Эмма Харрисон

Зачарованные. Сад дьявола

Глава 1

Теплые солнечные лучи приятно щекотали шею. Пейдж Мэттьюс, перевернувшись на живот, расправила загнувшийся уголок страницы глянцевого журнала, который перечитывала уже в пятый раз. В Сан — Франциско в этот день стояла безоблачная погода, и Пейдж вместе со своими сестрами Фиби и Пайпер Холлиуэл и их избранниками Коулом и Лео (как, казалось, и все население города) отправились в парк Делорес наслаждаться красотами природы. Надев темные солнцезащитные очки, Пейдж огляделась вокруг. Мимо пронеслась шумная стайка ребятишек, играющих в салки; неподалеку по зеленому газону прохаживалась, держась за руки, влюбленная парочка, нашептывая друг другу на ушко всякие нежности. Этого было вполне достаточно, чтобы свести Пейдж с ума. Она подняла глаза, обращаясь к Фиби и Коулу:

— Эй, ребята, вам случайно не хочется… —  Пейдж оборвала себя на полуслове, увидев, чем они занимаются. Коул, обмакнув во взбитые сливки аппетитную ягодину клубники, медленно погружал ее в открытый рот Фиби, а она, закинув голову назад, жмурилась от наслаждения. Ее длинные темно — русые пряди струились по плечам, касаясь голубого пледа. В таких позах они могли бы сниматься для обложки какого — нибудь слезливого любовного романчика, которыми зачитывалась Фиби. Ладно, ерунда. — Пейдж, неприязненно покосившись на сестру, отвернулась: Фиби, хихикнув, впилась зубами в сочную алую мякоть.

— Эй, вы! — с другого конца расстеленного на траве пледа окликнула Пайпер до приторности сладкую парочку. — Кто — то обещал, что будет сегодня хоть немного… скромнее. — Ее собственный объект воздыханий, муж Лео, почти сразу был вынужден уйти, что обеспечило ей временное членство в клубе одиноких сердец. Все трое с виноватыми лицами повернулись к Пейдж. На ее молочно — белой коже яркими пятнами проступил румянец обиды и раздражения. Не надо так на меня смотреть, — сказала она, садясь и захлопывая журнал. Тщетно пытаясь сохранять невозмутимый вид, она потуже стянула резинкой забранные в хвост волосы. — Если у меня несколько месяцев не было парня и на ближайшее будущее тоже абсолютно нулевые перспективы, это еще не означает, что вокруг меня надо ходить на цыпочках. Нет. Но Пайпер все равно права, — вздохнула Фиби, на пару дюймов отодвигаясь от Коула. — Нельзя все время выставлять напоказ свои чувства. Говори за себя, — усмехнулся Коул, травинкой пощекотав ей шею. Коул! — взвизгнула Фиби и, засмеявшись, хлопнула его по руке. — Успокойся. Извини! — Коул обиженно надул губы, что совсем не вязалось с его мужественным видом и грубоватыми манерами. — Если хочешь, можешь минут на пять пойти прогуляться — будь уверена, я проведу эти пять минут с большей ПОЛЬЗОЙ; — Эй! Хватит! — замахала руками Пейдж. — Коула опасно оставлять одного. А то вдруг явится какой — нибудь уродец из потустороннего мира, похитит его, и тогда встречи с ним ждать придется долго. Пейдж снова открыла журнал и попыталась углубиться в чтение, но, глядя на яркую глянцевую страницу, не могла сосредоточиться ни на одном слове. Мысли ее занимало другое: как примириться с появлением в ее лексиконе слов вроде «нечисть» и «потусторонний мир». Еще совсем недавно Пейдж была совершенно обычным человеком, работала, жила нормальной жизнью и была вполне счастлива, не подозревая о мистических реалиях. Но теперь, когда она повстречалась с Пайпер и Фиби, ей чуть ли не каждый день приходилось сталкиваться с непривычными, необъяснимыми вещами. Взять хотя бы то, что ее настоящая мать — ведьма. Мало того, ее отец к тому же был Рыцарем Света. Было ясно, что при таких родителях Пейдж просто обязана была обладать мощным потенциалом. Очень скоро она обнаружила, что может не только телепортироваться — исчезать в одном месте и появляться в другом, — но и подобным образом перемещать са — мые разные предметы. Пейдж была сильной ведьмой, одной из Зачарованных, и когда они с сестрами собирались вместе, одолеть их не мог ни один демон, ни один колдун… Никто и ничто, кроме изнуряющей жажды любви.

— Наконец — то! — вдруг воскликнула Пайпер, выводя Пейдж из задумчивости. По ее ворчливому тону Пейдж поняла, что Пайпер об — ращается к своему мужу Лео, тоже Рыцарю Света, который вновь присоединился к компании.

— Это вам, прекрасная дама, — сказал Лео, протягивая Пайпер огромный букет полевых цветов. Пайпер взяла цветы, светясь от счастья, но, оглянувшись на Пейдж, поспешила умерить свою радость.

— Спасибо! Ты принес цветы… всем нам! — громко провозгласила Пайпер и, смущенно кашлянув, быстро разделила букет на три части — одну оставила себе, вторую отдала Фиби, третий пучок, побольше, вручила Пейдж. — Лео всегда такой внимательный, правда? — улыбнулась она, заправляя за ухо прядь прямых тем — но — русых волос.

— Ладно тебе, Пайпер, — буркнула Пейдж, глядя на цветы.

— Так. Чем я провинился? — осторожно спросил Лео, усаживаясь рядом с Пайпер.

— Ничем, — с легкой усмешкой сказала Пейдж. — Они просто пытаются отвлечь меня от мыслей об одиночестве. И им это плохо удается.

— А — а, — протянул Лео с участливой улыбкой на лице. — Могу я чем — нибудь помочь? Кроме того, конечно, чтобы дарить цветы?

— Ага. Можешь познакомить меня с кем — нибудь из Рыцарей Света? — спросила Пейдж, меняя позу. Лео бросил на Пайпер встревоженный взгляд. Та отвела глаза, нервно потирая шею, — явный признак того, что ей не хотелось бы затрагивать эту тему.

— Ну…

— Да ладно вам! — с досадой проговорила Пейдж, покусывая нижнюю губу. — Где еще могу я найти себе парня, который с пониманием от — носился бы к моему геройскому образу жизни?

— Не стоит, Пейдж. Можешь мне поверить, — сказала Пайпер, надрывая упаковку салфеток, которые, подхваченные ветром, тут же разлетелись во все стороны. Пейдж озадаченно посмотрела на сестру, изумленная вне — запной сменой ее настроения.

— Нам с Пайпер пришлось пройти через многое, чтобы быть вместе, — объяснил Лео, жестом останавливая Пайпер, с губ которой готовы были сорваться неосторожные слова. — Силы Бытия сделали почти невозможное, чтобы помешать нашему браку. Я бы не пожелал пережить такое никому. Особенно тебе.

— Хорошо, — вздохнула Пейдж. Обычно ей нравилась в Лео его манера всех опекать, но сейчас ей хотелось бы видеть в нем не старшего брата, а, скорее, друга. К сожалению, было ясно, что надеяться на это не приходится, и поэтому Пейдж решила обратиться к другому испытанному средству против депрессии — сладостям. Она порылась в плетеной корзине в поисках крендельков в шоколадной глазури… Фрукты… крекеры… сыр… — Хм… Пайпер? — Пейдж перестала копаться в корзине и с подозрением посмотрела на сестру. — где мои крендельки? Пайпер моргнула и шлепнула себя ладонью по лбу.

Ой, извини! Я совсем про них забыла, — сказала она. — Зато я испекла печенье. В знак перемирия она протянула сестре коробку. Пейдж заглянула внутрь. Там были маленькие печенья, видом напоминающие кусочки масла, с фруктовым желе в середине. Йогурт и фрукты. Разве это печенье? Ладно, спасибо хоть на этом. — Пейдж была раздражена и обижена. С одной стороны, вроде бы не с чего. Ну подумаешь, какое дело — забыла Пайпер какую — то мелочь, о которой ее попросила сестра. Она совсем замоталась со своим клубом и с вечной борьбой со злом. И все же разве так трудно выполнить одну маленькую просьбу?…

— Слушай, Пейдж, не дуйся. — Фиби встала и, одернув юбку, протянула Пейдж руку. — Пойдем лучше возьмем мороженого у того паренька — разносчика, Он такой симпатичный. Пейдж засмеялась:

— Ты что, думаешь, он мне подходящая пара?

— Ну а если да? Тогда ты утолишь не только свою тягу к сладкому, но и заодно сердечную тоску, — усмехнулась Фиби, — Ну что, стоящее дело? Пейдж скорчила недовольную мину, но все же подала руку Фиби и позволила той помочь поднять себя на ноги. Кто знает? Быть может, этот парень — мороженщик действительно ее судьба. А если нет, она утешится хрустящим вафельным рожком.

Фиби Холлиуэл, шагая по парку рука об руку с Пейдж, в душе чувствовала себя вполне довольной. В ее жизни, посвященной почти без остатка исполнению священного долга Зачарованных, иногда выдавались спокойные дни, когда не нужно было сражаться со злом, когда на ее друга не покушались коварные демоны, когда она могла беззаботно наслаждаться отдыхом на природе в кругу своей семьи.

— Значит, тебя задевает наше сочувствие? — спросила Фиби, почесав кончик носа, и искоса взглянула на сестру. Знаешь, трудно не ощущать свое одиночество, когда живешь рядом с двумя идеальными парами, — со вздохом ответила Пейдж. — Не пойми меня неправильно — я рада, что вас все так хорошо. Просто я тоже хочу быть счастливой. Фиби понимающе улыбнулась. Еще совсем недавно ее саму терзали такие же мысли. И только когда она перестала об этом думать и вернулась в колледж, ей повезло и она встретила Коула. Правда, как только она влюбилась в него, выяснилось, что он полудемон, которого послали разделаться с Фиби и ее сестрами. Но с тех пор Коул уже давно перестал служить злу и посвятил свою жизнь добрым делам — из — за чего на него теперь вели охоту демоны — мстители, жаждавшие его крови: похоже, в преисподней тоже не жаловали предателей. Ты обязательно кого — нибудь встретишь, — заверила Фиби Пейдж, смахивая со лба разметавшиеся на ветру пряди волос. — Обычно это происходит в самый неожиданный момент. В этот миг перед глазами Фиби мелькнула яркая вспышка, и она, коротко вскрикнув, заслонила лицо руками, а когда обернулась посмотреть, что это было, едва не расхохоталась. В паре футов от нее на траве лежал ярко — красный диск для фрисби.

— Что, страшно? — ехидно усмехнулась Пейдж.

— Наверное, я просто уже разучилась расслабляться, — вздохнула Фиби, сокрушенно качая головой. Она подняла глаза и увидела бегущую к ним симпатичную темнокожую девушку на пару лет младше Пейдж. Фиби подобрала диск с земли, собираясь бросить его незнакомке, но рука ее замерла в воздухе. Видение ослепило, оглушило ее с такой силой, что она на мгновение крепко зажмурилась, сжимая в руке пластмассовый диск. Фиби увидела девушку — негритянку: захлебываясь в истошном крике, та с ужасом глядела на уродливое чудовище, протягивающее к ней огромные лапы с длинными и острыми как бритва когтями. Бедняжка, попытавшись укрыться за перевернутым столом, сопротивлялась, как могла, но в пять секунд чудовище разорвало ее в клочья.

— Фиби? Что с тобой? — вернул Фиби в действительность взволнованный голос Пейдж. Видение померкло. Фиби почувствовала, что Пейдж поддерживает ее сзади, и мысленно поблагодарила сестру зато, что та оказалась рядом. Если бы Фиби осталась наедине с этим кошмарным видением, она рухнула бы на землю как подкошенная. Пейдж выдернула из ее руки пластмассовый диск — Фиби задышала ровнее, начиная понемногу приходить в себя.

— Что ты видела? — спросила Пейдж. Но Фиби пока не могла произнести ни слова. Все было так реально, словно это происходило с ней. Фиби сжала руку Пейдж. Ее видения с каждым днем становились отчетливее и ярче и иногда запечатлевались в памяти надолго, особенно когда невинные люди страдали без всякой видимой причины.

— Спасибо! — запыхавшись от бега, отрывисто поблагодарила девушка. — Я уже устала гоняться за этой штукой. — Она взяла протянутый ей Пейдж диск, не обращая внимания на мертвенную бледность Фиби.

— Узнай, кто она, — чуть слышно шепнула Фиби сестре.

— Э… постойте! А мы случайно раньше не встречались? — окликнула Пейдж девушку и, отпустив Фиби, которая покачнулась, но сумела удержаться на ногах, с широкой улыбкой шагнула к незнакомке. Девушка с сомнением посмотрела на Пейдж.

— Возможно. Знаете, у меня отвратительная память на лица, — сказала она. — Вы учитесь в школе «Сан-Франциско Стэйт»? — Ага! — соврала Пейдж, задумчиво почесывая щеку, словно что — то припоминая, а потом сунула руки в задние карманы джинсов и спросила: — А мы не могли быть вместе… в группе английского в прошлом семестре?

— По художественному стилю? Ну конечно! — просияла незнакомка и протянула Пейдж; руку: — Я Регина Трейджер.

— Регина! Красивое имя, — сказала Пейдж, к пожимая девушке руку. — А я Пейдж Мэттьюс.

— Приятно было с вами познакомиться, — улыбнулась Регина. — Извините, мне пора к друзьям. — Окинув сестер на прощанье испытующим взглядом, она побежала к стайке оживленно болтающих девушек.

— Регина Трейджер, — чуть слышно повторила Фиби. — Могу поспорить, она даже не подозревает, что ее ждет. Пайпер бросилась к сестре, заметив, что та еле стоит на ногах, и подхватила ее под руку.

— Эй, с тобой все в порядке? — спросила она, убирая со лба Фиби волосы и пристально вглядываясь в ее лицо.

— Да, все хорошо, — дрожащим голосом ответила Фиби. Вытерев о юбку взмокшие ладони, она прерывисто вздохнула: — Девочке нужна наша помощь.

— Что произошло в твоем видении? — спросила Пейдж, не скрывая беспокойства. — Я думала, ты грохнешься в обморок.

— Это был демон, — ответила Фиби и внутренне содрогнулась, вспоминая увиденную картину. — Громадная чешуйчатая тварь с метровыми когтями… — Она машинально посмотрела на Регину, которая снова побежала за своим диском, упорхнувшим уже в другую сторону. Он ведь не… убил ее, правда? — спросила Пейдж, проследив направление взгляда сестры.

— Убил, — кивнула Фиби. — Причем зрелище было не для слабонервных. Пайпер обняла сестру за плечи и прижалась к ее щеке. Фиби благодарно улыбнулась.

— Не волнуйся, — сказала Пейдж. — Сейчас мы вернемся домой, найдем этого монстра в «Книге Теней» и узнаем, как его уничтожить.

— Да, надо торопиться, — встрепенулась Фиби. — Если это чудище доберется до Регины быстрее нас, не хотела бы я оказаться на ее месте.

Глава 2

Когда сестра вернулись домой, Пайпер чувствовала себя, мягко говоря, неловко. Фиби все еще была бледная как мел и дрожала — Пайпер знала, что она постоянно прокручивает в голове кадры кошмарного «фильма», чтобы не забыть ни единой детали. Пайпер была ненавистна сама мысль, что сестре приходится так страдать. Даже несмотря на то, что видения Фиби помогли Зачарованным спасти множество невинных людей и уничтожить целое полчище демонов, Пайпер хотела, чтобы они посещали Фиби не столь часто.

— Фиби, может, присядешь на минутку? — окликнула она Фиби, которая сразу же пошла наверх. — Я заварю тебе чай.

— Пайпер, на это у нас нет времени, — сказала Фиби, держась рукой за перила. — Нужно узнать заклинание, найти Регину и выяснить, где она живет. Так что с чаем придется подождать. Хорошо, хорошо, ты права, — неохотно признала Пайпер. — Но при первой же возможности ты отдохнешь. Пайпер вслед за Фиби и Пейдж поднялась по лестнице на чердак, где хранилась «Книга Теней». Она никак не могла отделаться от тревожного предчувствия, что на этот раз они ввязались в особенно неприятную историю, и всей душой желала, чтобы рядом был Лео. Когда в парке девушки объявили, что отправляются домой покопаться в книге, Лео решил поговорить насчет этого со Старейшинами и молниеносно улетучился. Пайпер восхищалась чувством долга Лео и уважала его независимость, но почему он исчезает всегда именно в такой момент, ког — да он ей так нужен! Коул тоже куда — то исчез, как только сестры собрались домой. Ему было необходимо почаще менять местонахождение, чтобы мстители не могли напасть на его след. «Интересно, как Фиби это делает?» — думала Пайпер, глядя на сестру, которая, как только оказалась на чердаке, бросилась к «Книге Теней» и принялась перелистывать толстые, пожелтевшие от времени страницы.

— Ага! Вот он! — воскликнула Фиби, ткнув пальцем в книгу.

— М-м… этот? — переспросила Пейдж, склоняясь над страницей и с отвращением всматриваясь в уродливые черты. — Привет, Фредди Крюгер. Не особенно горя желанием после такого эпитета разглядывать новый объект возмездия, Пайпер все же подошла к сестрам. Те посторонились, чтобы она могла заглянуть в книгу.

— Аплакум, — с замиранием сердца прочла Пайпер надпись над рисунком. — Да уж, такое не приснится в самом кошмарном сне. Аплакум был громадным неуклюжим существом, сложением напоминающим футболиста — великана. Все тело его было покрыто чешуей, а на каждой руке было по семь пальцев с длинными острыми когтями. Судя по угрюмому выражению уродливой физиономии, в жизни Аплакума было мало радости.

— Здесь почти ничего не написано, — заметила Пайпер, переворачивая страницу. — Ни слова о том, что ему нужно, почему и как он убивает.

— Как — мы и сами знаем, — сказала Пейдж, поморщившись.

— К тому же здесь есть заклинание, способное его уничтожить, — добавила Фиби. — А больше ничего и не требуется. Мы сможем разделаться с ним до того, как он убьет свою жертву.

— Ладно, я перепишу его. Аты, Пейдж, может, пока выяснишь, где живет эта Регина Трейджер? — предложила Пайпер. Хорошо. — Пейдж, развернувшись на каблуках, вышла из комнаты. Пайпер взяла с подоконника блокнот и ручку и стала переписывать уничтожающее заклинание. К нему прилагался состав зелья, и было необходимо записать точное количество всех его компонентов. Одна неточность, и кто знает, чем это может обернуться. Заклинание вместо того, чтобы уничтожить Аплакума, могло сделать его сильнее. Магия — дело тонкое. Идем, Фиби, — сказала Пайпер, вырывая из блокнота листок с переписанным заклинанием. — Пойдем попьем чаю.

— Отличная идея, — улыбнулась Фиби, кончиками пальцев осторожно массируя виски. Сестры спустились с чердака в гостиную и, пока не прошли в кухню, не обменялись друг с другом ни словом. Пайпер украдкой бросала на сестру тревожные взгляды: сегодня Фиби была на редкость молчалива. Пайпер налила в чайник воды, поставила его на плиту и включила горелку на полную мощность. Потом поверну — лась к Фиби.

— Так, что случилось? — спросила она. — Ты никогда столько не молчала. Мы уже выяснили, как уничтожить демона, так что же еще тебя беспокоит?

— Ничего, — поколебавшись, ответила Фиби, медленно усаживаясь на один из табу — ретов вокруг стойки в центре кухни.

— Что — то мне в это не верится.

— Не знаю… У меня такое странное ощущение, что в моем видении, кроме девушки и демона, был кто — то или… что — то еще, — призналась Фиби, сцепляя пальцы. — Какая — то злая сила. Странно, да?

— Ты видела еще что — то? — спросила Пейдж, в этот момент вошедшая в кухню с телефонным справочником в руках.

— Нет, это всего лишь ощущение, — пожав плечами, ответила Фиби. — Какое — то тревожное чувство.

— Что ж, возможно, это оттого, что видение было особенно сильным, — предположила Пейдж, садясь на соседний табурет и открывая толстый справочник. — Наверное, это просто побочный эффект. Пайпер с надеждой взглянула на Фиби.

— Ну, что скажешь? — спросила она, открывая «волшебный шкаф», где хранились компоненты и принадлежности для магических ритуалов. Пайпер, непревзойденный кулинар, предпочитала держать все это подальше от своих приправ, чтобы ненароком не всыпать птичий помет в какое — нибудь блюдо.

— Может быть, — неуверенно протянула Фиби.

— Нашла! — радостно объявила Пейдж, с довольной улыбкой глядя на страницу. — Она живет в одном из домиков женского общежития на территории университета.

— Слава богу, что ее имя оказалось в справочнике, — с облегчением вздохнула Фиби. — Это хоть что — то.

— Отлично, все идет как надо, — сказала Пайпер, постаравшись вложить в свой голос как можно больше уверенности. Нагнувшись, она достала из шкафа несколько глиняных горшочков и мисок из нержавеющей стали. — Приготовим зелье и отправимся прямо туда, чтобы опередить Аплакума. А еще я сделаю нам защитные амулеты на случай, если твои, Фиби, предчувствия насчет злой силы оправдаются.

— Пайпер встала и поставила миски на свободные горелки, затем выдвинула ящик и, достав три алых кристалла, наполнила самый маленький горшочек водой из бутылки, извлеченной из холодильника.

— Туда нужно добавлять «Польскую весну»? — удивленно вскинула брови Фиби.

— Чем чище вода, тем лучше, — наставительно проговорила Пайпер. Она зажгла газ, подождала, пока закипит вода, и, бросив в бурлящую жидкость несколько ингредиентов зелья, перемешала все деревянной ложкой. Когда вода приобрела яркорозовый оттенок, Пайпер опустила в смесь кристаллы — из горшочка пыхнула нежно — розовая струйка воздуха и заклубилась белым дымком. Пайпер, кивнув с довольным видом, выловила кристаллики из воды и, выплеснув содержимое горшочка в раковину, протянула по одному Пейдж и Фиби, а оставшийся взяла себе.

— Надо же, холодный, — изумилась Пейдж, вертя на ладони теперь белоснежный кристаллик и разглядывая его на свет. — Зачем это?

— Вечером возьмешь его с собой — он будет оберегать тебя от злых сил, — объяснила Пайпер, опуская свой кристалл в карман.

— Ого. Ты становишься настоящим профес — рионалом, — искренне восхитилась Фиби. Пайпер, явно польщенная, вспыхнула и повела плечом.

— Делаю, что могу: — усмехнулась она и занялась приготовлением зелья, которое должно было уничтожить Аплакума, надеясь, что сестра не напрасно восхваляла ее талант. Ибо сейчас от этого зависела жизнь Регины. Ты не могла бы чмокать чуть тише? — с раздражением спросила Пайпер, глядя на отражение Пейдж в зеркале заднего обзора. Извини, — сказала Пейдж, поводя плечами, и снова сунула карамель на палочке за щеку. — Вот если бы ты дала мне сесть за руль… А какое это имеет отношение к конфете? — удивилась Пайпер, хмурясь, как строгая няня, отчитывающая самого непослушного малыша на детской площадке.

— Просто я не понимаю, почему ты не даешь мне повести машину? — жалобно протянула Пейдж. — Это потому, что я самая младшая?

— Нет. Потому, что ты не можешь проехать мимо почты, не врезавшись в почтовый ящик, — отрезала Пайпер. Пейдж залилась ярким румянцем.

— Тогда я просто не заметила. Тот ящик будто вырос из — под земли, — принялась защищаться она.

— Не вижу, в чем проблема, — резким тоном проговорила Пайпер. — У тебя есть собственная машина.

— Да, но это полная развалина, — возразила Пейдж.

— Возможно, потому, что кто — то сделал ее развалиной, — язвительно усмехнулась Пайпер.

— Девочки! Может, не будем сейчас ссориться? — вмешалась Фиби. — Вы что, забыли, зачем мы здесь? — Она по очереди смерила сестер строгим взглядом. Пейдж, умолкнув, со вздохом откинулась на спинку сиденья. Она уже знала, что, когда Фиби в таком настроении, лучше ей не прекословить. Это случалось крайне редко, но спорить с Фиби в такие минуты было просто опасно. Пейдж еще раз вздохнула и уткнулась в окно, разглядывая дом, где жила Регина. Это было утопающее в цветах и зелени длинное белое здание, больше похожее на курортный домик, чем на студенческое общежитие. Сестры остановились в тени деревьев через дорогу напротив и больше часа просидели в машине, мучаясь от безделья. За все это время они не увидели ни единой живой души, кроме одинокого велосипедиста. Когда они подъехали к общежитию, Пейдж позвонила в дверь, и ей сказали, что Регина ушла на свидание. Поскольку в видении Фиби монстр напал на Регину в ее спальне, девушки решили, что, пока она не вернулась к себе, ей ничто не грозит, и стали следить за общежитием, поджидая Аплакума.

— Не понимаю, как ты можешь есть столько сладкого, — сквозь зубы процедила Пайпер.

— А что мне еще остается? — огрызнулась Пейдж. — У вас мужчины — у меня конфеты. Она заметила, что Фиби с Пайпер обменялись виноватыми взглядами, но ей было все равно. По крайней мере не будут больше к ней цепляться.

— Не могу понять одного: почему этот Аплакум собирается убить ни в чем не повинную студентку колледжа, — сказала Пейдж, вынимая карамель изо рта и глядя на проходящих мимо ребят с рюкзаками и учебниками под мышкой. — Думаете, она ведьма?

— Кто знает? — ответила Фиби. — Может, у нее есть что — то, что нужно Аплакуму.

— Ага, вроде средства для укрепления ногтей, — пошутила Пайпер. Пейдж засмеялась и, посмотрев в зеркало, встретилась взглядом с Пайпер. Та улыбнулась, и Пейдж сразу стало легче на душе. До недавнего времени она была единственным ребенком в семье и теперь не переставала удивляться, как между сестрами быстро забывались обиды, если случалось повздорить. Как это здорово, когда у тебя есть сестры. Кстати, встречаются демоны, которые убивают просто так, для собственного удовольствия, — сказала Фиби, нервно теребя край свитера. — Не знаю, как вам, а мне кажется, что этот как раз из их числа. На мгновение повисла гробовая тишина, пока Пейдж и ее сестры размышляли над сказанным, и из задумчивости их вывел шум приближающейся машины. Пейдж в волнении подалась вперед: у дома остановился компактный красный кабриолет, водитель заглушил двига — тель. Из машины выпорхнула Регина, смеющаяся, раскрасневшаяся, счастливая. Вслед за ней вышел ее спутник — красивее парня Пейдж не встречала.

— Ого! — восхитилась Пейдж. — Регина умеет выбирать себе пару. Парень Регины был высокий, стройный, темноволосый и с глазами такой голубизны, что Пейдж даже в полумраке, на расстоянии нескольких ярдов могла различить, что они голубые. Когда он улыбнулся Регине и взял ее за руку, сердце Пейдж учащенно забилось. Прежде у нее никогда не вызывала столь бурной реакции мужская улыбка, тем более адресованная не ей. Парень был одет в сногсшибательный костюм и держался с уверенным видом человека, знающего себе цену. Пейдж поймала себя на том, что едва не истекает слюной, и поспешно сунула в рот леденец.

— Это точно не демон, — заметила Пайпер.

— Я бы не стала говорить об этом так уверенно. Помнишь парня по имени Коул? — усмехнулась Фиби и, когда Регина и ее спутник вошли в общежитие, распахнула дверцу машины. — думаю, нам надо взглянуть на него поближе.

— Зачем? Ради безопасности Регины или тебе сегодня охота пошпионить? — буркнула Пайпер. И все же вместе с Пейдж они вышли из машины и, стараясь не шуметь, осторожно прикрыли дверцы. Сестры перешли дорогу и крадучись направились к общежитию. Когда Регина вошла в здание, свет не зажегся ни в одном окне с фасада, поэтому они на цыпочках обогнули здание и в окне на первом этаже увидели четкие силуэты девушки и ее парня.

— Это она, — затаив дыхание, прошептала Фиби, пригибаясь, — Это та самая комната из моего видения. Пейдж сглотнула, пытаясь заглушить страх, и приподняла голову посмотреть. Регина и ее парень стояли в центре комнаты, он что — то сказал, и оба засмеялись. Теперь Пейдж смогла рассмотреть парня получше: он был на несколько лет старше Регины. Определенно ему уже перевалило за двадцать, и, судя по всему, он не бедствовал — стоило только взглянуть на безупречно сшитый костюм из дорогой ткани и новенькие, отполированные до блеска ботинки. Вдруг он привлек Регину к себе и поцеловал долгим, нежным поцелуем. Пейдж вздрогнула, охваченная внезапным порывом необъяснимой ревности. Она понимала, что подсматривать неприлично, что надо отвернуться, но не могла отвести глаз от целующейся пары и продолжала смотреть, отчаянно завидуя той, на месте которой ей очень хотелось сейчас оказаться. И тут мелькнула желто — зеленая вспышка, и в углу комнаты Регины появился Аплакум. У Пейдж перехватило дыхание. Демон в трехмерном цветном изображении оказался еще уродливее и страшнее, чем в «Книге Теней». Он испустил хриплый рык, и влюбленные отпрянули друг от друга.

— Боже мой, — вырвалось у Пейдж. Трясущиеся пальцы ее впились в локоть Пайпер.

— Пора! — крикнула Фиби, выпрямляясь. Она кинулась на крыльцо и ногой вышибла дверь, сорвав ее с петель, и в этот миг тишину разорвал оглушительный визг Регины. Пейдж и Пайпер взбежали по ступенькам и вслед за Фиби бросились в комнату девушки. Регина, присев, прижалась спиной к столу, крича и закрывая руками лицо. На нее надвигался Аплакум. Он уже замахнулся чешуйчатой лапой, готовясь нанести удар. В воздухе сверкнули стальным блеском длинные лезвия когтей.

— Пайпер! — вскрикнула Фиби. Пайпер вскинула руки и заморозила комнату. Острые когти Аплакума застыли всего в нескольких дюймах от лица перепуганной девушки.

— Уф, успели, — выдохнула Фиби, рукой сватаясь за сердце.

— Ну и что будем делать? — спросила Пейдж, оглядываясь на друга Регины, который лежал на полу, видимо сбитый с ног чудищем до того, как сестры ворвались в комнату. Пайпер достала из кармана бутылочку с зельем, которое она состряпала днем.

— Фиби, когда я разморожу демона, ты его отвлечешь. Только держись подальше от когтей. Фиби кивнула и встала рядом с неподвижной Региной, приготовившись к схватке. Пейдж, ты берешь Регину и парня и выводишь их из комнаты, — продолжала Пайпер. — Здесь слишком тесно, а нас слишком мнoгo. Но как можно скорее возвращайся назад. Ты нам будешь нужна для заклинания. Поняла, — кивнула Пейдж.

— Хорошо. Тогда начинаем. Пайпер щелкнула пальцами, и слух вновь резанул пронзительный визг. Фиби изо всех сил ударила Аплакума ногой туда, где должен был, по идее, находиться его живот — при его комплекции определить, где у него что, было сложновато. В тот момент, когда чудище отлетело на несколько футов назад, Пейдж схватила Регину за руку, оттаскивая ее от стола. Тебе надо бежать, — сказала она девушке, крепко обнимая ее дрожащие плечи. Регина в истерике обернулась: Фиби взмыла в воздух, едва увернувшись от когтей Аплакума.

— Где Мика? — крикнула Регина.

— Я здесь, — отозвался Мика, поднимаясь на ноги. Он встретился взглядом с Пейдж и отшатнулся, словно от удара. Несмотря на происходящее, Пейдж на мгновение ощутила его странную притягательность; комната, сестры, когтистый монстр — все в этот миг словно исчезло. Если его глаза были красивыми издалека, то вблизи они казались просто неземными. Мика отвел взгляд, и Пейдж вышла из транса. Она моргнула, а он огляделся по сторонам, приходя в чувство.

— Быстрее. Идем отсюда, — сказал он, схватив Регину за руку и увлекая ее к двери. Пейдж услышала, как он пытается утихомирить собравшуюся в коридоре толпу студенток.

— Я больше не могу! — крикнула Фиби, увертываясь от когтей Аплакума и молниеносным ударом подсекая ноги демона. Он рухнул на пол, сшибая торшер и переворачивая письменный стол.

— Давай, Пайпер! — крикнула Пейдж. Пайпер швырнула на пол бутылочку с зельем, она разбилась — в воздух взметнулся столб багрового дыма, скрыв Аплакума из вида. Фиби, перемахнув через кровать, опустилась рядом с сестрой, Пейдж встала с другой стороны. Пайпер, держа листок с уничтожающим заклинанием в вытянутой руке, чтобы всем троим был виден его текст, стала вместе с сестрами читать: Вольный ветер, верный наш брат, Верни демона в огненный ад! Аплакум испустил последний страшный рык и исчез в красной вспышке. С пола вдруг поднялся вихрь, пронесся по комнате, разметав волосы Пейдж и срывая со стен пришпиленные плакаты и фотографии Регины, и также внезапно стих. Аплакум был уничтожен.

