Дубини Мириам

Алмазные стрекозы

Кончетте

с благодарностью

ПЕРСОНАЖИ

Из Магического кодекса

Белоснежной колдуньи

ЗАКЛИНАНИЕ

ПОЖИЗНЕННОГО ПОСЛУШАНИЯ

Ты отдаёшь мне сердца стук

И мысли все свои.

Нет у тебя ни ног, ни рук,

Теперь они — мои!

Не убежишь ты никуда!

В моей ты власти навсегда!

Забудешь, как тебя зовут,

Не вспомнишь про друзей.

Впредь ты — ничто, пустой сосуд

Для магии моей!

Исполнись, заклинание!

На всю жизнь — послушание!

Тебе отныне дела нет,

Ночь на дворе иль день.

Я для тебя — и тьма, и свет,

А ты — всего лишь тень.

Навек! Безукоризненно!

Послушно! И пожизненно!

Пролог

БЕДНЫЙ КОТИК

Кот Мерлино смотрел на Повелительницу остекленевшими глазами, а красный свет в его зрачках с каждой секундой слабел и мерк, точно угли потухающего костра. Наконец радужки окрасились бледно-голубым цветом того же оттенка, что и глаза его новой хозяйки. Белоснежная колдунья удовлетворённо рассматривала кота: заклятие Пожизненного Послушания сработало как нельзя лучше; отныне этот вредный зверёныш будет предан и послушен, как комнатная собачка.

Но Мерлино — это ещё цветочки: совсем скоро добрые ведьмы тоже склонят перед нею голову и будут слушаться её как миленькие…

А потом настанет черёд подчинить себе весь немагический мир… Слишком уж долго волшебным существам пришлось скрываться, притворяться и всячески прятать свои магические способности, и всё из-за каких-то людишек. Грядёт большая война, в которой этот кот послужит ей бесценным оружием. Так что до поры до времени надо держать его в надёжном месте.

— Заприте его в одиночную камеру, — приказала Повелительница.

Лебеди вскочили и вытянулись по стойке смирно.

— Кадет, поднять заключённого! — приказал мистер Фланнаган. — Мадам, проверить наличие ключей!

— Ключи в наличии! — тут же откликнулась мадам Прин, вытягивая из-под крыла связку серебряных ключей и выставляя вперёд один из них, с изображением черепа.

Брозиус же ничего не сказал, а только аккуратно подхватил Мерлино крыльями и зашагал за своими старшими товарищами. От тревоги и возмущения у него перехватило дыхание. Когда процессия удалилась от тронного зала на приличное расстояние, кадет разразился безудержным плачем.

— Бедный друг! Мой единственный друг! Что с тобой сделали? — рыдал он, крепко прижимая кота к пернатой груди. — Как же ты будешь там, взаперти, в этом ледяном подвале?!

Мерлино смотрел на него отсутствующим взглядом, точно плюшевая игрушка с плоскими, как пластмассовые пуговицы, глазами. В этом мохнатом тельце не осталось и следа кота, которого помнил Брозиус, который стал ему другом, и лебедь уже начал тосковать по его невыносимым капризам. Мадам Прин, напротив, издала глубокий вздох облегчения.

— Как хорошо, что мы всегда можем рассчитывать на мастерство Её Белоснежного Величества, вот уж кто знает, как устранить любой беспорядок. Теперь, когда кот изолирован, в вечных льдах этого замка наконец-то воцарится долгожданный мир, — сказала она, отпирая камеру, предназначенную Мерлино.

— Но она превратила моего друга в куклу! — запротестовал Брозиус.

— Белоснежная колдунья — гений! — отрезала мадам. — Как бы я хотела быть на неё похожа…

— Белоснежная колдунья — чудовище, и ты уже стала такой же, как она! Чудовище! — не унимался кадет.

— Я не позволю тебе говорить о нашей Повелительнице в таком тоне! Не смей даже намёком осуждать её в моём присутствии!

— Тогда исчезни отсюда, курица!

— Пф-ф-ф! — взвилась возмущённая лебедь. — Это неслыханно!

Капитан Фланнаган почувствовал, что должен вмешаться:

— Кадет, предупреждаю тебя: не нарывайся. Существует иерархия, которую необходимо соблюдать, — это раз. Ты обязан с уважением относиться к порядкам королевства, Повелительнице и всем её решениям, — это два.

— А не то что? — с вызовом поинтересовался Брозиус.

— А не то закончишь свои дни за решёткой, как этот кот! — ядовито процедила мадам.

— Отлично! — воскликнул Брозиус, протискиваясь в камеру и садясь возле своего четвероногого друга. — Здесь-то я и хочу быть.

И на целых два долгих месяца лебедь и кот остались в ледяной тьме подземной камеры…

Всё это время Белоснежная колдунья неотрывно всматривалась в белый горизонт над горами по ту сторону замка и прислушивалась к ветру. Она ждала какого-нибудь знака от мятежниц и, если понадобится, была готова прождать целую вечность, не сходя со своего трона. Выбора у неё не оставалось. На Айви Буллитпот, Королеву ведьм, рассчитывать было нечего — она сидела в тюрьме; на прочих злых ведьм и вовсе не было никакой надежды, таким сборищем задохликов они себя показали. Пришло время встретиться с мятежницами лицом к лицу, а для этого их нужно заманить в замок, призвав на помощь самые сильные заклинания и самые хитроумные уловки. Она перестала спать, перестала есть, перестала говорить и вся сосредоточилась на движении воздуха, улавливая малейший шелест из всех уголков мира.

И вот наконец, после двух долгих месяцев напряжённого вслушивания, бессонницы и ничегонеедения, знак появился.

Он проник в подвалы замка, вполз по ступеням, замороженным непреодолимыми арпеджио[1], проскочил через решётки, нота за нотой, и заполнил уши Мерлино мелодичным звуком голоса его прежней хозяйки.

— Время пришло, моя госпожа, — мяукнул он невыразительным, как у робота, голосом.

Брозиус смотрел на него и не понимал, что происходит. Откуда-то послышался грозный гул. И с каждой секундой он нарастал, растекаясь жутким эхом по туннелям, которые вели к одиночным камерам.

Целое облако алмазных стрекоз с острыми, как отточенные лезвия, крылышками взорвалось перед решёткой, затем тут же рассеялось, и на их месте проступил силуэт Белоснежной колдуньи.

Глава 1

РУКИ ВВЕРХ, ЭТО МАГИЯ!

«Дорогая Лейла, как твои дела? Как там бабушка и остальные? Поблагодари, пожалуйста, Эрминию за рецепт жаркого из тыквы, вчера я приготовила его в первый раз, и всем безумно понравилось. Правда, Чёрный со вздохом заметил, что у твоей бабушки получается вкуснее, вот ведь ворчун лохматый… в общем, покапризничал всласть, а потом взял да и съел всё до последней крошки!

С тех пор как мы с Воданом вернулись в ивовую рощу, прошло уже два месяца. За это время мне пришлось научиться многому новому и забыть все вредные привычки злой ведьмы. За те дни, которые я провела под Зелёным заклятием, мои силы ослабли, и я думала, что ещё долго не смогу петь и играть на арфе. А ведь ты знаешь, моя магия выражается только через музыку.

Но сегодня что-то изменилось. Я пишу тебе это письмо, потому что период выздоровления подошёл к концу. Я готова присоединиться к братству Всеобщего Беспорядка, и у меня есть мысль, как узнать, где находится Ледяной замок, в котором твоя мама Грейс томится в заточении у Белоснежной колдуньи. Если точнее, это не столько мысль, сколько песня! Сегодня мне удалось спеть её от начала до конца, и она достигла ушей моего старого друга, который как раз сейчас находится в замке Повелительницы всех волшебных существ: я имею в виду Мерлино, моего чёрного кота. Я ещё многое хотела бы рассказать вам об этом звере, но лучше всего сделать это с глазу на глаз. Хотя Айви в тюрьме, а злые ведьмы сидят тихо, я считаю, что Примроуз — не лучшее место для нашей с вами встречи. Поэтому предлагаю вам приехать сюда, на водопад Семь Сестёр, где мы сможем обсудить освобождение твоей мамы в спокойной обстановке.

С верностью Всеобщему Беспорядку,

Джойс»

Лейла закончила читать письмо, написанное на музыкальной открытке, закрыла партитуру и обвела сестёр и Флориана сияющим взглядом:

— Так чего же мы ждём?

Елена и Франциска выжидающе посмотрели на Эрминию. Лейла рвалась отправиться на поиски матери в тот самый день, когда Джойс рассказала ей, что Грейс жива, но бабушка убедила внучку повременить.

Сначала надо разобраться, где обитает Белоснежная колдунья, ведь это было тайной для всех… кроме разве что одного чёрного кота.

— Жизнь волшебна и без нашего волшебства, — задумчиво протянула бабушка. — Подумать только, мне, возможно, доведётся вновь обнять дочь, которую я одиннадцать лет считала умершей… И кого же мне за это благодарить? Чёрного кота злой ведьмы. Ну и ну…

— Так что, мы едем? — нетерпеливо спросила Лейла.

— Да, лохматенькая моя. Сегодня вечером.

— Но это же просто суперздорово! — возликовал Флориан и на радостях обнял ведьмочку.

Затем вместе с ней пустился в пляс по подвалу принялся сыпать шуточными угрозами: — Когда я увижу эту белобрысую выдру, я ей скажу: А ну-ка послушай меня, повелительница моих дырявых маек и носков, немедленно освободи маму Лейлы, а не то я сейчас устрою стирку да прополощу хорошенько твою наштукатуренную физиономию! Всю побелку отскоблю!»

Лейла расхохоталась, но остальные сёстры лишь молча обменялись взглядами.

— Флориан… — начала тётя Френки.

— Да, тётушка.

— Не знаю даже, как это сказать поделикатнее, так что скажу начистоту: тебе с нами нельзя.

Флориан застыл. Он знал, что эта миссия опасна и что для него она будет особенно опасной, потому что из всей компании только он был обычным человеком, но всё равно отказывался верить своим ушам.

— Почему? — сухо спросил мальчик.

— Сам знаешь почему.

— Ничего не знаю и знать не хочу, — пробурчал он.

— Ты нам очень поможешь, если останешься здесь, — заговорила Елена. — Приглядишь за салоном и… за папой Лейлы.

— Что значит «приглядишь»? Как вы это себе представляете?

— Видишь ли, Флориан, пока мы ждали выздоровления Джойс, зря времени не теряли, — объяснила Елена. — Эрминия вот связала пять плащей из чистой шерсти радужного ягнёнка — идеальный вариант для маскировки. С помощью волшебной шпильки, которую она использовала как вязальный крючок, ей удалось сделать их такими тёплыми, лёгкими и мягкими, как ни одна другая одежда в мире. Франциска тоже без дела не сидела: она позаботилась об оружии.

— Травяные патроны! — перебила старушка и похлопала себя по боку.

С широкого ремня рядом с пресловутым медным черпаком свисал патронташ с маленькими спрессованными шариками из волшебных трав.

— А я… ну, а я занималась тем, что умею делать лучше всего: болтала! — воскликнула Елена.

Флориан растерянно посмотрел на неё:

— Это как?

Не желая, чтобы Елена пускалась в свои бесконечные рассказы, бабушка ответила вместо неё:

— Елена сообщила папе Лейлы, что мы на неделю едем в Грецию.

— Ну да, ну да. Так вот когда я сказала ему, что мы едем все вместе, — вмешалась Елена, — он предложил присмотреть за салоном в наше отсутствие… А это означает, что он может случайно набрести на зал Всеобщего Беспорядка и открыть наши секреты. Сам понимаешь, такое нельзя допустить!

Флориан заинтересованно кивнул, догадываясь, что дальше прозвучит самое важное. И действительно прозвучало:

— Ну я и сказала ему, что мы уже нашли того, кто позаботится о салоне, и этот кто-то — ты, — продолжала Елена. — Он нахмурился и возразил, что ты ещё совсем ребёнок, так не лучше ли обратиться за помощью к кому-нибудь из взрослых… Тогда я сказала ему, чтобы он приходил сюда вместе с тобой, если захочет… Так что держи.

Елена сделала знак тёте Френки, та сняла с пояса пистолет и протянула его мальчику.

— Ты это серьёзно?! — поразился Флориан.

— Ты шутишь! — пискнула Лейла.

— Руки вверх! — скомандовала Френки. — Это магия! — Затем зарядила пистолет пятью золотисто-жёлтыми патронами. — В составе — ромашка-позабудка. Если Николас увидит то, чего ему видеть не следовало, просто выстрели в воздух один раз, вот и всё.

Флориан взял в руки оружие, которое напоминало пистолет образца столетней давности, вроде тех, что мелькают в старых чёрно-белых вестернах, и почувствовал себя важным, как шериф.

— Если появится злая ведьма, сделай то же самое. Она забудет, зачем пришла, и ты сможешь убедить её уйти подобру-поздорову.

Флориан горделиво приосанился:

— Я буду защищать ваш дом, как свой собственный!

— Молодчина, мальчик! — одобрила тётя Френки и повесила ему на шею тонкую цепочку, с которой свисал единственный существующий ключ от Примроузского салона красоты. — Настоящим назначаю тебя официальным хранителем нашего салона красоты и секретов его подвалов, — торжественным голосом продекламировала старушка.

Флориан сжал ключ в руке и почувствовал, что хочет сделать ответный жест. Но в карманах у него валялись только фантики от конфет да пара использованных носовых платков.

— А теперь давайте подумаем, что взять с собой, — сказала бабушка Эрминия. — Нас ждёт очень долгое путешествие.

Лейла кивнула, затем поймала взгляд Флориана, и ей внезапно сделалось грустно.

— Ну что, пока… — вздохнула Лейла.

— Пока… — вздохнул Флориан в ответ.

— Увидимся через неделю.

