Сильвия Палмер

Опасная любовь

1

На Лондон опустились сумерки, но в Сохо жизнь была в самом разгаре. Из машин выходили нарядно одетые мужчины и женщины, кто-то шел в рестораны, другие в клубы, некоторые просто прогуливались по улице в поисках вечерних развлечений. Здесь, на перекрестке трех улиц и границе двух соседних районов Лондона, Сохо и Блумсбери, всегда бывало многолюдно, а по вечерам — особенно.

Валери Клейтон, владелица магазина эротичного дамского белья «Будуар», оформляла витрину. Взяв две дюжины упаковок презервативов, она разложила их, и получилась радуга. Валери встала, отошла немного и оценила результат. Глядя на миниатюрную женщину со скромной каштановой косой, в длинном черном пуловере и в черных вельветовых брюках, кто бы мог подумать, что она способна на сексуальные фантазии? Оказывается, кое-кто подумал: «почитатель».

Мысли Валери снова вернулись к анонимному письму, доставленному с дневной почтой.

«Дорогая Валери, я знаю, многих интересует соблазнительное белье, которое ты продаешь, но мне интересна ты сама. Что я увижу, если сниму внешний слой — тонкое прозрачное белье с кружевами? Женщину, мечтающую, чтобы я разглядел ее истинную сущность? Интересно, о чем ты фантазируешь, оставшись в одиночестве? Дашь ли ты мне шанс узнать это?

Почитатель».

Письмо было написано на бежевом листе дорогой бумаги, отделанной по верхнему краю кружевом. Слишком романтичный для мужчины выбор бумаги, подумала Валери, но зато очень подходит к тексту письма. К любопытству, что за человек прислал это письмо, примешивалась толика возбуждения, но не страха, и это испугало ее больше, чем само письмо.

Валери вернулась в торговый зал, выдержанный в темно-розовых тонах. Углы помещения были задрапированы кремовым шелком, на полках стеллажа лежали шелка, атлас и кружева. В этот вечер Валери осталась в магазине одна. Ее помощница и единственный наемный работник, работающий на полную ставку, Джулия Макдугал, ушла пораньше, но входная дверь была заперта, и Валери чувствовала себя в безопасности.

Все-таки нашелся мужчина, который сумел заглянуть за внешнюю оболочку и разглядеть настоящую владелицу «Будуара» — магазина, о котором писали, пожалуй, больше, чем о любом другом, причем тон статей колебался в широком диапазоне от бурного восторга до площадной ругани. Но споры и кривотолки вызывало не само белье, а тот будивший самые смелые сексуальные фантазии способ, каким оно подавалось. Но не для того ли и надевают эти тончайшие лоскутки шелков и кружев, чтобы будить эротические фантазии и затем воплощать их в реальность?

Стук в стекло витрины вернул Валери к действительности. С бешено бьющимся сердцем она круто развернулась и увидела Дэниела Роуэна, владельца здания, где располагался магазин. Валери поспешила к двери, напоминая себе, что Дэниел не может знать, о чем она думала перед его приходом. Но это не помешало ей густо покраснеть.

— Кажется, я вас испугал, извините.

— Нет, не испугали, просто застали врасплох.

Дэниел Роуэн в черном деловом костюме выглядел преуспевающим бизнесменом, но, на взгляд Валери, слишком приглаженным и потому скучноватым. А жаль, подумала она, потому что он очень хорош собой: высокий, шесть футов с хвостиком, с иссиня-черными волосами и проницательными серыми глазами, в которых временами мелькало нечто хищное, продолговатая ямочка на квадратном волевом подбородке придавала его облику еще больше мужественности. Но под этим самым подбородком находился белоснежный воротничок консервативной рубашки и не менее консервативный галстук, темно-синий в красную крапинку. Если стиль одежды точно отражает характер ее владельца, то Дэниел Роуэн весьма далек от героя ее фантазий.

Валери вдруг заметила, что он разглядывает ее выкладку презервативов.

— Новая линия продукции?

Резонный вопрос, если учесть, что помимо нижнего белья в ее магазине продаются игрушки для любовников, экзотические массажные масла и диски с чувственной музыкой. Теперь краска залила не только щеки Валери, но и шею.

— Не совсем так, я просто подумала, что стоит разложить их…

— Более зазывно?

От его тона по спине Валери пробежали мурашки.

— Вообще-то я хотела сказать разложить так, чтобы они больше бросались в глаза.

— И это вам определенно удалось.

Дэниел перевел взгляд на ее лицо, и у Валери захватило дух. У него был такой странный взгляд… На мгновение Валери показалось, что она заметила в его глазах нечто, что раньше ускользало от ее внимания.

— Я решила, что не помешает напомнить покупателям о правилах безопасного секса. Я даже подумываю, не вручать ли по паре презервативов в качестве бесплатного приложения к покупке. Это было бы логично, если учесть, что мое белье пробуждает воображение, во всяком случае, так говорят.

— Вы носите белье, которое порождает сексуальные фантазии?

— Вы прекрасно поняли, что я имела в виду! Я говорила не о своем нижнем белье, а о продукции, которая продается в моем магазине.

— Значит, вы не носите собственную продукцию?

— Ну… да… то есть…

Она попалась в ловушку. Губы Дэниела по-прежнему кривились в усмешке, но как будто стали мягче и чувственнее. Валери без труда представила, как эти губы прокладывают влажную дорожку поцелуев вниз по ее шее, трутся о ее соски сквозь ткань черного пуловера и тончайшее кружево бюстгальтера… Валери с ужасом почувствовала, что ее соски твердеют. Она поспешно скрестила руки на груди. Дэниел Роуэн — не тот человек, который способен заставить ее кровь мчаться по жилам быстрее, у нее просто разыгралось воображение от того письма.

— Уже поздно. — Валери без всякой на то необходимости поправила черный кожаный корсаж, выставленный в витрине. — Я скоро пойду домой.

— Кто-нибудь ждет вас с готовым ужином?

Валери усмехнулась.

— Разве что Робин научился готовить.

— Робин? Новый приятель?

— Новый кот. Неделю назад я подобрала его на улице. Он был весь ободранный и такой худой, что тощие бока чуть ли не слипались. Но это я скоро исправлю.

Лицо Дэниела смягчилось.

— Почему вы дали ему такое благородное имя?

— Мне показалось, что он похож на Робин Гуда, этакий благородный разбойник.

— Ему здорово повезло, что он встретил вас. Что ж, не буду вас задерживать. Я зашел, только чтобы узнать, не возникало ли у вас больше проблем с водопроводом.

— Спасибо, теперь все в порядке, — заверила Валери.

— Других жалоб нет?

— Ни одной.

— Если вам еще что-нибудь понадобится, просто позвоните мне.

— Обязательно.

— Вот и хорошо. Тогда я пошел.

Провожая его до двери, Валери заметила, что от ее магазина быстро отходит какой-то мужчина. Разглядеть его лицо она не успела, увидела только широкую спину, но ей показалось, что она узнала Эймори Голдстоуна, председателя местного самоуправления. Голдстоун собирался избираться на второй срок и не только не скрывал, но всячески подчеркивал, что не одобряет род ее занятий.

— Не забудьте: я к вашим услугам, — повторил Дэниел.

— Я поняла. Увидимся.

Валери не сомневалась, что увидит Дэниела Роуэна снова довольно скоро и обязательно в тот момент, когда меньше всего этого ожидает. Его офис располагался в этом же здании, и каждые несколько дней он заглядывал к ней поинтересоваться, как идут дела. Валери подозревала, что в действительности он желает убедиться, что его недвижимому имуществу не нанесен ущерб. «Будуар» открылся всего три месяца назад, но у него уже появились недоброжелатели — агрессивно настроенные ханжи. За эти три месяца магазин несколько раз пикетировали, а на прошлой неделе кто-то забросал витрину помидорами. Естественно, что Дэниел беспокоится о сохранности своей собственности.

Стоя на противоположной стороне улицы, он наблюдал, как в «Будуаре» одна за другой гаснут лампы. Вскоре остались только те, что подсвечивали витрину. За стеклом на шелковых диванных подушках лежал мужской манекен, одетый лишь в трусы-боксеры из серого шелка с рисунком из алых отпечатков женских губ. На стуле напротив него сидела манекен-женщина. Она как будто снимала свитер, и из-под него уже выглядывал край атласного бюстгальтера. На протяжении недели витрина менялась: с каждым днем одежды на манекенах становилось все меньше. Ловкий прием, побуждающий покупателей снова и снова возвращаться к витрине, чтобы посмотреть, что исчезло на этот раз.

Дверь магазина открылась, Валери вышла на улицу и стала запирать замок. Он отошел в тень, чтобы не попасться ей на глаза. Он знал о ней почти все: когда она приходит на работу, когда уходит домой, где живет, в каких магазинах делает покупки, как развлекается. Все остальное — лишь вопрос времени.

Валери вдруг поняла, что устала, и решила по пути домой выпить чашечку кофе. Она завернула за угол и заглянула в расположенное по соседству кафе «У Филлис». В помещении царила атмосфера почти домашнего уюта: стены, выкрашенные в спокойный кремовый цвет, несколько деревянных столиков на двоих или на четверых, глубокие мягкие кресла перед камином. За стойкой у аппарата для приготовления каппучино колдовала Филлис Ситон, хозяйка заведения.

— Привет! — с порога сказала Валери.

— Привет, Валери, — произнес мужской голос за ее спиной.

Майкл Дональдсон. От неожиданности Валери вздрогнула. Она не слышала шагов, откуда Майкл взялся, не из-под земли же вырос? Заметив в руке Майкла кофр, она заключила, что он был на съемках.

— Мой желудок потребовал еды. — Майкл похлопал себя по животу, который поддерживал в безупречном состоянии путем долгих занятий в тренажерном зале. — Давай закажем пиццу с доставкой.

— Прошу прощения, — обиделась Филлис, — но я в своем кафе подаю и еду.

— Знаю, — небрежно бросил Майкл, — но мне хочется чего-нибудь вкусненького.

И он вразвалочку подошел к телефону. Обе женщины знали, что долго сердиться на Майкла невозможно, да и попросту бессмысленно, чужой гнев скатывался с него как с гуся вода, поэтому Филлис быстро переключила внимание на Валери.

— Тебе как обычно?

— Нет, сегодня мне на вынос.

— Что за спешка?

— Робин ждет.

— Это костлявое страшилище может и подождать немного. — Положив трубку, Майкл повернулся к Валери. — Мы с тобой уже дня два не виделись, садись и рассказывай.

Валери села за ближайший столик.

— Что рассказывать?

Майкл пристально посмотрел на нее, золотистые глаза, в которых было нечто волчье, прищурились. Валери знала, что Майкл обладает хорошо развитой интуицией, а еще в нем было нечто таинственное, темное.

— Ты вся светишься изнутри. У тебя новый мужчина?

— Не совсем так.

— Надеюсь, ты не сменила ориентацию?

Валери метнула на него свирепый взгляд.

— Нет, конечно!

Филлис принесла Валери кофе в закрытом пластиковом стаканчике с соломинкой.

— Вот, держи. Между прочим, он прав, ты действительно свежа как майская роза. В чем дело?

Лицо и шею Валери залил румянец.

— Да так, ерунда, наверное, это из-за письма.

Валери, разумеется, не уточнила, что именно письмо было истинной причиной, приведшей ее в кафе.

— Что за письмо?

— От поклонника… кажется.

Валери достала из кармана конверт и протянула его Майклу. Он развернул послание и стал читать его вслух. Текст, прочитанный низким мужским голосом, подействовал на Валери совсем иначе, чем когда она читала его про себя. По ее спине пробежали мурашки, но ощущение было скорее приятным, чем наоборот.

— Хм, чувствуется, что автор — творческая личность, — прокомментировал Майкл послание.

— А по-моему, письмо жутковатое, — возразила Филлис.

Этого Валери и боялась. Сразу сникнув, она спросила:

— Ты правда так думаешь?

— Но ведь письмо не подписано? Может, его написал тот извращенец, которому втемяшилось, что ты только о нем и мечтаешь? Ну, помнишь, он еще врет, что покупает сексуальное белье для своей жены… как бишь его зовут?

— Стивен Финчер. Он совершенно безобиден, хотя и со странностями.

Филлис покачала головой.

— Валери, ты иногда бываешь слишком наивной.

— Но в этом письме нет ничего угрожающего, это всего лишь проявление игры воображения, — возразила Валери.

Боковым зрением она уловила какое-то движение и повернулась в ту сторону. Неподалеку от них стоял Бен Хаксли, владелец художественной галереи, расположенной на этой же улице. Он явно прислушивался к их разговору.

— Я не помешал? — поинтересовался Хаксли.

Валери выхватила из рук Майкла письмо и спрятала его в карман, мысленно прикидывая, много ли Хаксли успел услышать. Он приходил в кофейню так часто, что Валери оставалось предположить одно из двух: либо он ярый кофеман, либо не менее ярый поклонник Филлис. Последнее было бы неудивительно, учитывая, что Филлис обладала роскошной фигурой, пышной гривой рыжих волос и в придачу живым умом. Впрочем, высокий, атлетически сложенный, голубоглазый блондин Хаксли и сам был довольно привлекателен.

— Не очень, — ответила Валери, вставая. — Я все равно собиралась уходить.

— Что-то вы сегодня слишком торопитесь, — удивился Хаксли.

Снова объяснять, что ее ждет дома голодный кот, Валери не хотелось, поэтому она взяла стаканчик с кофе и отшутилась:

— Меня ждет нетерпеливый поклонник.

— Что ж, желаю приятно провести вечер.

Валери вышла на улицу, на ходу потягивая кофе из стаканчика. В безлунную ночь свет уличных фонарей казался особенно ярким. Шагая по тротуару, Валери, как обычно, рассматривала витрины магазинов и мысленно критиковала их оформление. Слишком консервативно… слишком авангардно… не хватает воображения… рассчитано на невзыскательный вкус…

Однако мысли Валерии снова и снова возвращались к реакции ее друзей на анонимное письмо. Возможно, ей не стоило показывать письмо Филлис и Майклу, но она доверяла им, как никому другому. Филлис высказала ту же тревогу по поводу письма, которую Валери и сама чувствовала. Майкла послание, казалось, нисколько не обеспокоило. Впрочем, Майкла вообще мало что в этой жизни волновало.

На полпути к дому Валери, как обычно, срезала путь, пройдя под железнодорожной эстакадой. Остановившись, чтобы сделать еще глоток кофе, она услышала в тишине какой-то странный звук. Валери оглянулась, но не увидела ничего подозрительного и вообще ничего, кроме темноты. На всякий случай она пошла быстрее, но ее не покидало навязчивое ощущение, что за ней кто-то крадется. Испугавшись, Валери отшвырнула стаканчик и почти бегом бросилась к освещенному участку впереди. Никогда еще она не была так рада ступить на освещенный тротуар своей улицы!

К счастью, из одноэтажного жилого дома вышла пожилая пара и атлетического вида мужчина средних лет. Валери сбавила шаг и пристроилась за этой троицей. Оглянувшись, она не увидела ничего подозрительного. Может, у нее разыгралось воображение? Валери сказала себе, что всему виной анонимное письмо и реакция Филлис, а на самом деле ей ничто не угрожает. Однако, когда она дошла до своего дома и стала отпирать входную дверь, ее руки все еще заметно дрожали.

Валери встречал все еще довольно тощий кот, рыжий с белыми пятнами. Он стал радостно тереться об ноги хозяйки.

— Привет, малыш, соскучился? Наверное, голодный? Сейчас я тебя накормлю.

Ритуал кормления кота вернул Валери ощущение, что все идет нормально. Робин, как обычно, не мог решить, чего ему больше хочется: еды или внимания хозяйки. Она обеспечила его и тем, и другим одновременно. После ужина, разогретого в микроволновой духовке, и душа Валери совсем успокоилась. Она легла в кровать, раскрыла любовный роман и попыталась читать, но никак не могла сосредоточиться на содержании. Тогда Валери включила телевизор. Робин тут же забрался на одеяло и с довольным мурлыканием свернулся клубочком.

Валери сама не заметила, как задремала. Когда она проснулась, в комнате было темно, не считая голубоватого света от телевизора. Валери стала на ощупь искать пульт, но нечаянно столкнула его с кровати на пол. Свесив руку, она пошарила по полу в поисках пульта, но ее рука наткнулась на что-то мохнатое: это кот спрятался под кроватью.

— Робин, иди сюда.

Но кот лишь уполз под кровать еще дальше.

— Робин, малыш, что случилось?

В ответ кот зарычал. У Валери волосы встали дыбом. Робин никогда так себя не вел, она вообще не слышала, чтобы он когда-нибудь рычал. Что же случилось? Она резко села в кровати и огляделась. Единственным источником света в комнате был экран телевизора. Валери вдруг стало страшно, сердце забилось так часто, что зашумело в ушах. И снова у нее возникло неприятное ощущение, что за ней следят. Она встала с кровати и подошла к двери. Заперто. Проверила окна — тоже заперты. Но Робин по-прежнему прятался под кроватью.

Валери взяла трубку и набрала номер Филлис. Ей ответил автоответчик. Тогда она стала звонить Майклу, но его номер вообще не ответил.

Что же делать? Может, позвонить в полицию? Но что она им скажет? Что ее кот чем-то напуган и потому она тоже испугалась? Немного поколебавшись, Валери набрала третий номер и приготовилась считать гудки. Один, два…

— Слушаю, — пророкотал на том конце провода бархатный баритон.

— Это Валери Клейтон, — задыхаясь, пробормотала она. — Прошу прощения за ночной звонок, но я ловлю вас на слове: вы говорили, что я могу позвонить, если мне что-нибудь понадобится — что угодно.

2

Дэн потер глаза и посмотрел на светящийся циферблат. Половина пятого утра!

— Дэниел, это вы? — услышал он из трубки дрожащий женский голос. — Я т-туда попала? Это ведь Дэниел Роуэн?

Мозг Дэна постепенно просыпался, он наконец узнал голос.

— Валери, вы?

— Да, я.

— Что случилось?

Ясно, что Валери не станет звонить среди ночи из-за подтекающего крана или перегоревшей лампочки, наверное, случилось что-то серьезное.

— Пока не знаю, может, и ничего, но Робин ведет себя как-то странно, и я испугалась. Я пыталась дозвониться до Филлис, у нее срабатывает автоответчик, Майкл не отвечает, и я не знала, к кому еще обратиться. — Валери делала паузу между словами, как будто ей нужно было выпалить все как можно быстрее.

— Стоп, давайте помедленнее. — Дэн представил ее серые глаза, расширенные от страха. — Значит, ваш кот ведет себя странно. Почему?

— Я не знаю, только он забился под кровать и… привет, Робин. Ну вот, он только что прыгнул ко мне на колени и замурлыкал. Кажется, теперь с ним все в порядке.

— А с вами?

— Я… мне все еще страшно, — призналась Валери. — Сначала меня встревожило это письмо, потом, когда я шла домой, мне почудилось, что за мной кто-то крадется, а теперь я проснулась среди ночи и обнаружила, что кот спрятался под кровать и рычит. Мне просто нужно было с кем-то поговорить, вот и все.

Наконец-то она стала выражаться осмысленно, подумал Дэн.

— Ваш кот часто рычит?

— Никогда еще не рычал, во всяком случае, я ни разу не слышала.

— Скажите свой адрес, и я сейчас приеду и проверю, все ли в порядке.

— Спасибо, но вы не обязаны это делать, мне стало легче уже оттого, что я с вами поговорила.

Дэн по голосу слышал, что она лжет.

— Валери, адрес.

Она вздохнула с явным облегчением и стала объяснять, где живет.

— Я приеду так быстро, как только смогу. Пока меня нет, никому не открывайте. Когда я до вас доберусь, я позвоню от двери по мобильному, и вы мне откроете.

— Спасибо, я ваша должница.

— Всегда рад помочь, Валери.

Он ждал такой возможности много недель.

Валери надела джинсы и серую шелковую рубашку. Волосы она наскоро расчесала и собрала в «конский» хвост. В две минуты шестого зазвонил телефон. Валери схватила трубку.

— Подъезжаю к вашему дому.

— Я встречу вас у дверей. — Перед тем, как идти к двери, Валери сказала Робину: — Приехал друг, так что можешь не прятаться под кровать.

Она ожидала услышать гул мотора автомобиля, но услышала громкий рокот. Валери открыла дверь, и у нее буквально отвисла челюсть: Дэниел Роуэн примчался к ней на блестящем черном «харлее». Он слез с седла, снял шлем и тряхнул головой, отбрасывая упавшие на лоб волосы. Когда он двинулся к Валери, ей показалось, что в его крупной фигуре есть нечто загадочное и даже опасное.

— Вы собираетесь стоять на пороге или впустите меня в дом? — спросил Дэниел.

— Впущу. — Валери посторонилась, пропуская гостя, заперла за ним дверь. Она никак не могла справиться с удивлением. — Признаться, не ожидала…

Не договорив, она неопределенно махнула рукой. Дэниел усмехнулся.

— Догадываюсь. До этой минуты вы видели меня только в деловой ипостаси.

— Да. Вы всегда такой серьезный, что мне даже трудно было называть вас Дэниелом, все время хотелось обратиться к вам «мистер Роуэн».

— А вы попробуйте звать меня Дэном, — предложил он, всматриваясь в ее лицо. — Вот увидите, вам сразу станет легче.

— Честно говоря, я чувствую себя глупо. Валери покосилась на неприбранную кровать.

Робин некоторое время тревожно таращил на незнакомца свои желтые глазищи, а потом вдруг юркнул под кровать. Валери пыталась его подозвать, но кот не реагировал.

— Он боится незнакомых мужчин, — объяснила она Дэну. — Бедняга, верно, многое перенес, пока жил на улице.

— Что ж, я его понимаю. Раз уж я здесь, давайте-ка я осмотрю помещение.

Дэн снял прикрепленный к ремню фонарь и принялся за дело. Валери стало неловко. Пока она обжила в своем доме только большую комнату, служившую ей и гостиной, и спальней. Открыв «Будуар», она посвящала магазину почти все время, а обустройством нового дома совсем не занималась. В результате ее жилье выглядело пустым и неприветливым, впечатление смягчали только кровать да диван с тремя креслами вокруг журнального столика. Немногочисленные предметы, призванные создать домашний уют, были представлены дюжиной декоративных подушек и несколькими фарфоровыми статуэтками. Еще в доме имелась современная кухня, отделенная от комнаты только стойкой, и ванная, оборудованная лишь самым необходимым.

Валери запоздало подумала, что, хотя серьезный ремонт ей сейчас не по средствам, можно было бы сделать дом более уютным и привнести в него больше черт, отражающих индивидуальность хозяйки. На втором этаже у нее хранились вещи, купленные на распродажах, но все они до сих пор лежали в коробках. Наверное, пора начать распаковывать «сокровища».

Фонарь Дэна поочередно выхватывал из темноты то один угол, то другой. Внезапно вдоль стены мелькнуло что-то серое. Валери взвизгнула.

— Крыса!

— Ну вот, загадка разгадана. — Дэн схватил посудное полотенце и быстро заткнул в стене щель, в которую скрылась крыса. — Робин прятался под кроватью, потому что испугался крысы.

— Я тоже испугалась. Хорошо, что она убежала.

— Вам нужно завтра же, точнее уже сегодня, вызвать дератизатора и избавиться от непрошеных гостей раз и навсегда. Пусть он осмотрит все стены и заделает дыры, о которых вы, возможно, даже не знаете. Кстати, раз уж мы заговорили о непрошеных гостях, нужно установить охранную сигнализацию.

Валери подумала, сигнализация и впрямь не помешает, хотя раньше она чувствовала себя в собственном доме в безопасности.

— Утром я первым делом найду по справочнику фирмы…

— У меня есть адрес и телефон, — перебил ее Дэн. — Мне пришлось столкнуться с этой проблемой, когда я ремонтировал здание. Дератизаторы нас по-прежнему время от времени навещают, так что можете не рыться в справочниках, я дам вам нужные телефоны, когда приду в офис.

— Я перед вами в долгу, — искренне сказала Валери.

Дэн усмехнулся.

— В таком случае, может, накормите меня завтраком? Я умираю с голоду.

— Холодная овсяная каша подойдет?

Дэн смерил ее таким взглядом, что Валери бросило в дрожь.

— Вам надо поменьше работать и начать заботиться о самой себе. — Он огляделся. — Шлема у вас, конечно, не найдется?

— Как ни странно, найдется, только для езды на велосипеде.

— На первый раз придется обойтись им. — Можно подумать, что Дэн планирует совместные поездки на мотоцикле и в будущем, удивилась Валери. — Наденьте куртку или толстый свитер.

Несколько минут спустя Валери уже сидела на мотоцикле позади Дэна, и они ехали неизвестно куда. У нее немного кружилась голова — то ли от быстрой езды, то ли оттого, что она обеими руками обнимала Дэна за талию, а ее бедра были прижаты к его бедрам, и ей было абсолютно все равно, куда они едут. Они промчались по сонным улицам и выехали на шоссе на Бристоль. Через несколько миль Дэн затормозил возле небольшого кафе, которое открывалось в пять утра. Кафе оказалось небольшим, и даже в этот ранний час почти половина мест в нем была занята. Валери села за свободный столик и сразу почувствовала себя как дома.

— А здесь уютно.

— И готовят очень вкусно.

Дэн оказался прав. Валери с аппетитом позавтракала тостами, жареным беконом и яичницей. Прежде чем сесть за стол, Дэн снял кожаную куртку и повесил ее на спинку стула, оставшись в светло-серой рубашке, удивительно гармонировавшей по цвету с его глазами. Валери поймала себя на мысли, что с восхищением разглядывает его бицепсы, рельефно обозначившиеся под тканью рубашки, когда он всего лишь поднес вилку ко рту.

— Вы меня удивили, — призналась Валери. — Не ожидала, что вы водите мотоцикл и носите черную кожу.

— Думали, что я этакий чинный бизнесмен?

— Ну-у, может быть, не такой уж чинный… — Валери замялась, вспомнив нелестную характеристику, которую сама же мысленно дала ему вчера вечером.

— Тогда скучный. И не спорьте, на работе я такой и есть, потому что от меня ожидают именно этого. Но все мы ведем как минимум две разных жизни, разве нет?

— Не обязательно.

— Если не в реальности, то хотя бы в мечтах, — настаивал Дэн. — Это заложено в человеческой природе. — Он помолчал, всматриваясь в ее лицо, потом добавил: — Интересно, а какая вы в частной жизни?

— Жаль вас разочаровывать, но в моем случае внешность соответствует внутреннему содержанию.

— Кто сказал, что я разочарован?

У Валери вдруг закружилась голова, внутри разлилось приятное тепло.

— Почему вы назвали магазин «Будуар»?

Валери пожала плечами.

— Мне кажется, это название будит воображение и людям нравится. — Она вспомнила о пикетчиках, выстроившихся перед магазином буквально через пару дней после его открытия, и уточнила: — Во всяком случае, большинству.

— А вам?

— Мне всегда хотелось заниматься чем-нибудь интересным, и в какой-то момент я поняла, что у меня есть способности к творчеству. К сожалению, я полагала, что смогу реализовать их в рекламном агентстве. Но оказалось, что работа сводится в основном к спорам с очередным упрямым клиентом, считающим, что если кто и творческая личность, так это он, а мое дело — воплощать в жизнь его идеи. Тоска!

— И поэтому вы решили открыть собственное дело.

— Не совсем так, скорее это Майкл решил. Мы трое — он, Филлис и я — дружим с колледжа, мы всегда делились друг с другом мечтами и планами на будущее. Потом мы закончили учебу, поступили на работу в солидные фирмы… В один прекрасный день Майкл помог нам понять, что мы хотя и движемся по жизни с огромной скоростью, да не в ту сторону. Он убедил нас уволиться с работы и заняться каждую своим делом. И сам подал пример. Филлис ушла из крупной юридической фирмы, а я из рекламного агентства. Мы поклялись поддерживать друг друга, несмотря ни на что.

— Вы никогда не сожалели, что бросили работу, где вам было гарантировано регулярное жалованье?

— Нет, — честно ответила Валери. — И сейчас не сожалею, даже при том, что у меня не все идет гладко и у моего магазина есть недоброжелатели.

К тому времени, когда они вышли из кафе, небо на горизонте стало светлеть. Валери не могла припомнить, когда в последний раз выходила из дома в такую рань. Вместо того, чтобы отвезти Валери домой, Дэн поехал в противоположную сторону. Валери не возражала. Она испытывала странное чувство: подставив лицо ветру, она переживала волнующее ощущение вновь обретенной свободы. С другой стороны, в том, как она сидела, прижавшись к Дэну, было нечто интимное, и это тоже волновало, но по-другому. Все ее ощущения обострились, стали более яркими, и причиной тому был Дэниел… нет, Дэн, мысленно уточнила она, Дэниел — скучный, хотя она никогда ему этого не скажет, а Дэн — совсем наоборот. Дэн — воплощение сексуальных фантазий всех женщин, во всяком случае, одной конкретной женщины — точно. Дэн Роуэн — современный вариант рыцаря в сверкающих доспехах, спасающего прекрасную даму.

Дэн затормозил. Они оказались в лесистой местности на берегу озера. Деревья и кустарник, образуя зеленую стену, создавали некое подобие уединения. Спокойную воду озера расчертили золотисто-розовые полосы — это встало солнце. Валери с неохотой разжала руки, и Дэн слез с мотоцикла. Она сняла шлем, и у нее захватило дух от величественной красоты зрелища. Дэн тоже снял шлем и бросил его на траву. Среди сочной зелени тут и там пестрели весенние цветы, Дэн наклонился и сорвал желтый первоцвет, потом подошел к Валери и остановился так близко, что мог бы ее поцеловать.

— Как красиво… — прошептала Валери.

Но она смотрела не на всходящее солнце, а на губы Дэна. Она и раньше замечала, что у него выразительный рот, и теперь, стоя к нему вплотную, лишний раз убедилась, что у него очень красивые, по-мужски чувственные губы. У нее мелькнула шальная мысль, что было бы неплохо почувствовать их прикосновение.

— Да, очень — согласился Дэн, закрепляя цветок в ее волосах. — Вам идут цветы.

Он отвел с ее лица непослушный локон, но не спешил отстраняться. И вдруг он ее поцеловал. Несмотря на то что секунду назад Валери мечтала о поцелуе, каким-то образом Дэн застал ее врасплох. Не отрываясь от ее рта, Дэн придвинулся еще ближе, двумя руками подхватил Валери под ягодицы и приподнял с сиденья. Валери, не раздумывая, обняла его за шею и, подняв ноги, обхватила ими бедра Дэна. У Валери закружилась голова, казалось, весь мир завертелся вокруг нее в бешеном вихре. Когда поцелуй закончился, Валери обнаружила, что лежит на мягкой траве, а Дэн нависает над ней, опираясь на руки. Даже через кожаные брюки она ощущала явное свидетельство его возбуждения, и это не могло оставить ее равнодушной. Ее захлестнула жаркая волна. Но, хотя глаза Дэна потемнели от страсти, он не попытался сделать следующий шаг, и это удивило Валери.

Дэн посмотрел ей в глаза, и его губы вдруг изогнулись в улыбке, от которой продолговатая ямочка на подбородке обозначилась еще заметнее, а сам он стал еще привлекательнее, если такое вообще возможно.

— В чем дело? — прошептала Валери. — Почему вы улыбаетесь?

— А разве обязательно должна быть причина?

— Когда вы улыбаетесь, вы выглядите… ну, не знаю…

— Довольным?

Улыбка Дэна была такой заразительной, что Валери неожиданно для себя улыбнулась в ответ.

— Ладно, это определение сойдет.

По крайней мере, это безопасное слово, добавила она мысленно.

— А почему мне не быть довольным? Ведь я с вами.

Дэн перекатился на спину, нашел руку Валери и переплел ее пальцы со своими. Несколько минут они молча лежали рядом в утренней тиши. Никогда еще Валери не осознавала столь остро красоту природы. Солнце окрасило все вокруг в золотисто-розовые тона и, деревья и трава, казалось, были присыпаны искристой золотой пыльцой с крыльев феи.

Внутренний голос ехидно поинтересовался: может, тебе просто пыль в глаза попала, вот тебе и мерещится золотая пыльца? Но Валери не стала его слушать. Главное, что Дэну хочется улыбаться просто оттого, что он с ней. Это что-то новенькое в обольщении женщины, прошептал все тот же противный голосок. А если это не хитрость, а правда? — возразила другая, более оптимистичная часть натуры Валери. Но цинизм, как водится, победил. Валери захотелось остаться в одиночестве, чтобы все обдумать. Она высвободила руку, села и увидела, что волшебный рассвет уступил место очередному дню.

— Наверное, нам пора возвращаться, — сказала она будничным тоном.

— Да, верно.

Она стала подниматься с земли, но Дэн вскочил раньше и протянул ей руку. Валери приняла его помощь, хотя и с неохотой, и испытала облегчение, когда Дэн не попытался подойти ближе. Хватит и того, что ей придется сидеть вплотную к нему на мотоцикле.

На обратном пути она старалась ни о чем не думать. Не имело смысла переживать заново это удивительное утро, которое никогда больше не повторится, и травить душу воспоминаниями о том, что, вероятно, произошло в первый и в последний раз.

Только увидев знакомый перекресток, Валери поняла, что Дэн везет ее не домой, а в магазин. Не беда, решила она, кот накормлен, так что необходимости заезжать домой нет, а в магазине накопилось много канцелярской работы. Кроме того, Дэн обещал ей дать координаты дератизатора, а это сейчас должно быть для нее на первом месте.

Дэн вдруг чертыхнулся и резко затормозил.

— Что случилось? — встревожилась Валери.

Но стоило ей повернуть голову и посмотреть на свой магазин, как причина гнева Дэна стала ей ясна. Поперек всей витрины кто-то жирно написал красной краской: «ПОЗОР».

3

— Хорошенькое начало рабочего дня! Интересно, чем занимается ваш охранник? — Валери выплеснула свое раздражение на Дэна. — Может, он спит на работе?

— Джоди Форрест обслуживает четыре разных здания в этом районе, — объяснил Дэн, — и обходит свой участок два раза за ночь, он обслуживает четыре разных здания в этом районе. Кроме того, он работает до шести утра, так что это могло случиться после его ухода.

Валери вздохнула. Дэн, конечно, прав, но от этого не легче. В прошлый раз витрину забросали помидорами, а теперь вот измазали краской.

— Пожалуй, мне стоит взять в штат мойщика окон, — пробурчала она.

— Вдвоем мы быстро с этим…

— Нет, это мои трудности, я сама с ними справлюсь.

— Не согласен, здание принадлежит мне.

— Но магазин-то мой, — настаивала Валери.

По выражению ее лица Дэн понял, что спорить бесполезно. Несколько мгновений Валери казалось, что он привлечет ее к себе, может быть, даже снова поцелует, но в его застывшей фигуре чувствовалось напряжение, лицо хранило непроницаемое выражение. Валери подумалось, что теперь он куда больше похож на Дэниела, чем на Дэна. Она испытала легкое разочарование.

— Еще раз спасибо за все, — поблагодарила Валери.

Его лицо смягчилось, и он снова стал Дэном.

— Пожалуйста.

Глядя, как он уезжает, Валери испытала противоречивые чувства: одна ее часть хотела поехать вместе с ним, другая, более рациональная, жаждала добраться до того, кто испоганил витрину ее магазина.

По-видимому, вандалы руководствовались соображениями морали. Но в том, чем она занималась, не было ничего аморального. Она продавала не столько женское белье, сколько фантазии, а фантазия — естественное проявление человеческой личности, как и сексуальные игры, которые могут быть подсказаны этими самыми фантазиями. Если уж на то пошло, секс — тоже неотъемлемая и вполне естественная часть жизни большинства взрослых людей.

Валери отперла дверь магазина, вошла и сняла велосипедный шлем. Мельком посмотрев на себя в зеркало, она увидела, что в ее волосах все еще красуется цветок, о котором она уже забыла. Под шлемом он безнадежно помялся, Валери с сожалением вынула его, но выбросить его в мусорное ведро как-то рука не поднималась. Она поставила его в стакан с водой — как напоминание о лучшей части сегодняшнего утра.

Вооружившись тряпкой и растворителем, она вышла на улицу. Буквы стирались, но краска только размазывалась по стеклу. К ужасу Валери, ее манипуляции привлекли зевак — в стекле витрины отражались несколько мужчин в деловых костюмах. Затем Валери увидела, что перед магазином затормозил длинный черный автомобиль. Она оглянулась — из машины на нее враждебно смотрел из-под седых бровей не кто иной, как Эймори Голдстоун. Не выпуская из перемазанных красной краской рук такую же красную от краски тряпку, Валери двинулась к машине.

— Что, мистер Голдстоун, решили прибавить своей интимной жизни пикантности? — поинтересовалась Валери елейным голоском.

— Ничего подобного, — покраснев, злобно процедил он.

— А, тогда, значит, вы одобряете то, что здесь произошло?

— Ваш грязный бизнес вполне заслуженно заклеймили, мисс Клейтон. Кому-то хватило смелости сказать правду.

— Смелости? Правду? — эхом переспросила Валери. — Значит, по-вашему, испачкать тайно, ночью витрину магазина — это проявление храбрости? Я лично считаю, что это сделал трус, можете так ему и передать.

— Вы думаете, что я имею какое-то отношение к порче частной собственности?! — возмутился Голдстоун, краснея еще гуще.

Валери прищурилась.

— Нет, что вы. Вы просто совершенно случайно проезжали мимо и остановились, чтобы присоединиться к зевакам.

— Я остановился потому, что волновался, не пострадал ли кто.

Пострадал… По спине Валери пробежал неприятный холодок. Баллончик с краской — не пистолет, но она не забыла вчерашнее ощущение, что за ней кто-то крадется. Может быть, это вовсе не было игрой воображения? Страх только усилил возмущение Валери, и она взорвалась. Стараясь говорить громко, чтобы слышали все зеваки, она поинтересовалась:

— Мистер Голдстоун, это что, завуалированная угроза? Вы угрожаете в присутствии многих свидетелей человеку, который занимается законным бизнесом?

Если бы взгляды могли убивать… Голдстоун отпрянул в глубь автомобиля, и стекло поднялось, отгораживая его от Валери. Она повернулась к зевакам.

— Представление окончено, ребята. — В душе Валери царило смятение, но она не собиралась этого показывать. — Возвращайтесь в десять, когда магазин откроется.

Оставшись одна, Валери сникла, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. Она посмотрела на результаты своих трудов. Поблекшая, почти призрачная надпись все еще смотрела на нее, словно насмехаясь. Полная решимости стереть всякое напоминание о злобной выходке, Валери снова зашла в магазин и принесла из кладовки стеклоочиститель, пачку бумажных полотенец и бритву, чтобы соскоблить неподдающиеся остатки краски.

Примерно в половине десятого появилась Джулия Макдугал. Сегодня она была в ярко-оранжевом пиджаке поверх обтягивающего лилового топа и ядовито-зеленой мини-юбки, ее густые иссиня-черные волосы были зачесаны наверх и собраны в хвост на макушке. Ансамбль дополняли пурпурные босоножки на платформе и такого же цвета сумочка на ремне через плечо. Одной из причин, по которым Валери выбрала из нескольких претенденток на должность своей помощницы именно Джулию, было как раз то, что у нее определенно был собственный, неповторимый стиль. Увидев, что Валери натирает до блеска витринное стекло, Джулия удивилась:

— В чем дело, босс? Мойщики окон объявили забастовку?

— Скорее соседи, — пробурчала Валери.

Женщины вместе вошли в магазин, и Валери рассказала помощнице, что случилось. Возмущенная Джулия погрозила невидимому противнику кулаком.

— Попрошу-ка я моего кузена Бобби, чтобы его ребята по ночам присматривали за магазином.

Джулия вела себя так, словно была не наемным работником, а партнером, материально заинтересованным в бизнесе. Впрочем, в какой-то мере это действительно было так, ведь Джулия работала в магазине со дня его открытия. Но, поскольку Бобби и его дружки считались кем-то вроде местной банды, Валери не хотела вмешивать их в дела магазина.

— Ни в коем случае ничего не говори кузену! — Валери спохватилась, что отреагировала слишком резко, и добавила уже спокойнее: — Спасибо за предложение, Джулия, я знаю, что ты хочешь, как лучше. Но ничего особенного не случилось — нам всего-навсего измазали витрину краской.

— Всего-навсего?! Валери, ты дала мне шанс проявить себя в настоящем деле, и я не хочу, чтобы магазину пришлось переезжать только потому, что каким-то идиотам по ночам нечем заняться, кроме как делать всякие пакости.

— Успокойся, Джулия, нам не придется переезжать. Обещаю, что я не сдамся.

От собственной бравады, отчасти напускной, Валери почувствовала себя смелее. Оставив помощницу в магазине, она пошла в кладовку, чтобы привести себя в порядок. Валери, склонившись над раковиной, терла руки щеткой, когда что-то подсказало ей: она в комнате больше не одна. От волнения сердце Валери сразу забилось чаще. Она резко повернулась и увидела Дэна. Он был в дорогом деловом костюме и в белоснежной рубашке с галстуком.

Видя, как лицо Валери заливает румянец, Дэн внезапно ощутил желание овладеть ею прямо здесь и сейчас.

— А вы что здесь делаете?

Не похоже, что она счастлива меня видеть, подумал Дэн.

— Если не забыли, мой офис находится здесь же.

— Но наверху.

— А что, разве я не могу осмотреть собственное здание?

В данный момент Дэна интересовало не столько помещение, сколько его арендатор. Теперь, когда он наконец нашел способ сблизиться с Валери, он не собирался тихо исчезнуть.

Валери пожала плечами. То, что она чувствовала себя все более неловко, было видно невооруженным глазом.

— Наверное, в своем здании вы можете находиться где угодно, просто я не ожидала вас увидеть.

— Но мне казалось, что вы ждете вот это. — Дэн протянул ей визитную карточку. — Здесь адрес и телефон дератизатора. — Видя, что Валери по-прежнему не может взять в толк, о чем речь, он пояснил: — Крыса, помните?

— Ах да, конечно! Но, похоже, сейчас мне нужно бороться не только с крысами.

Она взяла визитную карточку, стараясь не касаться пальцев Дэна, мельком взглянула на нее и сунула в задний карман джинсов. Повисло неловкое молчание. Дэн ждал, что последует дальше: его устроило бы простое «спасибо», хотя куда приятнее было бы услышать «рада вас видеть». Последнего он, судя по всему, не дождется.

— Мне очень понравилась наша утренняя прогулка, — как можно более непринужденно сказал он. В ямочке на шее Валери бешено бился пульс. Дэну безумно захотелось прижаться к этому месту губами. Стоять так близко к Валери и не иметь возможности прикоснуться… какая мука! — Я имею в виду, несмотря на причину, по которой вы позвонили.

— Да, я вам очень благодарна, вы меня отвлекли от моих страхов, — пробормотала Валери, опуская глаза.

Эта трогательная застенчивость подействовала на Дэна: градус его желания поднялся еще на несколько отметок. Как же ему хотелось взять Валери прямо сейчас!

— Я бы с удовольствием отвлек вас снова, — признался он.

Дэн понимал, что должен действовать очень деликатно. Валери подобна бабочке, которая вот-вот выберется из кокона и вспорхнет, и, когда это случится, он хотел бы быть рядом. Но для этого он должен быть очень, очень осторожен.

— Может, пообедаем вместе? Вы закрываете магазин в семь, я как раз к этому времени освобожусь. Я могу заказать столик в «Шике» на половину восьмого.

Дэна удивило разочарование, написанное на лице Валери.

— Вы не любите французскую кухню?

— Дело не в этом, просто «Шик» — это такое… гм, шикарное место.

Валери указала на свою одежду — джинсы и рубашку, в которых ушла из дома. По мнению Дэна, она выглядела весьма аппетитно, но он догадывался, что в модном ресторане она почувствовала бы себя неловко в таком наряде.

— Можно заказать столик и на более позднее время. Тогда вы успеете переодеться, и я заеду за вами домой.

Валери принужденно улыбнулась.

— Честно говоря, «Шик» — заведение не в моем вкусе.

— Тогда выберите ресторан сами, — предложил Дэн.

— Прошлой ночью я не выспалась…

Ситуация становилась все более неловкой для Валери. Как еще нужно намекать, чтобы Дэн наконец понял, что она не хочет с ним встречаться?

Придется отложить планы до более походящего случая, подумал Дэн, сдерживая досаду.

— Что ж, тогда как-нибудь в другой раз, Валери.

— Может быть, — вяло отозвалась она.

Вот это да! Так она вообще не хочет с ним встречаться? Но почему? Несмотря ни на что, Дэн был полон решимости заставить Валери передумать. Теперь он точно знал, что она к нему не совсем равнодушна — их поцелуй доказал это. Так в чем же дело? Дэн пытался снова нащупать ниточку, протянувшуюся между ними утром.

— Кстати, насчет охранника… Форрест сказал, что в пять часов утра, когда он в последний раз обходил здание, все было в порядке. Я распоряжусь, чтобы Форрест уделял другим зданиям меньше времени, а за этим следил получше. И отдельно попрошу его присматривать за «Будуаром».

— В этом нет необходимости.

Но по выражению глаз Валери Дэн видел, что есть. Значит, он нашел правильный подход. Он слишком долго ждал удобного случая сблизиться с ней, чтобы теперь упускать хотя бы малейший шанс. Если для этого нужно, чтобы Валери Клейтон чувствовала себя защищенной, — что ж, он готов об этом позаботиться.

— Я схожу за кофе, — выйдя в торговый зал, сказала Валери помощнице. — На твою долю что-нибудь купить?

— Спасибо, нет, а тебе полезно немного проветриться. — Джулия проницательно посмотрела на Валери. — Вот только кофеин тебе, по-моему, ни к чему, ты и так сплошной комок нервов.

Валери фыркнула.

— Ерунда, я уже успокоилась.

Она пошла в кафе Филлис. Майкл, известный любитель поспать, только что пришел завтракать, хотя время приближалось к ланчу; он сидел за столиком с чашкой кофе и пончиком. Валери заказала себе капуччино и подсела к нему. Филлис присоединилась к друзьям и внимательно выслушала рассказ Валери о последней неприятности с витриной магазина.

— Значит, ты думаешь, что за этим стоит Голдстоун? — спросила Филлис.

— Я не знаю этого наверняка, свидетелей-то нет, но совпадения выглядят довольно странно: вечером я заметила его возле магазина, на рассвете осквернили витрину моего магазина, а утром он тоже «совершенно случайно» оказался поблизости. У меня такое чувство, что это неспроста, хотя сам он, конечно, не стал бы пачкать руки.

— Может, Майкл установит камеру скрытого наблюдения? — предложила Филлис.

— Я всегда готов, только скажи, — с полным ртом ответил Майкл.

Валери поёжилась. Ей не нравилось само словосочетание «камера скрытого наблюдения».

— Не думаю, что в этом есть необходимость. Дэниел уже попросил охранника уделять больше внимания моему магазину даже в ущерб другим объектам.

— Твой арендодатель знает? Откуда? — удивилась Филлис. — Он приехал, когда ты отмывала стекло?

Валери смутилась.

— Гм, не совсем так. Сегодня утром он подбросил меня до магазина.

— По-моему, ты должна объяснить все по порядку, — потребовала Филлис.

— Да-да, выкладывай все, как на духу, — поддержал ее Майкл.

И Валери рассказала — начиная с жутковатого путешествия с работы домой вчера вечером и заканчивая сегодняшним утром. Она опустила только сцену у озера и поцелуй, при одном воспоминании о котором у нее учащался пульс.

— Значит, Дэн — твой рыцарь в сверкающих доспехах? — спросил Майкл.

— Можно и так сказать.

— А по-моему, в этом есть что-то ненормальное, — возразила Филлис. — С какой стати владелец здания, где ты арендуешь магазин, решает твои домашние проблемы?

Майкл ткнул ее локтем в бок.

— Ты что, совсем бестолковая, не понимаешь? У него были скрытые мотивы.

Валери вспыхнула.

— Да ну вас, в вашем изложении все выглядит слишком серьезно!

— А тебе давно пора отнестись к кому-нибудь серьезно, — заметил Майкл.

Он намекал на ее неудавшийся роман с Брендоном Чейзом, после которого Валери стала относиться к мужчинам с опаской. Валери совсем не хотелось снова обсуждать эту тему.

— Кто бы говорил! — фыркнула она.

— Валери, ты не такая, как я и Филлис. Для тебя секс — не вид спорта, как для нас, ты относишься к нему серьезно. Тебе нужен один-единственный мужчина, только в первый раз ты наткнулась на неподходящего. Что ж, всем нам свойственно ошибаться. Я уж почти не надеялся, что ты когда-нибудь снова кем-то заинтересуешься. Давно пора.

Только Майкл и Филлис понимали, как много значил для Валери Брендон и как сильно на нее подействовало его предательство. С тех пор Дэн стал первым мужчиной, который не только понравился Валери внешне, но и затронул ее чувства, и то, что Филлис никак это не прокомментировала, немного тревожило Валери. Она видела, что подруга сдерживается, чтобы не высказать свое мнение.

— Послушай, Майкл, давай договоримся, что ты не будешь придавать всему этому слишком глубокий смысл. Ты торопишься с выводами.

— Значит, Дэниел Роуэн тебя не интересует?

— Нет, — честно ответила Валери.

Дэниел действительно ее не интересовал, но рядом с Дэном ее сердце начинало биться чаще, он будил ее воображение, и Валери легко могла представить себя Прекрасной дамой… или распутницей.

— Как-то все это дурно попахивает, — изрекла Филлис, задумчиво глядя на подругу.

Валери попыталась отшутиться и повела носом.

— Правда? А я ничего не чувствую. Ну ладно, мне пора возвращаться в магазин.

Она встала, но Филлис крепко схватила ее за руку.

— Джулия прекрасно справится с дневным наплывом покупателей. А ты никуда не уйдешь, пока не расскажешь мне все подробности — ну, знаешь, те детали, которые ты опустила.

Валери застонала от досады. Она хорошо знала этот тон Филлис — теперь от нее легко не отделаешься.

— Ну ладно, сдаюсь. Мы целовались. Мы наблюдали восход солнца на озере и целовались. Вот и все.

— Никаких шлепков и щекотки?

Валери метнула на Майкла свирепый взгляд.

— Ты прекрасно знаешь, что я не охотница за мужчинами. Был всего лишь поцелуй. Один.

Валери решила, что друзьям ни к чему знать, что тот единственный поцелуй, от которого голова идет кругом и земля уходит из-под ног, настолько взбудоражил и опьянил ее, что она готова была совершить любую глупость, что Дэн стал героем ее фантазий, от которых она до сих пор не может избавиться.

— Чего я не могу понять, так это почему ты их различаешь, — сказала Филлис. — С Дэном ты, видите ли, целовалась, а с Дэниелом — нет. Но это один и тот же человек.

— Не совсем так, Дэниел — он такой деловой, правильный… — Валери поморщилась. — И немного скучный, а Дэн, он…

— Он — герой твоих грёз, — подсказал Майкл.

— Вот именно.

— Благородный рыцарь и распутник в одном лице.

— Точно.

— Похититель Прекрасных дам, — не успокаивался Майкл.

— Все, хватит! Мне пора. — Валери встала и вызывающе посмотрела на Филлис, словно говоря: «Попробуй меня удержать».

На этот раз подруга ее отпустила. Но, провожая Валери взглядом, она смотрела на нее как-то слишком задумчиво и немного неодобрительно. Валери почувствовала себя неуютно, однако ей было некогда анализировать чувства Филлис.

Как только Валери переступила порог магазина, ее поглотили дела. Джулия едва успевала обслуживать всех покупателей, нахлынувших в магазин в обеденное время, и Валери была только рада забыть о своих проблемах и броситься ей на помощь.

Покупателей было больше, чем обычно, и Валери поняла, в чем причина, когда мельком услышала, как кто-то произнес имя Голдстоуна. По-видимому, известие об их стычке взбудоражило местных жителей и привлекло их в магазин.

К закрытию Валери валилась с ног от усталости. Джулия, как обычно, пересчитала выручку и понесла в банк, распложенный через дорогу. Валери, оставшись одна, повернулась к витрине.

Валери сняла с женского манекена свитер и бросила его в кучку одежды на полу. Он затаил дыхание, пытаясь угадать, что последует за этим. Пусть это будет бюстгальтер, ну пожалуйста!

Он представил Валери без бюстгальтера. Интересно, какие у нее груди — упругие или мягкие? А какие соски — крупные или похожие на маленькие розовые бутоны? Возбудившись от одних только мыслей об этом, он погладил себя между ног. Не настолько явно, чтобы обратить на себя внимание, если кому-то вдруг вздумается заглянуть в темноту арки, но как раз достаточно для того, чтобы погрузиться в приятный туман, прийти в такое состояние, когда трудно мыслить, но легко, очень легко чувствовать…

Но Валери приблизилась к мужскому манекену и сняла с него один носок, и он испытал такое разочарование, что возбуждение разом спало.

— Проклятье!

Придется подождать настоящего развлечения.

4

У Валери снова возникло уже знакомое жутковатое ощущение, что за ней кто-то следит. Началось это, когда она занялась оформлением витрины. Но когда Валери посмотрела через витринное стекло на улицу, то никого там не увидела. Час пик миновал, в это время нормальные люди уже ужинали — кто дома, кто в ресторане. Все, кроме нее. И все же неприятное чувство не покидало Валери, она даже покрылась противной гусиной кожей.

Она снова попыталась успокоить себя мыслью, что у нее всего лишь разыгралось воображение. Но так ли это? Она погасила в магазине свет, включила охранную сигнализацию и, набросив на плечи жакет, вышла на улицу. Оставалось только запереть дверь, но у Валери слегка дрожали руки и она не сразу смогла попасть ключом в замочную скважину. Наконец дверь была заперта. Валери вздохнула с облегчением и повернулась, но внезапно налетела на чье-то крупное тело. От неожиданности она отпрыгнула в сторону и закричала:

— А-а-а!

— Извините, если напугал, мисс. Все в порядке?

Это был Джоди Форрест, охранник. Большой, рыхлый и немного неряшливый, он походил на гигантского растрепанного плюшевого мишку, но благодаря внушительным габаритам все равно был способен напугать кого угодно.

— Вы сегодня раньше обычного, — заметила Валери, когда ее сердцебиение стало приходить в норму.

— Приказ мистера Роуэна, — пояснил гигант. — Сожалею, что утром у вас случилась неприятность, мисс, но я ничего не заметил.

— Да, Дэн… то есть мистер Роуэн мне так и говорил.

Валери отметила, что белки поблекших голубых глаз Форреста имеют красноватый оттенок, как у пьяницы, кроме того, от Форреста ощутимо попахивало виски. Может, он потому и не заметил утреннего вандала, что был пьян? — подумала Валери. Оставалось надеяться, что Дэн сделал ему внушение.

— Всего хорошего, мистер Форрест.

— Спокойной ночи, мисс. — Он усмехнулся. — Чувствуйте себя в безопасности.

Валери показалось, что Форрест усмехнулся как-то двусмысленно, да и взгляд, которым он ее окинул на прощание, явно был похотливым. Или у нее снова разыгралось воображение? Как бы то ни было, Валери охватило неприятное, трудно поддающееся описанию ощущение. Дойдя до угла, она оглянулась, но Форрест исчез.

Валери стала переходить улицу. Ей по-прежнему казалось, что чей-то липкий взгляд смотрит ей в спину. Она так сосредоточилась на этом ощущении, что чуть не угодила под колеса. Оказавшись на тротуаре, Валери оглянулась — никого. Почудилось, снова сказала она себе.

Не успела Валери пройти и полквартала, как в нескольких шагах от нее остановился мотоцикл. Дэн слез со своего «харлея», снял шлем и спросил:

— Нам случайно не по пути?

От одного звука его голоса — бархатного баритона — по коже Валери побежали мурашки.

— Дэн! Что вы здесь делаете?

Он отстегнул от мотоцикла второй шлем — не велосипедный, а самый настоящий, для езды на мотоцикле, — и протянул его Валери.

— Держите.

— Где вы его взяли?

Дэн пожал плечами и бросил небрежно:

— Купил. Для вас.

— Для меня? Вы шутите? Зачем?

— Для вашей безопасности.

С Валери начало твориться нечто невообразимое: пульс забился с бешеной скоростью, по всему телу прокатилась жаркая волна. В то время как рациональная часть ее существа еще пыталась с этим бороться, другая часть — наверное, более примитивная — нашептывала, чтобы она не отказывала себе в удовольствии, и удовольствие это — Дэн.

— Надевайте и поедем вместе, — предложил он.

Валери пыталась найти предлог отказаться, но мозг не желал подчиняться, а уж тело — и подавно. Словно загипнотизированная, она протянула руку, взяла шлем и надела его. Дэн подошел ближе и стал застегивать ремешок. Когда его пальцы коснулись нежной кожи под ее подбородком, Валери затаила дыхание. Тепло волной прошло вниз по ее телу, дойдя до самых кончиков пальцев на ногах.

— Куда мы поедем? — пролепетала Валери, слегка задыхаясь.

— А куда бы вы хотели?

С вами — хоть на край света. Валери пыталась срочно придумать умный ответ — все, что угодно, лишь бы не выдать голода, внезапно вспыхнувшего в ней, но не имеющего никакого отношения к еде.

— Проголодались? — спросил Дэн прежде, чем ей пришло в голову что-то подходящее.

Валери чуть не ахнула. Может, он умеет читать мысли?

— Это вы о чем?

— О голоде… — Он выдержал многозначительную паузу, и Валери поняла, что точно знает, о чем она подумала. — Есть хотите?

— Просто умираю.

Это была почти правда. Валери весь день держалась на одних нервах, и теперь желудок начал протестовать.

— Значит, поедем ужинать.

Дэн оседлал «харлей». Видя, что Валери еще колеблется, он взял ее за запястье и потянул на сиденье. Сидеть на мотоцикле за спиной Дэна казалось таким естественным, словно она делала это уже сотни раз. Как будто здесь, за ним — и с ним — ее истинное место.

Они ехали дольше, чем ожидала Валери, и почти выехали за пределы города, когда Дэн наконец затормозил перед старомодным придорожным кафе. Он заказал колбаски с жареной картошкой, луком и кетчупом и шоколадный коктейль.

— Откуда вы знаете, что я не предпочитаю ванильный? — с любопытством спросила Валери.

Дэн прищурился и окинул ее долгим взглядом.

— Это было бы слишком невинно. — Он приблизил свое лицо к лицу Валери. — Если не ошибаюсь, вы из тех женщин, которые пьют шоколадный коктейль.

— Ну вот, вы меня раскусили, — прерывисто дыша, прошептала она.

— Еще нет, дайте мне время.

От усмешки Дэна у Валери закружилась голова. На этот раз она все-таки не совладала с собой, и с ее губ сорвался удивленный вздох. Дэн громко расхохотался, и она вдруг рассмеялась вместе с ним, как будто это было самым естественным на свете делом.

— Между прочим, в этом кафе готовят лучшие в Лондоне колбаски. — Дэн немного отстранился, давая Валери чуть больше свободы. — Поверьте моему слову.

Валери вдруг поняла, что верит ему — полностью и безоговорочно, и не только в том, что касается гастрономии. Иначе с какой стати она вдруг поехала неведомо куда с Дэном Роуэном, с мужчиной, которого даже не знает толком? Дэниела она знает довольно хорошо, но вот Дэна… Дэн — темная лошадка.

Получив пакет с заказанной едой, они продолжили путь. Минут через десять Дэн въехал на территорию огороженного парка и, немного углубившись в него, остановился.

— Но на воротах висит табличка, что парк закрыт на ночь, — заметила Валери.

Дэн усмехнулся.

— Потому я его и выбрал. Я хочу остаться с вами наедине.

В лесу? Валери нервно сглотнула, но промолчала. Дэн поставил мотоцикл у края площадки для пикников. Валери едва успела разглядеть с десяток врытых в землю деревянных столов и скамеек, как Дэн выключил фары.

— Но тут совсем темно! — запротестовала Валери.

— Не волнуйтесь, ваши глаза скоро привыкнут.

Глаза действительно привыкли, и вскоре Валери уже не казалось, что она очутилась в кромешном мраке, тем более что светила полная луна. Дэн достал из багажника купленную в кафе еду и стал выкладывать пластиковые контейнеры на ближайший стол. От аппетитных запахов у Валери прямо-таки слюнки потекли. Чиркнула спичка, Дэн зажег свечу.

— Как видите, я подготовился, — сказал он.

Ко всему? — хотела спросить Валери. А я? К чему готова я? И можно ли подготовиться к симпатии, к влечению, к похоти?.. Быть может, нужно просто плыть по течению, довериться своим ощущениям, довериться этому мужчине и все будет хорошо?

Дэн поставил свечу в центр стола и жестом указал Валери на скамейку.

— Садитесь.

Валери не нужно было долго уговаривать. Еда пахла так аппетитно, что у нее заурчало в животе. Она села на скамейку, и Дэн разложил по двум бумажным тарелкам жареные колбаски, картошку, лук и пододвинул одну Валери вместе со стаканом шоколадного коктейля. Валери насадила колбаску на пластиковую вилку и откусила большой кусок.

— Ммм!

— Нравится?

— Вы были правы, они готовят лучшие колбаски в Лондоне.

— Мне нравятся женщины, которые любят поесть.

— А мне нравятся мужчины, которым нравятся женщины, которые любят поесть.

— Значит, мы предназначены друг другу самим Господом Богом.

Валери промолчала. В серебристом свете луны и колеблющихся отблесках пламени свечи лицо сидящего напротив нее Дэна виделось нечетко и оттого казалось загадочным и еще более сексуальным. А тут еще волосы, упав на лоб, бросили тень на его глаза. Кто вы, Дэн Роуэн? — вертелось у Валери на языке. Она хотела бы узнать этого человека поближе. И, возможно, она узнает. Впервые за несколько лет в сердце Валери затеплилась надежда.

Странно, она сидит в лесу, в темноте, на врытой в землю скамейке с мужчиной, который привез ее сюда на мотоцикле, и ест с бумажных тарелок еду из придорожной забегаловки… И счастлива, словно семнадцатилетняя девчонка на первом свидании. Но до чего же хорошо! Валери не могла отделаться от мысли, что так хорошо, как сейчас, ей не было уже несколько лет.

— Так вы позвонили по тому телефону?

Валери перестала жевать и недоуменно переспросила:

— Позвонила? Куда?

— Насчет крыс!

В голосе Дэна послышалось раздражение, и неудивительно, ведь он еще утром дал ей визитную карточку, которую она сунула в карман и тут же про нее забыла.

— Не собралась, денек сегодня выдался тот еще. Покупателей было больше, чем даже в выходные.

Валери взяла стакан и отпила через соломинку густой сладкий коктейль.

— И чем вызван такой наплыв покупателей?

— Наверное, слухи об утреннем происшествии распространились с быстротой молнии.

— Интересно, они приходили поглазеть или что-то покупали?

— О, покупали, еще как! Если бы у нас была такая выручка каждый день, я была бы счастливой женщиной.

Дэн склонил голову набок.

— Значит, деньги могут сделать вас счастливой?

Валери замотала головой.

— Сами по себе деньги никого не могут сделать счастливым, но они дают нам возможность заниматься тем, что нам нравится, а то, как мы распоряжаемся своей жизнью, и определяет счастье или несчастье.

— Выходит, акт вандализма даже пошел вам на пользу.

Совсем недавно у Валери тоже мелькала подобная мысль, однако фраза, небрежно брошенная Дэном, почему-то вызвала у нее неприятное ощущение.

— В вандализме не может быть ничего хорошего.

— Конечно.

Валери попыталась рассмотреть выражение его глаз сквозь золотистую вуаль теплого света свечи, но оно вдруг стало еще более неуловимым, а сам Дэн почему-то стал казаться ей незнакомцем.

— Я всего лишь пытаюсь видеть в любом явлении положительную сторону, — пояснил он и, кашлянув, добавил: — Как-никак, я адвокат.

Валери чуть не подавилась едой.

— Адвокат? Вы?

— Да, причем потомственный. Наша семья издавна специализируется на делах, связанных с недвижимостью, отсюда и мой интерес к коммерческой собственности.

— Значит, вы не только сдаете в аренду офисы, но и занимаетесь адвокатской практикой?

— Больше не занимаюсь. Когда в моем ведении четыре многоэтажных здания, и еще несколько строится, у меня хватает дел и без адвокатской практики.

Валери вдруг поняла, что больше не хочет есть. Она положила недоеденную колбаску на тарелку.

— Вы не одобряете мой род занятий? — поинтересовался Дэн нейтральным тоном.

— Нет, просто я удивлена.

Дэн покачал головой.

— Мои родные тоже удивились, когда я ушел из семейной фирмы, чтобы открыть собственное дело. Но работа адвоката меня не совсем устраивала, мне хотелось заниматься чем-то более живым, более изобретательным, если хотите, и иметь чуть больше свободы.

Валери почувствовала себя чуточку лучше. Больше свободы — это она могла понять.

— А торговля женским бельем — тоже семейный бизнес?

Валери фыркнула.

— Ну нет. Мои родители — преподаватели колледжа и живут в патриархальном городке в графстве Норфолк. Папа преподает актерское мастерство, а мама — историю искусств. У мамы есть еще собственная студия, она пишет очень милые акварели. — Очень милые, но не в моем стиле, добавила Валери мысленно.

— Тогда понятно, от кого вы унаследовали художественный вкус и режиссерские способности. Вы взяли от каждого из своих родителей лучшее.

Валери усмехнулась, но в ее усмешке чувствовалась примесь грусти.

— Боюсь, они так не думают. Узнав, чем я собираюсь заниматься, они были в шоке. Мама считает, что мне нужно было открыть художественный салон, а папа — что мне лучше работать в крупной компании, где оценят мои способности и где мне будет гарантирована стабильная зарплата.

— Надеюсь, они от вас не отреклись?

— Конечно нет! Они меня любят, просто они считают, что я совершила ошибку. Мне бы и хотелось, чтобы было по-другому, но я понимаю, что заслужить одобрение всех — просто несбыточное желание.

— Мое одобрение вы уже заслужили, — прошептал Дэн.

От его негромкого низкого голоса по нервам Валери пробежал трепет возбуждения. Ей хотелось ответить какой-нибудь остроумной репликой, но, как назло, все, что приходило в голову, казалось глупым. Дэн спросил:

— У вас есть братья и сестры? Они на вас похожи?

— Нет, я единственный ребенок в семье.

— Мне следовало догадаться, что вы — единственная в своем роде.

Дэн вогнал ее в краску, Валери чувствовала, что жар заливает не только ее лицо и шею, но и опускается ниже. Она чувствовала себя как-то по-особому уже от одного того, что находилась рядом с Дэном, и это настораживало, ведь она его совсем не знает.

Он обошел вокруг стола и сел с другого края на скамейку Валери. Под тяжестью его веса скамья качнулась, и Валери инстинктивно схватилась за Дэна, чтобы не упасть. Их лица были обращены в разные стороны, Дэн сидел спиной к столу и свече, и его лицо оставалось в тени. Но, хотя Валери его толком не видела, она могла его чувствовать, и даже слабого контакта оказалось достаточно, чтобы она попала в западню. Дэн повернулся к ней, дотронулся одной рукой до ее щеки и прошептал:

— Валери, я думал о вас весь день, мне весь день хотелось это сделать.

Дэн развязал ленту, удерживавшую ее волосы, и они рассыпались по плечам. Затем он медленно наклонился к Валери и приник к ее губам поцелуем — долгим и чувственным, потрясшим Валери до глубины души. Все тело Валери ожило, и не только тело, не только внешняя оболочка, но и то, что скрыто под ней.

— Я знал, что вы окажетесь такой.

— Какой?

— Сладкой, чуть терпкой, сочной… как воплощение мечты каждого мужчины.

Из слов Дэна можно было заключить, что он думал об этом давно и предвкушал этот момент. Валери спросила себя, где же она была, когда в нем зарождалось и развивалось это влечение. Жар его поцелуя вполне соответствовал словам. У Валери закружилась голова, сознание затуманилось, не думая, что делает, она повернулась к Дэну и прильнула к нему. Он был близко, но недостаточно, и, когда поцелуй закончился и Дэн намеренно отстранил ее от себя, Валери испытала чувство потери.

Словно предостерегая ее, из ночного леса донесся какой-то крик. Валери не поняла, был ли то крик птицы или животного, но она не желала слушать ничьих предостережений. Она хотела большего, хотела Дэна. Он посмотрел ей в лицо, как будто мог в полумраке прочесть по глазам ее мысли. Лунный свет озарил половину его лица, контрастно очерчивая его четкий профиль. Дэн погладил пальцами ее щеку, и Валери инстинктивно подалась навстречу его руке. Он обвел пальцем контуры ее губ, провел по подбородку и опустил руку ниже.

Валери почувствовала прохладу — это Дэн расстегнул на ней жакет. Он действовал очень медленно, как будто ожидал, что Валери может возразить, и давая ей на это время. Но она не возражала. Когда, расстегнув куртку, Дэн взялся за пуговицы ее рубашки, она только глубоко вздохнула, вдыхая аромат свежескошенной травы. Он расстегнул одну пуговицу, потом другую, потом третью. Ее волосы, выпущенные им на свободу, трепетали от легкого ветерка по сторонам ее лица. Дэн взял одну длинную прядь двумя пальцами и пощекотал кончиками волос ее шею и ложбинку между грудями. Ощущение было настолько острым, что Валери на мгновение оцепенела. Затем этот путь повторили губы Дэна. Он провел языком по ее шее, по нежной ложбинке. Найдя ее сосок, он через шелк бюстгальтера стал пощелкивать по нему подушечкой пальца, пока сосок не превратился в тугую твердую бусинку. Валери ахнула, застонала и выгнулась ему навстречу.

— Ты моя, — прошептал Дэн. — Ты ведь и сама это знаешь, правда?

Желание настолько затуманило ее разум, что Валери почти согласилась. Быстро облизнув губы, она уже собиралась ответить, но слова застряли в горле. Слишком быстро, мелькнула мысль, все это происходит слишком быстро. Она даже не знает Дэна. Кроме того, слова обязывают, они могут связать ее с ним.

Как это было бы прекрасно — отдаться ему в темноте ночного леса: его плоть в ее плоти, их обнаженные тела обдувает ветерок…

— Скажи, что ты моя, — снова потребовал Дэн в промежутке между прикосновениями к ее груди, шее, подбородку — его губы прокладывали обратный путь к ее губам.

Но вместо того, чтобы сказать то, что он хотел услышать, Валери пролепетала:

— У меня нет с собой презерватива.

— Не беда, у меня есть.

Но чары уже развеялись. Сама мысль о предохранении разрушила их, во всяком случае, на время. Туман страсти еще не развеялся, но сквозь него уже проступали очертания здравого смысла. Валери снова напомнила себе, что совсем не знает Дэна. Он мало рассказал о себе, кроме того, что ему хотелось свободы и большего разнообразия в жизни, а этого было недостаточно, чтобы вселить в нее уверенность.

— Не надо, — прошептала она за мгновение до того, как его губы коснулись ее губ.

Дэн застонал и отпрянул так резко, что ударился спиной о стол. Валери посмотрела на него, но, конечно, не могла разглядеть выражение лица.

— Извини.

— Не извиняйся.

Когда разбушевавшиеся гормоны успокоились, Валери еще крепче утвердилась в мысли, что потупила правильно. Если бы она занялась сейчас сексом с Дэном, то чувствовала бы себя гораздо хуже.

Что со мной такое? — растерянно думала она. Я чуть было не поставила сама себя в уязвимое положение. Снова. Все считают меня здравомыслящей женщиной, даже консервативной, во всяком случае Майкл и Филлис точно считают, что в том, что касается мужчин, я слишком консервативна. И я так думала, но Дэн ворвался в мои мысли и все в них спутал, с ним я не чувствую себя ни консервативной, ни даже разумной. В последний раз я испытывала подобные чувства несколько лет назад, и тогда под их влиянием совершила ужасную ошибку.

— Ты в порядке? — спросил Дэн.

— Конечно, — солгала Валери. — Просто обычно у меня это бывает не так быстро.

— Что это?

— Я не так быстро вступаю в связь с мужчиной.

— «Вступаю в связь», — эхом повторил Дэн. — Звучит формально.

Валери почувствовала укол совести.

— Я не хотела тебя оскорбить. — Внезапно у нее закралось подозрение, что он над ней подшучивает. — Эй, а ты не пытаешься меня спровоцировать?

Дэн комично вздохнул.

— Эх, если бы я мог!

О, он мог, да еще как! И Валери догадывалась, что он прекрасно это знает. Дэн обращает в шутку то, из-за чего большинство мужчин на его месте пришли бы в ярость. Впрочем, он не такой, как большинство, иначе обиделся бы. Придумать способ сгладить ситуацию Валери не успела, Дэн спросил:

— Готова ехать?

Она не была готова с ним расстаться, но в их ситуации это было самым разумным, и она кивнула:

— Готова. Робин просидел один целый день, он, наверное, ждет меня еще с сумерек.

— Думаешь, он знает, во сколько ты должна вернуться домой?

— Он очень умный, к тому же у животных биологические часы тикают громче наших. Он начнет душераздирающе мяукать, намекая, что его не покормили, как только я подойду к двери с наружной стороны.

— Что ж, тогда не будем заставлять беднягу ждать еще дольше. — Дэн встал со скамейки. — Не могу же я допустить, чтобы из-за меня ты поссорилась с мужчиной своей жизни.

Это было похоже на язвительную шутку: единственный мужчина в ее жизни — кот. Валери подозрительно покосилась на Дэна, но не смогла разглядеть в темноте выражение его глаз. Они выбросили остатки пиршества в мусорный контейнер и вернулись к мотоциклу.

Валери опять прижалась к спине Дэна. Эта вынужденная близость всю дорогу не позволяла ей забыть о том, чего ей на самом деле хотелось, и, несмотря на бьющий в лицо ветер, Валери было жарко. Наконец Дэн затормозил перед ее домом. Он казался сдержанным и собранным, в то время как Валери изнывала от неудовлетворенного желания. Наверное, его ветер остудил гораздо лучше, подумала она. Поборов искушение пригласить Дэна в дом, она сказала:

— Спасибо за ужин и за то, что подвез до дома.

— Сегодня не хочешь, чтобы я заглянул под кровать?

Чего Валери хотелось, так это чтобы Дэн заглянул не под, а в ее кровать и остался бы там подольше.

— Спасибо, не нужно, — пропищала она, пятясь.

Но не успела она еще подойти к двери, как Дэн шагнул к ней, крепко обнял за талию и поцеловал так, что Валери стало не хватать воздуха. Отпустил он ее так же внезапно, как обнял. Валери замерла, гадая, что же последует дальше.

— Мне это было нужно на дорожку, — тихо сказал Дэн. — А теперь иди, пока путь свободен.

Валери на подгибающихся ногах подошла к двери и отперла замок. Робин не ждал ее у порога, как она ожидала, он сидел возле кровати с таким видом, будто готов в любой момент шмыгнуть под нее.

— Робин, дружище, иди сюда, т позвала Валери.

Но кот только недовольно мяукнул и не двинулся с места. Валери оглянулась к Дэну — он уже садился на мотоцикл.

— До завтра! — бросил он и завел мотор.

Валери не поняла, было ли это обещание или угроза.

5

— Мне что, повторить по слогам? — громко брюзжал мужской голос. — Мне нужна Валери!

Этот голос был слышен даже в кабинете, где Валери обрабатывала заказы, пришедшие по почте. Валери поморщилась, узнав, кто пожаловал в магазин.

— Мне очень жаль, мистер Финчер, — сказала Джулия, — но мисс Клейтон очень занята.

— Так занята, что не может обслужить постоянного покупателя?

— Мистер Финчер, я знаю, что вы один из лучших наших покупателей, но в последнее время у нас очень много народу, и мисс Клейтон не успевает делать бумажную работу.

— Ну, если для вас бумажки важнее покупателей…

— Нет, что вы, мистер Финчер, но я с удовольствием обслужу…

Финчер нетерпеливо прервал ее:

— Видно, мне придется делать покупки в другом месте.

Валери поспешила в торговый зал. Стивен Финчер взирал на Джулию с недовольной миной. Обычно его лицо отличалось нездоровой бледностью, но сегодня он так разошелся, что покраснело не только лицо, но даже лысина.

— О, мистер Финчер! — воскликнула Валери, делая вид, что только сейчас узнала о его присутствии. — Как приятно снова видеть вас в нашем магазине, и так скоро!

Не далее как неделю назад Стивен Финчер отнял у нее целый час, и вот он снова здесь — несомненно затем, чтобы потратить еще несколько десятков фунтов на покупки. Но, похоже, он готов раскошелиться только в том случае, если хозяйка магазина обслужит его лично. За последние два месяца он побывал в магазине раз шесть, и Валери не хотела терять выгодного клиента, даже если он и бывал немного эксцентричен.

— Что я могу для вас делать, мистер Финчер?

— Валери! Наконец-то!

Тонкие губы Финчера раздвинулись в улыбке, блеклые серые глаза окинули Валери таким липким взглядом, что ей вдруг захотелось умыться, словно он прикоснулся к ней руками. Но Валери сомневалась, что он когда-нибудь даст волю рукам. Требуя ее личного внимания, он всегда держался в рамках приличий.

Вероятно, думала Валери, дело вообще не в Финчере, а том, что последние несколько дней выдались беспокойными. То ей казалось, что за ней кто-то крадется, то почудилось, что кто-то проник в ее дом. Потом эта гнусная выходка с витриной… Валери раздвинула губы в дежурной улыбке и спросила:

— Так что вам показать, мистер Финчер?

— Мне нужно что-нибудь новенькое и соблазнительное для моей Николь.

Николь звали жену Финчера, если только он не врал и его жена вообще существовала в природе. Джулия подозревала, что он ее придумал, чтобы иметь благовидный предлог покупать женское белье, и в доказательство приводила то обстоятельство, что он не носит обручальное кольцо. А Валери возражала, что не все женатые мужчины носят кольца.

— Что-нибудь соблазнительное из одежды? — спросила Валери. — Или вы хотите купить для нее массажное масло с возбуждающим ароматом? Мы только что получили партию масел.

— Нет, мне что-нибудь из белья.

Как и следовало ожидать. Как обычно, Финчер заставил Валери выложить на прилавок буквально все предметы из новой коллекции и в придачу многое из старой и долго пытался решить, что подойдет для его Николь. Финчер уверял, что Николь такой же комплекции, как Валери, и у нее точь-в-точь такой цвет лица и такие же волосы. Он не раз говорил, что, если бы Валери согласилась примерить для него эти интимные предметы женского туалета, он бы точно знал, как они будут смотреться на Николь. Разумеется, Валери заходить так далеко не собиралась.

— Мы получили новую коллекцию. Расцветка а-ля леопард.

— Ночные рубашки?

— Не только, также нижнее белье.

— И трусы с разрезом?

Финчер облизнулся. Валери покраснела, хотя не первый день торговала соблазнительным бельем.

— И бюстгальтеры с отверстиями, подчеркивающими хорошенькие соски? — не унимался Финчер.

Он впервые выражался так откровенно. Валери всегда не очень-то нравилось обслуживать этого покупателя, но сегодня она чувствовала себя особенно неловко. Джулия же из последних сил сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

— Уверяю, у нас есть все, что бы вы ни пожелали, — сказала она, желая поскорее закончить разговор.

Он улыбнулся, сощурил масленые глазки и произнес таким тоном, что Валери чуть не стошнило:

— Что ж, тогда давайте посмотрим.

Финчер прошел в глубь магазина, где был выложен самый смелый товар. Переглянувшись с Джулией — помощница жестами дала понять, что готова вышвырнуть этого типа на улицу, — Валери последовала за покупателем. Тот уже щупал крошечные трусики леопардовой раскраски. В его глазах появился странный блеск.

— Вы не согласились бы примерить их для меня?

Валери покрылась гусиной кожей.

— Нет, конечно.

Такую вещицу она могла бы надеть ради одного-единственного мужчины — ради Дэна Роуэна. Финчер вздохнул.

— Вам бы следовало носить то, что вы продаете.

Валери похолодела. О том же самом писал в своем анонимном письме «почитатель». Неужели его написал Финчер? Не может быть! Когда Филлис высказала такое предложение, Валери не согласилась, но, возможно, подруга была права. Валери не могла дождаться, когда же Финчер уйдет, но он, по-видимому, вознамерился пощупать каждый бюстгальтер, каждое неглиже, каждые трусики.

— Но вы можете хотя бы приложить это к себе? — Он протянул Валери полупрозрачную ночную рубашку. — Я просто хочу представить, как она будет смотреться на моей Николь.

В надежде, что ей удастся поскорее избавиться от надоедливого покупателя, Валери выполнила просьбу. Но Финчер попросил ее приложить к себе следующий предмет туалета, потом еще один. Валери готова была уже забыть о своей выгоде и послать зануду к черту, когда он наконец угомонился. Терпение Валери было вознаграждено. Финчер накупил нижнего белья на полсотни фунтов, в то время как средний покупатель Джулии оставлял в магазине не больше десяти.

— Вы ничего не забыли? — осведомился Финчер, наблюдая, как Валери заворачивает его покупки.

— Забыла? Что?

— Презервативы. — Он показал на разноцветную выкладку на витрине. — Насколько я понимаю, к каждой купленной вещи вы выдаете один бесплатно, значит, мне полагается восемь штук.

— Да, конечно, выбирайте, какие вам нравятся.

— Выберите для меня.

Он хочет, чтобы она выбрала для него презервативы? Это уж слишком! Валери схватила с полки нераспечатанную коробку.

— Берите дюжину!

— Мне хватит их на одну-две ночи. — Финчер не сводил глаз с ее лица, как будто хотел увидеть реакцию Валери на его заявление. — До встречи через неделю.

— Всего хорошего.

Наконец дверь за Финчером закрылась.

— Кошмар! — воскликнула экспансивная Джулия. — У меня от этого типа мурашки по коже!

— Не такой уж он ужасный, — по привычке возразила Валери, хотя на этот раз готова была согласиться с помощницей.

— Ну да!

— Ладно, согласна, на этот раз он был особенно прилипчив.

— Если хочешь знать мое мнение, этот тип использует тебя как заменитель настоящего секса. Не удивлюсь, если, выходя из нашего магазина, он сворачивает в ближайшую подворотню и занимается онанизмом.

— Джулия!

Но Джулия все не могла успокоиться.

— Он извращенец! Может, пожаловаться на него Бобби? Он терпеть не может извращенцев!

— Не впутывай в это дело своего кузена!

Джулия погрозила начальнице пальцем.

— Ты сама усложняешь себе жизнь.

Ну да, подумала Валери, как будто я ее упрощу, если свяжусь с местной шпаной. Но продолжить спор им не дали: в магазин вошли еще двое покупателей и почтальон. Валери взяла пачку писем, отнесла ее в кабинет и вернулась в зал. Почта может подождать, а покупатели не могут.

День был немного поспокойнее предыдущего, но все же довольно напряженный. Часов до двух покупатели шли один за другим. В два Валери отпустила Джулию на ланч. За следующий час пришел только один покупатель, поэтому после ланча Валери со спокойной совестью оставила магазин на помощницу и скрылась в кабинете, чтобы разобрать почту и, возможно, позвонить Дэну.

Дэн не давал о себе знать целый день, и Валери успела по нему соскучится. Она, правда, твердила себе, что это никуда не годится, что не стоит слишком привязываться к мужчине — это не доведет до добра, но доводы здравого смысла звучали не убедительно. Валери не владела своими чувствами и ничего не могла с собой поделать. Чтобы не думать о Дэне, оставалось использовать последнее средство — уйти с головой в работу, так Валери и сделала — принялась сортировать корреспонденцию, доставленную сегодня почтальоном.

Каталоги, счета, реклама… конверт подозрительно знакомого вида. Ни почтового штемпеля, ни марки — как в прошлый раз. Осторожно, словно ядовитую змею, Валери взяла конверт. Рука дрожала. Может, на этот раз автор подписался? Есть только один способ это узнать. Она распечатала конверт и вынула сложенный вдвое листок.

«Дорогая Валери, ты любишь играть? Думаю, да. Какие игры ты предпочитаешь? Тебе нравится разыгрывать собственные фантазии с мужчинами? Или ты предпочитаешь настольные игры вроде тех, которые продаешь в своем магазине? Интересно, играешь ли ты, оставшись в одиночестве? А если да, думаешь ли ты в эти минуты о мужчине? Этим мужчиной могу быть для тебя я.

Почитатель».

Валери судорожно глотнула воздуху. Понятно, какие игры он имеет в виду. Но кто — он? Ей сразу вспомнился Стивен Финчер. После его сегодняшнего визита в магазин у Валери появились сомнения на его счет. И он ушел перед самым приходом почтальона… Возможно, он вручил письмо почтальону лично и подкупил, чтобы тот помалкивал? Или просто сунул письмо в сумку почтальона, когда тот заходил в магазин?

Впрочем, почтальон мог и вовсе оказаться ни при чем — письмо лежало в самом низу пачки, так что оно могло появиться на столе еще до того, как Валери, не глядя, бросила на него почту. Но, в таком случае, как оно туда попало? Как? А вот, к примеру, Джоди Форрест. Имея запасные ключи от всех сдаваемых в аренду помещений, он мог войти куда угодно.

Вечером Валери поделилась своими соображениями с друзьями.

— Может, заявить в полицию? — предложила Филлис.

— О чем? — возразил Майкл. — Это письмо от тайного поклонника, он же ей не угрожает.

— Говорю тебе, это Стивен Финчер. Валери, ты бы не впускала его в магазин.

— На каком основании? — осведомилась Валери. — Он не совершил ничего противозаконного, что дало бы мне повод его не впускать.

— И что теперь, ждать, пока случится что-нибудь страшное? — спросила Филлис.

На этот раз разговор с друзьями не успокоил Валери, напротив, она поняла, что ее нервы на пределе. Она даже пожалела, что вообще рассказала о письмах.

— Давайте сменим тему.

— Отлично, давай поговорим о твоей личной жизни. Выкладывай!

Из огня да в полымя, подумала Валери.

— Выкладывать нечего.

Майкл усмехнулся.

— Не может быть. Разве вчера вечером после работы ты не поехала куда-то со своим мотоциклистом?

— Ты видел?! Почему же мне не сказал?! — набросилась на него Филлис.

— Потому что ты выскочила бы из кафе и попыталась бы ее остановить. Да ладно, Филлис, давай начистоту: тебе нравится руководить всем и вся, разве нет?

— Я просто не хочу, чтобы Валери совершила большую ошибку…

— Эй, вы, — вклинилась в разговор друзей Валери, — на всякий случай, если вы не заметили, напоминаю: я еще здесь.

Филлис демонстративно отвернулась от Майкла и переключила все внимание на Валери.

— Я не шучу, по-моему, вся эта история с превращением Дэниела Роуэна в ночного супермена на мотоцикле дурно попахивает.

— Тебя послушать, так все дурно попахивает, — буркнул Майкл. — Ты вечно подозреваешь мужчин черт знает в чем. Валери, не слушай ее, дай парню шанс. У каждого есть что-то, о чем он не хочет рассказывать.

Валери знала, что у Майкла тоже есть тайны, о которых он не распространяется. Иногда он ни с того ни с сего исчезает на несколько дней, а потом появляется как ни в чем не бывало.

— Наверное, ты прав, — задумчиво сказала Валери.

— Не наверное, а точно! Тебе еще повезло, что Дэниел тебе открылся.

Филлис недовольно фыркнула, и спор бы, наверное, продолжился, но в это время к ним подошел Бен Хаксли.

— Можно к вам присоединиться?

Филлис молча отодвинула от стола свободный стул. Валери решила, что позже расспросит подругу о ее личной жизни. Между Филлис и Беном явно что-то происходит, а Филлис об этом ни гугу.

— А что насчет воскресенья, Филлис? — спросила Валери.

Филлис недоуменно заморгала.

— Что насчет воскресенья?

— Не притворяйся дурочкой. Ты не настолько стара, чтобы забывать о собственном дне рождения.

— Да, верно, до тридцатилетия мне еще целых два года, — согласилась Филлис. — В детстве я думала, что тридцать — это уже старость, дальше может быть только смерть. И вот мне исполняется двадцать восемь, а через год…

— Мы поняли, считать умеем, — перебил Майкл.

— Так что насчет воскресенья? — повторил Бен Хаксли вопрос Валери.

Валери решила ковать железо, пока горячо.

— Мы устраиваем у меня дома вечеринку для близких друзей по случаю дня рождения Филлис. Может, вы к нам присоединитесь?

— Для близких? Обязательно присоединюсь.

Определенно, между ними что-то происходит, решила Валери. Но это может подождать до воскресенья, а вот Робин ждать не может. Она встала.

— Мне пора.

— Пока вы не ушли, позвольте пригласить вас на открытие очередной выставки в моей галерее, — сказал Бен Хаксли. — Завтра вечером.

— Вы приглашаете меня? — удивилась Валери.

— Я пригласил бы вас еще вчера, но вы не пришли в кафе.

Валери посмотрела на друзей.

— Так вы идете?

— Я — под вопросом, — ответил Майкл, — а Филлис собирается.

— Тогда я, наверное, тоже загляну.

Хотя бы только для того, чтобы посмотреть, как Филлис общается с Беном.

— Отлично, я вас жду.

— До завтра.

Схватив бумажный стаканчик с недопитым кофе, Валери поспешила к выходу. Майкл бросил ей вслед:

— Смотри, не садись в машину к незнакомому мужчине!

— Или на мотоцикл оборотня! — добавила Филлис.

Валери в ответ только дернула плечом.

В этот вечер Дэн не нагнал ее по пути домой. Валери твердила себе, что нисколько не разочарована. Когда она открыла дверь, Робин уже ждал ее. Валери погладила кота по голове, подняла его на руки и чмокнула в розовый носик.

— Я знаю, что ты по мне скучал.

В ответ кот замурлыкал.

— Пойдем, сообразим нам обоим что-нибудь поесть.

Положив в кошачью миску еду, Валери пошла переодеваться. В это время зазвонил телефон. Поскольку Валери еще не ужинала, она решила, что звонок примет автоответчик.

— Я надеялся, что вы уже дома, — услышала Валери.

Она схватила трубку.

— Это вы.

— Кажется, вы запыхались?

— Я бежала от двери, — солгала Валери.

В действительности в том, что у нее сбилось дыхание, был виноват Дэн. Валери осознавала, что события развиваются слишком быстро, что она придает слишком большое значение звонку человека, которого почти не знает, но это не умаляло его власти над ней.

— Я соскучился, — сказал Дэн. — Я надеялся, что мы сегодня встретимся, но не получилось.

— Почему?

— Дела. Небольшая запарка в семейном юридическом бизнесе.

— А я думала, вы больше не работаете в семейной фирме.

— Вообще-то да, не работаю, но в Лондон приехал один из моих старых клиентов. Ему нужно было решить кое-какие вопросы с недвижимостью, и, чтобы доставить удовольствие родне, я согласился им заняться. — Выдержав короткую паузу, Дэниел спросил: — Валери, не могли бы вы помочь мне в одном деле?

— В каком деле?

— В субботу мне нужно присутствовать на деловом обеде с моими родственниками и с их важным клиентом. Мне было бы гораздо приятнее сидеть на этом обеде, если бы со мной были вы.

Дэниел приглашает ее на обед? Валери испытала разочарование. Она-то надеялась на свидание с Дэном…

— Не знаю, деловые обеды — развлечение не в моем вкусе, — честно призналась она.

— И не в моем, но вы, наверное, знаете, что такое просьба родственников. Отказаться невозможно.

Во всех семьях традиции разные. Родители Валери никогда не стали бы уговаривать ее сделать что-то, что ей не нравится, но, если бы попытались, она наверняка согласилась бы.

— Право, не знаю…

— Как мне вас уговорить?

— Пообещайте что-нибудь интересное.

— Как насчет завтрашнего вечера?

— Знаете галерею Хаксли через дорогу? Завтра день открытия выставки. Хозяин пригласил нас персонально.

— Нас? — Тон Дэна неуловимо изменился.

— Филлис, Майкла и меня, хотя я не уверена, что Майкл придет. А между Филлис и Беном Хаксли что-то завязывается, возможно, сейчас они находятся на стадии флирта, так что я хочу быть там для моральной поддержки.

— Значит, у вас пары нет? Тогда предлагаю сделку. Я иду с вами завтра на вернисаж, а вы соглашаетесь пойти со мной на обед.

При мысли о том, чтобы выйти с Дэном в свет, Валери охватило приятное волнение.

— Договорились. Как мне нужно одеться к обеду?

— Я пока не знаком досконально с ассортиментом вашего магазина, но кое-что интересное с тигровыми полосками заметил.

Представив, что он выбирает для нее нижнее белье, Валери ощутила, как участился ее пульс.

— Я имела в виду верхнюю одежду, — пробормотала она, чуть задыхаясь. — Платье или костюм?

— Я вижу вас в чем-то легком, летящем. Сверху можете надевать, что хотите, а что касается белья…

По его тону Валери поняла, что он шутит, к тому же он не закончил фразу, оставляя за ней право выбрать то, что ей хочется. Не удержавшись, она продолжила игру:

— Значит, вам нравится тигровая расцветка.

— Думаю, на вас мне понравилось бы все, что угодно. Кстати, что на вас сейчас надето?

— Джинсы и футболка.

Это была неправда: Валери не успела их надеть.

— А под ними?

— Практичное белье из хлопка, — снова солгала она.

— Не верю. Готов поспорить, что на вас шелковое.

— Ладно, вы правы.

— Какого цвета?

— Белое.

— Не может быть, — решительно возразил Дэн.

— Красное?

— Тоже вряд ли. Думаю, вы бы выбрали нечто менее броское.

— Ладно, вы угадали, на мне белье цвета персика.

— Как ваша кожа. Оно похоже на ощупь на кожу?

— Хм, понятия не имею.

— А вы дотроньтесь и скажите. Давайте, это же совсем не трудно, — прошептал Дэн. — Я всего лишь хочу узнать, такое ли оно мягкое и нежное, как ваша кожа.

И Валери подчинилась. Она быстро дотронулась до шелка и тут же отдернула руку, словно обожглась.

— Оно мягче. — Валери поймала себя на мысли, что с трудом выдерживает бесстрастный тон. — И прохладнее.

— Ммм, хотел бы я быть сейчас рядом и потрогать сам.

Валери едва не спросила, с чего он взял, что она ему позволила бы, но — не спросила, поняв, что позволила бы ему все, и Дэн знает это не хуже нее самой.

— Где бы вы… где бы вы хотели ко мне прикоснуться? — просила она осипшим голосом.

— Везде. Валери, сделайте это для меня, прикоснитесь к себе. Погладьте себя по животу и немного раздвиньте ноги. Прикоснитесь к себе там.

Валери бросило в жар, когда она поймала себя на том, что послушно, как сомнамбула, выполнила его просьбу. Боже, что с ней такое творится?!.

— Не могу, — пробормотала она.

— Полно, Валери, не расстраивайтесь, — примирительно сказал Дэн, — в конце концов, это всего лишь игра.

6

«Всего лишь игра»… Эти слова не давали Валери покою ночью, да и днем, конечно, когда она не была занята с очередным покупателем. Второе письмо от «почитателя» было как раз про игры, и какой из этого напрашивался вывод? В конце концов Валери пришла к заключению, что ее беспокоит сама идея игры. Она разлюбила игры и потеряла доверие к игрокам еще тогда, когда Брендон Чейз сыграл в жестокую игру с ее сердцем.

Но Дэн — не Брендон, ему можно доверять. Едва Валери подумала об этом, как почувствовала, что напряжение ее отпустило. Сколько бы времени ни прошло, ей трудно не сравнивать всех мужчин с Брендоном Чейзом. Возможно, ее рефлексы сильнее разума. Как Филлис и Майкл ни убеждали ее, что пора переступить через прошлое, Валери это не удавалось.

Она решила, что не станет давать в руки друзьям оружие против Дэна и не поделится с ними своими подозрениями. Тем более что она все равно не знает наверняка, Дэн ли писал те письма.

Филлис зашла за Валери, чтобы вместе идти на открытие выставки. Как обычно, она была одета стильно: в шелковые цвета фуксии брючки-капри с бахромой на лодыжках и в укороченный шелковый топ цвета семги, тоже отделанный по нижнему краю бахромой. На ногах у Филлис были босоножки из розовых и оранжевых полосок кожи на высоком, причудливой формы каблуке. Волосы Филлис уложила в замысловатую прическу, отдельные локоны, намеренно оставленные на свободе, подрагивали при каждом ее шаге. Рядом с подругой Валери почувствовала себя серой мышкой. Заперев входную дверь магазина, она поспешила в примерочную, надела платье и наложила легкий макияж.

— Я скоро буду готова, вот только решу, что делать с волосами.

— Ты в платье! — воскликнула Филлис.

Валери посмотрела на свое скромное серое платье с запахом и с расширяющейся книзу юбкой. Платье сохранилось в ее гардеробе со времен учебы в колледже, но, как она надеялась, смотрелось модно и сейчас — классика всегда в моде.

— И что?

— Ничего, просто я удивлена, оно не совсем в твоем стиле. Я не припомню, чтобы так тщательно одевалась с тех пор, как… Постой-ка, уж не пытаешься ли ты произвести впечатление на Дэниела?

— Конечно нет!

— Но он здесь будет?

— Только не Дэниел.

Валери посмотрела на себя в зеркало, раздумывая, не промахнулась ли она с выбором платья. Впрочем, выглядит она неплохо. Филлис встретилась с ней взглядом в зеркале.

— Значит, ты ждешь встречи с Дэном, я угадала?

— Угу. Он должен прийти… — она небрежно взглянула на часы, — минут через пятнадцать.

— Что-о? Ты назначила ему очередное свидание?

— Первое. Первое свидание.

Пикник в лесу — не в счет, подумала Валери.

— Не придирайся к словам.

Валери повернулась к подруге лицом и умоляюще воскликнула:

— Филлис, прежде чем ты скажешь о Дэне что-нибудь дурное, имей в виду, что он мне нравится! Вернее, не совсем так, нравится мне Дэниел, а Дэн… Дэн — он…

— Опасен? — подсказала Филлис.

Валери собиралась сказать совсем другое: «потрясающий, волнующий, сексуальный».

— Почему опасен? — удивилась она. — Потому что ездит на мотоцикле?

— Потому что играет с тобой в игры.

На Валери будто повеяло холодом. Но ведь Филлис не знала о втором письме и никоим образом не могла догадаться о ее сомнениях!

— Откуда ты можешь знать?

Но сама-то Валери знала. «Это всего лишь игра», — так сказал Дэн.

— Ладно, подожду с выводами до вечера, но я оставляю за собой право на собственное мнение.

— Благодарю покорно. А сейчас не будешь ли ты столь любезна сделать мне прическу?

— Тогда сядь и дай мне этим заняться.

Валери хотелось, чтобы ее прическа не походила на будничную, но не хотелось и менять облик радикально. Филлис умела творить с волосами чудеса, она уложила волосы Валери в асимметричную французскую косу, с другой стороны оставив несколько вьющихся локонов свободными. В качестве завершающего штриха она обернула косу серебристой лентой, которой Валери перевязывала подарочные упаковки, и вплела свободный конец ленты в распущенные волосы. Встретившись с подругой взглядом в зеркале, Валери улыбнулась.

— Мне нравится.

— Мне тоже, — произнес за их спинами мужской голос.

Валери с бешено бьющимся сердцем резко обернулась и увидела Дэна. Он стоял, прислонившись к дверному косяку. На нем были брюки свободного покроя, кожаные мокасины и голубая рубашка с открытым воротом. Все мысли и об играх, и об опасности враз вылетели из головы Валери, осталось одно лишь старое как мир вожделение.

Дэн одобрительно смотрел на Валери и на платье, которое, как он надеялся, она надела ради него.

— Какой сюрприз, Дэниел, — проронила Филлис с холодком.

Дэн устремил взгляд на нее.

— Валери вам не сказала, что я приду?

— Сказала, но я видела, как она заперла входную дверь, а вы тем не менее здесь.

— Я стучал, но здесь вам, по-видимому, не было слышно.

— И тогда вы просто воспользовались своим ключом?

— Не совсем так. На самом деле я вошел через черный ход, дверь была не заперта.

Валери насторожилась.

— Как не заперта? Я готова поклясться, что запирала ее!

— Наверное, ты была не в себе, — заметила Филлис. — В последние дни ты вообще сама не своя.

Перед тем, как пройти мимо Дэна, она вперила в него пристальный взгляд. Во всем ее облике сквозило неодобрение. Дэн не мог понять, чем он ей не угодил. Словно подслушав его мысли, Валери подошла ближе и шепотом пояснила:

— Филлис меня слишком опекает, но она смягчится, когда узнает вас получше.

А это еще как понимать? — растерялся Дэн. Филлис его знает, хотя и не так хорошо, как Валери. Как-никак, она уже несколько месяцев арендует помещение под кафе в его доме. Не может же она подозревать… Дэн приготовился к самому худшему, но Филлис больше с ним не заговаривала.

Когда они пришли в галерею, там собралось уже довольно много народу, хотя Дэн подозревал, что потенциальных покупателей здесь куда меньше, чем любителей бесплатной выпивки.

Филлис исчезла через несколько минут после прихода в галерею, но спустя примерно полчаса Дэн снова ее заметил: она разговаривала с Беном Хаксли. Владелец галереи посмотрел в их сторону. Филлис продолжала говорить, но Бен, казалось, потерял интерес к разговору, в его взгляде появилась необъяснимая враждебность. Дэн невольно задался вопросом, уж не говорит ли Филлис про него какие-нибудь гадости. Скрывая раздражение, он повернулся к стене, на которой были развешаны фотографии и картины маслом. Присмотревшись, Дэн с некоторым удивлением заметил:

— Оказывается, здесь попадаются неплохие работы.

Валери посмотрела на фотографии, принадлежащие, по-видимому, одному и тому же автору, на всех были запечатлены женщины в разных стадиях раздевания.

— А по-моему, гораздо дешевле просто купить журнал «Плейбой», там к тому же неплохие тексты.

Дэн немедленно увел Валери подальше от того, в чем она, по-видимому, усмотрела конкуренцию своему бизнесу. В телефонном разговоре с ней он допустил ошибку и теперь не хотел, чтобы ей приходили в голову неприятные мысли на его счет. Он подвел Валери к Филлис и Хаксли, но это тоже оказалось ошибкой.

— Вы собрали много народу, — сказала Валери.

— Да, и я очень доволен, — согласился Хаксли. — Хорошо бы, чтобы среди них оказалось побольше потенциальных покупателей.

— А вы, мистер домовладелец, не собираетесь приобрести для своего кабинета несколько произведений искусства? — поинтересовалась Филлис. — Ах, простите, совсем забыла, домовладелец не вы, а мистер Дэниел Роуэн.

Филлис почти не пыталась скрыть враждебность. Дэн не понимал причины столь откровенного недружелюбия. Разве что Майкл проболтался… Нет, не может быть. Филлис не из тех женщин, которые станут держать подобную информацию при себе, она обязательно пересказала бы все, что знает, Валери, и тогда между ними все было бы кончено.

Дэн обнял Валери за талию и ненавязчиво подтолкнул к выходу.

— Если вы не против, я хотел бы подышать свежим воздухом.

— Куда мы идем?

— Прогуляться.

— Но как же галерея… Филлис…

— Ей и без нас неплохо, — процедил сквозь зубы Дэн и резко остановился. — Но, если вы действительно хотите остаться, мы, конечно, останемся.

Валери оглянулась. Филлис все еще беседовала с Беном. Дэн заметил, что Хаксли снова смотрит в их сторону. Ему захотелось увести Валери как можно быстрее, пока она не передумала. Наконец Валери махнула рукой.

— Ладно, в конце концов, мы показались на открытии и пробыли положенное время. Пошли.

Выйдя из галереи, Дэн посмотрел через улицу на витрину магазина. Валери изменила экспозицию, теперь женщина-манекен снимала брюки, из-под них выглядывали оранжевые шелковые трусики. Дэн представил Валери в такой вещице, и его тело мгновенно отреагировало. Интересно, носит ли она такие? Возможно, сегодня он это узнает.

Они не спеша пошли по вечерней улице. Когда Дэн предложил зайти к нему, Валери согласилась почти без колебаний.

— Я и не знала, что вы живете так близко.

— Мне показалось разумным поселиться поблизости от моей коммерческой недвижимости, да и район мне нравится.

В конце квартала они свернули в переулок, застроенный во времена королевы Виктории. В одном из домов жил Дэн. В свете уличных фонарей Валери рассмотрела, что стены дома, первоначально выстроенного из коричневого кирпича, были украшены декоративной плиткой, стекла в окнах были заменены на современные, светоотражающие. Входя в вестибюль, Валери поинтересовалась:

— Вы сами ремонтировали здание?

Дэн покачал головой.

— Я купил дом в хорошем состоянии, кухни и ванные были модернизированы, в жилых комнатах настелен новый паркет. Я всего лишь внес в отделку кое-какие штрихи, чтобы придать дому индивидуальность.

Дэн открыл еще одну дверь, и они поднялись по лестнице, которая привела их в элегантную гостиную, выдержанную в бежевых и в кремовых тонах. Но разглядеть комнату как следует Валери не успела: Дэн повлек ее к еще одной лестнице, заканчивающейся дверью — как выяснилось чуть позже, на крышу. Валери оказалась сначала в некоем подобии беседки, густо увитой зеленью какого-то вьющегося растения с очень душистыми цветами, а затем на просторном балконе. Здесь повсюду стояли растения, но не в кадках, а в импровизированных вазонах из стальных бочек, ведер, под один цветок была приспособлена даже старинная чугунная раковина. Все эти ёмкости были выкрашены в самые невообразимые цвета. Проследив направление ее взгляда, Дэн пояснил:

— Терпеть не могу горшки, а эти посудины я подобрал в своих домах, когда их ремонтировали.

— Получилось очень оригинально, — одобрила Валери. Она заметила также легкие плетеные кресла, небольшой круглый столик и диван-качели на двоих. — Часто вы бываете на крыше?

— Реже, чем хотелось бы, в основном по вечерам. Иногда я здесь даже сплю.

Дэн жестом указал на гамак, который Валери не заметила. Обняв за плечи, Дэн развернул ее спиной к двери и подвел к стальным перилам ограждения. От открывшегося вида у Валери захватило дух.

— Какая красота!

Валери понимала, что прочные стальные перила не дадут ей упасть, но все равно поёжилась.

— Что-то не так? — спросил Дэн.

— Все в порядке, просто немного прохладно. — Это было ложью лишь отчасти.

— Ну, это я могу исправить.

Еще бы. Дэн обнял ее, но тепло его тела не растопило сомнения, которые в душу Валери заронила Филлис. Однако Валери не перекладывала всю вину на подругу, она и сама боролась с сомнениями со вчерашнего вечера.

Но Дэн стоял за ее спиной, обнимал ее, защищая от холода, и сомнения Валери стали отступать. Валери чуть запрокинула голову и положила ее на плечо Дэна. Он немедленно воспользовался выгодой, которую ему сулила эта поза: легко пробежал пальцами по нежной коже. Тепло его пальцев согрело не только ее шею, теплота разлилась по всему телу Валери. Она вздохнула.

— Хорошо.

— Это?

— Угу.

— А что еще?

— Вы.

— Я не напрашивался на комплименты, — прошептал Дэн ей в ухо, — я спрашивал, что еще было бы вам приятно.

Валери вспомнила телефонный разговор, во время которого он почти соблазнил ее, и также шепотом ответила:

— Все.

— Ну, это очень пространное определение, может, начнем с малого?

Валери рассмеялась. Думая, что поцелуй — это и есть начало, она попыталась повернуться в объятиях Дэна так, чтобы оказаться к нему лицом, но он держал ее крепко, и она осталась стоять лицом к перилам.

— Дэн, пустите.

— Не пущу. — Его голос стал хрипловатым. — Вы же этого не хотите.

— Откуда вы знаете, чего я хочу?

— А я умею читать ваши мысли, Валери Клейтон, я могу воплотить в жизнь ваши самые смелые фантазии.

У Валери резко участился пульс. Не доверяя своему голосу, она снова перешла на шепот:

— Если вы все знаете, зачем спрашивали, чего я хочу?

— Я пытался быть галантным, но, может, вам не нужна галантность? Может, вы предпочитаете быстроту и натиск?

На несколько мгновений Валери почувствовала себя неуютно, но потом успокоила себя мыслью, что Дэн, конечно, не попытается силой принудить ее к тому, чего она не захочет. Ведь это Дэн, напомнила она себе, тот самый мужчина, который дважды останавливался по первому моему слову.

— Итак, Валери, чего вы хотите? — спросил Дэн. — Этого? — Он провел руками по ее плечам и накрыл ладонями груди.

— Да, о да… — выдохнула Валери.

Она прижалась к нему спиной и почувствовала, что в ее ягодицы упирается нечто твердое.

— Скажи мне, скажи, чего ты хочешь.

— Мне нужно больше, — пролепетала Валери.

— Больше… чего? Больше того же самого? Или больше разнообразия.

— Да.

Он нежно сжал ее груди, и Валери показалось, что она сейчас потеряет сознание. Но он держал ее надежно, а ладони тем временем стали спускаться ниже. Неужели он снимет с нее платье — здесь, на открытом месте? Впрочем, сад на крыше — совсем не то же самое, что людная улица, и здесь темно, прохожие ничего не разглядят снизу, даже если задерут головы.

— Если хочешь, чтобы я остановился, скажи, — прошептал Дэн, касаясь губами ее уха.

Здравый смысл подсказывал Валери, что она должна его остановить, но у тела было на этот счет свое мнение. И она только замотала головой. Дэн развязал узел, и полы платья распахнулись. Прохладный ночной воздух коснулся сосков Валери — она не устояла перед искушением надеть бюстгальтер из новой коллекции, тот самый, где шелковая ткань прикрывала всю грудь, кроме самих сосков.

Для чего еще я надела такой бюстгальтер, как не для этого? — подумала Валери. И это было ее последней связной мыслью, потому что Дэн снова накрыл ладонями ее груди и нашел открытые соски. Валери почувствовала, как его возбужденная плоть еще более увеличивается в размерах, хотя, казалось, больше некуда. Ее соски превратились в твердые бусинки. В чувствительные бусинки. Когда Дэн принялся ритмично потирать каждый двумя пальцами, у Валери ослабели колени, но Дэн своим телом прижимал ее к перилам, не давая упасть.

— Что тебе нравится?

Дыхание Дэна щекотало кожу вокруг ее уха. Валери не ответила — просто не могла. Тогда он предположил сам:

— Тебе понравится, если я возьму тебя прямо здесь, над головами ничего не подозревающих прохожих?

«Возьму тебя»! Фу, как неромантично! Но эта мысль задержалась в голове Валери лишь на долю секунды — Дэн щелкнул по ее соскам подушечками пальцев, и Валери застонала от наслаждения.

— Так тебе нравится? — Дэн распластал одну руку по ее животу и стал медленно опускать ее ниже. — Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе там?

Внезапно Валери осознала, что ее бедра бесстыдно прижимаются к бедрам Дэна. Его пальцы медленно скользнули по ее трусикам и нашли прорезь в ткани. Едва прикоснувшись к ней, он простонал:

— Господи, да ты вся мокрая. Это для меня?

Валери смогла лишь кивнуть.

Дэн стал гладить пальцами чувствительную плоть, нашептывая Валери на ухо:

— Расслабься, откройся мне. Если ты будешь сопротивляться, то не ощутишь удовольствия во всей его полноте.

Валери не сопротивлялась, она лишь пыталась удержать ускользающий рассудок, старалась не упасть. Дэн погрузил палец глубже, и ей пришлось вцепиться в перила. Разве могла она остаться неподвижной? Разве могла устоять перед ритмом, который он задал, — медленным, легким, чувственным? Валери не могла бы остановить это безумие, даже если бы захотела. Никто и ничто прежде никогда не доводило ее до такого экстаза — только Дэн. Острота ощущений множилась, но пик наслаждения все ускользал. Валери изнемогала от желания, но не могла его достичь.

Дэн изменил ритм.

— Пожалуйста… — взмолилась она.

— Пожалуйста… что? — прошептал Дэн, целуя ее в шею.

Валери прикусила губу и застонала, мечтая прекратить сладкую пытку. Дэн тоже застонал и вдруг припал губами к ее шее и прикусил ее зубами.

— А-а-ах!

Легкий намек на боль подействовал на Валери, как спичка на бочку с порохом. Сексуальное напряжение, нараставшее в ней, взорвалось восхитительным фейерверком.

7

Дэн не отпускал Валери, но ему было нелегко ограничиться только объятиями. Несмотря на то что его тело настойчиво требовало удовлетворения, Дэн не собирался предпринимать ничего, чтобы облегчить свое положение. Сегодняшний вечер он решил посвятить только Валери, чтобы завоевать ее доверие.

— Все хорошо?

— Хорошо — это очень слабо сказано. — Она повернулась к нему лицом. — А как же ты?

— Отлично, — солгал он.

Когда Валери прижалась к его груди своей, Дэн всерьез испугался, что взорвется. Она посмотрела на него широко раскрытыми, полными удивления глазами, словно только сейчас поняла, что на свете существуют вещи получше, чем шоколадное мороженое. Дэн погладил ее по щеке, ответный трепет вызвал в нем прилив нежности. Какая же она невинная!

Околдованный непорочной прелестью Валери, Дэн не смог удержаться, чтобы не поцеловать ее снова. Она приоткрыла губы навстречу его языку, обняла за шею и обмякла, как податливый теплый воск. Казалось, в ее теле нет ни одной косточки. Пульс Дэна пустился вскачь — никогда еще ни одну женщину он не желал столь сильно.

Дэн думал, что дошел до предела и дальше уже некуда, но сейчас ситуация становилась уже болезненной, и дело было не только в его физическом состоянии, но и в понимании, что облегчения не предвидится. Во всяком случае сегодня. Сначала ему нужно добиться, чтобы Валери была так же заинтригована им, как он — ею. Чтобы прекратить мучения, он отстранил Валери от себя, убрал с ее лба прядь волос и стал поправлять на ней платье.

— Что ты делаешь? — прошептала она, все еще дыша учащенно.

— Насколько я понимаю, ты не хочешь, чтобы нас увидели.

— Но как же ты?.. Разве ты не хочешь… — Она покосилась на гамак и снова перевела недоуменный взгляд на Дэна. — Я имею в виду, ты же не…

Дэн невозмутимо завязал пояс ее платья.

— Не что?

Валери облизнула губы.

— Ты не… получил удовлетворения.

Дэн мягко усмехнулся.

— Кто сказал, что не получил?

Он подвел Валери решетке, увитой ползучими растениями, усадил на диван-качели и сел рядом, приобняв Валери за плечи, хотя и подозревал, что она не возражала бы против более решительных действий с его стороны.

— На самом деле я удовлетворен больше, чем тебе кажется.

— Ты уверен?

Дэн улыбнулся. Она хочет продолжения? Тем лучше. Некоторое время он подержит ее в подвешенном состоянии и сам будет наслаждаться каждым мгновением ожидания. Все-таки во многих отношениях Валери еще невинна, думал Дэн, более опытная женщина на ее месте не стала бы задавать вопросы, а просто соблазнила бы меня, и дело с концом. Но Валери, казалось, не знала, как это сделать. Это почему-то трогало Дэна и придавало еще большую ценность тому, что только что между ними произошло.

— Доверься мне, — прошептал Дэн и поцеловал ее в лоб.

Темное небо, усыпанное крупными звездами, аромат цветов, тепло рук Дэна — все это действовало на Валери умиротворяюще, и она ненадолго задремала, положив голову на плечо Дэна. Но едва она открыла глаза, как ощутила неловкость, и поэтому, когда Дэн предложил отвезти ее домой, Валери не стала возражать.

Они вышли на улицу, и Дэн быстро поймал такси, объяснив, что его машина в ремонте, а для поездки на мотоцикле наряд Валери не подходит. Валери было все равно, на чем ехать, она мечтала поскорее остаться одной и хорошенько подумать. Открыв перед Валери дверцу, Дэн помог ей сесть и, вручив таксисту деньги, назвал адрес.

— Спокойной ночи, Валери. — Он наклонился и целомудренно поцеловал ее в щеку.

— Спокойной ночи, — прошептала Валери.

— Куда мне завтра за тобой заехать: в магазин или домой? Надеюсь, ты не забыла, что завтра согласились пойти со мной на обед?

— Ах да, помню, заезжай домой.

— Тогда я заеду за тобой в восемь.

Не ты, а Дэниел, подумала Валери, это Дэниел заедет за мной, чтобы отвезти на какой-то скучный обед.

Такси тронулось. Валери оглянулась, но, к ее разочарованию, Дэн не смотрел вслед удаляющейся машине. Валери попыталась проанализировать то, что произошло на крыше. Пусть Дэн не овладел ею в традиционном понимании этого слова, что с того? Она испытала самый бурный оргазм в жизни. Конечно, сравнивать ей было почти не с чем, единственный мужчина, с кем Валери занималась сексом, был Брендон Чейз. Расставшись с ним, Валери стала относиться к сексу с опаской. Она, конечно, общалась с мужчинами и пыталась вести себя раскованно, но инстинкт самосохранения всегда оказывался сильнее сексуального влечения. Фантазия компенсировала ей нехватку реальной близости.

Но почему Дэн не захотел дойти до конца? Может быть, он играет с ней в какую-то игру? Вдруг Филлис права в своих опасениях насчет него? Валери решительно отмела сомнения, сказав себе: сегодня мы увлеклись, но Дэн старается не торопить события, в этом все дело.

Интересно, когда она снова встретится с Дэном? Может, пригласить его на вечеринку в честь для рождения Филлис? А вдруг Филлис не одобрит его присутствие? Валери надеялась, что, как только Филлис узнает Дэна поближе, ее настороженность пройдет, в расчете на это Валери и пригласила Дэна на вернисаж. Но, похоже, Филлис оказалась не чувствительной к обаянию Дэна. Но Валери рассудила, что, если она будет встречаться с Дэном и дальше, Филлис в конце концов обязательно проникнется к нему симпатией — или, по крайней мере, примирится с его существованием.

— Это ваш дом? — вывел Валери из задумчивости голос таксиста.

— Да, это мой дом.

— Жутковато тут, — заметил таксист таким тоном, что у Валери побежали мурашки по спине. — Я имею в виду, по соседству вроде бы никто не живет, а вы, наверное, живете одна — не страшно?

— Мы снимаем квартиру на двоих, — солгала Валери, открывая дверцу.

— Окна темные, похоже, вашей подружки нет. В последнее время в этом районе случалось всякое, особенно с хорошенькими девушками. Я уж на всякий случай подожду, пока вы не войдете в дом.

— Спасибо.

Таксист нагнал на Валери страху. Выйдя из машины, она осмотрелась внимательнее обычного. Возле угла дома она заметила какое-то движение — или ей снова показалось? Валери всмотрелась в темноту и вдруг поняла, что ей не мерещится, там действительно кто-то есть, причем кто-то крупный. Наверняка он явился сюда не со светским визитом. Может, по ее душу?

Тем временем крупная фигура стала быстро удаляться. Кто же это был? Действительно ли он поджидал ее или хотел справить нужду, потому что место показалось безлюдным?

Почему-то, наверное из-за размеров неизвестного, Валери вспомнился Джоди Форрест. Но с какой стати охраннику болтаться возле ее дома?

Робин, как обычно, ждал ее в прихожей. Пока Валери закрывала за собой дверь на замок и накидывала цепочку, он недовольно мяукал, возмущаясь, что его до сих пор не покормили. Валери, однако, не спешила пройти в кухню, а некоторое время постояла у двери, глядя в глазок. Кажется, ничего подозрительного. Валери вздохнула с облегчением и, открыв почтовый ящик, вынула все, что скопилось в нем за день.

Робин снова стал возмущаться, на этот раз громче.

— Ладно-ладно, не сердись.

Свалив почту на столик в прихожей, Валери повернулась, чтобы взять кота на руки, но в спешке задела конверты, и один, самый большой, спланировав, упал рядом с Робином. Кот зашипел и выгнул спину, вздыбив шерсть.

— Господи, какой же ты нервный!

Валери наклонилась, чтобы поднять с пола конверт. Робин не сводил глаз с конверта и поводил носом с таким видом, будто ему не нравится запах.

— В чем дело, дружище? Что тебе не нравится? От него пахнет крысами?

Валери нервно рассмеялась, вспомнив, что так и не позвонила дератизатору. Впрочем, с тех пор как Дэн заткнул дыру в стене, непрошеные гости больше не появлялись. Валери распечатала конверт — и похолодела. Глянцевые фотографии женщины в нижнем белье. Ее собственные фотографии! Внезапно задрожавшими руками Валери стала перебирать снимки. Кто-то сфотографировал ее вчера вечером во время телефонного разговора с Дэном! Она зажмурилась, надеясь, что у нее галлюцинации, что, когда откроет глаза, фотографии исчезнут, но они, конечно, не исчезли. Снимок, лежавший в пачке снизу, теперь оказался верхним, и Валери в оцепенении уставилась на собственное лицо и на ладонь, недвусмысленно лежащую между ног. К этой фотографии так и просилась подпись: «Валери Клейтон — распутница».

В субботу утром в кафе Валери рассказала о конверте друзьям.

Филлис передернула плечами от отвращения, а Майкл спросил:

— Что ты собираешься предпринять?

— Для начала повесить на окна занавески.

Вчера Валери была слишком ошеломлена, чтобы предпринять конкретные действия. Она выключила в доме все лампы и забралась в постель, прихватив с собой Робина. Но уснуть Валери удалось не скоро: она лежала в темноте и смотрела на окна, гадая, подглядывает ли за ней кто-нибудь и сейчас.

— Это называется запирать хлев после того, как корову украли, — фыркнула Филлис.

— Филлис, избавь меня от лекций, — возмутилась Валери, — лучше посоветуй что-нибудь дельное!

— Извини, дорогая, я просто разозлилась. Это несправедливо, ты не заслуживаешь, чтобы тебя преследовал какой-то маньяк.

— Маньяк? — У Валери внезапно потемнело в глазах.

— А как еще назвать психа, которые присылает тебе гнусные записочки, а потом околачивается возле твоего дома, чтобы снять не менее гнусные фотографии?

Валери не вдавалась в подробности и не уточнила, за каким занятием она была снята на последней фотографии, только сказала, что ее сняли в одном белье. Не стала она упоминать и о телефонном разговоре с Дэном — какие выводы сделала бы Филлис, Валери боялась даже подумать.

— Но ты же не знаешь наверняка, что и фотографии, и письма прислал один и тот же человек, — заметил Майкл, обращаясь к Филлис.

— Ой не надо! И то, и другое подбросили в почтовый ящик. Кстати, Валери, ты не сравнила почерк?

— Нечего сравнивать, конверт с фотографиями не подписан.

— Видишь? — Майкл с превосходством посмотрел на Филлис.

— Я только вижу, что ты уперся, как баран. Да вы оба хороши. Скажи, Валери, что ты собираешься делать помимо того, чтобы повесить на окна занавески?

Валери пожала плечами.

— А что я могу сделать?

— Например, сообщить в полицию.

— Ну, не знаю…

— Ты что, боишься навлечь неприятности на какого-то извращенца?! — вспылила Филлис.

— Я боюсь, что ко мне не отнесутся всерьез.

Валери не стала добавлять, что не хочет выставлять свою частную жизнь на всеобщее обозрение.

— Это еще почему?

— В письмах не содержится угроз, в фотографиях — тоже. Ты что, газет не читаешь? По-моему, все уже знают, что можно сколько угодно жаловаться в полицию на звонки и даже на преследования, но, пока не причинен реальный вред, состава преступления нет и полиция ничего не предпринимает. Я даже не могу утверждать наверняка, что меня кто-то преследует, а уж кто это может быть — понятия не имею.

Майкл, который до сих пор слушал спокойно, помрачнел и угрожающе пообещал:

— Валери, если тебя кто-то преследует, я этого так не оставлю, я покажу этому ублюдку…

— Что ты с ним сделаешь?

— Разберусь по-мужски.

Валери решила не вдаваться в подробности. Иногда ей приоткрывались темные стороны личности Майкла, и это ее немного пугало. Валери, конечно, и в голову не приходило, что Майкл может сделать ей что-то плохое, но он никогда не рассказывал о своем прошлом, а иногда исчезал на несколько дней. Для Валери жизнь Майкла до того дня, когда они познакомились, представляла собой сплошное белое — или темное? — пятно.

— Мне пора возвращаться в магазин, спасибо, что выслушали, — сказала Валери, вставая.

— Всегда пожалуйста, — проворчал Майкл. — Для чего еще нужны друзья?

Однако на этот раз разговор с друзьями нисколько не помог Валери. Ей доводилось читать в газетах про женщин, которых преследуют какие-то ненормальные, но у Валери в голове не укладывалось, что это случилось с ней. Чье воображение она взбудоражила — кроме воображения Дэна?

Филлис проводила Валери до дверей.

— Не хочешь сходить вечером в кино?

Валери принужденно улыбнулась.

— Что я слышу? Сегодня суббота, а ты свободна?

— Свободна как птица, — кисло подтвердила Филлис.

Интересно, куда девался Бен Хаксли, почему он не назначил Филлис свидание? Или она сама не захотела? Филлис, как и Валери, не искала связей на одну ночь, но и поддерживать с мужчинами, время от времени появляющимися в ее жизни, длительные отношения тоже не стремилась.

— Я с удовольствием пошла бы в кино, но сегодня вечером я обещала одному человеку пойти с ним на обед.

Филлис прищурилась.

— Опять Дэн. — Филлис поморщилась, словно от зубной боли. — Ох, Валери, не нравится мне все это. О чем ты только думаешь? Сначала вокруг тебя и твоего магазина происходят непонятные вещи, а ты отказываешься заявить в полицию. Теперь вот это…

Валери знала, что под «этим» подразумеваются свидания с Дэном.

— Ничего со мной не случится.

— Очень надеюсь. Мне бы не хотелось, чтобы тебя одурачил мужчина, которому ты совершенно не нужна. Снова.

— Филлис, ты мне не раз напоминала, что я уже большая девочка. Иногда нужно набраться смелости и пойти на риск. — Валери не стала говорить, что теперь, когда она наконец приоткрыла перед мужчиной дверь, она не собирается сразу же захлопывать ее перед его носом. — У меня, знаешь ли, есть определенные потребности.

— Ты с ним спишь?

— Не совсем. Пока нет.

Филлис только вздохнула. Валери обняла подругу на прощание и пошла прочь. Оставалось надеяться только, что Филлис остынет раньше, чем заразит своими сомнениями ее.

Джулия с трудом справлялась с наплывом покупателей. Валери с порога бросилась ей на выручку и на протяжении следующих трех часов ни разу не вспомнила о своих проблемах. Но, как только толпа в магазине поредела, ее мысли снова вернулись к таинственному преследователю.

— Джулия, управишься без меня до закрытия?

— Свидание? — Джулия понимающе подмигнула.

Валери с тоской представила обед в компании чопорных адвокатов и их напыщенного клиента и буркнула:

— Да, вроде того.

Джулия испытующе посмотрела на подругу и начальницу.

— Что-то не слышу в твоем голосе энтузиазма.

— Я просто устала.

По дороге домой Валери всерьез задумалась, не отказаться ли от обеда с Дэниелом. Но в этом случае ей пришлось бы провести вечер в одиночестве. Кроме того, не исключено, что, начав вечер с Дэниелом, она могла закончить его с Дэном. При одной мысли о ласках Дэна, о его руках и губах, Валери почувствовала прилив приятного тепла. А если она останется дома — кто знает, вдруг сегодня неизвестный соглядатай снова будет бродить под ее окнами? Валери поёжилась от отвращения.

Вернувшись домой, она первым делом накормила Робина, а затем занялась окнами. В одной из коробок нашлись купленные на распродаже портьеры, молоток и гвозди имелись, но карниза не было, и Валери пришлось импровизировать. Изрядно потрудившись, она в результате добилась чего хотела: через окна теперь при всем желании нельзя было заглянуть в дом с улицы и в то же время в комнату проникало достаточно света. Валери с удовлетворением взирала на плоды своих трудов: все окна ее гостиной были живописно задрапированы кремовой тканью с рисунком из золотых листьев. Новые занавески не только защищали ее от любопытных взглядов, но и придавали гостиной уют.

Валери посмотрела на часы, стрелки показывали начало восьмого. У нее как раз осталось время, чтобы подготовиться к свиданию, которое наверняка будет не веселее похорон.

Дэн был разочарован: Валери не надела платье, в котором была вчера. Он весь день представлял, как снимет его с нее и завершит то, что начал накануне.

Сегодня вечером, думал Дэн, она станет моей. Он представлял, как будет брать ее снова и снова, пока она не утратит способность связно мыслить. Таких, как Валери, Дэн еще не встречал, во всяком случае среди женщин, с которыми он обычно имел дело, такие не попадались. Обычно он вступал в связь с яркими, уверенными в себе красавицами. Но, как правило, яркими и привлекательными они были только внешне, а внутри — просто пустышки.

Если разобраться, Валери привлекла его внимание витриной своего магазина. Говорят, глаза — зеркало души, в случае с Валери не глаза, а витрина рассказала Дэну все, что он хотел знать об ее хозяйке.

Но, к его немалому разочарованию, к обеду Валери надела консервативный брючный костюм темно-синего цвета и шелковую водолазку. Но дело был не только в одежде. Сдержанная, даже отчужденная, Валери совсем не походила на ту страстную женщину, что таяла в его объятиях вчера ночью. В довершение всего, в машине она нарочно села как можно дальше от Дэна.

— В каком ресторане мы обедаем?

— Не в ресторане, обед состоится в доме моего отца, вернее теперь это дом его и его новой жены Селии.

— Вот как.

Похоже, Валери не в восторге, отметил Дэн, но он не удивился: женщине, которая с удовольствием прокатилась на мотоцикле до ночного леса, где он устроил пикник, поездка в «бентли» и чинный обед в семейном особняке вполне могли показаться скучными.

— Не волнуйся, они не кусаются.

Валери безразлично улыбнулась.

— Я в этом не сомневаюсь.

Дэн не мог понять, куда девалась его Валери, он знал только, что женщина, сидящая рядом с ним в машине, — жалкое подобие той, которой он восхищался.

— Сегодня ничего не случилось? На магазин больше не нападали?

— В магазине все в порядке.

Но с ней самой явно было не все в порядке. Как Дэн ни пытался, он не сумел разговорить Валери. Он, правда, догадывался, что может ее беспокоить, но не мог затронуть эту тему, иначе Валери все поняла бы. Когда они вошли в роскошный особняк его отца и, пройдя через огромный холл, оказались в гостиной, недавно заново отделанной по распоряжению Селии, Валери еще больше замкнулась в себе.

— Дэниел, милый, это ты! — Мачеха поцеловала воздух рядом со щекой Дэна. — Познакомь нас со своей подругой.

— Валери Клейтон, Селия Роуэн. А это мой отец Говард. — Дэн указал на пару, сидевшую на диване. — Тони Корелли и его очаровательная подруга… — Дэн мысленно чертыхнулся: он забыл имя подружки Корелли.

— Лулу, — пропищала фигуристая блондинка.

Валери изобразила вежливую улыбку и произнесла все, что полагается в таких случаях, но почему-то почувствовала себя не в своей тарелке. Отец Дэна откупорил бутылку «Пино нуар» и спросил:

— А вы чем занимаетесь, Валери?

— У меня свой бизнес.

— Валери арендует в одном из моих зданий первый этаж, — счел нужным пояснить Дэн.

— Наверное, вы держите маленькую кофейню? — предположила Селия.

— Нет, магазин женского нижнего белья «Будуар».

— Вот как.

Тон Селии неуловимо изменился — настолько неуловимо, что Дэн сомневался, что кто-то, кроме него и его отца, уловил ее неодобрение. Зато Лулу оживилась:

— Мой Тони обожает сексуальное белье, я тоже!

— Есть что-нибудь новенькое? — спросил Корелли. Его толстые пальцы были унизаны золотыми перстнями. — Моя Лулу классно смотрится в любой тряпке… или совсем без ничего.

Он от души расхохотался, Лулу тоже захихикала, Говард улыбнулся, а Селия словно окаменела. В эту минуту Валери с радостью оказалась бы на другом конце света. Она, конечно, старалась не выдать своих эмоций, но Дэн почувствовал, что она страдает.

Валери страдала за обедом, страдала следующие полчаса после обеда, пока продолжался бессодержательный разговор с одним из богатейших клиентов адвокатской фирмы Роуэна и его глуповатой, хотя и милой подружкой.

Именно из-за Корелли Дэн и оказался в этот вечер в доме отца: будучи не таким чопорным, как остальные члены семейства, Дэн умел расположить к себе практически любого клиента. Дэн в отличие от своего консервативного отца не испытывал неловкости, общаясь с клиентом, сколотившим состояние на не вполне законных операциях. Но сегодня Дэна волновал не столько исход сделки, сколько реальная опасность потерять Валери. Поэтому, как только представилась возможность, он поспешил попрощаться и увезти Валери из дома отца.

Выезжая на шоссе, Дэн заметил:

— Извини за не самый приятный вечер.

— Необычный клиент, — отозвалась Валери.

— У Корелли репутация бизнесмена, занимающегося не вполне благовидными делами, но наша фирма решает для него только вопросы недвижимости. Селия его не одобряет, вот почему вызвали меня. Я служил буфером между Корелли и Селией.

— Я почувствовала, что Корелли и его подружка твоей мачехе не понравились, хотя она старалась это скрыть. — Помолчав, Валери добавила: — Кстати, меня она тоже не одобрила.

— Я не нуждаюсь в ее одобрении, тем более когда дело касается женщин, с которыми я встречаюсь. Селия недурна собой и может быть обаятельной, но она сноб. Слава Богу, я не обязан жить с ней под одной крышей.

Валери промолчала, и Дэн приуныл. Видно, сегодня ночью ему не суждено обнимать Валери и заниматься с ней любовью. Его планы на остаток вечера и ночь рухнули, и Дэн не представлял, как спасти положение.

8

Дэн долго молчал и только на въезде в Лондон спросил:

— Так что сегодня стряслось?

Валери вздрогнула. Она думала о Корелли, о возможных связях Дэна с преступным миром, и каким-то образом от этой темы ее мысли перешли к фотографиям и к тому, что ей скоро снова оставаться одной. Может, Дэниел читает ее мысли?

— Почему ты решил, что что-то стряслось?

— Валери, я же не слепой и не дурак, — недовольно пробурчал он. — Я чувствую, что что-то не ладно. Что?

Валери вздохнула, понимая, что должна ему рассказать. Во-первых, она перед ним в долгу: когда она позвонила и попросила о помощи, он тут же примчался ее спасать. А во-вторых, он имеет некоторое отношение к моменту, запечатленному неизвестным фотографом.

— Кто-то подбросил мне фотографии. Они были в большом конверте, я нашла его среди почты, но на нем нет даже адреса.

— Конверт подбросили в магазин?

— Домой.

— И чем же тебя так расстроили эти фотографии?

Валери ответила не сразу, недоумевая, почему голос Дэна вдруг стал напряженным.

— На них снята я. В нижнем белье. — Боясь, что ей не хватит смелости, она выпалила на одном дыхании: — Кто-то сфотографировал меня в тот момент, когда я говорила с тобой по телефону, и фотографии получились… как бы это выразиться… немного нескромные.

Не самое подходящее слово, но другого она не смогла подобрать. Валери заметила, что пальцы Дэниела, лежавшие на руле, побелели от напряжения, но, судя по голосу, он не был особенно потрясен.

— Я говорил, что тебе нужно установить охранную систему.

— Что мне нужно, так это занавески на окнах, и теперь они у меня есть!

Валери сожалела о своей резкости: Дэн пекся о ее же безопасности, но ее раздражало, что все, сначала родители, потом Филлис, теперь Дэн пытались указывать ей, что и как делать, словно у нее не было своей головы на плечах. Будучи единственным ребенком в семье, Валери всегда была окружена чрезмерной опекой. Уехав от родителей, она рассчитывала наконец почувствовать себя взрослым человеком, но это оказалось нелегко, потому что окружающие продолжали ее опекать. Нет, она не хотела, чтобы все оставили ее в покое или даже бросили, она просто ждала поддержки, а не поучений.

— Значит, ты не знаешь, как конверт попал в твой почтовый ящик?

— Когда я выходила из такси, по-моему, я видела какого-то человека. Мне показалось, что это был Джоди Форрест.

— Форрест? Ты уверена?

— Не совсем, — призналась Валери. — Было темно, а он был далеко, но ростом и фигурой он смахивал на твоего охранника. — Валери недолго поколебалась, раздумывая, стоит ли рассказывать остальное, и решила, что стоит. — Позавчера он меня испугал, и мне показалось, что ему это даже понравилось.

— Придется с ним поговорить, — сказал Дэниел все тем же деревянным голосом и снова погрузился в задумчивое молчание.

Валери заметно полегчало уже оттого, что она перестала носить переживания в себе и высказалась. Она отвернулась к окну и стала думать, как себя вести, когда они приедут. Дэн наверняка рассчитывает продолжить начатое вчера вечером и довести дело до логического конца.

Когда Дэн затормозил возле дома Валери, она выскочила из машины, не дожидаясь, пока он выйдет и откроет перед ней дверцу.

— Я очень устала, день был очень длинный и трудный, — пробормотала Валери, пятясь к дому. — Было очень много клиентов, потом я еще возилась с занавесками на окнах.

— По-моему, ты взвинчена, может быть, бокал вина поможет тебе расслабиться?

— Никакого вина!

Она продолжала пятиться к двери, но Дэниел очень быстро нагнал ее. Чувствуя, что он собирается ее поцеловать, Валери пролепетала:

— Уже поздно.

— Слишком поздно для прощального поцелуя?

Валери облизнула губы. Перед ней стояла сложная задача: избавиться от Дэна, но при этом не задеть его чувства.

— Ну, если это только поцелуй…

Он подошел к ней вплотную.

— Ты уверена, что хочешь только этого?

— Абсолютно.

Дэн вложил в поцелуй все свое мастерство обольстителя, но Валери не сделала попытки продолжить игру. Она уперлась ладонями в его грудь и снова сделала шаг назад.

— У меня такое ощущение, что вчера вечером я чем-то тебя обидел.

— Я ни на что не обиделась. Просто эти фотографии выбили меня из колеи.

— Может, мне зайти в дом и взглянуть на них?

Дэн увидит фотографию, на которой она ласкает себя? От этой мысли сердце Валери сбилось с ритма.

— Нет, не стоит, я правда устала. Может быть, в другой раз.

Он посмотрел ей в глаза. Внезапно мужчина, нависающий над Валери, показался ей незнакомцем. Валери неуверенно попятилась и продолжала пятиться до тех пор, пока не уперлась спиной в дверь. Дэниел снова подошел ближе и положил руки на дверной косяк по обе стороны от Валери.

— Ты от меня не убежишь. Рано или поздно ты смиришься с тем, что ты от меня хочешь, поймешь, что я могу тебе дать…

Сердце Валери забилось так громко, что ей казалось, его стук слышен на милю вокруг.

— А тебе не кажется, что это несколько самонадеянное заявление?

Дэн небрежно пожал плечами.

— Я всего лишь констатирую факты.

А факт состоял в том, что он стоял слишком близко. По спине Валери пробежал неприятный холодок, она испытала какое-то странное ощущение, одновременно и пугающее и возбуждающее. Но еще до того, как она успела решить, что делать, Дэн сделал шаг назад.

— Спокойной ночи, Валери.

— Спокойной ночи.

Заметив, что у нее дрожат руки, она сцепила их вместе и только потом вспомнила, что еще не отперла дверь. Пока Валери возилась с замком, Дэниел наблюдал за ней, но не предпринимал попыток помочь. Уехал он только тогда, когда Валери вошла в дом.

Валери поделилась своей растерянностью с Робином, но от него было мало проку, он только перекатывался на спину и подставлял живот, чтобы хозяйка его почесала. Что ж, по крайней мере, у меня хорошие отношения с котом, с иронией подумала Валери. Дэн же как-то сказал в шутку, что Робин заменяет мне мужчину.

Телефонный звонок испугал обоих. Кот вскочил и выгнул спину, у Валери участился пульс. Вопреки здравому смыслу она надеялась, что звонит Дэн. Она глубоко вздохнула и сняла трубку.

— Алло?

Тишина. Но Валери чувствовала, что соединение произошло и на другом конце провода кто-то есть.

— Я слушаю! — сказала она, теряя терпение.

В ответ из трубки послышалось тяжелое дыхание. Валери похолодела.

— Насколько я понимаю, вы не собираетесь разговаривать, так что я вешаю трубку! — Помолчав, она возмущенно закончила: — И не смейте мне больше звонить!

Прежде чем повесить трубку, Валери мешкала всего секунду, и звонивший успел прошептать:

— Ты от меня не скроешься.

Грубый мужской голос был ей незнаком, или, по крайней мере, она его не узнала. Бросив трубку, Валери еще несколько мгновений испуганно смотрела на телефон, от бешеного сердцебиения у нее шумело в ушах. Телефон снова зазвонил. Но Валери не собиралась участвовать в чужой игре и подняла трубку только затем, чтобы снова швырнуть ее на рычаг. А когда телефон зазвонил в третий раз, она его просто отключила.

О спокойном сне теперь не могло быть и речи. Чтобы как-то отвлечься от личных проблем, Валери стала думать о работе, о магазине, о витрине… Витрина! Она забыла обновить экспозицию! Ей так не терпелось поскорее вернуться домой, чтобы повесить шторы, что она забыла о витрине.

«Ты от меня не скроешься».

Вспомнив произнесенные свистящим шепотом слова, Валери решила, что звонил тот же человек, кто прислал фотографии. Но что толку от этого вывода? Она заставила себя вернуться мыслями к «Будуару». Покупатели рассчитывают увидеть на витрине нечто новое, и она не может обмануть их ожидания. Варианта всего два: или поехать в магазин и изменить экспозицию прямо сейчас, ночью, или сделать это утром, но тогда придется встать с рассветом, чтобы успеть до самых первых прохожих, которые пойдут мимо ее магазина на работу. Учитывая, что время перевалило за полночь, а сна у нее ни в одном глазу, возможно, ей вообще не удастся заснуть до рассвета. Тогда разумнее отправиться в магазин и покончить с этим делом.

Приняв решение, Валери решительно подошла к телефону, сняла трубку и вызвала такси. Пока машина ехала, Валери успела переодеться в джинсы и футболку. Четверть часа спустя она была уже в магазине. Валери не стала включать в зале свет: по какой-то необъяснимой причине в темноте она чувствовала себя в безопасности, а для работы ей вполне хватало маленькой лампочки в витрине.

«Ты от меня не скроешься».

Валери посмотрела через стекло на пустынную в ночной час улицу. Немного успокоившись, она бросила кубик. Судьбе было угодно, чтобы с мужского манекена исчезли трусы. Валери принялась за дело. Обычно она рассматривала оформление витрины как часть работы, не больше, но почему-то сегодня ей вдруг представилось, что на месте манекена сидит Дэн. Интересно, какое белье он носит: «боксеры» или плавки? Или вообще никакого? Дальше — больше: Валери представила, что раздевает не безжизненный манекен, а живого мужчину, Дэна.

Она представила, как проделывает с ним то же, что с манекеном, и больше — прикасается к нему, доводит его до такого же исступления, как он ее вчера ночью. Впрочем, Дэн наверняка в какой-то момент перехватил бы инициативу, ведь это Дэн. Он всегда должен контролировать ситуацию сам. А она не может перед ним устоять, не способна отказать ему ни в чем. Представив, как позволяет ему сделать с ней все, что он хочет, где хочет и когда хочет, Валери почувствовала головокружение.

Валери немного изменила позу манекена и бросила «боксеры» на его бедро так, чтобы прикрыть интимное место. Это, конечно, только раздразнит воображение зрителей, но что ей остается делать? Не может же она выставить в витрине обнаженного мужчину!

«Это всего лишь игра», — отчетливо прозвучали в ее голове слова Дэна. И то же время Валери краем глаза заметила на тротуаре у самой витрины какое-то движение. Валери оглянулась. У самого стекла темнел силуэт мужчины. Валери, все еще стоявшая на коленях, села на ягодицы и отпрянула от окна, на несколько мгновений ее охватила паника, но затем она узнала знакомую фигуру в черной коже. Но и после этого ей было трудно расслабиться, особенно когда ее глаза привыкли к темноте и она рассмотрела на чувственных губах Дэна понимающую ухмылку.

Валери не знала, что и думать, но встала и, двигаясь, как робот, пошла открывать дверь. Можно подумать, он околдовал ее своими чарами и лишил воли… Она отперла входную дверь и впустила Дэна внутрь.

— Что ты здесь делаешь?

— Я за тебя волновался. Я позвонил, но…

Пульс Валери резко участился.

— Ты звонил?

— Два раза. Сначала ты сразу же бросила трубку, а потом вообще не ответила.

Значит, это не он дышал в трубку и шептал так страшно? Может, спросить напрямик и проследить за его реакцией?

— Я испугался, что с тобой что-то случилось… — продолжал Дэн. — Что я еще мог подумать после того, как ты рассказала про эти фотографии? Я сел на мотоцикл и помчался к тебе, но, когда я подъезжал к дому, ты как раз села в такси и уехала.

— И ты поехал за мной? Выходит, ты за мной следил?

Дэн пожал плечами, словно не видел в своем поступке ничего особенного, но у Валери было на этот счет другое мнение.

— И ты стоял на улице и наблюдал за мной? Как долго?

— Достаточно долго. Ммм… у тебя было такое выражение лица… — Дэн понизил голос до шепота, от которого у Валери перехватило дыхание. — Я бы все отдал, чтобы в те мгновения ты думала обо мне.

Валери, конечно, не собиралась признаваться, что именно о нем и думала.

— Я вспомнила, что не обновила витрину, — будничным тоном сказала она.

— И отправилась в магазин среди ночи?

— Ну, во-первых, когда я выходила из дома, было только начало первого, — возразила Валери, — а во-вторых, я взяла такси, благополучно доехала и мне ничто не угрожает.

— Ты уверена?

Странный вопрос, подумала Валери, как будто я даже сейчас, в своем магазине, должна чего-то опасаться. Или кого-то. Уж не его ли? У нее пересохло во рту. Что Дэн имеет в виду? Может, он в завуалированной форме ее предостерегает? По ее спине пробежали мурашки. От чего — от страха или от желания?

Дэн шагнул к Валери.

— Вообще-то я собиралась уходить, — пробормотала она.

— Так собирайся.

Валери похлопала себя по карманам.

— Уже собралась. Ключи и бумажник, все мое ношу с собой.

Дэн протянул руку, коснулся шеи Валери и приподнял ее волосы.

— Зачем ты рискуешь? — мягко спросил он.

— Если не рисковать, жизнь становится пресной. Если меня завернуть в кокон, я задохнусь.

С этими словами Валери открыла дверь и пропустила Дэна вперед. Места было достаточно, но он, проходя, задел Валери плечом и бедром. От этого скользящего прикосновения все тело Валери словно охватило пламя. Несмотря на сомнения — а они у нее появились, — она желала Дэна.

Валери заперла дверь и сделала несколько вдохов и выдохов, пытаясь взять под контроль разбушевавшиеся гормоны, но, когда Дэн стоял так близко, что она ощущала тепло его тела, сделать это было непросто, почти невозможно.

— Это родители пеленали тебя в кокон? — спросил Дэн. — И тебе казалось, что их забота тебя душит?

Валери чуть не выронила ключи.

— Давай оставим моих родителей в покое.

Ничто не могло так эффективно погасить сексуальное возбуждение, как разговоры о родственниках, которые определенно не одобрили бы ее поведение в последнее время, включая отношения с Дэном.

— Гм, интересно.

Дэн стоял у Валери на пути, и она не могла бы пройти мимо, не задев его. А Дэн и не собирался давать ей дорогу: он нависал над ней и с высоты своего роста смотрел как хищник на добычу.

— Как ты собираешься добраться до дома? — спросил он.

— Так же, как добралась сюда.

— Может, мне удастся соблазнить тебя на поездку на мотоцикле?

У Валери мелькнула мысль, что он мог бы соблазнить ее на все, что угодно, или почти на все. Она огляделась.

— А где же мотоцикл?

— За углом, в переулке. — Дэн взял ее под руку и повел к углу здания. — Так на чем мы остановились? Ах да, на риске. Опасность тебя заводит?

Валери больше ни в чем не была уверена, но на всякий случай возразила:

— Я этого не говорила.

— Тебе не обязательно было говорить. А что ты скажешь, если я предложу тебе прямо сейчас сделать что-нибудь рискованное?

Валери встала как вкопанная.

— Сейчас? Насколько рискованное?

— Скажи сама.

— Я? Но это же была твоя идея.

— Значит, я должен предложить что-нибудь рискованное.

Дэн подтолкнул ее вперед. Чувствуя, как подгибаются ноги, Валери осторожно уточнила:

— Риск должен быть в пределах разумного.

— Конечно.

— И никто не должен пострадать.

— Значит, опасность тебя не возбуждает?

Опасность? У Валери пересохло в горле.

— Если в результате кто-то пострадает — нет, — с трудом ответила она.

— Но если опасность не реальная, а скорее воображаемая? Если речь идет не об угрозе жизни или здоровью, а, например, о риске быть обнаруженными? Такой риск тебя заводит?

У Валери неприятно засосало под ложечкой.

— Нельзя ли поконкретнее?

Возможно, ей стоило остановиться и никуда с Дэном не идти, но беда в том, что она все больше втягивалась в предлагаемую им игру.

— Поговори со мной, — предложил Дэн.

Валери облизнула губы. Он все время пытается вызвать ее на разговор, открыть ей свои фантазии, пытается проникнуть в ее душу.

— Ну же, Валери, что, по-твоему, может быть рискованно, но без реальной опасности? Что тебя возбуждает?

— Прошлая ночь, — призналась Валери.

— Но слегка разогреться на крыше не так уж опасно, правда?

— Достаточно опасно. — Даже при одном воспоминании об этом Валери начала, как выразился Дэн, разогреваться. — Нас могли увидеть, это тот самый риск быть обнаруженными, о котором ты говорил.

— Но ты меня не остановила. Почему?

— Потому что была слишком возбуждена.

Дэн за руку притянул ее к себе и пристально всмотрелся в глаза.

— Как сейчас?

Каждая клеточка в теле Валери зазвенела от возбуждения.

— Да, — прошептала она.

— И что же ты по этому поводу предпримешь?

Они наконец дошли до мотоцикла. Валери хотелось, чтобы Дэн снова к ней прикасался, как прошлой ночью, подарил бы ей головокружительный оргазм. В то же время ей хотелось дать то же самое ему. Однако она все еще колебалась.

— Ну же, Валери, я тебя вызываю.

Перед вызовом она никогда не могла устоять. Судорожно сглотнув, Валери толкнула Дэна на мотоцикл. Конечно, час поздний, но вдруг кому-нибудь вздумается прогуляться по ночным улицам?..

— Что ты хочешь со мной сделать? — прервал ее раздумья Дэн.

— А вот что.

Валери притянула его голову к себе, чтобы дотянуться губами до губ. Удивляясь собственной смелости, Валери углубила поцелуй, но затем прервала его, чтобы сделать то, о чем давно мечтала: провести кончиком языка по продолговатой ямочке на его подбородке.

— Соленая.

Одобрительно прошептав это, Валери снова припала к его губам. Дэн оперся на «харлей» и предоставил Валери свободу действий. Она просунула руку между их телами и расстегнула его кожаные доспехи, сначала куртку, затем брюки. Был один миг, когда Валери показалось, что ее сердце останавливается. Она отпрянула, втянула воздух и прерывисто выдохнула. После этого Валери снова припала к губам Дэна, а ее дрожащая рука тем временем сделала открытие, что Дэн не носит белья. Прикоснувшись к его обнаженной плоти, Валери тихонько ахнула.

— Давай, Валери, возьми меня, — прошептал Дэн, освободив свой рот из плена ее губ. — Иди до конца.

Валери пока не знала, насколько далеко готова зайти, но не видела причин останавливаться. Сейчас у нее не было ни малейшего желания рассуждать, правильно ли она поступает, хороший ли парень Дэн или плохой, в безопасности она или нет, она знала только, что хочет довести его до неистовства, как он ее вчера.

Она опустилась на колени, и ее лицо оказалось на одном уровне с «молнией» его брюк. Когда Валери начала свои ласки, Дэн погрузил руки в ее волосы и сжал пальцы так крепко, что ощущения, которые Валери испытывала, находились где-то на границе между наслаждением и болью. Она больше ничего не замечала вокруг, полностью отдавшись во власть ощущений. Оргазм Дэна потряс Валери почти так же сильно, как ее собственный вчера вечером.

Едва отдышавшись, Дэн потянул Валери вверх, поднял на ноги и поцеловал глубоко и страстно. Отстранившись, он крепко прижал ее к себе одной рукой и уткнулся лицом в ее шею, а другой нежно гладил ее по голове. Его дыхание постепенно успокаивалось.

Валери же, напротив, дышала учащенно и чувствовала нарастающее беспокойство. Не потому, что была возбуждена, Дэн сейчас не пытался ее соблазнить, но он нежно обнимал ее, словно она что-то для него значила. У нее защипало в глазах, но она крепко зажмурилась, чтобы непрошеная влага не пролилась по щекам. Дэн — защитник… до чего же приятное ощущение. Какое-то время Валери не двигалась, упиваясь новыми и неожиданными ощущениями.

Однако, даже искушая судьбу, нужно знать меру.

Сейчас, когда все закончилось, Валери как никогда остро осознала, что они стоят на улице, и ей не терпелось уйти, скрыться, пока их кто-нибудь не застал.

Когда они уже отъезжали, Валери оглянулась и заметила в темноте чью-то крупную фигуру. Снова Джоди Форрест?

9

— Не знаю, что на меня нашло, — призналась Валери Майклу. — Сама себя не узнаю, я никогда еще не делала ничего подобного.

Рано утром Валери застала Майкла в его студии. Студия эта располагалась над магазином «Будуар» и занимала значительную часть второго этажа. Здесь же Майкл и жил, хотя на жилье его обиталище мало походило. Помимо профессиональных видеокамер у Майкла имелись оборудование для видеомонтажа и небольшая студия звукозаписи. Собственно квартира занимала меньше половины всего пространства, большая часть его была заставлена стеллажами с разнообразной электроникой.

Насколько Валери могла судить, у Майкла было туго с деньгами, гораздо хуже, чем у нее или у Филлис, поэтому он экономил на мебели и спал на старой металлической кровати, притулившейся в углу. Похоже, его самого такое положение дел устраивало, поскольку он в свободное время обычно торчал в кафе Филлис, а таких слов, как «приготовление еды», в его лексиконе вообще не было.

А еще он регулярно куда-то исчезал. Валери не удивилась бы, если бы оказалось, что Майкл состоит в тайной связи с кем-то, о ком не хочет рассказывать. Как она не хочет распространяться о Дэне. Но сейчас ей было очень нужно поговорить с кем-то о том, что происходит, нужно было найти какой-то смысл в собственных поступках. Валери изложила Майклу тщательно отредактированную версию ночного свидания с Дэном. К счастью, он не стал вдаваться в подробности.

— По-моему, все очень просто, — выслушав Валери, вынес вердикт Майкл, — этот мужчина тебя возбуждает и ты его хочешь.

— Дэн.

— Ну да.

— Ты сказал «этот мужчина». — Валери неловко заёрзала на стуле. — Меня возбуждает только Дэн, а к Дэниелу я равнодушна. И что же мне с этим делать?

Майкл покосился на нее с легкой тревогой, но никак не прокомментировал раздвоение в сознании Валери личности одного и того же человека.

— Наслаждайся.

Валери вздохнула.

— Я так и знала, что ты не поймешь. Ты мужчина.

— Так поговори с Филлис.

— Чтобы она стала читать мне проповеди? Нет уж, спасибо. Я надеялась на беспристрастную оценку.

— Ты получила, что хотела. — Валери показалось, что Майклу тоже почему-то неловко. Помолчав, он добавил: — Возможно, ты не просто его хочешь, может быть, ты влюбилась.

Валери вздрогнула, у нее возникло ощущение, что ее ударили в солнечное сплетение.

— Не говори глупости!

— И, возможно, ты этого не хочешь.

— Это еще почему?

— По-моему, ты боишься.

Возможно, подумала Валери.

— Дэна?

— Нет, серьезных отношений.

— Кажется, ты говорил, что я — женщина одного мужчины.

Майкл пожал плечами.

— В своей оценке я не сомневаюсь, но сейчас речь не о том, что я думаю, а о тебе.

— С какой стати мне бояться?

— Знаешь пословицу: обжегшись на молоке…

Валери нетерпеливо всплеснула руками.

— Майкл, это было сто лет назад! Я давным-давно забыла Брендона Чейза.

Если бы это было правдой! Именно Брендон был повинен в том, — что Валери не давала никакому другому мужчине реального шанса. Впрочем, до встречи с Дэном ни один мужчина не задевал ее так глубоко, не затрагивал ее сердца.

— Валери, дорогая, если ты оставила Брендона и все, что он сделал, в прошлом, ты смогла бы жить дальше.

— Я и живу. Что, по-твоему, такое «Будуар»?

— Способ ухода от действительности. Вместо того чтобы общаться с реальными мужчинами, ты уходишь в фильмы, книги, свои фантазии.

— Я встречалась с мужчинами.

— Ха! И скольким ты позволила больше чем поцелуй?

— А вот это, Майкл Дональдсон, тебя не касается!

Валери не собиралась признаваться, что ни с кем не спала после Брендона, но подозревала, что Майклу это известно.

— Брендон оказался подонком, и теперь ты и близко не подпускаешь к себе других мужчин, потому что боишься, что они окажутся такими же.

В этом весь Майкл: честен до неприличия. Но она сама напросилась. Валери нехотя признала:

— Наверное, я действительно слишком осторожничаю, но ведь мне не встречался ни один мужчина, который задел бы меня за живое.

— До Дэна.

— До Дэна, — эхом повторила она.

— Теперь тебе остается только разобраться, что это за кнопки такие, на которые Дэн сумел нажать.

Валери вспыхнула.

— О, с этим я, кажется, разобралась.

— Валери, по-моему, ты слишком упрощаешь. Я говорю не только о физической стороне дела. Что тебя привлекает в Дэне?

Ни один мужчина никогда не разговаривал со мной так, как Дэн, подумала Валери. Он увидел мою внутреннюю сущность. Возможно, он первый мужчина, который взял на себя труд заглянуть в мою душу. Но ответила Валери совсем другое:

— Его «харлей».

Если уж сваливать вину за нетипичное влечение к мужчине на кого-то или на что-то, то почему не на мотоцикл? Но Майкла было не так легко провести.

— Слишком поверхностно.

— Ладно, скажу по-другому: то, что мотоцикл собой олицетворяет.

— Что именно?

— Свободный дух. Тот, кто ездит на мотоцикле, живет настоящим и готов рискнуть. Мне нравится в Дэне человек, готовый по первому зову броситься меня спасать, даже если на самом деле я не нуждаюсь в спасении.

— Короче говоря, рыцарь в сияющих доспехах.

— Пожалуй. Только он больше похож на черного рыцаря. — Помолчав, она добавила: — Иногда он меня пугает.

— Кто тебя пугает, Валери, Дэн или Дэниел?

— Дэниел? Ну нет, он для этого слишком солидный и консервативный.

— Вот именно. И он напоминает тебе Брендона.

Валери ахнула. Раньше она не проводила такую параллель, но теперь, когда Майкл это сказал…

— Пойми, Валери, не все мужчины такие, как Брендон. Далеко не каждый из нас подонок, готовый от скуки перевернуть жизнь другого человека и думать, что это всего лишь игра.

«Это всего лишь игра»… Те же самые слова, только сказанные Дэном, до сих пор не давали Валери покою.

— Как мне убедиться, что он не такой?

Валери очень, очень хотелось сбросить наконец груз прошлого и двинуться по жизни дальше, как и уговаривал Майкл. Ну почему она не может получить все сразу, все те радости, что сулят любовные романы? И почему она не может испытать их с Дэном?

— Если бы я знал…

— Мне бы тоже хотелось, чтобы ты знал. — Внезапно Валери осенило. — Послушай, Майкл, а вдруг ты как раз и можешь это узнать?

Майкл прищурился.

— Думаю, тебе лучше доверять собственной интуиции.

Валери упрямо замотала головой.

— Нет, я предпочитаю довериться твоей. На свою интуицию я уже однажды положилась, что из этого вышло — сам знаешь. Тогда у меня были другие мечты: муж, дети, домик в пригороде, кошка… Валери сглотнула. Ей совсем не хотелось умолять Майкла, но, если придется, она готова и на это. Майкл был для нее как старший брат.

— Майкл, я увязла очень глубоко и больше не знаю, чему верить. Но тебе я доверяю, тебя инстинкты обычно не подводят.

Валери посмотрела на него самым проникновенным взглядом, рассчитывая, что Майкл, как обычно, поддастся на ее уговоры. В трудную минуту он никогда не отказывал в помощи ни ей, ни Филлис.

— Валери, не думаю…

— Ну пожалуйста, Майкл! Мне не хочется верить ни во что плохое про Дэна, но я точно знаю, что один из клиентов его семьи — мафиози, он, правда, даже обаятелен по-своему, но суть от этого не меняется. Насколько я поняла, с ним может поладить только Дэн. А тут еще Филлис меня запугала… Я с ней обсуждала все эти странные вещи, которые происходят со мной в последнее время: случай с витриной, анонимные письма, фотографии, ночные звонки.

— Постой-постой, — встрепенулся Майкл, — какие звонки?

— Это случилось в тот вечер, когда я повесила на окна занавески. Кто-то позвонил, я сняла трубку — тишина, только кто-то дышит, а потом мужской голос прошипел, что я от него не спрячусь.

На щеке Майкла заметно задергался мускул, а выражение лица стало таким, что у Валери ёкнуло сердце.

— Ну пожалуйста, Майкл, прошу тебя, сделай это ради меня.

Он согласился не сразу и с явной неохотой.

— Хорошо, я постараюсь разузнать об этом парне.

Валери видела, что Майкл не в восторге от ее просьбы, но главное, что он согласился, а все остальное волновало ее куда меньше. Она уже не один раз, а дважды оказывалась в довольно рискованной ситуации, и ей хотелось удостовериться, что она не совершает величайшую глупость, второй раз в жизни — после Брендона — открывшись мужчине. Ей хотелось, чтобы человек, которому она доверяла, убедил ее, что Дэн, точнее Дэниел, в конце концов не сыграет с ней злую шутку. Нет, на этот раз Валери уже не мечтала об утопающем в цветах коттедже и детях, играющих во дворе. Ей просто хотелось, чтобы мужчина, с которым у нее завязываются близкие отношения, не только волновал ее и возбуждал сексуально, но и заслуживал доверия.

Она встала со стула и обняла Майкла.

— Спасибо, увидимся вечером у меня дома.

— Я обязательно приду. — Майкл пошел проводить ее до двери. — А Дэн будет?

Валери, уже взявшись за ручку двери, помедлила.

— Надеюсь.

Она открыла дверь, вышла на лестничную площадку и сбежала по ступенькам вниз. Дэна она пригласила еще вчера, когда он на своем мотоцикле домчал ее до дома. Он уклончиво ответил, что ему нужно свериться с ежедневником. Такая реакция расстроила Валери едва ли не больше, чем то, что Дэн не сделал поползновения остаться у нее до утра. Мысленно она пыталась найти ему оправдание, говорила себе, что у Дэна действительно могут быть другие планы на этот вечер. Или причина может быть другой: ему неловко с ней видеться после того, как она повела себя. Валери вспомнила, что, кажется, видела кого-то, прячущегося в темноте.

Может быть, за ними тогда кто-то подсматривал? Кто? Джоди Форрест? А может, Стивен Финчер? Валери не вычеркивала из списка подозреваемых даже Эймори Голдстоуна. Но, возможно, в переулке вообще никого не было, а у нее просто разыгралось воображение.

Дэн все еще не был уверен, стоит ли идти к Валери на день рождения Филлис. Именинница его явно недолюбливает и, по-видимому, считает, что видит его насквозь. Если бы она только знала, как ошибается… Но Валери была для него важнее, чем враждебность Филлис. Дэн решил все-таки пойти, и теперь ему нужно было срочно купить какой-то подарок. К сожалению, у него не было ни малейшей надежды, что этим самым подарком, что бы он ни купил, удастся умаслить Филлис. Надо отдать подруге Валери должное: она явно не из тех, кого можно подкупить.

Видеть Валери, прикасаться к ней, вытворять с ней немыслимые вещи, заставляя терять голову от страсти и выкрикивать его имя, раз за разом добиваться, чтобы она отбрасывала свою обычную сдержанность, — все это стало для него таким важным, что почти превратилось в манию. И, пока эта одержимость не пройдет, Дэн не мог себе позволить упустить малейшую возможность побыть с Валери.

Он вынужден был признать, что Валери стала значить для него гораздо больше, чем он еще недавно мог представить. То, что начиналось как ответ на вызов, почти игра, развилось в нечто гораздо более глубокое и острое, и это немного пугало Дэна. Но ему хватало смелости не отступать, он был готов и даже хотел увидеть, что из этого в конце концов получится. А для того, чтобы продолжить начатое, он должен сохранить расположение Валери. Памятуя об этом, Дэн оделся особенно тщательно, не в черную кожу, как обычно, а в потертые джинсы и шелковую рубашку. Гладкая ткань наверняка вызовет у Валери непреодолимое желание прикоснуться.

Дэн представил ее маленькие ловкие руки на своем теле, ее губы… и его тело мгновенно и совершенно недвусмысленно откликнулось на соблазнительный образ. Чтобы снять возбуждение, Дэн попытался отвлечься, стал думать о другом, — ничто не помогало.

— О, так гораздо лучше! — одобрительно заметила Филлис, разглядывая занавески на окнах гостиной Валери. — Кто бы мог подумать, что несколько лоскутков материала на окнах могут так преобразить интерьер? Теперь твоя берлога стала походить на настоящий дом.

Бен Хаксли, как галантный кавалер, налил Филлис бокал вина.

— Получилось уютно и очень уединенно. Жаль только, что драпировки не пропускают свет.

— Днем сюда проникает достаточно света, — сказала Валери.

Она оглядела свою просторную гостиную. Гостей собралось довольно много: общие друзья и ближайшие соседи.

— Тебе нужно сделать еще что-нибудь в этом духе, — продолжала Филлис. — Получилось неплохо.

— Да, — согласилась Валери, — мне тоже понравилось.

Ей занавески понравились не только с практической точки зрения, но и с эстетической. О фотографиях, послуживших толчком к этим переменам, она старалась не думать, но они то и дело всплывали в памяти, вероятно, потому, что разговор крутился в основном вокруг новых занавесок.

— Между прочим, у меня целых две комнаты завалены сокровищами, собранными на блошином рынке и на распродажах. Я давно собираюсь пустить их в дело и использовать для оформления интерьера, да все руки не доходят.

— Так выдели время, — сказала Филлис. — Я давно твержу, что ты слишком много работаешь.

— Говорил горшок чайнику: да ты чумазый! — фыркнул Майкл.

Валери, пока друзья обменивались колкостями, посмотрела на дверь. Придет ли Дэн? Она надеялась, что придет. Одеваясь к вечеринке — Валери выбрала расклешенную юбку и блузку без рукавов, отделанную вышивкой, — она все время представляла, как Дэн увидит ее в этом наряде и какова будет его реакция.

Майкл взял Валери за руку и потянул на свободный пятачок.

— Давай потанцуем.

Стоило им начать, как к ним стали присоединяться остальные, в том числе и Филлис с Хаксли. Валери смотрела на подругу с легкой завистью: она многое отдала бы, чтобы вместо Майкла ее сейчас обнимал Дэн. Но она не собиралась унывать и портить своим дурным настроением лучшей подруге день рождения. Как только танец закончился, Валери потянула Майкла в сторону кухни.

С его помощью она быстро выложила на стойку тарталетки с салатами нескольких видов из местного магазинчика, выложила на овальное блюдо ломтики заранее нарезанного сыра различных сортов и насыпала в большую стеклянную миску крекеры, к которым полагался очень аппетитный на вид соус с артишоками. Бен Хаксли откупорил еще одну бутылку вина и взял на себя обязанности бармена.

— Налетай! — скомандовала Валери.

Она подняла бокал и провозгласила тост за здоровье и счастье именинницы. После того, как гости выпили и приступили к закускам, Хаксли поинтересовался:

— И что же за сокровища вы храните?

— Думаю, для вас они не представляют интереса.

— Как знать. Все-таки что там?

— Всякая всячина, декоративные безделушки, несколько акварелей, пара небольших картин маслом, но ни одного шедевра. Кое-какие личные вещи…

Хаксли заметно оживился.

— Какие, например?

Он непринужденно откинулся на спинку дивана и протянул руку за спиной Филлис. Валери мысленно взяла себе на заметку, что нужно будет потребовать от Филлис отчета, как в свое время Филлис с Майклом потребовали от нее. Она с удовольствием поменялась бы с Филлис местами, конечно, при условии, что на месте Бена Хаксли оказался бы Дэн.

— Кое-какая старинная бижутерия, стразы, небольшая коллекция вееров. — Валери подумала, что веера будут неплохо смотреться, если их расположить в живописном порядке на стене над кроватью. — Куча старых фотографий, которые я купила в основном ради рамок.

— Рамки оригинальные?

Хаксли не дождался ответа. Валери услышала урчание мотоцикла, затем звук оборвался. Пробормотав извинения, она вскочила и чуть ли не бегом бросилась к двери, но, спохватившись, замедлила шаг, глубоко вздохнула и стала ждать, когда в дверь позвонят. Когда звонок раздался, она в ту же секунду распахнула дверь и, как и ожидала, увидела Дэна. В руках он держал сверток, завернутый в золотистую подарочную бумагу.

— Прошу прощения за опоздание, — сказал он. — Искал подарок имениннице.

— Ничего страшного, ты опоздал не сильно, мы только что откупорили вино.

Запирая дверь, Валери каждой клеточкой ощущала на себе одобрительный взгляд Дэна. Она похвалила себя за то, что угадала с нарядом и распустила волосы.

— Пройдись передо мной, — тихо попросил Дэн. — Хочу посмотреть, как ткань ласкает твое тело, когда ты двигаешься.

От этих слов Валери ощутила легкое покалывание по всему телу. Быстрый взгляд на ту часть тела Дэна, что находилась ниже пояса, сказал ей, что он реагирует на нее так же остро, как она на него. Потертые джинсы ровном счетом ничего не скрывали! Валери выразительно подняла брови и выполнила его просьбу, при этом она не удержалась, чтобы не подразнить его, и слегка качнула бедрами. Дэн тихо застонал.

Валери вернулась к друзьям и со счастливой улыбкой объявила:

— Смотрите, кого я нашла за дверью!

Улыбке Филлис явно недоставало теплоты, но, к счастью, она воздержалась от комментариев. Хаксли протянул Дэну бокал вина.

— Для некоторых из нас ваше появление — сюрприз. Наша хозяйка не огласила нам список гостей.

— Еще сюрпризы будут? — спросила Филлис.

Валери предпочла отмолчаться и снова улыбнулась. Она не могла не замечать натянутости в отношениях между мужчиной, которого она желала, и ее лучшей подругой, но старалась делать вид, будто все прекрасно. Ей не хотелось, чтобы какие-то недоразумения испортили ей этот вечер, да и день рождения Филлис тоже.

— Предлагаю тост! — подняв бокал, воскликнула Валери. — Выпьем за хороших друзей, за весну, за радость жизни во всех ее проявлениях.

Все стали подходить к имениннице и чокаться с ней. Затем разговор плавно перешел к теме дней рождения. Гости стали рассказывать забавные истории, но Валери слушала вполуха: все ее чувства поглотила радость оттого, что Дэн рядом.

— Эй, неужели это тот самый Робин? — спросил Майкл, указывая в угол.

Валери проследила направление его взгляда и увидела крадущегося вдоль стены кота.

— Да, это мой мальчик.

— Он потолстел.

— О, Робин любит поесть.

Валери подошла к коту и взяла его на руки, чтобы продемонстрировать гостям, но Робин зарычал и стал вырываться.

— Славный котик, — заметил Хаксли. — Однако, кажется, не очень дружелюбный.

— Не знаю, что с ним в последнее время творится. — Валери прижала животное к себе и погладила, пытаясь успокоить. — Робин, малыш, все в порядке, никто не сделает тебе ничего плохого.

Но кот по-прежнему пытался вырваться. Валери ничего не оставалось, как отпустить его. Робин тут же пулей помчался к кровати и спрятался под ней.

— Наверное, его пугает толпа, — предположила Филлис.

Валери нахмурилась.

— Да, наверное.

Странное поведение кота оборвало шутки, в разговоре возникла пауза, и Валери решила, что пришло время подавать именинный пирог. Она достала из холодильника шоколадный торт, украшенный пышными шоколадными же розами, — Филлис обожала шоколад во всех видах — и зажгла свечи. Когда она выставила торт перед именинницей, вся компания нестройно запела «С днем рождения».

— Ты поставила все двадцать девять свечей! — ахнула Филлис.

— А что, я ошиблась, разве тебе не столько исполняется?

— Все правильно, дело не в этом. Я боюсь, что не смогу задуть столько свечей разом, и тогда желание, которое я загадала, не сбудется.

— А что ты пожелала? — полюбопытствовал Майкл.

— Ха, так я тебе и сказала!

В конце концов Филлис задула все свечи и с удовлетворенной улыбкой вонзила зубы в кусок торта. Гости выстроились в очередь и стали вручать подарки, которые Филлис тут же принялась разворачивать. Валери подарила подруге ночную рубашку леопардовой раскраски. Дэн, удивив Валери серьезным подходом к делу, вручил набор кофейных чашек оригинального дизайна. Бен Хаксли подарил Филлис гравюру из своей галереи, только без рамки.

— Так вот почему вы интересовались рамками, — догадалась Валери.

— Точно. Я не смог найти ни одной подходящей, поэтому решил, что лучше совсем без рамки, чем в какой попало.

— Хотите, я схожу поищу рамку? — предложила Валери. — Кажется, я помню, в какой коробке они хранятся.

— Ты собираешься пойти за рамкой прямо сейчас? — удивилась Филлис.

— А что, это займет всего несколько минут, а ты пока съешь еще кусочек торта. — Валери перевела взгляд на Хаксли. — Или потанцуй.

Валери встала, Дэн тоже поднялся и прошептал:

— Я с тобой.

При мысли, что ей удастся на несколько минут остаться наедине с Дэном, кровь побежала по ее жилам быстрее. Им хватит времени на несколько поцелуев, может быть, даже на нечто большее.

Валери пошла вперед, показывая дорогу. Они поднялись по деревянной лестнице на антресоль, с обеих сторон которой находились двери. Валери едва успела открыть дверь и включить маленькую лампочку, дававшую немногим больше света, чем ночник, как Дэн подтолкнул ее внутрь, развернул кругом и закрыл за собой дверь.

— Что ты делаешь? — пробормотала Валери.

— Помогаю тебе.

Он стоял за ее спиной, одной рукой прижимая ее к себе, в ее мягкие ягодицы упиралась его отвердевшая плоть.

— Э-э-э… коробки с вещами у тебя за спиной, так что если ты немного отойдешь назад…

— Не-а, мне и так хорошо.

Валери тоже нравилась их поза, но она помнила о гостях. Повернув голову к Дэну и слегка запрокинув ее, чтобы видеть его лицо, она прошептала:

— Позже.

— Нет, сейчас!

Ее сердце билось так сильно, что, казалось, ударялось о грудную клетку. Он просунул руки под ее блузку, словно хотел почувствовать биение ее сердца на ощупь. Но потом Валери поняла, что у него другие намерения: он приподнял ее груди снизу, быстро лаская их кончики подушечками пальцев. Жар накатывал на Валери волнами, но она прерывисто прошептала:

— Дэн… перестань…

Не могли же они заниматься любовью прямо над головами гостей!

— Тебе не нравится?

— Конечно, нравится.

— Вот и хорошо.

Он придвинулся еще ближе. Валери попыталась повернуться, но добилась только того, что они оба потеряли равновесие и упали на груду коробок. Дэн немедленно воспользовался ситуацией: он задрал на Валери юбку, и его руки двинулись вверх по внутренней стороне бедер. Когда ладонь Дэна легла на самое чувствительное место между ног, Валери тихо застонала.

— Сними их, — прошептал Дэн.

Снизу донесся какой-то шум. Валери замерла. Если они в ближайшее время не спустятся к гостям, все поймут, чем они тут занимались.

— Ну же, — поторопил Дэн. — Если ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе по-настоящему, сними их.

— А вдруг кто-нибудь поднимется посмотреть, куда мы пропали?

— Ну и что? Полно, Валери, не бойся опасностей, учись рисковать, глядишь, это тебе еще понравится.

Валери посмотрела на него из-под полуопущенных век.

— А ты опасен, Дэн?

— А что ты предпочитаешь: чтобы я был опасным или нет?

Возбуждение Валери достигло предела. От желания у нее кружилась голова.

— Для тебя это только игра?

— Я знаю много игр, — ушел от прямого ответа Дэн. — Хочешь поиграть со мной?

Некоторые игры опасны, пронеслось в голове у Валери. А мужчина, который чувствует себя непринужденно в обществе мафиози, наверняка умеет играть и в такие. Опасность… Представляет ли Дэн реальную опасность? Или все это — невинная игра?

Пока Валери размышляла, Дэн сорвал с нее одежду и разделся сам и наконец вошел в нее. Наконец-то. Он наполнил ее, лаская, любя… И Валери пропала.

Мысль о людях на первом этаже отошла куда-то далеко и поблекла, вытесненная туманом страсти. Валери забыла обо всем и всех, кроме Дэна и того, что он делал с ней и для нее. Напряжение внутри нее нарастало по спирали, Валери предвкушала наслаждение, в котором давно себе отказывала, но мужчина, с которым она готовилась его испытать, был для нее даже важнее, чем удовлетворение, которое он мог ей дать — и даст, она была в этом уверена.

Волны наслаждения накатывали одна за другой, казалось, им не будет конца, но они стали стихать, только когда Валери почувствовала, что давление внутри нее ослабевает, и поняла, что Дэн догнал ее на пике наслаждения.

10

— У-уф!

Валери бессильно повалилась на Дэна, каждая клеточка, каждое нервное окончание в ее теле пели от удовольствия.

— Это еще цветочки, я еще тебе покажу, на что способен, — многообещающе прошептал Дэн.

Валери испугалась, что он начнет выполнять обещание прямо сейчас. Она неуклюже поднялась на ноги и тут только поняла, в каком она ужасном виде, нужно было срочно приводить себя в порядок.

— Думаю, нам лучше вернуться к гостям.

— Ну, если ты настаиваешь… — лениво протянул Дэн.

Он, не торопясь, встал и так же неспешно застегнул джинсы. То, что произошло между ними, должно было бы насытить и успокоить Валери, но, несмотря ни на что, у нее снова захватило дух от его волнующей мужественности. Дэн наклонился, поднял что-то с пола и протянул Валери.

— Думаю, тебе стоит это убрать.

Валери уставилась на кусочек персиковых кружев, который еще недавно был ее трусами, ее лицо и шею залила краска.

— Ты так прекрасна, когда смущаешься.

Никто еще не называл Валери прекрасной. Валери вообще считала, что внешность в человеке — не главное, куда важнее внутренне содержание, но почему-то ей оказалось на удивление приятно услышать комплимент Дэна, пусть даже оброненный вскользь, почти небрежно.

Когда они вернулись, Филлис воззрилась на них с бесстрастным — подозрительно бесстрастным — видом. Валери сразу почувствовала, что спокойствие подруги сплошь напускное и под ним скрывается неодобрение. Оно прямо-таки исходило от нее волнами, как холод или запах.

— А я думала, вы ходили за рамками для картин, — не без ехидства заметила Филлис.

Валери чуть не ахнула, она совсем забыла о рамках. Она постаралась взять себя в руки и как можно небрежнее ответила:

— Мне казалось, что я помню, где они лежат, но потом поняла, что ошиблась. Они как будто от нас спрятались.

— Долго же вы за ними гонялись, — буркнул Майкл. Редкий случай — с его лица исчезло привычное насмешливое выражение. — Мы уже собирались снаряжать поисковую экспедицию.

Что с Майклом? — удивилась Валери. Он же сам еще недавно уговаривал меня сойтись с Дэном поближе. Неужели моя просьба навести о Дэне справки так резко изменила его отношение? Ладно, это я обдумаю после, сейчас нужно умаслить Филлис.

— Филлис, прости, что так получилось, я обязательно найду эти рамки завтра.

— Ладно, прощаю. — Филлис зевнула. — Боюсь, мне придется покинуть праздник по случаю собственного дня рождения, я хочу спать.

— Как, в такую рань? — поразилась Валери.

Филлис поджала губы.

— Гм, между прочим, вы отсутствовали дольше, чем тебе кажется.

Валери покраснела. Филлис встала и принялась собирать подарки, Бен Хаксли взялся ей помочь. Майкл как-то странно посмотрел на Валери и довольно громко сказал:

— Думаю, нам всем пора по домам.

Его поддержали еще несколько человек, и гости начали расходиться. Глядя, как Филлис убирает в сумку видеокассету с новым фильмом, подаренную кем-то из гостей, Майкл сказал Валери:

— Между прочим, я закончил танцевальное видео для клуба «Субмарина», если соберешься посмотреть, дай мне знать.

— Обязательно.

Хаксли подошел попрощаться, его руки были заняты подарками Филлис.

— Спасибо за прекрасный вечер, Валери, и за то, что не забыли про меня.

Филлис обняла подругу.

— Спасибо, Валери. — Она покосилась на Дэна, стоявшего поодаль. — Береги себя, ладно?

Майкл, прощаясь, поцеловал Валери в щеку, потом приблизил губы к ее уху и тихо сказал:

— Завтра мне нужно с тобой поговорить. Наедине.

Валери показалось, что это прозвучало зловеще. Стараясь не выказать беспокойства, она перевела взгляд на Дэна. Тот заглядывал под кровать, где все еще прятался Робин. Еще один повод для тревоги, подумала Валери, в последнее время Робин ведет себя очень странно. Она проводила гостей до двери, когда ушел последний гость, к ней подошел Дэн. Сердце Валери забилось чаще, но она напрасно надеялась на повторение того, что произошло наверху.

— Мне тоже пора, — сказал Дэн.

Валери невольно спросила себя, не потому ли он уходит, что у них не осталось потенциальных зрителей? Дэн быстро поцеловал ее в губы и пообещал:

— Я тебе позвоню.

Слова, которых боится каждая женщина. Позвонит ли он ей теперь, когда получил от нее все, что хотел? Это Дэн, а не Брендон Чейз, напомнила себе Валери. И все же ей не удавалось до конца избавиться от неприятного ощущения.

— Звони, — разрешила она.

Дэн сел на мотоцикл и отъехал от дома. Валери провожала его взглядом, как сохнущая от любви девочка-подросток.

От любви? Неужели Майкл попал в точку? Валери гнала тревожные мысли. Сейчас ей не хотелось ничего анализировать, гораздо легче и приятнее было получать удовольствие от настоящего и не задумываться о будущем.

Как ни старалась Валери отбросить страхи, тревога, казалось, липла к ее коже и даже оставляла неприятный привкус во рту. И этот страх не имел никакого отношения к анонимным письмам или к фотографиям, от него невозможно было избавиться, заперев дверь или пригласив гостей. Валери боялась не за свою физическую безопасность, а за сердце.

Но на следующее утро Валери снова пришлось испытать страх иного рода — страх с примесью гнева.

Валери проснулась рано. Позавтракав, она отправилась на работу, хотя это был единственный день недели, когда в магазине был выходной. Приближаясь к перекрестку, Валери еще издали заметила каких-то людей с пачками листовок в руках, но, только подойдя ближе, поняла, что листовками засыпан весь тротуар перед магазином. Она подняла одну.

««Будуар» — гнездо порока, а его хозяйка — шлюха». Листок выпал из ослабевших пальцев Валери, но она наклонилась и подняла другой. Текст на всех был один и тот же. От обиды и бессильного гнева у Валери выступили слезы на глазах. О том, чтобы заниматься в таком состоянии делами, не могло быть и речи, и Валери побрела в кафе Филлис.

В кафе в этот утренний час было людно, персонал едва успевал обслуживать желающих позавтракать. Валери обратилась к официантке:

— Вы не видели, кто разбрасывал эти листовки?

Та отрицательно покачала головой.

— К сожалению, нет.

Валери снова перечитала листовку. К ней подошла Филлис. Заглянув через плечо подруги и прочтя текст, она сразу оценила ситуацию и деловито сказала:

— Валери, садись, я принесу тебе травяного чаю, и ты сразу успокоишься.

— Не нужен мне чай! — вспылила Валери, но все-таки села. — Я хочу знать, кто это сделал.

— Как насчет Голдстоуна? — подсказал мужской голос.

Валери вздрогнула и, оглянувшись, увидела Бена Хаксли. В руках он держал чашку с дымящимся кофе.

— Вы видели, как он это делал?

— Нет, но некоторое время назад он проезжал мимо магазина, проезжал очень медленно. Мне показалось, что он был весьма доволен.

— Мерзавец! — прошипела Валери. — Похоже, он всерьез вознамерился подорвать мой бизнес.

Филлис погрозила пальцем невидимому противнику.

— Ничего, когда-нибудь это ему аукнется.

— Не понимаю, — сокрушенно проговорила Валери, — я честно занимаюсь своим делом, не нарушаю никаких законов, что этот ханжа на меня взъелся? — Она была близка к истерике и с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться. — Может, он рассчитывает сделать политическую карьеру за мой счет? Может, он собирается развязать кампанию борьбы за нравственность женского белья и на волне ее успеха стать лорд-мэром?

— Успокойся, — посоветовала Филлис. — Если хочешь знать мое мнение, Голдстоун — просто похотливый старикашка, видно, женщины им больше не интересуются, и его это бесит. А твой магазин лишний раз напоминает ему о том, чего он лишен.

— А может быть, он воспылал страстью к вам? — предположил Хаксли.

— Ко мне? — изумилась Валери. — С чего бы? Я самая что ни на есть заурядная женщина.

Хаксли задумчиво покачал головой.

— Это еще как посмотреть. Возможно, он умеет заглянуть под внешнюю оболочку и разглядеть, что у вас в душе.

Валери вскочила и потрясла в воздухе кулачками.

— Я ему покажу, что у меня в душе! Я ему все выскажу!

— Валери, сядь. Ты же не серьезно? — забеспокоилась Филлис.

— Как это не серьезно, разве похоже, что я шучу?!

Не обращая внимания на увещевания подруги и не слушая ее доводов, что не стоит спешить, нужно сначала все продумать, а потом действовать, Валери решительно направилась к двери. Ей не о чем было раздумывать, она хотела высказать все, что думает, и по возможности скорее.

Валери фурией влетела в офис Голдстоуна и притормозила лишь у стойки, за которой сидела молодая женщина.

— Голдстоун у себя? — спросила Валери, даже не поздоровавшись.

Секретарша заглянула в расписание и ответила вопросом на вопрос:

— Вы записаны на прием? Как ваша фамилия?

— Возмущенная избирательница!

Не дожидаясь разрешения, Валери обогнула стойку и шагнула к двери кабинета. Секретарша вскочила и испуганно завопила:

— Стойте, туда нельзя!

— А вы попробуйте меня остановить.

Распахнув дверь, Валери ворвалась в кабинет и оказалась лицом к лицу со своим противником. Голдстоун улыбался с таким видом, как будто только ее и ждал.

— Чем могу быть полезен, мисс Клейтон?

— Прекратите разбрасывать этот мусор перед моим магазином. — Валери помахала перед его носом листовкой и швырнула ее на стол.

— Зря взяли на себя труд принести ее сюда, я уже видел.

— Еще бы! Вы сами это сочинили или поручили грязную работу кому-то другому?

Голдстоун расправил плечи и выпрямился с видом благородного негодования.

— Мисс Клейтон, грязь — это по вашей части.

Валери хотелось его ударить или хотя бы швырнуть в него чем-нибудь тяжелым, но она тряслась от ярости и к тому же начинала чувствовать себя глупо. Филлис была права, следовало продумать свои действия, прежде чем врываться к Голдстоуну. Какой прок от ее визита? Ей не удалось застать его врасплох, и он не признался в содеянном, как она рассчитывала. Он чуть ли не наслаждается ее возмущением!

— Вот что я вам скажу, сэр: в эту игру могут играть двое. Если вы будете продолжать пакостить мне и я в результате останусь без работы, у меня появится достаточно свободного времени, чтобы развернуть против вас целую кампанию. Я… вы… вы лишитесь своей должности!

Седые брови Голдстоуна сошлись на переносице.

— Это что же, угроза?

— Считайте это предупреждением. Не играйте со мной в игры, вы не знаете, какие у меня влиятельные знакомые.

С этими словами она круто развернулась и, не оглядываясь, вышла из кабинета.

Влиятельные знакомые — да уж, сказано сильно. Какие у нее могут быть знакомства? Если только Бобби, кузен Джулии? Или, может, тот мафиози, клиент Дэна. Разумеется, ни к тому, ни к другому она ни за что не обратится за помощью. Ее слова были пустой угрозой, не более того.

Майкл застал Валери за канцелярской работой. Он присел на угол стола, за которым она сидела.

— Я кое-что раскопал про Дэниела Роуэна, — сказал он мрачно.

— Уже? — спросила Валери, не поднимая головы, хотя у нее пересохло во рту. — Как быстро.

— Похоже, его отношения с тем мафиози гораздо серьезнее, чем он пытается представить.

— Что-о? Уж не хочешь ли ты сказать, что Дэн — наемный убийца?

— Все не так драматично, но, похоже, что Дэн должен ему кучу денег.

— Карточный долг?

— Нет, ссуда на покупку недвижимости. В частности, и этого самого здания.

— То есть Дэниел — подставное лицо?

— Не знаю, — Майкл покачал головой, — могу только сказать, что он не брал ссуду в банке, как это обычно делается. Он получил финансирование из частных источников.

— И ты думаешь, что эти частные источники имеют какое-то отношение к преступному миру?

— В этом я тоже не уверен, — признался Майкл. — У меня нет доказательств, но говорят разное.

— Кто говорит?

Майкл помялся.

— Кое-то, кому я доверяю.

По выражению его лица Валери поняла, что большего она от него не добьется.

— И что мне прикажете делать с этой информацией? Какой я должна сделать вывод? Что Дэн связан с мафией и поэтому именно он виноват во всех тех неприятностях, которые со мной в последнее время случаются?

— Я этого не утверждаю, мне просто хочется, чтобы ты была осторожнее. Я тебя люблю и не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Вспомни, Валери, я не хотел этим заниматься, ты сама меня уговорила, и мне жаль, что я узнал не то, что тебе хотелось бы услышать.

— Да, я тебя уговорила, и теперь мне придется думать об этом больше, чем хотелось бы. — Валери вздохнула. — Ну почему это так сложно?

— Что «это»?

— Жизнь.

Конечно, Валери имела в виду любовь, но не смогла произнести это слово вслух. Оно было для нее слишком новым, непривычным, неопробованным, и Валери чувствовала себя неуверенно. Она не могла признаться в своих чувствах даже самой себе, а о друзьях и говорить нечего. Что, если слухи о Дэне правдивы? Вдруг Майкл наткнулся на правду и она на самом деле еще глубже и серьезнее, чем то, что он узнал?

— Привет, красавица.

Знакомый голос в телефонной трубке заставил Валери вздрогнуть.

— Привет, Дэн.

— Я о тебе думал.

Валери чуть не спросила, почему же он не позвонил раньше, но вовремя прикусила язык. Не хватало еще, чтобы Дэн решил, что она с нетерпением ждала его звонка.

— Я тоже… о тебе думала, — небрежно сказала она.

И не только хорошее, добавила Валери мысленно. После разговора с Майклом она была в замешательстве и не знала, что и думать.

— Можно мне тебя увидеть сегодня вечером?

А стоит ли вообще с ним встречаться? Сомнения боролись в душе Валери с желанием. Однако Майкл не узнал ничего конкретного, только слухи. Даже если Дэн действительно взял деньги в долг у мафиози, что из этого? Это даже не означает, что он совершил нечто противозаконное…

— Что ты предлагаешь? — осторожно спросила Валери.

— Я думал, мы могли бы сходить в клуб «Субмарина» на танцы, там сейчас показывают новое творение Майкла.

Рассудив, что Майкл вполне может находиться в клубе одновременно с ними, Валери решила, что свидание будет совершенно безопасным. Если только ей нужна безопасность… На всякий случай она предупредила:

— Имей в виду, что танцы начинаются очень поздно. Ты уверен, что завтра тебе не нужно рано вставать?

— Ничего страшного, отосплюсь, — заверил Дэн. — И обещаю сегодня вечером не бросать тебя рано. — Обещание прозвучало очень многозначительно. — Я заеду за тобой около девяти. И вот что, Валери…

— Что?

— Не надевай сегодня вечером белье.

С этими словами Дэн повесил трубку, оставив Валери в состоянии легкого испуга и отнюдь не легкого возбуждения.

Хватит ли ей смелости?

Поскольку с бумажной работой было покончено, она решила заняться витриной. Нужно придумать что-то новое. Валери взяла полотнище газовой ткани и занавесила им витрину. Полупрозрачная ткань хотя и заслоняла витрину от любопытных взглядов, но не настолько, чтобы совсем ничего нельзя было разглядеть, и это отвечало замыслу Валери. Она хотела, чтобы потенциальные покупатели исходили слюной и умирали от любопытства, а потом, когда витрина наконец откроется, бросились в магазин и стали покупать, покупать, покупать…

Единственная трудность состояла в том, что Валери еще не придумала новую экспозицию. Последняя выходка Голдстоуна и его приспешников разозлила ее и вызвала желание сделать новую витрину еще более смелой, сексуальной…

Мысли Валери вернулись к Дэну и его планам на вечер. «Не надевай сегодня вечером белье». Неужели он задумал овладеть ею прямо на танцплощадке? Можно, конечно, искушать судьбу, но всему есть предел. Конечно, она ничего подобного в жизни не сделает, Дэн тоже, она его знает. Знает ли?.. Несмотря на то что рассказал Майкл, Валери с нетерпением ждала новой встречи с мужчиной, пробуждавшим ее воображение и вдохновлявшим ее фантазии.

Валери выпрямилась и тут только заметила, что на улице перед витриной кто-то стоит. Очертания фигуры показались знакомыми, Валери узнала Стивена Финчера. По ее спине пробежал неприятный холодок. И двух дней не прошло, как Финчер в последний раз приходил за покупкой, и вот он снова здесь. Финчер жестами дал Валери понять, что хочет войти. Валери показала на висящую на двери табличку «закрыто». Финчер замотал головой и снова показал на дверь. Вот привязался! — с раздражением подумала Валери.

Хотя он и ценный клиент, Валери слишком неуютно чувствовала себя в его присутствии, чтобы оставаться с ним наедине. Она замотала головой. Финчер в ярости ударил кулаком по стеклу, Валери испуганно отпрянула. Ее терпение лопнуло. Она подбежала к двери и, не снимая цепочку, отперла ее и немного приоткрыла. Стивен Финчер оказался рядом буквально в одно мгновение. Войти в магазин он не мог, но поставил ногу между дверью и косяком так, что теперь Валери при всем желании не могла захлопнуть дверь перед его носом.

— Мистер Финчер, что вы делаете?

— Пытаюсь войти, что же еще.

Он налег на дверь, но цепочка была надежной, на всякий случай Валери уперлась в дверь плечом.

— Магазин сегодня не работает, разве вы не видите табличку?

— Табличка — для других.

— Ничего подобного, она для всех покупателей, в том числе и для вас.

— Так вы что же, не хотите меня впустить? — Судя по тону, Финчер сам еще не определился, что лучше: просить или требовать.

— Нет, я вас не впущу, — решительно заявила Валери.

Финчер решил, что лучше действовать напором. Он воинственно задрал подбородок и потребовал:

— Но мне совершенно необходимо сделать покупку. Николь понадобилось новое белье, и я бы не отказался от игрушек, которые вы предлагаете. Мне… то есть ей они понравятся.

Валери заставила себя вежливо улыбнуться.

— Очень сожалею, но сегодня магазин закрыт. Даже для вас. Прошу вас, приходите завтра.

— Вы об этом пожалеете, Валери, — прошипел Финчер.

У Валери мороз прошел по коже. Голос Финчера подозрительно напомнил ей тот, который она слышала по телефону. «Ты от меня не скроешься»…

Финчер убрал ногу из щели и с видом оскорбленного праведника удалился. После его ухода Валери еще долго не могла успокоиться. Она пыталась заняться оформлением витрины, но в голове постоянно звучала угроза Финчера. Как он собирается ей отомстить? Что он может выкинуть? Сосредоточиться на работе не удавалось, и в конце концов она перестала даже пытаться.

Прежде чем идти домой, Валери решила вымыть руки. Рядом с раковиной лежала стопка журналов с голыми красотками. Валери брезгливо поморщилась. Интересно, кто их сюда притащил? Валери считала себя человеком широких взглядов, но не любила подобные издания, тем более столь откровенные, как журнал, который лежал в стопке верхним. Журнал был открыт на центральном развороте. Сама того не желая, Валери задержала взгляд на фотографии. Темноволосая девица была сфотографирована в прозрачном пеньюаре, ее ноги были расставлены, а пальцы…

Валери вспомнился снимок, на котором была запечатлена она в весьма схожей позе. Она густо покраснела от стыда. Чтобы не думать больше ни о журналах, ни о том, кто мог их здесь оставить, Валери включила воду.

Кто-то из арендаторов вел себя довольно шумно: до Валери доносился топот ног и звяканье металла о металл. Она намылила руки и стала думать, как одеться на свидание с Дэном. Нужно надеть нечто изысканное, и Валери уже знала, что именно. Дэн оценит ее наряд по достоинству…

За спиной у Валери что-то оглушительно громыхнуло. Чуть не выпрыгнув из кожи, Валери быстро обернулась и обнаружила, что дверь захлопнулась. Одного этого было достаточно, чтобы напугать кого угодно. Валери поспешно вытерла руки бумажным полотенцем и подошла к двери. Дверь не открылась.

Валери подумала, что она просто плохо вытерла руки и потому они скользят по ручке. Она вытерла их еще раз — никакого толку, дверь не открывалась. Насколько Валери было известно, конструкция замка не позволяла двери захлопнуться, но тем не менее ей не удавалось ее открыть. Валери с ужасом поняла, что дверь заклинило.

11

— Этого только не хватало… — пробормотала Валери.

Ее утешала мысль, что сегодня понедельник и в здании много людей, значит, кто-нибудь обязательно окажется в пределах слышимости и вызволит ее. Да и совсем недавно, судя по шуму, кто-то явно находился поблизости. Она сказала себе, что оснований для паники нет.

— Эй, кто-нибудь! Выпустите меня!

Если Валери думала, что на ее крик сразу сбежится толпа, то ее ожидания не оправдались. Валери стала молотить в дверь кулаками, и молотила до тех пор, пока не заболели руки. Она уже охрипла от крика, но никто не откликался. В маленькой каморке стало душно и жарко, Валери обливалась потом. Она подошла к раковине, умылась холодной водой и попила, сложив ладони лодочкой. Вода освежила и немного успокоила Валери. Она выпрямилась и огляделась, ища, чем бы себе помочь. Как-никак она в кладовке, здесь хранятся инструменты. На одной из полок обнаружился ящик со всякими отвертками, щипцами и плоскогубцами. Валери внимательно оглядела дверь и поняла, как действовать дальше: она вывинтит шурупы из стены и снимет дверь с петель.

Валери деловито принялась за работу. Она уже вывинтила половину шурупов из нижней петли, когда ей вдруг пришло в голову, что дверь могла захлопнуться не случайно. Неужели кто-то нарочно запер ее в кладовке, как в ловушке? Она попыталась отмахнуться от жутковатой догадки, но та прочно засела в мозгу.

С какой стати кому-то ее запирать? Кому это могло понадобиться? Не тому ли, кто писал ей письма, подглядывал в ее окна, крался за ней по улице?

Валери облизнула пересохшие губы. А вдруг он там, за дверью, ждет… Но чего? Если бы он хотел причинить ей зло, наверное, не стал бы запирать ее в кладовке, а напал бы. Если только его цель не состояла в том, чтобы ее напугать… Если так, то он преуспел. Но кто бы ни был этот тип, одно можно сказать про него определенно: он трус, он боится показаться ей на глаза и действует исподтишка.

Может быть, это Стивен Финчер? Пожалуй, это в его стиле, к тому же он ей угрожал. Он мог вернуться, войти в здание через другую фирму, да даже через кафе Филлис. Дверь черного хода вообще могла оказаться незапертой, а то и распахнутой настежь. Не все работающие в здании запирают ее за собой. Валери легко представила, как Финчер тайком возвращается в магазин через черный ход, чтобы сделать какую-нибудь пакость.

Нельзя позволять трусу и извращенцу запугать себя. С этой мыслью Валери принялась за работу с удвоенной энергией. Скоро обе дверные петли были отвинчены от стены. Используя большую отвертку как рычаг, Валери чуть-чуть приоткрыла дверь и выглянула в образовавшуюся щель. Если за дверью кто-то был, то она его не увидела.

Валери попыталась увеличить щель. Металлическая дверь оказалась довольно тяжелой, но Валери не собиралась сдаваться. Она крикнула через дверь воображаемому противнику:

— Если ты еще здесь, мерзавец, советую убраться, пока я не вышла, а то я из тебя котлету сделаю!

Неожиданно ей ответил низкий мужской голос:

— Тогда мне, наверное, лучше вам не помогать.

Валери застыла. Голос был ей знаком, но не принадлежал Стивену Финчер. Это голос…

— Мисс Клейтон, это вы? — Джоди Форрест, а это был он, заглянул в щель, затем в считанные секунды отделил дверь от косяка. — Что за чертовщина тут творится?

Валери с бешено бьющимся сердцем быстро вышла из кладовки и отошла от своего освободителя на пару шагов.

— Дверь захлопнулась, и я оказалась запертой внутри.

Она помолчала, ожидая реакции охранника: он должен знать, что это технически невозможно. Но Форреста, похоже, ее версия устроила.

— Хорошо, что я оказался поблизости.

— Да, хорошо.

Он прислонил дверь к стене.

— С вами все в порядке?

— Да, спасибо.

Форрест заглянул в кладовку и заметил стопку журналов. Взяв верхний, он посмотрел на фотографию, потом перевел взгляд на Валери.

— Знаете, эта красотка похожа на вас.

Валери похолодела. Неужели тот, кто разглядывал фотографию, имел в виду ее? Ей показалось, что охранник смотрит на нее похотливым взглядом. Уж не его ли это журнал? Может быть, Форрест нарочно отставил его открытым на развороте, чтобы Валери его нашла?

Она попятилась от охранника, бормоча:

— Мне нужно идти.

Форрест не пытался ее задержать. Улыбаясь от уха до уха, он переключил все внимание на журнал и, прощаясь, даже не взглянул на Валери.

Домой Валери поехала на такси и всю дорогу оглядывалась, но не заметила никаких признаков слежки. Дома Валери приняла ванну с ароматическим маслом, но и это не помогло ей избавиться от неприятного осадка, оставшегося на душе после происшествия в кладовке.

Стивен Финчер… может, он и есть ее преследователь? Или это Джоди Форрест? Больно уж подозрительно, что он оказался в нужном месте как раз вовремя, чтобы ее «спасти». А как он пялился сначала на фотографию в журнале, потом на нее… При одном воспоминании о масленом взгляде Форреста Валери ощутила спазм в желудке. Впрочем, это ощущение почти не покидало ее с тех пор, как она схлестнулась с Голдстоуном в его кабинете. Однако, хотя Валери и считала, что за нападками на ее магазин стоит Голдстоун, в большем она его не подозревала.

Валери поделилась своими соображениями с Робином, но кота ее проблемы, как обычно, не волновали. Хорошо, что он, по крайней мере, ведет себя нормально, подумала Валери, а то в последнее время он стал слишком нервным. Решив отложить размышления о сложностях и неприятностях на завтра, Валери сосредоточилась на приятном — на предстоящем свидании. Встреча с Дэном наверняка отвлечет ее от мрачных мыслей.

Она надела красное платье — длинное, до щиколоток, сильно облегающее, подчеркивающее каждый изгиб ее фигуры. По боку платья шел разрез, доходивший до середины бедра. К платью Валери надела золотые босоножки на высоком каблуке и повесила на плечо золотую же сумочку на длинном тонком ремешке. Волосы она зачесала на одну сторону и закрепила золотистой лентой. Обычно Валери не злоупотребляла косметикой, но в этот вечер подкрасилась ярче обычного — платье того требовало. Оглядев себя в зеркале, Валери осталась довольна. Если она появится перед Дэном в таком виде, он перед ней не устоит, ему захочется…

Поток ее мыслей прервал звонок в дверь. С бьющимся сердцем Валери пошла открывать. Уже взявшись за дверную ручку, она вспомнила, что не слышала рева мотоцикла, причина стала ясна сразу же, как только Валери открыла дверь: мотоцикла перед домом не было, зато стоял роскошный «бентли». На Валери с улыбкой смотрел Дэниел.

Дэн увидел, как выражение лица Валери меняется с радостного на разочарованное, и его улыбка поблекла. Он не понимал, в чем дело, но это не мешало ему восхищаться Валери.

— Ты выглядишь потрясающе, — прошептал он.

Облегающее платье не скрывало ни одного изгиба ее великолепной фигуры, и Дэн готов был поспорить на свой «харлей», что под платьем на Валери нет абсолютно ничего.

— Спасибо, Дэниел. У тебя прекрасный костюм.

Дэна насторожил тон Валери. Сшитый на заказ костюм явно не произвел на нее впечатления, и она назвала его Дэниелом. Без сомнения, она предпочла бы видеть его в черной коже. Сам Дэн готов был пригласить Валери куда угодно и когда угодно, и ему было бы совершенно все равно, во что она одета. Его интересовала женщина, а не то, как она себя подает. Валери лишний раз доказала, что она — единственная в своем роде, не похожая на других женщин. В зависимости от настроения она могла быть то нежной и ранимой, то колючей и острой на язычок. В ней уживалось несколько разных женщин. Дэн вдруг понял, что хочет выпустить на свободу их всех, с каждой познакомиться поближе.

— Готова ехать?

Валери взяла сумочку, вышла из дома и повернулась к Дэну спиной, чтобы запереть дверь. Дэн с неудовольствием отметил, что она не поцеловала его в щеку, вообще не прикоснулась к нему. Ее настроение нравилось ему все меньше и меньше. Такие же флюиды исходили от Валери в тот вечер, когда он возил ее на обед с Корелли. В чем дело? Любая другая женщина на ее месте обрадовалась бы, что ей предстоит ехать в шикарной машине с мужчиной, который явно готов раскошелиться и удовлетворить все ее капризы. Но Валери — не любая другая, отчасти потому она ему и нравилась.

До клуба «Субмарина» было всего минут десять езды, Дэн вел машину молча и использовал эту паузу, чтобы продумать план дальнейших действий. В конце концов он решил, что обязательно сломает лед отчуждения, достучится до настоящей Валери. Как только они вышли из машины, Дэн обнял Валери за талию. Он почувствовал, что она немного напряглась, но, к счастью, не отстранилась, не стряхнула его руку. Они вошли и поднялись по лестнице в полутемный зал. Из громкоговорителей неслась музыка, несколько пар танцевали, но большинство искали места за столиками или у стойки бара.

Дэн заранее заказал по телефону лучшие места в зале и сейчас повел Валери к небольшому возвышению, где находились кабинки, стилизованные под отсеки подводной лодки и создававшие некое подобие уединения. Из каждой кабинки открывался прекрасный обзор зала, их столик находился в средней. В кабинке царил полумрак, единственным источником света служили свечи в подсвечниках из орудийных гильз.

— Я подумал, что тебе понравится сидеть подальше от основной массы посетителей, — сказал Дэн.

Валери в ответ только кивнула и стала наблюдать за танцующими.

Это была совсем не та Валери, с которой Дэн рассчитывал провести вечер. Эта Валери держалась отчужденно, почти не обращала на него внимания. Однако Дэн не собирался сдаваться. До того, как между ними все будет кончено, он добьется, что Валери станет все равно, во что он одет и на чем ездит. Она будет принадлежать ему в любое время, в любом месте. Что же касается сегодняшнего вечера, то Дэн не собирался подыгрывать Валери и позволять его игнорировать. Накрыв ее руку своей, Дэн спросил:

— Майкл говорил, когда будут показывать его фильм?

— Весь вечер. — Валери высвободила руку, сделав вид, что ей срочно понадобилось поправить волосы. — Майкл снял несколько сюжетов, а потом смонтировал кадры в хаотичном порядке, так что они будут появляться на экране в разных сочетаниях и восприниматься по-разному.

— И он ухитряется заработать себе на жизнь такими фокусами?

— О, Майкл занимается множеством проектов. Что-то он делает ради денег, а что-то потому, что получает удовольствие от творческого процесса. Если разобраться, для этого мы все и уходили в свое время с работы.

Дэн пытался понять, действительно ли в голосе Валери стало чуть больше теплоты или ему показалось. Он снова накрыл ее руку своей. Валери не убрала руку, но и не растаяла от его прикосновения — а Дэну хотелось именно этого. Он хотел, чтобы она стала податливой как воск. И не только в физическом смысле, ему хотелось, чтобы она растаяла и внутри. Он мечтал, чтобы она смотрела на него с одинаковой нежностью независимо от того, в джинсах он, в костюме или в коже.

Подошла официантка и спросила, что они будут пить. Дэн заказал шампанское, Валери не возражала. Может быть, от игристого напитка она немного расслабится, подумал Дэн.

— Как прошел выходной день? — светским тоном спросил он.

— Я потратила его на то, чтобы доделать разные недоделанные дела в магазине.

— И доделала?

— Все, кроме витрины. После того, как заявился Стивен Финчер, я не могла сосредоточиться на работе.

— Кто заявился?

— Стивен Финчер. Это наш постоянный покупатель, у меня от него всегда мурашки по телу. Он довольно часто покупает сексуальное женское белье, но мы с Джулией подозреваем, что на самом деле у него нет женщины.

— Тип со странностями? Но он ведь не представляет реальной опасности? Надеюсь, сегодня он ничего не натворил?

— Нет… не знаю.

— Значит, натворил, — заключил Дэн. — Что именно? Он доставил тебе неприятности?

Дэну хватало собственных сложностей в отношениях с Валери, и он совсем не желал, чтобы какие-то внешние события еще больше осложняли дело.

— Я подозреваю, что он меня преследует.

Вопреки ожиданиям Валери Дэн не был ни шокирован, ни возмущен. Учитывая смысл ее заявления, озадаченное выражение лица Дэна можно было считать очень слабой реакцией.

— Преследует? Ты шутишь?

Валери внимательно наблюдала за Дэном. Она намеренно рассказала ему о преследовании, предоставив Дэну возможность оправдаться, даже если он и не догадывается, что Филлис включила его в список подозреваемых.

Вернулась официантка с бутылкой шампанского. Дэниел попробовал вино, кивнул в знак одобрения, тогда она наполнила их фужеры и поспешила к другим столикам.

Валери поднесла к губам бокал, Дэн придвинулся ближе и продолжил разговор с того места, на котором они остановились.

— Были еще фотографии? В чем вообще выражается это преследование?

— Фотографии? — Валери с ужасом представила, что кто-то сфотографировал то, чем они занимались в переулке. — Господи, нет! Надеюсь, что нет.

Она сделала большой глоток шампанского. Дэниел тоже выпил и поставил бокал на стол.

— Что еще тебя испугало?

— Сначала я стала получать письма от анонимного воздыхателя, потом кто-то звонил мне ночью и угрожал. Затем эти фотографии… а еще меня преследует ощущение, что за мной следят. Предупреждаю, я никогда не страдала манией преследования.

— Ты кому-нибудь об этом рассказывала?

— Только Майклу и Филлис.

Дэн пристально посмотрел ей в глаза.

— А полиции?

— Нет. Боюсь, мне не удастся их убедить, что я все это не придумала или мне не мерещится. Мне же не причинили реального вреда, и, если не считать того, что меня заперли в кладовке…

— Когда это случилось? — перебил ее Дэн.

— Сегодня. Я подозреваю, что это сделал Стивен Финчер. Он хотел войти в магазин, я сказала, что магазин закрыт, он ломился, я его не пустила. В конце концов он ушел, но пригрозил, что я об этом пожалею. А через некоторое время я оказалась запертой в кладовке.

— Как это случилось? — пробормотал Дэн. Валери показалось, что он обращается не столько к ней, сколько к самому себе. — Мне казалось, что это невозможно.

— Мне тоже.

— Но ты как-то освободилась, раз сидишь сейчас здесь.

— Я нашла отвертку и вывинтила шурупы, которыми дверные петли крепились к стене. И в то же время очень кстати подвернулся Джоди Форрест, он помог мне снять дверь. — Валери вздохнула. — Честно говоря, его я тоже подозревала. Помнишь, я рассказывала, что видела его неподалеку от моего дома в тот вечер, когда мне подбросили фотографии? Ты с ним не поговорил насчет того случая?

— Извини, забыл. Как-то из головы вылетело.

И все-таки Дэн не выглядел встревоженным. Возможно, он считает, что она раздувает из мухи слона? Вдруг это действительно так? Не могла ли Филлис невольно настроить ее так, что она во всем видит угрозу?

— Я слышал о каких-то листовках.

Валери сделала еще глоток шампанского и только после этого ответила:

— Это еще один злобный выпад Голдстоуна и его приспешников.

Она рассказала Дэниелу о своем визите в офис Голдстоуна.

— Ты уверена, что за всем этим стоит он?

— Он этого не признал, но и не отрицал. Да и кто бы на его месте признался?

— Если тебя действительно преследует какой-то псих…

Валери вздрогнула.

— Ты думаешь, за всем этим может стоять один и тот же человек?

— Не обязательно.

— Тогда зачем приплетать сюда психа?

— Я просто размышляю вслух. — Не дав Валери ответить, Дэниел взял ее за руку и потянул из-за стола. — Давай потанцуем, пока на площадке осталось место.

Валери повесила платье на плечики и убрала в гардероб. Только дома она смогла наконец расслабиться: ей удалось избавиться от Дэна, не оскорбив его, но и не выставив себя на посмешище. Чем ближе они подъезжали к ее дому, тем сильнее нарастало напряжение Валери, но, если Дэн и почувствовал это, он не попытался что-то предпринять. Прощаясь, он лишь легко коснулся губами губ Валери и пожелал ей спокойной ночи.

— Ну почему он не проявил хотя бы чуточку настойчивости? — пробормотала Валери, обращаясь к Робину.

Кот со скучающим видом зевнул и отвернулся.

Нет, конечно, Валери не хотела, чтобы Дэн действовал напористо, ей просто было любопытно. Да и пары шампанского все еще туманили ее сознание. Робин потерся об ее ноги и замурлыкал. Валери взяла его на руки, чмокнула в розовый носик и опустила в кресло. В это время зазвонил телефон. Возможно, это звонит Дэн, с надеждой подумала Валери, быть может, вечер еще не потерян. Она сняла трубку.

— Алло?

Ей никто не ответил. Валери ощутила, как по спине пробежал холодок.

— Я не знаю, кто ты, но…

Закончить возмущенную тираду Валери не удалось, в трубке раздался знакомый голос:

— Полно, Валери, не бойся опасностей, учись рисковать, это еще может тебе понравиться.

— Дэн?

— А ты опасен, Дэн?

Но это же ее собственный голос!

— А чего ты хочешь: чтобы я был опасным или нет?

— Для тебя это только игра?

— Я знаю много игр, хочешь поиграть со мной?

Валери не верила своим ушам. Она слушает записанный на пленку разговор с Дэном, причем записанный в то время, когда они, ненадолго исчезнув со дня рождения Филлис, занимались сексом! Валери села прямо на пол и потребовала:

— Дэн, прекрати немедленно! Ты меня пугаешь.

Но Дэн ли это? Тем временем из трубки продолжали доноситься их записанные на пленку голоса. Кто мог сделать эту запись? Как? Злость боролась в душе Валери со страхом. Неужели тот, кто записал их слова на пленку, слушал — а может, и подглядывал за ними — до самого конца? Валери с отвращением швырнула трубку на рычаг, поплотнее запахнула на себе халат и стала звонить Дэну. В трубке раздавались длинные гудки, потом включился автоответчик. Валери не могла понять, почему Дэн не отвечает, ведь у него было вполне достаточно времени, чтобы доехать до дома. Валери повесила трубку, не оставив сообщения на автоответчике.

Неужели ее преследователь пробрался в дом и установил подслушивающее устройство? И где гарантия, что он и сейчас не скрывается где-то поблизости? Валери в панике огляделась и поняла, что не может оставаться дома одна.

Когда она образумится и увидит его таким, какой он есть?

Он выключил магнитофон и, выйдя из кабины уличного таксофона, сел в машину. Отсюда хорошо были видны окна Валери и ее движущаяся по комнате тень. Для того чтобы представить, как она раздевается, ему не нужно было видеть ее воочию, ему даже не нужны были те фотографии, он и так представлял все отчетливо. Ее облик, голос, жесты, движения — все это прочно запечатлелось в его памяти. Он не мог бы выкинуть ее из головы, даже если бы хотел. Ждать оказалось куда труднее, чем он представлял. Но ничего не поделаешь, придется пока развлекать себя самому.

Валери любит опасные развлечения? Что ж, прекрасно, он как раз тот самый мужчина, который может ей их обеспечить.

12

— Ты сообщила в полицию? Ну наконец-то! — воскликнула Филлис.

За утренним кофе Валери рассказала друзьям обо всем, что произошло накануне вечером.

— Только сомневаюсь, станет ли мне от этого лучше, — пробурчала Валери.

Ей было очень неприятно рассказывать полицейским о записанном на пленку разговоре и показывать им фотографии — она показала все, кроме одной, той самой.

— Они составили протокол? — деловито поинтересовался Майкл.

— Да. Мне даже показалось, что они мне сочувствовали и хотели помочь… пока не спросили, не подозреваю ли я кого-нибудь из знакомых. Я поделилась с ними своими сомнениями насчет Стивена Финчера и Джоди Форреста, а потом совершила большую глупость и упомянула Голдстоуна.

Брови Майкла поползли вверх.

— Они встали на его сторону?

— Боюсь, что так.

— А как же наш домовладелец? Ты не упомянула Дэниела Роуэна?

— В качества подозреваемого? — удивилась Валери. — Нет, конечно!

Филлис внимательно посмотрела на подругу.

— А тебе не приходило в голову, что он сам мог записать на пленку вашу… гм… беседу?

Валери было очень непросто решиться все рассказать, но она рассудила, что если бы она скрыла правду от друзей, то ей это никак не помогло бы. Но ей не верилось, что Дэн мог так поступить с ней. Она упрямо возразила:

— Если у него был с собой магнитофон, то он очень умело его замаскировал. Его потертые джинсы, если вы заметили, абсолютно ничего не скрывали.

Филлис передернула плечами.

— Не будем об этом.

— А спрятать магнитофон в комнате заранее он тоже не мог, он ведь не знал, в какую комнату я его поведу.

Если уж на то пошло, Валери сама не знала заранее, что предложит сходить за рамками.

— И что дальше? — спросила Филлис.

— Один из полицейских сказал, что в наше время миниатюрные записывающие устройства и всякие шпионские штучки может купить любой. Например, извращенец мог сидеть в своей машине на улице возле дома и записывать все, что происходит внутри. Но дело не в этом. Я доверяю Дэну, я доверила бы ему даже свою жизнь.

— Гм, возможно, ты этим и занимаешься, сама того не подозревая, — с тревогой сказала Филлис. — Кстати, ты не рассказала ему об этом случае?

Валери замотала головой.

— Я сразу же ему позвонила, но у него включился автоответчик. Оставлять сообщение мне не хотелось. Когда я рассказывала все полицейским, мне, конечно, пришлось объяснить, кто был со мной и чей голос записан на пленку вместе с моим. Так что не исключено, что Дэн уже знает, только не от меня.

— Как, ты не предупредила парня?! — шутливо ужаснулся Майкл. — Трусиха.

— Знаю. Мне, наверное, следовало позвонить ему снова, когда полицейские ушли. А если он узнал об этой истории от них, то скорее всего и видеть-то меня больше не захочет.

— Вот и хорошо, — подытожила Филлис. — Извини, Валери, я понимаю, что ты слишком увлечена, чтобы смотреть на вещи трезво, но, по-моему, все это дурно попахивает. Тебе не кажется подозрительным, что все эти жутковатые вещи стали происходить с тобой сразу после того, как ты начала с ним встречаться? Думаешь, это простое совпадение?

В словах Филлис был определенный резон, хотя Валери очень не хотелось соглашаться с подругой. Она обратилась за поддержкой к Майклу, надеясь, что он не поделился своим открытием о связях Дэна с мафиози ни с кем, кроме нее.

— Майкл, а ты что об этом думаешь? Ты согласен с Филлис?

Майкл внимательно изучал содержимое своей чашки.

— Я думаю, что ты должна быть осторожной.

Осторожной? — мысленно переспросила Валери. В чем должна проявляться моя осторожность? В том, что я буду озираться всякий раз, когда выхожу на улицу? Но мне и так уже за каждым столбом мерещится соглядатай. Не имеет же Майкл в виду, что мне следует прекратить встречи с Дэном! По крайней мере, он не поддержал Филлис напрямую.

Валери вернулась в магазин с твердым намерением позвонить Дэну и обсудить с ним случившееся. Но сначала следовало ввести в курс дела Джулию, поскольку на этот раз неприятности были тесно связаны с бизнесом, с профилем товара, представленного в ее магазине. Валери не была уверена, что Джулия не станет следующим объектом преследования, поэтому она решила, что просто обязана рассказать помощнице про звонок.

У Джулии глаза на лоб полезли, но еще до того, как с губ помощницы сорвалось имя Бобби, Валери сообщила, что заявила в полицию.

— Я просто уверена, что это дело рук Финчера! Я давно предлагала, чтобы им занялся Бобби.

— Джулия, если он действительно в этом замешан, им займется полиция.

— Как знаешь. — Джулия надула губы.

— Прошу тебя, если он появится, ничего ему не говори. И, если заметишь, что возле магазина околачиваются Форрест или Голдстоун, дай мне знать.

Впрочем, охранник имел полное право ходить вокруг магазина. Валери не могла пожаловаться полиции на то, что он ходил вокруг здания, потому что в этом и состояла его работа.

Валери пошла в кабинет и стала звонить Дэну. Но ни дома, ни в его рабочем кабинете телефон не ответил. Валери подумывала, не позвонить ли его секретарю, но решила этого не делать. То, что ей нужно ему сказать, не передашь через посторонних. Это еще хуже, чем оставлять сообщение на автоответчике. Валери удивляло, что Дэн не позвонил ей сам. Полиция наверняка уже связалась с ним.

После ланча она снова попыталась дозвониться до Дэна — снова безуспешно. Валери начала волноваться всерьез. Может, Дэн рассердился, что она не поговорила с ним до того, как обратилась в полицию? Или он по каким-то причинам ее избегает? Нет, она не будет подозревать Дэна.

Валери стала разбирать почту. Она почти не удивилась, когда наткнулась на конверт без марки и без штемпеля. Дрожащими руками Валери распечатала его.

«Дорогая Валери, сколько людей знают тебя такой, какая ты на самом деле? А ты сама хочешь, чтобы они тебя узнали? На людях мы носим личину, а под ней спрятано наше подлинное лицо. Когда я на тебя смотрю, я вижу тебя настоящую. А ты… ты вообще меня не видишь?

Почитатель».

Вчера звонок, теперь письмо — это уже слишком! Филлис права, этот «почитатель» — извращенец. И я, наверное, тоже, самокритично подумала Валери, если когда-то эти письма казались мне забавными и даже возбуждали. Сколько же ошибок может совершить женщина?

Однако нет худа без добра. Последнее послание «почитателя» натолкнуло Валери на идею, как оформить витрину. Простившись с Джулией, она тщательно заперла за ней дверь и убедилась, что дверь черного хода тоже заперта. Стараясь не думать о преследователе, Валери занялась оформлением витрины. На большом куске картона, исполняющего роль задника, она решила схематично обозначить город: Биг-Бен, силуэты высоток Сити. Валери работала над задником до тех пор, пока не осталась совершенно довольна результатом, за этим занятием пролетело несколько часов, полночь наступила и миновала, а Валери этого даже не заметила.

Установив задник, Валери одела женский манекен и усадила его на двухместный диванчик, перенесенный из примерочной. Затем она занялась мужским манекеном. Уже заканчивая его одевать и усаживать, Валери внезапно почувствовала на себе чей-то взгляд, Вздрогнув, она круто развернулась и обнаружила, что из торгового зала за ней наблюдает Дэн. Сердце Валери тревожно забилось. Дэн не улыбался, да и по всему его виду можно было догадаться, что он пребывает в далеко не лучшем настроении. Почувствовав, что руки ее руки начинают дрожать, Валери сжала кулаки.

— И давно ты за мной наблюдаешь?

— Не очень.

— Как ты сюда попал? Только не говори, что дверь черного хода была не заперта, потому что я проверила ее после ухода Джулии.

— Я воспользовался своим ключом.

Дэн был чем-то рассержен, Валери слышала это по его голосу. Нет, Дэн не кричал на нее, но он не смог скрыть свои чувства. По спине Валери пробежал неприятный холодок, но одновременно в другой части тела, наоборот, стало собираться тепло. Она разрывалась между страхом и желанием. Дэн приблизился к ней и требовательно спросил:

— Валери, почему ты не рассказала мне о ночном звонке? Решила переложить эту миссию на полицейских?

— Извини, я не хотела, чтобы ты узнал об этом от полиции. Я несколько раз пыталась тебе позвонить.

— Как видно, не слишком настойчиво пыталась.

— Но ты не подходил к телефону! — Валери поймала себя на неприятной мысли, что оправдывается перед ним, словно в чем-то провинилась. — Где же ты был?

— Здесь.

— В моем магазине?

— Если точнее, то в кладовке, Я хотел разобраться, как случилось, что ты не могла открыть дверь.

— И что же, разобрался?

— Все оказалось очень просто: замок заклинило. Я его починил и поставил дверь на место. Так почему же ты не звонила до тех пор, пока не дозвонилась бы?

— Я пыталась найти тебя и дома, и в офисе.

— А сообщение ты не могла оставить?

— Я, знаешь ли, обычно не записываю на автоответчик сообщения о своей сексуальной жизни, чтобы они стали достоянием первого встречного.

— То, что между нами происходит, не просто секс, и я — не первый встречный.

Непривычная резкость, даже грубость Дэна так поразила Валери, что она выпалила:

— Тогда кто ты?!

— Так вот в чем дело? — Дэн, казалось, удивился. — Ты не слишком старалась сообщить мне, что происходит, потому что не знаешь, кто я? Валери, я знаю, кто ты, почему же ты меня не знаешь?

«Когда я на тебя смотрю, я вижу тебя настоящую», — означала последняя фраза. — А ты вообще меня не видишь?»

У Валери пересохло во рту. Она не могла вымолвить ни слова, только сердце забилось так сильно, что зашумело в ушах.

— Ты считаешь, что главное не внешность человека, а то, что у него внутри. Вроде бы разумно, но твоя вера в это мешает видеть и воспринимать меня как цельную личность, — сказал Дэн. — Почему так происходит? Почему, когда я надеваю костюм, ты перестаешь видеть во мне человека? Я превращаюсь для тебя в бездушный манекен. Почему вообще одежда приобретает гигантское значение? Дэниел и Дэн — одно и то же существо, так же, как женщина, скрытая под внешней оболочкой, — настоящая твоя сущность. Личность любого человека многогранна, так почему же я должен играть для тебя пьесу с переодеваниями? Почему для того, чтобы ты хотела быть со мной, я обязательно должен быть одет в кожу?

— Не знаю, наверное, образ сексапильного «плохого парня» привлекает любую женщину, — попыталась уйти от ответа Валери.

— Но ты — не любая, во всяком случае, для меня.

Дэн посмотрел поверх плеча Валери на витрину. Манекен-женщина в легкомысленном вечернем туалете сидела на кушетке в такой позе, что казалось, будто она чем-то огорчена и в страхе на что-то оглядывается. Лицо манекена было наполовину скрыто причудливой маской с перьями и блестками, что придавало ее облику загадочность. Манекен-мужчина сидел лицом к ней очень прямо, отчего казалось, что он хотя и с дамой, но очень далек от нее. Он был в костюме, в шляпе и в очках, рука лежала на узле галстука.

Валери планировала каждый день снимать с мужчины по одному предмету одежды, а под вечерним нарядом женщины должно было в конце концов открыться нижнее белье из последней коллекции, но маску Валери планировала не снимать с нее до последнего.

Дэн направился к витрине. Потянув за узел галстука на манекене, он ослабил его и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Под деловым костюмом на манекене был костюм Супермена.

— Ты что, во всем видишь игру? — рявкнул Дэн.

Валери нервно сглотнула, но не избавилась от сухости во рту.

— Я думала, игры — это по твоей части. Опасные игры.

— А может, я правда опасен? — Дэн понизил голос. — Или ты это осознаешь и именно это тебя заводит?

Сердце Валери тревожно ёкнуло. Возможно, она и боялась, но только не того, что Дэн причинит ей физическую боль.

— Нет. Я в это не верю.

Их отношения — сплошное притворство, фантазия, вот что ее заводит. А в реальной жизни, насколько Валери могла судить, роман с мужчиной чреват катастрофой и сердечной болью.

— Тогда в чем дело? — не унимался Дэн. — Что ты имеешь против деловых костюмов? Или, вернее, против мужчин в деловых костюмах?

Он довольно быстро докопался до сути. Валери решила, что, раз уж так получилось, можно рассказать ему и остальное.

— Брендон Чейз носил деловые костюмы. Это еще один парень, в которого я влюбилась, он был первым.

— И что же он тебе сделал?

Не устояв перед настойчивостью Дэна, Валери рассказала ему свою горькую, унизительную историю.

— После того, как я… переспала с ним, я узнала, что он поспорил с друзьями, что сумеет уложить в постель самую неподдающуюся девственницу во всем студенческом городке и заставит ее в него влюбиться. Брендом приглашал меня на свидания, мы гуляли при луне, танцевали, я уже мечтала о нашей будущей совместной жизни, а он все это время посмеивался надо мной и обсуждал меня с друзьями. Однажды я случайно подслушала их разговор. — Валери помнила пережитый кошмар так отчетливо, словно дело было не несколько лет назад, а вчера.

— То есть я напоминаю тебе подонка, который разбил твое сердце и плюнул в душу?

Валери не могла смотреть Дэну в глаза. Опустив взгляд, она призналась:

— Да, Дэниел иногда напоминает мне Брендона.

— И ты его боишься?

То же самое говорил и Майкл. Валери пожала плечами.

— Возможно.

— Тогда это значит, что ты в него влюблена? То есть в меня… в нас?

— Я этого не говорила.

— Так скажи, Валери. Чего ты ждешь?

Валери замотала головой, хотя слова Дэна вызвали в ее душе живейший отклик. Майкл оказался прав насчет страхов. Старый добрый Майкл… Слова признания звучали у нее в голове, но она не могла произнести их вслух. Она вообще больше никогда не собиралась их повторять, хватит и того раза, когда она сказала их Брендону Чейзу. К тому же, если Майкл оказался прав в одном, он может быть прав и в другом.

— Дэн, ты можешь мне сказать, что не имеешь к этой пленке никакого отношения?

— Я не имею никакого отношения к этой пленке.

Дэн механически отчеканил эту фразу, как будто произнес ее только для того, чтобы успокоить Валери. Можно ли ему верить? Валери очень хотела верить, но вдруг это очередная игра и он готов на все, чтобы победить? Вдруг Филлис не ошибается в своих подозрениях?

— Как далеко ты готов зайти? — спросила она.

— Ради тебя?

— Чтобы получить от меня то, что тебе нужно.

— Так далеко, как потребуется. А теперь твоя очередь быть честной. Валери, как ты ко мне относишься?

Валери не могла честно ответить на этот вопрос — последствия признания могли оказаться более опасными, чем все, что с ней когда-либо происходило. Да и с какой стати ей говорить правду? Дэн же не признавался ей в любви, он говорил только, что хочет ее, стремится ею обладать. Вдруг для него это действительно игра? Что, если он такой же, как Брендон? Он готов зайти так далеко, как только потребуется… Например, посылать ей анонимные письма, фотографировать ее тайком, записывать на пленку их разговор во время секса? И какова его конечная цель? Возбудить ее? Завоевать ее доверие?

Словно зная точно, что нужно для того, чтобы добиться от Валери желаемого, Дэн быстро наклонился к ней и накрыл ее рот своим. Разум Валери кричал, требовал, чтобы она сопротивлялась, но тело ему не подчинилось, тело в мгновение ока было охвачено огнем. Валери застонала и обвила руками шею Дэна. Как же легко ему досталась победа! Она для него — всегда легкая добыча.

— Валери, ты сказала, что Брендон «еще один парень», в которого ты влюбилась. А кто другой? Я? Ты меня любишь? Скажи это, Валери, — прошептал он, касаясь губами ее губ. — Не бойся.

Что со мной творится?! — в панике думала Валери. Почему я не могу его остановить? Почему не могу хотя бы взять тайм-аут до тех пор, пока не схватят моего преследователя и я не окажусь в безопасности?

— Я… я хочу… мне нужно… Мне нужен ты.

13

— Я у тебя есть, дорогая. Я в твоем распоряжении в любое время, — прошептал Дэн.

Он понял, что победил. Пусть Валери не говорит того, что он хочет услышать, она готова пойти за ним всюду, куда бы он ее ни повел. Валери Клейтон принадлежит ему.

Им было удивительно хорошо вместе, Дэн как будто знал все ее желания, включая самые потаенные, и точно знал, как воплотить в жизнь все ее фантазии. Слишком долго реальная жизнь Валери была правильной, консервативной, скучной. Фантазии, воплощенные в реальность, — вот что ей было нужно. И Дэн, кем бы он ни был. Если вдуматься, Валери по-прежнему его не знала, она знала только, что, когда она с ним, ее жизнь становится такой полной, как никогда прежде. Когда она с ним, она счастлива, удовлетворена и чувствует себя в безопасности.

— Валери, ты моя, ты принадлежишь мне. — Дэн отвел с ее щеки прядь волос. — И тебе пора смириться с этим фактом.

Валери быстро наклонила голову, уходя от прикосновения.

— А может, я не хочу быть твоей? Может быть, я не хочу никому принадлежать, а хочу быть сама по себе?

— По-моему, это похоже на одиночество. На безопасное одиночество.

— Разве безопасность — это плохо?

Уж лучше так, чем отдавать свое сердце другому, чтобы тот его растоптал.

— Конечно, плохо. Это не в твоем стиле, ты ведь любишь опасные игры. — Дэн провел пальцем по ее шее. — Ты любишь рисковать, так почему же не рискнуть со мной? Я имею в виду, со мной настоящим, а не искусственно разделенным на отдельные половинки.

— Я уже рисковала.

— Это не считается.

— Дэн, не торопи меня.

— А ты не сравнивай меня с Брендоном Чейзом.

На Валери будто повеяло холодом.

— Мне пора домой.

Воцарилось тягостное молчание. Наконец Дэн сказал:

— Запирай магазин, я отвезу тебя домой.

— Спасибо, я вызову такси.

Лицо Дэна стало замкнутым. На несколько мгновений Валери показалось, что она видит перед собой незнакомца. Мужчина, который стоял перед ней, не был ни Дэном, ни Дэниелом, но при виде него у Валери пересыхало в горле и захватывало дух.

— Валери, если ты это сделаешь, ты пожалеешь.

— Что «это»? Не позволю тебе отвезти меня домой?

Дэн не ответил, только покачал головой, повернулся и, не оглядываясь, ушел тем же путем, каким пришел, через дверь черного хода. Валери проводила его взглядом. Что он имел в виду, говоря, что она пожалеет? Почему-то Валери казалось, что речь шла не о дороге домой, скорее это был вопрос о доверии.

Пожалеет ли она?

Да — если она ему надоест, если Дэн устанет от игры, которую, как он считает, она с ним ведет. Только в действительности Валери не играла с ним — по крайней мере, в этом конкретном случае — она просто защищала самое себя, и за это она вовсе не обязана просить прощения. Последняя мысль придала Валери уверенности в своей правоте.

Валери позвонила в службу вызова такси. Ей обещали, что машина будет подана через десять минут. Валери собрала вещи и, закрыв магазин, вышла на улицу. Только постояв несколько минут на тротуаре, Валери задумалась, не совершила ли она ошибку. Ей снова стало казаться, что за ней следят. Кто? Дэн? Или кто-то более опасный? Она никого не заметила, но неприятное ощущение не проходило. Валери сказала себе, что это нервы. До тех пор, пока человека, преследующего ее, не найдут и не арестуют, ей придется жить с оглядкой.

Наконец подъехало такси. Сев в машину, Валери оглянулась. Улица была пустынна. Ей просто почудилось. Если бы только самовнушение помогало успокоиться…

На этот раз таксист ей попался менее внимательный. Он уехал сразу же, как только Валери расплатилась и вышла из машины. Она осталась одна на темной улице со знакомым ощущением, что за ней кто-то следит. От волнения у нее дрожали руки, и Валери провозилась с ключами дольше обычного. Но наконец замок открылся, Валери влетела в дом и заперла дверь не только на замок, но и на цепочку. Робин был тут как тут. С радостным мурлыканьем кот стал тереться об ее ноги.

— Привет, дружок.

Валери подняла кота на руки и вспомнила насмешливое замечание Дэна, что Робин заменяет ей мужчину. Это, конечно, преувеличение, но гораздо приятнее возвращаться домой, когда тебя кто-то ждет, пусть даже кот. Она отнесла Робина на кухню и положила ему в миску еду. Тот снова потерся об ее ноги в знак благодарности и только после этого с аппетитом начал есть.

Почему с Дэном так трудно? Почему он не может понять ее мотивы? Разве это плохо — просто наслаждаться обществом друг друга, воплощать в жизнь фантазии, а реальность оставить другим? Любой другой мужчина был бы счастлив, если бы ему предложили такой расклад: сколько угодно секса и никаких обязательств. Чем же Дэн недоволен? Впрочем, Дэн — не любой мужчина, иначе ее бы к нему не тянуло. В том-то и беда, что ей нужен только Дэн, он один, и все же…

Строго говоря, Валери не имела ничего против глубокой привязанности, взаимных обязательств, просто она стала осторожной. А вдруг, как только Дэн получит все, что хочет, он ее бросит?

Приняв душ, Валери надела длинную хлопковую ночную рубашку и легла в кровать. Робин тут же запрыгнул к ней и устроился рядом с подушкой. Вскоре он уже посапывал во сне, как ребенок. Но Валери уснуть не удавалось, мысли о Дэне и об их отношениях не давали ей покою. В конце концов Валери надоело ворочаться. Раз уж все равно не спится, почему бы не потратить время с пользой? Осторожно, стараясь не потревожить кота, она встала и поднялась на второй этаж.

Валери остановилась перед дверью в комнату, где они с Дэном не так давно занимались любовью. Помня о злополучной магнитофонной записи, Валери осмотрела комнату еще утром и так и не нашла ни магнитофона, ни какого-нибудь шпионского приспособления. Вероятно, запись делали с улицы, как и предположили полицейские. Наконец Валери все-таки вошла в комнату, хотя ее и не покидало неприятное чувство, плохо поддающееся анализу. Она стала открывать коробки и перебирать хранящиеся в них вещи, прикидывая, как их использовать, чтобы сделать жилье более уютным. За ее спиной раздался какой-то шум. Валери резко выпрямилась и оглянулась. В комнату вошел Робин.

— А, это всего лишь ты. — Сердце Валери, ушедшее было в пятки, вернулось на место. — Решил помочь мне? Ну что ж, если тебе что-нибудь понравится, мяукни.

Ей попалась небольшая настольная лампа с абажуром из рисовой бумаги. Валери включила ее в розетку и с удовлетворением увидела, что лампа работает. Пожалуй, эта вещица будет прекрасно смотреться на тумбочке возле кровати, решила Валери.

Ее мысли снова вернулись к спору с Дэном. Как вышло, что они так быстро перешли от страсти к спорам? И что все-таки он имел виду, говоря, что она пожалеет?

— Знаешь, Робин, пожалуй, ты самое рассудительное существо мужского пола в моем окружении.

Услышав свое имя, Робин пошел к хозяйке, но вдруг остановился, выгнул спину и зарычал.

— Робин, милый, в чем дело?

Кот стремительно метнулся к двери и выскочил из комнаты. У Валери мороз прошел по коже, ей вспомнились другие случаи, когда кот реагировал на что-то так же, как сейчас. Самое неприятное, что причину его реакции удалось выяснить только один раз, когда Валери мельком заметила крысу, остальные случаи остались неразгаданными. Валери решила последовать примеру кота и спуститься вниз. Она поднялась с колен и пошла к двери. Но прежде, чем она успела переступить порог, дверь с грохотом захлопнулась.

— Эй, здесь кто-нибудь есть?! — крикнула Валери.

Бессмысленный вопрос, подумала она мгновение спустя, уж если кто-то тайно проник в дом, конечно, он не станет отвечать. Кто это, преследователь? Или дверь захлопнулась от сквозняка? Валери подошла к двери и повернула ручку. Безуспешно. Как и в прошлый раз, когда Валери оказалась запертой в кладовке, дверь не поддавалась. Дэн убедил ее, что тогда в двери просто заклинило замок, но вряд ли подобное могло случиться с двумя разными дверями за короткий промежуток времени. Вероятнее всего, и сейчас, да и тогда, кто-то нарочно запер дверь снаружи. Валери забарабанила в дверь.

— Открой! Открой немедленно, трус! Если ты мужчина, имей храбрость посмотреть мне в глаза!

Ответа не последовало, зато в комнате погас свет. От ужаса Валери стала задыхаться. Найдя на ощупь настольную лампу, она щелкнула выключателем. Безрезультатно. Света нет. Если в кладовке Валери испугалась, то сейчас она была в панике. Ей даже нечем защититься! Правда, пока на нее никто не нападал, скорее, неизвестный играл с ней в отвратительную игру.

Нужно было срочно придумать выход из положения. Валери подбежала к окну и, распахнув его, посмотрела вниз. Слишком высоко, если прыгнуть, в лучшем случае можно отделаться сломанной ногой. Всмотревшись в темноту, Валери разглядела, что вдоль стены на уровне пола второго этажа тянется бетонный карниз. Если прижаться к стене, то можно добраться по нему до окна другой комнаты. Только бы оно оказалось не запертым!

Валери боялась высоты, но выбора у нее не было. Если не смотреть вниз, возможно, ей удастся дойти до спасительного окна. Валери села на подоконник и осторожно нащупала ногой холодный бетон карниза. Потом поставила на карниз и вторую ногу. К горлу подкатила тошнота. Валери глубоко вздохнула и, прижавшись спиной к стене, стала медленно двигаться боком. Шаг, еще один… Валери напряженно вслушивалась, стараясь расслышать какой-нибудь шум, может быть, шаги ее мучителя. Но ее окружала полная тишина, в которой чудилось нечто зловещее. Наконец она достигла окна соседней комнаты и, крепко ухватившись за крюк, на котором держалась водосточная труба, повернулась на сто восемьдесят градусов. Только бы окно оказалось не запертым! Одной рукой Валери толкнула створку. Створка поддалась.

— Слава тебе, Господи! — выдохнула Валери.

Она перелезла через подоконник в комнату и застыла неподвижно, прислушиваясь. Тишину не нарушал ни один звук. Валери на цыпочках подкралась к двери, осторожно приоткрыла ее, выглянула в щель и, убедившись, что площадка второго этажа пуста, вышла из комнаты. Беззвучно ступая босыми ногами по дощатому полу, не смея даже вздохнуть лишний раз, Валери спустилась вниз.

Луна успела снова выглянуть из-за туч, и теперь ее серебристый свет заливал помещение. Валери немного постояла, рассчитывая свои следующие действия: пересечь комнату, открыть дверь, выскользнуть на улицу и бежать. Пора.

До двери она добралась благополучно. Но, когда дрожащие пальцы Валери легли на дверную ручку, чья-то сильная рука обхватила ее за шею, заставляя запрокинуть голову. Валери попыталась вырваться, но нападавший был гораздо сильнее. Не ослабляя хватки, он потащил ее обратно в комнату.

— Что вам нужно? — хрипела Валери. — Кто вы такой?

— Я твой самый страшный кошмар, Валери.

Вскоре ноги Валери уперлись во что-то твердое, нападавший развернул ее лицом к себе и толкнул на кровать. Валери упала навзничь, мужчина тяжело навалился на нее сверху. Его лицо скрывал черный капроновый чулок, натянутый на голову. Валери изо всех сил замолотила кулаками по груди нападавшего, но он без труда обхватил оба ее запястья одной рукой и намертво прижал к кровати. Другая его рука тем временем нырнула под подол ночной рубашки. Валери передернуло от отвращения. Она попыталась пустить в ход ноги: брыкалась, пыталась ударить его коленом, но силы были неравными, Валери с ужасом чувствовала, что слабеет. Она поняла, что должна срочно что-то придумать.

— Перестаньте! Тот, кто берет женщину силой, не достоин называться мужчиной!

— Ты сама напросилась, сука, с такими, как ты, только так и можно! — злобно прошипел он в ответ.

Собрав все силы, Валери попыталась перекатиться на бок, таким образом сбросив его с себя. Осуществить замысел полностью ей не удалось, но насильник потерял равновесие и на секунду ослабил хватку, чем немедленно воспользовалась Валери, чтобы освободить одну руку. Она изловчилась схватить его за палец и изо всех сил потянула назад. Мужчина взревел от боли и злости.

Откуда-то сбоку послышалось шипение Робина, и вдруг кот прыгнул сначала на кровать, а потом на спину нападавшего. Тот грязно выругался и, пытаясь сбросить кота, поневоле был вынужден отпустить Валери. Она оттолкнула насильника, вскочила с кровати и бросилась к двери. Мужчина бросился за ней. Валери слышала за спиной тяжелые шаги, но не оглядывалась. Судя по звуку и очередному потоку ругательств, ее преследователь споткнулся и упал. Валери в это время была уже у двери. Выскочив на улицу, она бросилась бежать.

Мелкие камни и всякий мусор кололи ее босые ступни, но она не обращала на это внимания. Ей нужно где-то спрятаться. Моля Бога, чтобы ее преследователь не успел заметить, куда она свернула, Валери юркнула в переулок и в панике огляделась. Мусорные баки, вот за что она спрячется! Она присела за цилиндрический металлический контейнер, решив, что в самом крайнем случае сможет использовать его крышку в качестве оружия.

Прошло минут пять, в переулке было тихо. Нападавший или пробежал мимо, или вообще остался в квартире. Неужели он думает, что она настолько глупа, что вернется обратно? Выждав еще несколько минут, Валери вернулась к улице и осторожно выглянула за угол. Никого. Она подумала, что нужно каким-то образом добраться до дома Дэна. С ним она будет в безопасности. Он обнимет ее, прижмет к своему сильному теплому телу, и все будет хорошо.

Из-за угла выехала машина с мигалкой на крыше. Полицейский патруль! Никогда еще Валери так не радовалась встрече с полицией. Она вышла на проезжую часть и замахала руками.

14

Утром Валери проснулась от аппетитного запаха кофе и жареного бекона. Она открыла глаза и в первый момент растерялась, не понимая, где она: незнакомая комната, незнакомая кровать… но потом она все вспомнила. Валери встала, зашла в ванную и, приведя себя в порядок, спустилась вниз.

Дэн хлопотал в просторной кухне. Валери повела носом и блаженно зажмурилась.

— Как вкусно пахнет! Наверное, я еще сплю и вижу счастливый сон: мужчина готовит мне завтрак.

Дэн развел руками.

— Должен признаться, яичница с беконом — вершина моего кулинарного мастерства.

Валери вдруг подумала, что, пожалуй, было бы неплохо каждое утро видеть в кухне Дэна, готовящего завтрак.

— Все равно это чудо. В последний раз такое случалось… да никогда не случалось.

— Значит, я у тебя первый.

— И не только в этом отношении, — призналась Валери.

Дэн разложил яичницу по тарелкам. Валери села за стол и начала есть. Дэн последовал ее примеру. Наконец Валери отложила вилку.

— Спасибо Дэн. Ты снова меня спас.

Он пожал плечами.

— Это всего лишь завтрак.

— Вообще-то я имела в виду не завтрак, хотя и его тоже. Спасибо, что ты оказался на месте, когда я в тебе нуждалась.

— Я сожалею, что вчера отпустил тебя домой одну. Если бы я сам тебя отвез, никто на тебя не напал бы и ничего не случилось бы.

— Я сама виновата, — покаялась Валери, — закапризничала из-за пустяка. Вечно я навлекаю на свою голову неприятности.

— Кстати о неприятностях. Этот подонок все еще разгуливает на свободе, он может вернуться. До тех пор, пока его не схватят, тебе лучше пожить у меня.

Переезд к Дэну был слишком серьезным шагом, к которому Валери пока не была готова. Но Дэн прав, в своем доме она больше не может чувствовать себя в безопасности.

— Я могу пожить некоторое время у Филлис.

— То есть о том, чтобы остаться у меня, ты и думать не желаешь.

— Я не настолько хорошо тебя знаю, чтобы переехать к тебе.

— Ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы заниматься со мной сексом. — Он нахмурился и встал из-за стола.

— Дэн, прошу тебя…

— О чем ты просишь? Чтобы я не был самим собой? Ты предпочитаешь, чтобы я являлся тебе в образе героя твоих фантазий, играл роль и исчезал, чтобы тебе не нужно было общаться со мной, как с реальным, живым человеком?

«Я — твой самый страшный кошмар», вспомнилось Валери. Она сильно вздрогнула, Дэн в мгновение ока оказался рядом, обнял ее и прижал к себе так, словно не собирался отпускать никогда. Некоторое время оба молчали.

— Ладно, — сказал Дэн, — звони Филлис. Потом я отвезу тебя домой, подожду, пока ты соберешь вещи, и доставлю тебя к Филлис в целости и сохранности.

Валери позвонила Филлис и отправилась в душ. Стоя под успокаивающими теплыми струями, Валери обдумывала, как ей лучше защитить себя, пока полиция не схватит ее преследователя. В конце концов она решила купить баллончик со слезоточивым газом. Может, завести бойцовую собаку? Нет, решила Валери, не стоит, ведь у нее есть бойцовый кот. Валери улыбнулась, вспоминая, как Робин отважно бросился на ее защиту. А как он рычит… Валери нахмурилась. Робин рычал редко, всего несколько раз: когда в дом забралась крыса, во время вечеринки в честь Филлис, затем, когда она получила скабрёзные фотографии, и в последний раз — прошлой ночью.

Странно все это. Еще более странно, что Робин отказался покинуть свое убежище даже для того, чтобы приветствовать хозяйку. Приехав за вещами, Валери осмотрела дом — Дэн неотступно ходил за ней по пятам — и нашла кота под кроватью.

— Робин, милый, выходи!

Но, как Валери ни звала, как ни уговаривала, животное не двинулось с места.

— Ничего, он успокоится, — сказал Дэн, — и, когда проголодается или ему понадобится в туалет, сам выйдет. Оставим его здесь, главное, чтобы у него было все необходимое.

— Все-таки не хочется бросать его одного, — вздохнула Валери. — А вдруг тот тип, который был здесь ночью, вернется и убьет его? Самое ужасное, что я даже не знаю, как мерзавец проник в дом. Полиция не нашла никаких следов взлома. Они полагают, что я забыла запереть дверь или окно на первом этаже, но я готова поклясться, что все было заперто. А через второй этаж он не мог залезть, для этого ему понадобилась бы лестница, которую тоже не обнаружили.

— Может, у него есть ключ?

— Это невозможно, я не раздаю ключи направо и налево.

— И ни у кого нет запасного?

— Только у Филлис. У Майкла ключа нет, но он знает, где лежит ключ Филлис.

Дэн помолчал, переваривая информацию.

— Ладно, теперь это не так уж важно, потому что замок все равно придется сменить. Если позволишь, я пришлю своих людей, чтобы они установили в доме охранную сигнализацию.

— Право, не знаю…

— Валери, не упрямься! Это следовало сделать еще раньше, когда ты получила фотографии. После того, что произошло, ты не можешь чувствовать себя в безопасности. Ты должна установить сигнализацию, если, конечно не собираешься поселиться у Филлис навсегда.

— Нет, не собираюсь. Я не позволю какому-то подонку выгнать меня из дома!

В конце концов Валери согласилась с Дэном, признав его правоту.

Полчаса спустя Дэн высадил Валери у дома Филлис, проводил до двери и, пообещав, что они еще увидятся сегодня, быстро поцеловал в губы и уехал. Они также договорились, что Дэн позже заедет навестить Робина.

К счастью, Филлис, выслушав новости, воздержалась на этот раз от воспитательной лекции. Подруга держалась на удивление бесстрастно, даже когда Валери заявила, что пойдет на работу, словно ничего не случилось.

Они отправились в Сохо на автомобиле Филлис.

— Надеюсь, теперь, когда на тебя напали, полиция наконец начнет расследование, — пробурчала Филлис.

— Да, они сняли отпечатки пальцев.

Филлис покачала головой.

— От этого не будет никакого толку, если его раньше не арестовывали.

— Да, тогда его будет труднее найти.

Валери рассчитывала, что разговор на неприятную тему окончен, но Филлис была слишком проницательной.

— Валери, мне кажется, ты что-то недоговариваешь.

— Да, ты права. Мне показалось, что полицейские отнеслись к моему заявлению несколько скептически. Поскольку следов взлома не обнаружено, они подозревают, что меня навестил отвергнутый любовник.

— Дэниел Роуэн.

— Филлис! Начать с того, что у Дэна нет ключа от моего дома, ключ вообще есть только у тебя.

Филлис хмыкнула и замолчала, сосредоточившись на дороге. Валери была этому только рада. Ей надоело постоянно оправдывать Дэна перед своей лучшей подругой. Всякий раз, когда она нуждалась в Дэне, он оказывался рядом и приходил ей на помощь. Он ее защищал, возбуждал, соблазнял, очаровывал… и она его полюбила. Валери было страшно даже думать об этом, но нельзя закрывать глаза на правду до бесконечности. Она любит Дэна Роуэна. Ну вот, себе она уже призналась, и что дальше? Валери решила до поры до времени оставить свое открытие при себе, понимая, что теперь никуда от него не денется, оно будет все время жить в ее сознании.

В магазине Валери ждала неприятная новость — Джулия оставила на автоответчике сообщение, что отравилась и не выйдет на работу. С одной стороны, Валери расстроилась, что ей придется целый день управляться в одиночку, с другой — с облегчением подумала, что не надо будет снова повторять рассказ о событиях минувшей ночи.

Начало рабочего дня омрачило появление Стивена Финчера. Он долго разглядывал обновленную витрину и явно остался довольным. У Валери внутри все переворачивалось от отвращения, но она призывала на помощь терпение, понимая, что деться ей некуда.

— Валери, я был на вас очень сердит, очень, — важно начал Финчер. — Я не мог понять, почему вы не пустили меня в магазин. Но теперь понял.

— Правда? И что же вы поняли?

— Вы хотели сделать мне сюрприз. Создавая свой новый шедевр, вы думали обо мне.

Валери нахмурилась.

— Почему вы так решили?

— О, Валери, вы же так хорошо меня знаете. — Он буквально пожирал ее взглядом. — Возможно, внешне я и произвожу впечатление человека мягкого, но только вы, — Финчер выделил голосом последнее слово, — знаете, что я — настоящий Супермен.

У Валери глаза на лоб полезли. Воспользовавшись ее замешательством, Финчер продолжал фамильярно:

— Валери, я знаю, ты меня хочешь, и теперь я в твоем распоряжении. Твоей драконши сегодня нет, значит, весь магазин наш.

Он протянул руку, явно собираясь коснуться Валери. Она наконец оправилась от потрясения и вновь обрела дар речи. Шлепнув Финчера по протянутой руке, Валери приказала:

— Вон отсюда!

Финчер поморщился.

— Валери, давай не будем больше играть в игры.

— Я и не играю, я говорю совершенно серьезно. Убирайтесь из магазина и больше не приходите! Вы, конечно, были выгодным клиентом, но я не настолько люблю деньги, чтобы терпеть ваши выходки.

— Ты не можешь меня вышвырнуть! — запротестовал Финчер.

— Уходите сами, или я вызову полицию, и они выведут вас силой. И, обещаю, я позабочусь, чтобы вам запретили появляться в радиусе десяти ярдов от моего магазина! — На всякий случай Валери добавила: — Вас в любом случае вызовут в полицию для допроса, я им все про вас рассказала, извращенец несчастный.

Финчер попятился к двери, хотя и бросил грозно:

— Ты еще за это заплатишь! Ты пожалеешь, сука!

Пульс у Валери участился. Тип, напавший на нее ночью, тоже называл ее сукой, может, это был Стивен Финчер? Стивен Финчер преследовал ее? Валери как следует не рассмотрела нападавшего, тот был выше ее ростом и гораздо сильнее, больше, пожалуй, она ничего не могла сказать. Финчер тоже выше ее и, по-видимому, тоже считает себя сильным. Супермен? Валери содрогнулась от отвращения. Как хорошо, что она от него избавилась!

Но что-то не давало Валери покою, она никак не могла понять, что именно, только смутно чувствовала, что в этой версии что-то не стыкуется. Перед ланчем позвонил Дэн узнать, как идут дела.

— Дэн! — Валери вздохнула с облегчением. — Слава Богу, это ты. Джулия заболела, а мне пришлось общаться с одним ужасным покупателем, я тебе про него рассказывала, со Стивеном Финчером. Я начинаю думать, что он мог быть моим ночным гостем.

— Что он натворил?

— Не волнуйся, ничего страшного не произошло. Он ко мне приставал, но я велела ему уходить и больше не возвращаться.

— Ты заявила в полицию?

— Еще нет, но обязательно заявлю.

— Ладно, а я договорился со специалистом по установке охранной сигнализации, часа через два мы с ним подъедем к тебе домой, и он посмотрит, что можно сделать.

Валери похвалила себя, что утром предусмотрительно дала Дэну запасной ключ от своего дома, чтобы он мог навестить Робина.

— Ах, Дэн, что бы я без тебя делала?

— Надеюсь, мне никогда не придется это узнать.

Разговор с Дэном поднял Валери настроение. Повесив трубку, она поняла, что проголодалась. В середине дня в магазине всегда было много покупателей, о том, чтобы уйти на ланч, нечего было и думать, поэтому Валери позвонила Филлис и попросила спасти ее от голодной смерти. Филлис через десять минут принесла Валери сандвич, салат и кофе — а еще новость, что Майкл снова исчез, исчезли и ключи от его квартиры.

— Кстати, о ключах, — сказала Филлис. — Я не могу найти твой ключ, он исчез.

— Ты везде посмотрела?

— Я его никогда не перекладывала, он всегда лежал в верхнем ящике письменного стола в моем кабинете. Обнаружив, что ключ пропал, я подумала, что его зачем-то взял Майкл. Но, раз он исчез, мы теперь не скоро сможем с ним поговорить. Помнится, он обычно пропадает по две-три недели.

— Может, он просто на съемках и вернется к вечеру? — с надеждой предположила Валери.

Филлис отрицательно покачала головой.

— Сомневаюсь, его рюкзака нет.

— Откуда ты знаешь?

— Я была у него в квартире, у меня есть запасной ключ и от его берлоги.

Валери задумалась.

— Майклу незачем брать мой ключ. А кто-нибудь еще знал, где он лежит?

Филлис пожала плечами.

— Если и знал, то мне об этом неизвестно, я лично говорила только Майклу.

Ключ исчез, кто-то проник в дом Валери, не оставив следов взлома… Конечно, это могло быть совпадением, но Валери в это не верилось. Судя по выражению лица Филлис, она думала о том же.

Вскоре Валери представилась возможность поделиться своими соображениями с полицией. Во второй половине дня ей позвонил детектив Пенфолд. Представившись, он объяснил, что ему поручено расследование ее дела. Валери рассказала ему о пропаже ключа и поделилась своими подозрениями насчет Стивена Финчера. На вопрос детектива, мог ли Финчер знать о хранящемся у Филлис ключе и имел ли он возможность до него добраться, Валери честно ответила, что и первое, и второе маловероятно. Заканчивая разговор, Пенфолд попросил немедленно сообщить ему, если случится что-то еще, и в свою очередь пообещал держать Валери в курсе расследования.

Валери не давали покою мысли о ночном визитере. Ее раздражало, что она не может уловить логику событий. По-видимому, исчезновение запасного ключа было главной ниточкой, которая могла привести к таинственному недоброжелателю. Но кто, кроме Филлис и Майкла, мог взять ключ? Интересно, есть ли у охраны здания ключи от всех помещений? Нужно будет спросить у Дэна. Она еще не сбросила со счетов Джоди Форреста как возможного подозреваемого. Если у него действительно есть ключи от всех помещений, он вполне мог войти в кабинет Филлис и найти ключ от квартиры Валери. На брелоке стояли ее инициалы, чтобы Филлис не спутала ее ключ с другими, но по этому же брелоку его мог узнать и Форрест.

Обслужив последнего покупателя и заперев магазин, Валери вспомнила, что еще не просмотрела почту за день. Конечно, можно было отложить почту до завтра, но Филлис все равно еще занята в кафе, а ехать к ней домой одной Валери не хотелось. Валери села за письменный стол и принялась разбирать корреспонденцию. Последним в стопке лежал конверт из плотной коричневой бумаги. Без почтового штемпеля и даже без адреса. Валери вздрогнула, ее сердце тревожно забилось. Она взяла конверт в руки, но распечатывать его не спешила. Судя по весу, внутри снова были фотографии. Наконец Валери все-таки открыла злополучный конверт. Увиденное она без преувеличения могла назвать самым худшим кошмаром в ее жизни. Валери выронила фотографии, они веером разлетелись по столу. На снимках снова были изображены она и Дэн, занимающиеся сексом в витрине магазина. Валери бросилась в торговый зал. Она осмотрела каждый дюйм витрины, ища миниатюрную камеру. Ничего. Валери вернулась в кабинет и, присмотревшись к фотографиям, поняла, что съемка велась откуда-то сверху, потому что ткань, которой она занавесила витрину, не заслоняла обзор. Так снять витрину можно было, например, из окна второго этажа дома напротив, но тогда фотоаппарат должен был иметь очень мощный объектив.

Валери сложила фотографии обратно в конверт и направилась к лестнице черного хода, по которой поднялась на третий этаж, где находился офис Дэна. Она чувствовала потребность показать фотографии Дэну и поделиться с ним своими соображениями. Теперь Валери поняла, что именно ей показалось странным в сегодняшнем разговоре с Финчером. Он знал, что на манекене под деловым костюмом надет костюм Супермена! Но Финчер никак не мог знать об этом, если только каким-то образом не наблюдал за ее работой над оформлением витрины!

— Дэн! — позвала она, входя в кабинет.

Тишина. Валери остановилась посередине и огляделась. Она была здесь впервые. Темное дерево, благородная простота, ничего броского, вычурного — типичный кабинет адвоката.

— Дэн, ты где?

Валери подошла к письменному столу. Безупречный порядок — ничего похожего на ее собственное рабочее место. Необходимость ждать Дэна, не имея понятия, где он и когда вернется, действовала Валери на нервы. Наверное, лучше оставить ему записку. Валери обошла стол и выдвинула верхний ящик. Здесь нашлась не только ручка, но и блокнот. Валери оторвала один листок и собиралась уже задвинуть ящик, как ее взгляд упал на почтовый набор: конверты и почтовая бумага бежевого цвета с отделкой по верхнему краю, напоминающей кружево.

У Валери подкосились ноги. Она осела на стул и уставилась на бумагу. Точно такую же использовал ее «почитатель»!

— Милая, ты здесь!

Валери быстро обернулась. В дверях стол Дэн, но его взгляд был обращен не на нее, а на листок бумаги в ее руке. У Валери пересохло во рту, она вдруг поняла, что Дэн нужен ей, несмотря ни на что, даже несмотря на неопровержимую улику против него. Листок почтовой бумаги выпал из ее ослабевших пальцев, но Валери собралась с духом, открыла конверт и выложила на стол фотографии. Дэн подошел ближе и склонился над столом. Посмотрев на фотографии, он перевел взгляд на Валери, его лицо превратилось в непроницаемую маску.

— Кто это сделал? — спросил он.

— А вот это ты мне скажи.

— Ты думаешь, я имею к этому какое-то отношение?

— Сначала не думала, — тихо сказала Валери, хотя ей хотелось кричать, визжать, топать ногами, потребовать от Дэна объяснений, спросить, как он мог заставить ее полюбить его и тут же ее предать. — Но потом я нашла твою почтовую бумагу.

— Я могу все объяснить. — Если Дэн и чувствовал за собой вину, то очень умело это скрывал.

— О, в этом я как раз не сомневаюсь. И тебе придется все объяснить — полиции.

Дэн вздрогнул.

— Валери, зачем ты внушаешь себе, что я и есть твой преследователь? Ты пытаешься поверить, что я могу тебя пугать, причинять боль…

— Не надо, Дэн, не отпирайся. Лучше скажи, зачем ты это сделал? Ты пытался заморочить мне голову, чтобы я заинтересовалась тобой?

Однако Дэн никогда не причинял ей боль.

Валери стала вспоминать все, что с ней случилось за последнее время, и находила все больше доказательств в пользу версии, что таинственный преследователь — Дэн. Как владелец здания он имеет ключи от всех помещений. Наверное, он потому и оказывался так часто в нужное время в нужном месте, что он преследовал ее. Что касается фотографий, то тут дело обстоит еще хуже: Дэн не мог фотографировать ее сам, значит, он впутал в это грязное занятие кого-то еще.

— Как ты пришла к столь мудрому умозаключению?

— Ты часто говоришь об опасности…

— Не я, а Дэн.

— Что-о?

— Ты же воспринимаешь нас как две разные личности, не так ли? Нет, постой-ка, чуть не забыл, Дэн — не личность, он вообще не человек, а герой твоих фантазий. Ему положено быть тем, кем ты хочешь, и делать то, что ты от него ждешь.

— Значит, ты признаешь, что это твоих рук дело?

Дэн вздохнул.

— Нет, Валери, я прошу тебя видеть меня таким, какой я на самом деле.

— О, я вижу, даже слишком хорошо.

Валери попыталась пройти мимо Дэна к двери, но он схватил ее за локоть и развернул к себе лицом. Валери посмотрела ему в глаза, и у нее в который раз за последний час перехватило дыхание.

— Нет, — сказал Дэн, — ты не видишь, иначе поняла бы, что я только потому подыгрывал твоим фантазиям, что именно этого ты от меня хотела. Три месяца ты не обращала на меня внимания, и я не знал, как изменить ситуацию. А потом я присмотрелся повнимательнее к твоей витрине и понял, что ты скорее оценишь более тонкий подход, нечто экзотическое.

— И ты понял это, просто рассмотрев мою витрину? — недоверчиво переспросила Валери.

— И поговорив с Майклом.

— С Майклом? — Валери была потрясена. — Так он тоже в этом замешан?

— Майкл ни в чем не замешан, я всего лишь спросил у него совета, потому что он знает тебя лучше других. — Дэн пожал плечами. — Сначала он разговаривал со мной охотно, но потом почему-то передумал и посоветовал держаться от тебя подальше.

Вероятно, это было после того, как я попросила Майкла навести справки о Дэне, предположила Валери.

— Скажи, Дэн, кто дал тебе ссуду на здание? Тони Корелли?

— Корелли? Кто сказал тебе такую чушь? Филлис?

— Кто мне сказал, не имеет значения, ты не ответил на мой вопрос.

— Я взял ссуду у отца. Он считал, что я совершаю ошибку, уходя из семейного бизнеса, но не отказал мне в кредите, чтобы я мог осуществить свою мечту. Вот почему я иногда по-прежнему выполняю его деловые поручения.

Валери не знала, чему верить. Если Дэн говорит правду, кто снабдил неверными сведениями Майкла? Валери вспомнила, что Майкл не пожелал раскрыть источник информации.

— Валери, ну что, я наконец перед тобой оправдался? Как мне до тебя достучаться?

Дэн схватил ее за плечи и встряхнул. Это был жест отчаяния, лишенный и намека на сексуальность, но Валери охватило желание, смешанное с паникой. Даже если Дэн — таинственный преследователь, он все равно имеет над ней огромную власть.

— Дэн, отпусти меня, между нами все кончено.

Лицо Дэна исказилось от мучительной боли, но он подчинился ее требованию.

— Валери, не говори так! Ты нужна мне вся, целиком, и я хочу, чтобы ты тоже принимала меня целиком, иначе у нас ничего не получится. Мне мало одних фантазий, и тебе их тоже должно быть мало.

Весь ее мир перевернулся вверх тормашками, а он рассуждает о любви? Может, это очередная уловка?

— Не пытайся сбить меня с толку.

— Я пытаюсь достучаться до твоего сердца и разума. Пойми, Валери, я тебя люблю, от меня тебе защищаться не нужно. Да, я писал эти письма, но это единственное мое прегрешение. От одержимости тобой я был готов на все, лишь бы ты обратила на меня внимание, а потом и ответила на мои чувства. Я рассчитал, что, когда мы узнаем друг друга поближе, ты меня поймешь и полюбишь.

В голосе Дэна слышалось горькое разочарование, но Валери постаралась думать не об эмоциях, а о фактах.

— Значит, ты признаешь, что писал эти письма?

— Да, писал. Но насчет всего остального ты ошибаешься, я тебя не преследовал, и уж конечно не я делал эти чертовы фотографии. Валери, я тебя люблю, — повторил он в третий раз. — Доверься мне, и мы вместе разберемся во всем этом.

— Не могу.

Дэн покачал головой.

— Не хочешь. Ты даже рада повесить на меня всех собак, потому что тогда со спокойной совестью спрячешься обратно в свою безопасную раковину. Ты можешь утешать себя мыслью, что не напрасно закрывала от меня часть своей души, чтобы я не мог в нее проникнуть. Тогда тебе не придется рисковать своим сердцем, ты сможешь сказать себе, что я — очередной Брендон Чейз, и умыть руки.

Не в силах это слышать, Валери бросилась прочь — прочь от мужчины, который обрел слишком сильную власть не только над телом ее, но и над сердцем. Она сама не понимала, как допустила, что дело зашло так далеко. А вдруг Дэн говорит правду? Вдруг он не повинен в том, в чем она его обвиняет? Может быть, она действительно подсознательно хочет поверить в его виновность, чтобы ей не пришлось признать свои чувства к нему, принимать серьезное решение, менять свою жизнь?

Валери влетела в кафе Филлис, задыхаясь не столько от быстрой ходьбы, сколько от нервного напряжения. Она огляделась, но подруги не увидела.

— Где Филлис? — обратилась Валери к девушке, работавшей за стойкой.

— Извините, хозяйки нет.

— Она мне срочно нужна по важному делу.

— Недавно заходил мистер Хаксли, он тоже ее искал. Может, он ее нашел и они в его галерее?

— Спасибо, пойду туда.

Валери отправилась в галерею, моля Бога, чтобы подруга оказалась у Хаксли. Они вместе пообедают, может быть, даже выпьют чего-нибудь, а потом пойдут к Филлис и вместе поплачут над нескладной жизнью Валери. А немного успокоившись, она позвонит детективу Пенфолду и расскажет все, что узнала про Дэна. После этого о Дэне можно будет забыть и вернуться в свое безопасное одиночество…

15

После того, как Валери ушла, точнее убежала, Дэн долго еще сидел за столом, уставившись невидящим взглядом прямо перед собой.

Если Валери ему не верит, тем хуже для нее. Ни Валери, ни даже полиция не могут доказать, что он в чем-то замешан. Но, подумав, Дэн понял, что не стоит обижаться на Валери за ее недоверие — в последнее время с ней происходило много странного и страшного, и всякий раз он, Дэн, оказывался рядом. Неудивительно, что она сделала неверный вывод. Но главное, он по-прежнему ее любит, она нужна ему не меньше, чем раньше, поэтому он никак не может послать все к черту и умыть руки.

Дэн встал, запер кабинет и отправился на поиски женщины, которая завладела его душой и телом.

Как и следовало ожидать, «Будуар» был закрыт. Надеясь застать Валери у подруги, Дэн зашел в кафе. Валери в кафе не было, Майкла тоже. Когда Дэн собрался выходить, в дверях он столкнулся с Филлис.

— Я вернулась! — оповестила она персонал.

Молоденькая девушка, работавшая за стойкой, сообщила хозяйке:

— Вас искала Валери.

— И куда же она делась? — Филлис уставилась на Дэна, словно только сейчас его заметила. — Поехала ко мне?

— Не знаю точно, — ответила девушка, — кажется, она собиралась заглянуть в галерею мистера Хаксли.

— В галерею? — почему-то встревожилась Филлис. — Тогда мне лучше пойти за ней.

Дэн схватил ее за руку.

— Подождите, нам нужно поговорить.

— Да, вы правы, действительно нужно. Кажется, я поняла, кто взял из ящика моего стола ключ от квартиры Валери, а это значит, что я, по всей вероятности, знаю, кто на нее напал.

В галерее Филлис не оказалось. Валери хотела спросить Хаксли, не знает ли он, куда она девалась, но тот был занят с покупателем. Он знаками показал Валери, что освободится через пять минут. Она кивнула и, чтобы скоротать ожидание, пошла бродить по галерее, рассеянно скользя взглядом по выставленным экспонатам. Возможно, Дэн прав, она действительно боится рискнуть своим сердцем и потому предпочитает верить в его виновность. Чем больше Валери над этим думала, тем более неуютно себя чувствовала.

Когда Дэн заставлял ее играть с опасностью, это действительно была игра, не более того. Он позволял себе ровно столько, сколько Валери ему позволяла, и всякий раз, когда она говорила «стоп», он тут же останавливался, хотя ему, вероятно, было нелегко это сделать. Он ее развлекал, возбуждал, соблазнял… Валери не могла поверить, что Дэн способен причинить ей боль, физическую или эмоциональную. Теперь, немного поостыв, она уже сожалела, что набросилась на него с обвинениями.

Стремясь отвлечься от тревожных мыслей, Валери стала разглядывать фотографии. На снимках были в основном изображены женщины в разных стадиях раздевания. Было в фотографиях что-то странное, но Валери не могла понять, что именно. И вдруг ее осенило: женщины не позировали, они вообще не подозревали, что их снимают! Так же, как она на тех злосчастных фотографиях! Валери заинтересовалась фамилией фотографа, но он предпочел подписать работы инициалами — «Б.Х.».

С бешено бьющимся сердцем она дошла до конца ряда и увидела на подставке книгу о сексуальности, написанную фотографом. Валери ахнула, прикрывая рот рукой, круто повернулась… и оказалась лицом к лицу с Беном Хаксли.

— Наконец-то я избавился от этого зануды, только время зря потратил. Он ничего не купил.

— Так это были вы. — От только что сделанного открытия у Валери немного кружилась голова.

Хаксли посмотрел на фотографии, потом снова на Валери.

— Я рад, что вы узнали мой стиль.

У него был такой тон, будто он делал Валери комплимент. Валери бросилась к двери.

— Не торопись, Валери, мы наконец одни, так что спешить некуда.

— Прочь с дороги! — От испуга голос Валери сорвался на визг.

Но Хаксли и бровью не повел. Шагнув вперед, он преградил Валери дорогу.

— Сколько недель я проторчал в дурацком кафе, и все для того, чтобы сблизиться с тобой.

— А как же Филлис?! — возмутилась Валери.

Хаксли небрежно пожал плечами.

— Она меня не интересует.

Неужели она видела только то, что хотела видеть, а на самом деле никакого романа между Филлис и Хаксли не было?

— Очень мило, — пробормотала Валери, — но мне пора идти.

— А я так не думаю.

Хаксли протянул руку, щелкнул выключателем, и галерея погрузилась в полумрак. Валери вспомнила свои ощущения, когда он запер ее в кладовке, и позже, когда он устроил ей ловушку в ее же доме. Сейчас дело обстояло гораздо хуже, потому что на этот раз она оказалась запертой вместе с монстром. Валери напряженно пыталась найти выход из положения, но в то же время задавалась вопросом, почему Хаксли шел на ухищрения, чтобы привлечь ее внимание.

— Не понимаю, — пробормотала она.

— Я тоже. Что у тебя с Роуэном? — Хаксли заговорил, как ревнивый любовник. — Какого черта ты связалась с этим чопорным бизнесменом, а не выбрала меня, творческую личность? Мы же с тобой родственные души, Валери. Подумай сама, у нас так много общего. — Хаксли стал наступать на нее, Валери попятилась. — Наконец-то ты поняла. Я-то понял это раньше, еще когда узнал, что письма от таинственного воздыхателя тебя заводят. Мне сразу стало ясно, что мы с тобой похожи, и я точно знал, что тебе нужно.

— Фотографии? — Валери сглотнула и замотала головой. — Ничего подобного. Письма были романтичными и загадочными, а фотографии… они просто пошлые. Влезть в мою частную жизнь, забраться в мой дом, подглядывать за мной — как вам только в голову могло прийти, что мне это понравится?!

— А почему бы и нет? Я занимался с тобой любовью таким способом, который тебе нравится.

— Но это же отвратительно!

Хаксли помрачнел.

— Отвратительно, говоришь? А как тогда назвать то, что ты трахалась с Роуэном в витрине магазина?

Валери поняла, что надо действовать. Она метнулась к двери, но Хаксли оказался проворнее: он обхватил ее за талию и потащил в глубину галереи, свободной рукой одновременно пытаясь залезть к ней под юбку. Валери ударила его локтем.

— Отпусти, извращенец паршивый! — завизжала она.

— Ну нет, теперь, когда ты наконец в моих руках, я тебя не отпущу.

От его зловещего шепота у Валери волосы встали дыбом: тот же самый голос она слышала по телефону. Хаксли облапил ее грудь, Валери испугалась, что ее вырвет от отвращения, но потом подумала, что это пришлось бы даже кстати.

— Я в тебе разочарован, — высокомерно заявил Хаксли. — Оказывается, ты больше не настроена на одну волну со мной, но это и неважно, я все равно получу то, что ты охотно давала Роуэну.

В дверь громко забарабанили. Валери изловчилась повернуться и увидела Дэна. Он пытался открыть дверь галереи, рядом с ним стояла взволнованная Филлис.

— Ну их к черту! — прорычал Хаксли.

Он потащил Валери к двери в подсобку. Валери сопротивлялась изо всех сил, лягалась, царапалась, но для Хаксли это было не страшнее комариного укуса. Ломая ногти, Валери обеими руками вцепилась в дверной косяк. Хаксли был вынужден остановиться, но хватку не ослабил. Валери была тесно прижата к нему спиной и чувствовала, что ее сопротивление только сильнее его возбуждает. Он снова попытался задрать ее юбку.

— Они не смогут войти, — прошептал ей в ухо Хаксли, — а если пойдут за подкреплением, то, может, в конце концов и попадут в галерею, только будет поздно, ты уже станешь моей.

И тут Валери услышала знакомый рев мотора.

— Что за чертовщина?! — рявкнул Хаксли.

От неожиданности он немного ослабил хватку.

Валери, воспользовавшись случаем, схватила первую попавшуюся под руку статуэтку и наугад ударила Хаксли. Он взвыл и отпустил ее. Валери побежала к двери, но, поняв, что задумал Дэн, бросилась в сторону и присела, закрывая голову руками.

Через мгновение стеклянная витрина рассыпалась на тысячи сверкающих кусочков: Дэн влетел в галерею на «харлее». Хаксли закричал и закрыл рукой глаз — по-видимому, его ранило осколком. Валери бросилась к Дэну, обняла и стала покрывать его лицо благодарными поцелуями.

— Ты лучше любого сказочного рыцаря, ни один герой фантазий с тобой не сравнится, — прошептала она.

В зале зажегся свет — это Филлис вошла через разбитую витрину и щелкнула выключателем. Деловито направляясь в служебное помещение, она бросила:

— Последите, чтобы этот ублюдок не сбежал, я вызову полицию.

Хаксли сознался приехавшим полицейским во всем, кроме порчи витрины «Будуара». По этому вопросу он предложил обратиться к Голдстоуну. Валери была склонна с ним согласиться, но не рассчитывала, что Голдстоуна удастся уличить: он наверняка не принимал непосредственного участия в акциях против ее магазина, а поручил грязное дело своим подручным.

После того, как полиция увезла Хаксли, Валери предложила Дэну зайти в кафе Филлис, сославшись на то, что ей нужно успокоить нервы травяным чаем. На самом деле она не хотела, чтобы Дэн ушел, не выслушав ее извинений. Филлис вызвалась лично приготовить чай и деликатно оставила Дэна и Валери наедине.

Валери вздохнула, собираясь с духом, и тихо сказала:

— Знаешь, Дэн, ты был прав. Я действительно боялась, что у нас с тобой что-то получится. Мне было страшно впустить в свое сердце мужчину, и я дала себя убедить, что ты и есть мой преследователь.

— В этом есть и моя вина, — вставила Филлис, принесшая чай. — Извини, Дэн, я стараюсь не давать друзей в обиду, но иногда перегибаю палку.

— Что ж, это не так уж плохо, — заметил Дэн.

Филлис похлопала его по плечу.

— Ладно, ребята, если я понадоблюсь — просто позовите.

Она ушла за стойку и принялась протирать стаканы, в чем, строго говоря, не было никакой необходимости.

— Жаль, что ты не слушала меня раньше, — сказал Дэн.

Валери покачала головой.

— Мне было страшно. Только сегодня я поняла, что в глубине души всегда знала: ты не можешь быть маньяком, который меня преследовал. К сожалению, я пришла к правильному выводу слишком поздно.

— И угодила прямо в лапы к Хаксли.

— Вот именно. — При воспоминании о пережитом ужасе Валери содрогнулась. — Наверное, ты не сможешь меня простить, но я хочу, чтобы ты знал…

— Уж не хочешь ли ты сказать, что готова начать новую жизнь?

Валери озадаченно заморгала. Ее обрадовало, но и удивило, что после всех коллизий Дэн, похоже, не отказался иметь с ней дело.

— Начать новую жизнь? Что ты имеешь в виду? Больше никаких фантазий?

— Напротив, у меня родилась одна фантазия, которую я хотел бы опробовать на практике.

— Какая?

— Я хочу присматривать за тобой, так сказать, на постоянной основе.

— Ты… ты предлагаешь жить вместе?

Дэн посмотрел на нее долгим взглядом и усмехнулся.

— Это только для начала.

Валери медленно улыбнулась, все еще не смея поверить, что не ослышалась. Словно в подтверждение того, что это не сон, Дэн придвинулся к ней и прильнул к ее губам. У Валери закружилась голова, она пылко ответила на поцелуй, но Дэн неожиданно отстранился, встал из-за стола и хрипло бросил:

— Пошли.

Валери, не в силах вымолвить ни слова, на прощание лишь помахала Филлис рукой. Они вышли из кафе, сели на мотоцикл и стремительно помчались вперед. К новой жизни.

Content

Сильвия Палмер
Опасная любовь

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15