— Это не ветер — целый смерч, — проговорила Пайпер, снимая с волос приставшую бумажку.

— Проверим, все ли пальцы целы? — Фиби зажмурилась, вытягивая перед собой дрожащие руки. Пейдж посмотрела на сестру.

— Все на месте в количестве десяти единиц, — усмехнулась она.

— Фу, — выдохнула Фиби, открывая глаза и улыбаясь. — Давайте поклянемся впредь никогда не сражаться ни с чем подобным. На секунду гул в коридоре стал громче, и в комнату ворвались Мика и Регина. Регина окинула взглядом свою спальню и в полном шоке медленно опустилась на пол.

— Все в порядке! — высунувшись в коридор, крикнул Мика и захлопнул дверь.

— Он исчез? — дрожащим голосом спросила Регина.

— Да. Не волнуйся. Ты больше никогда его не увидишь, — сказала Фиби, погладив Регину по голове. Девушка подняла на Фиби сверкающие слезами глаза и благодарно улыбнулась.

— Что это было? — ошарашенно спросила она.

— Мы надеялись, что ты нам ответишь, — спокойным тоном сказала Пайпер. — Не знаешь, почему он явился именно к тебе?

— Ущипните меня, чтобы я проснулась, — криво усмехнулась Регина. — Никогда не видела ничего подобного ни в фильмах ужасов, ни в ночных кошмарах… которые, кстати, мне теперь гарантированы.

— Это трудно объяснить, — сказала Фиби, переводя взгляд с Мики на Регину. — Просто мы ведьмы, сражаемся со всякой нечистью и будем вам очень благодарны, если вы не станете никому об этом рассказывать.

— Ведьмы? — удивленно переспросил Мика, с любопытством разглядывая сестер. Когда он посмотрел на Пейдж, сердце ее бешено заколотилось, но она лишь с деланным равнодушием пожала плечами и натянуто улыбнулась. Мика прыснул. — Ну, как бы то ни было, мы очень благодарны вам за помощь, — сказал он, опускаясь на пол рядом с Региной и нежно беря ее за руку. — Если бы не вы, не знаю, что бы с нами было.

— Да, — кивнула Регина, сжимая руку Мики. — Спасибо вам за все.

— Не стоит нас благодарить, — сказала Пайпер и, переступив через разбитый торшер, направилась к выходу. — Желаю вам приятных сновидений, — улыбнулась она Регине. — Теперь вам ничто не грозит.

— Извините за беспорядок, — сказала Пейдж, когда Пайпер и Фиби выскользнули за дверь. Она двинулась было за сестрами, но в этот момент встретилась взглядом с Микой и застыла на месте. Его голубые, глубокие как море глаза так манили, притягивали ее к себе, что Пейдж едва не бросилась к нему в объятия. «Что ты себе возомнила? Это просто благодарность, — одернула она себя. — Возьми себя в руки». И все же, выходя в коридор, она почти физически ощущала на себе взгляд Мики. Каждый дюйм ее тела дрожал от возбуждения. До сих пор она не испытывала ничего подобного ни к одному парню. Тем более с самой первой встречи. Может быть, это и есть любовь с первого взгляда?

Глава 3

— Доброе утро! — приветствовала Пайпер Фиби, которая, потягиваясь и сладко зевая, вошла в кухню, Пайпер определенно была жаворонком. Она всегда вставала рано, тем более в такое ясное, солнечное утро, после сражения демоном, завершившегося полной победой и с нулевыми потерями. Мне кажется, это нам было не нужно, — сказала она с улыбкой, вынимая свой защитный кристаллик и кладя его на стол напротив Фиби, которая потягивала кофе, пробегая глазами утреннюю газету. — Эй, оставь развлекательный раздел для Пейдж. Утро будет испорчено, если она не прочитает колонку с последними светскими сплетнями. Пайпер подошла к холодильнику и достала графин с апельсиновым соком. Когда же обернулась и посмотрела на Фиби, поняла, что что — то не так. Фиби, как всегда аккуратно причесанная, одетая сегодня в розовый топ и полосатую юбку в тон, смотрела в пространство отрешенным взглядом, хотя перед ней была раскрыта газета с любимой воскресной колонкой, посвященной новым направлениям в моде.

— Смотри, у нас опять завелись сороконожки, — с невинным видом проговорила Пайпер, предвкушая появление на лице сестры испуганного выражения. Но когда ожидаемой реакции не последовало, она пожала плечами и со стуком поставила графин на столешницу. — Эй, ты сегодня на какой планете? — спросила Пайпер, поводив рукой у Фиби перед глазами. Фиби, часто заморгав, посмотрела на чашку с кофе с таким видом, будто она только что появилась у нее в руках.

— Извини, — сказала она, улыбнувшись и поставив чашку на стол, со вздохом запустила пальцы в волосы. На запястье мелодично звякнули тоненькие серебристые браслеты. — Я думала о вчерашнем вечере.

— И о чем же? О демоне или о благодарных счастливчиках? — спросила Пайпер, наливая сок в высокий бокал.

— Вообще — то о Мике, — сказала Фиби, растирая сложенные на коленях руки, словно ее вдруг пробрал озноб. — Могу поклясться, что я уже видела этого парня раньше, только не могу вспомнить где. Промучилась всю ночь.

— Ну… может, он присутствовал в твоем видении, — предположила Пайпер, отхлебывая сок. — Ведь он тоже находился в комнате, верно? Фиби сузила глаза, размышляя, потом покачала головой.

— Не знаю, — огорченно вздохнула она. — Не думаю. Но даже если ты права, разве это не повод для тревоги?

— Почему? — удивленно наморщила лоб 1айпер. Помнишь, я сказала, что в видении было ощущение присутствия в комнате чего — то недоброго? — с расстановкой проговорила Фиби, подаваясь вперед. — А что, если это и был Мика? Пайпер вздохнула. Ей не хотелось говорить сестре, что та всегда чересчур увлекается своими догадками и часто понапрасну изводит себя, но все же на этот раз ее предположения казались настолько бессмысленными…

— Фиби, ты не…

— Нет, Пайпер! А что, если Мика и в самом деле демон в человеческом обличье? Или просто сбежавший из тюрьмы преступник?! — воскликнула Фиби, распаляясь все больше. — И что, если Регине грозит беда, а мы не сумеем ей помочь?

— Послушай, оставь эти мысли, — сказала Пайпер, погладив сестру по руке. — Мика производит впечатление во всех отношениях положительного парня. И не меньше Регины был потрясен нашей историей про демонов и ведьм. Фиби вздохнула и с разочарованным видом вперила взгляд в стол.

— Кроме Того, если Мика действительно такой плохой, почему в твоем видении он не причинил Регине никакого вреда? — спросила Пайпер, поднося к губам бокал с соком.

— Да, наверное, ты права, — кивнула Фиби, рассеянно теребя пальцами край газеты. — Регину мы спасли, и хватит думать об этом.

— Вот и правильно, — наставительно проговорила Пайпер.

— Правильно, — эхом откликнулась Фиби. Несмотря на это, Пайпер видела, что сестра не успокоилась. Если Фиби что — то тревожило, простой логикой убедить ее было невозможно. Ей нужны неопровержимые доказательства, или тревожная мысль будет терзать ее до самой смерти. Это была еще одна черта, за которую Пайпер любила (а иногда и ненавидела) Фиби.

— Ох… до чего же все — таки мерзкий этот Аплакум, да? — криво усмехнулась Фиби.

— Да, не знаю, как спалось Регине, а мне всю ночь снились кошмары, — призналась Пайпер.

— Я тебя понимаю. Я тоже почти не спала, — кивнула Фиби. Снова вздохнув, она протянула руку к чашке и едва приподняла ее над столом, как в дверь позвонили. Фиби вздрогнула от неожиданности и выронила чашку. Не успела Пайпер сообразить, в чем дело, как на столешнице, усеянной осколками керамики, расплылась большая кофейная лужа.

— Я вытру! Я сейчас! — всполошилась Фиби, подставляя газету, чтобы не капало на пол. Пайпер движением руки остановила горячую жидкость и, оторвав от рулона несколько бумажных полотенец, промокнула лужу и бросила их в раковину.

— У тебя сегодня все валится из рук, — мягко укорила сестру Пайпер, когда последствия «наводнения» были ликвидированы.

— Это от бессонницы, — усмехнулась Фиби. — Со мной это часто бывает.

— Я открою! — крикнула из коридора Пейдж, когда звонок повторился. Громко протопав по лестнице, она бросилась к двери, ожидая увидеть на пороге какого — нибудь распространителя рекламных листовок. Пытаясь сохранять на лице вежливое выражение — на случай, если принесли заказанную пиццу, Пейдж распахнула дверь и оцепенела от не — ожиданности. На нее смотрели в упор голубые глаза Мики. Пейдж тут же пожалела, что, все утро пронежившись в постели, не успела привести себя в порядок.

— Здравствуйте, — поздоровался Мика с обаятельнейшей улыбкой. — Надеюсь, я вас не разбудил? Пару секунд Пейдж собиралась с мыслями, прежде чем смогла открыть рот, из которого вылетели звуки, напоминающие мышиный писк. Она смущенно зарделась, потом засмеялась и посторонилась, приглашая гостя в дом.

— Нет! Что вы, — наконец выдавила она. Проходите.

— Спасибо. Мика переступил через порог, обдавая Пейдж тонким сладковатым ароматом одеколона. Пейдж обмерла. Пульс участился, ладони вспотели. Что с ней творится? Когда Мика отвернулся, окидывая взглядом прихожую, Пейдж украдкой бросила взгляд в зеркало, висевшее на стене рядом с дверью, и дрожащей рукой наспех пригладила волосы.

— Зачем… что вас сюда привело? — спросила Пейдж, невольно расплываясь в улыбке. Господи, до чего же он красив. Плечи его казались еще шире в легком темном плаще поверх безупречно сшитого костюма, а темно — голубая рубашка подчеркивала сияющую синеву бездонных глаз. Мика открыл рот, чтобы ответить, но тут из кухни появились Фиби с Пайпер и остановились у него за спиной. Пайпер метнула на Пейдж вопросительный взгляд, на что та молча пожала плечами, едва сдерживая предательскую улыбку и с трудом веря в то, что снова видит очаровательного незнакомца.

— Доброе утро, — улыбнулся Мика, поворачиваясь к Фиби и Пайпер. — Я только что сказал вашей сестре… Надеюсь, я вас не очень потревожил?

— Да нет. Мы только что устроили небольшой потоп на кухне, но справились собственными силами, — пошутила Фиби, складывая руки на груди. — Как вы здесь оказались? — бесцеремонно спросила она.

— Фиби! — сквозь зубы процедила Пейдж.

— Моя сестра хотела сказать, что мы удивлены вашим приходом, — поспешила исправить положение Пайпер. — Вчера вечером мы ведь даже не представились. Как вы нас нашли? Мика усмехнулся и смущенно потупился.

— В общем — то все очень просто. — Он поднял голову, сияя синевой глаз. — Я сразу узнал вас, Пайпер. Я много раз видел вас в «РЗ». Я там часто бываю и знаю, что его содержите вы. Так что я попросил одного своего приятеля, который работает у вас… Тайрел Брукс? Он сказал мне, как вас найти.

— О! Вы знакомы с Тайрелом? — с явным облегчением переспросила Пайпер. — Он отличный парень. Без него бы я пропала. Пейдж удивленно вздернула брови. В свои двадцать с небольшим Тайрелу Бруксу удалось поразительно быстро подняться от автобусного кондуктора до помощника управляющего. В юности он скитался по приютам, пробовал наркотики, имел проблемы с законом, пока наконец не решил завязать со своим прошлым. А несколько лет назад ему крупно повезло: Пайпер взяла его к себе на работу, и с тех пор он не уставал ее поражать. Не то чтобы Тайрел не заслуживал хорошего отношения — Пейдж удивило то, что парень, который ездил на «крутом» кабриолете и одевался в дорогущие костюмы, не чурался общения с человеком, мягко говоря, не своего круга. Обычно от парней вроде Мики сильно попахивало снобизмом. Пайпер протянула Мике руку:

— Что ж, приятно познакомиться, Мика…

— Грант, — подсказал Мика, отвечая рукопожатием. — Мика Грант. — Это Фиби, а это Пейдж, — представила Пайпер сестер. Мика пожал руку Фиби, а когда повернулся к Пейдж, у нее сердце замерло в груди. Она поспешно отерла вспотевшую руку о пижаму. Когда их пальцы соприкоснулись, по руке заструилось обжигающее тепло, жаркой волной разливаясь по всему телу. Пейдж лишь огромным усилием воли удалось не выдать своих чувств.

— Кстати, что вы сказали соседкам Регины? — поинтересовалась Фиби. — Наверное, к вам сразу стали приставать с расспросами.

— Никто из них не видел… это… что бы это ни было, так что мы распространили официальную версию о бывшем парне Регины, который якобы обезумел от ревности, — улыбнулся Мика. — Никто ничего не заподозрил — в этом я уверен.

— Хорошая отговорка, — усмехнулась Пайпер, засовывая руки в задние карманы джинсов и глядя на Фиби. — Надо будет запомнить — вдруг когда — нибудь пригодится.

— Ну, в общем, я зашел вас поблагодарить за все, что вы для нас сделали, — сказал Мика и, бросив взгляд на Пейдж, слегка покраснел и кашлянул. — Раньше мне не доводилось встречаться с супергероями. Тем более героинями. Пейдж засмеялась, заливаясь ярким румянцем:

— Не такие уж мы и героини.

— Ну, с моей точки зрения — самые настоящие, — возразил Мика. Он посмотрел на золотые наручные часы и поморщился: — Мне пора идти. У меня встреча. Спасибо вам еще раз.

— Обращайтесь еще, — сказала Пайпер, хотя, надеюсь, вам больше не понадобится наша помощь, — со смехом добавила она. Мика, шагнув было к двери, оглянулся на Пейдж, и она снова была сражена пронзительной синевой его глаз. Ощутив слабость в коленках, она, чтобы не упасть, прислонилась к стене.

— Э… Пейдж… вы не возражаете… В общем, можно вас на минутку? — спросил Мика.

— Да… конечно, — пожав плечами, кивнула Пейдж. Заметив, что сестры не спешат оставить их наедине, она подошла к двери и распахнула ее перед гостем: — Поговорим снаружи. Мика махнул на прощание рукой и, проскользнув мимо Пейдж, вышел на крыльцо. Пейдж закрыла за собой дверь и прислонилась к перилам.

— Ну… — смущенно протянула она, гадая, о чем Мика хотел поговорить с ней наедине, хотя в голове крутилась самые невообразимые пред — положения, от которых бросало в жар.

— Пейдж… Можно на «ты»? Я понимаю, это может показаться странным, ведь я только что узнал твое имя, — сказал Мика, встав так близко, что Пейдж чувствовала тепло его тела. — Но я хотел спросить… может… может, встретимся сегодня вечером? Пейдж готова была хоть сейчас броситься ему на шею, но, хотя и с большим трудом, сдержалась.

— А вы… ты разве… э… не с Региной? — спросила она, пряча руки за спину, чтобы Мика не заметил, как они дрожат. Мика грустно усмехнулся и посмотрел в небо, как будто подбирая слова.

— Регина — отличная девчонка, — наконец проговорил он. — Но за все три свидания с ней я не испытал к ней столько чувств, сколько к тебе всего за один миг нашей вчерашней встречи. У Пейдж перехватило дыхание. Не шутит ли он? Неужели люди действительно способны говорить такие вещи? И если да, почему ей ни — когда никто не говорил ничего подобного?

— Хорошо, давай встретимся, — кивнула Пейдж, украдкой разглядывая его лицо сквозь полуопущенные ресницы. — Только одно условие.

— Какое? — спросил Мика.

— Ты прекращаешь встречаться с Региной, — выпалила Пейдж. Мика расхохотался, и Пейдж была польщена, увидев вспыхнувший на его щеках румянец смущения. Она не могла допустить, чтобы он догадался о ее чувствах еще до первого свидания.

— Договорились, — сказал Мика. — Я зайду за тобой в семь.

— Лучше в восемь, — предложила Пейдж. Потом она упорхнула в дом, закрыла за собой дверь и, подождав, пока на улице не стих шум отъезжающей машины, испустила восторженный крик. Она даже представить себе не могла, что интуиция ее не обманула и теперь она будет встречаться с парнем, который снился ей всю ночь.

— Фиби была права, — прошептала Пейдж, улыбаясь. — Любовь приходит, когда ее совсем не ждешь.

Глава 4

— Что ж, это очень мило с его стороны — зайти нас поблагодарить, — сказала Фиби, когда они с Пайпер вернулись на кухню.

— Вот видишь? — улыбнулась Пайпер. — Он очень хороший человек. Хлопнула входная дверь, и через несколько секунд впорхнула раскрасневшаяся от переполнявшего ее счастья Пейдж, Покружившись на носках, она плюхнулась на стул рядом с Фиби и, порывисто обняв сестру, громко чмокнула ее в щеку. Фиби, едва не задохнувшись в страстных объятиях, погладила Пейдж по спине — та тут же снова вскочила и исполнила невероятный пируэт. Пайпер послала Фиби скептический взгляд; танцы посреди кухни были совсем не в духе Пейдж.

— Скажи мне, где ты покупаешь кофе? Я бы с удовольствием взбодрилась, — съехидничала Фиби.

— Он пригласил меня на свидание! — сияя, объявила Пейдж. — Ты была права! Я перестала об этом думать, и вот оно! У Фиби тревожно сжалось сердце. Она с беспокойством посмотрела на Пайпер. До добра это не доведет. Мало того что Мика неожиданно явился к ним в дом, что уже само по себе было опасно. Так он еще хочет встречаться с их сестрой! — Фиби все это не нравилось. И ты, разумеется, сразу сказала «да», даже |не подумав, w* проговорила Пайпер, разбивая два яйца в большую керамическую миску. Конечно, я сказала «да»! — кивнула Пейдж, расплываясь в широкой улыбке. — Вы же видели его!

— Да, но, Пейдж, — нерешительно начала фиби, поерзав на стуле, ты уверена, что поступаешь правильно? Я хочу сказать, ты его совсем не знаешь!

— Да ладно вам! — беспечно рассмеялась Пейдж. Как еще можно узнать человека, если с ним не встречаться? А я и так знаю о нем достаточно: он хороший, вежливый, милый и умеет одеваться со вкусом.

— Это все хорошо, — сказала Пайпер, вилкой взбалтывая яйца в миске. — Но разве ты знаешь, где он живет; чем занимается, с кем дружит?

— Ха! Он дружит с Тайрелом! — торжествующе воскликнула Пейдж. — И если он завоевал доверие Тайрела, это говорит о многом.

— Фиби увидела, как Пайпер вздохнула, признавая справедливость этого утверждения. Они с Тайрелом были очень дружны. И если Тайр лу нравился Мика…

— Ну… — протянула Пайпер. Пейдж, которую в теперешнем ее состоянии ни капли не заботило мнение сестер, подошла к шкафу, достала печенье и, повернувшись спиной к Фиби и Пайпер, принялась жевать. «Нужно рассказать ей о том, что было в видении», — одними губами сказала Фиби Пайпер. «Нет!» — так же беззвучно ответила Пайпер, помотав головой. «Почему?» — продолжала молчаливый диалог Фиби. «Посмотри на нее!» — указала Пайпер глазами на Пейдж. Пейдж, засовывая в рот печенье, жевала, мурлыча от удовольствия и что — то напевая себе под нос. Фиби вздохнула и решила смолчать. Пейдж была счастлива, и Фиби не хотелось расстраивать ее, тем более что у нее не было ни одного серьезного аргумента против Мики. Пейдж положила коробку с печеньем на столешницу и быстро пробежала глазами газету. Перевернув страницу, она замерла, озадаченно взглянула на сестер и снова перелистала газету от начала до конца.

— Эй, а где развлекательный раздел? — спросила она. Фиби, переменившись в лице, наклонилась и открыла крышку мусорной корзины. Поверх кучки кофейной гущи, яблочной кожуры и бумажных полотенец лежала скомканная мокрая газетная страница с любимым разделом Пейдж. — Извини, — смущенно пробормотала Фиби. — Небольшая неприятность.

— Отлично, — обиженно поджала губы I Пейдж, переводя взгляд на стол. — И как это I ничего не случилось со страницами, где написано о моде и кулинарии?

— Пейдж, ну пожалуйста, прости. Я же не нарочно. Пейдж снова потянулась к печенью.

— Ладно уж, — буркнула она, тряхнув головой, словно отгоняя огорчительные мысли. — Я могу найти развлечение и получше. Например, подумать, что надеть сегодня вечером. — Зачерпнув полную пригоршню печенья, она скрылась за дверью, уже не такая оживленная, как всего минуту назад.

— Я же тебе говорила, — укоризненно проговорила Пайпер, выливая взбитые яйца на сковороду. — Вот видишь: она обиделась. Фиби вздохнула и уткнулась в газету. Она хотела было пропустить местные новости и перейти сразу к моде, но тут взгляд ее упал на фотографию на сгибе страницы. Она развернула газету и расправила ее на столе.

— Чудеса, — прошептала она, разглядывая снимок.

— Что там? — поинтересовалась Пайпер. Фиби показала газету Пайпер: там, прямо посередине передовицы, была помещена большая цветная фотография, на которой улыбающийся Мика пожимал руку губернатору Калифорнии.

— Не может быть, — растерянно пробормотала Пайпер. Фиби повернула газету к себе и прочла вслух комментарий под снимком: «Миллионер и известный филантроп Мика Грант, на прошлой неделе принимавший участие в ток-шоу „Государственные лауреаты“ вместе с губернатором Стайлзом, удостоится чести перерезать красную ленту на открытии нового детского отделения городской больницы, которое состоится сегодня в полдень. Вклад Гранта составил более половины благотворительных взносов на строительство и оборудование филиала».

— Ого, — протянула Пайпер, потрясенная услышанным. — Вот почему его лицо показалось тебе знакомым — оно постоянно мелькает в теленовостях. Но Фиби не слушала Пайпер, пытаясь осмыслить содержание коротенькой статьи под снимком. Здесь говорится, что он принимал участие во многих благотворительных проектах, — продолжала Фиби, мрачнея с каждым прочитанным словом. — Он поселился в городе несколько лет назад и основал Фонд Мики Гран — та в рамках программы социальной защиты детей — сирот. — Вызови полицию. Он опасный преступник, — язвительно заметила Пайпер.

— Наверное, ты все же права, — разочарованно протянула Фиби, со вздохом сворачивая газеты — Пейдж повезло.

— Голос у тебя не слишком радостный, — укорила сестру Пайпер, переворачивая на сковороде омлет и выключая плиту. Да нет. Я рада за нее, как можно увереннее возразила Фиби. Но, даже несмотря на очевидные факты, говорившие в пользу Мики Гранта, она не могла отделаться от ощущения, что с ним что — то не так. Оставалось лишь на — деяться, что она ошибается… Пейдж пыталась ничем не выдать своего восхищения и восторга. Они с Микой зашли в ресторан, расположенный в уединенном месте на краю города, на холме в конце пустынного шоссе, откуда открывался потрясающий вид на гористую низину и залив. Три из четырех стен зала были стеклянные от пола до потолка. Декор интерьера отличался умеренностью и изысканностью. На столиках, покрытых белыми льняны — ми скатертями и усыпанных лепестками роз, стояло по три больших свечи разной высоты, и сама атмосфера в ресторане была умиротворенная и… романтическая. Даже официанты в элегантных фраках, бесшумно лавирующие между столами, говорили приглушенным голосом.

— Какая красота, — прошептала Пейдж, когда Мика снял шелковую накидку с ее обнаженных плеч.

— Как и ты, — сказал Мика ей на ухо, обдавая теплом дыхания шею.

— Ты помнишь, мы с тобой говорили об одном условии? — спросила Пейдж, стараясь, чтобы голос ее звучал спокойно и ровно. С ее стороны это был настоящий подвиг, учитывая, насколько она была сражена изысканным вкусом Мики, его чувством прекрасного, романтичностью. Он заехал за ней на черном лимузине и подарил одну, но роскошную белую линию. А когда он подал ей руку, провожая до машины, была покорена даже Фиби…

— Извини, — с улыбкой сказал Мика. Я совсем забыл. Было много дел. Прежде чем Пейдж успела спросить его, что он хотел этим сказать, к ним подошел стройный, холеный метрдотель и кивком головы поклонился Пейдж.

— Ваш столик готов, мистер Грант, — сказал он с легким поклоном. Пейдж и Мика последовали за ним к стоявшему в отдалении угловому столику у окна с видом на залив. У Пейдж, когда она садилась, слегка закружилась голова, но это быстро прошло, и она огляделась вокруг, ошеломленная великолепием обстановки. Я надеялся, что тебе здесь понравится, — сказал Мика, подавая ей меню.

— Да, сойдет, — пошутила Пейдж, беспокойно поерзав на стуле, чем вызвала у Мики улыбку. Она улыбнулась в ответ. «Какое счастье, что у него хорошее чувство юмора. Нет ничего хуже, чем встречаться с занудой. Если даже он красив, как бог, и одевается в парижских бутиках».

— Итак, какие же дела заставили тебя забыть о моем условии? — спросила Пейдж, отрываясь от меню. — Ты живешь за счет женщин?

— Не совсем, — усмехнулся Мика. — Я унаследовал кучу денег от родителей, поэтому мне нет нужды зарабатывать себе на жизнь. Я руковожу благотворительным фондом в защиту детей — сирот, и это отнимает, мягко говоря, много времени. Нужно четко знать, что говорить тем или иным людям, чтобы они согласились сделать пожертвование.

— Неужели некоторым не достаточно сознания того, что они помогают детям? — спросила Пейдж.

— К сожалению, в большинстве случаев — нет, — натянуто улыбнулся Мика;— Я бы очень хотел, чтобы все было по — другому, и делаю, что могу. Мы содержим несколько приютов и детских приемников. Я стараюсь чаще их объезжать, встречаться с детьми, Ради этого можно стерпеть многое, я даже готов хоть каждый вечер обхаживать чопорных пожилых леди. Он сделал глоток воды и пробежал глазами меню. Пейдж видела, что ему неприятно говорить о финансовой стороне его деятельности, и от этого он еще больше вырастал в ее глазах. Многие на его месте предпочли бы просаживать деньги на развлечения, вращаясь в элитных кругах Сан — Франциско, а не вкладывать их в фонд помощи обездоленным детям. — А чем занимаешься ты? — помолчав, спросил Мика. — Надеюсь, это никак не связано с несносными пожилыми дамами?

— Отчасти, — со смехом ответила Пейдж. — Я работник социальной сферы. Приходится иметь дело с неблагополучными семьями… людьми, живущими на пособие по безработице… иногда среди них встречаются не особенно приятные личности. Но время от времени знакомишься с просто потрясающими людьми.

— Это правда! — воскликнул Мика, просияв. — Видишь? Ты все понимаешь. И я точно знаю, что ты имеешь в виду. Они улыбнулись друг другу, и Пейдж поспешно опустила глаза, чтобы умерить свой пыл. Жаль, что в стеклянной стене не было окна — не мешало бы немного остудиться. В этот миг в легком декольтированном платье ей было жарче, чем в толстом шерстяном свитере. Мика тоже отвел взгляд, открыл меню и снова просмотрел перечень блюд.

— Итак… что предпочитает на ужин Пейдж Мэттьюс? — спросил он, отпивая из бокала.

— Ну, определенно не рыбу, — ответила Пейдж. — Не ем ни крабов, ни омаров, ни лобстеров, ни другую морскую и речную живность.

— Принято к сведению, — усмехнулся Мика, которого явно развеселила ее наивная искренность.

— Зато я люблю ризотто, — продолжала Пейдж, обрадованная тем, что в меню указывалось несколько видов. И молодую баранину. — Она виновато покосилась на Мику. — Знаю, жестоко есть маленьких ягнят, но я стараюсь об этом не думать.

— В этом нет ничего криминального, — сказал Мика, закрывая меню. — Человек должен иметь свои слабости. Я вот, например, обожаю научную фантастику. Читаю взахлеб и ничего не могу с собой поделать. Пейдж, подавив вздох, смерила его скептическим взглядом.

— Боже мой. И у меня свидание с этим человеком? Детский сад, — съязвила она. — И в каком духе фантастика — «Затерянные в космосе» или «Секретные материалы»? — Ближе к «Звездным войнам», — улыбнулся Мика. — Только в старой версии, не в новой.

— А, ну тогда еще ничего, терпимо, — сказала Пейдж и вздохнула с нарочитым облегчением. Оба расхохотались, и Пейдж обнаружила, что не в силах сдержать улыбку. «Все идет хорошо. Очень, очень хорошо».

— Ну, а что любишь читать ты? — спросил Мика, кладя локти на стол. — Могу поспорить, что любовные романы.

— О, только не это, — презрительно фыркнула Пейдж. — Их у нас читает Фиби, причем с такой скоростью, словно торопится прочитать их все, пока они не вышли из моды. Что, кстати, уже произошло лет сто назад. Я же предпочитаю классику. Очень люблю Джейн Остин, а в последнее время увлекаюсь Уилл ой Катер.

— Ага, значит, все — таки любишь любовные романы, — с легкой улыбкой заметил Мика. Только классические.

— Эй! Это совсем другое, — возмутилась было Пейдж, но тут же сдалась. В конце концов, Мика был прав. Но откуда она могла знать, что ему известно, о чем писали Остин и Катер? Обычно парни уважительно кивали, будто бы понимая, о чем речь, не желая признаваться, что абсолютно не разбираются в литературе. Вдруг перед ними возник официант, настолько бесшумно и незаметно, что казалось, он материализовался из воздуха.

— Готовы сделать заказ? — спросил он, слегка наклоняясь вперед.

— Да. Мы оба будем баранину, — сказал Мика, возвращая ему меню. — И… Пейдж, ты определилась с ризотто?

— С тыквой, пожалуйста, — с улыбкой повернулась Пейдж к официанту.

— Звучит аппетитно, — кивнул Мика. — Два, пожалуйста. Пейдж сложила руки на столе и посмотрела Мике прямо в глаза, что было нелегко. Каждый раз ей казалось, что она утопает в их яркой синеве, и в груди у нее все трепетало, словно крылья бабочки.

— В чем дело, мистер Грант? Не можете выбрать сами? — шутливым тоном спросила Пейдж.

— Может быть, мне просто хочется знать о тебе все, — помолчав, ответил Мика. — В том числе какова на вкус пища, которую ты любишь. Пейдж была польщена, но постаралась этого не показать. Если следовать логике, ты, вернувшись домой, бросишься читать «Разум и чувства», облачишься в розовую фланелевую пижаму и будешь засыпать под музыку, которая нравится мне? Мика медленно растянул губы в улыбке и наклонился к Пейдж так близко, что она ощутила на лице свежесть его дыхания.

— Если будет нужно, — с расстановкой проговорил он, — то да. Вдруг Пейдж захлестнула волна слабости, перед глазами встала пелена белесого тумана, испещренная серыми крапинками. Ее бросило в жар, и она, откинувшись на спинку стула, сделала ровный, глубокий вдох. За последние двадцать четыре часа Пейдж не уставала поражаться ощущениям, которые вызывал у нее Мика, но на этот раз это было нечто иное.

— Тебе нехорошо? — с участием спросил Мика, хмуря брови.

— Нет, все в порядке, — поспешила заверить его Пейдж и, глотнув воды, провела рукой по затылку. — Наверное, это от высоты… такой вид за окном… От этого немного… кружится голова. «Хорошая отговорка. Просто отличная отговорка». Мика тут же подозвал управляющего и спросил, нельзя ли пересесть подальше от окна. Управляющий оказался на редкость расторопным, так что уже через несколько секунд они сидели за другим столиком у стены. Пейдж, с одной стороны, чувствуя невероятное облегчение от того, что ей удалось с честью выйти из затруднительного положения, вместе с тем, направляясь вслед за официантом к другому столу, ощущала огромное внутреннее напряжение; Она была напугана тем, что с ней происходило, потому что догадывалась, что это не внезапное головокружение и не физическое недомогание. Это все из — за Мики. Другого объяснения не было. Пейдж влюбилась. Влюбилась по — настоящему.

Мика осторожно открыл дверь огромного особняка в одном из старых кварталов города. Пейдж на цыпочках, стараясь не шуметь, переступила порог и, оглядевшись, была потрясена увиденным. Она представляла себе детские приюты в основном по описаниям классиков, но этот дом больше походил на резиденцию лорда, чем на захудалое обиталище бездомных детей.

— И это приют? — прошептала Пейдж, скользя взглядом по сверкающему паркету и картинам на стенах.

— Будем называть это просто домом, — так же шепотом ответил Мика. — Дети очень остро чувствуют разницу. Рука об руку они пошли по просторному фойе к лифту.

— Ты приводишь сюда всех своих девушек? — с улыбкой спросила Пейдж, слегка отклоняясь назад, чтобы видеть в этот момент лицо Мики.

— Ну, ты же хотела узнать, чем я занимаюсь, вот я и решил похвастаться, — ответил Мика, нажимая кнопку вызова. Двери лифта бесшумно открылись, и Пейдж шагнула внутрь. Через несколько секунд они с Микой вышли на пятом этаже, оказавшись в длинном коридоре, устланном толстым ворсистым ковром. В молчании идя следуя за Микой, Пейдж заметила, что на двери каждой комнаты висела табличка с рисунком и написанным от руки именем ребенка.

— Это сделали сами дети? — поинтересовалась она, осторожно прикасаясь пальцами к голубому нарисованному киту с выведенной золотой краской подписью: «Иона».

— Да, Иона просто помешан на библейской истории об Ионе и ките, — с улыбкой ответил Мика. — Мы позволяем детям самим обставлять и украшать свои комнаты — насколько это возможно. Наш бюджет не бездонный колодец, но по крайней мере дети могут хоть как — то создать комфортную для себя атмосферу. Почувствовать себя дома. Он довел Пейдж до конца коридора и, приложив палец к губам, открыл дверь крайней комнаты. Пейдж, с любопытством заглянув внутрь, увидела детские кроватки, на которых спали четыре малыша. Луч света, падающий из коридора, озарял выглядывающие из — под одеяла пухлые щечки мальчика на ближайшей к двери кровати. Пейдж увидела, каким нежным взглядом Мика смотрел на ребенка.

— Это Кристофер, — шепнул он. — В последнее время его часто мучает бессонница, так что я хотел посмотреть, спит ли он. У Пейдж сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она не могла поверить, что мужчина может относиться к детям с такой трогательной заботой. Мика знал историю каждого малыша, все привычки. Он привел сюда свою девушку только ради того, чтобы проверить, спит ли мальчик. «Откуда взялся этот парень?» — изумленно думала Пейдж.

— Ну, и в чем же здесь подвох? — спросила она, когда Мика осторожно прикрыл дверь.

— Подвох? — переспросил Мика, удивленно вскидывая брови. Он повел ее назад, на ходу доставая из кармана крошечный ключ. В противоположном конце коридора находился застекленный балкон. Он отпер одну створку двери и посторонился, пропуская Пейдж вперед. Она с наслаждением вдохнула прохладный ночной воздух и облокотилась на перила, обводя взглядом пустынную улицу.

— Насчет подвоха, — напомнила она, улыбаясь и подставляя лицо теплому ветерку, трепавшему ее волосы. — Уж слишком идеальный получается у тебя портрет. Должен же быть в нем хоть какой — то изъян. Мика рассмеялся и встал рядом, прислонившись спиной к перилам.

— Совершенных людей не бывает, — сказал он. — Просто одни хотят видеть в человеке его недостатки, другие — нет.

— Ну, я пока не нашла в тебе ни одного, — улыбнулась Пейдж, медленно погружаясь в бездонную синеву его необыкновенных глаз.

— Значит, тебе будет легко их не замечать, — проговорил Мика, придвигаясь ближе. Он коснулся пальцами ее руки, и вновь ее тело обдало жаркой волной. Она прикрыла глаза, подернувшиеся туманной пеленой, а когда открыла, увидела прямо перед собой лицо Мики. Сердце замерло у нее в груди, и от волнения перехватило дыхание.

— Я хочу тебя поцеловать, — тихо сказал он. — Если ты разрешишь. Пейдж не смогла бы ответить, даже если бы попыталась. Она потянулась вперед и прижалась губами к его губам. В это мгновение земля ушла у нее из — под ног, но Мика обхватил ее за талию и крепко прижал к себе, не дав упасть. Впервые в жизни Пейдж поняла, что такое райское блаженство. Казалось, душа ее покинула тело и воспарила над землей. И была бы ее воля, это длилось бы вечно

Глава 5

Днем в понедельник Пайпер сидела в «РЗ» за одним из угловых столиков, заполняя чековую книжку, а весь стол вокруг был завален неоплаченными счетами и квитанциями. Она всей душой ненавидела заниматься бухгалтерией, но не могла доверить это человеку со стороны. Однако каждый раз, когда она садилась за финансовые отчеты, у нее неизменно возникала подобная мысль. Особенно когда от цифр начинала раскалываться голова.

— Уф! Должен же быть другой выход! — в сердцах воскликнула Пайпер в пустоту, снимая очки и швыряя их на стол. Она потерла переносицу и закрыла глаза. — И почему я родилась такой недоверчивой?

— Аспиринчику, босс? Услышав голос Тайрела, Пайпер вздрогнула от неожиданности.

— Да, благодарю, и еще дефибриллятор, будьте добры! — сказала она, прижимая руки к сердцу. — Ты напугал меня до смерти. Когда — нибудь доведешь меня до инфаркта. Смуглое лицо Тайрела осветила озорная мальчишеская улыбка. Он выставил руки вперед — в одной был стакан с водой, в другой — две таблетки. Он положил их на стол рядом с очками, а стакан подал Пайпер, которой стало легче уже от одного вида аспирина.

— Ты прощен, — усмехнулась Пайпер, беря в руки стакан. — Откуда… как ты здесь оказался? — спросила она, кладя таблетки на язык.

— Несколько минут назад вошел через черный ход, — объяснил Тайрел, взглядом указывая в глубь зала. — Послонялся на кухне… Ты меня не слышала? Пайпер вздохнула и, запустив пальцы в волосы, в отчаянии посмотрела на груды бумаг на столе.

— Нет. Наверное, я слишком увлеклась.

— Ладно, не буду тебе мешать, — улыбнулся Тайрел, делая шаг назад. — Я собирался заняться инвентаризацией чистящих и моющих средств, надо докупить, чего не хватает.

— Тайрел, подожди минуту, — остановила его Пайпер. Ей был неприятен вопрос, который она собиралась задать, но совесть мучила ее надолго. В конце концов, Пейдж — ее сестра. И было абсолютно естественно и даже похвально, что она проявляла заботу о ней. Тайрел, опершись руками о край стола, смотрел на хозяйку выжидающим взглядом. — Расскажи мне о Мике Гранте, — решилась наконец Пайпер. Тайрел просиял: — Так я и думал! Я как раз хотел спросить, заходил ли он к вам вчера. Он отличный парень.

— Да? — переспросила Пайпер, скептически вскидывая брови. — И что же навело тебя на эту мысль?

— Ну… ты же знаешь, что у меня было тяжелое детство. Всего несколько лет назад я… — Тайрел помялся. — В общем, Мика содержал детский приемник, куда я попал перед тем, как начать новую жизнь. Он часто к нам приходил, возился с нами, разговаривал, водил на спортивные матчи и все в таком духе. И ему совсем необязательно было этим заниматься, понимаешь, у него была куча денег, но он уделял нам столько времени. Мне кажется, именно он заставил меня задуматься о жизни.

— Понимаю, — с улыбкой протянула Пайпер. После такой характеристики она могла смело отправляться покупать Пейдж свадебное платье. — Спасибо, Тайрел. Судя по всему, он и правда очень хороший человек.

— Ради любопытства, зачем он вас искал, а? — спросил Тайрел, складывая руки на груди.

— Э… ну… «Он хотел поблагодарить нас за то, что мы уничтожили демона и спасли жизнь ему и Регине…»

— Он хотел пригласить Пейдж на свидание, — поспешно ответила она, радуясь в душе, что не приходится врать.

— Пейдж? — расцвел Тайрел. — Вот здорово! В этот момент, громко протопав по лестнице, в зал спустилась сама Пейдж и, перепрыгнув через последние несколько ступенек, с грохотом приземлилась на пол.

— Всем привет! Пайпер при виде разрумянившихся щек сестры не смогла сдержать улыбки. Пейдж сияла, словно четырнадцатилетняя девчушка, в первый раз поцеловавшаяся со своей школьной любовью. Она была в клетчатой мини — юбке и пестром свитере, удачно создающих образ девочки — подростка. Что ты здесь делаешь в разгар рабочего дня? — спросила Пайпер. Пейдж, порхнув к столу, плюхнулась на угловой диванчик рядом с сестрой, отчего та подпрыгнула вверх.

— А что, я не могу в обеденный перерыв забежать к своей любимой сестренке? — прощебетала Пейдж, одной рукой обнимая Пайпер за плечи.

— Ну, не буду вам мешать, — тряхнул головой Тайрел и направился к кухне. В дверях он обернулся: — Пейдж, я очень рад за вас с Микой! Мне кажется, вы отличная пара!

— Мне тоже! — крикнула в ответ Пейдж.

— Ну, давай рассказывай, — сказала Пайпер, поворачиваясь к сестре и кладя локоть на изголовье дивана. — Утром мы с тобой не виделись.

— Да. Мне нужно было пораньше на работy, замялась Пейдж. — Но вчерашний вечер, Пайпер, прошел просто изумительно! — вновь оживилась она. — Сначала Мика повел меня в шикарный ресторан, где была бесподобная еда, потом мы поехали в один приют, который он содержит, а после отправились на танцы…

— Ого. И во сколько же ты вернулась домой? — поинтересовалась Пайпер.

— За час до ухода на работу, — со смехом ответила Пейдж. — Но бессонная ночь того стоила. Он просто прелесть. Такой внимательный милый, вежливый, заботливый и, как ни стыдно в этом признаваться, сводит меня с ума.

— Неплохо для первого свидания, — замерла Пайпер, подпирая рукой подбородок. — У меня обычно все заканчивалось полным ра — зочарованием и грустными размышлениями о жизни наедине с коробкой конфет. Пейдж расхохоталась.

— Ну… теперь у тебя есть Лео, — сказала она, обводя жадным взглядом танцплощадку клуба. — А у меня — Мика. Внезапно Пайпер ощутила смутную тревогу. Во взгляде Пейдж было что — то… странное, неестественное, отрешенное. И то, что Пейдж после первого свидания сравнивала себя и Мику с Лео и Пайпер, которые были знакомы не один год и вот уже несколько месяцев женаты, — это чересчур.

— Э… ты ведь не подумываешь о том, чтобы бежать с ним в Вегас или куда — нибудь еще, а? — спросила Пайпер шутливым тоном, хотя сердце было не на месте.

— Ну вот еще! — фыркнула Пейдж, тряхнув головой. — Но сегодня вечером мы снова встреч чаемся. Он хочет показать мне свой дом. Пайпер заволновалась.

— Свой дом? — с беспокойством переспросила она. — Ты познакомилась с ним два дня назад. Не слишком ли рано он собрался вести тебя к себе… домой?

— Боже мой, Пайпер! Мы живем в двадцать первом веке! — засмеялась Пейдж. — Кроме того, я не собираюсь делать ничего предосудительного. Мика — истинный джентльмен. Он просто рассказывал мне, что живет в роскошном особняке в горах, а я сказала, что хотела бы на него взглянуть, и… вот он и предложил.

— Ну, я не знаю, Пейдж… Ты уверена, что хочешь оказаться в такой ситуации? — спросила Пайпер и слегка поморщилась, уловив в своем голосе опекающие нотки. — Наедине с парнем в огромном особняке, который, кстати, он содержит неизвестно на какие деньги? Ведь ты даже не знаешь, на что он живет, и…

— Невероятно! — неожиданно вспылила Пейдж. — Я встречаю отличного парня, можно сказать, свой идеал, а вы с Фиби только и делаете, что выискиваете у него недостатки!

— Пейдж, я…

— И что дальше? Станешь, как Фиби, обвинять его в злых умыслах? — крикнула Пейдж, вскакивая с дивана.

— Вовсе нет! Наоборот, судя по тому, что рассказал мне Тайрел, Мика действительно замечательный человек! — всплеснула руками Пайпер. — Просто мне хотелось бы, чтобы ты была осмотрительнее, вот и все.

— Превосходно! Значит, ты у меня за спиной наводишь о Мике справки? — возмущенно прошипела Пейдж, хватая с дивана свой рюкзак. — Я понимаю, Фиби помешана на своих видениях, но думала, что хотя бы ты будешь за меня счастлива. Пейдж развернулась и пошла к выходу. Пайпер соскользнула с диванчика и бросилась за сестрой:

— Пейдж! Пейдж, не обижайся! Я делала это для тебя!

— Ну что ж, большое тебе спасибо, — бросила через плечо Пейдж. Она даже не обернулась. Пайпер огорченно вздохнула и сжала руками виски, ощущая пульсацию каждой жилки. Боль усилилась. Она медленно побрела к столику, села и сделала глубокий вдох.

— Что со мной? — сквозь зубы пробормотала она. — Тайрел дружит с этим парнем. Пейдж любит его. Так почему у меня такое чувство, что ему нельзя доверять? Что происходит? Еще вчера она искренне радовалась за Пейдж и Мику и желала им счастья, а теперь… теперь она вела себя, как Фиби. Шла на поводу у инстинктивных ощущений, не имевших ничего общего с реальностью. Но что — то в том, как Пейдж говорила о Мике… что — то в выражении ее лица, эта странная отрешенность… что — то во всем этом настораживало Пайпер, вызывая подсознательную тревогу. Возьми себя в руки. Это все твои фантазии, — сказала себе Пайпер, тряхнув головой. Она протерла очки и водрузила их на переносицу. Потом взяла со стола один из неоплаченных счетов и стала просматривать его. — А вот это — реальность… к сожалению. Фиби включила стереосистему в углу комнаты и, покачиваясь на пятках, медленно повертела головой из сторону в сторону, разрабатывая мышцы шеи. Пейдж незадолго до этого ушла на второе свидание с Микой, Пайпер уехала в клуб, а Коул, казалось, пропал без вести. Необъяснимая тревога за Пейдж, недоверие к ее новому парню, беспокойство за Коула — у нее накопилась куча негативной энергии, которой нужно было срочно дать выход. И она не смогла придумать другого способа, как немного размяться. Фиби уже вспотела от энергичных движений, руки и ноги дрожали, как желе, от большой нагрузки, но она еще не выплеснула бурлившую в венах агрессию, и чтобы снять внутреннее напряжение, нужно было выложиться до конца. Мика… Коул… Пейдж… мстительные демоны… Вдруг в памяти всплыл образ Аплакума, и Фиби с яростным воплем резко выбросила руку вперед, ударив тяжелую боксерскую «грушу». Чем больше оживали мелькавшие перед глазами образы, тем быстрее и точнее становились ее движения. Аплакум надвигается на Регину, воздух рассекают кинжалы когтей… В ушах звучал оглушительный хриплый рык. Он уничтожен. Он больше не сможет никому причинить зла. Его больше нет, нет, нет… Быстрее, быстрее, быстрее… Фиби лупила «грушу»., пока не потемнело в глазах. Пока не подкосились ноги. Пока она не рухнула без сил на колени, обхватив «грушу» мертвой хваткой. Она знала, что ее тревожит не Аплакум. И даже не Коул — она знала, что он в состоянии о себе позаботиться. Это было интуитивное ощущение. Ощущение присутствия в ее видении злой силы. Ощущение, что Мика как — то связан с этим, и терзающая мысль, что ее сестра ушла на свидание с этим человеком. «Нет, эта история еще не закончилась, — твердил Фиби внутренний голос. — Все еще впереди».

— Ладно, хватит на сегодня, — сказала себе Фиби, ладонью вытирая пот со лба и переводя дыхание. Она выключила музыку и устало поднялась по лестнице на чердак, через силу передвигая ослабевшими ногами. Она взяла «Книгу Теней» и присела на широкий подоконник. Положив книгу рядом, Фиби прислонилась плечом к холодному стеклу окна и стала перелистывать страницы. Необходимо было убедиться, что от внимания не ускользнуло ничего важного. Наконец она нашла Аплакума. На странице не появилось ничего нового. Изображение демона, уничтожающее заклинание, и никаких разъяснений. Просто, как дважды два — четыре. Разочарованная, Фиби перевернула страницу и вздрогнула. На следующем рисунке был демон, еще страшнее, чем Аплакум, — огромное неуклюжее существо с лицом мумии тысячелетней давности. Глубокие, морщинистые складки, сотни острых зубов, как у вампира, и безжизненные черные глаза, таращившиеся прямо на Фиби. Руки существа были опущены вдольтела, а толстые запястья излучали сияние.

— Вандалус, — прочитала Фиби, пальцем скользя по буквам имени, написанного вверху страницы. — Надеюсь, мы с тобой никогда не встретимся. Она уже собиралась открыть следующую страницу, как вдруг внимание ее привлекла одна деталь. В строках описания Вандалусаона заметила имя «Аплакум». Сердце учащенно забилось. Фиби положила книгу на колени и стала читать. Возможно, это именно то, что она искала, — ответ на терзающий ее вопрос. «Вандалус, один из самых жестоких и могущественных демонов потустороннего мира, веками ведет войну со своим заклятым врагом Аплакумом за господство в измерениях. Если один убьет другого, то будет править демон — победитель, повергая человечество в неописуемый ужас». Фиби остановилась перевести дыхание.

— Сладкая парочка, — буркнула она себе поднос. «К счастью, в начале девятнадцатого века Старейшинам с помощью мощного заклинания удалось надолго изгнать Вандалуса на Землю».

— Изгнать на Землю? — повторила Фиби вслух, хмуря брови. — Неужели мы бы не заметили, если бы это чучело разгуливало среди нас? Заинтригованная, Фиби стала читать дальше о вражде Аплакума и Вандалуса и так углубилась в чтение, что, когда перевернула очередную страницу, ее словно окатило ледяной водой.

— Боже мой, — с замиранием сердца прошептала она. — Нет. Этого не может быть.

Глава 6

Пейдж откинулась на спинку сиденья лимузина, пытаясь не выдать своего восторга. Расправив подол красного шелкового платья, она, чтобы успокоиться, сделала глубокий вдох и с безмятежным выражением лица уткнулась в окно. Это длилось секунды три. Пейдж бессознательно снова подалась вперед, и сердце снова бешено заколотилось в груди. Выходя вечером из дома, она опасалась, что не сумеет избавиться от сомнений, зароненных в душу предостережениями Пайпер и Фиби, но за несколько часов она даже ни разу не вспомнила о сестрах — настолько сильно было охватившее ее возбуждение. Машина остановилась на красный свет, и Пейдж машинально стала постукивать носком туфли по ковровому покрытию. Мика прыснул, и она осторожно покосилась на него. Мика сидел, откинувшись на спинку сиденья и глядя на дорогу. Поймав на себе взгляд Пейдж, он усмехнулся. Ну как ты можешь не волноваться?! — всплеснула руками Пейдж. — Мы же едем на премьеру! На настоящую презентацию… в Лос — Анджелес… где будут звезды! Вечер был полон приятных неожиданностей. Сначала Мика предложил Пейдж немного полетать на собственном самолете, а потом, усадив ее на кожаное сиденье автомобиля, которое было просторнее и удобнее дивана в ее детской, он сообщил, что ему дали два билета на премьеру нового «боевика» в Голливуде и… извинился. Вероятно, полагая, что этот жанр не в ее вкусе. Пейдж попыталась ответить как можно вежливее. «Не важно, какой фильм, — сказала она. — Главное, что увидит „вживую“ настоящих знаменитостей».

— Они самые обычные люди, — пожал плечами Мика.

— Ну да, конечно, — хмыкнула Пейдж, откидываясь назад и скрещивая руки на груди. — Хорошо так говорить, когда встречался с ними миллион раз.

— Наверное, — безразлично ответил Мика.

— Слушай, только не говори, что ты хотя бы немного не волновался, когда тебя в первый раз пригласили на подобное мероприятие, — не унималась Пейдж. Мика, медленно растянув губы в улыбке, слегка наклонился к ней. На лоб упала густая прядь темно — русых волос.

— Хорошо. Волновался. Чуть — чуть. От его близости по телу Пейдж пробежала сладостная дрожь, и она закусила губу, чтобы' не заулыбаться во весь рот. Неужели ей настолько повезло в жизни? Она не только встретила самого лучшего парня в мире, но еще и едет с ним в Голливуд! И все из — за мимолетного видения Фиби. Надо будет при первом же удобном случае поблагодарить сестру. Лимузин остановился, и у Пейдж от волнения свело живот. Выглянув в окно, она увидела перед дверцей красную дорожку и по обе стороны от нее ликующую многотысячную толпу. Ее ослепили яркие вспышки фотокамер, и сердце забилось так часто, что она едва не потеряла сознание.

— Идем? — спросил Мика.

— Угу, — выдохнула Пейдж. Мика распахнул дверцу со своей стороны, вышел из машины и захлопнул ее за собой. Этот звук вывел Пейдж из легкого ступора. Поправив бретельки платья и крепко сжав губы, она наспех поправила прическу, и в этот момент Мика открыл дверь. Пейдж опустила одну ногу на дорожку, дрожа так, словно на холодном ветру вышла из моря. Мика предложил ей руку, и она с радостью оперлась на нее, иначе точно распласталась бы на красном ковре.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Мика, заметив, как Пейдж растерянно озирается по сторонам.

— Мне не по себе, — ответила она сквозь зубы. — Никому до нас нет дела. Подожди. Люди посмотрят на тебя, решат, что ты какая — нибудь восходящая звездочка, и будут умолять тебя снизойти до автографа, — проговорил Мика низким приглушенным голосом, мягко коснувшись губами ее уха, от чего у Пейдж по коже побежали мурашки. Она засмеялась в ответ на это нелепое утверждение, но зато почувствовала себя увереннее. Взяв Мику под руку, вместе с ним она медленно пошла по красному ковру. Сначала она буквально заставляла себя улыбаться, прилагая к этому неимоверные усилия, но чем ближе они подходили к распахнутым дверям кинотеатра, тем естественнее становились ее движения. Люди обращали на них внимание. Кто — то из журналистов громко выкрикнул имя Мики, и он остановился попозировать вместе с Пейдж для фотокамер. Когда они вошли в роскошное фойе кинотеатра, Пейдж сияла от счастья. Она была ослеплена яркими вспышками, и все плыло перед глазами, зато впервые в жизни она почувствовала, что такое быть знаменитостью.

— Видишь? Ничего страшного, правда? — Опросил Мика, запечатлевая на ее лбу мимолетный поцелуй. Пейдж благодарно улыбнулась ему, сердце ее трепетало от радости.

— Я думала, будет хуже, — честно призна — рась она. Тем же вечером, после премьеры, когда они [петляли на кабриолете Мики по улицам Сан — Франциско, Пейдж была на вершине блаженства. Весь вечер она болтала со знаменитостями, попробовала вкуснейшие закуски (хотя в клубе Пайпер подавали и лучше), была окружена вниманием красивейших мужчин, моде лей, актеров, но главное — за ней ухаживал лучший парень в мире! Сегодня был потрясающий вечер, — выдохнула Пейдж, глядя на яркую полную луну в усеянном звездами небе, висевшую над самой землей. Он еще не закончился, — улыбнулся Мика, погладив ее по руке, и тепло его кожи разлилось по всему ее телу.

— Да, — кивнула Пейдж. — Ты еще не показал мне свой дом.

— Покажу, — сказал Мика, притормаживая на крутом вираже. — Надеюсь, он тебе понравится. «Я в этом уверена», — подумала Пейдж. У такого человека, как Мика, должен быть красивый, уютный дом. Конечно, если он не из тех нерях, у которых все комнаты захламлены коробками из — под пиццы, пустыми пивными банками и кипами старых рваных журналов. Однако, глядя на классический профиль Мики, уложенные гелем волосы, она могла этого не опасаться. Машина плавно скользила по трассе, удаляясь от центра города. Они ехали в горы. Пейдж, откинувшись на спинку сиденья, расслабилась, с наслаждением вдыхая ароматы ночи. Теплый ветерок трепал ее волосы. Мимо проплывали поместья, огромные особняки, деревья. Мика, наверное, жил в одном из таких домов. Сейчас Пейдж ощущала себя кинозвездой больше, чем за весь вечер в компании знаменитостей. Мика, развернув машину в тупике, остановился. Вокруг не было слышно ни звука. Тишину нарушал лишь рокот двигателя. Немея от восхищения, Пейдж обвела взглядом высокие чугунные ворота.

— Защита от «домушников»? — пошутила Пейдж.

— Знаю, это похоже на ворота готического замка, — со смехом сказал Мика. — Но они стоят здесь со времен первых жильцов. Историческая ценность. Так что просто рука не поднимается их снести. Он достал из нагрудного кармана магнитную карту — ключ и вставил ее в щель серебристой панели в кирпичной стене, которой было обнесено поместье. Раздался тихий электронный писк, и створы ворот с оглушительным скрежетом медленно распахнулись. А где сам дом? — спросила Пейдж, вглядываясь в темноту, когда Мика въезжал в ворота.

— Через минуту увидишь, — ответил он. Мика, повернув направо, притормозил в аллее, и впереди, на вершине холма, Пейдж наконец увидела «дом», больше похожий на старинный особняк, и от красоты этого зрелища у нее перехватило дыхание. В классическом викторианском стиле, довольно популярном в Сан — Франциско, здание поражало архитектурным размахом. Высокие гребни крыш, четыре этажа, гараж, в котором запросто мог уместиться весь Холлиуэл — Мэнор… Это был не дом, а, скорее, целое поместье. Темный и мрачный сейчас, в бледном свете луны, он вполне мог служить декорацией для фильма о привидениях. Невероятно, прошептала Пейдж, окидывая взглядом высокие стены. — Как в романах Бронте.

— Я рад, что тебе понравилось, — сказал Мика, останавливая машину перед парадной дверью. Под колесами тихо шуршал гравий. — Этот дом всегда принадлежал нашей семье.

— Старинный род? — улыбнулась Пейдж. Распахнув дверцу машины, она вышла, не сводя глаз с особняка. Воображение уже рисовало ей трагический сценарий романтической истории любви, связанной с этим домом. Женщина, одетая по моде восемнадцатого века, задумчиво любуется звездами из окна на четвертом этаже. В сердце ее печаль: отец собирается выдать ее замуж за богатого старика, а она в отчаянии ищет способ избежать этого брака, чтобы воссоединиться со своим возлюбленным. А тот тем временем взбирается по каменной стене и, сорвавшись, падает вниз, не успев коснуться руки любимой, и разбивается насмерть…

— Идем, — сказал Мика, обнимая ее за талию. Пейдж вздрогнула, очнувшись от своих мыслей, зябко кутаясь в наброшенную на плечи тонкую красную шаль. — Идем в дом. Приподнимая длинную юбку, Пейдж поднялась по ступеням на просторное крыльцо. Тихо скрипнула дверь, и она, переступив порог, словно очутилась в мире романтических грез. Пол фойе был выложен мозаичным узором, изображающим луну и солнце. Пейдж вслед за Микой пошла вверх по широкой изогнутой лестнице, ошеломленно разглядывая картины в золоченых рамах и хрустальные люстры. Мика повел ее сквозь череду комнат, открывая перед ней двери и пропуская вперед. Спальни, декорированные в викторианском стиле, выглядели так, будто все в них сохранилось в первозданном виде со времен первых владельцев. Мика показывал ей комнаты одну за другой, попутно объясняя схему их расположения в доме и рассказывая историю примечательных вещей. Прошло не меньше часа, прежде чем они снова спустились на первый этаж и Мика повел Пейдж в библиотеку. Наверное, ты и сам это знаешь, но я все же скажу: у тебя великолепный дом, — сказала Пейдж, идя вдоль вздымающихся до самого потолка стеллажей и разглядывая толстые золоченые корешки дорогих книг в кожаном переплете. Мика следовал за ней.

— Наверное, ты и сама это знаешь, но я тоже скажу: ты великолепна, — в том же тоне ответил ей Мика. От этих слов у Пейдж перехватило дыхание. Вспыхнув, она повернулась к нему. Взгляд Мики был до того пронзительно искренен, что она невольно потупилась. Мика нежно провел пальцами по ее щеке — сердце ее затрепетало в груди.

— Мне так хотелось, чтобы ты полюбила этот дом так же, как я, — тихо продолжал Мика. — Я знал. Я знал, что в тот миг, как ты увидишь его, в сердце твоем проснется любовь. По телу Пейдж пробежала жаркая волна, когда руки Мики сомкнулись вокруг ее талии. Она подняла голову, взглянув на него из — под полуопущенных век.

— Разве могло быть иначе? — выдохнула она. — Здесь так… чудесно. Их взгляды встретились, и Пейдж вновь почувствовала легкое головокружение и слабость, как накануне в ресторане, но это было даже приятно. Ей начинало нравиться это ощущение — г тонуть в синеве его глаз.

— Ты еще не видела самого главного, — сказал Мика хрипловатым голосом.

— Главного? — машинально переспросила Пейдж, не в силах собраться с мыслями.

— Да, моего сада, — улыбнулся Мика. — Ты обязательно должна увидеть мой сад. Он отстранился, и Пейдж вдруг стало холодно, тревожно и больно в душе, словно ей от весили пощечину. Слабость прошла. Она встряхнула головой, приходя в чувство после легкого шока. Мика пересек комнату и подошел к застекленным дверям, выходящим в мощенный камнем внутренний дворик. Вдруг, словно пресытившись романтичностью обста — новки, Пейдж ощутила непреодолимую усталость.

— Мне кажется, уже очень поздно, — сказал она, взглянув на часы. — А сад, наверное, у тебя огромный. Может, прогуляемся там в другой раз? Мика застыл спиной к ней, и Пейдж тоже замерла, в растерянности кусая губы. Ей казалось, что ответ на этот простой вопрос очевиден. Так почему Мика медлит?

— Мика? — снова окликнула она его. Он наконец обернулся. Мужественные черты его лица озарила слабая улыбка.

— Я оставил самое красивое напоследок, — с расстановкой проговорил он, протягивая Пейдж руку. — Мы не станем обходить весь сад. Я просто очень хочу, чтобы ты его увидела. Это лучшее, что есть в моем поместье. Пейдж, заколебавшись, взглянула на протянутую руку и вздохнула.

— Хорошо, если это доставит тебе удовольствие, — ответила она, пытаясь побороть смертельную усталость. Она подала Мике руку, он крепко сжал ее и потянулся к медной кнопке в стене у двери. И в этот момент зазвонил сотовый телефон Пейдж.

— Проклятье. Извини, — с виноватой улыбкой сказала она, отнимая у него руку. Открыв сумочку, Пейдж достала телефон. На определителе высветилось «Дом».

— Это кто — то из сестер, — сообщила она Мике, который застыл в напряженном ожидании, сунув руки в карманы. — Подожди секунду. Пейдж нажала кнопку и поднесла телефон к уху;

— Я же сказала, у меня свидание, — сквозь зубы проговорила она, поворачиваясь к Мике спиной.

— Пейдж, это очень важно, — раздался в трубке голос Пайпер. — Возвращайся домой. Немедленно. Сердце Пейдж сжалось в предчувствии беды. Пайпер редко говорила таким тоном. Что произошло? Неужели Коула схватили демоны — мстители Колдуна? Или, может, что — то случилось с Фиби? Пейдж до смерти хотелось спросить, в чем дело, но она понимала, что нельзя допустить, чтобы Мика стал свидетелем этого разговора. Даже если ему довелось увидеть демона, то большую часть того, с чем приходилось едва ли не каждый день сталкиваться Зачарованным, обычному человеку осмыслить было не под силу.

— Еду, — коротко бросила в трубку Пейдж и, нажав отбой, виновато посмотрела на Мику. — Извини, — сказала она, убирая телефон в сумку. — Дома что — то случилось. Мне нужно возвращаться.

— Может, останешься? — со слабой надеждой в голосе спросил Мика. Поверь, я бы осталась, если бы все было не так серьезно, — честно призналась Пейдж. Шагнув к Мике, она положила руки на лацканы его смокинга. — Не сердись, ладно?

— Не буду, — буркнул Мика, натянуто улыбаясь. — Если не возражаешь, я вызову Чарльза, чтобы он отвез тебя домой. — Отстранившись, он прошел мимо нее к телефону на столике у стены.

— Кто такой Чарльз? — озадаченно спросила Пейдж.

— Мой водитель, — сухо ответил Мика и, отвернувшись, снял трубку, г — Чарльз, нужно отвезти мисс Мэттьюс домой. Ей срочно нужно вернуться в город. Положив трубку, он сунул руки в карманы и в упор посмотрел на Пейдж:

— Сейчас он подъедет.

— Ого. Чарльз на круглосуточном дежурстве? Кто ты, Бэтман? — пошутила Пейдж, пытаясь поднять настроение.

— Он как член семьи, — безразличным тоном проговорил Мика и прошел в другой конец библиотеки, к письменному столу, и стал там разбирать какие — то бумаги. — Я бы отвез тебя сам, но, если уж вечер закончился так скоро, я бы хотел поработать. Напряженно сглотнув, Пейдж подошла к Мике и, наклонив голову, заглянула ему в лицо в надежде поймать его взгляд.

— Мне правда очень жаль, — тихо сказала она. — Ты подарил мне незабываемый вечер. Мика прерывисто вздохнул и наконец поднял на нее глаза.

— Прости меня, — вымолвил он, тряхнув головой. — Я веду себя как ребенок. Со мной всегда так, когда рушатся мои планы, — добавил он, смущенно улыбаясь. Пейдж просияла. Привстав на носки, она поцеловала его долгим, страстным поцелуем, и, когда их губы разомкнулись, Мика еще мгновение не открывал глаз.

— В следующий раз, — шепнула Пейдж. — Я обещаю. Снаружи раздался гудок автомобиля. Пейдж повернулась, собираясь уходить. Мика распахнул перед ней дверь, и она шагнула в прохладу ночи, чувствуя себя Золушкой, в разгар бала покидающей своего принца, возвращаясь из дивного сна в мрачную реальность. Сев в машину, она послала Мике на прощание воздушный поцелуй. Он махнул в ответ рукой. На губах его играла грустная улыбка. Машина тронулась, и за окном снова замелькали темные сады и залитые лунным светом лужайки.

— Не знаю, что там случилось, — прошептала Пейдж, — но, наверное, что — то очень серьезное.

— Ну, где же она? — в который раз процедила сквозь зубы Пайпер, нервно меряя шагами комнату от двери до окна. С тех пор как Фиби вызвала ее домой и показала, что она обнаружила в «Книге Теней», Пайпер не сиделось на месте. Ей не давала покоя мысль, что Пейдж где — то там, совсем одна, и они не могут ее защитить.

— Да приедет она, не волнуйся, — сказала Фиби, устроившись на подоконнике и напряженно вглядываясь в темноту за окном. На коленях у нее лежала «Книга Теней», открытая на той странице, которую они с Пайпер собирались показать Пейдж. Несмотря на спокойный тон, Фиби волновалась не меньше сестры и в напряжении сжимала и разжимала пальцы.

— Смотри! Фары! — встрепенулась Пайпер, когда по комнате скользнули белые лучи. Она бросилась к окну и увидела лимузин, остановившийся напротив Холлиуэл — Мэнор. Через секунду из него вышла Пейдж, целая и невредимая, и Пайпер захлестнула волна невероятного облегчения. — — Приехала, — выдохнула она. Фиби положила книгу на подоконник и спрыгнула на пол.

— Эй! — раздался на лестнице голос Пейдж. — Где вы?

— На чердаке! — крикнула Фиби. Пейдж, взлетев по лестнице, ворвалась на чердак и уставилась на сестер расширенными от страха глазами.

— Что случилось? — спросила она. — Надеюсь, ничего страшного? Фиби, вне себя от радости, притянула Пейдж к себе и крепко стиснула в объятиях. Пейдж, выглянув из — за ее плеча, бросила вопросительный взгляд на Пайпер.

— Ну ладно, ладно. Так в чем дело? — проворчала она, когда Фиби наконец отпустила ее.

— Я так рада, что с тобой все в порядке! — воскликнула Фиби с сияющей улыбкой, прижимая руки к груди.

— Ты рада, что все в порядке со мной! — изумилась Пейдж. Нахмурив брови, она скинула шаль и вместе с сумочкой бросила ее на диван в центре комнаты. — Я думала, что — то произошло здесь.

— Ну… вроде того, — буркнула Пайпер, закусив губу. Лицо Пейдж мрачнело с каждой секундой, во взгляде мелькнули возмущение и обида.

— Та — ак, — протянула она. — Я убегаю с самого потрясающего свидания в жизни, бросаю все, мчусь сюда… Я требую, чтобы мне объяснили, в чем дело. Пайпер, заламывая пальцы и крепко стиснув зубы, подошла к Пейдж, лихорадочно думая, как лучше преподнести сестре то, что они с Фиби собирались ей сказать. Дело было до того деликатное, что требовало крайне тактичного подхода, и любой бы на месте Пайпер оказался бы в затруднительном положении. Пейдж стояла в выжидательной позе, хмурясь все больше.

— Может, присядешь? — предложила Пайпер. Пейдж застонала от нетерпения и закатила глаза, но все же плюхнулась на диван рядом со своей сумкой.

— Ладно. Говори, — потребовала она. Фиби тут решила еще почитать про Аплакума и обнаружила одну вещь… не слишком приятную, — начала Пайпер, переглянувшись с Фиби. Пейдж, подперев рукой подбородок, буравила Пайпер взглядом.

— Что именно? Пайпер присела на краешек любимого стулa, вдруг почувствовав тяжесть во всем теле. Глядя на Пейдж, в вечернем платье, раскрасневшуюся, счастливую, она не решалась произнести рвавшиеся с губ слова. Девочка только что познакомилась с мужчиной своей мечты, и Пайпер было больно от того, что им с Фиби суждено нанести ей страшный удар.

— Э… Фиби? Может, ты сама все объяснишь? — наконец сказала Пайпер. В конце концов, Фиби лучше знала суть дела, и ей самой уже однажды пришлось пережить горькое разочарование.

— Ну, в общем, Аплакум — это давний враг демона по имени Вандалус, — начала Фиби, тщательно подбирая слова. Она взяла с подоконника «Книгу Теней». — Вандалус очень жестокий и коварный демон. Он воплощение вселенского зла… способен погубить целый мир. Фиби сделала паузу, чтобы Пейдж восприняла эту информацию, но та, видимо, еще не сознавала важность этого сообщения.

— И?.. — не выдержав, спросила она. И больше тысячи лет назад он был изгнан ¥ на Землю в обличье человека, чтобы избежать беды, — вставила Пайпер.

— В «Книге Теней» нет его изображения в виде человека. — Фиби помолчала, переводя дыхание, и посмотрела на Пайпер для моральной поддержки, потом протянула раскрытую книгу Пейдж, и та положила ее на колени. — Но по описанию… он очень похож на Мику. На несколько секунд в комнате повисла такая гробовая тишина, что было слышно напряженное дыхание сестер. Пайпер с замиранием сердца пристально наблюдала за выражением лица Пейдж. Сначала Пейдж молча смотрела на сестер, не понимая, о чем они говорят, потом, когда сказанное дошло до ее сознания, побледнела и, уронив книгу на пол, повалилась на диван, сминая нежный шелк платья. — Я не верю, — чуть слышно прошептала она.

— Я понимаю, дорогая, тебе сейчас очень трудно, — сказала Фиби, опускаясь на колени рядом с диваном и ласково погладив Пейдж по руке. — Не расстраивайся. Все будет хорошо. Мы с тобой. Мы найдем способ его уничтожить. Пейдж в шоке взглянула на сестру.

— Уничтожить? Неужели ты это серьезно? Вы хотите уничтожить мою любовь? Пайпер застыла от изумления и растерянно переглянулась с Фиби. — Пейдж, неужели ты не понимаешь? Ты больше не можешь с ним встречаться, — с расстановкой проговорила она. — Он крайне опасен.

— Ну да, конечно, — расхохоталась Пейдж, вскакивая на диване. — По описанию этот ваш Вандалус напоминает Мику! — с сарказмом воскликнула она, рывком поднимая с пола книгу. — И что же тут написано? Высокий, смуглый, красивый? И сколько людей подпадают под это описание? Фиби забрала у Пейдж «Книгу Теней» и поднялась на ноги. «В человеческом обличье Вандалус высокой стати, волосы у него темные, а глаза пронзительно синие, неестественного оттенка», — процитировала Фиби, ходя по комнате.

— Видите! Это может быть кто угодно! — возразила Пейдж, выпрямляясь.

— Но это еще не все, — перебила ее Фиби. — Слушай дальше. Здесь говорится, что Вандалус гипнотизирует детей и обращает их в свое во — инство. Пайпер посмотрела на Пейдж, ожидая, что та сразу придет к очевидному выводу, но Пейдж лишь упрямо качнула головой:

— И что?

— Что? — начала терять терпение Пайпер. — А то, что Мика работает с детьми, вкрадывается к ним в доверие, делает все, чтобы они его полюбили, чтобы сироты к нему привязались. Он вербует их в свое войско.

— Так, девочки, вижу, вы совсем помешались со своими чарами, — запальчиво проговорила Пейдж. — Парень посвятил всю свою жизнь благотворительности, а вы утверждаете, что он собирает армию детей для осуществления своего дьявольского замысла.

— Вот именно! — в один голос подтвердили Пайпер с Фиби.

— Пейдж, в этом есть логика, — снова начала Пайпер, понемногу впадая в отчаяние. — Подумай сама. Аплакум и Вандалус — заклятые враги, и Аплакум явился в общежитие, чтобы убить Мику, а не Регину. Пейдж растерянно моргнула, и Пайпер на мгновение показалось, что та наконец вняла голосу разума, но молчание сестры длилось недолго.

— Если так, тогда объясните мне, почему в видении Фиби Аплакум убивал Регину? — парировала Пейдж, скрещивая руки на груди и окидывая сестер победным взглядом. — И разве Зачарованным посылают видения, чтобы предотвратить убийство одного демона другим?

— Господи, разумеется, нет, — морща лоб, пробормотала Фиби, прижимая «Книгу Теней» к груди.

— Ну… значит, Регина должна была стать случайной жертвой в битве Аплакума с Вандалусом, — выпалила Пайпер, гордо вскидывая голову и сама поражаясь своей сообразительности. — И Фиби, очевидно, было послано видение, чтобы мы могли спасти невинную душу, чтобы Регина не пострадала в столкновении двух демонов.

— Ну, хватит. Мне все это надоело, — буркнула Пейдж, хлопнув себя по коленям и поднимаясь с дивана. — Я уже смирилась с некоторыми вашими странностями, но это переходит все границы.

— Что ты подразумеваешь под «странностями»? — оскорбилась Пайпер.

— А то, что вы мешаете моему счастью! — гневно выпалила Пейдж и, схватив свою сумочку, стала рыться в ней, дрожа от негодования. Сумка выскользнула у нее из рук, и по всему полу рассыпалось ее содержимое — косметика, телефон, ключи. Пейдж застонала от досады и, нагнувшись, начала собирать все с пола и запихивать в сумку. Потом выпрямилась и, откинув волосы за плечи, зажала в кулаке ключи. — Знаете что? Вы мне просто завидуете!

— Завидуем? — опешила Пайпер. Это уже было слишком. Неужели Пейдж и впрямь думает, что ими движут иные мотивы, кроме стремления ее защитить?

— Вот именно. Завидуете. Потому что я полюбила прекрасного, чудесного человека, который тоже любит меня, — бросила в ответ Пейдж. Пайпер ошеломленно молчала. Как только у Пейдж язык повернулся сказать такое про нее с Фиби? Да она не променяет Лео на всех мужчин, вместе взятых! И Фиби тоже ни за что на свете не отказалась бы от своего Коула. Кроме того, ведь Пейдж любила Лео и Коула как родных братьев. Как же она могла опуститься до оскорбительных намеков в их адрес?

— Не знаю, что тебе на это ответить, — проговорила Фиби дрожащим голосом, — но только мы тебе сказали чистую правду. — Она была не меньше Пайпер обижена несправедливыми обвинениями Пейдж. — Мы твои сестры, мы заботимся о тебе, и именно поэтому мы были вынуждены открыть тебе истину.

— Мне это все равно, — скривилась Пейдж, тряхнув волосами. — Я ухожу. Взяв с дивана шаль, она с гордо поднятой головой прошествовала к двери.

— Куда ты? — крикнула ей вслед Пайпер, вместе с Фиби выбегая на лестницу.

— Это не ваше дело, — огрызнулась Пейдж. Через пару секунд внизу громко хлопнула входная дверь, и у ворот зарычал двигатель машины. Пайпер сделала глубокий вдох, успокаивая взбудораженные нервы, и, в отчаянии схватившись руками за голову, вернулась на чердак, чтобы попытаться трезво оценить возможные последствия неприятного разговора.

— Это все не случайно, — протянула она, качая головой.

— И что же теперь делать? — спросила Фиби, I кладя на место «Книгу Теней». В голосе ее явственно звучало смятение. — Как ты думаешь, I куда она поехала?

— Не знаю, — рассеянно проговорила Пайпер, опускаясь на диван. Она бросила полный отчаяния взгляд на дверь: жаль, что они ее не удержали. — Надеюсь только, что она не наделает глупостей. К сожалению, Пайпер хорошо понимала, что как раз в том состоянии, в каком пребывала сейчас Пейдж, людям чаще всего грозят крупные неприятности.

Глава 7

Пейжд, трепеща от гнева и негодования, ехала по темной извилистой дороге в горы, направляясь к поместью Мики. Она сердилась на сестер за то, что они обращались с ней как с маленьким ребенком и пытались отвадить ее от единственного человека, которого она полюбила всем сердцем. Ее немного смущало то, как отреагирует Мика на то, что она постучится к нему в дверь всего час спустя после своего внезапного ухода. Но она решительно отмела эту мысль и крепче взялась за руль, сосредоточенно выискивая глазами дорожные указатели. Она была у Мики всего один раз и не успела изучить дорогу, так что оставалось лишь надеяться, что она не заблудится — только этого еще не хватало после всего, что случилось сегодня вечером!

— Слава богу! — вслух воскликнула Пейдж, увидев знакомый пейзаж. Убедившись, что едет в правильном направлении, она немного успокоилась. Чем круче становился подъем, тем хуже тянула старенькая машина, и к тому времени, когда Пейдж подъехала к воротам поместья Мики, она давила на педаль газа так, что та касалась пола. Остановившись у ворот и взглянув на серебристую панель кодового замка, она сообразила, что без ключа ей внутрь не попасть.

— И что дальше? — прошептала она, с досады кусая губы и в растерянности окидывая взглядом высокую кирпичную стену. Еще раз осмотрев панель, она обнаружила под щелью, куда Мика вставлял магнитную карту, маленькую круглую кнопку. Возможно, это был встроенный микрофон с громкоговорителем, как в подъездах многоэтажных домов, и Мика ответит на звонок. Опустив в машине оконное стекло, Пейдж дотянулась до кнопки, нажала и стала ждать, что произойдет. Время тянулось бесконечно долго, и она уже начала терять терпение.

— Ну же, — пробормотала она, дрожа от холода. В этот момент раздался тихий писк, и створы ворот со скрежетом поползли в разные стороны. Пейдж, оцепенев от неожиданности, не — сколько секунд сидела, боясь пошевелиться.

— Странно. Зачем тогда такие меры предосторожности — ворота, сигнализация, если Мика открывает любому, кто нажмет кнопку вызова? На мгновение она заколебалась, но оставаться на месте было глупо. Пейдж въехала в ворота и нажала на газ, надеясь, что машина выдержит и не заглохнет на последнем подъеме на холм, где стоял особняк Мики. Через несколько минут она притормозила у парадного и, заглушив двигатель, прерывисто вздохнула.

— Господи, только бы он на меня не сердился, — чуть слышно прошептала она. Пейдж вышла из машины, убрала ключи в сумочку и взглядом окинула дом. Дверь открылась, и в проеме возникла стройная фигура Мики.

— Ты вернулась, — расплывшись в улыбке, сказал он. Он еще не переоделся, и более теплый прием было трудно вообразить.

— Да, — смущенно улыбаясь, ответила Пейдж. — Тревога оказалась ложной. — Она обошла машину и поднялась на крыльцо. — Извини, что я тебя бросила, — проговорила она, глядя ему прямо в глаза. — Такого больше не повторится.

— О, я в этом не сомневаюсь, — усмехнулся Мика. Он обнял ее за плечи, и Пейдж окутало приятное тепло. Они вошли в дом. Мика закрыл дверь и запер ее на засов.

— Как ты догадался, что это я? — спросила Пейдж.

— У ворот? — уточнил Мика. — Скрытые камеры.

— Ого. У тебя не дом, а неприступная крепость, — пошутила Пейдж. Мика прыснул и потрепал ее по плечу:

— Что — то вроде того.

— Ну… так как там насчет прогулки по саду? — кокетливо спросила Пейдж, когда они вошли в библиотеку. Мика просиял, синие глаза заискрились радостью.

— Я счастлив, что ты об этом попросила. Сняв с вешалки в углу длинный черный плащ, он набросил его ей на плечи и взял за руку.

— Спасибо, — сказал Пейдж, тронутая его к вежливыми манерами. «Ах, да, как же я забыла, он же демон», — с сарказмом подумала Пейдж, с наслаждением кутаясь в теплый плащ. Мика тем временем отпер; дверь, ведущую в сад. Видели бы их сейчас Фиби и Пайпер — посмотрели бы они, как Мика с ней обращается. Она с признательностью взглянула на него и, улыбнувшись, вышла во дворик, граничащий с садом. «Мне не о чем волноваться, — сказала она себе. — Абсолютно не о чем». Мика прикрыл за ними дверь. Пейдж прошла немного вперед, ожидая, что он нагонит ее. Но, не услышав позади его шагов, обернулась. Мика стоял у двери, держась за круглую медную ручку, с закрытыми глазами и с опу — щенной головой.

— Что с тобой? — с беспокойством окликнула его Пейдж: на мгновение ей показалось, что ему стало плохо. Но Мика вскинул голову, открыл глаза и улыбнулся.

— Все в порядке, — сказал он, тряхнув головой, потом подошел и взял Пейдж за руку. — Горю нетерпением показать тебе мой сад. Пейдж улыбнулась ему, и они рука об руку пересекли мощенный камнем дворик и ступили на мягкий газон. В центре лужайки бурлил маленький фонтан, окруженный ухоженной живой изгородью. Проходя мимо, Пейдж посмотрела в прозрачную как стекло воду и увидела в ярком свете луны, что дно чаши фонтана выложено крошечными голубыми плитками с золотой каймой. Рябь на воде создавала причудливую, гипнотизирующую игру света. Мика потянул Пейдж за руку и увлек за собой на край лужайки. Они прошли через проем в изгороди и оказались в саду. Пейдж ахнула от восхищения. Это было все равно что переходить из комнаты в комнату в доме Мики. Эта часть сада тоже была обнесена живой изгородью, но только повыше, и вдоль нее стояли резные каменные скамейки и росли пышные цветущие кусты, настолько красивые, что у Пейдж перехватило дыхание.

— Что это за цветы? — спросила она, беря в ладонь огромный алый бутон.

— Это розы, — ответил Мика.

— Нет. Не может быть. — Пейдж наклонилась вперед, вдыхая аромат цветка — он пах, как роза. — Я даже не думала, что они вырастают до таких размеров, — прошептала она.

— Мой садовник — специалист по гибридным сортам, — объяснил Мика, когда они двинулись дальше. — Эти розы — чудо генной инженерии. Иногда он выводит цветы поразительной красоты.

— Потрясающе, — выдохнула Пейдж. Оказывается, Мика ко всем своим прочим достоинствам еще и садовод? «С этим мужчиной я буду купаться в цветах до конца своих дней», — мелькнула невольная мысль. Мика подвел ее к изгороди на другом краю сада, где Пейдж с удивлением увидела маленький каменный домик, утопающий в цветущих вьюнках.

— Что это? — с любопытством спросила она.

— Вообще — то сарай, — усмехнулся Мика. — Но здесь есть и туалет, чтобы гостям не приходилось ро нужде возвращаться через весь сад в дом.

— Какая трогательная забота, — с улыбкой отметила Пейдж, Они обогнули изгородь, и лужайки остались позади. Последняя часть сада была обнесена кирпичной стеной, как и все поместье Мики, но сам сад был великолепен. По левую руку вдоль стены росли могучие вековые деревья с выпирающими из земли толстыми корявыми корнями. В дальнем углу находился маленький искусственный пруд с водопадом, окруженный небольшим каменным патио. Возле пруда стояли два шезлонга, четыре плетеных стула с подушками и круглый стеклянный столик под большим зонтом.

— Наверное, здесь ты приобрел свой великолепный загар, — пошутила Пейдж.

— У меня не много свободного времени, но в редкие часы отдыха меня всегда можно найти здесь, — улыбнулся в ответ Мика.

— Мне кажется, человек вроде тебя должен уделять себе больше времени, — беспечно проворковала Пейдж, когда они развернулись и вдоль изгороди медленно пошли назад.

— Да? Для чего? — заинтересовался Мика.

— Для расслабления, — пояснила Пейдж, опускаясь на одну из каменных скамеек в цветочном саду. Она кокетливо повела плечами и бросила ему игривый взгляд. — Для того… чтобы погладить себя по головке за отличную работу. Мика расхохотался и сел рядом. Протянув руку, он пальцами убрал с ее щеки прядку волос. Пейдж вздрогнула от его прикосновения, сердце учащенно забилось, в висках глухо застучал пульс.

— И еще для того… чтобы проводить больше времени со своей девушкой… — с надеждой в голосе сказала она. Мика наклонился к ней совсем близко, и у Пейдж перехватило дыхание. Потянувшись через ее плечо, он сорвал алый цветок с розового куста, растущего возле скамейки, и протянул его ей. Пейдж медленно поднесла розу к лицу, неотрывно глядя Мике в глаза.

— Это самый лучший повод, — проговорил Гон низким, хрипловатым голосом. Дрожа от охватившего ее волнения, Пейдж допустила розу, и Мика провел пальцами по ее шее, привлекая Пейдж к себе. Закрыв глаза, он нежно коснулся губами ее губ, и они слились в сладостном поцелуе. Ничего подобного Пейдж не испытывала ни разу в жизни. Она ощущала каждую клеточку своего тела. Казалось, Мика обволакивает, баюкает ее теплом, согревает жаром своих чувств. Когда их губы разомкнулись, Пейдж была на вершине блаженства.

— Ну? Что скажешь? — прошептал Мика, заглядывая ей в глаза.

— О чем? — спросила Пейдж, едва шевеля языком, пьяная от счастья. Веки ее закрывались, голова стала словно ватная.

— О моем саде, — сказал Мика, проводя пальцами по ее щеке.

— Он великолепен, — ответила Пейдж, моргнув несколько раз, чтобы стряхнуть дремоту. — Мне придется выиграть в лотерею, чтобы приобрести такую роскошь, — прибавила она.

— Извини, — перебил ее Мика. — Этот сад — единственный в своем роде. Но у тебя будет много времени полюбоваться его красотой.

— Да? Ты хочешь сказать, мы будем встречаться каждый вечер? — радостно улыбаясь, спросила Пейдж.

— И даже еще чаще, — медленно проговорил он, устремляя на нее пронизывающий взгляд синих глаз. Он наклонился и прикоснулся губами ко лбу Пейдж, потом откинул голову назад и посмотрел на нее странным взглядом, в котором явственно сквозила печаль. И в этот момент Пейдж вдруг осознала, что Мика Грант — гораздо более многогранный человек, чем казалось внешне. Как и у всех людей, у него были свои секреты, и Пейдж отчаянно захотелось проникнуть в его тайны, узнать о нем все — все. «Он видел в жизни столько горя, — подумала Пейдж. — Он такой добрый, заботливый, нежный. И как только Фиби с Пайпер посмели утверждать, что он злой гений?» Мика хлопнул себя руками по бедрам и встал. Пейдж тоже поднялась, собираясь возвращаться назад. Как ни восхищена была она дивной кра — сотой сада, но, несмотря на пожар любви, пылающий в сердце, тело ее совсем закоченело, и хотелось побыстрее окунуться в теплую, комфортную атмосферу дома. Но едва она сделала первый шаг, Мика повернулся и остановил ее жестом.

— Ты останешься здесь, — жестко проговорил он.

— Как это? — изумилась Пейдж. Может, он собирается сходить за чем — то в дом, а потом вернуться?

— Ты останешься, — не допускающим возражений тоном повторил Мика. — Теперь твой дом здесь. Повернувшись спиной к ошеломленной Пейдж, он прошел сквозь проем в изгороди в перовую часть сада. Пейдж в оцепенении застыла на Ьесте, растерянно провожая его взглядом. Ледяной холод пробрал ее до мозга костей, но уже не от ночной прохлады. Что он хотел этим сказать? Пейдж, наконец опомнившись, на подкашивающихся ногах бросилась вдогонку за Микой. Когда она добежала до изгороди, он был уже на противоположном конце мощеного дворика.

— Мика! Что ты имел в виду, говоря, что теперь мой дом — здесь? — крикнула Пейдж ему вслед изменившимся голосом, не веря, что про — износит такие слова. Мика медленно повернулся и посмотрел на нее кротким и вместе с тем снисходительным взглядом, как будто собирался обратиться к умственно неполноценному человеку.

— Ты останешься здесь и будешь моей любовницей, — терпеливо растолковал он. — Ты сказала, тебе нравится мой сад. Если так, будешь жить здесь. И тут инстинкт самосохранения подсказал Пейдж, что нужно бежать — немедленно. Она практически слышала голоса Пайпер и Фиби, которые приказывали ей уносить ноги, и чем быстрее, тем лучше. Мика был, очевидно, не вполне здоровым психически человеком.

— Я еду домой, — твердо заявила Пейдж, хотя сердце трепыхалось в груди, словно у испуганной пичужки. Вздернув подбородок, она попыталась придать лицу независимое выражение и гордо прошла мимо Мики. На долю секунды ей показалось, что он пошутил и не собирается ее удерживать. И как только у нее возникло ощущение, что опасность миновала и она свободна, произошла странная и необъяснимая вещь. Она наткнулась на стену. На стену, которой не было. Отпрянув назад и ощупывая пальцами вздувшуюся на лбу шишку, Пейдж в замешательстве огляделась по сторонам. Нет, ей не померещилось. Никакой стены она перед собой не видела, но точно знала, что та там была: шишка на ощупь производила вполне натуральное впечатление.

— Эй, что происходит? — крикнула Пейдж, поворачиваясь к Мике. В глазах ее стояли слезы.

— Я же сказал, — с абсолютным спокойствием ответил он. — Ты отсюда не уйдешь. Пейдж охватила паника. Она повернулась к Мике спиной, пытаясь взять себя в руки. Но едва она сделала шаг вперед, как снова наткнулась на что — то твердое. Невидимое, но вполне материальное. Вытянув вперед трясущуюся руку, она прикоснулась к незримой преграде. На ощупь она была как кирпичная стена — такая же холодная, неровная, шершавая и… непробиваемая.

— Нет! Этого не может быть! — с замиранием сердца прошептала Пейдж. Начала больно ныть шишка на лбу. Нужно выбираться отсюда, пока не случилось еще большей беды. Пейдж развернулась и побежала вдоль дома, рассчитывая обогнуть его с торца, но, когда повернула за угол, остановилась как вкопанная, снова наткнувшись на стену, только на этот раз на реальную стену из настоящего кирпича, которая была футов десять в высоту, так что перелезть через нее было невозможно. В отчаянии Пейдж пошла вдоль ограды, ища хоть какой — нибудь выход, но все было бесполезно. Она оказалась в западне. Осознав наконец, что ей не сбежать и что все происходит не в кошмарном сне, а наяву, Пейдж повернула назад и медленно побрела к патио, не сводя глаз с Мики. Он спокойно стоял, сунув руки в карманы, и наблюдал за ней с абсолютно безразличным видом. Его самоуверенность взбесила Пейдж до глубины души. — Я не позволю с собой так обращаться, — дро — ркащим голосом крикнула она, едва сдерживая слезы. — Ты не имеешь права держать меня здесь.

— Это все ради твоего же блага, умиротворенно улыбнулся Мика, — И ради нашей любви, — помолчав, добавил он и шагнул к Пейдж* которая, чуть отпрянув назад, лишь огромным усилием воли заставила себя не двигаться с места. Пейдж не хотела, чтобы Мика догадался, насколько она перепугана. Иначе, как только он это поймет, он получит еще большее превосходство над ней, если только такое возможно.

— Мы созданы друг для друга, Пейдж. Скоро, очень скоро ты полюбишь меня так же сильно, как полюбил тебя я. Эти слова, которые всего несколько минут назад она так мечтала услышать, сейчас вызвали у нее ужас и отвращение. Впервые она заметила лед в синих глазах Мики. Стальной блеск, от которого холодело сердце и пробирал озноб, даже несмотря на теплый шерстяной плащ.

— Ты Вандалус, да? — стуча зубами, спросила Пейдж — Ты тот самый демон, о котором мне говорили сестры? Лицо Мики снова подернулось печалью — это выражение Пейдж еще совсем недавно приписала глубоким переживаниям отзывчивого, сострадательного человека, порадовавшись богатству его внутреннего мира. Никогда в жизни она не испытывала к себе такого презрения. До чего же она была слепа! Мика все спланировал заранее. Он хотел, чтобы она стала пленницей в его дивном саду. Не удивительно, что он пришел в бешенство, когда она отказалась туда идти.

— Мне больно сознавать, что ты видишь во мне исчадие ада, а не человека, который искренне любит тебя, — с грустью проговорил Мика. Он резко отвернулся и прошел сквозь незримую стену в библиотеку. Не раздумывая ни секунды, Пейдж бросилась вслед за ним туда и вновь налетела на прозрачную преграду с такой силой, что от удара упала на спину, схватившись рукой за ушибленное плечо. Следя за Микой беспомощным взглядом, она увидела, как он подошел к столу, открыл ее сумочку и достал сотовый телефон.

— О боже, — прошептала Пейдж, поднимаясь на ноги и в отчаянии прижимаясь щекой к невидимой стене. — Нет! — крикнула она. С на — растающей в душе паникой она смотрела, как Мика подносит телефон к стеклянным дверям, кладет на пол и, глядя ей прямо в глаза, наступает на него ногой.

— Нет!!! — вырвался из груди Пейдж отчаянный стон, из глаз потоком хлынули так долго сдерживаемые слезы. — Не надо! Мика! Прошу тебя, не надо! Но он равнодушно отвернулся и, погасив свет, вышел, оставив ее в полной темноте, на холоде, совсем одну, лишенную надежды на спасение.

Глава 8

На следующее утро Пейдж проснулась под пение птиц, над головой розовело небо в лучах восходящего солнца. Откинув легкое покрывало, она приподнялась на стоявшем у пруда шезлонге и тут же ощутила тупую боль в голове. Она осторожно ощупала шишку на лбу и поморщилась.

— Проснешься от такого, — пробормотала она себе под нос и огляделась по сторонам. Веки отяжелели от пролитых накануне слез, и потребовалось несколько секунд, чтобы полностью прояснилось зрение и померк последний лучик надежды: вокруг ничего не изменилось. Эго был не сон. Она находилась в саду Мики. Одна — ади — нешенька. И никто не знал, где ее искать. Ветер шелестел в ветвях деревьев, обдавая холодным дыханием ее лицо. Зябко кутаясь в наброшенный на плечи шерстяной плащ, она медленно опустилась в шезлонг.

— И почему это случилось именно со мной? — с горечью прошептала она. От криков о помощи накануне голос ее почти сел. С ресниц сорвалась тяжелая слеза и, скатившись по щеке, упала на подушку, оставляя мокрое пятнышко. Грудь разрывалась от душевной боли и сдавленных рыданий. «Как я могла быть такой дурой?» — корила она себя, вытирая льющиеся из глаз слезы. Угораздило же ее влюбиться в демона. Причем в злого демона. А не такого милого и симпатичного, как, например, Коул. Глупая, неосмотрительная девчонка! «Нет! — с жаром возразил внутренний голос. — Ты не станешь плакать. Ты не беспомощна. Ты одна из Зачарованных». Пейдж решительно вскинула голову, не обращая внимания на боль, ладонью смахнула слезы. Утро было раннее, день еще только разгорался, и Мика наверняка еще не проснулся. И если ей представился шанс бежать, то надо им воспользоваться. Пейдж вскочила на ноги, продела руки в рукава плаща и запахнула длинные полы.

— Думаешь, тебе удастся меня удержать? — с ненавистью пробормотала она, окидывая взглядом дом. — Ты еще пожалеешь, что со мной связался. Пейдж подошла к кирпичной стене, сделала глубокий вдох и на мгновение закрыла глаза. Ночью она несколько раз безуспешно пыталась выбраться из сада, преодолев обступившие ее со всех сторон стены. Поражение свое она отнесла на счет физической усталости и шока. Теперь же она поспала, собралась с силами и готова была предпринять новую попытку. Пейдж понимала, что сейчас у нее не хватит энергии с помощью своего дара перенестись сразу домой, но зато была уверена, что оставшейся энергии вполне хватит, чтобы перемахнуть через кирпичную стену — Ладно. Приступим. Пейдж сосредоточилась и тотчас ощутила во всем теле приятное тепло и легкое покалывание, что происходило всегда перед телепортацией. В эти минуты она чувствовала себя словно сотканной из воздуха, сливающейся с атмосферой. И оставалось только нарисовать в воображении то место, куда требовалось перенестись. Пейдж представила, как стоит на траве по другую сторону изгороди, и мысленно устремилась туда. «Сработало», — обрадованно подумала она, чувствуя, как тело начинает рассеиваться, таять в пространстве, и приготовилась к перемещению. Но вдруг не успела она осознать, что произошло, как ее мощной волной отбросило назад, швырнув на землю. Тело ее снова обрело форму, и, хоть цела и невредима, она все же осталась по эту сторону ограды, в заколдованном саду.

— Наверное, невидимая стена блокирует магию, — растерянно пробормотала Пейдж. Ее вновь захлестнула волна отчаяния, но она поспешила повернуть ее вспять и не поддалась панике. В конце концов, она Зачарованная, Пейдж Мэттьюс, еще подростком без разрешения приемных родителей бесчисленное множество раз покидавшая свою комнату и профессионально улетучивавшаяся из класса во время контрольных!

— Должен же быть хоть какой — нибудь выход, — прошептала она, оглядываясь по сторонам. — Не мог же Мика учесть каждую мелочь. И если так, она обязательно выяснит, в чем его просчет.

— Пейдж? — вдруг послышался голос демона. Пейдж, испуганно вздрогнув, обернулась и увидела Мику, направлявшегося к ней с блаженной улыбкой на губах и с подносом в руках. — Дорогая, я принес тебе завтрак. Пейдж, прищурившись, напряженно следила за каждым его движением. Он подошел, поставил поднос на стол. При одном только взгляде на изысканные лакомства у Пейдж потекли слюнки, но, когда Мика снова повернулся к ней, она сняла плащ и, стараясь не дрожать на свежем утреннем воздухе, протянула его хозяину.

— Мне это не нужно, — твердым голосом заявила она. — От тебя мне не нужно ничего.

— Жаль, — протянул Мика, забирая у Пейдж плащ и вешая его на руку, — Я попросил своего шеф — повара приготовить лучшие из его фирменных блюд. Ноздри Пейдж щекотали соблазнительные ароматы поджаристых блинов, свежего бекона, крепкого кофе. Взгляд против ее воли словно магнитом притягивало к столу, и стоило ей взглянуть на содержимое подноса, как от голода скрутило желудок. Она с трудом заставила себя отвернуться и сконцентрировать внимание на Мике.

— Обойдусь, язвительно процедила она сквозь зубы. — Я не собираюсь есть эту отраву. В глазах Мики вспыхнули недобрые огоньки, рот вытянулся в тонкую жесткую линию.

— И чем же ты собираешься питаться? — Я объявляю голодовку, — ответила Пейдж, гордо расправляя плечи. Организм на это заявление ответил недовольным урчанием в животе и выступившими на коже красноватыми пятнами. Мика с ухмылкой вглядывался в ее лицо. Признаться, я удивлен, Пейдж, — проговорил он, огибая стол. — Я считал тебя куда покладистее.

— Покладистее кого? — огрызнулась Пейдж, намеренно копируя его тон.

— Ты знаешь, тебе отсюда не выбраться. — спокойным голосом продолжал Мика, забирая поднос со стола. — Я бы на твоем месте постарался по возможности скрасить свое существование. Пейдж очень хотелось сказать ему в ответ какую — нибудь гадость. Она покопалась в памяти, подыскивая что — нибудь достойное, язвительное и колкое, но на ум, как назло, ничего не приходило. С одной стороны, Мика в какой — то степени был прав. Отвергая тепло и пищу, она наказывала только саму себя. Но, с другой стороны, ей не хотелось доставлять ему удовольствие, позволяя опекать себя, тем самым попадая в еще большую зависимость от него.

— Я тут принес тебе кое — какие теплые вещи, — сказал Мика, кивком указывая на один из шезлонгов, где лежала груда одежды — джинсы, пушистый свитер, носки и тапочки.

— Это тоже можешь забирать, — упрямо тряхнула волосами Пейдж. — Я же сказала: от тебя мне ничего не нужно. Мика печально вздохнул и медленно покачал головой.

— Я делаю все это ради тебя. Я люблю тебя, Пейдж, — сказал он с грустью, собираясь уходить. — Я надеюсь, ты оценишь это… когда — нибудь. Посмотрев на одежду, он прошел мимо, видимо после некоторых колебаний решив оставить ее Пейдж. Она бросила на него полный ненависти взгляд, едва сдерживая навернувшиеся на глаза слезы. Он оставил одежду специально, чтобы проверить ее силу воли. Боясь соблазниться и принять его помощь, Пейдж схватила одежду и швырнула ее в пруд, испустив яростный стон.

— Я тебя ненавижу! — крикнула она вслед Мике, размазывая по щекам обжигающие слезы. — Я ненавижу тебя за то, что ты так со мной поступаешь! Она плюхнулась в шезлонг, сотрясаясь от рыданий. «Может быть, меня спасут Пайпер и Фиби,» — мелькнула обнадеживающая мысль. Но Пейдж знала, что шансы очень малы. После того как она, нагрубив сестрам, накануне убежала из дома, те, вероятно, подумали, что она отправилась в какой — нибудь ночной клуб выпустить пар и не возвращается намеренно, чтобы досадить им за то, что они осмелились сказать ей, что ее.

— И почему я их не послушала? — прошептала Пейдж сквозь слезы. — Неудивительно, что они обращаются со мной как с малым ребенком.

Фиби остановила машину у своего дома. Сердце ее учащенно билось. Терзаемая тревогой, она едва могла сосредоточиться на дороге.

— Господи, только бы ее машина была у дома, — пробормотала она. — Только бы она вернулась. Но, притормозив напротив Холлиуэл — Мэнор, она не увидела красного автомобиля Пейдж ни у крыльца, ни где — либо поблизости. Фиби заглушила двигатель, взяла сумку и побежала в дом, в уме перебирая возможные версии. Сестра могла попасть в аварию, потому что села за руль в крайне возбужденном состоянии. Она могла вернуться к Мике, и тот сделал с ней что — нибудь ужасное. «А может, она просто на работе — успокаивала себя Фиби, пытаясь не поддаться нарастающему предчувствию беды. — Может быть, она всю ночь протанцевала в каком — нибудь клубе, а утром отправилась прямиком на работу». Взлетев на крыльцо, Фиби распахнула дверь.

— Пейдж? — в ту же секунду раздался взволнованный голос Пайпер. Она выбежала в прихожую, сжимая в руке телефонную трубку, и, увидев на пороге Фиби, сникла.

— Никаких новостей? — спросила Фиби, стряхивая с плеч жакет.

— Нет. Я тысячу раз звонила ей на сотовый — у нее включен автоответчик, — прерывисто вздохнула Пайпер. — Ну что, помог тебе развеяться поход по магазинам?

— Где ты видишь сумки? — хмуро буркнула Фиби, всплеснув руками. Последние два часа она, словно во сне, бродила по любимым магазинам, ничего не видя и не слыша, пугая людей своим отрешенным видом. Фиби потерла лоб, и сердце вновь сжалось от тревоги, с каж дой секундой терзавшей ее все сильнее. — Ты звонила ей на работу?

— Да, там тоже автоответчик, — сказала Пайпер, прислоняясь спиной к косяку двери между прихожей и гостиной. — Я также звонила по общему номеру, но секретарь мне ответила, что утром Пейдж должна была съездить по делам и только потом приехать в офис. Она так часто делает.

— Но ты в этом сомневаешься, правда? — спросила Фиби, различив в голосе сестры скептические нотки.

— Признаться, я жутко за нее беспокоюсь, — сказала Пайпер. — Похоже, со вчерашнего вечера никто ее не видел и ничего о ней не слышал. Фиби затаила дыхание, боясь предположить самое страшное.

— А Мика? — с замиранием сердца спросила она.

— Ты будешь сильно удивлена, но это имя не значится ни в одном справочнике, — ответила Пайпер с мрачной усмешкой. Волна тревоги хлынула в сердце с новой силой, и Фиби вдруг отчетливо ощутила, что Пейдж в беде, и, если они с Пайпер срочно ничего не предпримут, сестре придется очень туго. Если Пейдж поехала к Мике, а тот — действительно Вандалус, то он может сделать с ней все что угодно. И может быть, она уже… — Ладно, хватит, — тряхнула головой Фиби, гоня от себя удручающие мысли, и побежала вверх по лестнице. — Надо узнать об этом парне поподробнее.

— Подожди, я с тобой, — окликнула ее Пайпер. Через несколько минут Фиби уже сидела за компьютером, просматривая длинный список статей, который выдала ей машина, когда она в поисковой системе Интернета набрала имя Мики. Пайпер, скрестив руки на груди, ходила взад — вперед у нее за спиной.

— Да он просто святой, — язвительно заметила Фиби, чувствуя укол разочарования. Если бы они точно знали, что Мика — враг, то у них появилась бы хоть какая — то зацепка, по крайней мере было бы ясно, с кем сражаться. — Он устраивал благотворительные акции в пользу детей — сирот, открывал приюты, участвовал в деятельности конгресса, умасливал знаменитостей, уговаривая их жертвовать деньги на благотворительность.

— Не понимаю, — проговорила Пайпер, облокачиваясь на спинку стула Фиби. — Что же здесь не так?

— Не знаю, — ответила Фиби, скользя взглядом по дисплею. Она кликнула «мышкой» и стала прокручивать список статей о благодеяниях и заслуженных награждениях Мики дальше, как вдруг внимание ее привлек один заголовок, от которого кровь застыла у нее в жилах. — Смотри, — не оборачиваясь, бросила она, выделяя на экране строку. — «Девушка найдена мертвой в офисе своего парня».

— Ну — ка открой, — сказала Пайпер и, подвинув Фиби, присела на краешек стула. На экране появился текст статьи, Фиби стала читать: «Известный филантроп Мика Грант, по его словам, был „потрясен и шокирован“ ужасной гибелью своей девушки Карен Картейдж, труп которой был обнаружен в субботу вечером в его головном офисе. Картейдж — за последние пять лет третья по счету женщина, связавшая свою судьбу с Грантом и лишившаяся жизни, однако, согласно заявлению следственных органов, сам Грант не входит в число подозреваемых». Фиби с Пайпер обменялись озадаченными взглядами.

— Три его девушки мертвы, а он вне подозрений? — удивленно вскинула брови Пайпер. — Три смерти подряд — разве не это называют «серийным убийством»? «По официальной версии, все три женщины погибли в результате нападения дикого животного», — продолжала читать Фиби.

— Вроде нашего друга Аплакума, — тихо заметила Пайпер. «Несмотря на загадочность обстоятельств, власти не предъявили Гранту обвине ния в убийстве, поскольку он не держит животных, а также за полным отсутствием мотива», — закончила Фиби и со вздохом досады откинулась на спинку стула. — Нужно найти Пейдж.

— Может, это звучит жутко, но по крайней мере мы знаем, что она не убита, — сказала Пайпер, поднимаясь со стула. — Я имею в виду, тем способом, каким были убиты три другие девушки. Аплакума мы уничтожили. Если в гибели девушек не повинен кто — либо другой, можно считать, что Пейдж эта участь миновала.

— Ладно, допустим, — вздохнула Фиби, пытаясь не впасть в отчаяние. — Но чем это объяснить? Почему Аплакум охотился за всеми избранницами Мики? Пайпер открыла рот, собираясь ответить, но поймала себя на том, что у нее нет по этому поводу ни единой мысли.

— Не знаю.

— Нужно это выяснить, — сказала Фиби и, с грохотом отодвинув стул, вскочила и пронеслась мимо остолбеневшей Пайпер к двери. — Мы, наверное, что — то упустили. Если Мика — это Вандалус, то зачем ему нужна Пейдж? И почему Аплакум умерщвлял всех его подружек? Она бросилась по лестнице на чердак, собираясь в очередной раз перечитать все, что было написано о Вандалусе и Аплакуме в «Книге Теней». Она чувствовала себя виноватой перед Пейдж в том, что вовремя не уберегла ее от Мики. Начать хотя бы с того, что, если бы не ее видение, Пейдж никогда бы не встретилась с ним.

— Фиби! — окликнула ее Пайпер, врываясь следом на чердак. — От того, что ты еще раз все перечитаешь, ничего не изменится. Ты уже выучила весь текст практически наизусть.

— Да, но все равно стоит попытаться, — возразила Фиби. — Нужно… ой! — Она нагнулась, подбирая с пола и кладя на ладонь острый предмет, на который только что наступила. Это был черный кристаллик. — Что это? — удивилась она, показывая его сестре. Пайпер взглянула на кристалл, и сердце ее дрогнуло. Дрожащими пальцами она взяла амулет с ладони Фиби.

— Это… это один из наших защитных кристаллов, — сказала она охрипшим голосом. — Наверное, Пейдж обронила его вчера вечером, когда рассыпала содержимое сумочки. Фиби нервно сглотнула.

— Почему он черный? — спросила она, в душе уже зная ответ.

— Он темнеет только при столкновении со злыми силами, — объяснила Пайпер. — Если он лежал у Пейдж в сумке, когда она встречалась с Микой…

— О боже, — прошептала Фиби, чувствуя, как сердце от страха выпрыгивает из груди. На мгновение ей показалось, что земля уходит у нёе из — под ног. — Мы должны разыскать ее, Пайпер. Мы должны найти ее… Идем. Сестры сбежали вниз по лестнице в гостиную, где хранилась карта Сан — Франциско и магический кристалл для розыска пропавших. С его помощью можно было определить местонахождение любой ведьмы или демона. Иногда это получалось, иногда — нет. Оставалось только надеяться, что на этот раз им улыбнется удача.

— Начнем, — сказала Пайпер, поднимая кристалл над картой, разложенной на столе. — Найди Пейдж, — медленно проговорила Пайпер, следя пристальным взглядом за движением кристалла, раскачивавшегося на цепочке над обозначенными на карте улицами города.

— Ну же… ну же… — волновалась Фиби, не сводя глаз с кристалла. Наконец тот опустился на карте и сестры одновременно склонили головы, чтобы лучше рассмотреть указанный район.

— Все ясно, — сказала Фиби. На ходу хватая сумку, она бросилась к двери. — Идем, Пайпер, быстрее!

— Сейчас иду! — крикнула Пайпер, срывая с вешалки кожаный жакет. — А как ты собираешься искать его дом? — спросила она, вслед за Фиби выбегая на крыльцо. Фиби, приостановившись, подумала секунду.

— Будем полагаться на интуицию, — сказала она. — И на удачу.

Глава 9

Вот. Это наверное здесь — сказала Фиби, когда Пайпер остановила машину напротив высоких чугунных ворот в конце дороги, круто поднимавшейся на холм. С чего ты взяла? — спросила Пайпер, подавшись вперед и окидывая взглядом массивные ворота. — Почему ты решила, что это его дом? Да ты оглянись вокруг! — нетерпеливо воскликнула Фиби, открывая дверцу и перенося ногу через порожек. — Здесь только таблички не хватает: «Осторожно, злые демоны!» Она вышла, накинула джинсовую куртку и захлопнула дверцу, потом подошла к воротам, меряя их взглядом, словно прикидывая, сможет ли через них перемахнуть. Именно это она и собирается сделать, вдруг поняла Пайпер. Она припарковала машину в стороне от дороги, чтобы та не бросалась в глаза, и заглушила двигатель. Присоединившись к сестре, она, поразмыслив, пришла к выводу, что ворота — их единственный шанс. По обе стороны от них на мили тянулась неприступная кирпичная стена. Фиби подошла к воротам, взялась за толстые чугунные прутья и тряхнула их что было сил.

— Фиби! — шикнула на сестру Пайпер, испуганно замахав руками. — Ты что, хочешь оповестить о нашем появлении всю округу?

— Ну а ты что предлагаешь делать? — спросила Фиби.

— Иди сюда, — сказала Пайпер, прячась за выступом стены и жестом подзывая ее к себе. Фиби, с сомнением взглянув на сестру, подошла.

— Слушай, почему бы тебе… ну, ты понимаешь… не проделать свой трюк? — спросила Пайпер, указывая пальцем в небо.

— Я уже думала об этом, но тогда внутрь попаду только я, — вздохнула Фиби, посмотрев на высокий гребень стены. — А если придется сражаться с демоном, нам понадобится Сила Трех.

— Верно, — сказала Пайпер. — Но сейчас главное выяснить, что с Пейдж. Ты проникнешь за ворота, разведаешь обстановку, а потом расскажешь все мне, и уже тогда будем решать, что делать.

— Хорошо. В этом есть смысл, — кивнула Фиби. Отойдя на несколько шагов от каменной ограды, она, задрав голову, посмотрела вверх. Потом согнула ноги в коленях, приготовившись к прыжку, и в следующее мгновение взмыла в воздух, проплыв над головой Пайпер, словно воздушный шарик в форме человека.

— Никогда мне не привыкнуть к ее полетам, — пробормотала Пайпер, запрокидывая голову и провожая сестру пристальным взглядом. Фиби парила в воздухе, плавно перемещаясь к стене, и уже почти перелетела через нее, как вдруг ноги и руки ее распластались в разные стороны, а нос и одна щека приплюснулись, будто она прижалась лицом к оконному стеклу.

— О — ox, — вырвался у нее громкий стон. И, на глазах у остолбеневшей от неожиданности Пайпер, Фиби начала падать вниз… прямо на нее!

— Пайпер! — испуганно вскрикнула Фиби, хватая руками воздух. Повинуясь инстинкту, Пайпер хотела отскочить в сторону, но тут же сообразила, что в этом случае Фиби упадет прямо на землю. Поэтому ей осталось только прикрыться руками, крепко зажмуриться и надеяться на лучшее. Фиби свалилась на нее, словно мешок картошки, сбив с ног и на мгновение оглушив. Распростершись на земле, Пайпер ощутила ноющую боль во всем теле.

— Боже мой, извини, — прошептала Фиби, отползая в сторону. — Ты цела? Пайпер медленно села и подвигала челюстью, подозревая вывих.

— Кажется, да, — сказала она, убирая с лица растрепавшиеся волосы.

— Что произошло? — спросила Фиби, озадаченно глядя на стену и потирая плечо. — Мне показалось, что я врезалась в стену, хотя и не должна была. Я ведь поднялась над стеной… да? Если у меня все в порядке со зрением, то да, — ответила Пайпер, осторожно поводя головой из стороны в сторону, а потом закидывая ее назад. — Знаешь, отсюда это напоминало сцену из детских мультиков. Ну, вроде того, как кто — то с разбегу впечатывается в стену, не замечая ее. Фиби, пошатываясь, поднялась с земли, отряхивая пыль с джинсов. Вероятно, вокруг дома силовое поле, — предположила она, посмотрев на испачканные ладони. — Все гораздо серьезнее, чем мы думали. — Фиби, взяв сестру за обе руки, рывком поставила ту на ноги.

— Ну все, мое терпение лопнуло. Поиграли в добрых фей — и хватит, — проворчала Пайпер, ковыляя к воротам. Она не позволит, чтобы Пейдж загнивала в логове какого — то там демона. Она даже мысли такой не допускала. Пайпер взмахнула руками и направила сгусток энергии на ворота, думая снести их напрочь. Но вместо этого раздался тихий хлопок, и ее энергетический заряд взорвался впустую, безвредный, словно холостой патрон. Пайпер, собравшись с силами, предприняла еще одну попытку, но тоже без результата.

— Бесполезно, — мрачно констатировала она.

— Еще не все потеряно, — возразила Фиби и, взяв Пайпер за руку, потянула ее прочь от ворот. — Пошли. Обойдем вокруг, может, найдем какую — нибудь брешь. Пайпер покорно побрела за сестрой вдоль кирпичной стены, пытаясь найти хоть одну трещину, щель или что — нибудь, указывающее на присутствие Пейдж. Древняя, местами сильно обшарпанная, стена тем не менее была еще довольно прочная, и чем дальше они шли, продираясь сквозь заросли кустарника и высокой травы, тем больше Пайпер впадала в отчаяние. Как только она допустила, чтобы Пейдж оказалась в западне? Нельзя было позволять ей убегать из дома на ночь глядя.

— Так мы никогда ее не найдем, — с горечью прошептала она. — Это не дом, а неприступная крепость.

— Стой! Ш — ш! Слышишь? — Фиби, затаив дыхание, застыла на месте. Пайпер наморщила лоб, напряженно прислушиваясь.

— Что? — наконец прошептала она, так ничего и не услышав. — Разговаривают, — сообщила Фиби, округляя глаза. — Мне кажется, я слышу голос Пейдж. Пайпер, встрепенувшись, вся обратилась в I слух и наконец отчетливо различила по ту сто — I рону стены приглушенные голоса.

— Где она? — спросила Пайпер, прижимаясь ухом к шершавым кирпичам.

— Не знаю, — шепнула Фиби и вдруг громко крикнула: — Пейдж! Ты там? Пейдж?! Ответа не последовало. Фиби, ускоряя шаг, пошла вдоль стены, Пайпер бросилась за ней. Постепенно голоса становились громче. Пайпер чувствовала, что расстояние между ними и Пейдж сокращается, и чем дальше они шли, тем больше ей не терпелось увидеть сестру. Они с Фиби должны найти ее, утешить, сказать, что все будет хорошо.

— Пайпер, смотри! Там дыра! — взволнованно прошептала Фиби. Нагнувшись, она сунул руку в брешь в стене, расчищая ее от прелых листьев, паутины и грязи. — Готово! Гляди! — воскликнула она, проводя пальцами по краю небольшого, размером с полкирпича, квадратного отверстия, потом, присев на корточки, заглянула в него. — Вон Она! Пайпер! Я ее вижу! Она жива!

— Дай я посмотрю, — сказала Пайпер, оттесняя Фиби от дыры. Прижавшись щекой к шершавой стене, она увидела Пейдж, лежавшую на каменной скамье посреди дивной красоты сада. Она была в том же платье, что накануне, а спутанные волосы были завязаны узлом. Пейдж лежала на спине, смотрела в небо задумчивым взглядом и разговаривала сама с собой, словно читала по памяти стихи.

— Пейдж! — громким шепотом окликнула сестру Пайпер. Пейдж приподняла голову и огляделась по сторонам.

— Пейдж! Мы здесь! Пейдж повернулась и скользнула по стене взглядом, в котором вспыхнула искорка надежды. Пайпер не знала, была ли Пейдж в саду одна или с Микой. Меньше всего на свете ей хотелось, чтобы Мика их застукал, но понимала, что необходимо поговорить с сестрой и выяснить, что происходит.

— Мы здесь! В стене есть дыра! — немного громче проговорила Пайпер. Наконец Пейдж догадалась, откуда идет звук, и, подбежав к стене, упала на колени.

— Слава богу, вы здесь! — воскликнула Пейдж. На бледном, истощенном лице лихорадочным блеском горели глаза. — Пожалуйста, вытащите меня отсюда! — Я так устала, мне так скучно, что уже сама себе пересказываю сюжеты фильмов. Пайпер прыснула. Только Пейдж могла жаловаться на скуку в угрожающих ее жизни обстоятельствах.

— Как вы меня нашли? — спросила она.

— Целый день мы не могли с тобой связаться и решили разыскать Мику… — начала Пайпер. Она отвела взгляд, сомневаясь, стоит ли рассказывать сестре всю правду. То, что они с Фиби узнали о Мике, вряд ли могло ободрить Пейдж, которая как никогда остро нуждалась в утешении и поддержке.

— Ну, и дальше? — спросила Пейдж, пытаясь унять дрожь в голосе. — Пайпер, расскажи мне все. Сделав глубокий вдох, Пайпер заглянула се — стре в глаза. — За последние пять лет три его девушки были найдены мертвыми, — сказала она.

— Вы были правы. Мне нужно было держаться от него подальше.

— Ничего, все будет хорошо, — улыбнулась Пайпер. — Не надо сейчас об этом думать. Как ты себя чувствуешь? Он не причинил тебе вреда?

— Нет. Физически — нет, — помотала головой Пейдж, обхватывая себя руками за плечи и беспокойно оглядываясь. — Он запер меня в этом проклятом саду. Я умираю от голода и боюсь, что еще одна ночь здесь, и я сойду с ума. Прошу вас, вытащите меня отсюда. Пайпер оглянулась на Фиби, не зная, что на это ответить. Сказать ли сестре, что они даже не смогли проникнуть за ограду?

— Дай я с ней поговорю, — сказала Фиби, потянув Пайпер за рукав. Заглянув в дыру, она ободряюще улыбнулась Пейдж. — Привет.

— Фиби. Извини, — повторила Пейдж срывающимся голосом, от которого у Пайпер сердце разрывалось на части.

— Не бери в голову, — сказала Фиби. — Слушай, а почему ты не можешь отсюда телепортироваться?

— Я пыталась, много раз, — жалобно ответила Пейдж. — Ничего не выходит. Мика возвел невидимую стену вокруг всего сада, через которую я не могу пробиться. Может, обратимся к Лео? — спросила Фиби, переглянувшись с Пайпер. — Возможно, он сумеет сюда пробраться.

— Стоит попробовать, — кивнула Пайпер. Сейчас ей в любом случае не помешала бы моральная поддержка мужа. Насколько ни сильна была Пайпер, с Лео она всегда чувствовала себя во сто крат сильнее. — Лео! — прошептала она, возводя глаза к небу. — Лео! Ты нам нужен! Почти в тот же миг с неба дождем пролился поток белого света, и рядом с Пайпер материализовался Лео. Пайпер бросилась к нему, и Лео заключил ее в объятия. Пайпер, впиваясь пальцами в его рубашку, крепко прижалась к его губам.

— Что случилось? — спросил он.

— Пейдж, — объяснила Фиби, поднимаясь с колен. — Она находится по ту сторону стены, мы не можем к ней проникнуть, потому что нашу магию блокирует силовое поле.

— Силовое — что? — переспросил Лео, глядя сверху вниз на Пайпер.

— Силовое поле. Невидимая стена. Называй как хочешь, — повела плечами Пайпер, отстраняясь от Лео. — Что бы это ни было, мы не можем попасть туда, а Пейдж — выбраться оттуда.

— Хорошо, я знаю, что делать, — сказал Лео. Пайпер шагнула назад. Вокруг закружились белые искры, брызнул свет, и Лео исчез. На долю секунды Пайпер посетила уверенность, что все получится и Пейдж через миг окажется рядом. Но не успела она и глазом моргнуть, как перед ней снова возник Лео. Один. Пайпер ни за что бы не подумала, что может при виде мужа испытать столь сильное разочарование.

— Не вышло, — сказал Лео с тревогой на лице. Сердце Пайпер отозвалось в груди глухой болью. Обычно муж в любой ситуации умел сохранять спокойствие, но на этот раз, видимо, был обеспокоен всерьез.

— Нет! — послышался из — за стены расстроенный голос Пейдж. — Как я смогу выбраться отсюда, если даже Лео не может проникнуть сюда?

— Успокой ее, — одними губами сказал Лео Фиби, та быстро кивнула и снова опустилась на колени возле бреши, а Лео, взяв Пайпер за руку, отвел ее в сторону. У Пайпер перехватило дыхание. С замиранием сердца она ждала, что скажет Лео, и готовилась к худшему.

— Ну что? — спросила она упавшим голосом.

— Все плохо, — сказал Лео, оглянувшись через плечо на стену. — Только очень мощная сила может помешать мне переместиться к моим по — допечным, когда они в беде.

— Мы уверены, что парень, который держит ее здесь, на самом деле демон… Вандалус, — проговорила Пайпер, вдруг ощутив себя обессиленной и опустошенной. — Ты что — нибудь слышал о нем?

— Вандалус. Что — то знакомое. — Лео прищурился. — Надо посоветоваться со Старейшинами.

— А что делать сейчас нам? — спросила Пайпер, схватив его за руку. В этот миг она ненавидела себя за то, что голос ее звучал так жалобно, но ничего не могла с собой поделать. — Что?

— Ну, загляните пока в «Книгу Теней», — предложил Лео. — Поищите заклинание, с помощью которого можно одолеть заколдованную стену. Но не можем же мы бросить Пейдж одну, наедине с демоном! — хриплым шепотом возразила Пайпер.

— Обещаю вернуться как можно скорее, — спокойным голосом проговорил Лео и, наклонившись, нежно поцеловал Пайпер. — Мы найдем способ одержать победу, — добавил он, ободряюще стиснув ее плечи.

— Хорошо, — вздохнула Пайпер и отвернулась, не в силах смотреть, как муж снова исчезает. Когда Лео растворился в воздухе, Пайпер медленно побрела к стене, боясь сообщить сестрам то, что должна была сказать. Фиби обернулась на шорох шагов. Одного взгляда на лицо сестры было достаточно, чтобы понять: от Лео, как всегда, нет никакого проку.

— Ну что? — изменившимся голосом спросила она. Пайпер, опустившись на колени рядом с Фиби, заглянула в проем в стене.

— Пейдж, — тихо позвала она. Лео отправился посоветоваться со Старейшинами.

— Он исчез? — обиженно спросила Пейдж. — Но он же обязан меня спасти!

— Спасет, спасет обязательно. Мы все вместе тебя спасем, — поспешила успокоить сестру Пайпер. Помолчав, она тяжело вздохнула. — Только вот что, Пейдж. Мы должны пока вернуться домой, чтобы заглянуть в «Книгу Теней».

— Что?! — одновременно воскликнули Пейдж и Фиби.

— Вы не можете меня здесь бросить, — дрожащим голосом взмолилась Пейдж, словно ребенок, пробудившийся среди ночи от кошмарного сна. — Пожалуйста, Пайпер, я больше здесь не могу. Как вы не понимаете?

— Я все понимаю, дорогая, но мы не можем сидеть здесь сложа руки, — с расстановкой проговорила Пайпер, чтобы до Пейдж дошел смысл каждого ее слова. — Ты должна нам доверять. Ты же знаешь, мы обязательно вернемся за тобой, но сейчас мы бессильны. Фиби, нервно кусая губы, приложила ладонь к холодным камням и уткнулась взглядом в стену, словно тоже могла видеть Пейдж.

— Пейдж, Пайпер права. Единственный шанс спасти тебя — найти способ разрушить невидимую преграду, поэтому нам нужно вернуться домой и отыскать заклинание в «Книге Теней». Пайпер услышала, как Пейдж громко Хорошо, идите, — проговорила она. — Только поклянитесь, что вернетесь и вытащите меня из этой дыры.

— Клянемся, — твердо сказала Пайпер, пытаясь вложить в свой голос как можно больше уверенности. — Я клянусь, что мы сделаем все, чтобы вернуть тебя домой. Оставалось только надеяться, что они с Фиби смогут сдержать свое обещание.

Глава 10

— Обидно, что приходится оставлять ее здесь! — воскликнула Фиби, пытаясь не поддаться захлестнувшим ее эмоциям. Вместе с Пайпер они сквозь кусты пробирались вдоль стены назад, к воротам. У Фиби было такое чувство, что тысячи невидимых ниточек тянут ее назад, к Пейдж. Никогда еще голос сестры не звучал так жалобно и тоскливо. И Фиби выводила из себя мысль, что они ничем не могут ей помочь.

— Ничего, это ненадолго, — твердо оборвала ее Пайпер, когда они оказались у поворота за угол. — Мы найдем ответ в «Книге Теней». Все, что сейчас нужно… Вдруг Пайпер остановилась и попятилась назад, едва не сбив Фиби с ног.

— В следующий раз предупреждай, — буркнула та.

— Я слышу шум мотора, — шепнула ей Пайпер, знаком веля оставаться на месте. Но любопытство Фиби взяло верх. Как только Пайпер осторожно выглянула из — за угла, Фиби тут же подкралась сзади и высунулась из — за ее плеча. Сердце ее учащенно забилось: чугунные ворота с лязгом стали открываться. Казалось, прошла целая вечность, пока тяжелые створы разошлись на достаточное расстояние, чтобы между ними могла проехать машина.

— Побежали туда, — предложила Фиби, чувствуя, как в крови взыграл адреналин. — Как раз успеем проскочить внутрь, прежде чем ворота закроются.

— Ты что, с ума сошла? — обернувшись, охладила пыл сестры Пайпер. — Он же нас сразу заметит!

— И что? Хочешь сказать, он погонится за нами? Но мы ведь уже забежим внутрь, и у нас по крайней мере будет шанс воссоединиться с Пейдж, — быстро проговорила Фиби. — А втроем мы сможем его уничтожить!

— У нас нет уничтожающего заклинания, — напомнила Пайпер. — Если он нас убьет, мы уже ничем не сможем помочь Пейдж. Кроме того, если ворота открылись, это еще не означает, что исчезла невидимая стена. Не успела Фиби возразить, как из ворот на дорогу медленно выполз красный лимузин. За рулем сидел Мика. От одного взгляда на ненавистную физиономию у Фиби зачесались руки отправить его прямиком в ад. Она решительно шагнула вперед, но Пайпер схватила ее за руку и оттащила назад. Это, казалось, вернуло Фиби к реальности, и она осталась на месте. Все же Пайпер права: они ничем не смогут помочь Пейдж, если демон их покалечит. Или того хуже. Фиби, затаив дыхание, следила взглядом за Микой, ожидая, что в любую секунду он посмотрит направо, где стояла их машина. Если он ее заметит, им конец. Но Мика даже не взглянул в эту сторону. Свернув влево, он по — ехал вниз по склону холма.

— Это наш шанс, — сказала Фиби, выбегая из — за угла. Но ведь ворота уже закрылись! — крикнула ей вдогонку Пайпер.

— Да я не про это! — бросила Фиби на бегу, устремляясь к их машине. — Нужно проследить за ним! Быстрее, Пайпер! Пока он не скрылся из вида! Пайпер, догнав сестру, села за руль и включила зажигание. Фиби, вцепившись в дверную ручку, напряженно вглядывалась вперед в надежде увидеть алое пятно лимузина. Пайпер гнала машину по извилистой трассе, где не было ни одного длинного прямого участка, и, как она ни старалась, Мика постоянно опережал их по крайней мере на один поворот.

