в чистой одежде. Затормозил, вернулся, обнял меня, и упрыгал окончательно. Молча. Пришлось идти, проверять заклинания защиты, заново все балансировать. Ночь уже вступила в свои права. Зато есть приятная новость, нам починили уличные фонари. Свет от ближайшего освещал не только окружающую улицу, но и весь мой дворик.

Кто-то потянул меня за руку. Мег решила напомнить, что уже пора перекусить и в люльку.

— Стоит себе, думает, копуша. Витарр не стал кушать, сказал, некогда. Велел передать, что вернется через пару дней. А ты садись, вот тебе ложка, вот тебе горячий грибной суп. Ешь. Мощи одни остались. Пространственной магией от тебя несёт и вереском. Немножко драконом. У тебя при себе чешуйки, что ли? Это ж какой ящер тебе позволил себя ощипывать? — Мег засмеялась звонко, как колокольчик. — Представляю эту картину!

— Мег, понимаешь, он плохо поступил.

— Угу, ты мне не рассказывай. Драконы делают только то, что выгодно им самим. Запомни. Небось, вымогательством занимался, — брауни убрала пустую тарелку и налила мне какао в большую кружку.

— Да, статуэтку забрал. Серебряную. — Кружка приятно грела ладони, дома чисто, уютно. Пахнет свежим хлебом. Красота. Только Рель не хватает.

— Он знает, что это сиреневое прожорливое чудовище к тебе привязано, а не к металлу? — Мег хитро прищурилась и улыбнулась. — Смотри, будет скандал. Амулет не снимай на ночь.

Сиреневое облачко промелькнуло за моей спиной, скрываясь в ветках вьющейся розы.

Ночь прошла относительно спокойно, не считая того, что амулет пару раз нагревался, и один раз пришлось встать и выставить розы, вместе с ведром, на верхнюю часть забора. У меня там, на границе с соседским участком, сложен из кирпичей столб, высотой в человеческий рост. Вот, на него и поставила. Потому что приснилось, что розы это якорь для чего-то страшного. Есть же пословица, коготок увяз, всей птичке пропасть. Вот и в магии есть такой способ. Если нет возможности войти открыто или пробраться тайком, то нужно передать предмет, вещь, не важно что, главное, чтобы получился такой себе рыболовный крючок, в переносном смысле. При наличии нескольких таких крючочков, сильному магу войти можно без проблем. Никакие защитные щиты не спасут. Потому и не стоит приносить в дом вещи невнятного происхождения. А я этот момент упустила из виду.

Проснулась задолго до рассвета. Мысли крутились вокруг пожара, не давая покоя. Думаю, сегодня надо позвонить нотариусу, узнать, кто наследует после смерти начальника архива. Вполне возможно, что ничего сверхъестественного там и не было. Обычное бытовое убийство. Мег заглянула в спальню и поманила меня за собой. Розы в ведре превратились в пепел, ровным слоем рассыпавшись вокруг.

— Он был здесь ночью и очень разозлился. Сюда не сможет войти, пока я здесь. Ничего не бойся за стенами дома. Но там, в большом городе, будь осторожна. — Нотация с утра пораньше. Вот чего я добилась своей вчерашней рассеянностью. Чувствую, в следующий раз мне попадёт по шее. Потопала на кухню вслед за своей домохозяйкой.

— Мег, а скажи, почему ты уверена, что это один и тот же вампир? — Век живи, век учись.

— Несса, ты и сама можешь определять существо по искажениям общих энергий поля, окружающего твоё жилище, разве нет? Посмотри лучше, я выкопала корень девясила, как ты просила. И вот ещё попались корешки чистотела. Годятся тебе?

— Ой, здорово. Вот из этих можно приготовить порошочек. Замечательно. — Надо будет спирт позаимствовать в отделе. Пригодится для настоек. Как раз на днях таможенники цистерну реквизировали на границе. Честно разделили между больницами. Нам тоже досталось литров десять. Минут через десять в ворота постучали. Я как раз пыталась сложить доски, чтобы не спотыкаться об них.

— Агнесса, выходи, дело есть, — мужской голос привлек внимание. — Стучу, стучу, а ты не показываешься.

— Понимаешь, Ромчик, — я пошире открыла ворота, — у меня тут очень важное занятие. Видишь эти новые доски? Из них нужно ложить компактную кучку. Мне одной никак не справиться.

— Неа. Пусть твой лось их складывает, — это он про Витарра что ли? — Шеф адрес дал, там сегодня похороны. Хочет, чтобы ты покойного осмотрела. Собирайся быстрее, а то опоздаем.

Сборы много времени не заняли. Футболка, свитер, джинсы, кроссовки. Сумку взяла. Ветровка со вчерашнего дня сложена. Все. Можно ехать.

Мы приехали вовремя. Гроб с покойным стоял во дворе, чтобы все желающие могли попрощаться. Роман показал удостоверение, нас пропустили. Элитный район города. Чужие здесь не ходят. Я подошла поближе. В гробу лежит симпатичный парень лет двадцати пяти. Русые волосы, прямой нос, тонкий рисунок губ. Телосложение нормальное. Руки человека никогда не занимавшегося ручным трудом. Одет в белую рубашку, костюм, галстук. Возникает ощущение, что товарищ прилег отдохнуть. Так, а это что. С правой стороны на уровне шеи воротничок рубашки порозовел. Я достала из кармана пинцет и отогнула сгиб воротника. Четыре прокола. Два с одной стороны и два — другой. Сейчас отверстия, окруженные розовой воспаленной кожей, были сухими. Значит, когда на него одевали рубашку, сукровица ещё сочилась. Сколько времени нужно, чтобы встал новый вампир? И что он будет кушать, когда проснется? Хорошие вопросы. Есть и ещё один, тоже интересный вопрос. А сколько вообще нужно есть этому виду, чтобы нормально функционировать?

— Уходим. Ты спросил, куда они его повезут?

— Спросил. На старое кладбище. У них там семейный склеп. Даже закапывать не будут, просто поставят гроб в каменный саркофаг, и всё.

— Ром, а у тебя есть знакомый Ван-Хельсинг?

Мы вырулили на основную дорогу и через пятнадцать минут были уже в отделе. Оказывается, сегодня похороны в пяти местах. Две девушки и три парня. Все не старше двадцати пяти лет. Это те, о ком мы знаем. Карл собрал всех в небольшом зале.

— Что будем делать? Главный вопрос на сегодня. Несса, где твой консультант по вопросам расы с жидким питанием?

— Уехал, будет через пару дней. Пока придется справляться самим.

— Сейчас день. Тела похоронят, потом все разойдутся. Поминки. Шеф, ты обещал узнать про устройства, — Тимофей, как всегда, выдал замечание по существу. Карл покраснел. Шея, лицо, затылок, даже руки приобрели странный красноватый оттенок.

— Меня подняли на смех. Сказали, что вампиры — это голливудская выдумка, ничего не дали, даже слушать мои доводы полностью не стали. — Начальник виновато посмотрел на нас. — А потом я пробрался на склад и занял несколько гранат. Если вы кому-нибудь расскажете, меня уволят. — Он выложил из портфеля восемь зеленых мячиков. И взрыватели.

Зарисовка 13. Если Вам кто-то скажет, что вампир — хороший, не верьте, Вам лгут.

Все потрясенно замерли. Получается, что мы сами должны справляться с надвигающимся кошмаром? Я тут же в голове представила картинку, как в мультике: ясным днём серьезный Роман, в каске, ползком, пробирается к склепу на кладбище, расталкивая всех посетителей, с гранатой в одной руке и осиновым колом в другой. И смех, и грех. Особенно, если учесть, что его, хм, живот давно превзошел все допустимые нормы. Гормональное расстройство, как мне кажется. Не хочет человек лечиться, жаль, а я могла бы помочь. Есть у меня пара рецептиков на этот случай.

Раскрылись створки дверей, и в зал строевой походкой вошли военные. Они там, в СБ, все из бывших, а кое-кто служит до сих пор. Выправка выдает. Все, как по команде, снова повернулись к нашему Карлу. Он выпрямился, прямо глядя в глаза приближающегося возмездия. Капитан посмотрел на улики, открыто лежащие на столе, ехидно ухмыльнулся и спросил:

— Зачем вам эти опасные игрушки? У вас же никто не умеет ими пользоваться. Ещё взорвете что-нибудь важное. Кстати, Вас, Карл, ждут в городском совете по безопасности граждан. Можете идти. Пока я побуду здесь начальником. Временно. — Один из спецов собрал гранаты в мешковатую сумку. Второй встал позади Карла. Шеф поднял кулак в знаменитом жесте "Они не пройдут!", потом гордо поднял голову и вышел под конвоем молодых парней. Осиротели мы. Все дружно повернулись к узурпатору.

— Итак. Ваши выдумки привели к тому, что именно меня назначили временно исполняющим обязанности босса в вашем отделе. Кстати, с сегодняшнего дня ваша команда меняет название на отдел по расследованию сверхъестественных преступлений. Сокращенно, ОРСП. Гордитесь. Теперь вы — подразделение полиции города. — Народ глухо зашумел, переговариваясь. Тим сидел расслабленно и внимательно наблюдал за воякой, крутя на кончиках пальцев заклинание обездвиживания. Со стороны это выглядит так, будто он играет со светящейся ярко-оранжевой нитью. Любопытно, хватит пороху бросить заклинание, или так обойдется. Без эксцессов.

— Меня зовут Максим Кошкин, капитан службы безопасности. Вопросы есть?

— Есть. — Кармен вообще не признает авторитетов. С другой стороны, с её-то трудоспособностью и багажом знаний сей факт не вызывает удивления. Почти доктор наук, понимаешь. Потрясающая женщина. Умница, красавица, спортсменка и просто светлой души человек. У неё даже где-то в Ереване, есть жених, родители сговорили. Думаю, подруга поэтому у нас тут и застряла, чтобы замуж не выходить.

— Время подошло к обеду, господин начальник, а нам срочно нужно принимать решение по поводу имеющихся мертвых тел, которые, скорее всего завтра, перестанут быть трупами. А, когда они встанут из могил, разобраться будет сложнее. Вы пришли в разгаре обсуждения способов уничтожения, извините, вампиров, пока светит солнце. — Эксперт села, положила ногу на ногу и требовательно воззрилась на капитана, поступая в строгом соответствии с правилом: "Подчиненный обязан есть глазами начальство!". Кажется, это Петр Первый придумал. Оно, начальство, захлопало глазами и вытаращилось на нас.

— Что вы себе позволяете! Да я вам сейчас по выговору в личное дело вкатаю! — Роман осмелел и подсунул раскрытую папочку с результатами анализов и фотографиями погибших. Кэп вчитался. Побледнел, позеленел, покрылся пятнами.

— Я не понимаю, это что — правда? — Даже подтянулся, пятнистый наш. — И какие у вас предложения?

— Надо сделать так, чтобы они завтра не встали, вот и всё. Думаю, гранаты подошли бы замечательно. Но их нет. К тому же взрывы на кладбище сложно объяснить населению. Возможно, у Вас получится достать в своем ведомстве устройства с меньшим радиусом действия. С оторванной головой молодые кровососы вряд ли выживут. Крошечного заряда СИ 4 вполне хватит. Вот древние — не знаю. — Всунула и я свой нос в обсуждение. В моей голове хихикнула Шайла. Раздвоение личности или шизофрения уже начинается. Срочно искать вместилище для духа мне надо, а не сидеть здесь, выслушивая глупости.

(Диалог внутри меня:

— Тебе смешно, а нам срочно надо что-то делать.

— Идите и отрубите им головы. Потом сложите в мешок и сожгите. Всё.

— А колышек в сердце? Осиновый.

— Несса, не морочь старому призраку мозг. Иди и займись делом, только приготовься к тому, что их мастер взбесится.)

— Нет. Этого не может быть. Слушайте, а есть информация по вампирам в распоряжении отдела? Хоть что-нибудь? — врИО взялся за голову и с надеждой воззрился в нашу сторону.

— Фильмы, книги, справочники, всё есть. Вот, рекомендую, сериал про Баффи, истребительницу вампиров. Познавательно. — Дмитрич вывалил на стол диски из соседнего шкафа. — Только времени нет. Действовать нужно сейчас. А вы забрали нашего шефа.

Господин Кошкин усадил всех за книги и велел выписывать на листики всё, что найдем. Молодец. Качественно подошёл к сбору информации, только не вовремя. Народ, в тайне от врИО, стал готовиться к выходу на операцию. Кармен честно отпросилась за пирожками в соседнюю кулинарию. По дороге зашла в хозяйственный магазин, купила шеф-ножи и пять черных мусорных мешков. Мы сходили по одному в подсобное помещение и переоделись в комбинезоны. Перчатки разобрали, попрятали в карманы. Тим сбегал в ближайшую церковь и набрал во фляжки освященной воды. Все отчетливо понимали, что никакой группы поддержки ждать не приходится. Колышков из осины, к сожалению, не нашлось.

Ровно в 17.00 господин военный откланялись, поблагодарили за плодотворную работу и удалились.

Наша команда со всем барахлом загрузилась в старенький автомобиль Карлуши. Роман сел за руль и рванул с места. По одному идти опасно, поэтому разделились на пары. Смешно сказать, но номера могилок написали на бумажки и вытаскивали их из кепки Тимофея, делили, кому куда идти. Хорошо, что действующее кладбище у нас одно. Возле входа нам пришлось заново обговорить наши действия. Решили идти вместе, в надежде, что хором справимся с такой сложной задачей, как отпиливание человеческих голов. Возле склепа, куда положили гроб с парнишкой, которого мы с Романом осматривали сегодня утром, никого не было. Народ облегченно вздохнул, повезло. Кармен открыла замок шпилькой, мы вошли и закрыли за собой дверь. Склеп представлял собой довольно просторное полуподвальное помещение с двумя узкими окнами, в которых вместо обычного стекла были вставлены витражи с изображением Архангела Михаила с мечом и Архангела Гавриила, склонившегося над поверженным змеем. Скудные лучи уходящего солнца раскрасили каменные саркофаги цветными узорами. Три тяжеленные параллелепипеда. Венки, букеты цветов, ленточки с пожеланиями окружали ближайший из них. Приложив силы шести человек, нам удалось сдвинуть крышку. Внутри обнаружился дубовый гроб, покрытый лаком. Все затаили дыхание, и Тим поднял верхнюю часть крышки. Идеально белая атласная внутренность была пустой. Я даже села на соседний камень от облегчения. Никак не могла представить себе, как буду пилить шею человека. Бррр. Мы бросили всё, как есть, и скоренько побежали к следующей могилке. Рядом с ней два хмурых дядечки в ватниках перекусывали маринованными огурчиками и бутербродами, запивая это дело прозрачной жидкостью из стаканов. Яма не удостоилась закапывания, поэтому за бумажную денежку нам разрешили заглянуть в гроб. Пустой. Для очистки совести мы побывали на остальных трех могилах. Судя по всему, товарищи для работы на кладбище ограничивались теми двумя, что взяли с нас мзду. Поэтому возле следующих ям никого не было, и нам удалось свободно всё осмотреть. Операция закончилась полным провалом. Повеселевшие от того, что не нужно заниматься собиранием голов, охотники за вампирами отправились по домам, дав торжественное обещание никому не открывать дверей этой ночью. Роман привез меня к повороту на мою улицу, высадил, и только потом отправился развозить остальных.

Мег встретила меня ворчанием и горячим чаем. Пока она рассказывала, как прошел день, я переоделась и вышла во двор. Последние тёплые деньки уходящего сентября давали возможность насладиться ароматом цветущих хризантем в саду. У меня растет ранний сорт. Зацветает в конце августа. Сами соцветия мелкие, можно сушить и заваривать японский чай. На стол хлопнулся ноутбук, жемчужно-розовый. Я удивленно воззрилась на свою домашнюю хозяйку.

— Волк принес, седой. В обед приехал и попросил тебе передать. Сказал, что какие-то там программы установлены. В смысле, это подарок тебе от Витарра.

— А где он сам, не говорил?

— Нет. Отдал и уехал, коробку я в шкаф сложила на всякий случай. Пусть полежит, выбросить всегда успеем. — Мег подхватила на руки своего детёныша и удалилась. Терпеть ненавижу розовый цвет. Ладно. Попробую включить, может на электронную почту письма пришли, почитаю. В скайпе снова мигал вызов.

Без всякой задней мысли ответила и увидела разозленную физиономию Сайгоша.

— Несса! Ты отдала мне пустую фигурку индийского Бога! — Статуэтку просил? Просил. Получил? Я тут вовсе ни при чем.

— Миленький, что ты так нервничаешь, а вдруг давление поднимется? Вот, к примеру, сосед Данила Андреевич, а он моложе тебя будет. Так вот он как начинает сердиться…

— Прекрати сейчас же издеваться. Где Дух?

— Здесь я. Чего тебе надобно, ящер? — Сиреневый вариант старикашки с трубкой в зубах завис над моим правым плечом.

— Ты должен вернуться в могилу. Обязан. Хэллоуин через месяц. К этому времени твоё присутствие необходимо! Друиды провели ритуал, указывающий на рождение реинкарнации самого Мерлина! Найдены три семьи в районе волшебного леса, где женщины должны рожать приблизительно в это время. Теперь ты понимаешь всю важность этого события? — Дракошечка выдохся, перестал нависать над экраном, сел и принялся нас гипнотизировать. — Мы открыли портал, потратили море силы, а ты смылся. Неблагодарный.

Дух выпустил клуб фиолетового дыма, покашлял, снова затянулся. Потом превратился в Чеширского кота и улыбнулся:

— Неа, не понимаю. Ну, родится розовенький младенчик. И что? Насколько я знаю старого хитреца, это будет семья, о которой вы и не слышали. К тому же, зачем им я? Старый больной несчастный голодный призрак, оберегающий глупую ведьму. Ты вообще в курсе, что она на вампиров охотится? — Чеширский кот померцал и расплылся, оставив только улыбку. Через минуту она тоже испарилась сиреневым облачком.

— Несса, о чем ты думаешь? Ладно, привидение придурочное, но ты, взрослая сознательная женщина! Как ты могла пойти на обман, в голове не укладывается. — Сайгош схватился за голову и укоризненно посмотрел на меня. Главное, про вампиров ни слова. Конспиратор.

— Твой призрак обманул всех. Когда мы проводили ритуал замены статуэтки, он изменил порядок действий и кое-что добавил от себя. Я же всё делала с его слов. Так чего же ты хочешь?

— Несса, пожалуйста, приезжай. Я оплачу дорогу.

— Подумаю. Только я же по-английски говорю на уровне пятого класса средней школы. А шотландский язык вообще не знаю. И виза. Ты себе представляешь, сколько времени требуется на оформление визы? — Сайгош что-то пробурчал и отключился. Правильно, пусть подумает, во что ввязывается.

В гостиной я убрала ковёр и тщательно протерла чистой ветошью пол. Медитация требует чистоты и ясности. Особенно та, которую собираюсь провести.

Специальным белым мелом я заново провела линии защитной пентаграммы. Расставила свечи, разложила кристаллы и просыпала по лучам звезды порошок, приготовленный из высушенных цветков бархатцев. Присутствие их в ритуале обеспечивает четкую картину во время ясновидения, помогают лучше чувствовать тонкие планы реальности. Разложила желуди, собранные этой осенью, для усиления пророческого дара. В центре поставила горшок с гардениями, для усиления телепатических способностей и защиты. Потом распустила волосы и обвела лучи звезды заключительной линией. Как только круг замкнулся, свечи зажглись. Я заняла место в центре, закрыла глаза и приготовилась к погружению внутрь себя.

Прямо напротив раздался тихий смешок. Пришлось смотреть, кому тут весело. За пределами круга обнаружился высокий фэйри. Сам чернокожий, и одежда вся мрачного цвета. Идеально сшитые брюки заправлены в мягкие сапоги без каблуков. Черная шелковая рубашка. Кожаный пояс. Сверху френч, сейчас расстегнутый. Длинные волосы убраны в косу, изысканно созданную из тонких прядей и украшенную бусинами и шнурками. Безупречная красота лица вызывала суеверный ужас, не восхищение. Пришелец склонил голову, разглядывая рисунок на полу.

— Почему ты не используешь руны? — Миндалевидные черные глаза смотрели на меня в упор, привлекая и очаровывая.

— Для того, что хочу сделать, они не понадобятся. — Страшно не было. Круг защищал меня до тех пор, пока горят свечи, а они толстые. Специально такие делала.

— Я могу провести тебя и помочь увидеть то, что ты хочешь. Пусть это будет жестом доброй воли. Для начала расскажи, что ты знаешь о нас. — Фэйри щелкнул пальцами, и комната погрузилась во тьму. Остались только огоньки свечей.

— Фэйри есть воплощение самой Матери Природы или Богини. Природа не может быть злой или доброй. Она просто существует, как сама жизнь. Фэйри могут быть жестоки, как метель зимней ночью, но и необходимы, как мартовское солнце для семян, укрытых в земле. Фэйри — долгожители, для вас нет представления о смерти, всё возвращается в круговорот Природы. Само пространство времени для фэйри не существует, только смена сезонов… — Мой собственный монотонный голос незаметно погружал меня в транс до тех пор, пока я не почувствовала необыкновенную легкость. Ощущение полета было необычным и волнующим. Путешествие закончилось входом в глубокий тоннель на берегу узкой бухты. Меня настойчиво втягивало внутрь, и я не стала сопротивляться притяжению. Спустя мгновение частица моего сознания, или, если угодно, астральное тело, коим я была в этот момент, влетело в большой подземный зал. В центре, на изящном стуле восседал знакомый вампир, только без шляпы. За ним стояли два светловолосых мужчины. Судя по тому количеству оружия, которым они обвешались, это телохранители.

— Приведите сюда первого из восставших сегодняшней ночью, для наречения новым именем, — проскрипел чей-то голос. Два охранника ввели парнишку, в склепе которого мы побывали вечером. Он шел, уверенно переставляя ноги и, казалось, бесстрашно приближался к Мастеру. Вампир когтем вскрыл себе вену на левой руке и подал её неофиту. Тот встал на одно колено, взял предложенную руку и впился в запястье удлинившимися клыками. Мастер погладил неофита по волосам и чуть повернулся в мою сторону. Холодок возник вокруг моего присутствия. Чудовище улыбнулось краем рта и прямо уставилось на меня черными глазами без белков. Вампир поднял правую руку, ладонью толкнув меня прочь. Пара кружащихся секунд, и я снова в своем теле, внутри пентаграммы, напротив мрачного фэйри.

— Он меня заметил. — Сообщила я, не выходя из круга.

— Конечно. Он пробовал твою кровь. Знает твой вкус и запах. Вспомни тот вечер, когда ты убила его дитя. Здесь, на улице. Он был рядом. Тебя зацепил коготь молодого вампира, пара капель крови падала на землю, но не долетела.

— То есть, Сайгош оказался рядом очень кстати, а этот гад нас решил убрать попозже? — Запоздавший страх пробежал ледяной струйкой вниз по позвоночнику.

— Конечно. Поэтому он и выманивал тебя ночью. Что думаешь делать теперь, когда знаешь, где их искать?

Фэйри сел на пол, рассматривая томик Перумова. Книга так и лежала, открытая на странице, где читал Тар. — Я хочу помочь, за услугу.

Фэйри не могут лгать напрямую. Им это запрещено. Зато они в состоянии заставить Вас поверить, что Луна — это большой круг сыра, висящий на небе, а зеленая лужайка не что иное, как большой шелковый ковёр. Умение не говорить правду они оттачивают на протяжении всей жизни. К тому же прикрывая свои предложения гламором. Да, именно от этого слова родилось понятие гламура. Мишура, иллюзия, фантом, скрывающий истину. Если прикрыть гламором кусочек черствого хлеба, изобразив на его месте свежий торт, кушать будет приятнее, но, в результате, в желудке окажется всего лишь хлеб. И только вам решать, брать или не брать предложенный торт. Другими словами, выбор всегда за человеком.

— Ты не назвал своего имени, придя в мой дом гостем. — Надоело в круге сидеть. Попробую выбраться. — Я подумаю, стоит ли принимать твоё предложение.

— Подумай, ведьма. Гордон — Высший вампир, одним вам не справиться. Я кладу на стол браслет. Носи его спокойно, без страха. Если буду нужен, три раза поверни против часовой стрелки. — Фэйри кивнул и растворился в воздухе.

Вот это телепортация, я понимаю! Так же от зависти и умереть не долго. Эх, мне бы такое уметь. Но, не дано. Я хлопнула в ладоши, свечи погасли, и очертания круга истончились. В процессе ритуала частички мела испаряются с рисунка. Об этом не следует забывать никому. В процессе уборки мои мысли крутились вокруг того факта, что тела с кладбища вампиры сами забрать не могли. Значит, кто-то это сделал по их поручению.

Мег ждала меня на кухне со свежезаваренным чаем и тонкими блинчиками. Я села и налила напиток нам обеим.

— Несса, я обязана была впустить его. Он выше по положению. — Брауни опустила голову.

— Забудь. Все прошло хорошо, теперь мы знаем, где искать вампиров и их гнездо, осталось понять, как с ними разобраться. — Приближался рассвет. Выспаться этой ночью мне так и не удалось.

По субботам и воскресеньям обычно отдел не работал. Но сегодня в семь утра собрались все шесть человек. Два колдуна, две ведьмы, эксперт и Роман. Армия.

— Оль, ты в ковен обращалась? Выделят нам в помощь народ? — Всё-таки ковен занимает не последнее место во время принятия жизненно важных для города решений.

— Нет, они отказали наотрез. Аргументировали тем, что магов и колдуний не трогают. К тому же к ним приходил представитель Мастера и гарантировал неприкосновенность. — Ольга ссутулилась, сидя на краешке стула, и тяжело вздохнула. — Мне тоже велели не вмешиваться.

— Я думаю, они засели в катакомбах. — Твердо заявил Дмитрич. — И оттуда их выцарапать будет очень сложно.

— Не просто сложно, а очень трудно. Я вчера малость полетала, знаю теперь, где вампиры гнездо себе свили. — Я взяла карандаш, подошла к карте и нарисовала кружочек в том месте, где ночью видела вход в тоннель. Попасть туда можно днем, и сжечь всех, кого найдем. Остается вопрос на миллион. Гордон проводит день там или в другом месте.

В кабинет вошел Карл и согнал заместителя со своего места. Следом за ним, печатая шаг, втиснулись Максим со товарищи. Начальник сердито оглядел нас:

— Заговоры устраиваете, по могилкам шастаете, плиты роняете. Не нашли тела? Правильно. А где они — узнали? — Вот так всегда, мало того, что ворчит, так ещё на хвосте вояк привел. Хорошо, хоть его отпустили. Уже позитивный момент.

— Несса, где? — Я показала на карту. Капитан тут же подошел ближе и стал внимательно рассматривать краешек бухты. Потом повернулся к нам лицом и заявил:

— Взрывчатку можно разместить по стенкам тоннеля. Жаль, конечно, помещение. Там же музей был раньше. Хорошо, год назад выставку вывезли и спрятали на складе. Работать никто не захотел без оплаты. Средств-то горсовет не выделил.

— Когда идем? — Тимофей, как всегда, по существу, оценил обстановку и перешел к конкретике. — Что брать с собой и как вообще все это будет выглядеть.

Народ перешел к обсуждению деталей, а я потихоньку отвела Ольгу в сторону:

— Ты чего такая несчастная? Случилось чего? — Подружка разревелась.

— Мы хотели пожениться с Антоном. Встречались. А теперь что? Я до сих пор глаза его забыть не могу. Слезы лились нескончаемым потоком. Где-то я слышала про синдром отложенного шока, или только что сама выдумала, вполне возможно. Достала валерьянку, накапала в стаканчик и подала плаксе. Тихонечко прошептала: "Слезы литься перестали, твои глазоньки устали, не болит уже сердечко, память снов укрылась в печке". Причем тут печка, не знаю, но Оля откинулась на спинку дивана, прикрыла рукой глаза, кажется, задремала. Вот и славно.

В кабинете баталия шла своим чередом. Мужчин хлебом не корми, дай придумать план вооруженного нападения. Наши коллеги тоже не исключение. Разложили карту диггеров на столе, где только добыли, и усиленно продумывали места, куда крепить взрывчатку. Капитан взял меня под руку, отвел в сторонку и предложил съездить в одно место, которое на его взгляд, возможно, тоже подходит для дневного сна вампиров.

— Понимаешь, Агнесса, мне не дает покоя мысль, что высший вампир может быть не со всеми, а отдельно, в другом месте. Уверен, что так оно и есть. Пока ребята собираются, мы с тобой быстро съездим, проверим и вернемся.

Я подошла к Роману, сказала, что отъеду ненадолго с военными, вышла во двор и села в машину. Последнее, что слышала, был шепот в моей голове: "глупая ведьма"…

Зарисовка 14. Неравный бой.

В себя приходила долго, тягостно и с полной очисткой желудка от содержимого. Судя по сладковатому запаху, которым пропах мой шейный платок, вырубили меня хлороформом. Голова раскалывается на части от боли. Кто же меня приложил так сильно? Поймаю, прокляну вечным склерозом. Я порылась в кармане. Маленькие часики на цепочке показывают один час тридцать минут. Часа четыре в отключке была, не меньше. Потрогала затылок. Приличная болючая шишка имеется. То ли я сама ударилась, то ли кто постарался. Последнее, что помню — высказывание Шайлы.

— Дух, ты здесь? — Бедная моя черепушка, сейчас её ручками подержу, чтобы не рассыпалась. Тошнит, сил нет, как противно.

— Мы ж на кладбище, конечно, я здесь, глупая ты ведьма.

— Чего ты обзываешься, мне так плохо, что просто кошмар полный. — Приоткрыла глаза чуточку, чтобы свет не слепил. Ну, вдруг он здесь есть, свет. Точно, имеется. Через витражи попадает. Знакомое место, определённо.

— Это я тебя ещё подлечил, насколько хватило запаса энергии. Так-то могла и пару дней трупиком проваляться, беспамятным. Месяц потом пришлось бы почки и лёгкие в порядок приводить. Пользы теперь от меня ноль. Так что, если надумаешь куда послать, не выйдет. Выложился. — Он мальчик сегодня, что ли. Путаюсь в последнее время. Беда с этим призраком.

Так. Надо собрать мысли в кучу и разобраться с первоочередной задачей. Я села. В гробу. Замечательно. Когда поймаю, добавлю к склерозу ещё и развязывающиеся шнурки. Он или она завяжет, а они потом сами будут развязываться. Снова посмотрела на часы. Один час сорок пять минут. Где бы воды взять? Ага, цветы стоят в вазах. Есть там вода? Супер. Вытряхнула пару веников, умылась, немножко почистила курточку спереди. Пить не буду. Мало ли чего туда добавили, чтобы гвоздики дольше стояли. Может, попробовать связаться с Ольгой мысленно. Иногда у нас это получалось. Я сжала виски ладонями, закрыла глаза, представила подругу во весь рост. Не выходит, такое ощущение, что между нами чужая воля выстроила барьер. Придумала себе задачу! Надо отсюда выбираться! Правда, я — гений?

В склепе довольно сыро, все-таки полуподвальное помещение. Да и трясет после хлороформа. В окно не пролезу. Слишком узкое отверстие. Витражам повезло.

Достала из другого кармана маленькую отвертку и принялась ковырять замок на двери. Тээкс, сюда, туда. Ещё раз. Отвертка согнулась. Я снова и снова пыталась открыть защелку. В итоге у меня получилось! Гений второй раз. Правда, отвертка сломалась окончательно. Шайла хихикнул. Завидно, наверное. Сумки на обозримом пространстве не видно. Пришлось полазить возле входа и, ага, в гробу нашлась. Меня уложили головой на неё. Заботливый похититель попался. Я потихоньку высунулась на свежий воздух. Никого. Хлопнула дверью и потопала на остановку. Представляю, как выгляжу, но ничего не сделаешь. Форс-мажор. Автобусов не было, маршруток тоже ни одной в пределах видимости. Зато в наличии старенькая копейка с лицом интересной национальности за рулем.

— Шеф, подбрось в центр. Срочно надо.

— Красавица, дарагой, триста платишь? С ветерком довезу! — Видели грабителя? Может, его высадить, и самой за руль. Бедная моя голова. Тошнит, в глазах двоится. Не, не доеду сама.

— Вези, только очень быстро. — Устроилась, тихо закрыла дверцу. Как положено порядочной даме.

— Деньги вперед, — на чистейшем русском языке выдал шофер. Я повернулась к нему лицом, вытянула руку и зажгла огонёк на ладони.

— Ааааа, ведьма! — Мужик вывалился из машины и зигзагом понесся прочь. Придурок, потерял приличные деньги, извините. До конторы я добиралась на первой передаче. Уж так получилось. Пересчитала по дороге все бордюры, столбы, урны, ещё что-то. Жаль, гаишники не попались. Они бы повеселились за мой счет от души. Медленно, держась за перила, поднялась на второй этаж и просочилась в кабинет босса. Оу. Здесь побывали диверсанты. Не иначе. Новенькая кофеварка разбита на мелкие кусочки, кружки — вдребезги, книжки разбросаны по всем горизонтальным поверхностям. Сейф лежит на боку. Окно выбито вместе с рамой. Стулья валяются, где попало. Полный разгром. А я знаю, где Карл хранит алка-зельтцер. В левом шкафчике есть потайное отделение. Конечно, вы можете сказать, ты же ведьма, — вылечи себя сама. Ага. Вы пробовали колдовать с головой, которая разваливается на части? Нет? И пытаться не стоит, все равно плохо получится. Таблетки я не нашла, зато вытащила начатую бутылку того самого Хеннесси. Подойдет. Честно отмерила себе три чайные ложки спиртного, выпила и присела на перевернутый стул. Минут через пять зрение прояснилось. Тошнота прошла. Боль в голове стала терпимой.

"Будем жить!", — говорил Леонид Быков в моем любимом фильме и был прав. Как же мне найти своих ребят? Мысленная связь не работает. Мобильные телефоны тоже молчат. Я достала свой из кармана и проверила на всякий случай. Нет, не работает. Карта, разорванная на клочки, валялась под ногами. А для заклинания поиска нужна целая. Поехать домой? Не выход. Кто знает, сколько у меня осталось времени. Достала часы. Три часа пятьдесят минут. Срочно потребовался свежий воздух. Вот холера, настоящее отравление у меня. Возле окна дышалось легче, и я немного постояла, очищая лёгкие. На подоконник приземлился черный коршун. Он переступал желтыми лапками и косился в мою сторону круглыми глазами. Если нет нормальных подсказок, в какую сторону двигаться, берём, что есть. С оружием обращаться не умею, так что особо брать с собой нечего. Я уже более уверенно спустилась вниз и села за руль нашей развалюшки. Так машину называл Тар. С чего бы это он вспомнился? Не иначе, скоро нарисуется. Впереди на капот приземлился коршун. Важно прошелся, постукивая когтями по железу. Потом поднялся в воздух и медленно полетел в сторону выезда из города. Надеюсь, бензина мне хватит.

В нашем мире есть настолько страшные вещи, что часто нам легче убедить себя в том, что их не существует, чем признать Истину и сражаться. Вот и я старалась не думать о том, что могу опоздать. Как там, у Карлоса Кастанеды? Воин ни на что не жалуется и ни о чем не сожалеет. Воин ни к кому не испытывает сочувствия. Самая трудная вещь для воина — предоставить других самим себе.

Километров через двадцать, по правому борту, показались клубы дыма от трёх огромных костров. Я остановила машину в стороне от припаркованных джипов, БМВ, Мерседесов и еще каких-то автомобилей. Вышла, оставив сумку на переднем сиденье, заперла машину и бросила ключи в приоткрытое стекло. Если вернусь, найду способ открыть дверцу, в противном случае, какая мне разница. Зрелище притягивало взгляд, заставляло сердце биться чаще от ужаса и завораживало неискушенных зрителей. Да, здесь плотным кольцом вокруг творящегося безобразия стояла масса народа. Я уже говорила, что ненавижу толпу? Откуда-то слышался барабанный ритм. Такое ощущение, что нахожусь не в славянском мире, а где-то в болотах Нового Орлеана. Солнце опустилось за горизонт уже больше часа назад. Темнота поглотила окружающее пространство практически полностью, если не считать центральной сцены.

В углах равнобедренного треугольника, если соединить точки, горели ярким пламенем костры. Между ними, прямо на земле, выложена пентаграмма белыми камнями. В углах звезды вкопаны столбы, к которым привязаны мои друзья. Карла, видимо, как начальника, удерживает на коленях в центре всего этого тот самый мужик, теперь без шляпы. Его телохранители заняли места поодаль, за пределами треугольника. Остальные вампиры, попроще, расположились ровной линией между зрителями и спектаклем. Карты розданы, ставок больше нет. Шучу. Для поднятия своего боевого духа. Я пробралась к ближайшему огню, осмотрелась и зашипела от злости. Почти рядом стоял бравый капитан Максим Кошкин, беседуя с одним из своих офицеров. Замечательно. Вот и кандидат на проклятие. Казачок засланный. А как талантливо притворялся, заслушаешься.

Итак, картина называется, нас не звали, а мы все равно притащились. Размахивая бутылкой, я смело приступила к продвижению себя в центр действа. Зрители подумали, что так и надо. Вампирам распоряжений не давали, а в глазах телохранителей я опасности не представляла. Таким образом, мне удалось пробраться к сладкой парочке в центре. Цель достигнута. Не обращая внимания на Мастера, я твердо стала босыми ногами на землю и попросила Огонь замкнуть круг. Все помнят, что равнобедренный треугольник изумительно вписывается в окружность? Вот. Именно это и произошло. Ольга закатила глаза, поцокала языком и покачала головой. В смысле, что взять с сумасшедшей ведьмы. Ничего, у меня ещё есть браслет! Я посмотрела на свою левую руку. Нет, он конечно, есть. Дома, на столе. Ладно. Чувствуется влияние алкоголя на пустой желудок. Теряю нить происходящего. Перехожу к плану Б. Победно усмехающийся гад без шляпы взял Карла за горло:

— Нашлась пропажа, весь город обыскали, не могли тебя найти. А сейчас, какой сюрприз! Сама явилась. Только пьяная, еле на ногах стоишь. Что, так сильно меня боишься? — Я поднесла бутылку к губам и набрала полный рот коньяка. — Эй, хватит пить. Знаю ваши привычки, сначала вам страшно, потом буянить начинаете. А у нас тут театр, представление. — Вампир когтем провел тонкую царапину от виска до подбородка мужчины. Я выдохнула коньяк на кровососа. Обрызгала почти полностью. Тут же проделала этот фокус ещё раз. Мужик от такой наглости зверел буквально на глазах. Легким движением руки я провела воображаемую линию от ближайшего костра к Гордону. Язычок пламени тотчас переметнулся к указанной цели, и вампир вспыхнул, как китайский фонарик. Завывая, как полицейская сирена, горящая фигура ринулась в мою сторону. Я скромно отступила на два шага вправо. Вы же помните, что круг живого огня окружает нас в настоящее время? Ну вот, на этой границе он и застрял. Пока сэр Гордон боролся с пламенем, я разрезала верёвку, связывающую руки шефа и вручила ему коньяк. Потом подошла к Ольге, грозно щёлкая маникюрными ножничками.

— Боишься? — Резать шнур неудобно, надо же внести разнообразие в происходящее. Вот, пытаюсь шутить. Получается, как обычно, плохо. Проблема с юмором.

— Несса, я точно знаю, в правом кармане у тебя складной нож. Достань и режь им. — Точно, ножом удобнее. Я освободила подружку, вручила ей инструмент и прислонилась к столбу. Голова кружится, со зрением снова пропадает. Вообще, как-то мне нехорошо. Вампиры метались за границей круга, но войти не могли до тех пор, пока горит огонь. Если потеряю сознание, круг погаснет. Значит, надо держаться. Напротив меня занял место светловолосый тип, из телохранителей. Он бесстрастно смотрел на то, как я пытаюсь удержаться в вертикальном положении, попутно поглядывая на высоту пламени, разделяющего нас. Чего это он хочет сделать? Сзади раздались крики. Оглянулась назад, там Ольга отцепляла Тимофея, который ругался нехорошими словами, прижимая к телу сломанную руку. Открытый перелом — не только очень больно, но и дурно влияет на сознание того, кто это видит. Последним, что запомнилось на этот раз, был громадный белый волк, взлетающий в прыжке через огонь.

— Что ты сделал? Дух говорит, что её отравили и ударили по затылку. Он обманывает? — А я даже почти очнулась, только послушаю ещё чуток.

— Ну, Витарр. Самому мне было некогда. Поручил Кену спрятать её. Молодой он ещё, горячий. Решил, что женщина — враг. Вот и перестарался. Сайгош, если узнает, что случилось, нас на тряпочки разорвет. А он узнает.

— Вольф, я представить себе не могу, как обычная человечка с сотрясением мозга, да ещё после хлороформа сумела добраться от кладбища до конторы, там пересесть на другую машину и приехать сюда. Как она вообще узнала, куда ехать. — Меня завернули в одеяло и покрепче прижали к горячему оборотню. Я хотела пожаловаться, что у меня сломалась отвёртка, но провалилась в сон. Надолго.

Просыпалась с трудом. Такое ощущение, что всё тело вчера били, колотили, вытряхивали и выворачивали наизнанку. Моя голова лежит на, гм, чьей-то груди. Отчетливо слышу, как стучит чужое сердце. Похоже, моя подушка не спит. Стыдно, аж жуть. Мало того, плохо помню, чем вчера всё закончилось. Вот, девушки, пить вредно, даже чайная ложка может привести к непоправимым последствиям. Я приоткрыла один глаз, потом второй, и потихоньку стала сползать с горы мускулов, на которой, оказывается, спала. Кажется, я у себя дома. Это хорошая новость. Села на край кровати и свесила ноги. А за спиной у меня плохая новость.

— Несса, хочешь, я тебе рассольчику принесу, — сунулась в дверь Мег. В руках у неё обреталась литровая банка с солёными огурцами.

— Мег, а душ работает? — В последнее время у нас часто отключали воду. Потому и спрашиваю.

— Работает. Вещи я уже выстирала, кое-что выбросила. Так что — давай, полоскайся и обедать сразу приходи. — Высказалась и убежала, а мне тут красней. Хорошо, хоть я в своей любимой байковой пижаме с ёжиками. Только совсем не помню, как её надевала.

— Солнышко, ты так и будешь сидеть? Тогда я первый в душ, — мимо меня проскользнул Тар, взял полотенце и смылся. Меня спасёт только кофе.

Первым делом я добралась до телефона, чтобы позвонить Ольге, узнать новости из первых рук, так сказать. Она оказалась дома и с радостью вывалила мне всё.

— Несса, ты живая, слава Богу! Мы так волновались, когда ты рухнула без сознания. Тимофей ругался хуже, чем прораб на стройке, а я его отвязываю. А ты — бац! Упала. Карл кричит. Какие-то левые мужики бегают. Потом начались маски-шоу. Кто их вызвал, не знаю. Сегодня же выходной, завтра разбираться будем. Кстати, ты в курсе? Там этот был, Кошкин. Стоял и смотрел, как мы все висим. И ещё куча народа знакомого. Ужас! Столько всего случилось! А тут твой викинг. Он топором как врезал вампиру. Тому, которого ты подожгла. Прикинь. Живой был. Ещё чуть-чуть и ему удалось бы сбежать. — Витарр подошел, забрал у меня трубку и положил на рычаг.

— Кушать очень хочется. Давай, я пока пороюсь в компьютере, а ты беги в душ.

В конце концов, думала я, в пятый раз намыливая волосы, что уж такого страшного произошло. Ничего. Ну, спали в одной кровати. Большое дело. Намного интереснее понять, какую роль во всей этой истории играли военные, и удалось ли сбежать кому-нибудь из вампиров. К столу пришла уже в рабочем настроении, потому что горячая вода полностью смыла всё желание скандалить. Мег сегодня приготовила два большие пирога с мясом для Тара и маленькую тарелочку куриной лапши с сухариками для меня.

— Чего это ему мясо, а мне — лапшу? — Есть не хочется, но повозмущаться следует, кто в доме хозяйка? Я или брауни? Странный вопрос. Конечно, брауни. Мег покосилась в мою сторону и быстренько сбежала из кухни.

— Сайгош на связи, будешь говорить? — Викинг повернул ноутбук в мою сторону и принялся за свой пирог. С мясом. А пахнет! Обалдеть от запаха можно. — Несса, третий раз зову, посмотри в камеру, я зрачки проверю. — Змей начинает сердиться. Ладно, в этот раз послушаюсь. Я пошире открыла глаза и вытаращилась. — Хорошо, что все обошлось. Зрачки расширенные, но через пару дней этот эффект пройдет. Скажи, что чувствовала, когда загорелся Высший вампир? Вспомни.

— Ну, голова кружилась, зрение пропало, потом снова появилось. Причем так странно, как будто я видела происходящее из другой точки. Потом по позвоночнику как молния проскочила. И постоянно слышала крик Гордона. Пронзительный, отчаянный, режущий слух. Достающий до самой печени. Ощущение потери, как будто кто-то осиротел и плачет без слез.

— Плохо. Он успел поставить тебе метку. — Сайгош рассеянно потер лоб ладонью. — Пока всё, постарайся в темное время не выходить из дома. Магия порога очень сильная. К тому же у тебя поселилась фэйри. Она будет защищать и дом, и всех его обитателей. Хэллоуин через месяц. Можно будет попробовать снять с тебя эту метафизическую дрянь. Перезвоню завтра вечером, будь на связи.

Я вопросительно уставилась на викинга. Он как раз доел второй пирог.

— Тар, о чем говорит змей?

— Солнышко, давай об этом поговорим завтра. Сейчас я хочу рассказать о другом. Ты готова меня слушать или пойдем, погуляем, пока светло? — У меня почему-то стали дрожать руки и заболело сердце. Нет уж, пусть договаривает.

— Говори, я слушаю.

— Понимаешь, я выпросил у Карла разрешение заглянуть в твое досье. Он же проговорился, что ты замужем. Там написано, что твоя семья уехала по программе переселения в Россию почти четыре года назад. Это правда?

— Да. — Кажется, меня снова тошнит.

— Позвонил другу, его стая кочует вдоль границы, он пригласил меня на пару дней. Вот у него я и был все это время.

— Зачем тебе это? — Теперь у меня дрожат не только руки. Викинг поднялся, сходил в комнату, принес плед. Только когда основательно завернул меня и всунул в руки кружку с горячим кофе, продолжил:

— Как бы тебе правильно сказать, понимаешь, ты меня интересуешь. Ещё на набережной, мы тогда ушли все, а потом я вернулся, хотел подойти, а ты резала пиццу и смотрела, как феи насыщаются. У тебя в тот момент такое лицо было. Ты светилась вся изнутри.

— Витарр, это все лирика.

— Ты спросила — зачем, я ответил. — Мужчина встал, вышел во двор, задумался. Я сидела, ни жива, ни мертва. Мег вошла на кухню, укоризненно покачала головой и взяла тарелку с лапшой, чтобы разогреть. Потом вручила мне ложку. Пришлось есть, не чувствуя вкуса. Тар вернулся, снова занял место напротив. Вздохнул, достал флешку и подключил к компьютеру. Потом стал показывать фотографии. На них мой муж с молодой женщиной. Ходят, разговаривают. Едят мороженое в парке. Вот они вместе с нашими детьми.

— Твой старший сын женился. Свадебные снимки не получилось достать. Передали только один — смотри. — В кадре смеющаяся девушка и мой взрослый ребенок. Рядом муж в обнимку с той женщиной. Младший сын, хмурый. Сердитый. Смотрит в сторону. Похож на меня в этом ракурсе. Сердце болит всё сильнее.

— Снимки передал знакомый человек через спутник. Сама понимаешь, часто с такими просьбами обращаться нельзя. Вы для них теперь закрытая зона. Чужие.

— Женщина рядом с мужем, она кто? — еле выговорила. Горло пересохло, а пить не хочу.

— Несса, это его жена. Они уверены, что ты погибла. Им так сказали. Твой младший сын в морском училище. Это всё, что мне удалось узнать. — Я встала, вышла на улицу, села в кресло и прижала руки к груди. Хорошо, что все живы. Что у них своя налаженная жизнь. Для меня важно это знать. Только очень болит сердце, разрывается на части. Мне на колени опустилась коробка с бумажными носовыми платками. А я даже не заметила, что плачу. Глупая ведьма, которая по ночам считает звезды, вместо того, чтобы спокойно спать.

Утром кофе для меня варил викинг. По консистенции напиток напомнил кипящую смолу, по вкусу почти то же самое. Наверное. Смолу пробовать не довелось. Для интереса я поставила чайную ложку вертикально. Не удержалась, хотя секунды три раздумывала, прежде чем упасть.

— Солнышко, поехали, там твой шеф третий раз звонит. Дела не ждут. И вообще, у тебя же есть я! Смотри, какой замечательный! — Два метра с хвостиком сплошных мускулов, драные джинсы, растоптанные кроссовки сорок седьмого размера, белая футболка с надписью "попробуй, догони" и изображением ехидной волчьей морды. Угу, просто блеск. Хотелось бы знать, что он здесь делает на самом деле.

В конторе Кармен возбужденно шкрябала надпись на стене. С целью получить анализ краски, которой кто-то написал: "Ну, ВЕДЬМА, погоди!". Вчера этого не было, когда я уезжала. Любопытно, кому это понадобилось пачкать побелку. Сильно подозреваю, что это шофер отомстил за свою машинку, которой теперь никакой ремонт не поможет. Во дворе я её не увидела, значит, забрал.

— Агнесса, иди сюда, — Карл выглянул в коридор и поманил меня в кабинет. — Витарр, ты тоже заходи. Сейчас подъедет профессор из университета и расскажет, что у них происходит. Поздравляю, нам доверили расследование в дальнем районе города!

Зарисовка 15. Ловушка в университете.

Я заняла место возле подоконника, так хотелось проверить, действительно ли в субботу там сидел коршун? В нашей местности они не встречаются, но откуда-то же он взялся. Да ещё точно указал мне направление. Мусор уже убрали, а старый подоконник остался на месте. Следы от когтей тоже просматривались без увеличительного стекла. Значит, мне не померещилось.

— Несса, мне нужно уехать по делам. Ты справишься одна? — Тар подошел слишком близко и сейчас нависал надо мной своими косичками. Опять девочки-феи постарались. Он тревожно смотрел на меня своими зелеными глазами, как будто искал ответ на вопрос.

— Постараюсь. Я же не одна здесь. Нас много. — Ощущение пустоты внутри так и не прошло до конца. Холодно и пусто. Разговаривать нет желания ни с кем.

— Черт, я так и знал, что не надо было тебе все рассказывать. Сказал бы, что все живы и здравствуют. — Тар хлопнул ладонью по груди и ушел.

— Он что рассказал? Колись, давай, мы же подруги! — Ольга возникла из-за спины, как чертик из табакерки. Вот ведьма. — Несса, на тебе лица нет. Хочешь, я угадаю? Сходу! Твой бывший нашел себе новую женщину. Мало того, ты об этом знаешь давно, ведьму обмануть невозможно, а любящее сердце, тем более. Но до сих пор ты не верила. Да?

— Всё-то ты знаешь, помолчать не пробовала? Ладно, спасибо тебе, мне, правда, легче стало. Чем успокоила?

— У тебя аура вся дыбом встала и сполохи багровые. Пришлось к Богине обращаться за помощью. Сеанс не закончен, так что ты тут постой пока, с места не двигайся. — Оля приподнялась на руках и угнездилась на подоконнике. — Посижу рядом, чтобы не сбежала, а то вечно носишься, как угорелая мартышка. Слушай, познакомь меня с той художницей, что Антона изобразила. Поговорить хочу о совпадениях во времени.

Пока мы общались, каждый, кто заходил, принёс по стулу. А Тимофей сходил ещё за двумя, для присутствующих дам. Карл занял свое место за столом, обвел взглядом всех присутствующих, вздохнул:

— Хочу покаяться перед всеми. Виноват. Я подставил всех тем, что поверил капитану Кошкину. В свое оправдание могу сказать только одно. Мы знакомы с детского сада. Знаете, как это бывает. Росли вместе, потом школа. Военное училище. Я верил ему, как себе. — Народ зашумел, Дмитрич хотел встать, но шеф поднял руку, и все замолчали. — Расследование субботних событий взяла на себя военная прокуратура. Следствие не закончено. Об этом — всё.

Агнесса! — Я преданно уставилась на начальника. — У меня нет слов для благодарности в том количестве, которое ты заслуживаешь. Ты спасла нас всех. Признаю. Что бы ты хотела получить в подарок прямо сейчас? — Видели хитрюгу? Типа, я смогу, вот так, сходу, придумать чего бы мне хотелось. С другой стороны:

— Шеф, я хочу сделать запрос в нотариальную контору. Помните пожар у начальника архива? Мне нужно знать, кто там наследует. Можно, в качестве подарка, получить постановление из прокуратуры на просмотр завещания? — Не поняла, всем стало очень весело почему-то. Сидят и хихикают. Карл побагровел, сел и взялся за телефонную трубку. Нет, ну пообещал, пусть делает. А у меня совесть успокоится. Потому что мысль о том, что произошло в особняке, беспокоит и не дает жить мирно.

В открытую дверь вошел мужчина средних лет, с аккуратной стрижкой, в твидовом пиджаке с кожаными заплатками на рукавах и с палочкой в правой руке. Открытый взгляд серых глаз внушал доверие и располагал к откровенности. Очки в тонкой оправе только добавляли обаяния его внешности. Он постучал палкой об пол, покашлял, и, наконец, решительно спросил:

— Здравствуйте! Надеюсь, это здесь расследуют паранормальные случаи? Меня должны ждать для беседы специалисты. — Все повернулись в сторону гостя. Карл положил трубку телефона и поднялся во весь рост.

— Пожалуйста, проходите. Вот сюда. Тимофей! У вас с Дмитричем своё задание, вечером доложите. Свободны.

Кармен, Роман, — вы тоже идите. Несса, Ольга — останьтесь. Послушаем, что нам расскажет профессор?

— Дивов, Василий Андреевич. Профессор физики. Доктор, знаете ли, физико-математических наук. Разрешите присесть? — Карл подвинул стул поближе к столу и пригласил гостя.

— Понимаете, мне рекомендовала обратиться к вам Ирина, наш секретарь. Вроде бы она знакома с кем-то из ваших сотрудников.

— Со мной, — отозвалась я, глядя на Ольгу. Та незаметно кивнула, давая разрешение сдвинуться с места. Кажется, мне действительно стало намного лучше. Да и сердце болеть перестало. Сеанс исцеления закончен, пора возвращаться в суровую реальность. Ещё немного времени пройдет, и я стану мастером эвфемизмов. Шутка, как всегда неуклюжая.

Профессор удивленно рассматривал остатки погрома в кабинете. Спрашивать ничего не стал, качество для человека весьма ценное.

— Позвольте, но Ирине прилично за сорок, она сказала, что вы с ней подруги с детства. Я же вижу перед собой удивительную молодую женщину. Будь я моложе, не удержался бы от ухаживаний. Меня смущает ваша юность.

— Василий Андреевич, ведьмы живут намного дольше людей. Поэтому, не смущайтесь, рассказывайте, что там у вас приключилось. — Профессор недоверчиво покачал головой, пристально разглядывая мою особу. — Прежде, чем я начну говорить, мне необходимо удостовериться в личности девушки. Поэтому, простите мою назойливость, расскажите, что произошло, когда вы с Ириной ездили в деревню. — Обалдел совсем. Это ж сколько времени прошло. Хотя, есть один момент. Право слово, лучше бы Ирина сама явилась, а не устраивала тут проверки.

— В то время нам было чуть больше двадцати лет на двоих. Лето только начиналось, когда мама отправила меня в деревню. Ириша упросила родных отпустить её вместе со мной, клятвенно обещая не хулиганить и беречь свое здоровье. Прабабушка учила чувствовать живое сознание леса, беседовать с лешим, различать лекарственные травы, с уважением относиться ко всем существам вокруг. Однажды она попросила нас спуститься в подвал. Там гадюка родила своих детёнышей. Вы же знаете, гадюки не откладывают яйца, как, скажем, кобры. На стене, в качестве украшения, висел лапоть, большой. Моя прабабушка рассказывала, что, когда дед учился плести лапти, первый у него получился очень большим. Вот его и подвесили на стену. После родов змея аккуратно, по одному, затащила каждого маленького в этот лапоть. Они там свились клубком и притихли. Вспоминаю, в то лето змеи попадались в деревне на каждом шагу. Как будто их кто-то заставил сняться с обжитого места и двинуться к людям. — Я перевела дух, достала бутылку с водой из сумки, отпила пару глотков. — Иришка решила провести эксперимент и спрятала лапоть в другом месте. На следующий день мы с ней устроились под лестницей в засаде, наблюдать, что будет делать змея. Гадюка вползла через подвальное окошко, сразу двинувшись к стене. Она не нашла детей на своем месте. Чуть приподнялась, покачалась, подползла к кувшину и принялась пускать яд в молоко. Змея снова и снова, опустив голову, надавливала клыками на стенку, выжимая остатки. Иришка прокралась к стене, повесила лапоть на место, потом вернулась под лестницу. Змея распустила кольца, сползла с кувшина, принявшись тыкаться носом во все углы. Добравшись до стены, она подняла голову и поползла вверх, к детям. На обратном пути гадюка снова обвила телом кувшин с молоком, раскачала его и перевернула. Помню, потом звали шептуна из соседнего села. Он приходил, шептался со змеями, после чего они исчезли. Вот такая история. Влетело нам тогда ужасно. Неделю каждый день огород пололи, вместо того, чтобы на речку бегать. Договорились никому об этом случае не говорить, потому что змея умнее нас оказалась, намного.

Народ сидел, заслушавшись, и даже не сразу пришел в себя. Наконец, профессор прокашлялся и попросил налить ему водички. Чайник и кофеварка погибли в неравной схватке, поэтому чай, кофе и кофе капучино никому не светили в ближайшее время.

— Понимаете, в нашей альма-матер происходит что-то ужасное. Я же материалист и по убеждениям, и по профессии. А тут — никак не могу найти объяснение. Нонсенс. Суть в том, что студенты старших курсов меняются. Сами знаете, молодежь наша отличается умом, сообразительностью и стремлением устроить ближнему гадость. Но у них всех, — свет в глазах, желание жить, смеяться, путешествовать, любить. А месяц назад лучшего по успеваемости парня стало не узнать. Нет, он никуда не исчез. Просто, это не он. Так же ходит на занятия, так же получает отличные отметки. Коллоквиум у меня сдал на отлично. Это редкость. Но — не он. Спина прямая, глаза смотрят без интереса, но ничего не выражают. Биоробот. На сегодня их уже больше пятидесяти человек. Галина Матвеевна с кафедры истории привела священника, отца Алексия. Он все облил святой водой, помахал кадилом, сказал, что демонов нет, и ушел. — Профессор замолчал, выпивая остатки воды из стакана, потом промокнул губы идеально чистым носовым платком и попросил:

— Пожалуйста, приходите к нам, сами всё увидите.

Ольга спрыгнула с подоконника и подошла ко мне:

— Пенни за твои мысли, подруга.

— Варианта два, на самом деле. Подселение либо замещение. Боюсь, помочь удастся не всем, господин профессор. Правда, есть ещё третий вариант, куда хуже. — Карл задумчиво посмотрел на нас обеих, полез в карман и достал ключи от машины.

— Только без фанатизма, девочки. Если что, звоните. Пришлю ребят на помощь. Да, и, Ольга, не пускай подружку за руль. Знаю я, как она водит.

Университет встретил нас тишиной. До начала перемены было минут сорок. Это мы удачно подъехали. Студенческий городок занимает более чем приличный участок земли. Спрашивается, где нам искать переселенца? На наш прямой вопрос, профессор предпочел промолчать. Ах, вы не знаете, кто такой переселенец? Спросили мы с Олей одновременно. Не знает наш доктор наук, кто такие эти самые переселенцы. Если честно, нам и самим доподлинно это неизвестно. Сам факт появления в нашем мире таких существ можно попробовать объяснить с точки зрения смещения параллельных миров относительно какой-то общей оси или грани. Высокие материи для нашего понимания. Но сталкиваться приходилось. Причем разновидностей много. Чаще всего попадаются сущности, которые питаются эмоциями. Гневом, раздражительностью, страданиями, в таком плане. Вы когда-нибудь ездили в переполненном общественном транспорте? Там обязательно возникают ссоры, разговоры на повышенных тонах, иногда скандалы. Если присмотреться, всегда можно найти сущность, которая это все провоцирует.

— Василий Андреевич, а как нам попасть в подвальные помещения? — Профессор почесал лоб, посмотрел в облака, и честно сказал:

— Не знаю, давайте спросим на проходной.

С горем пополам нашли мы ключ, и пошли на разведку. Как в сказке. Чем дальше, тем страшнее.

