Кристин ФИХАН

МАГИЯ ВЕТРА

Сестры Дрейк, #1

Глава 1

– Сара здесь. Сара вернулась домой.

Эти слова, произнесенные чересчур громким шепотом, были наполнены чем-то похожим на страх. Или уважение. Деймон Уайлдер не мог решить, что же это было. Он уже несколько часов слышал одну и ту же сплетню, охватившую маленький городок, и каждый раз ее передавали тихим, приглушенным шепотом. Он не хотел признаваться в своем любопытстве и не собирался опускаться до вопросов. Только не после того, как он, поселившись здесь в прошлом месяце, так сильно настаивал на полном невмешательстве горожан в свою жизнь.

Когда он шел по старомодному узкому деревянному тротуару, ветер, казалось, тоже шептал: «Сара вернулась». Он слышал это, когда проходил автозаправку, откуда ему помахал рукой дородный Джефф Докинс. Он слышал это, когда зашел в небольшую пекарню. Сара. В этом имени не было ничего необычного, и все же оно таило в себе загадку.

Он понятия не имел, кто такая эта Сара, но она вызывала у горожан такой интерес и благоговение, что он невольно почувствовал себя заинтригованным. Он по собственному опыту знал, что жителей маленького сонного прибережного городка было не так легко поразить. Ни большие деньги, ни слава, ни звания не имели здесь значения. Ко всем, от бедняка до богача, относились одинаково, и, похоже, здесь не было никаких предрассудков относительно религии или чего-то подобного. Поэтому он и выбрал этот город. Человек мог быть здесь кем угодно, но никому не было до этого дела.

Он весь день слышал этот шепот, но таинственной Сары нигде не было видно. Однако он слышал, что она однажды, чтобы спасти собаку, залезла на выступавшие над морем скалы. Это было невыполнимой задачей. Он видел эти трещиноватые скалы, никто не смог бы на них залезть. Он улыбнулся мысли, что кто-то мог предпринять такую отчаянную попытку, а ведь его не так-то просто было насмешить или удивить.

Единственный продовольственный магазин находился в центре города, и большинство слухов рождалось именно там, а затем подобно пожару распространялось по округе. Деймон решил, что ему перед возвращением домой нужно кое-что купить. Он пробыл в магазине всего две минуты, когда снова услышал: «Сара вернулась». Тот же приглушенный шепот, то же благоговение и уважение в голосе.

Инес Нельсон, владелица магазина, вершила правосудие, привычно делясь сплетнями вместо того, чтобы пробивать покупки на кассе. Обычно ожидание сводило его с ума, но в этот раз он нарочно замешкался у лотков с хлебом в надежде побольше узнать о загадочной Саре, которая наконец-то вернулась.

– Ты уверена, Инес? – спросила Труди Гаррет, притягивая к себе своего четырехлетнего ребенка и почти удушая его в своих объятиях. – А ее сестры тоже вернулись?

– Ну конечно, я уверена. Она вошла прямо в магазин, самая что ни на есть настоящая, и купила кучу продуктов. Она сказала, что вернулась в дом на скале. Про сестер она не говорила, но, если приезжает одна, значит, и остальные скоро будут.

Труди Гаррет посмотрела по сторонам и еще сильнее понизила голос:

– А она все еще была... Сарой?

Деймон поднял глаза к потолку. Все и всегда жутко его раздражали. Он думал, что переезд в маленький город позволит ему отыскать способ хоть немного ладить с людьми, но они были просто идиотами. Естественно, Сара все еще была Сарой. Кем же еще ей быть? Вероятно, в радиусе пятидесяти миль Сара была единственной, кто имел голову на плечах, потому они думали, что она особенная.

– Что бы это значило? – спросила Труди. – Сара приезжает только тогда, когда что-то должно случиться.

– Я спросила у нее, все ли в порядке, а она лишь улыбнулась в свойственной ей манере и сказала, что да. Ты же не хочешь, чтобы я совала нос в дела Сары, правда, милая? – благочестиво произнесла Инес.

Деймон шумно выдохнул, сгорая от нетерпения. Сование носа в чужие дела стало для Инес делом всей жизни. Почему отсутствующая тут Сара должна этого избежать?

– Ты помнишь, что в последний раз, когда она здесь была, Докинс чуть не умер? – спросила Труди. – Он упал с крыши, а Сара случайно проходила мимо… – Она умолкла, обвела взглядом магазин и понизила голос до заговорщического шепота: – Старый Марс у лотков с фруктами сказал, что Пенни ему сказала, что Сара…

– Труди, милая, ты же знаешь, что Марсу совершенно не стоит верить. Он милый, добрый человек, но иногда он склонен придумывать, – заметила Инес.

Упомянутый Марс – вредный и противный старикан – был известен тем, что, если находился в достаточно плохом настроении, швырял фрукты в проезжающие мимо машины. Деймон ждал, что за эту откровенную ложь Инес поразит молния, но ничего подобного не произошло. Хуже всего было то, что Деймон хотел знать, что же старик Марс сказал о Саре, даже если это было абсолютной неправдой. И это его сильно раздражало.

Труди наклонилась еще ближе и с мелодраматическим видом посмотрела по сторонам, даже не заметив Деймона. Он тяжело вздохнул, борясь с желанием хорошенько встряхнуть эту женщину.

– Ты помнишь тот случай, когда маленький Пол Бэйли провалился в вентиляционное отверстие в пещере?

– Теперь, когда ты упомянула о нем, вспомнила. Он так крепко застрял, что никто его не мог вытащить, он постоянно соскальзывал вниз, а начинался прилив.

– Я была там, Инес. Я видела, как она его вытащила. – Труди выпрямилась. – Пенни сказала, что, по словам ее парикмахера, Сара работает на какое-то секретное агентство и что ее под прикрытием посылали в какую-то страну убить лидера террористической группировки.

– О, я так не думаю, Труди. Сара не стала бы никого убивать. – Руки владелицы магазина протестующе взметнулись к горлу. – Я просто не могу такого себе представить.

С Деймона было довольно сплетен. Если они не собирались говорить ничего путного, то он уберется отсюда подобру-поздорову, пока Инес не обратила свое внимание на него. Он опустил продукты на прилавок и принял как можно более безразличный вид.

– Я спешу, Инес, – сказал он, надеясь ускорить дело и избежать обычных попыток Инес кому-нибудь его сосватать.

– Ба! Деймон Уайлдер, как приятно вас видеть. Вы знакомы с Труди Гаррет? Она чудесная женщина, уроженка нашего города. Труди работает в баре-гриль «Соль». Вы там уже ели? Там подают очень вкусный лосось.

– Я слышал об этом, – пробормотал он, едва взглянув на Труди в знак приветствия. Это не имело значения. Все они уже составили свое мнение на его счет, придумав историю, которую он не собирался подтверждать. Ему было немного жаль эту вернувшуюся Сару. О ней они тоже много чего напридумывали. – Расскажите мне о том красивом старом доме на скале, – сказал он, поразив до глубины души и Инесс, и самого себя. Деймон никогда первым не начинал разговора. Ему хотелось, чтобы от него все отстали. Будь проклята эта Сара со своей таинственностью!

Инес, в кои-то веки потеряв дар речи, выглядела так, словно готова упасть в обморок.

– Вы знаете, о чем я говорю, – не удержавшись, продолжил Деймон. – Три этажа, везде балконы, круглая башенка. Дом довольно сильно зарос, но там есть дорожка, ведущая к старому маяку. Я поднимался туда и, учитывая всю эту бурную растительность вокруг, ожидал увидеть дом обветшалым и полуразвалившимся, как большинство пустующих здесь строений, однако он в отличном состоянии. Я бы хотел узнать, что они использовали для защиты древесины.

– Это частная собственность, мистер Уайлдер, – сказала Инес. – Дом принадлежит одной семье уже гораздо больше ста лет. Я не знаю, чем они его красили, но погоду он переносит хорошо. И никто обычно не рыщет тайком вокруг этого дома. – В ее голосе явственно слышался упрек.

– Едва ли я таился, Инес, – ответил Деймон, теряя терпение. – Как вам хорошо известно, соль разъедает краску и портит деревянные дома, а тот – отлично сохранился. Он действительно выглядит так, словно его построили совсем недавно. Мне любопытно, что они использовали. Я бы хотел тоже сохранить свой дом таким. – Он попытался вложить в свои слова вместо раздражения побольше убеждения. – Я сам немного разбираюсь в химии, но не могу представить, что может много лет сохранять дом таким нетронутым. Нет повреждений ни от морской воды, ни старости, ни даже от насекомых. Это невероятно.

Инес поджала губы, что было дурным знаком.

– Что ж, я понятия не имею. – Ее голос был напряженным, словно он ее чем-то сильно обидел. Она пробила его покупки в рекордно короткое время, не сказав больше ни слова.

Деймон собрал пакеты в одну руку, всем своим видом вынуждая Инес спросить, не нужна ли ему помощь, но тщетно. Тяжело оперевшись на трость, он повернулся к Труди.

– Парень, что выгуливает собаку парикмахера, сказал подметальщику улиц, что он видел, как Сара ходит по воде.

Глаза Труди расширились от потрясения, но по ее лицу было видно, что она ему поверила. Инес буркнула что-то нечленораздельное. Деймон раздраженно развернулся и вышел на улицу. С тех пор, как появились первые слухи о Саре, он испытывал тревогу. Волнение. Возбуждение. В нем рождалось какое-то доселе неизведанное чувство. Предвкушение? Радостное ожидание? Это было смешно. Он пробормотал проклятие в адрес этой отсутствующей Сары.

Он хотел покоя, разве нет? Его не интересовала женщина, о которой судачил весь город. Сара, может, и не ходила по воде, но ее дом был загадкой. Деймон не видел причин, почему бы ему по-соседски не нанести ей визит и не спросить, при помощи какого средства для консервации дерева они достигли практически невозможных результатов.

Деймон Уайлдер находился на грани умопомешательства. Переезд в этот малюсенький городок на побережье был его последней попыткой не сойти с ума. Он понятия не имел, как он сможет это сделать или почему он выбрал именно этот городок с его эксцентричными жителями, но что-то в нем его привлекло. Ни один из вариантов больше не подходил. Деймон ступил на эту плодородную почву и понял, что если это место не станет ему домом, то уже никакое не сможет. Ему было очень трудно вписаться в окружение, но море успокаивало его, а длительные прогулки по камням и скалам, которым был миллион лет, занимали его.

Деймон не торопясь разложил продукты. Чувство, что этот город и это место станут его последним пристанищем, было таким сильным, что он купил здесь дом. Дом был одной из немногих радостей в жизни Деймона. Ему нравилось работать над ним. Он любил дерево и мог с головой погрузиться в перепланировку пространства, чтобы оно полностью удовлетворяло его потребностям. Эта работа часами занимала его настолько, что ничто другое не тревожило его мыслей, и он какое-то время пребывал в покое.

Он выглянул в окно большого эркера, выходившего на море и предоставлявшего отличный вид на дом, стоявший на утесе. Деймон провел больше часов, глядя на темные безмолвные окна, балконы и зубчатые стены, чем готов был себе в этом признаться. Этот дом был уникальным сооружением из другого века, времени и места. Впервые в нем горели огни. Его окна манили Деймона ярким светом.

У него адски болела нога. Ему нужно было сидеть и отдыхать, а не бродить по сельской местности. Деймон посмотрел на дом, привлеченный исходившим от него теплом. Он казался почти живым и умолял его приблизиться. Деймон вышел на веранду, полагая посидеть в кресле и насладиться видом на море. Вместо этого он, прихрамывая, оказался на дорожке, ведущей к скалам, медленно, но верно поднимаясь по ней. Это было сродни мазохизму. Дорожка была узкая, крутая, местами каменистая и не слишком отличалась от оленьей тропы да еще и чересчур заросшей. Его трость скользила на мелких камнях, и он дважды чуть не упал. К тому моменту, как он добрался до границы этого частного владения, он уже проклинал все и вся.

Однако, поднявшись наверх, Деймон застыл от потрясения. Он был здесь не далее как вчера, обошел дом и его окрестности. Вокруг все заросло, повсюду были высокие кустарники и сорняки. Потемневшие от зимы кусты и деревья поникли. Заметное отсутствие каких бы то ни было звуков придавало этому месту странную, пугающую ауру. Теперь здесь были цветы, словно все вокруг расцвело за одну ночь. Взору Деймона предстало безумство красок, под ногами стелился травяной ковер. Он мог слышать жужжание насекомых, веселое кваканье лягушек, словно сюда внезапно пришла весна.

Ворота, которые еще вчера были надежно заперты, теперь были гостеприимно распахнуты. Казалось, все вокруг приветствует его. В его сердце родилось чувство умиротворения. Деймону отчасти захотелось просто присесть на одну из удобных скамеечек и погрузится в эту атмосферу.

По решетке вились розы, везде были рододендроны, настоящий лес из них. Он никогда не видел таких высоких растений. Деймон пошел по тропинке и заметил, что не осталось ни одного сорняка. Выложенная камнями дорожка вела до самого дома. Камни были помечены тщательно вырезанными символами. Для того чтобы сделать эти глубокие отметки, кому-то потребовалась немалая сноровка и аккуратность. Деймон склонился, чтобы оценить отлично выполненную работу. Его восхитили мастерство и детальность исполнения. Мастера в маленьких городках в полной мере обладали этими качествами, за что он их очень уважал.

Когда он приблизился к дому, с моря подул ветер, принесший соленые брызги и живую мелодию. «Сара здесь. Сара вернулась». Эти слова весело разнеслись над землей. Только тогда Деймон услышал пение птиц и огляделся по сторонам. Они были повсюду. Всевозможные птицы перелетали с дерева на дерево, над головой были слышны звуки их крыльев. Перепрыгивая с ветки на ветку, шумели белки. Солнце опускалось в океан, окрасив небо яркими всполохами розового, оранжевого и красного цветов. Туман на горизонте на фоне моря был похож на остров в облаках. Деймон никогда не видел ничего, столь же прекрасного. Он просто стоял, опираясь на свою трость, и смотрел на чудесные изменения вокруг него.

Из дома послышались голоса. Один был тихим и мелодичным. Он не мог уловить слов, но его интонации пробрались ему под кожу, в самое его естество, в жизненно важные органы. Привлеченный этим голосом, Деймон подошел ближе и тут же увидел на крыльце двух собак. Шерсть на их загривках поднялась, и они настороженно смотрели на него, опустив головы и не издавая ни звука.

Деймон застыл. Голоса продолжили разговор. Один из них плакал. Он мог слышать этот душераздирающий звук. Плачущий голос был женским. Мелодичный голос успокаивал. Деймон перенес вес на ноги и обеими руками взялся за трость. Если ему придется воспользоваться ею, как средством защиты, так его позиция будет более устойчивой. Однако, хотя собаки его взволновали, его больше интересовал голос. Он прислушался.

– Пожалуйста, Сара, ты должна что-нибудь сделать. Я знаю, ты можешь. Пожалуйста, скажи, что поможешь мне. Я не могу этого выносить, – произнес плачущий голос.

Горе женщины было таким сильным, что Деймон ощутил ее боль. Он не мог вспомнить, когда такое случалось с ним в последний раз, каково было чувствовать что-то еще помимо скуки и разочарования. Собаки принюхались и, словно узнав его, приветственно завиляли хвостами, а затем сели, перестав казаться столь угрожающими. Стараясь держать собак в поле зрения, Деймон попытался уловить слова, которые произносил тихий, мелодичный голос.

– Я знаю, что это тяжело, Ирэн, но это ведь не пластырь на поцарапанное колено наклеить. Что говорят врачи?

Опять послышались рыдания. Они потрясли его, причиняя внутреннюю боль и вызывая давление в груди. Деймон позабыл о собаках и прижал руку к тому месту, где было сердце. Ирэн Мэдисон. Теперь он узнал голос. Инес рассказала ему в магазине, что ее пятнадцатилетний сын Дрю был смертельно болен.

– Нет никакой надежды. Они сказали отвезти его домой и устроить его поудобнее. Ты же знаешь, ты можешь найти выход. Пожалуйста, сделай это для нас. Для меня.

Деймон еще немного приблизился к дому, недоумевая, что, по мнению Ирэн, могла сделать Сара. Совершить чудо? На краткий миг воцарилась тишина. Окно было открыто, ветер раздувал белые кружевные занавески. Он ждал, затаив дыхание. Ждал ответа Сары. Ждал звука ее голоса.

– Ирэн, ты же знаешь, что я этим не занимаюсь. Я только что приехала домой. Даже вещи еще не распаковала. А ты просишь меня…

– Сара, я умоляю тебя! Я все сделаю, что хочешь, тебе отдам. Я на коленях тебя прошу… – Эти рыдания душили Деймона. В этой женщине была такая боль.

– Ирэн, встань! Что ты делаешь? Прекрати.

– Скажи, что придешь к нему. Пожалуйста, Сара. Наши матери были лучшими подругами. Если не для меня, сделай это для моей матери.

– Я зайду, Ирэн. Я ничего тебе не обещаю, но я зайду. – В этом нежном голосе слышалось смирение. Усталость. – Через день-два приедут мои сестры, и, когда мы все отдохнем, мы придем к тебе и посмотрим, что можно сделать.

– Знаю, ты думаешь, что я прошу о чуде, но это не так. Я просто хочу провести с ним еще немного времени. Приходи, когда отдохнешь, когда приедут остальные и смогут помочь. – Облегчение, которое почувствовала Ирэн, охватило и Деймона, хотя он понятия не имел почему. Он лишь чувствовал, что тяжесть в его груди исчезла и его сердце на мгновение воспарило.

– Я посмотрю, что могу сделать.

Голоса приближались к нему. Деймон ждал, его сердце громко стучало. Он не знал, чего ожидать или хотя бы чего он хотел, но все в нем застыло от предвкушения.

Дверь открылась, и в тени широкого крыльца с колоннами появились две женщины.

– Спасибо, Сара. Большое тебе спасибо, – произнесла Ирэн, с благодарностью пожимая руки Сары. – Я знала, что ты придешь.

Она сбежала по ступенькам мимо собак, которые поспешили к своей хозяйке. Ирэн даже слегка улыбнулась Деймону, когда проходила мимо. Ее заплаканное лицо просветлело от надежды.

Деймон оперся на трость и посмотрел на Сару.

Глава 2

Сара остановилась на крыльце, оставаясь в тени. Деймон не мог понять, сколько ей лет. Ее лицо, казалось, не имело возраста. Глаза, полные знания и силы, были глазами старухи. А кожа выглядела гладкой и безупречной, придавая ей чрезвычайно юный вид, резко контрастировавший с прямым, всезнающим взглядом. Она просто стояла неподвижно, не отводя от него своих невероятных глаз.

– Как вы прошли через ворота?

Такого вопроса Деймон не ожидал. Он полуобернулся, чтобы посмотреть на произведение искусства из кованого железа. На воротах в шесть футов[1] высотой красовался сложный узор. Он не раз разглядывал его, обратив внимание на символы и образы различных животных, звезд и лун. Коллаж из диких существ смешался со знаками стихий: земли, воды, огня и ветра. Прежде, когда он подходил взглянуть на дом с садом, ворота всегда были крепко заперты.

– Они были открыты, – просто ответил Деймон.

Она удивленно приподняла бровь и перевела взгляд на ворота, а потом обратно на него. В ее глазах появилась заинтересованность.

– А собаки? – Опустив руку на массивную голову одной из них, Сара рассеянно потрепала ее за ушами.

– Они мельком взглянули на меня и решили, что я друг, – ответил он.

По ее лицу пробежала едва заметная тень, которая тут же исчезла.

– Неужели? Вы, должно быть, хорошо ладите с животными.

– Я ни с кем не лажу, – ляпнул он, прежде чем сообразил, что делает. Он был так потрясен и смущен этим признанием, что не сумел найти способ перевести его в шутку, поэтому оно так и осталось висеть между ними.

Долгое время, целую вечность Сара просто изучала его лицо. У нее был прямой взгляд, который, казалось, проникал сквозь физическую оболочку прямо в душу. Это заставило Деймона почувствовать неловкость и пристыженность.

– Вам лучше войти и немного посидеть, – произнесла она наконец. – Вокруг вашей ауры чернота. Вас терзает боль, но я все еще не понимаю причины вашего прихода. – Она повернулась и вошла в дом, явно ожидая, что он последует за ней. Обе собаки так и сделали, спеша за ней по пятам.

Деймон поступал странно с тех самых пор, как услышал первый шепоток сплетен. Он стоял, опираясь на трость, и удивлялся, что на него нашло. Наконец-то он увидел всемогущую Сару. Она была всего лишь женщиной с потрясающими глазами. И все. Она не могла ходить по воде или двигать горы. Не могла взобраться по неприступной скале или разделаться с главами террористических группировок. Она обычная женщина. И, судя по всему, совершенно чокнутая. Его аура черная? Что, черт возьми, это значит? Наверное, у нее дома полно кукол вуду и мертвых цыплят.

Он уставился на открытую дверь. Сара не вернулась и не оглянулась, чтобы проверить, последовал ли он за ней. Дом просто проглотил загадочную Сару. Деймон поднял глаза и увидел, что тьма уже начала сгущаться и на небе с проплывавшими клочковатыми облаками появились первые звезды. И как бы его это ни раздражало, он знал, что собирается войти вслед за ней в этот дом. Точно так же, как ее чертовы собаки.

Деймон утешал себя тем фактом, что его чрезвычайно интересуют способы сохранения древесины и краски. Он был заинтригован домом Сары задолго до ее возвращения в город и не мог упустить подвернувшуюся возможность изучить строение поближе, даже если это означало, что ему предстоит попытка светской беседы с сумасшедшей незнакомкой. Он провел пальцами по темным волосам и уставился на пустой дверной проем. Пробормотав себе под нос ругательство, Деймон последовал за хозяйкой настолько быстро, насколько ему позволяли трость и поврежденная нога.

Лестница, ведущая на крыльцо, оказалась крепкой, как скала. Окружавшая дом веранда была широкой и красивой, словно приглашая посидеть в тени и насладиться видом морского прибоя. Деймону захотелось задержаться и продолжить нежиться в умиротворяющей атмосфере дома Сары, однако он ступил внутрь. Воздух здесь был прохладным и душистым, наполненным каким-то ароматом, напоминавшим ему о лесе и цветах. Широкий, выложенный мозаикой коридор вел в огромную комнату.

С чувством благоговения Деймон уставился на пол, являвший собой настоящее произведение искусства. Едва он посмотрел на него, у него появилось ощущение, будто он проваливается в другой мир. Глубокая морская синева на самом деле оказалась небесным океаном. Звезды вспыхивали и сверкали, будто живые. Ярко сиял серебряный шар луны. Деймон завороженно застыл, борясь с желанием опуститься на колени и изучить каждый миллиметр этого пола.

– Мне нравится этот пол. Ходить по нему просто грешно! – громко заявил он.

– Рада, что вам нравится. Я считаю его очень красивым, – отозвалась Сара. Ее голос был мягким, как бархат, но тем не менее доносился до него через весь дом. – Его сделала моя бабушка вместе с сестрами. У них очень много времени ушло на то, чтобы добиться должной правдоподобности. Скажите, что вы видите, когда вглядываетесь в это полночное небо?

Он помедлил, но притягательность пола оказалась слишком сильной, чтобы ей сопротивляться. Деймон пристально его изучил.

– В наползающих на луну облаках притаились темные тени. А за облаками луну окружает красное кольцо. Звезды выстраиваются в странный узор. В море облаков парит тело мужчины, в сердце которого что-то вонзилось.

Он с вызовом взглянул на хозяйку, но Сара лишь улыбнулась.

– Я собираюсь пить чай; не желаете присоединиться? – Она вошла в открытую дверь кухни, и Деймон услышал звук льющейся воды, наполняющей чайник.

– Да, спасибо, звучит прекрасно. – Как ни странно, так оно и было. Он не пил чай. Вообще. Должно быть, он сходит с ума.

– Если вам интересно, слева от вас фотографии моей бабушки и ее сестер.

Деймон всегда считал разглядывание фотографий незнакомых людей чрезвычайно нелепым занятием, но тут не сумел справиться с искушением посмотреть на женщин, которым удалось создать такую красоту. Он подошел к стене с фотографиями. Здесь было много женских фотографий, одни были черно-белыми, другие – цветными. Некоторые из них были явно очень старыми, но он с легкостью заметил сходство между всеми этими женщинами. Деймон откашлялся и нахмурился, заметив странную закономерность.

– Почему на всех семейных фото по семь женщин?

– Кажется, в нашей семье существует необычный феномен, – с готовностью ответила Сара. – В каждом поколении у одной из нас рождается семь дочерей.

Деймон пораженно оперся на трость и изучил каждую группу женских лиц.

– Одна из этих семи девочек всегда рожает семь дочерей? Намеренно?

Сара рассмеялась и вышла из кухни, чтобы присоединиться к нему у стены с фотографиями.

– В каждом поколении.

Деймон перевел взгляд с Сары на лица ее сестер на фото почти в самом центре стены.

– И которая из вас несет ген безумия?

– Хороший вопрос. Прежде никто не додумывался спросить об этом. Моя сестра Эль – седьмая дочь, поэтому именно она наследует бремя ответственности. Или, если вам угодно, безумия. – Сара указала на девушку с юным личиком, яркими зелеными глазами и густыми рыжими волосами, небрежно стянутыми в «конский хвост».

– И где бедняжка Эль сейчас? – спросил Деймон.

Сара сделала вдох, затем медленно выдохнула, ее длинные ресницы, задрожав, опустились. И тотчас на ее лице отразилось умиротворение, она выглядела спокойной и словно излучала свет. Наблюдая за ней, Деймон ощутил нечто странное и неизмеримо пугающее, как будто его сердце вдруг начало таять. Очарованный, он не мог отвести от нее глаз. Странно, но на один миг у него создалось впечатление, будто Сары в этой комнате больше нет. Будто ее дух отделился от физической оболочки, позволив ей перенестись сквозь пространство и время. Деймон встряхнулся, пытаясь избавиться от этого безумного впечатления. Он обладал не слишком богатым воображением, однако был абсолютно уверен в том, что Сара каким-то образом связалась со своей сестрой Эль.

– Эль в пещере самоцветов, глубоко под землей, там, где она может слышать биение сердца земли. – Сара открыла глаза и посмотрела на него. – Я Сара Дрейк.

– Деймон Уайлдер. – Он указал в сторону своего дома. – Ваш новый сосед. – Он уставился на Сару, упиваясь ее видом. Все это не имело смысла. Она определенно вовсе не была первой в мире красавицей, но его сердце и легкие утверждали обратное. Сара была среднего роста и обладала женственной фигурой, облаченной в старые, потрепанные синие джинсы и клетчатую фланелевую рубашку. Она вовсе не выглядела эффектной соблазнительницей, и все же его легкие горели от нехватки воздуха, а сердце забилось сильнее. Его тело болезненно напряглось, хотя она даже не пыталась изображать из себя сексуальную сирену, а просто стояла рядом в своей удобной старой одежде, откинув за спину роскошные темные волосы, обрамляющие бледное лицо. Это было самое невыносимое и унизительное из его жизненных злоключений.

– Вы купили дом старика Гановера. Там фантастический вид! И как вам наш маленький городишко? Вы похожи на человека, который гораздо уютнее чувствует себя в большом городе. – Невозмутимый взгляд голубых глаз был прямым и оценивающим.

