Тони Эбботт

Месть Царя скорпионов

Дилану Кранстону

Пусть мифы будут в твоей жизни

Глава первая

Мифы и мы

Джон Дойл со всей силы толкнул меня локтем в бок:

– Оуэн, по-моему, пора прятаться.

– Так мы и так прячемся за этой дюной, – ответил я.

– Да нет, я имею в виду, что пора спрятаться как-то получше.

Кажется, Джон прав. Сидни Ламберти высунулась на мгновение из-за песчаного холма, а затем быстро нырнула обратно.

– Те ребята… э-э-э… не совсем обычные воины загробного мира. Вообще-то, у них страшные львиные головы. И длинные мечи. А еще они притащили какое-то чудище с собой.

Да уж! Загробные воины, львиные головы, чудища! Теперь это моя новая жизнь! Круто, ничего не скажешь!

Я, не мешкая ни секунды, приподнялся и осторожно посмотрел за гребень бархана. Стояла, видимо, глубокая ночь, и лунный серпик серебрился на чернильном небе, как сверкающий бриллиант. Но даже в темноте я сумел разглядеть чудище – так много места оно занимало.

– Похоже на змею, – неуверенно предположил я. – Помесь дракона с гигантским крокодилом.

Дана Рансон придвинулась ко мне:

– Оно приближается… и очень быстро.

БАХ!

Воздух разорвал звук, напоминающий рев реактивных двигателей самолетов, а из огромной пасти монстра со скоростью пушечного ядра вырвалась струя зеленого пламени, испепелив все живое вокруг. Наше укрытие в одно мгновение превратилось в кучку пепла.

– В-а-лиииииииим! – чуть не плакал Джон. – Делаем ноги!

Мы бросились бежать, но вязли чуть ли не по колено в песке. Двигаться с какой-то приличной скоростью было просто невозможно. В общем, на то оно и рассчитывалось – вавилонский загробный мир оказался не гостеприимней греческого или скандинавского (но надо признать, по тем бегать было все же удобнее). Перепончатые лапы рептилии вспахивали дюны, как лопасти винта моторной лодки.

БАХ!

Новый шаг монстра, и новые тучи песка летели в воздух, мерцая в неверном свете полумесяца.

– Стекло! – завопила в ужасе Сидни. – От этого кошмарного жара песок превратился в стекло! Я не хочу сгореть! Бежим сюда!

Но тучи песка взметнулись ей прямо в лицо. Закрывшись руками, подруга опрометью бросилась в другую сторону.

– Нет, сюда!

Мы перепрыгнули гребень очередной дюны и кубарем полетели вниз. Зигзагами мы петляли между барханами, пока не услышали, что монстр начал отставать. Встав как можно плотнее друг к другу под прикрытием дюны, мы перевели дыхание. Чудовище не издавало ни звука.

– Что-то подозрительно тихо, – прошептала Дана. – Неужели оторвались?

Песок сыпался под ногами, но мы упорно лезли на верхушку бархана, чтобы убедиться, что рептилии нет поблизости. Желудок болезненно сжимался при мысли о том, что монстр специально где-то поджидает нас, заманивая в ловушку. На расстоянии примерно двадцати метров жуткий крокодил-дракон встал на задние лапы, осматривая пустыню. Его голова покачивалась на мощной короткой шее из стороны в сторону. Мы догадались, что чудище видит не слишком хорошо и ориентируется больше по звукам или по запахам. Из пасти монстра вырывалось не то рычание, не то какое-то подобие мычания.

– Он пытается учуять нас, – прошептал я.

– Люди вкусно пахнут, – произнесла Сидни, съезжая вниз по песку, как по горке. – Когда мы бежим, то потеем, а запах пота всегда привлекает хищников.

– Спасибо за справку, ходячая энциклопедия, – бросил ей Джон.

Иногда Сид ведет себя прямо как компьютер: выдает научные статьи на-гора́ и цитирует ученых. И часто это совсем неуместно. Особенно в таких вот ситуациях.

За крокодилом маршировала длинная колонна воинов. Ростом они превосходили людей (нам несказанно повезло!), а вместо лиц у них были львиные морды. Волосы им заменяли гривы. Отпад! Ничего не скажешь!

– Остановка! – выкрикнул один из воинов, и солдаты окружили длинные деревянные сани с резными полозьями. Если бы я не знал их владельца, они бы мне напомнили сани Санта-Клауса. Но Локи совсем не походил на доброго Санту, скорее наоборот. Он был злобным и коварным северным богом, собравшимся занять трон Одина – верховного бога-правителя. Мифологическая обитель, Асгард, должна была стать вотчиной Локи. Мифы настолько тесно вплелись в мою жизнь, что я уже перестал различать, где правда, а где вымысел и больное воображение предков.

– Солдаты втаскивают сани в город, – прошептала Дана, вырвав меня из раздумий.

Город!

За несколько минут до этого мы наблюдали за тем, как Локи и его почти ручной волк Фенрир входили в главные ворота города. Мы сразу догадались, что перед нами столица вавилонского загробного мира. Город по периметру окружали высоченные янтарные стены с несколькими проходами в виде синих ворот – все эти сооружения тянулись на столько, насколько хватал глаз. Столица выглядела огромной древней тюрьмой, я бы даже сказал, самой величественной из всех, что мне довелось видеть в царствах мертвых. Одна-единственная башня возвышалась в середине города и тянулась к небу так, словно хотела коснуться луны.

Сидни тронула меня за плечо:

– Рептилия все еще принюхивается. Не шевелимся!

– Хороший план, – кивнул я.

Я не хотел не только шевелиться, но и вообще что-либо предпринимать. Несколько часов назад я, Сидни, Дана и Джон в относительной безопасности бегали по нашему городку Пайнвуд Блаффс. А что теперь? Я говорю в относительной безопасности, потому что охотиться за парочкой сбежавших от Аида гигантов-циклопов – то еще удовольствие. Но по сравнению с тем, что происходит сейчас, я вам скажу, просто фигня! Мы уже собирались отправиться по домам, когда, на свою беду, увидели Локи, куда-то направляющегося на своих санях. Мы, конечно, знали, что Локи жестокий, злой и опасный. А уж после того, как циклопы выковали ему магические доспехи, он и вовсе стал неуязвимым. Упакованный чувак, как выразился мой друг Джон. Возможно, после того, что нам пришлось пережить, бегая за циклопами по горящей электростанции, мы не соображали, что делаем, но тем не менее мы решили последовать за Локи и забрались под шкуры в его сани. Отличная идея, скажете?

Отличной она была ровно до тех пор, пока мы не узнали, что Локи решил направиться в Вавилонию, где обитает крокодил-дракон или кто он там.

– Локи, скорее всего, явился сюда в поисках семи огненных монстров вавилонской мифологии, – произнесла Дана, водя пальцем по истрепанной странице «Мифологии Балфинча». – Помните, что он сказал?

Ну как тут забудешь?

«Мы идем на восток. В землю двух рек, там, где дворец, полный чудовищ. Они все присоединятся к моей армии».

– В этой книжке нет никаких вавилонских мифов, – задумчиво произнесла Дана, перелистывая потертый том. – Но, к счастью, я кое-что записала прямо на полях. Я взяла информацию из книг мамы с папой. Думаю, она нам пригодится.

В данный момент родители Даны находились в Исландии, охотясь за чем-то, что называлось хрустальной руной. Эта руна позарез нужна была Локи – с ее помощью он собирался скинуть Одина с трона.

– Я почти уверена, что монстр называется огненной рептилией или вавилонским драконом, – пробормотала Дана, второпях перелистывая страницы. – Кстати, почти все чудовища в Вавилонии имеют какое-то отношение к огню.

Послышался скрип. По команде своего командира воины, ухватившись за массивные цепи саней Локи, потянули их по песку по направлению к синим воротам. Дракон при этом не тронулся с места, упорно выжидая свою добычу – то есть нас.

Джон плюхнулся на спину и издал длинный и тяжелый вздох, похожий на стон.

– Не хочу говорить, но, по-моему, нам стоит как-то попытаться пробраться мимо змеи в город. Нужно остановить Локи, пока он не насобирал там этих… ну… чудищ. В общем… даже если нам… того… будет это стоить… хм… жизней… ну, вы поняли…

Да, многовато слов для Джона. Кажется, он нервничает. Нет, не то слово. Скорее напуган, истощен, измучен – да, так будет правильно. В таком же точно состоянии находилась и вся наша четверка.

– Джон, у нас все получится, – попытался я приободрить друга и себя заодно.

– Да уж, надеюсь, – махнул рукой Джон. – Мне вообще-то еще уроки на понедельник делать. – Друг снова тяжело вздохнул. – Так, ну и на каком месте находится эта тварь в рейтинге вавилонских монстров? – спросил он у Даны.

Та быстро перелистала страницы:

– Ну, вообще-то их много. Одного называют Колючим. Есть еще один по имени Свирепый. Другого прозвали Огнем. Продолжать?

– Мило! – отозвалась Сидни.

Что ж, это уже кое-что. У нас ведь есть лира великого мифического музыканта Орфея. Я могу заиграть на ней – вдруг поможет и с этими драконокрокодилами? Дана стащила у Локи перчатку от доспехов. Хорошо то, что она стреляет огненными молниями, но плохо, что Дана теперь не может ее снять – перчатка намертво вросла ей в руку. И, кстати, Локи чувствует, если доспех оказывается где-то поблизости, видимо, у них особая магическая связь. К счастью, я сумел подобрать нужные струны на лире, и музыка не дала северному богу обнаружить нас в санях.

Вместе лира и перчатка Даны неоднократно спасали нам жизни, когда мы оказывались на волосок от гибели. Надеюсь, они нам помогут и впредь.

– Дракон движется, – прошептала Сидни.

Мы снова скатились вниз и притаились между дюнами. Послышались звуки плескающейся воды.

– Если загробный мир и правда устроен, как древняя Вавилония, то где-то тут должна течь река Тигр, – заметила Дана.

ШШШШШШ!

Раскаленная волна зеленого огня опалила песок в нескольких метрах от нас. Дракон приблизился прямо к нашему убежищу.

– Скорее! В реку! – закричал Джон.

Бросившись в сторону, мы съехали с еще одного бархана, повалились друг на друга и со всех ног побежали к берегу реки. Но чудовище уже почуяло добычу и теперь неотступно преследовало. Видимо, оно хотело взять нас тепленькими, или, я бы даже сказал, горяченькими.

ШШШШШШШ!

Новый поток пламени поднял тучи песка, на лету превращая его в стекло.

ШШШШШШШ!

Берег реки скрылся в новой огненной волне. Я покрепче ухватил лиру и успел нырнуть в воду, когда очередные языки пламени чуть не коснулись наших голов. Я поплыл под водой, изо всех сил работая ногами и свободной рукой (другой я прижимал лиру к груди), когда почувствовал сильное ледяное течение. Я уже собирался всплыть, чтобы глотнуть воздуха, когда что-то потянуло меня на дно. Я принялся брыкаться, освобождая ноги, но силы оказались неравными. Дана, Джон и Сидни плыли ко мне на помощь, но что-то за моей спиной, чего я никак не мог разглядеть, утаскивало меня все глубже и глубже. Легкие обожгло, грудь, казалось, сейчас разломится от боли. Я больше не мог плыть: мне не хватало воздуха, кровь запульсировала в ушах, сознание помутилось. Я больше не понимал, где нахожусь и что происходит. Струя пузырьков вырвалась у меня изо рта, и я потерял сознание.

Глава вторая

Бездыханный

Мгновением позже я вынырнул из воды, судорожно втягивая воздух. Рядом послышался всплеск.

– Приведу остальных, – раздался голос.

– Кого? Зачем? – Я не понимал, что происходит.

– Тсс! Дракон может услышать!

Прежде чем я успел рассмотреть говорящего, раздался еще один всплеск, и я очутился один. Я принялся снова и снова глубоко дышать, не в состоянии насытиться воздухом. Откинув мокрые волосы с лица, я наконец осмотрелся. Кругом рос высокий тростник, видимо, мы очутились довольно далеко от дракона, ниже по течению реки.

Всплеск! Джон, Дана и Сидни вынырнули из воды, кашляя и фыркая.

– Что происходит? – Джон сплевывал воду.

– Тише! – снова раздался тот же голос. – Дракон сдастся, если так и не обнаружит нас.

Перед нами в воде стояло существо с львиной головой. Вода струилась сотней ручейков по его тяжелой гриве.

– Ты кто? – Дана уже подняла перчатку Локи, наведя ее на незнакомца.

– Я тот, кто спас ваши жизни, – прошептало существо. – Тихо!

Постепенно звуки, издаваемые змеем, стихли вдали. Через пару минут послышался лязг закрывающихся ворот.

– Они вернулись в город. Мы в безопасности. – Львиноголовое создание заметно приободрилось.

Его голос был не таким низким, как у остальных воинов, а грива довольно короткой, видимо, она еще не до конца выросла. Я догадался, что, возможно, перед нами стоит мальчик.

– Вам несказанно повезло, что вы наткнулись на меня, – начал первым незнакомец, – вообще-то большинство заканчивают… – Он провел ногтем у себя по горлу. – Представлюсь: меня зовут Пану, я начальник стражи восьмых ворот вавилонского царства мертвых. Добро пожаловать, ребята!

Мы ошарашенно молчали. Казалось, прошел час, прежде чем Сидни произнесла:

– Ну, хм… спасибо, Пану, что спас.

– Подождите-ка, – воскликнула Дана, указывая на книгу. – А что, разве согласно легенде в вавилонском загробном мире не семь ворот?

