Сара Крейвен

Сама невинность

Глава 1

— Пожалуйста, не уходи от нас. Я так рассчитывала на тебя! — миссис Армстронг умоляющим взглядом посмотрела на Хлою. Выдержав паузу, она продолжила уговаривать: — Кроме того, ты только подумай — целое лето на юге Франции! И нас не будет там довольно долго, поэтому вилла целиком окажется в твоем распоряжении. Ну скажи, разве это не соблазнительно?

— Конечно да, — спокойно ответила Хлоя Бенсон. — Но, как я уже вам сказала, вручая заявление об уходе, у меня свои планы.

«И быть домашней прислугой, не важно насколько это прибыльная работа, в них не входит, — подумала она. — Старайся сколько хочешь, крошка Дилис, но меня уже не переубедишь».

— Я очень разочарована. — Миссис Армстронг не смогла скрыть раздражения в голосе. — И даже не знаю, что скажет мой муж.

«Он скажет: «Опять не повезло, моя голубушка», а затем продолжит читать «Файнэншл таймс», как он всегда это делает», — подумала Хлоя, сдерживая улыбку.

— Если вопрос в деньгах, — миссис Армстронг нахмурила безупречные брови, — и если у тебя есть лучшее предложение, то я уверена: мы сможем договориться.

«А вот здесь ты не права, — подумала Хлоя. — Не деньги, а любовь уносит меня отсюда».

И на короткий счастливый момент она позволила себе вспомнить об Иэне. Представила себе его образ — высокая, широкоплечая фигура, кудрявые каштановые волосы и смеющиеся голубые глаза. Представила себе тот момент, когда упадет к нему в объятия и скажет: «Дорогой, я вернулась — и на этот раз навсегда».

Она отрицательно покачала головой:

— Дело совсем не в этом, просто я решила сменить профессию.

— Но какой смысл заниматься чем-то другим, если у тебя здесь все так замечательно получается?

Действительно, кажется, какой талант требуется, чтобы сказать «да, мадам» и «очень хорошо, мадам»? Но ведь четко управлять большим домом со сложной бытовой техникой и современным оснащением, следить за работой всего обслуживающего персонала — дело вовсе не простое.

Что бы ни случилось в городе, миллиардер Хьюго Армстронг требовал: в его родном доме, особняке «Коулстоун», должен всегда царить незыблемый порядок. Он надоедал Хлое своими придирками, требуя, чтобы все счета были вовремя оплачены, а его гостям было предложено роскошное обслуживание на уровне лучшего отеля. Проще говоря, хозяин требовал совершенства, прилагая минимум усилий со своей стороны.

Тем не менее во время работы Хлои в «Коулстоуне» мистер Армстронг получал все желаемое. Ведь Хлоя, несмотря на молодость, была умной, энергичной и «хорошо организованной», как говорилось в предыдущей рекомендации. Да, круг ее разнообразных обязанностей был велик, часто приходилось работать сверхурочно, но внушительное жалованье с лихвой компенсировало все эти проблемы.

Конечно же ей пришлось поставить крест и на своей личной жизни. Рождество и Пасха были самыми напряженными днями в «Коулстоуне». Хлоя даже не смогла вырваться на тридцатилетнюю годовщину свадьбы дяди Хала и тети Либби, потому что в тот уик-энд у Армстронгов проводилась большая вечеринка, и, конечно, они не смогли обойтись без своей экономки. Да, ее заработок в тот месяц намного увеличился за счет премии. Но это не компенсировало моральную потерю — она так и не смогла приехать к родственникам, которых любила и которые были ее единственной семьей. У Хлои до сих пор осталось чувство вины...

Хлоя знала — ее работа здесь длилась двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. И вот теперь она подходила к концу, оставалась еще одна неделя...

Конечно, потеря такой экономки вызвала недовольство ее работодателей. Но, как говорится, «нет незаменимых людей», и агентство по трудоустройству «Белгравия» наверняка подыщет ей замену.

Данные в компьютере Хлои регулярно обновлялись ее стараниями — туда вносились такие детали, как магазины, доставляющие в «Коулстоун» продукты питания, список имен продавцов, обеспечивающих эту доставку. Плюс ко всему Хлоя отмечала семейные предпочтения в еде, все причуды и капризы хозяев. Имелся и список всех блюд для гостей, поданных в течение последнего полугода, и даже то, кто какие гостевые комнаты предпочитал занимать.

«Моему преемнику, — с удовлетворением отметила Хлоя, — не составит труда заступить на эту должность».

Конечно, она будет скучать по своей квартирке в этом огромном доме, пришлось признаться ей. Хлоя огляделась: маленькая, но зато отдельная, прекрасно обставленная, со своей собственной ванной и дорогой встраиваемой техникой на кухне, с кроватью королевских размеров в спальне...

Теперь Хлое покажется немного непривычным спать в скромной комнате на ферме «Эксфорд» у тети Либби. Добрейшая тетушка каждый вечер наполняла бутылку с горячей водой для нее, даже если это ей совсем не нужно, и появлялась как призрак, чтобы пожелать спокойной ночи. Но все это продлится недолго...

«Может быть, Иэн захочет, чтобы я переехала к нему еще до свадьбы?» — подумала Хлоя с тайной надеждой. И если он предложит это, она без всякого колебания к нему переедет. Его долгое, терпеливое ухаживание будет вознаграждено...

На самом деле Хлоя не могла понять, почему сдерживала себя так долго. Ей уже двадцать пять, а она все еще девственница! Не дай бог превратиться в один из самых опасных видов старых дев! И все же остаться девственницей — целиком ее выбор. Ее шелковая кожа, красивые миндалевидные карие глаза с длинными ресницами, мягко очерченный рот сводили с ума многих мужчин еще с тех пор, как она была подростком.

Ей было шестнадцать, когда Иэн приехал работать на ферму по распределению из ветеринарного колледжа. Тогда Хлоя и поняла — они созданы друг для друга. Как только Иэн защитился и получил квалификацию ветеринара, он сразу же вернулся на ферму к ее дяде и стал его полноправным партнером.

«Скоро он станет и моим партнером», — подумала она и улыбнулась.

Иэн сделал ей предложение сразу, как только Хлоя окончила университет. Но тогда она отказалась, поскольку хотела испытать только что оперенные крылья. Она планировала устроиться на работу в издательство какого-нибудь журнала, но ничего подходящего не нашла и временно пошла подработать, воспользовавшись услугами агентства, предлагающего помощь по дому. Многие ее однокурсники работали официантами в барах и ресторанах. Хлоя же, с одобрения тети Либби, предпочла работу в качестве надомной помощницы. Такое занятие требовало повышенного чувства ответственности и сосредоточенности.

Она только рассмеялась, когда друзья тут же дали ей прозвище Хлоя-уборщица, и, не обижаясь, лишь отвечала: «Честная работа за честные деньги».

А вот Иэн совсем не обрадовался, когда она сообщила, что ей предложили работу в особняке «Коулстоун».

— Но это же очень далеко отсюда! — возражал он. — Я надеялся, ты найдешь себе работу где-нибудь поблизости и у нас будет достаточно времени друг для друга.

— У нас тобой еще все впереди, — сказала она. — А эта должность — хорошая возможность заработать денег.

— Но я тоже не гроши получаю, — отвечал он, поджимая губы. — Ты не будешь жить в бедности.

— Я знаю. — Хлоя поцеловала его. — Но ты разве не в курсе, сколько сейчас стоит самая маленькая свадьба? А дядя Хал и тетя Либби сделали так много для меня! Это тот случай, когда я смогу отплатить им за все. Время моей работы в «Коулстоуне» пролетит очень быстро, вот увидишь!

Только оно не пролетело так уж быстро. И Хлоя иногда задумывалась: пошла бы она на эту работу, если бы знала, что она отнимет у нее все свободное время?

С Иэном и семьей Хлоя общалась по телефону и через короткие письма. Конечно же всего этого было недостаточно.

«Но сейчас все уже в прошлом, — подумала она, — сейчас я смогу сосредоточиться на своем будущем и стать идеальной племянницей и желанной невестой».

Сумев накопить приличную сумму, Хлоя могла не торопиться искать новую работу. У нее есть в запасе время, чтобы осмотреться, найти то, что ей нужно.

«У меня все будет хорошо», — сказала она себе и довольно вздохнула.

Она ждала, когда сварится кофе, когда услышала стук в дверь. В комнату заглянула Таня — няня Армстронгов.

— Мельница сплетен работает беспрерывно, — объявила она. — Скажи, что это все неправда и ты никуда не уходишь!

— Нет, ухожу, — улыбнулась Хлоя и взяла вторую чашку.

— Как печально, — протянула Таня и села на стул. Ее красивое веснушчатое лицо стало грустным. — Кто теперь меня утешит, когда эти дети сведут меня с ума?

— А что ты сейчас с ними сделала? Неужели привязала к стульям в детской?

— Дилис взяла их с собой на чаепитие, где собираются только мамочки, — сказала Таня, довольно ухмыляясь. — Желаю ей удачи!

— Сочувствую хозяйке, — кивнула Хлоя, отпивая кофе.

— Лучше подумай обо мне. Уже точно решено — они на все лето уезжают на юг Франции. И мне придется здесь одной смотреть за детьми, в то время как Дилис и Хьюго будут путешествовать с виллы на виллу, а также кататься на яхте, — уныло сказала Таня. — Моим единственным утешением была ты. Послушай, мне казалось, они смогут переубедить тебя и ты останешься!

— Они старались, конечно, — рассмеялась Хлоя. — Но у них ничего не вышло. Я уезжаю, чтобы начать новую жизнь.

— Ты уже нашла новую работу?

— Еще нет, — сказала Хлоя нерешительно. — На самом деле... я выхожу замуж.

Таня посмотрела на ее левую руку и спросила:

— За этого ветеринара, который ждет тебя дома? Я даже не знала, что вы помолвлены.

— Ну, это, конечно, неофициально... Я была не готова, когда он делал мне предложение. А сейчас уже полностью для этого созрела.

— А тебе не будет скучно в деревне после роскошества городской жизни?

Хлоя отрицательно покачала головой:

— Я никогда не покупалась на это. У меня свои ценности в жизни, а работа — лишь способ их достижения. Кроме того, что я раз в месяц посещала парикмахерскую, — Хлоя провела рукой по копне своих темных локонов, — и того, что мы с тобой иногда ходили в кино и пиццерию, я практически больше никак не развлекалась. И у меня теперь приличная сумма в банке. — Хлоя широко улыбнулась. — Достаточная, чтобы оплатить свадьбу и вложить в ремонт коттеджа Иэна, который так в этом нуждается. Вместе мы сделаем наш дом прекрасным!

Танины брови поднялись.

— Иэн тоже так считает?

Хлоя вздохнула и шутливо произнесла:

— Ему кажется, что на кухне необходимы только плита, мойка и подержанный холодильник. А ржавеющая ванна — это ценный антиквариат. Но ничего, я собираюсь его многому научить.

— Ну, тогда за твою удачу! — И Таня подняла в ироничном жесте кружку с кофе. — А ты не думаешь... Может быть, он сам уже заменил кухню в честь твоего приезда?

— Он еще не знает о том, что я возвращаюсь. Я хочу сделать ему сюрприз.

— Рождество! — воскликнула Таня и посмотрела на нее насмешливо: — Ты, должно быть, очень уверена в своем Иэне.

— Я уверена в нас обоих, — безмятежно вздохнула Хлоя. — И не могу дождаться, когда вернусь в Уилоуфорд! Я так соскучилась...

— Должно быть, это необычное место, если ради него ты даже отказалась поехать на Ривьеру, — прокомментировала Таня. — Что в нем такого особенного?

— Ну, это место совсем не такое, как на открытке, — призналась Хлоя. — Там нет ничего особенно романтичного — соломенных крыш, например. Правда, есть викторианская церковь и великолепное поместье, относящиеся к эпохе Якова Первого.

— А есть ли там сквайр, который подкручивает усы и гоняется за местными девушками?

— Не думаю, что это в стиле сэра Грегори, хозяина поместья, — произнесла она после небольшой паузы. — Даже если его артрит позволит ему.

— Он женат?

Хлоя покачала головой:

— Вдовец.

— Дети есть?

— Два сына.

— Наследник и запасной, — откомментировала Таня. — Что ж, очень даже неплохо.

Хлоя прикусила губу:

— Не совсем, поскольку запасной уже не играет никакой роли. Несколько лет назад разразился большой скандал, и он стал персоной нон грата.

— Ага! — глаза Тани заблестели. — Уже интереснее. А что случилось?

Хлоя отвела взгляд в сторону.

— У него была интимная связь с женой его брата, — сказала она. — Брак в результате разрушился. Все выглядело так пошло и отвратительно, что родной отец выгнал сына из дома.

— А что случилось с женой его брата?

— Она ушла вместе с ним.

— Так они вместе?! Она и... как там его зовут? Этого запасного...

— Дариус, — сказала Хлоя. — Дариус Мэйнард. Но вряд ли кто-нибудь знает, где он и что с ним случилось. Сомневаюсь, есть ли кому-то еще до него дело...

Таня тяжело вздохнула:

— Теперь я понимаю, почему ты так стремишься туда. Это место движущейся страсти и порочных связей. А наследник, вероятно, в поиске новой жены? — она подмигнула Хлое. — Может, он более выгодный жених, чем сельский ветеринар?

— Ни в коем случае. — Хлоя допила свой кофе. — Честно говоря, многие считают Эндрю Мэйнарда напыщенным педантом. А в том, что у Пенни оказалась связь на стороне, обвиняют не только ее одну. У Дариуса еще до этого случая была дурная слава. Вряд ли теперь хоть кто-нибудь посмотрит в его сторону.

Танины глазки опять заблестели.

— Да? И какая дурная слава была у него?

— Его исключили из школы, он выпивал, играл в азартные игры и даже был связан с местной бандой. — Хлоя пожала плечами. — К тому же ходят слухи: он замешан в еще более отвратительных делах — в запрещенных собачьих боях, например. — Помолчав, она быстро добавила: — Никто особенно не жалел, что он ушел. Поверь мне.

— Знаешь, мне этот запасной кажется куда более интересным, чем его брат, — сказала Таня и, допив свой кофе, встала. — Мне пора возвращаться к себе. Хочу, пока нет маленьких монстров, продезинфицировать ящики с игрушками.

Оставшись одна, Хлоя вымыла чашки и поставила их в сушку. Она никак не могла понять, почему рассказала Тане весь этот бред о семье Мэйнард. Неприятная история случилась семь лет назад и уже давно всеми забыта.

Хлоя внезапно представила себе лицо мужчины — загорелое и высокомерное, с прямым носом и резко очерченными скулами, с широким и чувственным ртом. Из-под копны светло-русых волос на мир с презрением смотрели неотразимые зеленые глаза, как будто осуждая всех, кто посмел судить его.

Но тем не менее осуждали его все, начиная с родного отца. Изменник, который предал своего брата и в результате был приговорен к изгнанию. Впрочем, для Дариуса Мэйнарда это не стало очень тяжким наказанием.

«Он всегда был беспокойным и бросался в крайности, — подумала Хлоя. — Уилоуфорд всегда был и будет слишком скучным для него. Но мне вполне подойдет, — сказала она себе. — Приличное место, где много хороших людей. Место, где можно пустить корни. Уилоуфорд был для меня родным домом в детстве, а сейчас он дарит мне Иэна и уверенность в будущем».

Сэр Грегори был частью этого мира. Большой, довольно сдержанный человек, крепкий как камень. «Столп общества» — кажется, так про него говорили. И Эндрю Мэйнард был таким же. Светский человек, увлекающийся альпинизмом, вежливый и слегка надменный.

Но Дариус всегда был другим — неожиданная проблема для всех. И каждый раз, вспоминая его слова: «Мой бог, маленькая Хлоя уже выросла! Кто бы мог подумать?» — она возвращалась в то дикое прошлое...

Неожиданно Хлоя осознала: она слишком резко ухватилась за края мойки и поранила пальцы.

Память — опасная вещь. Словно грубо будоражит тихое илистое дно, после чего поднимается мусор и грязь.

«Намного лучше, — подумала Хлоя, — никогда больше не вспоминать. Все это случилось так давно и должно остаться в прошлом. Если не забыть, то хотя бы думать, будто бы у сэра Грегори был только один сын. И как будто бы этот сын не женился на уважаемой Пенелопе Хаттон и не привез ее в усадьбу Уилоуфорд. И не думать, что она соблазнила и была соблазненной в свою очередь... Я считала ее самой красивой женщиной, которую когда-нибудь видела, — вопреки собственной воле начала вспоминать она. — Мы все так думали и даже немного завидовали Пенни... Но сейчас все изменилось. Я — та, которая с предвкушением ждет своего счастья с мужчиной, которого люблю. И если бы Пенелопа узнала про меня сейчас, то сама бы позавидовала».

Как только она выехала из особняка «Коулстоун», пошел дождь, но сейчас небо было уже чистым и солнышко показало свое лицо.

«Хорошая примета», — подумала Хлоя и, включив в машине любимую радиостанцию, продолжила путь, напевая себе под нос.

Удивительно, но ей было по-настоящему жаль покидать особняк. В конце концов, он был смыслом ее жизни в течение целого года. И какими бы требовательными и придирчивыми ни были Армстронги, одного у них не отнять — они щедрые хозяева. К тому же ей нравился коллектив, в котором она работала. В сумке на заднем сиденье лежали красивые часы в виде вагончика, которые подарили ей на прощание. Хлоя растрогалась почти до слез, когда благодарила своих помощников, обещая поставить часы на достойное место в ее будущем доме.

— А что касается тебя, — сказала она Тане, — то ты будешь у меня подружкой невесты.

— Рада послужить, если не окажусь арестованной двумя дерущимися близнецами.

Прибыла ее преемница — вдова сорока лет, но довольно свежая для своего возраста. Она проигнорировала всю компьютерную систему Хлои — у нее, мол, свои методы — и в то же время подозрительно провела пальцем по подоконнику в поиске несуществующей пыли.

«Жизнь в особняке может вскоре стать очень интересной», — подумала Хлоя и пожелала ей удачи.

Она остановила машину около придорожного паба, чтобы подкрепиться и набраться сил на остальные два часа путешествия. Хлоя выбрала себе столик в углу, подальше от пчел, которые роились около жимолости в саду, и заказала сэндвич с ветчиной и кофе.

От волнения перед предстоящей встречей у нее пропал аппетит, и она еле заставила себя съесть хоть немного. Допив вторую чашку кофе, Хлоя достала из сумки мобильный телефон. Нужно было позвонить тете Либби — сказать, во сколько точно она приедет.

Тетя Либби ее тепло поприветствовала, но во время их разговора Хлоя почувствовала — та что-то недоговаривает.

— Что-нибудь случилось? — спросила она наконец.

Либби Джексон все никак не решалась ответить прямо.

— Скажи мне, а ты уже сообщила Иэну о своем приезде? Он знает, что ты возвращаешься навсегда?

— Но я же тебе сказала: хочу сделать ему сюрприз!

— Да, дорогая, ты говорила, — протянула тетка после небольшой паузы. — Но мне кажется, о полном изменении твоих жизненных планов, которые так тесно связаны с Иэном, необходимо было сообщить ему заранее.

«Может быть, это и не плохая идея», — решила Хлоя, набирая номер Иэна. Но абонент был недоступен. Тогда она оставила голосовое сообщение и позвонила в коттедж, но на другом конце провода опять отвечал автоответчик.

«Тетя Либби, как всегда, преувеличивает, — подумала она. — Но зато теперь он предупрежден и будет ждать меня».

Она улыбнулась сама себе и представила улыбку в глазах Иэна, когда он увидит ее, тепло его рук, когда он обнимет ее и нежно поцелует...

«Он так долго ждал меня, — подумала Хлоя с благодарностью. — Но теперь я вернусь и больше никогда его не покину».

Ей осталось проехать всего лишь пять миль, когда на приборной панели вдруг засветился значок, сигнализирующий — бензин на исходе. Странно, всего лишь пятнадцать минут назад прибор показывал — бак залит наполовину.

Хлоя поморщилась. Не забыть бы поставить машину на осмотр в гараж к Тому Солею. К счастью, она приближалась к повороту на главную дорогу, где через несколько сотен ярдов была маленькая заправочная станция.

Все три колонки оказались заняты. Хлоя присоединилась к самой короткой очереди и, потягиваясь, вышла из машины.

И вдруг она увидела автомобиль, припаркованный через стенку. Номер был ей знаком, как ее собственный.

«Джип Иэна», — подумала она с радостью. И еще больше обрадовалась, увидев его склоненным над мотором в голубых, отлично сидящих на нем джинсах.

Хлоя была уверена — Иэн почувствует ее присутствие и повернется к ней, но он был сосредоточен на машине — что-то регулировал.

Тогда она подошла к нему и, скривив рот в озорной улыбке, пробежалась пальцами по тугим мужским ягодицам.

Он взвизгнул, подпрыгнул и выругался, когда головой ударился об открытую крышку капота.

Хлоя попятилась назад, задыхаясь и молясь, чтобы земля разверзлась под ее ногами. Но земля никуда не делась... Хлоя все еще стояла здесь, с разинутым ртом, когда мужчина со светлыми взъерошенными волосами повернулся к ней и гневно посмотрел на нее неотразимыми зелеными глазами.

— Что за дьявольские шутки?! — прорычал Дариус Мэйнард. — Ты что, совсем с ума сошла?

Глава 2

Хлоя сделала еще один шаг назад, вся горя от стыда.

«О господи, сделай так, чтобы я проснулась, — молилась она отчаянно, — и пусть это все останется в кошмарном сне».

— Ты... ты что делаешь с джипом Иэна?

— Небольшая справочка, — грубо произнес Дариус. — В последние восемь недель джип принадлежит мне. Картрайт обменял его на более новую модель, а я купил эту.

— Так ты что, здесь уже два месяца?!

— На самом деле больше шести, — добавил он кратко. — Если вас это интересует, мисс Бенсон.

Она еще больше покраснела:

— Я и не знала...

«Что вообще происходит на свете? — удивилась она. — Почему он вернулся, когда предполагалось, что его изгнание будет постоянным? Сэр Грегори не из тех, кто принимает обратно блудного сына. А что чувствует Эндрю — обманутый муж? И почему меня никто не предупредил?»

— А откуда ты узнала бы? — пожал он плечами. — Тебя же здесь не было.

— Я работала!

— Почти все работают.

Хлоя еле сдержалась, чтобы с ее губ не слетел резкий ответ.

«Я не собираюсь стоять здесь и обмениваться колкостями с Дариусом Мэйнардом. Да, он совершенно прав. Его возвращение — абсолютно не мое дело».

— Ну что ж, — она посмотрела на часы, — а сейчас я должна идти. Приношу свои извинения. Это была... ошибка.

— Что случилось, то случилось, — пожал он плечами. — В конце концов, мы никогда не были друзьями, не так ли, мисс Бенсон? Я и не знал, что у тебя что-то с Картрайтом.

— Ты тоже не в курсе всех новостей. — Хлоя отвернулась. — До свидания, мистер Мэйнард.

Она села в машину, завела ее и выехала на дорогу по направлению к Уилоуфорд-роуд.

Хлоя проехала с милю, когда значок на приборной панели показал — бензин на исходе. А это означало одно — следует сбавить скорость и где-нибудь припарковаться. Задыхаясь от досады, Хлоя прижалась к обочине. На заправке у нее была только одна мысль — побег. И вот результат!

«Все случилось из-за этого Дариуса Мэйнарда!» — подумала она с раздражением.

Сначала Хлоя хотела воспользоваться мобильным телефоном и позвонить дяде Халу или Иэну. Но, вспомнив, что один раз уже выставила себя на посмешище, не захотела повторяться. Ясно, ее возвращение в Уилоуфорд не будет таким громким и триумфальным, как она ожидала. Лучше идти пешком.

Дотронувшись до ручки дверцы, она уже хотела выйти из машины, как заметила джип, который проехал мимо, а затем резко остановился впереди. А потом она увидела Дариуса, который медленно пошел в ее сторону.

«Нет, нет, нет! — закричала она мысленно. — Этого не может быть! Только не он!»

— У тебя проблемы?

— Никаких проблем, — замотала она головой, — просто сижу, собираюсь с мыслями.

— Жаль, ты так и не заправилась, — заметил он язвительно. — Я думаю, ты для этого заезжала на заправку, а не для того, чтобы возобновить наше знакомство таким необычным способом. У тебя закончился бензин?

— Тем не менее, — ответила Хлоя, чувствуя к нему отвращение, — я сама прекрасно справлюсь с данной проблемой!

— Вероятно, пробурив нефтяную скважину на соседнем поле, — кивнул Дариус. — Хочешь ты этого или нет, но я ни за что не оставлю девушку в таком бедственном положении.

— Особенно если ты сам причина такого положения, — ответила она ему ядовито-сладким голосом.

— Приписывать собаке дурную славу, мисс Бенсон? Неприличное поведение. А я-то уже подумал, ты положила глаз на ветеринара.

Она прикусила губу:

— Вообще-то мы с Иэном Картрайтом... помолвлены.

— Боже мой! — Дариус словно изумился. — А он сам знает об этом?

— Что ты имеешь в виду? — спросила она в бешенстве. — Мы помолвлены и поженимся в конце этого лета!

— Тебе лучше знать, — сказал он мягко. — Но я все же надеюсь, ты не ошибешься и не разобьешь мечту своего детства. Ты уже больше не тот обидчивый подросток...

— Как ты смеешь?! Какое имеешь право? Убирайся отсюда и оставь меня в покое!

— Не уйду, пока не протяну руку помощи своей соседке, — ответил он невозмутимо. — Думаю, ты помнишь — джип Иэна дизельный, но у меня в багажнике есть канистра для бензина. До заправки недалеко, а прогулка по свежему воздуху пойдет тебе только на пользу. — Он дал ей немного времени на размышление, затем спросил: — Ну что? Принимаешь мою помощь или останешься ждать следующего рыцаря, проезжающего мимо?

Вовремя прикусив губу, Хлоя нехотя кивнула и процедила:

— Спасибо.

Дариус насмешливо улыбнулся. Затем отвернулся и пошел обратно к джипу элегантной походкой.

«Он ничуть не изменился, — подумала Хлоя с внезапным приступом бешенства. — Последние семь лет, казалось, вовсе его не коснулись. Но как такое возможно? Ни капли совести, — горько размышляла она, — никакого сожаления о том, что сделал. О поломанных жизнях людей, оставшихся после него...»

Она завязывала шнурки на своих ботинках, когда Дариус вернулся с канистрой. Посмотрев на количество ее багажа, он просвистел:

— Боже мой! Сама королева возвращается домой в Уилоуфорд! Неужели ты, и правда, хочешь остаться здесь навсегда?

— Да, — ответила она и аккуратно положила свою куртку поверх самого верхнего чемодана. — И у меня есть на это причина.

— А вот у меня нет. — И хотя его рот улыбался, взгляд был твердым как стекло. — Это и есть то скрытое сообщение, которое ты пыталась мне передать?

— Как ты сам уже сказал, меня это абсолютно не касается! — она протянула руку за канистрой: — Полагаю, я должна вернуть тебе это?

— Если хочешь, пришли с курьером. — Дариус пожал плечами и расхохотался. — Оставь ее себе, у меня много таких. А сейчас, боюсь, я должен удалиться. — Он почти дошел до машины и вдруг повернулся: — Желаю радостного воссоединения с семьей и с другом, мисс Бенсон! Но не рассчитывай на мир, о котором мечтаешь!

Он запрыгнул в джип и уехал, оставив Хлою с беспокойно стучащим сердцем.

— Ты похудела, — заметила тетя Либби.

— Это неправда, — сказала Хлоя и обняла ее. — Я такая же, какой была год назад. — Она окинула взглядом уютную кухню с плитой, большим сосновым столом и высоким уэльским буфетом, где хранился бесценный бело-голубой китайский сервиз, и восторженно произнесла: — Боже мой! Как хорошо быть дома!

— Никто не заставлял тебя уезжать, — сказала тетя Либби, наливая кипяток в чайник для заварки.

Хлоя пожала плечами:

— Мне сделали предложение, и я не смогла отказаться. Ты знаешь это. Кроме того, было поучительно посмотреть и на обратную сторону жизни.

— Теперь деревня покажется тебе скучной.

— Наоборот, я всегда знала свое место. — Хлоя задумалась. — Иэн не звонил? Я прислушалась к твоему совету и позвонила ему, предупредив, что скоро приеду.

— Думаю, он уехал сегодня в Фарсли. Там очень плохая связь, — сказала тетя и передала ей тарелку хлеба с изюмом.

— Чудесный. — Хлоя взяла ломтик и понюхала его аромат, чтобы скрыть свое разочарование. Глубоко вздохнув, она спросила как ни в чем не бывало: — Что-нибудь изменилось за последнее время?

— Нет, все почти по-старому, — ответила миссис Джексон, наливая чай. — Я слышала, сэру Грегори стало немного лучше, бедняжка, — вздохнула она. — Какая трагедия! Я не суеверная, но мне кажется, над семьей Мэйнард висит какое-то проклятие.

Хлоя внимательно посмотрела на нее, и с ее губ чуть не слетел легкомысленный ответ — действительно висит, и она видела это проклятие не более часа тому назад.

— Что ты имеешь в виду?

Миссис Джексон посмотрела на нее с удивлением:

— Я конечно же говорю об Эндрю, который погиб... Ужасный несчастный случай...

Хлоя поставила чашку с чаем на блюдце:

— Эндрю Мэйнард умер?! Не верю...

— А почему нет, моя дорогая? Об этом даже в газетах писали. И я тебе сообщила в одном из писем. Ты что, их не читала?

«Читала ли я твои письма?» — подумала Хлоя виновато. Находясь в полной уверенности, что на ферме «Эксфорд» всегда все хорошо, она даже не дочитывала послания тетки до конца.

— Я... я... должно быть, затеряла где-то страницу. Так что же случилось?

— Он один поднимался в горы. Произошел оползень, который унес Эндрю за собой. — Тетя Либби вздрогнула. — Ужасно!

— А сэр Грегори?..

Тетя Либби покачала головой:

— В результате таких новостей старика разбил паралич.

Хлоя взяла чашку с чаем и, сделав несколько глотков, попыталась спокойно сказать:

— Я видела Дариуса Мэйнарда на заправке. Так вот почему он вернулся! Он теперь наследник?

— Мне кажется, его больше интересует здоровье отца, чем неожиданное наследство, — сказала тетя Либби с легким упреком, и Хлоя покраснела.

— Конечно. Мне очень жаль! Я так сказала, потому что он мне никогда не нравился.

— За что мы с твоим дядей тебе очень благодарны, — сказала тетя с какой-то жесткостью. — Да, Дариус чересчур красивый. Но что толку от этого? Хотя о сэре Грегори он заботится очень хорошо, нанял ему прелестную девушку-сиделку, которая вдохнула в старика новую жизнь и буквально вернула с того света. А его агент, мистер Кросби, говорит: Дариус работает в поместье не покладая рук. Может быть он изменился за время своего отсутствия?

«А может быть, и свиньи иногда могут летать», — усмехнулась про себя Хлоя и взяла еще один ломтик хлеба с изюмом.

— А миссис Мэйнард? Пенни? Он... все еще с ней?

— Никто этого не знает и не смеет спросить. В поместье ее точно нет. И не было ни на похоронах, ни на погребальной службе. — Миссис Джексон подлила горячего чая своей племяннице и продолжила: — Миссис Терсгуд на почте спросила у Дариуса, женат ли он? Но он только рассмеялся и сказал: слава богу, нет.

— Для меня это не сюрприз, — спокойно произнесла Хлоя. — Он никогда не относился к мужчинам, стремящимся создать семью.

— Но с другой стороны, Дариус никогда не был и баронетом, — подчеркнула тетя Либби. — Так что многое со временем меняется.

— Возможно. — Хлоя пожала плечами. — А вдруг ему приглянулась сиделка его отца?

— Линдси? — удивленно спросила тетя. — Не думаю, что она подойдет ему.

— Тогда кто же подойдет? — Теперь Хлоя угощалась бисквитным тортом с джемом и взбитыми сливками. — Если я буду продолжать в том же духе, то к свадьбе стану размером с этот дом.

Тетя Либби быстро посмотрела на нее, затем на тарелку:

— Чепуха! С твоим весом ты можешь позволить себе есть сколько хочешь. И потом, настоящие мужчины не любят обниматься со скелетами.

«Без сомнения, мудрое высказывание дяди Хала», — улыбнулась про себя Хлоя.

Ее тетя и дядя жили как два голубка. Их брак служил живым доказательством того, что счастливые браки все-таки существуют. И если отсутствие детей и приносило им немало огорчений, они умели это скрывать. И когда ее мама, сестра тети Либби, внезапно умерла от тромбоза спустя несколько дней после рождения Хлои, оба открыли свое сердце и приняли девочку в свой дом.

Ее отец, инженер нефтяной компании, возвращался домой из Саудовской Аравии навестить жену и ребенка, когда случилась эта трагедия. То было нелегкое время для ее отца. Убитый своим горем и тем, что его контракт продлится еще два года, он не знал, что делать с новорожденной дочкой. Везти ребенка туда было невозможно... И когда сестра его жены, глубоко опечаленная своим горем, вышла ему навстречу и сделала серьезное предложение, он с радостью его принял.

Изначально планировалось — Хлоя вернется к отцу, как только у него закончится контракт. Но за первым контрактом последовал второй... А потом он сказал, что любит свою жизнь такой, какая она есть, и ничего не собирается менять, но всегда готов помочь деньгами своей дочери, насколько сможет.

Затем чета Джексон услышала: отец Хлои встречается с американкой и собирается жениться во второй раз. Они уже смирились с тем, что он заберет у них Хлою. Однако и тогда этого не случилось...

Новоиспеченная невеста ее отца Мэри-Тереза отрицательно отнеслась к идее жить с падчерицей. Так что Хлоя осталась в Уилоуфорде.

Как-то раз ее пригласили во Флориду увидеться с отцом и мачехой и познакомиться с близнецами, которые родились у них спустя год после свадьбы. Но визит оказался неудачным, и больше этого не повторялось. Сейчас папа существовал для Хлои лишь в качестве имени на рождественской открытке. День ее рождения из-за тяжелых воспоминаний отец предпочел забыть. И хотя этот факт очень огорчал Хлою, она решила, что не имеет права его судить.

А сейчас ей надо определиться, кто поведет ее к алтарю — папа или дядя Хал, которого Хлоя любила, как родного отца.

После чаепития она загрузила китайский сервиз и столовые приборы в посудомоечную машину и включила ее. Затем проверила, не пришло ли сообщение на мобильный телефон от Иэна. Но там ничего не было.

— Тебе помочь с ужином или я могу отнести свои вещи к себе в комнату? — спросила она тетю, кладя телефон в сумку.

— Да, пойди и распакуй свои вещи, дорогая, — сказала та, и в ее голосе прозвучала какая-то неловкая нота. — Мы там наверху сделали небольшой ремонт, и тебе покажется все немного странным. Надеюсь, ты не возражаешь?

— Наоборот, я заинтригована, — весело проговорила Хлоя, но, когда открыла дверь спальни, совершенно не узнала свою комнату.

Помещение так сильно отличалось от той уютной, слегка обветшалой пристани, которую Хлоя так любила!

Розовый ковер, который с детства украшал одну стену, исчез. Вместо него на стенах висели узкие, покрытые лаком полки. Не было и симпатичных обоев с мелким рисунком, стены оказались просто покрашены насыщенным кремовым цветом. Не увидела Хлоя и штор, которые сшила сама и которые так удачно сочетались с ковром. Новые шторы ярко-голубого цвета гармонировали со стеганым покрывалом на односпальной латунной кровати.

Такая родная, слегка потертая мебель тоже исчезла. Лишь маленький чугунный камин стоял на том же самом месте. Подобранные в тон стен платяной шкаф и зеркальный комод занимали место ниш с обеих сторон камина.

Комната теперь была новая, сверкающая. Выглядела она необычно и больше походила на гостевую. У Хлои защемило сердце. От ее старой привычной спальни совсем ничего не осталось. И вид ванной комнаты через коридорчик стал для Хлои таким же шоком. Большая чугунная ванна и широкий умывальник уступили место сверкающему комплекту с хромовыми аксессуарами. А на оставшемся свободном месте была установлена стеклянная кабинка с душем. Стены и пол оказались выложены бело-бирюзовой плиткой.

«Но на какие средства все это сделано? Может быть, они выиграли в лотерею, а я об этом ничего не знаю?» — думала Хлоя, когда возвращалась в комнату, которая ей больше уже не принадлежала.

И лишь ее любимое место у окна было все там же, и вид на открытое поле, где спокойно паслись коровы, не изменился...

Она замерла, ее губы затряслись.

«О, только не надо этого, ради всего святого! — подумала Хлоя с внезапным гневом. — Ты взрослая женщина, а не ребенок, страстно желающий розовый ковер, комплект фарфоровых сов и полное собрание детской энциклопедии. Все меняется, и тебе следует прекратить свое нытье и взять себя в руки».

Она аккуратно и быстро распаковала вещи, засунула чемоданы под кровать и спустилась вниз.

Тетя Либби с мрачным предчувствием повернулась от плиты.

— Что случилось? Неужели к нам приедет кто-то с телевидения? Все выглядит просто великолепно! — произнесла Хлоя слишком наигранно.

Это немного успокоило тетю Либби.

— Совсем нет, моя дорогая, у твоего дяди и меня были совсем другие причины для такой переделки. — И, помолчав, она добавила: — Мы хотим уехать отсюда.

— Уехать отсюда? — улыбка Хлои пропала. — Ты хочешь сказать, вы продаете ферму? — От этой мысли ей стало не по себе. — Святые небеса, а что случилось с практикой дяди? Неужели дела совсем плохи?

— Нет, как раз совсем наоборот, — заверила племянницу тетя Либби. — Дел все больше и больше, в этом-то вся и проблема. Его ветеринарная служба всегда была круглосуточной, а твой дядя не молодеет. Мы прожили с ним прекрасную жизнь и не планировали что-либо менять. Но сейчас он стал серьезно задумываться, не уйти ли ему на пенсию, чтобы дать себе возможность насладиться вещами, на которые у него раньше не было времени? Рыбалкой, например, или гольфом. И мы оба любим долгие прогулки пешком... Власти объявили конкурс на вакансию для нового ассистента, и один из друзей Иэна уже заинтересовался ею.

— Это не мечта на далекое будущее, не так ли? — спросила Хлоя. — Это реальный план на сейчас.

— Ну, ничего страшного не произойдет. И куда бы мы ни уехали, Хлоя, там всегда будет место для тебя, даже не сомневайся в этом! В то же время мы знаем — у тебя вскоре начнется своя жизнь, и мы так гордимся тобой...

— Но вы же не хотите навсегда уехать отсюда? — спросила Хлоя и почувствовала, как земля уплывает из-под ног.

— Скорее всего, уедем навсегда, — резко сказала тетя Либби.

— Но я думала, вы любите Уилоуфорд...

— Это очень милое место, — согласилась миссис Джексон. — И нам здесь жилось хорошо. Но... Мы сделали приблизительную смету и оценку нашей фермы. Нам должно хватить денег, чтобы собраться и выбрать новое место, где мы будем жить, — улыбнулась она. — Это своего рода приключение.

— Да, — согласилась Хлоя.

«А у меня начнется свое собственное приключение, поэтому я не должна винить дядюшку и тетушку», — подумала она.

— Мы уже начали избавляться от старых, ненужных вещей. За всю жизнь набралось столько хлама, что уже все благотворительные магазины за милю вокруг почувствовали к нам интерес. — И тетя тут же быстро добавила: — Только не твои вещи, дорогая! Мы их собрали в коробку и отнесли на чердак. Ты можешь забрать их в любой момент.

«В коттедже у Иэна наверняка найдется комната для них», — подумала Хлоя.

Они избавились от всех ее игрушек, оставив ей одного плюшевого медведя — подарок ее отца, который он привез, когда возвращался из Саудовской Аравии навестить жену и дочь. И детские книги оставили, которые Хлоя хранила для своих будущих детей.

В этот момент зазвонил телефон в зале.

— Это конечно же тебе, — сказала тетя Либби, поворачиваясь к мясу, которое она жарила для пирога.

— Рассказывай, что случилось с твоей работой-мечтой, — сказал Иэн, вместо того чтобы начать разговор со слов «как замечательно, что ты приехала». — Тебя уволили?

— Нет, конечно нет! — Хлоя была застигнута врасплох. — Наоборот, хозяева хотели взять меня с собой на виллу на юге Франции.

— И ты отказалась от этого ради Уилоуфорда? Удивительно!

«Нет, — хотела сказать Хлоя, — я отказалась от этого ради тебя».

Вслух же произнесла:

— Я почувствовала — пора возвращаться домой, назад к реальной жизни. — После небольшой паузы она спросила: — Во сколько мы сегодня сможем увидеться?

Он вздохнул:

— Сегодня не получится, Хло. В комитете клуба любителей пони сегодня заседание, и я буду там председателем, так как миссис Хэммонд отсутствует. Ты давно знала, что вернешься, а мне сообщила только сегодня...

— Мне тоже жаль. — Хлоя чувствовала себя подавленной. — Я так хотела сделать тебе сюрприз!

— Ну, это у тебя получилось. — Иэн немного помедлил, затем сказал: — Слушай, а почему бы мне не заказать столик в кафе «Уилоуфордармз»? Завтра вечером мы смогли бы там посидеть и спокойно все обсудить.

«Почему же ты не предложишь увидеться прямо сейчас или выпить за мой приезд сразу после заседания?» — подумала она.

Но произнесла совсем другое:

— Звучит здорово!

— Тогда я заеду за тобой около восьми, — ответил он оживленно. — Извини, должен спешить. Жду звонка от Кроуфордов. Их гончая должна скоро ощениться, и они очень волнуются.

«У него круглосуточная служба, — сказала Хлоя сама себе, положив трубку. — Ветеринар — это как доктор, только пациенты не могут рассказать о своих симптомах. И это не конец мира. Просто сегодня не твой день, вот и все!»

Глава 3

Хлоя лежала в ванной, наслаждаясь ароматом герани, поднимающимся от теплой воды. Меньше чем через два часа она будет с Иэном...

«Я должна быть неотразимой», — подумала она.

Ей было нелегко окунуться в водоворот местных событий, несмотря на теплый и нежный прием дяди Хала и тети Либби. Они спокойно отнеслись к тому, что Иэн сегодня занят, и Хлоя весь вечер провела с ними, угощаясь вкусным пирогом.

— Та гончая собака, конечно, красавица, но она могла оказаться просто уловкой. Надеюсь, это случилось в первый и последний раз и больше не повторится, — прокомментировал мистер Джексон.

— Ну и чем ты сегодня хочешь заняться? — спросил он утром, вставая после завтрака из-за стола.

— Ничем особенным. Просто прогуляюсь.

— Ну, тогда ты могла бы прогуляться до Лизбет Крейн, если у тебя есть желание, — предложил дядя. — Во время работы в саду она повредила запястье, а Джек в Брюсселе, поэтому с их охотничьей собакой некому погулять.

— Конечно, я зайду к ней, — кивнула Хлоя, ничуть не раздумывая. — Прогулка на свежем воздухе с Искрой — это то, что мне сейчас надо. Только сначала заскочу на почту.

«Это будет для меня полезным опытом», — подумала она.

— Так, значит, ты вернулась! — поприветствовала ее в почтовом отделении миссис Терсгуд. — А я думала, ты уехала от нас навсегда. Вернулась ради этого молодого ветеринара, смею предположить? Мы все в округе думали, что вас обвенчают в церкви год тому назад. И ты, значит, больше не хочешь оттягивать свадьбу, — добавила она с умилительным взглядом. — Все правильно, ты не молодеешь, а страсть у мужчин гаснет так же быстро, как и загорается.

Хлоя, уверенная — очередь позади нее насладилась каждым услышанным словом, быстро заплатила за марки и сбежала. Но это оказалось еще не все. Она должна была подвергнуться тяжкому испытанию расспросов и на главной улице. И к тому времени, когда наконец добралась до дома Крейнов, Хлоя почувствовала: если еще кто-нибудь скажет: «Привет, дорогая, что-то тебя давно не было видно», она взорвется.

Но восхитительный прием миссис Крейн с кофе и домашним бисквитным печеньем плюс дружелюбное приветствие Искры в какой-то мере сгладили неприятные ощущения.

Это была чудная прогулка. Солнышко грело ей спину, а Искра, виляя пушистым хвостом, бежала впереди. После небольшого разногласия, возникшего между Хлоей и собакой по поводу завершения приятной утренней прогулки в навозной жиже, они отправились назад.

На дорожке, ведущей в деревню, Хлоя услышала позади стук лошадиных копыт.

Она оглянулась и увидела красивого гнедого коня, который несся к ним. У Хлои все внутри замерло, когда она увидела, кто наездник.

— Доброе утро! — Дариус остановил коня и нагнулся, чтобы похлопать по его блестящей шее. — Наслаждаетесь прогулкой, мисс Бенсон? А я думал, вы занимаетесь чем-то другим в уютном стоге сена со своим суженым — в такой-то чудесный день!

Она почувствовала, как покраснела.

— Как ты смеешь делать такие неприятные замечания? — сказала она холодно.

— Наоборот, занятие, о котором я говорю, очень даже приятное, — бросил Дариус, разглядывая ее. — Или ты считаешь иначе? Будет ошибкой упустить такой случай, — добавил он и жадно посмотрел на ее грудь под белой рубашкой, на тонкую талию и изящный изгиб бедер.

Осознавая, что краснеет еще сильнее, Хлоя в спешке нагнулась, чтобы пристегнуть ошейник Искры.

— Хочу спросить, чисто ради интереса, — продолжал он. — Зачем ты выгуливаешь собаку Лизбет Крейн?

— Чисто по-соседски хочу сделать ей приятное. Хотя ты вряд ли такое поймешь.

— Совсем нет, что и хочу доказать в течение следующих месяцев. — Он немного помолчал, затем сказал: — Если настоящая любовь творит чудеса и ты действительно являешься доброй самаритянкой, не могла бы ты расширить диапазон своей помощи до поместья включительно? — Хлоя только хотела раскрыть рот и дать язвительный ответ, как он поднял руку: — Выслушай меня, пожалуйста. У меня не было возможности взять с собой Ориона, потому что большую часть своего времени я уделяю Самсону, коню моего покойного брата. Самсон никому, кроме меня, не подчиняется и доставляет всем массу хлопот. Но ты когда-то была очень хорошей наездницей. Если хочешь, можешь поездить на Орионе. Я буду тебе чрезвычайно благодарен.

Хлоя с удивлением посмотрела на Дариуса. Что-то она не припоминала, чтобы он кого-либо благодарил, как, впрочем, и делал комплименты.

— Мне очень жаль, — качнула она головой, — но это невозможно.

— Могу спросить — почему?

— У меня на носу свадьба, если ты не забыл об этом. И я буду очень занята.

Он сел в седле прямо, одной рукой упираясь в бедро, и посмотрел на нее пристальным, задумчивым взглядом:

— Нет, не забыл. Но неужели ты будешь заниматься подготовкой к свадьбе целыми днями? Сколько сотен людей вы собираетесь пригласить?

— Это тебя не касается! — отрезала Хлоя. — Кстати, Артур все еще работает в поместье. Почему бы ему не поездить на Орионе?

— К несчастью, ему не позволяет артрит. А если я уволю Артура, это разобьет ему сердце. — И Дариус добавил уныло: — Кроме того, даже самые малейшие изменения дома плохо отражаются на здоровье моего отца.

Хлоя прикусила губу:

— Да, да, конечно, — и после небольшой паузы добавила: — Я так расстроилась, услышав, что случилось с Эндрю. — Она вздохнула. — Все это так печально...

— Не только печально, но и ужасно глупо, и совсем некстати.

Хлоя открыла рот от изумления:

— Это слишком резкое обвинение. Что бы ни случилось, но он был тебе родным братом!

— Возможно, и резкое, — согласился Дариус. — Впрочем, сейчас не время спорить о мотивах Эндрю, когда он рисковал своей жизнью... А мое предложение насчет Ориона все еще в силе, — добавил он. — Подумай, не упускай такую прекрасную возможность. Ты можешь не давать ответа лично мне. Просто позвони в любое время в поместье, и Артур приготовит для тебя коня. — Он слегка улыбнулся. — Не забывай, Орион тоже будет тебе очень благодарен.

Ударив по бокам коня каблуками сапог, Дариус умчался прочь.

То, о чем попросил ее Дариус, было невозможно. Но мысль проехаться на красавце Орионе по красивым берегам озера Уилоу не оставила Хлою равнодушной.

И тем не менее она должна отказаться!

Хлоя повторяла себе это в течение всего дня, повторила и сейчас, вылезая из ванны и вытираясь полотенцем. Затем она нанесла на тело ароматный лосьон. Она повторяла это, когда надевала свои самые красивые кружевные трусики. И когда брызгала духами с таким же запахом, какой был у лосьона, на руки и грудь. И когда делала макияж, и когда расчесывала волосы, превращавшиеся в роскошные волны, выразительно обрамлявшие лицо. Повторяла Хлоя это и даже тогда, когда надевала кремовое шелковое платье с глубоким вырезом на груди, который ясно давал понять — она без бюстгальтера.

«Не покажусь ли я слишком навязчивой, если напишу сообщение Иэну, что уже готова?» — волновалась она перед зеркалом, надевая босоножки на высоких каблуках, сочетавшиеся по цвету с ярко-лазурными серьгами.

Когда она спустилась вниз, Иэн уже был в гостиной, разговаривал с тетей и дядей. В ответ на ее тихое «Добрый вечер» он повернулся и, увидев ее, словно онемел на секунду.

— Боже, Хло, ты выглядишь восхитительно! Как будто с обложки журнала...

— Ты тоже хорошо выглядишь.

Улыбаясь, она подошла ближе и оценила его черно-белый клетчатый твидовый пиджак в комплекте с темными брюками и ярко-красным шелковым галстуком, подчеркивающим белизну рубашки.

Смущаясь, Хлоя подняла голову, предлагая свои губы для поцелуя, но Иэн, покраснев, вместо этого чмокнул ее в щеку.

— Желаю прекрасно провести время, — прошептала тетя Либби, обнимая племянницу, в то время как Иэн задержался, чтобы попрощаться с дядей Халом. — Я не буду вас дожидаться.

Хлоя заметила в улыбке тетки скрытый упрек.

— Не волнуйся, я уже большая девочка. Знаю, что делаю.

Когда Хлоя была подростком, «Уилоуфордармз» представлял собой всего лишь деревенский паб. Здесь предлагалось хорошее пиво и различные развлечения — стрельба по мишени и игра в кегли. Спустя годы заведение полностью изменилось. Салон в баре остался традиционным, но зал превратился в фойе, а бывший бар, где когда-то стояли маленькие столики для коктейля, стал настоящим рестораном.

Меню особо не впечатляло, но благодаря свежести продуктов и прекрасной кухне «Уилоуфордармз» получил немало лестных откликов в журнале графства и в справочниках путешествий. Даже сейчас, в самом начале недели, здесь едва можно было найти свободный столик.

Персонал был местным, и все обрадовались, увидев Хлою. К ее удивлению, Иэна обслуживали как постоянного клиента.

— Свинина afelia ,которая так понравилась вам на прошлой неделе, сегодня вечером у нас в специальном предложении, — сказала официантка, показывая им столик, где уже стояла бутылка шампанского со льдом, а рядом лежало меню.

— Так ты заранее все продумал! — поддразнила Хлоя Иэна. — Как это мило с твоей стороны!

— Твое возвращение стоит отметить особенно, — сказал он и чокнулся с ней своим бокалом. — Это так здорово — снова видеть тебя, Хло! Как же долго мы с тобой не встречались!

— Сейчас я тебе обещаю — на этот раз я вернулась навсегда. — Она задумалась, потом сказала: — Ты слышал, мои дядя с тетей продают ферму и хотят уехать отсюда? Лично для меня это стало большим шоком, скажу я тебе.

— Меня это тоже поначалу удивило. Но все меняется, к тому же люди часто переезжают. Так устроен мир. Дядя Хал долгие годы вкладывал свою душу и сердце в работу, поэтому он заслужил спокойную жизнь на пенсии.

Она прокрутила в голове идею шуточного комментария по этому поводу: «Тем не менее это означает одно — я остаюсь бездомной. Будут какие-нибудь предложения?» — но решила: еще слишком рано говорить на эту тему.

— Я тоже счастлива за них.

Хлоя часто проигрывала эту сцену в. голове, представляя себе, как Иэн шепчет ей: «Это так замечательно, что ты вернулась, моя дорогая. Останься со мной навсегда». А затем он достает маленькую бархатную коробочку...

— Я должна попробовать свинину, которая так тебе нравится, — сказала она, просмотрев меню. — А на закуску закажу овощной салат.

— Хороший выбор, — кивнул Иэн. — Я заказывал это, когда приводил сюда Ллойда Хэмптона, моего будущего партнера. Хотел убедить его, что, перебираясь сюда, он не так далеко уезжает от цивилизации, как ему кажется.

— И у тебя, конечно, получилось?

— Надеюсь. Он действительно хороший парень, а его жена — просто куколка!

— Жду не дождусь, когда увижусь с ней! — подколола его Хлоя.

— У тебя еще будет возможность, — словно ничего не заметив, сказал Иэн. — Кстати, Ллойд заинтересован в покупке вашей фермы. У него с Вив двое детей и третий на подходе.

Иэн допил шампанское в бокале и объявил, что переходит на минеральную воду.

— Это потому, что ты за рулем? — спросила его Хлоя и заказала себе бокал домашнего красного вина. — Как жалко! Сегодня такой чудный вечер, и мы могли бы пройтись пешком.

«А твой коттедж намного ближе, чем ферма, если ты считаешь, что пора домой», — подумала она.

— Мимо всех этих полуоткрытых штор? — у Иэна вытянулось лицо. — Спасибо, но мне что-то не хочется. Машина создает иллюзию изолированности от любопытных.

— Кстати, о машине. Ты продал свой последний джип Дариусу Мэйнарду?

— Да. Услышал, будто Дариус хотел купить что-нибудь более практичное в дополнение к своим спортивным машинам, от которых он без ума. И я решил продать ему свой джип, так что получилась выгодная сделка для нас обоих.

— Мне очень странно видеть его здесь, словно ничего и не произошло.

Иэн пожал плечами:

— Они все уже обсудили с отцом, Хло. Это их семейное дело. Нам не стоит туда вмешиваться.

— Да, конечно. — Она играла с вилкой. — Я понимаю сэра Грегори, которому нелегко оправиться после такого удара.

— Не стоит даже сомневаться, что он выздоровеет. По последним сведениям, ему уже намного лучше.

— Я рада. Мне всегда сэр Грегори нравился, хотя он иногда и напускал на себя грозный вид. — Она задумалась. — Когда-то, еще подростком, я часто бывала у них в поместье. Ходила туда почитать для леди Мэйнард, когда та была очень больна.

— А как ты туда попала впервые?

— Я выиграла школьное поэтическое соревнование, где леди Мэйнард состояла в жюри. Она была самым милым человеком, которого я когда-либо встречала. Дариус всегда находился рядом с ней. И мне всегда казалось, что он ее любимчик... Я рада, что она не увидела всего... — она прикусила губу. — Предательство — страшная вещь.

— Да, это так, — тихо сказал Иэн. — Но на самом деле мы не знаем всех обстоятельств. Возможно, они просто не смогли устоять друг перед другом?

Вскоре принесли первое блюдо, и разговор переключился на еду.

«А Иэн был прав насчет свинины», — подумала Хлоя, попробовав мясо. Приправленное чесноком и кориандром, вымоченное в вине, с коричневым рисом, оно оказалось бесподобно. На десерт она выбрала темно-шоколадный мусс, хорошо сочетающийся с бренди, в то время как Иэн предпочел бисквитное печенье и сыр.

— Тебе надо было заказать какой-нибудь пудинг, и мы могли бы поделиться друг с другом, как делали это раньше, — сказала она с легким упреком.

Он натянуто улыбнулся:

— Я уже забыл, как мы это делали.

Иэн постоянно вытаскивал из кармана мобильный телефон и проверял его.

«А вот эта привычка меня действительно раздражает», — подумала Хлоя, доедая мусс.

Вслух она мягко спросила:

— Неужели дядя Хал звонит тебе весь вечер?

— Ну да, — ответил Иэн и положил телефон обратно в пиджак. — Я жду новостей о Керсти, собаке Кроуфордов. Она очень хорошая собака и многократный призер всевозможных конкурсов. Керсти щенится в первый и, вполне вероятно, в последний раз, поэтому необходимо, чтобы все прошло гладко.

Хлоя нахмурила брови:

— А разве она уже не ощенилась прошлой ночью?

— Ложный вызов, — покраснев, ответил Иэн. — Событие должно произойти в любой момент, поэтому Кроуфорды так волнуются и хотят, чтобы я был рядом. — Он подал знак официанту и спросил у Хлои: — Тебе заказать кофе?

Она сжала губы и глубоко вздохнула для храбрости:

— А почему бы нам не выпить кофе у тебя в коттедже? Обед был великолепным, но ты не хочешь продолжить нашу встречу в более интимной обстановке? — и она протянула ему руку через стол, которую он как-то вяло накрыл своей ладонью. — Разве нам не нужно побыть вдвоем и все обсудить?

— Да, конечно, нужно, — быстро сказал Иэн, — но не сегодня, Хло. Во-первых, у меня в коттедже страшный беспорядок, во-вторых, между нами не было практически никакой связи целый год... Мы находились далеко друг от друга, и каждый из нас был занят своим делом. И вот ты появляешься — как гром среди ясного неба! Если честно, я этого совсем не ждал. — Он тут же добавил: — Конечно, это не означает, что я не рад видеть тебя или что я больше не люблю тебя. Просто нам нужно немного подождать, привыкнуть друг к другу...

Его голос неловко затих, и в последующей за его речью тишине Хлоя могла услышать, как учащенно бьется ее сердце. Это могло служить сигналом тревоги — ситуация, в которую она попала, была ужасной и катастрофически неправильной.

«Страсть у мужчин гаснет так же быстро, как и загорается» — теперь слова миссис Терсгуд звучали у нее в голове как дурное предзнаменование.

Но это не должно было случиться... только не с ней!

Хлоя высвободила свою руку и откинулась на спинку стула. Каким-то образом ей удалось выдавить из себя улыбку.

— Возможно, ты прав — не стоит торопить события. — Хлоя заставила себя сказать это как ни в чем не бывало. — По крайней мере, хотя бы один из нас должен быть мудрым. Так или иначе, воздержание сейчас более уместно. Даже возбуждающе. — Она задумалась, затем продолжила: — Кроме того, ты сейчас по уши в работе, и у тебя куча новых планов в твоей практике. Я тоже начну искать себе новую работу. А что касается кофе, — добавила она живо, — то я предпочитаю без кофеина. А когда принесут счет, каждый заплатит сам за себя!

И Хлоя расплатилась, несмотря на явный протест Иэна.

В тот вечер судьба сыграла с Хлоей еще одну злую шутку.

Выйдя в бар, она увидела Дариуса Мэйнарда. Тот сидел за столиком у окна и разговаривал с девушкой, которую Хлоя до сих пор не видела. Девушка была стройной и очень привлекательной, в красном платье без рукавов, со светлыми, собранными в хвост волосами.

Сердце Хлои ухнуло куда-то вниз, когда он встал, слегка ей улыбаясь:

— Какой замечательный сюрприз! Линдси и я были в кино в Ист-Ледвике, а потом решили заскочить сюда, чтобы выпить по стаканчику перед сном. Если хотите, можете присоединиться к нам.

— Мысль очень хорошая, но я откажусь, если вы не возражаете.

У Хлои не было ни малейшего желания даже намеком показывать свои сложные отношения с Иэном этим проницательным зеленым глазам, которые в данный момент оценивали глубокий вырез на ее платье. Или выставлять все напоказ какой-то странной незнакомке. Завтра же начнутся сплетни...

— Но еще же очень рано! — сказал он мягко. — А как насчет тебя, Картрайт? Может быть, ты сможешь переубедить свою девушку?

— Наоборот, — ответил Иэн холодновато, — если Хлоя что-то задумала, ее трудно переубедить. К тому же у меня самого завтра напряженный день. Но... спасибо за приглашение.

— Я вижу, львы не меняют своих вкусов, — прокомментировала Хлоя, как только они сели в машину. — Как тебе его новая пассия?

— Ее зовут Линдси Ватсон, и она работает сиделкой у его отца, — ответил Иэн.

— И живут под одной крышей, — сказала она весело. — Как удобно...

— Это неизбежно, — кивнул Иэн, заводя машину. — Ты же знаешь — Дариус неотразим.

Когда они добрались до фермы, Хлоя повернулась к Иэну:

— Я не буду приглашать тебя к себе. Но разве ты не считаешь, что возобновление наших отношении стоит начать с хорошего поцелуя на ночь? — спросила она дразнящим голосом. — Или мы просто пожмем друг другу руку?

— Конечно, я хочу поцеловать тебя, — сказал он с внезапной резкостью. — Какой мужчина не захочет? Даже Мэйнард смотрел на тебя, как будто хотел съесть.

Он притянул Хлою к себе. Вместо нежного поцелуя, которого она так ждала, Иэн поцеловал ее грубо и требовательно. Это был момент, о котором она давно мечтала. Но сейчас резкое проникновение его языка к ней в рот показалось Хлое неприятным.

И когда Иэн одной рукой попытался спустить с ее плеч платье, чтобы потрогать обнаженную грудь, она закончила поцелуй и резко отодвинулась от него.

— Иэн, пожалуйста, не надо! — хрипло сказала она.

— Что случилось? — и он снова схватил ее. — Разве ты не этого хотела? Разве весь вечер ты не на это намекала?

«Но только не так...»

— Но мы должны оба хотеть этого. Как ты не поймешь? — сказала она более спокойно, отодвигаясь от него и поправляя платье. — Если честно, я тебя больше не узнаю.

«Не знаю почему, но ты вдруг стал для меня чужим. Не могу объяснить это».

Наступила тишина, затем он вздохнул:

— Боже, прости меня, Хло. Просто я слишком долго жил без тебя. Давай просто забудем этот вечер и начнем все сначала.

Его лицо было напряженным, почти виноватым, но, возможно, это всего лишь обман зрения из-за плохого освещения?

Глава 4

Наблюдая, как тетя Либби вынимает из духовки противень с горячими булочками, Хлоя как бы между прочим сказала:

— Вчера я познакомилась с очаровательной сиделкой сэра Грегори. Она забежала вечером в «Уилоуфордармз», чтобы выпить стаканчик перед сном.

Тетя Либби посмотрела на племянницу беглым взглядом:

— Ну и как тебе она?

Хлоя пожала плечами:

— Думаю, она очаровала не только сэра Грегори, но и его сына тоже.

— Ты имеешь в виду, что сиделка была с Дариусом? — Тетины брови поднялись в изумлении.

— Они оба свободны, почему бы и нет? Другая блондинка, похожая на Пенни, конечно. Он не изменяет своему вкусу.

— Никогда не замечала, что у него особые предпочтения, — сухо сказала ее тетя. — Линдси Ватсон очень милая девушка и полна здравого смысла. Но Дариус может ее испортить.

— Как он всегда делает, — ответила Хлоя, пытаясь взять горячую булочку.

— Это все для чая, мисс! Если ты голодна, поешь фруктов.

— Дорогая тетушка, как ты думаешь, что почувствует сэр Грегори, когда узнает об этом? Я имею в виду Дариуса и сиделку.

— Возможно, будет ему благодарен, — живо ответила миссис Джексон. — Дариусу самое время жениться и завести семью. Это его обязанность — и это необходимо поместью. Поэтому его вчерашняя встреча с Линдси будет самой лучшей новостью для сэра Грегори, которому уже давно пора иметь внуков. Они наполнят его жизнь смыслом. Медсестра Свон, которая дежурит у него по ночам, говорит — он скучает и от этого становится раздражительным, отчего его самочувствие только ухудшается.

— Это я еще могу понять. — И Хлоя смутно представила себе образ сэра Грегори, окруженного кучей маленьких белокурых ребятишек. — А вот Дариус как женатый мужчина — совсем другое дело.

Внезапно почувствовав тревогу, она подошла к вазе, взяла яблоко и надкусила его.

— Хочу немного попозже съездить в Ист-Ледвик, — продолжила она как ни в чем не бывало. — Зайду в агентство, которое нашло мне работу.

Ее тетя повернулась от мойки и внимательно посмотрела на нее:

— Ты же только вчера вечером сказала, будто собираешься взять долгосрочный отпуск и как следует отдохнуть. Твои планы так быстро поменялись...

Хлоя пожала плечами:

— Это была просто идея, но сейчас то, что раньше было так интересно и важно для меня, отступило на второй план. Я не привыкла бездельничать и сидеть сложа руки. Гулять с собакой Лизбет, конечно, очень приятное занятие, но совсем не для меня.

— Не вижу смысла бегать в поиске работы. Если тебе нечем заняться, ты могла бы помочь с реконструкцией фермы. Я решила сделать ремонт в столовой, — она покачала головой, — мне никогда не нравились эти обои, они слишком темные.

— С другой стороны, может быть, оставить все для Ллойда и его жены, чтобы они сделали ремонт по-своему?

— Ллойда и его жены? — миссис Джексон вытерла руки. — Что ты имеешь в виду?

Хлоя бросила яблочный огрызок в ведерко для мусора.

— Иэн сказал: возможно, они купят ферму.

— Он действительно так сказал? Это будет целиком зависеть от того, сколько они предложат. Твой дядя и я хотим продать ферму по наиболее выгодной цене, не вмешивая Иэна и его друзей.

Хлоя поперхнулась:

— Тетя Либби, ты говоришь так резко...

— Неужели? — Пожилая женщина нерешительно улыбалась. — Переезд — большой переворот в нашей жизни... У меня проснулись угрызения совести насчет тебя...

— Выкинь из головы! — сказала Хлоя строго. — И если хочешь сделать ремонт, я помогу вам. Даже пусть все сложится совсем не так, как я ожидала... — вздохнула она.

Этим утром Хлоя намеренно пошла другим маршрутом, не имея никакого желания встречаться с Дариусом и выслушивать его замечания по поводу вчерашнего вечера. На обратном пути она зашла в гараж к Тому Солею — договориться о починке прибора, показывающего уровень топлива.

— Слышал, ты вернулась, — приветливо поздоровался с ней Том. — Но выглядишь грустной. — Он открыл свою большую бухгалтерскую книгу, пробежался пальцем по исписанной странице, затем кивнул: — Завтра в полдень, подойдет тебе? Если я не смогу починить этот, то найду ему замену в своем гараже.

Хлоя спрятала улыбку.

«Слава богу, здесь ничего не изменилось», — подумала она.

Всем была известна легендарная способность Тома доставать любые запчасти для любых видов и марок автомобилей. «Его гараж похож на лампу Аладдина», — подумала она, когда в дверь позвонили и в офис Тома зашел новый посетитель.

Хлоя обернулась и увидела входящую Линдси Ватсон — в синей юбке и белой кофточке. К девушке подбежала Искра, но не залаяла, как она обычно делала при виде незнакомца.

Хлоя положила руку на голову собаке и сказала:

— Успокойся, моя милая девочка. — Улыбаясь Линдси, она поздоровалась: — Привет! Мы почти знаем друг друга с прошлого вечера. Я — Хлоя Бенсон.

Та вспыхнула.

— Да, мистер Мэйнард говорил о вас, — сказала она низким и приятным голосом, но с ноткой напряжения. — Я — сиделка сэра Грегори. Мне кажется, вы тоже знаете об этом.

— Да, знаю.

Хлоя заметила — Линдси преднамеренно ответила ей холодно.

Она повернулась к Тому:

— Спасибо, Том, завтра меня вполне устроит. Я подгоню машину к двум часам дня.

Направляясь к двери, она придерживала поводок, потому что Искра изо всех сил пыталась вырваться, таща ее за собой в сторону Линдси, при этом отчаянно виляя хвостом.

— Прошу прощения, — сказала Хлоя. — Надеюсь, вы ничего не имеете против собак?

— Я не испытываю к ним особой симпатии, — ответила та, делая шаг назад.

«А это уже настоящий вызов, — с негодованием подумала Хлоя. — Воображаешь себя новой леди Мэйнард, но немного переигрываешь. Жаль, ты не встречалась со своей предшественницей — та была самой нежной и доброй женщиной».

— А что касается тебя, Искра, — сказала она собаке, которая все еще оглядывалась назад и скулила у закрытой двери, — то я вижу, ты не особо разбираешься в людях.

В Ист-Ледвике был базарный день. Они с тетей потратили более двух часов, обойдя все магазины с тканями в поисках подходящей для штор в гостиную. И когда миссис Джексон решила, что образец в самом первом магазине все-таки был лучшим, Хлоя с радостью согласилась.

Тетя нежно похлопала ее по плечу:

— Великое дело сделано, моя дорогая. Пойди насладись чаем с чем-то очень калорийным. И давай встретимся с тобой около памятника в четыре часа.

Хлоя с благодарностью подчинилась.

Миссис Джексон во всем любила быть самой лучшей, поэтому прошедшая неделя была очень напряженной. Нужно было отодрать от стен старые обои, гладко заштукатурить стенку, счистить всю старую краску... Уму непостижимо, сколько времени ушло на это. Но конечный результат ее трудов — стены тепло-песочного цвета в сочетании с белоснежным потолком — убедил Хлою: она не зря пролила столько пота.

И новые шторы тоже выглядели великолепно.

«Работа пошла на пользу, — думала Хлоя. — Она дала мне возможность отвлечься от наших взаимоотношений с Иэном».

У нее было достаточно времени, чтобы пережить разочарование от их новых отношений. Что ж, в произошедшем была и ее вина. Зачем она уехала на такой долгий срок?

Но сейчас у Хлои все-таки был шанс наверстать упущенное. За прошлую неделю она дважды видела Иэна, каждый раз в спокойной обстановке в кафе. Он как будто преднамеренно подчеркивал — их отношения были скорее дружескими, чем предполагающие какую-нибудь близость. Иэн так и не пригласил ее в свой коттедж...

Хлое принесли счет, она взяла сумочку и пошла к кассе. В этот момент дверь с улицы открылась и вошла Линдси Ватсон. Остановившись на секунду, она быстро пробежалась глазами по залу. При виде Хлои лицо Линдси словно застыло.

Хлоя заставила себя вежливо улыбнуться:

— Добрый день, мисс Ватсон! Вы кого-то ищете?

— О нет! — быстро ответила девушка. — Просто хочу выпить чаю. — И она снова огляделась. — Я даже не ожидала увидеть здесь столько народу.

— Здесь всегда так, особенно в базарный день. Но мой столик в углу все еще свободен.

— Спасибо! Но, пожалуй, я передумала. Слишком тороплюсь. — Линдси попыталась улыбнуться, но у нее это плохо получалось. — Ну, до свидания!

Она выскочила из зала, и к тому времени, как Хлоя вышла на улицу, ее уже и след простыл.

— Надеюсь, она очень хорошая сиделка, — пробубнила Хлоя себе под нос. — Потому что во всех других отношениях девушка очень странная.

До встречи с тетей оставалось еще немного, и Хлоя решила провести время с пользой, зайдя в агентство по трудоустройству.

Менеджер была вежливой, но немного резковатой:

— В данный момент у нас нет для вас вакансий, мисс Бенсон. Местные жители, из-за плохой экономической обстановки, стараются сократить свои расходы на содержание домашнего персонала. — Женщина замолчала. — Очень жаль, что вы ушли с предыдущего места работы, не изучив как следует обстановку. Думаю, в Лондоне вам будет намного легче найти себе работу, чем здесь.

«А вот это я менее всего надеялась услышать», — подумала удрученная Хлоя, выходя на улицу.

— Опять на ярмарку вакансий, мисс Бенсон? Я поражен. — Слишком знакомый насмешливый голос заставил ее замереть на месте.

Хлоя сделала глубокий вдох и повернулась. Дариус Мэйнард только что вышел из магазина строительных материалов — в узких светло-голубых джинсах и такого же цвета рубашке. Похоже, эта одежда стала его униформой в последние дни.

— Не могу понять, почему ты удивлен? — она гордо задрала подбородок. — Кому-то надо трудиться ради куска хлеба. У меня нет возможности сидеть сложа руки.

— А я думал, твой будущий супруг обеспечит тебя всем необходимым.

— Ты глубоко ошибаешься. В наши дни на это никто не надеется.

— Ну, тогда прости меня, дорогая, если и я тебе тоже не смогу ничем помочь. Потому что веришь ты мне или нет, но я тоже должен зарабатывать себе на жизнь. Именно этим я и занимаюсь в течение долгого времени.

— Играя в азартные игры, смею предположить? — презрительно бросила Хлоя. — Как в былые времена?

И, внутренне содрогаясь, она вспомнила о тех страшных слухах, в том числе и о запрещенных собачьих боях...

— Разными способами, — ответил он невозмутимо. — Некоторое время я был рабочим на скотоводческой ферме в Австралии. И помогал готовить лошадей к скачкам в Кентукки. А совсем недавно стал управляющим виноградником в Дордони. Все достаточно уважаемые занятия, даже по вашим строгим меркам, мисс Бенсон, — добавил он с вызовом. — Или, может быть, показать мое резюме, мисс Бенсон? А может быть, мы лучше прекратим колоть друг друга резкими замечаниями и вспомним, как когда-то называли друг друга по именам и были почти друзьями?..

У Хлои будто земля поплыла под ногами. Шум от ярмарки и от проезжающего мимо транспорта словно стих. Ей казалось, она попала в сеть и не может пошевелиться. И ей хотелось только одного — поскорее уйти отсюда.

Рядом резко просигналила машина. Хлоя вздрогнула и вернулась обратно в реальность, вновь обретая дар речи.

— Были ли мы почти друзьями? Я не помню такого...

Дариус внимательно посмотрел на нее, и его зрачки медленно сузились. Затем он пожал плечами и сказал:

— Пусть будет по-твоему. — Он замолчал, словно о чем-то задумываясь. — Я заметил, ты так и не была на конюшне. Полагаю, это из-за неприязни ко мне ты отказываешься покататься верхом на моей лошади?

— Я была очень занята, — покачала она головой, — помогала своей тете. А почему бы тебе не попросить свою девушку? Ту, с которой я тебя видела как-то вечером?

— Она должна быть постоянно в поместье, чтобы ухаживать за моим отцом.

— Но только не сегодня! Совсем недавно Линдси искала тебя в «Чайной комнате».

— Она действительно была там? — Дариус нахмурился. — Тем не менее Линдс вряд ли умеет ездить верхом, — добавил он резко. — По крайней мере, не настолько хорошо, чтобы справиться с Орионом.

— А я?

Он вздохнул:

— Ну, ты же знаешь, Хлоя. Хватит играть в игры. Давай заключим с тобой сделку: предупреди меня заранее, и во время твоего визита я буду на другом конце поместья. Обещай, что ты хотя бы подумаешь об этом. Обещаешь?

— Да, — сказала она, глядя на тротуар, — я... я обещаю.

Коробка с надписью «Одежда Хлои» стояла на чердаке поверх многих других коробок.

«Почти сразу нашла ее, — подумала Хлоя, спустив коробку вниз, — как будто ждала меня».

В коробке лежали ее брюки для верховой езды, сапоги, каска, а также рубашка и пара старых свитеров. Удивительно, но никаких признаков моли Хлоя не заметила. А разве такое возможно в хозяйстве тети Либби?

Хлоя развернула брюки и внимательно их изучила.

«Они, вероятно, мне уже малы, — подумала она. — Прошло уже столько времени! В конце концов, я уже не та худенькая девочка».

Но брюки оказались ей впору и все так же обтягивали длинные, стройные ноги.

«Теперь у меня нет серьезной причины не явиться в конюшню», — подумала она, кусая губы.

Голубая рубашка тем не менее не сходилась на ее груди. Хлоя уставилась на свое отражение с застывшими от удивления глазами, пытаясь кончиками пальцев застегнуть перламутровые пуговицы.

Быстрым, почти резким движением она стянула с себя рубашку, оторвав пуговицы, и выбросила ее в мусорное ведро.

— Ну вот, — шепнула она себе, — вот и конец всему этому.

— Ты не торопилась, — сказал Артур. — Мы ждали тебя всю неделю. — Он вывел Ориона из стойла во двор. — А мистер Дариус просил передать — он уехал в Уорн-Кросс, чтобы посмотреть новую плантацию. Может быть, ты тоже хочешь поехать туда?

— Нет! — Хлоя легко запрыгнула в седло и подождала, пока Артур подгонит по ее ноге стремена. — Я подумала, мы для начала проедемся не спеша около парка, а затем поскачем на холм.

— Орион повезет тебя в любую сторону, в какую только захочешь! — Артур с любовью пробежался рукой по лошадиной холке. — Мистер Дариус брал его с собой во Францию, перевозил на корабле. Классный конь, не правда ли? Своенравный, но в то же время добросердечный, в отличие от того дьявола, — добавил он и показал головой в сторону конюшни. — Только Бог знает, зачем мистер Эндрю вообще его купил... В любой момент на нем можно шею сломать, и даже нет необходимости ходить в горы.

— Но Эндрю был хорошим наездником. — Хлоя погладила Ориона, который уже начинал медленно ходить, терпеливо ожидая, когда же его выпустят на волю.

— Это правда, — сказал Артур с неохотой. — Но он слишком часто подвергал свою жизнь опасности. Я неоднократно говорил об этом Эндрю, но разве он меня когда-нибудь слушал? — мужчина замолчал. — Но я так рад видеть тебя, девочка, снова в наших краях! Ты всегда хорошо сидела в седле, и у тебя крепкие, цепкие руки. Не сомневаюсь, ты и этот мальчик хорошо поладите.

— А иначе он вернется домой без меня, — усмехнулась Хлоя и направила Ориона в сторону арки.

Но это произошло не сразу. Орион, в самом начале прогулки, начал позволять себе некие вольности, но вскоре, осознав, что наездница, сидящая на его спине, не позволит такое поведение, решил успокоиться и вести себя хорошо.

И когда они наконец добрались до тропинки, ведущей на вершину холма, Хлоя дала коню долгожданную волю. Она могла только кричать от удовольствия, когда Орион, словно на крыльях, летел вверх.

Хлоя каталась значительно дольше, чем планировала. Возвратившись, она думала, что Артур ждет их там, и уже начала искать подходящее оправдание за задержку, но двор был пуст.

Заведя Ориона в конюшню, Хлоя налила ему воды и в тот же момент услышала беспокойное движение, доносившееся из противоположного стойла. Приглядевшись, Хлоя увидела в темноте красивую черную голову с белым пятном и пару светящихся глаз, которые с подозрением следили за ней.

«Так это же Самсон!» — подумала Хлоя, чувствуя нарастающий интерес.

Девушка мягко заговорила с ним, назвав его по имени, а Самсон, раздув ноздри, отступил назад. Она подошла поближе.

— Красавчик, — пробормотала она, — хороший мальчик. Ну, расскажи, что случилось.

— Да ничего особенного. Он просто ждет, когда же ты подойдешь к нему поближе, чтобы он смог откусить твою руку, — произнес Дариус, стоя в дверях. — Не советую давать ему такую возможность.

Настала очередь Хлои отступить назад.

— А мне говорили, будто ты уехал в Уорн-Кросс, — сказала она с придыханием.

— Я только что оттуда вернулся. Не могу же я торчать там целый день, даже если тебе этого так сильно хочется! Я и так пробыл там достаточно долго и задал Кросби столько глупых вопросов, что он, должно быть, подумал — Дариус сошел с ума. — Он вошел в конюшню, закрыв собой проход к двери. — Артур ушел обедать?

— Предполагаю, что да, — ответила она и быстро повернулась, чтобы подобрать седло, которое лежало у двери в стойло Ориона. — Я только отнесу седло на место.

— Оставь, — сказал он, — я сам сделаю это попозже.

— Я отнесу, это не проблема.

Дариус слегка развеселился:

— Ой, наконец-то речь идет о проблеме, с которой ты можешь справиться. Но тебе нет нужды волноваться, дорогая. Ты же у нас неприкосновенная, обещанная другому — нашему достойному младшему ветеринару.

— И ты считаешь, что для меня это надежная защита? — слова слетели с ее уст прежде, чем она успела их остановить. — Твой брат тоже так думал?

— Нет, — ответил Дариус очень тихо, — он так не думал. Но тебе не следовало напоминать мне о таком существенном факте — особенно здесь и сейчас.

За этими словами наступила странная тишина. И Хлое показалось — она как будто слышит свое слабое дыхание и чувствует, как кровь течет по ее венам.

— Прошу прощения, — сказала она тихо. — У меня не было права говорить такое и причины тоже.

— Да. Особенно если ты вспомнишь, что между нами было.

Хлоя подняла голову:

— Ты чуть не стал для меня бедствием, Дариус, вот и все! Поэтому хватит притворяться. — Она затаила дыхание. — Если ты подойдешь ко мне ближе, я стану кричать — до тех пор, пока Артур не прибежит ко мне на помощь.

Дариус притих на одно мгновение. Затем демонстративно отодвинулся в сторону.

И когда она прошла мимо него, он тихо сказал:

— Однажды, моя дорогая, ты поймешь, что притворяешься именно ты. И я буду ждать этого момента.

Глава 5

Открыв дверцу машины, Хлоя вышла и вдохнула теплый воздух. Перед ней был спуск к озеру Уилоу. Она медленно пошла по узкой дорожке к воде — до большого плоского валуна. Взобравшись на него, Хлоя села на гладкую поверхность камня, согнув колени и уткнувшись в них подбородком.

Сколько раз она приезжала сюда на велосипеде, чтобы искупаться в глубоких и прохладных водах озера, а затем ложилась загорать на валун!

С этим местом связано много воспоминаний. Оно напоминало Хлое: когда-то у нее была невероятная мечта, которой так и не нашлось места в ее жизни. Это была мечта, которую — слава богу! — стремительно и жестоко спугнули.

Вот только последние годы усилили глубокое разочарование. Теперь приходилось больше думать о своем будущем, которое должно быть стабильным, ведь в этом и заключается настоящее счастье! Следует придерживаться ценностей, на которых она выросла и которые действительно имели значение! В каком-то смысле прошлое преподало ей ценный урок.

Но с тех пор как Хлоя вернулась домой, ее не покидало смутное чувство — все изменилось.

«Если бы я знала, что Дариус здесь, я бы не вернулась, — думала Хлоя, закрывая глаза. — По крайней мере, не осталась бы тут жить. Мне почему-то казалось, что прошлое захоронено... Кто мог предугадать?.. Мне надо было бы внимательно читать письма тети Либби! — упрекала она себя, яростно кусая губы. — Только я этого не делала, а сейчас вынуждена пожинать плоды».

Насколько Иэн привязался к Уилоуфорду? Может, еще не поздно и она убедит его начать новую жизнь в другом месте? Естественно, он захочет, чтобы она ему все объяснила... Надо будет привести весомые аргументы, которые объяснят все без лишних деталей.

Хлоя слезла с камня и пошла к машине.

Ей захотелось увидеть Иэна, сесть рядом с ним и поговорить, как они уже много раз делали. И как еще будут делать в будущем, потому что наступил тот момент, когда обоим нужно обсудить все дальнейшие планы, даже если они уже не те, какими были до ее возвращения.

«Может быть, мы оба сможем найти себе работу за границей? — вдруг подумала она. — Я могла бы предложить такой вариант Иэну. Но для этого мне нужно поговорить с ним наедине. Убедить его...»

И тут ей в голову пришла идея: «Он же часто возвращается домой, чтобы пообедать. Может быть, вместо того, чтобы терпеливо ждать от него приглашения, мне самой нанести ему неожиданный визит?»

Небольшой участок земли рядом с забором Иэна, где он обычно ставил джип, оказался пуст. Окна и двери коттеджа были закрыты.

Хлоя подавленно вздохнула и села обратно в машину, чтобы вернуться на ферму, когда какая-то сила заставила ее выключить зажигание.

«Я должна хоть одним глазом взглянуть на свой будущий дом, — подумала она, — даже если он будет временным, и посмотреть на тот хаос, о котором говорил Иэн. Так больше не может продолжаться, стала убеждать она себя. — Я должна взять ситуацию в свои руки. Особенно если Иэн согласится на переезд и будет вынужден выставить коттедж на продажу».

Кухня и столовая располагались в передней части коттеджа, а гостиная и кабинет Иэна с видом на небольшой сад — сзади.

Набравшись смелости, Хлоя решила заглянуть сначала в кухню. Оставалось надеяться, стекла окон достаточно чистые и она хоть что-то увидит внутри.

Стекла оказались на удивление чистые, предоставляя хороший обзор всей комнаты сверху. Хлоя широко раскрыла глаза от удивления, когда увидела новую хромированную мойку, аккуратно сложенную посуду на полках, блестящую плиту и квадратный сосновый стол с вазой фруктов посередине. Комната была не просто чистой, она вся сияла! А пряные травы в горшочках на подоконнике?

А она-то думала, что яичница является высочайшим шедевром кулинарных способностей Иэна!

Столовая поведала Хлое ту же историю: дубовый стол и шесть стульев вокруг, подходящий буфет. На столе стояли подсвечник для двух свечей и ваза с цветами.

Хлоя нахмурила брови и в ярости сделала пару шагов назад.

«Зачем он ломал комедию? — спрашивала она себя. — Если это беспорядок, то тогда у нас на ферме просто свинарник! Какую цель преследовал Иэн?»

Она медленно обошла дом и заглянула в окна, выходящие во двор и садик.

Гостиная похвасталась перед Хлоей кремовым кожаным диваном и такими же креслами, которые она до сих пор не видела. Кабинет — письменным столом и компьютером. И везде царил образцовый порядок.

«Иэну, должно быть, стало стыдно, и он нанял уборщиц, чтобы навести порядок. Но они сделали только основное. Иэн сам наверняка приложил немало усилий, чтобы коттедж выглядел таким уютным и домашним», — размышляла Хлоя.

Сейчас коттедж действительно выглядел таким, каким она его себе представляла в мечтах. Таким, каким Хлоя хотела его видеть.

Она чувствовала, как волна разочарования окатывает ее.

«Мог бы просто сказать мне, что собирается благоустроить коттедж», — подумала она подавленно.

Ей осталось только гадать, какие новшества ждут ее на втором этаже.

Дом, казалось, манил ее, приглашая войти и почувствовать гостеприимный прием, но он был надежно закрыт, и туда никак нельзя было попасть.

«Мой будущий дом, а меня туда не впускали. Как если бы я была случайным прохожим, из любопытства остановившимся, чтобы посмотреть через окно, что же происходит там внутри».

Хлоя знала, что реагирует на ситуацию слишком остро, но она не могла отогнать эту мысль от себя всю дорогу, пока добиралась до фермы. Где ее ждал еще один сюрприз.

— Званый обед в поместье, не меньше! — объявила тетя. — Постоянное событие, когда была жива леди Мэйнард, но после ее смерти все прекратилось. Для таких случаев нужны гостеприимные хозяева, а у жены покойного Эндрю никогда не было особого желания общаться с местными. Бал «День рождения» — все, на что она была готова пойти, и то он оказался последним.

— Да. — Хлоя прикусила губу, когда посмотрела на приглашение, написанное властным почерком. — Как мы можем вежливо отказаться от него?

— Не говори глупостей! — резко ответила ее тетя. — Будет почти королевский прием. Я узнала от миссис Вернон, которая лично принесла приглашение, что сэру Грегори стало намного лучше и он готов для встречи с гостями. Это, конечно, очень хорошая новость, хотя во время самого обеда он не сможет присоединиться к нам.

— Но я все равно не пойду! — упрямо настаивала Хлоя. — У нас с Иэном свои планы на будущую неделю.

— Тогда вам следует изменить их! — строго сказала миссис Джексон. — Иэн тоже приглашен, а обитатели поместья — слишком важные для него клиенты, чтобы отказываться. Он не может себе такое позволить — так же, как и мы. Тебе следует этому научиться, если хочешь жить в таком маленьком сообществе. — И она осуждающе покачала головой. — Ради бога, моя девочка, это займет всего лишь пару часов, а миссис Денвер — превосходный повар. Есть повод полакомиться. Так в чем проблема?

«В том, — подумала Хлоя, — что я не могу там находиться».

— Возможно, мне просто неинтересно восстановление Дариуса Мэйнарда в правах. Ведь ради этого все и устраивается!

— Этого следовало ожидать, он же сейчас единственный наследник, и если его родной отец простил, то кто мы такие, чтобы придираться? — тетя Либби сделала паузу. — Кроме того, Дариус был очень молод, когда это все произошло. А кто из нас не совершал ошибок в молодости, о которых жалеет до сих пор?

«Двадцать пять, — подумала Хлоя, — ему было двадцать пять лет, как мне сейчас».

Этим вечером Иэн отвез ее в Ист-Ледвик, в уютное бистро, открытое совсем недавно.

— Как-нибудь вечером ты сам приготовишь для меня ужин, — заявила она ему, внимательно изучая меню.

— Имей совесть, Хло! Ты прекрасно знаешь мои кулинарные способности, — ответил Иэн и подозвал официанта, чтобы заказать бутылочку вина.

— Я не совсем уверена, но мне кажется, ты что-то от меня скрываешь, — сказала она и после небольшой паузы добавила: — Ну и как, ты считаешь, продвигается наше новое сближение?

Он слегка покраснел:

— Что ты имеешь в виду?

— Думаю, пришло время поговорить о нашем совместном будущем, выяснить, чего мы оба ждем от жизни.

Он играл с вилкой:

— Думаю, надо, рано или поздно...

— Поможет ли это нашим отношениям, если я скажу, что ошиблась, согласившись на эту работу и уехав отсюда далеко и надолго?

— У тебя были на то свои причины, Хло. Ты хотела заработать много денег за короткий срок. Никто тебя не обвиняет.

— Все так, но я вернулась словно в другой мир. Что-то происходит, чего я не могу понять.

— Ничто не стоит на месте. Все меняется, меняются и люди. — Он неловко улыбнулся. — Ты тоже не такая, какой была до отъезда.

— Но я поэтому и вернулась. Думаю, ты знаешь это.

Он уже был готов ответить, как вдруг посмотрел мимо Хлои в сторону двери.

— Кажется, мы опять с кем-то встречаемся, — сказал он и вскочил на ноги.

Хлое не было необходимости поворачивать голову, чтобы посмотреть, кто вошел. «О боже, это не может снова случиться со мной!» — с отчаянием подумала она.

— Какой приятный сюрприз, — сказал Дариус, как только вместе с Линдси подошел к их столику.

Сегодня Линдси была в черном платье, резко контрастирующем со светлыми волосами и бледной кожей. А Дариус был одет повседневно — брюки, темно-бордовая рубашка с расстегнутым воротничком и перекинутый через плечо светлый кашемировый пиджак. Ему каким-то загадочным образом всегда удавалось выглядеть так, что рядом с ним все казались слишком простыми...

— Почему бы нам не объединиться? Конечно, за мой счет, — предложил Дариус.

Хлоя начала придумывать всевозможные причины отказа. Она была уверена, что Иэн ее только поддержит, но тот произнес:

— Спасибо, будем только рады.

Мудрые слова тети Либби о бизнесе в маленьком городке, где каждый клиент на счету, пусть даже это всего лишь ветеринарная практика, всплыли в памяти, когда Хлоя молча встала, чтобы вместе со всеми сесть за большой стол. Она попыталась сконцентрировать все свое внимание на изучении меню, стараясь не слушать, как Дариус выступает в роли очаровательного хозяина, с удовольствием предлагая Иэну право выбора вина.

Подавив вздох, Хлоя заказала копченого лосося.

— Вы впервые здесь? — спросил Иэн.

Дариус отрицательно покачал головой:

— Я был на открытии. Владелец этого заведения, Джек Прендергаст, — мой друг. — Он взглянул на Хлою: — Может быть, ты помнишь его? Он был на последнем бале «День рождения». Такой высокий парень с рыжими волосами и вечно улыбающийся.

— На самом деле я мало что помню об этом вечере, — холодно сказала она и заметила, как загорелся огонек в его глазах.

— Позор! — мягко произнес Дариус. — Я уверен, он тебя точно не забыл. Понятно. Следующий бал я сделаю более запоминающимся.

Она пристально посмотрела на него:

— Ты хочешь сказать, что собираешься возродить эту традицию? Но зачем?

— С соседями надо дружить. — Дариус слегка улыбнулся ей. — А еще это и хороший повод отдохнуть. Моему отцу тоже нравится этот бал.

«Но как такое возможно? — подумала она. — Ведь теперь каждый знает: через двадцать четыре часа после начала бала ты убежал с женой своего брата».

— Меня не было на последнем бале, — сказал Иэн. — А почему его называют бал «День рождения»?

— В честь моей прабабушки Лавинии, — ответил Дариус. — Она была знаменитой красавицей девятнадцатого века, сам принц Уэльский был очарован ее красотой. Любящий муж, которому она всю жизнь хранила верность, решил каждый год в конце июля отмечать ее день рождения — с праздничными танцами в поместье. Народ съезжался со всей страны, — добавил он. — А каждое подрастающее поколение продолжало эту традицию, хотя гости издалека уже не приглашались. Во времена моей мамы в основном приглашались местные жители, но это всегда было большим событием.

«Как ты можешь так спокойно об этом говорить? — подумала Хлоя. — Когда ты разрушил столько человеческих жизней? Как ты можешь жить с этим?»

— А не окажется ли это чересчур обременительно для сэра Грегори? — спокойно спросила она.

— Наоборот, сэр Грегори полностью поддерживает идею, — вмешалась в разговор Линдси, — ему так все сильно наскучило, что приготовления к балу пробудят в нем новый интерес к жизни.

«Ну да, ты же его сиделка! — усмехнулась про себя Хлоя. — Или ты больше волнуешься о том, как стать первой красавицей и танцевать с Дариусом на открытии бала? Ты уже примерила титул леди Мэйнард?»

— Аминь, — выразительно произнесла Хлоя и выпила немного вина.

Когда принесли первое блюдо, обстановка слегка разрядилась, потому что вместо опасных тем теперь обсуждалась еда.

Хлоя заставила себя съесть каждый кусочек рыбы, в то время как Дариус весело разделывался с большим куском мясного пирога. Линдси угощалась тарталеткой из козьего сыра так, как будто в нее был подмешан мышьяк, да и Иэн тоже, похоже, не торопился съесть свои креветки.

— Ну и как поживает наш Самсон? — спросил Иэн. — Все так же склонен к самоуничтожению? — он повернулся к Хлое: — Я присматривал за ним, когда он повредил себе ногу. Пару месяцев назад он пытался разнести свое стойло. Мы были вынуждены сделать успокоительный укол, чтобы подойти к нему.

Дариус пожал плечами:

— Он все такая же невыносимая свинья, каким был год тому назад. Но в последние дни Самсон стал еще более враждебен. Артур его жутко боится. Но он так здорово прыгает, что я решил всю его энергию направить в нужное русло. Хочу переправить Самсона на конный завод в Ирландию. — Он усмехнулся. — Возможно, парочка хорошеньких кобыл изменит его отношение к жизни?

— Сочувствую тем кобылам. — Хлоя широко улыбнулась.

— Я и не ждал от тебя другого ответа, — мягко отозвался Дариус.

Она откинулась на спинку стула, уже пожалев о сказанном.

Когда закончится весь этот ужасный обед и они наконец-то останутся с Иэном одни, она убедит его, что принадлежит только ему. Она с нежностью и страстью упадет к нему в объятия и даст ему все то, что он хочет.

Хлоя представила, как он целует ее закрытые глаза, ее щеки, ее губы, открытые в страстном желании. Как его зубы нежно покусывают мочку ее уха, как он нежно гладит ее шею кончиками пальцев, медленно двигаясь вниз...

На мгновение Хлоя даже почувствовала, как ее тело вспыхнуло от сильного возбуждения, а лицо загорелось в чувственном ожидании удовольствия.

Она чуть не задохнулась, когда подняла глаза и увидела Дариуса, наблюдающего за ней. Его глаза сверкали в искусственном освещении, взгляд был настойчивым. Хлоя увидела мягкий и чувственный изгиб его рта, понаблюдала за его пальцами, которые играли с ножкой бокала, наполненного вином.

И с ужасом осознала, чьи ласки вспоминала и с кем ее тело так жаждало близости. Но хуже всего было то, что и он знал об этом! Дариус успел прочитать каждую ее мысль...

На мгновение ей показалось — между ними вспыхнула искра, и ее как будто током ударило. Ее рука двинулась в быстром инстинктивном движении и зацепила бокал, расплескав его содержимое.

— О боже! Приношу свои извинения. Не могу поверить, что я такая неловкая. Какой беспорядок! Может быть, нам посыпать солью скатерть или залить ее белым вином?

Официант быстро проделал спасательную операцию, убрав скатерть и грязные приборы. Затем он принес чистые столовые приборы и десертное меню.

Когда Иэн захотел налить Хлое еще немного вина, она отказалась:

— Я думаю, мне уже достаточно на сегодня, не правда ли? Мы же не хотим, чтобы нам в счет включили услуги прачечной. — Она улыбалась, намеренно делая из произошедшего шутку.

Обращая на себя всеобщее внимание, Хлоя с сожалением попросила заменить пудинг черным кофе без сахара. Затем, незначительно подвинувшись к Иэну и нежно поглаживая пальцами рукав его пиджака, взяла с его тарелки несколько виноградин и кусочек сыра.

«Эти интимные жесты покажут, кто на самом деле главный в моей жизни», — подумала она.

Но Дариус, развалившись на стуле, был слишком очарован цветом коньяка, который заказал. Линдси же, не обращая ни на что внимания, упорно ела мороженое крем-брюле.

Когда Иэн посмотрел на свои часы и вежливо сказал, что у него завтра тяжелый день и ему нужно лечь спать пораньше, никто не возражал. Дариус кивнул и попросил принести счет.

Снаружи на тротуаре был обычный неловкий момент прощания, сопровождаемый чистосердечной признательностью и благодарностью со стороны Иэна в отношении Дариуса и Линдси.

Линдси ушла первой — туда, где была припаркована машина Дариуса. Он улыбнулся им, готовый следовать за своей спутницей.

— Ну что, — сказал Дариус мягко, — я получил истинное удовольствие от общения с вами. С радостью жду вас у себя в поместье на следующей неделе.

В этом вежливом, внешне обычном приглашении Хлоя уловила совсем другой смысл. В его любезной формальности она почувствовала скрытую угрозу. И, внутренне содрогаясь, наблюдала за тем, как он уходит. А затем молча села в машину рядом с таким же молчаливым Иэном.

Глава 6

Хлоя почти не спала в эту ночь. Она даже не пыталась восстановить прерванную беседу с Иэном, когда они доехали до фермы. Конечно, она предложила ему зайти на чашечку кофе, но почувствовала огромное облегчение, когда он отказался и быстро, почти неуклюже чмокнул ее в губы, а затем уехал, сказав, что позвонит.

Ее дядя с тетей играли в скрабл, когда она заглянула в гостиную и пожелала им спокойной ночи, поэтому у Хлои была возможность сбежать к себе в комнату, чтобы тетя Либби своим орлиным взглядом не заметила — с племянницей что-то неладное.

Но как спрятаться от самой себя и сбежать от своего внутреннего разлада? Она легла в постель, но никак не могла удобно улечься на подушке, казалось, что даже простыня давит на нее. В конце концов Хлоя отбросила ее и встала, натянув халат. Подошла к окну. Было душно, даже ветерок не проникал через открытое окно. Луна на ночном небе выглядела большой и тяжелой, казалось, что это небесное светило может упасть в любой момент.

Хлоя прислонилась к стене, закрыв глаза.

А она-то думала, с этим давно покончено! Ей казалось, она надежно спрятала прошлое в укромном уголке своей памяти, победила своих демонов и оставила их в покое.

Кажется, теперь ей снова предстоит противостоять им — еще один, последний раз.

«Но на этом все должно закончиться, — сказала она себе. — Я не могу позволить этим нелепым, ничего не значащим воспоминаниям вмешиваться в жизнь, которую я выбрала для себя, во все, что я запланировала и на что потратила так много сил в последние семь лет. Я не позволю! Я покончу с этим здесь и сейчас, а затем отпущу навсегда».

Тогда была такая же жаркая и спокойная погода. Было так же давяще душно, как обычно бывает в преддверии грозы. Это не было просто драматическим совпадением, которое каким-то образом осталось у нее в памяти...

— Опять на озеро Уилоу? — спросила тетя Либби тем вечером много лет назад. — В таком случае возьми плащ, погода вот-вот поменяется.

— Прежде чем поменяется, я уже буду дома, — заверила ее Хлоя, кладя в рюкзак полотенце и солнцезащитный лосьон.

Если честно, в тот момент она чувствовала себя этаким свободным птенцом. Школа окончена, осталось только узнать результаты государственных экзаменов. Ее лучшие друзья Джуд и Санди уехали за границу со своими родителями, а до нового учебного года в университете оставались еще длинные, скучные недели.

Иэн тоже уехал. Он участвовал в экспериментальной программе по прививке скота в Шропшире. А его частых звонков ей было недостаточно.

— Да, Иэн действительно достойный юноша. Мне и твоему дяде он очень нравится. Он будет хорошим ветеринаром и, вероятно, хорошим мужем, когда придет время, но об этом думать еще слишком рано и тебе, и ему. Наслаждайся, моя дорогая! Влюбляйся и так же легко отказывайся от привязанностей — в этом вся прелесть юности! Но ты должна помнить — тебе нужно окончить университет и начать карьеру. Не откладывай и не уходи от этого в сторону. — Тетя замолчала. — И не води за нос Иэна. Он заслуживает лучшего.

Никто не знает, что она хотела этим сказать... «Ну, это в стиле тети Либби, — думала Хлоя, крутя педали велосипеда. — Она сама, вероятно, забыла, как это бывает, когда, затаив дыхание, слышишь любимый голос. Или чувствуешь, как бьется сердце, когда он входит в комнату... Если тетя Либби вообще что-нибудь про это знает. Они с дядей хорошо прожили вместе, но...»

Во всяком случае, самой Хлое следует радоваться — она встретила мужчину своей мечты.

На озере никого не было, как и обычно в середине недели. Хлоя быстро переоделась в бледно-розовый купальник и нырнула, наслаждаясь водной прохладой. Доплыв до противоположного берега озера, она вернулась обратно, плывя медленно и с удовольствием.

Выйдя из воды, Хлоя подошла к камню, где оставила полотенце, села на него и начала сушить полотенцем волосы, пальцами расчесывая влажные пряди, повернувшись лицом к солнцу.

— Боже мой, маленькая Хлоя уже выросла! Кто бы мог подумать?

Удивленные слова, произнесенные мужским голосом, заставили ее резко вскочить и повернуть голову. И, прикрывая глаза, слушая, как сильно стучит сердце, она увидела, кто стоит перед ней на расстоянии нескольких ярдов.

— Дариус... мистер Мэйнард, я имела в виду. Что вы здесь делаете?!

— То же, что и ты. Или, по крайней мере, так планировал.

Он подошел к ней поближе и остановился совсем рядом:

— Не хочешь поменять свое имя на Лорелею, моя крошка?

Хлоя покраснела от его испытующего взгляда, внезапно осознав — этот купальник слишком мал для нее. Лучше бы она поехала купаться в Ист-Ледвик!

Она потянулась за старыми шортами и полосатой футболкой, взглядом давая понять: ее нижнее белье находится в рюкзаке.

— Я только переоденусь и уйду с вашего пути.

— Пожалуйста, не уходи! Ты же не хочешь, чтобы я чувствовал себя страшно виноватым, если тебе придется уехать из-за меня? Здесь много места для нас обоих. Кроме того, я думал, мы с тобой старые друзья...

«Это, наверное, его очередная нелепая шутка, — подумала Хлоя, — потому что я и Дариус Мэйнард никогда не были друзьями».

Она знала Дариуса с тех пор, как стала приходить в поместье почитать его ныне покойной матери. Леди Мэйнард давала сыну указание проводить Хлою до главной двери. И он шел рядом с ней, о чем-то болтая, старясь сгладить то молчаливое смущение, которое она испытывала, идя рядом с ним. Иногда Хлоя встречалась с ним, когда приходила в поместье, чтобы покататься верхом на одном из старых пони.

Но в последние два года она его практически не видела.

Миссис Терсгуд с ухмылкой говорила о Дариусе:

— Работает за границей, но больше похоже на то, что сэр Грегори ему заплатил, лишь бы он уехал от греха подальше.

Тетя Либби мягко пыталась возражать, а Хлоя только удивлялась: почему ее сердце было неспокойным?

Сейчас она уже не была той скромной школьницей, немеющей перед его мужским обаянием. Тогда почему у нее пересохло во рту? И как объяснить эту странную пустоту внутри?

— А я думала, вы уехали на работу, — сказала она.

— Я был там, только вчера вернулся. Подумал, что должен навестить некоторых людей и некоторые места, возобновить старые знакомства. И я рад, что начинаю с тебя.

Он начал расстегивать свою рубашку, а Хлоя смотрела вниз на свое полотенце, изучая узоры. Всплеск воды дал ей знать, что Дариус купается в озере, предоставив ей тем самым идеальную возможность для исчезновения.

«Но я не хочу, чтобы Дариус знал — он причина моей тревоги», — подумала Хлоя.

Она взяла лосьон от солнца и нанесла его на руки, плечи, на небольшую выпуклость грудей чуть повыше чашек ее купальника, затем на живот и на длинные стройные ноги.

К тому времени, как он вернулся, очень стройный в черных плавках, откидывая влажные волосы со своего лица, она закрывала крышку на флаконе.

—Хороша водица?

— Не то слово — хороша, — покачал головой Дариус. — Кажется, это был наш последний шанс искупаться сегодня. Слышишь гром? — Он схватил полотенце и начал, вытирать капельки воды со своего загорелого тела.

Вытершись, Дариус встряхнул полотенце и расстелил его на траве, затем растянулся на нем почти рядом с Хлоей.

— Как будто вчера это было. Так как теперь все тебя называют? Мисс Хлоя Бенсон? — Он сорвал стебелек травы и лениво начал жевать, наблюдая за ней. — Ты сейчас на каникулах?

Она покачала головой:

— Я окончила школу. Мне предложили изучать английский в Лондонском университете, если результаты моих экзаменов будут достаточно хороши.

Дариус сел:

— Неужели? Боже мой, как это замечательно! Твоя семья, должно быть, гордится тобой?

Она смущенно улыбнулась:

— Кажется, да. И я тоже горжусь собой.

— Ну и что собираешься делать после окончания университета? Преподавать?

— Журналистика. Хочу начать с нее. — Она слегка покраснела. — Я всегда мечтала стать писательницей и когда-нибудь, когда я лучше стану разбираться в жизни, напишу роман.

— Это событие стоит отметить, — сказал Дариус и пошел в сторону дорожки, где стоял его «лендровер».

Вскоре он вернулся, и Хлоя увидела у него в руках бутылку шампанского и бумажный одноразовый стаканчик.

— Не хрусталь, конечно, и шампанское не такое холодное, как должно быть. Но что поделаешь...

Она открыла рот от изумления:

— У вас всегда есть шампанское в машине?

— Нет, — сказал он, удаляя фольгу. — Это прощальный подарок.

Инстинктивно, сама не зная почему, Хлоя поняла — вино от женщины.

Она с интересом наблюдала, как он открыл бутылку с легким хлопком, а затем налил искрящееся шампанское в стаканчик, не пролив ни одной капли.

— За твой первый бестселлер! — сказал Дариус и отпил прямо из бутылки.

— Это очень мило с вашей стороны, — замялась она, — но не думаю, что мне следует это делать.

Его брови поднялись.

— А почему нет? В твоем возрасте все виды удовольствий вполне законны. А это одно из них. Здесь нет наркотиков, а содержимое твоего стаканчика позволит тебе управлять велосипедом, поэтому нет никаких причин для волнения.

— А я и не волнуюсь, — сказала Хлоя быстро.

— Скорее всего, испугалась, — кивнул он. — Но ты в полной безопасности! Если я обижу тебя, мне придется иметь дело с тетей Либби, а это очень страшно!

Хлоя подняла стаканчик и выпила, чувствуя, как пузырьки щекочут ей горло.

— Вы так говорите, как будто мой успех заранее предопределен.

— Может быть потому, что я твердо верю в это. Хотя, готов держать пари, ты будешь актрисой, а не писательницей.

Она сделала еще один глоток:

— Почему?

— Я помню, как ты читала моей матери, как произносила слова, входила в образ. Ты заставляла книги оживать, и это доставляло моей матери истинное удовольствие. — Дариус задумчиво улыбнулся. — Ты ей очень нравилась.

— Очень приятно это слышать, — смутилась Хлоя. — Мне она тоже очень нравилась... На самом деле я некоторое время увлекалась театром, но те чтения для вашей матери показали мне, каким образом пишутся различные истории. Мне больше хочется выразить все своими словами, чем просто передавать то, что пишут другие. Если в этом есть хоть какой-нибудь смысл...

— Ты все еще приходишь в поместье, чтобы помочь с пони?

— Да, но это скоро закончится. Артур говорит, мистер Мэйнард хочет продать их. Хотя они такие милые и все еще сильные и здоровые. Я... я подумала, он захочет оставить их для своих будущих детей.

Дариус добавил ей шампанского.

— У него совершенно другие планы. Кстати, Леди Мунрайз тоже хотят продать.

— Кобылу миссис Мэйнард? Но почему?

— Слишком нервная.

— Ничего подобного! — гневно сказала Хлоя. — У нее замечательный характер.

— Я говорю о наезднице, а не о лошади. Наша Пенни оказалась совсем не деревенской девушкой и предпочитает четыре колеса четырем ногам.

— О-о-о, — протянула Хлоя. — Тогда это позор. Ведь мистер Мэйнард такой замечательный наездник! Мой дядя сказал, его попросили стать хозяином охоты в следующем сезоне.

— Я слышал. Согласно нашей старой доброй традиции, как это делали отец и дедушка, — добавил Дариус, пожимая загорелым плечом.

В небе сверкнула молния, и он, хмурясь, посмотрел вверх:

— Самый подходящий момент, чтобы одеться и уехать отсюда. — Он вылил остатки шампанского на траву. — Я спущусь к воде, а ты можешь переодеться за этими деревьями. Только поторапливайся.

Ее колебание было мгновенным. Она как раз застегивала молнию на шортах, когда в небе сверкнула молния и с неба стали падать крупные капли.

Когда Хлоя вышла на дорожку, Дариус присоединился к ней.

— Садись в машину, — предложил он, — я положу твой велосипед в багажник.

— Да, но не могла бы я попросить...

— Нет. — Он дал ей ключи. — Сейчас же беги, а то промокнешь насквозь.

Дождь уже лил как из ведра.

Хлоя взобралась на пассажирское сиденье и ждала Дариуса с сильно бьющимся сердцем, в то время как он подкатил велосипед и загрузил его в багажник.

— Но мы не можем сказать, что нас не предупреждали, — прокомментировал Дариус, заводя джип. Дождь глухо стучал по крыше автомобиля. — Жаль, что наше празднование закончилось так быстро! Но таково английское лето. — Он посмотрел на Хлою: — Не намокла?

— Со мной все в порядке. — Хлоя сидела прямо, держа руки на коленях. — Очень любезно с вашей стороны.

— А ты как думала? Неужели я позволю будущему лауреату Букеровской премии подхватить пневмонию?

Перед фермой Дариус сказал ей:

— Ну вот, приехали, иди домой и сушись. Я, конечно, откажусь от твоего любезного приглашения зайти на чашечку чая, — сказал он, вынимая велосипед из багажника. — Так что давай скажем друг другу «до скорой встречи». — Он помедлил, затем добавил: — А когда издадут твой первый роман, обещаю — открою еще больше шампанского и искупаю тебя в нем.

Он послал Хлое воздушный поцелуй, сел в машину и отъехал, оставив ее с открытым ртом.

Тетя Либби ждала племянницу на крыльце.

— Мое милое дитя, я знала, что погода поменяется. Ты, должно быть, промокла до ниточки! Я приготовила для тебя ванну.

— Я едва намокла, — ответила Хлоя и спустя минуту решила продолжить: — Меня подвезли.

— Кто-то поступил благородно, — сказала тетя по пути на кухню, где занялась приготовлением чая. — И кто же это был?

— Ты не поверишь, это был Дариус Мэйнард.

— Дариус? — Тетя Либби медленно закрыла крышку чайника. — Я думала, он в Ирландии работает на конном заводе. А где ты с ним встретилась?

— Он только вчера вернулся. А встретились мы внизу у озера. Он приходил туда искупаться, как и я.

— Понимаю, — сказала тетя Либби тоном, подразумевающим — данное открытие ее не очень обрадовало. Она налила чай в две чашки и подала одну племяннице. — Думаю, он вернулся ради бала «День рождения». Приглашения были разосланы еще на прошлой неделе, поэтому его визита стоило ожидать.

Хлоя удивленно посмотрела на нее:

— Ты говоришь так, как будто он постоянно должен отсутствовать.

— Может быть и должен, — резко сказала миссис Джексон. — Это уже закономерность: если Дариус где-то поблизости, то жди неприятностей! Не всегда его отсутствие, особенно последнее, было по собственному желанию. — Тетя покачала головой. — Но может быть, это не совсем его вина. С одной стороны, он так сильно отличается от отца и брата, а с другой — быть вторым сыном и не участвовать в управлении поместьем тоже незавидная ситуация. Может быть, поэтому Дариус такой... дикий. Хочет показать, что он другой, не такой, как они. И даже нарушает при этом закон.

— Закон? — повторила Хлоя. — Я не понимаю...

— А тебе и не надо понимать, — сказала тетя Либби. — Держись от него подальше, моя дорогая, — добавила она довольно жестко, — и от его внешней красоты тоже.

— Но он мне даже не приглянулся, — возразила Хлоя, делая глоток обжигающего чая и надеясь, что это замаскирует запах вина.

Через пару дней по всей деревне поползли слухи — Дариус снова уехал из поместья, на этот раз в Лондон.

— Никак не угомонится, — таково было мнение миссис Терсгуд. — Не может жить на одном и том же месте больше недели. Никогда не мог и вряд ли когда-нибудь сможет.

Хлоя почувствовала облегчение — теперь она может ходить спокойно, без опасения встретиться с Дариусом. Именно его отсутствие побудило ее принять предложение из поместья, переданное через ее дядю. Ей сообщили — она может приехать завтра пораньше, чтобы успеть попрощаться с пони.

— Ну ладно, — вздохнула Хлоя. — Хотя я не понимаю, почему мистер Мэйнард решил их продать, когда они обе еще не такие старые? Какой в этом смысл?

— Пони уедут к новым хозяевам, и те будут их любить и жалеть, поэтому смысл есть. И обе лошадки продаются вместе. — Дядя Хал нежно положил руку на ее плечо, затем вышел из-за стола. — Я могу подбросить тебя до поместья, но обратно придется возвращаться пешком.

Хлоя быстро переоделась, заправив голубую рубашку в брюки для верховой езды.

Дядя подвез ее к воротам поместья. Хлоя уже направилась к конюшне, когда услышала гудок автомобиля у себя за спиной. С мрачным предчувствием она повернулась и увидела Пенни Мэйнард, которая весело махала ей рукой из своей «альфа-ромео».

— Запрыгивай! — крикнула она. — Слишком жарко, чтобы идти пешком.

Как всегда, Пенни была неотразимой в белой юбке и блузке цвета фуксии. Ее пепельные волосы были аккуратно подстрижены до плеч, а синие, как море, глаза окаймляли искусно подкрашенные длинные ресницы. Пенни всегда была стройной как тростиночка, но сейчас она показалась Хлое слишком худой, даже изможденной.

— Мне так жаль расставаться со своими друзьями, — сказала Пенни, когда машина отъехала. — Но ты была единственной, кто по-настоящему заботился о них. Эндрю наконец-то признал: я никогда не смогу разделять его страсть к лошадям. Если честно, я не очень расстроена, что они уезжают.

В ее голосе слышалась какая-то странная, непонятная для Хлои нотка.

— Думаю, это так, — пробормотала она в ответ.

— В брачных договорах идет речь только о деньгах, — продолжала Пенни. — Но я считаю, нужно вписывать туда много чего еще — например, лошадей, чтобы каждый знал, с чем останется, и чтобы не было послесвадебных сюрпризов. Ты не согласна со мной?

— Я не знаю, — ответила Хлоя, — но мне кажется, невозможно включить все. Кроме того, разве возможность изучать друг друга не является радостью супружеской жизни?

— Радостью супружеской жизни? — машинально повторила Пенни. — Да, ты права. Именно это я и хотела сказать! — она расхохоталась. — О, мой мудрый философ!

Она остановила машину около арки, ведущей во двор конюшни, и Хлоя вышла.

— Послушай, — сказала Пенни, — я действительно благодарна тебе за заботу о пони и Леди Мунрайз, и мне очень жаль, что верховая езда не по мне... По крайней мере, это оправдало бы мое существование здесь...

Она так быстро отъехала, что от колес автомобиля во все стороны разлетелся гравий.

«Что она хотела этим сказать?» — задумалась Хлоя.

Пенни Мэйнард была на целых шесть лет старше ее. И до сих пор, как большинство местных жителей, Хлоя восхищалась ею на расстоянии. Конечно, они не общались, лишь соблюдали минимум формальностей во время нечаянных встреч на мероприятиях — таких, как ежегодный сельский концерт, например, или фестиваль цветов.

В конюшне Артур Норрис привязывал Леди Мунрайз. Он поприветствовал Хлою своим обычным хмурым кивком.

— Пони в первом загоне, — сказал он, — а пока, если хочешь, можешь сделать несколько кругов на Леди Мунрайз и попробовать перепрыгнуть несколько препятствий, не слишком высоких конечно. Но сначала удостоверься, что она в хорошем расположении духа, на ней еще никогда не ездила такая молодая девушка.

— Тогда ей повезло. — Хлоя пробежалась рукой по шее лошади, слушая в ответ ее ржание.

Она вытащила из рюкзака полиэтиленовый пакет с кусочками яблок и моркови и пошла к первому загону. Пони встретили ее у забора, забавляясь, толкая друг друга и тыкаясь мордами то в руку, то в плечо. Хлоя покормила их и погладила.

Затем Артур вывел во двор Леди Мунрайз, и Хлоя поднялась, вытирая слезы. Она села на кобылу и поехала в другой загон.

Она подъехала к старту и преодолела на лошади первое низкое препятствие. Леди Мунрайз справилась с ним великолепно, продолжая легко преодолевать все остальные. Но когда они подъехали к самому последнему, Хлоя краешком глаза заметила движение около калитки загона и поняла: к ним кто-то присоединялся.

Хлоя попробовала вновь сконцентрироваться, но ритм езды ее лошади был нарушен. Леди Мунрайз неуклюже взлетела, споткнулась при приземлении, и Хлоя полетела вниз, ударилась о землю и так и осталась лежать у ног Дариуса Мэйнарда.

Глава 7

Дариус стоял рядом с ней.

— Ну, я видел более элегантные приземления. Ты ничего себе не сломала?

— Нет, только ушиблась. — Хлоя села, вся дрожа.

— И еще вся... расстегнутая, — сказал он мягко.

Следуя за его взглядом, Хлоя посмотрела вниз и, к своему ужасу, обнаружила, что одна из маленьких перламутровых пуговиц на ее рубашке оторвалась во время падения, обнажая молодую упругую грудь еще больше, чем открытый купальник.

— Естественно, у меня нет возражений, — добавил Дариус, смеясь, — но у бедного Артура может случиться сердечный приступ.

«Ну вот! Ко всему прочему можно добавить и насмешку!» — подумала Хлоя, смущенно пытаясь прикрыть грудь.

Она с облегчением встретила Леди Мунрайз, когда лошадь подошла и опустила к ней морду. Теперь Хлоя могла спрятать свое горящее лицо на опущенной шее лошади.

— Мне очень жаль, милая. Это все моя вина... — прошептала Хлоя.

— Она уже знает об этом, — сказал Дариус решительно. Он отряхнул свои элегантные черные брюки от травы и протянул ей руку: — Вставай, моя девочка, и снова садись на спину Леди, восстанови ее веру в тебя, преодолев вместе с ней последнее препятствие. Сейчас самый походящий момент.

Хлоя молча подчинилась. Да у нее и не было иного выбора, когда он поднимал ее, крепко держа сильными руками. Она не привыкла быть побежденной и чувствовала себя крайне подавленно.

Она с трудом села в седло, сделала глубокий успокаивающий вдох и поскакала, как ей было сказано. В этот раз Хлоя не сделала ни одной ошибки, и Леди Мунрайз перепрыгнула через планку и мягко приземлилась, как если бы наступила на бархат.

Когда Хлоя подъехала на лошади к конюшне и уже хотела слезть, подоспел Дариус и помог ей вылезти из седла, бережно взяв за талию и поставив на землю.

— Спасибо, — постаралась сказать она как обычно, но его руки все еще держали ее за талию, поэтому это было больше похоже на писк. Она сделала шаг назад, сняла шляпу и распустила волосы. — Я... я присмотрю за Леди.

— Артур сделает это. А мне было велено привести тебя в дом.

Она колебалась, уставившись на травяное пятно на своих брюках:

— Меня ждут дома.

— Пенни позвонила на ферму, предупредив, что ты останешься на чай. И не жди от нее особого сочувствия, — он взял носовой платок и вытер след от грязи на ее щеке, — но зато ты сможешь привести себя в порядок.

Хлоя покрылась пунцовой краской, когда осознала, как ужасно выглядит. И с легким протестом согласилась.

Она ни разу не была в доме со дня смерти леди Мэйнард, но он совсем не изменился — зал, где пол выложен старыми плитами, семейные портреты в деревянных рамках на облицованных панелями стенах давали ощущение защищенности и прохлады после палящего солнца. Единственным ярким предметом в зале была большая серебряная ваза на столе.

В гостиной около одного из средних окон стояла Пенни и смотрела в сад. При их появлении она повернулась и посмотрела на Хлою:

— Боже мой, что с тобой случилось?

— Я упала, — призналась Хлоя.

— С одного из этих нежных и благородных созданий моего мужа? — поддразнила ее Пенни. — Мне с трудом верится в это. — Она сделала шаг вперед. — Ты выглядишь так, как будто тебя сначала закопали, а потом попрыгали сверху. Я отведу тебя в свою комнату и помогу привести тебя в порядок. — Она посмотрела на Дариуса: — Скажи миссис Вернон, чтобы она подавала чай через двадцать минут.

Комната Пенни отличалась бледными, пастельными тонами. Гладкие современные линии, низкая широкая диван-кровать...

— Эндрю предложил мне переделать все на свой вкус, — небрежно бросила она через плечо, — и я поймала его на слове.

— Красиво, — кивнула Хлоя.

«Красиво, но совсем не подходит по стилю такому старинному дому, как этот», — подумала Хлоя. Она не могла себе представить, как чувствует себя широкоплечий Эндрю во всем этом женском великолепии. Но, без сомнения, он считал, что его модная жена заслуживает такой обстановки.

Ванная комната стала еще одним сюрпризом — цвета слоновой кости и в позолоте, она больше походила на салон красоты, чем на место, где моются и чистят зубы.

Хлоя вздрогнула, увидев свое отражение в одном из зеркал — грязная, взлохмаченная. Только рубашка была относительно чиста.

— Прими душ, если хочешь, — предложила ей хозяйка. — Там куча полотенец. А я подберу тебе что-нибудь из своей одежды. Мы с тобой почти одного размера.

— Я не хочу доставлять вам лишних хлопот, — сказала Хлоя. Но это был только видимый протест. Ее глаза заблестели при виде стильной душевой кабины.

— А ты их и так не доставляешь! — последовал быстрый ответ, но сопровождающая его улыбка показалась Хлое наигранной. — Спускайся вниз, когда будешь готова.

Каскад горячей воды подействовал как бальзам на ее побитое тело. Когда Хлоя вернулась в спальню, вместо ее брюк на кровати лежали пара дизайнерских джинсов, а также белая шелковая блузка с короткими рукавами и фен для сушки волос.

Джинсы пришлись ей впору, но Пенни была немного выше, поэтому пришлось подвернуть края брюк. А вот блузка оказалась немного великовата. «Но зато никаких несчастных случаев с пуговицами», — решила Хлоя, и ее лицо загорелось пунцовой краской.

Одевшись, она скромно присела за трюмо, где стояло множество флаконов с духами и баночки с кремами, молясь, чтобы ничего не задеть и не разбить.

Причесываясь, Хлоя в то же время изучала комнату, вспоминая огромную кровать с балдахином леди Мэйнард и элегантное кресло-качалку около окна, где хозяйка поместья любила проводить время в последние дни своей жизни.

Леди Мэйнард верила в традиции. Иногда после чтения, если самочувствие позволяло, она разговаривала с Хлоей, вспоминая свое детство, оживляя прошлое с тоскливой нотой в голосе. Она также рассказала историю поместья, которую составляла в последние годы, но с сожалением призналась, что не успеет ее закончить.

— Кто-то должен закончить историю поместья вместо меня, — сказала она тогда.

«Интересно, где сейчас этот труд?» — подумала Хлоя, выключив фен и поднявшись.

Когда она спустилась вниз, миссис Вернон как раз закатывала столик с чаем в гостиную.

— Как ты вовремя! — сказал Дариус, отбрасывая в сторону книгу «Лошади и собаки» и поднимаясь с дивана.

Он пробежался по ней взглядом, оценивая, как сидят на ее стройных бедрах и длинных ногах джинсы, а затем его глаза остановились на белой блузке.

Хлоя села на самый дальний стул от дивана, до которого Дариус вряд ли смог бы дотянуться.

Пенни вела себя как внимательная хозяйка, предлагая гостье сэндвичи с огурцом, булочки с джемом и кремом, а также торт «Мадейра», который оказался даже воздушнее, чем у тети Либби.

«И как ей удается оставаться такой стройной при таком поваре, как миссис Денвер, и обилии еды?» — удивилась Хлоя.

Пенни говорила без умолку — так, что не требовалось слов от присутствующих. Пенни рассказывала, как замечательно, что она едет учиться в Лондон, как там много всего интересного!

Хлоя была рада, что не должна вмешиваться в ее болтовню. В комнате чувствовалось напряжение, которое было заметно всем.

«Это из-за Дариуса», — подумала она, остро чувствуя его присутствие в другом конце комнаты, где он сидел, ослабив шелковый галстук и расстегнув верхние пуговицы рубашки. На его лице играла полуулыбка.

Наконец Хлоя встала и, поблагодарив Пенни за вкусный чай, сказала — ей пора домой. Предложение подвезти ее домой она отклонила — прогулка пешком пойдет ей только на пользу.

— Не ставьте меня в еще более неловкое положение, — добавила Хлоя.

— Но ты обязательно должна взять это приглашение на бал «День рождения».

И Пенни вручила ей квадратный белый конверт, который был адресован не только дяде и тете Хлои, но и впервые лично ей.

Девушка неловко держала его в руке, чувствуя себя Золушкой.

— Спасибо, мне нужно еще зайти в конюшню, забрать свой рюкзак. — Она выдавила улыбку. — Еще раз всем спасибо и до свидания.

В спешке Хлоя уже почти добралась до арки, когда увидела Дариуса, шедшего за ней.

— Вам действительно не стоит меня провожать, я знаю дорогу.

— Не сомневаюсь в этом.

Дариус последовал за ней в конюшню и, прислонившись к двери, наблюдал, как она положила приглашение в рюкзак. Было очень тихо, только слышалось счастливое чавканье Леди Мунрайз, лежащей на сене, и воркование голубя в стропилах.

«Кругом никого, даже Артура нет», — почему-то подумала Хлоя.

— У меня есть кое-что для тебя. — Дариус вытащил из кармана маленький пузырек с таблетками и ухмыльнулся, видя ее удивленные глаза. — Не бойся, это не наркотики и не отрава. Это таблетки с арникой от синяков. Уверен, у твоего дяди такого добра полно, но считай это моей заботой о тебе.

«Дариус Мэйнард, — горько подумала Хлоя, когда приняла пузырек и, поблагодарив, положила в рюкзак, — король обезоруживающих жестов».

— Я отвезу тебя домой, — добавил он.

— Нет! — ответ ее прозвучал так резко, что он насмешливо поднял брови.

— Хлоя, моя дорогая, — мягко сказал Дариус, — что я могу сделать, чтобы доказать тебе: ты можешь полностью доверять мне?

— Ничего! Я знаю, для тебя это просто развлечение, но я не хочу в нем участвовать. Почему ты не поймешь это и не оставишь меня в покое?

— Не оставлю, потому что это не развлечение, — сказал он с внезапной резкостью. — Почему ты этого не понимаешь?

Он сделал шаг вперед, обнял Хлою за плечи и притянул к себе.

У нее перехватило дыхание. Она подняла руки и положила ему на грудь, чтобы оттолкнуть. Но он склонил голову, и его губы прильнули к ее губам. Дариус нежно исследовал их мягкие контуры, как будто бы ее рот был какой-то неизведанной территорией, которую он собирался открыть. И Хлоя поняла — уже слишком поздно. И возможно, было поздно всегда...

Одна его рука опустилась вниз на ее бедро, словно требуя еще более интимной близости с ним. Другая мягко гладила нежную линию ее шеи, изящные раковины ушей, затем передвинулась на затылок, и его пальцы утонули в мягком темном каскаде ее волос.

Наконец она разомкнула губы, и он проник во внутреннюю сладость ее рта. Хлоя почувствовала атласную гладкость его языка, с которым она играла с таким чувственным наслаждением, которого еще никогда не испытывала. Ее тело как будто пронизывало током, поражая ее невинность. В эти восхитительные моменты Хлоя осознала силу собственной сексуальности.

Его поцелуй становился более глубоким и страстным. Ее руки скользнули к нему на плечи, затем обвились вокруг его шеи. Она гладила его гладкие как шелк волосы.

Они стояли, обнявшись и слив свои уста и тела. Впервые Хлоя почувствовала — ее одежда была барьером. Ей показалось — ее грудь расцвела и готова была разорвать бюстгальтер, чтобы прижаться к твердой мускулатуре мужской груди. И она захотела от него избавиться, избавиться от всего...

И, как будто в ответ на ее невыраженную просьбу, Дариус передвинул руку с бедра на ее талию, затем еще выше и, отодвинув чашку бюстгальтера, нежно взял в руки холмик ее груди. Подушечкой большого пальца он теребил чувствительный розовый сосок, преднамеренно вызывая сексуальное пробуждение. У Хлои перехватило дыхание, и она издала стон.

Она слышала, как и Дариус простонал, назвал ее по имени. Он медленно закончил поцелуй и начал целовать ее виски, закрытые глаза, линию скул и уголки ее рта, прикасаясь к ним так нежно, как будто крыло бабочки.

Хлоя подняла опущенные веки и посмотрела в его изумрудные глаза.

И тут Дариус сказал хриплым голосом:

— Нет, только не здесь, моя милая. Нет, только не так.

Он поправил ее одежду и крепко обнял ее. Они долго стояли так. Его руки почти замерли, лицо было спрятано в ее волосах. Затем Дариус выпрямился, чуть отодвинул Хлою от себя и посмотрел на нее с легкой жалостью:

— А сейчас я действительно хочу отвезти тебя домой.

— Так, значит, чай в поместье... — сказала тетя Либби. — И ты хорошо провела время?

Хлоя встретилась с вопросительным взглядом тети, стараясь сохранить самообладание.

— Да, миссис Мэйнард была очень добра. Я должна постирать и погладить вещи, которые она любезно мне одолжила, и вернуть их. — Хлоя вручила тете квадратный конверт: — А это тебе.

Брови тети приподнялись, когда она вытащила приглашение и прочитала его.

— Вижу, ты тоже приглашена. Но думаю, ты не захочешь пойти.

— А почему нет?

— Да просто я вспоминаю, как ты совсем недавно всячески отгоняла такую мысль, описывая бал как сборище старомодных людей, танцующих вальс святого Бернарда, — холодно ответила тетя Либби.

Хлоя покраснела:

— Я действительно так раньше думала.

— Так почему же ты так резко поменяла свое мнение? — Миссис Джексон не сводила с племянницы проницательного взгляда.

— Вероятно, потому, что это единственная моя возможность сходить туда, — она выдавила улыбку, — и посмотреть, насколько я была права. А потом я уеду учиться в университет, затем буду искать подходящую работу, так что...

— Нет, — задумчиво сказала тетя Либби, — ты недоговариваешь. — Она задумалась, затем быстро вздохнула. — Тогда мы пойдем втроем. И тебе нужно платье!

— В Ист-Ледвике есть место, где можно взять платье напрокат, — ответила Хлоя. — Или можно покопаться в магазинах секонд-хенд. Там оно будет стоить недорого.

— Вижу, ты уже все продумала, — сухо подытожила тетя Либби. — Мы поедем туда на следующей неделе и что-нибудь найдем.

* * *

Их поиски были недолгими. Женщина, работающая в магазине платьев напрокат, окинула Хлою быстрым взглядом и одобрительно кивнула:

— Хорошая стройная фигурка, со слегка завышенной талией. Я думаю, у меня есть для девушки отличное платье.

Она исчезла в задней части магазина и вернулась с завернутым в целлофан белым платьем, переливающимся серебристым блеском.

— Мне сказали, модель этого платья взята из нового фильма «Гордость и предубеждение», который выйдет в прокат только этой осенью, — сказала продавщица. — Но, что бы там ни говорили, оно великолепное!

И когда Хлоя посмотрела на свое отражение в зеркале, она не могла с этим не согласиться. Платье было с короткими рукавами, чуть расширяющееся книзу. Лиф соблазнительно выставлял напоказ выпуклости юной упругой груди.

— Живая Элизабет Беннет! — продавщица улыбнулась ей, затем повернулась к тете Либби: — Есть вероятность того, что на танец ее пригласит сам мистер Дарси?

— Абсолютно никакой! — отрезала миссис Джексон. — Такие мужчины существуют только на страницах книг. Но платье действительно очаровательное. Вряд ли нам попадется что-нибудь лучше этого, поэтому мы берем его.

Обувной магазин на Хай-стрит обеспечил их парой недорогих серебряных бальных туфель. Хлоя возвращалась домой в приподнятом настроении, в то время как тетя Либби всю дорогу молчала.

Когда они вернулись на ферму, тетя Либби резко сказала:

— Когда позвонит Иэн, не могла бы ты его попросить, чтобы он приехал на этот уик-энд? Я уверена, если мы попросим миссис Мэйнард, она даст нам еще одно приглашение.

Хлоя озадаченно посмотрела на тетку:

— Но это бесполезно. У ветеринаров непрерывная программа. Они работают даже в выходные дни.

— Но ты хотя бы попытайся! — тетя Либби стрельнула в нее взглядом. — Если, конечно, ты сама хочешь пойти с ним.

— Естественно, хочу! — Хлоя со стыдом распознала фальшивую нотку в своем голосе. — Я позвоню ему сегодня вечером.

— Боюсь, что не получится, — сказал ей Иэн невеселым голосом. — Нас и так тут мало. Крейг отъехал.

— Ничего страшного, — постаралась утешить его Хлоя, — это была просто неудачная идея.

Но когда она положила трубку и увидела свое отражение в зеркале, то, к своему стыду, вынуждена была признать: в ее глазах совершенно не было видно никакого разочарования.

За завтраком Хлоя сказала:

— Пойду поглажу вещи миссис Мэйнард, пора их вернуть. Я почти совсем о них забыла.

— Зато я не забыла, — спокойно сказала ее тетя, намазывая масло на тонкий ломтик хлеба. — Я привела вещи в порядок и отдала их твоему дяде, который и завез их в поместье пару дней назад.

— О-о-о. — Хлоя смотрела в свою тарелку, скрывая разочарование. — Мне бы не хотелось доставлять тебе лишних хлопот...

— Никаких хлопот, — ответила тетя Либби. — Для меня это истинное удовольствие.

И тогда Хлоя, кипя от негодования, оставила все как есть.

Но сейчас, оглядываясь назад, в прошлое, она понимала: ее тетя старалась быть мудрой. Она деликатно пыталась уберечь юную племянницу от первой реальной опасности в ее жизни.

«Она уже тогда все понимала, — подумала Хлоя. — Так почему же я ничего не видела?»

Глава 8

Наступил день бала. Платье выглядело на Хлое еще лучше, чем в магазине. Она вымыла волосы и накрутила на бигуди — получились красивые локоны. Подумав, Хлоя заколола их двумя серебряными заколками.

— Моя дорогая, ты потрясающе выглядишь! — воскликнул дядя Хал, когда она спускалась вниз по лестнице. — Ну разве она не картинка, Либби? Королева!

Ее тетя, элегантная в простом черном платье и надетом сверху расшитом блестками жакете, нежно улыбнулась и кивнула.

Танцевальный зал в поместье находился в задней части дома, пройти туда можно было через большую оранжерею. Именно здесь сэр Грегори рядом с Эндрю встречал своих гостей. Рядом с ним стояла Пенни, приводя всех в восторг облегающим платьем цвета фуксии. Но выражение ее лица с безупречным макияжем и аккуратно уложенной прической было жестким.

Дариуса нигде не было видно.

Когда Хлоя остановилась перед Пенни, чтобы сказать ей: «Добрый вечер», та слегка кивнула, затем отвернулась и позвала Лоренса.

Высокий светловолосый юноша отделился от группы молодых людей и подошел к ним:

— Миссис Мэйнард.

— Это Хлоя Бенсон — племянница нашего местного ветеринара, — объявила Пенни. — Это ее первый бал «День рождения», поэтому позаботься, чтобы Хлое не было скучно, и познакомь с девочками ее возраста.

Лоренс, казалось, был не в восторге от предложенной ему роли присматривающей няни. Хлое это тоже не понравилось. Она представляла себе немного другое приветствие.

«И это только доказывает, каким скучным может быть бал», — думала она, когда шла следом за Лоренсом. Ее опасения полностью оправдались, когда одна из девушек из группы, к которой они приближались, сказала громким шепотом:

— А я думала, здесь будут танцы, а не бал-маскарад.

— Знакомьтесь, Хлоя Бенсон, — представил Лоренс. — Кстати, она местная.

— Действительно? — одна из девушек удивленно подняла брови. — Не помню, чтобы я видела тебя на празднике Святой веры.

Она имела в виду дорогостоящий школьный праздник для девочек, ежегодно проводящийся в другой части Ист-Ледвика.

Хлоя покачала головой:

— Я училась в школе «Фримонт».

— А-а-а, — протянула другая, — теперь я понимаю. Это многое объясняет.

— Ты думала, что сегодня бал-маскарад? — не унималась девушка, стоящая рядом с Хлоей, осматривая ее.

Краснея, Хлоя опустила голову:

— Нет. Просто надела платье, которое мне нравится.

Она сама оценивающим взглядом посмотрела на эту девушку. Ярко-красная тафта — не самый лучший выбор для девицы с такими пышными формами.

— Ну все, девочки, прекратите! — Вперед вышла девушка с каштановыми волосами и восхитительными карими глазами. — Лично я считаю, что ты замечательно выглядишь! В классическом стиле. — Она сделала паузу. — Кстати, я Фрэн. В столовой предлагают отличный пунш. Пойдем туда, выпьем за наше знакомство! — и, когда они вместе направились в столовую, добавила шепотом: — Не позволяй Джуди или Мэнди доставать тебя! Им обеим нравится Лоренс, поэтому ты представляешь для них серьезную угрозу.

— На самом деле между нами ничего нет, — сказала Хлоя открыто. — Просто миссис Мэйнард прикрепила нас друг к другу. Она, вероятно, решила, что делает доброе дело.

— Бог мой! — сказала Фрэн. — Никогда не считала ее благодетельницей. Эта леди всегда преследует только свои личные корыстные цели, я бы так сказала. — Специальным ковшиком она налила пунш в два стаканчика и протянула один Хлое: — За доброту, которая, несмотря ни на что, все-таки существует!

Хлоя сделала несколько осторожных глотков. Затем осмотрела комнату с равнодушным видом, боясь показать, что кого-то ищет. Но Дариуса нигде не было, и она почувствовала нарастающую волну разочарования.

«Расслабься, — сказала она себе, — самое время прийти в себя и начать наслаждаться вечером, каким бы он ни был».

Скоро к ним присоединилась целая группа молодых людей, и Хлоя оказалась в центре веселой компании ее возраста или чуть постарше. Большинство из них уже учились в университетах. Через некоторое время все отправились в танцевальный зал, и Хлою сразу же пригласили. Сначала брат Фрэн — Бас, который учился на втором курсе в Кембридже, а затем и другие ребята.

Смеясь, Хлоя отказывала, говоря, что ей нужно немного передохнуть, как вдруг мурашки пробежали по ее спине, когда через плечо Крейга она увидела Дариуса, танцующего с высокой седой женщиной в темно-зеленом платье.

Ее сердце отчаянно застучало, и она покраснела.

«Я должна все это остановить, — сказала она себе с отчаянием. — Мне нужно остановить это прямо сейчас, пока я не выставила себя на посмешище!»

И она улыбнулась Крейгу, отчего его лицо засияло в ответ.

Дариус, казалось, даже и не догадывался о ее присутствии.

Наконец всех пригласили на ужин в столовую. На столе Хлоя увидела большие блюда с нарезкой из ветчины и говядины, лосось под майонезом, холодных цыплят под сливочным соусом, крабовые пирожки, тарталетки со спаржей и грибами, многообразие салатов и сыров, корзинки с хрустящим хлебом. А на десерт предлагались шоколадный мусс в вазочках, взбитые сливки с вином и сахаром в высоких стаканах, множество сладостей с клубничной начинкой и топлеными сливками.

Уже в самом конце ужина настала очередь тоста в честь этого праздника.

— Я попрошу вас отдать уважение моей бабушке Лавинии, — объявил сэр Грегори, и его голос эхом разнесся по большой комнате, — мне бы хотелось выпить и за всех других женщин, которые имели честь носить фамилию Мэйнард и были хозяйками этого дома. И конечно, за мою невестку Пенни, которая, я не сомневаюсь, сыграет эту роль с честью и достоинством. — Он поднял бокал с шампанским. — Мои друзья, леди и джентльмены, я пью за всех женщин семьи Мэйнард!

— За женщин семьи Мэйнард! — эхом раскатилось по столовой.

Хлоя сделала глоток и вдруг увидела, как покраснела Пенни во время речи сэра Грегори. Но через минуту она стала бледной как привидение.

«Боже мой, — подумала Хлоя, — она же сейчас упадет в обморок!»

Она ничем не могла помочь, сидя в самом углу. Вскоре Пенни повернулась и украдкой ушла.

Хлоя пила лаймовый напиток с содой, когда увидела, как Лоренс идет к ней с располагающей улыбкой.

— Пойдем, принцесса, — сказал он, когда подошел к ней. — Я думаю, нам пора потанцевать с тобой, не так ли?

— Боюсь, что нет, мой мальчик, — возразил высокий рыжеволосый мужчина, неожиданно появившийся рядом, — леди уже пообещала мне. У меня такое ощущение, — продолжал он, показывая Хлое на французские окна, открытые на террасу, — что мы должны немного посидеть там.

Хлоя попыталась отстраниться от него:

— Я не думаю, что мне следует...

— Доверься, моя милая. — И, крепко обняв, мужчина закружил ее в вальсе. — Не зря меня называют уважаемым Джеком Прендергастом.

— Я не слышала, чтобы о вас вообще говорили...

— Ну, тогда проверь это у нашего общего друга, — сказал он и подвел Хлою к темной фигуре, появившейся из темноты. — Вот она, мой друг, доставлена по вашему требованию. Перышки немного потрепаны, но, я думаю, вы справитесь с этим. — Джек широко улыбнулся. — Будьте счастливы, дети мои! — И мужчина пошел обратно к террасе, оставляя Хлою наедине с Дариусом.

— Прости меня за то, что пришлось прибегнуть к помощи плаща и кинжала. Но каждый раз, когда я хотел подойти к тебе, меня кто-нибудь перехватывал. Пришлось пойти на крайние меры. Я заручился поддержкой Джека, а сам отправился сюда другим маршрутом.

— Не могу понять — почему? — спросила Хлоя, гадая, отчего у нее перехватило дыхание — то ли от вальса, то ли оттого, что увидела Дариуса.

— А ты еще говорила, что хочешь стать писателем! — мягко упрекнул он. — Вам следует иметь больше воображения, мисс Бенсон.

Дариус обнял ее за талию, медленно притянул к себе, и они слились в темноте.

И хотя внутренний голос говорил Хлое: надо вырваться из его объятий и бежать туда, где люди, свет и безопасность, ее губы раскрылись в страстном ожидании поцелуя.

Его губы были страстными и нежными, и она ответила на их прикосновение. Хлоя прижалась к Дариусу всем телом, ее руки обвились вокруг его шеи, и она предалась сладкому исступлению момента.

Она чувствовала, как он жестко прижимал ее к себе, как его поцелуй становился все глубже, как его язык вторгался в ее рот с открытым сексуальным требованием. И она отвечала ему со всей страстью только что пробудившейся плоти.

Дариус наконец оторвался от нее:

— Боже мой, моя милая, ты хоть знаешь, что делаешь со мной?

— Да, — выдохнула она.

«Как я могу этого не знать, если с последней нашей встречи я ложусь и встаю с мыслью о тебе, если твои последние слова «нет, только не здесь, нет, только не так» не выходят у меня из головы».

Эти слова, сказанные им со страстным желанием, бередили ее разум, и ей хотелось довести все до конца. Хотелось узнать все.

Ее пальцы изучали черты и контуры его лица, поглаживая высокие скулы и твердый мужской подбородок. Она взяла его руку и поцеловала ее, затем прижала к своей чувствительной, упругой груди, к возбужденным соскам. Дариус застонал, когда начал ласкать ее и ловкими движениями попытался снять с нее платье. Но в этот момент оба услышали смех и разговор на другом конце террасы — они уже были не одни.

— Мы не можем оставаться здесь, — сказал Дариус со странной резкостью. — Я хочу быть с тобой наедине. Ты пойдешь со мной?

Он взял ее за руку, быстро уводя в угол террасы вниз по каменным ступенькам к широкой, посыпанной гравием дорожке, пока они не остановились перед боковой дверью в дом. Внутри обнаружился узкий проход, а в конце него — лестница, по которой они поднялись и дошли до стеклянной двери, сквозь которую просачивался тусклый свет. За дверью оказался коридор с толстым ковровым покрытием, которого Хлоя не видела во время своих предыдущих визитов, и она инстинктивно поняла, куда он ее ведет.

Дариус внезапно остановился, открыл какую-то дверь и затащил ее в комнату. Это была его спальня, как Хлоя уже догадалась. Но с первого взгляда она поняла — это не та комната, которую она ожидала увидеть. Помещение было небольшим, мебели мало — только кровать, накрытая простым стеганым зеленым одеялом, простой платяной шкаф из темного дерева и такого же цвета трюмо с зеркалом, а также небольшое кресло.

На стенах не было ни картин, ни каких-либо фотографий. И если бы Хлоя не увидела несколько расчесок и туалетных принадлежностей на трюмо, пару потертых джинсов с рубашкой на спинке стула, небольшую стопку книг на тумбочке около кровати и чемодан в углу комнаты, она бы подумала: это просто гостевая комната, временное прибежище для того, кто здесь только проездом, а не для сына хозяина дома.

Дариус снял свой смокинг и черный галстук, затем поднял Хлою. Она беспомощно отдалась его власти, когда он опустил ее на кровать, снимая туфли и чулки, прежде чем присоединиться к ней.

Какое-то время они лежали обнявшись. Затем Дариус начал медленно целовать ее, при этом медленные движения его рук изучали стройные изгибы девичьей фигурки через тонкую ткань ее платья, которое все еще было на ней. Он расстегнул пуговицы на спине платья, аккуратно спустил его с плеч, обнажая ее грудь и получая истинное наслаждение от прикосновения к ней. С чувственной нежностью он целовал и покусывал ее обнаженные соски.

Закрыв глаза, Хлоя откинулась на подушки, издавая легкие стоны от мучительного наслаждения, чувствуя, как твердеют ее возбужденные соски от искусной игры его языка.

— Господи, милая моя... — произнес он хриплым голосом.

И она испытала эротический прилив, в то время как его рука расстегивала оставшиеся пуговицы на ее платье. Наконец он снял его, оставив Хлою в одних белых кружевных трусиках.

Она что-то прошептала, смущаясь, затем неопытной рукой попыталась расстегнуть пуговицы на его рубашке, но не справилась — и Дариус помог ей. Небрежным движением он снял с себя рубашку и бросил ее на пол рядом с кроватью, затем притянул Хлою к себе и положил ее на свою гладкую загорелую грудь.

Хлоя крепко прижалась к нему, ожидая того момента, когда ее желание исполнится и она станет его частью, одной плотью с ним...

Дариус тихо назвал ее по имени и поцеловал с нарастающей страстью, его руки скользнули по ее спине и опустили ее трусики на пару дюймов, чтобы поласкать шелковую кожу ягодиц. Еще немного — и они были сняты, оставляя Хлою совершенно обнаженной.

Теперь Дариус откровенно любовался девушкой — это тело цвета слоновой кости, темно-розовые соски, плоский живот и темное пятно в месте соединения стройных бедер...

— Тебе известно, какая ты красивая? Какая восхитительная? Моя милая, славная девочка! — И его рука устремилась к изгибу ее бедра.

Хлоя беспомощно задыхалась от наслаждения, когда ее тело ответило на это новое и разрушительное чувство. Ее собственные пальцы сжимали широкие мужские плечи.

Дариус сам освободился от брюк и нижнего белья, отбросил одежду в сторону и притянул ее к себе. Хлоя почувствовала, как он возбужден. Простонав, она вся открылась ему. Еще никогда мечта не уводила Хлою столь далеко, захватывая разум, тело и душу и заставляя ее гореть и таять в мужских объятиях. Она готова была расстаться со своей невинностью без всякого сожаления.

Но в глубине душе она знала — это оттого, что она находится в руках мастера искусства обольщения, что сопротивляться ему невозможно, даже если захочешь.

Он нащупал чувствительный холмик и нежно прикоснулся к нему своим горячим естеством, пробуждая к сладкому и волнующему пику наслаждения. Но когда он начал проникать в нее глубже, Хлоя вздрогнула от боли.

Дариус немедленно остановился:

— Я сделал тебе больно?

— Нет... да... Просто я еще никогда... — пробормотала она и замолчала в смущении.

Вот сейчас Дариус опять возьмет ее на руки и успокоит, скажет, что он сделает ее женщиной... И это будет незабываемо прекрасно!

Но наступила странная тишина, а затем он сказал очень тихо:

— Конечно, как я раньше не понимал этого? Как же я был слеп!

Хлое стало страшно — неужели он потерял интерес к ней? И, колеблясь, она спросила:

— Что-то не так?..

— Да, все не так, — ответил он и подвинулся к краю кровати, стараясь дотянуться до своей одежды, в то время как Хлоя с застывшим взглядом смотрела на его голую спину. — Но я принципиально не хочу требовать от тебя такой жертвы. И слава богу, что ты открыла мне глаза, прежде чем я успел причинить тебе вред.

— Я не понимаю... — сказала она дрожащим голосом, — я думала, ты хочешь меня...

— А кто не захочет тебя, моя милая? — ответил он, но от этих слов ей не стало легче. — Ты красивая и очень аппетитная, но у меня нет права красть твою невинность в короткой и мимолетней близости.

— Но для чего ты меня привел сюда?

Он вкратце объяснил ей для чего. И Хлоя слушала его, сгорая от стыда, прикрыв лицо руками. А он даже не смотрел в ее сторону.

— Я предлагаю тебе одеться, — продолжал Дариус. — Я оставлю тебя одну, но тебе понадобится помощь с этими ужасными пуговицами.

Чувствуя комок в горле, она сказала:

— Я сама справлюсь, спасибо.

— Тогда я пойду. Естественно, будет лучше, если мы спустимся вниз поочередно, — сказал он резким, почти бесстрастным тоном. — Если ты пойдешь отсюда направо, а затем в конце коридора повернешь налево, то выйдешь прямо к длинной галерее.

Уже около двери, держа в руке галстук и смокинг, он обернулся. При свете лампы его лицо было неузнаваемым, холодным и... слегка измученным.

— Это не должно было заходить так далеко... Прошу простить меня и поверить — если мы расстанемся прямо сейчас, это будет лучше для нас обоих. Когда-нибудь ты поймешь меня.

Глава 9

Хлое, приютившейся на подоконнике, было холодно и неудобно, но не это было причиной ее слез. Воспоминания о событиях семилетней давности еще больше разбередили старую и так и не зажившую рану.

В ту ночь после бала она тоже горько плакала. Это были рыдания навзрыд, от которых сердце рвалось на части. У нее хватило сил объяснить своим дяде и тете причину своего исчезновения. Она, мол, плохо себя почувствовала после ужина и решила погулять на свежем воздухе.

— Ты похожа на маленькое привидение. — Тетя Либби внимательно осматривала Хлою, нахмурив брови. — Завтра не вскакивай чуть свет. Спи сколько хочешь.

Хлоя именно так и поступила. Проснувшись в полдень, она приняла ванну, надела джинсы и футболку. Посмотрев на свое отражение в зеркале, увидела — ее лицо побледнело, а под глазами образовались темные круги.

На кухне дядя Хал с угрюмым лицом разговаривал с тетей Либби. Своим появлением Хлоя прервала их беседу.

— Извините. Что-нибудь случилось? — спросила она.

— Нет, — сказала тетя Либби, явно расстроенная, — просто получили свежую новость, но я сомневаюсь, что она правдоподобная. Мне ее передала миссис Терсгуд.

— Что?.. — Хлоя почувствовала внезапный озноб. «Боже мой, неужели кто-то увидел, как я уходила из его комнаты? Неужели им все уже рассказали?» — в страхе размышляла она.

— В поместье серьезные проблемы, — сказал дядя Хал кратко. — Миссис Мэйнард, то есть Пенни, бросила Эндрю и убежала с его негодным братом. Говорят, сегодня утром их застали вместе в его спальне, как это там говорится: «при компрометирующих обстоятельствах», — последние слова он произнес с отвращением. — Никто не знает, как давно это длится. Разразилась страшная ссора, — продолжал он, — крики, истерика и даже ругань. Сэр Грегори велел Дариусу навсегда покинуть поместье. И тот уехал, взяв Пенни с собой. Они оба навсегда убрались из дома. И никто не знает, куда они направились.

У Хлои в ушах стоял какой-то гул. У нее создалось ощущение, что она разговаривает с дядей и тетей где-то в тоннеле.

«Только бы не упасть в обморок», — подумала она.

Заговорила тетя Либби:

— А разве вы не заметили еще вчера вечером что-то неладное? Я не видела Пенни вместе с Эндрю, они даже не станцевали ни одного танца! Конечно, в каждом браке бывают тяжелые моменты, у кого-то раньше, у кого-то позже. Идеальных браков не существует, у всех бывают переходные периоды. — Она вздохнула. — Такая красивая пара! Все это слишком печально... Особенно тяжело сэру Грегори, который вынужден стирать свое грязное белье у всех на виду. — Она покачала головой. — Думаю, будет развод.

— Откуда вы все это узнали? — спросила Хлоя, удивляясь, что ее собственный голос звучал совершенно нормально.

— Племянница миссис Терсгуд помогала с уборкой после бала, — сказал дядя. — И как только началась ссора, они все вышли из зала, но, конечно, услышали все. Сэр Грегори говорил Дариусу, что у того нет ни стыда, ни совести. И если Дариус не уйдет по-хорошему, то он, сэр Грегори, лично выгонит его на улицу. Спустя некоторое время Дариус и Пенни спустились вниз с чемоданами, сели в машину и уехали. — Дядя поморщился. — Дариус всегда был так называемой черной овцой в семье Мэйнард — со своей страстью к женщинам и другими выходками. И посмею сказать, что многие подумают: «Наконец-то избавились!»

«От мусора. Разве не так заканчивается это выражение?» — задала Хлоя вопрос сама себе. И как она могла поспорить с этим, если Дариус, уже находясь в связи с другой женщиной, имел наглость совращать ее, девственницу!

«Но почему? — спросила она себя, чувствуя, что ее тошнит только от одной мысли: Дариус лежал с Пенни на той же самой кровати, где несколько часов назад он занимался любовью с ней, Хлоей! — Сколько женщин он может хотеть одновременно?»

И она была благодарна, что признание в девственности спасло ее. Может быть, это было провидением судьбы?

«Моя милая, славная девочка...» — так сказал он? И Хлою буквально затрясло от воспоминаний.

— Пора обедать! — засуетилась тетя Либби, поставив на стол миску с салатом и тонко нарезанные ломтики пирога с беконом.

И Хлоя должна была есть. Должна была сидеть за столом и слушать бесконечные догадки пожилой пары о случившемся в поместье, буквально заставляя себя проглотить что-нибудь, чтобы не сидеть с набитым ртом.

— Я думаю, Пенни совсем разум потеряла, — размышляла вслух тетя Либби. — Как можно быть несчастной с таким порядочным человеком, как Эндрю? И какая теперь будет у нее жизнь с этим ночным мотыльком?

«Но Пенни несчастлива, — подумала Хлоя. — Неужели этого никто не видел? Она всегда была раздражительной и такой хрупкой, что казалось: ее слишком легко сломать...»

Дядя Хал пожал плечами:

— Возможно, это было просто влечением, и Пенни не ожидала, что все обнаружится. — Он покачал головой. — Что бы там ни было, но они сейчас вместе.

«Но были ли они вместе? — подумала Хлоя, слезая с подоконника. — Почему сейчас Пенни не в поместье вместе с Дариусом? Неужели их связь уже закончилась? А может, прощение сэра Грегори распространялось только на собственную плоть и кровь, то есть на Дариуса? Больше похоже на возвращение блудного сына... Да и какая мне теперь разница? — тихо спросила она сама у себя, вытерла слезы, высморкалась и отправилась спать. — Это было так давно, и у нас с ним разные судьбы...»

Она долго не могла заснуть, но когда наконец уснула, ей приснился сон, который уже давно не снился. Хлое снилось, что ее туго связали шелковыми веревками и она не могла сопротивляться, а в это время мужские губы и руки страстно исследовали ее чувствительное тело...

А когда Хлоя проснулась, ее кожа была влажной от пота и она вся дрожала, испытывая боль от сильного желания. В памяти всплыли его слова: «Моя милая, славная девочка...»

— Итак, у них вновь бал «День рождения», — с ухмылкой сообщила миссис Терсгуд. — Снова напрашиваются на неприятности, я бы так сказала. Интересно, а в этот раз кто с кем убежит?

Хлоя с непроницаемым лицом положила письмо на весы:

— Отправьте во Францию, пожалуйста.

— Во Францию? — миссис Терсгуд надела очки и, изучая адрес, спросила: — Нашла себе там работу, не так ли?

— Нет, — сказала Хлоя, — у меня подруга сейчас на Ривьере.

— Дариус Мэйнард был в Лондоне некоторое время. Вполне возможно, у него там женщина, — продолжала сообщать всем новости миссис Терсгуд.

Хлоя, видя позади себя очередь из любопытных зевак, прикусила губу и заставила себя думать о Тане. В открытке, которую она получила за два дня до этого, подруга писала: «Небо серое. Холодный северный ветер дует всю неделю. Дети чересчур активные. Их родители уехали с друзьями в Италию, а я невольно застряла здесь. Помоги!»

«Плохо, что я не могу ничем помочь Тане», — подумала Хлоя, наклеив марки.

Ей пришлось приложить массу усилий, чтобы весело описать последние события, о которых она даже не хотела упоминать, — например, о завтрашней вечеринке в поместье, на которой, конечно, будет, а может быть и не будет присутствовать Дариус.

«За время моего отсутствия здесь столько всего произошло, — писала она подруге. — Я езжу на конные прогулки, гуляю с собакой и просто заново привыкаю ко всему. Мой дядя скоро уходит на пенсию, и я помогаю им делать в доме ремонт. Когда разберусь со всеми своими делами, мы с Иэном все спокойно обсудим и назначим день свадьбы».

Но поженятся ли они? Они встречались с Иэном пару раз в неделю. Он так и не пригласил ее в свой коттедж. Даже если, как утверждал Иэн, они опять находились в начале пути, их отношения были неясными и скорее затухали, чем разгорались.

— Я слышала, ферма продается, — прервала ее мысли миссис Терсгуд. — Ты тоже будешь вынуждена переехать куда-нибудь, посмею я спросить?

— У меня еще есть время, чтобы подумать над этим, — холодно ответила Хлоя, кладя сдачу в кошелек и направляясь к двери.

Она медленно вернулась к своей машине и собиралась доехать до поместья, чтобы покататься на Орионе, что она делала в течение десяти дней, пока не было Дариуса.

В последние несколько дней во время прогулок с Искрой или во время похода по магазинам в Ист-Ледвике она пару раз замечала Линдси Ватсон. Та медленно проходила мимо Хлои с опущенной головой, поникшими плечами, глубоко погруженная в свои мысли. И, судя по всему, ее мысли не были приятными.

Хлоя могла себе представить почему. По слухам, сэру Грегори стало намного легче, и, значит, ему больше не нужна была сиделка и Линдси вынуждена искать себе другую работу. А это, в свою очередь, означает: если в ближайшее время Дариус не станет ее мужем, Линдси потеряет свой шанс навсегда. Ситуация усугублялась тем, что Дариус постоянно находился в Лондоне.

Она нашла Самсона не в конюшне, а снаружи — уже оседланного, обузданного и крепко привязанного. Конь был явно недоволен этим ограничением и беспокойно двигался. Его голова дергалась, глаза бешено вращались.

— Можно мне прокатиться сегодня на нем?

Артур только фыркнул:

— Ни за что на свете не делай этого! Мистер Дариус предупреждал меня до своего отъезда — ты и близко не должна подходить к этому дьяволу! Самсон завтра уезжает в Ирландию, что меня не очень расстраивает, — добавил он строго. — Тим Хэнкин, старший сын нашего егеря, приходит каждый день покататься на этом бешеном, но завтра он возвращается в армию. Кажется, опять в Афганистан.

Хлоя нахмурилась:

— Тим? Что-то не припоминаю такого.

— Хороший парень, — сказал Артур. — Бедокурил, правда, по молодости. Дариус был его приятелем и частенько вытаскивал Тима из разных неприятностей, одна хуже другой.

Хлоя подняла голову и холодно сказала:

— Неприятности были и у Дариуса.

— Разве? — ухмыляясь, спросил Артур. — Ты просто не знаешь его так хорошо, как думаешь, моя девочка. А сейчас я пойду и приготовлю Ориона для тебя.

Хлоя прислонилась к стене, наблюдая за Самсоном. Из конюшни доносился голос Артура, разговаривающего с Орионом.

«Завтра Самсон уедет, и у меня больше не будет шанса покататься на нем. И как Дариус посмел предупредить Артура, чтобы тот запретил мне на нем ездить, как будто я новичок и не могу справиться с трудной лошадью! Я докажу ему — я докажу всем, что умею хорошо ездить!»

Она подошла ближе к Самсону, который заржал и оскалил зубы.

— Перестань, красавчик, — стала уговаривать коня Хлоя. — Покажи мне, каким хорошим ты можешь быть.

Но Самсон, казалось, не понимал слова «хороший». Как только она приблизилась, он начал перебирать ногами, зловеще раздувая ноздри. Хлоя остановилась, стараясь подавить нехорошее предчувствие.

«Опасно, — подумала она, — опасно и непредсказуемо. Если ты справишься с Самсоном, — сказала она самой себе, — тогда можешь победить и эту безумную страсть к Дариусу и навсегда покончить с ней. Это то, что ты должна доказать самой себе, чтобы иметь надежду на счастливое будущее».

Когда Хлоя приблизилась к Самсону, конь начал метаться в разные стороны, пытаясь вырвать кольцо, к которому был привязан. Бубня себе что-то под нос, Хлоя подправила под себя стремена и подпругу.

И вдруг, словно по волшебству, Самсон утих и слегка опустил голову.

«А кто знает, — подумала Хлоя, — может, все, что ему было нужно, — это женская ласка?»

Она очень ловко отвязала его от кольца, не потеряв своей сноровки, и запрыгнула в седло. На одно мгновение все казалось спокойным, но это было затишье перед бурей. Самсон напрягся и с гневным ржанием понесся вперед, пытаясь скинуть всадницу со спины.

Хлоя изо всех сил старалась остаться в седле, потому что знала — если она упадет, то конь растопчет ее. И в лучшем случае она будет покалечена. От страха она почти ничего не видела и не слышала. И лишь где-то на уровне подсознания до нее долетели мужские голоса.

Какой-то высокий и широкоплечий незнакомец схватился за уздечку, в то время как с другой стороны подбежал Артур. Мужчины вцепились в Самсона, пытаясь остановить его, а в это время другая пара сильных рук схватила Хлою и выдернула из седла, унося прочь через двор подальше от этих злобных, брыкающихся копыт.

Она содрогнулась от рыдания, когда взглянула на белое лицо Дариуса.

Сквозь зубы он прошипел:

— Одно из двух, чертова женщина: либо ты самоубийца, либо просто сумасшедшая!

Хлоя пыталась что-то сказать, но не могла вымолвить ни слова. Дариус крепко держал ее в руках, и она сидела как в клетке, в то время как он читал ей длинную нотацию, ни разу не повторившись, и его слова словно срывали с нее кожу.

И тут она заплакала. Слезы ручьем текли по ее лицу. Дариус смягчился и устало произнес:

— О боже! — а затем крикнул куда-то назад: — Тим, машина мисс Бенсон недалеко отсюда, отвези ее, пожалуйста, на ферму «Эксфорд», а через час давай встретимся в «Батчерзармз», чтобы выпить за твой отъезд.

Она еще попыталась объяснить, что могла бы добраться домой сама, пытаясь с достоинством выйти из этой нелепой ситуации, но по его взгляду поняла — сопротивляться бесполезно.

Тим Хэнкин поддерживал ее своей твердой рукой. Не сопротивляясь, Хлоя пошла с ним.

Они уже почти доехали до деревни, когда он заговорил с ней:

— Не принимайте слова мистера Дариуса близко к сердцу, мисс Бенсон. Да, вы поступили очень глупо, но он больше лает, чем кусает. Я это на себе проверил.

Хлоя вытерла слезы:

— Еще никто в моей жизни так со мной не разговаривал! Как будто он ненавидит меня.

— Да ну, — усмехнулся Тим, — от страха люди ведут себя совсем по-другому. Со мной Дариус разговаривал еще жестче, но я заслужил это.

— Не могу поверить.

— А зря, — Тим вырулил на обочину и выключил зажигание, — не хочу сказать, что горжусь этим, но вы должны выслушать меня. — Он замолчал, затем продолжил: — Мы с детства были друзьями, я и Дариус. Он уехал учиться в школу, затем в университет, а мне было скучно помогать отцу, и я попал в дурную компанию. Дариус каким-то образом узнал об этом и раскрыл мне глаза на то, чем мы занимались. Я и сам пожалел, что ввязался туда. Я знал, что это были за люди и чем они занимались.

Хлоя поперхнулась:

— А что это было? Запрещенные собачьи бои?

— Да, — ответил Тим Хэнкин. — Дариус узнал, что полиция напала на след этой банды и скоро будет рейд. Он также знал, что станет с моими родителями, если бы меня поймали. Каким-то образом, только Бог знает каким, он вытащил меня, и мы направились домой, кружа около деревни, избегая полиции, которая была повсюду. Он рисковал собственной жизнью, чтобы спасти меня... И когда мы уже были в безопасном месте, он принялся за меня. Ругал меня, обзывал самыми последними словами. Затем он ударил меня и повалил на землю, а я даже не пытался сопротивляться, потому что знал — я это заслужил. А потом мы с ним сели и долго разговаривали. На следующий день Дариус отвез меня в ближайший военкомат, и я поступил на службу в конный полк.

— После этого ходили слухи, что Дариус был сам замешан в этом деле и был членом этой банды, — заметила Хлоя.

— Я знаю, и мне очень жаль... Но Дариуса никогда не волновали местные сплетни и то, что люди думают о нем. — Он посмотрел на Хлою: — Тем не менее я мог бы тогда оказаться за решеткой, мисс Бенсон, а вы могли бы сейчас лежать во дворе конюшни со сломанной шеей. И как бы он тогда жил с этим? Подумайте об этом. — Тим завел машину. — А сейчас я отвезу вас домой.

Глава 10

— Бумажная работа? — повторила Хлоя. — У тебя много бумажной работы? Иэн, не шути со мной!

— Послушай, — голос Иэна в трубке звучал обеспокоенно, — я приеду на этот званый обед, просто не смогу заехать за тобой. Но это же не проблема, ты спокойно можешь приехать с дядей и тетей.

— Нет, — выдавила Хлоя. — Конечно нет!

Несмотря ни на что, Хлоя крепко спала и проснулась в хорошем настроении.

— Я хочу пойти в парикмахерскую, — сказала тетя за завтраком. — Если хочешь, Денис тебя тоже причешет.

Хлоя покачала головой:

— Нет, спасибо. Я вымою волосы и просто распущу их, — она замолчала, рассмеявшись, — так, как любит Иэн.

Тетя быстро посмотрела на нее, затем в свою тарелку.

— Как хочешь, дорогая, — сказала она спокойно. — Я предполагаю, вы вместе поедете на ужин?

— Конечно, — сказала Хлоя.

Она не стала говорить о разочаровавшем разговоре с Иэном по телефону.

Дядя немного задержался и пришел на обед позже обычного.

— Я был сегодня в поместье, — сказал он. — Пришлось застрелить эту проклятую лошадь Эндрю Мэйнарда. Я думал, они хотят переправить Самсона в Ирландию, но вместо этого приехала пара конюхов с конного завода, и ребята сделали свое дело.

— О-о-о. — Хлоя с осторожностью поставила тарелку, чувствуя, как бешено колотится ее сердце.

Она старалась вести себя как ни в чем не бывало, теряясь в догадках, знает ли кто-нибудь о ее вчерашнем визите в поместье? Хлоя ожидала — ее сейчас отругают, но дядя Хал увлеченно угощался молодой картошкой. Казалось, она была спасена.

Вечером Хлоя надела свое самое любимое темно-красное облегающее платье из шелка, подчеркивающее ее стройную фигуру. Оно было до колен, с длинными рукавами и глубоким декольте. Подумав, Хлоя надела серьги с гранатами и жемчугом, которые подарили ей на двадцать первый день рождения.

Нарядившись, она взглянула на себя в зеркало и осталась довольной увиденным. Вот только откуда у нее такое чувство, что ей вообще не стоит идти на вечер?

Хлоя надеялась, что Иэн управится со своими делами пораньше и будет ждать ее в поместье. Но, войдя в гостиную и быстро осмотрев ее, она поняла: ее надежды не оправдались.

— О, Иэн, где же ты? Ты так нужен мне! — прошептала она.

Сэр Грегори сидел около камина в кресле с высокой спинкой. Выглядел он вполне здоровым в своем темно-зеленом бархатном смокинге, вот только лицо с одной стороны было словно немного опущено. Хлое на мгновение показалось — сэр Грегори строит ей гримасу.

Хозяин дома казался таким маленьким по сравнению с высоким молодым человеком в черном костюме и сером жилете из парчи, который стоял.

Он тотчас вышел вперед:

— Миссис Джексон, рад вас видеть. Здравствуйте, мистер Джексон. — Они поздоровались за руку, затем Дариус сухо посмотрел на девушку, стоящую позади них. — Хлоя, — сказал он с холодной вежливостью, и ее дыхание замерло.

— Добрый вечер, — ответила она ему и поспешно присоединилась к дяде и тете, чтобы поприветствовать доктора Вогана, главного врача округа, и его жену. Местный священник со своей женой тоже были здесь, пришли и Хьюго, и Прунелла Бертон — местный депутат и его жена.

Поздоровавшись со всеми, Хлоя взяла стакан с апельсиновым соком. Она почувствовала себя неспокойно. «Но я расслаблюсь, — сказала она себе, — когда придет Иэн». Впрочем, он, казалось, особо не спешил.

Когда дверь гостиной открылась в очередной раз, Хлоя с надеждой повернулась, но увидела Линдси Ватсон, входящую в комнату. На девушке было темно-синее платье с белыми накрахмаленным воротничком и манжетами. К нагрудному карману были прикреплены маленькие серебряные часики, светлые волосы были зачесаны назад и собраны в узел на затылке. На вид — обычная квалифицированная сиделка, но ее глаза слишком блестели, щеки заливал румянец.

«Почему она выглядит такой взволнованной? — подумала Хлоя, сделав глоток апельсинового сока. — А что, если она собирается стать следующей миссис Мэйнард и все присутствующие знают об этом?»

Линдси подошла к сэру Грегори и с важностью поклонилась ему, и он кивнул ей, усиленно пытаясь улыбнуться.

Дядя Хал приблизился к Хлое.

— В какие игры играет Иэн? — спросил он недовольным тоном. — Я пытался дозвониться ему, но он не на связи.

— Я выйду на террасу и отправлю ему сообщение, — быстро сказала Хлоя. — Может быть, его опять вызвали.

— Тогда почему он не позвонил и не предупредил нас об этом? — продолжал дядя Хал с железной логикой, и Хлоя не смогла ему ответить.

Она вышла на террасу. И, только начав писать сообщение, услышала шаги по гравию. Подняв голову, она увидела Иэна, появившегося из-за угла дома. Его лицо было недовольным и каким-то озабоченным.

Хлоя прислонилась к балюстраде:

— Иэн, почему тебя так долго не было? И почему ты идешь в дом этой дорогой?

Он остановился и посмотрел вверх.

— О, Хлоя, — он неприятно рассмеялся, — я совсем забыл про праздничный ужин и припарковал машину около конюшни. Думаю, это просто по привычке.

— Ну что ж... Я рада, что ты наконец-то пришел.

Иэн, будто защищаясь, пожал плечами:

— Я был занят.

— Да, — кивнула она, — понимаю.

«Кроме того, что я ничего не понимаю, и от этого мне страшнее, чем было раньше. Мне нужно, чтобы ты взял меня на руки и сказал: все будет хорошо. Мне так хочется вернуться в гостиную под руку с тобой и убедить всех, что ты всего лишь задержался на работе. Но я уже знаю — этого не будет. Я здесь сама по себе».

И она представила, как Дариус через всю комнату посмотрит на нее своим холодным зеленым взглядом.

Как любила поговаривать тетя Либби: «Ужин был сказкой». И даже Хлоя не смогла от него отказаться.

Иэн сидел рядом с Линдси Ватсон напротив Хлои, но они мало разговаривали друг с другом. Хлоя с облегчением заметила, что он больше разговаривал с миссис Бертон — соседкой с другой стороны. Но еще больше он интересовался превосходным вином, чем беседой за столом.

Дариус тоже был занят на самом дальнем конце стола, развлекая тетю Либби с одной стороны и миссис Воган — с другой.

Но в перерывах между блюдами Хлою не покидало острое ощущение, что он наблюдает за ней. В свою очередь она старалась даже не смотреть в его сторону. Но она все еще вспоминала короткий разговор между Дариусом и Линдси по пути к столу.

— Почему ты в униформе, Линдси? — спросил он. — У тебя сегодня выходной, ты забыла?

— Не забыла, но подумала, что это более подходящее платье, — она смотрела на него, не улыбаясь, — в таких обстоятельствах.

«Ясно, он надеялся представить ее как будущую жену, а не как папину сиделку», — подумала Хлоя.

Когда ужин закончился, сэр Грегори с большим трудом встал, извинился и сказал, что не сможет присоединиться к ним в гостиной, где подадут кофе.

— Доктор Воган скажет вам — я должен меньше волноваться и больше отдыхать, чтобы поскорее поправиться.

Хлоя вместе со всеми женщинами поднялась наверх, чтобы поправить прическу и обновить помаду. Возвращаясь, она увидела Дариуса около лестницы и поняла — он ждет именно ее.

— Мой отец отдыхает в библиотеке, — сказал он, — но тем не менее он хотел бы поговорить с тобой.

— Он действительно хочет меня видеть? — Хлоя не смогла скрыть удивления. Она остановилась на секунду, сжимая в руке сумочку. — Он хочет спросить меня о Самсоне?

— Конечно нет! — покачал головой Дариус. — Думаешь, я рассказал об этом отцу? За кого ты меня принимаешь?

— Теперь не знаю, за кого тебя принимать, — она глубоко вздохнула, — скажу лишь одно — мне не следовало кататься на Самсоне. И большое спасибо тебе — ты не рассказал об этом ни дяде, ни тете.

— А я никогда не был доносчиком.

— Не был, — кивнула Хлоя, затем добавила: — Тим рассказал мне, что ты сделал для него. Я имею в виду запрещенные собачьи бои.

— Неужели? — Дариус пожал плечами. — Ну, сейчас это уже не так важно. Дело было давно.

— Да, но люди думают, в этом деле был замешан ты, а не Тим!

— Да, они так думают. Но мне удалось продолжать жить с этим, — он слегка улыбнулся, — правда, довольно далеко отсюда.

— Что ты имеешь в виду?

— Как оказалось, Уилоуфорд не для меня. Мое место где-то там... — Дариус выразительно махнул рукой в сторону.

— Но ты все же вернулся, — неуверенно произнесла Хлоя.

— На некоторое время. Мы заставляем ждать моего отца.

Несмотря на теплый вечер, сэр Грегори сидел около камина, ноги его были закутаны в плед. Глаза пожилого мужчины были закрыты, а одна рука беспокойно стучала по подлокотнику кресла.

— Здесь Хлоя, папа, — тихо произнес Дариус.

— Хорошо, — сказал сэр Грегори после небольшой паузы. — Пожалуйста, садись, моя дорогая.

Хлоя села напротив него и тут же услышала, как дверь библиотеки закрылась — Дариус оставил их наедине.

Немного помолчав, сэр Грегори сказал:

— Моя жена говорила, что ты станешь красавицей, дитя мое, и она оказалась права.

Хлоя покраснела:

— Она всегда была очень добра ко мне.

Сэр Грегори продолжил:

— Она всегда считала, что у тебя будет хорошее будущее. Верила — ты можешь расправить крылья и полететь. Она рассказывала тебе о своей юности? Про города и посольства, которые были ей родным домом?

Хлоя улыбнулась:

— Да. И ее рассказы были очень интересными.

— Она любила путешествовать. — Старик взял в руки носовой платок и вытер им уголки рта, затем медленно продолжил: — Поженившись, мы планировали продолжать жить так — хотели увидеть весь мир вместе. Но мой отец неожиданно скончался, и мы вынуждены были вернуться в Англию и жить здесь. Конечно, наша жизнь полностью поменялась. Это большая ответственность — содержать дом и поместье. Мы не могли все бросить. По крайней мере, я так думал. Ведь я здесь родился и вырос. Это моя родина, и я люблю ее. — Сэр Грегори вздохнул. — Затем родились мальчики, и у нас появилась другая причина осесть здесь. Я думал, Маргарет разделяла мою любовь к этому месту, но на самом деле она чувствовала себя стесненной деревенской жизнью и обязанностями. Со временем Уилоуфорд стал казаться ей тюрьмой...

Хлоя тревожно посмотрела на него:

— Сэр Грегори, я так не думаю...

— Пожалуйста, дорогая, я должен рассказать тебе все. Моя жена очень этого хотела бы, потому что ты осуществила все то, о чем она лишь мечтала. Ты окончила университет и на некоторое время вырвалась отсюда. А сейчас мой сын рассказал: ты вернулась, чтобы выйти замуж и обосноваться здесь окончательно. Тогда ты должна быть уверена, что эта жизнь для тебя, что это единственное возможное будущее, которое ты видишь для себя. — Он замолчал, а затем медленно сказал: — Я думал, ты хочешь стать писательницей. Разве ты забыла про это?

— Нет, не забыла. Но я могу писать книги и после замужества. У меня будет больше времени. А Уилоуфорд — мой настоящий дом. Я всегда знала, что вернусь сюда.

Он с усилием наклонился вперед, его взгляд буквально сверлил ее.

— Таким, каким ты его помнишь, или таким, каким он стал? А ты сама осталась такой, уехав отсюда?

— Да, — кивнула Хлоя. — Но я согласна с вами — здесь многое изменилось. Но это не имеет значения, потому что я вернулась к мужчине, которого люблю и с которым буду счастлива, как я всегда мечтала.

Наступила тишина.

— Ага, — произнес сэр Грегори и откинулся на подушку кресла. Медленно повернув голову, он посмотрел на языки пламени в камине. — Тогда дай бог, чтобы твоя мечта осуществилась, моя дорогая. А сейчас спокойной ночи!

* * *

Хлоя стояла за дверью в библиотеку, пытаясь понять, что произошло. До этого она готова была поклясться — сэр Грегори даже не подозревает о ее существовании. Оказывается, старик не только знал о ней, но и следил за ее судьбой. Как в свое время волновалась за нее леди Мэйнард — женщина, чьи крылья были подрезаны обстоятельствами...

— Хлоя! — Вслед за окликом послышались шаги по толстому ковру.

Задыхаясь, она попятилась назад.

— Я знаю дорогу в гостиную, — Хлоя посмотрела подошедшему Дариусу в лицо, и ее пульс участился, — нет необходимости провожать меня.

— Я с сообщением, — спокойно ответил Дариус. — Твоему другу стало плохо после двойной порции бренди, и твои дядя с тетей решили отвезти его домой. Он может завтра забрать свою машину.

— Ты хочешь сказать, что они уехали? — Хлоя покачала головой, чувствуя разочарование. — А как же я вернусь на ферму?

— Я знал, ты расстроишься, — сказал, улыбаясь, Дариус. — Воганы живут в твоем направлении. Они будут счастливы подбросить тебя.

— Спасибо.

Самое время вернуться в гостиную, но Дариус заграждал ей путь.

— Иэн обычно не пьет, — сказала Хлоя. — Возможно, в последние дни он сильно переживает...

— Могу себе представить, — кивнул Дариус. — Перспектива скорой женитьбы, без сомнения...

— Кто знает, — протянула она. — Ты тоже можешь поддаться соблазну и напиться, когда подойдет день твоей собственной свадьбы.

— Вряд ли, — возразил Дариус. — Не хочу быть с похмелья в мою брачную ночь. — Он улыбнулся и посмотрел жадным неторопливым взглядом на ее облегающее платье, как будто его вовсе не было. — Наоборот, — продолжал он, — моя супруга получит все мое безраздельное внимание.

— А это, — произнесла Хлоя с каменным выражением лица, — уже лишняя информация! — Она сделала шаг вперед. — Не мог бы ты пропустить меня? Мне нужно найти Воганов, а то вдруг и они уедут без меня?

— Конечно, — согласился Дариус. — Но что ты будешь делать, Хлоя, когда тебе будет некуда бежать и негде спасаться? Что случится с тобою, когда ты поймешь — это самая большая ошибка в твоей жизни?

— Я уже ее сделала семь лет назад, когда была маленькой глупышкой и поверила всему тому, что ты мне наговорил. И подпустила тебя слишком близко...

— Ты преувеличиваешь, моя милая. — Его тон был мягким, но лицо в тусклом свете показалось ей маской. — Мы вовремя остановились. Но я сделал большую глупость, позволив тебе так легко от меня уйти. В следующий раз это не повторится.

— В следующий раз? — ее попытка рассмеяться была похожа на приступ удушья. — Я вижу, у тебя точно крыша поехала.

— Еще нет, — сказал он тихо, — но, когда это случится, я возьму тебя с собой.

Дариус быстро схватил ее за руку и притянул к себе.

Его пальцы проскользнули под плечики платья, обнажая ее бледную кожу для жарких поцелуев. От близости сильного горячего мужского тела у Хлои пробежала дрожь по спине.

Его голова опустилась вниз, мужские губы отодвинули шелковое кружево бюстгальтера, затем прильнули к затвердевшему соску.

— Нет, нет! Прошу тебя, не надо! — руками Хлоя попыталась оттолкнуть его.

Пальцы Дариуса сплелись с ее волосами, и, слегка откинув ее голову назад, он посмотрел в побледневшее лицо и измученные глаза:

— Останься со мной, останься на ночь. Я придумаю повод для Воганов.

— Нет, — дрожащими руками Хлоя поправила платье, — никогда! У тебя нет никакого права даже просить меня об этом, потому что я тебя ненавижу. Ты... ты вызываешь во мне отвращение!

— В других обстоятельствах, — мягко сказал Дариус, — я бы прямо сейчас отнес тебя в постель и заставил бы опровергнуть каждое слово, которое ты произнесла. Ну а сейчас, моя маленькая лицемерка, я должен вернуться к гостям.

Он наклонился и нежно поцеловал ее в губы с такой мучительной для нее нежностью, что сердце ее ухнуло куда-то вниз.

— До свидания, Хлоя, — прошептал Дариус ей на ушко, повернулся и ушел.

Глава 11

— Пьяным? Нет, я не был пьяным! — раздраженно бросил Иэн. — Но признаю, что слегка перегнул палку. Хотя это и не совсем моя вина. Возможно, нашему щедрому хозяину не следовало так часто подливать в мой бокал.

Она тихо сказала:

— Мне некуда здесь ходить. Мы так мало времени проводим вместе... Я практически не видела тебя в эти дни.

— Ну, это связано со скорым уходом твоего дядюшки на пенсию. — Иэн пожал плечами. — Мне нужно многому научиться, особенно тому, что касается управления офисом. Это первая причина.

«А какие будут другие причины?» — спросила Хлоя у самой себя.

Но лучше думать об этих причинах, чем о позорном продолжении разговора с Дариусом в его объятиях. Как только она вспоминала о нем, ее тут же начинала бить дрожь.

Хлоя думала, на следующий день Иэн начнет оправдываться перед ней, но и тут она ошиблась. Он много работал, и они редко виделись. Лишь пару раз встретились в баре, один раз ездили в ресторан в Ист-Ледвик, еще как-то раз — в кино, где Иэн заснул во время просмотра фильма.

В целом сейчас было неподходящее время, чтобы поднимать тему их помолвки, хотя ситуация и требовала прояснения. В конце концов, она вернулась в Уилоуфорд ради Иэна. Но самое главное и ужасное было еще впереди. Меньше чем через десять дней для нее начнется новое испытание — бал «День рождения». Хлоя отдала бы все, чтобы забыть о прошлом бале...

— Я слышала, молодая сиделка уходит из поместья, — сказала миссис Терсгуд, — а это означает, что старый джентльмен почти поправился. — Она улыбнулась Хлое: — Разве это тебя не порадует?

— Я действительно рада, что сэру Грегори стало намного лучше и ему больше никто не нужен, — осторожно ответила Хлоя, чувствуя, как сильно забилось сердце от такой новости.

— Но это еще не все! — продолжила уже другая женщина. — Есть еще одна новость: вдова мистера Эндрю возвращается. — И она довольно кивнула Хлое, увидев ее замешательство. — По последним сведениям, она приезжает послезавтра, чтобы попасть на бал. Какой интересный сюжет для книги! Не думала, что когда-нибудь ее вновь увижу, — она фыркнула, — но, кажется, наступила пора всеобщего прощения. И может быть, мы скоро будем гулять на свадьбе? Если мистер Дариус решится...

— Да, — сказала Хлоя и не узнала своего голоса, — может быть и так.

Она автоматически заплатила за покупку и вышла на яркий солнечный свет, отпуская с поводка довольную Искру.

«Пенни, — думала она, — Пенни, уже больше не опозоренная, возвращается в Уилоуфорд к своему любовнику? К мужчине, ради которого она однажды бросила все. Возвращается, чтобы восстановить свои права и снова стать невесткой сэра Грегори. Возможно ли это? Да! Только в этом случае становится понятно, почему Линдси Ватсон решила уволиться и уйти».

Ничего не видя перед собой, Хлоя шла по тропинке, направляясь из деревни к полям, которые так любила собака.

Что ей теперь делать? Как вынести все это?

Хлоя остановилась как вкопанная посередине тропинки, потрясенная своими мыслями, испуганная величиной открытия, которое она наконец сделала.

Дариус Мэйнард был тем мужчиной, в которого она влюбилась семь лет назад и которого не прекращала любить в глубине своего сердца все эти годы. И все ее усилия стереть воспоминания о нем, погасить страстное влечение к нему напрасны. Из-за него Хлою как магнитом тянуло в Уилоуфорд. Хлоя знала: однажды она действительно найдет его здесь.

«Я, должно быть, сошла с ума, — подумала она, — потому что этого не должно было произойти со мной! Этого не может быть... Я не позволю! Я вернусь к Иэну, чтобы создать семью. Это и было моим планом на дальнейшую жизнь, разве не так? А сэр Грегори, знал ли он о моей короткой и неудачной связи с Дариусом семь лет тому назад? И неужели старик старался предупредить меня — мне не на что надеяться и лучше уехать отсюда навсегда? Возможно, для Дариуса я просто незавершенное дело, — продолжала размышлять Хлоя, чувствуя, что ее тошнит, — способ развлечься, пока Пенни нет поблизости».

Искра громко лаяла, дергая за поводок, желая возобновить прогулку и возвращая Хлою из грустных мыслей в действительность.

— Что делать? — прошептала она. — Что мне делать?

Хлоя вспомнила, что собиралась убедить Иэна переехать куда-нибудь.

«Может быть, сейчас, когда я посмотрела правде в глаза, стоит вынести Иэна за скобки? Я слишком долго водила его неправильной дорожкой, пусть и с наилучшими намерениями, чтобы сделать его счастливым. Но если бы я действительно любила Иэна, никогда бы не заставила его ждать так долго. Я все сделала неправильно, — сказала она сама себе. — Но сейчас мне нужно расставить все по местам — ради него и ради меня. И следующее, что я сделаю, — это свяжусь с агентством в Лондоне, чтобы заключить долгосрочный договор в Европе, а еще лучше — в Америке».

Хлоя вспомнила, как сэр Грегори спросил ее, осталась ли она тем же самым человеком или изменилась за эти годы?

«Я сказала, что осталась прежней, — подумала она горько, чувствуя комок в горле. — Я уже пыталась забыть Дариуса и чувства к нему, когда уехала учиться в университет. И вот я опять здесь и все еще люблю его...»

Искра тащила ее в свое любимое место, и Хлоя отпустила собаку с поводка побегать по просторному лугу. Зеленая трава расстилалась ковром, и Хлоя села в тени отдельно стоящего бука, прислонилась к его стволу.

Искра почти сразу же запрыгнула в озеро и вылезла оттуда мокрая и радостная, энергично отряхиваясь и готовясь поиграть с игрушкой, которая лежала в кармане джинсов ее молчаливой спутницы.

«Собака намного умнее меня, — подумала Хлоя, — она знает, что жизнь продолжается. Но я верю: однажды в другом месте я буду сидеть под другим деревом и смотреть на отблески света на воде. И боль пройдет, и я опять стану сильной. И тогда буду готова для новой любви».

Ее платье зеленого цвета, длинное, классическое, без бретелек, висело на дверце платяного шкафа. Это было первой вещью, которую увидела Хлоя, проснувшись утром в день бала.

Она села, обняв колени, внимательно рассматривая зеленое великолепие сквозь целлофановую обертку. На этот раз платье было не такое, как у Лиззи Беннет. Оно стоило слишком дорого для вещи на один раз. Драматический случай, который больше не повторится.

«Вряд ли оно мне когда-нибудь понадобится, — подумала Хлоя, — потому что через двадцать четыре часа все будет кончено».

Конечно, сначала придется уладить трудные вопросы, такие как серьезный разговор с дядей и тетей, даже если она будет с ними не совсем искренна по поводу мотивов своего отъезда. Но Иэну нужно сказать об этом первому!

И на бал ей нужно пойти обязательно!

«Я должна все узнать, — сказала она себе, — увидеть Дариуса и Пенни вместе, будущего баронета и его леди, и понять раз и навсегда: мне не на что надеяться».

Запястью Лизбет Крейн, хозяйки Искры, стало лучше, да и ее муж позавчера вернулся из Брюсселя, поэтому пара больше не нуждалась в услугах Хлои.

— Как здорово ты нам помогла! — обняла ее за плечи миссис Крейн. — Я даже не знаю, что бы без тебя делала.

— Была рада помочь вам, — заверила ее Хлоя и добавила: — Увидимся на балу.

— Уж мы не упустим такого случая, — сказала Лизбет и, немного поколебавшись, добавила: — Ходят странные слухи... — она как-то странно посмотрела на Хлою. — Некоторые из них, если они правдивы, могут вызвать ужасные последствия. Но я уверена, это все вранье. — Она покачала головой. — Джек мне всегда говорит — в нашем деревенском болоте от языка миссис Терсгуд еще никто не смог увернуться.

— Полностью согласна. — Хлоя выдавила из себя улыбку и подумала о том, как далеко распространились слухи о ней и Дариусе.

— Иэн сегодня на дежурстве? — спросила Хлоя дядю, который в спешке допивал свой кофе.

— Нет, он отпросился по каким-то причинам, и я бегу его подменить.

«Вероятно, хочет отдохнуть перед балом, — подумала Хлоя. — Мне будет легче поговорить с ним в коттедже. По иронии судьбы, это будет моим первым и последним визитом к Иэну».

Она только закончила завтракать, когда тетя Либби сказала ей:

— Только что звонили риелторы и предупредили — сегодня приедут смотреть наш дом. А здесь такой хаос!

Дома царил идеальный порядок, Хлоя знала это. Но с тетей не поспоришь!

Она встала и заложила посуду в посудомоечную машину.

— Тогда пойдем и наведем порядок, — сказала она.

— Но у тебя назначено в салоне красоты «Шарм» в Ист-Ледвике!

— Да, конечно. Но это ближе к полудню, поэтому сначала я займусь уборкой.

А это означало: у нее не будет времени заскочить к Иэну по дороге в салон красоты, как она планировала. Но она к нему заедет на обратном пути! И возможно, маникюр и педикюр придадут ей больше уверенности в себе.

* * *

Было здорово расслабиться под умелыми руками Бетани — владелицы салона. И когда маска с лица была снята, Хлоя почувствовала себя полностью обновленной. В уме она уже проиграла, что должна сказать Иэну.

Вот только его не оказалось дома. Дверь в коттедж была закрыта, шторы наполовину спущены, и машина во дворе не стояла.

«Я должна была позвонить ему, — подумала Хлоя, когда возвращалась к своей машине, — и убедиться, что он на месте. Ну, ничего, заеду попозже».

Первое, что она увидела, когда приехала на ферму, — это наклейка «Продано» на доске, прибитой в саду.

— Чудесные новости! — крикнула она, входя в дом. — Как насчет шампанского?

К удивлению Хлои, ей никто не ответил. На кухне она увидела понурую тетю Либби, которая сидела перед остывшей чашкой кофе.

«Святые небеса! — подумала Хлоя. — До моей тети внезапно дошло — дело сделано и нет пути назад. А уехать отсюда ей будет труднее, чем она себе представляла...»

Она ласково сказала:

— Послушай меня, дорогая тетя Либби, все, что ни делается, к лучшему. И в глубине своего сердца ты знаешь это. У тебя будет новый дом, который ты полюбишь.

Но миссис Джексон покачала головой:

— Это не имеет ничего общего с домом, Хлоя. Здесь был Иэн. Он приезжал сюда сразу же после осмотра дома.

«Так вот почему я не застала его в коттедже!» Хлоя налила воду в чайник.

— Он приезжал, чтобы сказать, во сколько за мной заедет?

— Нет, не поэтому. Он и не собирается идти на бал. Иэн взял отпуск за свой счет. — Тетя замолчала, затем сказала с внезапным порывом: — О, Хлоя, дорогая! Иэн уехал, чтобы сочетаться браком с Линдси Ватсон!

Хлоя чуть не выронила чайник:

— Иэн и Линдси?! Не понимаю...

— Слухи об их связи ходят уже давно, — горько сказала миссис Джексон, — но я не обращала на это внимания, ты же знаешь, у нас любят посудачить... И вдруг ты объявила, что возвращаешься. Но ты была так уверена в ваших с Иэном взаимоотношениях, что я решила тебе ничего не говорить. Вполне возможно, у вас обоих были связи на стороне, как это сейчас модно...

— Нет! — покачала головой Хлоя. — У меня не было.

— Я подозревала: между вами что-то не так, — продолжала миссис Джексон, — и не знала, стоит ли тебе все рассказывать... А сейчас мне жаль, что я не сделала этого. Они оба были такими скрытными.

Она подошла к пачке писем на столе и, взяв одно из них, вручила его Хлое.

— Иэн принес тебе это письмо, — тетя поднялась, — думаю, тебе лучше прочитать его одной.

— Как раз наоборот, — покачала головой Хлоя, — ведь я знаю, что там написано.

«Я должна была догадаться с самого начала. Все эти отговорки, что мы должны заново узнать друг друга, изменения в коттедже, враждебность Линдси и тот факт, что Искра ее уже знала откуда-то. Как я могла быть такой слепой?»

Она вспомнила, как миссис Терсгуд говорила, что страсть у мужчин гаснет так же быстро, как и загорается, вспомнила и ее слова «Разве тебя это не порадует?». Миссис Терсгуд имела в виду отъезд из поместья сиделки, а Хлоя решила, что деревенская сплетница говорит о здоровье сэра Грегори!

«Все знали, кроме меня. А я была слишком погружена в свои мысли, чтобы увидеть, что творится вокруг».

В конверте оказалась небольшая записка:

« Дорогая Хлоя, я знаю, что ты подумаешь обо мне! Я поступил с тобой подло. Знаю, что должен был тебе рассказать все с самого начала — я встретил другую женщину! Мое единственное оправдание — ты находилась далеко от меня, и я был очень одинок...

Стараясь не обидеть тебя, я причинял боль Линдси. Особенно перед вечеринкой в поместье. Мы поссорились, и она сказала, чтобы я, наконец, определился: либо ты, либо она!

Она также сказала, что мне не следует переживать за тебя. Она готова поспорить на приличные деньги — у тебя на крючке уже другая рыба! Может быть, ты знаешь, о чем она говорит? Но что бы там ни было, желаю тебе счастья!

Иэн».

«И вам всего хорошего, друзья», — подумала Хлоя.

Она передала письмо тете Либби:

— Там нет ничего личного. Это только подтверждение того, что ты только что мне сказала.

— О, Хлоя! — всхлипнула тетя, прочитав письмо. — Моя милая, дорогая девочка, мне так жаль!

— Не стоит расстраиваться. — Хлоя наконец водрузила чайник на плиту. — Все к лучшему. Я представляла себе Уилоуфорд как рай на земле. Мне казалось — когда бы я сюда ни вернулась, здесь всегда все будет по-старому. — Она вздохнула. — Эдем в миниатюре.

— И миссис Терсгуд в роли змеи, — сказала с ухмылкой тетя Либби.

— Все верно, — согласилась Хлоя. — У меня всегда были сомнения, стоит ли мне оставаться здесь на всю жизнь. Иэн оказал мне хорошую услугу...

— Но ты всегда была уверена — он твой единственный! И я была очень рада, ведь это служило мне оправданием тому, что я вмешалась в твою личную жизнь.

Хлоя насыпала кофе в чашку. Услышав слова тети, она замерла:

— Боюсь, ты ставишь меня в тупик. Когда это ты вмешалась и почему?

Тетя ответила, аккуратно складывая пачку писем:

— Понимаешь, он писал мне, просил дать твой адрес в Лондоне. Но я не ответила на его письма, и тогда он вернулся...

Хлоя спросила хриплым голосом:

— Тетя Либби, ты говоришь о Дариусе?..

— Да. Он сказал, что скоро уезжает за границу, но до этого должен поговорить с тобой, потому что есть вещи, которые ему нужно тебе объяснить. Он хотел взять твой адрес или хотя бы название колледжа.

У Хлои пересохло в горле.

— И что ты ему сказала?

— Сказала, что он и так разбил не одну жизнь! Что он должен уехать и никогда не возвращаться. Что ни ты, ни я не хотим его здесь больше видеть!

— И ты, должно быть, убедила его, — добавила Хлоя, — раз он уехал.

— Я не знаю, почему рассказала тебе все это. Я так радовалась, что ты с Иэном. Мне казалось, с ним ты будешь в безопасности.

— Я тоже так думала. — Хлоя поставила чашку на стол. — Итак, мы обе ошиблись. — Нагнувшись, она поцеловала тетю в седые волосы. — Но ты не должна винить себя. Ты сделала абсолютно правильно, прогнав Дариуса.

И лишь глубоко в сердце Хлоя знала: это ее первая ложь, и ей придется лгать еще много раз, чтобы пережить случившееся.

Глава 12

Идти на бал Хлоя отказалась наотрез. Ей пришлось постараться, чтобы убедить дядю с тетей — она прекрасно проведет этот вечер дома одна, примет теплую ванну и пораньше ляжет спать. Но они обязательно должны сходить туда, как было запланировано!

Дядя Хал, конечно, ужасно разозлился, узнав о предательстве Иэна, и сказал, что он еще никогда так ни в ком не ошибался. Он тоже получил записку от Иэна. В ней предатель сообщал, что берет неделю отпуска за свой счет — они должны пожениться с Линдси.

— Мне бы хотелось сказать этому негодяю, чтобы он ушел в бессрочный отпуск и никогда оттуда не возвращался! — недовольно пробурчал дядя.

Оставшись одна, Хлоя приняла ванну и закуталась в теплый махровый халат. Налив себе бокал вина, она уютно устроилась в уголке дивана.

Да, она была потрясена сегодняшними событиями, и не в последнюю очередь кричащим у нее в голове вопросом: «Почему? Почему? Почему?»

Но этот вопрос, который с болью ворвался в голову, заставляя ее стонать вслух, не имел ничего общего с Иэном. Он был вызван сенсационным открытием — Дариус вовсе не уходил от нее! Наоборот, он даже рискнул вернуться в Уилоуфорд, не боясь ничего, лишь бы попытаться найти ее.

Чтобы объяснить...

— Я справлюсь с этим! — сказала она вслух. И еще громче добавила: — Я справлюсь с чувствами к нему.

Она сделала глоток вина, чтобы выпить за свою решимость, и поставила бокал на столик.

И тут Хлоя услышала звук поворачиваемого ключа в передней двери. Она подавила стон. Итак, дядя с тетей, в полной уверенности, что ее нельзя оставлять одну, все-таки решили вернуться.

Дверь хлопнула, раздался звук быстрых и решительных шагов внизу. Хлоя замерла в мрачном предчувствии.

Дверь распахнулась, и вошел Дариус. Она хрипло сказала:

— Что тебе здесь нужно?

— Мне сказали, что твоя так называемая помолвка расторгнута и ты осталась дома одна с разбитым сердцем. — Дариус подошел к ней, такой элегантный в смокинге с темно-красным поясом, подчеркивающим его стройную талию. Он охватил ее своим пристальным взглядом. — Похоже на сказку «Золушка». Очень интересно... — добавил он, глядя на ее голые ноги.

Хлоя поспешно прикрыла их.

— И я решил прийти и посмотреть на этот феномен, — продолжал он. — Готов поспорить: исчезновение твоего неверного деревенского увальня нисколько тебя не огорчает. Ну, за исключением легкой досады из-за затронутой гордости. Так зачем же притворяться?

— Что ты знаешь об этом? — спросила она, потрясенная его внезапным появлением и осознанием своей собственной беззащитности.

— Больше, чем ты думаешь. Не забывай, я внимательно наблюдал за вашим любовным треугольником с самого твоего возвращения.

— Ты не просто наблюдал! — отпарировала Хлоя. — Ты сам встречался с Линдси Ватсон!

— Нет, — покачал головой Дариус, — не встречался. Иэн обещал ей много месяцев тому назад, что напишет тебе и признается: между вами все кончено. Только он этого не сделал. И вдруг приезжаешь ты с разговорами о вашей свадьбе, а он все еще никак не решится признаться. Линдси стала ревновать, ей нужен был друг, который поддержал бы ее. — Он сделал паузу. — Она тоже хотела заставить ревновать Иэна. Так я был вовлечен в вашу историю...

Она нахмурилась, предпочитая сменить тему:

— А как ты вошел сюда?

— Тетя Либби дала мне ключ.

Хлоя открыла рот от изумления:

— Она действительно дала тебе его? Но зачем?

— Может быть, почувствовала, что должна сделать это, — медленно сказал Дариус, — а возможно, решила сыграть роль крестной феи для своей Золушки. Как-нибудь спроси ее об этом.

— У меня для тебя новость: ты никогда не был и не будешь принцем!

— Так в этом вся суть! — усмехнулся Дариус. — Я всегда подражал ему, как идиот, позволив убежать девушке, которую хотел, потому что часы пробили двенадцать.

— Увлекательная развязка, но, может быть, ты сейчас все же уйдешь?

— Без тебя не пойду, — Дариус посмотрел на часы, — поэтому надевай вечернее платье, и мы отправимся вместе.

— Нет! То есть ты поедешь, а я останусь здесь.

— Ах да, конечно, чтобы навсегда сохранить миф об обманутой невесте, — покачал он головой. — Но это не сработает. Если бы ты любила Иэна, то не уехала бы и не оставила его одного на целый год. И конечно же ты бы приезжала время от времени. — Его голос стал спокойнее. — Но долгая разлука не стала для тебя проблемой, Хлоя. Бедный парень, должно быть, лез на стенку. Не знаю, когда он впервые осознал: ты нашла в нем не мужчину, а отца, которого у тебя никогда не было. Ты не испытывала к нему никакого сексуального влечения. Ты даже не видела, что творилось у тебя под носом.

Она вскочила с дивана:

— Замолчи! Замолчи сейчас же! Да что ты вообще знаешь о любви и о преданности? Ты никогда не был верен никому, и поэтому у тебя нет права разговаривать так со мной. Совсем нет права. Слышишь меня?

— А слышать — это означает подчиниться? — Дариус покачал головой. — Подумай сначала, моя милая.

— Ты ничего не знаешь, — слова потоком срывались с ее губ, — я любила Иэна, в моей жизни не было никого... — Она замолчала, глядя на него в упор, чувствуя, как тишину между ними прерывает ее собственное дыхание.

— Давай условимся — это будет твоей последней ложью, — спокойно произнес он. — А сейчас иди и переоденься, иначе мы пропустим главный тост.

— Пожалуйста, скажи мне, зачем тебе я? — спросила она умоляющим шепотом.

— Это мы обсудим с тобой позже, когда у нас будет больше времени. Возможно, все время до конца наших дней...

Хлоя повернулась и вышла из комнаты. Дариус пошел за ней. Она видела, как он вытащил ключ из двери в ее спальню и положил в карман.

Запереться здесь было ее последней надеждой...

Дариус открыл шкаф и достал оттуда платье зеленого цвета.

— Какое красивое, — мягко произнес он. — Но ты сделаешь его еще красивее. Надень его, пожалуйста. Ради меня.

У нее ничего не было под халатом, и они оба знали это. Дариус уже раньше видел ее без одежды, трогал, исследовал ее тело со страстным желанием, но это было так давно...

«Моя милая, славная девочка...»

Она услышала, как Дариус вздохнул. Он осторожно положил платье на кровать, затем вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Платье было с подкладкой, поэтому требовался минимум нижнего белья. Хлоя надела только французские атласные трусики кремового цвета с кружевной отделкой.

Она с трудом натянула на себя платье, а затем долго мучилась с молнией. Наконец-то удалось ее застегнуть. Затем она достала свою косметичку, но воспользовалась лишь губной помадой под цвет маникюра.

Наряд завершили серебристые босоножки и маленькие нефритовые сережки. Взяв в руки сумочку в тон босоножек и набрав в легкие воздуха, Хлоя подошла к двери.

Дариус прислонился к стене напротив ее комнаты, но, как только она появилась, быстро выпрямился. Его глаза буквально раздевали ее.

Он тихо сказал:

— Боже мой, Хлоя!..

Затем они спустились вниз и молча сели в джип.

Когда Хлоя вошла в танцевальный зал, наступила тишина. Пару минут она слышала лишь шелест своей юбки из тафты. Дариус твердой рукой держал ее за локоть, когда вел через весь зал. Затем этот момент прошел, и все начали разговаривать как ни в чем не бывало.

Она тихо произнесла, не глядя на него:

— Ну, ты привел меня сюда. Может быть, теперь позволишь присоединиться к моим тете и дяде? А сам сможешь продолжить наслаждаться вечером.

— Я пойду с тобой, мне нужно вернуть ключ твоей тете.

Кусая губы, Хлоя вместе с Дариусом подошла к Джексонам, которые разговаривали с блондинкой в бледно-голубом платье. Обернувшись, та, улыбаясь, протянула Хлое руку.

— Хлоя, — сказала она, — как приятно видеть тебя вновь!

— Пенни, миссис Мэйнард, добрый вечер, — ответила Хлоя.

Она заставила себя дотронуться до пальцев Пенни, создавая видимость доброжелательности.

Момент, который Хлоя так долго представляла себе, настал. Стройная, красивая фигура Пенни, которую помнила Хлоя, теперь выделялась соблазнительной округленностью. Гордая выпуклость ее живота под мягкими складками крепдешинового платья говорила о том, что женщина беременна. Черты лица тоже стали мягче, счастливые морщинки в уголках рта Пенни говорили о том, что она много смеялась, а ее глаза просто светились от счастья.

«Она всегда была хорошенькой, но сейчас просто красавица», — подумала Хлоя и почувствовала острую боль.

Пенни повернулась к Дариусу и сказала ему с заговорщицким видом:

— Ты как раз вовремя, мой милый. Твой отец уже начал беспокоиться. Он хочет сделать объявление.

— Тогда я лучше подойду к нему. — Он задержался и предложил Пенни: — А ты не хочешь пойти вместе со мной? Он хотел бы, чтобы ты была рядом.

— Да, — улыбнулась она, нежно поглаживая свой живот, — конечно.

Она улыбнулась и Джексонам, трогая Хлою теплотой своей улыбки:

— Извините, я буквально на несколько минут. У нас будет еще масса времени, чтобы поговорить. — Ее взгляд остановился на Хлое. — А с тобой мы будем много видеться в будущем, надеюсь.

Хлоя дождалась, когда Пенни и Дариус отойдут, и выпалила:

— Тетя Либби, как ты могла? Почему ты дала ему ключ?

— Но, дорогая, у меня не было выбора, — ответила тетя с кислым видом. — Оказалось, я недооценивала этого молодого человека. Он умеет добиваться своего.

В другом конце зала сэру Грегори помогли подняться на небольшое возвышение и дали в руки микрофон. С одной стороны от него стоял Дариус, с другой — Пенни. Хлоя видела удивленные взгляды и слышала, как среди гостей проносится шепот.

Сэр Грегори начал медленно говорить, облокотившись на свою трость с серебряной ручкой:

— Большая радость, друзья мои и соседи, видеть вас сегодня в моем доме, потому что это будет последний бал «День рождения». — Подождав, пока стихнут удивленные возгласы, он продолжил: — Моя недавняя болезнь дала мне возможность о многом подумать, как о прошлом, так и о будущем. И я увидел — нашей семье больше нет смысла продолжать жить в поместье. С одной стороны, стало сложно по экономическим причинам содержать дом и все, что его окружает. Но еще важнее — мой единственный сын, мой наследник, сумел пробить себе дорогу в другом месте. У него есть свой бизнес и личные обязательства в Европе и в других частях света. В связи с этим я не смею от него ожидать, что он бросит все ради поместья. Поэтому я решил его продать — оно станет частью цепочки спа-отелей, и это дело почти улажено. В обслуживающий штат наберут местный персонал, поэтому скоро здесь появится много рабочих мест. Я надеюсь, в Уилоуфорде начнется новая эра. — На этот раз было слышно, как он тяжело дышит. — Но тем не менее мы решили сохранить плантацию в Уорн-Кросс, — продолжал сэр Грегори. — Я же буду жить в бывшем коттедже Киперов, который был отреставрирован и расширен для меня, с моей замечательной миссис Вернон, которая все еще ухаживает за мной, и миссис Денвер — моим поваром. Я надеюсь счастливо и мирно прожить то время, какое мне осталось на этой земле, и верю: вы будете приходить и навещать меня время от времени. Само собой разумеется, я с нетерпением жду появления моих внуков, которых подарят мне мой сын и девушка, которая очень скоро станет его женой. — Он осмотрел зал. — А сейчас я должен сказать всем до свидания, да хранит вас всех Господь! А еще — танцы продолжаются!

— Вот так дела! — протянул дядя Хал. — Кажется, не только мы одни переезжаем, моя дорогая Либби. — Он покачал головой. — Но я конечно, ждал совсем другого объявления.

— Нет, — задумчиво произнесла его жена, глядя на бледное лицо племянницы. — Но возможно, с другим делом еще пока не улажено.

Хлоя не слышала их разговора. Она стояла, ничего не видя перед собой, и была не в состоянии понять то, что только сейчас услышала.

«Семья Мэйнард, — подумала она с недоверием, — бросает поместье, которое принадлежало им более трехсот лет? Нет, этого не может быть!»

Но она поверила во все остальное, что сказал сэр Грегори.

Итак, больше нет смысла волноваться, что она будет часто видеть Дариуса и Пенни. У него другая жизнь где-то и другие обязательства. Разве это не ирония судьбы?

Почувствовав комок в горле, Хлоя быстро встала:

— Здесь очень душно. Мне надо на свежий воздух.

— Иди, дорогая, — нежно сказала тетя Либби.

Хлоя улыбнулась ей и пошла в сторону дверей, ведущих к террасе. Она решительно шла туда и как будто не заметила, как Дариус заботливо помог Пенни спуститься с возвышения и повел ее в сторону стульев в другом конце зала.

Горько вздыхая, Хлоя вышла из дома в темноту.

Глава 13

Хлоя присела на каменную скамью. Через открытые окна из дома доносились звуки музыки. «Все, что мне нужно, — думала Хлоя, — это уехать далеко отсюда и найти себе работу, и так уставать, чтобы не хватало сил думать о нем. Или мечтать...»

— Хлоя, где ты? Я знаю, что ты здесь, — громко позвал Дариус.

Она замерла, сдерживая дыхание. Неужели он преследовал ее? Но как это возможно в таких обстоятельствах?

Хлоя старалась не шевелиться, затем услышала звук затихающих шагов.

«Ушел назад, в дом, — уныло подумала она, — к своим обязанностям хозяина, к своему отцу и женщине, которая носит его ребенка».

Она глубоко вздохнула, встала и, приподняв подол платья, пошла по газону. И вдруг услышала триумфальный голос позади себя:

— Ну наконец-то!

И Хлоя поняла: он никуда не уходил, просто спрятался на террасе.

В отчаянии она сделала попытку убежать от него, но каблук ее босоножки застрял в мягком дерне. Хлоя оставила ее на месте, сняла другую и, взяв ее в руки, неуклюже и смешно побежала босиком по газонной траве.

Он с легкостью догнал ее всего через несколько ярдов, в руке у него болталась потерянная босоножка.

— Когда я назвал тебя Золушкой, моя милая, это была лишь шутка, — сказал он.

— Тогда, возможно, у меня нет чувства юмора? — Хлоя дерзко посмотрела ему в лицо, сердце неровно стучало в ее груди. — Для меня часы уже давно пробили двенадцать, и мне пора уходить отсюда.

— Я тоже этого хочу, — сказал он печальным голосом, — но пока не могу. Так почему ты не хочешь подождать немного, чтобы уехать завтра вместе?

Вздрогнув, Хлоя резко сказала:

— Это невозможно, как всегда и было. Пожалуйста, прошу тебя, пожалей меня.

— Однажды я так и сделал, — произнес он тихо, — семь лет назад, когда дал тебе свободу. Когда влюбился в тебя, но вдруг осознал: если пойду на близость с тобой, то не смогу жить без тебя. А ты была слишком юной для серьезных отношений. У тебя впереди был университет, твои мечты о карьере — все будущее! — он вздохнул. — И я сказал себе: ты не имеешь права лишать эту девушку шанса найти себя в жизни. Будет жестоко и несправедливо просить ее бросить все и остаться со мной, как когда-то сделала моя мама... Она любила отца, но ей было тяжело привыкнуть к новой жизни. Я знал, что и тебе будет тяжело, поэтому принял решение избавиться от мысли быть с тобой и на следующий день вернуться во Францию. Но мое сердце рвалось на части... — Его худое лицо стало жестким, губы были сжаты. — Тем не менее я не хотел терять тебя из виду. Я рассуждал — если буду писать тебе и иногда даже встречаться с тобой в Лондоне, то однажды ты поймешь: мы созданы друг для друга. Но мы оба знаем, что из этого ничего не вышло.

Слезы потекли по ее лицу.

— Но ты ушел от меня ради нее! — Хлоя сказала те слова, которые раньше не смогла бы произнести вслух.

— Нет, — Дариус покачал головой, — я ушел с ней, а это разные вещи. Я был вынужден это сделать. Эндрю, по несчастной случайности, обнаружил нас вместе в моей спальне. Он, конечно, был в ярости, как с цепи сорвался. Выкрикивал обвинения, обзывал нас самыми последними словами. Отец, услышав шум, тоже спустился вниз и разозлился еще больше, чем брат. И оба отказывались выслушивать какие-либо объяснения... — он вздохнул. — Отец приказал мне покинуть поместье навсегда. Я не должен был подвергать жизнь Пенни опасности и оставлять ее здесь одну, поэтому забрал ее с собой в Лондон.

— Но... как ты объяснишь мне, каким образом Пенни оказалась у тебя в постели?

— Очень легко, — сказал он и оглянулся, — но не здесь. Это нужно сделать в уединении.

Прежде чем Хлоя хотела остановить его, он взял ее на руки и понес через газон к гравийной дорожке, а затем завернул за угол дома. Когда они добрались до боковой двери и Хлоя поняла, куда ее несет Дариус, она начала сопротивляться:

— Нет, я не...

Дариус нагнулся, подавив ее протест быстрым и страстным поцелуем, и так и нес Хлою до своей спальни.

Когда наконец Дариус поставил Хлою на пол, она задыхалась. Но у нее еще хватило сил выкрикнуть:

— Как ты посмел принести меня сюда — в комнату, где ты спал с ней и, без сомнения, будешь спать сегодня ночью? Или ты думаешь, что для меня это ничего не значит?

— Ты заблуждаешься, — спокойно ответил Дариус. — Пенни и я никогда не были любовниками ни в этой комнате, ни в каком другом месте. А что касается сегодняшней ночи... Муж ждет Пенни, как обычно, в их постели. Она бы познакомила вас раньше, но он был наверху, укладывал спать их маленького сынишку.

Наступила тишина, затем Хлоя выдавила:

— Пенни... замужем?!

— Уже давно, за Джином Пьером, моим другом, который управляет моим виноградником в Дордони. Он приехал в Лондон по работе, и спустя несколько лет они познакомились. А после недолгого ухаживания поженились.

— Но ты был тем, кого она хотела!

Дариус покачал головой:

— Она пришла ко мне, потому что была в отчаянии и хотела бросить Эндрю. Вот и все.

— Но почему?.. Если не ради тебя... — Хлоя ничего не понимала.

Дариус взял ее за руку, подвел к кровати и посадил рядом с собой:

— Эндрю и я никогда не были близкими друзьями. Ни в детстве, ни позже. У него была безупречная жизнь, у меня — нет. Брат был одиночкой и всегда гордился тем, что он папин наследник. У него не было близких друзей. Хотя он время от времени встречался с кем-то, постоянной девушки у него не было. Его помолвка с Пенни была сюрпризом, по крайней мере, для меня. Я понятия не имел, как они познакомились, но был очень рад за Эндрю. Пенни была красивой и очень веселой, и я подумал: вот та жена, которая нужна ему. — Дариус помолчал немного. — Меня не было в поместье долгое время, но когда я вернулся, то понял: между ними не все хорошо. Эндрю стал еще более замкнутым, а Пенни не была похожа на саму себя и превратилась в тень. Тогда я решил поговорить с моим отцом, но он свирепо посмотрел на меня и сказал, что Эндрю — образцовый муж, который вынужден жить с излишне нервной и чувствительной женой. А вот моя личная жизнь была позором для нашей семьи, поэтому я должен воздержаться от комментариев и не вмешиваться. — Он взял руку Хлои и нежно погладил ее пальцы, и у нее все внутри замерло. — Но что отец знал обо мне? Вскоре после нашего с ним разговора моя жизнь навсегда изменилась — с того самого момента, когда я пришел на озеро, чтобы искупаться, и встретил там темноволосую русалку, сидящую на камне...

Хлоя наклонилась, и ее волосы упали на ее покрасневшее лицо.

— И я влюбился, — продолжал Дариус. — Я еще никогда не был так счастлив. Впервые в моей жизни появился человек, ради которого мне хотелось жить и работать, строить планы на будущее. Но я не мог не принимать во внимание то, что творилось вокруг меня. Особенно когда Пенни начала преследовать меня, чтобы поговорить. Эндрю тоже это заметил, поэтому я держался от нее на расстоянии. Это было моей ошибкой — я вовремя не разглядел, что Пенни была у самой пропасти отчаяния. В тот год бал закончился раньше, и я был рад этому. Когда я вернулся в свою комнату, подушка пахла твоими духами. Я вспоминал, как восхитительно ты выглядела, вспомнил твои улыбающиеся глаза. — Он тяжело вздохнул. — И я назвал себя глупцом, потому что позволил тебе уйти. Я говорил себе, что, пока не поздно, нужно поехать к тебе на ферму и сказать: «Я буду любить тебя всю мою жизнь. Давай поженимся, как только я получу разрешение».

— Ты на самом деле хотел сказать мне это? — спросила она дрожащим голосом. — Но почему... не сказал?..

— Я уже объяснил тебе почему, — печально ответил Дариус. — К тому же я очень боялся, что ты мне откажешь. Мне казалось, лучше подготовиться к долгому и терпеливому ухаживанию. В ту ночь я заснул с мыслями о тебе, я так хотел тебя, что, когда кто-то дотронулся до моего плеча и назвал по имени, я подумал: это ты! Каким-то чудом ты вернулась ко мне... — он замолчал. — Но рядом с моей кроватью стояла Пенни в ночной рубашке. Она сказала: «Возьми меня с собой завтра. Я больше здесь не вынесу. Моя кузина Хелен в Кенсингтоне разрешила пожить у нее некоторое время, пока все не выяснится. Я возьму с собой только одежду». Сначала я подумал, что она выпила лишнего. Положение было очень щекотливое — я не знал, как незаметно довести Пенни до ее комнаты, ведь дом был переполнен гостями. Да и с постели я тоже не мог встать, потому что сплю голым. И я растерялся... — он скорчил гримасу. — Но тут Пенни расплакалась, села на мою кровать и дала волю слезам. Она сказала, что их брак никогда не был настоящим. Эндрю пытался в первые недели их брака заняться с ней сексом, но у него ничего не получалось. С тех пор они спали в разных комнатах. Она жаловалась на то, что он никогда не любил ее, а женился только ради того, чтобы она родила ему наследника. Вот только он сам был не в состоянии зачать этого наследника. А мой отец начинал делать ей недвусмысленные намеки по этому поводу.

— О боже! — произнесла потрясенная Хлоя. — Как же ей было плохо! Им обоим.

— Но это еще не все, — сказал Дариус. — Пенни сообщила мне самое страшное. Возможно, Эндрю не стоило жениться... или, по крайней мере, не на женщине. Однако Эндрю не признавался в этом никому, даже себе. В то время как я выслушивал Пенни, дверь открылась и в мою комнату ворвались Эндрю и отец. — Он вздрогнул. — Это было ужасно. Брат кричал, что давно подозревал нас, обвинял в тайных свиданиях в Лондоне, обозвал жену грязной шлюхой.

Хлоя поперхнулась:

— Он не мог так обозвать ее.

— Смог. Это был подходящий случай, чтобы избавиться от девушки, ставшей помехой для него. И мы ничего не могли сказать в свое оправдание, кроме того, что все отрицали. Пенни не стала обвинять Эндрю перед отцом, и я почувствовал к ней уважение.

Хлоя тихо сказала:

— Бедная Пенни знала — ее жизнь разбита на кусочки, и ничего не могла с этим поделать. Но разве ты имеешь право рассказывать мне это? Она не станет меня ненавидеть?

— Нет, Пенни сама предложила рассказать всю правду. Она чувствовала себя виноватой, потому что, попросив меня о помощи, тем самым невольно лишила меня семьи, дома и девушки, которую я люблю. Она сказала, что хочет все вернуть на свои места.

— Она рассказала отцу об Эндрю? — спросила Хлоя.

— Нет. Эндрю сам написал ему письмо до того, как отправился в горы. В нем он рассказал всю правду о себе. Он всю жизнь боролся со своим влечением к мужчинам, видя в этом предательство их рода. И я думаю, дикие лошади и страсть к опасным видам спорта доказывали его борьбу. — Он покачал головой. — Подозреваю, с отцом случился удар больше из-за письма, чем из-за смерти Эндрю. Но теперь отец полностью изменил свои взгляды на жизнь, он сам сказал об этом сегодня вечером. А я... я не верил, что смогу вернуть тебя. Когда я пытался связаться с тобой, твоя тетя прогнала меня прочь. Она сказала, ты меня презираешь. — Его губы дрожали. — Но я не мог забыть тебя, Хлоя, как ни старался. И когда услышал, что ты возвращаешься, понял — это мой второй шанс.

Она улыбнулась ему:

— Но ты не очень-то дружелюбно отнесся ко мне при нашей первой встрече.

Его губы расслабились в дразнящей улыбке.

— Ты приняла меня за другого, а потом озадачила своей предполагаемой помолвкой. Я знал, что Линдси и Иэн встречались, и вначале подумал: ты просто используешь Иэна, чтобы держать меня на расстоянии.

Она сказала низким голосом:

— Сначала я тоже так думала. Я твердила, что не позволю причинить себе новую боль. Я пыталась погасить мои чувства к тебе, но у меня ничего не получилось. И сегодня я хотела уйти только из-за Пенни. Увидев ее беременной, я подумала: это твой ребенок и ты собираешься на ней жениться. Мне стало так больно, что я решила навсегда убежать от тебя...

Он нежно сказал:

— Моя дорогая, в мире есть только одна девушка, которая может стать моей женой и матерью моих детей. Я сказал тебе, что приготовился к долгому и терпеливому ухаживанию. Но мое терпение почти на исходе. — Он убрал волосы с ее лица, затем приподнял одной рукой ее подбородок и посмотрел ей в глаза: — Я хочу тебя так сильно, моя милая! Неужели ты заставишь меня ждать еще?

Свернувшись калачиком, Хлоя лежала в объятиях Дариуса. Его губы целовали ее волосы, шептали ей слова, которые она никогда не слышала и уже не мечтала услышать.

Хлоя лежала на его плече и знала: безопасность и надежность, которую она искала, сейчас с ней, и так будет всегда.

— Мы должны одеться и спуститься вниз, — тихо сказал Дариус. — Сегодня последний бал «День рождения», и я должен потанцевать с тобой.

— О-о-о, — Хлоя виновато посмотрела на него, — а что о нас подумают?

— Правду, вероятно. Да и какое нам дело? Ни тебя, ни меня не будет здесь завтра, когда заработает мельница сплетен.

— Не будет?..

Он покачал головой:

— Завтра я возвращаюсь во Францию. Виноградник требует моего присутствия. — Он сделал паузу. — Но если ты не хочешь там жить, мы можем остаться здесь. Сделка по продаже поместья не завершена, поэтому если Уилоуфорд так много значит для тебя, то, пожалуйста, — и дом, и титул в твоем распоряжении. Выбор за тобой.

— Это все ничего не значит для меня. Я никогда и не думала, что это может быть моим.

— Значит, — сказал Дариус с улыбкой, — если сейчас я скажу тебе, мой обожаемый ангел: пойдем со мной и давай поженимся, как только я получу разрешение, то какой будет ответ?

— Такой же, каким был бы семь лет тому назад, — Хлоя повернула голову и прижалась губами к его шее, — что вся моя жизнь теперь твоя, отныне и вовеки.

— Думаю, ты только перепишешь свадебный сценарий. — И Дариус нежно поцеловал свою любимую.

Content

Сара Крейвен
Сама невинность

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13