Саманта Сноу

Танго в ночи

1

Еще вчера Вики Хикборн не собиралась возвращаться в Ламар. Об этом она решительно и сообщила по телефону Джессике. Как ее ни упрашивала подруга, как ни умоляла, Вики оставалась непреклонной.

— Джессика, дорогая, — говорила Вики вчера. — Мне совершенно не хочется ехать домой. У меня каникулы, и я хочу провести их весело и с пользой. А что я буду делать в Ламаре? Я же там умру от скуки.

Хотя и самой Вики очень хотелось встретиться с подругой, своих планов она не собиралась менять даже ради нее. А планы еще вчера были просто грандиозные и, она надеялась, что далеко идущие.

Чтобы как-то сгладить свой отказ, Вики предложила:

— Джессика, а почему бы тебе не приехать в Канзас-Сити? Сейчас каникулы, многие студенты разъехались по домам, и, я думаю, найти для тебя жилье в кампусе не составит проблемы. Погуляем, я тебе такие места покажу… Повеселимся. Да и соскучилась я без тебя, подружка.

Это предложение было настоящей фантазией. Вики отлично знала, что Джессика откажется приехать к ней. Мистеру Альфреду Кисси, отцу Джессики, пару недель назад сделали операцию на почке, и Джессика, как любящая дочь, ни за что не оставит его одного. Но предложить все равно следовало хотя бы ради приличия, вот Вики и предложила.

— Ну ты же знаешь, Вики, — вздохнув, промолвила Джессика, — я бы с удовольствием, но никак.

Девушки некоторое время помолчали, это был как раз тот случай, когда слова просто не нужны.

— Как твой папа? — поинтересовалась Вики, чтобы разрядить создавшуюся напряженность.

— Папа… — хмыкнула Джессика. — Папа молодец, уже на работу вышел. Представляешь? Ни дня лишнего дома не посидел. Для него работа — это главное.

— Нет, главное для него — это ты, — перебила подругу Вики.

— Да, это точно, — согласилась Джессика. — И меня это иногда очень беспокоит.

Мать Джессики бросила мужа и двухлетнюю дочь, сбежав с художником-абстракционистом в Филадельфию. Альфред Кисси так больше и не женился, посвятил жизнь и самого себя своему ангелу и идолу — дочери Джессике.

— А если он вышел на работу, значит, самочувствие его вполне удовлетворительное, — подытожила Вики.

— Вбил себе в голову, что без него телевидение перестанет работать, — усмехнулась Вики. — Смешно! Пока он лежал в больнице, ничего же не случилось.

— Это ты напрасно, — серьезно сказала Вики. — Твой отец — классный специалист. На нем все и держится.

Альфред Кисси многие годы отработал на телевидении Ламара. Начинал репортером, сейчас он продюсер и действительно считается одним из лучших в своей профессии. Во всяком случае. Джессика больше всего любила смотреть его передачи. В них хотя бы имелся какой-то смысл, не то что в остальной телевизионной мути. У него было удивительное чутье на заведомо выгодные проекты.

Джессика и не собиралась оспаривать слова подруги, она любила отца и, как это ни странно в наше время, просто боготворила его.

После этого разговор между ними сошел на нет. Вики клятвенно заверила Джессику, что хоть на пару дней все равно приедет в Ламар и вот тогда они вволю наболтаются. На том они и распрощались, и каждая из них чувствовала, что на душе остался неприятный осадок.

Но Вики не собиралась долго печалиться по этому поводу. Ведь для того, чтобы на каникулах остаться в Канзас-Сити, у нее были веские причины, о которых она пока повременила рассказывать Джессике. Все еще было слишком зыбко и неопределенно, а болтать о еще не случившемся Вики не любила.

А дело было в том, что несколько недель назад Вики поняла, что рядом с ней живет замечательный человек — Фил Мартинсон, ее однокурсник и сосед по этажу. Нет, не так. Фил Мартинсон ходил с ней на лекции и жил в одном кампусе с начала семестра. Но Вики на него раньше не обращала никакого внимания.

Она, попавшая из маленького Ламара в шумный Канзас-Сити, город, не успокаивающийся ни на секунду, была просто оглушена и подавлена царившим в нем темпом жизни. Вики еле успевала за всеми этими спешащими, галдящими, не останавливающимися ни на секунду людьми. На разглядывание тех, кто с ней рядом, у девушки не хватало времени. Вся ее жизнь шла по строгому графику: кампус, университет, библиотека, кампус. Если бы кто-то несколько лет назад сказал Вики, что студенческая жизнь так скучна и однообразна, она бы не поверила. А оказалось, что в ней нет никакой романтики.

Но однажды утром, выходя из своей комнаты, Вики столкнулась с высоким, широкоплечим красавцем с глазами удивительной голубизны и светлыми волосами и застыла, завороженная. Это был Фил Мартинсон. Хотя его Вики встречала чуть ли не каждый день на лекциях и в кампусе, в то утро она словно увидела его по-новому. Это был не просто парень, один из сотни мелькающих перед глазами, это был Фил Мартинсон.

С того дня Вики потеряла покой. Она чувствовала себя больной, если день проходил без встречи с Филом Мартинсоном. Она теряла аппетит, если Фил Мартинсон проходил мимо нее без приветствия. Она страдала бессонницей, если Фил Мартинсон отсутствовал по вечерам в своей комнате.

Жизнь Вики с того дня проходила в каком-то тумане, единственным просветом в котором был Фил Мартинсон. Она не предпринимала никаких шагов, чтобы сблизиться с ним, ей достаточно было того, что он жил, дышал, ходил рядом.

Вики никому не рассказывала о своих чувствах. Она прекрасно понимала, что ее признания вызовут у подруг в лучшем случае недоумение. Разве годится двадцатидвухлетней девушке тайно вздыхать о парне? Нет, конечно нет. Вики думала, что ее подруги обязательно посоветуют рассказать Филу о своих чувствах или, в крайнем случае, пригласить его на свидание. Но Вики пока к этому была не готова. Она ждала чуда, что ее избранник сам обратит на нее внимание и поймет, какая замечательная девушка живет рядом с ним.

Вики не спешила, она готова была ждать этого чуда сколько угодно. Для нее достаточно было только знать, что завтра она снова увидит Фила Мартинсона.

Вот из-за него Вики и отказалась ехать на каникулы домой. Через университетских подруг она узнала, что Фил на каникулы тоже остается в общежитии. А вдруг это ее шанс? Вдруг именно сейчас он обратит на нее внимание?

Такими надеждами и планами Вики жила до вчерашнего дня. А вчера… Вчера случилось ужасное.

По заданию редакции газеты «Женские радости», в которой Вики, как студентка факультета журналистики, подрабатывала, она отправилась на показ коллекции одежды модного в нынешнем сезоне модельера Биггина. Читателям газеты просто необходимо было узнать о планах молодого, но подающего большие надежды художника. Хотя сама Вики, предварительно ознакомившись с каталогом, сильно сомневалась, что в его моделях простым смертным можно появиться на людях. Слишком необычный и, мягко говоря, эротический вид они имели. Но с руководством не поспоришь, да и любому заработку Вики была рада.

И надо же было такому случиться, что на этот показ заявился и Фил Мартинсон. Несложно догадаться, что не один. Компанию ему составляла длинноногая девица в платье под стать моделям Биггина. Каждый выход манекенщиц она встречала кривой ухмылкой и презрительным взглядом. По всей видимости, считала себя в сотни раз лучше каждой из них. Фил Мартинсон рядом с ней излучал щенячью радость, постоянно заглядывал длинноногой в глаза и ловил каждый ее комментарий.

У Вики не осталось никаких сомнений — Фил Мартинсон в восторге от своей спутницы. Сердце ее заныло от боли. Только подумать, он предпочел ей эту девицу! Выбрал не ее, умницу Вики, а эту, судя по ее виду, недовольную всем миром каланчу, которая чуть ли не с него ростом. Да как он посмел?! Вики настолько была переполнена негодованием, что ее голову покинули все разумные мысли. Например, такая: Фил перед ней не имеет обязательств, ведь он ни словом, ни намеком не давал ей никаких обещаний. А то, что напридумывала она сама, еще ничего не значит.

Но удар от увиденного получился сильным. Смотреть, как парень, о котором ты мечтаешь и днем, и ночью, обхаживает другую — что может быть ужаснее? Лучше уж отвернуться. Но у Вики не нашлось сил это сделать. Она как завороженная следила за счастливой парочкой, позабыв, зачем она тут оказалась.

Только громкий возглас: «А сейчас наш несравненный Биггин даст пресс-конференцию для представителей средств массовой информации!» вывел Вики из оцепенения. И она, вместе со всеми жаждущими узнать сокровенные тайны молодого таланта, рванула в конференц-зал, судорожно вспоминая, какие вопросы собиралась задать звезде мира моды.

Оплакивая свои разбитые мечты и планы о большой и светлой любви, Вики за вечер настрочила статейку о посещенном ею мероприятии. Перечитав ее несколько раз, Вики решила, что, несмотря на ее удрученное состояние, статья получилась вполне приемлемой, если не сказать больше — хорошей, и осталась ею довольна. Она всегда писала качественно, и главный редактор «Женских радостей» мистер Торн часто ставил в пример начинающую журналистку опытным мэтрам и предсказывал ей большое будущее. Правда, при этом намекал, что если Вики согласится с ним поужинать, то это будущее наступит намного быстрее.

Вики, призвав на помощь весь свой такт и порядочность, каждый раз отказывала своему сластолюбивому шефу. Главный редактор женской газеты был толст, имел писклявый голос и скандалистку жену, которая ежедневно посещала редакцию, пытаясь уличить своего муженька в изменах. Но ей ни разу это не удалось сделать: в моменты, когда жена находилась в опасной близости (а это он чувствовал необъяснимым чутьем), мистер Торн превращался в эталон верного мужа.

Сегодня, когда Вики наконец-то попала в редакцию, миссис Торн уже покинула свой пост. По этому случаю главный редактор газеты встретил девушку чуть ли не с распростертыми объятиями.

— О, Вики! — радостно, словно увидел не просто студентку, а, по меньшей мере, звезду телеэкрана, вскричал толстячок, резво вскакивая из-за стола навстречу девушке. — Проходи, проходи скорее.

— Здравствуйте, — скромно отстранилась от него Вики и быстро прошла к столу. — Я статью принесла о вчерашнем показе мод.

— Отлично, отлично, — сияя во весь рот, произнес мистер Торн. — Статья о моде — это как раз то, что нам нужно. Умница ты наша!

Мимоходом редактор не забыл приобнять ее за плечи, но она легким движением выскользнула из его рук. Мистер Торн хмыкнул и взял протянутый Вики текст статьи.

— Так-так, что тут у нас? — пробормотал он, опуская свою тушу в кресло. — Великолепно, отлично. В печать, в печать!

Вики не сводила с него глаз и могла бы поклясться, что Торн не прочитал ее статью и до половины.

— А не отметить ли нам это дело? — потирая руки, писклявым голосом поинтересовался он. — Я знаю один отличный ресторанчик, где мы могли бы посидеть, поговорить, обсудить наши дела.

О каких делах говорит мистер Торн, Вики не знала. Она была уверена, что никаких дел, кроме производственных, между ними быть не может. А обсуждать их в отличном ресторанчике совсем не годится.

— Спасибо, мистер Торн, — опустив глаза, проговорила Вики. — Но я никак не могу принять ваше предложение. И вообще…

— Что такое?! — встревоженно воскликнул Торн. — У тебя какие-то проблемы?

— Нет, — покачала головой Вики. — Просто я хотела сказать, что должна уехать из Канзас-Сити.

Да, она сейчас очень хотела оказаться в тихом и спокойном Ламаре, хотя еще сутки назад даже не помышляла об этом. Но после того как увидела Фила Мартинсона с другой, она хотела поскорее покинуть кампус, чтобы избавить себя от встреч с «этим предателем», как она его стала называть со вчерашнего дня.

— Уехать? Навсегда? — заволновался мистер Торн.

— Нет, только на каникулы, — успокоила его Вики. — Я же студентка, к началу семестра вернусь обратно.

— Ах да, каникулы, — покивал мистер Торн. — Но пожалуйста, Вики, запомни одно: в газете «Женские радости» тебя всегда ждут. Так что по возвращении не забудь появиться здесь.

Вики пообещала, хотя и не была уверена, что продолжит сотрудничество с этой газетой.

2

Вики вышла из автобуса и вдохнула полной грудью. Хорошо! Здесь даже воздух пахнет по-другому, не так, как в Канзас-Сити. Домом он пахнет. Спокойствием и надежностью, что ли.

Хотя автобус прибыл в Ламар в середине дня, город был тих и, по сравнению с Канзас-Сити, почти безлюден. Не было того навязчивого, несмолкающего шума и гула, что сопровождал ее постоянно в огромном городе. Оглядевшись по сторонам, она подумала, что здесь и люди передвигаются медленнее, не торопятся, не спешат.

— Вики!

Погруженная в свои мысли, она и не заметила, как к ней подбежала Джессика и бросилась на шею.

— Вики, ты приехала, я так рада! — Джессика чмокнула ее в щеку и схватила за руку, словно боялась, что подруга сейчас же сядет в автобус и уедет обратно.

— Я тоже рада, — сказала Вики, но в ее голосе слышались печальные нотки.

Джессика сразу определила, что с подругой что-то не в порядке.

— Вики, что-то случилось? — озабоченно поинтересовалась она. — Ты жалеешь, что приехала?

Вики помотала головой:

— Я рада. Просто устала в дороге.

— Нет, я думаю, что у тебя что-то произошло, — не успокаивалась Джессика. — Ведь совсем недавно ты собиралась остаться на все каникулы в Канзас-Сити, а вчера вдруг решила приехать домой. Странно это.

Джессика по-настоящему была взволнована неожиданным поступком Вики, и Вики это видела. Но сейчас, впопыхах, стоя посреди площади на автобусной станции, ей совсем не хотелось объяснять, что с ней произошло.

— Со мной все в порядке. — Вики улыбнулась подруге. — Просто я поразмышляла и пришла к выводу, что каникулы лучше всего проводить дома.

Джессика вряд ли поверила ей, но спорить не стала. Она подхватила сумку Вики и потащила ее к автомобильной стоянке.

— Я папину машину взяла, — сказала Джессика. — Так что домой тебя довезу в одно мгновение.

За месяцы, проведенные в Канзас-Сити, Вики и забыла, как же хорошо дома, где каждый угол, каждая трещинка на стене, каждый скрип половицы тебе знаком и близок.

Когда она уезжала на учебу в университет, то и не подозревала, что будет скучать по родному дому. Ей поскорее хотелось вырваться из маленького, тихого, скучного Ламара, где никогда и ничего не происходит, где каждый день похож на предыдущий, где, выйдя на улицу, встречаешь только знакомые и до ужаса надоевшие лица, где всегда знаешь, кто как отреагирует на твой поступок. В большом городе, думала тогда Вики, вся ее жизнь изменится, станет насыщеннее и интереснее, наполнится впечатлениями и событиями. Она считала, что только в больших городах люди и живут полноценной жизнью, а маленькие городки предназначены для прозябания.

А все оказалось по-другому — уже через пару недель Вики начала скучать по Ламару. Вначале она даже не могла понять, что с ней происходит. Она стала вялой, раздражительной, нервно реагировала на любое замечание. А когда поняла, то очень удивилась — ей хотелось домой. Но интенсивные занятия, зачеты, семинары и подработка в газете отнимали все время, о поездке домой оставалось только мечтать. И вот сегодняшнее ее возвращение оказалось таким приятным и трогательным, что у Вики слезы навернулись на глаза, когда она переступила порог своей комнаты. Она дома, дома, дома… Рядом с мамой и отцом, которые рады приезду Вики не меньше ее самой.

Предупрежденные вчера дочерью, родители похлопотали на славу. Вернее, больше хлопотала, конечно, мать, занимаясь священнодействием, имя которому кулинария. Она готовила так любимые дочерью пончики с клубничным джемом. По заведенному в незапамятные времена порядку в момент ее работы на кухне муж даже не мог заглянуть туда, чтобы не помешать в самый ответственный момент. Поэтому он слонялся по дому, время от времени поглядывая на часы, и удивлялся, почему же так медленно идет время.

— Мама, папа, я приехала! — закричала Вики, открывая входную дверь.

За спиной Вики топталась улыбающаяся Джессика с сумкой в руках. Ей было странно наблюдать за радостью, излучаемой обычно такой сдержанной подругой, и она лишний раз порадовалась, что отказалась от учебы в другом городе, а осталась в Ламаре. Джессика была уверена, что точно не пережила бы долгой разлуки с отцом. А ведь Вики звала ее ехать вместе с ней.

— Вики, девочка!

Сначала раздался возглас миссис Хикборн, потом из дверей кухни появилась она сама, высокая, стройная женщина, и в сорок пять лет сохранившая свежесть и непосредственность.

Через несколько мгновений вышел из кабинета и отец Вики.

— Ну здравствуй, Вики! — Он подошел к обнимающимся жене и дочери и остановился, ожидая своей очереди поцеловать свою малышку.

Когда первые излияния радости закончились, отец Вики повернулся к Джессике.

— Спасибо, Джессика, что помогла Вики добраться до дома. А то мой автомобиль совсем некстати пару дней назад запросился в автомастерскую.

— Не стоит благодарности, — отмахнулась Джессика. — Я сама ужасно хотела встретить Вики. А автомобиль… Он все равно стоит без дела в гараже. Ведь папа пока не выезжает. Предпочитает ходить пешком.

— Как он себя чувствует? — поинтересовался мистер Хикборн.

— Спасибо, значительно лучше, — улыбнулась Джессика. — Ну я пойду, а Вики пусть отдохнет с дороги.

Джессика чувствовала, что сейчас семейство Хикборн больше интересуют они сами, чем она и здоровье ее отца.

— Нет-нет, Джессика, — остановила ее мать Вики. — Ты обязана пообедать с нами. Все уже готово.

Джессика хотела отказаться, но, вспомнив изумительный вкус пончиков миссис Хикборн, не смогла себе это позволить.

— Вот и прекрасно. — Миссис Хикборн обняла Джессику за плечи. — Пусть Вики переоденется с дороги, а ты мне помоги накрыть стол.

И она потянула девушку в сторону кухни. Вики, подхватив сумку, направилась в свою комнату, а оставшийся один мистер Хикборн пожал плечами и скрылся в библиотеке.

Вики осторожно толкнула дверь и замерла на пороге. Она почему-то боялась, что за время отсутствия ее комната изменилась, утратила любимый ею вид. Но все осталось по-прежнему. Кровать была покрыта все тем же голубым с разноцветными воздушными пузырями покрывалом. На стенах висели постеры с музыкальными группами. На полках стояли любимые с детства игрушки и книги. Вики про себя возблагодарила родителей, что те ничего здесь не поменяли.

Она прошла в комнату, поставила сумку и шлепнулась на кровать. Вот она и дома. Она надеялась, что родные стены помогут ей избавиться от страданий по неудавшейся любви, помогут забыть этого изменника Фила Мартинсона.

Вики обвела взглядом комнату. Вот тут она и проведет свои каникулы, без развлечений, веселья и приключений. Так ей и надо. Никогда не следует строить нереальных планов, они имеют тенденцию не сбываться. В жизни все оказывается по-другому, чем в мечтах. Вот и Фил Мартинсон оказался героем совсем чужого романа. Прошел мимо ее тонкой и готовой быть преданной только ему души, предпочел длинные ноги.

Слезы навернулись на глаза и готовились излиться бурным потоком, но были остановлены стуком в дверь. Это пришла Джессика.

— Вики, ты готова? Стол уже накрыт.

— Да, я сейчас. — Вики вскочила с кровати. — Я сейчас.

Она торопливо кинулась к сумке, чтобы достать подходящую одежду. Но от Джессики не скрылось опечаленное выражение на лице подруги.

— Что с тобой? — поинтересовалась она. — Определенно, с тобой что-то случилось. Я никак не пойму, то ли ты жалеешь, что приехала домой, то ли что-то произошло.

— Да нет, все в порядке, — не оборачиваясь к ней, бросила через плечо Вики.

— Но я же вижу, — не успокаивалась Джессика.

Вики выпрямилась и сказала несколько резко:

— Давай сейчас оставим этот разговор. Я тебе все расскажу, но потом. Ладно?

— Ладно, — согласилась Джессика.

Ее действительно, к ее стыду, сейчас больше волновали пончики с клубничным джемом, чем проблемы Вики.

— Но после обеда ты мне все расскажешь, — поставила точку в этом разговоре Джессика.

Вики кивнула и направилась в ванную комнату переодеваться.

После обеда подруги уединились в комнате Вики и, как в прежние времена, развалились на кровати.

— Я как всегда объелась, — пожаловалась Джессика, блаженно поглаживая живот. — Моя сила воли исчезает напрочь, когда под моим носом оказываются пончики твоей мамы. И ведь каждый раз даю слово есть их в умеренных количествах, и не могу.

— Изредка можно себе позволить, — успокоила подругу Вики. — Сейчас мама редко готовит пончики. Только когда приезжаю я.

— Одно это меня и успокаивает, — вздохнула Джессика. — В противном случае я бы через пару лет превратилась в слониху. Меня всегда интересовало, как ты, имея такую мать, которая так вкусно готовит, никогда не набирала веса.

— Конституция у меня такая, — усмехнулась Вики. — Сколько ни ем, все равно не толстею.

— Завидую, — протянула Джессика. — А для меня один пирожок страшен.

Вики обняла расстроенную подругу:

— Не переживай. Каждому свое. И твоя проблема, поверь мне, не самая страшная в мире. Бывают и похуже.

Произнеся эти слова, Вики тяжело вздохнула. Джессике хорошо. Разве ее проблемы с весом можно сравнить с ее? Вики была уверена, что переживания о несчастной любви — самые тяжелые из всех.

— Так, подруга, — Джессика повернулась на бок, оперлась головой на руку и уставилась на Вики. — А сейчас рассказывай.

Вики всегда любила эти моменты. Они с лучшей подругой лежат на кровати голова к голове и нашептывают друг другу на ушко самые важные секреты. Сколько их было в их жизни! Все-таки замечательно, если на свете живет человек, которому можно доверить самое сокровенное и который всегда, если и не поможет сразу, то выкажет свое сочувствие.

Вот и сейчас Вики, уставившись в потолок, рассказывала Джессике о своей несчастной любви к Филу Мартинсону. Та, слушая, тяжело вздыхала, пару раз даже шмыгнула носом, но потом остановила рассказ Вики вопросом:

— Вики, ты это все серьезно говоришь?

Удивленная Вики уставилась на подругу:

— Ты о чем?

— О своих чувствах к этому Филу Мартинсону, — осторожно проговорила Джессика. — Почему ты так страдаешь? У вас же с ним ничего не было.

— Ну и что, что не было?! — Голос Вики наполнился негодованием. — Ну и что? Разве это что-нибудь меняет? Я же его любила, а он… он… он поступил так жестоко.

На глазах Вики выступили слезы. Мало того что Фил Мартинсон нашел другую, так еще и лучшая подруга не понимает ее чувств.

Видя ее состояние, Джессика обняла Вики за шею.

— Глупенькая, — ласково прошептала она. — Он же ничего не знал о твоих чувствах, ведь ты ему не говорила о том, как к нему относишься.

— А он что, сам понять не мог?! — почти крикнула Вики.

Джессика погладила Вики по голове и произнесла тоном умудренной жизнью женщины:

— О, Вики, если бы ты знала, как эти мужчины глупы! Пока их не ткнешь носом в очевидное, они и не заметят. Без нашего руководства и наших указаний, милая, они ни на что не годятся.

Сейчас пришла пора Вики в недоумении уставиться на подругу. Таких рассуждений она от нее не ожидала. Не обратив внимания на изумление Вики, Джессика продолжила:

— Возможно, если бы ты сказала Филу о своих чувствах, то на показ мод он пошел бы с тобой, а не с той девицей. Откуда ему было знать о том, что ты к нему испытываешь.

— Нет-нет, ты ничего не понимаешь, — зло отреагировала на ее слова Вики. — Я ничего не собиралась ему говорить. Я хотела, чтобы он сам обратил на меня внимание.

— Вики…

— Все, — Вики встала с кровати, — хватит! Я больше не хочу об этом говорить. Если ты, самый близкий мне человек, не понимаешь меня, то я и говорить об этом не хочу.

Вики раскрыла шкаф и стала разбирать свои вещи. На Джессику она больше не смотрела. Джессика попыталась отвлечь Вики от грустных мыслей, но у нее ничего не вышло. Ей не оставалось ничего другого, как, сославшись на дела, отправиться домой.

3

Удивительно, но ночью Вики спала прекрасно. Прошлую ночь, еще в Канзас-Сити, она провела почти без сна. Картинки с участием Фила Мартинсона и его девицы постоянно вертелись перед ее глазами, мешали заснуть. Она несколько раз вставала и пила воду, считала прыгающих барашков, пыталась мысленно рисовать картины. Но ничего не помогало. Утром встала с опухшей головой.

Пару часов сна в автобусе, пока она ехала домой, не принесли облегчения. Поэтому вечером Вики решила отправиться спать пораньше, хотя и не надеялась, что сумеет быстро заснуть.

Перед сном она зашла к родителям и застала их за просмотром телепередачи. Мама и папа сидели на диване, и у Вики, взглянувшей на них со стороны, сжалось сердце. Она увидела мужчину и женщину, уже немолодых и уставших. Когда Вики жила дома и родители находились рядом с ней постоянно, она не замечала происходящих с ними перемен и никогда не задумывалась, что годы-то идут. Сейчас же, после нескольких месяцев разлуки, она смотрела на них по-другому.

Вики подошла к дивану, опустилась на пол и положила голову на колени матери.

— Мама, папа, как я рада, что снова дома…

Миссис Хикборн погладила дочь по голове.

— Мы тоже очень рады, доченька. Отец подтвердит, что я даже плакала, когда ты сообщила, что не приедешь на каникулы. Хорошо, что ты передумала.

— Мама, папа, я вас так люблю!

Вики вскочила с пола и расцеловала по очереди мать и отца. Мистер Хикборн от такой ласки засмущался, кашлянул и спросил, чтобы скрыть свое смущение:

— А как твои дела с учебой? Ты нам еще не рассказала.

— Я все обязательно расскажу, но не сейчас. Ладно? Я очень устала с дороги и хотела бы отдохнуть. А потом, завтра, я вам все-все-все расскажу.

Мать быстро поднялась:

— Да-да, конечно. Я сейчас все приготовлю. Девочка устала, а мы со своими разговорами лезем, — укоризненно бросила она мужу.

— Спасибо, мама, я сама. — Вики, обняв мать за плечи, усадила ее обратно на диван. — Я же дома. Спокойной ночи, мама и папа.

Уходя в свою комнату, Вики сомневалась что ночь для нее будет спокойной.

Но все оказалось не так, как она думала. Ночь для нее оказалась действительно спокойной.

— У тебя имеются какие-нибудь планы на каникулы? — спросила миссис Хикборн, быстро нарезая морковь для овощного рагу.

Вики сидела за столом напротив матери и пила чай.

— Нет, мама, — покачала головой Вики. — Я просто хочу отдохнуть, набраться сил перед новым семестром.

— Понятно, — кивнула мать, отправляя нарезанную морковь в кастрюлю.

Затем вытерла руки о передник и села рядом с дочерью.

— Вики, ты прости меня, конечно, — осторожно проговорила миссис Хикборн, — но у меня такое чувство, что у тебя что-то не в порядке, что тебя что-то гложет.

— Нет, мама, у меня все в порядке. Просто я устала.

Мать вздохнула:

— Так ли это, доченька?

— Так, так.

Вики заерзала на стуле. Она не хотела продолжать этот опасный разговор, но и обидеть мать своим уходом не могла.

Положение спас зазвонивший телефон. Миссис Хикборн начала подниматься, но Вики опередила ее.

— Сиди, мама, я сама! — крикнула она и, вскочив со стула, выбежала из кухни.

— Нам нужно с тобой встретиться, — услышала Вики в трубке голос Джессики. — Срочно.

Голос подруги звучал озабоченно, и Вики поинтересовалась:

— Что-то случилось?

— Нет, но у меня к тебе просьба.

— Приходи ко мне, — сказала Вики.

Она чувствовала за собой вину перед Джессикой. Все-таки вчера она с ней рассталась некрасиво, нагрубила зачем-то. Как будто это Джессика виновата в ее проблемах.

— Хорошо, я сейчас, — уже более веселым голосом сказала подруга. — Жди.

Вики, положив трубку, вернулась на кухню.

— Кто звонил? — спросила мать, которая перешла к нарезке картофеля.

— Джессика. Она сейчас придет.

— Вот и отлично! — воскликнула миссис Хикборн. — Хорошая у тебя подруга.

— Да, — согласилась Вики. — Джессика — самая лучшая подруга в мире.

Джессика появилась через полчаса. Вики чмокнула подругу в щеку и, схватив за руку, потащила в свою комнату.

— Мама готовит овощное рагу, — сказала она по дороге. — А пока мы можем поболтать.

Девушки, сбросив обувь, забрались, как они любили, на кровать.

— Вики, моему отцу требуется твоя помощь, — не тратя время на предисловия, сразу же заявила Джессика.

Вики удивленно посмотрела на подругу. Она не понимала, какую помощь она может оказать мистеру Кисси.

— Я с удовольствием. Но чем я могу ему помочь?

Джессика поудобнее устроилась на кровати, набрала в легкие побольше воздуху и выдала:

— Папа просит тебя сняться в рекламе.

— Что? — Вики от удивления даже подпрыгнула на кровати. — Просит меня сняться в рекламе? Он ничего не перепутал?

Джессика схватила ее за руку.

— Не кипятись. Сейчас все объясню. Ты давно не была в Ламаре и не знаешь наших новостей.

Джессика рассказала, что в Ламаре заканчивается строительство супермаркета «Икс-пенни», через пару недель ожидается его открытие. И, как всегда бывает в таких случаях, телевидение выпускает рекламный ролик. Вот мистеру Кисси по выходу на работу и предложили заняться им. Сейчас он собирает команду.

— А какое отношение к этому имею я? — спросила Вики. — Я, насколько я знаю, не телезвезда. Или я что-то пропустила в своей жизни?

— Не телезвезда, но можешь ею стать, — улыбнулась Джессика. — Помнишь, как мы об этом в детстве мечтали? Вики и Джессика — суперзвезды экрана! Это было так здорово.

— Здорово, — согласилась Вики. — Но детство-то закончилось, а вместе с ним ушли и глупые девчоночьи мечты. Не стали мы с тобой телезвездами, и, знаешь, я нисколько об этом не жалею.

— А сейчас, — произнесла Джессика, заглядывая подруге в глаза, — ты можешь осуществить свою детскую мечту. Вики, помоги папе!

— В чем?

— Понимаешь, у папы имеется прекрасный сценарий. Ну просто отличный. Я его читала. Так вот, по сценарию главная героиня рекламы танцует на фоне нового супермаркета. Ты только представь, — глаза Джессики горели от возбуждения, — голубое небо, на фоне его новое здание супермаркета из стекла и бетона и танцующая девушка. Красиво, правда?

— Красиво, — мечтательно произнесла Вики. — И ты думаешь, что этой девушкой могла бы стать я?

— А почему бы и нет?! — воскликнула Джессика. — Ты же училась танцам много лет.

Вики вздохнула.

— Вспомнила, — грустно сказала она. — Это было так давно. Я уже и мастерство потеряла. Танцы требуют постоянной тренировки. А я за этот год ни разу у станка не стояла.

— А ты потренируешься и все вспомнишь. — Джессика не собиралась просто так отступать. — Ну я говорю папе, что ты согласна? Да?

— Я не знаю… Это так неожиданно. Да и вообще…

Джессика рукой зажала подруге рот.

— Все, молчи, Вики. Сделаем так. Ты поговоришь с папой, посмотришь сценарий и тогда примешь окончательное решение. Ладно?

— Ладно. — Вики не осталось ничего иного как согласиться.

Мистер Кисси назначил Вики встречу на одиннадцать часов утра.

На местной телестудии Вики ориентировалась хорошо. В детстве она чуть ли не ежедневно приходила сюда вместе с Джессикой. Поэтому найти кабинет отца подруги для Вики не составило труда.

Осторожно постучав, она приоткрыла дверь и просунула голову в кабинет:

— Мистер Кисси, здравствуйте.

Мистер Кисси поднял голову, улыбнулся и вскочил из-за стола:

— О, Вики! — вскричал он, бросаясь навстречу девушке. — Какая ты красавица стала! Проходи, проходи.

Он обнял Вики за талию и провел к креслу в углу кабинета. Сам сел напротив. Отец Джессики, которого Вики знала всю свою сознательную жизнь и считала чуть ли не родным человеком, в восхищении разглядывал ее.

— Да, жизнь в больших городах меняет человека, — протянул он. — Вроде бы ты совсем недавно уехала из дому, а смотри, как изменилась — повзрослела, похорошела.

— Ну что вы, — еще больше засмущалась Вики, — я все такая же.

Мистер Кисси махнул рукой.

— Нет, мне со стороны виднее. Да… Вот ведь как бывает. Живет рядом с тобой девочка, закадычная подружка дочери, и вдруг превращается в настоящую красавицу. Если бы ты не уехала, то я бы и не заметил, наверное, таких перемен. — Он тяжело вздохнул. — Я же и Джессике постоянно говорю, чтобы уезжала из Ламара. Нечего ей тут в глуши делать, а она ни в какую. Вбила себе в голову, что я без нее пропаду. Глупышка!

Вроде бы и сердито он это хотел сказать, но у него ничего не получилось. Когда мистер Кисси начал говорить о дочери, лицо его посветлело, глаза заблестели, а голос стал нежным. Вики в очередной раз убедилась, как он любит свою дочь.

Идя на встречу с отцом Джессики, Вики думала, что он постарел и осунулся. Ведь как бы там ни было, но болезнь не красит никого, а мистер Кисси совсем недавно перенес тяжелую операцию. Но она ошиблась, выглядел он бодрым. И никаких следов недавней болезни она даже не обнаружила.

— Джессика и вправду вас очень любит и волнуется, — сказала Вики.

— Любит, — согласился ее отец. — Но ей нужно подумать и о своем будущем.

Мистер Кисси тряхнул головой, отгоняя мысли о дочери, и улыбнулся.

— Вики, мне нужна твоя помощь, — приступил он к делу. — Я думаю, Джессика вкратце тебе поведала, что от тебя требуется.

— Да. Но я вряд ли смогу вам помочь. У меня нет никакого опыта, да и не танцевала я уже давно. Как уехала из Ламара, так ни разу и не танцевала.

Вики постеснялась упомянуть о своих попытках потанцевать в комнате кампуса, когда оставалась в ней одна. Это не считается.

— Вики, ты замечательно танцуешь, — серьезно сказал мистер Кисси. — Я видел твои выступления. У тебя прекрасное чувство музыки, пластика, отсутствие страха перед публикой. И это никуда от тебя не делось. Пара тренировок, и все будет в норме. Я уже разговаривал с миссис Лоран.

Миссис Лоран… Вот кого Вики обязательно хотела повидать в Ламаре. Ее учительница танцев. Несравненная, элегантная миссис Лоран, на которую стремились походить все ее ученицы. Вики не была исключением.

— А без меня никак нельзя обойтись? — предприняла Вики последнюю попытку отказаться.

— Нет, девочка, — покачал головой мистер Кисси. — Лучше тебя в Ламаре не танцует никто, а приглашать кого-то для съемок со стороны, увы, не позволяет бюджет.

— Хорошо, я подумаю, — сказала Вики, — и тогда дам ответ. Но сначала я хотела бы поговорить с миссис Лоран.

Вики встала, не желая больше задерживать мистера Кисси. Он тоже поднялся с кресла и, провожая Вики до дверей, произнес:

— Подумай, конечно, подумай, только недолго. Сроки поджимают.

4

— А ведь это я порекомендовала мистеру Кисси задействовать тебя в рекламе. — Миссис Лоран просто сияла от счастья, разглядывая свою любимую ученицу. — Так прямо ему и сказала: лучше Вики Хикборн никто не справится с этим делом.

— Спасибо, что вы так меня высоко цените, — засмущалась Вики. — Но я уже давно не танцевала и не знаю, смогу ли я выполнить то, что от меня требуется.

— Сможешь, сможешь. — Учительница танцев похлопала Вики по руке. — В танце все однозначно — талант или есть, или нет. У тебя он есть. Поверь уж мне, я на своем веку много повидала.

Миссис Лоран было уже далеко за шестьдесят, и большую часть жизни она посвятила преподаванию уроков танцев. В Ламаре она появилась лет пятнадцать назад и открыла свою школу. Семилетнюю Вики родители привели в ее класс одной из первых.

— До сих пор с замиранием сердца вспоминаю ваш с Патриком танец на последнем концерте. Исполненное вами танго подтвердило мне, что свою жизнь я прожила не зря. Вырастить подобных вам учеников — это настоящее счастье для учителя.

Миссис Лоран прикрыла глаза, погрузившись в воспоминания. А Вики вспомнила, что перед ее последним концертом случилась маленькая неприятность: оборвалась застежка на платье, и костюмерше пришлось закрепить его булавкой. Она очень спешила, и булавка вошла в ткань неудачно. Вики так и оттанцевала свой номер, чувствуя булавку в боку.

— Кстати, — оторвалась от воспоминаний учительница, — а ты с Патриком уже встречалась? Мне он в нашу последнюю встречу совсем не понравился.

— Нет, миссис Лоран. Я еще не видела Патрика.

— Вам нужно обязательно встретиться, — наставительно произнесла дама. — Вы были прекрасной парой.

Вики про себя усмехнулась. Да уж, с Патриком Бланком они были прекрасной парой. Особенно в драке. Маленькими — а знакомы они были с семи лет — их почти одновременно привели в школу танцев. Все споры они решали кулаками. И трудно было определить, кто из них выходил в этих драках победителем.

— Да, конечно, — не стала спорить Вики. — Я ему обязательно позвоню в ближайшее время.

— Вот и прекрасно, — улыбнулась учительница. — А сейчас быстро к станку. Я хочу посмотреть на тебя.

— Ну как, ты согласна? — Голос Джессики звучал вопросительно. — Папа очень волнуется.

— Можешь передать, что я согласна, — ответила Вики. — Но не уверена, что у меня получится.

Сегодняшние занятия у станка открыли Вики, как она соскучилась по ним. Оказывается, ей плохо было без музыки, без четких, отработанных движений, даже без отсчитывающего такт голоса миссис Лоран было плохо. В классе, стоя у станка и выполняя указания учительницы, Вики словно ожила, воспрянула духом. Даже горе, виновником которого был Фил Мартинсон, отступило куда-то далеко. Она вновь вернулась в прошлое, такое милое и, оказывается, совсем не забытое.

Вики ужасно, почти нестерпимо захотелось, чтобы в танцевальном классе появился и Патрик Бланк, обхватил ее крепкими руками и закружил в бешеном ритме танца. Но Патрика не было, и Вики пришлось просто под счет учительницы делать экзерсисы.

Придя домой, она сразу же набрала знакомый и за это время незабытый номер телефона Патрика. Но ей никто не ответил, и тогда она позвонила Джессике и дала согласие на съемку в рекламе.

— Вики, дорогая, ты самая лучшая на свете! — радостно вскричала Джессика. — Папа так обрадуется. Я сейчас ему скажу.

— Подожди, — остановила Вики готовую бросить телефонную трубку подругу. — А ты не знаешь случайно, Патрик Бланк в городе?

Пару мгновений Джессика молчала, а потом произнесла:

— В городе. А зачем он тебе? Вроде бы вы, насколько я помню, в ссоре.

— Просто так спросила, — быстро сказала Вики и, чтобы избежать опасного разговора, добавила: — Иди обрадуй папу. Скажи, что я иду на самопожертвование, чтобы спасти отца моей лучшей подруги.

— Так уж и самопожертвование, — фыркнула Джессика. — Еще скажи, что ты сама не любишь танцевать. Вики, ты собираешься звонить Патрику? — Голос Джессики звучал озабоченно.

— Я не знаю, — тихо произнесла Вики.

Вики обманула подругу, она собиралась звонить Патрику. Знала, что позвонит ему, с того самого момента, когда ее рука дотронулась до станка в танцевальном зале и миссис Лоран произнесла свое: «И раз…». Потому что, вернувшись к танцу, она обязана была вернуться и к Патрику. Ведь они — танец и Патрик — в сознании Вики были неразделимы. Патрик был ее партнером в танце, а значит, он был един с ним.

Однажды, когда им было лет по пятнадцать, Джессика спросила Вики:

— А тебе нравится Патрик?

Они, как обычно, сидели на кровати в полутемной спальне Вики и обсуждали свои важные девичьи секреты.

— Как это нравится? — даже не поняла вопроса Вики.

— Как мужчина женщине, — сделав серьезное лицо, ответила Джессика.

— Патрик — мой партнер и друг. Как он мне может нравиться? Выдумаешь тоже.

Именно так Вики и относилась всегда к Патрику Бланку. Как к партнеру по танцам, как к другу. Ей даже не приходило в голову, что к нему можно относиться иначе, по-другому.

Перед отъездом Вики в Канзас-Сити они поссорились. По-серьезному. Вообще-то они часто ссорились, даже, бывало, дрались. Но эти ссоры были незначительными, о таких на следующий день обычно и не вспоминают. Да и не могли они ссориться надолго. В последние годы занятия для них миссис Лоран назначала чуть ли не ежедневно. И понятно, что, когда находишься в ссоре, танцевать слишком сложно.

Вики сейчас трудно было вспомнить, из-за чего они переругались с Патриком. Наверное, из-за какой-то ерунды, раз не запомнилась причина. Но как бы там ни было, Патрик даже не пришел ее проводить, когда она уезжала в университет, и не позвонил ей ни разу. Сама Вики из гордости тоже не звонила. И даже не знала, как он живет в последнее время.

А вот сейчас, вернувшись домой и встретившись с миссис Лоран, она нестерпимо захотела увидеть Патрика.

Но телефон Патрика молчал весь день. Только вечером, когда Вики уже, наверное, в десятый раз набрала номер телефона, на том конце провода ответили. Это была мать Патрика, миссис Бланк.

— Здравствуйте, миссис Бланк, — вежливо произнесла Вики.

— Здравствуйте, — также вежливо ответили ей, и Вики поняла, что миссис Бланк не узнала ее.

— Это звонит Вики Хикборн. Я бы хотела поговорить с Патриком.

— Ой, Вики! — радостно воскликнула миссис Бланк. — А я тебя не узнала. А Патрика нет, он уехал с друзьями за город. Обещал вернуться только завтра.

— Тогда извините, миссис Бланк.

Известие о том, что Патрика нет в городе, опечалило Вики. Она хотела увидеть друга прямо сейчас.

— Я ему передам, что ты вернулась, — поспешила сказать мать Патрика, уловив в голосе девушки нотки сожаления.

— Спасибо.

— Ну как? Ты все прочитала? — Мистер Кисси даже привстал с кресла, ожидая ответа Вики.

Вики еще раз перелистала сценарий и подняла глаза на мистера Кисси.

— Мне понравилось. Должен получиться, по-моему, замечательный рекламный ролик. Во всяком случае, лично я после его просмотра обязательно отправилась бы в магазин.

Мистер Кисси засиял, словно он был владельцем магазина, заинтересованным в большом потоке покупателей.

— Значит, можно считать, что ты согласна?

— Да, — кивнула Вики.

Мистер Кисси выскочил из-за стола.

— Тогда пошли быстрее! — Он направился к двери. — Я познакомлю тебя с участниками съемочной группы.

Они за несколько секунд преодолели длинный коридор и остановились у металлической двери.

— Вики, ты только не волнуйся, — наконец-то догадался успокоить девушку мистер Кисси. — Все будет отлично. Ты же умница, ты все сможешь. Готова?

Она молча кивнула, и мистер Кисси толкнул дверь. Вики заглянула в комнату и застыла, увидев большое количество народу. Вики никогда бы и не подумала, что в съемках одного рекламного ролика, длящегося несколько минут, занято столько людей.

— Проходи, не стесняйся. — Мистер Кисси легонько подтолкнул Вики вперед, а потом обратился ко всем присутствующим в комнате: — Прошу внимания. Вот и она, наша главная героиня. Мисс Вики Хикборн, прошу любить и жаловать.

Гул в комнате замолк, и все заинтересованно уставились на Вики. От такого пристального внимания Вики желала провалиться сквозь землю.

Но мистер Кисси словно не замечал смущения девушки и начал представлять ей присутствующих в комнате. От волнения Вики не могла запомнить ни одного имени, да и ни одного лица тоже. Все казались ей до того похожими друг на друга, что Вики с ужасом подумала, как же она будет всех различать.

И вдруг случилось невероятное. Мистер Кисси подвел Вики к высокому темноволосому парню в сером джемпере. Когда Вики подняла на него глаза и взгляды их встретились, она почувствовала, как между ними проскочила электрическая искра. Она словно провалилась в омут его глубоких, почти черных глаз.

— Мэтью Фрост, наш оператор, — представил его мистер Кисси и потащил девушку дальше.

Но и отойдя от него, Вики чувствовала на себе взгляд черных глаз, они словно пронзали ее насквозь, следили за ней.

Как он красив, подумала Вики, украдкой кидая взгляды в сторону оператора. Он даже красивее Фила Мартинсона. Мужчина просто не имеет права быть таким красивым.

Когда со знакомством было покончено, мистер Кисси предложил Вики осмотреться, а сам направился к стоящим у окна мужчине и женщине. Те о чем-то усиленно спорили. Вики не знала, чем себя занять в этой наполненной людьми комнате. Все были при деле, все занимались своей работой, и только она неприкаянно сидела в стороне на стуле. На нее никто не обращал внимания, и от этого Вики чувствовала себя неуютно. Она не знала, чем себя занять, она не знала, куда себя деть. На Вики накатила такая тоска, что она готова была сию же минуту встать и уйти прочь.

— У вас имеется опыт работы перед камерой? — неожиданно рядом с ней раздался голос, от звука которого Вики вздрогнула.

Она быстро повернула голову и наткнулась на пронизывающий взгляд черных глаз. Слева от нее стоял оператор группы. Мэтью Фрост, вспомнила Вики, как его представил мистер Кисси.

— Что, простите? — переспросила Вики, она не совсем поняла, что хотел узнать у нее Мэтью.

— Вы когда-нибудь работали перед камерой? — повторил тот свой вопрос, и уголки его губ слегка дрогнули.

— Нет, — покачала головой Вики. — Это плохо?

Мэтью неопределенно пожал плечами, но, заметив, как погрустнела девушка, добавил:

— Ничего страшного. Главное, не бояться камеры и выполнять некоторые правила. Я думаю, что вы отлично справитесь, Вики.

Ее имя он произнес очень мягко и нежно. От этого сердце Вики сладостно дернулось. Она почувствовала к оператору такое доверие, что незаметно для себя призналась:

— Знаете, я ведь очень волнуюсь.

— Напрасно. У такой девушки, как вы, обязательно все получится. Несколько репетиций, и все будет прекрасно.

— Вы так думаете?

— Я не думаю, я знаю, — уверенно произнес Мэтью. — Завтра начнутся съемки, и все сразу же встанет на свои места. Вы будете прекрасно смотреться на экране, уж поверьте моему опыту.

Когда раздался звонок телефона, Вики сидела в своей комнате на подоконнике и считала проезжающие мимо их дома автомобили. Это была с детства любимая ею игра: глядя в окно, насчитать пятьдесят пять автомобилей. Зачем их считать и почему нужно насчитать ровно пятьдесят пять, Вики никогда не задумывалась. Но, когда ей бывало грустно или предстояло выполнить какое-то трудное задание, она всегда садилась на подоконник и считала автомобили. Иногда она усложняла себе задание и считала только красные или только белые автомобили.

Она уже насчитала сорок шесть, когда зазвонил телефон. Вики, недовольная тем, что ее оторвали от важного занятия, слезла с подоконника и протопала к телефону.

— Я слушаю, — произнесла она в трубку.

Ей никто не ответил.

— Говорите же, — уже более требовательно сказала Вики, и опять ответом ей была тишина.

Вики, пожав плечами, опустила трубку на рычаг. Наверное, кто-то ошибся номером. Но не успела Вики отойти от телефона, как он зазвонил снова.

— Алло! — произнесла Вики, почему-то не надеясь, что и на этот раз ей ответят.

Но вопреки ее ожиданиям она услышала:

— Это Вики?

— Да, — быстро ответила она. — Кто это?

Ответом были короткие гудки.

— Делать кому-то нечего, — недовольно проворчала Вики.

Возвращаться обратно на подоконник ей расхотелось, и Вики, подхватив по дороге книжку, забралась на кровать. Джессика обещала зайти около семи, и до этого времени Вики не знала, чем себя занять.

Она откинулась на подушки и раскрыла книгу. Но читать у нее не получилось. Перед ее мысленным взором возникли сначала черные глаза Мэтью, потом его лицо, а потом Вики представила его всего.

Надо же быть таким красивым, в который раз подумала Вики. И почему я его раньше никогда в Ламаре не видела?

5

Джессика, как и обещала, появилась в доме Хикборнов ровно в семь. Вики, пока ее ждала, вся извелась. Ей нестерпимо хотелось поговорить об операторе Мэтью Фросте, работающем в команде мистера Кисси, разузнать о нем. Вики была уверена, что Джессика о нем наверняка что-нибудь знает. Вряд ли мимо внимания подруги прошел такой шикарный мужчина.

Но сразу им поговорить не удалось. Мать Вики, за время отсутствия дочери истосковавшаяся по заботе о ком-нибудь, сразу же стала хлопотать вокруг пришедшей Джессики. Покормить ее она считала своим долгом.

Потом вернулся с работы мистер Хикборн, и они большой компанией уселись пить чай и слушать рассказ Вики о ее походе на студию. При родителях она ни словом не обмолвилась о Мэтью Фросте.

Сразу же после чая Вики утащила Джессику к себе в комнату. Уединившись в комнате, девушки одновременно с облегчением вздохнули, что им удалось избавиться от немного утомляющего внимания родителей. Не в силах больше терпеть, Вики сразу же приступила к интересующему ее делу:

— Ты знаешь Мэтью Фроста?

— Папиного оператора? — уточнила Джессика и, увидев кивок Вики, сказала: — Конечно, знаю.

Вики схватила подругу за руку.

— Ты мне должна о нем все-все рассказать. Кто он? Что он? Откуда появился? Что-то я его раньше в Ламаре не встречала.

Джессика уселась рядом с Вики на кровать.

— А ты и не могла его раньше видеть, — сказала она. — Он приехал в Ламар уже после того, как ты уехала в университет.

— Откуда он приехал и что его привело к нам в город? — Вопросы так и сыпались из Вики. Она провела в неизвестности почти целый день. Ей поскорее все хотелось узнать.

Джессика пожала плечами.

— Не знаю, и никто, наверное, не знает. Вики, — голос Джессики странно дрогнул, — если у тебя какие-то виды на этого Фроста, то послушай свою подругу: напрасно ты затеяла это дело. Он ни с кем не общается, ни с кем не дружит, о нем никто ничего не знает.

— Значит, не болтун, — подытожила Вики.

Джессика вздохнула.

— Не знаю, не знаю, — медленно проговорила она. — Мне кажется, с ним что-то не в порядке, неправильный он какой-то.

Вики начали раздражать недомолвки подруги, ее невнятное мычание в отношении Мэтью Фроста.

— Слушай, Джессика, — жестко сказала она. — Или объясни мне толком, что в Мэтью неправильного, или прекрати наговаривать на человека. Лично мне он показался вполне нормальным и даже очень симпатичным.

Произнеся эти слова, Вики почувствовала, как к ее щекам прилила кровь. Она постаралась взять себя в руки — еще не хватало краснеть, как школьнице.

— Ну хорошо, если ты настаиваешь, — опять вздохнула Джессика. — Ты правильно заметила, что он очень даже симпатичный. Впрочем, заметила не ты одна. Помнишь, Кэтти Уоррен? Ну, блондинку, что училась в нашей школе на класс старше нас.

Вики кивнула. Конечно, она помнила Кэтти Уоррен, общепризнанную красавицу школы, неоднократную победительницу конкурсов красоты.

— Так вот, — продолжила Джессика. — Кэтти тоже была не прочь стать подружкой этого Мэтью. И он, ты только представь, дал Кэтти от ворот поворот. Причем не в слишком вежливой форме.

При этих словах глаза Джессики расширились до непомерных размеров.

— Ну и что тут такого? — не поняла Вики.

— Ты что, не понимаешь? Он отказал самой Кэтти Уоррен!

Вики откинулась на подушки и захохотала. Джессика недовольно насупилась.

Отсмеявшись, Вики спросила:

— И ты из-за этого думаешь, что с Мэтью что-то не в порядке? Только из-за того, что он отверг эту безмозглую красотку?

Вики никогда не испытывала теплых чувств к Кэтти Уоррен, считала ее пустоголовой охотницей за парнями. На то у нее были свои причины, но о них сейчас ей вспоминать не хотелось. Ее в данный момент больше волновал Мэтью Фрост.

— Думай что хочешь, — пробурчала Джессика. — А я свое мнение об этом Мэтью высказала: не нравится он мне.

Вечер был испорчен. Между девушками словно пробежала кошка. Джессика дулась, что Вики не хочет прислушаться к ее предостережениям. Вики считала, что Джессика что-то недоговаривает. Когда Джессика ушла, Вики вздохнула с облегчением.

Лечь спать Вики решила пораньше. Завтра предстояла пробная съемка, и девушка мечтала выглядеть в кадре свежей, отдохнувшей и красивой. Еще бы, ведь за ней в видоискатель будет наблюдать сам Мэтью, парень, который все больше и больше занимал ее мысли. И пусть Джессика говорит про него что хочет, но она-то, Вики, понимает, что парень не так уж плох. А даже наоборот. Тот факт, что он отказал противной Кэтти Уоррен, только добавлял плюсиков в его пользу.

Вики забралась под одеяло, положила голову на подушку и прикрыла глаза. Сразу же перед ней предстали черные, необыкновенные глаза Мэтью. Он внимательно смотрел на нее и, казалось, что-то хотел сказать.

Но то, что он хотел сказать, пусть и в ее воображении, Вики так и не узнала. Тишину разорвал резкий звук зазвонившего телефона. Его звонок в тишине комнаты прозвучал так неожиданно, что Вики даже подпрыгнула. Она совершенно не ожидала звонка. Джессика ушла недавно, и для ее звонка не было никакого повода. А больше звонить Вики было некому.

Но телефон звонил не переставая, так что Вики пришлось вылезать из-под одеяла и топать через всю комнату к окну — она оставила телефон на подоконнике.

— Вики, — услышала она, когда поднесла трубку к уху, и вздрогнула.

Голос говорившего звучал глухо и неестественно. Он не звучал, он шипел. Вики даже не определила, кто говорит, мужчина или женщина.

— Кто это? — спросила она.

— Я тот, кто рядом с тобой.

Вики непроизвольно оглянулась, как будто действительно надеялась кого-то увидеть рядом. Сердце ее забилось сильнее, но она взяла себя в руки и сказала:

— Это что, шутка? Надо сказать, глупая шутка.

— Нет, это не шутка. — Протяжный, глухой голос неприятно шипел. — Я рядом с тобой и всегда буду рядом.

По спине Вики пробежали мурашки, она поежилась, как от холода.

— Прекратите безобразничать, — строго, насколько позволяло ее состояние, произнесла Вики и положила трубку.

Новый звонок раздался почти мгновенно.

— Вики, не рассчитывай от меня скрыться — я буду всегда рядом.

Ничего не ответив, она вновь нажала на отбой, посмотрела на телефон и отключила от сети. Все равно ей никто звонить не должен, а выслушивать чьи-то глупые шутки она не собирается.

Вики снова забралась под одеяло, но от приятных воспоминаний о Мэтью не осталось ни следа. Хотя она и отгоняла от себя мысли о странном телефонном звонке, они постоянно лезли в голову. Возбужденная фантазия начала рисовать картины одна страшнее другой.

Чувствуя, что в таком состоянии сон вряд ли придет, Вики включила свет и взяла книгу, с сожалением подумав, что завтра она вряд ли будет выглядеть свежей и красивой.

Из-за того что накануне Вики долго не засыпала, наутро она проснулась поздно и с больной головой. Со вздохом выбравшись из кровати, она подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение.

— Красота! — вырвалось у нее.

Из зеркала на Вики смотрела взлохмаченная девица с покрасневшими глазами и отеками под ними.

— Да, красота, — повторила Вики. — Как раз подходящий видок для съемок в фильмах ужасов.

Вики с отвращением, словно он был виновником ее печального вида, взглянула на телефон, хмыкнула и включила его. Вчерашние страхи отошли в прошлое. Решив, что вчера просто кто-то дурачился, Вики решила выбросить из головы мысли об этом. Сейчас ей предстоит более важное занятие — привести себя в более-менее нормальный вид, чтобы было не стыдно появиться перед людьми.

Но не успела Вики дойти до дверей в ванную комнату, как телефон зазвонил. Вики на мгновение замерла, потом медленно вернулась к телефону и, схватив его двумя пальцами, словно боясь обжечься, поднесла к уху.

— Я слушаю, — дрогнувшим голосом произнесла она.

— Вики, это ты? — услышала она мужской голос и узнала Патрика.

Из груди ее вырвался вздох облегчения.

— Патрик, здравствуй! — воскликнула Вики. — Как я рада тебя слышать.

— С чего бы это? — недоверчиво спросил Патрик, наверное, он еще не забыл, что расстались они почти врагами.

— Я… — Вики на мгновение замолчала, а потом неожиданно даже для себя самой выдала: — Я по тебе соскучилась.

На том конце провода неопределенно хмыкнули, и Вики это покоробило.

— Да, представь себе, соскучилась, — с вызовом повторила она.

— А я тебе вчера вечером звонил, а ты трубку не брала.

— Я рано легла спать и отключила телефон, — быстро сказала Вики, чтобы избежать ненужных объяснений.

— Понятно… — протянул Патрик. — Сегодня встретимся? Если ты, конечно, хочешь.

Вики усмехнулась про себя: мог бы и не добавлять последнее предложение.

— Да, только вечером. Я сейчас занята.

— Понятно… — снова протянул Патрик.

— Я тебе потом все расскажу. — Вики хотелось поделиться своей новостью с Патриком прямо сейчас, но она решила рассказать о съемках в рекламе при личной встрече. — Когда освобожусь, то сразу же тебе позвоню.

— Ага, — буркнул Патрик, и Вики не поняла, желает он этого или нет.

На студию Вики как ни спешила, но все-таки опоздала. Чтобы привести себя в более-менее приемлемый вид, она долго вертелась перед зеркалом.

На первый раз мистер Кисси ничего не сказал, но Вики хватило и того взгляда, что он на нее бросил, когда она вошла в павильон.

— Извините, больше такого не повторится, — потупив глаза, произнесла Вики.

— Все в сборе! — крикнул мистер Кисси, оставив без внимания оправдывания Вики. — Работаем!

Съемка длилась почти два часа, и два часа подряд Вики повторяла танцевальные па перед наведенной на нее камерой Мэтью Фроста, и все эти два часа мистер Кисси оставался недовольным.

— Нет, не то, — все время твердил он. — Вики, ты очень скована. Не бойся камеры, расслабься.

Но Вики никак не могла расслабиться. Она сама чувствовала, что у нее получалось плохо. И от того, что чувствовала, в следующий раз делала еще хуже. Получался такой замкнутый круг, из которого Вики не видела выхода.

— Перерыв, — через два часа возвестил мистер Кисси, и вся съемочная группа вздохнула с облегчением.

Вики, обессиленная и недовольная собой, накинула на плечи куртку и уселась на стул в углу студии. Чувствуя себя виновницей недовольства съемочной группы, она прикрыла глаза и откинулась на спинку стула, стараясь расслабиться и еще раз прокрутить в уме свой танец. Почему у нее не получается? Ведь они с миссис Лоран проработали его до мельчайших подробностей, отрепетировали все движения. В танцевальном классе у нее все получалось. Мистер Кисси, посмотрев танец в классе, дал добро и даже похвалил Вики. Почему же сейчас выходит все так плохо? Почему у нее не получается?

— Не хотите ли кофе? — оторвал Вики от грустных мыслей мужской голос.

Открыв глаза, она увидела склонившегося к ней Мэтью. Его лицо оказалось так близко от ее, что Вики невольно отклонилась назад, боясь утонуть в черных глазах.

— Хочу, — сказала она.

— Я так и подумал, — улыбнулся Мэтью и протянул девушке кружку с дымящимся кофе.

Улыбнулся он как-то странно, одними губами, в то время как его черные глаза серьезно смотрели на Вики. От этого взгляда по спине девушки пробежали мурашки, и она сразу же постаралась отвести глаза.

Но Мэтью не собирался оставлять Вики в покое. Он пододвинул пустой стул и уселся рядом.

— У вас прекрасное чувство танца, — сказал он. — И ритма. Вы талантливая танцовщица.

— Нет, у меня ничего не получается, — печально перебила его Вики. — Мистер Кисси недоволен. Да я и сама чувствую, что танцую плохо. Получается совсем не так, как мы планировали.

— Это потому, что вы больше думаете не о танце, а о камере и людях, окружающих вас. Забудьте о них. Помните, что вы танцуете для себя, а не для них. И тогда у вас все получится.

— Вы думаете, что у меня получится? — с надеждой спросила Вики. Ей так нужна была поддержка!

— Я уверен, — кивнул Мэтью. — Вам просто нужно привыкнуть к камере. И знайте, что в Ламаре никто лучше вас не справится с этой задачей.

6

— Значит, решила податься в телезвезды, — с ехидцей констатировал Патрик, дослушав рассказ Вики. — А что? Ты будешь прекрасно смотреться на телеэкране.

— Неужели не можешь обойтись без издевательства? — обиделась Вики.

Они полчаса назад встретились в парке, и за это время Вики успела рассказать о своей последней новости. Она надеялась, что Патрик обрадуется ее приглашению на съемки в рекламе. Но он воспринял рассказ Вики без всякого воодушевления. Даже с некоторой прохладцей.

За время, что они не виделись, Патрик изменился. Вики затруднялась точно определить в чем, но он уже был не тот мальчишка, которого она знала с детских лет. Лицо его возмужало, губы вытянулись в полоску, светло-серые глаза провалились. А еще Патрик сменил прическу. Раньше его светлые, с желтоватым оттенком волосы представляли собой некое беспорядочное безобразие. Казалось, что каждая волосинка растет в свою собственную сторону. Сейчас волосы у Патрика были коротко подстрижены и ровно уложены. От этого он перестал быть похожим на себя, и этим несколько пугал и отталкивал Вики.

— Я не издеваюсь, — парировал Патрик. — Просто не понимаю, зачем это тебе нужно.

— Ну скажем, затем, что это интересно для меня. Но не это главное. — Вики посмотрела на Патрика. — Главное то, что Джессика попросила помочь ее отцу, и я согласилась. Знаешь ли, друзьям всегда нужно оказывать посильную помощь.

— Ну да, ну да, — хмыкнул Патрик.

— А ты считаешь иначе? — чувствуя, как внутри нее накапливается раздражение, набросилась на него Вики.

— Знаешь, в последнее время я предпочитаю действие высоким рассуждениям о долге и обязанностях. Для меня важнее стали поступки, чем разговоры о них.

— Ты изменился, Патрик, — с сожалением сказала Вики.

— Я просто повзрослел, — резко ответил друг детства.

Сегодняшний день определенно не удался — с такими мыслями Вики удалилась вечером в свою комнату.

Заключительным аккордом в череде дневных неприятностей явился приступ мигрени у матери. За время своего отсутствия дома Вики уже подзабыла, какие муки испытывает мать, когда у нее случается приступ. Сегодня вечером пришлось вспомнить.

Первые признаки мать почувствовала, наверное, еще с утра. Вики вспомнила, что она непроизвольно морщилась, когда провожала ее на телестудию. Но тогда Вики не придала этому значения, просто-напросто не обратила внимания. Слишком занята была мыслями о первом съемочном дне.

Когда же Вики вернулась домой после встречи с Патриком, то застала мать совсем в плохом состоянии. Бледная, с трясущимися руками, она тем не менее не покидала свой пост на кухне, взбивала грушевый мусс в ожидании дочери и мужа. Но и тогда Вики, расстроенная разговором с Патриком, пропустила мимо своего внимания состояние матери.

Спохватилась она только тогда, когда у миссис Хикборн от головной боли началась рвота. Она всегда сопровождала приступы мигрени.

Вики почти волоком дотащила мать до спальни, уложила в кровать и, намочив полотенце в горячей воде, положила компресс на голову. Она хотела вызвать врача, но мать как обычно отказалась. Да Вики и не настаивала. Она знала, что матери может помочь только сон. Никакой врач, никакое лекарство не снимало страшной головной боли. Только сон.

Поэтому она уселась рядом с кроватью матери на маленькую скамеечку, взяла ее дрожащую руку в свою и сидела, нежно ее поглаживая, пока мать не уснула.

Вики самой пришлось встречать отца с работы и кормить его обедом. За столом мистер Хикборн поинтересовался:

— Ну и как прошел первый день?

Вики посмотрела на него, определяя степень его заинтересованности. С неудовольствием она заметила, что отец озабоченно ковыряется в тарелке. Он, скорее всего, спросил о делах Вики по обязанности, чем из истинной заинтересованности.

Поэтому и ответила она скупо:

— Все нормально.

— Вот и хорошо, а ты волновалась.

Выполнив эту формальность, мистер Хикборн заговорил о вещах, более интересующих его в данный момент, — о состоянии здоровья жены. Вики, как могла, успокоила отца. Но неприятный осадок в душе остался. В таком удрученном состоянии она и удалилась в свою комнату.

Вики всегда старалась оптимистически относиться к жизни. Она верила, что за плохими событиями всегда приходят хорошие. Вот сегодняшний день у нее сложился неудачно — значит, завтра все будет лучше. Ну пусть не завтра, а послезавтра уж точно. А сегодняшний день, можно считать, уже прошел, и ничего плохого он больше не принесет.

Не успела Вики додумать мысль о том, что все плохое обязательно останется в прошлом, как зазвонил телефон. Вики подбежала к аппарату. Она надеялась, что звонит Джессика. Не так давно, перед самым приходом отца с работы, Вики звонила подруге. Но той дома не оказалось, и Вики наговорила целую речь на автоответчик. Джессика не могла не откликнуться.

Но вместе родного и знакомого голоса подруги Вики услышала:

— Вики…

Она вздрогнула. Опять тот же скрипучий голос, и опять не понять — мужской или женский, безликий такой голос.

— Вики… Я рядом с тобой.

— Кто вы?! — крикнула Вики и нервно оглянулась, боясь увидеть кого-нибудь за спиной. — Что вы хотите от меня?

— Быть рядом, — прошелестел голос.

— Это какая-то шутка? — на всякий случай поинтересовалась Вики, хотя и понимала, что так обычно не шутят.

— Это не шутка, Вики. Это все очень серьезно. Я всегда буду рядом.

От этих слов Вики поежилась. Что за напасть на нее навалилась? Вот только тайных поклонников ей не хватало.

— Я не желаю с вами разговаривать, — как можно спокойнее произнесла Вики и нажала на кнопку отбоя.

Стараясь не зацикливаться на этих звонках, Вики между тем не могла полностью избавиться от мыслей о них. Время от времени в течение дня мысли о странных звонках приходили Вики в голову. Слишком уж неприятен был голос по телефону. Его скрипучесть походила на скрип металла по стеклу. Вики, как и большинство людей, терпеть его не могла.

Неужели этот ненормальный выбрал такой оригинальный способ для знакомства? Если он ставил своей целью привлечь ее внимание, то, можно сказать, что он этого добился. Внимание привлек и заставил о себе думать. Но если он надеется, что Вики пожелает познакомиться с таким оригиналом, то он сильно ошибается. Человек, способный на подобные шутки, просто недостоин ее внимания. Конечно, Вики имеет чувство юмора, но, как и любое чувство, оно имеет предел.

Вновь звонок телефона раздался, когда Вики уже забралась в кровать, надеясь почитать перед сном. В любых ситуациях, при любом настроении она никогда не изменяла своей привычке — почитать перед сном. Обязательно в кровати. Сколько раз в детстве родители ругали ее за это пристрастие, сколько раз объясняли, что это вредно для глаз, Вики всегда обещала, что так не будет делать, но делала. В конце концов, родители оставили ее в покое.

Вначале она не хотела подходить к телефону, боясь, что вновь услышит противный голос. Но телефон звонил не переставая, и Вики, вздохнув, вылезла из-под одеяла.

— Вики, что случилось? — услышала она озабоченный голос Джессики. — Твое сообщение на автоответчике ужасно. Неужели все так плохо?

— Да, Джессика. Все плохо. Танец никуда не годится, Патрик невыносим, у мамы случился приступ, и ко всему прочему мне по телефону постоянно звонит какой-то неприятный тип.

— Что за тип? — быстро спросила Джессика, заинтересовавшись именно последней новостью. — Что он от тебя хочет?

— Не знаю. Уже который вечер звонит и говорит всякие глупости.

— Какие?

— Да всякие глупости. — Вики и вспоминать не хотелось о словах незнакомца. — Но не это главное. Главное, он говорит противным, противоестественным голосом.

— Может, новый поклонник? — высказала предположение Джессика.

— Может, и поклонник. Только очень он странный. Я даже не могу определить, мужчина или женщина звонит. Слушай, Джессика, — Вики вдруг осенила безумная мысль, — а может, это какой-нибудь телефонный маньяк? У вас в городе ничего не слышно по этому поводу?

Джессика немного помолчала, обдумывая слова подруги, а потом сказала:

— Ну какой телефонный маньяк? Откуда? Нет в Ламаре никаких маньяков. А почему ты спросила?

— Просто так, — вздохнула Вики. — Надо же мне найти какое-то объяснение этим звонкам.

— Да брось ты, — успокоила подругу Джессика. — Я все-таки думаю, что тебе звонит какой-нибудь поклонник. Не волнуйся, этому шутнику вскоре надоест шутить, и он раскроется.

— Хорошо, если так будет. — Но в голосе Вики не было большой уверенности.

7

Съемка была назначена на одиннадцать часов. Так распорядился Мэтью Фрост. Намечалась первая съемка на натуре, и оператору требовался определенный свет.

Мистер Кисси, конечно, поворчал. Сроки поджимали, и терять полдня в ожидании подходящего света, по его мнению, было большой расточительностью. Чтобы как-то компенсировать потери, мистер Кисси назначил общий сбор группы с утра в студии. Приказал явиться всем, кроме Вики.

— Набирайся сил перед танцем, — сказал он ей вчера при расставании. — Ты должна показать все, на что способна. Мы не имеем права тратиться на лишние дубли. Заказчик и так каждый день мотает мне нервы по полной программе.

— Я постараюсь, — потупившись, тихо сказала Вики.

Неудовлетворенность собой, своей работой и ощущение косых взглядов со стороны съемочной группы вносили все больший дискомфорт. Вики ругала себя последними словами, что дала согласие сниматься в рекламе. Разве могла она даже в мыслях допустить, что съемки какого-то там ролика займут столько времени, сил и нервов? И как после этого телезрители могут относиться к рекламе с презрительным «фи!»?

Но, как бы она себя ни чувствовала, Вики знала, что отказаться от участия уже не может. Поэтому она и искала новые пути исправления положения.

Так как ее освободили от утренней работы, Вики решила навестить миссис Лоран и еще раз обсудить с ней танец. Вики знала, что миссис Лоран, как истинная фанатка своей профессии, появлялась в танцевальном классе рано, часов в девять, хотя первые ученики и приходили значительно позже.

Вики вышла из дому загодя, надеясь спокойно прогуляться по городу до наступления дневной жары. Во время такой неспешной и одинокой прогулки хорошо обдумывать свои дела.

Но обдумать серьезно свои дела Вики не удалось. Думать о делах мешали воспоминания о вчерашней прогулке с Мэтью.

Прогулке… Нет, все-таки нельзя назвать это прогулкой. Прогулка — это нечто приятное и романтическое. А у них вчера с Мэтью был сугубо деловой поход.

После того как мистер Кисси распустил группу по домам и все скоренько, боясь, что он передумает, испарились из студии, к замешкавшейся Вики подошел Мэтью.

— Завтра у нас первая натурная съемка, — произнес он. — Волнуешься?

Вики, укладывая танцевальный костюм в сумку, кивнула.

— У меня предложение, — удовлетворившись ее молчаливым ответом, сказал Мэтью. — Если у тебя не намечено никаких неотложных дел, то мы могли бы съездить к супермаркету и познакомиться с натурой.

За время работы они уже перешли на «ты», и Вики это нравилось.

— Это было бы здорово! — воскликнула она.

Вики обрадовалась предложению Мэтью, это было бесспорно. Только вряд ли бы она сказала точно, обрадовалась она тому, что сможет рассмотреть место, где будет завтра проходить съемка, или тому, что проведет с Мэтью наедине несколько лишних часов.

— Давай пройдемся до супермаркета пешком, — предложил Мэтью, когда они вышли из дверей студии. — Целый день, проведенный в помещении, это вредно для здоровья.

Вики согласилась, и они тронулись в путь. Вначале шли молча. Ни Мэтью, ни Вики первыми не начинали разговор. Но через несколько кварталов молчаливое шествие надоело Вики. К тому же она хотела узнать об этом парне как можно больше.

— Ты недавно приехал в Ламар? — спросила она, просто чтобы как-то начать разговор.

— Да, — кивнул Мэтью. — Пару месяцев назад.

— И что тебя привело сюда?

Мэтью посмотрел на Вики, словно оценивая, можно ли ей доверять, а потом произнес:

— Дело в том, что я люблю путешествовать, не могу долго сидеть на одном месте. А города выбираю наугад, отдаваясь на волю судьбы. Куда она меня приведет, там и останавливаюсь. На сей раз она меня не подвела.

— Почему?

— Потому что тут я встретил… — Мэтью замолчал, не закончив фразу.

А сердце Вики сладостно екнуло. Шестым чувством она определила, что он хотел сказать: «Потому что тут я встретил тебя». Или очень хотела этого.

Они еще некоторое время помолчали. Первым заговорил Мэтью:

— А ты постоянно живешь в Канзас-Сити?

— Сейчас да, я учусь в университете, на факультете журналистики, — охотно ответила Вики. — Но я думаю, что после окончания вернусь обратно в Ламар.

Произнося эти слова, она верила в них. Верила в то, что обязательно вернется в Ламар. Ведь здесь живет он, Мэтью Фрост. Ей даже не приходило в голову, что он до ее возвращения вполне может покинуть город и уехать на поиски нового места жительства. Вики почему-то казалось, что Мэтью останется в Ламаре навсегда.

Мэтью никак не отреагировал на ее слова, и Вики продолжила:

— Я люблю свой город. В нем все так надежно и спокойно, здесь не приходится ожидать никаких неожиданностей. А Канзас-Сити слишком шумен для меня, я там теряюсь и… боюсь его.

Вики удивилась, что сама, по собственной воле, раскрыла свою тайну. Она боится большого города, чувствует себя в нем неуютно и мечтает поскорее вернуться домой. Вики никому и никогда не раскрывала свою тайну, боялась, что ее засмеют, а сейчас раскрыла совершенно незнакомому человеку.

Через мгновение она уже пожалела о своем опрометчивом поступке: как Мэтью отнесется к ее признанию? Слишком долго он молчал. Но, к ее радости, он отнесся с пониманием.

— Я тоже сторонюсь крупных городов, — сказал он. — В них нет души, мне кажется. Поэтому для своей жизни и выбираю провинциальные, такие, как Ламар.

После этих слов Вики почувствовала к Мэтью еще большую симпатию и доверие. Да и он, найдя в Вики родственную душу, стал более разговорчивым. Они болтали о всякой ерунде и незаметно для себя быстро дошли до супермаркета.

Несколько дней назад, когда Вики вместе со съемочной группой приезжала сюда для осмотра натуры и выбора подходящей площадки для исполнения танца, вокруг супермаркета царил еще строительный беспорядок: стояли рабочие трейлеры, то там, то здесь высились горы неубранного мусора. Сейчас же все было приведено в порядок: мусор убран, строительную технику увезли в неизвестном направлении, выложенные желтоватой плиткой дорожки сверкают, словно только что вымыты, на газонах полным ходом цветут ирисы и маргаритки.

Увидев, во что при хорошем старании можно превратить запущенный участок, Вики ахнула.

— А ведь здесь раньше был пустырь, — сказала она Мэтью. — Мы в детстве любили на нем играть в пиратов, высаживающихся на необитаемый остров. Так все здесь было запущено и неуютно. А сейчас… Красота!

Ее просто переполняли чувства. Да и было с чего. Во-первых, супермаркет и прилегающая к нему территория радовали глаз. А во-вторых, рядом с ней находился мужчина, от одного взгляда на которого у Вики начиналось учащенное сердцебиение.

— Да, неплохо оборудовали, — согласился Мэтью, однако без всякого выражения.

Вики никак не могла определить, как он к ней относится и зачем тратит на нее свое личное время. Она даже боялась подумать, что он пришел с ней к супермаркету чисто из профессиональных соображений. Спросить об этом она поостереглась — а вдруг услышит то, что ей совсем не хочется.

Как бы там ни было, но Мэтью был сама любезность. Он подробно, как маленькому ребенку, дал Вики указания, как вести себя на месте съемки, заставил выполнить ее несколько танцевальных па, прищуренным глазом следя за ее движениями и подбирая лучшее место, с неодобрением взглянул начисто вымытые витринные стекла магазина, дающие блики.

Потом он проводил ее до дома, и опять ни лишнего слова, ни лишнего намека. Хотя Вики могла дать голову на отсечение: иногда, когда он был уверен, что Вики не замечает, Мэтью бросал на нее такие взгляды, которыми не смотрят на коллег. А Вики замечала все и до самого расставания ждала, что он назначит ей свидание или попытается набиться на чашечку кофе.

Вики, конечно, вначале очень смутится, но потом даст свое согласие. Увы, этим мечтам не суждено было сбыться. Мэтью распрощался с нею на улице и быстро скрылся за углом соседнего дома, даже не дождавшись момента, когда Вики войдет в дверь. Такое пренебрежительное отношение слегка обидело Вики. Но она сразу же нашла оправдание: просто Мэтью очень стеснительный, ему нужно время, чтобы привыкнуть к ней.

Как и ожидала Вики, миссис Лоран уже была в танцевальной школе. Она с невероятно прямой спиной сидела за рабочим столом и просматривала какие-то бумаги.

Вики, остановившись у двери, невольно залюбовалась учительницей. Сколько лет она знает миссис Лоран, а та по-прежнему стройна, грациозная, без единой морщинки на лице, и ее волосы по-прежнему густые и блестящие. Казалось, что время не властно над этой женщиной. Хотя Вики и знала, что жизнь не пошалила ее, ей столько пришлось пережить: смерть мужа, после которой она и оказалась в Ламаре, потом потерю ребенка, постоянную борьбу за выживание, заболевание костной ткани, вследствие которого люди обычно становятся инвалидами. Для Вики миссис Лоран всегда была идеалом настоящей женщины, не сгибающейся под тяготами жизни.

— О, Вики! — воскликнула миссис Лоран, заметив вошедшую девушку. — Проходи-проходи. Не ожидала тебя сегодня. Но рада, что ты зашла.

Вики подбежала к столу и чмокнула учительницу в щеку.

— Я тоже рада увидеть вас, миссис Лоран.

Вики уселась на стул, преподавательница танцев выжидательно смотрела на нее, понимая, что Вики неспроста появилась у нее с самого утра, но не торопила ее, вопросов не задавала. Вики не осталось ничего иного, как, потупив глаза, произнести:

— У меня ничего не получается.

— Так… — протянула миссис Лоран и легко, словно бабочка, поднялась со своего кресла и подошла к сидящей девушке. — Мне не нравится твое настроение.

Вики вздохнула.

— Не в настроении дело, — поспешно сказала она. — У меня действительно не получается танец.

— Переодевайся, — скомандовала миссис Лоран, — и быстро в танцзал. Посмотрим, что у тебя не получается.

Вики без лишних слов поспешила в раздевалку и уже через пять минут стояла в первой позиции посреди зала, отражаясь в многочисленных зеркалах — за все долгие годы занятий распоряжения учительницы она привыкла выполнять беспрекословно и быстро.

— Так, — скомандовала миссис Лоран, — спинку выпрямила, живот подобрала. Начали…

Заиграла музыка, и для Вики окружающий мир исчез. Осталась только она, музыка и танец. Полное растворение, полное погружение, полная потеря себя и полное возрождение обновленной. Вики считала, что именно так чувствовали бы себя люди в раю, если бы там оказались. В момент танца она сама себе казалась невесомой, неземной, нереальной. Танец для нее длился мгновение и вечность, и это было так, ибо они были едины.

— Девочка, ты великолепна, — услышала Вики издалека, словно сквозь туман, голос миссис Лоран и поняла, что танец закончился.

Раскрасневшуюся, с сияющими глазами, с высоко вздымающейся грудью — такой увидела себя Вики в зеркалах. Она была красива, и она знала это.

— Вам понравилось? — Вики подбежала к миссис Лоран. — Скажите мне, только правду скажите: я хорошо танцевала?

— Да, Вики, да.

— Я сама знаю, что хорошо. Я летала, я была так далеко отсюда. Но почему у меня так не получается на съемочной площадке?

Миссис Лоран обняла Вики за плечи и притянула к себе.

— Знаешь, — сказала она после некоторого раздумья, — мне кажется, что причина в том, что там для тебя незнакомая обстановка. Там все чужое. И еще… Ты перед камерой танцуешь не для души, а для работы. Вот магия танца и пропадает. А танец, моя девочка, всегда священнодействие. Танца без души быть не может. Он не существует без вдохновения.

— Но… — Вики запнулась, подбирая слова. — Я же выступала на паркете, и все было в порядке. Хотя и знала, что мне за выступление заплатят деньги.

— Там ты была не одна, — миссис Лоран отстранила от себя Вики, посмотрела ей в глаза и произнесла. — На паркете ты выступала с Патриком, с партнером. Вы были вместе, вы были едины. Вы поддерживали, питали энергией друг друга. А поэтому вы были сильны.

— С Патриком… — повторила Вики. — Это правда, я всегда танцевала с Патриком. Поэтому у меня одной ничего и не получается. Если я хочу, чтобы танец получился, я должна танцевать с Патриком.

8

Когда Вики появилась на съемочной площадке, вся группа уже была в сборе.

— Простите, я опоздала, — пробормотала Вики, увидев, с каким неодобрением посмотрели на нее почти все. Только Мэтью приветливо улыбнулся и кивнул головой в знак приветствия.

Вики улыбнулась ему в ответ и, найдя глазами стоявшего несколько в стороне от всех мистера Кисси, подошла к нему.

— Не могли бы мы с вами поговорить? — обратилась она к нему.

— Поговорить? — рассеянно повторил продюсер. — Вообще-то мы теряем время, съемка уже должна начаться.

При этих словах он постучал пальцем по часам.

— Я прошу у вас всего минутку внимания, — настойчиво сказала Вики. — Это очень важно и касается всей дальнейшей работы.

Мистер Кисси вздохнул, еще раз взглянул на часы и спросил:

— Ну что у тебя случилось?

— Я не могу танцевать, — стараясь не отводить взгляда от лица мистера Кисси, тихо произнесла Вики.

— Что?! — после секундного молчания взвился тот. — Как ты не можешь танцевать?! У тебя сломана нога? Тебя отправляют в космос? Что, что случилось, из-за чего ты не можешь танцевать? Ты представляешь, что ты такое говоришь? А съемки? А ролик?

Мистер Кисси так возбудился, что казалось, его сейчас же хватит удар. От его крика вся съемочная группа повернулась в их сторону и застыла в непонимании.

— Нет-нет, вы не так поняли, — пробормотала Вики. — Я не отказываюсь танцевать, я не так выразилась.

Сейчас мистер Кисси в непонимании уставился на нее.

— Дело в том, — быстро, а от этого глотая слова, продолжила Вики, — что я не могу танцевать одна. Я всегда танцевала в паре. Вот у меня и не получается. Я сама знаю, что у меня все плохо. Это потому что я одна танцую.

— Так… Спокойно, — властным голосом остановил ее словесный поток мистер Кисси. — Так что ты предлагаешь?

Набрав в легкие побольше воздуху, Вики выпалила:

— Пригласить на съемки моего партнера Патрика Бланка.

— Пригласить на съемки твоего партнера Патрика Бланка, а также его бабушку, соседку и водителя автомобиля, посигналившего ему три года назад, — бесцветным голосом проговорил мистер Кисси. — А потом тряхнул головой и почти крикнул: — Девочка, о чем ты говоришь? У меня бюджет, у меня утвержденный график, я не могу кого попало приглашать на съемки. Это-то тебе понятно?

Вики готова была провалиться сквозь землю, но она нашла силы сказать:

— Не надо никакого дополнительного бюджета. Мы с ним разделим мой гонорар. Лучше сделать так, иначе не получится ничего.

Мистер Кисси закрыл лицо руками и стоял в таком положении несколько минут. Потом опустил их, тряхнул головой и громко, чтобы услышали все, объявил:

— Все свободны, на сегодня съемка отменяется.

Вся группа недоуменно переглянулась, но никто, видя состояние продюсера, не посмел высказать свое мнение. А тот, даже не взглянув на Вики, бросил:

— Будь по-твоему, завтра приводи своего партнера. Посмотрим.

Вики ругала себя последними словами: оказывается, у нее имеется дар привлекать на свою голову разные проблемы. И кто ее дергал за язык? Зачем она сказала мистеру Кисси, что танцевать без Патрика не сможет?

Вики сидела на подоконнике и уже который час бездумно пялилась в окно. Мать пару раз заглядывала в ее комнату. В первый — чтобы пригласить на обед. А во второй — чтобы узнать, не заболела ли Вики, не появившаяся в столовой. Вики ответила, что не заболела, но попросила ее не беспокоить. Мать, вздохнув, скрылась за дверью и больше не появлялась.

Патрик Бланк на предложение сниматься вместе с ней в рекламе отреагировал так, как Вики и следовало ожидать — отказом. Да не просто вежливым отказом, а издевательским образом. Он на нее даже накричал, обозвал безмозглой дурой, которой неизвестно откуда пришла в голову такая бредовая идея. Патрик отказался слушать ее объяснения и доказательства, он просто бросил трубку. А когда она позвонила ему снова и спросила: «И что мне сейчас делать? Я же пообещала мистеру Кисси, что мы будем танцевать вместе», Патрик грубо ответил, что он за чужую дурость не в ответе.

Впервые в жизни Вики хотелось оказаться где-нибудь далеко-далеко, где-нибудь на краю света, чтобы только завтра избежать встречи с мистером Кисси и съемочной группой. Как она посмотрит им в глаза? Как объяснит, что Патрик отказался танцевать? Сегодня она сорвала график съемки, и никто ее за это не простит.

— Вики, к тебе пришли. — Мать осторожно приоткрыла дверь в комнату дочери.

— Если пришла Джессика, то скажи, что я сплю, — не поворачивая головы, попросила Вики.

Сейчас она никого не хотела видеть, и меньше всего Джессику. Ведь по сути дела, она подвела и подругу. В данный момент оправдываться перед ней просто не было сил.

— Нет, это не Джессика, — сказала мать. — К тебе пришел молодой человек, представившийся Мэтью Фростом.

Вики мгновенно соскочила с подоконника и подбежала к зеркалу. Проведя несколько раз расческой по волосам и потерев щеки руками, Вики повернулась к матери.

— Где он? Надеюсь, ты его не прогнала?

Мать обиделась:

— За кого ты меня принимаешь? Он ждет тебя в гостиной.

Взглянув на свое отражение еще раз, Вики сморщила нос, оставшись им недовольной. Но ничего не поделаешь, красоту наводить некогда, раз человек ждет в гостиной.

При ее появлении Мэтью вскочил со стула.

— Вики, здравствуй, — чуть смутившись, сказал он. — Ты так быстро сегодня убежала со съемочной площадки, не сказав ни слова. Я подумал, не случилось ли что. Вот и зашел поинтересоваться твоими делами. Это не большая наглость с моей стороны?

Вики выдавила улыбку:

— О чем ты говоришь? Я всегда рада видеть тебя.

— Может, погуляем? — предложил Мэтью. — На улице прекрасная погода.

— Погуляем, — сразу же согласилась Вики, боясь, что Мэтью передумает и уйдет. — Я сейчас, только переоденусь.

Она чуть ли не бегом припустила в свою комнату, по дороге заглянула в комнату матери.

— Мама, мы уходим, — просунув голову в щелочку приоткрытой двери, прошептала Вики. И, заметив вопросительный взгляд матери, тоже шепотом добавила: — Это Мэтью. Я потом тебе расскажу.

К дому Вики они подошли, когда уже начало темнеть.

— Спасибо тебе, Мэтью, — сказала Вики на прощание. — Если бы не ты, не знаю, как бы я пережила этот день.

— Ты все слишком близко принимаешь к сердцу. Подумаешь, отказался твой приятель. Ты и одна станцуешь хорошо. Я верю в тебя.

— Правда?

— Правда, — кивнул Мэтью. — И, знаешь, Вики, помни, что я рядом и я никому не дам тебя в обиду.

От этих слов сердце Вики вздрогнуло, на мгновение замерло, а потом заколотилось с бешеной скоростью.

— Может, зайдешь? Я тебя мамиными пирожками угощу, — спросила Вики. Ей не хотелось расставаться с Мэтью, а другого способа его задержать она не придумала.

— Нет, спасибо, как-нибудь в другой раз, — вежливо отказался Мэтью. — Я сегодня еще поработать хочу.

— Жаль. — Ей и вправду было жаль, но не задерживать же его силой. — Тогда до свидания.

— До свидания, Вики.

Мэтью улыбнулся и пошел прочь, ни разу не оглянувшись. Вики стояла и смотрела ему вслед. Как все-таки хорошо, что он вытащил ее на прогулку, отвлек от грустных мыслей. И хотя Мэтью ни словом, ни жестом не намекнул о своем отношении к ней, Вики чувствовала, что для него она больше, чем коллега. И это ей очень нравилось. А то, что он сразу же не говорит о своих чувствах, так это даже хорошо, это характеризует его как серьезного, не бросающего на ветер слова парня.

Придя к такому выводу, Вики отворила дверь и остановилась на пороге, удивленная громким смехом, доносящимся из столовой. Смеялись мужчина и женщина. Женщина — это мама, решила Вики. Но откуда у них дома в это время мужчина? Вики знала, что отец сегодня на заседании в клубе любителей гольфа, а после таких встреч с такими же, как он, любителями гольфа отец возвращается около полуночи. Единомышленникам всегда есть о чем поговорить и что обсудить.

Неужели мать в его отсутствие принимает других мужчин? Отругав себя за глупую мысль, пришедшую в голову, Вики решительно вошла в столовую.

Там за столом, усевшись друг против друга, расположились мать и Патрик Бланк. Только они увидели вошедшую Вики, как смех их прекратился.

— А к тебе Патрик пришел, — скороговоркой сообщила мать, кивнув на гостя.

— Вижу, — буркнула Вики и повернулась, чтобы уйти.

Она ужасно злилась на Патрика и не собиралась с ним разговаривать. Раз они — мать и Патрик — так себя ведут, веселятся, когда ей плохо, она не собирается с ними общаться.

— Вики, — остановила ее мать, — ты куда?

— К себе в комнату, — не оборачиваясь, ответила Вики.

— Но это же неприлично. К тебе пришел человек, а ты так себя ведешь, — тоном строгой воспитательницы произнесла миссис Хикборн. — Ты что, забыла об элементарных нормах поведения?

— Ничего я не забыла, — зло сказала Вики, но остановилась и повернулась к ним. — А с человеком я уже сегодня общалась. Правда, совсем не так, как мне хотелось.

Патрик встал из-за стола и подошел к Вики.

— Ты что, обиделась на меня?

— Я просто очень на тебя рассчитывала, а ты… — Вики замолчала, махнув рукой.

Она стояла, опустив глаза. На Патрика смотреть ей не хотелось. Вот ведь как бывает. Человек, которого ты знаешь всю свою жизнь и на которого надеешься как на самого себя, в трудную минуту, когда его помощь больше всего нужна, отказывается ее оказать. А чужой человек, с которым ты едва знакома, поддерживает тебя и успокаивает.

— Это для тебя действительно важно? — серьезно спросил Патрик.

Вики кивнула и, подняв голову, заглянула Патрику в глаза. Но ничего в них не увидела, Патрик просто смотрел на нее и молчал. Не надеясь чего-то дождаться, Вики вновь повернулась к двери, собираясь покинуть столовую. Маме и Патрику было так весело без нее, хохотали как ненормальные. Так что пусть веселятся и дальше. Ей-то совершенно не до веселья. На Вики вновь навалились мысли о завтрашней съемке. То легкое состояние, что возникло после прогулки с Мэтью, исчезло без следа.

— Хорошо, — услышала она голос Патрика и остановилась. — Если для тебя действительно так важно, чтобы я танцевал с тобой, я станцую.

Вики в одну секунду оказалась около Патрика, повисла у него на шее и чмокнула в щеку. Ее порыв был, по ее мнению, вполне объяснимым и естественным, но Патрик почему-то смутился. Он чуть ли не силой оттолкнул от себя девушку и буркнул что-то неопределенное. Но даже такая грубость со стороны Патрика не могла обидеть Вики.

— Патрик, это так здорово. Мы станцуем вместе, хорошо станцуем, так, как мы всегда умели это делать, и реклама получится отличная, — тараторила Вики, чуть ли не подпрыгивая от радости.

Патрик был настроен не столь оптимистично.

— Знаешь, мне глубоко наплевать на твою рекламу, — сказал он. — Вернее, она меня совершенно не интересует. Я просто хочу помочь тебе. Я же видел, в каком ты состоянии была с утра. Так что запомни, я буду танцевать только ради тебя.

— Спасибо тебе, — от души поблагодарила Вики и, повернувшись к матери, сказала: — Мама, Патрик согласился, и жизнь возвращается. Тащи свои пирожки, я ужасно голодная.

Но Патрик остановил ее:

— Подожди с пирожками. Сейчас мы должны станцевать, вспомнить танец. Прошло уже много времени без тренировок. А это никуда не годится. Танцевать я буду, а вот позориться мне что-то не хочется.

— Мы будем танцевать здесь? — удивилась Вики.

Патрик кивнул.

— Помоги мне. — Он подскочил к обеденному столу и взялся за один его край.

Вики подхватила стол за другой, и они перенесли его к окну, освобождая центр комнаты.

— Ну, вы тренируйтесь, а я разогрею пирожки. — И миссис Хикборн покинула столовую.

Патрик достал из кармана куртки диск и включил проигрыватель. Из динамиков ударили первые аккорды, и Вики по ним определила, что это танго.

— Мы будем танцевать танго? — осторожно спросила Вики, боясь спугнуть свое счастье.

Она обожала танго, а Патрик всегда относился к нему презрительно, считая слишком слащавым. Вики не понимала его отрицательного отношения к этому страстному, невероятно передающему эмоции, заставляющему содрогаться от страсти танцу.

— Какая разница, — небрежно бросил Патрик. — Раз первым на диске попалось танго, пусть оно и будет. Давай, старушка, тряхнем стариной.

Вики подошла к нему, положила одну руку на плечо, второй подхватила подол юбки. Юбка была узковата для танца, и со стороны Вики в таком виде выглядела, скорее всего, нелепо. Но сейчас ей было совершенно не важно, как она выглядит со стороны. Музыка отбивала свои ритмы, крепкая рука Патрика, обхватившая ее за талию, вела в нужном темпе, ноги сами вспоминали каждый миллиметр траектории.

Для Вики уже не существовало ни узкой юбки, ни мешающего танцу ковра на полу, ни стола, отодвинутого к окну. Для нее не существовало ничего, кроме музыки, танца и партнера. И Вики была счастлива. В данный момент она не хотела ничего иного.

9

Утром Вики проснулась с головной болью. Перевозбужденная вчерашними событиями, она долго ворочалась в кровати и не могла уснуть. Раз за разом она прокручивала в голове разговоры с миссис Лоран и мистером Кисси, прогулку с Мэтью, танец с Патриком. И наконец поняла, что ее жизнь налаживается. Она нашла выход, и у нее все получится.

Придя к такому выводу, Вики провалилась в блаженный сон, и снилось ей нечто приятное. Но, к сожалению, недолго. Было около двух часов ночи, когда в блаженство сна ворвалось нечто дребезжащее и беспокоящее. Вики с трудом поняла, что это звонит телефон.

Взглянув на часы, она в сердцах выдохнула:

— Да что ж это такое?!

Вылезать из-под одеяла и топать к телефону совсем не хотелось. Но волнение, что звонивший без умолку телефон разбудит родителей, заставило Вики встать. Прошлепав босыми ногами к столу, Вики на мгновение замерла, держа руку на трубке, а потом резко поднесла ее к уху.

— Вики…

Она ожидала услышать этот скрипяще-противный голос и все равно вздрогнула. Сейчас, в темной комнате, среди ночной тишины, он звучал нереально и от этого особенно жутко и противно.

— Вики, — повторил голос, — ты все равно будешь моей. Навсегда.

— У вас нет совести, это никуда не годится — звонить среди ночи.

— А ночью я о тебе вспоминаю особенно часто, и сон уходит от меня, — прошелестел голос.

— Вы ненормальный? — догадалась Вики.

— Что есть нормальность? — тут же парировал голос. — Если я ненормальный, то нормален ли наш мир? Нормальна ли ты? Ты можешь это утверждать с уверенностью?

Вики в своей нормальности не сомневалась, но доказывать этот очевидный факт посчитала глупым. Поэтому вопрос оставила без ответа.

— Вот ты и молчишь. — В голосе зазвучали живые нотки, словно звонивший обрадовался молчанию Вики. — Потому что сомневаешься. Когда мы познакомимся поближе, ты увидишь, что я вполне нормален.

— Это вряд ли. — Вики надоел этот бессмысленный разговор. — Знакомиться-то я с вами точно не собираюсь.

Вики положила трубку и поежилась. На всякий случай отключив телефон, она забралась под одеяло. Но то ли от того, что озябла, то ли от нервного расстройства, ее стал бить озноб. Даже закутавшись в одеяло с головой, она никак не могла согреться и уснуть. Вики ворочалась, крутилась, но, как известно, чем больше хочешь заснуть, тем меньше получается. Тогда Вики оставила все попытки, решив, что так и долежит до самого утра. Но сон сам пришел к ней, и Вики нырнула в темную яму, без сновидений и без мыслей.

Из этой ямы ее вырвал голос матери:

— Вики, вставай.

Вики открыла глаза и увидела мать, стоящую на пороге комнаты.

— Еще чуть-чуть… — Вики натянула на голову одеяло, просыпаться совсем не хотелось.

— Вставай, — требовательно повторила мать. — Тебе пора на студию.

Вики со вздохом села на кровати и почувствовала, что у нее ужасно болит голова. Она застонала и приложила руку ко лбу.

— Что с тобой? Заболела? — сразу же встревожилась миссис Хикборн.

— Голова болит, — ответила, поморщившись от боли, Вики и, встав с кровати, поплелась в ванную.

— Я сварю кофе, — бросила ей вслед мать. — Выпьешь, и все пройдет.

Но миссис Хикборн ошиблась. Даже после горячего, ароматного кофе головная боль продолжала сверлить в висках. Не исчезла она и на свежем воздухе.

Так что на съемочную площадку к супермаркету «Икс-пенни» Вики явилась все в таком же поганом настроении. На сей раз она пришла заранее, опасаясь вновь вызвать недовольство со стороны остальной съемочной группы.

Патрик Бланк уже был здесь. Он пришел еще раньше Вики. Стоял он в сторонке и всем своим видом показывал, что не имеет никакого отношения к съемочной группе. Когда Вики подошла к нему и поздоровалась, Патрик буркнул:

— Время перепутал.

Вики спрятала усмешку. Зачем смущать человека? Он и так волнуется, даже на место пришел заранее.

— Пошли, — сказала Вики, — познакомлю тебя с мистером Кисси.

Вики увидела, что тот уже расхаживает по площадке, размахивая руками и давая указания своим подчиненным.

Мистер Кисси радостно поздоровался с представленным Патриком, поинтересовался настроением Вики и наказал готовиться к работе.

Вот человек, с восхищением подумала Вики. О вчерашнем даже не вспомнил. Ведет себя так, будто не я вчера поставила под угрозу всю работу.

Она благодарно улыбнулась продюсеру, и он ей ответил тем же.

— Пошли переодеваться. — Схватив Патрика за руку, Вики потащила его к трейлеру.

Проходя мимо Мэтью, устанавливающего свою камеру, Вики притормозила.

— Мэтью, здравствуй, — поприветствовала она оператора.

— Здравствуй, — ответил тот, не поворачивая головы.

Вики покоробило такое поведение парня, но она сразу же прогнала из головы плохие мысли. Человек занят работой, а она обижается, что он не проявляет бурной радости при виде нее.

— Это Патрик, — сказала Вики. — Мы с ним танцевать будем.

Мэтью поднял голову и взглянул на Патрика.

— Я Мэтью Фрост, — бросил он, не отходя от камеры.

— Патрик Бланк, — ответил Патрик, тоже не проявляя большой радости от знакомства с оператором.

Заметив взаимное безразличие двух парней, Вики потянула Патрика за собой.

— Мы переодеваться, — сказала она Мэтью.

Тот лишь буркнул:

— Угу.

Когда они отошли на несколько шагов, Патрик высказал свое мнение:

— Неприятный тип.

От удивления Вики даже остановилась.

— С чего ты взял?

— Глаза у него неприятные, бегающие какие-то.

— Вполне нормальные глаза, — мгновенно парировала Вики. — Даже очень симпатичные глаза.

Патрик усмехнулся.

— Самая большая ошибка людей состоит в том, что они желаемое всегда принимают за действительное. Вот и ты так. А мне со стороны виднее — мерзкий тип.

Вики рассердилась не на шутку.

— И что ты на него взъелся? Я его получше тебя знаю, — сердито сказала Вики.

Патрик схватил девушку за плечи.

— Успокойся, не кипятись, — примирительно произнес Патрик. — Еще не хватало нам из-за этого типа поссориться. А нам через несколько минут танцевать. Сама знаешь, в таком состоянии танго не танцуют. Так что все, проехали.

— Проехали, — согласилась Вики.

Когда замолкла музыка, Вики в красном узком платье с бахромой понизу застыла, запрокинув голову с распущенными волосами, в руках Патрика. Они, находясь еще под властью музыки и танца, так и стояли, не смея разорвать объятия. Ведь они были не здесь, около супермаркета, со дня на день готовящегося распахнуть свои двери жителями Ламара, а в далекой, сказочной стране, в которой правит страсть и царит любовь.

— Снято! — вырвал их из той страны громкий голос режиссера.

И эти слова словно послужили командой — съемочная группа взорвалась аплодисментами. Вики и Патрик, раскрасневшиеся от танца и нахлынувших чувств, раскланялись перед зрителями.

Мистер Кисси подбежал к ним, схватил их за руки.

— Отлично, отлично! — воскликнул он. — Это именно то, что нужно. Вики, Патрик, вы великолепно исполнили танго.

— Как всегда, — буркнул Патрик, и Вики недовольно взглянула на него.

Она хотела бросить в его адрес какую-нибудь колкость, но осеклась. Сверкающие глаза Патрика говорили, что он на самом деле доволен похвалой мистера Кисси. Вот только показывать это считает ниже своего достоинства.

— Ну что скажешь, Мэтью? — Мистер Кисси повернулся к оператору. — Надеюсь, все получилось:

— Как всегда, — усмехнувшись, ответил тот.

— Вот и отлично, — сказал мистер Кисси, потерев от радости руки. — Мы сейчас на студию. Если все получилось, то завтра съемка в павильоне. Если нет, то придется повторить на натуре. Результат будет известен, когда мы посмотрим, что у нас тут вышло.

Он оглядел свою команду, взглядом давая понять, что работа на сегодня еще не закончилась. Потом обратился к танцорам:

— А вы, дорогие мои, отдыхайте. Свою работу вы на сегодня выполнили. Отлично выполнили.

Отправив Патрика переодеваться, Вики подошла к Мэтью, занятого упаковкой камеры.

— Тебе понравилось? — спросила она, стараясь поймать взгляд парня, который он старательно отводил.

Вики важно было услышать его мнение. Ведь в какой-то мере она танцевала и для него.

Но Мэтью пожал плечами.

— Ничего не могу сказать. Я следил за постановкой кадра, а не за танцем. Так что мне в момент работы абсолютно все равно, что я снимаю: танец или кикбоксинг. Уж извини, Вики. — Он оторвался от своего занятия и посмотрел на девушку. Заметив, как опечалилось ее лицо, Мэтью добавил: — Но я все обязательно рассмотрю в студии. Так что мое мнение, если оно важно для тебя, ты услышишь.

Вики заулыбалась и, ободренная его словами, вдруг неожиданно для себя произнесла:

— А ты мог бы высказать свое мнение сегодня? Мы могли бы вечером встретиться, погулять.

Бросив быстрый взгляд в сторону трейлера, куда ушел переодеваться Патрик, Мэтью сказал:

— А твой партнер не будет против? Мне показалось, что я ему не приглянулся.

— Патрик? — удивилась Вики. — А при чем тут он? Запомни, Патрик — мой старый друг. И все… И ничего больше.

— Да? А мне показалось…

— Тебе всего лишь показалось, — не дала ему договорить Вики. — Я пошла. И… И я буду ждать твоего звонка.

— Хорошо, Вики, я позвоню.

Помахав ему рукой на прощание, Вики чуть ли не вприпрыжку припустила к трейлеру.

— Ну что, налюбовалась на своего красавца? — Таким вопросом встретил Вики уже переодевшийся Патрик.

— Что ты привязался к Мэтью? — обиделась девушка. — Нормальный парень, даже несмотря на то, что красавец.

— Ну-ну… — только и протянул в ответ Патрик. — Смотри не ошибись. Ладно, я пошел.

— Меня не подождешь? — удивилась Вики.

— Дорогу и сама знаешь, — выходя за дверь, бросил на прощание Патрик.

Нет, он все-таки невыносим, придя к такому выводу, Вики показала двери, за которой скрылся Патрик, язык.

Странности за Патриком наблюдались всегда. Вики вспомнила, как много лет назад, когда им только-только исполнилось пятнадцать, Патрик до смерти напугал свою мать, да и всех окружающих тоже. Уйдя утром из дома в школу, он в ней не появился, а вечером домой не вернулся. После того как Патрик переступил порог дома, его никто нигде не видел. Бедная миссис Бланк сходила с ума, полицейские Ламара опрашивали соседей, работников вокзалов и автобусной станции, Вики в воображении рисовала страшные картины. Патрика нигде не было.

Нашли его через два дня на автобусной станции городка, расположенного за сотню миль от Ламара. Патрик мирно спал на лавке, ожидая рейса автобуса, направляющегося на холодную Аляску. Мальчика приметил дежуривший в зале ожидания полицейский, сравнил с фотографией и сообщил в полицию Ламара.

Домой Патрика тогда доставили уставшим и изможденным. Он почти не ел и не спал в эти дни. Вначале он категорически отказывался сообщать, почему же сбежал из дому. Но когда у миссис Бланк началась нервная истерика (она в случившемся винила себя), Патрик испугался за мать и сообщил, что сбежал вовсе не из-за нее, а из-за Вики, несколькими днями раньше вместо репетиции отправившейся в кино с толстым Бобом, своим одноклассником.

Вот тогда Вики впервые и подумала, что Патрик со странностями. Из-за того что она не пошла на репетицию, сбежать из дома и довести мать чуть ли не до инфаркта.

И сегодня неизвестно из-за чего разозлился на нее, ушел, не подождав. А Вики хотелось обсудить некоторые моменты танца. Ведь завтра им его танцевать еще и в студии. Хотелось бы, чтобы все прошло без помарок.

Но больше, чем поведение Патрика, к которому она привыкла, Вики переживала о мнении Мэтью об их танце. Она чувствовала, что он откликнется на ее предложение встретиться. Но как же долго ждать вечера…

10

Мэтью позвонил около шести.

— Я еще на студии, — сообщил он усталым голосом. — И пробуду здесь еще около часа. Не могла бы ты подъехать сюда? Я хочу обсудить с тобой некоторые моменты по ролику.

Сердце Вики ухнуло вниз — Мэтью не понравился танец.

— Неужели все так плохо? — обреченно спросила она.

— Почему же? В целом все замечательно. Но… Знаешь, я лучше покажу все тебе на месте. Приезжай.

Тратить время на сборы Вики не потребовалось, она уже давно сидела в своей комнате одетая для прогулки и лишь ждала звонка. Так что, бросив матери на прощание: «Я пошла!», Вики выскочила из дома и поспешила в сторону телестудии. По дороге она подумала, что следовало бы захватить с собой и Патрика, чтобы совместно обсудить недочеты. Но, вспомнив, какими глазами парни смотрели друг на друга утром, Вики оставила эту мысль. Лучше она одна все выслушает от Мэтью, а Патрику передаст в мягкой форме. Не хватало только скандала между ними. А то, что скандал возможен, Вики не сомневалась.

У студии она была через пятнадцать минут. Вики быстро пробежала по коридору и остановилась перед знакомой дверью. Сделала пару глубоких вздохов, приводя дыхание в норму. Ей совсем не хотелось, чтобы Мэтью заметил, как она торопилась. Достала из сумочки зеркало и расческу. Несколькими движениями руки привела разлохмаченные волосы в порядок. Облизала губы и только после этого толкнула дверь.

В павильоне стоял полумрак. Только у правой стены светился экран телевизора, но, попав из ярко освещенного коридора в темную комнату, Вики не смогла сразу рассмотреть, кто же находится в помещении. Было так непривычно тихо, что в первое мгновение Вики показалось, будто в павильоне никого нет.

Но она ошиблась. Только Вики прикрыла за собой дверь, как услышала:

— Вики, иди сюда.

Голос принадлежал Мэтью и звучал как раз с той стороны, где светился экран телевизора. Вики прошла через комнату, стараясь осторожно ступать по полу. В пустой, темной комнате шаги звучали слишком громко.

— Привет, — поздоровалась она и заглянула через плечо Мэтью в экран телевизора. На нем крупным планом светилось ее лицо.

Вики с удивлением стала его рассматривать. На экране оно выглядело совершенно не таким, каким она привыкла видеть его в зеркале. Здесь оно казалось каким-то нереальным, даже можно сказать, потусторонним. Огромные глаза, легкий румянец на щеках, чуть приоткрытые губы, на которых застыла загадочная улыбка.

— Ты нравишься себе? — спросил Мэтью, не отрывая взгляда от экрана.

Вики пожала плечами:

— Не знаю. На экране я какая-то другая. Не такая, как в зеркале.

— На экране ты такая, какой тебя видят люди, — подняв к ней лицо, проговорил Мэтью. А потом взял ее за руку и добавил: — Ты очень красивая, Вики.

Девушка почувствовала, как к ее щекам прихлынула кровь. Хорошо, что в комнате темно, и ее смущение сокрыто от Мэтью. Но то, как дернулась ее рука, это он почувствовал точно.

— Ты смутилась? — спросил шепотом Мэтью, поднимаясь со стула. — Неужели тебе никто об этом не говорил?

Лицо Мэтью оказалось рядом с ее лицом. Даже в темноте она заметила, как сверкают его глаза, а на лице ощутила его горячее дыхание. От его близости Вики охватила сладостная истома. Ей невыносимо захотелось оказаться в его объятиях, прижаться к его сильной груди, ощутить на губах страстный поцелуй. Вики уже приготовилась к этому, даже прикрыла глаза.

Но ничего не произошло. Шумно выдохнув. Мэтью вернулся на свое место.

— Ну что, — спокойным голосом сказал он, — в целом, все получилось хорошо. Во всяком случае, танцевать в паре у тебя получилось лучше, чем одной. Нет той напряженности, что присутствовала на первых пробах. Но… — Мэтью умолк и стал прокручивать кадры в ускоренном темпе.

— Что-то не так? — обеспокоенно спросила Вики.

Мэтью не ответил, вглядываясь в бегущие кадры.

— Вот, — наконец сказал он, останавливая картинку. — Посмотри. Вы со своим партнером слишком далеко расходитесь. Вживую это не заметно, а кадр на экране должен быть более компактным, соединенным. Поэтому я считаю, и завтра выскажу свое мнение мистеру Кисси, съемку на натуре придется повторить. В таком виде включать ее в ролик нельзя. Ты со мной согласна?

Если бы Мэтью не привлек ее внимание к этому моменту, Вики ничего бы и не заметила. Сейчас же она видела, что картинка распадается, и согласилась с Мэтью. Интересно, как к этому отнесется мистер Кисси? Вызовет ли у него предложение Мэтью новый шквал недовольства?

Сама Вики против повторных съемок ничего не имела. Ей начинал нравиться процесс работы перед камерой, и так быстро его заканчивать ей не хотелось. К тому же каждый дополнительный день съемок позволял ей находиться лишний раз рядом с Мэтью. А этого ей сейчас хотелось больше всего. Ведь Вики сомневалась, захочет ли Мэтью продолжить встречи с ней и после окончания работы.

— Согласна, — кивнула Вики.

— Вот и хорошо. — Мэтью выключил монитор и потянулся. — А сейчас домой, устал я…

Домой? Вики захотелось издать протестующий вопль — она была против того, чтобы разойтись по домам. С нетерпением ожидая сегодняшнего вечера, Вики надеялась на его продолжение. Неужели Мэтью не видит, что ее интересуют не только его рекомендации по работе? Или он дурак, или прикидывается, или боится более глубоких отношений. Ни одно из предположений не удовлетворяло Вики. Но не могла же она выступить инициатором.

Настроение Вики сразу же упало до самой низкой отметки. Всю дорогу от студии до дома они прошли почти молча, лишь изредка перекидываясь незначительными фразами.

У дома Вики предприняла последнюю попытку задержать рядом Мэтью:

— Может, зайдешь?

Он отказался, сославшись на усталость.

Ну и подумаешь! Вики со злостью захлопнула дверь. Еще не хватало набиваться. Обойдется она и без него.

Но тут Вики вспомнила, как Мэтью смотрел на нее на телестудии, какие слова произнес, и хорошее настроение вновь вернулось к ней. Она решила, что торопиться не следует, все, что нужно, придет в свое время.

Притворив дверь, Вики прислонилась к ней спиной и прислушалась. Ей так хотелось, чтобы Мэтью передумал уходить и вернулся. Но, постояв минуты три, она не дождалась звонка в дверь и решила, что ждать дальше бессмысленно.

— Мама, я вернулась! — крикнула Вики.

— Я на кухне, — раздался голос матери.

Конечно, где же ей еще быть. Вся жизнь матери проходит на кухне. Вики подумала, что, когда у нее будет своя семья, она не станет столько времени уделять готовке. Вокруг столько интересного, и тратить свое время на бульоны и гарниры грешно.

— Ты встретила Патрика? — спросила миссис Хикборн вошедшую в кухню Вики. — Он только что ушел.

— Нет, не встретила, — покачала головой Вики.

Да разве она могла заметить Патрика, когда рядом с нею находился Мэтью? Никогда.

— Как же так? Он же буквально пару минут назад ушел, — удивилась мать.

— Наверное, свернул в другую сторону. А что он хотел?

— Не знаю, он не сказал. Забежал, взъерошенный весь такой, подождал тебя минут пятнадцать и убежал, — ответила мать. — Есть будешь?

— Буду, — сразу же согласилась Вики. От запаха, исходящего от кастрюли, у нее закружилась голова, и Вики поняла, что голодна. — Сейчас только переоденусь.

Вики быстро направилась в комнату. Но не успела она снять до конца джинсы, как зазвонил телефон. Прыгая на одной ноге и путаясь в спущенных наполовину джинсах, Вики рванула к телефону. В душе шевельнулась надежда, что звонит Мэтью.

— Вики, здравствуй, — прошипело в трубке, и Вики вздрогнула. Меньше всего сейчас она хотела услышать этот неприятный голос.

— Что тебе надо от меня? — жестко спросила девушка. — Зачем ты звонишь?

— Зачем? — переспросили в трубке. — Чтобы услышать твой голос.

— Услышал? Тогда прощай.

Вики собралась отключить телефон, но была остановлена выкриком из трубки:

— Подожди, не так быстро!

— Что еще? — устало выдохнула Вики. — У меня совершенно нет желания разговаривать с тобой.

— Зато у меня есть, — хихикнули в трубке, но затем продолжили серьезным голосом: — Впрочем, я не об этом, о другом. Сегодня я звоню не только для того, чтобы послушать твой голос. Я хочу сказать: откажись от съемок в рекламе!

— Что-о? — протянула в удивлении Вики.

— Ты слышала: откажись от съемок в рекламе.

— Какие глупости! Почему я должна отказываться?

— Я так хочу, — прошелестел голос.

— Какие глупости! — повторила Вики.

— Это не глупости. Реклама все равно не выйдет на экраны. — В голосе говорившего звучали стальные нотки.

— Ошибаешься, она почти готова, — быстро сказала Вики и отключила телефон.

Хотя она и старалась не обращать внимания на звонки этого психа, от хорошего настроения не осталось и следа. Все-таки сумел он его испортить.

— Джессика, я, кажется, влюбилась, — сказала Вики.

После разговора с телефонным психом у Вики испортилось настроение, и она решила поднять его. Она знала, что для этого нет лучшего способа, чем встреча с лучшей подругой. Джессика сразу же откликнулась на предложение Вики. Но с одним условием — встретиться на нейтральной территории, в парке. Вики удивилась, но согласилась.

При встрече Джессика объяснила свой отказ встречаться у Вики дома.

— Понимаешь, — сказала она, потупив глаза, — у меня появились лишние килограммы, и я села на диету. А от ужина, что предложит мне твоя мама, я отказаться никак не смогу. Поэтому лучше себя не провоцировать.

— А как же сила воли? — поддела подругу Вики.

Джессика садилась на диету с регулярным постоянством, но больше двух-трех дней обычно не выдерживала.

— Моя сила воли намного слабее, чем кулинарные таланты твоей мамы, — вздохнула Джессика, и Вики поняла, что подруга уже жалеет о своем решении встретиться на нейтральной территории.

Провоцировать подругу разговорами о еде Вики не собиралась. Поэтому чуть ли не сразу перевела разговор на другую тему. Ей очень хотелось поговорить о Мэтью.

Джессика удивилась рассказу Вики. Она уставилась на подругу, пытаясь уличить ее в шутке. Но Вики была серьезна как никогда.

— А как же Фил Мартинсон? — осторожно спросила Джессика. — Не ты ли несколько дней назад плакала на моем плече о своей неразделенной любви к нему?

— Фил Мартинсон… — усмехнулась Вики. — Кто такой этот Фил Мартинсон? Я уже и думать о нем забыла. Не достоин он того, чтобы я о нем переживала.

— Это правильно, — сразу же согласилась Джессика. — Ни один мужчина не стоит того, чтобы о нем страдать.

— Ни один, — повторила за подругой Вики, но тут же добавила: — Хотя нет, бывают исключения.

Джессика забавно сморщила носик и спросила:

— И, конечно, Мэтью Фрост один из таких?

Вики кивнула. А потом, схватив Джессику за руку, потащила подругу к скамейке.

— Мэтью удивительный, — заявила Вики, когда они уселись на скамью. — Он необыкновенный.

— И как ты это смогла определить? — Джессика была настроена скептически и не разделяла восторга Вики. — Вы же почти незнакомы.

— Ну и что? Чтобы понять человека, не обязательно знать его долгие годы. Можно просто почувствовать.

— И ты почувствовала, да?

— Почувствовала.

Девушки помолчали некоторое время, думая каждая о своем.

— Ну не знаю, — сказала наконец Джессика. — Может быть, тебе и виднее. Но мне Мэтью Фрост кажется скользким, неприятным типом. Я бы ему не доверяла.

— Ты мне завидуешь, — сказала Вики. Она не понимала, как может оставить девушку равнодушной такой парень, как Мэтью.

— Я? Нет, Вики, совсем даже и нет. Кстати, и Патрик переживает, что ты слишком много внимания уделяешь этому оператору.

— А вот ему до этого абсолютно нет никакого дела, — зло сказала Вики, вспомнив, как бесцеремонно бросил Патрик ее одну в трейлере.

— Он твой друг и волнуется о тебе, — напомнила Джессика. — Он мне звонил сегодня, просил поговорить с тобой серьезно, предупредить, чтобы ты не теряла голову.

— Ах, какие вы заботливые! — разозлилась Вики. — Следите лучше за собой, чем за мной. Я уж сама как-нибудь разберусь в своих чувствах. Без ваших советов.

Вот и подняла себе настроение. Лучше бы почитала книгу дома или помечтала о Мэтью Фросте, а не звонила Джессике. Ладно Патрик, он со странностями, может вытворять что угодно. Но чтобы ее осуждала лучшая подруга, с которой она поделилась самым сокровенным, то это уже слишком.

11

На полицейскую машину у центрального входа телестудии Вики не обратила внимания. Так, зафиксировала взглядом и отпустила. Мало ли по какому случаю она тут стоит, ее-то это не касается никаким боком.

Оказалось, что касается. Еще от входного турникета Вики заметила, что в конце коридора, у двери в их павильон, толпится народ.

— Что-то случилось? — подбежав, спросила она у Люси, гримера их группы.

— Ой, Вики! — всплеснула та руками. Люси была очень эмоциональной девушкой и все свои разговоры сопровождала энергичными жестами. — Кто-то ночью пробрался в студию, вскрыл сейф и украл все отснятые материалы. Представляешь?

— Как же так? — удивилась Вики. — Кто посторонний мог проникнуть? Тут же охрана.

Вики кивнула в сторону охранника, добросовестно несущего свою вахту у входного турникета. Люси тоже посмотрела в его сторону и пренебрежительно махнула рукой, дескать, от этого охранника нет никакой пользы.

— Да что охранник, — хмыкнула она. — Вор пробрался в студию через окно.

— А как же сигнализация? — Волнение Вики нарастало.

Ей вдруг пришло в голову, что они с Мэтью последними покидали студию. Перед этим Мэтью положил все материалы в сейф.

— Я не знаю, — пожала плечами Люси. — Но надеюсь, что полиция во всем разберется.

Вики оглядела толпящихся у двери павильона людей. Здесь была почти вся съемочная труппа. Но она не заметила ни мистера Кисси, ни Мэтью, да и Патрика не было.

Правда, Патрик вскоре появился.

— Что за шум? — громко прошептал он ей в ухо.

Вики от неожиданности дернулась.

— Патрик! — нервно сказала она, повернувшись к нему. — Ты меня напугал.

Он скорчил виноватую рожицу.

— Прости, я не хотел. Что случилось?

— Из сейфа украли все отснятые материалы, — быстро пояснила Вики. — Но больше я ничего не знаю, сама только что пришла.

— Да, жизнь становится все интереснее, — усмехнулся Патрик. — С тобой как свяжешься, так обязательно в неприятность попадешь. Всю жизнь мечтал с полицейскими пообщаться.

— Я-то при чем? — вскинулась Вики.

— Конечно, ты ни при чем, — пробурчал Патрик. — Кроме того, что именно ты меня сюда притащила.

Вики была готова взорваться и наорать на Патрика, но не успела. Дверь павильона приоткрылась, из нее выглянул полицейский и зычным голосом произнес:

— Вики Хикборн среди вас имеется?

Все стоящие в коридоре дружно повернулись в сторону Вики, а ей самой захотелось оказаться где-нибудь подальше от телестудии. Встречаться и беседовать с полицией у нее не было желания. Да и что она им могла сообщить?

Но так как все смотрели на нее, Вики не осталось ничего иного, как сказать:

— Я — Вики Хикборн.

— Прошу пройти со мной, — сказал полицейский и распахнул дверь перед подошедшей Вики.

Вики оглянулась на Патрика, но, заметив на его лице усмешку, быстро отвернулась и прошла вслед за полицейским в помещение.

В павильоне были включены все лампы и стояла непривычная тишина. За время, что Вики участвовала в съемках ролика, она привыкла, что здесь всегда шумно и людно, что здесь все заняты делом и кипит работа. Сейчас же у нее создалось впечатление, что студия осиротела. В ней находились мистер Кисси, Мэтью и трое полицейских. Один из них стоял рядом с Вики, двое других беседовали с мистером Кисси и Мэтью в разных концах помещения.

— Вики Хикборн… — полувопросительно-полуутвердительно произнес полицейский, который сидел за столом напротив Мэтью.

Вики кивнула.

— Прошу пройти ко мне, — сказал полицейский. — А вы, мистер Фрост, пока свободны.

Мэтью быстро встал и направился к двери. Проходя мимо Вики, он ободряюще ей улыбнулся и дотронулся до руки. Вики улыбнулась в ответ, отметив про себя, что Мэтью непривычно бледен.

Усевшись на место, где только что сидел Мэтью, Вики, как прилежная ученица, положила руки на стол и уставилась на полицейского, ожидая начала допроса. Она была спокойна, ведь ей нечего было скрывать. Вики готова была отвечать на вопросы правдиво и без утайки.

Но полицейский не спешил начинать допрос. Вначале он долго смотрел Вики в лицо, будто старался запомнить его на всю свою оставшуюся жизнь. Когда же Вики начала нетерпеливо ерзать под его пристальным взглядом, полицейский придвинул к себе лист бумаги и стал задавать общие вопросы, аккуратно и медленно записывая ответы.

Наконец формальная часть осталась позади, и полицейский перешел непосредственно к допросу.

— Как вы уже, наверное, знаете, сегодня ночью из этого сейфа, — он ткнул пальцем в сторону сейфа, — похищены материалы работы вашей съемочной группы.

Вики проследила за его пальцем и увидела раскрытый, совершенно пустой сейф. Днем обычно он не закрывался, и она прекрасно знала, что до сегодняшнего дня он был заполнен различными бумагами, счетами, отснятыми пленками. Сейчас в нем ничего не было.

— Да, мне сообщили об этом в коридоре, — подтвердила Вики.

— В коридоре, говорите? — Полицейский смотрел на нее в упор, не отрывая взгляда. — А может быть, вы об этом знали и раньше?

— Откуда? — удивилась Вики.

— Вот это мы с вами сейчас и постараемся выяснить. — Полицейский наклонился над столом и подался к Вики.

Она невольно отодвинулась назад.

— По показаниям предыдущего опрашиваемого, — полицейский заглянул в лежащий рядом, уже полностью заполненный, лист, — Мэтью Фроста, нам стало известно, что вы с ним были последними, кто находился в этом помещении вчера вечером.

— Да, — не стала отпираться Вики.

— С какой целью вы здесь оказались в нерабочее время?

Вики ничего не собиралась скрывать.

— Вчера вечером мы должны были встретиться с Мэтью Фростом. Он позвонил мне домой и пригласил приехать на студию, что я и сделала.

— Была ли причина приезжать именно сюда?

— Да, Мэтью хотел указать мне на мои ошибки. Он как раз задержался в студии, чтобы поработать над последними дублями, которые были отсняты вчера утром.

— Так… — протянул полицейский. — Как долго вы были в студии?

— Не очень долго, — быстро сказала Вики. — Где-то около получаса.

— Вы видели, как Фрост убирал съемочные материалы в сейф?

— Да, я видела, — на мгновение запнувшись, подтвердила Вики.

От внимания полицейского не укрылась заминка девушки, и он уточнил:

— И вы можете с уверенностью сказать, что мистер Фрост закрыл сейф на ключ?

— Нет. — Вики не собиралась лгать. — Честно говоря, я не видела этого. С уверенностью могу только сказать, что он положил кассету в сейф.

Полицейский кивнул и записал ответ Вики в протоколе.

— Мисс Хикборн, — полицейский вновь уставился на Вики внимательным взглядом, от которого девушке хотелось спрятаться под стол, — перейдем к следующему вопросу: прежде чем покинуть павильон, вы или мистер Фрост подходили к окну?

— Нет, — не задумываясь, сказала Вики.

— Постарайтесь вспомнить, — настаивал полицейский. — Это важно. Дело в том, что преступник, по всей видимости, проник в студию через окно, и нам необходимо точно выяснить, было или не было оно вчера вечером открыто.

Вики задумалась, а потом решительно покачала головой. Она точно помнила, что ни она, ни Мэтью к окну не подходили.

— Хорошо, так и запишем, — сказал полицейский. — Ни вы, ни Фрост к окну не подходили, и сказать, было ли оно открыто или закрыто, не можете. Правильно?

— Правильно, — подтвердила Вики.

— Ага, тогда пойдем дальше, — сделав очередную запись в протоколе, произнес полицейский. Он достал из лежащей на краю стола папки листок бумаги, разгладил его рукой и подтолкнул его к Вики. — Что вы можете сказать по этому поводу?

Вики сначала посмотрела на полицейского, а потом опустила взгляд на лист бумаги. Бумага была обыкновенная, белая, ничем не примечательная. А вот то, что было написано на ней, Вики удивило и, даже больше того, испугало. Распечатанный на принтере текст гласил: «Вики, я предупреждал тебя, что рекламный ролик не выйдет на экраны».

Вики подняла глаза на полицейского, который выжидательно смотрел на нее, взяла лист в руки и перечитала текст еще раз. Перечитанный, он ей не понравился еще больше, и она поскорее постаралась избавиться от листа бумаги, бросив его на стол.

— Итак, что вы скажете по этому поводу?

— А что я должна сказать? — упавшим голосом переспросила Вики. Она не понимала, какое отношение эта записка имеет к похищенным из сейфа материалам.

Полицейский устало вздохнул, подвинул лист бумаги к себе, погладил его и произнес:

— Это письмо лежало во вскрытом сейфе. Как мы подозреваем, оно касается непосредственно вас, так как других женщин по имени Вики, связанных с этим проектом, по нашим сведениям, не имеется. И, я надеюсь, вы нам сможете объяснить, что оно значит.

Говорил он медленно и с расстановкой, как будто втолковывал прописные истины неразумному ребенку. Вики и сама с удовольствием сейчас превратилась бы в маленького ребенка, к которому не будут приставать с серьезными вопросами.

Да и что она может ответить? Рассказать про странные звонки, что преследуют ее в последнее время? Да разве можно к ним относиться серьезно? Вики почему-то была уверена, что кража в студии совершенно не связана с типом с шипяще-противным голосом. Одно дело дурачиться по телефону и совсем другое — совершить преступление.

Полицейский терпеливо ждал ответа Вики, не торопил ее. И вот это его молчаливое ожидание разрешило все колебания Вики: она решила ничего не говорить о телефонных звонках. Если бы полицейский проявил большую настойчивость, требовательность, то Вики обязательно поделилась бы с ним своими страхами. Но тот не настаивал, и Вики сказала, что понятия не имеет, кто мог написать записку и какое отношение к случившемуся имеет она.

Поверил ли ей до конца полицейский, осталось для Вики загадкой, но он, дав ей подписать записанные с ее слов показания, отпустил ее восвояси. Вики, недолго думая, быстро покинула павильон.

— Ты правильно сделала, что ничего не рассказала полиции об этих звонках, — сказал Патрик, когда Вики закончила свой рассказ.

Мистер Кисси по случаю чрезвычайного происшествия отменил сегодня съемки и распустил группу домой. Сам он выглядел хуже некуда, и Вики волновалась, чтобы ему не стало плохо. На всякий случай она позвонила Джессике, вкратце рассказала, что произошло, и намекнула, что ее отец выглядит нездоровым. Джессика пообещала подъехать на студию сразу же, как только отпросится у своего босса.

Когда Джессика приехала, Вики и Патрик со спокойной совестью передали мистера Кисси в заботливые руки дочери и отправились домой.

По дороге Патрик чуть ли не силой вытянул из Вики сначала подробный рассказ о беседе с полицейским, а потом уже и о странных телефонных звонках. Вообще-то Вики ничего не собиралась рассказывать о них Патрику, опасаясь с его стороны насмешек в излишней впечатлительности. Но Патрик, чувствуя, что подруга чего-то недоговаривает, заставил ее быть откровенной до конца.

— А я вот сомневаюсь, — задумчиво сказала Вики, вспоминая холодок, что охватывал ее, когда она слышала в трубке противный голос. — Может быть, все-таки стоило рассказать?

— И что бы ты им рассказала? Думаешь, полицейские тебе поверили бы? — усмехнулся Патрик. — В лучшем случае посчитали бы психически неуравновешенной, а в худшем — соучастницей преступления, пытающейся увести следствие на ложный путь. Я, во всяком случае, если бы не знал тебя с детства, тоже бы не поверил.

— Вот спасибо, — обиделась Вики. — Неужели ты считаешь, что такими вещами можно шутить?

— А ты считаешь, что некто из-за того, что не хочет по каким-то своим причинам видеть тебя в рекламе, способен пойти на преступление? Звонки по телефону — это одно, а кража — это уже другое.

Помолчав немного, Вики пожала плечами.

— Я не знаю, что и думать. Но мне почему-то страшно.

— А вот бояться не нужно. Ведь я с тобой рядом.

Тон, которым Патрик произнес слова, удивил Вики. Он был не насмешливым и язвительным, к которому Патрик обычно прибегал, разговаривая с ней в последнее время, а, наоборот, теплым и заботливым. Вики осторожно повернула голову и посмотрела на Патрика, стараясь увидеть выражение его лица. Но ничего необычного не заметила. И Вики подумала, что теплота и заботливость в голосе Патрика ей просто померещились. Но слова «ведь я с тобой рядом» она слышала-то отчетливо!

12

Зайти к Вики домой Патрик отказался, сославшись на некие срочные дела, но пообещал забежать вечером. Перед расставанием он строго-настрого наказал Вики не вступать ни в какие разговоры по телефону, а лучше вообще не отвечать на звонки. Патрик сам хотел поговорить с телефонным психом, выяснить, что же ему нужно от Вики, а в случае необходимости и припугнуть.

Хотя Вики и была уверена, что незнакомец днем не позвонит, он всегда звонил вечером или ночью, но Патрику пообещала, что так и сделает.

Но Вики, сама того не желая, не выполнила обещания, данного Патрику. Правда, случилось это не по ее воле. Трубку подняла миссис Хикборн.

Мать конечно же заинтересовалась ранним возвращением Вики со студии, и пришлось рассказать ей о происшествии. Будь ее воля, Вики промолчала бы. Волновать лишний раз мать не хотелось, но и держать в себе то, что произошло, Вики не могла.

Они как раз сидели в комнате Вики и искали объяснение случившемуся, когда раздался телефонный звонок. Вики вздрогнула, но осталась сидеть, повела себя так, словно нет никакого звонка. Мать обеспокоенно взглянула на дочь и сама подошла к телефону.

— Мама, не бери трубку! — воскликнула Вики, но было уже поздно, миссис Хикборн подняла трубку и поднесла ее к уху.

Через мгновение на ее лице появилось удивление. Она отняла трубку от уха и, прикрыв ее рукой, медленно сказала:

— Вики, это тебя, наверное.

Вики, вздохнув и чертыхнувшись про себя — по выражению лица матери она поняла, кто звонит, — взяла протянутую трубку.

— Я слушаю.

— Вики, — сказал уже знакомый шипяще-скрипящий голос. — Вики, я же предупреждал, что рекламного ролика не будет. И вот его нет.

— Это ты украл съемочные материалы? — спросила Вики, почти не сомневаясь в ответе.

— Ты же знаешь, — прошипел голос. — Зачем спрашивать? Ты же знаешь, что я, и знаешь почему.

— Нет, не знаю и знать не хочу, — зло сказала Вики. — И разговаривать с тобой не хочу.

— Напрасно ты так говоришь. — Неизвестный был сегодня настойчив. — Я не собираюсь оставлять тебя в покое. Ты все равно будешь моей.

Вики посмотрела на мать, которая так и стояла рядом, широко раскрыв глаза и прислушиваясь к разговору. Не хватало, чтобы из-за переживаний за дочь у нее началась мигрень. Стараясь оградить мать от этого, Вики, не отреагировав на заявление неизвестного, опустила трубку телефона на рычаг.

— Вики, кто это звонил? — В голосе миссис Хикборн звучало беспокойство. — Что он хотел от тебя?

— Не беспокойся, мамочка. — Вики изо всех сил постаралась придать тону беспечность. — Просто какой-то шутник, ничего особенного.

— Шутник? — не поверила мать. — Мне показалось, что он совершенно не шутил.

— Тебе просто показалось, мама, — стараясь быть убедительной, возразила Вики. — Не стоит обращать внимания. — И, чтобы окончательно увести мысли матери от звонка, предложила: — А не выпить ли нам, мамочка, кофе? Сделай, пожалуйста, да покрепче.

Вики знала, что накормить дочь — это для матери святое дело, отодвигающее на задний план все остальные проблемы. Вот и сейчас мать поспешила на кухню, а Вики, как только та вышла из комнаты, схватилась за телефон и набрала знакомый номер.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась она. — Патрик уже дома?

Но Патрика дома не оказалось. Миссис Бланк, мать Патрика, удивилась, что Вики его разыскивает. Ведь она знала, что в данный момент они должны были вместе находиться на съемочной площадке.

— Нет-нет, ничего не случилось, — поспешила успокоить женщину Вики. — У нас просто отменили съемку.

Миссис Бланк удовлетворилась объяснением и пообещала сказать Патрику о звонке Вики, как только он появится.

— Ну почему тебя никогда нет на месте, когда ты мне нужен?! — в сердцах воскликнула Вики, отключая телефон.

Ей было просто необходимо поговорить с ним, рассказать, что ее предположения оказались верны: материалы из студии украл телефонный маньяк, как она про себя называла звонившего.

И, словно почувствовав состояние девушки, телефон вновь зазвонил. Надеясь, что это звонит Патрик, Вики быстро схватила трубку, но услышала в ней голос Мэтью. Хотя это был не тот звонок, которого она ждала в данный момент, но, к своему удивлению, она обрадовалась Мэтью еще больше, чем Патрику.

— Вики, нам нужно поговорить, — заявил Мэтью.

Они договорились встретиться через пятнадцать минут у дома Вики. Мать, обеспокоенная недавним звонком, не хотела отпускать Вики.

— Мама, ты думаешь, что из-за этого ненормального, которому больше делать нечего, как звонить мне, я буду сидеть взаперти?

— Доченька, я волнуюсь. Мало ли что ему может прийти в голову, — не успокаивалась миссис Хикборн.

— Ничего ему не придет, — хмыкнула Вики. — В дурную голову ничего прийти не может. Да и не одна я буду, с Мэтью. Он-то сможет меня защитить.

— Не знаю, не знаю… — покачала головой мать. — Да и самого Мэтью я почти не знаю.

— Я вас обязательно познакомлю, — чмокнув в щеку мать, пообещала Вики и выскочила за дверь.

Мэтью уже был на месте. Увидев Вики, он рванулся к ней навстречу, но, не доходя шага два, остановился.

— Вики, я хочу извиниться, — опустив голову, сказал Мэтью, а Вики удивленно моргнула, не понимая, за что он просит прощения. — Сегодня после разговора с полицией я ушел со студии и даже не дождался тебя. А ведь это я виноват в том, что тебя допрашивали, что ты оказалась замешанной в эту историю. Но разве я знал, что все так получится, когда вчера вызвал тебя на телестудию?

— Конечно, ты не виноват, — улыбнулась Вики. — Да я тебя и не виню. Разве мы можем знать, что произойдет в будущем?

— Да, это так, — согласился Мэтью и уточнил: — Ты вправду на меня зла не держишь?

Вики помотала головой и дотронулась до руки Мэтью. Потом сама же испугалась своего порыва и отдернула руку, но Мэтью перехватил ее. Вики от тепла его рук стало спокойно и уютно, она с удовольствием так бы стояла рядом с ним долго-долго.

Но стоять посреди улицы глупо, и Вики, вздохнув, зашагала вперед. Мэтью пристроился рядом.

— Представляешь, что я пережил сегодня утром, — сказал после некоторого молчания Мэтью. — Прихожу в павильон, открываю дверь, я же первым пришел, а там сейф вскрыт. И в нем ни-че-го. Представляешь?

Вики кивнула. Да, такое даже представить страшно. Когда твой труд, в который ты вложил силы и старание, исчезает, вполне возможно, что навсегда, в этом мало приятного.

— А тут еще полицейский въедливый попался, — продолжил Мэтью. — Пристал с расспросами: что, да как, да почему. И почему на студии задержался, и положил ли материалы в сейф, и не позабыл ли закрыть окно? А смотрел на меня так, как будто я сам украл свои материалы. Вот я и вышел из себя, смотался сразу же, как полицейский отпустил. А потом только вспомнил, что перед тобой не извинился. Рванул обратно на студию, а ты уже ушла.

Вики про себя отметила, как переживает Мэтью, что принес ей неприятности. Это не Патрик, которому обидеть человека ничего не стоит. Патрику даже в голову не придет извиниться.

— Мэтью, — сказала Вики, стараясь его подбодрить, — ты это сделал сейчас, и я тебе за это очень благодарна.

— И совсем не злишься? — обрадовался он.

— Нет, конечно, — поспешила уверить его Вики. — К тому же я сама чувствую вину за случившееся.

От удивления Мэтью застыл на месте.

— Ты? При чем тут ты? Я не понимаю.

Вики молчала некоторое время, в ней боролось желание все рассказать Мэтью о странных звонках и промолчать о них. Она боялась, что Мэтью начнет насмехаться над ее мнительностью.

Но Вики все же решилась:

— А ведь это я виновата, что материалы украли.

И она рассказала о звонках, о противно-шипящем голосе и об угрозах сорвать выход рекламного ролика на экран.

— Да-а… — протянул Мэтью. — Интересные дела. И ты рассказала об этих звонках полиции?

— Нет, — покачала головой Вики.

— Вот и правильно, — высказал свое мнение Мэтью, и Вики отметила про себя, что его точка зрения совпадает с точкой зрения Патрика. Тот тоже одобрил поступок Вики, в правильности которого она до сих пор сомневалась.

— А я думаю, что я должна все рассказать, — покачала головой Вики. — Ведь это может помочь полиции вернуть украденные материалы.

— Это вряд ли, — быстро сказал Мэтью. — Мое мнение — вор уже успел избавиться от них. Не дурак он, чтобы хранить у себя улики.

— И что же делать? — Вики заглянула в лицо Мэтью.

— Работать, — просто ответил он. — Я все равно не был доволен первым вариантом, о чем говорил и тебе, и мистеру Кисси. Так что не горюй, Вики, во второй раз мы все сделаем лучше. Ведь так?

— Так, — согласилась она, наконец-то улыбнувшись.

Мэтью улыбнулся в ответ.

— Вот такая ты мне больше нравишься. А то нос повесила, расстроилась… Знаешь, в жизни бывает столько подобных разочарований, что, если из-за каждого так переживать, никаких сил не хватит.

Они еще немного прошли вперед, и с каждым шагом настроение Вики улучшалось. Все печали отступили назад, будто и не появлялся в ее жизни телефонный псих, который ради удовлетворения своих желаний идет даже на преступление. С ней рядом замечательный парень Мэтью, с которым так спокойно и надежно. Вики поверила, что впереди у нее только счастливые дни. А если и случится что-то неприятное, она знает, на кого можно положиться в трудную минуту.

— А у тебя в жизни были разочарования? — спросила Вики, ей хотелось как можно больше знать о Мэтью.

Он молчал, казалось, он просто не услышал ее вопроса. Вики хотела повторить его, но тут Мэтью произнес:

— Да, у меня в жизни были разочарования.

— Ты не хочешь рассказать? — осторожно спросила Вики.

Мэтью покачал головой:

— Нет, не сейчас. Но я обязательно тебе обо всем расскажу.

Сердце Вики подпрыгнуло от счастья — он все ей расскажет потом. Значит, он не собирается расставаться с ней после окончания съемок.

Патрик, хотя и обещал Вики, что придет к ней вечером, но обещания своего не выполнил. Вики этому была даже рада.

С прогулки с Мэтью она вернулась счастливая, расцеловала возящуюся на кухне мать, которая только покачала головой, с аппетитом съела спагетти с сыром и убежала в свою комнату. Там Вики уютно устроилась на кровати и предалась воспоминаниям о прогулке с Мэтью. Она перебирала в памяти каждое его слово, каждый его взгляд, каждый жест и с удовлетворением пришла к выводу, что он к ней, по всей видимости, тоже неравнодушен.

Но особое волнение вызывало воспоминание о прощании с ним. Хотя Вики и приглашала его зайти к ней домой, очень уж хотелось познакомить его с мамой, чтобы услышать ее мнение, и приглашала весьма настойчиво, но Мэтью вновь отказался.

— В другой раз, — сказал он. — Сегодня был тяжелый день.

— Хорошо, — сразу же согласилась Вики, стоило ей лишь услышать о следующем разе. — Но в следующий раз ты уже не отвертишься.

— А я и не собираюсь, — сказал Мэтью и вдруг, протянув руку, дотронулся ладонью до ее щеки.

От прикосновения его горячей, сухой руки Вики вздрогнула, а Мэтью ласково провел ладонью сначала по щеке, а потом дотронулся до губ девушки. После этого поднес ладонь к своим губам и прижал ее к ним, одновременно глубоко вздохнув. Вики почувствовала, как вспыхнули ее щеки, будто Мэтью поцеловал ее на самом деле.

А я была бы не против, пронеслось у нее в голове, но Мэтью даже не попытался обнять ее.

Он просто боится меня обидеть, успокаивала себя Вики, лежа в своей кровати. Мы еще слишком мало знакомы.

Всех парней Вики делила на две категории. Первая — это те, кто лезет с поцелуями в первый же час знакомства. Им так же легко поцеловать девушку, как и расстаться с ней, позабыв сразу же об этих поцелуях. Парни, попавшие во вторую категорию, наоборот, относятся к поцелуям очень серьезно и считают, что переходить к ним можно только после длительного знакомства.

Сказать по правде, парни ни первой, ни второй категории Вики не нравились. Она считала, что поцелуи хороши вовремя. Одинаково плохо и когда с ними лезут преждевременно, и когда постоянно их откладывают.

Но Вики надеялась, что с Мэтью в плане поцелуев все будет в порядке: завтра или послезавтра он все-таки решится, а уж она отказываться не собирается.

Вики прикрыла глаза и начала фантазировать. Она представила, как Мэтью, глядя ей в глаза, медленно подходит к ней, ласково обнимает за плечи, нежно, но требовательно притягивает к себе. Она прижимается к его сильной груди, вдыхает запах мужского тела, обхватывает его за шею. Она поднимает лицо, и их глаза, встретившись, не могут разорвать взгляда. Его лицо приближается к ее лицу, их губы сливаются в поцелуе, от которого начинает кружиться голова и бешено колотиться сердце.

Вики настолько четко представила себе эту картину, что на самом деле и голова закружилась, и сердце заколотилось. А еще Вики почувствовала, как стало тепло внизу живота, будто там зажглось пламя, которое постепенно разгоралось все ярче и ярче. Это ощущение, до этого ей совсем незнакомое, заставило Вики вскочить с кровати. Она, приложив ладони к пылающим щекам, быстро прошла из одного угла комнаты в другой, стараясь привести в порядок мысли и дыхание.

Немного успокоившись, Вики вновь забралась в кровать и постаралась вызвать то блаженное состояние, которое сама же несколько минут назад прогнала. Но оно уже не возвращалось, мысли, независимо от желания Вики, повернулись в другую сторону. Вики вспомнила о случившемся на телестудии, о своем разговоре с полицейским. Сомнения, правильно ли она поступила, умолчав о телефонных звонках, вновь вернулись к ней.

И в ту же минуту, словно специально ждал этого момента, зазвонил телефон. Вики вздрогнула, шестым чувством уже зная, чей голос услышит.

— Вики, ты плохая девочка, — прошипела трубка. — Зачем ты всем подряд рассказываешь о нашей общей тайне?

— О какой еще тайне? — спросила Вики. — И что у нас с тобой может быть общего?

Вики показалось, что ее собеседник хихикнул, во всяком случае, в трубке она услышала какой-то скрежет.

— Ты меня удивляешь, Вики, — доверительно сказал голос. — Наша общая тайна — это наши чувства друг к другу.

— Какие чувства?! Что за чушь ты несешь?!

— Вики, не обманывай себя. Разве ты не чувствуешь, что мы созданы друг для друга?

— Бред! — отрезала Вики.

— Не будь так категорична, прислушайся к себе, и тогда ты многое поймешь. Просто слушай себя. Я постоянно рядом с тобой, мы не можем друг без друга.

Вики невольно поежилась, по спине пробежал холодок. Картинка, нарисованная психом, ей совсем не нравилась.

— Кто ты? — Ей надоели прятки и загадки. Врага лучше знать в лицо, Вики всегда так считала.

— Ты скоро это поймешь, — прохрипел голос. — Зачем торопить события? И помни, Вики, я всегда рядом.

В трубке раздались короткие гудки, и Вики некоторое время бездумно вслушивалась в них, надеясь услышать интересующий ее ответ. Жуткое чувство, что ее телефонный собеседник действительно где-то рядом, охватило девушку. Она оглядела комнату, осторожно подошла к окну, выглянула на улицу, но ничего подозрительного не заметила. На всякий случай Вики подошла к двери комнаты и закрыла ее на замок.

13

Все стены комнаты были увешаны зеркалами, в которых со всех сторон отражалась она, Вики. Несколько десятков девушек смотрели, улыбались, корчили рожицы. Они были одинаковыми и вместе с тем непохожими друг на друга. Вики переводила взгляд с одного своего отражения на другое, и в каждом находила что-то новое. Но это ее совершенно не пугало, она знала, что так и должно быть.

Вики также знала, зачем пришла в эту заполненную зеркалами комнату — ей здесь была назначена встреча, очень важная, от которой зависела вся ее дальнейшая жизнь. Вики знала, что, для того чтобы встреча состоялась, она должна найти в зеркалах два абсолютно одинаковых своих отражения. Но сколько она в них ни вглядывалась, видела только отличающиеся друг от друга.

В душе Вики нарастала паника — время уходило, а она никак не могла выполнить свою задачу. Вики перебегала от одного зеркала к другому, останавливалась на секунду и снова начинала бегать по комнате. А время отсчитывало свой ход, и его оставалось все меньше и меньше.

И в тот момент, когда оно почти вышло, Вики услышала:

— Вики, Вики!

Голос, звавший ее по имени, был так знаком, что ей показалось, что еще чуть-чуть, и она разгадает тайну телефонных звонков.

— Вики, просыпайся! И открой дверь!

Вики открыла глаза и резко села на кровати. В дверь ее комнаты стучали, а звала ее по имени родная мать. Оказывается, не было никакой комнаты с зеркалами, не было приближения разгадки тайны. Вики просто спала в своей комнате, и все ей только приснилось.

— Мама, сейчас, — подала голос Вики и, выбравшись из-под одеяла, подбежала на цыпочках к двери.

Миссис Хикборн обеспокоенно взглянула на открывшую дверь дочь, потом осмотрела комнату и, не заметив ничего необычного, спросила:

— С каких пор ты стала запирать на ночь дверь своей комнаты?

Вики замялась, не зная, что ответить матери, а потом, ничего не придумав, сказала:

— Я случайно… по привычке. Ведь мы в общежитии всегда на ночь запираем дверь.

Мать, к удивлению Вики, удовлетворилась ее ответом и полезла в карман фартука.

— Тебе письмо, — сказала она, доставая из кармана конверт. — С утренней почтой пришло.

Вики взяла письмо, гадая, от кого оно могло прийти. Оглядев его со всех сторон, Вики на конверте обнаружила только свое имя и домашний адрес. Адреса отправителя на конверте не было. Пожав плечами, она вскрыла конверт, но, заметив, что мать так и стоит рядом, не сводя с нее глаз, положила письмо на стол и направилась в сторону ванной комнаты.

— Мама, свари мне кофе, — попросила она. — Я скоро убегаю на студию.

Мать кивнула, словно невзначай взглянула на лежащее на столе письмо и вышла из комнаты.

Вики сразу же бросилась к столу, схватила письмо и, сжав его в руке, направилась в ванную. Там, сев на край ванны, Вики достала из конверта тоненький листок и уставилась на него. На нем была напечатанная на принтере всего лишь одна строчка:

«Рекламный ролик все равно не выйдет на экраны. Запомни, Вики».

Вики брезгливо бросила лист бумаги на пол.

— Да что ж это такое?! — в сердцах прошептала она. — И за что мне такое наказание?

Эта игра, затеянная неизвестно кем и неизвестно зачем, начала раздражать ее. Если бы она только знала, к чему приведут ее съемки в рекламном ролике, сразу же отказала бы Джессике, несмотря даже на болезнь ее отца. Если хочешь проблем на свою голову, окажи кому-нибудь услугу. Раньше Вики не понимала этой фразы. Сейчас же она испытала всю ее истинность на себе.

Когда Вики вошла в павильон, то увидела, что вся съемочная группа столпилась в центре помещения. Испугавшись, что опять случилась какая-то неприятность, Вики быстро прошла к ним и привстала на цыпочки. Картина, которую она увидела, заставила ее насторожиться.

В центре круга стоял стул, а на нем откинув назад голову сидел Патрик. Над ним склонилась Люси, гримерша. Она трогала Патрика за лицо и громко вздыхала. Что там случилось с Патриком, Вики, из-за прикрывавшей его Люси, не видела.

— Что случилось? — спросила она.

Все повернулись к Вики. Даже Люси оторвалась от Патрика и отступила в сторону. Тут-то Вики и заметила, что под глазом ее друга и партнера, которого сегодня должны были снимать крупным планом, красуется огромный синяк.

— Ой! — только и смогла вымолвить Вики.

— Вот именно, ой! — буркнул мистер Кисси. — И что мы будем делать?

Патрик продолжал сидеть, запрокинув голову, словно происходящее его абсолютно не касалось. Люси взмахнула руками.

— Я сделаю все возможное, — быстро сказала она. — Правда, полностью замаскировать не получится. — Она вздохнула и еще раз взмахнула руками.

— Работай, — дал указание мистер Кисси, и гримерша вновь захлопотала над Патриком.

Мистер же Кисси повернулся к стоящему чуть в стороне от всех Мэтью Фросту, вся группа, кроме Люси и Патрика, повернулась вслед за ним.

— А ты что скажешь? — спросил устало мистер Кисси. — Сможем мы сегодня работать?

Мэтью ответил не сразу. Вначале он подошел к сидящему на стуле Патрику, Люси отошла в сторонку, обошел вокруг него, заглянул в лицо. Потом, отступив на пару шагов, посмотрел на Патрика уже издали. Потерев ладонью переносицу, Мэтью наконец сказал:

— Сможем.

Все, словно единый механизм, одновременно выдохнули с облегчением.

— Так, хватит толпиться, всем готовиться к работе! — громко скомандовал мистер Кисси.

Все быстро разошлись по своим местам, только Вики осталась стоять на месте, не сводя взгляда с Патрика. Синяк под глазом выглядел отвратительно, и ей было ужасно жалко своего партнера. А еще она не понимала, где он такой заработал.

— Вики, — вывел ее из оцепенения голос мистера Кисси, — мое указание готовиться к работе касается и тебя. Так что быстро переодевайся.

Она стрелой метнулась в костюмерную и через несколько минут уже вышла в красном бальном платье. Вики уселась на стул, ожидая, когда Люси закончит с Патриком и примется за нее. А пока она просто наблюдала за кипящей в студии работой. Ей всегда нравилось наблюдать за людьми, занятыми важными делами. Но чаще всего ее взгляд останавливался на возящемся с камерой Мэтью. Он, словно чувствуя ее взгляд, в эти моменты тоже смотрел на нее и улыбался. Его улыбка так много говорила Вики, что девушка непроизвольно улыбалась в ответ.

— И что ты тут видишь смешного? — Патрик остановился около Вики, и она сразу же перестала улыбаться.

— Ничего, — быстро ответила Вики. — Патрик, что с тобой случилось?

Люси постаралась на славу. Синяк полностью скрыл слой грима, будто его совсем и не было.

— Потом расскажу, — метнув взгляд в сторону мистера Кисси, пообещал Патрик и поспешил в костюмерную.

Вики же заняла его место у гримерши.

— Ох и пришлось же мне повозиться, — тараторила Люси, гримируя Вики. — Никак его синяк не хотел прятаться. Чуть ли не килограмм грима наложила. Но зато как здорово получилось, ничего не видно! Правда?

— Правда, — согласилась Вики. — Ты мастер своего дела, другой бы так и не смог.

Люси расплылась в улыбке от похвалы, но все-таки сказала:

— Ну что ты, я еще учусь. Далеко мне еще до мастера.

— А где Патрик умудрился такой синяк получить? — поинтересовалась Вики, надеясь, что Люси удовлетворит ее любопытство.

Но она ошиблась. Люси пожала плечами:

— Кто его знает, он ничего не сказал. Даже мистеру Кисси не сказал. Вернее сказал, что ударился о косяк двери, но я не поверила. Да и мистер Кисси не поверил. Хотя, может, и правда. Вот однажды я…

Но Вики совсем не интересно было слушать, что там случилось с Люси, и поэтому она стала думать о своем, не прислушиваясь к болтовне гримерши.

— Неужели и мне ничего не расскажешь? — Вики и Патрик вышли со студии вместе.

Сегодня мистер Кисси вымотал их по полной, отсняли не счесть сколько дублей. Только замолкала музыка танго и Вики застывала в руках Патрика, как шла новая команда: «Еще дубль!». Люси едва успевала подправить грим, и они, сжав зубы, вновь выходили на площадку. Вики чувствовала, что ее платье промокло, а ноги в туфлях на высоких каблуках горели огнем. Она мечтала только об одном — поскорее скинуть их и влезть в кроссовки, а еще лучше походить босиком по холодному полу. Но ни она, ни Патрик не роптали. Да и остальная съемочная группа, вымотанная быстрым темпом работы, не перечила распоряжениям продюсера. Все понимали, что время для капризов прошло, что если в ближайшие дни они не завершат рекламный ролик, то останутся без денег.

Освободились только к вечеру, зато какое счастье было услышать: «На сегодня — все!». Завтрашний день обещал такую же нагрузку, предстояли съемки возле супермаркета. Так что мистер Кисси на прощание порекомендовал всем хороший отдых и распустил группу. Сам же еще остался в студии, задержав и Мэтью Фроста.

Вики по этому поводу расстроилась. Она надеялась, что они с Мэтью уйдут со студии вместе. За весь длинный рабочий день им удалось перекинуться лишь несколькими фразами, да и те касались работы. Успокаивало только то, что Мэтью обещал позвонить вечером. А раз он обещал, то позвонит, а Вики уж найдет повод встретиться с ним.

— Патрик, об ударе о косяк двери я уже слышала, — махнула рукой Вики, когда ее друг начал излагать свою версию случившегося. — И, скажу тебе честно, я в нее не верю.

— А что ты хочешь услышать? — поинтересовался Патрик.

— Всего лишь правду, — спокойно ответила Вики. — И еще объяснение, почему ты ко мне вчера не пришел. Кстати, этот телефонный псих звонил и подтвердил мою версию, что это он похитил материалы со студии.

— Ты умная девочка, — хихикнул Патрик. — А не пришел я к тебе вот из-за этого.

Он ткнул пальцем под глаз. Грим после съемок он смыл, и сейчас синяк светился на скуле Патрика ярким пятном.

— Из-за синяка? — уточнила Вики.

— Из-за него, — кивнул Патрик. — Вообще-то я не хотел тебе рассказывать. Глупо вышло с этим синяком, да ладно. Все равно когда-нибудь не выдержу и разболтаю. Ты только не смейся.

Вики клятвенно пообещала, что смеяться над его бедой даже не собирается.

Синяк Патрик получил на первый взгляд действительно глупо. Вчера он, как и собирался, после расставания с Вики отправился на свою работу. Босса, правда, не застал, тот отлучился по каким-то делам. Патрик подождал его, но вскоре, поняв, что ждать бессмысленно, отправился восвояси. И вот когда он почти дошел до своего дома, к нему подскочил какой-то тип и с размаху, не сказав ни слова, заехал в глаз. Патрик и оглянуться не успел, как нападавший исчез.

— И что, ты даже не заметил, кто это был? — удивилась Вики.

— Конечно, не заметил, — буркнул Патрик. — И как я мог заметить? Он выскочил из-за угла, а когда в глаз въехал, то мне уже не до этого было. Больно, знаешь ли, мне было.

— Да-а… — протянула Вики, невольно посмотрев на синяк Патрика. — И какие у тебя предположения по этому поводу?

— Никаких, — не задумываясь ответил Патрик. — Я об этом весь вечер вчера думал, гадал, кто на меня злобу такую затаил, чтобы в глаз ни за что ни про что заехать, и ничего не придумал. Или меня с кем-то перепутали, или в городе маньяк появился, специализирующийся на нанесении повреждений исключительно на лице.

— Не слишком ли много маньяков на наш Ламар? — хмыкнула Вики.

— Почему много? — удивленно спросил Патрик.

— А ты про моего маньяка забыл, — пояснила Вики. — Про телефонного. Слушай, Патрик, а вдруг это один и тот же маньяк?

— Не понимаю, — протянул Патрик.

Вики от возбуждения остановилась.

— Я знаешь, что подумала? Ты только не смейся… А вдруг он ударил тебя в глаз только для того, чтобы сорвать съемки ролика?

— Оригинальный он, однако, способ выбрал, — хмыкнул Патрик. — Только я не пойму, зачем ему понадобилось мне глаз подбить. Твой маньяк, насколько я знаю, против того, чтобы в ролике снималась ты, а не я.

— Но, Патрик, он же знает, что я без тебя сниматься не могу.

— А откуда он это знает? — задал Патрик вопрос, и они удивленно уставились друг на друга. — Ты ему об этом говорила по телефону?

Вики отрицательно помотала головой.

14

Вики и Джессика договорились встретиться в кафе с добрым названием «Бабушкин пирог». Кафе располагалось недалеко от дома Джессики, и во времена, когда Вики еще жила в Лама-ре, подруги частенько в него заглядывали.

Не так давно этим кафе владели две очаровательные старушки, миссис Мадлен Краузе и миссис Роза Берн. Мадлен и Роза были родными сестрами, а кафе «Бабушкин пирог» являлось их семейным бизнесом. Но пару лет назад Роза умерла, и Мадлен осталась единственной владелицей кафе. Она сумела его превратить в такой уютный и милый уголок, что жители Ламара заглядывали сюда, чтобы отведать изумительно вкусный клубничный пирог из слоеного теста.

Мадлен Краузе держала рецепт пирога в страшной тайне. В городе говорили, что заполучить рецепт желали хозяева многих известных в Америке кондитерских фирм, даже засылали шпионов с целью его выведать, но Мадлен стойко хранила свой секрет.

Вики первой появилась в кафе. Она заглянула в зал и увидела, что Джессики еще нет. Но к ней навстречу вышла Мадлен. Выглядела женщина, которой, как предполагала Вики, было уже далеко за семьдесят, отлично: выкрашенные в темно-каштановый цвет волосы аккуратно уложены, глаза подкрашены, причем так умело, что кажется, будто ресницы на самом деле длинные и изящно изогнутые. Одета миссис Краузе была в темно-фиолетовый костюм, удивительно ей подходящий.

— О, Вики! — воскликнула Мадлен. — Как же я тебя давно не видела! Но как же ты похорошела, настоящей красавицей стала.

Мадлен была в приятельских отношениях с бабушкой Вики, умершей несколько лет назад, и знала Вики с детства.

— Здравствуйте, миссис Краузе, — поздоровалась Вики. — И вы выглядите прекрасно.

— Ну-ну, — улыбнулась Мадлен. — Ты мне льстишь, Вики. Я больная старуха.

— Какая же вы старуха? — остановила ее Вики.

— Ладно-ладно, — засмущалась хозяйка кафе. — Проходи. Я сама подам тебе пирог. Ведь не откажешься?

— Как я могу?!

— Ты одна или кого-то ждешь? — поинтересовалась Мадлен, провожая Вики к свободному столику.

Вики отметила, что свободных столиков совсем мало. Кафе неизменно пользовалось успехом.

— Жду, — улыбнулась Вики.

— Неужели молодого человека?

— Нет, всего лишь Джессику.

И тут появилась сама Джессика. Она подбежала к ним, вежливо поздоровалась с миссис Краузе и чмокнула Вики в щеку.

— Вы, как и прежде, неразлучны, — улыбнулась Мадлен. — Сейчас, подружки, я вам по самому вкусному кусочку принесу.

— Ой, мне только небольшой! — воскликнула Джессика.

— Я сама знаю, — отмахнулась миссис Краузе и удалилась в сторону кухни.

Подруги остались одни. Вики, внимательно оглядев Джессику, заметила, что выглядит та не лучшим образом: осунулась, под глазами залегли тени, словно она недосыпает ночами.

— Ой, Вики, как же я по тебе соскучилась, — сказала Джессика. — Я уже и не рада, что сосватала тебя папе. Ты с этой съемкой рекламы так занята, что нам даже встретиться некогда.

— Уже скоро закончим, вот тогда и будем встречаться каждый день, — успокоила подругу Вики, похлопав ее по руке.

Джессика схватила ее ладонь и сжала в своей.

— Слушай, Вики, ты мне хоть скажи: что у вас на съемках происходит? Папа возвращается с работы поздно, а дома все больше молчит, ничего не рассказывает, да только каждый вечер успокоительное пьет. Но я же вижу, что что-то не так. Я волнуюсь за него. Сама знаешь, что его здоровье…

Вики заметила, как глаза Джессики наполнились слезами, она волновалась за здоровье отца.

— Не волнуйся, — постаралась успокоить подругу Вики. — С твоим папой все будет в порядке, и все неприятности никак с ним не связаны.

— А с кем они связаны?! — воскликнула Джессика. — Если не идет съемка, то в первую очередь спросят с продюсера. Если он не уложится в сроки, то даже страшно подумать, что с ним сделают заказчики.

— Уложится. — Голос Вики прозвучал уверенно, она приложила к этому все силы. — Работы осталось на пару дней.

— Ну и хорошо, — успокоилась Джессика, ободренная заверением Вики. — А как твои дела?

— Мои дела в порядке, — улыбнулась Вики.

Договариваясь о встрече с Джессикой, Вики рассчитывала поделиться с подругой своими проблемами. Но, увидев ее состояние, решила, что Джессике хватит переживаний и о мистере Кисси. Если она еще начнет переживать и о Вики, то совсем плохо ей будет.

Миссис Краузе принесла две тарелки с пирогом, а официантка поставила перед ними по чашке кофе.

— Приятного аппетита! — сказала она, отходя от столика.

Вики проводила ее глазами.

— Новенькая. Я ее раньше здесь не видела.

Джессика тоже посмотрела вслед девушке.

— Это же Лаура, — сказала она. — Неужели ты не узнала?

— Лаура? — переспросила Вики. — Я ее не знаю.

Джессика хмыкнула.

— Ну как же не знаешь? Это же с ней года два назад встречался Патрик.

— Да? А я и не узнала ее.

Пару лет назад Патрик действительно встречался с какой-то Лаурой, но Вики ее совершенно не помнила.

— Кстати о Патрике, — чуть помявшись, сказала Джессика. — Знаешь, он ко мне пару дней назад заходил.

Вики знала, что большой дружбы между Джессикой и Патриком никогда не наблюдалось, и то, что он заходил к подруге, удивило Вики.

— И что он хотел? — спросила она.

— Хотел, чтобы я поговорила с тобой. Серьезно поговорила.

— О чем же? — еще больше удивляясь, спросила Вики.

— О Мэтью Фросте.

— Понятно. И что ты?

— Я ему сказала, что в чужую жизнь не вмешиваюсь.

— Правильно сказала, — похвалила ее Вики.

Они немного помолчали, но вскоре Джессика не выдержала и сказала:

— А знаешь, Вики, я в этом вопросе с Патриком согласна. Мне тоже не нравится этот Фрост.

— А мне вот он нравится, — с вызовом сказала Вики. — И ничего говорить мне не нужно. Мэтью — отличный парень. Интересный, очень добрый и внимательный.

— Не знаю, не знаю, — покачала головой Джессика. — Твое, конечно, дело. Но я…

— Все, проехали, — остановила подругу Вики. — Я сама могу разобраться, кто мне нужен.

После этого разговор перестал клеиться, и подруги, быстро прикончив пирог с клубникой, вышли из кафе и разошлись в разные стороны.

Кивая на прощание Джессике, Вики не догадывалась, что будет ругать себя последними словами за такое холодное расставание.

Но это случится через несколько часов, а пока она поспешила домой, надеясь, что Мэтью еще не позвонил. Так и оказалось. Мать сообщила, что в ее отсутствие никаких телефонных звонков не было.

Словно ожидая ее прихода, телефон зазвонил, как только Вики открыла дверь в свою комнату. Вики, на ходу бросив сумку, подбежала к телефону.

— Алло! — прокричала она в трубку, там зашуршало, заскрипело, но не раздалось ни звука.

— Алло! — уже не так воодушевленно повторила Вики. — Говорите, я слушаю.

И она услышала голос, от которого ее пробрала дрожь:

— Вики! Здравствуй, Вики!

— Это ты, — устало сказала Вики. — Ну что ты сейчас хочешь?

— Ха! Ха! — проскрипел голос. — Как ты хорошо спросила: что ты хочешь? Ты знаешь, что я хочу. Тебя! И еще того, чтобы ты не снималась в рекламе.

— Как я устала от тебя. — Вики, будто бы и вправду очень устав, села на край кровати. — И от твоих глупых разговоров устала.

— Напрасно ты так говоришь. Когда мы познакомимся поближе, ты будешь счастлива.

— Это вряд ли, — фыркнула Вики. — Если ты все сказал, то прощай. Мне некогда разговаривать с тобой.

— Ждешь звонка?

— Хотя бы и так.

— Ждать не вредно, только не всегда дожидаешься, — хихикнул голос.

В груди Вики что-то дернулось, так ей не понравились эти слова психа. Она поинтересовалась:

— Что ты этим хочешь сказать?

— Только одно: не все ожидания исполняются, а иногда исполняется совсем не то, что ожидается, — медленно, смакуя каждое слово, высказался незнакомец.

— Я не понимаю! — крикнула Вики, чувствуя все нарастающее волнение.

— Разве Мэтью Фрост ожидал, что украдут его работу? Разве Патрик Бланк ожидал, что под его глазом засветится синяк? Разве ожидал я, что эти случаи не остановят съемки ролика? Они не остановили. Поэтому я должен выбрать другой путь.

— Какой еще путь?

— Самый простой. Ты сама, добровольно, откажешься от съемок.

— Ты шутник. Я не откажусь, — зло сказала Вики. — Не откажусь назло тебе.

— Откажешься, — почти ласково сказал голос. — Ведь ты же не захочешь, чтобы с тобой случилось то же, что с твоей подружкой. Хи-хи!

— С Джессикой? Что случилось с Джессикой?! — закричала в трубку Вики.

— Скоро узнаешь, — проскрипел голос. — И запомни: то же может случиться и с тобой. Прощай, любимая!

Вики слушала короткие гудки в трубке, не в силах вернуть трубку телефона на место. Что с Джессикой? Что этот псих имел в виду?

Словно очнувшись, Вики встряхнула головой и быстро набрала телефон Джессики. Ей никто не ответил. Никого из семейства Кисси не было дома.

— Джессика, где ты, Джессика? — шептала Вики в трубку. — Что с тобой, Джессика?

Но разве телефон мог ответить на ее вопрос? Вики опустила трубку на рычаг, и телефон в тот же момент зазвонил. От его резкого, неожиданного звонка Вики вздрогнула. Трубку сняла трясущимися руками.

— Я слушаю, — прошептала она.

— Вики, здравствуй, — услышала она. — Это Мэтью.

— Здравствуй, Мэтью, — бесцветным голосом ответила Вики.

Как бы она радовалась этому звонку, если бы он раздался несколькими минутами раньше! Сейчас же она была слишком взволнована предыдущим разговором.

— Что случилось? — заботливо спросил Мэтью. — Голос у тебя какой-то странный. Я не вовремя?

— Я не могу сейчас говорить. Прости, я потом тебе все расскажу.

— Извини, — сказал Мэтью. — Да, мы поговорим потом. Но знай, если тебе нужна помощь, то я…

— Нет, спасибо. Прости, Мэтью. Не сейчас…

Вики положила трубку. Но тут же вновь схватила ее и набрала номер Джессики. И опять ей никто не ответил.

С Патриком она столкнулась на полпути к дому Джессики. Столкнулась в самом прямом смысле — врезалась в его грудь.

— Вики! — от неожиданности только и смог выговорить Патрик.

— Ой, извини, я тебя не заметила, — быстро сказала Вики, пытаясь обойти стоящего посреди дороги Патрика.

— Как можно не заметить человека? — удивился он. — А я вообще-то к тебе шел, а тут ты сама на меня налетела.

— А я к Джессике спешу. Я ей звоню, а никто не отвечает.

Патрик схватил за руку готовую бежать дальше Вики.

— Подожди. Джессики нет дома.

Вики постаралась поймать взгляд Патрика, но тот почему-то отводил глаза.

— Как это нет дома? Где же она?

Патрик переступил с ноги на ногу, прокашлялся и тихо вымолвил:

— Ты только не волнуйся, пожалуйста. Джессика в больнице.

— В больнице? — переспросила Вики. — Ты что-то путаешь. Я с ней виделась чуть больше часа назад. Мы были у Мадлен, ели клубничный пирог.

— Джессика в больнице. — Патрик взял Вики за руки. — По дороге домой ее сбила машина.

— Ее сбила машина… — прошептала Вики и закрыла глаза.

В ее ушах прозвучали скрипуче-противные слова: «Ведь ты же не захочешь, чтобы с тобой случилось то же, что с твоей подружкой».

— Патрик, машина сбила Джессику из-за меня, — сказала Вики.

— Как это? — не понял Патрик.

— Это он, телефонный маньяк! — вскричала Вики. — Он мне сегодня звонил, предупреждал, что с Джессикой случилась беда. Я знала… Поэтому и заволновалась, что мне никто не отвечает по телефону.

— Успокойся! — Патрик схватил за плечи готовую впасть в истерику Вики и хорошенько встряхнул ее. — Не накручивай себя. Насколько я знаю, Джессика переходила дорогу у своего дома, а автомобиль выскочил из-за угла. Водитель ее просто не заметил, все произошло случайно.

— Да-да, случайно. — Вики старалась себя успокоить, но паника не проходила. — Кто он?

— Кто? — не понял Патрик.

— Водитель! — выкрикнула Вики, рассерженная непонятливостью Патрика.

— Не знаю. Он испугался и скрылся с места преступления.

— Вот видишь! — Слезы полились из глаз Вики. — Он специально сбил Джессику и скрылся! — Вики уткнулась в грудь Патрика и, ревя в голос, все время приговаривала: — Это из-за меня, это из-за меня.

В конце концов Патрику надоела ее истерика, он вновь сильно тряхнул Вики за плечи.

— Прекрати реветь! — прикрикнул он. — Еще ничего не известно. Мало ли почему водитель уехал. Может, испугался. Одумается и сам явится в полицию.

— Нет. Нет, все не так… — только и могла вымолвить Вики, не реагируя на слова Патрика.

Через некоторое время она прекратила реветь, шмыгнула носом и вытерла ладонью глаза.

— Я пойду в больницу, — сказала она.

— Джессика в реанимации, а тебя туда не пустят.

Вики, взглянув на Патрика, ничего не сказала и направилась в сторону автобусной остановки. Патрик, вздохнув, поплелся за ней. Всю дорогу они молчали. Вернее, Патрик вначале пытался разговорить Вики, но она никак не реагировала. После нескольких неудачных попыток он оставил свое намерение.

Из-за позднего времени в больницу их вначале не пустили — время посещений уже закончилось. Но Вики удалось уговорить медицинскую сестру в приемном покое, и та, сжалившись, разрешила пройти. Но Патрику пришлось остаться на улице, он пообещал дождаться Вики.

Вики, накинув на плечи белый халат, стрелой пробежала по коридору и по лестнице. В этой больнице часто лежала ее бабушка, поэтому Вики знала, где находится реанимация.

Войдя в коридор, Вики сразу же заметила у дверей в реанимацию мистера Кисси. Отец Джессики одиноко сидел на стуле, сгорбившись и спрятав лицо в ладонях. Сердце Вики наполнилось такой жалостью к этому человеку, что к глазам вновь подступили слезы. Стараясь ступать как можно тише, Вики подошла к мистеру Кисси и опустилась на соседний стул.

— Вики, — тихо сказал мистер Кисси, повернув к ней голову. — Вот видишь, как вышло. Джессика там. — Он мотнул головой в сторону дверей в отделение реанимации.

— Как она? — осторожно спросила Вики.

— Доктор сказал, что состояние Джессики удовлетворительное, угрозы для жизни нет. У нее просто небольшое сотрясение мозга. Но дежурный врач принял решение подержать ее в реанимации. Если ухудшения не будет, то завтра ее переведут в общее отделение.

Вики взяла руку мистера Кисси и погладила ее.

— Держитесь. С Джессикой все будет хорошо.

Мистер Кисси кивнул, а потом опять опустил лицо в ладони.

— Как же она так? — прошептал он. — Сколько я говорил ей, чтобы осторожно переходила дорогу.

Вики хотела сказать, что Джессика совсем тут ни при чем, что это она виновата в случившемся, и не смогла. Мистер Кисси был так потрясен происшествием с дочерью, что загружать его своими проблемами Вики просто не посмела.

Посидев еще недолго рядом с мистером Кисси, Вики поднялась.

— Я пойду, — сказала она. — А завтра снова приду.

— Да-да, конечно, покивал головой отец Джессики. — Иди и ложись спать пораньше. Не забудь, завтра съемка. Ты должна выглядеть отдохнувшей и свежей.

О чем он говорит? — пронеслось в голове Вики. Какая съемка? Он-то точно сегодня ночью не заснет. Но она ничего не сказала и, попрощавшись, ушла.

Патрик, как и обещал, ждал ее на улице.

— Как Джессика? — бросился он к ней с вопросом.

— Доктор сказал, что опасности для жизни нет, — ответила Вики.

— Вот и хорошо, вот и славно, — с облегчением выдохнул Патрик. — Пошли домой, Вики.

Он обнял ее за плечи и, осторожно подталкивая, повел в сторону автобусной остановки. Вики шла молча. Все ее мысли были рядом с Джессикой, она молила небеса, чтобы те помогли подруге скорее поправиться. И еще какая-то неудовлетворенность жила в ней, но Вики никак не могла понять, что ее беспокоит. Что-то важное, от чего зависит дальнейшее. Но из-за расстройства она никак не могла сосредоточиться и поймать это сверлящее, неприятное ощущение.

Только у самых дверей дома ее осенило.

— Патрик, а как ты узнал, что Джессика попала под машину? — Она наконец-то поняла, что не давало ей покоя.

— Я? — переспросил он. — Да это случилось на моих глазах.

Вики недоуменно уставилась на Патрика.

— А что ты делал около дома Джессики?

— Странные вопросы ты задаешь, Вики, — сказал Патрик, отведя взгляд. — Просто проходил мимо.

15

Отправляясь утром на студию, Вики думала, что мистер Кисси, даже если и придет, будет не способен работать нормально. Именно такой, неспособной ни думать, ни что-то делать, чувствовала себя Вики. Переживания за самочувствие Джессики, непонимание, что же такое творится и в чем она виновата, что на нее посыпались такие несчастья, вытянули из нее все силы.

Но вопреки ожиданиям Вики мистер Кисси был как всегда энергичен. Да, на его лице читались следы усталости, и припухшие веки говорили о бессонной ночи, но голос звучал по-обычному звонко и бодро. Он, как главнокомандующий на поле битвы, отдавал приказы и распоряжения.

Когда Вики вошла в студию, к ней сразу же подошла Люси.

— Это правда, что с дочерью мистера Кисси случилось несчастье? — шепотом, опасливо оглядываясь, спросила она.

Вики кивнула.

— Это ужасно, — вымолвила гримерша, потом кивнула в сторону продюсера. — А по нему не скажешь. Словно совсем не переживает.

— Что ты, — тоже шепотом, но с жаром сказала Вики. — Ты бы на него вчера посмотрела. На нем лица не было.

— Да-а… — протянула Люси. — Единственная дочь… Это так страшно — терять близких.

— Что за ерунду ты говоришь? — крикнула Вики, и все находившиеся в студии оглянулись на них. — Кто тебе такое сказал? — уже тише спросила Вики. — С Джессикой все будет в порядке.

— Да так, говорят, — смутилась Люси.

— А ты не повторяй, — посуровела Вики и отошла от гримерши.

Она огляделась и, заметив Мэтью, подошла к нему.

— Привет.

— Привет. — По лицу Мэтью скользнула улыбка, но сразу же исчезла. — Прими мои соболезнования. Это ужасно, что случилось с твоей подругой.

— Да, это страшно, — кивнула Вики. — Но доктор сказал, что с ней все будет в порядке.

— Я тоже верю в это, — поддержал ее Мэтью. — Мистер Кисси держится молодцом.

— Да, он сильный.

— Сегодня же последний день съемок, и мы ради него должны сделать все возможное, чтобы не получилось осечки. Ты готова?

— Я буду стараться, — сказала Вики.

Мэтью огляделся.

— А твоего партнера не видно. Вдруг с ним опять что-то случилось?

Вики, не увидев Патрика, уже об этом думала, но вслух озвучивать мысль боялась. Скажешь вслух, а оно возьмет и сбудется. Поэтому и на замечание Мэтью сказала:

— Придет, никуда он не денется.

И, словно услышав ее слова, дверь распахнулась и на пороге возник Патрик.

— Всем привет! — возвестил он о своем приходе.

Мистер Кисси, взглянув на вошедшего Патрика, хлопнул в ладоши:

— Все на выход! Автобус уже ждет.

Съемочная группа зашумела, засуетилась, потянулась на выход.

— А ты, как всегда, опаздываешь, — недовольно проворчала Вики, подойдя к Патрику. — Хоть сегодня мог бы вовремя прийти.

— Ладно, я же пришел, — бросил Патрик, подхватывая вешалку с концертными костюмами — своим фраком и красным платьем Вики.

— Я и сама могу донести. — Вики протянула руку, но Патрик отступил на шаг, не отдавая ей вешалку с платьем.

— Пошли.

Патрик направился к выходу, и Вики не осталось ничего другого, как последовать за ним.

В автобусе ей пришлось сесть рядом с Патриком. Сказать по правде, Вики предпочла бы сидеть рядом с Мэтью. Но, когда они вошли в автобус, место рядом с Мэтью уже было занято. Там, держа на коленях чемоданчик с гримировальными принадлежностями, расположилась Люси. Она что-то увлеченно нашептывала Мэтью на ухо, он рассеянно кивал.

— Ха, Люси тебя опередила! — поддел опечаленную Вики Патрик. — Смотри, уведет парня.

— Не твое дело, — буркнула Вики, усаживаясь рядом с ним на сиденье.

Автобус тронулся. Шофер резко крутанул руль, и автобус резко накренился. От неожиданности Вики не удержалась и упала на грудь Патрика. В нос ей ударил запах одеколона, довольно-таки приятный.

— У тебя новый одеколон? — спросила Вики.

— Да так, — небрежно ответил Патрик. — Мама на распродаже купила.

— Мне нравится, — сказала Вики. — У твоей мамы хороший вкус. Можешь передать ей.

— Передам. — Неизвестно отчего на щеках Патрика вспыхнул румянец, и Вики заподозрила, что одеколон купила совсем не миссис Бланк.

Съемка на натуре прошла удачно, все получилось, не случилось ни одного срыва. Правду говорят: если неприятности следуют одна за другой, то наступает момент, когда они заканчиваются. Природе свойственно равновесие: все неприятности должны уравновешиваться положительными результатами. Именно так думала Вики, аккуратно упаковывая красное платье. Рядом топтался Патрик, он уже переоделся, но уходить не торопился: ожидал Вики.

— Я вообще-то в больницу, — предупредила она его. — Мистер Кисси сказал, что Джессику уже перевели из реанимации и ее можно навестить.

— Мне делать совершенно нечего, — небрежно сказал Патрик. — Так что я тебя вполне могу проводить.

— Хорошо, — кивнула Вики. — Но только до больницы. Я не думаю, что Джессика захочет сейчас видеть тебя.

Вики, конечно, заботилась о чувствах Джессики, понимая, что никакая девушка не захочет, чтобы посторонний парень увидел ее в таком состоянии. Но больше ее волновало другое: она хотела поговорить, если будет возможность, с Джессикой об аварии наедине. Слова телефонного психа не шли у нее из головы. Если случившееся с Джессикой его рук дело, то Вики тоже угрожает опасность. Хотя… Съемки ролика закончены, меры к сохранности отснятого материала приняты, и ничто уже не сможет остановить его выход на экран.

Вики беспрепятственно прошла в палату, из чего сделала вывод, что состояние Джессики не так уж и плохо. Так и оказалось. Когда Вики в белом халате, накинутом на плечи, и скользких бахилах на ногах вошла в палату, Джессика улыбнулась и помахала рукой в знак приветствия.

Вики села на стоящий рядом с кроватью стул.

— Ну ты даешь, подруга, — сказала Вики, осторожно дотронувшись до лежащей поверх одеяла руки. — Забыла о правилах перехода дороги?

По губам Джессики опять пробежала улыбка, но совсем не веселая.

— Этот тип на автомобиле выскочил неизвестно откуда, — пожаловалась Джессика. — Я и охнуть не успела, как оказалась под колесами. Свидетели говорят, он даже не остановился, унесся прочь.

— И ты не заметила, кто это был? — поинтересовалась Вики.

— Ты что? Меня так приложило об асфальт, что я соображать перестала. Ко мне сегодня из полиции приходили, тоже все расспрашивали, а я им и помочь не могу. Хочу вспомнить, а только голова начинает болеть.

— Ну и ладно, — остановила подругу Вики. — Голову ты сейчас особо мыслями не напрягай. Тебе покой нужен.

Они помолчали немного, а потом Вики задала интересовавший ее вопрос:

— Ладно ты, тебе не до этого было, но неужели никто из свидетелей происшествия машину не запомнил?

— Представляешь, никто. Мне полицейский сказал, что никто и ничего. Но все равно пообещал, что преступника они обязательно найдут.

— Конечно, найдут, — согласилась Вики. — Вот только бы это побыстрее произошло.

Что-то в голосе Вики насторожило Джессику, и она осторожно спросила:

— Вики, ты что-то знаешь об этой машине?

— Откуда? Меня же там и не было вовсе.

Но Джессика схватила подругу за руку.

— Не скрывай от меня ничего, я же вижу, что что-то не так с тобой.

Но Вики, оберегая покой подруги, решила ничего не говорить Джессике о разговоре с телефонным психом. Бедняге и так хватило приключений. Попасть под машину, получить сотрясение мозга — это вам не шутки. Зачем ей еще знать об угрозах в адрес Вики?

— Я просто очень переволновалась за тебя, Джессика, — сказала Вики, поцеловав ее в щеку. — А мы сегодня съемки закончили, отсняли последние кадры. Так что я сейчас свободная девушка и смогу приходить к тебе в больницу хоть каждый день.

— Что-то я по поводу этого в твоем голосе радости не чувствую, — заметила Джессика. — Жалеешь, что карьера телезвезды так быстро закончилась?

Вики помотала головой.

— О карьере я не жалею, а вот о другом — да, — мечтательно произнесла она.

— О Мэтью Фросте. Я права?

— Ничего же от тебя не скрыть, — покраснев, сказала Вики.

— Неужели ты и вправду в него влюбилась? — удивилась Джессика. — Тебе же никогда не нравились смазливые парни.

— Не нравились, — сразу же согласилась Вики. — Но, понимаешь, Мэтью совсем другой и ведет себя не как обычный смазливый парень.

— Он что, к тебе даже не приставал? — Глаза Джессики расширились от удивления.

Вики только покачала головой.

— Да, дела… — протянула Джессика. — А может, с ним что-то не в порядке?

Вики рассердилась:

— Не говори ерунды! Неужели ты думаешь, что на свете нет порядочных парней?

— Среди красавчиков нет, — категорично заявила Джессика. — Им природой наказано быть наглыми бабниками. Вики, ты сама так раньше говорила.

— Я?

— Ну да, — подтвердила Джессика. — Помнишь, когда я влюбилась в Пола Корна, красавца из старшего класса, ты так и сказала.

— Молодая я была и глупая, — засмеялась Вики. — Мне простительно.

Вдруг улыбка сползла с лица Джессики. Улыбка эта была хоть и не слишком веселой, но она все равно как-то освежала лицо. Сейчас же Вики увидела, как бледна Джессика, и душа ее наполнилась жалостью.

— Вики, а как же Патрик? — спросила Джессика.

— А что Патрик? — не поняла Вики.

Немного помолчав, Джессика сказала:

— Неужели ты не видишь, как он к тебе относится? А ты на его глазах заводишь отношения с Мэтью.

— Ерунда, — остановила подругу Вики. — Никак он ко мне не относится. Вернее, относится как к старому, проверенному другу.

— Ну и глупая же ты, Вики.

Вики пробыла с Джессикой до самого вечера. Медицинская сестра, несколько раз заходившая в палату, намекала, что посетители больной в тягость, но, заметив умоляющие взгляды подруг, махнула на больничные правила рукой. Ушла Вики из больницы, только когда в палате появился мистер Кисси.

— Все, девочки! — воскликнул он с порога. — Рекламный ролик почти готов. Осталось кое-что подправить звукооператору, и все, можно показывать заказчику. — Он подошел к дочери, наклонился и нежно поцеловал. — Как ты, малышка? Не скучала?

— Все в порядке, папа, — ответила Джессика. — Вики со мной, разве могла я скучать?

Мистер Кисси повернулся к Вики.

— Спасибо тебе, что не оставила Джессику в такой день.

— Ну что вы, — смущенно пробормотала Вики.

Если бы мистер Кисси только знал, что в случившемся с его дочерью, пусть и невольно, но все-таки виновата она, Вики, он бы с ней разговаривал совсем по-другому.

— Джессика, тебе просто повезло с подругой. — Мистер Кисси пододвинул второй стул к кровати дочери. — Ты бы видела, как она отлично смотрится на экране! Мы сегодня с Мэтью, нашим оператором, целый день любовались.

При этих словах Вики почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Они с Мэтью любовались… Ею любовался Мэтью. О, если бы мистер Кисси знал, что значат для нее его слова!

— Да и Патрик хорош, — продолжил, не заметив смущения девушки, мистер Кисси. — Они просто созданы для танца. Что один, что вторая начинают просто светиться при первых же звуках музыки. А какие движения… Полная гармония, полная слаженность.

— За это миссис Лоран благодарить нужно, — совсем засмущалась Вики. — Она на нас столько сил и времени потратила. Да и не только, она в нас свою душу вложила.

— А я уже поблагодарил, — поспешил уверить Вики мистер Кисси. — Еще с телестудии ей позвонил, поблагодарил ее за то, что порекомендовала именно вас. И пригласил на презентацию.

— Папа, что за презентация? — заинтересовалась Джессика. — Почему ничего не знаю?

— Ну как же, — усмехнулся мистер Кисси. — По случаю окончания съемок. Заказчик устраивает, обычное дело.

— Ну вот, а я не попаду, — опечалилась Джессика.

— Она же не последняя, — успокоил дочь мистер Кисси. — На следующей повеселишься. — Он повернулся к Вики. — Так что готовься, девочка, к празднику. Ведь ты на нем будешь принцессой.

Вики засмущалась совсем.

16

— Патрик! — Вики просто захлебнулась от возмущения. — И как ты себе это представляешь?

Патрик, ковыряя носком ботинка землю между плитами тротуара, пожал плечами и ухмыльнулся.

— Очень просто, — спокойно сказал он. — Я не хочу, а значит, не пойду на презентацию. Я думаю, что праздник вполне состоится без меня.

— Но ты же получил пригласительный билет! — Голос Вики был наполнен негодованием. — Тебя же ждут, на тебя рассчитывают.

— Все! — резко сказал Патрик. — Оставим этот разговор. И чтобы в дальнейшем не возвращаться к нему, я хочу расставить точки над «i». На съемку в рекламном ролике я согласился только ради тебя, добросовестно отработал перед камерой, выполняя все указания дилетантов. По-моему, ко мне не может быть никаких претензий. Или я ошибаюсь?

— Все так, — вынуждена была согласиться Вики. — Но…

Патрик остановил ее движением руки.

— Никаких но, — произнес он таким тоном, что Вики расхотелось с ним спорить. — Я сказал, что не пойду, значит, не пойду.

Ну и пусть, ну и ладно. Вики обиделась на Патрика. Она на него очень рассчитывала, думала, что именно с ним отправится на презентацию, устраиваемую заказчиком рекламы.

Говорили, что на организацию праздника хозяева супермаркета «Икс-пенни» средств не пожалели. Приглашение получили не только все члены съемочной группы, но и представители администрации города, и другие уважаемые люди.

По сценарию праздник начнется в демонстрационном зале телестудии, где приглашенным будет показан рекламный ролик. Потом все переместятся в банкетный зал, в котором, как полагается, будут столы с угощением.

Вики понимала, что на такие праздники лучше приходить с партнером. И вот Патрик отказался. Она, может быть, и простила бы Патрика. Если бы не другое «но»: на вечеринку отказался идти и Мэтью Фрост. Вот по этому поводу Вики расстроилась всерьез.

В своих мыслях она уже напридумывала, как проведет этот вечер с Мэтью. Она представляла, как они, взявшись за руки, войдут в демонстрационный зал, как во время просмотра рекламного ролика Мэтью будет нашептывать ей на ухо, что она просто очаровательна в танце, как они выпьют на брудершафт шампанское и, опьяненные им и близостью друг друга, станут самыми счастливыми в мире. А после вечеринки Вики обязательно уговорит Мэтью зайти к ней домой, и тогда, закрыв на ключ ее комнату, они, не исключено, сделают то, о чем без краски на щеках Вики даже и подумать не может.

И все ее планы рухнули. Мэтью получил письмо от своих родителей, которые умоляли сына приехать домой. Он не мог отказать им. Надо же было такому случиться, что ждали его родители дома именно в тот день, когда устраивалась презентация.

У Вики, безумно любящей своих родителей, даже не возникла мысль, что Мэтью может отказать своим. Вот она и думала, что, раз Мэтью уезжает из города, на праздник она отправится с Патриком.

С Патриком тоже получился прокол: он уперся, как упрямый осел, и никакие просьбы и уговоры Вики на него не подействовали. Не пойду — твердил этот упрямец, и ничто его не могло переубедить.

В другое время Вики спокойно пошла бы на праздник с Джессикой, и им было бы весело вдвоем. Но Джессика еще лежала в больнице, лечащий врач только-только разрешил своей пациентке приподнимать голову с подушки. Ни о каком выходе в люди и речи не могло идти, и по этому поводу Джессика очень переживала. Она любила подобные мероприятия и обычно старалась на них по возможности присутствовать. Чтобы успокоить подругу, Вики пообещала ей обо всем подробно рассказать.

О том, какое платье надеть, Вики думала несколько дней. Несколько раз весь ее гардероб вынимался из шкафа, перебирался и складывался обратно. У Вики из головы не выходили слова мистера Кисси, который сказал, что ей, Вики, уготовлена роль принцессы на этом празднике. А принцесса должна выглядеть соответствующим образом. Ни один наряд из гардероба Вики не походил на наряд принцессы.

Миссис Хикборн, видя страдания и переживания дочери, втайне от нее переговорила с мужем, и за день до торжественного мероприятия, за завтраком, положила перед Вики чек.

— Это от нас с папой, — сказала она. — Отправляйся в магазин и выбери наконец для себя то, что тебе понравится. Не могу смотреть, как ты мучаешься.

— Мамочка! — радостно вскричала Вики и, вскочив со стула, обняла мать за шею и крепко ее расцеловала.

Она была готова такую же порцию благодарности обрушить и на отца, но тот уже ушел на работу.

К подбору наряда Вики подошла серьезно. Она обошла все более-менее приличные магазины Ламара, перемерила более десятка платьев, измучила продавщиц разными вопросами.

В конце концов она остановилась на платье красного цвета. Рассматривая себя в большом зеркале в примерочной, Вики сама видела, что платье ей изумительно подходит и подчеркивает ее фигуру. К тому же оно было почти такого же цвета, как и ее бальное платье, что Вики посчитала уместным и символичным. Ведь принцессой она стала благодаря своему танцу.

Счастливая Вики, не заходя даже домой, отправилась в больницу к Джессике. Той новый наряд Вики тоже понравился.

— Вики, ты на этом приеме будешь самой красивой, — сказала Джессика. — Я так жалею, что не увижу, как наши городские дамы будут умирать от зависти к тебе. Им придется попотеть, чтобы удержать своих мужчин около себя.

— Ты думаешь? — осторожно спросила Вики, хотя ей и понравились слова Джессики.

— Я не думаю, я уверена в этом. Так что можешь не переживать, что Мэтью и Патрик не идут на вечеринку. У тебя и без них будет полно поклонников. А они потом пусть от зависти кусают локти.

— Пусть кусают, — засмеялась Вики.

И вот этот день настал!

Вики с гордыми за нее родителями вошли в зал, заполненный разнаряженными и веселыми гостями.

— А вот и наша принцесса! — громко произнес мистер Кисси, встречающий гостей у входа. — Вики Хикборн, а с нею ее родители, мистер и миссис Хикборн. Прошу любить и жаловать!

Раздались хлопки и приветствия. Вики смущенно раскланялась. Мистер и миссис Хикборн принимали поздравления в связи с успехом дочери. Большинство из присутствующих, конечно, самого рекламного ролика еще не видели, но слухи о том, что Вики в нем великолепна, уже распространились по Ламару.

Наконец всех пригласили в демонстрационный зал, и Вики с облегчением вздохнула. Ей не слишком уютно было в ярко освещенном фойе, на глазах большого количества народа. Толпа, переговариваясь, направилась в просмотровый зал.

В зале Вики пришлось расстаться с родителями. Она села в первом ряду, отведенном виновникам сегодняшнего торжества — съемочной группе. Мистер Кисси, подхватив Вики под руку, усадил ее рядом с собой.

— Джессика мне наказала быть твоим кавалером сегодня, — шепнул он ей на ухо.

Вики лишь улыбнулась.

На сцену вышли три представителя компании «Икс-пенни», как показалось Вики, ужасно похожие друг на друга мужчины. Все в одинаковых черных, строгих костюмах, белых рубашках и, что самое странное, одинаковых галстуках в клеточку. Поочередно они выступили с речами, в которых выражали свое счастье по поводу открытия их супермаркета в славном Ламаре и надежду, что жители города по достоинству оценят работу их компании. Они же в свою очередь обещают создать все условия для удобства покупателей. Зал им недружно похлопал, и представители, выполнившие свой долг, сошли со сцены и уселись в зале.

Ведущий пригласил на сцену продюсера рекламного ролика. Сейчас зал захлопал более дружно, приветствуя мистера Кисси. Тот, откашлявшись и одернув пиджак, начал речь. Речь заняла немного времени и была наполнена словами благодарности к съемочной группе. Мистер Кисси назвал каждого поименно, коротко рассказал, какой вклад он внес в работу. Особенно теплые слова он сказал в адрес Вики Хикборн и Патрика Бланка, отметив, что без их таланта, старательности, молодости и красоты работа бы не получилась такой замечательной. Вики просто расцвела от его слов и готова была расцеловать мистера Кисси.

— А сейчас наступает торжественный момент, ради которого мы все здесь сегодня собрались, — произнес мистер Кисси. — Сейчас в зале погаснет свет, и вы сможете сами увидеть и оценить работу, на которую мы потратили столько сил и времени. Надеюсь, что вы от просмотра этого рекламного ролика получите столько же удовольствия, сколько получили мы, работая над ним.

Вики вздрогнула от этих слов. В ее голове пронеслись воспоминания о съемках ролика. Вряд ли можно говорить об огромном удовольствии, испытанном во время съемок: случилось так много неприятных моментов. Но разве стоит в этот радостный день вспоминать об этих недоразумениях? Нет, и Вики сразу же прогнала прочь все неподобающие ситуации мысли.

Мистер Кисси, сопровождаемый аплодисментами, спустился в зал и прошел на свое место. Освещение в зале стало гаснуть, аплодисменты смолкли, утихли разговоры.

Вики с волнением уставилась на экран, ожидая начала показа ролика. Она еще не видела его в окончательном варианте, поэтому сильно волновалась. Вики была уверена, что все получилось замечательно. Вернее, она старалась себя в этом уверить, но какой-то червячок сомнения шевелился внутри: а вдруг все получилось плохо? Но они с Патриком сделали все возможное, станцевали на таком подъеме, что к ним не должно быть никаких претензий.

Раздались первые аккорды музыки, белое полотно экрана засветилось, и по нему веселым галопом промчалось стадо жирафов. Затаив дыхание, Вики проводила глазами грациозных длинношеих животных, промчавшихся во весь дух по африканской саванне, и ничего не поняла. Ничего не поняли, наверно, и остальные зрители в зале, потому что вокруг не раздавалось ни голоса, ни шороха. Только звуки музыки нарушали окружающую тишину.

Первой не выдержала Люси:

— Что это? — громко спросила она, не обращаясь ни к кому конкретно.

Ее вопрос словно послужил сигналом. Отовсюду начали раздаваться недоуменные возгласы и вопросы. Вики повернула голову к мистеру Кисси и поразилась бледности его лица. Даже в полутемном зале, освещаемом лишь светом видеопроектора, было видно, что его лицо по цвету сравнялось с белизной экрана.

Вики взяла мистера Кисси за руку, и он вцепился в руку девушки, как в спасательный круг. Руки его мелко дрожали, глаза неотрывно смотрели на экран, на котором хищный лев охотился за стадом антилоп, но губы не произносили ни слова.

Кто-то со своего места закричал:

— Выключите же наконец эту ерунду!

В зале зажегся свет, видеопроектор потух. Шум в зале стих, взоры всех присутствующих были обращены к месту в первом ряду, на котором сидел мистер Кисси. Но он все так же бездумно смотрел на экран, словно не замечая, что на нем уже ничего не показывают.

— Это что, шутка? — раздался сзади мужской голос, и Вики, вздрогнув, оглянулась. Представитель компании «Икс-пенни» поднялся со своего места, взгляд его не выражал ничего хорошего.

Но от этого возгласа мистер Кисси пришел в себя. Он тряхнул головой, будто прогоняя наваждение, еще раз взглянул на потухший экран и, резво поднявшись с места, вышел на сцену. Он поднял руку, привлекая к себе внимание, и произнес:

— Вышло какое-то недоразумение. Прошу извинить за небольшую задержку. Сейчас все выяснится, и мы сможем наконец-то посмотреть наш рекламный ролик.

Сойдя со сцены, мистер Кисси направился в операторскую. Вики, обеспокоенная его состоянием, побежала за ним. В операторской она застала сцену, которая лучше всяких слов говорила о том, что произошло нечто из ряда вон выходящее. Оператор показа, красный как вареный рак, стоял опустив голову, а мистер Кисси, еще более бледный, чем был на сцене, привалился спиной к стене и потирал рукой грудь в области сердца.

— Что случилось? — выдохнула запыхавшаяся от быстрой ходьбы и волнения Вики.

Мистер Кисси в ответ лишь поморщился, а оператор пробормотал:

— Кто-то заменил кассету.

— Как же так? — прошептала Вики. — Кому это нужно?

И, словно ждал этого ее вопроса, зазвонил телефон. Вики, вздрогнув, вытащила его из сумочки и поднесла к уху.

— Вики… — прошипел уже ставший знакомым голос. — Ну как, всем мой небольшой розыгрыш понравился?

— Подонок, так это ты сделал?! — задохнулась от возмущения Вики.

— Не надо громких слов, Вики, — зло перебил ее собеседник, а мистер Кисси удивленно взглянул на девушку.

— А как же иначе тебя назвать?! — не успокаивалась Вики. — Зачем ты это сделал?

— Я же сказал, что рекламный ролик с твоим участием на экран не выйдет. Я не хочу этого.

Вики, набрав в легкие побольше воздуху, готова была высказать психу все, что она о нем думает. Но ей не дал этого сделать мистер Кисси. В одно мгновение он подскочил к Вики и буквально вырвал из ее рук телефонную трубку.

— Кто вы?! — прокричал он в трубку. — И что вам нужно?

Мистер Кисси выслушал ответ и удивленно посмотрел на Вики. Потом, прикрыв трубку рукой, спросил у нее:

— Вики, что это? Я ничего не понимаю.

— Я сама ничего не понимаю, мистер Кисси, — со слезами в голосе ответила она.

— Слушайте, вы, — вновь обратился к звонившему мистер Кисси, — в другое время я говорил бы с вами совсем по-другому. Сейчас же у меня нет времени, желания и сил. Сейчас я хочу знать, что я должен сделать, чтобы вернуть кассету с роликом.

На том конце что-то сказали мистеру Кисси, и он скривился, как от зубной боли, а потом сказал:

— Меня это не волнует. Мы можем, как вы понимаете, восстановить ролик, но это потребует определенного времени, которого, к сожалению, у нас нет. Поэтому я и иду вам навстречу и готов выполнить любое ваше желание.

От того, что лицо его осунулось еще больше, Вики поняла, что требование негодяя ему совсем не понравилось.

— Он хочет говорить с тобой. — Мистер Кисси протянул телефонную трубку Вики.

— Слушай меня, Вики, и все хорошенько запоминай, чтобы потом не говорить, что ты не поняла, — прошипело в трубке. — Ты готова?

— Да.

— Ты сейчас отправишься в отель «Крайний угол». Знаешь, где он находится?

— Знаю, — подтвердила Вики.

Она знала этот отель, находящийся недалеко от телестудии, и всегда удивлялась его глупому названию. А еще она знала, что он пользуется в городе плохой славой: владельцы отеля мало обращали внимания, кого они пускают под свою крышу.

— Так вот, — продолжил объяснять шипящий голос, — ты поднимешься на второй этаж, одна поднимешься, и войдешь в номер семь, дверь в него будет открыта. Затем возьмешь со стула черную повязку, завяжешь глаза и сядешь на этот же стул. Все понятно?

— А дальше что? — вместо ответа спросила Вики.

— А дальше… Дальше не твоя забота. Сделай все, как надо, Вики, и я сразу же верну кассету.

17

Когда Вики рассказала мистеру Кисси о требовании похитителя, он, не слушая никаких возражений, взялся подвезти ее к отелю «Крайний угол». Перед этим он позвонил своему помощнику и велел, извинившись перед гостями, распустить их по домам. Он знал, что перекладывает на плечи помощника неприятную обязанность, но отпустить одну Вики ему не позволяла совесть.

Вики была благодарна мистеру Кисси за то, что он не оставил ее одну в такую минуту, но все равно боялась. Вики раньше не приходилось общаться с неадекватными, а именно таким она считала этого типа, личностями. Самое неприятное заключалось в том, что она не знала, как он поведет себя, когда они останутся наедине. Возбужденная фантазия рисовала картины одна страшнее другой, и на подъезде к отелю Вики начала бить крупная дрожь. Ее состояние не укрылось от мистера Кисси.

— Может, не пойдешь? — спросил он, останавливая автомобиль перед входом в отель.

Вики помотала головой.

— Спасибо, мистер Кисси. — Голос ее дрожал. — Лучше вам уехать, иначе встреча может не состояться.

— Девочка, я буду рядом. — Мистер Кисси старался успокоить Вики, хотя и сам переживал не меньше нее. — Ты сразу звони, если что.

Вики кивнула, хотя и он, и она прекрасно понимали, что если что, то никакой звонок не поможет.

— Я пошла, — непослушными губами вымолвила Вики, открывая дверцу автомобиля.

Как и было обещано, дверь в седьмой номер была не заперта, даже чуть приоткрыта. Вики толкнула дверь и остановилась на пороге.

Седьмой номер был одним из самых паршивых номеров, что приходилось видеть Вики. Сразу за порогом начиналась комната, в которой, кроме стола у окна, трех стульев около него, телевизора в углу и потертого ковра на полу, ничего не было. Слева от окна был вход в другую комнату, но дверь в нее была прикрыта, и что за ней находилось, Вики не знала. Посреди комнаты стоял стул и на нем лежал черный платок, которым и следовало завязать глаза.

Оглядевшись, Вики осторожно вошла в комнату и притворила за собой дверь. В номере стояла тишина, даже звуки с улицы не проникали сквозь плотно закрытые окна. Из-за двери в другую комнату тоже не доносилось ни звука. Но Вики чувствовала, что за ней кто-то притаился. Правда, открыть ее и посмотреть, кто же там прячется, у Вики не было никакого желания.

Она подошла к стулу и взяла платок. Повертев в руках, Вики повязала его вокруг головы. Стало темно и жутко, но нарушать указания Вики не собиралась. Она чувствовала груз ответственности за всю работу съемочной группы. Ее страхи, переживания и волнения отступили на второй план, вперед вышла забота о своих новых друзьях и конечно же о мистере Кисси. Она помнила его дрожащие руки, запинающийся голос и почти мертвенную бледность, и от этих воспоминаний ей легче было пережить свой страх. А она боялась, что тут скрывать, очень боялась.

Но время шло, и ничего не происходило. Вики вслушивалась в тишину и не знала, что ей делать. Желание встать, сорвать повязку с глаз и покинуть эту комнату становилось все сильнее.

Когда это желание приобрело огромные размеры и Вики уже готова была бежать отсюда, она услышала тихий скрип открывшейся двери. Вики затаилась, даже дышать перестала.

— Вики, ты хорошая девочка, — услышала она знакомый шепот. — Ты выполнила все правильно.

— Что я должна еще сделать, чтобы ты вернул кассету? — Вики старалась говорить ровно и четко, псих не должен понять, что она боится его.

— Зачем спешить, Вики? — удивился незнакомец. — Ты вскоре все узнаешь.

Усилием воли Вики заставила себя оставить повязку на глазах. Вот он, ее мучитель, совсем рядом. Раскрытие тайны на расстоянии вытянутой руки. Причем в прямом смысле. Достаточно Вики протянуть руку, сорвать повязку с глаз, и она его увидит. Но то, что могло последовать за этим, пугало девушку. Конечно, она не верила, что он с ней сделает что-то ужасное, за себя она почти не волновалась. Но то, что кассету с роликом он точно не вернет, в этом Вики была уверена на сто процентов. Поэтому и сидела с завязанными глазами и выпрямленной спиной, боясь пошевелиться.

Чувства ее были обострены до такой степени, что Вики кожей ощущала присутствие психа в комнате. Она могла поклясться, что по дуновению воздуха определяла, когда он шевелился. И момент, когда он двинулся к ней, она уловила сразу. И сжалась в комок, не зная, чего ожидать от него. Вики услышала, как он подошел к ней и остановился в опасной близости.

— Вики, — услышала она его шепот совсем рядом и почувствовала прикосновение его руки к щеке.

Она невольно дернулась, но сразу же взяла себя в руки. В голове стучало: только не показывать страха, только не показывать страха…

— Как ты прекрасна, Вики! — Сухая, горячая рука погладила ее щеку и дотронулась до губ.

Вики охватило смутное беспокойство. Нет, не страх, нечто другое взволновало ее. Вики пыталась разобраться, что заставило ее насторожиться, но ужас, что она одна в номере с психом, что она полностью в его власти, не давал возможности мыслить нормально.

А он все ходил вокруг стула, на котором сидела Вики, время от времени дотрагиваясь до ее плеч, волос, шеи. И она каждый раз вздрагивала, когда его горячая рука касалась ее.

— Не бойся меня, Вики, — шептал он. — Я не причиню тебе зла.

Вдруг жаркое дыхание обожгло ее кожу, и Вики поняла, что он приблизил свое лицо к ней. И опять смутное беспокойство, чувство, что она упускает что-то важное, не замечает очевидное, охватило Вики.

Думай, Вики, думай! — мысленно приказала она себе. Ты должна понять. Просто расслабься и думай.

Но как расслабиться, если тебе дышат в лицо? У Вики ничего не получалось, и из-за этого она волновалась еще больше.

Незнакомец взял ее за плечи и, рывком подняв со стула, поставил на ноги.

— Вики, я хочу, чтобы ты танцевала для меня, — прошипел он ей в лицо. — Только для меня, для меня одного.

И опять на Вики нахлынуло ощущение дежавю. Это уже было в ее жизни, было. Но когда?

— Станцевать? — переспросила она. — Здесь? Сейчас?

— Да.

— Но я не могу без музыки. И у меня глаза завязаны.

— Как же без музыки? — хихикнул он. — Музыка будет. А вот глаза, пойми меня правильно, я тебе развязать не могу.

Вики услышала, как он отошел от нее, повозился, и в комнате зазвучали первые аккорды. Вики узнала танго, под которое они танцевали с Патриком в рекламном ролике.

— Давай же, Вики, — прорвался через звуки танго шелест голоса. — Я жду.

— А после того, как я станцую, ты отдашь кассету с роликом?

— Если станцуешь хорошо, Вики, я исполню все твои просьбы. Танцуй!

Вики сосредоточилась, расправила плечи, встряхнула руками и погрузилась в музыку. Вдруг оказалось, что годы тренировок и оттачивание танцевальных па до такой степени срослись с Вики, что ей не требовалось видеть окружающее. Тело само знало, куда двигаться и как реагировать на каждый такт. Танго в полной темноте возбуждало Вики, ей хотелось только одного — танцевать. И ее совершенно не интересовало сейчас, что единственным зрителем ее танца был ненормальный незнакомец, почему-то вбивший себе в голову, что танец Вики должен принадлежать только ему одному.

Вики танцевала, забыв обо всем и обо всех. Существовали только она, музыка и танго. Сейчас она была не в убогом номере сомнительной гостиницы, танцевала не для одного человека, нет, она была на танцполе и выступала перед огромным числом зрителей. Как раньше, как в то время, когда выступала в концертах вместе с Патриком.

И вдруг Вики застыла на месте. Она поняла, откуда это дежавю, преследующее ее, как только она вошла в эту комнату. И Вики стало жутко.

Она вспомнила автобус, направляющийся к месту съемки, Патрика, сидящего рядом с ней.

— У тебя новый одеколон? — спросила тогда его Вики.

— Да так, — ответил он. — Мама на распродаже купила.

Она узнала запах одеколона. Это был запах Патрика! Вот что ее беспокоило, вот что волновало.

— Что случилось? Почему ты остановилась? — прошипел ее мучитель.

Вики напрягла слух, пытаясь уловить в шипении знакомые нотки. Но у нее ничего не получилось. Как она ни вслушивалась, голос все равно был незнакомым. Или Патрик оказался слишком талантливым артистом?

— Почему ты не отвечаешь? — не отставал он от Вики. — Ты что-то задумала? Не советую, Вики. Узнав лишнее, ты не выйдешь из номера.

Он ничего не посмеет со мной сделать! — стучало в голове у девушки. Но нормальный инстинкт самосохранения не позволял ей сделать решительный шаг. Вернее, жест — сорвать повязку с глаз. Она просто стояла, опустив руки, боясь пошевелиться и не зная, на что решиться.

За нее все решил он. Вики услышала удаляющиеся шаги, звук открываемой, а затем закрываемой двери. А потом наступила тишина. Смолкла даже музыка, и лишь дыхание Вики нарушало эту тишину.

Вики сняла с глаз повязку и огляделась. В комнате никого не было. Лишь лежащая на столе кассета подтверждала недавнее присутствие в номере еще одного человека. Вики подошла к столу, взяла кассету и поднесла ее к лицу. Чуть уловимый запах так понравившейся ей несколько дней назад туалетной воды достиг ее носа.

— Этого не может быть, — вслух произнесла Вики, желая прогнать наваждение. — Это не мог быть Патрик.

Ей никто не ответил, и Вики, положив кассету в сумку, вышла из седьмого номера.

Не надеясь на успех, в фойе она все-таки подошла к портье и спросила:

— Вы не подскажете, кто зарезервировал на сегодняшний вечер седьмой номер?

Портье, не поднимая на нее глаз, ответил:

— Мы таких сведений не даем.

— Не тот ли человек, что только что вышел из гостиницы? — не отставала от него Вики.

Портье наконец посмотрел на нее.

— За последние полчаса мимо меня никто не проходил. Вы, когда входили в гостиницу, были последней.

Глаза портье казались такими честными, что Вики усомнилась в себе: а был ли с нею кто-то в седьмом номере и для кого она танцевала танго? Рука непроизвольно опустилась в сумочку. Кассета лежала там.

18

Нет ничего страшнее, когда привычный, всегда казавшийся таким надежным мир, рушится, разваливается, и ты ничего не можешь поделать.

Именно в таком состоянии и находилась Вики. Непонимание того, что же творится с ней и вокруг нее, настолько выбило ее из колеи, что домой она приползла из последних сил.

Мать и отец сразу же вышли к ней навстречу, лишь только она открыла дверь.

— Вики! — выдохнули они одновременно и посмотрели друг на друга.

— Где ты была? — Это уже добавила миссис Хикборн, ее муж просто внимательно глядел на дочь.

— Мама, папа, не волнуйтесь, — постаралась сразу же успокоить родителей Вики. — Я вернулась, и со мной все в порядке.

— Нет, не в порядке, — отрезала мать. — Когда так бесславно закончилась презентация рекламного ролика и всех попросили расходиться по домам, тебя в зале не было. Потом нам позвонил мистер Кисси и сообщил, что ты задерживаешься. Мы не знали, что с тобой, и очень волновались, а твой телефон не отвечал.

— Но сейчас-то вы видите, что со мной все в порядке, — улыбнулась Вики.

— Сейчас видим, — кивнула мать. — Но мы с отцом все-таки хотели бы знать, где ты была.

Вики немного подумала, как бы сообщить, где она была, чтобы не соврать и чтобы не расстроить родителей. Не придумала ничего иного, как просто сказать:

— Я ездила за кассетой с рекламным роликом.

— Почему ты? Почему не кто-то другой?

— Ну так получилось. Все, я очень устала и больше не хочу об этом говорить. — Она подбежала к родителям и поцеловала их обоих по очереди в щеку. — Не переживайте, все хорошо! — сказала Вики и, во избежание дальнейших расспросов, быстро скрылась в своей комнате.

Там она первым делом сняла платье. Потом долго стояла под душем, стараясь смыть грязь сегодняшнего вечера. Лишь после этого позвонила мистеру Кисси и сообщила, что кассета у нее. И, извинившись, что говорить сейчас не может, положила трубку.

Вики долго сидела у телефона и бездумно смотрела на него. Потом все-таки решилась и набрала номер Патрика. Она не знала, что ему скажет, о чем спросит. Вики просто хотела услышать его голос, будто бы, услышав его, сразу определит, он ли был в номере гостиницы. Но слышала лишь длинные гудки, никто не брал трубку.

Отсутствие Патрика дома внесло в мысли Вики еще большую смуту. То, что его нет дома, показалось ей подозрительным.

Вики чувствовала себя одинокой и потерянной. Вдруг оказалось, что ей своими проблемами и поделиться-то не с кем. Родителей волновать не хотелось, Джессика больна, Мэтью уехал к родителям и оказался вне досягаемости. Патрик… О Патрике ей и думать было страшно. И вдруг на ум пришло, что она могла бы поговорить с миссис Лоран.

Взглянув на часы, было начало девятого, и решив, что еще не слишком поздно для визита, Вики, стараясь ступать неслышно, пробежала к входной двери и выскочила на улицу. Она не хотела, чтобы родители знали, что она покинула дом. Пусть думают, что она так и сидит в своей комнате.

Когда Вики позвонила в знакомую дверь, та сразу же распахнулась, словно миссис Лоран ждала ее.

— Вики, дорогая, проходи! — радостно воскликнула миссис Лоран. — Я так рада, что ты заскочила ко мне.

— Извините, я так поздно, — пробормотала Вики, отвечая на приветственный поцелуй любимой учительницы.

— Ну что ты, что ты, — успокоила ее та, пропуская в комнату. — Тем более мне так хочется узнать последние новости.

— Новости? — не поняла Вики.

— Да, — кивнула миссис Лоран, усаживаясь на мягкую софу в викторианском стиле и приглашая Вики сесть рядом. — Весь Ламар озабочен случившимся на сегодняшней презентации.

Конечно же миссис Лоран была среди приглашенных на просмотр. Вот и хорошо, Вики не придется вводить ее в курс дела. Она и так все знает.

— Чего только не говорят об этом, — продолжила миссис Лоран. — Руководство телестудии в панике, заказчики в гневе. Они считают, что это происки конкурентов, пытающихся сорвать открытие супермаркета. Вот я и хочу услышать последние новости из твоих уст. Что-то мне подсказывает, что ты о случившемся знаешь больше остальных.

— Почему вы так думаете? — удивилась Вики проницательности миссис Лоран.

— Просто интуиция подсказывает. А еще у меня имеются глаза. Я видела, как ты вместе с мистером Кисси покинула демонстрационный зал. Или я ошибаюсь?

Вики, помолчав пару мгновений, произнесла:

— Увы, нет. Вы не ошибаетесь. Все это произошло из-за меня.

И Вики рассказала миссис Лоран о странных звонках, о странном типе, не желающем, чтобы рекламный ролик с танцующей Вики вышел на экраны, о неприятностях, преследующих съемочную группу, о трагедии с Джессикой. Но она умолчала о своих подозрениях в отношении Патрика, ее разум до сих пор не мог допустить в себя этот почти очевидный факт.

— Понимаете, это все из-за меня! — выкрикнула в конце своего рассказа Вики. — И я не знаю, что мне делать.

Последние слова Вики произнесла тихо, но миссис Лоран отлично их услышала.

— Да-а… — протянула она. — Интересная история получается. Но мне кажется, что на этом она не заканчивается. Ты не рассказала, что произошло сегодня. Что остановило тебя, девочка?

— Страх, — промолвила Вики. — Страх, что в этом деле замешан один человек.

— И кто же этот человек? Я его знаю? — Голос миссис Лоран звучал озабоченно.

— Да, — тихо, очень тихо прошептала Вики. — Патрик.

Миссис Лоран удивленно вскинула брови, но не промолвила ни слова, ожидая, что Вики продолжит. Вики рассказала ей все, что произошло в седьмом номере отеля «Крайний угол». Рассказала о своем желании помочь мистеру Кисси, о том, как пришла в номер отеля, о том, как танцевала танго в темноте, и о запахе знакомого ей парфюма.

— Там был он, понимаете, там был Патрик! — в конце рассказа выкрикнула Вики.

— Или тот, кто хотел бы, чтобы ты так подумала, — добавила миссис Лоран.

Вики удивленно взглянула на миссис Лоран и подумала, что она вполне может быть права. Хотя, как ни крути, но в этом деле существуют всего лишь два варианта: в номере отеля был или Патрик, или тот, кто хотел, чтобы его приняли за Патрика. Причем тот, второй, если он, конечно, существует, знает слишком много. Например, о парфюме, которым пользуется Патрик. А значит, человек лично с ним знакомый. Чтобы жить спокойно, Вики обязана разрешить эту головоломку, выяснить все до конца, вытащив правду, какой бы она ни была, наружу.

— Я пойду к Патрику, — встав с софы, сказала Вики. — Я должна с ним поговорить.

— Хочешь, я схожу с тобой? — предложила миссис Лоран.

— Нет, я сама, — отказалась Вики.

Не хватало еще и других загружать своими проблемами. Это ее дело, и именно она должна довести его до конца.

— Как знаешь, девочка, — согласилась с ее решением учительница танцев. — Но я все-таки не верю, что в номере отеля был Патрик, и не верю, что все эти подлости творил Патрик. Не мог он так поступить.

Дверь открыла миссис Бланк, мать Патрика.

— О, Вики! — воскликнула она, увидев на пороге девушку. — Проходи. Я так рада тебя видеть.

— Вы извините, что я так поздно, — пролепетала Вики, не зная, что еще сказать обрадовавшейся ее приходу женщине. — Я бы хотела поговорить с Патриком.

Миссис Бланк отступила в сторону, пропуская Вики в дом.

— Поговорить с Патриком? — переспросила она. — А его нет дома.

Нечто подобное Вики и рассчитывала услышать.

— А вы не знаете, где он?

Миссис Бланк удивленно спросила:

— А разве вы с Патриком не вместе были на презентации вашего фильма?

Пришла пора удивиться Вики. Она покачала головой и сказала:

— Патрика не было на презентации.

— Странно. Он мне сказал, что пойдет туда. Даже меня звал, но я отказалась. Хотя потом и пожалела, что не пошла. А где же он?

— Я сама его ищу, — промолвила Вики. — Я вам звонила несколько раз, но никто не брал трубку.

— Я только недавно вернулась домой, так что ничего удивительного, — ответила на это миссис Бланк. — Но где же Патрик?

Волнение женщины передалось Вики. В голову сразу же полезли дурные мысли: а не случилось ли с Патриком чего-нибудь плохого? Возникло желание куда-то бежать, искать Патрика. Может быть, она так и сделала бы, но в это время раздался звук открываемой двери и голос Патрика возвестил на весь дом:

— Мама, я вернулся!

Патрик протопал в гостиную и остановился на пороге.

— Вики? — спросил он. — А ты что тут делаешь?

— Патрик! — одернула его миссис Бланк. — Разве можно с такими вопросами обращаться к гостям? Ты уж, Вики, извини его, совсем забыл о правилах хорошего тона.

Патрик что-то буркнул, но Вики, сидящая на диване, не разобрала. Она во все глаза смотрела на Патрика, словно на его лице могла прочитать ответ на мучивший ее вопрос: он ли был в седьмом номере отеля «Крайний угол»?

— Мать, я есть хочу, — сказал Патрик, повернувшись к миссис Бланк. — Приготовь что-нибудь.

Миссис Бланк ушла на кухню, а Патрик, словно не замечая Вики, прошел мимо нее к телевизору, включил его и шлепнулся на стул. И все это молча, не говоря ни слова. Вики тоже молчала, ругая себя последними словами за то, что притащилась к Патрику домой.

В конце концов первым не выдержал Патрик.

— Ну как все там прошло? — небрежно спросил он, не поворачивая головы. — Повеселились?

Вики напряглась. Он что, издевается? А может, и вправду ничего не знает?

— А ты что, не знаешь, что произошло на телестудии?

— Нет. — Патрик наконец-то повернул голову в сторону Вики. — И что же ужасного там произошло на сей раз?

В его голосе была такая издевка, что Вики нестерпимо захотелось огреть Патрика по голове.

— Презентация рекламного ролика не состоялась, — ответила Вики, сдерживая справедливый гнев.

— Понятно… — протянул Патрик. — Вот уж твой дружок расстроился, наверное.

— Какой дружок? — не поняла Вики.

— Фрост, кто же еще.

Вики покачала головой.

— Вот и ошибаешься. Мэтью еще ничего не знает. Он так же, как и ты, отказался явиться на презентацию. Ему потребовалось срочно уехать из города.

— Хм, да? — хмыкнул Патрик. — Значит, я ошибся. Мне показалось, что я его видел сегодня вечером в городе.

— Ошибся, — уверенно подтвердила Вики.

Патрик неопределенно пожал плечами.

— И почему же отменили презентацию? Неужели из-за того, что я не пришел на празднование такого знаменательного события?

— Украли кассету, — ответила коротко Вики.

— Фью! — присвистнул Патрик. — И опять это сделал твой телефонный маньяк. Угадал? Что-то он повторяется, совсем даже неинтересно.

— Что ты ерничаешь?! — взорвалась Вики, но тут же постаралась взять себя в руки и продолжила спокойным голосом: — В этом нет ничего смешного. Скандал получился огромный, ведь были приглашены уважаемые люди. А тут…

— Да… Жаль мистера Кисси. Ему-то за что терпеть выходки твоего приятеля?

— Он не мой приятель, — огрызнулась Вики. — А кстати, где ты был во время презентации?

— Ты думаешь, это сделал я?

Патрик встал и подошел к Вики. Она постаралась как можно незаметнее втянуть воздух носом, принюхаться. От Патрика пахло все тем же одеколоном. Вики невольно сжалась и отодвинулась от Патрика подальше.

— Ты мне не ответил, где ты был.

— В баре я был, пиво пил, и меня видели десятки свидетелей. Так что, подруга, твоя версия совсем не катит. Не получится у тебя списать на меня чужие грехи.

19

Вики знала, что он позвонит. Поэтому и не могла заснуть, лежала, открыв глаза и бездумно глядя в потолок. Умные мысли не приходили, а на глупые не стоило и обращать внимания. Цельная картинка, сколько Вики ни старалась, никак не складывалась, мозаика из разных событий получалась кривобокой и незаконченной. То там, то сям сияли пустыми глазницами незаполненные места. И из-за этих незаполненных мест невозможно было прочитать, что же хотел изобразить художник. В ее случае — человек, с маниакальным упрямством добивавшийся того, чтобы ролик с участием Вики не вышел на экран.

Он позвонил около двух часов ночи. Вики ответила сразу же, после первого гудка.

— Ты ждала моего звонка, Вики, — прошелестел голос. — Я рад этому. Всегда приятно, когда тебя ждут.

— Это совсем не то, что ты думаешь, — быстро сказала Вики.

— Ты совсем не знаешь, о чем я думаю, — тут же парировал голос.

Вики вздохнула:

— Вот это правда. Я не знаю, о чем ты думаешь. Я не знаю, что ты хочешь от меня.

— Не спеши. Ты все узнаешь в свое время.

— Когда?

— Скоро. Очень скоро, Вики.

— Когда? — упрямо повторила Вики.

— Тебе так хочется поскорее меня увидеть, Вики? Да, ты не будешь разочарована, — прошипел голос. — Я смогу сделать тебя счастливой.

Это вряд ли, подумала Вики и сказала:

— Так давай же встретимся.

Она жаждала этого больше всего. Неизвестность выматывала ее больше, чем страх.

— Да, мы встретимся, и ты будешь танцевать для меня танго. Только для меня, для одного меня, как ты его уже танцевала. Как же ты была прекрасна, Вики… — Голос в телефонной трубке стал совсем тихим, и Вики пришлось напрячь слух, чтобы разобрать шепот говорившего. — Ты божественна!

— Так когда мы встретимся? — остановила Вики восхищения, льющиеся из трубки.

— Я скажу тебе когда, — ответил голос, и вслед за этим Вики услышала короткие гудки.

— Псих! — в сердцах выдала она то, что думала, и то, что не смела сказать звонившему, и повторила еще раз: — Псих!

Зато после этого выдоха-выкрика ей стало легче.

Если бы несколько дней назад кто-нибудь сказал Вики, что она будет ждать звонка телефонного маньяка, она бы рассмеялась этому человеку в лицо. А сейчас она ждала, но телефон молчал.

Нет, конечно, время от времени он взрывался звоном. Звонила Джессика, которой лечащий врач уже разрешил садиться в кровати и даже спускать с нее ноги. Звонил мистер Кисси с сообщением, что рекламный ролик наконец-то приведен в полный порядок и со дня на день выйдет в эфир. На телестудии только ждали команды от компании «Икс-пенни», у которой возникли какие-то задержки с завозом товаров в новый супермаркет, и открытие его все откладывалось. А по их мнению, ролик следовало запускать буквально накануне открытия. Звонила миссис Лоран и интересовалась результатами расследования Вики. Во время разговора миссис Лоран пожаловалась, что не находит себе места от нетерпения поскорее узнать, чем же закончится поединок Вики и ее мучителя. После этого к Вики пришла мысль, что миссис Лоран, как бы она и ни стремилась к обратному, стареет, раз ее стали интересовать чужие проблемы. Звонил Патрик с каким-то глупым вопросом. Но из-за того, что они поругались буквально через пять минут после начала разговора, Вики не могла впоследствии вспомнить, что же он от нее хотел.

Из всех звонков наибольшее удовольствие доставил Вики звонок Мэтью Фроста. В Ламар он вернулся вечером следующего дня после несостоявшейся презентации и сразу же позвонил Вики. Так что ей первой пришлось рассказывать ему о случившемся. По его голосу Вики поняла, что он сильно расстроился, только она не поняла из-за чего: то ли из-за того, что всем пришлось пережить такой стресс, то ли что это приключение произошло в его отсутствие. Вики некогда было разбираться в этом вопросе, потому что Мэтью предложил ей встретиться, чтобы лучше узнать все обстоятельства дела. Как ни была Вики счастлива его приглашением, но выходить из дома отказалась. Нет, она, конечно, не сказала ему, что не может пойти к нему на свидание из-за того, что ожидает звонка телефонного психа, она просто сослалась на нездоровье. Мэтью ей поверил и пообещал завтра утром навестить больную Вики. Вики бы с удовольствием приняла его и сегодня, но настаивать не стала.

Зато после этого звонка Вики вывела мать из себя. Сначала она попросила приготовить завтра к приходу гостя вишневый пирог. Через пять минут ей пришло в голову, что пирог слишком сладкий, а банановое суфле будет в самый раз. Но туг ей подумалось, что оно не слишком сытное, и для приема Мэтью в их доме лучше подойдут кексы с изюмом. В конце концов миссис Хикборн надоели переменчивые фантазии дочери.

— Все, дорогая, — остановила она явившуюся с новой идеей Вики. — Прошу не командовать, что мне завтра готовить. Уж как-нибудь сама разберусь. Надеюсь, что твой кавалер останется доволен.

— Мама! — выдохнула с возмущением Вики. — Он не мой кавалер, он просто… просто коллега.

— Ладно, Вики, не кипятись, — успокаивающе сказала миссис Хикборн. — И не волнуйся. Встретим мы твоего гостя по высшему разряду.

Мать выполнила свое обещание. Утром Вики разбудил добравшийся до ее комнаты аромат свежеиспеченных пирожков с черносливом. Пирожки у матери всегда получались отменные, с этим Вики не спорила. Их любили все знакомые и друзья Вики, и она не сомневалась, что и Мэтью к кулинарным талантам ее матери не останется равнодушным.

Вспомнив о Мэтью, Вики быстро вскочила с кровати, не забыв проверить пропущенные звонки на телефоне (а вдруг проспала?), и умчалась в ванную.

На приведение себя в подобающий вид для встречи Мэтью Вики потратила почти два часа. Вики несколько раз накладывала макияж и безжалостно смывала его — он казался ей то слишком незаметным, то слишком вульгарным. Вся одежда из шкафа была перенесена на кровать и переложена с одного места на другое раза три.

После долгих мучений она наконец остановилась на сарафане светло-бирюзового цвета. Миленько и со вкусом. Вики знала, что он ей идет, делает привлекательной. И к тому же не выглядит слишком неуместным дома. Выбранный сарафан определил и макияж — чуть-чуть подчеркнуть глаза, несколько прикосновений пуховкой к щекам и минимум губной помады.

Когда Вики вышла из своей комнаты, мать ахнула:

— Какая же ты у меня красавица! — А потом, горько вздохнув, добавила: — И совсем уже взрослая.

Вики подбежала к ней и чмокнула в щеку.

— Для тебя я всегда буду маленькой девочкой, ведь правда? — спросила она, схватив с блюда горячий пирожок.

— Будешь, будешь, — подтвердила мать. — Но грустно сознавать, что твою маленькую девочку уже больше волнует встреча с молодым человеком, чем мать.

— Знаешь, мама, — мечтательно проговорила Вики, усаживаясь за стол, — ты сегодня сама увидишь, какой Мэтью замечательный. Он тебе обязательно понравится.

— Ох, горю нетерпением поскорее с ним познакомиться, — сказала миссис Хикборн, вытаскивая очередную порцию пирожков из духовки.

Вики стащила еще один пирожок. Но не успела она откусить и кусочка, как зазвонил телефон. Вики, взглянув на дисплей, выскочила из кухни.

— Алло! — произнесла она.

Вики так долго ждала этого звонка, но все равно он застал ее врасплох. Раздался тогда, когда был совершенно не нужен. Состояние, в котором она находилась, ожидая Мэтью, не располагало к разговору с тем, кто позвонил. Из-за этого ее ответ прозвучал грубо.

— Вики, — прошипел голос. — Неужели ты не рада моему звонку?

— Что ты хочешь? — оборвала его Вики.

— Ты же знаешь, тебя, — протянул противный голос.

— И что?

— Ты что, Вики, забыла, как умоляла меня о встрече? Вот я и готов с тобой встретиться. Мы встретимся, Вики.

— Я не могу сейчас, — ответила она. Вики жаждала этой встречи и ужасно боялась ее, и это двойственное состояние выводило ее из себя.

— Не сейчас, Вики, — хрипло произнесли в трубке. — Вечером, в шесть часов. В парке.

— Как я тебя узнаю? — быстро спросила она.

— Я сам к тебе подойду, — услышала Вики, а затем последовали короткие гудки.

Вики глубоко вздохнула и провела ладонью по лицу. Вот и все, сегодня она с ним встретится, мучительная загадка развеется и больше не будет ее преследовать. Только бы дождаться вечера, а там будь что будет.

Вики прислонилась спиной к стене. Ее прохлада принесла ей облегчение, и хотя лицо ее пылало, но в голове царила небывалая ясность. Вот только бы она не затуманилась до вечера, и тогда Вики встретит его, отравлявшего ей столько времени жизнь, во всеоружии.

— Вики, кто звонил? — послышался из кухни голос матери, и он вернул Вики в реальность.

— Это мне, мама, — неопределенно ответила она, возвращаясь в кухню.

Объяснять кто, зачем и почему Вики не хотелось. Тем более с минуты на минуты должен был явиться Мэтью Фрост.

Он оказался пунктуальным.

— Мама, ну как? — Вики ворвалась в гостиную, где мать, устроившись на диване, смотрела телевизор.

Она только что проводила Мэтью, и ее чувства просто рвались наружу. Сегодня они целовались, и это было неописуемо.

После обеда, во время которого гость почти не притронулся к еде, Вики с Мэтью уединились в комнате. Мэтью с интересом рассматривал комнату Вики, и ей стало стыдно, что она такая по-девичьи наивная: на стенах плакаты любимых музыкальных групп, на полочках любимые с детства игрушки, на кровати покрывало с персонажами мультиков. Что он о ней подумает? Решит, что она еще совсем девчонка.

— Мило тут у тебя, — сказал Мэтью, и Вики покраснела от удовольствия.

Вики удивлялась сама себе, в присутствии Мэтью она сегодня краснела не переставая. Покраснела, когда Мэтью похвалил мамины пирожки. Потом, когда их руки неожиданно соприкоснулись, и даже когда рассказывала, что произошло в седьмом номере отеля «Крайний угол».

К встрече Вики с похитителем кассеты Мэтью отнесся с большим интересом, подробно выспрашивал, что да как. Вики без утайки рассказала ему все. Кроме одного, кроме самого главного для нее. Не рассказала она о том, что в номере уловила запах парфюма, которым пользуется Патрик. Это ее личное дело, в котором ей предстоит разобраться самой.

— Вики, и ты собираешься встречаться с этим придурком?! — воскликнул Мэтью, когда Вики рассказала о сегодняшнем звонке.

— Да, я должна, — ответила Вики. — Иначе он от меня не отстанет. А мне все это надоело.

Мэтью взял руки девушки в свои, от чего сердце Вики провалилось сначала в живот, а потом так же быстро вернулось на место.

— Это же опасно, — заботливо сказал он, заглядывая ей в глаза. — Мало ли какие мысли у того типа.

Как приятно, когда о тебе волнуются, подумала Вики и сказала:

— Ничего он со мной не сделает. Если бы хотел, то мог бы обидеть тогда, когда я была в номере гостиницы с завязанными глазами.

Мэтью кивнул.

— Это, конечно, верно. Но я волнуюсь за тебя. Хочешь, я пойду на встречу с тобой?

— Нет, что ты! — замахала руками Вики. — Я должна идти одна, иначе встреча не состоится.

— Тоже верно, — согласился Мэтью. — И неужели ты не боишься?

— Боюсь, очень, — призналась Вики. — И поэтому у меня к тебе большая просьба. Встреча у нас в шесть часов. И если я не позвоню тебе до семи, то, Мэтью, пожалуйста, позвони в полицию и расскажи обо всем.

— Вики…

— Нет-нет, не волнуйся. Это я так, на всякий случай. Я думаю, нет, я уверена, что этого тебе делать не придется. Мы встретимся, поговорим и мирно разойдемся.

— Какая же ты смелая, — сказал Мэтью и притянул ее к себе.

От неожиданности Вики не удержалась и уткнулась носом в его грудь. А он отпустил руки Вики, обхватил руками ее голову и поднял лицо вверх. Их взгляды встретились и сами сказали обо всем, не понадобилось даже слов. Поцелуй длился целую вечность. Во всяком случае, так показалось Вики. А она хотела только одного: чтобы он никогда не прерывался.

Когда же он закончился, Вики опять была пунцовой. Да и у Мэтью на щеках появился румянец, а сам он выглядел смущенным.

— Прости меня, — пролепетал он. — Не удержался.

— А мне понравилось, — улыбнулась Вики.

— Правда? Может, тогда повторим?

И они повторили. И еще раз, а потом еще раз.

Душа Вики пела. Целовался Мэтью отлично, и ей хотелось бы, чтобы его поцелуи продолжались долго-долго. Но им пришлось расстаться. Вики пора было собираться на встречу.

Однако, прежде чем уйти, ей просто необходимо было узнать мнение матери о самом лучшем парне на земле, о Мэтью Фросте.

Поэтому она и забежала, проводив Мэтью, в гостиную.

— Мама, ну как?

Вики ожидала, что мать вместе с ней разделит восторг по поводу Мэтью. Но вышло все иначе. Мать взяла пульт, уменьшила звук телевизора и похлопала ладонью рядом с собой.

— Садись.

— Мама, мне некогда. Я спешу. К тебе заглянула, чтобы узнать твое мнение о Мэтью. Правда, он прелесть?

— Я бы так не сказала. Скользкий он какой-то, и взгляд у него… словно он что-то скрывает. Не люблю я таких людей, Вики.

— Конечно! — вспыхнула Вики. — Ты только своего обожаемого Патрика любишь!

— А что такого? — пожала плечами миссис Хикборн. — Во всяком случае, при общении с ним не возникает мысли, что он может нанести удар со спины.

— А при общении с Мэтью возникает, да? — парировала Вики. — Эх, мама, мама, дожила до таких лет, а в людях разбираться не научилась.

Вики обиделась на мать. Не к месту вспомнилось, что Мэтью не нравился и Джессике, и Патрик отзывался о нем презрительно.

Ну и подумаешь! Ничего они не понимают. Потом узнают, кто друг, а кто враг. И стыдно им будет за свою слепоту.

Такими гневными мыслями была наполнена голова Вики, пока она собиралась на свидание с телефонным психом. Она сама не осознавала, но гнев на мать, подругу, а заодно и на всех остальных, кому не нравился Мэтью, помог ей преодолеть страх.

Из дома она вышла почти спокойной. Если и волновалась, то чуть-чуть.

20

Выйдя из дома заранее, Вики шла медленно, не торопясь. Ее преследовало неприятное чувство, что за ней кто-то наблюдает. Она даже несколько раз оглянулась, но никакой слежки не обнаружила. Вспомнив, как сыщики обнаруживали слежку в фильмах, Вики тоже останавливалась у витрин и наблюдала за проходившим мимо народом. И опять ничего подозрительного не видела.

К парку Вики подошла без четверти шесть. Увидев, что парк полон людей, она успокоила себя, что в таком людном месте с ней уж точно ничего не случится. А всему этому народу, праздношатающемуся по парку или спешащему по своим делам, абсолютно не было никакого дела до девушки, нервно потирающей от волнения руки.

Вики стояла у центрального входа и вглядывалась в глубь парка, стараясь обнаружить кого-нибудь знакомого. Ей показалось, что среди стройных рядов деревьев, росших вдоль главной аллеи парка, она заметила Патрика, который, даже не взглянув в ее сторону, скрылся на одной из боковых дорожек.

— Пора! — сказала вслух Вики и…

— Вики!

Она оглянулась на возглас.

К ней через дорогу, обегая остановившиеся на светофоре автомобили, спешил Мэтью Фрост.

— Вики, а я боялся, что опоздаю, — запыхавшись, проговорил он, останавливаясь около нее.

— Зачем ты пришел? — нахмурилась Вики. — Мы же договорились с тобой.

Мэтью обхватил ее за шею и притянул к себе, Вики уткнулась ему в грудь. Погладив по голове, Мэтью прошептал ей в ухо:

— Разве я мог не прийти? Я так волновался. Я хочу быть рядом.

Сердце Вики сладостно сжалось при этих словах. Он хочет быть рядом! Как же это приятно слышать.

— Но он не подойдет, если увидит, что мы пришли вместе. — Вики все-таки не утратила благоразумия.

— Ты пойдешь в парк одна, — сказал Мэтью. — Просто знай, что я рядом.

Вики кивнула и подняла голову. Она так хотела, чтобы Мэтью поцеловал ее на прощание. Но тот лишь улыбнулся и произнес:

— Иди!

И Вики пошла, чувствуя спиной, что Мэтью смотрит ей вслед. Она не выдержала этого взгляда и обернулась. Выражение лица Мэтью заставило ее содрогнуться. Ей показалось, что его взгляд полон злости. Но тут он заметил, что Вики обернулась, и сразу же вновь превратился в милого и доброго парня.

Мне просто показалось, подумала Вики, списав свою ошибку на неудачный отблеск света.

Вики прогуливалась по аллеям парка почти сорок минут, но к ней так никто и не подошел. Ждать дальше не имело смысла. Или он просто обманул ее, или, заметив Мэтью, отказался от своего намерения.

Несмотря на то что она боялась этой встречи, вздрагивала всякий раз, когда кто-то подходил близко, Вики расстроилась. Надежда, что сегодня все разрешится и она наконец узнает, кто же скрывается за всеми этими звонками и преступлениями, угасала с каждой минутой.

В конце концов Вики поняла, что ждать бессмысленно. Она внимательно осмотрела разбегающиеся в разные стороны от центральной аллеи дорожки. Даже на всякий случай приподнялась на цыпочки, чтобы лучше видеть. И опять ей показалось, что среди деревьев она заметила Патрика. Она рванула в ту сторону, но, увы, то, что она приняла за своего партнера по танцам, оказалось лишь тенью, падающей от дерева в лучах заходящего солнца.

— У меня галлюцинации начинаются, — пробормотала Вики и направилась к выходу из парка.

Только она перешла улицу, как ее сзади схватили за руку. Вики непроизвольно ее отдернула и лишь потом оглянулась — за ее спиной стоял Мэтью.

— Ну как? — спросил он.

— Никак, — печально ответила Вики. — Он не пришел.

— Ну и отлично! — Мэтью обнял Вики за плечи и притянул к себе.

— Нет, не отлично. — Вики вывернулась из его рук. — Неужели ты не понимаешь, что я очень рассчитывала на эту встречу? Мне необходимо с ним встретиться. Я должна разгадать эту загадку.

— Неужели ты думаешь, что от этого станет легче?

Вопрос Мэтью заставил Вики задуматься: а действительно, будет ли ей легче от этой правды? Сможет ли она так же спокойно и беззаботно жить с этой правдой дальше? Но она тут же ответила себе: да, так будет лучше. Правда, какая бы она ни была, все равно лучше неопределенности.

— Да, Мэтью, мне станет, может быть, конечно, и не легче, но спокойнее.

Мэтью чуть помолчал, обдумывая ее ответ, а потом произнес:

— Может быть, ты и права. Пошли отсюда?

Вики вздохнула, еще раз оглянулась на парк и кивнула:

— Пошли.

— Хочешь, я угощу тебя кофе?

От кофе Вики не отказалась бы, хотя бы только для того, чтобы успокоиться. Она огляделась, прикидывая, какое кафе находится поблизости, но не вспомнила ни одного. Об этом она и сказала Мэтью.

— Кафе? — удивился он. — Нет, я хочу пригласить тебя к себе домой. Такой кофе, какой готовлю я, тебе не подадут ни в одном кафе. — И, заметив недоверчивый взгляд Вики, с улыбкой добавил: — Нет-нет, я говорю истинную правду: кофе я готовлю отличный.

— Я согласна. — Вики не собиралась отказываться, ведь расставаться с Мэтью вот так, посреди улицы, не входило в ее планы.

Вики никогда не задумывалась, где живет Мэтью. Оказалось, что совсем рядом с парком. Так что дошли они до дома, в котором Мэтью снимал квартиру, быстро. Около подъезда он остановился.

— Знаешь, Вики, ты первая в Ламаре, кого я приглашаю к себе в гости. Поэтому я волнуюсь. Но хочу, чтобы ты знала: это квартира чужая, я просто снимаю ее, и она совершенно ничего не может рассказать обо мне.

— Да ладно, — махнула рукой Вики. — Я думаю, что уже и без вида твоей квартиры достаточно хорошо знаю тебя.

Она произнесла эти слова машинально, не задумываясь, но, заметив проскочивший в глазах Мэтью вопрос, сразу же пожалела о своих словах.

— Никто не может знать другого человека хорошо, — отведя глаза, произнес Мэтью. — Иногда мы не знаем даже самих себя. Что уж говорить о других.

— Прости, — смущенно пролепетала Вики. — Я, наверное, не то сказала.

— Забыли, — тут же успокоил ее Мэтью. — Просто я хотел сказать, чтобы ты не делала никаких поспешных выводов обо мне по обстановке этой квартиры, которая, скажу честно, мне совсем не нравится.

Квартира, которую снимал Мэтью, находилась на верхнем этаже трехэтажного дома. Дом этот был один из самых старых в Ламаре, поэтому лифт в нем отсутствовал, им пришлось подниматься по лестнице.

Поднявшись на третий этаж, они свернули налево и остановились у первой двери. Мэтью быстро отпер дверь и распахнул ее перед Вики.

— Прошу! — торжественно произнес он.

Вики осторожно переступила порог и оказалась в небольшой прихожей, из которой вела дверь в глубь квартиры.

— Проходи, не стесняйся, — пригласил Мэтью.

Комната, в которой оказалась Вики, действительно удивила бы ее, если бы не предупреждение Мэтью. Она совершенно не соответствовала общепринятому понятию о виде комнаты мужчины. Хотя кто его знает, какой вид должен быть у комнаты мужчины.

В этой же, подумала Вики, себя уютно чувствовала бы одинокая дама почтенных лет, у которой вся радость жизни состоит в воспоминаниях о давно ушедших в мир иной людях и событиях.

Мебель была старинной, но находилась в отличном состоянии. Повсюду разложены салфеточки ручной работы, на полочках — разные статуэтки и фигурки. На стенах висели потерявшие от времени свой цвет фотографии в резных рамках.

— Ух ты! — выдохнула Вики. — Я словно в музей попала.

— Поэтому я тебя и предупредил, — серьезно произнес Мэтью. — От такого вида легко можно впасть в ступор.

— А мне нравится, — задумчиво сказала Вики. — Эта комната напоминает комнату моей бабушки. Я любила в ней проводить время, когда была маленькой и… когда бабушка еще была жива.

— Вот именно, комнату бабушки, а не комнату молодого, здорового, в полном расцвете сил мужчины, — усмехнулся, но не по-доброму, а как-то зло Мэтью. — Но главное условие хозяйки квартиры — оставить в квартире все, как есть, не убирать ни одного предмета. За такие малые деньги, что я плачу за квартиру, с этим условием я рад смириться.

Оставив Вики любоваться предметами старины, Мэтью удалился в кухню готовить кофе. Вскоре по квартире распространился такой запах, что Вики уверилась в том, что Мэтью настоящий мастер по приготовлению этого напитка.

Она вошла в кухню и опять застыла в удивлении. Кухня разительно отличалась от комнаты, в которой она только что была, и была оборудована по последнему слову техники.

— Ух ты! — опять вырвалось у Вики. Квартира ее так поразила, что, казалось, от удивления она забыла все остальные слова.

— Да, моя хозяйка большая оригиналка, — подтвердил ее удивление Мэтью. — Я даже не знаю, для чего предназначено большинство этих приборов. Зато кофеварку пользую по полной программе.

— Запах идет от кофе невероятный, — похвалила его Вики.

— Вкус будет не хуже, — без тени скромности сообщил Мэтью.

Его уверенность в себе нравилась Вики, она всегда уважала таких людей. Да ей все нравилось в Мэтью. Опасение вызывало лишь одно — она никак не могла определить, как он относится к ней. По словам, взглядам можно было подумать, что она ему нравится. Но по поступкам… Поведение Мэтью приводило Вики в недоумение. Даже сейчас, когда они находились одни в квартире, он не предпринимал никаких попыток даже поцеловать ее. И это казалось ей странным.

И тут, словно он подслушал ее мысли, Мэтью подошел к ней. При его приближении у Вики учащалось сердцебиение, а дыхание становилось все более глубоким. В тот момент, когда он дотронулся рукой до ее щеки, сердце Вики уже было готово выпрыгнуть из груди.

— Вики, ты такая красивая, — глядя ей в глаза, прошептал Мэтью, и Вики вздрогнула.

Ей показалось, будто при этих словах что-то неприятное, липкое коснулось ее. Однако она сразу же прогнала наваждение и подалась ему навстречу, ожидая, что Мэтью ее обнимет. Но этого не произошло.

Мэтью повернулся к столу, взял чашку с кофе и протянул Вики.

— Попробуй.

Вики осторожно пригубила кофе. Кофе был великолепен, о чем она сразу же сообщила Мэтью.

А потом неожиданно для себя, то ли кофе на нее так подействовал, то ли необычность этой квартиры, Вики подошла к Мэтью и, обхватив руками за шею, поцеловала его. В момент соприкосновения их губ Мэтью вздрогнул и напрягся. Вики это сейчас же почувствовала и быстро отскочила.

— Прости, — мгновенно покраснев, пробормотала Вики.

— Помнишь, я тебе как-то обещал рассказать, почему я стал вести бродячий образ жизни, — после долгого молчания наконец сказал Мэтью.

Вики, не в силах вымолвить ни слова, кивнула. Ей было так стыдно за свой порыв, что она готова была провалиться сквозь землю.

— Когда-то, много лет назад, когда я еще жил в своем родном городе и только-только окончил школу, я влюбился, — начал Мэтью, подойдя к окну и глядя на улицу, а не на Вики. — Влюбился, как мне казалось, в самую лучшую девушку на свете. Ее звали Надин. Я, не имеющий еще никакого опыта в подобных делах, после некоторых колебаний признался в любви своей избраннице. К моему счастью, она ответила мне взаимностью. Во всяком случае, я так сначала думал. Это были неописуемые дни, полные любви и счастья. Мне казалось, что я самый счастливый человек в мире. Я готов был кричать о своем счастье на каждом углу. Я так и делал, рассказывал всем о том, какая замечательная девушка моя избранница, как мы любим друг друга и какая долгая, счастливая жизнь нас ожидает. Как я был наивен! Я верил в то, о чем говорил. Не знаю, сколь долго я пребывал бы в иллюзорной эйфории, если бы один из моих друзей не открыл бы мне правду, касающуюся моей любимой.

Мэтью замолчал, молчала и Вики. Когда молчание слишком уж затянулось и Вики готова была заговорить, Мэтью продолжил:

— Представляешь, кроме меня у нее было еще несколько любовников, и она спала с каждым, и любила каждого, как любила и меня.

— Мэтью, — тихо сказала Вики, — может, все было совсем не так.

— Так! — крикнул Мэтью, резко отвернувшись от окна. — Я сам видел! Они трахались в мотеле. Она и мой хороший друг. Трахались так, что кровать подпрыгивала, а крики слышались даже на улице. И она… Она была просто безобразна, с разметавшимися по подушке волосами и задранными вверх ногами. А у моего друга пот струями сбегал по спине, а он все подпрыгивал и подпрыгивал на ней, не остановился даже тогда, когда я ворвался в номер!

Глаза Мэтью пылали огнем, руки, сжатые в кулаки, тряслись, и Вики стало страшно. Она никогда не видела Мэтью таким. Он, всегда спокойный и рассудительный, сейчас выглядел безумным.

— Мэтью, успокойся, — попросила она и, преодолев свой страх, подошла к нему и дотронулась ладонью до щеки. — Все прошло, все прошло…

Мэтью схватил руку Вики и стал покрывать ее быстрыми поцелуями. Одновременно он повторял ее слова:

— Все прошло, все прошло…

Вики стояла, боясь вырвать свою руку. Ей почему-то были неприятны его поцелуи.

Вдруг Мэтью упал перед Вики на колени, обхватил ее бедра руками и уткнулся лицом в низ живота.

— Вики, ты так прекрасна и так похожа на Надин, — услышала она шипящий голос, который уже столько раз слышала по телефону. — Ты будешь моей, Вики.

Вики дернулась, стараясь вырваться из цепких объятий Мэтью. Но у нее ничего не получилось. Он крепко обхватил ее, и вырваться не было никакой возможности.

— Мэтью, Мэтью, успокойся, — почти беззвучно шептала Вики, руками пытаясь оттолкнуть от себя голову парня.

Но ее сопротивление лишь распаляло Мэтью. Его руки пробрались под платье и стали стягивать с нее трусики. Вики до судорог свела бедра, но она прекрасно понимала, что долго сопротивляться сильному мужчине не сможет.

Мэтью же совсем потерял рассудок, его прерывистое дыхание с хрипом вырывалось из груди, его самого била крупная дрожь, с губ попеременно срывались призывы то к ней, Вики, то к неведомой ей Надин. Вики понимала, что Мэтью потерял грань между реальностью и своими воспоминаниями. Образы Вики и Надин слились в один, и этот один, общий, возбуждал его.

Сейчас его преследовала лишь одна мысль: овладеть ею, доказать свою мужскую силу над ней. Вики понимала, что сил на сопротивление у нее совсем не осталось. А Мэтью, подхватив под ягодицы, грубо поднял Вики и посадил на стол. Чашка с недопитым кофе со звоном упала на пол, но он даже не обратил на нее внимания.

Он опрокинул Вики на спину, локтем одной руки прижал к столу, а второй стал срывать трусики.

Я не должна ему поддаваться, пронеслось в голове Вики, и она, собрав все силы, согнула ногу и толкнула ею Мэтью в грудь. Тот, не ожидавший такого сопротивления, отскочил на несколько шагов. Этого мгновения Вики хватило, чтобы соскочить со стола и броситься к двери.

Но Мэтью уже пришел в себя и догнал Вики.

— Ты будешь моей, Вики, — шипел он. — Ты будешь счастлива. Надин, ты не смеешь…

Он, навалившись на нее сзади, стал клонить ее к полу.

И тут раздался стук в дверь.

— Помо… — попыталась закричать Вики, но не смогла. Мэтью зажал ей рот ладонью.

— Молчи, Вики, молчи, — шипел он ей в самое ухо. — Зачем кричать? Ведь нам никто не нужен. Мы будем только вдвоем, и нам будет так хорошо…

В дверь колотили со всей силы, но Вики уже лежала на полу, прижатая сверху Мэтью. Она не могла не только закричать, но даже пошевелиться.

Не убирая руки со рта девушки, Мэтью второй рукой перевернул ее на спину, и их глаза встретились. Нет, это уже был не Мэтью, симпатичный, милый парень, который так нравился Вики. Это был настоящий зверь, с безумными глазами и оскаленным ртом.

Этот рот стал приближаться к ее лицу, выпуская из себя слова:

— Ты будешь моей, Вики, только моей.

Вики стало так противно от мысли, что его губы сейчас коснутся ее лица, что она сумела собрать остаток сил и укусила зажимавшую ей рот ладонь. Укусила, наверное, очень больно. Потому что Мэтью ослабил хватку и зарычал.

Одновременно с этим рыком дверь в квартиру содрогнулась от сильнейшего удара. Вики услышала, как она распахнулась, и тут же почувствовала, как тело Мэтью оторвалось от нее.

Освобожденная от этого груза, Вики быстро отползла в сторону и лишь потом посмотрела, что происходит. В прихожей помимо них с Мэтью находился Патрик. Он как раз в этот момент схватил Мэтью за грудки и со всей силы швырнул его об стену. Мэтью сполз по стене на пол, а Патрик бросился к забившейся в угол Вики.

— Ты как? — Он присел перед ней на корточки и стал ощупывать.

Вики, не в силах вымолвить ни слова, заревела, уткнувшись в грудь Патрика.

— Ну все, все, успокойся. — Он гладил ее по голове, успокаивая, как маленькую девочку. — Я с тобой, Вики.

Но истерика полностью захватила Вики, и она, не реагируя на успокаивающие речи Патрика, разрыдалась так, как не рыдала никогда в жизни.

21

— Ой, Вики! — Глаза Джессики были размером с блюдце. — Сколько же тебе пришлось пережить!

Вики только что закончила свой рассказ о том, что с ней произошло. Во время рассказа Джессика крепко держала подругу за руку, не смея ее прервать, и только глаза от ужаса становились все больше и больше. Вики даже стала волноваться, как бы они не выскочили из орбит.

Патрик сидел в сторонке на стуле и с насмешливой улыбочкой наблюдал за ахами и охами подружек.

— А я тебе всегда говорила, что этот Фрост — скользкий тип, — заключила Джессика, когда ахи и охи были исчерпаны. — А ты мне не верила. Вспомни, что ты говорила: «Он самый лучший, он замечательный!» — Джессика осеклась, бросив взгляд в сторону Патрика, но не удержалась и добавила: — Вот и поплатилась.

— Ладно, — сказала Вики, — вы все меня предупреждали о нем, и ты, и Патрик, и даже мама. Конечно, вы же умные, а я глупая.

— Не глупая, а доверчивая, — поправила подругу Джессика. — А этот Фрост действительно умело прикидывался нормальным. Его вон даже папа не раскусил. Хвалил даже.

— Оператор он был отличный, — подал голос со своего места Патрик. — Вон сколько хвалебных слов в адрес рекламного ролика прозвучало, когда он наконец-то вышел на экраны. Да и я сам не сразу разгадал его. Вначале он мне казался вполне нормальным парнем.

Джессика, потеряв интерес к Вики, повернулась к Патрику.

— А как ты его разгадал? — спросила она.

— Я же говорю, не сразу. Сначала я вообще думал, что Вики про своего телефонного маньяка все выдумывает. Даже то, что случилось со мной и с тобой, списывал на случайность. Первые сомнения закрались, когда похитили материалы из студии. Ну не мог это никто посторонний сделать. Ведь и охранник на телестудии, и сигнализация. Как не заподозрить тех, кто покинул студию последними?

— Но зачем ему это было делать? — удивилась Джессика. — Я не понимаю.

— Кто может понять, что творится в голове у больного человека? — пожал плечами Патрик. — Но я окончательно прозрел, когда Вики сказала, что Фрост не пошел на презентацию, потому что уехал из города. А я его видел в Ламаре в тот вечер, и ошибиться я не мог. Зачем нормальному человеку скрывать, что он в городе?

— Кстати, — нетерпеливо перебила Патрика Джессика, — а сам-то ты чего не пошел на праздник?

— Была причина, — отмахнулся Патрик и продолжил: — После этого я заволновался не на шутку и начал следить за Вики. Я будто чувствовал, что должно что-то случиться. Вот и случилось. А дальше, как говорится, дело техники.

— Да-а… — протянула Джессика. — Вот ведь как случилось все. Но этот Фрост, кто бы подумал, бандит настоящий.

Вики покачала головой.

— Он не бандит, Джессика. Просто больной человек.

— И ты его оправдываешь? — надулась Джессика. — Конечно, бандит. Меня до больницы довел, у папы чуть приступ не случился из-за всех неприятностей на телестудии, Патрику физиономию подпортил. А то, что с тобой сотворил, вообще ни в какие ворота не лезет.

— Джессика…

— Что, Джессика?! Ты хоть представляешь, что могло бы с тобой случиться, если бы не Патрик?!

Патрик, довольный похвалой, улыбнулся, а Вики вздрогнула. Из памяти еще не полностью выветрился тот ужас, что случился с ней.

— То-то же, — поставила в разговоре точку Джессика. — Ладно, не будем о грустном. Расскажите-ка мне лучше о вольной жизни. А то в больнице мне так надоело.

— Скоро сама окунешься в эту вольную жизнь, — вновь заулыбалась Вики. — Когда тебя выписывают?

— Доктор обещал послезавтра, — ответила Джессика.

Вики и Патрик ушли из больницы, только когда медсестра попросила их дать больной отдохнуть.

— Джессика выглядит отлично, — сказала Вики. — Я рада, что все обошлось благополучно.

Они шли в сторону дома Вики. На улице стоял теплый, тихий вечер, и они совсем не спешили поскорее оказаться в конце пути.

— Согласен, — кивнул Патрик. — Ей больница даже на пользу пошла. Поправилась, пока вела лежачий образ жизни.

— Ой, ты только ей этого не скажи, — замахала руками Вики. — Джессика же озабочена своим весом.

— Хм, — хмыкнул Патрик. — Вы, девушки, странные существа. Я ей готов комплимент отпустить, а ты говоришь, что она расстроится.

— Да, нас понять сложно. Во всяком случае, догадаться о том, что мы хотим, почти невозможно.

Патрик дурашливо состроил печальную рожицу.

— И что же делать?

— Спросить нас напрямую, — улыбнулась Вики.

— Да? А это идея.

Он остановился, взял Вики за руки и, глядя ей в глаза, спросил:

— Вики, а что хочешь ты?

Вики собиралась отшутиться, но вдруг она поняла, что ее ответ для него значит очень много, что он с волнением и с надеждой ждет его, что просто шуткой в этот момент отделаться нельзя.

— Я тебе отвечу только после того, как ты мне скажешь, почему отказался пойти на презентацию.

Патрик взял Вики за плечи.

— А ты что, не догадываешься?

Вики покачала головой. Она интуитивно знала почему, но хотела услышать это из уст самого Патрика.

— Не хотел видеть, как ты танцуешь с другим, — сказал он. — А теперь твоя очередь.

И Вики сказала:

— Я хочу, чтобы мы с тобой станцевали танго. По-настоящему. Помнишь, как нас учила миссис Лоран: «Танго — это четыре ноги, две головы и одно сердце». Ты понимаешь, что это значит?

— Да, — ответ Патрика прозвучал четко и ясно. — Я тоже хочу этого.

В Ламаре еще долго ходили разговоры о том, как Вики Хикборн и Патрик Бланк, которые потеряли стыд и совесть, посреди улицы танцевали танго. Их танец был настолько темпераментен, наполнен страстью, и чувствами, и эротикой, что даже те, кто ничего не понимает в культуре аргентинского танца и не знает, что стремятся им выразить танцоры, ощущали, что здесь, посреди улицы, на глазах многих людей, в лучах заходящего солнца творится таинство, имя которому Любовь.

Content

Саманта Сноу
Танго в ночи

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21