Джереми Кларксон

АВТОМОБИЛИ ПО КЛАРКСОНУ

Благодарности

По правде сказать, поскольку никаких амбиций у меня нет, другим приходится меня часто подгонять. Это Джесс Кросс, самый первый редактор журнала Performance Car, который когда-то предложил мне вести у него колонку, и я за это вечно буду у него в долгу. Это моя жена Фрэнси, которая делает так, что я всегда оказываюсь в нужном месте в нужное время. Если честно, ума не приложу, что бы я без нее делал. Это самые разные представители автомобильной индустрии, тоже время от времени подгонявшие меня в те далекие дни: Барри Рейнольдс из Ford, Крис Уиллоус из BMW, Джон Эванс из Mercedes и Питер Фрейтер из Chrysler.

Еще, конечно, у меня есть друзья. Это Джонатан Гилл, Энди Уилман, Энтони Френч Констант и Том Стьюарт — их мудрость и остроумие я бессовестно эксплуатирую уже много лет.

Часть 1

Дорогой ежедневник!

Я не собираюсь грузить тебя рассказами о том, как я буду проводить этот месяц, по двум простым причинам. Во-первых, это скучно. Во-вторых, я просто-напросто забуду упомянуть половину из запланированного.

А забуду я только потому, что никогда и нигде не записываю наперед никаких планов. Мне звонят самые разные люди и приглашают покататься на выходных на лыжах, проехать по Скандинавии, прийти на ужин и т. д. И всем я отвечаю согласием, хотя на самом деле не помню, запланировано у меня что-нибудь на это время или нет. Честно сказать, чаще всего все-таки запланировано.

Если я все-таки куда-нибудь выберусь в ближайшее десятилетие, не говоря уже о каком-то конкретном дне, то буду считать это чудом. А все потому, что не веду ежедневник. Сказать по правде, я много раз пытался начать это делать. С самыми благими намерениями я писал на первой странице свое имя и группу крови, заполнял делами первую неделю января. Так что, если кто-нибудь все-таки посмотрит на эти страницы, у него сложится впечатление, что я веду активную общественную жизнь.

К февралю записей становится меньше. К марту я или теряю этот ежедневник, или в приступе хозяйственности запихиваю его вместе с билетами на самолет и всякой другой дребеденью в стиральную машину. По этой причине, если вам интересно, у меня самая чистая чековая книжка в христианском мире.

Накануне Нового года я даю себе всякие обещания и принимаю всякие решения. Перед этим Новым годом я решил продержаться месяц без алкоголя (почти получилось) и попытаться похудеть, а также поклялся, что начну вести ежедневник.

Но тут встал вопрос: какой именно? Накануне Рождества автомобильные компании наприсылали мне целую кучу этих ежедневников, и среди них несколько были весьма неплохие на вид.

Тоненькие, помещающиеся в переднем кармане пиджака и при этом не делающие меня похожим на агента ФБР, они выстроились передо мной в ряд, как на конкурсе.

Вот ежедневник от Peugeot, сделанный по типу филофакса. Такая вещь скорее предназначена для людей, у которых миллион преданных друзей, и о ней надо постоянно напоминать себе, в очередной раз отправляя в стирку свою кредитную карточку. Но для таких непопулярных людей, как я, этот ежедневник полезен не больше, чем рабочий рыболовного траулера в Варвике.

У меня есть пять друзей, в среднем я хожу на две вечеринки в год, и поэтому мне не хочется шарахаться под взглядами окружающих с кирпичом под мышкой.

Кроме того, в этом ежедневнике есть отдельная колонка для записи намеченных для достижения целей. Мне кажется, это больше относится к амбициям, чем к биатлону. У меня тоже есть амбиции, но, записывая их, я вряд ли придвинусь ближе к предмету своего вожделения. Например, я хочу быть королем и еще хочу уже сегодня знать результаты завтрашних скачек.

Затем идет Psion Organiser. По телевизору этот электронный ежедневник рекламируют как аналог переносного компьютера, который отлично влезает в портфель и выполняет роль записной книжки, будильника, адресной книги и калькулятора — все в одном.

Насколько я успел понять, толку от него вообще никакого. Прежде чем поймешь, как им пользоваться, тебе захочется бросить это занятие. Инструкция к применению толще и зануднее «Илиады». Боюсь, что я ненароком сломал этот приборчик: когда я написал в него неприличное слово, он завис…

Компания Casio выпускает Data Bank, который выглядит как калькулятор. Он и вправду может работать в качестве калькулятора, но будьте осторожны: любой, кто попробует ввести в окошко какой-нибудь адрес или время встречи, напрочь сломает себе мозги, сразу и бесповоротно. По крайней мере так случилось у меня.

Электронные ежедневники — это, конечно, хорошо, но интересно, кому помешали старый добрый карандаш и кусок бумаги?

Например, мне позвонили (это уже хорошо) и пригласили на следующей неделе на вечеринку. Чтобы записать эту информацию, мне требуется две-три секунды. А на то, чтобы только понять, как включается органайзер Psion, мне понадобятся две недели и помощь зала.

Преимущество электронной записной книжки заключается в том, что она может напомнить мне о каком-нибудь мероприятии звуковым сигналом. В этом она напрочь побивает бумажный ежедневник.

Хорошо, когда помнишь, что должен что-то записать. Но на самом деле станете ли вы чистить ботинки навозом только потому, что забыли посмотреть в ежедневник, где написано, когда и чем их чистить?

Но я человек слова и раз пообещал вести ежедневник, значит, буду вести его, как прилежный мальчик.

Выбор ежедневника оказался нелегким. Вот, например, ежедневник сексуального маньяка. В нем описывается, в каких странах мира я могу безопасно заниматься сексом, как правильно надевать презерватив и по каким дням недели я могу поучаствовать в групповом сексе в студенческом общежитии Страйтклайдского университета.

Или вот ежедневник Гильдии автомобильных журналистов. Впрочем, он полон отвратительных фото людей в коричневых костюмах.

Ежедневник International Motors — компании, импортирующей к нам Subaru и Isuzu, — вполне на вид удобен, со всякой школьной ерундой внутри типа температуры, временных зон и международных телефонных кодов. Но у меня нет потребности знать, когда проходят основные еврейские религиозные праздники. И уж конечно, мне до лампочки, когда начинается Рамадан.

На первой странице ежедневника Toyota — фотография Carina на фоне моста Пон-дю-Гар во французском Ардеш. Переворачиваем страницу, а там опять школьная ерунда, переворачиваем — и опять список праздников.

Но самый безвкусный ежедневник на 1989 год был прислан компанией FIAT. Он начинается с длинного списка ресторанов. Что это за рестораны, там не сказано, поэтому можно предположить, что все это написано для какого-нибудь механика FIAT, которого за какие-нибудь заслуги когда-нибудь пошлют в Лондон, выписав ему чек на посещение ресторана.

Возможно, вы скажете, что FIAT хотел сделать свой ежедневник для людей, любящих ходить в рестораны. Но мне он совершенно не подходит, потому что раздел «Аллергии» на странице с личными данными в нем слишком маленький. У меня аллергия на кошек, пенициллин, пыльцу, домашнюю пыль, нейлон, профсоюзы и на мужика с надписью Tefal на лбу, который прикидывается, что в лейбористской партии отвечает за медицину.

В ежедневнике компании Ford нет раздела про аллергии. Он полон каких-то странностей, назначение которых я не понял до сих пор, но тем не менее я выбрал именно его. Вместо того чтобы выделить на каждую неделю по странице, Ford решил сделать ежедневник, в котором весь месяц умещается на развороте.

Это значит, что на 4 апреля я могу наметить завязывание шнурков на ботинках, на 16 мая — кормление хомяка, а те, кто случайно посмотрит в мой ежедневник, подумают, что я занят как черт.

С Golf GTi упала корона

Если это будет продолжаться в том же духе, то на Олимпиаде 1992 года золотая медаль за поднятие тяжестей достанется мальчишке, разносящему по утрам кипы газет в Бэзилдоне.

К тому времени его руки будут похожи на задние ноги носорога и он будет свято верить, что в мире полно машин, развивающих больше 300 миль в час.

Новейшие технологии сделали производство печатного слова достаточно дешевым. Вот почему для того, чтобы читать Sunday Times, теперь надо иметь рук не меньше, чем у индийского бога Шивы. И поэтому же газетные киоски ломятся под грудой глянцевых продуктов целлюлозно-бумажной промышленности.

Вы, наверное, не раз задумывались, какую прибыль приносит издателям какой-нибудь журнальчик для дачников? Ответ — никакой. Просто-напросто они однажды увидели, что теперь журнал можно выпускать по дешевке, и не смогли отказаться, вот и все.

Еще недавно люди покупали журналы, чтобы скоротать время по дороге на работу. Журналы печатались на дешевенькой бумаге со слипающимися страницами, и когда переворачивалась последняя, журнал отправлялся на бачок в туалете. Но времена изменились.

Возьмем журнал Country Life. Он полон объявлений о продаже домов, которые никто не может себе позволить купить, да и никогда не захочет. Вы не читаете его, а просто кладете на журнальный столик — так, как вы бы положили на него букетик цветов. Порой вам даже хочется погладить его утюгом.

Это не журнал, а заявление. В этом заявлении говорится: несмотря на то, что вы живете в доме начала века с гаражом, вы не оставляете мысли о покупке безнадежно дорогого дома в Оксфордшире.

Еще есть журнал Horse and Hound, с абсурдным девизом «В здравом уме и твердой памяти я подтверждаю, что своей радостью я обязан Horse and Hound».

В наше время выходит миллион разных журналов с фотографиями загородных домов и интерьерами со шторами стоимостью по 8000 фунтов. Эти шторы везде смотрелись бы по-идиотски, но только не в Ховардском замке в Йорке.

В этом сегменте отдельно стоит отметить журналы Tatler и Harpers and Queen, которые все понемногу читают, но только средний класс отчаянно вглядывается в фотографии в рубриках о светской жизни, пытаясь узнать там своих разнаряженных приятелей.

На вершине пирамиды стоят автомобильные журналы.

Были времена, когда о машине писали только то, чем она на самом деле и является. О ней писали как об устройстве, которое перевозит людей посредством серии маленьких взрывов. Но теперь автомобиль стал предметом искусства. Канули в Лету времена, когда ты мог уехать с парковки у своей конторы после трех чихов из-под капота.

Обложки этих журналов — особый разговор. Сколько раз Golf GTi терял корону победителя? По моему твердому убеждению, сначала она досталась Escort XR3, но после того, как выпустили Peugeot 205 GTI каким-то образом корона вновь оказалась у Golf.

А потом нам гигантским шрифтом на обложке пишут, что Golf GTI, мол, снова потерял свою корону. На этот раз она досталась 205 GTI.

Возможно, вы подумаете, что дальше эта самая корона перешла в руки Vauxhall Astra. Но нет, каким-то образом, если верить обложкам, случилось так, что Peugeot отдал ее обратно VW, а тот — упс! — отдал ее в руки теперь уже Vauxhall.

Затем по стечению неизвестных обстоятельств корона оказалась у Peugeot 309 GTI, потом у Astra GTE 16v, Escort RS Turbo, Delta Integrale и Corolla GTi. Но по непонятным причинам этот приз не переходил к ним в указанном мною порядке — периодически он опять оказывался у VW.

На данный момент корону носит Astra, но вы можете поставить свой последний доллар на то, что она опять вернется к VW перед тем, как попасть в руки Integrale.

Такие же пертурбации происходили и с Quattro. Delta Integrale немного покрасовалась на первом месте, потом отдала корону обратно Audi — правда, немного погодя, потому что сначала корона вернулась к Golf.

Повертевшись в новом украшении всего пару месяцев, Audi была вынуждена передать его Porsche 911 Carrera 4.

Помимо передачи туда-сюда некой короны, автомобильных журналистов очень беспокоит вопрос скорости.

«Мы водили Jaguar со скоростью 220 миль в час — тот самый Jaguar, который они так и не осмелились запустить в производство!» Это из последнего шедевра. Не хочу быть голословным, но мне кажется, что на следующей неделе скорость уже будет 230 миль в час, и так до бесконечности.

Когда мы читаем, что телевизионный комик Фредди Стар сожрал очередного хомячка, нас распирает от смеха. Но на какую нашу реакцию рассчитывают люди, пишущие, что какой-то тип катался на Jaguar, которого никто в глаза не видел, со скоростью, которую нельзя достичь ни с какими известными технологиями?

Однажды я прокатился на BMW 750iL по немецкому автобану со скоростью 156 миль в час, и поверьте, я бы не хотел повторить этот опыт еще раз. Конечно, мне нравится погонять, но вряд ли на Porsche 911 и вряд ли по дороге где-нибудь в Уэльсе.

Дело в том, что, если на вашем журнальном столике будет лежать журнал, обложка которого кричит, что еще не выпущенная машина делает 300 миль в час по кольцевой дороге города Милтон-Кейнс, пришедшие к вам гости будут ослеплены и поражены.

Если же вы положите на журнальный столик журнал, на обложке которого будет содержаться информация о ремнях безопасности, ваши гости просто допьют свой кофе и быстро свалят домой.

А бизнес-жаргон? «Honda сделала Porsche 48 раз», «Toyota убила BMW буквально за неделю». Вся эта жесть просто-таки сквозит в каждом движении автомобильных компаний. «На грани жизни и смерти в Maestro от Rover» или вот это: «Lotus Elan — ездит или ломается».

А ведь марка Lotus принадлежит General Motors, одной из самых крупных автомобильных компаний в мире. Их научно-исследовательский отдел не только работает на свое производство, но и получает заказ от контор с гигантскими бюджетами вроде Министерства обороны.

Будет Elan коммерчески успешной моделью или нет, вряд ли это скажется на финансовом благополучии компании. С другой стороны, она вполне может забрать корону у Golf GTi. Так считает Кларксон.

Совсем не пассивное курение

Вы знаете, я люблю азартные игры. Однажды я выиграл у коллеги десять фунтов только потому, что он не знал, что скрипач Эдди Джобсон играл еще и в группе Curved Air. В другой раз я выиграл десятку, когда доказал, что сценарий фильма «Русский дом» написал Том Стоппард.

Мое следующее пари получилось гораздо более рисковое. Я поспорил, что к 1999 году Audi будет продавать в Англии вдвое больше машин, чем BMW. Сегодня, для справки, дела обстоят ровно наоборот.

Мои доводы были просты. Audi приспосабливается к спросу гораздо быстрее, чем BMW. Эта компания первой использовала ребенка для телевизионной рекламы. Она первой поставила каталитический конвертер на всю линейку своей продукции. Кузова Audi первыми из всех моделей начали делаться из оцинкованной стали. Компания Audi обогнала всех, создав систему безопасности Procon Ten. Сюда же прибавим легкость управления машиной, ее отличное поведение на дороге, мужественность внешнего вида и в то же время дружественность к цветам и деревьям на обочине, низкую смертность в серьезных авариях. Словом, Audi — на коне.

Зато BMW не на коне. Нет больше 19-летних оболтусов с органайзерами и зарплатой в 200 тысяч фунтов в год. Агенты недвижимости, слава богу, уже по шею в кипящих котлах на том свете, и мы смеемся над людьми в двубортных костюмах и с мобильными телефонами.

А раз все такое уходит в прошлое, почему бы машине, которая с этим ассоциируется, не отправиться туда же? До свидания, BMW. Здравствуйте, мои десять фунтов.

Эта возможность стала еще более явной, когда сквозь рекламную лапшу насчет управляемости и мачизма BMW третьей серии я рассмотрел мелкую, но очень важную деталь. Оказывается, теперь вы можете купить новую BMW без встроенной пепельницы.

В последние месяцы я постоянно сталкиваюсь с мохнозадыми доброхотами, которые пытаются всех заставить бегать трусцой. И это далеко не та горизонтальная трусца, от которой можно подцепить СПИД. Впрочем, я всегда могу подцепить рак, тромбофлебит и сердечную недостаточность, а также любые другие напасти, перечисленные на пачке Marlboro, если увлекусь ее содержимым. Мой ответ простой: ну и что с того?

Если я соберусь откинуть копыта рано, сыграть в ящик лет так в 60, то вам, спортсменам с чистыми легкими, будет от этого только лучше. Умерев, я никогда больше не буду покупать подбитые мехом ботинки с молнией спереди, никогда не буду болтаться у вас под ногами в очереди на почту и напрягать свой мозг и артритные пальцы, пересчитывая экю или что там будет вместо фунта стерлингов.

Я не буду требовать у правительства дотаций каждый раз, когда температура упадет ниже 15 градусов, и не буду блокировать вам дорогу на своем десятилетнем Maxi с пробегом 600 миль. Умереть раньше, чем станете пожилым пенсионером, — это самое социально ответственное действие из всех доступных.

А еще лучше просто покончить с собой. Чем больше прибыли для казначейства принесет выбранный вами способ самоубийства, тем лучше. Здесь есть два варианта. Вы можете налиться четырьмя звездочками, сесть в машину и съехать с морского обрыва в Сассексе. Или же, как я, начать курить по 40 сигарет в день в течение 50 лет. Если я умру, не успев использовать бесплатное лечение в больнице, то по сегодняшним деньгам принесу в бюджет 30 тысяч фунтов. Вот это я понимаю — социальная ответственность. Далее, я заплачу за все это время 20 тысяч фунтов табачным компаниям, помогая им создавать рабочие места и спонсировать автомобильный спорт.

В этом месте разговора такие «земные люди», как радиоведущая Дженис Лонг, вставляют про пассивное курение и про то, как они, обожравшись органическими овощами, не хотят вдыхать чей-то никотин.

Я, например, считаю футбол оскорбительным. Я не понимаю, почему на типов вроде Поля Гаскойна что ни день отводится столько страниц в газете Sun. Я не понимаю, почему весь Фулэм должен стоять в пробке только потому, что нужно объезжать арену клуба Chelsea, пока 22 мужика внутри пинают бычий пузырь. По мне, им бы следовало предаваться этому увлекательному занятию где-нибудь за городом. Футбольные фанаты, однако, говорят, что тащатся от игры и хотели бы тащиться в удобных и удобно расположенных местах.

Хорошо, лично у меня нет достаточно сил и власти, чтобы запретить футбол, социализм и массу других вещей, которые мне не нравятся. Но откуда у British Airways или Pizza Express столько власти, что они запрещают курильщикам курить?

Недавно я провел без курева три часа, и все потому, что финская транспортная компания повезла нас в автобусе для некурящих в некурящий шопинг-центр, а оттуда в некурящий аэропорт. Там на самолете, где запрещено курение, я прилетел в Хельсинки, который, как я успел понять, город исключительно для некурящих. И после этого вы будете удивляться, откуда в Скандинавии самый высокий уровень самоубийств в мире?

Таким образом, BMW, продающая машины без пепельниц, должна взять на себя часть вины за экономические проблемы производящих табак стран третьего мира. И за безработицу в табачной промышленности дома. Сюда же надо приплюсовать налоги, недополученные с табачных акцизов. Пенсионеры, бросив курить, начнут жить до 150 лет, и система здравоохранения падет, не справившись с перегрузками. Возрастет частота самоубийств, а также убийств на дорогах, поскольку людям будет нечем снять злость и напряжение в пробках. Консерваторов выкинут из правительства, на их место придут коммунисты, и как вы думаете, сколько машин будет продавать BMW, когда мы станем звать друг друга товарищами?

Знаете, что ответил пресс-секретарь BMW на вопрос об исчезнувших пепельницах? Что, дескать, при перепродаже те подержанные машины, в которых никогда не курили, стоят больше. Кто-нибудь из Audi, объясните этому юноше, что в наши дни качество жизни будет подороже экономии в несколько баксов.

S-классный

Между нами говоря, новый Mercedes-Benz S-класса вызвал ропот недовольства у автомобильных журналистов.

Люди, которые бегают по редакции, издавая губами звуки переключаемых передач и рев двигателя, стали жаловаться, что новая машина S-класса с 6-литровым движком V12 неэкономная, безвкусная и фривольная.

Не могу понять, о чем они. Многие годы эти люди, отличающиеся от обычных тем, что носят штаны марки Rohan, утверждали, что все достойные их внимания машины должны иметь 5-литровый турбодвигатель и подвеску пожестче, чем у кухонного блендера Magimix.

Громко и прилюдно, как если бы у них было что сказать нового, они утверждают, что каждая свежая машина должна быть больше, быстрее, лучше и великолепнее, чем все, что было создано руками человеческими.

Mercedes сделал это безо всяких оглядок, однако вместо гордости за громадину в 2,2 тонны компания говорит, что в мире, где ресурсов осталось мало, таким монстрам нет места. Хуже того, когда вы говорите с конструкторами компании, возникает впечатление, что, начни они делать машину вчера, а не в начале 1980-х, она не получилась бы такой.

Я никогда еще не видел такого оборонительного пресс-релиза. Прежде чем вы доберетесь до технических характеристик двигателя или чертежей задней оси, вы прочитаете много страниц о том, как Daimler-Benz бережет окружающую среду. Самое великолепное место релиза — про то, что только 80 процентов кузова оцинковано, чтобы предотвратить истощение мировых запасов цинка. Это, как я понимаю, называется «реагирующий пиар».

Итак, попытаемся представить, как выглядела бы машина S-класса, спроектированная в 90-е, а не в 80-е. Прежде всего такой автомобиль не был бы оснащен 12-клапанным двигателем — более легкого, эффективного многоклапанного шестилитровика хватит вполне, хотя, возможно, работать он будет чуточку шумнее и напряженнее.

Машина, скорее всего, была бы сделана из стали потоньше и полегче, а то и из композитных материалов, чтобы сэкономить несколько фунтов — что в весовом, что в денежном отношении. А если машина будет собрана менее качественно, то аэродинамика будет похуже и самозакрывающиеся двери станут пустой тратой времени. Двойная лакировка кузова будет отменена как каприз безумца.

Воздушные амортизаторы, скорее всего, останутся, и ими будет управлять легкая электроника вместо тяжелого металлического хлама.

Сзади вместо выдвигающихся зеркал для пассажиров будет хвостовой рассекатель от дизайнера Ричарда Гранта, который заменит задние зеркала, показывающие, что творится сзади машины водителям-коротышкам. Вдобавок ко всему эта машина будет меньше в размерах и существенно дешевле.

Иными словами, это будет не машина-шедевр, задающая тенденции моды во всех возможных областях, а отличный функциональный автомобиль — вероятнее всего, не лучше Citroen XM.

Говоря о машине S-класса, вы можете смело использовать такие слова, как «самый управляемый», «самый удобный», «самый быстрый», и единственной жалобой, которую вы получите, будет жалоба вашего компьютерного словаря, в котором не хватит превосходных степеней.

Интересно, как это получается у журналистов на одном дыхании проклинать Ford за то, что бухгалтеры взяли верх над конструкторами, и тут же издеваться над Daimler-Benz: «Ну же, парни, покажите этим восточным шейхам, что мы смешаем их с грязью своей роскошью. Давайте выбрасывайте деньги на ветер, стройте лучшую в мире машину». Или что-то в этом роде.

Если один глаз держать на деревянных счетах или на докладах «Гринпис», то покажется, что новый 600 SEL станет для рынка таким же гигантским скачком вперед, каким в свое время стал ножик для чистки картофеля. На месте компании Mercedes я не стал бы извиняться перед журналистами за шедевр, созданный нашими ребятами. О нет — я влез бы на самый высокий небоскреб и кричал бы с него, что мы создали лучшую машину в мире.

Дело идет о прогрессе. Никто не прыгает от радости с пеной на губах, когда Ferrari делает еще одну экстравагантную спортивную машину. В реальной жизни Renault 5GT Turbo ездит так же быстро, как Ferrari, но это не значит, что FIAT должен закрыть выпуск Maranello.

Конечно, ХМ почти такая же комфортабельная, как машина S-класса, но это не значит, что весь проект следует пустить под нож, как нынче некоторые патлатые маргиналы пытаются нам тут объяснить.

Никто же не парится оттого, что нам приходится все любимые пластинки теперь покупать на компакт-дисках. Качество CD не настолько хуже, чтобы кто-то это заметил. И никто не жалуется, что надо каждый год неплохо тратиться, чтобы поменять еще совсем целый гардероб только потому, что другая мода.

Так какого черта жаловаться, что Mercedes обогнал всех на голову, а то и на полтуловища. Черт возьми, 85 тысяч фунтов — это не такие уж и большие деньги в сравнении с суммами, которыми оперируют в шоу-румах Rolls-Royce.

Я ничем не могу помочь этим журналистам в штанах от Rohan, жалующимся, что Mercedes вывел свою машину S-класса на рынок в неправильное время. Просто им по поводу самой машины сказать-то и нечего. Если даже и допустить, что 600 SEL появился в неудачный момент, я никогда не смогу пожаловаться на сам продукт.

Бронтозавры вымерли раньше времени потому, что оказались на Земле в неправильное время. Но посмотрим в глаза фактам — Музей естественной истории без их костей был бы куда более скучным местом.

А вы бы купили подержанную Alfa Romeo у этого типа?

Если бы выяснилось, что малайский таможенник перестал брать взятки, я бы отказался от христианской веры и переехал жить на Оркнейские острова, где каждый житель, как мне сказали, поклоняется Люциферу.

Продать прекрасную Alfa Romeo по честной цене довольно легко. Хотя Glass's Guide утверждает, что GTV6 1986 года стоит не больше 30 пенсов, я считаю, что цена 7000 фунтов не будет завышенной.

Я решил поместить объявление в Classic Car — журнал, издаваемый занудами для зануд. Результат получился вполне приличный — пять звонков в первый же день.

За пару часов до прихода первого покупателя я решил проверить, работает ли машина, потому как с GTV6 вы никогда не можете быть в этом уверены. Особенно если машина девять месяцев стояла под домом в вегетативном состоянии.

Я подкачал шины, вымел паутину, пробежался пылесосом по коврикам, долил масла и воды, подсоединил некоторые проводки и скрестил на счастье пальцы. И машина ожила — бодрый лай из выхлопной трубы ознаменовал выход из спячки.

Тут как раз подъехал покупатель, и мы вместе смотрели на машину, обсуждали историю ее техобслуживания и пятна ржавчины. Потом мы решили перейти к тест-драйву. Машина завелась, но первая передача не воткнулась. Муфта за такой срок простоя прикипела к маховику, и даже 10 процентов скидки не помогли ей расцепиться.

Покупатель номер один ушел как пришел.

Через десять минут явился покупатель номер два — и сразу ушел, обозвав меня недотепой. Правда, самого этого слова он не произнес и даже велел позвонить ему, когда машина заработает.

Следующие несколько дней я провел в консультациях со своими коллегами, автомобильными журналистами Джеффом Дениельсом и Леонардом Сетрайтом, а также ситроеновским слесарем Джулианом Лейтоном. Мы думали, как заставить расцепиться сцепление, не тратя на это 500 фунтов в компании Kwik Fit.

Они произносили много загадочных звуков «У-у-у-у-у» и «А-а-а-а-а-а», которые все сводились к тому, что ничего у нас не получится.

Нежданно-негаданно педаль сцепления, которую три дня отжимали вниз, сотворила чудо, сцепление с грохотом заработало, и моя GTV6 опять стала настоящей машиной.

Покупатель номер два появился опять, прокатился на машине и сказал, что она ему очень понравилась и он ее обязательно купит, когда продаст свой двухлитровый GTV. Я рассчитываю увидеть его еще раз, когда мне стукнет 52.

Покупатель номер три был австралийцем и вообще не пришел. К 342 причинам не ехать в Австралию у меня добавилась еще одна. Кстати, в Антарктиду я тоже ни ногой.

Покупатель номер четыре не на шутку меня напугал. Во-первых, по телефону он показался иностранцем. Во-вторых, он был из пролетарского Эссекса, и, в-третьих, он выбирал машину для жены.

Наша встреча лицом к лицу не улучшила впечатления. Он сказал, что водил Lotus Carlton, но это заявление резко диссонировало как с его внешним видом, так и с его другом с серьгой в ухе. Внутри меня зазвонила тревожная сигнализация. Я бы не связывался с ним, даже если бы он мне предложил наличные, а он стал размахивать перед моим носом бумажкой, утверждая, что это у него банковский кредит. Эта бумажка с таким же успехом могла быть и лицензией на содержание собаки. Так как Би-би-си все время получает письма от людей, которых накололи при продаже машин, то я не захотел становиться очередным героем передачи «Осторожно, мошенничество». Не получив ни цента скидки, четвертый покупатель ушел.

И тут я вступил в свой малайский период. Мне позвонил какой-то восточный тип из Дании, где он работал на нефтяных вышках, и напросился на осмотр товара. Он купил билеты на рейс в пятницу вечером, и в субботу мы должны были встретиться. Но в пятницу днем появился покупатель номер четыре с текущими слюнями и котлетой денег. Он хотел машину и был готов за нее расплатиться на месте. Возникла, мягко говоря, дилемма.

Вы помните эту сцену из фильма «Зверинец», когда прыщавый мальчишка знакомится со слегка нетрезвой и поэтому легко доступной девушкой на вечеринке. На одном его плече сидит дьявол, говорящий «Ну, давай», а на другом — ангел, который говорит, что нельзя так нагло пользоваться минутной слабостью нежного создания.

С одной стороны, у меня были моральные принципы. С другой — долг по кредиту, ежемесячно возраставший из-за необходимости платить дорожный налог за машину, которую я вот-вот мог удачно сбыть с рук.

Дьявол говорил мне послать датского малайца куда подальше. Но моя британская сущность и полученное образование сказали «нет» — и пересилили. Покупатель номер четыре ушел в ярости.

Азиатский викинг явился, и всю субботу мы провели у спеца по Alfa Romeo, который сказал, что машина в порядке и стоит своих денег. А как он мог сказать иначе, если я его предупредил, что в каждой газете стану писать про него обидные статьи, если он придет к любому иному выводу?

Когда мы все сделали, оказалось, что в Малайзию нельзя ввозить машины старше пяти лет, а моей GTV6 как раз исполнилось пять лет и один месяц.

Тропический скандинав в настоящее время пытается выяснить, можно ли подмазать тамошних таможенников, чтобы преодолеть идиотское законодательство. Но шансы на успех малы.

Послушай я совет дьявола, машина была бы сейчас продана и мне было бы лучше на целых семь штук. Но я ощущаю свою моральную правоту за то, что дождался малайца.

Однако я не могу сказать менеджеру в банке, что не выплачиваю долги по кредиту из-за высоких моральных принципов. Иначе он решит, что я сумасшедший.

Да я такой и есть.

Кстати, о спорте

Единственный вопрос, достойный обсуждения за рамками автомобильного мира, — это какого черта люди голосуют за лейбористов. Зато внутри этого мира есть множество несомненно загадочных вещей, для прояснения которых потребуется объединенная мощь всех суперкомпьютеров Cray!

Например, что за машина изображена на обложке первого альбома Питера Габриэла?

Или другой пример — детали спонсорского соглашения между Ligier и правительством Франции. Как получилось, что целый государственный бюджет, способный профинансировать небольшую ядерную войну (или большую обычную), не смог добыть себе ни одного очка в «Формуле-1»?

Могу продолжить. Почему навыки вождения катастрофически сильно падают у всех именно на трассе M1 и именно возле Лестера? Почему на ITV нет программы про автомобили? Почему некоторые люди, особенно которые с сиськами, не умеют парковаться? Правда ли, что Celica была спроектирована лошадью? Почему лейборист Робин Кук такой урод? Этот вопрос, конечно, не касается автомобилей, но тоже требует немедленного ответа.

Затем маленький вопрос про обесценивание автомобилей. Почему всякий, кто покупает новую BMW 750iL, абсолютно точно знает, что через год его машина будет стоить на 20 тысяч фунтов дешевле, и спокойно с этим мирится? Если вы так хотите купить эту машину, почему бы по пути к дилеру не пойти в казино и просто поставить двадцать косарей на красное? Если выпадет красное, то вы покроете расходы, которые вас ждут через год, если черное, то все равно вы их потеряете, зато сэкономите 100 фунтов на дорожном налоге.

Кстати, про налог. Почему водители должны платить 100 фунтов дорожного налога, если 70 процентов собранных средств не идет ни на что иное, кроме поддержания театральных трупп из цветных лесбиянок и покупки яда для травли бездомных песиков?

Правда ли, что систему улиц с односторонним движением в Оксфорде проектировал слепой Стиви Уандер? Почему лестницы в многоэтажных парковках всегда воняют мочой? Почему автобусы должны быть такими большими? Почему каждый раз, когда три пассажира заталкиваются в мини-вэн, у того сносит тормоза и включается полный газ? Сколько очков получают водители мусоровозок за каждое снесенное боковое зеркало на чужом автомобиле? И как же так получилось, что Opel заявил максимальную скорость для мини-вэна Astramax в 90 миль в час, хотя в реальности она в два раза больше?

Почему все водители BMW в южном Лондоне не включают ночью фары и почему во всех Austin Maxi на задней полке лежат подушки и бумажные салфетки? Я уверен, что в данном случае речь не идет ни о каком разврате, потому что ездят на этих машинах только пенсионеры, для которых максимум разврата — надуть кого-нибудь в лото.

Боюсь, что нет смысла искать ответы на все эти вопросы, потому что все они превышают человеческое разумение. Это все равно что пытаться понять, откуда в носу берутся сопли, зачем люди рожают детей и почему бутерброд всегда падает маслом вниз.

Еще одна непостижимая вещь — почему Toyota в Британии продает спортивных машин больше всех других компаний? Ответ, который я нашел, — «потому что никто, кроме нее, не выпускает спортивные машины» — ведет нас к другой неразрешимой загадке: а почему никто не выпускает?

Да, я знаю, что Lotus, Morgan и TVR уже изо всех сил подпрыгивают и размахивают руками, показывая на свои Elan, Plus 4s и S35. Но будем честными — ни один из этих автомобилей не сравнится с Toyota MR2.

MR2 придумана и собрана третьим по величине автопроизводителем в мире, а TVR S3, честно говоря, — нет. Это отличная машина, вы даже можете назвать ее «великой», но по продажам она никогда не сможет обогнать MR2.

Тем не менее я желал бы знать, почему Ford, Opel, Peugeot или FIAT не делают спортивные машины. Говорю не про те тюнингованные машинки с электрическими стеклоподъемниками и болтающимися на ходу спойлерами, а про настоящие спортивные тачки, от одного вида которых сносило бы башню.

На этот вопрос обычно отвечают в том смысле, что нет, мол, спроса. Ну как же, посмотрите на продажи спортивной Toyota. То-то. Ну и, конечно, вам еще скажут, что одноразовый посторонний проект нежизнеспособен. Но как же так, дамы и господа, — Toyota осуществляла его не раз и не два, а если считать, как я, Celica спортивной машиной, целых три раза.

Toyota MR2 сделана так, что она одинаково популярна и в Детройте, и в Ниддердейле, и в Австралии, и в Египте с Дублином. То есть практически по всему миру.

Хоть компании GM и Ford побольше Toyota размерами, они почему-то не в состоянии слепить мировую машину — машину для всего мира. Toyota доказала, что если машина хорошая, то она будет хорошо продаваться везде. При этом не надо делать один вариант для Америки, другой для Японии и третий для Европы. Возможна огромная экономия от массовости производства.

Я иногда думаю: не испугались ли большие парни на Западе маленькой MR2? Я провел с ней неделю и понял, что для трусости причин нет. Кто, в конце концов, может знать, насколько эта машина хорошая, если никто не сподобился сделать такую же?

Может быть, если бы все напряглись и сделали бюджетную двухместную машину с движком средней силы, она вписалась бы в этот класс, как Escort в еврокоробки, a Croma — в машины представительского класса.

Я уже начинаю разочаровываться в европейских автопроизводителях. Где инвестиции? Где инициативы? Где моя пицца, чуваки?

Если бы Toyota принадлежала европейцам, то она выпускала бы только Starlet, Corolla, Carina и Camry. И хватит с вас.

Но Toyota делается людьми, которые умеют увидеть собственные уши, поэтому они выпускают еще и Previa, MR2, Celica, Supra, и Land Cruiser, и целую кучу других моделей, которые не поставляются в Европу из-за ограничений на импорт.

И на ум приходит еще одна загадка: почему все люди, причастные к западному автомобилестроению, кажутся слегка сонными?

Volvo-шок

Перед прочтением следующих строк присядьте на что-нибудь твердое. Расстегните верхние пуговицы, снимите очки, выньте зубные протезы.

Компания Volvo сделала хорошую машину.

Хотя она все еще выглядит типично по-вольвовски, этот факт не сможет скрыть, что она едет, как штык, и управляется, как в сновидении, в котором вы шесть часов подряд занимаетесь любовью с Дэрилл Ханна и Пэтси Кенсит одновременно.

Машина называется Volvo 850 и скоро появится в автосалонах. Версия GLT, которую мне довелось водить, будет стоить 18 тысяч фунтов.

Вы дочитали до этого места, посмотрели на фото и не понимаете, как машина, которая один в один старая 700-я серия, может называться лучшей в своем классе.

Итак, для начала у нее полный привод. Компания и в самом деле учла уроки 400-й серии и применила полученные знания в новой машине. А для уверенности, что все будет работать хорошо, они сделали новую заднюю подвеску.

Ее механизм настолько сложен, что для полного снятия всех вопросов надо проводить шестидневную пресс-конференцию. Однако все, что вам на самом деле надо о ней знать, это то, что подвеска запатентована Volvo и называется Delta System.

Рытвины, ямы и буераки на том дьявольском куске дороги, которую Volvo называет своим тест-треком, нисколько не смутили 850-ю, и только лишь испанский журналист умудрился «сделать уши». Машина потрясающе цепко держится за грунт, у нее отличный радиус поворота, чуткая рулевая тяга, а комфорт от езды сравним с Citroen XM. Вы хотите каких-то необычных характеристик? Их есть у нее.

Во-первых, это форма нового двигателя. Покуда Ford рассказывает, что для создания нового двигателя нужно восемь лет, Volvo показывает, что все это полнейшая ерунда. Сразу после представления на суд публики нового трехлитрового шестицилиндрового двигателя с четырьмя клапанами на цилиндр (на его создание ушло четыре года), компания сделала двигатель для 850-й — 2,5-литровый пятицилиндровый 20-клапанный. Весь путь от замысла до металла был пройден еще быстрее.

При этом нет ни малейших намеков на ускоренную разработку. Этот крепенький движок выдает много того, что специалисты называют крутящим моментом, а мы с вами — рычанием. При этом солидная величина этого крутящего момента достигается сразу после холостых оборотов.

А мощность — даже самые преданные фанаты BMW сглатывают слюну в сторонке. В кузове, который весит на 300 фунтов меньше, чем такой же по цене 520i с 24-клапанным двигателем, стоит силовой агрегат, развивающий 170 лошадиных сил, что на 20 больше, чем у «бумера».

Я разогнался до ста за 8,9 секунды, а потом сделал 216 км/ч с открытой крышей. В нормальных условиях эта машина потребляет около галлона бензина на 25 миль, если только у вас не четырехскоростная коробка.

Еще одна приятная игрушка, венчающая длинный список встроенных приспособлений, — кондиционер. Даже самое слабое место Volvo — торпедо — у этой модели выглядит прилично и солидно. На панели управления даже есть компьютер с LCD-экраном.

И конечно, Volvo означает безопасность. Стойка и дизайн дверей здесь таковы, что при боковом ударе энергия, обычно убивающая людей в салоне, перенаправляется в пол.

Когда я узнал об этой новой системе безопасности, а также об установленной антипробуксовочной системе и воздушных подушках, то решил наперекор обычной кларксоновской сдержанности заявить, что новая Volvo — отличная штука. Вы, конечно, от меня никогда раньше не слышали столько хороших слов про машину.

Новая силовая установка гудит, словно Alfa V6, но впечатляет не это, а ее мощность. Кажется, что эта машина, откликающаяся на малейшее ваше движение, — продолжение ваших собственных рук. Для езды по городу у машины отличный обзор, она четко огибает углы и закладывает круги.

В машине комфортны и езда, и сиденья. Сиденье сзади легко превращается в детское кресло — вещь, сегодня очень полезную. Переднее и заднее пассажирские сиденья складываются, так что в машине появляется место для перевозки длинных вещей. Этот очень простой прием заставляет удивляться: почему до него не додумался никто другой?

Однако напомню, что политика производства у Volvo не слишком умная. Компания поставляет на рынок новые машины, не убирая старые. Это означает, что нам теперь надо выбирать между древней 200-й серией (крупным универсалом), 700-й (крупным универсалом), 900-й (крупным универсалом, выглядящим как 700-й) и 850-й, которая в один прекрасный день превратится из седана в крупный универсал.

Все эти модели не только одного размера — 850-я модель выглядит тютелька в тютельку как 900-я. Почему дизайнеры Volvo так сделали, не понимаю не только я, но и никто вообще — говорю это на основании разговоров со многими людьми из этой компании.

Но как ни крути, а причин для жалобного стона нет. У нас наконец имеется машина, которая выглядит как Volvo, но ездит как BMW. И это настолько круто, что я был просто обязан вам об этом сообщить.

Нет халявным обедам

Исландия, Норвегия, Китай, Финляндия, Дания, Германия, Франция, Испания, Португалия, Гонконг, остров Мауи, Америка, Япония, Италия, Сардиния, Сицилия, Кипр, Чад, Нигер, Австрия, Швейцария, Бельгия, Голландия и Люксембург.

За пять лет я побывал во всех этих странах, и это не стоило мне ни пенса.

Нет такого автомобиля из продающихся в мире, который я не водил бы, и это тоже не стоило мне ни пенса.

Завтра на гоночном ринге в Касл-Комб я буду кататься на Countach, Miura и Diablo. Домой меня отправят на вертолете. И это удовольствие тоже не будет мне стоить ни-че-го.

Я жил в Carlton в Каннах, в Hyatt Regency на Канапали-бич. Я катался на водных лыжах в Тихом океане, на обычных лыжах в Италии и на мотосанях в Финляндии.

Я пил Mouton Rothschild на берегах озера Эннеси и пил Barsac с фуа-гра.

Назовите самый дорогой ресторан в Европе, где вы еле-еле могли бы позволить себе заказать листок латука, и я вам расскажу, как ел там омаров. Расскажите про отель, о котором вы мечтаете, — так я там уже спал.

Я прилетел на самолете Cathay Pacific, вертолет из аэропорта в Ницце доставлял меня через Альпы в Гранд-Каньон, в отель Loews в Монако — короче, я пролетал у вас над головами, пока вы стояли в очереди за билетами на британский Grand Prix.

День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом я веду такой плейбойский образ жизни, от которого бы содрогнулся самый заматерелый колумнист-сплетник английской прессы. В сравнении со мной писательница и кинозвезда Джоан Коллинс — актриса из безликой массовки в телесериале.

Я задаю сам стандарт чрезмерности. Принцесса Стефания рядом со мной — все равно что FIAT 126 рядом с Bentley Turbo, все равно что книга Питера и Джейн рядом с «Отелло», все равно что планктон рядом с… (Ну хватит, хватит. — Прим. ред.)

Читатель, не впадай в отчаяние. Если хочешь присоединиться ко мне в поедании черной икры и распивании шампанского Krug — начни вести небольшую колонку про автомобили в каком-нибудь задрипанном журнальчике или газете.

Автопроизводители затем начнут бороться за то, чтобы вы писали про их продукцию чаще, чем про другие машины. Именно они оплатят ваши билеты в первом классе, вертолеты и фуа-гра, отель Carlton и разъезды по Китаю. И чтобы вы не забыли, с кем и куда летали, они дарят телефоны, портфели, кепки, виски, рыбу и т. д.

В Британии живет 56 миллионов людей. За вычетом тех, кто слишком молод, и тех, кто надел ботинки марки «Прощай, молодость», остается миллионов 40. Вычтем для верности и тех, кто не умеет читать-писать. Останется человек шесть. Сомневаюсь, что среди них найдется хоть один, кто-то не продаст своего родного сына в рабство, чтобы получить такую работу, как у меня.

Или найдется? По мнению журнала, выходящего под эгидой Северной ассоциации автожурналистов, наша работа совсем не такая легкая, как кажется. На самом деле, говорят они, от этой работенки воняет, как от тухлой кильки.

Мне кажется, что мои северные коллеги просто сердиты, поскольку перелетов первым классом, вина Barsac и отеля Carlton им уже не хватает. Один из них, например, который ведет автомобильную колонку в «Новостях свиноводства» (это не я), недавно жаловался, что ему нанесли кровную обиду, не дав на неделю потестировать Ferrari. Прискорбно.

Но это все мелочи в сравнении со статьей во всю первую полосу, которая начинается так: «Тенденция некоторых рекламных отделов приглашать журналистов с севера Англии на презентации новых автомобилей за свой счет является пугающей и чрезвычайно вредной». Парень рассказывает, что на недавней презентации нового BMW некоторые члены ассоциации были вынуждены встать в пять утра и полтора часа ехать до аэропорта. Он также жалуется, что ланч на презентации был слишком коротким, и делится с нами, что некоторые журналисты работают по 18 часов в день.

Что ж, давайте посмотрим, из чего он состоит, этот рабочий день. Итак, наш парень продирает утром глаза, выпивает чашку кофе и вскарабкивается в машину, которую он обозревает на этой неделе, — скажем, Rover или Calibra. За бензин в баке заплачено компанией, которая подогнала машину. Он едет в аэропорт и садится в самолет до Шотландии — по билету, который ему купила фирма BMW. В Глазго он седлает поджидающую его BMW 325i и раскатывает по живописнейшим местам в течение часа или около того. Затем он приезжает на новенькой машине на ланч в Инверлохский замок. Там он сжирает цельного лосося и едет на 325i обратно в аэропорт.

Я просто не представляю, как он выживает, этот парень. Великий полярный исследователь Ранульф, забудь про свои походы пешком на Северный полюс и про свою кругосветку. Попробуй на денек-другой стать автомобильным журналистом.

В той же статье говорится, что автопроизводитель должен заплатить за бензин до аэропорта и обратно, за парковку и ночевку, если рабочий день показался журналисту слишком длинным. Я думал, журналисты из северной Англии должны быть более выносливыми.

Самое забавное, однако, я оставил на закуску. Наш автор пишет, что его как-то раз пригласили в Лондон на презентацию новых шин от Pirelli, что значило 70 фунтов, если добираться из Линкольншира на поезде, и 120 фунтов, если лететь на самолете.

Это, конечно, редактору решать, будут ли новостью шины или не будут. Если он решает, что будут, то автообозреватель получает деньги на билеты и ланч. Если же он считает, что добрые жители деревни Нижние Баскервили проживут и без новости о шинах Pirelli, то обозреватель никуда не едет.

Представление о том, что компания Pirelli должна заплатить 120 фунтов, чтобы полдесятка нижнебаскервильцев узнало о новых шинах, абсурдно в высшей степени.

Хуже нытика бывает только нытик с провинциальным акцентом. А хуже всего — знать, что ты сам откуда-то оттуда родом. Хм.

Станут ли машины электрическими?

Мне интересно, к кому история окажется добрее — к отцу бензинового автомобиля Карлу Бенцу или к отцу электромобиля Марвину Броду? К человеку, придумавшему автомобиль, — или к человеку, который положил ему конец?

На Франкфуртской автомобильной ярмарке девицы-секретарши ведущих мировых автопроизводителей показали не меньше двадцати четырех моделей машин на электрической тяге. Компании Ford, Chrysler и General Motors объявили, что они решили соединить усилия и потратить полмиллиарда долларов своих денег и еще полмиллиарда государственных на изобретение автомобильной батареи повышенной емкости. Разговоры на ярмарке велись не о новом заводе Toyota в Дерби, а о новом заводе хлоридных батарей в Манчестере.

Последний японский концепт-кар, который, как обычно, был вариантом итальянского дизайна для бедных, никто не заметил вообще. Всякий только и говорил, что про электрические машины, натриевые аккумуляторы, ускоренную подзарядку и все то прочее, что выпадает у коровы из-под хвоста.

Поверьте мне, через какие-нибудь двадцать лет вы уже не будете читать журнал Perfomance Car, а если и будете, то там не будут писать, как быстро разгонится до сотни новый Nissan. Вместо этого вы прочтете, как быстро подзаряжаются его батареи и сколько можно проехать на одной зарядке. И самое интересное: сколько миль можно проехать, прежде чем купить новые батареи за 2000 фунтов, и не лучше ли брать их в аренду, а не покупать.

И во всем виноват член городского совета Лос-Анджелеса Марвин Брод. Дело в том, что Марвину не нравится тот факт, что его дети не могут поиграть на улице из-за смога. Он считает, что во всем виноват Детройт. Ему настолько надоели отговорки автопроизводителей, что пару лет назад он возглавил «лос-анджелесскую инициативу», смысл которой в том, что мировые автопроизводители должны напрячься и создать электромобиль с низким, а то и вовсе нулевым выхлопом. По его описанию, эта машина должна иметь максимальную скорость под 100 км/ч, проезжать больше 200 километров на одной зарядке и быть качественным продуктом, рассчитанным на нижний люксовый сегмент рынка.

Приз за это — огромные бабки от города Лос-Анджелес, который будет продвигать эту машину и гарантировать огромные продажи. Город, кроме того, установит, где только можно, пункты зарядки батарей. В итоге конкурс выиграла машина, спроектированная британцами. Дальность ее езды составляла 100 км на электромоторе и 220 км, если параллельно используется и бензиновый моторчик объемом 650 кубических сантиметров. Каталитические конвертеры в количестве двух штук снижали выхлоп до уровня миксера от фирмы Kenwood.

Машина развивала максимальную скорость 110 км/ч и до сотни разгонялась за 17 секунд. Эти характеристики примерно соответствовали Ford Anglia 1961 года выпуска.

Показав Детройту, что такая машина все-таки возможна, власти Лос-Анджелеса объявили, что к 1998 году всякий автопроизводитель, желающий торговать с седьмой по величине экономикой мира, на каждые сто проданных в Калифорнии машин должен продавать две не загрязняющие воздух. То есть на батарейках.

Будь я автопроизводителем, первой моей реакцией было бы слинять с концами из Калифорнии и заставить местных жителей ездить на автобусах. Но, к сожалению, все, что сегодня в моде в Калифорнии, завтра станет модным во всех других штатах, а через год и в Европе.

Выхода нет. Теперь каждый производитель должен делать электрические машинки. А чтобы их бешеная стоимость хоть как-то окупалась, люди должны хотеть их купить. Они будут продаваться наравне с обычными бензиновыми тачками, а значит, должны быть или лучше, или значительно дешевле.

Теперь каждая автомобильная фирма в мире пытается выпрыгнуть из штанов, чтобы сделать эту совершенно новую и неопробованную технологию такой же знакомой потребителю, как двигатели внутреннего сгорания, созданные в прошлом столетии. Могу поспорить на все мои доллары, что в такой ситуации размер инвестиций в разработки знакомого нам типа машин будет стремиться к фиге.

Возьмем хоть Jaguar. Теперь каждый зарабатываемый этой компанией пенни вкладывается в создание машины на батарейках. Так что о новом бензиновом двигателе можете благополучно забыть. Дельцы из нефтеперерабатывающей промышленности уже могут начинать рвать на себе волосы, пока не будут выглядеть как актер Терри Савалас, потому что это начало конца эпохи двигателя внутреннего сгорания.

А виноват во всем Марвин Брод.

Когда третью по величине отрасль промышленности законодательно загнали в угол, будьте уверены, что новая технология таки родится, причем в кратчайшие сроки. В конце концов, у нас появятся машины быстрые и комфортабельные, как S-класс сегодня, их будут приводить в движение дилитиевые батареи, которые надо подзаряжать раз в 20 тысяч миль, а зарядные устройства будут на каждой парковке. Воздух станет чище, города — тише, мы начнем носить цветы в волосах и перестанем есть мясо.

А может, все будет не так. Дело в том, что подзарядка миллионов и миллионов машин, которые должны заполонить города по мысли Марвина, вызовет резкую нагрузку на электростанции. Как известно, 90 процентов «парниковых» газов выбрасывают сегодня именно они. Это значит, что, пересев на электромобиль, вы просто перенесли источник загрязнения воздуха с выхлопной трубы у вас за спиной на электростанцию где-то вдалеке. Даже лос-анджелесские доброхоты признают это, заявляя, что 64 процента потребляемой городом электроэнергии вырабатывается за его пределами. Иными словами, свое местечко мы очищаем, а что будет с остальными — наплевать.

Теперь еще один вопрос. Я был в Лос-Анджелесе и могу подтвердить, что смог там стоит ужасный. Не стану отрицать и то, что виноваты в этом смоге автомобили. Непонятно только одно — почему этот смог там сильнее, чем смог в любом другом городе?

Причина, судя по всему, в том, что преобладающие над городом ветра, дующие с Тихого океана, останавливаются горной грядой позади города. Поэтому смог не выдувается вообще. Чем заставлять весь мир ездить на электромобилях, не проще ли Марвину вызвать команду горняков-взрывотехников и снести эту горную гряду?

В прологе к сборнику «Гляди, незнакомец» У. Х. Одена написано: «Остроглазые, как соколы, они высматривали внизу иное будущее, ибо в чреслах их таилось враждебное семя». Марвин, возможно, думает, что он тоже остроглазый, как сокол, но лучше бы он посмотрел у себя между ног.

Нежные жестокости

Я иногда думаю, бомбил ли в детстве соседские сады архиепископ Кентерберийский, благочестивый доктор Джордж Кэри. Не буду уподобляться комику Франку Мюиру и потому сразу скажу, что «бомбить» означает лазить в чужой сад за яблоками.

Я это делал. Мой отец это тоже делал, и, я думаю, старик Джордж не может положа руку на сердце сказать, что он никогда в жизни не тырил яблоки за чьим-то забором. Но с тех пор много воды утекло, а Джордж и прочие чудаки, твердящие по телевизору про «социальные проблемы», понять этого никак не могут.

В пятидесятые годы люди стояли в очередях, чтобы купить билет на «Дорогу к звездам» — ужасный черно-белый фильм, в котором люди говорили «черт!», прищемив палец дверью. И кроме этого ущемления пальцев, в фильме не было ничего интересного. Сегодня молодежь удовлетворена, только если металлические пришельцы оттяпают все конечности. Тот, кому их оттяпают, уже не скажет «черт!».

Ну и, конечно, секс. В пятидесятые малейший намек на лодыжку приводил цензоров в ярость. Теперь же нет фильма, где не снимают трусов как минимум раз шесть. Если спроецировать этот прогресс на современные реалии, то получится, что сегодня эквивалентом бомбежки соседских садов стал угон автомобилей.

Нам не нужны патлатые социальные работники и добренькие попы, чтобы понять, почему молодежь Ньюкасла и Оксфорда хочет красть авто. Это понимают все, кому меньше ста лет. Они угоняют машины, потому что это чертовски увлекательно.

Почему рок-звезды кидают телевизоры в бассейны? Почему я не могу пройти мимо полки с банками бобов в супермаркете без мысли о том, как было бы забавно столкнуть все на пол?

Стекло издает прекрасный звук, когда разбивается. Звук получается еще лучше, когда вы проезжаете сквозь витрину на Range Rover. Я не могу измыслить ничего более увлекательного, чем гонять на Golf GTi по проходам в супермаркете.

Джордж Кэри может сколько угодно рассказывать, что нынешние уличные беспорядки происходят из-за «социальной обделенности». Его сантименты перекликаются с речами зануд, которых приглашают в качестве экспертов на передачу Newsnight.

Езда сквозь витрины имеет не больше отношения к социальной обделенности, чем пирожок со свининой. Речь на самом деле идет об удовольствии от риска. Я воровал яблоки потому, что, если бы меня поймали, мне всего-навсего надрали бы уши. Чувство риска у подростка, тырящего у соседа «белый налив», стоит возможных последствий. Молодежь Ньюкасла въезжает на Range Rover в витрину оптового торговца электроникой, потому что те люди, которые должны их поймать, не могут до сих пор поймать нас с вами за превышение скорости.

Но я не собираюсь оставлять дела в таком виде.

Даже если полиция поймет, что превышение скорости — это не самое страшное преступление на свете, и прекратит тратить время на отлов водителей, то все равно они не смогут каждую ночь охранять каждый магазин и каждую машину. Если мне в дни моего детства запрещали делать что-то из того, что я уже делал много раз, я кидался в ярость. Так было в 60-е годы. Скажите сегодня им прекратить бить витрины, и начнутся уличные беспорядки.

Ну и что делать? Мы должны хотя бы понять, в чем разница между теми, кто угоняет машины в субботнюю ночь, и теми, кто этого не делает. Почему подростки бомбят сады, а когда они вырастают, то прекращают это делать? Почему, наконец, я не угоняю машину и не выписываю на ней полицейские развороты перед пабом? Почему вы не замкнете контакты у соседской тачки и не поедете на ней громить витрину? Почему Джордж Кэри больше не крадет яблок?

Мы не делаем этого потому, что мы разумные люди. Мы уважаем частную собственность, и мы понимаем, что если будем красть и разрушать чужие вещи, то страховые выплаты возрастут, с ними возрастет стоимость жизни, а это может привести к победе лейбористов на следующих парламентских выборах.

Те, кто коротит провода зажигания у чужих машин и гоняет на них по ночам, не способны выстроить вот такую логическую цепочку, потому что они кретины. А как можно изжить кретинизм народа? Есть только один способ — не давать кретинам размножаться.

Итак, я предлагаю всем, кто достиг шестнадцатилетия, сдавать экзамен на коэффициент интеллекта. Если они не смогут назвать фамилии четырех членов британского кабинета министров, три реки в США и двух персонажей из романа «Консервный ряд» Стейнбека, их надо подвергать принудительной стерилизации.

Какое-то время после введения этих мер мы не будем чувствовать перемен к лучшему, но в конце концов, когда Англия сбросит с себя бремя кормления дураков, битье витрин на улицах прекратится. А вместе с ним исчезнут церковь и Управление британских железных дорог.

Кэри и его дружки из собесов считают, что этим деткам надо давать то, что им нужно. Они говорят, что, если ребенок угоняет автомашины, ему надо бесплатно выдать машину и возможность гонять по субботам. Ну ладно, я тогда хочу яхту на юге Франции, квартиру в Париже, дом в Калифорнии, и если уж пошла такая пьянка, Джордж, — реактивный самолет.

Проворный Ford

Вам никогда не останавливаться в отеле Prince de Galles, что на авеню Георга Пятого в Париже, потому что он слишком дорогой. Но я там был на прошлой неделе. И там же была Бригитта Нильсен — да, у нее действительно такие большие, как на фотографии в журнале Hello. Было ли это совпадением, что по платному телеканалу в отеле были доступны только три фильма — «Танцы и деньги», «Рокки-4» и «Кобра»? Я думаю, нет.

А в выходные я был в двух парижских ресторанах, в которые вы тоже никогда не попадете, потому что они слишком дорогие, — там я смотрел, как сборная Англии сделала сборную Франции в игру под названием регби.

И все потому, что я приехал в Париж на самой завидной машине из тех, что продается в Британии. Не угадали — это не Ferrari или Lamborghini, как вы себе представили, и на радиаторе не было буквы «В». И не Audi S2, которая, как вы знаете, признана в Британии лучшей машиной. Я говорю о Ford Sierra Sapphire 2.0i Ghia с кондиционером и CD-плеером.

Понятное дело, каждый из нас хочет иметь Ferrari 348, а также миллион в банке, поместье в деревне и нимфоманку в одной из спален этого поместья. Но надо признаться, что никто из нас, скорее всего, ничего такого в жизни не получит. Мы должны стремиться завладеть более доступными вещами. Именно поэтому Ferrari 348 — это иллюзорная мечта, a Sierra Ghia — реальная цель.

Если вы менеджер по продажам в крупной продуктовой компании, то можете рассекать по шоссе в своей Sierra GL и мечтать о Ferrari с тем же успехом, с которым можно мечтать, что однажды вечером ваша жена превратится в ненасытную 19-летнюю секс-машину.

Зато вы можете мечтать о Sierra Ghia. Потому что стоит вам найти менеджера по закупкам крупного супермаркета, который станет с вами сотрудничать, как вы начнете выполнять план, получите повышение по службе, а там и покупка Ghia не за горами. Такая жизнь потрясающе, запредельно скучна — впрочем, таковое обстоятельство не препятствует тысячам людей ее вести.

Так как людей, ездящих по улицам в банальных Ford, большинство, то, скорее всего, тех, кто мечтает о покупке Ghia, статистически больше, чем тех, кто мечтает о VW Corrado или Mercedes.

Сейчас те, кто избежал конюшен Ford и остался вне его поля зрения, разразятся презрительными усмешками по поводу того, как смешна и убога мечта офисного пролетария. Вы отгоните мысль о Sierra Ghia движением руки, которым прогоняют муху, и охотно расскажете, как ваша Corrado делает этот Ford-для-развоза-образцов по скорости разгона от перекрестка и управляемости.

Тогда давайте спросим: а насколько вентиляция в вашем Corrado лучше, чем у Ghia? И если вы положите на переднее сиденье шариковую ручку, то она обязательно скатится на пол. И настолько ли в салоне много места, чтобы класть карты, шоколадки, кока-колу, флаги и так далее? Знаете ли вы, что в случае с такими скоростными тачками, как Corrado, важны лишь три вещи: сколько она стоит, как быстро она ездит, смогу ли я завлечь в нее телок?

Но для офисного работника требуется иной инструментарий. Во время тест-драйва я проехал на Ford 500 миль, и ни разу машина меня не разочаровала. Я никогда не встречал климат-контроль салона лучше, а форма водительского сиденья была совершеннее, чем округлости Бригитты Нильсен.

Конечно, тахометр должен быть маркирован красным на 3000 оборотах, и если вы попытаетесь пройти поворот на убийственной скорости, то, скорее всего, слетите и убьетесь. Но для человека, который везет клиенту образцы продукции, главное — не рассыпать их по дороге. Если вы заложите резкий поворот, все ваши кассеты слетят на пол, туда же, куда и портфель, а кока-кола выплеснется прямо на ваш костюмчик из полиэстера. Ваша жена обрушит на вас свой гнев и еще сильнее уменьшит свои шансы на превращение в обворожительную Лолиту.

То же самое с ездой. Одно дело изредка выкатиться на Corrado из города и как следует припустить. А если вы катаетесь на своей машине пять дней в неделю и задаете ей жару, то велики шансы нарваться на полицию и потерять права, а то и врезаться, так что ваше повышение по службе пропадет зря и не приблизит к покупке Ghia Sapphire 2.0i.

Вы, конечно, можете прокатить коллегу на ланч в своей Corrado, но на Ghia вы прихватите еще двух его приятелей. И хотя это не столь важно для нашего друга в костюмчике из искусственной ткани, Ghia легко обслуживается и чинится, дешево эксплуатируется и, по слухам, вполне надежна в целом.

Но не подумайте, что леопард сменил окраску и я собираюсь сказать, что Ford начал делать лучшие машины в мире. Конечно, нет — их делает Audi. Просто поклонники спортивных тачек должны помнить, что машина, на которой перемещается офисный планктон, состоит из 15 тысяч деталей, и шасси — не самая важная из них. У Ghia, в отличие от Ford RS2000, шасси вещь менее критичная, чем обивка сидений. Потому что, если речь идет о езде по 25 часов в неделю, первое, что вас будет волновать, — удобство эксплуатации.

Поставьте Sierra против любого из ее соперников в групповом тест-драйве, и она проиграет всем. Но в реальной жизни Sierra — победитель. Думал ли я когда-нибудь о том, чтобы ездить на этой модели? Ну вы, наверное, шутите. «Але, киса, не хочешь приехать посмотреть на климат-контроль в моей Sierra?» звучит не так привлекательно, как «Але, киса, не хочешь прокатиться на скорости 140 миль в час?». Ну правда.

Злоупотребление поездом

Каждую среду я вынужден совершать 120-мильное путешествие из Найроби на юге Лондона в Бомбей под Бирмингемом.

Если я выйду в 7 утра, то оказываюсь на M40 еще до начала лондонского часа пик и прибываю в Бирмингем через десять минут после того, как тамошний час пик спал.

В пути я могу названивать разным людям с помощью нового девайса под названием мобильный телефон. Я также произвожу раскопки в собственном носу и слушаю радио. Как только в эфире звучит что-то левацкое, я переключаюсь на компакт-диски. Все очень цивилизованно.

Если я придерживаюсь этого графика, то не встречаю на пути ни малейших пробок. Но даже если и нет — есть только три места, где можно застрять. Но тогда я просто прибавляю минут двадцать к ожидаемому времени прибытия.

Как хороший гражданин, которым я не собираюсь становиться, в последнее время я начал кое-когда использовать общественный транспорт. Поэтому, когда какая-нибудь вегетарианская дура за званым ужином начинает спрашивать, что я сделал для экологии, у меня есть что ей сказать. Потом начинается вечеринка, мы играем во всякие игры, и кто-нибудь долго ищет вилку, которую я воткнул этой дуре в глаз.

Но тут есть одна засада. Британские железные дороги в последнее время не могут доставить меня из Лондона в Бирмингем и обратно вовремя. Вчера поезд опоздал на десять минут, а неделю назад мы стояли под Ковентри целый час и прибыли на бирмингемский вокзал с опозданием в полтора часа. Какой-то тип пытался что-то объяснять по громкой связи, но, поскольку с английским у него была беда, мы ничего не поняли. Женщины, которые бегали туда-сюда по проходам, разносили сальмонеллу и тыкались в наши локти, тоже ничего не смогли нам сказать о причинах задержки. Мы попытались спросить контролера, но он был не в настроении отвечать на наши вопросы. Да и форма, кстати, была ему мала.

Если бы такое случилось единожды из-за партизан-террористов, взорвавших рельсы, то я бы понял. Но это случается с регулярностью свежезаведенного метронома. И даже если поезд идет с педантизмом рождественского телеобращения королевы к подданным, все равно он едет на 40 минут дольше, чем машина.

Затем цена вопроса. Поездка в Бирмингем на машине стоит 15 пенсов за милю, то есть 36 фунтов. Издержки в случае поезда — два счета на такси по 5 фунтов и железнодорожный билет 44 фунта. И ни один из этих фунтов не идет на уборку внутри вагонов. Я, видите ли, много курю, а это значит, что мне приходится сидеть в загончике для курящих вместе с отвратительными старыми пердунами, где нет чистых пепельниц, а стекла желтые от никотина. Если вы постоите там на коврике больше минуты, то просто к нему приклеитесь. А в туалетах надо писать большими буквами, что экскременты желательно направлять в сторону большой фарфоровой чаши без ручек — и никуда более.

Будь мне по карману первый класс, я был бы крайне недоволен обществом людей в костюмах из полиэстера, орущих в мобильные телефоны. Поездной персонал там так же груб, а поезд так же опаздывает — даже если вашим ногам чуть просторнее. Я еще заметил, что в первом классе меня начинает тошнить, стоит поезду ускориться до 150 км/ч, хоть это бывает редко. Все же это лучше, чем ездить в вагонах эконом-класса, трясущихся так, что текст в книге расплывается перед глазами, а кофе льется куда угодно, но только не в ваш рот.

Мне нужен класс посередине между первым и вторым (второй мало того что неудобен, там еще полно всяких мутантов). Вчера по дороге туда ко мне прижималась толстушка, неустанно болтавшая про дома престарелых, что нарушило все мои наполеоновские планы по проведению раскопок в носу. А напротив сидел мужик, который бесстыже, при всем честном народе, читал лейбористскую Guardian. А пару недель назад девушка-попутчица рассказывала, что ей 29 и что она училась в частной школе Эбботс Бромли. При этом она не знала ни одну из немедленно перечисленных мною тридцати таких же 29-летних выпускниц Эбботс Бромли. Или она была на самом деле 46-летняя врунья, или вместо Эбботс Бромли училась, как все вруны, в бесплатной государственной школе.

Класс вагонов, который я предлагаю создать, будет основан не на сумме денег в кошельке пассажира, а на благородстве происхождения. Курение там будет обязательным, поскольку, по моему опыту, единственные люди, с которыми имеет смысл разговаривать, выкуривают по 20 сигарет в день, в сандвичах там будет настоящее мясо, а костюмы из полиэстера будут запрещены, равно как и газета Guardian. Чтобы попасть в такой вагон, вы должны будете пройти проверку службой разведки МИ-5, сдать тест на понимание сленга, а главное — заручиться моей рекомендацией.

Но в бесклассовом обществе все это малореально, так что те, кто желает стать «зеленым», станут черными, пока мы общаемся с красными. Поэтому не забить ли мне на поезд и не поехать ли на машине? Правда, целых пять миль вдоль трассы M1 поезд все-таки движется быстрее потока машин. Это дает фальшивое ощущение быстроты и эффективности, и на какой-то момент вы забываете, что британские железные дороги никак не могут выбраться из своего борделя. Так что, если в среду вы едете на север по M1 и видите, как мимо проходит поезд, пожалуйста, надавите на газ. Вы меня этим просто осчастливите.

Саундтрек нашей жизни

Вчера вечером, вернувшись из Америки с растянутой шеей и обгоревшими на солнце ногами, я обнаружил, что кто-то предусмотрительно оставил возле моей конторы Jaguar XJS. Обычно машины для тестов ставят, разворачивая в сторону главной дороги ярдах в двухстах дальше, но, так как у меня была растянута шея, мне пришлось бы делать 67-градусный разворот на улице, которая всего на два дюйма шире, чем длина Jaguar.

Все это было так некстати. В родном отечестве оказалось намного холоднее, чем во Флориде. Моя голова в салоне Jaguar уперлась в потолок, а кожаные сиденья превратились в монолитные куски льда. Пока я разогревал машину, даже успел выкурить сигарету. К тому же мой организм еще не перестроился после смены часовых поясов.

В конце концов, подумал я, смысл существования XJS — в комфорте, которого нет, поэтому не бросить ли ее к черту и поехать на такси? Но затем, когда я наконец-то сумел развернуться, вдруг заиграл CD-плеер, заполнив салон звуками эльгаровского «Нимрода», которые, казалось, раздавались из самых дебрей шовинизма. Естественно, я тут же перестал видеть в XJS супостата и начал относиться к ней так же, как я обычно отношусь к лобстеру «Термидор» и прочим… э-э… пищевым добавкам.

Я не считаю, что у меня музыкальный слух. Вы читаете строки, написанные человеком, который падал в обморок на уроках игры на флейте и закончил лишь четыре класса музыкальной школы по классу фортепиано, провалив экзамены в первом, втором и третьем классах. Музыка способна очень странно влиять на мое настроение. С одной стороны, она может помочь забыть о проблемах, а с другой — довести до белого каления. У меня даже есть музыкальный сборник, который я ставлю, когда хочу добраться куда-нибудь побыстрее, потому что все песни из него — от «Feel Like Making Love» в исполнении Bad Company до «Long Twin Silver Line» Боба Сигера — как будто специально написаны, чтобы я вел машину быстрее, чем обычно.

У меня есть еще один сборник (среди большого множества прочих), который я слушаю в те дни, когда движение на улице ужасно, поток машин особенно плотен, а тротуары кишмя кишат рабочим людом, который становится в очередь, чтобы плюнуть мне в лицо, когда я проезжаю мимо них на Jaguar. В наши дни они стали такое делать очень часто.

В этом сборнике есть такие композиции, как «Адажио в соль-минор» Альбинони и «Time» Pink Floyd. Мне еще советовали включить в него Джона Мартина и Леонарда Коэна, но эти ребята чересчур усердствуют. Я имею в виду, что их музыка не просто расслабляет меня, она так расслабленно расслабляет, что мне уже начинают мерещиться газовая духовка и горы валиума.

С другой стороны, Katrina and the Waves «Walking on the sunshine» или «Fantastic Day» от Haircut 100 вызывают у меня улыбку пошире, чем у Чеширского Кота. Если по радио играют эти песенки, мне становится так хорошо, что я даже пропускаю народ на поворотах. Поставьте что-нибудь из репертуара Билли Брегга, и я пойду бросать кирпичи в окна ближайшего отделения лейбористской партии. И меня просто колотит от «Bat Out Of Hell».

Мне и в лучшие времена была не очень по нраву заграничная музыка, но, когда я слышу что-нибудь вроде сочинений Эльгара, мое легкое неприятие превращается в тихую ненависть. И поверьте мне, самое лучшее место для подобных чувств — за рулем Jaguar.

Если в этот момент вы немного прикроете глаза, то легко представите себя за штурвалом истребителя Spitfire, обгоняющего шаттл Challenger. Если бы я вдруг услышал Эльгара, сидя за рулем Mercedes, мне бы пришлось остановить машину, выйти из нее и сидеть на газоне до тех пор, пока музыка не прекратится. Потому что, когда вы в Mercedes, вы не можете слушать ничего, кроме Штрауса, или Вагнера, или еще чего-нибудь такого, от чего вам хочется разнести Советский Союз в мелкие дребезги. Да и в Америке не послушаешь Эльгара, потому что это по меньшей мере глупо. Когда вы рассекаете по Америке, вы, безусловно, должны слушать только американскую музыку.

Попробуйте выехать из Монтерея в Mustang-кабрио под аккомпанемент шестерых прыщавых юнцов из Манчестера, поющих о том, как ужасно им живется в блочной многоэтажке. Даже Squeeze, чья музыка так хорошо идет дождливым днем в Клепеме, и те абсолютно не приемлемы в Америке. Вам придется слушать завывания Дона Хенли «Boys of Summer» и Doobies «China Grove».

Время от времени в своей программе Top Gear я выражаю свое мнение по тем или иным вопросам. Это, конечно же, самолюбование в большом масштабе и ничего более, но я обожаю подбирать музыку для своих сюжетов. Люблю, когда машины мельтешат под музыку, которая больше всего им подходит.

Например, когда в одной из передач мы объясняли телезрителям, что Lamborghini Countach — отстойная машина, было вполне логично, что сюжет шел под песню «Bad Company» группы Bad Company. Соответственно, когда мы решили, что Ferrari 348 — это лучшая машина на свете, в ход пошла Тина Тернер с песней «Simply the Best».

В новой серии передач, которые скоро выйдут в эфир, вы увидите семиминутный сюжет о Ford Mustang. Для такого длинного ролика у меня не хватило словарного запаса, и поэтому в основном время будет заполнено «Mustang Sally» Эндрю Стронга. Как здорово, что есть такая песня, а также «Little Red Corvette» Принса и «Silver Thunderbird» Марка Кона.

Когда же дело заходит об американских машинах, вопрос с музыкой для сюжетов решается сам собой, потому что американские певцы находят в своих машинах источник лирического вдохновения. Строчка из песни «На своем Mustang по трассе 15 я лечу до Нового Орлеана» всегда будет слушаться намного лучше, чем «Пробираюсь до Ротерэма по А1 на своем Maestro».

Пару недель назад умник из конкурирующего издания написал в своей колонке, что мнение о машине складывается у человека за первые пять секунд, которые он в ней проводит. Я бы с ним согласился, хотя он не сказал самого главного: понравится вам машина или нет, зависит от музыки, которая играет в эти пять секунд.

Господин Большой

Итак, потребности большинства перевешивают потребности меньшинства или все-таки нет? Всегда было так, что потребности людей с ограниченными возможностями, физическими или умственными, всегда перевешивают потребности тех, у кого все в порядке со здоровьем.

Бизнесмены выкладывают кучу денег за туалеты для людей в инвалидных колясках. Такие туалеты — из разряда вещей, которые просто должны быть. Если бы я вдруг стал инвалидом и попал в отель, магазин или ресторан, в котором отсутствовала бы такая возможность, я бы нагадил им прямо на пол. В качестве жалобы.

Однако интересы никаких других меньшинств не должны причинять большинству неудобства. Поэтому я не симпатизирую так называемым «активистам», которые ошиваются у посольств и мэрий, оплевывая себе бороды и размахивая над головой плакатами.

Я не понимаю, почему мой подоходный налог должен составлять 500 фунтов в год, если я знаю, что большая часть этой суммы будет потрачена на всяких идиотов. Как и большинство остальных, я просто хочу, чтобы на улицах моего города горел свет, вывозили мусор, исправно работали школы, а полиция кого-нибудь арестовывала. Вот для чего я плачу налоги. Вместо этого мы имеем разбитые дороги, невозможность дозвониться до местных властей, засилье прогульщиков в школе и полицию, которая не может пробраться до места преступления, потому что весь тротуар загадили собаки. О, еще есть фантастически богатые кипрские лесбиянки.

Это же абсурд. Если так случилось, что ты стал гомосексуалистом с Кипра, то почему ты решил, что местные власти кинуться финансировать твое извращение? Власти должны спросить нас, согласны ли мы отдавать налоги на поддержку гомиков со Средиземного моря. Лично я предпочел бы пиво.

Я люблю курить во время еды, но если я сижу за одним столом с некурящими людьми, то стараюсь ограничить себя в курении до тех пор, пока все не закончат трапезу. Так почему же вегетарианцы ждут — больше того, требуют — особого внимания к своей персоне? Если я готов из уважения к ним воздержаться от курения, то почему бы им из уважения ко мне не скушать кусок коровы? В нашем мире можно только брать и отдавать, и если ты в меньшинстве, то должен хорошенько постараться и приноровиться к искусству отдавать.

И вот на всем этом фоне недавно ко мне обратился человек из некоего «Клуба высоких людей» с предложением вступить в их ряды. Как только он произнес название своего клуба, в моей голове тут же прозвенел тревожный звонок. На то были две причины.

Во-первых, это клуб, а клубы — это места для не уверенных в себе типов, которые чувствуют себя комфортно лишь в компании людей с такими же мыслями и бородами. Члены нашего местного гольф-клуба называют друг друга идиотскими прозвищами и обожают сокращения. И все как один относятся к председателю клуба как к божеству, забывая, что эта должность досталась ему потому что: а) у него толстый свитер и б) он состоит в правлении клуба дольше всех. Та же история с масонами, Гильдией автомобильных журналистов и инфернальным «круглым столом».

Второй повод насторожиться состоял в том, что вся эта затея отдавала защитой интересов меньшинства. У нас есть специальные расовые комиссии, которые борются с расизмом, и комиссии по равным возможностям, которые стучат по голове сексизму. Мне вдруг стало страшно от того, что меня втягивают в некую организацию, которая начнет бороться с тем, чего даже не существует в природе, — «ростизмом», или дискриминацией людей высокого роста.

Да уж, ростом я вышел, но у меня есть и друзья-коротышки. Например, моя девушка вообще ростом один дюйм. И никого из нас никогда не унижали по поводу роста — ни физически, ни на словах, и никто из нас не рассматривал свой рост в качестве проблемы. Тогда скажите мне, пожалуйста, какой смысл в «Клубе высоких людей», если на свете не существует такой вещи, как «ростизм»?

Ну, может быть, мы станем регулярно собираться и называть друг друга Верзилой или какими-нибудь другими смешными прозвищами. Возможно, нам даже посчастливится встретить там высокорослых представителей противоположного пола.

Но нет. Идея этого клуба состоит в лоббировании интересов различных производителей, которые хочешь не хочешь, а должны будут принимать нас, рослых людей, во внимание. Что-то в таком духе.

Этот клуб хочет, чтобы началось производство высоких дверных проемов. Но я вырос в сельском доме семнадцатого века постройки, и данный вопрос меня никогда не беспокоил. Или клуб выступает за производство кухонной мебели большего размера. Зачем, спрашивается? Если вы купите раковину, которая выше колена, у вас пропадет последний аргумент за то, чтобы не мыть посуду.

Ну и, конечно, клуб пропагандирует производство машин, внутри которых было бы достаточно места. Что ж, несмотря на то, что я ростом под 196 см, единственная машина, которую я абсолютно не в состоянии водить, — это FIAT X19. Опять-таки ничего плохого я в этом не вижу.

Конечно, в Ferrari F40 моя голова упирается в потолок, а в Renault 25 мне приходится сидеть в позе, не подобающей для истинной леди, но на то я и мужчина. Да и если задуматься, для женщины в этой позе тоже нет ничего такого.

Я только хочу сказать, что из 750 моделей машин, продаваемых в Великобритании, всегда найдется подходящая к моему росту и размеру. Большинство из них вполне подойдет людям и выше меня ростом. Однажды я даже видел верзилу-артиста Германа Мюнстера за рулем Mercedes 190.

Сказать по правде, на свете есть люди выше семи футов, и я могу представить себе, что для них найти автомобиль практически невозможно. Боюсь, что со временем ситуация не изменится к лучшему, поскольку не станут же производители автомобилей выпускать модели для великанов. Предположим, что это случилось, — тогда возникает проблема с интерьером, который бы подошел и таким людям, как моя подруга, которая, как я уже говорил, ростом один дюйм.

Конечно, если вы уродились неестественно высоким, то без всяких сомнений вступайте в этот клуб, но не думайте, что он станет ответом на ваши молитвы о простой и безоблачной жизни. Намного лучше, однако, с учетом сложившегося положения дел, переехать в Фулэм, где местные власти выделят вам специальный Cadillac с откидным верхом. Или два, если у вас есть склонность к представителям своего пола.

Что же купить?

Сегодня мой стол очищен от компьютера и всевозможных папочек и коробочек. Их место заняла тарелочка с фуа-гра и бокал Dom Perignon. Мой офис залит поистине божественным светом, а снаружи идут красивые молодые люди, улыбающиеся весеннему солнцу.

На фондовой бирже произошел крупнейший за последние пять лет скачок — котировки взлетели на 130 пунктов буквально за пятнадцать минут, и послышались разговоры о снижении банковских процентов.

А все потому, что в четвертый раз за последние тринадцать лет Англия избрала правительство консерваторов. Хотя уже к двум часам ночи стало понятно, что силы добра побеждают, я сидел перед телевизором до четырех только для того, чтобы посмотреть, как премьер-лейборист Киннок корчится от боли за поражение. Это было славное зрелище.

Теперь-то, с божьей помощью, экономический спад прекратится, а бизнес оживет. Чтобы подтолкнуть развитие экономики, я предпринял некоторые шаги. Во-первых, позвонил своему агенту по недвижимости и распорядился продать квартиру, чтобы купить квартиру попросторнее. Во-вторых, решился на совсем смелый поступок — покупку машины. Я бы не сказал, что это было опрометчивое решение, потому что я размышлял об этом шаге уже около года. Вопрос стоял такой — действительно ли мне нужна машина, и если да, то какая именно машина мне нужна?

Опасаясь, что в правительство могут попасть Киннок со своими подручными, я сознавал, что покупка машины до выборов будет непростительной ошибкой. С лейбористской программой финансирования социальных служб и здравоохранения из каждого работающего человека выжали бы все до последней капли. А напоследок отжали бы еще раз. Затем пришли бы к нам домой, конфисковали бы наши видеомагнитофоны и отдали бедным, которые при лейбористах стали бы очень богатыми.

В таком случае мои сбережения сгодились бы мне больше, чем машина, но я считаю, что журналисту, пишущему об автомобилях, стыдно обходиться без колес. Хотя многие журналисты обходятся — мол, им всегда дадут какую-нибудь машину на тест-драйв, — но мне кажется, что мы не имеем права разглагольствовать о машинах, не имея опыта владения ими.

До тех пор, пока вы не отстоите очередь за акцизной наклейкой на стекло и не удивитесь, почему ее нельзя было послать вам по почте, или пока вы не услышите скрип зубов страхового агента после вашей фразы «у меня GTi, без гаража», вы никогда не поймете, что к чему. Зато теперь, когда я понял, что могу не беспокоиться за собственные сбережения, я решился на покупку. Но что именно выбрать?

Первым из короткого списка претендентов выпал старый Mercedes SL с крышей, похожей на пагоду. Симпатичная машина и все такое, но мои машины часто простаивают месяцами на улице без ремонта и профилактики, и по моему опыту обращения с по-настоящему старыми машинами я знаю, что именно тогда, когда они нужны тебе больше всего, с их мотором или стартером что-нибудь случается. Никто не спорит, Mercedes сконструирован лучше любых других машин мира, но если ему уже 25 лет, то какой бы хорошей ни была конструкция, положиться на нее нельзя.

Вторым отпал BMW Z1. Хотя это хороший претендент: современная, стильная, надежная машина — но очень дорогая. Если сильно постараться, то можно найти экземпляр за 16 тысяч фунтов. Но шестнадцать штук — это слишком дорого для того, что будет украшать улицу 360 дней в году.

Porsche 944 Turbo держался в моем списке достаточно долго, потому что это великолепно спроектированная, отлично сделанная машина дешевле 10 тысяч фунтов. Водить ее одно удовольствие, она привлекательна на вид, и я не сомневаюсь, что в будущем она будет значить то же самое, что статуя Давида работы Микеланджело.

Но есть в Porsche что-то раздолбайское. Дети городских трущоб обожают переделывать Porsche в De Lorean, и я догадываюсь почему. Хоть я не из тех, кто любит плевать на других, но, когда рядом проплывает Porsche, искушение слишком велико.

Эти соображения касаются практически всех машин, которые возбуждают у меня хоть какой-то интерес. Я бы хотел Jaguar XJS, но это слишком большая машина для Лондона, к тому же она слишком много ест. Та же история с Range Rover. Да, конечно, BMW 325i или Golf вполне подошли бы моим запросам, но это все равно что выбирать между красотой, гармоничностью и разумностью. Я презираю разумность точно так же, как я презираю социализм.

Есть еще одно обстоятельство. Дело в том, что я не люблю новые машины. Они слишком выхолощенные, утонченные, и — не могу вспомнить другие слова на «-енные», — одним словом, они скучные.

Кабриолет Rover или Citroen Volcane не вызывают во мне энтузиазма. Тест-драйвы, говорящие, что эта последняя когда-то была королевой дорог, но потом отдала корону 16-клапанному Renault 19, который в свою очередь уступил ее FIAT Tipo, действуют на меня как смесь водки с тазепамом. Как-то раз я одолжил 24-клапанный Mercedes-купе, тюнингованный AMG, — только в него сел, как стал клевать носом.

Тем не менее есть одно исключение, которое только подтверждает правило. Исключение произведено компанией Ford, но не пытайтесь найти его у местных дилеров, потому что эта машина не в Англии не продается. Это кабриолет со складным верхом. У него есть кондиционер, круиз-контроль, электрическое управление сиденьями, стеклоподъемниками и зеркалами, он разгоняется до 125 миль в час благодаря пятилитровому двигателю V8 — а как он звучит!

Машина называется Ford Mustang GT. Годовалый экземпляр вы можете купить в Америке за 11 тысяч долларов. С доставкой, растаможкой, страховкой на год обойдется дешевле 10 тысяч фунтов. Без сомнения, это надежная машина, поскольку двигатель особенно не перегружается. Наконец-то впервые в жизни у меня будет приличный кабрио, чтобы наслаждаться солнышком.

Этим летом, уж поверьте мне, обязательно будет солнце, даже если на самом деле будет промозгло и сыро. Солнце будет светить в моем сердце, потому что, хотя моя страна дерет втридорога за автомобили и втюхивает самые отстойные экземпляры, ее граждане в четвертый раз с 1979 года, говоря футбольным языком, сыграли молодцом. Спасибо вам, жители Бэзилдона и Южного Портсмута.

Все течет, все меняется

Теория эволюции Дарвина — книга толстая, но в сущности она говорит о том, что все мы сначала были амебами, потом рыбами, потом обезьянами, а уже потом превратились в человека.

И так как в свое время мы пошли не по той дорожке, природа решила организовать нам ледниковый период. Он уничтожил все ошибки эволюции, такие как динозавры, и дал возможность выжить куда более успешным видам.

Без сомнения, когда-нибудь ледниковый период случится еще раз, и всех социалистов вперемешку с воришками автомагнитол смоет потоком, состоящим из смеси саранчи с кислотой. В этой эволюционной игре природа просто выжидает время и всегда смеется последней.

Посмотрите на косточку плода. Когда природа поняла, что авокадо и креветки просто созданы друг для друга, она начала потихоньку увеличивать косточку авокадо, чтобы внутри плода увеличилось место для наполнителя.

Та же история с тюленями. Изначально задуманные как сухопутные млекопитающие, они распробовали вкус рыбки, и в итоге природа потратила 200 тысяч лет на превращение их ног в ласты, а легкие в баллоны, наполненные горячим воздухом. Могу поспорить, что к 4992 году у тюленей уже будут жабры и им вообще не надо будет вылезать на поверхность.

Согласно последним исследованиям, человек стал выше ростом. Например, в 1992 году мы были на один дюйм выше, чем в 1892-м, и не известно, прекратится ли когда-нибудь этот рост. Наверное, по замыслу природы наш рост должен быть 200 футов. Однако, думаю, возникнут проблемы, если мы вдруг начнем рожать 16-футовых детей. Превращение будет медленным и приятным, чтобы мы смогли потихоньку приспособиться к нашему новому росту, прибавляя по дюйму в столетие.

А теперь давайте посмотрим, как это положение дел соотносится с тем, что нам предлагают древние авторы Ветхого Завета. Однажды утром Бог встал, почистил зубы и подумал: «Ну что, сегодня я сотворю мужчину и женщину». Так он и сделал. Буквально через пару часов женщина успела закрутить шуры-муры со змеем, отдалась дьяволу, родила двух детей, один из которых убил другого, а потом забрался в постель к своей матери, приговаривая, что если она ему не отдастся, то хана всему человечеству.

Как бы там ни было на самом деле, внимательно изучите свое генеалогическое древо. Если прав Дарвин, то ваш прапрапрапрапрадед был амебой, а если прав Ветхий Завет, то вы произошли от человека, который убил своего брата, а потом натянул свою матушку. Даже если обнаружится, что вы прямой потомок Ричарда Львиное Сердце, это послужит вам слабым утешением.

Но все это так, мелкий грешок, сиюминутная слабость. Главное здесь в том, что в любой взятый момент эволюция, какой бы скучной и длительной она ни казалась, по полной уделывает революцию. Возьмите хотя бы политику. Каким-то чудом древние греки изобрели демократию, единственным реальным конкурентом которой — не считая великолепной эпохи феодализма — был коммунизм. Но коммунизм возможен только тогда, когда население ест капусту и стреляет друг в друга, поэтому этот строй долго не продержался нигде, кроме Кубы, где живут одни наркоманы.

Или возьмем мир автомобильный. Как только очередной инженер-конструктор с потерянной две недели назад шариковой ручкой заявляет, что его компания изобрела совершенно новый автомобиль, я несусь к двери шибче лошади. У меня сразу возникает вопрос: «Вашу мать, а что было не так с прошлой моделью?» Но никто и никогда не задает этот вопрос, все только перекладывают ногу на ногу и вяло выражают свой восторг насчет новой коробки передач.

Возьмем новую Honda Prelude. Выглядит она сногсшибательно, и я готов расцеловать любого, кто скажет, что был хоть как-то причастен к разработке ее дизайна. Но боже мой, почему с таким же успехом нельзя было сделать новый мотор, новую подвеску, новый салон и полный привод в придачу?

Если вы хотите полностью все поменять, вы рискуете, как Россия в 1917 году или как Господь Бог в эдемском саду, сделать нечто ужасное и непоправимое. Например, Rover SD1 и до того был ненадежной машиной, но вместо того, чтобы бросить все силы на улучшение качества, дизайнеры сконструировали абсолютно новую модель 800, которой для разворота требуется площадь размером с Францию.

Оригинальная Toyota MR2 уже практически приближалась в идеалу, но вместо небольшой подтяжки лица конструкторы на-гора выдали абсолютно новую MR2, управлением напоминающую новорожденного Бемби. Потом была Celica. Пара-тройка улучшений позволили бы оставаться Celica 1980-х свежей, как освежитель воздуха в туалете. Но в конечном итоге мы получили машину как раз для съемок фильма ужасов Винсента Прайса.

И Subaru. Многие годы компания делала надежные, основательные автомобили для сельской местности — и вот решила съехать с любимой темы. Было создано купе SVX, которое с тем же успехом можно отнести к купе, с каким вы получили бы посвящение в рыцари, блеванув на собачку Ее Величества.

Теперь сравните эти революционные машины с машинами, возникшими путем постепенной эволюции, — великолепным Jaguar XJS, своеобразным Porsche 911, моделями Rolls и Morgan.

Но самой яркой иллюстрацией моей точки зрения служит Range Rover. Несмотря на то что его силуэт не изменился с 1972 года, машина менялась постепенно, прибавляя двери, наращивая двигатель до 3,9 литра (когда 3,5 стало недостаточно), обзаведясь антиблокировочной системой, кожаной обивкой и другими прибамбасами, которые требует рынок.

В конечном итоге мы имеем современную машину с традициями. Из-за того что Land Rover ограничил свое творчество несколькими нововведениями в год, не только издержки на разработку получились минимальными, но и сократились чуть ли не до нуля ошибки в работе конструкторов. Поэтому Range Rover — это, возможно, самая эволюционно продвинутая машина из всех, которые можно сегодня купить.

Тут опять появится инженеришка с шариковой ручкой за ухом и расскажет, что технологии за последние двадцать лет сильно развились, так что создать новый Range Rover с нуля будет стоить чертову уйму денег. На что панки ответили бы так: «А нам до фени, дедуля».

Секс на колесах

По количеству людей, собравшихся сегодня у местного газетного киоска, я понял, скольким людям не терпится посадить свою задницу в Viper.

Как только фотографии этой модели Dodge попали в британские издания, продажи порнухи типа Club International, Razzle и Fiesta упали ниже плинтуса.

Журналисты пишут, что это самая сексуально возбуждающая тачка из всех существующих. Хотя не совсем понятно, как можно сексуально возбудиться при виде автомашины, я, кажется, догадываюсь, что они имеют в виду. Буквально на днях я пытался объяснить одному юноше из автомобильного журнала, что Джулия Робертс и Шерон Стоун сексуальные, а вот Dodge Viper — нет. Как ни странно, он этой разницы постичь не мог.

Что можно сказать про Dodge Viper со всей достоверностью, так это то, что эта машина вызывает волнение. Вчера я даже не смог спокойно допить свой чай, так сильно мне хотелось сесть за ее руль. Но почему я никогда не испытывал таких же эмоций по поводу Ferrari 512 или Maserati Shamal? Почему я сижу с ключами от Syclone в кармане и думаю, какое такси мне заказать на сегодняшний вечер? В чем соль Viper?

Разложим по порядку. Во-первых, это не спортивная машина. Спортивная машина, в отличие от Viper, должна быть маленькой и верткой. Главное для спортивной машины — это легкость управления. Управление в Viper — не более чем приложение.

Во-вторых, Viper нельзя назвать суперкаром. Чтобы машина считалась суперкаром, ее двигатель должен располагаться в средней части, но, как я всегда говорил, если бы Господь подразумевал, что мы будем пихать двигатель в середину машины, то не дал бы нам капот. К тому же суперкар должен выглядеть в точности как Ferrari, но Viper похож на Ferrari еще меньше, чем мое правое легкое.

А теперь я скажу вам, что такое Viper. Это мускулистая машина. Ее изгибы соблазнительны, как изгибы женских бедер, впереди у нее мощный мотор, а привод задний — вот, собственно, и все. Можно поспорить, что вскоре будем читать, что Carrera 4 оказалась маневреннее Viper, a Delta Integrale — быстрее, но если вам интересно мое мнение, я бы не дал за них ни гроша.

Я уверен, что в стометровом забеге спортсмен-политик Колин Мойнихан разделает Арнольда Шварценеггера под орех, но разве кто-нибудь ломился бы на фильмы с ним в главной роли? Будь у Сильвестра Сталонне мое тело, которое, надо сказать, просто ужасно, никому бы в голову не пришло смотреть «Рокки». И у него совсем не было бы денег, и у Бригитты Нельсон тоже.

Людям нравятся мощные машины. Нам нравится, с какой величавостью Boeing 747 отрывается от земли. Нам нравится скоростной катер Destriero, потому что его мощность составляет 60 тысяч лошадиных сил. Нам нравятся удары, взрывы и потрясения. Нам нравится все, что снаружи кажется утонченным, а внутри наполнено грубой животной силой. Мне, по крайней мере, а если вам нет, то ваша сексуальность под вопросом.

Теперь-то вы, надеюсь, поняли, почему все без ума от Viper. Он особенный, потому что единственный в своем роде. В нашей стране вы больше не найдете ни одной такой мускулистой машины с таким большим двигателем и задним приводом. Ну есть еще, конечно, Griffith, мощная, как принцесса Диана, которая, так уж случилось, самый приятный человек на Земле.

Причина для беспокойства здесь в том, что автопроизводители Европы и Японии, приверженные классическому дизайну, стараются увеличить комфортабельность своего конечного продукта — и у них получаются машины класса GT.

У Jaguar XJS огромный двигатель объемом 5,3 литра и задний привод. На его капоте можно играть в бейсбол, а изгибов в нем больше, чем в здании Центра Жоржа Помпиду. Кстати, никто не замечал, что с водительского сиденья передние крылья выглядят как лапы у статуй львов на Трафальгарской площади? Нет? А я вот заметил.

Проблема заключается в том, что Jaguar решил сделать ставку на продукт для счастливой и скучной семейной пары. Поэтому у новой машины появился убивающий все звуки глушитель и автоматическая коробка передач, езда стала плавной и мягкой, исчезло самое классное ощущение типа «о боже, мы же сейчас разобьемся ко всем чертям!». Это машина хороша для тех, кому за пятьдесят. А мне 32.

Тем не менее вам понадобится всего-то 15 тысяч фунтов, чтобы превратить XJS за пять штук в наш британский ответ Viper. На взгляд со стороны, тюнингованный конструктором Хэндсом XJS очень похож на машину, которая в любое время дня и ночи привозит к вам девушек по вызову. Но, если вы подойдете поближе и потрогаете ее руками, вы поймете, что она только выглядит как телкомобиль. Забудьте о своих первых впечатлениях о XJS, и вы поймете, что это сногсшибательная машина.

Передние крылья раздвинуты на дюйм, а задние — на два. Под крыльями в результате помещаются огромные 16-дюймовые колеса, а вся машина делается ниже на два дюйма. Чтобы она смотрелась еще ниже, дизайнерами были добавлены спойлеры и бордюры. Все эти вещи делают по-джентльменски стройную и выдержанную машину агрессивной, как горилла, на которую впервые напялили вечернее платье.

Что касается механики, то ее двигатель без особых изысков, чего нельзя сказать о коробке передач. Дизайнер Пол Хендс объяснял мне про это раз сто, но я так ничего и не понял. Он вынул из механизма машины некий гидротрансформатор, и за счет этого, насколько понимаю, увеличил количество лошадиных сил. При этом, однако, чтобы переключить скорость, вам надо опять дергать за палочку.

Все элементы под капотом выполнены из нержавеющей стали, есть куча всяких новых коллекторов, которые помогают достигать эффективной мощности 340 л. с. В итоге получилась машина, которую приятно водить. Рулевое управление просто замечательное. Неплохо сделан салон, а коробка передач, наверное, еще лучше. Внешний вид ее вы называете сексуальным, хотя я бы назвал сердитым, а расход топлива как раз подойдет для господина с «Ролексом».

Но самая классная фишка этой машины состоит в том, что, как только ты ставишь ногу на педаль газа, она делает вуууууууууууууууууууу-уууууууууууууухххххххххххххххххаааааааааааа. Очень громко.

Всегда ваш, из деревни.

Авария

Жарило солнце, крыша автомобиля была откинута, стрелка тахометра лежала на красной отметке, и графство Нортумберленд еще никогда не казалось мне более симпатичным местом. Серая лента дороги извивалась то так, то этак вдоль говорливой речки. Машина была самая свежая Honda CRX. С новой мягкой подвеской, откидной крышей и великолепным двигателем VTEC на 158 лошадей — словом, не на шутку хорошая машина.

За рулем был я, и я получал такое удовольствие от вождения, которое, казалось, получить уже невозможно. Я часто любил повторять, что удовольствие от вождения и рядом не стояло с удовольствием от секса, но в этом случае первое подходило близко ко второму. Совсем близко.

Но затем, как это бывает в анекдотах про мужа, вернувшегося домой из командировки, я завернул за поворот и увидел, что прямо посередине дороги стоит машина, повернувшись боком. Мое счастье закончилось.

Хочу сразу сказать, что эта история отнюдь не о преимуществах антиблокировочной системы тормозов. Я не собираюсь рассказывать вам здесь, с какой силой я ударил по средней педали и что при этом управляемость машиной сохранилась — потому что ничего такого не имело места. И это не история о том, как благодаря деревенскому кровосмешению появился на свет баран настолько тупой, что он начал парковать машины на слепой стороне поворота. Дело в том, что мне не потребовалось много времени, чтобы понять — проклятая машина, заблокировавшая дорогу, лежит вверх ногами. Первым делом мне пришло в голову, что кто-то после хорошего возлияния поцеловался с забором и пошел домой отсыпаться, не особо заботясь о последствиях.

Итак, я разозлился, как черт. Настолько разозлился, что даже не заметил, что из-под перевернутой машины течет бензин и что попытка ее перевернуть в одиночку может окончиться сломанным позвоночником или неслабым взрывом. Но в реальности не случилось ни того, ни другого — как я ни толкал машину, она не сдвинулась ни на сантиметр. К этому времени я уже был настолько разъярен, что даже начал бросаться на придорожный забор и пинать его ногами. Вдруг каким-то боковым зрением я ощутил, что внутри перевернутого Ford кто-то был. Там была девушка.

Буквально за два дня до этого я сцепился с приятелем, который пошел на курсы медпомощи на случай, если кому-то рядом станет плохо с сердцем. Только зануды, говорил я ему, способны на такой поступок в мире, где человек человеку волк. Если у кого-то рядом будет сердечный приступ, еще сказал я, то воспользуйся моментом и стырь его бумажник. Насколько жестока эта моя шутка, я понял теперь, когда оказался посреди дороги черт знает где и во все глаза таращился на девушку, которая была без сознания или уже мертва. И я абсолютно не знал, что мне делать.

Откуда-то из глубин памяти всплыло, что в таких случаях ни в коем случае нельзя трогать пострадавшего. Но, поскольку мне совсем не улыбалось объяснять потом следователю, что я стоял рядом с девушкой целых пять минут до взрыва машины и ничего не сделал, я решил ее оттуда достать. В голове успело пронестись, что, когда я отстегну ремень безопасности, ее голова беспомощно упадет на грудь, и даже если с ее позвоночником до того было все нормально, теперь такой гарантии не сможет дать никто.

Тем не менее я как-то ее вытащил и отнес на безопасное расстояние от машины. Теперь предстояло проверить, живая она или нет, а это, хочу я вам сказать, не так-то просто, как кажется. Надо было проверить, бьется ли сердце, но я не хотел, чтобы она, придя в сознание, увидела, что я щупаю ее за грудь. Это к тому же заняло бы много времени, так как я с трудом найду пульс даже у себя на запястье. По той же самой причине мне не хотелось подносить ухо к ее губам, чтобы проверить, дышит она или нет.

В конечном итоге я отбросил сомнения, быстро ее ощупал и пришел к выводу, что девушка жива. К счастью, на ней не было крови, в противном случае я тут же отбросил бы коньки.

Но что же делать дальше? Оставить ее лежать на земле и уехать? Дело ведь происходило в деревенской глуши, а не в лондонском Вест-Энде, и ближайший телефон, насколько я знал, находился в 30 милях оттуда. В следующий раз, если кто-то скажет, что сотовый телефон (да, тот самый, который я в тот раз оставил дома) — это выпендреж, я засуну его этому человеку в…

Слава богу, пока я стоял и размышлял, из-под земли выбрались местные жители, и мы решили, что один пойдет искать телефон, другой останется с девушкой, а я отправлюсь к ее родителям, которые жили неподалеку.

Нет ничего забавнее, скажу я вам, чем вот так завалиться в разгар дня к кому-нибудь домой и сообщить, что его дочь попала в автомобильную аварию и теперь лежит без сознания посреди дороги. А еще смешнее, если в этот момент на вас надета мотоциклетная куртка и дырявые джинсы, и вам становится ясно, что именно вас родители примут за виновника аварии.

И я не поверил своим ушам, когда родители сообщили мне, что сегодня ее девятнадцатый день рождения. Кульминационный момент, однако, был еще впереди, поскольку мама и папа решили отправиться к месту аварии на моем CRX. Эти несколько минут могли бы стать сюжетом для полноценного сериала на канале ITV. В роли тараторящего отца — Ричард Брирс, Адам Фейс в роли брата-молокососа и Джун Уитфилд в роли безутешной матери, утирающей слезы кухонным полотенцем.

Когда мы приехали на место трагедии, туда уже прибыли скорая и все местное полицейское управление (Эрик и Рег), а вокруг собралась толпа ротозеев с травинками во рту. Что меня обрадовало, так это то, что девушка уже плакала и шевелила ногами, поэтому я успокоился, поняв, что ничего серьезного в ее переломах, даже если они и были, нет. Ее увезли в лучах закатного солнца, и я надеюсь, все закончилось хеппи-эндом.

Кроме одной вещи, впрочем. В тот раз мне сильно повезло, но в следующий раз из-за моей беспечности кто-нибудь обязательно умрет. Поэтому вот уже две недели я штудирую анатомический атлас. И даже потихоньку начал практиковаться. Вчера, например, я ампутировал ногу своему соседу и пришил селезенку его жены к предсердию его дочери. Сегодня, когда меня пришли арестовывать, поверх штанов на мне были надеты трусы.

Скорость убивает

Я никогда не скрывал, что терпеть не могу газету Guardian, которая, на мой взгляд, рассчитана на патлатых вегетарианцев и практикующих христиан. Это газета для тех, кто полагает, что их активизм может что-нибудь изменить. Газета для дураков, не считая выпуска в понедельник, когда она превращается в газету для тех, кто носит очки с большими диоптриями.

Я не покупаю эту газету и не общаюсь с теми, кто покупает, однако время от времени мне по факсу приходят выдержки из нее. Обычно сначала весь офис покатывается с них со смеху, а потом они летят в мусорную корзину. Но в этот раз все было немного по-другому. Пришедшая по факсу статья совершенно не была забавной и не рассмешила бы даже тех, чье чувство юмора деформировано, как Виндзорский замок. Заголовок гласил: «Живи быстро, убивай молодым», и давно я не читал такую слезливую чушь.

В статье шла речь о Шоне Гуче, который носился на Ford Escort по улицам Свиндона с приятелем и потерял управление на скорости под 90 миль в час. Он задавил четверых детей на месте, пятый умер в больнице. Тут же была приведена цитата главного редактора Fast Lane Эндрю Инглиша, который говорил, что «скорость — это удовольствие» и что «только ханжи делают из мухи слона».

В итоге каждый зануда-христианин в стране считает, что Инглиш — это тупой урод, одобряющий поведение человека, который рассекал по Свиндону на скорости 90 миль в час и давил людей. Я прекрасно знаю Инглиша и хочу сказать, что он совсем не такой. Он, как и каждый нормальный человек в нашей стране, с удовольствием бы посмотрел, как этого отмороженного ездока подвесят за болтающуюся между ног часть тела.

Так или иначе, Guardian пытается убедить нас, что скорость убивает. Как сказано в статье, «превышение скорости есть главная причина автокатастроф со смертельным исходом». К сожалению, буквально на следующей странице газеты сказано, что британская полиция не ведет статистики превышений скорости в связи с гибелью людей на дорогах.

Но без этой статистики вы вряд ли поймете, каким образом кто-то делает подобные выводы — особенно если учесть, что те крохи информации, на которых они строятся, являются ложными. В соседней статье той же газеты сказано, что число смертельных случаев на дорогах Германии возросло на 18 процентов после того, как в стране были отменены скоростные ограничения на автомагистралях. Это ложь — на немецких автомагистралях никогда не было никаких скоростных ограничений.

Ну хорошо, факты неверны сами или основаны на неверных данных. Но смущает ли это обстоятельство автора? Ничуть.

Дальше в статье процитирован Гейвин Грин, бывший редактор журнала Cars, сказавший, что, сотворив Escort Cosworth, компания Ford утерла нос всем, кто говорит, что вождение машины не может доставлять истинного удовольствия, и Ford должен по-настоящему гордиться таким детищем. Газета Guardian задает вопрос: должны ли мы гордиться компанией, делающей машины, на которых так легко можно превысить скорость? Газетный автор знает, что люди, купившие Cosworth, обязательно нарушат закон. А я знаю, что люди, купившие мини-вэн Astramax, тоже нарушат закон, но кто-нибудь сказал что-нибудь в сторону Astramax? Например, у меня этот самый «косси», и я шпарю по автомагистрали со скоростью 80 миль в час, что уже является противозаконным. Суть, однако, здесь в том, что я езжу быстро не потому, что люблю это, а потому, что на меня смотрят люди, знающие, что фордовское крылатое чудо может ездить очень быстро.

В статье «Живи быстро, убивай молодым» сказано, что Cosworth «необоснованно мощная» машина, но, простите, если тот, кто ее купил, сделал это именно благодаря ее мощному мотору и реактивному внешнему виду, выходит, это «обоснованно» мощная машина? В любом случае, каким бы ни был сам Cosworth, нам уже все рассказали про людей, которые собираются его приобрести. Про таких, как я. Наверное, мы все как один являемся хулиганистыми типами на полицейском учете, которые любят испытывать свои крутые тачки в тех же местах, где ездят более бедные, но столь же опасные для окружающих водители на списанных «каблуках». Вот кто стал настоящей проблемой для уличного движения. Буквально за две последние недели три моих приятеля попали в ДТП в центре города. Каждый раз это был удар в боковую дверь. И каждый раз за рулем машины-виновника сидел негодяй, чьих мозгов не хватает, чтобы смотреть в окно.

Теперь представим, что я еду по автостраде на своем «необоснованно мощном» Cosworth со скоростью в 80 миль в час и тут передо мной выскакивает машина с водителем-женщиной, которую отвлекли двое орущих на заднем сиденье детей. Конечно, если я бы ехал со скоростью 70, последствия столкновения были бы не такими ужасными. Однако, если бы эта женщина была внимательнее, ДТП вообще бы не произошло. Та же история с водителями фургонов. Если я встаю в колонну автомобилей за очередным «домом на колесах», следующим со скоростью 20 миль в час, и попадаю в лобовое столкновение при попытке обогнать эту процессию, то только ли моя вина в случившемся?

Да, я импульсивный молодой кретин на Ford Escort, который должен воспитывать в себе терпение и выдержку, но тогда водитель «дома на колесах» — самовлюбленный идиот, который ничего не смыслит в человеческой природе. Если бы он путешествовал ночью, а еще лучше — если бы он больше зарабатывал, чтобы проводить отпуск не в автофургоне, то никакого ДТП не произошло бы.

Между прочим, скорость существенно важна. В современном мире, где имеет значение только прибыль, мы должны перемещаться очень быстро. Нам нужны самолеты, долетающие до Америки за пять часов, и поезда, доставляющие нас до работы за двадцать минут. И нам нужны быстрые машины. Быстрота, конечно, должна уравновешиваться безопасностью, однако цена автокатастрофы должна быть сопоставлена с ценой следования по дружественному к озоновому слою пути, который так любит Guardian, и покупкой повозки с быками.

Я никогда не одобрю поведение отмороженных гонщиков, но есть гигантская разница между ними и моей ездой под сотку по автобану. Guardian и ее авторы слабо представляют, что такое реальный мир. Да, война — это ужасно, но не в ваших силах сделать так, чтобы войны во всем мире прекратились. Да, это несправедливо, что порнокороль Пол Раймонд такой богатый. Что ему некуда девать деньги, в то время как 13-летние девочки идут от бедности в проститутки. При демократии так будет всегда. Да, СПИД — это ужасно, но что делать, если ты хочешь секса прямо сейчас и не можешь тратить два часа на поиски круглосуточно работающей аптеки. Скорость действительно убивает, но вне зависимости от того, сколько статей об этом выйдет в газете для вегетарианцев, люди не перестанут быстро водить машины. И это не самое гнусное преступление на Земле.

Если не это, то что?

Когда мне было два года, у меня была детская книжка про машинки. Долгими зимними вечерами мать сидела со мной, показывала мне фотографии, а потом закрывала их, оставляя одну маленькую деталь на картинке, и просила назвать марку машины.

Она показывала мне крошечный кусочек фонаря, и я тут же догадывался, что это Triumph Herald. Если я видел гофрированный колпак, я начинал прыгать по комнате, размахивая конечностями, и громко кричал: «Rover 2000!»

По нынешним меркам, это, наверное, скучное времяпрепровождение, но в начале шестидесятых у нас не было игровых приставок и братьев Марио в придачу. Единственная деталь в машине, которую могут опознать современные двухлетние дети, — это замок на руль.

И дело не столько в упадке нравственных стандартов или распаде семейных ценностей, сколько в автомобильном дизайне. Не было ни одной машины, которая выглядела бы так же, как Triumph Herald, и ни у одной машины на дороге не было колпаков таких же, как у Rover TC. Никто и никогда не принял бы удлиненный и блестящий нос Ford Corsair за нос Ford Classic. Volkswagen Beetle имел столько же общего с Vauxhall Vivas, сколько Vauxhall — с антикоррозийной обработкой.

Я уже говорил об этом не раз, но еще год назад не имел ни малейшего представления, насколько ухудшится ситуация и насколько быстро она ухудшится. Словом, дела сейчас хуже некуда.

Впервые с момента, когда мне исполнилось два года, я не могу толком сказать, машина какой марки проезжает мимо. Как бы ни заплыли мои глаза от выпитого за все годы пива, они по-прежнему в порядке — чего не скажешь о машинах. В первый раз я обратил на это внимание на прошлой неделе, когда я ехал за хэтчбеком по трассе M40. Первые 30 миль я думал, что это Mazda 626, но потом, совсем заскучав, я начал рассматривать ее более пристально и заметил, что у машины отсутствует присущий Mazda забавный задний спойлер. Поэтому я подумал, что это Toyota Carina, и опять стал слушать радиопередачу. Когда она подошла к концу, я понял, что передо мной вовсе не Carina, а что-то другое.

Я стукнул себя по лбу жестом Бенни Хилла, поняв наконец, что же это такое. Это был Mondeo. Может быть. Скорее всего. Наверное. Нет, это был не Mondeo.

И тогда я начал злиться. Такого со мной еще ни разу не случалось. Я всегда гордился тем, что если бы я стал свидетелем преступления, то был бы идеальным свидетелем, который бы в точности описал полиции марку машины, на которой скрылись преступники, какой у нее был двигатель, в каком состоянии она находилась и в каком именно положении находился дворник заднего стекла.

И вот я еду по M40 за некоей машиной и не могу понять, что же это за марка. Из багажника могла показаться голова похищенного знаменитого скакового жеребца Шергара, с заднего сиденья мне мог помахать рукой таинственно исчезнувший лорд Лукан — а я бы даже не смог сказать, что это была за машина! Поэтому я приблизился к ней вплотную и к своему ужасу понял, что передо мной Renault Safrane — вариант, который даже не пришел в голову.

На следующий день я рассказал об этом происшествии своему коллеге в баре. В ответ он просто показал мне за спину и попросил назвать марку машины-универсала, которая только что выехала из-за поворота. Я понял, что это «японец» и, скорее всего, Nissan Sunny. Оказалось, Mazda. Что ж, я оказался прав хотя бы наполовину.

Вот с этих-то пор я и начал считать число машин, марку которых не мог узнать в лицо. Счет пошел на сотни. Между прочим, это обстоятельство грозит мне большими неприятностями. Боюсь, что в один прекрасный день на съемках телепередачи Top Gear я начну распинаться об одной модели, а машина окажется совсем другой. А может, это уже случилось и Vantage на самом деле был Wartburg?

Но даже если этого никогда не случится, то что интересного я вообще могу теперь сказать об автомобилях? Если машина А выглядит в точности как машина Б, обе имеют одинаковое оснащение, одинаковые двигатели, одинаковую цену, то по каким критериям человек сможет решить, какую из двух ему покупать?

В следующий раз, когда меня спросят, какая машина лучше — Nissan Primera или Ford Mondeo, я отвечу: «Да без понятия!» А если меня спросят, как выглядит универсал Nissan Sunny, мне придется признаться в том, что не имею об этом ни малейшего представления. А дело вот в чем. Мы не можем исправить ситуацию, потому что автомобили всего лишь отражают сложившуюся в мире ситуацию. Недавно я купил дом, который ничем не отличается от соседних домов и вообще от каждого второго дома в Лондоне. Агент по недвижимости сказал, что этот дом неповторимый, так как потолок в моей ванной имеет небольшой наклон. Ух ты!

Пойдите в Сити и попробуйте найти кого-либо, чья прическа отличается от прически а-ля старший сержант и в костюме которого будет что-нибудь еще, кроме костюмности.

На прошлой неделе я был в Весте-Енде, в баре для холостяков под названием Caspars, и у меня создалось впечатление, что каждый мужчина перед его посещением выдавил себе на голову полтюбика воска для волос. Каждая девушка в нем прямо на месте побрызгалась спреем, хотя это, если поразмыслить, не так уж и плохо. Я уверен, что они все замечательные ребята, но я не могу отличить ни одну современную голливудскую звезду от другой. Кто такой Кифер Сазерленд и чем он отличается от Эмилио Эстевеса или Чарли Шина? Одинаковые холодильники. Одинаковые мы. Все так же, как и везде. Поэтому дизайнеры автомобилей вряд ли должны нести ответственность за то, что они делают одинаковые автомобили. Завтра я надену свои «левайсы» задом наперед. И покрашу холодильник в зеленый цвет.

Однажды я подвозил этого чудика из Top Gear

Даю слово, что принц Чарльз никогда не станет королем. Это не из-за его семейных проблем, хотя человек, отпустивший от себя леди Ди, явно сумасшедший. Это никак не связано и с его склонностью беседовать с деревьями и его предполагаемым влечением к женским прокладкам и никак не связано даже с тем фактом, что Бренда будет цепляться за королевские драгоценности до тех пор, пока он не станет покупать проездной на автобус.

А потом после дорогостоящей коронации у него останется так мало времени до того момента, как скипетр и державу перехватит Вильям. Нет, Чарльз никогда не станет королем, потому что, если и дальше все будет продолжаться так, как оно есть, этот титул перестанет существовать. Тем не менее он может стать императором.

В этой роли он сможет повелевать своим народом и выпускать законы, по которым будет преступлением не быть желтым, а Вестминстерское аббатство станет по выходным продавать посетителям свежую рыбу.

Как вы могли заметить, я из кожи вон лезу от гордости, что я англичанин, и надеюсь, что Маастрихтский договор об образовании Евросоюза кончится там, откуда и возник, — в задней части тела Жака Делора. Но я также и реалист. Я знаю, чем все закончится. Голова королевы исчезнет с почтовых марок, на место фунта стерлингов придет евро, ореховое масло переименуют в ореховый соус, а сосиски попадут под запрет.

Все это не так уж и плохо. Наконец-то мы начнем понимать европейцев. Например, мы уже знаем, что у немцев отсутствует чувство юмора, а греки абсолютно бесполезная нация. Мы знаем, что французы грубияны, итальянцы сумасшедшие, а голландцы — это скопище порнографов, смолящих марихуану.

Мы можем включить нашу английскую отчужденность и выдерживать букву Маастрихта, но ни в коем случае не его дух. Намного хуже будет, если Великобритания станет третьим японским островом.

Я считаю, мы должны до глубины души быть благодарны японским автопроизводителям, которые решили вкладывать свои миллиарды именно в нашу страну, но также мы не должны забывать и о том, что на «земле надежды и славы» автомобилей Ford на 30 процентов больше, чем Honda, Nissan и Toyota, вместе взятых.

Но я не понимаю японцев. Я не знаю, как они устроены изнутри и почему им удалось добиться таких больших успехов в такое короткое время. А еще не хотелось бы заострять на этом особого внимания, но я до дрожи боюсь японцев.

Именно поэтому я хочу, чтобы кто-нибудь сорвал стоп-кран. У нас в стране есть их заводы по производству электроники и автомобилей, а на Риджент-стрит есть их магазины. У нас есть курсы делового японского для бизнесменов и рестораны, в которых подают рыбу, все еще трепыхающуюся на тарелке. Все, хватит, спасибо.

Но нет, теперь они подмяли под себя и целые общественные институты. Как пишет моя местная газета, Лондонский клуб таксистов, членство в котором открыто для всякого по имени Рег, Сид или Арчи, запрашивает транспортное управление (его отдел по выдаче лицензий), можно ли им теперь использовать Nissan Serena вместо черных кебов. Между прочим, это самое глупое действие из всех, о которых я слышал в своей жизни.

Председатель этого клуба Джим Уэллс сказал, что хотел бы купить такое транспортное средство, которое можно будет продать через год за те же деньги. Слышь, приятель, а мы все этого не хотим? Еще он сказал, что черный кеб стоит 22 тысячи фунтов, а Serena на семь тысяч меньше. К тому же, добавил он, в Nissan вмещается восемь человек.

Не вмещается. Возьмем хотя бы этот факт. Если Арчи сидит за рулем, то ему вряд ли захочется, чтобы кто-нибудь сидел рядом с ним. Так что переднее сиденье отпадает автоматически. Сзади вмещается пятеро, но те, кто сидит во втором ряду, не могут выйти до тех пор, пока не выйдет первый ряд. В нормальном лондонском кебе места рассчитаны на пять человек, и каждый пассажир может без проблем войти и выйти, не побеспокоив при этом других.

Так, идем дальше. Окружность поворота. Лондонский кеб может развернуться в любом месте в любой момент. Nissan Serena тоже может развернуться в любом месте и в любое время, но только если у него будет достаточно пространства.

А куда в Serena поместить багаж? В пасть водителю? А что делать с инвалидными колясками? Как будут себя чувствовать, попав в Лондон, другие владельцы Serena, если каждые полминуты им начнут махать рукой с тротуара? Это что касается объективных причин того, почему Serena подходит на роль лондонского такси не лучше, чем кочан цветной капусты.

Но есть и другие, более эмоциональные причины. Известно, что Лондон — это единственный город в мире, где в роли такси выступает особая марка машин. Скажем, в Милане такси может быть любая машина — от FIAT Mirafiori до Alfa 90, в Женеве та же ситуация, за вычетом лишь Mercedes-Benz S-класса. Единственная примета, по которой там опознается такси, — это окраска и лампочка на крыше. В Лондоне же кеб может быть какой угодно расцветки, но вы всегда безошибочно идентифицируете его как такси, даже если никогда до этого не были в Лондоне.

Американцы всегда удивляются тому, что водители наших кебов знают все на свете, а понять, что они знают все на свете, можно, услышав, как они болтают без остановки обо всем на свете. По правде говоря, если меня как минимум дважды в день не подрежет черный кеб, я чувствую, что день прошел зря. Мне нравится, как они останавливаются на взмах твоей руки, мне нравится, что они четко знают, куда именно вам нужно, потому что, как гласят их правила, в пределах Лондона они ОБЯЗАНЫ доставить вас до места назначения.

Это чисто английская вещь, и именно поэтому открытку с видом Вестминстерского моста невозможно представить без красного двухэтажного автобуса и двух кебов.

Люди приезжают в Лондон со всего мира, и все они хотят проехаться на черном кебе, водитель которого без всяких подсказок знает, где находится их отель и как туда добраться. Не думаю, что им понравится идея о спроектированном японцами и собранном португальцами такси.

Первый раз я прокатился на черном кебе восьмилетним йоркширским мальчиком, и это доставило мне такое удовольствие, что у меня появилась эрекция. Первый раз я прокатился на Nissan в 24 года, и меня вырвало.

Часть 2

К чему торопиться?

На этой неделе я провел полчаса в компьютерном магазине, и лишь когда продавец попрощался со мной, я понял, что до этого он разговаривал по-английски, а не по-норвежски.

Я не знаю, что такое DOS. Не знаю, сколько мегабайт в «Маке», а даже если бы и знал, то не мог бы сказать, много это или мало. Они говорят, что мне нужно больше оперативной памяти. Вот же черт.

В этом, конечно же, нет ничего плохого. Представители любой группы единомышленников всегда изобретают свой собственный язык, чтобы неполноценные типы вроде меня не смогли их понять. Когда между собой разговаривают полицейские, невозможно понять ни слова. Они называют машины «транспортным средством» и не ходят, как все, а «следуют». Не лучше дело с медиками, а с адвокатами вообще тушите свет. А еще есть целый мир кино и телевидения. Я знаю, что такое «вертикальная развертка», а вы нет, поэтому я лучше и умнее вас.

Еще я знаю, что машина, которая может за пять секунд разогнаться от 0 до 100 км/ч, — это быстрая машина. А машина, которая разгоняется до сотни за 14,7 секунды, — это, скорее всего, Volkswagen.

Вы не можете считаться автомобильным фанатом, если не знаете, что значит «разгон до сотни». Вы должны изображать на лице удивление, когда ваш друг говорит, что его новая машина делает это за 6,9 секунды.

Изначально эта величина была придумана в континентальной Европе, где испытатели машин замеряли, за какое количество времени машина разгоняется от 0 до 100 км/ч, что приблизительно равно, черт возьми, 60 миль в час. Точно так же мы не принимаем американскую привычку переводить все в четверти. Идиотская система, которая пошла от гонок на ускорение. Когда кто-то говорит вам, что его машина «делает 11 секунд», это значит, что она доезжает до столбика, находящегося в четверти мили от старта, за одиннадцать секунд, что считается очень быстрым.

Ну что же, пришло время рассеять мифы и показать, что судить машину по ее времени разгона до сотни — это полнейшая глупость.

Вам придется очень жестко обращаться со сцеплением и коробкой передач, чтобы выжать из машины максимальный разгон. Ни одна машина не станет долго терпеть такое над собой издевательство. Поезжайте в бедфорширский Милбрук, на испытательный полигон рейсеров, и убедитесь, что он весь усыпан сломанными ведущими валами и коробками передач, а в воздухе стоит запах хорошо пригоревших дисков сцепления.

Чтобы заставить машину очень быстро тронуться с места, раскрутите двигатель до, скажем, 4000 оборотов и затем уберите ногу с педали сцепления. В этот момент вся мощность мотора сразу будет передана на остальные движущиеся части. Однажды я попробовал совершить шесть таких стартов на Aston Martin Vantage, чей низ будет покрепче, чем дверные петли амбара семнадцатого века. На седьмой попытке дифференциал не выдержал и взорвался.

Теперь у Vantage задний привод, а это именно то, что нужно для быстрого старта на бетонированной площадке. На машине с передним приводом быстро стартануть не получится, потому что, если вы отпустите педаль сцепления при больших оборотах, передние колеса просто начнут прокручиваться на месте.

Если оборотов будет мало, то максимально быстрого разгона не получится. А если много, то что-нибудь да и сломается. Даже если у вас получится тронуться с места, ничего не сломав, то перед вами во весь рост встанет следующая проблема — переключение передач. И все, что вы делаете, — просто втыкаете вторую, не нажимая педаль сцепления.

Да ладно, вы серьезно собрались проделывать все это на своей собственной машине? Даже не думайте. Просто откройте последнюю страницу автомобильного журнала и прочитайте, что ваша машина делает разгон до сотни, скажем, за 7,6 секунды.

Здесь хочу вставить свои пять копеек. Во-первых, чтобы оценить этот показатель, вы должны знать, мокрой или сухой была поверхность трека в момент теста. Мокрая поверхность увеличит время разгона на секунду, а секунда в данном случае равна световому году. Во-вторых, уже после старта могло оказаться, что под педаль газа попал автомобильный коврик. В-третьих, на какой скорости происходит разгон? Некоторые разгоняются до сотни на второй скорости, а другим надо переключаться на третью. Наконец, так ли это важно, разгоняется ваша машина до сотни за 7,2 или за 7,7 секунды? Посмотрите на секундную стрелку и после этого скажите, что полсекунды — это долго.

А максимальная скорость? Тоже бессмысленная вещь. Я регулярно тестирую автомобили на двухмильной трассе в Гринэм-Коммон, и вы не поверите, насколько сильно может повлиять на скорость даже легчайший ветерок. Тестируя Lotus Spirit, я не смог выжать и 120 миль в час в направлении с востока на запад, а на обратной дороге стрелка аж вышла за пределы спидометра. Так какая же у этой машины максимальная скорость? Без понятия. Кроме того, я уверен, испытательная трасса не вполне горизонтальна, а показания спидометра в большинстве случаев неточны. Когда мой старый Escort Cosworth показывал 140 миль в час, на самом деле он выжимал в районе 129.

Итак, если показатель скорости разгона до сотни абсолютно бессмыслен, если вы не в состоянии проверить возможности машины, ничего в ней не сломав, если спидометр врет, а максимальная скорость так сильно зависит от ветра, то какими параметрами мы должны тогда оперировать?

Я со своей стороны предлагаю использовать четыре простые категории для оценки скорости: «потрясающе быстро», «очень быстро», «быстро» и «дизельный Volkswagen». У этой системы есть и другие преимущества — пешеходы прекрасно понимают, о чем речь.

Реклама и правда

Каждые две недели Алан Прост на своем Williams Renault выделывает коленца на различных треках, поворачивая под прямым углом на такой скорости, которая не снилась другим водителям даже по прямой. Его машина, оснащенная двигателем в 800 лошадиных сил, активной подвеской, трэкшн-контролем, компьютерной телеметрией, — это, без тени сомнения, самый совершенный легковой автомобиль.

Чего нельзя сказать о BMW 316i. Максимальная его скорость 119 миль в час, разгон до сотни он делает за позорные 13,9 секунды, и даже при аккуратном вождении его тормоза и шины убьются на пятнадцатом круге скоростного трека. И несмотря на то, что автобланманже по имени 850i ездит быстрее и лучше управляется со скоростным треком, в плане технологическом ему еще ой как далеко до Williams.

Как же получилось, что BMW было позволено хвастливо рекламировать свою новую машину в качестве самого совершенного скоростного автомобиля? Представитель Британского совета по рекламным стандартам объяснила мне это так: «Конечно, это субъективное мнение, и мы прекрасно отдаем себе отчет, что это обычное рекламное хвастовство. Если бы их заявление поддавалось проверке, тогда другое дело». В таком случае как обстоят дела с последним «заявлением» компании SAAB? В нем утверждается, что выхлоп их новых двигателей чище, чем поступивший в них воздух. Конечно, если вы ездите на SAAB по ядовитым местам вроде Лос-Анджелеса или Денвера, то их «умный двигатель» и катализатор выхлопных газов что-то и будут очищать, но, если вас запереть в комнате, наполненной выхлопными газами SAAB или любой другой машины, вы склеите ласты через 45 секунд.

Странным образом SAAB постоянно оказывается в стороне от современных автомобильных веяний. Так называемый «зеленый» период мы пережили пару лет назад, когда все были без ума от бензина без тетраэтилсвинца. Все производители автомобилей многие месяцы занимались тем, что рассказывали нам, как их машины распрекрасно будут ездить на экологически чистом топливе и поэтому уже не за горами то время, когда на нашей планете перестанут рождаться дети с двумя носами.

Все, но только не Peugeot. Эти машины не могут ездить на экологически чистом топливе, поэтому рекламному отделу компании пришла в голову гениальная мысль. Они сделали рекламу, на которой изображен актер Джек Николсон, целящийся пистолетом в голову милому детенышу тюленя. И снизу подпись: «Купите нашу машину, или этот детеныш умрет. Кстати, мы не ездим на экологически чистом топливе». Странно, но эта реклама так и не вышла из стадии набросков.

Позднее мы вступили в недолгий период увлечения утилизацией отходов, когда все вокруг радостно восклицали, что их машины будут переработаны во что-нибудь еще. Хм. А я-то думал, что все эти люди, занимающиеся металлоломом, промышляют еще с начала автомобильной эпохи.

Буквально полгода назад началось увлечение детьми. Все, начиная BMW и заканчивая Hyundai, стали использовать в рекламных целях детей, вбивая нам в голову, что девяностые годы — это время внимательного отношения к человеку и что трогательно-уязвимое дитя, как и трогательно-уязвимая машина, символизирует потребность вежливо относиться к пожилым леди и вступать в скауты.

Тем не менее из рекламы Vauxhall исчез ребенок, который под наклоном падал на все четыре конечности, демонстрируя, как работает полный привод. А Peugeot уволила из своего штата ребенка, который рассекал по кухне на своем игрушечном авто, показывая преимущества усовершенствованной ходовой части. Даже безопасность перестала быть существенно важной частью рекламы автомобилей. Если в лоб вашей Audi со всего размаха влетит другая машина, вы больше не выходите с улыбкой на лице. Исследование, проведенное Vauxhall, показало, что даже если вы хотя бы вскользь упоминаете в рекламе слово «безопасность», не говоря уже о демонстрации вылетающего сквозь лобовое стекло манекена, то как ни старайтесь, а люди все равно подумают, что это реклама Volvo.

Машина, которую вы покупаете сегодня, должна выставлять вас человеком сдержанным и скромным. Красота в ней должна сочетаться с внутренней мощью — как у Ford. Или она должна быть очень редкой модели, какую не встретишь на дорогах, — такой как Rover. Renault пошла еще дальше. Эта компания самым необъяснимым образом делает акцент на скрытности. Может быть, именно поэтому Safrane выглядит в точности как каждая вторая проезжающая мимо машина?

Или же это их попытка отойти от той самой замечательной рекламы восьмидесятых годов, рассчитанной на двадцатипятилетних потребителей? Той, где некий идиот в наглаженном костюме объясняет своей жене, как он самостоятельно приобрел свою первую в жизни машину, что все, включая банк и коллег, одобряют его выбор и что теперь все в жизни будет просто зашибись. Кроме одного — теперь на служебной машине уже не поездишь. Женушка была не слишком обрадована. Как и я, потому что никак не могу понять, каким образом он провернул такую серьезную сделку и до последнего момента ни словом не обмолвился об этом своей «миссис яппи». Как знать, не была ли она той самой женщиной, которая в рекламе VW Golf, появившейся позже, улыбалась и смеялась весь бракоразводный процесс.

Реклама может обмануть некоторых из нас на некоторое время, но все эти трюки не в состоянии долго поддерживать продажи плохого продукта. В доказательство возьмем Mercedes. Автожурналисты и инженеры всегда найдут, к чему придраться, и выскажут свою критику за 30 секунд в прайм-тайм эфирного времени. Я, например, за это время могу разнести в пух и прах Renault 19. Но когда Daimler-Benz говорит, что их машина «сконструирована, как ни одна другая», то прямо не знаешь, что и сказать. Потому что буквально так оно и есть.

Политики и автомобили

В свое время Адольф Гитлер выбрал для себя Mercedes-Benz, положив тем самым начало некому подобию тренда. До сих пор в автопарке каждого правительства есть хотя бы одна машина с трехконечной звездочкой на капоте. А в Африке даже придумали новое слово, обозначающее важных шишек, которые все как один ездят на вышеупомянутых машинах. На суахили оно звучит так: вабенци.

Все политики из стран, имеющих собственное автомобилестроение, для официальных целей вынуждены использовать местные машины. Поэтому Миттеран ездит на Renault Safrane, Ельцин катается на ЗИЛе, а Клинтон использует Cadillac и Ford Mustang 1964 года. На недавнем саммите «большой семерки» в Лондоне жена премьера Мейджора продолжила эту тенденцию, прикатив на бежевом Montego со вмятиной на двери. Вот где настоящая представительница своего народа, вот где настоящая патриотка!

Эдвина Карри, депутат-консерватор, попыталась пойти по стопам Нормы и выбрала Toyota, на том основании, что завод компании находится в ее избирательном округе. К сожалению, тот завод выпускал Carina, а она приехала на спортивной Corolla GT, который имеет такое же отношение к Англии, как и саке.

Конечно, политикам при выборе машины важен не только патриотизм, но и безопасность. Президент Кеннеди сейчас, наверное, жалеет о моменте, когда из его уст вырвалось: «Дорогая, а поедем на кабриолете». Его брат Тедди взял себе машину с закрытым верхом, хотя ему больше подошло бы авто, которое лучше держится на дороге. Если его не заставили купить американский танк, то он вполне бы мог задуматься о приобретении машины-амфибии британской сборки.

В Нигерии один правительственный министр был, наверное, злой, как черт, оттого, что за время своей работы ничего не сделал для устранения ужасающих пробок в Лагосе, в одной из которых его машину вместе с ним нашпиговали пулями.

В Италии водители искусные и умелые настолько, что могут переехать мост и не свалиться в воду, но их всю жизнь преследует кошмарный коктейль из автомобильных пробок и терроризма. Чтобы решить проблему, итальянские автопроизводители стали намеренно выпускать тупые и неинтересные на вид машины. Киллеры, по их мнению, ожидают, что их жертва будет ехать в большой и ослепительной машине, и не осмелятся открыть огонь по заурядной FIAT Croma. Да уж.

Любят ли англичане автомобили?

В Италии все мужчины и большинство женщин в возрасте от пяти до семидесяти пяти без ума от машин. Итальянцы любят водить машины, трогать их, восхищаться ими, а больше всего они любят говорить о машинах.

Когда вы едете по улочкам итальянского городка за рулем новой машины — будь это Ferrari или FIAT Punto, вы должны быть готовы к тому, что на вас обрушится поток внимания. Вас бесконечно будут спрашивать, какова ее максимальная скорость, как она справляется на поворотах и быстрее ли она, чем их собственная машина. Я много раз катался по Италии на последних моделях автомобилей, и везде была одна и та же история. Итальянцы трясут тебя как елку. Ты притягиваешь их внимание, словно живой марсианин, причем их абсолютно не волнует, что по-итальянски ты знаешь всего два слова — «сука» и «мидии».

В Англии все по-другому. Ты можешь ехать по дороге на такой машине, которую люди могут видеть только на страницах автомобильных журналов, и с таким же успехом ты мог бы просто идти пешком по улице в сером костюме от Marks & Spencer и подходящих по цвету туфлях. Даже если прохожие и начинают разговор о колесах и шинах, их вопросы кардинальным образом отличаются от тех, которые задают с частотой пулемета на улицах Рима, Милана или Таормины. В Барнсли и Бирмингеме спрашивают, сколько стоит страховка, почему у машины только две двери и сколько она потребляет топлива. Практично, осязаемо, скучно. В итоге ты, водитель, начинаешь чувствовать себя глупым, экстравагантным декадентом.

В Италии, если у тебя хорошая машина, — ты бог и царь. В Англии — ты паразит общества. В шестидесятые годы Пинин Фарина, известный итальянский дизайнер, однажды проезжал на своем Ferrari сквозь толпу демонстрантов, протестующих против войны во Вьетнаме. Забыв обо всем, протестующие стучали ему в окно и по крыше, требуя ответа на вопрос: какая у нее максималка? Если бы это произошло в Англии, они бы сожгли и его, и его машину.

Даже самые богатые английские автолюбители выражают странную индифферентность, когда видят новую машину. Попробуйте сделать так: держите голову строго прямо, а глаза скосите влево до тех пор, пока они не начнут болеть. Затем скосите их еще немного. Только что вы проделали точную имитацию действий водителя BMW 7-й серии, когда я проезжаю мимо него на двухместном BMW Z1. Ни за какие коврижки он не подаст виду, что ему интересно. Так не делается. Это не по-английски.

Это очень странно, потому что, по данным Общества автопроизводителей и торговцев автомобилями, с автомобильной промышленностью в нашей стране связана зарплата каждого десятого работающего гражданина. Более того, Англия знаменита на весь мир своими специализированными автопроизводителями. Конечно, большинство основных игроков уже сошли с дистанции, но AC, Morgan, TVR, Aston Martin, Rolls-Royce, Lotus, Caterham, Westfield, Marcos и целое множество еще более мелких компаний все еще крепко держатся в седле. За пределами Англии не известно ни одной крошечной автомобильной фирмы. В Англии — только они и есть.

А гоночные автомобили? Посмотрите на таблицу «Формулы-1» и подсчитайте машины, собранные не в Англии. Вам хватит пальцев одной руки. На свете нет ничего более американского, чем автомобильные гонки «Индикар» — за исключением одной малюсенькой детали. Каждая машина в серии сделана в Англии. Ходовая часть автомобиля Найджела Мэнселла, на котором он победил в этой гонке, была произведена в Хантингдоне, а двигатель от Ford Cosworth — в Нортгемптоншире. Даже Ferrari, самая великая гоночная команда всех времен и народов, после четырехлетнего застоя была вынуждена пригласить в качестве главного конструктора Джона Барнарда, урожденного бритиша. Что касается ралли, то непобедимый Subaru Legacy, конечно, делает честь Японии, но был сделан в Бенбери.

Англичане должны были бы испытывать мощный прилив энтузиазма по поводу машин, но не скрыт ли этот энтузиазм под толстым слоем классических моделей машин на наших дорогах? Недавно мне нужно было взять на пару дней Ferrari Daytona — обычное дело, не правда ли? Так как я находился в Италии, то решил, что там они по пенсу за пачку. Провисев два дня на телефоне, я так и не смог найти хоть кого-то, кто знал бы, у кого могла быть эта машина. Потом я вернулся в Англию. Два часа на телефоне, и я устал отбиваться от желающих одолжить мне такую машину — обычных людей из самых обычных мест. Конечно, чаще всего они рассекают на Sierra, но в сарае у них, понятное дело, завалялось «немного классики» — на всякий пожарный.

Так почему же в таком случае у нас считается моветоном говорить о машинах на публике? Почему из 132 выходящих у нас журналов об автомобилях самый известный имеет тираж всего 130 тысяч? В Норвегии, в жалкой Норвегии один автомобильный журнал выходит миллионным тиражом. И почему в этой стране живет столько людей, которые с радостью сообщат вам, что не любят машины?

Я говорю не о занудах, борющихся за чистоту окружающей среды, а об обычных людях — таких как моя мать, беспрестанно говорящая, что ненавидит автомобили. Но не то же ли это самое, что ненавидеть столы, лампочки или растения? Как можно ненавидеть неодушевленный предмет? Почему вы брызжете слюной, узнав, что кто-то купил машину за 5 или 10 миллионов фунтов стерлингов, хотя вам плевать, когда люди приобретают картину за 22 миллиона?

Для невежд сообщаю, что картина — это кусок холста, покрытого маслом, а автомобиль — это немного металла. Для особ интеллектуально развитых сообщаю, что первое и второе суть формы искусства.

Я удивляюсь тому, что антикварные авто, которые одновременно и формы искусства, и средства передвижения, стоят меньше, чем картины художников.

Но об этом в современной Англии услышишь редко. И есть у меня ощущение, причина этого — в нашей привычке к служебным автомобилям. Пятьдесят процентов всех продаваемых в Англии машин закупают крупные компании, и их сотрудникам больше не надо обсуждать или готовиться к приобретению машины: что дали, то и бери.

Во всех других странах люди покупают свои собственные машины на свои собственные деньги, поэтому они стараются добыть требуемую информацию откуда только можно. Они пялятся на новые машины в пробках — кто знает, не захочется ли им купить себе такую же. Но какого лешего я стану читать автомобильный журнал в Англии, если в следующем году у меня будет очередной Cavalier? Зачем засматриваться на Mercedes-Benz, если ты прекрасно понимаешь, что твоя контора никогда не купит тебе такую красотку? Кроме того, зачем он нужен, когда уже есть бесплатный Vauxhall?

Зачем разговаривать о машинах с приятелями, если ничего существенного от них нельзя узнать? Служебные авто в Британии — основа основ, и поэтому взаимодействие автопроизводителей с корпоративными клиентами строится на трех китах: экономии топлива, остаточной стоимости, низких страховых взносах. Но эти факторы не имеют никакого отношения к комфортной езде или внешнему виду машины. Они не сделают ваш автомобиль сексуальным и быстрым. Наоборот, они делают вашу машину тупой и скучной, поэтому нельзя винить их владельцев за отсутствие интереса к ним.

Придет ли вам в голову поболтать о машинах в пабе, если под окном стоит бежевая коробка на колесах? Это просто некий функциональный инструмент вроде стиральной машины или холодильника, о котором интересно поговорить не получится.

И вот под всем этим скрыта глубокая и сильная любовь англичан к автомобилям. А как они могут не любить, если сердцем автомобильного мира является именно Англия, а не Германия, Италия или даже Япония? Гонки Королевского автомобильного клуба до сих пор самое зрелищное событие в жизни страны, а телепередача Top Gear бьет все рекорды популярности. Но, пока жива культура служебных автомобилей, мы не увидим заинтересованных глаз и не услышим живых вопросов в сторону проезжающих мимо машин.

Lancia, вон из Британии!

Как это ни фатально, в новый 1994 год мы вступаем с большой прорехой в списке автомобилей, продающихся в Англии. Это Lancia.

Компания, основанная в 1906 году, со временем обрела статус производителя спортивных, но не чуждых роскоши автомобилей. В шестидесятые годы, однако, Lancia постиг финансовый кризис, из которого она была спасена FIAT. Тем не менее дела у нее шли все хуже и хуже. В конце семидесятых в прессе стали появляться душераздирающие заметки про то, как машины Lancia совершенно не защищены от ржавчины. Все это закончилось печально известной рекламной кампанией вместе с банком Nationwide, из-за которой продажи автомобилей этой марки у нас в стране упали в десять раз.

В 1978 году Lancia продала в Англии 11 800 автомобилей, и с каждым последующим годом кривая продаж катилась вниз. В 1993 году (данные за декабрь пока не известны) было продано всего 569 автомобилей. Дохода от этих продаж не хватит даже на рекламную полосу в Sunday Times, и уж тем более они не сделают счастливыми 46 дилеров компании.

«Мы так и не восстановились после скандала с ржавчиной в конце семидесятых, — сказала пресс-секретарь компании. — И все из-за журналистов». Такое впечатление, что теперь каждый, кто пишет про Lancia, начинает свою статью со слов «ну вот, теперь коррозия этой машине по плечу, не то что раньше», благодаря чему Lancia стала так же тесно ассоциироваться с ржавчиной, как Уимболдон с клубникой.

Возвращаясь к вопросу о семидесятых, все было не так уж плохо в те времена, потому что мы писали не только о коррозии, но и о привлекательности этих автомобилей, о мощности их двигателей, о продуманности их дизайна. Помните старый HPE? Полууниверсал, полуспортивное купе, и на сто процентов сногсшибательный автомобиль. Ну и что, что через двадцать минут езды он разваливался на части? Зато это были великолепные двадцать минут — двадцать минут, которые запомнятся на всю жизнь.

Потом был Integrale. Он создан на основе старой Delta, самой успешной раллийной машины за всю историю человечества. Турбодвигатель объемом 2 литра, 16 клапанов, полный привод — с таким коктейлем водитель получал ощущения под стать Ferrari. Правда, когда я водил эту машину последний раз, отвалилась центральная консоль, упала мне на правую ногу и пригвоздила ее к педали газа. Я немного поволновался, но послушайте, ведь до этого все шло отлично!

Дело вот в чем. В последние годы японцы приучили автолюбителей во всем мире к абсолютной надежности. Другие автопроизводители пытались подтянуться до их уровня, а Lancia оставалась в стороне. И это было замечательно, потому что компания производила симпатичные, высокотехнологичные машины с мощными двигателями, а в этом мире всегда находились энтузиасты, которым было достаточно и этого. Даже в 1990 году компания продала в Европе 308 тысяч автомобилей. Но потом они прекратили производить симпатичные, высокотехнологичные и мощные машины, и энтузиазм даже самых отъявленных энтузиастов начал угасать. Нам вполне достаточно симпатичных, высокотехнологичных и мощных CRX, производимых компанией Honda, поставляющей двигатели для команды McLaren на «Формуле-1».

Какие шансы были у Dedra? Создана она на платформе FIAT Tipo, имеет двигатель от FIAT Tipo, поэтому неудивительно, что за рулем у вас создавалось впечатление, что вы едете в FIAT Tipo. На вид она выглядела отвратительно, как собачий корм, а дурацкое имя Dedra лишало машину гламурного налета. Шансы Thema тоже были небольшими. Это практически двойник сногсшибательной Alfa Romeo 164, и поэтому все, кто понимает хоть что-нибудь в итальянской роскоши, покупал именно Alfa. А те, кто желает купить машину побольше, вспомнят Nationwide и купят Toyota. Модель Y10, или «белая курочка», как ее стали звать,[1] появилась лишь на краткое время, и мне по-настоящему нравился ее причудливый шарм и бархатистость. Впрочем, два года назад эта модель исчезла с рынка.

Такая же история случилась с остальными машинами марки Lancia. Для разнообразия вы, конечно, можете попробовать модель с левым рулем, но в конечном итоге это еще одна причина, чтобы не покупать эту машину. А таких причин и так уже много.

Тревожным выглядит факт, что в Европе продажи Lancia упали до 214 тысяч в год, а если так пойдет и дальше, то к 2000 году они не поднимутся и до 100 тысяч в год. В таком случае FIAT просто прекратите выпуск этой машины и станет лепить эмблему Lancia на люксовые модели FIAT — именно так Ford поступил с Ghia.

Вот стыдоба-то. Позорнее не придумаешь.

И что за шум вокруг Beetle?

За исключением немногочисленных растлителей малолетних вряд ли кому-нибудь придет в голову собирать сувениры, связанные с нацистами. Высокие кожаные сапоги — вещь, конечно, притягательная, но только для членов особой разновидности клубов, часто посещаемых министрами правительства и телезвездами. Железные кресты коллекционируют скучные зануды, и в этом есть своя логика. В военных музеях дети завороженно глядят на бронированные танки.

Но ни одну из этих вещиц нельзя назвать милой, приятной, симпатичной. Нормальные люди коллекционируют наперстки, плюшевых мишек, номера вагонов и прочие безобидные вещи. Надо быть очень специфическим человеком, чтобы интересоваться шайкой садистов-убийц под предводительством человека с растительностью на лице.

В таком случае что именно, спрашиваю я себя, пошло не так с Volkswagen Beetle? Этот автомобиль был сконструирован Фердинандом Порше в 1933 году, что, несомненно, дает ему определенную родословную, но произошло это по приказу Адольфа Гитлера, который мечтал о «народной машине» — по-немецки «Volkswagen». Воспоминания об этой машине по праву должны сопровождаться чувствами, каковые мы имеем в отношении Дахау и блицкрига. Даже если машина и была разработана гением, она стала воплощением видений психа.

История этой машины обещала быть столь же короткой. После войны завод в Вольфсбурге представлял собой руины, и чтобы как-то занять руки местному населению, союзники направили туда английского майора Айвена Херста с наказом восстановить производство. Удача вновь улыбнулась Beetle, хотя лорд Рутс, главная автомобильная шишка Британии, как говорят, назвал Херста «конченым идиотом» за то, что тот собрался заняться столь глупой и бесполезной машинкой. Генри Форду эта идея тоже показалась глупой и бесперспективной, и он даже всерьез собирался купить этот завод для своего быстро растущего производства. Он одумался буквально в последнюю минуту, поскольку завод слишком близко стоял к железному занавесу, который вот-вот наглухо захлопнется.

Вот таким чудом Beetle выжил, и сегодня, в 1993 году, мы улыбаемся, видя, как он тарахтит по дороге мимо. Студенты обсуждают на своих тусовках идеи анархизма и злую тетку Тэтчер, а потом разъезжаются по домам в нацистских машинах. Вуди Ален, у которого есть немало претензий к нацистам, снял Beetle в одной из комических сцен в фильме Sleeper и даже похвалил тех, кто его создал. Но отношение общества к «жуку» изменил не этот фильм, а диснеевская Херби. Мультяшная белая машинка с номером 53 на капоте и дверях полностью трансформировала образ Beetle. С выходом диснеевской серии на экраны «жук» перестал быть нацистской машиной. А также перестал он выступать живым свидетельством тупости английских военных. Он вообще перестал быть автомобилем и превратился в миленького щеночка.

Те товарищи, которые обожают давать своим машинам клички, — чаще всего у этих людей в туалете стоят музыкальные держатели для туалетной бумаги — при виде Beetle окончательно теряют голову. Несмотря на рудиментарную подвеску, воздушное охлаждение двигателя, капризное управление и явно континентальный дизайн, продажи «жука» продолжают держаться на высоком уровне. К настоящему моменту продан 21 миллион экземпляров этой машины, что делает ее самой продаваемой машиной в истории человечества. Для сравнения: Mini было продано всего 5 миллионов. Более того, «жук» до сих пор собирается в Мексике и Бразилии и является самой популярной машиной в Южной Америке — совершенно неарийском континенте. Особенно хорошо он идет в Парагвае, где местный импорт контролирует некий мистер А. Гитлер.

Это, безусловно, мастерский ход компании VW. Когда компания Morris Motors завершила строительство завода в Оксфорде, она продала права и оборудование индусской Hindustan Motors. Сегодня их машины по-прежнему продаются великолепно, но сами создатели не получают за это ни копейки.

У VW есть заводы по производству Beetle в Мексике и Бразилии, причем продажа машины, сконструированной больше полувека назад, стала приносить почти столько же выгоды, сколько приносит любая другая крупная промышленность Южной Америки.

Beetle — это обожаемое чадо VW, которому удалось благодаря фильму Love Bug навсегда одурачить все человечество. Этот непостижимый феномен продолжает набирать обороты: совсем недавно на Детройтской автомобильной ярмарке VW представила нам свой новый концепт-кар. Модель абсолютно нова с ног до головы, но не нужно быть профессором автомобильных наук, чтобы увидеть, что именно вдохновило калифорнийских дизайнеров на разработку этой модели. Двигатель находится спереди, пассажирские сиденья имеют подушки безопасности — но как ни крути, это просто-напросто Beetle. Даже по словам самих представителей VW, концепт-кар сделан в стиле «назад в будущее». Машина эта появилась на свет лишь потому, что к 1998 году не менее двух процентов автомобилей, продаваемых VW и другими автопроизводителями в Калифорнии, не должны загрязнять окружающую среду выхлопными газами.

Однако проблема в том, что если вы впихнете электродвигатель в обычную машину, то никто ее не купит. Она будет выглядеть обычно, но передвигаться станет со скоростью садовой тележки, будет непомерно дорого стоить и каждые пятьдесят миль требовать перезарядку, а сама перезарядка будет продолжаться полтора месяца.

По мнению конструкторов VW, если уж нам суждено ездить на электрических автомобилях, то выглядеть они должны не так, как обычные. Поэтому компания решила поэкспериментировать с образом Beetle. Считайте, полбитвы она уже выиграла, потому что большинство тех, кому нравятся такие архаизмы, носят спортивную обувь, вырезанную из картошки, и конечно же, они обязательно захотят экологически чистую тележку для развозки молока.

Конструкторы VW еще не пришли к согласию о том, какой двигатель будет у новой машины. Пока было протестировано три его варианта. Судя по всему, компания остановится на гибриде дизеля с батарейками. Водителям таких машин никогда не понадобится покупать снотворное.

Человек, возглавивший производство этого снотворного авто, сказал, что первоначальный Beetle, появившись в Штатах в 1949 году, олицетворял собой сплошную технологическую инновацию: воздушное охлаждение двигателя, необычная форма кузова, отсутствие радиатора, моторный отсек в заднем багажнике. Конструкторы VW захотели скрестить современность с наследием, и поэтому, говорит он, законченный продукт воплощает собой «все, что мы ценим в жизни, — простоту, честность, надежность, необычность». И желание аннексировать Польшу, забыл он добавить.

Что такое с BMW?

Часы Rolex, конечно, вещь эксклюзивная и дорогая, но я ни за что не поверю, что они показывают время точнее, чем мои Casio.

Более того, мои Casio тикают в открытом космосе, на четырехкилометровой глубине под водой, и будут продолжать тикать, даже если их выбросить с Boeing 747. Однако на вечеринках люди с Rolex смотрят на часы чаще и демонстративнее, чем люди с Casio.

И все потому, что Rolex очень дорого стоят. Люди, которые выходные проводят на показе домов, не носят Rolex. И те, кто ездит на выходные порыбачить, — тоже… если, конечно, они не ловят меч-рыбу у берегов Маврикия.

Но что, если компания Rolex обратила бы свое внимание на бедную часть населения: повысила объем производства, снизила цены, вставила в часы батарейки и пластмассовые ремешки? Очевидно, репутация «часов за десять штук» улетучилась бы, но до того момента они имели бы грандиозный успех.

Это соображение логично подвело меня к вопросу о BMW.

Было время, когда бело-голубой «пропеллер» на капоте авто говорил о многом. Например, о том, что его владелец тупой идиот, который разгоняется во всю дурь в населенном пункте, но разговор сейчас не об этом. Компания BMW всегда была знаменита своими доступными по цене машинами, очень спортивными и запросто обгоняющими обычные. Они, впрочем, всегда находились в тени у гоночных авто и более дорогих моделей на рынке. Но в настоящий момент на скоростной трассе BMW показывают не лучшие результаты. Хотя титул победителя британского чемпионата Touring Car все еще у них, в конце прошлого года самой быстрой машиной на трассе стал Ford Mondeo. Побьюсь об заклад, что такие же результаты будут и в этом году.

А как обстоят дела с дорогостоящими имиджевыми машинами BMW? Что ж, у нас есть устаревшая седьмая серия и абсолютно никакая восьмая. Я имею в виду, что если вы готовы выложить 75 штук просто за спортивное купе, то большинство людей с головой, растущей из правильного места, купят Ferrari. Цифры продаж это как нельзя лучше подтверждают. В прошлом году седьмую серию купили 1400 человек, в то время как BMW 850 купили только 150.

Сегодня BMW все силы бросила не на имидж, а на объем производства, и — кто бы подумал? — это приносит плоды. В 1983 году в Англии было продано 25 178 автомобилей BMW. Через десять лет цифра составила 40 927. Что касается купе, то BMW 318iS продается лучше, чем Vauxhall Calibra, а здесь, на юго-западе Лондона, «бумеров» больше, чем кучек собачьего дерьма на тротуарах.

В компании говорят, что эксклюзивность не имеет ничего общего с редкостью: автомобили BMW считаются эксклюзивными потому, что вряд ли вы сможете испытать те же ощущения от какой-то другой машины. Возможно, так обстояли дела еще в прошлом году, но сегодня, когда в продаже выставлен Compact третьей серии, эксклюзивность исчезла как дым.

Это трехдверка — обычный представитель третьей серии с слегка видоизмененным задом. По словам компании, это идеальный автомобиль для служебного пользования, он хорош в качестве второй машины для, скажем так, жен. Машина отлично подойдет заядлым гонщикам, поскольку у нее, в отличие от всех других моделей в классе, есть задний привод. Тем не менее ее нельзя назвать скоростной. Вам предстоит выбрать между четырехцилиндровым движком объемом 1,8, что медленновато, и 1,6, тут даже говорить не о чем — ледниковый период. Оба двигателя, впрочем, работают исключительно гладко и тихо.

Ранние модели третьей серии были придуманы какими-то школьниками, и, по некоторым источникам, затраты на гарантийное обслуживание составили 800 фунтов в год на каждую проданную машину. Но детишек, по всей вероятности, уже уволили, и жизнь опять стала видеться в розовом цвете. Ваш новый BMW — все тот же надежный партнер, а так как это хэтчбек, то еще и надежный помощник.

Но больше всего мне нравится цена. По неофициальным данным, BMW 316 будет продаваться по 13 тысяч фунтов, что ставит его в один ряд с Maestro, другим новым автомобилем от BMW.

В случае с Maestro вы получаете пять дверей вместо трех, и так как каждый год продается только 7176 экземпляров, то вдобавок приобретаете эксклюзивность, отсутствовавшую у BMW все эти годы.

Куда подевался стиль?

Занятно наблюдать, как создаются хит-парады британской попсы. Складывается впечатление, что тебе надо продать от силы пять тысяч копий сингла и ты автоматом попадаешь в хит-парад, непонятным образом обойдя песню, которая на прошлой неделе разошлась в количестве 150 тысяч экземпляров.

Эта индустрия с головой погрязла в дерьме, но винить в этом можно только их самих. На прошлой неделе я слышал историю об одном мальчике, которого взяли солистом в новую группу, название которой напрочь вылетело у меня из головы. Он не умеет петь, он не играет ни на одном инструменте. Господи, он даже ноты читать не умеет.

Его выбрали на эту роль только потому, что он немного умеет танцевать и похож на ангелочка, что, по его же словам, сделает его популярным как среди гомосексуалистов, так и среди девочек-подростков. По этой же самой причине он по условиям контракта не может появляться на публике с женщинами.

В таком случае это просто машина, созданная другими машинами, которые будут продавать звуки, созданные машинами на машинах. И после этого все будут бегать, заламывать руки и вопрошать: когда же народятся очередные Rolling Stones? Да самая распоследняя группа типа Golden Earrings будет получше, чем все то, что появляется у нас в хит-парадах.

Автомобильные компании должны внимательно следить за этими процессами. Им следует отметить про себя, что самые мощные хиты в наше время принадлежат таким солидным старичкам, как Брайан Адамс и Meat Loaf. Автосалон в Женеве на прошлой неделе показал, что в нашей жизни полным-полно однодневок, о которых узнаешь только из телерекламы. Потом они быстро умирают. Mitsubishi до сих пор производит Lancer Estate? Да кому какое дело…

Ура, VW только что отрезал от Golf крышу и превратил его в кабриолет. Но постойте, я только что видел абсолютно такую же машину, только со значком Astra, на стенде Vauxhall.

Простите, это FIAT Punto или SEAT Ibiza? Обе компании утверждают, что их новые машины спроектированы Джуджаро из ItalDesign, и делают вид, что нисколько не озадачены тем обстоятельством, что этот парень подсунул им один и тот же чертеж.

У Rеnault вышла Laguna, новая машинка средних размеров. Их дизайнер, гений по имени Патрик Ле Кеман, говорит, что она кардинально отличается от других машин в этом сегменте. Он, как всегда, прав, за исключением одной маленькой детали: она не отличается ничем.

Меня это искренне удивляет, поскольку речь идет о компании, которая попыталась выделиться, создав Twingo. И вот опять двадцать пять. Может быть, это оттого, что у них не хватило смелости выпустить этого городского малыша у нас в стране?

На стенде Volvo очаровательный и харизматичный главный дизайнер Питер Холлбери попытался объяснить мне, с каким боем ему удалось отстоять новый желтый цвет в великолепной серии универсалов T5. Речь шла вовсе не о крыльях, как у «Конкорда», и не о трехслойном капоте из кевлара. Господи, это же просто новый цвет! А крик подняли, как будто это невесть что.

Но и в этом темном царстве нашелся луч света, который, как ни странно, исходил от расположенного по соседству с Astra стенда компании VW. Их новая модель была очень современной в изгибах, оборудована подушками безопасности, катализатором и всевозможными другими вещами, которые, будь они пищей, были бы готовы к употреблению через 10 секунд в микроволновке. Эта машина была отдаленно похожа на Beetle, но даже несмотря на то, что Гитлером и «народной машиной» от нее не пахло, люди все равно выпадали от нее в осадок. Особенно впечатляла кабриолетная версия, окрашенная в персиковый металлик.

Rolls-Royce своим новым четырехместным кабриолетов Bentley стоимостью 100 тысяч фунтов утер, конечно, нос SL Mercedes, но основное действо происходило все-таки на стенде VW. На стенде была выставлена потрясающая коллекция автомобилей, сочетающих безопасность и экологичность со стилем. Из колонок доносились мелодии группы Pet Sound. Представители VW заявили, что изучат реакцию публики на новые модели перед тем, как пустить их в производство. Это как если бы Beatles стали бы изучать реакцию публики на последние пресс-релизы перед тем, как записать еще один диск.

Просто возьмите и сделайте.

Honda — машина для пенсионеров?

Внутренняя полоса британской автодороги — выставка самого разного хлама на колесах. Дикий коктейль из ржавчины, горчичной краски и облупленного винила замешивают 42-тонные грузовики. Колесные пескожилы типа Cortina и старых Datsun плавают по мелководью, обезопасив себя от бурных вод правого ряда, шныряющих там акул и потрепанных героев вчерашних дней.

Внутренний ряд — не то место, где вы ожидаете встретить самые скоростные и необычные машины на свете. И тем не менее они там живут. Я имею в виду Honda.

Вы не увидите, как водители Honda подрезают другие машины во внешнем ряду и уносятся вперед. Эти ребята никогда не станут претендовать на победу даже против Cavalier. Даже на фоне самой дешевой Honda истребитель F-16 покажется старой амбарной дверью, но даже несмотря на это, ее владелец никогда не рискнет на дороге бросить вызов хотя бы Ford Mondeo.

В масштабе автомобильного времени Honda кажется новорожденным младенцем. До 1963 года этот производитель не выпустил ни одного автомобиля. Первым на свет появился маленький S500 — спортивное купе с крутящим моментом до 8000 оборотов в минуту.

Тридцать один год спустя Honda сумела вырасти до таких размеров, что сегодня ее заводы расположены в Японии (что очевидно), британском Свиндоне (что тоже очевидно), Канаде и американских штатах Мэриленд и Огайо. В 1989, 1990 и 1991 годах Honda Accord была признана самой продаваемой машиной в Америке. Компания стала играть ту же роль в автомобильной индустрии, что и Колин Мойнихен в автогонках, и как следует врезала по яйцам Ford, GM и Chrysler.

Та же картина имела место на «Формуле-1». В шестидесятых у Honda был короткий и страстный роман с этим мегабаксовым спортивным шоу, но потом компания ушла в глухое подполье, вплоть до 1984 года. Никто не воспринимал ее как серьезного игрока, пока она не выиграла этот смотр-конкурс автомобилестроения в 1986 году. Случайность? Навряд ли, поскольку та же случайность повторилась и в 1987, 1988, 1989, 1990 и 1991 годах. Начав обгонять Ferrari на скоростных треках, Honda решила, что пришло время сделать всех и на обычных дорогах. Компания выпустила NSX — двухместный суперкар, который отказывался играть по общим правилам.

Вам будет стоить большого труда залезть в Lamborghini, Lotus или Ferrari. У них затруднен обзор, да и в управлении, сказать правду, они не самые простые машины на свете. Чтобы выжать сцепление, ваши бедра должны быть тверды, как мебель из красного дерева (иногда помогает крепкая ругань), а чтобы ускорение при старте не снесло напрочь голову, шея у вас должна быть толщиной с торт. Если вы не сильны, как библейский Самсон до стрижки, то повернуть руль у вас не получится. В довершение всего рычаг переключения передач ведет себя так, будто он вделан в бетон.

Требуются незаурядные смелость и талант, чтобы ощутить скорость, на которую способны эти машины. Однако Honda NSX, хотя и выглядит как суперкар и гоняет так, как самому черту не снилось, в управлении ничем не отличается от корпоративного мопеда. Рулевое управление у нее с гидроусилителем, обзор замечательный. Даже у такого верзилы, как я, голова не упирается в потолок, а нажимать на мягкие педали этой машины мне не труднее, чем наступать на кучку собачьего дерьма.

Стоит только прикоснуться ногой к педали газа, и вы понимаете, что тормоза придумали трусливые люди. Шестицилиндровый, трехлитровый двигатель рвет ленту горизонта о ваше лобовое стекло, а иногда и о ваши солнцезащитные очки.

Конечно, трехлитровик — это уже не экзотика, тем более сегодня, когда McLaren носится по треку с двенадцатицилиндровым двигателем объемом шесть литров. Но скажем спасибо Honda, которая придумала технологию VTEC — благодаря ей маленький объем не кажется таким уж маленьким. На низких оборотах NSX обычная машина, но как только обороты достигают 5000, четыре распредвала сдвигаются и начинают толкать клапаны огромными остроконечными кулачками.

Компании так понравилось работать с VTEC, что она задействовала эту технологию в великолепной Prelude, спортивной CRX и даже в маленькой Civic, самой удивительной и стильной из всех маленьких хэтчбеков, известных человечеству. Более того, теперь Honda использует VTEC для экономии топлива. Civic VEi может ездить хоть на коньяке — вы таким образом будете экономить деньги, ваши легкие не будут страдать от астмы, а лицо будет избавлено от воздействия канцерогенных выхлопов.

Итак, Honda проявила себя на треке с лучшей стороны, и уроки, полученные там компанией, переданы нам с вами. Эти машины вдобавок ко всему просто приятно водить, они великолепно выглядят и достаточно комфортабельны.

Вчера мимо меня по шоссе промчалась Honda. Ее продвинутый мотор разогнался, наверное, аж до 3000 оборотов в минуту, а ее аэродинамическое корпус буквально разрезал воздух на скорости целых 55 миль в час. За рулем сидел мужчина в костюме времен Альфреда Великого. На вид ему было не меньше ста.

Самая большая проблема Honda состоит в том, что ее главным качеством считается надежность, а это именно то, что превыше всего ценят в машинах супруги-пенсионеры. Я ездил на CRX пять лет, и машина ни разу не ломалась, несмотря на то что за все это время она ни разу не была на техобслуживании и даже на мойке. Это как раз то, что нужно пожилым людям. Им нужна машина, которая переживет их. Машина, которая не будет ломаться, которую не надо ставить в гараж и которой будет хватать галлона масла на десятилетие.

Им наплевать на стиль и имидж. Их прекрасно устроила бы и строительная тачка, будь они уверены, что она сможет довозить их каждое утро до почтового отделения. Им нужна кондовая, чугунная надежность — и они находят ее в Honda.

Слух о Honda прошел по всей земле великой. На каждом углу пикейные жилеты болтают о своих Honda, а другие пикейные жилеты слушают их, а потом идут и покупают себе Honda. Недавно обнаружилось, что средний возраст владельца Honda приблизился к 47 годам!

Поэтому, даже если вы всю жизнь мечтали о двигателе VTEC, вы не сможете купить единственную машину, на которой он стоит, чтобы не получить гордое звание старого болвана.

В разговоре с глазу на глаз представители компании Honda признают, что озабочены этой проблемой, но пожимают плечами на вопрос, как они ее собираются решать. Один из них даже признался: «Мы уже готовы начать всем говорить, что наши машины ломаются каждые пять минут». Ну не позор ли?

Почему в разных местах Англии ездят абсолютно по-разному?

Нет ничего смешнее, чем американец на дорогах Италии.

Свеженькие после четырнадцатичасового перелета, они втискивают свои массивные задницы в машины-игрушки и мчатся на встречу с Госпожой Смертью. Я своими глазами видел, как взрослые мужики плакали в итальянских автомастерских, объясняя всем и каждому, как на скорости всего 55 миль в час их столкнула с дороги пронесшаяся в дюйме от них машина, за рулем которой сидела монахиня.

Откройте любой путеводитель по Европе для американцев. Крупным шрифтом в нем везде написано, что гражданам США по Италии лучше всего передвигаться на общественном транспорте. Это две разные автомобильные культуры, которые никак и никогда не смешиваются — как ликер Baileys и сок лайма.

По ряду самых разных причин каждая страна имеет совершенно отличный от других стиль вождения. Во Франции нередко можно увидеть водителя, несущегося по трассе с левой ногой, покоящейся на приборной доске. Но как только вы пересекаете границу с Бельгией, картина меняется. Все тамошние постоянно что-то трескают за рулем. А дальше идет Германия, где люди ведут себя на дорогах как итальянцы, только ездят быстрее и самоувереннее.

Без сомнения, все они думают, что англичане — тоже странный народ, но мне бы очень хотелось знать, что именно они выделяют в нашем стиле вождения, потому что, как кажется, в разных областях страны водят по-разному.

В Брайтоне, на взморье, наблюдается коктейль водительских стилей, по взрывоопасности похожий на сельский сортир, в который бросили пачку дрожжей. Брайтон — это город для молодых, у каждого из которых в гараже по гипермощному мотоциклу, или очень старых, которые в своей жизни ничего быстрее монолога Ричарда Брира не видали. На улицах Брайтона меня кидает то в необузданную ярость, когда вдруг передо мной вылетает очередная Honda и сбрасывает скорость до четырех миль в час, то в первобытный ужас от промчавшегося мимо мотоцикла на скорости 4000 миллионов миль в час.

Кроме города контрастов Брайтона есть и такие места, как Донкастер, который заслуживает звания самого законопослушного города на Земле. Если вы хотите повернуть налево с перекрестка с односторонним круговым движением, вам придется отстоять в правильной и абсолютно прямой очереди длиной пять миль, даже если соседняя полоса будет абсолютно свободной. Никому не приходит в голову, что можно выехать на встречную, обогнуть круг против движения и подъехать к самой голове очереди. На то есть две причины: или эти люди крайне тупые, или им некуда больше спешить.

В Оксфорде наоборот — все куда-то спешат. Это происходит потому, что у Оксфорда самая идиотская система одностороннего движения в мире. Если вы въезжаете в город с востока, то, чтобы добраться в центр, вам придется объехать все окрестные деревушки. А приехав в центр, вы обнаруживаете, что там негде припарковаться.

Кольцевая дорога вокруг Ковентри по своей запутанности напоминает спагетти. Из города до сих пор не могут выбраться люди, заскочившие туда за пачкой сигарет в 1973 году. Но бывает еще хуже. Например, в Бирмингеме. Сверните с M6 на Эстонскую трассу, и вы попадете в туннель, который выплюнет вас обратно в пригород. Развернитесь, проделайте весь путь еще раз — и вы попадете обратно на M6. Каждый водитель в Бирмингеме похож на измочаленный ревень.

В Борнмуте я обнаружил более-менее нормальную систему обозначения улиц, все съезды с кольцевой дороги обозначены брайлевским шрифтом для слепых, и даже самые дряхлые старики на своих развалюхах не смогут в них заблудиться.

Но лучшее место для движения в октябре — это Шотландия. У тамошних водителей есть две напасти — обледенение и дома на колесах, поэтому в отсутствие той и другой шотландские водители ездят, как сорвавшиеся с цепи псы. Но при этом, что странно, ни один из шотландских водителей не причинил мне беспокойства, и это несмотря на то, что очень многие из них до сих пор ездят на жигулевских Lada. Даже в Англии я всегда стараюсь висеть на хвосте машин с шотландскими номерами, поскольку они ездят умело, быстро и безопасно.

В Норфолке все наоборот. Нельзя быстро и безопасно передвигаться по этой лунной местности, поскольку местные фермеры убеждены, что любая дорога, по которой они едут, является главной. Вы можете мчаться по прямой асфальтированной дороге, ожидая встречи с горизонтом, как вдруг сбоку заруливает огромный трактор с прицепом, нагруженным субсидиями Евросоюза, а его шины оставляют на дороге комья склизкой грязи.

Когда вы в Сомерсете, тоже забудьте о быстрой езде. Каждый второй местный водитель сидит за рулем пьяный в стельку. Это духовная вотчина владельцев Ford Escort RS2000, которые обожают, когда у них в напитках плавают стружки.

Забудьте об Уэльсе, поскольку в тамошних дорожных указателях полностью отсутствуют гласные. Еще стоит отметить, что никто в Уэльсе не сможет подсказать вам ни одной дороги, куда бы она ни шла. Остановитесь, спросите у прохожего, как проехать в какой-нибудь Ллилглл, он откроет рот и произнесет «эээ…». Это и будет ваш ориентир. Если вы не уедете из Уэльса сразу, то вас до скончания дней заставят ездить вокруг какого-нибудь зернохранилища.

Одна лишь вещь объединяет все эти места. Каждый живущий в них водитель начинает свой день с благодарности Господу Богу, что ему не приходится жить и работать в Лондоне. Лондон пугает всех. Ситуация осложняется тем, что в Лондоне существуют такие микрокосмы, как Фулэм, жители которого работают или в банке, или в агентстве недвижимости, или в страховой компании, или играют на бирже. Они все как один носят классические пиджаки, тащатся от фильма «Уолл-стрит» и ездят на BMW. Никто из них никогда и ни за что не пропустит вас на перекрестке.

Переместитесь на восток, в сторону Саутхолла, и вы поймете, каким образом основатель британского Nissan Октав Ботнар заработал свои миллионы. Народ рассекает там на Nissan так ужасно и безжалостно, что вам остается лишь удивляться, как вообще кто-то остается в живых.

В Кэмдене на дорогах машин мало. Все его жители сидят по домам, курят траву и размышляют о новых видах политической корректности. Машины в Кэмдене похожи на Вельзевула, Гитлера и Майру Хиндли[2] в одном флаконе. Местные власти прилагают все усилия для дальнейшего сокращения числа машин путем постоянного ремонта дорог. Это такой фокус лейбористов: все думают, что власти ремонтируют дороги, а на самом деле они просто создают рабочие места и борются с машинами — а ремонт никогда не кончается. Отличный метод.

В Вандсворте лейбористов у власти нет, а это значит, что дороги там не ремонтируются вообще. Это объясняет, почему я потратил все утро на поиски подъемного крана, который бы вытащил мою машину, свалившуюся ночью в яму прямо на дороге.

Лондон — это плавильный тигель, запутанный лабиринт, в разных местах которого люди ведут себя совершенно по-разному. Им постоянно приходится контактировать с приезжими со всего мира: фермерами из Норфолка, выбивающими себе очередные сельскохозяйственные субсидии, итальянскими плейбоями и толпами туристов, которые впервые в жизни столкнулись с левосторонним движением. Удивительно не то, что эта система работает плохо, а то, что она работает вообще.

По обуви человека можно определить марку его машины

Она не ест мяса, и, хотя телевизор у нее есть, она любит говорить, что никогда его не смотрит. Она живет в Ислингтоне, и ей есть дело до всего.

Когда вы спрашиваете, не ее ли бойфренд тот парень, который сидит вон там у камина, она отвечает, что как-нибудь обойдется без стереотипов, спасибо большое, и спешит на кухню за новой порцией орешков в укропе.

Вообще-то слово «спешит» в данном случае не очень подходит, потому что на ней были надеты самые идиотские штаны, которые я когда-либо видел. Они настолько мешковатые, что, когда она проходила мимо открытого окна, они надувались и меняли ее курс. В довершение всего на ней были надеты сразу восемь маек.

Она была просто редкостной уродиной, но не пользовалась косметикой, потому что боевая раскраска женщин — это сексизм, а фашистские компании, которые производят косметику, испытывают ее на морских свинках. Или что-то в этом роде.

Но именно ее обувь подтвердила возникшие у меня с самого начала подозрения. Ее обувь была гибридом между линкором и металлическим ведром для угля, выглядела достаточно глупо, а подошва была толщиной с картофельную кожуру. Отсюда понятно, что девушка водит Citroen 2CV.

С обувью связано много вещей, поразительных для меня. Например, пожилой человек заходит в магазин с огромным выбором обувки, все осматривает, но в итоге выбирает чертовы войлочные бахилы с молнией спереди. Или молодые красивые девушки радостно отваливают кучу бабок за пару блестящих высоких сапог на каучуковой платформе толщиной девять дюймов… и идут в них танцевать.

Ну, потанцевать им не удается, поскольку пока они успевают зашнуровать эти сапоги, наступает время возвращаться домой. А единственный танец, который можно станцевать в обуви с девятидюймовой платформой, называется «человек, который вот-вот упадет с утеса» и не очень элегантен. Водить машину в обуви на платформе можно, но тогда вас остановит полицейский и заподозрит, что вы стибрили машину у своего опекуна.

Любители обуви на платформе — это люди с комплексом маленького роста, и их настолько заботит их внешний вид, что они готовы стерпеть, чтобы хорошо выглядеть, большой дискомфорт. Машину они водят очень демонстративно, громко и тюнингуют ее до такой степени, что она становится похожа на бабуина, впервые надевшего вечернее платье. Иными словами, похожа на модели TVR.

Есть еще люди, которые носят плотные ботинки по щиколотку с эластичными боковинами. По непонятным мне причинам эти ботинки оранжевого цвета и сделаны из добротной, неубиваемой кожи. Как правило, это фермеры-молочники, и они водят Daihatsu Fourtrak или Subaru.

Фермеры-джентльмены носят кожаные матовые башмаки коричневого цвета, которые они купили еще в 1972 году, через неделю после покупки своего первого Range Rover. Грубые башмаки пользуются популярностью в лондонском Сити, но они там не коричневые, а черные. А узнать в брокере, банкире или сотруднике Lloyd's бывшего военного вам помогут набойки на каблуке. Бывшие военные хотят, чтобы вы знали о их приближении. Им необходимо издавать громкий металлический звук, пока они переступают с ноги на ногу утром на станции в ожидании электрички.

Дома все мальчики из Сити ездят на BMW. А бывшего военного вы опять же можете узнать по убитым коврикам на водительском месте.

BMW очень популярен и у живущих в районе Брикстонской тюрьмы, но речь уже идет о машине, пару-тройку раз угнанной и с межгалактическим километражем на спидометре. Поэтому за рулем таких аппаратов сидят люди, у которых на каждой ноге по массивной белой башне.

Куда менее экстравагантные спортивные шузы носят хозяева Ford Capri, а старые добрые тенниски Green Flash на ногах говорят, что их хозяин ни секунды не думает о моде. Он играет в теннис, и ему нужна надежная, прочная обувь. Ему нужна надежная, прочная машина, поэтому он ездит на Honda.

Volvo тоже надежная и прочная машина (за исключением T5), но, поскольку в наших краях за рулем Volvo в основном обитают 35-летние женщины, всякий раз, когда я вижу синие туфли-лодочки, мои мысли неизменно обращаются к Швеции. Ну, за исключением случаев, когда эти лодочки надеваются с мини-юбкой. Это значит, что она моложе тридцати пяти, у нее нет детей и поэтому она водит Golf GTi. Если это микроюбка, то ей 19 и она водит Peugeot.

Странно думать, что все эти люди рано или поздно будут иметь отороченные мехом сапожки с молнией спереди, магазинную сумку в шотландскую клетку и супруга на Rover 2000. Все мы там будем. Рано или поздно мы все наденем коричневые ботинки.

Даже те, кто сегодня носит серые. Достаточно вспомнить, что в Америке серый (gray) — это анаграмма имени Gary. Отсюда совсем нетрудно догадаться, что же водит «мистер-серые-ботинки». Если это обувь от Dolcis и носится с белыми носками, ее владелец, скорее всего, продавец фотокопировальной техники и ездит на Vauxhall Astra. Если обувь по бокам имеет вырезы, отделана кисточками и носится с шелковыми серыми носочками, то это футболист и ездит он на Toyota Supra.

Девушка футболиста, фотомодель Дениза, передвигается на Escort Cabriolet. Откуда я это знаю? Потому что каблуки ее красных туфель острые, как сосульки. А если у нее на ноге браслет, то это значит, что у нее вообще нет машины. Ее возит Гари на своей Astra. Это просто-таки закон. Из него же вытекает, что учителя географии носят ботинки, похожие на корнуольские пирожки с начинкой. Я также знаю, что, когда мимо проходят бежевые ботинки на резиновой подошве, это значит, что мужчина идет к своему Triumph Acclaim. Не менее очевидно и то, что человек в высоких сапогах, идущий в жару в центре города, просто идиот. А это значит, что у него мотоцикл.

Самая ужасная обувь из всех ее видов — плетеные сандалии, замшевые с завязочками. Я заметил, что те, кто носит вот такие сандалии а-ля Иисус, ездят на Nissan Micra. Меня не может не беспокоить еще одно мое наблюдение: в этой же обуви являются в суд все, кого обвиняют в сексуальных домогательствах к несовершеннолетним. Но хочу вас успокоить. Каждый раз, когда я бываю в церкви, перед тем как преклонить колени, я смотрю на обувь на ногах викария. Так вот, викарии тоже ходят в этих же самых сандалиях!

Так что в следующий раз, когда полиция будет искать очередного грязного растлителя несовершеннолетних, им надо будет найти викария, ездящего на Nissan Micra. Список подозреваемых сужается до 200 тысяч.

Новый Ferrari 355

Дорога из Модены в Лукку хороша известна английским туристам, потому что по ней можно попасть из индустриального сердца северной Италии к умиротворяющим красотам Тосканы и Умбрии. До Абетона дорога гладкая и быстрая, зато после она становится жутковато-тошнотворной. Даже в самый обычный спокойный день, и даже если вы за рулем Volvo.

А уж в день не такой спокойный там вообще невозможно ездить. Дело в том, что дорога эта используется для тестирования Ferrari, Lamborghini и, чуть реже, Bugatti на скорости 200 миль в час.

Эти машины, конечно, тестируются и на специальных треках, но ни один трек не заменит реальную дорогу в реальном мире. Пока вы не совершите слепой обгон Volvo с английскими номерами, вы никогда не узнаете, что такое совершить слепой обгон Volvo с английскими номерами.

Все местные в курсе, что в любую секунду в зеркале заднего вида может нарисоваться дышащее огнем рыло суперкара, и всегда готовы притормозить у обочины и пропустить его вперед. Но чужаки такой привычки не имеют. И водители-испытатели тоже не могут разобраться, кто есть кто, пока не подъедут достаточно близко, чтобы различить номер. А это на скорости 150 миль в час очень-очень близко.

Более того, когда водитель Ferrari видит своих конкурентов из Lamborghini, то не может удержать себя от езды наперегонки. «Мы стараемся сбрасывать скорость в населенных пунктах, — сказал мне, улыбаясь, один из таких испытателей, — до 100 миль в час».

При этих словах я нервно сглотнул, потому что мы собрались было покататься на Bugatti EB 110, Lightweight Diablo и совершенно новом Ferrari F355 Berlinetta, на котором я, собственно, и колесил всю поездку. Конечно, мы не удержались совершить несколько невероятных ускорений на подъеме. Когда мы поднимались на холмы, задние колеса Diablo крутились как ненормальные, а зад вихлял из стороны в сторону, как будто это был хвост огромной злющей собаки.

Дважды мы со свистом проносились мимо полицейских машин. Их пассажиры не успевали даже высунуться из окна, как нас уже и след простыл. В деревнях местная детвора выбегала на улицу, чтобы поприветствовать нас. Им казалось, что мимо них проезжает только одна машина. Они не видели, что нас было трое и мы шли цугом.

Здесь вы можете начать брюзжать и морализировать, но это Италия, и итальянцам очень нравится смотреть, как скоростные машины выполняют свои прямые обязанности — ездят быстро. Они не видят в этом ничего криминального. Кроме того, этот сельский уголок знаменит на весь мир только потому, что в нем производятся три из пяти самых скоростных машин на Земле.

Больше всего местным понравилась Bugatti за 300 тысяч фунтов: эффектно смотрящийся зверь с двигателем V12 объемом 3,5 литра, форсированный четырьмя турбинами. Полный привод оказывался более чем кстати, поскольку, когда турбонаддув включался, машина аж выгибалась от натиска. Но он начинает работать только на оборотах выше 4000, и это очень раздражает. Сказать по правде, от Bugatti осталось довольно прохладное впечатление.

Впечатление от Diablo получилось противоположным, поскольку, несмотря на 94 градуса в тени по Фаренгейту, кондиционер работал так, как будто кто-то дул через соломинку. Прибавьте сюда отсутствие гидроусилителя руля, переключатель скоростей, через полчаса содравший кожу на руке до волдырей, педаль сцепления, как будто залитую цементом, — и вы поймете, почему я чуть не утонул в собственном поту.

Diablo тоже очень дорогая машина: она стоит порядка 175 тысяч фунтов. Но это машина с полным отсутствием комфорта. Все несущественное было просто выкинуто, дабы облегчить ее вес, поэтому 5,7-литровый двигатель V12 занимается только делом, не тратя силы ни на что постороннее.

Эта лошадка выжимает 200 миль в час, но это лишь в теории: езда на такой скорости настолько страшная, шумная и вибрирующая, что только неизлечимо безумный человек станет удерживать педаль газа на такой скорости больше секунды-двух. Поначалу так ездить даже забавно, чувствуешь себя как на американских горках, но ездить так каждый день? Нет, спасибо.

Такие проблемы не знакомы машине, за рулем которой я провел большую часть своего двухдневного тура. Ferrari 355, без тени сомнения, самая завершенная спортивная машина, которую я когда-либо видел. Никто даже рядом с ней не стоял. На первый взгляд она мало чем отличается от своей предшественницы, Ferrari 348. Но, если присмотреться, можно заметить маленький спойлер, абсолютно плоское днище и великолепные воздухозаборники. Мастера кузовного ателье Pininfarina превратили симпатичную машинку в произведение искусства.

Двигатель остался все тем же — V8, поэтому вы, как и раньше, можете рассекать по городу на четвертой скорости и ни о чем не волноваться. Но теперь на каждый цилиндр приходится по пять клапанов, поэтому двигатель разгоняется до 9000 оборотов в минуту без напряга. Конечно, Ferrari далеко до максимальной скорости остальных двух: ее максимум не больше 183 миль в час. Но и по стоимости она заметно отличается от своих коллег: она ваша за каких-то 80 штук.

Салон кожаный, все переключатели на центральной панели, расположенной вокруг шестискоростной коробки передач. Все работает без особых проблем, поэтому во время поездки ваши руки расслабленно покоятся на руле, а колени широко расставлены.

За сравнительно небольшие деньги вы получите не машину, а птицу. На поворотах я видел, как водитель Bugatti прилагал все усилия, чтобы удержать обороты двигателя, Diablo вообще мотало по дороге как черт-те что, и только Ferrari просто входила в поворот и ехала дальше. На крутом повороте вам стоит лишь немного сильнее довернуть колеса, и шины даже не чирикнут в знак протеста. Стоит чуть посильнее нажать педаль газа, и зад машины начинает водить из стороны в сторону, но даже самый безрукий водитель сможет справиться с ситуацией.

Я вел эту машину с такой же энергией, с какой беседую с вегетарианцами на званых ужинах. В отличие от этих зануд, которым скажешь лишь слово, и они уже лезут в драку, Ferrari с достоинством принимала все тычки и подколы, не забывая четко вписываться в один поворот за другим. В плане динамики что-нибудь более совершенное трудно себе представить.

Как правило, я отношусь к суперкарам с известной долей восхищения, но они напоминают китайскую еду. Когда ты в процессе ее поглощения, она кажется изумительной, но через пять минут после выхода из ресторана ты забываешь о ней напрочь. У меня никогда не будет ни Diablo, ни Bugatti, поэтому какая разница, что это за машины? Но Ferrari стоит меньше, чем жилой дом, поэтому его покупка более чем реальна. Теперь у меня есть цель в жизни. День, когда я куплю себе Ferrari 355, настанет.

Посиделки в Porsche

Чем дороже машина, тем менее она надежна.

Это правило касается не только машин. Мои старые часы Casio работали просто идеально, но я заменил их на Breitling, которые отстают каждый день на девять секунд и иногда сами по себе останавливаются по ночам.

Моя зажигалка Zippo за пару фунтов прикуривает сигарету даже в условиях урагана, а понтовый Dunhill, который я беру исключительно для рисовки на вечеринках, гаснет, если кто-нибудь в дальнем конце комнаты слегка взмахнет рукой. Мой пиджак Umberto Ginocchietti истерся до дыр всего за год, зато мои джинсы Lee Cooper неубиваемы.

И так во всем. На днях я читал репортаж одной женщины, которая проехала 120 тысяч миль на своем Daihatsu Charade без единой поломки, а новый McLaren, стоящий больше полумиллиона фунтов, сломался при первом же журналистском тест-драйве.

А какой позор на днях случился с принцем Чарльзом, когда его новехонький Aston Martin Virage Volante ценой 150 тысяч фунтов накрылся медным тазом прямо посреди Кромвел-роуд!

Мы можем исходить слюной по поводу Ferrari, но, если ездить на нем каждый день, он очень скоро выйдет из строя. Вы начнете ненавидеть его руль, упрямый, как собака, которая не хочет идти к ветеринару, и коробку передач, которая весит больше, чем стиральная машина. Впрочем, в этом и состоит привлекательность Ferrari. Ее хозяин должен быть этаким мачо с кубиками на животе, а также достаточно богатым, чтобы иметь еще одну машину для езды остальные шесть дней недели. Ferrari — машина особая, потому что на ней ездят только в особых случаях.

Если у вас есть машина, которой вы пользуетесь каждый день, то это будет банальная, скучная повседневная машина. Только если это не Porsche.

Porsche уникален тем, что сочетает в себе, как никакая другая марка, высокое качество и гениальность. Некоторые модели Porsche являются замечательным вложением денег. Конечно, 968 Club Sport не слишком комфортен, но найдите мне еще одно такое же мощное и вдохновляющее купе за 30 тысяч фунтов. Нет, владельцы Mazda и Toyota, вы не угадали — это совершенно разные весовые категории.

Покупка Porsche 911 выгодна, как покупка на распродаже. На прошлых выходных я рассекал на кабриолете Carrera яичного цвета, и могу сказать, что он разгоняется до 60 примерно за 5 с чем-то секунд. Звучит солидно. Подростки старались плюнуть на него. Таксисты спрашивали меня между делом, не махнусь ли с ними. А ведь он стоит всего 59 тысяч, что на 20 тысяч дешевле, чем точно такой же Ferrari.

Нет, я не восторженный поклонник Porsche 911. Его выпускают уже 31 год, и в некоторых случаях это просто бросается в глаза. Приборная панель сделана на коленке с завязанными глазами. А новая подвеска стала настоящим триумфом инженеров над дизайнерами. Двигатель вообще не должен находиться там, где находится. Более того, у последней версии, вышедшей полгода назад, такие передние фары, что вся машина похожа на испуганного кролика. Управлять ею чересчур легко: руль невесом, нажимать на сцепление не труднее, чем выключать свет в комнате, а переключать скорости не труднее, чем помешивать суп поварешкой. В результате получилась машина, особенности которой совершенно не ощущаются, — даже когда ты поворачиваешь за угол на скорости 150 миль в час, а все девушки на улице пытаются засунуть листочки со своими телефонами под дворники.

Лично мне куда больше по душе Porsche 928, он же «Большой Папа». Авто стоит 73 тысячи фунтов — сумма, что и говорить, бодрит, но за эти деньги вы получаете машину, которая способна развивать скорости, намного превышающие возможности любого другого автомобиля в этом сегменте. И двигатель у него установлен в правильном месте — спереди. Приподнимите капот, и вас приятно удивит огромный, объемом 5,4 литра, 32-клапанный монстр V8, который через ручную пятискоростную коробку передач посылает на задние колеса 350 лошадей. Ну, в моем случае это была четырехскоростная коробка-автомат.

А внутри дела обстоят еще лучше, чем снаружи. Там, где у большинства машин вмонтированы куски дерева, которых не хватило бы и на карандаш, в двери Porsche вмонтированы две массивные доски, похожие на перевернутые кофейные столики. А просторная, ниспадающая панель радует глаз.

И конечно, машина просто напичкана разными ручками-игрушками размером с рожок от мороженого. Чтобы включить свет, надо, как в старые добрые времена, взять и повернуть громоздкий пластиковый набалдашник. Может быть, именно поэтому в машине нет CD-плеера — он слишком несерьезен, в нем нет основательности. Удивительно, как в машину не оказался встроен бобинный магнитофон.

Я бы сравнил эту машину с рок-музыкой на колесах: большая, честная, приземленная, массивная. Ее кузов, к виду которого мы за семнадцать лет уже привыкли, настолько громаден, что не влазит в парковочное место.

Когда вы сидите внутри, вы ощущаете себя как в коконе и поэтому постоянно пытаетесь втиснуться машиной в пространство, которое на полтора метра меньше, чем вам надо. Передняя часть машины, лишенная бампера, ударопрочная, что очень уместно с учетом того, что ни перед, ни зад, ни бока машины водителю не видны. Свой предыдущий Porsche 928 я благополучно разбил, и теперь понимаю, по какой причине: я просто не вижу, где начало и конец этого гигантского кузова.

К счастью, двигатель настолько мощный, что легче легкого вытаскивает на себе всю тяжесть машины. Чуть резче нажмите «педаль громкости», и задние колеса моментально начнут проворачиваться, потеряв сцепление; управление восстанавливается благодаря работе разного рода электронных микросхем. На панели загорается зеленый огонек — это компьютер трекшн-контроля сообщает, что он только что спас машину от встречи в забором.

Мне приходилось водить и более быстрые машины, но за что я люблю Porsche 928, так это за его старомодную мощь. Сказать по правде, водить такую машину нелегко, да и рулевому управлению не хватает чувствительности, но, когда вы прижимаете педаль газа, в ответ раздается старая добрая песня двигателя V8, и все мелкие недостатки сразу забываются. Разве могут микроскопический багажник и смехотворные задние сиденья испортить это удовольствие? Задние, положим, будут петь тенором, зато передние — баритоном.

Конечно, 73 тысячи фунтов — большие деньги, но здесь стоит вспомнить, что это половина суммы, которую Aston Martin просит за куда более брутальный Vantage, и на 60 тысяч фунтов меньше, чем стоит Ferrari 512 TR.

Держа все это в голове, я начал было формулировать отличный бизнес-план для немецкого конкурента, но тут вдруг вспомнил про Chevrolet Corvette. Это еще одно купе 2+2 с огромным двигателем V8, тяжелое на подъем, поразительно мощное и с некоторых пор доступное по цене — 45 тысяч фунтов.

Конечно, никто не сомневается в том, что стандарты качества у Porsche выше, чем у Chevrolet, и, что интересно, в данном случае это серьезный аргумент. Чем дороже машина, тем менее она надежна. Если это не Porsche.

Правила поведения на дороге по Кларксону

ПДД вещь полезная, но только в том случае, если вы принимаете всех участников дорожного движения за доброжелательных, отзывчивых, законопослушных людей. Коими они не являются.

Итак, перед вами «Правила поведения на дорогах в реальном мире».

Вам мигают фарами.

Это может означать одну из четырех вещей: «Привет, я твой друг», «Можешь без проблем обогнать меня», «Выметайся из машины, я тебе в морду дам», «Будь осторожен, впереди менты с радаром».

Вам сигналят.

Тут все намного проще. Если это серия коротких сигналов, значит, кто-то вполне дружелюбно пытается привлечь ваше внимание. В ответ просто помашите рукой в неопределенном направлении. Если сигнал протяжный, значит, кто-то думает, что вы онанист. Втопите газ и валите оттуда.

Сигналы поворотников.

Если следующая впереди вас машина включает левый поворотник — берегитесь. Если это Datsun с огромной антенной на багажнике, то вы следуете за заблудившимся таксистом. Мигающий левый поворотник означает, что он решил ехать прямо, или поворачивает направо, или что он вообще никуда не собирается ехать. Но что это значит абсолютно точно — он не собирается повернуть налево.

Соблюдение полосности движения.

В городах, останавливаясь на перекрестках многополосных дорог со светофорами, никогда и ни при каких условиях не вставайте за Nissan Micra. Когда загорится зеленый, водитель все еще будет искать свои очки для близоруких. Потом он забудет выжать сцепление для переключения на первую скорость. А потом у него не хватит сил снять машину с ручного тормоза.

Пешеходы.

Давите пешеходов. Они должны усвоить, что раз они не платят дорожный налог, то не имеют права шляться по тому, что им не принадлежит.

Мотоциклисты.

Давите мотоциклистов, для верности возвращайтесь и давите их еще раз. А иначе как их приучишь ехать по краешку дороги, а не вихляться посередине? Некоторые из них считают, что они ездят настолько быстро, что не успевают причинить никакого неудобства. Сбейте их, доказав, что они ошибаются.

Грузовики.

Всегда пропускайте вперед любое транспортное средство больше вашего по размерам.

Камеры слежения за скоростью.

Если на дороге вы видите знак, предупреждающий, что впереди стоит камера слежения за скоростью, то знайте: на сотни миль вокруг нет ни одной камеры слежения за скоростью. Вместо нее стоит серая коробочка с горящими лампочками. Поэтому, проезжая мимо, втопите педаль газа, чтобы доказать местным властям, что их эксперимент не удался.

Автобусы.

Никогда не двигайтесь вслед за автобусом, потому что задохнетесь от выхлопа его старого дизельного двигателя. Не вздумайте обгонять автобус, потому что в момент, когда вы поравняетесь с ним, он вильнет и выкинет вас на обочину. Водители автобусов свято верят, что имеют на это полное право, потому что на заднем стекле их агрегатов висит малюсенький знак, который рекомендует остальным участникам движения пропускать автобус вперед.

Полоса для движения общественного транспорта.

Всегда используйте только эту полосу, даже когда в этом нет особой необходимости.

Мобильные телефоны.

Если вас остановит полицейский и захочет оштрафовать за использование мобильного телефона за рулем, ответьте ему, что не можете разговаривать с ним сейчас, потому что говорите по телефону.

Автомобиль желтого цвета.

Никогда не ложитесь в постель с владелицей желтой машины. Всякого, кто входит в автосалон и из огромного количества расцветок выбирает желтую, нельзя считать нормальным человеком. По этой же самой причине обгоняйте машины желтого цвета с большим запасом дистанции.

Фургоны.

Если вы видите, что навстречу по узкой улице движется фургон, вы обязаны немедленно убраться у него с пути. Если вы в срочном порядке не взберетесь через бордюр на тротуар и не припаркуетесь в чьем-нибудь саду, фургон снесет вам боковое зеркало.

Если это все-таки произошло, не выходите из машины. В лучшем случае фургон просто проедет мимо и вы только зря потеряете время. В худшем случае он остановится. Из него вылезут четыре бабуина и хорошенько надают вам в табло.

Ограничение скорости.

В населенных пунктах водите машину на скорости 15 миль в час, не обращайте внимания на лица, отражающиеся в зеркале заднего вида. Станьте примером моральной ответственности.

На шоссе у вас все равно не получится выжать больше 70. Это ограничение скорости было установлено еще до эпохи пробок. Поэтому сбросьте скорость до 50 — зато вы сможете расслышать шепот в радиопостановках Radio Four.

Желтая разметка.

Она хороша только для того, чтобы ненадолго на ней припарковаться.

Красная разметка.

На ней тоже неплохо припарковаться, но будьте осторожны и наймите дозорного.

Эвакуаторы.

Делайте все, что в ваших силах, чтобы максимально усложнить жизнь их водителей. Забирая свою машину со штрафстоянки, грязно ругайте и оскорбляйте их. Пусть эти люди знают, что лучше жить на пособие по безработице, чем быть легальными ворами в доле с государством.

Почему реклама автомобилей игнорирует пожилых людей?

Судя по рекламе, старики давно оказались за бортом жизни. Стабильного дохода у них нет, а деньги, остающиеся в конце недели на дне их торбочек, идут на кошачий корм и консервы из лососины. Если, конечно, их пораженные артритом пальцы вообще способны ухватить медяки.

На прошлой неделе по телевизору начали показывать рекламу шоколадок Werthers Original с пожилым человеком в ангорском свитере домашней вязки. Он делал то, что так замечательно получается у всех пожилых, — рассказывал о временах своей молодости.

Если вглядеться в эти кадры, норовящие стать черно-белыми, и вслушаться в перепады мягкого стариковского голоса, то может показаться, что наши пенсионеры медленно умирают по всей стране от переохлаждения, а сбыт консервированной лососины резко упал.

А все потому, что старики любят покупать в киосках старомодные сладости для своих внуков, которым лучше было бы, конечно, заклеить рот липкой лентой.

Моя мачеха, дай Бог ей здоровья, постоянно покупает всякие сувенирные блюдца, которые рекламируются в воскресных приложениях к газетам. А еще она в восторге от вычурно раскрашенных кукол по имени Эмили. Когда она видит пресс-папье, которое если потрясти в руках, то внутри станет виден снегопад, ее глаза затуманиваются. Недолго осталось ждать, когда она пришлет нашему новорожденному ребенку пакетик конфет, которые она видела во вкладыше к журналу.

Но если на конфетном фронте у стариков все настолько хорошо, так почему же по всем остальным направлениям такой швах? Почему мистер Werther Original кажется таким уникальным? Почему во всей остальной телерекламе мы видим людей, чьи зубы блестят так, что становится больно на них смотреть? Будь это реклама пенсионной схемы или стирального порошка, картинка, звуковой ряд и сценарий этой рекламы, очевидно, нацелены на людей младше сорока.

И нигде это не проявляется сильнее, чем в рекламе автомобилей.

Во время каждой рекламной паузы с экрана в комнату протягивается огромный указательный палец, а голос громко и сурово вещает: «Слышь, ты, да-да, ты, завернутый в клетчатый плед, на ногах уродливые тапочки с молнией посередине. Даже не вздумай покупать наши автомобили!»

Реклама BMW, возможно, чуть мягче, но смысл послания не меняется. Каждый раз, когда они говорят о том, что хорошая балансировка облегчает управление машиной или что эллипсоидные фары помогают вам лучше видеть в темноте, то под этим имеется в виду, что BMW очень быстрая машина… а следовательно, она ни к чему тем, кому раз в неделю надо всего лишь съездить на почту за пенсией.

С Volvo проблема еще глубже. Каждый понедельник начинается с пересказа штампов о преступной обстановке, остеопорозе, распродажах и о том, что Volvo 340 — самая лучшая машина в мире. В багажнике Volvo найдется место и для клетчатого пледа, и для дюжины фоторамок, но разве об этом говорят по телевизору? Вместо этого нам под рок-музыку показывают парня в майке, который рассекает на своем зловеще-черном Volvo T5 вдоль Коринфского канала. У меня теперь тоже есть T5, и куда бы я ни поехал, молодые люди смотрят мне в глаза и одобряюще поднимают большой палец руки вверх. А старики ежатся.

И Honda, и Nissan всегда говорили о своем трепетном отношении к старикам, поэтому обе компании бросили все свои силы на завоевание сердец прыщавых подростков. Вы видели эту абсурдную рекламу, в которой невероятно загорелые пацаны окружают до невозможности юных девиц и спрашивают, не хотели бы они поехать с ними на пляж? «Они согласны», — говорит наш герой.

Затем мы смотрим до невозможности натянутую сцену, как эти нелепые люди грузят в свои нелепые Nissan пляжные стулья. Предыдущей попыткой привлечь таких же людей, остро нуждавшихся в средстве против прыщей, был гитлерюгенд. Впрочем, в данном случае возможен хеппи-энд. Дело в том, что средний возраст покупателей Nissan Micra неудержимо увеличивается.

А что у нас с Mazda? Компания просит нас снять рекламный ролик для Mazda 323 и прислать им на конкурс, отлично зная, что ни один пожилой человек в этой стране не умеет обращаться с видеокамерой.

Итак, мы, добрались до Volkswagen и его душераздирающей рекламной кампании, основанной на образе развода мужа с женой. Должно быть, вы заметили, что в зале суда все улыбающиеся лица принадлежат молодежи. Это ли не болезненный удар для разведенной женщины, которая находится в двух шагах до пенсии?

Но не расстраивайтесь, еще не все потеряно. Потому что у нас есть Ford, который всегда готов ухватиться за открывшуюся возможность. Компания сделала ролик «Какая из машин ваша?». Никаких тебе визжащих тормозов. Никаких мини-драм. Никаких хитрых поворотов в сюжете, когда главный герой ролика оказывается любвеобильным ублюдком.

Нет, Ford четко говорит нам, сколько стоит машина и что она умеет. В результате вчера вечером, проезжая мимо салона местного дилера Ford, я обратил внимание, что там было не протолкнуться среди людей в потертых костюмах, которые хотели узнать, сколько стоит автомобиль в переводе на дореформенные деньги.

Маркетинговая служба Ford, возможно, первой из всех компаний-автопроизводителей догадалась, что молодежь, обремененная выплатами по ипотеке, не может выплачивать еще и за автокредит и страховку. И поэтому сегодня единственные люди, которые без проблем могут купить машину и спокойно на ней ездить, — это семидесятилетние старики.

Так что сильно не удивляйтесь, если в ближайшем будущем папа римский будет разъезжать на Ferrari, a BMW в своей рекламе будет расписывать, что в пространство между двумя передними сиденьями идеально помещаются пакеты для тех, кто страдает недержанием мочи.

Новый Range Rover похож на такси

На прошлой неделе я ужинал в компании двух семейных пар, обе являются владельцами Range Rover. Это вполне естественно, если учесть, что эти семьи живут на юго-западе Лондона, обе имеют по одному ребенку и регулярно выбираются на охоту. На капоте одной из машин даже приделана маленькая серебряная собачка. И здоровенный кенгурятник, на случай, если какой-нибудь таксист не захочет уступить дорогу.

Старые Rover выглядят будь здоров. В то время как его приятели прохлаждались на Вудстоке, Спен Кинг работал над дизайном этого автомобиля, и он по-своему опередил моду, и сейчас эта машина выглядит еще более уместной, чем в 1972 году.

Среди всех супертанкеров с полным приводом вы не найдете машины более величественной и царственной. Тем более оливково-зеленоватой расцветки. Очень странно, но ничего не изменилось с тех пор, даже когда на улицах появился новый Range Rover.

Про это новое технологическое диво на колесах было написано и сказано все, но есть одно «но»: пару недель назад я сам прокатился на этой машине по Риджент-стрит.

Она была черного цвета, и тусклым лондонским днем совершенно не отличалась от такси Metrocab.

Я и до тест-драйва выглядел как-то желтушно, ну уж после я вообще как будто желтой лихорадкой заболел. Простите, конечно, но новый Range Rover совершенно не оправдал моих ожиданий.

Безусловно, эта была лучшая модель из возможных — HSE объемом 4,6 литра. За рулем я провел совсем немного времени, но мне его хватило, чтобы понять, что эта машина ни рыба ни мясо.

Если задуматься, ответ на вопрос «почему?» лежит практически на поверхности. Оригинальный Range Rover преподносился нам в качестве внедорожника, на котором после дня, проведенного в лесу, не составляет труда приехать на вечерний спектакль.

За последние 24 года акцент несколько сместился. Теперь на большинстве Range Rover заруливают к театрам, и редко, очень редко машина используется как внедорожник. Разве что иногда. Например, можно увидеть Range Rover, двумя боковыми колесами стоящий на тротуаре у Fortnum's.

Я всегда был большим поклонником классической модели и даже сейчас с восхищением смотрю на этих восьмиклапанных монстров. Мне нравится их высокая посадка: в то время как ты тащишься пузом по асфальту, эти линкоры горделиво проплывают мимо головой в облаках.

Но одновременно я понимаю, что на дороге они действительно оставляют желать лучшего. Мой отец мечтал о Range Rover на протяжении двадцати лет — пока не сел за руль одного из них. По его словам, это медленная, потребляющая прорву бензина машина, которая на поворотах ведет себя как табуретка, балансирующая на водяном матрасе.

И проведя подсчет в уме, чисто по-йоркширски, он заявил, что никогда в жизни не поедет на ней по буеракам и грязи, а лучше возьмет себе BMW.

Таких, как он, — тысячи, и именно этих людей Land Rover должен был удивить своей новой машиной.

Однако компания не может просто так проигнорировать своих старых клиентов, людей, которые никогда в жизни не использовали свою машину как внедорожник, но всегда знали, что могут это сделать в любой момент, когда жизнь заставит. Точно так же она не должна забывать про автомобильные издания, которые не собираются плясать от счастья голыми вокруг нового Range Rover, если при первом же тест-драйве окажется, что он начинает поджимать лапки каждый раз, как увидит лужу.

Поэтому новая машина на трассе должна была быть похожа на Jaguar, а вне трассы, завязнув по ручку двери в болоте, — на Land Rover. Но это невозможно.

Однако эта невозможность не останавливает компанию в попытках достичь такого сочетания. Несколько лет назад на старую модель Range Rover начали устанавливать воздушную подвеску, а новая модель имеет уже настолько фантастические свойства, что я прямо теряюсь.

Вы можете поднять эту машину, посадить ее, да хоть перевернуть через себя и пощекотать карданный вал. Хотя все, что нужно от нее мне, — это доехать до паба. Предполетная проверка уместна не для машины, а для коммерческого авиалайнера.

И хотя я уверен, что новый восьмицилиндровый мотор объемом 4,6 литра жрет топливо похлеще «Боинга-737», мне не хотелось бы тыкать в огромное количество ненужных кнопок перед тем, как куда-либо отчалить. Особенно в паб.

Теперь, когда я четко изложил свою позицию, я захотел посмотреть, может ли это псевдотакси сотворить нечто невозможное. Ответ — угадали? — не может.

Рулевое управление и отличная вписываемость в повороты оправдывали старый Range Rover, но Jaguar он от этого не становился. Да и как это возможно? Машина слишком высокая, и центр тяжести находится слишком высоко от земли.

По сельской пашне эта машина ездит как бог. Знаю, потому что сам по ней ездил. Вы не найдете другой машины с такой мягкой подвеской, так ровно и гладко входящей в крутой поворот. Что касается технических параметров, то ребята из Land Rover, прямо скажем, проделали фантастическую работу. Но что в итоге?

Мой папа возненавидел такое множество кнопочек на панели управления — он даже радио не смог включить. «На дороге новый Range Rover, — не упускал случая повторять он, — и в подметки не годится BMW».

Новая машина не настолько умна, чтобы привлечь новых поклонников, а для старых, например меня, она умна чересчур. Ни одна из тех семейных пар, с которыми я вчера ужинал, не собирается покупать такой.

Прежде всего, дело в стиле. Конструкторы Land Rover приложили все усилия, чтобы машина не выглядела как огромный универсал, и у них это получилось, только теперь она стала похожа на такси. Мне не нравятся квадратные фары, а сзади картина не лучше.

Аэродинамические свойства новой модели лучше, чем у старой, но сравнивать одну с другой — это все равно что сравнивать бунгало с платяным шкафом.

Впрочем, внутренняя отделка салона заслуживает уважения. Салон просторный, и на панель приятно взглянуть — если бы не такое количество дурацких кнопочек.

Новая машина быстрее старой, но если сравнивать ее с остальными машинами в этом сегменте, то она смотрится так себе. Для внедорожника она ездит быстро, но если вам и вправду хочется погонять, то лучше обратите внимание на Jaguar.

Самый-самый навороченный Range Rover стоит 45 тысяч фунтов. За эти деньги вы получаете высокую посадку водителя, возможность похвастать перед приятелями, что теперь, если вы только захотите, сможете ехать домой прямо по полям, а также подвеску A-класса.

Если вам нужно нечто большее, то выбирайте Audi A8 или Jaguar XJR, восьмицилиндровый BMW или большой Mercedes — да все, что хотите. За такие деньги много кто захочет залезть обратно в четырехдверные седаны.

А может, и нет. Хотя компания Land Rover и знала, что у нее могут возникнуть проблемы с новой машиной, тем не менее не прекратила сборку и продажу старой модели.

Они называют ее Classic. Так Coca-Cola называет свою старую добрую Coke, хотя магазины забиты огромным количеством новых разновидностей напитка.

Я не хочу сказать, что новый Range Rover — это катастрофа и провал, потому что это не так. Технически он намного лучше, чем старый, но не с точки зрения стиля и цены — а это по-настоящему важные вещи.

Принцесса Диана поднимает продажи Audi

Когда пару лет назад Audi выпустила в продажу новый кабриолет, я прокатился на нем, и мне понравилось. Мило, как чаепитие с печеньем у сельского викария.

Не сказал бы, что это больно быстрая машина, и несмотря на то, что она чертовски привлекательна, блеск в ее глазах отсутствует напрочь. Подростки не хватаются от зависти за причинные места, когда она проносится мимо.

При этом она стоит больших денег, и в конечном итоге, как я выяснил, люди с мало-мальским интеллектом предпочитают ей Rover или Golf, а люди с полным отсутствием оного продолжают покупать кабриолет BMW.

Но все это я говорил, не учитывая обостренной общественной совести принцессы Дианы перед обществом. Откуда я знал, что она обменяла Mercedes SL на эту Audi, немецкое происхождение которой заметно гораздо меньше?

Откуда я знал, что ее начнут фотографировать с этой инфернальной машиной где только можно и эти снимки будут что ни день появляться на первых полосах газет?

Наряды принцессы могут меняться — от трико при посещении Harbour Club до бейсболки и лосин на встречах с неизвестными людьми в Челси, но машина остается неизменной. Ассоциация с гламурными представителями королевской семьи продолжает работать на продажи Audi, и ничего поделать с этим нельзя.

Например, в этом году кабриолетов Audi было продано 93 180 штук, хотя в прошлом году, когда у Дианы его еще не было, было продано всего 508 автомобилей.

Принцесса Диана абсолютно одна сделала то, чего не удавалось сделать ни одной бригаде пиарщиков. Она смогла превратить обычную симпатичную машинку в самый крутой и желанный статусный символ на колесах.

Компании Audi это ни стоило ни пенса.

В этом бизнесе подобный продакт плейсмент стоит огромных денег. Когда киногерой американского сериала Клифф Барнс несколько лет назад прибыл на «Бал нефтяных королей» в Далласе на новом Range Rover, то поползли слухи, что компания Land Rover отвалила кинокомпании за это порядка 10 тысяч фунтов. Напомню, что как персонаж Барнс просто безнадежный неудачник, которого всегда теснили конкуренты, ездившие на Mercedes. Как и их жены, их родители, дети, любовницы и, возможно, собачки.

Тем не менее Land Rover посчитала, что игра стоила свеч. Мне кажется, такую же сделку компания провернула в случае леди Джейн в сериале «Лавджой», но только на этот раз уже в Британии.

Самый большой в нашей стране игрок на рынке скрытой рекламы в кинофильмах — компания Ford, которая делает все возможное, чтобы положительные герои ездили только на машинах этой марки.

Даже сейчас Ford всегда наготове с Mondeo, на случай, если продюсерам сериала The Bill надо будет куда-нибудь прокатиться ненароком. А вы помните «Четвертый протокол», очередной провальный фильм по книжке Фредди Форсайта? Вас не удивляло, что весь фильм народ гоняет на Ford, чистеньких новеньких Ford?

Ford не забывает и о поп-звездах, поставляя им машины и храня об этом героическое молчание. Впрочем, пресс-секретарь компании как-то признался, что несколько автомобилей были бесплатно переданы телеведущему Дэвиду Беллами и оперной певице Кири Те Канава.

Дэвиду достался Mondeo, а певице Scorpio, да и то, наверное, старенький. Новый бы распугал всех ее слушателей.

Ford прикладывает усилия и к тому, чтобы ее машины были у всех ведущих мировых автогонщиков. Джеки Стюарт ездит на Ford, как и его сын Пол. Вся команда Benetton прокаталась на них целый сезон, как, впрочем, и Энди Рауз. Даже у Михаэля Шумахера есть Ford. А недавно Ford появился и у Джереми Кларксона.

Представитель Ford рассказал мне, что, прежде чем подарить машину какому-нибудь богатому и знаменитому, они отвечают для себя на несколько вопросов. Один из них такой: достоин ли такой человек сидеть за рулем их машины?

К моему удивлению, когда я спросил, не хотят ли они подарить Ford Fiesta певцу Роду Стюарту, человек замялся и ответил: «Что ж, мы подумаем над этим». Видишь, Род, я сделал все, что мог.

Не думаю, что Род оказался сильно обделен. Мистер Стюарт известен своей любовью к Lamborghini и ассоциируется исключительно с этими машинами. Откройте раздел объявлений какой-нибудь второсортной автомобильной газетенки, и вы обязательно наткнетесь на парочку, в которых кто-нибудь продает Countach или Diablo, ранее принадлежавшие Роду.

По крайней мере знаменитый боксер Крис Ибанк имел совесть не засвечиваться со своими Range Rover в объявлениях о продаже подержанных авто. Может быть, это потому, что его нынешняя машина Aston Martin Virage, объемом 6,3 литра, до сих пор бегает как зайка?

В этом-то вся загвоздка. Если уж какой-нибудь знаменитости захотелось потратить свои кровные на другую машину, производители сделать ничего не могут, хоть ты тресни.

И это приводит к разного рода неожиданным поворотам. BMW отчаянно пытается поддерживать холодный, вылизанный и выхолощенный образ и совсем не против, когда Джордж Майкл приезжает в кафе именно на их самой-самой BMW 850.

Его альбомы выдержаны в том же «клинически эффективном» стиле. Компания BMW мечтала о том, чтобы ее клиенты слушали Listen Without Prejudice на досуге в автомобиле.

Лейборист Дерек Хаттон, с другой стороны, нежелательный человек за рулем BMW. Однако мы прекрасно помним, как Дерек перенесся с заседания мэрии на заключение сделки с недвижимостью именно на BMW 635.

В одной лодке с BMW находится Jaguar. Могу представить, как радуются «ягуаровцы», когда видят в новостях, что важные шишки из правительства подъезжают к Whitehall на XJ6. Интересно, были ли они счастливы, когда Сара Фергюсон, герцогиня Йоркская, приобрела себе XJS с откидной крышей?

Еще один случай — Reliant Regal. Благодаря тому что принцесса Анна понеслась со скачек на судебное заседание на своем стареньком Scimitar GT/E, эта машина приобрела определенный ореол, которого никогда не получила бы машина, представляющая собой просто-напросто фордовский двигатель, обтянутый пластмассой.

Когда она продала свою машину, эта марка оказалась обречена. И теперь эти забавные трехколесные машины брошены на произвол судьбы.

Знаменитости способны сделать больше, чем просто поднять репутацию машины или поколебать ее. Они в состоянии полностью создать ее или уничтожить.

Как только британский актер-комик Роуэн Аткинсон перестал писать в журнал Car о том, как он обожает свою Lancia Delta Integrale, импортеры собрали свои вещички и отправились обратно в Италию.

Aston Martin, совершенно серьезно, никогда бы не выбрался из своего болота в семидесятые, если бы не Джеймс Бонд. DB5 был полным отстоем, на нем было невозможно ездить, но агент 007 превратил эту машину в нечто стильное.

Я не футбольный болельщик и не уверен, насколько это правда в футболе, но почему-то каждый раз, когда увольняют очередного футбольного менеджера с чересчур дорогой прической, мы видим на фотографиях, как он залезает в самую последнюю и дорогую модель Mercedes-купе. А может, это так принято, чтобы все футбольные менеджеры имели Mercedes, а их подопечные — Toyota Supra?

К добру ли это? Как сказать, лично я никогда не куплю ни Mercedes, ни Supra, потому что они ассоциируются у меня с хулиганствующими футбольными фанатами. И Mitsubishi Shogun тоже — потому что на ней ездит радиоведущий с BBC Дейв Ли Тревис.

У рокера Брайна Адамса вкус получше. Он владелец полноприводного Land Rover, с которым позирует на каждой фотографии, прямо как принцесса Диана с Audi.

Музыкант Крис Ри пошел еще дальше. Несмотря на свою любовь к Ferrari, этот человек, который сделал популярными козлиные песни еще тогда, когда Take That под стол пешком ходили, прикупил себе Caterham Super Seven, и по его словам, эта машина есть именно то, что должна выпускать в наши дни Ferrari.

Она простая, потрясающе быстрая и очень нравится Крису, что хорошо заметно по обложкам его альбомов.

Наконец, Volvo. Эта компания настолько отчаянно старается поменять свой имидж, что не за горами то время, когда они начнут приглашать в свои салоны Пенелопу Кейт. Удивительно, что их новая серия рекламы — «Больше турбо, чем дизель» или «Води ее, как будто она живая» — не заставляет женщин в головных шарфах растеряться.

Volvo потратили миллионы фунтов на гоночную программу. Что тут сказать — даже у меня есть собственная программа развития автогонок, но этого мало.

По телевизору опять идет полицейский телесериал Randall and Hopkirk. Помните, что случилось с Хамбером после того, как один из его суперснайперов убил Хопкирка? Так вот, Volvo просто необходимо заплатить кому-нибудь, чтобы киношники сделали ремейк фильма The Saint.

Alfa Romeo Spider, машина-звезда

Обычно, когда та или иная машина выходит из производства, никто особенно не плачет и не рвет на себе волосы от горя и тоски. В газетах вы не прочтете некролог, и никто не пошлет цветочки на могилку, потому что всем, в сущности, наплевать. Сегодня вы можете купить себе Ford Sierra, а завтра уже нет — жизнь идет своим чередом.

Но иногда, когда машины отправляются прямиком на небесную свалку, людей это трогает до слез. Одна из таких машин зовется Alfa Romeo Spider. Она родилась в 1966 году. Умерла в июне 1993 года. Цветы оставляйте у входа в крематорий, пожалуйста.

В настоящее время европейские машины остаются в производстве в среднем шесть-семь лет, а японские только четыре, поэтому Alfa в этом плане долгожитель. На этой земле она провела 25 лет.

Машина, созданная еще до того, как мир услышал о сержанте Пеппере, пала жертвой технологической конкуренции лишь в 1993 году. По сравнению с Mazda MX5 Alfa медленная, шумная, жесткая, а управление ею ужасно неудобное.

На прошлой неделе я прокатился на ней в последний раз — и испытал ужас от того, как покрышки задних колес визжат на поворотах, а въезд на круг всякий раз казался чемпионатом по родео.

О поворотах налево речи вообще не шло — если вы высокого роста, то вам приходится сидеть буквой «зю» и ничего по сторонам не видеть.

Конечно, Spider считался клевой машиной в том году, когда почил в бозе Дональд Кемпбелл. Но на сегодняшний день она просто ужасна.

Не считая одной маленькой вещи. Фильм «Выпускник» знаменит несколькими вещами: эротической сценой с Энн Бенкрофт, саундтреком от Саймона и Гарфанкеля, завораживающей красотой Катарин Росс и рождением суперзвезды по имени Дастин Хоффман.

Каждый человек, смотревший фильм, хорошо помнит, на какой машине ездил герой Дастина. Это красная Alfa Spider. Эффект от ее появления был огромен. В Америке эту машину так и называют — «Альфа Выпускник».

Именно из-за этого фильма Spider стала самой обожаемой и желанной спортивной машиной в мире. Когда она проезжает по улице, все как один (а особенно женщины) поворачивают свои головы вослед. Все мои знакомые просили меня дать на ней покататься. Пожилые дамы начинают ворковать. Пожилые женщины от нее тают, а пожилые мужчины начинают ностальгировать. Молодые люди недоуменно смотрят на свои Golf GTi.

Говорят, что имидж не может долго поддерживать продажи плохого продукта. Однако пример Spider доказывает обратное. Вам может не нравиться сама машина, но ее образ не дает вам уснуть.

Когда актриса Марианн Фейтфул говорит о том, что в свои 37 лет ее героиня Люси Джордан никогда не ездила по Парижу в спортивной машине с развевающимися волосами, все прекрасно понимают, что этой машиной должна быть Alfa Spider.

Да, она раскрошит свои зубы на кочках, и, скорее всего, машина сломается на полпути, но если вы любите стильное вождение и обвязываете развевающиеся волосы шарфом от Hermes, то звук мотора Alfa будет для вас для отличаться от звука Ferrari или Mazda MX5, как хорошая акустика от Sony Walkman.

Конечно, Spider не единственная машина, которая достигла таких высот благодаря скрытой рекламе в фильмах. Где был бы Ford Mustang, если бы не Стив Маккуин, Сан-Франциско и фильм «Буллит»?

Когда в 1964 году эта модель появилась на рынке, она тут же стала самой быстро распродаваемой машиной всех времен и народов. Этот рекорд до сих пор не побит. Однако, если уж на то пошло, эта машина не что иное, как заурядный американский Ford Capri.

Его дела были бы совсем плохи уже в 1973 году, если бы Стив Маккуин не показал нам в фильме «Буллит», что она умеет делать. Именно благодаря фильму «Мустанг» продержался до Майкла Дугласа, который преследовал на нем Lotus в фильме «Основной инстинкт», и опять-таки в Сан-Франциско.

А что ему было еще делать? Полицейские, Калифорния, погони и «Мустанг» теперь связаны так же неразрывно, как сточные канавы и Mini Cooper.

Фильм «Ограбление по-итальянски» разрекламировал Lamborghini Miura и Jaguar E-Type буквально до небес.

Теперь VW Beetle. Кажется ли нам этот автомобиль реликвией, оставшейся от фашистов? Или он кажется глупой шуткой Вуди Алена? Volkswagen-«жук» был таким же творением Гитлера, как «Фау-2» и газовые камеры Освенцима, но закидывают ли ветераны войны эти машины камнями, когда те проезжают мимо? Нет.

Вместо этого мы все при виде «жука» начинаем улыбаться, потому что теперь «жук» — это мультяшный персонаж Херби, милый и ласковый, как спаниель.

В семидесятые годы Джон Тоу занимался тем, что преследовал Jaguar второй модели, в которых сидели грабители банков. В девяностые же годы он полностью изменил наше представление об этой машине, сам сев за ее руль в сериале про инспектора Морзе.

В семидесятые годы, когда вы ехали на Jaguar, окружающие смотрели на вас и думали, что ваш багажник забит бейсбольными битами и пачками награбленных банкнот, а сами вы едете с одной малины на другую. В наше время люди в таком случае подумают, что вы образованный человек с правильными понятиями. И слегка нетрезвый.

Президент Рейган немного подпортил репутацию старому Jaguar, но спасибо инспектору Морзе, что, несмотря на завышенные цены на классические автомобили, вторая модель на сегодняшний момент является хорошим вложением денег.

Правильное кино и правильный персонаж могут организовать успех машины. Они могут наделить ее культовым статусом и надолго задрать до небес ее продажи, причем с такой силой, которая не снилась ее создателям.

Таким образом, если бы я занимался маркетингом марки Proton, то сделал бы так, что тиранозавр в «Парке юрского периода» в конце уезжает в новеньком 1,5-литровом Aeroback.

Спутниковая система навигации

Всем привет: я пишу эту статью на моем новом мобильном телефоне, которым я пользуюсь на шоссе M40 по дороге.

А это круто. Никаких тебе шумов и скрипов, просто цифровая обработка того, что я говорю, с пробелами в тех местах, которые телефону кажутся слишком сложными.

Я не понимаю мобильные телефоны. Первый свой сотовый я купил через десять лет после того, как они появились. Он был больше стиральной машины и тяжелее принтера. Мне пришлось избавиться от него, когда у моей машины не выдержала подвеска.

Второй мой телефон был чуть меньше, но продержался не дольше. Спустя какое-то время у него перестали работать все кнопки, кроме кнопки 2. Поэтому единственный номер, на который я мог звонить, был 222-22-22. Прости, приятель, кто бы ты ни был.

Потом настал черед Sony, который благодаря маленьким размерам регулярно отправлялся в помойное ведро вместе с мусором из моих карманов.

Он был такой маленький, что у него даже не было дисплея, и поэтому я не мог понять, какой номер я набираю. Однажды позвонил в прачечную и сказал «Привет, мама».

Теперь у меня цифровой Ericsson, который позволяет звонить хоть с яхты, пришвартованной в Монако. Если бы, конечно, у меня была яхта в Монако.

Он работает в Австралии и на Ближнем Востоке, но не в Истбурне или Хай-Викомбе, и это неудобно, поскольку в Букингемшире и Сассексе я провожу времени значительно больше, чем в Дубае.

Когда я не могу принять вызов, телефон умеет перенаправлять звонок на мой домашний номер. Еще он умеет заваривать чай. В инструкции я даже вычитал, что при нажатии «решетки» телефон превращается в АК-47. Очень удобно.

Однако ищет сеть этот телефон не лучше, чем мои остальные телефоны. И больше всего меня бесит, что я единственный, у кого возникает эта проблема. Мой телефон может лежать на столе в пабе и показывать пустые полосочки, в то время как чей-то другой телефон на том же самом столе просто лопается от хорошего приема сети.

Если бы я сравнил эти телефоны с людьми, то мне всегда достается Кеннет Вильямс, когда у всех остальных — пацаны из стрип-шоу Chippendales.

Вчера ночью я застрял в жуткой пробке и попытался позвонить жене, чтобы сообщить ей нечто важное. Но мой Ericsson просто тупо лежал и показывал пустой экран. А тем временем в других машинах люди смеялись и шутили со своими далекими коллегами и любимыми людьми. Я почти слышал, что они говорили: «Я тут стою рядом с этим чуваком из Top Gear, у него явно нет друзей».

Та же история с банкоматами. Всякий раз, когда я стою во главе длинной очереди, связь банкомата с Донкастером, где открыт мой счет, обрывается. Банкомат выплевывает карту, я понуро ухожу, а вслед мне несется: «О, это же чувак из Top Gear, у него нет денег».

А теперь я начал сражаться с навигационной системой от Phillips. Идея заключается в том, что вы задаете системе точку старта, точку финиша и маленькая черная коробочка прокладывает вам самую короткую дорогу.

Если бы все было так хорошо. Я живу в Баттерси и после пятнадцати лет жизни в Лондоне прекрасно знаю, что самая короткая дорога — это если я поеду по M1 прямо через центр города, а если это час пик, то через Хаммерсмит, Шефердс-Буш, Виллесден и Криклвуд.

Но навигационная система настаивает, что я должен выехать из города по A40 и повернуть на Северную кольцевую.

Единственные люди, которые ездят по Северной кольцевой, — это люди, которые не решаются ездить по M25 и до жути боятся попасть в центр Лондона. Действительно, обидно, если люди будут думать, что я, не будучи туристом, беден и у меня нет друзей.

Мое невезение с приборами сегодня утром затронуло даже компьютер. Увы, я начал стирку и не заметил, что все мои диски случайно попали в стиральную машину. Умеют ли компьютерные диски ходить? Имеют ли они запах тела? Если кто-нибудь что-нибудь знает об этом, напишите мне.

О, пока я в теме, спасибо всем, кто сообщил мне, что полицейские выдали кому-то номерной знак PENIS. Спешу сказать, что это не так. Есть только знак PEN 15 — он принадлежит Стиву Пэрришу, водителю грузовика.

Еще спасибо тем сотням читателей, которые написали мне, что мы должны бойкотировать корейские машины, потому что корейцы едят собак. Мы должны делать это еще по одной причине: корейские машины дрянь.

Пикап как феномен

Далеко-далеко, в болотах Флориды, где мужчины — это мужчины, а крокодилы дрожат в страхе за свою жизнь, старина Дикий Лайл ведет бизнес по аренде лодок на воздушной подушке.

Желудок Дикого Лайла намного больше, чем его словарный запас. Он сплевывает чаще, чем говорит, а ест он только то, что поймал своими собственными руками. Он носит камуфляж и любит оружие. Естественно, он водит пикап.

В сельской Америке пикапы водят все. Маленькие дети от равнин Монтаны до пыльных степей Нью-Мексико могут запросто пройти мимо Ferrari, но обязательно остановятся и оближут последний пикап от Ford.

Самая продаваемая машина в Америке — это Ford Taurus. Но громадные цифры его продаж не могут затмить объем продаж пикапов Ford серии F и его конкурента Chevrolet. Только в 1994 году эти монстры на двоих продали почти миллион экземпляров своих автомобилей.

Таким образом, «маленькие грузовики» составляют порядка 40 процентов от общего автомобильного рынка страны. В США вряд ли найдется столько неотесанных деревенщин. В таком случае кто покупает все эти пикапы? И почему?

Все началось еще в начале восьмидесятых, когда мелкий нефтяной кризис подтолкнул американский автопром к производству четырехцилиндровых седанов с небольшим двигателем. Они нормально экономили топливо, но лодку на таких маломощных машинах перевозить было невозможно. А в 1981 году в Америке было 12,5 миллиона владельцев лодок.

А еще были товарищи, владевшие снегоходами, лошадьми и планерами.

Вот так и получилось, что все решили перекинуть внимание на вездеходные, мощные, крепко сбитые пикапы. На крыше лыжи, сзади лодка, два часа езды — и вы на озере Тахо.

Пикапы отлично покупают не только Дикий Лайл и его циклопические приятели. В настоящее время этими машинами забита вся Уолл-стрит в Нью-Йорке. У писателя Тома Кленси есть один. У Боба Зигера тоже. В свой последний приезд в Сан-Франциско я видел Барбару Буш, которая прибыла в Фермонт на пикапе.

Однако у Нормы Мэр нет пикапа. И у Гари из Take That. А в Британии на пикапах ездят сантехники.

В Англии не продаются пикапы, и еще ни разу не было, чтобы они попали в топ-листы как самые продаваемые или как самые навороченные. И я вам скажу почему: они отвратительны. И абсолютно бесполезны.

В Англии если у тебя есть лодка, это значит, что ты преступник и живешь в Испании. Если у тебя есть лошадь, значит, ты достаточно богат, чтобы купить Range Rover. Если у тебя есть планер, то ты можешь перелетать с места на место, а не таскать его по земле.

А еще они очень шумные. П. Дж. О'Рурк[3] однажды сказал, что пикап — это крыльцо черного хода с мотором. Это несправедливо по отношению к крыльцу.

У пикапа практически нет подвески, а рулевое управление подходит только тем, кто знаком с управлением супертанкера. Еще они какие-то неотесанные, шумные и неэкономичные.

Эти параметры устраивают деревенщин, которые садятся за руль только в нетрезвом состоянии, и поэтому они не замечают никаких неудобств, но инвестиционному аналитику с Лонг-Айленда нужно больше.

И тут на сцене появляется Dodge Ram.

Нет, он совсем не экономичный. Чтобы эта малышка ездила, у вас должен быть доступ к бюджету небольшой страны.

Вы даже не поймете, как расходуется топливо. Как только вы нажимаете на педаль газа, указатель уровня топлива в баке мгновенно падает. Зажигание. Бац, у вас кончилось топливо.

Ram выпускается с десятицилиндровым двигателем объемом 8 литров и мощностью 300 лошадей, который обычно стоит под капотом у его собрата — великолепного Viper.

Беда в том, что у Viper небольшой корпус, а у пикапа Ram он огромен. Поэтому последний не только сжирает топливо как никакая другая машина, но и показывает плохую маневренность.

Нажмите педаль газа, и вы услышите, как его мотор возопит гласом разъяренного льва. Возникает чувство, что эта малышка создает ураган, а на деле скорость набирается чрезвычайно медленно.

Все это происходит потому, что задние колеса чаще всего прокручиваются впустую. Поскольку сзади нет достаточной тяжести, то, когда вращающий момент проходит к задним колесам, они просто теряют сцепление с дорогой и начинают проскальзывать. Выглядит это весело до тех пор, пока вас не ловят местные власти и не вчиняют иск о починке дорожного полотна.

Разумеется, вы можете заказать себе автомобиль с полным приводом и, следовательно, избавиться от прокручивания колес — но одновременно избавитесь и от всего топлива в баке.

Но все это так, к слову. Главное, что бросается в глаза в Dodge Ram, — его огромные размеры. По сравнению с ним Range Rover выглядит игрушечной машинкой. Когда он стоит, Ram занимает сразу два парковочных слота, и к тому же дорога для такой машины должна быть широкая. Я имею в виду, действительно широкая.

Все городские ограничители ширины оказываются слишком узки для Ram, так что вам приходится наворачивать круги по городу, чтобы проехать в нужное место. Правда, такие поездки оказываются недолгими, потому что у вас быстро кончается бензин.

Моя жена вообще ничего не видит поверх его решетки радиатора. Каждая фара этого монстра — размером с тележку из супермаркета. Эта штуковина просто очень большая. Огромная, как два Паваротти.

Впрочем, в ней есть кое-что забавное. Несмотря на такой гигантский размер, в этой машине всего два с половиной сиденья, которые, как и можно было ожидать от американцев, обшиты превосходно-вульгарным плюшем.

В машине нет недостатка в оборудовании типа электрического управления сиденьями, держателей для напитков и зарядки для мобильного телефона. Этот пикап высокого полета как будто прошел курс обучения в компании Range Rover. Нацепив на себя еще парочку прибамбасов, приукрасив себя тут и там, он превратился в сельскую машину для городских мажоров.

За исключением одной детали. Я где-то читал, что в Америке, по слухам, есть люди, которые любят воровать вещи. Так вот, в прошлую субботу я занимался шопингом на Тотнем-Корт-роуд и возвращался домой с огромными коробками, которые запихнул в багажник. Если бы это был пикап, то у меня стибрили бы все до одной на первом же светофоре.

Мало того, что впереди совершенно нет места — хотя в багажнике этого пикапа могли бы разместиться две волейбольные площадки, этот багажник оказывается абсолютно бесполезным.

Америка как никакая другая страна в мире умеет превратить обычный рабочий инструмент в икону моды — Zippo, Rayban Aviators и Levis, но с пикапом этот номер не прошел.

Американские маркетологи могут до потери пульса впаривать вам, что Dodge Ram — это особенное восьмилитровое полноприводное купе. Как бы не так. Это просто грузовик, а грузовики никогда не были и не будут модными.

Кому нужна безопасность дорожного движения?

Буквально за сто лет автомобильные аварии унесли жизней больше, чем любая война, которая когда-либо велась.

Если уж говорить о массовых убийствах, которые совершил автомобиль, то по сравнению с ними битва при Зомме с миллионом погибших выглядит как утренник в воскресной школе.

В одной только Индии, где машины не самое популярное транспортное средство, ежегодно на дорогах гибнет 50 тысяч человек. Только в одном штате этой страны ежедневно на дорогах погибает 16 человек, а 97 получает ранения. В среднем одна из каждых 42 индусских машин в какой-то момент попадает в тяжелую аварию. Представляете, для индуса в возрасте с 5 до 44 лет автомобиль является наиболее возможной причиной смерти.

На Западе машины тоже бесчинствуют будь здоров, но по крайней мере картина здесь немного радужнее. В самом деле, с каждым годом машин на дорогах становится все больше, а число убитых ими людей падает.

Но я боюсь, что эта статистика вскоре канет в Лету. Не пройдет и пяти лет, как в Европе и Северной Америке смертность в связи с автомобильными авариями резко возрастет.

Я обвиняю в этом росте подушки безопасности.

Буквально в этом году Mercedes-Benz представил новый концепт-кар, больше напоминающий надувную крепость на колесах. В нем понатыкано не меньше семнадцати подушек безопасности, прячущихся в самых укромных местах салона.

Помимо привычного места в руле, они располагаются под панелью, дабы уберечь ваши важные части тела, во всех четырех дверях, между передними сиденьями, в крыше и в подголовниках. Они запихнули подушки безопасности даже в спинки передних сидений, поэтому если вы в момент аварии сидели сзади и спокойно работали на ноутбуке, то потом спасатели достанут ваше тело из покореженной машины без «фывапролдж», отпечатанного у вас прямо на лбу.

Сегодня это не более чем концепт, но мы можем быть уверены, что вскоре эти многочисленные подушки просочатся в обычные машины, которые мы ежедневно встречаем на дороге.

Volvo уже рекламирует подушки безопасности, встроенные в сиденья, которые раскрываются, как только кто-нибудь въезжает в бок этим шведским танкам.

Вспомним, что у Volvo уже есть система защиты от бокового удара (SIPS), которая направляет всю силу удара в крышу и пол, подальше от бедных смертных, сидящих внутри машины.

У Audi есть система защиты Procon Ten. Если вы въедете со всей силы во что-то больше вас — например, в то же самое Volvo, в момент удара на вас затянутся ремни безопасности, а руль уйдет вперед, подальше от вашей головы.

Эти вещи — последнее слово в области безопасности водителей, помимо антипробуксовочной тормозной системы, ребер жесткости, трекшн-контроля и прочих штуковин, которые предназначены для того, чтобы сохранить вам жизнь.

Но в них-то и заключается зло. Очень скоро люди поймут, что они смогут ездить на какой угодно скорости и врезаться во все подряд, а потом выходить из машины и идти по своим делам.

Они будут влетать в здания, пешеходов, фонари, в машины подешевле и постарше, которые не так хорошо оборудованы в плане безопасности, потому что они будут знать, что защищены от травм. Так дело не пойдет.

Если производители автомобилей действительно заинтересованы в продвижении безопасности на дорогах больше, чем в представлении новых систем безопасности, о которых беспрерывно каркают их маркетинговые отделы, они должны выбросить в мусор все новые идеи такого рода.

Пусть выкинут подушки безопасности, а на их место поставят титановые штыри, которые в случае аварии будут вылетать из руля и пригвождать водителя к сиденью.

Кстати, мистер Ауди, почему бы не сделать так, чтобы руль в случае аварии не убирался, а, наоборот, выдвигался вперед да поточнее попадал водителю в лицо?

Господа с Volvo, забудьте про SIPS. Лучше всего вмонтировать маленькую бомбу в детское кресло, которая бы срабатывала при хорошем боковом ударе. Раз — и ваш ребенок разлетается на мелкие дребезги, вам даже не понадобится гробик.

Если бы во всех машинах стояли подобные приспособления, смертность на дорогах моментально свелась бы к нулю.

Прямо в этот самый момент люди радостно несутся в крайнем ряду автотрассы в плотном тумане с дождем на скорости 100 миль в час. Они отлично знают, что в случае чего сработает антиблокировочная система тормозов и все будет в порядке, так что можно ехать как хочешь, а если не ты, так обязательно найдется кто-то другой, который думает так же.

А если бы машина представляла собой набор смертельных ловушек, то они подумали бы дважды, прежде чем топить педаль газа.

Для этого правительству необходимо внести кое-какие изменения в законодательство. Но вот тут-то все оказывается малореальным. Правительство никогда не пойдет на такой шаг, потому что оно хочет, чтобы мы ездили быстро и подвергали себя опасности.

Власти прекрасно знают, что если запретят ремни безопасности, уберут всех «лежачих полицейских» и будут поливать дороги каждое утро маслом и жидким мылом, то люди никогда не будут ездить со скоростью выше 10 миль в час.

Следовательно, тогда моментально отпадет необходимость в самом несправедливом налоге из всех налагавшихся на людей — штрафе за превышение скорости.

Все это так очевидно. Власти давят на производителей, чтобы те выпускали более безопасные автомобили, и делают все, чтобы дороги становились менее опасными для жизни — тем самым они вынуждают нас ездить все быстрее. Если сюда добавить клоунские полицейские патрули на дорогах, то получится рецепт очень доходного бизнеса.

Люди умирают, чтобы заплатить министерству здравоохранения.

О скорости

Когда Стефенсон представил на суд публики свой локомотив «Ракета», скептики утверждали, что на максимальной скорости его пассажиры не смогут дышать.

Странная вещь: хотя этот великий человек доказал, что скептики были не правы, мир полон людей, которые все равно полагают, что скорость убивает.

Редкая неделя проходит без того, чтобы какой-нибудь полицейский с грустным лицом на экране телевизора не рассказал о том, как целая семья была убита на корню только потому, что кто-то ехал слишком быстро.

Делая телепередачу Top Gear, мы всегда подвергаемся нападкам людей из самых немыслимых комитетов, которые настаивают, что превышение скорости есть корень всех зол. «Убей скорость, а не дитя», — ноют они.

Что ж, если скорость действительно такая опасная штука, получается, что Concorde — самый опасный вид транспорта, изобретенный человечеством? Но этот самолет, перелетающий Атлантику со скоростью быстрее скорости звука, до сих пор не убил ни одной живой души.

Почему же японские пассажиры не прячутся по углам, когда на станцию со скоростью под 200 миль в час прилетает пригородная электричка? Более того, скажу я вам, они поднимаются на борт и пьют кофе, наблюдая, как за окном со скоростью света проносится родная Япония.

Мы не потеряли ни одного космонавта, летающего вокруг Земли, хотя летают они со скоростью 17 тысяч миль в час.

Сама по себе скорость безопаснее, чем лежание в кровати весь день напролет. Она убивает только в сочетании с чем-то, например с невнимательностью. Вместо волнения по поводу скорости мы должны задуматься о том, что заставляет людей терять внимание и концентрацию.

И это точно не скорость. Чем быстрее ты едешь, тем сильнее ты начинаешь задумываться о том, что ты делаешь. Вот почему я и смеюсь над всеми этими желтозубыми членами Британской ассоциации вегетарианцев, которые вякают в сторону компании Vauxhall, выпустившей Lotus Carlton, способный разгоняться до 170 миль в час.

Они называют эту машину «раковой опухолью», «гангреной» и «проказой», они говорят о ней как о семиголовом звере из Апокалипсиса. Под это дело женщины с коротко стриженными волосами вылазят из социального жилья в каком-нибудь Гринэм-Коммон и направляют стопы к заводу компании в Лутоне, чтобы как следует там помитинговать.

Никому нет дела, что в любой другой отрасли жизни скорость только приветствуется и помогает людям жить — факсы, модемы. Нет же, Carlton стал для человечества ужасом похлеще, чем крылатые ракеты «Трайдент».

Всего этих авто было продано немного, но цифры говорят, что ни на одной из них никто пока не попал в аварию. Так что засуньте эту информацию себе в трубку и выкурите ее, мистер Зануда.

И Vauxhall, и все другие скоростные машины того же типа, как правило, гораздо безопаснее, чем остальные автомобили, хотя бы потому, что покупают их чаще всего лишь истинные знатоки. Этих людей не волнует, как выглядит машина и лейбл какого производителя у нее на капоте: им нужна машина, которую классно водить.

И когда они сидят за рулем такой машины, они не слушают радио, не разговаривают по телефону и не вертят головой, урезонивая малолетнего болтуна на заднем сиденье. Когда они за рулем, они за рулем.

Если человек не фанат-автолюбитель и ему надо просто добраться из пункта А в пункт Б, то ему вряд ли придет в голову купить Lotus Carlton, Jaguar XJR или BMW M5, потому что эти авто слишком быстро ездят. Обычный человек будет чувствовать себя небезопасно за рулем такой машины. Ему вряд ли понравится спортивная подвеска, спортивные сиденья и спортивные колеса.

Он просто прислушается к рекомендациям Ассоциации потребителей, которая, как и он, смотрит не на скорость и стиль, а на стоимость и надежность. Таким нравятся Nissan, Volvo и Toyota.

Этот человек купит машину, на которой можно прокатиться туда-сюда. О-ч-е-н-ь м-е-д-л-е-н-н-о.

Рассекая по округе, он будет постоянно путаться в перекрестках, мигать правым поворотником, когда ему надо повернуть налево. Бывает, что он садится за руль пьяным.

Он никогда не водит быстро, поэтому, проезжая мимо придорожных плакатов «Скорость убивает», он чувствует свою правоту. Он не гоняет.

Такая же история происходит на автомагистрали. Он тащится по средней полосе, а сзади висит грузовик — в двух дюймах от его ярчайших, все затмевающих задних фар, а он все едет и едет со скоростью 50 миль в час, на 20 миль ниже разрешенной, так что с ним все в порядке.

Но он не замечает грузовик еще и потому, что слушает увлекательную радиопостановку на Radio 4.

Несмотря на то что он управляет тонной металла, летящей со скоростью 50 миль в час, мысли его далеко. Ему не важно, что за погода стоит и насколько плотно движение на дороге: он едет со скоростью ниже разрешенной и ему хорошо. Он даже может немного прикорнуть по дороге.

Он находится в опасности, но какое законодательство может помочь такому человеку? Вы не можете заставить его купить себе приличную машину, потому что даже если у него будет «бумер», то он все так же будет ездить со скоростью 50 миль в час и пропускать по маленькой на дорожку. И он все так же будет давать по тормозам всякий раз, заслышав, как Тони Блэр выступает по радио с речью еще более глупой, чем обычно.

Невозможно запретить людям пользоваться за рулем мобильниками и слушать радио. Но даже если и найти способ как-то их запретить, люди за рулем все равно продолжат витать в облаках. Я бы предложил запретить глушители, чтобы машины стали чуточку пошумнее, однако это не прокатит в спальных районах, и особенно по утрам.

Однако можно заставить людей ездить быстрее. Значительно быстрее.

Итак, я предлагаю установить на шоссе минимальную скорость 130 миль в час. Это отпугнет совсем безнадежных водителей и заставит тех, которые имеют шансы стать хорошими водителями, сконцентрировать свое внимание.

Если бы на дороге все водители до единого сосредоточились на том, что находится у них в руках, то аварий больше бы не было.

Отвратительный Nissan

Мужчины в костюмах — министры правительства, президенты страховых компаний и полицейские начальники — уверены, что самую большую опасность на дорогах представляют молодые люди на быстрых машинах.

Опасность кажется настолько огромной, что наказание виновникам придумано ужасное. Хотя на миг превысь скорость — и ты останешься без прав. В итоге у тебя нет работы, а однажды вечером ты придешь домой и обнаружишь, что твоя жена сбежала к другому. К кому-то, у кого есть машина. Превысил скорость — и тебе сломают жизнь.

Тем не менее мальчики на резвых авто никогда не причиняли мне неудобств. Не успел моргнуть, как они уже исчезли, оставив лишь запах дымящихся покрышек. Кому какое дело?

Сегодня на дороге можно встретить нечто гораздо более ужасное. Это Nissan Sunny, Фредди Крюгер на колесах. Если представить все машины в виде Нью-Йорка, то Sunny — это субботний Гарлем в два часа ночи.

Если машины человеку неинтересны, то из него и шофер выйдет никудышный. Чтобы показать полное отсутствие заинтересованности во всем, что связано с машинами, нет способа лучше, чем сесть за руль, купить или сделать что угодно еще с Nissan Sunny.

Sunny — нелепого вида машина с подвеской, как у тачки, медленная, дорогая, неэкономичная. Но треклятая Ассоциация потребителей говорит, что она редко ломается.

Поэтому ее покупают пожилые люди, которые ездят так, словно на дворе все еще 1947 год. У них нет абсолютно никакого представления о том, что такое круговое движение, шоссе, перекрестки, регулируемые пешеходные переходы. Коль скоро они едут примерно в нужном направлении, им этого достаточно.

Пристроившись по дороге за Sunny, вы можете предположить, что за рулем этой машины сидит человек с непредсказуемым поведением, который будет вилять, нажимать на тормоз в любой момент и т. п. Но ничего такого, как правило, не происходит, и вот почему.

Во-первых, тело водителя настолько скрючено остеопорозом, что он просто физически не видит, куда едет, не говоря уже о том, чтобы следить за происходящим сзади. А во-вторых, он уверен, что сзади ничего не происходит, как в 1947 году.

Даже если случится чудо и водитель Sunny заметит, что за ним выстроилась очередь длиною 30 миль из раскрасневшихся от бешенства молодых людей, которые вынуждены ехать со скоростью 15 миль в час, вы должны помнить, что он типичный читатель журнала Which? то есть человек зловредный и злонамеренный. Иными словами, пассивное сопротивление вашим отчаянным попыткам обогнать его превратится в активное.

На прошлой неделе я тащился за Sunny около пятнадцати миль. Никто, никогда, нигде в мире не видел таких бездарных навыков вождения, как у его водителя. Наконец я не смог больше сдерживаться, врубил первую скорость, заложил на слепом повороте самый идиотский в своей жизни вираж и обогнал, грязно ругаясь.

Если бы я при этом разбился насмерть, вы бы не нашли закона, чтобы засадить его за решетку. Вы бы никогда не смогли объяснить (да и кто стал бы слушать?), что он трясся на скорости 20 миль в час, а я был на огромном и быстром Jaguar и, следовательно, получил все, что заслужил.

С тех пор я начал часто наблюдать за Nissan Sunny, и в ста процентах случаев водители управляли ими не просто плохо, а так, что казалось — у них за рулем сидит слепой, сумасшедший или мертвый человек.

Если они включают поворотники, то делают это наобум. В Лондоне я видел, как один из них пытался повернуть направо с Парк-лейн на угол Гайд-парка. Они обычно застревают там на светофоре, а если это старая модель Sunny, то они обычно очень любят неожиданно встать посередине дороги, чтобы высадить пьяного в хлам пассажира.

Самый ужас происходит, когда водитель Sunny пытается выехать на главную дорогу со второстепенной. Он будет ждать до тех пор, пока на восемь миль в обоих направлениях не будет видно ни одного водителя, и только потом совершит маневр.

Беда в том, что ничего противозаконного в застревании на перекрестке нет. По идее таким водителям можно вменить «вождение без должной концентрации внимания», но в дорожной полиции мне по секрету сказали, что это практически невозможно доказать.

И тогда я подумал, что пора бы уже ввести новые штрафы. Например, штраф за «вождение под впечатлением воспоминаний о послевоенном времени» должен сработать. Впрочем, пока что не стоит полностью запрещать водить Nissan Sunny по дорогам общего пользования. Так что, если вы увидите такую машину, вам гарантирована сцена с каким-нибудь нестандартным поступком. Готовьтесь к нему заранее. Дело в том, что, если законом запретить Sunny, все плохие водители переключатся на другие машины, например Proton, Toyota Corolla, Rover 200, и вычислять их станет сложнее, а потом и слишком поздно.

Поэтому, полагаю, надо смириться с нынешней системой, при которой все безнадежно плохие водители ездят за рулем Sunny. Чтобы их было видно с большого расстояния, предлагаю заставить их покрасить свои авто в ядовито-зеленый цвет.

Дорожное бешенство

Всякий раз, когда я вижу Тони Блэра на экране телевизора, я выхожу из себя.

Поэтому я не особо переживал по поводу рукоприкладства Эрика Кантона.[4] В напряженной обстановке какой-то мерзавец в дурацкой одежде посоветовал ему убираться обратно во Францию — и получил в морду. Эрик просто вышел из себя. Велика ли беда.

Такая же история с Ианом Райтом.[5] Подумаешь — расквасил кому-то лицо, бывают вещи и похуже.

На свете сыщется мало людей, которые положа руку на сердце смогут сказать, что они никогда не доходили до ручки, никогда не кричали, не стирали зубы в порошок. Ведь если под рукой нет холодного и огнестрельного оружия, то в приступах гнева нет ничего плохого.

Тем не менее какой-то горе-писатель, скорее всего американский, придумал определение ситуации, в которой вы, сидя за рулем, выходите из себя, — «дорожное бешенство».

Так что теперь, когда какой-нибудь скудоумец на своем Datsun начнет петлять туда-сюда по дороге, вы будете совсем не виноваты в том, что захотели его убить. Вы просто страдаете дорожным бешенством.

И теперь вы можете без проблем ехать по крайней полосе шоссе на скорости 40 миль в час, и когда вы видите, что водитель сзади от бешенства вырывает с корнем руль, просто пожмите плечами и спишите это на проявление дорожного гнева.

Недавно я читал в газете историю о том, как бедная, несчастная женщина одолжила у знакомых TVR — машину, которая уже сама по себе провоцирует вышеупомянутое расстройство, — и как на нее орали мужчины, когда она была за рулем.

Что же, управлять TVR, как известно, нелегко. Руль тугой, сцепление тугое, тормоза тугие. Совершенно очевидно, что машина оказалась ей не по силам. По ее словам, «эти мужчины» (попробуйте произнести это словосочетание так, как будто бы вы только что по ошибке съели кусок марципана) пытались оскорбить ее, потому что видели женщину на крутой тачке. Позволю себе усомниться. Дело было, скорее всего, не в крутости тачки, а в том, что она отстойный водитель.

Должен признаться, что женщины за рулем вызывают у меня такое раздражение, скорее всего, потому, что они никогда не пропускают меня на поворотах. Каждое утро я пытаюсь свернуть направо по медленно движущейся Фулэм-Пэлэс-роуд, и каждое утро находится мужчина, который меня пропускает. У женщин сильно развито искусство смотреть строго перед собой и делать вид, что они меня не замечают.

Вчера одна из них умудрилась так натянуть на голову свой шарфик, что, даже загородив мне путь, она не мучилась угрызениями совести, так как я не попадал в поле ее зрения.

Если бы она была репортером Daily Mail, она приехала бы на работу и написала, какие все мужики скоты, а женщины никогда не могут попасть на руководящие посты. За исключением поста премьер-министра. После этого она станет искать мыслимые и немыслимые объяснения дорожного бешенства, пытаясь найти смысл в том, что смысла не имеет.

Без сомнения, она бы привела пример, что, если в супермаркете в ее тележку врезается другая тележка, все улыбаются и извиняются перед ней, или наоборот, она улыбается и извиняется, если врезалась она.

Но на дороге другая история. Если ты совершил на ней ошибку, то водители пальцами рук показывают, что ты занимался в машине онанизмом. Другие налегают на звуковые сигналы или кричат. Почему же так происходит?

Да все просто. Если вы в супермаркете врезались своей тележкой в чужую тележку, вам не надо обмениваться адресами и телефонами. Вам не выставят счет в 200 фунтов. Вам не надо будет ссориться с представителями страховой компании. Вы не потеряете скидки за безаварийную езду.

А есть еще автомагистрали, где машины ездят гораздо быстрее, чем на обычных дорогах. Если кто-то совершит ошибку на трассе M1, например, то последствия будут намного хуже, чем разбитая фара. Вы можете умереть или зависнуть между жизнью и смертью в реанимации, и вполне возможно, что до последнего вздоха будете трясти кулаком в сторону человека, из-за которого произошел несчастный случай.

Нет, я пишу эти слова, не считая себя святее папы римского. Когда я ошибаюсь на дороге — а это происходит не так часто, потому что я, как и вы, отличный водитель, то я первым начинаю сквернословить на того, кого я только что подрезал.

Я имею на это право точно так же, как я имею право накричать на Тони Блэра, когда его показывают по телевизору. Между нами присутствует физический барьер — кусок стекла, между мной и врагом, поэтому я чувствую себя в безопасности.

Если вы так прикрикнете на кого-нибудь, стоящего напротив вас, то можете получить в табло, а это больно. А если вы в это время сидите в машине, то не только чувствуете себя в безопасности, но и знаете, что можете быстренько смыться, оставив того парня чувствовать себя так, как будто он действительно занимался онанизмом.

Так же, как вы не в состоянии заставить всех ездить в кабриолетах с опущенным верхом, вы не можете и заставить людей не выходить из себя.

Так что же нам делать с дорожным бешенством?

Все очень просто. Устраните его причину. Я, например, никогда не выхожу из себя на дороге, если люди не делают ничего глупого, потому что заставить их прекратить делать глупости можно, лишь полностью устранив этих людей с дороги.

Глупым не разрешили бы сесть за баранку космического шаттла — так почему же им позволено садиться за баранку автомобиля? А они садятся вовсю.

Ford выпустила видеоролик про дорожное бешенство — хороший ролик, в котором одна женщина говорит: «Понимаете, мне все время надо быть первой. Мне надо быть первой на светофоре, и мне просто необходимо перегнать тот огромный Porsche, который едет впереди меня, и тот Mercedes тоже надо сделать, особенно если за рулем сидит мужчина».

Она тупа, как табуретка, и в этом не одинока. Однажды на автомагистрали я обогнал человека, который затем гнался за мной 80 миль с красным от гнева лицом. Этот человек был самым настоящим идиотом, потому что у него под носом росли гадкие усики, и еще потому, что он принял водяной пистолет, который я на него в конце концов наставил, за настоящий, и в страхе отвалил.

С того-то момента я начал думать, что пора вводить на экзамене по вождению что-то вроде теста на интеллект. А позже, если это приживется, почему бы не запретить глупцам размножаться?

А покамест, женщины, которые воюют с мужчинами на дорогах, окажите нам услугу и объявите войну официально. Тогда мы нанесем ответный удар.

Мой новый Jaguar

Новый навороченный Jaguar не просто хорош, а очень хорош. Сегодня в семь часов утра на улице стояла невыносимо холодная погода, и я смотрел, как почтальон трясется вверх по улице мимо всех машин, которые я тестировал за последнюю неделю, и думал только о том, что у меня работа намного лучше, чем у него.

Мой стол ломится от приглашений различных автомобильных компаний, которые хотят, чтобы я принял участие в туре в какую-нибудь экзотическую страну. А список упомянутых оттестированных машин перед моим домом выглядит так: Range Rover, Porsche 911, FIAT Cinquecento Sporting, Mini Cooper, Volvo T5 и Jaguar.

Почтальону Пэтчкину для его работы как минимум требуется определенная выносливость и массы жизненных сил и особого мастерства. А для того, чтобы быть автомобильным журналистом, требуется всего лишь голова, забитая мнениями.

Тестирование машин — это самая неточная из известных людям наук. Она похожа на попытки собирать ртуть в боксерских перчатках.

К тому же она нечестная. Автомобильные компании тратят миллиарды на новую машину только для того, чтобы отдать ее на растерзание шайке борзописцев, в том числе и мне, которые не могут отличить аккумулятор от амортизатора.

Мне всего лишь надо решить, нравится мне та или иная машина или нет, причем иногда, как это ни прискорбно, мое мнение вообще не касается машины как таковой.

Достаточно долгое время я обожал Jaguar XJS, но в последний раз, когда я был за рулем этой машины, шел дождь, у меня болела голова, ныли растянутые шейные мышцы, да еще я попытался ночью сдать назад на узкой, забитой машинами улице. В итоге я возненавидел этот автомобиль всей душой.

Затем была Toyota Starlet. Это ужасная мелкая машинка, но так получилось, что оба раза, когда я оказывался в ней, стоял солнечный день, дорога была пуста и я чувствовал себя на седьмом небе. За рулем Starlet я ехал по пустынной горной дороге в Португалии, и это был лучший тест-драйв в моей жизни.

Я всегда стараюсь, чтобы внешние факторы не очень влияли на мое мнение, но иногда ты ничего не можешь с ними поделать. Каждая машина будет хороша, если ты едешь на этой машине по горной дороге в Южной Франции, а из колонок доносится Том Петти. И все машины просто отвратительны, если ты находишься где-нибудь в Экокс-Грин мокрой февральской ночью.

На таком фоне очень трудно быть рациональным человеком с холодной головой. Господи, да если бы все журналисты, пишущие об автомобилях, были разумными и трезвыми людьми, то мы бы давно уже пришли к единому мнению по поводу Лучшей Машины На Земле. Но что-то не получается.

Я даже сам с собой иногда не могу согласиться. Буквально за два года у меня были четыре «самые любимые» машины — Dodge Viper, Aston Martin Vantage, Escort Cosworth и Ferrari 355.

Теперь к ним добавилась пятая — Jaguar XJR.

В первый раз я сидел за рулем этого изумительного автомобиля в Шотландии очень и очень голодный — у них вообще с едой большие проблемы, поэтому я стараюсь не кушать в тех краях.

На улице лило как из ведра, а тормоза такой мощной машины и скользкая дорога подходят друг к другу, как хаггис к шоколаду. Я, конечно, знал, что это классная машина, но только в Англии понял, что слово «классная» совершенно не передает ничего, что связано с этой машиной. «Ошизительно потрясная» намного лучше.

Близилась полночь, темнело, пустынная трасса M40 растянулась на сотни миль вперед. Из колонок доносился Боб Зигер, а на небе высыпали звезды.

Датчик температуры за бортом показывал 11 градусов, поэтому наледи быть не должно было. Заголовки утренних газет гласили о сокращении штатов МВД, так что вероятность столкнуться с дорожной полицией была минимальной.

Эта большая кошка вела себя впечатляюще, несясь по крайней полосе, — тихо, невозмутимо, мягко, но не мурлыкала, а скорее шипела, и ее толстые шины часто и легко постукивали. Все это было достаточно необычно для Jaguar.

Несмотря на то что было уже достаточно поздно, я решил посмотреть, что же этот зверь умеет делать на дороге. В итоге машина вскрыла мне мозг, вставила туда венчик для взбивания яиц и взбила его — вот каков был мой восторг от нее.

Идеально сделанная подвеска позволяет ощутить, что делают передние колеса, и ты прекрасно чувствуешь, что творится сзади, хотя этот контакт протекает больше на телепатическом уровне.

И даже если водитель не замечает сигналов о приближающейся опасности, трекшн-контроль толкнет педаль газа, напоминая, что время немного снизить скорость, а потом напомнит об этом еще настойчивее.

К этому трюку машина прибегает часто, поскольку шестицилиндровый четырехлитровый двигатель остановить очень трудно. На галлоне бензина он едет всего 14 миль, но когда ты видишь, как тахометр начинает, как сумасшедший, тянуться к красной черте, то понимаешь, что галлона может хватить и на девять миль. Кстати, за топливо я всегда плачу из своего кармана.

По возвращении в Лондон я, как кошка, вписывался на ней во все возможные повороты и огибал на Ерлс-Корт-роуд все складочки и выпуклости. Это машина с кожаными сиденьями и круиз-контролем, а внутренняя отделка выполнена из черного дерева с подходящей по цвету обивкой.

Только BMW M5 может составить конкуренцию этому зверю, да и то наполовину, но стоит он 52 тысячи фунтов, а Jaguar всего 45 тысяч.

Я уверен, что не пройдет и месяца, как я буду сидеть за рулем уже другого автомобиля, и дорога будет быстрее, погода лучше и музыка будет энергичнее, но прямо сейчас я уверен, что Jaguar XJR — лучшая машина на свете.

Остановите воровство, а не меня

Итак, полиция собирается игнорировать девять из десяти срабатываний противовзломной сигнализации, поскольку чаще всего по приезде выясняется, что чертова сигнализация сработала по ошибке.

Нам пинают уши насчет того, что эти выезды полиции есть напрасная трата человеко-часов и денег. Но если экономические соображения влияют на то, какие преступления расследуются, а какие нет, то я предвижу скорый конец эпохи дорожных радаров. Какой смысл наставлять «фен» на проезжающих мимо автолюбителей, если девять из десяти не сделали ничего плохого?

Смысл здесь простой. Дорожный констебль — это недорогой товар, чье время с лихвой оплачивается выписанными им штрафами. Ловить автолюбителей и выписывать им до смешного суровые штрафы просто. Элементарная экономика.

Поэтому я предлагаю следующее. Если ты собираешься нарушить закон, постарайся сделать это так, чтобы твоя поимка отняла у полиции колоссальное время. Подойдут убийства направо и налево или финансовые мошенничества, но лучше всего в наши дни с этой целью стать адвокатом.

Чем не работа — сидишь весь день в офисе и заполняешь органайзер, вместо того чтобы помогать своему клиенту в покупке недвижимости. А вечерами придумываешь новые слоганы для рекламы своей компании, чтобы присобачить их на задницу автобуса.

Я видел одну такую рекламу, и у меня чуть волосы на голове дыбом не встали. Я не помню дословно, но смысл такой: если вы где-то пострадали, только позвоните и мы выбьем для вас компенсацию.

Мне надо было врезаться в задницу этого автобуса и засудить этих идиотских адвокатов за то, что из-за их рекламы я отвлекся от управления машиной. И я бы выиграл дело.

Иногда бывают судебные случаи посмешнее. Один человек отсудил 300 тысяч фунтов из-за того, что его машина на скользкой дороге въехала в грузовик. Он убедил суд, что все это случилось по вине муниципалитета, который не позаботился привести дорогу в надлежащий вид.

Инспекторы дорожного движения частенько подают в суд на своих работодателей из-за проблем в легких, которые вызывают выхлопные газы, вдыхаемые на рабочем месте.

Но больше всего мне понравился чувак, который заснул за рулем, разбил себе лицо и получил за это компенсацию. Можете назвать меня старомодным, но мне кажется, что он сам виноват. Но нет же. Он нашел — таки кого засудить. Думаете, это продюсеры Radio 4, музыка которого заставляет клевать носом? Нет, он подал в суд на Ford — за то, что компания не установила подушки безопасности на его Sierra.

Если он выиграет, он разверзнет такие хляби небесные, которые не снились никакому библейскому Моисею. Здравый смысл заткнется перед массовым соблазном получать миллионные компенсации. Это будет нечто среднее между мгновенной лотереей и телешоу «Не забудь свою зубную щетку».

«Прищеми себе палец дверью автомашины… и отправься на Карибы».

Я тоже скоро поеду на Карибы. В следующий раз, когда меня вычислит радар, я засужу Jaguar за то, что они продали мне машину, которая способна превысить скоростной лимит.

Машина станет предупреждением на колесах. Не высовывайтесь из окон во время движения. Не вставляйте кассету в магнитолу во время движения. Не гоняйте. Не прикладывайте клеммы аккумуляторов к своим яйцам.

Долгое время я выступал за то, чтобы каждый человек по исполнении 16 лет в обязательном порядке подписывал бумагу о том, что теперь он сам отвечает за свои действия. Если ты споткнулся о булыжник, это твои проблемы. Поскользнулся на льду — сам дурак, не надо было бежать так быстро.

Но такого, конечно, не будет никогда. Американизация нашей законодательной системы протекает неудержимо, и ее не остановит даже фантастическое предложение верховного комиссара лондонской полиции Пола Кондона о запрете масонства среди полицейского руководящего состава.

Это заговор, но на этот раз масоны не имеют к нему отношения. Это просто сеть старых однокашников.

Конечно, старая леди, сшившая себе пальцы иглой на фабрике игрушек, скорее всего, выйдет из зала суда с парой сотен тысяч банкнот, но, чтобы понять, кто же в этой войне выходит реальным победителем, вам следует научиться читать между газетными заголовками.

Прежде всего, это юрисконсульты и адвокаты, отрывающие себе кусок побольше от каждого выигранного дела.

Далее идут страховые компании, которые повышают взносы, чтобы другие компании и органы власти были застрахованы на случай чудовищных страховых выплат.

Страховые агенты и биржевые клерки разобьют лагерь под окнами Верховного суда, чтобы отлавливать в свои загребущие руки очередную жертву, выходящую из зала суда с толстым-толстым банковским чеком.

Этих падальщиков в полосатых костюмчиках можно остановить, и именно правительство предпримет необходимые меры.

Покамест большинство этих нелепых исков оплачивается из государственного бюджета. Но если устранить бесплатную юридическую помощь, то люди никогда не доберутся до судов.

Не надо беспокоиться насчет невинных людей, случайно осужденных за преступления, которые они не совершали. Нам уже дали понять, что полиция не в состоянии ни найти, ни арестовать кого-нибудь, не считая бедных автомобилистов, которые всегда признаются в своей вине.

Если мы считаем, что бесплатная юридическая помощь жизненно важна для справедливости, то нам тогда надо сделать еще один шажок в сторону американской законодательной системы и платить адвокатам только в случае выигрыша дела.

Мы должны слушать в суде дела с оговоркой, что если истец проигрывает, то все его адвокаты идут под расстрел.

Пока суд да дело, я решил подать иск против компании Volvo. Вчера, пока я ехал в сторону гоночной трассы в Брэндс-Хэтч с открытым люком, сильный ветер растрепал мне волосы. Из-за этого я выглядел по-идиотски.

Go West, молодежь

Вчера я сидел за рулем машины, которую по моей новой системе оценки резвости автомобилей можно считать потрясающей.

По своей старой системе я бы сказал, что она разгоняется до 60 за 3,8 секунды, и это значит, что она стоит на третьем месте по ускорению сразу после McLaren F1 и Bugatti ЕВ110.

Авто называется Westfield S8, и, хотя поездка на нем была более чем короткой, всего пару минут, я могу уверенно говорить, что никогда в жизни не испытывал ничего подобного.

Я никогда не сидел за рулем McLaren, но после того, как на этих страницах я упомянул о ее чрезмерной стоимости, могу дать руку на отсечение, что еще все впереди. Зато я катался на Bugatti, Lamborghini Diablo и всяких других разных суперкарах, которые даже по стандартам НАСА считаются очень быстрыми.

Но у них у всех есть крыша. Ты сидишь внутри, окруженный металлом, и все вокруг говорит тебе о комфорте. Они могут быть слишком громкими, но по сравнению с Westfield они все просто Austin Maestro, цветущие фиалки и вьющиеся плющи.

У Westfield отсутствует крыша как таковая, у машины нет дверей, окон, аудиосистемы и вообще места внутри. Она очень маленькая, весит меньше, чем пачка сигарет, но при этом под капотом у нее находится восьмицилиндровый двигатель объемом 4,3 литра и мощностью 350 лошадиных сил.

Это на десять процентов больше, чем у Ferrari 348, и еще больше впечатляет пересчет лошадиных сил на тонну веса. Ни одна машина на Земле и близко не стоит рядом с Westfield.

Двигатель у нее не слишком совершенный. Вместо инжектора стоит карбюратор, из-под капота валят пары кипящего топлива. Даже в сухую погоду вам придется включать дворники для протирания заплеванного топливом лобового стекла. Понятно, что курить в такой машине не рекомендуется.

Еще вам нужны затычки для ушей. Когда вы поднимаете ногу с педали газа, чтобы переключить скорость, выхлопная труба трещит и щелкает, как чаша воздушного риса из ада.

А в это время верхняя часть вашей головы и правый локоть находятся в зоне пониженного давления, которая создается быстро движущимся автомобилем. Скорость 40 миль в час ощущается как все 400. Перевали за сто, и тебе покажется, что ты в силах обогнать шаттл.

Каждая клеточка тела умоляет машину двигаться помедленнее, но правая нога и не думает о пощаде. Однажды я стрелял из автомата, и, несмотря на советы инструктора стрелять короткими очередями, я как загипнотизированный не смог снять палец со спускового крючка.

Та же история с этой S8. Машина дает тебе все, что ты хочешь получить от запредельной скорости. Но ты хочешь еще больше. Чтобы понять, что происходит с человеком за рулем этой машины, надо продать дом и на все вырученные деньги купить марок с кислотой.

Westfield, впрочем, обойдется подешевле. В полной комплектации он стоит 25 тысяч фунтов, поэтому если вы более-менее разбираетесь в технике, то можете потратить денег еще меньше и довести машину до ума своими руками. Но в любом случае вряд ли у вас получится сделать ее лучше, чем получается у ее создателей.

Это маленькая, легко управляемая машина с задним приводом. Именно поэтому я несколько сомневаюсь в здравости этой машины.

На ней нельзя ездить по мокрой дороге, иначе вы просто-напросто промокнете до нитки. Но даже на сухом асфальте, если вы хотя бы немного прибавите скорость, задние колеса завизжат, как раненые зайцы, — заднюю часть машины вынесет в сторону, и вам надо суметь вовремя выровнять занос.

Вы, конечно, не проспите, хотя бы благодаря страшному шуму и вою двигателя. Но, допустим, вы вывернули машину слишком сильно или недостаточно быстро остановили ее вращение в заносе. В таком случае вы обязательно разобьетесь. Здесь Westfield соответствует своей репутации четырехколесного мотоцикла. Проще говоря, после аварии вы не уйдете на своих ногах.

Поэтому, прежде чем сесть за руль этой машины, вам необходимо заранее знать, как она ведет себя на дороге. Известно, что большинство автолюбителей считают, что они водят лучше, чем среднестатический водитель (что невозможно статистически), — так вот, относительно этой машины «лучше, чем средний» недостаточно.

Вы должны обладать реакцией суперкомпьютера, силой быка и зрением, позволяющим разглядеть номерной знак с расстояния шесть миль. И более того, хорошо, если вашим инструктором по вождению был не придурок в кардигане на Nissan Micra, а настоящий гонщик в настоящей школе по автогонкам.

Не поймите меня превратно: я не считаю, что государству необходимо ввести специальный закон, по которому каждый водитель скоростных машин был бы обязан пройти дополнительный тест, — в основном потому, что тогда правительство установило бы порогом двухлитровый Ford Mondeo.

Я ненавижу нравоучения. Мне ненавистна сама мысль о том, что мне кто-то навязывает свое мнение по поводу того, как мне следует поступить. Я в состоянии сам отвечать за свои поступки. И только что с блеском продемонстрировал это с Westfield S8.

Я никогда не куплю такую машину, потому что мои водительские навыки и рядом не стояли с мастерством, которым надо обладать, чтобы сесть за руль этой машины. В лучшем случае я убью себя, но если Госпожа Удача в этот день возьмет выходной, я убью кого-нибудь в придачу.

Кому сдалась эта деревня?

Каждое утро в восемь часов, как по заказу, мой сосед начинает прогревать свой Ducati, собираясь ехать на работу.

Это огромный мотоцикл, и работа его большого мотора заставляет дрожать мои окна, воробьи падают с окрестных деревьев, и просыпается мой ребенок.

Я, как настоящий лондонец, никогда не говорю соседу ни слова, потому что старюсь вообще ни с кем никогда не разговаривать.

Тем не менее меня это раздражает, потому что каждый живущий за городом знакомый, приезжая ко мне в гости, предъявляет данный факт как аргумент в пользу жизни за городом. «Что это так шумело сегодня утром? Не понимаю, как ты вообще можешь жить в Лондоне. Так шумно. Пробки, бла-бла-бла, самолеты, бла-бла, хулиганы, бла-бла, сигнализация, бла-бла».

Что ж, если отвлечься от мистера Дукатти, хочу сказать пару слов вам, краснощеким деревенским обитателям: спальные районы Лондона — это самое тихое и спокойное место в нашем треклятом мире.

Сейчас одиннадцать утра. Абсолютная тишь. Я только что высунул голову за дверь, там тихо, как тих снег, падающий на мех.

Давайте сравним эту ситуацию с ситуацией в деревне, грязном месте, кишащем осами и убийцами.

Я периодически езжу за город на съемки, и вы просто себе не представляете, что за шумное место эта сельская Британия. Отпугиватели ворон, тракторы, колокола, газонокосилки, играющие на полях дети, сушилки кукурузы.

Мы в Лондоне богаче, чем вы, у нас не бывает низколетящих самолетов британских ВВС, у нас меньше дизельных машин. Уже через час езды по Котсуолду или Йоркшир-Дейлс мои уши начинают кровоточить.

Кстати, хоть это и не имеет отношения к теме, почему деревенские твердят, что Лондон — это грязное место? Послушайте, мистер и миссис Йокел-Смит, я могу целый день гулять взад-вперед по Джермин-стрит, и мои туфли останутся без пятнышка грязи.

Что меня бесит больше всего и что мне, вероятно, не дано понять, так это шумиха вокруг так называемых гравийных дорог.

Такое впечатление, что скоро машинам вообще будет запрещено ездить по неасфальтированным дорогам, потому что всякие сельские пивные типы утверждают, что автомобили разрушают их дороги.

Послушайте сюда, занудные вы мои, протяженность грунтовых дорог в Британии, по которым запрещено передвигаться на автомобиле, составляет порядка 250 тысяч миль, и это не считая 80 тысяч миль дорог для конных прогулок. Это выше крыши. Так почему же вы хотите запретить ездить по остальным 5000 милям, открытым для грузового транспорта? Вам дали пирог, вы его съели и требуете добавки.

Недавно я ездил по Риджвею в Беркшире (машины там разрешены), и скажу вам, что от тракторов проблем намного больше, чем от легковых внедорожников. Эти тяжеловесы зажевывают дерн и оставляют за собой колдобины.

Но вы никогда не сможете запретить тракторы — иначе как же фермеры будут таскать свой скот с полей в аэропорты?

А лошади? Полноприводные машины имеют тормоза, и ваша машина может резко остановиться, если ребенок внезапно выскочит из-за изгороди. А четверть тонны мускулов, двигающаяся со скоростью 40 миль в час, вряд ли остановится. Уж лучше наступить в колею, чем в кучу лошадиных экскрементов.

По правде говоря, я езжу по грунтовым дорогам, только чтобы протестировать возможности внедорожников, и никогда не делаю это для собственного удовольствия. Хочу признаться, что не вполне понимаю, зачем кому-то ездить ради удовольствия в сельскую местность.

Если кто-то желает переваливаться целый день по кочкам на необъятных полях нашей страны, то это прекрасно. Число таких людей минимально, ущерб для природы ничтожный — в сравнении с добычей руды карьерным способом — вы даже не услышите их за бесконечным тарахтением газонокосилок и звоном церковных колоколов. Единственные, кто станет возмущаться, — это кучка воинствующих пешеходов.

Вот смотрите, мне очень не нравится гольф. Мне не нравятся масоны, которые играют в него, мне не нравится, что трансляции с полей для гольфа занимают кучу эфирного времени, мне не нравится, что эти огромные зеленые пятна окончательно загадили загородную природу. Но что такого, если кучка банковских клерков воскресным утром возжелает постучать клюшкой по шарику?

Чье-нибудь хобби всегда действует на нервы кому-то другому, но мы должны вырабатывать в себе толерантность. В рыболовных сетях застревают лебеди, виндсерферы ранят рыб, парашютисты приземляются на лягушек, и, если угодно, полноприводные машины месят грязь, но мы не можем запретить все на свете. За исключением соседей с Ducati.

Тем не менее мне кажется, что наше исторически сложившееся право езды по гравийным дорогам скоро как-нибудь да будет ущемлено. Борцы за свежий воздух убедили всех, что они защищают высокие моральные ценности, но дело правительства — сказать им валить подальше.

Это будет печальный день для поборников личных свобод, но во тьме есть лучик света. Если машинам запретят ездить по лесным тропинкам, то авторалли исчезнут как вид. Второй по скучности вид спорта на планете будет поставлен вне закона. За голову Тони Масона будут предлагать вознаграждение. Люди будут бросаться яйцами в Гвиндафа Иванса — теперь не только потому, что тот валлиец.

Что за счастливые деньки настанут! Вперед, бородатенькие зануды, вперед!

Что за проблемы с быстрыми машинами?

Когда кто-нибудь просит меня покатать его на Ferrari, Lamborghini или Porsche, я стараюсь не отвечать, пока не выпью бутылку водки. К этому времени они забывают о своей просьбе и напрочь теряют интерес к этой теме.

Беда в том, что, если ты на трезвую голову скажешь «да», пассажир обязательно по дороге попросит «показать, что умеет эта машина».

И ты послушно вдавливаешь педаль в пол и демонстрируешь, что может машина мощностью 400 лошадей. Ты показываешь, что значит разгон до сотни за четыре секунды, как звучит 12-цилиндровый мотор и как горит резина на 80 милях.

Потом начинаются неприятности. Ну, у меня по крайней мере. Я не умею справляться с задним заносом и вовремя выжимать сцепление. Я такой же обычный водитель, как вы и ваш сосед сверху.

Причина этих неприятностей заключается в следующем. Когда ты несешься на 150 по прямой, тебе кажется, что это нормальная скорость, что ты полностью владеешь ситуацией, но для того, чтобы знать, что тебе делать, когда на скорости 150 ситуация выходит из-под контроля, тебе надо родиться Бергером или Кулхардом.

Я не раз ездил на таких скоростях на Ferrari, и на Lotus, и на Lexus Coupe — вы просто не представляете, сколько раз они вертелись вокруг своей оси. При заносе вы полностью теряете ориентацию и даже забываете, где вы и кто вы.

Только на прошлой неделе на взлетно-посадочной полосе военной базы Гринэм-Коммон на скорости примерно 90 миль в час я проделал этот трюк на Honda NSX, и только когда машина остановилась, я понял, что не прикоснулся ни к сцеплению, ни даже к тормозам. Я просто сидел и выглядел, как золотая рыбка в разбившемся аквариуме.

Вот почему я ни за что на свете никогда не возьму ни тебя, ни твоего сына и даже твоего соседа, который постоянно жалуется в муниципалитет на музыку, доносящуюся из твоего дома, на прогулку на серьезном скоростном автомобиле. Кончиться она может плачевно.

Буквально утром я прочитал об автокатастрофе, в которую попал торговый представитель — его закрутило точно так же на Porsche 911. Он убил себя, потенциального клиента, сидевшего у него в машине, и водителя встречного Renault.

Я не знаю, кого можно винить в этом происшествии — тела обгорели настолько, что на данный момент пока не понятно, кто же из них водитель Porsche, но этот факт наводит на размышления.

Как мы можем позволить людям, не обладающим прирожденным талантом или особым мастерством, управлять подобными машинами, которые в критической ситуации даже остановиться толком не могут?

Их водителя всегда обуревает искушение втопить педаль газа в пол и показать пассажиру, сидящему рядом, почему именно твоя машина стоит 100 тысяч фунтов, а его Cortina — намного меньше. Не моргнув глазом, вы втопите сотку или больше и автоматом повернете голову, чтобы узнать реакцию потрясенного пассажира, а когда вы опять посмотрите вперед, то увидите, что вы всего в четырех дюймах от красного сигнала светофора.

Большинство автомобильных компаний организуют специальные курсы вождения, где люди учатся управлять скоростными машинами. Могу дать маленький совет. По моему опыту все эти курсы просто напрасная трата времени.

Если они учат вас на гоночной трассе, то практически весь день вам придется поворачивать по углам, а потом, когда вы начнете ориентироваться на местности, ваш инструктор начнет вас подстегивать ехать еще быстрее. Потом еще быстрее. «Она это может, сынок».

Потом вы едете домой с подробным знанием всех трасс, на которых тренировались, и с уверенностью в том, что ваша машина может вписаться в любой поворот на любой скорости. Так думает большинство владельцев Audi Quattro.

Еще есть курсы вождения на дорогах. Я был однажды на таком занятии и не поверил своим ушам, когда инструктор сказал мне, что я слишком долго мигал поворотником, когда въезжал на автомагистраль.

Потом он сказал мне, что на обычной дороге при обгоне надо сначала выехать на встречную, затем перейти на более низкую скорость и нажать на газ, обходя медленно двигающуюся машину.

В этом месте я позвонил в полицию и спросил, не ищут ли они сбежавшего сумасшедшего. В полиции сказали «нет», и я мог только предполагать, что этот парень просто выдумщик и старается разнообразить занятие. Чтобы было понятно, за что ему платят деньги.

Я не утверждаю, что все курсы подобны этим, но, прежде чем записаться на них, сообщите, что вас не интересуют глупые «новые техники вождения» и вам абсолютно наплевать, как здорово Coppice проходит двойной поворот на четвертой скорости. Просто объясните им, что вам хочется научиться выходить из заднего заноса на скорости 100 миль в час.

Если у вас получится вырулить обратно на прямую, значит, у вас есть талант и на свете нет причин, которые бы мешали вам наслаждаться вождением быстрой машины. А если у вас не получится, то оставшиеся страшные воспоминания о пережитом заставят вас выйти из машины, пешочком пройтись до аукциона б/у машин и купить себе Maestro.

Сделав это, возможно, вы спасете чью-то жизнь.

Я не стану подвозить людей по пути

Это какой-то кошмар. Однажды я уже был в Лос-Анджелесе, и, проведя в этом славном городе одну ночь, я понял, что ему самое место в списке самых отвратительных и вонючих мест на Земле по Кларксону. В этот список уже входят Испания, Греция и Германия.

И вот дела служебные вновь зовут меня в этот город, где по утрам в понедельник радио сообщает, что выходные выдались более-менее спокойными, поскольку пристрелили лишь 22 человека. Это самое шумное, грязное и опасное место на свете.

Лос-Анджелес — первое место, где я увидел, что для машин с несколькими пассажирами есть отдельная полоса движения. И я не сомневаюсь, что эта схема отлично работает в Америке, потому что только в этой стране ты успеваешь услышать историю всей жизни человека, пока прошмыгиваешь мимо него в ресторане: «Знаешь, дружище, я такой толстый с тех пор, как мой папа ушел от нас, тогда мне было два года. Мать стала сожительствовать с одной толстозадой, которая домогалась меня и моей маленькой сестренки. Ну и, понимаешь, мы стали любовниками, и все такое…»

В Америке философия попутчика срабатывает на все сто, поскольку совместная поездка имеет начало и конец. Тебе хватает этого времени, чтобы вывалить все свои тайны, ты успеваешь сделать правильное лицо, когда твой пассажир открывает перед тобой свою душу, но этого времени слишком мало, чтобы оно осталось в памяти у среднего американца. Каждое утро на автостраде ты становишься психоаналитиком, выслушивающим чужие грязные тайны.

Но в Англии этот номер не пройдет. В Англии тебе надо дружить с кем-то не меньше пятнадцати лет, чтобы ваш разговор вышел за рамки обсуждения погоды. У такой дружбы очень глубокий фундамент.

Однажды на вечеринке в Калифорнии меня пригласили пожить недельку в доме у человека, которого я знал всего пять минут. Меня потом чуть ли не нашатырем выводили из обморока. Однако манию искать попутчика в Америке так просто не изживешь.

Давайте на мгновение представим себе, что вам повезло иметь соседа, который работает рядом с вами и в принципе может вас подвозить.

Но где гарантия, что ваша работа начинается в одно и то же время и, что еще важнее, что вы заканчиваете работать одновременно? Я имею в виду в наше время, когда половина населения земного шара страдает презентизмом (или трудоголизмом) и остается за рабочим столом после конца рабочего дня, каковы шансы на то, что ваш рабочий день по продолжительности совпадет с продолжительностью рабочего дня соседа?

И потом есть стиль вождения другого человека. Каждый водитель твердо уверен, что он самый что ни на есть профи и ас. Как раз по этой причине супруги постоянно бранятся в салоне автомобиля.

К примеру, моя жена не умеет парковаться, и уже после третьей попытки я не выдерживаю и высказываю ей все, что о ней думаю. А если бы я был посторонним человеком? Да меня бы разорвало от злости!

А это только парковка. А если ваш попутчик твердо уверен, что ехать в неправильном направлении по круговому движению — это забавно? А если в первое же утро он выдает, что так и не смог запомнить, красный или зеленый свет означает остановку движения?

Сможете ли вы объяснить ему на второй день, что больше никогда не сядете с ним в одну машину? В Америке это делается просто: тебе стоит только сказать «Слышь, ты, водишь ты погано, да и изо рта у тебя воняет, как из промежности бомжа». Но в Англии это не прокатит.

Скажем, у вас получилось найти такого соседа, и водит он нормально, и работает неподалеку. Но что делать, если он окажется круглым болваном, считающим, что у него есть чувство юмора только потому, что он знает пару анекдотов? «Как называется ящик, к которому крепится спутниковая тарелка? — Панельная многоэтажка. Ха-ха-ха». И так каждое утро.

Каждой клеточкой тела вы желаете ударить его прямо в зубы, но вы же англичанин, и поэтому вам придется просто сидеть, улыбаться и ждать следующей шутки, а потом еще одной, и еще. Вы будете еще радоваться, что, пока он рассказывает анекдоты, он не рассказывает вам о способах приготовления домашнего вина и выдает вам информацию про домашнее самогоноварение и про то, как очищать от ржавчины колесные диски.

Вся проблема здесь в том, что, несмотря на все минусы, подвоз попутчиков — неплохая вещь. Согласитесь, глупо, когда коробкой 15 на 6 футов пользуется только один человек.

Однако если вы станете подвозить попутчиков, то вам каждый день придется вступать в контакт с людьми, которых вы не знаете или малоприятными, а может, и то и другое вместе. И вы помчитесь по шоссе за другой такой же машиной, полной людей, которые тоже не знают друг друга.

В конце концов вы станете частью длиннющей вереницы машин, где давка будет, как в трамвае. Подумайте только: личная машина вам нужна только для того, чтобы по дороге на работу слушать радио, ковыряться в носу. Вы можете петь, болтать по телефону, веселиться, вы предоставлены сами себе. А когда необходимость искать себе попутчиков, чтобы ехать по свободной полосе, станет слишком острой, я куплю себе микролитражку.

Mondeo V6 — очень хорошая машина

Около месяца своей жизни я провел за рулем Renault Laguna V6 и теперь могу авторитетно заявить — это самая скучная машина на свете.

Выглядит она как скромные четырехцилиндровые машины, и прохожие никогда не подумают, что эта машина стоит порядка 20 тысяч фунтов.

Если бы я мог потратить такую сумму на машину, я бы хотел, чтобы мои соседи были в курсе суммы сделки. Но в случае с Laguna единственный способ это сделать — поставить ценник прямо на лобовом стекле.

Или предложите соседям прокатиться с вами. Чтобы приманить их, покажите им CD-плеер с пультом управления, кондиционер и электрическое управление всего подряд. Но боюсь, все это выглядит как размоченная в воде сушеная зелень петрушки.

Двигатель слабоват, ничего особенного, но я был весьма удивлен, узнав, что объем у него 3 литра. Машинка, по идее, должна быть весьма живой, но на разгон до 60 миль в час она тратит 10,3 секунды. Даже Volvo 440 и то быстрее разгоняется.

Подозреваю, что виной всему ужасная коробка-автомат. Она не снижает мощность и без того слабенького мотора, но порой кажется, что эта коробка живет своей жизнью, переключаясь без видимых причин с грациозностью моржа в супермаркете.

Это еще не все. Сиденья неудобные, водительское место вообще не поддается никакому описанию — такое впечатление, что ты сидишь на машине, а не в ней. Единственная полезная вещь, которую я нашел, — маленькое отделение для хранения солнцезащитных очков.

В конце концов, своим существованием машина доказала то, что я подозревал всегда, — средние машины не должны производиться с большими двигателями и не должны дорого стоить. Renault Laguna, Honda Accord, Mitsubishi Galant, Vauxhall Cavalier и т. п. должны стоить не больше двенадцати штук. Они должны быть оснащены четырехцилиндровым двигателем и пиджаком на заднем сиденье.

Если вам охота потратить 20 тысяч фунтов на автомобиль, тогда купите один из тех, которые того стоят, — SAAB, BMW, Mercedes-Benz, — а не такой, который вам хотят навязать по этой цене.

Или же вы можете наплевать на все и купить себе Ford Mondeo V6 LX.

Как и Renault, эта модель выглядит точно так же, как и все Mondeo, которые раньше вы не замечали, но компания Ford немного поработала над его внешним видом, немножко прибавила объема колесам, и вот перед нами продукт несколько другого класса.

Но в отличие от Renault компания Ford не подумала про себя: «Боже мой, и за эту машину мы собираемся просить двадцать штук!» Нет, они решили подойти к делу реалистически и оставили в комплектации электронное управление сиденьями, CD-плеер и остальные бесполезные штуковины.

Люк, электростеклоподъемники, гидроусилитель и стерео: ничего особенного, и поэтому машина стоит 16 295 фунтов. Это не только дешевле, чем у конкурентов, но и вполне тягается с автомобилями куда более серьезных игроков — BMW 318i и Audi A4.

Ford не только лучше по цене. Когда дойдет до дела, машина не ударит в грязь лицом. Разгон до 60 миль в час занимает менее восьми секунд. Мотор ревет и воет, мощность нарастает стремительно, и постоянно требуется вмешательство трекшн-контроля, чтобы оставаться на асфальте, а не улетать в канаву.

Если вы серьезный водитель, любящий немного натянуть поводья, то эта машина для вас. Она подарит вам незабываемые минуты, но боюсь, что лишь немногие смогут оценить эти возможности. Я хочу сказать, что знаю придорожное кафе рядом с Ньюбери, в котором делают лучшую яичницу с картошкой в мире: сворачиваете за Гринэм-Коммон налево и едете прямо до Бейсинстоук. Однако никто не будет назначать в этом кафе первое свидание с девушкой.

Нет, люди будут продолжать покупать медленные, плохо оснащенные и маленькие BMW 318i только потому, что BMW поражает воображение соседей, а быстренькие Ford — нет.

Особенно когда они не заводятся. Если вы решите прикупить себе Ford, то я надеюсь, что вам повезет больше, чем мне.

У меня обычная двухлитровая модель, и в сравнении с ней диктаторы третьего мира кажутся вполне себе надежными ребятами. Не проходит и недели, чтобы она не застревала наглухо посреди улицы, и именно этот факт подкрепляет мою первоначальную точку зрения.

Mondeo, так же как и Laguna, дешевая машина. И мне плевать, что там у нее под капотом, она от этого не перестанет быть дешевой, помните это.

Как машину назовешь, так она и поедет

Год назад мы с женой каждую свободную минуту ломали голову над тем, как назвать нашего малыша.

Мы знали, что это будет девочка, поэтому несколько подсократили список имен. Вдобавок мы знали, что это будет точно не Джанет, так что список стал еще короче. Потом его покинули Энид, Барбара, Дениза и Бренда.

Меня, конечно, так и подмывало насолить своей дочери и назвать ее Боадицея или как-нибудь так, но внезапно все встало на свои места, и мы остановились на Эмили Хэрриет. О, до чего же нелегкая была работа!

Но можете ли вы представить, до чего трудно дать имя новой марке автомобиля — имя, которое не только бы работало на разных языках, но и по всему свету поддерживало правильный имидж?

Конечно, можно выбрать наугад любое слово из любого словаря любого языка, но если вам этого мало, вы можете придумать свое собственное, как, например, Ford изобрел неологизм Mondeo.

Ужас заключается в том, что все самые лучшие слова уже захватили американцы. Самое лучшее имя для машины — Thunderbird, и этим все сказано. Придите на вечеринку, скажите присутствующим, что у вас Thunderbird, и когда станете уходить, то с вами уйдут все самые обворожительные девушки.

Это верно до тех пор, пока на арене не появится Mustang. Несмотря на слабенький двигатель и остальные недостатки, его имя говорит само за себя. А именно оно говорит: «Эй, девчонки, у меня здоровенный, как у коня».

А Pontiac Firebird, Dodge Charger, Dodge Viper и Superbird? От одних этих названий учащается сердцебиение.

А вот от Maestro нет.

Европейцы совершенно не умеют выбирать имена для своих автомобилей. Maserati, было дело, пошли по правильному пути и стали называть свои модели в честь ветров — Гибли, Хамсин и Бора. А разве Diablo не подходящее имя для громовержца на колесах, созданного Lamborghini? По-итальянски оно значит «дьявол».

Но не думайте, что все так радужно и прелестно. На континенте существуют машины под названием Cordoba, Montego и Golf. И наконец, Ford — надо же так облажаться — взял за правило называть маленькие машинки навроде девичьих журналов — Fiesta, Escort и т. д.

Renault не повезло больше всех. Сначала они хотели назвать 21-ю модель Nevada, но американское правительство сказало «нет», потом Daihatsu прицепились к тому, что название Chamade перекликается с их Charade. В полном отчаянии компания Renault решила остановиться на названии Manager.

Это имя войдет в историю как самое дурацкое название для автомобиля, даже несмотря на то, что этот рекорд несколько раз пыталась побить компания FIAT. В семидесятых она выпустила хэтчбек, который в Англии проходил под именем Strada (в переводе с итальянского — дорога), поскольку оригинальное его название Ritmo перекликалось с названием марки американской туалетной бумаги.

После этого были еще FIAT One, FIAT Туре и FIAT Point — все они являют собой пример фантастически неправильных наименований.

Но ничего не поразило меня так, как новая, обтекаемой формы, пятидверная Mitsubishi под названием Carisma, увиденная мною в Японии. Это равносильно тому, чтобы назвать Rover 400 Power Blaster.

У Mitsubishi бывали проколы и до того, со Starion, хотели назвать Stallion («Жеребец»), пока американские импортеры не догадались, что японцы не могут выговорить букву «л».

Daihatsu вывели японский автопром вперед всей планеты, назвав новую машину Clever Little Fellow («Умный малый»). И это не машина для уличного съема телок, хотя название будет получше, чем Nissan Spam. Правда, такого еще нет, но время уже пришло. Пришло.

Уже ведь есть Nissan Silvia, Nissan Gloria и Nissan Cedric. Их существование доказывает, что буквы и цифры всегда выглядят выигрышнее, чем названия, если речь идет о серьезных автомобилях.

Например, BMW никогда в голову не приходило как-то назвать свои тевтонские произведения искусства. Машина 5-й серии с двигателем объемом 3,0 становится 530-й моделью. Очень по-немецки.

Такая же история с Mercedes. У них есть C-класс, E- и S-класс. Называется, знай свое место.

Но и на старуху бывает проруха. Я не могу сдержаться от улыбки, когда на дороге еду за дизельной BMW, на багажнике красуется надпись TDS, а все, кто изучал стенографию, знают, что это сочетание означает английские слово tedious («скучный»).

Citroen облажался с Visa Diesel, которая продается у нас под сокращенным названием VD. То же самое верно в отношении дизельной модели ВХ, названной TRD.

Но самая веселая история с названиями машин имела место 40 лет назад в Японии, когда Toyota работала над созданием маленькой машинки, которую они намеревались толкать на американский рынок.

Лишь в последнюю минуту американским импортерам удалось убедить компанию, что название Toyopet будет звучать куда лучше, чем Toyolet, созвучное со словом «туалет».

«Привет, я сижу в туалете».

Точнее не скажешь, приятель. Это именно то, что ты делаешь.

Долой «кенгурятники»

Если бы за моими перемещениями в последние две недели кто-нибудь наблюдал с геостационарного спутника, висящего над Англией, то ему на ум пришла бы аналогия с шариком в пинболе.

Пружинку оттягивала моя жена в бункере в Баттерси, а меня швыряло на равнины Линкольншира, в пасторальный Дорсет и дождливый ужас Бирмингема. Я побывал в Бате, Шеффилде, Нортгемптоне, Вустере и Истбурне.

Во время всех этих путешествий перед моими глазами прошло немалое число существ, внешне похожих на людей, но на самом деле ими не являвшихся. Население Шеффилда еле двигалось, а в Истбурне половина жителей оказались мертвы или очень близки к этому.

У жителей Бата отсутствует ген гостеприимства, поэтому, если вы спрашиваете дорогу у местных, они делают вид, что вы только что испортили воздух, и с гордым видом удаляются из поля зрения. В конкурсе на самый грубый город мира Бат обставил бы даже Париж.

В сельской местности я тоже насмотрелся всякого. Линкольншир мне очень понравился, особенно после того, как заботливые фермеры предусмотрительно повырубали все деревья, чтобы вам было лучше видно.

Не менее красиво в Сомерсете, где, куда ни кинь взгляд, натыкаешься на 200-летние дубы, а вокруг разгуливают одноглазые чуваки в камуфляжных штанах. По их собственным словам, у них только одна цель в жизни — «кого-нибудь замочить».

Потрясающим местом оказался Блэкпул. По моему опыту могу сказать, что за последние пятнадцать лет все города Британии сильно изменились. С их главных улиц исчезли сельпо, их сменили агентства по недвижимости и офисы строительных компаний. Все, кроме Блэкпула, который остался все тем же городком, который я помню с детства, что стало для меня приятным сюрпризом.

Дороги тоже порадовали разнообразием. В частности, меня потрясло шоссе M1. Во всем цивилизованном мире человека, который виноват в том, что дороги во всей его стране находятся в упадке и развале, уже давно бы зарезали и скормили его семье. Которую бы потом расстреляли.

Но нет же, отвечающий за шоссе M1 человек спокойно живет в графстве Саррей, там же проживают его друзья и родственники. Родился он в Годалминге, учился в Уокинге и полагает, что север — пустынное место, где люди питаются грязью, и именно поэтому каждую бюджетную копейку он вложил в секцию M25, проходящую по Саррею.

На местных вечеринках он, понятное дело, герой, рачительно тратящий деньги. Слушай, парнишка, на севере я тоже мог бы быть героем, если бы однажды ночью пришел к тебе домой с медной проволокой, батареей и зажимами «крокодильчиками».

Это было лирическое отступление. Я видел и другие дороги, например просто славное шоссе А631, ведущее из Гейнсборо до Ботри. Оно приятное, по большей части прямое, и все проскакивают его достаточно быстро. Конечно, местные в основном разъезжают на спортивных машинах, купленных на евросоюзовские дотации для фермеров, но по правде сказать, водят они действительно хорошо.

Но вот в Уилтшире хорошего вождения не наблюдается. Практически все местные ездят на Vauxhall Nova с такой лысой резиной, которую трудно представить. Сзади эти машины выглядят как слоны на четырех колесиках.

Ездят они так медленно, что лишь с помощью сверхчувствительных приборов можно зафиксировать какое-то движение на дороге. На великолепной А350 вам попадутся машины, которые едут из Уорминстера в Блендфорд-Форум уже лет семнадцать.

Я, конечно, в курсе, что жизнь в аутентичной Англии тянется неспешно, но, наверное, за время пути водители жутко проголодались. Да и подстричься им бы не мешало. К тому времени, когда они доберутся до пункта назначения, все те, кого они хотели увидеть, переедут в Австралию.

Последние пятнадцать месяцев я рассекал по всему миру, но эти две недели убедили меня в том, что Англия и вправду удивительная страна, из каждого угла которой так и прет индивидуализм. Столько разнообразия на один квадратный метр я не видел нигде больше. Проедешь двадцать миль — и меняется все, от архитектуры до акцента.

Но всю эту страну объединяет одна вещь. У нас нет кенгуру. И этот факт заставляет меня удивляться тому, что в нашей стране живет столько владельцев больших джипов, которые не могут обойтись без «кенгурятника» на бампере.

Не играет роли, что в Британии эта конструкция называется скорее «бычатник» — я могу поспорить, что никто за весь свой водительский стаж ни разу не сталкивался на дороге ни с одним из представителей фауны.

Зато вы можете столкнуться с человеком — в этом случае наличие «кенгурятника» превращает вероятность его смерти в неизбежность.

Удар двухтонного Range Rover способен испортить хороший день любому человеку, но удар «кенгурятником» гарантирует, что человек отправится к праотцам еще раньше, чем вы закончите тормозной путь.

Говорят, что скоро всякие наружные железные прибамбасы для автомобилей будут запрещены законодательно, но мне кажется, что сначала надо попробовать убедить людей отказаться от них самостоятельно. А «бычатники» хороши только для встречи с быком. В Англии все быки находятся на полях, огороженных проволокой под напряжением.

Кнопочки не только для Рождества

В старые добрые времена на Рождество дети были рады простому мандарину или кусочку проволоки. Они бегали по лесам в шортиках и делали пистолеты из сучков. Как все было легко и просто!

Моему поколению пришлось посложнее. На Рождество я мечтал о машинке Hot Wheels, а для игры в войнушку мне уже требовался автомат Johnny Seven.

А сейчас у каждой игрушки должны быть кнопочки. Дети уже не бегают по лесам, а просто сидят перед монитором компьютера и как бы стреляют в людей. Им уже не нужны Meccano или Lego, чтобы построить дом, потому что даже на простеньком компьютере они могут смоделировать свой собственный космический шаттл. 3D уже не в моде. Теперь в моде 2D.

Зачем мастерить машину из старой коляски и картонной коробки, если теперь на каждом Super Nintendo стоит Mariokart?

В наше время механическое действие стало чем-то устаревшим, как дифтерия.

А это значит, что сегодняшние дети, когда подрастут и сядут в автомобиль будущего, будут относиться к механической коробке передач с ручкой как к чему-то на редкость идиотскому. Именно поэтому у машин завтрашнего дня она будет отсутствовать.

Автоматическая коробка передач, изначально задуманная как эргономичное устройство для опытных водителей, уже начала трансформироваться в нечто посложнее того, что предполагается бланком заявки на страховку.

Даже в такой простейшей модели, как Ford Mondeo, вы обнаружите обычную коробку PRND21, но в ней есть и переключатель для перехода из спортивного в экономичный режим. А есть еще кнопочка, которая блокирует повышение передачи. А в более дорогих моделях есть опция включения зимнего режима.

Все это напоминает мою посудомоечную машину. К тому времени, как я понял, для чего предназначены все ее опции, я сто раз затопил своих соседей. А видеомагнитофон? По правде говоря, в качестве посудомоечной машины его использовать гораздо удобнее, так как никакого видео он не записывает.

Тем не менее дети ловко справляются с видиками и стиральными машинками, и одиннадцатилетний человек, которого я недавно подвозил домой, был немало впечатлен переключающейся автоматической коробкой передач на моем Jaguar.

Однако к тому времени, когда он сам сядет за руль, эта коробка уйдет в прошлое. Я точно это знаю, потому что буквально на днях прокатился на BMW BЗ Alpina Switchtronic и теперь знаю точно, что это моя машина. В ее крошечный кузов втиснут мощный трехлитровый двигатель, и машина движется с быстротой взгляда. Все гармонично, сбалансировано и стоит 45 тысяч фунтов.

Но самое сильное впечатление произвела на меня вещь под названием «свичтроник». Это коробка, которая позволяет вам переключать скорости с помощью кнопок.

Вы можете весь день проездить с автоматической коробкой передач, которая сделает за вас всю работу, но, если дорога свободна, вы можете переключиться на ручной режим.

И тогда нажатием одной из двух маленьких кнопочек, находящихся на руле, вы переключаете скорость ниже (левая) или выше (правая).

Педали сцепления нет, поэтому вам не нужно поднимать ногу с педали газа в момент переключения скорости. Когда стрелочка на тахометре достигает красной линии, вы совершаете одно движение указательным пальцем, двигатель послушно откликается на ваш призыв, и вот вы уже мчитесь по направлению к горизонту с такой скоростью, словно случайно вышли в гиперпространство.

При этом, правда, надо сохранять концентрацию внимания. Мне это дается нелегко, и, пока я буду вынужден сидеть, положив обе руки на руль, я буду выражать свое возмущение Большому Брату.

Во-первых, если вы быстро переключили две скорости, то перед тем, как врубить третью, вам нужно подождать пару секунд. Во-вторых, если вы едете на большой скорости, то не сможете понизить передачу. В-третьих, если вы забыли, скорость переключается автоматически. В-четвертых, при торможении включается вторая скорость, и наконец, я никогда не помню, на какой скорости в данный момент еду.

В машине с ручной коробкой вы просто кладете руку на переключатель скоростей и по его положению быстро ориентируетесь, на какой скорости сейчас движется автомобиль. В случае со свичтроником я сначала стараюсь «повыситься» с пятой, а потом в отчаянии начинаю нажимать другую кнопку, чтобы попытаться добиться от машины реакции.

Но реакция поступает от машины, едущей позади меня, поскольку я резко замедляюсь, не зажигая сигналов тормоза.

Нет, конечно, на панели есть лампочка, которая показывает, какая скорость включена в данный момент, но с ней есть небольшая проблема. Она маленькая. Очень маленькая.

Тем не менее я доволен своим опытом. Мне понравилась эта штука, и совсем не хочется возвращаться к ручному переключению скоростей. Точно так же после Apple Mac мне уже никогда не вернуться за пишущую машинку.

Поскольку современные дети абсолютно уверены, что машина должна управляться кнопками, свичтроник смотрится в ней совершенно естественно. Когда они вырастут, им не придется приспосабливаться к чему-то новому, и им плевать, что автомобильный компьютер не будет давать им возможности ошибиться.

А жаль. Свичтроник, как и трекшн-контроль, и ABS, дают вам возможности разгоняться с меньшим риском, но… разве бывает удовольствие без риска?

Если бы в 1967 году я выстрелил в вас из пистолета, сделанного из сучка, то вы бы узнали об этом. А в 1995 году, если меня съест компьютерный динозавр, мне всего лишь надо будет нажать на клавишу Reset.

Мне нравятся всякие технические штуковины и приспособления, за счет которых машина может двигаться быстрее. И особенно мне нравятся приспособления, берегущие меня от встречи с деревьями. Однако я получаю удовольствие от процесса вождения, вот в чем вся соль.

Кнопочки управления уместны на аэробусах, а в настоящей машине должен быть рычаг.

Не заметили

Надеюсь, что у вас хватит ума не верить, что в наше время не выпускают плохих автомобилей.

Например, Nissan Serena — плохая машина. И еще Terrano. Mini Convertible ужасная машина, равно как и BMW 316i Compact. Дизельный Golf и такой же дизельный Mercedes C-класса отвратительны. Я могу перечислять дальше. Например, мог бы еще упомянуть российскую Lada Samara.

Почему, имея огромный выбор моделей, выпускаемых мировым автопромом, люди продолжают покупать эти машины?

Что ж, достаточно посмотреть, какую одежду носят некоторые товарищи, и сразу станет понятно, что идиотизм в нашей стране цветет пышным цветом.

Меня всегда поражали люди, разгуливающие по улицам в каких-нибудь нелепых штанах. Ведь такой человек, наверное, добровольно пошел в магазин и приобрел это чудо. Он, наверное, прохаживался вдоль витрин, приглядывался к ценникам, искал альтернативу. И вот он вытаскивает эти ужасные штаны, невзирая на хихикающих продавцов, натягивает их на себя, встает перед зеркалом в примерочной и думает: о да, это то, что надо.

Но штаны — это всего лишь 30 фунтов. В среднем цена на машину колеблется в районе 10 200 фунтов стерлингов, а это немаленькие деньги. Так почему же получается, что люди так часто делают неверный выбор и покупают плохие машины?

Статистика говорит, что большинство покупателей не требуют провести тест-драйв. Если верить данным автодилеров, 90 процентов покупателей BMW 7-й и 8-й серии до момента покупки даже не сидели за рулем этой машины. Получается, что они выложили 50 тысяч фунтов за машину, которая может оказаться полным фуфлом.

Но как они сделали выбор, если до покупки не совершали тест-драйв? Они прочитали о модели в автомобильных журналах? Мне кажется, нет, потому что в основном такие журналы читают дети, и даже самый продаваемый автомобильный журнал Top Gear расходится тиражом 137 тысяч экземпляров, что смехотворно мало в сравнении с двумя миллионами автомобилей, ежегодно продаваемыми в Британии.

Возможно, на выбор масс влияет мнение журналистов, пишущих об автомобилях? Нет. В своей телепередаче Top Gear я возносил Alpine А610 до небес, а компания Renault сумела продать всего шесть машин. Квентин Уилсон рассказал шести миллионам зрителей о том, насколько потрясающая машина Citroen XM — было продано всего 17 штук.

Это правило работает и в обратную сторону. После того как я сказал, что Ford Escort — самая отвратительная машина, не прошло и месяца, как она оказалась самой продаваемой моделью в Англии. А после того, как я поведал народу о том, что Toyota Corolla есть самое ужасное порождение автопрома, она стала самой продаваемой машиной в мире.

Из всего этого я могу сделать вывод, что выбор покупателей зависит от рекламы. И это все объясняет.

Люди покупают BMW 316 Compact, поскольку уверены, что это вершина автомобильной мысли. Если бы. А вот Williams Renault Деймона Хилла — вот вершина.

Мамаши в основном покупают Nissan Serena, потому что в ее салон может поместиться целый отряд бойскаутов. Но в автобусную остановку тоже вмещается достаточно народу, почему же вы не используете ее для ежеутренней доставки детей в школу?

Как там было в рекламе — «машина впереди — это Toyota»? Не всегда. Только что я прибыл из паба, так вот передо мной ехал Mercedes. К тому же что этот слоган рассказывает мне о самой машине? Да ничего.

Аналогичная история с новой рекламой Nissan QX. Что значит «он существует»? Собачье дерьмо тоже существует, но мне не хочется наблюдать его у себя перед домом.

А что за чертовщина происходит с рекламой Honda Civic по телевизору? Прежде чем понять, о какой машине идет речь, мне пришлось посмотреть рекламный ролик четыре или пять раз, и кроме того, в чем смысл прокручивания пленки задом наперед?

Первое место заслуженно достается компании Volvo. T5 и вправду потрясающа: я прыгал, как ребенок, когда на очередной гонке Touring Car в Донингтоне 850-я побила всех претендентов на победу, но зачем в рекламе этого автомобиля смешной чувак в огромной майке пытается проехать через Коринфский канал по двум рельсам, когда через него есть отличный мост?

Я прекрасно понимаю, что телевизионная реклама нужна для того, чтобы просто сказать, что такая-то машина есть в продаже, а печатная сообщает подробности. Но как человек может пойти и потратить кучу денег на нечто только потому, что какой-то очкастый маркетолог придумал новый хороший слоган?

«С Nissan вы можете все». А я могу завалиться в постель к Клаудии Шиффер, если у меня будет Sunny? А можно вместо бензина заливать в бак воду? О, ну тогда я беру. Дайте две.

«Николь!» — «Что, папа?» — «Да ну тебя!» Посредством рекламы автомобильные компании стараются создать выгодный образ, но я не собираюсь тратить десять штук на Clio только потому, что это любимое средство передвижения старого француза и его доченьки, которая проводит весь день с огурцами на глазах и шоколадным соусом на лице. К тому же она носит панталоны. А я ненавижу панталоны не меньше, чем я ненавижу французов.

А вот товарищ из умной рекламы умного Audi A4. Это идиот, который всегда стремится к победе. Для него очень важны всякие знаки отличия. Ему не нравится Audi A4, потому что это слишком понятная машина.

Все это говорит о том, что A4 — не BMW, играть с которой очень опасно в стране, где люди готовы продать собственных детей марокканским наркодельцам, если бы это помогло купить им BMW 316.

Впрочем, есть и хорошая реклама. Например, мне по душе реклама Vauxhall Calibra с аборигенами, и она мне нравится намного больше, чем реклама Tigra, в которой машина превращается в огромного космического кузнечика, скачущего по пляжу.

Космические кузнечики — это явный признак отчаяния пацанов из маркетингового агентства Lowe Howard-Spink, в то время как из рекламы про аборигенов мы можем сделать вывод, что Calibra — бесшумная машина. Хотя Calibra — это, возможно, самое аэродинамичное купе в мире, а это значит, что она никак не может быть бесшумной.

Если вам нужна бесшумная машина, приходите ко мне и купите соседский Volkswagen, который сегодня утром вел себя тише воды ниже травы. Потому что не завелся.

Если бы все в этом мире было таким же смехотворным, как реклама автомобилей!

Всяческие гаджеты

Я до сих пор помню момент, когда впервые увидел своими глазами чудо электрических стеклоподъемников. Я стоял, широко раскрыв глаза, меня распирало чувство необъяснимого восторга, а продавец Peugeot отчаянно пытался впарить моему отцу 604-ю модель.

Эта уродливая машина, скорее всего, медленно разгонялась и сжирала много бензина, но у нее были электростеклоподъемники и я до одури хотел, чтобы мой папа купил именно ее. С тех пор, как папа отказался от Peugeot и купил Audi, в моей жизни случалось еще много разочарований. В Audi не было ничего электрического.

Но с того момента прошло 23 года, и электрические стеклоподъемники сегодня есть в любой мало-мальски уважающей себя машине.

Проблема лишь в том, что многое оборудование стало считаться базовой комплектацией, и поэтому производители дорогих моделей стараются напичкать свои машины всем подряд, чтобы хоть как-то оправдать заломленные за них деньги.

Я понял, в какую нехорошую сторону развивается дело, когда Nissan представила свой новый Bluebird. На свет явилась машина с двумя счетчиками расстояний. Даже до сих пор я иногда не сплю ночами и все пытаюсь понять, что же происходило в голове у человека, который придумал, что два счетчика расстояний — это круто.

Какая-то причина для этого должна была быть, иначе боссы того человека отказались бы от такой идеи, но я, как ни гадал, так и не смог понять, что же это за причина.

На протяжении долгого времени всякие гаджеты-приманки были коньком японцев. В то время как мировые производители продавали руль и четыре колеса, японцы начали продавать руль, четыре колеса и… радио.

Потом, когда все начали встраивать в машину радио, японцы вышли на рынок со счетчиком расстояний. А потом с двумя.

Теперь эта тенденция доведена до абсурда. В Mitsubishi 3000GT, например, есть экранчики, показывающие, какой воздух поступает из какого вентилятора. Если лицу горячо, а ногам холодно, просто посмотрите на этот экранчик и убедитесь, что на нем красная стрелочка указывает вам на лицо, а синяя на ноги.

Но это еще не все, потому что на другом экранчике высвечивается частота, на которую настроено радио, и еще эквалайзер. Как я без этого жил раньше?

Дело в том, что я сам без ума от всяческих электронных игрушек. У меня дома есть специальное устройство для расплющивания алюминиевых банок. Я готов продать родину за раздел «Объекты» журнала GQ. Свою стереосистему я купил только потому, что она продавалась с усилителем, который приглушенно жужжит, а на его передней панели горит большая красная лампочка.

Я уверен, что эксперт по Hi-Fi скажет мне, что это просто огромная пустая коробка с лампочкой посередине, но мне плевать, потому что выглядит она отменно. Точно так же, как и экранчики в 3000GT.

А вот два счетчика расстояний ничем особенным не примечательны. Как и отстегивающиеся подголовники в Mercedes. Все это дел рук тех же людей, которые придумали машины с двойным остеклением и подсветку зеркала сзади. Еще эти люди придумали устройство, с помощью которого выдвигается ремень безопасности при закрытии водительской двери. А теперь они пошли еще дальше. Нажмите кнопку на панели приборов, и подголовники на заднем сиденье опустятся, чтобы ничего не мешало вам двигаться на задней передаче. Однако чтобы поднять их обратно, придется совершить массу лишних движений.

И если уж зашла об этом речь, что вы думаете о спойлере на заднице VW Corrado? На скорости 40 миль в час он немного поднимается и увеличивает (сомнительно) прижимающее усилие — логично, но зачем тогда нужен пульт ручного управления спойлером?

Разъезжать по городу со спойлером на багажнике стоит только тому, кто хотел бы доказать едущим сзади, что у него в штанах есть штука побольше, чем на самом деле.

Говорящие системы навигации, к счастью, уже отправились на небесную свалку гаджетов. Но, когда они были на пике популярности, мой коллега по Top Gear Крис Гоффи однажды перевернулся на своем Maestro, в котором стояла как раз такая штука. Так вот, висит он головой вниз, а с заднего сиденья доносится компьютерный голос: «Низкое давление масла».

А теперь появились сложносочиненные автоматические коробки передач. А я-то думал, что весь смысл автоматики состоит в простоте: поставил на D — и поехал себе. Но уже все изменилось. Коробка передач на Vauxhall Omega, в которой я имел счастье прокатиться на прошлой неделе, напичкана кнопочками покруче, чем корсет девятнадцатого века.

Одна кнопочка — для экономичного вождения, другая — для спортивного, третья — для вождения по снегу. И еще одна кнопочка для овердрайва.

Но есть вещи более идиотские. Аудиосистема Audi оснащена такими маленькими кнопочками, которые под силу освоить только микрофизикам. Если вам надо отрегулировать громкость, вы начнете тыкать в панель пальцем и нажмете девять других кнопочек. Если это будет не ваш день, то все кончится тем, что на вас из динамиков заорет ведущий Би-би-си Терри Воган.

Однако если вы настоящий поклонник кнопочек, то вам просто необходим SAAB. В новом 9000-м даже в базовой комплектации на панели приборов этих самых кнопочек не меньше 104. И ни одна из них не работает, наталкивая меня на мысль, что это самый знаковый гаджет нашего времени.

За последние два года я поездил на Ford Escort Cosworth и Jaguar XJ6 — на обеих машинах было подогреваемое лобовое стекло, и хочу сказать, что мне его очень не хватает на новом Jaguar.

Некоторые машины нервируют, некоторые выводят из себя. Большинство людей забивают на какие-то опции, потому что их результат заставляет себя долго ждать. Что ж, с подогреваемым стеклом вам просто нужно нажать на кнопку, и еще до того, как вы пристегнетесь ремнем безопасности, ваше лобовое стекло станет прозрачным, как морозное утро.

Прошел слух, что Nissan работает над созданием машины с двумя подогреваемыми лобовыми стеклами.

Гонки «Формула-1» — тупее некуда

По телевизору не ведется трансляция международных соревнований по плетению корзин. Никто не отдает по 70 фунтов за возможность стать зрителем конкурса на лучшую овчарку. А если кто и выигрывает тараканьи бега, вряд ли его достижение разбирается лучшими аналитиками мира.

Однако все вышеперечисленное происходит в рамках «Формулы-1», которая уже давно превратилась, наравне с гольфом и крикетом, в самое скучное зрелище на свете.

Я уже и раньше призывал народ бросить смотреть Ф1, но последняя трансляция из Бразилии стала последней каплей.

Буквально перед стартом гонщик Деймон Хилл пообещал зрителям, что им доведется посмотреть на самый лучший заезд за последние много лет. Но уже через пару часов телеведущий гонки Мюррей Уокер заметил, что самым интересным моментом в гонке были остановки на дозаправку.

Мюррей, ты лучший спортивный комментатор, которого я когда-либо слышал, но этими словами ты даешь понять, что в воскресенье единственное, что можно посмотреть по телевизору, — это заправка машин бензином, который, как мы поняли позже, не совсем бензин.

Если бы мне захотелось посмотреть на то, как люди заправляют свои автомобили, я мог бы подъехать на местную заправку Texaco. Да и сам я, когда вставляю заправочный пистолет в бак, не вижу толпы пялящихся на меня людей, а канал BBC Sport не платит миллиарды моему агенту за эксклюзивные права на показ моих действий. А все потому, что сюжет «заправка топливом» подпадает под категорию неинтересного.

Невозможно представить себе что-либо менее интересное. Даже утюжку одежды нельзя считать более скучным зрелищем, чем то, что происходит в «Формуле-1» между заправками топливом.

Точнее, там вообще ничего не происходит. Во время прямой трансляции из Бразилии я не увидел ни одного захватывающего маневра, кроме момента поломки машин лидера. Но мне неинтересно наблюдать за механическими поломками. Не приведи бог, у меня вот так кончится топливо на трассе, я уверен, никому не придет в голову дать мне за это денег.

Все таблоиды уже давно поняли, что единственное, за чем можно понаблюдать на «Формуле-1», — это дуэль Деймона Хилла и Михаэля Шумахера. Это нечто вроде ремейка Второй мировой войны. С одним только отличием, что мы ее выиграли.

Вы знаете, если мне захочется посмотреть, как англичане натягивают немцев, я просто пойду в видеопрокат и возьму сериал Dambusters.

Так что, если вы хотите увидеть настоящие автогонки, забудьте про «Формулу-1». Обратите внимание в сторону наших гонок British Touring Car Championship, где за время прохождения лишь одного круга лидеры меняются чаще, чем за целый год в Grand Prix.

На этом чемпионате можно при необходимости стучаться в бок соседней машины, обгонять на поворотах, и при этом никто вам не выкинет черный флаг, никто не убьется и не покалечится.

В Бразилии Шумахер ехал так быстро, что практически обогнал сам себя. На британском чемпионате счет идет на дюймы, а не на световые года.

Я посещаю Grand Prix уже много лет, но еще ни разу не видел ни одного пилота. Они тусуются в своих передвижных домиках, кушают спагетти, попивают изотонические напитки, а потом сразу на трассу.

А как гонка заканчивается, вы еще только выезжаете в сторону дома, а они уже на полпути в Монако, на своих личных вертолетах.

Гонщикам, участвовавшим в британском чемпионате, приходится подчиняться правилам и общаться с фанатами, которые подстерегают их в районе паддока. Они должны раздать автографы, совершить круг почета, и, если им хочется слинять от своих обязанностей, их штрафуют.

Это значит, что у каждого есть шанс встретиться со звездой лично и составить о ней собственное мнение. Если Патрик Уоттс или Пол Радиш скажут что-нибудь приятное вашему сыну, который стоит перед ними с открытым ртом, то у вас появится еще один резон поболеть за них на трассе.

Или вы можете поболеть за какую-то конкретную машину. Моя жена водит Volvo, поэтому она очень хотела, чтобы Volvo выиграла в этом году. Меня это как-то не особенно волнует с тех пор, как BMW радостно продули.

Вся Европа пытается сделать что-нибудь подобное британскому чемпионату, и телевизионные каналы по всему свету покупают права на его показ. Автомобильные компании, заплатив за участие в гонке каких-то пять миллионов фунтов, могут быть спокойны: такой рекламы за такие деньги им не заполучить никогда на свете.

Напоследок отметим, что основной темой для разговоров на последней «Формуле-1» была задница гонщика Найджела Мэнселла. На британском чемпионате приходится решать проблемы чуть поважнее, например, кто же все-таки займет первое место?

Готовы ли вы купить Lotus?

В Англии автомобиль марки Lotus кажется чем-то вроде анекдота.

Для владельцев название Lotus расшифровывается как «Любитель очень тяжело устраняемых суперпроблем», а для тех же, кто слабо разбирается в теме, это гоночная команда «Формулы-1», которая не слишком часто выигрывает.

Но существует и корпоративная сторона вопроса. Компания Lotus была основана в 1948 году Колином Чепменом и Остином Севеном и на протяжении сорока лет влачила достаточно стабильное существование, а затем потерпела фиаско с De Lorean, все закончилось тем, что сейчас она является этакой корпоративной игрушкой для General Motors.

Но буквально месяц назад GM, поняв, что терпит большие убытки, продала Lotus (за исключением гоночной команды, которая сейчас считается независимой) Bugatti.

Само по себе это событие довольно странное, потому что, несмотря на то что у Bugatti огромный и ультрасовременный завод по производству автомобилей и большие планы, эта компания практически не производит автомобили как таковые: в основном она делает духи, шарфики, модельки, но машины — нет.

В географическом смысле Lotus тоже не повезло. Я понимаю, когда машины производятся в Детройте, потому что это Автомобильный Город, я все понимаю про Эссекс, Ковентри и Бирмингем, но Норфолк в качестве автопромовского оплота не подходит абсолютно.

Мировую известность Lotus принесли особая технология производства, приемы по уменьшению шума, разработка активной подвески, а также внешний вид автомобиля, который выглядит как произведение искусства. Все это кажется слабо сочетающимся с Норфолком — единственным графством Англии, в котором шоссе отсутствуют как класс.

Норфолк знаменит своим сельским хозяйством, индейками, в конце концов, — но боже мой, в местных автосервисах даже не принимают кредитки! Нет, что и говорить, в Lotus есть нечто анекдотичное.

Сами машины не спасают ситуацию. Была модель Elan: на ней было приятно ездить, но по надежности она была похожа на Британские железные дороги. Потом была Elite, на ней было приятно ездить, но она имела очень странный вид. На Excel тоже было очень приятно ездить, но она была крайне ненадежной и у нее была особенность — на кочках голова водителя постоянно билась о крышу.

Потом на арену вышел Seven, самый лучший Lotus за всю историю компании. Именно на этой модели рассекал Патрик Макгуан в фильме «Заключенный». Однако Lotus продал дизайн этой машины компании Caterham Cars, которая в прошлом году продала 550 автомобилей, получила от королевы награду и теперь твердит на каждом углу, что производит машин больше, чем компания, которой она обязана своим существованием.

В 1990 году компания Lotus хотела выпустить приличную новую модель Elan. Но позже оказалось, что она слишком дорогая в производстве, да и ненадежная, и поэтому компания GM дала отбой. Ходят слухи, что Bugatti хочет возобновить проект, но не торопитесь задерживать дыхание.

Удивительно, но факт: руководству Lotus никогда не приходила в голову мысль о том, что надо избавиться от образа компании, в которую следует обратиться, если вам срочно понадобились пластиковые машинки, готовые сломаться в любую секунду.

Так почему же Джеймс Бонд дважды ездил на Lotus? В «Шпион, который меня любил» он рассекал на нем под водой — пластик не подвержен коррозии, в «Только для твоих глаз» он отправился на Lotus покататься на лыжах, а заодно и пошпионить немного.

Почему в Америке Lotus так популярен? В фильме «Красотка» Ричард Гир, сидя за рулем Lotus, снял Джулию Робертс, а в «Основном инстинкте» на Lotus ездили Шарон Стоун и ее подруга. В новом сериале, который снят на Карибах и выйдет на телеэкраны в следующем году, есть герой, разъезжающий на Lotus.

Дело тут вот в чем. Все эти люди ездят на модели под названием Espirit-купе со средним двигателем, который был спроектирован итальянским мастером-стилистом Джуджаро.

Первый Golf и Scirocco первого выпуска — его рук дело. Это он создал Alfasud и Maserati Merak. Он гений — но самый светлый момент случился в его жизни тогда, когда он выпил кофе, заточил карандаш и создал Lotus Esprit.

Даже несмотря на то, что с того далекого момента прошло 17 лет и дизайн Lotus изменился множество раз, шик и блеск этой модели не сможет затмить ничего на свете. А современная модель Esprit S4 — одна из самых стильных и прекрасных машин на Земле.

Возможно, именно поэтому S4 — единственная машина, которую продолжает выпускать Lotus с периодичностью одна в неделю.

Но этого мало, потому что, хотя это очень красивая и быстрая машина, стоит она не так много, как кажется. Согласитесь, 46 995 фунтов — это немного за машину, которая на нормальной дороге может разогнаться до 165 миль в час.

На прямой, подальше от светофоров, она легко делает сотню в час и не уступает более дорогим машинам, таким как Porsche Turbo за 80 449 фунтов и Lamborghini Diablo за 144 тысячи фунтов. И она объективно быстрее Ferrari 348GTB за 78 тысяч фунтов.

Разве 47 тысяч — это деньги за машину, чей двигатель похож на соковыжималку Moulinex? Объем 2,2 литра с четырьмя цилиндрами — собственно говоря, все как у Ford Mondeo, но если учесть турбонаддув, то эффективная мощность этого двигателя составляет 264 лошадиные силы. Значит, что эта легкая пластиковая машина очень быстрая.

Двигатель такой маленький, что за ним есть место для одной вещи, которую вы редко найдете в суперкаре: в этой машине есть багажник.

Но все это скучные слова на бумаге, а перед каждым потенциальным покупателем встает два вопроса, на которые я еще не ответил: каково ее водить и сколько я проеду на ней, прежде чем возникнет необходимость позвонить в сервис?

Прежде чем сделать свой первый звонок, я накатал 1500 миль за неделю. Впрочем, звонил я не в сервис, а в стекольную мастерскую — не из-за проблем с двигателем, а потому, что в мою машину вломился мутант, пытавшийся украсть магнитолу. На проблемы с двигателем не было ни малейшего намека.

Я позвонил издателю Книги рекордов Гиннесса Норрису Маквиртеру и спросил, не является ли для Lotus рекордом 1500 миль без поломки. Он все еще проверяет.

Сказать по правде, я совершенно не ожидал, что проеду на этой машине так много, поскольку предшествовавшая ей модель S3 была просто отстойной. Тормоза были никакие, рулем вертеть невероятно тяжело, да и места в салоне там только для такого крошки, как министр спорта Колин Мойнихан.

Стоило мне сесть в S4, как из головы вылетели все плохие мысли. Новые сиденья из черной кожи с желтыми вставками и весь интерьер продуманы с учетом людей большого роста. Приборная панель показывает все, что нужно, правда, часов на ней не наблюдается, но будьте спокойны — вы доберетесь вовремя, куда бы ни ехали.

Эта машина быстрая ровно настолько, насколько выглядит быстрой. За ее рулем вы ощутите, что означают цифры на спидометре. Немного раздражает шум — почти как у Cortina, зато она разгоняется до 60 меньше чем за пять секунд, так что берегите шею.

В повороты она входит просто чудесно, но во время поездки на Lotus, одолженном у знакомого, оказалось, что если у вас средненькие водительские способности, то машина может повести себя непредсказуемо. Не пересекайте черту дозволенного.

Выехав за пределы города, я опять познал радости вождения, приятную мощь рулевого управления, удобство коробки передач и завистливые взгляды других водителей, а также получил удовольствие от самого удобного и самого стильного сиденья на свете.

Но последний свой козырь Lotus выложил в последний вечер моего им обладания. Мы с женой решили прокатиться и вышли на площадку перед домом, на которой стояли Escort Cosworth, большой Mercedes, Honda Prelude VTEC и Porsche 968. Жена посмотрела на все это и произнесла: «А давай поедем на Lotus».

Откидные крыши

Спортивные машины опять входят в моду. Кто бы мог подумать?

За смехом, сопровождавшим на прошлой неделе презентацию новой модели MG, легко можно было упустить примечательную новую тенденцию.

Последние двадцать лет автомобильные компании возглавляли кассовые аппараты в пиджаках. Их интересовали только цифры прибылей и убытков.

Дизайнеры и конструкторы, как обычно, показывали свои таланты, но пиджаки систематически выжигали каленым железом любое свободомыслие. Любая мало-мальски интересная и новая идея в автоиндустрии тестируется на обычных людях — в так называемых «клиентских испытаниях». Одно движение брови на лице человека в свитере и куртке — и машина отправляется на переплавку, а дизайнер получает розги.

Результат налицо. Машины становятся скучнее и скучнее до такой степени, что причиной, почему вы покупаете Ford Mondeo, а не Renault Laguna, стала близость автосалона к дому или информация из рекламного ролика. «Машина с внутренней силой» или «Машина, которой доверяешь»? Я бы не выбрал ни ту, ни другую.

Ситуацию усугубляет безразличие публики к более-менее радикальным моделям автомобилей. Возьмите Mazda MX5. Это была простая спортивная машина, которая сочетала в себе старомодный задний привод, стиль шестидесятых и современную японскую надежность.

Поначалу машина продавалась хорошо, но после того, как в нашей стране закончились модники, которые еще не купили эту машину, продажи начали стремительно падать. Через год модные тенденции изменились, но достойной замены не нашлось. В 1994 году в Британии было продано всего 1000 MX5.

У BMW возникла та же проблема с Z1: самая лучшая машина за всю историю компании просто не продается. Все мы прекрасно знаем, как долго прожила Lotus Elan. Дела зашли так далеко, что в прошлом году самым продаваемым кабриолетом в Европе стал непомерно дорогой Mercedes SL.

Теперь остается предположить, что товарищи в костюмах, стоящие во главе автомобильных компаний, сохранят свою непреклонность и будут настаивать на каплевидной форме автомобилей, вульгарных сиденьях и пяти дверях.

Но нет. Теперь у нас есть не только MG, который, правда, является достаточной смелой моделью для старины Rover. Его альтернативой выступает Renault Speeder, который лучше один раз увидеть, чем сто раз о нем услышать. Даже режиссер фантастических фильмов Джерри Андерсон не смог бы придумать такую машину. Если бы продюсеры «Космоса 1999» предложили актеру Мартину Ландау ездить в фильме на этой машине, их бы уволили с треском.

У этой машины нет крыши, а у одной из моделей отсутствует лобовое стекло.

Однако, несмотря на жесткий дизайн, который мог прийти в голову только человеку после бессонной ночи, проведенной на ЛСД, в автомобиле стоит двигатель от Renault Clio Williams, мощностью 150 лошадиных сил. Поэтому и цена «меньше 20 тысяч фунтов».

А еще есть FIAT Barchetta. Наверное, люди из Renault при создании Speeder уже израсходовали весь европейский запас наркотиков, поэтому FIAT выглядит более или менее нормально и нормальная цена — четырнадцать штук.

Это маленькое спортивное купе смотрится и ездит замечательно. Кому какое дело, что руль находится не с той стороны? Эта машина просто просится, чтобы ее купили. Я влюбился в нее с первого взгляда.

На этом список не кончается. Я-то думал, что BMW успокоилась и отдала британский рынок спортивных машин на растерзание подразделения Rover под названием MG. Как бы не так. В следующем году BMW выпускает Z3 — маленькое спортивное купе, которое, как вы догадываетесь, будет стоить меньше 20 тысяч фунтов стерлингов.

Mazda, с которой началась вся заваруха, заявила, что работает над достойной заменой MX5, и я уверен, что вскоре подобные заявления сделают Toyota и Nissan.

Вам мало? У меня есть еще кое-что. На протяжении какого-то времени компания Porsche на всяческих автошоу представляла на суд публики маленькие спортивные купе со средним двигателем, и вот теперь ходят слухи, что компания все-таки готова поставить некоторые из моделей на поточное производство.

Boxer будет немного подороже, чем MG, Speeder и Z3, и цифра 25 тысяч фунтов уже озвучена. Для великолепной машины с эмблемой Porsche это небольшие деньги.

Но раз уж зашла речь том, какая машина стоит своих денег, возьмите в руки телефонный справочник, позвоните в ближайший салон Mercedes и скажите, что вы хотели бы купить SLK.

Эта упрощенная модель SL вскоре появится в Англии и будет стоить порядка 25 тысяч фунтов. За эти деньги вы получите усиленный двигатель, округлости «Бэтмобиля» и серьезную спортивную подвеску. Конструкторы Mercedes редко ошибаются, и я сомневаюсь, что в этот раз будет по-другому. Из всех спортивных машин, которые появятся на рынке, в эту модель я верю больше всего.

Но прежде чем закончить статью, я хотел быть выразить желание знать наверняка, что разговоры о глобальном потеплении ведутся всерьез. Потому что если наша планета и вправду с каждым годом нагревается, то я куплю кабриолет.

Странный поворот дел, не так ли? Сначала автомобильная промышленность вызвала глобальное потепление, а теперь начала массовое производство автомобилей с откидными крышами, чтобы мы смогли по полной наслаждаться глобальным потеплением.

Что за толк в уродливой машине?

Вплоть до прошлой недели любая дискуссия на тему, какая машина может считаться уродливой, а какая нет, могла превратиться в захватывающий и интересный спор.

Вплоть до прошлой недели, если бы вы попросили тысячу людей назвать самую некрасивую машину всех времен и народов, вы получили бы тысячу разных вариантов ответа.

Вплоть до прошлой недели можно было до хрипоты говорить о том, что красота есть субъективное понятие и что для одного человека еда, то для другого диарея. Например, я считаю, что принцесса Диана самая красивая женщина на Земле, но я знаю людей, которые думают, что она большеносая дура со склонностью к злоупотреблению перекисью водорода.

То же самое касается автомобилей. Вплоть до прошлой недели я мог бы спорить, что Ferrari Berlinetta Boxer — это самая красивая машина на свете, а Toyota Celica наоборот.

Другие люди назвали бы Jaguar E-Type и Reliant Robin или Lotus Espirit и Lancia Dedra. Я знаю одного человека, который говорит, что его тошнит от одного вида Nissan Micra. Бедняга, он теперь, наверное, вообще из дома выйти не может.

Но вот компания Ford положила конец всем дебатам. Насчет топовых позиций красоты мы еще можем поспорить, но кандидатура для самого низа определилась наверняка. Новый Ford Granada, он же Scorpio, — без тени сомнения самая уродливая машина, которую когда-либо произвело человечество.

Если бы эта машина была фильмом, это был бы «Лучший стрелок». Если бы она была женщиной, это была бы Ина Шарплз из британской мыльной оперы Coronation Street. Если бы она была офисным зданием, то это был бы гигантский кусок бетона, который стоит в лондонском Хаммерсмите.

Представитель Ford заявил: «Мы хотели, чтобы наша машина имела подчеркнуто смелый вид, и очень рады, что в итоге у нас получилась машина с индивидуальностью». Да уж.

Я говорил об этой машине со знакомыми дизайнерами: все они (пожелавшие при этом сохранить анонимность) согласились, что Ford свихнулся. Один сказал мне, что во время Женевского автосалона он видел на стене граффити, на котором новый концепт-кар компании — Ford Ka — был изображен как кусок «розовой блевотины».

Другой пояснил, что люди связывают внешний вид машины с выражением человеческого лица или морды животного. Некоторые машины скалятся, некоторые улыбаются. Некоторые похожи на злого зверя, некоторые напоминают горделивого льва в джунглях. «Но, — сказал в приватном разговоре этот эксперт, — новая Granada выглядит так, словно кому-то в задницу вставили банан».

Меня не отпускает вопрос о том, как же получилось, что сотни фордовских менеджеров годами корчились в судорогах, глядя на форму нового автомобиля, и никому из них не пришло в голову поднять руку и сказать твердое «нет». Это, по словам одного британского дизайнера, называется «принципом голого короля».

Он рассказал, что недавно в компанию Jaguar приехали дизайнеры из Ford и начали вынимать из рукавов фиговые чертежи и скучные концепции. Все шло хорошо, пока один рабочий конвейера не встал и не сказал, что все очень скучно. Потом еще кто-то поднял руку, и еще, и еще, а потом и все боссы признались, что они и сами подумывали о том, что что-то здесь не то.

Если бы выдавали награды за храбрость, я отдал бы ее парню с Ford, который пришел на собрание конструкторов компании, вынул из кармана чертежи и сказал: «Вот, ребята, это то, что вам надо, — новая Granada».

И они купили у него эти чертежи. Это значит, что теперь команде маркетологов компании Ford придется решать старую добрую проблему. Чтобы отвлечь наше внимание от формы этой модели, они пытаются рассказать нам, что это последняя большая машина, которая была разработана и произведена в Европе.

Это правда: даже американцы в штанах для гольфа не смогли бы сотворить такое уродство. Даже у них не получилось бы создать более овальный нос и думать при этом, что он выглядит не слишком глупо. Даже они бы не сделали такие фары.

Даже у слепого пианиста Рэя Чарльза нашлось бы что сказать по поводу багажника, который сделан так, словно его металлические края расплавились. В салон я даже не заглядывал — уверен, там не лучше.

Автомобиль Ford для британцев стал чем-то вроде родного дядюшки. Он вошел в нашу жизнь, как Би-би-си и файф-о-клок. Машины Ford встречаются в жизни чаще, чем прыщи на школьной дискотеке.

Ни одна из моделей машин не блещет динамикой, но в остальном они очень хороши. Нет причин, чтобы не покупать Ford, а раз так, то я советую тем, кому в принципе наплевать, на чем ездить, купить себе ту машину, которую они могут себе позволить. Вы не ошибетесь, если выберете Fiesta, Escort, Probe, Mondeo и даже (хотя это и будет немного чересчур) Maverick.

Но в случае с Granada я могу сказать, что старый добрый дядюшка просто прокололся. Это все равно что прийти к своему любимому дяде на чашечку чая и обнаружить его с садомазохистским порножурналом в руках.

На ближайшем автосалоне Granada разнесут в пух и прах, но, если у Ford осталась хоть какая-то вменяемость, к тому времени дизайнеры компании хотя бы слегка изменят внешний вид модели. Иначе это будет первая машина в истории автопрома, поставляемая клиентам в непрозрачной оберточной бумаге.

Психи за рулем фургонов

Было грустно видеть, как пищевая компания Northern Foods уволила пару тысяч человек, и, что еще хуже, будущее молочников, которые привозят вам по утрам свежее молоко, теперь под угрозой.

Есть нечто подлинно британское в розовощеком молочнике, который приветствует вас по дороге на работу. Он, должно быть, встал в четыре утра, но на его лице всегда сияет улыбка, он всегда вежлив с пожилыми людьми и поднимает настроение одиноким домохозяйкам в неглиже.

Тем не менее, несмотря на приближающийся конец этой английской традиции, я рад. Точно так же, как и все люди, ездящие на работу.

Потому что за рулем эти веселые розовощекие молочники превращаются в других людей, готовых обидеть любого, кто встает у них на дороге.

В этой колонке я писал о разных типах водителей и первым хотел бы признаться, что большинство людей все-таки водят машины более-менее терпимо… только если они сидят за рулем обычной, ничем не примечательной машины.

Когда молочник едет на своей личной Sierra, он вежлив и аккуратен, но когда он пересаживается за руль своего танка, он начинает глумиться над окружающими, которые выбиваются из его понятия о норме.

День набирает обороты, электрическая батарея у него за спиной истощается, и скорость молочной тележки падает почти до нуля. В 8.30 город встает в одну большую пробку, и только сверхчувствительная спутниковая система может уловить движение молочной машины.

Молочнику наплевать на все. Если ему надо подъехать к дому номер 23, он встанет ровно напротив дома номер 23, и ему глубоко безразлично, что он перегородит движение на всей улице.

Остальные водители убивают гудки и клянутся оторвать ему голову, но Веселый Молочник делает вид, что его это вовсе не касается. Он на работе, он уже включил свою улыбку, и жильцы дома номера 23 не догадываются, что молоко им привозит сам посланник Люцифера.

Но молочник — еще не худший вариант. Гордое звание «Худший» достается работникам, вывозящим мусор, — пацанам, которые, возвращаясь на базу, ритуально забивают козлов и пьют их кровь.

Я хочу понять, почему наши мусорщики начинают вывозить мусор именно с утра, когда половина населения страны еще спит, а вторая пытается попасть на работу?

Почему они не могут приехать к полудню, чтобы греметь своим дерьмом и никого при этом не беспокоить? В разгар рабочего дня они спокойно могут припарковаться посередине дороги хоть на целый час, и никому до этого не будет дела.

Дальше по списку идут водители фургонов. Что заставляет этих людей думать, что их транспортное средство на три дюйма уже, чем есть на самом деле? Или они получают за каждое сбитое зеркало по пять фунтов премиальных?

Нет зрелища ужаснее, чем узкая улочка с припаркованными автомобилями, по которой пытается проехать фургон с тремя пассажирами.

Нет, он не сбрасывает скорость, что уже само по себе напрягает, и ты прекрасно осознаешь, что уже через пару секунд лишишься дорогостоящего зеркала с водительской стороны. Он несется со скоростью минимум сто миль в час, а еще хуже, если это Astramax.

Я затрудняюсь сказать, в какой компании по грузоперевозкам работают самые отъявленные маньяки. Доставщики газеты Evening Standart вполне могли бы претендовать на лавры самых суицидальных людей, но титул самых жестоких камикадзе я бы отдал водителям почтовых фургонов.

Я никогда не видел объявления о наборе водителей почтовых фургонов, но подозреваю, что работодатели настаивают, чтобы в резюме претендентов была обязательная отметка об участии в гонках Grand Prix. Хотя, возможно, они просто набирают персонал из отделения шизофрении в психиатрических клиниках.

Понимаете, в чем дело, ведь все эти молочники, почтальоны, мусорщики, сантехники, плотники и остальные люди с прическами в стиле группы Take That и белых носках в жизни самые обыкновенные люди. Они живут среди нас, водят обычные машины, они заботливые, симпатичные и вежливые граждане.

Но все меняется, стоит им сесть за руль своих фургонов. Когда я начинаю думать о школьных автобусах, это пугает не на шутку.

Если грузовики столь очевидным образом меняют психику человека, который в них забирается, то чем учителя отличаются от остальных?

Компания Citroen, видимо, знакома с этой проблемой и поэтому открыла специальные курсы, на которых школьные учителя проходят однодневный курс безопасного вождения. На таких курсах им рассказывают, как правильно пользоваться системой безопасности, как проверять техническое состояние автомобиля и как безопасно управлять транспортным средством.

Новый пятнадцатиместный мини-вэн Citroen оборудован трехточечными ремнями безопасности и индивидуальными сиденьями с высокой спинкой.

Всем, конечно, понятно, что такой школьный мини-вэн будет управляться так, как будто у водителя дым из штанов валит, зато теперь в случае аварии, после того как учитель вылезет из покореженной машины и вновь станет обычным человеком, он сможет легко убедиться, что его подопечные живы-здоровы и все в порядке. Ну а если они не живы-здоровы, то он сможет адекватно оценить степень увечий и оказать первую помощь.

Рождественская сказка

Огоньки Рождества замелькали уже где-то в конце августа. Санта-Клаус был замечен, когда собирал с деревьев сережки для праздника урожая.

И теперь, когда Рождество практически у порога, церковные лидеры пытаются донести до наших ушей, что Рождество — это кое-что больше, чем массовая попойка. Это даже больше, чем проблема поиска слов благодарности за подаренные новые носки.

Этот праздник, конечно же, больше, чем сидение перед экраном телевизора после ланча и удивление, почему твой пухленький животик, который тридцать лет кряду был «впуклым», теперь выглядит сильно «выпуклым».

Тем, для кого Рождество связано со всей этой дребеденью, хочу напомнить, что вообще-то это сугубо религиозный праздник, название которого связано с рождением человека по имени Иисус Христос. Он по жизни сделал много хорошего — воскрешал людей из мертвых, ходил по воде, превращал воду в вино и тому подобное.

Размышляя обо всем этом, я поймал себя на мысли: если бы во времена Нового Завета уже были автомобили, то какие модели были бы у персонажей Евангелия?

Иосиф был плотник, и я могу дать руку на отсечение, что он пользовался бы мини-вэном Vauxhall Astramax.

По словам епископа Даремского, Иосиф был человек отчасти легковерный. Отсюда я могу сделать выводы, что его мини-вэн был дизельным. Это нормально, потому что Astramax — единственное транспортное средство, на работу которого совершенно не влияет, бензиновый он или дизельный.

Работай он хоть на ослиной моче, Astramax все равно будет быстрее любой машины. Во всяком случае, когда я еду за рулем машины любой марки и вижу сзади Astramax, я сворачиваю к обочине и пропускаю его вперед. Я видел, как эти парни несутся по шоссе M1 на скорости 170 миль в час. Отсюда я делаю выводы, что фирме «Иосиф и сын» всегда можно было бы позвонить, если бы у вас вдруг сломалась подставка под телевизор как раз накануне трансляции новогоднего представления.

Вопрос знатокам: воспользовался бы Иосиф своим грузовичком, чтобы помочь Марии перед тем самым ответственным моментом? А может, у него была бы легковая машина? Я думаю, что была бы, и это был бы Nissan Bluebird.

Иосиф был не очень удачливым плотником и еле сводил концы с концами, а это говорит о том, что он, возможно, захотел бы подрабатывать частным извозом. Именно поэтому он выбрал бы Bluebird, поскольку, несмотря на то что это одна из самых отвратительных машин на свете, на нее всегда можно положиться.

К тому же Иосиф не похож на человека, которому были важны понты на колесах. Он был готов ночевать в хлеву, поэтому ему вряд ли понадобился бы Golf GTi, не так ли?

А вот волхвы больше похожи на членов местного ралли-клуба. Я это знаю наверняка, потому что они представляли собой группу сидящих на холме ребят, которые увидели ангелов в звездном небе.

Иными словами, они наверняка были при этом пьяны, а это значит, что они молодые фермеры, а все молодые фермеры состоят в ралли-клубах или в какой-нибудь им подобной погребени.

В обычной жизни эти ребята ездят на Escort RS 2000 и XR2, но все-таки я склоняюсь к версии о квадроциклах. Это объясняет, каким образом они так быстро добрались до хлева и почему при этом их не остановила полиция и не проверила на наличие алкоголя в крови.

Дорожная полиция в то время, конечно, состояла в основном из римлян, поэтому они рассекали на FIAT Punto, на дверях которых было написано «полиция» на латыни.

Следов участия древнеримской дорожной полиции в тех событиях нет, но зато мы точно знаем, что в момент Рождества совсем рядом находились мудрецы с Востока. А Восток, как мы знаем, означал арабские страны.

Конечно, это были богатые люди, потому что с собой они принесли золото, мирру и ладан. Стоило это немалых денег. Даже сейчас все это купить не так-то просто. Даже в сети магазинов Boots.

Итак, они были не просто арабы, а богатые арабы. Отсюда можно сделать вывод, что в ту ночь на улицы Вифлеема зарулили нехилые тачки.

Мне интересно, что подумал хозяин постоялого двора, когда он увидел, что к товарищам, которых он только что определил на ночь в хлев, приехали друзья на Lamborghini Diablo, Mercedes 600SEC и Ferrari Testarossa.

Возмездие настигло этого глупца. Если бы он не был таким снобом (а все люди, рассекающие на Ford Granada Ghia, снобы), он бы обязательно нашел для Марии и Иосифа комнату, и все их пьяные и богатые восточные друзья опустошили бар и сделали ему кассу.

Я хочу сказать, что если кто-то шел на зов звезды многие тысячи миль, то можно поспорить, что он будет готов закатить вечеринку, если окажется, что путешествие проделано не зря и он оказался прав.

А уж кто знает толк в хорошей вечеринке, так это арабы. В машинах они знают толк не хуже, потому что те Ferrari, Lambo и Mercedes S-класса, в которых я их видел, были абсолютно белоснежного цвета, у них белые коврики, салон из белой кожи и только центр руля был выполнен из золота. Я не знаю почему, просто вот так-есть.

Это завершает сцену Рождества. А что с остальными библейскими персонажами? Как я уверен в том, что у Галилео Галилея был бы кабриолет, так же я уверен, что у Моисея был бы вездеход.

Уверен на сто процентов, что у прокуратора Иудеи Ирода был бы Porsche с мобильным телефоном hands-free. Так и вижу, как он, сидя за рулем в полосатой рубашке, дает указания в «моторолу»: «Убить всех, кто младше двух лет». Да уж, только владелец Porsche может выступить с подобным предложением.

У Цезаря была бы Lancia Thema, полагаю, с пуленепробиваемым кузовом. Скорее стрелонепробиваемым, ведь тогда огнестрельного оружия не было, да?

Теперь апостолы. Можете считать меня циником, но мне всегда казалось, что Петр был занудой. То он ныл, что не хватает рыбы, то нудел, что ходить по воде опасно. И не забудьте про его поведение, про отречение три раза до того, как прокричал петух. Я так и вижу его в мятых брюках и зеленой нейлоновой рубашке за рулем Mini.

У апостола Фомы был Volvo. Мы прекрасно помним, что он все никак не мог поверить своим глазам, поэтому я подозреваю, что на дороге он суетился бы, а у таких людей обычно что-нибудь большое и шведское.

А что же водил бы брат Иуда? Это проще пареной репы. У Иуды был BMW. Факт.

Greenslade: музыка и автомобили

Существует мнение, что средняя скорость движения транспорта по Лондону 9 миль в час.

Газеты раздувают из этого скандалы, потому что такая скорость означает, что современные жители передвигаются в пространстве медленнее, чем жители викторианской эпохи. «Ходите пешком!» — кричат люди в сандалиях.

Что ж, мне есть что сказать на это. Средняя скорость движения по Лондону не 9 миль в час. Согласно моему бортовому компьютеру, она составляет 18 миль в час, и навряд ли я смогу передвигаться пешком с такой скоростью.

Тем не менее вчера я очень пожалел о том, что ехал не со скоростью 9 миль в час, потому что в таком случае не приехал бы на встречу в Вест-Энд на двадцать минут раньше назначенного времени. И мне не надо было бы проталкиваться сквозь толпу в Тауэр-Рекордс. И мне бы не пришлось впоследствии тратить двадцать фунтов.

Но так как я все-таки ехал в среднем со скоростью 18 миль в час, приехал раньше, и у меня было время, чтобы прошвырнуться по магазинам. В итоге теперь у меня есть альбом группы Greenslade, записанный в 1973 году.

Обложка выполнена английским художником-фантастом Роджером Дином, что само по себе могло бы явиться предупреждением об опасности, но мне было этого мало. Я вспомнил, что видел их выступление живьем, и что хуже всего, я вспомнил, что оно мне понравилось.

Так что после того, как я завершил свои дела, я поставил диск в CD-плеер и откинулся на сиденье, позволив музыке Дейва Гринслейда заполнить кожаную обивку и деревянные панели Jaguar.

Поначалу я подумал, что с моей стереосистемой случилось что-то ужасное. Но после проверки оказалось, что с плеером все в порядке. На самом деле что-то ужасное случилось с моей памятью. Первый альбом Greenslade, возможно, и вправду был необузданным и новым. Это было в 1973 году, но в последующие годы мы узнали, что такое Мадонна, Police и Sex Pistols, так что теперь эта музыка звучит как нечто среднее между «ужасно» и «нелепо».

Для вас, бывшие мои одноклассники, мораль должна быть ясна. Если у вас есть лишняя минутка, ни в коем случае не ходите в музыкальный магазин и не покупайте альбомы с музыкой, которая вам нравилась когда-то в молодости. Snow Goose отстой. Yessongs не более чем идиоты. Focus — это просто дурацкая группа, а Golden Earring — группа одного хита. Но на вершине всего этого треша покоится группа Greenslade.

Та же история происходит с автомобилями. Если вам в свое время до дрожи в коленках нравился Alfasud, это не значит, что вы получите такое же удовольствие от него сейчас. Потому что вы уже развращены ездой на Golf GTi и BMW 325.

Вполне возможно, что вашей первой машиной была MG, но, прокатившись на ней сейчас, вы вряд ли всплакнете об утраченной молодости. Вы только промокнете и заработаете головную боль. А потом машина вообще сломается.

Тем не менее есть такие альбомы и группы, которые, несмотря на панк, диско, гранж, рэп, Wet Wet Wet, техно и хеви-метал, продолжают звучать свежо и очень в кассу. Сейчас я, например, слушаю Crime of the Century, про Dark Side of the Moon вообще говорить нечего. Точно так же, как мне нечего сказать про ранних Rolling Stones, Who, Led Zeppelin. По той же причине я слушаю Джеймса Брауна и Бетховена.

Есть такие группы и исполнители, над которыми безвластно время, черт его знает почему.

А что с машинами? Есть ли на свете машины, которые не потеряли своей привлекательности, несмотря на наступление эпохи роботов и высоких технологий?

Мы можем применить в отношении автомобилей некий эквивалент цифровой перезаписи, напичкать их всякими электронными гаджетами. Но найдется ли машина, которая будет жива и без этого?

Это моя линия фронта. Недавно я прокатился на Aston Martin DB5 — могу его сравнить только с двойным альбомом Барклая Джеймса Харвеста 1974 года.

Первой моей машиной была Fort Cortina 1600Е, и несмотря на то, что я не сидел за ее рулем порядка семнадцати лет, уверен, что сегодня она покажется мне Риком Уэйкманом на колесах.

Я составил список из четырех машин, которые выжили в этом море технологий и вырвались из цепких лап моды. Конечно, со временем они претерпели «цифровые» изменения, но ведь и музыку теперь покупают на цифре, а не на виниле.

Все эти машины до сих пор находятся в производстве и даже сохранили свои первоначальные формы. Это Porsche 911, Mini, Range Rover и Jaguar XJS.

В музыкальном мире они были бы супергруппами, суперзвездами. Это Джаггер и Ричардс, выполненные из металла. Сохранив форму и живость мысли, адаптировавшись к новому миру, они чувствуют себя столь же полными энергии, как во времена, когда Англией правили лейбористы.

Это обстоятельство наводит меня на мысль: а что, скажем, было бы, если бы в такой же хорошей форме находился Volkswagen K70? Что, если бы эта модель была доступна сегодня в комплектации с катализатором и инжектором? Что, если бы у нее видоизменилась приборная доска и появились новые ремни безопасности? Хорошо бы чувствовал себя K70 в современных условиях?

Не думаю. Потому что это Дейв Гринслейд с мотором — машина, которую могут купить только грустные старые хиппи: они сравнивают современные машины с современной музыкой и отрицают и то и другое как бесхребетную глупость.

Недавно во время концерта Doobie Brothers на стадионе Уэмбли меня внезапно озарил свет, и я все понял. Старые машины хороши, только если они сделаны вчера.

20 вещей, которые вы хотели узнать о Джереми Кларксоне

Ваша повседневная машина?

Ford Escort.

Сколько миль в год вы проезжаете?

20–30 тысяч.

Самая забавная вещь, которую вы сделали за рулем?

Полностью преодолел «тропу Рубикона» на Jeep Wrangler.

Что вы предпочитаете — передний, задний, полный привод и почему?

Для меня это не играет никакой роли.

На какой машине вы бы хотели ездить каждый день в течение ближайшего года?

Aston Martin Vantage.

Какая машина не должна была пройти дальше стадии чертежей?

Практически все модели, которые находятся сейчас в производстве.

Какие шесть CD вы бы взяли с собой для путешествия по Европе?

Bob Seger — Night Moves, Nine Tonight, Live Bullet, Fire Inside, Smokin' Ops; Doobie Brothers — Captain and Me.

Если бы вашу машину одолжил приятель, то какую бы кассету (или радио) он бы услышал в ней?

Я полагаю, Radio Four, моя жена его любит.

Ваш герой?

Английский журналист Оберон Во.

Если бы вы были машиной, то какой?

Ford Granada Ghia 1979 года.

Ваши любимые строчки из песни?

Then ten years have got behind you

No one told you when to run

You missed the starting gun.[6]

Кем вы хотели стать в детстве?

Королем.

Самая ужасная работа в вашей жизни?

Тестирование Toyota Corolla.

Самый смелый поступок в вашей жизни?

Я не совершаю смелых поступков.

Ваше самое большое достижение?

За годы учебы в частной школе я ни разу не сыграл в крикет.

Кого бы вы с удовольствием увидели валяющимся в грязи?

Ведущую утренней программы на Би-би-си Линн Фолдз-Вуд.

Ваша любимая детская передача на телевидении?

Paddington Bear.

Кто или что всегда вызывает у вас улыбку?

Оберон Во.

Представьте, что вы летите на воздушном шаре с Джереми Бидлом, Джереми Кларксоном и Джереми Паксманом. Вам необходимо выбросить одного из них, чтобы предотвратить аварию. Кто будет первым?

Это нечестно.

Примечания

1

Y10 (уай-тэн) произносится так же, как white hen (англ. «белая курочка»).

2

Майра Хиндли — грабительница и серийная убийца, действовавшая в Англии в 1960-е годы. — Прим. ред.

3

П. Дж. О'Рурк — современный американский журналист, писатель, автор политических сатир.

4

Эрик Кантона — британский футболист французского происхождения, игравший за «Манчестер Юнайтед».

5

Иан Райт — британский футболист, игравший за «Арсенал».

6

«Затем пролетели десять лет,

Но никто не сказал, когда начинать забег,

Ты даже не слышал стартовый пистолет».

(Pink Floyd, «Dark Side of the Moon»)

Content

Джереми Кларксон
АВТОМОБИЛИ ПО КЛАРКСОНУ

Благодарности

Часть 1

Дорогой ежедневник!

С Golf GTi упала корона

Совсем не пассивное курение

S-классный

А вы бы купили подержанную Alfa Romeo у этого типа?

Кстати, о спорте

Volvo-шок

Нет халявным обедам

Станут ли машины электрическими?

Нежные жестокости

Проворный Ford

Злоупотребление поездом

Саундтрек нашей жизни

Господин Большой

Что же купить?

Все течет, все меняется

Секс на колесах

Авария

Скорость убивает

Если не это, то что?

Однажды я подвозил этого чудика из Top Gear

Часть 2

К чему торопиться?

Реклама и правда

Политики и автомобили

Любят ли англичане автомобили?

Lancia, вон из Британии!

И что за шум вокруг Beetle?

Что такое с BMW?

Куда подевался стиль?

Honda — машина для пенсионеров?

Почему в разных местах Англии ездят абсолютно по-разному?

По обуви человека можно определить марку его машины

Новый Ferrari 355

Посиделки в Porsche

Правила поведения на дороге по Кларксону

Почему реклама автомобилей игнорирует пожилых людей?

Новый Range Rover похож на такси

Принцесса Диана поднимает продажи Audi

Alfa Romeo Spider, машина-звезда

Спутниковая система навигации

Пикап как феномен

Кому нужна безопасность дорожного движения?

О скорости

Отвратительный Nissan

Дорожное бешенство

Мой новый Jaguar

Остановите воровство, а не меня

Go West, молодежь

Кому сдалась эта деревня?

Что за проблемы с быстрыми машинами?

Я не стану подвозить людей по пути

Mondeo V6 — очень хорошая машина

Как машину назовешь, так она и поедет

Долой «кенгурятники»

Кнопочки не только для Рождества

Не заметили

Всяческие гаджеты

Гонки «Формула-1» — тупее некуда

Готовы ли вы купить Lotus?

Откидные крыши

Что за толк в уродливой машине?

Психи за рулем фургонов

Рождественская сказка

Greenslade: музыка и автомобили

20 вещей, которые вы хотели узнать о Джереми Кларксоне

Примечания