Авиация и Время 2012 04

«Авиация и Время» 2012 №4 (128) липень – серпень

На 1 стор. обкладинки – повітряний бій пари пілотів Ла-7 з 9-го ГвВАП Героїв Радянського Союзу Амет-Хан Султана та Івана Борисова. Район міста Гумбінен, Східна Прусія, 16 січня 1945 р.

Мы помним, как все начиналось…

С этого номера 20 лет назад все и началось

Как-то очень быстро пронеслись эти два десятилетия. Вспоминая, с чего начинался наш журнал, мысленно возвращаемся в последний год существования СССР, когда и возникла идея создать в Украине периодическое авиационное издание. Взявшись за это дело, мы ничего не понимали ни в журналистике, ни в издательском деле, зато энтузиазма и оптимизма было хоть отбавляй. Кроме того, присутствовало глубокое убеждение, что в Украине есть собственные авиационные традиции, мощный авиационный потенциал, огромное количество профессиональных авиаторов и еще больше небезразличных к небу людей, а значит, специализированный журнал взойдет на плодородном грунте и найдет своих заинтересованных читателей. В общем, так и получилось…

Больше года ушло на подготовку первого номера и улаживание кучи формальностей. За это время развалился Советский Союз, и «АэроХобби» стал первым авиационным журналом независимой Украины. 5 августа 1992 г. мы стрепетом взяли в руки первый номер. Выглядел он невзрачненько даже по представлениям тех лет, но желание коллектива сделать качественный продукт не заметить было невозможно. Это сразу отметили и наши первые читатели. В редакцию посыпались благожелательные отклики, авторы стали бескорыстно предлагать свои материалы, от чего наш энтузиазм разгорелся еще больше. Его не остудили ни раздавшиеся с начальственных олимпов окрики, ни экстремальные экономические условия начала памятных 90-х годов.

Вскоре журнал перерос свое первое название, и с 1995 г. стал выходить под логотипом «Авиация и Время». Постепенно работа над ним вошла в производственный ритм, вросла в технологические рамки. За 20 лет вышли в свет 128 выпусков, на страницах которых опубликованы 938 статей, 255 чертежей, 1019 цветных «боковиков», 12688 фотографий и 321 другая иллюстрация. Согласитесь, это солидная база авиационных знаний, на которой воспитаны многие профессионалы и любители авиации.

Важнейшим фактором успеха журнала стала слаженная работа редакции, коллектив которой сохранял верность выбранному пути в течение всех двадцати лет. Увы, время безжалостно, и уже нет с нами Георгия Георгиевича Нестеренко и Вячеслава Михайловича Заярина. Светлая им память.

Невозможно представить «АиВ» и без наших авторов. В общей сложности на страницах журнала опубликовали свои статьи 361 человек из 21 страны, а чертежи представили еще 54 автора. Среди них были и умудренные опытом ветераны, и знаменитые летчики, и талантливые ученые, и совсем молодые исследователи, только начинавшие свой профессиональный путь. Наша признательность этим людям безгранична, надеемся, что и в будущем сотрудничество с ними будет таким же плодотворным.

Уже 12 лет выходят ежегодные спецвыпуски нашего журнала

Мы всегда с большим вниманием следили за мнением читателей о журнале. Благодаря Вашим, дорогие друзья, советам, подсказанным темам и поданным идеям родилось немало интересных публикаций.

Именно Вы были опорой редакции в самые трудные периоды. Спасибо Вам огромное!

Сегодня выход очередного номера «АиВ» уже не вызывает былых эмоций ни у работников редакции, ни у читателей, однако рождение каждого выпуска все еще остается волнительным процессом. Мы продолжаем дело, несмотря на снижение тиража, на сужение круга людей, заинтересованных в получении именно такой – глубокой, взвешенной, просеянной сквозь сито профессионального взгляда информации. И пусть современные тенденции изменения информационного рынка отнюдь не способствуют бурному расцвету подобных изданий, мы не унываем, а ищем пути дальнейшего развития журнала. Как всегда, будем делать ставку на серьезных, вдумчивых читателей и компетентных, ответственных авторов. Это – подлинное кредо «АиВ», с которым журнал смотрит в будущее.

Редакция

ПАНОРАМА

9 июля, в первый день работы авиасалона Farnborough International Airshow 2012, российская лизинговая компания «Ильюшин Финанс Ко.» подписала договор купли-продажи 15 региональных самолетов Ан-148/158 с панамской лизинговой компанией South American Aircraft Leasing S.А. Общая сумма поставки составляет около 420 млн. USD. Согласно договору ИФК выступает в качестве продавца этих самолетов и организатора финансирования сделки, а латиноамериканский партнер – в качестве лизингодателя приобретаемых самолетов для авиакомпаний стран Карибского бассейна и Африки.

Договор предусматривает поставку в Панаму трех самолетов Ан-158 в течение трех месяцев, начиная с декабря нынешнего года, а также опцион на поставку еще пяти Ан-158 и семи Ан-148 в течение 2013-14 гг. Самолеты Ан-158 будут построены Серийным заводом «Антонов» и переданы ИФК в соответствии с контрактами, подписанными этой лизинговой компанией и ГП «Антонов» в 2010-11 гг. «Это первый твердый контракт в рамках нашего договора с ГП «Антонов» на поставку 20 Ан-158, где есть конечные покупатели. Пока мы являемся эксклюзивным получателем этих самолетов с украинского авиазавода, – сказал пресс-секретарь ИФК Андрей Липовецкий. – Российское законодательство отличается от западного. Из-за определенных нестыковок мы не можем работать с лизингополучателями напрямую, поэтому и нашли партнера в Панаме».

Генеральный директор ИФК Александр Рубцов, общаясь с журналистами в ходе авиасалона «Фарнборо-2012», отметил, что к концу текущего месяца компания намерена подписать соглашение на поставку еще двух самолетов Ан-148 для одной из азиатских авиакомпаний. Что касается перспективных планов, он сообщил, что в ближайшие 5-6 лет ИФК намеревается приобрести более 150 самолетов, из которых 40% составят машины российского и украинского производства.

27 июля в Киеве завершились приемо-сдаточные полеты самолета Ан-32Б (сер. № 3704, бортовое обозначение YI-401 передано от самолета сер. № 3604), построенного на Серийном заводе «Антонов» в рамках контракта на поставку Республике Ирак украинской военной техники. Это шестой и последний Ан-32Б, выпущенный по этому соглашению. Предыдущие 5 самолетов (сер. №№ 3605,3606, 3607,3702 и 3703) уже находятся в Ираке.

31 июля на полигоне Широкий Лан в Николаевской обл. с борта самолета Ил-76 были десантированы 126 парашютистов 79-й Николаевской отдельной аэромобильной бригады Вооруженных Сил Украины.Руководил прыжками п-к Юрий Галушкин, который отметил, что «военнослужащие выполняли упражнение № 4 – прыжок с оружием и снаряжением с самолета Ил-76 днем. Скорость десантирования составляла 340 км/ч, высота – 650 м. Во время выполнения упражнения десантники в воздухе вели огонь по «противнику». За выполнение прыжков десантники заслужили оценку «отлично».

С 1 по 3 августа самолет Ан-124-100 «Руслан» авиакомпании «Авиалинии Антонова» в соответствии с планом очередной ротации украинского 56-го отдельного вертолетного отряда Миссии ООН в Либерии выполнил рейсы по маршруту Николаев-Монровия-Николаев. В Либерию были доставлены два вертолета Ми-8 и два Ми-24, а также сопутствующий груз общей массой до 60 т – имущество, необходимое для обеспечения деятельности вертолетного отряда и предназначенное для служб аэродромно-технического обеспечения, вооружения и тыла украинского миротворческого контингента. Прибыли также запасные части для авиационной, автомобильной, специальной и бронетанковой техники. Этим же самолетом в Украину были возвращены техника (в том числе 4 вертолета), которая требует очередного ремонта, и имущество, отслужившее установленный срок эксплуатации.

28 июля была совершена первая посадка истребителя на палубу авианосца «Викрамадитья» (см. «АиВ», № 3’12, стр. 3), который проходит испытания в Баренцевом море в рамках согласованного с индийской стороной плана. Посадку на самолете МиГ-29КУБ выполнили летчики-испытатели РСК «МиГ» Михаил Беляев и Николай Диордица. Затем были произведены первый взлет с этого авианосца и еще одна посадка на его палубу. В 2011 г. РСК «МиГ» завершила поставку ВМС Индии первой партии МиГ-29К/КУБ, а сейчас в производстве находится вторая партия самолетов из индийского заказа. Кроме того, в соответствии с подписанным в феврале этого года контрактом, РСК «МиГ» с 2013 по 2015 гг. поставит ВМФ России 20 МиГ-29К и 4 МиГ-29КУБ.

2 августа в России отметили 50-летие первого взлета Ми-8, оснащенного двумя двигателями (напомним, что первый прототип этой знаменитой машины имел один двигатель и поднялся в воздух на год ранее). Как отметил официальный представитель ВВС РФ п-к Владимир Дрик, за прошедшие годы по заказам Минобороны СССР и России было разработано более 30 модификаций Ми-8. Он также сообщил, что до конца текущего года в ВВС будет эксплуатироваться до 50 новых «восьмерок», а «к 2020 г. Военно-воздушные силы планируют иметь в своем составе более 400 новых вертолетов Ми-8».

10-12 августа в России прошли торжества, посвященные 100-летию национальных ВВС. За точку отсчета принят приказ по Военному ведомству Российской империи № 397 от 12 августа 1912 г. (30 июля по старому стилю), в соответствии с кото- ¦ рым была сформирована специальная воздухоплавательная часть в составе Главного управления Генерального штаба. В соответствии с указом Президента РФ № 949 от 29 августа 1997 г. День Военно-воздушных сил был официально установлен 12 августа. Главным событием юбилейных мероприятий стало крупное авиашоу на аэродроме Раменское. В том числе зрители увидели: пролет группы самолетов Су-25, МиГ-29 и Су-27, выстроивших цифру 100; воздушные показы истребителя 5-го поколения Т-50, стратегических бомбардировщиков Ту-160, современных вертолетов Ми-28Н, Ка-50, Ка-52, ретросамолетов У-2, МиГ-3, Як-3, УТИ МиГ-15; яркие выступления пилотажных групп «Русские витязи», «Стрижи» и «Беркуты», а также их зарубежных коллег из Великобритании, Италии, Турции, Франции, Польши, Финляндии и Латвии. На аэродроме также действовала выставка образцов авиационной техники, вооружения и спецтехники ПВО, все желающие могли посетить павильон авиасимуляторов. Всего на подмосковном авиашоу было задействовано более 110 летательных аппаратов.

С 30 июля по 17 августа в воздушном пространстве Австралии и Индонезии прошли многонациональные авиационные маневры Pitch Black 2012. В них приняли участие 2200 человек и 94 самолета из Австралии, Индонезии, Сингапура, Таиланда, Новой Зеландии и США, в том числе 4 истребителя Су-27 и Су-30МК2 ВВС Индонезии

17 июля в Рентоне (США) поднялся в воздух второй из заказанных ВМС Индии самолетов дальней морской разведки и ПЛО Boeing P-8I. Самолет создан на базе пассажирского Boeing 737-800NG. Всего Индия заказала 8 таких машин

10-12 августа в подмосковном Жуковском на аэродроме Раменское состоялось крупное авиашоу, посвященное 100-летию ВВС России. На фото: самолеты-символы разных поколений – полномасштабная летающая копия И-15бис и суперсовременный истребитель Т-50 (подробнее на стр. 1)

16 июля специальный транспортный самолет Airbus Beluga доставил из г. Сен-Назер (запад Франции) в г. Тулузу (юг Франции)переднюю секцию первого летного образца самолета А350 XWB. Секция оснащена всеми бортовыми системами, а ее длина составляет 21 м. В Тулузе будет осуществлена окончательная сборка нового лайнера.

19 июля в Форт-Уэрте (США, Техас) представители Великобритании приняли самолет Lockheed Martin F-35B Lightning II. Этот многофункциональный истребитель короткого взлета и вертикальной посадки – первый из четырех машин, предназначенных для прохождения испытаний в Великобритании.

19 июля Министерство обороны Израиля заключило с итальянской компанией Alenia Aermacchi контракт на поставку 30 учебно-боевых самолетов М-346 Master. Сумма сделки составила 600 млн.

USD. Кроме того, израильские военные подписали соглашения с компаниями Telespazio и Selex Elsag на поставку дополнительного оборудования для этих самолетов, что увеличило их общую стоимость до 850 млн. USD. Первые М-346 израильские ВВС получат в середине 2014 г. Постепенно новые машины заменят штурмовики А-4 Skyhawk, которые израильтяне используют более 40 лет.

20 июля информагентство АРМС-ТАСС распространило информацию о создании в Китае еще одного малозаметного истребителя 5-го поколения. Самолет представлен под обозначением F-60. Внешне он напоминает уменьшенный американский F-22. На фото истребитель запечатлен в частично разобранном виде (без хвостового оперения) во время перевозки к месту проведения испытаний. Как полагают многие аналитики, сама дневная транспортировка самолета может свидетельствовать об организованной китайской стороной утечке информации.

27 июля на сайте chinesemilitaryreview.blogspot.com были опубликованы фотографии прототипа китайского палубного самолета дальнего радиолокационного обнаружения и управления JZY-01. Вероятно, машина создана на базе самолета Y7, китайского аналога Ан-24.

31 июлякомпания AleniaAermacchi поставила 900-й учебнотренировочный самолет SF-260, который стал самым массовым итальянским самолетом послевоенного периода. За 46 лет SF-260 и SF-260TP (его турбовинтовой вариант) заказали ВВС не менее 27 стран, несколько летных школ, аэроклубы и частные клиенты.

31 июля компания Israel Aerospace Industries (IAI) представила модернизированный разведывательный беспилотный летательный аппарат Heron NG, ставший новым представителем самого продаваемого семейства израильских БПЛА. От предыдущих версий он отличается увеличенной до 1500 км дальностью полета и улучшенным набором бортового оборудования. Управление аппаратом и передача развединформации осуществляется с помощью системы спутниковой связи, разработанной Elta Systems, дочерней компанией IAI.

7 августа на авиабазе Эдвардс (Калифорния, США) концерн Boeing совместно со специалистами NASA начал летные испытания беспилотной модели перспективного самолета Х-48С, создаваемого по схеме «смешанного крыла» (Blended Wing Body, разновидность «летающего крыла»). Длина аппарата составляет 6,4 м. Исследования проводятся в рамках программы «Боинга» по созданию перспективного тяжелого самолета с размахом крыла более 73 м, которая рассчитана на 15-20 лет.

7 августа состоялся первый полет гибридного разведывательного летательного аппарата LEMV, разработанного американской компанией Northrop Grumman в интересах Армии США. Отличительной чертой LEMV является жесткий корпус самолетного типа и надувные тканевые отсеки. Как пишет Aviation Week, аппарат может совершать взлет по- самолетному, а после достижения нужной высоты превращается в дирижабль. Предусматривается, что он сможет 21 день оставаться на высоте 6000 м. Длина LEMV составляет 91,5 м, грузоподъемность – 1,1 т. Аппарат задуман беспилотным, но в первом полете им управлял летчик.

Контракт на разработку LEMV был заключен в июле 2010 г. Его сумма составила 517 млн. USD.

8 августа над Атлантическим полигоном ВМС США был выполнен первый сброс авиабомбы с самолета семейства F-35 Lightning II. В испытаниях задействовали истребитель F-35B, который взлетел с авиабазы Патаксент-Ривер.

Была сброшена 1000-фунтовая управляемая авиабомба GBU-32 без боевой части.

Вершина. Истребитель Лa-7

Сергей Мороз/ Харьков

Все и сразу

Лето 1943 г. ознаменовалось переломом на полях сражений Великой Отечественной войны. Добиться этого удалось, в том числе, и благодаря новому вооружению, которое получила Красная Армия и ее Военно-воздушные силы. В истребительные авиаполки поступил самолет Ла-5ФН, который имел заметное преимущество перед новыми немецкими истребителями Bf 109G-6 с моторами DB 606D и AM, а также FW 190А-8 с двигателем BMW 801D-2 не только в горизонтальной маневренности, но и по разгонным характеристикам, скорости и скороподъемности на малых и средних высотах, где в основном велись воздушные бои на советско-германском фронте.

Но добытое с таким трудом преимущество можно было быстро растерять. Противник не сидел, сложив руки. Завершалось проектирование истребителей Bf 109G-10 и FW 190D, с которыми командование люфтваффе связывало надежды на возвращение господства в воздухе. Более того, даже FW 190А имел превосходство в вооружении, а двух пушек Ла-5 уже не хватало для эффективного поражения новых самолетов всех классов. В бою с истребителями причиной тому стало повышение линейных и угловых скоростей взаимных перемещений самолетов и сокращение времени их нахождения на линии огня. Бомбардировщики и штурмовики стали более живучими, их оборонительное вооружение было усилено.

Командование ВВС требовало непрерывного совершенствования парка истребительной авиации, и Наркомат авиапромышленности (НКАП) отнесся к этому с пониманием. Но чтобы не сорвать темп поставок авиатехники, в новом истребителе предстояло максимально использовать технологическую оснастку серийных «Яков» и «Лавочкиных».

Яковлев вел работу в двух основных направлениях: делая легкий Як-3 с улучшенной маневренностью и скоростной Як-9У. Значительную долю прироста летных данных ожидали получить за счет моторов М-106 и М-107, более мощных, чем серийный М-105ПФ. Вооружение пока оставалось на прежнем уровне, но выпускался и Як-9Т с 37-мм пушкой. Лавочкин же стремился соединить прирост летных характеристик с повышением огневой мощи в одном самолете, не предпринимая рискованной замены апробированного мотора. В этом он опирался на работы по улучшению конструкции и аэродинамики серийного Ла 5ФН, которые были проведены совместно с ЦАГИ на самолетах Ла-5Ф М-82Ф № 39210206 и Ла-5 М-71Ф № 39210204.

На улучшенном Ла-5Ф всасывающий патрубок приводного центробежного нагнетателя мотора (ПЦН), который выступал над капотом, ухудшая обзор пилоту, перенесли под капот. «Бороду» маслорадиатора сдвинули из-под носовой части назад. Это потребовало удлинения трубопроводов маслосистемы, но сопротивление этого агрегата стало меньше. Переделали конфигурацию центроплана, улучшили герметизацию капота, фюзеляжа, кабины и ниш шасси. Наконец, самолет облегчили, тщательно обрезав все мелкие «лишние» участки стыков деревянных силовых элементов, которые обычно «торчали» внутри серийного фюзеляжа, зашкурили потеки клея и лакокрасочного покрытия.

Летчик Н.В. Адамович начал испытания Ла-5Ф № 39210206 14 декабря 1943 г. Результаты были положительными, но самолет не предназначался для запуска в серию, а служил лишь для отработки отдельных элементов нового истребителя. Проект приказа по НКАП о постройке двух его опытных образцов был подготовлен еще 13 октября 1943 г.

Разработку машины выполнили в очень короткие сроки под руководством С.М. Алексеева, заместителя главного конструктора ОКБ-21. Сам С.А. Лавочкин в то время занимался организацией филиала своего ОКБ на вернувшемся в Москву из эвакуации заводе № 381. Алексееву помогали всего несколько конструкторов ОКБ-21, но в деле участвовали ведущие сотрудники ЦАГИ во главе с начальником института Шишкиным. Особую роль в улучшении аэродинамики нового истребителя сыграли профессоры С.Л. Зак и А.К. Мартынов.

Главное внимание уделили силовой установке, капоту и фюзеляжу. Сам же мотор остался тот же, что и на серийных Ла-5ФН, – двухрядный звездообразный 14-цилиндровый М-82ФН, форсированный и оснащенный агрегатом непосредственного впрыска топлива в цилиндры НБ-ЗУ. На взлете он развивал мощность 1850 л.с., у земли на боевом режиме и на I границе высотности 1650 м его длительная мощность достигала 1630 л.с., а на II границе высотности 4650 м – 1430 л.с. Применение воздушного винта ВИШ-105СВ4 с «махоустойчивыми» профилями лопастей ЦАГИ повысило тягу при той же мощности на валу и обеспечило прибавку скорости 11 км/ч. Переделка дефлекторов системы обдува цилиндров дала еще 10 км/ч.

Массивные выхлопные коллекторы Ла-5 заменили индивидуальными патрубками, которые удалось компактно вывести под уменьшенные створки, прикрывавшие щели,через которые выходил охлаждавший мотор воздух. Они были удалены от центроплана, а переделка фюзеляжа (он больше не повторял у кабины обводы ЛаГГ-3) сгладила зону перехода к капоту. Все это не только дало дополнительное снижение сопротивления, но и оттянуло начало срыва потока над средней частью крыла до углов атаки 20-22", существенно улучшив маневренность машины.

В отличие от Ла-5Ф № 39210206 в новом проекте всасывающий патрубок ПЦН переместили в корневую часть центроплана, улучшив обтекание всей носовой части. Давление набегающего потока на входе там было меньше, но снизились и потери за счет уменьшения длины труб от воздухозаборника до расположенного за мотором нагнетателя.

Освободившееся место под капотом можно было использовать для установки третьей пушки. Первоначально ориентировались на серийные орудия СП-20 (ШВАК), но затем появилась возможность использовать новую пушку Б-20 системы Березина. Она весила всего 25 кг, почти вдвое меньше ШВАКа, а ее снаряд имел на 50 м/с большую начальную скорость, что при таком же секундном залпе давало преимущество в дульной мощности почти на 15%. На истребителе сохранили бомбовое вооружение: под крылом остались два «ухвата» под ФАБ-100 или меньшие бомбы.

Крыло тоже изменилось. Стенки лонжеронов консолей и центроплана решили выполнить из дюраля Д17Т, а полки – из менее дефицитной стали ЗОХГСА. Их объем уменьшился, и это позволяло несколько увеличить баки. Для радиостанции была сделана безмачтовая антенна.

В декабре 1943 г. опытный цех завода № 21 завершил постройку «улучшенного Ла-5ФН». Однако облету самолета помешала надолго испортившаяся погода, и только 30 января 1944 г. летчик Н.В. Адамович поднял его в первый полет.

Летная жизнь этой машины вскоре оборвалась из-за отказа мотора, и Адамовичу пришлось прыгать с парашютом, но зафиксированные к тому времени летные характеристики давали надежду.

Успех закрепили на второй машине, которую облетал Г.М. Шиянов 1 февраля. Ее испытания прошли в ударном темпе. Летчики ЛИИ достигли скорости у земли 630 км/ч, а на высоте 6000 м – 685 км/ч. Военные испытатели НИИ ВВС выполняли полеты на режимах, рекомендованных в строевой эксплуатации и учитывавших опыт боевого применения истребителей, потому полученные ими данные оказались несколько ниже. У земли при пониженном наддуве они получили только 597 км/ч (это было лучше, чем у опытного Ла-5ФН, лишь на 4 км/ч). Однако на I границе высотности 3250 м достигли 670 км/ч (прирост 44 км/ч), на промежуточной высоте 5000 м – 661 км/ч и на II границе 6000 м – 680 км/ч (прибавка 32 км/ч). С массой 3250 кг высоту 5000 м самолет набирал за 4,45 мин, что было лучше, чем у опытного Ла-5ФН, на 0,25 мин.

Госиспытания машины завершились быстро, и 15 марта 1944 г. Постановлением ГКО № 5404 он был принят на вооружение. Хотя сам Лавочкин обозначил машину как «Ла-5 эталон 1944 г.», в серию ее запустили под новым обозначением Ла 7.

Исследование Ла-7 в аэродинамической трубе

Немедленно приступить к производству

Весной 1944 г. разворачивались стратегические наступательные операции, целью которых было освобождение Правобережной Украины и Крыма, а также снятие блокады с Ленинграда, и фронт требовал скорейших поставок новых истребителей в строевые полки. Не дожидаясь устранения заводом № 21 мелких замечаний Заказчика и готовности пушек Б-20, НКАП издал 22 марта приказ №210с: «…В исполнение постановления ГКО:

1. Зам. наркома, нач. ПГУ Воронину, гл. конструктору Лавочкину и директорам заводов 21 Агаджанову и 381 Журавлеву немедленно приступить к производству самолетов Ла-7 с мотором АШ-82ФН с серийным вооружением двумя пушками ШВАК 20 мм…

2. Установить план: на заводе 21 – с 20 самолетов в мае до 250 в августе, на заводе 381 с 5 самолетов в июне до 25 в августе.

Переход на выпуск Ла-7 осуществить без снижения достигнутого уровня выпуска самолетов по заводу 21 – 17 в сутки, по заводу 381 -3 в сутки».

Значительная часть требований по улучшению Ла-7 относилась к силовой установке и к самому мотору М-82ФН, который серийно выпускался уже более года (с 1 апреля 1944 г. за ним официально закрепили обозначение АШ-82ФН по инициалам главного конструктора А.Д. Швецова). Прежде всего, это были неудовлетворительная работа регулятора смеси и насоса непосредственного впрыска, а также течи масла. Не очень удачная конструкция капота, дефлекторов и выходных каналов системы охлаждения вызывала перегрев головок цилиндров, горячий, смешанный с парами бензина и выхлопом воздух заполнял кабину. Масло же наоборот поступало в мотор слишком холодным и густым.

Планер самолета особых нареканий не вызывал, хотя по требованиям технологов пришлось несколько переделать крыло, и оно потяжелело на 45 кг. На Ла-7 вновь появилась мачта антенны, «съевшая» 5 км/ч скорости.

А вот с вооружением дело обстояло хуже. Не удалось скомпоновать не только три орудия ШВАК, но и три более компактные Б-20, т.к. они были поставлены с односторонними механизмами подачи ленты и выброса гильз. К тому же на испытаниях пушка Б-20 показала данные ниже заявленных. Для вооружения Ла-7 рассматривались новые орудия Шпитального LU-20 и Владимирова В-20, но они имели свои дефекты, и в серии продолжали выпускать самолеты с двумя старыми пушками ШВАК.

Изменения в конструкции самолета потребовали не только пересмотра большого количества техпроцессов, но и изготовления новых шаблонов, стапелей, десятков комплектов штамповочных формблоков и выклеечных «болванов» фюзеляжа. Тем не менее, требование не допустить снижения общих темпов поставок истребителей головной завод № 21 выполнил. По итогам 1944 г. в Горьком было сдано 1558 серийных Ла-7 и 3503 штуки Ла-5, что на 442 машины превысило программу 1943 г. и на 57 штук перекрыло даже скорректированный в сторону увеличения годовой план. За тот же год Московский завод № 381 построил 638 самолетов Ла-7, что было несколько меньше плана. В 1944 г. к производству Ла-7 присоединился и завод № 99 в Улан-Удэ, который сдал свои 40 машин и тоже не дотянул до плана. Но все понимали, что задания писали «с запасом», и особых санкций это не вызвало. А долги – это готовые машины, которые либо не успели облетать из-за зимней непогоды, либо отправленные на доработки после замечаний военприемки. Все они были сданы в первые дни января.

Новый 1945 г. все три завода встретили с налаженным производством Ла-7. Если за 1944 г. в строевые части ВВС было отправлено 1044 таких истребителя, то до 1 мая 1945 г. – 1913, что было почти вдвое больше, чем Як-3. В целом за тот год завод № 21 построил более 2500 «самолетов тип 45» (так в Горьком именовали Ла-7), 381-й завод – 660 (по другим данным – 684, в т.ч. 49 из агрегатов, полученных из Горького), а 99-й – 210.

С окончанием войны с Германией объем выпуска Ла-7 стал снижаться. Заводы № 21 и № 381 завершили производство одноместных Ла-7 осенью 1945 г. К концу года сдал свою последнюю «семерку» и завод № 99. Для-этих предприятий завершилась эпоха «деревянного самолетостроения», и они вступили в полосу реконструкции для перехода на выпуск цельнометаллических самолетов.

В целом выпуск Ла-7 в Горьком составил 4357 машин, включая малую серию «спарок» Ла-7УТИ. Итак, три завода построили 5909 самолетов Ла-7 всех вариантов, включая два опытных летных образца, и ряд самолетов, о которых мы скажем ниже.

Окончательная сборка истребителей Ла-7 на авиазаводе № 21

Борьба за качество

Самолеты Ла-7, выпущенные весной 1944 г., по летным характеристикам почти не уступали опытной машине, но постепенно скорости слегка снизились. Традиционными причинами того были упрощения конструкции в угоду технологичности производства, допущение на сдаваемых самолетах отклонений от конструкторской и технологической документации, а проще говоря – брака. В результате фронт получал самолеты в больших количествах, но с худшими боевыми качествами. Но кроме того, оставался ряд неудачных конструкторских решений, которые привели, например,к увеличению веса самолета или к возрастанию его аэродинамического сопротивления. Над устранением этих недостатков и предстояло работать авиапрому.

В середине 1944 г. серийные машины выдавали не более 660 км/ч на высоте 6000 м. Впрочем, это укладывалось в допуск 3%, заложенный в технические условия на поставку самолета. Причем на большинстве высот Ла-7 оставался быстрее серийного Як-3 того же периода. Преимущество с использованием форсажа у земли было 33-58 км/ч, а на высоте 1900 м – 42-52 км/ч. Лучший истребитель Яковлева вырывался вперед на высотах 3800-4000 м и выигрывал до 12 км/ч, но выше 5000 м снова отставал и на шести километрах проигрывал уже 34 км/ч.

Новый «Лавочкин» оказался лучше Як-3 в установившемся вираже, замыкая круг на высоте 1000 м за 18-19 с, т.е. быстрее «Яка» на 2-3 с. Но на неустановившихся маневрах выигрывал легкий и менее инертный Як-3. Он отличался и лучшей управляемостью. Скороподъемность «Лавочкина» у земли была выше, чем у Як-3, примерно на 1,7 м/с, но на подходе к высоте 3 км преимущество переходило к «Яку» и до 5000 м составляло около 2 м/с. В итоге в наборе зачетных 5000 м «Лавочкин» уступал «Яковлеву» 6 с. Далее снова выигрывал Ла-7, но немного. Набор высоты за боевой разворот был примерно равным и составлял 1200 м.

В августе 1944 г. в НИИ ВВС поступил Ла-7 с максимальной скоростью лишь 640 км/ч, который уступал «среднестатистическому» Як-3 почти везде до высоты 5300 м. Но это было скорее исключение из правил. Например, серийный Ла-7 выпуска марта 1945 г. на контрольных испытаниях развил вполне приличную скорость 675 км/ч на высоте 6150 м.

На той же машине температура в кабине достигла+55° С, что, к сожалению, было делом обычным. В технических требованиях к самолету Ла-7 на 1945 г., утвержденных 25 октября 1944 г., был введен пункт, требовавший обеспечить температуру в кабине не выше +30° С при нуле за бортом. 25 марта 1945 г. закончились специальные испытания Ла-7 № 38102158 с улучшенной теплоизоляцией, герметизацией и вентиляцией кабины: температура была в норме, но концентрация ядовитой окиси углерода в кабине превышала предельно допустимую в 4 раза, обнаружены были и альдегиды – продукты термического разложения масла.

Контрольные испытания горьковского Ла-7 № 45212225 выявили источник образования СО: чадилаткань, которой поверх асбеста была оклеена трубка, подающая еще горячий выхлоп мотора в систему нейтрального газа. Летчики задыхались, глаза слезились, и несколько полетов пришлось даже прервать.

В мае 1945 г. на контрольные испытания поступил Ла-7 № 45213276, на котором были предприняты дополнительные меры по герметизации замоторного пространства, а вместо старой трехрожковой вентиляции был поставлен один воздухозаборник на нижней части центроплана перед входом маслорадиатора. Состав воздуха в кабине улучшился, но поднялась температура в мотоотсеке. Головки цилиндров грелись до 210" С, масло – до +70" С, а при +14° С за бортом жара в кабине доходила до +38°.

Главком ВВС Новиков в письме, направленном 21 мая, потребовал от Наркома авиапромышленности Шахурина: «Прошу Ваших распоряжений гл. конструктору Лавочкину о принятии чрезвычайных и срочных мер по доводке вентиляции и герметизации кабин самолетов Ла-7 и предъявлении модернизированного образца на повторные испытания в ГК НИИ ВВС, а также директорам заводов о тщательном выполнении на самолетах Ла-7 герметизации и вентиляции кабин в полном соответствии с чертежами гл. конструктора».

Лавочкин ответил так: «Считаю, что величина полученных температур в кабине пилота, как на опытной машине, так и на серийной машине завода №21, достаточно приемлема. Высокая температура кабины на ранее выпущенных самолетах объясняется тем, что заводы и ГУЗ ВВС(Главное управление заказа. – Авт.) не реализовали выпущенный бюллетень по данному вопросу. В настоящее время заводы и ГУЗ ВВС срочно приступили к реализации вышеуказанного бюллетеня. Конструкция новой вентиляции внедрена в серию на всех заводах. Нами в настоящее время проводятся работы над дальнейшим снижением температур, независимо от достигнутых вышеуказанных результатов».

Опыт воздушных боев показал, что летчики редко применяют форсаж на малых высотах более 2-3 минут. Причиной тому была не боязнь отказа мотора АШ-82ФН, а изменение тактики боя: высокая скороподъемность Ла-7 позволяла реализовать восходящие маневры за более короткое время. На нисходящих маневрах самолет хорошо разгонялся, и для возврата на высоту летчику не требовался форсаж – хватало накопленной кинетической энергии. Работала знаменитая покрышкинская формула боя: высота-скорость-маневр-огонь.

Скорости у земли 590-595 км/ч (на 1-й скорости нагнетателя) было вполне достаточно, чтобы набрать высоту и далее вести «агрессивный» бой с любым немецким самолетом, включая новейшие FW 190D-9 и Bf 109G-10 или К-4.

Тем не менее «наверху» даже после окончания войны требовали срочного устранения дефектов ряда самолетов, в т.ч, и Ла-7. Так, Постановления ГКО № 98999сс от 24-го августа и № 9920сс от 27 августа 1945 г., Постановление Совнаркома № 2299 59/СС от 10 сентября обязывали Лавочкина, директоров заводов № 21 Агаджанова, № 19 Солдатова устранить выставленные ВВС замечания, предъявив доработанный самолет на испытания к 15 октября 1945 г. К тому времени производство Ла-7 сохранялось только на заводе № 99, и с 1 ноября его директор Прокофьев обязан был внедрить доработки в серию. Однако выпуск Ла-7 завершался, и более важным становился новый бюллетень, который предстояло выполнить на машинах, остававшихся в строевых частях.

Моторный отсек истребителя Ла-7

Раскапотированный отсек вооружения. Левый патронный ящик выдвинут

К концу 1944 г. на Ла-7 было внедрено объединенное гидравлическое управление газом и шагом воздушного винта. Агрегат ВГ-82 значительно упростил управление силовой установкой в бою, улучшились ее приемистость и надежность. А 8 апреля 1945 г. удовлетворительно закончились Госиспытания самолета № 38101356, на котором, кроме системы ВГ, поставили автомат переключения скоростей нагнетателя Э-67 и регулятор температуры цилиндров мотора АРТЦ-43, устранивший проблему перегрева двигателя у земли. Ведущий летчик-испытатель Д.Г. Дикуленко сделал 24 полета, затем был произведен облет машины многими другими пилотами.

Но внедрение полезных доработок уперлось в технологические и кадровые проблемы. Наладку нового оборудования при его монтаже на серийных самолетах могли выполнить только рабочие самой высокой квалификации, а их всегда не хватало. 2 декабря 1945 г. на контрольные испытания в ГК НИИ ВВС поступили три улучшенных Ла-7, на которых был вскрыт целый «букет» застарелых дефектов.

Неудовлетворительная работа регулятора смеси и насоса непосредственного впрыска, трещины выхлопных патрубков, переохлаждение масла на крейсерском режиме и отказы свечей были «болезнями хроническими», как и несинхронность выхода предкрылков, а также недостаточная дальность радиосвязи и действия радиокомпаса из-за некачественной металлизации самолета. Температура же головок цилиндров в наборе высоты на форсаже достигала +265° С, что было чревато аварией мотора.

На взлете во всасывающие патрубки нагнетателя мотора Ла-7 в корне крыла попадало гораздо больше пыли и другой грязи, поднятой с ВПП воздушным винтом, чем на Ла-5. Для предотвращения повышенного износа и преждевременного выхода из строя моторов в начале 1945 г. были внедрены специальные фильтры. На взлете и посадке летчик закрывал заслонку и переключал подачу воздуха с прямого тока на фильтры, входы которых были сделаны на нижних поверхностях центроплана. Давление наддува уменьшалось, мощность падала, но увеличение длины разбега Заказчик счел несущественным, как и некоторое падение скоростных данных из-за ухудшения местной аэродинамики центроплана, зато случаев отказа мотора стало меньше.

Работа по доводке мотоустановки Ла-7 продолжилась и после войны. Осенью 1945 г. была внедрена новая конструкция противопылевых фильтров с входами на верхней поверхности центроплана, еще лучше защищенной от попадания мелких посторонних предметов. Повысилось качество изготовления моторов АШ-82ФН благодаря внедрению новых технологий и ужесточению требований к чистоте и порядку обработки деталей, что было невозможно во время войны, когда доминировало количество сдаваемой продукции.

С начала 1945 г. самолеты Ла-7 стали комплектовать радиополукомпасами РПК-10, а со второго полугодия 1945 г. – и ответчиками «свой-чужой» СЧ-3. Истребитель Лавочкина стал первой советской машиной, которая получила такое оборудование штатно в ходе производства. К лету 1945 г. процент Ла-7, оснащенных РПКО-10 и СЧ-3 был выше, чем аналогичных истребителей Яковлева. Но антенна СЧ-3 располагалась так, что летчик, прыгая с парашютом, мог удариться о нее. Специалисты НИИ ВВС в сентябре 1945 г. разработали внутрифюзеляжную антенну ответчика.

Ла-7 – эталон 1944 года

Истребитель Ла-7 ранних серий во время контрольных испытаний в НИИ ВВС

Проектом Ла-7 было предусмотрено увеличение топливных баков по сравнению с Ла-5. Но все получилось наоборот – запас бензина и масла уменьшили с 395 до 326 кг, и дальность серийной машины оказалась даже меньше, чем у Як-3, который тоже не удовлетворял Заказчика по этому параметру. В сентябре 1944 г. для Ла-7 были разработаны новые мягкие топливные баки, но на Государственные испытания Ла-7 № 38109659 с двумя дополнительными баками в консолях и одним в центроплане поступил только 22 апреля 1945 г. К 30 апреля летчик И.М. Тимофеев выполнил 63 полета, показав пригодность этого усовершенствования к внедрению в серию, но это реализовано не было.

Весной 1946 г. в СССР провели большую административную реформу, и на смену народным комиссариатам пришли министерства. Но изменения были куда глубже простой смены вывесок – речь шла об изменении военной, хозяйственной и технической политики. Пришли новые руководящие кадры, которые эту новую политику претворяли в жизнь. Но ведь старое руководство – это герои великой войны, победители, организаторы Победы, и просто так отправить их в отставку было невозможно. Следовало найти на них компромат, и это сделали. На коллегии Министерства авиапромышленности (МАП) по вопросу качества авиатехники, состоявшейся 23-26 апреля 1946 г., досталось «по полной» и всем участникам производства Ла-7 с мотором АШ-82ФН. Вот лишь несколько выдержек из стенограммы той коллегии.

«На моторе АШ-82ФН… имел место крупный дефект – перегрев головок цилиндра, на самолете Ла-7 из-за нарушения заводом №21 технологии лопались лонжероны. Это приводило к катастрофам и гибели летчиков во время боевой эксплоатации. Максимальные скорости самолета в серийном выпуске были ниже заявленных гл. конструктором и утвержденных решением Правительства…, по причине существенного отличия серийного самолета от эталона, прошедшего государственные испытания. Самолет имел ряд конструктивных дефектов, снижающих летно-технические данные, например – высокая температура в кабине летчика, доходящая до 50-60 градусов, высокая температура винтомоторной группы, приводящая к перегреву головок цилиндра и масла, попадание выхлопных газов в кабину летчика, переохлаждение масла на крейсерском режиме полета, неудовлетворительная работа регулятора смеси и насоса непосредственного впрыска, наконец, течь масла через уплотнения мотора».

«Завод №21 допускал нарушения при производстве самолета… не выдерживал теоретические сечения по капоту мотора, крыльям, фюзеляжу, хвостовому оперению. Герметизация капота, фонаря пилота, щитков шасси и др. выполнялась плохо. Плохое прилегание предкрылков и волнистость по нижней кромке, неудовлетворительная наружная отделка самолета приводила к потере скорости. Кроме того имелся и ряд других производственных дефектов, например, нарушение технологии изготовления лонжеронов. Агаджанов, директор завода №21, достаточно опытный директор для того, чтобы понимать, что при тех условиях, когда по этому самолету было специальное решение Правительства о технологических недостатках, следовало бы решительно провести в жизнь необходимые практические мероприятия для устранения в короткий период отмеченных решением Правительства дефектов и представить самолет на повторные государственные испытания. Однако, завод №21 затянул это дело на продолжительный период времени. В итоге, до сего времени самолет повторных госиспытаний не прошел и завод находится в явном банкротстве – прекратил выпуск продукции и рабочим нечем оказалось платить зарплату».

«По заводу № 381 были значительные отклонения профилей от теоретических обводов сверх допусков…, причем эти отклонения у крыла были 3-6 мм, у зализов до 24 мм. Недостаточная герметизация капота мотора, отход щитков шасси, грубая отделка поверхности самолета.

Завод №381 и его директор Журавлев отличались явно небрежным выполнением своих обязанностей по качеству выпускаемой продукции и докатились до преступных деяний. Другой квалификации дать этим фактам нельзя. До настоящего времени обстановка на заводе № 381 продолжает оставаться нетерпимой и мы вынуждены будем ставить вопрос о жестких мерах по отношению к руководству завода, а Журавлева отдать под суд».

Вот так, ни больше, ни меньше. Да, факты указанных деяний налицо и документально подтверждены, но каковы их причины? То, что на коллегии выставили как «небрежность», могло быть вызвано простой боязнью сорвать график поставки самолетов фронту. Заваренная «каша» дорого обошлась многим, включая А.И. Шахурина, который всю войну руководил авиапромышленностью. Директору завода № 381 грозила тюрьма за плохое качество «его» Ла-7, а между тем за перевыполнение плана по количественным и качественным показателям в период с января по июль 1945 г. именно этому предприятию ежемесячно присуждали 1-е место в соцсоревновании авиазаводов НКАП и переходящее Красное знамя ГКО. Но от сумы да тюрьмы не зарекайся…

В послевоенный период в СССР началась новая волна репрессий против руководителей промышленности и видных военных. После 1956 г. большинство обвинений признали необоснованными, и осужденных реабилитировали. Но это все было потом…

«Трехточечный» Ла-7 выпуска 1945 г. Воздухозаборники системы всасывания мотора закрыты заслонками

Три «точки»

Из-за потерь на синхронизацию стрельбы с вращением воздушного винта истребитель Ла-7 с двумя пушками ШВАК уступал «трехточечному» Як-3 с мотор- пушкой СП-20 (ШВАК) и двумя синхронными пулеметами УБ-12,7 по секундному залпу на 0,39 кг/с (24%), а по дульной мощности – на 239 л.с. (37%). Неудивительно, что задача усиления вооружения истребителей Лавочкина оставалась крайне актуальной. В июле 1944 г. начальник 7-го главного управления НКАП доложил о готовности легкой пушки Шпитального Ш-20, предложив принять ее на вооружение вместо Б-20. Но на поверку и это орудие оказалось весьма «сырым». Следующая попытка провести испытания Б-20 была предпринята летом. Летчик Добросконин сделал пять полетов, выявив попадание гильз на стабилизатор и ненадежную работу самих орудий. В результате подготовленный НИИ авиавооружения отчет № 225 от 30.07.44 г. не позволял заменить вооружение в серии.

В августе 1944 г. на Госиспытания вновь был предъявлен Ла-7 с тремя улучшенными Б-20, но и эта попытка оказалась неудачной. Лишь осенью удалось получить более-менее сносные результаты, и 10 октября вышло Постановление ГКО № 6681, утвердившее акт о положительных результатах испытаний. Но НКАП отреагировал только 26 октября, выдав приказ № 635сс, предусматривавший выпуск первой полусотни Ла-7 с тремя пушками Б-20 на заводе № 381 в ноябре 1944 г., а в следующем месяце еще по 50 таких самолетов должны были дать 381 -й и 21-й заводы.

Тем же приказом были утверждены новые данные Б-20. Стендовый темп стрельбы удалось увеличить с 697 до 820 выстр./мин, но начальную скорость снаряда пришлось ограничить с 750-815 до 635 м/с, и дульная мощность упала.

Теперь трехточечный Ла-7 превосходил Як-3 со смешанным вооружением по секундному залпу на 26%, но уступал на 23% в дульной мощности. Правда, козырем нового вооружения Ла-7 оставалось более мощное разрушающее действие самих 20-мм снарядов по сравнению с 12,7-мм пулями.

Лавочкин был обязан закончить передачу серийной документации на новую пушечную установку с общим боекомплектом 450 снарядов (на два ШВАКа их было 340) к 1 ноября. Это ставило серийщиков в довольно сложное положение, т.к. от конструкции, созданной весной 1944 г., мало что осталось.

На Госиспытания новый трехточечный Ла-7 № 38100358 поступил только 25 января 1945 г., но до 7 февраля В.Г. Чернавский смог выполнить на нем только 2 полета. 22 февраля испытания возобновились на машине N9 38105758, но также не дали ожидаемого результата. В Акте зафиксированы не только дефекты оружия, но и падение скорости по сравнению с «эталоном 1944 г.» на 26 км/ч у земли и на 18-38 км/ч по высотам. Последняя цифра Заказчика удовлетворить не могла, и «добро» на массовый выпуск Ла-7 с усиленным вооружением он не дал.

С 26 марта по 6 апреля 1945 г. прошли специальные испытания серийных «трехточечных» Ла-7 №Ng 38102660 и 38108459. И снова неудача. Девятого июля закончились специальные испытания Ла-7 № 38102663 с фильтрами на всасывающих патрубках ПЦН, улучшенной вентиляцией кабины и новой трехточечной пушечной установкой с уменьшенным боекомплектом 390 патронов – итог тот же. Не принесли положительного результата очередные стрельбы, состоявшиеся в сентябре: пушки Б-20 «горьковских» Ла-7

№№45214414,45214415 и 45214416 дали в среднем на машину по 3275,3222 и 3155 выстрелов вместо 5000, установленных в документации на орудие.

В апреле 1945 г. начались поставки Як-ЗП с тремя улучшенными пушками Б-20М/С с повышенной начальной скоростью снаряда. Он превосходил трехточечный Ла-7 по залпу на 15%, а по дульной мощности – почти вдвое. К тому же батарея «Яка» работала лучше из-за меньшего уровня вибраций и температуры в зоне установки вооружения. Но Лавочкин не оставлял попыток «обойти конкурента».

Еще в начале 1944 г. закончились стендовые испытания новой пушки НС-23 конструкции Нудельмана и Суранова из КБ-16 НКВ. Она имела меньший патрон, чем ВЯ-23 (23x115 против 23x153Б у системы Волкова-Ярцева при аналогичном снаряде), была меньше и почти вдвое легче – 37 кг против 66-ти. Ее параметры идеально подходили для истребителя, и по личному указанию Сталина на один Ла-7 была смонтирована одна пушка НС-23 и одна Б-20. Но Госиспытания, проводившиеся с 20 по 31 июля 1944 г., пушка не выдержала. 2 октября она была предъявлена повторно – и снова неудачно. Ее удалось довести только к 1947 г.

Летом 1945 г. началось проектирование модифицированного варианта Ла-7 с четырехточечным вооружением. Его летные испытания должны были начаться в конце года. Но реализовать задумку удалось только на новом самолете Ла-9, который имел другую конструкцию и мотоотсека, и установки вооружения. В массовом производстве остался Ла-7 с двумя пушками ШВАК. Построенные в небольшом количестве трехточечные Ла-7 на фронт все же попали. И что интересно: строевым пилотам они нравились, и работа вооружения не вызывала у них таких нареканий, как у испытателей.

Опытный экземпляр Ла-7УТИ на Госиспытаниях. Август 1945 г.

Еще один опытный экземпляр учебно-тренировочного истребителя Ла-7УТИ

Неожиданно трудная задача

21 февраля 1945 г. вышли Постановление ГКО № 7560сс и ответный приказ по НКАП № 76сс, который требовал: «а) передать заводу 163 чертежи учебного самолета Ла-7 с двойным управлением не позднее 10 марта с.г.; б) изготовленный ОКБ на заводе 21 учебный Ла-7 передать в ГК НИИ ВВС на гос. испытания к 15 марта с.г… И.о. нач. 6 ГУ Пагину и директору завода 163 Иваненко обеспечить с 1 апреля 1945 переоборудование самолетов Ла-7 в учебные самолеты с двойным управлением по 120 самолетов ежеквартально».

В проекте новой «спарки» были учтены замечания Заказчика к Ла-5УТИ и рекомендации ЦАГИ по результатам продувки самолета Ла-5УТИ № 39215055 в аэродинамической Т-101. Но завод № 21 переоборудовал серийный Ла-7 № 45211521 в марте 1945 г., не реализовав этих новшеств. Из-за обилия дефектов график заводских испытаний был сорван, и на Госиспытания машину передали лишь в начале августа 1945 г., а 16 числа того же месяца полеты были прерваны. Дело в том, что во время приземления на Ла-7УТИ при центровке в 23,5% средней аэродинамической хорды летчик переставал ощущать усилия на ручке управления, и это настолько дезориентировало, что даже испытатели с трудом выполняли посадку. Самолет забраковали.

6 октября на испытания поступил значительно доработанный Ла-7УТИ, которому на заводе № 21 присвоили новое внутреннее обозначение – «тип 46». Машина № 46210117 получила два центровочных груза (25 кг чугуна под капотом) и неубираемое хвостовое колесо с полуавтоматическим механизмом стопорения в нейтрали. Это позволило сместить центровку на 1,5% вперед. На самолете улучшили герметизацию и вентиляцию капота и кабин. Управление тормозами шасси сделали по типу Як-9В, на переднем месте курсанта установили шторки для слепого полета и радиостанцию РСИ-4. Было предусмотрено использование радиополукомпаса РПК-10, индикатора курса, авиагоризонта, аэрофотоаппарата АФА-ИМ и фотокинопулемета ПАУ-22.

Испытания провели летчики А.Г. Прошаков и Д.Г. Дикуленко с 6 по 19 октября 1945 г. По пилотажным качествам, в т.ч. при выполнении высшего пилотажа, включая штопор, а также на посадке Ла-7УТИ «тип 46» не отличался от серийного Ла-7 «тип 45». Однако температура в передней кабине достигала +28° С при + 10° С за бортом, и оценка снова оказалась неудовлетворительной.

В январе 1946 г. на испытания вывели второй опытный «тип 46» № 46210325. На самолете была устранена часть дефектов, но из-за этого центровка снова сместилась назад и достигла 24,5%, хотя на капоте редуктора мотора установили дополнительные центровочные грузы, ухудшив его прочность. Испытаний самолет не выдержал.

Весной 1946 г. с Ла-7УТИ № 46210117 сняли грузы, а в канал управления РВ ввели пружинный балансир-компенсатор, который имитировал нагрузку на РУС вблизи нейтрали. Испытания машина прошла в апреле. Ощущения пилота вошли в норму, но при центровке 25,2% самолет на некоторых режимах полета стал статически неустойчивым.

Таким образом, все попытки простой переделки истребителя в «спарку» оказались бесплодны. Осознав это, конструкторы завода № 21 сделали в габаритах Ла-7 практически новую машину с крылом без центроплана, которое стыковалось по оси самолета. Его обшивка набиралась из 5-8 слоев шпона по 0,75- 1,15 мм. Хвостовую часть фюзеляжа облегчили, вновь вернувшись к бакелитовой фанере толщиной 2,5 мм. Маслорадиатор перенесли под 2-й ряд цилиндров и увеличили. Центровочные грузы не использовали. Самолет получил все требуемое военными оборудование. Вес пустого удалось снизить на 111 кг. Центр масс сместился вперед, и машина оказалась вполне приятной в пилотировании, а также достаточно прочной для выполнения любого пилотажа.

Заводские испытания прошли с 16 июля по 16 августа 1946 г. В день их завершения машину принял НИИ ВВС на аэродроме Чкаловская, и вскоре Акт по результатам Госиспытаний был подписан. Дефекты оказались незначительными и, в основном, касались работы радио и СПУ. Некоторая несинхронность выпуска автоматических предкрылков вызывала легкое «дергание» ручек управления, но это явление наблюдалось и на обычных Ла-7, считалось неопасным, что было отмечено в инструкции летчику.

Технологически серийный Ла-7УТИ «тип 46» значительно отличался от одноместного Ла-7 «тип 45», но завод № 21 смог быстро восстановить производство, построив во второй половине 1946 г. малую серию «спарок». Их трудоемкость и себестоимость оказались даже ниже, чем у серийного истребителя. «Спарки» продержались в войсках, пожалуй, дольше всех остальных Ла-7, заслужив в целом положительную оценку.

Опытный истребитель Ла-7ТК (изделие «116») с мотором АШ-82ФН и двумя турбокомпрессорами ТК-3

Приборное оборудование и правый борт кабины серийного истребителя Ла-7

Какой мотор лучше?

Вся советская истребительная авиация в годы войны использовала три основных мотора: ВК-105, АМ-35А и АШ-82, но авиаконструкторы все время пытались найти им альтернативу или хотя бы добиться улучшения их качеств.

Во второй половине 1944 г. на заводе № 19 в г. Молотов (Пермь) закончились 100-часовые испытания нового мотора АШ-83 взлетной мощностью 1900 л.с. Под него Лавочкин спроектировал истребитель«120» (Ла-120), имевший новое крыло, концевые части которого набрали из ламинарных профилей ЦАГИ, увеличенное оперение, облегченную конструкцию и усиленное вооружение из двух пушек НС-23. Приказом по НКАП № 440сс от 20 июля 1944 г. заводу № 21 была задана постройка войсковой серии из пяти Ла-120 со сроком сдачи в сентябре 1944 г.

Головной самолет сделали практически в срок, но его мотор работал крайне не надежно. На форсаже летчики летать не рисковали, но и на «номинале» машина развивала 604 км/ч у земли и 725 км/ч на высоте 7400 м, а время набора высоты 5000 м было не более 4,9 мин. К12 сентября 1945 г. заводские испытания Ла-120 закончились, но на вооружение машину не приняли, т.к. мотор довести не удалось.

Заказчик повысил требования к вооружению и дальности, к тому же для мирного времени требовались цельнометаллические истребители с большим ресурсом. Работа над таким самолетом «130» уже шла. По сравнению с ним Ла-120 выглядел морально устаревшим, хотя и был более скоростным. Проект модификации с предельно форсированным AШ-84 реализован не был.

В мае 1944 г. один Ла-7 оснастили 2000-сильным двигателем АШ-71Ф в мотоустановке по типу улучшенного Ла-5 № 0204. Формально этот двигатель уже считался серийным, но на деле производство было штучным, и экземпляр, попавший на Ла-7, не позволил машине нормально пройти испытания.

Еще одним направлением совершенствования силовой установки Ла-7 стало применение турбокомпрессоров (ТК), служивших для подачи в двигатель сжатого воздуха. В конструкции каждого использовалась осевая турбина, вращаемая выхлопными газами. ТК с успехом применяли американцы, и остальные пытались им подражать. Несколько турбокомпрессоров было создано и в СССР. С января 1943 г. Лавочкин занимался созданием высотной модификации Ла-5 с отечественным агрегатом ТК-3 и уже имел достаточный опыт, когда 6 июня 1944 г. вышел новый приказ по НКАП № 382сс «Об отработке высотные истребителей».

Этот документ обязывал завод № 381 к 25 июля 1944 г. построить 5 высотных перехватчиков Ла-7ТК («116») и столько же – к 10 августа. На обычные серийные самолеты предполагалось установить двигатели АШ-82ФН с двумя ТК-3, которые при сохранении характеристик мощности увеличивали I! границу высотности на 2000 м. Самолеты облегчали за счет снятия бомбардировочного вооружения, правой пушки LUBAK и системы пневмозапуска мотора, потому был применен старый воздушный винт ВИШ-105В с храповиком для автостартера.

Летчик-испытатель Г.М. Шиянов облетал головной Ла-7ТК точно в срок, но уже на следующий день он был вынужден прекратить выполнение второго испытательного задания из-за перебоев в работе мотора. И хотя самолет подтвердил главный расчетный параметр (скорость 676 км/ч была достигнута на высоте 8000 м), его потолок оказался хуже, чем у серийного Ла-7 (11300 м по данным контрольных испытаний). Мотор с ТК нормально работал лишь до высоты 8500 м, а дальше из-за повышенного наддува наблюдался перерасход масла и перегрев цилиндров. Самолет испытаний не выдержал, и намеченная войсковая серия построена не была. В июле 1945 г. этот истребитель потерпел катастрофу.

Тот же приказ № 382сс предусматривал постройку облегченного (взлетная масса не более 3100 кг) высотного Ла-7 с одним ТК-3. Самолет следовало закончить к 1 октября 1944 г., но он был готов только в начале января 1945 г., а силовая установка мало отличалась от первого Ла-7ТК. В первом же полете 12 января 1945 г. было замечено сильное факеление турбокомпрессоров. Причину усмотрели в неправильной регулировке обогащения топливной смеси. В последующих полетах 25 января и 1 марта снова наблюдалось факеление, но уже иного вида. С самолета сняли насос непосредственного впрыска НБ-ЗУ и отправили в ЦИАМ на регулировку.

Работы по теме ТК практически прекратились, а в начале 1946 г. закрыли официально. Результаты испытаний свидетельствовали о том, что превратить обычный истребитель в полноценный высотный перехватчик путем «простой» установки турбокомпрессора невозможно. Необходимо проектировать специальную машину с соответствующими параметрами крыла и оперения, герметичной кабиной, системами смазки и охлаждения мотора, которые могли нормально работать на большой высоте.

Даже для перехвата устаревших тихоходных высотных разведчиков Ju 86P/R самолет Ла-7ТК годился бы лишь при условии повышения высотности до 13-15 км, что было невозможно с его мотоустановкой. В 1945 г. уже шла работа над реактивными перехватчиками, в которой участвовал и Лавочкин, поэтому отказ от дальнейшей возни сЛа-7ТКбыл вполне прагматичным решением.

Экспериментальный перехватчик Ла-7Р-1 с дополнительным ЖРД. Осень 1944 г.

Установка жидкостного ракетного двигателя на самолете Ла-7Р

На пороге реактивной эры

С появлением Ла-7 вышли на новый уровень работы ОКБ Лавочкина по созданию перехватчиков с реактивными ускорителями. В продолжение работ по ракетным двигателям, начатых на Ла-5 (см. «АиВ», № 5'2006 г.), 21 октября 1944 г. было закончено переоборудование серийного самолета «тип 45» в перехватчик Ла-7Р-1. В его хвостовой части установили жидкостный ракетный двигатель РД-1 стендовой тягой 300 кгс с электрическим зажиганием разработки КБ-16 В.П. Глушко. Бак для азотной кислоты (окислителя) разместили в центроплане, а для керосина – в правой консоли. Их запаса хватало на 3,5 мин. Емкость основной топливной системы уменьшили. Вооружение составили две пушки Б-20.

Самолет передали на заводские испытания 27 октября 1944 г., и в начале следующего месяца он совершил первый полет. Летчики А.В. Давыдов и Г.М. Шиянов сделали на нем 15 полетов, в т.ч. 5 с включением ЖРД и еще один «ракетный» полет выполнили вне плана. 57 запусков произвели на земле. Испытания шли непросто, новая система была «сырой», но не это оказалось главным камнем преткновения. ЖРД невозможно было запустить повторно, а регулировать его тягу рискованно – РД-1 устойчиво работал лишь на номинальном режиме. Из-за этого испытания Ла-7Р-1 прекратили 24 февраля 1945 г.

Указанные недостатки Глушко обещал исправить на модифицированном РД-1ХЗ с химическим зажиганием. Первые два полета с включением этого ЖРД состоялись 20 января 1945 г. Новый ракетный двигатель был приспособлен для повторного включения, но оказался «капризнее» – 27 марта при попытке повторного запуска произошел взрыв ЖРД, и Шиянов едва смог посадить самолет. К тому времени Ла-7Р-2 успел сделать 19 полетов, состоялись 6 пусков ЖРД в воздухе и 49 на земле, причем в 15-ти запусках случились отказы.

Ремонт самолета завершился 14 апреля, но 12 мая при наземном запуске двигатель снова взорвался. Это оказался далеко не последний такой инцидент, и при каждой аварии страдали люди, но самолету пока везло. 25 июля на него поставили новый РД-1ХЗ, который Глушко доработал по результатам расследования аварий.

Хотя ЖРД все еще работал ненадежно, Ла-7Р-2 был показан на первом послевоенном воздушном параде. До передачи на очередную доработку 16 сентября он сделал еще 14 полетов, вт.ч. 8 – с включением ЖРД. Была получена скорость 795 км/ч на высоте 6300 м, но на этом этапе пришлось заменить четыре камеры сгорания и два насосных агрегата ЖРД. Дефект маслосистемы АШ-82ФН до конца устранить не удалось.

В это время было решено полностью перебазировать ОКБ Лавочкина из Горького в Москву на завод № 81, и испытания самолета затормозились. Глушко довел ресурс двигателя РД-1ХЗ до 50 мин, но этого уже было мало, да и полученная скорость все равно считалась недостаточной. Лавочкин рассматривал возможность использования трехкамерного РД-ЗВ, который поступил на наземные испытания летом 1945 г., но к моменту их окончания сам Ла-7Р был уже морально устаревшей машиной.

В 1944 г. партизаны добыли образцы пульсирующих воздушно-реактивных двигателей (ПуВРД), которые немцы использовали на самолетах-снарядах Fi 103, более известных у нас как ФАУ-1, и различных экспериментальных аппаратах. После войны на заводе № 51 началась разработка собственных ПуВРД под руководством В.Н. Челомея. Работавший за счет колебаний давления при воспламенении газовоздушной топливной смеси в проточной части, такой двигатель был легок, прост и дешев, и его пытались использовать для повышения скорости истребителей, в т.ч. Ла-7.

Осенью 1945 г. по приказу НКАП три серийных Ла-7 силами заводов №№ 21 и 51 были доработаны установкой под крыло двух ПуВРД Д-10. Они питались бензином из основных баков. Доработка головного самолета завершилась в октябре, но из-за плохой погоды испытания были отложены. Весной 1946 г. работы продолжились, и даже вышло решение показать эти самолеты на первомайском воздушном параде. Однако из-за различных «нестыковок» первый полет Ла-7 с ПуВРД состоялся лишь в конце лета 1946 г. Ведущим летчиком-испытателем был Н.В. Гаврилов, откомандированный с завода № 51. Прирост скорости 193 км/ч на высоте 800 м и 119 км/ч на высоте 3000 м считался уже недостаточным, а 15 октября 1946 г. испытания были прекращены в связи с исчерпанием ресурса самолетов.

Работы по истребителям с дополнительными ракетными, а также пульсирующими и прямоточными воздушно-реактивными двигателями продолжились на опытных самолетах «120», а также на машинах «126» и «164». Это были уже не Ла-7, а переходные типы к новому самолету, который выпускался в серии под наименованием Ла-9, и их описание не входит в тему нашей статьи. Необходимо отметить, что это направление оказалось бесперспективным для авиации, но дало мощный толчок развитию баллистических, зенитных и в конце концов космических ракет. Через несколько лет ОКБ Лавочкина окончательно переключилось на эту тематику, став одним из ведущих советских предприятий именно в области ракетостроения.

Запуск двигателя РД-1

Экспериментальный Ла-7 с двумя дополнительными пульсирующими воздушно-реактивными двигателями Д-10. Весна 1946 г.

В решающих боях

В мае 1944 г. в числе первых новыми истребителями Ла-7 была перевооружена 215-я Краснознаменная истребительная авиадивизия в составе 156-го, 263-го и 813-го полков. Завершив полностью доукомплектование и переучивание, она прибыла на 1-й Белорусский фронт 20 июня, войдя в состав 8-го истребительного авиакорпуса резерва Ставки верховного главнокомандования. На этом фронте намечались грандиозные события – 23 июня началась стратегическая наступательная операция «Багратион», которая стала боевым крещением для Ла-7. Хотя часто метеоусловия были сложными, авиация работала. Новый самолет продемонстрировал полное преимущество над всеми истребителями противника, действовавшими в том районе, и оказался эффективным против бомбардировщиков и штурмовиков.

Бок о бок с 215-й ИАД в составе 16-й ВА действовал 19-й Краснознаменный ордена Александра Невского ИАП. 16 июня первый Ла-7 был передан его командиру подп-ку П.С. Чупикову. Полк вступил в бой на новой технике без этапа переучивания. 24 июня летчики Ai Баклан и В. Петров сбили над Барановичами первые два FW 190. В начале июля полк усилили опытными летчиками из других частей, и на должность зам. командира части был переведен Герой Советского Союза Н.И. Кожедуб. Приказом Наркомата обороны от 19 августа 1944 г. 19-й полк, который к началу июня совершил 5574 боевых вылета, сбил 172 самолета противника и еще 48 уничтожил на земле, был преобразован в 176-й Гвардейский ИАП.

25 мая 1944 г. в НИИ ВВС были проведены «воздушные бои» между Ла-7 и трофейным облегченным FW 190А-8. На форсажных режимах превосходство Ла-7 в скорости у земли составляло 75 км/ч, на высоте 1500 м – 84 км/ч, на 6000 м – 37 км/ч. В скороподъемности преимущество сохранялось до 4270 м, но дальше оно переходило к противнику, хотя разница цифр была невелика. У земли Ла-7 с показателем вертикальной скорости 22,7 м/с превосходил все серийные истребители СССР, союзников и стран Оси, а выигрыш перед FW 190А-8 достигал почти 6 м/с. «Фоккер А-8» обгонял Ла-7 по этому параметру лишь выше 5500 м с незначительным стабильным преимуществом в 0,8 м/с, a FW190D-9 уступал на всех высотах. Не взирая на отмеченные испытателями проблемы с охлаждением мотора, серийный Ла-7 набирал 5000 м за 4,6 мин., а облегченный FW 190А-8 лишь за 5,4. Набор высоты за один боевой разворот у Ла-7 был 1200 м, а у FW 190А-8 – 1100, традиционно сильной стороной советского истребителя оставался вираж, который он выполнял на 2-4 с быстрее «Фоккера А-8».

Модификации FW 190А со стандартным вооружением и тем более штурмовики FW 190F/G еще более отставали от Ла-7. Более сильным противником оставался Bf 109G-10 с двигателем DB 605DC мощностью 1800 л.с. на высоте 5000 м. Он имел меньшие нагрузки на крыло, большую энерговооруженность и более эффективные элероны. Однако и он уступал Ла-7 вскорости отземлидо высоты 1500м на 65 км/ч. Привод нагнетателя «Мессершмитта» был сделан в виде гидравлической турбомуфты, а не двухскоростной механической передачи, как на Ла-7. Благодаря этому выше отметки 2200 м и до зоны «провала» мощности АШ-82ФН на высоте 4530 м преимущество советского истребителя сокращалось до 8 км/ч. Но затем с переключением на вторую скорость ПЦН выигрыш в скорости Ла-7 снова рос и на высоте 6000 м достигал 30 км/ч. Лишь на 6200 м «Густав 10» обгонял Ла-7, и на 8000 м его выигрыш был уже 36 км/ч. Правда, там бои на Восточном фронте велись редко. По виражу Bf 109G-10 уступал Ла-7 меньше, чем истребитель FW 190А-8, а по скороподъемности проигрывал на всех высотах. При начальной вертикальной скорости лишь 14 м/с он поднимался на 6000 м за 7,5 мин. Скороподъемность Bf 109G-14 была несколько выше, но скорость ниже.

В августе 1944 г. на Востоке появились «длинноносые» FW 190D-9. По скорости они были лучше FW 190А-8, но слабее Bf 109G-10, и Ла-7 на любой высоте сохранял преимущество минимум в 16 км/ч. Последний «Мессершмитт» Bf 109К-4 с мотором DB 605ASCM превосходил Ла-7 по всем параметрам, но на Восточном фронте он был редкостью. Чаще встречались машины с менее мощными двигателями DB 605DCM, а они уступали Ла-7 во всей зоне высот, на которых велись воздушные бои.

Ла-7 имел не только явные успехи, но и проблемы. Для подтверждения его полной пригодности к боевой эксплуатации командование ВВС решило провести войсковые испытания, которые ранее считало ненужными. Они были поручены 63-му Гвардейскому ИАП 3-й ГИАД. Полк начал освоение Ла-7 в мае 1944 г., а с 23 июня также участвовал в операции «Багратион». В ходе ее особо удачный бой летчики полка провели 14 сентября, когда восьмерка Ла-7 дралась с группой FW 190, имевшей тройное численное превосходство. Но воюют не только числом, и гвардейцы сбили четверых без потерь. В составе части было много опытных пилотов, но, пожалуй, самым известным был Герой Советского Союза А. Маресьев – лишившийся ног летчик, летавший на протезах и ставший асом.

Войсковые испытания Ла-7 прошел в самых жестких условиях – в боях над Прибалтикой с 15 сентября по 15 октября. На том участке 63-му ГИАП противостояли немецкие асы из эскадр JG 51 и JG 54 «Зеленое сердце», а также штурмовики FW 190 из эскадры SG 3.

Полк приступил к войсковым испытаниям с полным комплектом материальной части – 30 истребителями Ла-7, но некоторые машины уже изрядно полетали. И сразу начались активные воздушные бои. Одним из самых результативных дней для полка стало 23 сентября, когда эскадрилья м-ра Пашкевича сбила 11 самолетов FW 190, в т.ч. 4 -лично комэск. Истребитель Лавочкина подтверждал свои высокие боевые качества.

Через два дня шестерка Ла-7 м-ра Воронова атаковала 12 «Фоккеров» и сбила семерых без потерь. Итогом войсковых испытаний стали 52 уничтоженных «Фокке-Вульфа» и три Bf 109G, но тревожным симптомом было то, что все четыре потерянных за тот месяц Ла-7 были утрачены из-за отказов моторов.

Именной истребитель Ла-7 «Георгиевский путеец». В годы войны широко практиковался выпуск боевой техники на деньги трудящихся

Замена патронного ящика на Ла-7. Самолет готовят к удару по наземным целям – под крылом видна подвешенная авиабомба

Истребитель Ла-7 из состава 303-й ИАД

Летчики 113-го ГИАП П.М. Байков и В.И. Муравьев уточняют задание на штурмовку. Под крылом – осколочные бомбы АО-25М. Чехословакия, весна 1945 г.

Пока ОКБ боролось с проблемами, вооруженные Ла-7 части, вт.ч. и 63-й ГИАП, продолжали воевать. Полк участвовал в освобождении Невеля и Городка, отличился при освобождении Вильнюса, получив почетное наименование «Виленский», а после боев над Литвой и Латвией знамя части украсил орден Кутузова.

За 1944 год по серийному заказу было построено 2234 самолета Ла-7, тогда как Як-3 успели сдать 2180 штук. К концу года «семерки» в значительных количествах поступили уже на все фронты. Их фактическая численность в частях, которые вели активные боевые действия, также значительно превышала количество Як-3 на действующих фронтах. Например, на Юге на Ла-7 воевала вся 14-я Кировоградская Краснознаменная ГИАД. Ее 177-й, 178-йи 179-й Гвардейские авиаполки участвовали в освобождении Западной Украины, Румынии, Венгрии и Чехословакии. Но основными «потребителями» Ла-7 оставались фронты центрального (западного) и северо-западного направлений. На новые «Лавочкины» в первую очередь перевооружали лучшие полки и дивизии. Новые советские истребители начали заменять ленд-лизовскую технику. Например, 9-й Одесский Краснознаменный ордена Суворова ГИАП сменил на Ла-7 американские Р-39, вступив на «Лавочкиных» в бой под началом В.Д. Лавриненкова. В его составе были такие асы, как Алелюхин, Борисов, Амет-хан и другие.

Итог 1944 года для Ла-7 был в целом положительным. Статистика свидетельствовала, что хотя чаще всего советская истребительная авиация вела бои все еще с численно превосходящими силами истребителей противника, исход обычно был в пользу Ла-7. Ситуация с типовым соотношением сил свидетельствовала о стремлении врага сохранить тактику концентрации истребителей, однако такая метода привела к тому, что все чаще бомбардировщики и штурмовики оставались без прикрытия. К тому времени устаревшие Ju 87 окончательно сошли со сцены, их заменили скоростные и бронированные FW 190F/G, все чаще в небе стали появляться новые средние пикировщики Ju 88S, реже, но встречались Me 410 и Do 217. Однако и они без защиты истребителей становились легкой добычей Ла-7.

Наиболее серьезным фактором, ограничивавшим эффективность Ла-7, было значительное повышение живучести и мощи оборонительного вооружения немецких ударных самолетов. Специалисты НИИ ВВС подготовили ряд рекомендаций для выбора направления атаки и дистанции открытия огня по самолетам разных типов, но тактическая ситуация далеко не всегда позволяла реализовать их. Потому при всех недостатках «трехточечных» Ла-7, о которых сказано выше, в строевых частях они были на особом счету, а командование ВВС продолжало настойчиво требовать от промышленности массовых поставок истребителей с усиленным вооружением.

Общее численное превосходство советской авиации стало таковым, что часть истребителей можно было снова бросить на выполнение воздушной разведки и внезапных точечных бомбовых ударов. Здесь пригодилась способность Ла-7 брать две бомбы массой до 100 кг, хотя чаще использовались осколочно-фугасные боеприпасы калибром 32 или 50 кг. Однако отсутствие бронирования не позволяло эффективно выполнять штурмовые действия, т.к. противник по-прежнему располагал значительным количеством малокалиберной зенитной артиллерии. В качестве истребителей-бомбардировщиков Ла-7 оказались хуже, чем американские Р-47 и Р-51, и даже легкие английские «Спитфайры», но лучше, чем Як-9.

Все же Ла-7 – прежде всего самолет- истребитель, и его задачей было завоевание превосходства в воздухе. Ни концентрация усилий, ни новые истребители не помогли противнику помешать этому. Сбить Ла-7 в воздушном бою оказалось очень трудно. Согласно сводке потерь советских ВВС за 1944 г., на всех фронтах не вернулись с задания лишь 24 самолета Ла-7, тогда как у Як-3 этот показатель оказался вдвое хуже – 42 машины. Удалось установить, что в трех случаях Ла-7 были сбиты в воздушных боях, а в 10 – зенитками (для Як-3 эти «показатели» составили по 7 машин). Причины потерь остальных самолетов остались неизвестны. Эти цифры свидетельствовали в пользу самолета, но в авариях было разбито еще 24 истребителя (в то же время в летных происшествиях потерян 31 Як-3). По износу к концу 1944 г. в ВВС был списан всего один Ла-7.

Осенью 1944 г. внезапно проявился еще один опасный дефект Ла-7: разрушение лонжеронов центроплана. Как оказалось, причина заключалась в изменении технологии их сборки, которое внедрили на 21 -м заводе с благословения ОКБ для сокращения трудоемкости и увеличения числа сдаваемых самолетов. Такая поломка в бою неизбежно вела к катастрофе, а в тренировочном полете, как минимум, к аварии.

К счастью, причину своевременно выявили, и с 15-й серии лонжероны стали собирать по старой технологии. Однако встал вопрос о машинах, лонжероны которых содержали дефекты. Пришлось произвести осмотр всего парка Ла-7, хотя это и было трудоемким делом, т.к. требовало демонтажа топливных баков и других агрегатов.

Результаты инспекции не порадовали: на многих истребителях были обнаружены трещины в поясах и стенках лонжеронов, срезанные болты и заклепки, а также разрывы «перемычек» между соседними крепежными элементами или между заклепкой и краем силовой детали. КБ Лавочкина разработало бюллетень по восстановлению таких машин, для выполнения которого в Горьком спешно сформировали специальные выездные бригады.

График возвращения боеспособности всему парку Ла-7 наметили крайне жесткий. Руководство НКАП письмом № Н 32/306 от 21 января 1945 г. отчитывалось перед заместителем командующего ВВС С.А. Худяковым:

«В действующих армиях самолетов Ла-7, требующих усиления лонжеронов центроплана, находится 35 единиц. Не позднее 25 января с. г. в эти армии будут направлены детали и бюллетень для усиления их с таким расчетом, чтобы всю эту работу закончить не позднее 5 февраля 1945 года.

Находящиеся в запасных полках военных округов (ВВС Одесского, Белорусского, Харьковского и Львовского) самолеты Ла-7 в количестве 263 единицы Наркомавиапромом будут отремонтированы не позднее 10 февраля 1945 года, для чего в эти округа не позднее 25 января с. г. будут доставлены самолетами усиливающие накладки и бюллетень по ремонту, а также инструктора вместе с рабочими бригадами.

Значительное количество самолетов, требующих ремонта, в количестве 568 единиц, находится на заводе №21 и во 2-й запасной бригаде. Эти самолеты будут отремонтированы не позднее 15 февраля с. г. Заводом №21 на ремонт их составлен график из учета окончания работ 15 февраля с.г.»

Предпринятые меры дали результат, и к февралю ситуация начала исправляться. Самолеты Ла-7 сыграли свою роль на завершающем этапе Будапештской стратегической наступательной операции, которая закончилась 13 февраля 1945 г., а также в Западно-Карпатской операции, завершившейся 18 февраля.

Но основным театром боевых действий для Ла-7 оставался северо-западный участок фронта. Там 13 января начались Восточно-Прусская, а 10 февраля — Восточно-Померанская стратегические наступательные операции. В ходе их противник был вынужден бросить все силы на воздушную поддержку своих оборонявшихся сухопутных войск, полностью потеряв инициативу. Действия штурмовиков и бомбардировщиков чаще всего не поддерживали истребители прикрытия. Типичный бой провели 12 февраля летчики 176-го Гвардейского Проскуровского Краснознаменного орденов Александра Невского и Кутузова ИАП. Шестерка Ла-7 перехватила большую группу загруженных бомбами FW 190 – по оценке пилотов в ней было до тридцати машин. Хотя многие «Фоккеры» успели освободиться от бомб, бой закончился не в пользу численно превосходящего противника. Было сбито 8 «Фокке-Вульфов» при потере одного Ла-7.

Даже появившиеся на этом участке реактивные истребители использовались противником чаще всего в качестве ударных самолетов. 14 февраля пара Ла-7 из 176-го ГИАП (летчики комполка Чупиков и Куманичкин) увидели необычный двухмоторный самолет. Попытка догнать его к удивлению пилотов успехом не увенчалась, стрельба результатов не дала, но на пленке фотокинопулемета новый «фриц» запечатлен был. Личный состав полка и соседних частей был предупрежден о появлении у врага новых особо скоростных самолетов, а вскоре с такой машиной столкнулся И.Н. Кожедуб – это случилось, по одним данным, 19, а по другим – 24 февраля. Он увидел летящий навстречу самолет, похожий на заснятый на днях его однополчанами, и сбил его меткой очередью на встречно-пересекающемся курсе. Это оказался Me 262А-2Ь из первой истребительной эскадрильи 54-й бомбардировочной эскадры – 1./KG(J) 54. Обращает на себя внимание тот факт, что Me 262 обладал высокой боевой живучестью, т.к. имел сильное бронирование и даже многие его силовые элементы планера были изготовлены из стали, а не из дюраля. Тем не менее, ему хватило нескольких 20-мм снарядов.

Летчики 176-го ГИАП поздравляют И.Н. Кожедуба (крайний слева) с очередной победой, одержанной на Ла-7. Весна 1945 г.

Дважды Герой Советского Союза А.В. Алелюхин в кабине именного Ла-7

Наступление в Польше развивалось стремительно. Авиация старалась не отставать и часто занимала аэродромы, только что отбитые у противника. Такой «точкой базирования» для 176-го ГИАП стал городок Сохачев. Когда полк вместе с 402-м и 812-м ИАП прибыл туда, была слышна артиллерийская пальба. Жаться к линии фронта Ла-7, как и Як-3, приходилось из-за недостаточного радиуса действия. Еще одним недостатком самолета была лишь «выборочная» комплектация радиополукомпасами, почти полное отсутствие или бездействие наземных радиомаяков на аэродромах, особенно полевых, а также низкие характеристики отечественного прибора РПКО-10.

Скоропалительное перебазирование полков часто ставило летчиков в крайне тяжелое положение. Так, переброшенные во второй половине дня 8 февраля 1945 г. на аэродром Морин 265-я ИАД и 176-й ГИАП оказались совсем без бензина, а в 17.05 внезапно появились тридцать FW 190. Они без помех штурмовали забитый техникой аэродром и за несколько заходов сожгли 20 самолетов. На следующий день смогли заправить лишь пару Як-3, которые с большим трудом отразили новую атаку, а бензин «на всех» привезли только 10 февраля.

В завершающий период войны советской авиации пришлось тесно взаимодействовать с ВВС союзников, и здесь, к сожалению, проявилось типичное для пилотов всех стран плохое знание внешнего вида «чужих» самолетов. Это приводило к неоправданным потерям, как сейчас говорят, от «дружественного огня». Такой прискорбный случай произошел в том же 176-м ГИАП, когда в вылете на прикрытие американских бомбардировщиков его пилоты не смогли правильно опознать американские самолеты P-51D Mustang, а те – советские истребители. Завязался бой, в котором И.Н. Кожедуб сбил два «Мустанга», наглядно продемонстрировав превосходство Ла-7 над лучшим американским истребителем. Однако эти «незаконные» победы могли дорого обойтись знаменитому летчику. К счастью, командир полка помог замять инцидент.

Весной 1945 г. реальные поставки Ла-7 возросли и уступали «по валу» лишь самолетам Як-9 в базовых вариантах, которых намечалось передать в войска 540 единиц.

Истребители Ла-7 на полевом аэродроме. Второй справа вооружен тремя пушками Б-20

Инженер эскадрильи М.С. Бороздин контролирует регламентные работы на истребителе Ла-7 Авиации ВМФ

17 марта 1945 г. и.о. начальника Управления заказов ВВС инженер-полковник Кувенев своим письмом № 702113 сообщал заместителю наркома авиапромышленности генерал-майору Воронину список самолетов, подлежавших отправке в части ВВС по железной дороге, что для Ла-7 и Як-3 было основным способом доставки. Согласно документу, в том месяце завод № 21 должен был отгрузить по 50 самолетов 2-й воздушной армии 1-го Украинского фронта (база назначения Разводув), 4-й ВА 1-го Белорусского фронта (на Белосток), 8-й ВА 4-го Украинского фронта (на Львов), а также 5-й (2-й Украинский фронт) и 17-й ВА (3-й Украинский фронт, оба получали матчасть в Черновцах). Завод № 381 должен был поставить 80 самолетов Ла-7 в запасной полк 1-й ВА 3-го Белорусского фронта на аэродром Истенбург. Новые истребители начали получать и «невоюющие» военные округа – 80 «семерок» отправлялись в Хабаровск для ВВС Дальневосточного фронта и 40 машин в Читу для дислоцированной в Забайкальском военном округе 12-й ВА. Итого за март подлежало отправке в строевые части 410 Ла-7, в то время как Як-3 отгружалось 210.

В последние месяцы войны истребители Ла-7 начали получать и полки авиации ВМФ СССР. Например, этими самолетами был перевооружен 3-й Гвардейский Краснознаменный ордена Ушакова ИАП ВВС Балтфлота. Но недостаточная дальность и упрощенное приборное оборудование препятствовали широкому использованию Ла-7 в морских операциях. Свою роль в нежелании моряков переходить на новый истребитель сыграла и ухудшившаяся по сравнению с Ла-5ФН общая надежность Ла-7. Так, морской 4-й Гвардейский Краснознаменный ордена Ушакова ИАП, также воевавший на Балтике, принял лишь несколько таких самолетов, и Ла-5 остались основным его вооружением до самой победы.

По тем же причинам не получил широкого распространения Ла-7 и в частях ПВО. Их продолжали снабжать комплектуемыми по специальному заказу Як-9М, а также ленд-лизовской техникой – в основном, истребителями типа Bell Р-63 Kingcobra и Supermarine Spitfire Mk. IX, более подходившими для такой службы.

В апреле 1945 г. над всем фронтом снова царила плохая погода, но действия Ла-7 и Ла-5ФН сдерживало не столько это, сколько отсутствие неповрежденных аэродромов и внезапно возникший дефицит моторов АШ-82ФН. Пришлось срочно перебрасывать двигатели воздушным транспортом прямо на места базирования полков – начинались решающие бои в самом сердце Германии.

Самое ожесточенное сражение развернулось за столицу Третьего рейха Берлин, одним из ключевых пунктов обороны которого был укрепрайон на Зееловских высотах. Противник стремился обеспечить оборонявшиеся там войска всеми видами воздушной поддержки. Особенно активно действовали немецкие штурмовики, как обычно, концентрируя свои удары. 17 апреля пара «свободных охотников» Кожедуб и Титаренко из 176-го ГИАП увидела большую группу FW 190 – по их оценке, в ней было 40 машин. Они вызвали подкрепление, но не стали дожидаться его и вдвоем атаковали штурмовиков. Советские летчики заставили «Фоккеры» сбросить бомбы до линии фронта, а Титаренко сбил один вражеский самолет. Подоспевшие истребители подкрепления окончательно «растерзали» неприятельскую группу. Ее боевой порядок полностью распался, и на отходе Кожедуб сбил еще один FW 190, который стал последним, 62-м самолетом на личном счету аса.

В войне против Японии принимали участие несколько полков на Ла-7. Например, 351-й ИАП из состава 245-й ИАД и 17-й ИАП из 7-й ИАД ВВС Тихоокеанского флота. Японская авиация не проявляла особой активности, и роль советской истребительной авиации в последних боях Второй мировой войны не была значительной, что хорошо видно из цикла статей, завершенного в этом номере «АиВ».

На Ла-7 воевали такие знаменитые асы, как летчик 5-го ГИАП Георгий Баевский (на фото вверху), летчики 9-го ГИАП Иван Борисов и Амет-Хан Султан (на правом фото слева направо)

Летчики позируют на фоне орденоносного Ла-7 со стандартным вооружением в составе двух пушек ШВАК

Итоги войны

Ла-7, наряду с Як-3, стал вершиной развития советских самолетов-истребителей периода Второй мировой войны. Это был «рафинированный» представитель такого класса самолетов, соответствовавший взглядам и руководства ВВС, и советской авиапромышленности. Его конструкция была ориентирована на технологическую простоту и массовый выпуск без громоздкого комплекта оснастки, необходимой для плазово-шаблонного метода производства «американского типа». В конструкции преобладала древесина. Причем, в отличие от Ла-5ФН последних серий, стало больше материалов, пропитанных фенольными смолами под температурой и давлением – так называемой дельта-древесины или бакелита. Производственный цикл содержал большое количество ручных операций, особенно подгоночных и доводочных.

Ла-7 оставался достаточно легким, что позволяло сохранить низкую нагрузку на крыло и маневренность, а в сочетании с мощным мотором – отличные разгонные качества, хорошую максимальную скорость и скороподъемность. Но этого удалось достигнуть за счет небольшого запаса топлива, слабоватого на то время вооружения и давно не отвечающего требованиям времени оборудования.

Главная проблема самолета – недостаточная надежность, прежде всего, его силовой установки – была характерна не только для Ла-7, но и для многих других машин тех лет. Достаточно почитать воспоминания пилотов, летавших на американских истребителях Р-51К/Н «Мустанг» и F-82 «Твин Мустанг», английских «Спитфайрах» с мотором «Грифон», немецких «Мессершмиттах» Bf 109К-4 или «Фокке-Вульфах» FW 190D-9 и Та-152Н. Документы свидетельствуют о многочисленных дефектах и высокой аварийности этих машин, которые указанные фирмы так и не смогли устранить полностью.

Истребители Ла-7 в период Второй мировой войны служили не менее чем в тридцати шести авиационных полках советских ВВС, а также не менее чем в трех полках авиации ВМФ СССР. Большинство этих частей довоевало на Ла-7 до Победы, а потом эксплуатировало их в мирное время. Однако при всех положительных качествах машины в некоторых полках командный состав и актив летчиков предпочли другие типы истребителей и смогли настоять на этом. Так, в начале 1945 г. поменял Ла-7 снова на Ла-5ФН действовавший в то время в Венгрии 116-й ИАП. На Северо-Западном направлении 29-й Гвардейский Волховский Краснознаменный ИАП в конце войны перевооружился с Ла-7 на Як-9У. На южном участке фронта 112-й Гвардейский авиаполк после непродолжительной работы на Ла-7 «пересел» на Як-3, которые были более привычны его пилотам, ранее длительное время летавшим на Як-9.

По мнению автора, хотя Ла-7 по своим летным характеристикам и превосходил Ла-5ФН, с учетом фактора надежности, а также ухудшения температурного режима и загазованности в кабине, был все же несколько хуже последнего по общему комплексу боевых свойств, включая эксплуатационную пригодность. Автор не претендует на абсолютную правоту, однако приведенные выше факты свидетельствуют о том же.

Необходимо учитывать, что полученный на Ла-7 прирост скорости, скороподъемности и маневренности был совершенно необходим для борьбы с новыми немецкими истребителями. Война – время особое, и судить непредвзято о том или ином оружии в мирные дни да еще по прошествии стольких лет людям не воевавшим трудно. Потому, оценивая такой самолет, как Ла-7, стоит обратиться к замечательным мемуарам, которые оставили нам такие летчики, как И.Н. Кожедуб, В.Д. Лавриненков и другие.

С.А. Лавочкин знал недостатки своей машины и предпринимал все возможные меры для их исправления, но он не мог допустить срыва поставок серийных машин. У него были свои взгляды на то, как далее развивать самолеты-истребители. Но для их реализации требовалось время и средства, ведь было понятно, что строить самолеты из дерева «на коленке» рабочим самой посредственной квалификации больше нельзя.

Когда война закончилась

В приказе по ВВС № 0151 от 4 августа 1945 г., который отмечал успехи в области авиации, особое место отводилось созданию и налаживанию в тяжелых условиях войны выпуска новой техники, в том числе истребителя Ла-7, и вкладу в это дело работников ОКБ, заводов НКАП и военнослужащих ВВС. Вся советская воздушная мощь была показана на воздушном параде в честь Дня авиации в 1945 г., где истребительные части представляли 90 самолетов Ла-7 и столько же Як-3. Однако с окончанием войны перед командованием Вооруженных сил встали серьезные проблемы, связанные со скорым исчерпанием ресурса парка истребительной авиации и сокращением выпуска авиатехники. В свете надвигавшегося ухудшения международной обстановки эти вопросы приобретали весьма зловещий характер.

Первыми это ощутили на себе морские летчики, чьи самолеты служили в более жестких климатических условиях. Промышленность пыталась помочь им, хотя теперь имела и большой план по выпуску ширпотреба, и трудности с кадрами, т.к. начался их отток в гражданскую сферу.

30 декабря 1945 г. в письме № Н-35/ 5145 заместитель наркома авиапромышленности Воронин сообщал командующему ВВС КБФ генерал-полковнику Самохину, зам командующего авиации ВМФ по тылу генерал-лейтенанту Купрееву и главному инженеру авиации ВМФ генерал- майору Никитенко: «1. Все материалы, запасные части и рабочая сила в количестве 80 человек высококвалифицированных специалистов с заводов авиационной промышленности, необходимых для ремонта самолетов Ил-2, Ил-10, Як-9у и Ла-7, выделены в распоряжение уполномоченного НКАП при ВВС КБФ инженер- полковника Удод В. Ф.

2. Для транспортировки материалов и запасных частей выделены самолеты Ли-2 и Ще-2.

3. Все необходимые детали доработок по бюллетеням заводов НКАП для самолетов Як-9у и Ла-7 поставляет УВВС ВМФ…».

Но разработанные ОКБ бюллетени не могли обеспечивать боеспособность парка Ла-7 достаточно долго – этого не позволяла сама деревянная конструкция самолетов, которые на большинстве аэродромов хранились под открытым небом. Во избежание ответственности за рост аварийности при чрезмерно длительной эксплуатации таких самолетов Минавиапром добился выхода 22 апреля 1946 г. постановления Совмина № 918- 382сс, в котором значилось:

«1. Максимальный срок службы самолетов-истребителей деревянной конструкции Лавочкина и Яковлева, находящихся на вооружении, установить 2 года.

2. Для контроля за прочностным состоянием самолетов-истребителей по истечении годичного срока службы в частях ВВС, просматривать их специалистами… с целью определения возможности оставления их на вооружении и мер по восстановлению прочности…».

В соответствии с этим документом в конце мая 1946 г. началось частичное снятие с вооружения самолетов Ла-7, при этом планер утилизировали, а двигатели, оборудование и вооружение разрешалось отправлять на переборку для дальнейшего использования. Остававшиеся Ла-7 требовалось снова дорабатывать по прочности, защищать от гниения и коррозии. В этом деле были обязаны участвовать как ремзаводы и службы ВВС, так и завод

№ 21, а также агрегатные заводы Авиапрома.

Но так как все дефекты устранить было невозможно, а летать на чем-то было надо, то 23 сентября 1946 г. маршал авиации Вершинин обратился к новому министру авиапромышленности Хруничеву:

«Посылаю проект письма на имя Сталина и проект постановления Совета Министров.

Прошу рассмотреть и при согласии завизировать.

В связи с потерей прочности деревянных самолетов истребителей после одного года эксплуатации, Совмин своим постановлением № 918-382сс от 22 апреля 1946 года обязал МАП восстанавливать прочность этих самолетов через год после выпуска их с заводов и установил максимальный срок службы этим самолетам 2 года.

Исполняя это постановление, в ВВС должно остаться к середине 1947 года – 1402 деревянных самолета:… (из них. – Авт.) ЛА-7 – 579, и к концу 1947 года все деревянные самолеты истребители должны быть сняты с эксплуатации.

По состоянию на 1 сентября 1946 года ВВС имеет и эксплуатирует – 11909 самолетов, из них:

ЯК-3 – 2069,

ЯК-9 – 3698,

ЛА-7 – 3242,

Аэрокобра – 2900

при общей штатной потребности – 11532 самолета.

Проводя списание деревянных самолетов после 2-х годичного срока службы, ВВС необходимо в 1946 и 1947 гг. для обеспечения штатной потребности, получить – 9000 самолетов-истребителей.

Авиапромышленность до конца 1946 года может подать ВВС не более 300-400 металлических самолетов-истребителей, что не может восполнить убыли 2000 деревянных самолетов списываемых до конца 1946 года.

Ла-7, участвовавший в тушинском воздушном параде 1945 года

Командный состав истребительного полка у самолета Ла-7 – скоро предстоит прощание с последним деревянным истребителем Лавочкина

Несмотря на снижение прочности деревянных самолетов-истребителей к концу второго года эксплуатации на 20-30%, я вынужден, чтоб не остаться без самолетного парка, просить Вашего разрешения на продление службы деревянным самолетам-истребителям до 3-х лет, с использованием их для тренировки летного состава, с обязательным проведением следующих мероприятий:

1. Эксплуатация на пониженных режимах полета с сокращением фигур высшего пилотажа.

2. Восстановление прочности после второго года службы в соответствии с рекомендациями ЦАГИ.

3. Повышение контроля за состоянием клеевых соединений и систематически возобновлять лакокрасочные покрытия самолетов.

4. К полетам допускать только те самолеты, прочность которых не вызывает сомнения для заданного полета.

5. Не допускать к полетам и списывать все самолеты, восстановление прочности которых невозможно.

Проведение этого мероприятия даст возможность сохранить на эксплуатации ВВС до конца 1947 года:

1800 самолетов – ЯК-3,

2000 самолетов – ЯК-9 и

2000 самолетов – ЛА-7.

Для перевооружения ВВС с деревянных самолетов на металлические в 1946 и 1947 гг. при сохранении самолетного парка на уровне штатной потребности:

1. Необходимо на всех деревянных самолетах ЯК-3, прослуживших 2-3 года, заменить к концу второго квартала 1947года деревянные крылья на металлические.

2. Изготовить в течение 1947 года 6000 самолетов истребителей, из них 2500 в первом полугодии.

При проведении этих мероприятий мы будем иметь к началу 1948 года 10600 металлических самолетов, из них: самолетов ЯК-3 с металлическим крылом – 1800; самолетов Аэрокобра – 2500; металлических самолетов ЯК-9 и ЛА-7 постройки 1946 года – 300; металлических самолетов постройки 1947 года – 6000.

Считаю, что штатная потребность в 11532 самолета истребителя сохраняется до 1948 года.

Летчик Левшин у своего истребителя Ла-7. Послевоенное фото

Ла -7 трехпушечный на выставке победителей в Ленинградском центральном парке культуры и отдыха на Масляном лугу. 1945 г.

Докладывая изложенные мероприятия по обеспечению ВВС самолетами истребителями прошу утвердить представляемый проект постановления».

Однако Хруничев 26 сентября ответил так:

«1. МАП не может принять на себя восстановление прочности самолетов- истребителей деревянной конструкции, прослуживших свыше двух лет, так как применяемые древесина и клей не обеспечивают эксплуатацию этих самолетов после двухлетней службы…

Даже для сохранения установленного Правительством двухлетнего срока службы приходится производить усиления самолетов и вводить ограничения в их эксплуатации.

2. Ваше предложение об изготовлении 2000 металлических крыльев для самолетов Як-3 с ВК-105 ПФ-2 к маю 1947 года и 6000 металлических истребителей в 1947 году не может быть принято, так как в МАП осталось всего 4 серийных завода, занимающихся производством самолетов-истребителей, вместо 9 заводов, работавших во время войны.

В соответствии с мощностью оставшихся заводов, в 5-летнем плане МАП определена программа выпуска самолетов- истребителей в 1947 году в количестве 3330 шт.

Предстоящее в 1947 году внедрение в серию реактивных истребителей также потребует значительных мощностей».

Таким образом, судьба самолета была решена, и этот вердикт другим быть не мог. Теперь Вершинин стал настаивать на досрочном списании Ла-7 с соответствующей корректировкой планов боевой подготовки ВВС, и здесь его позиция была поддержана промышленностью. Время неотвратимо подводило черту под деревянным самолетостроением во всем мире, оставляя этот удел лишь конструкторам-любителям.

Хотя выпуск Ла-7 также сильно сократился, ими продолжали перевооружать строевые авиаполки. Так, в самом конце 1945 г. истребители этого типа получил 180-й Гвардейский Сталинградский Краснознаменный ИАП, который входил в состав 14-й воздушной армии и был дислоцирован на территории Прикарпатского военного округа. Поступившие в полк Ла-7 оставались на вооружении до получения в 1948 г. первых реактивных истребителей МиГ 9.

С 1946 г. самолеты Ла-7 начали передавать в летные училища, но и там одноместные их варианты прослужили в основном очень непродолжительное время, хотя некоторые особо «рачительные» (или рисковые?) командиры умудрялись сохранять их до начала 1950-х гг.

С трехцветными «кокардами»

В марте 1945 г. перевооружение с Ла-5ФН на Ла-7 начал действовавший в составе советских ВВС 2-й Чехословацкий ИАП, базируясь на аэродроме Балице под Краковом в Польше. Получение новых самолетов было завершено к апрелю, но в боевых действиях на Ла-7 полк не участвовал (в части сохранялся и комплект старых Ла-5ФН). За 2-м новые истребители начал принимать и 1-й Зволенский Чехословацкий ИАП. Эти два полка в первой партии получили 46 «семерок». Большинство составляли обычные машины выпуска завода № 21, построенные в начале 1945 г. с двумя пушками ШВАК, но были и самолеты с тремя Б-20.

После окончания войны Советский Союз поставил в эту страну значительное количество самолетов, в т.ч. еще около десятка Ла-7. Они уже поступали не с завода, а с запасного полка или из строевой части ВВС и при поставке несли советские опознавательные знаки и бортовые номера. В национальных ВВС объединенной Чехословакии самолет, как было принято в этой стране, получил собственное наименование S.97 (S – сокращение от чешского Stihaci letoun – самолет-истребитель). В мирное время Ла-7 вошли в состав 4-й авиадивизии ВВС Чехословакии и были дислоцированы в Словакии, на аэродромах Пестяны, Оломуц и других.

Руководство ВВС и Вооруженных сил Чехословакии имело тогда значительные амбиции, стремясь восстановить сильные и независимые позиции, которые страна занимала в середине 1930-х гг. при президенте Бенеше. Залогом того они видели военную мощь, в том числе стремились создать многочисленные и целостные ВВС.Ввиду ограниченных возможностей собственной авиапрмышленности чехословакам пришлось держать старые самолеты дольше сроков, определенных разработчиком. При этом они не требовали от ОКБ и завода № 21 срочного устранения возникавших проблем, обходясь собственными силами. ОКБ и завод не возражали против дальнейшего продления ресурса Ла-7 из состава ВВС ЧССР, которые прослужили дольше своих советских собратьев, встретив в строю начало 1950-х гг. По некоторым данным, последние полеты на чехословацких Ла-7 были выполнены аж в 1957 г.

В составе ВВС Чехословакии Ла-7 прослужили до начала 1950-х гг.

Ла-7 на выставке победителей. Москва, 1945 г.

Пролог вместо эпилога

Лавочкин видел пути устранения дефектов Ла-7 и совершенствования конструкции уже не в последовательной модернизации, а в кардинальной его переделке. Продувка в натурной аэродинамической трубе ЦАГИ самолета Ла-7л с новым крылом с ламинарным характером обтекания показала способы решения проблемы дальности полета при улучшении скоростных качеств. Но применение такого крыла вело к ухудшению горизонтальной маневренности. Кроме того, для сохранения штопорных качеств и аэродинамической устойчивости машины с ламинарным крылом требовалось сделать новое оперение с иным соотношением рулей и неподвижной части. Оно также должно было быть набрано ламинарными профилями.

Удалось разработать новый мотоотсек и новую маслосистему. В результате тепловой режим мотора улучшился при том, что под капотом разместили не три, а четыре пушки, и калибр их был уже не 20, а 23 мм. Это были новые орудия НС-23, на применении которых настаивали и военные, и сам Сталин. Но этот мотоотсек «не стыковался» со старым фюзеляжем.

Испытания самолета «126», соединявшего в себе эти усовершенствования, были закончены в апреле 1946 г. Конструктивно это был уже не Ла-7, а новый истребитель, сохранивший с ним лишь отдаленное внешнее сходство. Но деревянная машина с ограниченным ресурсом уже не устраивала ВВС, и Лавочкин сделал цельнометаллический самолет «130». Для его освоения в серии пришлось кардинально модернизировать завод № 21, и в августе 1946 г. уже появились первые серийные истребители Ла-9. Это была новая линия истребителей, пусть в истории советской авиации она и оказалась такой короткой. Ведь наступало новое время – время авиации реактивной.

При подготовке статьи были использованы: эксплуатационная документация самолета Ла-7 и мотора АШ-82ФН, материалы экспозиций музеев Нижегородского авиационного завода «Сокол» (в годы войны – завод НКАП №21), ВВС России в г. Монино, Центрального дома авиации и космонавтики им. Фрунзе в г. Москва и Национального музея ВВС Министерства обороны Чехии в г. Прага, а также выдержки из архивных документов, размещенных на сайте «Документы от Ивана Родионова» и др., а также мемуарная литература.

Ла-7

Ла-7УТИ выпуска 1945 г.

Ла-7УТИ выпуска 1946 г.

Ла-7 Трехпушечный вариант

Подвеска ФАБ-50

Ла-7Р-1

Ла-7 с ПУВРД Д-10

Ла-7ТК

Краткое техническое описание фронтового истребителя Ла-7

Ла-7 – одноместный свободнонесущий низкоплан, выполненный по классической устойчивой аэродинамической схеме. Конструкция самолета – смешанная с преобладанием дерева. Деревянные части планера соединены между собой смоляным клеем ВИАМ-БЗ. Стыковые узлы агрегатов самолета и силовые болты изготовлены из стали ЗОХГСА.

Фюзеляж состоит из передней части (мотоотсека) и хвостовой части, выполненной зацело с килем. Мотоотсек представляет собой отъемную моторную раму – пространственную ферму, сваренную из стальных труб и закрепленную на наклонном шпангоуте № 1 хвостовой части фюзеляжа. Она служит для крепления мотора и других агрегатов силовой установки, а также вооружения. Материал моторамы – сталь ЗОХГСА. Обшивка передней части дюралевая и состоит из лобового кольца с амбразурами под стволы орудий, а также легкосъемных или открывающихся (на рояльных петлях) боковых панелей.

Хвостовая часть фюзеляжа типа полумонокок. Ее каркас состоит из 15-ти шпангоутов, 4-х лонжеронов и ряда стрингеров. Шпангоуты изготовлены из сосновых реек, брусков и шпона, а в ответственных местах усилены дельтадревесиной. Лонжероны и стрингеры сосновые, переменного(лонжероны – прямоугольного, стрингеры – трапециевидного) сечения. Обшивка хвостовой части работающая, выполнена переклейкой из березового шпона. Полосы шпона располагаются под углом ± 45" к оси фюзеляжа. Толщина обшивки переменная от 6,8 до 3 мм за счет изменения количества слоев. Технологически обшивка выполняется из двух половин с разъемом по плоскости симметрии самолета, которые склеиваются «на ус» на собранном каркасе фюзеляжа. Левый и правый борта фюзеляжа в зонах выхода выхлопных патрубков двигателя защищены от воздействия горячих газов металлическими листами.

В хвостовой части фюзеляжа располагается кабина летчика, закрытая фонарем из плексигласа. Средняя часть фонаря сдвижная назад, имеет устройство аварийного сбрасывания в полете. На каркасе лобового козырька фонаря смонтировано наклонное переднее бронестекло толщиной 55 мм. За креслом летчика установлена 10-мм бронеспинка, а также находятся заднее вертикальное бронестекло толщиной 66 мм и противокапотажная рама, связанная с силовым каркасом фюзеляжа. Под кабиной летчика закреплен маслорадиатор типа ОП-293. Для доступа к агрегатам и системам самолета и ремонта каркаса по левому борту хвостовой части фюзеляжа сделан люк. Снизу между шп. № 11 и № 13 имеется вырез под нишу хвостовой опоры шасси, закрываемый створками.

Крыло самолета трапециевидное, состоит из центроплана и двух отъемных консолей. Угол поперечного «V» + 5°, профиль крыла – типа NACA-230, относительная толщина у корня – 16%, по законцовке – 10%. Силовой каркас центроплана состоит из двух лонжеронов, стрингеров, распорок и 10-ти нервюр. Торцевые нервюры центроплана металлические балочные, к ним крепятся основные стойки шасси, остальные нервюры – рамные деревянные. Силовой каркас каждой отъемной консоли включает два лонжерона, 15 нервюр, стрингеры и концевой обод. Нервюры консолей разрезные балочные,выполнены из сосновых реек и фанеры. В районе 2-й нервюры консоли сделано усиление под крепление бомбодержателя. Лонжероны центроплана и консолей состоят из двух тавровых поясов из стали ЗОХГСА и стенок с подкрепляющими стойками из дюраля Д17Т. В корневой части стенок лонжеронов консолей приклепаны накладки из листовой стали ЗОХГСА. Лонжероны центроплана и консолей соединяются между собой ухо-вильчатыми узлами с горизонтальным расположением стыковых болтов. Зоны стыка закрываются дюралевыми накладками на винтах. Лонжероны центроплана крепятся к каркасу фюзеляжа четырьмя стальными узлами. Зоны стыка центроплана с фюзеляжем сверху закрыты зализами из Д17Т. Обшивка центроплана и консолей – работающая, выполнена из бакелитовой фанеры, которая приклеивается на собранный каркас. Направление слоев под углом ± 45° к размаху крыла. Толщина обшивки центроплана от 5 до 3 мм, консолей – от 3 до 2,5 мм.

Элероны типа «Фрайз» отклоняются вверх и вниз на угол до 18°. На каждом элероне имеется неуправляемый триммер – регулировочная пластина. Каркас элерона состоит из лонжерона, жесткого носка, нервюр и концевого профиля, изготовленных из дюраля, обшивка – полотно. Каждый элерон выполнен с осевой аэродинамической компенсацией и имеет весовую балансировку – 2 чугунных груза по 2 кг. Элерон навешен на 3-х узлах.

Механизация крыла состоит из автоматических предкрылков и щитков-закрылков с неподвижной осью (типа «Шренк»). Предкрылки и закрылки цельнометаллические. Предкрылки удерживаются пружинным коромысловым механизмом и выпускаются при снижении скорости ниже определенного минимума. Угол отклонения щитков на взлете и посадке – 50°, а в полете (для уменьшения радиуса виража) – до 15°. Щитки крепятся ко 2-му лонжерону рояльной петлей.

В нижней поверхности центроплана имеются вырезы под основные опоры шасси, закрываемые в полете створками, а также люки с дюралевыми крышками для доступа к узлам проводки управления и агрегатам топливной системы.

Хвостовое оперение включает киль, технологически входящий в конструкцию фюзеляжа, и руль направления (PH), а также стабилизатор и руль высоты (РВ). Углы отклонения РВ вверх до 30°, вниз – до 16,5°. PH отклоняется на угол до ±25°. Каркас стабилизатора состоит из 2-х лонжеронов, 7-ми нервюр, 5-ти прямых и одного гнутого концевого стрингеров. Для жесткости нервюры связаны расчалками. Лонжероны коробчатого сечения состоят из двух сосновых реек и двух фанерных стенок. Обшивка стабилизатора – бакелитовая 2,5-мм фанера, слои которой пущены под углом 45° друг к другу. Стабилизатор крепится к шпангоутам фюзеляжа ухо-вильчатыми узлами с горизонтальным расположением болтов. Зона стыка закрыта фасонной дюралевой лентой-зализом. Руль высоты состоит из двух половин, отклонение которых синхронизировано соединительной трубой. Каждая из половин руля крепится к заднему лонжерону стабилизатора на трех узлах. Осевая компенсация РВ равна 23%. Масса балансира правой половины РВ – 2,0 кг, левой – 2,8 кг, т.к. на ней установлен управляемый триммер- сервокомпенсатор.

Каркас киля образован верхними частями шп. №№ 12, 13, 14 и 15 фюзеляжа, атакже нервюрами, носками и стрингерами. Материал киля – фанера, шпон и рейки из сосны. К заднему лонжерону киля – шп. № 15 в трех точках крепится руль направления, выполненный с роговой аэродинамической компенсацией и 100% весовой балансировкой. На задней кромке PH установлен триммер, отклоняющийся на углы до ±17°. Триммер управляется с помощью механического винтового привода, установленного на лонжероне PH.

Рули высоты и направления имеют дюралевый каркас и обшивку из полотна АСТ-100.

Шасси – трехопорное с хвостовым колесом, полностью убираемое в полете. Колея шасси – 2806 мм. Стояночный угол самолета равен 14°27’. Основные опоры крепятся к переднему лонжерону и торцевым нервюрам центроплана. Стойки всех опор – телескопические, снабжены жидкостно-газовыми амортизаторами и двухзвенниками, которые препятствуют повороту штока вокруг оси при посадке со скольжением. Основные колеса – полубалонного типа, размером 650x200 мм с камерными пневматическими тормозами. Благодаря наличию дифференциала при нейтральном положении педалей происходит торможение обоих колес, а при отклоненном тормозится только колесо, в сторону которого производится разворот. Колесо хвостовой опоры нетормозное, свободноориентирующееся на 360°, размером 300x125 мм. Основные детали стоек шасси выполнены из стали ЗОХГСА. Управление створками ниш шасси – механическое.

Силовая установка включает поршневой двигатель М-82ФН с металлическим трехлопастным воздушным винтом изменяемого шага ВИШ-105В4. Двигатель – двухрядная «звезда» воздушного охлаждения с агрегатом непосредственного впрыска топлива НБ ЗУ. Диаметр воздушного винта – 3,1 м, масса – 140 кг. Регулятор оборотов винта типа Р-7А обеспечивает автоматическую установку лопастей в зависимости от положения сектора газа в основном режиме управления винтом. Запуск двигателя – воздушный, производится системой самопуска РВ-02.

Топливная система включает три бака в центроплане крыла общей емкостью 466 л. Два крайних бака емкостью по 148 л монтируются первыми, средний бак вставляется между ними и закрывается люком. Баки изготовлены из дюраля Д17Г и покрыты протектором горячей вулканизации. Для повышения живучести баки имеют систему наддува охлажденными выхлопными газами, а для предохранения от деформации при резком перепаде высот – систему дренажа. Рекомендованное топливо – бензин 4Б78 с октановым числом 95.

В систему всасывания воздух поступает по двум рукавам овального сечения, которые идут от воздухозаборников в носках центроплана. Для предохранения мотора от попадания пыли, травы и посторонних предметов с поверхности ВПП система всасывания оснащена фильтрами, установленными в нижней обшивке центроплана сразу за воздухозаборниками. Фильтр представляет собой рамку, с двух сторон которой приклепана сетка «Дельбаг». Сетка смазывается маслом для прилипания пыли и травы. Во время взлета, посадки и нахождения самолета на земле входные каналы воздухозаборников перекрыты заслонками, а воздух поступает в двигатель через фильтры. Механизм подъема и опускания этих заслонок сблокирован с системой уборки и выпуска шасси и работает автоматически. Система выхлопа включает 14 индивидуальных реактивных патрубков, которые выведены на борта фюзеляжа под створки системы охлаждения мотора и стянуты в пакеты стальной лентой. Регулировка воздушного охлаждения мотора производится из кабины путем открытия или закрытия жалюзи во входной кольцевой щели капота и боковых створок в бортах фюзеляжа.

Система управления самолетом смешанного типа: элеронами и рулем высоты – жесткая, рулем направления – тросовая.

Гидравлическая система используется для уборки/выпуска шасси и щитков-закрылков. Она состоит из гидробака емкостью 4,5 л, насоса MLU-3 с приводом от двигателя, трубопроводов, а также распределяющих, контрольных и предохранительных устройств. Рабочее давление 90-100 кгс/см² . Рабочая жидкость – смесь спирта и глицерина. Общая емкость гидросистемы – 8 л.

Воздушная система применяется для запуска двигателя, торможения основных колес шасси, перезарядки пушек и выпуска шасси в аварийном режиме. Она включает баллон со сжатым воздухом емкостью 8 л, кран-регулятор, редуктор, манометр и распределяющий коллектор. Рабочее давление 140- ISO кгс/смг .

Электросистема самолета постоянного тока напряжением 12/27 В, смешанного типа. Система зажигания мотора, электроспуск оружия, подсвет прицела и компаса, центральная кабинная лампа и другие ответственные потребители имеют двухпроводную сеть питания, остальные – однопроводную. Источниками тока являются генератор ГС-10-350, установленный на двигателе, и аккумуляторная батарея 12А-5. Провода от генератора до регуляторной коробки, сети тахометра и зажигания экранированы. На некоторых самолетах в левом крыле установлена посадочная фара.

Радиооборудование. На самолете установлена приемо-передающая симплексная KB-радиостанция РСИ-4 с приемником РСИ-4Д «Малютка» и передатчиком РСИ-ЗМ «Орел». Антенна радиостанции – тросовая, двухлучевая. При высоте полета 1000 м обеспечивается связь с землей на расстоянии 85-90 км, а между самолетами – 20-25 км. Некоторые самолеты оснащены радиополукомпасом РПК-10 «Чаенок», кольцевая антенна которого устанавливается в закабинном отсеке. РПК дает направление на работающий радиомаяк или широковещательную средневолновую радиостанцию.

Приборное оборудование. Группа пилотажно-навигационных приборов состоит из двухстрелочного высотомера В-12, вариометра, указателя скорости УС-800, указателя поворота УП-37, компаса КИ-11 и указателя курса РПК. Группа приборов контроля за работой двигателя включает трехстрелочный индикатор, тахометр ТЭ-22, мановакуумметр М-160, термопару ТЦТ-9, бензиномер БЭ-590 и часы АВР. В группу приборов контроля за работой систем самолета входят указатель отклонения закрылков, вольтамперметр ВА-140, манометры гидросистемы уборки/выпуска шасси и пневмосистемы торможения колес и пр. Эти приборы смонтированы в кабине на выкрашенной в матово-черный цвет приборной доске, которая крепится к каркасу с помощью 8-ми амортизаторов типа «Лорд». В ночных полетах приборы освещаются с помощью ультрафиолетовой лампы.

Высотное оборудование обеспечивает пилотирование на высотах до 12000 м. Оно состоит из кислородного прибора КП-12, закрепленного в кабине на шп. № 5, кислородной маски КМ-10, шланга, индикатора кислорода ИК-12, линейного фильтра, трубопровода и баллона со сжатым кислородом. Рабочее давление в кислородном баллоне 150… 10 кгс/кв.см. Емкость кислородного баллона 4 л, что при зарядке до давления 150 кгс/см² достаточно для дыхания летчика в течение 2 ч, а при давлении зарядки 10 кгс/см² – на 10 мин. При высотных полетах подача кислорода на вдох производится с подсосом забортного воздуха.

Вооружение самолета состоит из артиллерийского и бомбардировочного. Артиллерийское вооружение включает две одноствольные пушки ШВАК калибром 20 мм, оснащенные механическим синхронизатором. Масса орудия 42 кг, питание ленточное. Боекомплект каждой пушки – 170 снарядов. Теоретическая скорострельность – 800 выстрелов в минуту. Начальная скорость снаряда массой 96 г – 800 м/с, что обеспечивает теоретическую дульную мощность 560 л.с. Стрельба ведется бронебойно-зажигательными БЗ-20 и осколочно-зажигательными 03-20 снарядами. Снаряд типа БЗ-20 с дистанции 300 м пробивает плиту из хромомолибденовой броневой стали толщиной до 15 мм при угле встречи 90’. Некоторые самолеты вооружены тремя одноствольными пушками Б-20 калибром 20 мм с боекомплектом по 150 снарядов на пушку. Масса такого орудия 25,5 кг. По скорострельности и дульной мощности Б-20 аналогична пушке ШВАК.

Бомбардировочное вооружение – две бомбы калибром до 100 кг на подкрыльевых съемных замковых держателях. Применяются авиабомбы ФАБ-100, АО/ФАБ-50, А0-50, АО-25 и другие.

Самолет оборудован оптическим колиматорным прицелом ПБП-1А(ПБП-1Б), обеспечивающим стрельбу из пушек по воздушным и наземным целям и сброс бомб с горизонтального полета.

Тактико-технические характеристики самолетов Ла-7

Наименование самолета

Ла-7 эталон

Ла-7 (сер.)

Ла-7 (сер.)

Ла-7 ЗБ-20 (сер.)

Ла-7ТК

Ла-7 АШ-71

Ла-7 АШ-83 («120»)

Ла-7УТИ (сер.)

Ла-7Р-1

Ла-7Р-2

Год выпуска

1944

1944

1945

1945

1944

1944

1944

1944

1944

1945

Характеристики силовой установки

Двигатель

АШ-82ФН

АШ-82ФН

АШ-82ФН

АШ-82ФН

АШ-82ФН 2ТК-3

АШ-71

АШ-83

АШ-82ФН

АШ-82ФН

АШ-82ФН

Мощность взлетная, л.с.

1850

1850

1850

1850

1850

2000

1900

1850

1850

1850

Мощность номинал, у земли, л.с.

1530

1530

1530

1530

1530

1530

1530

Мощность номинал, на высоте 1650 м (1 гр.), л.с.

1630

1630

1630

1630

1630

1630

1630

Мощность номинал, на высоте 4650 м (2 гр.), л.с.

1460

1460

1460

1460

1460

1460

1460

Массовые характеристики

Масса пустого, кг

2600

2605

2711

2849

2522

2625

2703

Масса взлетная норм., кг

3260

3265

3370

3315

3280

3505

3140

3293

3500

3533

Летно-тактические характеристики

Скорость макс. (у земли), км/ч

600

597

592

613

600

604

558

Скорость максимальная, км/ч (на высоте, м)

680

680

678

661

676

725

648

752

(6000)

(6000)

(6100)

(6000)

(8000)

(7400)

(3000)

Время набора высоты 5000 м. мин.

4.5

4,5

4.6

4.6

4.5

4,9

5.7

Потолок практический. м

10700

10750

11300

11800

11600

13000

Дальность, км

635

820

800

675

Длина разбега, м

340

340

Длина пробега, м

540

530

Геометрические параметры

Размах крыла, м

9.800

9.800

9.800

9.800

9.800

9.800

9.800

9.800

9.800

9.800

Площадь крыла. м²

17.590

17.590

17,590

17.590

17,590

17.590

17.590

17.590

17,590

17.590

Длина полная в линии полета, м

8,640

8,640

8,640

8,640

8,640

8,640

Вооружение

Пушечное

2 ШВАК-20

2 ШВАК-20

2 ШВАК-20

3 Б-20С

1 ШВАК-20

2 ШВАК-20

1 ШВАК-20

2 Б-20С

2 Б-20С

Масса бомбовой нагр. макс.. кг

200

200

200

200

нет

нет

200

нет

нет

Ла-7 м-ра П.А. Гнидо из 111 -го ГИАП 10-й ГИАД. Польша, р-н Юзефовице, апрель 1945 г.

Трехпушечный Ла-7 ком-pa 4-го ГИАП авиации КБФ подп-ка Ф.Ф. Голубева. Вторая половина 1945 г.

Ла-7 из состава 813-го ИАП 215-й Краснознаменной ИАД. Зима 1944-45 гг.

Этот трехпушечный Ла-7 демонстрировался в Ленинграде в 1945 г.

Ла-7 авиации КБФ с рулем направления без управляемого триммера, 1945 г.

Ла-7 (S-97) ВВС Чехословакии, весна 1947 г.

Начало большого пути?

Андрей Хаустов/ «АиВ»

Бог сотворил мир, все остальное сделано в Китае. Это ставшее популярным в интернет-блогах изречение сегодня трансформировалось из разряда обычного юмора в глобальную проблему мирового сообщества. Мы все чаще и чаще сталкиваемся с вещами, авторство которых хорошо известно,но на «бирке» читаем лаконичную надпись Made in China. Причем такие клоны часто отличаются от оригинала массой мелочей и нюансов, что превращает их уже в действительно «китайский» товар.

Однако цель статьи не глобальные проблемы, а рассказ о машине, которая сегодня активно продвигается на постсоветский рынок – в том числе и в Украину. Это региональный турбовинтовой пассажирский самолет МА60, уже при первом взгляде на который возникают ощущения сродни дежа-вю. Когда автор этих строк впервые увидел его в 2006 г. на авиасалоне в Чжухае, первой мыслью было: «Как ловко китайцы установили на Ан-24 силовую установку от канадского Bombardier Dash 8!» Внешне МА60 выглядит как клон «двадцатьчетверки» с западными двигателями, современными интерьером, элементами авионики и систем.

Но не факт, что за внешней схожестью кроется «антоновская» надежность и неприхотливость. Красивая «обертка» еще не означает, что «конфетка» вкусная. Кроме плюсов, МА60 имеет и букет недостатков, неизбежно присущих самолету, прообраз которого был разработан еще в конце 1950-х гг. Поэтому, дабы минимизировать эмоции, рассмотрим МА60 как технический объект и проследим философию его развития.

Первый китайский региональный…

МА60, без сомнения, первый современный региональный пассажирский самолет, запущенный в серийное производство в КНР. Однако он появился не на пустом месте. Пассажирские и грузовые самолеты семейства Ан-24 и Ан-26 с момента их появления вызвали большой интерес в КНР. До конца 1970-х гг. Китай приобрел в СССР около 120 Ан-24, Ан-30 и Ан-26. Лицензии на производство в КНР этих самолетов, их агрегатов и силовой установки официально закуплено не было.

Охлаждение отношений с СССР привело к сворачиванию производственных связей между странами. В этих условиях была сформулирована принятая впоследствии концепция развития авиапромышленности Китая. Согласно ей, сначала следовало освоить производство копий советских машин. В 1950-е гг. от СССР был уже получен ряд ключевых техпроцессов. В Стране Советов прошли подготовку и многие специалисты Поднебесной. Освоив выпуск копий, планировалось перейти к разработке собственных образцов авиатехники. Такой подход был положен в основу стартовавшей одновременно с поставкой в страну первых экземпляров Ан-24 программы создания двухмоторного пассажирского самолета Y7.

Задачу поручили Сианьскому авиазаводу (сегодня – Xian Aircraft Industry Company (ХАС), входящая в государственную авиастроительную корпорацию AVIC). В апреле 1966 г. в Сиане создали рабочую группу, которая, используя как натурный образец Ан-24, изготовила необходимую документацию. Аналогичным образом, по образцу двигателя АИ-24 был разработан его китайский аналог WJ-5 мощностью 2550 э.л.с. Столь объемную работу удалось выполнить всего за 4,5 года, и 25 декабря 1970 г. первый опытный Y7 был поднят в воздух.

Ввиду проблем с двигателями и перетяжелением конструкции самолет долго доводили, а его испытания в 1977 г. были даже приостановлены. Следующий этап, начавшийся в 1979 г., также окончился неудачно. Лишь в 1980 г., после установки на самолет доработанных двигателей WJ- 5А-1 с увеличенной до 2900 э.л.с. мощностью, самолет смог продолжить испытания, которые завершились в июле 1982 г.

В январе 1984 г. Y7 получил национальный сертификат типа и был запущен в серийное производство (через 6 лет после завершения выпуска Ан-24 в Киеве). В середине 1980-х гг. при сотрудничестве с фирмой НАЕСО из Гонконга был построен и запущен в серию усовершенствованный вариант Y7-100 (Y7-100C) с концевыми аэродинамическими поверхностями на крыле, улучшенным пассажирским салоном с закрываемыми багажными полками и модернизированным бортовым радиоэлектронным оборудованием (БРЭО). Всего до 1992 г. выпустили 85 серийных Y7/ Y7-100. Масса пустого Y7 составляла 14235 кг, а у варианта Y7-100 она возросла до 14988 кг, что было существенно выше, чем у Ан-24Б (13820 кг) и Ан-24РВ (14100 кг).

На базе Y7 по заказу ВВС Народно- освободительной армии Китая был разработан и построен в количестве 6 экземпляров спецвариант HYJ7 для подготовки летчиков бомбардировочной и военнотранспортной авиации. Самолет оснастили стабилизированным бомбардировочным прицелом НМ-1А, размещенным в блистере по правому борту фюзеляжа, и бомбардировочным радиолокатором TNL-7880, а также дополнительными баками вдоль бортов фюзеляжа. „.

В 1988 г. на базе конструкции планера Ан-26 и наработок по Y7 был построен легкий транспортный самолет Y7H, который был запущен в серийное производство в 1992 г. Через два года в серию пошел его гражданский вариант Y7H-500 (построили 3 экземпляра). Число поступивших в силовые ведомства Китая Y7H неизвестно. Самолет оснащался форсированными до 3050 э.л.с. двигателями WJ5E, а также вспомогательной силовой установкой PY19A-300 тягой 900 кгс (аналогичной ВСУ РУ-19-300 на самолетах AH-24PB, Ан-30 и Ан-26).

В 1988 г. была выполнена первая попытка модернизировать Y7 для повышения его технико-экономических характеристик. На опытном самолете Y7-200 фюзеляж удлинили в регулярной зоне, что позволило довести пассажировместимость до 52 чел. при шаге кресел 780 мм и 56 чел. при шаге кресел 720 мм. По обоим бортам пассажирской кабины, согласно нормам летной годности, были установлены аварийные люки «Тип III» (510x915 мм). Силовая установка на Y7-200B использована от Y7H. В серии этот самолет не строился.

Более радикальную переделку Y7 осуществили в 1993 г., создав самолет Y7-200A. Был использован фюзеляж от Y7-200, применены канадские двигатели Pratt and Whitney PW-127J с воздушными винтами Hamilton 247F-3 (США), установлена ВСУ Honeywell GTCP36-150CY (США), реконструирована и удлинена носовая часть фюзеляжа, ставшая похожей на нос самолета Dash-8. По сравнению с базовым Y7 был улучшен обзор из пилотской кабины и переделано штурвальное управление, модернизировано БРЭО и приборное оборудование. Летный экипаж сократили до двух человек.

Y7-200A имел и иные отличия от Y7/ Ан-24. Так, для защиты крыла, оперения и воздухозаборников двигателей была использована новая пневматическая противообледенительная система (ПОС) Goodrich (США). Отказ от антоновской воздушно-тепловой ПОС, прекрасно проявившей себя в сложных условиях эксплуатации, был вызван ограничениями по отбору воздуха от двигателей PW-127J. К сожалению, ПОС типа «Гудрич» оказалась менее эффективной, чем исходная, что существенно снизило безопасность применения самолета в условиях холодов и высокой влажности воздуха.

Y7-200A был сертифицирован в соответствии с национальными нормами летной годности CCAR-25, гармонизированными с американскими FAR-25. Однако до заокеанских стандартов детищу китайского авиапрома было еще далеко, и поэтому было принято решение о еще одном этапе модернизации, что сулило существенно расширить экспортные возможности. Новый вариант получил наименование МА60 (Modern Ark 60). Его фюзеляж в регулярной зоне значительно переделали, применив новые боковые панели с иллюминаторами прямоугольной формы. Изменили интерьер пассажирского салона, установили западное БРЭО (фирм Honeywell, Kollsman) и автопилот Collins APS-85 (США). Применили систему кондиционирования воздуха Hamilton Sundstrand R80-3W (США), которая позволила более точно выдерживать перепад давления в кабине. В конструкции крыла, по заявлению разработчика, нашли применение новые алюминиевые сплавы, в результате чего официально заявленный ресурс МА60 составил 60000 летных часов с 50000 летными циклами. Технологический процесс сборки остался аналогичным Ан-24 с широким применением клеесварных соединений. На МА60 были сохранены и системы, которые хорошо зарекомендовали себя на «двадцатьчетверке»: управления, топливная, гидравлическая и тормозная.

Следует отметить, что планер МА60 все равно не полностью отвечает требованиям FAR-25 или АП-25 (нормы, принятые в СНГ). В частности, по конструкции аварийных выходов, что может стать ограничивающим фактором для сертификации самолета АР МАКом на просторах СНГ.

25 февраля 2000 г. самолет совершил свой первый полет. В конце того же года началась регулярная эксплуатация МА60 в авиакомпании Sichuan Airlines. По состоянию на октябрь 2011 г. 19 заказчикам (7 в КНР и 12 зарубежных) было поставлено 66 самолетов и получены заказы еще на 46. Как минимум, одна машина под наименованием Y7G была построена для силовых ведомств КНР. На конец 2011 г. каталожная цена МА60 составляла 14,5 млн. USD.

Военно-транспортный самолет Y7H – китайский аналог Ан-26

HYJ7 – спецвариант Y7 для подготовки пилотов бомбардировочной авиации

Пассажирский Y7-200A – первый «вестернизированный» вариант Y7

МА60 авиакомпании ТАМ, севший «на брюхо» 11 марта 2011 г.

МА60 авиакомпании Joy Air – самого крупного эксплуатанта самолетов этого типа

Один из многих

Серийный МА60 не стал революционным продуктом. Но этого от него никто и не ожидал. Он оказался логическим продолжением «двадцатьчетверки». Самолет стал комфортабельнее и экономичнее. Применение новых двигателей и малошумных винтов позволило вписаться в существующие экологические нормы. Высокая степень преемственности с Y7 не только удешевила производство и эксплуатацию, но и упростила переподготовку летного и технического составов. Последний фактор может стать существенным козырем при продвижении самолета на рынки, где ранее доминировал Ан-24.

На сайте airlines-inform.ru представлены впечатления летчиков этого самолета. Один из них пишет: «Могу сказать одно, если кто летал на Боинге 737- 200 – эргономика пилота очень похожа, нет сложности переучиваться на эту машину. Самолет очень легок в управлении, и самое главное – прощает ошибки при обучении пилота. Есть переключатель синхронизации винтов и оборотов двигателя, что позволяет уменьшить шум в салоне. Вспомогательный двигатель работает совместно с кондиционером и работает как генератор. Недостаток – нет форточки для пилота». «МА60 в Лаосе оставил самые благоприятные ощущения, – продолжает другой летчик. – Все на уровне ATR последних модификаций и салон практически такой же. В Лаосе по ситуации ставят на рейс ATR-72 или МА60, летают в основном интуристы. Внешне все выглядит абсолютно пристойно и основательно».

Однако бум производства так и не последовал. При фактической возможности завода выпускать до 60 машин в год, что декларировала ХАС представителям АР МАК, производство застыло на величине, в среднем, по 6 единиц в год, что явно не основание для победных реляций.

Так в чем же дело? Почему при очень привлекательной цене самолет не разлетается по миру сотнями экземпляров? Первое, что напрашивается, – упомянутая ранее аналогия с «красивой оберткой» и традиционная репутация многих китайских товаров. Косвенно на эту мысль наводит и ряд фактов из эксплуатации героя нашего рассказа. Так, один и тот же МА60 боливийской авиакомпании ТАМ (per. № FAB-96) дважды (11 марта 2011 г. и 9 января 2012 г.) приземлялся «на брюхо» с убранным шасси. 26 января 2008 г. МА60 авиакомпании Air Zimbabwe произвел посадку на повышенной скорости ввиду того, что закрылки вышли на угол 15" вместо 30.

Второй фактор – местным китайским авиакомпаниям такой продукт не очень и нужен. Из-за огромных пассажиропотоков они ориентируются на более вместительные машины. Сегодня в Китае из 23 имеющихся в строю МА60 шесть выведены в резерв. Однако есть опцион на 40 самолетов от авиакомпании Joy Air, которая уже купила 9 МА60, но это новый игрок на рынке авиаперевозок КНР, и как будут развиваться события, покажет время. Покалишь можно констатировать, что сегодня МА60, в основном, экспортноориентированный продукт.

Сравнение МА60 и Y7/AH-24 описано выше. А как же наш герой выглядит на фоне других «одноклассников»? Здесь его главным преимуществом оказалась отпускная цена. Как видно из представленной таблицы, по основным техническим параметрам самолет МА60 уступает Ан-140-100, ATR-42-500 и Dash 8 Q-300. Так, отечественная «стосороковка» имеет на 500 кг большую платную нагрузку при равном числе пассажиров (52 чел.) она летит на 35% дальше, обладает на 25 км/ч большей максимальной скоростью полета. Ее пассажирский салон более комфортабелен – шаг кресел в базовой компоновке составляет 780 мм против 720 мм у МА60. Не лишне отметить, что у Ан-140 ниже на 500 кг масса конструкции и меньшие геометрические размеры. И самое главное, Ан-140-100 полностью отвечает требованиям норм летной годности АП-25, чем не может похвастать МА60.

В этой связи уместно сделать небольшое отступление. За несколько лет до появления МА60 в Украине для замены Ан-24 был разработан новый самолет Ан-140. Технически он превосходит героя нашего рассказа, но за прошедшее десятилетие^было собрано примерно втрое больше МА60, чем Ан-140. Однако не следует забывать, что в активе «китайца», во- первых, фактически освоенная и проверенная годами конструкция, а не «игра с центра поля», а во-вторых, целенаправленная и весьма эффективная государственная поддержка. Достаточно упомянуть льготные цены и кредитные преференции, которые правительство КНР предоставляло заказчикам из Латинской Америки и Африки. Здесь налицо прагматичное понимание, что для завоевания рынка и раскрутки национального производителя государство должно нести некоторые издержки.

Как у любого образца авиатехники, регулярная эксплуатация – это не только достижения, но и чрезвычайные ситуации. Даже если авиапроисшествия напрямую не связаны с техническими проблемами, они наносят определенный ущерб репутации. Из сообщений СМИ достоверно известно о нескольких серьезных инцидентах с МА60.

Так, 11 января 2009 г. МА60 филиппинской авиакомпании Zest Airways (per. № RP-C8893) совершил посадку с недолетом до полосы в аэропорту Катиклан. Самолет поломал шасси, воздушные винты и смял переднюю часть фюзеляжа. Никто из 33 человек на борту не погиб, хотя трое получили ранения.

Меньше, чем через полгода, 25 июня 2009 г. самолет той же Zest Airways (per. № RP-C8892 ) приземлился из-за плохих погодных условий посередине полосы того же аэропорта, выкатился за ее пределы и увяз по брюхо во влажном грунте. Пострадавших не было.

Самый экзотичный случай произошел в Зимбабве. 3 ноября 2009 г. МА60 авиакомпании Air Zimbabwe, выполняя взлет из аэропорта Хараре в темное время суток, столкнулся с перебегавшим ВПП стадом диких свиней. По сообщению Транспортного министерства Зимбабве, после столкновения с пятью свиньями была разрушена левая опора шасси. Затем самолет лег на левое крыло и со скольжением сошел с полосы на грунт. Была сломана левая консоль крыла и воздушный винт, осколки которого серьезно повредили фюзеляж, и без того пострадавший при торможении. К счастью, прочная конструкция, унаследованная от Ан-24, не подвела, и никто из членов экипажа и 34 пассажиров не погиб. Ситуация пикантна тем, что служба безопасности аэропорта прибыла на место аварии значительно раньше спасателей и первым делом конфисковала фотоаппаратуру у двух оказавшихся на борту журналистов, решивших отснять место своего чудесного спасения. Самолет был списан.

Наиболее тяжелое происшествие случилось 7 мая 2011 г. МА60 индонезийской авиакомпании Merpati Nusantara Airlines (per. № PK-MZK), выполняя посадку в сложных метеоусловиях в аэропорту Каймана (Западный Папуа), при развороте рухнул в море в 800 м от взлетно-посадочной полосы. Никто из 25 человек, находившихся на борту, не выжил. Комиссия по расследованию пришла к выводу, что причиной катастрофы стала пресловутая ошибка пилотирования.

Пассажирский салон МА60

Отличительная особенность МА600 – передняя дверь-трап

Кабины пилотов МА60 (вверху) и МА600

МА600 – новый виток развития

Очевидно, что в существующей конфигурации МА60 не в полном объеме соответствует требованиям норм летной годности АП-25, FAR-25 и европейских CS-25, а также перспективным требованиям к оборудованию пассажирских самолетов. Поэтому разработчик выполнил еще один этап совершенствования машины. На базе МА60 был создан Modern Ark 600 или МА600, который был построен в первой половине 2008 г. и поднят в воздух 10 ноября того же года. Сертификационные испытания проводились на двух летных прототипах и завершились в 2011 г.

Главные особенности МА600 – усовершенствованный комплекс бортового радиоэлектронного оборудования, новая компоновка пассажирского салона и даже внешне заметный увеличенный радиус «подрезки» нижней части фюзеляжа. На МА600 отсутствует передний багажник с погрузочным люком и аварийные люки «Тип III» по бортам фюзеляжа. Взамен установлены: дверь-трап размерности «Тип А» (1070x1830 мм) и аварийные люки размерности «Тип I» (610x1220 мм). Багажные помещения состоят только из заднего багажника с грузолюком и багажных полок и пространств под сиденьями пассажиров (т.о. объем багажа на 1 пассажира меньше, чем на МА60). На МА600 установлено два туалета, причем передний – увеличенного размера. Это позволяет организовать полноценную двухклассную компоновку салона. Кухня самолета перенесена на стенку багажного отделения. Все люки и двери теперь открываются наружу, что соответствует современным нормам.

Наличие на МА600 «стеклянной» кабины экипажа с пятью многофункциональными ЖК-дисплеями, помимо переделки кабины, предполагает существенное изменение идеологии системы управления самолетом. Вероятно, на нем применены элементы автоматической системы управления. Однако подтверждающей это информации пока нет. Летные характеристики самолета по сравнению с МА60 не улучшились. При тех же крыле, взлетной массе и силовой установке масса пустой машины выросла на 430 кг. Так что при равной коммерческой нагрузке от дальности полета можно смело «откусить» почти 250 км, хотя в рекламных буклетах это не отражено.

МА600 в текущей конфигурации существенно дальше, чем МА60, отошел от Ан-24. Он, несомненно, будет дороже предшественника и, вероятно, сопоставим по цене с региональными самолетами Ан-140-100, ATR-42-500/600 и Dash 8 Q-300. В 2011 г. первый серийный самолет поступил в летную школу Университета гражданской авиации Китая (CAFUC). Первым зарубежным покупателем станет Министерство обороны Венесуэлы, выбор которого обусловили финансовые льготы, предложенные Китаем.

Жизнь продолжается

Очевидно, что остановить экспансию Китая на рынок гражданской авиатехники СНГ, отгородившись лишь бюрократическими рогатками АР МАКа, разовыми ограничительными документами, квотами и т.п., также бесперспективно, как в свое время попытки Китая отгородиться от мира «великой стеной». Это особенно проблематично в условиях членства Украины, России и стран СНГ в ВТО. Даже если сегодня удастся «отбить» МА60 из-за его неполного соответствия нормам АП-25, то рано или поздно ему на смену придет МА600, подкрепленный китайской политикой демпинга.

Сегодня мы видим реальные факты такой экспансии. Так, по сообщению flightglobal.com., украинская авиакомпания MRK Airlines («Марс РК») 23 мая 2012 г. подписала с ХАС соглашение о поставке трех МА60. Для китайского производителя это может стать первой сделкой по продаже техники европейскому перевозчику. Детали пока не разглашаются. «У нас есть «Саабы», но они не новые, а хотелось бы новые самолеты. Ан-140 мы бы купили, но его же по сути нет», – объясняет соучредитель «Марс РК» Владимир Поляковский. Таким образом, здесь главенствует отнюдь не вопрос технических и эксплуатационных характеристик самолета.

Сегодня в СНГ уже есть один перевозчик, эксплуатирующий МА60, – таджикская авиакомпания Tajik Air, которая имеет один самолет и ожидает еще одну такую машину.

Кухонный модуль на борту МА60

МА60 в Якутске. Февраль 2012 г.

Первый серийный МА600 в 2011 г. поступил в летную школу Университета гражданской авиации КНР

Сравнение основных характеристик самолетов Ан-24, МА-60, Ан-140-100, ATR-42-500, DHC-8-300

АН-24РВ

МА-60

Ан-140-100*

ATR-42-500

Dash 8 Q-300

Разработчик

«Антонов», СССР

ХАС, КНР

«Антонов», Украина

ATR Франция/ Италия

Bombardier, Канада

Соответствие нормам АП-25 (FAR-25)

нет

частично

да

Длина самолета, м

23.53

24,71

22.6

22,67

25,68

Размах крыла, м

29,2

29,2

25,5

24,57

27,43

Высота самолета, м

8.32

8,85

8,23

7,59

7.49

Площадь коыла. м²

74,98

74,98

56,36

54,5

56,21

Максимальная платная нагрузка. кг

5500

5500

6000

5450

6090

Масса пустого самолета, кг

14100

13300

12800

11250

11823

Макс. взлетная масса самолета, кг

21800

21800

21500

18600

19500

Макс. пассажировместимость, чел. - при шаге кресел, мм

52

56

52

50

56

720

720

780

760

740

Силовая установка

АИ-24

PW127J

TB3-117ВМА- СБМ1

PW127E

PW123B

Взлетная мощность, э.л.с.

2x2450 (+800кгс РУ-19-300)

2x2750

2x2500

2x2400

2x2380

Макс.крейсерская скорость, км/ч

485

514

540

556

532

Сертифицированная высота полета, м

7600

7620

7600

7620

7620

Максимальная дальность полета (АНЗ на 45 мин), км - с макс. платной нагрузкой

760

1350

1400

н.Д.

н.д.

- с макс. кол-вом пассажиров

1200

1680

2400

1555 (с 48 пасс.)

2030 (с 50 пасс.)

Эксплуатация на грунтовых и галечных ВПП

да

Ограничена (на плотном грунте)

Условия хранения

безангарное

ангарное

* Поданным Jane’s, 2004-2005.

В феврале этого года ХАС провела презентацию МА60 в Якутске, ас 14 по 21 июня 2012 г. делегация руководства авиатранспортного комплекса Якутии посетила КНР. Ее возглавил первый заместитель министра транспорта и дорожного хозяйства Республики Саха (Якутия) и руководитель департамента воздушного транспорта РС(Я) Александр Тарасов. Россияне встретились с генеральным директором Сианьской авиастроительной корпорации Цзян Цзяньизюнем. Затем члены делегации совершили полет на самолете МА60. Путешествие длилось 40 минут, в течение которых, по заявлениям прессы, они могли оценить комфортабельность лайнера.

Однако это не повод опускать руки. Сегодня Украина и Россия имеют продукт, технически превосходящий МА60, а по большинству параметров и МА600, – самолет Ан-140-100. Чтобы стать действительно конкурентоспособным изделием, он должен строиться массово. Это позволит попутно снизить и его цену. Нужно последовательно продолжать его модернизацию и совершенствование, поскольку такой потенциал еще не раскрыт в полной мере. В этом вопросе сегодня есть полное взаимопонимание и разработчика, и производителей самолета. Проблема в том, смогут ли наши государства поддержать отечественного производителя так, как это происходит в Китае. Например, формирование консолидированного госзаказа с целевым насыщением регионального авиапарка. Можно всем этим и не заниматься, но тогда не стоит пенять судьбу, что со временем мы все станем дешевым экономическим придатком Поднебесной. ?

Y7-100 летной школы Университета гражданской авиации КНР

МА60 авиакомпании Air Zimbabve, середина 2000-х гг.

МА60 авиакомпании Ying An Airlines

Эта пара МА60 в 2004 г. была выведена из эксплуатации из-за ликвидации авиакомпании Wuhan Airlines

Взлетает второй прототип МА600. Видна грузовая дверь, перенесенная в хвостовую часть фюзеляжа

Затупившиеся мечи воздушных самураев

Александр Котлобовский/ Киев, Игорь Сейдов/ Майкоп

Фото предоставили авторы

Окончание. Начало в «АиВ», №№ 1 -3’ 2012.

Против кораблей и десантов

Заметную активность проявила японская авиация, пытаясь противодействовать десантам Тихоокеанского флота в северокорейских портах, на Южном Сахалине и Курильских островах, а также силам, которые их поддерживали. Кроме того, отмечены отдельные атаки советских кораблей, судов и катеров как в открытом море, так и в портах.

Уже 9 августа находившаяся на позиции в надводном положении в Японском море советская субмарина Л-17 обнаружила тральщик противника и начала маневрирование для выхода в торпедную атаку. В это время появился японский самолет, и «элке» срочно пришлось нырять. Неизвестно, случайно ли он пролетал либо выполнял патрулирование, однако одним лишь появлением ему удалось сорвать атаку и спасти корабль: когда Л-17 вновь всплыла, тральщика уже не было.

Первая атака в этой кампании японскими самолетами советских плавединиц отмечена 12 августа. В тот день на разведку корейского порта Сейсин вышла четверка торпедных катеров под командованием капитана 3-го ранга Кострицкого. На подступах к Сейсину, в 20 милях юж*нее мыса Колокольцева, катера легли в дрейф в ожидании сумерек, но были обнаружены японским самолетом, с которым вступили в бой. Катера получили несколько пробоин, что не повлияло на дальнейшее выполнение боевой задачи.

13 августа Тихоокеанский флот высадил в Сейсине десант. Неожиданно японцы оказали весьма ожесточенное сопротивление, и бои за город длились 3 дня. Дважды на поддержку своего гарнизона из Гёнзана прилетали японские самолеты. Первый налет был предпринят 14 августа около 19.00. После него японцы смогли оттеснить десантников 355-го батальона морской пехоты с захваченных позиций на причал порта, а также вынудили отойти в глубину бухты поддерживавших их фрегат ЭК-2 и тральщик ТЩ-278.

Командование ТОФ направило подкрепления, и на следующий день положение на берегу стало меняться в пользу тихоокеанцев. Вечером вновь появилась японская авиация: 2 самолета прошли на бреющем над сопками и направились к бухте, где стояли корабли. Они избрали своей целью эсминец «Войков», сбросив по нему 4 бомбы. Прямых попаданий не было, и лишь одна бомба взорвалась близко от борта корабля, в результате чего хлынувшей на палубу водой смыло за борт нескольких краснофлотцев. Вспоминает участник сейсинского десанта В. Д. Успенский: «Освободившись от бомб, самолеты развернулись и пошли вдоль наших позиций, обстреливая десантников из пулеметов. За самолетами тянулись огненные хвосты трасс. По ним били корабли с рейда. И не только из зенитных орудий. Завеса огня над бухтой была настолько плотной, что японцы не решились повторно атаковать корабли.

А вдоль траншей, занятых десантниками, прошлись еще раз. Однако и здесь их ждал достойный прием. По ним стреляли из винтовок, из противотанковых ружей и даже из автоматов. Японские летчики маневрировали, меняли высоту, бросали свои машины то вправо, то влево. Казалось, им удастся благополучно уйти. Они уже были над морем, когда ведомый вдруг задымил, повернул к берегу и резко пошел вниз. Упал где-то за сопками».

При такой массовой стрельбе было практически невозможно определить, кто сбил самолет. В конечном итоге, его записали на боевой счет сторожевого корабля «Метель». К слову, и в боевой летописи «Войкова» отмечено, что в ходе августовских боев эсминец отразил два воздушных налета, сбив самолет противника.

Экипажи Ки-45 готовы к решающим боям

Этим потери японской авиации 15 августа не ограничились. В тот день пара катеров типа Г-5 из 1 -й бригады торпедных катеров в Печилийском заливе выходила в атаку на японский транспорт, однако сама при этом подверглась нападению четверки японских истребителей, опознанных как И-97 (т.е. Ки-27, возможно – Ки-79). В результате ожесточенного боя моряки отразили нападение и сбили одного японца, однако вражеское судно ушло.

На подходе к Сейсину подорвался на мине тральщик № 280, после чего подвергся обстрелу береговой артиллерии и воздушным атакам. На помощь прибыли два сторожевых корабля и большой охотник, своим огнем подавившие японские пушки и отогнавшие самолеты неприятеля.

В то же время на подступах к Расину на минах подорвались транспорт «Сучан», танкеры «Камчатнефть» и «Танкер № 1». Затем их атаковали 4 самолета неустановленного типа. С судов, а также прикрывавших их погранкатеров ПК-38 и ПК-44 был открыт сильный зенитный огонь. По официальным советским данным, два самолета рухнули в море.

Достаточно богатым на события оказался день 18 августа, когда ТОФ приступил к осуществлению Курильской десантной операции, начав высадку на о. Шумшу (Сюмсю). Бои изначально приняли ожесточенный характер. Это было единственное место, где советская сторона понесла большие потери, чем японцы. Хотя противник и располагал на Курилах скудными авиасилами, однако использовал их весьма активно и даже добился определенных успехов.

Японские самолеты действовали поодиночке либо мелкими группами. Основными целями стали советские корабли, которые в первый день высадки они бомбили и обстреливали до 13.20. В 10.07 нераспознанная машина противника, воспользовавшись туманом, подошла незамеченной и атаковала пограничный сторожевой корабль (ПСКР) «Киров», находившийся на позиции в Первом Курильском проливе, сбросив на него 3 авиабомбы и обстреляв из пулеметов. Две или три бомбы разорвались в непосредственной близости от сторожевика. ПСКР получил ряд мелких пробоин в кормовой части корпуса по обоим бортам выше ватерлинии, возник крен, были повреждены кормовое 102-мм орудие и 12,7-мм спаренная зенитная установка. Ранения получили два члена экипажа. Согласно японским данным, в этот день четверка «Кейтов» атаковала и потопила советский миноносец (!). На самом деле от авиации противника погиб только катер-тральщик КТ-152. Считается, что он был потоплен в районе о. Шумшу в результате атаки камикадзе.

Правда, на этом успехи японских летчиков завершились. До восьми вражеских самолетов атаковали тральщик ТЩ-525, производивший разведку западного побережья Шумшу. Хотя на борту зенитных стволов было меньше, чем нападавших, экипаж успешно отразил налет и сбил 2 самолета, один из которых разбился на острове. Не исключено, что другой, получив повреждения, таранил КТ-152.

В тот же день японцы предприняли, пожалуй, наиболее известную свою воздушную атаку кампании, попытавшись нанести удар по танкеру «Таганрог», который стоял на рейде Владивостока. Несмотря на охватившее многих победное благодушие, на судне вахту несли должным образом. В 12.30 наблюдавший за воздухом вахтенный заметил в разрывах облаков, примерно в двух километрах от танкера, неизвестный двухмоторный самолет, шедший на малой высоте со стороны Амурского залива, о чем немедленно доложил помощнику капитана по военной части капитан-лейтенанту Ф.И. Бурмистрову. Тут же на «Таганроге» сыграли боевую тревогу, и расчеты зенитных установок заняли свои места.

Тем временем вражеский самолет перешел в пикирование и обстрелял танкер. Зенитчики открыли заградительный огонь. Японец вышел из пикирования и на втором заходе вновь пустил в дело свои пулеметы. В результате был поврежден воздушный вентилятор, во многих местах пули прошили палубу и капитанский мостик, однако из экипажа никто не пострадал. Самолет продолжал идти на сближение, не взирая на заградительный огонь. Стало ясно, что японец решился на таран. Тогда Бурмистров бросился к крупнокалиберному пулемету и дал длинную очередь по самолету. Отчетливо было видно, как трассы уперлись в фонарь кабины, разбив его. Вскоре загорелся и самолет. Пылая, с правым креном, он пронесся над палубой «Таганрога», причем срезал правой консолью антенну. В 15 метрах от танкера он упал в воду и взорвался.

Горящий бензин начал быстро растекаться по воде, опасно приближаясь к танкеру. Танки судна, хоть и были пусты, но не прошли дегазацию, и в них оставалось достаточно паров бензина, чтобы взорваться. В этой обстановке экипаж не растерялся. Не снимаясь с якоря, был дан ход машинам, и танкер вышел из огненного поля. Палубная команда при помощи четырех шлангов сдерживала подступ горящего бензина, пока тот полностью не выгорел.

Брошенный на аэродроме самолет Ки-46

Советский пограничный сторожевой корабль «Киров» (вверху) был поврежден в ходе атаки морских бомбардировщиков B5N

Позже водолазы обследовали лежавший на дне самолет. Это оказался Кавасаки Ки-45 «Торю». В кабине находился поручик Иосиро Циохара, который погиб от прямого пулевого попадания в лоб. В его кармане нашли письменный приказ на вылет, в котором предписывалось атаковать самый большой танкер в порту Владивостока, а при отсутствии такового – таранить самый большой дом в городе. Логика понятна: в таком здании в те годы должно было находиться местное руководство.

На Курилах налеты продолжались и 19, и 20 августа. Опять досталось «Кирову», которого вдобавок 20 августа повредил еще и огонь береговой артиллерии. В тот же день была произведена последняя за время войны торпедная атака. Пользуясь туманом, около 9.00 одиночный самолет атаковал во Втором Курильском проливе минный заградитель «Охотск», сбросив по нему торпеду. В это время советский корабль находился под огнем береговой артиллерии и уже получил попадания трех снарядов. Тем не менее вахтенные успевали следить и за воздухом, вовремя заметили японца,-а один из пулеметчиков открыл по нему огонь. Правда, безрезультатный. Заметив опасность, командир умело сманеврировал, и торпеда прошла в каких-то трех метрах от борта. В течение 45 минут японский самолет неоднократно пытался атаковать «Охотск», но всякий раз его отгоняли зенитным огнем.

Последний авианалет на морские цели, осуществленный японцами во время Второй мировой войны, отмечен 21 августа. Тогда одиночный самолет попытался атаковать стоявший на рейде южносахалинского порта Маока транспорт «Измаил», однако атака была сорвана сосредоточенным зенитным огнем.

Камикадзе иногда использовали учебные самолеты Ки-86

Советский боец возле трофейного Ки-49

«Зеро» из состава Гёнзан кокутай перед последними вылетами

Таким советские десантники увидели аэродром Мукден. 19 августа 1945 г

Надо сказать, что в середине августа японцы планировали нанести силами тридцати камикадзе удар по советским кораблям в открытом море. Их воздушная разведка доложила, что к берегам Кореи идет советская эскадра в составе крейсера и нескольких эсминцев, перед которой, вероятно, поставлена задача прервать связь между метрополией и материком. Посчитав угрозу весьма серьезной, командование Императорского ВМФ решило перебросить камикадзе с аэродрома Хокурику (Северная Япония) в корейский Гёнзан и оттуда уже атаковать советские силы. Однако после объявления императорского рескрипта операция была отменена. Кстати, оба тихоокеанских крейсера, «Калинин» и «Каганович», простояли всю кампанию в базе, а из эсминцев активное участие в боях принимал лишь уже упоминаемый «Войков». Так что, как говорится, у страха глаза велики…

Против кораблей советской Амурской флотилии японцы авиацию не применяли. Тем не менее, они задействовали самолеты на речном направлении, но… против своей Сунгарийской флотилии, формально являвшейся частью вооруженных сил Маньчжоу-Го. 18 августа на ее главной базе в Харбине взбунтовались служившие там китайцы и маньчжуры, перебившие весь японский контингент. Командование Квантунской армии решило наказать изменников и запланировало удар силами 15-й авиабригады, самолеты которой с утра 19 августа начали концентрироваться на аэродроме Чаньчунь. Однако налет не состоялся: вечером того же дня Чаньчунь захватили советские десантники. Против бунтарей успели отработать лишь Ки-46 из 42-го учебного отряда. Поначалу они выполнили разведку мятежной базы, а затем произвели бомбометание с горизонтального полета. Результат оказался ничтожным, и все корабли были сданы в целости Амурской флотилии.

Вместо эпилога

Когда командование Квантунской армии приняло решение прекратить военные действия, одним из способов донести его до советского командования, помимо применения радио, стала авиасвязь. Так, 17 августа в 19 ч в расположение войск 1-го Дальневосточного фронта с японского самолета были сброшены два вымпела с обращением штаба 1 -го фронта Квантунской армии о прекращении боевых действий. Уже после объявления капитуляции в некоторых случаях японцы предоставляли в распоряжение победителей свои самолеты с летчиками для перевозки штабных офицеров, восстанавливавших связь с частями, которые продвинулись слишком далеко вперед и не получали данных о новых реалиях.

Нельзя не упомянуть о своего рода «авиахаракири». Известно несколько случаев, когда японские летчики, не желавшие ни капитулировать, ни нарушать приказ императора о прекращении боевых действий, преднамеренно разбивались на своих самолетах. Так, около полудня 18 августа пара японских самолетов приземлилась в Харбине и сразу же зарулила на заправку. Однако тут оказалось, что еще утром аэродром захватил советский десант. Японцы сразу пошли на взлет, долетели до края летного поля и врезались в землю. На следующий день советские «транспортники» доставили десантников в Мукден. После их появления в воздух поднялись 5 японских истребителей и тут же врезались во взлетную полосу, не пытаясь таранить самолеты противника, чем немало удивили советских бойцов.

Советским войскам в качестве трофеев достались 932 самолета, из них войскам Забайкальского и 1-го Дальневосточного фронтов – 861. Учитывая незначительные потери японской авиации в ходе боевых действий, можно признать, что часть самолетов удалось перегнать в Японию. Например, с началом боевых действий исчезли с Южного Сахалина бомбардировщики Мицубиси Ки-67 «Хирю» 74-го сентая. То же самое можно сказать и о поплавковых гидросамолетах Аити Е13А с озерного аэродрома Беттобу на о-ве Шумшу.

Устаревшие Ки-51 применялись против наступающих советских войск

Примерный состав сил японской авиации, развернутых против советских войск

Часть

Тип/ кол-во ЛА

Аэродром

Маньчжурия, Императорская армия, 2-я коку гун

Штаб

Ки-57, МС-20, разные связные/ до 20

Мукден

104-й сентай

Ки-84/до 40

Аньшань, Танганзи

25-я докурицу чутай

Ки-45/ до 25

Ляоян

81 -я докурицу чутай

Ки-45/25; Ки-46/5

Чаньчунь

Штаб

Несколько связных

Кунчулин

4-й киодо хикотай

Ки-43/30

Мукден

5-й киодо хикотай

Ки-79/ 50; Ки-55/30

Иньчжоу, Фусинь и др.

13-й киодо хикотай

Ки-43/ 20

Кунчулин

22-й киодо хикотай

Ки-51/20

Сянючжен

23-й киойку хикотай

Ки-48/ 10; Ки-54/10; Ки-55/10

Чиншан-ру

24-й киойку хикотай

Ки-49/ 10; Ки-54/ 10

Саньсилипу

26-й киойку хикотай

Ки-43/ 20; Ки-79/ 50

Менкули

42-й киойку хикотай

Ки-46/10

Ямень-дунь

Авиаакадемия

Ки-55/130; Ки-54/ 40; Ки-86/300

Хайлан, Хайлинь, Циньшу и до.

Хане Ренсей хикотай

Ки-30/ 10; Ки-21/ 10

Феньшуй (а-м Хане)

Императорские ВВС Маньчжоу-Го

1-я АЭ

Н/Д

Цзинцин

2-я АЭ

Ки-277 ок. 10

Мукден

3-я АЭ

Ки-43/ ок. 5

Аньдун

Авиашкола

Ки-9/ ок. 5

Мань-хундун

Авиакомпания МККК

Ки-34; Ки-57; Ки-54; Bf-108; JU-86Z и др. /ок. 30.

Корея, Императорская армия, 17-й фронт

11-й киодо хикотай

Н д

Н д

19-й киойку хикотай

н/д

Н/д

22-й Ренсей хикотай

22-й сентай

Ки-84

Гёнзан, Кимпо, Мокпо

25-й сентай

Ки-84

Гёнзан, Сувон, Тэджудо

85-й сентай

Ки-84

Кимпо

98-й сентай

Ки-67/15

Гёнзан

Императорский ВМФ

Гёнзан кокутай

А6М2 и М5; J2M2; N1K1-J/ ок. 75; др. типов/ ок. 15

Гёнзан

Китай, Императорская армия

90-й сентай

Ки-48

Н/д

Южный Сахалин, Императорская армия

74-й сентай

Ки-67

Отияй

Н/д

Ки-36 и др.

Карафуто

Курильские острова, Императорская армий

54-й сентай

Ки-43/7

Касивагара, о. Парамушир

Курильские острова,

Императорский ВМФ

Хокуто кокутай

B5N2/4; B6N2/ 1

о. Шумшу (а-м Хокуто)

Н/д

Е-13/4

оз. Беттобу, о. Шумшу

203-й кокутай (курильский отряд)

А6М5/ несколько

о. Шумшу

Япония (о. Хоккайдо;

север о. Хонсю), Императорская армия

Боевые с-ты разных типов/180

Япония (о. Хоккайдо;

север о Хонсю), Императорский ВМФ

36 гидрос-тов, 83 средних и 50 пикирующих бом-ов, 24 торпедонос.,

25 истребит.

Итого;

Около 1400 сам-ов

Коку гун – воздушная армия, сентай – авиаполк, докурицу чутай (тютай) – отдельная эскадрилья, киодо хикотай и киойку хикотай – учебные авиаотряды, ренсей хикотай – учебно-тренировочный отряд, кокутай – авиаполк ВМФ.

* * *

Приведенная таблица составлена по вышедшей в США монографии Japans Monographies № 151, написанной бывшими офицерами Императорской японской армии. Вероятно, там были указаны не все авиачасти Квантунской армии. Так, советские войска в Мукдене захватили бомбардировщики Ки-49 и легкие разведчики-бомбардировщики Ки-36, которые в данной таблице на соответствующей авиабазе не зафиксированы.

Как мы видим, в этой кампании японская авиация проявила весьма незначительную боевую активность. Это можно объяснить рядом причин. Во-первых, японцы ожидали советское наступление не ранее октября, поэтому не успели завершить подготовку к грядущим боям. Так, командование 2-й коку гун намеревалось ввести в действие основные свои силы лишь после пересечения советскими войсками пустыни Гоби и Хинганского хребта, после чего нанести массированный удар по коммуникациям, сорвать снабжение боевых частей, замедлив темп их наступления, а затем и остановив его. Это должно было дать японцам шанс на более приемлемые условия выхода из войны. Во-вторых, по японским данным, из весьма значительного количества самолетов боеспособными были всего около 360, причем большинство из них представляло машины устаревших типов. В-третьих, японцам не хватало подготовленного летного состава. В-четвертых, они испытывали острый дефицит топлива (порядка 2,5 заправки на самолет). К тому же, запасы горючего были децентрализованы, ими распоряжались несколько независимых друг от друга инстанций, что затрудняло снабжение авиачастей, а вскоре и вовсе большая часть складов ГСМ оказалась утрачена в результате быстрого продвижения советских войск. В-пятых, стремительное советское наступление нарушило и управление авиачастями, были быстро потеряны важнейшие аэродромы.

В заключение мы можем констатировать, что на момент вступления Японии во Вторую мировую войну ее военная авиация была грозной силой, отменно разившей своих противников. Однако со временем, после невосполнимых потерь, она оказалась способной наносить лишь отдельные и в общем-то бесполезные удары. В неравной схватке мечи воздушных самураев безнадежно затупились.

Два эпизода из биографии «Руслана»

Игорь Бабенко/ Киев

Фото из архива автора

В марте 1989 г. АНТК им. O.K. Антонова получил разрешение Правительства СССР заниматься грузовыми перевозками на самолетах Ан-124. Заработанные деньги стали одним из важнейших факторов, позволивших фирме выжить в самые смутные времена. Непосредственно перевозками занималось подразделение, получившее неофициальное название «Фирма «Руслан», ныне больше известное как «Авиалинии Антонова». Директором ее назначили начальника ЛИиДБ 1* А.Г. Буланенко, а меня – его заместителем. Мы не имели ни малейшего понятия, как организовывать зарубежные полеты гражданской авиации, но смело бросились «в бой». К счастью, дров не наломали, разве что мелкие «щепки».

1* ЛИиДБ – летно-испытательная и доводочная база. Находится в Гостомеле под Киевом. (Прим. ред.)

Беженцы на борту «Руслана». Справа – пассажиры-поневоле покидают борт Ан-124 в аэропорту Дакки. Сентябрь 1990 г.

Перевозка людей в грузовой кабине

В 1990 г. Саддам Хусейн захватил Кувейт, где на нефтепромыслах работали тысячи граждан других стран, в основном из Бангладеш. Начались пожары, рабочие побежали в соседнюю Иорданию, где их поселили в палатках в пустыне. Назревали экологическая и гуманитарная катастрофы. Требовалось срочно эвакуировать тысячи мужчин, женщин и детей.

В начале сентября наш Ан-225 демонстрировался на авиасалоне в Фарнборо. К находившемуся в составе делегации Генеральному конструктору П.В. Балабуеву обратились представители ООН с просьбой вывезти из Иордании в Бангладеш несколько тысяч беженцев самолетами Ан-124, только мужчин, женщин же и детей предполагалось доставлять на пассажирских «Боингах». Он согласился, и был подписан договор на 10 полетов. Туда люди, обратно 80 т риса для питания оставшихся. И вдруг у кого-то возникают сомнения – а не задохнутся ли люди в грузовой кабине. Тогда циркулировал слух, пущенный представителем Аэрофлота в Австралии, что грузовая кабина «Руслана» негерметична! Пришлось изготовить официальное Заключение ЦАГИ, что при полете на эшелонах 6000-7000 м давление в грузовой кабине гарантирует условия для нормальной жизнедеятельности человека.

Самолет был вызван в Амман, столицу Иордании, там пол грузовой кабины застелили матрацами, по бортам поставили 20 биотуалетов. Открыли передний грузолюк, и – добро пожаловать на борт межконтинентального лайнера! Кто-то пытался считать входивших в самолет, но это оказалось невозможно. Предположительно их было около тысячи. Люди были без багажа, заходили толпой, садились на пол так тесно, что прилечь уже никто не мог. Когда последний пересек порог, грузолюк закрыли и полетели. Командир А.В. Ткаченко рассказывал мне после этого полета: «Из чувства солидарности с несчастными мы не хотели закрывать люк в кабину экипажа. Но через некоторое время снизу пошел такой запах, что экипаж не выдержал, и люк закрыли». Ан-124 благополучно доставил своих пассажиров в Дакку, столицу Бангладеш. Там его вручную загрузили мешками с рисом. Пока длилась эта процедура, экипаж получил возможность немного передохнуть, а затем отправился в обратный путь.

В восьмом полете на полпути между Даккой и Амманом отказал один двигатель, но самолет долетел на трех. Мы решили этот «Руслан» перегнать домой, а взамен прислать исправную машину. Но ООН поблагодарила и отказалась от продолжения миссии. К тому времени почти всех беженцев уже вывезли.

Вождь одного из африканских племен встречает «Руслан» в Аксуме

Во время погрузки второго фрагмента обелиска.

Слева направо: А.Н. Смирнов, И.Д. Бабенко и В.И. Казачанский. Рим, апрель 2005 г.

Священный обелиск

Когда в 1937 году войска Мусоллини оккупировали Эфиопию, они вывезли из города Аксума в Италию 19-метровый базальтовый обелиск – одну из самых значительных местных святынь. После окончания Второй мировой войны Эфиопия потребовала от Италии возвратить священный камень, отказавшись заключать мирный договор и не соглашаясь ни на какие компенсации. Но вернуть святыню удалось лишь в новом веке.

После достижения межгосударственного соглашения возник вопрос, как доставить в Аксум 180- тонный обелиск. Итальянцы обратились к российским эксплуатантам самолета Ан-124 – авиакомпаниям «Волга-Днепр» и «Полет», а также к британской компании «Эйр Фойл», партнеру «Авиалиний Антонова», с запросами на проработку возможности перевозки необычного груза из Рима в Аксум. Российские перевозчики отказались от этой работы, а вот антоновцы решили попробовать.

Прежде всего, требовалось ответить на два вопроса: сможет ли Ан-124 приземлиться на аэродроме в Аксуме, и если сможет, то с каким грузом? Этот аэродром расположен в северо-восточной части Эфиопии на высоте над уровнем моря 2100 м, длина его ВПП составляет 2400 м, работает он только в светлое время суток. Температуралетомтам выше+30°С, зимой может быть +10-12, но утром перед восходом солнца!

Штурманская служба АНТК посчитала, что если соблюдать «Руководство по летной эксплуатации», то есть принять в расчете длину потребной посадочной дистанции с учетом коэффициента безопасности 1,67, то Ан-124 не может садиться там с грузом ни при каких условиях. А если поручить работу испытателям и проигнорировать этот коэффициент, то технически самолет может приземлиться с грузом не более 60 т, при минимальном остатке топлива 17 т и температуре не более +16°С. Следовательно, обелиск нужно разделить на 3 части, чтобы каждая весила не более 60 т. После длительных обсуждений такого решения удалось достигнуть.

Теперь предстояло добиться, чтобы каждая подготовленная к перевозке часть обелиска весила не более 60 т. При демонтаже его в Риме использовали весьма тяжелые металлические фермы, которые заказчик предполагал применить и для транспортировки обелиска. Потребовалось провести переговоры и обсуждения методов погрузки, в результате которых удалось добиться переделки транспортировочной обвязки.

Перевозка была назначена на февраль 2005 г. В Аксум вылетел представитель итальянской фирмы, ответственный за подготовку стоянки в аэропорту, транспорта, обеспечение топливом и решение других проблем. Этот парень ежедневно сообщал нам температуру на рассвете, которая росла с каждым днем.

Итальянцы обклеили камень вибродатчиками, они боялись, что от самолетных вибраций он растрескается, поскольку металлическая обвязка была облегчена до минимума. Правда, в 1937 г. в Рим его везли по горным дорогам, и ничего не случилось.

Наступил март. Воздух в Аксуме становился все теплее, а груз еще не подготовили.

На АНТК выполнить эту сложную работу поручили экипажу летчика-испытателя А.З. Моисеева. Наконец-то подготовка завершилась. Однако наступил уже апрель, температура в Аксуме на рассвете составляла +16-18°С, но отступать было некуда.

Из Рима, с военно-воздушной базы Практика-дель-Маре, вылетели вечером 18 апреля, чтобы приземлиться в Аксуме с восходом солнца. Перед посадкой командир экипажа попросил всех крепко пристегнуться, поскольку он ожидал интенсивное торможение. Однако посадка была выполнена очень мягко, никаких проблем не возникло, самолет остановился в пределах ВПП.

После окончания разгрузки оказалось, что температура выросла до величины, которая не позволяла безопасно взлететь, и пришлось заночевать. Взлетали на следующее утро с запасом топлива только на один час полета до Джибути.

Два следующих рейса прошли без проблем

Отвергнутое изящество

Андрей Хаустов/ «АиВ»

Среди огромного множества самолетов, созданных в мире в разное время, есть такие, глядя на которые невольно испытываешь сожаление, что эти изящные крылатые машины не оставили сколько-нибудь существенного следа в истории авиации. Их удел – короткий период летных испытаний и, если повезло, существование в виде музейных экспонатов. Ктаким образцам авиатехники можно смело отнести опытный истребитель- бомбардировщик F-107А, разработанный фирмой North American Aviation.

В первой половине 1950-х гг. авторитет «Норт Америкен» в разработке самолетов-истребителей, казалось, был незыблем. В годы Второй мировой войны компания буквально ворвалась на вершину американского авиапрома, создав удачный фронтовой бомбардировщик В-25 Mitchell и один из лучших истребителей того периода Р-51 Mustang. Накопленный опыт, мощные кадровый-и производственный потенциалы, а также доступ к трофейным германским наработкам в области авиации позволили «Норт Америкен» во второй половине 1940-х гг. успешно войти в реактивную эру с истребителем F-86 Sabre.

После дебюта «Сейбра» в Корее за компанией на Западе закрепилась репутация «короля истребителей». Самолеты ближайших конкурентов, такие как Lockheed F-80 Shooting Stare, Republic F-84Thunderjet, были «выдавлены» в разряд истребителей-бомбардировщиков. Более того, по заказу флота серийно выпускался палубный вариант «Сейбра» – истребитель FJ1 Fury. Кроме США, «Сейбры» строили в Японии,Канаде, Италии и Австралии, а общее количество машин достигло почти 8000. Они длительное время использовались в составе Воздушных сил 30 стран мира.

Закрепляя успех, в 1949 г. «Норт Америкен» начала проектирование своего первого сверхзвукового истребителя «модель NAA 180» или «Сейбр-45». На нем планировали установить крыло стреловидностью 45°. Однако в тот период приоритет в финансировании Пентагон отдал стратегическим самолетам-носителям ядерного оружия, и развитие истребительных программ существенно замедлилось. Лишь в конце 1951 г. на базе «Сейбра-45» завершили разработку проекта нового истребителя завоевания превосходства в воздухе, получившего обозначение F-100. В январе следующего года был подписан контракт на его постройку.

Полноразмерный макет истребителя-бомбардировщика F-107A

Блестящая репутация F-86 подвигла разработчика на удачный маркетинговый ход – новая машина получила наименование Super Sabre. 5 мая 1953 г. опытный самолет YF-100A поднялся в небо. Уже в первых вылетах на нем была превышена скорость звука в горизонтальном полете. 29 октября был построен первый серийный истребитель F-100A. Таким образом, детище «Норт Америкен» стало первым серийным сверхзвуковым истребителем в мире. Вскоре на этом самолете подп-к Фрэнк Эверет (Frank Everest) из состава испытательного центра ВВС достиг в полете у земли скорости 1216 км/ч. После ряда доработок через год, 27 сентября 1954 г., F-100А был официально принят на вооружение.

Однако, несмотря на «холодную войну», интерес к «чистым» истребителям со стороны заказчика существенно снизился. Даже американский оборонный бюджет не мог потянуть несколько разноплановых программ. Наступала эпоха многоцелевых самолетов. В декабре 1953 г. тактическое авиационное командование (Tactical Air Command – ТАС) рекомендовало фирме изготовить новый вариант «Супер Сейбра», который мог бы наряду с выполнением задач перехватчика выступать и в качестве истребителя-бомбардировщика, что нашло свое воплощение в модификации F-100C. Этот самолет имел шесть подкрыльевых точек подвески вооружения и усиленное крыло с топливными баками. Он мог нести до 2270 кг бомб и ракет вплоть до тактической ядерной бомбы Мк.7. На самолет можно было устанавливать систему дозаправки в воздухе типа «шланг-конус». 20 августа 1955 г. на F-100C был установлен мировой рекорд скорости в 1323 км/ч.

Практически все первые сверхзвуковые самолеты мира вошли в строй сквозь череду серьезных летных происшествий. Не стал исключением и «Супер Сейбр». 12 октября 1954 г. на нем погиб шеф-пилот фирмы «Норт Америкен» Джордж Велч (George Welch). Во время выхода из пикирования с большой перегрузкой произошло одновременное продольное и поперечное раскачивание самолета. В результате машина разрушилась в воздухе.

Для решения проблемы изменили систему управления-по крену и тангажу. Причем, многие новшества вносили прямо на сборочной линии, а уже законченные истребители были возвращены на доработку. Тем не менее, «Супер Сейбр» вошел в историю ВВС США как самолет с очень высокой аварийностью. Одним из факторов, поспособствовавшим этому, была очень высокая посадочная скорость, достигавшая 330 км/ч. Дело в том, что самолет не имел закрылков или посадочных щитков, для которых на крыле не осталось места, т.к. элероны пришлось сдвинуть к фюзеляжу из-за опасности их реверса.

Самым совершенным и массовым (выпущено 1274 экз.) из «Супер Сейбров» стал истребитель-бомбардировщик F-100D, появившийся в 1956 г. Он получил усовершенствованное радиоэлектронное оборудование и автопилот, а также увеличенную до 3190 кг бомбовую нагрузку. Для улучшения его путевой устойчивости площадь вертикального оперения увеличили на 27%. Существенно доработали крыло. Его размах увеличили с 11,16 до 11,81 м, а по задней кромке сделали корневой наплыв, что позволило установить закрылки. Всего до октября 1958 г. было построено 2294 истребителя F-100 различных вариантов, которые использовались в мире до начала 1980-х гг.

Еще до появления F-100A было очевидно, что «гонка за скорость» далека до завершения. В СССР разрабатывался новый истребитель МиГ-19, начались проработки проектов сверхзвуковых бомбардировщиков. Требовался самолет, способный летать со скоростью, вдвое превосходящей звуковую. Естественно, что «Норт Америкен» попыталась максимально использовать технический задел по F-100.

В начале 1953 г. фирма получила от ВВС США предварительные требования на улучшенный «Супер Сейбр». В марте 1953 г. на базе планера F-100 были подготовлены проекты двух вариантов: истребителя-перехватчика «модель NAA 211» или F-100BI, где литера «I» обозначала «Interceptor» (перехватчик), и истребителя-бомбардировщика «модель NAA 212» или F-100B. В свете «текущих предпочтений» ТАС было принято решение сконцентрироваться на втором варианте.

Первый экземпляр F-107A (зав. № 55-5118) в испытательном полете

Первый экземпляр F-107A во время доработок в NACA. 9 апреля 1958 г.

Первый экземпляр F-107А во время пребывания в летно-исследовательском центре NACA. 6 ноября 1957 г.

На самолет, рассчитанный на скорости порядка 1,8 М, планировалось установить тот же, что и на «Супер Сейбре», двигатель P amp;W J57, но с соплом новой конструкции. Носовую часть фюзеляжа с радиолокатором предлагалось выполнить конструктивно подобной истребителю-перехватчику F-86D. Однако возникла проблема с организацией сверхзвукового воздухозаборника двигателя. Поэтому в июне того же года проект вновь был кардинально переделан. Теперь F-100B получил новый надфюзеляжный воздухозаборник с острыми кромками и автоматически регулируемым центральным клином, так называемый variable-area inlet duct (VAID) или входной канал изменяемой площади. Верхнее расположение воздухозаборника и воздуховода двигателя позволило приподнять крыло, превратив F-100B в среднеплан, и организовать в нижней части фюзеляжа зону для полуутопленного размещения спецбоеприпаса (тактической ядерной бомбы ТХ-28 или В-28) или дополнительного 250-галонного (946 л) топливного бака.

Носовая часть в виде приплюснутого конуса в сочетании с фонарем с большой площадью остекления обеспечивала великолепный обзор вперед и вниз, что было очень важно для ударного самолета. Крышка фонаря поднималась вверх, что не позволяло запускать двигатель, пока она не будет закрыта. Самолет оснащался модифицированным крылом от истребителя F-100C, но с задним наплывом и закрылками. Управление по крену осуществлялось с помощью интерцепторов на верхней и нижней поверхности крыла. Основные стойки шасси переместили на фюзеляж. Все опоры шасси убирались против полета.

Одна из наиболее интересных инноваций, примененных на F-100B для улучшения курсовой устойчивости, – цельноповоротное (по 3 градуса влево и вправо) вертикальное оперение увеличенной площади. На самолет установили интегрированную систему управления оружием ХМА-12, а массу бомбовой нагрузки довели до 4535 кг.

В октябре 1953 г. построили полноразмерный макет истребителя, который по меркам тех лет выглядел очень футуристично. Примерно в это же время было принято решение о применении новейшего турбореактивного двигателя P amp;W YJ75-P-11, что, по расчетам, позволяло поднять скоростной рубеж до 2М.

Третий экземпляр F-107A (зав. № 55-5120)

Тот же самолет после аварии 1 сентября 1959 г.

Истребитель-бомбардировщик F-107А и его «предок» F-100A

11 июня 1954 г. между разработчиком и ВВС США был подписан контракт на постройку 33 экземпляров истребителя- бомбардировщика F-100B, из которых первые три предназначались для летных испытаний. Уверенность «Норт Америкен» в победе была такова, что 8 июля самолет получил новое обозначение F-107А без обычной в таких случаях первой литеры «Y», обозначающей предсерийный самолет. Продвигая свой проект, разработчик попытался предложить авиации флота его палубный вариант под названием «Супер Фьюри», однако безуспешно.

Рабочее проектирование F-107А официально стартовало 1 мая 1955 г. 10 сентября 1956 г. летчик-испытатель Боб Бейкер (Bob Baker) впервые поднял F-107A (зав. № 55-5118) в небо с ВПП авиабазы Эдвардс. В том полете в пикировании была достигнута скорость 1,03М, но затем произошла авария насоса-регулятора двигателя, и пришлось совершить вынужденную посадку. Из-за повышенной посадочной скорости (более 360 км/ч), вызванной отказом гидросистемы и невыходом закрылков, а также неработающих тормозов колес – пробег составил 6700 м и окончился на грунтовой полосе безопасности, где была повреждена передняя стойка шасси. Самолет быстро восстановили, и уже 1 октября на нем была достигнута скорость, соответствовавшая 2М.

Всего на первой стадии испытаний было выполнено 30 полетов. На второй стадии с 3 декабря 1956 по 15 февраля 1957 гг. был задействован и второй прототип (зав. № 55-5119), на котором выполнили 32 полета. Затем этот самолет использовали для отработки применения оружия. По оценке летчиков, пилотирование F-107А в сравнении с F-100 было приятнее. Для выполнения третьей стадии испытаний построили третий и, как оказалось, последний F-107A (зав. № 55- SI 20). На нем испытывали работу воздухозаборника на разных режимах полета. Тем временем на первом прототипе провели серию тестов на скороподъемность, в ходе которых самолет превысил скорость звука в ходе набора высоты.

«Норт Америкен» оказалась не единственным разработчиком, боровшимся за победу. Фирма «Рипаблик», также имевшая огромный опыт создания истребителей, еще в 1952 г. вышла с инициативным предложением и подписала контракт с ТАС на проектирование и постройку 199 машин (вскоре это число урезали до 37 экз.), создаваемых на замену истребителей-бомбардировщиков F-84F Thunderstreak. Новый самолет должен был доставлять тактические ядерные боеприпасы и обычные авиабомбы на сверхзвуковой скорости, при любых погодных условиях.

В октябре 1953 г. был построен полноразмерный макет истребителя, получившего наименование YF-105 и, в духе традиций фирмы, собственное имя Thunderchief. В окончательном виде задание было сформулировано в декабре 1953 г. вместе с контрактом на поставку еще меньшего количества предсерийных самолетов – 15 штук. Планировалось построить два экземпляра YF-105A для предварительных летных испытаний, три прототипа разведчика RF-105B (позже переименованы в JF-105B), а остальные 10 – в варианте F-105В для войсковых испытаний. Поскольку требуемый двигатель P amp;W J75 был еще не готов, YF-105A построили в предварительной конфигурации со «старым» мотором P amp;W J57. Внедрить новую силовую установку предполагалось только с третьей опытной машины.

Первый полет YF-105A состоялся 22 октября 1955 г. – почти на год раньше конкурента. Естественно, что он практически по всем статьям проигрывал F-107A, за исключением разве что наличия внутреннего бомбоотсека и новейшей сверхскорострельной пушки М-61 «Вулкан», что позволяло обойтись одним орудием вместо четырех. F-105В был уже более-менее равноценен своему конкуренту, а по-настоящему полноценным тактическим ударным самолетом стал F-105D. Но этот вариант «Тандерчифа» появился лишь в 1959 г., через два года после окончания конкурса.

Взлетает второй экземпляр F-107A (зав. № 55-5119)

Истребитель-бомбардировщик F-105 – удачливый конкурент самолета F-107А

Приборная доска самолета F-107А

Летом 1957 г. руководство ВВС США вынесло свой окончательный вердикт. Победу одержал «Тандерчиф», растиражированный затем в 923 экземплярах. До сих пор не утихают споры о том, почему же так произошло. В случае с F-107А отмечают проблемы начального периода испытаний. Но кто их не имел? Вспоминают и аварийную репутацию «Супер Сейбра», однако и «Тандерчиф» поначалу был далеко не подарок. Наиболее вероятно, что Пентагон сделал политический выбор. На тот период у фирмы «Рипаблик» не было иных программ в разработке, тогда как «Норт Америкен» была полностью загружена. В тоже время здесь начались первые проработки по сверхзвуковому стратегическому бомбардировщику ХВ-70, сверхзвуковому палубному носителю ядерного оружия А-5 Vigilante, а также ряду других программ. Таким образом, военные просто хотели сохранить «Рипаблик», и F-105 стал для нее «спасательным кругом».

Наверное, американцы не прогадали. В ходе войны в Индокитае F-105 заслужил любовь экипажей и продемонстрировал очень высокую живучесть для однодвигательного самолета. И хотя боевые и эксплуатационные потери «Тандерчифов» на той войне составили 397 машин (почти 45% от числа выпущенных), они выполнили около 75% всех заданий на бомбардировку, решенных ВВС США.

А какова же судьба героя нашего рассказа? Оказалось, что F-107A стал последним истребителем в истории «Норт Америкен». После проигранного конкурса постройка всех остальных самолетов была аннулирована. Прототип F-107A (зав. № 55-5119) какое-то время еще испытывали по применению оружия, в т.ч. и спецбоеприпаса, сброс которого отрабатывали до скорости 2М. Два оставшихся «сто седьмых» передали в NACA(c 1958 г. – NASA), где они послужили в исследовательских целях для отработки сверхзвукового воздухозаборника (что впоследствии пригодилось в работах по программе ХВ-70) и цельноповоротного киля (реализовано на «Виджиленте»). 1 сентября 1959 г. самолет № 55-5120 потерпел аварию на взлете и больше не летал. Его использовали для тренировок пожарных расчетов. Оставшиеся самолеты позже передали в музеи: 18-й борт (зав. № 55- S118) – в авиамузей в Пиме на авиабазе Шепард, а 19-й (зав. № 55-5119) – в музей ВВС на авиабазе Райт-Паттерсон. Там их можно увидеть и ныне. I

North American F-107A

Проект NAA 212

F-100D

Основные летно-технические характеристики самолетов F-100D, F-107A, YF-105A и F-105D

F-100D

F-107A

YF-105A

F-105D

Длина (без ПВД), м

14,351

18,75

19,25

19,63

Размах коыла, м

11.81

11,16

10,64

10,64

Высота (на стоянке), м

4.93

6,12

6,01

6,0

Плошадь коыла, м²

37,16

35

35,77

35,77

Силовая установка: - тип

Pratt & Whitney J57-P-21A

Pratt & Whitney YJ75-P-11

Pratt & Whitney J57-P-25

Pratt & Whitney J75-P-19W

- макс. (макс. форсаж.) ' тяга, кгс

4630 (7250)

7000(10500)

4227 (6803)

7300(12020)

Масса, кг:

- пустого

9361

11405

9530

12181

- макс. взлетная

17258

18840

18400

23967

Макс. скорость полета v земли , км/ч

н.д.

1432

1252

1345

Макс. скорость полета, км/ч /высота, м

1417/10700

2083/10970

1379/11000

2208/11000

F-100D

F-107A

YF-105A

F-105D

Практический потолок, м

12000

16220

8040

14780

Скороподъемность v земли, м/с

97

203

н.д.

172,7

Макс. дальность полета, км

3210

3885

4377

3550

Вооружение:

- пушки

4 х 20 мм

4 х 20 мм

1 х 20 мм

1 х 20 мм

- макс. бомбовая нагрузка, кг

3190

4500

3630

5440

Второй опытный экземпляр истребителя-бомбардировщика North American F-107A (зав. № 55-5119). Испытательная авиабаза Эдвардс (США), 1957 г. Под фюзеляжем подвешен конформный 250-галонный дополнительный топливный бак.

На руинах Великого и Могучего

Сергей Дроздов/ Борисполь, Киевская обл.

Су-27 из состава 61-й истребительной авиабазы ВВС и войск ПВО Беларуси

Продолжение. Начало в «АиВ», №№ 6’2011, 1, У 2012.

Особый молдавский путь

ВВС Молдавии созданы на основании указа Президента страны № 193 от 3 сентября 1991 г. «Об образовании Вооруженных Сил». С 1994 г. государство получило новое название – Республика Молдова.

После распада СССР Молдавии достались 33 МиГ-29 86-го ИАП ВВС ЧФ (Маркулешты) и техника находившейся в Кишиневе 153-й ОСАЭ: Ту-134, Ан-26, Ан-24, Ми-8, Ми-9, Ан-72, Ил-22. На территории Приднестровской Молдавской Республики (ПМР) оказалась 36-я ОВЭ из состава Армейской авиации и 5-я ОДРАЭ (Тирасполь, 8 Ан-30 и 2 Ан-26).

Довольно скоро практически весь летный и часть инженерно-технического состава 86-го полка уехали за пределы страны. Однако уже к весне 1992 г. на историческую родину из других бывших республик СССР вернулись 15 пилотов. Правда, из них только четверо были подготовлены к полетам на МиГ-29. В июне того же года они начали вылетать на боевые задания в ходе конфликта в Приднестровье, но после того, как один МиГ-29 сбила ПВО 14-й армии, полеты истребителей прекратили (см. «АиВ», № 4'99). Также молдавская сторона применяла вертолеты Ми-8.

После подписания мирных соглашений с ПМР истребители остались не у дел, и с ними нужно было что-то решать. Уже в 1992 г. один МиГ-29 подарили Румынии в счет долгов «за оказанную помощь во время военного конфликта». В 1994 г. 4 машины продали Йемену, из них только две были в летном состоянии. Но оставались еще 27 «МиГов», и в 1997 г. покупатель на них нашелся – Иран. Эта информация быстро достигла США, и, по официальной версии, Штаты предложили купить эти самолеты по более высокой цене.

Молдавский Ми-8Т во время отработки эвакуации раненых на международных учениях MEDCEUR 2007. 6 августа 2007 г.

МиГ-29 из состава авиабазы «Дечебал» ВВС Молдовы. Аэродром Маркулешты, 2011 г.

Подаренный Румынией Ан-30 до сих пор не вошел в состав ВВС Молдовы. Нижнее фото – один из пяти молдавских Ан-2. Маркулешты, сентябрь 2007 г.

Сделка состоялась в июле 1997 г. За 40 млн. USD Молдова продала 21 истребитель (из них 6 – в летном состоянии) и 507 управляемых ракет (344 Р-60, 112Р-73.51 Р-27). В октябре того же года в Молдову прибыли американские специалисты, и через 24 дня военно-транспортные С-17А начали перевозку в США неожиданных приобретений.

Интересно, что 17 января 2006 г. суд приговорил бывшего министра обороны Молдовы В. Пасата к тюремному заключению сроком на 10 лет, обвинив его в нанесении государству ущерба в 50 млн. USD при продаже американцам «МиГов».

Белорусский Ан-26 из состава 50-й смешанной авиабазы

Штурмовик Су-25 из 206-й штурмовой авиабазы ВВС и войск ПВО Беларуси

Самолет L-39 из пилотажной группы «Белая Русь»

Однако позже Апелляционная палата Кишинева оправдала его.

В Молдове остались 6 «МиГов». В конце мая 2010 г. стало известно, что эти самолеты выставлены на продажу. Предполагалось их предварительно отремонтировать, однако позже Министерство обороны Молдовы отказалось от этих планов и решило реализовать истребители в текущем состоянии. По словам главы ведомства Маринуцэ, если покупатель на МиГ-29 не найдется, они будут утилизированы. В июле 2012 г. стало известно, что Молдова все еще продолжает попытки продать свои «МиГи».

По состоянию на начало 1994 г. в молдавских ВВС насчитывалось: 31 МиГ-29, 8 Ми-8 и 5 транспортных самолетов. Они входили в состав одного ИАП и одной вертолетной эскадрильи. В последующем их свели в смешанную авиабригаду, а в 1999 г. на их основе сформирована авиабаза «Дечебал» в Маркулештах. В ее состав входят 6 МиГ-29 и 6 вертолетов Ми-8, 5 из которых обеспечивают действия коалиционных сил в Афганистане.

В состав еще одного подразделения – ОСАЭ (Кишинев) на начало 2000-х гг. входили: 1 Ан-24, 1 Ан-26, 2 Ан-72, 5 Ан-2, 3 Ми-8, 4 Ми-2, 1 Як-18Т и один PZL-104Wilga. В настоящий момент 2 Ан-72, 1 Ан-26, 2 Ан-2, 1 Як-18Т. Выведены из их состава Ил-22, Ан-24, Ту-134 и Ми-2. Численность ВВС и ПВО, составляющих единый вид Вооруженных сил, около 1000 человек.

В феврале 2012 г. появилась информация о намерении руководства Молдовы выделить 240 млн. USD на закупку боевых самолетов. Практически тут же свои подержанные МиГ-21 предложила Румыния. Пока официальный Кишинев на это не ответил. Но большинство авиационных специалистов задает вопрос: а зачем Молдове истребители, учитывая ее небольшие размеры? Ей бы больше подошли штурмовики или боевые вертолеты.

Первоначальная подготовка летных кадров (на учебных самолетах) ведется в летном учебном центре, расположенном на кишиневском аэродроме. В то же время специалисты отмечают отсутствие достаточного количества ЛА и подготовленного летного состава, способного передать свои знания молодым пилотам. Не обошлось и без перегибов в кадровой политике. Так, до 2000 г. были приложены немалые усилия для увольнения бывших советских офицеров, а после 2000 г. началось увольнение офицеров, имевших западное образование. В массовом порядке уходят молодые офицеры (до 80% выпускников), которые не видят перспектив ни в карьерном росте, ни в материальном плане.

По данным зарубежных источников, в составе Вооруженных сил ПМР (созданы 6 сентября 1991 г.) находятся 6 вертолетов Ми-8, которые дислоцируются в Тирасполе. В то же время на снимках из космоса видно, что на аэродроме находятся по одному Ан-2, Як-18, а еще 2 Ми-2 и 1 Ан-26 отбуксированы на стоянку хранения.

В состав российской оперативной группы в Приднестровье входила 36-я ОВЭ, базировавшаяся в Тирасполе (Ми-8, Ми-9, Ми-24, Ми-22, Ми-2). Однако к настоящему времени на местном аэродроме осталась лишь российская авиационная комендатура, а авиатехника (5 Ми-8) находится на хранении.

Пара молдавских Ми-8МТВ-1 в ходе международных учений «Партнерство ради мира». Авиабаза Отопени (Румыния), 17 октября 1996 г.

Погрузка бывшего молдавского МиГ-29 на борт транспортного самолета С-17 для доставки в США. 28 октября 1997 г.

ВВС Беларуси: история о братской любви

По состоянию на середину 1990 г. на территории Белорусской ССР находилось очень большое количество военной авиатехники, в т.ч. 21% союзного парка ДА, 12% ФБА, 9% РА. Белорусская группировка истребительной авиации была третьей в СССР, а штурмовиков Су-25 – второй. На территории СССР в этой республике размещались самолеты МиГ-25БМ, носители противорадиолокационных ракет Х-58У. Внушительно выглядел и вертолетный парк армейской авиации.

После распада СССР Беларуси досталось около 1150 военных летательных аппаратов, что стало третьим по численности авиапарком после России и Украины. ВВС Республики Беларусь официально были созданы на основании приказа министра обороны 15 июня 1992 г. на базе 26-й ВА. К июлю того же года в их составе числилось 390 боевых самолетов и 79 ударных вертолетов, а также значительное количество других ЛА. До конца следующего года на территорию страны из Германии прибыли 787-й ИАП (31 МиГ-29 и 6 МиГ-23), который разместился на аэродроме Россь, и 911 -й АПИБ (28 МиГ-27 и 9 МиГ-23УМ), обосновавшийся в Лиде. Таким образом, количество боевой авиатехники еще более возросло.

Однако согласно подписанному в Ташкенте 15 мая 1992 г.

«Соглашению о принципах и порядке выполнения Договора об обычных вооруженных силах в Европе», максимальное количество боевых самолетов Беларуси ограничивалось 260 единицами, а боевых вертолетов – 80 машинами. Т.е. по вертолетам Минск вписывался в квоту, а самолеты требовалось значительно сократить. Для этого определенное количество техники вывели из боевого состава, а часть машин передали России. Так, территорию Беларуси покинула вся Дальняя авиация (171 самолет), два полка фронтовых бомбардировщиков, а также самолеты 240-го гвардейского морского разведполка (саму часть расформировали). Внутри ВВС Беларуси происходили значительные организационные изменения, прежде всего – сокращения. Например, в 1993 г. 3-й ИАП авиации войск ПВО передали в состав ВВС, а БАП из Лиды и ОАП РЭБ из Щучина расформировали. В конечном итоге к 1996 г. требования ДОВСЕ по количеству боевых самолетов были выполнены.

Параллельно большинство военных Ил-76 перевели в разряд гражданских. Их передали в созданную на базе 339-го ВТАП (Витебск) государственную авиакомпанию «Трансавиаэкспорт» 1* , а в составе ВВС оставили лишь несколько машин этого типа.

Ставшую «лишней» авиатехнику Беларусь активно экспортировала. Первой такую сделку реализовали в 1995 г., поставив Ми-24 в Сьерра-Леоне. Всего, согласно данным Stockholm International Peace Research Institute (SIPRI), за рубеж было отправлено 135 самолетов (в том числе 43 МиГ-29, 41 Су-25, 40 МиГ-23, 7 Су-17М, 3 Су-24 и 1 Ан-12) и 22 вертолета (19 Ми-24 и 3 Ми-8). Самыми крупными покупателями белорусского авиационного секонд-хенда стали: Перу, купившая в 1997 г. 18 МиГ-29 и столько же Су-25; Сирия, которая приобрела 33 МиГ-23 (очевидно, на запчасти); а также Алжир, заполучивший 25 МиГ-29. В 2012-13 гг. ожидается поставка пяти белорусских Ил-76МД и Ил-76ТД в КНР после их капитального ремонта в России.

1* В настоящее время располагает 16 Ил-76.

Можно считать, что первый этап реформирования белорусских ВВС завершился к концу прошлого века. При этом взамен полков в их структуре были созданы 8 авиабаз (АБ).

Авиачасть

ЛА

Аэродром

тип

кол-во

927-я истр. АБ

МиГ-29

52

Береза.

61-я истр. АБ

Cv-27

23

Барановичи

МиГ-29

30

50-я смешанная АБ

Ил-76

2

Мачулищи

Ан-12

6

Ан-24

Ан-26

Ми-8

Ми-26

116-я бомб. АБ

Cv-24

42

Лида

206-я штурм. АБ

Cv-25

99

Поставы

65-я верт. АБ

Ми-8

*

Кобрин

Ми-26

*

276-я верт. АБ

Ми-8

*

Новополоцк

Ми-26

*

181-я верт. АБ

Ми-8

*

Пружаны

Ми-24

*

* Общее количество Ми-8 в вертолетных авиабазах – 100 единиц, Ми-26 – 30, Ми-24 – 65. Кроме того, в их составе числились 3 Ми-6.

В декабре 2001 г. ВВС были объединены с войсками ПВО. Этот вид Вооруженных сил получил наименование «ВВС и войска ПВО». Организационно в него вошли два оперативно-тактических командования – Западное и Северо-Западное, части непосредственного подчинения, части оперативного, технического и тылового обеспечения. На этом реформы не завершились. Например, к началу 2002 г. были сокращены две вертолетные базы. К тому же времени продали и последние 6 Ан-12, предварительно выведя их из боевого состава.

К началу 2012 г. в состав ВВС и войск ПВО Беларуси входили:

Авиачасть

ЛА

Аэродром

тип

кол-во

61-я истр. АБ

Cv-27

22

Барановичи

МиГ-29

38

Ил-76

4

Ан-26

6

50-я смешанная АБ

Ан-26РТ

2

Мачулищи

Ми-8

*

Ми-26

12

116-я бомб. АБ

Cv-24

28

Россь

CV-24MP

6

206-я штурм. АБ

Cv-25 -

70

Лида

L-39

*

181-я верт. АБ

Ми-8

*

Пружаны

Ми-24

65

* Общее кол-во Ми-8 – 115; L-39 -10, включая группу «Белая Русь».

Ракеты «воздух-земля» Х-31 и Х-29 белорусской авиации

Взлетает модернизированный истребитель МиГ-29БМ из состава 61-й истребительной авиабазы ВВС и войск ПВО Беларуси

Кроме того, в Березе создан 927-й Центр подготовки и применения беспилотных авиационных комплексов (БАК) ВВС и ПВО, а в Лиде – Центр подготовки летного состава, в который входит и пилотажная группа «Белая Русь» на самолетах L-39, созданная в 2006 г.

Базы хранения авиационной техники располагаются в Барановичах (МиГ-23, Су-17) и Лунинце (Ми-6, Ми-8, Ми-24). В 2008 г. руководство ВВС заявило о планируемом создании пилотажной группы «Крылы БеларуЫ» на Су-27. В настоящее время она является «нештатной» (из состава 61-й ИАБ) и включает в себя 5 машин данного типа.

В середине февраля 2012 г. МО Беларуси решило вывести из боевого состава все Су-24. Официальной версией этого является выработка их летного ресурса. Но не стоит исключать, что решение приняли после потери трех Су-24 в РФ в течение 3 месяцев.

Численность ВВС и ПВО составляет 18-20 тысяч человек. Обучение летного и инженерно-технического составов осуществляется на авиационном факультете Военной академии. Так, по состоянию на 2008 г. на нем обучались 250 человек, из которых около трети – на летных специальностях. Стоит отметить, что до создания академии первоначальную подготовку (на Ми-2 и Як-52) летчики проходили в белорусских аэроклубах, а курсанты 4-го курса осваивали L-39 в России на базе Вяземского аэроклуба РОСТО. Свои L-39 белорусские ВВС получили из РФ и Украины только в 2005-06 гг.

В целом, Беларусь произвела весьма незначительные закупки авиатехники. Кроме десятка «Альбатросов», были приобретены лишь 4 МиГ-29УБ, которые в 1998-99 гг. поставила РФ, а еще через десять лет белорусы обзавелись в Украине пятидесятые устаревшими беспилотниками ВР-3 «Рейс».

Зато в Беларуси активно занимались ремонтом и модернизацией имевшейся авиатехники. На двух военных АРЗ, 558-м в Барановичах и 571-м в Орше (Болбасово), за годы независимости освоили ремонт Су-27, МиГ-29, Су-25, Ан-2, Ми-8, Ми-24, т.е. практически всех основных типов летательных аппаратов, которыми располагают белорусские силовики. Кроме того, на 588-м АРЗ совместно с российскими специалистами проводят модернизацию МиГ-29, Су-27 и Су-25, причем как для своих ВВС, так и для зарубежных (например, Су-27 -для Казахстана, Су-25 – для Перу). Модернизированные МиГ-29БМ («белорусский модернизированный») появились еще в 2003 г. Их оснастили усовершенствованным БРЭО, системой дозаправки топливом в полете, расширили номенклатуру вооружения. В том же направлении идет модернизация Су-27/27УБ, за исключением применения системы дозаправки в воздухе. На очереди Ми-8, обновленная версия которого получила обозначение Ми-8МТКО-1. На 558-м заводе также созданы БПЛА «Гриф-1» (полезная нагрузка 20 кг, начало поставок запланировано на 2013 г.) и «Беркут». Другими структурами разработаны БПЛА «Чибис» (полезная нагрузка 45 кг), мини-беспилотник «Москит», «Стрекоза», БПЛА вертолетного типа I.N.SKY.

Пограничные войска Беларуси получили свою авиацию в 1993 г., когда в их составе была создана отдельная вертолетная эскадрилья (аэродром Поставы). Совсем недавно в ее состав поступили 4 легких вертолета AS 355 NP, производства компании Eurocopter.

В структуре белорусского МЧС в 2002 г. было создано Государственное авиационное аварийно-спасательное учреждение «Авиация» с аэродромом основного базирования Минск (Липки). По состоянию на 2011 г. в его составе находились 2 Ми-26 и 3 Ми-8, переданных из ВВС. Начиная с 2007 г., Ми-26 привлекают для тушения пожаров в Греции и Турции. В 2003 г. в подчинение этого министерства передано Республиканское унитарное предприятие авиационной охраны лесов «Беллесавиа», которое на 2011 г. располагало4Ил-103, 9 Ан-2, 8 Ми-2.

Силовым ведомствам Беларуси на протяжении 12 лет, с 1997 по 2009 гг., удавалось обходиться без авиационных происшествий. Однако потом потери последовали одна за другой. 30 августа 2009 г. на авиашоу в Польше разбился Су-27УБМ, 21 апреля следующего года в воздухе столкнулись два МиГ-29, после чего один из них разбился. В 2011 г. белорусы потеряли два вертолета: 20 октября по не установленной до сих пор причине столкнулся с землей пограничный «Еврокоптер», а 29 ноября – Ми-24 из Пружан. 12 июня 2012 г. потерпел катастрофу Су-25.

Белорусский Ил-76 из 50-й смешанной авиабазы

Ми-24П из 181-й вертолетной авиабазы ВВС и войск ПВО Беларуси

Легкий вертолет AS 355 NP из состава Погранвойо Беларуси

Рассыпающийся строй Су-24 во время парада над Минском. 2010 г.

Чудом удалось избежать трагедий во время воздушных парадов над Минском в мае 2005 и 2010 гг. В первом случае опоздавшее звено МиГ-29 «срезало» на пересекающихся курсах линию заданного пути звена Су-25. А во втором рассыпался полетный порядок звена Су-24. Летчикам пришлось уходить от столкновения ниже уровня домов… Вот воспоминания очевидцев (стиль и орфография сохранены. – Авт.). Один из них сообщает: «Четверка Су-24, при заходе на проспект Машерова, метров за 400 до толпы одну из сушек начинает резко кренить с сильным рысканьем по курсу… Остальные в панике начинают отваливать в стороны… Сушку болтает, видно что чуть не схлестнулись крыльями. ..Все происходит метров за 200 до толпы… Три сушки уходят в набор… Четвертая перетянув дома начинает плавно сыпаться… Остальное со слов отца, который стоял на балконе… Сушка проваливается ниже уровня домов, казалось уже все, но перед Юго-западом все-таки начинает уходить в набор…». «Эмоции захватывают, – пишет другой очевидец. – Я видел как Су-24 не знали, куда им деться!! Один нырнул во двор… И пролетел с креном между домами!!! Слава богу, что все обошлось… Летчик просто Бог!!! Яна 100 процентов был уверен, что уже все…».

В историю ВВС и ПВО Беларуси вошел и трагический международный инцидент. 12 сентября 1995 г. из Польши в воздушное пространство Беларуси влетели 3 воздушных шара, участвовавших в гонке за кубок Гордона Беннетта. Хотя Минск был загодя предупрежден о ее проведении, поднятый наперехват Ми-24 сбил один аэростат. Два гражданина США погибли. Два других экипажа воздухоплавателей задержали, оштрафовали за попадание на территорию Беларуси без виз и после улаживания формальностей отпустили. Официальных извинений, равно, как и компенсаций, не последовало.

В целом, необходимо констатировать, что односторонняя направленность белорусской внешней политики в сторону РФ предопределила и тесное военно-техническое сотрудничество с российскими специалистами, в т.ч. в области авиации. В то же время, в последние годы «братская любовь» между странами заметно поостыла, к тому же Беларусь поразил серьезный экономический кризис. Это не могло не оказать отрицательного влияния и на боевой потенциал авиации силовых ведомств Беларуси, что коственно подвердили события 4 июля 2012 г., связанные с нарушением воздушного пространства страны иностранным легкомоторным самолетом и последующими оргвыводами.

Продолжение следует

В ходе написания работы использовались исключительно открытые источники информации, всякое совпадение с данными, имеющими ограничения в доступе, случайное и не является преднамеренным.

«СИ БРИЗ-2012»

Валерий Романенко/ Киев

Фото автора

С 9 по 21 июля в акватории Черного моря проходили традиционные международные учения «Си Бриз». В этом году в них приняли участие военные из 17 стран, которые отрабатывали совместные действия при проведении международной операции по безопасности на море. Легенда учений – создание безопасной зоны в определенном районе моря у берегов условной страны: недопущение посторонних судов в районе проведения гуманитарной операции, обеспечение доставки гуманитарных грузов, поиск и задержание пиратских катеров и кораблей.

Авиационный компонент учений «Си Бриз-2012» включал: поисково-спасательные вертолеты Ка-27ПС, Ми-14ПС, амфибию Бе-12 и спасательную парашютно-десантную группу – от ВМС Украины, а также патрульный самолет Р-ЗС Orion и противолодочный вертолет SH-60B Sea Hawk – от 6-го флота США.

Задачи авиации – стандартные для такого рода маневров: информационное (ведение разведки, выдача целеуказания) и поисково-спасательное обеспечение сил в море и на суше, патрулирование определенных зон, тренировки по противовоздушной обороне кораблей, досмотру подозрительного судна и т.п. Для украинских военных моряков и авиаторов дополнительно необходимо было также пройти проверку уровня оперативной совместимости с подразделениями многонациональных сил.

Все принимавшие участие в учениях украинские самолеты и вертолеты – из состава морской авиационной бригады ВМС Вооруженных Сил Украины, дислоцированной в г. Саки (аэродром Новофедоровка). Бригада была создана в декабре 2004 г. путем объединения всех подразделений морской авиации Украины, ранее находившихся в Николаеве и Очакове. В октябре 2008 г. ей присвоили наименование по месту расположения: Сакская морская авиационная бригада. В составе СМАБ две эскадрильи: авиационная (самолеты Бе-12, Бе-12ПС, Ан-26 и единственный в военной авиации Украины Ан-2) и вертолетная (Ка-27ПЛ и ПС, Ка-29, Ми-8, Ми-9, Ми-14ПЛ и ПС). Вся штатная авиатехника прошла ремонт и дооборудование на Евпаторийском (Бе-12), Киевском (Ан-26) и Севастопольском (вертолеты) АРЗ и находится в летном состоянии.

Приземление парашютистов-спасателей

По сообщению зам. командующего ВМС Украины по авиации, начальника Управления морской авиации п-ка Василия Черненко, всего в учениях «Си Бриз- 2012» участвовало 5 экипажей СМАБ. Два экипажа Бе-12 и один Ми-14ПЛ занимались разведкой надводной обстановки и выдачей целеуказания на корабли «Гетман Сагайдачный» и «Константин Ольшанский». Два других экипажа по очереди на одном вертолете Ка-27ПС выполняли посадки на палубу флагманского корабля ВМС Украины фрегата «Гетман Сагайдачный», а один из них – также на американский эсминец «Джейсон Данхем» (USS Jason Dunham, DDG 109).

Одновременно с учениями в Саках проходили и плановые тренировочные полеты: Бе-12 уходили в море на патрулирование, Ан-26 осуществляли выброску спасательных лодок и спасательной парашютно-десантной группы (входящей в штат СМАБ), вертолеты зависали в заданных квадратах для подъема на борт условных пострадавших. Ход маневров освещала большая группа иностранных журналистов, для которых командир бригады, летчик I класса п-к Владимир Хоменко показал на Ка-27 впечатляющий пилотаж на малой высоте. «Чайки» и вертолеты особенно эффектно взлетали и садились с включенными АНО и посадочными прожекторами в звездную иссиня- черную южную ночь – летные смены иногда продолжались до 24.00. Нужно отметить, что морские авиаторы последнее время стали летать намного больше: так, средний налет на экипаж за шесть месяцев уже превысил этот показатель за весь 2011 г.

Несколько полетов выполнили и американские экипажи. Р-3 «Орион» патрулировал акваторию, стартуя с Одесского аэродрома, а «Си Хок» – с палубы своего эсминца. Украинские морские авиаторы ознакомились с оборудованием обоих, но совместные полеты не проводили – уровень взаимодействия пока не позволяет наладить прямой обмен информацией и госопознавание вне видимости.

По заявлению командующего ВМС ВС Украины вице-адмирала Юрия Ильина, всего в рамках «Си Бриз-2012» было выполнено 50 полетов, а общий налет составил более 57 ч. Оценивая результаты «Си Бриз-2012», Юрий Ильин сделал вывод, что цель учений достигнута. Военные моряки стран-партнеров в очередной раз продемонстрировали свое стремление и способность гарантировать мир и безопасность в морском пространстве. Он отметил, что украинские корабли «Гетман Сагайдачный» 1* (вместе с вертолетом Ка-27 из состава Сакской авиабригады) и «Константин Ольшанский», а также несколько подразделений морской пехоты успешно прошли сертификацию НАТО. «Их теперь можно применять в составе многонационального контингента в любой точке планеты для защиты государственных интересов», – отметил он. В частности, фрегат, в состав бортового вооружения которого входит и вертолет Ка-27, готовится к участию в международной операции «Океанский щит» вблизи африканского континента.

1* Флагман ЧФ России ракетный крейсер «Москва» был сертифицирован по натовским стандартам еще в феврале 2006 г.

Бе-12 уходит в тренировочный полет в рамках учений «Си Бриз-2012»

Ка-27ПЛ пилотирует командир Сакской морской авиационной бригады полковник В.В. Хоменко

Единственный в украинской военной авиации ветеран Ан-2 входит в состав Сакской морской авиационной бригады. Используется для парашютной подготовки летного состава и высадки штатных спасательных парашютно-десантных групп

Ан-26 взлетает для участия в спасательной операции на море (сброса лодки и спасательной группы). За штурвалом – зам. командующего ВМС Украины по авиации полковник В.И. Черненко

Все фото сделаны на аэродроме Саки 12 июля 2012 г., в период второй (практической) фазы международных учений «Си Бриз-2012»

Content

Авиация и Время 2012 04

Мы помним, как все начиналось…

ПАНОРАМА

Вершина. Истребитель Лa-7

Начало большого пути?

Затупившиеся мечи воздушных самураев

Два эпизода из биографии «Руслана»

Отвергнутое изящество

На руинах Великого и Могучего

«СИ БРИЗ-2012»