Да, заметки она сделала на славу.

Мальчик-лев фыркнул:

– Это пока неофициальная должность. Но я когда-нибудь точно стану начальником стражи! И как будущий хранитель города, могу я спросить, что вы здесь забыли?

Повисла пауза, которую я первым осмелился нарушить.

– Как мы можем доверять тебе? – спросил я. – В смысле, мы прекрасно знаем, что это большое преступление находиться тут… ну… э-э-э… неприглашенными.

Пану изобразил на морде некое подобие улыбки.

– Только когда вы захотите уйти. Вы можете войти в наш загробный мир без проблем, а вот насчет того, чтобы его покинуть, тут уж особые правила.

Мне не понравилась эта скрытая угроза, но Сидни не дала додумать, оборвав мальчика.

– Мы здесь из-за Локи.

Пану сузил свои львиные глаза до размеров щелочек.

– Серебряный человек? Я видел его сегодня входящим в город.

– Он – зло, – произнес я.

– Тут и без него много зла, поверь мне, – добродушно заметил Пану.

– Локи – северный бог, – вставила Дана. – Он явился к вам, чтобы набрать воинов в свою армию. Локи собирается развязать войну против Одина – верховного скандинавского бога, а наш мир людей станет его полем битвы.

– Он уничтожит его до основания, – добавил Джон.

Пану кивнул:

– Я догадался. Мне сразу не понравился этот ваш Локи. Ему нужны огненные монстры. Они довольно известны в загробных мирах, знали? Например, только что вы познакомились с огненным драконом.

– Ага, он чуть не превратил нас в шашлык, – кивнул Сид. – Хорошо еще, что чудище не видит.

– Да, змей слепой, – ответил Пану, – но его обоняние настолько же сильно, насколько он уродлив. Он живет в городе с остальными. – Мальчик-лев помедлил, а затем продолжил: – Если хотите добраться до Локи, я могу провести вас за ворота. Идемте со мной.

Пану вылез на берег и проворно ринулся в заросли тростника, прокладывая себе дорогу к барханам.

– Что-то подозрительно просто, – заметил я.

– У нас нет выхода, – прошептала Сидни. – Придется поверить ему.

– А по-моему, он клевый, – улыбнулся Джон. – Вы только посмотрите на его шухер на голове. Классный причесон!

Мы с Даной переглянулись.

– Мы пойдем за ним, но надо быть настороже, – произнесла Дана.

Порешив на этом, мы бегом последовали за Пану в дюны.

Чем ближе мы подходили к городским стенам, тем огромней казалась нам башня. Костры, которые жгли в городе, отбрасывали золотистый свет, расцвечивая ночь красными всполохами. Невдалеке показались…

– Эй, да это же висячие вавилонские сады! Не может быть! Одно из семи чудес Древнего мира! – воскликнул я.

– Да уж, если бы такой вопрос оказался на тесте по истории, я бы ответил на него правильно, – задумчиво пробормотал Джон.

Пану улыбнулся.

– Висячие сады знамениты. Так же, как и семь врат. А еще семь чудовищ по одному на каждый этаж великой башни.

– Должно быть, семь – какое-то магическое число в мифологии, – заметил Джон. – У лиры Орфея тоже семь струн.

Я аккуратно вытащил инструмент из чехла и осмотрел его. К счастью, лира не промокла, а струны не повреждены.

Пану пристально взглянул на инструмент:

– Вы когда-нибудь слышали о потерянных звуках? В вавилонской мифологии существует легенда, согласно которой определенное созвучие обладает поистине магическими свойствами.

– вообще-то, нет, – ответил я. – Я обычно просто подбираю мелодию по… интуиции.

Пану кивнул:

– Секрет звуков не сохранился до наших дней, но легенда гласит, что только то, что потеряно, может быть снова найдено. Странно, правда?

Я ничего не знал об этом. Лира Орфея обладала особой силой и всегда выручала в трудных ситуациях – вот и все. Если тронуть нужные струны, то можно заставлять людей повиноваться моей воле. Но каждый раз, когда я играл на древнем инструменте, у меня начинала кружиться голова, и я переставал нормально соображать. Не самый приятный побочный эффект, скажу я вам.

– Сюда, – бросил Пану, ведя нас мимо двух ворот. – Держитесь поблизости к стене, так нас не заметят. Воины прекрасно видят в темноте, им пришлось развить в себе такое качество, потому что в Вавилонии всегда царит ночь.

Джон восторженно выдохнул:

– Очуметь! Львиноголовые солдаты с орлиным зрением!

Внезапно из-за городских стен раздался мощный рык, на который даже земля отозвалась дрожью. Пану остановился и поднял голову вверх, всматриваясь в мрачный силуэт башни.

– Это что, монстры? – шепотом спросила Сидни.

Пану отрицательно покачал головой:

– Нет, это Кингу. Когда-то он был самым знаменитым воином, который мог управлять огненными драконами. Но однажды он решил занять место Мардука, величайшего бога вавилонской империи. За это Мардук проклял его и драконов и сослал в загробное царство, превратив… ну, скажем, в нечто другое. – Пану замолчал на мгновение, а затем продолжил: – Он обречен оставаться в царстве мертвых вечно, теперь Кингу – узник тех драконов, над которыми когда-то властвовал.

Я смотрел в глаза мальчика-льва и думал, какими живыми они могут быть, сколько эмоций передают – не сравнить даже с глазами человека. Пану, очевидно, было жалко этого Кингу, даже несмотря на то что тот осмелился восстать против богов.

– Локи хочет заполучить драконов себе. – Сидни, как всегда, была прагматична и вернула всех к делу. – Он воспользуется магическими рунами, чтобы добиться своего.

– Рунами? – переспросил Пану.

– Да, это такие камни с начертанными на них магическими символами, – объяснила Дана. – Они несут в себе древнюю магию.

Пану согласно кивнул.

– Звучит не слишком приятно. Но ведь вы тоже пользуетесь магией, правда? Лира и эта штука? – Он указал на серебряную перчатку Локи.

– Только немножко, – пожала плечами Дана. Она попыталась спрятать руку за спину, стараясь не показывать, какую боль ей причиняет вросший в кожу металл. Но я знал, каких мучений стоит моей подруге сдерживаться. Я давно понял, что за любую магическую силу надо платить… и порой очень дорого.

– Вот мы и на месте. – Пану остановился у отрезка стены, украшенного декоративной мозаикой. Он покрутил один из разукрашенных камней, постучал по другому, толкнул третий, и часть стены отъехала в сторону, образовав узкий проход.

– Неплохо, а? – Пану первым нырнул внутрь, и мы последовали за ним на территорию города. Воздух резко сделался жарким и удушливым, как будто мы вошли в раскаленную духовку.

Петляя по лабиринтам улочек, стараясь избегать караульных, мы вскоре вышли к широкому, залитому лунным светом двору. Красные язычки пламени факелов освещали статую какого-то отвратительного создания с крылатой головой и длинным клювом.

– Это Мардук, тот самый бог, который проклял Кингу, – объяснил Пану и сердито взглянул на изваяние. – Постоянное напоминание о проигранной войне. Кингу тогда пообещал отомстить во что бы то ни стало.

Должен признать, здесь все было очень красивым: и песок, и камни, и башня. Правда, мне почему-то подумалось, что ночь не самое темное, что здесь есть. Город полон зла и ненависти, казалось, что они растворены в самом воздухе. Проклятие и месть. Да, Локи отлично сюда впишется. Идеальные ингредиенты для мегабитвы за власть.

Осторожно прокравшись вдоль стены, чтобы не засекли часовые, мы обошли двор. Раскаленный воздух был напоен сладостным ароматом цветов из висячих садов, терпкие винные пары туманили голову. Внезапно мы почувствовали резкую вонь.

– Фу, что это? – Пану замахал рукой перед носом.

– Это Фенрир, – пожала плечами Сид.

– Волк Локи, – прошептал Джон. – Прячемся!

Глава третья

Бесконечная ночь

– Внутрь статуи! – скомандовал Пану.

– Внутрь? – оторопела Дана.

– Она полая. – Пану откинул крышку в спине статуи и по очереди втолкнул нас туда. Крышка со скрежетом захлопнулась. Сквозь дырки в клюве бога Мардука мы смогли различить Фенрира, который, крадучись, появился во дворе.

Фенрир был раза в три больше любого нормального волка, огненно-рыжая шерсть напоминала колючую проволоку, а от головы размером с мусорный бак шло аналогичное зловоние. Каждый клык превосходил длиной мою ногу, в желтых глазах полыхала ненависть, а пасть изрыгала пламя. Да уж, не совсем обычный волк!

Позади Фенрира стоял Локи собственной персоной. У меня упало сердце. Бог осматривал место так, как будто отныне он тут хозяин, на его лице читалась злоба и жестокость, я бы даже сказал, что Локи выглядел безжалостнее обыкновенного. От огней факелов на его серебряных доспехах полыхали кровавые отблески, и все вместе это дополняло и без того чудовищный облик свирепого бога.

Я легонько коснулся струн лиры, чтобы замаскировать присутствие Даны и ее перчатки. Услышать что-либо было трудно, так как инструмент не издал ни звука, но я понял, что это действует, когда Локи не обратил на статую ни малейшего внимания, а вместо этого повернулся к теням за своей спиной.

– Дорогой Кингу, легендарный повелитель огненных драконов, – холодно произнес Локи. – Приглашаю тебя присоединиться к моему воинству. Очень скоро мы достигнем Асгарда и трона самого Одина. Все северные боги подчинятся мне! А твоя помощь в этом нелегком деле будет просто бесценной.

От звука голоса Локи у меня по спине побежали мурашки, и я почувствовал, как позади меня напряглась Дана. Мы все понимали, что значит «отправиться в Асгард». Развязать войну против Одина – вот что было на уме Локи.

Внезапно из мрака двора послышался низкий шипящий голос:

– Я уже говорил тебе, Локи, мое проклятие воспрещает мне покидать загробные миры. Я узник.

Фигура зашевелилась во тьме, и резкий отвратительный запах проник внутрь статуи. Мы чуть не задохнулись – находиться в жуткой тесноте, да еще и без свежего воздуха – это похлеще встречи с драугами.

– Так пахнет яд, – прошептал Пану. – Приготовьтесь к встрече…

Мальчик-лев не успел договорить, как в световое пятно, отбрасываемое факелами, вышел Кингу, повелитель всех монстров. Факелы замерцали и почти погасли, но даже в полутьме мы не могли ошибиться – перед нами выросло гигантское насекомое. Трехметровое тело Кингу покрывало множество панцирей, которые шевелились при каждом движении. Его ноги – а их было восемь штук – напоминали по внешнему виду гигантские отбойные молотки, заканчивающиеся остриями. Руками ему служили огромные клешни, выглядящие скорее как ножницы, которыми режут металл на заводах. Голову огромных размеров украшали множественные выросты, шишки, шипы, а челюсти напоминали механические щипцы. Каждый желтый глаз казался бесконечным туннелем, в самом конце которого плясало пламя.

Джон выдохнул:

– Это какой-то… жук.

– Скорпион, – поправил Пану. – Великий бог превратил его в самое опасное насекомое пустыни. Теперь Кингу – Царь скорпионов и узник загробного царства.

Позади Кингу волочился длинный толстый хвост, он раздваивался, заканчиваясь жалами, наполненными смертельным ядом. Жала постоянно двигались, как будто могли наблюдать за происходящим. Меня замутило.

– Время не имеет смысла, – просвистел Локи.

– Так ли? – Кингу клацнул клешнями, и двое львиноголовых стражников втащили во двор изукрашенный орнаментами ящик. – Луна встает и заходит, встает и заходит, а в моем загробном мире царит вечная ночь. Я проклят оставаться здесь вечно, вглядываясь в бескрайнее, никогда не меняющееся черное небо.

– Я должен отомстить Одину, – заявил Локи. – Однажды он нанес мне рану, это было давным-давно. Но такого больше не повторится. Никто не посмеет оскорблять меня. Ты и твои чудовища поможете мне.

Кингу кивнул воинам, те открыли крышку ящика и поспешили отойти от него на приличное расстояние.

– Я тоже ищу способ отомстить. Когда я стану свободным, все боги склонятся передо мной.

В этот момент механическая птица со странным свистом вылетела из сундука. Она расправила свои металлические крылья и облетела двор.

Вжик!

Хвост Кингу взметнулся вверх, сверкнуло ядовитое жало, и птица камнем упала на землю. Глаза Локи потемнели, когда вторая птица вылетела из сундука.

– Помоги мне, Кингу, и я помогу тебе.

Вжик! Вылетела третья птица.

Выражение лица Локи было холодным и отрешенным, когда он наблюдал за коротким полетом очередной птички. Я попытался уловить, когда же жало входило в жертву, но не сумел разглядеть – хвост двигался слишком быстро.

– Ты, должно быть, не слышал о гибели богов, мой друг Кингу, – произнес Локи. – Это решающая битва, Один проиграет. Все давно предрешено.

– Воины против богов, – ухмыльнулся Кингу. – Опасно. Я живое тому подтверждение – проклятый и запертый в беспроглядной тьме. Не стоит даже пытаться встать у них на пути.

Вжик! Новая птичка спланировала.

– Да, – мрачно кивнул Локи, сжимая и разжимая кисть, закованную в броню. – Но скоро у меня появится такое оружие, которому никто, даже сам Один, не сможет противостоять.