Деймон крепче сжал набалдашник трости. Сара заметила, как побелели костяшки его пальцев.

– Я просто увидел его на карте и сразу понял, что это именно то место, где я хотел бы жить после того, как удалюсь от дел. – Она изучала его лицо с отпечатавшимися на нем линиями страдания и чересчур старым взглядом. Ее нового соседа окружала печать Смерти, он увидел Смерть в полуночном небе, и тем не менее Сару поразительно влекло к нему.

Ее бровь изящно изогнулась.

– По-моему, вы слишком молоды, чтобы удаляться от дел. Здесь не слишком оживленно.

– Вынужден с этим не согласиться. Вы в последнее время наведывались в продуктовый магазин? Инес предоставляет потрясающую развлекательную программу. – В его голосе смешались едкий сарказм и презрение.

Сара отвернулась, ее плечи заметно напряглись.

– Что вы вообще знаете об Инес, чтобы составить о ней свое мнение всего за месяц проживания здесь? – Ее голос звучал по-доброму и заинтересованно, но у него возникло такое ощущение, будто он только что наступил ей на больную мозоль.

Стараясь не бубнить себе под нос грязные ругательства, Деймон, словно щенок, захромал следом за ней. Для него никогда не имело значения, что думают другие люди. У каждого человека существует своя точка зрения, и некоторые из них действительно обоснованны. Так почему, черт возьми, ему так важно, что о нем подумает Сара? И почему ее бедра непременно должны покачиваться с таким гипнотическим призывом?

Кухня была выложена той же синей плиткой, что и полночное небо в мозаике. Длинный ряд окон открывал вид на сад из цветов и трав. В центре внутреннего дворика виднелся трехъярусный фонтан. Сара взмахом руки пригласила Демона к длинному столу, готовя тем временем чай. Он не приметил в доме ни пылинки, ни соринки, ни единого грязного пятнышка.

– Когда вы приехали?

– Вчера поздно ночью. Так замечательно снова оказаться дома. С момента моего последнего приезда прошло уже пару лет. Родители сейчас находятся в Европе. У них есть несколько домов, любимый из которых в Италии. Бабушка живет с ними, поэтому дом на утесе пустовал.

– Так значит это дом ваших родителей? – Когда она слегка покачала головой и таинственно улыбнулась, он спросил: – Дом принадлежит вам?

– Мне и моим сестрам. Он перешел нам от матери. – Она принесла дымящуюся кружку чая и поставила ее на стол возле его ладони. – Думаю, это вам понравится. Он успокаивает и помогает снять боль.

– Я не говорил, что у меня что-то болит. – Деймон едва не пнул сам себя. Это звучало смехотворно и по-детски даже для его собственных ушей. – Спасибо, – пробормотал он, пытаясь украдкой понюхать чай, чтобы не оскорбить хозяйку.

Сара села напротив него, обеими руками держа свою кружку с чаем.

– Так чем я могу вам помочь, мистер Уайлдер?

– Зовите меня Деймоном, – произнес он.

– Значит, Деймон, – согласилась она с короткой улыбкой. – Я просто Сара.

Деймон чувствовал на себе ее пронизывающий взгляд.

– Я очень заинтересовался вашим домом, Сара. Краска на нем не стирается и не отслаивается даже в местном соленом воздухе. Я надеялся, что вы расскажете мне, какой использовали консервант.

Сара откинулась на спинку стула и поднесла чашку к губам. У нее были красивые губы. Широкие, полные и изогнутые, словно она все время смеялась. Или приглашала к поцелуям. Эта непрошеная мысль возникла сама собой, как только он уставился на ее рот. Сущее искушение. Деймон ощутил тяжесть ее пристального взгляда, и почувствовал, как по его шее начала подниматься краска смущения.

– Ну да. Несмотря на свою травму, вы вышли прогуляться поздним вечером только затем, чтобы узнать, какой консервант я использую для своего дома. Это, разумеется, все объясняет.

В ее голосе не было даже намека на веселье или сарказм, но глупый румянец все равно добрался до его лица. Глаза Сары видели слишком много, видели в Деймоне то, что он не хотел показывать, что не мог позволить себе открыть. Он хотел отвести взгляд, но, казалось, не мог оторвать от нее глаз.

– Скажите мне, почему вы пришли на самом деле. –  Ее тихий голос так и манил поведать ей свои тайны.

Он в расстройстве запустил пальцы в волосы.

– Честно говоря, я и сам не знаю. Извините, что вторгся в вашу частную жизнь. – Но на самом деле он об этом ничуть не сожалел. Это была ложь, и они оба это знали.

Она сделала еще один глоток чая и указала на его кружку.

– Пейте чай. Это специальная смесь составлена лично мною. Думаю, вам понравится, и уверена, что он заставит вас почувствовать себя лучше. – Она усмехнулась. – Клянусь, там нет ни жаб, ни глаз тритона.

От улыбки Сары у него мгновенно перехватило дыхание. Было странно ощущать, как простая улыбка вызывает такое чувство, будто тебе так сильно двинули в живот, что выбили весь воздух из легких. Деймон подождал несколько мгновений, прежде чем оправился настолько, чтобы заговорить.

– А почему вы думаете, что мне необходимо почувствовать себя лучше? – спросил он, стараясь выглядеть беспечным.

– Для этого не нужно быть провидицей, Деймон. Вы хромаете. Вокруг вашего рта залегли белые линии напряжения, а ваша нога дрожит.

Деймон поднял чашку ко рту и сделал осторожный глоток варева. Вкус был исключительным.

– Некоторое время назад на меня напали. – Слова вырвались прежде, чем он успел себя остановить. Он в ужасе заглянул в кружку с чаем, опасаясь, не было ли это зелье сывороткой правды.

Сара аккуратно поставила свою чашку на стол.

– На вас напал человек?

– Ну, он не был незнакомцем. – Он сделал большой глоток чая. Его жар согрел его, распространяясь по всему телу и достигая самых болезненных мест.

– Почему у одного человека появляется желание убить другого? – вслух размышляла Сара. – Я никогда этого не понимала. Деньги – на самом деле такая глупая причина.

– Большинство людей так не думает. – Он потер лоб, словно у него болела голова, или, возможно, вспоминая. – Люди убивают по множеству причин, Сара.

– Как ужасно для вас. Надеюсь, его поймали.

Деймон покачал головой прежде, чем успел остановиться. Ее ясный взгляд задержался на его лице, снова заглянув ему в душу так, что Деймону захотелось выругаться.

– Я смог уйти, но мой помощник... – Он прервался, чтобы поправиться: – Мой друг оказался не так удачлив.

– О, Деймон, мне так жаль.

– Я не хочу об этом думать. – Он просто не мог. Было слишком рано, слишком больно. В своих кошмарах, в сердце и душе он все еще слышал эхо криков. Видел мольбу в глазах Дэна Тредвея. Образ его смерти навечно отпечатался в голове Деймона. Боль вдруг показалась ему почти невыносимой. Он плакал в душе, грудь жгло огнем, горло сжималось от горя.

Сара потянулась через стол и кончиками пальцев дотронулась до его головы. Этот жест казался естественным, даже непроизвольным, а прикосновение было настолько легким, что он едва почувствовал его. Тем не менее Деймон ощутил его эффект, когда у него в голове словно бы что-то взорвалось. Возникшие крошечные электрические импульсы избавили его от ужасной боли в висках и затылке.

Схватив Сару за запястья, Деймон отвел ее руки и сразу отпустил. Он дрожал, и она это чувствовала.

– Не надо. Не делайте так.

– Простите, мне следовало сначала спросить, – сказала Сара. – Я просто пыталась помочь. Хотите, я отвезу вас домой? Снаружи уже темно, а для вас небезопасно пытаться спуститься с холма без достаточного освещения.

– Я так понимаю, защитный краситель – это большая и темная семейная тайна, – произнес Деймон, пытаясь перевести беседу в более легкий тон. Он допил чай и встал. – Да, спасибо, я бы не возражал, если бы вы меня подбросили домой. – Его эго тяжело было это признавать, но и дураком Деймон не был. Он ведь и так уже выставил себя перед Сарой полным идиотом.

Тихий смех Сары удивил его.

– На самом деле я понятия не имею, является эта краска семейной тайной или нет. Мне придется провести небольшое исследование по этому поводу, и тогда я поделюсь с вами результатами.

Деймон не смог сдержать ответную улыбку. В смехе Сары было нечто заразительное, что-то в ней самой неудержимо влекло его.

– Вы знаете, что, когда вы приехали, ветер отчетливо прошептал: «Сара вернулась. Сара дома». Я сам это слышал. – Слова вырвались у него почти против воли.

Она не рассмеялась, как он ожидал, но выглядела довольной.

– Это очень красивые слова. Спасибо, Деймон, – искренне произнесла она. – А ворота действительно были открыты? Парадные ворота с узорами, а не те, что сбоку?

– Да, они были широко распахнуты, словно приглашая меня войти. По крайней мере, создавалось такое впечатление.

Ее голубые, как море, глаза изучали его лицо, вглядываясь в каждую деталь, каждую черточку. Он знал, что не слишком хорошо выглядит. Мужчина за сорок, потрепанный жизнью и покрытый шрамами. Не физическими, но внутренними, и она, несомненно, видела, как он измучен.

– Очень интересно. Думаю, нам предназначено стать друзьями, Деймон. – Ее голос окутал его нежностью шелка и жаром.

Деймон понял, почему горожане произносили ее имя со страхом. С уважением. Загадочная Сара казалась настолько открытой, и в то же время ее глаза таили тысячи тайн. В ее голосе звучала музыка, а руки исцеляли.

– Я рад, что ты вернулась домой, Сара, – сказал он, надеясь, что не сделал из себя еще большего дурака.

– Я тоже, – ответила она.

Глава 3

– Сара! – Ханна Дрейк бросилась в объятия сестры. – Как я рада тебя видеть! Я так по тебе соскучилась. – Она отстранилась на расстояние вытянутых рук, чтобы получше рассмотреть Сару. – Кстати, ты сейчас похожа на вора-домушника, собирающего ограбить местный музей. Я и понятия не имела, что картины Фрэнка Уорнера стали такими ценными. – Она весело рассмеялась собственной шутке.

Ей вторил тихий смех Сары.

– Мне следовало знать, что по возвращении ты станешь пробираться в дом в два часа ночи. Это так на тебя похоже. Где ты была на сей раз?

– В Египте. Какая же это невероятно красивая страна! – Ханна устало уселась на качели у крыльца. – Но я совсем вымоталась, добиралась домой целую вечность. – Слегка нахмурившись, она изучала обтягивающее черное одеяние Сары. – Интересный у тебя набор инструментов, сестричка. Надеюсь, мне не придется вносить за тебя залог? Я действительно устала, и, если позвонят полицейские, могу не проснуться.

Сара без малейшего намека на смущение застегнула низко на талии пояс с набором маленьких инструментов.

– Если я не смогу очаровать полицейского, поймавшего меня на небольшом взломе, то не заслуживаю фамилии Дрейк. Заходи и ложись спать. Я переживаю за нашего соседа и собираюсь просто пройтись по округе и убедиться, что с ним ничего не случилось.

Бровь Ханны взметнулась вверх.

– О боже, Сара! Мужчина? В твоей жизни появился настоящий, всамделишный мужчина? Где он? Я хочу пойти с тобой. – Она потерла руки, и ее лицо просияло. – Подожди, пока я не расскажу остальным. Могущественная Сара пала!

– Я вовсе не пала... Не начинай, Ханна. У меня просто появилось одно из моих предчувствий, и я собираюсь его проверить. Лично к Деймону это вообще не имеет никакого отношения.

– Ого, это становится действительно интересным. Деймон. Ты помнишь его имя. Как вы познакомились? Давай, Сара, не томи, рассказывай уже со всеми мельчайшими подробностями!

– Тут не о чем рассказывать. Он просто заглянул, чтобы спросить о консерванте древесины и о краске. – Тон Сары был спокойным и отчужденным.

– Хочешь, чтобы я поверила, что он вошел сам, без приглашения? Ты, должно быть, пригласила его в дом.

– Нет, не приглашала, – возразила Сара. – На самом деле ворота оказались открытыми, а собаки позволили ему войти.

– Ворота открылись сами? – недоверчиво переспросила Хана, вскочив на ноги. – Определенно, я иду с тобой!

– Нет, не идешь. Ты же вымоталась, помнишь?

– Подожди, пока я не расскажу остальным, что для него открылись ворота. – Ханна подняла руки к небесам и звездам. – Ворота ведь открываются для того самого, единственного мужчины, верно? Это ведь так работает? Ворота распахнутся перед мужчиной, которому предназначено стать любовью всей жизни старшего ребенка.

– Ты прекрасно знаешь, что я не верю в эту ерунду. – Сара попыталась бросить на сестру свирепый взгляд, но рассмеялась. – Не могу поверить, что ты вообще вспомнила об этом старом пророчестве.

– Как будто ты сама об этом не думала, – поддразнила ее Ханна. – Ты уходишь посреди ночи, чтобы просто по-соседски прогуляться вокруг его дома. Если ты скажешь, что так оно и есть, то я, разумеется, поверю. Тот телескоп на парапете направлен в сторону его спальни?

– Не смей смотреть, – приказала Сара.

Ханна изучала ее лицо.

– Ты смеешься, а твои глаза нет. – Она положила ладонь на плечо сестры. – Расскажи мне, что случилось, Сара.

Та нахмурилась.

– Он несет на себе печать Смерти. Я видела ее. И он прочитал ее в мозаике. Не знаю, чья это смерть, но меня манит к нему. Его сердце разбито и пронзено насквозь, и эта тяжелая ноша медленно убивает Деймона. Он увидел красное кольцо вокруг луны.

– Его окружают насилие и смерть, – тихо, почти про себя промолвила Ханна. – Почему ты идешь одна?

– Так надо. Я чувствую... – Сара подыскивала правильное слово. – Притяжение. Это больше чем работа, Ханна. Дело в нем самом.

– Он может быть опасен.

– Его окружает опасность, но если и он опасен для меня, то не по той причине, о которой ты думаешь.

– Вот черт, тебе действительно нравится этот парень. Ты считаешь его горячим. Я расскажу остальным, а потом поднимусь на парапет, чтобы посмотреть на него! – Ханна повернулась и помчалась в дом, захлопнув дверь-ширму, чтобы Сара не смогла последовать за ней.

Сара засмеялась, послала сестре воздушный поцелуй и стала спускаться по лестнице. Ханна, как всегда, выглядела замечательно, высокая, смуглая и прекрасная даже после путешествия через океан. Когда ее волнистые волосы спутывались, она смотрелась просто модно. Другие женщины платили целое состояние, стараясь добиться ее естественного взъерошенного стиля. Сара всегда необыкновенно гордилась природной элегантностью Ханны. Ее душа была яркой и сияла, как звезды в небе. У Ханны был свободолюбивый дух, жаждавший широких открытых пространств и чудес света. Она говорила на нескольких языках и много путешествовала. На страницах журналов то и дело появлялись ее фото с заядлыми исследователями отдаленных уголков планеты, а в следующем месяце она уже направлялась на раскопки в Каир. Высокий рост, стройная фигура и невероятно красивое лицо сделали ее любимицей множества журналов и модельеров. Ее мягкая натура всегда притягивала к ней людей. Сара была счастлива видеть Ханну дома.

Сара почти бесшумно пробиралась по узкой оленьей тропе, пересекавшей ее владения и ведущей к земле Деймона Уайлдера. Она знала каждый дюйм как своей, так и его собственности, и туго заплела волосы, чтобы они не цеплялись за низкие ветви и кусты ежевики. Ее ботинки были легкими и позволяли мягко ступать по веточкам и засохшим листьям. Она вовсе не думала о широких плечах Деймона или о его темных, измученных глазах. И не верила в романтические истории. Они были не для Сары. Романтика была создана для изящной Ханны или прекрасной Джоли. Хорошо, возможно, не для прекрасной, но взбалмошной Джоли, но, определенно, для большинства ее сестер. Только не для Сары.

Деймон Уайлдер находился в гораздо большей беде, чем он думал. Сара не любила сложности. А древние пророчества, широкие мужские плечи и черные ауры, определенно, несли в себе сложности. Лунный свет разливался по морю. Она шла узкой оленьей тропой, которая огибала скалы и в конечном счете сходила на нет у дальней границы земель Деймона. Мощные волны рокотали, отступая и накатывая потоками белой пены. Сара находила звук моря успокаивающим, даже когда оно бушевало в шторме. Она всегда принадлежала этому месту, как до нее принадлежала ее семья. Она не боялась моря или дикости сельской местности, и все же ее сердце внезапно тревожно забилось. Забилось от непреложного знания.

Она была не одна в ночи. Сара инстинктивно пригнулась, чтобы ее силуэт не вырисовывался на фоне горизонта, и постаралась слиться с тенями, используя листву в качестве прикрытия. Она двигалась незаметно. Сара привыкла к секретным заданиям и действовала с высоким профессионализмом. Когда ветви скользили по ее плотно вязанному трико, а ботинки на тонкой подошве отрывались от земли, не было слышно ни единого звука.

Сара пробиралась к дому. Она знала о Деймоне Уайлдере все. Он был одним из самых умных мужчин на планете, правительственным сокровищем; «исследовательским центром», состоящим из одного-единственного человека, придумавшего одну из самых инновационных систем безопасности. Его идеи были абсолютно гениальными и далеко опережали свое время. Он был надежным, целеустремленным человеком, перфекционистом, который никогда не упускал ни единой детали.

Когда она читала о Деймоне перед тем, как взяться за его охрану, на Сару произвело сильное впечатление его упорство. Теперь, когда она встретила этого человека, прошедшего через такой ужас, она чувствовала его боль. Сара никогда не позволяла себе принимать работу близко к сердцу и тем не менее не могла перестать думать о его глазах и той мэке, что она видела в их темных глубинах. И она не могла не задаваться вопросом, почему Смерть впилась своими жадными когтями именно в Деймона.

Сара редко бралась за такие задания, но знала, что лучшего прикрытия ей не найти. Так и должно было быть. Она поежилась от возникшего у нее предчувствия. Судьба, рок, как бы это ни называли, являлась силой, с которой в ее семье считались и которую в течение многих лет ей удавалось ловко избегать. Деймон Уайлдер, чтобы осесть, выбрал именно ее родной город. Что бы это значило? Сара не верила в такие совпадения.

У нее не было времени обойти дом или проверить береговую дорогу. Когда она приблизилась к стене, окна которой выходили на ее дом, то услышала слева от себя приглушенное проклятие. Поспешно опустившись на живот и укрывшись в самых густых тенях деревьев, Сара медленно двинулась в том направлении. Она осторожно приподняла голову, исследуя окружающий пейзаж. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы определить местонахождение противников. Не далее чем в двенадцати метрах от себя, на склоне горы, прямо в самом центре густых зарослей она разглядела двух мужчин. У Сары появилось желание улыбнуться. Для этих паршивых псов будет лучше, если они надели свои противоклещевые ошейники.

Лежа в кустах, она стала выводить плавными и медленными движениями пальцев сложный узор, пока листва не начала шелестеть, а веточки не зашевелились, словно живые. Крошечные безмолвные создания спускались с ветвей, падали с листьев и вылезали из земли, направляясь к густым зарослям под горой.

Сара знала, что единственное освещенное окно в доме Деймона было спальней. Если телескоп на парапете ее дома случайно и был направлен в эту сторону, то только потому, что это была последняя комната, которую она изучала. То, что ею оказалась спальня Деймона, всего лишь совпадение. Сара оглянулась на свой дом, возвышавшийся над бьющими волнами, и внезапно заволновалась, что к окуляру телескопа могла приникнуть Ханна.

Она мелодично и тихонько, почти беззвучно, свистнула, отдавая приказ ветру, который подхватил его и отнес ввысь и дальше в сторону моря и дома на скале. Однако внимание Сары привлек шорох веток и листьев. Она увидела, как один из чужаков, словно краб, бросился вниз с холма к дому Деймона. Мужчина присел прямо под освещенным окном и, вытянув шею, осторожно заглянул в комнату.

Рама была на несколько дюймов приподнята, впуская океанский воздух. Бриз развевал занавески, и казалось, что те исполняют странный, призрачный танец. Из-за этих трепещущих занавесок получить ясный обзор было почти невозможно. Прижимаясь к стене, мужчина привстал и, наклонив голову, стал вглядываться в окно.

Сара увидела, что второй чужак распластался на земле и направил на окно винтовку. Она осторожно двинулась вперед, перемещаясь по низкой траве вместе с веявшим над землей ветром. Мужчина с винтовкой не отводил пристального взгляда от своей цели. Он ни разу не дрогнул, оружие оставалось недвижимым, как скала. Значит, профи, решила Сара. Она ожидала этого, но надеялась на другое. Сара могла видеть, как крошечные насекомые заползают в его одежду.

Ветерок согнал облака с луны, угрожая открыть местоположение Сары. Она еще чуть ближе подползла через траву и ежевику и вытянула из кобуры свой пистолет.

Услышав негромкий шорох в комнате, наблюдатель у окна предупреждающе поднял руку. Он всматривался в помещение, пытаясь определить местонахождение жертвы. Внезапно ему в челюсть с гулким звуком впечаталась трость Деймона. Мужчина взвыл, его пронзительный крик эхом отразился в ночи. Он упал на землю, держась за лицо, катаясь и корчась от боли.

Сара не отрывала напряженного взгляда от его напарника с винтовкой, который ждал, когда Деймон появится в окне. Однако тот был слишком умен, чтобы совершить подобную глупость. В окружавшем их покое и безмолвии лишь занавески продолжали исполнять свой жуткий танец. Из-под окна раздавались стоны, но пострадавший мужчина не делал попыток подняться на ноги.

Стрелок ползком двинулся вперед, поскальзываясь на влажной траве и перекатываясь, чтобы защитить винтовку. Это был тот промах, которого ждала Сара. Она тотчас оседлала его и прижала пистолет к затылку.

– Советую тебе не дергаться, – тихо сказала она. – Ты нарушил границы частной собственности, а нам здесь не нравится, когда творятся подобные вещи. – Говоря это, она не отрывала настороженного взгляда от мужчины у окна. Сара повысила голос. – Деймон, ты позвонил шерифу? У тебя тут несколько ночных визитеров, вероятно, нуждающихся в месте, где можно на несколько дней остановиться. Кажется, тюрьма нынешней ночью пустует.

– Сара, это ты?

– Я решила немного прогуляться и заметила лежащую в грязи первоклассную винтовку. – Она вышибла оружие из рук захваченного мужчины. – Это действительно прекрасная вещица; я просто не могла удержаться от возможности разглядеть ее получше. – В ее голосе слышался намек на смех, но дуло пистолета оставалось крепко прижатым к шее пленника. – Деймон, оставайся на месте. Их здесь двое, и они выглядят слегка рассерженными. – Она наклонилась ближе к лежащему на земле мужчине, но не отрывала глаз от его напарника у окна. – Когда окажешься в тюрьме, возможно, тебе захочется провериться у врача. Скорее всего, на тебе полно клещей. Отвратительные маленькие паразиты впиваются, сосут кровь и передают всевозможную интересную заразу от стафилококка до болезни Лайма. Кустарник, в котором ты прятался, просто кишит ими.

Ее сердце все еще предупреждающе колотилось, и тут она поняла почему. Сара резко откатилась направо как раз в тот момент, когда мимо нее просвистели пули, ушедшие в землю. Разумеется, должен был быть третий человек – водитель, ожидавший в темноте на дороге. Она же не успела должным образом осмотреть местность. Наличие водителя было весьма разумно на то случай, если нападавшим понадобится прикрытие при отходе.

Мужчина рядом с Сарой поднялся и набросился на нее, пытаясь вырвать оружие. Ей удалось согнуть одну ногу и, упершись ему в живот, перекинуть злоумышленника через голову. Зацепившись сережкой за его рубашку, она почувствовала жалящую боль в порванной мочке уха. Мужчина злобно выругался, поднялся на ноги и побежал к дороге. Тот, что находился ближе к дому, уже двигался вверх по холму, шатаясь и все еще прижимая руки к челюсти. Водитель обеспечил им прикрытие, задержав Сару градом пуль. Наличие глушителя указывало на то, что у мужчин не было никакого желания извещать горожан о своем присутствии.

– Сара? Ты там в порядке? – с тревогой окликнул Деймон, без сомнения, услышав характерный свист пуль.

– Да. – Сара почувствовала отвращение к себе. Вдалеке послышался звук включаемого автомобильного двигателя и вращающихся в грязи колес, затем машина помчалась прочь по прибрежному шоссе. – Сожалею, Деймон, но я их упустила.

– Ты сожалеешь?! Сара, тебя могли убить! И нет, я не звонил шерифу. Надеялся, что это решили пошалить соседские детишки.

– А я-то приняла тебя за такого гениального человека, – поддразнила она, садясь и вытаскивая из волос веточки. Сара коснулась уха, которое сильно щипало, на пальцах осталась кровь. И потом, это была ее любимая пара сережек.

Шторы зашелестели, и Деймон высунул голову из окна.

– Мы и дальше будем перекрикиваться или ты все-таки войдешь в дом и поговоришь со мной? – По тону его голоса это больше походило не на вопрос, а на приказ.

Сара тихо рассмеялась.

– Полагаешь, это хорошая идея? Только представь, что сказала бы Инес, если бы узнала, что я навещаю тебя посреди ночи? – Она достала носовой платок, чтобы ненароком не смазать отпечатки злоумышленника, и подняла оружие с земли. – Она станет спрашивать о твоих намерениях. Тебе придется отрицать, что они у тебя есть. Быстро распространятся слухи о том, что ты обесчестил меня, и я стану объектом всеобщей жалости. Я не могу этого допустить. Лучше мне просто незаметно пробраться домой.

Деймон еще больше высунулся из окна.

– Проклятье, Сара, я не шучу. Тебя могли убить, ты хоть понимаешь это? Эти мужчины опасны, а ты решила «прогуляться под луной» и поиграть в местного копа. – Его слова прозвучали резче, чем он хотел, но Сара дьявольски его напугала. Он провел рукой по лицу, чувствуя тошноту от одной только мысли о грозившей ей опасности.

– Никакая опасность мне не грозила, Деймон, – словно прочитав его мысли, возразила Сара. – Если тебе интересно, эта винтовка заряжена снотворным, а не пулями. По крайней мере, они не пытались тебя убить, а хотели взять живым.

Деймон вздохнул. Она просто сидела там, на земле, под заливавшими ее лучами лунного света, с винтовкой на коленях и улыбалась ему. Одной улыбки Сары была достаточно, чтобы остановить сердце мужчины. Деймон внимательнее присмотрелся к ее одежде, к пистолету, который она все еще держала в руках, и тихо выругался.

– Черт бы тебя побрал, Дрейк. Мне следовало знать, что ты слишком хороша, чтобы быть настоящей!

– Ты все-таки поверил в россказни обо мне, Деймон? – спросила Сара. И хотя для нее не должно было иметь никакого значения, что он о ней думает или знает, у нее появилось плохое предчувствие. Это ее работа. Все остальное не должно было иметь значения, и все же она почувствовала в груди тяжесть, словно на нее давил огромный камень. Внезапно Сара ощутила, как в животе расползается страх потерять нечто особенное даже прежде, чем оно началось.

– Кто тебя послал, Сара? И не лги мне. На кого ты работаешь?