Вообще-то в цокольном этаже находятся мастерские плюс кладовки для хранения хозяйственных мелочей плюс котельная. Мы прошли в дальний угол, открыли ключом неприметную дверцу. Василий Андреевич сбежал в основной корпус, отговорившись приближающейся лекцией. Я протянула руку, нашарила выключатель и включила свет. Обычное пустое помещение. Сухое. Железобетонные столбы. Трубы. Ничего сверхъестественного. Я повернулась к Ольге, спросить, может быть, она что-то видит, и ужаснулась. Серая кожа, посиневшие губы, пустой взгляд. Безвольно опущенные руки. А почему на меня не действует? На всякий случай скопировала позу, повесила голову и тоже прикинулась куклой. Вдруг оно вылезет само? За спиной с громким стуком захлопнулась дверь. А прямо перед нами возникла девушка. Заклинание отвода глаз и рассеивание внимания. Лохушки мы с Олей, точно. С другой стороны, мы же шли к сущности. Они не прячутся за магией. Хрупкая, нежная, изысканная фигурка, длинные черные волосы, сколотые палочками на затылке в тяжелый узел, черный шелковый сальвар-камис (костюм из суженных тонких брюк и закрытой туники), туфли на высоком каблуке. Восточное лицо девочки-подростка и миндалевидные черные глаза без белков. Вампир из японского мультика.

— Кто из вас, ведьмы, убил моего хозяина? Отвечать быстро! — Ага, ментальная магия! Мне, как с гуся вода, а Ольга вынуждена ответить:

— Норвежец убил.

— Ты, с цветными волосами, говори!

— Большой варвар, да. — Прости Витарр, но тут приходится выкручиваться. Кстати, чего это у меня цветные волосы. Случайно подняла голову и встретилась взглядом с глазами нежити. Ощущение мерзости и отвращения, больше ничего. Я порылась в кармане, нашла амулет, сделанный из крошечной друзы черного агата и прицепила его на шею Ольге. Надеюсь, камень смягчит влияние вампирской магии. Мелкая достала из-за спины блестящую железку. Наставила на меня и принялась обходить вокруг.

— Эмм, предлагаю договориться. Мы сейчас отсюда уходим, а ты выметаешься из города ближайшей ночью. И никогда больше здесь не появляешься. Хорошее предложение, соглашайся. — Стараюсь держаться лицом к этому существу, удерживая её взгляд на себе. Ещё немного, и она окажется на линии между мной и Олей. Подруга уже пришла в себя. Надеюсь, сообразит, что нужно делать.

— Нет, я просто вас выпью, стану сильнее, потом отомщу. Всем. — Всегда удивлялась, как у мертвецов сохраняется мыслительная способность. Личность, если хотите. Ведь тело умирает. Не понимаю. Без предупреждения вампирша с воплем бросилась на меня, размахивая колючей штуковиной. Странная, но такая прекрасная в своем роде. Заклинание, лишающее возможности двигаться, мы выучили на заре нашей юности. А, когда мы бросали нити, находясь друг против друга, защититься от обездвиживания не мог никто. Есть только одно "но", срок действия этого волшебства очень маленький. Для людей. Для нежити не проверяли.

— Сколько лет тебе, девочка? — Обратилась я к злобной, скрежещущей зубами от бессилия, нежити.

— Четыреста сорок шесть, ведьма. Отпустите меня! — Чудовище приняло вид страдающего ребенка и умоляюще уставилось на нас. Ольга подняла ладони, сложенные в молитвенном жесте лодочкой, поднесла к лицу девочки-вампира и резко развела в разные стороны. Вой, раздавшийся после этого, ещё долго будет пугать неосторожных посетителей этого места. Он впитался в стены, потолок, саму сущность камня и бетона. Нежить почернела, ссохлась, провалилась внутрь себя самой. Только крошечная горсть праха осталась несколько секунд спустя. Легкое движение моей руки, и останки развеяны по всему пространству, чтобы никогда больше не возникнуть вновь.

— Оль, ты вернула ей способность чувствовать. Зачем? Может, просто сжечь было бы милосерднее.

— Сколько людей эта мелочь угробила за все время своего существования? Подумай! Я всего лишь позволила ей ощутить их боль, страх, страдания, ужас перед неминуемой смертью.

— Жестокая ты ведьма, подруга. — Мы вышли, заперли за собой двери, отнесли ключ на вахту и отправились к морю. Нужно было срочно смыть с себя отпечатки пережитых эмоций и ментального воздействия. А профессор никогда даже не вспомнит, как его использовала втемную одна маленькая, но очень мстительная вампирша. Потому что не было никаких студентов, никаких посторонних сущностей. Была ловушка для ведьм. И только один вопрос. Откуда ей знать, что пришлют именно нас, а не мужчин?

Несмотря на конец сентября, море ещё теплое. Потратив час на плавание в закрытой бухте, мы вернулись в город и поехали искать художницу. Набережная украсилась флажками, цветными надувными шарами и транспарантами. Кругом бегали дети, сновали фотографы, чинно вышагивали старушки и мамочки с колясками. Туристы стайками бегали за экскурсоводами и щелкали затворами фотоаппаратов. Уличные художники рисовали портреты за деньги, расположившись на складных стульчиках и скамейках. О, мороженое! Я быстренько пристроилась в очередь к ближайшей палатке. Оля тут же принялась ныть.

— Несса, как тебе не совестно. Пойдем скорее, там же Карлуша нас ждет. Обойдешься без своего шоколада.

— Злая ты, подружка. Шеф никуда не денется. А мой животик ждать уже не в состоянии. И, потом, у меня стресс, нервы. Кстати, куда ты пхнула катану и кинжалы? Я видела, как ты спрятала палочки для волос к себе в сумку! — Пока мы препираемся, очередь двигается.

— В багажник сложила. Не надо мне мороженого! Ешь теперь все три порции сама, — мстительно улыбаясь, Ольга пошла впереди, спускаясь по каменной лестнице к художникам. Сегодня мольбертов было видимо, невидимо! Ступив на плитку, выложенную причудливым узором, дамочка, как бы в рассеянности, сцапала у меня лакомство и потопала вперед. Я задумалась, а хватит ли мне двух стаканчиков?

— Несса! Привет! — Хлопнул меня по плечу Петр. Ну, или Питер. Повадки у него, как у Питера Пена. Мальчик, забывший повзрослеть. Может, поэтому его картины так наполнены светом и радостью?

— Угу, здоров будь, дружище. А скажи, где мне найти Анжелику, надо поговорить. — Ольга обернулась, увидела, что я разговариваю, и пошла к нам.

— Не знаю такой. Она кто — модель? — Художник задал вопрос, продолжая набрасывать фон на полотно.

— Анжелика, художница, я еще прошлый раз с ней тут вот общалась. Помнишь? Блондинка, высокая, стройная. Очень красивая.

— Несса, девушек с таким именем здесь нет. Я бы запомнил, ты же знаешь. Нет, можешь походить, поспрашивать, но только время зря потратишь. Нет таких. — Питер вернулся к своей картине.

В контору мы приехали в конце второй половины дня. Купание в море очень хорошо помогает не только очистить тело и душу, но и привести в порядок мыслительные способности. Особенно у тех дам, которые по ночам звезды считают. Получается, что Антона подставили. Что же он тогда делал на свалке? Девица опять же фальшивая. Странные дела творятся в нашем приморском городе.

Начальник встретил нас, стоя возле новой кофеварки. Он поставил переключатель на кофе эспрессо и внимательно следил за тем, как напиток капает в чашку. Интересно, как быстро ему надоест новая игрушка?

— О, девочки, хотите кофе? Могу предложить на выбор. Вот инструкция, почитайте. — Подвинул к нам толстую книженцию и снова замер возле волшебного аппарата.

— Шеф, мы решили вопрос в университете. — Попробовала обратить на себя внимание Ольга.

— О, смотрите! А сейчас оно немножко побулькает! — В глазах начальника загорелся неподдельный исследовательский огонёк. Оно побулькало и плюнуло в лицо наблюдателю.

— Не получилось, — констатировал шеф, цапнул инструкцию и принялся вчитываться в строчки, специально напечатанные мелким шрифтом.

— Можно мы домой пойдем? А отчет напишем завтра с утра? — Забросила я удочку.

— Идите, идите, девочки, мне тут нужно разобраться в последовательности. Умгум. Так, так. До завтра, — шеф помахал рукой и снова принялся вникать в сложности пользования приобретенной техникой. Небось, сам купил. Ольга отвезла меня, а потом сама поехала домой. Ключи от машины мы не стали отдавать. Все равно в таком состоянии Карл их положит куда-нибудь. Потом весь отдел искать будет. Прецеденты уже случались. А бензин завтра нальем за свой счет.

Дома непривычно тихо, чисто, пахнет свежим хлебом. Букетик бархатцев в вазочке на столе. Тишина. Только открытый ноут попискивает вызовом. Вымыла руки и уселась на стул. Отвечу.

— Привет.

— Привет, Несса. Я волновался. Чем занималась часа три назад? Мне на секунду показалось, что ты исчезла. — Сайгош был без привычной личины. Масса африканских косичек, убранная в сложную прическу и заколотая золотой шпилькой. Узкое лицо, изящно вылепленные скулы, янтарные глаза с вертикальным зрачком, золотистая кожа, подсвеченная изнутри ярким сиянием. Сухой хрящеватый нос не портил впечатления, даже придавал чертам аристократизма и человечности.

— Вампирша попалась упрямая, не захотела разойтись по-хорошему. Пришлось принимать меры.

— Несса, на твоем счету уже третий представитель их клана. Плохо. Они умеют мстить. Где этот блошиный коврик для ног? Я же просил присматривать за тобой! — Сердце сжалось и перестало гонять кровь по венам. Лед поселился в груди, не давая вдохнуть воздуха. Зрение пропало полностью. Проваливаясь в обморок, я слышала крик дракона, рвущийся из компьютера…

Зарисовка 16. Эх, где наша не пропадала!

Если честно, то мне надоело терять сознание, как изнеженная барышня времен викторианской Англии. И приходить в себя от противного запаха нашатырного спирта. Кто-нибудь из вас его нюхал? Мерзость. Я открыла глаза. Надо мной, махая крылышками, подвисла Мэвис, держа на длинной палочке ватный шарик с отвратительным ароматом. Увидев, что я очнулась, феечка с победным криком выбросила ватку со спиртом и бросилась мне на шею. Дэклан хмуро сидел на компьютере, рассматривая картинки. Потом подозвал Мэвис, и они вместе вылетели во двор. Придерживая руками голову, я потихоньку села, потом встала, переместилась на стул, поближе к экрану. Сеанс связи окончен, сигнал отключен. Вот и славно, общаться нет сил ни с кем. Со зрением творится что-то несусветное. Как будто картинки наслаиваются одна на другую, с неимоверной скоростью меняются, а сквозь них просвечивает какое-то определённое место. Высокая белая башня, или это маяк. Пытаясь понять, что именно вижу, чуть снова не сверзилась со стула. С улицы влетела неразлучная парочка, Мэвис и Дэклан. Ребята принесли изящный флакончик из тонкого хрусталя, весь увитый золотистыми нитями. Изысканная красота вещицы очаровывала, манила взять в руки, любоваться, рассматривать и восторженно ахать. Определённо, там какая-то магия внутри.

Мэвис торжественно достала из поясной сумочки крошечный стаканчик. С помощью Дэклана налила в из волшебного флакончика несколько капель тягучей светящейся жидкости, и, держа обеими ручками, поднесла к моим губам.

— Пей, Несса, это тебе поможет. — И такое благоговение написано на личике! Конечно, я не могла отказаться, перевернула золотой стаканчик, слизнув капельки с его края. Феечка сразу же налила ещё и ещё. Три раза я удостоилась чести лизнуть восхитительную субстанцию. Жидкость всосалась в кровь с языка очень быстро. Ощущение чистоты, свежести, ясности происходящего наполнило все мои клеточки. Даже краски окружающего мира стали вдруг ярче и привлекательнее. Усталость от бессонной ночи, головная боль, даже раздражение от визита Сайгоша, пропали, как и не было ничего. Видение тоже исчезло. Мэвис ждала моей реакции, прижав к груди ручки. Дэклан, сосредоточенно прикрыв пробкой сияющий флакончик, сел рядом с ним на столе и прикрыл глаза. Типа, разбирайтесь сами. Мужчина…

— Мэвис, скажи мне, очень прошу, почему флакончик почти пустой? Осталось несколько капель на дне.

— Ой, я думала, ты спросишь, что это. — Маленькая волшебница высунула длинный язычок и лизнула крошечную капельку, замершую на краешке стакана. Потом деловито упаковала его в сумочку. Только, когда застегнула хитрую застежку, соизволила ответить, загадочно улыбаясь. — У нас, маленького народца, свои секреты. Мы создаем для себя удивительный сироп из цветочной пыльцы, собранной в яркую лунную ночь с нужных раскрывающихся бутонов, и света первых лучей Солнышка, когда оно само ещё даже не проснулось, но первое сияние уже заметно. Алесса благодарна тебе за всё, что ты сделала для её семьи. Поэтому добавляла тебе в чай каждый день по три капли этого снадобья. Мы сами его принимаем по капельке каждый день. А теперь я открою тайну. В твоем роду давным-давно отметился кто-то из фэйри. Может быть несколько сотен лет назад. Наш эликсир просто помогает тебе стать самой собой, снять ограничения, в которые заключено твоё сознание нормами общества, почувствовать себя частью магии Земли, живой планеты. Многие из тех, кого называют ведьмами или колдунами, получили способности по крови от нас, волшебного народа.

— Мэвис, а как же маги? Они ведь учатся творить заклинания, изучают формулы, каким-то особым образом складывают пальцы во время создания сложных вещей. У них получаются такие мощные заклинания, каких мне никогда даже представить не удастся, не то, что освоить. — В моей голове тяжело вздохнула Шайла. Через пару секунд, на столе, рядом с дремлющим Дэкланом, возник перламутровый хомяк с розовым отливом.

— Можно и зайца научить танцевать, только будет ли он понимать, что делает, и получать радость от происходящего. Вот в чем вопрос. Девочка тебе говорит, что фэйри — это и есть магия в самом высшем своем проявлении. Поэтому ведьмы и отличаются так сильно от магов. Что интересно, любая ведьма может стать магом. Но, если в крови мага нет даже самого мизерного отзвука магии фэйри, ему никогда не удастся стать ведьмой, ну, или колдуном. Будет просто тупо следовать формулам. Давай посмотрим на сегодняшнее сражение с вампиром. Существо с запредельной скоростью, безжалостное, беспощадное, умеющее только убивать и получать от этого наслаждение. Вы же её просто остановили. Да никакой маг на это не способен. — Кажется, мне надо выпить ещё волшебного напитка, запуталась окончательно.

— Шайла, я считаю, что нам просто повезло. Во-первых, дело было днем. А в дневное время страшилки обычно спят, следовательно, реакция у неё была замедленная. Во-вторых, ей не удалось влезть мне в голову и затуманить восприятие. В-третьих, вампирша сама встала между нами, отдав преимущество в наши руки. Случайность, на самом деле. Мэвис, давай сначала. Зачем мне пить ваше лекарство? — Попробуем технику маленьких шагов. Очевидно, что мелкие рассказывают не всё.

— Твои способности усиливаются, расширяются. Здоровье намного лучше. Ты давно в зеркало смотрелась? — Сейчас гляну. Из старинного бронзового зеркала, передающегося в моей семье по наследству с давних времен, на меня внимательно смотрела карими с прозеленью глазами девушка. Длинные волосы спускаются до талии. Как-то мне раньше было не до того, чтобы присматриваться к себе. Может, поэтому и не замечала, что у моей гривы четыре оттенка. Золотые, ну, ладно, рыжие, каштановые, светло-русые пряди, кое-где разбавленные серебряными нитями седины. Светлая кожа. Стройная фигура, рост средний, на мой взгляд — ничего особенного. Только искорки в глазах привлекают внимание.

— Посмотрела. Спасибо вам за заботу. Я как-то не задумывалась обо всех этих тонкостях. — Феечки чинно поклонились, и Мэвис позвала подружек из сада, заплетать мне косички. Нет, мне, конечно, никого благодарить совсем не хочется. Потому что, поить человека неизвестно чем, к тому же втайне, мягко говоря, нехорошо. Я потянулась левой рукой к флакончику, очень уж красивая вещь, сияет опять же. Так и хочется потрогать. На руке болтался браслет, оставленный для меня гостем из ситхена. Что-то не вспомню, как и когда одевала украшение.

— Игрушку эту викинг нацепил тебе утром, ты так расстроилась, даже внимания не обратила. — Скрипучий тембр голоса призрака оживил разговор, — Кстати, именно из-за неё не подействовали чары вампирши. — Ну вот, а я только начала восхищаться своим происхождением и собираться в крестовый поход на кровососов. Ошибочка вышла.

Во дворе кто-то зашуршал листьями, падающими в честь осени с моей любимой черешни. Раздалось: "бу-бу-бу". И в двери вошла Мег. Со словами:

— Чем вы её поите? Неправильно это. — Она достала из моего рюкзачка (может, он уже теперь не мой совсем даже) глиняную бутылку, запечатанную воском. Открыла, налила в чайную чашку и протянула мне:

— Королева велела передать тебе воду из источника. Пей! — И так требовательно она это сказала, что я тут же послушалась. Вы когда-нибудь пробовали ключевую воду? Вот. Эта намного лучше.

— Живая вода! Неужели ожил Источник в ситхене? — Вмешался Дэклан. Все феи-крошки принялись возбужденно обсуждать новость и выклянчивать водички для себя. Мег лаково улыбнулась, забрала у меня чашку, налила третью часть объема и поставила на середину стола. Я вышла из дома посмотреть на звезды. В голове царил полный хаос, разброд и безобразие. Мысли перепутались. Определённо, требуется медитация. Подняла руку, поправить вьющуюся веточку розы и поразилась. Кожа просвечивала изнутри! Достала маленькое зеркальце из кармашка, ой! Интересно, я теперь всегда буду работать фонариком?

— Нет, клетки твоего тела закончат изменение, и ты будешь светиться только в исключительных случаях. — Моё жилище — проходной двор для фэйри. Хотя бы разрешения спросил, прежде чем читать чужие мысли. На ум не приходит ни одного цензурного выражения. Я молча отвернулась от черного человека и снова попыталась сосредоточиться.

— Я просто проводил Мег, помог ей вернуться.

— Ты так заботишься о ней, можно подумать, вы — родственники. — Грубо, но слово — не воробей. Уже ляпнула.

— Мы все в каком-то смысле родственники, если судить по крови. Кстати, приближается Хэллоуин. Надеюсь увидеть тебя на осеннем балу. — Коснулся губами моего запястья и исчез. Телепортировался или переместился? Пропал в одном месте, появился в другом, как это называется? Кстати, уже второй вариант празднования Дня Духов.

Ночью не спали все. Витарр ночевать не пришел.

Утром пришлось вылить на себя любимую холодную воду из ведра. Обычно в это время года я как-то уже отказывалась от обливания, но Мег настойчиво толкала меня к черешне, при этом ворча и ругаясь:

— Кто начал закаливаться, тот должен продолжать. Организм слабенький, требует к себе уважения. Придумала тоже. Стресс устроить захотела? Вот зимой поглядим, как будешь увиливать. А тут я со скалкой. — Многозначительно поглядывая в мою сторону, брауни выставила на стол горячий чай и свежие булочки. Демонстративно капнула эликсира в чашку и нахмурившись смотрела, как я пью. Слово какое выучила, стресс. Выброшу телевизор. Кто, интересно, его починил? Зазвонил телефон.

— Несса, привет, шеф достал разрешение. Я заеду к тебе минут через пять. Одевайся скорее и выходи. — Ольга повесила трубку. Супер. Я тут же сложила булочки в сумку, возьму с собой. Позавтракать-то не успела. Длинная цветастая юбка, сверху алая футболка с широким вырезом и длинными обтягивающими рукавами, белый узорчатый свитер, ветровка и мокасины. Нацепила все амулеты на шею, на руки, положила запасные в потайной карманчик. Коснулась загадочного браслета, нет, пусть будет. На всякий случай проверила наличие волшебной палочки. Есть, и хорошо, плохо, если понадобится, а нету.

Ольга лихо остановила машинку возле меня. Ишь, ей так можно рулить, а мне — нельзя. Записываю шефа в жадины.

— Несса, дай булочку, чувствую запах выпечки. Когда это ты пекла? Я вчера, как домой пришла, так и вырубилась. Час назад только встала. Совсем без сил была после наших с тобой экзерсисов. А ты сегодня другая, помолодела, похорошела. Светишься изнутри. Просто красавица. Только нарядилась, как капуста, в кучу одежек. Нет в тебе утонченности, шарма. Мне даже в каком-то месте завидно. — Подруга откусила приличный кусок от булочки и замолчала. Прогресс, обычно она и с полным ртом умудряется тарахтеть. Ладно, буду ходить фонариком и всем светить. Несомненная польза. А чему это завидовать? Умению влезть в кучу одежек, что ли?

Карл уже ждал нас в кабинете с трубкой в зубах. Мы удивленно уставились на него в четыре глаза. Начальник вынул трубку изо рта:

— Чего вытаращились? Я же теперь начальник полицейского подразделения! Практически комиссар Мегрэ! — Мне стало смешно. Жаль, господин Сименон не видит этого воплощения своего героя. — Нечего хихикать! И с кофеваркой вчера разобрался. Вот, ваш капучино. — На столе возникли две кружки. Пришлось выкладывать булочки на тарелку для угощения.

— Шеф, а мне кажется, Вам больше пойдет образ Ниро Вульфа, — не удержалась Ольга.

— Цыц, ведьмы! Не сметь обсмеивать начальника! К тому же я знаю, кто наследует в случае с пожаром. По завещанию это сын от первого брака. Он получает вклады, депозиты, недвижимость. Всё.

— А где он вообще находился на момент Х?

— Несса, я позвонил и договорился, он ответит на твои вопросы через полчаса у себя в офисе. Как тебе твой босс? — Шеф тут же сунул в рот трубку и надвинул шляпу на глаза. Просто душка, а не начальник. Даже, когда просто выполняет обещанное.

Ехать было недалеко, мы успели вовремя. Поднялись на седьмой этаж. Длинноногая блондинистая секретарша открыла двери кабинета, пригласила войти. Помещение вызывало двойственные ощущения. С одной стороны — просторно, светло, высокий потолок, два громадных окна, выходящие на проезжую часть города, минимум мебели. Ни одного комнатного растения. Пол, устланный березовым паркетом. Роскошь безумно дорогая по нынешним временам. Возле дальней стены чудовищно большой дубовый письменный стол. За ним — кресло, обтянутое кожей, цвета свернувшейся крови. Пустое. Стены покрыты венецианской штукатуркой. Тоже удовольствие для очень богатых. Говорят, там каждый слой шлифуется, а последний даже полируется. Именно поэтому в результате получается эффект свечения изнутри. Пока я разглядывала стенку, пришел хозяин кабинета. Ольга как раз смотрела, как едут машины далеко внизу, когда с резким звуком захлопнулись обе створки двери. "Попали!", — шепнул Дух.

Существо, идущее к столу в данный момент времени, человеком не было. Высокий широкоплечий мужчина в дорогом французском костюме, безукоризненно завязанный узел темно-красного галстука, сияющая белизной рубашка. Туфли, на которых даже узелки шнурков выглядели высокомерно. Любопытно будет узнать, если, конечно, выберемся, Карлуша знал, к кому нас посылает? Джентльмен занял кресло и принялся нас рассматривать. В его глазах нет-нет, да и проглядывали искры пламени, таящегося внутри. Мне тут же захотелось провести эксперимент, поставить рядом черного человека и выяснить, кто из них красивее. Потому что этот экземпляр вполне можно фотографировать, как модель, и размещать снимки в глянцевых журналах. Интересно, а сколько платят мужчинам…

— Ведьма, прекрати оценивать в монетах мои достоинства, это унизительно. — Обволакивающий приятный баритон прозвучал так, что Ольга подпрыгнула от неожиданности:

— Я не оценивала! — Принялась оправдываться коллега. Мы пришли по делу о пожаре в доме Вашего отца, пришли вовремя. Незачем так пугать. Наш начальник договаривался с Вами о встрече. — Уй, Оля не поняла, кто перед нами.

— Да не ты, — презрительный жест ладонью, и Оленька замерла ледяной статуей. Слышать может, а говорить, двигаться — никак. Сняла, мормышка, мой амулет от ментального воздействия.

Мужик встал, подошел ко мне и принялся описывать круги вокруг, не хуже вампирши перед броском. Смуглая кожа, брови вразлет, порода выражается в каждой черте аристократического лица. Я сразу вспомнила, как в "Летучей мыши" артист Дмитриев щупает свою голову и говорит: "Вы думаете, что на породу можно наплевать? О, нет, порода — это очень важно!", а потом рассказывает про шишечки на черепе. Удержаться от смеха не вышло. С моей фантазией такие вещи редко проходят. Вот и сейчас, в такой опасный момент, я представила, как высокий красавец со жгучими черными глазами и идеальной стрижкой падает в кресло и начинает страдающе восклицать что-то важное. Всё, крышу снесло напрочь от хохота. Товарищ смотрел на меня сверху вниз, как на странное насекомое, вроде надо прибить, а вроде и понаблюдать хочется, пару минут. Для коллекции можно ещё иголкой приколоть, смотреть, как трепыхается.

— Обычно женщины теряют разум при виде моей внешности. Но, чтобы так… Первый раз за всю жизнь.

Он поддел удлинившимся когтем все мои бусики, амулеты и легко разрезал заговоренные шнурки. Стук осыпающейся бижутерии предположительно должен был наполнить ужасом наши сердца. Определённо, нам следовало утратить надежду на лучший исход. Попали мышки коту в лапки. Но, пока дышу — надеюсь! Я с любопытством воззрилась на его руку с когтями

— Ну, и к чему эта показательная демонстрация? Если тебе не мешают украшения, зачем портить? Полагаю, мне нужна материальная компенсация за утерянную собственность. — Мужик сел. Мимо кресла. В полете подключил левитацию и, уже мягко, спланировал на сиденье. Потом откинулся на спинку и закатил глаза, выражая этим крайнюю степень пренебрежения к такому низкому существу, как ведьма:

— Давно уже не имел дела с такими, как ты. Вон, твоя подружка, стоит и не дергается. Это потому, что моя Сила намного превышает ваши крошечные способности. — О, хвастун. Надо же. Поиграем.

— А если у меня получится снять твоё воздействие?

— Валяй, пробуй, только помни. Отсюда для вас выхода нет. — Демон развалился на кресле в свободной вальяжной позе и щелкнул пальцами. Секретарша внесла поднос с вазочками, наполненными печеньем, конфетами и мармеладом. Расставила все на скатерти, развернув её крахмальную свежесть из рулончика. Потом продефилировала ещё раз и принесла горячий чай в коллекционном китайском фарфоре. Проходя в четвертый раз мимо, она на секунду сменила облик и подмигнула мне. Восхитительно смотрится девушка с рожками и хвостом! А на хвосте — кисточка! С другой стороны, ждать, что у демона в помощницах будет человек, как минимум, глупо. Во время дефиле я успела подобраться к Ольге почти вплотную и надеть ей на шею три амулета, защищающие от ментального воздействия на сознание. Тигровый глаз, белый агат и голубой опал из Бразилии. Больше в моем кармане ничего не было. Жаль, что не удастся собрать с пола бусинки и камушки. Сила демона превратила их в дымящиеся угольки, непригодные для повторного использования. Позер! Плохо, что мы так высоко над землей. Связь стала совсем тоненькая, еле ощутимая. Я провела рукой по позвоночнику подруги, снимая заклятие обездвиживания. Покрутила его на пальцах, странно, знакомое плетение. Ну, мы тоже немножко умеем, особенно, если требуется чего-нибудь испортить. На глазах у жующего демона стряхнула заклинание на пол и улыбнулась.

— Приятного аппетита! — Чего это он подавился? Ой, такой ужасающий, а кашляет, как обычный человек, побагровел весь. Задохнется ведь от крошки. Помрет, а нам нового пришлют. Лучше черт, которого знаешь. Я с силой постучала его по спине. Крошки вылетели прямо на белую ткань скатерти. Демон потянулся к чашке и выпил чай. Потом жестом предложил налить ему ещё. Не зря с утра Англию поминала, это был знак! Меня снова разобрал смех. Ладно уж, поухаживаю. После второй кружки у пострадавшего прорезался голос.

— Чем обязан за своё спасение? — Ни тебе спасибо, ни предложения съесть конфетку. Одни жадины вокруг. А говорят, что подобное притягивает подобное. Это что получается, я — жадина? Нуу, если это касается шоколадного мороженого, вполне возможно. — И прекрати свои меркантильные мысли, не читаю я в твоей голове, Дух закрыл.

— Тогда откуда ты знаешь, что меркантильные?

— Да потому что всё написано на твоей рожице! — Опять подавился, ну что ты будешь делать. Я со всей силы врезала кулаком между лопаток по аристократической спине. Краем глаза заметила шевеление со стороны подружки. Пришла в себя. Слава Богине!

— Не надо мне тут поминать всуе. — Очухался, другой раз стукну ещё сильнее. — Ты же в курсе, что если в этой реальности погибнет тело, то я просто попаду в свою, зачем спасаешь? И не надо мне желать подавиться третий раз! — Не буду, смотрите, какой чувствительный нашелся. Я и не надеялась, что он не заметит моё откровенное: "Чтоб ты подавился", в конце концов, сам подставился с печеньем.

— То есть, ты признаешь сам факт спасения жизни? — Не, вы видели, он мне кивает. Нет уж, так не пойдет. — Вслух, пожалуйста, сэр демон.

— Уговорила, признаю, ты дважды мне помогла. Чего надо?

— Информация и услуга. Договорились? — Не гордые мы, обойдемся малостью. К тому же Ольга усиленно подмигивает, в том смысле, что пришла в себя и готова к действиям.

— Посмотрим, что за услуга. Кстати, я проиграл и должен. У тебя все-таки получилось снять стазис. — Теперь он это так называет. Похоже, телевизора насмотрелся. Дурное влияние космической фантастики.

Хм, а что нужно делать, когда демон должен три услуги? Не помню. Шайла! Молчит, холера. Ой, прошу прощения, весьма уважаемый и почитаемый Дух. В голове фыркнули.

— Не будет ли любезен неуважаемый демон объяснить дамам, зачем превратил босса в мерзкую жабу?

— Это же так смешно, подсунуть ему камушек и смотреть, как вы все будете выкручиваться из ситуации с низшим демоном, вселившимся в тело вашего начальства. Если бы не ты со своим порошком, гуляла бы по улицам склизкая тварь, да не одна, а с компанией. — Демон принялся копаться когтем в вазочке с мармеладом и бухтеть, — вот говорил дуре, купи молочный, а здесь только фруктовый, сто раз повторять надо.

— На самом деле пентаграммы и жертвы были нужны тебе, а не фэйри, ведь так? Подстава с нашим колдуном тоже твоих лап дело. Зачем? — Кавайный красавчик оторвал свой взор от вазочки и принялся гипнотизировать меня, покачивая мармеладкой, надетой на кончик когтя. Надеюсь, амулет дракона работает, иначе нам не выжить. Да и браслет пока что при мне. Усиливающееся раздражение демона ощущалось для нас нехваткой воздуха в пространстве. Дышать стало намного труднее.

— Слишком умная ты для ведьмы, спелась уже с этими, из ситхена. У тебя запах цветов, солнца, магии. Притягивает и манит. Я не буду отвечать на твои вопросы. — Наверное, он хотел ещё пофилософствовать, но ему помешали. Тяжеленные дубовые двери выпали из проема, пропустив огненный шар, летящий в сторону стола со скоростью выпущенного пушечного ядра. Эх, пропадай мои печеньки, кавалерия пришла на выручку.

Зарисовка 17. Сплошная путаница и безобразие.

Жалко печенек, конфеток, даже антикварный стол не хочется, чтобы пострадал. Только я успела об этом подумать, как демон встал и принял огненный шар открытыми ладонями. Демонстративно подбросил пару раз, затем впитал. Иллюзионист. Во время опасных игр с огнем кавалерия заполнила кабинет стройными рядами парней в камуфляже. Впереди, (так и хочется сказать, на боевом коне, но — нет, какие лошади на седьмом этаже?) гордо вышагивал шеф, в длинном мятом плаще, шляпе и с трубкой в зубах. Ольга оценила плащ:

— Он сейчас кто? Лейтенант Коломбо?

— Нет, — понизив голос, ответила я ей прямо в ухо, — забыла, что ли. Комиссар Мегрэ! — Мы переглянулись и дружно фыркнули. Босс подозрительно покосился в нашу сторону.

— Священник внизу утверждает, что седьмой этаж занимают демоны. Это правда?

— Вы их здесь видите? — Ехидно улыбаясь, хозяин помещения занял место за столом, принимаясь копаться в вазочке с конфетами. — Кстати, кто возместит ущерб от вашего несанкционированного вторжения, хотелось бы знать. Я пришлю своего адвоката. — Лучший способ защиты, угрожать противнику судом. Угу, известный метод. А ещё круче, пообещать отъем денежных средств. Догадайтесь, кто придумал адвокатов, суды и финансовые махинации?

— У меня масса свидетелей того, как только что Вы обошлись с огнем. Это особенность Вашей расы. — Карл подошел вплотную, достал из внутреннего кармана плаща пару сколотых листов и положил их на стол. — В договоре не указано, что существам с рогами и копытами разрешено селиться на поверхности, в частности, на нашей территории. У вас есть свой мир, свои земли. — Восхищаюсь логикой шефа, похоже, к визиту он подготовился заранее. Если же это блеф, то пришло время для моего выхода.

— До того, как нас прервали, ты признал, что кое-что должен лично мне. Подтверждаешь этот факт? — Я подошла к нему, взяла вазочку с печеньем и вернулась на безопасное расстояние. Ммм, бисквитное, вкусно. Демон откинулся на спинку кресла, кивнул, провожая глазами каждый съеденный кусочек, исчезающий у меня во рту. Жадина.

— В таком случае прошу рассказать здесь и сейчас, при свидетелях, к чему вся эта игра с Антоном? — Ольга пристально посмотрела на меня, потом подошла поближе к столу. Красавчик встал с кресла и вышел в центр комнаты.

— Ох, ну это такие мелочи. Право слово, вы, люди, наивные, доверчивые. А этот мужчина ещё и глупым оказался, повелся на красивое личико, верил всему, любовь какую-то выдумал. Совершенно не о чем говорить. Колдун делал то, что мы хотели, потом стал не нужен. Вся история. Жаль, что он так расстроился, когда вся прелесть разыгранной комбинации дошла до его ограниченного мозга, не оценил. К тому же убийцы — вы, а не я. — Позер развел руки в стороны, поклонился, повернулся вокруг своей оси, и исчез в гудящем столбе пламени, опавшем в то же мгновение небольшой кучкой пепла на дорогущий паркет. Неужели нельзя было просто уйти порталом? Обязательно представление надо устроить! Я поворошила пепел, убедилась, что паркет не пострадал, и успокоилась. Очень качественная работа, восхищаюсь укладкой. Паркет положить — это вам не хухры…, ну, ладно, отвлеклась. Комиссар Мегрэ взял конфетку, потом выгреб в свой карман остальные и заметил:

— Сегодня я и ребята успели вовремя. А вы, две глупые ведьмы, даже не посмотрели на номер дома, когда шли по указанному адресу. Можете продолжать расследование, но, после разговора с подозреваемым, сразу ко мне на ковер. Отчитываться. Он, кстати, вас ещё ждет. — Он почесал нос мундштуком трубки, чихнул, добавил, — здорово я с огнеметом придумал, а? — Махнул отбой кавалерии, и все дружно покинули помещение.

Ольга, как сомнамбула потопала к выходу. Возле очень занятой секретарши, усиленно изучающей экран компьютера, я дернула подругу за куртку, призывая задержаться.

— Анжелика, не правда ли? — Ольга встряхнулась, удивленно глядя то на дамочку, то на меня. — Ну, солнышко, ты же хотела пообщаться с художницей. Пожалуйста. Можешь даже попытаться оторвать ей хвостик. Или рог.

Образ блондинки поплыл, мерцая, и перед нами возникла демоница с ослепительной улыбкой. Она протянула руку, прикоснувшись к Олиному подбородку когтем, покрытым алым лаком. Сочувственно скривила нежные губки:

— Ах, дорогая, твой мужчина был таким смешным. — Демоница снова сменила облик. Перед нами встала Анжелика в испачканном красками переднике. — Понравилось, как я обвела тебя вокруг пальца, Агнесса? Ты была одна, без своих мелких надоедливых фей, тогда, с мороженым. Совсем нетрудно добавить немного чар в лакомство, разве нет?

— Без обид, но, почему именно Антон? Колдунов полно. — Я настаивала из-за Ольги, ей следовало услышать правду своими ушами, чтобы жить дальше.

— Да ладно, для проведения ритуалов сгодился бы любой маг, но Шеф! Мой Шеф! Он предпочитает лучшее. Всегда. — Исчадье постучало когтиком по клавиатуре, развернуло экран в нашу сторону, демонстративно потянулось и испарилось. Заработал принтер, выпуская лист бумаги с копией договора между Антоном, с одной стороны, и Имярек, с другой стороны. Подписи, печати, росчерк нотариуса. Ольга не выдержала и выпустила молнию в блок питания. Техника вспыхнула, тут же погаснув. Компьютер, факс, принтер и телефоны можно спокойно выбрасывать.

На улице нас встретила толпа народу, возглавляемая священником с громадным крестом в руках. Пожилая леди тут же пристала с вопросом:

— Скажите, вы с седьмого этажа?

Ольга соврала:

— Нет, что Вы. Мы со второго, но оттуда, сверху, пахнет гарью. Может, нужно вызвать на помощь пожарников? — Все, как один, задрали головы и стали внимательно разглядывать окна верхних этажей. В поисках дыма, я думаю. Достала из кармана бумажку с адресом. Вот холера. Оказывается, это соседний дом. Туда мы и направились. Ольга немножко подумала и спросила:

— А как нас занесло к этому, который в огне пропал? — Нет, это, конечно, хороший вопрос, только кто же знает ответ, кроме того, который "кавайная няшечка". Вот, если бы я знала его имя, тогда разговор был бы другой. — Черт! Я обхлопала карманы. Нету!

— Оль, ты взяла распечатку? — Подруга помялась, потом достала листик из сумки. Можно облегченно вздохнуть. Такс, кто у нас тут… Есть! Демон подписался своим полным именем. Он же не знал, что его помощница захочет похвастаться. Или это очередная хитрость.

Сыночек начальника архива оказался пухлым молодым мужчиной с бегающими глазками. Сидя за своим письменным столом, он дрожал от страха и нервно перекладывал бумажки потными руками. При виде нас товарищ попытался встать, но не смог. И так и остался в кресле. Ольгу как раз распирало от ярости, поэтому я не стала вмешиваться, просто наблюдала со стороны. Пусть выпустит пар. В тот самый момент, когда разъяренная ведьма, сверкая очами и печатая шаг, подошла к столу, случилась неприятная вещь. Господин от испуга опозорился. Ужас. Пришлось ждать, пока сползает в туалет и сменит одежду. Благо, у него в кабинете нашлись запасные штаны. Багровый, как вареный рак, то ли от стыда, то ли от осознания содеянного, преступник раскололся практически сразу. К нему в контору пришел адвокат (!) и предложил схему, по которой злоумышленник получает солидные деньги за молодую жену папаши, так же за их дочь, сводную сестру. В качестве оплаты предложили избавить ещё и от родителя. Что и было искусно проделано. На мой вопрос, зачем платить деньги за женщин, товарищ не смог ответить. Имени адвоката тоже не назвал. Зато спросил, когда мы направились к выходу:

— Если мачеха вернется, мне что, придется отдать ей всё? — Кому что, а толстому деньги. Эх, люди. Что же с нами делает зависть и ненависть к себе подобным. Кстати, это дело полиции или всё-таки нашего отдела? Не забыть спросить.

В кабинете шефа было неожиданно людно. Какие-то посторонние мужики заряжали дробовики из большой коробки, стоящей на столе. Кто-то возил карандашом по карте. Высокий худой дядечка в бронежилете с пеной у рта доказывал по телефону, что сил не хватит и нужен спецназ. Судя по всему, на том конце были против, сопротивлялись, не давая разрешения. Ольга пожала плечами, повернулась на сто восемьдесят градусов и утопала пить чай в лабораторию к экспертам. Ну, да, я же не стала делиться печеньками. Сама все съела. Что же такое происходит-то. Ни дать, ни взять бледнолицые собираются на охоту за скальпами краснокожих. Подкралась к Роману и спросила.

— Нападение оборотней на город. Ты чего? Не в курсе? Война почти! — Выражение лица у него было, как у мальчишки, впервые участвующего во взрослых играх. Возбужденное, глаза блестят, руки нервно елозят по прикладу старого охотничьего ружья. Бред какой-то. Я решительно подошла к начальнику:

— Карл, что случилось? Куда вы все собираетесь с оружием? — Шеф надвинул шляпу на нос и заявил:

— Мы защищаем жителей от нашествия шерстяных злобных ковриков! Женщины и дети сидят по домам. Ты, глупая ведьма, тоже остаешься на связи в конторе.

Что ж такое-то. Все обзываются целый день. Нет, понимаю, что за дело. Но и снисхождение можно как-то проявить, женщина я, или где? На карте участок возле водохранилища был обведен красным карандашом. Ага. Мужчины собрались и покинули территорию. Очень хорошо. Я тоже могу двигаться. Только собралась выйти, как прибежала Кармен и уцепилась за мой рукав:

— Несса, ты с ума сошла, не пущу! Оль, иди сюда скорее. Эта ненормальная рвется в гущу событий. Хватай её за вторую руку!

— Дорогая, объясни четко и понятно, в чем дело. Может, останусь по своей воле. — Говорю, а сама чувствую, время на исходе, нужно срочно нестись к месту, отмеченному на карте. Ольга вышла в коридор, слегка покачиваясь и помахивая бутылкой текилы. Понимаю, тризна по любимому. Интересно, где это подружка взяла спиртное. Я подозрительно посмотрела на Кармен. Та сделала вид, что вообще первый раз видит пузырь с алкоголем. С кем приходится работать? Ужасно.

— Ну, Несса, понимаешь, позвонили в отдел. Сказали, приближается стая чужих вервольфов. Кошмарные байкеры. Одеты в черную кожу. Косухи, штаны, берцы, темные очки. Голов пятьдесят, не меньше. Народ прячется, уходит с дороги. Паника прогрессирует.

— Так у нас вроде свои есть, в лесу там. Они что, не в курсе? Кто вообще сказал, что это оборотни? — Кармен пожала плечами. Я взяла ключи от машины, сбежала вниз и рванула с места. Вспомнила о том, что осталась без амулетов и оберегов, уже за городом. А, не страшно, авось пронесет беду мимо. На выезде народ выстраивал поперек дороги три грузовика. Мне удалось проскочить в самый последний момент. Хорошо, что не слышала комментарии своему поступку, а то могла бы и расстроиться. В зеркале заднего вида было видно, как размахивал высоко поднятыми руками мужик в шляпе, выскочивший на проезжую часть. Я же могу не видеть, кто там подпрыгивает, верно? Так и скажу, если спросят.

Приближаясь к точке, отмеченной на карте, спрятала машину в кустах. Села на траву и, наконец-то, задумалась. Зачем я здесь? С другой стороны, информация — наше все, поэтому встала и потихоньку пошла в нужную сторону. Услышав рев моторов, спряталась за ближайшими кустами лавровишни. Мимо пронеслись мотоциклы на средней скорости. Один, два, три, много. Сзади засопели и толкнули под коленку чем-то влажным. Я отмахнулась. У меня серьезная задача, считаю противников. Лизнули. Фу, мокрое. Повернулась. На меня умильно глядел серый волк. Хм, первый раз вижу Вольфа в истинной ипостаси. Хорошенький и пушистый. Не забыть потискать при случае, будет знать, как толкаться и пугать меня при исполнении долга. Вытерла ногу и снова уставилась на дорогу. Похоже, есть возможность взять языка. Спросить, чего им здесь нужно. Отставший товарищ легко катил свой мотоцикл. Мимо проскочил серый волк, и молча бросился на байкера. Мужик был от нас с противоположной стороны мотоцикла. Поэтому, когда к весу железа добавилась туша волка, вся эта конструкция не выдержала, из вертикального положения с громким шмяком и нецензурными выражениями плавно перетекая в горизонтальную плоскость. Почему медленно? Потому что мужик изо всех сил старался удержать, а волк — повалить транспортное средство. Силы приблизительно были равными. Вспоминая третий закон Ньютона, решила добавить свой вес и нарушить баланс. В свою пользу, естественно. Стоило мне выйти из укрытия, как серый зануда закатил глаза кверху. В том смысле, что вот — созрела наконец-то. Когда мы навалились вдвоём, байкер не удержал мотоцикл и упал. Придавленный собственным средством передвижения он выглядел уже не так бодро, поэтому я и решила, что можно спрашивать. Сорвала травинку:

— Слышь, громила, вы кто, и что вам здесь понадобилось. Два простых вопроса. Ответишь, отпустим. — Мужик оскалился и свободной рукой снял очки, открывая желтые глаза с вертикальными зрачками. Ну, информация подтвердилась, действительно оборотни. Только почему они все в очках? У всех проблемы с трансформацией, что ли. Вольф толкнул носом мою руку с травинкой. А, пытать будем. Пощекотала нос пленного, тот оглушительно чихнул и возмущенно уставился мне в глаза.

— Готовься, это начало ужасных испытаний, — грозно проворчала я, вытаскивая из кармана длинную тонкую веревку. Зачем, не знаю, но это уже второй вопрос. Мужик затрясся, сжимая губы, потом не выдержал и заржал во весь голос, вытирая слезы, капающие из глаз, правой рукой. Смеяться ему было неудобно, потому что мотоцикл стучал по сотрясающимся от хохота ребрам. Серый волк сполз на землю и, зажимая нос лапами, стал подозрительно фыркать, закрыв глаза. Они что, сговорились, разыграли меня? Вот холерные мужики. Я встала, расправила юбку, и с независимым видом отошла в сторону. Когда они отсмеялись, волк мягко потрусил вперед по грунтовой дороге, пленный же подошел ко мне и протянул руку:

— Ральф, здорово ты вместе с Вольфом сработала. Поймали меня на раз! — Он опять заржал. Потом поднял свою калечную железку и покатил. Прошел шагов пять, обернулся, приглашающе помахал рукой и тихонечко захихикал себе под нос. Любопытство победило, поэтому, подобрав юбку, я побежала догонять шутников. Спрашивается, куда меня несет?

У подножия скалы вервольфы разбили большой лагерь. Ручеек, бегущий сверху, служил источником питьевой воды. Кругом горят костры, жарится мясо, кто-то играет на гитаре. Моё появление ознаменовалось возмущенным рыком на всю компанию:

— Несса! Что ты здесь делаешь? Вольф, иди сюда, объясни мне это! — Правильно, пусть ему попадет. Будет знать, как среди меня издеваться. Очень интересно, что у нас такое наблюдается возле ближайшего костра? Изумительная картинка! Витарр, в компании двух полуголых дамочек с большими, эээ, достоинствами. Шашлык, вино, ну, всё ясно. Присмотревшись внимательнее к окружающей обстановке, поняла, что паника была напрасной. Пикник на обочине, так сказать. Похвалила себя за то, что на этот раз поступила верно. Сейчас поеду и успокою народное ополчение, а то они там до ночи сидеть будут. Жаль, мобильный не работает. Так бы позвонила прямо отсюда. Вздыхая по этому поводу, медленно пошла назад, к машине. Кто-то поймал меня за талию и подбросил в воздух:

— Оставайся, у нас тут весело! Мясо есть, вино, а мальчики какие — закачаешься! Выбирай любого. — Ральф помог опуститься на землю и обаятельно улыбнулся. Симпатяшка, конечно. Раздался рёв раненого мамонта. За моей спиной вырос викинг и, не раздумывая, заехал в глаз Ральфу. Зря он это сделал. Потому что в качестве группы поддержки выступило три приезжих гостя. Я решила не задерживаться для просмотра дружеской потасовки и под шумок смылась.

Возле стоящих поперек дороги дальнобойщиков меня отловил шеф с командой воинственно настроенных ополченцев. Пришлось долго объяснять, что никто не собирается нападать на мирных жителей. Меня, конечно же, слушать никто не стал. По ходу дела тут тоже назревал небольшой сабантуйчик. Мужчины столпились возле небольшого фургона, по очереди подставляя фляги. Спустя два часа, из которых один — Карлуша читал мне нотацию, а второй — я ему объясняла хитрую комбинацию дьявольской игры, наша команда загрузилась в автомобили и отчалила по месту службы. На работе мы нашли девушек, спящих на диване в общей комнате. Судя по всему, они так переживали за нас, что выпили всю бутылку текилы. Бедные, нечастные. Как же им утром будет плохо и стыдно. Роман прикрыл дам парой одеял, найденных в багажнике, и мы разъехались по домам, заперев двери на ключ. Мне тоже разрешили взять машинку, настойчиво намекая, что, если я по дороге въеду в столб, чинить буду за свой счет. Пока ехала, мстительно представляла, как завтра буду измываться над подружками, страдающими от похмелья. Вообще, странный день сегодня получился. Может, Луна без курса? Надо будет уточнить в домашнем календаре.

Дома меня поджидал неприятный сюрприз в виде трех фигур, перекрывших подступы к воротам. Отлично, что я на машине приехала, была бы пешком, точно попалась. Хотя, и так непонятно, что делать. Кажется, сейчас мне покажут, как вампиры вскрывают крышу автомобиля. Второй Блэйд, вот где я видела похожую картину. Там тоже мужик сидит в машине, а кровосос каак прыгнет на крышу. Сердце от страха ушло в пятки. Или ниже? Сверху кто-то упал и провел когтями по железу. Надеюсь, какое-то время джип выдержит. Старенький же. Железо толстое должно быть, наверное. Кажется. Подлый демон сжег мне все амулеты. В том числе и драконий. Может, эта засада тоже его лап дело? Я, когда боюсь, совсем не могу думать. Вот и сейчас, просто сижу, трясусь от страха. Голова не соображает. Чудовище подошло к дверце и принялось водить острыми когтями по стеклу. Омерзительный звук. Я стала рыться в сумочке, вдруг там есть что-нибудь, что можно использовать, как оружие. Просто так не дамся на съедение. Так, что тут у меня. Томик Агаты Кристи. Не пойдет, в сторону. Две булочки. Странно, я же вроде в кабинете у шефа все выложила. Расческа! Угу, зачешу до смеха. Снаружи послышался резкий свист, и кто-то выругался. Какие невоспитанные вампиры попались. Зеркальце не подойдет. Хотя, может на себя посмотрят, испугаются и отстанут? Так вроде где-то читала, что вампиры не отражаются. Шарфик. Духи. Газовый баллончик трехлетней давности. Здорово! Вдруг сработает. В лобовое стекло постучали. Подняла голову и увидела черного фэйри, вытирающего лезвие меча какой-то тряпкой. Он сидел на капоте автомобиля на корточках. Невозмутимый, как самурайский воин. Кажется, можно выходить. Я открыла дверцу и вышла. Фуу, наступила на что-то или кого-то. Гадость какая.

— Я ждал, пока ты повернешь браслет. Потом решил вмешаться. Надеюсь, твоя благодарность за спасение жизни не будет иметь границ. — Спасибо, конечно, только ведь я не просила помощи. Разве нет? Следовательно, ничего тебе не должна. Ты хотел разобраться с ними и разобрался. О какой конкретно благодарности говоришь? — На сделки с фэйри идти нельзя, это я помню крепко.

Зарисовка 18. Кто-нибудь, подскажите, как разобраться с вампирами. Надоели, хуже горькой редьки!

Черный человек спрыгнул с капота и вынул из моих рук сумку:

— Идем, я провожу тебя в дом. Двое суток на ногах, весь день суетишься, даже, судя по запаху, с оборотнями пообщаться успела. Что в них такого привлекательного, не пойму. — Он заново развесил защитные заклинания. Если посмотреть истинным зрением (некоторые говорят, внутренним), колдовская защитная сеть выглядит, как самая настоящая паутина, сплетенная вокруг крошечного участка. В исполнении фэйри нити приобрели разноцветные сполохи, пробегающие периодически в разных направлениях. Новогодняя гирлянда, не иначе. Я даже залюбовалась. На фоне ночного неба — иррациональная феерия получается. Вообще, истинное зрение, или, как ещё говорят, способность видеть (отсюда, Видящие), присуща всем, кто имеет в своей крови хоть капельку магии. Иногда, эту способность называют — шестое чувство, иногда — интуиция, изредка — третий глаз. Зрение позволяет видеть Силу энергии, влияющей на окружающий мир, — жизнь, смерть, волшебство. Не всегда можно легко понять то, что ты видишь, очень часто процесс сам по себе отвратителен. К тому же всё, что ведьма или колдун увидели, отпечатывается в памяти и никогда не забывается. Остается навсегда. Накапливается. Поэтому, когда приходят люди и просят посмотреть важные вещи для них, почти всегда отказываю. Это плохо отражается на мне самой. Раньше, до Перехода, старалась помочь каждому, кто обращался. А потом поняла. Люди уходят и забывают, а мне приходится с этим жить.

Мег выскочила из дома в переднике, с вороньим гнездом на голове вместо обычной гладкой прически:

— Пришла, Слава Богине! Я уж испереживалась вся. Ночью ты не спала. На работу ушла голодная. Булочки не считаются, небось, все раздала проглотам своим. Потом телефон звонил, там сказали, чрезвычайное положение. Феечки весь день мотаются куда-то на соседнюю улицу. Не знаю, что у них случилось, но заснуть не могла. Пирожков приготовила, будешь? И Бранна приглашай, три часа топчется, в дом не заходит. Бормочет что-то про незваных гостей. — Странно, прошлый раз ему не помешало то, что его никто не приглашал.

— Проходи, гостем будешь. — Спаситель кивнул, оставил оружие во дворе и вошел. Если бы не его своевременное появление меня бы съели. Жуть!

Как же не хватает знаний. Вот где можно почитать, как избавиться от вампиров раз и навсегда? Дух целый день молчит. Не язвит, не шутит. Подозрительно. Шайла! Нет ответа. Рядом вздохнул Бранн.

— Дух слабеет, Агнесса. Его существование зависит от Мерлина. Все нынешние привязки — слабая замена истинной. Как Дух живет, благодаря искусству Мерлина, так и сам Колдун полностью обязан Призраку. Неразрывная связка, если ты понимаешь. У тебя не получится вызвать его снова. Думаю, был момент, когда он растратил накопленную за века Силу. Мизер, конечно, что он там мог скопить, не имея физического тела, но запас был. А сейчас даже той малости нет. — На кладбище он его потратил, когда меня спасал от смерти.

— Что я могу для него сделать? — Бранн отрицательно и скорбно покачал головой.

— Его может спасти только сам колдун, а он давно умер.

— Говорят, душа нашла себе новое пристанище. На Хэллоуин в Уэльсе ожидают рождение мальчика, реинкарнацию Мерлина. — Фэйри сел за стол, задумался. Потом вопросительно глянул на Мег, она в ответ покачала головой.

— Что такое реинкарнация?

— Хороший вопрос! — Нашли специалиста по религии, блеск просто! Сейчас наплету с три короба. — Я бы сказала, возрождение души в новом теле. Бессмертная сущность каждого человека имеет эту особенность или возможность. Каждый раз, когда рождается новый человек, он получает проблеск предыдущей личности, часть Вечной Души, Божественную искру. Во время своей жизни человек растет духовно, совершенствуется, меняется к лучшему. Ну, или как получится. Душа изменяется вместе с ним. Но сама искра из воплощения в воплощение остается неизменной. Та часть личности, которая и определяет сущность живущего. В Индии говорят, что сама цепь перевоплощений имеет определённую цель, а душа во всем этом эволюционирует. Даже Сократ и Пифагор верили в теорию реинкарнации. Хотя, может это и неправда, я не в курсе.

Когда Бранн спросил, кто такой Сократ, признаюсь, стала нервничать и испытывать желание пошвыряться тяжелыми бьющимися предметами. Сказалась усталость, наверное. Вручила фэйри учебник по философии, а, когда он стал нудить, что ему некогда читать, рассердилась окончательно. Ушла к себе, и, уже засыпая, краем уха услышала от дверей:

— Мег, нельзя было давать ей воду из фляги вчера. Ты же видела, у фей своя схема. Теперь сложно предвидеть, что с ней случится дальше.

— Но, Королева велела…

— Королева не знала, что крошки взяли на себя ответственность за её жизнь.

— Что нам теперь делать? — Дальше я уже отключилась и ничего не слышала.

Земля, вся в трещинах от неизбывно долгой суши. Высокое, белесое небо над головой без единого облачка. Взвешенная пыль наполняет воздух, впитывается в одежду, глаза, кожу. Сколько же воды нужно, чтобы напоить почву, помочь ей стать плодородной, цветущей. Кто видел степи по весне, тот поймет, как больно смотреть на глубокие трещины и равномерно красноватый цвет бывшего чернозема. Ни травинки, ни кустика, ни цветка. За спиной иссохшее умирающее дерево. Я прижала ладонь к коре. Если бы у меня была вода, отдала бы всю. С верхней ветки раздался громкий трескучий звук, потом пронзительное: "Карр!", разорвавшее тишину. На верхней ветке сидит большой ворон. Косится в мою сторону круглым глазом, наклоняя голову то вправо, то влево. Иссиня чёрные перья отливают сталью, пугают, отталкивая и тревожа чувства. Во всем этом я — главная, я — что-то должна сделать. Что? Снимаю туфли, босиком погружаясь в мелкую красную пыль до самых косточек. Закрываю глаза. Земля молчит, только где-то глубоко внизу бьется крошечный огонек жизни. Протягиваю нить Силы через верхний засохший слой, через липкую вязкость глины, остатки растений, кости, пустые панцири улиток, сваленные кучками там и здесь. Наконец, достигаю язычка пламени, знакомлюсь, помните? Мы с тобой одной крови! Сплетаемся в одном танце, в одном движении, безмолвно прошу о помощи. Возвращаемся уже вместе по опущенной нити вверх, к корням умирающего дерева. В их паутине я вижу, чувствую, ощущаю липкое чужеродное присутствие. Кто-то тянет Силу из этого места, отнимает энергию и волю, сознательно убивает все живое. Я уже не осознаю себя личностью. Сейчас мы — земля, пламя, корни, — одно. Мы тянемся к точке подключения и выжигаем чужое, злое, инородное горячим огнем земных глубин. Вместе с частью корней. Как злокачественную опухоль, поглощающую здоровые клетки. Здесь, в этом месте, долго будет рубец. Но путь закрыт. Чужие не получат больше отсюда ничего. Мы поднимаемся выше, к самому стволу, к моим ногам. Пыль становится влажной. Я вижу, как из глубокого подземного слоя притягивается голубая лента воды слабым пока ручейком. На последнем всплеске Силы притягиваю влагу и прощаюсь, благодаря, с земным огнем. Карр! И я открываю глаза. Ворон, сидя на моем плече и впиваясь когтями в нежную кожу, снова кричит, привлекая внимание к ручью, бьющему снизу, из-под корней. Опускаюсь на колени, набираю воды в ладошки, сложенные ковшиком, протягиваю птице. Ворон пьет, прикрыв лиловые глаза. Но, когда я пытаюсь попробовать на вкус жидкость, бьет по рукам крылом, взлетает. С громким заполошным карканьем принимается носиться вокруг. Ну, поняла, нет, так нет. Опираюсь рукой на дерево и встаю. Поднимаю лицо к небу, вижу, как издалека надвигаются тяжелые, серые низкие тучи. Минута, вторая, они уже здесь, надо мной и много страдальным деревом. Сверху падает капля, вторая, третья, — начинается дождь. Чуть теплый, летний. Я бездумно наблюдаю, как медленно впитывается вода в пыль. В глазах темнеет.

— Бранн, как всегда, поступил по-своему! — Знакомый голос возвращает меня в реальность. Кажется, Бранн в кельтском языке означает — Ворон. Открываю глаза (поднимите мне веки… "Гоголь"), начинаю сначала тихо, потом все громче смеяться. Похоже, истерика натуральная. Пощечина помогает прийти в себя. Спасибо, конечно, но зачем так сильно? Впрочем, Королеве ни к чему церемонии. Цепкие пальцы подняли мой подбородок, заставляя прямо смотреть в глаза венценосной особы. Завораживающие своей красотой. Вокруг зрачка три кольца радужки. Внутреннее кольцо — мягкого серого цвета, среднее — чуть темнее, внешнее — серый стальной цвет. Черные густые ресницы безупречно оттеняли изысканное совершенство потрясающе чудесных глаз. Такое ощущение, что неземное существо внимательно вглядывается в самую суть меня, как человека.