Не зная, что ещё сказать, двое друзей обменялись натянутыми улыбками, которыми они хотели бы сказать многое-премногое, но не представляли себе, как это сделать…

Глава 2

ДО СВИДАНИЯ, ПРИМРОУЗ-ХИЛЛ

Старый ключ из кованого железа повернулся в замке калитки с тихим щелчком, как будто поставил точку в конце рассказа. Эрминия прислушалась к этому звуку и подумала, что приключение длиной одиннадцать лет навсегда осталось позади калитки. Когда она в первый раз открывала двери Примроузского салона красоты, на этом месте, посреди заброшенного сада, стоял полуразвалившийся дом. Был зимний день, солнечный, но морозный. Елена как раз только переехала сюда со своего теплого греческого острова и подхватила жуткую простуду, Франциска привезла из родного леса розы и теперь носилась в поисках уголка, где их посадить, а у самой Эрминии на руках была новорождённая внучка. За прошедшие годы несколько розовых кустов превратились в роскошный розарий, а девочка выросла и стала ведьмочкой, самостоятельной и храброй, как её мама.

— Лейла! — крикнул Флориан, подъезжая на своём ярко-красном велосипеде.

— Флориан! — удивлённо улыбнулась Лейла. — А ты что здесь делаешь? В три часа утра?!

— Хотел подарить тебе кое-что, — сказал мальчик, краснея. — Это что-то вроде талисмана, хотя тебе, при твоих-то талантах, он, скорее всего, и не понадобится. Но я подумал, что всё-таки, может быть… В общем, сам не знаю, что я подумал. Просто захотел сделать тебе подарок.

С этими словами Флориан неуклюже порылся в карманах своей зелёной куртки и протянул Лейле маленькую звёздочку с отверстием на конце, через которое была продета пружинка. На самой звёздочке Флориан нарисовал несколько рун. Лейла внимательно посмотрела на них, но не сумела расшифровать.

— Что тут написано?

— Придёт время — узнаешь… — улыбнулся мальчик.

— Ответ, достойный друга ведьмы! — подмигнула Елена.

Флориан приблизился к метле Лейлы, скрутил пружинку и закрепил звёздочку на древке Страбилии. Метла радостно зашелестела, точно благодаря за подарок.

Ребята посмотрели на неё и дружно расхохотались.

— Не знаю даже, что и сказать… — пролепетала Лейла. — Спасибо!

И она крепко обняла своего лучшего друга. Они застыли на мгновение, которое обоим показалось бесконечным и в то же время самым кратким в жизни.

— Нам пора, моя хорошая. Ветер усиливается, — вмешалась тётя Френки.

— Я вернусь, обещаю, — шепнула Лейла на ухо Флориану.

— А я буду каждый день смотреть на небо и радоваться, зная, что где-то там, рядом с птицами и самолётами, паришь и ты, — шепнул он в ответ.

Лейла запрыгнула на метлу и посмотрела на луну, занавешенную клубами тёмных облаков. Дул северный ветер. Именно он должен был отнести Лейлу и сестёр в Ледяной замок, где их ждала полная неизвестность.

Наверняка они знали одно: им предстоит сразиться со злейшим и могущественнейшим врагом, женщиной холодной и жестокой, готовой биться до последнего вздоха.

— Лети, Свет! — приказала Елена, седлая свою метлу.

Следом тётя Френки с волчьим воем уселась на тёплое помело Титизее[2].

Бабушка взглянула на внучку и поняла, что последние слова прощания со своим другом Лейле будет куда приятнее сказать наедине.

— Лети, Каллистемнон![3] — велела она и взмыла навстречу звёздам.

Лейла посмотрела, как тёмные тени её сестёр пересекают бледный диск луны, которую было видно ровно наполовину. Она чувствовала себя как эта луна, разделённая надвое, одна половина тёмная, другая светлая. С одной стороны, она знала, что будет скучать по Флориану, по розам, по своей комнатке и всему остальному; с другой стороны, она мысленно считала секунды до начала нового приключения и долгожданной встречи с мамой. А вдруг у них ничего не получится? Вдруг Белоснежная колдунья окажется сильнее? Вдруг вместо того, чтобы освободить Грейс, они сами превратятся в корм для стрекоз?

— Эй, ведьмочка, — выдернул её из водоворота мрачных мыслей голос Флориана. — О чём задумалась?

— Я… я боюсь, — созналась Лейла.

Флориан сжал ей ладонь и положил её руку на звёздочку, что покачивалась на метле, затем наклонился и чмокнул в щёку. Лейле показалось, что земля уходит из-под ног, что она повисла в воздухе, как мыльный пузырь. На самом деле ничего ей не показалось, она и вправду воспарила над землёй: Страбилия так разволновалась, что начала понемногу подниматься к небу, а Лейла и не заметила.

— Удачной поездки, — прошептал Флориан, провожая взглядом подругу, которая стала набирать высоту и приближаться к светящейся половинке луны.

Чтобы не замёрзнуть в ледяной ночи, ведьмочка поплотнее закуталась в плащ, связанный бабушкой, и заметила, что ткань приобрела серебристолунный оттенок. Внизу проплывал парк, где она провела немало весёлых денёчков в компании своих друзей-белок.

Она украдкой разглядывала буки Риджентс-парка, надеясь, что кто-нибудь из белок ещё не спит. К своему большому удивлению, она заметила мордочку вожака грызунов, высунувшуюся из ветвей.

— Гляди-ка! Маленькая ведьма совсем выросла. Вон как летит!

— Лети-и-ит! — присоединилась другая белка.

— И куда это она летит? — спросила третья.

— Спасать маму! — гордо ответила Лейла.

— Ух ты-ы-ы! — восхитились все.

— А вернётся когда? — спросил бельчонок, разбуженный шумом.

— Не знаю… — выдыхая морозный пар, пропыхтела Лейла.

— Какая разница! — тут же присвистнул вожак. — Когда вернётся, станет ещё взрослее, чем сейчас, когда улетает. Вот что важно.

— Точно, точно. Это самое главное, — оживлённо закивали белки.

— Вот-вот. А теперь лети, маленькая большая ведьма. Бабушке привет! — подвёл итоги вожак и поднял передние лапки, что тотчас же повторили остальные. Затем выставил два коготка и взмахнул ими в воздухе.

Лейла ответила тем же жестом, а затем полетела догонять сестёр, которые уже успели подняться высоко в небо. По пути она думала, что, даже когда станет «совсем большой», всё равно не перестанет дружить с белками и приветствовать их вот этим жестом.

Глава 3

СЕАНС ОКОНЧЕН

Члены братства Всеобщего Беспорядка добрались до холодных норвежских широт на восходе солнца. Когда они спикировали к водопаду Семь Сестёр, Лейла вылетела вперёд и провела остальных ведьм через потайной туннель. За стеной кристально чистой воды открывалась удивительная ивовая роща Куиррелов.

— Можно снять плащи, — сказала Лейла, которая знала это место очень хорошо. — Здесь всегда весна.

— Потрясающая новость! — воскликнула Елена, сдёргивая капюшон, который приобрёл тот же изумрудно-зелёный оттенок, что и сочная трава вокруг. — Жаль только, мы тут ненадолго…

— Ну не настолько ненадолго, чтобы не успеть обнять старых друзей! — взвыл Серый, подскакивая к тёте Френки.

— Мои щеночки! Идите сюда, волчата! — восторженно заголосила старушка.

Из-за угла огромного деревянного дома выглянул Водан:

— Ну наконец-то! Скорее входите. Не будем терять ни секунды!

Джойс сидела в столовой и созерцала хрустальный шар, который как раз в этот момент засветился.

Водан знаком велел сёстрам молчать и ждать у двери.

В прозрачном шаре появился сгусток тёмного тумана, из которого возникла злобная мордочка чёрного кота. Картинка была мутной, так что даже хозяйка Мерлино не заметила, что у него голубые глаза.

— Доброй ночи, котик! — поздоровалась Джойс голосом злой ведьмы. — Ты нашёл то, о чём я просила?

— Ш-ш-ш! — прошептал кот. — Белоснежная колдунья может нас услышать!

Он коснулся шара лапой и подкатил его к большой серебряной книге в переплёте из белых шёлковых лент, на обложке которой выделялась надпись: «Магический кодекс Белоснежной колдуньи».

Поражённая Лейла не сдержалась и ахнула. Она и не знала, что у Повелительницы всех волшебных существ тоже есть книга заклинаний.

Кот открыл тяжёлый том на странице, где была нарисована подробная карта. В центре виднелся замок, словно вышедший из кошмарного сна. Венчала его высокая башня, остроконечная, точно шпага, готовая пронзить солнце в самое сердце.

— Вот он, замок Белоснежной колдуньи. Холод зверский! Я тут больше не могу. Когда ты меня заберёшь?

Джойс внимательно рассматривала карту. Замок, похоже, стоял на малюсеньком островке, далеко-далеко от материка, на просторах Северного Ледовитого океана.

Просто так это место никто никогда не найдёт. Обычным людям нечего даже и думать о том, чтобы попасть туда. Но и для ведьм на летательных мётлах экспедиция будет крайне опасной и изнурительной.

— Запоминай маршрут, Элиза! — велела Джойс.

Метла тряхнула чёрными, как ночь, прутиками в знак согласия.

— Так когда ты приедешь? — гнул своё Мерлино.

— Не торопись и для начала ответь мне: ты, случайно, не встречал в замке какую-нибудь ведьму?

Лейла сжала бабушкину руку в надежде, что в ответ прозвучит обнадёживающее «да».

— Да, есть здесь одна, — с лёгким недоумением кивнул Мерлино.

— Ты знаешь, где именно она находится?

— Где именно?.. — промямлил кот. — Да, знаю.

Лейла еле сдержалась, чтобы не подбежать к шару и не прокричать коту прямо в шерстяную мордочку: «Так скажи! Чего ты тянешь?!»

Бабушка это заметила и сильнее стиснула руку внучки. Помолчав мгновение, которое показалось Лейле бесконечным, кот произнёс:

— Она в одиночной камере замка, в подвале.

Он ткнул лапой в дверь в западном крыле.

Джойс придвинулась поближе, чтобы как следует разглядеть карту, но неожиданно Мерлино захлопнул кодекс.

— Кто-то идёт… Сеанс окончен! Я жду тебя, поспеши!

Это было последнее, что он промяукал. Ещё секунда, и его чёрная мордочка рассеялась в облаке тёмного тумана.

— Примите мои самые искренние поздравления, Ваше Белоснежное Величество. Потрясающая работа, — рассыпался в похвалах мистер Фланнаган.

Повелительница смерила его высокомерным взглядом. Благодаря заклятию Пожизненного Послушания Белоснежная колдунья вошла в тело Мерлино и заставила его говорить и делать всё, что ей нужно, как будто кот был марионеткой.

— И какое присутствие духа! — благоговейно добавила мадам. — Сказать, что первая мятежница находится в одиночной камере, — поистине гениальный ход. Когда эта ведьма попадёт в замок, она направится прямиком туда, где её будет ждать смертельная ловушка!

— Не совсем так, — покачала головой Повелительница. — Ловушка, которую я готовлю, предназначается не одной ведьме, а целым пяти. Они все были в той комнате, я слышала их дыхание. Среди них была и Та, у кого в сердце нет осколка. Я слышала стук её сердца, излучающего кристально чистую энергию. Оно должно быть моим!

Мадам не знала, что и сказать. Могущество Белоснежной колдуньи поистине не имело границ.

— А теперь оставьте меня наедине с котом.

Лебеди вытянулись по струнке, поклонились и вышли за дверь, чеканя шаг.

— Следуй за мной, — приказала Повелительница, поднимаясь с ледяного трона. — Нам предстоит много работы.

— Да, моя госпожа, — ответил кот, скользя позади неё бесшумно, как тень.

— Здорово сработано, Джойс! — горячо воскликнула Елена. — Тебе отлично удаётся голос злой ведьмы.

— Спасибо, сестра! Очень надеюсь, Мерлино там никто не застукал!

— Ох, уверяю тебя, этот кот сам кого хочешь застукает! — усмехнулась тётя Френки.

Сёстры засмеялись вместе с нею, и только Лейла продолжала хмуриться:

— Ты думаешь, Мерлино приведёт нас к моей маме?

— Обязательно приведёт, если не хочет остаться в этом морозильнике до конца своих дней. И потом, я обещала ему, что в награду буду чесать его долго-предолго! — заверила Джойс.

Лейла улыбнулась одними губами. Ей очень хотелось верить словам Джойс, но после того, как она увидела магическую книгу Белоснежной колдуньи, на душе у неё сделалось тревожно.

Она-то думала, что на свете существует один-единственный Магический кодекс, тот, которым пользуются члены братства Всеобщего Беспорядка, а значит, бабушка — самая сильная колдунья во всей Вселенной. Но при виде книги Белоснежной колдуньи она засомневалась. О чём говорилось на этих страницах? Какие там приведены заклинания? И кто эта Белоснежная колдунья? Ведьма? Фея, эльф, орк? Что умеет? Какие у неё уязвимые места?

Вопросы расползались и жужжали в её голове, точно рой мух, который не могла разогнать даже ласковая бабушкина улыбка.

Глава 4

МАМА НЕ КАК У ВСЕХ

Следующие часы сёстры провели в подготовке к долгому путешествию. Лейла пыталась помогать, но, как бы она ни старалась, бабушка и остальные, похоже, управлялись без неё гораздо быстрее.

— Ну чем мне заняться? — спросила она, вконец изведясь.

— Позвони отцу. Очень скоро мы окажемся там, где нет никакой телефонной связи, так что лучше набери его номер первая и придумай какую-нибудь складную историю, — подсказала Елена. — Скажи, что мы добрались до Греции, сейчас сидим в порту и ждём посадки на паром. Там, куда мы поплывём, сигнала нет, такая глухомань этот островок. Жители по сей день соблюдают традиции предков, а это значит…

— Хорошо-хорошо, поняла, — перебила Лейла, прежде чем Елена расскажет ей историю острова начиная с юрского периода и до наших дней.

Да и потом, она и сама была выдумщица что надо. С этой мыслью девочка взяла телефон и набрала папин номер.

— Папа, привет! — бодро воскликнула она в трубку, стараясь, чтобы голос казался счастливым и радостным, как у человека, который нежится на тёплом морском берегу.

— Привет, малышка! Вы уже на месте? — спросил Николас.