— Нам его не догнать, — упавшим голосом проговорила Фиби. — Догоним, не волнуйся, — заверила Пайпер. Нажав до упора педаль газа, она лихо повернула вправо, так что Фиби на секунду показалось, что с левой стороны колеса оторвались от земли, и машина наконец вылетела на прямое как стрела шоссе, начинавшееся у подножия холма. Увидев впереди остановившийся на светофоре лимузин, Фиби испытала невероятное облегчение. Пристроившись за ним, Пайпер перевела дыхание и, расслабившись, откинулась на спинку сиденья, положив локоть на оконную раму.

— Ну… может, хоть теперь скажешь, зачем мы преследуем его? — спросила она Фиби. — Не думаешь же ты, что он добровольно расскажет нам, как сокрушить стены заколдованной крепости?

— Конечно, нет! — фыркнула Фиби. — Но чем больше мы о нем узнаем, тем проще нам будет нащупать его слабое место, — объяснила она, сползая вниз, пока ее голова не оказалась на уровне приборной панели. — Может, удастся вычислить способ одним махом покончить и с ним, и с его дурацкой стеной. Пайпер, морща лоб, озадаченно посмотрела на сестру:

— Что ты делаешь?

— Мы же стоим прямо за ним! — ответила Фиби, скрючиваясь на сиденье так, что подбородок ее уперся в грудь, а колени — в «бардачок». — Если Мика посмотрит в зеркало заднего вида и увидит за рулем одну симпатичную брюнетку, он может не понять, что это ты, но если он заметит нас обеих…

— Согласна, — усмехнулась Пайпер, давя на газ. Фиби, задрав голову, смотрела на мелькающие за окном верхушки фонарных столбов и нити телеграфных проводов. От этого начиналось легкое головокружение, причем Фиби не имела ни малейшего представления, куда они едут.

— Что он делает? — спросила она Пайпер, пристально всматриваясь в сосредоточенное лицо сестры.

— Мне кажется, он собирается притормозить, — не поворачивая головы, ответила Пайпер, паркуясь у тротуара. — Да, он остановился, выходит из машины, идет к офисному зданию.

— Вперед! — встрепенулась Фиби, расстегивая ремень безопасности. Выскочив вслед за ней из машины, Пайпер одернула себя и, замедлив шаг, пошла по тротуару, старательно делая вид, что никуда не спешит. Вместе с Фиби они вошли в стеклянные двери, и в ту же секунду Пайпер толкнула сестру за большое дерево в кадке. Сквозь густую листву окинув взглядом фойе, Фиби увидела Мику, который в этот момент заходил в один из четырех лифтов, ему уступил дорогу свирепого вида охранник. Когда за Микой сомкнулись двери лифта, Фиби вышла из — за дерева. Охранник с живым интересом разглядывал Фиби и Пайпер. Официозный декор фойе позволял предположить, В что весь день у блюстителя порядка перед глазами мелькали исключительно строгие деловые Г костюмы.

— Здравствуйте! — с лучезарной улыбкой обратилась Пайпер к охраннику. Фиби в это время следила за перемещением огонька на индикаторной панели лифта, чтобы узнать, на каком этаже выйдет Мика. — Нам нужно наверх.

— Вы к кому? — хмуро спросил охранник, скрещивая руки на груди.

— Пайпер, — сквозь зубы проговорила Фиби. — В фойе больше никого нет.

— Прекрасно, — понимающе кивнула Пайпер. Охранник был явно озадачен этим коротким диалогом, но даже не успел как следует удивиться, как Пайпер едва уловимым взмахом руки заморозила его. — Ненавижу делать это без особой необходимости.

— Необходимость была, — возразила Фиби, хватая сестру за руку. — Быстрее. Мика остановился на последнем этаже. Они забежали в соседний лифт, Фиби нажала кнопку с цифрой «12». Перед тем как он тронулся, Пайпер взмахнула рукой, и охранник зашевелился. Фиби успела увидеть, как он растерянно озирается по сторонам, не в силах понять, куда подевались девушки, потом перед глазами бесшумно сомкнулись двери, и лифт пополз вверх.

— Быстрее же, быстрее, — в нетерпении приговаривала Фиби. Наконец двери открылись, и они ступили на сверкающий паркет, поражаясь роскоши интерьера, оформленного в коричневатых тошй Как только сестры вышли из лифта, их с приветливой улыбкой приветствовала молодая симпатичная секретарша.

— Чем могу помочь? — спросила она, складывая руки на полированном столе. Фиби бросила взгляд на закрытую дверь в кабинет за ее спиной.

— Э… Это сюда только что прошел Мика Грант? — спросила она напрямик. — Да, — ответила девушка, заливаясь легким румянцем. «Ого, — подумала Фиби, — уж не влюблена ли она в нашего приятеля — демо — на?» — У него встреча с мистером Рейнголдом.

— С мистером Рейнголдом? — переспросила Пайпер. — Случайно не с Терренсом Рейнголдом, председателем совета директоров корпорации «Микрокорп»? Фиби с Пайпер переглянулись. Терренс Рейнголд был самым известным богачом Сан — Франциско, входившим в десятку самых влиятельных бизнесменов страны. У него была репутация человека резкого, капризного, эгоистичного и буквально помешанного на своих несметных сокровищах. «Возможно, он в сговоре с Микой», — подумала Фиби, и сердце ее учащенно забилocь.

— Да, — ответила секретарша, смешно морща нос. — Это его личный кабинет. Вам назначено? Извините, что спрашиваю. У меня на этот час ничего не помечено. Фиби напряглась. У девушки явно зародились какие — то подозрения. Фиби посмотрела на Пайпер и, шевельнув губами, едва заметным кивком головы указала на секретаршу. Пайпер досадливо поморщилась, но все же щелкнула пальцами и заморозила приемную. Девушка застыла с протянутой к телефону рукой, явно собираясь вызвать охрану.

— У нас пять минут, — предупредила Пайпер. Она осторожно отворила дверь кабинета, за которой находилась гостиная, где никого не было. Но в дальнем конце Фиби заметила еще одну дверь, слегка приоткрытую, откуда доносились приглушенные голоса.

— Кто не рискует… — прошептала Фиби, на цыпочках пересекая комнату. Пайпер прижалась спиной к стене с одной стороны двери, а Фиби — с другой. Отсюда было слышно каждое слово говоривших.

— Мне нужны эти деньги, Терренс — напряженным тоном сказал Мика. — Вы мне обещали.

— Да, помню, — ответил Рейнголд, в голосе которого сквозило самоуверенное спокойствие. — Но я передумал. На этот раз окончательно. Не знаю, о чем я только думал, соглашаясь пожертвовать деньги на ваше дело. — Последнее слово он произнес с крайним пренебрежением. — Откровенно говоря, я не привык швыряться реальными деньгами ради призрачной выгоды.

— Вы дадите мне эти деньги, — с нажимом произнес Мика. Фиби с тревогой взглянула на Пайпер: в голосе Мики явственно слышалась угроза. Судя по разговору, Рейнголд в сговоре с Микой не состоял, и, независимо от его репутации, Зачарованные не могли допустить, чтобы демон причинил ему вред. Затаив дыхание, Фиби осторожно заглянула в комнату, не обращая внимания на активную жестикуляцию Пайпер. Нужно было посмотреть, что там происходит. Мика навис над Рейнголдом, положив руки на деревянные подлокотники его кресла. Старик, не чуя опасности, смотрел на него спокойным, даже насмешливым взглядом.

— Вы дадите мне эти деньги, — повторил Мика, глядя Рейнголду прямо в глаза. И тут вдруг лицо старика утратило всякое выражение. Глаза его потухли, словно под воздействием гипноза. Фиби нервно сглотнула, сердце похолодело от страха. Неужели Мика может околдовать человека одним только взглядом? Какой же магической силой он должен обладать!

— Да… да, разумеется, — проговорил Рейнголд, садясь прямо. — На какой счет мне перевести деньги?

— На мой личный счет, — ухмыльнулся Мика, посторонившись, чтобы Рейнголд мог дотянуться до своего ноутбука. — Миллиона долларов вполне достаточно.

— Отлично, — сказал Рейнголд, набирая на клавиатуре цифры. — С вами приятно иметь дело, мистер Грант. Мика поднял голову, и Фиби отпрянула назад.

— Бежим, — одними губами скомандовала она Пайпер. С колотящимся сердцем она потянула ту в приемную, где сидела за столом все еще неподвижная секретарша. Сестры встали напротив, где стояли несколько минут назад, и действие чар кончилось.

— Знаете что? — обратилась Фиби к секретарше, когда рука ее легла на трубку телефона. — Мы, наверное, ошиблись этажом. Извините за беспокойство. С этими словами она повернулась и вместе с Пайпер пошла к лестнице. Дверь за ними захлопнулась как раз тот момент, когда из кабинета вышел Мика. Насколько могла судить Фиби, он их не заметил.

— Что там было? — спросила Пайпер, когда они с Фиби спускались вниз по лестнице.

— Мика загипнотизировал Рейнголда… одним своим взглядом, — ответила Фиби, она все еще находилась под впечатлением от увиденного. — Рейнголд не хотел давать ему денег, и Мика пристально посмотрел ему в глаза, и — оп! Вот вам один миллион долларов.

— Не нравится мне все это, — проговорила Пайпер, стуча каблуками по ступеням. — Мы имеем дело с парнем, который может возводить невидимые стены и, особенно не напрягаясь, влиять на рассудок людей.

— В книге написано, что Вандалус был изгнан на Землю в человеческом обличье, — заметила Фиби. — Почему же тогда он не лишился своего магического дара?

— Понятия не имею, — пожала плечами Пайпер. — Зато теперь мы знаем, откуда он берет свои миллионы. Фиби прерывисто вздохнула, пытаясь успокоить натянутые как струна нервы. Ее все сильнее терзала тревога. Если Мика сумел заставить перевести на свой счет кругленькую сумму одного из самых влиятельных людей в мире, который ни за что не хотел расставаться со своими деньгами, то страшно было даже подумать, что он мог сделать с Пейдж. Через несколько минут сестры вышли из офиса. После спуска по темной, казавшейся нескончаемой лестнице Фиби с наслаждением подставила лицо ласкающим солнечным лучам. Но ничто не могло изгнать тревогу и страх из ее сердца.

— Ну, что дальше? — спросила Пайпер, когда они медленно побрели к машине.

— Не имею ни малейшего представления, — ответила Фиби, прислоняясь спиной к боковой дверце. — Зачем ему нужна Пейдж? — задумчиво пробормотала она, когда Пайпер встала рядом. — Почему он держит ее у себя?

— Не знаю. Будем надеяться, что вскоре Лео ответит хотя бы на некоторые наши вопросы, — вздохнула Пайпер, поднимая глаза к ярко — голубому небу. — Помнишь, что ты сказала о слабостях Мики?

— Помню, — ответила Фиби, холодея внутри. — Похоже, он неуязвим.

Глава 11

Пейдж, полулежа в шезлонге, печально смотрела на заходящее солнце, словно это был последний закат в ее жизни. Чем ниже опускался за горизонт красный огненный шар, тем беспомощнее и несчастнее она себя ощущала. «Фиби, Пайпер, — думала Пейдж. — Ну где же вы?» Если сестры не поторопятся, придется провести в саду еще одну долгую, холодную, страшную ночь в полном одиночестве, теряясь в догадках, как собирается поступить с ней Мика, и опасаясь худшего. Золотистая каемка солнца скрылась за горизонтом, небо окрасилось в ярко — розовые тона. Пейдж удрученно вздохнула. Впервые в жизни она не могла беззаботно любоваться красотой заката. «Наверное, что — то случилось, — думала она, подтягивая колени к подбородку. — Что, если Мика поймал Пайпер и Фиби? Что, если он что — то с ними сделал?» Обхватив колени руками, она крепко прижала их к телу. Она ненавидела это состояние — состояние полной неизвестности. Оставалось только гадать, что происходило за толстыми, непробиваемыми стенами сада. Возможно, сестры уже мертвы, а она даже об этом не подозревает. Пейдж вздрогнула, услышав тихие шаги в другой части сада. Через мгновение появился Мика в сопровождении пожилого слуги, которого Пейдж до этого момента не видела. Они несли подносы, уставленные серебряной посудой. У Пейдж от голода сводило живот, и от ударивших в ноздри ароматов пищи к горлу подступил комок тошноты. Пошатываясь, она поднялась на ноги. Ей не хотелось, чтобы Мика застал ее в позе испуганного ребенка.

— Я велел приготовить нам вкусный ужин, Пейдж, — с улыбкой сказал Мика. Поразительно, насколько непринужденно он держался — можно было подумать, он не сознавал, насколько ужасен его поступок. Для него это было просто очередным свиданием.

— Нам? — с сарказмом переспросила Пейдж и скрестила руки на груди, рассчитывая, что это хоть как — то заглушит урчание желудка.

— Да, — кивнул мика, вместе со слугой ставя подносы на стол. Сунув руки в карманы отутюженных брюк цвета хаки, он подождал, пока слуга закончит сервировку стола. Когда тот скрылся за изгородью, он бросил ироничный взгляд на фонтан, на дне которого лежала набрякшая от воды одежда.

— Вижу; тебе не понравились вещи, которые я тебе принес.

— Повторяю еще раз, — хмурясь, сказала Пейдж. — Мне от тебя ничего не нужно. «Кроме еды, — слабо пискнул сдавленный внутренний голос. — Я очень, очень, очень хочу есть».

— Проголодалась? — спросил Мика, словно, прочитав ее мысли, Пейдж с трудом оторвала взгляд от аппетитно дымящихся яств, злясь на себя за то, что позволила себе пустить слюни. Она снова опустилась в шезлонг и отвернулась от стола. Если бы в этот момент она не села, у нее были бы все шансы на глазах у Мики рухнуть в голодный обморок. Ее колотила дрожь, а сердце от страха едва не выпрыгивало из груди.

— Я тебе это не оставлю, Пейдж, не надейся, — неожиданно сухо проговорил Мика. — Если ты не присоединишься ко мне, то вообще останешься без ужина.

— Вот и отлично, — твердо заявила Пейдж. — Я и не собиралась есть. Она услышала, как Мика сел за стол. Скрип стула. Позвякивание приборов. Ноздри щекотали ароматные запахи, и в какой — то момент Пейдж уже готова была сдаться. Она нервно сглотнула слюну, воображение предательски рисовало лакомые блюда. Звяканье серебра о керамику было непереносимо.

— Как ты можешь? — процедила сквозь зубы Пейдж, поворачиваясь к Мике. Ее взгляд задержался на лице демона не более секунды, а потом ее словно магнитом потянуло к столу. На тарелках лежали поджаристые кусочки цыпленка в каком — то душистом соусе, румяные булочки, а в салатнице красовалось настоящее произведение искусства. Пейдж не могла припомнить, чтобы вид салата вызывал у нее столь сильные эмоции.

— Ну как, не передумала? — добродушно спросил Мика, поднося ко рту вилку.

— Мне все известно о твоих бывших девушках, — вдруг выпалила Пейдж. — Ты их тоже держал в заточении в этом саду?

— Те женщины ничего для меня не значили, — равнодушно пожал плечами Мика, нисколько не удивившись тому, что Пейдж так хорошо информирована. — Ты ведь не станешь ревновать, правда? У тебя нет ни единого повода для ревности. Ты — единственная любимая женщина в моей жизни. Пейдж даже не позаботилась скрыть охватившие ее ужас и отвращение. Можно подумать, ее интересует его прошлое! Можно подумать, ей не все равно, скольких женщин он любил. Если бы эти слова были сказаны вчера, Пейдж была бы польщена, но сегодня ей хотелось плюнуть ему в лицо. Удивительно, насколько быстро все переменилось.

— Какой смысл ревновать к тем, кто в могиле? — язвительно спросила Пейдж. — Причем ты сам их убил! Мика перестал жевать и, сложив руки на столе, на мгновение прикрыл глаза, чтобы не сорваться — похоже, он начинал терять терпение.

— Их убил не я, Пейдж. Это сделал Аплакум.

— Правильно, но они погибли по твоей вине, — огрызнулась Пейдж.

— Все, хватит, — со злостью сказал Мика. Швырнув вилку на стол, он поднял руку, указательным пальцем нацелившись на Пейдж. Она крепко зажмурилась, прижав к груди подушку. Щеку обдало жаром. За спиной раздался громкий хлопок. Пейдж, открыв глаза, обернулась. Второй шезлонг исчез. Как будто его здесь и не было. С содроганием Пейдж медленно повернулась к Мике, пытаясь ни единым движением не выдать своего страха. Откуда у него столь мощный дар? «Я тут умру, — вдруг подумала Пейдж, сглотнув слюну. — Если Пайпер с Фиби не объявятся в ближайшем времени, мне конец».

— Я не хочу делать тебе больно, Пейдж, — строго проговорил Мика. — Только не надо меня провоцировать. И он, взяв с тарелки куриную ножу, стал жевать как ни в чем не бывало, как будто они вели за ужином приятную беседу о всяких пустяках, как будто речь не шла о погубленных жизнях невинных людей.

— Тебя должно успокаивать то, что Аплакума больше нет, — сказал Мика, зубами впиваясь в мясо. — Ты и твои сестры все сделали за меня, убрав с моего пути последнее препятствие. У Пейдж от этих слов больно защемило сердце.

— На пути к чему? — спросила она, сжимая кулаки.

— На пути к твоему сердцу, — ответил Мика, заглядывая ей в глаза. — На пути к нашей с тобой судьбе. Под пристальным взглядом синих глаз сердце Пейдж затрепетало. Сейчас он сам ей все расскажет, а уж она сумеет воспользоваться этими сведениями, только нельзя, чтобы Мика догадался, для чего ей нужна эта информация. Как только он поймет, что она собирается передать его слова сестрам, он станет нем как рыба.

— К нашей судьбе? — переспросила Пейдж, осторожно приподнимаясь в шезлонге. Преодолевая слабость и головокружение, она медленно подошла к столу, не сводя взгляда с Мики. — А причем тут Аплакум? Пейдж, пошатываясь, опустилась на стул. Еда была так близко, что один ее вид был невыносим. Но, собрав волю в кулак, она заставила себя сосредоточить взгляд на Мике. Он с подозрением следил за каждым ее движением, гадая о мотивах ее поведения. На долю секунды Пейдж показалось, что он прочел ее мысли, но уже в следующий момент он отвел взгляд и вернулся к еде.

— Всему свое время, — усмехнулся он. — Всему свое время — А зачем тебе нужно было заниматься благотворительностью? — не унималась Пейдж. — Все эти дети, о которых ты проявляешь такую трогательную заботу. Они что, тоже играют какую — то роль в твоих планах или для тебя это просто прикрытие?

— Прикрытие чего? — ровным голосом JJ спросил Мика. «Твоих дьявольских козней, что бы ты там ни задумал», — так и подмывало сказать Пейдж. Но она прикусила язык. Мика уже довольно наглядно продемонстрировал, на что способен.

— Того, что ты называешь нашей судьбой, — осторожно ответила Пейдж. — Разумеется, нет, — усмехнулся Мика и покачал головой, позабавленный этим предположением. — Дети — это часть моего замысла. Когда придет время, они сыграют свою роль. Тогда их будут тысячи — одни уже станут взрослыми, другие еще нет. И все они будут любить меня. Будут меня обожать, нуждаться во мне. Полностью мне доверять. Они пойдут за мной, куда я поведу. Пейдж крепче сжала кулаки, из последних сил борясь с ужасом, ледяным холодом сковывавшим ее сердце, так что было трудно дышать.

— Поведешь — куда? — замирая, спросила она, едва шевеля губами.

— У каждого генерала, Пейдж, должна быть своя армия, — мечтательно улыбнулся Мика, потом, взглянув ей в лицо, отложил нож и вилку. — Извини, я, кажется, тебя напугал, — вкрадчивым голосом добавил он. — Мы поговорим об этом в другой раз. Постепенно ты все поймешь сама. Пейдж помолчала, прокручивая в голове слова демона. Так, значит, это правда: Мика хочет превратить этих милых малышей в слепое орудие для осуществления своего дьявольского плана. Она уже знала по себе, какое воздействие может оказывать он на людей — ведь она по уши влюбилась в него уже после первого свидания. Можно было себе представить, какой эффект его чары могут оказать на маленького, несмышленого ребенка. Но как он рассчитывает сплотить их всех в единую армию? И какая роль отводится им в его адских проектах? У Пейдж в голове вертелась масса вопросов, но она понимала, что на сегодня в этом разговоре поставлена точка. Оставалось только ждать и надеяться, что вскоре представится возможность узнать остальное. В этот момент ей хотелось, чтобы Мика ушел и оставил ее одну, чтобы она могла собраться с мыслями. Всматриваясь в его лицо, Пейдж желала, чтобы он побыстрее закончил свою трапезу и удалился — и, по крайней мере, прекратил эту пытку. Но Мика, казалось, был ненасытен, и с каждой секундой Пейдж становилось все невыносимее наблюдать за тем, как он ест, и все труднее сопротивляться безумному чувству голода.

— Пейдж, — вдруг после долгого молчания ласково обратился к ней Мика. — Посмотри на меня. Возможно, от физического истощения, возможно, от голода, а возможно, и от того, что где — то в глубине ее сердца продолжал теплиться огонек слабой надежды, что в Мике осталась хоть капля доброты, Пейдж сделала, как он велел. Она посмотрела ему прямо в глаза — честные, искренние, невероятной синевы глаза, и ее объяла теплая волна. На сердце стало легко, словно не было всего, что она пережила за последние сутки. В целом свете остались только Пейдж и Мика. Мика и Пейдж… В голове все плыло, взгляд подернулся легкой дымкой, и губы Пейдж тронула улыбка. Мика такой милый, такой добрый, что позволил ей остаться здесь. Он принес ей вкусную еду. И почему она от нее отказывается? Как она может обижать человека, который так любит ее?

— Скушай что — нибудь, Пейдж, — ласково проговорил Мика, и от его голоса по коже пробежало приятное тепло. — Мне больно видеть твои мучения.

— Ну, может быть, немного салата, — покорно согласилась Пейдж, чувствуя, как глупо она себя до этого вела. Она взяла свободную вилку, но та выпала у нее из рук, с легким звоном стукнувшись о край стеклянного стола. Пейдж вздрогнула, на мгновение замерла и, моргнув, растерянно посмотрела вокруг. Мысли ее сразу прояснились. «Что это со мной? — поразилась она, ото — Г двигая тарелку. — Неужели я только что испытывала теплые чувства к этому человеку?» Пейдж сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Наверное, просто от голода закружилась голова. Впредь надо быть осторожнее.

— Я не голодна, — заявила она Мике.

— Пейдж, я просто хочу, чтобы ты поела, — с досадой сказал он.

— Можешь подавиться своей едой, — огрызнулась Пейдж. Лицо Мики напряглось, под одеждой взыграли мускулы, и Пейдж оцепенела от страха. Он явно не собирался терпеть ее выходки. Сомнений быть не могло. Пейдж машинально перевела взгляд на его руки. Что он сделает, когда его терпение в конце концов лопнет? Мика глотнул воды из бокала и помолчал.

— Я должен тебе сказать: я знаю, что сегодня здесь побывали твои сестры, — усталым голосом проговорил он. Пейдж сразу сникла.

— Отк — куда? — заикаясь от страха, спросила она.

— Скрытые камеры, помнишь? — ухмыльнулся Мика. — Я знал, что вы все трое ведьмы, но даже не подозревал, насколько сильны твои сестры. — Он окинул ее пристальным взглядом с ног до головы — Пейдж нервно поерзала на стуле— Ну, а что можешь ты? Какой дар у тебя? — спросил он с явным инте — ресом.

— Не скажу, — буркнула Пейдж, отвернувшись.

— Почему ты не применила свою силу против меня? — продолжал Мика, вполне довольный собой.

— Еще не успела, — ответила Пейдж, украдкой бросая на него взгляд. Она не собиралась говорить ему, что уже пыталась это сделать и оказалась совершенно беспомощной против его чар. Зачем ему об этом знать?

— Хорошо, я подожду, — засмеялся Мика. — Но вот что я действительно хочу знать: если твои сестры настолько сильны, почему они не смогли сегодня вытащить тебя отсюда? Пейдж задохнулась от негодования и опустила глаза, понимая, что может выдать себя взглядом и что нельзя показывать Мике свою слабость. Но самое ужасное, что она действительно была слаба: сказывались голодовка и физическая усталость, и она не знала, насколько у нее еще хватит мужества противостоять Мике.

— Знаешь, что я думаю? — спросил тот, нагибаясь к ней через стол. — Я думаю, они не так уж сильно заботятся о тебе, как кажется. «Не слушай его, — приказала себе Пейдж, стискивая зубы. — Он сам не знает, что несет. Ты не можешь поддаться отчаянию, иначе он фчно добьется своего».

— Могу поклясться, они все время твердят, что заботятся о тебе, верно? — продолжал Мика вкрадчивым голосом, от которого трепетала каждая клеточка ее тела. — Но разве это главное, Пейдж? Разве они хоть раз доказали тебе это наделе? Обращали внимание на твои нужды? На то, что для тебя на самом деле важно? «Нет, — машинально откликнулся внутренний голос. — Нет, они никогда меня не слушают. Им на меня наплевать». Закрыв глаза, она гнала прочь эти мысли. Это в ней говорит отчаяние, но она не позволит себе поддаться этому чувству. Выпрямившись и гордо расправив плечи, Пейдж твердо посмотрела Мике прямо в глаза.

— Ты сам не понимаешь, что говоришь, — сказала она. — И я была бы очень благодарна, если бы ты забрал свои тарелки и катился отсюда. Улыбка исчезла с лица Мики. Он перестал жевать. Очевидно, он не привык, чтобы с ним говорили в таком тоне. На мгновение Пейдж показалось, что на этот раз она перегнула палку, но Мика просто, положив вилку, встал из — за стола.

— Хорошо. Если ты просишь. Он закрыл тарелки крышками, оставив открытой лишь плетенку с хлебом, и, повернувшись к дому, громко позвал:

— Джордж! В мгновение ока перед ним возник пожилой слуга, и Пейдж вдруг осознала, что все это время он ждал по другую сторону изгороди. Он молча подошел к столу, взял один из подносов, подождал, пока Мика возьмет второй, и покорно потрусил к дому вслед за своим господином. У проема изгороди Мика обернулся.

— Спокойной ночи, Пейдж, — улыбнулся он. — Надеюсь, к утру ты придешь в себя. Пейдж промолчала, но, когда Мика скрылся за изгородью, быстро взмахнула рукой и прошептала:

— Хлеб.

— И тут же в руке ее появилась теплая свежая булочка с подноса, который нес старый Джордж.

— Тот, конечно, не заметил ее исчезновения и через секунду тоже скрылся из вида. Пейдж вернулась к шезлонгу и жадно впилась зубами в теплую булку, позабыв о данном себе обещании не есть ничего из того, что предлагал ей Мика. Все равно он об этом не узнает, И а ей нужно было поддерживать силы до возвращения Фиби и Пайпер. Чтобы сразиться с Микой, им понадобится Сила Трех, а если Пейдж не будет есть, у них останется скорее сила двух — максимум с половиной. Хлеб просто таял во рту, и Пейдж казалось, что ничего вкуснее она в жизни не ела. «Пайпер и Фиби, — думала она. — Когда же вы вернетесь за мной?» Меньше всего на свете ей хотелось верить в то, что сказал насчет сестер Мика, однако, если поразмыслить, отчасти он был прав. Те в последнее время относились к ней с некоторым пренебрежением: то выбросят газету, которую ей хотелось почитать, то не дадут поводить машину, то примутся критиковать ее нового парня…

— Ладно, в последнем случае, допустим, они оказались правы, но все равно, разве так трудно хоть в чем — то ей уступить?

— Нет, они любят меня, — вслух возразила себе Пейдж и тряхнула головой, гоня прочь сомнения. — Любят. Демон просто пытается сбить меня с толку. Небо к этому времени совсем потемнело, и Пейдж с тоской посмотрела на звезды, готовясь ко второй ночи в холодном и казавшимся ей теперь безобразным саду.

— Где же вы? — прошептала она в темноту. — Если вы так сильно любите меня, то где же вы сейчас?

— Здесь ничего нет! — с досадой воскликнула Пайпер, захлопывая «Книгу Теней», едва удержавшись, чтобы не швырнуть бесценную семейную реликвию в угол. — Почему здесь ничего не написано о силовых полях? Взъерошив волосы, она отложила книгу и в отчаянии закрыла лицо руками. За окном уже смеркалось, а Пейдж в саду, совсем одна. Кто знает, что к этому времени мог сделать с ней демон — или делает в эту самую минуту?

— Я больше этого не вынесу, Фиби, — сказала Пайпер. В глазах ее сверкнули слезы. — Я больше не могу. Пейдж там, а мы здесь и ничего не можем для нее сделать! Плюхнувшись на потертый старый диван, она положила локти на колени и, повесив голову, беспомощно уставилась в пол. Чем дольше она так сидела, тем сильнее становилось ощущение, будто вокруг смыкаются стены чердака и легким не хватает кислорода.

— Все будет в порядке, — проговорила Фиби, усаживаясь рядом и обнимая сестру за плечи. — Мы обязательно вернем ее. Пайпер подняла глаза к потолку, борясь с разрывающими грудь рыданиями.

— Где же Лео? — спросила она прерывающимся голосом. — Что он так долго? И как раз в этот момент посреди комнаты возник Лео, но радость Пайпер при виде мужа быстро улетучилась. Едва она взглянула на выражение его лица, как на нее с новой силой обрушилась волна разочарования.

— Что ты узнал? — с замиранием сердца спросила она, уже зная, что услышит в ответ.

— Ничего обнадеживающего, — вздохнул Лео. — Мика на самом деле Вандалус, и он может доставить крупные неприятности.

— Насколько крупные? — озабоченно спросила Фиби.

— Если он обретет полную силу, мы окажемся на пороге нового Армагеддона, — сказал Лео, глядя ей в глаза.

— Ну вот. Предчувствия нас не обманули, — вконец расстроилась Пайпер. — Мы тут с Фиби стали сегодня свидетелями одной сцены…

— Какой? — нахмурился Лео.

— Мика одним только взглядом заставил человека за милую душу раскошелиться на миллион долларов, — объяснила Фиби. С побледневшим лицом она облокотилась на подлокотник дивана, вспоминая события в офисе Рейнголда.

— Как нам остановить его, Лео? — с надеждой в голосе спросила Пайпер. — Пусть и в человеческом обличье, но он гораздо сильнее нас троих вместе взятых. Он может заставить любого плясать под свою дудку. Лео подошел к окну, потирая рукой подбородок.

— Мне кажется, он действительно обладает некой властью, — задумчиво проговорил он. — Прожив тысячу лет на Земле, демон его уровня вполне мог за это время найти способ вернуть себе силу.

— Но вот в чем вопрос: зачем ему понадобилась Пейдж? — вставила Фиби. — Если бы он хотел убить ее, то мог бы сделать это уже миллион раз.

— Да, вот это и есть самое главное, — сказал Лео, отворачиваясь от окна. — Мика может снова стать Вандалусом, но для этого требуется одна мелочь. Лицо Пайпер исказилось отвращением.

— Даже боюсь спрашивать какая, — поморщилась она.

— Поцелуй, — объявил Лео. — Поцелуй истинной любви.

— Поцелуй? — озадаченно переспросила Пайпер. И тут ее как громом поразила страшная догадка. — Так вот почему Аплакум убивал всех его девушек… и хотел убить Регину. Пока Мика не получит поцелуй истинной любви, Аплакум мог спокойно наслаждаться властью в отсутствие своего главного соперника — демона.

— Вот именно, — кивнул Лео. — Но… Регина и Мика целовались много раз, — заметила Фиби, в волнении подаваясь вперед. — Так почему это не пробудило в нем демона? Старейшины сказали мне, что в прошлом Мика целовался со множеством женщин, — объяснил Лео. — И все эти женщины любили его… или, по крайней мере, думали, что любят. Но в демона он так и не превратился.

— Бедный, несчастный Вандалусик, — с сарказмом протянула Пайпер.

— Но Старейшины тем не менее считают, что, если его полюбит одна из Зачарованных, поцелуй возымеет свою силу, и Вандалус обретет свободу, — подвел итог Лео. От этих слов у Пайпер сердце всколыхнулось в груди.

— Так, значит, вот зачем нужна ему Пейдж! Чтобы снова стать демоном и подчинить себе вселенную, — медленно проговорила она, чувствуя, как от страха в жилах стынет кровь.

— Что ж, тогда у нас нет проблем! — весело воскликнула Фиби, откидывая волосы за плечи и вскакивая с дивана.

— Ты чему радуешься? — изумленно посмотрела на сестру Пайпер. — Что значит — нет проблем?

— А то, — принялась растолковывать Фиби, слегка досадуя на Пайпер, что та не понимает очевидного. — Пейдж в жизни не поцелует ненавистного демона, который держит ее взаперти, и уж точно никогда его не полюбит.

— Если только… — начал Лео.

— Если только он не загипнотизирует ее, — продолжила за него Пайпер. Кровь отхлынула от лица Фиби.

— О боже.

— О чем я и говорю. — Лео сложил руки на груди. — Именно так он и влюблял в себя всех своих женщин. И чем дольше Пейдж будет оставаться с ним наедине, тем труднее ей будет сопротивляться его влиянию… особенно если она не подозревает, что ей грозит.

— Пайпер… — Фиби в ужасе взглянула на сестру. Жалобные нотки в голосе Фиби заставили ту вздрогнуть. Это уже было выше ее сил.

— Нужно срочно ее спасать, — решительно заявила Пайпер. — Мы просто обязаны найти способ вытащить ее оттуда. Немедленно.

Глава 12

Пейдж лежала на каменной скамье в цветочном саду, подставив лицо солнечным лучам в надежде, что они рассеют непроглядную мглу в ее душе после еще одной холодной ночи под усеянным звездами небом. Она почти не сомкнула глаз, размышляя о сестрах, с минуты на минуту ожидая их появления, прислушиваясь к каждому шороху за кирпичной оградой. Она уснула только под утро, у бреши в стене, прижавшись спиной к холодным, шершавым камням. Но никто за ней не пришел, и, проснув — шись, она ощутила ноющую боль в спине и еще большую — в сердце.

— Они не вернутся, — прошептала она, пытаясь смириться с этой мыслью. Если бы сестры действительно беспокоились за нее, если бы они на самом деле о ней заботились, они бы обязательно пришли ее проведать — если уж не нашли способа вызволить ее из заточения, то могли хотя бы поддер — жать ее своим присутствием. Ну разве это было так сложно? Все потому, что им на меня наплевать, — с болью в сердце сказала себе Пейдж. — Мика был прав. Теперь это моя жизнь. И я проведу ее здесь, в одном и том же осточертевшем платье, воруя еду и умирая со скуки. Шт Хотя она находилась здесь всего полтора дня, но в холоде и одиночестве время тянулось безумно медленно. Над головой парили две птицы, гоняясь друг за другом в безоблачной синеве. Пейдж печально улыбнулась. Все нормально, правда. По крайней мере вокруг красиво, светло, чистый воздух… Хуже было бы, если бы она была заперта в каком — нибудь вонючем мрачном подземелье. Хоть за это Мике спасибо.

— Пейдж? Испуганно вздрогнув, она села, ожидая наплыва уже привычной легкой дремоты. К скамье бесшумно приблизился Мика. В руках он держал пакет с покупками и улыбался. Солнце светило ему в спину, образуя вокруг его фигуры золотистый ореол, как на иконах у ангелов. «Вот — вот. Демон в обличье ангела», — усмехнулась про себя Пейдж. И тут она ощутила смутное беспокойство, как будто от сознания ее ускользало нечто важное. Она смотрела на Мику и пыталась вспомнить… Вчера он говорил ей что — то очень серьезное. Она не могла этого забыть. И все же забыла. Что бы там ни было — вылетело у нее из головы. «Все равно это уже не имеет никакого значения, — равнодушно подумала Пейдж. — Если бы даже я выведала все его тайны, мне все равно не с кем ими поделиться».

— Я принес тебе кое — что… в общем, увидишь, — на полуслове оборвал себя Мика, с самым смиренным видом усаживаясь рядом. Пейдж видела: он ждет, что она в очередной раз отвергнет его подношение, но на это больше не было сил. Теперь она его не боялась. Хотя и других эмоций он у нее тоже не вызывал. Может быть, это и к лучшему, что она разучится чувствовать, — тогда не будет так сильно болеть душа. Мика поставил пакет у ног и достал из него несколько книг в кожаных переплетах. Сердце Пейдж встрепенулось. Видимо, что — то она еще может ощущать: в частности, неимоверное облегчение. И это было лучшим антибиотиком от сердечной боли. Она взяла книги в руки и, повернув их к себе корешками, стала читать названия:

— Остин… Джеймс… Бронте… Катер… — С каждым именем глаза ее округлялись все больше. Открыв «Разум и чувства», она любовно провела пальцами по первой странице, горя желанием окунуться в дивный мир авторских фантазий. Все лучше, чем сидеть, не зная, чем заняться, предаваясь горестным размышлениям… и медленно сходя с ума от сознания, что за тобой никто не придет.

— Нравится? — просиял Мика. — Во время нашего первого свидания ты упомянула этих авторов, но я не был уверен, какие их произведения ты бы предпочла. Пейдж положила книги стопкой на колени и посмотрела на Мику. В его глазах светилась такая надежда, что ей невольно припомнилась романтизм и магия первого вечера, проведенного вместе. Он принес ей эти книги, как это мило с его стороны… Он знал, что Пейдж нужно развлечься. Даже держа ее здесь взаперти, он все же думал о том, как скрасить ее жизнь. В отличие от сестер, которые, казалось, напрочь забыли о своем обещании.

— Спасибо, — тихо сказала она. Мика расплылся в улыбке, и сердце Пейдж учащенно забилось. «Давай, подруга, крепись, — напомнила она себе. — Ты его пленница. Пленница демона». И еще я принес тебе вот что, — улыбнулся Мика и, порывшись в пакете, достал пижаму с начесом, шерстяные носки и пушистые тапочки. — Когда я пришел к вам в дом, ты открыла мне дверь в пижаме, и я подумал, что тебе сегодняшний мой подарок понравится больше, чем вчерашняя одежда. Пейдж взяла пижаму и провела кончиками пальцем по мягкому ворсу. От этого прикосновения по коже поползли мурашки. «Мне будет в ней так тепло и удобно, — по — Гдумала она, оглядывая свое легкое вечернее платье. — И почему я так жестока к себе? Кто знает, сколько еще я здесь пробуду? Может даже, всю оставшуюся жизнь…»

— И еще, — сказал Мика, на этот раз доставая из пакета пластмассовую коробку и кладя ее на скамью. Когда он открыл крышку, там оказались маленькие флаконы шампуня и кондиционера, кусок душистого мыла, тюбик зубной пасты, зубная щетка и расческа. — Ты, наверное, уже заметила, что рядом с бассейном есть душевая кабина. Пейдж трясущейся рукой достала из коробки мыло. Трудно было поверить, что она может испытывать столь бурную признательность за такую простую вещь. И тут вдруг ей подумалось, насколько приятно было бы сейчас принять душ, смыть грязь и позавчерашний макияж, а потом надеть теплую, чистую одежду. «Не надо, — предупредил голос разума. — Не позволяй ему ничего для тебя делать». Но сколь бы ни был силен инстинкт самосохранения, желание чистоты было сильнее.

— Спасибо, Мика, — поблагодарила Пейдж и, отложив книги в сторону, взяла с собой коробку и одежду. — Мне надо… идти, — сказала она, кивнув головой в сторону бассейна, где находился душ. Мика улыбнулся и поднялся со скамьи:

— Когда закончишь, я буду ждать тебя за завтраком. Пейдж выдавила улыбку и направилась к бассейну, прижимая к груди свои сокровища. Она знала, что нужно думать о побеге. И еще надо обязательно вспомнить, что Мика говорил ей вчера вечером… что — то о его… судьбе?.. Но в эту минуту мысли ее были далеко. Она предвкушала, как сбросит с себя грязную одежду, как теплая вода будет струиться по ее телу… И еще она гадала, станет ли повар Мики печь блинчики на завтрак на протяжении двух дней подряд.

— Очень вкусно, — проговорила Пейдж, надкусывая поджаристый тост и вдыхая соблазнительные ароматы. Это, конечно, не блинчики, но все равно очень аппетитно. — Просто удивительно, как ты еще проходишь в двери с таким замечательным поваром. Мика улыбнулся, и она вспыхнула, устыдившись того, что разговорилась со своим похитителем. Но ничего не могла с собой поделать. После душа, где она проторчала дольше, чем подросток перед первым свиданием, на сердце у нее заметно полегчало. Она была почти счастлива. Чистая. В свежем белье. Атеперь еще и сытая. Сейчас она находилась в состоянии блаженной эйфории.

— Не хочешь со мной прогуляться? — спросил Мика, наклоняясь вперед. Пейдж сперва хотела сказать «нет». Он не заслуживает хорошего отношения за такое обращение с ней, пусть даже и стремится доставить ей удовольствие. Но потом она вновь заметила в его глазах робкую надежду… и уступила. В конце концов, это всего лишь прогулка.

— Хорошо, — тихо сказала она. Она отодвинула стул и обошла вокруг стола. Мика взял ее за руку, и сердце Пейдж вновь объял трепет. Она была благодарна ему за книги и одежду, за душ и еду, но не могла побороть в себе отвращения к его прикосновениям. Она сунула руки в карманы. На лице Мики промель — кнула тень разочарования, но он промолчал, сложив руки за спиной, пошел с ней рядом.

— Я так рад, что ты здесь, — говорил он, глядя вдаль, когда они побрели по дорожкам сада. — Ты даже не представляешь себе, как мне здесь одиноко. Пейдж упорно смотрела себе под ноги. Уж она — то знала, что такое одиночество, причем не только в последние дни. Ее приемные родители погибли в автокатастрофе, когда она еще училась в старших классах, и она быстро поняла, что жить одной не сахар. Но Пейдж никому об этом не говорила. И тем более не станет изливать свою душу демону.

— Я знаю, ты думаешь, я… плохой, — продолжал он, посмеиваясь. — Но все не так просто. Знаешь, ведя такой образ жизни, перестаешь разграничивать черное и белое. Они вошли в цветочный сад, который в лучах утреннего солнца, казалось, переливался всеми цветами радуги. Пейдж остановилась у живой изгороди — Мика подошел к розовому кусту и, нежно коснувшись пальцами цветка, посмотрел на него с искренним восхищением. Пейдж в своей жизни повидала уже все оттенки серого, существующие во вселенной. Иногда следует нарушить правило. Иногда следует поступиться своими принципами, чтобы добиться нужного результата. И люди не всегда такие, какими кажутся на первый взгляд. Взять, например, Коула. Он же смог побороть в себе демоническое начало и был замечательным человеком, пусть даже где — то глубоко под человеческой личиной скрывался демон Бальтазар, порывающийся обнаружить истинное свое лицо. И если это удалось Коулу, то почему не сумеет измениться в лучшую сторону Мика? Может быть, именно поэтому он и держит ее здесь. Потому что ему нужно время, чтобы показать ей, какой он на самом деле, иначе у него нет шансов. Хотя Пейдж не считала ее похищение удачной идеей, она вдруг нашла логичное оправдание этому поступку. Мика вернулся к ней и преподнес цветок, прекраснейший из всех, что ей доводилось видеть, — хрупкую, нежную лилию, настолько белоснежную, что слепило глаза.

— Я просто хотел, чтобы меня любили таким, какой я есть, — признался Мика. Пейдж осторожно взяла из его рук цветок, и сердце ее учащенно забилось. — В тот самый миг, как только я тебя увидел, я понял, что ты на это способна. Пейдж поднесла цветок к лицу, вдыхая его тонкий аромат. Бросив взгляд на Мику из — под полуопущенных ресниц, она испытала к нему такое же влечение, как во время их первой встречи. Он был такой красивый, искренний, такой обходительный, заботливый. Возможно, в нем ощущалось присутствие демонического начала, но была в нем и светлая сторона. «Разве может человек быть только плохим или хорошим?» — подумала про себя Пейдж. Легкий ветерок взъерошил ее волосы. Мика, гладя ей прямо в глаза, убрал непослушные пряди с ее лба, кончиками пальцев нежно прикоснувшись к щеке. Пейдж при этом даже не поморщилась.

— Я возвращаюсь туда, — проговорила Пайпер, схватив со столика в прихожей ключи от машины. Сняв с вешалки кожаный пиджак, она решительным шагом направилась к двери. Лео и Фиби, сбежав по лестнице, бросились за ней. Пайпер, ты уже придумала, что будешь делать, когда туда приедешь? — переводя дыхание, спросила Фиби. — Ты же знаешь: через этот барьер просто так не пробиться. Нервы Пайпер были напряжены до предела.

— Знаю! — крикнула она, в раздражении поворачиваясь к Фиби. — Но я не могу допустить, чтобы Пейдж оставалась там. Я хочу хотя бы убедиться, что с ней все в порядке. Сжав пальцы в кулаки, она с трудом сдержалась, чтобы энергетическим зарядом не разнести в щепки входную дверь. Снесенная дверь — не выход из положения, но от этого стало бы гораздо легче на душе.

— Ладно, я все понимаю: ты расстроена, — пыталась урезонить сестру Фиби. — Но сначала нужно разработать план. Если все так, как говорит Лео, мы только попусту потеряем время, к Пайпер, застыв на пороге, растерянно переводила взгляд с Фиби на Лео, те выжидающе смотрели на нее. Видимо, надеялись, что она выдаст какую — нибудь идею. А почему, соб — ственно, нет? Из трех сестер она была самая старшая, и у нее обычно находились ответы на все вопросы. Но в этот раз она была в полном замешательстве, и ей так хотелось, чтобы бремя ответственности взял на себя кто — то другой, чтобы кто — то подсказал ей, как поступить. Потому что когда речь шла о Пейдж, она не могла мыслить здраво. Пейдж была ее младшей сестрой, только что появившейся в ее жизни, и теперь та попала в беду — и отчасти по ее, Пайпер, вине.

— Не нужно было отпускать ее позавчера вечером, Фиби, — чуть не плача, прошептала Пайпер. — Надо было хотя бы взглянуть на ее защитный кристалл. Это из — за меня она оказалась в западне.

— Успокойся, — тихо проговорила Фиби, обнимая сестру. Пайпер стиснула ее в объятиях, сдерживаясь из всех сил, чтобы не разрыдаться. Когда Фиби отстранилась, на лице ее была написана угрюмая решимость. — Я обязательно подберу заклинание, чтобы разрушить эту стену. А если нет, найдем иной способ. А пока, я с тобой согласна, кто — то должен отправиться посмотреть, как она там. Пайпер молча кивнула, а Фиби между тем повернулась к Лео.

— Может, перенесешь ее туда? — попросила она. — А я пока займусь заклинанием.

— Хорошо, — кивнул Лео. Он подошел к Пайпер, обнял ее сильными руками и нежно поцеловал в макушку. — Поспеши, — сказал он Фиби. — Мы скоро вернемся. Пайпер, всхлипнув, прижалась щекой к его груди, чувствуя, как ее обволакивает теплом столб белого свет Через долю секунды они ма — териализовались в той же самой позе снаружи кирпичной стены у особняка Мики. Осмотревшись по сторонам, Пайпер поискала взглядом брешь, обнаруженную Фиби, и, наклонившись, заглянула внутрь. Пейдж нигде не было, и Пайпер вдруг охватил страх.

— Пейдж? — в отчаянии громко позвала она. — Пейдж! Где ты? Ответа не было. Никакого движения. Пайпер растерянно посмотрела на Лео.

— Ее здесь нет, — сказала она, чувствуя, как внутри нарастает паника. Пайпер, она может быть в другой части сада, — поспешил успокоить ее Лео, кладя руки на плечи жены. — Только не надо отчаиваться, дорогая.

— Пейдж! — снова закричала Пайпер. — Это я, Пайпер! Ты здесь? Наконец в саду появилась Пейдж, и сердце Пайпер радостно заколотилось в груди. Пейдж выглядела вполне нормально. Только казалась какой — то… задумчивой, что ли. Пейдж, посмотрев на брешь в стене, медленно побрела в ее направлении. У Пайпер екнуло сердце. Здесь что — то было не так. Она ожидала, что Пейдж обрадуется и бросится к ней со всех ног, но та не то что не оживилась, но, казалось, даже не была удивлена.

— Привет, Пайпер, — проговорила Пейдж, опускаясь на колени напротив бреши в стене.

— С тобой все в порядке? — спросила Пайпер. По безразличному тону Пейдж можно было подумать, что она говорит по телефону с незнакомым человеком.

— Конечно. — Пейдж равнодушно пожала плечами, машинально вертя в пальцах шнурок от капюшона пижамы. Безмятежное, отрешенное выражение ее лица даже отдаленно не напоминало вчерашнее лихорадочное возбуждение. Пайпер, глядя на сегодняшнюю Пейдж, думала, что она кажется вполне… довольной жизнью. Пайпер обратила внимание на суетливые движения ее рук.

— Пейдж, откуда у тебя эта пижама? — спросила она.

— Эта? Мика подарил, — ответила Пейдж, оглядывая себя. — Очень теплая и мягкая. Он очень милый, Пайпер. Он приносит мне книги, вкусно меня кормит, дарит мне цветы… «Мика уже полностью подчинил ее себе, — с замиранием сердца подумала Пайпер. — Она полагает, что он на самом деле заботится о ней. И если он смог ее в этом убедить, то понадобится совсем не много времени, чтобы заставить ее снова влюбиться».

— Что мне делать? — шевельнула губами Пайпер, обращаясь к Лео.

— Попытайся вывести ее из этого состояния, — так же, одними губами, ответил Лео.

— Пейдж, дорогая, послушай меня, — начала Пайпер, — Мике нельзя доверять. — Она в отчаянии прижалась щекой и обеими ладонями к холодной стене. — Ты ему нужна для осуществления его… дьявольского замысла. Он пытается заставить тебя думать, что ты любишь его, но на самом деле это не так.

— Почему вы не вернулись за мной вчера вечером? — спросила Пейдж, казалось нисколько не интересуясь, что скажет в свое оправдание Пайпер.

— Пейдж…

— Вообще — то, не нужно ничего объяснять, Пайпер, — продолжала она. — Я знаю, я тебе не нужна. У тебя есть Лео, свой клуб, твоя родная сестра, Фиби. Я понимаю, что вытащить меня отсюда не главная твоя забота. От этих слов у Пайпер пересохло во рту, и на несколько секунд она лишилась дара речи. «Неужели Пейдж на самом деле так думает или же это внушил ей Мика?»

— Пейдж, пожалуйста, выслушай меня, — прерывающимся от волнения голосом проговорила она. — Мика обладает способностью…

— Я знаю, знаю, — отмахнулась Пейдж. — Мика — злой демон и все в таком духе. Но ты не знаешь его, Пайпер. С той стороны, с какой знаю его я. В нем много хорошего. Он нежный, романтичный, заботливый. Он совсем не злой, Пайпер. Он не может быть злым. Голова Пайпер качнулась вперед, и она уперлась лбом в шершавую стену. «Так не бывает. Пейдж не может влюбиться в этого подонка. Что он с ней сделал?»

— Говори что — нибудь, не молчи, — прошептал Лео, опускаясь рядом с ней на колени. — Все равно что.

— Пейдж, это все колдовство, — надтреснутым голосом продолжала Пайпер. — Ты должна сопротивляться. Мика всего лишь использует тебя, чтобы снова стать Вандалусом. Пейдж, он очень опасен. Пейдж хихикнула.

— Да ты сама понимаешь, что говоришь? — сказала она. — «Пейдж, он очень опасен». Верно. Но Мика всего лишь хочет, чтобы я была с ним. В отличие от вас с Фиби. Эти слова острой бритвой полоснули Пайпер по сердцу.

— Пейдж, ты не можешь так говорить. Ты не имеешь права… Но Пейдж уже поднялась с колен, и перед глазами Пайпер вместо ее лица появились ноги.

— Мне нужно идти, — ровным, безразличным голосом проговорила Пейдж. — Пора обедать, а я еще хочу привести себя в порядок, чтобы Мика увидел меня красивой. Он ведь так меня любит…

— Пейдж! — в отчаянии закричала Пайпер, прижимаясь губами к влажному, мшистому краю дыры. — Пейдж! Не уходи! Снова заглянув в отверстие, Пайпер увидела, как Пейдж медленно бредет по саду прочь. И, несмотря на ее крики, несмотря на боль и отчаяние в ее голосе, сестра даже ни разу не обернулась. Когда она скрылась за живой изгородью, Пайпер поднялась с земли и в бессилии прислонилась к стене.

— Мы не успели ее спасти, Лео, — дрожащим голосом прошептала она. — Мы потеряли ее навсегда.

Глава 13

.

Фиби вырвала из записной книжки листок, скатала в плотный шарик и со вздохом запустила в угол комнаты. Никогда она еще не испытывала такого безграничного отчаяния, разве что накануне выпускного экзамена в колледже. Да, сочинять заклинания нелегкое дело. Особенно если на карту поставлена свобода, а может, и жизнь, сестры.

— Так, ладно, сконцентрируйся, — вслух приказала она себе. — Ты делала это тысячу раз. — Откинувшись на спинку дивана, она закинула ногу на ногу. Из пучка выбилась тоненькая прядка волос и щекотала ей щеку. Она машинально заправила ее за ухо и снова взяла в руки блокнот. Положив его на колени, она задумчиво побарабанила по нему ручкой и закусила губу. В голову решительно не приходило ничего стоящего.

— Так… посмотрим… стены… запоры… раз — бить оковы… — бормотала Фиби, уткнувшись взглядом в потолок и перебирая в уме слова. — — Так, что же у нас рифмуется со «стеной»?

— Вдруг посреди комнаты замерцал столб белого света — Фиби от неожиданности подскочила на диване, напротив которого через секунду материализовалась Пайпер в обнимку с Лео. Фиби, едва увидев сестру, сразу заподозрила неладное.

— Ну как? Что там? — на одном дыхании выпалила она.

— Он уже успел испробовать на Пейдж свои любовные чары, — с горьким сарказмом ответила Пайпер, пиная ногой один из бумажных шариков, которыми был усеян весь пол в гостиной. Она устало опустилась в кресло напротив дивана и, поджав под себя ноги, запустила пальцы в волосы. — Пейдж, скажем так, ведет себя как совершенно другой человек. Фиби, нервно сглотнув, рассеянно обвела взглядом скомканные блокнотные листы. Значит, все ее старания были напрасны?

— Ну что, а как у тебя? Получилось что — нибудь? — поинтересовался Лео, сочувственно улыбаясь.

— По правде говоря, нет, — вздохнула Фиби, чувствуя, как внутри постепенно, словно камень за камнем той самой злополучной стены, нарастает страх. — Такое впечатление, что все мысли заблокированы, и я, кажется, догадываюсь почему. Если уж Лео не смог переместиться сквозь эту стену, то разве спасет заклинание? Тем более что нас только двое? Что ж, попробовать все равно стоит, — тихо проговорила Пайпер, выпрямляя ноги. — Разве у нас есть другой выбор? Кажется, у меня есть идея, — сказал вдруг Лео. Будем рады выслушать любые предложения, — грустно усмехнулась Фиби, меняя положение, чтобы лучше его видеть и вся обратившись в слух.

— Как насчет Коула? — спросил он, глядя Фиби прямо в глаза.

— Насчет Коула'? — переспросила Фиби. При звуке его имени в висках гулко заколотился пульс. О нем не было ни слуху ни духу вот уже (несколько дней, и она была рада любому предлогу, чтобы только с ним увидеться именно сейчас, больше чем когда — либо нуждаясь в его мо — ральной поддержке. Начать с того, что его способность перемещаться в пространстве досталась ему «в наследство» от демона, — продолжал Лео. От этих слов Фиби беспокойно поерзала на диване. Всякий раз, когда имя любимого упоминалось в одной фразе со словом «демон», она предпочитала пропускать ее мимо ушей. — Извини, Фиби, но факт остается фактом. К тому же сейчас это нам только на руку. Пайпер медленно поднялась с кресла и сделала несколько шагов по комнате:

— Правильно. Вследствие того что свою способность перемещаться в пространстве Коул получил… ну, вы сами знаете как, — сказала она, послав Фиби извиняющийся взгляд, — он может проходить через стены, воздвигнутые с помощью черной магии. Сердце Фиби заколотилось еще быстрее, как только она поняла, к чему они оба клонят.

— Коул может проникнуть в сад, — прошептала она. — И вероятно, поможет и нам попасть туда.

— По — моему, хорошая мысль, — улыбнулся Лео.

— Остается найти Коула, — подхватила Пайпер. Фиби упрашивать не приходилось. Вскочив с дивана, она подошла к Пайпер.

— Призывное заклинание? — уточнила она. Пайпер кивнула, беря ее за руки. Это должно было сработать. Оставалось надеяться, что Коул сможет откликнуться на их зов и явиться в Холлиуэл — Мэнор.

— Силы Бытия, верните Коула ко мне, — хором стали повторять Пайпер и Фиби. Вдруг в комнате стало теплее, и в воздухе между сестрами пробежала легкая рябь. И в мгновение ока посреди гостиной возник Коул в разорванной рубахе и часто заморгал глазами, видимо не понимая, где находится. Пошатнувшись, он упал на колени, успев выставить перед собой руки.

— Коул? — бросилась к нему Фиби. Опустившись рядом с ним на колени, она руками обвила его шею. — Как ты?

— Нормально, — хрипло буркнул в ответ вспотевший и с трудом переводивший дыхание Коул. — Вы только что вытащили меня из круп — ной заварухи.

— Ты дрался? — удивленно спросил Лео. — И кто побеждал? Коул поднял на него глаза, и Фиби с облегчением заметила в его взгляде лукавые искорки.

— Я конечно, кто же еще? — ответил он, поднимаясь на ноги и отряхиваясь от пыли. — Просто для очистки их совести хотел доставить им немного удовольствия, прежде чем разделал бы их всех под орех.

— Коул, не надо так шутить, — одернула его Фиби. — Сначала ты дерешься бог знает с кем, потом являешься сюда в таком виде…

— Извини, Фиби. Со мной, правда, все в порядке, — сказал Коул, целуя ее. Прикосновение его губ подействовало на Фиби словно горячий душ. Откинув голову назад, Коул посмотрел на ее встревоженное лицо. — Зачем вы меня вызвали?

— Пейдж, — коротко бросила Пайпер. — Ее похитил Вандалус, и нам нужна твоя помощь, чтобы ее спасти.

— Вандалус? — бледнея на глазах, переспросил Коул. — Пейдж у Вандалуса? И давно?

— Два дня, — ответил Лео.

— Почему вы не обратились ко мне раньше? — окинул Коул всю троицу укоризненным взглядом.

— Ты слышал о нем? — прерывающимся от волнения голосом спросила Фиби, положив руки ему на грудь и напряженно вглядываясь в его лицо. — Что ты о нем знаешь?

— Достаточно, чтобы отправиться туда немедленно. — Коул взял Фиби за руку. — где они?

— Сто тридцать пять, Мерсер — стрит, сказала Пайпер, подходя к Лео. — Встречаемся у стены.

— Подождите! — остановила ее Фиби. Подбежав к дивану, она вырвала из блокнота листок, где было записано несколько строк — самое удачное, что ей удалось сочинить за все утро. — Это уничтожающее заклинание, — по — яснила она.

— Хорошо, что вовремя вспомнила, — сквозь зубы процедила Пайпер. Когда Лео и Пайпер исчезли в белом облаке света, Фиби прильнула к груди Коула, чтобы он мог перенести ее во владения Мики. Перед тем как они исчезли из гостиной, у нее мелькнула последняя мысль: «Только бы мы не опоздали».

Пейдж не поверила своим глазам, когда вошла в ванную, чтобы привести себя в порядок перед встречей с Микой. На противоположной стене висело вечернее платье — ничего красивее она в своей жизни не надевала. Оно было из тонкого черного бархата, без рукавов и бретелей и юбкой с вырезом до колена. Она сняла плечики с крючка, гадая, когда Мика успел купить платье и повесить его сюда. Сегодня он решил отдохнуть отдел и посвятить все свое свободное время Пейдж. Они гуляли, разговаривали обо всем на свете, а иногда просто вместе молчали, наслаждаясь обществом друг друга. Каждый раз, когда Пейдж заглядывала в бездонные синие глаза Мики, она все глубже проникала в его душу, а он — в ее. Ей казалась нелепой сама мысль о том, что ему нельзя доверять.

— Оно великолепно! — восхищенно пробормотала Пейдж, прикладывая платье к груди и любуясь своим отражением в зеркале. В этом наряде она будет похожа на принцессу. Дрожа от восторга, она быстро разделась и натянула на себя платье. От прикосновения нежного бархата по телу разлилось приятное тепло. Она забрала волосы вверх и улыбнулась своему отражению. Вечер будет волшебный. Она была в этом уверена. Нагнувшись, чтобы надеть туфли, она заметила, что подкладка платья сшита из блестящего темно — синего шелка. Пейдж покружилась на месте, глядя на себя в зеркало. При каждом ее движении подол колыхался, и синяя вспышка шелка привлекала внимание к ее стройным ножкам.

— Угадай с трех раз, что в тебе больше всего нравится Мике, — сказала она себе и рассмеялась. Сняв крышку с пластмассовой коробки с туалетными принадлежностями, она, порывшись в ней, обнаружила флакон духов, а рядом с ним — бархатистую коробочку. Пейдж открыла ее и ахнула от восхищения. Внутри лежали серьги с огромными сверкающими бриллиантами. Трясущимися от волнения руками она вдела их в уши и сделала шаг назад, еще раз посмотревшись в зеркало.

— Ты прекрасна, — сказала она себе. И все у тебя будет просто замечательно. И вдруг сердце ее сжалось от необъяснимой тревоги и страха. Пейдж в замешательстве отшатнулась от зеркала. Чего ей бояться? Мика любит ее. Он купил все эти красивые вещи специально для нее. Он заботится о ней. Ей нечего опасаться. Пейдж вздернула подбородок, гоня прочь мрачные предчувствия, и вышла в окутанный ночной прохладой сад. В темном небе сияли! звезды, теплый ветерок ласкал ее плечи, когда она медленно шла по тропинке в другой конец сада. Среди живописных роз и благоухающих лилий ей казалось, что она попала в сказочный мир. Над садом были натянуты гирлянды китайских фонариков. Повсюду горели свечи. В траве, в маленьких бронзовых подсвечниках. На столе, сервированном хрупким фарфором. Но ничто в этот вечер не могло затмить образ Мики. Он ждал Пейдж посреди сада. Когда он увидел ее, в глазах его мелькнуло искреннее восхищение. Сам он был одет в черный смокинг с белым галстуком и казался Пейдж героем ее романтических грез. А когда заиграл невидимый оркестр, исполняя первые такты классического вальса, Мика поклонился Пейдж и протянул ей руку.

— Не окажете честь? — с улыбкой спросил он. Пейдж медленной походкой подошла к нему, чтобы он смог оценить все великолепие ее туалета, и коснулась его руки.

— С удовольствием, — улыбнулась она. Мика уверенной рукой обнял ее за талию, и они закружились в медленном вальсе под звездным небом. Пейдж ни разу в жизни не танцевала вальс, но каким — то непостижимым образом знала, как нужно двигаться. Она даже не задумывалась об этом. Глядя в синие глаза Мики, она чувствовала легкое головокружение. Но это было даже приятно, она больше не боялась своих ощущений и знала, что именно такие чувства должна испытывать женщина, влюбленная в такого изумительного человека, как Мика. «Он ведь не человек, — вдруг из глубин подсознания выкрикнул внутренний голос. — Вспомни, он же демон! Помнишь, что он говорил о своем предназначении? И о детях…» Но Пейдж отмахнулась от досаждающих слов. Ей все равно, что Мика — демон. Он ведь еще и человек. Он сделал людям много добра. Он заботился о сиротах потому, что просто любил детей. И единственной его целью было сделать мир лучше и чище — и заставить ее, Пейдж, ощутить себя на вершине блаженства. Пейдж, не отрываясь, смотрела Мике в глаза, а тело ее двигалось само по себе. Пусть Мика ведет ее в танце. Она тонула в бездонной, манящей синеве его прекрасных глаз. Их взгляд словно затягивал внутрь. И вдруг ей захотелось страстно любить его. И чтобы он любил ее так же сильно. «Нет, Пейдж! — раздался в подсознании назойливый голос. — Нельзя!» Но Пейдж уже было все равно. Она все больше погружалась в бездну синих гипнотизирующих глаз. И знала, что это будет длиться вечно. Пайпер, материализовавшись снаружи кирпичной ограды, оторвалась от Лео и, встав на колени, заглянула в отверстие, прижимаясь лицом к стене так сильно, насколько позволяли законы физики. В сиянии сотен свечей почти невозможно было что — либо разглядеть. В этот миг в саду зазвучала музыка, и она смутно различила две вальсирующие фигуры. Когда глаза Пайпер привыкли к освещению, она не поверила тому, что увидела. Но глаза ее не обманывали.

— Лео, — сказала она упавшим голосом.

— Что? — спросил он, садясь на корточки рядом с ней.

— Там Пейдж и Мика, — прошептала она, ощупью ища руку мужа и впиваясь в нее пальцами. — Они танцуют и… Она не смогла докончить фразы. Сбывались самые худшие ее опасения. Пейдж смотрела на Мику со слепым обожанием, и Пайпер различила на ее лице так хорошо знакомое ей выражение. Это была любовь. Чистая, истинная любовь.

— Нужно пробраться туда, — сказала она, вставая с колен и поднимая глаза к небу. — Ну, где же они? И тут в нескольких футах от них возникли Коул и Фиби. Пайпер тут же бросилась к Коулу и обвила рукой его талию.

— Идем, — сказала она.

— Эй, осторожнее, — предупредил он. — Я еще не пробовал путешествовать в пространстве с двумя пассажирами сразу. Лео ободряюще подмигнул ему, и в следующий миг вокруг замерцали желтые, потом белые огоньки, и через долю секунды Пайпер с Фиби оказались уже совсем в другом месте. Открыв глаза, Пайпер осмотрелась вокруг, окидывая взглядом пышные розовые кусты, клумбы, пестреющие яркими цветами в свете многочисленных свечей. Посреди этого великолепия застыли в объятиях друг друга Пейдж и Мика, их губы почти соприкоснулись…

— Пейдж! Нет! — крикнула Пайпер, устремляясь вперед. Собрав всю свою энергию, она взмахнула руками и заморозила сад. Мика замер с блаженным, почти комическим выражением на лице, с полуопущенными веками и вы — k тянутыми для поцелуя губами.

— Пейдж моргнула и повернулась к сестрам. — Зачем вы это сделали? — грозно сверкнула она глазами, скрещивая руки на груди.

— Понимаешь теперь, о чем я говорила? — обратилась Пайпер к Фиби. — И это вместо «Слава богу, вы здесь!». Фиби подбежала к Пейдж и за обе руки потянула ее в сторону от застывшего в нелепой позе Мики.

— Пейдж, послушай меня, — начала она, увлекая ее за собой поближе к Коулу и Пайпер. — Коул перенес нас сюда, чтобы мы могли уничтожить Вандалуса. Мы должны избавиться от Мики и вернуть тебя домой. Пейдж помрачнела.

— Избавиться от Мики? — переспросила она, вскидывая голову. Потом оглянулась на Пайпер, словно ища у той поддержки. — А зачем мне от него избавляться? Я люблю его больше жизни. Слабая надежда, зародившаяся было у Пайпер, тут же исчезла без следа. Пейдж была одной из самых волевых людей среди ее знакомых. К тому же она была одной из Зачарованных. И если Мика, еще будучи человеком, сумел настолько помутить ее рассудок, то что произойдет, когда в нем проснется демон?

— Пейдж, да очнись же ты, — с досадой проговорила Пайпер, заправляя той за ухо выбившуюся из прически прядь волос. — Мика держит тебя здесь в качестве пленницы, вспомни! Он очень плохой человек. — Хуже не бывает, — кивнув, подтвердил Коул. Глаза Пейдж сверкнули гневом.

— Кто бы говорил, — злобно швырнула она фразу в лицо Коулу. — Мика по крайней мере помогает людям. А чем занимался ты, когда по — знакомился с Фиби? Я хочу сказать, кроме убийств и насилия? Коул виновато потупился, а Фиби едва не задохнулась от возмущения:

— Ну, знаешь что, Пейдж…

— Нет, хватит, не желаю больше ничего слышать, — оборвала ее Пейдж, попятившись назад. — Я люблю Мику и хочу быть с ним. А теперь, Пайпер, может, разморозишь наконец моего возлюбленного? Пайпер, отвернувшись от Пейдж, в отчаянии всплеснула руками. Сражение было проиграно. В любую секунду действие ее чар кончится, Мика отомрет сам собой, и тогда все они окажутся в его власти. А без Силы Трех у них нет ни малейшего шанса его уничтожить.

— Что будем делать, Пайпер? — спросила Фиби, отступая назад: Мика пошевелился. Сейчас он откроет глаза и увидит, что Пейдж рядом нет. Пайпер, обмирая от страха, схватила Фиби за руку:

— Бежим отсюда.

Глава 14

Что?! — взревел Мика с лицом, перекосившимся от гнева при виде Пайпер, Фиби и Коула. — Как вы здесь оказались? Фиби, судорожно глотнув воздух, вцепилась в руку Коула, крепко прижавшись к нему. Она не собиралась вступать в переговоры с разъярен — ным демоном, рискуя жизнью своего парня. Пайпер выступила вперед, тоже заслоняя собой Коула, и Фиби почти физически ощутила исходящую от ее тела энергию и силу. Вместе они могут противостоять любому злу. Конечно, не помешало бы еще заранее разработать запасной план и заручиться поддержкой Пейдж. И вдруг Фиби, спохватившись, вспомнила, что сжимает в руке листок с уничтожающим заклинанием, и быстро сунула его в карман джинсов. Все равно без Пейдж оно не подействует, а пока пусть полежит в безопасности — может, еще пригодится.

— В принципе, меня это мало интересует, — злобно ухмыльнулся Мика, занося руку, словно для удара. — Это даже хорошо, что вы собрались здесь все вместе. Мне же проще.

— Пайпер… — испуганно пролепетала Фиби, припоминая изображение Вандалуса в «Книге Теней», где из запястий его лучилось сияние.

— Берегись! — крикнула та. Фиби бросилась на землю, перекатилась через голову и вскочила на ноги, готовая к бою. Мимо щеки ее пронеслась обжигающая волна. Оглянувшись через плечо, она увидела, что Мика испепелил каменную скамейку, и в том месте, где она стояла, в живой изгороди зияла большая дыра, но зато он не причинил вреда Коулу и Пайпер. Фиби, переводя дыхание, пыталась осмыслить случившееся. Значит, у Мики есть против них еще одно мощное оружие? И как же они будут сражаться с этим существом?

— И этого человека ты любишь, Пейдж? — громко крикнула Пайпер, поднимаясь с земли. Пейдж промолчала, но на лице ее было написано замешательство. Если бы Пейдж не была Зачарованной, Фиби решила бы, что сестра впервые видит перед собой демона. Мика снова занес руку, рот его изогнулся в презри — тельной усмешке, но прежде чем он смог нанести второй удар, Коул, вскочив на ноги, швырнул ему в грудь сгусток сияющей энергии.

— Нет! — пронзительно взвизгнула Пейдж, закрывая лицо руками, когда Мику отбросило на несколько ярдов назад, швырнув на колючую изгородь в дальнем конце сада.

— Что, не рассчитывал на это, а? — вслед ему крикнул Коул.

— Не зазнавайся, — осадила его Фиби. — Пайпер, забирай Пейдж и уводи ее отсюда. А мы попытаемся его задержать. Пайпер потянула Пейдж за собой в противоположный конец сада, подальше от Мики, а Фиби и Коул приготовились к бою. Как только Мика, кряхтя, выбрался из поломанных кустов, Фиби взмыла в воздух и, пролетев несколько ярдов, с размаху ударила его ногой в подбородок. Голова его откинулась назад. Мика снова повалился на спину, но на этот раз он пришел в себя довольно быстро. Не успела Фиби опуститься на землю, как он уже снова стоял на ногах. Фиби с силой выбросила вперед руку, но Мика с легкостью отразил удар. Хорошо, что в этот момент Коул швырнул в него еще один энергетический шар. На мгновение Фиби показалось, что они вдвоем без проблем раздела — ются с Микой, но тут она услышала крик Коула и, обернувшись, остолбенела. Коул с отчаянием на лице беспомощно махал кулаками в воздухе, словно пытаясь разрушить незримую стену. Мика создал вокруг него силовое поле.

— Выпусти меня отсюда! — закричал Коул, посылая Мике взгляд, полный ненависти. Набухшие вены на шее, казалось, готовы были лопнуть от натуги.

— Коул! — крикнула Фиби, подбегая к нему. — Попробуй бросить энергетический шар! Коул тотчас вскинул руку и метнул в стену огненный сгусток, который, столкнувшись с преградой, рассыпался искрами, и по стенам побежала волна красного света, обозначив границы невидимой клетки, в которой оказался Коул, а потом рассеялась без следа.

— Фиби! Пригнись! — вдруг, широко раскрыв глаза, крикнул Коул. Фиби машинально присела, радом на землю рухнул Коул. Еще одна горячая волна прошла прямо над головой Фиби, пронзая невидимую стену, и, если бы Коул вовремя не среагировал, его бы просто испепелило.

— Ну все, хватит! — приходя в бешенство, воскликнула Фиби, поворачиваясь к Мике. — Кто посмеет напасть на моего парня, будет иметь дело со мной. Фиби снова взмыла в воздух и, развернувшись на лету, наотмашь ударила Мику в челюсть. Когда она опустилась на землю, он еще не успел прийти в себя, и она мощным толчком отбросила его к кустам. Мика лихорадочно замахал руками, и только благодаря этому ему удалось сохранить равновесие, но Фиби не отчаивалась. Пока она рядом, он не сможет пронзить ее своим адским лучом.

— Пейдж никогда тебя не полюбит по — настоящему! — крикнула она, ловко перехватывая его руку. В крови взыграл адреналин, и Фиби уже готовилась нанести удар, но ей вдруг словно перекрыли кислород. Мика, схватив ее одной рукой за горло, приподнял ее над землей. Фиби, задыхаясь, беспомощно болтала в воздухе ногами.

— У меня для тебя новость, моя девочка, — ухмыльнулся Мика, злобно сверкнув глазами. — Она меня уже любит.

— Фиби! — отчаянно забился в своей клетке оул, видя, как Мика не дрогнувшей рукой отшвырнул ее в сторону, словно котенка. Она с глухим ударом опустилась на землю и закашлялась, судорожно глотая ртом холодный воздух.

— Вы мне надоели, — сказал Мика с язвительным смехом. — Я разделаюсь с вами, только сначала сорву всего один поцелуйчик с пухлых губок вашей сестры и тогда обрету такую мощь, которой вы даже не можете осознать своим скудным умишком. Фиби с трудом приподнялась на локте и проводила беспомощным взглядом Мику, который, оправив смокинг, направился в глубь сада, куда скрылись Пейдж и Пайпер. У Фиби от страха больно сжалось сердце. Захлебываясь кашлем, она, собрав последние силы, крикнула во весь голос:

— Пайпер! Пайпер! Он идет к вам! Пайпер, пытаясь привести Пейдж в чувство, уже исчерпала весь запас аргументов, и тут слуха ее коснулся надрывный крик Фиби. Она ис — пуганно обернулась, цепенея от ужаса. Коул в ков ловушке, Фиби повержена, а демон направля — рон; ется к ним. Схватив Пейдж за руку, Пайпер взглянула в ее лицо. К несчастью, сейчас это была вовсе не ее сестра. Пейдж пребывала в состоянии транса. Взгляд ее затуманился, мысли витали где — то далеко, на губах блуждала блаженная улыбка, тело обмякло.

— Пейдж, прошу тебя! — тщетно взывала к сестре Пайпер, чувствуя приближение Мики. — Ну, пожалуйста! Вспомни, кто ты! Ты Зачарованная! Твой долг — сражаться со злом, а Мика, я клянусь тебе, настоящее исчадие ада. — Я люблю его, Пайпер, — мечтательно проговорила Пейдж, глядя через плечо Пайпер на демона в обличии прекрасного принца. — Настоящую любовь нельзя победить. — Пайпер услышала за спиной тяжелую поступь Мики.

— Ну что, сдаешься, ведьма? — хрипло расхохотался он, остановившись в двух шагах от сестер.

— Никогда, — упрямо сжав зубы, Пайпер повернулась к врагу, заслоняя от него Пейдж.

— Я восхищен твоей храбростью, — спокойно проговорил Мика, неторопливо закатывая рукава смокинга. Потом, взглянув на нее, он в притворном удивлении вскинул брови. — Ах, нет. Постойте. Я передумал. Не успела Пайпер среагировать, как он резко выбросил руку вперед, отшвырнув ее в сторону. Пайпер головой больно ударилась о твердую землю, чувствуя во рту привкус крови. Перекатившись на спину, она сощурила глаза и, собрав воедино всю свою ненависть к врагу, весь свой гнев, всю силу своих переживаний за последние два дня, взмахнула руками, ожидая, что Мика застынет на месте. Но лишь впустую растратила свою энергию.

— Похвально, — язвительно заметил Мика, взглядом гипнотизируя Пейдж. Обхватив ее рукой за шею, он притянул ее голову к себе, а она млела в его объятиях.

— Проклятье! — в сердцах воскликнула Пайпер. Она снова вскинула руки, и на этот раз ей удалось его заморозить за долю секунды до того, как он прильнул к губам Пейдж.

— Когда же вы оставите нас в покое? — с досадой сквозь зубы проговорила Пейдж, окатывая Пайпер ледяным взглядом.

— Фиби! Иди сюда! — позвала сестру Пайпер, понимаясь на ноги.

— Уже иду, — отозвалась та, ковыляя к ним. Она была вся в грязи, из груди вырывалось прерывистое дыхание.

— Представить не могу, как он сумел довести ее до такого состояния, — проговорила Пайпер, махнув рукой в сторону Пейдж, которая, прижимаясь к груди Мики и склонив голову ему на плечо, продолжала смотреть на него влюбленными глазами. — Она как ошалевший зомби. — Дай я попробую, — сказала Фиби. Она подошла к Пейдж и попыталась осторожно высвободить ее из объятий Мики, но та стала сопротивляться.

— Зачем вы все время нам мешаете?! — воскликнула Пейдж, тщетно пытаясь разжать сомкнувшиеся на ее запястье пальцы Фиби. — Фиби! Отпусти мою руку! Пейдж так сильно дернулась, что Фиби была вынуждена ее отпустить. На глаза Пейдж навернулись слезы.

— Не понимаю, почему вы не хотите мне счастья, — жалобно проговорила она. — Вам больше не нужно обо мне заботиться. Почему вы не можете оставить меня в покое и позволить делать, что я хочу? Так вот, я вам открыто заявляю: я больше не буду для вас обузой. Я останусь здесь, с Микой. У Пайпер сердце разрывалось на части. Умом она понимала, что это всего лишь бред под воздействием чар, но ей было больно смотреть на мучения сестры. И еще больнее было сознавать, что Пейдж была уверена, что во всех ее бедах повинны сестры.

— Пейдж, ты не можешь так говорить, — мягко сказала она. — Ты же знаешь, мы с Фиби тебя очень любим.

— И будем любить тебя всегда, — тихо прибавила Фиби.

— Вы меня больше не обманете, — с печальной улыбкой покачала головой Пейдж, с любовью глядя на Мику. — Мика замечательный человек. Он обо мне позаботится. Пытаясь уговорить Пейдж отказаться от своей гипнотической любви, Пайпер на какое — то время позабыла о первопричине всего, но сеичас снова вспомнила о своей главной цели с ненавистью посмотрела на Мику.

— Не верю своим ушам, — сквозь зубы проговорила она, обращаясь к Фиби. — И как же нам сделать так, чтобы она увидела его истинное лицо? И вдруг лицо Фиби озарилось радостной улыбкой. Она порывисто обняла Пайпер и громко чмокнула в щеку.

— Пайпер, ты гений! Это как раз то, что нам надо! — воскликнула она. — У нас же есть заклинание откровения! Пайпер моргнула, не сразу сообразив, о чем речь, и душу ее осветил робкий лучик надежды.

— Думаешь, поможет? Ну, если это не поможет, тогда надеяться не на что. Ты же видела, каким страшилищем он изображен в «Книге Теней». — Фиби с содроганием оглянулась на Мику. — Если в Пейдж осталась хоть капля человеческого, мы заставим ее посмотреть на своего красавца трезвым взглядом.

— Ладно, давай попробуем, — согласилась Пайпер. — Я его разморожу, и мы сразу начнем читать заклинание, чтобы он не успел ее поцеловать.

— Я готова. Только давай сперва уберем Пейдж от него подальше. Тогда у нас будет больше времени. Она снова потянула Пейдж за руку и буквально выдернула ту из объятий Мики.

— Фиби! О господи! Да что вы, в самом деле, творите? — возмутилась Пейдж, вяло отмахиваясь от Фиби свободной рукой. Поставив Пейдж рядом с собой, Фиби подала знак Пайпер.

— Давай, — кивнула она. — Приступай. Затаив дыхание, Пайпер щелкнула пальцами, размораживая Мику, и тут же взяла за руки Фиби. Мика растерянно повел глазами по сторонам, озадаченный тем, что Пейдж снова исчезла, и наконец заметил сестер.

— Все, шутки кончились, — сказал он, сузив глаза, и шагнул к Пейдж.

— Давай! — скомандовала Пайпер, и они вместе с Фиби начали хором читать заклинание откровения: Зеркало жизни, зеркало истины, Скажи нам всю правду открыто и искренне Оком всевидящим ты посмотри, Яви, что снаружи и что изнутри!

А Пейдж между тем таяла под огнем сияющих синих глаз медленно приближавшегося к ней Мики. Во взгляде его сквозило искреннее обожание. От его прикосновения кожу ее обдало жаром, и она, трепеща, всем сердцем устремилась к нему. Мика привлек ее к себе, взгляды их встретились. Она ждала его поцелуя, — казалось, она мечтала об этом всю свою жизнь. И тут вдруг Мика испустил стон, и Пейдж от страха широко открыла глаза. Ему больно. Надо облегчить его страдания. Но в тот момент, когда она увидела Мику, она в ужасе отпрянула от него. С ним творилось что — то странное. Руками закрыв лицо, он отчаянно мотал головой, так что казалось, она у него вот — вот отвалится. И затем, прямо у нее на глазах, его кожа стала таять, словно облитая едкой кислотой, обнажая демонический лик, на который нельзя было взглянуть без содро — гания. Во рту частоколом торчали ряды заостренных зубов, кожа собралась морщинистыми складками, а глаза стали чернее угля. Волшебная манящая синева. Почему его глаза утратили свой цвет? И тут Пейдж словно пробудилась от кошмарного сна. Она покачнулась, руками схватившись за что — то мягкое. Повернув голову влево, она увидела поддерживающую ее Пайпер, но Фиби с другой стороны взяла ее под руку.

— Ты в порядке? — с надеждой спросила Фиби.

— Думаю, что да, — ответила Пейдж. В голове стоял туман, мысли путались, сердце ко — до лотилось так, словно она только что пробежала кросс. Но отчетливо она понимала одно: на j [j том месте, где только что находился Мика, те — J перь стоял жуткого вида демон и подвывал от боли и отчаяния.

— Это еще кто? — поморщившись от отвращения, спросила Пейдж.

— Наконец — то она снова с нами! — воскликнула Пайпер.

— Э… пора читать заклинание, — напомнила ей Фиби, доставая из кармана смятый клочок бумаги. А между тем демон устремился к сестрам. Пейдж была смущена и напугана, не желая попадать в лапы к этому уродливому существу. Фиби зажала заклинание в вытянутой руке и, не теряя ни секунды, стала читать: Могучей Силой Трех я заклинаю То зло, с которого личину я срываю. За беды все ему пусть духи мстят, Слова мои Вандалуса изгонят в ад! Пейдж прижалась к сестрам, глядя, как голова Вандалуса вдруг запрокинулась назад, а руки взметнулись в воздух. Из его запястий в ночное небо вырвались яркие лучи красного света, и он завыл от нестерпимой боли. Лучи постепенно расширялись и, наконец соприкос — нувшись, обволокли демона алым облаком. Послышался громкий хлопок, и лучи померкли, а вместе с ними исчез и Вандалус.

— Мне нужно присесть, — пролепетала Пейдж, у которой было такое чувство, словно земля уходит у нее из — под ног. Пайпер и Фиби, подхватив сестру под руки, помогли ей сесть на скамью. В памяти ее ожидали события последних двух дней. Первая ночь, проведенная в заколдованном саду, день голодовки. Но, как ни странно, последние моменты она помнила довольно смутно. Оглядев себя, она только сейчас заметила надетое на ней черное бархатное платье, которое она с наивной радостью примеряла всего пару часов назад. Почему она была так счастлива? Откуда вообще все эти вещи?

— О боже, — вдруг прошептала она. — Дети… дети из сиротских приютов… Он сказал, что они составят его войско. Пайпер, побледнев, переглянулась с Фиби.

— Мы были правы. Бедные дети все это время находились под его гипнозом. Он вербовал их в свою армию насилия и зла, которую он повел бы за собой, когда обрел бы обличье демона.

— Гипноз? — уточнила Пейдж.

— Как раз то, что он успешно применил на тебе, — осторожно заметила Фиби. — Ты находилась под воздействием его чар. Пейдж медленно обвела взглядом сад. В траве мерцали догорающие свечи, в воздухе витало благоухание цветов. Только сегодня утром они с Микой гуляли по этому дивному саду н она чувствовала такое безразличие ко всему… кроме Мики. И все это был сон. Колдовские чары. А может, нет? Ей казалось, что Мика любит ее по — настоящему. И вдруг напротив них материализовался Лео, подошел Коул и встал рядом с Фиби. Видеть здесь две счастливые пары было невыносимо. И несправедливо. Этот сад — их с Микой… Но Мики больше нет. Это был всего лишь сон…

— Силовое поле исчезло, — сообщил Лео, опускаясь на траву у ног Пейдж. — Как ты? Все в порядке? — спросил он, вглядываясь в ее лицо. — Все целы? — повернулся он к остальным.

— Да, все хорошо… правда, Пейдж? — сказала Пайпер, нежно погладив сестру по щеке.

— Не знаю, — прошептала Пейдж, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Я не знаю, что со мной случилось и даже где я была… Она посмотрела на сестер и печально вздохнула. — А что, этот демон — действительно Мика? — спросила она, и с ресниц ее скатилась слезинка, оставив на щеке мокрую дорожку. — И мы только что его уничтожили? Пайпер с Фиби обменялись тревожными взглядами. — Да, но никакого Мики ведь не было, — ласково проговорила Фиби. — Это была просто оболочка, которую сотворил для себя Вандалус.

— Ох, — вздохнула Пейдж, глядя на свои руки. Она это знала. Умом она все это понимала. Но почему тогда было так больно на душе? Неужели она все еще находится под воздействием его чар? Сможет ли она впредь отличить реальность от фантазий и магии? Пейдж вдруг ощутила смертельную усталость. Она уронила голову на руки и разрыдалась. Она даже не почувствовала, как Лео нежно обнял ее и перенес из сада в ее спальню в Холлиуэл — Мэнор.

— Постарайся заснуть, — тихо сказал он, опуская ее на кровать. — Все будет хорошо. Пейдж повернулась на бок, с наслаждением устраиваясь поудобнее на мягкой перине и натягивая под самый подбородок теплое одеяло. Какое все — таки счастье оказаться снова в своей постели! Но вот в слова Лео ей верилось с трудом. Пейдж потеряла свою любовь. И было такое чувство, что она больше никогда уже не сможет отдать свое сердце другому человеку.

Глава 15

На следующее утро Пайпер открыла глаза и увидела рядом с собой Лео, который нежно смотрел на нее. Заметив, что она проснулась, он улыбнулся, и она прижалась к нему, пытаясь продлить блаженное состояние сладкой полудремы после бессонной ночи.

— И долго ты так на меня смотришь? — спросила она, потягиваясь и кладя голову ему на грудь.

— С тех пор как ты заснула, — серьезно ответил он.

— А когда я заснула? — снова спросила Пайпер.

— Примерно час назад, — сказал Лео. — Наверное, все, что вчера произошло, не очень — то Располагает ко сну. Пайпер обвела взглядом спальню, позолоченную отблесками утреннего солнца. Ночью она долго лежала с открытыми глазами, не в силах заснуть, прокручивая в голове события последних дней. И самое ужасное, что не давало ей покоя, были слова Пейдж о том, что они с Фиби не любят ее и не окружают заботой. И этот мотив повторялся уже не в первый раз. А вот о Мике Пейдж вспоминала совсем с иным чувством.

— Пойду посмотрю, как она, — сказала Пайпер, откидывая край одеяла и спуская ноги с кровати. Сунув их в тапочки, она вышла в коридор. Лео последовал за нею. Сделав шаг в направлении комнаты Пейдж, они ошеломленно застыли на месте: у дверей сестры уже стояли Фиби с Коулом.

— Кажется, она еще не проснулась, — шепотом сообщила Фиби Пайпер и Лео. Прижав ухо к двери, она прислушалась и покачала головой: — Тишина. Пайпер вздохнула и бросила задумчивый взгляд на закрытую дверь, жалея, что не обладает даром видеть сквозь стены. Может быть, Пейдж уже проснулась и лежит с открытыми глазами, глядя в потолок? Или сидит на кровати, поджав ноги, мысленно проклиная сестер за то, что они убили парня, которого она любила всем сердцем?

— Думаешь, она говорила это всерьез? — задала Пайпер мучивший ее вопрос.

— О том, что мы о ней не заботимся? — поморщилась Фиби. — Что не позволяем делать ей то, что она хочет?

— Да. Значит, ты тоже об этом думала, а? — усмехнулась Пайпер, которой стало немного легче от того, что она не одинока в своих мыслях.

— Не надо себя корить, — сказал Лео, подходя сзади и обнимая Пайпер за плечи. — Вы же знаете: Пейдж любит вас и знает, что и вы любите ее.

— Это ее околдовал Вандалус, — вмешался Коул. — Она говорила чужими словами. Пайпер встретилась взглядом с Фиби и прочитала там то, о чем думала сама: обе они знали, что Пейдж жаловалась на то, что ей «не дают спокойно жить», задолго до того, как познакомилась с Микой. Ее возмущало, что ей не разрешают пить чай с сахаром вприкуску, как она привыкла с детства; расстраивало, что не дают водить машину. И еще разговор во время пикника, и случай с газетой… Все это были мелочи, но они постепенно накапливались, вырастая в крупную проблему А если еще учесть, что Пейдж сравнительно недавно вошла в их жизнь, было вполне объяснимо, почему она Iиногда чувствовала себя ущемленной.

— У меня есть идея, — вдруг объявила Фиби. Лицо ее озарила лукавая улыбка. Пайпер знала, раз Фиби так улыбается, значит, у нее припасено нечто очень забавное.

— Поделись, — сказала Пайпер и, взяв сест — РУ за руку повела ее за собой по коридору, оставляя мужчин позади. Лео с Коулом посмотрели им вслед и одновременно, не сговариваясь, покачали головами. Пейдж машинально водила расческой по волосам, стоя напротив зеркала, глядя мимо своего отражения куда — то вдаль. Все тело ныло, словно на нем вместо «груши» тренировался профессиональный боксер, голова гудела. Хотя с утра все начало понемногу вставать на свои места, она, вспоминая давешние события, не могла отделаться от гнетущей тоски. А ведь всего пару дней назад Пейдж была абсолютно счастлива, думая, что встретила мужчину своей мечты. И вот чем все обернулось. Обреченно вздохнув, она положила расческу на туалетный столик, а когда повернулась к двери, взгляд ее упал на черное бархатное платье. Оно лежало, небрежно брошенное на спинку стула, измятое, в пятнах, безнадежно испорченное — все, что осталось от сказочной мечты. Пейдж тряхнула головой, отгоняя мрачные мысли.

— Платье, — сказала она вслух, и в тот же миг оно оказалось у нее в руке. Пейдж свернула его комком и сунула в пустую мусорную корзину. — Вот так мечты становятся реальностью, — с грустью прошептала она и, вынув полиэтиленовый мешок из корзины, вышла в коридор, крепко прижимая его к груди. Спустившись на первый этаж, она помедлила у вхоной двери, словно решая, стоит ли выбрасывать платье, потом потянулась к дверной ручке и застыла на месте.

— Этот запах… возможно ли это? Продолжая прижимать к груди мешок с платьем, Пейдж прошла на кухню, слыша по пути позвякивание посуды. Пайпер накрывала на стол завтрак: блинчики с шоколадной крошкой, вареные яйца и кексы, в то время как Фиби, вальяжно развалившись на стуле, просматривала утреннюю газету. Никто из них не заметил появления Пейдж.

— Чем занимаетесь? — с расстановкой спросила она, кладя пакет с платьем на пол у двери. Сестры посмотрели на нее и хором воскликнули:

— Сюрприз! Губы Пейдж тронула радостная улыбка, хотя всего минуту назад она и представить не могла, что сможет опять улыбаться.

— Это все мне? — спросила она, не веря своим глазам. На столе возле тарелки с ее любимой едой лежали развлекательные странички из четырех газетных номеров. Фиби, откинувшись на спинку стула, с любопытством наблюдала за ее реакцией.

— Ну что вы, не надо было, — смущенно пробормотала Пейдж, зардевшись от удовольствия.

— Может быть, — сказала Пайпер, становясь рядом с Фиби. — Но мы хотели извиниться перед тобой за то, что в последнее время были такими занудами. Вообще — то мы всегда такие. Это у нас в крови, — хихикнула Фиби. — Так что не воспринимай все близко к сердцу, потому что, если мы вдруг о чем — то забыли, это не означает, что мы тебя не любим.

— Но, со своей стороны, мы обещаем, что постараемся забывать о чем — нибудь не слишком часто, — добавила Пайпер.

— И еще мы хотели подарить тебе это, — сказала Фиби. Она подошла к стойке рядом с раковиной и сняла с полки маленькую красную коробочку, которую самым торжественным образом вручила Пейдж.

— Что это? — удивилась та, с подозрением посматривая на сестер.

— Открой — узнаешь, — улыбнулась Пайпер, скрещивая руки на груди. Пейдж приподняла крышку, ожидая обнаружить там кольцо или сережки. Но как только она увидела, что это, сердце ее затрепетало от радости. Осторожно, двумя пальцами она достала из коробки кольцо, о котором мечтала едва ли не с рождения. Самое замечательное кольцо на свете. Кольцо с нанизанными на нем ключами.

— Это ключи от того самого? — спросила Пейдж, затаив дыхание.

— Да, ключи от нашей машины, — кивнула Пайпер. — Только, пожалуйста… будь осторожнее.

— Пайпер! — прикрикнула на сестру Фиби.

— Извините! — засмеялась Пайпер. — Мы должны были давно тебе их отдать, — сказала она Пейдж.

— Спасибо вам, — поблагодарила Пейдж, тронутая до глубины души. Пайпер обняла ее, и Пейдж, зажмурившись, стиснула сестру в объятиях. Потом к ним присоединилась Фиби, обняв их обеих.

— Мы так рады, что ты снова с нами, — сказала она.

— И я тоже рада, что вернулась, — искренне ответила Пейдж. Когда сестры наконец разомкнули объятия, Пейдж отошла на шаг назад и прислонилась спиной к кухонной стойке, разглядывая лежавшие на ладони ключи.

— Знаете, я тоже хочу попросить у вас прощения, — проговорила она, смущенно потупившись. — Простите меня, что я была такой эгоисткой и что вчера вечером я оказалась полной идиоткой.

— Ничего страшного, — сказала Пайпер, ласково погладив ее по руке. — Главное, что теперь ты стала сама собой.

— Да, но еще я хочу попросить прощения за то, что не послушалась вас, — продолжала Пейдж, наконец отрывая глаза от брелока и глядя на сестер. Она чувствовала себя такой глупой, такой наивной, такой несмышленой. И как они смогут уважать ее после всего, что она натворила?

— Но мне бы хотелось, чтобы вы знали: я извлекла из всего этого несколько хороших уроков на будущее, — серьезным тоном проговорила она и вздохнула. — Во — первых, я всегда будут вас слушаться. Это не означает, что я всегда буду исполнять все ваши требования, потому что у меня есть своя голова на плечах. Но обещаю, что по крайней мере постараюсь их учитывать. Фиби с Пайпер расхохотались, и Пейдж тоже расплылась в улыбке. Второе. Я не стану влюбляться в каждого встречного только потому, что мне надоело быть одной, — после паузы продолжала Пейдж, чувствуя, как при воспоминании о Мике к горлу подступает тугой комок. — С этого момента я буду сама осмотрительность. — Лично я всегда считала тебя осмотрительной, — с нарочитой серьезностью заметила Фиби. Пейдж, оттолкнувшись от стойки, выдвинула из — за стола стул, собираясь испробовать кулинарные изыски Пайпер.

— Ну а в — третьих? — спросила Фиби, садясь за стол по левую руку от Пейдж.

— Что? — не поняла та.

— Обещание номер три? Ты ведь сказала, что извлекла несколько уроков, а несколько — это больше, чем два.

— Итак, что у нас под номером три? — пошутила Фиби.

— А — а, — протянула Пейдж, покраснев до корней волос и опуская глаза. — В — третьих, я больше не буду заводить себе друзей среди демонов — только, Фиби, чур не обижаться. Фиби секунду молча смотрела на нее, и Пейдж была уверена, что та оскорбилась до глубины души, но тут Фиби, прыснув, расхохоталась.

— Теперь мы квиты, — сказала она, беря с тарелки кекс.

— Давайте лучше завтракать! — улыбнулась Пайпер, разливая по стаканам апельсиновый сок и тоже садясь за стол. Пейдж, улыбнувшись, принялась уплетать за обе щеки шоколадные блинчики, слушая оживленную болтовню сестер. Она знала, что еще долго, очень долго не сможет ни с кем встречаться. Но была уверена, что когда — нибудь обязательно встретит любовь всей своей жизни. А пока будет довольствоваться сестринской любовью Зачарованных.

Content

Эмма Харрисон
Зачарованные. Сад дьявола

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15