Грей Мари

Секрет Брижит

Мари Грей

Секрет Брижит

Брижит полуудивленно-полускептически взглянула на своего спутника.

– Ты это серьезно?

– Абсолютно.

– У меня есть время подумать?

– Только не очень долго.

Брижит на минуту задумалась, стараясь привыкнуть к мысли о его столь «невинном» предложении. «В конце концов… что в этом такого?» – заключила она перед тем как утвердительно кивнуть головой…

* * *

Она мысленно вернулась к событиям последней недели, которую они провели вместе. Брижит приехала в Мексику по контракту. Будучи свободной весь день (ее работа начиналась около 22 часов), она проводила время, лежа в шезлонге под ослепительным солнцем, подставляя тело его горячим лучам.

Мужчина появился в первый же день. Вначале она даже поверила, что ему и вправду нехорошо, увидев, как одиноко бегущий человек вдруг согнулся пополам от судороги или какого-то приступа. Опершись руками в колени и закрыв глаза, он как будто хотел унять боль. Она подбежала к нему, чтобы помочь:

– Эй, что с вами? – спросила она по-французски, боясь выставить себя на посмешище плохим испанским.

Он посмотрел ей прямо в глаза, ослепительно улыбнулся и весело произнес:

– Ко всему прочему вы говорите по-французски!

Она была обескуражена, и ей потребовалось несколько секунд, чтобы оценить его мошенничество. Сделав вид, что рассержена, она воскликнула:

– Не смешно! А я подумала, что вам совсем плохо!

– Ни в коей мере, но вы должны согласиться, что подход оригинален!

Его простодушная улыбка была неотразима. Как у мальчишки, застигнутого в момент шалости, который знает, что проступок несерьезен и его простят без наказания. Действительно, Брижит не сердилась на него. Дело в том, что он был потрясающе хорош собой… Высокий и мускулистый, он тем не менее не выглядел накачанным. Блестящие капельки пота усиливали его великолепный загар. У него были прекрасные темные волосы и, как образцовый отдыхающий или опытный соблазнитель, он был не брит по крайней мере дня два, и щетина глубоко оттеняла почти скульптурные черты лица. Глаза цвета океана… Перед Брижит, казалось, распахнулась вся бездна обаяния этого человека.

– Вы не уйдете, пока я искупаюсь?

Она отрицательно покачала головой, и мужчина, сбросив рубашку, устремился в теплые воды океана. Сделав несколько энергичных гребков и напоследок глубоко нырнув в пенистую воду, он, наконец, вышел на берег. Брижит вернулась к своему шезлонгу.

– Вы здесь со вчерашнего дня?

– Это не похоже на вопрос…

– Нет, просто я видел, как вы приехали. Мы остановились в одной гостинице. Вы надолго?

– Только на неделю. Но я здесь не в отпуске, я работаю.

– Неплохая работа!

– Самая лучшая!

– А чем вы занимаетесь?

Она ждала этого вопроса, который рано или поздно должен был возникнуть. Но у нее не было ни малейшего намерения раскрывать этому Адонису источник ее существования. Узнав правду, он, несомненно, рассыплется в извинениях, перед тем как быстро ретироваться. Они все так поступали, по крайней мере те, кому удавалось хоть немного ее заинтересовать. Поэтому она ответила:

– Я работаю манекенщицей у одного кутюрье из Монреаля. Мы устраиваем частные показы для некоторых клиентов. Это не так престижно, как быть фотомоделью, но приятно, даже если приходится работать по вечерам. К тому же, это дает возможность путешествовать.

То, что она сказала, было почти правдой. Она действительно участвовала в показах, но отнюдь не моделей одежды. Совсем наоборот! Брижит была стриптизершей. “Танцовщицей”… Она обожала свою работу. К несчастью, и это единственное, о чем она сожалела, некоторые ее коллеги привносили в “профессию” оттенок вульгарности. Но правда и то, что большинство из них занимались этим в других условиях и по другим причинам. Брижит танцевала, потому что ей это нравилось. И к тому же ее работа хорошо оплачивалась, ее устраивал гибкий график, и вдобавок она могла много путешествовать. Но прежде всего, привлекала возможность удовлетворить основную потребность – демонстрировать свои прелести восхищенной публике.

Первый раз она танцевала, когда была еще студенткой – имела неосторожность заключить дурацкое пари. Несколько студентов пригласили ее и трех ее подружек в стриптиз-бар на спор, что те поднимутся на сцену и снимут с себя всю одежду. Сумма пари возрастала вместе с желанием парней увидеть, как их подружки раздеваются перед ними. Выяснилось, что пари очень заинтересовало одну студентку, у которой не было постоянного источника доходов. Но Брижит уже поняла для себя, что даже без денежной приманки она несомненно сделала бы все, чтобы показаться на сцене перед своими друзьями. Нечто необъяснимое влекло ее… Прежде Брижит и не помышляла о таком. Теперь же ее как будто притягивало магнитом. Поскольку ее спутницы в последний момент отказались, оставалась только она, чтобы принять вызов. Одним глотком осушив бокал, она с решительным видом поднялась на сцену, преследуемая возбужденными взглядами своих знакомых. Все были убеждены, что она сделает лишь один круг, быстро снимет одежду и сразу удалится, положив конец затянувшейся шутке. Каково же было их изумление, когда, широко расставив ноги, она неподвижно замерла посреди сцены. С первыми тактами музыки она скинула туфли, затем рубашку. И пока звучала композиция, она постепенно сняла с себя всю одежду, оставшись полностью обнаженной.