— Почти, мы в порту. Скоро посадка на паром. Вон он, как раз пришвартовался… — придумывала на ходу ведьмочка, не сводя глаз со своей метлы, уютно расположившейся в ивовой роще.

— И как порт? Расскажи! — полюбопытствовал папа.

Лейла осмотрелась по сторонам. Сёстры как заведённые бегали туда-сюда и таскали кто волшебные боеприпасы, кто заколдованное съестное.

— Тут жизнь бьёт ключом: одни корабли причаливают, другие отчаливают…

— Так оно и должно быть, ты ведь попала в один из крупнейших морских портов мира. Ещё что?

Ведьмы облачались в плащи из шерсти радужного ягнёнка, которые приобрели тот сочный голубой оттенок, что бывает у полуденного неба в погожий ветреный денёк.

— Ещё… на горизонте снуют лодки с голубыми парусами… а совсем рядом со мной сидят два волка… морских! — со смехом добавила Лейла, гладя Серого и Чёрного, которые спали, примостившись у её ног.

— Просто красота! Ну а ещё что?

— Вдалеке виднеется огромный пароход, с которого выгружают целую кучу ящиков, — фантазировала девочка, наблюдая за здоровяком Воданом, который подавал своей сестре большие корзины, полные продовольствия. Джойс уменьшала их, напевая одну из своих волшебных песен, затем распределяла между ведьмами, как какие-нибудь конфеты.

— И что это за ящики?

— Большие такие… точнее, маленькие… то есть… были большие, а теперь…

— Что теперь?

— Теперь… так, пап, всё, капитан пришёл, — воскликнула Лейла, заметив, что бабушка Эрминия машет ей рукой. — Он меня зовёт. Нам пора на борт!

— Странно, обычно, когда корабль готов сниматься с якоря, раздаётся гудок сирены… — задумчиво протянул папа.

— Э-э-э… ну-у… — промямлила Лейла. — Понимаешь, наш паром — сверхсовременной модели, вместо сирены он издаёт… вот, послушай! — И она наступила Чёрному на хвост.

— Ау-у-у-у-у! — взвыл волк.

— Никогда не слышал такой странной сирены, — поразился Николас.

— Всё, нам пора! — отрезала Лейла. — Я тебе зачем звоню: Елена говорит, на этом острове телефон не будет работать, потому что он находится очень далеко от материка. Так что ты не беспокойся, если вдруг наберёшь мой номер, а гудка не будет, хорошо?

— Да я и не беспокоюсь, — добродушно заверил Николас. — Ведь рядом с тобой бабушка, самая сильная женщина в мире. Если этого недостаточно, рядом с тобой тётушка Френки, чемпионка по кун-фу. Если же и этого недостаточно, рядом с тобой Елена, которая может заговорить до смерти хоть целую вражескую армию!

Лейла прыснула со смеху. Всё-таки у неё необыкновенный папа. Пусть он ничего не смыслил в ведьмах и волшебных снадобьях, но каждый раз, когда его дочь чего-то боялась, именно он находил нужные слова, которые придавали ей отваги. Это было сродни настоящему волшебству, которое всегда срабатывало безотказно.

— Папа, я тебя люблю.

— И я тебя, малышка.

Приободрившаяся Лейла нажала «отбой», и тут к ней подошла бабушка, держа в руках внучкин дорожный плащ.

— Ну что, ты готова?

Ведьмочка решительно натянула плащ:

— Теперь да, бабушка!

— Тогда в путь, — провозгласила Эрминия и тут же добавила, обращаясь ко всем присутствующим ведьмам: — Ну что, учиним небольшой беспорядок, сестрёнки?!

— Ю-ху-у! — хором ответили те.

Стайка развевающихся плащей изменчивого цвета взмыла в воздух со скоростью ветра. С земли им прощально махал Водан и завывали друзья-волки.

В течение следующих нескольких часов сёстры пронеслись под норвежскими небесами, оставили позади Швецию и взяли курс на север.

Сначала их плащи были тёмно-зелёными, как шведские леса, затем стали бледно-жёлтыми, как скалистые берега Баренцева моря, и наконец лазурными, как волны Северного Ледовитого океана.

Полёт над океаном был неописуемым. Небеса и воды сливались в бескрайнее море, даже по цвету они были почти неотличимы. Лейла чувствовала себя лодкой, дрейфующей на необозримых морских просторах.

Час от часу холодало, и ведьмочка, стуча зубами, всё хотела спросить, скоро ли они будут на месте, но выражения лиц сестёр, которые плотно закутались в плащи и за всю дорогу не обменялись ни единым словом, каждый раз останавливали её. Было очень важно не растерять силы в преддверии последней части пути.

Она пыталась взбодриться, но лютый мороз сковывал даже мысли.

Вдруг справа от себя Лейла увидела облако, которое двигалось с той же скоростью, что и она сама.

Она представила себе, что это облако — её мама, готовая принять участие в любом приключении плечом к плечу с дочкой.

Это было новое ощущение, которого она не испытывала никогда в жизни… и от него сразу потеплело на душе.

«Я лечу к тебе, мама! — подумала Лейла. — Я спасу тебя, и ты вернёшься домой… Как странно! Обычно это мамы забирают дочек домой, а у нас всё наоборот: я отправляюсь за мамой… И я жду не дождусь, когда же мы наконец познакомимся!»

Глава 5

ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!

На горизонте появился Ледяной замок. Его стылая громада возвышалась прямо посреди бушующего моря. Яростные волны вздымались, точно когтистые лапы, готовые сцапать ведьм и утащить их в бездонные пучины. В небе бушевал ветер, грозивший с минуты на минуту сбросить их с мётел. В довершение ко всему шёл сильный снег, нескончаемый поток колких белых хлопьев.

Сёстры закутались в плащи, ставшие белыми, как небо над их головами, и начали снижаться на остров Белоснежной колдуньи. Впрочем, когда они долетели до стен замка, ветер как будто по волшебству стих. Зато откуда ни возьмись появилось непроницаемое облако тумана, холодного и влажного.

Лейла в испуге закрутила головой по сторонам. Сестёр не было и следа.

— Бабушка, ты где?!

Непонятно откуда раздался голос:

— Лейла, ты где?

— Я здесь, но ничего не вижу!

— Лейла? — вновь позвал бабушкин голос. — Ты где? Отзовись!

— Да, бабушка, я здесь! — прокричала она, но Эрминия, похоже, ничего не слышала.

Голоса других сестёр доносились с разных сторон, переплетались обрывками фраз и превращались в пугающий гул.

— Что происходит? Бабушка! Сёстры! — в ужасе выкрикивала Лейла.

Искажённые звуки доносились то оттуда, то отсюда, а туман всё сгущался. Теперь Лейле было не видно даже собственных ног.

— На помощь! — изо всех сил завопила Лейла, но никто не ответил.

Потянулась бесконечная тишина. Внезапно её нарушил взбешённый крик бабушки:

— А ну отвяжись от моей внучки, гадина!

Эхом откликнулся безутешно рыдающий голос Джойс:

— Мама, нет, нет, я не хочу их убивать, позволь мне просто играть на арфе…

Затем настала очередь Елены, которая отчаянно умоляла:

— Я прошу тебя, останься, сегодня на море шторм. У меня плохое предчувствие…

Что приключилось с сёстрами? Почему они вдруг так перепугались? А самое главное, куда подевалась бабушка?! В этот миг Лейла увидела, как из облаков показалась метла Эрминии, следом выплыли мётлы Елены, тёти Френки и Джойс. Ровным строем, медленно и размеренно, двигались они на фоне туманной пелены. Как настоящие могильные кресты. Ведьмочка почувствовала, что сердце у неё ушло в пятки, и последовала за процессией мётел. Неожиданно она оказалась перед огромным троном, драпированным мрачной шотландской клетчатой тканью.

Трон повернулся, чуть покачиваясь в пустоте, и Лейла встретилась лицом к лицу с Айви Буллитпот. Та довольно усмехнулась. В руке злая ведьма сжимала золотую шпильку Эрминии.

— Твои добрые сёстры храбро сражались, но победила всё-таки я! Они пожертвовали своей жизнью, чтобы защитить тебя, ни дать ни взять как твоя мамаша, но это ничего не изменило. Я убила их всех, а теперь настал твой черёд, сладенькая! — прошипела она, приставляя шпильку прямо к сердцу ведьмочки.

Перепуганная Лейла чудом увернулась и отлетела вбок. Слова Королевы ведьм разрывали голову, словно кошмарный сон.

— Нет, этого не может быть… Вы не могли убить их! И потом… Как вы сюда попали?! Вы же в Лондоне, сидите в тюрьме…

— Похоже, ты ошибаешься! — рассмеялась мегера и вновь атаковала.

Лейле опять повезло: она увильнула и осталась невредимой. Несмотря на страх, в голове у неё пронеслось: «Вот так дела, а белки-то были правы: я действительно научилась летать!» Собравшись с силами, она воскликнула:

— Что, никак? Засиделись вы, дорогуша, в своей камере, вот косточки и одеревенели!

И тут произошло нечто странное: на секунду Айви исчезла, а на её месте появилась тётя Френки, которая ободряюще закричала:

— Молодчина, умница! Продолжай…

Затем её образ пропал, оттеснённый Айви со шпилькой наготове.

— А ну катись отсюда, старая ведьма!

Настроение у Лейлы резко улучшилось: пусть она видела тётушку всего пару секунд, зато теперь она точно знала, что Айви врёт, что никого она не убивала! Тётя Френки выглядела как никогда живой, здоровой и бодрой. И она велела продолжать что-то делать, но что именно?

Чтобы протянуть время, Лейла решила позлить Айви:

— Тётя Френки хоть выглядит по-человечески, не то что ты! Знаешь, на кого ты похожа? На диван с клетчатой обивкой, ха-ха!

— Как ты смеешь дерзить Королеве ведьм?! — вскипела противница, и в этот момент Лейла увидела, что её образ чуть померк.

Ведьмочка начала понимать, что имела в виду тётя Френки.

— Тоже мне королева… Таких в приличный дом и на порог-то не пустят… — протянула она.

Айви опять исчезла, и на этот раз тётя Френки успела воскликнуть:

— Молодчина! Позли её ещё немного, скоро ты поймёшь…

Но тут снова появилась Айви и поднесла шпильку к самой груди Лейлы:

— Ну всё, с меня хватит! Умри, проклятая Недоделанная!

Лейла почувствовала острую боль в сердце и услышала гулкий шум. Она закрыла глаза, уверенная, что умерла, но когда открыла их опять, то увидела тётю Френки, которая размахивала своим медным черпаком, точно пистолетом. Тётя стояла в облаке апельсинового цвета, пахнущем гвоздикой. Айви и след простыл.

— Что это было, тётя? — спросила Лейла, крепко обнимая старушку. — Где бабушка? Где остальные?

— Они пали жертвами Панического заклинания.

— Чего-чего?

— Жестокого колдовства, которое проникает в твои мысли и ищет то, чего ты боишься больше всего на свете, а затем заставляет тебя поверить, будто это свершилось на самом деле.

— То есть это была не Айви, а что-то вроде… призрака?

— Именно! — подтвердила тётушка Френки, резво седлая метлу. — А избавиться от этого наваждения можно, только если будешь корчить ему рожи и всячески дразнить! Иначе можно со страха умереть. Короче говоря, ты молодчина, Лейла!

— Получается, бабушка и остальные сейчас… под властью Панического заклятия?

— Это ненадолго. Всё, пошли! — тряхнула головой Франциска.

— Но как мы будем их искать? Тут же ничего не видно…

— При помощи снаряда из индийской гвоздики. Да будет тебе известно, это лучшее снадобье для прозрения глаз! — провозгласила старушка, извлекая из патронташа шарик оранжевого цвета.

Она зарядила им черпак, как катапульту, и снаряд взмыл навстречу бледному солнцу. Через несколько секунд прогрохотал взрыв, и воздух наполнился порошком оранжевого цвета с запахом гвоздики. Когда туман рассеялся, порошок исчез, и перед ними появилась Эрминия. Она боролась с призраком Королевы ведьм и была на грани изнеможения. Но как только она увидела обожаемую внучку, целую и невредимую, то почувствовала новый прилив сил и сбросила с себя наваждение.

— Лейла! — выдохнула она, прижимая девочку к могучей груди. — Что за чертовщина здесь творится?

— Мы в ловушке у Белоснежной колдуньи, бабушка.

Эрминия огляделась по сторонам и сразу же всё поняла:

— Паническое заклятие… так вот как она охраняет подступы к своему замку!

— Сёстры! — раздался голос Джойс. — Я боялась, что потеряла вас навсегда, я ведь вас… чуть не убила.

— Это были не мы, а наши призраки, — объяснила Лейла. — К счастью, все живы и здоровы.

— Не все. — Джойс указала на Елену.

Та билась с гигантским морским чудовищем, напоминающим змею с длинными плавниками, на концах которых торчали острые когти. У монстра было несколько голов с бездонными пастями.

— Верни мне его сейчас же! — кричала Елена в бреду, безуспешно борясь с призрачным гадом.

— Чт-то… что это т-такое?! — пролепетала Лейла.

Бабушка покрепче притянула внучку к себе и объяснила:

— Это Четус, древний обитатель греческих вод. Он отнял у Елены возлюбленного.

— Это было много-много лет назад, — добавила тётя Френки.

— Я… я не знала. Елена мне не рассказывала.

— Иногда люди говорят много и обо всём сразу, лишь бы обойти молчанием свою самую большую боль, деточка, — вздохнула тётя.

Перепуганная Лейла вся сжалась под своим волшебным плащом. Белоснежная колдунья знала о них все, даже то, о чём никогда не говорили вслух.

— Надо уходить отсюда как можно скорее, — заявила тётя Френки. Затем она взмахнула медным черпаком, точно жезлом, и распорядилась: — Я разберусь с этой морской колбасой, а вы отправляйтесь. Нельзя терять ни минуты!

— Хорошо, — кивнула бабушка.

— А ты… не боишься?! — поразилась Лейла.

— Я? Ха-ха-ха! — рассмеялась тётя. — Я слишком стара, чтобы бояться!