Дана вцепилась мне в руку:

– Это же хрустальная руна, – прошептала она. – Вот почему родители решили добраться до нее первыми…

– Решающая битва начнется с того, что падет Мидгард. – Локи поглаживал жесткую огненную шерсть Фенрира.

– Мидгард? – переспросил Кингу. – Это не так ли вы называете срединную землю, населенную людьми?

Они говорят о нашем мире! У меня волосы встали дыбом, а кровь застыла в жилах.

– Чтобы получить доступ к Асгарду, я должен сначала сжечь дотла Мидгард, – холодно пояснил Локи.

– Сжечь! – зашептала Сидни мне в самое ухо. – Вот почему ему потребовались все эти огнедышащие монстры. Теперь понятно!

– Монстры Вавилонии весьма известны своими превосходнейшими качествами, – продолжал тем временем северный бог, неприязненно поглядывая на Кингу. – Они бессмертные. Жестокие. Непобедимые. Мне нужны они все, ну, и ты, конечно.

Глаза Кингу были обращены на пятую птицу, которая кругами носилась по двору, а затем уселась на клюв статуи, где мы прятались. Джон отшатнулся и вжался в заднюю стенку.

– Я понимаю, – медленно, растягивая слова, произнес Кингу. – Но я обречен находиться здесь, я не могу покинуть Великую Башню. На самой ее верхушке лежат таблицы судеб. Достань их для меня, и я навсегда передам тебе контроль над всеми чудовищами. Если ты поможешь мне снять ненавистное проклятие, я буду свободен и смогу присоединиться к твоей армии.

Локи сузил глаза так, что они превратились в две щелочки:

– И это все? По-моему, любой, кто обладает твоей силой, без проблем и сам заберется на башню и достанет эти таблицы. Разве нет?

– Не все так просто, – спокойно ответил чудовищный скорпион. – Во-первых, я обречен находиться в том обличье, в котором ты меня видишь, а во-вторых, монстры теперь против меня и сделают все возможное, чтобы не дать мне добраться до вершины.

Губы Локи дрогнули в улыбке:

– Ну, у меня тоже есть сила.

Кингу кивнул:

– Чтобы добраться до вершины, нужно подчинить себе монстров на каждом уровне.

– Умно, – бесстрастно произнес Локи, дотрагиваясь до нагрудника доспехов, где был закреплен магический камень с руной. – То есть я должен сразиться с ними, чтобы потом подчинить их? Так, ну а что еще?

Вжик! Статуя завибрировала, когда смертоносное жало поразило очередную птицу. Кингу повернулся к Локи.

– Я не могу тебе сказать, потому что эту загадку можно разгадать только там, наверху.

Глаза Локи вспыхнули холодным огнем, а затем снова потемнели, когда он коснулся руны. Северный бог повернулся к верному Фенриру, и глаза чудовищного волка загорелись точно так же, как за секунду до этого глаза хозяина.

– Мой дорогой Кингу, – вкрадчиво начал Локи. – Я пришел в ваш загробный мир не просто так. Мне нужны, как ты знаешь, твои монстры. И что получается – вместо того чтобы воспользоваться помощью драконов, я теперь должен вызволять тебя! Побеждать чудищ, карабкаться на Вавилонскую башню, доставать таблицы судеб!

– У тебя просто нет выхода. Следуй за мной, – Кингу повернул свою уродливую скорпионью голову к богу, и они вышли со двора в направлении высившейся неподалеку башни. Фенрир побежал следом, как преданная собачонка. Когда мы убедились, что двор свободен, мы осторожно открыли статую и выбрались наружу.

– Локи не станет помогать Кингу, – произнесла Сидни. – Знаю я этот безразличный взгляд этих ледяных глаз. А вы видели, как он трогал руну? Наверняка в его голове уже созрел план, как с помощью магии захватить власть над драконами, выкрасть таблицы судеб и одурачить Кингу.

Пану вздрогнул:

– Я бы на вашем месте молился, чтобы этого не произошло. Что он там обещался сделать с миром смертных?

– Сжечь Мидгард, – тихо сказала Дана.

Я поднял голову и посмотрел на башню. Казалось, она достигала в высоту километра, а на каждом ее этаже бродили охранники-чудища.

– Знаю, что все устали, напуганы, – начал я. – Но нам придется подняться на башню.

– Ты что, не слышал Кингу? – воскликнула Сидни. – Там же кругом монстры! Уж если сам гигантский скорпион не в силах справиться с ними… Да к тому же Локи тоже решил завладеть таблицами судеб. А мы что, детишки с лирой и перчаткой.

– Нельзя допустить, чтобы Локи добрался до таблиц, – отрезал я.

Пану покачал головой:

– Неужели нет никакого другого способа остановить его?

Где-то вдалеке завыл волк – Фенрир.

– Нет, – Дана тоже задрала голову и, не отрываясь, смотрела на колоссальное сооружение. – А если бы был, неужели бы мы им не воспользовались!

Пану обреченно вздохнул:

– Ну, тогда пошли. Я приведу вас к башне. Если воспользуемся моими тайными ходами, то, возможно, даже обгоним тех двоих.

Джон ехидно улыбнулся:

– Да мы просто счастливчики!

Глава четвертая

Внутри Вавилонской башни

Мы бежали за Пану, стараясь ни на шаг не отступать от нашего провожатого и не потеряться в хитром лабиринте улиц. Чем ближе мы подходили к башне, тем горячее становился воздух. Я не мог прогнать из головы мысли, каково приходится превращенному в скорпиона Кингу, заточенному в царстве мертвых, где все время царит непроглядная ночь, а воздух раскален, словно в духовке. Какое страшное проклятие! Неудивительно, что на уме у монстра только одно – месть. Но если Кингу осмелился пойти против верховного бога, значит, он ничем не лучше Локи?

– Вниз по улице, и мы у башни, – прошептал Пану. – Надеюсь, успеем до того, как туда заявится Локи.

Я не вполне был уверен, что стоит доверять этому львиноголовому мальчику. Пану симпатизировал Кингу, свирепому и жестокому чудовищу, который осмелился восстать против богов. Но у нас не было выхода – таблицы судеб надо найти во что бы то ни стало, а уж Локи точно не станет медлить ни секунды.

Я поднял глаза на башню – огромная крылатая фигура со свистом спикировала с верхнего этажа вниз. Мы тут же нырнули в тень за дом. Размах крыльев жуткой твари составлял не меньше шести метров. Снизившись до максимально возможной высоты, она пролетела над городом, и мы успели заметить среди оперения ноги и руки.

– Ух ты! – восхитился Джон. – На ней что, кто-то сидит верхом?

– Нет, это получеловек-полуптица, – объяснил Пану. – Одно из семи чудовищ. Берегитесь его когтей. Бежим сюда!

Мы миновали два переулка, пустынную площадь, несколько лестниц и, наконец, остановились у подножия высоченной башни. Воздух, как мне показалось, здесь был еще горячее. Пока Сидни и Джон следовали по пятам за нашим проводником, Дана замедлила свой бег, а затем и вовсе остановилась. Глаза моей подруги расширились, она то и дело потирала закованную в доспехи руку.

– Болит? – спросил я.

Некоторое время Дана молча смотрела на башню, а затем покачала головой:

– Нет, в смысле, да, но не в этом дело. Я не могу выкинуть из головы слова Локи о Мидгарде. Родители как-то читали мне этот миф. Прямо мороз по коже… Страшно, Оуэн, реально страшно. Наш с тобой мир превратится в руины, ничего не останется. Если бы я помнила, каким образом действует хрустальная руна… Но я забыла концовку…

Никто не знал, чем все кончится, может, потому что эта мифология еще не написана?

– Послушай, Дана, может быть, если нам удастся завладеть таблицами судеб раньше Локи, мы сможем остановить его? И тогда весь этот кошмар закончится? – спросил я, стараясь придать голосу уверенности. – Ни пожарища. Ни войны. Ни хрустальной руны. Ни Локи. Все будет как прежде.

Дана перевела взгляд с меня на толстую книгу мифологии, которую держала в руке.

– Может быть, если бы я знала больше…

Ожидание под сводами основания башни не придавало уверенности. Пану дрожал от страха.

– Мне кажется, если я останусь здесь, от меня будет больше проку.

– Хорошая идея, – ответил я. – В конце концов, это наша миссия, не твоя.

– Чувствую вонь Фенрира, надо торопиться. – Дана посмотрела по сторонам.

Пану кивнул:

– До скорого. – И, перепрыгнув через заборчик, скрылся в темноте прилегающей узкой улочки.

– Странный парень, – заметила Сидни. – То есть лев.

У нас не было времени на разговоры, поэтому мы углубились под своды башни. Как только я вступил в мрачное помещение первого этажа, у меня задрожали коленки, а живот скрутило. Дана вообще чуть не упала, у нее неожиданно стали заплетаться ноги. Такое странное влияние на нас оказывала башня.

– Эта башня проклята, – прошептал Джон, уставившись на тонущий во мраке далекий потолок. – Она такая огромная.

Нижний уровень башни своим размером превышал дюжину футбольных полей. Пол был усыпан смесью песка с камнями, но по твердости не уступал бетону. На стенах висели факелы, чье пламя отбрасывало смутные тени. Потолок казался далеким, но из отверстия посередине торчал толстый канат, который, правда, не доставал до пола нескольких метров.

Джон удивленно уставился на него:

– И что, нам придется лезть на следующий этаж по нему?

– Да уж, добраться до веревки не так-то просто, – заметила Сидни. – Дана, а что там за монстры на башне, напомни-ка, пожалуйста.

Дана пролистала книгу, останавливаясь на самых интересных моментах.

– У нас тут и получеловек-полуптица, и дракон, и скорпион, и гадюка, чье тело покрыто шипами, и бешеная собака…

БУМ-БУМ-БУМ! Пол подпрыгнул у нас под ногами.

– Мамонт! – прошептала Дана, закрывая книгу. – Мамонт – еще один монстр.

– Мамонт? – не понял я. – Это тот огромный меховой слон, которого ловили пещерные люди?

Пол задрожал так сильно, что мы потеряли равновесие и упали на колени. Дана вытянула вперед руку, прицелившись в темноту. Комната наполнилась оглушительным топотом, пол снова задрожал. Кто-то трубил во мраке. Внезапно перед нами оказался мамонт, какого вы могли видеть только в музее естественной истории. Не говоря уже о том, что он был как минимум в два раза больше любого музейного экземпляра. И живой. Очень даже живой.

Мамонт, сильно топая, мчался туда, где мы стояли. Его лохматая шерсть свисала клочками и покачивалась из стороны в сторону, как кусты испанского мха[1]. Два гигантских кроваво-красных бивня торчали из пасти животного, как средневековые пики, а на конце каждого плясало пламя.

– Сматываемся! – закричала Сидни.

Мы с Даной бросились в одну сторону, Сидни – в другую, а Джон замер на месте, словно прирос к полу. Он широко открыл рот, словно в немом крике, а его глаза напоминали чайные блюдца. Чудовищу, видимо, понравилась застывшая жертва, потому что оно на полной скорости понеслось на моего друга.

Дана резко обернулась и, вытянув вперед перчатку Локи, послала в мамонта порцию молний, но они не только не причинили животному никакого вреда, но еще и отскочили от его толстой шкуры, а подруга почему-то упала на колени, схватившись за запястье.

– Оуэн, – прошептала она. – Лира!

Я одним движением распахнул чехол и достал оттуда музыкальный инструмент. С надеждой я ударил по струнам: одну за другой я перебирал их, но на мамонта игра, видимо, не производила впечатления. Наконец, я коснулся последней струны. Звук, издаваемый лирой, оказался низким и глубоким, напоминающим рев слонов. Эхо разнесло музыку, она отразилась от стен башни.

Песок на полу пошел словно волнами, а мощные ноги мамонта, похожие скорее на стволы дубов, подкосились, и чудовище рухнуло на землю, подняв клубы пыли. Мы закашлялись сначала от песка, а затем и от знакомого отвратительного запаха.

– Фенрир! Только его не хватало! – воскликнула Дана.

Позади огненного волка стоял Локи, на шее у бога висело несколько амулетов с рунами. Когда он заметил нас, его глаза вспыхнули синим пламенем.

– Вы! Опять! – закричал северный бог. – Вы преследуете меня и в Вавилонии? Наверняка не без помощи лиры, но на этот раз я покончу с вами раз и навсегда…

Дана не дала Локи договорить и выпустила в него ослепляющую молнию. Ударная волна отбросила подругу назад, она упала на спину и застонала. Бог сумел на лету поймать выпущенную Даной молнию.

– Не играйте в игры, мисс Рансон, если не знаете правил! Эта перчатка окажется у меня, еще и солнце не сядет! – Бог метнул в нас свою молнию, и я еле успел оттолкнуть подругу в сторону. Она отлетела к стене, а пол в том месте, где за секунду до этого мы стояли, взорвался, окатив нас осколками камней и фонтаном песка. Мамонт успел уже прийти в себя и подняться на ноги. Животное издало такой трубный вой, что стены башни содрогнулись. В этот момент я заметил, что спина чудовища достает как раз до веревки, которая привела бы нас на следующий этаж башни. Несмотря на жуткий страх, мой мозг, как ни странно, работал просто отлично. Я тут же сообразил, что к чему, и принял решение.

– Нам пригодится мамонт, чтобы подняться, – пробормотал я. Джон посмотрел сначала на меня, затем на монстра, а затем снова на меня, как если бы до конца не верил, что правильно расслышал.

– Ты чокнулся, – только и выдохнул он, не до конца придя в себя после пережитого ужаса.

Тем временем Фенрир сорвался с места, мамонт, казалось, ожил и бросился нас преследовать. Мы кинулись со всех ног бежать. Пока мои пальцы теребили одну-единственную действующую на чудовище струну, я перевел взгляд на Дану. Та снова метала одну молнию за другой. Яркие вспышки озаряли темное помещение. Локи и Фенрир, казалось, немного отстали. А мамонт свалился тут же, снова запутавшись в ногах. Этого оказалось вполне достаточно для нас. Быстро сориентировавшись, мы ухватились за свисающую с боков густую шерсть и залезли на животное.

– Вы не посмеете! – прокричал Локи. Он без остановки бросал в нас молнии, но мы ловко от них уклонялись. Тем временем мамонт начал приходить в себя и принялся отчаянно трясти головой, чтобы сбросить нас. Но я поднес лиру Орфея к самому его уху, умело направляя чудовище к отверстию в потолке, из которого торчал канат.

– Скорей! Наверх! – вопила Сидни, и мы как могли, подпрыгнув, один за другим ухватились за веревку. Канат тут же начал быстро вращаться, что, в общем-то, было неплохо, потому что ни одна из молний Локи так и не смогла попасть в цель. Изо всех сил подтягиваясь на руках и стискивая ногами веревку, мы вылезли в отверстие в потолке на следующий уровень башни. Обессиленные, друзья повалились на пол, а я заглянул в дыру: руна на нагруднике доспехов Локи сияла серебристым светом, и бог, подойдя к мамонту, набросил один из амулетов с рунами животному на бивень.

– Он поймал его, – выдохнул я, падая в изнеможении на пол. К этому моменту Джон уже пришел в себя и сменил меня у отверстия в полу.

– Зато мы теперь на втором этаже, – сообщил друг, поднимаясь на ноги и осматриваясь. – И мы, между прочим, все еще живы!

Я хотел было порадоваться, но то, что предстало моим глазам, не вызывало ничего, кроме отвращения. Пол от стены до стены устилал ковер из шипов, на дальней стене комнаты висело нечто длинное, напоминающее виноградную лозу, утыканную колючками.

– Это, наверное, кожа гадюки, – пробормотала Дана, когда мы подошли поближе, чтобы рассмотреть. – Интересно, как она сама выглядит.

Сссссс… Послышалось шипение.

Мы обернулись и увидели крошечную змейку, которая приподнялась на хвосте, уставившись на нас глазками-бусинками. Ее маленькая головка раскачивалась из стороны в сторону.

Ссссс…

Сидни рассмеялась:

– И это та самая страшная гадюка? Одна из семи великих монстров Вавилонии? Да с ней даже обычный червяк справится…

Было смешно, пока не стало очень грустно…

Ссссс раздалось справа. Вторая крохотная гадюка ползла к нам.

– Близнецы? – предположил Джон.

Затем мы услышали еще одно ссс, затем еще одно и еще, и вскоре уже на середине пола образовалось целое гнездо маленьких извивающихся змеек.

– О’кей, я поняла! – воскликнула Сидни. – Их очень много, но все равно они слишком маленькие.

В следующее мгновение произошло то, чего никто не ожидал. Крошечные гадюки подползали одна к другой, сливаясь и образуя настоящий клубок, в котором переплелись их тела, хвосты и головы.

– Что происходит? – в ужасе прошептала Дана.

– Думаю, мы поймем, что происходит, и склеим ласты. – Джон закрыл глаза руками. – О, нет, нет, нет…

Прежде чем мы успели сообразить, пресмыкающиеся сформировали туловище гигантской змеи.

– А вот теперь уже похоже на монстра, – пробормотала Сидни. Чудовище задрало свою невероятно огромную голову к потолку. С клыков размером с саблю на пол стекала густая зеленоватая жидкость, вероятно, яд. Во рту раздвоенный язык длиной с ковровую дорожку двигался из стороны в сторону. Видимо, чудовище с помощью него ощупывало пространство, ударяя им, как хлыстом, время от времени по полу.

ССССССССС!

На этот раз шипение было таким оглушительным, что я испугался, не лопнут ли у меня барабанные перепонки. Огненная струя, вырвавшаяся из пасти змея, чуть не превратила нас в головешки. К счастью, даже не самой сильной молнии Даны хватило, чтобы отклонить и направить пламя в сторону. Змей зашипел снова.

– Оуэн! Я не могу… – чуть не плача прокричала Дана, хватаясь за руку и без сил падая на пол позади Сидни.

Я тут же выхватил лиру и ударил со всей силы по струнам. Но магия инструмента, казалось, перестала работать. Звук магической лиры не оказал на монстра никакого эффекта. Змей снова поднялся на хвосте, готовясь атаковать.

ССССССССССС!

Я попытался нащупать необходимую струну, которая бы издавала такой же низкий звук, как и шипение чудовища. Мне это удалось, но как только зазвучала музыка, мою голову пронзила острая боль, мне показалось, что сотни кинжалов впились мне в череп и я сейчас ослепну. Из глаз потекли слезы. К счастью, змей рухнул на пол, корчась в конвульсиях. Его тело скручивалось и изгибалось, являясь живым воплощением пословицы об уже на сковородке. Через мгновение монстра разорвало на сотни маленьких змеек, а пол покрылся очередным слоем шипов.

– Лезем вверх по виноградной лозе! – закричала Сидни и первой побежала к спасительному выходу. Она тянула за руку Дану и пихала упиравшегося Джона. Друг не мог прийти в себя и только закрывал глаза руками. Видимо, он не до конца сообразил, что гигантского змея больше нет.

Мы принялись карабкаться по лозе, раня руки в кровь об острые шипы, торчащие во все стороны. Но мы мало обращали на это внимания, торопясь покинуть страшное место. Мы пролезли в отверстие в потолке, напоминающее по форме спираль, а затем взглянули на пол второго этажа. Маленькие змейки копошились на нем, кругом валялись обгоревшие шипы. Мы благополучно добрались до третьего уровня башни.

Глава пятая

Битва до…

Насколько опасным и шумным был предыдущий этаж, настолько тихим и безжизненным оказался этот. Веяло могильным холодом, создавалось впечатление, будто находишься в гробнице. Мы огляделись и обнаружили себя в кольце скамеек, ряды которых шли вверх, словно в амфитеатре.

– Напоминает арену для гладиаторов, – предположила Дана.

– Не они, случайно, все время гибли во время боев? – с волнением уточнил Джон.

– Только те, кто проигрывал, – тихо, почти шепотом, ответила подруга.

– Круто! – Джон покорно мотнул головой.

Пытаясь сфокусировать зрение (глаза все еще резало), я осмотрел помещение. От пола до потолка тянулись ряды скамеек, но только в двух местах я увидел проходы. Под потолком низкая арка, как я догадался, вела на следующий уровень. Рядом с лестницей чернел вход в мрачный, тонущий во мраке коридор. В нем было нечто зловещее, и я предпочитал не задумываться над тем, кто может скрываться во тьме.

– Ну, наверное, надо взобраться по лестнице на следующий уровень, и побыстрее, – почти шепотом предложила Сидни.

– Мне нравится идея. – Джон хотел уже направиться к лестнице, как из темноты коридора раздалось гулкое эхо. Оно доносило звуки топающих ног. Друг схватил меня за руку, девочки подошли поближе, ища поддержки друг в друге. На свет появились львиноголовые воины, которых мы уже и раньше видели в городе. Они не обращали на нас совершенно никакого внимания и даже не делали и шага в сторону нежданных гостей. Они уселись на скамьи и принялись скандировать. Но, скажу честно, то, что они выкрикивали, мне совершенно не понравилось.

– Огонь! Огонь!

– Звучит не слишком ободряюще, – прошептал Джон.

Мгновение спустя из все того же коридора появилась механическая фигура, напоминающая своим строением человеческую. Она двигалась прямо на нас, а толпа людей-львов восторженно закричала:

– ОГОНЬ!

– Меня сейчас стошнит, – простонала Дана.

Вот и наш монстр! А мыто надеялись спокойно миновать этаж…

Тот, кого, видимо, звали Огонь, представлял собой некое подобие механического робота, сделанного из черных металлических пластин. Его ноги и руки, составленные из полых цилиндров, толщиной могли помериться с колонной, а грудь размерами напоминала большой барабан, на котором играют в военных оркестрах. Голова по форме походила на печку, где ртом служила каминная решетка, через которую были видны горевшие внутри угли. Огонь оглядел нас с головы до ног огромными сверкающими глазами, и мы попятились.

– Это что, какой-то доисторический робот? – спросила Сидни, голос подруги предательски дрожал.

Раскрыв челюсти-печку, Огонь выпустил струю огня, и львиноголовые зрители притихли. Во внезапно наступившей тишине мы смогли различить шипение змея с предыдущего уровня и бормотание Локи. Северный бог находился поблизости.

– Идите ко мне! – прорычало чудовище, выбросив изо рта порцию тлеющих углей.

– Нет уж, спасибо, что-то не хочется, – пробормотал Джон, прячась мне за спину.

Огонь дико засмеялся, выплюнул еще несколько струй огня и направился к нам. От рева трибун задрожали стены. Я тут же ухватился за лиру, но ни одна из струн не подействовала. Обернувшись, я увидел, как Дана целится перчаткой в чудище.

– Не надо, я сам… – начал было я, но не успел.

Обжигающая молния вылетела из доспеха, а моя подруга со стоном опустилась на колени. Когда молния коснулась робота-печки, его полое железное тело зазвенело, точно колокол. Звук отразился от стены, а лира подпрыгнула у меня в руках.

– Вот черт! – Только сейчас я догадался, какой звук мог бы подействовать на монстра.

Чудовище зашаталось, ноги-цилиндры подогнулись.

– Бежим к лестнице! – как могла громко выкрикнула Дана. Перекрыть рев орущей толпы львиноголовых созданий оказалось непросто. Как только мы бросились к проходу между скамьями, нас окатила неизвестно откуда взявшаяся волна песка. Огонь повернул голову – позади него стоял Локи, на груди бога светилась руна.

– Двое чудищ повержены, но остались еще пять! – холодно рассмеялся он. – Фенрир и другие монстры ждут тебя, Огонь! Будь моим союзником! Присоединяйся к войне!

– Союзником, говоришь? – Робот-печка выплюнул очередную порцию головешек. – Только хранители таблиц судеб могут приказывать мне. В противном случае я уничтожу любого, кто попытается проникнуть в башню.

Пока монстр рассуждал, мы шаг за шагом продвигались к лестнице.

– Ты враг Кингу, но не мне, – с достоинством ответил Локи, и руна на его нагруднике засветилась еще ярче. – С сегодняшнего дня Кингу больше не твоя забота. Я твой новый властелин.

Свет, исходящий от руны бога, еще усилился и ослепил железного человека.

– Что я говорила, – толкнула меня в бок Сидни. – Локи предал Кингу!

– Поспешим! – Дана потянула меня за руку, а я подтолкнул вперед Сидни.

Локи выяснял отношения с роботом, а мы тем временем со всех ног бросились к лестнице. На секунду я обернулся, чтобы посмотреть, что происходит на арене. Железный человек стоял, уперев руки в бока и нагнув голову, а Локи тем временем вешал ему на шею амулет с руной.

– Руна имеет власть над тобой, пока таблицы судеб у меня, – объяснял Локи. – Отправляйся к Фенриру, твоему новому соратнику. Вперед!

Железный человек снова кивнул и направился в коридор, из которого и появился.

Не мешкая ни минуты, мы поднялись на следующий этаж.

– Четвертый уровень! – торжественно провозгласила Дана, оглядываясь. Кругом стены покрывали мраморные плиты. В центре комнаты высилась высокая резная арка, из которой начинался вход в туннель. В конце туннеля мы заметили пандус, ведущий прямо на пятый этаж.

– Быстрее всего мы доберемся до него, если пройдем по туннелю, – произнес Джон. – Я выбираю кратчайший путь!

– Согласна, – бросила Сидни.

Как только наши глаза привыкли к полумраку, мы сумели различить на противоположной стене колонны, пьедесталы и тянущиеся по периметру комнаты полки, на которых лежало то, что когда-то было пергаментными свитками. Пол туннеля также был завален пергаментом.

– Видимо, здесь была библиотека, – заметил я.

– Была, – прошептала Дана и подошла ко входу в мрачный туннель. – Помните библиотеку у меня дома? Там не хватало одной книги.

Мы все кивнули. Библиотека в доме Рансонов стала местом нашей первой встречи с Фенриром. Тогда нам еле-еле удалось спастись.

– Кажется, я знаю, что это за книга, – продолжала Дана, пока мы с опаской заглядывали в арку, не решаясь сделать первый шаг. – Ее обложка была покрыта рисунками кристаллов. Это книга о хрустальной руне!

– Тогда, скорее всего, твои родители забрали ее с собой в Исландию, – предположила Сидни.

Дана отрицательно покачала головой:

– Нет, они сожгли ее. Я точно помню.

– Сожгли? – опешил Джон. – С чего бы им жечь ее? Они ведь, судя по твоим рассказам, увлекались коллекционированием книг.

– Мама и папа сожгли ее для того, чтобы никто больше не прочитал магические тексты, – объяснила Дана. – Именно поэтому Фенрир и не нашел ее у меня дома, а Локи послал драугов на поиски родителей. Помню, родители читали мне ее, когда я была маленькой. – Глаза моей подруги потемнели. – Конечно, не самая лучшая книжка для чтения на ночь.

– Ты что-нибудь помнишь? – поинтересовалась Сидни.

– Немного, – задумчиво ответила Дана. – Несколько слов да обрывки фраз. Негусто, как видишь.

– Дана, твои родители молодцы! – попытался я приободрить подругу. – Они уничтожили единственное свидетельство местонахождения руны, чтобы первыми до нее добраться. Все будет хорошо! Локи ни за что не найдет ее! А ты скоро увидишься с мамой и папой!

Я понятия не имел, так ли это на самом деле, я лишь надеялся, что мои слова вселят в сердце Даны надежду. Кажется, получилось, потому что моя подруга улыбнулась.

– Хорошо бы, – ответила она. – Пора в путь!

Не сводя глаз с пандуса, мы сделали несколько шагов в глубь туннеля. Арка держалась на останках колонн, которые были кем-то разбиты. На полу, прямо перед нами, валялись их осколки и фрагменты. Мы аккуратно обошли их и, не оглядываясь, двинулись вперед.

– Странное дело! Только посмотрите на стены… Они словно изрыты… и какие-то липкие, – пробормотал Джон, брезгливо касаясь стены пальцем.

Вшшшш! Сильный поток воздуха, взявшийся неизвестно откуда в этом коридоре, поднял вверх пергаментные листы. Воздух был тяжелым, удушливым и, честно говоря, отвратительным. Пахло так, как будто где-то лежала целая куча стухшей еды. Да-да! Именно еды! Новый поток воздуха, и стены заскрипели. Раздался странный звук… отдаленно напоминающий рычание. Когда туннель резко свернул вбок, мы сразу догадались, что нас ожидает.

– Это бешеная собака! – заорал Джон. – Валим отсюда! Мы в ее норе!

Мы было рванули назад, но проход, в который за минуту до этого мы вошли, начал закрываться. Сломанные верхние колонны стали опускаться на сломанные колонны внизу – туннель захлопывался, как пасть чудовища, в котором колонны – это зубы. Арка упала на пол за нашими спинами. Туннель заходил ходуном, куски камней полетели на пол, а в центре его появилась гигантская псина, высеченная из мрамора.

– Надо обогнуть ее и добраться до пандуса! – крикнул я.

Мы попробовали прошмыгнуть мимо нее, но собака оказалась настолько же шустрой, насколько огромной. Она резко развернулась и выбросила вперед лапу. Куски породы полетели во все стороны, мы еле успели прикрыть головы руками. Псина открыла пасть – здоровые челюсти двигались, как мельничные жернова, и из нее вырвался поток огня. Изловчившись, мы все-таки сумели увернуться и добежать до спасительного перехода на следующий этаж. Собака продолжала изрыгать пламя, отблески окрасили туннель в пурпурные цвета. Стены дрожали так, словно кто-то работал отбойным молотком. Внезапно четвертая струна лиры зазвучала сама собой.

– Спасибо тебе! – мысленно я вознес хвалу: уж не знаю, Орфею ли, магическому музыкальному инструменту или еще кому. Я без устали щипками дергал струну, а собака замерла на месте, точно ее заморозили.

– Сюда! – Сидни подтянулась, запрыгнула на пандус и со всех ног побежала к чернеющему отверстию прохода на пятый уровень. Мы бросились следом за ней и по очереди протиснулись в узкий лаз. Собака побежала следом, но проход закрылся за нашими спинами. Мы были одни.

В помещении очередного этажа было на удивление светло. Серебристый свет лился с потолка.

– Луна? – предположил Джон. – Должно быть, где-то здесь находится выход. Скорее всего, мы недалеко от цели.

Правда, между нами и лучами света находилось нечто наподобие маленького болотца, которое неприятно мерцало зеленоватым светом, чрезвычайно похожим на пламя дракона, которого мы встретили у реки.

– Придется как-то переправиться на ту сторону, – сказала Дана, внимательно осматривая крошечные островки земли, раскиданные по поверхности болота. – Будем держаться за руки, чтобы никто не упал.

Я коснулся закованной в броню ладони подруги. Кисть была и ледяной, и обжигающей одновременно. Даже мгновенное прикосновение причиняло острую боль. Не могу представить, чего стоило Дане терпеть.

Мы перепрыгивали с островка на островок, а зеленые огоньки лизали подметки наших ботинок, не причиняя вреда. Лира снова зазвучала сама собой у меня в руках. На этот раз звук оказался высокой тональности. Интересно, что в зависимости от этажа, на котором мы находились, и музыкальный инструмент звучал по-разному. Наверняка это все было неспроста и что-нибудь да значило, но у меня совершенно не имелось времени поразмыслить над этим, потому что именно в этот момент позади нас из болота показался тот самый дракон, который ранее уже преследовал нас. Его пасть оскалилась, и огненный столп вырвался, опаляя своды помещения.

– Ну вот опять! Всем пригнуться! – скомандовал Джон.

Мы плюхнулись на землю, а зеленая вспышка пронеслась над нашими головами, поджигая чахлую болотную траву. В тот же самый момент серебристая молния разрезала водную гладь в метре от нас.

– Локи появился! – в отчаянии закричала Дана.

Лицо северного бога перекосило от гнева. Он преследовал нас, правда, пока не решаясь перейти болото.

– Вам не остановить меня! Монстры будут моими! Но сперва я уничтожу вас!

Локи швырнул в Дану очередную молнию, которую моя подруга, к счастью, успела отразить, послав в последний момент крайне слабую вспышку. Молния Локи ударилась о воду рядом с шишковатым хвостом дракона. Чудовище подплыло к богу.

– Змей, ты скоро присоединишься к моей армии, – проговорил Локи, касаясь руны на нагруднике. Голубоватый свет, исходящий от амулета, словно опутал монстра невидимыми нитями.

– Быстрее! Сюда! – Я услышал невдалеке знакомый голос. В лунном свете стоял наш знакомый мальчик-лев.

– Пану?! – радостно закричал Джон. – Ты вернулся!

– Я же обещал вам! А теперь давайте! – позвал он. – Это путь на следующий этаж!

Мы продолжили прыгать с островка на островок, когда до нас донесся звенящий смех Локи.

– Вам не выиграть эту гонку! Даже не надейтесь! – Бог выстрелил сверкающей молнией, которая ударилась рядом с нами, подняв фонтан земляных брызг. К счастью, я успел оттолкнуть Дану в сторону. Пока мы замешкались, Джон и Сидни уже достигли Пану, который ждал нас, свешиваясь из отверстия в потолке. Своими сильными руками он поднимал друзей, помогая им лезть наверх. Я подтолкнул Дану вперед – у нее заплетались ноги, а рука висела безжизненной плетью. Последний выстрел полностью истощил мою подругу. А я не мог подобрать правильных струн. Лира работала против башни, но не против Локи. Инструмент оказался бессилен.

Вдалеке северный бог свирепо прокашлял:

– Попрощайтесь с жизнями, смертные!

Я со всей оставшейся у меня силы бросил Дану в сторону Пану, который тут же поймал мою подругу. Я же побежал вперед, держа над головой лиру наподобие секиры. В этот момент обжигающая молния просвистела над моей головой, и я ничком рухнул на землю.

Глава шестая

Висячие сады смерти

Я успел вовремя пригнуться, но вспышка была так близко от моего лица, что на мгновение мне показалось, будто я ослеп, оглох и умер. Когда я поднял лицо, то не поверил своим глазам. Тело Локи била дрожь, а он, точно пригвожденный к земле, замер. Дана стояла на коленях позади меня, ее перчатка дымилась.

– Я больше не могу… Это был последний выстрел.

– Тогда моя очередь. – Локи, видимо, пришел в себя и, выпрямившись, прицелился в нас. Не раздумывая ни минуты, я бросился на бога и ударил его лирой по перчатке, в этот момент сверкнула молния. Инструмент помешал Локи попасть в цель – молния улетела вбок, а лира отскочила прямо мне в лицо, поранив щеку. Дана вскочила на ноги, схватила меня за плечи и потащила к друзьям.

В этот момент дракон поплыл по болоту в нашу сторону. Видимо, ему надоело торчать на берегу в ожидании Локи, пока его добыча убегает прямо у него из-под носа. Я ударил по струнам – тело дракона начало изгибаться в конвульсиях, и он рухнул в воду, подняв волну зеленой болотной жижи, которая окатила Локи. Не теряя ни минуты, мы с Даной подбежали к проему в потолке и, ухватившись за руки друзей, залезли на шестой этаж башни.

Уровень представлял собой непроходимые джунгли, в которых лианы сплелись между собой, гигантские цветы источали смрад, а темная листва зловеще серебрилась в лунном свете.

Я попытался вдохнуть горячий ночной воздух, проникающий сюда с улицы, но вместо этого у меня заболела грудь и забил озноб после ледяного сумрака предыдущих этажей.

– Вершина, – прошептала Сидни, указывая на макушки самых высоких деревьев – они проросли сквозь узкое отверстие наконечника Вавилонской башни, своими очертаниями напоминающего заводскую трубу.

– Хотите передохнуть? – спросил Пану, а в его львиных глазах читался страх. Видимо, мы выглядели совсем плохо. – Вы, ребят, что-то не очень…

КАРРРРРР! Получеловек-полуптица не спеша облетал деревья, вероятно в поисках нас. Его черные глаза буквально впились в джунгли, выискивая жертв. К несчастью, мы забрели на его территорию.

Я обернулся к проходу, который вел на предыдущий этаж, оттуда раздавался свист молний, которые посылал Локи, шипение дракона. Сколько же людей оказалось в опасности из-за неуемной жажды власти одного-единственного бога. Весь мир превратится в арену его битвы. У нас совсем не осталось времени – пора действовать! Я повернулся к ребятам.

– Нет, нам некогда отдыхать, – ответил я Пану. – Надо добраться до таблиц судеб, пока Локи не заграбастал их себе. Вперед!

Друзья не возражали. Мы подошли к деревьям, макушки которых торчали наружу из башни. Растительность оказалась довольно чахлой, поэтому для чудовищной птицы не составляло труда нас заметить. Кроме того, стало очевидным, что именно этот монстр не даст забраться наверх: на стволе дерева зияли глубокие раны, нанесенные острыми когтями и мощным клювом получеловека.

– Как только мы полезем на дерево, та страхолюдина нас тут же порвет на кусочки, – прошептала Сидни. – Но у нас нет выбора, может, попытаемся проделать это быстро?

Джон слабо кивнул в ответ:

– Не уверен насчет быстро, но попробовать можно. – Друг повернулся к Дане: – Ты как, сможешь?

Ее лицо исказила гримаса боли, рука безжизненно свисала вдоль тела, кожа стала серой, как пепел. Глубоко вздохнув, она прошептала:

– Готова.

Я был уверен, что Дана справится. Все-таки она – настоящий герой, я очень гордился своей подругой.

– Ну что, все готовы? Идем? – Я обвел друзей взглядом.

Со всех ног мы побежали к деревьям. Мы неслись по открытому пространству, где нас было видно невооруженным глазом. Даже несмотря на то, что монстр парил очень высоко, ему понадобилась всего секунда, чтобы разглядеть бегущих детей. Хрипло каркая, он нырнул вниз, планируя, словно истребитель. Я увидел, что его кроваво-красный клюв с черными отметинами достигает в длину чуть ли не метра. Из алого оперения на нас смотрели мрачные человеческие глаза.

– КААААР! – прокаркало чудовище, и из его клюва вырвались языки пламени.

Как бы я хотел, чтобы перчатка Даны могла действовать, но из всего оружия у нас осталась только поврежденная лира (отразив молнию Локи, инструмент практически отказывался работать). Со свистом монстр спикировал на нас, острые перья, похожие на клинки, разрезали воздух. Ветер, который поднял своими широкими крыльями получеловек, практически сдул нас в сторону, и нам снова пришлось возвращаться на исходную позицию, виляя из стороны в сторону так, словно мы бежали по минному полю.

– Вверх! Лезем! – замахал руками Джон в сторону дерева. – Нужно как можно скорее вскарабкаться по нему, иначе мы станем легкой добычей для этого урода.

Как только мы ухватились за лианы, свисавшие с деревьев, то тут же с криком выпустили их из рук. Мелкие шипы, покрывающие растения, рассекли кожу пальцев. Как будто смертельной угрозы, исходившей от летающего чудища, было недостаточно! Пролетев несколько кругов, чтобы немного снизить скорость, получеловек-полуптица ринулся на Джона и Сидни – видимо, они показались ему легкой добычей. Крылья, заканчивающиеся острыми стальными наконечниками, со свистом рассекли воздух, а из приоткрытого клюва вырвалось пламя. Я со всей силы ударил его ногой по голове. Монстр отлетел в сторону, а затем, очевидно хорошо разозлившись, избрал меня новой жертвой. Его клацающий клюв прошел в каком-то сантиметре от моей руки, а лицо опалило жаром, исходившим от злобной твари.

– Не трогай моего друга, урод! – пронзительно закричала Дана и резко выкинула вперед руку с перчаткой Локи. Доспех обрушился на голову монстра в том самом месте, где клюв «крепился» к черепу. Хрясь! По верхней части клюва побежала трещина, из которой вырвался огонь. Монстр издал крик, полный боли, но тем не менее не отступил и набросился на Дану, схватив ее раздробленным клювом за перчатку. Чудовище потянуло на себя, а Дана дико завизжала. Я выхватил лиру и со всей силы ударил по всем струнам сразу, пытаясь найти нужный тон. Когда зазвучала магическая музыка, чудовище затряслось, но не отпустило руку моей подруги. Сидни обхватила Дану, пытаясь удержать ее на месте и не позволить крылатому монстру поднять подругу в воздух. Джон подпрыгнул и двинул ботинком в разбитый клюв получеловека. Взвыв от боли, чудовище отлетело назад – перчатка Локи осталась у него в клюве.

Дана со стоном начала оседать, Джон и Сидни подхватили ее под руки, затаскивая на ствол дерева. Монстр кружил вокруг нас, но из-за музыки, которую издавала лира, не мог приблизиться на расстояние, достаточное для удара. Наконец, он издал еще один пронзительный крик, рассек воздух мощными крыльями и улетел прочь, крепко держа доспех бога в клюве.

– Дана, ты как? В порядке? – заботливо спросил я.

Некоторое время подруга задумчиво смотрела на свою руку, словно не понимая, что же произошло, а затем облегченно вздохнула.

– Я свободна… наконец-то… Вперед! Чего мы ждем?

Когда мы уже собирались начать карабкаться на дерево, в проходе внизу появился Локи. Амулет с руной серебрился на шее у летающего чудовища, а к ногам северного бога полетела перчатка Даны. Доспех вернулся к своему владельцу.

– Лезем! Не останавливайтесь! – завопила Дана, первой поднимаясь по веткам дерева. Ее руку, до этого одетую в магическую перчатку, теперь покрывали глубокие раны и ссадины. – Еще чуть-чуть, и мы на вершине!

Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем мы наконец оказались у отверстия, ведущего на крышу башни. Я хотел было отдохнуть пару секунд, но времени было в обрез. Ухватившись за лиану и не обращая внимания на шипы, я обмотал растение вокруг руки и вытянул себя наверх. Коснувшись ногами крыши, я без сил упал рядом, глубоко дыша. Горячий ночной воздух показался мне каким-то странным – пахло весьма необычно. Внезапно я вспомнил – этот запах я не забуду никогда – яд скорпиона.

Глава седьмая

Потеря и находка

Высокий парапет, окружающий вершину башни, покрывали сотни факелов. Царь скорпионов стоял посредине площадки, его гигантская голова низко свешивалась, словно он готовился проглотить нас целиком. Мне показалось, что его глаза сосредоточены на конкретном месте – в самом центре крыши лежал камень, покрытый необычными узорами и письменами.

Пану почтительно склонил голову:

– Мой Царь!

Я стоял рядом с Даной, Джоном и Сидни на высоте нескольких сотен метров над землей, а перед нами как на ладони расстилалось вавилонское царство мертвых. С предыдущего этажа донесся крик Локи, и вспышка серебряного света озарила крышу. В отверстие вылетел полуптица-получеловек, на его шее болтался амулет с руной. Один за другим на площадке появились все пять главных чудовищ Вавилонии под предводительством Фенрира. Мне не нужно даже было смотреть на них, чтобы догадаться, что шея каждого монстра окольцована амулетом Локи. Теперь они примкнули к армии бога и полностью находились в его власти.

– Локи близко, – прошептал Джон.

– Кингу, – начала Дана, сделав шаг в сторону Царя скорпионов. – Локи использует руны, чтобы подчинить себе всех чудовищ, но если он завладеет таблицами судеб, то монстры навечно останутся в его власти. Не предавай нас! Помоги остановить…

Но прежде чем Дана успела договорить, башня содрогнулась, воздух взорвался, не выдержав прилива энергии, а на площадке появился Локи. Он посмотрел на Кингу, затем перевел взгляд на нас и на покрытый письменами камень.

– Наконец-то нашлась, – видимо, Локи требовались зрители, чтобы он мог триумфально надеть магическую перчатку на руку. Когда доспех был собран, по его поверхности побежали голубые всполохи, он завибрировал, а бог самодовольно улыбнулся.

– Только не это, – прошептала Сидни. Но, несмотря на тихий голос подруги, Локи услышал ее.

– Это загробное царство, деточка. Тут не все так, как ты хочешь. – Его губы сложились в презрительную улыбку. – Подойди ко мне, Дана Рансон. Я с тобой еще не закончил. – Бог схватил Дану за кровоточащую руку.

Одновременно я, Джон и Сидни попытались остановить его, но Локи предупреждающе вытянул руку вперед:

– Не глупите! Вы, дети, всегда проигрываете! Пора бы уже зарубить себе на носу! – Бог не спеша обошел нас, толкая Дану впереди себя. – Вам не справиться с объединенной армией, где против таких сопляков, как вы, выступят плечом к плечу все монстры мира мертвых. Мы с Царем скорпионов непобедимы! Признайте нашу власть и покоритесь!

Жала чудовищного скорпиона дрогнули, с них сочился яд. Монстр поднял свой смертоносный хвост над головой, мерно покачивая им. Я хорошо помнил, как быстро он реагирует, словно независимо от своего хозяина, и что у жертвы не остается и секунды, чтобы сбежать. Мы оказались между двумя богами, наделенными неограниченной силой, каждый из которых мечтал отомстить.

– Перейдем к делу, – медленно, растягивая слова, произнес Локи. – Кингу, где седьмое чудовище и таблицы судеб, которые ты мне обещал?

Не поднимая головы, Царь скорпионов заговорил:

– Это самая страшная часть проклятия. Седьмое чудовище – мой собственный сын Улликумми, Каменный Человек.

– И где он? – поинтересовался Локи. Доспехи бога мерцали в свете луны, а воздух вокруг него становился ледяным, как в морозилке.

– Улликумми встал на мою сторону в битве, – объяснил Кингу. – И так же, как и я, был проклят. Но злоба Мардука поистине не знала границ. Он заточил его здесь, в гробнице на этой крыше. В гробнице, которую я не видел до сегодняшнего дня. Мой Улликумми!

Кингу произнес имя сына нараспев, точно это было какое-то заклинание.

– Без сомнения, грустная история, – ухмыльнулся Локи. – Пожалуй, я должен сожалеть, что твой сын не пополнит ряды моего войска. Но, по правде говоря, я явился сюда за таблицами. Где они?

Клешни Кингу защелкали, когда он начал отвечать богу:

– Таблицы судеб лежат в гробнице моего сына, под его руками. Улликумми навсегда потерян для меня, для мира, для…

Локи резко оборвал причитания Царя скорпионов. Выражение его лица стало еще холоднее, а в глазах появилась угроза.

– Что ты имеешь в виду, говоря – в гробнице?

Но монстр, казалось, не услышал вопроса. Он без конца повторял имя сына:

– Улликумми потерян… потерян… потерян…

Пану выразительно посмотрел на меня и на лиру, и в моей голове словно зажглась лампочка.

Потерян?

«Только то, что потеряно, может быть снова найдено», – вспомнил я слова мальчика-льва.

Тем временем Кингу не сводил глаз с камня.

– Я не видел могилы сына с того дня, как был проклят. Подчинив монстров своей власти, ты позволил мне забраться на вершину башни. Я должен благодарить тебя…

Но Локи грубо оборвал его, практически выплюнув в уродливое лицо Царя скорпионов гневные слова:

– Благодарить меня? Отдай мне таблицы судеб, и дело с концом! Хоть из земли мне их откопай, но добудь!

– Ты можешь воскресить мертвых? – в свою очередь спросил Кингу. Скорпион стоял спиной к луне, поэтому различить его глаза было совершенно невозможно – они тонули во мраке, скрытые шлемоподобной формой головы насекомого. – Или вернуть то, что навсегда утрачено? – тихо продолжил он.

Я начал соображать! Ну конечно! Теперь все ясно! Каждый этаж башни реагирует на определенные струны на лире. Семь уровней – семь струн музыкального инструмента. Вот она – разгадка проклятия. Если коснуться одновременно всех струн, то получится аккорд. Потерянный аккорд из легенды!

Локи затрясся от гнева, его призрачная оболочка начала превращаться в дым.

– Я хочу эти таблицы СЕЙЧАС!

Пану наклонился ко мне, Джону и Сидни.

– Вторая головоломка, – прошептал он. – Кингу нужен потерянный аккорд.

Я перевел взгляд на лиру. Точно! У меня только шесть работающих струн… но и у седьмого чудовища нет голоса, оно погребено… значит, безмолвно.

– Оуэн, коснись одновременно всех струн, – прошептал Джон, с ужасом глядя на инструмент.

Я последовал совету друга: заиграл одновременно на всех шести струнах, каждая из которых соответствовала определенному этажу Вавилонской башни. Снова и снова я бил по струнам, извлекая никогда прежде не звучавшую протяжную мелодию, которая, казалось, окутывала нас, крышу и камнем летела вниз, проникая сквозь могильные плиты, где покоился сын Кингу.

– НЕЕЕЕЕЕЕТ! – завизжал Локи. – Прекратите! Музыка ранит…

Бог не успел закончить, потому что крыша под нашими ногами задрожала, пошла трещинами, и из глубокого провала посередине выросла гигантская человеческая фигура. От нее несло мокрым песком, мхом и корнями. На каменных руках вздувались необъятные мускулы. Только одни его ноги были высотой не меньше нескольких метров.

Локи прошептал:

– Седьмое чудовище…

В своих массивных руках монстр держал две совершенно плоские каменные плиты. Слова, начертанные на них, дымились так, словно их только что выжгли молниями.

– Таблицы! – воскликнул Локи.

– Улликумми возродился снова! – пророкотало чудовище и подняло таблицы над головой. Небо содрогнулось, когда монстр заговорил.

– Отдай их мне! – приказал Локи, а его руна, пульсируя, сильнее засветилась в нагруднике. – Склонись и отдай таблицы!

Кингу повернулся к Локи, а затем к нам. В его желтых глазах полыхал гнев, тело сотрясалось. Смертоносное жало на конце длинного хвоста резко взметнулось вверх. Я закрыл глаза.

Глава восьмая

Рядом с домом

Когда я открыл глаза, то увидел, что с Локи происходит нечто странное. Жало скорпиона коснулось доспехов северного бога, раздался чудовищный стон, который, видимо, издал Локи. Доспех на плече треснул, и мы все увидели обнажившуюся белую кость. Локи упал на колени, хватаясь здоровой рукой за плечо, и Дана улучила секунду, чтобы отпрыгнуть в сторону от зловещего действа. Я схватил подругу за руку и толкнул себе за спину.

– Кингу, ты… – начал было Локи, но замолчал и начал отчаянно хватать ртом воздух.

– Ты еще осмеливаешься обращаться ко мне? – рассвирепел Кингу, его хвост колыхался над головой скорпиона. – Ты смеешь насылать на меня тьму, когда это я ее создал?! Ты, жалкий северный божок! – Он прокричал последние слова, точно они были проклятием, а затем повернулся к каменному гиганту:

– Улликумми! – произнес Кингу.

– Клянусь Солнцем и Луной Вавилонии, я слушаю тебя, отец мой! Приказывай! – прогрохотал он. – Что ты хочешь, чтобы я исполнил?

Кингу бросил полный презрения взгляд на корчащегося Локи, а затем быстрым, почти неуловимым глазу движением клешней указал на монстров во главе с Фенриром.

– Уничтожь таблицы судеб!

Не медля ни секунды, Улликумми схватил каменные плиты и, размахнувшись, швырнул их с башни вниз. Яркая вспышка озарила небо, а от удара таблиц о землю основание строения содрогнулось. Вверх взметнулся черный столб пыли.

– НЕТ! – Локи чуть не плакал от отчаяния. Он перегнулся через ограждение площадки и, все еще не веря своим глазам, смотрел вниз.

Кажется, я понял, что произошло. Мелодия, которую я сыграл на лире, была своего рода ключом, открывающим гробницу сына Царя скорпионов. Музыка не просто открыла доступ к таблицам судеб, она освободила Кингу от проклятия, ведь только таблицы могли помочь ему в этом. Но Царь скорпионов, конечно же, ни за что бы не рассказал этого Локи. Он хитроумно обманул бога, обманул того, кто сам любил играть со всеми злые шутки.

– Проклятие снято! Мой сын возродился! – проревел Кингу. – Локи, твои жалкие руны не в состоянии контролировать меня, у них нет такой власти. Это я тебя обманул, а не ты! Это дети подшутили над тобой! Признай свое поражение, несчастный, ведь ты же не захочешь драться со мной!

Локи недвижимо стоял посреди площадки, на его лице застыло гневное выражение. Здоровой рукой он поддерживал больную.

– Вы, мерзкие дети, еще поплатитесь за это! – прошипел бог. – Я сровняю Мидгард с землей!

Локи метнул в нас молнию, но Кингу успел загородить нас. Молния разбилась о его грудь, покрытую панцирем, не причинив монстру никакого вреда.

– Ты не тронешь их, по крайней мере, не здесь! – прокричал Царь скорпионов. – Запомни раз и навсегда, ледяной божок, – ЗДЕСЬ МОЙ ЗАГРОБНЫЙ МИР!!!

Пока он говорил, луна закатилась за горизонт, а на небе засиял огненный солнечный диск. Хвост Кингу выбросил в сторону Локи струю огня, бесцеремонно столкнув бога с крыши башни.

– А-А-А-А-А! – Ветер донес до нас крик Локи. Не веря своим глазам, мы тут же ринулись к парапету: получеловек-полуптица подхватил своего повелителя и благополучно опустил на землю. Руна сверкнула на нагруднике бога, для оставшихся на крыше монстров это был сигнал – владыка звал их присоединиться к нему.

– Монстры! На Мидгард! – завопил Локи. Не прошло и секунды, как северный бог вскочил в сани, которые тут же полетели по улицам, минуя городские стены, реку, пустыню. Огненные чудовища не отставали и следовали за своим повелителем по пятам.

Мы долгое время стояли в молчании, пока Джон первым не нарушил тишину.

– Он получил то, что хотел, – тихо произнес мой друг. – Теперь Локи стал гораздо сильнее.

– Не все, что хотел, – поправил Кингу. – Локи верит, что победил, заполучив парочку лишних чудовищ. Но без таблиц судеб ему не справиться с ними. И никакая магия рун тут не поможет!

Внезапно панцирь скорпиона, который словно броней покрывал тело Кингу, начал на глазах рассыпаться в прах, а шишки и узлы на голове сделались менее заметными, словно сровнялись с кожей.

– Начинается! – пробасил он. – Я снова становлюсь самим собой! Улликумми, пойдем! Дети, следуйте за нами!

От вершины башни стали отваливаться камни, складываясь сами собой в широкую лестницу, которая вела прямо к подножию строения. Пораженные превращениями, происходившими каждую секунду с телом Кингу, мы спускались за ним по образовавшейся лестнице. Улликумми, перепрыгивая через двадцать ступенек, не отставал от отца.

Когда наши ноги коснулись земли, бывшие незадолго до этого черными дюны окрасились в розовый цвет восходящего солнца.

– Я освобожден от проклятия, – произнес Кингу, и мы заметили, что одна из его клешней уже превратилась в человеческую мускулистую руку. – Скоро, очень скоро я отомщу тому богу, который заточил меня в тело скорпиона. Но пока есть дела поважнее. Локи собирается свергнуть Одина с трона. Я знаю Одина – он весьма уважаемый и почитаемый бог во всех загробных мирах. Я не допущу, чтобы какой-то там божок свергнул его. – Кингу резко повернулся к нам: – Теперь эта война и моя тоже!

– Что вы собираетесь делать? – первой подала голос Сидни.

Кингу указал на запад, туда, где река терялась за ослепительно сверкающими золотистыми дюнами.

– В Египте мы заручимся необходимой помощью. Наступление Локи на северные высоты должно быть остановлено!

– Северные высоты! – выдохнула Дана, потирая израненную руку. – Я вспомнила! Прежде чем родители сожгли книгу, они постарались, чтобы я дословно запомнила некоторые ее строчки, они читали мне тексты снова и снова. Существует легенда, которая гласит, что хрустальная руна спрятана в маленькой деревушке на севере Исландии. Теперь я знаю, где нам ее искать!

– Отлично! Тогда я отправлюсь в египетское царство мертвых, а вы – в Исландию! Пану! – приказал Кингу. – Запрягай колесницу!

– Да, повелитель, – отозвался Пану, почтительно склоняясь.

Кингу уже полностью превратился в человека, а скорпионий панцирь – в сверкающие доспехи. Мы услышали громогласное ржание позади себя и приготовились увидеть каких-нибудь гигантских лошадей под стать росту Кингу, но вместо этого на нас смотрели необычные чудовища, чьи тела представляли собой сплетение дождя, ураганных воронок и молний. Мы ошарашенно замерли на месте, боясь пошевелиться. Пану хлестнул вожжами, подстегивая штормовых монстров.

– Колесница ждет, мои друзья!

– Дети, – пробасил Кингу, – за ту услугу, которую вы мне сегодня оказали, отныне врата загробного мира всегда открыты для вас. Пану, домчи своих друзей до границы с греческим царством. Локи непременно начнет атаковать Мидгард, пока еще его руны могут управлять монстрами. Спешите, дети! Время не ждет!

Кингу занял свое место во главе армии львиноголовых воинов – солдаты по первому зову своего повелителя успели стянуться со всего города. По правую руку от Царя скорпионов вышагивал его сын. Вавилонская армия начала долгий переход в египетское царство.

Мы запрыгнули в колесницу, а Пану стегнул монстров так, что мы рванули, как гоночный болид на гонках «Формулы-1». Не прошло и нескольких минут, как колесница опустилась на берег реки Стикс. За нашей спиной лежала широкая пустыня, отделяющая Вавилонию от Греции. Мы поблагодарили Пану за помощь и за то, что он не раз спасал наши жизни.

– Ты здоровский парень! – Я пожал ему руку. – Если бы не ты, мы бы давно уже либо утонули в Тигре, либо без вести пропали где-то между вторым и шестым этажом башни.

Пану усмехнулся:

– Мы победили сегодня, но только совсем чуть-чуть. Удачи, друзья! Надеюсь, мы еще увидимся, но при других обстоятельствах!

Интересно, что он имел в виду? Ведь обстоятельства действительно бывают разными: и плохими, и хорошими.

Как только колесница с Пану растворилась в темноте, мы с друзьями бросились к реке в поисках перевозчика, Харона. Мы обнаружили старика стоящим на коленях, он еле дышал.

– Локи! – чуть не плакал паромщик, когда мы помогли ему подняться на ноги. – Проклятый! Он был здесь! А его кошмарные чудовища! Огромная собака и железный человек с огнем в голове! Локи выпустил их! Он натравит их на ваш мир! – Харон указывал на другой берег, его старческая рука тряслась от страха. – Вы не должны медлить! Бегите! Бегите!

Глава девятая

Мидгард в огне

Пока Харон вел свой плот через реку Стикс, мы не проронили ни слова. Причалив, я бросил ему в ладонь одно из тех пенни, которые моя сестренка раскрасила в голубой цвет, и соскочил на берег. Мы стремглав бросились к выходу из загробного царства.

Погруженные в свои невеселые мысли, мы продолжали угрюмо молчать, когда вошли в бойлерную в подвале, молчали, когда миновали темные коридоры и даже когда покинули здание школы и оказались на знакомой парковке.

– О боже мой! – воскликнула Сидни. – Нет! Нет! Нет!

Мы увидели, что наш город тонет в огне. Локи не терял зря времени!

Выли сирены, со всех сторон съезжались пожарные машины. Получеловек-полуптица носился над домами, поливая, словно напалмом, все, что оказывалось у него на пути. Трубя, мамонт носился по улицам, переворачивая машины и поджигая их своими огненными бивнями. Клубы дыма поднимались над нашим кварталом. Испуганно кричали люди, лаяли обезумевшие собаки, выли сигнализации машин.

– Мидгард в огне! – прошептал я.

Пайнвуд Блаффс горел.

Позади школы мы увидели человека-печку. Тот изрыгал струи огня, целясь в кинотеатр. Огненный дракон находился тут же. Он крушил все, что ни попадалось ему, его мощные когтистые лапы оставляли глубокие борозды в асфальте. Зеленое пламя змея смешивалось с красным пламенем человека-печки, сжигая здания, машины и рекламные щиты дотла.

Мы замерли на месте, не в силах пошевелиться. Во мне клокотал гнев. Как бы я хотел схватить этих злобных монстров и вышвырнуть их обратно в подземное царство. Но я прекрасно понимал, что стоило мне только приблизиться к ним, и меня испепелят, как кинотеатр. Или пиццерию. Или как дома на противоположной стороне улицы.

Высеченная из мрамора гигантская собака носилась по торговому центру, а затем, выбежав на парковку, принялась скакать по машинам, перепрыгивая с одной крыши на другую. Автомобили сминались, как консервные банки.

– Оуэн, твоя лира все еще работает? – Дана кивнула в сторону музыкального инструмента.

Магический доспех Локи вернулся к своему владельцу, а нам в помощь осталась только лира.

– Мне надо перенастроить струны для нашего мира, – ответил я. – Потребуется тихое…

– Я чувствую вонь Фенрира, – оборвала меня Сидни, стряхивая с одежды пепел, который наполнял густой ночной воздух. – Сюда! Мимо салона красоты!

Мы бегом бросились вдоль улицы. Магазин подарков горел, как охапка соломы. Прежде чем мы успели свернуть, нас чуть не сбили машины «Скорой помощи» и пожарные. Одна из пожарных машин резко затормозила, из окна высунулся пожарник.

– Дети! Бегите отсюда! Вам здесь не место! – прокричал офицер, и машина стала набирать скорость. – Домой! Живо!

– Дом! – Глаза Джона расширились от ужаса. – Наши родители! Надо найти их, убедиться, что с ними…

Джон не договорил, в царящем хаосе послышались звуки выстрелов. Видимо, полицейские целились в монстров. Надо сматываться отсюда, и как можно скорее!

– Наш район горит! – закричала Сидни. – Но где сам Локи?

Дана потерла запястье:

– Как бы сейчас пригодилась перчатка! Мы хотя бы знали, где он. Жаль, я больше не могу его чувствовать.

Мы побежали по еще уцелевшим боковым улицам. Густой дым застилал черное небо, в воздухе стоял удушающий запах горелой резины и пластика. Как же я устал! Все мы устали! Я попытался настроить лиру. Без нее мы уязвимы, нам не справиться с чудовищами. Струны не звучали так, как прежде, они оказались основательно повреждены. Когда я по очереди коснулся каждой струны, на нас подул освежающий ветерок. Клево! Значит, несмотря ни на что, лира работает!

Мы выбежали на улицу, где стояли дома Сидни и Джона. Они выглядели опустевшими.

– Может, эвакуация уже началась? – предположила Сидни. – Наши родители сойдут с ума от тревоги.

Лица друзей были очень бледны, в глазах читался ужас. Наше приключение в загробном мире долгое время казалось чем-то нереальным, будто мы попали в параллельный мир. Но сейчас чудовища пробрались в наш город! Они разрушают наши дома, где живут наши семьи! Если мы не остановим Локи, к утру весь Пайнвуд Блаффс превратится в кучку пепла! Как и обещал мстительный бог!

Дана словно прочитала мои мысли и легонько тронула меня за плечо:

– Оуэн, нам нужно отыскать его… Локи… чтобы…

– Чтобы он прекратил?

В это мгновение до нас донеслись самые страшные слова на свете, которые мы когда-либо слышали:

– Жгите Мидгард! Жгите дотла!

– Туда! – закричал Джон, хватая меня за руку и толкая в сторону центра города. – Он там! Рядом с музеем!

Сердце колотилось, живот схватывало от быстрого бега, но, превозмогая боль и усталость, я несся как сумасшедший по опустевшим улицам города.

Пробежав несколько кварталов, мы увидели ЕГО!

Локи стоял на ступенях музея и наблюдал за пожарищем. Сейчас он напомнил мне баскетбольного тренера, который с трибуны наблюдает за своими подопечными и ходом игры. За спиной бога высились двойные красные двери, которые когда-то привели нас к лире Орфея.

Я еще не знал, что сделаю с Локи, но всем сердцем чувствовал, как ненавижу его за те страдания, которые он причинил моей лучшей подруге Дане, и за то, что разорил мой город.

Мы с друзьями крались мимо горящих зданий и обуглившихся машин, стараясь держаться незаметными для Локи. Джон, Дана и Сидни не отставали ни на шаг от меня. Мы все жаждали одного – остановить бога любой ценой.

– Можно подобраться поближе, если пойдем с той стороны, – прошептала Дана, мотнув головой в сторону восточного крыла музея.

Я улыбнулся:

– Ага!

Я вспомнил, что, когда мы забрали лиру из музея, мы видели в выставочном зале какую-то темную фигуру, которая, очевидно, надеялась завладеть музыкальным инструментом раньше нас. Но кто это был? Если не Локи, то кто?

ВШШШШШШ! Ночь озарилась алой огненной вспышкой, и из тьмы прямо на нас выпрыгнул Фенрир. Ударной волной Сидни отбросило на Джона, и они оба отлетели назад. Мы с Даной успели прижаться к каменной стене музея.

Фенрир приземлился напротив нас, оглушающе рыча. К нему неторопливой походкой подошел Локи. На призрачном лице северного бога играла жестокая улыбка.

– Ну как вам? Нравится? – Он обвел здоровой рукой панораму горящего города. – Мидгард сгорит, а я очень скоро доберусь до Асгарда. Попрощайтесь со своими домишками! Семьями! Со всем вашим жалким мирком!

Локи засмеялся противным свистящим смехом. Он смеялся, точно чокнутый, который черпает радость в боли и страданиях других.

– Ты!.. – начал я, но не успел закончить. Подняв лиру над головой, точно меч, и оттолкнув Дану в сторону, я опрометью бросился к северному богу – самому жестокому, вероломному и безжалостному из всех.

Глава десятая

Полет

Напасть на Локи было, конечно, бредовой идеей. Я не успел даже добежать до него, как Фенрир отбросил меня прочь, защищая своего хозяина. Хорошо еще, что я отделался так легко и Локи не превратил меня в кучку субатомных частичек. Но самым ужасным во всем этом деле оказалось приземление. Когда я плюхнулся на мостовую, что-то хрустнуло. Я взмолился, чтобы это не оказалось мое плечо. Но когда я увидел, что сломалось, то пожалел, что не мои кости. Рама лиры треснула от ручки до ручки, а три струны порвались и теперь свисали ненужной металлической леской.

Локи разразился диким хохотом.

– Жалкий смертный, надо было побеспокоиться о своем единственном оружии! Дана Рансон, ты идешь со мной!

– Ошибаешься! – прокричал Джон, заслоняя собой Дану. Сидни заняла свое место рядом с другом.

Локи нехорошо улыбнулся, скривив губы. Его закованные в броню руки мерцали.

– Глупые детишки и такие беззащитные…

Внезапно раздался визг покрышек.

– Дети, прыгайте!

Я резко обернулся – отец!

Машина на полной скорости неслась по улице, задняя дверь была распахнута настежь. Не мешкая ни минуты, мы тут же нырнули внутрь. Фенрир попытался было последовать за нами, но Джон так ударил огненного волка дверью, что тот кубарем отлетел к обочине. Локи метнул в машину молнию, но папа успел свернуть в переулок как раз вовремя, и вспышка проделала глубокую дыру в мостовой. Почувствовав себя в безопасности в папином автомобиле, мы было расслабились, но, как оказалось, рано. Из-за дома выросла фигура гигантской змеи. Ее длинное тело перекрыло проезд. Отец снова вильнул, почти скрутив руль. Машина дала задний ход, снова сбивая Фенрира, который уже успел прийти в себя и броситься в погоню. Локи выпустил новую порцию молний, но, к счастью, мы находились вне пределов его досягаемости.

– Не верю своим глазам! – воскликнул отец. – Какой-то бред! Но как же я рад, что с вами все в порядке!

Мы переглянулись – порядок не то слово, которым можно описать наше состояние.

Петляя из стороны в сторону, чтобы избежать столкновения с горящими автомобилями и машинами пожарных, мы выехали на главную улицу. Отвлекшись на мгновение от дороги, папа повернулся ко мне:

– Оуэн, что происходит? Где вы были, да еще так долго? Вы видели этих… этих мутантов? А того летающего парня с крыльями? Или гиганта с печкой вместо головы? А каменную собаку? Это чистое безумие! Может, у меня поехала крыша?

У отца зазвонил сотовый, и он вынужден был ответить.

– Да, они со мной, да, все вместе, скоро будем. – Я прочитал на лице папы некоторое облегчение и вместе с тем ужас. Повесив трубку, он продолжил: – Все ваши родители в нашем доме, за исключением твоих, Дана. Они, к счастью, в безопасности в Исландии. А мы… мы тут… все… – Папа не мог подобрать нужных слов. Я взглянул на Дану. Та сидела мертвенно-бледная. Мой отец и не подозревал, что пребывание в Исландии вовсе не гарантирует безопасности.

Папа завалил нас сотней вопросов:

– Оуэн, кто был тот странного вида мужчина, с которым ты разговаривал? Ты знаешь его? И вообще, откуда ты можешь что-то знать про него и про весь этот бардак?

Мы, конечно, могли бы начать отвечать на вопросы, но это лишь привело бы к еще большей порции новых. В любом случае, папа не поймет, ни кто такой Локи, ни зачем он развязал войну против Одина. Впрочем, мы и сами не вполне это понимали.

Сидни указала на поврежденный инструмент. Надеюсь, у него сохранились хоть небольшие магические способности. Я коснулся пары струн и затаил дыхание. Лицо отца тут же просветлело, и он расплылся в улыбке.

– Хорошо, – пробормотал он. – Хорошо. Кажется, не все так плохо. Нам приказано эвакуироваться, поэтому поедем на север…

– Нет, – оборвал я его, зная, что Локи двинется в сторону Исландии за своей хрустальной руной. Чем дальше мы окажемся от него, тем будет лучше. – Поезжай на юг. Так лучше.

– Но полиция говорит… – начал папа.

– Доверься мне, – снова настоял я.

Отец глупо улыбнулся. Мне стало немного не по себе, учитывая серьезность обстоятельств и то, как просто я его обвел вокруг пальца с помощью магии. Но у нас просто не было выхода. В любом случае, пребывать в блаженном неведении для него лучше, чем узнать всю чудовищную правду.

– Ну ладно, ребятки! – бодро отозвался папа. – На юг так на юг!

Чтобы объехать горящие дома, нам пришлось дать приличный круг, выехать из города, а потом переулками добираться до нашего дома. Случайно я перевел взгляд на водонапорную башню, высившуюся неподалеку. Огромный мамонт находился рядом с ней и переворачивал машины, тут же поджигая их своими огненными бивнями.

– Стой! – выкрикнул я.

– Оуэн, там слон… – попытался запротестовать отец.

– Это мамонт! Пожалуйста, остановись!

Папа ударил по тормозам, и машина остановилась. Я выскочил наружу.

– Ты что задумал? – Дана бросилась следом и оббежала меня, чтобы заглянуть мне в лицо.

– Водонапорная башня, – уклончиво ответил я. – Мы можем помочь нашему городу.

Не обращая внимания на мамонта, я бросился к башне, на ходу начиная играть на лире. Мои пальцы словно знали, что делать, – я коснулся оставшихся струн. Снова и снова я повторял простенькую мелодию. Железные ноги водонапорной башни дрогнули, а я чуть не потерял равновесие от боли, согнувшись пополам. Но Сидни, Джон и Дана тут же подбежали ко мне, чтобы поддержать под руки, не давая упасть. С помощью друзей я смог продолжить играть.

– У тебя получается! – шептала Дана. – Получается!

Еще несколько секунд, и опоры башни треснули, не в силах выдержать многотонный вес. Резервуар полетел на землю. Хлынувшая из него, словно цунами, вода затопила близлежащие улицы, начисто смыв несколько мелких магазинчиков. Благодаря этому удалось потушить несколько пожаров. Раздался вой сирен пожарных машин. У отца отпала челюсть – он так и стоял с разинутым ртом, пока мы садились в машину.

– Все в порядке, пап, – сказал я. – Давай домой.

Нам потребовалось несколько минут, чтобы миновать улицы и припарковаться у нашего дома. Когда мы вошли внутрь, родители уже ждали нас. Сидни бросилась в объятия мамы и папы, отец Джона буквально втащил сына за шкирку внутрь и крепко обнял. Мама и Мег растолкали всех и заключили меня в объятия.

Над нами тяжело нависало красное небо, горький запах пожарища раздражал глаза. В воздухе смешались немыслимые запахи горелой древесины, резины, краски. Пахло разрушением и смертью. Мидгард пылал.

– Слушайте все, – начал отец. – Надо срочно уезжать отсюда. Оуэн сказал, что мы должны двигаться на юг. Дети, соберите вещи и…

– Мы остаемся, – решительно произнес я и кивнул на Джона, Сидни и Дану, словно призывая их в свидетели.

– Что? – Мама недоумевала, что я такое несу. – Вы едете с нами, и Дана тоже. Мы все уезжаем. Не может быть и речи…

Я оборвал маму и упрямо повторил:

– Мы остаемся.

Я коснулся струн, и родители расплылись в счастливых улыбках. В ушах у меня застучала кровь, я не слышал собственных мыслей. Магия жестоко наказывала меня за ее использование, каждый раз забирая частичку моей силы. Над нами пролетели вертолеты, добавляя к всеобщей какофонии еще и рев пропеллеров.

– Вы поедете на юг, – твердо сказал я. – Садитесь в машины сейчас же… – Я посмотрел на друзей, те согласно кивнули. – А мы остаемся. С нами все будет в порядке, не волнуйтесь.

Родители молча направились в дом, паковать вещи. Надо отдать ей должное – лира работала безотказно!

Прежде чем усесться в машину, мама достала из кармана конверт.

– Чуть не забыла. Дана, это доставили нам сегодня утром, кто-то из школы, кажется. По-моему, одна из буфетчиц принесла.

Дана дрожащими пальцами коснулась письма. Мы все окружили ее, пытаясь разглядеть, что же там такое, через плечо. Записка была написана от руки. Должен признаться, почерк оказался довольно странным.

– Что это за язык? – спросила Сидни.

– Старо-исландский, – ответила Дана, рассматривая необычные письмена. – Тут говорится, что… мои родители покинули деревушку Гриндавик. А теперь они… в… Нифльхейме. Драуги обнаружили их. А вот тут приписка…

«Встретимся в лесу за домом.

Мисс Хильда».

Нифльхейм – скандинавский загробный мир, земля ледяных драконов, снежных гигантов и зла. В записке валькирии сообщали нам, что родители Даны похищены прислужниками Локи – драугами и заперты в царстве мертвых.

Сидни ласково коснулась плеча Даны:

– Мне так жаль, подруга.

Над нами пролетело еще несколько вертолетов. Покружив над городом, они развернулись в сторону побережья.

– Дана, – прошептал я, – хрустальная руна была в Гриндавике? Думаешь, твои родители нашли ее и теперь она у драугов?

Дана покачала головой:

– Руна никогда не находилась в Гриндавике. Родители обманули драугов, заставив их поверить, будто руна именно там. Но я запомнила название деревни из книги, которую они мне читали много раз подряд. Хрустальная руна в Торсхафене, деревне к северу от той, где их поймали. Гораздо севернее…

Тем временем родители ребят уже отъезжали от крыльца. Сидни и Джон попрощались с ними, и родители присоединились к людям, бегущим из города. На улице образовался настоящий затор – горожане стремились вырваться из огненного плена как можно скорее. К счастью, некоторые пожары начали затухать, и пожарники смогли сосредоточить свои силы и на других объектах – машинах, магазинах, кафе…

Я в свою очередь тоже попрощался с Мег, мамой и папой. Родители погрузили в машину самые необходимые вещи, закрыли входную дверь. Не мешкая, мы оббежали дом и помчались в сторону леса, где мисс Хильда уже ждала нас.

– Подарок для вас. От друга. – Она кивнула в сторону дерева, под которым стоял небольшой деревянный ящик. Крышку покрывали рунические символы.

Дана пробежала пальцами по ней:

– Что это?

Мисс Хильда кивнула:

– Откройте. Творения северных кузнецов.

В ящике оказалось четыре шлема, четыре коротких меча, четыре металлических нагрудника, довольно старых, однако же настоящих.

– Спасибо Одину, – улыбнулась мисс Хильда.

Джон сглотнул и аккуратно взял один из мечей.

– Это значит война? – спросила Сидни. Но никто ей не ответил, мы слишком хорошо знали предназначение каждого предмета доспехов. Битва началась.

Я посмотрел на Дану. В глазах подруги плескался страх. На лбу у нее выступила испарина, хотя на улице было весьма прохладно, она закусила до крови губу.

– Надеюсь, с мамой и папой ничего не случится, – прошептала она.

– Пора. – Мисс Хильда повернулась к нам спиной. За ее высокой фигурой мы увидели несколько горящих факелов. Огонь выхватил из тьмы огромных лошадей, которые стояли между деревьями. Лошади были не простыми, мы это уже узнали. На подобных животных летали валькирии. Мы увидели сестер мисс Хильды: мисс Лилиан и Мардж. Их тела сковывали сияющие серебром доспехи. Обычные школьные буфетчицы на самом деле оказались скандинавскими мифологическими существами.

– Для каждого из вас у нас приготовлена лошадь, – объяснила Хильда. – Полетим!

Мы помогли друг другу облачиться в доспехи, а затем последовали за валькирией к закованным в латы коням. С трудом поворачиваясь в тяжелом вооружении, мы взгромоздились верхом.

– Оуэн?

Я обернулся. В нескольких метрах от меня стояла моя младшая сестренка Мег. Она удивленно смотрела на нас, в ее глазах отражался лунный свет.

– Куда это вы направляетесь?

Алое небо расцвечивали зарева пожаров, огненные всполохи плясали в облаках.

– Я люблю тебя, Мег, – ответил я. Она молча, словно с упреком посмотрела на меня. У меня не хватило мужества влиять на ее волю с помощью лиры. – Возвращайся к маме, с нами все будет хорошо.

Секунду она в нерешительности топталась на месте, переводя взгляд с Сидни на Джона, а затем на меня и Дану. Развернувшись, сестра опрометью бросилась к машине. Как я мог так плохо попрощаться с сестрой? Когда я смогу увидеть ее снова? И вообще, увижу ли я моих родных?

– Хой-о-тохо! – пропели валькирии. Наши лошади оторвались от земли и, со свистом рассекая мощными крыльями воздух, взлетели в ночное небо.

Глоссарий

Аид (греческая мифология) – бог царства мертвых.

Асгард (скандинавская мифология) – обитель северных богов и дом Одина.

Валькирии (скандинавская мифология) – воительницы бога Одина, собирают души падших воинов.

Кингу (вавилонская мифология) – знаменитый воин Вавилонии, восставший против бога Мардука, за что был проклят и превращен в скорпиона.

Лира Орфея (греческая мифология) – струнный музыкальный инструмент, способный завораживать людей, животных и предметы. Заставляет их подчиняться воле Орфея.

Локи (скандинавская мифология) – бог хитрости и обмана.

Мардук (вавилонская мифология) – величайший бог Вавилонии.

Мидгард (скандинавская мифология) – мир, населенный людьми, – срединная земля.

Орфей (греческая мифология) – музыкант, отправившийся в царство мертвых за своей погибшей женой Эвридикой.

Руны (скандинавская мифология) – в данной книге наделенные силой камни с нацарапанными на них символами.

Семь монстров Вавилонии (вавилонская мифология) – в данной книге это мамонт, огненный дракон, человек-печка, мраморная собака, огненный змей, получеловек-полуптица и Улликумми.

Стикс (греческая мифология) – река, отделяющая царство мертвых от мира живых.

Фенрир (скандинавская мифология) – громадный огнедышащий красный волк.

Харон (греческая мифология) – перевозчик душ умерших в загробном мире.

Примечания

1

Растения, напоминающие бороду, обычно произрастают на деревьях, свисая с них длинным каскадом побегов.

Content

Тони Эбботт
Месть Царя скорпионов

Глава первая Мифы и мы

Глава вторая Бездыханный

Глава третья Бесконечная ночь

Глава четвертая Внутри Вавилонской башни

Глава пятая Битва до…

Глава шестая Висячие сады смерти

Глава седьмая Потеря и находка

Глава восьмая Рядом с домом

Глава девятая Мидгард в огне

Глава десятая Полет

Глоссарий

Примечания