В тот момент Брижит поняла, что это ее стихия. Она почувствовала взгляды на своем теле и испытала редчайшее удовольствие. Как будто бесчисленные руки ласкали ее. Словно каждая частичка ее выставленной напоказ кожи вибрировала под взглядами людей. Она готова была утверждать, что ощущает их прикосновение.

В тот первый вечер за несколько минут она возбудилась так, как если бы все четверо ее знакомых парней по очереди занимались с ней любовью.

К несчастью ее подруги перестали с ней общаться. Зато парни наперебой приглашали ее в надежде еще раз увидеть этот неподражаемый спектакль. Она же дала себе обещание, что никогда не позволит кому-либо из зрителей коснуться ее после того, как они увидят ее танцующей. Это развеяло бы магию образа, в котором она пребывала во время выступления. Она обожала это ощущение напряженного желания мужчин, а порой и женщин. Все эти взгляды, прикованные к ней, заставляли ее трепетать от удовольствия, которому она отдавалась телом и душой. Она сознавала, что красива, что ее желают, что редкий мужчина не отдаст все, только бы обладать ею. Но именно в танце была для нее высшая степень наслаждения! Ни разу за все время она не провела ночь с клиентом. Для того чтобы и дальше оставаться столь же загадочной, ей следовало сохранять абсолютную недоступность для зрителей. Она должна была стать их мечтой, их миражом. Тогда она могла перевоплотиться в кого угодно, в королеву или в кинозвезду. “Смотрите, но не смейте дотрагиваться!”

В общем, она была вполне счастлива. Правда, не обходилось без огорчений. Некоторые, узнав, чем она занимается, тотчас отдалялись от нее, отказываясь воспринимать ее работу как значимую или хотя бы приличную. И, конечно, жены и подружки посещавших ее представления мужчин слепо ненавидели ее. Но поскольку она никогда не сталкиваясь с ними, это не слишком ее заботило. Тем не менее, чтобы сохранить инкогнито, она всегда работала подальше от дома, решительно отказываясь от контрактов с ночными заведениями своего района. Окончательно отделив работу от повседневной жизни, она и впредь старалась сохранить такое положение вещей. И ответ: “манекенщица у одного кутюрье из Монреаля” срабатывал, как правило, безотказно.

Так и в этот раз мужчина не настаивал более.

– А вы, вы в отпуске?

– Да, у меня осталась неделя до возвращения в Монреаль. Вы тоже там живете?

– В общем, да… в пригороде.

– Мне кажется, что я вас уже где-то видел…

– Знаете, Монреаль такой большой город…

Некоторое время они молчали. Затем, как если бы он вдруг вспомнил что-то важное, мужчина встал и почти торжественно произнес:

– Прошу прощения, что не представился. Меня зовут Венсан. Мне тридцать четыре года, я здесь один и сгораю от желания пригласить тебя на ужин. В котором часу ты должна идти на работу?

– Около девяти вечера. Если ты согласен рано поужинать, я готова. Меня зовут Брижит.

– Очень приятно. Тогда встретимся в холле гостиницы около пяти, идет?

Совершенно естественно, даже не заметив этого, они перешли на ты. Было очевидно, что они понравились друг другу. Брижит с радостью приняла его приглашение. Счастливый, Венсан еще раз одарил ее очаровательной улыбкой.

– Хорошо, я побегу дальше… на этот раз без остановки. До встречи!

Она посмотрела ему вслед, почувствовав, как что-то словно кольнуло в сердце. Да, он очень ей понравился.

* * *

В назначенное время Брижит отправилась на встречу с Венсаном. Она надела свое самое красивое белое платье, выгодно оттенявшее уже слегка загоревшую кожу. Тщательно причесалась и наложила макияж. Ведь она была манекенщицей! Похоже, что Венсан оценил ее старания. Заметив ее, он поднялся с кресла и восхищенно присвистнул. Он также поработал над своим обликом. Или это было его природное обаяние? Он был чисто выбрит и от него исходил тонкий пьянящий аромат. Он не спросил ее, куда она хотела бы пойти, а проводил до своей взятой напрокат машины, припаркованной у выхода, – спортивной модели с откидным верхом.

– Это чтоб легче соблазнять… – бросил он, слегка подмигнув ей с сообщническим видом.