И с этими словами Франциска исчезла в гуще колец призрачного чудища, не переставая смеяться во весь голос.

Глава 6

ТЬМА НА ДНЕ КОЛОДЦА

Отыскать вход в западное крыло оказалось легче лёгкого: дверь была точно такой же и точно там же, что и на карте, показанной котом Мерлино. Она представляла собой глыбу льда, утыканную железными гвоздями, блестящими и острыми, точно кусочки какой-то смертоносной мозаики. Из гвоздей складывался узор: контуры стрекозы с расправленными крыльями.

— Герб Белоснежной колдуньи, — пояснила Эрминия, приближаясь к входу.

Тут дверь неожиданно распахнулась, хотя никто ее и пальцем не коснулся.

Петли заскрипели, и в пространство по ту сторону двери проник тонкий луч света. Он выхватил из темноты широкую крутую лестницу, которая вела в подземелье.

Лейла посмотрела на эту светящуюся дорожку и подумала, что там, глубоко внизу, томится взаперти её мама. От этой мысли ноги сами понесли её вперёд, точно бабочку на огонь.

— Подожди! — окликнула Джойс. — Вам не кажется странным, что дверь была открыта?

Это и впрямь вызывало подозрения. Какой смысл защищать замок громоздкими и опасными дверями, если войти в них — пара пустяков? Сёстры нерешительно переглянулись.

В этот миг в конусе света появилась чёрная тень с длинными и острыми рогами на голове.

— Доброй ночи, ведьмы, — шепнула тень. Сёстры не произнесли ни слова и прижались одна к другой, готовясь дать отпор новому врагу. Сумрачная фигура медленно, но неуклонно приближалась к ним. Точно змеи, свивающиеся кольцами, рога начали менять форму и уменьшаться в размерах. Затем в темноте стали видны четыре чёрные лапы. Рога всё продолжали сжиматься и наконец превратились в мягкие треугольные уши.

— Мерлино! — узнала кота Джойс. — Меня чуть удар не хватил. Иди сюда, я тебя почешу как следует!

Но тот не обратил на её слова никакого внимания, а лишь выгнул спину и мягко зашагал вниз по ступеням.

— Следуйте за мной, я приведу вас к мятежнице, — мяукнул он.

Эрминия и Лейла молча последовали за ним.

— Ты себя хорошо чувствуешь, котик? — спросила Джойс, не двигаясь с места.

Он ничего не ответил и продолжал спускаться в подземелье.

— Погоди-ка, Эрминия, — предостерегла Джойс. — С котом что-то не так. Чтобы Мерлино и ухом не повёл, когда предлагаешь его почесать, такого в жизни не бывало…

Вдруг ступени под их ногами растаяли и превратились в вязкую грязь. Месиво зашевелилось и быстро понесло ведьм вниз.

— На по-о-о-мощь! — закричали они, соскальзывая в бесконечный мрак.

Пространство вокруг них сжалось, как воронка, и превратилось в узкий туннель. От ледяного воздуха перехватило дыхание.

Онемев от ужаса, ведьмы приземлились в большой и мягкий сугроб на самом дне глубокого колодца.

Лейла подняла голову. Начало туннеля было далеко-далеко, просто точечка света величиной с булавочную головку. Льдисто-голубые глаза Мерлино посмотрели на них сверху вниз, а затем исчезли.

— Эй, ты куда?! Где моя мама?! — завопила ведьмочка.

Джойс огляделась по сторонам и безутешно развела руками.

— Разумеется, Грейс тут нет.

— И куда это нас занесло? — прокряхтела Эрминия, потирая ушибленную поясницу.

— Мы угодили во вторую ловушку Белоснежной колдуньи. И боюсь, это целиком и полностью моя вина. Я не удержала вас…

— Это не твоя вина, — сказал голос, который доносился как будто из самого рая.

В воздухе показалось белое перо, блестящее и яркое, как солнечный луч. Лейла проследила за ним глазами. Перо медленно спикировало и устроилось прямо на её лохматой черноволосой голове.

— Кто это сказал? — спросила бабушка.

Голос ответил:

— Такой же заключённый, как и вы.

Вдруг откуда-то послышался гудящий шум. Он не умолкал ни на секунду и всё время нарастал. Воздух задрожал, словно предчувствуя мощный ураган.

Неизвестный вскричал:

— Стрекозы! Они летят сюда! Немедленно убегайте, иначе будет слишком поздно!

Сёстры лихорадочно оглядывались в поисках выхода. Вдруг с той же стороны, откуда вылетело первое перо, появилось белое крыло, которое с трудом протиснулось в малюсенькую трещину в стене колодца.

— Лезьте сюда! — воскликнул заключённый.

— Но трещина же совсем маленькая! Что нам делать? — переполошилась Лейла.

Джойс заговорщицки посмотрела на неё:

— Будем петь!

Она оперлась руками о стену; та была холодной, ведь она была изо льда. Джойс сделала глубокий вдох, закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и взяла великолепную высокую ноту. Всей мощью своего голоса она набросилась на щель в стене колодца. Та завибрировала, заскрипела и стала расширяться. Лейла присоединилась к Джойс, не жалея последних сил. И вот лёд начал крошиться.

Неумолчное гудение тем временем превратилось в могучий гул, и на пленниц, заслоняя скудный свет, обрушился рой сверкающих насекомых.

— Скорее! Сюда! — махнуло белое крыло.

Решающий удар нанесла бабушка, после чего отвалился достаточно большой кусок стены, и сёстры смогли пролезть в узкое отверстие. Лейла и бабушка протиснулись туда и очутились в тёмной камере. Они слышали, что взбешённый рой гонится за ними и что голос Джойс становится всё пронзительнее. Раздался оглушительный грохот, и колодец обвалился. Затем последовала тишина.

— Джойс? — шепнула Лейла.

Нет ответа.

— Джойс! Ты жива?

Молчание.

— Джойс! — позвала она в третий раз.

— Можешь её больше не звать, — вздохнул голос нового знакомого.

Его обладатель вышел из тени. Он оказался лебедем, белым, как снег, и худым, как щепка. Кадет Брозиус! После двух месяцев заключения он потерял свой мягкий живот и имел вид ощипанного петуха.

— Никто не выживает в схватке с алмазными стрекозами, — пояснил лебедь.

Лейла и бабушка заглянули в щель. На дне бывшего колодца лежали ледяные обломки и груды снега. На них покоились неподвижные блестящие тела алмазных стрекоз. Вдруг в самой середине этого кавардака что-то зашевелилось. Из-под белого снега победоносно высунулась рыжая шевелюра, которая развевалась, точно грива норовистой чистокровной лошади.

— Эти насекомые еще хуже, чем мои фанаты! — воскликнула самая известная поющая ведьма современности.

Плача от радости, Лейла подползла к Джойс и хотела обнять её. Та попыталась сесть, но угрожающее жужжание остановило её. Крылья стрекоз затрепетали.

— Просыпаются, — догадалась Джойс. — Ладно, я с ними разберусь… я знаю отличную колыбельную! А вы идите искать Грейс! И поторопитесь, хорошо?

Бабушка и внучка энергично кивнули. От обвала дверь в камеру Брозиуса рухнула, и две ведьмы протиснулись мимо распавшихся решёток. Кадет последовал за ними, быстро перебирая лапами.

— Ты свободен, лебедь. Можешь лететь куда захочешь! — предложила бабушка.

Но Брозиус никуда лететь не хотел:

— Я иду с вами, у меня тоже есть друг, которого нужно спасать!

Глава 7

ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ

Как и думала бабушка, надёжного союзника из кота Мерлино не получилось: наоборот, он обманул свою хозяйку и заманил их всех в ловушку. Не без потерь, но ведьмам удалось выбраться из этой ловушки, однако они по-прежнему не имели ни малейшего представления, где держат Грейс.

— Белоснежная колдунья наложила на него заклинание Пожизненного Послушания, — попытался защитить друга Брозиус. — Но вы же ведьмы, вы можете его освободить, разве нет?! — взволнованно кудахтал он.

— Вообще-то мы пришли освобождать мою маму, а не кота-предателя! — воскликнула Лейла. — И как нам теперь её искать? Этот замок бесконечный!

Эрминия с тревогой огляделась. Они очутились в громадной пещере со множеством сталактитов и сталагмитов, которые свисали с потолка и вырастали из пола. Ледяные колонны напоминали острые зубы хищника, готового в любой момент сомкнуть челюсти и проглотить свою добычу. Справа и слева виднелись массивные арки, за которыми открывались длинные коридоры. Страшно подумать, какой там начинался лабиринт из залов, лестниц и переходов…

— Я знаю это место как свои два крыла! — заявил Брозиус. — Помогите мне освободить Мерлино, и я отведу вас к пленнице.

— Выбора у нас нет, — развела руками бабушка Эрминия. — Придётся сделать так, как предлагает этот пернатый.

— Но бабушка! — вознегодовала внучка, и эхо её голоса понеслось по коридорам.

Вдали зазвучал жуткий гул. Стрекозы услышали её и теперь летели на голос.

— Тихо! — шикнула бабушка. — Сначала найдём место поукромнее, а уж потом обо всём поговорим.

С этими словами она выдернула из волос золотую шпильку и начертила на сталактите контур домика с остроконечной крышей. После этого Эрминия начала декламировать:

ИЗ МАГИЧЕСКОГО КОДЕКСА БРАТСТВА ВСЕОБЩЕГО БЕСПОРЯДКА

Заклинание «Дом в кармане»

Есть у меня бродячий дом,

Он следует за мной повсюду,

В любое время — ночью, днём —

Он будет там же, где я буду.

Когда устану от дорог,

На бездорожье забуксую,

Я сделаю глубокий вдох

И этот домик нарисую.

Наметим пол и контур стен.

Скромнее нет покоев!

Забудь старинный гобелен,

Тут хватит и обоев!

Что мы забыли? Крышу? Да!

Чирк-чирк! Проще простого!

А дверь на «молнии» — сюда.

Ну вот и всё! Готово!

Повсюду ты со мной, мой дом,

Ведь ты в моём кармане.

Начнётся буря — переждём,

Пока не перестанет.

Мой дом находится нигде,

И, чтоб его заметить,

Послушай и скажи себе,

Откуда дует ветер.

Кончиком волшебной палочки Эрминия коснулась нарисованной двери, и та открылась. За ней обнаружилась заколдованная комната. Брозиус, Лейла и бабушка вошли в ледяной сталактит и оказались в просторной гостиной.

— Скорее! — поторопила бабушка, запирая дверь на два оборота.

Обои были того же цвета, что и подкладка её брюк, как будто всё это пространство действительно материализовалось из ткани, из которой были сшиты её карманы. Стены были скреплены между собой при помощи швейных ниток, дверь представляла собой застёжку-«молнию», а ручка на ней была сделана из кнопки. Посреди комнаты высились три корзины, набитые припасами: Джойс уменьшила их и отдала бабушке, а та просто положила маленькие корзиночки в карман.

— Да здравствует бабушка Эрминия!!! — обрадовался Брозиус, который не видел такого изобилия еды два с лишним месяца.

Он сунул голову в корзину и принялся поглощать всё подряд.

Бабушка, напротив, даже не взглянула на съестное.

Сейчас пища волновала её меньше всего.

— Теперь рассказывай, где моя дочь.

— Она в вофтофной бафне! — ответил Брозиус, пережёвывая кусок омлета. — В другой, чафти фамка.

Бабушка и внучка обменялись тревожными взглядами.

— За какое время туда можно долететь на метле? — спросила Лейла.

— Часов за пять, не меньше: когда летишь в ту сторону, дует очень сильный встречный ветер, — объяснил лебедь, начиная очищать от кожуры банан.

Лейла пригорюнилась:

— Мы не можем оставить остальных сестёр так надолго. Им одним с Белоснежной колдуньей и её коварными ловушками не справиться!

Бабушка была согласна. Она приложила шпильку к крылу Брозиуса и сказала следующее:

— Ты птица и лучше всего на свете умеешь летать. Рядом с тобой находятся две дамы, которым нужен транспорт. Ты ведь не оставишь их в беде, верно?

Брозиус вздрогнул и проглотил банан целиком. Затем оглядел бабушкину внушительную фигуру и покачал головой:

— Не получится. Вы слишком тяжёлые.

— Грубиян и невежда! — возмутилась бабушка.

— Невежество тут ни при чём, дело в физике: ты когда-нибудь слышала такое понятие — падение весомых тел? — защищался Брозиус, вовремя припомнив уроки в Воздушной академии.

— Да, и что с того? — недоуменно спросила Эрминия.

— Скажем так: ты, бабушка, очень весомая.

Лейла не удержалась от хохота: лебедь был действительно смешной. Даже бабушке не удалось сохранить на лице серьёзное выражение.

— Ну хорошо, ты прав, — усмехнулась Эрминия. — Но это дело поправимое…

Из кончика её волшебной палочки вылетела молния и направилась прямо на лебедя.

— Эффект объёма! — провозгласила ведьма.

Оперение птицы стало раздуваться, точно волосы под струёй горячего воздуха. Брозиус увидел, как его тело вдруг выросло вширь и ввысь, лапы удлинились, а шея потянулась к потолку.

— Что-то мне это напоминает… — изумлённо прокомментировала Лейла.

— Эй, бабушка, ты чего?! Что это за колдовство такое? — испугался лебедь, поворачиваясь к Эрминии.

Его крылья уже успели удлиниться метров на десять, так что когда кадет попытался пошевелить ими, то упёрся в стену комнаты, и та продырявилась. Брозиус стал большим, как динозавр.

— Ну и кто из нас теперь весомый, мой дружочек?! — подначила Эрминия.

Но не успел Брозиус найти достойный ответ, как завидел блестящий адский рой. Алмазные стрекозы! Крылья-лезвия, выставленные в стороны, вот-вот должны были вонзиться в беглецов. И вдруг произошло нечто необычайное…

— Кыш, кыш! — воскликнул Брозиус, точно отгоняя назойливого комара.

Но теперь его клюв был величиной с драконью пасть, и из него раздался голос такой глубокий и оглушительный, что задрожал весь павильон.