– Деймон, ты действительно думал, что после случившегося тебе позволят уйти без какой-либо защиты? – Сара не выдала голосом свое сочувствие, зная, что это только сильнее его разозлит.

Он с горечью выругался.

– Я сказал им, что не собираюсь больше нести ответственность за чью-либо смерть. Убирайся к дьяволу с моей земли, Сара, и не возвращайся. – Внезапно Деймон ощутил где-то глубоко в душе сильную боль. Он только что встретил эту женщину. Надежда еще даже не успела полностью оформиться в его сознании и теплилась лишь в сердце, но он все равно ее чувствовал. Это было предательство, и Сара, его загадочная Сара с красивой улыбкой и лживыми глазами, сломила его прежде, чем ему удалось обрести себя.

– Могу заверить вас, мистер Уайлдер, что, несмотря на то, что я женщина, я очень умело выполняю свою работу. – Она намеренно попыталась сменить направление дискуссии, заговорив возмущенным тоном.

– Меня не интересует, насколько ты хороша при выполнении своей проклятой работы или еще чего бы то ни было. Убирайся с моей земли, пока я не вызвал шерифа и тот не арестовал тебя за нарушение границ собственности. – Деймон резко, с пугающей окончательностью, захлопнул окно. Свет погас, как будто это каким-то образом могло оборвать все связи между ними.

Сара сидела на земле и с тяжелым сердцем смотрела на погасшее окно. Море с неизменной равномерностью накатывало свои волны и рокотало. Ветер развевал волосы Сары и гнал по небу облака. Она обхватила колени руками и стала размышлять над тем фактом, что старые пророчества нельзя передавать из поколения в поколение. Чтобы потом никому не пришлось разочаровываться.

Глава 4

Сара не стала вежливо стучать в закрытую дверь. Деймон Уайлдер был уязвлен и зол, и она не могла его за это винить. Она была почти так же смущена, как и он. Чертовы пророчества только портили людям жизнь. Если бы они с Деймоном встретились при обычных обстоятельствах, то все было бы в порядке. Но нет, воротам нужно было радушно открыться перед ним. Это была не их вина, но как Сара могла объяснить двухсотлетнее предсказание? Как могла рассказать Деймону, что ее семья происходит из старинного рода могущественных женщин, которые черпали силу из окружающего мира, и что многовековые пророчества исполнялисьвсегда?

Сара сделала то единственное, что сделала бы любая уважающая себя женщина посреди ночи. Она достала свой небольшой набор инструментов и занялась дверным замком, сделав в уме пометку – установить в доме Деймона приличную систему безопасности, а пока прочитать ему лекцию насчет покупки, по крайней мере, замка с засовом[2].

Будучи ребенком, она часто играла в этом доме, поэтому знала его планировку почти также хорошо, как и своего собственного. Сара быстро прошла через гостиную. Мебели было совсем мало, хотя Деймон переехал сюда уже довольно давно. На стенах не было ни картин, ни фотографий – ничего, что указывало бы, что это был дом, а не просто временное пристанище.

Деймон лежал на кровати, уставившись в потолок. Он начал было закипать, но был слишком напуган, чтобы продолжать злиться. Сара почти попала в засаду. И неважно, что ее послали, чтобы быть его сторожевым псом, ее могли убить. Думать об этом было невыносимо. Окутанная тайной Сара. Как он мог зациклиться на женщине так быстро, когда едва обращал внимание на окружающих? Закрывая глаза, он видел только ее. Мягкость и женственность Сары неодолимо манили его. Она, вероятно, рассмеялась бы, узнав, что он испытывает безрассудное и всеобъемлющее желание ее защитить.

Деймон проглотил еще одно готовое сорваться с губ проклятье, поскольку не был уверен, что сможет заставить себя вновь сорваться с места и уехать. Да и куда ему ехать? Он и так находился на краю света, и тем не менее спустя все эти месяцы им удалось его найти. Никто рядом с ним не будет в безопасности.

– И часто ты в темноте лежишь на кровати и клянешь на чем свет стоит потолок? – тихо спросила Сара. – Потому что это может стать реальной проблемой в наших дальнейших отношениях.

Деймон открыл глаза и уставился на Сару. Она действительно находилась в его спальне, одетая в облегающий черный костюм, подчеркивавший все изгибы ее тела. При виде нее рот Деймона наполнился слюной, а каждая клеточка в его организме возродилась к жизни.

– Так бывает в те моменты, когда меня предают. Точно не знаю, похоже, это спонтанная реакция, которую я не могу сдержать.

Сара огляделась в поисках стула, однако, не обнаружив ни одного, просто спихнула ноги Деймона, чтобы освободить место на кровати.

– Предательство может быть болезненным. Честно говоря, у меня в этом нет никакого опыта. Мою спину, если можно так выразиться, всегда защищают сестры. – Она обратила на него всю силу своих огромных синих глаз. – Ты полагаешь, что наличие друзей, которые настаивают на твоей защите, это предательство?

Он слышал искренность в ее голосе.

– Ты не понимаешь. – Да и как она могла? Как мог кто-либо его понять? – Они не имели права нанимать тебя, Сара. Я оставил свою работу, точнее уволился. У меня нет намерения возвращаться. Я оборвал все связи с той работой и всеми структурами вооруженных сил и частного промышленного сектора.

– Уехав, ты постарался обезопасить свое окружение. – Это была простая констатация факта. Деймон решил бы, что Сара сошла с ума, скажи она ему, что он носит Смерть с собой. – Что произошло, Деймон?

– Разве прежде, чем послать сюда, они не давали тебе читать собранное на меня досье в три дюйма толщиной? – огрызнулся тот, стараясь поддерживать свой гнев на Сару.

Она просто молчала, позволяя вязкой тишине заполнить пространство между ними. Иногда молчание убедительнее слов. Деймон был напряжен, его тело неподвижно замерло, пальцы крепко сжались в кулак, комкая стеганое одеяло. Сара нежно коснулась его руки.

Деймон мог сопротивляться почти всему, кроме этого безмолвного товарищеского жеста. Он повернул руку так, что его пальцы переплелись с пальцами Сары.

– Они напали на нас примерно в пяти кварталах от работы. Со мной был Дэн Тредуэй. Мы планировали пообедать и вернуться на работу. Нам обоим хотелось увидеть, сможем ли мы разобраться с незначительно проблемой, возникшей в программе. – Деймон тщательно подбирал слова. Он больше не работал на правительство, но его работа была секретной.

– Прежде чем бросить нас в багажник автомобиля, нас обоих избили почти до бессознательного состояния. Они даже не пытались делать вид, что им нужны наши деньги. Нас привезли на склад старой лакокрасочной фабрики и потребовали информацию о проекте, которую мы просто не могли им дать, не подвергнув риску других людей.

Сара чувствовала, как дрожит его рука. Она читала отчет из больницы. Обоих мужчин подвергли пыткам. Она знала, что на теле Деймона остались шрамы от многочисленных ожогов.

– Я не мог дать им то, что они хотели, а бедный Дэн вообще понятия не имел, о чем они говорили. – Деймон прижал пальцы к глазам, словно давление могло остановить боль, избавить его от воспоминаний, которые навсегда остались с ним. – Он даже не работал над тем проектом, информацию о котором они хотели получить.

Сара знала, что Дэну Тредуэю прострелили колено, а затем убили выстрелом в голову. Деймон отказался передать нападавшим секретную информацию, которая могла привести к смерти нескольких местных агентов. И он твердо отказывался выдать новейшую оборонную систему. Деймон поджег банки с растворителем краски, чуть не подняв на воздух все здание. При попытке побега его зажало между стеной склада и радиатором машины, сильно повредив ногу.

– Я не хочу иметь друзей, Сара. Быть моим другом себе дороже.

Сара знала, что он говорит правду. Смерть прильнула к нему и искала жертв. Сара не могла рассказать Деймону, что Смерть часто чувствовала себя обманутой. Если дело было в этом, то, чтобы успокоить ее, понадобится какое-то жертвоприношение.

– На твоем предыдущем месте работы знают, кто были те люди? – спросила Сара.

В его пристальном взгляде была мэка.

– Тебе об этом известно лучше меня. Может, враги нашей страны, может, наемники... Черт, да кого это волнует? Они хотели информацию, содержащуюся в моей голове, настолько сильно, что убили ради этого невинного человека. Я больше не хочу придумывать ничего, из-за чего потом могут убить. Поэтому я здесь.

– Ты говорил с кем-нибудь, с врачом, например?

Деймон рассмеялся.

– Естественно, говорил. Компания позаботилась о том, чтобы я поговорил с врачом, особенно после того, как я объявил, что увольняюсь. Оставались еще невыясненные вопросы, и они не хотели, чтобы я уходил. Однако меня не слишком заботили их желания. – Он резко повернул голову и задумчиво посмотрел на Сару. – В этом состоит часть твоей работы, попытаться вернуть меня назад?

Сара покачала головой.

– Я не говорю людям, что делать, Деймон. Это не мой метод. – Ее губы изогнулись. – Хотя, – помедлила она, – наверное, это не совсем так. Исключение составляют мои сестры. Они ждут, что я буду командовать ими, потому что я самая старшая и очень хороша в руководстве.

– Ты хотела сюда вернуться? – Звук моря был успокаивающим, почти родным.

– Больше всего на свете. Я уже какое-то время чувствовала зов океана. Я всегда знала, что вернусь домой и обоснуюсь здесь. Вот только не знаю, когда мне этим заниматься. Деймон, у твоего дома вообще нет никакой защиты. Тебе приходило в голову, что они в любой момент могут летящей походкой войти сюда и снова тебя захватить?

Деймон старался не придавать слишком большого значения ноткам беспокойства в голосе Сары, не думать, что в этом было что-то личное.

– Прошли месяцы. Я решил, что они оставили меня в покое.

Сара тихо присвистнула.

– Ты даже лжешь с каменным лицом и невинными глазами. Приму это к сведению, как и привычку лежа ругаться на потолок. Ты хотел, чтобы они пришли за тобой, не так ли? – Эта догадка была недалека от истины. Сара знала Деймона недостаточно долго, чтобы судить об его характере, но она внимательно прочитала досье, где Деймона описывали как непреклонного и стойкого мужчину, всегда помнящего о своих целях.

– А как бы ты поступила? Они заставили меня сделать выбор между информацией, которая крайне необходима нашей стране, и жизнью друга. Дэн смотрел на меня, когда они стреляли в него, Сара. Я никогда не забуду то, как он смотрел на меня. – Деймон потер ноющий висок. Видения, часто посещавшие его, вырывали его из крепкого сна, и он вскакивал с постели с бешено колотящимся сердцем, криком оглашая равнодушную ночь.

– Какой у тебя план?

Деймон почувствовал, как его желудок завязался в узел. Ее голос звучал очень заинтересовано. Она ожидала плана. У Деймона была репутация мозговитого парня, у него должен был быть план. Его же план состоял в том, чтобы привлечь к себе внимание врагов и разделаться с ними сначала с помощью трости, а уж потом он бы вызвал шерифа. Однако он сомневался, что это впечатлит Сару.

Она вздохнула.

– Деймон, скажи, что у тебя действительно был план.

– То, что ты ходишь по воде аки посуху, вовсе не означает, что и остальные так делают, – пробормотал он.

– Кто тебе сказал, что я хожу по воде? – возмутилась Сара. – Ради всего святого, я делала это лишь однажды, и то это было простое хвастовство. Все мои сестры могут так делать.

Деймон изумленно уставился на нее, его глаза широко раскрылись от потрясения. Сара сохраняла бесстрастное лицо, но смех в глазах ее выдал. Деймон доблестно столкнул ее с кровати, и Сара приземлилась на пол, а ее веселый смех так и звал его присоединиться.

– Ты это заслужил, – сказала она. – Правда, заслужил. Надо же, хожу по воде. Это что-то новенькое. Где ты такое услышал? Да еще и поверил.

Деймон перевернулся на бок и, подперев голову рукой, взглянул на Сару.

– Я сам пустил этот слух в магазине Инес. На какое-то мгновение там мне показалось, что я обладаю экстрасенсорными способностями.

– Ну спасибо большое, теперь все дети будут просить меня им это показать. В следующий раз, когда придешь в гости, я натравлю на тебя собак.

– Что заставляет тебя думать, что я снова приду? – с любопытством спросил он.

– Я так и не рассказала тебе о веществе, благодаря которому сохраняется краска. А ты человек настойчивый. – Она положила голову на кровать. – У тебя есть где-нибудь семья, Деймон?

– Я был единственным ребенком. Родители давно умерли, сначала отец, а затем, шесть месяцев спустя, мать. Они безумно друг друга любили.

– Как это, должно быть, странно расти в одиночестве. У меня всегда были сестры, и я просто не представляю свою жизнь без них.

Его пальцы словно по собственной воле коснулись густых волос Сары. Сейчас они были заплетены в тугую косу, но ему удалось потереть прядь шелковистых волос между большим и указательным пальцами. Как, черт возьми, ей удается делать свои волосы такими мягкими? Загадочная Сара. Он быстро начал думать о ней, как о своей Саре.

– Они все тебе нравятся?

Сара в темноте улыбнулась. Она любила своих сестер, в этом не было никакого сомнения, но никто раньше не додумался спросить, нравятся ли они ей.

– Очень, Деймон. И тебе тоже понравятся. Каждая из них уникальна и по-своему одарена. Все они обладают великолепным чувством юмора. В нашем доме много смеха. – Он потянул ее за прядь. Боли это не причинило, а даже, наоборот, оказалось приятным, словно вызвав у Сары в животе легкое трепетание крыльев бабочек. – Что ты делаешь?

– Я зацепился часами за твою косу и, кажется, только что их освободил, – небрежно ответил Деймон. Он лгал, и его совершенно не заботило, что Сара об этом знала. Годилось любое оправдание, лишь бы увидеть ее волосы распущенными вокруг головы.

Сара тихо рассмеялась.

– Мои волосы? Или свои часы? – Он определенно вытаскивал пряди волосы из укладки. – Мне потребовалась двадцать минут, чтобы так заплести волосы. Я не слишком сильна в парикмахерском искусстве.

– Двадцать минут были потрачены впустую. У тебя красивые волосы. И нет никакой необходимости быть специалистом в парикмахерском искусстве.

Сара была до смешного рада, что он это заметил. Волосы были ее единственной гордостью.

– Спасибо. – Она барабанила пальцами по колену, стараясь найти способ заставить его согласиться с ней по вопросу безопасности. – Деймон, очень важно обеспечить защиту твоего дома. Я могу установить тебе хорошую охранную систему. Я дам знать шерифу, что у нас проблемы, и они  нас выручат.

– Нас? Сара, тебе следует находиться от меня как можно дальше. – Однако его руки продолжали касаться роскошной массы ее волос, повинуясь лишенному всякого смысла, необъяснимому влечению. Он не мог противостоять этому, желая ощутить, как эта шелковистая мягкость скользит по его коже.

– Я думала, что ты должен быть гением, Деймон. Разве не в твоем досье я прочитала, что ты один из умнейших мужчин на земле? Пожалуйста, скажи, что у тебя нет идиотских наклонностей мачо наряду с уже установленными у тебя проблемами в отношении ругательств и пристрастия к волосам. Если дело в этом, то мне придется всерьез заняться изучением пророчества на воротах. Я все смогу стерпеть, кроме идиотизма.

Деймон потянул ее за прядь, чтобы убедиться, что она обратила на него внимание.

– Один из умнейших мужчин? Так говорится в отчете? Мне следовало бы прочитать досье до тебя и удалить очевидную ложь. Я, несомненно, самый умный мужчина, а не один из умнейших. Не оскорбляй меня, делая вид, что в досье говорится нечто иное. И что это еще за пророчество на воротах?

Она отмахнулась от его расспросов.

– Я как-нибудь расскажу тебе историю Дрейков, однако прямо сейчас, мне кажется, ты можешь просветить меня насчет своего глупого комплекса мачо, – настойчиво потребовала она. – Мужчины с мозгами имеют привычку быть высокомерными, но они не должны быть глупыми. Я все-таки эксперт по безопасности, Деймон.

Он картинно вздохнул.

– Значит, мне придется сказать своим друзьям, что в наших отношениях всем заправляет моя подруга?

– А у нас отношения? – Сара откинула голову, чтобы взглянуть на него. – И конечно, у умнейшего мужчины на земле должно быть достаточно большое эго, чтобы нормально чувствовать себя, если верховодит его подруга, независимо от того, есть у них отношения или нет.

– О-о, если никаких отношений нет, то я сомневаюсь, что найдется хоть один мужчина, который сможет выдержать такой сильный удар по своему эго, Сара. Прежде чем мы примем решение, нам надо позвонить эксперту по данным вопросам, проконсультироваться с адвокатом. И никогда не помешает получить мнение второго человека, если нам не понравится первое.

Деймон не мог сдержать улыбки, расползавшейся по лицу. Улыбаться было так приятно. Саре удалось превратить его жизнь в полную неразбериху, но она заставила его улыбаться, заставила его захотеть смеяться, заинтриговала его, вывернула наизнанку, дала ему причину жить. И тяжелый груз, казалось, давивший на его плечи и грудь, на какой-то момент стал легче.

– Тебе не стоит волноваться на этот счет, Деймон. У нас будет шесть очень громких и многословных вторых мнений. Мои сестры найдут гораздо больше слов, чем тебе хотелось бы услышать по этому поводу. Если уж на то пошло, то по любому поводу. Тебе не потребуется советник, они будут просто счастливы помочь тебе совершенно бесплатно.

Взгляд Сары обратился к дому на скале через окно в спальне, шторы в которой должны были быть задернуты. Однако сейчас занавески невидимой рукой были отодвинуты к краям.

– Сара. – В голосе Деймона прозвучала боль.

Ее сердце сладко замерло в груди, и она повернула голову, чтобы взглянуть на него. Их взгляды встретились. В глазах Деймона горел ничем не прикрытый голод, чувственная потребность, желание. Он потянулся к Саре и, обхватив затылок, медленно наклонился к ней. Его губы прикоснулись к ее губам, и они просто растворились друг в друге, слились воедино.

Казалось, воздух вокруг взорвался фейерверком. Или, возможно, это звезды рассыпались по небу, мерцая подобно драгоценным камням. Огонь пробежал по коже Сары, по всему ее телу распространилось тепло. Деймон заявлял на нее свои права, ставил клеймо и делал это очень тщательно. Они упивались друг другом, затерявшись в тумане желания. Губы Деймона были самим совершенством, страстными и жаждущими, требовательными и властными.

Никто до этого не целовал Сару так. Она никогда не думала, что так вообще может быть. Ей хотелось просто провести здесь всю ночь и целоваться.

Деймон переместился на кровати, делая поцелуй еще глубже, а затем, перевалившись через край, растянулся на полу, притянув Сару к себе так, что она оказалась лежащей на нем. И тотчас же его руки обвились вокруг нее, прижав к груди.

Сара почувствовала, как где-то глубоко в нем зарождается смех, и тоже засмеялась. Еще какое-то время они лежали в переплетении рук и ног и счастливо хохотали. Наконец Сара подняла голову и, глядя Деймону в глаза, обвела контур его губ кончиком пальца.

– Деймон, да ты просто волшебник. Такое происходит каждый раз, когда ты целуешь женщину?

– Я не целую женщин, – признался он, потрясенный до глубину души. Его пальцы медленно скользили по ее роскошным, густым, шелковистым волосам, в которые он так хотел зарыться лицом.

– Хорошо, тогда мужчин. Так это происходит всегда? Потому что это просто восхитительно, ты просто восхитителен.

Они вновь расхохотались. Деймон помог Саре сесть, прислонившись спиной к кровати. Он сел рядом с ней, и они оба посмотрели в окно в направлении дома на скале.

– Готов поклясться, что задергивал эти шторы, – заметил он.

– Вполне возможно, – признала Сара с тихим вздохом. – Это все мои сестры. Они, вероятно, в эту самую минуту наблюдают за нами. Ханна приехала домой прямо перед моим уходом, а Кейт и Абигайль прибыли примерно в то время, когда в меня стрелял водитель. Ты можешь помахать им, если хочешь.

– Каким образом они наблюдают за нами? – с интересом спросил Деймон.

– С помощью телескопа. Я использую его, чтобы наблюдать за небом, – произнесла она самым добропорядочным тоном. – И иногда за океаном, но мои сестры откровенно и трогательно суют нос в мои дела. Придется научить их некоторым манерам. – Сара небрежно помахала рукой, пробормотав что-то нечленораздельное. Деймон не смог разобрать слов, но это прозвучало воздушно и мелодично.

Движущиеся тени заполнили комнату. Шторы слегка качнулись, закрыв полумесяц луны, чей слабый свет отражался от рокочущего моря. Деймон моргнул, и в эту долю секунды шторы наглухо закрыли окно.

Глава 5

– Ты целовалась с тем мужчиной, – весело уличила ее Ханна. – Сара Дрейк, а ты дерзкая девчонка. Целоваться с совершенно незнакомым человеком!

Сара старалась выглядеть настолько хладнокровной, насколько это было возможно под таким напором.

– Я не знаю, что вы там себе напридумывали, когда подсматривали в телескоп, но все было совсем не так! Вам должно быть стыдно за свой шпионаж. А пользоваться этим… – Она замолчала и пошевелила пальцами в воздухе, вперив возмущенный взгляд в трех сестер, – чтобы раздвигать занавески в чужой спальне совершенно недопустимо, с чем все мы согласились, когда устанавливали правила.

– Из любого правила есть исключения, – с притворной скромностью заметила Кейт. Она устроилась за столом на деревянном стуле с прямой спинкой, и, согнув колени, с широкой обаятельной улыбкой на лице продолжила красить ногти на ногах.

– Какие еще исключения? – возмутилась Сара, положив руки на бедра.

Кейт пожала плечами и, прежде чем ответить, подула на ногти.

– Если наша сестра гуляет с парнем, у которого черная аура. – Она подняла голову и серьезно взглянула на Сару. – Это очень опасно, и ты знаешь об этом. Со Смертью нельзя играть даже тебе, Сара.

Сара развернулась и посмотрела на Ханну. Ей не хотелось говорить об этом, не хотелось даже произносить это слово из опасений, что, признав ее присутствие, она увеличит ее власть, поэтому Сара предпочла промолчать.

Ханна покачала головой.

– Это не я тебя выдала. Ты сама оставила в чашке чайные листья, и каждый мог их прочесть.

– Вы все равно не имели никакого права идти против правил, не проголосовав. – Сара прекрасно понимала, что проиграла этот спор, что у нее не осталось больше аргументов, но не собиралась сдаваться без борьбы. Они были правы насчет Смерти. От самой мысли встретиться с ней, все у Сары внутри начинало дрожать. Если бы ее так не тянуло к Деймону, то она бы отступила и позволила бы вещам идти своим чередом. Однако по некоторым необъяснимым причинам ей была невыносима сама мысль о страданиях Деймона.

Кейт самодовольно усмехнулась.

– Не волнуйся, мы все-таки по-быстрому организовали встречу и проголосовали по поводу того, требует данная ситуация использования силы или нет. Единогласно было решено, что подобное вмешательство совершенно оправдано.

– Вы созвали встречу? – Сара уставилась на них в праведном негодовании. – Без меня? Без остальных? Трое из вас не составляют большинство. О-о, вы в большой беде! – торжествующе заявила она.

Ханна послала ей воздушный поцелуй, всем своим видом демонстрируя слащавое благоразумие.

– Естественно мы поступили не так, Сара. Мы немедленно связались с остальными. Все совершенно законно. Мы рассказали им о воротах, о том, как они сами по себе открылись перед ним, и о том, как его приветствовали собаки. Эль попросила тебя обнять и поцеловать и сказала, что очень скучает. Джоли хотела приехать домой прямо сейчас и принять участие в веселье, но не смогла, так как связана по рукам и ногам. – Она нахмурилась. – Надеюсь, не в буквальном смысле. Я как-то не подумала спросить, а ты знаешь, что с Джоли нельзя быть ни в чем уверенной. Либби работает в Гватемале или в каком-либо еще месте, где нет ванной и, возможно, есть пиявки. Лечит детей, как обычно.

– Я думала, она исследует в Африке ту ползучую тварь, что убивает всех при попытке собрать урожай, – сказала Кейт. – Она отправляла мне некоторые исследовательские материалы для будущей книги.

– Где бы она ни была, Либби полностью согласилась с тем, что мы должны быть уверены в полной безопасности Сары. – Ханна выглядела сущим ангелочком. – Вот и все, что мы сделали, Сара. Все согласились с тем, что ради твоей безопасности нам следует немедленно посмотреть, что происходит в той спальне.

Кейт и Эбби вновь разразились смехом.

– Я немного встревожилась, когда он столь энергично свалился на пол, – сказала Эбби. – Но, убедившись, что твоей жизни ничего не угрожает, мы от вас отстали.

– Ты так рьяно взялась за дело, – добавила Кейт. – Честное слово, Сара, даже чуть меньший энтузиазм с твоей стороны мог бы дать основания для нашей теории о преследовании мужчин. – Три сестры обменялись кивками, словно эти исследования были очень важны.

Глядя в их лица, не выражавшие ни малейшего раскаяния, и стараясь не рассмеяться, Сара топнула ногой и положила руки на бедра.

– Вы знаете, что я не была в опасности, вы, вуайеристки. Позор на ваши головы! К вашему сведению, прошлой ночью я работала.

Это вызвало очередной взрыв смеха, отчего Кейт чуть было не свалилась со стула.

–Работящая девочка!

– Ты это так называешь? Кое над чем ты действительно поработала, Сара, – согласилась Ханна.

– Она просто передовик труда, – добавила Эбби.

Губы Сары дернулись, но она изо всех сил старалась сохранять строгое лицо.

– Я работаю охранником, вы, ужасные ведьмы. Я его телохранитель!

Кейт от смеха все-таки упала со стула, а Ханна привалилась к столу, при этом сохраняя присущее ей изящество.

– Ты отлично охраняла его тело, Сара, – между приступами хохота выдавила Эбби.

– С очень близкого расстояния, – добавила Кейт.

– Особое внимание уделив губам, – вставила Ханна. – Ох, Сара, детка, ты отлично справляешься!

Единственным спасением Сары являлось чувство собственного достоинства. В своих кривляньях они перестали воспринимать непререкаемый и авторитетный голос старшей сестры, поэтому она выпрямилась и с самым важным видом – насколько это было возможно, учитывая, что ее сестры почти катались по полу и хохотали, как гиены, – заявила:

– Смейтесь-смейтесь, но, возможно, вам троим захочется прочесть то старое пророчество. Полностью, а не первые строчки.

С лица Ханны сошла улыбка.

– Сара выглядит ужасно самодовольной. Как бы то ни было, где наша старая книга?

Эбби выпрямилась.

– Сара Дрейк, ты же не посмела колдовать над нами, правда?

– Я не колдую, – сказала Сара, – это область Ханны. Кстати, Деймон приближается. Я хотела, чтобы он с вами познакомился. – Она внезапно показалась им очень уязвимой. – Он мне действительно нравится. Мы проговорили всю ночь, обсуждая все на свете. Вам знакомы неуютные молчаливые паузы в разговорах с незнакомцами, которые никак не могут нас понять? Так вот, между нами не было ни одной! Он так изнурен, неся на себе Смерть. Естественно, он об этом не знает, а если бы узнал, то немедленно отослал бы меня прочь.

– О, Сара. – Голос Ханны был полон сочувствия.