– Предполагаю, что я не первая, кто за последние недели садится с тобой в эту машину!

– Нет, но, несомненно, самая красивая!

Он галантно распахнул перед ней дверцу и, когда она села закрыл за ней дверь. Сев за руль, он осведомился, любит ли она морепродукты. После одобрительного ответа Брижит, они отправились в путь.

Всю поездка поездку они шутили, смеялись, болтали о том, о сем и, наконец, подъехали к маленькому невзрачному ресторанчику. Однако увидев вывеску, Брижит вспомнила, что читала о нем в туристических брошюрах как о заведении с прекрасной репутацией.

Они устроились за маленьким столиком на полупустой террасе. Поскольку Венсан, похоже, знал это место, Брижит доверилась его вкусу. Он изъяснялся, как ей показалось, на почти безупречном испанском, и того, что он заказал, наверное, хватило бы, чтобы накормить целую армию.

Беседа как будто текла сама собой. Брижит не могла не восхищаться сидевшим перед ней мужчиной. Венсан был великолепен. Но кроме всего – и это лишь добавляло ему шарма – он был умен, забавен и мог рассуждать практически на любую тему. Она узнала, что у него собственное агентство по связям с общественностью, что уже четыре года он приезжает отдыхать в это место, что никогда не был женат и не имел связи, которой сам придавал бы большое значение. Он ждет идеальную женщину…

Вечер прошел необыкновенно романтично, хотя и слишком быстро. В первый раз за долгое время Брижит не хотелось идти работать. По крайней мере, она бы с удовольствием продлила этот ужин. И провела бы остаток вечера, – а, возможно, и ночь, – в обществе этого красавца, которого, несмотря на их недавнее знакомство, казалось бы, знала долгие годы. Но представив себе лихорадочные взгляды, что через несколько часов будут устремлены на ее обнаженное тело, она ощутила легкую дрожь от предвкушения удовольствия. Украдкой посмотрев на часы, она поняла, что скоро будет вынуждена покинуть его. И он ни в коем случае не должен подвозить ее! Открывшаяся правда могла все испортить.

В своею очередь, Венсан хорошо помнил, что ей пора уходить. Но как ему хотелось, чтобы этот ужин не кончался так скоро! Может быть, она не против увидеться с ним позднее?

– Когда заканчивается твоя работа? – мягко спросил он.

– Около двух часов. Мой патрон арендовал зал для приемов, и вечер, наверное, затянется допоздна.

– Жаль… я бы встретил тебя, и мы посидели бы где-нибудь еще.

– Я вернусь в гостиницу не раньше трех ночи… Мне бы тоже очень хотелось остаться. Вечер был чудесный…

– Для меня он был лучший за последние несколько лет! Ну что ж! Значит, можно повторить завтра вечером?

– Или, если хочешь, и утром. Я встаю довольно рано…

– Отлично! Буду ждать на террасе около десяти. Ты придешь?

– Непременно!

Они неохотно встали из-за стола и направились к выходу. Осторожно взяв спутницу под руку, он повел ее к машине.

– Послушай, я возьму такси.

– И речи быть не может!

– Нет, прошу тебя. Мне надо ехать в другой конец города, это совершенно бесполезный путь! Я настаиваю.

– Хорошо… но только в этот раз.

С этими словами он привлек ее к себе и раньше, чем она смогла бы помешать, – а ей подобного и в голову не могло прийти, – поцеловал ее с такой страстью, что она почувствовала, как тает. В этом поцелуе было столько обещаний! Его крепкое тело сводило ее с ума, а от его пьянящего аромата кружилась голова. Она мягко освободилась из его объятий и прошептала:

– Я буду думать о тебе весь вечер…

– А я всю ночь… Послушай, со мной давно такого не было. Я без ума от тебя!

Он снова прижался своими чувственными губами к ее губам. После объятия, которое показалось им вечностью и разожгло в обоих неугасимое желание, им удалось, наконец, совладать с собой. Венсан быстро вошел в ресторан и вызвал такси. Затем он вернулся к ней, взял ее за руку, и они молча стали ждать. Когда старенькое такси остановилось перед ними, он посадил ее, в последний раз жарко поцеловал и долго с сожалением смотрел вслед. Всю дорогу Брижит задавала себе вопрос, смог бы этот человек смириться с той жизнью, которую она вела? Он, казавшийся ценителем красивых вещей и хороших манер, женской нежности и изящества, несомненно пришел бы в ужас, узнав, куда она направлялась, чтобы провести остаток вечера.

* * *

Она добралась работы всего за несколько минут до начала своего номера и сразу бросилась переодеваться. Ей не удавалось выбросить из головы образ Венсана, не вспоминать мягкость его губ, жар его поцелуев. Как в тумане, она поднялась на маленькую сцену и начала свой первый танец. Бар был набит битком. Было много мексиканцев, но особенно – американских деловых людей и туристов. Место было из разряда шикарных, и публика вела себя прилично. Ее заверили, что скандалы и неуместные жесты здесь редкость. Поэтому Брижит чувствовала себя в безопасности. Она двинулась по сцене, на ней был украшенный блестками лифчик, крохотный треугольник материи, едва прикрывавший лобок, и туфли на высоком каблуке. Ее грациозное тело извивалось в такт музыки. Постепенно она становилась богиней, в которую перевоплощалась всякий раз к вящему удовольствию публики.

Ее жесты делались все более томными, как бы сообщая зрителям, что тело ее создано только для того, чтобы быть объектом восхищения и желания, и зал отвечал ей соответственно: мужчины смотрели на нее с особым блеском в глазах. Все ее тело словно говорило: возьмите меня и обладайте мной. Она развела в стороны нескончаемой длины ноги, приоткрыв снежную белизну коротко постриженных лобковых волос. Наконец она сняла лифчик, позволив длинным волосам вволю ласкать ее груди, нежно щекотать их.

Но в мыслях у ее был только Венсан. Она втайне жаждала его присутствия в зале, его восхищения. Для всех, кто сейчас смотрел на нее, она всегда будет лишь миражом. Венсан затмевал их всех. Она воображала его руки, ласкающие ее тело, массирующие пышную грудь, нежно раздвигающие ее бедра, между которыми буквально кипело от жгучего желания возбужденное лоно.

Когда номер закончился, Брижит проворно покинула сцену, как будто пробудившись ото сна. Она спешно прошла в туалет. Едва переведя дух, она почувствовала, как образ Венсана снова вторгается в ее сознание. Танец до такой степени возбудил ее, все эти взгляды так распалили ее воображение, что, лишь только она коснулась рукой промежности, ей хватило нескольких секунд поглаживания увлажненного лона, чтобы с глубоким вздохом достичь вершины блаженства.

* * *

На следующее утро в назначенное время она пришла на террасу. Венсан уже ждал ее, перед ним стоял стакан с апельсиновым соком. Увидев ее, он поднялся, и лицо его тотчас осветилось обворожительной улыбкой. Брижит выглядела хуже. Она почти не спала, мечтая в своей постели о Венсане рядом с ней… затем на ней, в ней. Она почти побила свой рекорд мастурбирования, пока не остановилась утром, чувствуя себя как никогда одинокой. Но, при виде его, представшего перед ней во всем своем великолепии в лучах утреннего солнца, к ней мгновенно вернулось хорошее настроение. Опасаясь, что воспоминание о вчерашнем поцелуе могло вызвать некоторую неловкость, и в особенности желая вновь подтвердить свои намерения, Венсан не дал ей сесть. Он заключил ее в свои объятия и поцеловал с той же пылкостью, что и накануне. Она с трудом отказалась от намерения предложить ему позавтракать в номере, сдерживаемая исходившим от него глубоким почтением к ней, которое, казалось, исключало поспешность.

За завтраком они перебросились всего несколькими словами, но зато их улыбки были намного красноречивее. После еды они, не сговариваясь, направились к пляжу.

Венсан умел все: он был готов приобщить ее к радостям подводного плавания, парусной доски и полета на параплане. От природы он был наделен хорошими физическими способностями. Брижит подозревала это, но ей не терпелось проверить свои догадки на практике.

В то утро Венсан был на высоте. Брижит уже давно устала, но держалась стойко, запретив себе просить о передышке. Если он намерен ее помучить, то она готова ответить ему тем же.

Они купались, брызгались и забавлялись, как дети. К трем часам дня, совершенно обессиленные, они условились о маленькой сиесте… но совсем не такой, на какую надеялась Брижит! Они договорились встретиться снова около пяти вечера за аперитивом, а затем где-нибудь поужинать. Решительно, его труднее было соблазнить, чем других мужчин, к которым привыкла Брижит. Но как это было свежо и возбуждающе!

