Олеся Шалюкова

Первый снег

Опустив на серый асфальт чемодан, невысокий молодой человек зябко поправил теплое пальто, поднял воротник и огляделся по сторонам.

Серые коробки домов, светящие кое-где окна, но в основном все темные. Гость прибыл в город ночью, по совету давнего знакомого, и сейчас оглядываясь по сторонам, мог понять почему. Он выделялся. Едва уловимо, едва заметно, но выделялся из окружающих. И глядя на себя в зеркальные яркие витрины, не мог понять, чем именно.

Острые кончики ушей были спрятаны магией, «одухотворенный и воздушный вид», как назвал это тот самый знакомый, тоже прикрыл морок. И с витрины местного магазина, на молодого человека смотрел парень в представительном пальто, с спокойным и вместе с тем уверенным в себе видом.

Почему ему так поспешно уступали дорогу, молодой человек понять не мог.

Поэтому, не в силах решить эту странную задачу, да и не видя необходимости в этом, он просто пожал плечами, подхватил дорогой и франтоватый чемодан и двинулся в сторону одной из коробок. Где его ждала квартира и первая напарница, в обязанности которой входило объяснить новенькому в Гильдии его права, обязанности и возможности.

Впрочем, ни первое, ни второе, ни третье гостя небольшого урбо-мира не интересовали. Его вообще ничего в последнее время не интересовало.

Хотелось тишины, спокойствия и пустоты.

А последнего ему как раз здесь и не гарантировали. Все вокруг словно задалось целью не дать молодому человеку остаться в пустоте, тишине и хотя бы просто наедине с собой. А уж этот урбо-мир оказался на диво громким местом. Коробки на колесах, которые как объяснял краткий путеводитель по урбо-мирам, назывались машины, просто нескончаемым потоком проносились по земле и в воздухе — аэромобили.

Небо было забито аэрами. Чем-то непонятным на какой-то тяжелой подушке-подошве.

Из магазинов, которых было полно на улице доносилась музыка. И из каждого магазина — разная.

В общем, шумовые спецэффекты этого мирка гостя не порадовали, и он поспешил двинуться побыстрее. К его некоторому удивлению, найти дом с номером «17» оказалось просто, хотя он ничем не отличался ни от соседнего 15, ни от соседнего 19.

Лавочки около второго подъезда оккупировала местная молодежь, но при появлении молодого человека смолкли веселые песни, затихли матерки и стих смех. Гостя провожали тяжелыми, испуганными взглядами.

Он впрочем не отреагировал, успел привыкнуть… К чему, к чему, а испуг во взгляде на него появлялся часто. Люди и не только ощущали в нем смерть, хотя парень не прикладывал к этому никаких усилий. И в этот раз, он прошел мимо, даже не отреагировав. Ну, в конце концов, он был не на задании, а чудовище в душе насытилось недавней смертью трех гопников в соседнем мире.

Потянув дверь на себя, молодой человек закрыл дверь. Расправил складки на пальто и двинулся наверх, на седьмой этаж, игнорируя лифт. Если быть точнее, с таким видом «транспорта» молодой человек просто не был знаком.

Открывать ключом дверь гость также не стал, деликатно постучал по двери, и через пару мгновений та открылась.

На пороге возникла высокая девушка. Длинная юбка с множеством карманов, мешковатый свитер с растянутым горлом и растянутыми же рукавами. Светлые жидкие волосы, убранные в какой-то пучок, довольно тяжелые очки, скрывающие пристальный взгляд серо-голубых глаз, и на удивление добродушная улыбка.

— Подозреваю, передо мной Винтарион Астис? Впрочем, кому еще могло прийти в голову стучать в железную дверь. Проходите, молодой человек, проходите.

— Лучше просто Вир, — попросил молодой человек, входя в комнату.

Стоило ему только пересечь порог, как с его тела отвалилась маскировка, словно куски старой чешуи сваливаются с змеи.

— Значит, Вир, — согласилась будущая напарница и хозяйка дома. — Ну а я Лиса. Ударение на «и», попрошу не путать. К рыжим плутовкам не отношусь ни боком, ни крылышками, ни хвостом.

— Вы не человек? — спросил тускло очаровательный эльф, оставшийся вместо человека со средне-неприметной внешностью.

— В Гильдии убийц людей практически нет, — отозвалась Лиса. — Впрочем, не буду говорить за всех. Те, что есть, зачастую входят в особый список асасинов высшего класса и запугивают окружающих одним своим появлением.

— Ясно.

— Ты краток, — улыбнулась девушка, переходя на неформальное «ты». — Впрочем, этого стоило ожидать. Вторая комната по коридору свободна и на ближайшее время — твоя.

— На ближайшее время? — решил уточнить Вир.

— Ну да, — зевнула девушка, — пока ты не вольешься в окружающую действительность и не узнаешь, как здесь надо жить, чтобы не привлекать внимания, а соответственно, как надо работать в урбо-мирах. Ведь тебя послали именно за этим?

— Разве тебе не дали уточнений по моему поводу?

— Дали, — не согласилась Лиса. — Они звучали следующим образом. Пункт первый. Ласкою огневой не опалять. Пункт второй. Руки свои загребущие держать подальше. Пункт третий. Научить всему, что необходимо уметь настоящему убийце высшего класса.

— Причем здесь высший класс? — спросил Вир, глядя на неприметную серую мышку.

— Пункт первый, «причем». Я асасин класса «тень», соответственно нахожусь в том самом высшем классе, от которого остальные разбегаются. Пункт второй «причем». Вышки… а именно так называются лучшие асасины Гильдии, могут покинуть ее в том и только том случае, если готовы представить себе замену. Ты — и есть моя замена. Если выдержишь мое обучение, то сразу из пешек прыгнешь в дамки. Станешь одним из класса «теней». Есть еще третий пункт «причем» — я лучше всех в Гильдии владею огнестрельным оружием. Причем всеми его видами. И да, я стреляю с двух рук сразу. И это не вся правда. Есть еще и четвертый пункт, и пятый. Но тебе пока достаточно будет первых трех. На твою кровать, я так и быть, покушаться не буду. Зато твое время будет принадлежать мне очень долго. Правда, прежде чем мы приступим к дальнейшему обучению, тебе придется поменять прикид.

— Чем тебе не нравился мой… как ты сказала «прикид»? — понял по контексту значение слова Вир.

Девушка кивнула.

— Да. Ты выделяешься. Обычный облик мы тебе подберем действительно эффектный, но для работы твой вид не годится.

— Не понимаю, почему, но я сам заметил, что выделяюсь.

Лиса прыснула.

— А сколько вселенской тоски то на лице!

Ткнув эльфа в живот, отчего он с тихим охом согнулся пополам, девушка легко взяла его за плечи и развернула. Подвела к зеркалу и ткнула в него пальцем.

— Смотри! Вот это — светлый эльф классический. Упоительная шевелюра темно-каштанового цвета, — потянула за пряди Лиса. — Дивные бирюзовые глаза… Среди моих клиентов я такого оттенка сроду не видела. Острые ушки. Летящий наряд, который больше представляет собой халат. Да еще и белого цвета. Я, конечно, понимаю, что да, это эльф. Правильный и т. д., и те. пе. Но ты же неправильный!

Вир поморщился.

— А, по больному месту залепила? — усмехнулась девушка. — Ну прости старенькую. Случайно оно я, да, случайно.

— В каком месте ты старенькая? — уточнил Вир, пытаясь освободить свои волосы из цепких пальчиков новой напарницы.

Лиса засмеялась.

— Ну, мне как бы около 800 лет, мальчик. Поэтому поверь, я именно что старенькая.

— Тогда не «случайно», а весьма намеренно, — вздохнул эльф, получив неожиданно свободу. — Так что, очень прошу не развлекаться за мой счет, а перейти к делу.

— Перейдем и к делу, — согласилась Лиса. — Даже… Прямо сейчас. Если тебя оставить киснуть, то кто знает, до чего ты в своем самобичевании или моральном самоистязании додумаешься. Ну, впрочем, и это тоже не важно! Для начала, — потерла она ладонями. — Мы добавим в твой образ немного краски и хулиганистости.

— Уши прокалывать не буду, — резко сказал Вир, заметив тонкое колечко со штырьком в руках Лисы.

— Это еще почему? — нахмурилась она.

— Не буду и точка, — взгляд эльф словно заволокло темными тучами и тут же все исчезло.

Девушка задумчиво смотрела на своего напарника.

«Хорош. Внешний вид если довести до ума будет совершенством. Но он же слишком правильный! А это не дело. Совсем не дело. Значит, начнем с того, что … вот запретили же совращать, значит, будем просто портить!»

— Ну и ладно, — легко согласилась она, вдевая сережку в свое собственное ухо, к трем или пяти таким же колечкам. — Тогда наклоняйся.

— Что?!

— Наклоняйся давай, — усмехнулась Лиса, выдернув из-за своего уха тонкий… рыжий волос.

И когда Вир, ничего не понимающий, наклонился, девушка порвала его на две части, отчего волос рассыпался на горсть рыжих искр, и дунула на них… отправляя на прическу подопечного.

Рыжие искры запутались в каштановых прядях и растаяли.

Внешне… ничего не изменилось, но Лиса, впрочем, мгновенного эффекта и не ждала. Такая своеобразная краска окончательный результат давала через пару лет, зато была несмываемой!

Молча взяв Вира за плечо, девушка потащила его за собой в ванную. Подтолкнула к душевой кабине и велела:

— Раздевайся.

— При тебе? — нахмурился эльф.

— При мне, при мне, — согласилась Лиса. — Ну, давай, чего я за свои года могла не видеть? Стесняется он. Не стесняйся! Раздевайся!

Вир посмотрел на нее убийственным взглядом… Девушка не вняла, продолжала спокойно улыбаться, и махнув рукой эльф скинул свой «маск. халат».

Оказалось, что внизу обычные бриджи и тонкая рубашка.

А кожа эльфа была белой-белой, почти молочной.

Лиса облизнулась. Кожа была хороша, но возмутительно эльфу… не шла.

«Значит, вначале в солярий? Нет… Лучше сразу на пиратские острова. Там можно получить естественный загар. Кажется, мне как раз задание какое-то там давали. Надо будет посмотреть в стопочке».

— Замечательно, — промурлыкала девушка, наблюдая за тем, как и бриджи, и рубашка опускаются на пол.

Пройдя мимо эльфа, Лиса с трудом удержалась от хулиганского желания поставить ему магическую татуировку. Удержало только то, что поставленные магией ее народа, татуировки были несмываемыми… и обладали временами и местами пакостным характером. А для убийцы такое было неприемлемо.

Включив воду, девушка отступила в сторону.

— Это горячая, это холодная, регулируешь поворотами. Вверх — вниз меняет напор. Влево-вправо меняет температуру. Вот здесь баночки, скляночки и прочий хлам. Вон там для волос, вон там для тела. Там мочалки. Вроде бы ничего не забыла. Твою одежду я конфискую… Вытрешься полотенцем, полотенце на бедрах и придешь. Сразу займемся твоим имиджем!

Вир не успел возразить. Сумасшедший напор девушки был для него в новинку. И в новинку было такое наплевательское отношение к чудовищу в его душе, о котором она точно знала! Ну не могла не знать.

Но, все равно, не обращала внимания. Спокойно касалась… и даже от нее отчетливо шло ощущение желания чего-то большего.

Для Вира все это было в новинку.

На родной планете даже родные старались избегать прикосновений, словно боялись, что зараза под названием «Палач» передается тактильно. Бред…

Вымылся эльф быстро, неторопливо вышел в комнату, и замер, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не метнуться обратно… Пока его не было, в комнате появилось три полуголых девицы… вместо ног у которых были разноцветные вихри.

Джиннии.

— Ой, какой красавчик! — восхищенный визг буквально смыл Вира с этого мира.

Пока эльф озадаченно тряс головой, пытаясь вытрясти этот визг из своих ушей, джиннии вертелись вокруг него, то и дело касаясь своими горячими ладошками.

— Красивый!

— Милый!

— Такой няшный!

— Как затискать хочется!

— Лиса!!! — громкий вопль на три голоса, заставил Вира тихонько ругнуться. Слух, который мало-помалу к нему начал возвращаться, опять смылся куда-то за пределы доступности.

— Ну я, — согласилась девушка.

— Ты зачем позвала?

— Подразнить?

— Подразнила!

— Ну что вы, — Лиса потерла руками. — Стала бы я так издеваться над вами? Не-е-ет, я вас позвала не за этим. Я вас позвала совсем не за этим!

— А зачем? — уточнила первая джинния.

— Мы его будем одевать! — усмехнулась девушка.

Радостный смех был первым, что услышал Вир.

— Обычно предлагаю мужиков раздевать, но одевать такого красавчика… Это гораздо интереснее.

— Начнем, наверное, с белья! — предположили джиннии.

Впрочем, Вир, понявший к чему идет дело, «ощетинился», выпуская темную ауру смерти.

Потускнел огонек вокруг джинний, Лиса усмехнулась.

— Я же не говорила, что парня можно касаться. Но одевать его надо. Так что, Вир, стисни зубы. Касаться не будем, не переживай. Просто будем одевать. И начнем, — прихватив за ушко ближайшую джиннию, Лиса жарко зашептала той что-то на ухо.

По мере того, как она говорила, глаза всех трех джинний потрясенно распахивались. На Вира они посмотрели через пару минут уже совсем другими глазами.

— Приносим свои извинения! — хором сказали они.

И закрутились вокруг Вира безумным вихрем. Его действительно не касались, поэтому когда полотенце упало вниз, эльф отреагировал спокойно.

Рядом, на кровати, начала появляться одежда.

Футболки, рубашки, брюки, свитера, водолазки, куртки, джинсы… Около кровати выстраивалась батарея обуви.

Последними появились пакеты с бельем, носками, шарфами, галстуки.

А следом Вира накрыло волной горячего огня.

А когда он рассеялся, джинний уже не было, а на кровати, в окружении горы шмоток сидела упоительно довольная Лиса.

— Отлично, — пробормотала она, поднимаясь с места и подходя к Виру. — Только вот так…

Подняв голову, эльф уставился на свое отражение в зеркале, чувствуя к собственному ужасу, как трещит по швам его маска спокойствия и хладнокровия.

В отражении был… легкомысленный раздолбай. По другому подобрать определение собственному отражению эльф не мог.

Джинсы с низкой посадкой, черная рубашка, с подачи Лисы расстегнутая ниже приличного на взгляд эльфа уровня. В разрезе покачивалась серебристая цепочка с кулоном в виде оскалившегося черепа. Тяжелая куртка с множеством заклепок была небрежно наброшена на плечи. На ногах были тяжелые черные полуботинки с массивной подошвой.

— Э… это что? — с ужасом спросил эльф.

— Это ты, новый ты, — усмехнулась девушка, поднимаясь с кровати, и поднимая край юбки. На бедре была кобура… Вытащив оттуда пистолет, Лиса засунула его за пояс джинс Вира. — Да, — довольно кивнула она. — Это то, что надо.

— Я переодеваться, — резко бросил Вир.

— Э не-е-е-ет! — в цепкий захват в этот раз было поймано и без того многострадальное ухо эльфа. — Ты мой милый напарник переодеваться не пойдешь. В таком виде мы сейчас с тобой отправимся врастать в ночное сообщество местного мира. И ты пойдешь именно ТАК.

— Не пойду, — отрезал эльф.

— Не пойдешь, полетишь, — пожала плечами Лиса. — Признайся, — добавила она тихо, приблизив свои губы к уху эльфа и обжигая дергающийся нервно кончик дыханием. — Тебе нравится твой внешний вид. Просто это все слишком быстро, слишком непонятно, слишком «слишком».

— Хватит, — приказал Вир.

Девушка даже пискнуть не успела, как ее скрутили.

Оказавшись прижатой к груди эльфа, с руками скрещенными на груди, и удерживаемыми Виром за спиной, чтобы не могла их никуда тянуть, Лиса покосилась в зеркало. На лице Вира была тяжелая маска.

Сила палача вырвалась на волю.

— Хорошо, — пробормотала девушка восхищенно. — Просто замечательно!

Поймав в отражении взгляд Вира, она прошелестела.

— Отпусти!

К чести эльфа надо заметить, что он сопротивлялся. Его хватило секунд на двадцать, прежде чем руки разжались, выпуская Лису на волю.

— Идеально! — пропела девушка, тут же поворачиваясь. — Подозреваю, что такую устойчивость перед чарами суккубы ты получил только благодаря дару палача, но неважно. Это настоящая находка.

Двинувшись к своему шкафу, Лиса оставила эльфа приходить в себя. Надавливать на него своей силой для того, чтобы Вир принял решение по поводу одежды, Девушка не собиралась.

Скинув свою мешковатую одежду, Лиса осталась в тонкой комбинации и чулках. А следом девушка натянула тонкую водолазку, короткую юбочку, едва-едва доходящую до середины бедра и жилеточку.

Распустила пучок, вернув волосам истинный цвет медовой рыжины и усмехнулась ошарашенно взирающему на изменения Вира.

— Вот так, — тряхнула головой Лиса.

— А говорила ничего общего с лисой нет, — вздохнул эльф. — Обманула же!

— Где обманула? — удивилась девушка.

— Вот здесь, — провел по медовым прядям подошедший ближе Вир. — Настоящая рыжина лисицы.

— О! Мне это нравится, — улыбнулась Лиса. — Теперь… На чем умеешь ездить?

— Только на лошадях, тиграх и сильфах, — отозвался коротко эльф.

— Стандартный набор, да?

— Ненавижу их, — пробормотал Вир, отступая в сторону и вдевая руки в рукава. Молнию застегивать он не стал. Только застегнул еще пару пуговиц, затем взглянул на Лису. — Отправляемся?

— И больше никаких возражений против внешнего вида? — обиделась Лиса.

— Нет, — коротко ответил эльф. — С такой девушкой, как ты, другой вид не покатит.

— Догадливый! Выдвигаемся!

… Черно-серебристый монстр, под названием мотоцикл, стоял во дворе дома. Именно с него не сводила влюбленных взглядов местная молодежь. Появившегося вторично Вира встретили теперь уже не испуганные взгляды, а откровенно «поплывшие» девичьи и злые взгляды парней. Никому из них не понравился конкурент.

А ведь эльф даже не скрыл уши. Запретила Лиса, сказав, что в этом мире это никого не удивит. Чудики, пошедшие на пластическую операцию, чтобы соответствовать персонажам из мифологии и сказок, были, есть и будут.

— Итак, — Лиса потерла ладони. — Вариант первый. Ты будешь долго и упорно учиться, как это все чудо заводится и управляется. Вариант второй. Ты никогда не будешь на таком ездить. Вариант третий. Сейчас я тебе передам азы управления этим чудом. И дальше будешь разбираться по ходу.

— Мне азы, пожалуйста, — усмехнулся Вир. — Как я понимаю, это и есть то, что наиболее мне соответствует?

— Верно. Только, Вир, ты знаешь, как суккубы передают информацию? И чем за это берут?

— Знаю.

— И все равно согласен? — удивилась Лиса, положив ладони на плечи эльфа.

Он улыбнулся.

— Но ведь тебе именно этого хочется?

Глаза девушки распахнулись, а потом она засмеялась.

— Не улыбайся так… хулигански, у меня сердце останавливается, — легко призналась Лиса, а потом махнула рукой. — Хотя нет, улыбайся. Если разобьешь мне сердце, я как-нибудь это переживу.

— Я постараюсь его не бить, — лукаво пообещал Вир, наклоняясь к девушке и накрывая губами ее губы.

О том, что надо бы передать информацию о управлении мотоциклом, Лиса просто забыла. Целовался эльф так, что не просто подгибались ноги, а плавилось все тело разом.

Когда поцелуй прервался, девушка только всхлипнула, распахнув огромные глаза.

— Так нечестно! — жалобно сказала она. — Я про все забыла!

— Правда? — Вир провел пальцами по щеке Лисы. — Я не вижу в этом никаких проблем. Мы можем повторить.

Устоять перед таким эльфом оказалось гораздо сложнее…

Но девушка призвала на помощь опыт всех своих лет и твердо покачала головой.

— Нет. Просто стой!

— Хорошо, хорошо, — согласился Вир лукаво. — Я буду просто стоять и смотреть на тебя.

— В идеале было бы если бы ты еще и глаза закрыл!

— Нет. Не дождешься. Я же должен видеть, кто меня целует!

Лиса захлопала глазами.

— Что-то у меня такое пакостное подозрение, что кое-кто, мелкий! Пытается меня соблазнить!

— Нет, — поспешно открестился эльф. — Когда пытаются, делают вот так, — изобразил он выстрел глазами в предмет своей «страсти» и тут же взгляд отвел. Снова взглянул на нее, тяжело вздохнул. Опять отвернулся, глядя себе под ноги.

Веселый заливистый смех Лисы мгновенно прервался, когда пальцы эльфа легли на ее щеку, скользнули вбок и пощекотали за ухом.

— А я, — мгновенно сместился к ней Вир, — не пытаюсь, я делаю! Представляешь разницу!

Второй поцелуй получился лучше первого, потому что Лиса ответила и попыталась даже перехватить инициативу.

А под конец, когда воздуха стало не хватать, еще и смогла вспомнить, почему вообще зашел разговор о поцелуях, и передала знания об управлении мотоциклом Виру, в надежде, что это отвлечет эльфа от поцелуев.

План сработал!

… К утру они успели разгромить одно казино и разорить второе, побывать в ночном клубе, напиться в баре и протрезветь, все-таки долгоживущие расы если и пьянеют после очень большого количества алкоголя, то на очень недолгий срок.

Впрочем, после бара скучать тоже не пришлось.

Вир, освоивший мотоцикл, нечаянно забрался на трассу неофициальной гонки местных братков, подключился к ним на третьем вираже, со значительным отставанием, и обогнал.

Лиса, крепко прижимающаяся к спине эльфа, так и не поняла, что именно взбесило братков больше. То, что заезжий придурок на мотоцикле сорвал их гонку, обогнал их, сорвал ленту победителя, которая так и осталась виться за мотоциклом, потому что Лиса оставила ее себе (понравились едва заметные узорчики, набитые на алой шелковой ткани). Или то, что к тому моменту, когда Вир вмешался в гонку, на его хвосте сидела, по меньшей мере, половина всех стражей порядка города.

Сумасшедшая гонка продолжалась несколько часов, и если в начале Лисе казалось, что их вот-вот догонят, то к концу Вир умудрился обставить всех преследователей и вырваться проулками к берегу плотины.

Остановившись, эльф повернулся к Лисе и улыбнулся, мгновенно сотворив морок отвода глаз. Кавалькада преследователей пролетела мимо, так и не найдя их.

— Отличная вышла ночь, — подытожил эльф, наблюдая за тем, как потеряв его, гонка из «Догони мотоциклиста» превратилась в «Арестуй братка».

— Я бы…. Так… наверное… не сказала, — попыталась Лиса отдышаться. — Вот уж не думала, что из тебя получится такой, немного сумасшедший гонщик…

— Почему же не думала, — уточнил Вир, глядя на нее. — Ты же сделала все, чтобы это случилось.

— Я?! — испугалась девушка под пристальным немигающим взглядом. В бирюзовых глазах клубилась тьма, и это было… страшно и волнующе.

Поймав себя на этой мысли, Лиса тяжело вздохнула, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не побиться обо что-нибудь головой.

«Я не исправима!!!»

— Ты, ты, — согласился с ней тем временем эльф. — Тихий голосок, нашептывающий мне «Отпусти себя», «Прими себя», «Познай себя» я вычленил еще когда ты меня только запихнула в душ. А потом вспомнил, что суккуб называют лучшими ментальными специалистами по снятию различного вида блокировок, границ, щитов и прочего. Соответственно, все легко собралось воедино. Ты должна была меня избавить от тех тормозов, которые мне «мешали».

Удивленно глядя на Вира, Лиса не смогла не похлопать.

— Блестящая логика! Я потрясена. Почему же ты меня не убил?

— А зачем? — удивился эльф. — Я же не палач… точнее, палач, но я не убиваю потому, что кто-то делает неправильные выводы. И признаться, — дернул он плечом, — от некоторых тормозов я избавился с удовольствием. Они, конечно, еще вернуться, но дальше я с ними сам справлюсь. А теперь пошли.

— Куда?

— Топить тебя буду, — усмехнулся Вир.

— Я буду сопротивляться, — честно сказала Лиса, сама тем не менее не в силах подняться с мотоцикла.

Эльф засмеялся.

— Да, да, сопротивляйся. Можешь даже покричать, вдруг кто услышит, — подойдя ближе, он присел на корточки, начиная разминать ноги Лисы.

Глядя на склоненную макушку, девушка не удержалась, запустила ладони в каштановые пряди, на которых кое-где поблескивала рыжина.

— Ты мне дала защиту суккуба, верно? — спросил Вир. — Я почувствовал, что какая-то магия коснулась меня. Но она была дружелюбной и обернулась вокруг меня своеобразным защитным коконом. А потом втянулась в меня окончательно, став частью меня.

— Верно, — согласилась Лиса. — Я впервые встречаю такого как ты. Ты еще на пороге появился. А мне хотелось уже запустить пальцы в твою шевелюру и поцеловать… Правда, не думала, что ты окажешься таким… таким… крышесносительным.

Вир усмехнулся, поднялся и легко подхватил девушку на руки.

— Держись крепче, — велел он, подходя к краю плотины. — У меня лучше всего получается стихий воды, она у меня профилирующая. Но иногда бывают осечки…

Волна поднялась вверх, ступеньками расстелилась под ногами, и Вир двинулся вниз, придерживая на руках Лису.

Спустившись на побережье, закрытое от любопытных глаз с одной стороны своеобразным ущельем, а с другой стороны стеной плотины, Вир опустил Лису на песок.

Размял пальцы и начал кастовать заклятье призыва.

Потихоньку на песке появился пушистый плед, пара подушек, корзина с дорогим и выдержанным вином, коробка сладостей. Скинув ботинки и следом куртку, Вир опустился на плед. Рядом с ним опустилась Лиса.

— Эй?! — возмутилась она, глядя на задумчивого эльфа. — Ты обещал меня утопить.

— В ту холодную воду я тебя не потащу, — отозвался Вир, потянув девушку на себя так, что она практически легла на его плечо. — Я тебя лучше утоплю в чувствах. Ты сама призналась, что именно такое у тебя было желание, как только ты меня увидела.

Лиса распахнула глаза, потом улыбнулась. Провела кончиками пальцев по губам эльфа.

— Ты странный… Но ты будешь лучшим. А еще тебя назовут бабником. Знаешь?

Поймав губами пальчики девушки, Вир помотал головой.

— И знать не хочу, — ответил он, отпустив Лису и открывая вино, чтобы разлить его по двум бокалам.

— Ну и не надо, — покладисто согласилась девушка, принимая свой бокал. — За что будем пить?

— За тебя?

— Нет. Давай лучше за Винтариона Астиса, новичка в Гильдии убийц?

— Нет, — отмахнулся Вир. — Ты представляешь, у этого прохиндея такая замечательная наставница и напарница, что он не пропадет. Так что, давай лучше, за наше долгое и плодотворное сотрудничество.

Лиса засмеялась, поднимая бокал вверх.

— За сотрудничество!

… Были забыты бокалы и вино.

Пушистый плед был теплым и мягким. Поцелуи наоборот горячими, объятия крепкими, а касания обжигающими.

Когда погода испортилась, Вир поставил над местом спонтанного пикника водяной зонтик, о который и разбивались порывы ветра.

Тонкие стенки дрожали, то и дело по ним пробегала радужная рябь, рождая мелодию хрустального перезвона, который тут же стихал, чтобы снова появиться. Колыбельная ветра была на удивление жизнеутверждающей.

А потом было далекое темно-серое небо, и Лиса, дремлющая на плече эльфа. Одежда была раскидана по всему пледу, но никого из них это не смущало. Вир смотрел в это самое небо своего нового мира и думал о том, что его новая жизнь началась очень необычно.

Странные белые пушистые узоры, спускающиеся с неба, прервали мысли парня, заставили эльфа смотреть на них, пытаясь понять, что это такое. Он даже приоткрыл купол, чтобы пропустить это странное чудо. Белые замерзшие кусочки упали на лицо, голое плечо и растаяли. Еще одна пушинка упала на нос эльфа, отчего тот задорно чихнул… и разбудил Лису.

— Будь здоров, — пожелала она автоматически, сев на пледе, а затем запрокинула голову вверх.

— Снег пошел… — удивленно сказала девушка.

— Снег? — спросил Вир, задумчиво изучая тонкое горло и хрупкие ключицы. И алый хищный отпечаток, оставленный им самим на нежной коже чуть пониже плеча.

— Ага… Это не то, чтобы редкость, но в это время снега еще не бывает…

— Это хорошо? — уточнил эльф.

— Это означает, что скоро придут холода, — Лиса улыбнулась. — Первые холода. А вообще первый снег хороший знак.

Вернувшись обратно в теплые объятия Вира, девушка блаженно зажмурилась.

— Снег говорит о том, что все, что было, закрасится белой краской, прикроет прошлое тонкой пеленой настоящего, тонким покровом, на котором ты сможешь написать то, что захочешь сам. Только знаешь, снег еще символ холода. Поэтому не позволяй своему сердцу леденеть. Обещаешь? — подняла голову Лиса.

Вир улыбнулся, наклонился и подчиняясь сам не зная чему, чмокнул девушку в кончик острого носика.

— Хорошо. Я буду следить за своим сердцем. Или оно за мной.

Лиса улыбнулась. Потом потянулась к губам эльфа, и мир растаял, исчез за пеленой чувств и эмоций.

… А первый снег все падал и падал. Неторопливо опускался вниз, затеивал игру в догонялки с ветром. Капельками воды скользил по тонкому радужному куполу, и осыпался вокруг пеленой белых пушинок.

Снег прикрывал землю, засыпал ее, скрывая уродливые шрамы, оставшиеся с осени, залечивал раны, обнимая своим пушистым одеялом.

Делал запасы воды, которые потом, перед весной, насытят землю, напоят ее водой, оживят природу, дав силу ей на новое перерождение.

Снег тихо падал, нежными прикосновениями касался деревьев, их ветвей, стучался в окна домов, зовя жителей на улицу погулять. Снег просто стирал все темные цвета, закрывая их своей чистой белизной.

Кто-то ловил снег на ладони, кто-то губами, кому-то снег падал на ресницы, скрывая собой потеки слез. Кому-то снег щекотал нос, кого-то дергал за уши, напоминая о необходимости головных уборов.

А около одной из серых коробок высотных домов, перед окнами седьмого этажа, кто-то вывел на снегу три простых слова:

«Я тебя люблю»…

Content

Олеся Шалюкова
Первый снег