— Он прав. Тебе придется ехать в Уэльс. Дух нужно снова привязать к Мерлину. Хорошо, даю Высочайшее позволение не присутствовать на Осеннем балу в нашем ситхене. Иди. — Королева отмахнулась от меня, как от надоедливой мошки. Двери раскрылись, освобождая выход. Кто я, чтобы спорить с фэйри?

Вышла прямиком в холодную осеннюю ночь. Сверху, вполне ожидаемо, лил дождь. Пройдя несколько шагов по склону, наступила на длинную колючку, проколола ступню насквозь. Даже нельзя сесть и поплакать всласть, чтобы пожалеть себя. Кругом колючие ветки барбариса и шиповника. Вытолкали, как щенка, на улицу, добирайся домой теперь, как хочешь. На соседний куст опустился ворон. Повертел головой и поднялся в воздух, тяжело взмахивая промокшими крыльями. С трудом выбравшись из кустарника, я топала босиком, молясь про себя Богине, чтобы не наступить на осколок от бутылки или на что похуже. Мало ли чего туристы набросали в лесу. До города идти не меньше трех часов пешком. Как раз притопаю к началу рабочего времени. Зато отпрошусь и буду весь день дрыхнуть, мстительно решила я. Впереди раздался шум двигателя, потом меня осветили фары и, как полный апофеоз, затормозившая машина с ног до головы окатила меня жидкой холодной грязью. Скорее всего, чтобы удовольствие было полным, из автомобиля вылез Витарр. Представляю, насколько жалко я в тот момент выглядела. Викинг даже не стал ругаться. Достал из багажника плед, завернул меня и усадил свертком на заднее сиденье. Дрожа от холода и боли, к четырем утра я, наконец-то, попала домой. Витарр выгрузил замерзшее тельце и тут же куда-то умчался. Так поняла назад, на сейшен. Какой-то нескончаемый вторник получился. Засыпая второй раз под шум дождя за стеклом, я слушала, как мерно шелестят мокрые перья на расправленных крыльях ворона, сидящего на подоконнике.

Утро началось трезвоном медного колокольчика прямо у меня над головой. Щас как встану, как поймаю! Только глаза не хотят открываться никак. И встать не получается. Снова зазвонил колокольчик, перемежая своим звоном веселый девичий смех:

— Несса, ну, Несса, просыпайся, это же мы прилетели! Сами! Представляешь? Не захотели ждать четверга, а теперь мы дома, с тобой!!! Ты рада? Вставай сей же час, соня-засоня. — Рель снова принялась терзать колокольчик. Такое ощущение, что у меня болит всё. Даже пятки. Медленно вытаскивая себя из-под одеяла, села на край кровати и попыталась разлепить спящие глазики. Не вышло. С подоконника послышался стук клюва о стекло. Пришлось вставать и выпускать птичку на улицу. Я села на подоконник, слушая утро. Вот звякнуло ведро у соседей слева. Вот, ниже по склону, проехал мотоцикл. Судя по звуку, с мощным двигателем. Интересно, вроде там ни у кого таких мотоциклов нет. Не хватает собачьего лая. Загадка, настоящая, куда подевались друзья человека после Перехода? Рель устроила в саду настоящий бедлам. Её не было всего неделю, а разборки уже зашкаливают далеко за нормальные децибелы. Встать что ли, да пойти поучаствовать? Сползла с подоконника и потопала на кухню, где меня тут же отловила Мег и всучила поллитровую кружку крепко заваренного кофе.

— На, держи, гуляка. Мэвис уже накапала, так что пей спокойно. И садись, ногу надо посмотреть. — Маленькая брауни сматывала повязку осторожно, стараясь не задеть ранку. Ужас, это я по грязи, со свежей дыркой в ноге… В отмытом виде все выглядело не так уж и страшно. На всякий случай еще разик продезинфицировали настойкой сафоры. Потом я налила на две сложенные салфеточки своей мази, приложила на оба отверстия, сверху и снизу, на ступне. По кусочку пергамента, и перевязала бинтом.

Как делать мазь? Просто. Нужно плотно набить цветами календулы баночку, лучше из темного стекла. Потом залить растительным маслом или жиром барсучьим. Масло можно брать подсолнечное, лучше оливковое, еще лучше, макадамию. Всё это дело на полчаса поставить на водяную баню. Снять, крепко укупорить, и на полочку в темное место. Недельки через две — весьма приличное средство получается. Даже от легких ожогов помогает. Особенно, если пострадавшее место намазать сразу после повреждения. Вот, если ожог сильный, там, конечно, лучше спермацет. Мои размышления прервали самым грубым образом. Резко зазвонил телефон, с одной стороны, и громко (без глушителя, что ли) затарахтел мотор возле ворот. Мег пошла открывать, а я попрыгала к средству связи.

— Агнесса! — Шеф проснулся, молодец. — Ты почему не на работе? — Не поняла, а сколько времени-то? — В общем, неприятности у нас. Бросай всё и приезжай, жду.

Через силу оделась, собрала сумку. То есть вытряхнула из неё всё содержимое на кровать, скривилась и запихала обратно. А что такого, мне все пригодится. Да, и Агата Кристи тоже. Вон, как вчера против вампиров помогла. Порылась в шкатулке, нацепила два последних амулета и вяло похромала к машине. Чувствую, попадет мне сегодня по шее от босса за его драндулет. Возле ворот, на громадном Харлее-Дэвидсоне, восседал Витарр. Заднее сиденье занимала одна из вчерашних девиц в коротком черном топе и обтягивающих кожаных штанах. Я мысленно вознесла молитву благодарности Богине, Матери Всего Сущего. Наконец-то, Ольга от меня отцепится и перестанет сватать за викинга. Можно дышать спокойно.

Витарр мрачно разглядывал джип с развороченным верхом и следами от когтей на капоте.

— Несса, — проворчал мой несостоявшийся ухажер, — ты это. Не обижайся. Ребята вот едут дальше, на юг. Я с ними. — Видно, что мыслями он уже там, в дороге, в компании таких же странников, как сам. Девица приподняла очки, покосилась на нас, и снова замерла, понимая, что трудности временные. Сверху на джип спикировал ворон. Каркнул для порядка, слегка склонив голову и разглядывая блестящий металл двухколесного зверя.

— Удачи в пути, берегите себя и смотрите по сторонам. Если что, ты знаешь, где меня найти. — Витарр кивнул, надел шлем и резко прибавил оборотов урчащему двигателю. Чао, оборотень, да хранит тебя Богиня на дорогах Судьбы. Сердце подсказывало, что вижу я его в последний раз.

С помощью разряда магии в устройство зажигания мне удалось стронуть машину с места, и, потихоньку, не торопясь, доехать до конторы, не обращая внимания на удивленные взгляды зевак. На стоянке Роман громко выяснял отношения с Кармен. Так, что такое я пропустила? Оба спорщика повернулись в мою сторону и замерли с вытянувшимися лицами. Кармен не была бы самой собой, если бы в ней не проснулось любопытство исследователя. Подруга тут же достала из кармана резиновые перчатки, пинцет и ринулась на добычу частиц для анализа. Думаю, кровища, которой залит весь левый борт, займет её надолго. Заместитель шефа с ужасом таращился на крышу несчастного джипа. Со стороны это выглядело, как будто кто-то вскрыл железо ножом, как консервную банку, а потом ещё и отвернул мешаюшие части вверх.

— Несса! — Карлуша высунулся по пояс в окно. — Что ты там топчешься? Иди сюда, быстро! — Он провел взглядом по автомобилю и спрятался назад, в кабинет.

Хромая, кряхтя, постанывая, может быть чуть-чуть больше, чем надо, (я же все-таки слабая женщина!), поднялась на второй этаж. Начальник ждал меня не один, а в компании симпатичного брюнета средних лет, с толстой папкой под мышкой и ноутбуком на коленях. Костюм, галстук, идеальная длина брюк, носки в тон, туфли, всё говорило о том, что передо мной — адвокат. Занять стул мне никто не предложил, поэтому я допрыгала на одной ноге до подоконника и присела на него. Шеф не отреагировал на спектакль одного актера. Я уже подумала, что зря стараюсь, когда прозвучал следующий вопрос:

— Что, Вы говорите, Агнесса сделала вчера вечером? Повторите в её присутствии.

— Ваша служащая напала на трех беззащитных вампиров и жестоко порезала их на мелкие кусочки! Это преступление, и она должна понести наказание по статье 198, Нового Уголовного Кодекса объединенных народов Европы. — Я чуть не cвалилась со своей сиделки. Ничего себе. Брюнет продолжил омерзительно вежливым тоном:

— В возмещение убытков Мастер города согласен принять ведьму под свое покровительство и научить её уважению к разумной расе.

— Ещё раз и более доступно, мы — люди, нам желательно объяснять подробно. Чего он хочет? — Судя по красным пятнам на лице Карлуши, давление у него подпрыгнуло, шеф начинал закипать от сдерживаемого бешенства. Адвокат поднес к глазам кончики пальцев, задумчиво их рассмотрел, пояснил:

— Отдайте женщину Мастеру, и конфликт исчерпан. В противном случае, неприятности не заставят себя ждать. Начнем с создания общественного мнения, прессы. — Босс свел глазки в кучку, почесал нос, потом достал шляпу с вешалки, нацепил на голову и раскурил трубку.

— А вы подайте на нас в суд, уважаемый, не знаю, как вас звать. Вы даже представиться не изволили, никакого уважения к полиции. Кстати, когда будете уходить, можете полюбопытствовать, что сделали ваши несчастные подопечные с моей машиной. Мы подадим встречный иск, по поводу нападения с целью дальнейшего убийства на сотрудника отдела при исполнении. Добавим акт о побоях и повреждениях, который появится, как только наш следователь дойдет до поликлиники. Надеюсь, на суде, вы представите достойные доказательства. Всего хорошего, я вас не задерживаю. — Комиссар Мегрэ вальяжно подошел к дверям и пристально уставился на представителя древней профессии. Мне даже на душе полегчало. Какой потрясающий артист!

Когда адвокат покинул помещение, Карл тяжело опустился рядом со мной на подоконник.

— Знаешь, оказывается, я рад, что ты жива. А за машину не беспокойся. У меня племянник в гараже трудится. Отдадим, ребята так переделают, что никто не узнает потом старенький джип. Хочешь, волка нарисуют впереди, аэрография, называется. Витарру понравится.

— Уехал он. Утром чужие веры собрались в дорогу, его с собой позвали. — Шеф неловко вздохнул и похлопал меня по плечу.

— Не переживай. Скажи, чего тебе больше всего сейчас хочется.

— В отпуск хочу. На месяц. В Англию поеду, через подземный тоннель. Давно мечтала покататься. — Шеф внимательно принялся разглядывать кольца табачного дыма. Смотри-ка, курит на самом деле. А я думала — притворяется.

— А куда именно?

— Уэльс, к Пентре Ифан [1] съезжу, полюбуюсь, с местными друидами пообщаюсь, на тему обмена опытом.

Внизу, на стоянке, народ удивленно изучал остатки автомобиля и усиленно сплетничал за мой счет. Карл снова похлопал меня по руке, вздохнул и пошел на свое место. Устроился, снял шляпу и распорядился:

— Свободна, отчеты к вечеру мне сюда. Хочу понять, как человек, который ни разу в жизни не держал в руке ничего острее кухонного ножа, умудрился справиться с тремя вампирами одновременно.

Чего это он так пренебрежительно судит, между прочим, у меня скальпель имеется, острый. И про отпуск ничего не сказал. Ладно, подожду, время пока терпит. Ольга поймала меня в коридоре и потащила за руку в лабораторию:

— Слушай, мы вчера придумали, как и чем драться с вампирами! Нам не хватало только крови для анализа. А теперь Кармен собрала много, больше, чем нужно. Здорово! Как ты выжила? Витарр их всех замочил, да? Я же говорила, он — классный, всегда рядом, заботливый, так красиво ухаживает. Вечно ты кочевряжишься и упираешься. — Я выдернула руку из цепких пальцев подруги.

— Оль, Тарр уехал сегодня утром, насовсем. Мой спаситель не он, и давай замнем тему, нога болит, сильно.

Зарисовка 19. Со шпионским уклоном.

Ольга возмущенно уставилась на меня:

— Ты! Прогнала восхитительного, потрясающего мужчину! Я так и знала. Это он от горя уехал, чтобы забыть твою бессердечную личность. С другой стороны, кому он нужен, если так легко сдается.

Под аккомпанемент странных измышлений подружки и её же выводов из ничего мы подошли к лаборатории. Только я взялась за ручку, как внутри помещения раздался негромкий взрыв. Двери мы все-таки открыли. В разгромленной комнате, посреди кучи осколков от колб, реторт и пробирок, гордо восседала на своем стуле Кармен. Волосы дыбом, мордочка вся измазанная сажей, очки висят на одном ухе, халат тоже покрыт неизвестно чем, зато сияющая улыбка и восторженный блеск глаз свидетельствуют о том, что опыт удался. Правильно, раз исследователь доволен, остальное — мелочи. Наша красавица потерла нос пультом от гематологического анализатора.

— Жаль, конечно, центрифугу. Но кто ж знал, что на этой скорости у нее перегорят предохранители. Хотя, если поменять там одну железячку, — эксперт вскочила и с безумным видом принялась копаться в остатках дорогостоящей техники. Ольга стала мелкими шагами перемещаться в сторону выхода. Мало ли, вдруг опять рванет.

— Стоять! Я вам сейчас всё объясню, — Кармен вытащила какую-то плату, внимательно рассмотрела, потом вздохнула и бросила в общую кучу обломков.

— Да, да, мне тоже очень нужны объяснения, — ядовитый голос начальника заставил всех поморщиться. Карлуша сложил руки на груди и возмущенно уставился на беспорядок в лаборатории. Остальные трусливо стояли за спиной начальника, пытаясь рассмотреть, что происходит, издалека.

— Слушайте все сюда. На джипе сохранились остаточные следы крови вампиров. Мало, солнце поработало хорошо. Но кое-что отшкрябать удалось. Я уже давно работаю в поиске состава, который при попадании в кровь или любую другую телесную жидкость вампира, — это она про что сейчас говорит? — Будет взрываться! — Народ ахнул. Кармен попыталась пригладить волосы, ничего не получилось. Думаю, придется стричь. Причем мне. Она ж в таком виде до парикмахерской не дойдет, загребут в полицию до выяснения.

— В общем, если мне привезут мощную центрифугу, можно синтезировать жидкость. Потом поместить её в стеклянную колбу. В случае если бросить такую штуку с большой высоты в месте скопления особей, то брызги разлетятся, и все взорвутся. Вот. — Гордая истребительница вампиров с победной улыбкой сняла очки с правого уха, и они громко хрустнули, прощаясь с хозяйкой. Не выдержали эксперимента.

Я сразу представила себе, как негодяйские кровососы обоих полов в вечерних туалетах собираются на вечеринку в водонапорной башне. А бесстрашный профессионал Карлуша, прицепив ремнями на спину рюкзак с большим стеклянным пузырем, наполненным ядовитой смесью, карабкается по внешней лестнице на крышу. Потом ковыряет кухонным ножиком дыру в ржавом железе покрытия. Долго ковыряет, пузырь-то большой, круглый. И вот, когда отверстие готово, наступает ответственный момент, вампиры покидают башню и выходят наружу. Ну, вечеринка закончилась. И тогда, наш офигенно храбрый шеф сбрасывает им прямо на головы взрывающуюся смесь. Но, в последний момент стекляшка выскальзывает и падает прямо внутрь башни, взрывается, и, следующий кадр, мы, всем составом, стоим на кладбище. Салют. Флаг. Скорбные лица.

— Ты согласна, Агнесса? — Меня потрясли за плечо. Вот же ж. А я только размечталась, что на место начальника отдела назначат Кармен.

— Агнесса! Хватит витать в облаках. Сделай серьезное лицо и скажи нам, ты одобряешь план? — Похоже, я все прослушала. На всякий случай покивала головой. Все дружно похлопали в ладошки. На что это такое я подписалась, интересно знать. А, ладно, объяснят ещё двадцать раз.

— Осталось выяснить, где они собираются всей толпой, а уж наши ребята выйти им не дадут. — Кто собирается-то, не поняла. Я тут же пристала к Ольге за дополнительной информацией. Выяснилась совершенно потрясающая новость. Оказывается, это не шеф полезет наверх не знаю чего именно со стеклянной бомбой. Нет. Полезу я. Сама же согласилась. Классический пример попадания в яму, которую вырыл другому. Ужасно. С другой стороны, пока ещё они эту штуку сделают, пока узнают, где собираются вампиры. Есть ли у них вообще вечеринки… Время пройдет. Авось, выкручусь.

Хуже нет занятия для настоящего профессионала своего дела, чем писать бумажные отчеты. Кому оно надо, спрашивается? Босс сказал, пиши, потому что за ремонт машины придется платить. Для выделения средств из городского бюджета нужны основания. Сижу, как, э, очень умная женщина и сочиняю важный текст. В ответ на мои мысли, на подоконнике ехидно каркнул ворон. Попрошу не подсказывать! И вообще, разве у почтенного волшебника нет важных дел дома? Пообщаться с друзьями, выпить кружечку (пива) кофе, половики вытряхнуть. Чтобы было нагляднее, представила в уме, как это выглядит. Пусть образом считывает, раз такой умный. Ворон с ужасом воззрился на меня. Потом взлетел, описал круг над зданием, и снова приземлился уже на шкаф с документами. Подглядывать собрался, шпион. Когда босс прислал за мной Романа, я как раз вдумчиво соображала, очинить карандаш, или так сойдет.

— Там тебя по пятой линии домогаются, беги скорее. — А что такое пятая линия? — Бедный мужик удивленно покосился на меня, обреченно махнул рукой. Думаю, никакой разницы между пятой и первой нет. Так, приколы связистов.

С экрана компьютера начальника сердито хмурился Сайгош. Надо же, и вечера ждать не стал.

— Несса, это правда, что Витарр оставил тебя одну?

— Очень трагично звучит, почти сцена из любовного романа. Ах! Он уехал за далекие горы, за синие моря. Это важно? — Окно в кабинете до сих пор не вставили. Поэтому птичка радостно умостилась на подоконнике и растопырила уши. Грозно показала кулак. Меня проигнорировали. Кстати, уже поняла, фэйри вижу только я. От остальных он успешно скрывается под пологом невидимости.

— Дорогая, прекрати корчить рожи. Объясни, как он вообще посмел уехать. Я же его просил за тобой присматривать. Твой шеф рассказал про вчерашний инцидент. Мне что, всё бросить и лететь к тебе? С вампирами не играют. Ты слышала, что случилось в Сент-Луисе?

— Это в Америке что ли? Нет, не слышала. Далековато малость. Давай ты потом расскажешь, а то пятая линия. Вдруг связь оборвется.

— Хорошо. Визу я тебе оформил, приглашение выслал. Пакет документов придет на имя начальника отдела. А то ты всё потеряешь, пока от почты до дома дойдешь. Билет на самолет ждет в аэропорту. Наше начальство с вашим договорилось. Через неделю жду тебя в Хитроу. — И отключился. Вот это, я понимаю, оперативность. Все по полочкам разложил, никого не спросил. А мне так хотелось тоннелем попутешествовать. Хоть бы сказал, какая погода там, в Великобритании. Интересно, получится у меня заехать в Лондон? Магазины опять же. Противный шеф не дал даже помечтать минутку. Кстати, второй раз за день.

— Несса, сверху велели предоставить тебе оплаченный отпуск. Так что моё мнение уже не важно. Ты об этом говорила, когда просилась в Англию?

— Угу.

— Первое, я тебя, как твой начальник, умоляю. Стиль хиппи вышел из моды в семидесятых годах прошлого века. Купи себе приличную одежду. Ходишь, как цыганка. Или штаны твои с карманами, совсем не женская одежда.

— Я ещё фенечек из бисера наплету за неделю. Так и поеду. С чего это мне деньги на тряпки тратить. — Да, не люблю таскаться по магазинам. Вообще не понимаю, какая разница, что на мне надето. Сзади скрипнула дверь. Потом Кармен втиснулась в кабинет и клятвенно заверила шефа, что возьмет на себя повышение моего культурного уровня. Сговорились!

— И второе. Я не сказал ему о нашем плане разгрома гнезда этих тварей. — Карлуша даже покраснел немножко. Надеюсь от стыда. — Неделя очень короткий срок. Надо уложиться. На сегодня ваша задача выяснить, где их основная база.

Я поняла. Мне удастся поехать в турпоездку только в случае, если выживу. Спасибо большое, дорогой начальник. Запомню твою доброту, постараюсь отплатить втрое.

— Кто-нибудь знает, где найти адвоката? — Да, язва я, но мозги-то имеются у всех. Пусть учатся пользоваться.

— В каком смысле найти?

— Товарищ нанят вампирами, значит в курсе, где их искать. Перевожу на доступный язык. Человек обязан доложить о результатах своего похода. Кому? — Карлуша даже сел от волнения. В этот момент со стороны письменного шкафа все, и те, кто находился внутри кабинета, и те, кто подслушивал снаружи, услышали таинственное покашливание: кхе, кхе, кхе.

Мы дружно посмотрели на шкаф. Судя по всему, в этот раз шефу конфеток не достанется. Потому что возле пустой вазочки восседали Йен и Рель, распиливая моей пилочкой для ногтей последний шоколадный батончик. Моя напарница подняла перемазанную мордочку и попросила:

— Можно попить чего-нибудь? А то сильно сладко во рту. — И улыбнулась, демонстрируя острые зубки.

Карлуша тут же засуетился возле чайника, а я решила воззвать к совести мелких обжор.

— Рель, мы тут вообще делом занимаемся. Ответственным. Могла бы и сказать, что вы со мной собираетесь. А то я даже не в курсе вашего присутствия.

— Не могла бы. Ты, как раскуроченный джип увидела, так стала полностью невменяемой. Наверное, пыталась подсчитать, во что тебе ремонт выльется. Даже нас не заметила. А по вашему делу Йен сейчас все расскажет. Йен! — Вежливая девица Аурелия толкнула локтем в бок соседа, кивком благодаря Карла за чашку с теплым чаем.

— Адвокат сел в синюю машину с круглыми фарами. Доехал до офиса. Вон на столе адрес на бумажке с липучкой. Поднялся в свой кабинет и позвонил по телефону. Дословно передал весь разговор. Видимо, его пригласили на личную встречу. Он записал адрес вот на эту бумажку. — Йен достал из нагрудного кармашка своего комбинезона свернутый листик и отдал мне. Все завороженно следили за процедурой разворачивания бумажки.

— Ну что там? — Первым не выдержал Тимофей.

— 22.30, сегодня, перед университетом. — Мы с Ольгой переглянулись. Это уже вторая ласточка после нашей встречи с вампиршей.

— Ребята, так может, вы потихоньку послушаете, о чем будет идти речь, а потом нам расскажете? — Тимофей состроил просящие глазки и вынул из кармана плитку белого шоколада.

— Нет, — серьезно ответил Йен. — Мы не можем. В ночное время мы слабеем, а потому обычно спим. Не справимся. — Тимофей вздохнул, но, уважаю, протянул лакомство мне. Правильно, им много вредно. Вечером отдам. Или сама съем. Коллеги судорожно стали соображать, как бы подслушать важный разговор. Время-то позднее, кому хочется нарываться на неприятности. Кармен задумчиво выбирала остатки пепла из волос.

— В общем и целом, господа волшебники, не стоит забывать о технических возможностях современной цивилизации. — Будущий доктор наук ехидно улыбнулась, демонстрируя женское обаяние даже в чумазом виде. — Поставим диктофон на конкретное время. Запись прослушаем.

— А что происходит? Всем — привет. — Из коридора послышался приятный голос, и в приоткрытую дверь всунулась голова Вольфа. — Мне бы Агнессу на пару минут. — Я получила разрешение от шефа и вышла к посетителю в коридор. Мы вместе спустились на автомобильную стоянку. Вольф взял меня за руку и вложил в ладонь ключи от джипа. В качестве брелка на них болтались косточки мелкого животного. Мыши, может быть. Где-то я уже видела эти ключи. Вервольф поправил боковое зеркало и вздохнул:

— Витарр оставил тебе машину и документы на нее. Между прочим, я против. Ездишь ты, как ужаленный пчелой ёж. Крошка — твоя. В бардачок я положил визитку с адресом гаража. Там наши работают, помогут с техосмотром, мало ли чего еще понадобится. А что случилось с этой развалиной? Похоже, её вскрыли, пытаясь выцарапать оттуда кого-то. — Он потрогал пальцем дверцу, понюхал, — так и знал. Вампиры. Спрашивать, кто сидел внутри, смысла нет. Плохо, что тебя некому защищать, а свободных людей у меня сейчас нет. Так, все передал, уезжаю. Понадобится помощь — вывесишь флажок, как ты обычно это делаешь. И не ходи по ночам одна. — Спасибо за предупреждение, не буду ходить, буду ездить. Ура! Я исполнила танец, напоминающий джигу и самбу одновременно. Народ не оценил.

— Ты чего прыгаешь, как ненормальная обезьяна? — Кармен высунулась из окна дальше всех. Я подняла голову и впечатлилась видом. Коллеги умудрились всем скопом впихнуться в один оконный проем. Карлуша, как самый воспитанный, остался в кабинете. А, нет, вон на выходе из здания стоит.

План действий обговорили в рекордно короткое время. Пользуясь тем, что у нас появился автомобиль, взамен старого, Карл отправил меня с Ольгой в горэнерго на переговоры без мужского сопровождения. Сначала нас остановил вахтер и нудно допытывался, кто мы такие и чего пришли, потом отправляли из одного кабинета в другой. Пока мы не рассердились, и, плюнув на правила приличия, не зашли без очереди к директору. Суровый плотный мужчина напряженно слушал нашу речь, долго пытаясь понять, чего мы от него хотим.

— Девушки, машину я вам не дам ни с водителем, ни — без. Просто потому, что их на весь город осталось всего три. У каждой плотный график работы, а в районе университета никаких нарушений работы подстанций нет. Вот, — он подошел к угловому шкафу и вытащил из него две оранжевые куртки и две каски. — Всё, что могу. — Пришлось брать, что дают. Будем маскироваться под электриков, хотя без машины со специфической надписью — пустое занятие.

Возле стоянки нас ждала Кармен, упакованная в мужской пятнистый костюм, с большим кейсом под мышкой.

— А мужчины что, не едут с нами? — Возмутилась Оля.

— Неа, — эксперт рылась в сумке, — они куда-то уехали по вызову. Вроде там зомби или гули, не расслышала. В отделе только Ромка остался, на телефоне. Поехали быстрее, а то стемнеет скоро.

К университету мы добрались во время спускающихся на город сумерек. Действовать следовало быстро. Я с ужасом оглядела пространство.

— Кармен, а в какое именно место мы будем цеплять диктофон? Мы же не знаем, где они будут разговаривать. — Ольга почесала затылок, наморщила лоб, задумалась.

— Может возле скамейки? — Все дружно повернулись и уставились на сидячие места. Посчитали. Пятнадцать штук. И это только в скверике. Еще вдоль дорожки, возле отдельно стоящей библиотеки тоже.

— Несса, ты у нас главный специалист по вампирам. Им нужно сидеть во время разговора? — Ольга требовательно изогнула левую бровь. Как это у нее получается, интересно. Вот так сделает, и все готовы угодить и расшибиться в лепешку ради её спокойствия. Себе что ли научиться. Подруга наступила на ногу.

— Чего ты топчешься? Сама бы высмотрела весь сериал про Баффи. Тоже была бы специалист. Думаю, им все равно. Стоять, сидеть, висеть. Вон, в фильме "Ван-Хельсинг", главный негодяй вообще по потолку ходил. Говорят, в Голливуде энтузиасты сняли второй фильм. Только показать не успели. Переход. Вампирская община возмутилась и запретила. — Из сквера, медленно махая крылышками, вылетели феечки.

— Мы нашли там, под корпусом, в кустах, полянку, скрытую со всех сторон кустами и деревьями. Туда давно никто не ходил, даже тропинка заросшая. Давайте микрофоны повесим! — Рель радостно потирала ладошки. Мне даже совестно стало. Ребята уже работают, а я умничаю. Трудности начались сразу же. Микрофон оказался тяжелее феи. Даже вдвоем с Йеном поднять не получилось. Кармен сосредоточенно щелкала приборчиком, попутно разворачивая на коленках сложную проволочную конструкцию.

— Если вы, дамы, объясните, что именно нужно сделать, возможно, я сумею помочь. — Бархатный баритон напугал нас до состояния паники. Ольга судорожно вцепилась руками в сумку, готовясь бежать. Кармен не отреагировала, как раз пыталась прижать крохотными плоскогубцами ножку микросхемы к своему изобретению. Мне тоже было страшновато.

— Бранн, а если бы я врезала чем-нибудь тяжелым тебе в лоб? Ты что, не мог просто ехать с нами в машине? — Кажется, я начинаю злиться, сильно.

— Не мог. Ты же знаешь, как мы реагируем на железо. Вообще не понимаю, как вы, люди, ездите в этих воняющих коробках на колесах постоянно. Неужели не противно? — Пока он читал нам лекцию об экологии, Рель с Йеном устроились в моей сумке, явно уже не собираясь оттуда выныривать. Типа, пост сдал, пост принял. Кармен подняла голову, пристально осмотрела коллектив и заявила:

— Эй ты, длинный. Значит так. Берешь вот эти пимпочки и цепляешь этими крокодильчиками туда, куда я скажу. А вы, ведьмы необразованные, несите эту сетку за нами. Аккуратно подадите, когда скажу. Не дышать, не трясти, не дергать, а то развалится. Вперед! — Оказалось, что мы накрываем шпионской сетью почти все пространство перед университетом. Включая сквер и полянку, выбранную феечками. Мы с Ольгой пыхтя от прилива старательности развешивали тоненькую проволоку в указанных местах довольно долго. Когда закончили, поняли, что потеряли из виду двух членов команды. Переглянулись и одновременно развели руками соседние кусты барбариса. Ох, и колючая же пакость. Чем это они тут занимаются? Кармен повернулась к нам, скрывая ладошками покрасневшие щеки. А уши кто будет прятать?

— Это то, что я думаю? — Ольга сдвинула кусты обратно и принялась тереть руки влажной салфеткой.

— Нас не касается, — я попыталась позаимствовать салфетку у подружки. Мне не дали. Пришлось доставать свою. У, жадина.

— Очень даже касается. Ты же говорила, что они бессмертные. Это сколько мальчику лет?

— Чуть больше двух тысяч, — опять напугал. Ольга даже подпрыгнула от неожиданности. — И, да, действительно, не ваше дело. — Нереально красивый мужчина на наших глазах размылся сгустками черного тумана, кружившимися по спирали против часовой стрелки. Мгновение, второе, и черный ворон устраивается на скамейке в ожидании, пока наши светлости изволят загрузиться в джип. Ольгу пришлось насильно усаживать на заднее сиденье, настолько зрелище трансформации заворожило и очаровало ведьмочку. Её цепкие ручки усиленно тянулись пощупать птичку на предмет материальности, а может и выдернуть пару перьев на опыты. Не одна Кармен увлекается экспериментами.

Девочек по домам развезла быстро, на удивление пустые дороги оказались. Возле дома меня никто не ждал, и на том спасибо. Ворон прощально помахал крыльями, взлетая в ночное небо. Хоть бы каркнул, что ли. Время позднее, ещё немного, и полночь пройдет. Зато посмотрю на созвездие Ориона, в нашем полушарии он как раз в это время являет зрителям свою иррациональную красоту.

Утром я позорно проспала. Проснулась только потому, что Мег трясла мою руку и повторяла:

— Телефон, телефон звонит, вставай.

— Агнесса, ты что, спишь? — Карлуша, конечно, кто же ещё. — Опаздываешь, все уже здесь. Скоро наш эксперт вернется, они с Дмитричем уехали забирать аппаратуру. Давай, собирайся и приезжай.

Надо же, как приятно, когда никто не ругает и не кричит. Уважают. Наверное. Ой, холера, забыла совсем, сегодня же четверг. Ребята приедут. А нам без продуктов не обойтись.

На кухне Мег уже налила чаю и выложила горячие оладушки на тарелку. Я виновато посмотрела на неё.

— Золотце, мне надо ехать на работу. Ты справишься одна? Когда ребята не увидят меня на улице, они зайдут сюда. Охранка их пропустит.

— Но меня не должны видеть чужие, — растерялась Мег. — Мы же не просто так от людей прячемся, тому есть причина.

— Ребята зайдут и оставят продукты на столе. А ты потом, когда уедут, разберешь все. Хорошо? — Чувствую, что ей не нравится эта идея. Но по-другому никак.

Кармен уже принесла диктофоны в кабинет начальника и колдовала над ними, когда я, наконец-то, добралась в отдел. Все расселись вокруг, ожидая результата. Как-то вчера я не заметила, что записывающих устройств так много. Рассеянность не есть хорошая черта. Надо травок попить, для улучшения мозгового кровообращения. Или спросить феечек, может, это последствия их сиропа так сказываются. Раньше такое за мной не наблюдалось.

— Будем слушать все, или только то, что важно? — Спросила подруга. — Дело в том, что запись есть только на трех пленках. Больше всего информации записал диктофон, спрятанный на полянке. Несса, Ольга, вы знаете на какой. Рель с Йеном правильно указали место. Включаю.

Первая пленка: звук подъехавшей машины, открылась и закрылась дверца, тихие удаляющиеся шаги.

Третья запись: то же самое, но в обратном порядке.

Вторая, самая удачная:

"- Доброй ночи, господин. — Голос адвоката.

………………………….Шуршание.

— Я могу подать документы в суд, но дело проигрышное. Свидетели есть у противоположной стороны.

…………………………

— Документы готовы, подписаны мэром и всеми участникам горсовета. Здание нам отдали в аренду на сто пятьдесят лет. Так что можем спокойно открывать казино и гостиницу.

……………………….

— Да, я выкупил бывшее здание театра на свое имя. Как договаривались. К пятнице все будет готово. Артистов встретят в порту. Нет? А где? Хорошо, мы вышлем за ними корабль."

— Всё, больше ничего нет. — Кармен собрала диктофоны и скромно села в уголочке.

— Несса, а почему не записался голос вампира? — Шеф возмущенно уставился в мою сторону, явно собираясь встать и накостылять мне по шее. Полагаю, несовершенство техники на моей совести по логике босса.

— Понятия не имею, честно. Могу только предположить, что речь идет об одном из зданий на набережной. А ближе всего к бывшему театру — гостиница. Там внизу два больших зала. Чем не место для рулетки?

— А открытие казино состоится в эту пятницу, мне уже прислали приглашение. — Озвучил общие догадки начальник.

Одно хорошо, лезть на водонапорную башню не придется.

Зарисовка 20. Воздействие на чужое сознание — запрещенная магия.

— Народ, я не понимаю, зачем им покупать здания, открывать казино, театр? — Дмитрич сложил руки на груди, пристально рассматривая карту города. Как ни странно, ответил ему самый смирный из нас, Роман:

— Власть всегда привлекает и манит. Неважно кого, людей, вампиров или демонов. Легче всего запудрить мозги народу, когда толпа развлекается. А где собирается молодежь? Дискотеки, кинотеатры, в казино пойдут обязательно. Если вампиры, или те, кто на них работает, догадаются добавить в напитки мизерную дозу лёгкого наркотика, толпа превратится в управляемую массу. Кстати, это может делаться уже сейчас. Своеобразный прикорм. Вот документы, пришли по моему заказу из Соединенных Штатов. Они там всё пытаются узаконить существование кровососов, как разумной расы. На последнем конгрессе им не разрешили только голосовать, всё остальное — пожалуйста.

— Точно, я же вчера поручил тебе найти информацию. Забыл совсем. Так, а что у нас с законами? В соглашении вампиры не упоминаются, сам читал. — Карл достал с полки толстую папку и принялся листать. Видимо, в поисках упомянутого документа.

— Уже есть. Месяц назад внесли. И приняли две поправки к закону о правах граждан страны. Им будут выдавать паспорта с регистрацией. Пока думают, какого вида сделать новые документы. Хотят заодно всем жителям поменять. Новый паспорт — деньги в казну. Привычная схема. В случае нарушения уголовного кодекса, вина должна быть доказана, приговор вынесен в суде. В Штатах с этим проще. Если вампир сознательно убивает, его можно ликвидировать на месте. Даже службу специальную создали. — Все замолчали, переваривая полученные сведения. Получается, для того, чтобы мы стали действовать, должно произойти нарушение закона? Они убьют, а через, сколько там положено, дней, убиенный встанет. Преступление это или нет? Отвечая на мои мысли, снова заговорил Роман, читая с экрана компьютера:

— Они сейчас думают принять закон о том, что каждый человек, достигший совершеннолетия, может написать договор и пойти на обращение сознательно. — Мы с ужасом посмотрели друг на друга. Если вспомнить повальное увлечение "Сумерками", то молодежь почти вся в группе риска? А любовные романы с вампирами в роли героев? Плохо, привыкли мы, расслабились. Решили, что уже всё наладилось. Ан нет. В пищевой цепочке люди определённо ниже вампиров. Еда, однако. Гнетущую атмосферу нарушил Йен. Он влетел через окно и, покружившись, сел на мои колени.

— Несса, мне кажется, что Рель заигралась в свои шпионские игры. Мы с раннего утра следим за адвокатом, вместо того чтобы нормально позавтракать и воевать с улитками в огороде. Значит так. Прямо сейчас этот тип договаривается в порту со своим знакомым, чтобы перевезти пять ящиков с корабля "Золотой ястреб". Судно находится недалеко от берега. Что нам делать дальше? — Вопрос крошечного существа подействовал, как хороший пинок в, э, просто вернул рабочее настроение. Карлуша тут же отправил Ольгу с Тимофеем в порт, выяснять, о каком, конкретно, катере идет речь и нельзя ли как-нибудь на него проникнуть. Йен отправился с ними, в качестве указателя направления. Меня, (я сопротивлялась) после обещания объявить выговор за неподчинение начальству, вытолкали на переговоры к демону. Дмитрич поехал к оборотням выяснить, можно ли рассчитывать на их поддержку. А Кармен отправилась в лабораторию, бурча себе под нос что-то о пулях с пластиковыми наконечниками. Когда я спросила, что именно она хочет сказать, получила взгляд безумного ученого и посыл к Блэйду. Точнее, ко второму фильму про дампира. Если кто не знает, дампир — это ребенок, рожденный от вампира. У них какое-то время после смерти сохраняется способность к воспроизводству. Не знаю, правда это, или очередной вымысел.

Приближаясь к офису, в котором мы так познавательно пообщались с демоном, размышляла о том, что я знаю про способы ментального воздействия на человека. Во-первых, зрительный. Всегда можно обмануть, навести иллюзию, заставить человека увидеть не то, что на самом деле находится перед ним. Во-вторых, влияние с помощью голоса. Вибрации определённого тембра и диапазона вполне могут оказать гипнотизирующий эффект на человеческий мозг. В-третьих, прикосновение. Контакт, как правило, усиливает степень любого влияния. Поэтому, если кто-то нежно держит Вас за руку, преданно смотрит в глаза и чувственным голосом внушает, допустим, о любви, будьте настороже. Возможно, этот кто-то хочет Вас обмануть, в лучшем случае.

В здании лифт работал, поэтому на седьмой этаж я поднялась за пару минут. Обдумать речь не успела, решила положиться на свое "умение" вести разговор. Светлая просторная комната с потрясающим паркетом оказалась пустой. Кресло унесли, оставив только громадный дубовый стол. Скорее всего, не смогли поднять. Свежий воздух, простор, прозрачное чистое небо за широким окном. Я подошла и посмотрела вниз. Автомобили снуют по дороге в обе стороны, люди бегут по своим важным делам. Кто-то медленно гуляет, разглядывая витрины. Зачем я здесь? Может быть, не стоит вмешиваться в планы мироздания? Что такое жизнь человека по сравнению с вечностью — ничего. Как жизнь муравья для садовника. Наступил, и никто уже никуда не ползет. За спиной раздался легкий хлопок и отчётливо проявился запах серы. Оборачиваюсь. На столе лежат листы бумаги. Подхожу ближе. Карта города, на ней красным обведены несколько мест, в том числе, интересующие нас театр и гостиница. На листе список адресов. И записка, написанная от руки изящным витиеватым почерком.

"Мы питаемся унынием, страхом, ненавистью, жадностью, даже иногда радостью и счастьем, хотя отрицательные эмоции — более предпочтительны. Нам важно, чтобы люди оставались живыми. Поэтому постараюсь что-нибудь сделать. Или нет. Как получится". Подписано кучерявой завитушкой. Мог бы разборчиво написать, пробурчала я себе под нос, и услышала удаляющийся смешок.

В контору успела вовремя. Как раз принесли пиццу, четыре коробки. Шеф выдавал кофе всем желающим, управляясь с новой кофеваркой единолично. Дожевывая третий кусочек пиццы с грибами, Кармен обрадовала:

— Первая партия взрывных устройств готова. Шесть штук. Могу объяснить, как пользоваться. Только заранее предупреждаю, партия экспериментальная. Может, что-нибудь и не взорвётся. Предлагаю на дело послать Агнессу. У неё если не сработают устройства, то взорвётся что-нибудь другое. С такими-то способностями к порче электронных приборов.

Запомню и отомщу. Сколько можно среди меня измываться? Вообще, честно, лампочки в отдел сама покупаю. Слишком часто перегорают, когда я нервничаю, злюсь или просто не в состоянии равновесия.

— Скажите, что именно мы будем делать? — Да, я вмешалась, потому что не понимаю. Получается, мы объявляем войну? И начальник ведет себя так, будто находится под чьим-то влиянием. Прямо-таки всеобщее помешательство. Бабушка говорила: "наведёнка". Наведенное воздействие. Зачем? Я уже разговариваю сама с собой, как капитан Смоллетт из мультика. Затем, что кому-то выгодно спровоцировать нас, как полицию, на активные действия. Получая, таким образом, рычаг давления на городские власти.

Машина влетела во двор на полной скорости, остановившись практически впритирку к стенке. А ещё говорят, я плохо вожу! Ольга бегом поднялась на второй этаж, и громко оповестила всех:

— Тимофей пробрался на катер, сейчас прячется на палубе! Мы решили, что на обратном пути он потихоньку сбросит ящики в воду. — Подруга возбужденно осмотрела стол, схватила кружку, выпила мой кофе и потянулась за пиццей.

Рель с Йеном с трудом приземлились ко мне на колени. Посеревшие личики, мрачные глаза. Странно. Я достала из сумки пластиковую бутылку. Холодный морс из эстрагона плюс вчерашняя шоколадка должны поднять жизненные силы волшебных существ. В настоящий момент их самочувствие — главное для меня. Спросив разрешение у Карла, расстелила теплый шарф в уголке свободной полки книжного шкафа и осторожно, чтобы не смять крылья, уложила ребят отдохнуть. Рель приоткрыла один глаз, похлопала себя по животику:

— Вкусная шоколадка, ты потом ещё купишь? Мег сердится, когда мы едим много сладкого. Знаешь, на пристани что-то нехорошее произошло. Мы чувствовали чужую магию. Очень, очень плохую. Не ходи туда, Несса. — Малышка опустила голову на сложенные ладони, заснула почти мгновенно.

Когда я укрыла феечек свободным концом шарфа и повернулась к заговорщикам, выяснилось, что все молча наблюдают за моими манипуляциями. Ольга тихонько сказала:

— Сначала они были энергичные, веселые, летали везде. А потом, как будто из них выкачали всю магию. Даже в машине лежали, как тряпочки.

— Это случилось перед тем, как Тим полез в катер?

— Ну да. Мы же решили только наблюдать. — Ольга отвела глаза, потом повернулась ко мне лицом и коснулась рукой виска. — Ты уже догадалась? Тим выполнил чужой приказ, да? Ловушка. Нам срочно нужно его спасать!

Карл подозрительно смотрел на нас обеих. Обмен мнениями не прошел мимо начальственного внимания, в чем мы убедились практически сразу.

— То есть, ты, Агнесса, считаешь, что ему ничего не угрожает?

— Думаю, что внутри ящиков, скорее всего, камни. Или мусор какой-нибудь тяжелый. Тиму дадут возможность сбросить их в море, а, когда гробы, или что там у них, пойдут ко дну, его арестуют. А может быть, спрячут у себя, до наступления благоприятного момента. Ещё думаю, что Тимофея нужно вытаскивать оттуда, иначе быть ему разменной монетой.

Карл согласился, и в течение ближайших пяти минут каждый получил задание. Мне досталась важная миссия. "Кто предложил, тот и занимается", поэтому я отправилась в порт. Ждать катер. Пытались для усиления навязать компанию Дмитрича, но он, возмущённый отсутствием понимания важности происходящего у оборотней, повел себя неадекватно. Разозлился, нагрубил всем и отчалил домой. Меня все больше интересовал тот, кто на самом деле стоит за всеми этими странными происшествиями. Контроль над разумом, волей, эмоциями даже одного человека — невероятно сложная вещь, которую вряд ли может осуществить, располагая пусть и запредельными возможностями, маг или колдун. Подобное управление сознанием я видела между кровными братьями или сестрами, но даже тогда контроль был слабо устойчив и нестабилен. А контролировать много людей? Всех сразу? Всё время? Некоторых на большом расстоянии? Колдун не настолько силен. А вампир? Допустим, древний. Не знаю.

На пристани я оказалась вовремя. Катер только ошвартовался возле пирса. Сначала на причал вышел капитан. Он осмотрелся по сторонам, потом махнул рукой. Пыхтя и отдуваясь, два матроса спустили по сходням ящик, грубо сбитый из необработанных досок. Командир что-то им сказал и отправился в ближайший кабачок "Морское сияние", думаю, с целью отметить удачное выполнение заказа. Мужики проводили начальство завистливыми взглядами, наверное, тоже проголодались, ну, или жажда замучила. Потом поставили ящик на каменный причал и уселись сверху. Так как мне отвлечь их внимание? Начну с того, что узнаю, есть ли в настоящий момент здесь кто-нибудь, практикующий ментальную магию. Я достала из кармана овальный камень и изучила его состояние. Белый опал реагирует на эту разновидность гипноза, как лакмусовая бумажка, приобретая розовый цвет. Когда-то мне привезли его из Индии, в подарок. Обычно я этот камушек с собой не носила, хватало других амулетов, но некто сжег всё, даже драконий подарок. Кстати, сейчас опал слегка сиреневого оттенка. Гламур?

— Да, это снова я. Не ждала? — Бранн сидел рядом, расправляя рюшики жабо на белой шелковой рубашке. Обтягивающие штаны и жилет из светло-коричневой кожи шли ему необыкновенно. А высокие идеально вычищенные сапоги вносили нотку мужественности, дополняя сегодняшний облик фэйри. Волосы цвета ночного неба убраны в причудливую косу и украшены шнурочками и бусинками. Чего это он так вырядился, хотелось бы знать?

— Все глаза проглядела, а как же ж. Тебя с самого утра всё нет и нет. — Идеал мужской красоты отвел глаза в сторону, пристально рассматривая матросов, восседающих на ящике.

— Я был у Кармен, в лаборатории. Там очень интересно, что-то булькает постоянно. Белые кубики, она называет их — сухой спирт, горят голубым пламенем. А ещё в большой стеклянной колбе варится поразительно розовая мерзость с отвратительным запахом. Кармен сказала, что это — оружие, которое обречено победить вампиров. Сегодня ей принесли большую белую штуку, центрифугу, — еле выговорил, бедный. — Мы устанавливали и проверяли готовность к работе.

Донельзя счастливый фэйри задумался и продолжил:

— А потом ты всё испортила! Могла бы спокойно сидеть и писать что-нибудь важное. Нет. Тебе обязательно надо ввязаться в неприятности. Пришлось оставить серьезный эксперимент (это он уже у экспертов слов нахватался!) на произвол судьбы и мчаться на помощь. — Угу, Черный Плащ, летящий на крыльях ночи. Или этот, как его, Бэтмен.

— Раз уж ты здесь, давай, отвлеки вон тех двоих, которые на ящике сидят.

— А сама? Просто внуши им уйти, и дело в шляпе. — Определённо, общение фей с реальным миром дурно сказывается на их словарном запасе.

— Мне нельзя, я клятву давала, ментальное вмешательство ведьмам запрещено.

— Ну, я же не знаю, чего им сейчас больше всего хочется. Могу просто в воду побросать, пока вылезут, ты уже справишься.

— Бранн, это же матросы. Пива, в карты поиграть, а потом к девочкам. Не надо их в воду, шум привлечет внимание. Хотелось бы этого избежать. И ещё. Не знаю, как правильно поступить. Может, пусть они его несут, а мы посмотрим, куда и к кому. Или это слишком большой риск. Тогда сначала нужно достать Тимофея, потом накидать туда тяжелое что-нибудь. Пусть фальшивку уносят. — Бранн кивнул, одновременно щелкнув пальцами. Парни вывернули карманы, сосчитали наличные, а потом степенно удалились в сторону забегаловки, находящейся дальше всех от причала. Я тут же вскочила и подбежала к ящику. Интересно, как его открыть? Может, просто разобрать на части, а потом собрать? Ехидный смешок за спиной заставил меня разозлиться. Мало того, что одевается, как девчонка, так он ещё и хихикает. Энергия ярости, спровоцированная фэйри, закипела во мне, требуя выхода. Ладно, ломать — не строить, я вытянула руки ладонями вниз, представляя вместо себя большой электромагнит. Мне тут же стало смешно (представила, как выгляжу, обмотанная проводами), и злость исчезла, как пропадают капли воды под ярким солнцем. Раз и испарились. Смеяться перехотелось сразу, как только услышала звон гвоздей, падающих на бетон. Тимофей лежал без сознания в куче досок, не подавая признаков жизни. Я быстро осмотрела тело, видимых повреждений вроде нет, только большая шишка сзади на голове. Достала ампулу с нашатырным спиртом и раздавила её возле лица коллеги. Видели бы вы его глаза. Ох, он и кашлял! Подскочил, как ужаленный. Вдвоём с Бранном мы поймали его и усадили на скамейку подальше от места преступления. Пока Тим силился рассказать мне, какая я бяка в его представлении, Ворон вернулся к доскам и провел ладонью над ними. Как по мановению волшебной палочки, ящик возник из небытия целый и неповрежденный. Только гвозди валялись вокруг. Пришлось самой вставать, идти и сбрасывать их в воду. Фэйри с железом, как правило, не хотят связываться.

Минут через пять капитан катера вышел из кабачка, подошел к ящику, повертелся, а потом как начал ругаться. Видимо, отсутствие подчиненных ему не понравилось. Мы даже заслушались, все трое. Надо было ручку с блокнотом взять, записывать особо удачные речевые обороты. А я сумку в отделе оставила, забыла. Товарищ договорился с матросами с соседнего плавсредства, заплатил им денежку и гордо пошел впереди, слегка пошатываясь от количества принятого на душу горячительного. Ящик занесли в гостиницу со стороны черного хода. Ага, а теперь нам пора бежать, и как можно быстрее, потому что в октябре темнеет мгновенно.

Выслушав положенную благодарность от спасенного Тимофея, я отправилась к начальству за очередными инструкциями. На удивление Карлуша спокойно отнесся к новой информации, почесал в затылке и отпустил всех по домам, строго настрого приказав явиться завтра к началу рабочего дня. Не опаздывать! Домой я ехала совершенно одна в своём новеньком автомобиле. Мрр, как приятно шуршит двигатель. Возле ворот меня ожидал сюрприз в виде большой картонной коробки, украшенной красным бантом. Кажется, традиция восстанавливается. Я аккуратно просочилась в приоткрытую щель, шире калитка не открывалась, сюрприз мешал. Похоже, тяжелый.

Мег ждала на кухне, сидя за накрытым столом. Она нашла в шкафу детскую книжку про Петровича и Патапума. Да уж. Самое то для брауни и их детей. За ужином я получила полное описание всего, что ребята привезли со своей фазенды, включая пучки зелени, (а это-то зачем?), корзину яиц и мешок муки. Неприятной новостью для меня стал тот факт, что они теперь появятся только через месяц. Коровы телиться собрались, или кролики котиться, не поняла, но что-то такое у них будет происходить.

— Мег, а откуда ты всё узнала, если не разговаривала с гостями?

— Слушала, что они рассказывают другим людям. С нашей стороны забора хорошо слышно. — Понятно, любопытство — общая черта характера у нас с ней.

— А что за коробка за воротами?

— Приезжала машина, большая такая, с полосой. Стучали, ругались. Потом коробку оставили, а сами уехали. Не нравится мне это. Давай не будем во двор заносить? Пусть там ночует, на улице. — Я согласилась, и мы стали укладываться спать.

Думаю, повезло, что перед сном моя светлость решила проведать свой садик, посмотреть, как там ночные фиалки, посчитать звезды, мечтая о несбыточном счастье. Потому что кто-то на улице решил открыть коробку, а может, устройство внутри запрограммировали на определённое время. Взрыв получился не слишком мощным, стекла вылетели только в соседних домах. Как ни странно, ворота выдержали, только слегка покосились. Вот забор развалился полностью. Ещё воронка. Надеюсь, мешков семь щебня поправят дело. Или восемь. Пожарники приехали, постояли и уехали. Соседи вышли, повозмущались, разошлись по домам. А мне стало легче дышать, когда поняла, что взрыв не задел электрические провода. Уже платить меньше. Хорошо, что джип остался цел и невредим. Задремала я, сидя у стола и опустив голову на скрещенные руки.

Утро началось с запаха крепкого кофе, сваренного Мег и подсунутого к моему носу.

— С добрым утром, Агнесса, как спалось? — Деловой тон Вольфа звучал сухо и безупречно.

— Спасибо, что приехал, кстати, интересно зачем? — Может, удастся ещё поспать, если позвонить на работу и пожаловаться на неизвестных террористов. Или просто, пойти и выключиться. Пусть проблемы решают себя сами? Без моего участия.

— Ворон твой поднял шум с ночи. Сказал, срочно нужна помощь. Дорогу уже чинят, можешь не переживать. Ребята щебенку высыпали, разровняют, потом асфальтом зальют. Ты вечером придешь, уже все готово будет. Забор Кеша уже выкладывает из красного кирпича. Рамы починим, стекла вставим. Твоя хозяйка нам обед пообещала, царский, если закончим ремонт сегодня.

— Что, если придет кто-нибудь из полиции? Вольф, давай я оставлю карточку и код к ней, снимешь деньги на материалы и оплату за работу строителей. Даже не знаю, как вас благодарить за такую оперативность. — Кофе надо выпить, хотя и нет желания. Я мужественно сделала пару глотков.

— С полицией твой Карл все вопросы решил. Никто же не пострадал, кроме забора? Соседям денег я дам. За беспокойство и на ремонт окон. Велел передать тебе, чтобы, как проснешься, сразу ехала в контору, там новости. Карточку возьму, может, действительно понадобится. Оставь на столе.

Выезжая на проезжую часть, я размышляла о том, откуда Бранн узнал, что произошло, если его рядом и близко не было? И почему позвал на помощь именно стаю. С другой стороны, он же один раз уже звал Тарра, когда мне было плохо. Что-то такое носится в воздухе, а я никак не могу уловить. Загадка.

В отделе все уже собрались в зале для совещаний и ждали только Карла. Меня встретили сочувственным молчанием. Похоже, взрыв уже не новость. Начальник прошел на свое место, сел и сказал:

— Нам запретили вмешиваться в дела вампиров. Прислали приказ. До особого распоряжения. Агнесса, я подписал документы тебе на отпуск. Деньги в бухгалтерии. Да, если нужны будут средства на ремонт дома, скажешь. У нас есть фонд для таких случаев. Оплатим расходы. Я уезжаю завтра в командировку. На хозяйстве остается Роман. По всем вопросам обращайтесь к нему, пожалуйста. — Шеф обвел нас тяжелым взглядом и громко произнес, — никакой самодеятельности, слышите? Сидеть тихо, пока не вернусь.

Зарисовка 21. Сугубо женская, подготовка к вечеринке.

Карлуша вышел из кабинета, потом вернулся, держа перед собой парадный мундир контр-адмирала. Приложил к себе:

— Ну, что, народ, можно в этом идти сегодня на вечеринку?

Мы, конечно, знали, что у шефа есть воинское звание, но контр-адмирал. Да, народ в шоке. Просто нет слов. Кармен тут же полюбопытствовала:

— А приглашение только для Вас, или есть ещё? Мы тоже очень хотим пойти! Правда, Оля? — Главное, меня никто не спрашивает, может, я тоже мечтаю посмотреть феерическое представление.

— У меня есть приглашение на два лица. Кармен, сочту за честь сопровождать тебя вечером в театр. — Кто его звал? Явился тут, как птиц из легенды. Бранн вошел в кабинет и легким движением руки достал из воздуха вожделенный лист бумаги. О, наша красавица покраснела до самых ушей, потом подняла нежный взгляд на чернокожего загадочного мужчину и кивнула, соглашаясь. Я мысленно похвалила себя, успела таки вчера подстричь подружку, убирая сожженные пряди. Потом Кармен пробормотала что-то про поиски подходящего наряда и вымелась за двери со скоростью падающего метеорита. Ворон пожал плечами и вышел следом за ней. Похоже, у этой пары просыпаются романтические чувства. Если это не так, то мне придется съесть свою шляпу. Только вот шляпы нет. А, ладно, съем носок. Чистый.

Начальник помялся, потом покрылся пятнами, у него всегда такое с кожей, когда волнуется, и пригласил Ольгу. Оказывается, его приглашение тоже на двоих. Не то, чтобы я обиделась, или расстроилась, но как-то грустно стало. Две дамы из трех приглашены, а я? Подумаешь, могу и домой пойти, в конце концов, у меня там террористы возмутительно обошлись с принадлежащей мне собственностью. Надо контролировать процесс восстановления, ругаться с прорабом, кормить строителей бутербродами. Дмитрич сочувственно покосился в мою сторону и ушел на рабочее место, отчет писать.

— Несса, мы тут посоветовались и решили, что сегодня ты остаешься дома. Все-таки ночью сильное потрясение испытала. К тому же, думаю, у тебя и пойти-то не в чем. Одни цветастые юбки и самовяз. А мы сходим, всё разузнаем и тебе расскажем, — ласково погладила меня по спине Оля. Ну-ну, ещё припомню всем это решение, месть будет страшна. Я опомнилась, неужели завидую? Ой, стыдно, позор всей ведьминской сущности. Могу же потихоньку зайти, когда все начнется, честно посмотреть с галерки. Отведу глаза на входе билетерше и зайду. Постою скраешку. От двери послышался приятный баритон:

— Разве можно лишать такую прекрасную даму изумительного спектакля? Впервые в городе выступает труппа странствующих вампиров! Леди, как истинный джентльмен, приглашаю Вас на представление сегодня вечером. Наряд доставят прямо на дом, я уже распорядился. Наши с Вами места в партере. Поэтому стоит прийти пораньше. Бомонд будем рассматривать в театральные бинокли. — Демон выглядел, как настоящий герой анимэшного мультика, джентльмен с ног до головы, включая прямые черные волосы, собранные в длинный хвост драгоценной заколкой. Темно-серый костюм сидел на нем, как влитой (может и правда, сшит на заказ). Туфли из мягкой змеиной кожи. Сверкающая белизной рубашка, галстук алого цвета. Женская часть отдела слаженно вздохнула, созерцая великолепие образа Князя Тьмы. Ну, или кто он там. Даже Кармен прибежала снизу полюбоваться, волоча за собой на буксире Бранна. К слову сказать, фэйри повел себя очень агрессивно. Он задвинул Кармен себе за спину, и занял место, перекрывая демону выход в коридор.

— Что тебе здесь нужно, создание тьмы? — Если сузить глаза, видится, что вместо Бранна возвышается громадный ворон, расправивший крылья.

— Ты себе нашел даму на вечер? Значит, помолчи. А я хочу провести его с ведуньей. Поддержать историческую закономерность. — Глаза демона на секунду вспыхнули иномирным пламенем и тут же погасли, оставив алые радужки с вытянутыми по вертикали зрачками. Хм, оказывается он знает разницу между ведьмой и ведуньей. Любопытно.

— Агнесса никогда с тобой не пойдет! — Вмешалась Ольга, на всякий случай, держась подальше от устрашающего своей аурой существа. Я кивнула. Конечно, не пойду с ним. Приглашение пусть отдаст и свободен, сама дотопаю, без сопровождения.

— Не просто пойдет, а с радостью, — подлый интриган достал из кармана колье, сверкающее россыпью отражений. Все дружно ахнули. — К нему есть еще вот такая штучка. — Демон вытащил и добавил сияющий и переливающийся бриллиантами браслет. — А теперь смотрите внимательно, — он принялся покачивать драгоценностями на уровне моих глаз. Что ж он делает, поганец, это кто же ж удержится от такой красоты неимоверной. Шаг за шагом, медленно и неотвратимо я двигалась к сиянию камней в когтистой руке существа из нижнего мира. Ещё чуть-чуть, и счастье будет в моих лапках!

Внезапно повеяло холодным осенним ветром, сдувая легкий флер наведённой магии. Я ощутила запах падающих листьев, отживших свой век и стремящихся вниз, к корням. Почувствовала тонкую кожицу желудей кончиками пальцев. В сознании проявилось изображение дуба, одного из самых мистических проводников, соединяющих человека и мироздание. Сила, истекающая из священного (для многих народов) дерева, позволяет не только исцелять и успокаивать, но помогает научиться управлять собственной судьбой. Если суметь подружиться с ним, то благотворное влияние его энергии и силы распространится не только на всю семью, но на детей, внуков и правнуков, вплоть до пятого поколения. (Адайр — в переводе с кельтского языка означает — Сила Дуба.)

Наваждение исчезало медленно, давая осознать всем присутствующим, как легко попасть под влияние низших энергий. Мы услышали облегченный вздох Бранна, когда он возвращался к человеческой форме. Обиженный демон спрятал украшения и замер, сложив руки на груди. В кабинет спокойно вошел высокий широкоплечий мужчина, укоризненно глядя на Ворона.

— Адайр, — представился гость. — Королева прислала наряд для тебя, Агнесса. И приглашение на двоих. Сегодня вечером твоим спутником буду я. Идем, пора собираться. — Он перевел взгляд на меня, протягивая руку ладонью вверх. — Никто не отказывает Королеве. — Истинная правда. Я попрощалась со всеми. Приложив руку к груди, извинилась перед демоном от всего сердца. Ведь он, единственный из присутствующих, подумал о том, что мне тоже хочется пойти на спектакль. Адайр все-таки сцапал мою ладошку и потянул на улицу. Судя по тому, как настойчиво тащил он мое тельце вниз по ступенькам, миссия сопровождения ему категорически не нравилась. Ольга, свесившись с перил, помахала на прощание мне ручкой:

— Увидимся в театре, подружка! — И тут же спряталась во избежание. Мало ли чего придет в мою голову, например, бросить шарик огня в лоб некоторым. Сердитый на весь мир Адайр подтолкнул меня к машине, осчастливил сообщением, что его светлость появится точно вовремя. После чего благополучно испарился. Где появится, зачем вообще он нужен, и что за невоспитанность, пропадать, когда с ним разговаривают. Расстроенная явным пренебрежением к своей особе, я автоматически села за руль, включила двигатель и поехала домой, уже на повороте вспомнив о разрушениях, оставленных сегодняшним взрывом. Настроение упало окончательно.

Пострадавшие дома обрадовали блеском новых стекол и свежей краской. Одно время все стремились поставить себе пластиковые окна. Моются легко, звуконепроницаемые, стоят долго, сырость на них не действует. А потом потихоньку вернулись к дереву. Не знаю, почему так случилось, но именно на нашей улице рамы мало того, что из дерева, так ещё и покрашенные в яркий голубой цвет. Обновленный забор ярким пятном выделялся на фоне соседских, сложенных из серого французского камня. Я подошла вплотную, потрогала кирпичи красного цвета. Нет, мне действительно любопытно, зачем простую изгородь выкладывать из огнеупорного кирпича? И сколько за эту роскошь сняли денег с моей карточки. Вопрос болезненный, потому что предстоит потрясающий шопинг в Туманном Альбионе. Ладно, возьму в долг у Сайгоша, если своих средств не хватит. Рель вылетела с той стороны, как чертик из табакерки:

— Несса, ты уже дома! Там такое! Ты обалдеешь и в обморок упадешь от восхищения. Приходил такой красавчик, прямо няшечка кавайная, принес две коробки, идём скорее, примерять будем! А он весь такой высоченный, и какие глаза! Вау. Полный восторг. Как гречишный мед по цвету. Как жаль, что я такая маленькая. Построила бы ему глазки! А ты знаешь, что Королева тебе его подарила? Представляешь, насовсем! Вот здорово! Теперь я могу не волноваться за тебя, а то ты такая безголовая. — Честно говоря, я не слушала тарахтение феечки, поглаживая теплый, согретый октябрьским солнцем, кирпич. Хотя, последние фразы чем-то зацепили. Не поняла, ладно, потом спрошу.

Мои домашние в полном составе разместились в гостиной, восхищенно рассматривая разложенные на разобранном диване наряды. Взгляд сразу упал на туфельки. Люблю хорошую обувь, ничего не поделаешь. И никогда не смогу от нее отказаться. Изящные, из золотистой замши, на низком каблучке, с чуть зауженным носком, туфли так и просились в руки. Я мужественно запретила себе их трогать, обошла вокруг, и обомлела перед платьем, которое четыре феечки подняли за плечи и держали на весу передо мной. Ощущая себя Золушкой накануне бала, я прикоснулась к легчайшему кружеву цвета молочного шоколада с золотистыми прозрачными вставками на груди, талии и рукавах. Платье, длиной до пола, с открытой шеей и большим вырезом сзади. Маленький клатч из коричневой замши лежал на диване, гармонично сочетаясь с предложенным вечерним нарядом. Я прервала торжественное молчание:

— Нет, ребята, сия эротическая мечта настолько красивая и нежная, что просто боюсь его надевать. Тем более, на вечеринку. Вы же знаете, обязательно во что-нибудь влезу и испорчу.

Феечки потрясенно выдохнули, зашептались и аккуратно отложили невесомое одеяние. Мег взмахнула рукой, отдавая команду, и мне показали второй наряд. Более приемлемый. Сальвар-камиз с шелковым палантином цвета морской волны, украшенным золотистыми кружевными спиралями по кромке со всех сторон. Сочетание золотистого цвета, шоколадных оттенков и вышитых вручную узоров на однотонном плотном шелке притягивало, очаровывая всю мою женскую суть, делая неотразимым этот костюм именно для меня. Реакция не прошла незамеченной, и дальше подготовка к вечеру пошла ускоренным темпом. Еле удалось вырваться от мелких визажистов, чтобы перекусить. Мег приготовила изумительный минестроне и настояла, чтобы все поели. Под конец сборов я настолько устала, что просто закрыла глаза и позволила Мэвис рисовать на моем лице всё, что ей захотелось.

Когда, наконец-то, мне разрешили оценить труд маленьких парикмахеров и дизайнеров, узнать себя в зеркале оказалось сложно. Стройная фигурка в роскошном наряде. Изысканная прическа, состоящая из массы тонких косичек и вплетенных ниток с бегающими огоньками, уложенных в одну свободную косу. Большие глаза, опушенные длинными ресницами, подкрашенными для оттенка коричневой тушью. Лепные скулы, чуть выделенные пудрой. Мне кажется, или у меня радужка делится на три концентрические круга? Присмотреться мне не дали, хором напоминая, что нужно торопиться. В сумочку я положила опал, парочку других амулетов, упаковку салфеток. Обула туфли, порадовалась, что пришлись впору, и вышла на веранду. На экране компьютера мигал огонек вызова. Нажала клавишу: "Ответить". И повернулась навстречу Адайру. Конечно, фэйри использовал гламур, чтобы не светить своим обаянием и красотой, но даже тот облик, который я сейчас увидела, многих женщин заставил бы влюбиться мгновенно и навсегда. Высокий, почти как Витарр. Шикарная грива каштановых волос, прибранная в небрежную косу длиной ниже талии, завязанную кожаным шнурком. Свободные льняные брюки цвета горького шоколада чуть прикрывали внизу дорогущие кожаные мокасины. Широкие мускулистые плечи прятались под белой шелковой рубашкой. Сверху фэйри надел льняной пиджак. Расстегнутый воротник и никаких галстуков. Видно было, что и этот костюм тяготит мужчину. Он исподлобья уставился на мой наряд, скривил губы и промолчал, отвернувшись к двери, выражая свое презрительно-высокомерное отношение к такому никчемному существу, как обычная ведьма, даже своей позой или, как говорят психологи, языком тела.

— Не могли бы Вы позвать… — Раздался бархатный голос из динамика компьютера. — Несса? Звезда моя, ты ли это? А кто прячется за твоей спиной? — Честно, мне очень захотелось ответить: "последний русский".

Я обернулась и подошла ближе к экрану. Сайгош встал со стула, было заметно, что он едва сдерживается от возмущения. Мужчина внимательно осмотрел наряд, прическу, макияж, а потом перевел взгляд на моего спутника.

— Видела, что у тебя на виске? Немедленно пойди и умойся. Адайр, — прорычал дракон. — Что ты делаешь в её доме? И куда подевалась эта ворона общипанная, которая клятвенно обещала мне беречь и защищать ведьму? — Ой, это он Бранна так обозвал? К тому же, они знакомы, очень интересно!

— Сам хотел бы знать. Ворон увлекся другой дамой и попросил Королеву передать роль защитника мне. Почему общипанная? Извини, мы уже опаздываем, давай, вы поговорите в другой раз?

— Потому что поймаю и ощиплю, все перья выдерну по одному. Несса, ты никуда не идешь с этим типом! Это приказ! — Пока я открывала и закрывала рот, как рыба, выдернутая из воды, Адайр закрыл крышку компьютера и придавил её ладонью, впрочем, тут же отдернул, обжегшись. Ярость дракона была настолько неукротимой, что ноутбук вспыхнул и сгорел на наших глазах. Практически мгновенно, оставив после себя расплавленную пластмассу. Мег возмущенно что-то произнесла, требуя исправить содеянное безобразие на обеденном столе. Фэйри нехорошо улыбнулся, вытянул руку, ладонью вниз, прошептал волшебное слово. Мгновение, второе, и вот уже на столе осыпается кучка опавших прелых дубовых листьев, вместо горки неуничтожимых пластиковых останков. Вот бы все мусорные кучи так — раз, и удобрения.

Я вернулась к зеркалу и оценила рисунок на левом виске. Так вот чем занималась эта мелкая художница! Изящно выведенный золотой краской на моей светлой коже красовался Трискеле, в виде трех листиков, заключенных в круг. Картинка в точности повторяла татуировку Адайра, только у него она была нанесена на правый висок. А сами листики очень напоминали по форме дубовые. Кстати, и наряды наши сочетаются по цвету. Обязательно выясню, что это означает.

Взять с собой мою любимую большую сумку с кучей важных и нужных предметов мне запретили. Буквально, понимаешь, вытащили из рук! Мег отвлекла внимание, прощаясь и желая приятно провести время, а сама исподтишка утянула торбу в гостиную. Я ей это еще припомню. Такое ощущение, что в последнее время не я контролирую происходящее, а кто-то вертит мной, как игрушкой. Прощание вконец разозлило Адайра, он, не спрашивая, ухватил меня за руку и потащил к машине. Там впихнул за руль, а сам уселся рядом и скукожился весь от омерзения. Нет, ну, если так противно, зачем напрягаться-то? Шел бы себе пешком. Так и просится на язык известная фраза из "Служебного романа": "Скажите, какая цаца!". Но сегодня я воспитанная девушка, опять же в таком изысканном наряде, практически леди. Не буду доводить гражданина до белого каления.

С этой задачей на отлично справился демон, поджидающий нас возле входа в театр. Первым из машины вылетел Адайр и, не оборачиваясь, двинулся прочь от стоянки. Одетый же с иголочки иномирный джентльмен, слегка рисуясь перед группой дам, оккупирующих уличную кассу, открыл передо мной дверцу и склонился в поклоне, протягивая руку. А, когда я, закрыв машину, положила ключи в крошечную сумочку, демон предложил мне свой локоть, как опору. Как оказалось, кстати, потому что ходить даже на невысоких каблуках я разучилась давно.

— Можешь обращаться ко мне по имени Лиал. Сокращенному, разумеется. Ты сегодня сама на себя непохожа. Просто удивительно, что может сделать с женщиной качественная одежда и правильный макияж. А ты видела свой висок? — Далась им с Сайгошем эта картинка. Мы шли прогулочным шагом, медленно передвигаясь по аллее, освещенной китайскими фонариками. Не иначе градоправитель расстарался, в честь премьеры. Мой предполагаемый спутник со свирепой физиономией ждал возле входа. Судя по внешнему виду, точку кипения он уже прошел и сейчас готовился выпускать пар. Я попыталась отойти в сторонку, но Лиал крепко держал мою руку. Пришлось смиренно ожидать своей участи.

— Отпусти её, — Адайр вцепился в свободную руку и потянул на себя.

— Это почему же? Ты бросил даму одну. Даже дверцу поленился открыть. А я оказался в нужном месте в нужное время. Теперь она — моя леди на сегодняшний вечер. — Вот, пожалуйста, приравняли к домашней обуви (кто первым встал, того и тапочки). Демон не собирался выпускать меня из своих цепких лапок и держал крепко. Фэйри тянул на себя. К сожалению собирающихся на звуки скандала зрителей, я отняла у мужчин свои конечности, вытащила приглашение из кармана Адайра. Да, я видела, что он туда его положил, ещё в машине. И решительно пошла вперед, где меня ожидала компания, состоящая из двух пар, шефа с Ольгой и Бранна с Кармен. Карл укоризненно покачал головой, обвиняя меня в случившемся недоразумении, и внес деловое предложение:

— Слушай, не можешь выбрать, бери обоих. Ты хоть помнишь, зачем мы сюда пришли? А вырядилась, прямо модель с обложки! — Ольга ревниво оценила туфли, костюм, прическу, фыркнула и, взяв под руку начальника, повела его к билетерше. Похоже, с этой минуты у меня на одну подругу меньше. А из-за чего?

Кармен потрогав палантин, восхищенно вздохнула:

— Чудесная, изумительная ткань. Нежная, как щечка младенца! Это тебе Адайр подарил? Бранн сказал, что вы теперь вместе. — Подруга вынула из моих ослабевших от такой новости пальцев клатч и принялась его рассматривать. Кажется, моя ведьминская светлость нашла на ком сорвать злость.

— Бранн, дорогой! Тебе привет от Сайгоша, он был так рад видеть меня в этом наряде, что случайно сжег ноутбук. — Я поправила браслет на руке, заканчивая свою ехидную речь. — А еще он обещал ощипать птичку при встрече. — Черная кожа Ворона как-то посерела на мгновение. Если бы смотрела в другую сторону, то и не заметила бы.

Кавалеры успокоились, перестали цапаться, подошли и встали по обе стороны от меня. Вот так, в сопровождении конвоя, я прошествовала в зрительный зал. Сидеть мне тоже довелось по центру. Справа места заняли, считая от меня, демон, Кармен и Бранн. Слева — Адайр, Ольга, контр-адмирал при полных регалиях. Поначалу пришлось понервничать, но, когда погас свет, и начался спектакль, я забыла обо всем.

Сказочное, феерично-прекрасное зрелище разворачивалось перед нами. История о Ромео и Джульетте на новый лад. Изящная хрупкая, несказанно прелестная блондинка, одетая в легчайшее светлое платье, и высокий мрачный красавец в обтягивающих штанах и белой шелковой воздушной сорочке. Мне лично понравился Тибальт. Высокий паренек с гривой рыжих волос носился по сцене, успевая постоять во всех углах сразу. У артиста получилось отобразить не отрицательного героя, а ранимого влюбленного в собственную двоюродную сестру юношу, который пытается защищаться агрессивно и напористо. А, когда он запел знаменитую арию "Маска мести", зал взорвался аплодисментами. Виртуозно исполняемые артистами высокого класса роли увлекли и заворожили зрителей, не давая отдохнуть ни на секунду. И вот, наконец, заключительная сцена, когда Ромео склоняется над Джульеттой, прокусывает свое запястье удлинившимися клыками и капает кровь на бледные губы незадачливой невесты. Спустя несколько минут, она оживает, встает. Звучит заключительная мелодия, зрители аплодируют стоя, раз за разом вызывая на бис артистов. Я даже хотела поплакать немножко от полноты чувств, но вспомнила, что глаза накрашены, и передумала. Мысль о том, что главная героиня мне знакома, не оставляла меня в покое. Как навязчивая идея, ну, или гвоздь в ботинке. Лиал склонился к моему уху и прошептал:

— Видела? Девчонка-то на самом деле умерла на сцене. Это же какой сильный вампир играл Ромео, что удалось так быстро оживить труп! Хотя, может быть, они нас обманули, подменили мертвое тело на живое. А что, я сам видел номер Копперфильда, где он поступил именно так. И не надо смотреть на меня, как на чудовище! — Теперь я вспомнила. Девушку я видела на фотографии, когда нам показывали семью начальника архива. Это его дочь. Живая, или нежить. Но кое-что нужно у нее спросить. Где тут у них закулисное царство? Краем глаза заметила, что демон и фэйри снова разговаривают на повышенных тонах. Пользуясь тем, что мальчики заняты друг другом, не обращают внимания на мои действия, я поднялась по ступенькам на сцену и прошла за занавес. Сбегаю в уборную к девушке, быстро спрошу и вернусь. Где были мои мозги, когда я решилась на это опасное мероприятие, неизвестно.

Поклонники с громадными букетами роз толпились в коридоре, загораживая проход и никому не уступая дорогу. Путем лести и выдуманных предлогов мне все-таки удалось просочиться и открыть дверь. В гримерной было полно народу. Все возбужденно обсуждали прошедшее представление, не замечая, как я шла к актрисе.

— Простите, пожалуйста, но мне нужен ответ всего лишь на один вопрос, — лучше бы я промолчала. Вся актерская братия дружно повернулась ко мне и зашипела, обнажая удлинившиеся клыки. О, супер, настоящий фильм ужасов!

Зарисовка 22. Продолжение.

Ой, какие все страшные! Сердце сжалось от ужаса. Попытка рассказать о цели моего появления, закончилась впустую. Онемела я от страха, что ли. В это же время артист, исполнявший роль Тибальта, поднялся со своего стула и подошел ближе:

— Пришли поговорить со мной? Я заметил Ваш интерес, готов спеть любую арию из спектакля лично, наедине. — Он коснулся моего подбородка, вынуждая поднять голову, посмотреть ему в глаза. Фигушки. Везде написано, что не стоит заглядывать в бездну, а то оттуда такое вылезет.

Я успокоилась и обернулась к девушке:

— О, спасибо, что помогли прийти в себя. Эти ваши зубы напугают кого угодно до дрожи в коленках. Я, собственно, к Вам, Лидия. Вы же дочь начальника архива? — Девушка изумленно прикрыла рот, спрятав клыки, и кивнула. — Мой жетон, я следователь из ОРСП. Это, — меня перебили.

— Мы знаем. — Опять Тибальт. Не отходит, стоит рядом, вторгаясь в личное пространство. Судя по острой боли в виске, пытается воздействовать на мозг. Давит. Хорошо, что мой первый учитель научил ставить защиту от такого вторжения. Хватило бы сил удерживать. Главное, не разговаривать с ним.

— Лидия, мне нужно знать, сколько завещаний написал Ваш отец. Дело в том, что в наличии имеется одно, предъявленное нотариусом. Наследником, согласно этому документу, является Ваш сводный брат. Вас это устраивает? Если да, то мы закрываем дело, завязываем бантиком и кладем на полку. — Девушка судорожно сжала руками голову, потом ненавидяще посмотрела на Тибальта:

— Вон из моей головы, придурок! Я хочу поговорить с ней. Выйдите все! — Как ни странно, артисты послушались и покинули гримерную. Только рыжий прислонился к стенке, прикидываясь торшером. Лидия устало провела пуховкой по лицу, согнулась, доставая из-под стола большой пухлый кожаный портфель. Она порылась там, потом достала листы, упакованные в прозрачный файлик:

— Вот. Завещание отец написал полгода назад. Все подписи и печати заверены нотариусом нашей семьи. Мне не разрешают обратиться в суд, а ведь уже пора? Полгода не прошло, но я хочу заявить права на наследство. Только не знаю, как это сделать, ведь днем мы спим.

— Можно взять бумаги с собой? Обещаю вернуть по первому требованию. Или передать судье вместе с Вашим заявлением, если хотите. Давайте прямо сейчас напишите, а я отнесу.

Вампир отклеился от обоев и подошел ближе. Можно подумать, у него плохо со слухом. На всякий случай свернула доверенные бумаги в трубочку и крепко прижала к груди. Мы попрощались с Лидией, и я побрела в обратном направлении, заранее прикидывая план действий. Рыжий приставучий нахал шел на шаг позади меня и нудил:

— У меня есть контрамарки на следующее представление. Хотите? Могу выделить четыре штуки. Или пять. Чуть не забыл, мы открываем клуб на набережной, там по четвергам будет мужской стриптиз, приходите, Вам понравится, я буду выступать обязательно. — Похоже, кто-то хочет меня задержать подольше в стенах знаменитого театра.

Монолог в исполнении одного актера прервался злобным шипением возле запасного выхода на улицу. Из-за двери выступила группа поддержки в виде двух клыкастых экземпляров, одетых в форму охранников. Они оскалились и недвусмысленно угрожали мне, загораживая проход. Рыжик тоже перестал доставать пустым разговором и снял маску, превратившись в опасного хладнокровного хищника. Им явно доставляли удовольствие страх и беспомощность жертвы, загнанной в угол, похоже, они впитывали эмоции буквально на глазах. Тибальт резко дернулся в мою сторону, я инстинктивно прижалась спиной к стене, прижимая к груди сумочку и сверток документов. Вампиры рассмеялись.

— Отойди от нее, — прошелестел холодный голос. — Ты не знаешь, что она такое. А я знаю. Оставь её мне и уходи, если не хочешь разделить участь Гордона. — Ужас, который охватил меня, невозможно описать словами. Как будто кто-то ледяными омерзительно влажными пальцами пробежался по позвоночнику сверху вниз, ввергая тело в состояние ступора, заставляя цепенеть мышцы и охлаждая кровь.

В это мгновение в двери врезался грузовик. Нет, ошибаюсь, всего лишь разъяренный демон. Пылающая фигура Лиала заставила вампиров отступить и пригнуться. Они шипели, выставив клыки, скрючив когтями пальцы, но не смели пошевелиться. Я посмотрела дальше по коридору. Пусто. Никого. Осторожно, по стеночке, вышла на свежий воздух, прячась за спиной неожиданного заступника.

На улице меня ждала серьезная головомойка. Шеф разозлился и, не откладывая выговор на завтра, решил донести свою точку зрения до бестолковой ведьмы прямо сейчас. Он навис над моей несчастной голодающей фигуркой, пытаясь внушить что-то серьезное. Я не слушала. Суп давно переварился, и желудок требовал более существенное подкрепление. Всегда хочу есть, если перенервничаю. Где-то посреди их возмущений явился Адайр, молча ухватил меня за талию, кивнул остальным зрителям, прощаясь, и потащил в машину.

Всю дорогу этот тип сердился, пыхтел и демонстративно молчал. И только, когда он собрался войти в дом вместе со мной, я не выдержала.

— Думаю, тебе пора назад, в ситхен.

— Нет, я останусь здесь сегодня. Для защиты. Ты же не думаешь, что они оставят произошедшее без последствий? Ночь — их время. — Адайр исчез в гостиной и появился на кухне минут через пятнадцать, уже переодевшись в майку, старые джинсы, босиком. Домашняя идиллия, ужин при свечах и Мег, в качестве прислуги. Я начинала потихоньку злиться. Совершенно некстати вспомнились слова Рель:

— У меня к вам вопрос, — Адайр даже не изволил голову поднять от тарелки с томатным супом. Ага, я, значит, должна доедать минестроне. А этому оккупанту — гаспаччо и отбивные! — Мег, чего это ты итальянскими рецептами увлеклась? — Брауни достала с полки книгу, давным-давно подаренную мне кем-то из клиентов.

— Вот. Мне Рель читает, иногда Дэклан. Тебе не нравится?

— Очень вкусно, спасибо большое. Хочешь, я тебя научу, будешь сама читать. — Мег поставила на стол корзиночку с домашним хлебом, погладила меня по голове, вздохнула и ушла. Оставила нас наедине. Чуткое существо, тактичное. Не желает участвовать в скандале.

— Адайр, я жду ответа.

— Ты что, не видишь? Я кушаю. — Ну вот, даже злиться теперь неинтересно. Ещё один любитель телевизора. Я сложила руки на груди, изображая крайне раздраженную особу. Оккупант посмотрел на это, фыркнул и продолжил нарезать ножичком отбивную.

— Говори, слушаю, — и вилку держит левой рукой! Воспитанный попался мужик, умеет столовыми приборами пользоваться. Витарр просто руками ел, не заморачиваясь с вилкой и ножом.

— Что ты здесь делаешь? К чему рисунок у меня на виске, кстати, не смывается, холера такая. И что имела в виду Рель, когда сказала, что тебя мне подарили?

— Йен — твоя собственность, знаешь?

— Помню слова Королевы. Только не вполне осознаю.

— Она решила, что тебе нужен мужчина, и отправила меня. Можешь пользоваться. — Адайр вернулся к поеданию отбивной. Между прочим, на ночь есть вредно. С другой стороны, голод не даст нормально выспаться, поэтому я взяла ложку и взялась за свой суп. Пока ела, до меня дошел очевидный факт.

— Так ты из-за этого пыхтишь и злишься весь вечер? Не держу, вали в свой холм после ужина. Жила как-то до сих пор без диктаторов, и дальше проживу. Только скажи, как краску смыть. Или нет, лучше спрошу у феечек.

Я ушла во двор. Считать звезды, успокаиваться, размышлять. Детективная загадка требовала решения, а четкая и правильная картина не выстраивалась. Такое ощущение, что не хватает кусочка мозаики. Главного. Ведь кто-то придумал эту аферу с отъемом денежных средств у начальника архива. В жизни не поверю, что пухлый братик Лидии сам додумался до пожара и вампиров. О, так и знала, что что-то забуду. Надо было спросить у девушки, где её мать. Глаза стали закрываться сами собой, пришлось вставать и идти ложиться спать.

Не повезло. Спальное место оказалось занятым. По диагонали кровати, лежа на животе и выставив на обозрение всем желающим мощные мускулы спины, свесив руку до самого пола, дрых негодяйский захватчик! На моей подушке! Джинсы валялись тут же на полу, прикрытые сверху небрежно брошенной майкой. Рисунок на виске резко зачесался. Потом так же быстро ощущение зуда прошло. Ладно, завтра разберусь. Взяла с кресла плед и ушла на улицу. С удобством устроилась на скамейке. Засыпая, подумала о том, что тело будет болеть до самых пяток.

Утро началось с запаха свежесваренного кофе. Сами знаете, этот аромат разбудит кого угодно! Мег подвинула ко мне табуретку, застелила её салфеточкой и аккуратно поставила большую кружку и корзиночку с двумя круассанами. Без начинки. Сама присела рядом и сочувственно подперла ладошкой щеку, глядя, как я жмурюсь от удовольствия, делая первый глоток.

— Чем тебе наш красавец не угодил? Высокий, умный, сильный. Волосы вон какие, шелковистые, длинные.

— А тебе нравится?

— Конечно, — Мег ладошкой прикрыла рот и хихикнула. — Только это же Высшие, нас они даже не замечают. Кто мы для них, так, навязчивые существа. Болтаемся под ногами, мешаем.

— А кушать, значит, то, что вы готовите, нормально. Он хоть поблагодарил тебя вчера? — Мег отрицательно покачала головой и вздохнула. — Ну, и на что он нам сдался? — Я потянулась всем телом. Ох и хрустят косточки после спанья в скрюченном виде.

— К примеру, Йен хоть пользу приносит.

— Какую? — Рель проснулась на мою голову.

— За тобой присматривает. По хозяйству помогает. Кажется. — Аурелия засмеялась, звонко, как колокольчик. Феечки поддержали, закружились вокруг разноцветным хороводом, поднимая настроение и отгоняя мрачные мысли. Засмотрелась я на их пилотаж, совершенно выбросив из головы вообще все глупости. Зря. Потому что возмущенные вопли за спиной испортили всю идиллию. Наша цаца выползла во двор в одних трусах, потрясая майкой. Хоть бы штаны надел, бессовестный! Ещё и чихает непрерывно. Рель укоризненно посмотрела на меня:

— Несса, как тебе не стыдно?

— Чего это мне должно быть стыдно? Явился без приглашения, занял мою кровать без спроса, супчик съел и спасибо не сказал.

— А ты ему майку перцем посыпала в воспитательных целях? Надо было Дэклану или Йену сказать. Отфеячили бы за милую душу!

— Не, на них наша пыльца не действует. — Глубокомысленно отметил Дэклан. — Мы пробовали.

— Возьми и постирай, срочно, — Адайр бросил майку брауни, — и джинсы тоже!

Получается, я навредила своей выходкой Мег? Не бывать этому. Пускай сам стирает. Кому оно надо в конце концов?

— Ты должна обо мне заботиться, а сама кофе пьешь в одиночку. — Сердитый Адайр, обиженно прижал испорченную майку к груди. Тут же снова расчихался. Мег вздохнула, забрала тряпку и пошла за штанами. Феечки, исполненные сочувствия к пострадавшему от происков злобной ведьмы собрату, принялись виться вокруг его головы, напрашиваясь на разрешение наплести кучу косичек из его гривы. Пока разомлевший страдалец, завернутый в мой плед, восседал на скамейке и терпеливо ожидал окончания мучений по причесыванию, я просмотрела бумаги, полученные от вампирши. Два раза подряд. Определенно, здесь есть подсказка. Только почему-то, я её не вижу. Может, сходить в отдел и посмотреть другие документы? Я-то их не видела. Воодушевленная свежей идеей, попрыгала одеваться. Джинсы, футболка, свитер, куртка, и, правильно, теплые носки. Почти готова. Где моя любименькая большая сумка? В поисках я снова выскочила во двор, где цаца мужского рода восседала с новой причудливо заплетенной косой перед накрытым завтраком. Надеюсь, запасных джинсов у него нет.

— Мег! Отдай сумку, мне надо срочно на работу сбегать. Могу купить что-нибудь из продуктов, если скажешь. Это почему ты ему даешь круассаны с шоколадом? Мне, значит, без ничего. Ладно, ладно. Так, я побежала. Всем сидеть дома, ведите себя прилично. — Конечно, никто не стал меня слушать. В собственном доме не уважают, безобразие! Рель тут же сообщила, что сумка у Мег в сарайчике. Пришлось ждать, пока домохозяйка нальет какао этому бездельнику, потом, чтобы мне вернули собственность, потом проверять все ли нужные вещи я взяла. Переложила камни из клатча во внутренний кармашек куртки. О, документы! Когда я, наконец-то собравшись, вышла к машине, Адайр уже ждал меня. Нашлись у него и джинсы, и футболка, и куртка. Даже кроссовки откуда-то выкопал. Очевидно, что эта одежда намного роднее для него, чем вчерашний костюм.

— Давай пройдемся пешком? Октябрь. Листья меняют свой цвет и падают. Чувствуешь, как пахнет? — Я подозрительно уставилась на мужчину. Принюхалась. Соседи жгли мусор. Чувствую запах паленых перьев. Ну, ладно, ходила же я раньше и ничего. Пройдусь с удовольствием.

Суббота. В парке кто-то спешит на аттракционы, кто-то в игровые павильоны, а, в основном, люди просто гуляют по аллеям и наслаждаются прозрачным осенним воздухом. Дорожки уже подмели, только на лужайках и клумбах остались листья, опавшие за прошедшую ночь. Мне показалось, что я здесь одна. Что Адайр растворился в шелесте красных и багровых листьев, в пожелтевшей траве, в стволе дуба, мимо которого мы прошли минут десять назад. Вернулся к первоначальному состоянию.

Ведь фэйри сами по себе и есть воплощение природы, которая приняла антропоморфную форму, чтобы осознать самое себя. Природа по сути своей не злая и не добрая. Просто Жизнь. Фэйри могут быть жестокими, как мороз в конце марта, а могут быть необходимыми, как солнце каждый день. Фэйри живут долго. Для них существует только смена сезонов, но не само время. Нет времени, нет пространства, нет расстояний. Но у них нет и подлинной свободы, которой одарен только человек. Свободы творчества. Что такое песни фэйри? Ветер в осенних листьях, шум морского прибоя, шелест крыльев потревоженных летучих мышей, песня жаворонка ранним весенним утром в голубой высоте небес, полет бабочки-однодневки. А волшебные танцы? Вихрь метели, блеск инея в лучах рассвета, журчание ручейка, еще не ставшего полноводной рекой, бег стаи волков. Только для кого вся эта мощь, величие, красота? Кто напишет картину, сочинит пьесу, испечет пирог, построит дом, родит детей, чтобы они жили в гармонии с Миром? Человек. Слабое существо. У которого есть разум, свобода выбора и возможность творить. Только, благодаря человеку, фэйри получают возможность осознать всю прелесть жизни, понять, как ощущается миг между прошлым и будущим. У людей они учатся любви и ненависти, прощению и милосердию, уважению или высокомерию. Фэйри играют с человеком, наблюдают за ним. И в процессе учатся быть по-настоящему живыми.

Потому что они понимают, их судьба

навсегда связана с людьми. Что случится, если исчезнет человек? Фэйри растворятся в породившей их природе, вернутся к бессмысленному существованию жизни ради жизни. Вот вы сами хотели бы снова стать плесенью, после того, как почувствовали качество жизни, переживания, чувства и краски мира людей?

Адайр стоял, обнимая дерево, и мечтательно улыбался своим таинственным мыслям. Я похлопала его по плечу, призывая вернуться в реальность:

— Пойдем уже, разберемся с делами и вернемся сюда опять. Хотя, если хочешь, оставайся. Я и сама справлюсь. — Фэйри перевел на меня взгляд, потом погладил кору дерева и усмехнулся.

— Нет уж, одну тебя отпускать нельзя. Прав был Бранн, когда предупреждал меня о твоей безответственности. Ты же совсем не думаешь о последствиях. Идем вместе.

Спорить я не стала, просто пошла быстрее, практически побежала. Внутри поселилось ощущение тревоги, поэтому хотела понять, откуда оно взялось. Дома все в порядке. Остается отдел. Поднявшись на второй этаж, неприятно удивилась. Все сидят в кабинете у шефа и что-то обсуждают. За моей спиной, значит.

Бранн в наличии имелся, а его подруги не было. Спрошу:

— Всем привет! Могли бы и меня позвать на совещание, — народ переглянулся, — а где Кармен? Наверное, ей тоже не сообщили, как мне, да? Заговорщики. — Я замолчала, почувствовав руку Адайра на своем локте.

— Несса. Кармен украли. А еще взяли Тимофея и его жену. Они сами впустили вампира в дом. — Карл сочувствующе вздохнул и добавил, — Нам сказали, что могут обменять их на тебя. Сегодня, после обеда. При свете дня на площадке, возле университета. Ольга предложила не говорить тебе, самим найти способ освободить людей. Вот, ищем. А ты зачем пришла, сегодня же выходной.

— За компьютером. Новый ноутбук испортился, пришла за старым. Ребятам отдавала в технический отдел, обещали сделать. И документы надо в сейф положить. У меня дома хранить опасно. — Голова закружилась и на какую-то долю мгновения я потеряла сознание. Впрочем, это состояние быстро прошло. Адайр обнял меня и придержал, не дав упасть на пол. Кажется, больше никто не заметил, кроме Бранна. Все вопросительно уставились на меня. Странно, начальник здесь вроде Карл.

— Мы так ничего и не придумали. Несса, ты что предложишь?

— Обмен, конечно. Разве могут быть другие варианты? Трое против одного. Нужно позвонить, или они сами свяжутся? — Хорошо, что взяла сумку, как чувствовала, что пригодится. В принципе, я же могу бежать сразу, как только наши сядут в машину. Если не получится, узнаю, кто и зачем затеял всю эту возню.

— Несса, браслет все еще у тебя? Ты сможешь позвать меня в любое место, только поверни его против часовой стрелки, — Спасибо, что напомнил. А то я уже подзабыла, зачем на моей руке болтается черное украшение. Сзади покашлял фэйри.

— Меня тоже. Я почувствую, когда тебе будет грозить опасность. Или просто по имени позови и представь в сознании мой образ. — Кажется, это мне так вежливо сообщили, что мы связаны. Почему тогда у меня рисунок, а не татуировка?

— Несса, не отвлекайся. — Тихо сказал Адайр. — Рисунок через пару дней впитается, и связь окрепнет. Татуировки ваши — каменный век. — Ладно, теперь могу и повредничать. Надо же мне успокоиться.

— Хочу диктофон, самый маленький. И передающее устройство. Как в кино. Там на животе засылаемого агента закрепляют такую штуку с проводочками, а специальные сотрудники едут сзади в микроавтобусе с тонированными стеклами и слушают все разговоры. И ещё отслеживают по маячку, где находится фигурант. А, на случай, если устройство обнаружат и отнимут, в левом каблуке туфли спрятан еще один маячок. Да! И ручку хочу, которая стреляет одной пулей, но точно в цель! Джеймса Бонда такая выручила. И ещё…

— Несса, остановись. — Устало вздохнул шеф. Что-то часто он сегодня вздыхает, надо будет проверить, как у него с сердцем. Если вернусь.

— Вернешься, — прошелестели листья возле уха. У меня глюки? Или кто-то слышит мои мысли? Мало мне Шайлы было.

— Мы понимаем, что ты хочешь разрядить обстановку, но, поверь, нам не смешно. Никого обмануть тебе не удастся. Электроника в твоем присутствии не работает, сгорает. Так что вся надежда только на мальчиков. — Шеф потер рукой левую сторону груди и похлопал по столу. — Давай бумаги.

— Какие?

— Ну, ты в сейф хотела положить документы. Давай. Потом разберемся, что с ними делать. И торбу свою оставь. Они предупредили, чтобы ты пришла с пустыми руками. — Правильно. У меня там, в специальной коробке, припрятаны бомбочки, изготовленные Кармен для прошлого раза. А на себе их негде спрятать. Обидно. Кстати, как это Бранн допустил, чтобы подругу похитили? Спросить, что ли. Нет, я оценила на его скорбную физиономию, потом узнаю. Когда всё закончится.

В два часа дня мы приехали к месту встречи. Со стороны вампиров было три человека. Два громилы с перекачанными мускулами и противный адвокат, уже знакомый по прошлому визиту. Эх, жаль, Рель с Йеном остались дома. Пыльца за шиворот разбавила бы напряженность момента, определённо. Не желая терять времени, я направилась к синему Мерседесу. Мне навстречу вышел Тим со своей женой. На видимых частях тел укусов не видно. Надеюсь, их не тронули. Странно, а где наш эксперт? Я остановилась.

Адвокат что-то сказал одному из сопровождающих. Тот согнулся, вытащил безвольное тело Кармен, положил себе на плечо и понес к нам.

— Слушай, мужик, — прошипела я сквозь зубы, еле сдерживаясь. — Если с ней хоть что-нибудь случится, первым ответишь ты.

Бранн молнией метнулся к бодибилдеру, забрал у него девушку, и первым делом коснулся шеи. Потом кивнул, подтверждая, что она жива. Ребята погрузились в автомобили и уехали. А я осталась одна рядом с предателями человеческой расы. Ну, что ж. Всегда есть другая сторона у каждого события. Надо только её найти.

Зарисовка 23. Окончание эпизода с вампирами. Временное, конечно.

Я смотрела, как уезжают ребята, надеялась, что с Кармен все в порядке, размышляла. Благо, адвокат перелистывал свои бумажки, не требуя немедленного усаживания в транспортное средство. Почему вчера, в театре, меня понесло в гости к Лидии? Ответ может быть только один. Кто-то очень сильный поиграл во время спектакля с мозгом. Мы же полностью прониклись пьесой, забыли о реальности, расслабились, наслаждаясь мастерской игрой актеров. Легкий импульс, и я, как овечка, топаю на заклание. Только агрессивное поведение рыжего вынудило меня поднять щиты и начать действовать. Вот почему так тяжело было уходить из гримерной, шла через силу, преодолевая чужое притяжение.

Один из культуристов открыл заднюю дверцу и молча ждал, пока моя светлость изволит устраиваться на сиденье. Адвокат сел с другой стороны, снова открывая блокнот и папку с бумагами. У самого полный кейс документов, а мне даже сумку не разрешили взять! Видимо, предполагается, что я должна молча трястись от страха, переживая за свою жизнь.

— Что такое важное ты читаешь? — Не реагирует. Ладно, попробую иначе. Из принципа буду надоедать, пока не разозлится.

— О, вот эти листики мне знакомы, ну-ка, дай сюда, посмотрю. — Отдал без звука. Странно. Так, поглядим, что здесь есть любопытного. Акт передачи недвижимости и вкладов, принадлежащих начальнику порта. Ничего себе наш гражданин наработал денежек за пять лет пребывания в должности. Читается, как детектив. Коррупция погубила не одну страну, нашу в том числе. Вот и наглядный пример, как это происходило. Кому же, в результате, повезло заиметь для себя эти богатства? Должно быть на последней страничке.

— Отдай, — адвокат отнял такие интересные листики и спрятал в папку, под замок. — Незачем тебе знать, на кого переписал свое имущество этот тип.

— Почему?

— Потому что свою роль документы выполнили. Ты за дорогой не следила, пока читала. И мешок не понадобилось на голову надевать. Вдруг Хозяину захочется тебя отпустить. Не сможешь никому рассказать, где была. — Посмотрела вперед через лобовое стекло. Вроде умный дядя. Как я могу не узнать знакомые скалы? С другой стороны, пусть так думает, если хочет.

Водитель остановил машину возле кованых ворот, покрытых черной краской. Даже не присматриваясь, на створках можно было разглядеть стилизованные изображения вытянутых в длину лиц с открытыми ртами, взывающими о помощи. Я тут же решила, что художник, создавший эскиз для изготовления этих чудовищных картин, явно имеет больную психику или извращенное восприятие действительности. С другой стороны, а чего ожидать от вампиров? Заказчики-то они. Адвокат нажал кнопку звонка на столбе, сложенном из кирпичей, выкрашенных под цвет ворот, и совершенно незаметную для того, кто не знает, что она там есть. Раздался скрип, и над стенкой поднялась видеокамера на автоматической ножке, передавая кадры с посетителями. Через пару минут ворота, скрипя и покряхтывая, как живые, раскрылись ровно настолько, чтобы в щель поместилось моё тельце, получившее от ближайшего громилы любезное приглашение открытой ладонью в спину. Стоило мне оказаться по другую сторону забора, как тяжеленные изделия кузнеца-шизофреника захлопнулись с громким стуком. Компания, сопровождавшая меня, без единого звука загрузилась в Мерседес и свалила в обратном направлении. Даже ручкой не помахали. Я вернулась к воротам, попыталась открыть, изо всех сил расшатывая и толкая. Железные монстры даже не пошевелились. Зря, конечно, но во всех фильмах ужасов героини поступают именно так, и у них получается. Вообще, сегодня прослеживается нехорошая тенденция. Меня привозят, оставляют одну, уезжают. Печально взирая на идеально гладкий трехметровый забор с колючей проволокой по периметру, я крутила браслет сначала против часовой стрелки. Потом по часовой стрелке. Потом разозлилась и вертела уже во все стороны. Потом плюнула на это безнадежное дело и стала осматривать достопримечательности. Буквально сразу же, за моей спиной, обнаружился тип с характерной наружностью классического дворецкого. Незаметно подкрался. Костюм-тройка мрачно-серого цвета, начищенные туфли, галстук-бабочка и внимательный взгляд карих глаз вкупе с чисто выбритым черепом произвели на меня неизгладимое впечатление. Я даже приподнялась на носочках и погладила череп ладонью. Гладенький. Лицо мужчины никак не выразило его отношение к моему поступку.

— Как зовут? — Воспользовалась шаблонной фразой. Просто ничего больше в голову не пришло.

— Честертон, дворецкий. Прошу пройти в дом, на улице к вечеру становится неуютно. Сегодня весь день ветер с севера. — Он повернулся ко мне спиной и пошел по направлению к замку. Пожав плечами, двинулась следом, попутно рассматривая здание. Никакой старины, постройка свежая. Видимо, строитель этого кошмара взял за образец готическое здание из кинофильма про семейство Адамсов. Вытянутые, с заостренными крышами, башни по углам дома. Узкие стрельчатые окна с витражами. Все вместе гармонично усиливает величественный облик устрашающего дамское воображение строения, а лучи уходящего за горизонт солнца, падая на облицованные багровым гранитом стены, создают иллюзию камня, политого кровью. Растительности на территории, огороженной с таким тщанием, нет вообще. Только колючки какие-то возле забора. Я обошла замок ужасов вокруг и убедилась в том, что он построен на скале, обрывающейся прямо в море. Забор со стороны обрыва отсутствует, но сбежать, не имея навыков альпиниста, у меня не получится. Дворецкий невозмутимо стоял в ожидании, придерживая входную дверь открытой. Пришлось сделать вид, что я просто осматривалась, даже где-то любовалась пейзажем, и все-таки войти в логово врага, ощущая себя героиней одного из готических романов Анны Рэдклиф. Не хватает привидения и демонически прекрасного хозяина замка. Скрип закрывающейся двери, а потом щелчок замка, напугали почти до смерти. Образно выражаясь. Честертон кашлянул, а, когда я посмотрела на него, показал рукой направление, чуть склонив голову:

— Вам предоставлена зеленая комната, мисс. Ужин будет накрыт в девять вечера. Пожалуйста, не опаздывайте, Хозяин любит, чтобы все спускались вовремя.

Только когда захлопнула за собой дверь и задвинула засов (откуда он здесь?), я успокоилась. Даже смогла улыбнуться, вспоминая, как лысый дворецкий, преисполненный чувства собственной важности, с идеально ровной спиной медленно удалялся по коридору. Прижавшись к двери, стала осматривать комнату, разделенную на две зоны. Мрачный темно-зеленый цвет обивки кресел и дивана удачно сочетался со светлыми прозрачными занавесями цвета только распустившихся березовых листьев, настолько легкими, что их влияние совсем не ощущалось. Высокие окна открывали потрясающий воображение вид на море. В отличие от полосатых обоев. Тонкая полоска болотного цвета, потом оливковая широкая полоса. И еле заметный рисунок лиан, нанесенный на эти глупые полосы серебристой краской чуть заметными мазками. На холодном полу, выложенном "очаровательной" плиткой с мутными светло-зелеными разводами, возлежал большой, даже огромный, ковер с геометрическими узорами, ожидаемо, в зеленых тонах. Позитивный такой, пушистый. Можно разуться и походить босиком. Говорят, стресс снимает. В помещении царил промозглый холод, похоже, здесь никто и никогда не топил. Камина нет, батарей водяного отопления тоже. Хорошо, что у меня не отняли куртку. Если попрыгать, глядишь, не замерзну. Справа, в дальнем углу раздался еле слышный скрип. "Шуршавчик!" — подумала я, подкрадываясь, чтобы поймать визитера. В этой половине комнаты стояла обычная двуспальная кровать с покрывалом цвета мятных листьев. Постельное белье, наверняка, тоже какого-нибудь навязчивого оттенка. Вот балдахин над кроватью выделялся своим сиреневым цветом из общей гаммы. Хотя рисунок на ткани, конечно же, был зеленым. Веточки и листики. Старательно переставляя ноги, я заглянула за ширму, скрывающую правый угол. Ага! Какая-то девушка в белой косынке и накрахмаленном белом фартуке развешивала зеленое шелковое платье без рукавов на манекене. Ну, надевать на себя шелк в такой холод я не собираюсь. Пусть даже не надеются. Девушка поставила босоножки на высоком тонком каблуке и ушла в потайной ход, предварительно нажав что-то слева на стене. Она не оглядывалась, поэтому мне удалось проскользнуть вслед за ней, пока закрывалась движущаяся в стене панель. Я немного подождала, чтобы горничная ушла подальше и медленно пошла следом, спускаясь все ниже, если считать от уровня зеленой комнаты. Проход освещался тусклыми светильниками, прикрепленными в шахматном порядке справа и слева к стене чуть выше человеческого роста. Камер наблюдения не было, поэтому я спокойно шла, старательно заглядывая во все попадающиеся ответвления и глазки, проделанные в стенах. В одной нише пришлось задержаться, очень уж любопытная картина предстала перед моими глазами. С моей стороны, в нише было окно, узкое, но прозрачное. А с другой стороны, думаю, это выглядит, как зеркальная часть интерьера. Не хватает только мрачной музыки в стиле Джорджа Харрисона. За стеклом спиной ко мне в кресле сидел неизвестный мужчина. Сумела рассмотреть только черные волосы, собранные в хвост обычной черной резинкой. А вот напротив него, лицом к зеркалу, стоял начальник всей городской полиции. Склонив голову, он что-то говорил, иногда кивая и соглашаясь, а иногда отрицательно качая головой вправо-влево. Жаль, что не умею читать по губам, а подслушать не получается. Неправильный девайс, годится только для подсматривания. Когда я начала настойчиво шарить рукой по стенке в поисках включателя для микрофона, должен же он быть здесь, шеф полиции откланялся и вышел вон. А незнакомый субъект встал, лениво потянулся, потом обернулся к зеркалу и, насмешливо приподняв левую бровь, улыбнулся, обнажая клыки. Я замерла. Тогда он что-то нажал на пульте, и стена с зеркалом беззвучно отошла в сторону.

— Прошу, входите, — чудовище склонилось в шутовском поклоне, — не стоит мерзнуть в коридоре. Там не топят. — Он подождал, пока я войду, и снова нажал кнопку. Стена встала на свое место. Вампир прижал руку к груди:

— Бен Монтгомери, а как зовут тебя, гостья из внешнего мира?

— У вас здесь нигде не топят. Кругом скоро льдом стенки покроются, — ворчливо отметила я, поднимая крышки от хрустальных графинов. Надо же определить, где бренди. Мне бы не помешала капелька. — Монтгомери, известная фамилия, соответствует графскому титулу?

— Разреши, я сам. — Вампир молниеносно поймал графин в полете (каюсь, уронила) и поставил его назад, на столик для напитков. — Могу предложить коньяк, виски, водку, кофе, чай.

— Кофе, пожалуйста. Черный горячий, без молока, без сахара. — Хозяин апартаментов кивнул, дернул за шнурок с кисточкой и уселся в кресло, сложив музыкальные пальцы домиком. Вполне себе аристократ в надцатом поколении. Высокий, худощавый, подвижный, лицо слегка длиннее, чем я привыкла видеть. Нос длинный с горбинкой, глаза обычные, серые, опушенные густыми черными ресницами. Залысины не портят общее впечатление. Кожа бледная, на солнце явно не бывает.

— Нет, солнечный свет мне вреден. — И этот читает мои мысли? Не голова, а проходной двор. — Мне незачем лезть в твою голову. Извини, но у тебя очень выразительное лицо. Ах, эти разноцветные волосы, моя слабость. Надеюсь, сегодня ты распустишь их для меня, когда наденешь платье к ужину. Кстати, чем тебе не понравилась комната? — Он плеснул себе в стакан виски.

— Слишком зеленая. Просто испугалась, что превращаюсь в лягушку, квакать начну, доведу до сердечного приступа дворецкого. Ты не ответил на вопрос. — Дверь тихо открылась, вошла уже знакомая мне девушка с подносом в руках. Она поставила кофейник и две чашки с блюдцами на стол, дождалась кивка от хозяина и удалилась. Я смотрела на её действия, как на игру актрисы в кино. Да, чего-то в этой жизни не понимаю, определённо.

— Ты права. По рождению я — граф Монтгомери. Старший сын. Титул должен был перейти ко мне, но брату это не понравилось. Он не захотел идти служить в армию или примерять рясу священника. Просто убрал меня с дороги. Дело давнее, но вспоминать по сей день неприятно. — Вампир встал, подошел ко мне, разглядывая и принюхиваясь. Надеюсь, запах ему не понравится. А то в первой серии "Сумерков"… Чудовище не засмеялось, хотя чувствовалось, то ему очень хочется. Но, имидж, никак не можно ржать, как жеребец.

— Поверь, мы уже и сами были не рады, когда запустили серии в прокат. Теперь каждая влюбленная дурочка настаивает на сцене в лесу. Якобы хочет посмотреть на сияющую грудь вампира. — Мой удивленный взгляд он истолковал правильно. — Ну, да, книги и фильмы оплачены из нашего кармана. Надо было готовить почву к легализации. А вот ты ни в каком месте не ведьма. Даже связи с демоном нет. Так что зря они притащили тебя сюда. Ничем ты нам помешать не сможешь. Гордон сам виноват, расслабился, увлекся постановкой, хотя ему просто нужно было дать денег вашим чиновникам. Ладно, закончили разговор, иди, переоденься и не забудь распустить волосы. — Дворецкий вошел в открывшуюся дверь, замер неподвижно, ожидая, пока моя светлость примет правильное решение. Не оглядываясь на графа, я вышла и отправилась дальше по коридору. Честертон обогнал меня, жестом указывая другое направление. Подумаешь, понастроили тут закоулков, а снаружи вполне приличный замок, без изысков. Меня проводили до самой комнаты и заперли на замок. Стена в углу тоже не отодвигалась. С другой стороны выпила горячего кофе, взбодрилась. Печенья, правда, не предложили. На настенных часах минутная стрелка догнала часовую, и скрытый колокольчик прозвенел восемь раз. Заскрипела ставня за окном, рама открылась сама собой, случайным порывом октябрьского ветра надулась занавеска, за ширмой упал босоножек. Стою, жду, когда упадет второй. Сердце бьется через раз. Тишина, только постукивает ставень снаружи об стену. Мурашки, появляющиеся от страха на коже, отгоняю сознательно. Разве может быть в этом месте что-то ужаснее хозяина? За спиной, со стороны комода послышался тоскливый вздох:

— Чего в обморок не падаешь? Привидений боятся все, кто здесь бывает. Пошумлю, а они — бац, и в обморок. Смешно. — Обернувшись, я увидела маленького домового. Настоящего! Про таких существ только в сказках читала, а живьем ни разу не встречались. Интересно, что, если смотреть прямо на него, никого не видно. А, если краем глаза, то вполне приличный парнишка, в красных шароварах, вышитой рубашке и лаптях. Ай, настоящие лапти-то, и вихры, давно нестриженные. Видно что-то такое он прочитал у меня в глазах, потому что намылился убегать. Но я оказалась быстрее. Цапнула его уже на выходе в очередной потайной ход. Правда, маленький, как норка для крысы. Так ведь и парнишка небольшой, как раз с ладонь высотой.

— Ты это, отпусти меня, пора уже собираться на ужин званый. Гости давно уже топчутся, хозяина ждут.

— Не убежишь?

— Ладно уж, побуду тут. Переодеться тебе обязательно надо, а то граф рассердится. — Домовой выскользнул у меня из рук и уселся на столике. Пока я возилась с платьем и прической, он успел рассказать, что на этом самом месте стоял деревянный дом, в котором жила семья домовых. Старик, хозяин дома, умер, а его наследник продал участок. Домовые помыкались и ушли дальше по склону, искать себе жилище. А вот он, Матвей, взрослый, остался здесь. Дождался, пока строительство закончат, и живет уже, почитай, семь лет. Граф приехал два месяца назад, тогда же и прислугу наняли, а до этого замок стоял пустой, только сторож приходил иногда.

— Ты волосы распусти, чего в кучку собрала и заколола. Ему не понравится. — Я уже минут пять вертелась перед зеркалом в зеленом шелке, чувствуя, что замерзаю. Подумала и надела сверху свитер. Некрасиво. Быстро переоделась в свои вещи, даже куртку на молнию застегнула. Вот, теперь хорошо. Домовой вытаращенными глазами следил за моими переодеваниями.

— Он тебя все равно не отпустит, так какая тебе разница: замерзнешь или тебя съедят? — Разумный вопрос, только ответа на него у меня нет. Пока нет. — Ой, я же совсем забыл.

Здорово, у вампира домовой со склерозом и лысый дворецкий. Мне всё происходящее начинает нравиться, честное слово.

— Там, за воротами, симпатичный молодой человек. Впустить я его не могу. Но он просил тебе передать сумку, — домовой полез в нору и вытащил мою замечательную во всех отношениях, любимую сумочку. Ура, мы победим! — Сказал, что у тебя там вещи и лекарства. Вот, бери. Только опасные вещи я вытащил, у себя спрятал. — Не будет мне победного марша, а жаль. Я срочно зарылась внутрь торбочки. Вытащила можжевеловую палочку и спрятала во внутренний карман куртки. Достала шелковый индийский платок, намотала на голову, полностью закрыв волосы. Ещё раз покрутила браслет. Глухо, Бранна вызвать не получится. Матвей озадаченно наблюдал за метаниями по комнате нервной дамочки. Только я сообразила спросить, почему сюда не могут войти мои знакомые, как в дверь постучали. Домовой тут же скрылся под креслом.

Дворецкий невозмутимо придержал дверь, пока я выходила, попутно надевая сумку наискосок через голову и плечо. Мало ли, вдруг бежать придется. Нечего разбрасывать личное имущество по чужим помещениям. Большая, освещенная боковыми светильниками столовая была наполовину заполнена гостями. Дамы в вечерних шелковых туалетах, украшенные драгоценностями и слегка посиневшие от холода. Кавалеры в костюмах, при галстуках, беседующие возле разожженного камина о судьбах мира. Прислуга в форме разносит на подносах шампанское в высоких бокалах. Как будто, я попала в плохой черно-белый фильм. Удивительное дежа-вю. Все воспитанно отвернулись, не замечая моих кроссовок и китайской куртки. По лестнице, ведущей откуда-то сверху и прикрытой ковровой дорожкой, медленно спустился хозяин вечеринки в смокинге. Все восхищенно замерли, салютуя ему бокалами. Точно, фарс, самый настоящий.

— Добро пожаловать, дамы и господа, на вечеринку, посвященную середине осени. Прошу к столу, он накрыт чуть дальше. — Граф повернулся в мою сторону и замолчал. Только рукой махнул оркестру, чтобы музыкой сопровождали размещение гостей возле накрытого стола. Я сделала три шага назад, оказавшись рядом с проемом французского окна, в данный момент распахнутого настежь. Вампир мгновенно возник чуть сбоку и прошептал мне на ухо:

— Кому я велел переодеться? Приказы следует выполнять буквально. В наказание останешься без ужина. Иди на улицу и хорошенько подумай над своим поведением. А, чтобы тебе было не скучно, вот сопровождающие. Кай! Герда! Из темноты ночи к ногам хозяина выскочили два взрослых добермана. — Монтгомери поднял голову, посмотрел мне в глаза, и скомандовал:

— Беги! — Я тут же сорвалась с места. Покачнувшись на краю обрыва, успела заметить, как собаки, понукаемые криками зрителей, неслись выпущенными стрелами прямо ко мне. Ну, что ж, посмотрим, так ли холодна вода в октябре, как об этом рассказывают старушки на скамейках. Надеюсь, упаду в море, а не на какой-нибудь из торчащих камней.

Падать с такой высоты опасно, потому что удар о поверхность воды может лишить сознания, и, в этом случае, человек тонет, не успевая прийти в себя. Что-то такое случилось и со мной, потому что внезапно поняла, что стою перед Королевой в большом празднично украшенном зале, полном нарядно разодетых мужчин и женщин. С моей насквозь промокшей одежды стекала морская вода на пол, выложенный голубыми мраморными плитами. Там, в реальности, я тонула, поэтому здесь, в безвременье, даже не могла открыть рот и сказать, что со мной происходит. Королева, умолкшая на половине слова, резко выбросила руку ладонью вперед, как бы толкая воздушной волной меня в грудь.

В следующую секунду я пришла в себя и зашевелилась, стараясь выплыть наверх, к воздуху. Хорошо, что уже темно, сверху меня не видно. А шлепанье волн о камни, скрывает шум от моих усилий. Определённо, плавать в одежде тяжело и неудобно, в следующий раз надо будет захватить в гости купальник, думала я, методично загребая воду руками. Подплыв к берегу, обнаружила, что вылезти самостоятельно мне не удастся. Каменный склон поднимался вверх вертикально, и зацепиться не за что. Руки начали коченеть, сумка и одежда тянули вниз на дно. Уже отчаявшись, теряя последнюю надежду, увидела возле своего носа веревку. Намотала несколько раз вокруг правой руки, потом вцепилась левой в оставшийся хвост и дернула. Мою тяжеленную намокшую тушу медленно потащили, как рыбу удочкой. Сачка не хватает. Надеюсь, это не граф Монтгомери ждет своего улова.

Надежда оправдалась целиком и полностью. На небольшом выступе стоял Бранн, перебросив веревку через плечи, и помогал мне выбираться. Чуть выше, уже на ровном месте подпрыгивала от нетерпения Кармен, размахивая полотенцем в одной руке и свернутым в рулон одеялом в другой.

— Отвернись! — Приказала она своему Ворону и помахала рукой в сторону джипа, стоявшего на самом верху. — Иди, жди нас там. Пожалуйста. — Странно, но Бранн послушно потопал наверх, сматывая веревку. У меня так отдавать команды никогда не получалось. Даже завидно.

— Раздевайся скорее, синяя вся и трясешься. Еще не хватало воспаление легких заработать. — Подруга ворчала, стаскивая с меня мокрые насквозь тряпки. — Мы уже думали, что ты не догадаешься прыгнуть в море. А через забор перебраться нельзя, пробовали. Там защита мощная стоит. Даже фэйри не пропускает. Бранну перелететь тоже не удалось. Когда там кричать все начали, я так испугалась, боялась, что не увижу тебя больше. — Она растерла полотенцем все мое несчастное тельце и принялась одевать. Сухие вещи нашлись в лежащей рядом сумке. Поверх одежды Кармен нацепила на меня одеяло и набулькала что-то в кружку.

— Пей, это лекарство. — Чтобы я еще раз её послушала, да ни в жизнь! Потому что в кружке был чистый медицинский спирт, настоянный на жгучем перце. Слезы полились из глаз ручьем, вдохнуть не могла совсем, даже выругаться не получалось. — Ой, перепутала, я тебе кофе хотела дать. Это не тот термос. Сейчас исправлюсь. — Подружка поднялась и убежала под крылышко своего мужчины. Отрава подействовала. Руки, ноги согрелись, я сумела встать, сама дотащиться до автомобиля, напугав до икоты целующуюся парочку.

— Ну, и где обещанный кофе? Кстати, мне кажется, или здесь кого-то не хватает? — Кармен покраснела. — Говорите уже.

— Он там ворота заплел так, что теперь с участка никто не сможет выехать. Забор высокий, а возле ворот вырос терновник. Много. Им, чтобы выйти, нужно будет прорубаться через кусты. — Бранн почесал затылок.

— Или поджечь, — подсказала я. Ворон кивнул и резво побежал в темноту. Кармен помогла мне забраться в машину, забросила мокрые вещи в багажник, и мы поехали вслед за фэйри. Выручать из беды моего защитника, Адайра.

»Бранн, в переводе с кельтского, означает — Ворон»

Зарисовка 24. Не стоит плавать в море осенью.

Кусты терновника горели с шипением и потрескиванием. Остановив машину на дороге, мы с подругой застыли, как две неподвижные статуи, бездумно глядя на клубы черного дыма, которые медленно, но верно окутывали участок графа. Пока меня вылавливали из воды, ветер поменял направление, и сейчас порывы норд-оста усердно сдвигали пламя от костра к воротам. Минут через пять вернулись мужчины. Бранн занял переднее сиденье рядом с Кармен, а мне пришлось потесниться, чтобы чумазый, весь в саже, пропахший дымом Адайр устроился так, как ему удобнее. То есть, скукожился и замер возле дверцы, ожидая, пока пытка закончится, и его выпустят из железного чудовища.

— У них не получится разгрести завалы, пока не рассветет, — высокомерно заявил Бранн, пытаясь пальцами разодрать воронье гнездо на голове. Его изысканная прическа после наших совместных экзерсисов превратилась в слипшуюся кучу косичек, к тому же торчащих во все стороны и присыпанных пеплом. — Можно ехать спокойно, не спешить.

— Угу, а перелететь через забор тоже не выйдет? Пробурчала я, вспоминая кадр из фильма, когда древний вампир летит за грузовиком, стараясь выцарапать главных героев из кабины. Кто там сказал: сглазила? Точно, перед бампером нашего джипа спикировало кошмарное создание. Лысое страшилище, с торчащими ушами, глазами-щелочками и громадными кожистыми крыльями. Клыки торчали из раскрытой пасти, явно угрожая нам всем немедленной расправой и жестокими пытками. Оно протянуло к нам длинные когтистые руки

— Ааааа! — Закричали все хором, и Кармен нажала на газ. Я тихо, про себя, молилась Богине, чтобы хоть кто-нибудь выжил в приближающейся автокатастрофе. Наверное, вампир решил не рисковать своей драгоценной шкуркой и, перед самым столкновением, взлетел вертикально вверх. Хорошо, что вокруг была глубокая ночь, и дорога оказалась свободной, потому что скорость, на которой мы летели к городу, явно превышала все допустимые нормы из правил дорожного движения. Я посмотрела назад. Посреди клубов пыли, поднятой колесами нашего джипа, стояло и не двигалось чудовище, задумчиво глядя нам вслед. Любопытно, почему он не стал нас догонять? Зато я теперь точно знаю, как на самом деле выглядят вампиры. Уже плюс. Не просто так покатались за городом, а с пользой.

Следующим, что я запомнила, были большие голубые глаза Мег, когда она увидела, в каком состоянии меня втащили на веранду.

Пришла в себя, уже сидя в оцинкованном корыте, наполненном горячей водой, посреди кухни. Брауни как раз взялась отмывать волосы от морской воды, усиленно втирая остатки шампуня. Когда я в последний раз ходила в магазин? Не помню. Нужно будет до отъезда обязательно сползать, Мегги в супермаркет могут не пустить, а мыло, шампунь и стиральный порошок давно на исходе. Сверху на голову полилась горячая вода, смывая пену, мысли и обжигая кожу.

— Так лучше? Или еще кувшин вылить? — Мужской голос за моей спиной вызвал вполне понятную реакцию. Я снова плюхнулась назад, расплескав по полу половину воды из ванны. — Вставай, я уже полотенце приготовил. Ну, вот, снова вся в мыле. Опять поливать.

Спустя приличный промежуток времени, мне удалось самостоятельно выбраться из корыта. Я вытерлась, влезла в любимую теплую пижаму с ёжиками и устроилась в кровати с большой кружкой горячего молока. Рыцарь (В спасении участвовал? Значит, рыцарь.) Адайр, присел рядом, убирая в сторону волосы, свисающие мне на лицо. Фэйри тяжело вздохнул, потом сполз на пол, усевшись со скрещенными ногами. Я потрогала его влажную гриву.

— Тоже успел сходить в душ? — Спросила, только чтобы не молчать. Присутствие чужого человека (или не человека) в спальне тревожило, не разрешая расслабиться, отдохнуть, подумать о том, что случилось с нами.

— Да, пока Мег тебя мыла, даже переоделся в чистую одежду.

— Я заметила.

— Знаешь, морская вода смыла краску, так что связь между нами разорвана. Браслет, который надел тебе на руку Бранн, потерял свои свойства окончательно. Теперь это просто украшение, даже второй раз нельзя наложить заклинания. — Адайр замолчал. Я подумала и великодушно разрешила:

— Можешь еще раз нарисовать картинку, если хочешь. Мне без разницы.

Ну и мерзость, горячее молоко с медом. Хотя, Мег вполне могла в напиток добавить еще чего-нибудь, в надежде, что я не замечу. Спрошу завтра, если не забуду.

— В том-то и дело, что тебе все равно. Нет смысла повторять узор. Краска должна была впитаться, врасти в кожу, стать связующим звеном между тобой и мной. Обычно это происходит, когда есть взаимная симпатия. Мы могли бы стать одним целым, если бы ты приняла меня, как мужчину. Была бы одной из нас, подданной Королевы.

— Не люблю сослагательное наклонение. Ты и сам как-то не слишком старался понравиться, — пробурчала я, запивая важные новости противным на вкус молоком. — Не понимаю, зачем всемогущим фэйри обычный человек внутри холма. Вас там и так вполне достаточно. Расскажи, пожалуйста. Только слушать я буду лежа, а то позвоночник больше не держит. Кстати, в соседней комнате Мег постелила тебе на раскладном кресле. Если засну, не сиди, тоже ложись отдыхать. День выдался суматошный.

Адайр взял из рук пустую кружку, отнес на кухню и снова сел на коврик возле кровати, опираясь боком на деревянную раму. Посидел немножко, потом взял мою руку в свою ладонь и, согревая, тихо заговорил:

— Для нас наступили смутные времена, когда на Землю обратил внимание новый Бог. Он прислал сына своего, и люди отвернулись от нас. Многие, но не все. Вспомни, кем был для своего народа Мерлин, но прошло время, и о нем тоже забыли. Нужна вера, чтобы фэйри продолжали существовать. Наступил момент, когда даже драконы поняли, что происходит ужасная трансформация живой дышащей планеты в мертвую безжизненную пустыню. Мы с ящерами попытались повлиять на события, провели ритуальный большой Круг. Сама видишь, что из этого вышло. Пшик. Технологии медленно, но все-таки продолжают развиваться. К тому же, границы, разделяющие измерения, стали тонкие, как паутина, доступные для проникновения сюда существ из нижнего мира. Само наше существование всегда сдерживало вампиров и подобных им существ, не давая властвовать здесь. Для того чтобы избавиться от них, спасти себя и окружающий мир, люди должны поверить. Поверить в магию, волшебство, в существование нас, фэйри, в самих себя, наконец. — Рассказчик ненадолго замолчал, рассматривая линии на моей ладони, и продолжил:

— Знаешь, мы даже не надеялись, что маленький народец найдет место для жизни в вашем краю. Больше десятка лет крошки не могли найти никого с родственной кровью. Когда на их зов о помощи откликнулся всего один человек, разочарование коснулось нас своим темным крылом. Только ты одна сумела почувствовать безмолвный призыв и прийти вовремя.

— Но у нас так много магов, экстрасенсов, колдунов… Почему они не слышали?

— Я не знаю. Посмотри внимательно, чаще всего люди не видят фей. Большие бабочки и только. А, если на пару секунд обращают внимание, то, как только феи исчезают из виду, о них забывают. Понаблюдай за людьми, с которыми ты работаешь, ведь они совсем не помнят ни Риль, ни Йена. Даже ведьмак, потеряв Дэклана, почти сразу забыл о нем, а ведь они были вместе довольно долго. — Голос становился все тише, уплывая в далекие запредельные дали. Сон опустился мягким покрывалом на всех нас, давая отдых людям и нелюдям.

Утро для меня не наступило. То есть, конечно же, Солнце поднялось над горизонтом в положенное время. Только купание в холодной воде оказалось не по силам моему организму, и к обеду я представляла собой наглядное пособие по изучению насморка, ангины, бронхита и еще чего-нибудь, вместе взятых. Первым, что услышала, был голос Аурелии:

— У Нессы температура почти сорок градусов! Нужно вызывать врача. Срочно. Вдруг это воспаление легких? А если сердце не выдержит? — Паниковать моя напарница могла долго, упорно и всегда с положительным результатом. Я приоткрыла один опухший глаз. Впору звать нечисть с воплем: "Поднимите мне веки!". Раз вспомнила "Вия", значит, пока жива. Возле ложа умирающей ведьмы собрался консилиум, состоящий исключительно из фэйри: облако растревоженных моим состоянием фей-крошек, брауни, и преданный рыцарь. "Лошади не хватает, белой", — подумало моё больное подсознание, прикрывая глаза. Полежу, послушаю, пока волшебные существа решают, что делать с больным человеком.

Следующий раз пришла в себя от жара. Моё тело, нервы, сосуды, сухожилия, мышцы, всё сгорало в лихорадочном огне высокой температуры. Боль в горле уже не чувствовалась. Только сухость горячей кожи, потрескавшиеся губы и желание выпить ближайшее море до дна. Наплевать, что вода соленая. Я была вся высушенная, как пустыня, и легкая, как самум. Почему именно он? Ну, воспаленный мозг может ещё и не такое сравнение придумать. Косточки скелета чувствовались как хрупкие, тонкие, легкие, почти каркас из бальсы. Жар накатывал волнами. Я умирала, рождалась заново, и снова горела в огне вулкана Эйяфьятлайокудль. Хм. Выговорила. Значит, жива. А никаких посторонних вулканов поблизости нет. Может, Риль где-то рядом, надо попросить воды.

— Выпей отвара. Мег ягоды какие-то сварила. Давай, с ложечки. — Знакомый голос, как бы это глаза открыть. Опухли, ресницы слиплись. О, спасибо. Кто-то догадался промыть глаза теплой водой. Раз, второй, третий. Небольшое усилие, и, я снова с вами, господа сиделки. А как будет сиделка мужского рода? Рядом с кроватью, на стуле, расположился Адайр, сосредоточенно размешивая что-то в кружке. Потом набрал в ложку жидкости и принялся снова уговаривать меня попробовать.

— Тебе понравится, честно. Я сам пил, вкусно. Давай, сделай глоточек. — Разве можно отказаться, когда меня так вежливо просят? Тем более что, действительно, кисленькая влага смочила губы, и я смогла глотнуть. Хочу еще.

— Пей, я тебе пока расскажу, что здесь было. Сегодня уже вторник. Полдень. — Наверное, изумление на моем лице заставило его улыбнуться. — Третий день, как ты горишь в лихорадке. Твоя подруга, не та, с которой подружился Бранн, другая. Ольга, кажется. Рель слетала за ней. Так вот, она привезла врача в понедельник. Седой старик в белом халате. Еще ложечку. Умница.

Я, когда встану, тресну его чем-нибудь тяжелым по голове. Столько новостей, а он ушел. А, это рыцарь ходил за добавкой. Ладно, пока прощаю.

— Ольга сказала, что на работе оформили больничный лист, расскажешь мне, что это такое? В отпуск ты пойдешь, как только его закроют. Не понимаю, как можно закрыть лист, в голове не укладывается. Свернуть, еще туда сюда. Не строй мне рожи, пей лучше. Хочешь сама держать кружку? На. Не пролей. Врач сказал, что конец близок. Пусть все прощаются. Подружки твои заплакали и понесли весть твоему начальнику. Тебе интересно, что он им ответил? — Я отдала ему пустую кружку и кивнула, конечно, мне интересно. Не зря же перед походом в театр видение мне пришло про кладбище и сложенный флаг. А ещё там был военный духовой оркестр с маршем "Прощание славянки". Мечтательно прикрыв глаза, больная ведьма приготовилась слушать.

— Он сказал, что ты из вредности выживешь и не доставишь им такой радости. То есть, беспредельного горя, перепутал, извини. Вижу, что твой шеф всегда прав. — Я пошарила дрожащей рукой по кровати. Не везет, даже нечем стукнуть этого юмориста.

— А, ты уже разговариваешь, ура! — Рель прилетела. Кто бы сомневался в её своевременном появлении. Сейчас узнаю всё в доступной форме. — Адайр нам рассказал! Ты знаешь, что когда тебя увезли, Бранн летел за машиной до самого замка? А потом вернулся в отдел, и они устроили брилинг! Нет, бляминх. — Аурелия почесала за ухом, потом достала крошечный блокнотик из переднего кармашка комбинезона. Кстати, симпатичная одежка, зелененькая такая. Раньше я её на подружке не видела. — Вот! Брифинг! То есть все вместе думали, как тебя спасать. А потом очнулась Кармен и всем всё объяснила. — Я вопросительно посмотрела в сторону Адайра. Мужчина отвел глаза в сторону, лицо его покрылось странными пятнами. Покраснел? Потом встал и деликатно оставил нас одних.

— Знаешь, она их так ругала, что даже на улице было слышно.

— Надо думать, ты об этом догадалась, сидя дома, с Йеном в обнимку.

— Конечно, с ним, только сидели мы у Карлуши в шкафу. Возле вазочки с конфетами. Твоему начальнику много шоколада есть вредно. Вот кто после этого Шерлок Холмс, ты или, все-таки, я? — Рель приподнялась на носочках, закрыв глаза, и закружилась в вальсе, с каждым витком взлетая все выше по восходящей спирали. Я смотрела на эту картину с надеждой, предвкушая, что скоро она стукнется об потолок. Не повезло. Феечка очнулась раньше, спланировала на одеяло и принялась рассказывать дальше, попутно достав из складок сложенного рядом покрывала градусник и запихивая его мне под мышку.

— Кармен с Бранном поехали тебя выручать, и Адайра уговорили. Он не хотел. Сказал, пусть тебя съедят, проблем меньше будет. За эти подлые слова Йен обсыпал его пыльцой. Ты представляешь? Подействовало! Правда, ненадолго.

— А потом мы приехали и увидели, то забор спускается до самого обрыва, — приятный баритон Ворона внес разнообразие в наш девичий разговор. — Кармен сказала, что ты обязательно найдешь способ выбраться из замка, а потом спрыгнешь в воду. Адайр надеялся, что тебя не выпустят, но он ошибся. Как видишь. Нам оставалось только понять, в каком месте ты подплывешь к берегу.

— Бранн превратился в ворона, взлетел высоко в небо и увидел, как ты бежишь, а сзади гонятся две громадные псины. — Кармен вышла из-за спины своего друга, присела на стул и продолжила рассказ. — Мы тебе веревку бросали раз десять, пока ты на неё носом не наткнулась. Помнишь, что было дальше?

— Мег помню, молоко с медом.

— Королеву помнишь? — Я вытаращила свои опухшие глазки. — Адайр упросил, чтобы она на тебя посмотрела. Доктор же сказал, что кранты тебе.

— Ребята, простите, но мне надо передохнуть, кажется, информации слишком много. Хочу побыть одна. — Кармен с Бранном попрощались и вышли из спальни, прикрыв за собой дверь. Через секунду дверь приоткрылась, и подруга проговорила:

— Я тебе привезла твой нотик, у ребят в техотделе конфисковала. Ну и включила. А там вызов из Англии. Хи, ты бы видела физиономию Сайгоша, когда мы всё рассказали. Особенно ему понравился диагноз. Так вот, он вечером будет снова звонить, хочет с тобой пообщаться лично.

Этого мне не хватало. Риль тихонько притаилась рядом с подушкой, делая вид, что она разновидность украшения. Длилась эта идиллия недолго.

— Градусник давай. — С видом маститого профессора, феечка рассматривала ртутный столбик, шевеля губами. — Ну, что могу сказать. Тридцать семь и восемь. Это много?

— По сравнению с сорока градусами, почти норма. Но ехать я завтра не смогу. Жаль, что придется разочаровать дракошу. Слушай, а как же Дух? С ним все нормально? — Рель посмотрела на меня, как на сумасшедшую. Рядом, на кровати, нарисовался дымчатый сиреневый ёж.

— Привет. Скучала? — И ёжик трансформировался в удава. — Смотри, какой я весь из себя замечательный стал.

Слов для выражения собственных эмоций и чувств я не нашла, поэтому молча рассматривала прозрачного змея, вольготно расположившегося на моем одеяле. Удав подпер голову хвостом (в каком мультике он видел эту позу?) и менторским тоном заговорил:

— Это же элементарно, глупая ведьма, — давно меня никто так не называл. — Ты простудилась, заболела, а любимая подружка, не придумав ничего лучше, напоила тебя настойкой перца на спирту, что, в свою очередь, спровоцировало определённые изменения в твоей крови. Пожар стал последней каплей, переполнившей чашу. Трансформация произошла раньше времени, но, к счастью, закончилась удачно. — Удав зевнул, демонстрируя длинные клыки и раздвоенный язык. В моей голове начала складываться мозаика. Наконец-то. Аспирину хочется, а нету. Лекарства на вес золота.

— И теперь я — кто? Саблезубый хомяк-переросток? — Рель прыснула, наверное, представила, как ездит на хомячке, подгоняя животинку можжевеловой палочкой. Пока напарница хихикала, валяясь внутри пододеяльника, удав подвинулся ближе и мрачно закончил свою речь:

— Источник Силы — Огонь! Кто тебя учил, вообще. Огненная энергия способна пробудить к жизни кого угодно, меня, к примеру. А в её исцеляющих свойствах ты можешь убедиться на личном опыте. Свет — первооснова любой формы. Запомни. Ты способна созидать!

— Хомячков? — Дух от возмущения замолчал, покрылся пузырьками и растворился, недовольно ворча себе под нос неприличные слова. Из пододеяльника высунулась довольная мордочка Рель, глазки блестят, сама счастливая. Загляденье, а не взрослая фея.

— Ушел? Вот зануда. Всех достал, пока ты болела. Есть хочешь? Мег суп сварила и пирогов напекла. Знаешь, она так переживает за тебя.

— Рель, солнышко, пить хочу. И спать. Разбуди, когда Сайгош нарисуется? А, если мне повезет и никто звонить не будет, не буди. Кажется, температура снова поднимается. — Я откинулась на подушки, изучая горячие сухие руки. Странно, тут у меня на столе было небольшое зеркало. Сейчас нет. Спрятали, чтобы не разглядывала свою физиономию. В комнату вплыл Адайр, неся на согнутой руке полотенце и поднос с тарелками. Я подозрительно наблюдала за его манипуляциями. Вот он разложил полотенце, приготовил тарелку, наполнил ложку.

— Не хочу есть.

— Будешь, — этот ренегат настойчиво поднес ложку ближе.

— Не буду.

— Почему? — Адайр устало смотрел на мои попытки отодвинуться. — Тебе нужно есть, совсем прозрачная стала. Вены через кожу рассмотреть можно.

— А можно спросить?

— Хорошо. Давай договоримся, ты — ешь, я — отвечаю на твои два вопроса. — Удалось съесть и суп, и пюре. После чего я покрылась холодным потом, руки стали дрожать, а голова закружилась. Слабость, вот мой главный враг на сегодня. Надо поспать. Только закрыла глаза, как кормилец напомнил:

— Что ты хотела узнать?

— Скажи, фей-крошек отправляли только к нам, или ещё куда?

— Ещё куда. — Ага, хорошо, море информации.

— Почему ты хотел, чтобы меня съел вампир? — Интересно, что он мне сейчас скажет. Обманывать-то им нельзя.

— Потому что моя миссия на этом закончилась бы.

— Какая миссия?

— Это уже третий вопрос. Спи, принцесса. — Адайр поправил одеяло, и, через мгновение, я уже спала крепким сном выздоравливающего человека.

Вторник, как правило, для меня — день неудачный. Сегодняшний исключением не стал, и невезение проявило себя в третий раз. Мег разбудила меня ворчанием и звяканьем ложки в стакане.

— Пора пить отвар. Солодка — хорошая травка, ты будешь откашливаться и выздоровеешь. Давай-ка, сядем, обопремся спинкой на подушки, откроем ротик. — Легко, не напрягаясь, брауни помогла мне сесть, расправила простыню, уложила заново подушки, и вручила стакан. Чувствую, придется пить отвар с гадким вкусом, так просто моя домохозяйка не отстанет. Адайр принес компьютер, водрузил мне его на колени, подключая к розетке. Правильно, будем пугать ящера моим внешним видом. Только не понимаю, зачем этот тип укладывается рядом, поверх одеяла. Попыталась отдать ему стакан, не взял. Хотела встать, чтобы вылить бяку за окно, не пустил. Тиран и сатрап. Пришлось зажать нос, выдохнуть и залпом выпить мерзкий напиток. Мег удовлетворенно погладила меня по голове, забрала стакан, спокойно оставляя наедине с мужчиной.

В ноутбуке прозвучал сигнал вызова. Рель важно нажала клавишу, и передо мной во всей красе своего человеческого образа нарисовался Сайгош. Судя по его напыщенному виду, речь он подготовил заранее, надеясь воззвать к моему чувству долга и ответственности, даже галстук нацепил, для пущего антуража. Змей покосился в сторону, потом, не глядя на экран, начал:

— Несса, я понимаю, ты болела, плохо себя чувствуешь. — В этот момент он поднял глаза и увидел "привидение". Челюсть отвисла, глаза засветились янтарным светом, зрачки сузились до состояния вертикальных полосок. Сайгош судорожно сглотнул, потом потрогал экран рукой. — Звезда моя, это, правда, ты? От тебя осталась хорошо, если половина. И что делает в твоей кровати этот подлый негодяй? Я же сам велел ему убираться прочь. Выгони его, нам надо поговорить. Наедине.

" Бальса — дерево, которое растет в экваториальной части Южной Америки. Древесина прочная, легкая, легче пробки. Используется для создания моделей самолетов "

Зарисовка 25. Ехать нельзя оставаться на месте. Где поставить запятую?

— Адайр. Выйди, пожалуйста. — Верный рыцарь слез с кровати и вышел, не оборачиваясь. Даже дверь за собой закрыл. Если обиделся, то, какое мне до этого дело? С другой стороны, он так трогательно ухаживал за моей больной особой…

— Мы одни, Сайгош, говори. — Рель сидела вне обзора, думаю, малышка не помешает. Хотела поправить звук, но не сумела поднять руку. Слабость. А ведь только что почти уверенно держала кружку. Не люблю болеть, противно ощущать себя беспомощной.

— Посмотри мне в глаза, внимательно, — змей приблизился со своей стороны почти вплотную к экрану, оставляя для обозрения верхнюю половину лица. Сил сопротивляться не было, поэтому я послушалась и уставилась в завораживающие глаза с вертикальными зрачками. Яркое сияние пламени настойчиво звало к себе. Самой стать огненным цветком, погрузиться в раскаленную лаву сердца Земли. Тлеть слабым огоньком свечи или вспыхнуть на мгновение ярко, осветив вокруг себя всё? Разве может быть выбор? Быть всемогущей, пусть даже ненадолго, или тихо просидеть в углу всю оставшуюся жизнь. Легкий прохладный ветерок привел меня в чувство, заставил отвлечься от манящего обаяния драконьих глаз, вернул в реальность. Встревоженная Рель махала крылышками перед настежь раскрытым окном, стараясь остудить и меня, и комнату. Феечка подлетела ближе, рассерженно топая ногой перед экраном:

— Ты что делаешь? Она же могла сгореть! — Сайгош нервно ходил у себя в кабинете, периодически появляясь перед нами.

— Нельзя лететь самолетом. Может произойти выброс энергии, пострадают все. Да, мелкая, ты права. Виноват, не знал, что всё так серьезно. Не знаешь, совершенно случайно, Нессу поили водой из источника? Дополнительно к вашему эликсиру?

— Один раз. Мег не знала, просто выполняла приказ.

— Ругаться не буду, без толку все равно. Несса!

— А?

— Отвечай, или лучше кивай, если то, что буду говорить, правда. Договорились? — Я моргнула. Придется изображать неваляшку.

— Ты обращала внимание на свою рассеянность? Были ли проблемы со зрением? Сознание теряла в последнее время? — Сколько раз мне надо кивать, интересно. На всякий случай три раза покачала головой вверх, вниз.

— Спокойствие, только спокойствие. — Какой начитанный дракон попался. Еще бы Снусмумрика процитировал. С другой стороны, живет долго, чем ему ещё заниматься? Читать книги — не худшее из увлечений, на мой взгляд. Тем более сказки.

— Несса, ты сейчас полна огненной энергии. Организм пошел на изменение раньше времени, спасая твою жизнь. Но трансформация не окончательная, пойми. Вспоминай свой опыт с водой. Как ты поднимала воду из подземных источников к поверхности. — Я кивнула. Вспомнить-то могу, но, разве это был не бред воспаленного воображения? И потом, как это "организм пошел", вроде разрешения не спрашивал. Самоуправство полное. Где-то мне попадалась информация по колонии самоорганизующихся клеток. — Ведьма, на меня смотри! Отвлекаешься. Так вот, теперь нужно проделать то же самое с огнем. Если энергию воды ты спокойно пропускала через себя, то с огненной стихией, сама видишь, трудности.

— Не вижу. Я же могу зажигать шарики для освещения. Или призывать пламя, как тогда, с вампиром.

— Валяй, зови огонек к себе на ладонь. — Сайгош уселся и подпер руками голову, задумчиво разглядывая лохматое чучело, которое тщетно пыталось вызвать хотя бы крошечный файербол. Почему так себя называю? Потому что чучелко и есть, после трёх дней лихорадки. — Ну, как видишь, стихия внутри тебя, а, если в ближайшее время не найдет выхода, ты сгоришь. В прямом смысле этого слова. Нужно сознательно действовать и направлять свою энергию. С духом у тебя получилось. Ты хотела, чтобы он получил достаточно силы для существования отдельно от твоего сознания. Цель — Шайла, способ — призвать универсальную энергию. Попутно огонь справился с твоим исцелением. Эй, только не надо алчно смотреть в мою сторону. До Англии не достанешь, силенок не хватит. К тому же драконы поглощают пламя, в любых количествах.

— Может, ты снова построишь переход? Пространственный? — Вмешалась Аурелия. — Несса мгновенно окажется в Шотландии, и ты сумеешь помочь ей справиться с изменениями. А что, хорошая идея. Раз и там.

— Нет. Сейчас, в этом месяце — не могу. И сам прилететь не успею, занят.

— Ты, гоблин чешуйчатый, хочешь, чтобы Несса сгорела? — Рель плавно перетекла в позу "щас как дам в глаз": руки в боки, ноги на ширине плеч, глаза сужены, губы сжаты в тонкую нитку. Я даже плечи расправила, от гордости за свою красавицу. Ишь, храбрая малышка, не боится самого дракона.

— При всем уважении, твоя подруга не центр Вселенной. Короче, или запихивайте, как есть, в самолет, и пусть Богиня решает, долетит он до Лондона, или сами придумывайте выход. Только не забывайте, ведьма сейчас — бомба без предохранителя. Либо она сама найдет, как выпустить наружу огненную составляющую, и тогда не поручусь за сохранность вашего города, либо это сделаю я. — Экран погас. Возмущенная феечка попинала компьютер ногами, но гадкий шантажист не появился. Любопытно узнать, что ли гоблины — это тоже не выдумка? Предстояло решить непростую задачу. Думаю, город в любом случае в безопасности, море-то рядом. Если что, прыгаю и все дела.

— Рель, я горжусь тобой, ты такая умница. Даже слово "пространственный" знаешь. Оно у тебя есть в блокнотике? — Фея важно кивнула. Надеюсь, ругательства она не догадалась записывать. — Принеси попить, пожалуйста. А то у меня внутри сплошной горячий песок. Язык, и тот с трудом поворачивается, стал похож на кусок пергамента.

Собственно, голова не болит. Чувствую себя неплохо, только ощущение жара внутри мешает. Я свесила ноги с кровати и попыталась встать. Подвела левая нога. В ней что-то хрустнуло, и моё отощавшее за последние дни тельце рухнуло на коврик. Не обращая внимания на группу поддержки, застрявшую в дверях, я вцепилась тонкими горячечными руками в раму кровати и всё-таки поднялась в вертикальное положение. Да, не ожидала. На деревянной поверхности остались черные отпечатки моих ладоней. Мне что, вообще нельзя ничего трогать? Минутку, надо проверить одну догадку. Я склонилась над градусником, неосмотрительно оставленным феечкой на столе. Ага, тридцать девять и девять. Значит, кое-кто меня обманул? Пылающим взглядом я уперлась в Рель. Она тут же взмахнула крылышками и отлетела в сторону.

— Несса, не сердись, я не умею смотреть температуру по этой стеклянной штуке. Просто сказала, что в голову взбрело, и все. Не смотри так на меня, вдруг ты можешь взглядом зажигать огонь? — Я тут же выпрямила спину, преисполненная важности момента. Хоть пять минут, но побуду воспламеняющей взглядом. Паршивое, кстати, ощущение. Любопытно, где живет Стивен Кинг? Хочется узнать, откуда он брал идеи для своих книжек. Открытый канал связи с Космосом, ага. Я решила выйти из спальни, полюбоваться природой, хризантемами, октябрьским небом… Рель нахмурила свои прелестные бровки и преградила дорогу.

— Ложись обратно! Тебе нельзя вставать.

— Хочу выйти, — интересно, мне что, при всех рассказывать, зачем и куда собралась? Мег, видимо, сообразила, потому что оттолкнула Адайра в сторону, подхватила меня за локоть, сообщив, что сама справится. Процесс полоскания вылился в фарс, потому что пришлось ставить корыто во дворе и обливаться прохладной водой. Оказывается, при контакте с моей кожей, жидкость нагревается, а потом, через некоторое время, закипает. Нельзя сидеть в воде, сварюсь. А есть мне можно? Мег укоризненно покачала головой, глядя, как Адайр о чем-то шепчется с Риль. Потом взяла меня за руку, подвела к столу и усадила.

— Смотри, у меня нет ожога. — Точно, нет. Но вода-то кипит! — И халат твой не загорелся. Получается, что хоть немного, но ты можешь контролировать энергию. Ты, когда обливалась, о чем думала? Быстрее остыть, правильно? А если высокая температура для тебя отныне — нормально? Кстати, огонь сильно не любит воду. Говорю к тому, что можешь спокойно кушать. Вот тебе горячие пирожки с мясом, сметанка домашняя. Ешь, а я пойду, Рель мозги вправлю. Совсем заважничала, шкодница маленькая. Опять Адайра плохому учит.

Закончив с едой, я воровато оглянулась по сторонам. Никто не обращает внимания, отлично. Эксперимент — дело святое! Налила в миску воды из-под крана и села рядом. Удерживая ладонь над жидкостью, постаралась сосредоточиться и капельку подогреть водичку. Не получилось. А если закрыть глаза? Потрогала воду указательным пальцем другой руки. Гм. Снова не получилось.

— Несса! — Вопль разгневанной Рель любое живое существо заставит посмотреть в её сторону. Что я и сделала, сжавшись всем телом. Всего на пару секунд отвела взгляд в сторону. А, так вот, где собака зарыта. В смысле, эксперимент удался на грани фантастики. Вода испарилась, миска раскалилась, на деревянном столе — пятно. Я спрятала руки за спину на всякий случай, мало ли, что придет в голову домочадцам… Брауни настойчиво подергала Адайра за рукав, указывая на поврежденную поверхность. Фэйри согласно кивнул, подошел ближе и провел ладонью, оставляя после себя целый стол.

— Женщина, забудь свои эксперименты. У тебя всё равно ничего не выйдет. Твоя энергетическая система не приспособлена пропускать через себя столько энергии, мощность пламени под силу лишь драконам. Ну, ещё пару магов знаю. Мерлин сумел бы справиться. Думай лучше, что делать будешь: лететь на самолете или тут останешься?

— Ха! Болван ты, а не волшебник! И что в вас находят девушки? Не понимаю! — В проем двери, нагибая голову, втиснулся Витарр. Похоже, за тот промежуток времени, пока путешествовал, оборотень стал еще крупнее. — Что, ведунья, совсем нельзя одну оставлять? — Это он меня так величает? Нет, полное безобразие, никакого уважения к больной женщине. Хочу быть ведьмой!

— Ну, перестань плакать, крошка, не могу видеть, как слезы испаряются буквально на глазах, — громила ласково сжал меня двумя руками. Ребра угрожающе затрещали. — Видите? Она меня не обжигает! — Витарр поставил на место насупленную ведьму и повернулся, демонстрируя свою невредимую тушу, попутно растопырив руки во всю ширину веранды. Рель хихикнула:

— А почему тогда у тебя косички дымятся? — Первым не удержался Адайр, согнулся пополам от смеха и выскочил во двор. Тарр похлопал себя по волосам, прибивая тлеющие кончики, потом поманил меня на улицу:

— Идем, чего покажу, не машина — зверь! Я позвонил Вольфу, когда был в Барселоне, хотел узнать новости. Он и доложил обстановку, сказал, что ты снова ввязалась в историю. Попросил помочь. — Витарр открыл ворота настежь. — Нравится? Махнул — не глядя! — Гордый викинг указал на автомобиль, стоящий на шинах чудовищного размера. Устрашающе смотрелись не только размеры колес, пугала расцветка кузова. Ярко оранжевый металл был расписан летящими языками пламени и надписями алого цвета FIERY с обеих сторон бампера. Я закрыла рот, вернув челюсть на место, и недовольно заявила:

— Толку с него, твоего зверя. Где мы столько бензина возьмем? До Парижа больше трёх тысяч километров.

— Не кисни! Я все продумал. Смотри! — Тарр вытащил из кармана необъятных штанов карту и развернул перед нами. — Вот! Николаев, Львов, Краков, во Вроцлаве у меня друзья. Сменим машину и, дальше, через Германию, прямиком на вокзал Гар дю Норд. Говорят, поезда ходят каждый час. Несса, ты же мечтала прокатиться, да? Такой шанс, соглашайся! С топливом нам помогут. Вольф уже висит на телефоне, договаривается. Ну, что ж такое-то, не плачь. — В груди сжалось сердце от полноты чувств. Обо мне заботятся, помогают. Горячие слезы потекли по щекам, я вытянула вперед руку, не подпуская к себе никого для утешения. Кто ж знал, что так получится. Хороший был автомобильчик, главное, красивый. Улица, к счастью, в этот момент пустая была, поэтому локальная вспышка никому не навредила.

— Неплохо шины горят, при случае отожму денежков у ящера, куплю себе нового монстра. — Не растерялся Витарр. — А где тот джип, что я тебе подарил? Жаль, не получится к семье заскочить, Донована проведали бы. С другой стороны, на обратном пути заедем в Норвегию? Рыбку покушаем. В бане попаримся. О, пожарники. Быстро они добрались. Ребята, разбирайтесь сами. Мег, пойдем, глянем, что там у тебя есть вкусного? Меня надо кормить, а то голодный я не эффективен. Идём дорогая, расскажу, что это за зверь такой, эффективность. На днях сам узнал. — Уморительно смотреть со спины, как высокий широкоплечий с гривой плохо заплетенных косичек викинг, уважительно разговаривает с брауни, существом, по росту чуть выше колена белокурого гиганта.

Пожарники со мной церемониться не стали. Их даже халат не смутил. Заявили, что я должна быть безмерно благодарна судьбе за то, что огонь не добрался до двигателя, и за то, что они как раз проезжали по соседней улице, поэтому так оперативно явились на место и потушили пылающую машину. Спрашивается, чего им там понадобилось? Кстати, много времени ликвидация беспорядка не отняла. Даже шланг не стали разворачивать, обошлись огнетушителем. Начальник дежурной команды выписал мне штраф. Сурово нахмурил брови и напомнил, что его нужно оплатить в течение месяца, так же, как предыдущий, за взрыв забора. На мои робкие попытки объяснить, что это не моих рук дело, мне заявили: " Забор твой, значит, и штраф тоже тебе платить". Говоря нормальным языком, если найдут злоумышленника, то преступник мне, вроде как, обязан вернуть денежку.

Я стала нервничать и моментально почувствовала жар внутри солнечного сплетения. Вдох, выдох, улыбаюсь мальчикам в форме. Улыбаюсь, а не оскаливаю зубы. Никто из присутствующих зла не желает. Вроде легче стало.

Спасибо пожарникам, кто-то вызвал по рации эвакуатор. Трудолюбивый грузовичок вывез обгоревший корпус "бигфута" с нашей улицы. Мастер, по совместительству работающий водителем, сказал, что драндулет пострадал только сверху. Выдал мне знакомую визитку (у меня такая уже есть, немец подарил) и клятвенно пообещал починить громадину. Ребята эти, которые в гараже у Вольфа работают, увлеченный народ. У всех золотые руки. Завидую.

Пришлось звонить Кармен, чтобы она вернула джип к вечеру. Она так обрадовалась моему голосу, что тут же выложила последние новости. Оказывается, диктофон во время купания не пострадал. Я его, конечно, завернула в пленку несколько раз, потом еще завязала в полиэтиленовый пакет, перед тем, как спуститься в замке к ужину. Но, честно говоря, была уверена, что прибор не выжил. Ошиблась. Запись моего разговора с графом по поводу его планов сохранилась. Наш шеф съездил к мэру и дал ему послушать откровения вампира. После чего пообещал придушить своими руками, если мэр тотчас не вернет деньги, полученные незаконным путем. Позвонили адвокату, аннулировали договор. Сегодня прямо с утра уволили начальника полиции без выходного пособия. На этом месте я поняла, что переоценила свои силы, попрощалась с подружкой и плавно потопала к кровати. Уже засыпая, краем уха слушала препирательства Витарра и дракона. Хоть бы компьютер из спальни вынес. Эх, мужчины иногда такие мужчины.

— Полегчало малышке. Спит, конечно. Выброс энергии будь здоров, какой получился. Машина взорвалась просто супер, не жилец, только на свалку. — Кажется, Тарр зачем-то врет, успела подумать, проваливаясь окончательно в сон.

— Как это машина? Я же тебе на мотоцикл деньги давал.

— Ты ведьму видел? Она не выдержит дорогу на двух колесах, вот и поменялся на время. Сайгош, слушай. Меня в тоннель не пустят. Встретишь Нессу с той стороны?

Проснулась под утро от неуютного ощущения. Похоже, в моей спальне чужой. Перед тем, как открыть глаза, немного подумала, звать на помощь, или так обойдется. Все-таки решила промолчать и села в кровати, прикрываясь одеялом. — На подоконнике, свесив ноги во двор, разместился демон. Красавчик с тоской смотрел на светлеющее перед рассветом небо.

— Я могу открыть портал в Англию, — спокойно произнес Лиал. — Ещё мы можем пройти по лей-линиям нижнего мира. На самом деле тут недалеко. А хочешь, научу обращаться с огнем прямо здесь и сейчас. Вариантов много — выбирай. От тебя требуется только согласие на сделку. Мелочь, по сравнению с жизнью. Бессмертие гарантирую. — Искушает, нечистая сила. Причем качественно. На секунду мелькнула мысль согласиться. Определённо, не моя. Вот так демоны и заманивают глупых ведьм к себе в услужение. Как же, историю знаем, в курсе дела.

— Изыди. Никто тебя не приглашал, а заклинание порога в силе. Уходи. — Демон укоризненно посмотрел в мою сторону, горько усмехнулся и растаял маревом под первыми лучами солнца. Был, не был? Иллюзия?

Любопытное наблюдение. Вот, я сижу, завернутая по самые уши в теплом одеяле. Нормально себя чувствую. А если его развернуть? Меня тут же стало трясти от холода. Укрылась. Значит, надо одеваться как можно теплее, и плевать, кто, о чем подумает. Морщась от необходимости покинуть теплое гнездышко, я встала и принялась рыться в шкафу, выкладывая на стул термобелье, теплые джинсы, четыре пары вязаных носков, два свитера и еще приличную кучу тёплых вещей. Упаковавшись, как житель северного полюса, вышла на кухню. Витарр где-то бегал, а вот Адайр сидел за столом, согревая руки большой кружкой с горячим шоколадом. Он удивленно поднял брови, оценив прикид, и сделал мне комплимент:

— Красавица. Напоминаешь беременного пингвина с шарфом на шее. — Вот гад. Интересно, где это он видел пингвинов? В Австралии что ли? Или нет. В Новой Зеландии. Опять не угадала. Короче, в той стороне.

— С добрым утром, ты мне тоже весьма симпатичен. Надеюсь, мне не придется в пути наблюдать твою недовольную физиономию. — Я взяла термос, заранее приготовленный для меня, и налила кофе. На булочки с изюмом только посмотрела, не хочу кушать.

— Да, — стушевался рыцарь сгорающей ведьмы. — Прости, я возвращаюсь в ситхен. За дом не волнуйся. Мег сама справится. Если что-то будет нужно, Рель слетает в отдел. Кармен остается на связи. — Только сейчас, глядя на печальное выражение лица фэйри, я поверила. Мне действительно придется ехать в далекую страну, не зная английского языка. Стало страшно, и где-то внутри снова стал разгораться огненный шар. Снова, вдох-выдох, воображаю мирно горящее пламя свечи. Вот она горит, спокойно, без вспышек. Пара глотков кофе, и я почти в норме.

— Йен тоже останется? — Не то, чтобы мне хотелось брать его с собой. — Нет. Пусть будет дома вместе с Рель. Удержит её от хулиганства и необдуманных поступков.

Мы ещё немного посидели на дорожку, потом я ушла собирать чемодан. Сложила подготовленную одежду, сумку с недоделанными амулетами поместила туда же. Задумчиво открыла Книгу, хранящую записи всех женщин рода, на первой попавшейся странице: "Огненная стихия напрямую связана с центром психической энергии. Элемент Силы, Власти и Могущества. Поддерживает в человеке искру жизни, способность к активным действиям. Постижение её сути необходимо для ведуний, потому что именно Огонь наполняет жизнь, само существование человека, радостью сотворения". Ну что ж, значит, у меня есть шанс выжить, научиться не просто работать с пламенем, но и осознать, принять все его составляющие. А это уже совсем другой уровень.

Погладила дом по стене и мысленно попрощалась с ним. За окном раздался гудок автомобиля. Рель встретила меня уже на улице и сочувственно погладила по взъерошенной голове.

— Кто же будет расчесывать твои прекрасные волосы? Держи щетку, так и знала, что оставишь её дома. Пока ты спала, Мэвис нарисовала тебе на руке символ. — Я тут же стала стаскивать перчатку, чтобы посмотреть. — Нет, нет. Потом рассмотришь. Маленький народец узнает тебя и поможет, если вдруг что случится. — Фея всхлипнула, ткнулась мокрым носом мне в щеку и улетела в сад. Йен молча положил мне в карман что-то и уселся на забор. Провожать.

— Мы едем или остаемся? — Витарр раздраженно помахал рукой в открытом окошке. Пришлось устраиваться на переднем сиденье.

Пока автомобиль выезжал на перекресток, я смотрела в заднее стекло, не отрывая глаз. Кто знает, получится у меня вернуться или нет. Разноцветная стайка фей сопровождала нас до самого выезда на трассу. Потом викинг прибавил скорости, и путешествие началось!

Зарисовка 26. Турпоход на автомобиле. Начало.

На трассе машина шла мягко, слегка покачиваясь, и я, незаметно для себя, заснула. Думаю, сон приснился незадолго до просыпания, в тот самый момент, когда еще не проснулся, но уже не спишь. Сначала почувствовала холод, стала мерзнуть, кожа покрылась мурашками. Где-то внутри родилась неуправляемая дрожь. Потом в темноте, окружающей меня, родились две огненные точки. Они приближались, увеличивались, становились все больше и больше, превратившись в огромные глаза с вертикальными зрачками на фоне клубящегося пламени. "ПРОСНИСЬ!" — услышала я и тщетно попыталась разлепить веки. Кажется, меня куда-то тащат. Пересчитав спиной все камни, что поспособствовало возвращению из царства снов, удалось наконец-то открыть глаза. Витарр стоял рядом со мной и что-то топтал ногами. Повернула голову, надо же рассмотреть, что там такое. На земле дотлевала небольшая кучка.

— Что это, Тарр?

— Мои рукавицы, тройной прошивки, для езды на мотоцикле в мороз сестра шила. Пока из машины тебя вытаскивал, они ухудшились. Зато руки целы. Можешь сесть? Я, когда почуял, что от тебя жаром пышет, еле успел остановить машину. Как ты сейчас? — Я пошевелила плечами. Тлеющая одежда сползла пониже. Надо же, оказывается, горю. Не больно вовсе.

— Принеси мне сумку из машины, переодеться надо. — Всё, что на мне было надето, пришло в негодность. Я даже расстроилась. Свитер-то ладно, ещё свяжу. Но вот кроссовки, белье, джинсы. Эх. Рядом шлепнулся рюкзак с вещами. Что-то не помню, чтобы собирала его. Чемодан помню, сумку помню, а рюкзак — нет.

— Мег положила в последний момент. Сказала, тебе понадобится. Она ещё еды в большую корзинку собрала. Перекусим? — Витарр в предвкушении второго завтрака ласково погладил свой урчащий живот. Хорошо, что оборотни спокойно относятся к наготе. Можно не беспокоиться насчет приставаний разного рода. Я стащила с себя тлеющие тряпочки и оделась заново. Носки, тонкие шаровары, топик и разлетайка моей собственной работы. Почти год вязала из отдельных цветочков. Свяжу парочку, положу, забуду. Потом вспомню — ещё добавлю пару элементов. Ирландское кружево, называется. Как вспомню мешок с листиками, цветочками и веточками, так вздрогну. Намучалась, пока все в кучу собрала. Зато такой шикарной вещи ни у кого нет. Эксклюзив! Чего Ольга ворчала на меня постоянно из-за любви к вязанию, не понимаю.

Подошло время эксперимента. Воспламеняющая взглядом, значит? Я закрыла глаза, для верности зажмурилась крепко накрепко, и представила, что небольшая горка тлеющих вещей резко вспыхивает и моментально сгорает, как магний, с шипением и треском. Потом открыла глаза и уставилась на опытный материал. Не получилось. Что ж такое не учитываю. А если открытой ладонью? Протянула руку и громко сказала: "Гори!". Так, третья попытка — должно получиться. Закрыла глаза, представила, как оно всё должно вспыхнуть, и, (как это неожиданно!), в этот момент услышала вопль Витарра:

— Несса, беги! — Послушалась бы, без вариантов. Но вокруг была такая грязища, носочки такие белые, а обуви мне этот тип не принес. Сейчас я стою на брезенте, на котором он меня сюда приволок. Все эти соображения промелькнули в голове мгновенно, и я резко повернулась в сторону автомобиля. О как! Пока моя светлость тут экспериментами занимается, нас, оказывается, окружают. Причем, не меня, а Витарра. Стая волков пятнадцать, может, больше, кружила вокруг машины и викинга, прислонившегося спиной к дверцам. Они непрерывно двигались, поэтому сосчитать было сложно. Судя по всему, меня в расчет не приняли. Уже хорошо. Крупный серый с черной полосой по всему позвоночнику волк вышел вперёд и остановился точно напротив Тарра. Зарычал, грозно показывая клыки, демонстрируя готовность напасть. Второй, чуть меньше, равномерного серого цвета со светлой шерстью на груди, обошел машину и вспрыгнул на крышу, примериваясь к шее Витарра сзади. Пока что они только рычали, но не нападали. Я, абсолютно без задней мысли, вытянула руку к забытой кучке своих вещей. Так получилось, что вещи были между мной и волками, топчущимися возле обочины. Метров пятьдесят расстояние. Что я хотела сделать, не понял никто, но кучка вспыхнула, пламя поднялось метра на два в высоту и тут же опало, с треском и шелестом доедая улики, оставшиеся после эксперимента. Волки, все, как один, повернули головы в мою сторону. Я обаятельно улыбнулась. Конечно, оно же само загорелось. И ведьма тут вовсе ни при чем. Просто стою рядом. Эксперимент прошел удачно, теперь понятно, что чем меньше внимания, тем лучше получается.

Седой волк шагнул было в мою сторону, но на сцене появилось новое действующее лицо. Из кустов вышло дивное видение. Снежно белая волчица плавно двигалась в сторону Тарра, сердито помахивая хвостом. Темная полоса шерсти вдоль позвоночника только добавляла шарма этой красоте. Я удобно устроилась на брезенте, собираясь принять непосредственное участие, если на то будет необходимость. Дойдя до машины, волчица внимательно оглядела насторожившегося викинга, потом повернула голову к кустам и громко рыкнула. Мохнатые белые клубочки в количестве трех штук выкатились из зарослей и ринулись в направлении старших. Один из них так усиленно мчался, не разбирая дороги, что споткнулся о камень и покатился по небольшому склону прямо ко мне под ноги. Наверное, волчонок ушиб лапку, потому что, коснувшись моей ноги, он резко и пронзительно взвизгнул. Потом прикрыл передними лапами нос и сжался в комочек. Волки замерли.

— Несса, только не трогай его! — Прозвучал повелительный голос Тарра. Поздно. Я же не могу оставить без внимания ушибленную лапку. Присела на корточки и спокойно проговорила:

— Не бойся. Я только посмотрю, где у тебя болит. И всё. Честное слово! — Белый пушистик приоткрыл один глаз, убедился, что ему ничего не угрожает и, уже осмелев, принялся нюхать протянутую ладонь. Потом зевнул, демонстрируя всем тонкие, как иглы, клыки, розовое нёбо и красный язычок. Молочные зубки у него пока что, совсем маленький. Уселся на попку, склонив голову к плечу, и вытянул заднюю лапу в сторону. Посмотрим. Когти целы, подушечки в норме, даже не наколоты колючками, сустав тоже в порядке. А, вот, внешняя сторона побаливает, вон как отдернулся, когда я прикоснулась. Согнувшись, подула на ушибленное место: "У травки боли, у кустика боли, у дорожки боли, а у волчонка не боли. Кш, кш, кш.", затем дунула еще раз. Глазки зверика округлились. Он лизнул больное место, потом ткнул носом. Подпрыгнул. Радостно завизжав от счастья, что может свободно передвигаться, ринулся докладывать маме, смешно перебирая толстыми лапами по земле.

Я выпрямилась. Как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как мелкие клубки шерсти обнюхивают Витарра. Через минутку они сели рядом с ним, высунули языки и часто задышали. Выполнили задачу знакомства. Умняшечки. Волчица обернулась светлой дымкой, пока остальные волки по одному подходили и принюхивались к моему водителю. Витарр терпеливо ждал.

— Ты где был, кобель? — Звучный женский голос принадлежал красивой стройной девушке, в обнаженном виде явившейся перед всеми. — Детей, значит, делать мы можем, а как воспитывать, кормить и оберегать, так пусть мать занимается, да? Негодяй! — От полноты чувств (отсутствия сковородки) леди подняла двух волчат и вручила Витарру. — На, сам расти. О, и это недоразумение забери! Вечно она обо всех спотыкается!

Оказывается, это девочка. А я всё — мальчик, мальчик. Малышка упала на бочок и от обиды, что у папы обе руки заняты, заплакала, тоненько повизгивая.

— Видишь, что ты наделал? Ребенок плачет! — Женщина подняла пушистика с земли и всучила оборотню. Теперь он держал в руках троих волчат. Мелкие развлекались тем, что обнюхивали папочку и пытались одновременно лизнуть его в нос. К чести викинга могу сказать, не посрамил мужик звание древнего воина. Открыл дверцу и затолкал щенков на заднее сиденье. Потом прикрыл выход своим телом и спросил:

— Ладно. Это всё, что ты хотела сказать? — Волки, снующие вокруг, так и сели, в ожидании продолжения ссоры. Оказывается, не только люди обожают представления. — У нас нет времени на глупости. Если ты отдаешь детей мне — беру. И мы уезжаем. Сейчас. Несса, быстро в машину.

Раскомандовался. Может, мне тоже интересно поглядеть, чем дело кончится. Ворчать про себя я могу сколько угодно, но топать при этом пришлось бодро и энергично. Пропали носочки, придется выбросить. Отстирать такую грязь вряд ли получится. Прошмыгнув мимо оторопевшей женщины, я втиснулась на заднее сиденье. Где тут же была атакована тремя тепленькими пушистенькими щеночками. Что удивительно, мелкая волчица умудрилась растолкать братьев, забраться ко мне на колени, усесться спиной к моему животу, и изо всех сил принялась рычать на волчат.

В то же время снаружи разгорелся оживленный спор. На радость всем мохнатым зрителям.

— Ты мог предупредить, что хочешь уйти? Мог хотя бы звонить раз в день! А спросить, как я себя чувствую? Даже не удосужился узнать, сколько у нас детей! Бабник! Мерзавец! Козел! Ещё и женщину с собой притащил. Как тебе не стыдно!

— Прости, так я кобель или козел? Ладно, молчу, извини. В обоих случаях хвост и четыре ноги. Дорогая, у нас чисто деловые отношения. Сама можешь у неё спросить.

— И спрошу! — В открытую дверцу всунулась растрепанная светловолосая голова леди. — Как он тебе? Нравится?

Что я должна ответить? Скажу — не нравится, Тарр обидится. Скажу — нравится, Тарру попадет ни за что. Хотя, если припомнить девицу, с которой он разъезжал по стране на мотоцикле, то, может быть, так ему и надо.

— Простите, а Вы кто? — Пошла я по пути наименьшего сопротивления. Маленький мокрый язычок лизнул мою щеку, и волчонок тут же полез к маме.

— Жена этого предателя! Он бросил меня, беременную, совсем одну. И с тобой будет то же самое, вот увидишь. Все мужики одинаковые.

— Нет, не будет. Во-первых, я ему не жена. Во-вторых, он мне друг и всё. В-третьих, мы действительно очень торопимся, отпустите нас, пожалуйста. Он отвезёт меня и сразу к вам вернётся, обещаю. Даю честное благородное слово.

— Да кто ты такая, обещать она будет за этого козла! — Витарру, наконец-то, удалось вытащить даму за талию из салона, потом прижать к себе, блокируя руки. Волчата тут же посыпались из машины на землю и принялись прыгать вокруг мамы с папой. Наверное, подумали, что это игра такая.

— Катерина, рыбонька моя, это ведьма. Настоящая. Нам срочно нужно в Париж, там я посажу её в поезд, и всё, свободен. Смогу вернуться к тебе и детям. Какие милые и хорошие у нас волчата! Ути пути… — Это вот он зря сейчас сделал козу малышке. Не ожидала такой глупости от взрослого сознательного викинга. Волчица тут же вцепилась в пальцы острыми, как иглы, зубами и принялась трепать отцовскую руку. Девушка на секунду задумалась, потом громко крикнула:

— Папа! — К машине спокойно подошел седой волк. — Ты позаботишься о малышах, пока я не вернусь? Вместе с Тарасом. — Волк зевнул, потом почесал задней лапой затылок и, нехотя, кивнул. — Значит так, дорогой мой муженек, я еду с вами. Туда и обратно.

Красавица вывернулась из объятий Витарра и убежала в кусты. Думаю, там спрятана одежда. Волки по одному стали перемещаться в сторону темнеющего вдали соснового леса. Ну, а чего ждать, спектакль закончен. Когда седой волк лапой стал подталкивать волчат, чтобы они тоже уходили, малышка вывернулась, подбежала к машине и поставила передние лапки на край. Я решила не заморачиваться по поводу правил поведения, вылезла, взяла щеночка на руки. Подняла до уровня своих глаз и потерлась носом об её нос, вдыхая горьковатый запах осенних листьев. Думаю, крохотуля в них валялась, от души.

— Не скучай. Мама с папой скоро вернутся. Хорошо? — Пушистик облизала мне лицо, шумно подышала в ухо, и, дождавшись, пока я поставлю её на четыре лапы, отправилась догонять братиков. Жаль, не удалось увидеть, как девочка выглядит в человеческой ипостаси. Интересно, какая форма для них истинная? Точнее, кого в них больше, зверя или человека… Витарр прикоснулся к моему плечу:

— О чем ты всё время думаешь? Наверное, осуждаешь меня, да? Так ведь мы — не люди. Моногамия для нас желательна, но не все её придерживаются. К тому же ты не знаешь, как всё произошло на самом деле.

— Давай, вешай лапшу на уши очередной наивной дурочке. — Перед нами нарисовалась высокая красивая девушка в военной форме и берцах. С волосами, скрученными в узел и убранными под бандану, она выглядела, как профессиональный военный. Бронежилет и куртку она держала под мышкой. Рюкзак, ремень с оружием, ножны на бедрах, перчатки. Такое ощущение, что Катерина готовилась к походу заранее. Видя мои округлившиеся глаза, она улыбнулась и снисходительно похлопала меня по спине:

— Хочешь, чистые носки дам. Обуви запасной, к сожалению, не брала в этот раз. Мы же просто в лес побегать вышли перед полной Луной. Садись в машину, едем уже. — Я заняла своё прежнее место на заднем сиденье, повозилась в своем рюкзаке, о, спасибо самой замечательной хозяйке в мире! Мег на самое дно положила мои старенькие, выгоревшие кеды. И пара носков нашлась, но уже не белые, а ярко желтые в голубую полоску. Катя, терпеливо наблюдавшая за моими поисками, не удержалась и рассмеялась, причем до слез. Она сгибалась пополам, зажимала рот рукой и безостановочно хихикала. Может, это у нее нервное?

— Кать, у меня валерьянка есть, хочешь, накапаю? — Помогло. Девушка в последний раз вытерла глаза тыльной стороной ладони и глубоко вздохнула. Потом повернулась ко мне и снова засмеялась. Вмешался Тарр:

— Ничего смешного, Несса всегда так одевается. Угомонись уже.

— Не могу, это же настоящий клоун! Кеды, полосатые носки, синие шаровары, красный топ, и разноцветная вязаная кофта без пуговиц, а волосы! Где ты её выкопал только, настоящее чучело. — Я обиженно отвернулась, глядя в окно на пролетающий мимо пейзаж. Подумаешь. Как хочу, так и одеваюсь. — Нет, ну ты же в поход собиралась, могла бы надеть джинсы, кроссовки, куртку, наконец. На улице не май месяц!

— Катерина, Несса нормально оделась, только потом вся одежда испортилась. Доедем до гостиницы, чемодан достанем, там должна быть запасная одежда. Я хлопнула себя по лбу, совсем забыла, конечно! Ну, ладно, в машине можно ехать и так. Устроилась поудобнее, положила голову на сумку, буду ехать в размышлениях над результатами своего эксперимента. Итак, какой именно нюанс все время ускользает от моего внимания? А Книгу теней я, конечно, дома оставила. Теперь только на свою память и остается надеяться. Кажется, господин Карл Густав Юнг говорил, что огненная стихия связана с активным центром психической энергии, которая, в свою очередь, и есть основной движущей Силой для побуждения человека к действию, творчеству, вдохновению.

— Да ты что? Прямо этими словами и говорил? — На спинке сиденья материализовался сиреневый удав, рассматривающий свой хвост. — Это ж кем надо быть, чтобы простые вещи объяснять таким занудным образом.

— Можно подумать, ты выражаешься просто и внятно. — Проворчала я, с тревогой поглядывая на удивленное личико нашей спутницы. — Не пугай девушку, представься.

— Кать, это Дух, шизофрения нашей ведьмы. Дух, — это моя жена. — Познакомил их Витарр, не поворачивая головы. Правильно, за дорогой надо следить. Кстати, кушать хочется. Если судить по Солнцу, уже далеко за полдень. Отвечая на мои мысли, Тарр предложил:

— В корзинке вроде пирожки с мясом должны быть, достань нам.

— И кто же это печет для тебя, а? Может, расскажешь, почему сбежал сразу же после брачной ночи? — Снова здорово, что ж она не успокоится никак. Вздорная женщина. Или обиженная? Продолжая розыски вкуснятинки, я решила послушать, незаметно посылая крошечный импульс для повышения разговорчивости. Чуточку. Надо же им разобраться между собой. Удав укоризненно покачал головой, заметив мое вмешательство. А, неважно, уже ж сделала. Витарр тяжело вздохнул:

— Кать, ну ты же знаешь, я не хотел жениться. Отец заставил.

— А я, значит, хотела? Несса, давай сюда пирожки! Можешь слушать, всё равно все давно уже всё про нас знают. Тарр, мы же договорились с тобой, свадьба, и ты уходишь. — Горько усмехнувшись, Катерина вонзила белые острые зубы в мякоть пирожка. — Фу, с капустой, на, забери себе.

Замечательно, теперь я должна есть надкусанный. Удав хихикнул.

— Ну, я же так и сделал. — Пробормотал викинг, давясь пирожком. Ещё бы покраснел, герой-любовник.

— Нет, ты сначала пришел ко мне, в спальню. Только потом сбежал. — Сверкнула глазами волчица, вынимая нос из кулька. Порылась еще немного и достала два пирожка. Надеюсь, эти с мясом. Сытый оборотень избегает ссор. Кажется.

— Так наша свадьба же, да ты не очень-то и сопротивлялась.

— Ах ты, пёс шелудивый! Я же тебя с детства любила всем сердцем, всей душой. Ты же сам пришел, без приглашения. Я и подумала, что всё у нас сладится.

Катерина отвернулась, глотая слёзы пополам с едой. Я порылась в кармашке рюкзака, достала салфетки и протянула девушке. По опыту знаю, такие, ко всему готовые воины, обычно не носят с собой носовые платки. Не комильфо. Расстроенная своими воспоминаниями и обидами, Катюша выплюнула остатки пирожка прямо в кулек, а затем выбросила его в открытое окно. Правильно, злимся на викинга, а мусорить будем на дороге. Супер!

— Несса, — я вопросительно глянула на жертву обстоятельств. — Может, там, в корзинке, колбаска завалялась? — В следующий раз поеду без прожорливых оборотней. Честное ведьминское. Мне бы этой корзинки хватило до самой Англии.

— На, только не плачь больше. Что было, то было. Зато у тебя детки замечательные. А как малышку зовут? — Катерина подняла на меня потрясающе красивые карие глаза, опушенные густыми светлыми ресницами. Надо же, брови тоже светлые, вразлет, как крылья у ласточки. Высокие скулы, нежная золотистая кожа, лепной носик, чуть вздернутый (а, так вот откуда мы такие капризные), полные резные губки. Мда. Светлые волосы и темные глаза. Редкое сочетание. А вкупе с такой красотой… Кажется, в Саге о Форсайтах была героиня с похожей внешностью. Да как он мог променять такую чудесную девушку на ту черноволосую мымру легкого поведения с большими, ммм, коровьими глазами, потом ещё и уехать вместе с ней. Кобель и есть. Внутри зародилась искра, спровоцированная злостью на мужчин, неспособных держать штаны застегнутыми. Сиреневый удав беспокойно закачался перед глазами.

— Смотри на меня, Несса, следи за мной. — Туда, сюда, туда, сюда. Дышу, живу, есть хочу. Осознание того, что желудок пуст, послужило отвлекающим фактором. Я тут же укусила пирожок с капустой. О, счастье. Даже глаза закрываются от удовольствия, так вкусно. — Ну что? Ты еще злишься? — Тревожный голос Духа вернул к реальной жизни и заставил анализировать свое состояние. Вроде нормально всё. Искорка погасла. Ну и хорошо. Колбаска, говорите? Я снова полезла в корзинку. Судя по запаху, что-то такое точно имеется. Где-то здесь был нож, завернутый в салфетку.

— Хм. А я было решил, что ты не будешь доедать за волчицей. Как-то неприлично ведьме твоего уровня кушать погрызенный кем-то пирожок, хоть и с обожаемой тобой капустой. — Я почувствовала, как напряглась девушка на переднем сиденье, и, не поднимая головы (честное слово, без всякого злого умысла), ответила:

— Надеюсь, Катя не повторит мою ошибку, когда будет решать, брать тебя в родители своим детям или выбрать верного, любящего и ответственного мужчину.

Джип резко затормозил, даже юзом пошел по влажной, после вчерашнего дождя, дороге. Тарр молча отстегнул ремень, нагнул голову и пошел прочь, не оборачиваясь. Скажите, какие мы обидчивые! Но, на правду же не обижаются? Или я чего-то ляпнула, не подумав? С другой стороны, мне-то жаловаться не на что. Да, как-то нехорошо получилось. Катя погладила меня по плечу:

— Ты что-то знаешь о нем, да? Не переживай. Волк побегает, позлится и вернется. Если хочешь, можем двигаться дальше, Тарр догонит. Он серьезно тебе нравится? — Девушка пересела на водительское место и завела мотор. Я отдала кольцо колбасы Кате, пусть грызет. В конце концов, это она — пострадавшая сторона.

— В каком смысле нравится?

— Как мужчина.

— Ну что ты. Блондины не в моем вкусе. И вообще, мне как-то некогда в последнее время размышлять на эту тему. А он, правда, догонит? Предчувствие нехорошее, какое-то. Лучше, чтобы Тарр был неподалеку.

— Посмотри направо, вон, вдоль деревьев, видишь? — Я повернула голову, надо же. Со скоростью, не уступающей движущемуся автомобилю, параллельно дороге мчался белый волк, зажав в зубах ремень от сумки, заброшенной на спину. Одежду так несёт? Здорово придумано.

— Понимаешь, наши отцы дружили в молодости. Выручали друг друга. А потом решили породниться, чтобы внуки были общие. Только отцу Витарра пришлось вернуться и возглавить стаю в Норвегии после смерти своего родителя. Он не хотел, но там заварушка началась, грызня за власть. Понимаешь, да? — Я кивнула. Пусть говорит, раз ей так хочется. Или это остаточный эффект после моего вмешательства? Получается, ведьма напакостила. Аяй.

— Вот и влюбилась по уши. Он же такой замечательный, высокий, умный, красивый, лучше всех! — Продолжила исповедь Катя. — Сама видишь, чем дело закончилось. Сразу после брачной ночи Витарр сбежал. А сегодня, когда увидела его в машине вместе с тобой, и не сумела справиться с яростью. Не обижайся. Что же теперь делать, а?

Нашла кого спрашивать. Я даже задумываться об этом страшусь. Обожглась уже, хватит. Но Катерина ждёт совета. Ладно, попробую не навредить:

— Насильно мил не будешь. Попробуй не показывать так явно своё отношение. Даже я, посторонний человек (ведьма, конечно, но человек!), вижу, что ты влюблена. Отпусти. Скажи, что оформишь развод, или что там у вас принято. Захочет с детьми общаться — пусть. Нет, сама вырастишь, вон у тебя вся стая в помощниках. Кстати, Тарас — это кто?

— Волк с такой же полосой на спине, как у меня, ты должна была его видеть. Брат старший. — Катя уверенно вела машину, как будто всю жизнь сидела за рулем. С другой стороны, оборотень. У них реакция намного быстрее человеческой. Мне бы так, а то только бордюры и могу считать. Через полчаса впереди засияло вечернее небо. Знаете, так бывает, когда города еще не видно, а его огни уже подсвечивают небосвод. Спросить куда мы приехали, я не успела, потому что Катя резко затормозила, одновременно хватая с соседнего сиденья пистолет. И когда она туда его примостила? Я даже не заметила.

— Несса, вниз быстро! — Машина вздрогнула. Сверху кто-то очень тяжелый упал на крышу. Похоже, мы попали в ловушку. Крыша выдержала, пока некто сползал вниз, на дорогу, через лобовое стекло. — Ой, мамочки. Вампир. — Тонко взвизгнула храбрая воительница, трясущимися руками наставляя оружие на приближающуюся в свете включенных фар фигуру. Так их двое! И не надо предлагать тапочки "капитана Очевидность". У меня уже есть.

Зарисовка 27. Переделка, или как мы из неё выбирались.

Сумерки подобрались незаметно. Каламбур, хихикнул Дух в моей голове и заткнулся. Освещенный светом включенных фар к нам приближался вампир. Длинный кожаный плащ, короткие волосы, спадающие на лицо косой челкой, рукоять меча, спрятанного в ножны, закрепленные ремнями за спиной. Узкое лицо, глаза миндалевидной формы, чуть приподнятые к вискам. Алые губы, изящно изогнутые в кривой ухмылке, дабы продемонстрировать нам свирепый оскал. И здоровенная летучая нечисть рядом. Лысая, с крыльями и горящими красным огнем глазами. В настоящий момент продвинутая летучая мышь возила когтем по стеклу, издавая омерзительный звук, призванный устрашить и низвергнуть нас до уровня плинтуса.

— Кать, дай пистолет. Постреляем вместе. — Девушка передернула затвор, убедилась, что пуля в стволе есть, и выдала мне оружие рукояткой вперёд. Нормально, можно начинать бояться. Страх ледяной струйкой змеился вниз по позвоночнику, вызывая дрожь в коленях и желание спрятаться под сиденьем от всех и вся окружающих ужасов. Похоже, кто-то тут сознательно нас пугает. Может, выйти?

— Сиди. — Катерина быстро разобралась в моих намерениях. — Надо думать, как сбежать, а не рваться в бой с заведомо превосходящими силами противника.

— У тебя что, папа военный?

— Как ты догадалась?

— Не знаю, само пришло. Слушай, а давай газу прибавим. Глядишь, прорвемся.

Катя включила зажигание, и в этот же момент анимэшный красавчик вампир постучал когтем в лобовое стекло. Добившись нашего внимания, он отрицательно покачал пальцем.

— Он сказал, не пытайтесь бежать, и все останутся живы. — Одними губами прошептала Катя, открывая дверцу. Переднее сиденье сразу же занял вампир. Он повернулся ко мне, улыбаясь открытой мальчишеской улыбкой, протянул руку и коснулся кончиком когтя растрепанных волос.

— Агнесса? Меня послали за тобой. Маленькая вечеринка, ничего серьезного. Езжай вперед, волчица. — Он переложил ножны с мечом на колени и закрыл дверцу. Я спрятала пистолет за спину. У шаровар резинка слабая, не удержит. Кобуры тоже нет. Только в руке нести, и то, если не отнимут. Может быть, вампир повернется затылком? А я смогу выстрелить? Красавчик ещё раз улыбнулся мне сияющей улыбкой хулигана и отвернулся. Ну, вот мне ответ на оба вопроса. Причем на второй из них, — не смогу. Недостойно, что ли, в спину стрелять. Через пару километров Катя остановила джип возле обычного темного Мерседеса. Вампир вышел сам и открыл дверцу для меня, подавая руку, как джентльмен. Скажите, пожалуйста, какая воспитанная нечисть.

— А где же твой крылатый спутник?

— Удерживает вашего волка от излишнего героизма. Вон в том лесочке. Сейчас Агнесса пересядет в Мерседес, а вы поезжайте в Краковец. Когда мы закончим наши дела, привезем ведьму прямо на границу, сдадим с рук на руки.

— Эй, а мне переодеться надо, ужин, душ. Может, мы в гостинице остановимся, а уж оттуда на вечеринку?

Я осмелела, принялась возмущаться. Столько проехали, а теперь, на ночь глядя, тащиться неизвестно куда приходится. Вампир хмыкнул, протянул руку, ухватил меня за шиворот и вытащил из машины.

— Всё тебе будет, и кофе, и шампанское, и ванна с апельсиновым маслом. Быстро в машину! — Зато пистолет со мной. Правда, не знаю зачем. Не такой уж великий я воин. Ночь окутала свежестью мое разгоряченное тело, и огонь внутри начал потихоньку стихать. Убедившись в том, что большая уродливая мышь отпустила белого волка, я послушно заняла место в машине. Сзади, конечно, где же еще. Красавчик сел впереди, и шофер тронул Мерседес с места. Я уселась с ногами на мягкое кожаное сиденье и задумалась. История-то повторяется. Живу, как в сказке, конца-края сплошной череде проблем и загадок не видно. Только решила, что добралась до конца истории счастливо и без потерь, как появилось новое действующее лицо. В настоящей жизни, в отличие от волшебных фантазий, конца не бывает — ни счастливого, ни другого, похуже. Пока живешь, история продолжается. Ты думаешь, что всё у тебя налажено, под контролем, но, секунда проходит, — и понимаешь, что весь твой контроль — только иллюзия. Даже расчесать волосы нечем. Кошмарные, нечеловеческие глаза заглянули в окошко. Вот ещё одна загадка. Каким образом такая громадная летучая мышь может двигаться с такой же скоростью, с какой мчится мощная машина? Вампир повернулся ко мне, отвечая на незаданный вопрос:

— Гарри не может принять человеческую ипостась. Цыганская ведьма прокляла его, и теперь он обречен существовать в этом чудовищном облике до тех пор, пока его не убьют, или пока колдунья не смилостивится. Может быть, ты сумеешь снять проклятие? — Никогда не думала, что увижу умоляющие глаза кота из мультика на лице у безжалостного убийцы. Вместе с белозубой клыкастой улыбкой зрелище убойное. — Для тебя сюрприз приготовили в замке. Кстати, меня зовут Александром.

— Шурик, значит. А Краковец — это где? — Первый раз слышу такое название, надо же спросить, куда бежать в случае чего.

— Не надо называть меня Шуриком, пожалуйста. Вы же на границу едете, разве нет? Краковец — Корчова, или Коржова, пропускной пункт. Так что с проклятием? — Мышь уже не заглядывала в окно, улетев далеко вперед. А я ерзала на месте, пытаясь вспомнить, поставила Катерина оружие на предохранитель или нет. Если нет, то, как мне это сделать? Слух, говорят, у вампиров хороший. Услышит щелчок, вдруг отнимет последнюю надежду.

— Смотреть надо. Скорее всего, только тот, кто наложил, может его снять. Хотя, может, там было условие какое-то? Тогда, при выполнении оговоренного заранее момента, проклятие спадет само. Из-за чего пострадал ваш Гарри? — Шурик замялся, потом занавесил лицо длинной челкой, отвернулся и вздохнул. Ясно, съел кого-нибудь. Небось из табора.

Мы вышли за машины уже часам к одиннадцати вечера. Я замерла от восторга. Конечно, узнала замок. Сложно не узнать место, где дрались мушкетеры из любимого отечественного сериала. Факелы, закрепленные на шестах, освещали двор очень хорошо. Надеюсь, электричество здесь есть.

— Нету. — Тут же отозвался Шурик. Наверное, я высказала вслух свое пожелание. — После Перехода проект заморозили, деньги перестали поступать для реставрации, и с тех пор по сей день Подгорецкий замок лишен нормального освещения. Красиво, да? — Монументальное здание подавляло своей мощью и продуманной системой укреплений. Кое-где разбитые окна светились изнутри светом зажженных свечей, привлекая уставших путников обещанием уюта и заботы. Не светилась только самая угловая башенка.

— А там что? — Заинтересованно спросила я Шурика, показывая в сторону дальней стены.

— Ну, на реставрацию с 2006 года государство выделило почти шесть миллионов гривен. Капля в море. Нужно больше семи десятков тысяч евро. Что могли — сделали. Сейчас денег нет пока. Поэтому там, куда ты показываешь, ничего.

Я восхищенно вздохнула, рассматривая величественное сооружение. Историческая ценность мало меня волновала, а вот возможность сбежать при наступлении рассвета — это да, задачка не из легких. Отсюда главный вопрос:

— А люди здесь есть? Или только вампиры?

— Есть, конечно. Сторожа, горничные, доноры. Мы хорошо платим. Пройдем внутрь? — И мы вошли.

Освещение оставляло желать лучшего, потому что свечей явно недостаточно, для того, чтобы оценить потрясающую красоту сохранившегося убранства внутренних помещений. Пройдя несколько комнат с высокими потолками, теряющимися в ночной темноте, мы оказались в большом зале.

— Мозаичный зал, точнее то, что от него осталось, — тихо сказал Александр. — Вацлав Ржевуский настолько любил его, что приказал высечь на стене, видишь? Это латинский язык, слова Горация: "Purae rivos aquae silvaque iugerum | paucorum et segetis certa fides meae | fulgentem imperio fertilis Africae | fallit sorte beatior". Мне нравится этот вариант перевода: "Есть лесок небольшой, чистой воды ручей, В пашне — твердый зарок мне пропитания: Так не счастлив, как я, даже владеющий Плодородной всей Африкой". Там, дальше, не стене, есть еще. — Слева кто-то хрюкнул. Факелы запылали сильнее, не знаю отчего, и я увидела на большом кресле, может, троне, скрюченную фигуру Гарри, уже знакомую мне.

— Ох, прости. Агнесса, разреши представить тебе Властителя этого замка и прилежащих к нему земель Вацлава Ржевуского. Не того, кто заботился обо всей этой земле в восемнадцатом веке. Тот прожил длинную и счастливую жизнь. А перед тобой его внук, Вацлав, в своё время носивший прозвище "Эмир". Может, слышала? В мае 1831 года он пропал по официальной версии. Историки считают, что во время одного из восстаний против Российской Империи. Когда в 2010 году здесь работала команда экстрасенсов из Англии, одна ясновидящая рыжая леди предсказала, что Проклятие сможет снять ведьма, которая в октябре месяце текущего года будет находиться "между". То есть уже не "здесь", но еще не "там". Понимаешь теперь? — Шурик посмотрел на меня с такой надеждой, что я от расстройства уронила пистолет. Он не был на предохранителе. Хорошо, что пуля попала в потолок. Правда, этот факт совсем не обрадовал летучую мышь, восседавшую на бархатном троне. Вампир зашипел, показывая клыки.

— Ннет, — заикаясь, пробормотала я. — Не понимаю. Извините, он сам упал. Случайно. А много здесь побывало экстрасенсов? — Уродливое создание тоскливо вздохнуло и почесало свой затылок когтями левой руки, уставившись на меня красными глазами.

— Ну, с весны 2008 года пять разных групп исследовали замок по очереди. Помнишь, одно время было модно смотреть шоу "Битва экстрасенсов"? Их инициатива. Там пара знакомых колдунов в учредителях обреталась, помогли малость. А потом, в конце августа 2010 года, здесь работала американская группа "Охотники за приведениями". Они приехали с кучей аппаратуры и зафиксировали сенсорные феномены, не подлежащие объяснению. — Шурик подтащил кушетку, обитую бархатом, поближе ко мне, предложил присесть. И на том спасибо. Я потерла руки, с одной стороны, хорошо, что в замке не топят. С другой стороны, прохладно. Знобит. Вот же ж, холера! Обычно меня одолевает озноб в местах скопления приведений, не упокоенных духов, всякой метафизической всячины. Я возмущенно уставилась на вампира и потребовала ответа на вопрос, почему именно меня притащили в замок.

— Ты, ведьма, ехала из одного места в другое. Как предсказано. Наш Мастер, тот, кто сотворил меня и Вацлава, позвонил вчера, сказал, что ты в пути. Осталось только перехватить и привезти сюда, к нам.

Я стала загибать пальцы на руке. Получается, что сегодня уже вторая четверть Луны. Если бы знать причину, которая привела к Проклятию.

— Александр, мне нужна вся история. Что случилось тогда, весной 1831 года? Все факты, до единого. И хорошо бы чаю или кофе. Прохладно у вас здесь.

Вампир согласно кивнул, дернул за шнурок, а я-то думала, это просто украшение, и приступил к рассказу. В ту весну, как раз на Бельтайн, к замку прибился цыганский табор. Вацлав позволил им поставить шатры и развлекать народ из окрестных деревень. Волшебная ночь с апреля на май потому и волшебная, что в это время происходят разные чудеса. Сама Богиня со своим Консортом выходят к людям и благословляют Любовь. Хозяин замка увидел на одной из полян, как пляшет и веселится юная цыганка. Прелестная девушка, как майский ландыш на лесной полянке. Черные кудри волос вились ниже тоненькой талии, привлекая внимание Владетеля. Закипела кровь у мужчины, и тогда он, не слушая доводов разума, схватил красавицу против её воли и утащил к себе в замок. Три дня и три ночи безмолвно стояли цыгане у ворот. А на рассвете третьего дня вышла внучка старой колдуньи на крышу замка, там, где сейчас угловая башня. И бросилась вниз головой на глазах всего табора. Чуть-чуть не успел Вацлав, спешивший подняться на крышу вслед за девушкой. А, когда он стоял на краю и сквозь слезы смотрел на мертвое тело, лежавшее на дне оврага, прозвучали слова древнего Проклятия. Старая сухонькая женщина подняла левый кулак и сказала, что не будет ему покоя ни днем, ни ночью, ни в жизни, ни после смерти, и ходить ему чудовищем по земле до тех пор, пока не встретит он ведьму, со сжигающим её тело огнем внутри, путешествующую "между". Если она добровольно захочет помочь, тогда Проклятие можно будет снять. Если успеть до полуночи в день встречи с колдуньей.

Я чуть с кушетки на свалилась, так заслушалась. Сказочная история, описывающая далекие по времени события, показалась мне не полной. Шурик отхлебнул красного вина из высокого хрустального кубка и произнес:

— Потом наш замок посетил вампир, Монтгомери, и в одну ночь обратил нас обоих. Он очень сильный, древний и жестокий. Позже мы узнали, что прислали его цыгане. Я могу быть только в человеческом облике, а Вацлав — в виде летучей мыши. До полуночи осталось чуть больше часа. Что именно ты намерена делать? — Такой резкий переход поубавил во мне решительности и заставил вспомнить, где нахожусь. Я покосилась на пол, где валялся мой пистолет. Растяпа, даже не заметила, как его унесли. Получается, что сама колдунья давно мертва.

— Скажите, а где похоронили девушку? Нам надо пройти туда, всем вместе. Кстати, почему ты, Александр, не остановил своего хозяина, когда он цыганку тащил к себе? — Шурик внимательно посмотрел мне в глаза и спросил:

— Как ты себе это представляешь? Кто я, простой командир стражи, чтобы запрещать или советовать что-то Вацлаву? — Снова послышалось хрюканье. Мышь встала и, переваливаясь, топала к нам, угрожающе расправив крылья. Омерзительное зрелище на красных и белых мраморных плитках, устилающих пол Мозаичного зала. Приблизившись на расстояние вытянутой руки, страшилище выразительно уставилось на меня и облизнуло черным раздвоенным языком тонкие губы. Свечи мигнули. Как там в классике? Переговоры.

— Я считаю, что вы оба получили по заслугам. — Вампир с мышем тут же зашипели на меня, демонстрируя клыки и угрожая участью, страшнее, чем смерть. Подумаешь, испугали. — Спокойно. Допустим, у нас все получится. Кто мне гарантирует, что следующим утром я, живая и здоровая, уеду в Краковец к своим друзьям?

Летучая мышь снова хрюкнула и стукнула себя в грудь тыльной стороной ладони. Шурик пояснил:

— Наш дворецкий доставит тебя на границу в целости и сохранности, после того, как накормит завтраком. Я уже договорился. Твои покои готовы, а горячую воду в ванную нальют сразу же, как только ты вернешь облик Вацлаву. В комнате стоит шкаф. Можешь брать любую одежду по своему выбору. Только помоги нам, пожалуйста. Прошу. — И красавчик стал на одно колено, протягивая мне свой меч. Что это означает? Сзади раздался чуть слышный мужской голос:

— Вам не причинят зла в любом случае. Но, если Вы откажете в помощи, они оба умрут до рассвета. Окончательно, без надежды на перерождение. Так гласит окончание пророчества.

— Дворецкий? — Уточнила я, обращаясь к пожилому мужчине, одетому в клетчатый халат и держащему в правой руке подсвечник.

— Да, это я. Матиас, к Вашим услугам, госпожа ведьма.

— Что ж. Проводите нас, пожалуйста, к месту упокоения.

Как и следовало ожидать, девушку похоронили за пределами кладбища. Почему? Ведь, по сути, она — жертва. Матиас, постоянно спотыкаясь, объяснил, что самоубийц хоронят вот тут, в кустах. Без отпевания. Тут же нашли свое убежище и женщины, умершие в родах, и младенцы, которых не успели окрестить. Очень много могильных холмиков без надписей, чуть ли не больше, чем на самом кладбище. Наконец, Шурик указал на самую крайнюю могилу, почти вровень с землей. Только трава, зеленая и сочная, в отличие от остальной пожухлой и пожелтевшей растительности, указывала на место захоронения. Мимо меня протопал летучий мышь, оставляя за собой бороздки от когтей в осенней земле, усыпанной опавшими листьями. Не обращая на нас внимания, он угнездился рядом с могилой и трясущейся лапой огладил траву. Капли кровавых слез упали на тонкие стебельки, вампир плакал. То ли над своей загубленной судьбой, то ли страдая от любви к безвременно ушедшей за грань красавице. Кто знает. Я встала, выпрямив спину, прикрыла глаза и мысленно обратилась к Шайле, своему подопечному Духу:

— Видишь её где-нибудь поблизости?

— За твоей спиной. Обернись. — Я плавно повернулась на сто восемьдесят градусов и увидела перед собой прозрачную фигуру из розово-сиреневой дымки. Склонив голову с пышными кудрями к левому плечу, девушка вглядывалась в летучего мыша, скребущего когтистыми лапами поверхность могилы. Она подлетела к нему со спины и ласково провела ладошкой по загривку, покрытому жесткими торчащими волосами. Судя по скорбным лицам дворецкого и Шурика, Дух цыганки видела я одна. Вот она присела на корточки и попыталась заглянуть ему в глаза. Чудовище, как будто что-то почувствовав, подняло голову, вглядываясь в воздух перед собой.

— Она здесь, да? — Шепотом произнес Александр.

— Да. — Так же тихо ответила я.

— Что она делает?

— Обнимает его руками за шею и что-то шепчет на ухо. Наверное, вам следовало прийти сюда раньше, а не мучаться столько лет. — Вампир укоризненно посмотрел на меня. Такой торжественный момент, а я умничаю. Внезапно подул свежий северный ветер, зазвенели невидимые колокольчики, и с небес пролился яркий сияющий свет на красавицу и чудовище. В темноте ночи, окружающей нас, столб света казался призрачным, трепетным, манящим. Девушка выпрямилась, воспарив над землей, и протянула руку к уродливому существу, замершему на её могиле. Могу поклясться, в этот момент он увидел свою любимую. Согласно кивнув головой, мышь вытащил из складок крыльев острый кинжал, и, ни секунды не задумываясь, вонзил себе в сердце. Мы только ахнуть успели, как перед нами возникло дивное видение. Симпатичный молодой мужчина с короткой стрижкой на темных волосах притянул к себе девушку. Они посмотрели друг на друга, улыбнулись, потом одновременно обернулись к нам и протянули обе руки к Александру. Нелегкий выбор. Остаться на земле, влача жуткое существование, или уйти вслед за хозяином, которому служил столько лет. Вампир достал свой верный меч и предложил мне. Я шарахнулась в сторону. Тогда он протянул меч дворецкому, умоляюще глядя на человека красными глазами. Тот покачал головой. Потом подумал, решительно передал мне подсвечник и вытащил из-под халата сияющий серебряный кинжал с ручкой в виде креста. Прочитав молитву Пресвятой Богородице, Матиас с силой воткнул оружие в тело Александра. Ну, вот, наконец-то, убийца — дворецкий, некстати промелькнувшая мысль вернула мне нормальное состояние души. Как только руки призрачного слуги коснулись рук девушки и Вацлава, пространство схлопнулось, и перед нами остались два мертвых тела, лежащие безжизненными кучками на земле. Подобрав меч покойного рыцаря, Матиас взял меня под руку, и мы пошли к замку, еле переставляя ноги.

Уже сидя в уютном кресле возле горящего камина в своей комнате, я ответила на вопрос дворецкого, заданный мне вежливым тоном:

— Вы можете объяснить мне, что же случилось на самом деле почти двести лет назад? — Матиас протянул мне кружку, наполненную горячим какао. Я взяла её обеими руками, стараясь не обжечься. Сам пожилой мужчина устроился в соседнем кресле, согревая в руках пузатый бокал с коньяком.

— Я могу только предположить, что на самом деле, старая колдунья была черной ведьмой и хотела выдать внучку замуж за кого-нибудь из цыган. Чтобы потом иметь возможность передать ей свой дар по наследству. А девушка ослушалась и пошла с первым встречным, назло бабке. Думаю, старуха нашла способ достучаться до своей внучки и угрожала ей каким-то образом. Скорее всего, именно Вацлаву и грозила опасность, если девушка не вернется к своему народу. Ну, а что было дальше, не знаю. Может, сама колдунья и заставила свою внучку спрыгнуть со стены. Для неё важно было не допустить, чтобы они встретились снова, пусть и в таком эфемерном виде.

Мне показалось, что кто-то невидимый легким перышком коснулся моей щеки. Значит, правильно догадалась. Так оно всё и было. Мы еще немного посидели, думая каждый о своём, потом я легла спать, а Матиас пошел к себе, напоследок пообещав разбудить, как только встанет солнце. Уже засыпая, я услышала шепот моего Духа:

— А где же все-таки обещанный сюрприз?

Зарисовка 28. Трое в автомобиле, не считая…

Утром я встала много позже, чем собиралась. Помню, что Матиас приходил и пытался вытащить меня из-под теплого одеяла в холодную комнату. Но спать было так спокойно, уютно, безопасно, что открыть глаза никак не получалось. Поэтому сонную особу, не реагирующую на звуки и потряхивания за плечи, оставили в покое ещё на пару часиков. Когда же мой чувствительный нос учуял запах кофе, я усилием воли заставила себя проснуться и выползти из уютного гнездышка. Матиас, в ливрее и белых перчатках, невозмутимо стоял рядом с кроватью и, перекинув накрахмаленное полотенце через локоть, держал на специальном подносе завтрак. Серебряный кофейник на две порции, очень красивая чашка, и свежий круассан на блюдце.

— Можно мне сразу кофе?

— Да, пожалуйста, черный, горячий, без сахара. Я угадал? — Невозмутимо ответил Матиас, устанавливая поднос ножками прямо на постель. — Как Вам спалось, госпожа? Я уже подготовил машину к поездке. Жду Вас внизу, возле парадного входа, через час.

Торопиться я не стала. Спокойно позавтракала, наблюдая в окно, выходящее во внутренний двор, за дневной суетой обитателей поместья. Даже разглядела в дальнем углу настоящую кузницу. Двадцать первый век, а у них тут куры бегают, кузнец молотом машет. Вон девчонка за свиньей погналась, а та улепетывает прямиком через огород с неубранными тыквами. Средневековье какое-то. Чепчики крахмальные у горничных, длинные платья. Нет, бежать отсюда надо быстро, энергично, стремительно. Приняв решение, я открыла гардеробную и долго рассматривала вещи, занимающие всё её пространство. Честно говоря, комната для одежды оказалась по размеру намного больше, чем спальня у меня дома. А вещей-то! Ну, просто завались. Выбрала высокие ботинки. Моего размера не нашлось, поэтому взяла на размер больше. Понравился черный плащ из тонкой кожи, с подстежкой для тепла из какого-то мягкого приятного материала. Перчатки тоже нашлись. Обмотав шею красным шарфом из кашемировой шерсти, я спустилась вниз, где увидела почти всех обитателей замка, выстроившихся возле крыльца. Неожиданный сюрприз. Что такое? Матиас выпятил грудь и торжественно произнес:

— По условию завещания, обязан спросить при свидетелях, хотите ли Вы быть Владелицей усадьбы и всех прилегающих земель?

— Нет. — Твёрдо ответила я, пытаясь не слишком таращить глаза от удивления.

— А если бы Вам оставили наследство независимо от Вашего желания, что Вы тогда стали бы делать? Это важный вопрос. — Гордый своей миссией, дворецкий осмотрел подчиненных с высоты седьмой ступеньки крыльца. Народ в ответ энергично закивал, выражая полное согласие с оратором и вопросительно посматривая на мою укутанную, готовую к отъезду, особу. Хорошо, что обувь сменила, а то как-то не комильфо стоять в дорогущем кожаном плаще и потрепанных кедах. А шаровары и кофтенку не видно.

— Понятия не имею. Скорее всего, попыталась бы найти наследников. Должен же быть кто-то. — Народ радостно захлопал в ладоши. Ну, раз уж мне устроили такие овации, то могу и раскланяться, почему бы нет. Каждый человек, неважно, мужчина, женщина или ребенок, все сочли нужным подойти и попрощаться, похлопать по спине или пожать руку, желая мне удачного завершения путешествия. Хм. Они, что, серьезно боялись, что я останусь? Дворецкий важно занял место за рулем, и мы, наконец-то, сдвинулись с места, оставляя далеко позади мрачный замок. По пути Матиас рассказал, что приглашенный заранее нотариус ждал окончательного решения в кабинете, и, если бы я согласилась принять в собственность предложенную недвижимость, документы оформили бы без промедления. Достаточно было просто вписать данные из паспорта. Хм, а захватить мои документы из джипа Александр же забыл? Ладно, теперь это не имеет значения.

— Подозреваю, предусмотрен и второй вариант решения судьбы поместья, нет?

— Да, Вацлав учел, что Вы, как большинство славян, не стремитесь обзавестись собственностью такого размера, — вот я не поняла, это намеренное оскорбление или что сейчас было? Себя, значит, они славянами не считают. — Он передал для Вас конверт с адресом своей внучатой племянницы в Херефорде. Вы же едете в ту сторону, он не ошибся?

Ни разу не была в Англии, откуда мне знать, в какую часть острова повезет меня Сайгош? Странные люди. Приняв моё молчание за согласие, Матиас облегченно вздохнул с чувством выполненного долга и принялся следить за дорогой. Несмотря на дороговизну топлива в наше время, машины летали в обе стороны очень интенсивно. Я завернулась в плащ, устроилась на мягком сиденье, и задремала, ощущая внутри солнечного сплетения стойкий огненный шарик, пока что размером с горошину. Хорошо бы он таким и оставался.

Матиас разбудил меня негромким гудком автомобиля, когда пробирался через небольшую пробку, образованную приличным караваном машин, стремящихся именно сегодня попасть на ту сторону границы. Я потерла лицо руками для того, чтобы быстрее прийти в себя после сна, и всмотрелась в окружающий мир через тонированное стекло Мерседеса. Дело шло к вечеру, люди стояли группами возле небольших кафе, а длинная очередь перемещалась с черепашьей скоростью. Так, или я плохо вижу, или нашего джипа здесь нет. Вот холера. Перед носом появилась фарфоровая чашка с горячим кофе. О, божественный запах. Уже допивая последние капли, я удивленно воззрилась на Матиаса. Он спокойно улыбнулся и продемонстрировал мне большой термос.

— Могу налить еще, если хотите. Только моя жена варит очень крепкий напиток, да, к тому же, он настоялся за время, пока мы ехали. Не стоит увеличивать норму, может плохо отразиться на сердце. Кушать хотите? Есть салат, отварное мясо, нарезанное, с соусом, свежий хлеб. — Предложение поесть пришлось кстати, и, не выходя из машины, мы с водителем перекусили. Остатки еды он сложил в корзинку и передал мне вместе с термосом. Моя светлость, конечно же, пыталась отказаться, но слушать меня Матиас не стал, аргументируя тем, что неизвестно, когда приедут ребята. Вполне возможно придется задержаться на день или два. А ему, видите ли, нужно срочно ехать назад. Все там развалится у них без его присмотра, так я и поверила, ага, конечно.

Стоя рядом с машиной, я смиренно выслушивала последние наставления пожилого мужчины, озабоченного тем, что он вынужден оставить меня одну, без документов, в таком опасном для одинокой беззащитной женщины месте.

— Агнесса, я признателен Вам за отказ от прав на собственность. Уж простите, но ведьма во главе клана полный нонсенс. И, как человек, умеющий ценить и уважать другого человека, прошу принять от меня в подарок кинжал, — он протянул мне серебряный кинжал в ножнах. Тот, которым отправил на тот свет Александра. Наверное, даже видеть не хочет это оружие, не то, что держать в руках. Матиас удовлетворенно кивнул головой, следя за сменой эмоций на моем лице.

— Конверт с адресом внучатой племянницы в корзинке, в специальном отделении. Вам предоставлены все права по выбору лица, которое унаследует замок. Может так получиться, что там, в Херефорде, большая семья. Выберите, пожалуйста, сами нового хозяина или хозяйку для нас. Мы полностью Вам доверяем. И последнее. Я уполномочен передать Вам подарок от Вацлава за снятие проклятия и возвращение ему человеческого облика. Чек в конверте и шкатулка, содержимое которой мне неизвестно. Вот она, примите её из моих рук. — Я поблагодарила Матиаса и взяла небольшую резную шкатулку. Судя по ощущениям, там, внутри, что-то живое. Аяй. — Агнесса! Не отвлекайтесь! Месяц назад Александр поймал странное существо, запер в клетке и никому его не показывал. Отдаю Вам и эту загадку. Мне оно ни к чему, как и кому бы то ни было из нас всех. Забирайте! — Матиас торжественно вручил мне большую клетку, завернутую темной сетчатой тканью, погладил меня по голове, видимо, сочувствуя дальнейшей судьбе одинокой ведьмы, и угнездился за рулем. Эй, это что, я тут одна останусь с таким количеством предметов? Нормальный подход.

— Один вопрос, шеф! — Дворецкий завел двигатель и опустил стекло. — А что из всей этой кучи сюрприз? Мне Александр обещал! — Матиас пожал плечами. Задумался, потом покосился на клетку, ткнул в неё указательным пальцем, и, помахав напоследок мне рукой, отчалил в обратном направлении.

Представьте себе картину. Очередь к таможне. Справа небольшая площадка с лавочками. На одной из них сижу я, нахохлившись от подбирающегося холода. Не лето на улице. Октябрь. Рядом стоит большущая корзинка, прикрытая полотенцем в красную и зеленую клеточку, зеленый блестящий термос на три литра, и клетка, замотанная темно-синей тканью, высотой мне до плеча. Вдобавок на моих коленях деревянная громоздкая шкатулка, сантиметров двадцать пять в длину и пятнадцать в ширину. Высота этого изделия неизвестного мастера тоже сантиметров пятнадцать, не меньше. Прическу мне делала дочка Матиаса, поэтому волосы убраны в непривычную мне корону: косу, обернутую вокруг головы. Ну, хоть не мешаются, и то ладно. Хорошо, что взяла ботинки, в который раз порадовалась, ноги пока не мерзнут. Решив начать исследование вверенного мне имущества с клетки, я аккуратно размотала ткань и уставилась внутрь. Клетка оказалась из чистого серебра с деревянным тонким дном. Внутри возвышалась крошечная горка грязных, воняющих чем-то гадким, тряпок. И что мне с клеткой делать теперь? Может забыть на лавочке, пусть кто украдет себе на радость? Нет, возьму с собой, Мэвис сделает из нее цветочный горшок. Она их из всего делает в последнее время, даже из разбитых чашек и пластиковых бутылок. Сердце сжалось от тоски по маленьким крылатым созданиям. Как там они без меня? Я без них — плохо, скучаю. Даже глаза на мокром месте.

— Если ты не завёрнешь клетку снова этой дурацкой тряпкой, я тут окочурюсь, яйца уже отмерзли на фиг, и горло болит.

На дне клетки обнаружился дрожащий фей, или эльф, или пикси. Постоянно забываю спросить у Рель, как правильно называть их мальчиков. Худой, грязный, в оборванных штанишках, босиком. Только нечесаная шевелюра и серые глаза указывают на то, что таки да, это, действительно, эльф. Одно крылышко повисло безжизненной тряпочкой, а второе всё сильнее дрожит от холода. Я стащила перчатку с руки, открыла дверцу и, стараясь не морщиться от мерзкого запаха, пригласила его занять место внутри. Пропала перчатка, но помыть мне мелкого грубияна пока негде. Судорожно передернувшись, перестала таращиться, ругая про себя слуг Вацлава. Могли бы и вчера отдать крылатика, что за люди, никакого милосердия. Странно подволакивая ногу, малыш умостился внутри перчатки, обреченно вздохнул:

— Даже сбежать не могу. Еще пара дней и все. Истаю.

— Булочка с клубничным вареньем не спасет? А ещё у меня есть горячий кофе. Нитки с иголкой скоро приедут. Сошьем тебе теплый костюм. Давай-ка вот сюда, в рукав плаща, спрячу перчатку. Так теплее? Вот съездим по делу в одно место, может, там себе дом найдешь, а, если нет, со мной вернешься. Познакомишься с Рель, Дэкланом, Мэвис, Йеном, остальных, прости, сейчас плохо помню по имени. У них свои дела в саду, поэтому на глаза попадаются реже. Знаю в лицо всех, а как зовут, забываю часто. Никто не обижается.

Говорила я больше для того, чтобы он освоился и понял, что ему никто не угрожает. Достала салфетку из корзинки, накрыла шкатулку, налила немного кофе в крышку термоса. Чашку-то Матиас увез. Разломила булочку с вареньем напополам и предложила голодающему. Он с трудом сглотнул и отвернулся.

— Не могу это есть. — У меня руки опустились.

— Почему? — Он зло посмотрел мне в глаза.

— Как? Разве ты не знаешь? Мы же приобретаем все качества тех, с кем живем. Я болен, и вылечить меня можно только одним способом. Но ты же ведьма, а, значит, жадина и скупердяйка! — Я так и опешила. Вылечится, отдам Рель, пусть она ему накостыляет за оскорбление. А, догадалась. Ему кровь нужна.

— На. — Я протянула ему безымянный палец левой руки. — Пей, если ты без этого не можешь. — Грубиян недоверчиво покосился на меня, потом сглотнул и резко впился зубами в кончик пальца. Больно. Такое ощущение, что тонкая ниточка протянулась от губ фэйри прямо к моему сердцу, вытягивая из него жизнь. Один глоток, второй, третий, и нахал оторвался от моей кожи, стирая кровь тыльной стороной ладошки и старательно облизывая остатки. Наверное, поэтому маленький народец причисляют к Неблагому двору фэйри. Из-за того, что им иногда по вкусу чужая кровь. Ну, что ж, у каждого свои недостатки, подумала я, собирая половинки булочки в салфетку.

— Нет, нет, не убирай! Я очень хочу кушать, давай сюда. — Голодающий вцепился двумя тоненькими, как веточки, руками в выпечку, вгрызаясь изо всех сил, чавкая, попутно обсыпая крошками и себя, и меня, и мой плащ за компанию. Я поболтала пустой крышкой. Когда только успела выпить? И налила еще кофе. Надо же будет страдальцу промочить горлышко после обжорства. Осталось выяснить, что или кто скрывается под крышкой шкатулки. Может, пока посмотреть документы? Похоже, на сегодня мне уже достаточно сюрпризов. Фей высунулся из перчатки по пояс и принялся пить кофе, постепенно наклоняя к себе краешек емкости. Хоть бы не облился, а то ещё ожоги придется лечить, а с наложением рук у меня проблемы в последнее время. Вместо исцеленного пациента вполне можно получить горку пепла. Рядом с площадкой для отдыха затормозила машина.

— Несса! Ты здесь! Наконец-то мы тебя нашли! Я уже совсем с ума сошла от беспокойства. Представь себе, этот шерстяной коврик для ног даже не может поменять пробитое колесо! — Растрепанная Катя выскочила из джипа и бросилась прямиком ко мне, намереваясь потискать всласть. Любят оборотни обниматься, что тут скажешь. Не добежав пары шагов, Катюша узрела жующего крылатого человечка, невозмутимо доедающего вторую половинку булочки. Девушка открыла рот от удивления и, сглотнув, спросила:

— Это же фея! Да? Как в мультфильме про Питера Пена и фею Динь-динь! У неё должна быть волшебная палочка! Ой, как здорово! А почему она такая грязная и вонючая? Я отсюда чую, чем она пахнет. Фуу. Как будто в туалет под себя ходила и не мылась месяц. Давай помоем? Тут на улице кран есть, я видела! — У меня голова разболелась от её громкого голоса и бестолкового тарахтения. Даже затрясло, зрение стало двоиться, огненный шар в солнечном сплетении стал увеличиваться. Витарр закатил глаза и покачивая головой, утомленно вздохнул, показывая насколько его достала преувеличенная активность подруги. Мелкий перестал жевать, замер, а потом поднял голову и уставился мне в глаза.

— Слышь, ты, большой белый великан, ей бы зеркало надо. Есть у тебя? Дай!

Пронзительный голос эльфа привлек внимание Тарра. Он порылся в карманах, достал маленькое круглое зеркальце и протянул мне.

— Возьми, быстро смотри в него! — Соображала я в этот момент времени плохо, поэтому тупо послушалась и уставилась в отражающую поверхность. — Смотри себе в глаза!

Красивые глаза, да, не буду скрывать. Почему-то в каждом светится огонек. Почти как у демона. Смотреть в глаза, ага, смотрю. Огоньки стали меньше, или мне кажется? Минута, вторая, глаза стали нормального цвета. Что — и всё? Так просто? Наверное, вслух спросила.

— Нет. Этот фокус срабатывает редко. Я просто предложил, получилось. Старый колдун, мой предыдущий хозяин, иногда так поступал. В следующий раз может быть совсем по-другому. Да, чуть не забыл, передай волчице, что я — взрослый мужчина, а не какая-то глупая фея из мультика и под краном купаться не буду! Там вода холодная. А шоколадка есть? Дай!

— Дай сел в трамвай и уехал в далекий Китай. Поэтому, будь добр выбери, либо ты остаешься с нами, и в этом случае тебе придется следить за своим языком и поведением. Либо можешь идти на все четыре стороны. Свободен, как эээ, ну, ладно, просто тебя никто не держит. Кстати, ты не представился. — Понимаю, эльф мне помог справиться с проблемой, но и садиться себе на шею не позволю. Будем считать его помощь равноценной оплатой за освобождение. По сравнению с обитателями моей фазенды, этот тип — просто хам и наглец.

— Несса, вечно ты обрастаешь вещами, как хомячок. Ботинки раздобыла где-то, плащик кавайный. Вампиров куда дела? — Ворчал Витарр, оглядываясь по сторонам. Наконец, выбрал подходящий кирпич и выбил дно у клетки. — Вот так получше будет, ни к чему грязь с собой тащить. В эту тряпку заворачивать? — Он потряс у меня перед носом сеткой и, получив утвердительный кивок, мгновенно обернул серебро, стараясь не прикасаться к прутьям. Потом сгреб остальные пожитки и потащил к машине. Какой-то он странный сегодня. Сухой кашель, раздавшийся с моих колен, заставил меня снова посмотреть на больного эльфа. Он прикрыл рот грязной ладошкой и весь сжался в несчастный страдающий комочек.

— Что ты решил? — Не буду жалеть.

— Куда я пойду? Последний из пикси. А ты могла бы с уважением ко мне обращаться. Таких прекрасных созданий, как я, нигде в мире больше нет. Единственный представитель волшебной страны, а тебе даже шоколадку жаль купить. — Он снова отвернулся, кашляя в кулак. — Гордиться должна, что я вообще с тобой разговариваю.

— Это поэтому тебя в клетке держали, представитель? И не кормили, как следует. То-то на оборвашку похож. — Отмерла, наконец, Катерина. — А я думала, феи чудесные, сказочные существа. Добрые и веселые. Эх, ты, пикси. — Из её уст последние слова прозвучали оскорблением. Она показала жестом, что ждет меня в очереди, и ушла. Обиженный на весь мир представитель сгорбился, стараясь поплотнее зарыться в перчатку. Вздохнув, я прикрыла его свободным концом шарфа.

— Вынуждена настаивать на твоем обещании. Говори, или оставлю здесь, на скамейке, замерзать. Тем более, что фей у меня дома — целый маленький клан. И любой из них — намного лучше, чем ты.

Конечно, я не собиралась бросать его одного, больного и беспомощного. Но он же об этом не знает. Или знает?

— Правда?

— Что правда?

— Есть ещё феи и эльфы? — Серые глаза с надеждой уставились на меня. Ответил ему Витарр.

— Она не врет. А эти мелкие тарахтелки здорово заплетают косички, вот, можешь у меня посмотреть. Вчера утром наплели штук триста, до сих пор держится. Пойдем в машину, там, у ведьмы в сумке, есть куча влажных салфеток, хоть оботрёшься в тепле, уж очень сильно от тебя несет, друг. Продукты в одну корзинку сложим, вторую тебе освободим. Идем? Не нравится мне здесь, чую нехорошее что-то.

— Что бы это такое могло быть? А? Оборотень? — За широкой спиной Витарра выступила из тени высокая стройная фигура мужчины в длинном расстегнутом плаще. Седые волнистые волосы, увязанные шнурком в хвост, и рукояти мечей, торчащих из-за спины, говорили о том, что перед нами ведьмак. К моему сожалению, не Доминик, другой. Спасите, помогите. Ойей. Глаза вроде нормальные, без вертикальных зрачков. Попробую договориться, пока викинг стоит и сжимает кулаки, напрягая мышцы. Вот перейдут оба в боевую форму, скандал будет, точно. А нам некогда воевать, ехать нужно.

— Простите, а таможня ночью работает? — Сама прикрываю шарфом мелкого, мало ли, может они и на фей охотятся.

— Да, ведьма, проезд через границу в любое время при наличии правильных документов. Вы заполнили декларацию? Оружие, драгметаллы, валюта, наркотики. Что везете и куда путь держите? — Говорит, а сам глазищами своими на Тарра уставился и смотрит, как будто никогда оборотня не видел. Тут еще Катюша не вовремя подошла:

— Вы чего здесь так долго? Очередь подходит наша, две машины перед нами осталось. Я все документы приготовила. Молодец твой Сайгош, учел, что ты машиной можешь поехать, все нужные визы есть. А мне папа в прошлом году делал. Ой, здравствуйте! Что-то случилось? — Наша красавица делала вид, что не заметила сразу "слона", то есть нашего собеседника. Плохо получилось, не по Станиславскому. Страж тут же оскалился и потянулся за мечом. Я сделала шаг вперед, отодвигая Катерину себе за спину. Если учесть, что она на голову выше, со стороны это смотрелось, наверное, смешно.

— Декларация в порядке. Документы в машине. Мы проездом, нигде задерживаться не будем. Пропустите, нам нужно быстрее добраться до Ла-Манша.

— Зачем? — Ведьмак перестал тянуться к мечу и пристально разглядывал мое лицо. — Мы не встречались раньше? Где-то я Вас видел.

— Нет. У меня только один знакомый из ваших, Доминик. Кажется, он в Белом Совете числится. Недавно был у нас, по делу.

И тут вылез эльф. Высунул голову из-под шарфа и возмущенно принялся воспитывать работника таможни.

— Слушай сюда, быстро! Мы ведьму везем. А ты — мешаешь. Вот, чтобы она тут вам ничего не взорвала, давай, пропускай машину! Если не понял, смотри лучше. Она плохо справляется с огненной стихией, если разозлится, хана Вашему пропускному пункту и всем людям, что здесь толкутся, тоже. — Выражение лица у товарища из угрожающего мгновенно изменилось на восхищенное. Страшный воин улыбнулся и прошептал:

— Фея! Настоящая! А крылышки у неё есть? — И потянулся потрогать. Мелкий тут же клацнул зубами.

— Я тебе покажу фею сейчас! — Разозлился крылатик, напрягая здоровое крылышко и усиленно пытаясь вылезти из теплой перчатки.

Витарр не выдержал эти абсурдные переговоры, и спокойно пошел к машине, за ним дружно потопали дамы, то есть я и Катя, оставив на площадке растерянного стража порядка. Он-то думал, что раскрыл заговор ужасных оборотней, а ситуация оказалась намного прозаичнее. Люди просто едут по своим делам.

Нас пропустили, проверив документы и заглянув в багажник. Посчитали по головам, записали в компьютер, плюс ещё в толстую большую книгу, после чего пожелали удачного путешествия и, помахав на прощание небольшим флажком, подняли шлагбаум. Ура, мы в Польше.

В рукаве зашебуршился пикси. Пришлось вытаскивать его вместе с перчаткой.

— Ну, ладно, так и быть. Даю клятву не причинять зла тебе и твоим друзьям. Меня зовут Пирс. Верзила сказал, что здесь я смогу привести себя в приличный вид.

Следующие два часа я помогала эльфу. С помощью трех пачек антисептических салфеток мы старательно оттерли месячную грязь с тела, оставив мытьё волос на потом. Хорошо, что Мег положила в сумку пару клубков тонкой шерсти и крючок. Потратив немного времени, фантазии, воображения, а также терпения, потому что всё время, пока вязала, Пирс, обмотанный льняной салфеткой, комментировал мои действия, я состряпала приличный костюм. Штанишки, свитерок с прорезями для крыльев. Сложила нитку вчетверо и сплела толстые носки, получилось что-то типа валенок. Причем все одного цвета, красного. Хихи. Теперь все встречные фэйри будут знать, что наш спутник ищет себе пару. А что я могу сделать, если пряжу другого цвета можно будет купить только в городе, до которого ещё ехать и ехать. Грязные лохмотья вместе с использованными салфетками мы честно сложили в пакет, чтобы выбросить на ближайшей заправке в мусорный ящик. Можно было, конечно, остановиться и устроить небольшой костерок на обочине, но сзади уже третий час тащился серый Фольксваген с невнятными номерами. Витарр заметно нервничал, но оторваться от слежки пока не пытался. Катерина молча смотрела в окно. Пирс крутился перед маленьким зеркальцем, периодически косясь в сторону девушки.

— Знаешь, а волчица грустит. Обижается на верзилу. И совсем недавно у неё был с ним секс.

Я чуть не подавилась конфетой, предварительно втихую вытащенной из кармана. Даже бумажка не зашелестела!

— Ты ешь конфету! Я ж говорил, что ведьмы — все жадины.

— А ты со мной булочкой не поделился.

В кармане нашлось ещё несколько конфет. Видимо, совершенно случайно, я взяла их из вазочки в холле, когда покидала замок. Витарр отказался, Катерина презрительно фыркнула, поэтому мы с Пирсом разделили вкуснятинку между собой. Потом я придвинула к себе шкатулку и принялась её ощупывать. Ни звука, ни движения. Открывать или не открывать? Вот в чем вопрос! Шекспир был знаком с фэйри, определённо. С другой стороны, ну что там может быть хуже, чем ворчливый грязный сквернослов с поломанным крылом? Я подняла крючок, удерживающий крышку, и заглянула внутрь.

Зарисовка 29. Неприятный сюрприз.

Витарр велел всем сидеть тихо и не мешать ему своими разговорами. До Вроцлава от границы ехать больше пятисот километров. Дорога хорошая. Нам оставалось терпеливо покачиваться в машине и стараться не заснуть. Это я про себя. Продукты из двух корзинок переместили в одну, а вторую, ту, которую дала мне из дома Мег, выделили для Пирса. На дно положила вязаную кофточку, сверху сложенную в несколько раз футболку. Бедный измученный пикси, наконец-то, угомонился и крепко заснул, укрытый клетчатым полотенцем. В корзинке мне совершенно случайно попались несколько важных вещей: магнитный мел, тонкая сумка из небеленого полотна, крупная соль в плотном мешочке, даже небольшая глиняная ступка с пестом, травы измельчать. И хрустальный флакончик с притертой крышкой в бархатном чехле. Если выехали мы вчера утром, то, получается, сегодня я еще не пила свои капли. Проверять, что случится, если пропущу приём фейского эликсира, не хочется. Достала бутылку с остатками морса, налила в пластиковый стаканчик, капнула туда три капли, и выпила, плотно закрыв крышечку флакончика. Не потерять бы. Подумала и положила его во внутренний карман своего топа. Давно пришила чуть ниже уровня груди. На всякий случай, а вдруг надо будет что-нибудь спрятать? Мел, сумку и соль разложила по карманам плаща.

Катерина молчала, отвернувшись к приоткрытому окну, тихонько барабанила пальцами по стеклу, думала свои тайные думы. Викинг нервничал. Его чувствительную натуру раздражал преследующий нас Фольксваген универсал. Ещё пара часов такой езды, и за рулем будет сидеть злющий белый волк в истинной ипостаси. Как же ему удастся рулить лапами? Я тронула Тарра за плечо и попросила остановиться. Нам всем нужно подышать, расслабиться, сходить в ближайший лес для исследования. Вдруг там растение нужное растет без присмотра.

Катя вышла из машины вместе со мной. Осматривая ближайшие кусты, мы наткнулись на заросли шиповника. Оставить всё, как есть, я не могла, поэтому достала из кармана тонкую полотняную сумку и принялась собирать спелые ягоды. Можно будет запаривать в термосе для питья. Вкусно, полезно и пахнет хорошо. Можно пить без сахара. Через минутку подошла Катюша, полюбовалась моими стараниями, пригнула колючую ветку к себе и тоже стала обдирать шиповник. Ей, видно, тоже хотелось подышать прозрачным осенним воздухом, а не возвращаться пока в машину.

— Несса, я плохо поступила, да? — Наконец, не выдержала нашего молчания девушка и заговорила со мной о том, что её тревожило.

— Конечно. Тебе следовало остаться дома и заниматься своими детьми. Сама видишь, дорога опасная, длинная, мало ли что нас ждет впереди.

— Я спрашиваю твоё мнение о том, что сказал пикси. — Катерина покраснела и ещё энергичнее взялась обрывать с ветки ягоды. — Ну, про это.

— Так вы ж вроде муж и жена. Что здесь такого страшного? Или тебе не понравилось?

— Понимаешь, это была моя инициатива. А Тарр почему-то перестал разговаривать со мной. В машине отвернулся и молча сидел, пока ехали к границе. А когда пробили шину случайно, мне даже колесо пришлось менять самой. Потому что великий могучий Вождь обиделся на весь мир, обернулся волком и убежал в лес, решил, видите ли, поразмяться. Он даже не ел ничего со вчерашнего дня. Круги черные под глазами, похудел. Сам на себя не похож.

Расстроенная Катя не сумела удержать злых слез, капающих против её воли. Девушка плакала, неумело вытирая мокрые глаза тыльной стороной ладони, хлюпая носом, и некрасиво искривив губы. Волчица не притворялась. Она, действительно, переживала, не понимая причин, по которым викинг вел себя с ней, как с чужой женщиной. Вот, пожалуйста, теперь мне придется разговаривать с оборотнем на щекотливую тему. Сзади послышались чьи-то шаги. Я обернулась, рассеянно держась рукой за колючую ветку шиповника, увидела белокурую копну волос викинга и стала поворачиваться к девушке, чтобы сказать, что наш тет-а-тет заканчивается. Именно этот момент выбрала Катерина для нападения. Она злобно сузила глаза, пылающие желтыми отблесками начинающегося оборота, что-то прошипела и с усилием толкнула меня открытой ладонью в грудь. Как раз в солнечное сплетение. За моей спиной раздался треск, будто кто-то разорвал крепкую ткань одним движением, и я провалилась спиной непонятно куда. Приземление получилось жестким. Похудевшая задняя часть тела плохо отнеслась к такому обращению и тут же разболелась. Синяк будет на всю, э, поверхность. Вставая, я постаралась сразу же осмотреть место, куда меня угораздило вляпаться. Ай, холера! Девчонка же ударила меня прямо в грудь! Я опустила глаза, рассматривая ожидаемые повреждения. На самом деле, если вас ударит оборотень, то его рука выйдет из тела с другой стороны. Они свободно машины поднимают легковые, а тело человека хрупкое и нежное. Сломать можно, починить — трудно. Опасливо прикоснулась к себе в области солнечного сплетения. Уф. Мы оба целы, и я, и флакончик с сиропом. Моего носа коснулся чуть заметный запах цветущей вербены. Спасибо феям, этот своеобразный отголосок намерений моих друзей, создавших бальзам, пытается меня успокоить и придать силы. Хорошо, с этим феноменом я разберусь позже, когда выберусь отсюда.

Вокруг меня царила странная пустыня до самого горизонта, в какую сторону ни посмотри. Под ногами толстый слой красного песка, больше похожего на пыль, чуть сбоку кривые мертвые ветки изломанного кустарника. Если приложить ладонь к глазам козырьком, то можно разглядеть далеко впереди развалины какого-то строения. Над головой низкое тяжелое красно-бурое небо с багровыми тучами. Слева, в пяти шагах от меня, поверхность земли поднималась пологим склоном холма, закрывающего собой несколько других, только ниже высотой. Вот оттуда, из-за возвышенности, я и услышала рычание. Спустя пару минут меня окружили изможденные, в клочьях слезающей шерсти, псы с красными глазами. Всего восемь или девять особей. Что интересно, вели они себя одинаково, рычали, поднимая верхнюю губу и демонстрируя клыки, ходили кругами. Я узнала болонку, голубого дога, трех спаниелей, двух дворняг и одну немецкую овчарку. Так вот куда они подевались! Знать бы еще, что это за место. Стоп, ведь у меня с собой магический справочник на все случаи жизни!

— Шайла, вылезай, поговорить надо.

— Ни за что. Мне страшно. Ты вообще соображаешь, где мы сейчас? — Общаться с Духом намного легче, когда он вне моего сознания. А при его мысленных тирадах моя бедная несчастная голова сразу же начинает раскалываться на части от боли.

— Выходи, давай бегом, а то тут мы и останемся. Собачки вот голодные, не откажутся перекусить одной тощей ведьмой. Хоть и набор костей, но всё лучше, чем ничего. Конкретный же сиреневый экземпляр эктоплазмы зависнет здесь надолго. Скорее всего, навсегда.

— Нет, нет, нет, только не это. — С этими словами Дух явился передо мной в виде худого высокого старика в мантии, шляпе и с посохом в руках. Гэндальф сиреневый. Он настороженно уставился на собак, потом растопырил руки в стороны и резко зашипел непонятные слова в их сторону. Собаки расширили круг, по которому ходили вокруг меня, метра на два, но никуда не делись. Кое-кто даже лег, в ожидании первой же моей ошибки.

— Итак, глупая ведьма, поздравляю. Мы в нижнем мире. Скоро сюда сбегутся демоны за свежим мясом.

Я медленно опустилась на красный песок. Эту новость следует хорошенько обдумать. И куда подевался огонь из моей груди? Последние дни я чувствовала его постоянно, чем бы ни занималась, а сейчас — его просто нет. Даже непривычно как-то.

— Несса, огненная стихия по определению — саморазвивающаяся и самоорганизующаяся. Когда волчица ударила, именно огонь вместе с фэйрийским артефактом спасли твою жизнь. Флакон смягчил удар, а стихия перенесла тебя в подвластное ей место. Полностью при этом израсходовав весь потенциал. И, пока энергия не накопится для прыжка в твоё измерение, мы оба застряли в этой безжизненной сухой пустыне. С другой стороны, есть и хорошая новость. Сгореть от внутреннего огня здесь тебе не грозит.

Наблюдая, как Шайла плавно принимает внешность кота из сказки про Алису, я вспоминала, что знаю о возвращении из нижнего мира в свой. Теоретически, меня должны позвать сверху по имени. Вроде надо поставить Круг и здесь. Но, ведь Круг должен быть и с той стороны. А я не говорила свое истинное имя ни Витарру, ни Катерине.

Сиреневый кот улыбнулся беззубой пастью, беспардонно подслушивая мои рассуждения, и заметил:

— Для любого магического перемещения необходимо три фактора. В твоем случае ты уже знаешь два. Третий сказать, или сама догадаешься? Мррр.

Лей-линия. В тот момент, когда Катерина меня ударила, я стояла в лей-линии. Именно поэтому перемещение удалось, а наверху не валяется труп ведьмы с пробитой насквозь грудью. Здесь с места не сходила, значит, я и сейчас нахожусь в нужном месте. Может быть, получится воспользоваться накопленной в линии энергией Земли? Все же моя родная стихия — земная. Как же там накапливается энергия для рывка, не помню.

— Ведьма. Одна. И в полном моем распоряжении. — Из сгустившегося тумана выступила знакомая фигура. Лиал. Мы его не ждали, но получили. Главное — не сходить с линии. А то не найду потом. Или найду? Проверять не хочу, факт.

— Привет, красавчик. У меня есть вопрос к тебе. Ответишь?

— Даже знаю, какой. Ты хочешь знать, как вернуться обратно. Согласен. А что дашь мне взамен? Могу взять эту сиреневую немощь и что-нибудь ещё, сейчас придумаю. — Демон взмахнул рукой и удобно устроился в появившемся из ниоткуда кресле. Я поднялась на ноги. Стоя буду выше собеседника, а это уже плюс. Так, спокойно, признаю, идея вышла неудачной. Кресло, вместе с сидящим демоном, поднялось в воздухе и зависло передо мной так, чтобы глаза местного обитателя были намного выше, чем мои. Стараясь не смотреть в козлиные глаза джентльмена с напомаженными волосами, я почесала нос и четко произнесла:

— Хочу знать, как сюда попали собаки и зачем. — Вообще-то это два вопроса, но вдруг он не заметит оговорку. Попробовать выяснить необходимо, разве нет? Да и вопрос это беспокоит меня уже давно, с самого Перехода.

— Удивила. Хотя, отвечу просто так, в качестве жеста доброй воли.

Мне уже не нравится то, как он говорит, и что делает его левая рука над подлокотником кресла. Похоже, Лиал рисует какой-то символ. Я спокойно достала из кармана соль, развязала мешочек, и аккуратно, тонкой струйкой стала очерчивать Круг против часовой стрелки вокруг того места, где стою. По мере того, как линия приближалась к своему началу, демон стал проявлять нервозность. Но, думаю, в пространстве присутствовало нечто, что обязывало Лиала соблюдать данное слово. Поэтому мне удалось вовремя завершить работу, отгораживаясь от местного жителя. Собаки оживились и подошли ближе к границе, отделяющей меня от них.

— Мы хотели соединить нижний мир и ваш, полностью убрать разделяющую грань. Не получилось, но в открывшиеся проходы устремились собаки всех пород и мастей. Что-то напутали с векторами Силы в заклинании, как потом выяснили. Только с приходом последнего из псов, разрывы в пограничной ткани затянулись, и завеса заняла своё прежнее место. Понятия не имею, что нам с ними делать. Уж точно никто не собирается их поить и кормить. Тем более что, как сама видишь, нечем. А зачем ты рассыпала соль? Этот фокус здесь не работает. Иди сюда, я скажу тебе один важный и очень тайный секрет на ушко.

Демон приосанился, добавил огонька в свои глаза, становясь опытным покорителем дамских сердец. Я мысленно посмеялась над его потугами и сосредоточилась на ощущениях. Похоже, кто-то меня все-таки призывает. Надо расслабиться, прикрыть глаза, полностью отдаться состоянию отрешенности от окружающего мира и плыть сознанием по тонкой ниточке, протянувшейся к моему сердцу. Уже растворяясь в перемещении, я услышала обиженный вопль демона:

— Куда? Мы же ещё не договорили! — Хорошо, что мне удалось поставить Круг, у Лиала не выйдет задержать меня физически, ухватив за руку, к примеру. Он просто не сможет ко мне подойти. Обманщик. Соль, она и в нижнем мире — соль.

Спустя мгновение, равное одному такту сердечного ритма, я увидела встревоженные глаза Витарра. Чуть позже, поняла, что лежу на спине в центре большого Круга, описанного вокруг треугольника. Треугольник был нарисован вокруг трех деревьев: рябины, терновника и ясеня. Волшебное место, проход между мирами, укрытие от зла. Спасибо Богине за то, что мы сейчас находимся в лесу! Степь или берег моря вряд ли сумели бы помочь с перемещением. Прикрыв глаза, проверила тот кусочек сознания, где временно нашел пристанище Дух. На месте.

— Несса, ты в порядке? — Тарр смотрел на меня с ужасом. — От тебя пахнет серой, паленой собачьей шерстью и пеплом. Вот, даже следы на ботинках, только пепел почему-то красный. Я чуть с ума не сошел, когда ты исчезла буквально на глазах.

Оборотень повернулся спиной, усевшись на корточки в пределах Круга. Пора вставать и мне. Только ушибленное место сильно болит, поэтому я сначала повернулась на бок, а потом, скукожившись, умудрилась стать на колени. Подняться на ноги оказалось уже проще и не так сложно, так что через минуту все окружающие имели возможность убедиться в том, что со мной, на самом деле, все нормально. Руки, ноги, голова на месте. Будем жить. Кто же здесь такой весь из себя находчивый и сообразительный?

— Привет, Агнесса. — Хриплый голос за моей спиной не вызвал желания немедля выскочить из Круга и тут же броситься благодарить за спасение жизни. Век бы его не видеть, спасателя. А я, дурочка, надеялась, что забыла и этого типа, и все его фокусы.

— Здоров будь, Константин. В кустах роялем подрабатываешь? Вовремя ты на месте оказался. Подозрительно. — Я собралась, приняла беззаботный вид и решительно повернулась лицом к человеку, которого когда-то любила больше жизни. Катерина, прячущаяся за терновником, во все глаза наблюдала за встречей мага и ведьмы. Вот оно как, маг никому не сказал, что знает меня. Зато теперь понятно, как ему удалось провести перемещение практически без потерь. Волшебное место, истинное имя и лей-линия, сошлись три необходимых фактора на моё счастье. Константин фыркнул, стер посохом часть линии Круга, потом повернулся спиной и, прихрамывая на левую ногу, медленно поплелся назад, к дороге. Сзади раздался треск крыльев и голос вездесущего пикси:

— Ай, молодца! Всегда говорил, говорю, и буду говорить, что все ведьмы — существа без сердца и совести! Хоть бы спасибо сказала человеку! Нет, она ему грубит и унижает недоверием! Слетаю, успокою, может он перестанет на тебя злиться. — И жужжащее крылышками существо ринулось догонять мага. О, у меня родилась очередная идея! Может, получится подружить этих двоих? И тогда моя светлость снова будет свободна, как ветер! Хорошо бы провернуть операцию по передаче ответственности за пикси в руки Константина быстрее, в самое ближайшее время. Даже корзинку отдам в нагрузку.

Витарр тяжело поднялся на ноги и подошел ко мне, топча ботинками символы и фигуры, нарисованные прямо на земле.

— Несса, я виноват перед тобой дважды. Первый раз, когда сказал жене, то, что сказал. И второй раз, — когда позволил тебя ударить. Не понимаю, как ты осталась жива, но сейчас у меня двойственное чувство внутри. С одной стороны, я рад, что ты снова с нами. С другой — не знаю, как мне быть теперь со всей этой ситуацией.

Наверное, это самая длинная речь, которую произнес викинг за все время нашего знакомства. Он стоял рядом со мной, опустив руки по швам и ожидая моего решения. Я чего-то не знаю. Ну что ж. Так даже интересней жить. Всегда впереди открытия и приключения, думала я, успокаивая свою совесть.

— Витарр, а долго меня не было? — Надо отвлечь внимание.

— Часа три, не больше. Понимаешь, этот мужик ехал за нами в Фольксвагене. Увидел, как ты садишься в машину на границе. Потом увязался следом и ждал, пока мы остановимся, чтобы поговорить с тобой. Он прибежал сразу же, как только тебя не стало. Сказал, что почувствовал, как линия дрогнула. Хочешь, я отнесу тебя к машине на руках? — Ничего себе переходы у Тарра, так же можно и заикой стать. От переноски, конечно же, отказалась. Взяла его под руку, и мы, чинно переставляя нижние конечности, потопали в обратном направлении. Катерина плелась следом, повесив голову и периодически смахивая рукой слезы. Она чего, до сих пор ревет? Надо поискать валерьянку в сумке.

Возле нашего джипа ждал маг, тяжело опираясь на резной деревянный посох. Пирс сидел на капоте и что-то бурно рассказывал, размахивая в нужных местах руками. Чудесная парочка! Вот бы так и оставались вместе.

— Я вынужден попросить вас о помощи. Мои силы на исходе из-за проведенного ритуала, а кто-то должен вести машину. Несса, может, ты согласишься? Нам по дороге, потому что я тоже еду во Вроцлав. Знаешь, туда, где раньше была аптека. Теперь там какой-то банк закрывает своим бетонным великолепием статуэтку Пупочного грыжевика. — Константин показательно переступил с ноги на ногу и уставился на нас в ожидании ответа. Я подумала и предложила:

— Витарр, а давай ты поведешь, я тебе тогда всё прощу. — Догоню и ещё раз прощу. Но эту часть можно не оглашать при почтенной публике. Могучий викинг сложил руки на груди, смерил взглядом мага, затем медленно покачал головой, нагло глядя прямо в глаза пострадавшему:

— Не получится. Знаю я эту модель Фольксвагена. Мои ноги там просто не поместятся. Катерина, можешь оказать услугу хромому колдуну?

— Я не колдун, я — маг! Попрошу не путать! — Костя стал потихоньку закипать, не понимая, чем вызвал неприязнь у оборотня. — К тому же ваша леди, господин Витарр, вызывает у меня стойкую антипатию. Стоит только представить себе, чем могло закончиться для Нессы выяснение отношений с волчицей.

Ну, всё, начинается. Будут выяснять, кто круче, долго и нудно, потом напьются, потом подерутся, помирятся и всю оставшуюся жизнь проведут друзьями. Знакомая история. Тут я вспомнила о своём специальном плане по впариванию давнему недругу крылатого создания и решительно, (пусть считают, что я им всем делаю одолжение), заявила:

— Ладно, поведу машину. Только корзинка с пикси и моя сумка едут со мной!

Машину вела молча, стараясь не отставать от джипа. Не хватало ещё в Польше бордюры пересчитывать. Да и в груди поселилось ощущение зарождающегося огня. Как бы искра не проскочила. Пирс в корзинке на соседнем сиденье раскладывал мои бусинки, приватизированные в частном порядке из сумки. Это когда же он успел порыться в моих вещах? Я и сама не знала, что взяла бусины для амулетов с собой. А пикси, похоже, волшебством занимается. Ладно, не буду отвлекать. Маг, занимающий почти все заднее сиденье, поскольку пристроил ногу в вытянутом состоянии, прокашлялся и предложил мне пластиковую бутылку с питьевой водой.

— Ты же раньше не пил из пластика, говорил, что хорошая вода продается только в стеклянных бутылках.

Я отпила немного и вернула бутылку с водой, продолжая слушать мага.

— Времена меняются, мы вместе с ними тоже. Как видишь, мне уже без разницы из какой посуды пить. Говорят, тебе подарили таинственную шкатулку?

Прибью пикси. Я злобно уставилась на невозмутимого эльфа, продолжающего заниматься созданием подвески. Судя по подбору камней, защитной. Нельзя его отвлекать. Ничего, вот закончит, тогда устрою ему праздник. Болтун несчастный. Крылатик поднял голову, улыбаясь мне со счастливым выражением рожицы:

— Смотри, этот амулет будет тебя защищать от влияния демона. Правда, только от одного. Того, чей запах я уловил, когда ты вернулась из нижнего мира. Но ведь это тоже хорошо, правда? — Маленький мастер вернулся к своей работе. Ладно. Может, не прибью, а только поругаю. Немножко. Совсем чуть-чуть.

— Агнесса, я жду ответ. — напомнил о себе Константин. Он пристально рассматривал меня, не отводя глаз, как будто искал изменения во внешности или глубже, в душе.

— Жди на здоровье, я же тебе не мешаю. Молча веду машину. Даже не спрашиваю, где ты столько лет был и чем занимался.

— Солнышко моё, драгоценное. Пирс рассказал мне о том, что вампир подарил тебе рубиновую саламандру, упрятанную в волшебную шкатулку. И о том, что ты не захотела активировать ящерицу, тоже сообщил. Поэтому спрашиваю, что тебе мешает? Пара капель крови, и в твоих руках мощный накопитель огненной энергии. К тому же, судя по внешним эманациям, артефакт разумен.

Я уже говорила, что пришибу пикси? Тапком!

Зарисовка 30. Путешествие продолжается уже без приключений.

До Вроцлава мы добрались уже затемно. Маленький фей крепко спал, убаюканный равномерным шумом двигателя. Ему было тепло, уютно, безопасно в корзинке. День получился нелегкий. Я уже устала и тупо следовала за джипом, надеясь, что Витарр знает, куда едет по улицам вечернего города. Маг на заднем сиденье усиленно делал вид, что дремлет. Потом ему надоело притворяться, и спаситель обратился ко мне со словами:

— Дорогая Агнесса, думаю, тебе нужно быть очень осторожной сегодня ночью. Приближается полнолуние, а твой оборотень не стабилен. Ты же знаешь, вервольфы всегда получают то, чего хотят. — С чего бы такая внезапная забота, хотелось бы знать. Не отвечая, крутила руль, выворачивая машину из узкой улочки. Упс, бордюр, ещё один бордюр.

— Ты так же плохо водишь машину, как и шесть лет назад, — мягко улыбнулся Константин, протягивая руку, чтобы коснуться головы. Пришлось резко отклониться в сторону, ещё не хватало, чтобы он трогал своими немытыми лапками мои волосы. Джип заехал на небольшую платную стоянку. Я остановила Фольксваген возле въезда в огороженное проволочной сеткой пространство и открыла дверцу, собираясь покинуть теплый салон автомобиля с корзинкой наперевес. Костя резво выпрыгнул следом, становясь поперек дороги. Даже больная нога не помешала скакать, прямо козлик на выпасе.

— Агнесса, дорогая, давай встретимся завтра? Мне столько всего нужно тебе рассказать. Прежде всего, хочу объяснить, наконец, что произошло в тот день. Ты всё не так поняла!

— Костя! В тот день я, как полная дура, ушла с последней пары, чтобы купить продуктов к праздничному ужину своему любимому мужчине. Годовщина нашего знакомства, настоящий праздник! И что же увидела на нашей общей кровати, когда вошла в нашу с тобой квартиру? Ты и эта крашеная болонка, тьфу, блондинка с третьего курса. Как там её звали?

— Евочка. Но это же не имело никакого значения! Подумаешь, покувыркались несколько раз. А куда нам было идти? В гостиницу?

— Кольцо на твоей правой руке тоже не имеет значения? И дети, конечно же, есть.

— Мальчик, сын. Я так горжусь им, если хочешь знать. Давай завтра вас познакомлю, сходим в кафе, поедим мороженого? Видишь ли, мне пришлось жениться тогда. Ты же бросила меня, собрала вещи и просто ушла. За квартиру платить было нечем, все деньги уходили на поддержку Евочкиной беременности. А её родители сразу купили нам дом в пригороде. К свадьбе. Евочкин дед с работой помог после университета.

— Мы встречались четыре года. И всё это время ты твердил, что нам рано оформлять отношения, рано заводить детей. Что тебе нужно выучиться, стать на ноги, сделать карьеру. Что там ещё? Забыла уже. Мы обменялись с тобой истинными именами, ты клялся в вечной любви, а оказался обычным лжецом. Требую обратного обмена. Ты возвращаешь мне моё имя. Я возвращаю тебе — твоё. Сейчас же. — Я протянула руку, открытой ладонью вверх и требовательно посмотрела на бывшего возлюбленного. Ему ничего не оставалось, как прикрыть своей ладонью мою. В это самое мгновение из моей ладошки ударила крошечная молния. Запахло озоном, а где-то высоко в небе над нами грянул гром.

— Услышано и засвидетельствовано, — сказал старик, проходивший мимо и остановившийся неподалеку, когда в разговоре зазвучали повышенные тона. — Агнесса, рад видеть, ты помнишь меня? Шесть лет назад ты дала обещание. Пора бы его сдержать. Ладно, твой оборотень уже идет сюда. Завтра я приду утром, выдели мне минут пять времени, пожалуйста. — Задуматься и припомнить имя пожилого мужчины мне не дал Костя. Не обращая внимания ни на что, он продолжал взывать к моей совести.

— Вот оно как вышло. А ведь я ехал проведать любимую ведьму, хотел помириться. Обрадовался, когда увидел тебя на границе. Здесь и сейчас, одно твое слово, и я уйду от жены, буду тебе верным и любящим мужем. Хочешь?

Просительная интонация, сопровождающая слова волшебника, не обманула меня ни на гран. Наивная, слепая от любви девушка канула в лету далекой теплой осенью. Жаль только, что опыт приходится приобретать таким сложным и болезненным способом. Внутренний огонек ласково шевельнулся внутри груди, напоминая о себе и моих новых возможностях. Я молча смотрела в глаза бывшего возлюбленного, отпуская свои воспоминания, боль сердца, свой страх, оказаться не нужной больше никому. Все эти годы думала, что это я виновата в разрыве отношений. А выяснилось, что кто-то просто захотел разнообразия. Я повернулась спиной к магу, становясь лицом к Витарру. Вот ещё один экземпляр мужского рода.

— Несса, не уходи так! Ну, хочешь, я для тебя активирую артефакт! У меня даже есть пробирка с твоей кровью, смотри! — Что ж он орет-то на всю улицу, как обычный глупый балбес. А так посмотришь, вроде умный, интеллигентный мужчина.

Маг поднял руку с пробиркой вверх, демонстрируя свою власть надо мной. Витарр шевельнулся, и пробирка мгновенно оказалась в его большой ладони:

— Держи имущество, и не отдавай кровь кому попало никогда больше. Как ты вообще могла польститься на это ничтожество? Тьфу. Идём.

И я послушно пошла, оставляя за спиной приличный кусок своей юности. Уже сделав шагов пять, не меньше, повернулась и спокойно попрощалась с Костей:

— Спасибо за то, что вытащил меня сегодня в лесу. Признаю за тобой право на одну подобную по весу услугу.

Поднимаясь по ступенькам вслед за Витарром, я с каждым шагом освобождалась от тягостного влияния прошлого. Что сделано, то сделано. Пусть Константин живет счастливо в своей семье.

— Тарр, мы куда идем? Может, лучше было остановиться в гостинице, — спокойно произнесла я, поправляя корзинку, висящую на руке. Хорошо, что не отдала пикси. Кто знает, как отреагировала бы Евочка, с её-то слабеньким даром, если бы Костя вдруг притащил домой сквернословящего эльфа. А маленький крылатый человечек и так уже настрадался в своей жизни. Тем временем Витарр подвел меня к открытой дубовой двери. Большая квартира с высокими потолками, кухня, наверное, метров пятнадцать квадратных, и три спальных комнаты, каждая со своей ванной. Двери от комнат выходят в общую гостиную. Очень удобно. Практически, гостевой дом на седьмом этаже.

— Это место принадлежит клану. Сейчас принесут ужин, твоя комната вон та, с синей дверью. Завтра уезжаем сразу же, как только встанет солнце. Поэтому программа простая: сейчас ванна, потом ужин и спать. Да, чуть не забыл. Не переживай ты из-за этого слизняка. У всех в жизни бывают ошибки. Пойду к ребятам, потороплю с ужином. Ты это, располагайся. — Сочувственно хлопнув меня по спине своей широкой лапищей, Витарр вышел в соседнюю квартиру. Вот, пожалуйста, теперь у меня болит не только нижняя часть спины, но и верхняя.

В маленькой, метров на двенадцать, комнате я поставила корзинку на подоконник так, чтобы первые лучи солнца упали прямо на личико эльфа. Повезло нам, что окно выходит на восток. Быстренько сбросила все одежки и попрыгала в ванную. О, душ! Горячая вода с сильным напором — что может быть лучше для человека, побывавшего в прямом смысле на том свете? Только хорошо прожаренная свиная отбивная с жареной картошкой и кетчупом, да простят меня вегетарианцы. А если всё это дело запить горячим черным кофе? Тогда счастье воцарится в моей душе, которая на данный момент находится именно в желудке. Строго говоря, душа — это такая путешествующая по организму субстанция. Никогда нельзя с точностью сказать, где именно она находится. Вы хотите об этом поговорить? Я — нет. Судя по запаху, проникающему в ванную, еда уже в гостиной. Пора вытираться и бежать к столу, а то ничего не достанется. Зная аппетиты этих оборотней, уверена, скушают всё, что есть, и не заметят, что кому-то не досталось. Выскочив из ванной в одном полотенце, я увидела возле окна Катерину. Вполне ожидаемый гость. Она придирчиво осмотрела мою фигуру сверху донизу и, ядовито улыбаясь, отметила:

— Баба как баба, я — лучше. Выше, стройнее, сильнее и, безусловно, красивее. У меня даже волосы одного цвета, а не как твои, разноцветные. Странно, раньше я не видела эти седые пряди, наверное, ты хорошо их маскировала.

Не отвечая на неприятные слова, я молча прошла к своей сумке, достала свежее белье, пахнущее домашней сухой лавандой и, одеваясь, стала так же пристально разглядывать девушку, которая несколько часов назад чуть меня не убила. Мне повезло выжить. Как с ней поступить сейчас? Мстить — не мой метод. Темно синие кружевные трусики и такого же оттенка бюстгальтер. Это когда я такое покупала? Не помню. И, как укладывала, тоже не помню. Приеду домой, надо будет серьезно поговорить с Мег. Повернувшись спиной к девушке, аккуратно вынула флакон из кармана и перепрятала. Катя не выдержала моей нарочитой паузы:

— Молчишь, ведьма? Ты знаешь, что волк мне сказал, после того, как я его соблазнила на лесной полянке?

— Признался в вечной любви? Извини, пошутила неудачно. Подозреваю, что сейчас ты мне всё расскажешь, нет? На самом деле я хочу знать, почему ты вообще решилась меня убить?

— Потому что Витарр сказал, что ты — лучшая из женщин, которых он встретил в своей жизни. Если примешь его предложение, то он на тебе женится. А меня и детей — бросит! — Глаза Катерины снова начали отсвечивать желтым светом, а зрачок сузился до вертикальной линии. Костя был прав, полнолуние близко. Волчица с трудом удерживает контроль над обращением. Скрипнула дверь, и Тарр пригласил нас к столу:

— Девочки, кушать подано. Занимайте места, где хотите. Катерина, я никогда не говорил, что брошу детей. Если они тебе мешают устраивать личную жизнь, могу забрать их в любой момент, только скажи. Наш клан всегда рад пополнению, тем более с такой родословной.

Стол в буквальном смысле ломился от того количества еды, которое на него поместили. Пироги с мясной и ягодной начинкой, большая миска из поливной глины, доверху наполненная жареными грибами, жареным же мясом и домашней колбасой, нарезанной и тоже поджаренной вместе с грибами. Две крынки со сметаной. Сковорода с отбивными стояла в центре стола на подставке из дубового среза. Салат из помидоров с луком шалот и оливкового масла в фарфоровой салатнице специально поставили перед носом, намекая, что такую гадость, кроме меня, есть никто не будет. Симпатичная кругленькая женщина в чистом переднике принесла мне тарелку с картофельным пюре, усыпанным свежей петрушкой.

— Пани еще что-то желает? Могу приготовить пудинг молочный.

— Dzi?kuje, wszystko bardzo smacznie, dzi?kuj? mi wystarcza (Спасибо, все очень вкусно, благодарю, мне достаточно). — Надо же, после стольких лет ещё помню польский язык.

— O, pani mСwi po polsku? (О, госпожа говорит по-польски?) Не нужно, prosz? was. Я изучаю русский язык, и мне нужна практика. Правильно? — Женщина обняла меня, и, погладив хорошенько по больной спине, отпустила. — Ешьте на здоровье, а то пани бледная и худая. Надо поправляться.

Кроме нас троих, за столом разместились еще пять человек. Повариха, с которой я разговаривала, и четверо молчаливых мужчин, стремительно поглощающих еду. Знакомить нас не стали, да и правильно. Незачем.

Как Катерина оказалась в комнате быстрее меня, покрыто мраком неизвестности, но, пожалуйста, вот она стоит возле дверей и ждет. Полнолуние приближается, следовательно, все способности оборотней проявляются с большей силой, в том числе и скорость. Нечему тут удивляться. Волчица подняла на меня сияющие ярким светом глаза:

— Мне напомнили, что ты, ведьма, в своем праве. Если захочешь, сможешь отомстить за нападение. Страшно.

— Кать, отстань. Спать хочется просто смертельно, слишком тяжелый день выдался. Ну, погорячилась ты. Бывает. Забыли, проехали, выбросили из головы. Идёт? — Девушка кивнула, понурила голову и вышла из комнаты. Я закрыла дверь, оставаясь в одиночестве пусть только до утра. Холера. Забыла про Пирса. Заглянула в корзинку. Пикси свернулся клубочком, громко сопел, и только грязная нечесаная копна волос пучком торчала из-под полотенца.

Ночью в дверь влетело что-то тяжелое, и я услышала скрип когтей по деревянной поверхности. Думаю, днем переутомилась, поэтому крепко заснуть не получалось. Вертелась, вспоминала студенческие годы во Вроцлавском университете, маленькую комнатку на чердаке старого дома. Удар повторился. Я встала, проверила комод, который предусмотрительно подтащила с вечера к дверям, добавила тяжелое кресло. Подумала и уселась сверху баррикады. Надолго эта конструкция вряд ли задержит волка, но даже такая хлипкая защита и то — хлеб, на время. Дверь подалась, заскрипела и чуточку приоткрылась, сдвигая с места баррикаду. В щель просунулась волчья лапа, царапая когтями пол. Безобразие, мне же нельзя колдовать, а ну как не удержу стихию? Пожар уничтожит не только этот дом, но и весь квартал. Я прицелилась, поставила ножку кресла прямо на наглую лапу, придавливая всем телом. За дверью завизжали. Послышались тяжелые шаги. Топ, топ, топ. Фильм ужасов. Пора чудовищу ломать дверную коробку для пущего устрашения главной героини.

— Несса, это я, Витарр. Отпусти Катерину, уже можно. — Знакомый голос успокаивающе подействовал на бешено бьющееся сердце. Адреналин схлынул. А я с трудом сползла с кресла, стараясь одновременно убрать его от пострадавшей лапы. Старые трофейные немецкие часы, чудом сохранившиеся со времен Второй Мировой Войны, пробили три часа ночи. Нет, в кроватку и спать. Хватит с меня волчьих приколов на сегодня.

Аккуратный вежливый стук раздался ровно в шесть утра. Хотела выругаться, но промолчала. Мало ли кто за дверью. Кряхтя, переваливаясь с ноги на ногу, как старая бабка, дотащилась до двери и попыталась отодвинуть кресло. Дубовое. С высокой спинкой. Это ж как я должна была ночью испугаться, чтобы сдвинуть его с места, да ещё поставить волчице на лапку? Прокашлявшись, моя светлость вежливо просветила того, кто ждал за дверью:

— Видите ли, у меня не получается отодвинуть мебель. Может быть, вы мне поможете?

— Да, конечно, минутку, только активирую амулет для левитации.

Кресло само поднялось на несколько сантиметров и, пролевитировав пару метров, без стука опустилось на пол. Затем комод беззвучно проехал вдоль стены и прочно стал на законное место. Дверь бесшумно открылась, пропуская в комнату вчерашнего старика.

— Доброе утро, ученица.

— Пан Казимир! — Память проснулась вовремя первый раз в жизни. Как правило, в подобных случаях я торможу. — Как же я рада вас видеть. Здравствуйте!

— Так рада, что встречаешь старика в одной ночной рубашке? Ну, извини, у меня давно другие интересы.

Я засуетилась, схватила в охапку одежду и спряталась в ванной. Умывание много времени не заняло, поэтому, когда вышла, уже полностью одетая и готовая к поездке, меня неприятно поразил вид Учителя, склонившегося над корзинкой. Пан Казимир спокойно разогнулся:

— Ты в курсе, что пикси залег в зимнюю спячку? Может, оставишь его у меня, а на обратном пути заберешь? — Внимательный взгляд старика вызвал внутри головы шебуршание Духа и четкое понимание, что Шайла против такого предложения. Отказать напрямую — нельзя, такие люди упираются и, в конечном итоге, все-таки вымогают желаемое любой ценой. Попробую сменить тему.

— Пан Казимир, а что за обещание? Мне так стыдно. Всю ночь не спала, мучалась, но так и не вспомнила.

— Собирайся, позавтракаем, а по дороге заедем к статуэтке негра и Клецковым Воротам. Витарр согласен, я уже договорился.

За столом Тарр сухо сообщил, что Катерина на время остается в местном клане и дальше с нами не едет. Я не отреагировала, продолжая с удовольствием кушать свежий домашний творог со сметаной. Повариха стояла за спиной и радостно потирала руки, сообщая, что и в каком количестве она сложила в нашу продуктовую корзинку. Вставая, я оказалась в крепких объятиях женщины, на прощание изо всей силы сжавшей меня своими руками. Она быстро отпустила хрустнувшие ребра и принялась вытирать глаза белым платочком.

— Деточка, ты ж такая худая и бледная. Приезжай ко мне. Отъешься, отоспишься, а то за шваброй спрятать можно. Вот разлюбит тебя Вит, узнаешь тогда, почем фунт лиха. А к Болеку зайди. Он давно ждет, пока ты погладишь животик статуэтке. Обещала — делай.

Только открыла рот, чтобы спросить, кто такой Болек, как сзади подкрался викинг и схватил меня в охапку. Так что до машины я ехала с седьмого этажа на мужских руках вместе с сумкой и корзинкой, в сопровождении лекции на тему женской болтовни. В том смысле, что давно пора ехать, а не трепаться ни о чем с прислугой. Бубубу. Бубубу. Не с той ноги встал, наверное. Витарр успокоился только тогда, когда моя светлость оказалась запихнутой на заднее сиденье джипа. Переднее сиденье, рядом с водителем, занял пан Казимир, мой преподаватель по начертательной магии. Он искоса глянул на корзинку в моих руках, но промолчал.

До аптеки мы добрались минут за семь. Это было уже новое здание. Старое-то снесли, когда строили банк. А год назад, это мне Учитель рассказал, пока ехали, Болек построил новый дом. Узкий и высокий. Зато теперь посетители в аптеке не переводились, потому что существует поверье. Если человек купит что-нибудь из лекарств, а потом погладит негра по животику, у него в жизни все наладится. Полная глупость, на мой взгляд. Странно знакомый мужчина с пшеничным чубом и голубыми глазами спокойно ждал нас возле статуэтки.

— Несса, привет, дорогая! — И этот обнимается. Бедные ребра. — Что, не узнаешь меня? А ведь я всегда знал: ты вернешься, чтобы погладить Пупочника по животу. Спорим, в последнее время тебе не особенно везло? Слушай, будешь ехать обратно, заезжай, поживи недельку другую, вспомним старое, с женой посплетничаете. Помнишь Мартичку? Вот. Уже трое деток у нас. Как ты нагадала мне в тот вечер, так всё и случилось.

Сзади раздалось вполне узнаваемое рычание. Я, не выпуская из рук корзинки, подошла и ласково погладила древнюю статую по животу. Интересно, мне кажется, или внутри чугуна что-то отозвалось невнятной вибрацией? На всякий случай я еще раз погладила подозрительно теплый живот негритенка. Терпеливо выдержала прощальные объятия Болека и поскорее сбежала назад в машину, пообещав непременно заглянуть и погостить, когда будет свободное время. Уже глядя на Клецковые ворота, вспомнила. Мы же учились в одной группе. Болек, я, Мартичка. Как я могла забыть? Или вместе с воспоминаниями о предательстве Константина память отсекла и другие моменты? Ладно, психоанализом займусь позже, а пока отодвину корзинку со спящим пикси подальше от загребущих ручек Учителя.

— Вот, пожалуйста, шесть лет назад ты, дорогая моя, прилюдно пообещала снять окаменевший продукт с крыши ворот. Чтобы у всех домохозяек Вроцлава блюдо с клецками снова воцарилось во главе стола. Ведь с тех пор, как камень занял место на воротах, никто так и не сумел приготовить клецки правильно. Именно я тогда выступил поручителем, если ты помнишь. — Старик отошел к стене, положил обе руки на посох, приготовился наблюдать за моим провалом, не иначе.

Первым делом я вручила корзинку Витарру и строго настрого приказала ни под каким видом не отдавать пану Казимиру. Потом сложила руки лодочкой перед грудью и закрыла глаза. А, ну так здесь все просто! На самом деле — это никакая не клецка, а просто кусок раствора, прилепленный шутником-строителем. На вдохе я резко развела руки в стороны, а на выдохе хлопнула в ладоши. Камушек свалился на мостовую, разлетевшись на несколько мелких кусочков. Низко поклонилась пану Казимиру и вернулась в машину. Наконец-то можно вздохнуть свободно. Убедившись, что пикси спокойно спит, укрыла его еще и шарфом. Осталось проехать совсем ничего: две границы и вуаля! Тоннель перед нами.

** Легенда.

Жили себе горожане Агнешка и Конрад. Она пекла великолепные клёцки (по-польски — kluski), а он мастерил глиняную поливную посуду и продавал её на рынке. Однажды, Агнешка тяжело заболела и умерла. Измученный горем Конрад, ходил голодным и совсем исхудал, потому что вовсе не умел готовить. Сердобольные соседки стали готовить чуть больше, чем требовалось для их семей. Они относили излишек голодающему мужчине. Однако, после вкуснейших клецек Агнешки, стряпня соседок была тому совсем не по вкусу. В один прекрасный летний день, когда Конрад, уставший и голодный, возвращался с ярмарки, его одолел сон. Гончар уснул на земле прямо под городскими воротами. Во сне явилась ему Агнешка и пообещала, что каждый божий день будет приносить ему по миске своих восхитительных клецок, но с одним условием: Конрад должен оставлять последнюю клецку в миске. Каково же было удивление Конрада, когда, проснувшись, он обнаружил перед собой миску, наполненную любимым лакомством. Как и было условлено, Конрад оставил последнюю в миске, но… подумал, что, наверное, она-то — самая вкусная и не удержался. Да не тут-то было. Клецка выскользнула у него из рук, он за ней, — она опять убежала. Конрад повторил попытку, а клецка и вовсе — оказалась на воротах. Конрад не поленился подняться на ворота за клецкой, но обнаружил её там окаменелой. Так и побрел гончар домой, а его миска с тех пор оставалась пустой. Говорят, что окаменелая клецка до сих пор лежит на воротах, которые получили название Kluskowa Brama или Клецковые Ворота. **

Зарисовка 31. Долгожданное путешествие по тоннелю.

Я повозилась, устраиваясь, поставила корзинку и приготовилась смотреть в окно. Спустя полчаса Витарр подал голос:

— Несса, прекрати пыхтеть и скажи, что тебя беспокоит. Катерина?

— Да нет. Почему-то мне совсем не понравилось, как пан Казимир кружил вокруг Пирса. А, когда мы уезжали от ворот, он просто стоял в тени. Даже руку не поднял помахать на прощание. Странный он дяденька. На меня косился постоянно. Мне даже кажется, что возле дома, где мы ночевали, он оказался специально. Как будто ждал.

— Ой, ведьма. Я тебя знаю всего лишь один день, но уже не могу понять, как ты выживаешь в этом жестоком мире. Конечно, он следил. Выжидал. — Чумазое личико эльфа высунулось из-под полотенца, и Пирс чихнул. — Черт, табаком воняет! Он вам следилку прицепил на машину!

Витарр резко затормозил, съехал на обочину, остановился. Велел нам сидеть тихо и принялся обнюхивать джип. Пирс хмурился, сложив ручки на груди и ехидно постукивая одной ногой по бортику корзинки. Когда, наконец, оборотень развел руками, в том смысле, что сдается, не может найти следящий амулет, Пирс презрительно фыркнул, перебрался на переднее водительское сиденье, спокойно доставая треугольный мешочек с травами из складки между спинкой и подушкой для нижней части спины. Тарр ухмыльнулся, взял из рук эльфа амулет, и побежал в реденькую лесополосу. Привяжет к дереву или к зайцу, если поймает. Надеюсь, тот, кто следует за нами запутается и отстанет. Пирс уселся рядом со мной, строя умильные глазки:

— Несса, а, Несса, кушать хочу! Что у тебя есть?

Пришлось распаковывать вторую корзину. Совершенно неожиданно под руки попалась скляночка с цветочной пыльцой. Пирс насторожился, потом подлетел ближе, засовывая свой нос внутрь, под приоткрытую крышку. Витарр, искоса наблюдавший за этой маленькой сценкой, посмеялся и, заводя двигатель, просветил:

— Боженка пыльцу положила. Она всегда верила и надоедала всем рассказами о том, что маленький народец существует на самом деле. Каждое лето у себя в цветнике собирает пыльцу. Круг камушками выложила. Тимьян растет у нее не только в горшках, но и в саду. Говорит, вот прилетит фея, увидит баночку с лакомством, останется у поварихи жить. Боженка, когда увидела, кто спит в твоей корзинке, чуть с ума не сошла от радости. — Теперь ясно, с чего она меня так тискала, что ребра трещали. Радовалась. — Ты, Несса, подумай, может, кто из твоих подопечных захочет переехать к Божене? У нее домик свой в деревне, сад большой, соток тридцать, огород.

Покосившись на умиротворенное личико Пирса, я согласно кивнула, давая слово, что, как только разберусь с делами за пределами собственного государства, так сразу займусь переселением фей в Польшу. В корзинке нашлась небольшая баночка с липовым медом. Угостив безмерно счастливого эльфа запретным лакомством, мы с Тарром смогли понаблюдать за грязнуликом, болтающимся на зеркале заднего вида и вываливающим нам секреты, которые на трезвую голову вряд ли стал бы рассказывать.

Выяснилось, что зовут маленького поросенка Питер. Просто, когда его поймал гадкий старый колдун, то запер в квартире. Не выпускал, но телевизор смотреть позволил. Больше всего парню пришлись по душе фильмы с приключениями Джеймса Бонда в главной роли с Пирсом Броснаном. Отныне крылатика следует называть только Пирс! И никак иначе. Мало того, Константин ехал по следу Питера, чтобы его поймать и водворить назад, в тюрьму к противному колдунишке. Потому что хитрый, умный, изворотливый герой Пирс 007 разогнул украденную скрепку, открыл дверцу своей клетки и выпал в открытое окно со второго этажа прямо на брезентовый верх большой машины. Дальнобойщик так и ехал почти без остановок до самого Львова, везя на крыше беспамятного крылатика. Из города он улетел сразу, чтобы не заметили и не отловили другие маги. Поселился в густом лесу с яркими солнечными полянками. А вот там его снова поймал ужасный злобный вампир! Эти твари так быстро двигаются, просто кошмар. Зубастый негодяй посадил безобидного эльфа в серебряную клетку и почти не кормил, только высмеивал. Хорошо, что смелая, бесстрашная, всемогущая ведьма зверски убила кошмарное создание и выпустила Пирса на свободу! Отныне он её верный рыцарь и будет служить ей вечно!

В этом месте исповеди эльф начал засыпать и свалился с зеркала в вовремя подставленную широкую ладонь Витарра.

— Слушай, а как Константин догадался, где тебя искать?

Засыпающий Пирс чуть приоткрыл слипающиеся глаза и невнятно произнес:

— Ну, как же. Пан Казимир — это отец Евочки и тесть Константина. А еще старый, мерзкий, противный колдун, от которого я так изобретательно сбежал в конце августа. — Выдав тайную информацию, ловкий Агент Пирс свернулся клубочком и заливисто захрапел, время от времени икая, вздрагивая и посвистывая носом.

Слегка ошарашенные полученными шпионскими сведениями мы переглянулись, и я осторожно приняла в ладони спящего героя. Пованивает немножко, а так вполне соответствует имиджу. Четыре дюйма всего ростом. Может, купить в магазине игрушек одежки для Кена? (Кен и Барби маленькие куклы для девочек) Должны подойти по размеру. Я вопросительно посмотрела на Тарра.

— Нет, рыбонька моя. Нет, нет и нет. Мы не будем останавливаться в больших городах. Только заправки. Еды должно хватить. Твою привычку влипать во всякие неприятности я уже изучил, а времени у нас остается все меньше. Закрывай вонючку полотенцем, мы подъезжаем к границе.

Все-таки не зря я гладила животик скульптуре негритенка во Вроцлаве. Его еще местные жители называют Пупочный грыжевик. Скульптор в свое время был великолепным мастером своего дела. Когда мастер трудился над заготовкой для последующей отливки из чугуна, он искусно передал все детали облика живого мальчика. В том числе и грыжу. Дальше трудностей у нас не было.

Джип ровно мчался по хорошей немецкой дороге, равномерно пожирая километры. Границу мы проехали без осложнений, а на ближайшей же заправке нашелся большой магазин. Отдел с куклами и одеждой для них обнаружился в дальнем углу, рядом с дверью в кладовку. Единственная проблема возникла на кассе, когда продавец никак не мог понять, зачем мне столько одежек без куклы. А еще ему не понравилась кукольная черная бандана с белым черепом в серединке. Он так и норовил сгрести её под прилавок. Я не знаю немецкого языка, парнишка — русского, поэтому мы препирались до тех пор, пока раздраженный Витарр не вошел в магазин и не наорал на мальчишку. Оказывается, оборотень — настоящий полиглот. И немецкий язык знает в совершенстве.

Дальше мы ехали в полном молчании. О чем думал Викинг, периодически поглядывая на меня в зеркало заднего вида, неизвестно, а я с удовольствием раскладывала на коленках покупки, умиляясь мастерству, с которым они были сделаны и собственной жадности. Спрашивается, зачем Пирсу три пуловера и шесть рубашек? В последний момент не смогла отказаться от крошечной кожаной курточки с молниями и заклепками. Теперь сосредоточенно дергала замочек, стараясь понять, как она открывается. Если сзади сделать специальные разрезы, то эльф будет здорово смотреться в белой футболке, голубых джинсах и черной курточке. Нитки с иголкой всегда были со мной в сумке, поэтому за работу по усовершенствованию экипировки Агента я взялась, не откладывая на будущее. Мелкий пока что спит. Машина едет, а моим рукам — дело. Витарр громко рассмеялся:

— Слушай, видела бы ты выражение своего лица. Не знал, что ты в детстве не наигралась в куклы. Просто заглядение, а не женщина. Может, передумаешь и выйдешь за меня замуж? Обещаю появляться дома пару раз в год, не чаще. Честное слово.

— Тарр, серьезно? А я раньше считала, что настоящий мужчина, как волк — один, или с одной волчицей на всю жизнь. Не как ты, за овцами бегаешь. Помню одну такую, с выдающимися достоинствами.

Откусив нитку, я расправила в руках очередную рубашонку. Прелесть что за изделие. А в нашем городе одежду для кукол из натуральных тканей не найти. Только искусственные. Понятно, что можно сшить из лоскутов или вот, как некоторые, из шали, но у меня с собой нет ничего, разве что футболки. Так их всего две.

— Меня, волка, с бараном сравниваешь, — обиженно заявил викинг. — С другой стороны, все верно. Пора бы остепениться. Дети растут. Смотри-ка, опять таможня. Сейчас немного покатаемся по Нидерландам и, пожалуйста, Бельгия! Будешь потом хвастать, что ты опытная путешественница.

В Эйндховен даже не заехали, пронеслись мимо, несмотря на настойчивые попытки добиться, чтобы Витарр остановил машину и позволил мне погулять по городу и рассмотреть достопримечательности. Я, конечно, понимаю, что поездка не туристическая, но немножко же можно? Антверпен объехали по объездной дороге, Гент тоже остался без моего внимания, и, только на границе Бельгии с Францией, Тарр смилостивился и пообещал снять в Дюнкерке комнату на час, чтобы мы могли привести себя в порядок и поесть горячего в нормальных условиях. Голова шла кругом. Представьте себе, утром — Вроцлав, а в пять вечера мы уже во Франции. Обалдеть можно.

Маленький номер в частной гостинице порадовал горячей водой и удобной мягкой кроватью. Я честно собралась здесь переночевать. После целого дня на колесах тело ломило, хотелось просто полежать спокойно. Первым делом разбудила пикси, упрашивая его принять ванну. Он твердо отказывался до тех пор, пока не пообещала отнять склянку с пыльцой. Вот тогда он надулся, как мышь на крупу, и потребовал, чтобы я не подглядывала. К сожалению, эльф поскользнулся в раковине и чуть не расшиб себе лоб, поэтому мы решили в этот раз забыть о приличиях. Когда вымытый до скрипа Пирс завернулся в маленькое полотенце и уселся на подушке, я вывернула перед ним пакет с одежками, купленными в Германии. Убедившись в том, что мелкий шкодник на время выведен из строя, поскольку занят копанием в вещах, ушла в душ сама. Хорошо, что взяла с собой шампунь в поездку, потому что разовой бутылочки в этой милой гостинице хватило только на шевелюру эльфа.

Требовательный стук в двери прервал мою медитацию с феном. Витарр ворвался в номер, как настоящий варвар, грозно вращая глазами и судорожно сжимая кулаки.

— Собирайте вещи, мы уезжаем. Несса, поешь в Англии. Пирс, прекрасно выглядишь с чистыми волосами. Тебе идет. — Пока он говорил, я побросала разложенные вещи в пакет и буквально через пять минут была готова. Задержалась, только чтобы сжечь волосы, выпавшие во время мытья и расчесывания. Магический огонь мгновенно избавил ванную от улик, а крошечную кучку пепла я попросту сдула.

— Эти двое уже здесь. Хотелось бы узнать, как они нас вычислили, — ворчал Витарр, заводя двигатель. — Минут через сорок, если повезет, ты будешь в поезде. А этой навязчивой парочке придется иметь дело со мной. Что за люди, никакого воспитания. Представляешь, вышел поискать Интернет-кафе, чтобы сообщить дракону о том, что мы почти добрались. Смотрю, а пан Казимир, так его зовут? Уже общается со швейцаром. Несса, можно я стукну пару раз твоего бывшего? Очень хочется, просто кулаки чешутся. Гад такой. Вон он, в машине сидит, только не оборачивайся. Черт, заметили.

Я пристегнулась, обняла руками корзинку с чистым обитателем, на полном серьезе приготовившись к погоне. Эльф разгреб длинные пушистые светлые волосы, выпросил у меня кусочек крепкой нитки и, завязывая кривую косичку, заметил:

— Зря разболтал про саламандру. Им теперь не только я нужен, но и артефакт. В покое они тебя не оставят. Думаешь, он тебя просто так водил к аптеке и воротам? Даже поводы выдумал, старый маразматик.

Вообще-то, я очень боюсь быстро ездить на машине. Да. Поэтому, когда Витарр вытащил меня вместе с вещами из джипа, и практически силой повел к поезду, попутно остановившись возле какого-то прилавка, я немножко тряслась и судорожно оглядывалась, желая рассмотреть в толпе преследователей. Думать при этом не получалось вовсе. С трудом выдержала последние объятия викинга, пообещала учить языки, и выслушала клятвенное обещание, что на той стороне меня обязательно встретят. Облегченно выдохнула, только когда вагон тронулся с места. В окошко можно было видеть, как Витарр, широко расставив руки, идет навстречу двум колдунам, старому и молодому. Они энергично неслись по перрону вслед за уходящим поездом, стремительно набирающим скорость. Надеялись вскочить в последний вагон? А дзуськи им!

Так, две корзинки, один Пирс, любимая сумка. А чемодан где? Вот, холера, остался в багажнике автомобиля. Со всей моей запасной одеждой и снадобьями. Мне что, так и бегать по Англии в синих шароварах и чужом кожаном плаще? Почувствовав на своей щеке тепло маленькой ладони, очнулась и проверила документы. Все здесь.

— Несса, ты только не волнуйся, пожалуйста, — ласково, как будто разговаривая с душевнобольной, сказал Пирс, стоя на моем плече.

— А что такое.

— Понимаешь, ты же волосы сушила, когда примчался Витарр, и мы тогда побежали в машину. Ну, вот, они

высохли за то время, пока мы ехали.

— Хочешь сказать, высохли, когда оборотень пытался изобразить из себя Шумахера? Надеюсь, на дороге никто не пострадал. Ужас, что творилось.

— У тебя были глаза, как стеклянные, а сама была, застывшей статуей. Мы с Тарром подумали и решили, что ты просто не замечаешь аварий. То есть, я хочу попросить у тебя расческу и предложить свои услуги. Давай причешу? — Замерев от плохого предчувствия, достала зеркальце из кармана плаща. Молча положила его обратно и вручила расческу эльфу. Это что, я бегала по вокзалу во Франции в таком виде? Подумала и расслабилась. В конце концов, всех, кого могла, напугала, а народ в вагоне вообще ни на что не реагирует. Кто читает, кто в ноутбуке завис. Зато в Лондон мы приедем чистые и причесанные. Надо будет эльфа тоже переплести. Итак, ехать нам часа два. Чем бы таким интересным заняться?

— Пирс, скажи, а зачем им мой артефакт, ты в курсе?

— Не, но это ж колдуны. Они, как сороки, хватают волшебные вещи и тянут к себе в гнездо.

Эльф снова взялся разбирать мои волосы, а я задумалась. С того момента, как рядом со мной появился артефакт, огненная стихия ощущается теплым родным шариком, мирно живущим в солнечном сплетении. Может быть, если его включить, мои проблемы со стихией и вовсе исчезнут? Скрытно оглянувшись вокруг, лишний раз убедилась, что никому и дела нет до странной девушки с порхающим над головой эльфом. Даже вон тот тип за соседним столиком сидит спокойно, хотя и прикрывает лицо чуть порванной газетой. Или газета надорвана специально, как в фильмах про шпионов? Нет, надо заканчивать с этими путешествиями, смирно расследовать преступления в собственном городе под Карлушиным руководством и не нарываться на неприятности. То разные чудеса вокруг происходят, то чемодан пропал, то паранойя одолевает.

Нащупав в корзинке шкатулку, я шепотом спросила:

— Пирс, а если активировать артефакт, то колдуны сумеют его отнять? — Эльф рванулся, запутался в волосах, выдавая пронзительным голосом тираду, от которой у нормальной воспитанной девушки уши свернулись бы в трубочки. Я же взяла себе на заметку, что надо поработать со сквернословом, и приготовилась слушать продолжение. Как ни странно, остальные пассажиры не отреагировали на нецензурную речь. Англичане, наверное. Все четыре. Спустя несколько минут, сероглазый представитель маленького народца встал передо мной на столике, трепеща крылышками, с расческой наперевес. Он был такой очаровательный со своей растрепанной косичкой и большими серыми глазами, что я залюбовалась. Голубая рубашка с отложным воротником, темно-синий пуловер, светло-голубые джинсы и синие же кроссовки. Хоть сейчас на витрину! Ой, это случайно вырвалось, извините.

— Конечно, нет, они украдут и тебя вместе с ним, только потому, что именно этот активированный артефакт можно только по доброй воле передать другому хозяину. Точно знаю. Слышал, как гадкий вампир рассказывал своему другу.

— Скажи еще, что они такие благородные и порядочные, что не стали сами этим заниматься, а берегли ящерку специально для ведьмы. Ага? — недоверчиво покрутила головой я.

— Ну да. Хотели использовать для сделки. Ведьме — артефакт, а им — снятие проклятия. — Пирс оглянулся по сторонам, почесал расческой ухо и шепотом добавил: — Мужики, конечно, пытались, но у них ничего не вышло, потому что нужна связь с огненной стихией. Вацлав в толстой коричневой книжке вычитал. Знаешь, какая в замке библиотека? Большая. А у вампов огня внутри нет и быть не может. Переходим к делу. Тебе надо уколоть безымянный пальчик левой руки, выдавить несколько капель крови и размазать по мордочке ящерицы, потом дождаться, чтобы она укусила, выпила три глотка и всё. Привязка окончена. Вместе с активацией. — Эльф сел по-турецки прямо на стол и приготовился наблюдать.

Обычно для такого колдовства требуется специально отведенное место с пентаграммой. Но подойдет и другое, с условием, что оно находится "между". Поезд, по идее, отвечает необходимым требованиям. Ну, что ж, приступим. Я достала шкатулку, положила себе на колени, открыла, любуясь изящной рубиновой фигуркой, в длину сантиметров восемь, не больше. Рядом с её мордочкой из стенки шкатулки торчал небольшой шип. Значит, шкатулка и существо каким-то образом связаны между собой. Интересно. Уколола палец, намазала мордашку. Чуть подождала и подсунула кровоточащий палец прямо к пасти ящерки. Ничего. Я вопросительно глянула на Пирса. Он пожал плечами, спустился со стола и ущипнул зверюшку за хвост. Пасть открылась мгновенно, тут же схлопнувшись на многострадальном пальце. Не больно. Вот горло ящерки дрогнуло раз, второй, третий. Пора отнимать. Аккуратно, нежно погладила кончиком указательного пальца саламандру по голове. Глаза существа открылись и уставились на меня, пылая алым пламенем. Ящерка выплюнула бяку, облизнулась раздвоенным языком, повертелась на светло-зеленом бархате подставки, а затем поставила передние лапки на верхний край шкатулки, преданно глядя на мой живот. Мелькнул язычок в сторону Пирса. Эльф занервничал и перелетел назад на столик. Саламандра напружинила задние лапки, пытаясь выбраться за пределы своего прежнего дома, но получалось у неё плохо. Я протянула руку ладонью вверх. Маленькая рубиновая красавица переползла на предоставленную поверхность, аккуратно цепляясь когтистыми лапками. Не останавливаясь, ящерка резво перебралась на ткань кофточки и остановилась точно напротив солнечного сплетения. Греется она там, что ли.

— Милая леди, хочу уведомить вас, что мы подъезжаем к цели своего путешествия. — Приятный мужской голос раздался рядом с нашим столиком. — Вам будет очень интересно посмотреть, как выглядит Лондон октябрьским вечером. Вы ведь впервые здесь, я не ошибся?

Да, действительно, вид за окном был прекрасен. Масса разноцветных огней на фоне ночного неба завораживала. Восхищение и ощущение счастья наполнили мою душу. А Пирс неожиданно дернул за ухо. Напоминая, что мы тут не просто так сидим, а делом занимаемся. Я захлопнула крышку шкатулки, уложила её на место в корзинке и принялась разглядывать мужчину, который тем временем занял сиденье с другой стороны столика. Тот самый тип, который прятался за газетой. Подсматривал? Внимательные темно-карие глаза рассматривали меня с не меньшим интересом. Короткая стрижка на темных волосах только украшала его в высшей степени запоминающееся лицо. Немного седины на висках смотрелось уместно и не отталкивающе. Узкий породистый хрящеватый нос, чуть длиннее нормы, изящно очерченные губы, легкая небритость, и, в то же время, свежая рубашка, элегантный костюм, сшитый на заказ. Обувь, жаль, не рассмотреть под столом.

— Спасибо. Вы хотите сказать что-то еще?

— Да, мелочь, знаете ли. Вы же из Восточной Европы? Не Россия, скорее Украина, хотя говорим мы с вами по-русски. Наблюдал, как вы садились на поезд. Экзотично. — Мужчина улыбнулся, демонстрируя безупречную белозубую улыбку, больше напоминающую оскал хищника. — Мой вам совет, маленькая леди. Избавьтесь от артефакта. Весьма заманчиво с его помощью справляться с бушующей стихией огня, но это фэйрийская штучка. Только те, кто в родстве с детьми Богини Дану, могут работать с изделиями мастеров-фэйри. Все остальные со временем погибают в страшных мучениях от укуса саламандры. Вам об этом сказали? Нет? Надо же, какая чудовищная подлость. У вас в запасе месяц, может, больше, до зимнего солнцестояния. Задумайтесь и примите правильное решение. Убедительно прошу вас, возьмите мою визитку. Возможно, вам потребуется помощь в стране, языка которой вы не знаете. И, кстати, мы уже приехали. Вас встречают? — Я судорожно покивала головой, в смысле, да, конечно, всенепременно.

Неожиданный попутчик встал, откланялся и вышел из вагона, пока моя светлость разглядывала глянцевый кусочек бумаги с номером телефона. Ни имени, ни адреса там не было. Положив карточку во внутренний карман плаща, я сразу же забыла и о ней, и о мужчине, который мне её оставил. Надеюсь, Пирс привел в порядок прическу, чтобы не смущать добропорядочных представителей английской таможни. Они, конечно же, улыбнулись, когда к ним подошла ведьма с сумкой через плечо и двумя большими корзинами в руках. Но потом сделали невозмутимые лица, проверили документы, куда-то позвонили, дождались ответа и, наконец, разрешили идти дальше.

Великолепный, потрясающий, идеально чистый вокзал поразил мое воображение с первого взгляда. Если бы мне пришло в голову снять фильм-катастрофу, то снимала бы я его именно здесь. Сначала крупный план потолка…

— Несса! — Агент Пирс дергал за воротник плаща и нудным голосом взывал к моей совести. Нашел к чему обращаться, может, я её дома забыла, или в чемодане, который уехал с Витарром в моем, между прочим, джипе.

— Слушай, чего пристал. Не видишь, я наслаждаюсь видом. — Вот так и надо с ним разговаривать, сразу ставить на место, чтобы не выступал лишний раз.

— Агнесса, ну и глупая же ты девица! Вечно отвлекаешься. Кто нас должен здесь встретить? Что-то никого не вижу с большой табличкой: "Встречаю ведьму". Нет, конечно, переводчиком я могу быть, но хотелось бы как-то определиться.

Я перехватила корзинки покрепче и внимательно осмотрелась по сторонам. Последние пассажиры, приехавшие на одном со мной поезде, покидали зал. И ни одного дракона поблизости.

Зарисовка 32. Любопытные открытия.

Нервное выступление Пирса не смогло омрачить мою безграничную радость от сбывшейся мечты. Я же первый раз в своей жизни попала в Англию! Знаменитый тоннель под Ла-Маншем, Лондон! Тут у любого человека начнется эйфория. Ну и пусть нас не встретили. Мало ли что могло случиться, например, Витарр забыл сообщить дракону, или Интернет в Дюнкерке отключился, а, может, Сайгош просто опаздывает. Хотя, если учесть, как именно викинг проехал сравнительно небольшой участок дороги от Дюнкерка до Кале, то его вполне могли задержать и предъявить обвинение в неосторожном вождении. В этом случае оборотень мог просто не успеть отправить сообщение или позвонить. Я на пару секунд задумалась: вдруг на самом деле у Тарра проблемы? Потом поняла, что ничем помочь не смогу и расслабилась. Где бы присесть? Оглядываясь в поисках лавочки, увидела очередной приближающийся поезд. Диктор, конечно же, объявила, откуда он пришел, но мой английский настолько далек от совершенства, что я сумела разобрать только время прибытия. Пирс забрался в шарф, намотанный свободными кольцами вокруг шеи и усиленно крутил головой, рассматривая проходящий мимо народ. Вдруг замер, затрясся всем телом и полез внутрь расстегнутого до половины плаща. Хорошо, что одежка мне великовата, поэтому пикси есть, где спрятаться. Я удивленно наблюдала за его телодвижениями, не понимая, что происходит. Когда эльф забрался уже мне под грудь и неподвижно застыл, вроде как его здесь нет, и никогда не было, я постучала мизинцем по плащу и шепотом спросила:

— Пирс, ты чего? Доблестные разведчики не прячутся при виде опасности.

— Угу, они отходят на заранее подготовленные позиции, знаю. Застегни пуговицы, а потом перед собой посмотри, никого не узнаешь? — Бравый шпион 007 замер, съежившись рядом с ящеркой. Надеюсь, она его не покусает. Я спокойно сложила шарф, прикрывая им разворошенное эльфом гнездо в корзинке. Потом подняла голову и принялась беззастенчиво разглядывать сказочное зрелище. Через три вагона от того места, где мы стояли, из поезда на перрон выходили ведьмы. Всамделишные английские колдуньи! Вот где настоящая феерия! Одна, две, три, четыре…. тринадцать! Что такое, сегодня разве какой Праздник? Не помню. Интересно, с какой радости шабаш у девочек. Судя по их аурам, он состоялся прошедшим вечером, а сейчас, ночью, участницы возвращаются домой. Одеты коллеги как-то одинаково, хотя и дорого, если судить по качеству тканей. Темные платья до середины икры, полосатые чулки, метлы, серые шерстяные плащи, остроконечные шляпы. Хочу такую! Я с вожделением засмотрелась на головные уборы. Еще немножко и начну тянуть ручки. Какая прелесть! Вот бы мне в отдел явиться в таком наряде, все сотрудники сразу в обморок попадали бы от счастья. Нет, правда. А что это за мешочки у них на груди болтаются помимо пентаклей и амулетов? Мой интерес к процессии дамы восприняли, как само собой разумеющийся. Просто потому, что на них таращились все пассажиры, а кое-кто даже рискнул подойти за автографом. Я им точно не приглянулась, потому что каждая ведьма из тех, кто проходил мимо, оглядывала меня с ног до головы, презрительно фыркала и шла дальше, к выходу из зала. Только леди, которая вышла из вагона последней, остановилась напротив и вежливо что-то спросила. Я растерянно развела руками и обаятельно, не жалко, нет, улыбнулась. Женщина внимательно осмотрела мой экзотический наряд, странную прическу, оттопыривающийся на груди плащ, подозрительные корзинки. Сделала какой-то вывод, улыбнулась и сняла шляпу. Я восхищенно уставилась на неё. Красивая, но уже далеко не молодая, ведьма. Густые седые волосы собраны в свободный французский узел на затылке. А отдельные пряди, выбивающиеся из прически, свободно вьются локонами по обе стороны породистого лица напоминая, что передо мной все-таки ведьма, причем только что с шабаша. Ярко голубые глаза открыто и приязненно рассматривали мой, скажем мягко, несколько провинциальный внешний вид. Представляю, как выгляжу в её глазах, но переживать и нервничать по этому поводу не собираюсь. Вот ещё.

Худощавое лицо истинной английской леди притягивало внимание, располагая к доверию и откровенному рассказу обо всех своих злоключениях. Как будто я встретилась с любимой обожаемой тетушкой и должна быть безмерно счастлива по этому поводу. Интересное ощущение. Пожилая женщина, чем-то похожая внешне на знаменитую актрису Мерил Стрип, пытается сознательно повлиять на моё к ней отношение. Это даже не магия, так, скорее всего амулет расположения, обычно его носят на уровне сердца. Странно, но сегодня этот фокус почему-то не работает. Как правило, я всегда покупаюсь на улыбку и откровенный взгляд, доверяясь безоговорочно. Может, на мое поведение каким-то образом воздействует артефакт? Если не ошибаюсь, то передо мной сейчас глава местного ковена. Пришел конец сказочке о везучей ведьме. Или наоборот, все сложилось правильно. Надо будет разобраться позже, если успею. Ведьма задумчиво постучала себя указательным пальцем по лбу и спросила с акцентом:

— Ты приехала из России?

— Почти. А как вы догадались?

— Соотечественницу я узнаю всегда, везде и в любом виде. Тебя не встретили? — Увидев моё огорченное лицо, она ободряюще кивнула. — Понимаю. Поехали ко мне домой, сестра по ремеслу. Без сомнения, я никогда не пригласила бы постороннего человека с улицы, тем более с вокзала. Но ты — ведьма, а значит, под моей опекой. Идем. — Она повернулась ко мне спиной и попыталась пойти вперед. Не вышло, потому что я ухватила край её серого, как мышиная шкурка, плаща и держала, старательно не сходя с места.

— Прошу прощения, но у меня два вопроса. Один важный, другой — так себе. Хотелось бы получить ответы на оба, чтобы я могла решить, принимать ваше предложение или нет.

Ведьма обернулась и просто сказала:

— Спрашивай.

— Во-первых, мне нужно оставить здесь знак или метку, говорящую о моем приезде и о том, где меня искать. Ведь тот, кто придет за мной, будет волноваться. Во-вторых, вы все одеты совершенно одинаково, это униформа? Если мне придется переодеваться в такое, то никуда с вами не пойду, терпеть не могу одинаковые одежки. — Пирс согласно чихнул. Ведьма заинтересованно поглядела на чихающий плащ и вежливо, с невозмутимым лицом, произнесла:

— Мы праздновали день рождения одной из наших сестер. Затеяли ролевую игру с видеосъёмкой, вот и оделись соответственно. Эти наряды не более чем костюмы, что бы о них не говорили писатели. Ты понимаешь, о ком я? — Моя светлость согласно кивнула. — Да и метлы у нас самые обычные. Просто украшение.

— Только сделаны веники в полном соответствии с каноном, — сердито пробурчала я. Вот, пожалуйста, так и знала, что здесь, в Англии, ведьмам раздолье. Даже на ролевые игры выезжают, не скрываясь от общественности. Не то, что у нас. Туда — не ходи, сюда — не смотри, одевайся, как все, старайся не выделяться. Противно. Вернусь домой, устрою революцию, обязательно.

— А, так ты заметила? Молодец, хорошая девочка. Есть потенциал для раскрытия. Кто твой фамилиар? Ведь это он копошится у тебя под грудью? Молчишь, ждешь ответа на второй вопрос? Сообразительная ведьма. Ну, говори, кому мы должны оставить знак?

— Меня должен был встретить Сайгош, дракон. — Если бы я смотрела в другую сторону, то не увидела бы, как яростно засверкали глаза ведьмы. Она ничем больше не показала, что ей знакомо имя и тот, кто на него отзывается. Только сложила ладони лодочкой, прошептала нужные слова, чуть подержала, чтобы символ прогрелся, и, поднеся к губам, выдула знак на ближайшую ровную поверхность. Ею оказался столб, который я как раз подпирала. Еле успела отскочить в сторону. Безусловно, я и сама могла бы проделать такой фокус, но, оставляя символ, созданный вами в любом месте, вы оставляете и частицу своей энергии, почти как магическую подпись. Сайгош, надеюсь, разберется, кто и зачем оставил здесь странную картинку, а потом, по остаточным следам, найдет и нас с Пирсом. И, поскольку здесь нет моей подписи, поймет, что нас вынудили сдвинуться с места. Видите, сколько информации можно считать с обычного символа на стене? Самое любопытное в этом всем то, что, когда дракон его увидит, кривульки на столбе пропадут сами собой, просто испарятся. На всякий случай, я оставила отпечаток своей ладони на том же столбе, перед тем, как двинуться вслед за коллегой. Пусть тот, кто будет искать, знает, что мы здесь были.

На улице главную ведьму ожидал роллс-ройс с водителем, замершим по стойке смирно возле открытой дверцы. Не Фантом, конечно, но всё равно дорогущая, как не знаю что, машина. Шофер даже глазом не моргнул, пока я неуклюже запихивала свои корзинки и заползала сама в салон. Ведьма уже удобно сидела возле приоткрытого окна, раскуривая тонкую сигарету в длинном мундштуке, когда я, наконец-то, умостилась на кожаном сиденье вместе со своим скарбом.

Прищурив правый глаз, ведьма надменно разглядывала существо, которое умудрилась пригласить к себе в гости. Именно так я расценила её гримасу и вряд ли ошиблась. Только вот идти мне в данный момент некуда, да и кто же отпустит-то. Так что, поблагодарив хозяйку транспортного средства за предложенную помощь, я уставилась в окно, рассматривая ночные, освещенные ярким светом витрин, улицы Лондона, мелькающие за стеклом. Ведьма докурила сигарету, вытряхнула фильтр из мундштука в золотую пепельницу и вернулась к прерванному разговору:

— Мы с мужем учились в МГУ. Он — на экономическом факультете, а я закончила химический. Собственно, там и познакомились. Приятные воспоминания. Жаль, что его давно нет в живых. Давно ли ты была в Москве, надеюсь, город мало изменился за прошедшие годы?

— Я там вообще никогда не была, — ответила, не поворачивая головы.

— Давай тогда просто поговорим, чтобы лучше узнать друг друга. Как тебе, несомненно, известно, подобных совпадений не бывает, следовательно, наша встреча предопределена заранее. В качестве жеста доброй воли с твоей стороны, не познакомишь ли меня с фамилиаром?

Наверное, у каждого из нас есть свои ощущения в теле, предупреждающие об опасности. Вот именно в эту минуту я почувствовала, как зачесалась правая ладонь. Обычно, при малейших проблесках угрозы, она еле заметно зудела. Но сейчас хотелось расчесывать руку без остановки. Серьезная причина, чтобы не говорить правду о Пирсе подозрительной ведьме. Но и отказать нельзя. Глава ковена априори сильнее. Я засунула руку под плащ, нащупала ящерку и осторожно вытащила её наружу, стараясь не придавить ненароком. Очень уж мелкое существо. Рубиновая саламандра потрогала кожу на ладони кончиком раздвоенного языка и замерла, глядя на чужую тетю. Тетя тут же протянула руку, желая прикоснуться к забавному зверьку, ну, или просто погладить. Ящерка вжала голову в плечи и с резким выдохом выдвинула её вперед. Из пасти вылетел внушительный язычок пламени. Ведьма отдернула загребущую лапку и подула на обожженные пальцы, пристально разглядывая опасное, как выяснилось, земноводное. Или правильно будет сказать: земнопламенное?

— Странно, я чувствую только огонь в высшем его проявлении. Где ты взяла эту карманную зажигалку?

Слова явно не понравились ящерке, потому что она тут же приняла угрожающую позу, а её хвост стал нервно метаться из стороны в сторону. Пришлось гладить спинку красавицы до тех пор, пока она не успокоилась.

— Да так, один знакомый вампир подарил, — ответила я, демонстративно поправляя воротник плаща. Пусть думает, что хочет. Ведьма покосилась на мою шею и снова уставилась на саламандру. Потом достала из кармана платья лупу для более подробного изучения артефакта. Ящерка снова начала втягивать голову для очередного огненного плевка.

— Простите, вы не представились, не знаю, как к вам обращаться, но лучше не расстраивать фамилиара. Мы только недавно начали узнавать друг друга, поэтому представить себе не могу, как она отреагирует на ваши действия. — Я ласково прикрыла второй ладонью ящерку. Сидеть старалась с ровной спиной, что, честно говоря, было очень неудобно. Но, если согнусь, могу случайно навредить Пирсу. Интересно, долго нам ехать? На прямой вопрос ведьма не ответила, лишь загадочно улыбнулась и опять закурила.

Я отвернулась и стала снова смотреть в окно. Какой-то странный район. Очень чисто, металлические заборчики возле окон, двери с симпатичными дверными ручками, над окнами балконы с яркими цветами. И почти две трети окон — темные. Неужели в таком ухоженном красивом месте живет так мало людей? Отвечая на выразительное выражение моего лица, ведьма скучающе пояснила:

— Белгравия, немыслимо дорогая недвижимость. Когда-то мы жили здесь с мужем. Летом 2012 года он умер, а я продала квартиру всего лишь за десять миллионов фунтов. Теперь живу в пригороде на проценты по вкладам. Деточка, а зачем ты вообще приехала в Лондон?

Пока я придумывала наиболее правдоподобный ответ, автомобиль остановился. Ведьма удивленно приподняла брови, а в открытую дверцу заглянул Сайгош:

— Вовремя успел. Мэри, извини, но твой трофей сегодня забираю я. Ведьма — на выход, быстро! — Я ухватила корзинки и, стараясь не сгибаться, медленно полезла наружу, ногами вперед.

— Спасибо, дорогая старшая ведьма, сочтемся как-нибудь. — Дракон прижал руку к груди, выражая высшую степень благодарности.

Уже закрывая за собой дверцу, услышала злобное шипение:

— Увидимся, детка, не прощаюсь.

Роллс-ройс так резко сорвался с места, что я еле успела отскочить в сторону. Первым делом Сайгош ринулся обниматься и очень удивился, когда мне пришлось останавливать его вытянутой перед собой рукой:

— Да, я счастлива тебя видеть и безумно рада, что ты вообще нас нашел. Но обниматься пока нельзя. Так и будем тут стоять? А то ноги уже не держат от пережитого страха.

Сайгош сделал кому-то знак рукой, одновременно забирая у меня корзинки. Наконец-то я от них избавилась. Облегченно вздыхая, забралась на заднее сиденье и расслабилась. Дракон тоже уселся рядом и постучал по спинке сиденья водителя. Вверх поползло разделительное стекло, а минивэн мягко заурчал двигателем. В салоне достаточно тепло, поэтому я рискнула, снимая плащ и, таким образом, обнаруживая крылатого пассажира, у которого от ужаса глаза светились, как маленькие фонарики. Пирс уставился на Сайгоша, решил, что дракон достоин его доверия, подпрыгнул и завертелся, рассыпая пыльцу и разминая крылышки. Ябедничать он при этом, как ни странно, не забывал:

— Ты только посмотри на эту глупую ведьму! Сама села в машину к этой акуле зубастой и меня с собой прихватила! Я чуть не задохнулся под этим вампирским плащом. Знаешь, чем от него пахнет? Кровью! Самой настоящей. Сними его немедленно и выброси. Сейчас же. — Я понюхала тонкую кожу плаща, пожала плечами, просто сложив его кучкой рядом. Ничем он таким не пахнет. По моим ощущениям, плащ вообще новый, никто его не носил.

Пирс приземлился мне на плечо, кающийся и страдающий от собственной трусости:

— Ну, прости. Я так испугался, когда увидел страшную ведьму, что все мозги растерял от ужаса. Снова превратился в маленького Питера, чьих родителей убила эта мерзкая отвратительная старуха. Папа с мамой были совсем молодыми, они даже свой дом еще не построили, жили в дедушкином пне. Потом на нас стали охотиться ведьмы. Злые женщины в серых плащах ловили и запихивали фей-крошек в клетки. Была такая суматоха, что больше половины клана погибло. Мой старший брат потерялся. А меня поймала именно она.

В разговор вмешался Сайгош, терпеливо внимающий словам маленького пикси.

— Ведьмы тогда всем присутствующим на семинаре подарили по фее. Доминик тоже там был. Кстати, а как зовут твоего брата, совершенно случайно не Дэклан? Очень уж вы похожи. Только глаза разные.

Пирс снова подпрыгнул и приземлился уже на плечо к дракону, умоляюще заглядывая ему в глаза:

— Ты его видел, да? Скажи, как мне найти брата, пожалуйста.

— Пирс, думаю, ты можешь спросить у Агнессы. Это в её саду живет целый клан фей. — Я тут же смертельно обиделась и клятвенно пообещала себе подложить дракону на стул большую кнопку при случае. Нашел над чем смеяться, шут хвостатый. Сайгош сделал невинное лицо и театрально поклонился, давая понять, что догадался о моих планах. Эльф вернулся ко мне на колени и, глядя больными от усталости глазами, спросил:

— Получается, ты не шутила, когда говорила про других фей? И мой брат прямо сейчас живет у тебя в саду?

— Да, к тому же он уже не один. Дэклана выбрала Мэвис, а Витарр строил им дом, только не знаю, закончил или нет.

Ошалевший от такой новости, эльф сгорбился и полез к себе в корзинку. Уже снимая курточку и кроссовки, Пирс попросил не будить его завтра, потому что он неважно себя чувствует, замучался, может, уснет надолго. Видно, здорово ему досталось сначала у пана Казимира, потом у вампиров, а сегодня и вовсе день получился утомительным даже для меня. Подумать только, утром мы были в Польше.

Сайгош взял мою руку в свои ладони и, согревая, стал рассказывать:

— Несса, ты просто не представляешь, что мне довелось пережить, когда я услышал по телефону от Витарра, что по времени ты уже должна быть в Лондоне на вокзале. Чуть с ума не сошел от тревоги. Он же не предупредил, что ведьма не одна, а с рыцарем. Кстати, хотелось бы знать, ты в курсе, почему оборотень звонил из полицейского участка? — Я сделала большие глаза, отрицательно качая головой. Понятия не имею, что он там делает. Поинтересовалась, далеко ли мы едем. Сайгош фальшиво улыбнулся, замялся и отвел глаза. Не поняла, это что ещё такое? В жизни не поверю, что дракон не умеет врать. К чему представление.

— Слушай, ты, наверное, устала с дороги, спать хочешь. Давай, устраивайся, нам пару часов ехать. В Херефорде я снял дом на месяц. Там и остановимся. Отдыхай, ночь на дворе.

Подозрительно ведет себя давний знакомый, даже про самочувствие Духа не спрашивает. Уж не попала ли я из огня да в полымя. Спать не хотелось, попробую размышлять. Есть только одна причина, по которой Сайгош не хочет разговаривать, время тянет. Либо водитель нас слушает, либо в салоне жучок. Ну, в первом случае я сделать ничего не могу, пока не доедем, а вот если это подслушивающее устройство… Попробую отвлечь внимание для начала. Я потрогала мужчину за рукав, сделала страшные глаза и скосила их в сторону водителя. Сайгош заржал. Он честно старался успокоиться, но получалось плохо. Видеть, как джентльмен в идеальном костюме, белоснежной рубашке, при галстуке, тупо ржет, зажимая рот одной рукой и вытирая слезы, катящиеся от смеха из глаз, другой, оказалось для меня последней каплей в чаше сегодняшнего ненормального дня. Я расплакалась. Причем, как это обычно бывает, истерика началась с малых слез и грозила перейти в бурное выяснение отношений, когда опустилось стекло, отделяющее водителя от общего салона, а приятная симпатичная белокурая девушка распорядилась:

— Там, под правым сиденьем, есть несколько коробок с платочками. Сайгош, достань, пожалуйста, неужели не видишь, девушке нужно выплакаться. Уморилась, бедняжка, нервы сдали. Ничего, скоро приедем, отдохнет.

Дракон вручил мне цветастый картонный кубик с платками и, пока я вытирала глаза, плеснул в пластиковый стаканчик пару ложек какой-то жидкости из квадратной бутылки.

— Держи, звезда моя. Выпей одним глотком.

Послушно глотнула. Дыхание прервалось, горло и пищевод обожгло горечью и, наконец, огненная жидкость плюхнулась в желудок, превращаясь в теплое, согревающее все тело солнышко. Промокнув глаза, я отдышалась, понимая, больше плакать не хочется. Лекарство помогло.

— Что ты мне дал? Предупреждать надо, оно же жжется.

— Всего лишь бренди. Слушай, прости. Ты так смешно выглядишь в этих синих штанах, к тому же с вороньим гнездом на голове. А когда стала глаза таращить, не смог сдержаться. Ну, извини, золотце, не обижайся на старого дракона. Я тебе еще пригожусь.

В этот момент из-под вязаной кофточки вынырнула саламандра и, метко прицелившись, плюнула огнем прямо на шкиперскую бородку Сайгоша.

Зарисовка 33. О чем не знал дракон.

Джентльмен, не глядя, стряхивал пепел с остатков шкиперской бороды, и сосредоточенно рассматривал рубиновую ящерку.

— Выкладывай, многоуважаемая ведьма, где взяла фэйрийский артефакт, за который любой из местных колдунов, не задумываясь, оторвет твою глупую голову, — сердитым голосом потребовал Сайгош. С чего это он сердится, не поняла. Подумаешь, бородку придется заново отращивать некоторым, так не я же её спалила.

Несколько волосинок слетели на колени, и моя светлость их тут же присвоила. Видимо, по привычке складывать в карман все найденные полезности. Смею надеяться, никто мои маневры не заметил.

— Раз уж ты так просишь, дорогой, попробую рассказать. По дороге к польской границе меня пригласили в гости два вампира, один — приятной наружности, а второй выглядел, как огромная зубастая летучая мышь. Они очень убедительно попросили помочь снять проклятие, наложенное цыганской колдуньей, с владельца Подгорецкого замка. Может, ты его даже знаешь?

— И замок знаю, и его хозяина, все равно не могу понять, при чем здесь Вацлав? Второй вопрос: как такой мощный дорогой артефакт попал к тебе? Мне, выходит, его наотрез отказались продать. А цену давал хорошую, хватило бы на полную реставрацию всего поместья.

— Вот и не завидуй теперь. Вампиры так смешно конспирировались. Красавчик называл злобного мыша — Гарри. Мне позже Пирс рассказал, что твой Вацлав заранее готовился к сделке с ведьмой. Выбрал подходящий артефакт для обмена. Написал завещание на всякий случай. В пророчестве даже было указано приблизительное время и место появления подходящей колдуньи. Так что ребята просто сидели в засаде и ждали, кто приедет. Я попалась, как курица, в расставленную заранее ловушку. Если бы главный вампир остался в живых после снятия проклятия, то, как мне кажется, он рассчитался бы за услугу иначе. Но Вацлав умер. Поэтому, полагаю, его дворецкий Матиас и отдал мне шкатулку с саламандрой, выполняя заранее оговоренное условие. Слуга, конечно же, не знал, что внутри вещь, призванная отомстить за смерть хозяина. Так вот и получилось, что Вацлав вроде как отблагодарил, а на самом деле свинью подсунул. Вампир, что с него взять.

Правда же, я объяснила всё ясно, четко и доступным языком? Не понимаю, с какой стати глаза дракона стали постепенно наполняться янтарным блеском и светиться. Зрачки сузились, а от мужчины ощутимо пахнуло жаром. Похоже, дракон злится. Ящерка тут же высунулась из моих ладоней, заинтересованно вытянула язычок, прикоснулась им к руке Сайгоша, потом встрепенулась и энергично переползла уже вся к нему на ладонь. Нежась, переворачиваясь с боку на бок, существо впитывало огненную энергию, наслаждалось каждой порцией получаемого тепла. Любопытное зрелище, должна отметить. Спустя небольшой промежуток времени глаза дракона снова стали нормальными, человеческими. А рубиновая усмирительница драконьего гнева медленно переваливаясь с лапки на лапку сползла в корзинку, к эльфу под бочок, и свернулась там клубочком, собираясь поспать. Вот и хорошо, заодно страдальца погреет, октябрь все-таки.

Сайгош страдальчески наморщил лоб и жалобно попросил:

— Несса, звезда моя, в следующий раз, когда у тебя возникнет желание рассказать романтическую историю, мы поступим иначе. Ты начнешь свое повествование с самого начала, потом дойдешь до середины, и закончишь логическим выводом. Договорились? Твоя исключительно женская манера путать факты, места и время событий повергает меня в бешенство. Просто хочется рвать и метать. Ну что ж, гнев мой исчез, надеюсь. Артефакт накормлен. В качестве благодарности за оказанную услугу (твоя ящерица не дала мне воспылать праведным негодованием), позволю себе дать бесплатный совет. Дорогая, будешь проездом в замке, отними, выпроси или купи у них книгу, описывающую свойства этой сущности. Иначе вы вдвоем натворите таких дел, что ни один дракон не разгребет. Еще один момент. Мне показалось, или Пирс не совсем нормальный эльф? Он странно себя ведет, то агрессивно, то болтает без умолку. Такое ощущение, что у него проблемы с психикой.

Я промолчала, нежно прикрывая кончиком шарфа милую парочку. Посидел бы сам в клетке месяц, другой, прежде чем умничать. Спящий фэйри и саламандра вызывали во мне материнские чувства, как бы странно это не звучало. Захотелось взять на себя ответственность за их жизнь. Странное желание. Может, на самом деле пора найти себе в пару колдуна и заняться созданием семьи? Пока я размышляла на матримониальные темы, Сайгош внимательно рассматривал выражение моего лица, читая, как отрытую книгу. Ну и пусть, скрывать-то все равно нечего. Хотя, если посмотреть с другой стороны… Придумала, чтобы отвлечь мужчину от занятия, для меня нежелательного, надо задать ему наводящий вопрос:

— Солнышко, скажи, а как ты нас нашел? Да ещё так быстро. Я как раз пыталась сообразить, каким образом вывернуться из этой подозрительной ситуации с вашей главной ведьмой.

— Мы подъехали к выходу из зала в тот момент, когда ты уже садилась в роллс-ройс, — вмешалась девушка-водитель. — Я ему сразу сказала, что это та самая ведьма, которую мы должны встретить. Ну, извините, мадам, огородные пугала с корзинками наперевес не каждый день на глаза попадаются. Босс не поверил и помчался на вокзал. Сказал, что твои волосы всегда уложены в аккуратную прическу, а не торчат во все стороны, как после удара электрическим током. Кстати, меня зовут Айрис, моя мама — русская, так что не удивляйся. — Вовремя сказала, а то такие совпадения выглядят весьма подозрительно с моей точки зрения. Вторая встреченная дама в Англии и знает русский. С ума сойти!

— Да, не поверил. Да, сбегал в зал и нашел твой отпечаток на столбе. Ничего же страшного не случилось? Могли забрать тебя сразу, но я хотел выбрать такой район, чтобы поменьше свидетелей болталось поблизости. Белгравия вполне подошла, в этом месте по вечерам всегда пусто.

— Подожди, ведьма же символ оставляла. Я сама видела. Неужели не заметил?

Сайгош принялся нервно дергать себя за пострадавшую бороду. Потом поднял на меня глаза и противным голосом университетского профессора сказал:

— Скорее всего, Мэри пошла на обман, чтобы ты ей доверилась и не сопротивлялась. Вы ушли, а метка испарилась. Неужели, Несса, ты не понимаешь таких простых вещей! Кстати, почему не показала ей свой амулет? У нас принято подтверждать истинность своих слов. Вот, как бы ты доказывала, что действительно приехала ко мне?

— Зачем доказывать?

— Потому что так заведено. Поверь мне на слово, — чувствовалось, что дракон недоволен и снова начинает злиться. Как же, всё идет не так, как ему бы того хотелось. Какая досада.

— Хорошо, допустим. А какой амулет надо было показать? — Моя светлость уставилась на Сайгоша с истинной преданностью во взоре.

— Такой, какой я тебе подарил, когда уезжал. Между прочим, велел носить постоянно, не снимая.

— Ах, этот. Кругленький такой, с трискеле в центре?

— Несса!

— Но, милый, я никак не могла его показать, потому что у меня амулета с собой нет.

— Почему? — грозно вопросил дезориентированный мужчина.

Девушка вела машину и тихо посмеивалась, слушая наш странный диалог.

— Что почему?

— Почему у тебя с собой не было амулета, который я подарил! — Ой, ой, кажется, дракон сердится.

— Ну, Сайгош, понимаешь, он немножко испортился, совсем то есть.

— Кто испортился? Амулет? Несса, не говори глупостей, я сам делал вещицу. Медальон просто невозможно испортить. Ты что, пытаешься меня обмануть?

Мы понимающе переглянулись с девушкой: совсем наш джентльмен медленно соображает. Набрав в грудь побольше воздуха, я терпеливо попыталась объяснить все сначала:

— Сайгош, мне пришлось встречаться с одним зловредным типом по работе. Он специально взял и уничтожил все мои амулеты. Твоё изделие тоже погибло.

— Несса, ни одно существо в этом мире не способно уничтожить вещь, созданную драконом. Усвой этот факт и запиши себе на лбу, для памяти.

— Даже демон?

— Какой демон, где ты взяла тварь из нижнего мира?

— Мне понравился. Симпатичный, к тому же ни разу не орал на меня так, как ты сейчас. Сказал, что его зовут Лиал.

— Я сейчас с ума сойду от тебя. Говорил мне дядя, не связывайся с ведьмой. В моем мозгу все перемешалось: вампиры, корзинки, демоны, амулеты, — пожаловался бедный змей, двумя руками удерживая голову. — Мне надо выпить. Срочно. Айрис, девочка, а когда мы уже приедем?

Девушка покачала головой, укоризненно глядя на растерянного Сайгоша, и мягко, тихим голосом, сказала:

— Босс, мы уже десять минут, как дома. Стоим с выключенным двигателем в гараже. — Дракон закатил глаза, что-то пробурчал себе под нос про женщин и их причуды, затем быстренько вылез и смылся, предоставив мне выбираться из машины самостоятельно. Вот он всегда так поступает. С другой стороны, можно будет, наконец-то, спокойно поесть. И поспать. Или наоборот: сначала поспать, а потом поесть. Глубокая ночь на дворе. Живот выдал возмущенное бурчание.

— Агнесса, я поехала домой. Увидимся завтра?

Айрис послала мне воздушный поцелуй, завела Мерседес и задним ходом выехала из гаража. Я стояла неподвижно, глядя на автоматически опускающиеся роллетные ворота. Вот курица ведьма, даже спасибо девочке за доставку не сказала. Скрипнула дверь, ведущая в дом, и Сайгош поманил меня рукой.

— Двигай сюда. Там колбаса в корзинке? Пахнет так, что всю дорогу не мог думать ни о чем другом. Неси её на кухню скорее. — И снова скрылся в глубине коридора. Нормально? Значит, искать помещение мне самой? Надо будет саламандру науськать на прическу этого джентльмена. Пусть лысым походит. Подхватив обе корзины, я пошла на свет в конце прохода. Сайгош уже поставил чайник на огонь, расстелил скатерть и энергично резал хлеб.

— Несса, ты плохо выглядишь, круги под глазами, замученная вся. Не думай, я не бесчувственный чурбан. Но Тарр, когда звонил, предупредил, что вы ели последний раз утром во Вроцлаве. Нужно перекусить перед сном, обязательно. Кстати, а как ты догадалась, что мне надо подыграть? Артистка из тебя — просто блеск.

Мужчина взял из моих рук корзину с едой и стал энергично разбирать продукты. Надеюсь, ничего не испортилось. Я села на удобный угловой диван возле стола, поставила рядом вещи и вяло подумала, что отныне во сне меня всегда будут преследовать ужастики с корзинками в главной роли. Бррр. Жуткая перспектива. От размышлений меня бесцеремонно оторвал Сайгош, вручив большую чашку с какао. На моё замечание, что руки-то грязные с дороги, велел не лазить пальцами в чашку и перестать морочить ему голову. Затем хозяин дома снял пиджак с галстуком, закатал рукава у рубашки, всерьез занявшись изготовлением бутербродов с колбасой, помидорами, зеленью и каким-то подозрительно голубоватым сыром. Я пила горячий напиток мелкими глотками, обжигаясь и торопясь, настолько он оказался вкусным. Не иначе кое-кто добавил в какао ром. После того, как чашка опустела, моя светлость, наконец-то, соизволила ответить на заданный вопрос:

— Во-первых, ты злился не из-за своей глупой растительности на лице. Твое великое змейство впало в бешенство намного раньше, и посторонний человек в машине только усиливал раздражение. Во-вторых, ты никогда не смеялся над моим внешним видом, предпочитал просто не обращать внимание. В-третьих, диалог с амулетом напомнил мне фильм, который мы с тобой умудрились посмотреть вместе на кухне. Телевизор тогда включила Рель. Она искала мультики, а, переключая каналы, попала на "Свадьбу в Малиновке". Молодежь старые фильмы не смотрит, поэтому вряд ли девушка Айрис догадалась бы, что именно ты хочешь сказать. Все просто. А как ты остановил ведьмину машину? Даже скрипа тормозов слышно не было. Интересно же.

— Ты в курсе, как работает двигатель внутреннего сгорания? Я просто сделал вот так, — дракон щелкнул пальцами, и во всем доме погас свет. — Искра потухла. А при неисправном зажигании двигатель работать не будет. Ничего, мы потренируемся, и ты очень скоро тоже сможешь так делать.

Сайгош снова щелкнул пальцами, что-то прошипел себе под нос, и свет загорелся вновь. Наблюдая за тем, как я старательно устраиваюсь на диване, змей проговорил:

— Мы не можем ждать Хэллоуина, Дух надо вернуть Мерлину в ближайшее время. Ладно, спи. Завтра поговорим.

Следующий кадр, который я помню, это ящерка, занявшая стратегическую позицию на моей груди и усердно отпугивающая злобным шипением какую-то даму в черном платье и сером переднике. Несмотря на мрачные тона в одежде, женщина приветливо улыбалась мне, при этом непрерывно повторяя:

— Dinner, miss. Stand up, please, my dear lady.

Please. — Прислуга, что ли? Тем временем, с меня

уже насильно стаскивали одеяло. Я вцепилась в него крепко-накрепко, пытаясь сообразить, каким образом оказалась в постели раздетая до нижнего белья. С другой стороны, какая разница, если я все равно уже здесь. Скривив губы в вежливой, надеюсь, улыбке, сползла на пол с кровати, и, накинув на плечи приготовленный кем-то халат, оглянулась. Корзинка со спящим подопечным стояла на маленьком журнальном столике возле узкого стрельчатого окна, выходящего на проезжую часть. Нежно погладила ящерку по спинке, поблагодарила её за охрану спящей ведьмы и усадила под бочок к Пирсу. В проеме стены напротив кровати разместилось громадное зеркало. Я подошла к нему сомневаясь, надо ли мне на самом деле видеть свое отражение. Увидела, впечатлилась. Тут же взялась за поиски ванной. Хотела спросить у женщины, но та уже вышла, аккуратно заправив постель. Тогда я применила дедуктивный метод, то есть осмотрелась по сторонам, и в два счета нашла приоткрытую дверь в нужное помещение. После обжигающего душа и приведения волос в более-менее привычное состояние с помощью найденного фена, я мужественно вышла в комнату, готовая к любым неожиданностям! Но не к таким же. Моей одежды на стуле не нашлось, только скомканный топ валялся возле занавески (видно, выронили случайно), а вот на кровати, застланной голубым покрывалом из какой-то тисненой ткани, обнаружились совершенно новые вещи. Светло голубые джинсы, зеленая футболка с длинными рукавами из натурального хлопка, длинный темно-зеленый свитер ручной вязки, толстые носки и, хм, белье. Почему-то только нижняя часть. Я подняла двумя пальцами белое кружевное нечто с тонкими лямочками. Кому, интересно, нужно сказать спасибо за это? Топик я сложила и спрятала в сумку, надеюсь, в нее никто не полезет. Попутно достала запасную пару нормального белья, оделась и решительно отправилась искать кухню, или столовую, где тут у них этот самый "диннер". Сейчас поймаю чешуйчатую морду, и будет он носить белые стринги на своем носу. Просто никуда больше они ему не налезут.

В двух шагах от комнаты мне навстречу попалась хорошенькая девочка, лет четырех, не больше. Очаровательное дитя с каштановыми кучеряшками гордо передвигалось ползком на полу, улыбалось во весь рот и радостно протягивало чужой тетке погремушку, сделанную в форме медведя. А где взрослые вообще в этом доме? Я подняла ребенка на руки и, делая вид, что слушаю содержательный рассказ из непонятных слов, медленно пошла дальше, в надежде, что хоть кто-нибудь по дороге попадется. Между тем, прелестные светло-карие глаза в обрамлении длинных густых ресниц, принадлежащие будущей разрушительнице мужских сердец, давали пищу для размышлений. Малышка пыталась вытащить из меня хоть какую-то реакцию на длинную речь, но чужая тетя на контакт не шла. Не понимая, куда все подевались, я все-таки нашла вход во вчерашнюю кухню и ворвалась туда со всей страстью разъяренной женщины. Только хотела высказать Сайгошу свои претензии, как увидела Айрис и двух незнакомых мужчин, в данный момент чинно угощающихся свежими булочками с горячим кофе.

— Агнесса! — воскликнул змей, чуточку переигрывая, на мой взгляд. — Добрый вечер, звезда моя. Где это ты нашла Мирабэль? Это внучка экономки, слуги ищут её уже больше часа. С ног сбились. Давай мне ребенка, отнесу к бабушке, — с этими словами мужчина протянул руки к девочке. Вопль, последовавший за его действиями, оглушил всех присутствующих. Малышка вцепилась в меня руками и ногами, и пожарной сиреной верещала прямо в ухо. Может быть, идея создать семью не такая уж удачная? Надо хорошенько подумать, прежде чем решаться на такой важный шаг. Продолжить философские рассуждения в уме мне не дали. В кухню стремительно вошла уже знакомая мне похитительница одеял, и ласково заговорила с Мирабэль. Та отдала погремушку, но слезать наотрез оказалась. Пожав плечами, в том смысле, что не будет же ребенок сидеть на руках вечно, я присела на свободный стул и попросила Айрис налить мне кофе. В голове прозвучал еле слышный знакомый шепот:

— Дурой ты будешь, если выпьешь хоть что-нибудь из рук этой змеи. И не ешь ничего здесь.

Надо же, кто проснулся, сиреневый Дух собственной персоной. Я погладила малышку по спинке и попросила:

— Крошка, отпусти, пожалуйста, тетю ведьму.

Девочка тут же заговорила, торопясь мне что-то поведать. Нет, ну, если медленно и внятно говорить английские слова, я, может, что-нибудь и разберу, но вот так, быстро, — ничего не поняла. Мирабель липкими ручками повернула к себе мое лицо и требовательно посмотрела в глаза:

— Do you understand me? — я отрицательно покачала головой. Нет, очень жаль, не понимаю. Девочка насупилась, вздохнула и сползла на пол. Погладив мою руку, малышка участливо улыбнулась и, переваливаясь с ножки на ножку, энергично посеменила прочь из кухни. Не особо переживая по этому поводу, я удобно устроилась на стуле. Сайгош воспользовался паузой и что-то сказал мужчинам. В ответ они чуть склонили головы в мою сторону и преспокойно продолжили трапезу. Это меня так представили? А наоборот как же? Айрис приветливо улыбнулась, пододвигая ко мне кружку, и спросила:

— Мама говорит: на новом месте приснись суженый невесте. Есть такая поговорка, да? Тебе приснился молодой человек? Запомнила, как он выглядел?

— Приснился, как же без этого. Симпатичный жених, чешуйчатый, с длинными усами и в стрингах, надетых на изогнутые рожки. Уточняю, стринги — это такие трусики.

Сайгош подавился булочкой, пришлось встать и как следует хлопнуть по спине. Дабы кандидат на прогулку в белоснежном белье не задохнулся ненароком. А чтобы булочка, не допусти Богиня, не провалилась обратно, я размахнулась и ещё раз приложила дракона между лопаток, получив в ответ укоризненный взгляд.

— Агнесса, хватит тебе стучать по спине джентльмена. Пей свой кофе, нас ждут неотложные дела, — вмешалась Айрис, с тревогой поглядывая на часы. Я покопалась в корзинке для хлеба, выбирая самую лучшую выпечку, потом принялась методично крошить её на блюдце. Одна крошка, две крошки, три крошки… Девушка не выдержала издевательства и громко пригласила всех перейти в кабинет для обсуждения будущих планов. Когда в кухне-столовой остались только я и Сайгош, змей взял мою кружку и, не говоря ни слова, вылил содержимое в раковину, сполоснул посуду кипятком, потом достал из буфета термос и налил кофе оттуда. То есть он в курсе, что с напитком не все хорошо. А про булочки, любопытно, знает?

— Оставляю тебя здесь одну, еда в холодильнике. Поешь и приходи наверх. Я уже почти разобрался, кто здесь воду мутит, но не хватает пары деталей. Кстати, а что это за чушь про стринги и рога? Не забудь рассказать потом. Что-то у меня с головой не то, кружится. А, ладно, пройдет, — подмигнул мне Сайгош.

Я пила свой кофе, явственно ощущая, как все сильнее с каждой минутой чешется ладонь. Если бы еще прямым текстом кто сказал, откуда ждать неприятности, так нет. Не бывает таких подарков от судьбы. Сделав последний глоток, осознала, бежать поздно. Похоже, злодеи знали о существовании термоса. Любопытно, что за гадость они добавили вместо сахара? Чашка выпала из внезапно ослабевших рук и разбилась на идеально чистом белом кафеле, пачкая его коричневой кофейной гущей…

Никому не рекомендую пить кофе с добавками на голодный желудок. Судя по запаху, всё, что можно, из меня уже вышло через рвоту, а умыться или попить чистой воды нет никакой возможности. Все эти разумные мысли по очереди появлялись в моей голове после того, как я, наконец-то, пришла в себя. Первым делом мне захотелось встать. Не получилось. Оказывается, кто-то нехороший привязал меня ремнями в трех местах: поперек шеи, поэтому не могу вертеть головой во все стороны, ну, или хотя бы с боку на бок; поперек живота, попутно фиксируя руки в неподвижном положении, и ноги, каждую отдельно. Ладно, хоть рот не заклеили, могу покричать. Надеюсь, жестокие похитители беззащитных ведьм не откажут жертве в последнем желании.

— Эй! Есть кто живой? Звезды — замечательные компаньоны, но хотелось бы услышать человеческий голос. — Свой я уже слышу, только охрипла чуток. Ночное октябрьское небо над головой. Резковатый соленый запах моря с примесью цветущего розмарина. Скосив глаза вправо, мне удалось рассмотреть каменную поверхность, покрытую мхом. Это в пяти шагах от того места, где меня привязали. Между прочим, лежать в голом виде на холодном камне очень вредно. Хорошо, хоть оставили нижнее белье, извращенцы. Водички с каждой минутой хотелось всё сильнее. Всегда говорю: будьте осторожны в своих желаниях, потому что мне на лицо выплеснули, наверное, полведра ледяной воды. Глотнуть не получилось, но хоть смыли остатки кофе. Когда мне удалось проморгаться и разлепить глаза, я увидела над собой лицо Айрис. Девушка пристально разглядывала мою перекошенную от холода физиономию с интересом ученого, следящего за мышью, которой предстоит умереть во время опытов. Длинные белокурые волосы красавицы были убраны под плотную темную шапочку. Пока больше ничего не получилось увидеть.

— Айрис? Водички дай попить, если не трудно.

— Сейчас нельзя. Да и незачем. Скоро начнется ритуал, и для тебя уже ничего не будет иметь значения, поверь. Хочешь, ослаблю ремень на шее? Увидишь, сколько нас собралось проводить тебя в последний путь. Может, знакомых узнаешь. — Девушка перестегнула ремень, и я смогла приподнять голову. Так и есть. Нос определил правильно, океан плескался волнами не так уж и далеко. Три ярких костра пылают, потрескивая сгорающими ветками, вокруг меня. Если их мысленно соединить, получится равнобедренный треугольник. Двенадцать фигур в балахонах с капюшонами ходят по кругу и бубнят заклинание речитативом. У каждого в руках — горящая свеча. Красиво. Не замеченная мной тринадцатая фигура подошла ближе и сбросила капюшон на спину. Хм, кто бы мог подумать. С другой стороны, выбор небольшой. Если у Айрис мама — русская, а главная ведьма родом из России, то какая между ними может быть связь? Не бывает совпадений, пора бы уже привыкнуть. Интересно, корзинку притащили, или она все еще в спальне на журнальном столике. Такая сильная ведьма, как Мэри, не упустит драгоценный артефакт, значит, саламандра где-то рядом. Факт, позволяющий надеяться на лучшее. Нет, ну, холодно же, вот холерные ведьмы! Мерзну я. Хоть бы одеялом прикрыли.

— Что ж, ведьма из далекой заморской страны, у тебя есть выбор между легкой смертью и мучительной гибелью. Ты должна передать мне власть над Духом Мерлина и артефактом мифических фэйри добровольно. В этом случае, умрешь быстро, без мучений и ненужных трагедий. Подумай, это же великая честь уйти в последний Путь на месте упокоения древних волшебников. Мы в каменном круге самого короля Артура. Гордись.

— Горжусь, только холодно. Одеяло дайте, а?

— Не дадим. Твой неуправляемый внутренний огонь не сможет разгореться в полную силу, пока тело охлаждается природными факторами. Холодный ветер с просторов Атлантики, камень, на котором ты лежишь, обнаженная, и зелье, приготовленное мной лично для тебя. Айрис незаметно добавила несколько капель в термос, приготовленный драконом. Сайгош подумал, что никто не видит, как он готовит и наливает кофе, а потом прячет термос. Наивный. Итак, Агнесса, я же говорила, что мы еще встретимся. Как жаль, что ты никогда не сможешь стать моей ученицей. Ценный потенциал пропадает. С другой стороны, твоя смерть принесет мне власть, могущество и силу. Удачный обмен, не так ли?

— С того места, где я мерзну, обмен выглядит отвратительно. Надеюсь, дракон жив? — Не то, чтобы я волновалась, но неспокойно как-то в душе. Все-таки джентльмен. А какие у него туфли! С другой стороны, не такой уж он глупец, чтобы отравиться обычной выпечкой.

— Глупая девчонка, где обитают твои мысли? Решай прямо сейчас, идешь на сделку? — Загремел голос Ведьмы над древним Понтре-Ифаном. Ледяной ветер усиливался с каждым мгновением. Над водой яростно сверкали молнии. Тучи, налетевшие неизвестно откуда, закрыли сияющие звезды плотным тяжелым черным покрывалом. Смертельный ужас охватил не только меня, но и всех участников мистерии. Ведьмы перестали ходить по кругу, остановились и одновременно сбросили свои капюшоны. А вот этих двух мужиков я сегодня уже видела на кухне. Айрис, знаю, и, о, Лилиан! Так вот откуда ноги растут. А я-то глупая все понять не могу, каким образом просочилась информация. От холода и повышенной влажности мышцы левой ноги свело судорогой. Очень больно, между прочим.

— Твоё последнее слово, маленькая дурочка, говори!

В эту минуту холеное породистое лицо пожилой ведьмы выглядело безобразно. Растрепанные седые космы волос развевались вокруг заострившихся черт былой красавицы. Глаза с расширившимися зрачками светились потусторонним огнем, а скрюченные от подагры пальцы тянулись к моему горлу.

— Никак не могу удовлетворить твои пожелания. Даже, если бы и хотела, такой возможности просто нет. — Я расслабилась, стараясь преодолеть боль от судорог. Открыто глядя в глаза престарелой матроны, улыбнулась синими от холода губами. Ведьма удивленно замерла, занеся над моей грудью ритуальный нож, атам. Только что в руках ничего не было, занервничала я, вот где она его взяла. Небось, доченька подсуетилась. Мышь белобрысая.

— Почему?

— Потому что у меня нет Духа Мерлина. А связь с артефактом пожизненная в обе стороны. Умру я, погибнет и саламандра. Может, ты меня развяжешь, и пойдем уже домой, чайку выпьем, пирожки съедим. Честно обещаю не мстить, если балахоном поделишься. — Мэри смотрела в мои глаза остановившимся взглядом. Люди, окружающие нас и слышавшие каждое слово, тоже молчали. Нет, они так долго думать собираются? Я же могу простудиться.

Гроза уже гремела и взрывалась молниями прямо над нами. Если пойдет дождь, мне обеспечено воспаление легких при таком раскладе. Еще раз грянула молния, осветив круг балахонов. И люди остолбенели. Перед ними, закрывая меня своими телами, по всей окружности парили в грозовом воздухе феи-крошки. Все, как одна в красных шапочках и пятнистых одеждах. Феи создали свой круг. Ну, и кто будет подбирать отпавшие челюсти?

— Мэри, прошу тебя, расстегни ремни, и давай уйдем с миром. Это на самом деле древнее место, запретное для людей. Если не хочешь привлечь на свою голову Дикую Охоту, соглашайся сейчас. — Ведьма, во все глаза смотревшая на живую стену, созданную феями, неуверенно стала опускать руку с ножом вниз, второй рукой потянувшись к застежкам на ближайшем ремне.

— Нет! — завопила Айрис и достала из-под балахона обычный пистолет. — Её нельзя отпускать живой. Мы обязаны окропить священный камень в сатанинскую ночь двадцать третьих лунных суток кровью девчонки. Пусть хотя бы её сила станет твоей, раз уж больше ничего не выходит. Убей ведьму! — И все люди, стоявшие в круге, поддержали её, хором скандируя:

— Убей ведьму! Убей!

Внезапно раздался разряд молнии прямо над моей головой и внутри круга возник сиреневый старец высотой метра два, не меньше. Он стукнул посохом и произнес скрипучим голосом:

— Ну, всё. Мне надоел этот дешевый спектакль. Прекратите немедленно сами или его прекращу я.

— Да что ты можешь, привидение давно забытого колдуна, — отмерла осмелевшая ведьма, поднимая атам вверх, теперь уже двумя руками. Снова сверкнула молния, и в круге возникло еще два участника разыгрываемого фарса. Почему фарс? Потому что у меня всегда получается трагедию превратить в пшик. Сайгош, весь в черной одежде с ног до головы, улыбнулся, сияя светом янтарных змеиных глаз. Он разжал руки, сложенные лодочкой и выпустил на свободу Пирса, вооруженного копьем. Интересно, из чего пикси сделал свое оружие?

— Привидение не сможет причинить тебе вред, черная ведьма. Но я, живой свидетель твоих преступлений против маленького народца, могу и сделаю. — С этими грозными словами, маленький эльф в мгновение ока ринулся к замершей от неожиданности ведьме и одним взмахом копья перерезал ей сонную артерию. Кровь хлынула алым фонтаном, окропляя не только мстителя, но и меня, и камень, и землю вокруг. Снова ярким белым светом сверкнула молния, освещая кровавое зрелище.

— Месть! — кровожадно вскричали остальные феи и ринулись с крошечными мечами на жестокую ведьму, без жалости уничтожавшую их друзей и родных. Гром прогремел еще раз, и, наконец-то, тяжелое чрево облаков прорвалось над нами, изливая священную чистую воду на феерические картины, мелькавшие перед нами под частые сполохи молний. Сайгош перерезал ремни, привязывающие меня к ледяному камню, накрыл плащом и, сосредоточенно касаясь моего лба своей горячей ладонью, пробормотал:

— Несса, прости, мы спешили, как могли. Я все-таки немножко отравился. Кто же мог знать, что они потащат тебя именно сюда в такую погоду.

Последним, что я запомнила из этой чудовищной фантасмагории, было лицо Пирса, полностью покрытое кровью погибшей ведьмы. Он участливо заглядывал мне в глаза и непрерывно повторял:

— Несса? Ты в порядке? Ты живая?

Эпилог

— Звезда моя, съешь ложечку манной кашки за Рель, — упрашивал заботливый нянь, поднося к моему рту полную ложку. Ладно, за мою лапочку съем, так и быть.

— А теперь ложечку за Витарра. — И за оборотня тоже съем. Я с трудом проглотила горячую манку, предвкушая следующую фразу.

— И за своего любимого чешуйчатого друга ложечку надо скушать, — приторным голосом просюсюкал Сайгош, сидя на краю кровати в брюках с идеально отглаженной стрелкой, дорогих туфлях и сверкающей белой рубашке. На его коленях возлежало накрахмаленное до несгибаемости кухонное полотенце. А тарелка с кашей стояла перед моим носом на подносе с ножками. Я злостно ухмыльнулась и отвернулась от полной ложки. Змей зашипел, потом вытер разляпанную кашу салфеткой и проворчал:

— Мы прыгаем вокруг тебя уже неделю. Выздоравливай, пожалуйста. Кстати, скоро Хэллоуин. Если ты останешься здесь на праздник, я тебе подарю самую большую тыкву на растерзание. — Моя светлость насторожила ушки. Дракон почесал свой затылок и виновато продолжил. — Пирс передумал ехать с тобой к Дэклану. Его выбрала для себя симпатичная рыженькая феечка с зелеными глазами и мерзким характером. На тебя чем-то похожа, как мне кажется. Так что эльф остается здесь, будет жить с местным кланом.

Я почему-то расстроилась. Слезы сами по себе потекли из глаз, а сердце сжалось от боли приближающегося расставания с маленьким проказником. Не так уж много времени провели мы вместе, но Пирс стал для меня родным. Ящерка вынырнула из-под одеяла и, забравшись на подушку, положенную под мой локоть, стала с тревогой вглядываться в мою рыдающую мордочку.

Внезапно хлопнула дверь, и в комнату влетела Мирабэль, подгоняемая парочкой фей, несущихся следом с воинственными криками. Проехавшись на животе по натертому паркету, девочка с восторженным визгом взлетела на кровать, задевая поднос и радостно размахивая какой-то книжкой. Она энергично плюхнулась рядом, открыла книгу и, тыкая пальцем в страницу, принялась во весь голос читать стихотворение на английском языке, спотыкаясь на каждом слове. Слезы из моих глаз полились ещё сильнее. Дракон растерянно стоял рядом, удерживая в одной руке тарелку с кашей, какой молодец! Успел подхватить вовремя! А в другой руке у него была полная ложка. Не долго думая, Сайгош сунул её в рот и скривился. Будет знать, как кормить меня целую неделю манной кашей. Правда, экономка говорит, что овсянка в магазине закончилась, а новую партию еще не завезли.

Пасторальную картину немного разбавило явление экономки. Женщина решительно подняла внучку вместе с книгой на руки и унесла из комнаты больной ведьмы, чтобы малышка не заразилась. Да, я заболела ангиной. Простудилась. С этими их бестолковыми ритуалами можно и не такую пакость подхватить. Домой хочу.

— Агнесса, свет души моей, скажи доброму красивому дракону, а как ты догадалась, что Мерлин возродится не мальчиком, а девочкой? И тогда я больше не буду кормить тебя с ложечки противной кашей.

— Это шантаж, — прохрипела я сквозь слезы. — Платки в этом доме есть?

Пирс со своей подружкой тут же принесли на кровать большую коробку. Не улетели, значит, за Мирабэль. Тут остались. В памяти тут же всплыла картина фей-крошек, купающихся в крови своего врага, и я поморщилась.

Сайгош убрал поднос с едой на столик, потом вытер руки полотенцем и снова присел возле меня на кровать.

— Ладно, так и быть, разрешу тебе вечером поговорить с Аурелией и всей компанией. За прошедшее время они меня уже замучили требованиями показать тебя живой и здоровой. Кстати, Витарр звонил, его выпустили под залог. Приезжал его отец, заплатил требуемую сумму и увез викинга назад, в Норвегию.

— Расскажи уже ему, милая. Любопытство драконов безбрежно, так же, как их страсть к собирательству всяческих артефактов. — Опрятная прозрачная сиреневая старушка со сложенным солнечным зонтиком в руке удобно устроилась на стуле.

— Шайла сама сказала мне, что отныне будет девочкой. В самом начале, когда мы только познакомились. — Дракон взялся за голову и стал покачиваться из стороны в сторону, немножко, кажется, постанывая. Очень тихо.

— Но почему ты мне ничего не сказала?

— А надо было?

Мужчина застонал громче и выбежал прочь из комнаты. Мы со старушкой синхронно пожали плечами, после чего она требовательно указала на манную кашу.

— Ешь, а то остынет.

Шайла внимательно проследила за тем, как я сползаю с кровати и усаживаюсь рядом со столиком, и продолжила нудным голосом:

— Представляешь, этот перфекционист даже не догадался, что ты дала мне возможность самостоятельного передвижения! Хотя сам же говорил тебе об этом, когда расписывал свойства огненной стихии. Мне никаких ритуалов не понадобилось, я сама перешла к новой хозяйке. Буду воспитывать настоящую волшебницу.

Я проглотила последнюю ложку манной каши и прищурилась, глядя, как вечерние лучи октябрьского солнца просвечивают насквозь фигуру Шайлы. Промокнула губы салфеткой и, складывая бумажный кораблик, спросила:

— Поясни, зачем тебе было нужно, чтобы я проделала такой большой путь. Ты же свободна, как ветер. Могла бы добраться самостоятельно. Времена сейчас не для путешествий, опасные.

— Несса, есть две уважительные причины, оправдывающие мое поведение. Первая, я не была уверена, что сумею одна одолеть такое большое расстояние. Вторая, я же все-таки, с какой стороны ни посмотри, просто кладезь знаний. База данных, говоря современным языком. И, если кто-то, являющийся моим хозяином, спрашивал, я обязана была отвечать. Пойми, обязана. Даже если человек мне категорически не нравился. А ведь Мерлин создал меня мыслящей личностью. Кто-то из ваших ученых сказал: "Мыслю, следовательно, существую". Рене Декарт? Когда мы встретились, я сразу поняла, что ты — мой единственный шанс на обретение собственной жизни. Только тебе одной ничего от меня не требовалось. Прошу, не суди меня слишком строго за то, что я воспользовалась этим шансом. В конце концов, ты всегда мечтала прокатиться на поезде под Ла-Маншем, разве нет?

В комнату вошел Сайгош со странным выражением лица:

— Несса, только что говорил с Рель по междугородней связи. Хотел договориться насчет вечера. Говорит, тебе домой только что позвонил какой-то Матиас. Ему необходимо точно знать время приезда их нового хозяина. Ты что-нибудь понимаешь?

* * *

Пентре Ифан — загадочный мегалит, датируемый как минимум 1000 г. до нашей эры. Некогда известный в археологических кругах под названием Кольцо Короля Артура, Пентре Ифан в переводе означает "деревня Ивана". Принято считать, что это самый красивый из мегалитов в Уэльсе. Первоначально таинственное сооружение, (на самом деле кто его знает), строилось как гробница, но за тысячи лет земля вокруг выветрилась, обнажив всю величественную конструкцию. Многотонная горизонтальная глыба по-прежнему лежит на трех вертикальных. Камни, из которых сделана погребальная камера, обязаны своим происхождением местной вулканической породе. На одном из камней сохранился слабый, но отчетливый след декоративной чаши. Загадочное сооружение воздвигнуто на вершине холма.

Раскопки 1936–1937 и 1958–1959 гг. показали, что таинственная погребальная камера первоначально представляла неглубокую овальную яму, поверх которой был насыпан курган высотой более 36 м. Полукруглый фасад, предположительно, был украшен вертикально поставленными с обеих сторон южного входа камнями. Однако никаких следов захоронения обнаружено не было, и предметов утвари найдено совсем немного.

Местное предание гласит, что здесь иногда появляются феи. По виду они похожи на "крошечных детей, одетых в костюмы наподобие военных и в красные шапочки".

26 января — 4 июня, 2013 г.

Content

Садикова Елена Ведьма для фей

Садикова Елена Ведьма для фей

Зарисовки из жизни ведьмы Агнессы.

Пролог

Зарисовка 1. У меня появляется приемная племянница.

Зарисовка 2. Демон? Не может быть.

Зарисовка 3. Обычный рабочий день.

Зарисовка 4. Ситуация меняется, только неясно в какую сторону.

Зарисовка 5. Вампир.

Зарисовка 6. Всегда две стороны, с одной стороны всё выяснилось, с другой — запуталось окончательно.

Зарисовка 7. Договор подписан и ратифицирован.

Зарисовка 8. Никаких ужастиков, сплошной позитив.

Зарисовка 9. Жизнь продолжается, монстрики наступают…

Зарисовка 10. И снова вампир.

Зарисовка 11. Почти детектив.

Зарисовка 12. Происки дракона.

Зарисовка 13. Если Вам кто-то скажет, что вампир — хороший, не верьте, Вам лгут.

Зарисовка 14. Неравный бой.

Зарисовка 15. Ловушка в университете.

Зарисовка 16. Эх, где наша не пропадала!

Зарисовка 17. Сплошная путаница и безобразие.

Зарисовка 18. Кто-нибудь, подскажите, как разобраться с вампирами. Надоели, хуже горькой редьки!

Зарисовка 19. Со шпионским уклоном.

Зарисовка 20. Воздействие на чужое сознание — запрещенная магия.

Зарисовка 21. Сугубо женская, подготовка к вечеринке.

Зарисовка 22. Продолжение.

Зарисовка 23. Окончание эпизода с вампирами. Временное, конечно.

Зарисовка 24. Не стоит плавать в море осенью.

Зарисовка 25. Ехать нельзя оставаться на месте. Где поставить запятую?

Зарисовка 26. Турпоход на автомобиле. Начало.

Зарисовка 27. Переделка, или как мы из неё выбирались.

Зарисовка 28. Трое в автомобиле, не считая…

Зарисовка 29. Неприятный сюрприз.

Зарисовка 30. Путешествие продолжается уже без приключений.

Зарисовка 31. Долгожданное путешествие по тоннелю.

Зарисовка 32. Любопытные открытия.

Зарисовка 33. О чем не знал дракон.

Эпилог