Звуковая волна опрокинула стрекоз, словно мощное цунами, и они, обезумев от неожиданности, начали бросаться из стороны в сторону, летать зигзагами, сшибаться друг с другом, отлетать рикошетом от сталактитов и сталагмитов, звеня, точно миллион сошедших с ума колокольчиков.

Брозиус не мог поверить ни глазам, ни ушам. Он только что разбил целое войско проклятой Белоснежной колдуньи, и чем? Одной лишь силой своего голоса!

— Ура! Ура бабушке!!! — закричал он, счастливый, как птенчик. Затем положил одно крыло на пол и торжественно обратился к двум ведьмам: — Добро пожаловать на борт, милые дамы! Готовность к отлёту — четыре секунды.

Бабушка и внучка вскарабкались по перьям, как по трапу самолёта. Они поместили Страбилию и Каллистемнон в гущу тёплых перьев и приготовились к взлёту.

— Три… два… один… пу-уск! — прогремел лебедь.

Он пригнул огромную взъерошенную голову и помчался вперёд, громя по пути сталактиты и сталагмиты.

Колонны разлетелись на куски, как хлебные палочки, и через несколько секунд троица очутилась на широкой террасе. Внизу бушевал океан. Волны с оглушительным шумом разбивались о фундамент замка. На поверхности воды чётко выделялась длинная и узкая тень, чьи контуры колебались в вихре течений. Лейла подняла глаза, чтобы увидеть, откуда тянется этот тёмный язык. За башенками и террасами, которые выглядели точно пики и долины альпийской горной цепи, поднималась ледяная башня, такая высокая, что её верхушка пряталась где-то в тумане.

— Это и есть восточная башня?

Брозиус кивнул, не открывая глаза. Он слушал ветер и определял его направление. Затем взял разбег и начал полёт. Когда он расправил крылья, ему показалось, что они большие, как целое небо, и такие длинные, что ими можно одновременно коснуться луны и солнца. Лебедь позволил ветру подхватить себя и, с каждой секундой всё больше отдаляясь от земли, полетел к вершине башни. И вместе с ним навстречу последней коварной ловушке Повелительницы льдов летели Лейла и её бабушка.

Глава 8

ШУМОВНИК

Флориан пристроил велосипед у входа в зимний садик тёти Френки, огляделся вокруг, чтобы убедиться, что его никто не видит, и выставил перед собой пистолет с травяными патронами, спрятавшись за дверью, как тайный агент, который готовится войти в дом преступника. Другой рукой он вставил ключ в замочную скважину на застеклённой двери, открыл её и осторожно вошёл в теплицу. Но едва только он сделал первый шаг по дорожке, как раздался перезвон тысячи колокольчиков, пронзительный и дребезжащий, точно звон взбесившегося будильника.

— Руки вверх! Стой, кто идёт! — воскликнул Флориан, направляя дуло пистолета в ту сторону, откуда раздался шум.

Но единственное, что он там увидел, — это растение высотой чуть больше метра, покрытое красными ягодами, которые слегка подрагивали и выглядели совершенно безвредными, как ягодки остролиста на рождественской ёлке. Он на цыпочках подошёл поближе и увидел, что из грунта торчит этикетка с надписью: «Шумовник».

Он решил, что это нормально — у растения под названием «шумовник» шумные ягоды, им так на роду написано, а значит, беспокоиться не о чем. Тем более что у него были и дела поважнее. Накануне показывали последнюю серию о приключениях гениального детектива Гэмблинга, из которой он выучил несколько премудростей и теперь ужасно хотел применить их на практике. Например, как понять, заходил ли кто-нибудь в запертое помещение? Очень просто: поместить маленький клочок бумаги между дверью и косяком. Если непрошеный гость явится, то бумажка вылетит оттуда, когда будут открывать дверь. Флориану показалось, что это хитрая уловка и теперь он легко узнает, не проникал ли кто-нибудь в примроузские подвалы, не подбирался ли к секретам зала Всеобщего Беспорядка. Сказано — сделано. Он принялся раскладывать клочки бумаги на полу перед дверью, ведущей в подвал, и даже не заметил, как ягоды прекратили дребезжать, а в теплицу просунулось что-то крупное и свирепое…

— Великий детектив Флориан, известный на весь Лондон своей отважной борьбой со злыми ведьмами, ставит хитроумный капкан, который…

Внезапно на стене появилась гигантская семиголовая тень.

— Эт-то ещё чт-то т-такое? — пролепетал Флориан, поворачиваясь.

Его взгляду предстало огромное растение с массивным и мохнатым стволом, с которого свисали семь ярко-оранжевых бутонов с зевами, полными острых клыков и ревевшими, как голодные львы.

Он попытался схватить пистолет, но жуткое растение вышибло его из рук мальчика одним ударом своего большого и тяжёлого листа.

— А т-ты… т-ты кт-то?

В ответ растение сняло со своих корней этикетку и запустило ею в мальчика.

— А-а-аййй! — завизжал тот, а затем прочёл надпись на этикетке: «Львиный зев».

Семь ртов ожесточённо ревели и тянулись к мальчику.

— Не ешь меня! Я сплошная кожа да кости!

Семь ртов презрительно хмыкнули, будто от одной мысли об этом их передёрнуло, схватили его за шиворот и потащили в зимний сад. Там жестокое растение опустилось на четвереньки и потопало на когтистых листьях, тряся вазой и корнями, точно бронированным хвостом. Флориан попытался укрыться за массажной кушеткой тёти Френки, но растение в два счёта выгнало его оттуда и вытолкало к фонтану посреди сада.

— Ай! Ой! Ай! — вопил мальчик.

Львиные зевы положили листья-лапы на сухой борт фонтана и высунули наружу семь зелёных языков, облизывая камень, как коты облизывают раковины, когда хотят пить.

— Ты… ты пить, что ли, хочешь? — наконец догадался Флориан.

Семь голов согласно кивнули. Листья указали на остальные растения, и Флориан заметил, что все они буквально умирают от жажды. Он так увлёкся своими детективными изысканиями, что напрочь забыл, зачем именно тётя Френки вручила ему ключи: чтобы он ухаживал за её магическими растениями!

— Хорошо-хорошо, я понял! — пропыхтел Флориан.

Он открыл кран, и в мраморную чашу фонтана хлынула струя воды. Львиный зев вернулся на своё место в ожидании хорошей порции свежей водички. Флориан наполнил лейку и облегчённо выдохнул.

Но он рано радовался, потому что в этот самый момент перед дверями салона затормозил зелёный «остин» Николаса Блу, и из него вышел папа Лейлы собственной персоной. Он вот-вот должен был войти, а тут полнейший бедлам!

Николаса нельзя впускать внутрь, по крайней мере до тех пор, пока львиные зевы не утихомирятся! Если он увидит, на что способны магические растения тёти Френки, то начнёт задавать вопросы. И что, спрашивается, ответит ему Флориан?!

Нет, он обязан защитить примроузские секреты любой ценой! Как удачно, что у него есть…

— Пистолет?! — удивился Николас, поднимая с земли волшебный револьвер.

Когда львиные зевы накинулись на Флориана, то обезоружили его и метнули пистолет прочь из теплицы, и теперь он лежал на лужайке перед салоном… прямо перед автомобилем Лейлиного папы!

— Да… это мой водяной пистолет! — выпалил мальчик, выходя навстречу. — Здравствуйте, мистер Блу!

— Здравствуй, Флориан! — ответил Николас. — Классный у тебя пистолет. В мои времена таких не было, сплошь какие-то копеечные пластмассовые фитюльки. Но твой — просто шедевр! От настоящего не отличишь.

— Ну да. Но на самом деле это просто игрушка, детская забава… давайте его лучше мне.

Флориан протянул руку в надежде, что мистер Блу вернёт ему оружие. Но тот лишь продолжал вертеть револьвер в руках с лицом счастливого ребёнка, который заполучил новую игрушку.

— Знаешь, Флориан, я всегда мечтал о том, чтобы у меня был такой вот пистолет.

— Мистер Блу, может быть, вы мне всё-таки его вернёте…

— Руки вверх! — перебил Николас, посмеиваясь и наставляя оружие на бедного мальчика.

Флориан поднял руки в небо, не дыша.

— В детстве я был чемпионом по водяным перестрелкам. Всегда стрелял без промаха! Знаешь, как меня называли? Ник Пистолеро!

По спине Флориана потёк холодный пот. Если Николас ненароком выстрелит, начнётся такое… Этого нельзя допустить! Вдруг из парника донёсся недовольный рёв.

— Что это было?! — изумился Николас, наконец-то опуская пистолет.

— Это у меня в животе бурчит! — без промедления солгал Флориан.

— Да нет, это не живот… раздался такой жуткий звук!

— Э-э-э… Я просто очень есть хочу.

— И шёл он, похоже, из салона красоты…

— Да нет, вам показалось! Это было… ну, в общем… эхо.

— Так, будет лучше, если мы зайдём и посмотрим, — тряхнул головой Николас и посерьёзнел.

— Нет!!! — воскликнул Флориан, перегораживая ему путь. — Не сейчас!

— И когда же?!

— Потом! Ой, смотрите, там… там полицейский! Смотрите, вон там, около вашей машины! Он вам сейчас выпишет штраф!

— Что ещё за полицейский?! — забеспокоился Николас, поворачиваясь к машине.

— Бегите! Может, ещё успеете… Я тут сам разберусь, — сказал Флориан, выхватывая у него из рук револьвер. — С полицейскими лучше разговаривать, не держа в руках оружия.

— Спасибо! Я сейчас вернусь!

— Не торопитесь! — махнул рукой Флориан.

Пока Николас бегал к автомобилю, он возвратился в теплицу, быстро-быстро полил растения и закрыл дверь зимнего сада. Как раз вовремя: Николас уже подходил к салону.

— Не было там никакого полицейского…

— Вот и отлично, так даже лучше! Нет полицейского, нет и штрафа! Знаете, так есть хочется, льва бы целиком проглотил… или даже целых семь! — воскликнул Флориан, беря Николаса под руку и таща его подальше от салона красоты.

— Я вообще-то хотел сначала заглянуть в салон…

— Уже сделано! Всё на месте, всё в порядке!

— Ты уверен? Ты хорошо проверил?

— А как же! Пересчитал всё, до последнего бигуди!

Николас взорвался от смеха:

— Молодец, Флориан! Ты — лучший в мире блюститель бигуди! Ты заслужил своего льва на полдник.

— Ну что вы, мистер Блу, — покраснел мальчик.

Мистер Блу сложил пальцы в форме пистолета и важно произнёс:

— Называй меня Ник, Ник Пистолеро!

Глава 9

ДЛИННЫЕ ПЕРЧАТКИ ИЗ ФИОЛЕТОВОГО БАРХАТА

По мере того как они приближались к вершине башни, шум ветра и волн постепенно удалялся. Вскоре звуки пропали совсем, и воцарилась зловещая тишина. Это не предвещало ничего хорошего.

— Лебедь, что ждёт нас там, наверху? — спросила Лейла.

— Понятия не имею. Знаю только одно: Белоснежная колдунья будет сражаться до последней капли крови.

— Ты её хорошо знаешь?

— Да, к сожалению, я очень долго был у неё в подчинении.

— Тогда скажи мне, что нужно сделать, чтобы победить её и освободить мою маму?

Брозиус пожал крыльями:

— Видишь ли, ведьмочка, Белоснежная колдунья обладает магическими способностями всех волшебных существ, какие только водятся на свете. Это и хитрость воздушных духов, и скорость эльфов, и сила орков, и мудрость драконов, и чары фей, и магия ведьм. Её полномочия бесконечны, её ум проницателен и остёр, как лёд, но…

— … у неё нет сердца, — договорила за него бабушка.

Лейла вздрогнула:

— Но этого не может быть, у всех есть сердце. Без сердца жить нельзя. И если оно не бьётся, это означает, что ты умер.

— Вообще-то Белоснежная колдунья не совсем живая… — попытался объяснить лебедь. — Но и не мёртвая тоже.

— Тогда какая же она? — с недоумением спросила Лейла.

Брозиус шумно втянул воздух: от одной мысли о слове, которое он собирался произнести, у него затряслись поджилки.

— Бессмертная.

Ведьмочка никогда раньше не слышала о бессмертных волшебных существах.

И теперь вдруг поняла, что не сможет победить такого непостижимого противника…

— И на что способны бессмертные? — помедлив, спросила она.

— Бессмертные родились тогда же, когда родилась Земля, и вместе с нею они уйдут в небытие. Если только другой бессмертный не положит конец их жизни раньше, чем закончится мир, — продекламировал Брозиус, вспоминая урок мадам Прин.

— То есть существуют ещё и другие?

Кадет покачал большой лохматой головой:

— Белоснежная колдунья — последняя. Всех остальных она убила.

Лейла побелела. Её плащ, напротив, приобрёл ярко-фиолетовый оттенок, того же цвета, что и бескрайнее облако, которое поджидало их, клубясь над шпилем башни: едва только они добрались туда, воздух окрасился в любимый цвет мамы Грейс. Брозиус тоже преобразился: как только они пересекли туманный порог, магия бабушки Эрминии вмиг развеялась, и лебедь обрёл свои прежние размеры… Теперь ему уже было не вынести такого седока, как Эрминия!

Троица стала стремительно падать. Брозиус безуспешно пытался поддержать бабушку, но только сломал себе крыло.

— А-а-а-а-а-ай! — застонал он, соскальзывая в туман.

Следом за ним в свободном падении летела бабушка. Лейла же почему-то никуда не падала: рука в длинной бархатной перчатке фиолетового цвета схватила её за край плаща.

— Бабушка! — в отчаянии закричала девочка, повиснув в воздухе.

Но Эрминия уже была где-то далеко внизу, под клубами фиолетового тумана.

— Лейла, родная моя, — шепнул откуда-то сверху ласковый голос.

Лейла подняла глаза и увидела на балконе даму с длинными чёрными волосами и большими серыми глазами, одетую в фиолетовое платье. Одной рукой она держала её, а другой размахивала Страбилией, летательной метлой Лейлы.

— Не узнаёшь меня?

Лейла молча покачала головой.

— Я Грейс, твоя мама.

В глазах незнакомки девочка увидела своё взъерошенное отражение. Из-под чёрных, как вороново крыло, волос виднелись изумлённо вытаращенные глаза. Вдруг образ исказился, контуры растеклись, а цвета поблёкли от слёз.

Впервые в жизни Лейла смотрела на свой дом. Не на квартиру со спальней и столовой, не на гостиную, где висят выбранные тобой картины, а на место, где есть кто-то, рядом с кем ты чувствуешь себя дома. Кто-то, кому ты обязана жизнью. А ещё, подумалось Лейле, дом — это место, где тебя ждут, считая минуты до встречи, где по тебе тоскуют и где сейчас, когда ты пришла — вот именно ты, со своими взъерошенными волосами и беспорядком, который ты всегда приносишь с собой, — хотят только одного — прижать тебя к себе крепко-крепко и сказать: «С возвращением, ведьмочка моя».

Лейла вытянула руки, приготовившись войти в свой дом и обнять маму после одиннадцати долгих лет разлуки, но дама в фиолетовых перчатках повела себя совсем не так, как мечтала Лейла.

Вместо того чтобы поздравить дочку с возвращением, она воскликнула:

— Приятного аппетита, стрекозы! — И с силой толкнула Лейлу прямо к громадной хрустальной клетке, стоящей на балконе.

Клетка была окружена мириадами стрекоз, посередине они формировали плотный кокон. Дама в фиолетовых перчатках внезапно начала меняться: рук у неё стало четыре, голова раздвоилась, в стороны отплыли две длинные белые шеи, которые стряхнули с плеч одежду и освободились от бархатных перчаток, помогая друг другу клювами.

— Мама! — в ужасе вскричала девочка, но дамы в фиолетовом больше не было.

Вместо неё появились мистер Фланнаган и мадам Прин.

Белоснежная колдунья превратила их в женщину, похожую на Грейс. Это было всего лишь колдовство, а настоящая Грейс по-прежнему томилась в хрустальной клетке, от которой Лейлу отделял буквально один шаг.

Мама не могла пошевелиться, но, должно быть, слышала её, потому что когда Лейла посмотрела в центр кокона, то увидела, что её сердце на мгновение встрепенулось и осветило нити, которыми она была опутана. Энергия этого сердцебиения протекла прямо в хоботки насекомых, их тут же стало вдвое больше, и вот уже новорождённые стрекозы принялись жадно высасывать жизнь из мятежной ведьмы.

— Впечатляет, не правда ли? — прокомментировала напыщенная мадам Прин. — Всё это — дело благородных рук нашей Повелительницы, которая досконально изучила вопрос обмена потоками энергии между волшебными существами.

Но Лейле некогда было восхищаться достижениями Белоснежной колдуньи. Стрекозы набросились на неё сверху, чтобы тоже поместить в кокон, в точности как они сделали это с её мамой. Надо защищаться! Она огляделась вокруг в поисках чего-нибудь, чем можно было бы сражаться с гнусными насекомыми, и увидела свою летательную метлу. Отлично.

— В атаку, Страбилия! — бешено взвыла она, вытягивая руки.

Страбилия с готовностью поднялась, молнией подлетела к ней и заняла боевую позицию в её руке. Лейла схватила древко, точно меч непобедимого самурая, и ей удалось отбить первую атаку насекомых. Лебеди выскочили вперёд и принялись ей всячески мешать.

У Лейлы было большое желание свернуть шеи этой пернатой парочке, которая обманула её и оставила без бабушки. Где-то она сейчас, бедняжка… Все её сёстры поодиночке в разных частях Ледяного замка выпутывались из ловушек Белоснежной колдуньи, а она… осталась одна-одинёшенька! И в этом были виноваты два проклятых лебедя!

Она почувствовала, как кровь ударила ей в голову. Внутри бушевала такая ярость, что она легко придушила бы обоих лебедей, а потом сломала клетку, раздавила всех жужжалок, разорвала отвратительный кокон и обняла бы в конце концов свою маму, на этот раз уж точно настоящую.

— А ну кыш отсюда! — воинственно крикнула она.

Мистер Фланнаган не сражался врукопашную с незапамятных времен, да и силы у него были уже не те, так что он молча ретировался, не заставляя просить себя дважды.

— Скоро Белоснежная колдунья будет здесь, и твоё желание поиграть в войнушку как рукой снимет, малявка! — прошипела мадам.

— Захлопни клюв, курица! — отрезала Лейла и огрела мадам метлой по голове.

Мадам отшатнулась, но прежде, чем плюхнуться на пол, она заметила жестяную звёздочку, которую Флориан повесил на ручку Страбилии.

— «Ты больше не одинока», — прочитала мадам, расшифровывая руны, которые она, кстати говоря, знала в совершенстве.

Эти слова достигли ушей Лейлы, точно дуновение летнего ветерка посреди лютой зимы.

Не миновали они и стрекоз: жаркая волна согрела их крылья, и те принялись таять, стекая каплями воды.

Слова, которые Флориан написал на звёздочке, произвели удивительный эффект: происходило что-то чудесное. Её друг подарил ей… заклинание! Или, точнее, начало заклинания.

Лейла поняла: если она сможет продекламировать его целиком, то разгромит стрекоз. Она положила Страбилию и сосредоточилась. Магический кодекс остался в зале Всеобщего Беспорядка, так что его отсюда не полистаешь. Но возможно, это не беда, ведь были же времена, когда ни одно заклинание не было написано на бумаге. То есть их кто-то придумал… А если и было что на свете, что Лейла умела делать хорошо, так это фантазировать и выдумывать… Настало время пустить в бой самое ценное оружие!

Глава 10

БЕСПОРЯДОК

ИЗ МАГИЧЕСКОГО КОДЕКСА, КОТОРОГО У ЛЕЙЛЫ НЕТ ПОД РУКОЙ

Заклинание «Во весь голос»

Пусть звёзды дневные живут и не знают,

Что в мире другие звёзды бывают.

Поверь: это правда, сама посмотри,

Их свет пусть наполнит тебя изнутри.

Смотри, как тускнеет закат издалёка,

И знай: ты больше не одинока!

Лейла выпалила эти строки и замерла, глядя на клетку и изо всех сил надеясь, что заклинание подействует…

Она увидела, как стрекозы застыли на лету, заторможенные звуком её голоса, и их хоботки принялись таять, превращаясь в струи воды.

Заклинание работает! Надо немедленно придумывать следующую строфу!

Она осмотрелась в надежде, что что-нибудь вдохновит её на новые строчки, но вокруг клубился сплошной беспросветный туман.

Она закрыла глаза и перебрала в уме, как они добирались сюда, в каких испытаниях выстояли, какую храбрость проявили её сёстры, и продекламировала:

Монстров и призраков я разгромила,

Чтоб прокричать что было силы

Имя твоё, оно смерть затмевает

И со дна пропасти ввысь поднимает.

И я кричу во весь голос высокий:

«Знай, Грейс, ты больше не одинока!»

Вторая строфа вышла совсем не плохо, но две последние строки получились не очень убедительными.

Стрекозы, охранявшие клетку, лопнули, как мыльные пузыри, но решётки усиленно сопротивлялись заклинанию.

При взгляде на них ей пришла в голову сногсшибательная идея:

Уже истекают решёток сроки.

Знай, Грейс, ты больше не одинока!

Так-то лучше: решётки размякли и на самом деле потекли на пол.

Теперь надо подобраться к кокону вокруг Грейс. Нужна другая идея.

Давай ты будешь крышей, а я домом,

Подушкой — я, а ты — кроватью всей.

Приду домой усталой, невесёлой,

А ты улыбкой встретишь у дверей,

Четыре главных слова говоря…

Кокон превращался в облако белого пара, открывая лицо Грейс. Лейла с трудом сдерживала слёзы, сейчас было не время давать волю чувствам, надо было придумать последнюю строчку заклинания! Неожиданно она поняла, что на свете есть всего четыре слова, которыми его можно закончить. Мама и дочка повторили их вместе, в первый раз глядя друг другу в глаза:

— С возвращением, ведьмочка моя!

Мама развела руки, принимая в объятия дочку, дочка прижалась к маме… и в этот миг всё вокруг них преобразилось.

Башня стала шумящим водопадом, стены замка растаяли под стеной дождя, крыша обрушилась, как ливень, на фундамент, а подвалы потонули в стремительных волнах. Хор их голосов, объединённых словами заклинания, высвободил энергию такой силы, которой хватило, чтобы растопить Ледяной замок и обратить весь остров Белоснежной колдуньи в бескрайний водный простор. Лейла и Грейс, держась за руки, погрузились в ледяные воды. От холода их защищал плащ, связанный Эрминией.

Когда они вынырнули на поверхность, Лейла скомкала плащ и воскликнула:

— Беспорядок!

Плащ превратился в кораблик, точно такой же, какой можно сложить из листка бумаги. Лейла забралась в него, а затем помогла забраться и маме.

Грейс восхищённо и гордо наблюдала за ней. Её дочка выросла очень умелой ведьмой, храброй и… совершенно «беспорядочной»! Поистине, лучшей дочери нельзя пожелать.

— Ты лучшее, что есть в мире, — сказала она, поглаживая Лейлу по щеке пальцами, мягкими, как лепестки розы.

Затем она прерывисто вздохнула и прошептала:

— Ну что, возвращаемся домой?

Но Лейла не успела ответить. На горизонте вспыхнул ослепительный свет, он быстро двигался по воде, гоня перед собой огромные волны, которые с грохотом обрушивались, вздымая мириады брызг. Сгусток света всё приближался, и вот уже Лейла разглядела бесконечное множество алмазных стрекоз, чьи крылья вибрировали, издавая оглушительный шум. Тонкие нити стрекозиных хоботков, туго переплетённые между собой и время от времени искрившие яркими вспышками, держали четыре кокона, из которых формировалось что-то наподобие корзины воздушного шара. Вместо шара сверху парили стрекозы, а под ними на коконах восседала дама с длинными белокурыми волосами в белом одеянии, развевавшемся на ветру. Глаза её были холодны, как лёд. Рядом чернела фигурка кота Мерлино, выделявшаяся отчётливым силуэтом посреди всей этой белизны.

— Белоснежная колдунья! — ахнула Грейс. — У неё четверо новых пленников…

В переплетении прозрачных коконов Лейла различила своих сестёр: Джойс, Елена, Франциска и бабушка пали жертвами коварства Повелительницы льдов, которая позволила Лейле освободить Грейс только ради того, чтобы овладеть четырьмя новыми пленницами. И теперь она готовилась захватить ещё двух. Лейла не верила своим глазам. Она не хотела сдаваться, но и не знала, как быть дальше.

Она в отчаянии воскликнула:

— Отпусти их! Как тебе не стыдно! Что тебе от нас нужно?

Быстрым движением глаз Белоснежная колдунья остановила стрекозиный рой в нескольких метрах от кораблика Лейлы. Затем посмотрела на ведьмочку и произнесла три простых слова, от которых у Лейлы внутри всё заледенело:

— Порядок и послушание.

Она щёлкнула пальцами, подняла указательный и нарисовала в воздухе кружок. Из облака стрекоз выделился маленький рой и замер в воздухе. Палец Белоснежной колдуньи медленно опустился и указал на двух ведьм на кораблике. Рой насекомых яростно обрушился на них.

— Мама! — заорала Лейла, прижимаясь к Грейс и зарываясь лицом в её волосы.

Грейс склонилась над дочкой, закрывая её одной рукой, а другой потянулась к красной ленте, привязанной к левому сапогу. Она развязала бант и быстрым движением обмотала ленту вокруг своего запястья.

Грейс увидела чёрного кота, который сидел возле Белоснежной колдуньи, и ей в голову пришла идея. Природная способность Грейс находить общий язык с животными помогла ей понять, что кот находится под действием заклятия Пожизненного Послушания.

Она выставила руки навстречу стрекозам и принялась читать по памяти:

Ты отдаёшь мне сердца стук

И мысли все свои.

Нет у тебя ни ног, ни рук,

Теперь они — мои!

Белоснежная колдунья мигом поняла, что замышляет Грейс: если она дочитает заклинание, стрекозы перейдут в подчинение к мятежнице, а её приказов больше слушаться не будут…

Стрекозы и впрямь уже начинали замедлять ход. Надо было вмешаться, причём немедленно!

Она заглянула в льдисто-голубые глаза Мерлино, вошла в его тело и зашипела:

— Никуда ты не денешься, Недоделанная, твоё сердце будет моим!

«Нет, — подумала Лейла. — Моё сердце — только моё». Она положила руку на грудь, пытаясь защититься, и вдруг… исчезла!

Мерлино подскочил к ней, но ведьмочки и след простыл. Когти кота схватили пустоту и застряли в петлях полотна, из которого был сделан кораблик, приковывая своего хозяина к борту. Тем временем Грейс продолжала:

…Тебе отныне дела нет,

Ночь на дворе иль день.

Я для тебя — и тьма, и свет,

А ты — всего лишь тень.

Когда она произнесла последнюю строчку заклинания, стрекозы замерли в воздухе, а глаза их приобрели тот же серый оттенок, что и у их новой хозяйки. Грейс подняла указательный палец к небу, как это сделала Белоснежная колдунья несколько секунд назад, и направила на неё, оборачивая против бывшей Повелительницы стрекоз её же собственное войско.

— Стоять! — выкрикнула Белоснежная колдунья.

Бесполезно: они вмиг окружили её, не давая времени приказать остальным стрекозам защитить хозяйку.

— Порядок! Послушание! — завывала Повелительница, размахивая руками и пытаясь отогнать их.

На беду Белоснежной колдуньи, кое-кто повиновался её приказам и жестам: стрекозы, которые остались охранять коконы, ринулись повторять движения её рук и залетали из стороны в сторону, натыкаясь друг на друга и утаскивая Белоснежную колдунью то вверх, то вниз в сумасшедшем, совершенно беспорядочном танце.

— Как ты это сделала?

— С помощью моей волшебной палочки! — ответила Грейс и помахала запястьем, с которого свисала ленточка. — Любая вещь может стать волшебной палочкой. Главное, чтобы это был подарок от особенного человека.

— Точно, — кивнула Лейла, думая о жестяной звёздочке, которую Флориан подарил ей при расставании.

Мать и дочь немного помолчали, устремив глаза в небо, туда, где алмазные стрекозы метались посреди облаков и понемногу исчезали на горизонте.

— Вот почему слуги хуже друзей: они всегда выбирают для непослушания самый неподходящий момент… — с улыбкой сказала Грейс.

Лейла радостно улыбнулась в ответ и воскликнула:

— Мама, ты лучшее, что есть на свете!

Глава 11

НА ТОМ ЖЕ КОРАБЛИКЕ

Мама и дочка наблюдали, как исчезает Белоснежная колдунья, двигаясь зигзагами на горизонте, унося прочь бабушку и её подруг.

— Мы скоро вернёмся и освободим их, — пообещала Грейс. — Сейчас я слишком слаба, чтобы вступать в новый бой.

Лейла согласно кивнула. Как ни страшила её мысль, что армия Белоснежной колдуньи множится, питаясь энергией её сестёр, она тоже совсем выбилась из сил.

Но у неё ещё оставалось одно очень важное дело: надо было сдержать данное обещание. Лебедь помог ей освободить маму за то, что она поможет ему освободить кота.

Мерлино забился в уголок в ожидании приказов, но его ледяная хозяйка, похоже, была слишком занята своими стрекозами, чтобы выкроить для него пару секунд.

— Мама, — сказала Лейла, беря его на руки, — ты можешь помочь этому бедному коту?

Грейс положила руку на дочкину лохматую голову:

— Находить общий язык с животными — мой природный дар…

Она зажала чёрное ухо пальцами правой руки, а кончик хвоста — пальцами левой и начала мяукать странную колыбельную. Мерлино зажмурился и уснул как убитый. В этот момент Грейс зашипела, как кошка, которая готовится к драке, и кот разом очнулся, вытаращив глаза. Радужки были красными, как огонь. Он снова стал свободным котом!

— Что происходит? Кто вы такие? — слабым голосом спросил он, точно пробудившись от дурного сна.

— Мы ведьмы, и ты находишься на нашем корабле, — ответила Лейла.

Мерлино принюхался: аромат перца и фиалки! Без сомнения, это ведьмы!

— Почеши-и-и-и! — тотчас зарычал он в полный голос.

— Мерли-и-ино, дружи-и-ище!!! — эхом откликнулся ещё один голос, перекрикивая шум волн.

Трое пассажиров кораблика обернулись и увидели вдалеке белое пятнышко, а рядом с ним какую-то коричневую палку.

— Это наш лебедь! У него сломано крыло. Скорее, ему надо помочь! — вскричала Лейла.

Грейс оглядела водную пучину. Её глаза замерли в одной точке. Она глубоко вдохнула и начала издавать звук одновременно глубокий и нежный: песнь кита. Вода вскипела, и над волнами появилась спина кита, большого, как гора. Кит приблизился к кораблику и быстро понёс его к бедняге Брозиусу.

Едва живой лебедь заглянул в красные глаза своего друга и разрыдался от радости.

— Спасибо! — взволнованно курлыкал он, обнимая кота.

Сияющий Мерлино прижался к нему, точно кучка угля.

— В следующий раз, когда кто-нибудь скажет, что все ведьмы плохие, я превращусь в бойцового петуха и всыплю ему по первое число! — воскликнул Брозиус.

— А я — в тигра! — присоединился кот.

Затем настала очередь коричневой палки — Страбилии, которая приветствовала счастливую компанию, махая мокрым хвостом, как собака, только что вышедшая из фонтана, и устроила всем душ.

— Мама, разреши представить тебе мою летательную метлу!

Грейс вежливо пожала ручку метлы:

— Очень рада познакомиться! Грейс Рейли Блу.

Блу. Папина фамилия. В этот момент Лейла вдруг вспомнила о том, о чём прежде почему-то не подумала. Как вести себя с папой?

Что ему рассказать? Он знал, что Лейла уехала в Грецию с бабушкой и её подругами, и ждал, что она вернётся загорелая, с полным чемоданом морских ракушек и целым ворохом впечатлений.

А что будет на самом деле? Она приедет белая как простыня, с котом и лебедем, да вдобавок в сопровождении мамы, которую отец считал умершей одиннадцать лет назад и которая, казалось, не состарилась ни на один день.

Лейла посмотрела на маму и поняла, что она думает о том же. Но Грейс совсем не выглядела встревоженной, напротив, её глаза блестели от радости.

— Как там Николас? — спросила она.

— Хорошо… но что же нам делать, мама?

Грейс бросила взгляд на бескрайний океан. Дул восточный ветер, необычайно тёплый, и он спутал её длинные чёрные волосы, которые спадали на лицо, точно гладя его. Этот же ветер весело перебирал прутики Страбилии, которая, выписав пируэт, перенеслась на корму, предлагая Лейле взяться за её ручку. Ведьмочка схватила метлу, и та начала буксировать лодку, летя быстро, как снаряд.

— Хоть кто-то не боится возвращения домой, — прокомментировал Мерлино.

Грейс оглядела разношёрстный экипаж и нашла ответ на дочкин вопрос:

— Что бы мы ни сделали, мы сделаем это вместе. Остальное не важно.

Она говорила так уверенно, что Лейла сразу успокоилась. Брозиус поднял крылья к небу, размахивая ими в восторге.

— Как настоящая семья! — воскликнул он, но, почувствовав боль в сломанном крыле, скривился: — А-а-ай!

— Не суетись, друг, не то инвалидом станешь, — мяукнул Мерлино.

— Да и ладно! Я ничего не боюсь, потому что теперь со мной ты! Мой верный друг!

— Смотри, как бы я не превратился в собаку, — поддел Мерлино.

— Ты будешь поддерживать меня, пока я не выздоровею! — неустрашимо продолжил лебедь.

— Я тебе что, трость?

— Ты будешь для меня лучшим лекарством!

— По-моему, наш пернатый друг слишком много времени провёл в заточении, у него теперь мозги варёной курицы… — сказал Мерлино.

Он явно собирался продолжать издеваться, но тут вмешалась Грейс, подставив ему ногти к носу. От этого мысли кота тут же перекинулись на другое.

— Да-а-а-а, чеши-и-и-и меня, чеши-и-и-и… — замурлыкал кот, разом обо всём позабыв.

— Так что, ты любишь своего друга Брозиуса, который вызволил тебя из заточения у Белоснежной колдуньи? — спросила ведьма.

— Да-а-а-а, очень люблю, чеши-и-и, че-ши-и-и… — промяукал он.

Брозиус удовлетворённо улыбнулся. Тем временем вдали показались шведские берега, такие же приветливые, как голос потерянного и вновь обретённого друга.

Глава 12

БЛЮСТИТЕЛЬ БИГУДИ

Застеклённая входная дверь Примроузского салона красоты сверкала на солнце, отбрасывая на землю цветные прямоугольные тени. Они напомнили Флориану россыпь открыток. Если бы это были открытки от Лейлы! Где-то она сейчас? Как она?..

Флориан встряхнулся, отбрасывая дурные мысли, и сосредоточился на том, что именно ему предстояло сделать.

Он открыл дверь, выбросил вперёд руку с пистолетом, заряженным травяными патронами, и грозным голосом воскликнул:

— Руки вверх, злые ведьмы! Пришёл блюститель бигуди!

Ничего не услышав в ответ, он продолжил свою разведывательную экспедицию, как самый настоящий детектив Гэмблинг. Всё вроде бы было на месте: уголок Эрминии и кабинет Елены никуда не делись, комнаты на втором этаже тоже остались в том же виде, в котором их покинула бабушка, дверь в зал Всеобщего Беспорядка была по-прежнему заперта на ключ. Клочок бумаги, который он засунул в щёлку, не сдвинулся. Следовательно, в подвал никто не входил и тайны его подруг-волшебниц продолжали оставаться тайнами. Он вернулся в холл и вошёл в зимний сад тёти Френки, положил пистолет на шкаф, наполнил лейку и начал поливать магические растения.

Внезапно зазвонил колокольчик. Флориан инстинктивно повернулся к кусту шумовника, но ягоды были неподвижны, да и львиные зевы имели сытый вид. Тут в холле зазвучали шаги.

Значит, это звенел дверной колокольчик. Флориан схватил пистолет и осторожно выглянул за дверь. Контуры большой, как гора, фигуры переступили порог, заслоняя своей тенью цветные прямоугольники на полу, но это была не гора, а…

— Мистер Блу! — икнув, воскликнул мальчик. — Вы меня напугали!

Он сунул пистолет в карман от греха подальше и вежливо улыбнулся.

— Привет, Флориан. Как тут, всё нормально?

— Да, я как раз вот садовничаю помаленьку…

Николас удовлетворённо кивнул:

— Я надеялся, что встречу тебя. У тебя есть новости от моей дочки? Я уже несколько дней с ней не разговаривал. Она, правда, говорила, что туда трудно дозвониться, но… в общем, мне что-то неспокойно.

И что было ответить Флориану? Он тоже не получил от Лейлы ни весточки и тоже беспокоился за неё и за сестёр, но обещал им, что позаботится о мистере Блу. Надо было срочно придумать что-нибудь правдоподобное и обнадёживающее.

Посмотрев на цветные прямоугольники, Флориан выпалил:

— А мне как раз пришла открытка из Греции! Дамы там отдыхают на полную катушку!

— Правда? Вот и хорошо! — воспрянул духом Николас. — А когда они собираются домой, там не сказано?

Флориан опустил глаза и сбивчиво забормотал:

— Вообще-то нет… вроде бы на море сейчас шторм, и паромам трудно отчаливать…

— Шторм?! Это же может быть опасно! — встревожился Николас.

— Да нет! Всё нормально! — замахал руками Флориан.

Не хватало ещё, чтобы мистер Блу переполошился и вызвал коллег-вертолётчиков спасать дочку от несуществующего шторма.

— Им просто придётся задержаться ещё на несколько дней, вот и всё, — добавил мальчик.

— Не нравится мне эта история…

Да, конечно, история, которую наспех придумал Флориан, изяществом не отличалась, но ведь выдумки всегда были по части Лейлы, а не её лучшего друга! Вот бы она сейчас очутилась здесь и помогла ему выпутаться из этой передряги… И тут, словно по волшебству, появилась Лейла. Флориан увидел, как она промчалась за окном сада верхом на своей летательной метле. Вместе с нею была дама с длинными тёмными волосами, которая держала на руках два живых существа: одно белое, как молоко, другое чёрное, как уголь.

— Она вернулась! — обрадовался блюститель бигуди.

— Кто вернулся? — спросил Николас.

— …Весна! Мистер Блу, весна вернулась! Взгляните на деревья, какие они красивые… а небо… какое оно… цветное! — нёс чепуху мальчик, подталкивая Николаса к окну, которое смотрело на вход в салон.

— Лейла, это же просто сказка! — восхищённо выдохнула мама, оглядывая двор и дом ярко-лилового цвета.

— Тебя ждёт целый мешок сюрпризов! — щебетала Лейла, таща Грейс за собой.

Две ведьмы, а за ними Мерлино с Брозиусом, вбежали в салон. И тут их действительно встретил совершенно невероятный сюрприз!

— Лейла? — поразился Николас, резко оборачиваясь на звонкий голос дочери.

Затем он увидел красавицу, которая шла рядом с Лейлой и держала её за руку. Прятаться было поздно, так что Грейс просто посмотрела на мужа и прошептала:

— Любимый…

Это слово лёгкой бабочкой сорвалось с её губ и полетело навстречу Николасу, взмахами крылышек развеивая долгие годы холода и тоски.

Николас побелел как привидение. Он широко распахнул глаза и пробормотал:

— Г-грейс?

Лейла огорчённо смотрела на маму, мама молча смотрела на Николаса, Николас смотрел на маму, ничего не понимая, Брозиус смотрел на Мерлино, ничего не говоря, и только Флориан понял, что выбора нет. Он знаком велел ведьмам закрыть глаза, поднял пистолет к потолку и выпустил патрон, сделанный из ромашки-позабудки. Вслед за выстрелом в салоне возникло золотистое облачко, стирая воспоминание о возвращении Грейс из памяти её мужа. Лейла воспользовалась этим, чтобы вместе с мамой убежать в надёжное укрытие.

— Скорее! Сюда! — Лейла потащила Грейс за рукав в сторону двери, ведущей в подвал.

Та оказалась заперта.

— Сейчас! — выкрикнул Флориан. Он мигом подскочил к ним и сунул ключ в замочную скважину. — Я займусь твоим папой, а ты пока прячь свою маму.

— Замётано! — ответила Лейла, и две ведьмы исчезли в подземелье.

Тем временем в холле ромашковый порошок оседал на пол, и Николас оглядывался по сторонам, напрочь позабыв о случившемся.

— Тут нужно как следует прибраться, кругом какая-то странная пыль! — поморщился он. — Надо сделать это до возвращения Лейлы… кстати, у тебя есть новости от моей дочки? Я уже несколько дней с ней не разговаривал. Она, правда, говорила, что туда трудно дозвониться, но… в общем, мне что-то неспокойно.

Где-то Флориан уже это слышал… Ну да ничего, теперь он не промахнётся с ответом!

— Она звонила мне сегодня утром и сказала, что будет в Лондоне завтра после обеда. Она просила прощения, что не предупредила вас, но ваш телефон всё время был вне зоны…

Флориан испытующе смотрел на собеседника, от всей души надеясь, что на этот раз соврал удачнее.

— В таком случае я побегу домой, — расплылся в улыбке Николас, — чтобы подготовиться к её приезду!

— Отличная идея! — воскликнул Флориан с чуть преувеличенным энтузиазмом.

— Я вот только думаю… — протянул Николас, уже сделав несколько шагов к двери.

— Да? — струхнув, спросил Флориан.

— Кто наведёт здесь порядок? Я не хотел бы сваливать всю эту работу на тебя одного. Если хочешь, я подмету пол. Прямо сейчас, а? Мне бы только метлу…

С этими словами Николас огляделся и заметил Страбилию, которая стояла у двери и притворялась самой обычной метлой.

— О, вот и метла! — обрадовался он и схватил её.

— Не надо! — попытался остановить его Флориан, но Николас уже принялся мести пол, поднимая невероятную пыль.

Бедняжка Страбилия почувствовала сильный зуд в хвосте и не удержалась от мощного:

— Апчхи-и-и!

— Это ещё что такое! — подпрыгнул Николас. — Ты слышал? Метла только что…

— Апчхи-и-и! — чихнул Флориан, в совершенстве имитируя голос метлы. — Вот это я простыл так простыл! Кстати, это заразно! Очень заразно… Апчхи-и-и! Апчхи-и-и! — надрывался он, кашляя и плюясь.

— Э-э-э… будь здоров! — пожелал Николас, делая шаг назад.

— Спасибо, и простите меня… Не хотелось бы, чтобы и вы подхватили эту жуткую бациллу… она даёт такие осложнения, вы просто не представляете! Лихорадка, рвота, диарея, фурункулы, сыпь, короста, грибок ногтей, серные пробки в ушах, пузырьки на пупке…

— Хорошо, хорошо… я понял! — прервал его Николас, пока мальчик не перечислил все самые неприятные болячки в мире. — Я лучше пойду домой. А ты тоже уходи скорее и попроси маму дать тебе лекарство. Договорились?

— Будет сделано, мистер Блу! — пообещал Флориан.

Наконец Николас прислонил Страбилию к стене и вышел на улицу, а Флориан смог с облегчением перевести дух.

Глава 13

У КОГО-НИБУДЬ ЕСТЬ ИДЕИ?

Флориан сломя голову сбежал по лестнице, ведущей в зал Всеобщего Беспорядка. С каждой секундой он всё яснее слышал голос Лейлы, которая рассказывала, что произошло в Ледяном замке, и как раз упомянула его имя:

— …И когда противная лебедиха прочла руны, ну, те, что Флориан написал на звёздочке, я поняла: помочь мне может только заклинание, которое я же и придумаю. Но наверно, я бы никогда до этого сама не додумалась, — сказала Лейла маме.

Грейс подняла глаза, посмотрела на лестницу и спросила:

— Это и есть твой друг?

Лейла повернулась и увидела Флориана, замершего на лестничной площадке с красным от смущения лицом. Она кинулась ему на шею:

— Как я по тебе скучала!

Друзья смеялись и обнимались, вне себя от счастья. Лейла во всех подробностях рассказала Флориану о приключениях в замке, о том, что сталось с бабушкой и остальными сёстрами.

— Мы должны вернуться и освободить их! — заявил Флориан. — То есть… это ты должна, в общем… это вы должны вернуться и освободить их…

— Я буду рада, если на этот раз ты поедешь с нами, — шепнула Лейла, смущённо опустив глаза и уставившись на свои руки. — Мама, можно ему с нами?

Грейс испытующе оглядела мальчика.

— Он придумал первую строчку заклинания «Во весь голос». А ещё он мастер устраивать всякие розыгрыши и ловушки. Это может нам пригодиться! — убеждала Лейла.

Флориан вытянулся по стойке смирно, пытаясь казаться сильным, как лев, и умным, как орёл.

Грейс обошла вокруг него, не сводя с мальчика внимательного взгляда.

— Он, конечно, жутко худющий, но если немного потренируется, то, возможно…

— Я буду тренироваться каждый день, миссис Блу! — поклялся Флориан.

— Ну хорошо, — кивнула Грейс.

— Это же просто суперздорово! — хором воскликнули ребята и радостно запрыгали.

— Ах, как мило… — скривился Мерлино, украдкой наблюдая за ними.

— Ты правда так думаешь?! — изумился Брозиус, который не очень-то разбирался в оттенках интонаций.

— Нет, ну ты точно дурак! — хмыкнул кот.

Между тем двое друзей продолжали делиться новостями.

— А ты знаешь, что я переплыла Северный Ледовитый океан на борту шерстяного кораблика?! — сказала Лейла.

— А я поливал семиголовое растение! — ответил Флориан.

— А я видела трёхсоткилограммового лебедя!

— А я выдумал целую кучу почти правдивых историй!

— А я растопила ледяной дворец!

— А я познакомился с Ником Пистолеро!

— А кто такой Ник Пистолеро?!

— Твой папа! — засмеялась Грейс. — Его так в детстве называли.

Лейла недоуменно посмотрела на маму:

— А я и не знала.

— Нам ещё многое предстоит узнать друг о друге, Лейла, — вздохнула мама. — Особенно папе.

Она была права: теперь, когда мама вернулась, всё в доме Блу пойдёт по-другому. Но как же рассказать папе, что его жена, которую считали умершей одиннадцать лет назад, на самом деле находилась в заточении, подпитывая своей жизненной силой смертоносных стрекоз, находившихся в полном подчинении у Повелительницы всех волшебных существ? Нет, об этом не могло быть и речи. Нужно было разработать новую версию, придумать новые факты, в общем, сочинить новую историю с двумя необычайными главными героинями: миссис и мисс Блу. Мама и дочь принялись придумывать, а Флориан помогал тем, что задавал наводящие и уточняющие вопросы, будто самый настоящий детектив!

— Как объяснили Николасу исчезновение Грейс?

Лейла наморщила лоб и попыталась вспомнить всё, что знала:

— Бабушка не могла сказать ему, что мама погибла в сражении со злыми ведьмами. Так появилась версия об автокатастрофе на заброшенной дороге в Большой Песчаной пустыне. Мы тогда жили в Австралии, мне было буквально несколько дней от роду. Папа был в командировке, так что бабушке пришлось отвозить маму в роддом, потом забирать нас домой. Но произошло несчастье.

Наша машина столкнулась с грузовиком. Мы с бабушкой чудом спаслись…

— А как ему объяснили, куда делось моё тело? — спросила мама.

— Бабушка сказала, что потеряла сознание от удара, а когда очнулась, тебя нигде не было. Полицейские решили, что тебя, скорее всего, утащили какие-нибудь хищные звери.

Лейла молча переглянулась с мамой. В их глазах читалась одна и та же мысль. Они представляли себе тот день одиннадцать лет назад. Они представляли себе, как страдали Николас и бабушка, и были не в силах вымолвить ни слова.

— К счастью, это всё выдумка, — напомнил Флориан. — И вы живы, миссис Блу.

Грейс кивнула, улыбаясь. Она обвела взглядом розовые стены зала Всеобщего Беспорядка. На душе у неё было странное чувство. Хотя она никогда не бывала здесь прежде, но ощущала себя как дома. Точнее, просто дома.

— Нам с Лейлой надо отдохнуть, — сказала она, откидываясь на спинку круглой софы. — Мы слишком устали, чтобы отправляться на новый бой с Белоснежной колдуньей и её стрекозиной армией.

Но и рисковать мы не можем: нельзя, чтобы Николас ещё раз меня увидел…

— Вообще-то будет лучше, если он и тебя не увидит, Лейла. Потому что он тотчас спросит, почему это ты вернулась одна и что стряслось с бабушкой и остальными, — заметил Флориан.

Лейла об этом и не подумала. Её друг был прав.

— Ладно, ребята, — подвела итоги мама. — Нам нужен план. У кого есть идеи?

Лейла задумалась. Внезапно её глаза вспыхнули, точно две лампочки. У неё появилась идея… отличная идея!

— Папа не увидит нас, потому что мы… станем невидимыми! — заявила ведьмочка.

— Хорошая мысль, — кивнула Грейс, — но для этого потребуется сложная магия. Нужно много тренироваться, к тому же ты ещё совсем маленькая…

— Да нет, мама! Становиться невидимкой — мой природный дар!

Глаза Грейс заблестели от гордости за дочь.

— Тогда я попрошу тебя подучить меня технике исчезновения, потому что после долгих лет заточения мне нужно кое-что вспомнить, — сказала она.

— Я только за, — просияла Лейла.

— Но прежде всего, Лейла, тебе нужно сделать кое-что для меня, — вмешался Флориан. — Напиши открытку.

Глава 14

ПРИДУМАТЬ ЗАКЛИНАНИЕ

Нарисовать открытку с изображением острова Скиатос было проще простого. Елена так много рассказывала о своей родине, что Лейла с её слов знала там чуть ли не каждый камень. Так что она просто закрыла глаза и отчётливо представила это место, которого на самом деле никогда не видела, и принялась рисовать. Когда рисунок был закончен, она наклеила его на прямоугольную картонку, а на оборотной стороне написала свой домашний адрес. Затем настал черёд письма.

— «Привет, папа, у нас всё отлично, а как дела у тебя? — прочла она вслух. — Здесь очень красиво, так красиво, что мы решили задержаться ещё на несколько дней. Ведь в Лондоне всё время идёт дождь, а здесь — тёплое море и яркое солнце».

Тут Лейла остановилась и спросила Флориана:

— Ну, что скажешь?

— Замечательно. Не хватает только подписи, — ухмыльнулся он, беря ручку. — Но я и сам могу её подделать!

— Нет, я подпишусь сама! — помотала головой Лейла.

— Но ты же уже написала целую открытку!

— Вообще-то я ещё и рисунок нарисовала.

— Нет, у меня твоя подпись лучше получится!

— Это кто тебе такое сказал?!

— Я сам говорю!

— Вот вам пожалуйста, началось… — протянул Мерлино, наблюдая, как Лейла с Флорианом носятся друг за другом вокруг софы.

— Они же просто дурачатся, — возразил Брозиус.

Мерлино фыркнул и тряхнул длинными черными усами.

— Не знаю, не знаю! Помяни моё слово, эта кошка ещё снесёт яичко…

— Что ты мелешь? Кошки не высиживают яиц, они же не птицы! — поправил Брозиус.

— Ну и олух! — покачал головой Мерлино.

Брозиус захотел сказать что-нибудь обидное в ответ, но тут его внимание привлёк завораживающий перезвон.

— Настало время для вручения нового трофея, — объявила Грейс, демонстрируя всем изящное украшение: золотую нитку, с которой свисали блестящие колокольчики.

— Нет, спасибо, — фыркнул Мерлино. — Я не надену глупый ошейник, я вам не домашний кот!

— Это не для тебя, — ласково объяснила мама. — Для Лейлы.

— И кто из нас олух? — засмеялся Брозиус и подошёл ближе к ведьмам.

Мерлино последовал за ним, опустив глаза, и торжественная церемония началась.

— Лейла! Это тебе награда за то, что ты придумала новое колдовство: заклинание «Во весь голос».

Лейла тут же сбегала за своим браслетом, который хранился в шкафу для мётел, надела его на левую ногу и приготовилась праздновать освобождение мамы из долгого плена. Руки, крылья и лапы образовали вокруг неё круг, а Грейс принялась декламировать заклинание из Великой Магической Книги своих сестёр:

ИЗ МАГИЧЕСКОГО КОДЕКСА БРАТСТВА ВСЕОБЩЕГО БЕСПОРЯДКА

Магия Слова

Как музыка в каждой ноте,

Есть магия в каждом слове:

Есть в грохоте — хохот,

Есть в шёпоте — шпилька,

Есть в ручейке — обрученье,

Есть в васильках — веселье.

Есть магия в каждом слове,

Как лучик надежды тёплый.

Она с тобой рядом, поверь мне,

Смеёшься ты или плачешь.

Возьми ты листок бумаги,

На нём нарисуй дорогу,

Раскрась её в яркие краски,

И мысли твои расцветут.

Есть магия в каждом слове —

И в «добром утре» соседа,

И в «здравствуйте», и в «до встречи»

Она повторяется вечно.

Творить волшебство помогает

Нам слово — наш преданный друг.

Колокольчики радостно зазвенели, сделав пируэт посреди магического круга, затрепетали, как крылья колибри, а затем обвились вокруг Лейлиной щиколотки, объединяясь с остальными нитями. Грейс с гордостью посмотрела на дочь. Впереди их ждали трудные времена, времена сражений и битв, времена колдовства и освобождения. Но они встретят их бок о бок, мать и дочь, и выстоят против всех.

— И что мы будем делать дальше? — спросила Лейла.

Грейс опустилась на колени, заглянула дочери в глаза, положила руку на её лохматую шевелюру и воскликнула:

— А дальше мы будем спасать мир!

Конец

Примечания

1

Арпеджио — аккорды, в которых звуки извлекаются в быстрой последовательности один за другим.

2

Метла Франциски названа в честь озера Титизее. Оно находится в Германии, совсем рядом с Чёрным лесом, из которого Франциска родом.

3

Метла Эрминии названа в честь австралийского вечнозелёного кустарника с соцветиями разных оттенков, напоминающими «ёжик» для мытья посуды.

Content

Дубини Мириам Алмазные стрекозы

ПЕРСОНАЖИ

Из Магического кодекса Белоснежной колдуньи ЗАКЛИНАНИЕ ПОЖИЗНЕННОГО ПОСЛУШАНИЯ

Пролог БЕДНЫЙ КОТИК

Глава 1 РУКИ ВВЕРХ, ЭТО МАГИЯ!

Глава 2 ДО СВИДАНИЯ, ПРИМРОУЗ-ХИЛЛ

Глава 3 СЕАНС ОКОНЧЕН

Глава 4 МАМА НЕ КАК У ВСЕХ

Глава 5 ДА КАК ТЫ СМЕЕШЬ?!

Глава 6 ТЬМА НА ДНЕ КОЛОДЦА

Глава 7 ЛЕБЕДИНАЯ ПЕСНЯ

Глава 8 ШУМОВНИК

Глава 9 ДЛИННЫЕ ПЕРЧАТКИ ИЗ ФИОЛЕТОВОГО БАРХАТА

Глава 10 БЕСПОРЯДОК

Глава 11 НА ТОМ ЖЕ КОРАБЛИКЕ

Глава 12 БЛЮСТИТЕЛЬ БИГУДИ

Глава 13 У КОГО-НИБУДЬ ЕСТЬ ИДЕИ?

Глава 14 ПРИДУМАТЬ ЗАКЛИНАНИЕ

Примечания