Напиток ударил ей в голову. Это было словно наваждение. Когда Венсан говорил с ней – она смотрела на его рот и улыбку; когда он двигался – восхищалась игрой мускулов и загорелой кожей. Похоже, что он испытывал то же самое. Они чувствовали себя единственными во всем мире. Они поужинали гамбургерами с жареным картофелем, сопроводив их несколькими коктейлями «Маргарита». Когда Брижит надо было уходить, она и Венсан были почти пьяны. Так что ей не составило особого труда убедить его снова отпустить ее на такси. Поездка в тряской машине не смогла окончательно отрезвить ее. Но поскольку состояние не было неприятным, придя в бар, она заказала себе еще бокал и, осушив его, пошла переодеваться. Она вышла на сцену слегка хмельной. Но не только от вечернего коктейля. Она чувствовала себя настолько хорошо, что ее тело танцевало само по себе, не дожидаясь какой-либо команды. Все ее мысли заполнил Венсан. Необходимо было рассказать ему о ее работе, хотя она и была уверена, что он не примирится с такой профессией женщины своей мечты. Что-то в его взгляде, – может быть, он относился к типу людей, привыкших контролировать ситуацию и не подпадающих под влияние других, – говорило, что на этот раз ей, возможно, придется выбирать. Но она прогнала эту мысль, всецело отдаваясь радости текущего момента. В этот вечер ее несколько раз приглашали танцевать на столе, за что она была щедро вознаграждена. Она даже исполняла стриптиз для одной пары влюбленных, которые искренне наслаждались зрелищем. Ей нравились эти приватные танцы, позволявшие опасно приближаться к той черте, которую она сама для себя установила. Она могла смотреть этим людям в глаза, догадываться об их тайнах и фантазиях… но это проявление чувств было односторонним. Ее лицо с застывшей улыбкой на губах оставалось непроницаемым: воплощение недоступной богини. Когда она танцевала на столе для кого-то одного или группы людей, она думала о Венсане. Как бы ей хотелось открыть ему эту грань своего таланта! Но это было невозможно… Вряд ли он сможет понять, что, занимаясь стриптизом, она ведет простую и здоровую жизнь без малейшего намека на “профессиональные пороки”. Это бывает так трудно объяснить “постороннему” человеку. Но встречи с этим мужчиной, похоже, обещали так много… Чем больше она узнавала его, тем сильнее он казался ей похожим на “сказочного принца”, которого она всегда искала. Если только в ближайшие дни он не разочарует ее вдруг, она будет любить его безмерно. Могло ли такое случиться, что она, наконец, нашла человека, ради которого была готова отказаться от своего занятия? От этого удовольствия, которое занимает столь важное место в ее жизни? Что ж, будущее покажет.

* * *

Этой ночью, когда она вернулась, Венсан ждал ее. Гостиничный бар был уже закрыт, поэтому он сидел в одном из кресел, стоявших в холле, и, казалось, дремал. Но как только перед ней распахнулась входная дверь, он вскочил, двумя шагами покрыл разделявшее их пространство и заключил ее в свои объятия.

– Я… мне обязательно надо было тебя увидеть.

Не дав ей ответить, он отчаянно поцеловал Брижит. Держа за руку, он увлек ее к лифтам. Смотря прямо перед собой в напряженном ожидании, он, казалось, делал огромное усилие, чтобы сохранять над собой контроль. Когда пневматические двери раскрылись, он снова схватил ее и втолкнул в кабину. Она мягко ткнулась спиной в стенку. Венсан тотчас прижался к ней всем телом и, стиснув ее лицо и волосы обеими руками, с жаром поцеловал. Прижимаясь всем своим жаждущим любви существом к ее телу, он недвусмысленно дал ей понять, до какой степени желает ее. Затем его руки стали ласкать тело Брижит, с наслаждением повторяя его изгибы, страстно сжимая ее спину и груди. Двери лифта раскрылись на четвертом этаже. Не произнося ни слова, он повел ее к своей комнате и решительно распахнул дверь. Уже через мгновение оба они были обнажены, оба молчали, задыхаясь от желания. Не в силах дойти до кровати, они рухнули прямо на толстый ковер в комнате, и Венсан немедленно и без предупреждения проник в нее. Под тяжестью его тела, Брижит едва могла дышать. Но ее желание было столь велико, что это не имело особого значения. Она обвила его своими длинными ногами, со все возрастающей силой вбирая его в себя, всасывая всего его в самую глубину своего чрева. Затем она перевернула его на спину и уселась на него верхом, властно предлагая ему всю себя: свои ненасытные губы и торжествующее влагалище, все более плотно сдавливающее его.

Они слились в поцелуе так, словно годами ждали этого, соединив языки, смешав слюну, отчаянным натиском проникая друг другу в рот. Венсан безостановочно с силой внедрялся в нее. Помогая ему напором бедер, плотно прижатых к его бедрам, Брижит придавала их движениям еще большую амплитуду и глубину. Часто дыша, они оба почувствовали приближение желанной развязки и на мгновение остановились, перед тем как вновь предаться восторгу, устремившись на завоевание и без того покоренных тел друг друга. Не в силах более сдерживаться, они почти одновременно испытали оргазм, и Венсан молча излил семя в свою партнершу.

Они долго лежали рядом, пока не начали засыпать. Тогда они с трудом поднялись, добрели до кровати и, счастливые, рухнули в нее, перед тем как окончательно погрузиться в забытье.

Спустя несколько часов Брижит проснулась, разбуженная восхитительным ощущением. Что-то нежное, не иначе его язык, выводило абстрактные фигуры на ее спине, спускаясь к изгибам бедер и тихонько щекоча ягодицы. Венсан помассировал ей голову, проникая пальцами в густые шелковистые волосы. Затем он осторожно перевернул ее на спину. Он спустился языком от мочек ее ушей вдоль шеи, задержался на каждой из грудей перед тем как достичь, наконец, живота. Последовательно он целовал ее бедра, колени, лодыжки, пальцы ног. Поцелуи были легкие, едва ощутимые. Брижит лежала неподвижно, всем телом впитывая в себя эти волшебные ласки. Когда Венсан раздвинул ее ноги и неглубоко проник в нее языком, тело Брижит вздрогнуло от неожиданности, а затем уступило соблазну. В сравнении со вчерашней своей пылкостью, теперь он был само терпение. Он тихонько покусывал ее, ощущая, как сладкими вздохами ее тело отвечает на его ласки. Нежным касанием он осторожно раздвинул ее набухшие половые губы, чтобы легче достичь самой чувствительной части тела. Молниеносными движениями языка, как острием копья, он стал прикасаться к клитору, уже слегка напряженному после первого страстного вторжения. Брижит парила в блаженстве. Ее тело сделалось невесомым. Тысячи мелких приятных покалываний оживляли его, она чувствовала, как вибрирует им в такт. Пальцы заняли место языка, глубоко проникнув в нее. Брижит чуть не задохнулась от внезапной боли и удовольствия. Ловкий язык возобновил ласки, в то время как рука, глубоко погруженная в Брижит, продолжала причинять ей сладкую боль. Именно рука почувствовала пульсации переживаемого ею острого наслаждения. Тогда Венсан попробовал сначала лечь сверху и, не углубляясь, принялся ласкать Бриджит горизонтальными скользящими своего мужского естества между ее влажными раскрытыми внешними губами, заставляя ее стонать. Брижит почувствовала, что тает, словно лед на солнце. Ее возлюбленный заполнял ее всю. Теперь он медленно проникал в нее все глубже. Его пенис как будто скользил сам по себе в бездну ее тела. Как если бы этот твердый набухший орган был неотъемлемой частью ее самой. Дыхание их становилось все чаще. Каждый из них легко приспосабливался к темпу партнера, сливаясь с ним в сладостном и томном танце. Опершись плечами о спинку кровати, Венсан посадил Брижит верхом на себя и губами притянул к себе ее грудь. Она словно плыла, подчиняясь силе мужских рук, поддерживавших ее бедра и сообщавших ее телу частоту движения, задаваемую лишь властным желанием его плоти. Глубоко взглянув в глаза Брижит, Венсан провел ладонью вверх по внутренней стороне ее бедра и снова нащупал возбужденный бугорок. От одного этого касания Брижит взорвалась. Когда через несколько мгновений Венсан, задержав дыхание, последовал за ней, обессиленная Брижит была уже твердо убеждена, что безумно любит его. Она больше не желала с ним расставаться. Никогда.

* * *

Так они провели остаток недели. Они занимались любовью с утра до вечера, иногда прерываясь, чтобы предоставить себя солнцу и недолгим купаниям в теплом океане. С наступлением вечера, взявшись за руки, они шли вдоль воды и искали укромное место, которое позволило бы им дать волю желаниям. В последний вечер Венсан повел Брижит на вершину скалы, нависшей над заливом. Теплый воздух был напоен ароматами, а трава казалась мягче шелка. Они оба хотели сохранить об этом последнем вечере неизгладимое воспоминание. Медленно раздевшись, они подставили обнаженные тела лунному свету и восхитительному легкому бризу. Встав на колени друг против друга, лаская партнера касаниями, исполненными молитвенной нежности, они молча достигли наивысшего блаженства. Лежа под звездным сводом, они снова, теперь уже в последний раз любили друг друга здесь, на мексиканской земле. Наконец они заснули, обнявшиеся и исполненные нежности, и открыли глаза лишь с восходом солнца.

* * *

Венсан поменял свой авиабилет. Он обязательно хотел лететь тем же рейсом, что и Брижит. Возвратясь, он поднялся к ее комнате и осторожно постучал.

– Скажи, мы можем поговорить?

– Конечно! И не только поговорить!

Стараясь выглядеть обольстительной, Брижит поманила его к постели.

– Нет, погоди. Это серьезно.

Она ощутила смутное опасение, как если бы на горизонте возникла туча. Опустившись в кресло, она замерла, вся превратясь во внимание.

– Брижит… неделя, которую я провел с тобой, была необыкновенна.

– Но?

– Но? Нет никаких «но»! Я просто хотел спросить тебя, сможем ли мы продолжать встречаться, вернувшись в Монреаль. Я хотел сказать, только мы, одни. Я не смогу вынести, если другой мужчина будет касаться тебя или смотреть… Поэтому, если в твоей жизни есть кто-то другой или ты к этому не готова, прошу тебя…

В одно мгновение Брижит вскочила с кресла и бросилась ему в объятия. Но тяжесть сомнения не отпускала ее. Ей почему-то казалось, что на самом деле он хотел поговорить с ней о другой своей привязанности там, в Монреале, на что ей пришлось бы согласиться. Не без слез, но она была готова даже к такому повороту событий. Потому что в этом случае негодяем оказывался он. Как бы то ни было, ей оставалось лишь примириться с очевидным… Этот мужчина ей чрезвычайно нравился и, рано или поздно, ей придется во всем признаться ему. Но как объяснить любимому человеку, что танцуешь перед людьми лишь потому, что это доставляет радость? Она не употребляла наркотики, не имела финансовых затруднений и в целом не соответствовала «образу» представительниц ее профессии. Вовсе нет… Она танцевала ради собственного удовольствия, ради ощущения силы и уверенности в себе, которые она обретала в танце. Как признаться мужчине своей мечты, что ей необходимо, как воздух, чувствовать себя пожираемой взглядами, чувствовать жгучее желание людей, которое доставляет ни с чем не сравнимое удовольствие? Она решила отложить признание. Но после недели, проведенной вместе, узнав его близко, она поняла, что он ни за что не согласится, чтобы она продолжала танцевать. Доказательством тому служило и чувство ревности, которое угадывалось в нем… Что ж, ей придется найти подходящий момент или что-нибудь придумать.

Они покинули, наконец, гостиницу и отправились в аэропорт. Пройдя необходимые формальности, они оказались наконец в салоне самолета, удобно расположившись в креслах. После плавного взлета и легкого завтрака пассажирам, поскольку это был прямой рейс, должны были демонстрировать полнометражный фильм. В этот момент Венсан рискнул возобновить свои притязания.

– Я так тебя хочу…

– Я тоже. Когда прилетим в Монреаль, можешь сразу поехать ко мне. В любом случае, ты собирался вернуться только завтра…

– Но я хочу тебя сейчас!

Он просунул руку под маленький откидной столик для завтрака, разложенный перед ней, а затем – под ее короткую юбку. Брижит тут же почувствовала, как в ней нарастает волна желания. Рука осторожно проникла в трусики и быстро обнаружила то, что искала и что оно было уже влажным. После некоторых колебаний он решился и ввел в нее палец. Но Брижит уже сама была готова принять его. Венсан украдкой положил руку подруги себе на пах, чтобы Брижит могла оценить его состояние.

– Пойдем в туалет…

Брижит полуудивленно-полускептически взглянула на своего спутника.

– Ты это серьезно?

– Абсолютно.

– У меня есть время подумать?

– Только не очень долго…
Она на минуту задумалась, стараясь привыкнуть к мысли о его столь «невинном» предложении. «В конце концов… что в этом такого?» – заключила она, перед тем как утвердительно кивнуть головой.

– Подождем хотя бы, когда начнется фильм…

Воспользовавшись прикрытием откидных столиков, они приступили к более активным ласкам. Когда пришел стюард, чтобы открепить и унести столики, Венсан инстинктивно прикрыл полой куртки характерное вздутие на брюках и убрал руку, прежде чем молодой человек обратил бы на них внимание.

Но вот освещение в салоне стало более приглушенным. Венсан встал, поцеловал Брижит в щеку и предложил ей следовать за ним. Пара направилась в хвост самолета. Им повезло: туалеты не были заняты. Брижит пропустила Венсана вперед и вслед за ним втиснулась в одну из тесных кабин, решив отбросить последние приличия.

Опираясь спиной о крохотный умывальник, Венсан обеими руками обнял ее, предварительно заперев дверь. Объятие сразу распалило обоих, во всех красках оживив в памяти события прошедшей недели. Кабина была узкая, но они не замечали этого. К тому же, их единственным желанием было как можно теснее прижаться друг к другу.

Задрав юбку и поменявшись местом с партнером, Брижит умудрилась кое-как сесть на умывальник. Краны болезненно впивались ей в ягодицы, поливая тонкими струйками теплой воды, что не слишком-то удобно, но долго ждать не пришлось. Не тратя время на прелюдию, Венсан спустил брюки, обхватил раскрытые бедра своей спутницы и тотчас внедрился в нее… Как и следовало ожидать, в этот момент в дверь постучали.

– Читать не умеют? Написано же – «занято»!

– Не волнуйся, есть и другие туалеты…

– А как мы выйдем отсюда? Нас увидят!

– Ну и что? Не выбросят же нас из самолета!

Венсан положил конец возражениям Брижит, прильнув к ее губам. Затем, отстранившись, встал перед ней на колени и поцеловал бархатистую влажную поверхность лобка. Брижит сразу перестала возмущаться и отдалась благостным движениям языка возлюбленного. Вибрация самолета, а также отдельные толчки делали их немного неловкими, то рывком отдаляя его рот, то снова бросая его к ней. Когда он почувствовал, что она близка к экстазу, он быстро встал и вонзился в нее, легко проникнув в самую ее глубину. Брижит вскрикнула, но этот звук растворился в непрерывном шуме самолета.

Обвив ногами тело Венсана, она активно помогала ему. Не удержавшись, она прикусила его крепкую шею. Присев на самый край умывальника, она смогла упереться ногами в противоположную стенку кабины, а у Венсана появилась большая свобода движения. При каждом толчке голова Брижит откидывалась и ударялась в стену. Но она, казалось, не чувствовала этого, поглощенная единственно поднимавшимся в ней восторгом. Дыхание Венсана участилось, и, на мгновение опередив своего спутника, она ощутила всплеск блаженства, прокатившийся как поток.

Какое-то время они оставались в объятиях друг друга, затем, насколько возможно, привели себя в порядок. У Брижит розовели щеки и блестели глаза; Венсан тяжело дышал, и волосы его были растрепаны. Они решили, что все же лучше будет выйти из туалета вместе и, как ни в чем не бывало, вернуться на свои места. Но как только они открыли дверь, какая-то пожилая дама одарила их взглядом, полным презрения. Зато двое молодых людей, занимавших места в последнем ряду, проводили их приветственным жестом и знаками одобрения.

Брижит побагровела от стыда, тогда как Венсан всего лишь усмехнулся.

* * *

Остальная часть пути прошла без особых потрясений. Прибыв в Монреаль, первые несколько дней они прожили у Брижит, следующие несколько – у Венсана. Было ясно, что они не наскучили друг другу, скорее наоборот. В конце недели, когда Брижит собиралась вернуться к работе, она твердо знала, что должна рассказать Венсану о своей профессии и о причинах, по которым она ее не оставляла. Она провела три дня в томительном ожидании, без конца спрашивая себя, как он воспримет эту новость. Она так боялась, что это признание изменит его отношение к ней. Она долго колебалась, все откладывая важный разговор. Наконец она решилась, назначив дату объяснения на ближайший вечер, как раз накануне ее возвращения на работу.

Венсана не было дома, и она провела день в приготовлениях. Брижит хотелось создать совершенную мизансцену: шампанское, вкусный ужин, тихая музыка… Прежде всего она скажет ему, до какой степени он стал ей необходим. Затем осторожно признается, что не была абсолютно откровенна с ним и что это ее чрезвычайно мучает. Что она не хочет с ним расставаться и поэтому должна быть до конца честной. Услышав такое предисловие, он не сможет на нее сердиться!

Затем она откроет ему, что ее работа, которой она занимается уже несколько лет, наполняет ее счастьем. Но что она готова оставить ее, если он действительно не сможет с этим смириться. Последняя фраза давалась ей с трудом, но надо было признать: она действительно готова оставить работу ради него. В нем заключалось для нее будущее! И если он действительно хочет, чтобы она была счастлива, то наверняка позволит ей взамен танцам найти какое-то иное занятие для души. Например, продолжить учебу! К тому же, ее финансовые возможности вполне это позволяют… Венсан несомненно будет счастлив, что она доверяет ему до такой степени, во всем признаваясь. Но тогда почему она изнывает от беспокойства? Потому что неоднократно встречала в глазах людей, которых любила и уважала, это презрение, пропастью разделявшее их, когда она рассказывала им о своей работе. От него этого она не перенесет. Все, но только не это! Она попыталась убедить себя, что он не отвернется от нее, что он человек широких взглядов и явно не пуританин, чтобы осудить ее за подобные вещи. Но так ли это на самом деле? Она заламывала себе руки от тоски и отчаяния. Потому что из всех возможных сценариев этот был наихудшим. Она могла бы пережить разрыв, принеся их отношения в жертву своей работе, но видеть презрение в глазах любимого мужчины…

Однако было слишком поздно что-то переигрывать. С минуты на минуту Венсан должен был вернуться домой. Как в наваждении, она ходила из угла в угол. Он опаздывал. Нашел когда! А ведь она ему говорила, что этот вечер для нее особый, что она собирается обсудить с ним нечто крайне важное… Так почему же он опаздывает?

Чтобы успокоиться, Брижит включила телевизор, найдя программу шести часовых новостей. Ведущий как раз перечислял основные заголовки: “Вооруженное ограбление отделения Королевского Банка”, “Конфискация значительной партии наркотиков в аэропорту Торонто”, “Арест обвиняемого, которого в течение трех месяцев разыскивала полиция Монреаля”.

Она рассеянно прослушала два первых сообщения. Когда дошла очередь до третьего, ее сердце замерло. Во весь экран показали фотографию Венсана, в то время как ведущий бойко рассказывал:

– Венсан Лавуа, тридцати четырех лет, был задержан сегодня после трех месяцев интенсивных розыскных мероприятий в Мексике и Канаде. Он предстанет перед судом по нескольким статьям обвинения – от сутенерства до содержания притона. В последние дни он был замечен в Мирабеле. Так полиции удалось выйти на его след…

Брижит не верила своим ушам. “А я-то думала, что мой секрет все испортит!”

Content

Грей Мари Секрет Брижит

Мари Грей Секрет Брижит