– Я должна найти способ помочь ему. Он не сможет вынести новую кровь на своих руках. Его друг был убит, но ему самому удалось спастись. – Она провела рукой по волосам и с отчаянием взглянула на сестер. – Мне все в нем нравится. Не было ни одной темы, которую мы бы ни затронули. И мы вместе смеялись над всем этим. – Она подняла взгляд на сестер. – Мне он действительно очень нравится.

– Тогда нам он тоже понравится, – заверила ее Кейт. – И мы придумаем, как ему помочь. – Она открыла холодильник и заглянула в ящики. – Ты купила свежие овощи?

– Естественно, и кучу фруктов. Кстати, поздравляю с выходом последней книги. Я прочитала ее от корки до корки, она великолепна. Как всегда, Кейти, твои истории просто чудесны, – искренне похвалила Сара. – И спасибо.

Эбби стиснула Кейт в объятиях.

– Мое самое любимое воспоминание – это как ты рассказывала нам свои истории, когда мы были маленькими и лежали на балконе, глядя на звезды. Ты заслужила свое место в списках бестселлеров.

Кейт поцеловала сестру в ответ и улыбнулась.

– Ты, конечно же, судишь совершенно непредвзято.

– Даже если бы это было не так, – возразила Ханна, – ты все равно самый лучший рассказчик на свете и заслужила каждую полученную награду и высокие места в рейтингах.

Кейт покраснела, став почти такого же цвета, как красноватые пряди в ее каштановых волосах. Она выглядела довольной.

– Каким образом все внимание переключилось на меня? Это же Сара провела ночь с совершенно незнакомым мужчиной.

– Я вынуждена была остаться у него на ночь, – упорствовала Сара. – У него в доме нет никакой системы безопасности. И я попросила Джонаса Харрингтона заскочить к нам сегодня утром для встречи с Деймоном.

Все три женщины застонали вслух.

– Как ты могла пригласить этого неандертальца в наш дом, Сара? – возмутилась Ханна.

– Он местный шериф, – заметила Сара. – Да ладно, все это было давным-давно, и мы тогда были детьми.

– Для меня он как был полным придурком, так им и остался, – сказала Ханна.

От стоящей перед ней кружки кофе пошел пар. Ханна посмотрела на нее и увидела, что жидкость начала закипать. Она торопливо стала дуть на поверхность.

Наступила тишина.

– Ладно! – взорвалась Ханна. – Признаю, что он все еще выводит меня из себя, стоит мне лишь подумать о нем. И если он еще раз назовет меня Куколкой или Барби, я превращу его в большую жирную жабу. Он уже является ею, а так хотя бы будет похож.

– Ты не можешь превратить шерифа в жабу, Ханна. Это против правил, – напомнила ей Эбби. – Награди его толстым животом или нервным тиком.

– Нет, это не то, – вступила в разговор Кейт. – Чтобы отомстить этому парню, потребуется воображение. Нужно что-нибудь более утонченное. Можно сделать так, например, что если он захочет солгать женщине, чтобы затащить ее в постель, то сболтнет правду или скажет ей, какой он кобель.

– Я придумала еще лучше, – угрожающе произнесла Ханна. – Я сделаю так, что в постели от него не будет никакого прока! От этого мистера Мачо, дрянного мальчишки, который только и делал, что насмехался надо мной в школе. Он-то думает, что он этакий дамский угодник.

– Ханна, – нежно проговорила Сара, услышав в голосе сестры боль. – Ты и тогда была и сейчас остаешься невероятно красивой и умной. Никто не мог и представить, что ты так болезненно застенчива. Ты хорошо это скрываешь. Никто не знает, что тебя каждый день тошнило перед школой или что мы совместными заклинаниями поддерживали тебя, когда тебе приходилось бывать на людях. Они даже не догадываются, что у тебя все еще проблемы. Ты скрываешь свой страх, делая вещи, которые пугают тебя, и всегда добиваешься успеха. Посторонние видят лишь твою красоту, ум и успех. Они не видят того, что ты прячешь в душй.

– Кто-то поднимается по тропинке, – сказала Кейт, не отводя взгляда от Ханны. Она протянула сестре руку. – Мы так гордимся тобой, Ханна. И кого заботит, что думает Джонас Харрингтон?

– Это не Харрингтон, хотя он где-то поблизости, – сказала Эбби. – Думаю, это Сарин взломщик ворот. Ну, тот, с которым она провела ночь. Я все еще не могу привыкнуть к этому, а Эль сказала, что хочет узнать все интимные подробности до мельчайших деталей, как только у тебя появится такая возможность.

– Нет никаких интимных подробностей, – раздраженно возразила Сара. – Я собираюсь установить у него систему безопасности. Кейт, не давай им больше читать свои книги, ты подстегиваешь их дикое воображение.

– То, что он целовал тебя, – вовсе не плод нашего воображения, – ликующе заметила Ханна. – Мы тебя видели!

– А ты целовала его в ответ, – добавила Эбби.

– Ну, в этом не только моя вина! – защищалась Сара. – Он потрясающецелуется. Что мне оставалось делать, как не целовать его в ответ?

Сестры торжествующе взглянули друг на друга и одновременно прыснули от смеха. Свернувшаяся в углу комнаты собака подняла голову и тихонько заскулила, привлекая их внимание.

– Он здесь, и ворота, должно быть, открылись перед ним во второй раз, – сказала Кейт, заинтригованная. – Мне действительно нужно повнимательнее заглянуть в книгу об истории Дрейков. Хочу посмотреть, что именно говорится в пророчестве. Как странно, что нечто, написанное сотни лет назад, применимо к нам даже в эту современную эпоху.

– Кейт, милая, – сказала Эбби, – каждое поколение считает себя более прогрессивным и более современным, но в действительности и мы однажды станем прошлым.

– Он на веранде, – объявила Кейт и поспешила к входной двери.

Сестры последовали за ней. Сердце Сары начало колотиться, как бешеное. Деймон не был тем типом мужчины, который, как она думала, мог бы ее привлечь, но тем не менее она не могла перестать о нем думать. Она часто думала о его улыбке, о том, как две маленькие ямочки появляются возле уголков рта. Интригующие, соблазнительные маленькие ямочки. Его улыбка была из тех, что приглашают к долгим одурманивающим и горячим поцелуям, от которых плавятся воедино…

– Сара! – прошипела Ханна. – Температура здесь только что подскочила почти на сотню градусов. Ты же знаешь, что не должна думать об этом в нашем присутствии. Черт! Один день с этим человеком, и все твои моральные устои разрушены.

Сара думала было поспорить, но она мало что могла сказать в свою защиту. Если бы Деймон не оказался таким джентльменом и не остановился лишь на поцелуях, она, возможно, занялась бы с ним любовью. Вернее, она непременно занялась бы с ним любовью. Она просто должна была заняться с ним любовью. Сара пролежала всю ночь, не смыкая глаз, испытывая сексуальное возбуждение и острое желание. Черт бы побрал этого мужчину с его благородством. Она улыбнулась и с чувством благоговения дотронулась до своих губ.

Он целовал ее большую часть ночи. Восхитительными, чудесными, греховно-страстными поцелуями…

– Сара!!! – хором возмутились сестры.

Сара усмехнулась им без всякого чувства раскаяния.

– Я не виновата, что он так на меня действует.

– Прекрасно, но постарайся не набрасываться на него, – настоятельно попросила Эбби. – Это совсем не подобает Дрейкам. Когда дело касается мужчин, достоинство прежде всего.

Ханна посмотрела в окно и наморщила нос.

– Кейт, когда будешь открывать дверь Деймону, не выпустишь собак на утреннюю прогулку? А то они, бедняжки, всю ночь были заперты в помещении.

Кейт кивнула и послушно выпроводила собак, на ходу поприветствовав Деймона.

– Как приятно познакомиться с вами, мистер Уайлдер. Сара нам столько о вас рассказывала.

Собаки пронеслись мимо Деймона. Он тяжело оперся на свою трость, наблюдая, как большие животные устремляются к шерифу, поднимавшемуся по тропинке. Едва мужчина достиг ворот, те с громким стуком захлопнулись. Собаки с силой нападали на них, рыча, скаля зубы и неистово копая землю в попытке достать свою жертву.

– Это не смешно, Ханна! – проорал Джонас Харрингтон. – Твоя сестра меня пригласила, и я приехал оказать помощь. Прекрати вести себя, как ребенок, и отзови свою свору.

Мило улыбнувшись, Ханна протянула руку Деймону.

– Не обращайте внимания на эту жабу, мистер Уайлдер. Он то и дело приходит сюда, поигрывая своей маленькой пушкой и думая, что может произвести впечатление на местных жителей. – Она зевнула, деликатно прикрыв рот ладошкой. – Это так скучно и по-детски, но мы вынуждены ему потворствовать.

Сара резко свистнула, и собаки немедленно перестали рычать и, отступив от забора, вернулись в дом. Когда животные оказались рядом с ней, ворота гостеприимно распахнулись. Шериф с помрачневшим лицом прошел через них, устремив суровый взгляд на Ханну.

– А что происходит, если вы не потворствуете ему? – спросил Деймон.

– Он начинает показывать свою власть, угрожая нам штрафами за превышение скорости, – вздернув подбородок, ответила Ханна, стоя на своем.

– Ты превысила скорость, Ханна. Ты что, думала, что я отпущу тебя только потому, что ты красива? – Шериф пожал Деймону руку. – Джонас Харрингтон, единственный нормальный человек, когда речь заходит об истинном характере Куколки.

Ханна одарила его ослепительной улыбкой. Деймон заметил, что сестры придвинулись к ней ближе, словно защищая.

– Почему бы нет, шериф? Все остальные копы всегда меня отпускают. – Она развернулась на каблуках и пошла прочь.

Кейт и Эбби дружно тихо вздохнули.

– Ты выписал моей сестре штраф? – рассердившись, спросила Сара, – Джонас, ты и правда самовлюбленная жаба. Почему ты просто не можешь оставить ее в покое? Это так по-детски хранить старые обиды. Будь выше этого.

– Это она неслась, как подросток, – заметил Джонас. – У тебя была веская причина пригласить меня сюда, кроме как в качестве корма для твоих собак?

До них донесся язвительный смех:

– Не льсти себе, Харрингтон, здесь ты никому не нужен.

Как только Джонас Харрингтон вошел в дом, плющ, свисавший с потолка, опасно покачнулся, и толстая, крепкая, как канат, плеть ударила его по затылку. Джонас развернулся, словно готовый к нападению. Он оттолкнул растение в сторону и стремительно вошел в гостиную, матерясь себе под нос.

Деймон, шедший позади, резко остановился, осторожно обвел взглядом комнату и с опаской посмотрел на плющ.

– Ваши растения часто поедают гостей? – спросил он с мрачным любопытством, отодвигая тростью плеть со своего пути и с опаской обходя массу зелени.

– Только тех, кто обижает моих сестер, – ответила Сара.

Без предупреждения, поразив их обоих, Деймон неожиданно протянул руку и, притянув Сару к себе, жадно приник к ее губам. Сара растворилась в нем, превратившись в жидкий огонь и сгорев дотла. Ее руки обвились вокруг его шеи. Трость упала на пол, а они продолжали страстно целоваться. Весь окружающий мир словно исчез, остались только Деймон, Сара и сжигавшее их желание.

– Сара! – Имя замерцало в воздухе, разделяя их, так что они, оглушенные этой вспышкой страсти, остались просто стоять, прильнув друг к другу и пораженно уставившись друг другу в глаза.

Сара заморгала, стараясь сфокусировать свой взгляд, а затем оглянулась вокруг и покраснела, увидев, что Джонас Харрингтон смотрит на нее во все глаза, открыв рот от удивления.

– Закрой рот, Джонас, – огрызнулась она, ожидая его комментариев. Она знала его всю свою жизнь. И он, естественно, не мог упустить такую возможность. Она мысленно сжалась и ждала.

– Ну и ну. – Джонас протянул руку Деймону. – Да ты просто бог. Целовать женщину Дрейк опасно, это все равно, что рискнуть поцеловать гадюку. Ты же с головой бросился во все это и добился своего. – Он с неимоверным энтузиазмом пожал Деймону руку.

– Ха-ха-ха. – Сара вперила взгляд в шерифа. – Не начинай, Джонас, и не смей распускать слухи. Я уже и так на тебя рассержена за то, что ты выписал Ханне штраф.

Улыбка исчезла с лица шерифа.

– Не думаю, что к женщине, какой бы чертовски красивой она не была, следует предъявлять особые требования. Ей все достается слишком легко, Сара. Вы все относитесь к Ханне, как к маленькой куколке.

– Ты совсем не знаешь Ханну, Джонас, и ты не заслуживаешь того, чтобы ее узнать. Она и не стала бы рассчитывать, что ты позволишь ей избежать штрафа из-за того, как она выглядит, идиот, – всплеснула руками Сара. – Забудь, я больше не буду пытаться тебе что-либо объяснять. Если ты до сих пор не понимаешь, что такое дружба, то уже не поймешь никогда. Давай к делу. У нас с Деймоном сегодня плотный график. – Она указала на кресло.

Харрингтон уставился на лестницу.

– Сядь уже! – скомандовала Сара. – Есть дело. Убийство. Как раз по твоей части.

Глава 6

Джонас Харрингтон спокойно слушал, пока Сара излагала ему события, случившиеся прошедшей ночью. Однако по мере того, как она говорила, его лицо все больше мрачнело.

Он бросил грозный взгляд на Кейт и Эбби.

– Почему меня не вызвали прошлой ночью? Я мог бы что-нибудь сделать. Черт побери, Сара, чем ты думала?! Тебя же могли убить!

– Не убили же. Я сохранила для тебя ружье в надежде, что ты снимешь с него отпечатки, хотя я очень сомневаюсь, что они остались. – Сара улыбнулась шерифу.

Джонас покачал головой.

– Не делай этого: ты улыбаешься мне так с самого детского сада, и это всегда спасает тебя от неприятностей. – Он показал на ее лицо. – Хорошенько посмотри на нее, Деймон, потому что это будет ее ответом каждый раз, когда она сделает что-то такое, что тебе не понравится. – Он наклонился вперед в своем кресле и сверкнул глазами. – А как насчет твоих сестер? Тебе не приходило в голову, что ты могла навлечь беду на свой дом и эти люди пришли бы к вам?

В гневе он встал и пересек просторную гостиную, статный мужчина с движениями большой дикой кошки.

– Эти люди профессионалы. Вы оба это знаете. Что бы вы ни сделали, чтобы привлечь их внимание, они…

– У него была сверхсекретная работа, Джонас, ничего нелегального. Это не связано с наркотиками, так что выкинь эту мысль из головы.

Деймон откинулся на спинку своего стула, разрываясь между беспокойством, что он подверг семью Дрейков опасности, и удовольствием, что Сара встала на его защиту. Она превратилась в тигрицу, готовую наброситься на шерифа, если он продолжит клеветать на него.

– Я хочу знать, с чем мы имеем дело. И не надо разбрасываться словами вроде «категории допуска». Если двое хорошо вооруженных мужчин хотели вломиться в дом…

– Там были транквилизаторы, – поспешно перебила его Сара.

– Год назад меня и моего ассистента похитили. Ассистента убили, а сам я еле выжил.

Когда Деймон заговорил, в комнате как будто появилась темная тень. Снаружи был слышен шум океанских волн и прибоя.

– Они хотели получить секретные данные, которые могли повлиять на безопасность всей страны, и я отказался их выдать. – Деймон провел рукой по лицу, словно отгоняя кошмар. – Я знаю, это звучит напыщенно, но... – Он расстегнул воротник рубашки и показал грудь, испещренную ожогами и шрамами. – Я хочу, чтобы вы знали, на что способны эти люди.

Тень на стене позади Деймона удлинилась, продолжая расти и принимать форму. Серая, прозрачная, но в тоже время очень ощутимая, она становилась похожей на безликого упыря с распростертыми руками и длинным тонким телом. Рот его был широко открыт, словно готовясь жадно поглотить выбранную жертву. Смерть простирала руки и могла достигнуть либо Джонаса, либо Деймона.

Деймон отшатнулся от Джонаса, на его лице появилась боль, а плечи застыли, словно от непосильной ноши.

Обеспокоенная Ханна схватила Джонаса за руку и потащила его через комнату, от греха подальше. Джонас выругался и уперся ногами, думая, что она собирается выкинуть его из дома.

Сара поправила жалюзи на окнах, впустив в комнату больше света, и вернулась к Деймону, нежно дотронувшись до него. Это было всего лишь легкое прикосновение, Сара просто положила руку ему на плечо, но это вернуло Деймону покой. Он застегнул рубашку и тяжесть, которая, казалось, пригибала его к земле, перестала быть такой невыносимой.

Глаза Кейт наполнились слезами, и она прижала пальцы к губам.

Эбби вышла из комнаты и вернулась с чашкой чая.

– Выпей Деймон,– сказала она. – Тебе понравится вкус.

Сам аромат чая уже умиротворял, наряду с успокаивающими прикосновениями Сары. Деймон и не подумал спросить, как Эбби удалось сделать горячий чай за несколько секунд.

– К вашему сведению, я бы тоже не отказался от чашечки чая, – сказал Джонас. – И немного здравомыслия в доме тоже не помешает. Куколка чуть не выперла меня в дверь, а вы все смотрели и ничего не сделали.

– Я приготовлю... – Ханна прислонилась к дверному косяку и посмотрела на шерифа. Ее волнение выдавали только нервно сплетенные пальцы. – С сахаром? Уверена, что смогу приготовить все как надо.

– Знаешь, думаю, я все-таки откажусь. Однажды я отплачу тебе, Ханна.

Не отрывая от шерифа глаз, та состроила ему рожу. Джонас подошел к раздвижным стеклянным дверям и посмотрел на рокочущие волны.

– У меня плохое предчувствие, Сара. Я знаю, вы привыкли все делать по-другому и люди не понимают, как вы это делаете. Может, вы сами не знаете, я вот точно не понимаю, но я верю в вас. Иногда я просто чувствую некоторые вещи. Это, кстати, очень помогает мне в работе.– Он обернулся и посмотрел на нее.– У меня очень плохое предчувствие. Честно говоря, я боюсь за всех вас.

Возникла небольшая пауза.

– Я верю тебе, Джонас, – наконец сказала Сара. – Я всегда знала, что у тебя есть дар.

Он обвел взглядом комнату, останавливаясь на каждой женщине.

– Я знаю вашу семью с детства. Смешно враждовать, – он бросил гневный взгляд на Ханну, – когда дело касается безопасности. Я не хочу вас потерять и требую, чтобы вы позвали меня, даже если кто-то из вас ушибет палец на ноге, если увидите незнакомца или услышите странный звук. Я не собираюсь шутить с вами по этому поводу. Хочу, чтобы вы дали мне слово, что позвоните. У вас есть мой личный номер, а также рабочий и 911.

– Джонас, да не беспокойся ты так, все будет нормально. Я хорошо делаю свою работу, – сказала Сара с полной уверенностью.

Джонас сделал шаг по направлению к ней, очень похожий на прыжок пантеры. Деймон был рад, что слишком стар, чтобы это могло его напугать.

– Я хочу, чтобы вы дали слово, каждая из вас.

Деймон кивнул.

– Вынужден согласится с Харрингтоном. Эти мужчины истязали нас. Они не играют. Должен признать, что, когда я рядом с вами, я как будто чувствую в воздухе магию, однако эти мужчины действительно опасны и способны на убийство и пытки. Я должен знать, что вы все в безопасности, или мне придется покинуть этот город.

– Деймон! – Сара выглядела задетой. – Они просто последуют за тобой. – Хуже было то, что куда бы он ни пошел, он понесет Смерть с собой.

– Тогда сотрудничайте с шерифом. Дайте ему все что нужно, чтобы остановить этих людей.

Каким бы смешным это не казалось, хотя Деймон только встретил Сару, ему была невыносима мысль о расставании с ней. Однако он не собирался рисковать ее жизнью.

– Я не против, если понадобится, позвонить тебе Джонас, – с готовностью сказала Кейт.

Абби подняла руку.

– И я.

Сара кивнула.

– Я всегда рада помощи местных властей.

Все посмотрели на Ханну. Она безразлично пожала плечами.

– Я сделаю все, чтобы помочь Деймону.

Джонас проигнорировал ворчливость в ее голосе и кивнул.

– Я хочу, чтобы вы были осторожны, особенно со своим окружением и незнакомцами. Держите собак поблизости и заприте двери!

– Мы всегда так и делаем, – согласилась Сара. – Правда, Джонас, нам тут совершенно не нужны мужчины с оружием. Мы позвоним тебе, даже если кошка скажет «мяу».

Он немного успокоился.

– Я хочу поставить дополнительные патрули рядом с вашим домом и домом Деймона, Сара.

– Конечно, Джонас, – согласилась та.

– Это даст мне возможность познакомиться с ними, – сказала Ханна. – Я знаю не так много новых людей в городе.

Джонас уставился на нее.

– Тебе с твоим красивым телом лучше подальше держаться от моих людей.

Ханна скорчила ему рожицу и подняла руку, чтобы поправить волосы, упавшие ей на лицо. В тот же миг в комнату ворвался холодный ветер, всколыхнув занавески, так что они затанцевали мрачный танец, затряслись, простираясь к Джонасу, словно желая связать его толстыми складками.

Сара заметила двигавшуюся в занавесках черную тень. Она привычно и изящно махнула рукой. Кейт и Эбби повторили ее плавные движения. Ветер внезапно стих, и занавески опустились.

Деймон кашлянул.

– Кто-нибудь хочет мне сказать, что случилось?

Джонас покачал головой.

– Не будь настолько глупым, чтобы просить у кого-нибудь из них объяснений увиденному, Деймон, а то поседеешь раньше времени.

Он предостерегающе посмотрел на Ханну.

– Даже не думай. Леди, не надо меня провожать.

Деймон не сводил глаз с Сары. Она смотрела на Ханну, и в ее взгляде был укор.

Краем глаза он заметил, что Кейт и Эбби смотрели на нее так же. Ханна всплеснула руками.

– Я просто не подумала. Простите, ладно?

Тишина сгущалась, а неодобрение в комнате нарастало.

Ханна вздохнула.

– Мне правда очень жаль, на мгновение я забыла о Сме… – Она внезапно замолчала, посмотрев на Деймона. – О нашей второй проблеме. Это больше не повторится.

– Да уж, лучше бы не повторялось, – сказала Сара. – Ты ни на секунду не должна об этом забывать. Это слишком опасно, Ханна.

– Погодите минутку, – перебил Деймон. – Если вы говорите обо мне и тех мужчинах вчера ночью, то я не хочу, чтобы ваша семья была в это каким-либо образом вовлечена.

– О тех мужчинах? – Кейт приподняла брови. – Вовсе нет, не думай о них, Деймон. Есть вещи гораздо более опасные, чем люди.

Он увидел, что женщины понимающе переглянулись и впал в отчаяние. Они знали что-то, чего он не знал. Нечто, касающееся его самого.

– Теперь понятно, почему бедный Харрингтон пребывает в такой печали после общения с вами.

Сара встала и послала ему воздушный поцелуй.

– Он любит всех нас. Ему просто нравится важничать.

– Нет, он искренне волновался, – сказал Деймон. – Да и я тоже. К тому, что он сказал, следует прислушаться. Тяжело думать о том, что ты в опасности, не говоря уже о твоих сестрах. – Он взволнованно провел рукой по волосам. – Я не могу отвечать за это.

Когда все засмеялись, он был шокирован.

– Деймон, – голос Сары был полон веселья и нежности. – Мы давным-давно сами приняли ответственность за свои решения. Мы взрослые женщины. Когда мы решаем впутаться в неприятности, мы готовы к их последствиям.

Она склонилась к нему.

Абби театрально застонала.

– О-о! Она собирается сделать это. Она собирается поцеловать его прямо у нас на глазах.

– Это так несправедливо,– запротестовала Ханна.

– Продолжай, – подбадривала Кейт. – Мне надо написать красивую любовную сцену.

Когда Сара замешкалась, утонув в его глазах, Деймон воспользовался моментом и отлично справился с поставленной задачей, не желая разочаровывать Кейт.

Глава 7

Деймон, прихрамывая, завернул за угол веранды и, поставив чашку на маленький столик возле кресла-качалки, услышал доносившийся с пляжа смех. Бедро беспокоило его сильнее обычного, а Сары, которая могла бы улучшить его состояние, здесь не было. В последние несколько дней она только и делала, что привозила в его дом различное оборудование, устанавливая систему безопасности, которая могла посоперничать с Форт-Ноксом[3].

Сопровождавший его Джонас вместо того, чтобы занять указанный Деймоном стул, отошел в угол веранды, наблюдая, как далеко внизу сестры босиком бегают по песчаному пляжу.

– Они что-то затевают.

Деймон опустился в свое кресло, откуда ему открывался великолепный вид на маленький уединенный пляж. Вне зависимости от времени суток сестры Дрейк часто бывали там. Ветер приносил звук их смеха, умиротворяющий, как само море.

Ему недоставало Сары. Глупо было скучать по кому-то, кого он видел каждый день. Деймон всегда был одиночкой, и ему была непонятна жажда видеть ее живую сияющую улыбку. Особенно ему нравилось, как глаза Сары загорались всякий раз, когда она его видела. Он унесет воспоминание об этом выражении ее лица с собой в могилу.

– Я начинаю думать, что в семье Дрейк и впрямь есть что-то колдовское. Я никогда не нуждался в чьем бы то ни было обществе, однако не могу представить, что никогда снова не увижу Сару Дрейк. Я думал, что моя жизнь – это моя работа. Мой мозг работает со скоростью сто миль в час, постоянно перебирая идеи, но Сара заставляет меня немного сбавить обороты. Не спрашивай меня как.

Деймон мог легко ее различить по свободно развевающимся на ветру длинным темным волосам. Она часто собирала их в конский хвост, совершенно не заботясь о своей внешности, в то время как для него ее естественная красота была столь очевидна.

– Она не понимает, что прекрасна. Разве это не удивительно?

Джонас пожал плечами.

– Не думаю, что кто-то из них так уж много думает о своей внешности. Иное дело – Куколка. Они балуют ее и обращаются с ней, как с маленькой принцессой. – Он, нахмурившись, провел рукой по волосам. Его взгляд остановился на высокой стройной блондинке, платиновые волосы которой волнами струились по спине. – Я не должен это говорить. Иногда я думаю, что они стараются доставить ей удовольствие, а иной раз – что используют ее в своих интересах. Не спрашивай меня каким образом. Это просто ощущение.

– Они тебе нравятся.

Деймон сделал глоток горячего чая. Он, как правило, не пил чай, но Ханна через Сару прислала ему особую смесь, и Деймон обнаружил, что она заставляет его чувствовать себя лучше. Особенно в те моменты, когда, казалось, груз вины и воспоминаний тяжелее давил на плечи.

– Я люблю их, – поправил его Джонас. – Они семья. Моя семья. Я это очень серьезно воспринимаю, даже если девушки так не думают. Они постоянно попадают в неприятности, и я имею в виду не какие-то мелочи, а нечто действительно опасное.

– Как и я. – Деймон поставил чашку на блюдце и вздохнул. – Сара не отступит. Она взялась за мою охрану, и, что бы я ни сказал, это ее не остановит. Сотни раз думал уехать, чтобы она была в безопасности, однако…

Он умолк, жалея, что не столь великодушен. На него никто никогда не смотрел так, как Сара, и он никак не мог заставить себя от этого отказаться.

– Она просто последует за тобой, Деймон, – сказал Джонас. – Дрейки настырные. Как только они всецело займутся проблемой, она получает решение, потому что они не знают слова «отступление». Сара не оставит тебя, поэтому не бросай ее.

Деймон не дрогнул, заметив жесткий взгляд Джонаса.

– Не беспокойся, Харрингтон, я услышал твое предупреждение. Очень сомневаюсь, что могу причинить Саре боль, разве что своим прошлым, а вот она может вырвать мое сердце и преподнести его мне на серебряном блюде.

– Все так плохо?

– Да, черт возьми. Я никогда не думал, что это со мной случится, да еще за такое короткое время. Не могу перестать думать о ней.

У него пересохло в горле, а сердце заколотилось даже при простом разговоре о Саре. Он не мог представить, почему женщина, настолько полная жизни, смеха и любви, выбрала кого-то столь меланхоличного и мрачного. Он практически не обладал навыками общения и имел склонность грубо подавлять людей своим интеллектом, редко участвовал в вежливой светской болтовне и знал, что в действительности частенько был невежлив. Прежде это не имело особого значения, но для Сары это было важно.

– Если это поможет, я никогда прежде не видел, чтобы Сара по-настоящему интересовалась мужчиной. Она встречалась с кем-то, но прятала его от семьи и Си-Хевена. Все девушки, вероятно, ходили на свидания, но не здесь.

Джонас нахмурился и повернулся на звуки, доносимые ветром. Его взгляд нашел самую высокую из сестер Дрейк.

– А что насчет запертых ворот, о которых все говорят? – спросил Деймон.

– Печально известные ворота, – усмехнулся Джонас. – Девушки постоянно держат их на висячем замке, словно это должно их спасти.

– Спасти от чего?

Джонас пожал плечами.

– Думаю, от любви. Я иногда слышу их разговоры, но они мне немного рассказывают, и, честно говоря, я не хочу знать. Их дом содержит силу многих поколений. Настоящее могущество. Я ненавижу говорить об этой чепухе, потому что у меня от этого мороз по коже. Мне нравится иметь дело с фактами, а не с магией, но в этом доме можно почувствовать силу. Несколько лет назад они решили запереть ворота на замок, и с тех пор все так и оставалось.

– Спустя неделю после возвращения Сары они не были заперты. Когда я поднялся по тропинке, ведущей к дому, они были распахнуты настежь, словно дом приветствовал меня. Надписи на нижней части ворот, одна на итальянском, а другая на латыни, повторяли друг друга.

– Ты можешь читать по-итальянски и по-латыни? – ухмыльнулся Джонас. – Неудивительно, что Сару к тебе влечет. Что там сказано? Мне всегда было интересно, но не хотелось у них спрашивать.

– «Семь становятся одним, когда объединяются». Символы также имеют свои значения, некоторые из них – защитные. Они исповедуют древнюю религию?

– Черт их знает, что они исповедуют. Они колдуньи и обладают весьма реальными силами. Либби – целительница, и я видел, как она творит чудеса. Абигайль иногда может действовать разрушительно. Когда она произносит слово «правда», все вокруг нее начинают рассказывать свои секреты. Ханна меня просто пугает. Эль очень тихая и мало говорит о своих способностях, но если разозлится, то, вероятно, сможет сравнять Си-Хевен с землей. Хотя использование своих способностей истощает их. Я видел сестер в таком состоянии, что они не могли ходить и даже разговаривать. Они тотчас падают, и им требуется время для восстановления.

Деймон поднял глаза, услышав в голосе шерифа беспокойство.

– Что ты не договариваешь? Почему у тебя такое выражение лица?

Джонас кивнул в направлении пляжа.

– Они что-то знают. Сара ясновидящая. По крайней мере, я так думаю. Каждое утро я вижу, как она едет к твоему дому.

– Она работает над системой безопасности.

– Я заметил. Это просто произведение искусства. Но она не приходила этим утром и не была здесь сегодня днем. А сейчас вечер, и они на пляже.

– Поверь мне, я знаю, что Сара сегодня не приходила. Я едва сдерживаюсь, чтобы не позвонить ей или не спустится на пляж, чтобы понять, что она задумала.

– Мне кажется, ты должен это сделать.

– Спуститься на пляж? Я видел эту тропу, Джонас. Не думаю, что мое бедро выдержит.

– Буду счастлив тебе помочь.

– Почему у меня такое чувство, что ты пытаешь вовлечь меня в большие неприятности с этими женщинами?

Джонас еще раз ослепительно улыбнулся.

– Лучше ты, чем я. Скоро закат, и они к этому готовятся. Луна поднимается навстречу садящемуся солнцу. Мы можем дойти до маленьких дюн, сесть там и понаблюдать за ними вблизи. Если ты хочешь быть частью семьи Сары, тебе придется просто принять тот факт, что они могут делать необычные вещи.

– Например, ходить по воде?

– Я бы этого не исключал.

– Ты истинно верующий. Не уверен, смогу ли я поверить во что-либо без соответствующего научного подкрепления.

Ухмылка Джонаса стала шире.

– Тебе предстоит еще не раз удивиться, Уайлдер. Идем, узнаешь, чем занимается семья Дрейк.

Деймон хотел увидеть Сару. И ему было любопытно узнать о магии, которой они якобы владели. Он не верил в вуду и другие религии, которые обращались к чему-то, что он не мог увидеть или почувствовать. Черт, он даже не знал, верил ли он еще в Бога. В душй он подозревал, что начинает верить в то, что в Дрейках действительно было что-то необычное. А если это было правдой, то куда это приведет его, человека науки, твердо опиравшегося на факты?

Тяжело навалившись на трость, Деймон поднялся.

– Мда, вероятно, только мне так повезло – влюбиться в женщину, которая может колдовать. Я даже на шоу иллюзионистов не хожу. Не могу ими наслаждаться, пока я не выясню, как они делают то, что они делают, а потом все это становится неинтересным.

– Приготовься получить необычный опыт и не пытайся искать научное объяснение тому, что делают эти женщины. Я бы даже не утруждал себя попытками, Деймон. Ты просто сведешь себя с ума. Давай проедем сколько возможно на машине и побережем твою ногу.

– Ты сегодня не работаешь?

Джонас покачал головой.

– Сестры здесь, поэтому я рассчитываю напроситься к ним на домашнюю еду. Мне нравится проводить с ними время, когда они приезжают. Они восстанавливают мои силы. Иногда моя работа бывает беспокойной. Слишком много несчастных случаев на шоссе. В Си-Хевене преступности почти нет, но отдаленные участки немного подводят. Несмотря на все их глупости, общение с Дрейками меня умиротворяет.

Деймон вышел вслед за ним к машине, заметив, что пока они шли, Джонас тревожно исследовал окружающую местность на предмет вероятной опасности. Деймон тряхнул головой. Он ненавидел это чувство беспомощности из-за поврежденного бедра и израненной души. Деймон не мог освободиться от кошмаров и был не в силах защитить окружающих от опасности, грозящей им только потому, что они были рядом с ним.

Джонас завел машину и выехал на шоссе.

– За имением Дрейков есть небольшая грунтовая дорога. Оттуда мы можем добраться до самого начала тропинки, ведущей вниз к пляжу. Для удобного спуска были вырыты ступени и почти везде поставлены перила. Думаю, ты будешь в безопасности. В любом случае, лучше бы так и было, иначе Сара с меня шкуру спустит.

– Она, вероятно, и так это сделает, – сказал Деймон.

Улыбка Джонаса это только подтвердила.

– Ты хорошо знаешь эту женщину, хотя ваше знакомство было непродолжительным. Она также может приструнить остальных. Если ты серьезно настроен в отношении нее…

Он косо взглянул на Деймона, ища подтверждения.

– Очень серьезно.

– Сара не терпит чепухи. Ей нравятся прямые ответы. Не пойми меня неправильно, она очень терпима к людям, но она преданна и честна и ожидает от людей, которых впускает в свою жизнь, того же.

– Спасибо. Харрингтон, – угрюмо сказал Деймон.

– За что?

– За то, что думаешь, что у меня есть шанс в отношениях с ней. Я никогда не предполагал, что влюблюсь. Определенно, не так быстро. Не могу понять, то ли она просто жалеет меня, потому что моя жизнь пошла под откос, то ли искренне заинтересована.

– Она поцеловала тебя, Уайлдер. Сара не раздает поцелуи каждому встречному и поперечному и определенно не перед своей семьей.

Дэймон ощутил в душй краткий прилив счастья, который, казалось, облегчил груз, так сильно давивший на его плечи и грудь. Иногда по утрам, когда он просыпался, то чувствовал, словно кто-то уселся на него. В такие дни он с трудом мог встать с кровати, и только улыбка Сары приносила ему подобие покоя.

Этим утром он проснулся весь в испарине, а мрачный призрак смерти присутствовал во всех его снах. Душ не помог снять этот груз, и остальная часть дня тянулась невыносимо долго. Когда шериф зашел, чтобы навестить его, он был рад видеть Джонаса. Деймон отчасти был напуган тем, что ему становилось слишком привычным присутствие Сары и что он уже полагался на радость и свет, которые всегда ее окружали. Он размышлял о том, что она не приехала его навестить и даже не позвонила. Это чертовски его напугало. Во время недолгой поездки по дороге, ведущей к спуску на частный пляж Дрейков, он старался не смотреть на Джонаса.

Шериф припарковался как раз у начала тропинки, ведущей вниз к пляжу. Он вышел из машины и обошел ее, чтобы помочь Деймону выйти. Ветер нежно ласкал его лицо, словно дотрагиваясь кончиками пальцев в поисках внимания. Снизу доносились звуки прибоя и женских голосов. Он не мог сказать, пели ли они. Голоса звучали ритмично, но по какой-то причине он почувствовал, как по всему телу прошел холодок.

Когда Деймон вышел из машины, над ним прошла мрачная тень. Джонас взглянул вверх, но на небе не было ни облачка, только садилось солнце и поднималась луна, встречаясь над бурными волнами моря. Он оглянулся на Деймона, и его дыхание пресеклось. На вертикальной насыпи за ними была черная тень. Темный призрак, казалось, нависал над Деймоном, фактически усевшись ему на плечи. Деймон согнулся под его весом, тяжело опираясь на трость.

По спине Джонаса пробежала холодная дрожь. Мрачный призрак обрел облик: усмехающийся череп с натянувшейся кожей и костлявые руки, протянутые к Деймону. Джонас инстинктивно встал перед другим мужчиной. Он услышал, что песнопение стало громче, а голоса, доносимые легким ветерком, – более отчетливыми. Небо стало кроваво-красным, рокот моря – громче, а ветер пронзительно засвистел, когда его порывы стали рвать и сдувать черную тень, стараясь согнать ее с плеч Деймона.

Джонас тоже ощутил эту тяжесть и увидел, как призрак на скале вытянулся в попытке окутать его тело так же, как Деймона.

– Я не могу пошевелиться, – сказал Деймон. – И всю дорогу ощущаю всем телом леденящий холод. – Он сгорбился под ужасным грузом и рассеянно потер рукой грудь, прямо над сердцем. – Что со мной не так?

– Я не знаю, – мрачно сказал Джонас.

Однако он опасался, что понял в чем дело. Сестры Дрейк сражались за жизнь Деймона и потому, что он осмелился встать между Деймоном и этим призраком, они также сражались и за его жизнь. Он чувствовал себя беспомощным, стоя здесь на ветру, дувшем ему в лицо, и боясь пошевелится из опасения, что тень заберет Деймона. Казалось, существо склонилось к Деймону, жадно протягивая руки, словно пытаясь вырвать жизнь из его тела.

Голоса стали громче – женственные, сильные, дружные. Голоса не только четверых женщин на пляже, но и трех других сестер, доносившиеся из дальних мест, присоединились к хору, чтобы семеро объединились и стали одним целым. Джонас чувствовал силу, вливавшуюся в него от них. Вокруг заискрились маленькие блестящие огоньки. Вспыхнувший небольшой фейерверк образовал стену между мужчинами и призраком.

Тень резко отодвинулась, стараясь избежать огненного жара. Джонас почувствовал, что груз на его плечах уменьшился. Деймон немного распрямился. Мрачные линии, так сильно избороздившие его лицо, исчезли.

Джонас резко втянул воздух, почувствовав, как его задела чья-то рука. Он посмотрел вниз, ожидая увидеть рядом с собой того, кто сильно сжимал его пальцы. Ощущение не проходило. Прикосновение было нежным, но решительным, словно кто-то проверял его самочувствие. Однако рядом никого не оказалось. Джонас стоял один, ощущая порывы ветра, ерошившего волосы, и чувствуя, что его кто-то крепко обнимает, как будто к нему прижалось женское тело. Все мужское в нем запротестовало. Одна из сестер Дрейк – похоже, Ханна – загородила его собой, и он категорически не мог согласиться с таким положением вещей.

Он разглядел среди сверкающих вспышек очертания нескольких женщин с длинными распущенными волосами и руками, воздетыми к небу, нереальные фигуры, колеблющиеся в воздухе, как если бы они были привидениями, а не существами из плоти и крови. Позади него Деймон тихо выругался. Слова были неразборчивы, но у Джонаса было то же самое сильное чувство реальной угрозы. Деймон не больше Джонаса, желал прятаться за женскими спинами.

Джонас попытался пошевелится, шагнуть вперед, пройти сквозь стену сверкающих огней и призрачных фигур, чтобы добраться до затаившегося мрачного фантома, который медленно отступал прочь, оттесняемый женщинами с крутого обрыва в океан. Тихое песнопение было теперь отчетливо слышно, сильные голоса смешивались с ветром и грохотом морских волн, отдаваясь в ушах Джонаса странной музыкой.

Он повернул голову, чтобы проследить движение тени, когда она, очень медленно отступая, взлетела в воздух над морем. Из воды появился кит, а три дельфина кувыркались в воздухе, разбрызгивая дугой капельки воды над грохочущими волнами и вырисовываясь на фоне кроваво-красного неба. Призрак широко разинул рот и оглянулся на пляж, где танцевали четыре женщины. Их руки были воздеты к небесам, а босые ноги следовали сложному узору на песке.

Вой ветра поднялся до пронзительного крика, и он порывисто подул в направлении призрака, быстро относя его так далеко, что он стал просто точкой на горизонте. Джонас, щурясь, наблюдал за ним. Когда он огляделся, сверкающие вспышки погасли, а ветер совсем утих. Он посмотрел на пляж внизу и увидел Сару, Кейт, Абигайль и Ханну, неподвижно лежащих на песке.

– Садись в машину, Деймон. – Джонас рывком открыл дверь – Скорее.

Деймон сделал, как было приказано, все еще раздираемый отголосками непонятного ужаса.

– Что, черт возьми, происходит? Я не видел ничего, кроме вспышки, но я был…

– Напуган, – закончил за него Джонас. – Черт возьми, не знаю, что произошло здесь сегодня вечером, и не уверен, что хочу это знать. Просто садись в машину. Мне нужно отвезти тебя домой.

– Где Сара?

– Она с сестрами на пляже. Я спущусь к ним, но то, что я должен им сказать, лучше говорить наедине. – Шериф сердито захлопнул дверцу и поехал быстрее, чем намеревался, чтобы вернуть Деймона в его защищенный дом. – Оставайся внутри, и сигнализация Сары всегда тебя предупредит об угрозе. Я позвоню, чтобы убедиться, что все в порядке. Мой помощник Джексон Дево сегодня ночью несколько раз будет проезжать мимо.

Джонас использовал бы сирену по пути к пляжу, если бы это помогло ему добраться быстрее. Он сильно злился и был уверен, что должен оставаться вдали от Дрейков до тех пор, пока его гнев не остынет и страх не покинет тело, но он просто не мог оставить их, обессиленных, там лежать.

Он шагал по влажному песку, и с каждым шагом ярость его росла.

– Какого черта вы тут устроили? – Вид их бледных, изнуренных от усталости лиц только усилил его гнев. – Вы играли с чем-то, с чем вам, определенно, играть не следовало.

Сара с трудом подняла руку и сделала ему знак удалиться. Ханна не поднимала глаз, а Кейт и Эбби с укоризной уставились на него, их глаза на бледных лицах казались огромными. Он опустился на колени между женщинами и стал растирать им руки, стараясь вернуть в их тела тепло.

– Что это было, Сара? – спросил он.

– Ты в самом деле хочешь знать?

Она произнесла это настолько устало, что он почти передумал спрашивать. В кои-то веки Ханна ему не грубила, и все Дрейки выглядели испуганными.

– Черт возьми, да, я хочу знать.

– Смерть. Ты видел смерть, Джонас. Вот как и почему ты связан с нами. – Сара взглянула на сестер, а потом снова на него. – У тебя есть дар так же, как и у нас. Ты отрицаешь свой дар, а мы его используем. Смерть показала тебе свое лицо, и она вернется. Мы ослабили ее, но она скоро возвратится. Она слишком крепко прицепилась к Деймону.

Последнюю фразу она произнесла с легким всхлипом.

Сестры сразу потянулись к ней в очевидной попытке поддержать своими прикосновениями. Джонас придвинулся ближе к Ханне и слегка ее приподнял, чтобы она могла положить голову ему на колени. Он также подтянул ближе Абигайль, пока ее голова не оказалась на его бедре. Сара и Кейт последовали ее примеру. Он слушал звуки океана, позволяя знакомой мелодии успокоить его душу и упорядочить мысли.

– Почему смерть охотится за Деймоном?

Он чувствовал себя дураком, задавая этот вопрос. Когда Дрейки совершали свои магические действия, он предпочитал быть где-нибудь подальше от этого. Он знал, что они делают, и даже принимал это, однако всегда пытался логически объяснить что-то слишком пугающее. Сегодняшний вечер не укладывался в привычные рамки, и Джонас был чертовски уверен, что никогда не признает, что видел что-то или обладает даром, проклятием или чем-то еще, чему он не может найти научного объяснения.

Сара пожала плечами.

– Не думаю, что для Смерти имеет большое значение, кого именно она возьмет, при условии, что у нее будет жертва. Я не желаю, чтобы этим кем-то был Деймон… или ты.

– Я?

– Ты стоял перед ней. Ты противостоял Смерти. Почему ты это сделал?

– Черт, Сара. Это была тень. Фигура на стене, и она выглядела, так, словно хотела поглотить Уайлдера. Я испугался за него. Я просто сделал то, что казалось верным.

– Ты привлек к себе ее внимание. Не нужно было этого делать, – сказала Сара. – В некоторые вещи лучше не вмешиваться.

– Ну, вы-то абсолютно уверены, что должны привлекать ее внимание. И не смейте защищать меня так, как в этот раз, снова. Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас пострадал, пытаясь отогнать от меня что-то подобное. Я даже не знаю, верю ли я во все это мумбо-юмбо. А если я не верю, это не может мне навредить. – Он хотел их немного успокоить и в то же время желал, чтобы они были рядом, там, где он мог их защитить. Дайте ему преступника из плоти и крови, такого, кого он мог бы видеть и с кем смог бы бороться. Хотя его сердце все еще колотилось от страха за них, он сказал притворно спокойным голосом: – Только никогда не делайте этого снова. Я вас защищу, так было, и так всегда будет. Я довезу вас всех до дома и сделаю вам чай. Если только не решу бросить одну или двух из вас в океан. Не хочу больше об этом говорить, а если вы поднимете этот вопрос, я клянусь, что буду все отрицать.

Джонас порол откровенную чушь, но ему было все равно. Он просто хотел, чтобы сестры вернулись в свой дом, где, он знал, они будут в безопасности. А потом он подумывал крепко напиться.

Глава 8

– Итак, Сара, – опуская стакан с холодным чаем, начал Деймон, когда они сидели на крыльце его дома. Деймон и Сара проводили вместе каждую свободную минуту: гуляли по пляжу, устанавливали у него дома сигнализацию. Это были неспешные дни, наполненные смехом и тихими признаниями. Деймон наслаждался каждым мгновением, проведенным в ее доме, где он лучше узнавал ее сестер. Им всегда было о чем поговорить с Сарой, и ему нравились ее рассказы и отзывчивый характер. В его жизни появился солнечный свет, и этим светом была Сара.

Она утащила у него горсть чипсов и широко улыбнулась. В небе кружили чайки, с надеждой поглядывая вниз. У Деймона больше не было нежданных ночных гостей, и он ценил, что шериф регулярно проезжал мимо, проверяя вверенную ему территорию.

Деймон покачал головой, ослепленный ее улыбкой, от которой он просто терял способность думать.

– Сара, ты боишься за меня или за остальных? Мне пришло в голову, что между мной и теми, с кем мы встречаемся, всегда есть некое отчуждение. Я поначалу этого не замечал, но прошлой ночью задумался об этом. Я все лучше тебя узнаю, и мне кажется, что ты предпочитаешь, чтобы твои друзья не видели нас вместе.

Сара задержала дыхание, услышав нотку боли в его голосе. Чем больше времени она с ним проводила, тем больше ей хотелось быть с ним рядом. А мрачная тень, окружавшая Деймона, цеплялась за него все сильнее.

– Я не против того, чтобы нас видели вместе. Это ты беспокоился о сплетнях. Я к ним привыкла, и меня они не волнуют.

– Тогда мы вместе пойдем в город. – Это был вызов.

Сара позволила себе выдохнуть. Утренний туман растаял, оставив за собой невероятно голубое небо. Она видела, что вдалеке над морем собираются облака. Сара искоса взглянула на Деймона, пристально изучая. Тени не было, и его плечи были расправлены, словно он теперь не чувствовал лежавшего на них груза.

– Отличная мысль, если ты и правда считаешь, что готов к этому.

Он поднялся и протянул ей руку.

– Тогда пойдем.

– Сейчас? – Она не ожидала, что он действительно захочет пойти, однако послушно взяла его за руку и позволила помочь ей подняться.

– Да, сейчас, пока моя смелость при мне. Наша с тобой прогулка по городу даст толчок новым слухам. Эта весть распространится подобно пожару.

Сара лишь усмехнулась, зная, что прав. Когда они прошли короткий путь до городка, она направилась к продовольственному магазину, решительно настроившись сразу с этим разобраться.

– Мне немного жаль Харрингтона, – сказал Деймон, переплетая свои пальцы с ее, когда они шли по главной улице. – Он иногда заезжает ко мне и кажется неплохим парнем.

– Ты уверен, что хочешь это сделать? – скептически спросила Сара. – То, что ты держишь меня за руку на глазах у всех, привлечет к тебе кучу внимания. Слухи в мгновение ока разлетятся по городку. Я же знаю, как ты дорожишь своей личной жизнью.

– Это было до того, как я отошел от дел. Когда я работал с утра до ночи и света белого не видел. – Деймон тихо рассмеялся. Он был счастлив просто от того, что мог смотреть на нее, идти рядом и разговаривать. Просто невероятно, каким счастливым он чувствовал себя в ее присутствии. Все это было не слишком логично, но он не собирался отказываться от этого подарка небес. – Так что мы можем дать им настоящий повод для сплетен.

Мелодичный смех Сары привлек к ним внимание.

– Это не «сплетни», Деймон, а новости. Здесь никто не сплетничает, запомни это раз и навсегда.

Деймон прислушался к звуку их шагов по деревянному тротуару. С Сарой все казалось другим. У него было ощущение, что он наконец-то вернулся домой. Он посмотрел на симпатичные дома вокруг, такие старомодные и самобытные. Теперь они уже не казались ему чужими или враждебными; люди здесь были эксцентричные, но милые. Как Саре это удавалось? Она была загадкой. Даже ветер приветствовал ее возвращение домой. Деймон крепче сжал ее пальцы. Он был не слишком уверен, что Сара вообще человек, и боялся, что она может внезапно вспорхнуть и улететь от него вместе со стаей перелетных птиц.

Она помахала рукой молодой женщине на крыльце одного из домов.

– Они хорошие, Деймон. Ты в жизни не сможешь найти более доброжелательных людей, чем те, что живут здесь.

– Даже Харрингтон? – поддразнил он ее.

– Мне тоже его немного жаль, – серьезно ответила Сара. – Большую часть времени Джонас заботлив и полон сострадания и очень хорошо относится к окружающим, но он категорически отказывается воспринимать правду о Ханне. Он смотрит на нее и видит только внешность. Она всегда была красивой. Джонас пользовался большим успехом у девочек в школе, был отличным спортсменом, очень эрудированным, в общем первым парнем на деревне. Он думал, что Ханна воображала, потому что она никогда не заговаривала с ним. Все то время, что они учились в школе, он превращал ее жизнь в ад, нещадно изводя своими поддразниваниями. Она так и не простила его, а он не поймет почему. Он хороший человек и никогда не был злым. С его точки зрения, он просто ее дразнил. Джонас и не подозревает о том, что Ханна очень застенчива, и никогда этого не узнает.

Деймон недоверчиво хмыкнул.

– Она же супермодель, Сара. Ее фото на обложках всех известных журналов. Она ездит по всему миру. И, позволь заметить, во всех теленовостях, интервью и ток-шоу, где я ее видел, она выглядит очень уверенной в себе. Я бы никогда не применил к ней слово «застенчивая».

– Она начинает задыхаться каждый раз, когда ей нужно выступать на публике и всегда носит с собой бумажный пакет. Большая часть ведущих и журналистов очень осторожны с ней. Тем не менее она не позволяет своей болезненной застенчивости портить ей жизнь.

– Почему бы тебе не просветить Харрингтона?

– А почему он судит Ханну только по тому, как она выглядит? Моя сестра Джоли тоже очень красива, хотя и несколько по-другому. Джонас никогда бы не осмелился доставать ее. Все мои сестры привлекательны, но он не разговаривает с ними этим саркастичным тоном. Он приберегает его для Ханны, да еще и на глазах у всех.

Деймон услышал в ее голосе яростные нотки защитницы и улыбнулся. Он крепче прижал ее к себе. Свою Сару. Внезапно на него накатила волна страха, такого всепоглощающего и острого, как нож, что он забыл, как дышать.

– Сара? Мы думаем об одном и том же? Я никогда испытывал желания, чтобы в моей жизни кто-то появлялся. Ни разу. А с тобой мы только встретились, но я уже не могу представить, как буду жить без тебя. – Он запустил ладонь в волосы, чуть не попав себе тростью по голове. – Знаешь, на кого я похож? На одержимого преследователя. Обычно я не веду себя так с женщинами.

В ее глазах заискрился смех.

– Это опасно, Деймон. Ты сейчас говоришь о семье из шести сестер и миллиарда кузин. У меня миллион тетушек и дядюшек. Ты не должен так раскрываться, иначе они тебя безжалостно задразнят.

Они остановились перед продуктовым магазином. Деймон посмотрел на Сару и приподнял ее лицо за подбородок.

– Я серьезно. Я знаю, что хочу, чтобы ты была в моем будущем. Мне нужно знать, что наши мысли в этом сходятся.

Сара поднялась на цыпочки и поцеловала его в губы.

– У меня для тебя новость, Деймон. Я обычно не подвергаю риску свою работу личными отношениями с клиентом. И я, как правило, не целую незнакомцев, проводя ночи в мечтах, чтобы они сделали решительный шаг.

– Ты хочешь, чтобы я перешел к решительным действиям?

Сара рассмеялась и потащила его за руку в магазин.

– Конечно, хочу.

– Ты выбрала просто отличное время, чтобы сообщить мне об этом.

Инес и еще три покупателя, открыв рты, во все глаза смотрели на них из окна магазина. Деймон хмуро взглянул в ту сторону.

– Что, открылся сезон ловли мух?

Сара предупреждающе крепко сжала его руку, но при этом продолжала невинно улыбаться.

– Инес! Мы тут решили ненадолго заскочить. Кейт, Ханна и Абигайль на несколько дней приехали в город, и они просто жаждут тебя увидеть! Джоли, Эль и Либби шлют привет и просили передать, что они надеются скоро вернуться домой. Ты, конечно, уже знакома с Деймоном.

Инес кивнула, но от пристального взгляда ее прищуренных глаз не ускользнул тот факт, что они держатся за руки. Она судорожно сглотнула.

– Да, конечно, знакома. Я и не знала, что вы такие близкие друзья.

Деймон с вызовом уставился на нее, ожидая, что она еще что-нибудь скажет. Сара же просто рассмеялась.

– Я ухватилась за него сразу же, как только увидела. Ты всегда советовала мне найти себе достойного мужчину, ну и… вот он.

– Я и подумать не могла, а мистер Уайлдер никогда об этом не упоминал, – сказала Инес.

Почувствовав, как Сара сжимает его руку, Деймон натянуто улыбнулся. Ее ногти впились в его кожу.

– Зовите меня Деймоном, Инес. Мне как-то ни разу не удавалось застать вас одну. – Это было лучшее из придуманных им правдоподобных объяснений. Должно быть, оно сработало, потому что Инес просветлела и одарила его улыбкой, которую она приберегала для ближайших друзей. Деймон невольно ощутил легкий прилив удовольствия от того, что она включила его в этот круг.

– Как вообще дела? – спросила Сара прежде, чем Деймон смог предупредить ее, что начинать разговор с Инес – не слишком удачная затея.

– Честное слово, Сара, Донна из магазинчика подарков – хорошая женщина, но она просто не в состоянии понять всю важность переработки отходов. Только сегодня утром я видела, как она выбросила бумагу вместе с пластиком. Я много раз рассортировывала ее мусор и показывала, как удобнее всего это делать, но она не может этого понять. Милая, сделай что-нибудь с этим, а?

У Деймона от этой просьбы чуть не отвисла челюсть. Что Инес хочет от Сары? Чтобы она сама сортировала ее мусор?

– Не вопрос, Инес. Я к ней сейчас зайду. Мы с Деймоном надеемся, что кто-нибудь из друзей поможет нам решить маленькую проблемку. В городе есть чужаки, трое мужчин, которые пробыли здесь неделю или две. Мы бы хотели знать их местонахождение, куда они ходят и тому подобное. К сожалению, у нас нет точного описания, однако, у одного из них синяк на лице, вероятнее всего, на подбородке. Остальные, я надеюсь, могли быть покусаны клещом. – Она замолчала, и на ее лице появилась хитрая усмешка. – Или кучей клещей.

– Что они сделали? – заговорщическим шепотом спросила Инес.

– Они пытались вломиться в дом Деймона. Мы рассказали Джонасу все, что могли. Он собирался проверить больницу и поликлинику. – Еще Сара отдала ему винтовку с транквилизатором. – Если кто-то их увидит или упомянет о них в разговоре, позвони мне, пожалуйста. И Джонасу, пожалуй, тоже.

– Милая, ты же знаешь, я не люблю совать нос в чужие дела, но если тебе действительно нужна моя помощь, я буду только рада, – сказала Инес. – Здесь всегда полно туристов, но мужчину со сломанной челюстью мы засечь сможем.

Сара с любовью чмокнула ее в щеку.

– Ты такой хороший друг. Не знаю, что бы я без тебя делала. – Она обернулась и увидела трех покупателей. – Ирэн, надеюсь ты не против, что после обеда я приду к вам с Дрю вместе с Деймоном. – Она хотела оценить состояние Дрю до того, как приведет с собой сестер и вновь обнадежит Ирэн. – Мы зайдем всего на несколько минут. Не будем его утомлять, – поспешно добавила она.

Лицо Ирэн просветлело.

– Спасибо, Сара. Конечно, ты можешь привести с собой, кого захочешь. Я сказала Дрю, что ты можешь зайти, и он был очень рад. Ему понравится компания. Друзья к нему сейчас редко заходят.

– Отлично, буду рада его увидеть. И не утруждай себя. В прошлый раз, когда я приходила, ты целый обед приготовила. – Сара погладила руку Деймона. – Ирэн чудесно готовит.

– О, да, – с готовностью подтвердила Инес. – Ее выпечку всегда первой раскупают на всех благотворительных ярмарках.

Ирэн улыбнулась, довольная похвалой.

Теплота из сердца Деймона переместилась к животу, заставляя его кровь быстрее бежать по венам. Сара излучала солнечный свет. По-видимому, в этом был ее секрет. Она повсюду сеяла вокруг себя доброжелательность, потому что искренне заботилась об окружающих. Она не просто была терпима: соседи нравились ей со всеми своими странностями. Его помимо воли охватило странное чувство гордости. И как это ему так повезло?

Они неспешно пошли через улицу, и Деймон нацепил на нос темные очки. Однако, увидев, что они направляются к яркому магазинчику подарков, спросил:

– Ты что, серьезно собираешься сортировать мусор этой женщины?

– Нет, конечно. Я просто поздороваюсь. Может, наши нарушители купят что-нибудь на память о визите сюда или, например, подарок кому-нибудь. Никогда не угадаешь, так что нам следует рассмотреть все возможные варианты, – небрежно ответила Сара.

Деймон рассмеялся.

– Милая, не думаю, что похитители собираются тратить время на покупку сувениров. Я могу ошибаться, но мне это кажется маловероятным.

Сара просто широко улыбнулась. От этой улыбки у него перехватило дыхание. Если бы она всегда была в его жизни. Рядом с ним. Все эти годы он работал и больше ни о чем не думал, а где-то в мире была Сара. Если бы он встретил ее раньше, то мог бы уволиться до того, как…

– Деймон, ты хоть представляешь, какие у тебя соблазнительные губы? – обыденно, но с явным интересом прервала его размышления Сара.

– Сара! Эй, Сара Дрейк! – Высокая женщина с пропорциями амазонки и великолепной кожей махала им изо всех сил. За ней гораздо более размеренным шагом следовали пожилой мужчина, по-видимому, ее отец, и мальчик-подросток.

Тучи, еще мгновение назад зловеще собиравшиеся вдалеке над морем, вдруг надвинулись ближе. С моря подул резкий ветер, принося с собой ощущение чего-то темного и опасного. Ледяные пальцы коснулись лица Сары, словно лаская... или бросая вызов. Она посмотрела на Деймона, когда он вновь принял эту тяжесть. Его плечи поникли, у рта появились линии. Похоже, он этого не замечал, уже давно привыкнув к своему мрачному спутнику.

Когда мужчины подошли к ним, она инстинктивно придвинулась ближе к Деймону, пытаясь его защитить. Радушная улыбка на лице Сары угасла. Тень двигалась по дорожке, стелилась по земле, как широкая черная сеть, ожидая свою добычу.

– Пэтси, давно не виделись. – Однако смотрела она на пожилого мужчину. – Мистер Грэнджер, как хорошо вас снова увидеть. И я рада, что мы встретились, Пит. Я скоро пойду к Дрю и смогу передать ему, что видела тебя. Держу пари, он будет рад.

Пит Грэнджер ковырнул тротуар носком ботинка.

– Мне бы надо к нему зайти. Я давно у него не был. Не знаю, что говорить.

Сара положила руку ему на плечо. Деймон заметил, что она обеспокоена.

– Ты найдешь нужные слова. Для этого и существует дружба, чтобы быть рядом во все времена. В хорошие – все просто, в плохие... – она пожала плечами, – все несколько сложнее. Но ты всегда был невероятно сильным, и ты лучший друг Дрю. Я знаю, что ты будешь рядом.

Пит кивнул.

– Скажите ему, что я вечером зайду.

Сара одобрительно улыбнулась.

– Думаю, это отличная идея. – Она мягко коснулась старшего Грэнджера. – Как прошел ваш визит к кардиологу?

– А почему ты спрашиваешь, Сара? – поинтересовалась Пэтси. – Папа не наблюдается у кардиолога. С его сердцем все в порядке.

– Правда? Не вредно лишний раз в этом убедиться, мистер Грэнджер. Проверки всегда очень раздражают, но их абсолютно необходимо делать. Пэтси, ты помнишь того кардиолога, к которому ходила моя мама, когда мы первый год учились в колледже? В Сан-Франциско?

Пэтси обменялась с отцом долгим взглядом.

– Я помню, Сара. Может, мы сможем вызвать его на дом в следующем месяце, когда дела в магазине немного утрясутся.

– Такие вещи лучше не откладывать на потом, – напомнила Сара. – А это Деймон Уайлдер, мой друг. Вы знакомы?

Деймон был просто потрясен. Пит собирался навестить смертельно больного друга, а мистер Грэнджер – посетить кардиолога, и все потому, что это предложила им Сара. Он повнимательнее посмотрел на пожилого мужчину, не заметив у мистера Грэнджера никаких признаков болезни. Что такого увидела Сара, чего не увидел он? В душй он ничуть не сомневался, что врач найдет в работе сердца мистера Грэнджера какие-то нарушения.

Сара попросила всех троих обратить внимание на незнакомцев с синяками на лице или подбородке, и прежде чем уйти, они обещали свою помощь.

– Как тебе это удается? – спросил Деймон, заинтригованный ее способностями. Она каким-то образом узнавала вещи, которые не должна была знать.

– Что удается? – переспросила Сара. – Понятия не имею, о чем ты говоришь.

Стоя на улице, где их освещало яркое солнце, Деймон изучал ее лицо. Он не мог отвести от нее взгляд или перестать ее хотеть. Не мог поверить, что она настоящая.

– Ты видишь нечто недоступное обычному человеческому глазу, нечто такое, что наука не в состоянии объяснить. Я верю в науку, но не могу найти объяснения тому, что ты делаешь.

Деймон смотрел на нее с таким голодом и неприкрытым желанием во взгляде, что сердце Сары мгновенно растаяло и все ее тело охватил жар.

– Это наследие Дрейков. Особый дар. – Она точно сошла с ума. Она не могла думать ни о чем, кроме Деймона и желания на его лице, страсти в его глазах. Ее пальцывцепились в ткань его рубашки прямо у входа в магазин подарков на виду у любопытных горожан.

– В пророчестве о воротах Дрейков забыли упомянуть о силе физического влечения, – пробормотала она.

В ее глазах можно было утонуть, пропасть навек. Деймон собственнически привлек ее ближе, прижимая к себе. Каждая клеточка его тела немедленно отреагировала. При простом соприкосновении с ее полностью скрытым одеждой телом в его крови заискрились молнии, а кожу начали лизать язычки огня. Что же будет, когда она окажется под ним абсолютно голой?

– Я могу это не пережить, – прошептал он.

– А нам не все равно? – спросила Сара. Она не могла отвести от него взгляда, не могла не смотреть ему в глаза. Она желала его, нуждалась в нем, хотела остаться с ним наедине. Неважно где, лишь бы они остались вдвоем.

– Не смотри на меня так, – сказал Деймон. – Я весь горю, а я слишком стар, чтобы вести себя, как подросток.

– Вовсе нет, – возразила Сара. – В любом случае, я не возражаю. – Она немного развернулась в кольце его рук, чтобы иметь возможность видеть улицу. – По-моему, Инес сейчас выпадет из окна. Бедняжка, если она продолжит в том же духе, то может потерять зрение. Мне следовало посоветовать ей купить новые очки. Пусть это предложит Абигайль. С Инес нужно быть очень осторожной, она такая чувствительная.

То, как искренне Сара это сказала, растрогало его до глубины души.

– Я никогда не ладил с людьми. Даже в колледже. Меня всегда все раздражали. Я предпочитал книги и работу в своей лаборатории общению с людьми, – признался он, отчаянно желая, чтобы она поняла, какую перемену в нем совершила. Он начинал по-настоящему беспокоиться за Инес, и это чертовски пугало. Увидев горожан глазами Сары, он стал находить их интересными.

– Давай вернемся ко мне, – предложил он. – Разве ты не говорила, что в установленной тобой сигнализации могут быть «жучки»?

– Уверена, что ее стоит проверить, – согласилась Сара, – но мне нужно зайти еще в одно место. Я обещала Инес.

Глава 9

В маленьком магазинчике подарков было очень светло, и все настраивало на позитивный лад. Ненавязчиво играла кельтская музыка. На одной стороне магазина были выставлены книги в стиле нью-эйдж[4], а другую полностью занимали феи, драконы и другие мифические существа. После комментариев об отсутствии у хозяйки магазина знаний о сортировке отходов Деймон ожидал увидеть беспорядок, но в нем не было ни пылинки.

– Мне кажется, Донна разбирается в уборке, – шепнул Деймон на ухо Саре. – Возможно, она обновила свои познания, когда увидела, как Инес уставилась на нее через окно магазина, неодобрительно поджав губы и уперев руки в боки. – Он слегка куснул ее за ухо, отчего Сару охватила дрожь. – Давай-ка лучше уберемся отсюда, пока у нас есть такая возможность.

Сара покачала головой.

– У меня особенно сильное чувство, что мы обязательно должны поговорить с Донной сегодня. – Она слегка нахмурилась, на ее лице застыло озадаченное выражение.

Деймон почувствовал, как что-то перевернулось и угнездилось в его сердце. Это было осознание. Вера. Он был человеком логики и книг, но видел, что Сара была не такой, как все. Он знал, что она была воплощением волшебства. Таинственная Сара вернулась домой, а с ней и некая не поддающаяся определению сила, которую невозможно было игнорировать. Побыв какое-то время рядом с Сарой, Деймон и сам ее теперь чувствовал. Это было очень реально. Он не мог это объяснить, но знал, что средоточием этой силы была Сара.

С этим знанием ему стало гораздо проще признать невероятное притяжение между ними. Более того, это помогло ему поверить в силу его собственных не так давно возникших чувств к ней. Как вообще влюбляются с первого взгляда? Он всегда насмехался над подобной ерундой, однако Сара полностью завладела его сердцем, хотя он был знаком с ней всего несколько дней.

– Если ты чувствуешь, что мы непременно должны поговорить с Донной, то давай найдем ее, – с готовностью согласился он. Сара навсегда изменила его. Он изменился внутренне, и ему больше нравился тот мужчина, каким он стал, чем тот, каким он был. Если задуматься, его чувства не имели смысла, но ему совсем не хотелось думать. Он просто принял этот дар, ухватился за возможность, которую предоставила ему судьба.

Передвигаясь по магазину с присущей только ей естественной грацией, Сара позвала хозяйку.

– Дочка Донны ходила в школу с Джоли. Донна очень милая, ты не встречался с ней? – Она заглянула в дверь, ведущую в заднюю часть магазина, занавешенную нитями с бусинками.

– Я видел ее, – ответил Деймон, – в магазине Инес. Они любят обмениваться колкостями.

– Они дружат многие годы. Когда несколько лет назад Инес заболела, Донна переехала в ее дом. Она заботилась о ней и в то же время успевала вести дела в собственном магазине сувениров и в бакалейной лавке. Если они и грызутся между собой, то это только для веселья. Странно, что противомоскитная дверь позади дома открыта. У Донны фобия насчет насекомых. Она никогда не оставляет дверь открытой. – В ее голосе было беспокойство.

Деймон проследовал за Сарой через занавес из бусинок. Он заметил аккуратно перевязанную веревкой стопку бумаги и контейнер с пластиком, помеченный большими буквами.

– Должен заметить, Донна знает о вторичной переработке отходов намного больше других людей.

– Естественно. – Тон Сары был отсутствующий, как будто она не обратила внимания на его слова. – Просто ей нравится давать Инес повод для разговора.

– Ты хочешь сказать, она делает это специально? – Деймон хотел было рассмеяться, но из-за поведения Сары ему было не по себе. Они вышли из магазина через запасной выход.

Им в спину подул ветер с моря, прилетевший со стороны дома на утесе. Сара подняла лицо к ветру и на мгновение закрыла глаза. Деймон наблюдал за ее лицом, за ее телом. Вокруг нее все было абсолютно спокойно. Физически она была с ним, но у него возникло ощущение, что ее душа унеслась на крыльях ветра, что мысленно она была с сестрами в их доме.

Этот ветер испугал его. Руки Деймона покрылись мурашками, а по спине прошел холодок тревоги. Что-то было не так. Сара знала, что творилось что-то неладное, и теперь он тоже это чувствовал.

Сара открыла глаза и посмотрела на него с мрачным предчувствием.

– Донна, – прошептала она.

Ветер сорвал с деревьев листья и хаотично закружил их в легком вихре. Сара внимательно смотрела на кружащуюся массу, а затем взяла Деймона за запястье.

– Думаю, она находится неподалеку, но мы должны поторопиться. Позвони шерифу в офис. Скажи, чтобы прислали скорую и свою машину. Похоже, один из твоих похитителей решил зайти в магазин к Донне.

Она повернулась и пошла по направлению к маленькому домику, притаившемуся позади сувенирного магазина. Дом сильно зарос цветами и кустами, по сути являясь отличным убежищем посреди города.

– Погоди минутку! – Деймон стоял в нерешительности, не зная, то ли пойти звонить шерифу, то ли последовать за Сарой. – Что, если злоумышленник до сих пор там? Или шериф подумает, что я спятил?

– Он точно еще там, и просто передай шерифу, что я просила поторопиться, – бросила Сара через плечо. Она двигалась быстро, но бесшумно, ступая мягко и грациозно, словно хищник на охоте.

Деймон выругался себе под нос и поспешил обратно в магазин. Прямо за шторкой из бусин стояла Инес. Ее лицо было очень бледным.

– Что случилось? – спросила она, прижимая руку к сердцу.

– Сара поручила мне вызвать шерифа и приказать ему поторопиться. Еще она просила вызвать скорую. Сможете это сделать? Хочу убедиться, что с Сарой ничего не случится, – мягко пояснил Деймон, опасаясь, что немолодая женщина может упасть в обморок.

Инес гордо приподняла подбородок.

– Идите, скоро тут будет дюжина копов.

Деймон облегченно вздохнул и поспешил за Сарой, но она уже исчезла из вида, скрывшись в буйстве растительности и цветов. Он молча чертыхнулся на свою больную ногу. Он мог дойти куда угодно, если шел достаточно медленно, но не мог бегать. Даже быстрая ходьба была опасна, поскольку нога могла запросто его подвести.

Его сердце так сильно колотилось, что он боялся, что оно выскочит из груди. Он испытывал ужас, зная, что Сара может быть в опасности. Он уже думал, что ничего хорошего ему в этой жизни не светит, но в самый темный час появилась она и стала для него лучиком света и надежды. Улыбки и сострадания. Она даже научила его ценить Инес. Деймон снова выругался и решил действовать наудачу, отодвигая тростью кусты и стараясь побыстрее идти по булыжникам, которыми на его беду Донна выложила дорожку между своим домом и магазином.

Легкий шорох слева выдал местоположение Сары. Она медленно двигалась к двери дома Донны, используя как прикрытие несколько больших рододендронов. Она дала ему знак рукой, чтобы он присел и оставался на месте. Это было унизительно. Сара спешила на помощь, в то время как он прятался в кустах. Хуже всего было то, что она явно была профессионалом в своем деле. Это было видно по тому, как она двигалась. Сара откуда-то достала пистолет, и он отлично вписывался в ее руку, словно она была так хорошо с ним знакома, что оружие стало ее неотъемлемой частью.

Деймон вдруг понял, что, несмотря на все их долгие беседы, он недостаточно хорошо знает Сару. Его сердце, разум и душа желали ее и нуждались в ней, но она была для него загадкой. Он зачарованно наблюдал, как она достигла крыльца дома. Даже ветер, казалось, стих, затаив дыхание.

Сара обернулась и посмотрела на небо, воздев руки к облакам. Ее лицо было обращено к дому на утесе. Деймону внезапно привиделось, что ее сестры, стоя на парапете лицом к морским волнам, повторяют ее движения, поднимая руки к небу. Взывая к ветру и другим силам природы, чтобы они связали их волю воедино.

Ветер тихо застонал, донося звуки мелодичной песни, такой тихой, что он не мог различить слов, но слышал, что голоса были женскими. Плотные облака над его головой опутали темные нити, и ветер налетел на дом, дребезжа окнами и сотрясая двери. Небо зловеще потемнело, по крыше и двору застучали крупные капли дождя. Деймон почувствовал соль в воздухе, словно дождь пришел из самого океана, словно ветер, подчиняясь какой-то неведомой силе, поднял в воздух соленую океанскую воду и разбрызгал ее дождем по земле.

Ветер, словно волна, отступил, а потом усилился снова, на этот раз его ярость была направлена на входную дверь. Под таким напором она распахнулась внутрь, и в дом влетел леденящий воздух. Сара в броске вкатилась в дом вместе с порывом ветра. Газеты и журналы разлетелись во все стороны, словно отвлекая от нее внимание. Она ловко заняла огневую позицию, опираясь на одно колено, и, держа пистолет наизготовку, отслеживала движение в комнате.

– Я не хочу стрелять в тебя, но выстрелю, если придется. – Слова отчетливо донеслись до Деймона, хотя Сара говорила очень тихо. – Положи оружие на пол и отпихни его. – Деймон поспешно поднялся по ступенькам крыльца. Он мог видеть, что рука Сары была тверда, как скала. Она не отводила взгляда от мужчины, стоявшего над телом пожилой женщины. – Донна, не двигайся. Скорая уже едет.

Деймон увидел шишку на голове у Донны, из раны на ковер сочилась кровь. В бешенстве, он так сильно сжал рукоять трости, что костяшки пальцев побелели. Перенеся вес на обе ноги, Деймон двумя руками взялся за трость. Его охватила ярость при виде знакомого мужчины, стоявшего над беспомощно лежавшей на полу женщиной.

– Деймон, – голос Сары был тихим, но настойчивым. – Не делай этого.

Он и сам не понял, когда угрожающе шагнул вперед. Сара не повернула головы, не отвела настороженного взгляда от преступника, однако каким-то образом догадалась о его намерениях. Деймон постарался взять себя в руки.

– Зачем ты напал на беззащитную женщину? – спросил он, трясясь от злости и горя желанием отомстить.

– Не связывайся с ним, – посоветовала Сара. – Я уже слышу сирену. Ты не посмотришь, может, это уже шериф на подъезде?

Деймон повернулся и чуть не врезался в Инес. Он поймал ее, когда она хотела подбежать к Донне.

– Вам не следует становиться между Сарой и мужчиной, который напал на Донну, – сказал он. В его руках Инес казалась невесомой и хрупкой. Она не выглядела старой, но сейчас он увидел морщинки на ее лице. Она выглядела столь взволнованной, что Деймон беспокоился за нее. Прижимая Инес к себе, он очень осторожно увел женщину от входа.

Порыв леденящего морского ветра снова ворвался в комнату, разметав валявшиеся бумаги. Инес поежилась и хотела было закрыть дверь…

– Нет! – Голос Сары вопреки обыкновению был резок.

Этого было достаточно, чтобы подстегнуть Деймона к активным действиям. Он не дал двери захлопнуться, позволив стихии свободно проходить сквозь нее, и только тогда почувствовал еле заметный энергетический поток, который нес с собой ветер. Он даже слышал, или это ему только казалось, тихое пение, доносившееся со стороны океана... или дома на утесе.

Он изучал напавшего на Донну мужчину, одного из тех, кто пытал его. Этот человек приставил пистолет к голове Дэна и нажал на курок. Почему же сейчас он просто стоял и бездействовал? Неужели так боялся пистолета Сары? Деймон был уверен, что при необходимости она выстрелит. Но будет ли этого достаточно, чтобы напугать такого человека? Он сомневался в этом. В комнате было что-то еще, что удерживало убийцу.

Возникшее у него в сердце чувство правильности происходящего принесло какое-то спокойствие. Сара была женщиной из шелка и стали. И она была великолепна.

– Джонас идет, – прошептала Инес Деймону. – У Сары будут проблемы. После произошедшего она будет слаба и истощена. Сара бы не хотела, чтобы кто-либо видел ее такой.

По лицу Инес Деймон понял, что она принимает его отношения с Сарой, и от этого действительно ощутил некую связь с этой женщиной. Одобрение Инес на удивление много значило для него, поскольку давало ему возможность почувствовать себя частью сплоченного сообщества, а не одиноким чужаком, которым он привык себя ощущать, куда бы ни поехал. Деймон кивнул, притворившись, что понял, о чем говорила Инес, решительно настроенный помочь Саре так же, как она, казалось, помогала всем вокруг.

Первым в дом зашел Джонас Харрингтон. Окинув комнату пристальным взглядом, он немедленно надел наручники на преступника, напавшего на Донну. Сара тяжело осела на корточки и опустила голову, как будто потеряла от напряжения все силы. Она вытерла пот с лица тыльной стороной ладони, и Деймон мгновенно подскочил к ней, помогая подняться и опереться на него, хотя она и сопротивлялась, беспокоясь о его ноге.

С помощью Деймона Сара прошла по коридору, нашла на кухне стул и села. Она взглянула на него и благодарно улыбнулась. Это была всего лишь улыбка, но в ней для него был заключен весь мир. Он принес ей стакан воды и помог держать его, потому что ее руки тряслись. Она довольно быстро восстанавливалась, однако все еще была бледной.

– А твои сестры тоже испытывают такое? – спросил он.

Сара кивнула.

– Это совсем иное, нежели наложение чар. Нам требуется невероятное усилие, чтобы удерживать кого-то против его воли. Этот человек не привык к бездействию. – Она протянула руку. – Мне уже лучше. Сейчас бы поесть и поспать немного. – Она вздохнула. – Я обещала Ирэн навестить сегодня Дрю, но после всего этого у меня не осталось сил, во всяком случае таких, чтобы я могла им помочь. – Она потерла кончиками пальцев виски. – Я вообще-то не могу ничего сделать для Дрю, и Ирэн знает это. В данном случае продление его жизни, возможно, не самая хорошая идея. Эх, если бы только здесь была Либби!

– Сара, – сказал он самым мягким тоном, на который был способен, – пусть все идет своим чередом. Позволь мне отвезти тебя домой. Я приготовлю тебе хороший ужин, и ты сможешь поспать. Я сам поговорю с Ирэн, она поймет.

– Как ты узнал, что сестры помогают мне?

– Я чувствовал их, – ответил он. – Ты готова поговорить с шерифом?

Она кивнула.

– Я хочу удостовериться, что с Донной все в порядке.

Когда они вернулись в гостиную, Харрингтон уже посадил преступника в полицейскую машину. Донна расплакалась, обнимая Сару и Инес, что заставило Деймона почувствовать себя беспомощным и бесполезным, и в то же время он был полон гордости за Сару и ее сестер.

– Почему он напал на тебя, Донна? – спросила Сара.

– Я заметила у него твою сережку, одну из тех, что для тебя сделала Джоли. Он носил ее в ухе. Я подумала, что ты, возможно, потеряла ее и спросила о ней. Он сильно ударил меня и оттащил из магазина в дом. И все время задавал вопросы о тебе и мистере Уайлдере.

Сара на мгновение положила руку на рану Донны. Деймон внимательно следил за ней и заметил, что ее лицо становилось все бледнее, пока она слегка не покачнулась от усталости. Сара нагнулась и нежно поцеловала женщину в щеку.

– Все будет хорошо. Не волнуйся о магазине, мы закроем его за тебя.

– Я поеду с ней в больницу, – сказала Инес, с вызовом уставившись на санитаров, словно приглашая с ней поспорить. Пока Донну несли до скорой, она держала подругу за руку.

– Сара, – Джонас Харрингтон ждал ее, прислонившись к стене. – У тебя есть разрешение на ношение этого оружия?

– Ты же знаешь, что есть, Джонас, – ответила она. – Ты не раз его видел. Да, я его недавно обновила. И я не пристрелила гада, хотя мне очень захотелось, когда я увидела истекающую кровью Донну на полу. Он носит мою сережку, я хочу ее вернуть!

– Я добуду ее тебе, – терпеливо сказал Джонас. – Знаю, ты устала, но мне нужно, чтобы ты ответила на несколько вопросов.

– Это один из тех мужчин, что похитили меня. Именно он убил моего ассистента, – пояснил Деймон. – Двое других должны быть где-то в городе. Думаю, теперь, когда мы поймали этого, остальных нетрудно будет найти.

– Я найду их, – мрачно пообещал Джонас. – Сара, пожалуйста, подойди попозже в участок и сделай подробное заявление. Я уже отправил туда преступника. У него огромный «послужной список» в ордере на арест, и, едва мы их оповестим, федералы просто заполонят это место. Они захотят поговорить с вами обоими, поэтому вам лучше отдохнуть, пока есть такая возможность.

Деймон обнял Сару за плечи.

– Вы не могли бы подбросить нас до моего дома, шериф?

– Конечно. Давайте все тут закроем и уедем, пока Сара не упала в обморок, а ее сестрички нас за это не поджарили. Ты еще не видел, как они набрасываются всем скопом. Устрашающее зрелище, поверь мне.

– Если уж на то пошло, ты единственный удостоился этой чести, – заметила Сара.

Глава 10

Деймон смотрел на лицо лежавшей посреди его постели спящей Сары. Она была прекрасна. Какое-то время он просто стоял, прислонившись к стене и охраняя ее сон. Все это было довольно глупо и мелодраматично, поскольку именно Сара владела оружием и обладала необходимой подготовкой, но Деймону это казалось жизненно важным.

Откуда взялось всего за одну ночь такое богатство чувств? Мог ли мужчина так быстро влюбиться в женщину? Она была воплощением всех его мыслей и чаяний и даже больше. Как можно было не полюбить Сару за ее терпение, сострадание и понимание? Она искренне заботилась о людях в своем городке. Каким-то образом это глубокое чувство передалось и ему.

Ее могли убить. Эта мысль отрезвила его, подобно удару в живот. Как можно было испытывать так много чувств к одному человеку, когда он едва знал ее? Всю свою жизнь он едва замечал людей, его совершенно не заботили их жизни. С того самого момента, когда он услышал, как ветер шепчет ее имя, он в глубине души был уверен, что Сара навсегда изменит его жизнь.

Совместные прогулки по пляжу, тихие разговоры у нее или у него дома, даже время, проведенное с ее семьей, только укрепили его чувства к ней.

Сара открыла глаза и первое, что она увидела, было лицо Деймона. Он прислонился к стене и просто смотрел на нее. Она могла видеть в выражении его глаз неприкрытое желание, смешанное со знанием их ближайшего будущего. Его чувства были настолько искренними, сильными и настоящими, что у нее защипало в глазах, поскольку он явно не ожидал, что она ему понравится, не говоря уже о чем-то большем.

Она протянула руку.

– Не стой там один у стены. Ты больше не одинок, и я тоже.

Он услышал приглашение в ее голосе, и его тело пробудилось в предвкушении. Однако он продолжал стоять на месте и упиваться ее видом. Она была так ему нужна и не только в физическом плане.

– Что ты, Сара, ты никогда не была одинока. Ты не нуждаешься во мне так, как я в тебе. У тебя есть семья, которая окутывает тебя любовью, поддержкой и теплотой. Я никогда не думал о ценности семьи или любви. Возможность разделить день с тем, кто тебе дорог, стоит всего золота мира. Я не знал этого, пока не встретил тебя.

Она села на постели, спокойно и оценивающе изучая его. Очевидно, ей нравилось то, что она видела. Деймон не мог понять почему, но мог прочитать это у нее на лице.

– Рада, что смогла сделать тебе такой подарок. Моя семья – мое сокровище.

Он кивнул. Каково было бы каждое утро, просыпаясь, слышать ее голос? В голосе Сары всегда была нежность, он кожей ощущал его ласкающие нотки. Они проникали к Деймону в самую душу.

– А ты мое сокровище, Сара. Даже не знал, что способен к кому-либо испытывать что-то подобное.

Сара улыбнулась той самой улыбкой, которую, похоже, приберегала для него одного. Она озарила ее лицо и заставила глаза сиять, а кроме того словно осветила изнутри его душу, вызвав неизведанные до этого чувства.

– Ты вернула меня к жизни, Сара, вернула мне мою жизнь. До встречи с тобой я не жил, а существовал.

– Неправда, Деймон. Ты гениальный человек. То, что создал, сделало наш мир безопаснее. Я вижу, как твое лицо оживляется, когда ты рассказываешь мне о других своих идеях и возможностях их воплощения. Это и есть жизнь.

– У меня не было ничего, кроме моих идей. – Неожиданно он выпрямился, оттолкнулся от стены и с уверенностью на лице направился к ней. – Так я прятался от жизни, погружаясь в свои мысли и бесконечность находящихся там идей. – Он провел пальцем по классическим чертам ее лица, скулам, полным губам. – Сними блузку. Я хочу тебя видеть.

На щеках Сары появился еле заметный румянец, но руки потянулись к крохотным жемчужным пуговичкам и начали медленно разводить полы блузки. У него перехватило дыхание, когда он наблюдал за ней. Сара не старалась быть сексуальной, в ней никогда не было никакого жеманства, тем не менее это было самое эротичное зрелище в его жизни. Края блузки медленно разошлись, открывая взору скрывавшуюся под ней роскошную кремовую плоть. У нее было тело женщины, призванное услаждать мужчину мягкими изгибами и линиями.

Ее грудь была прикрыта тонким белым кружевом. Сара встала и подошла ближе. Деймон почувствовал жар, по его телу словно прошел разряд молнии. Кровь быстрее заструилась по венам, и все мышцы напряглись почти до боли. Он принимал это, наслаждаясь силой своего желания обладать ею.

– Ты так прекрасна, Сара. И в душй, и внешне. Я все еще не верю, что могу после жизни в аду переместиться прямо в рай.

Сара протянула к нему руку.

– Я вовсе не такая, Деймон. Меня никак нельзя назвать красивой, даже с большой натяжкой. И жизнь со мной совсем не будет райской. Я говорю, что думаю, и все делаю по-своему.

С необыкновенной нежностью он наклонил голову и нашел ее губы. На какой то момент они забыли обо всем на свете, перенесенные магией, происходящей между ними, вне времени. Когда Деймон приподнял голову и посмотрел на нее, в его взгляде были голод, жажда, желание обладать ею.

– Для меня ты прекрасна. Я всегда буду так считать. К счастью для тебя, я сам упрям и очень откровенен. Думаю, это просто отличные черты характера.

– Как удачно, – пробормотала Сара, опуская ресницы и откидывая голову, когда он притянул ее ближе и подул теплым и влажным дыханием на ее сосок прямо через белое кружево. Обхватив руками его голову, она выгнула спину, предлагая искушение и рай на земле.

Его рот был горячим и влажным, когда он поцеловал ее грудь. Огонь прошел сквозь их тела. Когда Деймон стал дразнить грудь Сары языком, а затем посасывать прямо через кружево, она отдалась чувственному удовольствию. Он не торопился, лениво и неспешно исследуя ее тело, словно слепой обводя контуры кончиками пальцев, запоминая все изгибы и впадинки, поклоняясь ей.

Сара терялась в своих ощущениях, тонула в них. Она не могла вспомнить, когда он расстегнул и стянул с нее джинсы, а ее кружевной лифчик давным-давно перекочевал на пол. В плену желаний и жара она освободилась от остатков одежды.

Деймон не любил спешить. Даже сейчас, когда их губы вновь слились, и Сара попыталась стянуть футболку с его широких плеч, чтобы почувствовать его кожей, он был терпелив и последователен, поставив себе целью узнать ее тело и отыскать все потаенные местечки, заставлявшие ее задыхаться от желания. Его руки исследовали Сару, находя впадины и изгибы, нежно коснулись ее ребер. Он позволил ей себя раздеть, казалось, даже не обратив на это внимания, – настолько он был увлечен, доставляя ей удовольствие. Ему нравились тихие вздохи и стоны, рождавшиеся у нее в горле.

Сара была такой отзывчивой и податливой. Ему бы следовало знать, что она будет щедрой любовницей, полностью растворяясь в нем и отдавая всю себя без остатка. Ее бескорыстный дар вызывал у него желание быть столь же щедрым на ласки. Впервые его шрамы не были чем-то постыдным, что нужно было скрывать. Когда ее пальцы пробежались по ним, не было ни отвращения, ни попытки избежать отвратительных воспоминаний об убийстве и пытках. Желая Деймона так же сильно, как и он ее, Сара охотно прикасалась к нему, ублажая его тело ласками и еще сильнее возбуждая.

Деймон медленно опустил ее на простыни, последовав за ней и накрыв ее тело своим. Когда Сара посмотрела на него, ее лицо было прекрасно. Он поцеловал ее глаза, кончик носа и уголки губ.

Везде, где Деймон прикасался к ней, он оставлял огненный след. Сара была потрясена силой охватившего ее пламени. Он был так неспешен, растягивал процесс, однако Сара уже сгорала внутри и снаружи, желая ощутить его в себе. Она услышала свой собственный голос, тихую мольбу о пощаде, и его губы, поцеловав ее пупок, спустились ниже. Руки Деймона уверенно двинулись по внутренней стороне ее бедер, пока не нашли в точке соединения ног жаркое и влажное место, уже ожидавшее его.

– Деймон. – Сара едва могла прошептать его имя. Казалось, дыхание навсегда покинуло ее тело и в комнате не хватало воздуха.

Его палец проник в нее, и эта чувственная ласка свела Сару с ума. Все здравые мысли мгновенно улетучились, в голове был лишь шум. Губы Деймона нашли ее, заявляя права на Сару и ставя свое клеймо. Она не могла лежать спокойно, нетерпеливо задвигав бедрами, но Деймон прижал ее к кровати и продолжал ласкать горячим ртом, отчего по телу Сары проходили волны удовольствия, подобные океанским. Ее пальцы запутались в его волосах, и это был единственный якорь, удерживавший Сару на земле, когда она воспарила, выдохнув его имя.

Деймон передвинулся, полностью накрыв ее тело своим и устроившись бедрами в колыбели ее бедер. Его член был толстым, твердым и пульсировал от желания. С хриплым криком Деймон глубоко вошел в нее, и его накрыло стремительной волной наслаждения. Сара была горячей, скользкой и узкой, подобно бархатной перчатке обхватывая его и обжигая огнем желания, какого он доселе не знал. Сара, волшебная Сара.

Деймон начал двигаться, но не спешил. Зачем ему было спешить во время первого раза с Сарой? Он хотел, чтобы этот момент длился вечно, чтобы он стал вечностью для них обоих. Ему нравилось смотреть на ее лицо, когда он двигался вместе с ней, глубоко проникая в потаенное святилище жара и наслаждения. Сара приподнимала бедра, подстраиваясь под ритм его движений, и он с каждым выпадом входил еще глубже. Она желала заполучить его всего, мечтая о его господстве не меньше, чем Деймон об ее.

Огонь только начинал разгораться. В какой-то момент он полностью контролировал процесс, был уверен в себе, упиваясь им, а потом удовольствие стало почти невыносимым, накрыв Деймона с силой товарного поезда от кончиков пальцев на ногах до головы. Они одновременно застонали, и их голоса, слившись воедино, зазвучали в унисон.

Деймон чувствовал, как ее тело сотрясают спазмы, заставляя крепче сжиматься вокруг него, еще сильнее их сближая. Они просто лежали, не смея да и не в силах пошевелиться. Их сердца бешено колотились в груди, легким не хватало воздуха, а руки продолжали крепко друг друга обнимать. За окном легкий океанский бриз шептал что-то успокаивающее, а море пело песню рокочущих волн.

Деймон обрел покой. Сара лежала в его объятиях, время от времени чуть приподнимаясь, чтобы поцеловать его грудь, касаясь языком шрамов. Каждый раз, когда она так делала, его тело напрягалось и ее отвечало очередным спазмом. Они настолько слились и так крепко были переплетены, что невозможно было сказать, где Деймон начинался, а где заканчивался.

– Останься со мной сегодня на весь день, Сара. И на всю ночь. Мы можем заниматься всем, чем ты хочешь. Просто побудь со мной. – Он приподнялся на локтях, чтобы убрать с Сары большую часть своего веса. Ему хотелось быть вместе с ней, поглотить ее, стать одним телом и делить одну кожу.

Она провела пальцами по линиям на его лице.

– Не могу представить, где бы я еще могла быть и с кем бы мне хотелось провести время.

– Ты не удивляешься, почему выбрала меня? Я прекратил задавать себе этот вопрос и просто принял это. Я благодарен тебе, Сара.

– Я смотрю на тебя и просто знаю ответ. Кто может знать, почему одно сердце принадлежит другому сердцу? Я тоже не задаю себе этот вопрос, Деймон. Я просто рада, что ворота открылись для тебя. – Внезапно она весело рассмеялась. – Мне пришло в голову, что ты, возможно, соблазнил меня просто для того, чтобы узнать тайну сохранения краски на доме.

Он переплел свои пальцы с ее и вытянул руки у нее над головой.

– Это действительно показалось мне хорошей идеей. Может, как-нибудь на днях, когда я буду заниматься с тобой любовью, я смогу говорить и тогда выведаю у тебя этот секрет.

– Хороший план. Кстати, он мог бы сработать, если я была способна разговаривать, когда ты занимаешься со мной любовью. – Сара ахнула, когда он опустил голову к ее груди. – Деймон. – Ее тело было до боли чувствительным, но она все равно выгнулась навстречу его жарким губам.

– Извини, ты выглядела так соблазнительно, что я не смог с собой совладать. Хочешь, полежи тут нагишом, а я разведу огонь и приготовлю тебе что-нибудь поесть? Не уверен, что вынесу, если ты сейчас опять оденешься. Он несколько раз игриво прикусил ее грудь и лизнул сосок.

Все тело Сары напряглось, каждый мускул сжался.

– Ты хочешь, чтобы я просто лежала здесь и ждала тебя?

– С нетерпением ждала меня, – поправил он. – Неплохо было бы нуждаться во мне. Я не стану возражать, если ты просто полежишь здесь, думая о том, как мое тело погружается в твое.

– Ясно. Я подумала, что, возможно, лучше, если я просто стану ходить следом, наблюдая за тобой и лаская, пока ты будешь этим заниматься. Буду тебя вдохновлять. Знаешь, у меня есть способы.

В ее голосе была озорная нотка, от которой все его тело вспомнило, какой восприимчивой и податливой Сара была в его объятиях. Он в мгновение ока снова стал твердым, как камень, сгорая от желания. Деймон заметил, как ее глаза расширились от удивления, смешанного с довольством. Желание охватило их обоих, что было несказанным счастьем.

– Я никогда не чувствовал себя так с другими женщинами, Сара. Я знаю, что этого не может быть. Думаю, ты действительно могла бы ходить по воде.

– Для человека, проводившего много времени в лаборатории, ты знаешь, как обращаться с женщинами, – заметила она.

Со знакомой ей чрезвычайной медлительностью Деймон надвигался на нее, пока не прижал к стене. Ощущение трения на ее и без того уже очень чувствительной коже сводило Сару с ума. Не имело значения, сколько раз она срывалась в пучину наслаждения, Деймон двигался с почти безупречным предвидением и прекрасным знанием того, что ей было нужно и чего она хотела.

– Я могу читать по твоему лицу и телу, – сказал он. – Мне это нравится, Сара. Ты от меня ничего не утаиваешь.

– А зачем? – Зачем было что-то прятать от него, когда награда так велика? Если судьба настаивала, что Деймон был тем самым мужчиной, который станет любовью всей ее жизни, ее лучшим другом и партнером, она была готова принять все, что он хотел ей дать.

Саре нравился звук его голоса и то, как он здраво и обдуманно обо всем говорил. И ей нравилась его абсолютная честность, даже в том, как он занимался любовью. Они отдавались друг другу без остатка, и Сара ощущала это обладание глубоко в душе, словно клеймо.

Деймон был терпелив и тщателен в своих ласках, но затем, когда полностью возбудился, его движения стали неистовыми. Каждый выпад был сильным, быстрым и настойчивым, унося их обоих в небеса над морем и оставляя свободно падать сквозь пространство и время, пока они уже не могли двигаться от усталости.

Деймон прижимал ее к себе, свернувшись рядом и не желая терять чувство близости между ними. В данный момент они были полностью удовлетворены, лишены сил и тяжело дышали, но тем не менее у него вновь возникло то же самое чувство абсолютного покоя.

– Сара, – прошептал он ее имя, как никогда полный благоговения.

– Все то, что ты чувствуешь ко мне, – сказала она, крепче прижимаясь к нему, – я чувствую к тебе. Я не больше твоего хотела пускать кого-то в свою жизнь. Иногда я устаю делиться с окружающими своей силой, но ничего не могу с собой поделать. Тогда я нахожу место, где чувствую себя в безопасности, где абсолютно одна и могу спрятаться в укромном уголке и на время исчезнуть.

– Теперь у тебя есть я. Я стану твоим убежищем и не возражаю, если мне придется вмешиваться, когда тебе надо будет придти в себя. – Он улыбнулся у ее виска. – Манипулирование людьми всегда мне хорошо давалось, а вот с общением были проблемы. Меня сводило ума, что окружающие никогда не понимали, о чем я говорю. Бывает, у тебя появляется какая-то идея, – все так ясно, что ты просто уверен, что прав, – и тебе просто необходимо с кем-нибудь ею поделиться. Однако всякий раз было не с кем.

Сара поцеловала кончики его пальцев.

– Ты можешь делиться со мной любыми мыслями, которые приходят тебе в голову, Деймон. Я восхищаюсь тобой. – В ее голосе была слышна улыбка. – И я очень коммуникабельна, так что тебе больше не придется об этом волноваться.

– Я заметил, – сказал он. – Кстати об общении, я позаботился о том, чтобы занавески не раздвинулись, – плотно сколол их вместе булавками на тот случай, если какая-нибудь из твоих сестер решит выйти на парапет и посмотреть в телескоп.

Как он и ожидал, Сара засмеялась.

– Они знают, что я с тобой, и не будут вмешиваться в мои дела, когда мы занимаемся любовью. Им просто нравится дразнить меня. Ты почувствуешь это в полной мере с утра.

Деймон и не возражал. Он крепче обнял Сару и понял, что даже с нетерпением предвкушает все, что могут выдать ее сестры.

Глава 11

– Так, кто-нибудь из вас толком читал это пророчество? – спросила Кейт по пути к дому Ирэн. Густой, тяжелый туман укрывал море и большую часть города подобно одеялу. – Потому что я прочла, и у меня не слишком хорошие для нас новости.

– Мне это не нравится, – сказала Ханна. – Может, нам лучше не спрашивать. Незнание не поможет нам уберечься?

– Какое пророчество? – с любопытством спросил Деймон. Они вместе провели утро за завтраком, и сестры нещадно дразнили их, заставляя Сару краснеть и прятать лицо у него на груди. Его ожидания оправдались – он почувствовал себя частью семьи, и это ощущение было бесценно.

Сара довольно рассмеялась.

– Вы все думали, что было очень смешно, когда это происходило со мной, но я прочла его до конца. Я знаю, что всем вам уготовано. Одна за другой, как костяшки домино, вы падете.

Эбби состроила Саре рожицу.

– Не всем, Сара. Я не верю в судьбу.

Остальные сестры громко расхохотались. Сара взяла Деймона под руку.

– Пророчество – это ужасное проклятие, лежащее на семи сестрах. Вернее, мы думали, что это проклятие. Теперь, когда я встретила тебя, я уже не так в этом уверена.

Он приподнял бровь.

– Теперь мне стало по-настоящему любопытно. Я имею какое-то отношение к этому пророчеству?

Четыре женщины снова рассмеялись, привлекая внимание людей на улице.

– Ты и есть пророчество, Деймон, – ответила Кейт. – Ворота открылись для тебя.

Сара кратко изложила суть цитаты:

– Семи сестрам, связанным между собой и контролирующим силы земли, моря и воздуха, не подвластна судьба, от которой они бегут. Одну за другой, от старшей к младшей, судьба найдет их. Когда запертые ворота радушно распахнутся, первая найдет свою истинную любовь. Пророчество длинное, но все сводится к тому, что остальные сестры по очереди выйдут замуж.

Девушки застонали и покачали головами, а Деймон расхохотался.

– Значит, тебе в любом случае придется выйти за меня? Я-то ломал голову, как мне тебя удержать, а у тебя и выбора нет. Мне нравится это пророчество. А там что-нибудь написано про то, что ты должна усердно за мной ухаживать?

– Точно нет, – ответила Сара и уставилась на своих смеющихся сестер. – Смейтесь-смейтесь. Все вы, даже ты, Эбби, еще увидите, как я смеюсь над вами. – Она крепче вцепилась в руку Деймона. – Когда мы были детьми, то заключили соглашение – держать ворота на замке и никогда по-настоящему не встречаться с мужчинами, чтобы оставаться свободными и независимыми. Нам всегда нравилось жить вместе... Бедняжка Эль, мысль о семи дочерях довольно пугает.

– Хвала небесам, что дети достались Эль, – сказала Эбби. – Я собираюсь родить одного и только потому, что, если я этого не сделаю, вы все сведете меня с ума.

– Почему у Эль должно быть семь дочерей? – спросил Деймон.

– У седьмой дочери всегда рождается семь дочерей, – пояснила Кейт. – Так происходит много поколений. Я читала историю семьи Дрейк и из всех записей, сделанных за много лет, сделала вывод, что в нашем наследии только счастливые браки. – Она улыбнулась Деймону. – Пока что я не видела ничего, что бы указывало на усиленное ухаживание за мужчинами, но я продолжу искать.

– Пока ты этим занимаешься, не могла бы ты еще поискать традиционное обещание слушаться мужа? – попросил ее Деймон. – Я всегда считал, что это ключевые слова в брачной церемонии. Без него, у мужчины нет ни шанса.

– Размечтался, – сказала Сара. – Этому не бывать. Налицо проблема после твоего торчания всю жизнь в душной лаборатории – ранние галлюцинации.

Они проходили маленький, аккуратный домик с большим передним двором, окруженным пресловутым белым забором из штакетника. Посреди клумбы с розами пожилая пара устанавливала фонтанчик. Внезапно Сара остановилась, оглянулась и посмотрела на дом и его хозяев. По крыше ползла тень, намек на что-то, затем растворившееся в тумане.

– Я на минутку. – Она помахала пожилой паре, и оба немедленно встали и подошли к забору.

Сестры Сары встревоженно переглянулись. Деймон пошел за ней.

– Необязательно разговаривать с каждым жителем города, – посоветовал он ей вслед. Сара пропустила мимо ушей его слова и все равно вступила в разговор с пожилой парой. Деймон вздохнул. У него появилось ощущение, что ему всю оставшуюся жизнь придется ходить вслед за ней и общаться со всеми, кто им встретится.

– Сара, я слышала, ты вернулась. Все в порядке? Сколько я тебя уже не видела? Года два? – поприветствовала ее пожилая женщина, махая рукой остальным сестрам.

– Миссис Дарден, я восхищалась вашим палисадником. Вы недавно перестроили дом?

Супруги переглянулись и вновь посмотрели на Сару. Мистер Дарден кашлянул.

– Да, мы переделали гостиную и кухню. У нас появилось немного денег, а нам всегда хотелось отремонтировать дом. Теперь он именно такой, как нам хотелось.

– Это чудесно. – Она потерла рукой ноющий затылок и посмотрела вверх. – Вижу, вы приставили лестницы. Перекрываете крышу?

– Она зимой протекала, – ответил мистер Дарден. – Несколько месяцев назад мы потеряли одно дерево, ветка пробила дом. С тех пор и мучаемся.

– Похоже, вы всю работу делаете сами, – заметила Сара и снова потерла затылок.

Деймон начал нежно массировать ей шею. Невероятное напряжение, которое он почувствовал в ее шее и плечах, заставило его недоуменно промолчать.

– Я слышала, Лэнс отлично кроет крыши, мистер Дарден. Он работает быстро и гарантирует качество работы. Это лучше, чем вам лазить по крыше, теряя драгоценное время, которое вы могли бы потратить на сад. – Она чуть повернула голову и посмотрела на Деймона. – Мистер Дарден известен своим садом и цветами. Его гибриды получают призы на каждой ежегодной ярмарке.

Деймон увидел тени в ее глазах. Он улыбнулся и, чуть подавшись вперед, нежно поцеловал ее в макушку. Сара вновь повернулась к пожилой паре.

– Лэнсу наверняка нужна эта работа, и вы окажете ему большую услугу.

Миссис Дарден потянула мужа за руку.

– Спасибо за добрый совет, Сара. Мы так и сделаем. У меня каждый раз сердце не на месте, когда Клайд поднимается на эту крышу, но... – Она замолчала.

– Думаю, ты права, Сара, – внезапно согласился мистер Дарден. – Думаю, мне стоит прямо сейчас позвонить Лэнсу.

Сара нарочито беспечно пожала плечами, но Деймон почувствовал, как они облегченно опустились.

– Жду не дождусь в этом году ярмарки, чтобы посмотреть на ваши красивые экспонаты. А еще мне очень хочется представить вам Деймона Уайлдера, моего друга. Он купил дом старого Гановера. – Она нежно улыбнулась Деймону, чтобы он не чувствовал себя исключенным из беседы. – Я знаю, вы часто работаете в своем чудесном палисаднике – не замечали ли вы в окрэге незнакомцев, которые задавали бы вопросы или просто заставляли вас нервничать?

Супруги переглянулись.

– Нет, Сара, ничего такого, вроде, не было, – ответил мистер Дарден, – но мы стараемся заниматься своими делами. Я всегда считал, что не стоит лезть в дела соседей.

– Просто вы много работаете на улице, вот я подумала, что вы могли бы понаблюдать для меня и позвонить, если что-то покажется вам подозрительным, – сказала Сара.

– Можешь на нас рассчитывать, Сара, – сказал мистер Дарден. – Я только что купил себе новый бинокль, и на переднем крыльце у меня отличный обзор всей улицы!

– Спасибо, мистер Дарден. Это было бы чудесно. А мы сейчас идем к Ирэн и Дрю.

Улыбка на лице миссис Дарден потускнела.

– О, все это так грустно, Сара, надеюсь, вы сможете им помочь. Когда вернется Либби? Она бы очень помогла. Как она поживает?

– Либби сейчас за океаном, миссис Дарден, – ответила Сара. – У нее все хорошо. Надеюсь, скоро ей удастся добраться домой. Я передам, что вы о ней спрашивали.

– Я слышала ужасные вести про Донну, – продолжала миссис Дарден. – Эти незнакомцы замешаны в нападении на нее? Слышала, ты одного из них пристрелила. Знаешь, я, как правило, не одобряю насилия, но надеюсь, ты нанесла ему достаточные повреждения, чтобы он теперь дважды подумал, прежде чем нападать на другую женщину.

– С Донной все будет в порядке, – заверила ее Сара, – и я в него не стреляла.

Миссис Дарден потрепала Сару по плечу.

– Все нормально, милая, я понимаю.

Весело им помахав, Сара пошла обратно к сестрам. Те расхохотались, а Деймон с недоверием покачал головой.

– Она думает, что ты стреляла в того мужчину. Даже сейчас, когда ты это опровергла, она думает, что ты в него стреляла.

– Так и есть. – Сара пригвоздила его к месту суровым взглядом. – Она также уверена, что кто-то видел, как я хожу по воде. И кто бы это мог распустить такой слух?

Ханна поддразнивающе дернула Деймона за рукав, что было для нее жестом симпатии.

– Отличная сплетня, Деймон. Жаль, я сама не додумалась.

Кейт откинула голову назад и рассмеялась. Ее роскошная копна волос развевалась на легком ветру.

– Это забавно, но слышал бы ты, что они говорят о тебе. Прошел слушок, что ты какой-то знаменитый волшебник, у которого Сара училась.

– Нет, ну в самом деле, – возмутилась Сара, – они могли хотя бы сказать, что это он учился у меня. Клянусь, в этот столетии шовинизм все еще поднимает свою уродливую голову.

Деймон чувствовал, как внутри у него становится тепло. Он ощущал себя частью этой семьи, и ему было уютно в окружении их смеха и добрых отношений. Он больше не чувствовал себя так, словно заглядывает внутрь через стекло, как это было большую часть его жизни. Сестры Сары, похоже, с готовностью приняли его в свою жизнь и свои сердца. В ее семье в большом ходу были терпимость и радушие. Деймону вдруг пришло в голову, что впервые за многие месяцы даже с учетом нависшей над ним угрозы он провел меньше времени, думая о своей травме, и больше – думая о настоящем и будущем.

– Пожалуй, мне нравится, что меня считают волшебником, – задумчиво произнес он.

– Сара говорит, ты умник. – Кейт помахала Джонасу Харрингтону, проезжавшему мимо них на своей патрульной машине.

– Что ты делаешь? – зашипела Ханна, шлепнув Кейт по руке. – Не стоит быть вежливой с этим идиотом. Нам надо направить его в канаву или еще куда.

– Не смей, – сурово сказала Сара. – Я не шучу, Ханна, нельзя использовать наш дар для мести. Только во благо. Особенно сейчас.

– Это и будет во благо, – заметила Ханна. – Научит этого ужасного человека некоторым манерам. Не смотрите на него, а ты, Деймон, перестань ему улыбаться. Мы же не хотим, чтобы он остановился с нами поболтать. – Она недовольно застонала, когда патрульная машина остановилась впереди у тротуара. – Видите, что вы натворили? – Когда Харрингтон вылез из машины, она подняла руки к небу, и внезапный порыв ветра сорвал с него шляпу и покатил вдоль водосточного желоба.

– Очень смешно, Куколка, – сказал Харрингтон. – Ты просто не можешь не выпендриться, да? Полагаю, твое красивое личико привлекает к тебе недостаточно внимания.

Кейт и Сара вместе положили руки на предплечье Ханны, удерживая ее. Сара немного передвинулась, чтобы встать между шерифом и сестрой.

– Ты чего-нибудь добился от своего задержанного, Джонас? – спросила она нарочито любезным тоном.

Джонас продолжал сверлить Ханну ледяным взглядом.

– Не слишком многого, и мы так и не установили местонахождение двух других мужчин, что, по твоим словам, были той ночью в доме Уайлдера. Тебе следовало бы вызвать меня вместо того, чтобы вмешиваться самой.

Ханна пошевелилась, словно протестуя. Деймон заметил охватившую ее мелкую дрожь, но сестры покровительственно придвинулись ближе к Ханне, и она успокоилась.

– Да, Джонас, в следующий раз я так и сделаю: оставлю трех мужиков с направленным в окно оружием шастать вокруг дома, а сама брошусь искать телефон и звонить тебе. Черт, да ведь эти сотовые телефоны на побережье большей частью не работают. – Сара саркастически улыбнулась. – В следующий раз, прежде чем вмешаться, я заеду на утес и позвоню тебе.

Джонас не отрывал взгляда от лица Ханны.

– Так и сделай, Сара. – Он упер кулаки в бедра. – Кому-нибудь из вас пришло в голову, что Сару могли убить? Или что я почувствую, обнаружив ее труп? Или если мне придется идти к вам и сообщать о том, что она умерла? Потому что прошлой ночью я много об этом думал.

– Мне приходило, – отозвался Деймон. – Во всяком случае о том, что Сару могут убить из-за меня. – Он протянул руку и собственнически положил ей на затылок – Это напугало меня до чертиков.

Кейт и Эбби переглянулись с Ханной.

– Об этом я как-то не думала, – признала Кейт. – Ни разу.

– Ну, спасибо, Джонас, – возмутилась Сара. – Теперь они дружно будут сводить меня с ума, требуя, чтобы я сменила работу. Я эксперт по безопасности.

– Это, может, и лучше, чем быть куклой Барби, но, думаю, ты зашла слишком далеко, Сара, – ответил Джонас. – Мне нравится профессия библиотекаря.

Ханна сжала зубы, но промолчала. По улице пронесся ветер, унося шляпу шерифа в сторону водостока. Она опустилась в грязную лужу и исчезла из вида.

Харрингтон выругался себе под нос и, кипя от негодования, направился обратно к машине.

– Ханна, – пожурила сестру Кейт, – это было нехорошо.

– Это не я, – запротестовала Ханна. – Я бы заставила вот этот дуб упасть на него и загнать придурка в землю.

Эбби и Кейт посмотрели на Сару, но она лишь приподняла бровь.

– Думаю, Ирэн и Дрю уже заждались.

Деймон расхохотался.

– Вижу, мне придется все время быть с тобой начеку. – И почему ему казалось абсолютно нормальным, что сестры Дрейк могут управлять ветром? Даже Харрингтон считал это обычным явлением.

Они остановились перед домом Ирэн. Деймон видел, что все женщины расправили плечи, словно готовясь к битве.

– Сара, что, по-твоему, вы сможете сделать для Дрю? Вы же не можете излечить его болезнь.

Она погруснела.

– Нет, жаль, что у меня нет такого дара. Только у Либби есть настоящий талант целителя. Я видела, как она творила чудеса, Деймон, но это выматывает ее, и нам не нравится, когда она это делает. За пользование даром всегда есть своя цена.

– Значит, вы не творите заклинания с помощью жаб и драконьих внутренностей? – Деймон шутил только отчасти. Он с легкостью мог представить, как они летают на метлах по ночному небу.

– Ну… – протянула Эбби, с хитрецой посмотрев на сестер. – Мы можем и делаем это, когда ситуация того требует. Дрейки сотнями лет оставляли друг другу рецепты и заклинания. Мы предпочитаем использовать наши внутренние способности, но заклинания вполне допустимы.

– Вы никогда мне не позволяли, – проворчала Ханна.

– Нет, и не собираемся позволять, – твердо сказала Сара. – Отвечая на твой вопрос, Деймон: мы надеемся оценить ситуацию и, может быть, выиграть для Дрю немного времени. Если он действительно плох, мы не станем вмешиваться. Какой смысл продлевать его боль? В этом случае мы облегчим, насколько сможем, его страдания и оставим все на волю природы.

– Ирэн думает, что вы можете его исцелить? – спросил Деймон, внезапно почувствовав тревогу. Он осознал, какая страшная ответственность лежит на Дрейках. Жители городка привыкли к их выходкам и верили, что они могли творить чудеса.

– Она хочет в это верить. Если бы Либби и наши остальные сестры были здесь, вместе мы действительно могли бы оказать какую-то ощутимую помощь, но по большей части мы можем лишь замедлить этот процесс, чтобы дать ему больше времени. Мы спросим у Дрю, чего он сам хочет. Тебе придется отвлечь Ирэн. Заставь ее пойти на кухню и сделать для нас лимонад и ее знаменитое печенье. Она будет на взводе, Деймон, поэтому тебе придется для этого потрудиться. Нам понадобится провести какое-то время наедине с Дрю.

Прищурившись, Деймон пристально посмотрел на серьезное лицо Сары.

– А как же ты и твои сестры? Вам опять будет плохо, как в прошлый раз?

– Только в том случае, если мы станем с ним работать, – ответила Сара. – Тогда я не знаю, как ты сможешь доставить нас всех домой. Тебе придется попросить Ирэн отвезти нас назад.

– Нам следовало подумать о машине, – согласилась Кейт. – Вы думаете, это плохое предзнаменование? Возможно, мы уже ничем не сможем помочь.

– Даже думать об этом не смей, Кейт, – упрекнула ее Эбби. – Нам всем нравится ходить пешком, и вместе быть весело. Мы можем это сделать. Если повезет, мы выиграем для Дрю достаточно времени, чтобы Либби успела вернуться домой.

– А Либби возвращается? – спросил Деймон.

– Не знаю, Деймон, – ответила Ханна, приподнимая брови, – ведь теперь это зависит от тебя.

– Почему это от меня?

– Мне казалось, ты говорила, что он один из умнейших людей на планете, – поддразнила Кейт. – Разве ты не разработал какую-то там сверхсекретную систему безопасности?

Деймон уставился на женщин, на Сару.

– Если я ее разработал и она сверхсекретная, то никто бы о ней не знал, верно?

Ханна засмеялась.

– Не сердись, Сара нам не говорила. У нас общие знания, что-то вроде коллективной базы данных. Не могу сказать, как это работает, но так и есть. Она бы никогда не выдала подобную информацию, даже нам. Просто так получается. И мы тоже никому не скажем, – сказала она, защищаясь. – Ну, может, только чтоб тебя подразнить.

– Так почему приезд или неприезд Либби домой зависит от меня?

– Она приедет домой, если будет свадьба, – с широкой улыбкой пояснила Кейт.

Глава 12

Деймон огляделся и посмотрел на четыре бледных лица. Каждая из сестер Дрейк лежала на кушетке или свешивалась со стула, на их лицах читалось изнеможение. На мгновение он почувствовал себя беспомощным в окружении их усталости, не зная, как помочь. С белыми лицами и дрожа всем телом, они молча уселись в машину Ирэн. Ему едва удалось помочь им войти в дом на скале.

В абсолютной тишине пронзительно зазвонил телефон. Женщины не двинулись с места и даже не повернулись на звук, поэтому трубку поднял Деймон:

– Да?

Наступила долгая пауза.

– Вы, должно быть, Деймон. – Голос в трубке был похож на прикосновение бархата. – Что с ними? Я могу их чувствовать даже здесь.

Голос не уточнил, где «здесь».

– Вы сестра?

– Естественно. – Теперь в голосе звучало нетерпение. – Я Эль. Что с ними?

– Они поехали к Ирэн, чтобы проведать Дрю. – В тихом вздохе на другом конце провода Деймон расслышал явное облегчение.

– Завари сладкий чай. В шкафу справа над плитой стоит небольшая жестяная банка с надписью «Волшебный». – Деймон пошел с телефоном в кухню. – Брось пару чайных ложек порошка в заварочный чайник и дай настояться. Это поможет. В доме тепло? Если нет, протопи его: разведи костер, используй печь, все, что угодно. Когда свадьба?

– Как скоро вы с сестрами сможете вернуться домой? – спросил Деймон.

– Знаешь, мне следовало бы злиться на тебя. Не на этой конфорке, используй дальнюю. Да, вот эта банка.

– Не вижу разницы в конфорках, но так уж и быть. И чем же я тебя так расстроил? – Он даже не удивился, откуда она узнала, что он делал или какую конфорку использовал. Он отнесся к этому как к самому собой разумеющемуся.

– Я концентрируюсь на ней, я имею в виду конфорку. Что касается расстройства, кажется, ты начал нечто, над чем мы не властны. Я еще долго не планирую искать мужа. Премного благодарна, но мне есть, чем в жизни заняться, и мужчине нет в ней места. Чайное ситечко лежит в самом нижнем ящике слева от раковины, – произнесла она, словно могла видеть, как он выдвигал ящики в поисках маленького ситечка, чтобы насыпать в него чай.

Дом содрогнулся. Затем все замерло. Деймона охватила тревога.

– Что это было? – В голосе Эль снова появилось беспокойство.

– Небольшое землетрясение, наверное. Незначительное. Я поставил чайник, насыпал порошка в заварник, две чайных ложки? Когда ты в последний раз это нюхала? – Деймона так и тянуло попробовать. – Это ведь не драконья печень?

Эль рассмеялась.

– Такое мы храним для Харрингтона. Когда он заходит к нам, мы кладем ее ему в кофе.

– Я по-настоящему сочувствую этому человеку. – К его удивлению чайник почти сразу громко и пронзительно засвистел. Деймон налил воды в маленький заварник и набросил сверху кухонное полотенце, чтобы лучше прогрелся. – Ты правда собираешься завести семь дочерей? – спросил он с любопытством, изумленный тем, что кто-то вообще мог о таком подумать, а также тем, что вполне комфортно разговаривал с женщиной, которую в сущности не знал.

Дом содрогнулся во второй раз. Снаружи по стене дома с жутким звуком царапнула ветка. Ветер завыл и застучал в окна.

– Так гласит пророчество, – обреченно вздохнув, ответила Эль. – Деймон, там что-то еще случилось?

– Нет, они просто очень устали. – Деймон разлил чай в четыре чашки и поставил их на поднос. – А дом продолжает сотрясаться.

– Прекращай разговор и звони шерифу, – настойчиво сказала Эль. – Сейчас же.

Он уловил в ее голосе неожиданную тревогу, и по его спине пробежал холодок. Черт бы их всех побрал с их телепатическим бредом. Ведь в действительности ничего плохого не происходило, разве не так?

Собаки злобно залаяли. Животные находились на огороженной забором лужайке перед домом и при этом так сильно набрасывались на парадную дверь, что дерево угрожало треснуть. Деймон последовал приказу Эль и обратился за помощью в офис шерифа.

Никто не кричал. Большинство женщин в подобных обстоятельствах, вероятно, закричали бы, но ни одна из Дрейков этого не сделала. Когда он принес поднос в гостиную, четыре сестры спокойно сидели на своих стульях. Он проигнорировал двоих мужчин, стоящих в центре комнаты с наставленными пистолетами. Там, где раньше, столкнувшись с оружием и насилием, Деймон запаниковал, на этот раз он остался практически спокойным.

Он знал, что они были убийцами, и знал, чего ожидать. И на сей раз Деймон знал, что не позволит им причинить вред сестрам Дрейк. Для него это было очень просто. Ему было неважно, погибнет ли он сам, однако он нуждался в том, чтобы эти женщины выжили и продолжать жить в этом мире. Именно они, единственные, имели значение. И эти женщины останутся в живых.

Деймон поставил поднос на кофейный столик, передал сестрам по чашке чая, а затем повернулся лицом к мужчинам. Он очень хорошо их запомнил. Мужик с распухшим подбородком получал удовольствие, мучая его. Деймон был рад, что в прошлый раз размахнулся тростью достаточно сильно, чтобы сломать ему челюсть.

Деймон медленно выпрямился. Ради информации, хранящейся у него в голове, эти люди совершили убийство, навсегда искалечили его и изменили всю его жизнь. Сейчас они стояли в доме Сары, что было с их стороны настоящим кощунством. Они зашли через раздвижную стеклянную дверь и оставили ее после себя открытой.

Море снаружи казалось спокойным, но Деймон видел, как вдалеке зарождаются небольшие пенящиеся волны, с нарастающим рокотом поднимавшиеся и перекатывавшиеся на водной глади. Он ощутил внутри себя силу, связь с окружавшими его женщинами через Сару. Через любимую, загадочную Сару. Он ждал, пока женщины допьют свой чай и тянул время, уже точно зная, что предпринять.

– О, и вы тут, – наконец поприветствовал незваных гостей Деймон. Он сделал два шага вправо, поближе к Саре, и слегка повернулся боком так, чтобы ей стал виден небольшой пистолет, который он по указанию Эль взял из потайного ящика. – Разве у вас нет дома и семьи?

– Заткнись, Уайлдер. Тебе известно, чего мы хотим. На сей раз у нас та, кто тебе дорога. Думаю, когда я приставлю к ее голове пистолет, ты расскажешь мне все, что я хочу знать.

Деймон перевел взгляд с мужчины на бушующее море. Сильный порывистый ветер взбивал поверхность до белой пены. Собаки продолжали яростно рычать и биться об дверь гостиной. Деймон спокойно провел пальцами по волосам, не отводя взгляда от далекой точки за спинами мужчин. Сестры выпили горячий сладкий восстанавливающий чай, и пришедшая в движение сила в Деймоне возросла. Странная тень окружила мужчин. Черное кольцо окутало сначала одного, потом второго. Периодически тень, казалось, принимала человеческие очертания, но большую часть времени она оставалась еле заметной.

– Не желаете ли чашечку чая? – вежливо спросила Сара. – У нас его предостаточно.

– Присаживайтесь, – пригласила Кейт. Едва заметным движением она поменяла положение тела, слегка прикрыв собой Ханну от дул пистолетов.

– Пистолет настоящий, – рявкнул мужчина с опухшей челюстью. – Это не вечеринка. – Он зловеще усмехнулся напарнику. – Хотя, когда мы с этим покончим, можно будет захватить с собой в дорогу одну-двух женщин.

Сара приняла скучающий вид.

– Очевидно, что ни у одного из вас не хватит ума для организации подобной авантюры. Не могу представить также, чтобы организатором оказался мужчина, попавший в тюрьму. Кто, скажите на милость, стал бы нанимать таких шутов для поиска секретов национальной важности? Это почти нелепо. Что, из-за проблем с боссом он ищет способ от вас избавиться?

– У вас острый язычок, леди. Пристрелить вас не составит особого труда.

– Выпейте чая. По крайней мере, мы можем быть цивилизованными, – сладко проворковала Эбби. В ее голосе появилась некая странная модуляция, певучий тембр уговаривал слушателей, манил принять предложение. – Если вы собираетесь провести какое-то время в нашем обществе, мы можем для начала насладиться чашкой прекрасного чая и поближе познакомиться.

Воздух в комнате был свежим, почти благоухающим, и в то же время пах морем, бодрящим, чистым и соленым. На лицах мужчин отразилось замешательство, они захлопали глазами и обменялись озадаченными нахмуренными взглядами. Мужчина с опухшей челюстью все-таки опустил свой пистолет и шагнул к подносу с маленьким заварочным чайником.

Кейт пристально смотрела на замки парадной двери и дверную ручку. Сара не отводила глаз от мужчин, выжидая и наблюдая, словно охотница. Деймон именно так ее себе представлял. Когда он прислушался, где-то там, далеко над морем, ему почудилась музыка. Музыка ветра, нежная мелодичная песня, взывающая к силам природы. Тем временем вокруг непрошеных гостей сгустилась темная тень.

Грациозным и элегантным движением Ханна подняла руки и положила их на спинку кушетки. Ветер пронзительно завыл и ворвался в комнату с силой товарного поезда. Мужчины зашатались под таким натиском, ветер чуть ли срывал с них одежду. Задвижка на двери повернулась, и под весом массивных собак дверь с треском распахнулась. Оскалив зубы, животные бросились внутрь. Деймон заморгал, заметив, что притаившаяся тень перескочила на спину одного из мужчин и осталась там.

Сара тут же принялась действовать: бросившись на нарушителей, она атаковала первого снизу захватом «ножницы»[5] и перекатилась, чтобы свалить его на пол. Он упал на своего напарника, сбив его с ног так, что тот ударился головой об сиденье стула. Сара поймала пистолет, который бросил ей Деймон.

Мужчина с опухшей челюстью поднялся и, отбросив стул, достал второй пистолет. Деймон попытался выбить его здоровой ногой. Сара выстрелила три раза, пули отбросили мужчину назад, подальше от Деймона. Она спокойно приставила горячее дуло к виску преступника, лежавшего на полу.

– Советую тебе не двигаться.

Однако смотрела она на того мужчину, в которого стреляла. Ханна и Эбби пытались привести его в чувство, но Сара увидела, как темная тень исчезает, унося с собой что-то тяжелое, и поняла, что сестры не в силах исправить того, что она сделала. Сара вытерла лоб ладонью и сморгнула слезы.

Кейт собрала все оружие. Эбби придержала собак, просто предупреждающе положив руки на их головы.

– Прости, Сара, – сказал Деймон.

– Это было необходимо. – Она почувствовала тошноту. Неважно, что он намеревался их всех убить или что Смерть в итоге получила удовлетворение. Сара отняла жизнь.

По комнате снова пронесся ветер, на этот раз легкий бриз, принеся с собой музыку и коснувшись Сары. Она посмотрела на сестер и устало улыбнулась.

– Ханна, кавалерия на подходе. Впусти их и не делай ничего такого, о чем потом пожалеешь.

Ханна закатила глаза и пошагала к двери, по пути раздраженно пнув по голени мужчину, которого держала Сара.

– Большущее спасибо, мне дважды за один день приходится лицезреть этого огромного скунса. Это больше того, с чем должна иметь дело леди.

Абигайль склонилась над узником Сары.

– Тебе очень хочется рассказать мне, на кого ты работаешь, верно? – Ее голос был сладким, гипнотическим и притягательным. Она смотрела прямо ему в глаза, удерживая его в плену. Ожидая имени. Ожидая правды.

У порога Ханна поприветствовала Джонаса Харрингтона:

– Как всегда опоздал. Со школы так и не преодолел эту вредную привычку. Тебе всегда нравилось появляться, как минимум, на десять минут позже звонка. – Она положила руку на бедро и отбросила шелковистую массу волнистых волос, спадающих ей на плечи. – Тогда это было ребячество, а теперь – уже преступление.

Он намеренно приблизился к ней, оттесняя своим массивным телом.

– Кому-нибудь давным-давно следовало положить тебя поперек колена и отшлепать.

Слова были произнесены слишком тихо, чтобы кто-то мог услышать; он протиснулся мимо нее и вошел в комнату. Лишь на мгновение его сверкающий взгляд прошелся по Ханне, опалив ее.

Все женщины в комнате отреагировали, свирепо посмотрев на Джонаса. Ханна подняла руку, признавая, что сама его спровоцировала. Она пропустила остальных офицеров в комнату, а затем отвела собак в спальню. Деймон отметил, что обратно она не вернулась.

Женщины были изнурены. Деймон хотел, чтобы все остальные ушли. Сейчас казалось более важным впихнуть в руки сестер Дрейк очередные чашки с чаем, укутать их в одеяла и скрыть от любопытных глаз, пока они были столь очевидно уязвимы. Он стоял рядом с Сарой, пока ее неоднократно допрашивали. Судмедэксперт убрал тело, и группа экспертов-криминалистов разбрелась по комнате.

Всех сестер по отдельности опросили, так что, казалось, прошла вечность, пока Деймон снова обрел контроль над домом.

– Спасибо, Эбби. Не знаю, как тебе удалось вытянуть имя, но надеюсь, они смогут остановить моих преследователей.

Эбби закрыла глаза и положила голову на спинку стула.

– Мне доставило это удовольствие. Ответишь на звонок? Скажи Эль, что мы слишком устали для разговора, но пусть сообщит остальным, что с нами все в порядке.

– Телефон не звонит. – Но он уже шел в кухню, чтобы ответить. Ну, конечно же, он не звонил. Пока что. Но зазвонит. Так и случилось. Он заверил Эль, что не бросит ее сестер и что в их мире все было хорошо.

Казалось, прошли часы, прежде чем он остался наедине с Сарой. Со своей Сарой. Прежде чем он смог обхватить ее лицо ладонями и, склонив голову, поцеловать со всей нежностью, на которую был способен.

– Я кое-что видел, какую-то тень, темную и мрачную. Я чувствовал ее на себе, рядом с собой, а потом она исчезла. Это звучит смешно, Сара, но я чувствую себя легче, словно сбросил огромную ношу. Ты знаешь, о чем я говорю, не правда ли?

– Да, – просто ответила она.

Он окинул ее лицо собственническим взглядом.

– Ты выглядишь сильно уставшей. Я отнес бы тебя в постель, но, если попробую, мы упадем.

Ей удалось выдавить улыбку.

– Я была бы не против, если бы ты даже уронил меня на пол. Я просто засну.

Он провел ее через холл к лестнице.

– В башне, ведущей к парапету, живет Ханна, верно?

Сара была довольна тем, что он это знал.

– Ее манят море, ветер и дождь. То, что она находится там, наверху, где она все это может видеть, ей помогает. Рада, что ты понимаешь.

Деймон стал подниматься за ней по лестнице, готовый подхватить, если возникнет такая необходимость, готовый сделать все для ее защиты.

– Удивительно, что в этом доме я чувствую силу, но так и есть. Я – ученый. То, кем вы с сестрами являетесь, – все это не имеет смысла. Черт, я даже не знаю, как описать тебя, но знаю, что это по-настоящему.

– Останься со мной сегодня ночью, Деймон. – сказала Сара. – Я жутко устала и выжата как лимон, а когда ты рядом, я чувствую себя не такой потерянной.

– Тебе придется выгонять меня, Сара, – искренне ответил он. – Я знаю, что люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Не хочу, чтобы мы когда-либо расставались.

– Я чувствую тоже самое, Деймон.

Сара толкнула дверь своей спальни и рухнула на большую кровать с пологом на четырех столбиках. Она ожидала, когда он вытянется рядом с ней, и была прекрасна.

Ее окно выходило на море. Деймону была видна вода насыщенного голубого цвета, волны, высоко вздымающиеся и обрушивающиеся на берега, как это было издавна. В его сердце и разуме царил мир. Тихий смех донесся из разных уголков дома. Он смешался с воздухом и наполнил дом радостью. Сара вернулась. Сара была дома. И Деймон обрел дом вместе с ней.

~ К О Н Е Ц ~

Примечания

1

6 футов = 182,88 сантиметра.

2

Замки с засовом представляют дополнительную защиту для особо охраняемых дверей. Замки с поперечным засовом охватывают дверной проем по ширине с обеих сторон, замки со штанговым ригелем позволяют фиксировать дверное полотно по всем четырем сторонам либо, на выбор, по любой из сторон

3

Хранилище золотовалютного запаса США Форт-Нокс находится почти в центре военного городка Форт-Нокс в 30 милях к юго-востоку от Луивилля, штат Кентукки. Это столь закрытое заведение, что до сих пор ни один посторонний не был допущен внутрь.

4

Нью-эйдж (англ. New Age, буквально «новая эра») — общее название совокупности различных мистических течений и движений, в основном оккультного, эзотерического и синкретического характера, сформировавшихся в XX веке; особенно популярно в музыке.

5

Двойной подбив, кани-басами («опрокидывание клешнями краба») – это бросок, который делается одновременно двумя ногами во встречных направлениях. По традиции этот бросок называется «ножницами». Движение ног при выполнении этого оригинального приема действительно напоминает работу ножниц. Ножницы можно выполнять с подбивом одной или одновременно двух ног соперника.

Content

Кристин ФИХАН
МАГИЯ ВЕТРА
Сестры Дрейк, #1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания