Грей Мари

Трудный выбор

Мари Грей

Трудный выбор

***

Посвящаю Синди и Жан-Люку

Я не влюблена… по крайней мере, пока. Возможно, поддамся Жереми, раз он так явно этого хочет. Правда: с ним я почти готова измениться, исследовать какие-нибудь более спокойные пути… Я говорю «почти», потому что прежде чем встретить его, я и не начинала отношений, которые хоть в чем-то меня ограничивали.

Мне повезло иметь несколько хороших друзей – или любовников, – с которыми я могла проводить ночи, когда одной было грустно или просто скучно. Некоторые из них мне особенно дороги, как тот, что совершенно непредвиденно занял важное место с моей жизни. Хоть мне и не требуется, чтобы он все время был рядом, моя привязанность к нему крепнет день ото дня. Это одновременно возбуждает и пугает… Возбуждает, потому что он стал мне уже очень дорог, а пугает, потому что, если сейчас я его потеряю, мне будет трудно обходиться без него или найти ему замену. Я бы повсюду искала его, он стал бы высшим эталоном для всех моих привязанностей, именно с ним я бы сравнивала всех остальных, как бывших, так и будущих. Он замечательный!

Его зовут Фузуоку; я не знаю, означает ли что-нибудь его имя, но это совершенно неважно. Он вошел в мою жизнь неожиданно. Обычно я предпочитаю высоких здоровяков, но он соблазнил меня, несмотря на свои типично азиатские размеры (он родом из Китая) и довольно невыразительную внешность. Однако познакомившись с ним поближе, я обнаружила в нем многочисленные необычные умения. Он так оригинален, так непохож на других! Сколько поз! Слишком много, чтобы их описывать. Сколько нежности, тонкости, сдержанности! Он никогда не привлекает к себе внимания, не шумит, не нервничает. Но зато умеет исполнить любое мое желание, любую прихоть. Я могу поделиться с ним всеми своими фантазиями, даже самыми дерзкими – и непременно буду удовлетворена. С тех пор, как наши отношения получили интимный оттенок (а это произошло довольно быстро, несмотря на мои колебания из-за его миниатюрности), его незаметность нравится мне еще больше. Не то чтобы я стеснялась его, вовсе нет! Мне всего лишь не хотелось бы афишировать сложную и ни на что не похожую природу нашей связи. Некоторые могут нас не понять. Я знаю, что у нас нет «будущего»; честно говоря, его привлекательность держится только на новизне. Такие увлечения никогда не продолжаются слишком долго! Это жизнь, незыблемый цикл явлений – и правильно. Но в настоящий момент я чувствую себя с ним, как в раю. Никто из моих прежних любовников – и Жереми, с которым я встречаюсь сейчас, тоже – не был способен так умело подстраиваться под мои потребности и тем более под мое изменчивое настроение. Он может быть поочередно нежным и ласковым, неудержимым и грубым, медлительным и внимательным или торопливым и требовательным, в зависимости от того, что я хочу. И всегда именно в нужный момент…

Но я знаю, что рано или поздно брошу это развлечение. Прелесть новизны неминуемо зачахнет и тогда… Тогда я стану довольствоваться Жереми.

Жереми с его ласкающими руками, бархатным взглядом. Таким щедрым, спокойным, уверенным в себе. Жереми принадлежит к тому типу мужчин, которыми можно гордиться и которых стоит ценить. Не так уж и мало, верно? Но сейчас я не вижу необходимости рассказывать ему о существовании Фузу. Он разглядит в этом только угрозу его эго, принижение его как самца. Он такой гордец! Жереми хорошо сложен, плюс – он прекрасный любовник, поэтому уверен, что мне должно хватать его одного. Он, конечно, забеспокоился бы, узнав, какое сильное, несравненное удовольствие способен доставить мне Фузу.

Например, как-то вечером в машине… Я возвращалась с представления новой танцевальной труппы. Выступление прошло «на ура», актеры были безукоризненны и невероятно чувственны. Проникновенная музыка, двусмысленные движения и стройные тела танцовщиц привели меня в возбуждение, столь же сильное, сколь неожиданное. Сев в машину, я еще раз порадовалась, что рядом есть Фузу. Подумать только, что вначале я не хотела брать его с собой на этот вечер! Я чувствовала, что у меня нет ни сил, ни желания ждать возвращения домой, чтобы насладиться ласками, которые он мне так щедро дарил. Он же ждал малейшего моего жеста, чтобы вступить в игру; продолжая вести машину, я позволила ему награждать меня незаметными касаниями. Я слегка развела ноги, чтобы он помог мне расслабиться. Он начал медленно, почти церемонно поглаживать меня через шелковое белье. Его палец пульсировал в сладострастном танце, пока я не почувствовала, как моя мякоть покрывается частыми крошечными капельками. Меня охватил приятный жар, похожий на тот, что перетекает, когда я возбуждена, с живота на бедра, раздвигает и напрягает от предвкушения мои половые губки. Потом он незаметно скользнул мне в трусики, обнажив мое увлажненное от наслаждения местечко и пощекотав его несколько мгновений. Моя отзывчивость на ласки придала ему смелости. Я почувствовала, как увеличился, почти раскрылся мой бутон, как потекло ручьем удовольствие, когда он увеличил темп. Каким образом удается ему все во мне перевернуть? Во мне, которой раньше всегда требовалось ощутить внутри твердый-твердый член, заполняющий меня до предела? Признаться, я была немного напугана. Фузу лишь слегка касался меня, но это вызывало настоящий экстаз. Придется пересмотреть свои взгляды на наслаждение…

Автомобилисты, рядом с которыми я остановилась на светофоре, не замечали в моем поведении ничего странного: Фузу как всегда был очень осторожен, а мне удавалось следить за дорогой. Я обожаю это ощущение предельной сосредоточенности. Как сохранить ясную голову, когда тело становится жертвой самых сладких, самых опустошительных восторгов?

Вскоре я заметила небольшую улочку, которая, казалось, вела к лесу. Едва свернув туда с магистрали, я припарковалась на обочине. Сняла, наконец, такую неудобную юбку и сдвинулась немного в сторону, чтобы Фузу было удобнее и чтобы он мог до дна проникнуть в меня со своей обычной легкостью и мастерством. Он полностью погрузился в мое разгоряченное тело и безжалостно заставлял его трепетать. Входил и выходил, насыщая непревзойденным удовольствием каждую клеточку моего существа. Как будто во всех порах моей кожи, от живота до коленей, прятались дополнительные нервные окончания, сверхчувствительные рецепторы, которые преумножали глубину и восхитительную нежность каждого прикосновения. Я колотила ногами по приборной панели, упивалась своим счастьем, удовольствие смешивалось со смущением…

У меня мелькнула было мысль о Жереми, но я не испытала ни малейшего чувства вины, хоть мне и не терпелось встретиться с ним на следующий день… И когда он спросил, как прошел предыдущий вечер, я собиралась уж было все рассказать, но вовремя удержалась.

* * *

Еще раз я воспользовалась мастерством Фузу несколько дней спустя, на скучнейшем приеме, который моя подруга давала по случаю повышения по службе своего мужа. Я там почти никого не знала, разговоры были невыносимы… Я взяла туда Фузу без всякой задней мысли и была бесконечно признательна ему, почувствовав, едва подали суп, его необыкновенное прикосновение, незаметное другим гостям из-за длинной льняной скатерти, которая покрывала стол. Мне более или менее удавалось делать вид, будто я заинтересована разговором с нагоняющим тоску соседом. Божественные касания украдкой достигли самого потайного участка моего тела, и в течение всего обеда он дразнил, ласкал, гладил меня так, что почти целый час я балансировала на грани оргазма. Я старалась не выдать себя и только в подходящие моменты разговора произнесла несколько раз «о!» и «ах!» Это стоило мне огромных усилий. Я чувствовала, что вся вспотела, боялась, как бы на платье не появилось случайное пятно, но все же наслаждалась этой сладкой пыткой. Безрассудный Фузу старательно поглаживал меня, проходил по моим пламенным губкам, безнаказанно потирал их… Время от времени он позволял мне короткие секунды отдыха, чтобы я могла перевести дыхание. Потом нежности возобновлялись, усиливались, убыстрялись; мне казалось, что мое тело колышется слишком явно, чтобы это оставалось незаметным… Сосед заинтересованно посмотрел на меня, и я поняла, что бессознательно потерлась о его бедро своим, когда еще больше раздвинула ноги, стараясь угодить Фузу. Неужели он воспринял это как аванс? Мое положение становилось нестерпимым. От волнения у меня закружилась голова, нервы вибрировали, как старая стена от ветра, колени задрожали оттого, что нельзя было развести их еще шире и тем самым открыть дорогу более свободному завоеванию. Едва закончился обед и был проглочен последний кусочек десерта, мы поспешно спрятались в ванной. Там его ласки, на этот раз почти грубые и болезненные, довели меня до высшего блаженства. Я снова подумала о Жереми; надо было уговорить его пойти со мной. На минутку я загрустила, а потом поняла, что придется найти способ сохранить лучший из двух миров…

* * *

Но и после того дня, несмотря на дистанцию, которую я безуспешно пыталась установить между нами, Фузу не переставал удивлять меня как своей нежностью, так и умением доставить радость в те моменты, когда я меньше всего ожидала этого приятного сюрприза. Так, однажды он появился в ресторане, где я работаю, во время моего обеденного перерыва. В маленьком закутке для персонала он вновь вызвал у меня трепет внизу живота. Я вспоминаю и эпизод, произошедший как-то во второй половине дня в поезде, когда я ехала к своей сестре. Меня окружали пассажиры, но под его натиском я сдалась. Мое плотное пальто обеспечивало хоть минимальное приличие. Ничто не могло помешать ему продемонстрировать свое несравненное волшебство. Так он насиловал меня в кино, в ресторане, в баре, у всех на виду… Ну или почти у всех. Даже в раздевалке спортзала! И бессчетное количество раз он почти равнодушно прикасался ко мне, с нежностью и теплом трогал, ласкал дома, в спокойной обстановке, пока я смотрела кино… Позже, в постели, его заботы становились более настойчивыми, более требовательными. Сладостными. Восхитительно невыносимыми. И каждый раз без исключения он соблазнял, удовлетворял меня, приводил в восторг. И никогда не просил ничего взамен!

Жереми, напротив, немного нетерпелив, несмотря на все его достоинства. Он хочет, чтобы я чаще была с ним… Просит, чтобы я оставалась у него на ночь. Думаю, я кажусь ему слишком независимой. И все же нельзя, чтобы я ему разонравилась.

Я готова на все, чтобы объяснить ситуацию Жереми. Хочу, чтобы он увидел меня в истинном свете. Мы не сможем построить крепкие отношения, если будем скрытничать и лгать! Если он не согласится выделить Фузу место в моей жизни и постели, тем хуже для него самого. Придется мне найти кого-то более понимающего. Будет, конечно, жаль, но мне кажется немыслимым и совершенно ненужным отказываться сейчас от Фузу. Я обожаю его! Я все чаще и чаще хочу его, причем во все более необычных местах. Сколько еще времени он пробудет со мной? Сколько дней, недель или месяцев пройдет, прежде чем нас разлучат однообразие или пресыщенность? Возможно, по мере развития моих отношений с Жереми связь с Фузу потеряет часть своей привлекательности. Кто знает? Может быть, мне удастся найти равновесие, которое удовлетворит каждого в нашем союзе. Это было бы просто идеально. Две редкие жемчужины. Почему я должна выбирать между ними? В конце концов, они дополняют друг друга. Как они непохожи! Один дарит мне стабильность и любовь, другой – страсть и новизну. Жереми более сильный и привлекательный; благодаря его вниманию, я чувствую свою значительность, чуть ли не высокочтимость. Он горячий, сексуальный, и редкая женщина не оборачивается ему вслед. Но он начисто лишен тонкости и изящества Фузу, такого миниатюрного, скромного, почти невинного. Но отныне я верю пословице: «Мал золотник да дорог»!

Такой маленький, но насколько действенный ! Это, в своем роде, лучший партнер, какой у меня когда-либо был. И уж точно самый маленький… Едва 10 сантиметров! Впрочем, как раз благодаря этому я могу всегда держать его при себе: он легко помещается в мою сумочку. Мой Фузу фиолетовый, но я знаю, что бывают и синие, и бирюзовые, и, наверное, желтые. Их окрестили «самыми маленькими вибраторами в мире»… Как всегда скромно, как это характерно для азиатов! Made in China . Китайцы так изобретательны!

Content

Грей Мари Трудный выбор

Мари Грей Трудный выбор