Аделаида Котовщикова

Дед-Яга и его внучек

Страшный петух

Гриша спокойно шагал по дорожке. В руке он держал ломоть хлеба, намазанный маслом. Жевал с аппетитом.

Вдруг он судорожно глотнул и чуть не подавился. От испуга выронил бутерброд. Гриша увидел петуха.

Петух гордо стоял посреди двора и тряс красным гребнем. Огненный глаз петуха сверкал грозно и властно.

Гриша кинулся в гущу лопухов. Лопухи были высокие. Их широкие листья хорошо скрывали Гришу. Петух его не видел. И Гриша не видел петуха. И решил, что петух ушёл. Мальчик осторожно высунулся и затрусил к дому.

Но едва он отошёл от спасительных лопухов, как золотистое, зелёное с синим крыло взметнулось над ним. Твёрдый как железо клюв тюкнул Гришу в макушку.

Гриша отчаянно заревел.

Мама сбежала с крыльца, размахивая поварёшкой. Она отогнала петуха и отвела ревущего Гришу в дом.

А петух помахивал крыльями, загребал землю ногами и пощёлкивал клювом. В углу двора он исполнял победный танец.

Вскоре вернулись с прогулки Настя с тётей.

Они вошли во двор, и тётя громко закричала от испуга: что-то большое, разноцветное обрушилось на её шляпку. Это коварный петух подкрался сзади, взлетел и вцепился когтями в матерчатые цветы. Но сразу спрыгнул на землю и, вытянув шею, пустился наутёк.

Настя увидела: за петухом мчится кот Мирза. Пушистый, огромный, он гнался за петухом, прижав уши к голове и сузив глаза.

В кухне тётя села на табуретку и отдышалась.

— Как я испугалась! — сказала она. — Зверь, а не петух. И откуда он взялся? Уже неделю живём у вас на даче, а этого петуха не видели.

— Чуть он тёте голову не оторвал! — сказала Настя.

Поля засмеялась. Она была старше Насти на полгода.

Обеим осенью предстояло идти в школу. А Грише недавно исполнилось пять лет.

Мама Поли и Гриши сказала:

— Сами не знаем, откуда приходит этот петух. Уже два раза набросился на Гришу, теперь на вас… Просто беда!

Клочкастая Пилька

Настя ходила в булочную. На обратном пути заглянула в один из садиков.

На крыльце дома сидел старик, с длинной белой бородой. А перед ним подпрыгивала небольшая собака очень странного вида. Приземистая, на коротких ногах и вся какая-то клочкастая.

Приглядевшись, Настя поняла, что собака подстрижена как попало. Где выхвачен клок шерсти, где совсем ножницами не тронуто, а где целые большие проплешины выстрижены.

На ступеньке возле старика стояла тарелка с кусочками мяса. Старик взял кусочек и поднял его над головой:

— Возьми, Пилька!

Дрожа от нетерпения, собака подпрыгнула. Старик поднял руку выше. Пилька подскакивала, суетилась, визжала. Но достать мясо не могла.

Настя прижалась лицом к забору и смотрела между планками. Не выдержала и закричала:

— Дедушка! Зачем же вы её так дразните?

Старик вздрогнул и выронил мясо. Пилька поймала кусочек на лету. Послышалось чавканье.

Борода заходила у старика ходуном. Он крикнул:

— Не мешай работать!

Ни папа, ни мама, ни тётя никогда не кричали на Настю. Настя обиделась.

— Какая же это работа — дразнить собаку? — сказала она.

— Ты ещё возражаешь? — прикрикнул старик. — Вот я тебя заколдую!

Настя заморгала от удивления.

— Вы… колдун? Но разве колдуны живут на дачах?

— Они живут где хотят! — отрезал старик. — Держу пари, что сейчас ты убежишь!

Настя хотела спросить: «Почему?» Но не успела. Раздалось: «ко-ко-ко!» Из-за угла дома показался огромный петух с огненным гребнем. Тот самый!

Настя повернулась и побежала со всех ног.

Так вот кто хозяин злого петуха!

Дед-Яга

Ночью Насте стало щекотно. Она посмотрела: что такое? Кот Мирза водил длинным усом по Настиному лицу.

— Тебе чего? — спросила Настя.

Лапой Мирза отбросил одеяло и потянул Настю за ночную рубашку. Потом взял в зубы Настино платье, висевшее на спинке стула, и подал ей.

Настя оделась и обула сандалии. Кот пошёл к двери, оглядываясь на Настю. Настя пошла за ним.

Сад был залит бескрасочным светом белой ночи. Ни один листик не шевелился. Всё молчало.

Мирза прошествовал к калитке, толкнул её лапой.

— Куда ты ведёшь меня? — прошептала Настя. В этой бледной тишине отчего-то не хотелось говорить громко.

Взглядом кот приказал: «Иди!»

Улицы дачного посёлка были пустынны. Доцветали яблони. В сладкой дрёме они роняли бело-розовые лепестки, и казалось, что сыплется редкий душистый снег.

Мирза и Настя пришли к заливу. Море было нежно-сизого цвета, большое и гладкое как зеркало.

В сандалии у Насти набилось столько песку, что Мирзе пришлось ждать, пока она разуется и вытряхнет песок. Но обуваться Настя не стала. Пошла босиком, держа сандалии в руке.

У берега колыхалась на воде лодка. Мирза прыгнул в неё. Настя тоже влезла в лодку. И они поплыли по заливу.

Вскоре на горизонте показались шпили и башни.

— А, мы плывём в Ленинград, — догадалась Настя. — Но зачем? Мама с папой улетели в отпуск. А мы с тётей живём на даче. Ой, тетя проснётся, а меня нет!

Но тут они оказались не в море, а на проспекте. Асфальт холодил Настины подошвы. Глянула Настя на свои ноги, а они босые: сандалии-то она в лодке забыла.

— Я босиком на улице! — воскликнула Настя. — Это мне неприлично.

Мирза насмешливо шевельнул усами: мол, какая чепуха! И вдруг усы у него встопорщились, уши прижались к голове. Он весь распушился, стал похож на громадный полосатый шар и воинственно заурчал.

Что с ним такое? Настя оглянулась. Мамочка! Со всех сил к ним бежит старик, хозяин петуха!

— Попались, голубчики! — злорадно закричал старик. — Выслеживать меня вздумали? Сейчас до вас доберусь! Я ведь дед-яга!

Старик протянул руки, схватил Настю и Мирзу и стал их опутывать своей бородой. Мирза зашипел. Настя в ужасе закричала и… открыла глаза.

Она лежала в постели, запутавшись в одеяле, а ноги торчали голые. Белая ночь глядела в окно. На другой кровати крепко спала тётя. В ногах у Насти потягивался Мирза. Круглые зелёные глаза его сверкали.

Настя села, дрожащими руками расправила одеяло и погладила Мирзу. Шерсть у кота была влажная.

— Как хорошо, что мы спаслись от деда-яги! — сказала ему Настя.

Шершавым язычком кот лизнул Настину руку. Настя прижала к себе Мирзу и заснула.

Утром Настя вспомнила свой сон, но как-то смутно: Мирза вёл её по спящему саду, они плыли по морю, она потеряла сандалии. А потом их схватил хозяин петуха — ужас! Вот это она ясно помнила и теперь твёрдо знала: старик с бородой — дед-яга!

Антон и Карка

Во дворе испуганно заголосил Гриша:

— А-ай! Ма-ам!

— Опять петух?! — мама бросилась к двери.

Выскочили на крыльцо и Настя с Полей.

Вот так зрелище! Гриша бегает по двору, прикрывая голову руками. А над ним летает, машет крыльями… не петух, нет, — воронёнок! Чернущий, будто кто облил его тушью, большеголовый, с громадным не по росту клювом.

— Ма-а! — вопил Гриша.

— Дай сахару! — хрипло крикнул воронёнок, норовя ухватить Гришу за светлый хохолок на макушке. — Сахару! Сахару!

Внезапно он разразился хохотом: «кра-ха-ха! Кра-ха-ха!»

И над самой Гришиной головой лязгнул клювом. Как выстрелил.

Девочки застыли в изумлении. А потом невольно расхохотались.

— Кыш! Кыш! — мама подхватила с земли ветку и ею отгоняла воронёнка. — Кыш! Кыш!

— Карка! Карка! — раздался звонкий голос. — Перестань! Как тебе не стыдно!

Через забор быстро и ловко перелез мальчик лет девяти в коротких синих штанах и клетчатой рубашке с короткими рукавами.

Воронёнок оставил в покое Гришу, подлетел к мальчику и опустился на его плечо.

— Он бы не клюнул, — сказал мальчик извиняющимся тоном. — Он просто озорник.

Из окна высунулась тётя:

— Это твой воронёнок? Какой забавный! И даже умеет говорить.

— Карка, поздоровайся! — велел мальчик.

Воронёнок покосился на тётю чёрным, блестящим глазом и гаркнул:

— Спокойной ночи, дуралейчик!

Девочки покатились со смеху. Засмеялся и Гриша, вытирая кулаком слёзы. Улыбнулась и мама.

Мальчик покраснел:

— Замолчи, невежа!

Тётя тоже засмеялась — что обижаться на глупую птицу! — и спросила приветливо:

— Тебя как зовут, мальчик? Ты тут где-нибудь живёшь?

— Антон меня зовут, — ответил мальчик. — Мы с бабушкой вчера приехали. Дача наша вот за этим забором. А папа с мамой уехали в экспедицию.

— В экспедицию? — переспросила тётя.

— Потому что они геологи, — объяснил мальчик.

— А наш папа тоже с самой весны в командировке! — заявила Поля. — Он монтажник, где-то завод строит.

— Я бы с мамой-папой поехал, — сказал мальчик. — Или в пионерлагерь. Но нельзя же бабушку оставить одну!

Чучело

Бабушка у Антона была старенькая, поэтому Антон много ей помогал. Он ходил в магазин, доставал воду из колодца, подметал полы, чистил песком кастрюли. Иногда ребятам приходилось подолгу дожидаться, пока Антон освободится.

На этот раз его не было особенно долго. Уж и бабушка Антона несколько раз выходила на крыльцо и говорила:

— Куда мой Антошенька запропастился?

И вот хлопнула калитка. Антон стремительно вбежал в сад. Он весь раскраснелся, волосы прилипли к вспотевшему лбу. На плече у него сидел Карка, крепко вцепившись когтями в рубашку. Если бы Антон пустился вприсядку, Карка всё равно бы не свалился.

— Что я видел! — на бегу крикнул Антон. — Сейчас расскажу…

Он влетел в дом, сунул бабушке сумку с продуктами, снова выскочил, уже без Карки. Тот, конечно, похаживал теперь вокруг бабушки, выпрашивая что-нибудь вкусненькое.

Антон плюхнулся на траву возле ребят.

— У-ф-ф! Вот слушайте! Стою я в очереди за молоком и вдруг входит в магазин старичок с белой бородой.

Настя насторожилась:

— С бородой?

— Ага! Старичок говорит: «Пустите меня, граждане, без очереди, меня дома внучек ждёт запертый». Я, конечно, сразу пустил: «Становитесь, дедушка, впереди меня». Меня-то внучек не ждёт, правда?

Поля хихикнула:

— Ты и сам внучек.

Настя напряжённо слушала. И Гриша слушал, посасывая конфету.

— Что-то там старичок купил и вышел, — продолжал Антон. — Я купил молоко и тоже вышел. И вижу: идёт этот старичок, а рядом с ним семенит какое-то… чучело. Собака не собака, лисица не лисица. А если лисица, потому что рыжая, то — драная. Шерсть — где косматая, а где и вовсе нету.

— Вся в клочках? — быстро спросила Настя.

— Да-да. Что за странный зверь, думаю? И пошёл за ними. Навстречу девушка фокстерьера ведёт. Фоксик, как увидел чучело, так прямо… из себя вышел. Лает, с поводка рвётся. Чучело к ногам старика прижалось, дрожит. Девушка своего пса за поводок оттянула и ушла. А старик по тропинке в лес свернул. Я за ним. Иду потихоньку сзади. Карку я ещё как в магазин входил, за пазуху сунул. Чтобы все на него не пялились и не говорили без конца: «Ой, какой чёрный! Это твой?» Как будто я буду чужого воронёнка с собой таскать. Так что Карка сидел тихо. Ну, вот. Отошёл старик от дороги, сел на пенёк. А я в кустах стою. Вдруг старик как схватит чучело за загривок: «Опять испугалась чужой собаки? Вот я тебе задам!» И тут, как назло, Карка высунулся у меня из-за пазухи да ка-ак каркнет. Я его назад запихиваю. Гляжу… а уже нет никого: старик со своим зверем как сквозь землю провалился. Только кусты затрещали.

За спиной у ребят и в самом деле затрещали кусты.

Все обернулись. Настя заметила: чей-то глаз светится в чаще…

— Ой, там кто-то притаился! — прошептала она.

— Боюсь! — пискнул Гриша, придвигаясь поближе к Антону.

Антон всматривался в кусты:

— Что-то там синее… и красное…

Сердитое фырканье заставило ребят поднять головы. С крыши сарая, недалеко от которого они сидели, скакнул в кусты Мирза. И в ту же минуту из кустов взлетел петух.

Гриша зажмурился и закричал:

— Ай!

Хлопая крыльями, петух перемахнул через забор и скрылся. С недовольным урчаньем Мирза вылез из кустов. Изо рта у него торчало петушиное перо. Мирза выплюнул его с отвращением.

Это они!

— Красивый какой петух! — сказал Антон, когда всё успокоилось.

— Злю-ющий! — плаксиво протянул Гриша.

— А-а! — воскликнул Антон. — Так это тот петушище, о котором вы мне рассказывали?

— Тот самый, — кивнула Поля.

Настя нахмурилась:

— Он за нами подглядывает. Он же не простой… Хозяин у него колдун.

Антон живо к ней повернулся:

— Как колдун?

— Потому что он дед-яга. А собаку зовут Пилькой. Ты их видел в лесу. Это они! Я сразу догадалась.

— Дедов-ягов не бывает, — сказала Поля. — И бабы-яги только в сказках.

— Но так его зовут! — возразила Настя.

— Откуда ты знаешь? — спросил Антон.

— Да уж знаю… А что колдун, он сам мне сказал: «Вот я тебя заколдую! Сейчас побежишь!» Я смотрела через забор на него и Пильку. И я правда побежала…

— Инте-рес-но! — протянул Антон. — Непременно покажите мне, где живёт этот дед-яга. Сегодня же!

Первая разведка

Девочки сидели в саду на скамейке и слушали затаив дыхание.

Антон рассказывал:

— Хожу я вдоль забора и ничего такого особенного не вижу. Никого нет, всё тихо. Тогда я влез на высокую берёзу, что на улице возле дома. Оттуда весь садик и весь двор, что за домом, — всё видно. И то, что в комнате, через открытое окно тоже видно.

— А это ничего — в чужие окна заглядывать? — спросила Настя.

— Если к злодею, то ничего. В окно я увидел: дед-яга лежит на диване. Спал, если не притворялся. А эта чучельная собачонка Пилька сидит у закрытой двери…

— А петух? — спросила Поля.

— И внучек? — добавила Настя.

— Никого там больше не было. Посидел я на берёзе, слез и пошёл домой. Карку-то надо кормить. Я его запер в чуланчике. Если не спит, он бабушку, наверно, оглушил карканьем. Ненавидит запертый сидеть. Ну, ладно, побегу. Это ведь самая первая разведка… Вот если бы я мог стать невидимым и внутрь пробраться!

Антон убежал, а через несколько минут раздался его растерянный зов:

— Карка! Карка! Карка!

Удрал!

Пока Антон ходил на разведку, Карка улизнул из своего заточения.

Хитрый воронёнок жалобно кричал: «Караул!» Добрая бабушка пошла в чулан посидеть с воронёнком, чтобы ему не было скучно. Стала с ним разговаривать. Карка внимательно слушал. А сам бочком-бочком подскакивал к двери да вдруг и прошмыгнул в щёлку возле бабушкиных ног. По коридорчику скок-скок в комнату и улетел в открытое окно.

— Удрал, пострелёнок, — немножко виновато сообщила бабушка Антону. — Ничего, прилетит.

Карка ведь часто улетал, но всегда быстро возвращался.

Однако уже полчаса раздавались призывные крики Антона, а ни хриплого карканья, ни шума крыльев не слышно.

Уже и Настя с Полей кричали, бегая по садику Антона и по улице возле дома:

— Карка! Карка!

Гриша семенил за ними и тоже звал:

— Ка-арк! Ка-арк!

Побегав без толку, Антон в изнеможении сел на ступеньку крыльца и… заплакал.

Девочки подошли близко и стояли смущённые. Так непривычно было видеть решительного, весёлого Антона в слезах.

Гриша сопел, выпятив живот. Потом сказал:

— Плачет…

Настя легонько дёрнула его за руку.

Бабушка высунулась из окна и сказала:

— Да найдётся, найдётся!

Антон вытер кулаком глаза, встал и, ни на кого не глядя, отправился на улицу.

И опять раздалось:

— Карка! Карка!

Крики Антона удалялись…

Девочки ушли в свой двор. Стали нехотя играть в мяч. Чем-то надо было заняться.

Зеленое пугало

Мяч откатился в сторону. Настя побежала за ним. Вдруг сзади закричала Поля:

— Ай! Что это?

Настя смотрит, а низко над землёй какой-то зелёный с чёрными пятнами комок летит. Вот комок упал на землю и побежал, разинув клюв. Птица какая-то…

Из клюва вырвалось жалобное:

— Кра-а!

— Карка! — Настя кинулась к зелёному комку.

Обе девочки опустились на колени перед ставшим таким странным воронёнком.

— Почему он зелёный? — прошептала Поля.

— Вымазался в чём-то…

Девочки вскочили на ноги и дружным хором закричали изо всех сил:

— Антон! Антон! Нашёлся! Нашёлся! Антон! Антон!

Антон примчался вихрем. Метнулся к Карке, схватил его в обе руки и завопил:

— Керосину! Скорей! Это масляная краска! Бабушка-а! Керосину давай!

Мама и тётя поспешно спустились с крыльца.

Тётя разахалась:

— Неужели пропадёт такой замечательный воронёнок? Ведь это очень опасно, засохшая краска дышать не даёт.

— А чем-нибудь керосин заменить нельзя? — спросила мама.

Гриша совался всем под ноги. На подоконнике лежал Мирза и с недоумением взирал на зелёного воронёнка.

Бабушка подошла к забору:

— Говорила я тебе, Антоша, что найдётся этот чернущий, а ты плакал…

— Бабушка! — взмолился Антон. — Не трать время на разговоры! Керосин у тебя есть?

— Керосин? А как же! Вдруг газ испортится, а у меня примус под рукой. Керосину тебе? Так бы и сказал.

— А я о чём твержу? Скорей, бабушка, миленькая, скорей!

Бабушка заторопилась в дом и вскоре вернулась. Тётя взяла через забор из бабушкиных рук бутылочку с керосином. Мама принесла чистых тряпок.

— Пугало ты несчастное! — приговаривал Антон, оттирая намоченной в керосине тряпкой Каркины перья. — Зелёное пугало! И как он добрался? Ведь перья слиплись.

— Он еле-еле летел, — сказала Настя. — А потом и совсем упал на землю.

Постепенно Карка становился всё чернее.

— Не успело крепко засохнуть! — Радовался Антон. — Зелёное ты моё пугалишко!

Карка взмахнул крыльями и крикнул:

— Чтоб тебя черти разодрали!

Все расхохотались.

— Уже лучше ему, — сказала тётя. — Голос обрёл.

— И где он таких худых слов набирается, не понимаю, — пробормотал Антон. И воскликнул: — Ой, вспомнил, где я видел такое зелёное! Забор у старика в доме напротив выкрашен в зелёную краску. Там и ведро с краской стояло возле забора. Ох, если б я мог стать невидимым!

Непонятности в петушином доме

Дед-яга сидел за столом и расчёсывал свою длинную бороду, раздумывая, кого бы ею опутать. Пилька дрожала под столом. Она чувствовала себя заколдованной, только не могла догадаться, кто она на самом деле: принцесса или просто рыжая девочка, которая заблудилась в лесу и была поймана дедом-ягой?

Была ночь, но дед-яга не спал. Свеча освещала раскрытую книгу с колдовскими правилами. Дед-яга их изучал.

Вдруг само распахнулось прикрытое окно. Беспокойно завозилась Пилька.

— Наверно, поднялся ветер, — сказал дед-яга и прислушался: — А это что значит?

Под столом раздавалось чавканье.

— Ты так громко съела блоху? — удивился дед-яга и заглянул под стол.

Какая там блоха! Пилька с аппетитом уплетала колбасу.

— Ах ты воровка! — закричал дед-яга. — Украла у меня колбасу!

Пилька выскочила из-под стола и забилась в угол.

Дед-яга хотел броситься и отлупить Пильку. Но что это? Он не может отойти от стола. Мало того — голова его дёрнулась вниз.

— За что я зацепился? — в ярости закричал дед-яга.

Поглядел, а кончик его бороды крепко-накрепко привязан к ножке стола. Да ещё и вымазан масляной краской.

— Ко мне забрался какой-то волшебник! — вскричал дед-яга. — Но я сильнее! Сейчас узнаю, как поступить в таких случаях. — Он стал листать книгу, чтобы вычитать из неё про средство против такого волшебства, когда борода привязана и вымазана.

Тут послышался приглушённый смех. И свечка погасла, будто кто-то дунул на пламя. В то же время дед-яга почувствовал, что его дёргают за бороду. И довольно сильно.

— Петух! Петух! На помощь! — в ужасе крикнул дед-яга.

Грозное «ко-ко-ко!» стремительно приближалось. Вот оно уже под самым окном…

«Беги, Антон! Скорей беги!» — мысленно торопит Настя.

Ведь это Антон, став невидимым, пробрался в петушиный дом. Но у петуха отличный слух: он может найти невидимку по шороху. Страшная опасность угрожает Антону…

Насте самой стало страшно от её выдумок. Она закуталась с головой в одеяло, вся скорчилась.

Вот не могла сразу заснуть, всё думала-думала и навыдумывала…

Нахальное вторжение

Мама и тётя ушли в гости. Гришу они взяли с собой.

— Посидите одни, — сказала мама Поле и Насте. — Вы уже большие девочки. Обедом вы накормлены, колодец закрыт, газ и электроплитка выключены. Спичек вы зажигать не будете: знаете, что нельзя. Бабушка Антона дома. Да и Антон с вами поиграет.

Если бы так! Но Антон тоже куда-то убежал.

— Раз все нас бросили, будем читать, — решила Настя.

Девочки уселись на скамейку под окном. Настя стала читать Поле вслух. Она уже хорошо умела читать. А Поля знала буквы, но не все.

С полчаса они читали сказки. Вдруг из дома донёсся какой-то шум. Что-то в комнате стукнуло, звякнуло.

— Там же никого нет! — с недоумением сказала Настя.

— Может, забрались воры? — Поля побледнела. — Ой, что нам делать?

В доме непонятно хлопало, шуршало. Внезапно мяукнуло тягуче: «мя-а-а-у-у-у!»

И сразу заклокотало: «ко-ко-ко!»

— Там, кажется, петух! — Поля схватила Настю за руку и потащила её прочь от дома.

— Кажется, Мирза с ним сражается! — проговорила Настя на бегу.

Девочки спрятались за дерево и оттуда выглядывали. Вовремя они убрались. Прямо на скамейку вывалился из открытого окна петух — все перья дыбом, — спрыгнул на землю и понёсся по двору.

Потом из окна выпрыгнул взъерошенный, разъярённый Мирза и погнался за петухом. Но тот уже перелетел через забор. Мирза досадливо заурчал и сел, вертя пушистым хвостом.

Девочки вышли из-за дерева.

Всё мама с тётей предусмотрели: спички, колодец, газ, а о петухе забыли. В последнее время он почему-то не появлялся.

Но видно, петух шпионил незаметно, высматривал и подслушивал. Дождался, когда все взрослые ушли и вот — пожалуйста! — прямо в дом забрался. Конечно, его подослал дед-яга.

Настя предложила неуверенно:

— Пойдём поглядим, что там сделалось в комнатах…

Поля помотала головой:

— Страшно одним… Если б с Антоном!

И как раз за забором весело прозвучало:

— Эй! Как вы поживаете?

— Может быть, в доме всё разбито, — мрачно сказала Настя.

— Потому что петух забрался! — подхватила Поля. — И чуть нас не заклевал. Хорошо, что мы успели убежать.

— Ну-у? — Антон поспешно перескочил через забор и побежал в дом. Девочки с опаской пошли за ним.

Одна маленькая вазочка валялась на полу разбитая, и один стул был опрокинут. А Настя с Полей думали, что ни одной целой вещи не осталось. На диване лежали три петушиных пера и клок шерсти.

Антон поднял стул, подобрал осколки стекла:

— Вот так нахальное вторжение! Но мне здорово повезло, по крайней мере петуха не было дома!

Девочки не поняли, в чём же Антону повезло, взглянули на него с удивлением.

Гриша отправляется в экспедицию

Во дворе под тополем, увешанным белыми сосульками пуха, Антон учил Карку носить и складывать в кучу мелкий хворост. Положив на землю перед воронёнком сухой прутик, Антон приказывал:

— Возьми!

Воронёнок косил на Антона чёрным глазком и подцеплял прутик клювом. Антон манил Карку кусочком сахара. Карка подскакивал к нему.

— Положи хворостинку! Дам сахар!

Карка раскрывал клюв. Хворостинка падала на землю, а в клюв вкладывался сахар.

Уже порядочную кучку хвороста Карка перетащил с места на место. Антон хвалил воронёнка и кормил его сахаром. Но вот Карке надоело. Он закричал:

— Здрассьте! Здрассьте! — И расшвырял лапами всю кучу прутиков.

— Не очень-то он научился, — сказала Поля. — Антон, у тебя пуговица отрывается.

Антон потянул за пуговицу на рубашке.

— Надо её отрезать. Бабушка не позволяет отрывать с мясом. — Он задумчиво посмотрел на Гришу: — Гриша, пойди к моей бабушке и попроси у неё ножницы. Ступай в дырку!

В заборе, разделявшем оба садика, Антон выпилил две планки, получилась удобная лазейка.

Гриша нерешительно переступил с ноги на ногу.

— Хочешь, я попрошу ножницы у тёти? — предложила Настя.

— Нет, — сказал Антон. — Пусть Гриша принесёт бабушкины.

А погода стояла пасмурная. К тому же наступал вечер. Слегка смеркалось. Гриша насупился и сказал:

— Скоро будет темно.

Антон усмехнулся:

— До темноты ты успеешь вернуться. Настоящая темнота наступит через полтора месяца. Когда кончатся белые ночи.

Гриша покраснел и спросил себе под нос:

— А если я встречу петуха?

— Уж так обязательно ты его встретишь! На всякий случай возьми с собой палку. — Антон поднял с земли и подал Грише небольшой сук. — Замахнись посильнее, если петух выскочит откуда-нибудь, он и убежит. И главное, не бойся! Не хорошо быть трусом.

— А если не убежит? — прошептал Гриша.

— Кто не убежит?

— Петух.

Поля засмеялась.

— Может быть, всё-таки я сбегаю за ножницами? — сказала Настя.

— Ни в коем случае! — сказал Антон. — Страх надо пре-о-до-ле-вать!

По дорожке важно шествовал Мирза. Пушистый хвост был у него задран кверху и покачивался как опахало.

Настя обрадовалась:

— Гришенька, а ты возьми с собой Мирзу! Он ведь петуха совсем не боится. Наоборот, петух его боится.

— Лучше бы без провожатого, — недовольно пробурчал Антон.

Но Гриша двумя руками поднял кота и притиснул к себе:

— Какой тяжёлый! — Покачиваясь на ходу, он побрёл к забору.

Все смотрели, как он идёт.

Не выпуская из рук кота, Гриша кое-как протиснулся в дырку и не перелез, а перевалился через нижнюю планку.

— Ой! Он упал! — сказала Настя.

— Ничего, ничего, — успокоил её Антон.

— Сейчас Мирза от него удерёт, — сказала Поля.

Ничего подобного! Умница Мирза уселся в траве по другую сторону лаза и ждал, когда Гриша встанет. Поднявшись, Гриша опять взял на руки кота. Кусты скрыли его и Мирзу. Ребята сели на землю под тополем и стали ждать. Постепенно смеркалось.

— Гриша отправился в экспедицию, — задумчиво проговорил Антон.

И вот у забора засинела рубашонка.

— Идёт! — воскликнула Настя.

Щёки у Гриши раскраснелись, глаза блестели. Подбежав, он сообщил радостно:

— Мирза назад не пошёл! Я один вернулся! А бабушка ножницы не дала.

— Хи-хи-хи! — рассмеялась Поля. — Так он и не ходил вовсе! Постоял в кустах да обратно…

Гриша растерянно захлопал глазами и разревелся.

— Не плачь, Гришенька! — сказала Настя. — Ты ходил к бабушке?

— Да-а, — проплакал Гриша. — Она сказала: «Не да-ам, потеряете. А мне ножницы во-от как нужны-ы»…

— Ходил! — сказал Антон. — Я тебе верю, Гришук, не реви! Но если Поля не верит…

Он умчался. Через несколько минут вернулся, очень довольный, похлопал Гришу по плечу:

— Был, был он у бабушки. Не даёт она ножницы. Я хотел там, на месте, пуговицу отрезать, а она уже потерялась. Молодец Гришка! Скоро ты у нас храбрецом станешь!

Гриша сиял от радости, выпрямился и будто стал выше ростом.

Новость

— А я что знаю! — сказала Поля. — Забрались воры и украли собаку. Вот! У деда-яги.

Она хоть и посмеялась над Настей, что дедов-ягов не бывает, но тоже привыкла называть хозяина петуха дедом-ягой.

— Ка-ак? — поразилась Настя. — Пильку украли? Откуда ты знаешь?

— Слышала, как мама рассказывала твоей тёте: у бородатого старика, что живёт напротив, украли собаку. Он жаловался в булочной. Ему посоветовали заявить в милицию. Но он почему-то не хочет.

Настя задумалась.

Украли? У колдуна? Такую некрасивую… Зачем? А может, она и не украдена, а просто расколдовалась? Насте представилось: рыженькая, страшно растрёпанная девочка бежит по дороге и боязливо от всех шарахается. Это бывшая Пилька не может найти свой дом.

Поля сказала:

— Антон-то новость, наверное, не знает!

Девочки побежали к забору, пролезли в дыру.

В садике бабушка поливала из лейки розы.

— Настюша! Поленька! — окликнула она. — Вы не знаете, где Антон? Без конца куда-то убегает. А у меня ножницы потерялись.

Настя посочувствовала бабушке:

— Всё что-нибудь пропадает: то собаки, то ножницы…

Через час Антон откуда-то появился.

— Пильку стащили! — выпалила Поля.

— Ту собаку клочкастую! — подхватила Настя. — Неизвестно, где теперь бедная Пилечка. И может быть, она уже и на собаку не похожа.

— А на кого же она похожа? — рассеянно спросил Антон. Против всякого ожидания новость не произвела на него впечатления. Помолчал и вздохнул: — Как жаль, что нет у меня здесь товарищей! Так трудно одному…

— Одному? — дружно возмутились девочки. — А мы?

— Вы, конечно, тоже люди, — вежливо ответил Антон. — Но вы — девочки, это совсем не то… Да и маленькие вы, а я уже в третий класс перешёл. Послушайте… вот, например… вы умеете хранить тайну?

— Умеем, умеем! — хором закричали девочки.

— А вы когда-нибудь пробовали? — спросил Антон.

— Что пробовали? — спросила Поля.

И Настя смотрела вопросительно.

— Бестолковые до чего! — пробормотал Антон и проговорил строго: — Тайну хранить пробовали?

— Я ещё нет, — призналась Настя.

— А чего тут пробовать? — сказала Поля. — Не говорить, чего знаешь, и всё!

— Никому, никому не говорить! Поняли?

Девочки усердно закивали.

— Если проболтаетесь, я вообще с вами незнаком, так и знайте!

— Да не проболтаемся мы! — сказала Поля.

— Нет, нет, не проболтаемся! — пообещала Настя.

Антон ещё подумал и решился:

— Ну, тогда пошли!

Он зашагал к сараю в углу своего садика. Девочки побежали за ним.

Вот она, тайна!

Антон пошарил в кармане штанов и вынул ключ. Отпер висячий замок, повесил его на дужку. Повернулся к девочкам:

— А теперь тихо!

На цыпочках девочки вошли вслед за Антоном.

В сарае было темновато: крошечное оконце пропускало мало света. И, кроме дров, пустых ящиков и дырявого ведра, ничего там не было.

Но вдруг что-то выкатилось из-за поленницы и метнулось к ногам Антона. Настя отпрянула к двери. Поля ойкнула и ухватилась за Настю.

— Стойте на месте! — шёпотом приказал Антон. — А ты — сидеть!

Девочки прижались друг к другу. В сарае стало ещё темнее: Антон закрыл дверь. Чиркнула спичка. Загорелась свеча. Она стояла на ящике в глубокой тарелке с водой. А рядом с тарелкой лежали ножницы.

Какое-то косматое существо прижималось к ногам Антона и тихо повизгивало.

Настя пригляделась:

— О-ой! Антон! А это не Пилька?

Антон показал на чурбак:

— Сядьте хоть сюда, что ли…

Девочки присели на чурбак. Антон перевернул вверх дном ящик и сел на него. Косматку взял к себе на колени и погладил:

— Вот моя тайна! Видите?

— Это Пилька, да? — спросила Настя. — Ты… украл её? Разве можно красть?

— Я её не украл! — возмутился Антон. — Мы с ней познакомились, я её несколько раз кормил через забор. Вот в тот день, когда к вам петух ворвался, и в другие… И она пошла за мной.

— Сманил, значит, чужую собаку, — сказала Поля. — А сманить — это не украсть?

— Наоборот, я спас Пильку! — воскликнул Антон. — Дед-яга её дразнил, Настя же видела, а дразнение хуже битья! И наверно, он кормил её плохо. Или невкусно. Знаете, как она набрасывается на колбасу! Она очень охотно за мной пошла!

— От деда-яги, значит, её здесь прячешь? — спросила Поля.

— А от кого же ещё? — сердито сказал Антон.

Настя огляделась по сторонам и сказала:

— Бабушкины ножницы. Которые потерялись.

Антон пожал плечами:

— Не пальцами же мне её стричь. Подстригаю, где уж очень торчит. А то на кого она похожа!

Весёлые прогулки

Всё время сидеть взаперти Пильке нельзя — может заболеть. А прогуливать её в садике Антона дети боялись: заметят и сразу закричат: «Откуда собака?»

Пильку уводили на прогулку в ближайший лесок. Вернее, не уводили, а уносили.

До леса Антон нёс Пильку, завернув её в старое одеяло, в которое заворачивали самого Антона, когда он был маленьким. Будто бы они несут подстилку, чтобы лежать на траве.

На лесной полянке Антон выпускал Пильку.

И начиналось веселье. Все возились с Пилькой, прыгали вокруг неё.

Пилька ловила ребят, убегала от них, наскакивала с радостным лаем, валила на траву, дёргала за платье, деликатно прихватывая зубами: ни разу одежду не порвала.

— Видите, какая весёлая она стала? — радовалась Настя. — Если б не Карка, совсем бы у неё характер исправился.

Воронёнок здорово Пильку изводил: щипал за хвост и за уши, вопил над самой головой:

— Дай сахару! Ав-ав! Спокойной ночи!

Убегая от Карки, Пилька визжала и плакала. Поля хохотала до упаду. Гриша бегал за Каркой, махал руками. Настя пыталась уговорить проказника: «Перестань, Карка! Ну перестань!» Антон грозился отстегать его прутиком.

Шум поднимался невообразимый.

Хорошо, что вблизи не проходило автобусное шоссе. А то пассажиры подумали бы, что в лесу поселились какие-то дикие люди.

К счастью, не всегда нападало на воронёнка желание дразнить и мучить Пильку. Выпадали и спокойные дни.

— Авось Карка образумится, — говорил Антон.

Так оно и вышло.

Пилькины странности

Через какую-нибудь неделю Пилька с Каркой подружились. Пилька спокойно терпела, когда воронёнок садился к ней на спину и на голову и даже там приплясывал. Но за уши её при этом не дёргал.

Девочки очень радовались этой дружбе. Их удивляли хмурые взгляды Антона, которые тот бросал на Пильку с Каркой на спине.

— Не понимаю, как это Карка научился так хорошо ездить на Пильке, — сказал он однажды.

— Но ведь мы все старались их подружить! — сказала Настя.

— Танцевать у Пильки на спине я Карку не учил. И вообще, Пилька бывает очень странная.

— Странная? — переспросила Настя. — Чем же?

Вдвоём с Антоном они сидели в сарае.

Поля и Гриша ушли куда-то с мамой. Антон кормил Пильку.

— То ест за обе щёки, то совсем не хочет. Видишь, и сейчас жуёт будто из вежливости. А ведь давно не ела.

— У меня тоже аппетит бывает разный. То хочу есть, то нет.

— А то бывает, прихожу утром, а у неё шерсть сырая. Точно она бегала по мокрой траве. А дверь заперта.

— Не выскакивает ли она в окошко?

— Ну что ты! Оно высоко, ей не допрыгнуть. Да и маленькое совсем… А ты замечаешь, как здорово она научилась ходить на задних лапах?

— Ты же её учишь служить. Значит, Пилька способная.

— Но не настолько способная, чтобы сама подстригаться.

— Что-о? — у Насти глаза округлились. — Пилька сама подстригается? Ты видел?

— Не видел. Но вчера я хотел обрезать у неё несколько клочков и забыл. А сегодня смотрю: они уже отрезаны.

— Ты, должно быть, просто ошибся: думал, что забыл, а сам отрезал. Но… Антон… всё-таки Пилька из колдовского дома… Вдруг она не простая собака?

Антон покачал головой.

— Я не верю в колдовство… Но ты погляди, Настя, какая у неё хитрющая морда! Как будто она что-то знает…

А через несколько дней произошло такое неприятное событие, что Антону стало не до Пилькиных странностей.

Кольцо

Тётя велела Насте отнести бабушке баночку варенья. У неё и у самой варенья много, но такого — из молдавских вишен, — наверно, нет.

Весело взошла Настя на крыльцо. Сейчас скажет: «Бабушка, тётя вам…»

Не успела Настя взяться за ручку двери, как дверь сама открылась.

Подняла Настя глаза и чуть не выпустила из рук банку с вареньем.

В дверях, спиной к ней, стоял… дед-яга.

В одну секунду Настя сбежала по ступенькам и обратно в сад, присела на корточки у крыльца, банку поставила на землю и притаилась.

Дед-яга её не заметил. Повернувшись лицом к открытой двери, он говорил сердито:

— Я уверен, что стащил ваш воронёнок! А кольцо мне очень дорого. Это подарок.

— Внука моего дома нет, бегает где-то. — Голос у бабушки был очень расстроенный. — Я ему скажу, чтобы везде поискал. А где ваше кольцо лежало?

— На столе лежало. И вот исчезло.

Фу, какой противный скрипучий голос у деда-яги! Кольцо какое-то у него пропало.

На Карку думает. Значит, он не Пильку ищет? А у Насти прямо сердце захолонуло, решила: дед-яга за Пилькой явился.

Настя сидела на корточках, стараясь не дышать.

Дед-яга сошёл с крыльца и — вот ужас! — вместо того чтобы направиться к калитке, зашагал в сторону сарая.

«Наверно, все-таки петух ему донёс, что Антон спас Пильку и прячет её!» — мелькнула у Насти страшная догадка.

Она вскочила на ноги и — откуда только решимость взялась? — побежала за дедом-ягой:

— Вы не туда идёте! Вон где выход!

Дед-яга обернулся и оглядел Настю с головы до ног.

— Ты почему-то не хочешь, чтобы я шёл к этому сараю.

Ну как не колдун? Прямо мысли читает.

И в эту минуту — что за напасть! — из сарая донёсся негромкий визг. Наверно, Пилька почуяла своего бывшего хозяина и завизжала от страху.

Настя обмерла, но не растерялась: громко запела любимую тётину песню:

Спят долины ровны-ые

И луга зелёны-е…

Борода у деда-яги зловеще зашевелилась. Голос у Насти задрожал, но она запела ещё громче:

Вышел в степь донецкую

Парень молодой!

Дед-яга усмехнулся, пробурчал:

— Не забудь, пожалуйста, что колдуны живут где хотят. И очень многое знают. — И зашагал к калитке.

Настя перевела дух и скорей полезла через лазейку в свой садик, чтобы рассказать Поле: неизвестно, слышал дед-яга или нет Пилькин визг?

Тётя сидела на скамейке под окном и вязала.

— Ты отнесла варенье? — спросила она. — Не уронила банку?

Настя растерянно взглянула на тётю и побежала обратно к дыре в заборе. Банка стояла на земле у крыльца. Настя подняла её и наконец-то отнесла бабушке.

Каркины клады

Узнав, что Карку подозревают в краже кольца, Антон расстроился ещё больше, чем бабушка. Он прекрасно знал, что Карка, как все вороны и сороки, любит таскать блестящее.

Мрачно поглядывая на своего любимца, Антон обшарил весь дом, каждый уголок. Лазил и под крыльцо, и на чердак, и в застрехи под крышей, подставив для этого стремянку.

Ко всеобщему удивлению, Антон разыскал целую кучу вещей. В разных местах нашлись две чайные ложечки, наконечник от авторучки, колёсико от сломанных часов-ходиков, которые Антон разобрал, тщетно пытаясь починить, две металлические пуговицы; напёрсток, при виде которого бабушка всплеснула руками: «А я-то себе все пальцы исколола!», какой-то медный шарик и даже маленький перочинный ножик Антона. Последняя находка так возмутила Антона — ведь он долго ножик искал, — что Антон щёлкнул воронёнка по спине.

Карка суетился вокруг сновавшего повсюду Антона. Чёрные глаза воронёнка сверкали взволнованно и жадно: ему было очень жаль отобранных сокровищ.

— Сколько же у тебя кладов? — воскликнул измученный Антон, вылезая из-под крыльца. Весь он был в пыли и в мусоре. Над бровью кровоточила ссадина, нос был исцарапан.

Тайников он обнаружил много. Но кольца нигде не было.

Катастрофа

Слышал ли дед-яга Пилькин визг, осталось неизвестным. Но петух-шпион донёс своему хозяину, что Пилька спасается у Антона. Выяснилось это неожиданно и самым ужасным образом.

Как всегда, дети прогуливали Пильку на лесной полянке. Бегали и резвились. И шуму особенного не было. Даже Карка молча копался в траве под дубом: искал прошлогодние жёлуди или свои пропавшие сокровища.

Вдруг Гриша показал пальцем:

— Что это там белеется?

Все посмотрели в ту сторону. Пилька навострила лохматые уши. За кустами и правда мелькнуло что-то белое.

— Пойду погляжу… — Антон шагнул к кустам, но вдруг подскочил и крикнул: — Пилька, беги! Это он! Бегите все! Катастрофа!

В тот же миг на полянку вылез дед-яга. Собственной персоной!

Никогда в жизни Настя так быстро не бегала. Антон с Пилькой, будто привязанной к его ноге, мчался между стволами впереди неё. И Поля неслась где-то рядом. Гриша тоже топал у Насти за спиной. Настя слышала его пыхтенье.

Но вот Антон и Поля скрылись из виду. Настя бежала по лесу одна. Деревья тут стали выше и толще и стояли густо-густо. Настя попала в незнакомую чащу. Молча пробиралась сквозь кусты. Звать громко Антона и Полю она не решалась: услышит дед-яга. А тихо аукать — ребята не услышат.

Так она шла некоторое время. Потом остановилась. Уже совсем не знала, куда идти. Настя заблудилась.

Неожиданный помощник

Потемнело вокруг. Тяжёлые чёрно-синие тучи затянули небо. Надвигалась гроза. Где-то вверху, среди крон деревьев, вспыхнул бело-жёлтый зигзаг: молния. Немного погодя грохотнуло — прокатился удар грома. Крупная капля шлёпнула Настю по макушке, за ней — другая. Сейчас хлынет дождь.

Настя встала под большую ель. Потом присела на мягкую хвою. Деревья приглушённо шумели, шелестели кусты. Перебегая по листьям, быстро лопоча что-то непонятное, запрыгали одна за другой дождинки.

Опять громыхнуло, но уже вдали. Стало светлеть: тучи уходили. Совсем короткая была гроза. Дождь прекратился, проглянуло солнышко. Всё засверкало, заискрилось. Капли вспыхивали огоньками на листьях и ветках.

Настя вышла из-под ёлки, огляделась. Нет, совсем незнакомое место. И с тётей никогда они здесь не гуляли.

Может, уж можно покричать?

— А-у-у! — крикнула Настя, приложив руки ко рту. — А-у-у!

Тишина вокруг. Только листва шелестит от ветерка. Но что это? Затрещали кусты, кто-то сюда пробирается. Конечно, это Антон спешит к ней на выручку.

— A-у! Я здесь! — радостно закричала Настя. И сразу: — А-ай!

В кустах мелькнул тёмно-синий с зелёным отливом… — петушиный хвост!

Одну в чаще петух заклюёт её непременно! В ужасе Настя бросилась бежать.

И вдруг выскочила на дорогу. Настя узнала лесную опушку. А вон за тем поворотом будет их дом. Свирепый петух помог ей выбраться!

Весело зашагала Настя по дороге. И вдруг увидела бегущего навстречу Антона. Он совсем запыхался.

— А ты где была? — на бегу спросил он Настю и, не останавливаясь, побежал дальше.

Очень удивлённая, Настя кинулась за ним.

— Я заблудилась, а там петух… Я уже нашлась! Антон! Куда же ты?

Антон остановился:

— Так ты ничего не знаешь? Беда случилась: Гриша пропал!

Паника

Растрёпанная, вся в слезах мама Поли и Гриши металась по двору и по саду. Подбегала к колодцу, крышка которого была открыта, заглядывала в него.

Тётя оттаскивала её:

— Ну что вы — в который раз! Я побегу искать телефон-автомат, в милицию позвоню. А это ещё что такое?

Перед ней стоял Антон. А к его голой ноге жалась Пилька, всё ещё изрядно клочкастая, хоть и работала Антонова парикмахерская каждый день. Да и сама Пилька, кажется, подстригалась иногда…

В другое время Настя очень удивилась бы, что Антон решился открыто вывести Пильку, но сейчас ей было не до того.

— Тётя Валя, я придумал! — торопливо сказал Антон. — Дайте мне какую-нибудь Гришину одежду!

Пожав плечами, тётя вынесла из дому Гришины штаны и стоптанные сандалии.

Антон дал обе вещи понюхать Пильке:

— Ищи! Ищи! Это — Гришино. Ищи!

Подсовывая Пильке под нос Гришины штаны, он пошёл к калитке. Пилька затрусила за ним.

Тётя опустилась на крыльцо:

— Ну что за несчастье! А ты где была, Настя? Что-то я тебя долго не видала.

— Я заблудилась, — равнодушно ответила Настя. — Куда же мог деться Гриша? А где Поля?

— Почём я знаю? За вами разве усмотришь! — Тётя поднялась и пошла за дом, где мама звала Гришу.

— Поленька! Поленька! — покликала Настя.

Неожиданно из открытого окна донеслось:

— Что?

В окне показалось зарёванное лицо Поли.

Настя поспешила в дом.

— Ты здесь? Куда мог пропасть Гриша? Ведь он бежал за нами. А потом? Разве он не с тобой был?

— Где ты была? — голос у Поли был сиплый: видно, давно плачет.

— Да заблудилась я, заблудилась. Не плачь, Поленька, найдётся Гриша!

Вот, значит, как Поля любит брата! Как горюет! А ведь частенько шлёпала его, кричала: «Не приставай!»

— Так Гриша разве не с тобой был?

— Он, конечно, тоже бежал… Но кажется, отстал… — Поля громко всхлипнула и с трудом выговорила сквозь слезы: — Я сказала… маме, что Гриша… не ходил с нами… в лес…

— Ка-ак? — Настя прижала обе руки к щекам. — Но ведь его ищут не там, где надо! А зачем же ты так соврала?

— Чтобы мама меня не ругала… Мама спрашивает: «Где Гриша? Где Гриша?» Я и сказала: «Не знаю, где он. Его с нами не было». А теперь… боюсь сказать. Может, уж он расшибся… до смерти! Или его кто украл в лесу! — Поля зарыдала.

— Зачем Гришу красть? Глупости! Но так соврать! Мама твоя в колодце ищет — глядеть страшно…

Поля заплакала горько-горько.

— Пойди и сейчас скажи! — Насте и жаль было Полю и сердилась она на неё.

— Не могу… Мама меня просто поколотит. И ещё больше напугается…

— Всё равно надо сказать! Я скажу!

Во дворе раздались радостные возгласы. Девочки кинулись к окну.

У калитки мама обнимала Гришу. Громко радовалась тётя. Возле них стоял Антон, гордо выпрямившись и улыбаясь. Под мышкой он всё ещё зажимал Гришины штаны и рваные сандалики. У ног Антона, высунув язык и часто дыша, сидела Пилька.

— Я никогда больше не буду врать! — прошептала Поля.

Девочки выбежали во двор.

Мама и тётя засыпали Гришу и Антона вопросами:

— Где ты был, Гриша? Где? Антон, ты просто герой! Где ты его отыскал?

— Сначала он был в канаве, — неохотно отвечал Антон. — А потом… — Антон бурчал что-то непонятное.

Гриша отвечать на вопросы не мог: слишком его затискали. Пропищал один разок:

— Я в гостях был. У дедушки.

Настя заметила, что Антон посмотрел на Гришу как-то странно.

Мама принялась кормить Гришу. Все стояли вокруг стола и смотрели, как Гриша ест.

Антон сказал:

— Гришка, кончишь обедать, пошли гулять. Ты мне нужен.

— Что? Гулять? — воскликнула мама. — Никуда не пущу!

А тётя сказала:

— Ты с ума сошёл, Антон? Опять хочешь Гришу куда-то увести? Совсем разум потерял.

«То — герой, то — разум потерял, — подумала Настя. — Вот такие они, взрослые…»

Антон подмигнул девочкам, показав подбородком на дверь. Настя и Поля вышли вслед за ним.

Что все это значит!

Огарок свечи, ставший коротеньким, плохо освещал сарай. В полутьме Настя и Поля сидели на опрокинутом ящике. Антон восседал на чурбаке. У его ног лежала Пилька. На плече дремал Карка.

Девочки вопросительно смотрели на Антона. Тот о чём-то размышлял.

Тишину прервала Поля:

— Скажешь ты, наконец, где нашёл Гришку?

— Про какого-то дедушку он сказал, — напомнила Настя. — Что был у него в гостях.

Антон ещё помолчал, глубоко вздохнул и произнёс торжественно:

— Гриша был в гостях у… деда-яги!

— Что-о?! — разом вскрикнули девочки.

— То, что вы слышите. Всё это очень странно… Понимаете, Пилька нанюхалась штанов и сандалий и пошла через дорогу, прямо к петушиному дому. У калитки села, смотрит на меня и скулит тихонько. И вдруг — что такое? Слышу — ребёнок смеётся в доме. Вроде, Гришин смех… Что за чепуха, думаю? Приказал я Пильке сидеть на месте и перелез через забор. Подкрался к открытому окну, уцепился руками за подоконник, подтянулся и осторожно заглянул в комнату. И вижу… — Антон перевёл дух, — вижу деда-ягу и Гришу!

Поля задрожала:

— Он бил Гришу?

— Бил — как же! Сидят оба за столом и пьют чай. С вареньем. Варенье на блюдечки наложено. Гриша улыбается. А дед-яга смотрит на него ласково-ласково…

— А может… — у Насти вихрем пронеслось в голове: баба-яга тоже сначала прикидывалась ласковой, тоже накормила Машу и Ваню, когда они пришли в пряничный домик.

— Вдруг то варенье отравленное? — Поля побледнела.

— Глупости! — сказал Антон. — Из чёрной смородины оно, я видел.

— Ну и что ты сделал? Скорей говори! — поторопила Поля.

— А вы не перебивайте! Ну, я не знал, что мне делать. Глядел-глядел. Уже пальцы у меня онемели за подоконник цепляться и шея затекла: я голову вжал в плечи, чтобы не торчала. Вот я выпрямился и говорю: «Это наш мальчик!

Отдайте его, пожалуйста!» Дед-яга меня увидел и нахмурился: «Этого малыша я вытащил из канавы. Он туда свалился и ногу ушиб. А вы его бросили, скверные дети!» А Гриша говорит: «Потому что я споткнулся и упал. И дедушка меня поднял и отнёс в гости. Иди ты тоже в гости, Антон!» Ну, я взобрался на подоконник и в комнату спрыгнул. Дед-яга говорит: «Что-то мне показалось, что на лесной полянке лаяла моя Пилька». А сам так и сверлит меня взглядом. «Наверно, вам показалось, — говорю я. — А Гришу всё ищут. И мама его очень плачет». Гриша говорит: «Ну, если мама плачет очень, я пойду домой». Слез со стула и говорит: «До свиданья, дедушка. Я ещё к вам приду. И вы к нам приходите!»

— А дед-яга что? — спросила Настя.

— Дед-яга Гришу по голове погладил и на меня покосился: «Забирай его, говорит, пока не исчез!» Я говорю: «Как это он может исчезнуть?» Но на всякий случай взял Гришу за руку покрепче. И — к окну. Уже начал Гришку подсаживать на подоконник, когда слышу сзади какой-то фырк и ворчливый голос деда-яги: «В дверь иди! Расшибёшь малого через окно. Да, кстати, скажи своей бабушке, что кольцо вчера нашлось. Под ковром. Видно, мой внучек его туда закатил». От радости я прямо подпрыгнул. Подумал: а была не была! И спрашиваю: «А где ваш внучек? Почему его не видно никогда?» — «Сейчас не видно, — говорит дед-яга. — А вообще очень видно». Я и говорю: «Вы бы пускали его к нам играть. У нас весело». А дед-яга такое сказанул!

— Что же он сказанул? — спросили девочки хором.

— Говорит: «Внучек мой сколько раз к вам приходил. Да только вы его в свои игры не принимаете». И захихикал, хитро так.

— Как это — приходил? — спросила Поля.

— Да он нарочно тебя путал! — воскликнула Настя. — Колдун же он! А ты что?

— А я так удивился, что ничего не сказал. Только «до свиданья». И поскорей Гришу увёл. Через дверь, она была не заперта. Пилька, умница такая, ждала нас у забора. А Гришка всю дорогу говорил, какой дедушка добрый.

— Гришка маленький, не понимает, — сказала Поля.

— И он, наверно, даже не понял, что побывал в петушином доме, — добавила Настя.

Угроза

Забыли купить сметану. А какой же салат без сметаны? Тётя послала Настю в магазин.

— Вот тебе банка и сетка. Поставь банку в сетку и неси аккуратно, чтобы не пролить.

Гордая поручением — сметана не батон, который, в крайнем случае, и уронить можно, — Настя шла мелкими шажками, чтобы сетка, а в ней банка, полная сметаны, не очень раскачивалась. Шла и глядела под ноги, боясь споткнуться.

Случайно подняла голову и видит: впереди неё спина. А над спиной лысина. Какой-то старичок бредёт потихоньку.

Настя старичка обогнала, оглянулась, а это дед-яга!

Настя ускорила шаги. Но сразу остановилась, потому что дед-яга её окликнул:

— Эй, девочка!

Подошёл к ней и спросил:

— Как там Гриша поживает?

— Хорошо поживает. — Настя с опаской поглядела на бороду деда-яги: вон какая длинная!

— Он обещал прийти ко мне в гости! — строго сказал дед-яга.

— Мама Гришу никуда не пускает, — сказала Настя. — Даже в сад Антона только через дыру. И потом Гришина мама думает, что вы ему приснились.

— Да-а? — протяжно произнёс дед-яга. — Приснился?

Настя кивнула.

Гришина мама и правда так думала. Раза два Гриша попросился в гости к дедушке. А мама сказала: «Да какой дедушка? Тебе просто приснилось, что ты был у какого-то дедушки». Мама считала, что Гриша упал в канаву, не мог вылезти и заснул там в слезах и Пилька его разыскала. Антон её не разуверял, что так всё и было…

Дед-яга зашевелил бородой:

— Я вам покажу — приснился! — тон у него был угрожающий.

Настя попятилась. Что-то белое капнуло ей на ногу. Батюшки! Это сметана, банка-то накренилась…

Вот противный дед-яга! Пролил ей сметану и зашагал себе прочь как ни в чём не бывало.

Конечно, Настя рассказала Антону о встрече с дедом-ягой:

— Он нам угрожал, знаешь!

— Ну что он нам сделает? — сказал Антон. — Я его не боюсь.

А на другой день пропали все: и Гриша, и Пилька, и Карка.

Послание

На этот раз мама и тётя не испугались.

Тётя ушла на пляж, мама думала, что она взяла Гришу с собой. Но Настя и Поля видели, что тётя ушла на залив одна.

— Где Гриша? — шёпотом спросила Поля Настю. — У Антона в саду его тоже нет.

— Пусть Пилька найдёт. — И Настя позвала: — Пилька! Пилька!

Теперь ведь Пильку не прятали, везде бегала свободно, только на улицу её Антон не пускал. Но Пилька не отозвалась.

— Антон, где Пилька? — крикнула Настя через забор.

— Недавно была здесь. А вы Карку не видали?

— Нет! — ответили девочки.

Через минуту все трое бегали по обоим садикам и звали.

— Карка! Пилька! Карка! Пилька!

Звать Гришу боялись, чтобы не услыхала мама.

Да что же это?! Поля расплакалась. Антон носился весь красный от волнения и тревоги. Настя, наоборот, побледнела.

Она поймала за рукав пробегавшего мимо Антона:

— Антон, знаешь? Это… это всё штучки деда-яги! Он ведь грозился: «Я вам покажу!» — Глаза у Насти были совсем круглые.

— Ерунда… — неуверенно сказал Антон. — Не колдун же он в самом деле?

— Хоть немножко, а колдун! Уверяю тебя. Он мне сам об этом сказал. И помнишь, тогда в лесу вдруг исчез вместе с Пилькой. Когда ты их в первый раз видел. И Гришу сразу заворожил. Да много чего…

— Если через десять минут Гриша не найдётся, я скажу маме! — дрожащим голосом заявила Поля.

— Подожди говорить, — попросил Антон. — Он где-нибудь с Пилькой играет. Наверно, нарочно спрятался. Ну задам я ему за такие штуки!.. А… это что такое?

В воздухе просвистело. Перелетев через забор, в клумбу вонзилась стрела. Настоящая, хорошо выструганная из дерева стрела. На кончике стрелы был нацеплен листок бумаги.

Силантий Прокофьевич

Антон живо выдернул стрелу, снял бумагу:

— Тут что-то написано. Печатными буквами. — Он прочёл вслух: — «Выходите за калитку и глядите направо. Вы замрёте неподвижно, потому что будете заколдованы!»

— Ну уж заколдовать себя я не дам! — пробормотал Антон.

Он выскочил за калитку, поглядел направо и… замер. Настя с Полей осторожно вышли вслед за Антоном. И тоже застыли.

Поразительная процессия двигалась по дороге. Рысцой весело трусила Пилька. На её спине, помахивая крыльями, лихо отплясывал Карка. За Пилькой важно вышагивал петух. Позади шествовал дед-яга. Белая борода его, тщательно расчёсанная, распушилась и казалась особенно длинной. На голове красовался островерхий голубой колпак, весь в жёлтых звёздочках. Дед-яга держал за руку улыбающегося Гришу.

Ребята стояли, разинув рты от изумления.

Процессия приблизилась.

Дед-яга взмахнул бородой и провозгласил торжественно:

— Почтенная публика! Разрешаю шевелиться. Вы расколдованы!

Сразу все задвигались. Антон подпрыгнул и крикнул: «Карка!» Настя дёрнула Антона за рукав и зашептала: «А ты ещё не верил, что он колдун! Даже колпак колдуновский!» Поля, уцепившись за Настю, жалобно позвала: «Гришенька!»

Порядок процессии нарушился. Карка взлетел и опустился на плечо Антона. Пилька к нему подбежала, виляя хвостиком. Петух склонил голову набок и грозно нацелил яркий глаз… на Настю. От испуга Настя присела на корточки.

Дед-яга прикрикнул строго:

— Внучек, на место!

Петух повернул голову и зашагал к старику.

— Так вот кто внучек-то! — пробормотал Антон.

А Гриша воскликнул звонко:

— Не бойтесь! Он при дедушке не накинется!

— А ну марш все на ту скамейку! — приказал дед-яга. — Вон под берёзой.

Подошёл к скамейке и сел на неё. Гриша встал у его колен. Пилька легла на землю у ног старика. Петух торчал чуть поодаль, одну ногу поджал — этакая петушиная статуя разноцветная.

Все и опомниться не успели, как тоже оказались на скамейке — почему-то ослушаться деда-ягу было никак нельзя.

Антон, весь нахмуренный, с Каркой на плече, пристроился рядом с дедом-ягой. Настя и Поля теснились на кончике скамьи.

Настя глаз не могла отвести от белой бороды. Даже шею вытянула и вздохнула прерывисто.

Дед-яга посмотрел на неё и засмеялся:

— Что, потрогать хочется? Ну, потрогай.

Настя смутилась, робко протянула руку, ткнула пальцем:

— Мягкая какая…

— Ты мне ещё расскажешь, что навыдумывала про деда-ягу, — сказал старик. — А теперь давайте знакомиться. Меня зовут Силантий Прокофьевич. Я — дрессировщик. Теперь на пенсии. Но понемногу продолжаю заниматься с животными. Я взял с собой на дачу Пильку и Внучка, потому что они самые непослушные. Внучек строптивый и драчливый. А Пилька — капризная трусишка. За лето я надеялся их воспитать. И, по-моему, мне это удалось. Несмотря на всякие препятствия…

Ребята слушали затаив дыхание. Старик помолчал и продолжал:

— Сначала я очень рассердился, когда Антон увёл Пильку. Конечно, я сразу догадался, где она спрятана. В первый же вечер, проходя мимо, услышал её лай в сарае. Ночью выпилил в стенке сарая отверстие, хорошенько замаскировал его. Теперь Пилька прибегала ко мне по первому свисту. Потом я отводил её назад и приказывал сидеть в сарае. Я не хотел отнимать её у Антона. Дело в том, что я заметил: ваши игры делают Пильку веселее, добрее и от этого послушнее.

Антон сидел весь пунцовый:

— Значит, вы всё время за нами наблюдали, знали всё, что мы делаем… Как же мы ничего не замечали?

— Ну, милый, — усмехнулся старик. — Не мог бы я быть дрессировщиком, если б не умел действовать незаметно.

— А Карку вы тоже научили новым штукам? — спросил Антон. — И новым словам?

— Так ведь он часто ко мне прилетал. А один раз влез в ведро с зелёной краской…

Настя решилась и спросила:

— Зачем вы стригли Пильку так… нехорошо?

— Во-первых, я приучил её оставаться спокойной, когда все на неё обращали внимание. Но главное, я готовил её к роли.

— К роли? — переспросил Антон.

— Да. Ей предстоит играть в детском фильме. В одной сказке. И там она должна быть такая…

— Клочкастая, — подсказала Настя. Сильно покраснела и вымолвила: — А вы… колдун?

Силантий Прокофьевич рассмеялся:

— Я сразу заметил, что ты меня побаиваешься. Ну, и подшутил над тобой: напугал ещё больше. Про колдовство ты сама подумай. А вот что я очень люблю детей, и животных, и занятные игры тоже люблю, в этом можешь не сомневаться!

Content

Аделаида Котовщикова
Дед-Яга и его внучек

Страшный петух

Клочкастая Пилька

Дед-Яга

Антон и Карка

Чучело

Это они!

Первая разведка

Удрал!

Зеленое пугало

Непонятности в петушином доме

Нахальное вторжение

Гриша отправляется в экспедицию

Новость

Вот она, тайна!

Весёлые прогулки

Пилькины странности

Кольцо

Каркины клады

Катастрофа

Неожиданный помощник

Паника

Что все это значит!

Угроза

Послание

Силантий Прокофьевич