Марина Серова

Его ночная гостья

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

©Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

Пролог

…Я сижу на продавленной софе, обхватив себя руками и уставившись в стену напротив. Я не смотрю по сторонам. Я ничего не замечаю. Я даже не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я вошла в эту комнату, – здесь нет часов. Только диван, огромный письменный стол, книжные полки и репродукция картины Ван Гога на стене. А окна наглухо занавешаны тяжелыми портьерами. Здесь даже в ясный солнечный день всегда горела настольная лампа. Мне не раз приходилось бывать в этой комнате, и я это точно знаю. Меня еще жутко раздражал этот торшер темно-зеленого цвета со старомодной бахромой. Плетеной. Старомодной. Бахромой.

Но сейчас все изменилось.

Сейчас мне нет дела до этой лампы.

И на то, какое время суток, мне плевать.

День? Ночь? Раннее утро?

Теперь это не имеет никакого значения.

Я просто сижу на одном месте и упрямо смотрю перед собой. Меня не отвлекает даже то, что в комнате полно людей. Они ходят мимо меня, о чем-то переговариваются. Каждый занят своим делом: кто-то методично перебирает бумаги в столе, двое рыскают по шкафам, еще один лысеющий дядька пристроился на колченогом стуле и, положив на колени портфель, заполняет какие-то бланки. В комнату все время заглядывают все новые и новые люди, они отрывисто говорят что-нибудь лысому – «На балконе все чисто», «В ванной проверили», «Сейф вскрываем?» – и снова выходят. Ни один из этих служак даже не удосужился снять куртку или разуться. Они так и топчут светлый ковролин ботинками. Оставляют ошметки грязи. Не замечают этого. Снова шлепают в комнату… Меня всегда бесили подобные манеры служивых людей.

Всегда. Но только не теперь.

Теперь мне все равно.

Я смотрю в одну точку и молчу.

Меня ничто не касается.

Мне безразлично все, что происходит вокруг.

А впрочем, нет, кое-что меня все-таки раздражает: сквозняк по ногам и едва уловимый запах сигарет. Должно быть, в соседней комнате кто-то курит у открытого окна, и нервы реагируют на это. Ничего не поделаешь. На сквозняк реагирую, потому что меня знобит. На сигаретный дым – потому что давно не курила. Нераспечатанная пачка «Парламента» была у меня в сумочке. Но клатч забрали. Все карманы проверили. И даже ключи от квартиры, которые я таскала в джинсах, конфисковали. «Мне бы сигарету. Всего одну сигарету…» – думаю я, плотнее запахивая ворот плащика. Мне холодно. Меня лихорадит. А тоненький дождевик совсем не греет. «Нужно было теплее одеваться с утра», – приходит запоздалая мысль, потом я вспоминаю… Все вспоминаю и едва сдерживаюсь, чтобы не хлопнуть себя по лбу.

Какой бред??? Что за глупые мысли лезут в голову?

«А о чем? А о чем тогда я должна думать?» – тут же одергиваю я себя.

О том, что в комнате пять на шесть метров со старенькой мебелью, зеленым торшером на столе и репродукцией картины Ван Гога лежит труп???

«Труп мужчины. Убит выстрелом в грудь. Зрачки расширены. Смерть наступила мгновенно. Предположительное время смерти…» – звенят в ушах монотонные слова. Я старалась не слушать, что говорит эксперт, но его голос еще долго будет сниться мне в кошмарах.

Меня начинает мутить. Больше всего на свете мне хочется вскочить и убежать подальше отсюда. Но единственное, что я могу сделать, так это просто не смотреть в дальний угол комнаты, где склонился над мертвецом человек в белом халате. Нет, это не врач. «Скорая» была здесь часа два назад. Теперь это место занял судмедэксперт – здоровый дядька с закатанными до локтя рукавами рубашки.

Я из последних сил заставляю себя спокойно сидеть на месте и не слушать того, что говорят вокруг. «Главное – не смотреть на труп… – повторяю я про себя. – Главное – не смотреть…»

И я не смотрю. Я стараюсь ничего не замечать. Ни на что не обращать внимания. Я даже наотрез отказалась отвечать на вопросы следователя. Потому что знаю: любое сказанное мной слово может быть обращено против меня. И я молчу. Сижу на диване, смотрю перед собой и молчу.

А менты перерывают всю квартиру: вытряхивают вещи из шкафа, опрокидывают ящики, заглядывают за плинтусы. Эти чертовы ищейки в погонах шарят везде. И они обязательно найдут то, что хотят. В квартире полно отпечатков моих пальцев. На автоответчике запись моего сообщения с угрозами. А возле трупа лежит мой пистолет. Куда уж больше…

Но меня даже это не беспокоит.

Мне все равно.

Мне совершенно безразлично, что один из экспертов рассыпал по столешнице проявляющий порошок и начал аккуратно сметать его кисточкой. Я-то знаю – не прогадал. На столе полно отпечатков моих пальцев. И на дверной ручке. И на подлокотниках кресел.

– Заберите оружие… – дает команду кто-то из следаков.

Я не смотрю, но точно знаю, что сейчас один из людей в перчатках возьмет мой «макаров» с пола и, придерживая его двумя пальцами, опустит в прозрачный пакет. Вещдок!

«Старательные, гады», – скриплю я зубами.

И только когда ко мне подходит тот самый лысый дядька, который все это время что-то старательно чиркал в бумажках, положив на колени толстый портфель, и называет меня по имени, мне приходится поднять голову и посмотреть на него.

Я сто раз была свидетельницей подобных сцен. Знаю всю процедуру наизусть. Но впервые лично меня суровым и непререкаемым тоном просят:

– Проедемте в отделение…

Так же точно я знаю и то, что будет дальше. Я даже не жду, когда мне об этом скажут, – поднимаюсь на ноги и протягиваю вперед руки. И только когда моих запястий коснулся холодный металл и с характерным щелчком закрылись наручники, я до конца понимаю – все происходящее не сон и не бред.

Это все реальность!

И в этой реальности я стала убийцей.

Глава 1

Иногда мне нравится быть загадочной дамой – сидеть за барной стойкой, закинув ногу на ногу, и чтобы в руках была сигарета, а в глазах – печаль. Бывает и такое, что мне приходится примерять на себя роль кокетливой дурочки – хлопать накрашенными глазками, разводить руками и делать вид, что я совершенно не понимаю никаких намеков.

Но в обычной жизни я – серая мышь. Я ношу мешковатый плащ, туфли на удобной подошве, а в сумочке таскаю пистолет – на всякий случай… Я обычный сыскарь, и этим все сказано.

Вот и теперь я сижу в какой-то придорожной забегаловке, за самым дальним столиком, глотаю остывший кофе, делаю скучающую гримасу, но сама – смотрю в оба! Впрочем, пить кофе и делать невозмутимый вид в здешних условиях было задачей не из простых. В этой харчевне подавали отвратительнейшее пойло, которое даже отдаленно ничем не напоминало «арабику».

Я сделала еще один глоток, поморщилась и отодвинула от себя чашку – даже под страхом смерти больше не притронусь к этой разведенной бурде! Я достала из кармана пачку «Парламента», выудила сигаретку. Пока прикуривала, бросила беглый взгляд по сторонам.

Напротив меня двое молодых мужчин, по виду – клерки из ближайшего офиса, чуть в стороне пожилая дама лениво возит ложкой в кремовом безе. Столик у окна облюбовала компания школьников. А за ними, близко придвинувшись друг к другу, о чем-то шушукается парочка – видный мужчина лет тридцати и молодая блондинка. Они-то меня и интересуют!

Я прикурила сигарету, выдохнула дым и тут же перевела взгляд в окно. В моем деле главное – не привлекать внимания! Наблюдать, подслушивать, но только издалека… Впрочем, с тех пор как я сюда вошла, ничего мало-мальски примечательного не произошло. Интересующая меня парочка заказала ужин и теперь что-то оживленно обсуждала – она то и дело принималась энергично жестикулировать, всякий раз перебивая своего спутника, он сдержанно мотал головой и возражал. Я сидела достаточно далеко от них, чтобы слышать разговор. Но лично меня их треп и не особо волновал. За те два дня, что я хвостом моталась за этой четой, я уже достаточно наслушалась, чтобы понять – ничего нового я не узнаю! И теперь я притащилась в эту убогую забегаловку не то чтобы из праздного любопытства, а так – для проформы! На самом же деле было у меня на сегодня кое-что поинтереснее…

«Кстати, про это самое интересное!» – вспомнила я, зажала сигарету между зубами и полезла в сумку. Вот и оно! Я выудила из ридикюля тоненькую папку, положила перед собой на стол и любовно провела по ней рукой. Что ж, сейчас мы разживемся кое-какой информацией об объекте слежки. Я покосилась в сторону парочки, которая как ни в чем не бывало продолжала вести беседу. О моей скромной персоне, обретавшейся по их души неподалеку, никто даже не подозревал. Я мысленно потерла руки и раскрыла папку. Итак, ОНА…

«Болотова Алла Николаевна», – пробежала я взглядом по верхней строчке и вскинула взгляд исподлобья на блондинку – молодая, стройная, миловидная, ярко красится, курит «Вог», крайне импульсивна и вспыльчива. Это было то, что мне удалось узнать об этой особе. Я ткнулась носом в листы перед собой. «Болотова Алла Николаевна. В девичестве банально Иванова. Пять лет назад привлекалась по факту шантажа господина Пронова Дмитрия Петровича. Поводом для инцидента послужил роман Пронова с самой Болотовой, которая впоследствии грозила предъявить компрометирующие аудиозапись и фото законной супруге Дмитрия Петровича. За свое молчание шантажистка требовала сумму в размере…»

Я увидела циферку в долларовом эквиваленте и присвистнула, невольно взглянув на мадам Болотову. «Что ж, а дамочка того… не промах!» – отметила я про себя и снова занялась чтением увлекательной макулатуры.

«Согласно показаниям Пронова, Алла Николаевна действовала заодно со своим мужем – Болотовым Андреем Геннадьевичем».

Я пролистала протоколы и расшифровки показаний свидетелей.

«Спустя полгода после случившегося было еще одно громкое дело с участием госпожи Болотовой. Алла Николаевна шантажировала прокурора Ильинского района Савельева Льва Богдасаровича. Она грозила рассказать СМИ о причастности сына прокурора к наркодилерским операциям, проворачиваемым в Тарасовской области. Взамен на молчание Болотова требовала от Савельева денежную сумму в размере…»

Я еще раз подивилась прожорливости юной блондинки.

«Информация о сотрудничестве Савельева-младшего с наркобаронами давно находилась в разработке следственного отдела. На Болотову удалось выйти в ходе очередной следственной операции. Изъятый у нее компромат послужил поводом для ареста прокурорского сына. Лев Савельев был снят с занимаемого поста».

На этом послужной список интересующей меня особы исчерпывался. Но только в рамках дел ментовских… Я бросила косой взгляд в сторону юной аферистки – она как раз прикуривала сигарету, вскинула голову и на какое-то мгновение скользнула по мне взглядом – точеный профиль, цепкий взгляд, на губах ярко-красная помада и привередливый изгиб. И справок наводить не надо, чтобы понять – эту мадам парой приводов в полицию не остановить.

Я снова взяла в руки заветную папку, перевернула несколько страниц. Итак, с госпожой Болотовой мне все более или менее ясно. Я взглянула на криминальную парочку. А кто же ОН – высокий брюнет с трехдневной щетиной и в дорогом пальто?

Впрочем, дальнейшее чтиво оказалась не столь увлекательным. Собственно говоря, оно содержало ровно ту же информацию, что и про Аллу Николаевну. Ее супруг – многоуважаемый Болотов Андрей Геннадьевич – фигурировал в тех же двух делах. Кроме этого, никаких отношений с УВД за ним не наблюдалось.

Я захлопнула папочку, раздавила в пепельнице окурок и откинулась на спинку стула. Что ж, теперь я хотя бы примерно представляю, с кем имею дело… Я заметила, как девушка уронила в тарелку салфетку и отодвинула ее от себя. Допивал свою порцию кофе и мужчина. Похоже, парочка собирается восвояси.

«Пора бы и мне сматывать удочки, – подумала я. – Улова здесь все равно не видать». Я расплатилась за кофе, сунула пачку сигарет в карман и, прихватив сумку, поспешила покинуть дешевую забегаловку. На супругов Болотовых я даже не взглянула.

За то время, что я просидела в кафе, погода совсем испортилась. Я стояла под навесом и наблюдала, как барабанит мелкая изморозь по асфальту. Редкие прохожие поднимали воротники пальто и спешили спрятаться под зонтики. Холод, слякоть, дождь – я передернула плечами – ненавижу такую погоду!

Но делать нечего, мой «фольк» остался на соседней улице, и, значит, пару кварталов мне придется топать пешком. «Чертова конспирация!» – злилась я. Хорошо еще, что догадалась прихватить с собой зонт. Не сходя со ступенек, я полезла в сумку, поворошила ее содержимое.

Дверь кафе за моей спиной открылась, дзинькнули колокольчики, подвешенные к косяку. Я мельком глянула через плечо. Рядом со мной на крылечке остановились Алла и Андрей Болотовы.

– И что за мерзкая погода? – проворчала девушка. – Ведь с утра было солнечно!

– Что ты хочешь – октябрь… – меланхолично протянул ее спутник.

Я слушала их вполуха и продолжала сосредоточенно искать зонт. На сегодня эта парочка меня больше не интересовала. Сейчас мне не терпелось добраться до своей машины и поехать к человеку, который с нетерпением ждет от меня новостей о супругах Болотовых…

Нужная мне вещь нашлась на самом дне сумки, я вытащила зонтик, тряхнула его, но он не открылся, тряхнула еще раз. Мудреный механизм заклинило, и зонт никак не хотел раскладываться. Я злилась, чертыхалась сквозь зубы и мокла под моросящим дождем.

– Терпеть не могу, когда на улице такая погода, – продолжала между тем капризничать блондинка. Мужчина вытянул вперед руку с зонтом, нажал на кнопку – черный дождевик тут же раскрылся. Парочка шагнула с крыльца на улицу. Боковым зрением я заметила, как тут же отделилась от противоположной стороны улицы тонированная «Ауди».

Я тут же напряглась, встрепенулась, про зонт я уже не думала, только продолжала машинально щелкать на запавшей кнопке, а сама следила.

Алла и Андрей спустились с крыльца и, держа зонт низко над головой, заспешили к своему авто. «Ауди» медленно выехала на проезжую часть, остановилась и черепашьим шагом поползла вперед. Я смотрела во все глаза. Нюх матерого сыщика и натасканная на мелочи память меня еще никогда не подводили – эту иномарку я вижу не в первый раз…

Болотовы между тем поравнялись со своей «Маздой». Андрей нажал на брелок сигнализации, авто подмигнуло фарами. Мужчина взялся за ручку, чтобы открыть дверь для своей спутницы. Я бросила взгляд в сторону «Ауди» – окошко со стороны водителя опускалось вниз. За рулем был мужчина в темных очках, пол-лица закрывает шарф. Я только успела заметить, как в его руках что-то блеснуло. Все дальнейшее произошло за считаные доли секунды.

– Ложитесь! – заорала я и кинулась наперерез Болотовым.

Аллу я успела схватить за плечи, сбила с ног и вместе с ней повалилась вперед. В то же мгновение воздух прорешетили пули – одна сбила зеркало, другая ударила о дверной корпус.

– Ах ты… – выругался Андрей, вжал голову в плечи и как подкошенный грохнулся на мокрый асфальт.

В паре метров взвизгнули шины – должно быть, водитель «Ауди» ударил по педали газа. Когда я вскочила на ноги, машина домчалась уже до перекрестка, чуть не врезалась в «Ниссан», промчалась на красный свет и… была такова. Только грязный капот мелькнул за поворотом.

– Черт! – выдохнула я и зло топнула ногой, потом обернулась назад.

Андрей уже поднялся на ноги и тряс полами перепачканного пальто.

– Андрей, что это было? Кто стрелял? Андрей… – верещала не на шутку перепуганная мадам Болотова. Ошарашенный мужик тяжело дышал и во все глаза таращился на меня.

– Что все это значит? Кто вы???

– Вы не ранены? – проигнорировав все его вопросы, спросила я. – Может, «Скорую» вызвать?

– Не нужно, – мотнул головой мужчина. – Что вы здесь делали?

– Считайте, что вам повезло. Случайно оказалась рядом и заметила этого типа на «Ауди»! – не моргнув глазом соврала я.

– Кто вы? – с нескрываемым любопытством допытывался Андрей.

– Меня зовут Евгения, – отрекомендовалась я.

– Андрей, а это моя жена Алла. Женечка, спасибо вам огромное. Если бы не вы… И как вы только успели?..

– Профессия обязывает, – честно ответила я и тут же пожалела. Но сказанного уже было не вернуть. Я посмотрела на вытянувшуюся физиономию Андрея и настороженное лицо Аллы и поспешила пояснить: – Я работаю телохранителем, – рубанула я, как есть на самом деле. В конце концов, я уже все равно засветилась перед объектом своей слежки.

– Ах, вот оно что… – больше прежнего удивился Андрей.

– Неужели? – всплеснула руками Алла.

– Женечка, вы просто наша спасительница, – схватил меня за руку Андрей. – Мы вам так благодарны… так благодарны… Если бы не вы…

– Если бы не я, то тип из «Ауди» точно бы не промахнулся. Он стрелял на поражение. Похоже на то, что вы кому-то перешли дорогу. Я бы на вашем месте немедленно обратилась в полицию, – от души посоветовала я свои новым знакомым. А мысленно уже прикидывала, чем для меня может обернуться столь неожиданное разоблачение.

– Скорее всего, это происки конкурентов, – тут же нашлась девушка. Даже после пережитого шока – бледная, запуганная, цепляющаяся за руку своего мужа – эта особа отлично соображала и могла держать себя в руках! – У нас с мужем свой бизнес. Сами понимаете, чужой успех никогда не дает людям покоя.

«Скорее всего, это происки тех несчастных, которых вы донимаете шантажом!» – прокомментировала я про себя, но вслух произнесла другое:

– Тем более! Уж если на вас напали средь бела дня… Прямо на улице…

– Мы обязательно предпримем меры, – согласно закивал Андрей. – Но что же мы стоим на улице, – тут же спохватился он, – Женя, вы нас несказанно выручили. Позвольте, мы вас хотя бы подвезем до дома.

– Не стоит, – отмахнулась я, – моя машина буквально за поворотом.

Мне и впрямь хотелось скорее уйти от крыльца дешевого кафе, где произошла перестрелка. За спасение четы Болотовых я поплатилась тем, что теперь вся моя работа полетела псу под хвост! Нужно было немедленно ехать к заказчику и рассказывать о случившемся.

– Но не ходить же вам в таком виде по улице, – веско возразил Андрей.

Я взглянула на Болотовых, потом на свой безнадежно испорченный плащ и только вздохнула – валяние в грязных лужах никому не пошло на пользу. Видок у нас был еще тот!

– Женечка, садитесь в машину и даже не спорьте. Довезем вас куда скажете – это самое меньшее, что мы можем для вас сделать, – настаивал Андрей. Я посмотрела на любезно распахнутую для меня дверцу машины, перевела взгляд на дружелюбно улыбающуюся мне Аллу. Девушка хоть и была перепугана насмерть, но все же держала марку приветливой супружницы.

– Но только до соседней улицы, – кивнула я, отряхнула свою испорченную одежонку и юркнула в салон. Рядом со мной села Алла. Андрей захлопнул дверцу, обежал авто со стороны капота и шлепнулся на водительское сиденье.

– Женечка, это просто неслыханное везение, что вы оказались рядом с нами, – завела Алла, как только «Мазда» тронулась с места и покатила вниз по улице. – Вы ведь тоже рисковали…

– Главное, что все обошлось, – промямлила я. Меня слишком тяготили мысли о предстоящем объяснении с нанимателем, так что болтовню Аллы я слушала вполуха. Только в окно внимательно всматривалась, чтобы не пропустить поворот на нужную мне улицу.

– Вон за тем перекрестком направо, – попросила я Андрея.

– Конечно.

– Женя, а вы и в самом деле работаете телохранителем? – продолжала жужжать над ухом Болотова.

– Да, – дежурно улыбнулась я.

– Девушка – и телохранитель?! – продолжала недоумевать она.

– И такое бывает.

– Нам повезло! Несказанно повезло, что именно вы оказались рядом. Вряд ли обычный прохожий сумел бы так отреагировать!

– Здесь остановите, пожалуйста, – попросила я.

Андрей тут же нажал на педаль тормоза. «Мазда» замерла на месте.

– Надеюсь, что вы обратитесь в полицию и больше подобных инцидентов не произойдет, – пожелала я и уже собралась было выбраться из авто.

– Женечка, стойте, – неожиданно ухватила меня за рукав Болотова. – Мы не можем вас просто так отпустить…

– ???

– Вы так нас выручили! Мы должны хоть как-то вас отблагодарить!

– Не стоит, – отмахнулась я.

– Нет, стоит! Совсем не хочется терять связь с таким замечательным человеком, – улыбалась девушка. – И знаете, что я придумала? Сегодня у нашего знакомого открывается фотовыставка, – с огоньком в глазах заверещала она. – Идемте с нами на презентацию! Вы так заинтересовали меня своей необычной профессией! Хотелось бы встретиться с вами снова. В семь вчера в студии Яшина. Придете?

– Не могу обещать, – попыталась отговориться я от намечающегося рандеву.

– Женечка, возьмите пригласительный, – Алла извлекла из сумочки цветную картонку и сунула мне ее в руки.

– Женя, мы вас очень просим, – присоединился к своей супруге Андрей. – Приходите обязательно. Мы будем вас ждать.

– Я постараюсь… – промямлила я, сунула пригласительный в карман и выбралась на улицу.

Дождь так и не перестал. Прохожих на улице стало меньше, машин больше – близился полуденный час пик. Я дождалась, когда машина моих новых знакомых тронется с места, быстро добежала до своего «фолька», забралась в салон и завела мотор. Пока машина прогревалась, я сидела, сложив руки на руле, смотрела, как монотонно скребут по стеклам дворники, и думала.

То, что на моей слежке за четой Болотовых поставлен жирный крест, было ясно – и к гадалке не ходи. Волновало меня другое: как на эту новость отреагирует мой клиент?.. Ведь в нашем договоре о шпионаже за Аллой и Андреем не были оговорены никакие сроки. И в принципе предполагалось, что моя работа должна была быть продолжена. Теперь же об этом не могло идти и речи. Но там – у кафе – я просто не могла поступить иначе! Молча наблюдать, как в упор расстреляют людей? Ну уж нет!

«Придется держать ответ за данный форс-мажор…» – приняла я решение, выхватила из бардачка телефон и быстро набрала нужный номер.

Прошел один гудок… Второй… После третьего на том конце провода сняли трубку. Он всегда отвечал после третьего гудка. Я уже давно заметила эту особенность своего клиента. У него вообще было много особенностей.

– Дмитрий Валерьевич? – быстро произнесла я, – мне нужно с вами срочно увидеться.

* * *

Честно отстояв во всех пробках, которые только были в это время дня в городе, злая и уставшая, я зарулила во двор старого трехэтажного дома на Новоарбатской. Интеллигенты и нувориши – так лет двадцать назад сказали бы про обитателей подобного жилья. Теперь же это было обычное полуразваленное захолустье в самом центре города.

Стянув с плеч перепачканный в грязи плащ, я закинула его на заднее сиденье, прихватила свою сумку и, как была в тоненьком свитере и джинсах, выбралась из машины. До подъезда недалеко – авось простыть не успею!

В два прыжка я оказалась у тяжелой деревянной двери. Ни о каком замке или домофоне здесь и речи не велось. Нужно было только с усилием потянуть на себя ручку, сделать шаг вперед, и вы тут же оказывались в темном нутре подъезда.

Высоченные потолки, узкие окна, скрипучий пол. Не знаю, кому как, а на меня подобные хоромы наводят тоску. Я запрокинула голову вверх, глядя, куда уходит витая лестница, и почувствовала, как начинает кружиться голова. Пока окончательно не заработала себе мигрень, я перекинула сумку на плечо и потопала вверх по ступенькам. На мою беду, клиент поселился аж под самой крышей…

Я миновала все лестничные пролеты и остановилась напротив двери с цифрой «семь». Здесь даже не было звонка! Я тяжело вздохнула и несколько раз ударила по дерматиновой обивке.

Меня, конечно же, ждали. Дверь открылась почти сразу, без выглядывания в глазок и старушечьих вопросов «Кто идет?» – и это при том, что на пороге стоял старик. Высокий, всегда собранный, в тщательно выглаженном костюме и с аккуратно зачесанной назад копной черных волос, но все же старик.

– Женя, что-то случилось? – с ходу спросил мужчина. Он выглядел настороженно, точно так же, как и мелкая болонка, которую он держал на руках. Собачонка поводила носом из стороны в сторону и звонко тявкнула.

– Есть новости, – коротко ответила я и шагнула за порог.

– Тише, Мотенька, – погладил старик псину между ушей. – Пройдемте в мой кабинет.

Кабинетом была комната, заставленная книжными полками. Здесь всегда были занавешаны окна, а у письменного стола был включен зеленый торшер.

Я прошла в вперед, опустилась в глубокое кресло и поежилась.

Этот старый дом, зеленый торшер и картина Ван Гога на стене – мне здесь не нравилось решительно все. И даже мой клиент – стареющий Дмитрий Валерьевич Седов – вызывал легкое чувство неприязни. Но это были мои личные ощущения, не имеющие отношения к работе.

– Итак, в чем причина столь срочного визита? – Седов сел за письменный стол напротив меня, нервно ерзающую собачонку усадил на колени. Он никогда не любезничал и не разводил церемоний, а говорил коротко и только по делу.

– Во-первых, мне удалось выяснить, что лет пять назад супруги Болотовы были замешаны в нескольких громких уголовных делах.

– Вот оно как? – Я уловила в голосе старика нотки заинтересованности.

– Именно, – кивнула я и во всех подробностях изложила не так давно прочитанный материал по делу Болотовых.

– Так, значит, прежде Болотовы промышляли шантажом?.. – Он снова принялся гладить псинку по ушам.

– Думаю, что подобные дела они проворачивают и до сих пор, – отозвалась я. – Просто теперь все обходится без внимания со стороны правоохранительных органов.

– Эту информацию вы получили от полиции?

Досье на господ Болотовых мне любезно одолжила моя знакомая из архива МВД. Ну, как – одолжила… Пока дорогая приятельница Маргоша заваривала кофеек, я потихонечку умыкнула нужные мне документики. «Как только все выясню – сразу верну!» – мысленно пообещала я, а вслух пожелала Марго всего доброго, похвалила ее новую прическу и была такова. Мавр сделал свое дело – мавр может удалиться.

Но рассказывать Седову все подробности своей осведомленности я не стала.

– Эта информация из надежных источников, – успокоила я недоверчивого старика.

– А кроме шантажа? Есть что-то еще?

Седов намекал и недоговаривал. Я вообще с трудом понимала, зачем ему нужно все это. Да и в архив я полезла только из-за того, что надеялась в делах давно минувших дней нарыть связь между моим клиентом и теми людьми, за которыми он меня нанял следить.

– Больше ни в каких криминальных делах Болотовы замешаны не были, – покачала я головой. – Но это была только одна новость.

– А какая же вторая? – Старик вскинул брови.

– Дмитрий Валерьевич, – я не знала, какие тараканы живут в голове у человека, который сидел напротив меня и буравил меня выцветшими глазами, но решила действовать напрямую. – Скажу вам честно: мне с самого начала была не очень ясна суть моей работы. Последить несколько дней за Аллой и Андреем Болотовыми было простой затеей. Мне было непонятно другое: какую именно информацию вы хотите от меня получить. Но после нескольких дней работы я могу вам точно заявить: эти люди не говорят про вас, они не интересуются вами, они не появляются около вашего дома. Я рискнула предположить, что они ввиду специфики своей работы собирают на вас компромат, – на этом слове я сделала паузу и пристально посмотрела в глаза Седова. Он сверлил меня взглядом насквозь, но у меня давно выработался иммунитет на подобных типов. – Но у них на руках нет никакой информации, которая могла бы хоть как-то вас касаться, – твердо заявила я. – И даже более того…

Седов понял, что играть со мной в гляделки бесполезно, откинулся на спинку стула и закурил. Собака, до этого спокойно сидевшая у него на коленях, несколько раз чихнула, спрыгнула на пол и шмыгнула под кресло своего хозяина.

– Думаю, что даже если они и имели какие-либо планы относительно вашей персоны, то сейчас напрочь забыли о них.

– Откуда такие мысли? – Старик выдохнул дым. По комнате растекся пряный запах табака.

– Сегодня на них напали. Кто-то хотел убить Аллу и Андрея Болотовых. Если бы я не вмешалась, то сейчас мы с вами обсуждали бы безвременную кончину ваших сомнительных знакомых, – отчеканила я.

– Вот оно как, – старик всем корпусом подался вперед. – То есть вы их спасли?

Ни один мускул не дрогнул на лице Седова, и даже голос не изменился. Но я была готова поклясться, что он разочарован…

– Примерно так все и было. Я заметила преступника и вовремя пришла им на помощь.

– Вы знаете, кто был человек, стрелявший в них?

– Думаю, что у таких людей, как Алла и Андрей, много недругов, – неопределенно ответила я.

– Н-да… Возможно… Возможно… – старик снова откинулся назад и затянулся сигаретой. – Значит, теперь Болотовы вас знают…

Я пожала плечами.

– Они были благодарны за свое спасение. Уверяли, что хотят продолжить знакомство, и даже звали на выставку какого-то родственника.

– Даже так… – тянул нараспев слова Седов. – Звали на выставку…

Он задумчиво курил, чесал переносицу и смотрел на репродукцию Ван Гога на стене.

– Женя, так это же отличный повод, – неожиданно выдал он.

– Для чего? – не поняла я.

– Для того, чтобы продолжить слежку за Болотовыми, – с непонятной улыбкой на губах отозвался Дмитрий Валерьевич.

– Что? Так вы хотите, чтобы я продолжала слежку? – совершенно искренне удивилась я.

– Конечно, – убежденно кивнул старик.

– Но какой в этом смысл? – не смогла сдержаться я. – Тем более теперь?

– Теперь вы их знакомая, и они вам обязаны своим спасением. Так что вы без особого труда сможете находиться рядом с ними. Это даже лучше, чем просто слежка со стороны!

– Но что вы хотите узнать про этих людей? – недоумевала я.

– Я хочу, чтобы вы следили за ними. Просто следили и отчитывались о каждом их шаге. А чтобы у вас не возникало никаких вопросов о моем интересе к этим персонам, я удваиваю ваш прежний гонорар, – поставил меня перед фактом Седов. – Надеюсь, что наше сотрудничество с вами продолжится?

Я прикинула размеры удвоенной ставки и согласно кивнула.

– Само собой, – выдала я заготовленную на такой случай улыбку.

Хотя моя корыстная натура была сполна удовлетворена, любопытство растревожилось больше прежнего. За несколько дней работы я сумела точно выяснить, что Болотовы никогда не были знакомы с Седовым, не шантажировали его и, судя по всему, даже не собирались этого делать. Так почему же они никак не дают покоя этому выживающему из ума старику?..

Этот вопрос мучил меня всю дорогу до дома, и даже когда я поднялась в свою квартиру, переобулась в домашнюю обувь и забралась в мягкое кресло с кружкой горячего кофе в руках, мысли мои по-прежнему были заняты странной персоной нового клиента.

Ко мне в комнату заглянула тетушка Мила. Рассудительная моралистка, желающая поскорее выдать свою племянницу замуж, – после смерти отца и нескольких лет мытарств по городам и весям в попытках заработать нелегким трудом телохранителя она стала для меня самым близким и дорогим человеком.

– Женечка! Как хорошо, что ты рано пришла! Надеюсь, останешься на ужин, – с порога закудахтала она.

– Кое-какая работа наметилась… Придется уехать.

Периодически тетушка читала глубокомысленные нравоучения по поводу моей никак не подходящей для девушки работы, взывала к моему пониманию и даже давила на жалость. Но сегодня ограничилась только сокрушенным кивком головы.

– Уедешь из города? – только спросила она.

– Не думаю, – успокоила я ее.

Тетя Мила неодобрительно посмотрела на меня, еще раз покачала головой и вышла из комнаты, предоставив мне возможность спокойно пораскинуть мозгами по поводу моей работы на господина Седова.

Но чем дольше я думала об этом деле, тем больше вопросов у меня возникало. Все мои попытки озвучить их Дмитрию Валерьевичу заканчивались максимум прибавкой к гонорару, минимум – суровым взглядом. И похоже на то, что единственный способ хоть как-то прояснить ситуацию – это продолжить работу. А значит…

Я вытащила из кармана пригласительный билет, который мне вручила сегодня днем Алла, покрутила его в руках. «Презентация фотовыставки Сергея Яшина. Мы будем рады видеть вас. Открытие 5 октября в 19.00» – было выведено на картонном бланке. А значит – я перевела взгляд на часы, стрелки показывали начало шестого, – пора собираться!

Я решительно поднялась из кресла, прошла к шкафу и настежь распахнула дверцы. Критическим взглядом я осмотрела закрома своего гардероба, сняла с вешалки черное платье, выдвинула ящик с пылившейся косметикой, достала с антресолей давно забытые туфли на шпильках. Из серой мышки, теряющейся в толпе за спинами прохожих, мне предстояло превратиться в эффектную шатенку, знающую толк в искусстве. Но, застегивая замок на платье и неловко переминаясь на каблуках, я невольно подумала о том, что первое амплуа мне намного ближе…

К студии на Московской, где собирался весь бомонд Тарасова, я подъехала в половине восьмого – при полном параде и с соответствующим настроем. Мест на парковке, естественно, уже не было. Пришлось ехать вниз по улице. У крыльца дома тридцать семь, где, судя по всему, уже начался светский раут, я заприметила знакомую белую «Мазду». «Значит, мои друзья уже тут!» – отметила я.

Свободное местечко отыскалось только на следующей парковке. Кое-как приткнув свою машинку между «Фордом» и громоздким джипом, я выбралась из салона. На улице все так же моросит, под ногами слякоть, и туфли, как назло, жмут. «Но работа есть работа!» – с этими мыслями я и зашагала к стеклянным дверям студии фотографа Яшина.

В холле, как и положено на тусовках подобного уровня, меня встретил швейцар. Скинув ему на руки свое пальто, я прошла по коридору. Где-то впереди непринужденно играла музыка и раздавались голоса. Я расправила плечи и ускорила шаг, миновала арку, повернула направо и оказалась в просторном зале, залитом ярким электрическим светом. Здесь было полно людей – кто-то прохаживался вдоль стен, увешанных бесчисленным множеством фотографий, недавно прибывшие обменивались формальными любезностями со своими знакомыми, несколько компаний уже окружили фуршетные столики. Среди всех этих серьезных мужчин и наряженных женщин я сразу заприметила высокого седого дядьку, около которого толпились люди с камерами и фотоаппаратами. Похоже, я явилась в самый разгар вечеринки, и журналистская братия как раз осаждала главного виновника мероприятия. И как среди такого количества людей отыскать моих друзей Болотовых?

– Женя, вы пришли! – под руку меня подхватила Алла. В длинном красном платье с шифоновым шарфиком на плечах и эффектным разрезом сбоку она была особенно красива и, как всегда, крайне болтлива. – Наконец-то! А я уже и не надеялась вас здесь увидеть!

– Вы заинтересовали меня своим рассказом о вашем дяде-фотографе, – соврала я.

– Добрый вечер, Женя, – рядом с нами оказался Андрей. Один короткий взгляд сверху вниз и дружелюбная улыбка.

– Дорогой, принеси пока шампанского. Женечка, идемте, я представлю вас Сержу. Журналисты просто осаждают его сегодня… Вы знаете, какие приставучие эти писаки?.. – без умолку тараторила она, решительно увлекая меня за с обой. Я мельком обернулась назад – Андрей остался стоять на месте и провожал нас заинтересованным взглядом. Он был как-то особенно сдержан и напряжен, чего нельзя было сказать о его супруге. Аллу было просто не остановить! Выцепив седого мужчину из кольца щелкающих фотокамер и протянутых вперед диктофонов, Алла тут же навела мосты между мной и Сергеем Яшиным.

– Серж, знакомься – это моя новая знакомая Евгения, – отрекомендовала она меня.

Глазки седого мужчины тут же загорелись.

– Женя, моя дядя – Сергей Яшин.

– Наслышана, – любезно улыбнулась я.

– Женечка, вы просто прекрасны, – Яшин схватил мою руку и принялся энергично трясти. – Не знал, что у Аллы есть такая красивая подруга! Алла, почему ты не знакомила нас раньше?

Девушка звонко засмеялась.

– Мы недавно знакомы с Женей…

Подробности этого пресловутого знакомства госпожа Болотова сочла нужным опустить.

– Евгения, не хотите стать моей моделью? У вас просто отличные внешние данные!

– Спасибо. Я подумаю об этом, – промямлила я.

Знакомиться с преклонных лет фотографом не входило в мои планы. «Но, очевидно, это будет вторым наказанием после неудобных туфель», – подумала я и как в воду глядела. Алла какое-то время еще пощебетала рядом с нами, а потом махнула красным подолом своего шикарного платья и увильнула встречать вновь прибывших гостей. Яшин, заглядывая мне в глаза, завел беседу:

– Вы уже видели всю выставку?

– К сожалению, не успела…

– Это только часть моих работ.

– Неужели?..

– Эта презентация – только начало…

– Да что вы говорите?

– В следующем году я планировал открыть куда более грандиозную выставку в Финляндии…

Я слушала вполуха, а сама искала взглядом среди гостей моих дорогих супружников. Ведь только из-за них я сейчас стою здесь на неудобных каблуках и терплю фотографа Яшина. При любом другом раскладе – давно бы ушла. Но, очевидно, судьба-жестянка все же решила надо мной сжалиться.

– Женя, вот вы где! А я вас ищу! – вынырнул откуда-то из толпы Андрей. Он протянул мне бокал шампанского. – Сергей, вы, должно быть, заболтали нашу гостью!

– Ничего подобного…

– Украду у вас ее на минуту, – Андрей взял меня под локоть и отвел в сторону. Я с благодарностью посмотрела на мужчину.

– Яшин – специфический человек, – с улыбкой пояснил Андрей.

– Все творческие люди немного странные, – решила я проявить лояльность.

– Он может часами рассказывать о своих фотографиях.

– Значит, мне повезло, – все же не удержалась я.

– Женя, я очень рад, что вы пришли…

Я не заметила, как мы с Андреем прошли через весь зал, миновали соседнюю студию – народу здесь было уже меньше, а музыка звучала громче.

– На самом деле я нечастый гость на подобных тусовках, – призналась я.

– Что так? Не любите? Если честно, то я тоже. Это Алла любительница покрасоваться в свете. Хотите, выйдем на балкон? – предложил Болотов.

Я хотела расспросить своего спутника про Дмитрия Седова, но пришлось соглашаться на то, что предлагали.

– Пожалуй…

Мужчина толкнул дверь и потянул меня за собой. Всего несколько шагов по коридору – и мы оказались в стекленной мансарде. Музыка, гомон голосов и яркий свет остались позади. Я прошла вперед, остановилась у окна и выглянула вниз.

– Здесь намного уютнее, – оценила я, оборачиваясь к Андрею.

– Женя, я боялся, что вы не придете…

Мужчина стоял от меня чуть в стороне. Свет уличных фонарей косо падал на его лицо.

– Вы просто потрясающе выглядите! – Он с таким неподдельным восхищением смотрел на меня, что его слова не вызывали никаких сомнений.

Но мне нужно было выяснить другое! Флирт с чужим мужем на сегодня не входил в мои планы.

– Спасибо, – улыбка была дежурная.

– Даже не верится, что такая девушка, как вы, может работать телохранителем.

– И такое бывает, – на этот раз улыбка была более дружелюбной.

– Наше знакомство сегодня днем было просто подарком судьбы. Даже не представляете, что это для меня значит…

Я воспользовалась шансом и вставила главный вопрос:

– Кстати, про знакомство днем! Вы уже выяснили что-то о стрелявшем человеке?

– Еще нет, – с неохотой ответил Андрей.

– Но вы заявили в полицию? – допытывалась я.

– Не хочется связываться с ментами, – поморщился мужчина. – Начнется бумажная волокита, в которой просто не будет смысла. Думаю, вы и сами прекрасно знаете, как работают наши правоохранительные органы.

– Знаю, – кивнула я. А еще я знала о делишках, которые проворачивали матерые шантажисты. И, конечно же, догадывалась о причинах такого категорического нежелания связываться с людьми в погонах.

– Думаю, что нас просто хотели припугнуть. Надеюсь, больше такого не повторится.

– Я бы на вашем месте была очень осторожна, – дала я дельный совет.

– А впрочем, во всем есть свои положительные стороны! – дружелюбно подмигнул мне Андрей.

– ???

– Не реши эти лихачи обстрелять нашу машину, мы бы с вами никогда не познакомились!

«Ох, не зарекайся…» – подумала я, но вслух, разумеется, ничего не сказала.

– И то верно.

– Женя, вы просто ангел-хранитель!

«Да нет, меня просто нанял Дмитрий Седов. Вы с таким случайно незнакомы?» – так и хотелось спросить мне. Но пришлось улыбаться и говорить другое:

– Андрей, вы преувеличиваете!

– Совсем нет. Но скажу вам больше… Я даже рад, что все так получилось.

– ??? – Я не сразу поняла, куда клонит мужик.

– Если бы не обстреляли нашу машину, у меня не было бы возможности познакомиться с вами. Женечка, давайте выпьем за наше знакомство! – поднял бокал Андрей.

Я не стала спорить. Стекло дзинькнуло о стекло. Я сделала несколько глотков кислого напитка, поморщилась, отставила бокал в сторону. Неожиданно Андрей поймал меня за руку. Я удивленно посмотрела на него.

– Женя, надеюсь, что мы с вами станем хорошими друзьями… – проникновенно произнес он.

– Я тоже на это рассчитываю, – не стала я кривить душой. Как-никак, а Седов еще не отказался от слежки, и значит, мотаться мне еще хвостиком за господином Болотовым и его супругой ближайшие несколько дней… Но Андрей даже не догадывался о моих мыслях, он по-своему истолковал мой ответ и еще крепче сжал мою руку.

– Женя, вы правда потрясающая девушка. Я понял это еще днем, когда первый раз вас увидел. Никогда не встречал таких, как вы.

– Что все это значит? – неожиданно прозвучал голос у меня за спиной.

Я вздрогнула, резко крутанулась назад. В дверях стояла Алла и во все глаза смотрела на нас с Андреем. То, о чем думала девушка, отчетливо отражалось на ее перекошенном лице.

– Андрей, что это значит?! – надрывно спрашивала она.

Машинально я перевела взгляд на Андрея. Он продолжал держать меня за руку и растерянно таращился на свою жену. Я отмерла первая: оттолкнула от себя руку мужчины и встряхнулась.

– Алла, это не то, что вы подумали… – попыталась я объяснить. – Мы с Андреем…

– Вы с Андреем?! – перебила меня Алла. Ее большие фиалковые глаза начали наполняться слезами. Она метнула злой взгляд в сторону мужа. – Я так и знала! Я сразу все поняла! Еще там – у кафе, когда ты стал ее уговаривать подвезти…

В какую же идиотскую ситуацию я влипла! Хоть сквозь землю проваливайся!

– Алла, что за ерунда! – попыталась я вклиниться в причитания разгневанной супружницы. Но никакие доводы не могли ее вразумить.

– Никогда тебе этого не прощу! – закричала девушка. – Предатель!

Она развернулась на каблуках и выбежала вон из мансарды.

Я посмотрела на растерянного Андрея, потом на дверной проем, в котором еще секунду назад тряслась в истерике Алла, выругалась сквозь зубы и побежала следом за девушкой.

– Алла! Стойте! Я сейчас вам все объясню!

Когда я выскочила в галерейный зал, Алла уже успела добежать до арки – только подол ее длинного красного платья мелькнул за углом. То и дело сталкиваясь с кем-нибудь из глазеющей публики, я кинулась за ней. «Извините, простите», – только и успевала повторять я направо и налево. Высокочтимые господа сторонились меня, не менее уважаемые дамы суетливо махали руками и охали. Меня провожали удивленными взглядами, а я, растрепанная и злая, бежала через весь зал. И что за напасть на мою голову, в таком благовоспитанном обществе – и такой скандал!

– Алла, подождите же! – Я надеялась, что Болотова все же услышит меня.

Но Алла стрелой пронеслась через все залы галереи, ни разу не оглянувшись. Последний раз ее ярко-красный подол мелькнул в холле. Она даже не остановилась у гардероба, чтобы взять свое пальто, – девушка спешно покидала выставку. Я тоже не стала задерживаться около вешалок, столкнулась с администратором у дверей, на ходу бросила дежурное «прошу прощения» и вывалилась на крыльцо. Я заметалась на ступеньках – куда бежать? – но лишь на секунду. В темноте за ровно подстриженными ветками кустов мелькнула девушка в красном, хлопнула дверца авто – Алла собралась уехать на машине, белая «Мазда» Болотовых как раз была припаркована у самого крыльца.

– Алла! Стой! – закричала я и бросилась вперед. Я выбежала на тротуар, «Мазда» еще не успела отъехать, и если я потороплюсь…

В ту же секунду прогремел оглушительный взрыв. Я только увидела, как разом вылетели все стекла из машины, меня обдало жаром, я успела закрыть лицо рукой и отвернуться. Тут же, как по команде, завыли сигнализации нескольких авто.

Когда я открыла глаза, белая иномарка уже полыхала огнем.

Глава 2

Я сидела на холодных ступеньках, курила и наблюдала за тем, как люди в форме толкутся около того, что осталось от белой «Мазды». За считаные секунды машина выгорела дотла, а дождь размыл по проезжей части черную золу. В мутных отсветах фонаря жутковато поблескивал черный каркас авто. От девушки, севшей в машину, не осталось и следа. Просто нечему было остаться. Только под днищем эксперты нашли обручальное кольцо.

– Занеси вещдоки, – распорядился один из работавших на месте ментов.

В залах студии сейчас тоже было полно ищеек. Они опрашивали гостей и весь персонал. Андрея увели куда-то в служебное помещение и вызвали для него врача. Я мельком видела его, такого потерянного и несчастного, когда он вместе со всеми выбежал на крыльцо. «Только не рассказывай ментам про то, что произошло днем», – клацая зубами, попросил он меня, прежде чем его увели люди в белых халатах.

А я просто не могла находиться в четырех стенах и как шлепнулась на ступеньки, так и осталась тут сидеть – несмотря на холод, дождь и отчаянное желание уехать куда-нибудь подальше. Кто-то принес мое пальто, накинул на плечи. Я лишь чуть обернулась, поблагодарила и снова уставилась перед собой, куда-то мимо суетящихся у обуглившихся остатков машины людей. Мне было так тошно, как никогда прежде…

– Евгения Максимовна?

Я нехотя перевела взгляд на подошедшего ко мне человека.

– Майор Станислав Носов, – по всем правилам представился мужчина в форме. – Это вы были свидетельницей взрыва?

– Да.

– Случайно оказались на крыльце и все видели, – может, мне показалось, а может, и нет, но Носов сделал какой-то особый акцент на слове «случайно». Меня передернуло, но я и виду не показала.

– Именно так, – ровным тоном ответила я.

– С вами хотел поговорить старший следователь.

– Конечно.

– Пройдемте в помещение, – предложил мне суровый дядька.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться. Нехотя я поднялась со ступенек, прошла в распахнутые стеклянные двери. В зал студии, где шла оперативная работа, мы даже не заглянули, сразу же прошли в служебное помещение с табличкой «Управляющий».

Я шагнула за порог кабинета, в котором меня уже ждали. От кипы бумаг, лежавших на столе, поднял голову мужчина. Мы встретились с ним взглядом.

– Жека! – воскликнул дядька, вскакивая из-за стола и кидаясь мне навстречу, чтобы пожать руку.

– Петька, – выдохнула я.

Петр Красильников был моим давним знакомым. Наша дружба тянулась еще со времен моей службы в рядах доблестных сотрудников МВД. Тогда я только-только начинала свою карьеру, а Петька уже успел дослужиться до звания майора. Собственно говоря, с тех далеких пор и началась наша теплая и искренняя дружба. Хотя встречались мы только по великим праздникам, но созванивались частенько. Больше того, Петька не раз подкидывал мне дельную информацию по работе. И, конечно же, теперь я была рада его видеть как никогда. Но еще больше я была рада тому, что он избавит меня от необходимости находиться тет-а-тет с неприятным Носовым.

Петька, успевший за время нашей с ним разлуки нажить себе еще пару звездочек на погоны, упитанный живот и явный авторитет среди коллег, энергично тряс мою руку:

– Женька, вот уж кого-кого, а тебя я здесь никак не ожидал встретить! Стас, ты, должно быть, не в курсе, но Евгения Максимовна практически наша коллега – несколько лет работала в МВД, а потом ушла на вольные хлеба… Рад, очень рад тебя видеть. Ты проходи, располагайся! Это дело поручили моему ведомству, так что… Придется рассказать кое-что под протокол.

Я покосилась на Носова, маячившего у меня за спиной. Надо заметить, известие о том, что я знакомая полковника Красильникова, нимало не смягчило его хмурый взгляд исподлобья. Нехотя я протиснулась в кабинет, опустилась в кресло.

– И какими только судьбами тебя сюда занесло? Ты вроде не светская тусовщица? – говорил Петька, вытаскивая из толстого кожаного портфеля пустые бланки.

– Случайно оказалась… – отозвалась я и тут же покосилась в сторону Носова, который присел на подоконник, закурил, но его пристальный, сверлящий насквозь взгляд ни на секунду от меня не отлипал. «До чего неприятный тип», – подумала я.

– Стасик, ты запишешь протокол?

Носов кивнул, взял бланки.

– Имя?.. Фамилия?.. Отчество?.. Дата рождения?..

Я покладисто отвечала на все вопросы.

– Что делали на фотовыставке? – задавал привычный набор вопросов Петька.

Даже для протокола я не была готова озвучить истинную причину своего визита сюда. Поэтому пожала плечами и совершенно ровным тоном ответила:

– То же, что и все… Пришла поздравить Сержа Яшина с открытием выставки, – я говорила, а сама всей кожей ощущала на себе взгляд Носова.

– Вы были знакомы с Аллой Николаевной Болотовой?

– Знала лишь ее имя и то, что она была замужем, – не сдавала я своих позиций.

– Раньше где-нибудь встречались с погибшей? – неожиданно вклинился в наш диалог Носов.

Я отлично помнила испуганный, затравленный взгляд Андрея и его просьбу не рассказывать ничего о подробностях нашего знакомства.

– Нет, никогда прежде не виделась с Аллой Болотовой.

– Что происходило в студии до момента взрыва? Вы общались с Болотовой? – снова взял инициативу в свои руки Петька.

– Перекинулись парой слов, когда я только пришла.

– А потом?

– Больше я не общалась с Аллой. Снова увидела я ее, только когда она покидала студию – сбежала со ступенек, села в машину… А потом прогремел взрыв.

– Кто-то еще в этот момент был на улице?

– Нет, – покачала я головой.

– А что вы делали на крыльце? – снова проявил интерес Станислав. Я покосилась на него уже с нескрываемой неприязнью. Мужик мне определенно не нравился, и его вопросы тоже.

– Вышла покурить, – на этот раз без колебаний ответила я.

Носов дописал что-то на бланке, поднял голову. Его внимательные глаза недоверчиво на меня смотрели. «Он не верит?» – пронеслось у меня в голове. Но верил мент или нет – вслух он ничего говорить не стал. Записал мой адрес и номер телефона, сказал, что свяжется со мной, если возникнет такая необходимость, и под предлогом еще массы дел покинул кабинет.

Я облегченно выдохнула, когда за ним закрылась дверь.

– Какой неприятный тип… – высказала я вслух то, что давно вертелось на языке.

– Стас перешел к нам в отдел полгода назад. Он больше бюрократ, чем настоящий следователь. Для него важно по всем правилам оформить бумажки, а уж само дело отходит на второй план…

Петька придвинулся поближе ко мне, облокотился на стол и заглянул в глаза.

– Ну, моя дорогая, а теперь, когда мы остались одни, рассказывай… Что здесь делала? Только не ври, что заглянула на огонек из праздного любопытства. Уж я-то тебя знаю! Ты всегда терпеть не могла подобных сборищ! Небось по работе сюда явилась?

Я невольно улыбнулась. Приятель действительно знал меня как облупленную! Отнекиваться не имело смысла.

– Угадал, – как на духу призналась я.

– И что же конкретно тебя сюда привело?

Я вздохнула и рассказала про своего нового клиента, про слежку за Болотовыми и про то, что притащилась на эту занудную выставку только в надежде разжиться информацией об объекте своей слежки.

– Вот оно как! – прищелкнул языком Петька. Он нервно барабанил пальцами по столешнице и что-то соображал.

– Да. Я и предположить не могла, что здесь такое может произойти… – я поняла, что сейчас сорвусь и зареву, и замолчала. Очевидно, приятель угадал мое настроение, быстро поднялся со своего места, подошел ко мне и, присев на подлокотник кресла, обнял за плечи.

– Ну ты чего, Жека… У тебя просто шок. На твоих глазах погиб человек…

– Дело не в этом, – замотала я головой.

– А в чем?

Я проглотила подступавший к горлу комок, решительно отодвинулась от Петьки и произнесла:

– Понимаешь, произошла наиглупейшая ситуация…

– Что? – Петр внимательно слушал.

– Алла приревновала меня к своему мужу. Совершенно беспочвенно. Она просто застала нас с ним вдвоем в мансарде и подумала черт знает что… – я запнулась на секунду, а потом продолжила: – Алла тут же убежала, я стала ее догонять, выскочила за ней на крыльцо, но… Не успела. Я только видела, как она села в машину, а потом произошел этот взрыв.

Я схватилась за голову, запустила пальцы в волосы, взлохматила их.

– Это все из-за меня!

– Ты с ума сошла, что ли? Жека! – встряхнул меня за плечи Петька. – Да если так разобраться, ты, считай, спасла жизнь ее мужу.

– Что? – Я вскинула голову и растерянно уставилась на приятеля.

– А то, что слышала! Кто-то установил в машине взрывчатку. В радиусе взрыва эксперты обнаружили фрагменты обгоревшего детонатора. Скорее всего, механизм был установлен в двигатель и сработал, когда девушка захлопнула дверцу.

– Хочешь сказать, что это был не несчастный случай??? – опешила я.

– Похоже на то. И если бы между вами не произошло размолвки и ближе к вечеру домой собрались вместе довольные и счастливые Алла и Андрей Болотовы, то у нас сейчас было бы на один труп больше.

– А возможно, и нет, – покачала я головой, – Возможно, все остались бы живы.

– Женя, перестань, твоей вины в случившемся нет!

Я не стала спорить с Петькой.

– Женя, ты следила за Болотовыми несколько дней. Не заметила ничего странного? – спросил приятель.

Возможно, и стоило бы сказать правду про черную «Ауди» и перестрелку сегодня днем, но язык сам собой сболтнул:

– Нет.

– Может быть, подозрительные люди? Сомнительные встречи с кем-то? Какие-то звонки?

– Нет. Нет. Нет. Ничего, – отвечала я на каждый вопрос. – На самом деле я сама не очень хорошо понимаю, зачем моему клиенту понадобилось следить за Болотовыми. До сих пор мне не удалось найти ничего, что связывало бы между собой его и Аллу с Андреем.

Андрей достал из кармана пачку сигарет, прикурил:

– А что за клиент-то?

– Дмитрий Седов, – ответила я.

Петька вскинул голову:

– Седов?.. Нет, не слышал про такого… – он сделал затяжку и выдохнул сигаретный дым.

Мы условились с Петькой быть на связи, еще раз поудивлялись прихотям старухи-судьбы, которая свела нас при столь необычных обстоятельствах, и на том расстались. Через опустевшие залы фотостудии я вышла в холл, толкнула стеклянные двери и тут же остановилась на пороге.

В желтых отсветах фонаря точно напротив того места, где еще полчаса назад была обгоревшая машина, стоял Андрей, ссутулившись и низко опустив голову. Я сразу увидела его. Словно побитая собака, загнанный и никому не нужный, он мок под дождем без капюшона и зонта над головой. Сердце сжалось так, что хоть реви!

Я медленно спустилась со ступенек, остановилась рядом с ним. Мне было безумно жаль мужчину.

Что делать и говорить в такой ситуации, я просто не знала. Неуклюже погладила его по руке и произнесла:

– Андрей, это дикая, нелепая трагедия…

Он не смотрел на меня, просто покивал в знак согласия.

– Этого не должно было произойти. Мне очень жаль…

Снова кивок.

– Давай довезу тебя до дома, – предложила я.

– Нет, – сдавленно откликнулся Андрей. – Не хочу домой… Не могу туда ехать… Точно не сейчас…

– А хочешь – поехали ко мне? – неожиданно для самой себя предложила я.

– Брось ты, Жека! Со мной все в порядке! Поезжай одна! Тебе нужно отдохнуть. Сегодня и у тебя тоже был тяжелый день.

Конечно, я могла бы сейчас именно так и поступить – сесть в машину, уехать домой и уже на завтра обо всем этом позабыть. Но…

– Ни за что не оставлю тебя одного в таком состоянии! – пообещала я. И не обманула. Через полчаса я со своим новым знакомым уже входила в квартиру на последнем этаже панельной пятиэтажки. На звук захлопнувшейся двери в коридор тут же высунулась тетушка Мила.

– Тетя, знакомься, это мой новый знакомый – Андрей. Сегодня он останется у нас.

– Конечно. Располагайтесь. Не буду вам мешать.

Очевидно, тетя Мила уловила, что предлагать ужин и потчевать гостя семейными байками не самое подходящее время. Она предупредила, что горячий чайник на плите, и тихонечко шмыгнула в свою комнату.

– Проходи в комнату, – пригласила я, – Я сейчас заварю кофе и вернусь.

Пока я гремела в кухне посудой, наскоро разливая по чашкам горячую «арабику», в голову пришла отчетливая мысль: а ведь я позвала Андрея к себе только потому, что хочу получить прощение если не от него, то хотя бы от самой себя. Из мыслей никак не выходит роковая сцена в мансарде. И не только Андрею, но и мне было страшно остаться один на один с собой этой ночью.

Когда я вошла в комнату с подносом в руках, Андрей стоял у окна и высматривал что-то в темноте ночных улиц. Он обернулся.

– Женя, спасибо тебе, что позвала. Я и правда не смог бы сейчас поехать домой. Скорее всего, до утра бродил бы по городу, а потом снял номер в какой-нибудь гостинице.

– Разве я могла поступить иначе?

Я поставила поднос на стол, присела в кресло. Андрей опустился напротив меня.

– Но ведь мы совсем незнакомы. Ты могла бы просто взять и уехать домой.

– Не могла, – покачала я головой.

– Ты второй раз за сегодняшний день спасла меня.

Я достала из кармана пачку сигарет и закурила.

– Андрей, я не рассказала следователям, при каких обстоятельствах произошло наше знакомство.

– Спасибо. Сейчас разборки по этому поводу были бы совсем некстати. – Андрей взял свою чашку и сделал глоток.

– Андрей, возможно, это не мое дело – не я должна об этом говорить, но… Машина взорвалась не случайно, – кусая губы, произнесла я.

Мужчина так резко развернулся ко мне, что чуть не столкнул со столика всю посуду.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Взрыв был подстроен.

– О чем ты?

Я заметила, как дрожат руки Андрея, когда он ставил чашку на стол.

– Кто-то установил детонатор в машину. Механизм сработал, когда Алла села в нее…

– То есть это было убийство???

Я кивнула.

– И мне кажется, что оно имеет самое непосредственное отношение к тому, что произошло сегодня днем. Кто-то хотел вас убить – тебя и Аллу. Но по стечению обстоятельств получилось так, что в машину села только девушка.

– Ничего себе… – Андрей тоже схватился за сигареты, пощелкал зажигалкой.

– Мне кажется, что ты должен это знать. Вы с Аллой не обратили внимания на перестрелку днем, но теперь на это просто нельзя закрывать глаза. Кто-то ведет на вас охоту – не на жизнь, а на смерть. И первая жертва уже есть. Андрей, иди в полицию! Расскажи всю правду! Кто знает, что может произойти завтра…

Мужчина молча сидел напротив меня – опустив голову, забыв про тлеющую в руке сигарету. Я смотрела на него и ждала – возможно, мои слова будут услышаны им?..

– Женя, – Андрей посмотрел на меня в упор. Его глаза были полны решимости, – Женя, ты говорила, что работаешь телохранителем.

– Верно, – растерянно кивнула я.

– Женя, ты можешь меня охранять?

Я никак не могла ожидать такого поворота событий – не к тому я вела свои устрашающие беседы.

– Андрей… – неуверенно начала я.

– Женя, я прошу тебя, – мужчина схватил меня за руку и с мольбой заглянул в глаза. – Мне больше не к кому обратиться.

– Но…

– Я не хочу и не буду ничего рассказывать в полиции, – перебил он меня. – Даже если вдруг ты им что-то решишь рассказать – я буду отпираться от всего. Я сам найду того, кто подстроил взрыв. Если это в твоих силах, то просто помоги мне.

Я смотрела на Андрея и понимала: волей судьбы я оказалась по уши втянула в эту историю, а скандал с Аллой, после которого она убежала из студии, слишком глубоко запал в душу, и теперь сказать «нет» я просто не имела морального права.

– Хорошо, я помогу тебе.

– Спасибо, – Андрей сжал мои пальцы в своих. – Женя, и еще, я хочу, чтобы ты знала…

– Что?

– В том, что произошло, твоей вины нет… – он словно угадал мои мысли. – Алла всегда была вспыльчива. Наш брак давно стал просто фиктивным.

– Андрей, ты не должен мне этого говорить… – перебила я его.

– Нет, я хочу, чтобы ты знала! – стоял на своем Болотов. – У меня были другие девушки. Алла знала об этом. Обычно ей было на это плевать – у самой было полно любовников. Но если вдруг какой-то инцидент происходил на людях, то она считала своим долгом закатить публичный скандал.

– Это меня не касается, – на корню пресекла я подобные разговоры. – Ложись спать – уже поздно. Эта комната в твоем полном распоряжении, – я раздавила в пепельнице окурок, быстро поднялась.

– Хорошо.

Уже в дверях я обернулась.

– Андрей, – позвала я. – Мы обязательно найдем того, кто убил Аллу. И я не буду ничего рассказывать полиции.

Я прихватила плед и вышла из комнаты, потихонечку притворив за собой дверь. На цыпочках, чтобы никого не разбудить, я прошла на кухню. Но еще долго не ложилась спать, сидела на подоконнике, курила. На душе у меня скребли кошки – даже несмотря на откровения Красильникова, меня терзало и мучило чувство вины за смерть Аллы. И я никуда не могла от этого деться…

* * *

Утро следующего дня началось для меня ни свет ни заря, как для рядового представителя пролетариата – в восемь утра и по будильнику. Наскоро глотая горячий кофе, я прислушивалась к гробовой тишине в квартире – Андрей, должно быть, еще спал, не показывалась из своей комнаты и тетя Мила. И только у меня имелись срочные планы на это утро.

Я накинула на плечи куртку, сунула в карман пачку сигарет, под мышку – сумку. Уже когда я обувалась, в коридор выглянула тетя.

– Женечка, ты куда? – полушепотом спросила она.

– Нужно уладить дела по моему последнему расследованию, – не стала я вдаваться в подробности. – Если Андрей проснется раньше, чем я вернусь, то скажи, что я ушла в магазин.

– Не волнуйся, – обнадежила меня дорогая родственница, но все же не удержалась и тут же спросила: – А кто он такой?

– Мой новый знакомый. Тетя… – я взяла тетушку за плечи и серьезно произнесла: – Вчера у него убили жену. Чудом остался жив он сам. Ты уж не расспрашивай его ни о чем…

Тетя Мила схватилась за щеки, сокрушенно покачала головой.

– Иди и ни о чем не думай! – напутственно произнесла она и закрыла за мной дверь.

Перепрыгивая через две ступеньки, я сбежала вниз. С утра на улице было особенно мерзко: под ногами еще мотались клочья тумана, в воздухе висела противная изморозь. Стараясь не задерживаться, я запрыгнула в свой «фольк» и тут же повернула ключ в замке зажигания. Пока авто урчало и набирало скорость, я выхватила из бардачка телефон и быстро набрала нужный номер. Как ни странно, но мне ответили сразу.

– Дмитрий Валерьевич, это Евгения. Извините за столь ранний звонок, но есть серьезный разговор.

– Приезжайте, – коротко ответил старик.

– Уже еду, – отозвалась я и отключилась. Как-никак, а вчерашнее решение охранять Андрея влекло за собой необходимость серьезного разговора с господином Седовым. И мне хотелось решить этот вопрос чем раньше, тем лучше.

Путь от своего дома до Новоарбатской я проделала за считаные минуты – благо, до часа пик было еще далеко и по встречке катили редкие авто. А дальше все как всегда – унылый двор, мрачный подъезд с высоченными потолками и кабинет с занавешанными окнами и неудачной репродукцией Ван Гога на стене.

– Женя, какие у вас для меня новости? – спросил Дмитрий Валерьевич, подхватил вертевшуюся у ног болонку и усадил себе на колени.

Правила диалога с этим человеком я усвоила уже давно, поэтому безо всяких предисловий сообщила:

– Вчера вечером погибла Алла Болотова.

Я внимательно следила за реакцией Седова. Но как вчера мое известие об обстреле машины Болотовых не произвело впечатления на старика, так и сегодня он остался равнодушным к моим словам – безразлично смотрел на меня и чесал блаженно сопящую псину.

– Как это произошло?

– Кто-то установил детонатор в машину Болотовых. Он сработал сразу же, как только Алла села в авто.

– Нашли того, кто это сделал?

– Пока нет. Но следователи занимаются этим делом.

Старик жевал губами и сосредоточенно соображал.

– Сейчас Андрей Болотов находится у меня дома, – продолжала между тем я. – Он знает о том, что я работаю телохранителем, и просил меня его охранять.

– Вы, конечно же, согласились? – скорее утвердительно, чем вопросительно, произнес Седов.

«Сообразительный дедуля!» – оценила я умственные способности своего клиента.

– Конечно же, – склонила я голову набок. Я не спускала глаз со старика и старалась уловить малейшее изменение в его настроении. Сейчас я была готова поклясться: его забавляет все это!

– Значит, теперь вы будете каждую минуту находиться рядом с Болотовым. Верно?

– Совершенно верно. Именно поэтому я считаю, что мою работу на вас можно считать оконченной. Теперь моим клиентом является Андрей Болотов. Мне кажется, что сейчас ему намного больше, чем вам, нужна моя помощь. Его жену убили, и ему самому грозит опасность. Я не могу отказать ему в помощи.

– Женя, вы честная девушка.

Я не поверила свои ушам.

– Вы могли бы промолчать о том, что работаете на Болотова…

– Это не в моих правилах.

– Я уже понял, – Седов улыбнулся. И это тоже было на него не похоже. Он даже забыл про собаку, сидевшую у него на коленях. – Я не имею ничего против того, чтобы вы охраняли Болотова. Но мне по-прежнему нужна будет информация о нем.

– ???

– Думаю, это вас не затруднит.

– Зачем? – Я не раз задавала этот вопрос, и Седов всегда уклонялся от ответа. Но сегодня был явно день исключений.

– Не хотел говорить, но, пожалуй, скажу…

Я подалась вперед, навострила ушки.

– Болотовы хотели меня убить, – совершенно серьезно заявил старик. – Именно поэтому мне нужна информация о каждом их шаге.

– Они на вас покушались?

– Нет.

– Они угрожали вам?

– Нет.

– Они следили за вами?

– Нет.

– Тогда с чего вы это взяли???

Седов жевал губами, бросал на меня недоверчивые взгляды, на его лице вполне отчетливо отражались сомнения «сказать – не сказать». В итоге решился, оперся руками о стол и быстро произнес:

– У меня был племянник Костя… Этот нищий, ни на что не годный болван только и ждал, когда я умру, чтобы получить все мои деньги.

Я внимательно слушала, не перебивая и не задавания никаких вопросов.

– Он был карточным игроком, и на нем все время висели долги. Видно, последнее время дела у него были совсем плохи. Он решил меня убить и ограбить! Но у него ничего не получилось – кишка была тонка, а кредиторы, скорее всего, припирали его к стене. Он не выдержал этого и повесился. В предсмертной записке Костя и признался в том, что хотел получить мои деньги.

– А при чем здесь Болотовы? – подала я голос.

– В записке он написал, что именно Болотовы довели его до самоубийства. Они явно были знакомы. Дурень Костя не мог не рассказать им обо мне.

– И что?

– Так они же наверняка решили меня убить и ограбить! Убить и ограбить! Точно говорю!

Я откинулась на спинку кресла. Все! Мне решительно все ясно! У старика просто началась паранойя! Ему нужна не я, а помощь квалифицированного психолога. Но, естественно, озвучить эти мысли вслух я не решилась. Тараканы в чужой голове были не моей заботой. Единственное, что я могла сделать, – искренне заверить Седова:

– Алла мертва, а рядом с Андреем целыми сутками буду находиться я. Сомневаюсь, что мужчина, нанимающий телохранителя, может планировать убийство.

– И все же… – Седов был непоколебим. – Я хочу, чтобы вы по-прежнему держали меня в курсе дела.

Я не стала спорить с маразматичным стариком, обещала звонить и на этом покинула квартиру на Новоарбатской, семь. Спустилась вниз, села в машину, но уезжать не спешила, достала из кармана пачку сигарет, из сумки – папку с досье. Я задумчиво полистала страницы. Болотовы были аферистами и мошенниками, они шантажировали людей и вымогали у них деньги. Но они не были ни убийцами, ни ворами. Они только выискивали гнилые истории и вытряхивали их наружу – престарелый изменник, прокурорский сын, промышляющий наркобизнесом. Никого из них лично мне не было жаль! Скорее всего, в случае с племянником Седова они действовали по своей старой схеме: разведали про намерения Кости ограбить своего дядю и шантажировали молодого человека. Собственно говоря, это отлично вяжется и с его самоубийством, и с содержанием предсмертной записки…

Я решительно захлопнула папку, скрутила ее и сунула в бардачок. Для меня не имеет никакого значения, чем Андрей занимался в прошлом. В настоящем я ему помогу – и точка. Я повернула ключ в замке зажигания и, решительная как никогда, помчалась домой.

Еще открывая входную дверь, я услышала голоса из кухни. Судя по долетевшим до моего слуха словам «Карловы Вары» и «прошлое лето» речь шла об отпусках – тетушка как могла развлекала нашего гостя светской беседой. Я зашла в кухню и остановилась на пороге.

– Доброе утро, Женечка. – с улыбкой на губах обернулся ко мне Андрей. От его вчерашней безнадеги и отчаяния не осталось и следа – то ли виду не подавал, что переживает, то ли смирился. – Будешь с нами кофе?

– Нет, спасибо. Вижу, вы отлично поладили.

– У тебя замечательная тетя, – без малейшей толики лукавства отозвался мужчина. – С ней невозможно не поладить.

– Хорошо. – И я действительно была рада, что хоть кто-то отвлек нового знакомого от его нелегких мыслей.

– Женечка, ты пришла как раз вовремя. У меня на одиннадцать часов назначена встреча. Съездим?

– Конечно, – согласная на все, кивнула я. Уже через десять минут мы спустились вниз и сели в «фольк».

– Куда поедем? – поинтересовалась я, перекидывая через плечо ремень безопасности.

– В ресторан «Аврора». У меня там деловая встреча с компаньоном.

– Ок.

– Мне звонили из полиции, – произнес Андрей. Очевидно, разговоры о произошедшем все же бередили его душу – мужчина достал из кармана нераспечатанную пачку сигарет, сдернул целлофан.

– Уже есть новости?

– Просто предупредили, что похороны придется отложить. Эксперты еще работают…

Он пощелкал зажигалкой.

– Черт! Сломалась… Ну точно – сломалась… – пробормотал он, выплевывая сигарету. – У тебя нет зажигалки?

– Возьми в бардачке, – машинально отозвалась я, поворачивая ключ, тут же встрепенулась – но было уже поздно.

– Что это? – прямо на колени Андрея вывалились листы из досье.

Я чуть не хлопнула себя по лбу. И надо же было так глупо попасться!

– Что это? Ты наводила справки? – Андрей держал в руках распечатанные страницы и растерянно на меня смотрел. – Ты решила предварительно все узнать о человеке, машину которого обстреляли, а его жену убили?..

Вариант, пришедшей на ум Андрею, был куда более приемлемым, чем реальное положение дел. И я не стала переубеждать мужчину.

– Я предпочитаю точно знать, с кем имею дело, – кивнула я.

Андрей отвернулся – он нервно кусал губы и смотрел перед собой. Я сидела не шевелясь, забыв про ключи.

– Тогда уж знай все, – произнес он, так же не оборачиваясь ко мне. – Эти дела мы вели с Аллой не один год. И сейчас… У меня встреча с человеком, который должен мне подкинуть информацию на одного любопытного персонажа. Мы начали эту работу еще с Аллой. Теперь мне придется заканчивать ее одному.

Андрей замолчал, я тоже не нарушала тишину.

– Скажи, ты считаешь меня преступником? Лгуном? Подлым человеком?

Я обернулась к мужчине, посмотрела ему прямо в глаза и ответила:

– Нет, – и вдруг сообразила, что ни капельки не вру.

– Правда? И ты все равно будешь моим телохранителем?

– Да.

– И не сдашь меня ментам?

– Нет.

– Женя… Если бы не ты… – Андрей взял меня за руку.

«Если бы не я, то, возможно, твоя жена была бы жива», – подумала я.

– Так что, мы едем или нет? – вслух спросила я и завела мотор.

Ресторан «Аврора», в который мы держали путь, находился в самом центре города. Пару раз мне доводилось там бывать со своими высокопоставленными клиентами. Шикарный антураж, неплохие закуски и ленч по стоимости зарплаты рядового рабочего были вам обеспечены. Обычно на парковке у этой харчевни кучкуются дорогие иномарки. На это раз она была пуста.

Я тормознула «фольк» у крыльца, с сомнением покосилась на плотно запертые двери.

– Нас точно ждут?

– У меня встреча с Борисом Соболевым. Он хозяин этого ресторана. Его закрыли специально для нас.

– Вон оно как…

Не знаю почему, но эта новость мне совсем не понравилась. А дальше – больше. За дверью ресторана нас встречал здоровенный амбал около двух метров ростом и примерно такой же в плечах. Он преградил нам дорогу и, глядя сверху вниз, пробасил:

– Мне велено вас обыскать.

Гора мышц обшарила сначала Андрея, потом протянула руки ко мне, и прежде чем я успела как-либо отреагировать, выхватила у меня сумку, где я всегда таскаю верный «макаров».

– Отдам потом, – гаркнул он.

Я скрипнула зубами. Вот гад! Ну ничего, Женечка и без оружия крайне опасная особа…

– Проходите, – удовольствовавшись шмоном, отступил детина назад.

Мы с Андреем переглянулись, бок о бок прошли вперед по зеркальному коридору и остановились на пороге ресторана.

В просторном зале был накрыт всего один столик. За ним сидел мужчина – совсем не старый, но уже седой. Он энергично жевал, то и дело зачерпывая что-то из стоящей перед ним тарелки. Но стоило нам только переступить через порог, как дядька тут же встрепенулся, отложил вилку и уставился на нас.

– Андрей Болотов? – уточнил дядька. Он не поднялся, не улыбнулся, не протянул руки. Очевидно, так и должен был вести себя хозяин самого пафосного ресторана в Тарасове. Но лично меня подобные манеры бесили! Воздержаться от комментариев заставило только присутствие двух горилл – точных копий того примата, что встречал нас у входа, которые маячили чуть в стороне от столика, безучастные ко всему, но готовые в любую минуту кинуться на защиту босса.

– Именно, – ответил Андрей. – Рад, что вы нашли время встретиться. Знакомьтесь, это Евгения…

Следующую фразу «мой телохранитель» Болотов проглотил, она была для местных обитателей явным табу.

Борис изучил меня пристальным взглядом, не углядел в моей персоне ничего опасного и согласно кивнул.

– Присаживайтесь. Сейчас как раз время обеда, и я попросил накрыть для нас столик, – выговорил Борис и снова схватился за вилку.

Мы с Андреем прошли к столу. Я окинула быстрым взглядом шикарную сервировку, метнула взгляд в сторону телохранителей Соболева, потом – на самого босса. «Что-то мне эта компания совсем не нравится», – оценила я и опустила взгляд на столовые приборы.

Материализовавшийся рядом с нами официант отодвинул мой стул. Я благодарно склонила голову, присела, привычным жестом ухватилась за салфетку и встряхнула ее. Той секунды, пока накрахмаленные кружева были над столом, мне хватило… И вместе с салфеткой у меня на коленях оказался сервировочный нож. Та-ак – на всякий случай!

– У меня на все про все ровно двадцать минут. Надеюсь, вам этого хватит, чтобы изложить суть дела, – не переставая жевать, говорил хозяин ресторана, поглядывая то на меня, то на Андрея.

– Вполне хватит, – кивнул мой приятель, схватил бокал красного вина, который только что налил суетившийся рядом официант. – Я хотел поговорить с вами о человеке по прозвищу Шершень.

Борис перестал жевать, тщательно вытер руки салфеткой, скомкал ее и швырнул на стол.

– Это я уже понял. Если бы я не услышал по телефону это имя, то ни при каких обстоятельствах не согласился бы встретиться. Что с Шершнем? С ним что-то случилось? Это он прислал вас ко мне?

– Нет.

– Тогда что? Где Шершень?

– Это как раз то, ради чего я сюда и пришел – мне нужно найти Шершня.

– Что???

– Я ищу этого человека. И я точно знаю, что вам должно быть известно, как с ним можно связаться.

Соболев пренебрежительно хмыкнул:

– С чего ты взял, что я что-то тебе скажу?! – с официального «вы» он перешел на панибратское «ты».

Я не очень понимала, что здесь происходит, но ситуация нравилась мне все меньше и меньше. Положение у нас явно было аховым, а две горы мышц, маячившие у окна, зашевелились в явном предвкушении добычи.

– Мне так кажется, – с вызовом ответил Андрей.

Борис откинулся на спинку стула и вопросительно на него уставился. Соболеву стоило только дать сигнал, и его охранники казнили бы нас без суда и следствия. Я опустила одну руку на колени и нащупала рукоятку ножа. Похоже, моя интуиция меня не подвела и потасовки не миновать.

– У меня кое-что есть… Это должно вас заинтересовать.

– Что же?

– Мне стало известно, что в одном из ваших ресторанов налажена продажа наркотиков. Собственно говоря, и сам ресторан – это только прикрытие…

– Ха! – неопределенно отреагировал Соболев.

– У меня есть улики, – решил подпортить ему настроение Андрей.

Ложка дегтя была напрасной.

– И что? – Борис по-прежнему чувствовал себя хозяином положения. Что ж, с вооруженной до зубов охраной за спиной – оно и немудрено. Непонятно другое: на какую удачу рассчитывает сейчас мой любезный друг Андрейка?!

Но у Болотова напрочь отбило всякий страх – то ли в себя верил, то ли на меня рассчитывал.

– Я могу отдать их ментам. А могу уничтожить, но только взамен за это я хочу получить координаты Шершня.

Борис смотрел в упор на Андрея.

– И ты действительно думаешь, что я на это поведусь?

Я обернулась и тоже вопросительно уставилась на своего новоиспеченного клиента – у меня был к нему аналогичный вопрос.

Но Андрей не сдавал позиций.

– Компромат в надежных руках. Если с нами что-то случится – его сразу пустят в дело!

– И что? – продолжал скалиться Соболев.

«Да уж, Андрей, молодец! Подстраховался – нечего сказать!» – осуждающе взглянула я на своего клиента.

– Если вас не интересует эта информация, то, думаю, менты найдут ей должное применение.

Борис Соболев подался вперед, оперся руками о стол и четко выговорил:

– Мне плевать на ментов. И на улики, которые ты нарыл, – тоже плевать. Я велю тебя пристрелить, и все… Так что зря ты сюда пришел… И еще девку свою притащил… – он мимоходом кивнул в мою сторону.

А вот такого уже не могла потерпеть я: приподнялась, точь-в-точь как Соболев, оперлась руками о стол и прошипела ему в лицо:

– А ты зря назвал меня девкой!

И не дожидаясь, пока телохранители Бориса расправятся со мной за подобную дерзость, а Андрея пристрелят за длинный язык, я схватила их босса за шиворот, одним движением дернула на себя. Опрокинув стол со всей посудой, мы с Соболевым оказались лицом друг к другу. В моих руках уже был заранее припасенный нож, и его острие плотно прижималось к горлу Бориса. Официант шарахнулся в сторону, Андрейка вскочил на ноги.

– Эй! Вы! Оружие на пол! Живо! – скомандовала я ошалевшим от такого развития событий гориллам. – Или зарежу вашего босса, как ягненка!

Ни одна, ни другая гора мышц даже не шелохнулись. Оба заняли позицию нападающих – с пистолетами, направленными точно на меня.

– Я не шучу! – начала я терять терпение. Рука с ножом чуть дрогнула. Бориска запаниковал и закудахтал:

– Делайте что она говорит, олухи!

Одураченные обезьяны переглянулись, но ослушаться босса не решились. Пистолеты один за другим упали на пол, один из охранников без лишних разговоров подтолкнул их ногой. Оружие с взведенным курком скользнуло по начищенному паркету, я только успела наступить на один боевой «ТТ» ногой, второй отлетел в угол.

– Возьми его, – дала я команду Андрею. – И уходим.

Андрей кивнул и тут же бросился собирать улов. Я же, не выпуская из рук трясущегося Бориса, стала отступать назад. Допятилась до порога.

– Женя, уходим? – торопил меня перенервничавший Андрейка.

Но прежде чем уйти, я не могла удержаться и не сделать этого. Развернула лицом к себе Бориса, приперла его к стене.

– И запомни! – прошипела я напоследок, зло заглядывая не на шутку перепуганному Соболеву в глаза. – Я не девка! Я – телохранитель!

Выпустила его, быстро развернулась и пулей выбежала из зала ресторана. Разговор с охранником, маячившим у выхода, у меня и вовсе был короткий. Я наставила на него пистолет и рявкнула:

– Мою сумку! Отдай! Быстро!

Никак не ожидавший такой прыти от хрупкой девушки, горилла молча ткнул пальцем в сторону подоконника. На окошке в целости и сохранности дожидался своей хозяйки ридикюль. Не выпуская мужика из-под прицела, я сцапала свою вещь, сделала несколько шагов к выходу. У открытой двери меня уже ждал Андрей.

– Пока, приятель! – плотоядно оскалилась я и шмыгнула на улицу.

До «фолька» мы домчались в две секунды, я выбросила чужое оружие в кусты, запрыгнула в салон авто и тут же повернула ключ зажигания. В тот момент, когда мы проносились мимо парадного крыльца ресторана «Аврора», на улицу вывалилась вся охранная свита господина Соболева. Мы успели унести ноги из этого чертова логова.

Но я еще долго гнала машину. И только когда мы оказались в другой части города без хвоста и погонь, я сбросила скорость и перестала через каждую минуту коситься в зеркало заднего вида.

– Я бы на твоем месте получше выбирала информаторов, – не удержалась я от дельного совета.

– Кто же знал… – отозвался Андрей. Кажется, первый шок у него прошел, и если бы не дрожали пальцы, когда он прикуривал сигарету, я подумала бы, что он совершенно спокоен. – Я думал, что угрозы про распространение наркотиков его напугают, и он все расскажет.

– Но Соболева оказалось не так-то просто запугать! Я бы на твоем месте все же подкинула улики ментам! Пусть знает! – Моя мстительная натура жаждала самой суровой участи для негостеприимного хозяина ресторана «Аврора».

– Да нет у меня никаких улик, – неожиданно признался Андрей.

– ???

– Я блефовал.

– Что?

– У меня нет на него никаких улик. Про продажу наркотиков знаю точно, а вот фактов, подтверждающих это, нет.

Я посмотрела на Андрея. А мужик бесстрашный! Если они с Аллой всегда работали по такому принципу, то странно, что он вообще еще жив!

Но критиковать своего горе-клиента я не стала, а спросила совсем о другом:

– Зачем тебе так нужен этот Шершень?

– Знаю я про него кое-что.

– Хочешь шантажировать? – в лоб спросила я.

Андрей сидел, отвернувшись к окну, и я не могла видеть его лица, но пауза после моего вопроса слишком затянулась.

– Дело не в этом… – наконец ответил он. – Мы с Аллой кое-что узнали о человеке по прозвищу Шершень. За его делишки вполне можно было получить срок, и не маленький. Мы хотели действовать по отработанной схеме – вымогать деньги за молчание. Но была одна проблема: мы не знали, как выйти на этого человека. Ни его настоящего имени, ни адреса, ни каких-либо других контактов с ним у нас не было. И тогда мы начали копать… Тянули за все ниточки: расспрашивали завсегдатаев ночных клубов и кафе, совали нос в дешевые притоны и наводили справки в элитных салонах – мы перевернули вверх дном, кажется, весь город. И единственное, что нам удалось узнать про этого Шершня, так это то, что когда-то давно он был замешан в общих делах с Борисом Соболевым. Лет пять назад нынешний хозяин «Авроры» был владельцем целой сети подпольных казино, а человек по прозвищу Шершень был его крышей… Нелегальный бизнес Соболева давно прикрыли, но я уверен, что таких друзей, как Шершень, не теряют. Я очень рассчитывал получить от Бориса хоть какую-то информацию об этом человеке.

Я слушала и чувствовала, как во мне закипает негодование. Наконец я не сдержалась, резко тормознула авто и обернулась к Андрею.

– Андрей, у тебя погибла жена, за тобой самим ведут охоту! А ты по-прежнему думаешь о шантаже?!

– Постой, ты недослушала! Я же говорю тебе, дело не в этом…

– А в чем?! – разозлилась я.

– Охота на нас с Аллой началась ровно с того момента, как мы стали копаться в этом деле. Мы наводили справки у десятка людей, очевидно, кто-то из них доложил Шершню про наши поисковые работы… За нами начали следить. Потом этот обстрел машины. А вчера ты рассказала мне, что смерть Аллы не была несчастным случаем. Аллу убили! Это сделал Шершень! Это все он! Он! Понимаешь? И теперь я тем более хочу найти этого человека! Найти и отомстить за то, что он убил мою жену!

У меня разом прошла вся злость. Я с прежней жалостью взглянула на своего клиента, а хвостатые обитатели моей души заскребли с удвоенной силой.

– И я выйду на него! Не через Соболева, так с помощью кого-нибудь другого! Понимаешь, Женя? – Андрей посмотрел на меня такими несчастными глазами, что я поспешила отвернуться. А он словно специально продолжал: – Я должен найти этого человека. Должен. Сам. Возможно, это мне в наказание за все то, чем я занимался эти годы. Ведь я даже не могу пойти в милицию и рассказать им про это… Не могу, Женя. Что я им скажу? Мою жену убил человек, которого мы с ней вместе хотели шантажировать?! Это я им скажу?

Андрей сгоряча стукнул кулаком по торпеде и отвернулся к окну.

– Почему ты сразу мне об этом не сказал? – после некоторой паузы спросила я.

– Я думал, что сам справлюсь. Выясню все у Бориса. А тебя нанял только для подстраховки. – Андрей снова обернулся ко мне, в его серых глазах плескалась все та же щенячья жалость. – Женя, спасибо тебе. Ты ведь и сегодня меня спасла…

– Это моя работа, – только и нашлась что ответить я, перевела дыхание, загнала кошек, скребущих на душе, куда подальше, и уже более бодрым тоном произнесла. – Андрей, мы обязательно найдем этого человека. Главное только…

– Что?

– Чтобы он не нашел нас раньше, – высказалась я.

– С таким телохранителем, как ты, ничего не страшно!

Я только невесело хмыкнула.

– Куда теперь поедем? – спросила я.

– Поехали домой… – махнул рукой Андрей.

– Точно? – засомневалась я.

– Рано или поздно, но мне все равно придется туда возвращаться, так что едем!

Я была готова предложить Андрею пожить у себя, но его решительный тон не вызывал никаких сомнений, заставил меня прикусить язык. Я не стала докучать со своими идеями, послушно завела мотор и тронулась с места.

По пути мы только заскочили ко мне, и, пока Андрей ждал в авто, я наскоро покидала в сумку свои вещи, попрощалась с тетей. «Работа», – коротко пояснила причину своего отсутствия, чмокнула дорогую родственницу в щеку и была такова.

От моего дома до новостроек в центре города, где находилась квартира Болотовых, мы домчались за пять минут. Я приткнула свой «фольк» на парковку, выбралась на улицу. Хмурившаяся с самого утра погода не радовала, и теперь с неба начал накрапывать дождь. Я посмотрела на тяжелые тучи, нависшие сверху, подняла воротник плаща и поторопила Андрея:

– Идем, пока не начался ливень!

Мы быстро добежали до подъезда, поднялись на лифте на пятый этаж:

– Вот черт, совсем забыл! – спохватился Андрей, когда мы уже вышли на лестничную площадку.

– Что такое?

– Нужно было заехать в магазин. Купить продуктов. Алла не особо следила за хозяйством…

– Чуть позже можем выехать.

– Да, так и сделаем.

Андрей похлопал себя по бокам в поисках ключей.

– Кроме этого, еще есть дела в городе? – спросила я.

– Нет. Если только позвонят из милиции…

Мужчина наконец-то нашел ключи, щелкнул замком, толкнул дверь.

– Проходи! – отступил он на шаг, пропуская меня вперед.

Я переступила через порог, тут же остановилась. Андрей шагнул следом.

– Проходи, Женечка. Будь как дома. У нас с Аллой был еще загородный дом, но туда мы выезжали только летом. Большую часть времени жили в городе.

Мужчина кинул ключи на тумбочку, стянул с плеч куртку.

– Хочешь кофе?

– Пожалуй, – кивнула я, скинула обувь, подхватила сумку и прошла внутрь просторной квартиры, обставленной по последнему веянию моды.

Андрейка уже гремел посудой на кухне. Я тоже заглянула в пищеблок.

– Женечка, ты какой любишь?

– Черный, просто черный, – отозвалась я.

Мужчина шлепнул на плиту джезву, вытер руки о вафельное полотенце и обернулся ко мне.

– У нас три комнаты. Места хватит всем. Идем, покажу гостевую. Комната в твоем полном распоряжении, – говорил Андрей, идя по широкому коридору, толкнул одну из дверей. – Прошу! Располагайся и выходи на кухню.

– Ок, – кивнула я.

– Кофе скоро будет готов.

Мой клиент удалился на кухню колдовать над чашками с «арабикой», а я осталась одна. Поставила дорожную сумку на кресло, спустила с плеча ридикюль, прошла к окну и раздвинула занавески.

Алла и Андрей явно с толком подошли к выбору квартиры. Из моего окна открывался прекрасный вид на центральный парк Тарасова. Я достала из кармана пачку сигарет, прикурила и задумчиво уставилась в окно.

«Чем же я могу помочь Андрею? Как оправдать шантажиста перед доблестными блюстителями порядка? И у кого можно узнать про человека по прозвищу Шершень?» – ворочались в голове тяжелые мысли, но вдруг оборвались все разом.

В отражении двойного стекла я увидела, как дверца шкафа потихоньку начала открываться…

Глава 3

Я круто развернулась и во все глаза уставилась на стоявшего напротив меня мужчину, шагнувшего из шкафа в комнату. В черных джинсах, кожанке, небритый и в непроницаемых очках – передо мной был водитель «Ауди». Я видела этого человека всего лишь раз и мельком, но могла бы узнать из тысячи. Он крепко сжимал в руках заряженный пистолет и зло скалился.

Я словно приросла к полу.

– Кто ты такой? – одеревеневшим языком спросила я.

– Я пришел за твоим приятелем, – хрипло отозвался незнакомец, – будешь сидеть тихо и, может, останешься жива.

Я скосила взгляд в сторону кресла, на которое кинула свой ридикюль с пистолетом на дне, криво усмехнулась. Хотя веселого было мало. Ситуация была прямо-таки аховая. Без оружия, под прицелом, с мыслями, что в любую секунду сюда войдет Андрей…

– Сейчас ты совершаешь большую ошибку… – попыталась я предупредить бандита.

– Неужто? – Его плотоядная улыбка и ни разу не дрогнувшая рука однозначно говорили о том, что просто так этот тип отсюда не уйдет.

А в следующую секунду произошло то, чего я больше всего боялась. Дверь распахнулась.

– Женя, кофе готов, идем… – Андрей замер на пороге.

Небритый бандит шарахнулся в угол комнаты. Теперь он переводил дуло пистолета с меня на Андрея и обратно.

– Не стреляй, – взмолилась я. Не за себя просила, за Андрея, которого я поклялась охранять верой и правдой.

– Стой на месте! – рыкнул мужик.

– Прошу тебя, не делай этого…

– Стой где стоишь! – орал бандит, грозя заряженным оружием.

Я отчаянно пыталась сообразить, что предпринять, когда у Болотова сорвало крышу.

– Кто этот человек? Что ему надо? Женя?! – Мужик шарахнулся из комнаты.

Бандит скривился, прищурился. Это был бы выстрел на поражение, но я успела кинуться наперерез и схватить его за руки. Пуля ударила в потолок. На пол тут же посыпались ошметки белой штукатурки, а в комнате началась нешуточная драка. Небритый мужик взмахом отшвырнул меня, одним прыжком настиг Андрея, наотмашь ударил его так, что тот отлетел в дальний угол комнаты. К этому моменту я уже вскочила на ноги и снова кинулась на преступника. Заехала ему под ребра, ударила в челюсть. Мужик даже не дрогнул, только тряхнул кудлатой головой, рыкнул что-то и прыгнул вперед, как обезьяна. Он тут же сбил меня с ног, навалился сверху, схватил за руки. Он действовал так быстро, что я ничего не успела предпринять, на моих запястьях просто защелкнули наручники, запрокинули руки вверх и прицепили браслетики к батарее.

– Ах ты… – я только успела еще раз пнуть под ребра своего противника. Он кубарем отлетел от меня, тут же вскочил на ноги, оправился, погрозил мне заряженным пистолетом.

– Тварь такая! – с чувством высказался он, схватил вжавшегося в угол Андрея за шиворот, рывком поднял на ноги и приставил к виску пистолет:

– Сейчас мы спустимся вниз и сядем в машину, – сипел он. – И только попробуй рыпнуться – сразу пристрелю!

Рука с пистолетом переместилась ниже, дуло уперлось в бок, и бандит подтолкнул Андрея к двери:

– Живо! Иди!

Я могла только наблюдать за всем этим, скрипеть зубами и мысленно обещать: отомщу гаду!

Через секунду в коридоре хлопнула входная дверь. Преступник увел Андрея из квартиры. Оставил меня одну корчиться на полу, тщетно выкручивая запястья и тихонечко матерясь.

Но он еще вернется. Обязательно вернется. Я это знала. И даже ни секунды не сомневалась. Я просто была свидетелем, которого нельзя было оставить в живых.

И я не ошиблась. Прошло минут десять, и в замочной скважине заворочался ключ, потом хлопнула дверь, послышались тяжелые шаги по коридору. На пороге комнаты появился бандит – злой, всклокоченный.

– Теперь ты! – гаркнул он. – Ты поведешь машину! И только попробуй что-нибудь выкинуть! Обоих пристрелю!

Он прошел в комнату, отстегнул наручники от батареи, но с запястий не снял.

– Пошла! – толкнул он меня в спину. Я почувствовала, как в бок ткнулось холодное дуло пистолета. Еле-еле я переставляла ноги в коридор, потом мы вышли на лестничную клетку, на лифте спустились вниз.

Как я и предполагала, на улице начался дождь. Но я не замечала ни луж под ногами, ни холодных брызг в лицо. Я просто шла вперед, подталкиваемая тычками пистолета под ребра, чувствуя железную хватку, которой держал меня за плечо идущий рядом мужчина. Только когда мы дошли до «Ауди», он выпустил меня.

– Садись в машину. И без шуток. С такого расстояния я не промахнусь! – пообещал преступник.

Я бессильно сжала кулаки, но делать нечего – словам этого сумасшедшего я верила. Прямо по грязи я прошлепала к машине, с трудом открыла дверцу и села на водительское сиденье.

Затравленный, с разбитым виском, Андрейка уже был в машине. Его тоже заковали в наручники и накрепко приковали к дверной ручке. Мужик, согнувшись, сидел на своем месте и запуганно зыркал на меня глазами.

«Мы обязательно выберемся!» – хотела ему сказать я, но не успела – рядом уже сел бандит и скомандовал:

– Заводи мотор. Поехали!

– Как я поведу машину в наручниках? – потрясла я браслетами.

– Молча! Желательно молча! А иначе… – бандюга погрозил мне пистолетом. Очевидно, других методов убеждения этот человек не знал.

Делать нечего – кое-как я повернула ключ в замке зажигания, включила первую скорость и тронулась с места.

– Куда ехать? – спросила я.

– За город, – дал команду бандит.

«Пригород?..» – больше прежнего пригорюнилась я, бросила беглый взгляд в зеркало и перехватила в нем взгляд Андрея. Сейчас мы думали об одном и том же…

Но иного выбора пока что просто не было, и мне пришлось подчиняться указаниям бандита. Все же с мужчиной, в руках которого боевой пистолет, спорить сложно. Вы будете либо не правы, либо покойник.

Пару кварталов мы плелись по дороге на минимальной скорости, потом я приспособилась к наручникам, переключила скорость, и наша машинка прытко побежала вперед.

– Куда мы едем? – первая нарушила я молчание.

Грубое «заткнись» было мне ответом.

И я действительно прикусила язык, так что до ближайшего указателя мы ехали в гробовой тишине. Но молчать было выше моих сил, и я снова подала голос.

– Что тебе от нас надо?

Ответ был тот же. И еще пару километров пришлось провести в тишине.

– Дальше будет развился на Шевуревку и Анисовку. Нам куда? – спросила я, когда дорожное полотно сменилось автострадой, а жилые дома остались далеко позади.

– На Анисовку.

– Хорошо, значит, в Анисовку, – кивнула я.

Я отлично знала эту трассу. За следующим поворотом должны начинаться бетонные ограждения, за которыми уже не первый год шла стройка. Я быстро взглянула на спидометр, потом метнула взгляд в сторону небритого мужика с пистолетом.

– На кого ты работаешь? – спросила я.

– Замолчи! И веди машину ровно! – гаркнул он, даже не обернувшись в мою сторону.

– Кто тебя прислал? Просто назови имя! – лезла я на рожон.

– Заткнись!

Я нервно перевела дыхание, еще раз глянула на спидометр. Стрелка зашкаливала за сто…

– Просто скажи – на кого ты работаешь? – требовала я.

– Заткнись, пока я не пристрелил тебя и твоего дружка! – вышел из себя бандит.

«Ах вот оно как!» – теряла терпение и я. То, что рано или поздно этот сумасшедший пустит в ход оружие, я не сомневалась. Нас с Андреем ждала незавидная участь.

А значит, надо было действовать!

За стройкой, к которой мы приближались, начиналась открытая автострада. Второго шанса может и не быть!

Дорога поворачивала направо, впереди начиналось ограждение. Я крепче перехватила руль, вдавила педаль газа в пол. Никуда сворачивать я не собиралась!

– Эй, шальная, ты чего творишь?! – почуял неладное бандит.

Я даже ухом не повела. Машина на полной скорости мчалась на бетонную стену. Я отчаянная дамочка, и сейчас этот чертов преступник убедится в этом на собственной шкуре!

Я только взглянула в зеркало, поймала в нем испуганный взгляд Андрея и подмигнула – мол, все в порядке, не пропадем!

– Ты что творишь, дурная??? – уже не своим голосом взвыл мужик. Про пистолет он забыл, схватил меня за руки, попытался повернуть руль вправо. Но я мертвой хваткой держалась за баранку.

– Идиотка! Отпусти руль!!! Мы же разобьемся! – не на шутку перетрухнул мужик.

Но я отлично знала, что делала. Когда авто было в считаных сантиметрах от стены, я резко крутанула руль влево. Шины пронзительно завизжали, машину занесло в сторону, развернуло и ударило боком о стену.

Я первая пришла в себя, обернулась, быстро оценила ситуацию. Бандюга тряс разбитой головой. Андрейка, потирая ушибленную руку, кое-как поднимался с пола на сиденье.

Пока наш социально опасный попутчик окончательно не очухался, подобру-поздорову нужно было уносить ноги. Будь я одна, скорее всего, предпочла бы разобраться с мужиком по его же правилам, но рядом был Андрей, и я не могла рисковать жизнью своего клиента…

Я сунула руку в карман куртки бандита, выудила оттуда ключики от наручников. Пара неловких маневров – и я оказалась свободна, но на этом сложности не закончились. Я подергала за ручку – дверь заклинило. Я смогла ее вытолкнуть только с третьей попытки. Тут же выскочила на улицу, распахнула заднюю дверцу:

– Ты цел?

Андрей неопределенно замотал головой. Но в нашей ситуации главное было остаться живыми, а не здоровыми.

– Тогда бегом отсюда! – Я быстро расстегнула его наручники, схватила мужика за руку и чуть ли не волоком вытащила из машины.

– Женька, куда??? – никак не мог прийти в себя после моей умело инсценированной аварии мужик.

А действительно – куда? Но сегодня был явно наш день, и стоило мне только подняться к автостраде и махнуть рукой, как к обочине тут же подъехала синяя «семерка».

– Эк, ребята, угораздило вас! – покачал головой водила.

– Пожалуйста, довезите до города! – выдохнула я, то и дело оборачиваясь назад – если сейчас чертов идиот из «Ауди» очухается, то количество жертв может увеличиться еще на одного ни в чем не повинного человека.

– Садитесь! – махнул рукой сердобольный дядька за рулем.

Я в последний раз обернулась на серебристую «Ауди» с тонированными стеклами, подхватила полы плаща и запрыгнула в салон. Андрейка кулем свалился на заднее сиденье.

– А машину здесь оставите? – спросил наш спаситель.

– Потом эвакуатор пришлем. Поехали, поехали сейчас! – торопила я.

Дядька послушно включил первую скорость, и дряхлая машинка тронулась с места, увозя нас все дальше и дальше от места злосчастной аварии…

Я откинулась на заднее сиденье и уткнулась носом в окно. Монотонный скрежет дворников успокоил, работающая на полную мощность печка согрела. Еще бы сигарету… чтобы привести мысли в порядок. А так в голове полный кавардак, и один-единственный вопрос никак не дает покоя: «Почему этот человек сразу нас не убил? Ведь тогда у кафе он без колебаний открыл стрельбу и целился на поражение. Что помешало ему выстрелить сегодня? Зачем нужно было затевать эту странную поездку?»

– Может, в больницу? – прервал ход моих размышлений водитель «семерки».

Я тряхнула головой и сообразила, что мы уже въехали в черту города.

– Нет, спасибо. Нет. Нам бы только до Тарасова добраться, а дальше уж как-нибудь сами…

Но надо отдать должное: дядька оказался участливым – не просто подкинул нас до города, а довез аккурат до дома Андрея.

– Я бы на вашем месте срочно побеспокоился о машине. Мало ли что может произойти на трассе, – дал напоследок дельный совет водила, подмигнул фарами и умчался вниз по улице.

Я тут же шлепнулась на металлический турникет, отделявший тротуар от проезжей части, и схватилась за голову. Фух, ну и денек… сначала незаладившееся знакомство с Борисом Соболевым, теперь этот тип на «Ауди» с явно криминальными наклонностями. Как оказалось, быть телохранителем Болотова – крайне опасная для жизни штука! Конечно, сладкой жизни никто не обещал, но и дважды за сегодняшнее утро чудом остаться в живых – это, знаете ли, перебор!

– Это был Шершень? – спросила я у Андрея.

– Без понятия, как выглядит человек по прозвищу Шершень… Возможно, это был он, возможно, кто-то из его людей…

Андрей сел рядом, достал из кармана пачку «Парламента», протянул мне, выудил сигаретку для себя. Мы сидели у обочины дороги, под навесом из мокрой листвы и курили. С деревьев то и дело сбивало дождевые капли, они заливались за шиворот, оставались на плечах и без того до ниточки промокшего плаща. Но мы с Андреем все равно не спешили уходить. Подниматься в квартиру на пятом этаже элитной новостройки не было никакого желания. А больше идти было некуда…

– Жека, ну ты и отчаянная! – первым нарушил молчание Андрей. – Ты меня, конечно, еще в ресторане удивила, когда сцепилась с Борисом. Но сейчас… Я уж было подумал, что все – пропали!

– Со мной не пропадешь! – отозвалась я.

– Только что теперь делать, Жень?

Я поджала губы и задумчиво уставилась перед собой. Мимо нас по дороге проносились авто, поднимая веера брызг из луж. Я меланхолично провожала их взглядом и думала.

– К тебе домой мы не можем вернуться, – вслух рассуждала я. – Кем бы ни был этот человек – Шершнем, кем-то из его команды или вовсе третьей персоной, ясно одно: он опасен… Он выследил тебя, тайком пробрался в квартиру. Не думаю, что у вас с ним состоялся бы мирный диалог…

– И куда же нам ехать?

Н-да, тут было над чем призадуматься!

– А ты ведь говорил что-то про загородный дом. Может, там поживем некоторое время? – вдруг вспомнила я.

– Загородный дом?.. – поперхнулся Андрей.

– А что? Мне кажется, это отличный вариант! – оживилась я. – Далеко это от города?

– Да нет… Каких-то пару километров… В поселке Березовая Речка…

– Вот и отлично! Поехали туда!

– Возможно, но…

– Что?

– Нет, просто… – Андрей что-то мямлил, сомневался. – Может, не стоит?

– Почему?

– Все же пригород… Мало ли…

Я смотрела на бессмысленные колебания Андрея. И что тут думать? С его-то количеством недругов, которые караулят за каждым углом, самым лучшим вариантом было укрыться где-нибудь в окрестностях Тарасова.

– У тебя есть более подходящие варианты? – задала я решающий вопрос Болотову. Мужик поморщился, почесал переносицу, махнул рукой: «Поехали за город!» Проблема была решена.

– Только я поднимусь в квартиру. Нужно взять с собой документы и вещи.

– Конечно же, – согласно кивнула я. – Буду ждать тебя в машине.

Пока Андрей бегал за вещами, я добрела до парковки, села в «фольк». В промерзшей машине было холодно, как на улице, – зуб на зуб не попадал. Я тут же включила печку и, чувствуя, как начинают отогреваться замерзшие пальцы, подумала, что я уже безумно устала… От неприятностей, перестрелок, погонь. А еще больше – от кошек, денно и нощно скребущих на душе. Но раскисать было совсем не время!

Передняя дверца открылась, в салон шлепнулся Андрей, закинул назад дорожную сумку:

– Поехали?

Я выжала сцепление.

– Жень, ты и правда думаешь, что нам лучше всего пожить за городом? – спросил Андрейка, когда я уже взяла курс на поселок Березовая Речка.

– Это идеальный вариант. Ты будешь в безопасности. А я смогу заняться поисками этого чертова Шершня.

– Действительно думаешь, что найдем его?

– Не знаю, – честно призналась я. – Но попробовать стоит!

Как положено, исколесив полгорода и постояв в приличной пробке у железнодорожного переезда, мы все-таки докатили до нужного поселка. Недалеко от указателя «Березовая Речка» я приметила пост ГАИ, а у самого въезда была сторожка охранников. И это обнадеживало – значит, жить можно! Впрочем, и домики местных обитателей выглядели вполне жилыми, за некоторыми изгородями можно было видеть авто, а во многих домах уже горел свет.

– Некоторые живут здесь круглый год. До города недалеко! – пояснил Андрей, видя, как я заинтересованно кручу головой во все стороны. – Останови во-он у того домика!

Загонять авто на приусадебный участок мы не стали, так как Андрейка вспомнил, что нерадивая хозяйка Болотова и здесь не позаботилась о припасах.

– Все же похода в магазин нам не избежать. Хотя кое-какие продукты на всякий случай здесь всегда имелись.

Мы выбрались из авто, по асфальтированной тропке прошли к домику.

– Женя, а где ты собираешься искать Шершня? – спросил Андрей, пока мы протискивались в тесный холл.

– Еще не знаю. Попробую поспрашивать по своим каналам…

В доме было на удивление жарко. Я тут же стянула с плеч куртку, откинула волосы со лба.

– Где-то этот тип обязательно должен был фигурировать… – ответила я в продолжение нашего диалога. – Фух, ну здесь и жарко! – добавила я.

– Сейчас открою форточку. Жень, а что будет потом, кода мы найдем Шершня?

Я понимала, к чему ведет Андрей – его волновали разборки с правоохранительными органами.

– Для начала его надо найти, – не стала я давать прямой ответ, подхватила свою сумку и прошла в глубь дома.

– Сегодня нам уже помешали выпить горячего кофе. Может, попробуем теперь? – сменил Андрей тему.

– Давай! Только, если не возражаешь, я осмотрю дом – на всякий случай…

– Конечно! – откликнулся Андрей. – Иди! А я пока заварю кофе!

Я тут же вышла из комнаты, на всякий случай заткнула пистолет за пояс… Первым делом заглянула в гостиную на первом этаже, толкнула дверь в кладовку, поднялась на второй этаж и методично обшарила все три комнаты. Я заглядывала под кровати, открывала дверцы шкафов – я рыскала везде! Злоключение в квартире Болотовых кое-чему меня научило. В последнюю комнату я заглянула уже чисто для проформы. И здесь все так же: пустые шкафы, аккуратно застеленная пледами кровать, рядом – словно выверенные по линеечке – стоят кресла, журнальный столик с газетами. Я машинально взяла самую верхнюю четырехполоску. «Тарасовские вести от 21 сентября» – пробежала я взглядом по верхней полосе и уже хотела было закинуть печатное издание обратно, но вместо этого так и осталась стоять посреди комнаты с газетой в руках.

– От 21 сентября, – я не верила своим глазам и прочитала вслух. – Но это же вчерашний выпуск!

«Как он мог здесь оказаться? Ведь Андрей сказал, что не появлялся здесь с лета…» – вспомнила я. Может, забыл? Вряд ли… Обманул? Зачем?.. Скорее всего, просто не посчитал нужным говорить. Болотов как-то обмолвился, что никогда не был примерным семьянином. Вполне возможно, он приезжал сюда с какой-то девушкой.

– Просто мне об этом не посчитал нужным говорить! – заключила я, швырнула газету обратно на стол и вышла из комнаты.

Удостоверившись, что в доме нет ни души, я снова спустилась вниз.

– Никого? – услышав мои шаги, обернулся Андрей.

– Все чисто! Можем спокойно здесь ночевать, – отозвалась я, присела на высокий табурет, придвинутый к кухонной столешнице. Андрейка тут же поставил две чашки ароматной «арабики» и присел напротив меня.

– Все же хорошо, что мы приехали сюда, – произнес он. – Пожалуй, ты была права, говоря, что это надежное место…

Неожиданно у Андрея в кармане запиликал телефон. Он отставил чашку в сторону, достал из кармана мобильник.

– Кто? – посчитала нужным спросить я.

Мужчина пожал плечами и открыл раскладушку.

– Да… Слушаю… Конечно… Да… Смогу… Приеду… – он говорил и хмурился все больше и больше. Потом, не прощаясь, захлопнул телефон, перевел взгляд на меня. – Из полиции звонили, – произнес он.

– Что? – насторожилась я.

– Просят подъехать к трем часам дня.

* * *

Ровно без пяти три я тормознула авто у здания Тарасовского РОВД. Пасмурная погода не развеялась, с неба по-прежнему моросил дождь, а под ногами была слякоть. Так же пакостно было и на душе.

– Хочешь, пойду с тобой? – предложила я.

– Нет. Не нужно, чтобы в полиции знали, что я нанял телохранителя, – замотал головой Андрей.

– Хорошо, – сочла я слова своего клиента веским доводом. – Буду ждать тебя здесь!

Мужчина кивнул, выбрался из авто. Я проследила за тем, как он добежал до крыльца управления РОВД, и отвернулась. Мои мысли приняли привычный ход, я пыталась придумать способ выйти на Шершня. «А может, попросить покопаться в этом деле Петьку? – неожиданно сообразила я. – А что? Неплохая идея! Он не раз меня выручал – не откажет и теперь!»

Я тут же схватилась за телефон, потыкала в кнопки. Приятель ответил почти сразу:

– Привет, Жека!

– Приветик, – щебетала я в трубку. – Как дела?

В трубке все хрустело и шипело.

– Ох, Жека, не заговаривай мне зубы! Ты же про своего старого друга вспоминаешь, только если что надо.

– Зачем ты так говоришь? – сделала вид, что обиделась, я.

– Давай выкладывай! Во что ввязалась и чем помочь?

– И ни во что я не ввязалась! Мне вот только…

– Что?

– Нужно раздобыть информацию про одного человека… – говорила я, а сама дотянулась до бардачка, выудила пачку сигарет.

– Это легко! – отозвался приятель, – говори имя!

– Хм… В том-то и дело. Мне нужно узнать его имя…

– И это не беда! Говори, что знаешь про эту персону Х? Телефон? Адрес?..

– Прозвище! – перебила я.

– Прозвище?

– Да, мне нужен человек по прозвищу Шершень!

Хруст в трубке усилился.

– Ал-ло… Ал-ло! Ты меня слышишь? – Зубами я выцепила из пачки сигарету.

– Д-да, – откликнулся на том конце провода приятель. – Шершень говоришь?

– Именно! Может быть, человек с таким прозвищем проходил у вас по какому-то делу или был в чем-то замешан…

– А зачем тебе вообще этот тип?

– Есть у меня к нему серьезный разговор, – уклончиво ответила я. Рассказывать Красильникову всю подноготную своего недюжинного любопытсва мне не хотелось. По крайней мере, не сейчас.

– Прозвища известных криминальных личностей всегда на слуху. Про такого не слышал – сразу говорю, но поискать попробую. Может, еще что знаешь про этого Шершня?

– К сожалению, нет…

– Ладно. Как что разведаю – сразу дам знать.

– Спасибо! – обрадовалась я, хотела было прикурить, но зажигалка выскользнула из пальцев.

– Черт, – бормотнула я, выплевывая сигарету, наклонилась вниз, пошарила под сиденьем. Когда я снова выпрямлялась, то мельком взглянула в зеркало заднего вида. Телефон я отключила, так и не попрощавшись с Петькой.

На высокое крыльцо почты вышла девушка в сереньком пальтишке, на голове платок. Девушка как девушка… Она огляделась по сторонам и быстро спустилась по ступенькам вниз, открыла зонтик и зацокала каблучками в противоположную от меня сторону.

По спине пробежала дрожь липкого ужаса. Мне стало трудно дышать, я расстегнула верхнюю пуговицу плаща, растянула горло свитера. Должно быть, я сходила с ума. Но я была готова поклясться – только что я видела Аллу!

Действовать я начала быстрее, чем соображать. Выскочила из машины и, расталкивая негодующих прохожих, кинулась вдогонку за молодой женщиной с черным зонтиком над головой. Я точно видела ее впереди, потом она свернула за угол дома. Я метнулась следом и тут же остановилась на месте. На узенькой улочке с припаркованными вдоль тротуара авто не было ни души…

Я посмотрела налево, направо. С одной стороны тянулось здание почтового управления – ни одна дверь не выходила сюда, а все окна, плотно затянутые жалюзи, были высоко-высоко от земли. С другой – от начала улицы и до конца шел высокий забор, за которым располагалась администрация. Здесь некуда было свернуть и негде было скрыться. Я крепко зажмурилась, снова открыла глаза. Картина не изменилась – длинная пустая улица, засыпанная опавшей листвой, уходила вниз. И мне вдруг стало так отчаянно страшно, как еще никогда в жизни. Я круто развернулась и побежала обратно – на людный проспект, забилась в свой «фольк» и, трясясь всем телом, схватилась за пачку сигарет.

Я в панике убежала с этой пустой улицы, но от себя было не убежать. Глодавшее меня изнутри чувство вины за смерть Аллы Болотовой начало превращаться в паранойю…

Когда Андрей вернулся, я сидела за рулем как ни в чем не бывало и докуривала третью сигарету. Нервы шалили… Не без этого… Но виду я не подавала…

– Что там? – довольно-таки бодрым тоном поинтересовалась я.

– Просили опознать вещи.

Андрей казался как никогда уставшим и измотанным. Даже вчера он выглядел намного лучше.

– И что? – Я вышвырнула окурок в приоткрытое окно и едва сдерживалась, чтобы не схватиться за четвертую сигарету.

– После взрыва в машине нашли только ее обручальное кольцо и цепочку, – он тяжело перевел дыхание. – Больше не осталось ничего…

– Ты их узнал? – Я понимала, что вопрос звучит дико. Но Андрей был в таком подавленном состоянии, что даже не обратил на это никакого внимания.

– Конечно. Как я мог не узнать вещи жены? Тем более на кольце была гравировка. Украшения обещали отдать, как только закончится следствие… Но зачем они мне теперь?

– Ладно, – вздохнула я. – Поехали домой.

Включила первую скорость и покатила вдоль тротуара. Наше авто влилось в поток попутных машин, я лихо крутила руль, прибавляла скорость и поглядывала в зеркало заднего вида. Где-то после третьего перекрестка я стала смотреть в зеркало чаще. Точно за нами пристроился черный «Мерседес». Он останавливался за моим «фольком» на светофоре, полз позади, когда я сбрасывала скорость, и не отставал, если я включала четвертую передачу. В очередной раз, тормознув на светофоре, я внимательнее присмотрелась к водителю, сидящему за рулем «мерса», и тихонечко выругалась. Что ж, сомнений нет. По нашу душу!

Загорелся зеленый свет. Я нажала на газ и вместо того, чтобы ехать прямо, вильнула вправо, обернулась назад. Черный «мерс» не отставал.

– Жека, ты зачем поехала по объездной? – завертелся на месте Андрей. – Можно же было выехать прямо к поселку…

– За нами хвост, – пояснила я.

– Что? – занервничал мужчина и принялся глазеть по сторонам.

– Не высовывайся, – предупредила я его.

– Но как? Кто?

– Наш друг из «Ауди».

– Где?

– На черном «Мерседесе». Прямо за нами.

Андрей тут же прилип к спинке сиденья и только затравленно зыркал на меня.

– Что будем делать?

– Есть у меня план… – отозвалась я, бросая взгляд то на дорогу, то в зеркало.

– А это не опасно? – больше прежнего занервничал мужик.

«Опасно было шантажировать людей!» – хотела было сказать я, но критиковать человека, у которого вчера убили жену, не поворачивался язык.

Я гнала машину на полной скорости. Главное было – найти безлюдную улочку, чтобы затеять серьезные разборки с нашим прытким гонщиком, сменившим «Ауди» на «мерс». Я лихо крутила руль, гнала авто вперед без оглядки.

– Достань пистолет! – скомандовала я Андрею.

– Где?

– В сумке!

Андрейка тут же сцапал мой ридикюль, нервно затряс его содержимое.

– Быстрей! – торопила я.

Я юлила по улицам, петляла, наконец «фольк» на полной скорости выскочил в какую-то безлюдную подворотню.

Я резко ударила по тормозам. Шины завизжали, машина по инерции проехала вперед еще пару метров и остановилась. Неразумный водила «мерса» нажал на тормоз, когда было уже слишком поздно – авто на полной скорости пронеслось мимо нас и тормознуло далеко впереди, чего я и добивалась.

– А теперь, если хочешь остаться живым, пригнись и не высовывайся из машины! – велела я Андрею.

Сама схватила пистолет, выскочила из авто и, укрываясь за распахнутой дверцей, выстрелила. Пуля только сбила зеркало иномарки. Но большего и не требовалось. Мне хотелось просто разозлить этого типа.

– Женька, ты чокнутая!!! – заорал Андрей и попытался схватить меня за руку, чтобы затащить в машину.

– Сядь и не высовывайся! – рявкнула я.

Мужик как миленький тут же юркнул в салон, но не потому, что мои слова были для него авторитетными, просто водитель «мерса» открыл ответную стрельбу. Правда, целиться ему было намного сложнее, он стрелял из чуть приоткрытой дверцы, и пули рассекали воздух у меня над головой, не достигая цели. Очевидно, понимал это и сам мужик, к тому же я начала целиться точно по колесам машины. Первая пуля отлетела от диска, вторая застряла где-то в металлическом корпусе авто, я прицелилась еще раз, но чертов бандюга успел нажать на газ. «Мерс» стрелой стартанул с места, промчался вперед и вильнул за угол.

И вовремя! Третий раз я бы не промахнулась, а где-то на соседней улице к нам уже мчалась полицейская машина, оглашая воем сирены всю округу. Очевидно, кто-то из сердобольных жильцов, испуганных перестрелкой под окнами, вызвал бравых архаровцев для наведения порядка.

– Женя, менты! – больше прежнего побледнел Андрей. Попасться на уличном беспределе не хотелось и мне, но не для того я все это затеяла, чтобы теперь уезжать с пустыми руками. Я метнулась на улицу, пошарила в опавшей листве у обочины, порыскала у тротуара.

– Женя, ну ты что?! – в нетерпении высунулся из машины мой клиент.

– Подожди, сейчас… Где-то же они должны быть!

Я добежала до того места, где минуту назад стоял «Мерседес», закружилась на месте, что-то хрустнуло под туфлей. Я машинально взглянула на асфальт, присела на корточки и подняла из грязи металлический предмет, нечаянно попавший мне под ноги. «То, что надо!» – Я зажала в кулаке гильзу.

– Жека, едем! – нетерпеливо прыгал с ноги на ногу около машины Андрейка.

– Бегу! – Я быстро сунула свою находку в карман, выпрямилась. В два скачка я оказалась около «фолька», запрыгнула в салон и тут же повернула ключ в замке зажигания. Мы успели как раз вовремя: в тот момент, когда наша машина сворачивала в соседнюю подворотню, на улицу выскочила полицейская машина.

Я была классным водилой и, дабы не нарваться на патрульную машину, пару кварталов мчалась на бешеной скорости, чудом избежав нешуточных аварий. Мой горе-клиент только отчаянно цеплялся за поручень авто и жмурился, когда машину заносило на очередном лихом повороте. Я так гнала авто, что уже через пять минут мы оказались за чертой города.

– Кажется, и в этот раз повезло… – оценила я успехи своей деятельности.

Андрей разжал пальцы, которыми отчаянно цеплялся за дверную ручку, и выдохнул, только что не перекрестился.

– Не устаю тебе удивляться… – искренне произнес он.

– Что? – не поняла я.

– Опасная у тебя работа. А ты бесстрашная! – с нескрываемым восхищением отозвался он, достал сигарету и закурил.

– Так и твои недруги не из пугливых, – отшутилась я.

– Для рабочих будней телохранителя это норма?

– И не такое бывает, – согласно кивнула я.

– Просто ты уже столько раз из-за меня рисковала.

– Зато, возможно, теперь нам удастся выйти на Шершня. Если, конечно же, тот человек, который уже второй раз за сегодняшний день чуть не пристрелил нас, и есть Шершень.

– Как? – подпрыгнул на месте Андрей.

– Я специально устроила перестрелку с ним, – призналась я.

– Зачем?

– Мне нужны были гильзы… Если оружие зарегистрировано, то мы без труда вычислим его владельца! – пояснила я.

– Да? А что, если это не Шершень? – всем корпусом развернулся ко мне Андрей. – К тому же оружие может быть ворованным.

– А вот это все мы и проверим!

К этой теме мы больше не возвращались. Андрей принялся увлеченно расспрашивать меня про работу. Сначала я отвечала с неохотой, потом сама заразилась его оживлением, припомнила несколько забавных случаев с клиентами. На некоторое время я позабыла про свои нелегкие мысли, отвлекся и Андрей. Кажется, мы оба перестали думать о том, что нас на самом деле связало. Мы даже дружно зашли в продуктовый супермаркет и уже с полными сумками съестных припасов ввалились в домик в Березовой Речке. После промозглой, дождливой осени, которая осталась за закрытой дверью, здесь казалось особенно уютно. Меня даже перестала тяготить та мысль, что когда-то здесь жила девушка, в смерти которой я считаю себя виноватой.

Я сняла тоненький плащ, скинула промокшие туфли.

– Так промерзла! Пожалуй, поднимусь в ванную комнату.

– Иди, – одобрил Андрей. – А я пока приготовлю ужин!

Загородный домик, мужчина у плиты… Пожалуй, это выглядело как настоящая идиллия. Но было просто работой. И у меня еще имелась масса дел. Стряхнув с себя остатки легкой ностальгии, я прошла на второй этаж, заперлась в комнате, выложенной бежевым кафелем, и на всю выкрутила кран с водой. Но забираться в ванну я не спешила, присела на ее край и выудила из кармана телефончик. По памяти набрала номер и приложила трубку к уху. Приятель ответил почти сразу и без каких-либо приветствий оповестил:

– Женечка, по твоему вопросу еще ничего не узнал.

– Постой! – перебила я, – Кажется, я сама кое-что нашла на этого человека. Проверить надо…

Связь была плохая, в трубке все шипело и заикалось.

– Да? Жень, а ты сейчас где?

– За городом, – замялась я, но приятель не стал расспрашивать о подробностях моего времяпрепровождения, а просто предложил:

– Сможешь подъехать ко мне? Как раз все обсудим.

– Уже лечу! – воскликнула я и сбросила звонок.

Душ я все-таки приняла, переоделась и бегом спустилась вниз. Андрейка что-то кашеварил у плиты – засыпал в кастрюлю, пробовал, смешивал, перчил…

– Ужин почти готов, – улыбнулся он, кидая в варево еще какие-то специи.

– Мне нужно отлучиться ненадолго… Поужинай без меня.

– Ты куда, Жень? – Андрей забыл про свои поварешки, развернулся ко мне и в недоумении уставился.

– Кажется, я напала на след Шершня! – сообщила я, наскоро хватая сумку и на ходу надевая плащ.

– Да ты что? – ахнул Андрей. – Я с тобой поеду!

– Нет, – я остановилась в дверях.

– Но почему?

– Я еду к своему знакомому.

Андрей продолжал непонимающе хлопать глазами.

– Он мент, – закончила я фразу.

– Ты…

– Не волнуйся, я никому ничего не рассказала! – предупредила я его следующий вопрос. – Оставайся в доме. Здесь тебе ничего не угрожает. На въезде в поселок дежурит охрана, а недалеко отсюда еще и пост ГАИ. Если что – я на связи! – дала я инструкцию Андрею, обнадеживающе улыбнулась. – Возможно, что скоро вся эта история закончится, – пообещала я, шагнула за порог и, звонко цокая каблучками, зашагала по выложенной мозаикой тропке.

Я чувствовала тяжелый взгляд Андрея за спиной, но обернулась, только когда уже садилась в машину. Мужчина стоял у распахнутой настежь двери. На улице было темно, а за его спиной горел свет, и я видела только черный силуэт на пороге дома, лица было не различить. В эту минуту, садясь в салон «фолька» и поворачивая ключ в замке зажигания, я искренне верила, что через какие-то пару часов вернусь сюда с готовым ответом на вопрос: «Кто же виновен в смерти Аллы Болотовой?»

– Я просто обязана это выяснить. А иначе страшно представить, сколько еще бессонных ночей мне придется провести, – говорила я самой себе, сворачивая с проселочной дороги. На всех парусах я помчалась в сторону города. Но только я успела выехать на трассу, как у поста ГАИ дорогу мне преградил мент. Я выругалась сквозь зубы, подрулила к обочине и заглушила двигатель.

– Сержант Сергеев, – отрекомендовался молодой парнишка в форме, заглядывая в приспущенное окошко. – Ваши документы, пожалуйста.

– Конечно, – я решила быть законопослушной гражданкой, хотя и не лишенной любопытства, потому как тут же спросила: – Что-то случилось?

– Рядовая проверка, – отозвался гаишник, взял техпаспорт, посмотрел на права, на меня. – Багажник откройте.

Еще минут двадцать ушло на перебежки из тепленького салона на улицу, на открывание и закрывания багажника. Я злилась, но выполняла все, о чем меня просили. Скорее всего, промерзший на открытом ветру парнишка просто ждал легкой наживы, вот и цеплялся ко мне почем зря, в итоге вздохнул, вернул документы и отпустил с миром.

Я снова забралась в авто, завела мотор. Машинка быстро побежала по дороге. По крыше монотонно барабанила изморозь, впереди расстилалась мокрая от дождя трасса. Я включила магнитолу, закурила сигарету и откинулась назад. Мимо меня проносились встречные авто с горящими огнями. Желтые фары вспыхивали и исчезали, оставаясь позади, маячили рядом, подмигивали позади моего «фолька». Этим осенним вечером, в непогоду и слякоть, на трассе было полно машин, еще больше их было в городе – мигающие фары запрудили все улицы. Но даже в этом нескончаемом потоке мой наметанный взгляд выцепил два тревожных огонька…

У меня был нюх на неприятности, и я сразу заприметила черный джип. Сначала он ехал за мной по автостраде, потом затерялся в потоке машин и вывернул откуда-то вновь, когда я уже въехала в город. Он то сворачивал в проулки, то снова въезжал на центральную дорогу и пристраивался мне в хвост. Он юлил и петлял, стараясь ничем не выдать себя. И это совсем не было похоже на моего криминального знакомого из «Ауди».

– Что-то новенькое! – оценила я, всматриваясь в зеркало заднего вида. Но на улице было уже слишком темно, чтобы я смогла различить лицо водителя иномарки.

Сердечко тревожно забилось, я схватилась за сотовый и набрала номер Болотова. Мужчина ответил почти сразу.

– Да, – услышала я его ровный баритон.

– Андрей?!

– Да, Женя, что-то случилось?

Я перевела дыхание – с ним все в порядке, но пугать своего клиента раньше времени не хотела. Возможно, эти люди не имеют к моей нынешней работе никакого отношения. Или мне вообще это показалось. Я взглянула назад. Джип снова куда-то исчез…

– Нет, просто… Хотела предупредить, что, возможно, я задержусь! – соврала я.

– Хорошо, я все равно тебя дождусь, – покладисто ответил Андрейка.

– И если что – звони! – Мой голос звенел от волнения, но по телефону было не разобрать.

Я отключилась, закинула трубку в бардачок, но легче мне не стало. Про то, что я торопилась к Петьке, я и думать забыла. Во что бы то ни стало я хотела выяснить, что за люди колесят за мной на джипе. Если они имеют какое-то отношение к делу Болотова, то мне немедленно нужно возвращаться обратно!

В зеркале заднего вида я снова приметила громоздкую иномарку. Что ж, попробуем выяснить ху из ху. «Забыв» включить поворотник, я резко вильнула под арку во дворы. Мой «фольк» оказался в какой-то слабо освещенной подворотне, стиснутой между панельными пятиэтажками. Я тормознула авто. На все про все у меня были считаные секунды – я схватила сумку, в которой всегда хранился верный «макаров», выскочила из авто. Я только заметила, как в арке полоснули темноту яркие прожектора фар – джип ехал за мной, и пулей влетела в первую попавшуюся дверь.

Я оказалась в полутьме грязного подъезда. Не чуя под собой ног, я взлетела на второй этаж, выглянула в окно. Но отсюда двор было не разглядеть. Перескакивая через несколько ступенек, я помчалась еще выше на пару пролетов, снова с разгона впечаталась в окно. Из рамы нещадно дуло и сквозило, но мне было плевать. Я во все глаза всматривалась в то, что творилось в захолустном дворике одного из спальных районов.

Джип моих преследователей тормознул аккурат позади «фолька», дверцы открылись, на улицу вывалилось трое шкафообразных абмалов. Я чуть не выдавила стекло наружу, пытаясь различить их лица, забралась с ногами на подоконник, вся извернулась.

А мужчины между тем потоптались около дома, покрутили головами по сторонам… Когда один из них обернулся в сторону окон подъезда, в котором укрылась я, меня отбросило в сторону, словно чем-то огрели. В этом человеке я безошибочно узнала гориллу, которая шарила по моим карманам в ресторане «Аврора».

– Значит, Соболев… – что-то колючим ежиком сжалось в желудке. – Что они задумали? Как теперь Андрей?

Где-то внизу хлопнула входная дверь. Это уже мчались на поиски меня, горемычной, сподручные Бориса. «Ну, погодите, чертовы обезьяны! Посмотрим, кто кого!» – Я подхватилась и побежала вверх. Не знаю сама, какие черти в этот момент несли меня на самый последний этаж…

Но я бежала, а в голове колотились одни и те же мысли: «Их трое. А я одна. Плевать! Сейчас речь идет об Андрее! И я должна расправиться с этими гориллами и выяснить, что их дружки затеяли с Болотовым…» Вдобавок к моему бесстрашию был пистолет Макарова, припрятанный в сумочке.

Где-то в районе четвертого этажа я остановилась, взглянула вниз. Три обезьяны верно взяли след – я слышала их тяжелые шаги и сбившееся дыхание. Ох, сейчас и поквитаюсь же я с вами!

Я опустила руку в сумочку, поворошила ее содержимое.

Не поняла…

Еще раз перерыла нутро ридикюля.

Где пистолет?..

Потом нервно потрясла сумку.

«Быть этого не может… Не может быть…» – бормотала я, уже в истерике вытряхивая все содержимое прямо на пол. Когда кошелка была вытрясена до основания и к моим ногам упала завалившаяся за подкладку помада, я выругалась и схватилась за голову.

Пистолета в сумке не было!

Я метнулась к лестнице, перегнулась через перила. Трое верзил, сопя и топая, мчались по ступенькам. Через минуту они должны были быть уже здесь.

Бежать вниз было бессмысленно. Я заметалась между запертыми дверями, как заяц в капкане. Звонить в квартиры я боялась – лишняя смерть на совести мне больше была не нужна. Я кинулась было к чердаку, но на решетчатой двери висел амбарный замок. Загнанная и затравленная по собственной же глупости, я отчаянно затрясла чугунную решетку.

Около металлических прутьев меня и настигли трое натасканных на расправу ищеек Соболева. Первым на лестничную клетку ввалился мой знакомый примат из гостиницы «Аврора». В руках оружие, на физиономии плотоядный оскал – признал, родненький!

Я хитро сощурилась и состроила что-то типа улыбки. Горилла затормозила на полпути и выпучила глаза, вроде как озадачилась моим поведением. И этого короткого замешательства мне было достаточно, чтобы кинуться вперед и выбить у него из рук пистолет. Я тут же пригнулась, подставила подножку второму верзиле, без промедления сцепилась с третьим. Я бы обязательно ушла от этих недоумков, гораздых только на разборки, но в тот момент, когда мой последний противник уже согнулся пополам от меткого удара под ребра, чьи-то руки схватили меня из-за спины, к лицу всей пятерней прижали какую-то вонючую тряпку. Эфир! Я задержала воздух в легких, рванулась вперед, но враг цепко прижимал меня к себе. Я еще раз попыталась вырваться, глотнула воздух… В ушах зашумело, а перед глазами поплыли круги. Сейчас выключат свет.

Прежде чем я потеряла сознание, последней была мысль про Андрея: «Что же теперь с ним будет?»

Глава 4

Я открыла глаза и не сразу сообразила, где нахожусь. Белый потолок, белые стены, крохотное круглое окошко где-то над головой, и меня качает, как в колыбели. «Должно быть, это мигрень», – подумала я, попыталась подняться и только тут сообразила, что руки крепко-накрепко связаны. Кое-как я села на незастеленной кровати. Комнату вокруг меня мирно покачивало из стороны в сторону. Что за бред? Где я?

Я растерянно хлопала глазами, озиралась по сторонам. И чем дольше я так сидела, тем отчетливее становилась мысль: качка не имела к моей головной боли никакого отношения. Меня просто-напросто куда-то увозили на яхте вниз по реке…

Я тут же вскочила с кровати как ужаленная, пулей подлетела к двери и навалилась на нее всем телом.

– Эй! Откройте! Выпустите меня! Кто-нибудь!

Дверь открылась так неожиданно, что я чуть не вывалилась через порог, но удержала равновесие и только ткнулась носом в чью-то грудь, обтянутую белой рубашкой. Я подняла голову и тут же шарахнулась в сторону.

– Очухалась? – На пороге стояла знакомая мне говорящая обезьяна и нагло ухмылялась.

– Черт, – выдохнула я и по стеночке сползла на пол. Я вспомнила сразу все: стремительное бегство от черного джипа по улицам Тарасова, захолустный дворик спального района, грязный подъезд и тяжелые шаги моих преследователей по бетонной лестнице.

– Куда вы меня везете? – первым делом спросила я.

– Не твое дело, – коротко гавкнул примат. – Тебя хочет видеть босс.

Я думала, что сейчас меня сцапают в охапку и поволокут куда-то, но вместо этого мой стражник со всего размаху хлобыстнул дверью. Я услышала, как в замочной скважине поворачивается ключ. Меня заперли. Хотя смысл? Руки были стянуты так туго, что я даже не чувствовала их. Я попыталась пошевелить пальцами, но они не слушались меня. В отчаянии я обвела свою каморку взглядом – кровать, накрепко прикрепленная к полу, полка с какими-то журналами, пара стульев. Здесь не было ничего, что помогло бы распутать узлы на моих руках.

– Черт! – топнула я ногой и кинулась к круглому окошку. Из глаз чуть не брызнули злые слезы. Впереди расстилалась черная водная гладь, переливающаяся серебристой рябью под звездным небом, и только где-то далеко мелькали огни ночного города…

Я влипла, и как выбираться из этой передряги, не имела ни малейшего понятия. Я шлепнулась на кровать, подтянула к себе ноги, свернулась калачиком и закрыла глаза. «Что могло понадобиться от меня этим людям? Зачем они увозят меня из города? Куда вообще держит путь эта чертова яхта? И где сейчас Андрей? – В голове был целый ворох вопросов. – Жив ли он вообще? А что, если он где-то здесь? Возможно, в соседней каюте???»

От последней мысли я тут же вскочила на ноги. Где бы я ни была и куда бы меня ни везли, я обыщу эту чертову яхту, и если Андрей здесь, то я его найду, чего бы мне это ни стоило!

Пару минут я отчаянно выкручивала запястья, тщетно пытаясь освободиться от них. Но путы не ослабли ничуть. «Ну и черт с ними!» – решила я, наклонила голову вниз, потрясла ею. Из волос выпала заколка. Кое-как, присев на корточки, я подобрала ее с пола. Узлы безумно мешали, но я была привычная к неприятностям, а еще я была виртуозной взломщицей, и после нескольких манипуляций заколкой над замком щеколда тихонечко щелкнула.

– Отлично сработано, Женяша! – похвалила я саму себя.

Осторожно я открыла дверь, сначала высунула наружу нос – никого, потом выбралась сама и только присвистнула. Я не ошиблась – нелегкая занесла меня на крошечную яхту, которая теперь плавно покачивалась на волнах. Над головой было черное небо, вокруг – такая же чернильная река, и только где-то на носу яхты пронзал кромешную темноту желтый прожектор.

Я быстро огляделась по сторонам, оценила, сколько здесь может быть жилых кают. «Примерно четыре…» – решила я, но в какой из них может быть Андрей? Да и здесь ли он вообще?

Но все и так было из рук вон плохо, так что мысли о том, что самое худшее с Болотовым уже приключилось, я откинула в сторону. «Если бы его убили, то и со мной церемониться никто бы не стал», – как ни странно, но на данный момент эта мысль хоть и слабо, но утешала меня.

В любую секунду готовая нарваться на какого-нибудь головореза из свиты Соболева, я крадучись стала рыскать по палубе. В одной каюте было пусто, в другой громко гоготали за игрой в нарды трое бандитов. Я только зыркнула в приоткрытую дверь и тут же прошмыгнула дальше. В следующей коморке, оборудованной под кухню, никого не было. Осталась последняя дверь…

Прилипнув к стеночке, я прокралась вперед, чуть приоткрыла ее.

– …она у меня, – отчетливо услышала я голос Бориса и едва сдержалась, чтобы тут же не шарахнуться в сторону, но вместо этого плотнее прижалась к стене и заглянула в каюту. Борис сидел в кресле, закинув ногу на ногу, хохотал и болтал по телефону.

– Не волнуйся, у меня с такими, как она, разговор короткий – пристрелим и выкинем за борт!

По спине пробежал холодок. Отсюда нужно было бежать, и прямо сейчас!

– Ха-ха! – раскатисто хохотнул Соболев в трубку. – Ну, Шершень, ты же меня знаешь!

Я словно приклеилась к полу, заслышав знакомое имя. Шершень! Так это по его приказу я оказалась здесь?

– Конечно, сначала допрошу… Все будет в лучшем виде… Даже не волнуйся! Расскажу при встрече, как и договаривались, завтра в «Холл-парке» в десять вечера. Да… До встречи!

Борис захлопнул «раскладушку». Я тут же отпрянула от двери, попятилась назад и в ту же секунду налетела на что-то, ойкнула и обернулась назад. Точно на уровне моих глаз было несколько пуговиц от ворота рубашки, и на этот раз мне даже не нужно было поднимать голову, чтобы удостовериться в том, кто передо мной…

Ох ты жизнь моя, жестянка!

– Думала сбежать, крыса? – зло рыкнул мужик.

Не будь у меня связаны за спиной руки, я бы обязательно сцепилась с приматом. Но мне оставалось только беспомощно барахтаться, когда он схватил меня за шиворот и силой втолкнул в каюту к Борису Соболеву.

– Уже пришла в себя, красавица? – тут же отреагировал на мое появление Борис.

– Пришла в себя и даже пыталась сбежать, – тут же наябедничал орангутанг, небрежно уронил меня в кресло и замер за спиной.

– Прыткая ты, однако, – покачал головой хозяин ресторана «Аврора», с любопытством меня разглядывая.

Я вжалась в кресло и, как затравленная зверушка, исподлобья следила за своим недругом.

– Но от меня так просто еще никто не убегал, – довольно скалился злобный Борька.

Я молчала.

– Так-то! – щелкнул он языком и разулыбился больше прежнего. – Со мной шутки плохи!

– Где Андрей? – тихо спросила я.

– Ты бы лучше о себе подумала!

– Что ты сделал с Андреем, гад?! – шипела я.

– Язык прикуси! – замахнулся Борька, я машинально шарахнулась в сторону. Но крепкие руки охранника за спиной удержали меня на месте. – А то я тебе его живо укорочу! Хотя нет… – тут же спохватился он, спрятал руки в карманы, прошелся из угла в угол и снова остановился напротив меня. – Сначала ты мне кое-что расскажешь…

Гнусный мужик приблизился ко мне вплотную и уставился глаза в глаза.

– Зачем тебе и твоему приятелю нужен Шершень?

Я стиснула зубы и зло сощурила глаза. О негуманных планах господина Соболева скормить меня речным рыбам я уже знала. Так что теперь от меня никто и слова не услышит!

– Что ты знаешь о нем? – продолжал спрашивать Борис.

Я с вызовом смотрела на его метания и молчала, как воды в рот набрала.

– Кому еще ты успела рассказать про Шершня? – пытался вытрясти из меня хоть слово Соболев. Он навис надо мной сверху, скалился, трясся от злости. Но мне было плевать на его гримасы.

– Что тебе надо от Шершня? – заорал он, схватил меня за плечи и встряхнул с такой силой, что зубы клацнули. – Что ты про него знаешь?! Отвечай! Живо!

Но на меня не действовали никакие угрозы. И не такие допросы мне устраивали – молчала.

Борька резко отпустил меня, отошел на пару шагов, а потом снова обернулся. На этот раз в руках у мужика был пистолет. Он щелкнул взведенным курком, плотоядно улыбнулся.

– Если не ответишь, я тебя убью! – Господин Соболев, отчаявшись меня разговорить, перешел к невербальным средствам давления.

Я даже не дрогнула. Хотя заряженное оружие в руках полоумного дядьки внушало некоторые опасения. Отсюда нужно было уносить ноги – и чем раньше, тем лучше! Я попыталась пошевелить занемевшими запястьями. Веревки были затянуты туго-натуго, а за моей спиной стояла двухметровая горилла и следила в оба глаза. Но все же рискнуть стоило!

– Не веришь, что пристрелю? – видя, что я по-прежнему не иду на контакт, спросил Борис и зло хохотнул. – Зря… Мы отплыли далеко от берега. Никто не знает, где ты, с кем ты… Понимаешь?

Я понимала. Более чем. Но я понимала и то, что, даже если я открою рот и расскажу как на духу все, что знаю про человека по прозвищу Шершень, меня все равно рано или поздно убьют. Компромиссов господин Соболев не знал!

– Хорошо… – сделала вид, что сдалась, я. – Только сначала я хочу видеть Андрея!

По озадаченной физиономии Борьки я сразу поняла – Болотова здесь нет, и они не знают, где он.

– Хватит валять дурака! – рявкнул он. – Или сейчас же говоришь все, что знаешь про Шершня, или…

«Андрея у них нет», – окончательно убедилась я. А это значило, что можно было играть по одним с Борисом правилам и не бояться за жизнь своего клиента.

– Я ни-че-го не ска-жу, – по слогам выговорила я.

Борис покраснел, позеленел, посинел. Я явно бесила своего нового знакомого.

– Ну и дура! – проорал он. – Уведи ее! – дал он команду своему верному двухметровому прислужнику.

Что означает этот приказ – я знала…

Человекоподобная особь тут же схватила меня за шиворот и поволокла из каюты на палубу. Я особо не сопротивлялась и только в дверях чуть помедлила, глянула через плечо. Соболев стоял ко мне спиной и прикуривал сигарету – он одним махом решил мою участь…

«Мы еще с тобой встретимся, гад…» – мысленно скрипела я зубами.

– Иди быстрее, – толкнул меня в спину охранник. Я, чуть не споткнувшись через порог, вывалилась на палубу. Меня тут же обдало вечерней прохладой. Меня знобило – от злости, холода… Но делать нечего, пришлось делать то, что велят. На деревянных, негнущихся ногах я сделала пару шагов вперед. Я специально еле шла и медлила, я все еще надеялась распутать веревки на руках.

– Чего еле шевелишься! – злился между тем головорез.

Я сильнее потянула за путы из веревок. Толстый жгут наконец-то поддался, ослаб на моих запястьях.

– Иди вперед! – снова подтолкнул он меня в спину.

Это была точка кипения. Я круто развернулась к своему мучителю. Он был выше меня на две головы – здоровая глыба из сплошных мышц, но я в бешенстве и не с таким верзилой могла справиться.

– Вы еще за это ответите. Ты и твой босс, – сказала я и наотмашь ударила мужика по морде. Он взвыл, схватился за разбитый нос. И этого промедления мне хватило, чтобы пулей метнуться к высокому борту, перемахнуть через него. Я только успела отшвырнуть в сторону окончательно распутанные веревки с рук и тут же спрыгнула вниз – в холодную, черную воду.

Я сразу же камнем ушла на дно и, насколько хватило сил, плыла под водой. Вынырнула только, когда начала задыхаться. С лихвой наглотавшись воды, откидывая с лица мокрые волосы, я обернулась назад. Яхта была уже на достаточном от меня расстоянии. Я видела, что у бортика столпились братки Соболева, кажется, среди них был и сам Борька. Но ни один из них не рискнул прыгнуть за мной следом в холодную воду. На такое могла решиться только загнанная и затравленная Женяша…

Не теряя времени даром, я развернулась и быстро поплыла в сторону огней ночного города. Где-то там, в двухэтажном домике пригородного поселка, я надеялась, меня еще ждет Андрей Болотов.

Я не знаю, сколько времени я провела в холодной, колючей воде, но когда почувствовала под ногами дно, то не сразу поверила – я спаслась! Из последних сил, черпая и загребая руками воду, я зашагала вперед.

То, что на берегу были еще люди, я заметила не сразу. Только когда сделала первый шаг из воды, сообразила, что на бетонной плите примостились двое мужичков. С бутылкой водки и немудреной закуской добропорядочные представители пролетариата явно решили затеять пикничок последним теплым осенним вечерком. Но, завидев меня, дядьки так и замерли с нераспитыми рюмками в руках.

– Эт чей-то, Павлик? – ойкнул один мужик. – Допились?..

Да уж, я всегда умела произвести впечатление на мужчин… Но сегодня мне не до противоположного пола. Не обращая никакого внимания на мужиков, я кулем свалилась прямо на холодный песок. Сняла с ноги сначала одну туфлю, вылила из нее воду, снова обула. Потом стянула второй башмак.

К тому моменту, как я стащила с плеч плащик и стала его старательно выжимать, мужики окончательно пришли в себя.

– Подруга, ты как в реке оказалась? – подскочил ко мне тот, которого назвали Павликом. – Сашка, живо давай ей свою куртку!

Тот, что звался Александром, послушно стянул с плеч свою телогрейку и накинул на меня. Меня все еще трясло, но уже не так сильно.

– Так что случилось-то? – не унимался Павлик.

Рассказывать мужикам про все свои злоключения не было ни сил, ни желания. Но в благодарность за теплый и сухой ватник я прокашляла:

– В недружелюбную компанию попала…

– Как так?

– Девица одна приревновала меня к своему мужу, вот и… – я не стала продолжать, позволив своим новым знакомым самим дофантазировать все, что им будет угодно.

– Эк тебе не повезло, – покачал головой Сашка. – Все ж бабы стервы, как есть…

Павлушка толкнул приятеля в бок – как-никак, а перед ними сейчас как раз тряслась мелкой дрожью представительница стервозной породы.

– Может, тебе врача вызвать? Полицию? – спросил Павлик.

– Нет! – затрясла я головой.

– А чем же тебе помочь-то? – опечалился Сашка.

– Мне бы только до своей машины добраться… – протянула я.

Говоря это, я не надеялась ни на какое чудо. Но Сашка неожиданно озаботился.

– Отвезу – куда скажешь! Не бросать же тебя здесь в самом деле?!

Мои новые знакомые не подвели меня, и хотя я не совсем точно помнила, в каком именно дворе остался мой «фольк», они исправно прочесали все окрестные улицы спального района и не оставили меня до тех пор, пока я не пересела в свою машинку.

– Ну, подруга, ты не пропадай! И это… Компанию в следующий раз получше выбирай! – дал напоследок дельный совет Павлик.

Когда машина моих спасителей скрылась из виду, я тут же заблокировала все двери, включила печку на всю мощность. Но в мокрой одежде было уже не согреться. Меня все еще трясло, как в лихорадке. Непослушными, дрожащими пальцами я нашла в бардачке телефон, нажала кнопки.

«Только бы ответил!!! Только бы ответил! Только бы ответил…»

Я не ждала, что на том конце провода кто-то снимет трубку. И даже когда мне ответил знакомый голос – не сразу поверила:

– Андрей, это ты?! – Я поймала себя на том, что почти кричу в трубку.

– Да, Женя, что случилось? Ты где?

– Я… Я… – мне было плевать на то, что произошло, что я чудом вырвалась из лап Бориса Соболева. И на то, что меня могли убить, тоже было плевать. Самое главное для меня сейчас было другое.

– Андрей, ты как?! – не сбавляя тона, кричала я в трубку.

– Ужин давно остыл. Но я тебя жду. Ты скоро? Что-то удалось узнать про Шершня?

– М-м-м… Э-э-э… При встрече расскажу! – наконец нашлась я с ответом.

– Хорошо, – покладисто согласился Андрей.

– К тебе никто не приходил? Никто не звонил?

– Нет. А что? Жень, в чем дело-то? – Должно быть, даже плохая связь не искажала мой встревоженный голос.

– Это хорошо. Приеду и все расскажу.

– Договорились. Я буду тебя ждать.

– Не стоит. Возможно, я буду только под утро.

– Я все равно тебя буду ждать, Женя, – привычно ответил Андрей и отключился.

А я еще долго сидела на месте, прижимала к уху трубку и слушала гудки…

Андрей был жив и здоров. К нему никто не приходил. Его никто не искал. И не пытался убить. И это никак и не укладывалось у меня в голове. Ведь получалось, что Борис Соболев охотился только за мной. Неужто угрожающий тон и нож, приставленный к горлу, так ранили дядечку, что теперь он спит и видит, как поквитаться с Женяшей? Что-то мне подсказывало, что причина со-о-овсем в другом.

«Возможно, люди Соболева просто не смогли выследить, где мы с Андреем спрятались, а сумели только напасть на мой след», – думала я. Но и это тоже мало походило на правду. Ищейки Бориса не нашли Андрея только потому, что не искали его. Сам Соболев даже ни разу не спросил меня про Болотова. Он был ему не нужен! Бориса интересовала только я…

Это-то меня больше всего и смущало.

Нужно было как можно скорее распутывать темную историю, связанную с человеком по прозвищу Шершень. Иначе это будет стоить жизни если не Андрею, то уж точно мне. Ведь Соболев так просто не отступится.

Я повернула ключ в замке зажигания, тронулась с места и быстро погнала машину на улицу Комсомольскую, где жил мой давний приятель Петька Красильников. Я надеялась, что именно он поможет мне разобраться в деле Шершня. Теперь это было для меня делом особой важности.

Во двор блочной многоэтажки я зарулила, когда на часах было ровно одиннадцать вечера. Я выбралась из машины, запрокинула голову вверх. Почти во всех окнах уже погасили свет, и только в квартире номер тридцать два на втором этаже не собирались спать. Должно быть, приятель меня еще ждал.

Я доплелась до нужного подъезда, поднялась по лестнице и нажала на звонок.

Петька открыл почти сразу.

– Женя??? Ты как тут оказалась?! – физиономия у него так и вытянулась.

И было от чего. Я стояла, привалившись плечом к дверному косяку, едва держась на ногах от усталости, вымотанная, несчастная, в насквозь промокшей одежде. Сил хватило только на то, чтобы спросить:

– Войти можно?

Из памяти напрочь стерся тот момент, как именно я оказалась в квартире Красильникова. Смогла ли дойти сама, или приятель все же донес меня на руках. Способность соображать ко мне вернулась, когда я уже сидела на диване, закутанная в плед, а приятель тщетно пытался стащить с меня туфли. Промокший плащ висел на батарее – хоть убей, не помнила, как Петька вытряхивал меня из верхней одежки.

– Ну ты, подруга, даешь! – выдохнул друг, когда обувка была наконец-то снята, и он так и шлепнулся в соседнее кресло с моими туфлями в руках. – Ты откуда такая?

– И не спрашивай, – покачала я головой.

– Выглядишь неважно… Кофе будешь?

Я только кивнула.

Петька поднялся с кресла, внимательно посмотрел на меня и спросил:

– Может, и коньяк?

Судя по тому, что приятель предлагал напиться, видок у меня был не то чтобы неважный, а прямо-таки хуже некуда. Но мне было плевать!

– Буду, – кивнула я. Как вариант, от воспаления легких и нервного срыва меня могло спасти разве что спиртное. И я не ошиблась – горячий кофе взбодрил, коньяк залпом и без закуски согрел, а раскуренная сигарета заставила меня окончательно почувствовать себя человеком.

– Лучше? – заботливо спросил Петька.

– Даже не представляешь, насколько! – отозвалась я, затягиваясь сигаретой и выдыхая в воздух сизые колечки дыма.

– Но выглядишь ты все равно… – приятель не стал договаривать, а просто многозначительно покачал головой.

– Для человека, которого хотели убить, я выгляжу просто шикарно! – криво усмехнулась я.

Петька отставил свою рюмку в сторону, пересел ко мне на диван и заглянул в глаза:

– Женя, рассказывай: что произошло?

Я не хотела никому ничего говорить. Но, такая одинокая и несчастная, я вдруг поняла, что не могу – просто никак не могу! – молчать.

– Петя, такое произошло… Такое… – и я все рассказала. Про то, что согласилась работать на Андрея, про человека по прозвищу Шершень, которого Болотов подозревает в убийстве жены, про шантаж Бориса Соболева и про мое ночное злоключение на яхте этого господина.

– Но у меня кое-что есть на этого Шершня, – с горящими глазами говорила я. – Я все же смогла найти зацепку…

– Какую? – Петр смотрел на меня, не моргая. За все это время он ни разу не перебил меня, ничего не спросил, не прокомментировал.

– У меня есть гильза, которой в нас стрелял Шершень или кто-то из его подельников.

– Гильза?

– Гильза!

Я так оживилась, что откинула в сторону плед, вскочила с дивана и подбежала к батарее, на которой сушился мой плащ. Схватила одежонку, встряхнула его, выудила из кармана металлический цилиндрик.

– Вот! – торжественно объявила я.

– Что это? – Приятель тоже встал и подошел к окну.

– Гильза. Нужно пробить номер по базе данных и узнать имя того, кто вел охоту за Андреем все это время!

Петр взял у меня из руки гильзу, покрутил ее. Я внимательно следила за другом. Он хмурился, морщил лоб, чесал переносицу.

– Надо пробить по картотеке. Но вся база данных на работе.

– Так поехали к тебе на работу! – запрыгала я на одном месте.

– Куда?! Куда??? – схватил меня за руку Красильников. – Совсем из ума выжила, подруга? – многозначительно покрутил он пальцем у виска. – Тебе сейчас надо отлежаться!

– Петя, я не могу. У меня нет времени. Я должна найти этого человека, и как можно скорее. Он убил Аллу Болотову. Охотился за Андреем. По его вине сегодня меня чуть не убили!

Петр продолжал удерживать меня за руку и смотрел в глаза. Но у меня был боевой настрой, и, должно быть, приятель это понял, махнул рукой и сказал:

– Поехали!

* * *

В здании местного РОВД жизнь не затихала никогда. И даже в столь поздний час здесь было полно народу: одни заступали на дежурство, другие засиделись допоздна, разгребая текущие дела. Из-под двери кабинета Красильникова тоже лился свет.

– Должно быть, Стас задержался на работе… – пояснил Петька.

– Стас? – заподозрила я неладное, но было уже поздно. Приятель наотмашь распахнул дверь и шагнул в кабинет.

– Привет! Ты чего это ночь-полночь на работе пропадаешь? – тут же спросил он.

За письменным столом, над которым горела яркая лампа, склонился над кипой бумаг майор Носов. Он поднял голову, близоруко посмотрел сначала на Петьку, потом на меня.

– Засиделся… Сам не заметил, как время прошло.

– Добрый вечер, – протиснулась я в крошечную комнатенку, в которой с трудом умещалось два письменных стола.

– Добрый, – я сразу уловила легкий холодок в голосе Носова, а во взгляде – все то же недоверие. Станислав Носов даже сейчас смотрел на меня как на подозреваемую номер один.

– А вас что заставило вернуться на работу в такое время? – майор спрашивал Петьку, а продолжал смотреть на меня.

– Я же тебе говорил, Женечка у нас человек особой профессии – телохранитель, – отозвался Петька, усаживаясь за стол и включая компьютер. – Нужно проверить одного ее клиента.

Я с благодарностью посмотрела на Петра – все же я не ошиблась в приятеле…

– Да, помню-помню про работу телохранителя…

Мне показалось или в голосе майора прозвучал легкий сарказм? Я обернулась к Носову и, чтобы хоть как-то оправдать свой недоуменный взгляд, спросила:

– Как продвигается дело о гибели Аллы Болотовой?

– Как раз сейчас им и занимался, – ответил Носов. – Перечитывал показания свидетелей… – он говорил и смотрел, как будто подозревал. А я только делала вид, что мне все равно.

– И что? Нашлось что-то интересное? – несмотря ни на что, продолжала вести диалог я.

– Все пытаюсь свести концы с концами, но… Что-то мне в этом деле не нравится, а что – сам не пойму.

Мы с Носовым сверлили друг друга взглядами. Майор сдался первым, отвернулся.

– Хотите чай или кофе? – предложил он.

– Нет, спасибо.

– Тогда не буду вас отвлекать. Мне все равно пора домой.

Стас закрыл папку, которую листал перед нашим приходом, собрал со стола все бумаги, выключил свет.

Я отвернулась от него и переключила все свое внимание на Петьку, который уже сосредоточенно щелкал мышкой и всматривался в монитор.

– Так… так… – бормотал он, перелистывая одну страницу за другой. Я облокотилась о стол и попыталась взглянуть на то, что там отыскал приятель.

– Вот! Нашел! – бормотал между тем Красильников. – Пистолет зарегистрирован на Максима Сергеевича Седова… – прочитал он, поднял голову на меня. – Знаешь такого?

– Максим Сергеевич Седов, говоришь? – повторила я и откинулась на спинку стула.

Седова я знала. И очень хорошо. Но только не Максима Сергеевича, а Дмитрия Валерьевича – выживающего из ума старика, который и нанял меня следить за Аллой и Андреем Болотовыми.

– До завтра, – произнес Носов. В старенькой потертой куртке и с кипой макулатуры под мышкой он уже стоял на пороге.

– Счастливо! – отозвался Петька. – Так что, знакомое имя? – обратился он ко мне снова, когда за Станиславом наконец-то закрылась дверь.

– Нет, – почему-то соврала я. – А кто он такой? Преступник? Уголовник? Рецидивист?

– Да нет… Он полковник в отставке. А гильза – от его табельного оружия.

– ??? – Я только хлопала глазами от таких новостей. – Может, кто-то украл у него пистолет? – предположила я.

– Все может быть… Все может быть… – протянул Петр, снова пощелкал мышкой.

– Посмотри сама, – он развернул ко мне монитор. На экране мигало не очень качественное фото молодого мужчины. – Похож на твоего неприятеля?

Я быстро пробежалась взглядом по страничке: «Максим Сергеевич Седов. Ушел в отставку в звании полковника в 1991 году».

– Так это десятилетней давности… За такой период человек мог измениться до неузнаваемости… – говорила я, а у самой в уме так и вертелась фамилия этого человека.

Я не узнавала этого человека, но я не сомневалась, что это он! Его выдавало не лицо, но фамилия.

– Послушай, а про его родственников что-нибудь есть? – издалека начала я.

– Зачем тебе? – не понял Петька.

– Ну… Мало ли, – от такого количества информации мозги просто отказывались успевать придумывать какие-то отговорки. – Может, это что-то даст… – неуверенная в том, что говорю, протянула я.

– Сейчас глянем, – не стал возражать Красильников и снова уткнулся в экран.

Я же еле сидела на месте от нетерпения. Схватилась за пачку сигарет, чтобы хоть чем-то себя занять, закурила. Ничто не успокаивало сегодня мои нервы!

– Собственно говоря, ничего интересного больше нет… – тянул слова приятель. – Биография совсем короткая… Родители у него погибли еще в детстве… И его вместе с младшим братом взял под опеку дядя…

– Дядя? – тут же отреагировала я. – Как его зовут? Есть данные?

– Да… Дмитрий Валерьевич Седов, – покладисто ответил Петр.

Я сидела на стуле, выдыхала сигаретный дым, кусала губы, а в голове бегала сотня растревоженных тараканов.

– Ты думаешь, что Максим Седов и есть Шершень? – первым прервал молчание Петька.

Я не думала. Я была уверена. Но, подняв голову и посмотрев прямо на приятеля, сказала другое:

– Не знаю, Петя… А ты был лично знаком с Максом Седовым?

– Нет. Могу навести справки о нем, если хочешь…

– Сомневаюсь, что кто-то из его бывших коллег скажет, что он и есть Шершень. Такую информацию нужно искать не среди сослуживцев.

– А где? Что ты теперь думаешь делать?

– Не знаю, – затрясла я головой, – так устала, – честно призналась я, запустила пальцы в волосы, взъерошила их. – Сейчас хочу просто выспаться, а завтра… Завтра соберусь с мыслями и подумаю, что со всем этим делать…

– Пожалуй, это правильное решение, – одобрил Петр.

Я поднялась с места.

– Ты пойдешь домой?

– Мне еще нужно кое-что посмотреть, раз уж приехал на работу. Завтра у меня командировка, буду в городе только послезавтра.

Я была рада, что не придется ехать с Петькой. Мне сейчас нужно было побыть одной.

– Доберешься сама?

– Конечно! Спасибо тебе за все!

– Не за что! Обращайся, если понадобится еще какая-то информация! И будь осторожна, – попросил Красильников.

Я кивнула и шмыгнула за дверь – медленно поплелась по полутемному коридору, спустилась на один лестничный пролет вниз и остановилась у двери в курилку. Машинально толкнула ее, шагнула через порог. Я оказалась на стекленном просторном балкончике, служащем для сотрудников зоной для курения. Пожалуй, это было как раз то место для уединения, которое мне сейчас и было нужно. Я прошла внутрь, по привычке забралась на подоконник и закурила очередную сигарету.

В голове была такая каша, что и не передать. Я просто не знала и не представляла, что теперь мне делать с ворохом информации, который на меня вывалился. Но чем дольше я сидела здесь, всматривалась в огни ночного города и курила сигарету за сигаретой, тем отчетливее вырисовывалась в моем сознании та дикая и нелепая история, в которую меня угораздило ввязаться. Сомнений не было – Макс Седов и есть Шершень.

Похоже на то, что Алла и Андрей, пытаясь найти человека по прозвищу Шершень, разворошили целое осиное гнездо. На помощь племяннику подключился и Седов-старший. Он нанял меня для того, чтобы я следила за Болотовыми. Конечно, им нужна была информация о каждом шаге супругов, для того чтобы убить их в нужный момент! А я-то, глупая…

Ведь я сама пришла к Дмитрию Валерьевичу и рассказала ему про вечеринку, на которую меня позвали Алла и Андрей. И этим же вечером взорвалась машина. Я просто слила им нужную информацию! Какой кошмар… Какой ужас…

Меня бросало в дрожь от таких догадок. Я схватилась за голову: неужели это так? Неужели? Меня просто использовали, чтобы я была как маячок, который сигнализирует о местонахождении Болотовых?!

А я сама, ни о чем не подозревая и не догадываясь, вновь и вновь шла к старому лису и рассказывала ему все как на духу. И как я сразу не догадалась? Как? Ведь мне все это с самого начала казалось странным! Все эти сомнительные просьбы Седова, его надуманные подозрения, нежелание говорить правду… Ведь он до последнего не хотел, чтоб я переставала на него работать, и даже после того, как узнал, что я согласилась охранять Андрея, просил передавать ему все сведения. Почему я не задумалась об этом сразу? Списала все на старческий маразм. А оно вон как обернулось!

Я оказалась невольной пособницей в убийстве Аллы Болотовой.

Они рассчитывали, что так же легко все будет и с Андреем. Что я сама подпишу смертный приговор себе и ему, но вышло иначе… Я верой и правдой охраняла Болотова и больше не передавала никакой информации Седову. Тогда криминальная семейка решила, что я им не нужна. Теперь я понимаю, почему Шершень просил Бориса Соболева поймать меня одну: они решили, что до Андрея добраться будет гораздо проще, если на пути не будет маячить Женяша! В их планах было убить сначала меня, а потом избавиться от самого Болотова… Да, именно так оно и было. Все сходилось. Все, до последней мелочи.

Позади меня скрипнула дверь. Я обернулась и тут же снова ткнулась носом в окно. В курилку сунулся майор Носов.

– Вы еще здесь? – вроде как удивился он.

Я демонстративно промолчала. Уйти сразу было неприлично, но и находиться в одном помещении с этим человеком мне не хотелось.

– А я задержался в архиве. Возвращал туда кое-какие документы.

Мужчина прошел вперед, остановился около меня и достал сигареты:

– Вы позволите?

Я безразлично пожала плечами.

Стас закурил свои вонючие сигареты.

– Случайно услышал часть вашего разговора, – неожиданно произнес он.

Я невольно вздрогнула. Носов внимательно на меня уставился, кажется, он заметил мою реакцию. Этот хитрый тип все замечал!

– Вы интересовались Седовым?

– Верно, – коротко ответила я.

Я ждала, когда дотлеет до фильтра сигарета, чтобы уйти.

– Зачем он вам? – в упор спросил Стас.

Я круто обернулась к нему. Я столько натерпелась за сегодняшний нескончаемый день, что дурацкие вопросы этого майора взбесили меня до чертиков, и я даже не могла этого скрывать.

– Я занимаюсь частной охраной и могу интересоваться кем угодно, – отчеканила я. Это было грубо, но иначе я уже просто не могла.

– В принципе – да, – Носов с достоинством стерпел мой выпад, выдохнул сигаретный дым.

– Тогда не понимаю смысла вашего вопроса, – продолжала кипятиться я.

– Простое любопытство, Евгения Максимовна. Простое любопытство… А почему вас так это задело? – Он явно играл на моих нервах – своей надменностью, спокойствием, своими вопросами. Он выводил меня на эмоции, а я была не в том состоянии, чтобы молча терпеть.

– Потому что вы лезете не в свое дело, – отчеканила я, раздавила в пепельнице недокуренную сигарету и вышла вон из курилки.

Я быстро спустилась вниз, выбежала на улицу и запрыгнула в свой «фольк». Словно за мной мчалось сто чертей, я погнала машину вперед но ночному городу. Я ни разу не сбавила скорости, проносилась на красный свет, не замечала никаких указателей – я торопилась к Андрею.

Закуривая очередную сигарету и выдыхая дым в приоткрытое окно, я вновь и вновь думала про человека по прозвищу Шершень. Я больше ни минуты не сомневалась, кто он такой. Я даже знала наверняка, как его найти. Оставалось выяснить последнее: что же такого узнали про него Алла и Андрей?.. И я вдавливала педаль газа в пол и лихо обгоняла одно авто за другим. Мне не терпелось поставить наконец-таки точку в этой запутанной истории.

Только въехав в поселок Березовая Речка, я сбросила скорость, прокатила вперед по асфальтированной дорожке, тормознула около нужной калитки. В окнах дома горел свет. Стоило мне только хлопнуть дверью, как в коридор тут же высунулся Андрей.

– Жень, ты что так долго? – На его уставшем и каком-то осунувшемся лице явно читалась тревога.

Я бросила ключи от машины на тумбочку, скинула перепачканные в грязи туфли в прихожей и прошла на кухню.

– Жень, с тобой все в порядке? – шел за мной следом мужчина. – Что случилось?

Он с тревогой пытался заглянуть мне в глаза.

– Есть кофе? – просто спросила я, шлепнулась на высокий табурет, схватилась за пачку «Парламента», выудила сигарету – это была последняя.

– Конечно, – Андрей без лишних слов схватился за чистенькую чашку. – Ты где была?

– У нашего общего знакомого Бориса Соболева, – отозвалась я, прикуривая сигарету.

Андрей чуть не выронил чашку из рук. Все же донес ее до стола, шлепнул передо мной.

– Как так? – опешил он.

– А вот так! Его люди выследили меня! – Я тут же пожалела, что ляпнула про свое рандеву с господином Соболевым вот так, не подумав. Андрей бледнел, синел, зеленел и снова бледнел, потом спросил:

– И что он от тебя хотел?

Я выразительно посмотрела на мужчину. Он только нервно сглотнул и спросил:

– Ты поэтому мне звонила?

– Да.

– Но здесь никого не было…

– Я в курсе. Меня перехватили уже в городе. О загородном доме никто ничего не знает. Они не в курсе, где ты!

– Как они могли напасть на твой след?

– Черт его знает! Я бы так просто не поддалась, но у меня пропал пистолет…

– Пропал пистолет?.. – эхом повторил Андрей. – И как же ты… Как ты от него сбежала?..

– С трудом! – не стала лукавить я.

Дабы не ранить и без того потрясенную психику клиента, я решила опустить все подробности своего злоключения на яхте в обществе Борьки и его компании, скорой на расправу с безоружной девушкой, потому небрежно отмахнулась и произнесла:

– И не такое бывало. Но не это сейчас главное.

– А что? – Мужчина смотрел на меня, не моргая.

Мне хотелось рассказать все, что я смогла узнать, но пришлось сухо ответить:

– Кажется, я знаю, как найти Шершня.

– Да??? – Андрей так и подскочил на месте. – Как? Где? Тебе Борис сказал?

Я только хмыкнула. Он явно переоценивал мои способности дипломата. С господином Соболевым мы могли общаться только на уровне поножовщины и языка угроз.

– Неважно, как узнала, – отмахнулась я, рассказывать о своем непосредственном знакомстве с родственником Шершня не хотелось. – Скажи мне лучше, что такого вы с Аллой нашли против этого Шершня? Чем вы хотели его шантажировать?

Я взяла в руки чашку горячего кофе, сделала глоток и невольно снова посмотрела на Андрея. Замешательство было слишком очевидным – мужчина растерялся и теперь не знал, что мне сказать.

– Дело в том… Мы с Аллой… Короче… – он не хотел говорить, я это сразу поняла, но сейчас была не та ситуация, чтобы скрытничать.

– Я же тебе обещала, что ничего не расскажу ментам, – по-своему истолковала я его невнятное бормотание.

– Он хотел ограбить одного человека, – выпалил Андрей.

Я ждала, что будет продолжение, но мужчина молчал.

– И все? – не поверила я.

– Ты не понимаешь… – в глазах Андрея загорелся азартный огонек. – Речь шла об очень больших деньгах. Если бы этот человек узнал о планируемом ограблении, Шершню было бы несдобровать!

– Вот оно как!

Если в деле замешаны большие деньги, то это могло объяснить все и сразу!

– Сейчас он явно не рискнет идти на дело, – продолжал между тем Андрей, – Он побоится, что вмешаюсь я, все расскажу.

Я пила кофе, слушала и кивала.

– Для начала ему нужно убрать с дороги меня, а уж потом…

В словах Андрея была доля правды. Задача номер один для Шершня – убить Андрея. Впрочем, теперь в этом деле фигурировала еще и моя скромная персона.

Очевидно, последняя мысль пришла на ум и Андрею.

– Женя, прости меня… – тихо-тихо произнес он. – Ведь Соболев знает про тебя, а значит, знает и Шершень. Теперь мы с тобой для них главная добыча. Прости меня, я не знал. Идя на встречу с Борисом в ресторан «Аврора», я даже предположить не мог, что все так обернется.

– Андрей, я знаю.

– Теперь из-за меня и твоя жизнь под угрозой.

– И это тоже часть моей работы.

– Ты так рискуешь из-за меня…

– Андрей, это моя работа.

– Ты мой телохранитель, должна меня охранять. Поиски Шершня – не твоя забота.

– Андрей…

– Я не имел права тебя во все это втягивать. Ты прости, прости! Но я не знал, что все так будет.

– Послушай…

– Женя, ты не должна мне так помогать. Не должна, а ты… Это все из-за Аллы?

– Что?

– Ты чувствуешь свою вину за смерть Аллы, поэтому так помогаешь? Это было точное попадание. Я невольно отшатнулась от Андрея. А он смотрел мне прямо в глаза и продолжал за что-то извиняться. – Ты прости, Женя… Прости… Но твоей вины в этом нет…

– Я понимаю, – глухо отозвалась я. Я действительно все прекрасно понимала, вот только поделать с собой ничего не могла…

– То, что произошло в тот вечер, было роковой случайностью.

– Ты, конечно, прав, – кивала я.

– Женя, – Андрей положил свою руку поверх моей, – может, зря я тебя во все это впутал?.. Ты так рискуешь…

– Брось ты! Я же обещала тебе, что найду человека по имени Шершень, и я его найду.

– Что ты про него узнала?

– Нужно кое-что проверить… – уклончиво ответила я и поднялась из-за стола. – Оставайся здесь. Ни Борис, ни кто-либо другой ничего не знают о твоем местонахождении. А я… Я попробую найти Шершня.

То ли Андрей смирился, то ли новость о том, что я уже нарвалась на приятеля Борьку, так подействовала – но на этот раз возражать он не стал. Я только поднялась в свою комнату, переоделась и снова спустилась вниз.

– Если что – я на связи, – говорила я, обувая туфли. – Надеюсь, что уже к утру вся эта история закончится.

– Жень, – Андрей удержал меня за руку, когда я уже шагнула за порог.

Я обернулась, посмотрела удивленно.

– Я и правда за тебя волнуюсь…

Я обнадеживающе кивнула, мол, все будет отлично, и выбежала на улицу. Дождь уже давно перестал, и только промозглая осенняя прохлада пробиралась под полы легкого плащика. Ежась и жалея, что не надела теплый свитер, я добежала до авто, быстренько запрыгнула внутрь. В салоне было еще тепло от работающей печки, я включила первую скорость и тронулась с места.

Но я проехала вперед только до ближайшего поворота и тут же заглушила мотор. Электронные цифры на панели управления показывали 3.00, не самое подходящее время для звонков. Но ждать до утра я просто не могла, схватила сотовый, нажала на кнопки. В трубке тянулись гудки – Седов не собирался подходить к телефону. Потом на том конце провода что-то щелкнуло и монотонный голос забубнил: «Сейчас никого нет дома. Но вы можете оставить свое сообщение…»

Я не сомневалась, что Дмитрий Седов у себя. Старик почти никогда и никуда не выходит из своей мрачной квартиры. Невротик и параноик по натуре, он просто не желает снимать трубку посреди ночи. Не удивлюсь, если сейчас он стоит около аппарата связи, прижимая к груди свою лохматую собачонку, и слушает сообщение.

– Дмитрий Валерьевич, это Евгения Максимовна. Мне нужно с вами встретиться. Дело срочное и никаких отлагательств не терпит! Я кое-что узнала, и мне не терпится задать вам несколько вопросов. Уже выехала к вам. Буду через час, – надиктовала я в трубку и тут же отключилась.

Поворачивая ключ в замке зажигания и выруливая из поселка на открытую автостраду, я ни секунды не сомневалась, что принимаю правильное решение.

Я не ошиблась в своих расчетах – в центре города, на глухой безлюдной улочке я оказалось спустя ровно сорок минут. Машину я бросила на проезжей части, выбралась из нее и остановилась на тротуаре. Я запрокинула голову вверх и поискала взглядом окна квартиры Седова. Кажется, вон те… Тяжелые шторы плотно задвинуты, но в комнате явно горит свет, подсвечивая портьерную ткань на окнах зеленоватым светом. Очевидно, Дмитрий Валерьевич дожидается меня в своем кабинете… Я плотнее запахнула плащик, подняла воротник и быстро зашагала во дворы старого жилфонда.

На улице не было ни души, так же пустынно и у подъездов. Только у дальней двери мигает желтый фонарь, да в каком-то темном углу надрывно орет кошка. Здесь и днем-то было некомфортно, а в столь поздний час и вовсе бросало в дрожь. Я ускорила шаг, споткнулась обо что-то, шарахнулась к стене. Из окошка подвала у самой земли клубами валил пар, ноги обдало горячим воздухом – должно быть, где-то прорвало трубу. Я почти побежала, со всего размаха влетела в дверь и тут же оказалась в неприглядном подъезде с широкой лестницей. Чтобы больше не циклиться на своих не на шутку растревоженных нервах, я без малейших промедлений поднялась наверх, под самую крышу.

Я не думала о том, что скажу Дмитрию Валерьевичу, когда он откроет дверь, мне было все равно, чем закончится наша ночная встреча, я была полна решимости и тут же нажала на кнопку дверного звонка.

Звенящая трель раздалась где-то в глубине квартиры и оборвалась. Я прислушалась, насторожилась. Из-за двери не доносилось не звука. Я нажала еще раз, и еще. Я звонила и звонила без конца, пока наконец не поняла – мне никто не откроет!

– Черт! – выругалась я, ударила со всего размаху о косяк…

Дверь чуть приоткрылась.

Я невольно отшатнулась и растерянно уставилась в приоткрывшееся пространство, за которым начиналось темное нутро квартиры. Внутри пробежало липкое предчувствие чего-то нехорошего… Но меня словно кто-то толкал в спину. Просто развернуться и уйти я уже не могла.

– Дмитрий Валерьевич! – позвала я, чуть толкнула дверь рукой, заглянула внутрь. Темно.

– Эй! Кто-нибудь есть дома? – позвала я, уже делая шаг вперед.

Из темного угла коридора мне под ноги тут же кинулся мелкий комок шерсти – залаял, заюлил вокруг меня.

– Мотя… – узнала я болонку Седова. Пес заскулил, услышав свое имя, запрыгал на задних лапах. – Ты чего, дружок? Что с тобой? Где твой хозяин?..

Собачка звонко тявкала, подпрыгивала, хватала меня зубами за полы плаща и тянула куда-то за собой.

– Ну, ты чего? Чего? – Я легонько оттолкнула пса. Он тут же помчался вперед, обернулся, уставился на меня глазками-бусинками.

– Мотенька, где твой хозяин? – бестолково говорила я.

Пес рвался в глубь коридора, туда, где тянулась из-под двери едва различимая полоска.

– Что? Что здесь случилось?

Пес наконец-то выпустил из зубов мой подол, юркнул за дверь, я тоже сделала шаг вперед и как вкопанная замерла на пороге комнаты. Мне стало дурно от увиденного, голова закружилась. Словно карусель, замелькали у меня перед глазами: огромный письменный стол, зеленый торшер, репродукция картины Ван Гога, продавленная софа и труп мужчина на полу.

Дмитрий Седов лежал у книжных полок, широко раскинув руки, глядя в потолок остекленевшими глазами. А рядом с ним скреблась и жалобно скулила его собачонка…

Глава 5

Я не слышала ни воя милицейских сирен, ни топота тяжелых кирзовых ботинок по лестнице, в коридоре просто хлопнула входная дверь и в квартиру ввалились менты. Бежать и прятаться было некуда, да я и не собиралась. Люди в камуфляже оттеснили меня к стене, кто-то обыскал карманы плаща, вытряс все содержимое сумки на стол, поворошил документы.

– Я только что зашла в комнату и обнаружила его, – пыталась я прояснить ситуацию.

– Следствие разберется – только что или не только что, – меланхолично ответил тот из ментов, что обыскивал меня.

– Я звонила ему час назад и говорила, что приеду, – без умолку болтала я. – Старик всегда открывал дверь, не глядя в глазок, скорее всего, и в этот раз он сделал так же. Думал, что это иду я, открыл… – я почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд, осеклась, обернулась – в дверях стоял мой знакомый майор Носов и откровенно меня разглядывал.

– Пробей оружие по базе данных, – пробасил один из следаков, суетившихся около трупа.

Я машинально обернулась на голос и почувствовала, как земля уходит у меня из-под ног. Двумя пальцами мент небрежно придерживал мой пистолет Макарова.

– Не может быть! – сорвалось у меня с языка.

– В чем дело, Евгения Максимовна? – тут же обернулся ко мне Носов. – Узнаете?

Я натолкнулась на его жесткий, недобрый взгляд. «Я пропала…» – как-то сразу поняла я, отвернулась к окну и надолго замолчала. Я не проронила ни единого слова даже тогда, когда на меня надели наручники и под конвоем повели из квартиры. Без единого слова и пререкания я села в зарешеченный полицейский «уазик».

Двери за мной захлопнулись, щелкнул замок. Один из ментов запрыгнул в салон. «Поехали!» – дал он команду. Старенькая машинка стартанула, подпрыгнула на кочке и понеслась вперед. Мимо замелькали неприглядные старенькие домишки. В их грязных окнах тускло отражались первые лучи осеннего солнца. Впервые за долгое время с утра не моросил дождь, только по тротуарам стелился туман. Его разгоняли ногами спешившие на службу прохожие. Начинался будничный рабочий день. Я прижалась лбом к холодному стеклу и устало закрыла глаза, мне до этого не было уже никакого дела.

* * *

Я не помню, где и когда у меня забрали все документы, напрочь стерлось из памяти и то, как я оставила где-то свой плащ. Более или менее я начала соображать, только когда оказалась в неприглядной комнате с одним-единственным столом посередине. Охранник, сопровождавший меня все это время по казематам местного РОВД, указал мне на стул, а сам вышел из комнаты, с лязгом закрыв за собой металлическую дверь. Я осталась одна молча сидеть, сложив на коленях скованные руки и глядя точно перед собой.

Я думала, что меня забудут здесь на полдня, но не прошло и десяти минут, как дверь снова распахнулась. На пороге стоял Станислав Носов – в мятых брюках, несвежей рубашке и с какими-то папками в руках.

– Евгения Максимовна, я занят расследованием убийства Дмитрия Седова. Хотел бы задать вам пару вопросов.

Я молча смотрела на майора.

Какие могут быть вопросы? Мое оружие у них есть, отпечатков пальцев в квартире Седова тоже более чем достаточно! Что им еще нужно? Чистосердечное признание? Так не получат! Я никого не убивала!

– Я хочу видеть Петра Красильникова, – глядя мимо Стаса, произнесла я.

Майор отрывисто хохотнул, прошел в комнату, опустился на стул напротив меня.

– О вашем неформальном общении с Петром Николаевичем я уже в курсе, – продолжая открыто ухмыляться, произнес он. – Но, к вашему несчастью, сегодня в пять утра полковник Красильников уехал в срочную командировку.

Я заскрипела зубами, но от нецензурщины удержалась – хватит с меня обвинений в убийстве, оскорбление должностного лица при исполнении служебных обязанностей только усугубит мою и без того плачевную ситуацию.

– К несчастью, Евгения Максимовна, ситуация складывается не в вашу пользу, – продолжал Носов. Ухмылка исчезла с его лица, но в глазах продолжали плясать недобрые чертики. Этот мент давно точил на меня зуб. Еще тогда – после взрыва возле студии – он с недоверием косился в мою сторону, задавал всякие ненужные вопросы и вот наконец-то загнал в угол! Теперь мне не отвертеться, явно был уверен он. Понимала это и я…

– Может, хотите в чем-то признаться? – спросил Носов.

– Нет, – покачала я головой.

– Что ж… – вздохнул он, – Ладно. Тогда, госпожа Охотникова, как вы объясните свое нахождение в квартире Седова?

– Я приехала, чтобы поговорить с ним.

– О чем? – Майор смотрел на меня в упор, мне некуда было деться от его пристального взгляда.

– Я работала когда-то на Дмитрия Валерьевича.

– Напомните, Евгения Максимовна, кем вы работаете?

– Я занимаюсь частной охраной.

– Вы были телохранителем Седова?

– До недавнего времени – да.

– То есть на сегодняшний момент вы им уже не являлись? – допытывался и рыл носом землю Стас.

– Нет.

– Тогда спрашиваю еще раз – что вы делали в квартире Седова сегодня ночью?

Я понимала, к чему идет весь этот разговор. Стиснула зубы и решила молчать.

– Вам нечего на это сказать? Тогда, возможно, у вас будет ответ на следующий вопрос?.. – гнул свое пакостный мент. – Как вы объясните, что Седов был убит из вашего оружия?

– У меня его украли!

– Кто?

– Не знаю!

– Вы писали заявление? – напирал Носов.

Я почувствовала, что теряю контроль над собой. На меня хотели повесить убийство, и при том количестве улик, которые были у бравых архаровцев, это была задача для дилетанта.

– Евгения Максимовна, минувшим вечером вы при мне просили своего друга Петра Красильникова проверить по базе данных племянника убитого – Максима Седова, – вытащил последний козырь из рукава Носов. – Зачем вам были нужны эти данные?

– Я буду разговаривать только в присутствии своего адвоката, – дабы не наговорить ничего лишнего, произнесла я.

– Что ж… Это ваше полное право, – легко оставил меня в покое Носов. – Но боюсь, что в этом деле вам не поможет никакой адвокат…

Я отвернулась от майора – слишком велик был соблазн кинуться на него, ударить по физиономии и заорать, что я никого не убивала.

– На автоответчике в квартире Седова ВАША запись, около трупа найден ВАШ пистолет, – выговорил Носов и поднялся с места. – А вы молчите, Евгения Максимовна, молчите, сколько вам будет угодно.

Он сделал несколько тяжелых шагов до двери, открыл ее, помедлил на пороге, измерил меня своим ледяным взглядом и только после этого посчитал нужным уйти. Тут же появился мой сопровождающий в форме.

– Пройдемте за мной! – велел он.

Меня повели по длинным коридорам, выкрашенным коричневой краской, с бесконечным количеством дверей. За одной из них мне и предстояло сидеть. Как настоящую уголовницу и подозреваемую номер один меня заперли в зарешеченной камере с лежанкой в углу. Ни при каких других обстоятельствах я бы даже не рискнула присесть на эту убогую подстилку. Но сейчас я была такая уставшая, измученная и замотанная, что ноги сами понесли меня в дальний угол.

Я прилегла на ободранный матрас, свернулась калачиком. Глаза закрылись сами собой, и я провалилась в тяжелую полудрему-полуреальность. Уснуть было невозможно – слишком много мыслей разом роилось и жужжало в голове. И слишком отчетливым было осознание того, что меня подставили!

«Кто-то украл мой пистолет и выстрелил из него в Седова! Кто? Зачем? Почему?» – вопросов было слишком много, а ответов – ни одного…

У меня не было часов, и я не знала, сколько прошло времени с тех пор, как я вошла в эту камеру два на три метра, но должно быть – не один час, потому что я успокоилась, пришла в себя и смогла здраво рассуждать.

Чтобы убить из моего пистолета Седова, оружие нужно было у меня украсть. Это мог сделать человек, который так или иначе пересекался со мной. И сделал он это вчера днем.

Я постаралась припомнить. Последний раз я держала пистолет во время перестрелки с Максом Седовым, я тогда еще попросила Андрея найти боевой «макаров» в сумке.

«– Достань пистолет!

– Где?

– В сумке! Быстрей!»

А потом… Потом мы с Андреем поехали за город. Я тогда еще кинула свой ридикюль на тумбочку в прихожей и поднялась к себе в комнату, а Болотов остался на кухне готовить ужин. Я больше никуда не выходила и нигде не оставляла сумку. Спустя час, загнанная в обшарпанном подъезде гончими Соболева, я уже обнаружила пропажу револьвера.

Так что же получается, единственный человек, который мог украсть у меня оружие, это…

– Андрей Болотов, – прошептала я.

И от столь неожиданной догадки даже села на продавленном матрасе.

Мой клиент украл у меня пистолет и, пока я занималась поисками Шершня, поехал в город и убил Седова??? Но какой мотив? Где логика? Да и вообще не мог Андрей этого сделать! Не мог!

«Или мог?..» – тихонечко зашевелилось в глубине души гадливое сомнение.

Что, если Седов не врал, когда нанимал меня и рассказывал про свои подозрения относительно Болотовых? Старик был убежден, что именно они – Алла и Андрей – должны его убить! И даже в нашу последнюю встречу он все твердил одно и то же: «Так они же наверняка решили меня убить и ограбить! Убить и ограбить! Точно говорю!»

Черт!

Я снова откинулась на топчан. Похоже, что я окончательно запуталась в этом деле, и где правда, а где ложь, уже и не разобрать…

Когда металлическая дверь в мою убогую каморку открылась, я даже головы не подняла. Так и осталась лежать на нарах, тупо уставившись в стену.

– Охотникова! На выход! – прогремел нетерпеливый голос охранника.

– Что? – не поверила я своим ушам.

– На выход! Тебя отпускают под подписку о невыезде.

– Как это так? – Я села на месте и осоловело захлопала глазами.

– За тебя внесли залог. Собирайся и выходи! Или так понравилось в здешней клетке? – усмехнулся стражник.

Юмор я оценила, вскочила с места и пулей вылетела из камеры. Потом меня повели в очередную крошечную каморку. Седой хмурый дядька в погонах заставил меня подписать какие-то бумаги.

– Вы не имеете права покидать пределы города, пока будет вестись дело по расследованию смерти Дмитрия Седова, – дежурно проговорил он и выдал бланк с разрешением на освобождение. – Вещи выдадут при выходе. Машина на стоянке.

Не чуя под собой ног, я понеслась вниз, ткнулась в зарешеченное окошко, отдала тетке, работающей на выдаче вещей, нужные бланки. Но даже когда мне без единого попрека выдали все мои документы и сумку, я все же не могла поверить.

– Простите, а можно узнать, кто внес за меня залог? – спросила я у толстой тетки, выписывающей ордер на освобождение.

– Максим Седов, – каркнула баба.

– Кто? – опешила я.

Бабища подняла голову, зло зыркнула на меня своими глазками-бусинками.

– Радуйся, что отпустили! Забирай свои шмотки и топай отсюда.

Это был уже второй раз, когда местный работник советовал мне брать ноги в зубы и бежать отсюда. Все же, если вдуматься, – менты гуманный народ…

На крошечный выступ у окошка шлепнулся квиточек об освобождении. Я собрала в охапку свои вещи, взяла бумажку и уже отошла было от окна, но потом снова вернулась.

– Чего еще? – гаркнула недружелюбная сторожиха здешней обители.

– Простите, – проблеяла я. – А вы уверены, что залог внес именно Максим Седов? Ничего не перепутали? – Я просто не могла в это поверить.

– Чего тут путать? Черным по белому написано: Максим Сергеевич Седов! Его роспись и дата!

Это все походило на дурной сон.

– А есть какие-нибудь его координаты? Может, телефон? Или адрес? Хоть что-то?..

– Ну, ваще народ офигел! – искренне возмутилась тетка. – Я че здесь, справочное бюро, что ли? Или не знаешь, кого за освобождение поблагодарить? Чужой дядя, что ли, заплатил? – раскудахталась она.

Я сообразила, что и впрямь несу чушь. Ведь это абсурд – не знать человека, который заплатил за твое освобождение!

Быстренько и без лишних разговоров я прошла по коридору первого этажа, миновала последнюю преграду в лице сурового дежурного у вертушки и оказалась… на свободе!

На улице еще только светало или уже темнело… Я стояла на крылечке местного РОВД и понимала, что совершенно потерялась во времени. Пока окончательно не тронулась умом, я спустилась вниз, добрела до ближайшей парковки. Суровый дядька, выдававший мне ордер на освобождение, не обманул – мой «фольк» оказался припаркован у самого края. Достаточно было только предъявить пропуск местному сторожу, и я тут же получила ключики от своего авто. Не без наслаждения я села в салон, включила приборку и присвистнула: на часах было начало восьмого вечера. Весь день меня без суда и следствия продержали за решеткой.

«Ну, Носов! Ну, мерзавец! Ты за это еще ответишь!» – пообещала я самой себе, зло глядя на непрезентабельные стены местного РОВД, включила первую скорость и медленно поехала вперед.

Я вела машину вперед без определенной цели и конкретного маршрута. Мне просто хотелось уехать подальше от этого чертова здания с зарешеченными окнами. Только проехав пару кварталов вниз, я почувствовала себя в безопасности, нашла в бардачке нераспечатанную пачку сигарет, закурила, откинулась на спинку сиденья. У меня в голове никак не укладывалось: «Если Макс Седов внес за меня залог, то может ли он быть Шершнем?»

Что-то мне подсказывало, что нет…

Но зачем ему это было нужно? Платить залог за ту, кого обвиняют в убийстве его родного дяди? Ответить на эти вопросы мог только сам Максим. А значит, я должна его найти!

На ближайшем перекрестке я резко вильнула вправо. Позади тут же недовольно засигналили машины. Но я даже внимания не обратила, выжала сцепление и понеслась на желтый свет! Мне не терпелось снова оказаться в квартире старика Седова. Может, кто-то другой на моем месте туда и носа бы не сунул. Мне же не сиделось на месте. Да и как тут усидеть? Сомнений нет: менты должны были там поработать на славу. Но они-то вели обыск с мыслями о том, что убийца пойман с поличным и сидит перед ними. Я же порыскаю по квартире с присказкой «авось и мне что перепадет». Мало ли? Вдруг где-то в записных кижках Дмитрия Валерьевича был записан адресок его дорогого племянника Максима? Или еще что любопытное…

– Вот и проверим! – вслух произнесла я, вдавила педаль газа в пол и помчалась вперед.

С этими мыслями и надеждами на ментовский «недогляд» я и подрулила к трехэтажному дому Седова.

«При таком раскладе, может, и хорошо, что меня весь день продержали за решеткой. Такие дела вершатся только под покровом темноты…» – пришла мне в голову мысль, когда я бросила машину в закоулках соседнего двора и окольными путями и тропами стала пробираться к интересующему меня домику.

Ни во дворе, ни в подъезде мне никто не встретился. Так что, незамеченная и непойманная, я благополучно добралась до дверей квартиры Седова. Держа ушки на макушке и то и дело оглядываясь по сторонам, я присела на корточки и поворошила содержимое сумки. Где-то на дне моего ридикюля всегда можно было найти набор отмычек… Заветные палочки-выручалочки нашлись почти сразу, еще пару минут понадобилось на то, чтобы поколдовать над замком и – вуаля! От легкого толчка дверка тут же приоткрылась.

Я еще раз бросила опасливый взгляд налево, направо, довольно улыбнулась самой себе и шмыгнула внутрь квартиры.

В коридоре царил полумрак. Я облокотилась о дверь, и она тут же плотно защелкнулась на замок. Я оказалась одна в квартире, в которой сегодня ночью убили человека. На секунду меня бросило в дрожь – но я тут же взяла себя в руки. «Сейчас не время раскисать!» – скомандовала я самой себе, кое-как собралась с мыслями и принялась за работу, то бишь за тщательный и методичный обыск всех комнат.

Одну за другой я обшарила спальню, гостиную, кухню, заглянула в ванную комнату и даже в кладовую. Я искала везде! Но в шкафах были только ношеные вещи Седова, полки заставлены книгами, а на кухне обнаружились только скудные запасы круп. То ли менты и правда забрали с собой все мало-мальски любопытное, то ли здесь ничего такого и не было! Как последняя надежда у меня оставалась еще одна комната – кабинет Дмитрия Валерьевича. Возможно, с него-то и стоило начинать? Но только убив без малого два часа на рысканье по стариковским вещам, я смогла преодолеть чувство легкой тошноты перед тем, чтобы войти в комнату с репродукцией картины Ван Гога на стене. Здесь было все как всегда… И даже шторы все так же плотно занавешаны.

Я осторожно прошла внутрь, зажгла зеленый торшер у письменного стола, огляделась по сторонам. Да, и даже без Седова здесь ничего не изменилось. Я тряхнула головой, заставила себя собраться – осталось совсем немного!

Присев на краешек высокого кресла, я принялась методично выдвигать ящики письменного стола. Но тут моей ноги коснулось что-то теплое и лохматое. Я чуть не заорала от неожиданности, шарахнулась в сторону, едва не свалилась с кресла.

– Как же ты меня напугал! – выдохнула я.

Рядом со мной вертелась и тоненько повизгивала собачонка покойного старика. Очевидно, несчастное, напуганное животное забилось под шкаф, а нерадивые менты и не подумали поискать его, заперли квартиру и ушли. Теперь песик жался к моим ногам и заглядывал в глаза.

Мне стало жаль зверушку.

– Привет, Мотенька, – я подхватила пса на руки, погладила между ушей. Собачонка довольно взвизгнула. – Оставили тебя здесь одного? Да?

Песик тявкал, словно жаловался.

– Извини, дружок, но я здесь по делам, – сказала я ему, спустила с рук и снова принялась ворошить бумаги своего бывшего клиента.

Я рыскала в папках, переворошила все книги на полках, даже нашла квитанции на оплату счетов, которые старик бережно хранил аж за последние десять лет. Я искала хоть что-то. Хотя бы малейшую зацепку. Пес все это время, не переставая, вертелся возле ног, тявкал, подпрыгивал. Собачонка явно признала во мне свою и никак не желала отходить. Я переворошила все, устало шлепнулась в кресло. Мне не оставалось ничего другого, кроме как признать свое фиаско, собраться и уйти восвояси. Скорее всего, я бы так и поступила. Как вдруг…

В гробовой тишине пустой квартиры совершенно отчетливо послышалось, что в замке повернулся ключ. Я резко оторвалась от спинки кресла. Сердечко екнуло, пропустило пару ударов, а потом быстро-быстро заколотилось. Быстрее скакали только мысли в голове: «Кто мог прийти? С ключами? Зачем? Почему?»

Но кто бы ни явился посреди ночи в квартиру Седова, вряд ли он будет рад, обнаружив меня здесь! Я тут же заметалась по комнате, кинулась к окну, раздернула шторы.

Должно быть, это чудо, но за тяжелыми портьерами оказалась дверь на балкон! Я схватилась за дверную ручку, подергала ее. Не знаю, сколько лет не открывали балкон в этой квартире, но щеколда явно заржавела и теперь никак не хотела открываться. В панике я схватилась за ручку окна, потянула ее вниз. Створка открылась… Не помня себя, я вскочила на подоконник и уже хотела спрыгнуть вниз, но позади меня послышался жалобный скулеж. Я обернулась. Коротколапая болонка Мотя подпрыгивала около подоконника, сверкала сиротливым взглядом и тоненько выла.

– Ох, черт! – злясь на себя за собственную мягкотелость, выругалась я. Но иначе поступить я просто не могла, схватила с пола пса, сунула в сумку и перемахнула через подоконник. И как раз вовремя – в коридоре хлопнула входная дверь.

Я только успела задернуть обратно штору и прикрыть окно.

– Только тсс… – велела я псу, как если бы он что-то понимал. Но собачка и впрямь присмирела – часто дышала, высунув розовый язычок наружу, но не лаяла.

Я прижалась спиной к стене, сползла на пол и, тесно прижимая к груди сумку с встревоженной собачонкой, стала напряженно прислушиваться – что будет дальше?

– Темень – хоть глаз выколи! Включи фонарь, – услышала я приглушенный женский голос.

Ночные гости были в кабинете. Напряженный слух улавливал их шаги по мягкому ковролину, легкие движения.

– Сейчас, – второй голос принадлежал мужчине.

Что-то с гулким хлопком упало на пол.

– Да тише ты, болван! – тут же зашипела женщина.

– Здесь все равно никого нет, – рыкнул мужской бас.

– И что с того?!

В комнате явно были двое. Но зачем они явились в квартиру покойного, да еще на ночь глядя?

Любопытство взяло верх над осторожностью, я отлепилась от холодной кирпичной стены, чуть приподнялась и заглянула через подоконник. Но за наглухо задернутыми шторами нельзя было различить совершенно ничего.

А потом кто-то из двоих незваных гостей неожиданно включил свет. Я тут же юркнула под подоконник.

Черт! Куда бежать? Где прятаться? Вот влипла так влипла!

Но паника была напрасной. Прошла минута, другая, а ничего не происходило. Я снова набралась смелости и выглянула из-за подоконника. По комнате метался тусклый луч фонаря.

– Где искать-то?

– А черт его знает! Будем искать везде!

Я похолодела и невольно сильнее сжала сумку с псом.

Искать?

Везде?

Собачка тревожно забарахталась в сумке.

– Тсс, – зажала я псу пасть, всем телом вжалась в стену, затаила дыхание.

Если эти двое слышали скулеж, то мне несдобровать. Они явно пробрались сюда под покровом ночи не ради праздного любопытства, и лишние свидетели им точно не нужны… И какие только черти дернули меня взять с собой псину? Но проклинать свою собственную недальновидность было поздно – зверушка уже сидела в сумке, а я мелко тряслась на холодном балконе, ожидая, что в любую секунду дверь сюда распахнется, и…

Но ничего подобного не произошло. Странная парочка была занята делами куда более интересными.

– Куда? Вот куда старик мог их спрятать?

– Скорее всего, где-то здесь должен быть сейф, – рассуждал мужской голос.

– Но где?

– Посвети сюда. Может, за картиной?

– А менты точно ничего не нашли?

– Говорил же тебе, что нет! Их куда больше интересовал труп хозяина дома. Да и не знали они о том, что старик что-то хранил дома… – переговаривались они между собой.

«Воры? – волей-неволей пришла мне на ум догадка. – Грабители?»

Но на воровство это мало походило. Я во все глаза следила за тем, как то в одном углу кабинета, то в другом вспыхивает фонарный луч, слушала голоса неизвестных мне людей. И все больше и больше убеждалась: парочка занята тем же, чем еще несколько минут назад развлекалась и я, – обыском квартиры!

– А что, если он хранил их не в квартире? – забеспокоилась женщина. – Вдруг у него была забронирована ячейка в банке?

– Нет же! Точно тебе говорю – нет! Старик был чокнутый, никому не доверял, все держал у себя под боком! Так что ищи! Где-то они обязательно найдутся… Ищи!

«Деньги? Они ищут деньги? – пыталась угадать я. – Или что-то другое?»

Вот только никаких сейфов, тайников, двойного дна в ящиках или мобильных половиц нигде не было. В квартире Седова даже не было денег и каких-то драгоценностей. Ничего, чем могли бы поживиться обычные домушники!

Прошло минут десять. Я слышала, как стучат выдвигаемые ящики стола, как глухо хлопают о пол скидываемые с дивана подушки.

– Такое ощущение, что здесь ничего нет… – снова раздался раздраженный женский голос. – Вот черт! Неужели все зря!

– В квартире еще полно комнат. Возможно, они спрятаны где-то в другом месте… Если хочешь, можешь перейти в гостиную, а я закончу обыск здесь.

– Нет уж! – заупрямилась неизвестная мне особа. – Будем искать вместе!

– Ха! Не доверяешь? – с легкой издевкой спросил мужчина.

– Я вообще никому не доверяю…

– А вот это правильно! – все в том же тоне продолжал хрипло басить мужик. – Так что будем искать вместе! И давай без лишних разговоров. Времени у нас не так уж и много…

– А вдруг ничего не найдем… Что тогда?

– Если ты будешь искать, а не болтать, то мы все найдем!

– А вдруг… И что тогда?

А потом произошло то, чего я больше всего боялась… С козырька балкона разом сорвалось несколько вспуганных чем-то голубей. Птицы гулко захлопали крыльями прямо около моего укрытия и в ту же секунду разметались по воздуху кто куда. Завидев пернатых, доселе смирный пес высунул мордашку и пронзительно гавкнул.

– Черт… – схватилась я за голову.

– Ты слышал? – тут же зазвенел в тишине тоненький женский голосок.

– Должно быть, на улице…

– Не похоже!

– Брось ты! Ищи лучше!

– Нет. Это точно не на улице… Как будто рядом…

– Прекрати…

– Да говорю же тебе…

Дожидаться, пока меня, горемычную, обнаружат, я не собиралась. Схватила сумку с хвостатым предателем в охапку, повесила ее себе на шею и… – делать нечего – полезла через металлическое ограждение балкона.

Судьба была в отношении меня явно зла, жестока и несправедлива – дом Седова был старой постройки с высоченными потолками, а меня занесло аж на третий этаж. Так что перспектива свалиться вниз могла обернуться для меня крайне плачевными результатами. Мало того что руки то и дело скользили по металлическим прутьям, так на мне еще болталась кошелка с псом. Надо заметить, маленькая собачонка на деле оказалась ношей не из легких.

– Ну и откормил тебя старик Седов… – бормотала я себе под нос, сползая вниз по перилам.

Но все же капелька везения сопутствовала мне этой ночью. Кое-как я смогла спуститься на балкон второго этажа, цепляясь за выступы парапета, сползла ниже и сорвалась, только когда до земли оставалось несколько метров – крепко прижимая к груди сумку с собакой, я кубарем свалилась в колючие кусты засохшей сирени.

– Фух, – выдохнула я, сидя на холодной земле и тряся головой. Причина моих злоключений высунула мордочку из сумки и ткнулась мокрым носом в лицо.

– Ну, что теперь? – вроде как сердито пробормотала я, запрокинула голову вверх и напряглась больше прежнего. Через балкон третьего этажа перегибалась и заглядывала вниз тоненькая человеческая фигура. За ее спиной тут же возникла другая – высокая и широкоплечая. Мне уже не были слышны их голоса, а в кромешной темноте совершенно нельзя было различить лиц, сколько я ни всматривалась. Обе тени помаячили на балконе еще немного, а потом скрылись: сначала в темноту юркнула высокая фигура, а потом и низкая. Мужчина и женщина вернулись в квартиру Седова, чтобы продолжить поиски некоего Грааля. Я только тихонечко выдохнула – кажется, пронесло…

– Любой другой на моем месте вышвырнул бы тебя вон, – выговорила я псу, когда опасность миновала. – Все только по твоей вине! И надоумил же меня какой-то черт взять тебя с собой!

Но зверушка смотрела на меня такими осиротевшими собачьими глазками, что выставить ее на улицу было просто невозможно.

– Эх… – махнула я рукой, схватила сумку с болонкой под мышку, выбралась из кустов и быстро зашагала к своей машине.

«Фольк» стоял на том же месте, где я его и бросила. Я забралась в салон, собаку сунула на заднее сиденье.

– Так и быть, найду тебе дом, – вздохнула я. – А пока…

Я дотянулась до бардачка, выхватила сотовый. У меня в планах было временно сдать четырехлапое создание на поруки тете Миле. Но стоило мне только открыть «раскладушку», как я вмиг забыла обо всем на свете – на дисплее было с десяток пропущенных вызовов. И все звонки – с домашнего…

С самыми недобрыми предчувствиями я набрала наизусть знакомый номер, приложила трубку к уху. Ответили мне почти сразу.

– Да?.. – звенел далекий и такой родной голос моей дорогой родственницы.

– Тетя! Это я – Женя!

– Женечка, ты где? Ты как? Мне звонили из полиции, сказали, что тебя арестовали! Как это так? Что случилось, Женяша???

– Не волнуйся, тетя, все в полном порядке… Это недоразумение, – врала я – благо что по телефону не видно моих предательски уставших глаз и нервных повадок, которыми я обзавелась за последние сутки. – Я сейчас приеду и все объясню.

– Хорошо. Мы тебя ждем.

– Мы?! Кто это – мы? – насторожилась я.

– К нам приехал твой друг – Андрей.

– Андрей? – похолодела я. – Уже мчусь! Жди! – крикнула я в трубку и отсоединилась.

Впервые за все время, услышав имя своего клиента, я почувствовала не любопытство, не жалость, а панический ужас.

Ловко удерживая руль одной рукой, я достала из кармана зажигалку, пощелкала ей, прикурила тонкую сигаретку. В салоне тут же растекся пряный запах табака. А у меня все мысли были только о клиенте.

Андрей…

Зачем он пришел ко мне домой? Что ему нужно на самом деле? Кто он такой, в конце-то концов? Несчастная жертва обстоятельств или…

Я боялась даже подумать, но, помимо воли, в голове выстраивалась вполне логичная цепочка событий: вчера ночью из моего пистолета застрелили Седова, накануне кто-то выкрал у меня оружие, сделать это мог только…

Я нервно выдохнула сигаретный дым, прибавила скорость. «Фольк» стрелой мчался по улицам ночного города – мимо домов, неоновых вывесок, череды фонарных столбов.

А что, если?..

Я не верила, гнала эти мысли прочь. Но они так и лезли в голову: «А что, если Андрей и есть убийца Седова?..»

Я не знала ответа на этот вопрос. Или просто боялась честно на него ответить. Но я могла точно сказать: от одной мысли, что сейчас этот человек находится у меня дома один на один с тетей Милой, меня бросало в дрожь.

До своей квартиры я домчалась за считаные секунды, нарушив все скоростные режимы и не уступив дорогу ни одному встречному авто. Бросила машину во дворе и, забыв про лифт, стрелой взвилась на пятый этаж. Еще открывая дверь, я услышала приглушенные голоса. Я тихонько юркнула в коридор.

В квартире было темно, только на кухне горел свет. Стараясь не шуметь, я скинула с ног туфли, стянула с плеч плащик и закинула его на крючок. Держа в руках сумку с собакой, я прошла вперед и остановилась за дверью.

– …ума не приложу, что там могло произойти, – услышала я обрывок фразы тети Милы.

– Она должна была знать этого Дмитрия Седова. Вы не в курсе, что их связывало?

– Без понятия, – охала тетушка. – В полиции просто сообщили, что ее обвиняют в убийстве этого человека.

– Он был ее знакомым? – спрашивал Болотов.

– У Женечки не было таких знакомых. Я никогда раньше не слышала этого имени…

– Но она его знала, раз оказалась там, – сухо говорил Андрей.

– Хотя… – тут же озадачилась тетя.

– Что?

– Дмитрий Седов… Дмитрий Седов…

– Знакомое имя?

– Кажется, Женя как-то упоминала его!

– Да?

– Возможно, он был ее клиентом…

– Думаете?

Дольше стоять и слушать просто не было сил. Я шагнула вперед и остановилась на пороге.

На кухне, залитой ярким электрическим светом, за столом сидели тетя Мила и Андрей. Они одновременно обернулись в мою сторону.

– Женя! – тут же кинулась ко мне тетя.

Болотов даже с места не тронулся. Я окинула его цепким взглядом – темные брюки, легкий пуловер крупной вязки. Никакого оружия вроде нет, по крайней мере огнестрельного!

Я обнимала свою расстроенную, едва ли не рыдающую родственницу, а сама с нескрываемой ненавистью смотрела через ее плечо на сидящего за столом Андрея – у-у-убила бы, гада!

– Что произошло? Мне позвонили из полиции! Сказали, что тебя арестовали. Женечка, как так? Что приключилось??? – засыпала меня тетя вопросами.

– Все в порядке. Произошло недоразумение. Меня уже отпустили. – Я отстранила тетю, прошла вперед, села напротив Андрея и демонстративно закинула ногу на ногу. Как бы то ни было, но хозяйка положения здесь я!

Не спуская глаз с Андрея, я присела к столу. Внутри кипела такая злоба, что я едва сдерживалась, чтобы сейчас же не схватить подлого мужика за грудки и заставить во всем сознаться. Только страх за тетю удерживал меня от жестоких разборок.

Непривычно зло смотрел на меня и мужчина – глотал остывший кофе, курил и хмурился.

– А мне позвонили сегодня утром и сказали, что тебя арестовали! – продолжала тараторить тетя Мила, совершенно не замечая того, какие искры летали между мной и Андреем. – Я так переволновалась… Ты даже не представляешь! Если бы не приехал Андрюша, не знаю, что бы со мной и было… Мы уже хотели ехать к тебе, хорошо, что перед выездом позвонили! Нам сообщили, что тебя уже отпустили. Женечка, как же так произошло??? Неужели тебя могли обвинить в убийстве?

– Я же говорю: произошла ошибка. Все уже позади!

– А где ты так долго была? Почему сразу не приехала домой? – никак не могла отстать с расспросами дорогая родственница. – Я себе места не находила! Если бы не Андрей… Если бы не Андрей, – заламывала она руки, потом заметила в моих руках сумку с собакой и тут же насторожилась. – Женечка, кто это?

– Потеряшка, – пояснила я, выпустила из сумки пса и потрепала по шелковистой шерстке между ушами. – Замерзал на улице, жалко стало. Пусть поживет пока у нас, а потом я найду для него нового хозяина, – я говорила, а сама смотрела на Андрея. У его ног сейчас крутилась и жадно втягивала носом воздух болонка, хозяина которой он убил. Но мужчина только мельком глянул на пса и снова воткнулся в меня своим взглядом.

– Как хочешь, Женечка, пусть поживет, – не стала спорить тетушка. – Может, ты проголодалась? Будешь ужинать?

Я уже давно позабыла про нормальный обед. Но никакого аппетита у меня не было.

– Только кофе, – попросила я.

Тетя тут же метнулась к плите.

– Как ты здесь оказался? – без обиняков спросила я у Андрея.

Тетя Мила обернулась и удивленно взглянула на меня, но я даже внимания на это не обратила.

Болотов же сделал очередной глоток кофе, отставил чашку в сторону. Я смотрела на него и совершенно четко понимала: «Он все знает! Все до последней мелочи! Совершенно все!» И теперь, так же, как и я, сдерживает себя только из-за того, что рядом тетя. А будь мы одни…

– Ты обещала вернуться к утру, но я тебя ждал, а ты так и не появилась, – заговорил Андрей. В его словах не было ничего необычного, но столько злобы было во взгляде… – Я решил, что произошло что-то неладное… Возможно, ты опять угодила в лапы Соболева. Я подумал, что оставаться в загородном доме слишком рискованно. Кто-то из людей Бориса мог нагрянуть за мной в любую минуту. Тогда я вызвал такси и приехал к тебе домой. Мне просто больше некуда было податься. А здесь тетя сообщила мне про твой арест…

– Вот оно как!

Андрей нагло врал. Он оказался здесь неспроста – я была готова поручиться за это!

– Андрей так выручил меня тем, что был рядом все это время. Я такого страха натерпелась! – подключилась к разговору тетушка.

– Спасибо тебе, Андрей, – выразительно произнесла я. – Только беспокойство было напрасным. Со мной все в полном порядке.

На плите наконец-то забулькал вскипевший чайник. Тетушка щелкнула выключателем, плеснула в кружку кипятка. Она поставила передо мной чашку ароматного кофе, вазочку с печеньем, масленку, кухонный нож… Мы с Андреем одновременно посмотрели на нож, а потом друг на друга. Думали в этот момент мы об одном и том же. Болотов уже точно знал, что от меня можно ожидать чего угодно. Я же только догадывалась, на что способен этот человек.

– И кто же этот Седов, в убийстве которого тебя обвинили? – спросил Андрей.

Я придвинула к себе чашку, бросила парочку кубиков сахара.

– Да, Женя, что это за история? – вторила любопытная родственница.

– Седов?.. – я размешивала ложечкой кофе, с виду была совершенно спокойна, но в мыслях – такая нецензурщина… – Седов когда-то был моим клиентом, – я сделала паузу, бросила взгляд на Андрея и продолжила: – Он был уверен, что за ним кто-то охотится…

– Неужто? – усмехнулся Болотов. В его взгляде был откровенный вызов.

Но любопытная тетя, встревоженная судьбой своей племяшки-арестантки, то бишь меня, продолжала вертеться под боком.

«Не сейчас», – уговаривала себя я.

– Да, – кивнула я в ответ на замечание мужчины. – Старик был уверен, что его хотят убить.

– Вот оно как… – театрально вскинул брови Андрей.

Я продолжала играл роль сдержанной хозяйки дома.

– Какое-то время я занималась его охраной, но потом все вроде бы улеглось, затихло… И как только Седов успокоился, его ба-бах, – я неожиданно хлопнула ладонью по столу, так что подскочили блюдца. Андрей невольно отшатнулся от меня. – И убили… – закончила я.

Откинулась назад, отпила кофе, поморщилась – ну и гадость! Пересластила! Отодвинула от себя чашку.

– Я добралась до Седова, когда он был уже мертв. И как раз в это время в квартиру прибыли менты!

– Надеюсь, что полиция найдет преступника, – произнесла тетя Мила.

– Я даже не сомневаюсь в этом, – с особым чувством произнесла я.

– Главное, чтобы это произошло поскорее, – произнесла тетушка и тяжело вздохнула. – Я, пожалуй, пойду, прилягу. Столько было переживаний за сегодняшний день…

– Конечно, – улыбнулась я, а внутри вся подобралась, насторожилась. Ох, сейчас что-то будет…

– Тогда оставь посуду в раковине, я завтра все уберу, – произнесла тетя и вышла за дверь. В коридоре послышались ее шаги, потом хлопнула дверь – тетушка заперлась в своей комнате на ночлег.

Мы с Андреем остались сидеть на местах, не шевелясь, ни о чем не переговариваясь. У меня с губ медленно стекала приклеенная улыбка. Наливались злобой и глаза мужчины. Больше не было повода скрывать свои истинные чувства.

– Пошли, выйдем, – предложила я.

Глава 6

– Обманщица! Подлая обманщица! – накинулся на меня Болотов, едва мы оказались за порогом квартиры.

На лестничной клетке было холодно. Скорее всего, где-то в подъезде было разбито окно, и здесь нещадно дуло. Но я не замечала, внутри все кипело от бешенства.

– Кто бы говорил! – бросилась я в атаку. – Сам все это время использовал меня! Я-то, наивная, поверила тебе, согласилась охранять, помогла искать Шершня. А ты… – я захлебнулась словами. Я сдерживала себя из последних сил, чтобы не надавать оплеух подлому предателю.

– Обманщица! – шипел о своем Андрей. – Все это время работала на Седова, сливала ему информацию! Втерлась ко мне в доверие, только делала вид, что помогаешь, а сама… – у мужика тоже не хватало приличных слов, чтобы высказать все, что он обо мне думает. – Я пригрел на груди змеюку! – с чувством выплюнул он последнюю фразу.

– Что??? – вышла я из себя.

Мы, как две разъяренные крысы, кружили по тесной лестничной площадке, готовые в любую секунду кинуться друг на друга и перегрызться не на жизнь, а на смерть.

– Вот откуда у тебя было досье на меня и на Аллу! И как же я сразу не подумал об этом?! Поверил твоим нелепым россказням! Ты следила за нами! Давно следила! Наверняка и наша первая встреча в кафе была не случайной! Ты все это подстроила! И в ночь убийства Аллы не просто так зазывала меня к себе! Все продумала! Все! Лгунья! Подлая лгунья!

От слов мы перешли к делу. Мужик схватил меня за шиворот, я мертвой хваткой вцепилась в его свитер.

– Это ты подлый лгун! Прав был Седов, когда подозревал тебя! Ты занял меня поисками Шершня, а сам в это время украл у меня пистолет! Да, именно так! – Я уже кричала в голос на Болотова, совершенно не думая о том, что на часах давно за полночь, и мы перебудим сейчас всех соседей.

Мы таскали друг друга за грудки по всей лестничной клетке. Андрей с такой силой тряхнул меня за плечи, что я клацнула зубами. Но оставаться в долгу не собиралась и отвесила неприятелю оплеуху. Квиты!

– Ты украл у меня оружие! Украл и, воспользовавшись тем, что меня нет рядом, поехал в город и сделал то, что уже давно планировал сделать! Это ты убил Седова!

– Что???

Андрей, с недюжинной силой до этого трясший меня за плечи, неожиданно замер. Воспользовавшись замешательством, я отвесила ему увесистую оплеуху, отпихнула и шарахнулась в другую сторону. Задыхающиеся, взъерошенные, мы стояли в разных углах лестничной клетки и зло смотрели друг на друга.

– Ты что такое несешь, чокнутая?! – искренне возмутился мужик. – Никого я не убивал!

– Убивал! Еще как убивал! Застрелил из моего оружия! Думал свалить всю вину на меня! Ан нет! – орала я. – Небось потому и примчался ко мне домой. Хотел узнать все подробности моего ареста от тети! Ты за все это ответишь! И сполна! Я сдам тебя ментам, и они упекут тебя за решетку на долгие и долгие годы! – выговорила я и снова кинулась на Болотова. Мне хотелось сполна поквитаться с ним за все то, что я пережила из-за него за последние двадцать четыре часа.

– Подлец!

Я схватила мужика за горло. Но Андрей больше не пытался меня оттолкнуть, он только хрипел одно и то же:

– Я никого не убивал!

– Ментам это расскажешь! Гад! – рычала я.

– Ты рехнулась, что ли? Отпусти… Говорю тебе, никого я не убивал…

– Больше ты не будешь мне врать! Я заставлю тебя во всем сознаться! Заставлю – чего бы мне это ни стоило!

– Я не убивал Седова… После того как ты во второй раз уехала, я пошел в сторожку охранников… Я просидел у них до утра в ожидании, когда ты вернешься… Можешь спросить… Они подтвердят… И только днем я вызвал машину и поехал сюда… – сипел на последнем дыхании мужик.

На этот раз до меня дошли слова Андрея. Я ослабила хватку и вопросительно уставилась на бледного мужика.

– Хочешь сказать, что не ты убил Седова? – недоверчиво щуря глаза, спросила я.

– Да говорю же тебе – не-е-ет!!! – прижатый к бетонному полу, чуть живой мужик продолжал отпираться от того, в чем я его обвиняла.

Я выпустила его, шлепнулась прямо на ступеньки и схватилась за голову.

– Но если не ты, то кто?..

Уже в который раз мне казалось, что я иду по верному следу. Но вот в моих руках снова пустой фант, и я совершенно не представляю, что делать дальше…

Я почувствовала, что рядом со мной на лестницу присел Андрей: отряхнул свитер, обтер рукавом разбитую челюсть и совершенно беззлобно спросил:

– Какие бесы в тебя вселились?

– Посмотрела бы я на тебя после суток, проведенных за решеткой! – огрызнулась я, но прежней злобы уже не было.

– Жека, я не убивал Седова. У меня были свои счеты со стариком, но не я его порешил! Кто-то другой, а не я.

– Рассказывай! Где ты перешел дорогу Седову?

Андрей тяжело вздохнул, еще раз прошелся рукавом по окровавленной физиономии.

– Так и быть… Скажу, – махнул он рукой. – Вся эта история началась с того, что мы с Аллой, как всегда, выискивали очередной повод для шантажа.

Я привалилась к стене и вся обратилась в слух…

– У нас уже давно не было никаких дел, деньги заканчивались, и нужно было срочно что-то искать. Я пошел на крайность и поехал на разведку в окрестные города. Иногда, если в Тарасове наступала тишина, мы с Аллой устраивали такие вылазки… Так вот, возвращаясь из очередной командировки ни с чем, я попал в одно купе с неким Константином. Он оказался карточным игроком и предложил мне партейку-другую… Но моему попутчику в тот вечер не повезло – он проигрался в пух и прах, а отдать деньги не смог… С горя парень напился, и вот тут его понесло… Он рассказал о том, как его достала жизнь бродяги – без денег, без угла, с кучей карточных долгов! И парень просто спит и видит, как в один прекрасный момент все изменится, и что очень скоро это произойдет… Якобы в Тарасове у него есть богатый дядя. Нет у этого скряги ни семьи, ни детей, нет у него даже денег! Все свои сбережения старик всю жизнь вкладывал в бриллианты. И на эти-то камушки и наточил зуб Костька! Он говорил, что уже придумал, как избавиться от старика, так что очень скоро он сможет отдать все свои долги, в том числе и мне… На следующий день парень и не вспомнил об этом разговоре. Мы вышли из поезда в Тарасове, разошлись в разные стороны. Скорее всего, Костя думал, что мы больше никогда и не встретимся. Но в тот вечер, спеша с перрона в сторону стоянки, я точно знал, что обязательно найду этого человека!

– И ты его нашел… – произнесла я.

– Нашел! Это было легко! Парень оказался гуляка не промах, в первом же казино, куда мы с Аллой заглянули, нам сказали, что Константин здесь частый гость. А потом – как всегда. Чтобы действовать наверняка, мы покопались в этом деле и выяснили кое-какие подробности. Оказалось, что Костя действительно планировал убийство и ограбление своего богатого родственника, но не один, – Андрей сделал паузу. – …А в компании с человеком по прозвищу Шершень.

– Так вот как все было… – протянула я и тут же прикусила язычок. «Вот, значит, откуда растут ноги у этой темной истории», – домыслила я уже про себя.

– Да! Но на Шершня нам было плевать. По нашим данным, он был приятелем Кости, и не больше. Нас же с Аллой интересовал сам Константин – ведь богатый дядечка был его родственником! Значит, с него был и весь спрос! И мы начали шантажировать парня, но… Он оказался слабаком! Стоило только разок его припугнуть, как он тут же свел счеты с жизнью – повесился, дурень. Набрал на компьютере предсмертную записку, в которой сознался в своем кровавом замысле против родного дяди, и накинул петлю на шею! Но мало того! В этой записке он указал, что в своей смерти просит винить Аллу и Андрея Болотовых! То есть меня и мою жену! Вот каков был идиот!

– Так, значит, Седов не врал, – протянула я. У меня в памяти навсегда остался последний визит к Седову, когда старик впервые рассказал мне о своих страхах. Ведь он говорил о своем племяннике Косте – любителе азартных игр, про его трагическую гибель и предсмертную записку, в которой он написал имена супругов Болотовых. Весь этот рассказ я уже слышала от Дмитрия Валерьевича, только тогда сочла его за бред старого маразматика, а вот теперь поняла – он не зря боялся…

– Ты о чем? – насторожился Андрей.

– Понимаешь, Седов никогда не говорил мне, зачем именно ему нужно, чтобы я следила за тобой и Аллой. А последний раз признался: он думал, что вы были заодно с его племянником и боялся, что, даже несмотря на его смерть, не отступитесь от задуманного.

– Но все было не так, – покачал головой Андрей. – Нам не нужен был старик. И даже после смерти Кости… Да, рыбка сорвалась с крючка, но осталась вторая! Вот тогда-то мы с Аллой и решили найти Шершня. А дальше… Дальше ты все знаешь…

– Значит, Костя и Шершень хотели обокрасть Седова?.. – задумчиво произнесла я.

– Да, они хотели украсть у старика бриллианты.

– Бриллианты… – протянула я.

В голове у меня как будто что-то щелкнуло.

Бриллианты! Вот что искали этой ночью воры в квартире покойного Дмитрия Валерьевича! А возможно, среди них был и Шершень???

– Кто еще знал про то, что Седов хранил дома драгоценности? – схватилась я за Андрея.

– Ты имеешь в виду, кто мог убить старика и умыкнуть камушки? – переспросил Болотов.

– Именно!

– Без понятия, – пожал плечами Андрей. – Детей у старика не было. Когда мы с Аллой занимались этим делом, я наводил справки. Из близких у Седова был только старший брат. Но он давно умер, осталось двое детей, родных племянников Дмитрия Седова – Костя и Максим.

– Ага, Максим, – кивнула я. Доводилось мне слышать про такого. «Жаль, лично не знакома…» – подумала я, но вслух ничего не сказала. Андрею совсем необязательно было знать все подробности моего чудесного освобождения из-под стражи.

Я похлопала себя по бокам, вытащила из кармана жилетки сигареты, прикурила, дружески протянула пачку Андрею.

– А с чего ты взяла, что это я убил Седова? – спросил Болотов, прикуривая от зажигалки и выдыхая колечками сигаретный дым.

– Все просто! Седова застрелили из моего пистолета. Единственным, кто мог выкрасть у меня оружие, был ты.

– Но это могло произойти когда угодно и где угодно!

– Последний раз я держала в руках свой «макаров» во время перестрелки с тем типом на «Ауди», которого мы принимали за Шершня, – вслух начала рассуждать я.

– Ну…

– Потом мы поехали в твой загородный дом. Так?

– Так, – морщил лоб и старательно припоминал Андрей.

– А потом… – я запнулась.

– Потом… – повторил за мной Болотов.

– Потом я поехала в город и… – я покусала губы и договорила: – И меня на выезде из поселка остановил мент!

– Ну…

– Он привязался ко мне просто так, просил предъявить документы, открыть багажник… Я еще подумала, что дорожный сторож просто хочет поживиться на халяву. А что, если на самом деле он… Он и украл у меня пистолет! – хлопнула я в ладоши.

– Думаешь? – переспросил Андрей.

– Точно тебе говорю! Завтра же найду этого прохвоста и разберусь с ним! – уже начала строить я кровожадные планы. – Возможно, он-то и приведет меня к настоящему убийце… Но это завтра, – вздохнула я. – А сейчас – пошли спать.

В глазах Андрея читалось явное удивление. «Он ждал, что я его выгоню. Откажусь на него работать», – как-то сразу поняла я. И снова заскребли на душе кошки, и снова, как и прежде, мне стало жаль мужчину.

– Идем-идем, – поторопила я его. – Утро вечера мудренее! Скоро и так начнет светать, а мы еще и не ложились. Безумно устала!

Я поднялась первая, еле волоча ноги, поплелась к своей двери. Следом встал с бетонных ступенек и Андрей. Мы вошли в темную квартиру, на цыпочках прокрались в мою комнату.

– Оставайся здесь, я усну в кухне, – произнесла я, вытащила из шкафа подушку, прихватила плед.

Но прежде чем я ушла в кухню, Андрей ухватил меня за руку.

– Женя…

Я обернулась и недоуменно на него уставилась.

– Женя, ты прости меня, – попросил он. – У тебя из-за меня одни только неприятности.

– Перестань, – отмахнулась я.

– Нет, ведь это правда! Надо было с самого начала тебе рассказать всю правду. А я все чего-то боялся, не решался. Куда уж хуже – я подозревал тебя в сговоре с Седовым! Прости меня за это! Прости дурака! Но у меня словно ум отшибло, как только я услышал от твоей тети, что тебя арестовали за убийство Дмитрия Седова. А потом еще тетя Мила предположила, что он твой клиент. Вот я и сорвался – накинулся на тебя. Прости…

– Считай, что мы квиты! – невесело усмехнулась я. – Я ведь не осталась в долгу и тоже подозревала тебя в убийстве Дмитрия Валерьевича. Сцепились с тобой, чуть не поубивали друг друга!

– И не говори…

– Считай, что забыли. Мир!

– Ты могла бы прямо сейчас выгнать меня, а ты… – не унимался в своих терзаниях Болотов.

– Я не могла бы так сделать.

– А может, и стоило! – вдруг совершенно осознанно сказал Болотов. – Мало того что ты каждый день рискуешь из-за меня, так теперь тебя еще и обвиняют в убийстве Седова.

– Я уверена, что следствие выйдет на настоящего преступника.

Я хотела уйти, но Болотов по-прежнему не отпускал меня.

– Да… И все же… Если бы я знал, что все так обернется, то… То не стал бы тебя впутывать во все это.

– Я сама впуталась! Еще до того, как ты предложил мне стать твоим телохранителем, – напомнила я, освободила свою руку, пожелала Андрею спокойной ночи и вышла из комнаты.

Только сейчас я сообразила, как безумно устала за последние несколько суток! Шаркая ногами, я доплелась до кухни, кинула на диван подушку, шлепнулась следом сама. Сил хватило только на то, чтобы скинуть туфли и натянуть теплый плед. Где-то около меня тут же что-то засопело и завертелось, потом на пружинистый диван шмякнулся лохматый комок шерсти, ткнулся мне в лицо мокрым носом.

– Мотька… – сонно пробормотала я, сгребла пса в охапку и тут же уснула.

* * *

Я проснулась, когда на часах было ровно десять. Вроде самое время для начала работы, но, сидя на диване и отчаянно тряся головой, я понимала, что чувствую себя как разбитое корыто. Бессонные ночи, мытарства по кутузкам и выяснение отношений до самого рассвета еще никому не шли на пользу. И все же… Мне предстояло решить массу проблем! И чем раньше, тем лучше. Собственно говоря, одна из этих проблем вертелась у меня под ногами, пока я варила кофе и наскоро готовила завтрак, – песик, которого я из жалости забрала домой, прыгал и тявкал, настырно требуя внимания от новой хозяйки. Я опустила взгляд на пол, где мельтешила болонка, она тут же замерла на месте и яростно замела лохматым хвостиком.

– Эх… – разозлилась я, отбросила в сторону нож, которым резала тосты, схватила собаку под мышку и потащила на выгул.

«Все же иногда доброта служит нам плохую службу», – думала я, спускаясь по ступенькам вниз с псом в руках.

– Ну и тяжелый же ты. Кормили тебя, что ли, немерено? – уже в который раз пожурила я болонку, которая вместо положенных пары кило весила добрых десять!

«Нужно как можно скорее найти для этого зверька нового хозяина!» – уже про себя домыслила я.

Но о поиске любителей усатых-хвостатых я печалилась до тех пор, пока мы не оказались на улице. Стоило мне только сделать шаг из подъезда, как я тут же угодила в лужу.

– Черт! – выругалась я, огляделась вокруг… По сырому асфальту расползался туман, деревья за ночь как будто растеряли остатки листьев и ощетинились лысыми ветками, а город казался каким-то особенно грязным и серым. Погода была пасмурная. Паршиво было и на душе.

Я спустила собаку с рук, присела на скамеечку и, зябко подбирая полы расстегнутой куртки, закурила сигарету. Сначала я пристально следила за болонкой взглядом – как бы не убежала. Все же собачка явно домашняя, на шее у нее красовался широкий кожаный ошейник. Скорее всего, где-то в квартире Седова от него остался поводок, и, возможно, пса никогда не отпускали с него на улице. Но лохматый комок шерсти неуклюже бегал по двору, гонял носом опавшие листья и даже не думал теряться. Так что через пару минут я перестала оглядываться вокруг себя, нервно ища своего хвостатого подопечного, и задумалась о своем.

Из головы никак не шел вчерашний разговор с Андреем. Ведь если не Болотов украл оружие, то значит – и сомнений быть просто не может – это сделал гаишник, который тормознул меня на пути из поселка в город. Кто-то знал о нашем с Андреем переезде и, конечно же, понимал, что рано или поздно, но я буду проезжать мимо поста ДПС, который расположен около поселка. Подослать туда «своего» человека – задача несложная при наличии определенных связей. А в том, что они есть и у Бориса Соболева, и у его дружка по прозвищу Шершень, я не сомневалась. Так же как и в том, что это все было их рук дело. А как иначе, если сразу же после пропажи оружия на меня вышли люди Соболева и так ловко загнали в ловушку. Никаких сомнений не было и в том, что Шершень убил Дмитрия Седова! Этот тип планировал преступление еще с племянником Седова – Костей. Не думаю, что смерть подельника могла изменить намерения коварного убийцы. Ведь если верить словам Андрея Болотова, цена этой преступной аферы была очень высока – бриллианты, в которые вложил все свои деньги скряга Седов…

Скорее всего, именно так все и было! Вот почему менты не нашли никаких ценностей в доме убитого старика. Вот отчего оказались напрасными и мои поиски. И кем бы ни были те двое, что явились в квартиру на Новоарбатской, тридцать семь, вчера ночью – они тоже должны были уйти ни с чем! То, чем так дорожил Седов и за что он поплатился своей жизнью, – бриллианты – унес с собой его убийца Шершень!

Догадывался ли об этом Андрей? Подозревал ли он, что человек, убивший его жену, совершил очередное преступление, главной подозреваемой в котором объявили меня, – я не знала. Но как бы то ни было, а рассказывать Болотову о тараканах в своей голове я не собиралась. Когда спустя полчаса я вернулась домой с довольным и счастливым псом и застала своего клиента в кухне за чашечкой кофе, то выдала самую дружелюбную улыбку и как ни в чем не бывало произнесла:

– Доброе утро. А мы с Мотей уже успели прогуляться с утра.

– Да, собаки это еще то счастье… – отозвался он. – Я немного похозяйничал в кухне и сварил себе кофе. Просто тетя Мила еще не проснулась, а тебя не было…

– Правильно сделал.

– Хочешь, и тебе приготовлю?

Болотов продолжал игнорировать собаку. И даже когда я назвала ее имя – ничего не спросил. Хотя внутри я вся подобралась и насторожилась. Но похоже, что Андрей действительно никогда не видел эту собаку, а значит, не был в квартире у ее хозяина, то бишь у ныне покойного Дмитрия Валерьевича Седова…

– Нет, спасибо, я уже завтракала, – отозвалась я.

– Всем доброе утро, – на кухню заглянула тетя Мила. Увидела у меня в руках барахтающуюся собачонку и тут же всплеснула руками: – Женечка, уже прогулялась с нашим питомцем. Посмотри, какие у него грязные лапы – давай заберу его в ванную!

Я с благодарностью взглянула на свою дорогую родственницу и передала ей пса.

– Ох, какой тяжелый, – оценила тетушка. – Сразу видно – раньше был домашним… Нужно бы расклеить объявления по округе. Может, кто-то сейчас ищет этого красавца…

Тетушка вышла в коридор, продолжая сюсюкать и приговаривать над несчастной потеряшкой.

– Женечка… – начал Андрей, когда моя дорогая родственница снова оставила нас одних, но запнулся, встал с места, прошелся по комнате и остановился у окна.

– Что такое?

– Женечка, ты не обязана привечать меня у себя дома. Со мной и так одни хлопоты… Ты могла бы выставить меня уже вчера.

– Не могла.

– Но и жить в твоей квартире вечно я не могу, – с чувством возразил Андрей.

– Давай пока оставим все так, как есть, – уверенно произнесла я. – По крайней мере, до тех пор, пока вся эта история не закончится. Сейчас у меня у самой возникли некоторые сложности…

– Из-за меня же! – не удержался Андрей.

– Неважно, – спокойно ответила я. – Мне придется отлучаться для дачи показаний. И я хотела бы, чтобы в то время, пока меня нет рядом, ты был в надежном месте, а не отсиживался в сторожках у охранников, – веско закончила я. – В этой квартире места хватит всем. Так что ни о чем не беспокойся.

– А ты уже куда-то собираешься? – заметил Андрей, что я не тороплюсь снимать теплую куртку.

– Д-да, – неуверенно произнесла я.

– Куда? – спросил, несмотря ни на что, клиент.

– В полицию, – не моргнув глазом соврала я. – Выяснились какие-то новые обстоятельства смерти Седова. Меня просили подъехать.

– Жень, думаешь, это Шершень убил его? – очень тихо спросил Андрей. Все же мы думали с ним об одном и том же.

– Не знаю, – уклончиво ответила я, мне отчего-то не хотелось говорить на эту тему. – Пока я сомневаюсь во всем…

Собственно говоря, именно это чувство сомнения и тревоги гнало меня в сторону поселка Березовая Речка. Но, подъезжая к посту ДПС, я вдруг заколебалась.

За чертой города моросил дождь. Он выстукивал монотонную дробь по крыше авто, разводами стекал по лобовому стеклу. Но, независимо от погоды и времени суток, у тротуара нес службу сотрудник ДПС. Пузатый дядька, низко надвинув на глаза капюшон, зорко высматривал зазевавшихся водил. Это был совсем не тот мент, что тормознул меня в роковой вечер убийства Седова, но все же.

Я перестроилась в крайний ряд, сбросила скорость. В голове у меня уже созрел примерный план действий, как выведать у пузана координаты нужного мне стража дорог, но… Вместо того чтобы нажать на тормоз, я проехала мимо.

Откинулась на спинку сиденья, выдохнула, поудобней перехватила руль. Я ни за что бы не призналась себе в этом, но с некоторых пор во мне поселилось странное недоверие к клиенту.

Вполне возможно, что Болотов действительно не крал у меня пистолет и в ночь убийства Седова просидел в сторожке охранников. Однако первое правило настоящего сыщика во все времена гласило одно и то же: «Доверяй, но проверяй!»

– …а еще уточняй и выясняй! – сказала я самой себе и уже более решительно переключила скорость. Машина пронеслась мимо поста ГАИ, промчалась под указателем «Березовая Речка» и вильнула на проселочную дорогу.

Я не знаю точно, какая нелегкая сила несла меня в сторону загородного дома Андрея Болотова, но отказываться от задуманного я не собиралась. Но меня тут же ждало разочарование – сторожка охранников оказалась заперта. Я напрасно дергала дверную ручку и заглядывала в окна.

Хмурое утро сменилось окончательной непогодой к полудню – дождь пошел еще сильнее. Окончательно промокнув, я зло топнула ногой и снова побежала к машине, села за руль, повернула ключ в замке зажигания. Я поехала вперед по мокрой дороге мимо высоких изгородей окрестных домов, свернула на знакомую улочку и тормознула около кирпичного двухэтажного домика. Я не знаю, зачем и какая именно нелегкая сила несла меня в сторону загородного дома Андрея Болотова. Что я хотела там найти? Возможно, хоть какое-то подтверждение правдивости слов Андрея?..

Ключей у меня, разумеется, не было, но это был не тот повод, который мог бы остановить Женечку Охотникову! На такой случай на дне моей сумочки всегда имеется заботливо припасенный набор отмычек. Бросив машину около дома, я выбралась на улицу, накинула на голову капюшон, добежала до калитки.

Волшебные крючочки не подвели меня и на этот раз: я беспрепятственно попала сначала за ворота, а потом и в дом.

– Неплохо сработано, Евгения, – одобрила я свои действия и шмыгнула за дверь, тихонечко притворила ее за собой и огляделась.

Маленький коридорчик, на крючке сиротливо висит ветровка, забытая Андреем, полочка для обуви совершенно пуста. Вроде ничего не изменилось с моего последнего визита сюда. Вот только… только собачий холод пробирал до мозга костей!

Я невольно передернула плечами, прошла вперед, заглянула в кухню – та же картина. Стол совершенно пуст, все полочки тоже, и только на подоконнике стоит пепельница, полная окурков, а рядом – чашка недопитого кофе. Должно быть, Андрей прождал меня у окна весь вечер…

Я снова поежилась. Мало того что в доме настоящий ледник, так еще и в окна нещадно дуло. Я поспешила покинуть пищеблок, снова вышла в коридор, заглянула в кладовую, щелкнула выключателем. В тесной комнатенке тут же вспыхнул свет. Я бестолково шарила по полкам, заваленным старыми вещами и коробками с каким-то барахлом. Здесь не было совершенно ничего интересного.

Неожиданно за моей спиной хлопнула входная дверь. Я выронила сумку, обернулась и невольно подняла руки вверх. В коридоре стоял здоровый бородатый мужик с винтовкой через плечо и рыкающим бульдогом на поводке.

– Кто такая? Что здесь делаешь?! – просипел бородач.

– Я… Я знакомая Андрея Болотова. Я приехала сюда по его просьбе…

– Да ну? – вроде как не поверил мужик.

– Это правда, – я смотрела то на дядьку, то на собаку, которую он удерживал с явным усилием.

– А вы, должно быть, работаете здесь? Охранником? – догадалась я.

– Охранником! И тебе не повезло! Поживиться не придется!

– Вы думаете, что я воровка???

– Сейчас вызову полицию – они и разберутся!

Я не на шутку испугалась – лишние приводы в местные органы порядка были мне сейчас ни к чему. И бежать некуда: позади – глухая стена кладовки, впереди – рычащий пес и его хозяин с нешуточными угрозами. Хоть плачь!

– Живо отвечай, что здесь забыла?

– Я же вам говорю: меня попросил сюда приехать Андрей Болотов! – в отчаянии крикнула я. – Я знаю имя хозяина дома – неужели вам этого мало?

– Ха! Ну, узнать имя того, кто здесь живет, задача простая!

– Я знаю всю их семью! – убеждала я. – Я знала его покойную жену! Я знала Аллу Болотову, которая погибла во время взрыва несколько дней назад! Андрей думает, что это было убийство, и теперь боится, что и его ждет такая же участь! Он не может оставаться дома, он опасается жить здесь! Я временно приютила его у себя, и он попросил забрать отсюда некоторые его вещи…

Я уже не ждала, что мои слова будут услышаны, но суровый дядька неожиданно убрал руку от винтовки и отдернул скалящегося пса в сторону.

– А ну перестань, Рекс! – скомандовал он хвостатому напарнику. Собака тут же затихла и перестала щетиниться.

Я тихонечко выдохнула – поверил!

– Извините, что так получилось… – уже мягким тоном заговорил бородач. – Работа у меня такая. Уж пойми. В пригородном поселке всякое бывает… Я тут не первый год служу, так что знаю – и молодые девушки на воровство идут. Тем более что живут тут люди небедные – поживиться всегда есть чем.

– Д-да… – отозвалась я и медленно стекла на ближайший стул.

Мужик тут же кинулся ко мне.

– Напугал? Да? – схватил он меня за плечи своими огромными лапищами. – Вот дурень! Извини! Я ведь не со зла! Да и Рекс мой на самом деле добрейший пес!

Мужик не понимал, что напугал меня не он со своим псом, а угрозы по поводу ментов. «Но пусть лучше так думает!» – сама с собой решила я.

– …ты бы сразу мне про Аллу Николаевну и Андрея Геннадьевича сказала! Что ж молчала-то? Я их хорошо знаю и про то, что с Аллой Николаевной случилось, слышал! Мне только вчера об этом сам Болотов рассказывал.

– Андрей вам рассказал? – несмотря на все еще трясущуюся душонку, переспросила я.

– Ну да, до самого утра с ним проговорили, просидели. Знаю я про все его беды! Он ведь говорил мне про знакомую, к которой собирался ехать. Видно, это ты и есть! Ой, прости меня, хорошая… – причитал мужик передо мной.

Я слушала его и понимала, что Андрей меня не обманул.

– Ничего страшного, – вроде как окончательно пришла я в себя. – Всякое бывает!

Поднялась со стула, сунула под мышку сумку и застегнула дрожащей рукой «молнию» куртки.

– Замерзла? – участливо спросил мужик.

– Холодно в доме, – кивнула я.

– Пошли ко мне. Так перед тобой виноват. Хоть чаем напою…

В любое другое время я бы отказалась от распития чифира в компании местного дядьки-сторожа, но я действительно слишком замерзла, а домой еще неизвестно когда попаду, да и не за тем ли я ехала в такую даль, чтобы поговорить с этим бородачом?..

– Идемте, – согласно кивнула я.

Сторожка охранников была буквально в паре шагов от дома Болотова. Так что, несмотря на дождь, мы быстренько добрались до теплого жилища моего нового знакомого. Он усадил меня за деревянный стол, сам же засуетился около плиты – чиркнул спичкой, громыхнул чайником об горелку.

– А вы, значит, виделись с Андреем… – издалека я начала диалог.

– Прошлым вечером дело было.

– Вот оно что… – проявила я интерес.

– Да! Пришел ко мне Андрей Геннадьевич – сам не свой, лица на нем нет! Попросил спички. Только я сразу понял, что не в этом дело… Предложил ему войти, а он только и рад был. Вот тогда-то он и рассказал мне про убийство жены, про то, что теперь и за ним охоту ведут. Страшно ему было одному в доме оставаться, вот он и пришел ко мне! Проговорили с ним за жизнь аж до самого утра!

В чайнике забулькала вода, и Семен Дмитриевич тут же вскочил с места. Я наблюдала за тем, как он разливает по кружкам кипяток, и спросила:

– А в котором часу он к вам пришел?

– Так начало двенадцатого было.

«Спустя полчаса, как я уехала отсюда… – подумала я. – За это время ему никак нельзя было успеть доехать до города, убить Седова и вернуться обратно! Нет! Убийца точно не он!»

– И до самого утра он у вас просидел? – уточнила я.

– Верно! Все ждал кого-то – в окно глядел. Так вас, поди, и ждал! Потому как утром, чуть рассвело, сказал, что поедет в город к своей знакомой – мол, она сама должна была за ним приехать, но раз ее нет…

– Да, меня ждал, – сказала я скорее самой себе, чем своему собеседнику.

– А Аллу Николаевну и правда убили? – спросил мужик.

– Следствие еще идет, – ответила я.

– Такая красавица была. Такая красавица… – заохал Семен Дмитриевич.

– Н-да…

– Да вы пейте чай! – потчевал меня хозяин сторожки. – У меня и варенье есть. Угощайтесь!

Никакие засахаренные фрукты мне были уже не нужны. Все, что было нужно, я узнала, но просто так встать и уйти мне не позволяла совесть.

– А ведь я заходила к вам в сторожку, хотела поговорить, но никого не застала… – чтобы хоть как-то занять время разговором, произнесла я.

– Оно и немудрено! Сейчас самая работа!

– Неужели? – изобразила я на своем лице интерес.

– Да. Большинство начинает разъезжаться в город – кто-то забывает закрыть окно, кто-то калитку оставляет нараспашку! Всякое бывает! Вот и хожу, проверяю! Но это еще полбеды! Тут одни как-то отопление забыли отключить! Чуть было беды не наделали… – вещал мне о своей нелегкой службе Семен Дмитриевич.

– Отопление?.. – что-то резануло слух. – Это как?

– Отопление здесь проводили еще по-старому – в каждом доме протапливается свой котел, – пустился в объяснения мой новый знакомый. – А иначе – околеть можно! Но если в доме никого нет, то отопление обязательно нужно выключать.

– Да? А если не выключить? Что будет?

– Дом может сгореть. Вот и приходится мне дорожки топтать – проверять, все ли везде в порядке…

– Значит, прежде чем уйти из дома, котел отключают? – переспросила я. – А включают его, когда снова приходят?..

– Так я тебе про это и толкую!

– Вот оно как… – А Болотовы никогда не забывали отключать котел?

– Не-ет! Сколько их знаю, они в этом плане всегда ответственные были! Поэтому я и насторожился, когда тебя на их участке заприметил!

Я слушала сторожа вполуха, в голове ворошились какие-то недобрые мысли: «Когда мы первый раз приехали с Андреем сюда, в доме было тепло. Даже жарко! Я отлично это помню! Болотов еще предлагал открыть форточку. А сегодня… Сегодня я чуть переступила через порог и тут же замерзла». И та газета – вдруг вспомнила я. Когда я первый раз осматривала дом Болотовых, то в одной из комнат нашла свежий номер газеты. Тогда я не придала этому никакого значения, но теперь…

Я еще не знала точно, что именно, но что-то в этом мне определенно не нравилось!

– А сколько времени нужно, чтобы котел остыл? – осторожно подбирая слова, спросила я.

– За час в доме наступит собачий холод.

Я допила чай, выслушала еще несколько жалоб от Семена Дмитриевича на свою нелегкую работу и засобиралась. Но, уже собравшись уходить, на пороге я остановилась и спросила:

– Извините, а вы случайно не знаете: в доме Болотовых кто-то жил последнее время?

– Нет! – чистосердечно ответил мне мой новый знакомый. – Ни Алла, ни Андрей не приезжали с самого лета!

– А может, кто-то другой? – рискнула спросить я.

По недоуменному взгляду Семена Дмитриевича я понимала, что говорю бред.

– Никого не было! – развел он руками. – Точно говорю! Я по десять раз на дню мимо их дома прохожу – обязательно бы заметил, если бы кто жил. Но ни машины около ворот не было, ни свет в окнах не горел.

– Ясно, – кивнула я и поспешила шагнуть за порог.

Уже не обращая никакого внимая на дождь, я добрела до своей машины, забралась в салон, включила печку, но еще долго не отъезжала от кирпичного дома Болотовых. Сквозь лобовое стекло, по которому струями стекала вода, я смотрела на темные окна дома, на крошечный балкончик на втором этаже. А в ушах у меня звенели слова Андрея, когда я первый раз предложила ему пожить в этом самом доме.

«– А ты ведь говорил что-то про загородный дом. Может, там поживем некоторое время?

– Загородный дом?..

– А что? Мне кажется, отличный вариант! Далеко это от города?

– Да нет… Каких-то пару километров… В поселке Березовая Речка…

– Вот и отлично! Поехали туда!

– Возможно, но…

– Что?

– Нет, просто… Может, не стоит?

– Почему?

– Все же пригород… Мало ли…

– У тебя есть более подходящие варианты?»

Болотов долго и упорно не хотел соглашаться ехать в загородный дом. Почему? Что-то мне подсказывало, что Андрей прекрасно знал о том, что там находится тайный гость…

Я закурила сигарету, включила дворники. Сквозь дождевые потеки кирпичный домик, принадлежащий некогда счастливой чете Болотовых, казался каким-то неприятным и необжитым. Мне захотелось уехать отсюда как можно скорее! Я зажала сигарету в зубах, повернула ключ в замке зажигания и тронулась с места.

Странная штука – я торопилась в поселок, чтобы развеять свои сомнения, а уезжала отсюда с еще большим ворохом подозрений и страшных догадок…

* * *

Но если в истории с Болотовым была сплошная неразбериха, то в деле с кражей моего пистолета я должна была разобраться раз и навсегда!

С желанием установить истину и решительным настроем я подрулила к посту ДПС. На трассе тосковал все тот же пузатый мент. Судя по его печальной физиономии, день сегодня был не рыбный. Оно и понятно – на улице такая непогода! Так что, завидев, что я торможу точно около него, гаишник оживился, в его глазах вспыхнул алчный огонек, и он наклонился к окошку.

Я опустила стекло и выглянула к нему.

– Добрый день, – выдала я свою самую обворожительную улыбку.

Мент сдвинул на затылок капюшон и отрекомендовался:

– Сержант Петров. Чем могу помочь?

– Можете, – продолжала я растягивать губы в фальшивой улыбке.

– Что могло приключиться со столь очаровательной леди?

– Вчера вечером здесь работал ваш коллега… – я запнулась. «Как его там звали?» – постаралась припомнить я. – Сержант Сергеев! – Я улыбнулась еще шире. – Вы, должно быть, знаете такого?

– Знаю, – осторожно ответил коллега подлого мента.

– А сегодня он работает?

– Сегодня у него выходной. А что случилось?

Я повнимательнее взглянула на своего собеседника. Простоватая физиономия, любопытные глазки навыкате. Явно что-то из серии «маменькин сынок на государственных харчах»! И что бы ему такого соврать, чтобы поверил?

А-а-а! Была не была!

Я постаралась изобразить на своем лице смущение.

– Видите ли, вчера сержант Сергеев остановил меня около этого поста и… – я мялась, тянула слова, потом решилась и на одном дыхании выпалила: – Он показался мне очень интересным молодым человеком. Не могли бы вы подсказать мне его адрес или хотя бы телефон…

То, что может звучать странно из уст сыщика, вполне нормально будет для девушки! На это и был расчет.

И я не прогадала.

Сначала на простоватой мордашке сержанта Петрова отразилось недоумение, потом замешательство, потом смущение. Наконец, он улыбнулся и произнес:

– Так вот в чем дело! Ну, Сашка наш удал! – вроде как позавидовал он своему коллеге.

– Так поможете? – молитвенно сложила я ручки и сделала вид понесчастнее.

– Помогу! Что ж такому делу не помочь… – хмыкнул дядька. – Номера его у меня нет, но зато мне доводилось бывать у него в гостях. Чай, адресок и припомню.

– Да-да-да… – затряслась я от нетерпения. Руки так и чесались добраться до продажной ментовской шкуры и разобраться с ним по всем правилам.

Но то, что на деле было кровожадными помыслами, доверчивый сержант Петров должен был счесть за любовный азарт.

– Запоминай! – скомандовал он. – Улица Гвардейская. Номер дома не знаю. Но ты его легко найдешь – на первом этаже мебельный магазин. А вот квартиру помню – четырнадцать!

– Спасибо! – не поверила я своему счастью, вдавила педаль газа в пол и была такова.

Но, хотя желание поквитаться с сержантом ГАИ по фамилии Сергеев подзуживало и заставляло гнать меня на полной скорости, где-то на полпути к заветной Гвардейской мне на ум пришла дельная мысль: «Не с пустыми же руками являться к новому знакомому?..» Забыв включить поворотник, я резко свернула в ближайший проулок, по разбитой дороге проехала вдоль частных застроек. Я сбавила скорость и стала внимательнее присматриваться к калиткам и вывескам. Если мне не изменяет память, где-то здесь должен быть магазинчик с автодеталями. Его хозяин Карен жил на скромные средства от продажи машинного масла и покрышек, вел размеренный образ жизни и не забывал жаловаться на судьбу. А еще сей законопослушный гражданин всегда был рад продать вам из-под прилавка и по сходной цене новенький пистолет или, скажем, устройство для подслушивания…

Как-то мне довелось иметь общие дела с Кареном, и мы расстались вполне на дружеской ноте: я прикупила у хитрого торгаша немало нужных мне вещиц, а он остался с карманом, набитым новенькими купюрами. «Таких клиентов я не забываю!» – клялся тогда чем мог друг Карен. И не обманул!

Стоило мне только переступить порог его лавки, как он тут же растекся в приторной улыбке.

– Добрый день… Добрый день, – курлыкал он с жутким акцентом. – Почему так давно не заходили к нам? Что интересует сегодня? Подслушка?

Я замахала руками.

– Отмычки?

Тот же жест.

– Оружие?..

Я задумалась. Поганого мента мне, как девушке крайне злопамятной и мстительной, конечно, хотелось пристрелить. Но кровопролитие не поощрялось местным законом, и значит…

– Нет-нет! – снова отрицательно замотала я головой. – Мне бы так… – я коварно улыбнулась, оперлась руками на стеклянную витрину, разделявшую меня и торгаша. Мужик тоже подался вперед и весь обратился в слух. – Припугнуть кое-кого надо, – понизив голос, произнесла я.

– Припугнуть? – переспросил Карен. Его улыбка осталась все такой же невозмутимо милой, но в глазах заплясали чертики. – Думаю, у меня есть то, что вы ищете…

Стареющий армянин нагнулся к прилавку, поворошил что-то на невидимых мне полках и положил на стеклянную витрину… пистолет.

Вот искуситель!

– Говорю же, мне только припугнуть! – не поддавалась я на провокации.

– Так это и есть пугач! – хлопнул в ладоши скорый на угоду клиенту торгаш. Схватил в руки оружие… Я даже слова сказать не успела, как он наставил пистолет точно на меня и нажал на курок. Из дула пистолета вырвалось пламя и замигало крошечным огоньком.

Я невольно перевела дыхание и покачала головой.

– Это самая обычная зажигалка. Просто корпус от боевого «ТТ»! – радовался произведенному эффекту друг Каренка.

– Годится, – махнула я рукой.

С лжепистолетом в сумочке и затаенной злобой в мыслях я снова села в машину, вырулила из тесного проулка на центральную дорогу и, уже без промедлений и задержек, помчалась вперед – искать неизвестный мне дом с мебельным магазином на первом этаже.

Сегодня был явно мой день. Нужный домик я заприметила почти сразу, как только повернула на улицу Гвардейскую. С торца девятиэтажки красовалась вывеска «Аврора», а за стеклянными витринами виднелись тесно сдвинутые диванчики и разнокалиберные шкафы.

Хе-хех… Теперь держись, доблестный блюститель дорог по имени Александр Сергеев. Я с тебя за все спрошу! И за украденный пистолет, и за подставу с убийством Дмитрия Седова, и за бессонную ночь в тюрьме… Ты пожалеешь, что связался с Евгенией Охотниковой!

Я зарулила во двор, тормознула машину у преграждающего путь шлагбаума. Прихватив сумку с заветной игрушкой, я выбралась из авто и прямо по лужам зашагала к дому. Долго гадать, куда бежать дальше, не пришлось. Квартира под номером четырнадцать должна была находиться в первом же подъезде. Словно фурия, полная решимости и праведного гнева, я влетела в темное нутро девятиэтажки, взлетела по лестнице и тут же тормознула.

На первом этаже оказалась всего одна единственная хлипенькая деревянная дверь, а вдоль косяка тянулась целая вереница из кнопочек от звонков… Я с трудом нашла нужный мне четырнадцатый номер. Позвонила. Тишина. Нажала еще раз. Тот же результат. Но уходить ни с чем я не собиралась! Недолго думая, я ткнула пальцем в первую попавшуюся соседнюю кнопку. Потом в другую. В третью. Любыми средствами, но я должна была попасть за порог этой квартиры.

Я продолжала отчаянно трезвонить, когда дверь резко распахнулась.

– Ну, чего?! Чего расшумелась?! – зло каркнул кто-то. – Я только дите спать уложила, а она звонит!

Я опустила глаза вниз и увидела маленькую старушонку, закутанную в невероятный ворох кофт, юбок и платков. Она близоруко щурилась и теребила в пальцах кисточки одной из своих цветастых накидок. Я глянула через плечо бабки…

Через приоткрывшуюся дверь был виден длиннющий коридор. Только теперь я догадалась, что попала в пережиток советского прошлого под названием «коммуналка».

– Простите, – улыбнулась я. – Ищу своего приятеля, а точный номер квартиры забыла, – попыталась я оправдаться.

– Вечно так, кого бы ни искали, а к нам звонят, – продолжала брюзжать бабулька из-под своей хламиды. – Сидоровы на работе… Емельянова день-деньской на рынке пропадает… Демьяныч хоть и дома сидит, а глухой… У Сашки Сергеева и вовсе звонка нет! Вот и трезвонят все к нам!

– Сашка! Сергеев! – обрадовалась я, услышав знакомое имя. – Он-то мне и нужен!

– Права, что ли, выторговать у него хочешь? – хитро сощурилась божий одуванчик.

– Что? – выпучила я глаза.

– Эх, не ты одна такая! – махнула она рукой. – У Сашки как выходной, так к нему народ косяком идет! Кому техпаспорт выправить, кому права вернуть. Сашка-то наш ментом работает! Он и моему сынку помогал! Он у меня таксистом работает. Напился, изверг, вот и отняли документики. А как без них? Работать-то надо! Чай, двое детей дома! Вот и пришлось у Сашки просить помощи… Да ты проходи! Чего стоишь-то в дверях?

Заваленная ворохом ненужной информации, я протиснулась в коммунальный коридор с бесконечной вереницей дверей по обе стороны. У кого-то рядом с дверью на стене висел велосипед, кто-то нагромоздил бесконечное множество коробок, особо домовитые выставили в коридор шкаф. И только около одной двери было пусто… К ней-то и направилась моя сопровождающая. Решительно ударила сухоньким кулачком в створку и тут же всунулась внутрь.

– Сашенька, гости к тебе! – каркающие нотки сменились певучими – бабулька, верно, помнила вырученные права сына и старалась выслужиться перед соседом. – По поводу документиков…

Ответа было не разобрать. Но сердобольная старушка обернулась ко мне и ободрительно кивнула:

– Иди!

Я посмотрела на старушку, с любопытством поглядывающую на меня. Устраивать разборки при ней не хотелось, но и бабка уходить не торопилась. Помог случай: в тот момент, когда медлить дольше было нельзя и нужно было шагать в комнатенку корыстного мента, из глубины квартиры послышался детский плач.

– Натка проснулась! – взвилась бабка и с не свойственным для человека ее возраста проворством унеслась по коридору.

Я посмотрела ей вслед, мысленно потерла руки и шагнула за порог. Я тут же оказалась в захламленной комнатенке с грязными незанавешанными окнами. Кажется, здесь не убирались последние полгода точно! Но на бардак было плевать, намного больше меня интересовал организатор сего беспорядка…

– Здравствуйте, – из продавленного кресла мне навстречу поднялся молодой мужчина в засаленной рубашке и лоснящихся штанах. Рекомендации старушки сослужили добрую службу, мент меня явно не узнавал и считал своей клиенткой, которая не сейчас, так завтра позолотит его ручку. Он алчно скалился и протягивал мне руку для приветствия.

– Ну привет! – обрадовалась и я нашей встрече.

– Я так понял, у вас проблемы? – продолжал лыбиться он.

– Нет, ты не понял, – елейным голоском пропела я. – Это у тебя проблемы! – На последней фразе я выхватила из сумочки припасенный на этот случай пистолет и наставила на поганого мента. Притворная улыбка тут же стекла с его лица. Он выпучил глаза, попятился назад, налетел на кресло и с размаху шлепнулся в него.

– Т-ты… Чего? – прозаикался он.

– Не узнал? – Я сделала шаг и нависла над ним, как удав над кроликом.

– Ч-чего надо? Денег? Так у меня их нет! – больше прежнего побледнел парнишка.

– Позавчера вечером ты остановил меня на трассе у поселка Березовая Речка. Помнишь? – решила я дать подсказку.

Мужик нервно сглотнул.

– Помнишь? – Пистолет оказался в считаных сантиметрах от его носа.

Мент мелко трясся в кресле, затравленно на меня зыркал и еле выговаривал слова.

– Что ты от меня хочешь?

– Что я хочу? Позавчера вечером ты тормознул меня на трассе и долго пытался к чему-то придраться… А сразу после этого у меня начались серьезные проблемы: пропало оружие, на меня вышли тарасовские бандиты и пытались убить, потом мой пистолет каким-то образом оказался около трупа, и менты повязали меня как главную подозреваемую. Я всю ночь провела в тюрьме! Забавненькое, знаешь ли, времяпрепровождение… – цедила я слова и искренне жалела, что не послушалась Карена и не купила настоящий пистолет. – И теперь ты спрашиваешь – чего я хочу? Я хочу знать: кто и зачем тебя ко мне подослал в тот день?! Ну!!! – Я в нетерпении махнула пистолетом.

– Я не знал… – клацая зубами, выдавил из себя мент. – Я не знал… Меня просто предупредили, что мимо моего поста будет проезжать белый «фольк» с номерами «357»… И попросили сообщить, когда машина появится… Вот и все! Я больше ничего не знаю! Правда!

– Как не знаешь? – только мысль, что за тонкими стенками коммунальной квартиры нас могут услышать соседи, заставила меня не орать, а шипеть. – Чертов обманщик! А кто украл у меня пистолет?

– Что? Какой пистолет? – обливался холодным потом мент.

– Мой пистолет! Из которого потом застрелили Седова!

– Я-я-я… Не брал…

– Врешь! Ты украл пистолет! Передал его тому, кто затеял весь этот спектакль! Отвечай – кто это был?! Борис Соболев? Он???

– Я не вру… Я ничего не крал… И ни про какое убийство я не знаю! Я только остановил белый «фольк», в котором ты ехала… – как заведенный твердил Сергеев одно и то же. – Я не крал… Не крал… Не крал…

– Допустим… Тогда кому ты слил информацию про то, что я выехала из поселка?

– Меня просто попросили… Понимаешь… У меня такое положение… Денег совсем нет. Я подрабатываю тем, что помогаю выручить отобранные права. А тут меня попросили о какой-то пустяковой услуге – предупредить, когда мимо поста будет проезжать белый «фольк». Деньги за это обещали нормальные! Вот я и согласился…

– Кто предложил тебе деньги за эту информацию? – наступала я.

– Ну… – тянул и медлил Сергеев.

– Кто??? – требовала я.

Я бы обязательно выбила из проклятого мента все признания, но в этот момент за дверью послышался скрежет, а потом створка распахнулась.

– Сашенька, к тебе опять посетитель… – залебезил старушечий голос, потом бабулька натолкнулась взглядом на меня с пистолетом в руках, всплеснула руками и заголосила что было мочи: – Ой, ужас-то какой! Полиция! Убивают!

Мы с Сашкой кинулись врассыпную: он – к окну, я – к двери. Я только успела заметить, как он вскочил на подоконник, рванул на себя створку и был таков…

– Убивают!!! На помощь!!! – продолжала что есть мочи орать старуха.

– Черт! – Я взглянула на открытое окно, на голосящую бабку, зло топнула ногой и пулей выскочила из комнаты. Отпихнула в сторону так некстати явившуюся старуху, со всего размаху налетела на очередного соискателя утерянных прав, топтавшегося в коридоре, опрокинула его на какие-то полки. Откуда-то сверху тут же посыпались кастрюли, банки, ведра… Перепрыгивая через раскатившиеся во все стороны поварешки, я домчалась до двери, выскочила на лестничную клетку. По ступенькам я не бежала, села на перила и съехала вниз, а дальше – вон из подъезда и прямиком по лужам до своей машины. Даже дверца за мной не успела захлопнуться, как я уже повернула ключ в замке зажигания и рванула с места.

Обращение бабки к правоохранительным органам не прошло даром – от дома нечистого на руку Сашки Сергеева я мчалась как черт от ладана. Еще никогда упоминание о появлении доблестных архаровцев не толкало меня на такое паническое бегство…

Только когда я оказалась на другом конце города, сбросила скорость и одумалась. Я притормозила у обочины, перевела дыхание.

Я сидела в салоне, смотрела перед собой и пыталась привести мысли в порядок. Мимо по пешеходному переходу тек нескончаемый поток прохожих, закутанных в куртки и шарфы. Все куда-то торопились, спешили – и только я оставалась на месте и никак не могла понять: что мне теперь делать? Снова искать Сашу Сергеева? Но какой теперь прок мне от этого? Потребовать, чтобы он дал мне координаты своих нанимателей, то бишь Бориса Соболева и Шершня?.. Было бы неплохо! Но я с лихвой напугала продажного мента, и наверняка ближайшие несколько дней он предпочтет не появляться у себя на квартире.

К тому же намного больше меня заботило другое…

В загородном доме Андрея Болотова кто-то жил до нашего приезда. Мент, которого я обвиняла в краже моего «макарова», не сознался в воровстве. Соболев странным образом начал вести охоту на меня, напрочь позабыв про грозившего ему компроматом Андрея.

Что все это могло значить?

Пожалуй, я боялась признаться в этом даже самой себе.

Но впервые за все время работы на господина Болотова мне в голову вдруг пришла странная догадка: «А не дурят ли меня?»

Я не знала точного ответа на этот вопрос, но на всякий случай на пути домой я снова заглянула в лавку своего приятеля Карена. Шлепнув на прилавок несколько крупных купюр, я уверенно произнесла:

– Прослушку!

Глава 7

Невозмутимая с виду, внутри начеку, ближе к вечеру я вернулась в квартиру, где меня ждали тетя и Болотов.

– Есть новости? – спросил Андрей, стоило мне только переступить порог.

Я скинула туфли, подняла голову и без колебаний ответила:

– Нет.

Под ногами вертелся и скулил пес Мотя. Я поймала его, погладила между ушей. Собачка блаженно притихла и прикрыла глаза. Хоть кто-то в этом доме счастлив!

– Что же они так тянут с этим делом? – начала заламывать руки тетушка Мила.

– Расследование только началось. Они ищут, – коротко пояснила я.

– Главное, что тебя отпустили… – вздохнула тетушка.

– Ну да, – невесело отозвалась я, обула домашнюю обувь, отпустила пса и прошла в ванную комнату, открыла на полную мощность холодную воду. Я оперлась о раковину и уставилась на свое отражение. Круги под глазами, щеки осунулись… «Ничего! Осталось совсем немного! Скоро я во всем разберусь!»

Я сорвала с крючка вафельное полотенце, закинула его в стиральную машинку – играть так играть! – и выглянула из ванной:

– Тетя, принеси мне, пожалуйста, полотенце! – крикнула я в коридор.

– Сейчас, дорогая!

Через минуту ко мне заглянула тетушка с чистым полотенцем в руках.

– Спасибо. Так устала сегодня… – пожаловалась я, промокая лицо. Но выключать воду не спешила – ее шум должен был надежно перекрыть наши голоса.

– Тетя, скажи, а Андрей сегодня куда-нибудь отлучался, пока меня не было? – невзначай спросила я.

– Нет, – покачала родственница головой. – Все время дома был. А что?

– Нет, ничего… Спасибо.

Тревожить тетушку своими подозрениями я не хотела, а она и не стала приставать с расспросами, а тут же переключила разговор на другую тему:

– Я сегодня уже выгуливала Мотю.

– Хорошо.

– Женя, нужно бы поискать его хозяев…

– Знаю-знаю. Обязательно займусь этим, только не сейчас.

– Да, чуть было не забыла! – спохватилась тетя. – Тебе звонил Петя Красильников.

– Петька? Он уже вернулся из командировки? – обрадовалась я.

– Он просил тебя с ним связаться.

– Да, обязательно! Он-то мне как раз и нужен!

Я перекинула полотенце через крючок, закрыла кран и вышла из ванной. Мне хотелось только одного – закутаться в плед, лечь на диван и заснуть… Я действительно устала за сегодняшний день. То ли осень всему виной, то ли… Андрей вошел следом за мной в спальню.

– Тебя долго не было… Еще какие-то дела появились?

– Не-ет, – я постаралась непринужденно улыбнуться, опустилась в кресло и откинулась назад.

– Может, поужинаешь? – заботливо спросил Андрейка.

– Нет, что-то не хочется…

Он прошел в комнату. Стянул с плеч твидовый пиджак и бросил его на стул. Я проследила за ним взглядом.

– Переживаешь из-за дела Седова? – спросил он, присаживаясь напротив.

Я оторвала взгляд от пиджака своего клиента.

– Есть немного, – думая о своем, ответила я.

– А хочешь, я сварю для тебя кофе? – не отставал с попытками хоть чем-то попотчевать меня Андрей.

– Кофе?

Я снова уставилась на его пиджак.

– Да… Пожалуй, кофе буду.

– Хорошо! Сейчас принесу!

Андрей вскочил с места, метнулся из комнаты.

Я проводила его долгим взглядом. «Неужели врал? Неужели все это время врал?» – стучала в висках одна и та же мысль.

Но так или иначе, а я должна была удостовериться во всем лично. Выхватив из сумочки прикупленную у приятеля Каренки вещицу для прослушки, я быстро дотянулась до пиджака Андрея, ловко опустила руку в один из потайных кармашков… Дело сделано – осталось ждать результата!

Когда мужчина вернулся в комнату с чашкой ароматного кофе в руках, я как ни в чем не бывало сидела в кресле, подобрав ноги под себя, и курила.

Андрей поставил передо мной чашку, прошел к подоконнику и тоже закурил в форточку.

– Женя, я тут подумал… – начал он, не оборачиваясь ко мне. – Я же не смогу все время жить у тебя, прятаться, прикрываться тем, что ты мой телохранитель…

Андрей обернулся.

– Мне кажется, эта история уже никогда не закончится. И единственный выход для меня – это уехать из города.

– Ты не сможешь уехать, по крайней мере, до тех пор, пока расследование гибели Аллы не будет завершено.

– Да-да! Я знаю! – ответил он и снова отвернулся. А мне вдруг показалось, что Болотов уже давно забыл про свою убитую жену.

– Я уверена, что скоро ее убийцу найдут, – произнесла я.

– Да… Шершень… Но ведь есть еще и Борис Соболев. Этот мстительный тип никогда не даст мне покоя!

– Андрей, рано или поздно, но все это закончится.

«И для тебя. И для меня», – домыслила я.

– Да-да. Ты права. Должно быть, я просто устала. Я так жалею, что когда-то заварил всю эту кашу…

Я затушила окурок, поднялась с кресла и подошла к Андрею. Неуверенно я положила руку ему на плечо и произнесла:

– Все будет хорошо.

Играла ли в этот момент я? Или вел свою интригу Болотов? – было уже не разобрать!

– Возможно, уже сегодня что-то решится, – продолжила я.

– Что? Ты что-то задумала? – насторожился Андрей.

– Есть у меня кое-какие планы на этот вечер…

Какие именно у меня были планы и на кого – я не стала уточнять. Ограничилась коротким «скоро буду» и в начале десятого вечера ушла из дома. Я спешила в «Холл Парк»…

Именно название этого ночного клуба упоминал Борис Соболев в своем телефонном разговоре с Шершнем, который я нечаянно подслушала во время нашей ночной экскурсии по реке. Если за минувшие сутки планы у этих двоих не изменились, то у меня есть все шансы встретить их.

Я припарковала свой «фольк» на ближайшей стоянке и, не выходя из машины, присмотрелась к неоновой вывеске «Холл Парка», под которой уже толпился народ.

Вел Андрей двойную игру или нет и кто на самом деле скрывался за прозвищем Шершень – я рассчитывала узнать сегодня, здесь и сейчас!

Перекинув ремень сумки через плечо и нацепив на нос очки, я выбралась из салона и решительно зашагала в сторону ночного клуба. Фейсконтроль я прошла без каких-либо сложностей, решительно миновала гардероб и шагнула в зал с танцполом. Меня сразу же оглушило и ослепило. Сегодня здесь собралось невероятное количество танцующих, пьющих и курящих людей. От подобных сборищ лично меня тошнило…

Кое-как протиснувшись к барной стойке, я присела на высокий стул и попросила:

– Виски со льдом.

В руках бармена с виртуозной скоростью замелькали стакан, бутылка, емкости для льда. Считаные секунды – и передо мной оказался бокал заветного напитка. Я разом опрокинула его в себя, встряхнулась – спиртное действовало. Теперь, на отчаянную голову, можно и с Шершнем разбираться! Я кинула на стойку несколько купюр, соскользнула со стула и поспешила затеряться за спинами танцующих.

Гонимая желанием избавиться от ощущения обступающей со всех сторон толпы, я поднялась на второй ярус – народу здесь было поменьше, а сигаретный дым не такой навязчивый… Я сверху вниз взглянула на танцпол и приуныла. Как и где искать в этой массе танцующих тел совершенно неизвестного мне Шершня? Я облокотилась о перила и от нечего делать закурила.

Здравый смысл и логика подсказывали мне, что, будучи хозяином «Холл Парка», Борис Соболев встретится со своим другом где-нибудь в отдельных апартаментах. Весь вопрос был только в том, где именно криминальный тандем решит уединиться?!

Я продолжала стоять у перил и смотреть на кишащий внизу водоворот танцующих людей. Сумасшедшие децибелы музыки ударяли от стены к стене, яркие лучи прожектора выхватывали из толпы какие-то лица – они сменялись так быстро, что запомнить невозможно: молодой парень, глотающий очередную порцию коктейля, заливисто смеющаяся девушка-блондинка у стойки бара. Она наклонилась, чтобы прикурить сигарету, подняла голову. Это была какая-то доля секунды…

Но меня словно ударило током.

Прожектор метнулся в другой конец зала. Лиц людей, толпящихся у бара, было уже не разобрать. Но я продолжала стоять на одном месте и смотреть туда, где, как мне казалось, была белокурая женщина с ярко подведенными глазами и ядовито-красной помадой на губах. Я была готова поклясться чем угодно – я только что видела Аллу Болотову.

Луч прожектора снова оказался у стойки бара, вспыхнул над головами людей. На том месте, где секунду назад была супруга Андрея, теперь никого не было…

Голова закружилась. Мне стало дурно.

– Вам плохо? – материализовался рядом со мной один из охранников, вечно шныряющих в самой толчее подобных тусовок.

– Нет! – Я попятилась назад. – Мне не плохо! Просто голова закружилась. Надо выйти на свежий воздух…

Я развернулась и быстро побежала вниз по лестнице. Точно так же я когда-то уже сбегала с занесенной осенней листвой улицы, по которой ушла девушка, похожая на Аллу Болотову. Кошмару, пугающему мою истерзанную совесть, не было ни конца ни края.

Словно за мной гнались сто чертей, я выскочила на улицу, остановилась, огляделась. У дверей ночного клуба по-прежнему толпился народ. Я боялась поднять голову, я старалась ни с кем не встречаться взглядом. А вдруг среди них я снова увижу ту, в чьей смерти, кажется, я никогда не перестану себя винить?.. Меня трясло…

Без конца оборачиваясь и затравленно зыркая по сторонам, я добежала до угла клуба – здесь было темно, никого не было, голоса гомонящей у входа толпы, слепящий свет прожекторов и неоновые лампы остались где-то позади. Чувствуя, как бешено колотится в груди сердце, я привалилась к стене, перевела дыхание, встряхнула головой. В кармане я нащупала пачку сигарет и тут же закурила. Кажется, только это и могло спасти меня сейчас от нервного срыва.

«Конечно, Алла Болотова мертва. Девушка погибла на моих глазах. На днях должны состояться ее похороны», – уговаривала я себя. Кое-как мне удалось собраться с мыслями, встряхнуться. Я взглянула на часы. Было уже начало одиннадцатого. «Черт!» – топнула я ногой. Даже если Соболев и собирался сегодня встретиться с Шершнем в клубе, то наверняка аудиенция уже давно закончилась. А я только зря потеряла время, извелась, издергалась! От злости я выхватила последнюю сигарету, скомкала пачку, зашвырнула ее в сторону.

Где-то рядом со мной хлопнула дверь, а потом грубый мужской голос пробасил:

– …появились новые планы.

Я чуть обернулась. Очевидно, гонимая желанием уединиться, я оказалась около служебного входа. Сейчас на невысокое крылечко из недр клуба как раз вышли двое мужчин.

– Куда-то едем? – спросил второй голос.

– У босса еще дела, – ответил первый.

Я затянулась сигаретой, безразлично скосила глаза в сторону и чуть не поперхнулась сигаретным дымом. Я машинально вжалась в стену, затаила дыхание. В паре метров от меня стоял тот самый мужик, который должен был пристрелить меня на яхте у Соболева! «Если эта обезьяна здесь, значит, и начальник неподалеку…» – пронеслось у меня в голове.

– Он ведь говорил, что встреча состоится здесь, а потом мы можем быть свободны… – заворчал мужик.

– Встреча состоялась. Нужно развезти по домам Бориса Аркадьевича и еще одного человека.

Я навострила ушки. «Босса и еще одного человека! Уж не о Шершне ли идет речь?!»

Я опустила руку с сигаретой, выронила окурок и наступила на него туфлей. Бесшумно, словно тень, я сделала несколько шагов в сторону, скользя спиной по шершавой стене, стекла вниз и юркнула в кусты.

– …подгони машину к входу! Они сейчас спустятся! – отдал приказ мой заклятый враг и шмыгнул обратно за дверь.

Вторая горилла осталась стоять на крыльце, шумно вдохнула, проворчала что-то бранное себе под нос и вразвалочку спустилась вниз. Из своего укрытия я видела, как здоровенный мужик направляется точно в мою сторону. Я вжалась в стену ни жива ни мертва. Но гора мышц прошагала мимо меня – так близко, что было слышно, как шуршит ткань его болоньевой куртки. Как только он повернул за угол, я тут же сорвалась с места, метнулась к двери, рванула ее на себя, влетела внутрь. Пока не поздно, мне нужно было разыскать Бориса и его приятеля по прозвищу Шершень!

На секунду я остановилась в нерешительности – справа был длинный коридор, слева лестница. Я запрокинула голову. По перилам скользила чья-то рука – очевидно, это поднимался по ступенькам мой ненавистный противник. Ну ничего! Я сейчас со всеми счеты сведу… Стараясь держаться поближе к стене, я бесшумно заскользила по лестнице. Где-то в районе второго лестничного пролета у мужика зазвонил телефон. Я замерла на месте, сжалась.

– Да, – гаркнул знакомый бас гориллы. – Да… Хорошо… Понял… – и снова мохнатая рука легла на перила и заскользила вверх. «Фух», – перевела я дыхание и на цыпочках побежала следом. Когда я снова глянула наверх, руки уже видно не было. Я пулей преодолела оставшееся расстояние и заглянула в очередной коридор. Впереди размашисто шагал ненавистный тип!

«Пристрелила бы гада!» – сжала я кулаки.

Но ничего не подозревающий примат дошагал до одной из дверей, открыл ее и… Дверь за ним захлопнулась. Мелкой рысцой я понеслась следом, добежала до нужной двери, прислушалась, тихонечко потянула на себя ручку… Дверь распахнулась настежь оттого, что кто-то с силой толкнул ее с той стороны. Она с грохотом бабахнула о стену, чуть не сбив меня с ног. Я шарахнулась в сторону от неожиданности. Но главный сюрприз ждал меня дальше. На пороге стоял так тщательно преследуемый мною мужик – в руках пистолет, на губах гнусный оскал.

– Ну, ничего себе, какая встреча?! – вроде остался доволен моим появлением он. – Решила незаметно проникнуть в клуб? Ха! Идиотка! Здесь везде камеры слежения! Мне сразу позвонили и сообщили, что кто-то проник за мной следом. Но я и предположить не мог, что ты!

Я стояла напротив здорового абмала, который держал меня под прицелом, и понимала – по воле злой судьбы я снова оказалась загнанной в угол людьми Соболева…

Но сдаваться без боя я не собиралась!

– Да пошел ты… – зло выплюнула я, резко крутанулась на месте и выбила из рук мерзкого типа оружие. Пистолет отлетел в дальний угол коридора. Мужик проследил взглядом за полетом своего боевого «ТТ», потом перевел взгляд на меня.

– Ну, погоди! – пригрозил он.

Мы одновременно метнулись в дальний угол, где приземлился пистолет. Мужик оттолкнул меня. Падая, я успела схватить его за ногу. Двухметровый верзила с высоты своего роста тоже грохнулся вниз. Я тут же налетела на него сверху, и, как две бешеные крысы, мы сцепились уже на полу. Каждый пытался первым добраться до оружия. И трофей обязательно был бы в моих руках, но длиннолапая горилла опередила меня. Он сцапал пушку, отшвырнул меня в угол и тут же щелкнул взведенным курком.

– Что??? Попалась?! – азартно поблескивал мужик глазами.

– Тварь!

Я шарахнулась в сторону, налетела на стену и остановилась, загнанная и затравленная. Широко раскрытыми глазами я смотрела то на своего недруга, то на пистолет, наставленный точно на меня. В том, что этому человеку ничего не стоит спустить курок, я не сомневалась. Однажды он уже чуть было не привел мой смертный приговор в исполнение…

– Думала, что умнее всех? – довольно прищелкнул он языком. – Ан нет!

В этот момент по лестнице забухали тяжелые шаги, и через секунду в коридор ввалились еще несколько братков из соболевской свиты. Что и говорить, служба охраны мерзкого Борьки работала на все сто процентов!

«И с чего только я решила, что все будет просто?» – пришла мне на ум запоздалая мысль.

– Отвезите ее за город и заприте в подвале! – велел мой противник, еще раз зло зыркнул на меня, обтер рукавом рубашки разбитую в драке губу и произнес: – Тебе повезло, что Борис Аркадьевич сейчас занят… А иначе с тобой бы разобрались и пристрелили прямо сейчас! Ну, ничего, я сообщу ему об этом маленьком сюрпризе чуть позже, – с явным наслаждением пообещал он. – Ждать осталось недолго…

Злую и вырывающуюся, меня заковали в наручники, подняли на ноги и силой поволокли по ступенькам. Я сопротивлялась, упиралась каблуками в пол. Я даже изловчилась и подставила подножку одному из своих поводырей, второго успела увесисто ударить в челюсть.

– Ах ты, чертовка! – услышала я в свой адрес от покалеченного мною мужика. Он замахнулся рукояткой пистолета. Я хотела увернуться, но не успела – удар пришелся точно в висок. В ушах зашумело, перед глазами поплыли черные круги. Еще пару секунд я видела обозленного типа с разбитым носом… И его напарника, тяжело поднимающегося на ноги…

А потом все резко оборвалось.

* * *

…когда я пришла в себя, то не сразу поняла, где нахожусь. Вокруг меня была кромешная темнота. Я снова зажмурилась, потом открыла глаза, и снова ничего не изменилось, кругом – непроглядная чернота.

«Где я? Что со мной?» – заползали в голову мысли одна за другой.

Я пошарила вокруг себя – шершавый бетонный пол, такие же точно стены и темень, хоть глаз выколи! «Подвал?» – пришло мне на ум.

– Подвал!

«Отвезите ее за город и заприте в подвале!» – вспомнила я наказ соболевской ищейки.

Да, так все и было! Я выследила охранника Соболева… Пошла за ним следом и… Попалась в ловушку!

Несмотря на дикую боль в голове, я все же заставила себя принять вертикальное положение. Держась за стеночку, я обошла кругом свою нору – метра три на четыре, не больше. Я нащупала и дверь – тяжелую, металлическую. Но сколько ни искала замок – все оказалось тщетно. Очевидно, моя каморка запиралась на засов с другой стороны.

– Эй! Кто-нибудь! – ударила я кулаком в дверь.

В ответ ничего не последовало.

– Откройте! Я здесь! Кто-нибудь! Помогите! – билась я в дверь, пока не сорвала голос.

Ни единого звука не раздалось снаружи…

Тогда я в отчаянии шлепнулась на пол и схватилась за голову. Что теперь делать? Как отсюда выбираться? Да и можно ли выбраться вообще?..

Я не знаю, сколько я так просидела – без единой мысли в голове, потеряв всякий счет времени. Вокруг только темнота и могильная тишина. И вдруг в этой абсолютной тишине меня кто-то тихонечко позвал:

– Женя…

Я вздрогнула, напряженно всмотрелась перед собой. В подвале никого не было. Ни-ко-го! Я подтянула к себе ноги, свернулась клубочком и зажмурилась. Похоже, мне совсем плохо…

– Женечка… – снова позвал кто-то из темноты.

Меня пробрала дрожь. «Сначала мне мерещилась Алла Болотова… Теперь вот голоса… Я схожу с ума!»

– Женя! Отзовись! С тобой все в порядке? – На этот раз голос прозвучал более настойчиво и совершенно реально.

Я чуть приподнялась и всмотрелась в темноту. Я сидела на холодном полу, обхватив себя руками, и чувствовала, как меня трясет.

– Кто здесь? – очень тихо спросила я.

– Ну, слава богу… Ты жива… Я уж думал, что не успел… – произнес все тот же голос.

До меня вдруг дошло, что говорят откуда-то сверху. Я запрокинула голову и попыталась различить хоть что-то в кромешной темноте, окружавшей меня. Где-то над головой чернильный мрак казался не таким густым. Я с трудом встала на ноги, подтянулась и смогла различить зарешеченное окно. С той стороны прутьев на меня смотрел человек. Мужчина? Женщина? Не разобрать – темнота в камере, темнота на улице!

– Кто вы? – прошептала я.

– Не задавай вопросов, а лучше поторопись! Я помогу тебе отсюда бежать! – ответил неизвестный спаситель. – Держи! – Человек, стоящий по ту сторону решетки, просунул что-то через прутья.

– Что? Что это?

– Напильник. Попытаемся распилить прутья. Я с этой стороны, а ты с той. Так будет быстрее! В любую секунду за тобой могут прийти… Так что надо поспешить.

Не веря своему счастью, я схватила протянутый мне предмет и стала яростно возить им по толстым прутьям. Не отставал от меня и спаситель. Я с трудом видела, но отлично слышала, как он яростно вжикает по металлу напильником.

Не знаю, сколько точно прошло времени, мне казалось – полночи, не меньше! Но нам удалось справиться с почти невыполнимой задачей – вместо прутьев в окне остались торчать одни обломки. В открывшийся проем просунулась рука.

– Давай помогу!

Я ухватилась за руку, подтянулась. Кто-то с силой тащил меня наверх – сначала за руку, потом перехватил за талию. Кое-как я перевалилась через выступ окна, перекинула одну ногу, другую и кубарем свалилась на мокрую холодную землю.

– Спасибо, – от души выдохнула я и только теперь смогла взглянуть в лицо своему спасителю.

– Ты??? – Глаза так и расширились от ужаса, а я шарахнулась в сторону.

Напротив меня был Макс! Тот самый Макс, который все это время пытался убить Андрея, который караулил нас на квартире Болотова и который спас меня от тюрьмы… И вот опять он!

– Тише! – Мужчина сгреб меня в охапку и зажал рот рукой. – Я пришел сюда, чтобы спасти тебя, а не чтобы меня замели с тобой вместе! – шикнул он. – Это загородный дом Бориса Соболева, и здесь полно охраны. Нам нужно выбраться отсюда никем не замеченными. Поняла?

Я кивала головой в знак согласия.

– Вот и отлично!

Он убрал руку от моего лица.

– Но как ты… – тут же попыталась спросить я.

– Тсс! – шикнул мужик. – Все вопросы потом! А сейчас – бегом!

Макс ловко вскочил на ноги, помог подняться мне. Как два шпиона в тылу врага, перебежками от дерева к дереву, без конца замирая и прислушиваясь к каждому шороху, мы все же добрались до высокого забора. Я запрокинула голову вверх, тихонечко присвистнула и спросила:

– И как быть?

– На дерево залезть сможешь? – так же вполголоса спросил Макс.

– Ага, – кивнула я.

Все же мой напарник был не новичок в этом деле. Где находится ближайшая сосна, по которой можно благополучно забраться на высоченный забор, он тоже был в курсе. Еще немного поплутав по приусадебному участку, мы нашли нужное дерево – огромное и раскидистое, ветками оно сваливалось точно за изгородь. Как раз то, что нужно для побега!

Макс помог мне дотянуться до самой нижней ветки. Раздирая в клочья одежду и царапая руки, я стала карабкаться выше, еще выше. Следом за мной, ломая сучья и сопя, лез мой спаситель. А дальше все просто: по одной из веток мы перебрались на забор, – сначала я, потом Макс – и спрыгнули вниз.

– Нам туда! – тут же схватил меня за руку мужик.

Без оглядки, напрямик мы помчались по проселочной дороге – только туфли шлепали по грязи, да ветер свистел – и добежали до трассы. У обочины стояла старенькая, побитая «семерка».

– Садись! – скомандовал мой спаситель.

На соседнее с водительским сиденье я шлепнулась без лишних разговоров и возражений, но когда Макс сел рядом и взялся за ключ, я уверенно перехватила его руку.

– Стой!

– Что еще? – удивленно глянул на меня мужик.

– Сначала я хочу, чтобы ты мне все объяснил. Зачем следил за Андреем? Почему вытащил меня из тюрьмы? Как ты вообще здесь оказался?! – накинулась я на Макса. У меня было слишком много вопросов к этому человеку…

– Тише-тише! Не все сразу! – замахал он на меня руками.

– Почему ты решил мне помогать, ведь меня обвиняют в убийстве твоего родственника – Дмитрия Седова? – не унималась я.

– Я знаю, что ты его не убивала…

– ???

Мужчина, сидящий рядом со мной, обернулся и посмотрел в упор.

– Я следил за тобой, – четко произнес он. – Я все это время за тобой следил. Я знаю про то, что ты охраняешь Болотова, знаю про твои злоключения на яхте Бориса Соболева, я следил за тобой и в тот день, когда тебя арестовали в квартире моего дяди. И сегодня я тоже поехал следом за тобой в ночной клуб. Я видел, как ты проникла в служебные помещения «Холл Парка», а через полчаса тебя вынесли оттуда без сознания, усадили в машину и повезли в неизвестном направлении… Конечно, я сразу понял, что произошло что-то не то, и поехал следом за авто, в котором увозили тебя.

– Но… Но зачем тебе все это было нужно?

– Давай по порядку. Я готов рассказать тебе, как все было на самом деле. Все началось со смерти моего младшего брата Кости…

Я навострила ушки и вся обратилась в слух. Хотя ничего нового для себя поначалу я не услышала: историю о неразумном Седове-младшем, решившем украсть бриллианты у своего родного дяди, я уже знала, про то, что в итоге несостоявшегося вора замучила совесть и он повесился – тоже.

– Костя оставил предсмертную записку, в которой написал, что в своей смерти просит винить Аллу и Андрея Болотовых…

– И тогда ты решил им отомстить, – закончила я за него. – Ты выслеживал Аллу и Андрея с тем, чтобы в удобный момент пристрелить.

– Да, – признался Макс. – Если бы в тот день у кафе тебя не оказалось рядом… Я бы не промахнулся.

Он достал из бардачка сигарету, закурил, протянул пачку мне. Я выудила тонкую «Мальборо», покрутила сигарету в руках и невольно усмехнулась. Сидя в холодном подвале загородного дома Соболева, я меньше всего могла предположить, что эта страшная ночь закончится для меня таким образом… В машине, на обочине дороги, рядом с человеком, который при первой встрече меня чуть не пристрелил, а я разбила вдребезги его машину.

– И знаешь что… – произнес Макс, выдыхая колечки из сигаретного дыма.

– Что?

– Спасибо, что тогда вмешалась.

– Что?!

– Позавчера я узнал, что ни Алла, ни Андрей не имеют никакого отношения к самоубийству моего брата.

– Нет?

– Нет. А знаешь почему?

– Почему? – на автомате повторила я.

– Потому что его убили.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Кто-то убил Костю, а потом инсценировал все под самоубийство – ему на шею накинули петлю, а на компьютере набрали сообщение. Понимаешь?.. В якобы предсмертной записке указали имена Аллы и Андрея Болотовых! Будь они убийцами – не стали бы так подставлять себя.

– Да, – медленно переваривая всю информацию, кивнула я. – Верно. Но откуда такая уверенность, что Костя не совершал самоубийства?

– А как ты думаешь: человек, который собирается повеситься, за час до этого станет бронировать билеты на поезд до Зеленограда? А? Да и сама предсмертная записка… Почему она набрана на компьютере, а не написана от руки?.. Как-то нелогично все это!

– Вот оно что…

– В полиции это дело уже собираются закрывать. Поэтому на новые подробности с заказанными билетами пока что закрывают глаза. Но если не следователи, то я сам найду человека, который убил моего брата.

– Ясно, – кивнула я, опустила стекло, вышвырнула на улицу окурок и снова обернулась к Максу: – Я понимаю, почему ты хотел убить Аллу и Андрея. Я понимаю и твои подозрения по поводу убийства брата. Но я, черт возьми, совершенно не понимаю… Нет, не то, чтобы я не была благодарна… я просто не понимаю! Почему ты спас меня?

– Ты мне нужна.

– Нужна? Для чего? – не поняла я.

– Мне кажется, что мы с тобой заняты одним и тем же… – вкрадчиво пояснил он.

– Чем? – окончательно потеряла я нить разговора.

– Поисками человека по прозвищу Шершень.

Я откинулась на спинку сиденья и устало закрыла глаза.

– Зачем он тебе? – спросила я.

– Я знаю, что именно в компании с этим человеком Костя собирался идти на ограбление. И я не сомневаюсь – это он убил его! Просто получил от брата нужную информацию о бриллиантах Седова и решил избавиться от того, с кем нужно будет делить добытый куш! Больше того: я не сомневаюсь – это Шершень убил дядю! Убил и украл у него все драгоценности! Ведь камни при обыске так и не были найдены!

Я внимательно посмотрела на Макса и вздохнула – что уж греха таить, мне и самой в голову приходили такие мысли…

– Женя, ты ведь тоже пытаешься выйти на этого человека, – продолжал он. – Расскажи мне, что ты знаешь о нем?.. Возможно, вместе нам удастся его поймать!

Я еще раз вздохнула.

– Никогда бы не подумала, что наше с тобой столь странно начавшееся знакомство закончится вот так… – честно произнесла я. – На моих глазах ты чуть не убил Аллу и Андрея. Знаешь, я ведь поначалу думала, что это ты подложил взрывчатку в машину Болотовых. Я даже считала, что ты и есть Шершень! И вот теперь… – я развела руками.

И я рассказала Максу, как все было на самом деле: про то, что я работала на его дядю, про то, как потом из чувства вины согласилась помогать Андрею, как нелегкая угораздила меня влезть в дела Бориса Соболева. Я рассказала совершенно обо всем!

– Как видишь, ты напрасно вытаскивал меня из тюрьмы и зря спасал сегодня – я ничего не знаю о человеке по прозвищу Шершень, – подвела я черту.

– Женя, если ты не ошиблась, и Шершень и Борис Соболев – одна шайка-лейка, где один покрывает другого, – то ты как никогда близка к тому, чтобы поймать эту подлую крысу с пчелиным прозвищем! Не без указки Шершня Борис открыл на тебя охоту! Даже про грозившего ему компроматом Андрея позабыл! Тебе не кажется это странным?

Макс ухватился за ту ниточку, за которую я больше всего боялась потянуть…

– Неужели только то, что ты стала охранять Болотова, могло повлечь за собой такие последствия? – продолжал рассуждать Максим. – Тебя вполне целенаправленно хотели убить. Именно тебя! А не кого-то другого…

Мы еще долго просидели с Максом в машине, рассуждая о Шершне, его компаньоне Соболеве и моем клиенте Андрее Болотове… На трассе появились первые авто, а уличные фонари начали выключать, когда мы спохватились, что давно пора было возвращаться в город.

Максим подвез меня до злосчастного «Холл Парка», где остался мой «фольк», взял с меня слово, что я свяжусь с ним, как только что-нибудь узнаю.

– Отчаянная ты, Жека! Умудрилась разворошить целое осиное гнездо! Думаю, что если так пойдет и дальше, то не ты поймаешь Шершня, а он тебя… – произнес он на прощание.

Я уже успела выбраться на улицу, наклонилась к приоткрытому окошку и подмигнула своему новому знакомому:

– Я не пропаду!

Макс укоризненно покачал головой, потом, видно, вспомнил, с кем имеет дело, хмыкнул, подмигнул в ответ и нажал на газ. Я только успела махнуть рукой на прощание, как «семерка» уже умчалась вниз по улице.

Я проводила ее взглядом, потом огляделась. Позади меня были уже погасшие вывески «Холл Парка», я передернула плечами и поспешила сесть в «фольк».

К своему дому я подрулила, когда на улице уже совсем рассвело. Я заглушила мотор, взяла сумку и открыла бардачок, чтобы прихватить с собой новую пачку сигарет. На глаза тут же попалась черная пластмассовая коробочка…

Я на секунду замерла, помедлила. Про тонкий «Парламент» я тут же забыла, неуверенно выудила крошечный предмет и задумчиво покрутила его в руках. Эту вещицу я вчера приобрела у приятеля Карена, и микрофон от нее все это время находился в кармане Андрея. Мне нужно только нажать на кнопочку, и я узнаю о каждом слове, которое произносил мой клиент в мое отсутствие.

Но я еще долго не решалась нажать на кнопку воспроизведения, неуверенно крутила в руках сомнительный прибор. Даже наедине с самой собой мне было неловко от того, что я в чем-то подозреваю Андрея.

Не без моего участия погибла его жена, а я…

Мне стало тошно от самой себя. Я быстро закинула подслушку в бардачок, хотела уже выбраться из машины.

– Черт возьми! Сегодня меня чуть не убили из-за того, что я согласилась решать проблемы Болотова! – одернула я саму себя. – И я имею право знать все!

Я тут же захлопнула дверцу, выхватила подслушку и быстро – пока не передумала – нажала на заветную кнопку. Крошечный механизм ожил – замигал красной лампочкой, зашипел…

Сначала ничего не было слышно, потом сквозь непрекращающиеся хруст и шипение я смогла различить голоса – один явно принадлежал Андрею, другой тете. Я прислушалась к словам и невольно растеклась в улыбке. Моя родственница выкладывала нашему дорогому гостю подробности своих путешествий в Карловы Вары и давала советы, куда не стоит ездить в отпуск осенью. Потом они принялись обсуждать азиатскую кухню, потом еще что-то. Я начала слушать вполуха – вряд ли здесь можно услышать что-то интересное.

– Времени уже много, а Жени все нет… И куда она только могла пойти на ночь глядя? – журчал между тем из динамика голос тети Милы.

– И правда. На часах уже двенадцать… Я, пожалуй, пойду прилягу…

– Конечно, Андрюша. Спокойной ночи…

«С чего я вообще взяла, что в мое отсутствие Андрей куда-то пойдет? Будет с кем-то встречаться?» – пришло мне на ум.

Мудреный механизм у меня в руках шипел, хрустел.

«Болотов весь вечер провел с тетей и никуда не выходил из дома… Глупо, глупо было его в чем-то подозревать!» – обругала я себя и уже хотела остановить бессмысленную запись. Но вдруг из динамика донеслись сначала тревожная трель, а потом голос Андрея.

– Слушаю…

Очевидно, ему звонили по сотовому. Я убрала руку с кнопки «стоп», положила подслушку на панель управления, а сама закурила.

– У меня все в порядке… Можешь не волноваться… Да, я все еще у нее… А что мне оставалось делать? Она куда-то уехала еще вечером… Нет, не сказала… Еще нет… Не знаю, когда вернется…

Речь, конечно же, шла обо мне. Я пощелкала рычажком, чтобы прибавить громкость, и снова затянулась сигаретой. Я не могла знать, с кем говорит Андрей, но что-то в его тоне мне определенно не нравилось…

– Ты в курсе, что ее поймали менты в квартире Седова? – резко сменил тему разговора Андрей.

Я вся подобралась и еще напряженнее стала вслушиваться в его слова.

– Зачем нужно было оставлять там ее пушку? Что? А?.. Ладно… Камни у тебя?.. Тогда пора заканчивать весь этот фарс… Она уже начала меня подозревать… Думала, что это я украл у нее пистолет, но я сумел ее убедить, что ни при чем здесь. И все же! Она копается в этом деле, как бы чего не нарыла… Я так больше не могу… Что? Завтра? Куда? Заброшенная стройка на Рижской? Да, знаю, где это… В двенадцать? Встречаемся там? Зачем взять с собой Женю? Что?! Ты это серьезно?! Ты хочешь ее убить? Но зачем? Она ничего толком и не знает… Мы так не договаривались… Был другой уговор… Что изменилось? – Наступила долгая пауза, потом тихий голос Андрея сказал: – Хорошо, я постараюсь, – и наступила тишина.

Когда шипящий механизм выключился, давая понять, что никаких записей больше нет, у меня в руках дотлевала вторая сигарета, а в мыслях был сплошной кавардак.

Так, значит, я не ошибалась в своих подозрениях: Болотов мне все это время врал, вел двойную игру, юлил и подличал у меня за спиной! Каждое его слово было враньем! Но теперь-то я догадываюсь, как все было на самом деле…

Очевидно, что после смерти Кости Андрей все же сумел найти второго охотника за бриллиантами Седова. Вот только шантажировать его он не собирался, скорее всего, хитрый Болотов заявил о своих правах на камушки старика и предложил Шершню действовать заодно. Думаю, что троица с успехом воплотила бы все свои криминальные планы в жизнь, но старуха-судьба сыграла злую шутку. Аллу убили… Кто это сделал? У четы Болотовых было достаточно много врагов и ненавистников, чтобы этот вопрос остался чисто риторическим. А дальше больше: в дело вмешалась я, собственной персоной…

И последовала целая череда лжи и обмана. Андрей нанял меня охранять его, рассказал про человека, которого он подозревает в смерти своей жены, сочинил целую историю про Шершня. Зачем? Возможно, чтобы еще больше запутать меня и пустить по ложному следу. Заставить глупую Женяшу бегать по всему городу в поисках Шершня. А чтобы окончательно убедить во всем этом, Болотов потащил меня в ресторан «Аврора» на встречу с Борисом Соболевым. Все это – от начала и до конца – было умело спланированным фарсом с одной-единственной целью: свалить на меня вину за смерть Дмитрия Валерьевича Седова.

Что ж, и ведь им это практически удалось!

Я стукнула кулаком по рулю и зло выругалась. Мне хотелось прямо сейчас выскочить из машины, ворваться в квартиру, вытащить гнусного мужика на лестничную клетку и надавать ему оплеух. За то, что врал! За то, что обманывал! За то, что подставил! За все!

Но им и этого показалось мало… Теперь, когда бриллианты у них в руках, эти аферисты решили избавиться от меня!

Я бессильно сжимала и разжимала кулаки.

– Что ж… – прошипела я, глядя на свое собственное отражение. – Тем хуже для вас!

Я выхватила из сумки телефон и быстро нажала на кнопки.

Если следовать установленному неизвестным мне Шершнем и Андреем графику, то сегодня в три часа дня Болотов должен будет заманить меня на какой-то пустырь…

В трубке тянулись гудки, я нервно барабанила пальцами по панели управления и ждала. Наконец на том конце провода что-то хрустнуло, и хриплый голос недовольно проворчал:

– Слушаю…

– Петька? – прокричала я в мембрану. – Ты уже в городе? Отлично! У меня к тебе срочное дело! Можешь приехать сегодня в одиннадцать часов к моему дому?

– Жека, ты? В чем дело? Что вообще у тебя там происходит? Мне сказали, что тебя арестовали!

– Было дело. Сейчас не о том!

– Я тебе звонил, но к телефону подошла твоя тетя.

– Петенька, это очень важно… – взмолилась я. – Это касается того дела, о котором я тебе рассказывала. Мне кажется, я знаю, как поймать Шершня!

– Во сколько, говоришь, надо приехать? – тут же отреагировал друг.

Договорившись с Красильниковым о встрече, я зашвырнула телефон в сумку, выбралась из авто и быстро зашагала к своему подъезду.

Несмотря на ранний час, у нас в квартире все уже проснулись – Андрей готовил завтрак, тетя затеяла стирку в ванной, а болонка Мотя, звонко лая, прыгала у меня под ногами.

– Женя, где же ты опять пропадала всю ночь?! – всплеснула руками тетушка.

– Все в порядке, – я поцеловала дорогую родственницу в щеку, переобулась в тапочки и прошла на кухню.

– Женя, что-то произошло? – тут же обернулся от плиты Андрей.

«Все же хорошо, что менты отняли у меня пистолет. Иначе сейчас я бы не удержалась, чтобы не пустить его в дело», – подумала я, глядя на мерзкого мужика.

– Нет, все в порядке, – покривила я душой и даже улыбнулась.

– Будешь завтракать?

– Не откажусь, – я присела к столу.

Я молча наблюдала за тем, как Андрей ловко хозяйничает на моей кухне – подкидывает на сковородке жареный бекон, расставляет тарелки, шустро разливает по кружкам кофе из джезвы.

– Женечка, ты опять занималась поисками Шершня? – спросил Болотов, ставя передо мной чашку ароматной «арабики».

– Да, – после некоторых колебаний ответила я. А смысл теперь уже врать? – Только этот человек все время ускользает у меня из-под носа…

Я принялась ковырять вилкой в тарелке – есть совсем не хотелось. Андрей присел напротив меня. Очевидно, аппетита не было и у него, так как к своей порции он даже не притронулся. Покрутил в руках чашку, повздыхал, а потом произнес:

– Женя, ты знаешь, я тут подумал и решил… – издалека начал он. – Брось ты поиски этого Шершня! Пусть расследованием убийства Аллы занимается милиция.

– Но ведь этот человек может угрожать и тебе, – напомнила я.

– Вряд ли… – поморщился Андрей.

Я удивленно глянула на него.

– Мне сегодня утром звонил следователь. Сказал, что расследование затягивается. Похороны могут состояться только в конце недели…

– Как долго, – я жевала и качала головой.

Как ни странно, но больше упоминания о смерти Аллы Болотовой не вызывали у меня чувство вины. Полное безразличие!

– Да… И поэтому… Я подумал… – Андрей мялся и никак не мог сказать.

«Неужто, еще не придумал, как меня заманить на Рижскую пустошь?!» – мысленно усмехалась я, наблюдая за его колебаниями.

– Короче, я решил переехать из Тарасова.

– Что?

У меня кусок встал в горле. Я отхлебнула горячий кофе, проглотила и спросила:

– Зачем?

Я совершенно не понимала этот ход конем.

– Я не могу больше находиться в этом городе, – как-то неожиданно искренне заговорил Андрей. Не знай я наверняка всей правды – снова купилась бы на его слова! – Я хочу, чтобы все это закончилось! Все! История с шантажом, расследование. И типа по прозвищу Шершень я тоже хочу забыть! Я так от всего этого устал… Не могу больше. Сил нет никаких находиться в этом городе. Да и к тому же… Не можешь же ты меня охранять вечно!

– Если ты думаешь, что так будет лучше… – пытаясь сообразить, к чему бы это все, отозвалась я.

– Думаю, да. И знаешь – хочу уехать прямо сегодня.

– Куда ты собрался?

– В Зеленоград. У меня там когда-то жили родственники, я сам там рос.

– А билеты?

– Да куплю прямо на вокзале! – махнул рукой Андрей. – Ты подбросишь меня?

Я начинала понимать, что к чему.

– Конечно, – растянула я губы в принужденной улыбке. – Просто все это так неожиданно…

– Я просто хочу начать все сначала. Хотя бы попробовать. Найду новую работу.

«Ну, думаю, с бриллиантами Седова можно позволить себе и не работать», – чуть было не сорвалось у меня с языка.

– Чуть позже найму агента, чтобы занялся продажей квартиры, – продолжал между тем Андрей. – В Тарасове мне не будет никакого покоя. Да и тебе от меня одни проблемы.

– Это пустяки!

– Женя, нет! – яростно замотал он головой, схватил меня за руку, сильно стиснул. – Ты прости меня, что впутал тебя во все это…

Впервые за все время нашего знакомства я, как никогда, понимала, за что вымаливает у меня прощение этот человек.

– Перестань, Андрей, – я отняла у него руку. Слушать, как этот преступник замаливает свои грехи, не было никаких сил! – В котором часу ты хочешь выехать? – быстро сменила я тему разговора.

– Поезд на Зеленоград отходит без четверти двенадцать.

– Я отвезу тебя на вокзал. Но до этого еще есть время – я выгуляю собаку, – нашла я уважительный повод, чтобы в очередной раз улизнуть из дома.

Нахлобучив на голову капюшон и прихватив увесистую псинку под мышку, я выскочила на улицу.

Небо хмурилось с самого утра. Я запрокинула голову вверх, отыскала взглядом окна своей квартиры – не вздумал ли Андрей за мной следить. Но занавески на окнах были плотно задернуты, и сколько я ни всматривалась, не смогла различить за ними никакого силуэта.

– Мотя! – свистнула я собачке, когда удостоверилась, что никто не наблюдает за мной.

Болонка, энергично копавшаяся в ворохе опавшей листвы, тут же метнулась мне под ноги.

– За мной! – скомандовала я.

Быстрым шагом я пересекла детскую площадку, повернула за угол соседнего дома и заглянула в ближайший двор, где меня уже ждали… На скамейке спиной ко мне сидел мужчина и курил. Я бесшумно приблизилась, села рядом:

– Привет, Петя. Спасибо, что пришел.

– Жека! – выдохнул приятель, – Что за срочность? Что вообще с тобой происходит? – тут же засыпал он меня вопросами.

– Петя, тут столько всего без тебя произошло…

Меня прервал на полуслове собачий лай. Всегда спокойная болонка Мотя прыгала и яростно тявкала на Петьку.

– Что за псина! – попытался отпихнуть ее приятель.

– Мотя, прекрати! – прикрикнула я на пса.

Собака не унималась – кидалась вперед, рычала и норовила ухватить Петьку за штанину.

– Жека, ты завела собаку?! – возмутился друг.

– А-а-а… Э-э-э… – я изловчилась и подхватила на руки неугомонного пса. – Это не моя, – соврала я. – Знакомый отдал на время… Но обычно она тихая, – попыталась я оправдать поведение своей подопечной. Собачка еще немного порычала, а потом затихла у меня на руках.

– Так что там за история с Дмитрием Седовым? – вернулся Красильников к прежней теме.

Я поняла, что от расспросов мне не отвертеться, и рассказала Петьке – как на духу – все, что произошло со мной, начиная с того момента, как я ушла из его кабинета в РОВД.

– Петя, я не имею никакого отношения к смерти Седова. Меня просто подставили! Понимаешь? Подставили! – закончила я.

– Кто?

– Видишь ли… – никак не решалась сказать я то, что все это время вертелось у меня на уме.

– Что? – торопил меня друг Петька.

– Мне кажется… – мялась я.

– Ну что? Что, Женя?

– Мне кажется, что Андрей и Шершень в сговоре, – наконец выдавила я из себя.

Петька пересел поближе ко мне, заглянул в глаза и спросил:

– С чего ты так решила?

– Понимаешь… – я не могла усидеть на месте, вскочила, забегала. – Понимаешь, он что-то скрывает, недоговаривает… – говорила и нервно жестикулировала я. – Он говорит, а я ему не верю. Вот не верю – и все тут! Да, он не убивал Седова. У него железное алиби. Я проверяла. Но все же… Все же… Это он украл у меня пистолет! – сказала я и остановилась напротив Петьки.

– С чего так решила? – на этот раз с места подскочил и Красильников.

– А больше просто некому было это сделать, – развела я руками. – Я было заподозрила гаишника…

– Какого еще гаишника? – перебил меня Петр.

– Да… Было дело. По дороге из поселка в город меня тормознул мент и привязался ко мне не на шутку, причем на пустом месте. Я потом подумала и решила, что его ко мне мог специально кто-то подослать…

– И что же? – снова вклинился в мой монолог нетерпеливый друг.

– А ничего, – подвела я черту. – Я нашла этого мента.

– Нашла? – больше прежнего удивился Петька.

– Да. Нашла, – кивнула я. – Но он ничего не знал про оружие. Он признался только в том, что был приказ выследить мою машину.

– А от кого, он не сказал?

– Не сказал. Но там и гадать не надо, чтобы понять, чьих это рук дело.

– И чьих же?

– Бориса Соболева. Шершень был его крышей, покрывал игорный бизнес своего приятеля. Вот Борька теперь и выслуживается перед ним! И к тому же…

– Что еще?

– Вчера вечером Андрею кто-то звонил. Они говорили обо мне, об убийстве, моем аресте, о бриллиантах… Ты понимаешь? Это был Шершень! Я тебе точно говорю – ему звонил Шершень! Они специально впутали меня во всю эту историю, чтобы потом подставить – свалить на меня убийство Седова!

– Как ты все это узнала? – только и спросил Петька.

– Я давно начала подозревать своего клиента. И поэтому… В общем, я подложила ему в карман подслушку.

Я шлепнулась на скамейку, схватилась за пачку сигарет.

Приятель внимательно на меня смотрел.

– И знаешь, что теперь решили сделать Андрей и Шершень? – пощелкав зажигалкой, продолжила я.

– Что?

– Повесить на меня убийство этим двоим не удалось – меня отпустили из-под ареста. Более того – я продолжила копаться в этой истории. И теперь они хотят от меня избавиться.

– Как?

– Шершень предложил Андрею заманить меня на заброшенную стройку на Рижской трассе. Сегодня в три часа дня. Андрей уже начал приводить в действие этот план – он сказал, что сегодня хочет уехать из Тарасова, и попросил меня подбросить его до вокзала.

– Вот оно как… – протянул Красильников.

– Петя, помоги мне! – схватила я приятеля за руку. – Поезжай сегодня следом за нами! У тебя будут все шансы арестовать этого Шершня с поличным – на его счету убийство Седова, ограбление, и теперь он задумал избавиться от меня!

Петр сидел молча, опустив голову, и сосредоточенно соображал. А я ждала, затаив дыхание, что он скажет.

– Хорошо, – наконец обернулся он ко мне.

Я тихонечко выдохнула.

– Хорошо, думаю, я знаю как тебе помочь!

Глава 8

Когда я вернулась в квартиру, Андрей уже паковал свои вещи.

– Домой заезжать не буду, – пояснил он. – Не хочу. Может, в другой раз заберу оставшиеся вещи!

Я только пожала плечами: «Собирайся. Я жду тебя в кухне», – и вышла из комнаты.

В пищеблоке, как всегда, суетилась у плиты тетушка Мила. Я присела на подоконник, меланхолично закурила.

– Женечка, у тебя точно все в порядке? – заметила мое плохое настроение родственница.

– Все нормально. Я сейчас поеду на вокзал провожать Андрея.

– Да, он сказал мне, что решил переехать. Бедный… он совсем извелся. Может, поездка действительно его отвлечет, – прониклась состраданием к гнусному мужику моя доверчивая тетушка.

– Возможно, – сухо отозвалась я. – У меня еще будут дела в городе. Вернусь поздно. Ты не волнуйся.

Тетушка понимающе закивала.

– И прогуляй Мотю. Обещаю, завтра же я займусь его устройством, – заверила я.

– Женя, я собрался, – в кухню заглянул Андрей.

Я затушила недокуренную сигарету, соскочила с подоконника. Я спешила, мне хотелось как можно скорее покончить с этой затянувшейся историей! Но следом за мной в коридор вышла и тетушка – ей хотелось попрощаться с нашим дорогим гостем, они искренне пожали друг другу руки, пожелали «счастливо оставаться».

«Актер! Вот актер!» – думала я, глядя на притворные улыбки Болотова. С некоторых пор меня в этом человеке бесило абсолютно все! Я еле удерживалась от какого-нибудь колкого комментария и была рада, когда мы наконец вышли на улицу и сели в машину.

– Дождь начинается, – поморщилась я, глядя, как на лобовое стекло падают первые капли. – У тебя есть с собой зонт? – обратилась я к Андрею.

– Д-да, – не сразу ответил он. Мужчина выглядел каким-то растерянным и несобранным. – Да, я прихватил с собой зонтик… Женя, спасибо тебе, что все эти дни была рядом со мной.

– Если тебе еще понадобится моя помощь, то ты знаешь, где меня искать, – как можно более сдержанно ответила я, завела мотор и тронулась с места.

Когда я вывернула из двора, то в зеркало заднего вида заметила, как из соседнего проулка выехал серенький «Опель». «Петька рядом», – почувствовала я себя немного увереннее. Откинулась назад, включила магнитолу.

– А знаешь, Жека, мне жаль с тобой расставаться, – вдруг произнес Андрей.

Я мельком взглянула на него. Но мужчина смотрел вперед и не думал ко мне оборачиваться.

– Что так? – усмехнулась я.

– Я даже не думал, что ты окажешься такой…

– Какой – такой?

– Ты столько раз из-за меня рисковала, ввязывалась во всякие передряги, никогда не сомневаясь, кидалась мне на помощь. Хотя было столько поводов, чтобы бросить все это дело!

– Это моя работа, – просто ответила я.

– И знаешь, я благодаря тебе многое понял.

– Например?

Я безошибочно встретилась взглядом с мужчиной. Он поспешил отвернуться.

– Да нет, ничего, – тряхнул он головой. – Поехали быстрее, а то я боюсь опоздать на поезд.

Болотов больше не заговаривал, избегал встречаться со мной взглядом, и всю оставшуюся часть пути мы провели молча, думая каждый о своем.

Мелкая изморозь, начинавшая сыпать с неба, когда мы только вышли из дома, теперь перешла в настоящий осенний дождь. Я включила дворники. Иногда я поглядывала в зеркало заднего вида – едет ли за нами серый «Опель»? – потом переводила взгляд на своего попутчика: «Когда же он наконец заговорит о поездке на заброшенную стройку»?.. Я ждала и гадала, и мы подъезжали все ближе и ближе к городскому вокзалу, а Андрей все молчал!

– Спасибо, что подвезла, – произнес он, когда я тормознула «фольк» напротив двухэтажного строения, вокруг которого денно и нощно суетились люди с чемоданами и баулами – отъезжающие и приезжающие. Здесь и сегодня было полно народа.

– Не за что, – улыбнулась я, а сама вся подобралась в ожидании – вот сейчас точно скажет!

– Я никогда не забуду, что ты для меня сделала.

Не сказал он и на этот раз ни слова про стройку на Рижской трассе.

– Если что…

– Да-да! Я обязательно тебя найду!

Не сказал!

– Я надеюсь, что в другом городе для тебя на самом деле начнется новая жизнь.

– Я тоже так думаю. Прощай, Женя.

Не сказал???

Андрей взялся за дверную ручку, открыл ее.

Сейчас он уйдет!

Так ничего и не сказав???

– Может, я провожу тебя! – сказала я прежде, чем успела подумать.

Андрей обернулся. Одной ногой он уже стоял на тротуаре и держал наготове зонтик, чтобы открыть его.

– Спасибо, не стоит. Я не люблю прощания…

Я окончательно перестала понимать, что задумал этот чертов мужик.

Ведь он должен был заманить меня на заброшенную стройку!

Отдать в лапы кровожадного Шершня!

Убить!

Так что он сейчас делает?!

Почему уходит???

– Прощай, Жека, – еще раз произнес Андрей, щелкнул зонтиком, шагнул на асфальт, хлопнул дверью.

«Что он делает?!» – отчаянно не понимала я.

Я до последнего не верила. Все ждала, что Андрей выкинет какой-нибудь фокус: скажет, что передумал, вспомнит про какие-нибудь неотложные дела.

Но мужчина перебежал через дорогу, обернулся назад, махнул мне рукой и быстро зашагал в сторону вокзала с сумкой в руках, под зонтом, ссутулившись…

В ту же секунду у меня в сумочке запиликал телефон. Я схватила трубку.

– Женя, что у вас там произошло? – гаркнул в трубку Красильников.

– Не знаю, – честно призналась я.

– Почему он ушел?

– Не понимаю… – твердила я.

– Отгони свою машину на соседнюю улицу, а я пока прослежу за ним! Телефон далеко не убирай! Будь на связи! – принял решение Петька.

– Хорошо.

Я понимала, что что-то пошло не так. Что-то сорвалось в четко намеченном плане. Возможно, Болотов что-то заподозрил? Понял, что я в курсе его интриг? Или… В чем, черт возьми, дело???

Я видела, как из серого «Опеля», припаркованного на другой стороне улицы, выскочил мужчина и быстрым шагом поспешил к вокзалу, миновал турникет, за которым секунду назад скрылся Андрей. Я тут же отпустила ручник и нажала на педаль газа. Я только успела домчаться до ближайшего перекрестка, когда телефон снова запиликал.

– Да! – тут же крикнула я в трубку.

– Бегом к вокзалу! Садись в мою машину! Я тебя жду!

– Что происходит? Где Андрей?

– Берет машину напрокат.

– Что? Зачем? – не поняла я.

– Бегом в машину! – крикнул еще раз Петька и отключился.

Бросив «фольк» под запрещающим знаком, я выскочила из машины и рысью понеслась обратно.

Машина приятеля стояла все на том же месте, я запрыгнула в салон и, едва переведя дыхание, выпалила:

– Где Андрей?

– Не знаю, что затевает твой дружок, но что-то явно нехорошее… – поделился со мной своими соображениями Петька. – Как только ты уехала, Болотов сразу же вышел из вокзала и отправился на ближайшую парковку.

– Зачем?

– Оформлять документы на прокат авто.

– Ничего не понимаю! У меня же есть запись его разговора, где он договаривается со своим напарником, что любыми способами заманит меня на заброшенную стройку! Что изменилось?! Что произошло???

– А вот это мы сейчас выясним! – ответил Петька, напряженно смотря через стекло, по которому скребли дворники. Я тоже перевела взгляд в ту сторону и увидела, как поднялся шлагбаум, отделяющий территорию парковки от дороги, и на проезжую часть медленно выполз черный «Рено», за рулем которого я углядела своего клиента Андрея Болотова.

Петька тут же повернул ключ в замке зажигания, отпустил сцепление.

– Где там твоя прослушка? – спросил он, пристраивая свой «Опель» позади медленно ползущего по дороге «Рено».

– В сумке!

– Доставай! «Жучок», надеюсь, еще у него?

– Да.

Я быстро вытряхнула содержимое сумки, выудила из кучи ненужного барахла заветную коробочку и нажала на кнопку включения.

– Я не понимаю, что произошло, – покачала я головой. – Он не мог ничего заподозрить. Просто не мог…

– Разберемся! – пообещал Петька.

– Неужели таинственный Шершень снова ускользнет у меня из рук?! – нервно кусала я губы.

Приятель ничего не ответил, только переключил передачу и погнал машину быстрее. Мы мчались по улицам. Впереди то и дело мелькал багажник «Рено», на котором спешил в неизвестном направлении Андрей Болотов.

– Куда, ты говоришь, он должен был тебя привезти? – обратился ко мне Петька.

– На какую-то заброшенную стройку. На Рижской трассе.

– Похоже на то, что он туда и едет! – прокомментировал Петька, сосредоточенно глядя на расстилающуюся впереди дорогу. Он резко переключил скорость и вильнул вправо.

– Ты что делаешь? – взвилась я.

– Он едет по главной дороге. А мы доедем до этой стройки по объездной – более короткой!

– А что, если ты ошибся? И он не собирается ехать на стройку? – нервничала я.

– Собирается… Еще как собирается…

Я не стала возражать, а решила полностью положиться на интуицию своего напарника. В конце концов, он мент! Возможно, именно эта немаловажная деталь позволила нам промчаться через весь город, нарушив все скоростные режимы и правила движения. Так что уже через десять минут мы оказались на самой окраине Тарасова – улице Рижской. Неприглядные блочные домишки, разбитые дороги, вереницы гаражей прямо вдоль главной улицы – мы были в типичном спальном районе. Заброшенная стройка была здесь же! Чуть в стороне от жилого комплекса виднелось недостроенное здание.

– Нам сюда, – произнес Петька и свернул с дороги. Машина проскребла брюхом по кочкам, клюнула носом землю и замерла аккурат под зарослями какого-то бурелома – только сухие ветки полоснули по лобовому стеклу.

– Останемся здесь. Со стороны дороги машину не видно, да и от стройки мы достаточно далеко, чтобы остаться незамеченными. Зато нам все будет отлично видно! – довольный своей задумкой, хлопнул в ладоши Петька.

– Надеюсь, что мы вообще сюда не зря приехали… – отозвалась я, осматривая неприглядную местность.

– Подождем – увидим, – философски заметил приятель, откинулся назад и закурил.

Я же с трудом заставляла себя усидеть на одном месте. Я то и дело поглядывала на часы, время шло, но ничего не происходило. По дороге проносились редкие машины, но ни одна из них даже не тормозила около пустыря, ведущего к стройке. Я уже вообще начала сомневаться, что сюда кто-то приедет. Как вдруг… тонированный «Форд» свернул с основной дороги, проехал через разбитые ограждения и, подпрыгивая на кочках, скатился вниз.

– Едет! – схватила я Петьку за руку.

– Кто? – тут же выплюнул сигарету приятель.

– Машина. Она едет сюда! Это Шершень! Точно тебе говорю – он.

– Давай подождем и посмотрим, что будет дальше.

«Форд» замер возле стен недостроенного здания, но водитель не спешил покидать салон.

– Что же он не выходит… – не находила я себе места.

– Должно быть, ждет твоего клиента, – заметил Петька.

И верно! Не прошло и десяти минут, как на дороге показался знакомый нам «Рено Логан».

– Я же говорил, что он собирается сюда приехать, – произнес Петр.

Я уже не слушала его, а во все глаза следила за тем, что будет происходить дальше. Я видела, как Андрей затормозил у обочины, выбрался из салона. На улице еще моросил дождь, но мужчина только поднял воротник плаща, огляделся по сторонам и стал медленно спускаться вниз. Он скользил по грязи, иногда цепляясь за ветки придорожных кустов, чтобы не упасть.

– Почему же никто не выходит из «Форда»?.. – тряслась в нетерпении я. – Что он медлит?

Болотов миновал спуск, прошлепал прямиком до стройплощадки и остановился напротив «Форда». Ветер трепал полы его плаща, ветер шумел и в динамике включенного на полную мощность подслушивающего устройства.

Я вся замерла в ожидании, ни на секунду не спуская глаз со стройплощадки.

Наконец дверца «Форда» со стороны водителя открылась. Из салона появилась лакированная туфля на высокой шпильке. Потом показалась стройная ножка в черном чулке, подол серого плащика… Из авто вышла девушка, выпрямилась, подняла голову.

– Не может быть!

Я отшатнулась, зажмурилась, потом снова открыла глаза.

– Не может быть… – снова повторила я.

На строительной площадке точно напротив Андрея стояла Алла Болотова – живая и здоровая!

– Где девка? – отчетливо прозвучал из динамика голос жены Андрея.

– Ее здесь нет.

– Что значит – нет?!

– Алла, перестань! Женя и так много из-за нас пострадала… Она винила себя в твоей смерти, согласилась охранять меня, позволила жить у себя дома. Ты даже представить себе не можешь, сколько раз она рисковала! Мы и так подставили ее с этим убийством… Хватит с нее! Пусть все останется как есть.

– Что значит – останется как есть?! – бесновалась девушка.

Я видела ее злое лицо, резкие жесты. Сомнений нет – в считаных метрах от меня была Алла Николаевна Болотова, которая несколько дней назад погибла на моих глазах…

– Алла, я не мог так с ней поступить…

– Что значит – не мог?! Мы договаривались, что ты заманишь ее сюда!

– Алла, успокойся! Женя думает, что я уже еду в Зеленоград. Я сказал ей, что навсегда переезжаю из Тарасова.

– Зачем ты это сделал?

– Алла, да что не так? Что тебе так далась Женя?! Наш план удался – все думают, что ты мертва, мы получили бриллианты Седова. Давай прямо сейчас сядем в машину и уедем! Я купил билеты! Алла…

– Идиот! – не сдержалась мадам Болотова. – Нет у нас никаких бриллиантов!

– Как – нет? – опешил Андрей.

– А вот так! После того как Седов был убит, я не успела обыскать квартиру, потому что примчалась эта дура! Мне пришлось спешно вызывать ментов и убегать. Я смогла вернуться только следующей ночью, когда ментов уже не было… Я перевернула вверх дном всю квартиру, и знаешь что?

– Что?

– Там ничего не было! Никаких бриллиантов в квартире не было! Зато я точно знаю, что там была твоя глупая телохранительница!!! Наверняка она нашла камушки первая и потихонечку умыкнула их!

– С чего ты взяла, что Женя забрала бриллианты Седова?

– А с того, что ты, дурья башка, рассказал ей про них!

– И что с того? Как ты вообще узнала, что Женя там была!

– Она успела скрыться через окно! Думала, что ушла незамеченной – ан нет! Я ее видела!

– Я уверен, что Женя ничего не брала из квартиры Седова… – пятился назад Андрей.

– Идиот! Небось снюхался с этой девкой – вот и выгораживаешь ее теперь! – резко обрубила Алла.

– Я знаю Женю. Она бы так не сделала.

– Хватит идиотничать! Тащи сюда свою телохранительницу! Уж я сделаю так, чтобы она рассказала мне, куда спрятала камушки…

Я была готова увидеть и услышать все, что угодно. Но такого исхода событий я даже не могла предположить.

– Пора действовать! – сорвался вдруг с места Петька, схватил меня за руку и потащил из машины.

Прямиком по грязи, чуть не падая, мы побежали к тому месту, где стояли Алла и Андрей. Мужчина увидел меня первым. В его глазах промелькнул ужас:

– Женя, зачем ты сюда приехала?! Я же хотел тебя спасти, а ты…

На месте резко крутанулась Алла. Я остановилась напротив нее – едва переводя дыхание, не в силах вымолвить ни слова, не веря своим глазам.

– Так ты жива? Все это было не бредом? Я действительно видела тебя! Петя, они преступники! Их нужно арестовать! – Я обернулась к своему приятелю.

Красильников действительно выудил из кармана наручники, подкинул их на ладони.

– Именно так я и поступлю.

Он сделал шаг вперед, но вместо того, чтобы нацепить браслеты на запястья Аллы, схватил меня. Я даже не успела понять, что произошло, как на моих руках защелкнулись браслеты.

– Что это значит? – опешила я.

– А то и значит! – В руках приятеля оказался пистолет, он наставил его на меня и велел: – Отойди к стене! Живо!

– Что?

Первая пуля ударила мне под ноги, и я тут же метнулась в сторону, споткнулась о какие-то кирпичи под ногами и шлепнулась на землю.

– Что ты делаешь? Ты что? Ты с ними заодно?! – дошел вдруг до меня весь ужас происходящего.

– Именно. Так что сиди на месте и не рыпайся, – на меня смотрел не закадычный друг и товарищ, а чужой, озлобленный мужик.

– Вы все это устроили вместе? – едва не рыдая от собственного бессилия, спросила я. – Все это было фарсом? Твоя дружба? – Я кивнула в сторону Петьки. – Твои просьбы о помощи? – Я обернулась на Андрея. – Все!!! С самого начала? И даже твоя смерть??? – Я посмотрела на Аллу.

– Ну, не совсем так… – с кривой улыбкой на губах протянула Алла. – С самого начала в наших планах было только, чтобы ты стала свидетельницей моей смерти.

– Что?

Болотова усмехнулась.

– Так и быть, расскажу, – елейным голоском пропела она. – Но взамен на это я надеюсь и на твою откровенность…

Я молча смотрела на нее и ждала.

– Ну, про историю знакомства Кости и моего муженька ты уже слышала, про то, что мы хотели его шантажировать, – тоже. Так вот, после того как вариант шантажа сорвался, мы решили сменить тактику, мы рассуждали просто: зачем нам нужны были какие-то копейки за молчание, если мы могли бы получить все драгоценности Седова?.. Но на тот момент совершать кражу было задачей не из легких – чертов Костя указал в предсмертной записке наши с Андреем имена, и все внимание ментов было приковано к нам. Мало того – за нами вел охоту какой-то чокнутый на «Ауди». При таком количестве следящих за тобой глаз идти на ограбление крайне рискованно. Но и медлить было нельзя – ведь Шершень мог нас опередить! И тогда – прощайте, бриллианты! – Алла театрально взмахнула рукой, закатила глаза, но потом, словно кошка, собралась и снова напустилась на меня с когтями. – Но тут, так кстати, судьба свела нас с тобой! Мы познакомились при крайне любопытных обстоятельствах – помнишь? – ты спасла нас от смерти… И тогда мне в голову пришел отличный план! Ты знала про покушение, и даже больше – Андрей проболтался тебе, что за нами давно ведут охоту. Не воспользоваться этим было просто грех! И мы решили разыграть для тебя маленький спектакль. Ты должна была стать свидетельницей моей смерти…

– Но зачем? – только и могла спросить я. – Для чего вам все это было нужно?

– Для чего? – хохотнула Алла. – Еще не поняла?

Она приблизилась ко мне вплотную и четко выговорила:

– Для того, чтобы убить Седова и забрать у него бриллианты! Но для этого мне нужно было алиби… А самое идеальное алиби – это быть покойником. Неожиданный ход? Верно? – от души веселилась Алла, глядя на мое вытянувшееся лицо.

– Но как ты это сделала? Я ведь видела, как ты… – и тут я прикусила язык.

А что я, собственно говоря, видела? Как Алла Болотова села в машину? Нет. Я видела только то, что девушка выбежала на улицу. Небольшой палисадник и изгородь скрывали от меня то место, где стояла «Мазда» Болотовых, и я не могла видеть, как девушка садится в машину. Я только слышала, что хлопнула дверца, а через несколько секунд произошел взрыв…

– Так ты не села в машину… – запоздало сообразила я.

– Конечно же, нет! Это был розыгрыш! Андрей заманил тебя в мансарду, я примчалась за вами следом и, якобы приревновав, закатила скандал и убежала. Но я не садилась в машину! Свои украшения я оставила там заранее, детонатор был тоже установлен давно, а пульт от него находился у меня. Я просто нажала на кнопку, как только ты выскочила следом за мной на крыльцо, – хлопнула в ладоши Алла. – Я придумала идеальное алиби? Верно?

Я молчала и только исподлобья следила за ней.

– Впрочем, спасибо тебе и за алиби для моего мужа – ты стала его телохранителем. И, очевидно, неплохо выполняла свою работу, раз он решил вступиться за тебя.

Я посмотрела на Андрея. Он сидел молча, не поднимая головы. Тогда я перевела взгляд на Петьку.

– Петя, но как же ты?..

– Ах да! – спохватилась Алла. – Петр! За знакомство с ним тебе тоже отдельное спасибо! Без него все было бы намного сложнее! Хотя… Поначалу он доставил мне некоторые неприятности… Видишь ли, Петр догадался о том, что я жива. И даже больше – ему удалось меня выследить. Но, несмотря ни на что, нам все же удалось найти общий язык.

– Вы действовали заодно?

– Да. Нам намного выгодней было действовать сообща. Тем более оставались сущие пустяки – Андрей выкрал у тебя пистолет, передал его мне…

– Вы убили Седова???

– Именно! Но как следует обыскать квартиру нам не удалось, потому что какие-то черти принесли следом тебя! Но и в этой ситуации были свои плюсы, – улыбнулась Алла. – Мы вызвали ментов! И они не только нашли около трупа твой пистолет, но еще и тебя за белы рученьки поймали!

– Так вот в какую командировку ты ездил, – припомнила я Петьке.

– Да-да, он никуда не уезжал, а был занят поисками бриллиантов Седова. Но, видно, ты нас опередила. Стоило только ментам отпустить тебя из тюрьмы, как ты снова порысила на квартиру Седова! Вот только мы видели, как ты сбегала через балкон, прихватив с собой камушки!

– Но… Но… – я заглянула в холодные злые глаза человека, которого я еще недавно считала своим другом. – Но почему ты это сделал?

– Неужели еще не поняла, дурочка? – отозвался он.

– Чего?

– Я и есть тот, за кем ты гонялась по всему городу последние несколько дней!

– ???

Я не верила своим ушам.

– Ты – Шершень???

– Представляешь, как меня веселило, когда ты приходила ко мне со своими рассказами о неуловимом типе по прозвищу Шершень? – недобро хохотнул он. – Я бы в любой момент мог лично сам от тебя избавиться. Но я перекладывал это дело на своего приятеля Бориса. Ты ведь не ошиблась, я и в самом деле когда-то прикрывал его нелегальный бизнес, да и сейчас помогаю. Так что он с охотой соглашается выполнить для меня такие вот маленькие просьбы – избавиться от лишнего свидетеля… Но теперь ты не просто ненужная пешка. Ты украла то, что должно принадлежать мне! У тебя мои бриллианты, и я хочу, чтобы ты мне их отдала!

– Я не верю… – отчаянно замотала я головой. – Я просто не могу поверить. Петя… Ты?.. Андрей…

– Женя, я не знал про Шершня! Я клянусь тебе – не знал! – рванулся с места Болотов.

Но Алла наотмашь ударила его рукояткой пистолета. Он взвыл, схватился за разбитую челюсть и затих в углу.

– Если тебе от этого станет легче, то он и в самом деле не знал про наш с Шершнем сговор, – вмешалась Алла. – Видишь, он даже вздумал за тебя заступаться… Впрочем, за это ты ответишь, предатель! – шипела она в сторону мужа. – Я пристрелю и тебя, и ее!

– Заткнись! – рыкнул Красильников. – Сначала пусть она нам скажет, куда спрятала камни?

Мне в висок ткнулось холодное дуло пистолета.

– Я не брала…

– А если подумать как следует?..

Над ухом щелкнул взведенный курок.

– Я говорю правду: я ничего не брала! – закричала я.

– Не верю! Камни у тебя! Ты была в квартире Седова! Ты их нашла! Где они?!

Красильников был готов на все, лишь бы выбить из меня правду – спустить курок ему тоже ничего не стоило.

– У нее ничего нет! Она ни в чем не виновата! – как собака на цепи рвался Андрей.

– У меня и правда ничего нет… Да, я была в квартире Седова, но я ничего не нашла. А даже если бы и нашла, то такой твари, как ты, ничего бы не стала говорить, – по слогам произнесла я последнюю фразу.

– Ах ты…

Пистолет оказался точно напротив меня. Я зажмурилась, отвернулась…

Но прошла секунда, другая, а выстрела не последовало, зато до моего слуха донесся приближающийся вой сирен.

– Менты! – услышала я пронзительный визг Аллы.

– Вот черт! Уходим! Быстро!

Когда я открыла глаза, со стороны дороги к нам уже мчались полицейские машины. Они съезжали в кювет, останавливались и из них выскакивали люди в камуфляже. А Алла и Петька наперегонки неслись к «Форду». Девушка успела добежать первой, запрыгнула в салон. Дожидаться своего напарника она не собиралась, надавила на педаль газа. Из-под колес полетела щебенка, мелким известняком из лужи обдало оставшегося на стройплощадке Красильникова. А «Форд» на полной скорости помчался к трассе, сбил дорожное ограждение… Мадам Болотова спешила спасти свою шкуру! И ей было плевать на оставшегося бесноваться Петьку. Но на него тут же налетели омоновцы, скрутили, заковали в наручники и – вырывающегося и злого – поволокли к машинам. Так же ловко бравые архаровцы расправились и с Андреем Болотовым. Впрочем, мужик не оказывал никакого сопротивления и только, когда садился в «уазик», успел обернуться ко мне:

– Жека, прости…

Но я уже не обращала на него никакого внимания, а во все глаза смотрела на другого человека. Из ментовского авто, которое последним свернуло на стройплощадку, выскочил Макс и побежал ко мне. А за ним не спеша выбрался из салона и медленно шел в мою сторону небезызвестный майор Носов…

– Жека! Мы успели! – схватил и стал трясти меня за плечи Макс.

– Макс, ты даже не представляешь… – стала я сбивчиво объяснять. – Я думала, что Андрей заодно с Шершнем… Позвала Красильникова, а он… А здесь… И Алла оказалась жива…

– Я все знаю, Жека, – остановил меня Макс.

– Евгения Максимовна, большое вам спасибо! Без вашего участия нам бы не удалось так быстро поймать Шершня, – от души произнес подошедший к нам Носов.

Майор больше не смотрел на меня с недоверием. На его губах была приветливая улыбка, и он искренне пожимал мою руку.

– Но как? Откуда? И вы?.. – растерянно хлопала я глазами.

Только спустя полчаса я смогла получить ответы на все свои вопросы. К этому времени большая часть машин успела разъехаться, остались только эксперты, спешно собирающие улики, пока их не размыло по всей окрестности. Я сидела в ментовском авто, закутанная в чью-то куртку, пила горячий кофе, смотрела на людей, работающих под дождем, и слушала неспешный рассказ Макса.

– До того как я ушел из органов, я работал в одной команде со Стасом Носовым. Мы уже тогда занимались поисками Шершня. Знали, что этот тип среди нас и что он с успехом покрывает многих криминальных личностей в нашем городе, в том числе и Бориса Соболева. Когда случилась трагедия с моим братом Костей, я начал сам копаться в этом деле. Ну, ты уже в курсе. Сначала я вел охоту на Аллу и Андрея, потом в это дело вмешалась ты. К тому моменту, когда тебя арестовали за убийство Дмитрия Седова, я уже знал, что в этом деле замешан Шершень, что он вместе с Костей хотел ограбить дядю, что самоубийство моего брата было никакое не самоубийство. Короче говоря, я решил вмешаться в это дело. Воспользовавшись своими старыми связями, сделал так, чтобы тебя отпустили на свободу и… Встретился со своим коллегой Носовым, который как раз занимался расследованием дела, по которому ты проходила как главная подозреваемая.

– Вы уж простите меня, Женя, что был с вами груб, – вклинился в разговор майор Носов. – Уже при первом знакомстве, после взрыва у студии, я понял, что вы что-то недоговариваете, да еще не скрываете своих приятельских отношений с Красильниковым. А я уже тогда копал под него… Вот и подумал, что вы с ним заодно. – Стас сделал паузу, а потом чистосердечно признался: – С самой первой минуты нашего знакомства я уже начал вас подозревать.

– А вы с самой первой минуты мне не понравились, – так же честно призналась я. – И я платила вам той же монетой… Думала, что вы хотите меня подловить на чем-то. А уж после ареста на квартире Седова и вовсе считала вас врагом номер один!

– Но все же я рискнул поверить тому, что мне рассказал про вас Максим, – продолжил Носов. – Он сказал, что вы не просто ищете Шершня. Вы явно успели перейти ему дорогу – по его приказу вас чуть не убили люди Бориса Соболева. Даже больше, рядом с вами явно должен был находиться кто-то из окружения самого Шершня… Ведь у вас украли оружие специально, чтобы потом застрелить из него Дмитрия Седова.

– И ведь я сумела вычислить, кто это! – заговорила я. – Сначала были просто подозрения. А потом… Я узнала, что в загородном доме Андрея кто-то жил, что никто, кроме Болотова, не мог украсть у меня пистолет, что Борис Соболев ведет охоту только на меня! Короче: я была уверена, что мой клиент заодно с Шершнем! А оказалось… Оказалось, что это все было делом рук Аллы! Ведь она жива! Там, у студии, они инсценировали ее смерть, и только!

– И насчет этого мы тоже в курсе. Собственно говоря, именно благодаря истории со смертью мадам Болотовой мы смогли выйти на Красильникова. Видно, он первым пронюхал про ее лжегибель. Уж не знаю, каким образом, но они решили вместе ограбить Седова. Наверное, понимали, что вдвоем им будет проще провернуть это дело – Красильников решил руками Аллы убрать с дороги Дмитрия Седова. А у Аллы просто не было выхода – мент мог в любую секунду разоблачить ее обман со смертью! Но думаю, что они оба были хороши! Бриллиантами старика каждый хотел владеть единолично! Скорее всего, в итоге они попытались бы убить друг друга!

– Не сомневаюсь, что так оно и было бы, – кивнула я. – Я была свидетельницей того, как они обыскивали квартиру Седова… Боялись оставить друг друга хоть на минуту.

– Ну, судя по тому, что сейчас Алла Николаевна, особо не задумываясь, умчалась, оставив своего подельника, – это не вызывает сомнений, – кивнул Макс. – Надеюсь, что ее удастся поймать, и эта девица ответит за все свои грязные делишки!

– А как вы узнали, что криминальная парочка решила расправиться со мной именно здесь? – продолжала недоумевать я.

– После того как мы расстались, я продолжил за тобой следить, – пожал плечами Макс. – Я не сомневался – рано или поздно, но Шершень попытается снова на тебя выйти.

– Так и произошло… Они думали, что бриллианты Седова у меня! А где на самом деле камни? Вы их нашли?

– Нет, – покачал головой Макс.

– При обыске в квартире не было ничего обнаружено, – подтвердил его слова Носов.

– Станислав Геннадьевич! – прервал наш разговор молодой парнишка в камуфляжной форме. Растрепанный и озадаченный, он заглянул в салон авто, где мы так удобно расположились. – Станислав Геннадьевич, там…

– Что?

– «Форд» не вписался в поворот и вылетел в кювет…

– Что???

– Девушка, которая была в машине, погибла сразу. Ее не удалось спасти…

Носов тут же выскочил из машины прямо под проливной дождь.

Мы с Максом остались вдвоем. По крыше барабанили капли дождя. На улице была настоящая непогода. Я смотрела, как Станислав Носов быстро шагает куда-то от стройки, и думала о том, что судьба подчас зло над нами шутит.

По странному стечению обстоятельств вся эта история началась с того, что Алла Болотова взорвалась в машине, и этим же и закончилась…

Эпилог

С того злосчастного дня, когда раскрылась вся эта запутанная история, прошли две недели. За это время в городе наступила самая настоящая осень. Желтые листья кружились в воздухе, шуршащим ковром устилали тротуар, засыпали крыши домов и машин. Я стояла в курилке местного РОВД, выдыхала в окно сигаретный дым и смотрела на осенний листопад.

Я была частой гостьей в этом здании в последние дни – мне пришлось давать кучу показаний, подписывать протоколы. Я охотно сотрудничала с правоохранительными органами и делала все, чтобы Петр Красильников сполна ответил за свои преступления. Впрочем, человек по прозвищу Шершень сознался во всем. Очевидно, он понимал, что против него у следователей накопилось слишком много улик, а чистосердечное признание поможет уменьшить срок. Сумели арестовать и Бориса Соболева. Кстати, не без помощи компромата, который был у Андрея Болотова. Господин Соболев действительно являлся владельцем нескольких подпольных казино и ночных клубов, где с успехом распространялись наркотики. На чем его и поймали бравые тарасовские архаровцы. А что касается моего бывшего клиента…

Позади меня тихонечко скрипнула дверь. Я обернулась и тут же снова уткнулась в окно. В курилку бочком протиснулся Андрей Болотов. Я не стала давать ни одного показания против этого человека, но и встреч с ним старательно избегала.

– Женя, я знаю, что ты не хочешь меня видеть, но…

Я молча стояла спиной к нему, курила и не собиралась оборачиваться.

– Я все же хочу, чтобы ты знала.

Я даже не дрогнула – не посмотрела на него, не проронила ни единого слова. Но Болотов не уходил, несмотря ни на что.

– Женя, я не собираюсь себя оправдывать, но мне важно это сказать тебе… Это правда, что с самого начала я врал тебе. Врал специально, осознанно. Но потом… Я видел как искренне ты меня жалеешь, как хочешь помочь, как рискуешь собой ради меня… И всякий раз мне так хотелось тебе рассказать правду! Но я боялся, молчал и продолжал врать дальше. А когда Алла сказала, что я должен заманить тебя на стройку и там убить… Я понял, что я могу тебе врать, обманывать, я даже сумел украсть у тебя пистолет! Да, сумел! Но убить тебя… я бы не смог никогда. Поэтому я и сказал тебе, что уезжаю в другой город, что бросаю здесь все дела. Это было самое меньшее, что я мог для тебя сделать… Это правда, Женя. Ты можешь никогда меня не простить. Так мне и надо! Но я хотел, чтобы ты знала: я бы никогда не смог тебя убить… – он замолчал.

Я продолжала стоять, уткнувшись носом в стекло. Сигарета давно дотлела в руках, я вышвырнула окурок в форточку.

– Сегодня я уезжаю из Тарасова. Не хочу оставаться в этом городе. Не хочу и не могу! Больше никогда не вернусь сюда. И мне было важно еще раз сказать тебе – прости меня, Женя.

В отражении двойного стекла я видела, что Болотов отвернулся, шагнул за порог, чтобы уйти.

– Андрей! – Я резко развернулась назад.

Мужчина замер в дверях, взглянул на меня затравленно, несчастно.

– Счастливого тебе пути, – от души пожелала я и искренне улыбнулась.

«Возможно, я была не права. И излишне мягкотела, – думала я, когда уже быстрым шагом шла по улице прочь от серых стен местного РОВД. – Но я не могла поступить иначе!» Садясь в свой «фольк» и заводя мотор, я не сомневалась, что поступила правильно.

С заднего сиденья послышался звонкий лай, моей руки коснулось что-то мокрое.

– Мотька! – потрепала я собачью голову, прильнувшую ко мне под руки. – Заждался меня!

Удерживая одной рукой руль, я подхватила пса и пересадила его вперед.

– Погоди, сейчас я познакомлю тебя с твоим новым хозяином!

Пес горячо дышал, высунув язык, глядел на меня своими глазками-бусинками и внимательно слушал. «Р-р-гав», – подал он голос.

– Мне тоже будет тебя не хватать, – погладила я еще раз собачку, вдавила педаль газа в пол и погнала машину вперед.

Новый хозяин Мотеньки уже ждал нас у здания Тарасовского вокзала. С дорожной сумкой и в длинном черном пальто вдоль аллейки прогуливался Максим Седов. Я бесшумно приблизилась к нему:

– Привет!

– Женечка, здравствуй!

– А я принесла тебе твоего нового друга, – улыбнулась и перевела взгляд на коротколапую болонку, неуклюже семенившую возле ног.

– Спасибо, что не дала ей пропасть! – поблагодарил Макс.

– Он очень умный, – дала я рекомендации своему подопечному. – Между прочим, он признал в Красильникове убийцу Седова. Если бы я тогда обратила на это внимание, то многих неприятностей можно было бы избежать.

– Что? – не понял Макс.

– Мотя – совершенно спокойная собачка – начала дико лаять, когда увидела Петьку. Теперь я понимаю почему: она узнала того, кто убил ее хозяина…

– Вот оно как! – улыбнулся мужчина. – Похоже, что теперь все загадки этой запутанной истории разгаданы.

– Не все, – напомнила я. – Бриллианты твоего дяди не нашлись.

– Похоже, что это так и останется для нас тайной!

– Старик не доверял никому и явно должен был хранить камни у себя дома. Но ни менты, ни я, ни Шершень с Аллой их не нашли… Так, может быть, никаких бриллиантов и не было? – предположила я.

– Были, точно были! – покачал головой мужчина. – Дядя все свои деньги вкладывал в покупку камней. Это была его страсть, о которой знали все.

– Но тогда куда они могли деться?..

– Сколько я помню – дядя всегда был скрягой. А после того как узнал, что Костя хотел его ограбить, и вовсе умом тронулся. Скорее всего, он куда-то спрятал бриллианты… Вот только куда?.. Думаю, что об этом мы уже никогда не узнаем… – Макса прервал звонкий собачий лай.

– Мотя! – позвала я пса. – Мотя, иди сюда!

Собачка звонко тявкала где-то, но на глаза не показывалась.

– Мотя! – позвал Макс.

Лай зазвенел еще громче.

– Он где-то там…

Мы тут же бросились в сторону аллейки, откуда доносился пронзительный лай. И точно – в кустах прыгала и заливисто тявкала собачка.

– Бедняжка, зацепилась ошейником за ветку… – сообразила я. – Давай помогу тебе.

Я ухватилась за кожаный ремешок и стала тянуть его. Упиралась лапами в землю и трясла головой и болонка.

– Сейчас-сейчас… – приговаривала я, потянула ошейник еще сильнее, застежка на нем лопнула. Освобожденная собачка взвизгнула, метнулась из кустов, а у меня в руках осталась тяжелая полоска кожи.

– Что это? – растерянно спросила я, глядя на то, что было у меня в руках. На обратной стороне ошейника по всей длине были плотно приклеены друг к другу искрящиеся камушки…

– Не может быть… – выдохнул Максим. – Так вот где дядя прятал свои драгоценности…

– Теперь я понимаю, почему старик никогда не расставался со своей болонкой.

Ошарашенные своей находкой, мы стояли с Максом посреди безлюдного парка, а у нас под ногами вилась и звонко тявкала лохматая болонка. Я наклонилась, подхватила собачку, разом потерявшую половину своего веса, на руки, потрепала ее между ушей.

– А я все никак не могла понять, как такая крошка может быть такой тяжелой, – засмеялась я.

Макс подошел ко мне ближе, тоже погладил довольного пса по морде.

– Что ж, пожалуй, теперь в этой истории действительно не осталось ни одной загадки!

Content

Марина Серова
Его ночная гостья

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог