Андреас София

Кристаллит. Добро пожаловать в Феерию…

София Андреас

Кристаллит. Добро пожаловать в Феерию…

Фантастически-приключенческий роман с нотками мистики

Дорогие мои читатели, женщины и мужчины, девушки и юноши, подростки! Приветствую каждого из вас и от всей души желаю приятного путешествия по мирам неизведанного!!!

Некоторые сюжеты и художественные образы книги основаны на реальных событиях.
Есть возрастное ограничение от 10 +
Когда мы закрываем глаза, жизнь не останавливается. Наша душа устремлёно летит в туннель сновидений, лишь только тело, как сосуд ожидает нашего возвращения. Никто не знает, куда занесут следы, и кем мы будем в тех измерениях. Может кто-то из нас станет героем чужих земель или наоборот изгнанником? Так, просыпаясь и засыпая изо дня в день, приходим к пониманию, что проживаем сразу несколько жизней, только в разных параллелях – не так уж и далёких друг от друга. Ангелы продолжают выстраиваться в легион воинов за каждую из ваших священно важных жизней. Каждая из них построена на смысле, которым беспечно пренебрегают, выбрасывая за борт напрасно испитые дюны. Мы забываем о своей миссии и предназначении, повторяя и повторяя пройденный этап ошибок. Когда наступит прозрение и хотя бы одна жизнь из многих других будет проведена с пользой? Вы слышите голос? – он продолжает говорить с вами…

Предисловие от автора

«Чтобы истина проснулась в глазах, а разум преодолел невозможное, один неотъемлемый элемент оружия из всего арсенала воспринимаемого, не может быть исключён; это терпение, переходящее в мудрость, а мудрость, укрепляемая терпением. И ваши доспехи, ваше оружие должно быть готово к бою, который может прийти в действо в любое неожиданное мгновение. Терпеливая бдительность не даст проиграть перед врагом, сражающимся за господство пожирающей темноты».

София Андреас

Когда мы закрываем глаза, жизнь не останавливается. Наша душа устремлённо летит в туннель сновидений, лишь только тело, как сосуд ожидает нашего возвращения. Никто не знает, куда занесут следы, и кем мы будем в тех измерениях. Может кто-то из нас станет героем чужих земель или наоборот изгнанником? Так, просыпаясь и засыпая изо дня в день, приходим к пониманию, что проживаем сразу несколько жизней, только в разных параллелях – не так уж и далёких друг от друга. Кто-то оберегает наши сны, впрочем, как и саму жизнь. Но как бы не сожалели, суета переполнила наши дни привычками. Нам кажется, что засыпая, мы вроде бы как нажимаем на паузу времени, выключаем свет и уходим в темноту ночи. И вот, нас покрывает пелена усталости, и мы уже не властвуем над стрелками жизней. Вот – вот нас поглотит поток световых лучей, слепящих и в ту же минуту таких манящих за собой! Теперь наши ноги ступают на новую землю, как обычно. Но голос, доносившийся откуда-то из глубины души открывает каждому человеку истину, к которой мы так незамедлительно стремились. Люди, вы на новой земле и лишь несколько часов вас отделяют от мира, из которого вы пришли, спрашиваете, – «когда же вернёмся обратно и обнимем своих любимых?» «Скоро», – отвечает голос. Но почему вы не задались вопросом о том, что случится после возвращения? Вы всё ещё полны неверия, живёте тем, что можете видеть и зреть. А как же то, к чему нельзя прикоснуться руками, лишь поверить и вспомнить о тысячи причин для того, чтобы убедиться в реальности не реального для вас в данную секунду.

Ангелы продолжают выстраиваться в легион воинов за каждую из ваших священно важных жизней. Каждая из них построена на смысле, которым беспечно пренебрегают, выбрасывая за борт напрасно испитые дюны. Вы забываете о своей миссии и предназначении, повторяя и повторяя пройденный этап ошибок. Когда наступит прозрение и хотя бы одна жизнь из многих других будет проведена с пользой? Вы слышите голос? – он продолжает говорить с вами, жаль, что временами вы не слышите его подсказок. Прислушайтесь, ведь кто-то там, высоко в небе хранит, как зеницу ока, вашу жизнь ночью и днём, от заката до рассвета, от земли до земли. Ведь важно не то, в каком мире сегодня ваш день, либо ночь, главнее то, воздали ли вы хвалу своему хранителю и ангелам, совершая обдуманные и добрые поступки, восходя к горам с миссией, назначенной небесами.

Герои

Иветта Ангельская – главная героиня из древнего рода Кристаллитов, избранная стать в будущем хранительницей времён.

Сара Давыдовна – мать Ив, психолог в школе.

Варя – младшая десятилетняя сестра Ив.

Эмка – лучшая подруга Ив, а Кристофер её брат.

Давид – дедушка Ив, отец Сары, исчезнувший по странным обстоятельствам вместе с экипажем своего корабля «Надежда».

Августин – отец Ив, тоже исчез, находясь на рейсе вместе со своим кузеном Захаром.

Жозефа – бабушка Ив, ставшая провидицей во второй жизни.

Вазилис Байон – король Королевства Феерия Аглая Байон Ифиджения – супруга короля.

Болдер Байон – принц, старший брат каменного принца, в юности сбежал из дома, не выдержав деспотических устоев правления своего отца – короля.

Персефона – ведьма, живущая тысячи лет, порождение магии.

Армэль – каменный принц.

Кэмила – древняя хранительница времён.

Маргарет – младшая сестра Давида, с которой его разлучили, когда они были ещё детьми.

Тай – ангел подводного царства в замке синего озера.

Найда – нимфа воды

Сильфа – хранительница стихии воздуха

Заруи – жрица храма огня

Антонина Павловна – сосуд, в котором поселился дух Персефоны Ирена Павловна – учитель географии

Глава первая Заброшенный дом у синего озера

Пролог

Борьба между добром и злом или баланс, который пытаются сохранить? Невидимая материя миров или зеркала с отражением на выбор? А что ощущаете вы, пересекая черту вопреки всему…?

Ранее утро

1 сентября 2020 год

Свет луны постепенно таял и растворялся во времени, уступая пост восходящему солнцу. Птицы собирались в ансамбли и игриво запевали свои песни, раздающиеся тут и там. Как же потешно им подпевали соседские петухи, вытягивая неподдающиеся ноты. И как в любое иное утро, в городе Зорион всё шло самым привычным ходом. Местные жаворонки уже проснулись и приступили к делам житейским, а сони продолжали нежиться в своих постелях. Вот и воплощение рассвета, всё так и пробуждается. Прозрачные капельки росы, словно бусинки, изящно рассыпались на зеленых листьях. Теплые лучи солнышка согревали землю, а озорной ветерок проносился по округе, скользя, будто шёлк…

И кто бы мог подумать, что здесь, в поселении может быть иначе. Но, среди всей красоты ни обошлось без устрашающих легенд, которые пережили не одну эпоху, так и очутившись на южных краях Зориона. А гласила она о таинственном синем озере в лесу на окраине города, предупреждая и остерегая жителей, обходить то самое место кругом и не поддаваться силе притяжения, которая так и манила самых любопытных и несдержанных.

Очередная ночь отслужила свою смену, растаяв в ослепительных лучах утреннего солнца. Ветерок, забежавший сквозь приоткрытое окно зазывал на танец тюль цвета морской волны, непринуждённо заигрывая с нею. Она же развивалась от его нежных прикосновений, словно девушка, скрывающаяся за полотном занавесок. Тепло света переплеталось с прохладой, заполняя комнату свежестью природного фреша.
Стены выкрашены в оттенок кофе с молоком, а мебель цвета тёмного ореха гармонично дополняла гамму основных красок. На полу царствовал роскошный ковёр, напоминающий окрас белого тигра. У стены напротив огромного окна с балконом запечатлена кровать, с множеством подушек всяческих размеров, украшенная коллекцией мягких игрушек. Ближе к танцующим шторам письменный стол с творческим беспорядком, забитый до отказа учебными пособиями и прочей мелочью школьницы. Рядом кресло, устеленное коричневым пледом, да расстёгнутая сумка. По другую сторону вместо прикроватной тумбочки старинный комод – семейная реликвия. Тоже под орех, да лакированный. Здесь на нём непоколебимо стоит целый ряд рамок с фотографиями. Снимки с разных времён, но весьма памятные, да значимые для хозяйки спальни. От двери встроенный плательный шкаф с отделом для обуви и прочих вещей. На стенах местами красуются картины неизвестных мастеров, утончённо выражающие всю полноту природы. В уголке посреди окна и выхода на балкон аквариум с декоративными рыбками, соседствующий с цветами гигантского роста. Ничего лишнего, а главное уютно.
– Доброе утро, мой маленький ангел! Ты всё ещё в постели? Давай – ка вставай, в школу опоздаешь, да и завтрак стынет! – и так каждое божие утро меня будила моя милая мама. Как только она приоткрывала дверцу в мою комнату, всё сразу заливалось лучиками света и тепла, с которыми ничто не сравнится, разве что июльское солнце.

– С тобой оно действительно доброе, мамуль! – на одном зевке протянула я, всё ещё прячась под теплым одеялом, – уже встаю. А если честно, так не охота снова в школу. Эта жуткая обыденность после летних каникул, утомительные линейки среди разноцветных шариков! Единственное, что есть хорошего, я жутко соскучилась по Эмми и Кристофу, интересно, где они провели лето?…

– Дорогая, я уверенна, что твоё отношение к учёбе измениться, как только появятся новые предметы и увлекательные кружки, а если повезёт, ко всему прочему и прекрасные учителя, – как всегда, она умела меня подбодрить в нужный момент.

– Мам, ты всегда предаёшь мне энтузиазма, за что я тебя просто обожаю! Спасибо тебе, я наверно не заслужила такую мать, как ты…

– Ну, что ты, детка! – прижавшись ко мне своей небывалой искренностью, она продолжила, – я просто уверенна, что ты самая желанная дочь в мире, если бы ты знала, как мне завидуют подруги! Ну ладно, моя радость, кому – то пора чистить зубы, нам сегодня нельзя опаздывать, всё же первый день учебного года, встаёшь?

– Не волнуйся, я не позволю нам опоздать, хотя бы ради тебя, мамочка, уже поднимаюсь…

И вот, закончились каникулы, природа переодевается в свои наряды на красно – жёлтый мотив и все школьники держат курс на звон осенних колоколов. И я, Иветта Ангельская из небольшого портового городка по званию Зорион далеко не исключение.
Вот, не встаю, а буквально скатываюсь с наитеплейшей постельки прямо на пол, настроения нет абсолютно, но вспоминая, что я немного повзрослела и сегодня перехожу в отделение старших классов, всё же беру себя в ежовые рукавицы. Подхожу к зеркалу, выдержав ровно минуту в онемении, отпрыгиваю в сторону. Надо было видеть, эту кислую гримасу, сама перепугалась! И смерившись невольно с ситуацией в моей жизни, отправилась в ванную.
– Наконец-то, наше сонное царство соизволило спуститься! – а это моя сестра Варя, немного нудная, но я уже давно привыкла.

– И я рада тебе, сестрёнка в столь раннее и первое утро осени! – кинула ей Ив, передразнивая и утрированно указывая на непревзойдённую вежливость сестрицы. Но браниться с младшей было не уместно, как тут вступила в перебранку мама.

– Девочки, не стоит грубить друг другу, лучше пойдёмте завтракать!

– Прости, нас… это вправду глупо, не находишь, Варь?! – спустившись со второго этажа нашего домика и подбежав к сестре со спины, я пристально взглянула в её глубокие голубые глаза, полные вольности.

– Действительно, я повела себя ни как взрослая. Надеюсь, вы не сильно на меня сердитесь? – ели – ели вытянула наша дерзкая девчонка.

– М… как же вкусно пахнет, что же это, мамуля? – о, да, я часто разряжаю подобные ситуации, вызвавшие напряжение.

– Ваш любимый омлет с овощами и рыбой, на соус сметана и свежевыжатый апельсиновый сок. Вспомнила, что давненько не баловала вас этим блюдом!

– Мам, я всегда знала, что всё гениальное на самом деле просто. Без всяких сомнений, не разлюбить подобную вкуснятину!? Мамочка, дай я тебя обниму, ты просто прелесть у нас! – Мамины изыски всегда вызывают у меня бурю восхищения, так что, сдержать эмоции не удаётся.

В ужасе взглянув на часы, которые я бы с удовольствием остановила хотя бы на час, мама опять вернулась к нашей несобранности и отсутствию дисциплины.

– Ой! – вскрикнула она, разводя руками и совершенно растерявшись, – девочки, мне ужас, как не хочется вас отрывать от завтрака, но нам пора, слишком растянулось наше утро. Даю вам на сборы три минутки, договорились? Пожалуй, пока поднимусь наверх, за своей сумочкой.

А я, словно заворожённая не могла оторвать от неё свои наивные, детские глаза. Какая – то магия невообразимой чистой доброты царила в скромном доме моей семьи, благодаря самому удивительному человечку в наших с сестрой жизнях. Я ловила каждый ускользающий след, образно собирая каждый из них в шкатулку, словно сокровище. Можно было понять, почему так не хотелось взрослеть и расставаться с беззаботным детством. Часы назойливо пробурчали о восьми часах, они у нас, что называется «говорящие». И размышления ускользнули, словно их и не было в сию секунду.

– Мам! Спасибо за завтрак, я готова, а вот Иветта всё витает в призрачных облаках, – подойдя к лестнице, крикнула писклявым голоском Варька. И переведя взор на мою персону, добавила, – сестра, хватит мечтать, нам в школу пора, какая же ты нерасторопная у меня!

– А я уже на пороге стою, вас жду, так что ты там бубнила, маленькая задира?! – ехидно улыбаясь, ответила я, гордо скрестив руки на груди.

Обернувшись и обомлев от неожиданности моего перемещения с места на место, она вроде бы успокоилась. Даже не заметив, как прозвучало «любимое» слово, олицетворяющее её невыносимую сущность. А я ведь сказала, да ещё как, громко, растягивая и замедляя: задира!!!

– А вот и я. Вы обе выглядите просто изумительно, – перекинув сиреневую кожаную сумку через плечо, мама одёрнула меня за рукав моей кремовой блузки с шикарными розовыми розочками сбоку, так как я оказалась куда ближе, чем моя сестра, устремившаяся к выходу.

Вскоре, вся наша счастливая троица оказалась внутри огромного автомобиля внедорожника, темно синего шевроле. Всю дорогу до самой школы мама рассказывала, какую то историю, которая доносилась до меня лишь эхом, бесследно растворяясь прямо перед задумчивыми глазами. Одному Богу было известно, где я сейчас находилась, совершенно отключившись от обыденной суеты. Мне даже показалось, что я побывала в ином мире, даже если это было секундное приключение, не думаю, что такое забывается со временем…

– Иветта! – я вздрогнула и посмотрела на растерянную мать.

– Да, мам? – как ни в чём не бывало, вопрошающим голосом ответила я.

– Дочка, что с тобой? Тебе не понравилась моя история, которую мне рассказывал мой отец, когда я была такой же, как вы?

– О, нет же, довольно интригующе, – пожалуй, я не знала, что и сказать в оправдание своей невнимательности к беседе с матерью.

– Ну ладно, знаю, я рассказываю вам её слишком часто, похоже, надо сделать перерыв; но если честно, история о заброшенном доме у синего озера безумно интересна! – не успела она завершить фразу, как я замерла от любопытства, обволакивающего всю меня изнутри. Да, легендарная история моего деда о странном домике, не поддающем жизни, который находился в том самом запретном месте для всех жителей, ужасающий и наводящий страх, но на меня это почему – то не действовало. Сами ноги влекли меня в ту глубину, которую так все боятся и возможно, убеждала я себя, там всё иначе, ведь там истина и разгадка, способная пролить свет, да развеять глупые доводы совсем бы не помешало. Я была уверенна, что в людских преданиях кочевала доля лжи и вымысла, как говорится, для лучшего эффекта, да что там, ведь, сколько наивных найдётся, желающих поверить в чушь, не задавая лишних вопросов.

Но нет, этот фокус со мной не пройдёт – решила я, снова вернувшись в мир из мысленного полёта.

– Так что там о заброшенном доме у синего озера? – заинтересовалась Ив, глядя на маму и хлопая длинными чёрными ресницами.

Остановившись на школьной парковке и сделав вид, что она не услышала моего вопроса, взяла меня и Варьку за руки и как всегда ловко ускользнула от ответа.

– О, сколько народу! Вот мы и приехали девочки, – выдержав небольшую паузу, она продолжила, – может мне пойти с вами?

– Мамочка, лучше тебе пойти со мной, пятиклассники уже не ходят с родителями! – ещё чуть – чуть, и кто – то у меня бы получил свой куш за язвительные и невыносимые выходки.

– Хватит, когда же вы перестанете воевать между собой, вы же сёстры!? – выкрикнула мама, не выдержав очередного эмоционального накала.

Мы обе замерли, такое было впервые. Её можно было понять, как долго же она нас терпела, я б и дня не выдержала в подобной суматохе беспорядков.

– Чур, я бегу в свой класс, хочется скорее поведать друзей! Ну, пока, увидимся за обедом! – отцепила моя сестра Иветта. А я, взяв мамулю за руку и переглянувшись с ней, кажется, подумали мы обе об одном и том же, пора к третьему «А».

– Госпожа, Сара Давыдовна! – совсем не к часу на нашем горизонте появилась ехидная Антонина Павловна, учительница по краеведению. Ох, и злая же она, мы даже прозвище ей нашли, вся школа зовёт её монстром. Кстати, Сара наша мама, она заместитель и психолог местной школы. А эта кулёма, то есть краевед, так и подлизывается, противно, сразу понятно, что – то ей нужно. И тут ко мне наклоняется, да говорит, натянув улыбку: – Какая прелесть! Как же тебя зовут? – я назло насупилась, совсем остекленев, словно мумия. Надо было видеть её физиономию, полную возмущения.

– Моя младшая – Варя, – вступила в немую беседу мама, – обычно она очень общительная девочка, но сегодня не простой день после каникул, и мы очень торопимся, прошу извинить нас.

За что она извиняется, возмутилась я внутри своего мира, перед этой…
Сара потянула меня в бег, незаметно за спинами растворились ступени, канул в воду центральный вход, остался позади первый этаж. Запыхавшись, мы стояли уже у своего класса, среди толпы одноклассников и их родителей.
Тем временем Ив держала курс в самый центр людного сборища, так похожий на пёстрый винегрет.

– Эмма! – юная Ив со всех ног кинулась навстречу подруге, как только её силуэт сверкнул среди толпы.

Боже, мы не виделись целую вечность. По крайней мере, такими были ощущения. Сердце билось, будто молот, глаза окутывала пелена от крадущихся слёз. Заплетённые волосы развивались на ветру, вырываясь из розовых лент. Я, конечно, люблю свою родную, Варьку, но Эмма, это словно вторая часть меня, только немного другая. Более утончённая, особенная, – Эмма, Эмма! – продолжала я кричать от счастья, захватившего мою душу. На меня смотрела, заметно вытянувшаяся девчонка со светло – золотистыми волосами, в стильном синем костюмчике от Диор улыбаясь и расплёскивая руками. Наконец – то она выбралась из столпотворения и устремилась грациозной походкой прямо ко мне на встречу.

– Ив… неужели это ты?!

– Я же! А ты теперь чуть выше меня?!

– Да ерунда, почти такая же, как была. Просто мы давно не виделись. Я безумно скучала! Целое лето провела в Квебеке на отцовской вилле. Зря ты не поехала со мной!

– Как отец?

– Неплохо, держится. Я всё равно на его стороне, мы были такой счастливой семьёй, такой сплочённой. До сих пор не могу поверить, что мама предала нас.

– Мне жаль, Эмм… – обнимая, прошептала я в состоянии определённого шока. Мне казалось, ей можно только позавидовать. Есть отец, которого наша семья к большой горечи трагически потеряла. Богатые родители, отпуск, где пожелаешь, модная одежда, сколько захочешь, список не ограничен, но всё сводилось всё равно к одному, деньги и вправду ни самое главное, когда разочаровывают и предают весьма близкие люди.

– Да ничего, – улыбнулась она, смахивая слёзы – надеюсь, мама вернётся к нам при первой же возможности побега от своего ухажёра. Ты бы видела его, жалкий тип.

– Эмма, я уверенна, однажды всё измениться и только в лучшую сторону! Как же хорошо, что мы есть друг у друга! – добавила я своих специй бодрости, чего – чего, а их точно не хватало для полного аншлага.

– Ты самая лучшая подруга во Вселенной! Нет, ты даже больше, чем подруга, ты сестра и одновременно ангел! – восклицала Эмм.

– Не смущай меня, не знаю лучше или нет, но то, что мы сёстры, это факт за семью печатями. Ну, на счёт лучшей мне понравилось, ещё никто в жизни не выдвигал мне таких высоких титулов, знаешь, это довольно приятно! – рассмеялась я, – кстати, где наш красавец Кристофер?

– О, тебе не хватает моего обаятельного братишки? – подмигнула повеселевшая подруга.

– А как же без него? Где же он? – я продолжала нащупывать глазами весь периметр в ожидании и сходя с ума от интриги.

– О, дорогая Иветта, скажи хотя бы мне, он тебе нравится? – не отставала она.

– Не томи меня, это выше моих сил!

– К сожалению, мне нечем тебя порадовать. Он остался с отцом в Канаде, пойдёт в местную школу. Я тоже хотела остаться, чтоб как – то смягчить обстоятельства, но на моём возвращении настоял папа, пришлось послушаться. К счастью, здесь есть и ты, и бабушка с тётей. Вы же не дадите заскучать?

– Жаль, – вздохнула я, изменившись в настроении, – так ждала этой встречи с Кристофером. С головы не выходил выпускной для будущих старшеклассников. Бал был чудесным, кстати, он великолепно танцует!

– Смотрю, мой брат тебя совсем очаровал! Знаешь, забавно получается. Он мне все уши прожужжал о тебе, словно пчела! Иветта, Иветта! Какая улыбка, да какие волосы, то да сё. Может тебе позвонить ему, хотя позвоню ему сама. Хочу предать ему духа. Как думаешь, у него есть шанс?

– Какая ты смешная, Эмма! Постой, правда, думал обо мне всё время?

– Зачем мне тебя обманывать, он влюблён и безоружен. Так что мне ему передать, шанс будет?

– Эмма…

– Хорошо, этот взгляд мне знаком, усекла, значит, будет…шанс…

– Эмма, лучше я сама с ним поговорю, только не сейчас! Мне надо собраться с мыслями и поднакопить багаж смелости.

– Почему ты так боишься открыть свою душу парню, по которому так сохнешь?! Я поражаюсь, смотря на вас обоих, вы буквально изводитесь, только услышав, голоса друг друга, но ничего не делаете, изумительно!

– Эм, ни всё так просто, как кажется…

– А что – то тут усложнять, подруга?

Немного выдержав паузу, после восклицательных реплик Эммы, я всё же решила отдаться своим сердечным порывам и признаться её брату во всём, что накопилось за последнее время. И будь, что будет.

– Ну, ладно, кажется, ты меня убедила, – Переминаясь с ноги на ногу, вдруг вымолвила я ели слышно, – позвони ему, передай от меня привет, скажи, что я очень по нему скучаю…

– Нет, так дело не пойдёт! Это похоже на детский сад. Позвони, люблю, не могу; он же не поймёт, ему надо всё на пальцах изложить, а то подумает ещё не то. «Привет передай!» – ухмыльнулась моя бойцовская сподвижница из 5 «А». – Короче, сегодня же наберу ему, заодно узнаю, как отец, а между делом выстрою платформу для вашей долгой и процветающей любви!

– Ха, смешная ты, платформу она выстроит!

– А что такого, я только помогу, а дальше сами уж! Между разговором о тебе напомню, намекну, как надо, так что сегодня, завтра жди звонка. Я уж своего брата, как миленького знаю, как услышит о твоём сердечном, так и ускорится.

– Хорошо, с тобой все равно бесполезно спорить, ведь не отстанешь, – кивнув головой, я послушно сдалась своему ангелу, в лице Эммы. Она победоносно посмотрела на меня, и мы безмолвно слились с толпой, покоряющей лестничные марши, ведущие в самое сердце знаний.

Чаще всего в наших спорах так и бывало: я уступала, Эм выигрывала, конечно, только любя и с долей иронии. Ведь дружба – это палитра красок, без которой я думаю не обойтись.

Вокруг всё сверкало, но не вызывало моей ностальгии, безумно хотелось сбежать и остаться наедине с собой. Люди улыбались друг другу, обнимаясь и рассказывая об успехах в пик каникул, которые только что канули в неизвестном направлении. Дети, такие же, как и мы, двенадцатилетние подростки дарили всяческие цветы из своих садов да конфеты в коробках.

Из коридоров громыхала безвкусная музыка, её же перекрикивали заводилы школьного двора, самые буйные и непоседливые ребята. Мы называем их бандами и стараемся не влезать в их местное правительство, себе дороже. Я даже сбилась со счёта, они росли как грибы, распространяющие эпидемию без культуризма. Особенно их главари – основатели. Сплошной сброд самодовольных негодяев, строящих из себя всемогущих. Если был бы от них толк, но нет же, лишь вред общественному процветанию. А вообще, меня устраивает наша компания с Эммой, как и с Кристофом в былые времена, теперь мы с ней как сиамские близняшки, ни ногой друг от дружки. Даже не смотря на приходящие и уходящие споры в отношении чего нибудь. Впрочем, это мелочи жизни.

Мы сидели за последней партой центрального ряда в новом классе для новоиспечённых пятиклассников. Вокруг оказалось столько растений, целая оранжерея с запасом кислорода для городка, типа нашего. Красиво… Незаметно для себя начинаешь привыкать к этой обстановке, наполненной уютом. А вот и пожаловала наша нынешняя руководительница, высоченная тётка, худощавого телосложения, с впавшими щеками и смешной прической из прошлого. Но за то, довольно приветливая барышня, на вид лет тридцать пять, если ни пластика. Она постучала ручкой по столу, обратив на себя внимание уставших от ожидания учеников и их родителей. Строго взглянула на всех нас сквозь очки, спавшие к кончику её острого носа.

– Я рада познакомиться с вами, мои друзья. Меня зовут Ирена Павловна, фамилия Журавлик. С этого года я ваш классный преподаватель. Веду географию. Надеюсь, мы с вами подружимся, и по моему предмету у вас будут исключительно отличные отметки, – прорезался слегка уловимый голосок нашей новенькой. Да, ей точно ни сюда, наших говорунов не перекричать отнюдь. Не повезло же ей.

– Здравствуйте! – хором протянули ребята и все, все другие…

– Что ж, будем знакомы…

Ирена продолжала в ритме монотонного стиля, но я уже не слушала её, заскучав, занялась своим любимым делом, полётом в облаках своих мыслей, не покидающих меня ни на минуту. И так увлеклась, что совершенно потеряла счёт времени.

– Эй, Ив! – толкнула в плечо Эмма, разбудив меня и вернув на землю.

– А? Ты чего?

– Ну, ты мечтательница! На твоё счастье, всё закончилось.

Поморгав немного, я, наконец, увидела полупустой кабинет.

– Здорово, можно идти прогуляться. Я наверно, что – то пропустила?

– О, да! Расписание, например на завтра…

– Ну, ты же выручишь меня?

– А у меня есть выбор? – в шутку, засмеялась она, – держи листок, я записала для тебя.

– Эмм, спасибо, ты мой ангел!

– Всегда, пожалуйста, мы же, как сёстры. Кстати, кое – что интересненькое ты упустила. Ирена заикнулась, организовать поход в пещеры в пригороде, правда не обещала, что это свершится. Говорят, там очень красиво, хотя сама я не бывала там ни разу.

– Супер! Всё будет зависеть от разрешения директора и родительского совета. Ну, ладно, рассказывай, давай дальше! – перекинув сумочку через плечо, схватив Эмм за руку, я потянулась к двери, – пойдём, здесь невыносимо душно!

– Идём! – и мимолётно оторвавшись от окружения стен школы, Эмма начала пересказ пропущенного мной сюжета, дерзко заинтриговавшего моё сознанье. Я уже чуяла привкус насыщенного вечера, опьянившего мою доверчивую душу.

С этого времени обрела свои истоки история Иветты Ангельской из маленькой страны Феерия, распростёртой среди вод черного моря. И история её таинственного камня, но об этом, пожалуй, я расскажу немного позже.

Пока мы малы и беззаботны, нам свойственна наивность, затягивающая в воронку тайн, до которых многим просто нет дела. Иногда это столь плохо, как столь и хорошо, ведь кто знает, к чему приведут события. Так и волшебная земля Феерии притягивала словно магнит, но ощущали то притяжение лишь избранные, те, кого выбирал невидимый глаз вождя, о котором не могли знать обычные люди.

– Как тебе Ирена? – обрывая поток своих впечатлений, Эмм поинтересовалась моим мнением, которое было вполне предсказуемым.

– Ирена… странная… порой настораживающая, но в общих чертах сравнительно милая, зная всех остальных преподав. Но кто о ней знает хоть что – то существенное, более точное?

– Ты в своем репертуаре, как всегда! Тебя настораживает каждый из них, но в итоге ты проявляешь свою симпатию, конечно лишь к некоторым, но…

– Эмм, я всем нутром чую, она что – то тщательно скрывает, именно это я собираюсь выяснить!

– Чудачка! Ты только взгляни на неё, да у неё всё на лице написано, что есть, то и говорит. Ни из тех она, кто похож на партизана!

– Ладно, посмотрим, но вот увидишь, моя версия оправдается со временем.

– Смотри, Ив… – обратилась Эмка к подруге, не отрывая взгляда от высоты неба, где – то над кронами деревьев.

Незаметно за разговором мы оказались вблизи вытоптанной тропы, ведущей в лес. Он напоминал другой мир с иным каноном. Даже не смотря на то, что был он весьма типичным. Из глубин я слышала голоса птиц, шорох пробегающих зверей, журчание ручейков, в общем, я чувствовала жизнь, которую отрицали окружающие зеваки.

Мы замерли на месте, как вкопанные, напоминая статуи. Поднимая лица всё выше, пристально всматривались во фрагменты света, мерцающего издали, который, скрывали величественные сосны.

– Какая красота, не видела ничего подобного! – прошептала я от удивления, – Эмма, что это?

– Понятия не имею, но ты права, глаз не оторвать…
Они переглянулись, не проронив ни слова, всё было и так ясно. Затаив дыхание и ухватившись за руки, подруги переступили черту границ. И вот, их уже встречали невиданные врата, а ноги впервые ощущали под собой иную землю.
Варьке посчастливилось оказаться в классе у своей матери, которой передали руководство на 3 «А». Но это не значило, что можно расслабиться и пустить дела на самотёк, несмотря на доброту сердца Сары. В школе она Сара Давыдовна даже для родных дочерей, так было решено на семейном собрании.

– Варь! – Сара обняла меня, и, судя по глазам, собралась извиниться… – мне надо бы в учительскую сбегать, ты пока тут с ребятами подожди, договорились?

– Ок. Как скажешь мам, то есть, как скажите Сара Давыдовна! – опомнившись о правилах на широкой улыбке, я, не моргая уставилась на опешившую мать.

– Варька, не фамильярничай! – засмеялась Сара, удивлённая моей этикой.

– Мам… – шепнула я, пока никто не видел, – я помню правила!!!

– Я рада! – крикнула она, обернувшись на ходу в пол оборота.

«О, терпеть не могу эти первые дни учебного года! Одно и то же, из года в год, ни намёка на разнообразие» – сказала я самой себе во весь голос, не заметя, как остепенились одноклассники. Как стоило Варьке остаться наедине с собой позади собравшегося в коридоре класса, тут же к ней подтянулись школьные друзья и соратники.

– Варька, ты с кем это говоришь, сама с собой что ли?! – это Маринка Соловьёва, сплетница хоть куда.
– О, Мари! Тебе наверно показалось, давно паранойя преследует?! – пустила я свои стрелы протеста за насмешки.

– Ты чего это, Варька, обиделась? – не отставала Соловьиха.

– Иди отсюда, Мари! – наконец то на горизонте засверкала моя лучшая подруга Натали Ос, – Варька, как я рада тебя видеть, что новенького?

– Натали? – обняла я её ответно и вопросительно уставилась на крошечного человечка. Ровно на голову ниже меня, хрупкая, с белой кожей, похожая на золушку из той самой сказки. Храбрая и удивительно добрая! – Привет! О, как давно это было…

– Да уж, лето похоже на вечность…

– Не дури, Наташа! Всего три месяца… – я преднамеренно выдержала паузу и заорала во всё горло: – ладно, сдаюсь, я так соскучилась по тебе!

– А я то как! Что летом творила? Уезжала куда?

– О, у меня всё просто. Июнь, июль, август проторчала на ферме с семьёй. В самое пекло, жарило под сорок в тени. Иногда к пристани выезжали на папином пикапе, смотрели на корабли, причаливающие с туристами. На пляж бегали купаться с Ив и мамой. Вот так…

– Получила открытку от меня на своё десятилетие?

– Конечно, спасибо. Ты сама её нарисовала?

– А как же, Варь, я теперь в художниках… – засмеялась Натали.

– Я уверенна, у тебя дар. То, что ты вытворяешь с красками на бумаге, это поразительно!

– Не перехвали меня, подружка! Ты знаешь, я бы так хотела оставаться здесь на лето, но никак не выходит. Я с отцом во Франции жила, пока он был занят делами своего бизнеса, да скучала с няней, которая просто не выносима.

– Что? У тебя была нянька?!

– Не смейся! Ты бы это моему отцу сказала. Что ты думаешь, за всё лето он мне дважды или трижды выделил время в своём дурацком графике. А мама позвонила лишь в августе из Аргентины, вспомнив неожиданно, что у неё есть дочь, нуждающаяся во внимании. Так что, Париж Парижем, а завидовать и нечему…

– Да, так да… ужасно… Натали!

– Как твоя сестра, она же теперь в старшеклассниках?

– Моя сестра в 5 «А» теперь. У них столько новых предметов, с ума сойти!

– Тем веселей. Кстати, хорошо, что ваша мама с этого года у нас за руководителя. Нам повезло в отличие от некоторых.

– А вон и мамулька идёт…

Навстречу своему новому классу, 3 «А» шла красивая черноволосая женщина, лет тридцати трёх. Миловидное личико с утончённо подчёркнутым макияжем светилось не только свойственной молодостью, оно искренно дарило тепло, рассеивая доброту вокруг серых пятен хладнокровия. Черные локоны игриво спадали на плечи, которые элегантно покрывал модный жакет из замши. Длинную шею оцеплял кулон с изумрудным камешком на серебряной подвеске. Это была Сара, заместитель школы, к тому же чуткий психолог, всегда умеющий выслушать и дать дельный совет. В её руках, замаскировались какие – то книги и что – то похожее на классный журнал.

Пришедшие со своими детьми мамочки заискивающе разглядывали Сару с ног до головы, молча краснея от накипающей зависти. Небольшая группка отцов отвлеченно обернулась к её приближающейся персоне, поблескивая глазами, и вроде бы как молча, без слов приглашая шикарную учительницу на свидание.

Пока одни были одержимы суетой школьной поры, подруги Ив и Эмма осваивали запретный уголок Вселенной.

– Стой, стой – же, Ив! – остепенила подруга.

– Идём же, не будь такой пугливой! К тому же, мы перешли все грани и теперь мы здесь, в лесу, когда ещё выпадет такая возможность?! Смотри, это напоминает чудо… – Ив всё всматривалась в свечение, практически не моргая.

– Мне не по себе…

– Эмма, я держу тебя за руку и ты ни одна тут. Послушай, ты веришь мне?

– Верю… – вздохнув, Эм испуганно сжала пальцы в моих вспотевших ладонях.

Свет продолжал опьянять и беззвучно манить за собой. Конечно, бесстрашной меня не назовёшь. Но дедушкина кровь смельчака текла в моих жилах, без всякого сомнения. Какая – то внутренняя сила разжигала азарт ко всему необъяснимому и явилась сподвижником в мир неизведанности.

– Ой, что – то треснуло, ты слышала, Ив?

– Да нет, тебе наверняка показалось. Будем держаться вместе, только не бойся! – успокаивала я, и, схватив трусишку за руки, перепугалась не до смеха, – да ты вся дрожишь и не только! Похоже у тебя жар…

Я растерялась, глядя на побледневшую Эмму.

– Всё хорошо, я лишь переволновалась. Просто, неожиданно голова закружилась.

– Ага, ну ты горишь! Пошли обратно, со здоровьем не шутят, Эм!

– Ну, нет. Мы не зря пришли же. Вот отдышусь сейчас немного и дальше пойдём, вдруг там что – то весьма важное…

– Ты уверенна?

– Ив, я уверена, как никогда. Знаешь, какое – то прозрение посетило меня, когда в голове всё покрылось туманом, а в глазах потемнело. Самое странное то, что я больше не боюсь. Ощущение, будто душа покинула тело на доли секунд, и в те самые мгновения я слышала голос женщины. Она что – то шептала, повторяя и повторяя фразу…

– Ты бредишь. Какой голос, какая женщина! Это самое обыкновенное головокружение! Вот выдала же!

– Ив! Неужели я похожа на сумасшедшую?

– Ну, что ты, не принимай так близко к сердцу. Как ты, тебе легче?

– О, да. Я чувствую себя великолепно! Пошли уже, мне не терпится узнать, что это за свет такой. Разве можно пропустить подобное зрелище!

Эмма, словно переродившись, соскочила на ноги, блеснув карими глазами.

И не дожидаясь меня, изумлённой от стремительных перепадов состояния, устремилась к свету, взбудоражившему наш разум.

Преодолев заросли из кустарников, стены из многообразных деревьев, мы очутились у бережка маленькой речушки. Через неё было перекинуто бревно старого, сломленного дуба. А впереди ещё несколько преград и вот, вот нам удастся раскрыть занавес, из которого просачивались таинственные лучи.

– Если позволишь, я пойду первой? – вызвалась Эмма.

– Первой? У тебя только что кружилась голова, а ноги земли не видели! Может, уступишь мне, я ни то чтобы за первенство, я волнуюсь за тебя. Хотя бы проверю, что по ту сторону творится.

– Ив, не переживай! Я прекрасно себя чувствую! Тут перейти то, бревнышко одно!

– Ну, иди уж тогда, раз собралась…

– Иду, иду уже, только рюкзак перекину, а то с ним как – то ни удобно. Только не надо сердиться!

– Странная ты, Эмма. Сначала дрожишь от страха, а теперь устремляешься туда, как ни в чём, ни бывало! Можешь объяснить, что повлияло на такие перемены?

– Да я всё та же Эмма, нет никаких перемен. Ив, если ты передумала идти, так может, посторожишь здесь рюкзаки, а я мигом на разведку?!

– Ну, уж нет! Чтоб я пропустила всё самое интересное! Где ещё такое увидим?

Я ещё не договорила, как Эмма помахивала мне ручкой с того берега.

– Осторожней, Ив! Бревно качается немного!

– Эй! Когда ты там оказалась?!

– Хватит копошиться, всё зрелище пропустим! Ещё немного пройти, давай мне руку…

– Ох! Скажи, Эмма, оно нам надо?

– Ты ещё спрашиваешь? А как же, естественно надо!

– Ну, как знать. А как быть с рюкзаками?

– Рюкзаки подождут, никто их не утащит, мы же быстро. Только поглядим, да обратно.

– Блин, платье порвалось. А мама так старалась, думаю, она ни будет довольна. Вот угораздило же влезть сюда!

– Дай взгляну…

Ой, да пустяк, немного шов разошёлся, это мелочи! Зайдём ко мне по пути, да заштопаем твоё платье, вот нашла проблему! – отрезала Эмма.

Пока мы разбирались с делами житейскими, сами не заметили, как вдруг очутились в ином месте, не похожем на предыдущее. Только за спинами красовались всё те же сосны, дубы, ели…

А мы, две девчонки созерцали великолепие зеленой равнины. Где по полукругу выстроились горы. Не так далеко журчал водопад. Бабочки кружили над головами. А перед самыми глазами было то самое синее озеро, о котором складывались вековые легенды. От него исходила невидимая энергия, заполняющая всю округу. А сияние, благодаря которому мы, в общем, здесь и появились, растворилось, оставив лишь отблески.

– Где оно? – изумилась я, выискивая хотя бы лучик загадочного света.

– Очень желалось бы знать, – согласилась Эмма с моим негодованием, – вот те на, заманило нас, как самых наивных и что теперь?!

– Тише, прислушайся. Кажется, я что – то слышала…

– Голос? – прочитала она в моих глазах.

– Да, похоже, тебе тогда ни показалось. Прости, что не поверила.

– Теперь ты понимаешь, Ив, это место полно загадок. Не удивлюсь, если здесь творятся чудеса. Это моё головокружение ни с того, ни сего; голос женщины, шепчущий сквозь лес…

– Тише, Эмма! Потом поговорим о впечатлениях.

– Я знаю, откуда исходит шепот, – Эмма указала на противоположную сторону озера.

– Странно, а я услышала иное. Он разливался повсюду так размеренно и у меня остается один вывод, само это место, словно голос, который разбивается эхом. Трудно уловить его истоки. К тому же, скоро начнёт темнеть, придётся прийти сюда в другой день.

– Ив, ты права, а я сразу не придала значения. Когда я прислушивалась к голосу, мне лишь казалось, что он совсем близко, однако, он и правда повсюду.

– Может, не всем дано узнать правду этого леса и сама природа запутывает нас?

– Ив! Где же логика в таком случае? Ведь по сути нас заманило свечение, а потом начались все эти странности, не находишь?

– Да, это не логично, однако, может это какая – то игра, а в играх всегда полно путаницы…

– Я не думаю, что с нами школьницами решили поиграть, бред какой – то! Надо выбираться отсюда, пока ещё соображение работает на нас с тобой.

– «Иветта!» – пропел голос, разбиваясь обрывками…

– Ив, ты слышала это?

– Сейчас я слышала своё имя, кто может меня звать в этом лесу? Ни к добру это, Эмма, ни к добру!

А голос незнакомки продолжал настоятельно зазывать в свои объятия, сбивая меня и Эмму с толку.

– «Иветта, послушай своё сердце…» – она не раз повторила одну и ту же фразу, интересно, что это значило?

– Ив, что делать будем? Я, конечно, могу ошибаться, но вряд ли это случайность…

– А ты не ошиблась, подружка! Не просто так мы с тобой сюда забрели. Если не разберёмся сейчас, потом замучимся жить в догадках. Хотя, можем забить на всё, как будто нас здесь и не было. В общем, предложение такое: вместе пришли и вместе выберем вариант действий. Ты как?

– Что ж, разумно, – кивнула Эм, с некоторой долей энтузиазма, – у нас есть всего час, а потом мигом домой, в лесу темнеет раньше. А то, если не придём вовремя, обоих закроют под домашний арест.

– Она говорила послушать своё сердце. Погоди, а почему она адресовала это мне, а не тебе…? Или уж нам обоим…

– На всё есть свои ответы, но стоя на месте, мы ничего не поймём. Ив, это судьба.

– Судьба?! Ты смеёшься! Загнать в лес, который все обходят за три версты, а то и того больше. А мы, типа такие герои своего времени очутились здесь, потому что, видите ли, это судьба!

– Ой, только не ругайся! Хотя, может быть, это и в пору…

Перед нами всё тоже синее озеро, полумесяцем гордые горы, за спинами пучина леса, и у обоих один вопрос…

– Эмм, не люблю негодовать, но впереди тупик в виде озера. Либо переплывать, либо назад.

Эмка оглянулась по сторонам и кажется что – то нащупала, словно сыщик.

– Стой здесь, Ив, я мигом!

– Эй! Куда ты? Эмма… – опять что – то задумала, вот даёт.

– Ив, мне нужна твоя помощь, иди – ка сюда! – Наконец – то, она дала знать о себе, выкрикнув моё имя, слегка запыхавшись. Обернувшись, я направилась к кустам, которые зашевелились от суеты, которую устроила там моя подруга. Пролезая внутрь и раздвигая острые ветки, не могла поверить своим глазам.

– Лодка? – изумилась я, – откуда она здесь, раннее её вроде не было.

– Вот именно, что вроде не было, а она была. Похоже, нам везёт сегодня, вот теперь и отчалить получится. Правда, полезная находка?

– Ну, если целенькая, так польза будет!

Наступила недолгая пауза. Минуты три мы молча разглядывали наше обретённое судно, потом вопросительно взглянули в глаза друг другу.

– Эм, ты грести умеешь? Лично я ни имела практики.

– Не волнуйся ты так, разберёмся. О, здесь кроме вёсел моторчик имеется. Хотя, я никогда не пробовала ни то, ни другое. Видимо, пришёл час, научится чему то новому. Всё когда – то происходит впервые. Ну, что замерла? Давай, потащим её!

– Так, у этой резиновой посудины наверняка есть хозяин. Вдруг, объявится сейчас за лодкой, а её нет на месте по нашей бестактности!

– Да мы недолго, что называется, напрокат возьмём. Нам только переплыть на тот берег, и вернуться. Дел то…

– Ну, потащили к берегу, пока тут думаем, ночь наступит!

– Ив, хватит раскисать. Мне тоже страшно, но нас как, никак, а двое. До того берега рукой подать.

– Ох, не лёгкая лодочка…

– Залазь, посмотрим, на что способна эта штуковина. Попробую воспроизвести наглядные знания, помню, как отец это делал. У него похожая лодка.

– Пробуй, Эм. Ну…

– Так, не подведи нас! – отдала команду Эм бездушному судну.

Брр…

На счастье найденная лодочка выпустила последний пар. Мотор заглох, не успев набрать оборотов.

– М, вот дела! – вздохнула отчаянно Эмма, – топлива ноль…

– Раз так, придётся поработать ручками. Весло? – протянула я ей не воодушевляющий предмет гребни.

– О, это заметно увеличит время нашей переправы. А что делать, не бросать же начатое на полпути. Давай моё весло…

Лодка уже коснулась водицы тайного озера, мы устроились по оба её края, готовые отчалить.

– Ну, как, Ив получается?

– Вроде да.

– Как насчёт скорости? Не хочется здесь ночевать.

– Ты права, вот – вот, начнёт смеркаться. Рывок не будет лишним!!!

– Мы с тобой ненормальные! Чувствую, домашние надерут нам задницы по полной программе!

– Не знаю, но мне уж точно надо приготовить объяснение. Мама задастся вопросами. Сказать ей, что была в лесу – это безумие…

– Не волнуйся, Ив! Рядом с тобой мастер правдоподобия.

– Ха, а ты не падаешь духом, Эмма! Похвально!

Ещё чуть – чуть и мы буквально касались берегов не изведанной земли, откуда просачивался загадочный свет. В какое – то мгновение мне показалось, что я и Эмма пересекли ещё одну невидимую границу. В голове проскользнула мысль, может быть озеро, как портал, переносящий из цикла в цикл?

– Неужели доплыли! Ура! Глазам не верится, красота какая!!! – от бури эмоций, прощебетала Эм.

На секунду я оглянулась назад, но не увидела нашего берега. Всё растаяло в парах тумана. И лишь пленительная роскошь только что открытого нами пристанища разбила все тревожные мысли.

– Здесь пахнет сладостью. Тебе не кажется, что это место веет неземным?

– Ив, ты серьёзно? Пока я не вижу ничего блистательного. Но всё может быть.

– Ты растерянна и это всё объясняет, ни более того, – Эмка озабоченно нахмурила лоб, выискивая что – то под спальным мешком, оказавшимся на борту лодки.

– Ты чего ищешь? – поинтересовалось моё бесперебойное любопытство.

– Нам бы верёвку. Я бы лодку к дереву привязала.

– Причуда ты! И без неё обойдёмся, просто оттащим подальше от воды и дело в шляпе.

– Ив, осторожно, довольно крутой подъём. Потянули?

Не выдержав равновесия, мои ноги всё – таки подкосило, а я оказалась в курьёзной ловушке обстоятельств.

– Вот же, неудача!

– Подруга, ты как там, не сильно ушиблась?

– Всё в порядке! Ну, синяк будет, – я угрюмо посмотрела на колено, слегка пустившее алую струю.

– Держи… – Эмка снова удивила меня своей собранностью, не свойственной ей в прежнем времени. Смышлёным взглядом, пробивая во мне росток надежды.

– Что это, Эм?

– Лист подорожника. Приложи его к ране. Старинный способ для тех, кто оказался в гостях у дикой природы.

– Спасибо. Надо же, даже подорожник нашёлся.

– Не за что. На чистом воздухе быстро всё заживает. Идти то сможешь?

– Смогу…

Эмка схватила меня за руку, помогая привстать с земли. К счастью, всё было не так уж и критично. Небольшой ушиб, да и только. Нас так же продолжали манить просторы загадочности, которые вот – вот перестанут быть для нас таинством.

– «Иветта…»

Нашу размеренную ходьбу пронзил голос женщины – незнакомки, завораживающе ведя нас к себе.

– Ив, снова та женщина? Что же ей понадобилось от тебя? – боязливо и участливо вопрошала Эм.

– Самой хочется узнать. Знаешь, она начинает меня пугать. Может нам всё это кажется и голос – наша иллюзия?

– Надеюсь, ты понимаешь, что мы здесь не по своей воле. Нас что – то очаровывает, затуманивая голову.

– Не выходят из головы её слова о том, что я должна обратиться к собственному сердцу. И прислушиваясь, я начинаю осознавать нашу задачу. Мы должны дойти до конца, мы просто обязаны найти истину в этом запутанном клубке событий. Эм, смотри…

Всё было далеко от реальности. Молниеносно происходили перевоплощения окружающего фона. Мы остановились среди чужеземных берегов. На смену солнцу восходила царица ночи, полная луна заступала на свою службу. В трёх метрах по правую сторону стоял не падающий признаков жизни дом, которому я бы дала ни один век, в силу его чахлого облика. С виду, проще некуда. Деревянный, наполовину ушедший в землю, разбитое крыльцо, маленькие окошки и много связок чеснока, развешенного у порога двери. Обняв Эм покрепче, мы решительно устремились к древней постройке, но тут нас ослепил тот самый фейерверк света, головы закружились как мотыльки, размытые краски совсем сбили с толку. И провал. Лично я больше ничего уже не помнила. Всё окутало светом, который заманил нас в свои оковы. Я ощущала невесомость каждой клеточкой себя, блаженство или что – то похожее на это. Даже губы не слушались, как только я попыталась позвать Эмку, они совершенно не смыкались. «О, Боже, я её потеряла, где же Эмма?!» – лихорадочно я говорила себе изнутри. Практически все мои функции человека были за гранью моих повелений. Я вращалась на одном месте, ничего не слыша и не видя. Осталось лишь одно, чувства. Я чувствовала жизнь, но в ином состоянии, ранее не известном мне. Как ни странно, впервые познавала умиротворение, идиллию, о которой так мечтает человечество. Что было дальше? – глаза не слушались меня, отчаянно борющееся веки сдались внезапности, уткнувшись в мир сонливости.

В городе часы каждого дома насчитывали половину четвертого, да и день оставался всё тем же первым для осени. Страна Феерия полна чудес, порой не объяснимых его героями. В Зорионе всегда рано встаёт солнце и круглогодично возвращается луна, как только наступает пять вечера. Хотя, пожалуй, местные настолько привыкли ко всему этому, что их не удивишь подобными чудесами. А гости, появившиеся здесь при странных обстоятельствах или родные, приехавшие с заморских стран, диву даются, в чём конечно не ошибаются. Я знаю, к вам обязательно постучится мысль о том, что произошло дальше с подругами и куда их унесли события. Свет, полон тайн. Так и ответы не приходят все сразу. В своё время вы узрите желаемое, если поймёте суть истинного терпения.

– Я принесла тебе чай с мёдом, Ив…

– Мам? – я соскочила вся в поту, как из разогретой печи. Забарахтавшись под теплым одеялом, вся моя натура изумлённо оглядывалась по сторонам, бросая потерянные взгляды в углы комнаты, – этого не может быть! Я ведь только что была в…

– Успокойся, дорогая. Выпей чаю, пожалуйста, – на краю постели сидела обеспокоенная Сара, держа в руках позолоченный поднос.

– Мам, что происходит? Скажи, что я сплю, а не иначе…

– Тише, тише. Тебе нельзя волноваться, Ив, – она поцеловала меня в лоб и облегчённо вздохнула на сверкающей улыбке, – слава Богу, хоть жар спал.

– Какой ещё жар, что со мной такое? – Иве нервно стреляла вопросами и с трудом приходила в чувство.

– Всё плохое позади, милая! Мы так перепугались за тебя с Варькой! – мама ласково провела рукой по моим разлохмаченным волосам. Только пульс не давал сбоя, набирая скорость выше допустимой нормы.

– Мам… – двенадцатилетний подросток озадаченно всматривался в силуэт своей матери и сестры Варьки, вбежавшей только что в проём двери.

– Ив, милая, всё будет хорошо, ведь правда? – мамины глаза заглянули в мою душу, в которую я никого никогда не пускала. Лишь она единственная владела ключом, бережно и трепетно храня меня от всего мрачного, – ты дома, дома, дочка! Дома… – пустила она слезу сквозь дрожащий голос, так и не выдержав томлений старшей дочери.

Иве взяла ладонь Сары и, поцеловав, прижала её к своей румяной щеке, по которой прокатилась мимолётная слеза виноватого случая.

– Я люблю тебя, мам! – шептала она, и, переведя взор к Варьке, посчитала нужным знаком, повторить эти священные слова ещё раз, – и тебя тоже, сестрёнка, может, подойдёшь к нам ближе?

Варька участливо подбежала к постели, присела на корточки, бережно обнимая своих родных.

– Знаете, я вас обоих обожаю! – прошептала десятилетняя младшая.

– Ух ты! А ты, кажется, взрослеешь у нас? – Сара прислонилась лбом к Варьке и улыбнулась любимым дочерям.

– Ив, ты не допела чай. Я заварила специальный сбор трав, допей, тебе должно стать легче.

– Спасибо, мам, – я поднесла к губам кружку, над которой кружил пар, и веяло приятным ароматом. Отхлебнув глоток, остановилась на одной мысли, томящей меня изнутри, – мам, что произошло, расскажи мне, почему я не помню, как вообще оказалась дома?

– О, не хочу увиливать от ответа, но сейчас тебе лучше отдохнуть и попытаться успокоиться. А потом, если позволишь, я обязательно всё расскажу.

– Мам, ну, пожалуйста! Прошу… мамочка?

– Иве, даже не умоляй! Я расскажу, но только не…

– …только не сейчас, – подловила я фразу, понимая, что Сара не сдастся, – ладно, только обещай, что расскажешь?

– Обещаю. Детка, тебе что нибудь принести?

– Нет, спасибо. И так, доставила хлопот, наверно…

– Ну, что ты, мы же тебе не чужие, всё в порядке, – ответила мама.

– Сестрёнка, мы пойдём тогда? – расчувствовалась Варя.

– Спи, доченька, мы не будем мешать. Если что, зови нас.

– Хорошо. Тогда я посплю немного до ужина.
Сара и Варя скрылись за прикрытой белой дверью комнаты Иве. Она же, девчонка, запутанная и растерянная уставилась в одну точку натяжного потолка, похожего на имитированное звездное небо. Незаметно для себя самой, погрузилась в подкравшийся сон, медленно закрывая потрясённые глаза.

Глава вторая Дневник – послание

ПРОЛОГ

Наверно, иногда не стоит копаться в том, что от нас скрывают или пытаются приберечь на потом. Но как быть, если тайны заполняют жизнь, не давая покоя?

Я не понимала, как оказалась дома. Как будто ничего и не было. Но голос незнакомки из леса продолжал будоражить мои вены. Теперь то, я уяснила, что всегда буду слушать своё сердце, куда бы, не занесла меня судьба. Ведь в глубине души, было очевидно, что мне не привиделось происшедшее. Я была в лесу, видела синее озеро, даже переплывала его на лодке с Эммой. Кстати, надо будет поговорить с ней об этом, надеюсь, хотя бы она что – то помнит.

А заброшенный дом, так и не подпустивший к себе: мне дико интересно! «И поверьте, боги, силы невидимые, я добьюсь своего и выясню всё, даже не сомневайтесь в моей решимости!» – шептал мой внутренний человек.
Тогда свет и ожил внутри меня, приоткрывая занавес в мир первых подвигов.
Сара спустилась на кухню, которая находилась на первом этаже усадьбы, чтобы приготовить, что нибудь на ужин для своего семейства. Шаловливая третьеклассница Варя только что, спрыгнув со ступенек лестницы, устремилась прямо в гостиный зал в нежно подобранных тонах. Здесь всё олицетворял минимализм, стержнем которого значился простор. По центру бирюзовый диван с креслами, напротив большой телевизор на тумбочке, вокруг, конечно же, цветы, главная фишка, а скорее увлечение самой старшей хозяйки дома. За мягким уголком скромно прижимаясь к стене, находился в состоянии временного созерцания старинный кабинетный рояль в цвете слоновой кости. Зал был похож на центрально – переходящую комнату, откуда можно было попасть на кухню или в столовую, которую чаще всего использовали для проведения торжеств или специальных ужинов с гостями.

Первый этаж уже захватили пикантные запахи, доносившиеся из кухонной комнаты. Варька устроилась в кресле, порывисто перебирая кнопки пульта.

В ящике появлялись разноцветные картинки с кино, передачами, новостями.

И наконец-то определившись с выбором фильма, девчонка полностью погрузилась в анимационную картину, представленную режиссёром.

– Варька, ты, что смотришь там? – окрикнула хозяюшка, слегка испачкавшись в мучной пыли столешницы.

– Белоснежку… – не отрывая глаз, как на автомате кинула она матери.

– Может мне присоединиться к тебе, пока духовка запекает мою утку?

– Утку? Мам, мы кого – то ждём в гости? – поставив на паузу фрагмент мультфильма, Варька выгнулась, приподняв брови, когда за аркой вдруг блеснули мамины глаза.

– Почему, обязательно гостей? – молодая женщина включила свою внутреннюю актрису и с волчьей атакой поджидала реакции младшего ребёнка с маститым интеллектом.

– Ну, кажется, утка в нашей семье напрямую ассоциируется с грядущим праздником, – уже сомневаясь, продолжала дочь, изрядно выражая проблески неутолимой жажды всё знать.

– Ну, ладно, ты вывела меня на чистую воду, дорогая! – Сара засмеялась, уваливаясь на диван возле Варьки с внушающим взором шпиона.

– Мам, а если серьёзно, кто увеличит наш круг?

Совсем кстати, словно по магическому расчёту зазвенел домашний телефон, это был коллега Сары, холостой учитель физкультуры Рамиро Торрес. Единственный мужчина среди полка разносортной малины, за исключением директора школы Фёдора Николаевича, которому давно пора на пенсию.

Только приоткрыв рот, мама была вынуждена ответить на звонок, заставший врасплох двух собеседниц.

– О, я подойду, дочка! – Сара перевела дух и подняла трубку, – да? Я слушаю.

– Hola! Это Рамиро! – в трубке послышался завораживающий баритон коренного испанца.

– О, Hola! Hola! Рада тебя слышать! Надеюсь, мой испанский ни так плох? – нервно выдерживая разговор, мама проявила свои первые знания на каком – то там языке, ранее не слыханном мной. Она вся переливалась, будто вспоминала своё девичество, кокетничала, увлекала синьора X, а я то и поняла, это звонил мужчина.

– И я рад! У тебя прекрасный акцент, уверен, скоро овладеешь новыми выражениями. Мне вот нечем хвастаться, пока не довёл до идеала свой русский.

– Всё впереди, Рамиро!

– Наше свидание ещё в силе, ты не передумала, Сара?

– О, конечно нет! Приходи к нам на ужин с дочками.

– М, не успел со своей инициативой, хотел предложить одно уютное местечко, ну, ладно, в другой раз…

– Ну, так как? В семь подойдёшь? – Саорита задержала дыхание в ожидании его ответа.

– Договорились, я приеду к семи. Сара, может вина?

– Извини, может это отложить на более подходящий момент?!

Мужчина слегка засмеялся и при отсутствии вариантов, был обречён согласиться на непредвиденный ужин в семье русской женщины, на которую он наострил свои жгучие глаза, полные страсти.

– А. Если это был намёк, я его понял. Буду к семи без алкоголя.

– До встречи, Рами.

– До свидания, милая Сара!

В трубке уже побежали гудки, но мама, оказалась где – то там, между настоящим и предвкушающим будущем, которое вот – вот откроет все двери настежь и начнётся ураган головокружения. Варька подбежала к задумчиво улыбающейся матери, которая вцепилась пальцами в телефон, так и не собираясь выпустить его из руки.

– Мама, ты чего?

– Варя… ну, в общем, ты знаешь…

– Кого я знаю? Этот человек – икс ввёл тебя в транс какого – то потрясения!

– Ой, у меня же там утка! – она вроде бы спустилась на землю, устремляясь в бег к своей духовке. А я так и понять не могла, что это за перец, который так её околдовал. И тут она возвращается ко мне, закончив со своей готовкой.

– Варь, с нами сегодня будет ужинать Рамиро Торрес, – выдавила Сара на одном выдохе и уставилась на меня, ожидая моего дочернего одобрения.

– Ого. Он и вправду ничего так. Симпатичный. Увиливает за тобой то наш физкультурник?

– Варька! Тебе вроде десять, но гляжу на тебя, ты у меня в кого такая вышла наблюдательная?! Взрослеешь быстрее положенного.

– Мама, тебя это тревожит?

– Да нет. Просто я привыкла, что ты у меня самая маленькая.

– Маленькая и удаленькая! Ну, ладно там, хватит обо мне! Рамиро, значит…

– Варь, ты поможешь мне накрыть на стол? Хочу произвести на него самое невероятное впечатление. Раз ты у меня космически продвинута, думаю, ты меня понимаешь.

– О, да, Сара Давыдовна! Наверно вся коллегия преподавательского состава страшилок грызёт на тебя зубы.

– Может быть, мне не до них вовсе. И это мои дела! Ну, с сарказмом ты чуточку перегнула. Среди сотрудниц школы есть, довольно прелестные лица.

– Не думаю, мама. Хотя, вкусы кочуют разные…

– Варь, ты пока сервиз доставай, а я поднимусь на минутку к твоей сестре. Надеюсь, её самочувствие вернётся в норму.

– Ладно, мам! Я всё сделаю по высшему разряду.

– Спасибо, дочка.
Закончив последние штрихи в приготовлении фирменных блюд, скинув с себя красный фартук в белый горох, Сара живо проскочила через фойе к лестничному маршу, ведущему на этаж, наших спален.
Юная искательница приключений Ив покорно оказалась в мире снов, постепенно теряя бдительность реалистичного мира. И вот, когда девочка закрывала глаза, её встречала другая жизнь, непрерывно связанная со всеми жизненными состояниями. Лишь в комнате замирала тишь, лишь день вёл курс к вечеру, да домашние наводили заботы, пока её душа путешествовала в параллель.

Маленькими шагами я подошла к приоткрытой дверце спальни, в которой давно никто уже не жил с тех пор, как умер дедушка Давид. Потянув на себя дверь, меня сбил с толку холодный сквозняк, а из комнаты повеяло краской. Зажав нос рукавом рубашки, я зачем то пробралась к тому самому окну, распростёртому настежь. Вскоре мои любопытные глаза изучали приусадебный участок под оконными створками. Была глубокая осень, а я стояла в лёгонькой сорочке без сил сдвинуться с места. Как только руки потянулись к шпингалетам, окна, словно сами по себе опровергли мои усердия.

– «Странно» – подумала я, закусив нервно губу и притоптывая пяткой произвольный ритм, откуда – то взявшийся в моей голове. Однако ни долго длилось моё музыкальное выступление, как вдруг, я услышала треск за стенами дома. «Прямо, мистика какая!» – в тревоге я высунулась в проём окна и зависла, когда что – то защемило в груди.

– Ив, милая моя девочка, я знал, что ты обязательно придёшь, да посетишь старика. Прости, я, кажется, напугал тебя малость? – с корзинкой в руках, накрытой полотенцем, стоял дедуля, подняв прищуренные глаза к старшей внучке, широко улыбаясь, сквозь морщины.

– Дедушка? О…

– Не бойся, это всего на всего сон, хотя очень похожий на жизнь, которую я давно покинул. Наверняка, ты желала бы знать, привидение ли я? – седой, седой, Давид Давыдович засмеялся хриплым голосом, похожим на Санта Клауса, да продолжил, – нет, Ив, пока меня сложно назвать прозрачным, выходит я ещё живой, только обитаю в ином мире. В мире, где многое похоже на то, что знаете все вы, люди, а этот мир лишь параллельный вашему. Знаешь, малышка, не каждому дано прийти сюда, даже в роли гостя, как ты. Пришло время открыть тайну, которой суждено овладеть избранным. Пока тебе трудно понять, о чём я, старый и седовласый болтаю, но вскоре всё прояснится.

Опираясь на посох, старик потянулся в корзину с очень серьёзным выражением лица. Густые брови слились, а на лбу образовалось ещё больше морщин, чем было прежде.

– Постой, ты и вправду копия моего дедушки, но он уже давно умер, мне было тогда всего семь! Как же это может быть, почему я могу видеть тебя, разве это возможно?

– Иве! Посмотри на меня, прошу тебя! – старик подошёл ближе к окнам, держа в руках сверток, формой похожий на книгу, слегка потрёпанную книгу.

– Не могу поверить своим глазам! Почему я стою в твоей комнате, она такая тёмная и пахнет краской…

– Ты спишь, ты действительно спишь. Дитя моё, всё это тебе снится, но есть одно «но». Я не призрачная картинка твоего сновидения, я ждал тебя целых пять лет, и вот, они настали. Время пришло и самое главное, ты, моя внучка, готова узнать истину своего бытия на Земле.

– О каком бытие ты ведёшь речь, старый выдумщик?! Хм, к чему же я уже готова, запутал ты меня, однако…

Дед опрокинул посох, приподнимая двумя руками книгу, в коричневом переплёте, указывая на неё внучке – вот, видишь книгу на моих ладонях, тебе нужно её найти и поскорей. Спеши, это очень важно!

– Зачем искать, не проще ли, если ты мне её дашь? – в недоумении засверкала девчонка, всматриваясь в книжный том деда.

– О, милая, из этого мира невозможно её унести, моя обязанность посвятить тебя в миссию. Я знаю, ты сможешь найти её. Ну, мне пора, помни, мой дух всегда будет рядом с вами, удачи!

– Но, дедушка! – Ив разинула рот, когда из виду был потерян силуэт старого родственника, который исчез так же непредсказуемо, как появился в саду. – Вот дела!

– Иветта! – стены сна Ив пытался пробить голос матери, которая уже сидела рядом со спящей красавицей, – Ив, просыпайся, скоро ужинать будем!

– О-о-о…

После протяжного зевка мои веки нехотя приподнимались, негодующе перелистывая картины сна с участием дедушки. Вряд ли его захватила маразматика, но судя по обстоятельствам, следовало действовать собранно. Теперь я задалась вопросом о моей миссии. «Только подумать, я и миссия. Может, дед пошутил и решил разыграть меня, ради забавы?! Ох, это было бы глупо, он человеком был интеллигентным и мудрым». Да, мою голову будоражили различные версии, накаливая мозг со стремительной скоростью.

– Дорогая, как ты себя чувствуешь? – улыбнулась мама, поглаживая мои волосы.

– Неплохо, а кстати, который час, я наверно уже сутки сплю?

– Седьмой, как видишь, всего лишь вечер. Проголодалась?

– Ещё бы. Как волк.

– Хорошо, что аппетит появился, значит идёшь на поправку.

– Да, видимо так, но мам, что случилось днём, ты так и не рассказала?

– Ив, я же обещала, значит, сдержу своё слово до подходящего момента. Может, сегодня вечером после ужина, как думаешь?

– Ок. Мам? – я уставилась на Сару, у которой подозрительно сверкали глаза, переливаясь и таинственно смотря в окно.

– Что, милая? Что – то ни так? – мама старалась поправить прическу, смущенно откидывая кудри за плечи.

– Мам, ты сегодня особенно красивая. В чём секрет? Влюбилась в кого?

Сара засмеялась, уводя взгляд от пытливых вопросов. И наконец, на выдохе прошептала…

– Так видно? Хотя, о чём я, меня так выдаёт волнение!

– Кто он, я могу узнать? Мамуль, ты ослепительна…

– Мне стоит быть сдержанней. Не хочу забегать вперёд. Знаешь, да, ты его знаешь…

– Знаю? Интересно?

– Ив, ты не будешь злиться на меня?

– Мам, говори прямо, вот же надо интриговать? К чему вокруг, да около!?

– Ох, мы сегодня ужинаем не одни…

– И? – Ив не давала сказать и слова, не терпеливо перебивая и так взбудораженную Сару.

– Его зовут Рамиро.

– Рамиро? Ну, я знаю только Торреса, физкультуру ведёт у нас…

– Он будет к семи у нас.

– Ничего себе! Вот даёшь, коренного испанца охмурила!

– Ив! И ты туда же! Какие у меня космические дочери!

– А чего такого я сказала!?

– Да вроде бы ничего зазорного, однако, всегда задаю себе вопрос, когда же вы успели так вырасти во всех отношениях?!

Я посмотрела в глаза своей родительницы, прищурив левый глаз и стиснув нижнюю губу… – это всегда так, мам: вчера бываешь младенцем, завтра уже в пятом классе, а засыпаешь, так вообще всё иное. Вот, например, сейчас…

– Что ты имеешь в виду, говоря об ином? – не дала договорить Саорита, прервав меня на полу – мысли.

– Ну, так вот, мне приснился странный сон, а если быть точнее, я не спала, ну, как – бы спала, но всё же не спала и видела…

– Эй! Детка, кажется, ты в бреду.

– Так и знала, не стоит обсуждать это. Хочешь сказать, я схожу на безумную, которая несёт всякую ересь!? – я вспылила от недопонимания, рассерженно спрятавшись под одеялом.

– Ив, я не считаю тебя безумной, просто мне кажется, сегодня и так выдался довольно весёленький день. И тебе надо бы расслабиться и перестать волноваться. Скажи, что не сердишься на меня?

– Ладно, проехали! Когда нибудь, придётся вернуться к этой теме. Может, лучше отвлечёмся ужином?

– Милая, тогда я пойду, помогу Варьке, спускайся к нам, хорошо…

– Конечно, только дай мне несколько минут.
Сара грациозно поднялась с кровати, и важно махнув головой, растворилась за дверями моей просторной спальной комнаты.
В столовой уже был накрыт стол на четыре персоны с четко выполненной сервировкой. Наверно, этим качеством Варька пошла в маму, которая терпеть не могла излишеств и полного отсутствия вкуса. С чем нельзя и поспорить, когда видишь белоснежную скатерть в кружевах, а на ней сервиз, как у королей на званом вечере. Белые тарелки с позолоченными каёмками, золотые столовые приборы, стаканы из хрусталя. Обычно, всё намного проще, когда нас только трое. Но коль мы ожидаем гостя, стараемся произвести фурор и не ударить лицом в грязь. И, конечно же, что за посуда без угощения, здесь уж Сара постаралась, как никогда…

– Блестяще! Варька, ты не перестаешь удивлять меня!

– О, мам!? Не заметила, как ты зашла. Тогда посмотри, чего не хватает на нашем застолье? – девчонка замаячила по кругу, изредка поглядывая на мать.

– Даже не ожидала, правда, ты всё сделала так утончённо. Я рада. И не к чему придраться! Что ж, пора дополнить эту красоту чем – нибудь съестным. Пойду на кухню, надо принести закуски с напитками, корзинку с хлебом.

Ведь скоро и горячее подавать к столу.

– Мамочка! Я всё устрою, а тебе советую пойти прихорошиться, часы тикают, а ты ещё не одета.

– Ты уверенна?

– Да иди уже!

– Вы чего такие суетливые? – пока мы спорили, между нами просочился силуэт Ив, вопрошающе разглядывая каждый фрагмент и останавливаясь на нас.

– Ив? Ты уже принарядилась, – Варька оценимо подчеркнула моё ответственное отношение в представленной задаче семейного вечера, который вот – вот разбавит мужская пламенность маминого знакомого.

– Как видите, это я, а у вас тут что происходит? Хотела напомнить, что уже без пятнадцати семь… – я перевела глаза на Сару, которая остекленела от ужаса и, не раздумывая, ринулась быстрее примерять своё специально подготовленное платье коктейльного мотива.

Разводя руками и переглядываясь с Варькой, мы, кажется, поняли, без нашей помощи не обойтись.

– Ив, я за закусками…

– Похоже, мне достались напитки?

– Надеюсь, ты не против, сбегать на веранду за брусничным компотом? – распорядилась с чего – то вдруг Варька.

– Я уже иду за ним, хотя можно было бы обойтись и клюквенным морсом из холодильника, не находишь?

– Я бы с тобой согласилась, но боюсь, Сара настоит на своём. Сегодня ведь особенный гость, прекрасный испанец. Напитки должны быть в ассортименте, а от еды стол лопаться, – пробурчала Варька, укладывая в корзинку нарезанный хлеб и булочки разных сортов, – и скажи, что я не права!

– Да, ладно тебе, Варька! Вот влюбишься когда – нибудь, с тобой и не то будет. Впадёшь в горячку порывов и вспомнишь нашу влюблённую Сару, – вмешалась тут я, ощущая себя немного взрослее, задумавшись как, кстати, что и в моём сердце, Бог знает, что творится. Думаю всё о Кристофере и ничего не могу с собой поделать.

Варька взяла поднос, заставленный порционными тарелочками со всякой вкуснятиной, и молча направилась в столовую. Ну, раз мы друг друга поняли, моё дело малое, принести компот с другого конца усадьбы.

В скором времени я хозяйничала на кухне, переливая соки из трёхлитровых бутылок в красивые графины и поочередно относя их к столу. Без пяти семь всё было готово и не хватало для полной гармонии лишь очаровательной Сары Давыдовны. Мы с Варькой стояли у лестничного марша, обе одетые в красивые костюмы и как, сговорившись, выдерживали молчаливую паузу в ожидании чего – то чудесного. Наверно, так бы и продолжалась строевая пантомима, как за спинами пошёл ритм стучащих каблучков. Синхронно разворачиваясь, мы с сестрой впали в экспрессию, глядя на преобразовавшуюся мать. И тут же, по повелению волшебства по всему дому раздался звонок долгожданного гостя, который, по всей видимости, стоял у порога, появившись на пару минут ранее. Ко всему прочему он оказался пунктуальным и крайне точным. Что ж, посмотрим, достаточно ли он хорош для нашей матери…

– Девочки! – чуть не подвернув ногу от неожиданности, мы буквально подхватили нашу старшую красотку, которая прямо таки и тряслась от волнения.

– Мам, ты осторожней, – испуганно прошептала Варька, – лучше не тянуть со временем, открой ему дверь, ни нам же его встречать, будет как – то странно выглядеть.

– Да, мам, помни, он всего лишь учитель физкультуры, – участливо подхватила я наставническую речь Вари, поддакивая на каждом слове, – так что не теряйся и держи верх.

– Вы правы, мои милые. Как я выгляжу? – не отступала мама, всё ещё беспокоясь за свой внешний вид, и так бесподобный.

– Сара Давыдовна, – протянули сестры в один голос, утверждающе подталкивая мать к двери, – Вам пора встречать любимого поклонника…

Озадаченная женщина легко выдохнула и, выпрямив плечи на ходу, потянулась к дверному замку. Дочери – подростки наблюдательно следили со стороны, что же произойдёт далее.

Наконец-то двери распахнулись, и через порог переступил высокий мужчина с обворожительной, не сходящей с лица улыбкой. В его руках ели умещался огромный букет из алых роз, гармонирующих с насыщенными зелеными листьями.

– Добрый вечер, – протягивая цветы нашей матери, он как – то интересно и весьма вежливо кланялся всем нам. А мы в ответ, тоже с поклонами. Вот же даёт, физкультурник, строил минуты две из себя представителя голубых кровей.

– Добро пожаловать, Рамиро! Мои дочки, – переведя на нас внимание, она продолжила, – хотя ты с ними знаком.

– Да, конечно. Не могу, ни заметить, дамы, вы абсолютно все ослепительны.

– Спасибо… – всем девичьим составом прошептали хозяева усадьбы.

– Рамиро, добро пожаловать в наш скромный дом! – сразу с порога и с нотками дрожи в голосе защебетала Сара. И выдержав секунду, словно следуя какому – то сценарию, она продолжила, – девочки мои, проводите нашего гостя к столу, я собираюсь подавать горячее.

Мамины глаза блестели как у восемнадцатилетней девушки, теряющей рассудок от любви. А на мне, как впрочем, и всегда отразилась участь старшей дочери, когда мы телепатически заговорили с матерью.

– Да, конечно! Рамиро, позвольте нам с сестрой проводить Вас в столовый зал, – вытянула Ив по принуждённому взгляду Сары.

– О, буду весьма признателен. Аппетитные запахи, царящие в вашем доме, уже успели заинтриговать мой желудок, – ответил испанец, подмигивая женщине, удалившейся в сторону кухни.

Он уже прошёл в наш «тронный» зал, как замер от восхищения всего, что увидел вокруг себя. И начал чего – то там приговаривать на своём испанском языке. А потом, усевшись на стул, попытался перевести всё сказанное, конечно же, с акцентом. Не решительно я и Варька уселись на свободные места за столом, как тут к односторонней беседе, наконец – то подключилась Сара, держащая в руках поднос с уткой, украшенной зеленью.

– А вот и я…

– Сара, помочь тебе? – приподнялся иностранец.

– О, не стоит. Я могу лишь угостить своими творениями, но, а всё остальное я доверю лишь себе, – на улыбке прошептала мать, ставя ароматное блюдо на середину застолья. Она мастерски разрезала запеченную птицу специальными приборами, кладя каждому на тарелку по кусочку, приправленному пикантным белым соусом и кусочками цуккини. Не смотря на мой давненько опустевший желудок, как – то было совсем ни до еды. Всё думала, гадала, где же найти ту самую загадочную книгу деда Давида. Хотя между собой боролись различные убеждения. Мне хотелось верить, что всё происшедшее лишь иллюзии и сны. Но делая паузу, жутко распирала интрига о синем озере, заброшенном доме, голосе незнакомки и, в конце концов, о встрече с покойным дедом.

Спустя минут десять с запасом весь пир горой оказался в полном разгаре. Создавалось впечатление, что мы готовились к приезду целой делегации, однако нас присутствовало всего лишь на всего четверо. Первая часть ужина была опробована и оценена по достоинству экзотичным гостем, но бросив бегающий взор на Сару, было ясно, что она вот – вот побежит за сладостями. Варька и виду не подавала, что её что – то может беспокоить. Она буквально уплетала всего понемногу, не отрывая внимания от своей тарелки. Мама всё ухаживала за Торресом, пристально следя, чтобы не дай Бог его блюдце пустовало без еды, над которой она суетилась половину дня. А он, то есть испанец, отвечающий за физическое развитие учеников нашей гимназии, между делом не переставал остроумничать, рассказывая какие – то бестолковые анекдоты с некоторыми неточностями. Но когда он начинал заливаться смехом от собственного юмора, мы в знак уважительной поддержки тоже подлавливали волну непонятного веселья. Хотя, я снова и снова глядела на нашу Сару, которая, кажется, была очень счастлива от его компании. И делая скидку на юмор без смысла, я всё же радовалась внутри себя за нашу родительницу. Что ж, раз она нашла того, кто ей вроде бы нужен, я немного успокоюсь. А если честно, что – то вызывало лично у меня недоверие к этому господину, родом из Барселоны.

Последний кусок совершенно не лез в горло и, запивая соком свой ужин, кажется, я была достаточно сыта, чтобы отправиться в поиск таинственной книги, притягивающей моё любопытство невидимым магнитом.

– Мам, всё очень вкусно, вы меня извините, но я пойду к себе, если никто не имеет возражения? – Ив приподнялась, вытирая руки тряпичной салфеткой в ожидании ответа главной героини вечера.

– О, дорогая! Может, выпьешь с нами чаю, ты же толком ничего и не съела? – настоятельно затягивала мать.

– Нет, спасибо, я уверенна, что уже не голодна, – и переведя свои глаза уважения на иностранца, продолжила, – Рамиро, была рада видеть Вас за ужином, приятного вечера!

– Спасибо, приём у вас восхитительный! – отвечал он мне вослед, когда меня уже унесло к лестнице.

Варька растерянно уставилась в мой растворившийся силуэт, чувствуя себя третьей лишней среди голубков. И видимо, подумывала оставить их наедине, устремляясь за периметр столовой комнаты.

Оторвавшись от нудного вечера, я уже находилась в фойе второго этажа, раздумывая, откуда начать раскопки и как мне найти ту самую книгу. Стоило мне задуматься, как всё в одно мгновение разрушило вмешательство Варьки, пробежавшей мимо.

– Ты чего стоишь здесь, как замороженная? – не давая надежды на тишину и уединение, вмешалась сестра.

– Да, так ничего. Думаю, чем заняться бы. Может, пойду Эмке позвоню. А ты чего прискочила, не выдержала посиделок? – буркала Ив, негодующе уставившись на девчонку лет десяти.

– Ты какая – то странная сегодня, Ив… у тебя точно всё в порядке?

– Варь, ни доставай меня сейчас. Хорошо?

– Ладно, ладно, остынь ты! Я ведь всего лишь спросила. Ну, если у тебя всё налажено, я к себе, займусь чем – нибудь…

– Давай уже! Только не донимай, по крайней мере, в сей час.

– Да как скажешь. Всё, как и сказала, я к себе, Ив.

«Хм. Может, сейчас и настало время заняться моими миссионерскими делами» – подумала я, давая себе команду к действиям, совершенно сама того не подозревая, что за миссия мне уготована судьбой.

Мои ноги вели меня куда – то вдоль коридоров, в сторону комнаты с выходом на мансарду, мимо спален, ванной комнаты, маминого кабинета с небольшой домашней библиотекой. И вот, моё видение обретало живой облик, как только пред глазами предстала приоткрытая дверь неиспользуемой комнаты с пустыми стенами и тёмным освещением. Комната непременно нуждалась в ремонте, облагораживании и, конечно же, здесь до ужаса не хватало света, без которого веяло холодом и немного пугало. Я вспомнила себя, когда мне было не более шести, и был жив мамин отец. Как он играл с нами и читал перед сном, но чаще всего мы слышали его рассказы о захватывающих историях, походах и охоте на дичь. Только теперь я задалась вопросом, почему раньше я ничего не слышала о книге, о существовании которой мне довелось узнать совершенно недавно. И вот предо мною покои ушедшего в иной мир дедушки, а где – то в дальнем углу замаскированный сундук, от которого ещё бы ключ найти, да как – нибудь без лишнего шороха и расспросов матери о том, что ей известно. А возле лестницы на мансардный отсек покрытое пылью кресло – качалка, вот, в общем, и всё, что бросается в глаза с первого осмотра помещения. На дворе часов восемь, а на меня вдруг нашла скоростная идея, навести здесь порядок, во всяком случае, всего сразу не сделать, однако, приступить к постепенности было бы не плохо. В голове зародилась мысль «вдруг, наткнусь на что – то полезное в моём случае». Исходя из того, что я не ухищрялась тем, с чего начать, дабы скорее взять в руки книгу из видения, в тот же час ринулась в уборную за средствами для уборки. Но слегка опомнившись, мне следовало сначала переодеться в более подходящую одежду.

Ив выскочила из кладовой с всякими уборочными инструментами, живо отправляясь в свою спальню. Теперь, после встречи со старым, седым стариком она буквально одержима поисками книжного сокровища. Да, событий за последние сутки было более чем предостаточно. Сначала странное свечение из глубин леса, необъяснимый обрыв, как только подруги сделали шаг к заброшенному дому и пропасть в памяти, после чего, собственно говоря, Ив очутилась в своей постели, а всё прочее, включая Эмку, будто растворилось в пространстве, загоняя в лабиринт из одних тупиков и множества вопросов.

– Иветта, дочка, можно к тебе? – я вздрогнула от неожиданности, когда за спиной стояла Сара, пряча что – то в своих руках.

– О, мам, ты так напугала меня! Проходи, конечно…

– Чем занимаешься, не отвлекаю?

– Да, вот решила перебрать своё старье и рассортировать немного что нужно, а что пора выкинуть. А как же твой гость, ушёл уже?

– А, Рамиро? Мы выпили с ним по кружечке ароматного чая, я угостила его своей стряпнёй, а потом, взглянув на часы, вспомнила, что обещала своей дочери кое – что рассказать.

– Неужели? О чём же именно? Честно говоря, мама, у меня в последнее время миллиард вопросов, и не на один из них ничего определённого!

– Милая, сегодня особенный день, – она выдержала паузу, направив на меня свой психологический взгляд, – и это не только потому, что он весьма насыщен таинственными событиями. Знаешь, я ожидала этого момента очень давно, чтобы открыть тебе тайну наших предков. С тобой сегодня произошло что – то странное и мне только остаётся догадываться, включая своё воображение, что же закрыто от моих глаз. Я вижу, как ты растерянна, ища ответы на многое. Моя смелость спешит сделать некоторые выводы и, кажется, ты стремишься найти существенное, но не имеешь понятия, откуда начать.

Я ошарашенно уставилась на Сару, которая буквально сканировала мои мысли. И связывая слова в предложения, приступила к дискуссии.

– Ты окончательно меня запутала, мам! Сначала мне хотелось лишь знать, что произошло со мной днём, почему я не помню, как появилась дома, я ведь была совершенно в другом месте…

– Иве, возможно, кое – что поможет тебе…

– Довольно интригующе, мама. Хотелось бы сразу к сути дела.

– Что ж, устраивайся удобнее, – продолжила Сара, наконец – то положив перед собой какую – то картонную коробочку, которая долго находилась не в поле моего зрения – я знаю совсем не много, но постараюсь быть достоверной с фактами, которые есть у нас с тобой.

В обычном случае я ответила бы без замедления, но тут затаила дыхание, рассудительно переводя глаза от коробки к матери, пока не решилась вымолвить о содержании своего вердикта.

– Что же ты тянешь с ответом, что произошло со мной после школы?

– Ну, хорошо, раз ты настаиваешь, дочка…

– О, нет, мам, что – то ужасное?! Ты так встревожена…

– К счастью всё позади, опасность миновала, но всё же факт остаётся фактом, который я назвала бы слишком странным.

– Почему между школой и моим пробуждением в собственной постели целая пропасть!? Вот что странно…

Мать испуганно продолжала вглядываться в глаза дочери, и спустя минуту молчания её дрожащие губы уже заполняли комнату Ив нотами истории сегодняшнего дня, переполненного приключениями.
– Я закончила собрание со своим классом и уже собралась уходить, но тут раздался звонок моего мобильника. Когда я взяла трубку, из неё судорожно голосила Эмма, она просила срочно приехать к семнадцатой миле. Я только прочувствовала неладное, но было не до вопросов. Я схватила ключи с телефоном и полетела как сумасшедшая через все этажи на воздух. Вскоре я была на месте. Твоя подруга прижимала тебя к себе, растерянно оглядываясь по сторонам. На мой вопрос, что случилось, она так и не могла дать точного ответа, и лишь бормотала: «это всё свет из леса, он ослепил нас, и мы упали на землю, через несколько секунд вспышки прекратились, а Ив лежала на земле без сознания…»

– Получается, я упала в обморок…

– Это не всё. Душа подсказывала мне, что с тобой всё хорошо, и ты скоро очнёшься. Главное, что твоё сердце билось. Ты была похожа на спящую красавицу, которую нельзя было разбудить так просто. Эмка решила, что это обморок и собиралась вызвать врача, я запретила, ведь явных симптомов для паники не было, по крайней мере, на тот момент. Мы переложили тебя в машину и поехали домой. Наконец мы подъехали к усадьбе. И меня смутило следующее, у наших ворот стояла очень пожилая старушка, на её груди сверкал кулон, и она протягивала руку. Захлопнув дверь с водительской стороны, я обернулась, чтобы поздороваться с ней, но её след простыл…

Эмка окрикнула меня в ту минуту, да я и не стала придавать значения незваной гостье – незнакомке. Самым сложным, оказалось, поднять тебя в твою спальню, но откуда – то появились силы, я даже почувствовала себя супер – женщиной, смешно, не правда ли?

– Да уж, одного не могу понять, что так сломило меня на спячку, будто у Эм иммунитет…

– Ладно, слушай дальше, дорогая!

– Прости, что перебиваю, только скажи, Эмка была с тобой, уснула только я?

– Я говорю о том, что было очевидным для меня, да и, по словам Эммы, она не смыкала глаз, только лишь перепугалась.

– Так вон оно что. В общем, я спала всё это время, ну надо же! И это всё? Сара иронично засмеялась, совсем не удивляясь удивлённой дочери.

– Если бы, детка. Мне было вовсе не до веселья, когда спустя несколько минут ты буквально вся горела.

– У меня появился жар?

– Тогда то, я не стала медлить и вызвала врача, к счастью господин Эндрю Вуд быстро прибыл. После осмотра он предварительно утверждал, что у тебя грипп, но скорее для меня такой вывод оказался крайне эксцентричным. Кроме высокой температуры и глубочайшего сна, пожаловаться было не на что.

– Ты права, мама, это не просто странно; а как же лекарства, что прописал доктор?

– Он взял некоторые анализы, для точного определения болезни. И кажется, поставил жирную галочку в деле твоего заболевания. Ещё больше его заинтересовало моё сообщение, когда ты проснулась и оказалась совершенно здоровой вечером этого же дня. Одним словом это чудо.

– Похоже, мам, всё возвращается на свои места. Одним вопросом меньше.

Как Эмка, не звонила?

– Я настоятельно отправила её домой, тем более за неё беспокоились родные. Пока ты спала, звонила её бабушка, говорила всё нормально.

– Хорошо бы. Наверно мне не стоит сегодня тревожить подругу, ей тоже выпало.

– Вам обоим надо прийти в себя. Этот день надолго запомниться нам всем.

– Несомненно, мам. Ведь есть ещё что – то важное, что я должна услышать?

– Какая проницательность, милая моя девочка. Ты точно не утомилась историями?

– Что ты, мам. От меня ты вряд ли легко отделаешься, – девчонка засмеялась, прикоснувшись к маминым рукам, пробуждая улыбку на лице Сары, – и прежде чем ты начнёшь можно ещё один вопрос?

– Говори, дочка…

– Почему ты не зовёшь Варьку, неужели это касается лишь меня?

– О, касается это всей нашей семьи. А если точнее, и тех, кто давно ушли в иной мир, и тех, кто будет после нас.

– Ты хочешь сказать, эта тайна кочует из поколения в поколение, так что ли?

– Выходит что так. Ловишь на ходу. Это именно так, потому что наша родословная очень не простая. Ты родилась в особенной семье, но об этом немного позже. А что на счёт нашей малышки Вари, то до неё дойдёт свой черёд. Помни, всё происходит в своё время, а случайностей не бывает. Твой час настал, Иве. Ну, что, не буду тянуть. Начинаю рассказывать…

Навострив уши и скрестив ноги, как йог, Ив полностью отдалась встречному ветру новостей, полных таинственности и огранённой интриги.

Сара распечатала обёрток и протянула его содержимое в руки дочери. Эта была довольна потрёпанная книжонка карманного формата, но довольно плотная для обычной записной тетради.

Я нерешительно зажала в руках что – то похожее на книгу, о которой однажды говорил старик из сна. Правда размеры были весьма различными, но всё остальное не вызывало отличий. Мне следовало соскочить с кровати и прыгать от счастья, ведь вроде бы как мне не пришлось её искать, она сама пришла в мои руки. Но я сидела, ели дыша, обомлев от неожиданности. Упорно глядя на Сару, и вслушиваясь в каждое слово, Иве пыталась понять смысл и как то всё связать со своей миссией, о которой так пророчески шептал дедуля.

– Когда я была совсем маленькой, – начала мама историю, – мой отец каждый вечер читал мне перед сном. Но читал он не обычные книги, которые можно раздобыть в общественных библиотеках или же купить в магазинах. Он читал для меня истории, переписанные нашими предками. И каждую из них он помнил наизусть. Однажды, когда мне исполнилось семь лет, и я впервые пошла в школу, тогда ваш дедушка оставил мне одно послание, которое я обязывалась сохранить до сего дня. То, что сейчас в твоих руках и есть весточка от далекого доброго прошлого.

– Это поразительно! Ты хранила её с самого детства? – вмешалась Ив, перебивая Сару, – что ж это же целых двадцать пять лет! И тебе не хотелось заглянуть внутрь свёртка?!

– Да, его просьба показалась мне очень странной. И особенно, будучи ребёнком, я жутко мечтала распечатать конверт, не сдерживая своего обещания отцу. Но что – то помогло мне пересилить подобное искушение и выработать терпение, а затем и ответственность к поставленной задаче. Надеюсь, мой папа не разочарован мной. Он говорил, что это очень важно, выдержать всё именно по тому рецепту, который он задал. То есть, как он говорил, если я выполню всё правильно, временной цикл будет сохранен. А вот если нарушу дело, то привлеку невероятные последствия глобальных масштабов. Честно сказать, я ни понимала его заумных фраз, но повзрослев, вроде бы вся картинка стала здорово проясняться. Сегодня ровно двадцать пять лет с того времени, как мы беседовали с дедушкой Давидом о запечатанном сокровище, ценою в жизнь. И сегодня всё встало на свои места, именно тогда, когда ты вернулась домой с места, где происходят чудеса.

– Мам, что ты имеешь в виду? – удивлённая и озадаченная девчонка вцепилась в руки матери.

– Ив, когда я увидела тебя без сознания, то жутко испугалась. Не могла понять, почему девчонка ни разу в жизни не падающая в обморок вдруг становится такой уязвимой. Внутри всё заколотилось и в одно мгновение все сомнения были развеяны. Я обрела уверенность в том, что тот самый день, о котором говорил старик, настал. Знаешь, это лишь первый шаг твоего судьбоносного пути и не всё открывается сразу. Твоя судьба позвала тебя вослед, чтобы твоё предназначение исполнилось. Единственное, что я могу сделать для тебя в этом деле, оставить совет матери, и надеюсь, однажды он будет полезен тебе. Помни, дочка, ты придёшь к источнику истинного добра, который поможет тебе справиться с грядущим злом.

– Мам, ты пугаешь меня. Никогда не слышала от тебя подобного. И если точнее, я ничего не понимаю, что всё это значит?!

– Дорогая, – мать положила свою руку мне на плечо, серьёзно всматриваясь в мои округлившиеся глаза, – только не бойся, бери этот дневник и поверь, он поможет найти тебе ответы на многие вопросы. Теперь, это ключ, над которым имеешь власть только ты, согласно преданию наших родных из прошлого. С сегодняшнего дня ты не просто моя дочь, Иветта Ангельская, ты благословенная наивысшей Силой, освещённая светом, дарующим силу видеть многое сквозь времена. Твоим оружием будут важные качества, которые жизненно необходимы воину, это терпение и мудрость, переданная предками.

– Вот новости… я шокирована. Нет, нет, я больше чем просто шокирована, словно заряд тока по телу. Но почему именно я? Я самая обыкновенная девчонка, которая учится в школе и имеет несколько хобби.

– Иве, у каждого из нас своя судьба. Все мы пилигримы, странствующие души, кому то предопределенно вести народ и стать вождём, у кого – то миссия спасать и оберегать, а кому – то непременно подчиняться, выполняя приказы. Сверх сил ни кому не даётся. Девочка, моя! Если Властелин мироздания выбрал тебя для этого назначения, ему куда виднее, насколько ты способна. Лично я, как мать счастлива за тебя и я всегда рядом, так, если что. Я верю в тебя, моя милая девочка, ты сможешь. Следуй зову своего сердца и всё будет прекрасно, только поверь в себя!

– Золотые слова, мам. Впервые я услышала их в лесном царстве. Голос женщины звучал весьма пророчески и настоятельно призывал слушать своё сердце.

– Я люблю тебя, Иве, – на её глазах выступали слёзы, было ли это от жалости, что дочь слишком быстро взрослела, либо это было материнское счастье за своего ребёнка, непохожего на других детей.

– О, мамочка, иди же ко мне! Только не плачь. А то мне начинает казаться, будто мы прощаемся, и от этого подступает грусть.

– Извини за слёзы, я что – то в последнее время стала слишком эмоциональной. И если я сейчас плачу, то только от радости за тебя, детка.

– Мам, спасибо, что хранила дедушкино письмо мне, и… я тебя люблю!

– Что ж, моя информация немного скудная, но думаю, что старые записи деда восполнит все пробелы. Хочу надеяться, что не упустила ничего важного, я старалась донести смысл поручения от своего отца.

– Да, интересно, сколько этим рукописям лет…

– Иногда не следует задаваться излишними вопросами, но судя о потрепанных, пожелтевших страницах, этой книге не один десяток. Хотя твой дед говорил мне о том, что где – то спрятаны остальные части, которые писали предки целыми столетиями. То, что сейчас у тебя в руках, это всего лишь частичка набросков последних событий, очевидцем которых был дед Давид. Выходит, если хочешь узнать больше и услышать голоса провидцев всего нашего рода, тебе придётся очень постараться, дочка, чтобы найти все записи и собрать их в единое целое, как карту.

– Так это не одноимённая книга, – озадачилась Ив, понимая, что в свёртке не та книга, о которой говорил дедушка, – где же можно найти остальные рукописи, мам?

– Не знаю, детка на счёт остальных, но мой отец говорил, что каждый провидец, который писал свои пророчества, спрятал их в том месте, где их может найти только тот, кто станет избранником Света Добра. Они могут быть по всему миру, где угодно…это предстоит тебе узнать…

– Да уж, без тайн нигде не обходятся. Сколько событий за короткий период времени, но получив даже частичку историй, сотканных временем и жизнями провидцев, сочту за честь принять эти письмена как истинное сокровище. Мам, ещё раз хочу выразить благодарность…спасибо, наш дедушка может гордиться твоей честностью и выдержкой.

– Смотрю на свою старшую дочь – школьницу и диву даюсь, – Сара выдержала минутную паузу, задумчиво качая головой, – ты потрясающе мудра для двенадцатилетней девчонки!

– Даже и не знаю, что сказать в своё оправдание, Сара Давыдовна! Но я могу пообещать, что обязательно приручу эту книгу и найду дорогу среди темноты. Может быть, сейчас я не слишком понимаю, насколько она бесценна, но что – то подсказывает мне о её величии.

– По крайней мере, я спокойна как мать и рада, как твоя подруга, что юмор у тебя всегда за пазухой. В нашем мире, похожем на шахматную доску очень трудно выживать людям из разряда пессимистов. Выходит, что насколько бы не было серьёзным положение вещей, стоит проявить немного лёгкости, чтоб как – то разбавить напряжение.

– Мам… ты извини, наверно я долго ещё не отстану от тебя со своими вопросами. Да и в голове всё так накручено, теперь начинаю теряться, что же хотелось бы спросить в первую очередь. Ведь непременно всё важно, а главное, так тесно взаимосвязано.

– Эй, спокойней, ещё одного твоего обморока я не переживу. Пощади дочурка моё материнское сердце, – улыбчиво затрепетала Сара.

– Ладно, мам, а всё – таки, почему надо было хранить книгу для меня почти три десятка лет?!

Сара уже собиралась уходить к себе, но моя назойливость заставила её остаться в моих владениях на некоторое время.

– Интересный вопрос. Двадцать пять лет это довольно прилично, – она присела с края постели и придалась рассуждениям, – ну, как я и говорила, тогда я была совсем малышкой, семилетней первоклассницей. Конечно, моё любопытство не знало границ, но отец знал, как обуздать его.

– Как же?! Держать секрет хотя бы месяц не всем под силу, а тут…

– М, наверно в этом моя особенность. Всё – таки, я дочь своего отца, а ты ведь в курсе, какой ваш дедушка?

– Ни к смеху, но мне помнится, мам, дед обладал гипнозом и чем – то там ещё…

– Он был чудесным человеком, отцом, которым я не переставала восхищаться. Его смелость не поддавалась сравнению, а мудрость ласкала слух, как лучшая музыка. Я знала, что ты обязательно спросишь об этом. Дед Давид серьёзно говорил о соотношении неких элементах мироздания, он сказал, что их всего семь, у каждого из них своя фаза жизни, но однажды наступит день, когда их соотношение сольётся в единое целое. Тогда они должны будут перестать существовать по – отдельности, в исходе их объединения придёт начало новой эры, эры кристаллитов.

– Ух ты, как же ты это всё запомнила? Я впервые слышу о кристаллитах, что это?

– Если сказать проще, это вся Вселенная и всё то, что только может быть на свете. Ну как гласит придание, кристаллиты защитники добра, борющиеся за всё живое, а самое важное, за то, чтобы зло ни в коем случае не достигло царства над разумами человечества. На языке кристаллитов это бы звучало, как не допустить преклонения перед зверем пожирающей тьмы.

– Ого, у меня мурашки по коже забегали. Это пугает!

– Ив, у тебя великая судьба. Просто помни о том, что добро и истина восторжествуют. Тебе бы хотелось знать суть придания?

– Конечно, мам, ты ещё спрашиваешь?!

– Отец говорил мне, что через двадцать пять лет будущее обретёт нового хранителя кристалла жизней и времён, цикл будет продолжен новым вождём. Нельзя было передавать эти записи раньше, а тем более, позже. На карту поставлено всё, буквально всё. К сожалению, а может, и к счастью я больше ничего не знаю, это всё, о чём просил дедушка. Кстати, я упорно мучила его расспросами и просьбами поведать ещё и ещё, но он оказался слишком крепким орешком. Он отвечал кратко: это всё, что тебе нужно знать, остальное тебя не касается.

– Строго.

– Да, когда было нужно, он был строгим, но его добрые глаза выдавали всю доброту его сердца. Он ведь совершенно не умел сердиться, хотя без перебоя работал над своим актёрским мастерством, всё равно оставаясь преданным науке.

– Держа эту книгу, у меня появляется дикое осязание всех тех, кто с нею связан. Наверно, я начинаю сходить с ума.

– Детка, в твоих руках ключ от всех ключей. Я и сама многого не понимаю до конца, только прошу, будь осторожна!

– Хорошо, мамочка.

Женщина перевела дух на настенные часы, которые настойчиво притягивали в мир снов.

– Кажется пора ко сну, завтра первый учебный день, хочется выспаться, как следует. Пойду Варьке пожелаю доброй ночи. Тебе тем более советую, дочка, хорошо?

– Да, конечно. Пожалуй, приму душ для начала. Поцелуй за меня Варьку, пожалуйста.

– Может тебе самой следует заглянуть к сестре?! А?

– М, ты права, я лучше сама. В последнее время мы стали частенько сориться по мелочам, думаю, пора взрослеть.

– Я рада, что ты так мыслишь. Доброй ночи, Ив!

– Доброй ночи, мам! Только не выключай свет пока…

– Как скажешь. Ну, я пойду…

– Конечно, спасибо за историю…

Сара засеяла в улыбке, скрываясь за приоткрытой дверцей моей спальни.

Глава третья Голос Жозефы

ПРОЛОГ

А вы слышите голос? – он говорит с вами каждое мгновение вашей жизни, пока бьётся сердце и ощутим воздух, голос вашего подсознания…

Время первого осеннего дня осталось в истории миров, когда в Зорионе стало давно за полночь. В окнах домов погасли огни, и лишь местами оставался свет ночных ламп. На узких улицах едва можно было наткнуться хотя бы на один фонарь, когда буквально всё погружалось в темноту. Но живущие высоко звёзды, оставляющие лишь отблески в наших столетиях, были достаточно благосклонны, даря теплоту ярких огоньков.

Не помню, как быстро улетел день, перевернувший всю мою жизнь с ног на голову. Всё, начиналось совершенно обыденно и не предвещало ни каких сюрпризов. Настоящий переполох, ничего не скажешь…

Я провожала Сару ласковым взглядом, а руки так и тянулись к подарку от деда из седого прошлого. Тут и созрел в моей голове незамысловатый план на остаток позднего вечера.

Иве вытащила из комода свежее полотенце с пижамой, чтобы отправиться в ванную и прийти немного в себя под прохладной водой. Ели – ели расставшись с книгой на несколько минут, девчонка бережно переложила её на расправленную постель в закрытом состоянии.

– Кто здесь? – кажется, школьнице послышался шорох за приоткрытой дверью уборной, обматывая мокрые волосы в полотенце, Ив испуганно выбежала в комнату, наполненную приглушенным светом ночной лампы.

Оглядевшись по сторонам, кроме её самой никого не было, однако стоило обратить внимание на колебание занавесок от воздуха, проникающего сквозь приоткрытое окно, – странно, оно было закрыто на щеколду, наверно Сара по привычке решила проветрить все наши спальни.

Рассуждая и маяча по комнате, девчонка проницательно разбиралась в переменах, происшедших за минут десять её отсутствия в покоях, – нет же, я точно уверенна, что горел дневной свет, а лампа была отключена. Странные вещи стали происходить. Возможно, у меня паранойя.

Похоже, необъяснимые события стали дополнительным тоном моего бытия.

Сколько бы я не спала этим днём, мои веки нарочно смыкались, а всё внутри жаждало ответов, которые, как я была убеждена, ожидают меня на страницах старинной рукописи от предков. Подбив подушку под спину и накрываясь пуховым одеялом, я была готова открыть подвластные мне теперь двери и узнать правду своего существования. Как только я коснулась потрёпанной столетиями обложки, далеко ни к смеху резко погасла лампа и снова тот яркий свет, как тогда, в лесу…

В печи потрескивали дрова, было необыкновенно тепло не только телу, но и душе в особенности. На деревянном полу, лежали шкуры каких – то диких зверей. В домике горело несколько восковых свечей, пахло травами. Обстановка была критически скромной, но не смотря на ту роскошь, к которой я привыкла, в этом незнаком месте я ощутила себя как дома, даже лучше. На печи стояла глиняная чаша, в которой закипало что – то очень ароматное и душистое. Я каким – то образом оказалась за столом, сидя на шаткой лавке, да и ещё в полном одиночестве среди подобной таинственной дикости. Передо мной стояли две деревянные кружки, ложки, ваза, вроде бы как с вареньем…

Ив вздрогнула от своих раздумий, когда за спиной потянулся долгий скрип двери. На порог поднималась миловидная старушка, держащая стопку дровишек.

– Помоги – ка мне детка немного, – отозвала хозяйка избы настороженную пятиклассницу, – ну, так и будешь смотреть на меня с открытым ртом, девочка?

– Ах, да, простите, – подлавливая на ходу груз из рук старицы и следуя за ней к печи, Иве застыла на месте, – мне знаком ваш голос, скажите, мы могли ранее где – нибудь встречаться?

– Спасибо, Иветта, ты очень добрая девочка. Садись, я налью нам чаю.

– Хорошо. А всё – таки, вы не ответили на мой вопрос. Только не сердитесь, возможно, я кажусь вам чрезмерно любопытной…

Пожилая женщина поднесла к столу кипящую посудину с печи и принялась разливать напиток по чашам.

– Надеюсь, ты не против моей компании?

– О, нет, конечно, нет! Я только не понимаю, что всё это значит…

– Пей чай, он из особого сбора трав, тебе понравится.

– Пахнет вкусно, но…

Старушка с любовью посмотрела в мои глаза, взяв меня за ладонь и убедительно продолжила.

– Не бойся, от него хуже точно не станет, только лучше, верь мне, я не желаю тебе зла. Знаешь, мы знаем друг друга, но не на том уровне, к которому так все привыкли. Я давно разговариваю с тобой. На Земле вы называете это телепатией.

– Ух ты! Так это вы, вы та самая женщина из леса, это правда?! А я то – уж подумала, что у меня галлюцинации.

– Нам суждено было однажды прийти друг к другу, лицом к лицу, это один из этапов твоей судьбы, дорогая Ив.

– Постойте, откуда вам известно моё имя? – опомнилась вдруг девчонка. Старица удивленно засмеялась.

– Я многое знаю. А о тебе мне было известно ещё тогда, когда сама была ребёнком, только намного младше тебя. Я провидела будущее нашего рода, великого рода Кристаллитов. И счастье наполняет меня тем, что моё провиденье стало реальностью.

– Род Кристаллитов?

– Не удивляйся, девочка, наш род живёт не то, чтобы веками. Кристаллиты существуют тысячи земных лет.

– С ума сойти можно…я…

– Ив, для Земли ты всегда будешь обычной землянкой. Но по сущности своей ты была, есть и будешь истинным Кристаллитом вовеки. Тебе ещё многому придётся научиться, чтобы достучаться до всех запертых дверей, по крайней мере, сейчас.

– У Вас поразительная манера ускользать от ответа. Вы конечно извините, иногда я перегибаю палку и задаю миллион вопросов, которые не следовало задавать…

– Всё нормально, Иве. Это естественная реакция. И, ты должна узнать правду.

– О чём это Вы?

– Иветта, я твоя родная бабушка по линии матери.

– Даже и не знаю, что сказать…

Одно теперь ясно, в кого наша Сара. Убегать от ответов у неё в крови!

– Да уж, этому я не удивляюсь.

Послушай, я понимаю, сколько информации за пару неполных суток на тебя вылилось. Но со временем твоя мудрость окрепнет и тебе не придётся задавать подобных вопросов. Ты будешь удивлена, но когда – то именно к тебе будут идти люди за советом. И это лишь малый фрагмент твоей непростой миссии в теле земного человека.

– Но почему мама никогда не упоминала о вас, разве это не странно?

– Моя дочь Сара не знакома со мной. Это другая история, но я попытаюсь её объяснить.

– Вижу, всё так сложно и запутанно…, – протянула Ив, постукивая подушечками пальцев по столу.

В том самом заброшенном доме всё также обугливались дровишки, когда старушка начала свой рассказ, восходящий истоками к унесённому прошлому земного времени.

– За окном был январь 1987 года, снежная буря заметала наш небольшой город. В этот день начались роды, которые оказались весьма сложными. На кону стояли две жизни, моя и жизнь твоей матери Сары. В комнате собрались самые близкие, несколько врачей, в том числе мой муж Давид, твой дедушка. На тот момент мне было тридцать три года, как твоей матери сейчас. Я только помню обрывками, как все суетились вокруг меня. Рядом стоял супруг, крепко сжимал мою руку и впервые в жизни плакал. Он не мог смириться с поставленным вопросом о выборе кого – то из нас одного. Это последнее и самое лучшее, что осело в моей памяти. Потом засиял ослепительный свет, заполняющий всё помещение. В этот момент я услышала голос Владыки Вселенной, это трудно объяснить словами, но его обращение ко мне успокоило мою встревоженную душу. Больше всего в ту самую минуту меня беспокоило дальнейшее моих родных.

– Неужели это возможно. Если я правильно поняла, к тебе явился сам Бог, но?

– Скорее, я просто ощутила Его дух, наделяющий меня надеждой.

Конечно, я не могла созерцать Его Величия глазами грешного человека. Но Он помог мне прочувствовать всё через себя, всю теплоту невероятной благосклонности и милосердия. Счастье окрылило меня настолько, что наверняка не нашлось бы подходящих слов, которые можно назвать достойными.

– Что же было дальше?

– Свет растворился в пространстве, прорезался крик новорождённого ребёнка, и я почувствовала жизнь моей малышки. Муж наклонился ко мне, когда я потянула к себе его вспотевшие ладони. Мы оба смотрели друг другу в глаза, плача от счастья и горя одновременно. Я набралась сил, чтобы сказать им обоим, как они дороги мне, проглатывая комок затаённой боли расставания. Он нежно провёл ладонью по моим щекам, одаривая поцелуями. Но я должна была успеть произнести…

– Бабушка, если воспоминания причиняют горечь, то зря я затронула эту тему, прости меня…

– Что ты, Ив. Это моя самая любимая история, даже если она полна слёз, которые могут жить со мною вечно…

– Хорошо. Тогда, как же всё закончилось?

– На широкой улыбке я нарекала свою дочь именем «Сара». Я сказала, что буду всегда рядом с ними, как бы далеко не забросила судьба мою душу. Это были мои последние слова.

И снова свет…

– Трогательно. Представляю, как переживал дедушка…

– Да, ему пришлось ни легко, но он вырастил прекрасную дочь и я горжусь им. Такова была моя земная судьба, секрет же моей миссии стал намного выше.

Между откровенной беседой старушка не давала опустеть нашим чашам с удивительным травяным напитком.

– Что – то мне подсказывает, что я должна знать имя своей прародительницы…

– Ты права, меня зовут Жозефа.

– Красивое имя. Получается, дед никогда не говорил с нашей матерью о тебе?

– Я уверенна, детка, Сара задавала ему многочисленное количество вопросов, но боль, томящая его душу оказалась сильнее его. Мне жаль, что оказавшись на другом свете, мы начинаем знакомство с самыми родными людьми, но я не имею права роптать, такова миссия каждого из нас.

Между нами возникла пробегающая пауза с нотами интригующего молчания.

– Это ново для меня, но вроде я стала осваивать телепатию.

– Ты услышала меня сейчас?

– Да, Жозефа…дедушка уже навещал меня.

– Ты понимаешь, что когда впервые тебя ослепил свет, ты стала истинно избранной вождём Вселенной?

– Звучит официально и серьёзно. О своей необычной судьбе я услышала от матери. Надеюсь, твоя мудрость и опыт помогут мне в моём пути…

– Не смотря, на свою юность, в душе ты весьма взрослый человек и в этом твоё преимущество.

– Жозефа, когда мне являлся дедушка, он указывал на книгу, которую очень важно найти. Вечером того же дня у нас был разговор с матерью и она передала мне свёрток, спустя двадцать пять лет с той поры, как дед велел ей это сделать.

– И в чём собственно проблема?

– Проблемы и нет. Есть загвоздка, – я отчертила смелую паузу, собравшись с мыслями, продолжила, – сначала я сочла книгой тот самый дневник из свёртка и решила, что это то, что я ищу. Однако это лишь дедушкины записи и как я узнала, кроме них существуют ещё и другие, написанные и спрятанные нашими предками. И чтобы мне собрать общую картину и расшифровать пророчества всего рода, я должна найти письмена. Только вот где и как узнать, сколько их всего…?

– Не спеши, девочка моя, я знаю, что тебе нужно найти эти рукописи. Ты найдёшь их тогда, когда будешь готова…

– Что ж, я поняла, что всё в своё время. Знаешь, Жозефа, сегодня я обратила внимание на один факт. Что Вы родили Сару в последний год своих дней на Земле, в возрасте тридцати трёх лет. И моей матери на сегодняшний день столько же. Или это лишь совпадение?

– А ты умеешь заметить детали и слушай, не называй меня больше на «Вы».

– Хорошо, бабушка, – мы обе повеселели после продолжительного напряжения затянувшегося знакомства.

– На самом деле здесь нет совпадений, в этом есть свой смысл.

– Кроме мистики я ничего не вижу.

– Ничего моё дитя, всему свой черёд. Тебе ещё многое нужно понять. Но только не вздумай торопить события. Кстати, как я и говорила, я наблюдала за тобой, тебе стоит научиться терпению. Не надо заноситься вперёд предписанного. Договорились, Иве?

– Буду стараться, обещаю! Скажи, я просто сплю и вижу правдоподобный сон или это что – то больше чем сновидение? Не хочу прибегать к экспериментам с пощипыванием.

– Рада, что ты спросила. Ты веришь в параллели миров?

– Если честно, я верю и даже слишком. Именно поэтому меня все считают немного не от мира сего.

– Это не страшно. Главное, что вера живёт в тебе. Без столь важного элемента твоя сила будет давать сбой. Нельзя отрекаться от веры в правду. В этом твоя особенность.

Сейчас ты находишься в моей новой жизни. Как я и говорила, моей миссией на Земле было рождение твоей матери, я не могла остаться там, вместо неё. Если бы я осталась, ни кого из вас бы не было никогда. От моего поступка в те далёкие времена зависело будущее мироздания. Поверь, судьбе нельзя прекословить, она написана той Силой, которой виднее многое, не посильное разумам человечества. Понимаешь меня?

– Я не знаю, что за чай ты заварила, но перед многим мои глаза стали открываться. Ощущение, что я только – только прозрела, после долгой слепоты.

– Хочешь, открою секрет?

– Конечно! Было бы не плохо…

– Этот отвар собран из трав, которых не сыскать, не на одной лужайке вашего мира. У него удивительная особенность, все твои чувства обострятся как минимум в десять раз. Здесь, в моём мире его называют чаем правды.

– Впечатляюще.

– Это придаст тебе силы и поможет в твоей миссии.

– Чай великолепен. Но, кажется, я засиделась, ты наверняка устала и желаешь отдохнуть?

– Я совсем забыла поведать тебе об этих местах, здесь всё иначе. Не смотря на то, что на Земле я умерла достаточно молодой, здесь моя жизнь начала свой отсчёт с того самого зрелого возраста. Но для нашего мира это видимость, на самом деле, здесь обитают души.

– Я помню свой первый сон, я направлялась к дому у синего озера, получается это тот самый дом?

– Да, Ив. Тогда ты была ещё не готова принять это, поэтому твой сон завершился нотой образного перемещения.

– У меня уйма вопросов, и в этом вся трагедия. Хочется избавиться от вопросительных знаков и открыть скорее суть. Но это безрассудно, не так ли?

– Не торопись, следуй своему сердцу. Терпение – практически важное оружие.

– Ты уверенна, что я могу справиться с тем, что на меня возложено?

– И не сомневаюсь. Тебе пора возвращаться домой, часы наших времён различны. Но сначала, я хочу кое – что показать тебе. То, что находится за этой дверью…

Жозефа распростёрла двери, и лучи жёлтого солнца просочились в старую избу пожилой провидицы времён. Ив сделала легкий шаг на землю, похожую на царство чудес. Ароматы травы под ногами пронзали насквозь приветствиями, кружили бабочки над небывалыми цветами. Волны водопадов разбивались о величественные скалы. Птицы заполняли округу божественным пением. А на меня пристально, с долей симпатии смотрел белоснежно – сверкающий единорог, со смаком пережёвывающий сочную траву.

– Батюшки мои, это же воплощение рая! Можно я не буду отсюда уходить?

Моя дальняя родственница затаилась на улыбке, медленно нарушая дистанцию между нами. Теперь она заглядывала в мои глаза, округлившиеся от переизбытка эмоций, притягивая меня за собой вослед по дивным округам сего места.
– Как свойственно землянам изумляться перед новшествами. Буду откровенна с тобой, моя милая внучка. До святых небесных обитель ещё очень и очень не близко. У всех людей предназначение, и каждый должен пережить несколько этапов форм жизни. Не исполненное назначение в предыдущих странствиях мы призваны восполнять в последующих временах. Такова закономерность Вселенной. Улавливаешь, о чём я?

– Думаю, постепенно всё будет разложено по полочкам. Как же называется этот мирок, в котором тебя поселили, а, бабуль?

– Хм. Какая ты модная в высказываниях. А я уже отвыкла от земной структуры общения. У этого мира много имён, только без всяких официальностей. Я бы назвала его царством Анэйтис, потому что вижу, как он безупречен.

– И будешь права, твой мирок без единого намёка о недостатках. Знаешь, бабуль, меньше всего я ожидала увидеть тебя вот так, наяву, да ещё и в царстве, полном чудес.

– Я счастлива, что мы, наконец, встретились с тобой, моя милая девочка, не смотря на положение вещей, которые остаются за гранью фантастики.

– Прошу, не кори за вопрос, но ты не думала о том, чтобы встретиться с Сарой и Варькой? Я уверенна, они этого очень бы хотели…

– Детка, всё ни так просто. Желание, это одно и они непременно живут в моём сердце. Но сейчас есть вещи, поставленные на чашу весов, ценою всех жизней. И твоя миссия, дорогая Ив, сохранить этот баланс. Зло не должно взять верх над всем добрым и чистым. Пожалуйста, помни об этом. Ну, а если верить моим видениям, то наступит тот час, где мы сможем увидеть всех своих близких и восполнить все пробелы разлук.

– Бабушка, я всё же не до конца понимаю, почему я, чем я так необыкновенна? Я ведь, порой даже с уроками не всеми справляюсь, а тут такая ответственность на плечи…

– Ну, ладно, мы ещё успеем прогуляться по саду, а теперь пошли обратно в дом, есть одно дело для тебя.

– Хорошо, а…

– Отбрось все сомнения в сторону и перестань говорить без перебоя.

– Ба, что происходит?

– Кстати, если не затруднит, больше не гуди на «ба», «баба», это не воодушевляет!

– Ладушки! Ладненько, ба-буш-ка! Ну, а что собственно происходит то?

– Звучишь, словно радио, сбавь газу, скоро узнаешь, что происходит, если выработаешь терпения. А теперь дай мне свои ладони…

Иве нерешительно протягивала свои руки, заискивающе уставившись на провидицу.

– Послушай, детка моя, сейчас ты увидишь то, что вижу я. Это будет лишь частичка будущего человечества. Это поможет тебе разбудить в себе ту, которая избрана быть воином во имя добра и справедливости.

– Хочешь сказать, во мне два человека. Одна простушка Ив, а другая фантастическая девочка?!

– Остроумно, но не совсем верно. У меня одно, но важное правило на этот счёт!

– Правило? Что от меня требуется?!

– Закрой глаза и расслабься для начала. Прислушайся к тишине моей комнаты. Слышишь, томление брёвен в печи?

– Определенно, да…

– А теперь, постарайся заглянуть в себя, в самое затерянное место, о котором ты никогда не задумывалась ранее.

Послушай своё сердце, Ив, оно поможет тебе увидеть невидимое…

В ответ девчонка только вздохнула, за считанные секунды она полностью погрузилась в плоскость транса. Жозефа не сомневалась в уникальности внучки, которая никак не могла поверить в себя, а тем более в то, что ей доверили Высшие Силы Мироздания.

Я очутилась в некой воронке. Мимо пролетали всяческие картинки со скоростью пули. Никак не получалось сосредоточиться хотя бы на одной из них. Только одно знакомое чувство было со мной, чувство невесомости. Не было ни земли, ни неба. Была я и свобода физического движения. Попытки заострить внимание, на чём-нибудь, оставались тщетными, пока сквозь круговорот не раздался голос Жозефы, – Ив, подумай о том, на что ты хочешь найти ответ, другим словом, ищи нужную волну…

– Жозефа, ты здесь? Бабушка, прошу, ответь мне…

Я несколько испугалась, когда очутилась перед настоящим лабиринтом. Было множество запертых дверей, что не счесть. И лишь из одной отдалённой спадала тень яркого света. Не раздумывая ни секунды, я добежала до входа туда, что называется, не знаю куда. Наверняка была причина, по которой я стала свидетелем следующих событий, которые таились за этой самой дверью.

Пленку отмотало на пять лет назад. Не самое лучшее время для воспоминаний. Официально в этот день холодной октябрьской ночи корабль «Надежда», которым управлял наш дед капитан Давид, потерпел крушение.

В этот же день отец Ив и Варьки летел в командировку в Одессу со своим кузеном Захаром. Внезапно оба судна исчезли со всех земных радаров, словно растворившись в небытие. После усиленных исследований не было обнаружено следов ни корабля, ни самолёта. Дело о загадочном исчезновении обоих суден, было передано, под знаком секретности, во всевозможные подразделения. Но какая бы не выдвигалась версия для общественности и родственников исчезнувших, ни что не вызывало доверия. Вскоре Правительство вычеркнуло два судна с многочисленными жизнями из своего списка задач, лицемерно отдавая им минуту молчания по телевиденью, радио. Наша семья, как и все другие, оплакивали утраты, но где – то внутри мы все желали верить в то, что однажды они вернутся в свои дома. В нашей семье с тех пор никто не говорил о том катастрофическом дне. Изо дня в день волей неволей мы оглядываемся на парадную дверь, с надеждой увидеть их. Отца Августина, дедушку Давида, дядю Захара.

Кадры мимолётно менялись и проплывали перед глазами Ив, словно не имели никакого значения. Вырисовывалась картинка, похожая на временной мост произвольных остановок.

Напряжённый пожилой мужчина в кашемировом пальто убедительно отводил в сторону взволнованного отца своей племянницы Иве. На сей раз меня занесло в аэропорт «Зори», того же скорбного дня. В метрах трёх от меня о чём – то вели спор мой отец Августин с дядей Захаром.

– Августин, прошу тебя, у меня дурное предчувствие. К тому же погода взбунтовала, разве ты не видишь, что за окнами творится?! – не отступал Захар.

– Захар, эта сделка всей моей жизни. Ты же мой партнер, вспомни, как долго мы пробивали дорогу на новый уровень.

– Августин, подумай о семье и детях, мне нечего терять, а вот тебе…

– Ты прекрасно знаешь, почему я иду на подобные риски. Не ради самоутверждения, ради семьи, ради их благополучного будущего. Я обещал Саре, что они ни в чём и никогда не будут иметь нужды, и я сдержу своё слово. Захар, и ты моя семья, ты со мной?

– Август, это безумие…

– Захар, тобой властвует страх. И насколько я тебя знаю, это не похоже на тебя. Ты же тот, кто всегда идёт напролом, ну, прошу, будь другом…

– А коли ты прав, шарм убеждения у тебя в крови, – буркнул мужчина по имени Захар.

– Пошли, нам пора. К тому же, рейс не отменили на наше счастье, выше нос, Захар. Не к чему беду зазывать…

Дядя схватил портфель и устремился за отцом на регистрацию перед полётом.

Ив, было то, собралась за ними следом, но полёт отрывистых событий снова закрутил своё торнадо вокруг обеспокоенной девчонки.

Жозефа сочла нужным приостановить сеанс путешествий во времени, разомкнув сплетение ладоней с внучкой.

– Ты в порядке, дорогая? Ты покрылась дрожью и стала чего – то судорожно бормотать…

– Бабушка, я хочу продолжить, я должна узнать, что стало с отцом и дядей, дедушкой…

– С отцом?

– Кажется, я попала прямиком в прошлое…в тот самый сумрачный день, когда они все исчезли…

– Не может быть, но я отправляла тебя лишь в будущее;

– Скорее очень может быть. Всё что я успела увидеть, было связано с тем роковым временем. Сначала, предо мной предстал дед Давид в капитанской форме, его корабль «Надежда». На палубе царила суета, моряки бегали туда – сюда, на борт поднималось несколько важных персон, таких интеллигентных, человек десять, ну точно не меньше. А следом, за ними были подняты какие – то запечатанные ящики. И если мне не послышалось, то они вели разговор про элемент седьмого тритона. И вообще, говорили достаточно, шифрованно, будто боялись, что их просекут. Это единственное, что я слышала, только не поняла, что бы это могло значить. Может быть, тебе о чём – то говорит…

– Элемент седьмого тритона. Боженька, он решился на это… – пожилая женщина из заброшенного домика у синего озера, кажется, была чем – то озабоченна насквозь. Она хватала какие – то банки, что – то смешивала, ставила на печь. Нервничала…

– Да что происходит, Жозефа? Что ты имеешь в виду, получилось?!

– Пожалуйста, секундочку помолчи, мне надо немного подумать в полной тишине.

– X – хорошо, – чуть ли не захлебываясь, я и сама подловила волну её волнительного состояния, наверняка, мне лучше было бы не знать правды, которая таилась за пеленой мелькающих догадок.

Прошло минут так двадцать, если мерить земными стрелками. Когда паника моей прародительницы несколько убавила температуру своего кипения, она, наконец – то присела на край лавки напротив меня. Не обошлось дело без очередных скляночек – баночек, мешочков с чудными наварами, снадобьями.

– Вот, Ив, этот набор тебе может пригодиться. Возможно, даже слишком скоро. Что с этим делать, узнаешь позже.

– Ну, что хотя бы в этих банках и мешочках, Жозефа? Заварка для чайных отваров?

– Не умничай, малышка. Дело серьёзное. Не удивляйся тому, что я сейчас скажу тебе.

– Что, что же, Жозефа?

– Я предполагаю, что наши пропавшие родные живы. Я не слишком верю в совпадения, скорее в их суть, которую они предрекают. Два корабля, неважно, самолёт с нашими ребятами, либо корабль моего мужа, не могли просто раствориться. Велика вероятность, что это как – то связано с многолетним проектом твоего деда. Он называется элемент седьмого тритона, это проект, над которым трудился твой дедушка ещё с молодости.

– У тебя было видение о наших пропавших родственниках?!

– Нет, чтобы там не было, но не видение.

– Откуда такое предположение? Ну, если они живы, то почему так и не вышли с нами на связь, всё – таки пять лет прошло, а не неделька!

– Может быть, причина в том, что их занесло туда, где всё иначе. Нет связи, например и прочих цивилизованных штучек. Пока это только совокупность вероятностей, девочка моя.

– Но так не бывает…должны быть средства связи, телеграф, будки телефонные, почта…

– Ещё как может быть! Вот ты, например, попробуй сейчас связаться с мамой или Варькой. Каким средством связи воспользуешься, а, детка?

– Хм, и не представлю как – то. Я как, никак, а в другом мире.

– Вот видишь. Возможно, наши родные в том же положении…

– Вон оно что…выходит, параллельных миров пруд пруди…

– О, да. Но мы ведь справимся?

– Бабушка, мы найдём выход, обязательно отыщем их, где бы, они не были!

– Вот это другой разговор. Для меня странно то, почему я не могла увидеть тот период и услышать их голоса, о чём они речи вели. А тебя вдруг унесло сразу и без оглядок…

– Ты хочешь сказать, почему картины прошлого были закрыты от тебя, бабуль?!

– Я многое повидала, прошлое, будущее, но тот день будто закрыт от меня за семью печатями.

– Бабуль, всему должно быть объяснение.

– Ты и есть всему толкование, моя особенная внучка! Даже моими глазами тебе под силу узреть то, что скрыто от меня самой по каким – то причинам. Я поражена…

– Всё – таки, бабуль, позволь мы вернёмся к нашим пряникам. Ты говорила, что я полечу в будущее нашего огромного мира. Но почему меня унесло на пять лет назад?

– Детка, я на многое конечно могу дать ответ или помочь советом, когда не всё так определённо. Но сейчас я в смятении, ты действительно должна была попасть в будущее. И немного подумав, этому можно дать лишь одно объяснение.

– Ну, какое же?

– То самое время держит тебя своей неясностью. Ты ведь давно жаждешь фактических выводов, хотя давно не говоришь об этом; об отце, например?

– Я всегда хотела найти правду того ужасного дня, когда дорогие нам люди, исчезли, не оставив не одной зацепки для наших расследований. Мне больно вспоминать то время, но ещё больнее жить в неведение. Что с ними, где они, живы ли?! Возможно, они отчаянно нуждаются в нашей помощи, а мы даже не подозреваем об этом! Я не могу смериться с тем, что все отвернулись от них, словно их и не было. Для Королевства это очередная история не вернувшихся с поля солдат. Им видимо легче, поставить жирную точку и перевернуть страницу, нежели пытаться до последнего…

– Иве, я горжусь твоей сердечностью и отсутствием безразличия. Была бы я такой же смелой, как ты, я бы посоветовала нашему уважаемому королю брать пример с двенадцатилетней девочки, знающей куда больше.

– Я могу лишь уважить нашу королеву Аглаю Ифиджению, в ней столько достоинств, не считая её невероятной красоты и молодости. Если бы она вышла из тени своего мужа, она бы не допустила такого хладнокровия к людям. А вот её супруг Вазилис Байон просто отвратителен. Дальше своей короны он не смотрит.

– К сожалению, мы не вольны выбирать своего земного лидера, таковы нюансы короны.

– Надеюсь, увидеть времена справедливого королевства.

– Хм, не бери грех на душу. Не суди, и не судим, будешь. По крайней мере, из их ошибок можно извлекать пользу.

– Пользу, ты смеёшься, бабуль?!

– Не до смеха, милая. А польза в том, чтобы самим не наступать нате же грабли не сейчас, не потом.

– Верно. Жозефа, как бы я не хотела показаться дотошной, но всё же, я вижу по твоим глазам, что тебе что – то известно об элементе седьмого тритона?

Не убивай молчанием, скажи, что это значит. Это ведь что – то важное; Я всем нутром чувствую, что тебе есть что рассказать…

– А ты смышлёный ребёнок. Ты здорово напоминаешь мне моего любимого мужа в молодости. Такая же любознательная, пытливая, проницательная. И что мне больше в тебе нравится, ты не успокоишься, пока не достучишься до всех запертых дверей. А ещё, я говорила тебе, как ты мудра не по годам?!

– Жозефа, кажется, я начинаю краснеть. Не смущай меня.

– Детка, тебе нечего стесняться. Познакомившись с тобою поближе, я окончательно убедилась в том, что ты справишься с великой миссией хранительницы кристалла. И Высшие Силы не будут огорчены своим выбором. Им куда виднее, просто поверь в то, что предречено заоблачными далями.

– Я верю, Жозефа, верю и ни позволю придать свою веру в мир полной справедливости без зла.

– Пока вокруг живо зло, борьба будет идти без перерыва и выходных. Но однажды придёт время одолеть Вселенское зло навеки. И как ты думаешь, что победит, Ив? Какой финал на исходе?

– Даже если воителей добра будет всего нечего против тьмы злодеев, мы станем сражаться до последнего издыхания с честью.

– Молодец, девочка. Из твоих юных уст льются слова истинного воина.

– Даже не знаю, что ответить тебе, бабушка…

– Нет нужды объясняться. Не удивляйся своим мудрым речам, а послушай бьющееся сердце, которое говорит с тобой. Всегда, чтобы не случилось, куда бы, не завели следы, слушай его, моя милая. Хорошо?

– Как же я рада, что ты нашла меня, Жозефа. Не знаю, могла бы я понять без тебя суть своего предназначения. Ещё вчера я плутала от растерянности, но теперь я твёрдо встаю на свои ноги, приклонив голову и колено пред небесами, одарившими меня своим благословением, – Ив восторженно и с трепетом обняла старушку, соскочив с пошатывающейся скамьи.

– Эй, полегче! Не задуши в своих объятиях, юная леди!

– Ой, прости меня, это я от радостных чувств! Как мне благодарить тебя за то, что ты нашла меня? И так вовремя…

– Просто оставайся собой, не предавая веру в будущее, – продолжила наставление провидица, – это большее, чего бы я пожелала, моя милая Ив.

За увлекательной беседой Жозефа и её внучка не переставали прогуливаться по местам дивным, где горело яркое жёлтое солнце, журчала вода. Птицы, каких свет не видал, собирались своими стаями в кланы, животные прогуливались по лужайкам и перешёптывались между собой на своих неземных языках. Перед собеседницами предстали высоченные горы и то самое, уже известное Иве озеро, что называется синим. И где – то совсем рядом было слышно, как разбиваются водопады, сбегающие с величественных скал Анэйтиса, прямо в синее озеро.

– Вот мы и дошли с тобою, моя милая внучка, до священных мест моей земли. Смотри, таких красот даже на твоей планете не найти…

– Это же то самое синее озеро! Я же переплывала его однажды на лодке, которую Эмка раздобыла за кустами. Или это только иллюзия, скажи же что-нибудь, бабушка?

– Дорогая, всё это случилось с тобой по правде. Только настоящей Эммы здесь никогда не было. Она была лишь голографической фигурой, но ты должна была думать, что она реальна. Иначе, зная твою сущность, ты бы не пошла в лес одна. Она важна для тебя и Эм сыграла свою роль. Без неё даже поток священного света не смог бы привести тебя к этим местам в твоём первом посещении моего мира. Одним словом, у твоей подружки тоже есть особая миссия в жизни.

– Я не сразу поняла, что Эмка была лишь образом в лесу. Надо же, я тогда не додумалась до того, что если бы Эмка пережила бы всё со мной по-настоящему, она бы тараторила об этом день и ночь, пока б не надоело самой. Это же Эмка…

– Не стоит отчаиваться, и недооценивать её, она часть всей тебя.

– Правда? Вот это я всегда ощущала в полную силу. Но после того как мама поведала о том, каким образом я в действительности появилась в своей постели дома, до меня дошло, что они ничего не знают толком; Для них я была в обмороке и меня накрывал… – жар…

– Так и будешь завершать мои предложения?

– Если ты не будешь против, внучка…

– Ладушки – ладненькие!

– Они переволновались за тебя весьма…

– Не то слово. Я не припоминаю ни одного обморока за всю жизнь. Мама была такой растерянной. Но больше всего они удивились моему молниеносному выздоровлению. К вечеру я уже сияла за ужином…

– Пускай это останется для них загадкой, по крайней мере, пока, ради их блага.

– Так уж и быть. То есть никому, никомушиньке ни словечка, ни словушка о снах моих дивных?

– Никому, как бы ни хотелось поделиться, а я знаю, как ты этого хочешь. Никому ни единого слова об этом!!!

– Океюшки, буду держать рот на замке. Вроде бы как пытаться…

– Только без всяких вроде, как бы!

– Не беспокойся, бабушка, я буду рыбой!

– Вот так – то лучше…

– Но с этим мне ясно, а как насчёт разговорчика о проекте, покрытом тайной немыслимого времени?! А?

– Ты ведь не успокоишься…?

– Ага. Ну, если бы ты была в неведенье, я бы не пытала пытками своих вопросиков.

– Хорошо. Пойдём обратно к дому, и я буду рассказывать тебе о том, как зародился этот проект. Для этого мы мысленно вернёмся туда, где я была ещё юной девушкой.

– Чувствую, это будет большая история, я слушаю со всем вниманием. И обещаю не перебивать…

Старушка засмеялась, представив Ив в полном молчании.

– Что ж, дитя моё…с трудом, но верится. Так вот, слушай…

Помню, была цветущая весна, месяц май, день щедро солнечный, когда я получила письмо от самого короля с подтверждением, что меня зачислили в ряды новоиспечённых студентов Исследовательского Института Креона.

По тем временам попасть туда мог далеко не каждый. Лишь те, кто набирал наибольшее количество баллов вступительных экзаменов, тестов, зачётов, олимпиад. Меня до мурашек манила наука, впрочем, так же как и вашего деда. И школьная победа на одной из заключительных олимпиад стала подарочным билетом в Институт мечты тогдашней молодёжи.

Настала осень, пора всех ученических начал. Я с гордостью носила форму королевского Института, с позолоченным значком первокурсника. Это было похоже на не умирающую традицию. Форма, значки, кожаные портфельчики. И тут, поднимаюсь по широкой лестнице с коваными перильцами, а на встречу он самый. Высокий, широкоплечий брюнет в очках и со стопкой книг за пазухой. Между нами пробежала невидимая искорка родства, да и общая стихия перед самыми глазами. Всё что касалось науки, превращало нас в ненасытных вампиров…

– Звучит устрашающе. Поверить не могу, что дед, оказывается, был скромником. И когда же состоялось ваше первое свидание?

– Как не забавно, а по значку я вычислила о его принадлежности ко второму курсу, с аппетитом уплетающих физику, астрономию на несколько порций больше моего. Своими же главными предметами я избрала химию и медицину. Впрочем, все студенты Института соприкасались с единой утверждённой программой. Разница лишь в том, на чём делался акцент каждым из нас. Но, тем не менее, область изучения была гигантской.

Время ускорялось вперёд. Через недели три неудачных попыток он всё – таки осмелился пригласить меня на прогулку после учёбы.

– Звучит миленько. Но чего он так тянул то…?

– Когда доходило до дел амурных, Давид не мог и двух слов связать. Это было затяжное и очень робкое знакомство. Ты не поверишь, насколько он был чудным по сравнению с другими парнями.

– Но что именно тебя привлекло в нём, почему твой глаз выбрал его, а не кого – нибудь бойчее?

– Знаешь, именно на этом и заострилось моё внимание. Он слишком выделялся из толпы, а я люблю таких людей не совсем обычных и чуточку странных. В нашем роду их немало, не находишь ли, Ив?

– Ох, если ты про меня, то я страннее странного, так все твердят. Только прошу, не начинай про то, какая я особенная.

– В таком случае, позволь, я продолжу свою историю.

– Я – я молчу…

Ну, так вот…

Теперь это покажется смешным, но за три недели я владела невероятно скудной информацией о моём поклоннике. Само собой, конечно же, его имя, какой курс и то, что он из Зориона.

– То есть, практически ничего. Какой засекреченный.

– Не то слово, Ив. И вот, пришёл час нашего так сказать первого свидания. Хотя под видом свидания я представляла тогда немного другую обстановку. В конце концов, к счастью моему он немного разговорился. Так я узнала, что год назад он был одним из детей Зорионского приюта, а после поступления в Институт переехал в мужской пансион. А ещё чуть позже устроился разнорабочим на корабль «Надежда». Там он стал зарабатывать себе на хлеб, это оказалось неплохой добавкой к стипендии первокурсника.

– Что же он делал там, пока не дорос до капитанского положения?

– Когда как. Когда полы мыл, когда картофель чистил. Но однажды, спустя полгода капитан объявил о начале набора в моряки. И тогда в нём проснулась смелость подойти и попроситься в ученический класс новичков. В ответ на прошение семнадцатилетнего юнца капитан ни отвечал ничего определённого, что смутило моего милого друга.

– Наверно он подумал, что не видать ему кепки моряцкой…

– Многие мысли бродили в его голове. Но удача не оставила его без внимания. В один из обычных рабочих вечеров, спустя недельки две после того разговора капитан поднялся на палубу, чтобы поговорить с трудягой. У Давида было сложено не лучшее впечатление о том господине, пока тот не вывернул свою душу наизнанку. И в тот самый вечер у них состоялся очень знаменательный разговор, больше похожий на приятельскую беседу отца и сына, без всяких формальностей.

1969 год, морской порт «Южный Зорион», корабль «Надежда».

– Добрый вечер, трудящимся, – на палубу морского судна «Надежда» поднимался капитан Вим, – моряки, прошу сделать некоторую паузу и оставить нас наедине с новобранцем Давидом.

Состав моряков с опытом послушно разбрелись кто куда, а смущенный Давид, не моргая следил за приближением командира судна.

– Сэр?

– Как дела, сынок, как тебе тут у нас? – капитана словно подменили, а сталь его строгости плавилась на глазах.

– Да – а всё хорошо, даже очень хорошо, – отвечал растерянный молодец.

– Перестань, сделай – ка перерыв, целыми днями учишься и работаешь, – капитан дружески хлопнул его по плечу и уставился на и так потерянного паренька своими заботливыми глазищами, – поди сюда, поболтаем немного.

– Я что – то ни так делаю, сэр?

– Ну, что ты! Не болтай ерунду! Наоборот, ты куда трудолюбивей некоторых из ребят моего корабля. Некоторым из них пора гайки подкрутить, совсем от рук отбились. Твоё прилежное отношение к труду показывает мне на то, что я без колебания беру тебя в моряки, с сей минуты. Честно признаться, давно пора было сделать этот шаг. Ты уж прости, моя гордая непреклонность усложняет многое. Надеюсь, ты ещё не передумал.

– Вы серьёзно, сэр…?

– А что тут шуточки шутить! Я давно наблюдаю за тобой и вижу в тебе огромный потенциал. Скажу так, начнем с моряка, а там судьба покажет. Ну, так что парень, надеюсь, у тебя отсутствует морская болезнь, а?!

– Как же неожиданно. Чудо прямо так! И не знаю, как отвечают моряки в этом случае…

– Что ж, глаза горят у тебя, потому советую согласиться и не отказываться, таких шансов может больше не быть, сынок.

Повеселевший Давид замер на мгновение от счастья, что вскружило его юную голову.

– Сэр, я не могу не согласиться, это честь для меня, бороздить моря и океаны вместе с вами.

– Замечательно. На сегодня я отпускаю тебя, иди домой и хорошенько выспись. Завтра начнёшь обучение новому ремеслу.

– Благодарю, сэр Вим.

– Не за что. И, Давид, я возлагаю на тебя большие надежды.

– Постараюсь оправдать Вашу веру в меня, сэр.

– Кстати, как тебе учёба в Институте, наверно сложно приходиться совмещать с работой на корабле?

– Никак нет, сэр, я будущий учёный, и горжусь этим, труд доставляет мне только удовольствие и лишь приятную усталость к вечеру.

– Иди домой, сынок. Жду тебя завтра к четырём, не опаздывай!

– До свидания, сэр Вим!

Царство Анэйтис.

– Лично моё мнение такое, этот самый капитан только строил из себя жёсткого правителя, а на самом деле, в глубине души своей был ещё тем добряком.

– Ты хорошо чувствуешь людей, Ив. И будь готова, сила твоей интуиции будет расти и укрепляться.

– Ну, тогда я буду просто счастлива. Если моё изрядное доверие лжецам перестанет заносить в угол.

– Кстати, ты права насчёт капитана. История из уст твоего дедушки гласит о трепетных моментах.

– Заинтриговала же ты меня, Жозефа!

– Годы бежали, капитан не переставал присматривать за Давидом, особенно после того, как он узнал о его приютских годах и о том, что томило его сердце. Он был прилежен в изучении науки, в постижении её смыслов, и не переставал удивлять упорством начинающего моряка. Но иногда, правда, не так часто, как хотелось нам, мы проводили свободные часы вдвоём, наслаждаясь каждой секундой. Со временем он возмужал и стал смелее, я о том, каким он был застенчивым при общении с девушками.

– И закрутилась ваша любовь, а ты стала его всем…

– Он говорил, что я вызываю у него поток вдохновения, которым можно было заполнить всю Вселенную.

– Бабушка, он был прав. Точно также ты и на меня влияешь. В хорошем смысле слова. После нашей с тобой встречи и этих упоительных бесед, мне хочется сделать как можно больше всего хорошего во имя добра.

– Девочка моя, твои слова радуют моё сердце, как елей надежды.

– Так что же дальше, о чём говорит твоя история?

– Так вот…немного слов о приюте, где воспитывался Давид…

К сожалению, он стал сиротой в десятилетнем возрасте, он и его младшая родная сестрёнка Маргарет, которой едва исполнилось шесть лет. Их родители погибли в автокатастрофе в самый обыденный день, возвращаясь с рынка.

– Жаль, как же им нелегко пришлось. Они же были совсем детьми…

– Из родственников никого не оказалось, и их определили в приют. Вскоре для Маргарет нашлась семья, а по закону тех времён, если находились приёмные родители, проходящие по всем критериям, им давали добро, а детское слово протеста не имело веса. А за его сестрой пришли отнюдь не простые люди, это была супружеская чета с королевских дворов. И прекословить им было не уместно, тем более они были хорошими людьми, по крайней мере, так говорили о них. Заведующая приютом, была так добра сердцем, что осмелилась настоять на том, чтобы их не разлучали с сестрой.

– То есть брали обоих или никого?

– Да. Она буквально ставила условие этим господам, которые к счастью, не приняли это за оскорбление и спокойно выслушали женщину. Тем не менее, их разлучили…даже хуже, после подписания всех бумаг, приёмный отец запретил встречаться Давиду с сестрой, его жена была куда отзывчивее, но ей пришлось соглашаться с решением мужа, в те времена покорность слабого пола была нормой высокого тона. Какую бы позицию не занимала женщина, её не принимали всерьёз.

– Это же до возмущения жестоко! И кто сказал, что они были порядочными и подходящими опекунами?!

– Девочка моя, несправедливость жила и в те времена. Тем более, они были уважаемыми и влиятельными людьми. И чья – то скрупулёзность их не волновала.

– Странно всё это. Если они так эгоистичны, зачем им приёмыш. Для демонстрирования своей благодетели, но это лицемерие, а жертвой всего этого становятся невинные дети, да ещё и сироты, толком не пришедшие в чувство после потери обоих родителей!

– У тебя доброе сердце, милая Ив. Теперь чувствуешь, насколько важна твоя миссия. От её исхода зависит будущее всех нас. Тебе придётся выложить всю свою мощь и изгнать тьму навеки.

– Что же стало с этой девочкой, как сложилась судьба у Маргарет…

– Хочется думать только о лучшем. С той поры, когда Давид остался один в приюте без сестры, все каналы связи нарочно разорвались. Он не знал, куда увезли её, от него скрыли всю информацию сами опекуны. Так что он даже не знал имён этих господ. Тогда будучи всего лишь мальчиком он набрался духу и поставил самую приоритетную цель, найти Маргарет, во чтобы, то не стало. Даже ценою собственной жизни. В приюте он затворился в самом себе, перестал разговаривать и целыми днями читал умные книжки. Он от природы был гением, чем и удивлял всех окружающих его. И этот его дар, можно сказать, спас его шкуру, помогая выйти навстречу трудностям, он никогда не оставлял надежды в то, что обязательно найдёт свою Маргарет.

Давид так и прожил до шестнадцати лет в приюте и настал час выбора пути. Тогда пришёл его день, когда в комнату зашла пожилая заведующая Анна и протянула мальчику конверт с гербом королевской печати. Его глаза так засияли, и, кажется, побежали слезинки, впервые за шесть немых лет он заговорил. И первое что произнёс…

– Это от сестры, от моей Маргарет?

В комнате пошёл отчёт первой минуты пауз, когда шестнадцатилетний мальчишка оторвался от чтения очередной книги, бросившись со всех ног к Анне. Она сочувственно смотрела на взволнованного юношу, едва сдерживая слёзы…

– О, милый…Я не знаю, Давид. Открой конверт, если хочешь, я могу прочесть вслух за тебя?

– Я сам…

Я судорожно оторвал корешок загадочного послания в мой адрес, в надежде увидеть её почерк. Почерк, моей некогда маленькой сестрёнки Маргарет. Я бросил взгляд на заведующую…

– Ну же, открывай. Я уверенна, там только добрые новости…

Я присел на диван, держа вспотевшей ладонью распечатанное письмо, колеблясь заглянуть в его содержание. Я боялся, что прочту на них ноты печали, а вдруг с ней что – то случилось, а меня даже не было рядом…
Анна присела рядом и попыталась успокоить меня. Здесь она была для меня единственным, кто как – то интересовался моим состоянием, она заботилась обо мне. Сначала я долго злился на неё, за то, что она выполняет приказ тех приёмных родителей с королевских дворов, которые запретили абсолютно всё. Но потом, что – то заставило меня остепениться, я перестал держать обиду, одолевавшую меня ежесекундно. Впрочем, на ней не было отпечатков вины, она старалась, как могла, но её слово, к сожалению тоже не имело веса.

– Анна, я боюсь. Боюсь за неё, и боль неведенья разрывает мне сердце.

– Послушай, отбрось нехорошие мысли и просто прочти письмо, всё будет хорошо, вот увидишь…

– Можно Вас попросить…?

– Зачитать его…?

– Да, пожалуйста, если не трудно…

Я наблюдал за Анной, которая решительно раскрывала лист, сложенный в четверо. На её лице засиял свет, которого я не видел многие годы. Она пробежалась по тексту и, улыбнувшись, потянулась обнимать меня.

– Анна, что там в письме?

– Дорогой мой! Как же я счастлива за тебя! Теперь, твоя мечта стала явью…

– Мечта?

– Поздравляю, тебя приняли в ряды Исследовательского Института при Королевстве. Ты понимаешь, какой билет только что получил?!

Я соскочил на ноги, когда в голове появилась пробегающая шумовая боль, выхватив из рук Анны то письмо…

Я долго перечитывал его снова и снова, маяча кругами по комнате. Подходил к окну, пытаясь сообразить что происходит. Меня несло, не знаю куда…

– Это не от Маргарет, – отчаянно протянул паренёк, медленно опускаясь на стол, – это не от неё, как же я наивен, нам же давно перекрыли кислород.

Меня словно крутило в потоке бредовых картин, мыслей. Я находился в состоянии ярости, гнева. Я был готов натворить множество глупостей, о которых бы стал жалеть в скором же будущем, но ко мне подошла Анна, в её лице я заметил просвет моей матери, которая прижимала меня к груди и успокаивала.

– Присядь, пожалуйста! Давид, я прошу тебя…

Мне очень жаль, что вас разлучили с сестрой. Правда, я делала всё возможное, чтоб вы остались вместе, но я такая же пешка во властных руках.

– Я не виню Вас, Анна, Вы же знаете. Хотя тогда я был обозлён на всех без исключения.

– Это отчаянье, которому нельзя поддаваться, сынок. Мы должны бороться, бороться до последнего, мой милый.

– Вы всегда были добры ко мне. И я благодарен за то, что Вы приняли меня как родного сына.

Анна протянула мне слегка помятое письмо и продолжила…

– Я сразу заметила в тебе стремление к науке и то, насколько ты отличаешься от своих сверстников. Ты не просто на шаг впереди, ты удивительно талантлив. Не побоюсь громких слов, но в тебе живёт настоящий гений. Так прими же этот шанс. У тебя великое будущее, Давид. И сердце мне подсказывает, что став одним из счастливчиков, учащихся в столь престижном заведении, у тебя куда больше возможностей найти свою сестру. Выйти на её след, даже если в воду канули годы, и кроме детской фотографии у тебя ничего нет.

– А знаете, ведь Вы правы. И я воспользуюсь этим шансом.

– Вот и молодец! Возможно, твоя наука откроет перед тобой не одну дверцу. Зная о твоей гениальности, я уверенна, что ты найдёшь то, что ищешь.

– Аннушка, признайтесь…

– В чём именно, сынок?!

– Вы никогда не умели обманывать. Всё в порядке, я знаю, что только Вы могли отправить прошение о моём зачислении в этот Институт. Ведь я ничего не отправлял сам…

– Извини, что скрыла от тебя. Я немного виновата…

– Не смейте наговаривать на себя. Анна, обо мне никто давно так не заботился. А благодаря Вам я одарён этой путёвкой в новое будущее. Это Ваша заслуга.

– Я хотела признаться, хотя, пожалуй, уже поздно, да, – женщина скромно улыбнулась, вытирая запотевшие очки, – год назад я тайком выкрала твою записную тетрадь с всякими умными деталями твоих исследований и решила отправить их на удачу, вместе с необходимыми документами в Исследовательский Институт.

– Не думаю, что я должен злиться на Вас. Но, всё же интересно, моя тетрадь всегда была при мне, как Вам удалось…

– Я просто сделала копию, я ведь знала, что ты целыми днями работаешь с ней и что – то постоянно пишешь.

– Даже и не знаю, что было бы со мной, если бы не Вы…

– Всё хорошо, милый. Никто и ничто не помешает нам надеяться на лучшее. Не грусти, ты найдёшь её…

Ну, я пойду, у меня ещё много работы. И помни, Давид, я всегда рада быть тебе полезной.

Анна обняла меня с материнской теплотой и скрылась за дверью приютской комнаты.

Пользуясь тишиной комнаты, Давид достал все свои исписанные тетради, несколько библиотечных книг и стал сосредоточенно читать…

В его сознании уже три года кочевала одна мысль, которая постепенно выросла в стратегию, некий план по реализации чего – то важного.

– Жозефа, как я поняла, в его руках были пока лишь учётные записи исследований. Это как – то сыграло роль для будущего проекта…?

– Несомненно. Он ведь был просто одержим поисками сестры и никогда не переставал склеивать по крупицам все детали. Ты не представляешь, к чему он только не прибегал. Каждая, казалось бы, мелочь была жизненно важной.

Заведующая приютом многие годы была вынуждена идти против собственной воли, приклоняясь перед законами тирании. Но спустя пять с половиной лет она решила рискнуть и открыть засекреченные бумаги об удочерении Маргарет. Одним словом она посчитала своим долгом помочь юноше найти сестру. Контактов и данных было с ладошку, но, тем не менее, это лучше, чем совсем ничего.

Прошло пару дней после того, как юный Давид получил подтвердительное письмо о зачислении в Исследовательский Институт Королевства Креон.

Был уже поздний вечер, время для сна. Украдкой через ели освещаемый коридор Анна спешила к самому молчаливому и одарённому ученику приюта, держа в руках ценные бумаги.

– Давид, можно…?

– Вы? Конечно, проходите. Что же Вас заставляет бодрствовать, Анна?

– Так и думала, что наш юный гений ещё не спит. У меня есть к тебе неотложный разговор, выделишь мне несколько минут?

– Для Вас всегда, пожалуйста…

Я сидел за столом, разгадывая одну тайну мироздания. Думал о параллельных мирах, о галактиках и их количестве, о жизни после земной смерти, и моё увлечение размышлять открывало передо мной различные вариации. Что ж, это было бы увлекательным делом, разбить грани между тем, во что верить считается естественным, и тем, что считают пустой фантазией. Когда был жив мой отец, он всегда говорил мне: «без основательной веры меж привычного синтеза и фантастически чудесного круговорота будут вековать рамки граней до тех пор, пока мы не соизволим разрушить их». Его слова запечатлелись в моём сердце, как вечная истина, дарующая мне силу жить.

Пока я выстраивал свои гипотезы и строил некие чертежи в разбросанных по столу тетрадях, Аннушка присаживалась за свободный стул рядом со мной. Она продолжала молча наблюдать за моими действиями, пока я не убрал очки в футляр и не устремил свои засыпающие глаза в её сторону.

С края стола она положила папку…

– Это тебе должно пригодиться, здесь ни так много исчерпывающей информации, но…

Я коснулся пальцами папки, и, опомнившись, остановился, – Анна, Вы не обязаны ставить себя под удар ради меня. Мы оба знаем как это опасно.

– Доверься мне, милый мой, я не должна была скрывать то, что имеет право знать родной брат. Я виновата, что поддалась этим черствым богатеям, я думала лишь о себе, как эгоистка. Прости меня, что делаю это лишь спустя годы…

– Анна, послушайте, я никогда не забуду вашей доброты ко мне и Маргарет. Но пообещайте, что перестанете корить себя!

– Но как же так…

– Успокойтесь, умоляю! Вы для меня как мать и я ценю это. И как сын переживаю, что Вас могут уволить и кто их знает, что у них ещё на уме. Мы живём с Вами в трудные времена, к сожалению, мы лишь марионетки, которыми спешат управлять тираны.

– Это не страшно, мне давно пора на пенсию.

– Куда же Вы пойдёте? Как жить будете?!

– За меня старуху не надо волноваться. Кстати, я не говорила тебе, что сэр Вим мой кузен?!

– Кузен? Не припомню такого, но это приятная новость. Так получается, вы знали, что я окажусь в хороших руках, когда подсказывали устроиться на работу именно к нему на корабль?

– Да, я делала это преднамеренно и с любовью к тебе, Давид. И, да, скорее всего, буду жить у него, у своего двоюродного брата.

– Капитан хороший человек. Вам повезло, что у вас есть родная душа…

– Не печалься, Давид. Знаешь, ты можешь навещать меня время от времени, Слава Богу, я пока не забыла рецепты своих фирменных пирогов.

– Если позволите, но как к этому отнесётся капитан?

– Не думаю, что он станет препятствовать…

Так ты откроешь эту папку или так и будешь продолжать смотреть на безликую обложку…?

– Что ж, Вы же не зря рисковали. Спасибо, Анна.

– Так, не бойся, – не дождавшись моей расторопности, Анна перевернула обложку, а мои глаза сразу же упали на анкету моей сестры, – она красивая, у неё такой же умный взгляд, как и у тебя Давид.

– Я всегда думал о том, когда мы встретимся, узнает ли она в моих глазах своего некогда десятилетнего братишку?! Как отреагирует; а больше всего боюсь, что её могли настроить против меня.

– Давид, мне не дано знать, сколько уйдёт времени, прежде чем вы встретитесь. Но могу сказать одно, шестилетняя девочка не забудет того дня, когда последнее что она увидела в этом приюте был её брат, который бежал за машиной её новоиспечённых родителей и кричал сквозь слёзы, что было силы, пока не споткнулся о камень, который разбил его колено. Я побежала тогда вслед за тобой и совершенно не знала, как тебе помочь пережить эту боль, полную несправедливости. Ведь лекарство существовало всего одно, и им являлась Маргарет, кровная часть тебя самого.

– Анна, у меня сердце болит, потому что я даже не в курсе всё ли у неё хорошо. Как к ней относятся, счастлива ли она. И зная свою сестру, я уверен в том, что она писала мне письма, но они не доходили до моего адресата.

– Мне жаль, сынок, – вздохнула Анна.

Я долго всматривался в анкетный лист, где черным по белому было написано: «Адель Ирвайн», вместо имени Маргарет, которое было дано ей при рождении нашими родными родителями.

– Как они могли так поступить. Они ведь вычеркнули из её жизни всё, что напоминало ей о семье, обо мне, например…

– Давид, так уж случилось, что закон на их стороне, поэтому они вольны делать то, что мы с тобой не одобряем. Гораздо важнее то, что твоя маленькая сестрёнка всегда будет той самой Маргарет, которую ты знаешь лучше кого либо.

– Анна, – я обратился к заведующей, указывая на ниже прописанные имена обоих опекунов, – Виктория и Мэйтланд Ирвайн. Вы знаете, кем являются эти господа?

– О, не то чтобы знаю. Мне лишь известно, что господин дальний родственник его величества и один из приближённых его советников закрытого стола. А его жена не может иметь детей, поэтому они решили взять опекунство. Ещё мне известно, что они живут при королевских дворах и имеют владения в графстве рыцарских зорей. Знаешь, Давид, у этой четы довольно высокие посты в обществе. И я склоняюсь к тому, что информация, которую они указали в документах далеко не полная. Им наверняка есть что скрывать, то, что обычно такие вельможи предпочитают оградить от огласки.

– Анна, кто ищет, тот всегда находит рано или поздно.

– Я восхищаюсь твоим неиссякаемым энтузиазмом! Слушай, уже очень поздно и завтра насыщенный день, пора отдохнуть. Вот, смотри на этом листочке все данные из папки, он пусть остаётся у тебя, а я отнесу документ обратно в архив.

– Ещё раз благодарю, Анна!

– Доброй ночи, Давид…
Царство Анэйтис.
– Как хорошо тут у Вас! Бабушка, слушала бы тебя бесконечно. Ты талантливая рассказчица…

– Мне отрадно видеть тебя такой вдохновлённой, счастливой.

– Слушай, бабуль, я чувствую эта твоя история «с чего всё начиналось и к чему привело» большого размаха. Но тебе самой известно, что из себя должен представлять дедушкин проект с замысловатым названием?

– Детка моя, при следующей нашей встрече я обязательно продолжу свою начатую с истоков историю. Я обещаю тебе, что ты обязательно узнаешь об элементе седьмого тритона. Но, только если выполнишь домашнее задание…

– Ну, вот. А я была уже готова познать вкус истины, и так всегда, на самом интересном моменте! Любишь ты, однако сети интриг раскидывать…

– Не спеши унывать, Ив! Тебе будет полезным уроком поработать над выработкой терпения.

– А, так вот оно что. И сейчас, конечно же, прозвучит фирменная фраза, что я ещё не готова…

– Увы. Над терпением надо работать, если не хочешь провалить миссию ценою в человеческие жизни!

– Ты права, как всегда, бабуль. Но я всё – таки ловлю тебя на мысли…

– Я пообещала тебе, а в моих правилах держать своё слово.

– Бабушка, я буду работать над собой, своим терпением и прочими качествами…

– Так – то лучше.

И вот наша прогулка по дивным окрестностям Анэйтиса вела обратно к невзрачному домику Жозефы. Напротив всё так же стоял благородный единорог и пожёвывал траву, едва сместившись с заточенного местечка.

– О, дом, милый дом! – воскликнула я, решив перегнать старушку, как та остановила меня на лету, ухватившись за мой локоть.

– Ив, притормози немного. И познакомься с королём этого мира.

Мы обе стояли в двух шагах от волшебного коня, незнающего перерывов между обедом и ужином. Жозефа поглаживала его шикарную гриву, которая сияла на свету. Оглядевшись по сторонам, я убедилась, что кроме нашей гармоничной троицы никого не предвещали горизонты.

– С королём, где же он? – изумилась девчонка, нервно покусывающая губу.

Жозефа засмеялась, а потом вовсе примкнула мою ладошку к избалованному животному, который неустанно шевелил своими челюстями.

– Жозефа? Что ты делаешь? – школьница округлила глаза и вопрошающе уставилась на провидицу.

– А ты не видишь разве? Глажу твоей рукой нашего короля…

– О, нет же. Ты разыгрываешь меня?

– Зачем мне тебя разыгрывать?!

– Ну, так для забавы. Ну, ты же не всерьёз, или…

– Иветта, этот единорог священный свет этих земель. Ты только всмотрись в его глаза, такое благородство может быть лишь только королём.

– Ага. Конь – король, ну и шуточки же у вас тут! Вот развеселили вы меня!

– Ив, ты можешь проявить уважение?

– Жозефа, я, конечно, спешу быть серьёзной, только скажи, это действительно, правда? Этот белогривый жеребец король в обличие коня?

– Ив, его зовут Лотос. Так что будем делать, попытка номер два?

– Ага, – Ив словно вросла в землю, после неожиданного открытия новых тайн.

– Ну, я тут отлучусь ненадолго, а вы тут поболтайте немного с королём Лотосом, – бросила Жозефа, отправляясь в сторону своей хижины.

– Бабуль, не оставляй меня одну, куда ты?

– Иве, привыкай к чудесам, ты в своей жизни и не то повидаешь!

Я внутренне уговаривала себя собраться и наконец – то достойно познакомиться с моим новым другом, единорогом, да ещё и королём. Ладно…

Иве сменила позицию, выйдя из тени и встав напротив его высочества.

– Здравствуйте, ваше Величество, меня зовут Ив, – его величественная мимика никак не менялась, – в дивном местечке живёте. Приём отличный, мне всё понравилось и погодка то, что нужно. Вы меня извините, если чем не угодила, Ваше превосходство, я не нарочно.

– Иветта, дорогая моя, тебе пора возвращаться домой! – крикнула стоящая на крыльце бабушка.

Неволей мои пальцы коснулись за рог Лотоса, и уже не в новинку меня закрутило в пучине слепящего света.

– Бабушка! А снадобья, которые ты приготовила мне, – кричала я сквозь световую стену.

– Не волнуйся, Ив, ты найдёшь их, как только возникнет в них необходимость! До скорых встреч, дорогая!!!

– Бабушка, бабушка, Жозефа…!
Ещё одно очередное световое возвращение домой оттуда, куда хочется возвращаться снова и вновь.

Глава четвертая Буря. Ловушка Персефоны

ПРОЛОГ

Часам разных миров так свойственно иметь отличия. В таком царстве как Анэйтис не устаёт радовать круглосуточное солнце, но на нашей планете Земля всё ещё имело силу чередование ночи и дня.

В городе Зорион уже ранее утро, практически рассвело. И будильник Ив запищал строго по требованию в половине седьмого.

– О, нет, – из одеяла появилась моя рука, нащупывающая пунктуального петушка; на удивление себе я ощущала небывалую бодрость и дикое рвение к активности, если брать в счёт моё дальнее путешествие в царство короля – единорога.

Дом, где жила Ив захватила суматоха нового рабочего дня. Сара как всегда преуспевала в скорости переделав уйму дел, одевшись и, конечно же, приготовив завтрак для дочерей. Сегодня Варька сдала свои позиции, оказавшись непробудной соней, в это время задумчивая Иве поспешно спускалась в гостиную, держа в руках кожаную сумку и вельветовый плащ.

– Здравствуй, мам! – на улыбке пропела старшая дочь.

– О, ничего себе, я думала, это Варька спешит на запах горячих блинов…

– И я удивлена, что в это утро меня никто не дразнит!

– Как спалось моей милой дочери? – приветствовала Сара ответно, загадочно прищурив глаза.

– Честно сказать, не помню, когда ещё так высыпалась! А что?

– У меня блинчики с творогом, – мама обняла меня и с той же таинственностью подвела к столу, – садись, поешь. Тебе чаю или лучше молока?!

– Чаю, пожалуй. Мам, я знаю этот взгляд. Что происходит? Ты какая – то странная…

– Странная? Да ну. Показалось тебе, попробуй с земляничным повидлом, невероятно вкусно!

– Мам…?

Сара остановилась в трапезе и заискивающе устремилась в мою сторону.

– Ив, милая, ты же мне бы рассказала всё важное, если бы знала…?

– Мам, как только мне станет что – то известно, вы обязательно узнаете об этом первыми. Хорошо?

– Хорошо, детка.

– Мам, только вот скажи, почему мы перестали говорить о нём? О папе…

– Девочка моя, это наша общая боль и мы обязаны с ней справляться!

– Справляться? Может быть дело в том, что просто иссякла вера?!

– Иве, прошу тебя! Прошло целых пять лет, я не хочу снова впасть в депрессию, из которой вряд ли выйду повторно! Пойми, солнышко, если бы они были живы, их бы нашли. Или на край, они бы сами связались с нами и вернулись бы в свои дома.

– Он часть нашей семьи, мама. И Захар, и твой отец, наш дед Давид…

Я знаю, что их искали, но они рано сдались, и для них это просто очередные солдаты. Да, и дело закрыли, но родные, это те люди, которые будут продолжать думать о них, ждать их и искать, только рассчитывая уже на себя! Королевство не поможет нам в этом, они наверняка уже забыли, что когда – то пять лет назад два судна с сотнями человеческих жизней просто рассыпались в воздухе.

– Доченька моя, мне также не хватает их, и я всё время оборачиваюсь на порог, надеясь увидеть их силуэты. Но мы проводили их в день молчания и почтения их памяти, такова жизнь. Иногда приходиться смеряться…

– Мама, поверить не могу своим ушам! Ты говоришь языком короля, но для него это обыденная церемония, он никого не потерял в той трагедии. И ему дела нет до наших скорбей, лишь одно публичное лицемерие, только и всего! Мне только не ясно, почему ты сдалась и забыла вкус надежды, перестала верить, почему, мама?

– Я не знаю, Иве, я не знаю, есть ли смысл верить, питая себя иллюзиями. В чём – то ты права, и мне стыдно, что моя дочь оказалась куда сильнее матери. Но мне так казалось, что я просто успокаивала себя пустыми надеждами и ничто не вернёт мне мужа, отца. Да, видимо я растеряла свою веру…

– Это отчаянье. Мам, ты не допускала мысли в то, что они могли оказаться там, откуда невозможно ни позвонить, ни прийти обычной дорогой домой, ни письмо написать. Просто, там всё иначе и ново для них, они напуганы до смерти, но велика вероятность, что они живы и с надеждой ждут помощи; Возможно, многие разочаровались, но, тем не менее, нельзя сдаваться…

– Иве, звучит пророчески и это пугает меня. Откуда ты можешь знать, может это самообман?!

– Ты сама говорила, совсем недавно, что моя судьба особенная. Ну, так вот, я уверенна в том, что они живы, даже если все похоронили их заживо!

– Прости дочка…

– Мам, я лишь прошу, доверься мне, я найду их и верну домой. Пусть на поиски уйдут года, но я не хочу впоследствии узнать о том, что шанс был в руках, а мы не воспользовались им. И предали тех, кто верил в нас, а мы подвели их последние надежды на спасение…

– Что – то мне подсказывает, Ив, что эта ночь была не самой простой для тебя. Что же тебе снилось, дочка?

– Мам, – я взяла маму за руку, вспомнив то, чему учила провидица, – одна очень мудрая женщина мне однажды сказала, что в некоторых вещах мне не хватает терпения, и я должна работать над этим качеством, дабы оно одно из самых важных оружий воина. И она права, отсутствие терпения порождает другие пороки, а я не желаю, чтобы данная участь постигла нас в самый ответственный момент.

– Ладно, я знаю, ты всё равно расскажешь, когда придёт время. И, милая, чаще прислушивайся к сердцу, нежели к моим словам. Так уж случилось, я простая земная матерь и у меня необыкновенный ребёнок. Я не могу прыгнуть выше облаков и увидеть, что спрятано за зеркалом. Но тебе открываются запредельные грани, о которых можно лишь мечтать. Поэтому, это конечно забавно, но я с радостью готова равняться на свою благословенную дочь.

– Мамочка, ты же знаешь, как я люблю тебя и дорожу тобой, точно также мне дороги наши исчезнувшие. И я найду их, я выполню свой долг. Кстати говоря, между строк; Та самая провидица дала мне многое понять о своём предназначении, увидеть суть и истину. Найти внутри себя ту, которую избрал Свет Добра. И это честь для меня стать одним из воинов милосердного Владыки, который не перестаёт миловать всех нас в столь непростые времена, полные ожесточения. И найти потерявшихся людей обоих суден, это лишь краешек, часть миссии, которую мне предстоит исполнить.

– Что ж, я поработаю и над своими качествами…

– Мам, всё в порядке, – я закончила завтракать и засобиралась к выходу, чтоб успеть на школьный автобус, – а Варьке, не пора ли в школу?

– Ах, да! Иве у нас утром окно в учебном расписании и мы поедим чуть позже. Ну, если хочешь, я подвезу тебя;

– Нет, нет, я воспользуюсь автобусом, не надо суеты.

Ив стояла на пороге, укладывая в сумку ланч и бутылочку воды.

– Берёшь свой утеплённый плащ? За окнами плюс двадцать и небо просто чистейшее, – изумилась мать, провожая в школу свою старшую из дочерей.

– Да…обещают ливень с порывистым ветром. Вам тоже советую прихватить на всякий случай что – нибудь теплое.

– Странно, но в утренних новостях ничего подобного не предвещали…

– Значит нужно им сообщить о надвигающейся буре…

– О буре? Ив, ты шутишь? Глянь, красота какая!

– Мам, не забудьте куртки, когда поедите с Варькой в школу, хорошо?

– Ну, ладно, надеюсь, ты права. Хотя, в конце концов, плащи не тону весят.

Сара обняла дочь, когда та уже спускалась с крыльца, направившись к дороге…

– До скорой встречи, мам!

– Удачи! Пока, пока…

Сара Давыдовна внимательно вглядывалась вслед спешащей Иве, а подойдя к деревянному заборчику, остановилась, задумчиво встречая белоснежные облака на фоне синего неба. Неожиданно молодая женщина вздрогнула, когда за её спиной раздался спокойный голос, появившейся из неоткуда провидицы царства единорога.

– Здравствуй, Сара! Стоит прислушаться к словам твоей дочери, она говорит правду.

Обернувшись, Сара испуганно посмотрела на старушку, которая ранее уже появлялась у ворот её дома.

– Ой, как же вы напугали меня! Как Вы здесь оказались?

– Это неважно, гораздо важнее другое…

– Что же? Погодите, я уже видела Вас здесь, у моего дома, но в мгновение Вы исчезли, как это понимать?! Вы преследуете меня!?

– О, нет же, Сара! Просто выслушайте меня…

– Откуда Вы знаете моё имя?

Старушка улыбнулась, не выдавая себя перед дочерью, пока не пришло нужное время для их знакомства.

– Я многое знаю. Сара, вы должны срочно позвонить в министерство чрезвычайных ситуаций и сказать о том, что надвигается сильная буря. Всех жителей необходимо предупредить об опасности, иначе не исключены жертвы. Я не думаю, что кто – то заинтересован в печальном исходе дня. И кстати, советую переждать дома…

– Постойте, с чего вдруг мне звонить и передавать эту безумную информацию? Это бесполезная трата времени, потому что мне никто не поверит, скорее, сочтут за сумасшедшую! Вы только гляньте в небо, погода прекрасна!

– Лучше сделать это сейчас, немедленно, Сара, чем жалеть о последствиях потом, – настаивала на своём провидица, – может погибнуть много людей, понимаете, о чём я?!

– Это безумие, – размахивая руками и качая головой, Сара всё же постепенно соглашалась со старицей, наполовину поверив в её пророчество, – хорошо, ладно, я побежала звонить! Может, скажите…

– Удачи, Сара!

Сара обернулась, но след пожилой гостьи растаял и не оставил ни пятнышка.

– …кто Вы?

«Да, так она и выдала тайну, ладно, попытка, не пытка…пора проинформировать наш город» – говорил её внутренний голос, когда она нерешительно подошла к телефону, взяла толстый справочник и стала лихорадочно искать нужную организацию…

«Вот, кажется это то, что мне нужно…» – шептала молодая женщина.

Цифры были уже набраны и на той стороне провода ритмично приветствовали гудки, пока не раздался незнакомый голос специалиста центра…

– Доброе утро, секретариат МЧС, чем могу помочь?

– Здравствуйте! Меня зовут Сара, Сара Давыдовна. У меня жизненно важное сообщение. Вернее сказать, это вопрос жизни и смерти. На наш город стремительно надвигается сильная буря, будет ливень и штормовой ветер, пожалуйста, вы должны предупредить горожан о надвигающейся опасности! Срочно, срочно предупредите! Иначе многие люди могут пострадать, понимаете? Прошу…

– Стойте, Вы наверняка ошиблись номером, уважаемая, но посмотрите в сегодняшнее небо! Вы разыграть нас решили…!? – послышалась возмущённая реакция от секретаря.

– Пожалуйста, не вешайте трубку! Если Вы не сообщите, то это будет ваша вина! И поверьте, это предупреждение из точного источника, пожалуйста!

В трубке уже побежали гудки, когда последняя фраза едва была завершена…

– «Хм. Чего и стоило ожидать, меня только что посчитали шизофреничкой. А если незнакомка права…, – проскользнуло в сознании психолога, – так, Сара, соберись с мыслями. Где тут у нас приемная королевства. Что ж, пора разбудить своим звоночком кого по влиятельней МЧС»…

– Здравствуйте! Министр Томас Ван, чем могу быть полезен?

– Здравствуйте, Томас! У меня очень срочное сообщение, которое касается всех нас, прошу, просто уделите несколько минут уважения и выслушайте. Моя задача мала, но это неотложный вопрос.

– Хорошо, я слушаю Вас, только, пожалуйста, представьтесь для начала?

Министр показался куда сговорчивее и внимательнее к словам напуганной женщины, на что были достойные причины для волнения. Он выслушал, на счастье, не бросив телефонную трубку. Спрашивал, почему Сара обратилась именно сюда, и, узнав о не тактичном ведении переговоров службы чрезвычайных ситуаций, обещал выяснить и всё – таки не смотря на предрассудки, отнестись к экстренному звонку внимательно.

– Хорошо, Сара Давыдовна! Не беспокойтесь, я слышу, что вам не до шуток, обещаю, что передам всё, что Вы сказали в необходимые инстанции. Всё будет хорошо, слышите! Я человек слова, уважаемая Сара!

– Спасибо, я очень надеюсь на Вас, Томас Ван!

– Но я обязан также предупредить Вас об ответственности, которую Вы несёте. Я всё понимаю, но если это окажется ложной тревогой, то…

– Сэр Томас, я всё поняла. Я не звонила бы в само Королевство, не будь на то веских причин. Я отдаю отчёт всему сказанному мной. Спасибо!

– Всего доброго, Вам!

Пока Сара вслух разговаривала сама с собой, в проёме входной двери появилась запыхавшиеся Варька.

– Мам, ты чего это, с кем говоришь? – восстановив сбитое дыхание, поинтересовалась младшая дочка.

– О, я не заметила, как ты спустилась…

– Мам, вообще то я только что с улицы. Я сегодня собственный рекорд побила! Проснулась полшестого. Успела уже верхом прокатиться и побегать вдоволь.

– Ух ты! А мы решили, что ты спишь…

– А вот и нет. Иве на рейсовом автобусе, что ли укатила?

– Да, милая. Ты это садись, покушай, пока всё не остыло. Мы уже позавтракали.

– Спасибо, мам, только не хочется.

– Ты не заболела у меня случаем? Стала вдруг бегать с утра раннего и впервые отказалась от завтрака…

– Всё в порядке, просто я решила похудеть немного.

– Не глупи, дорогая. Куда тебе худеть, ты стройнее стройного! Бегай себе на здоровье, но только не голодай! У вас там, что в классе эпидемия очередных заговоров между собой?

– Что – то вроде того, новая соловьиная песня…

– Вашей сплетницы Маринки затея?

– А кого же ещё!

– Слушай, милая моя детка, ты у меня самая, самая. Вам всем просто пора повзрослеть и не страдать ерундой! По крайней мере, ты у меня же умница, так будь ею.

– Ладно, мам. Я пойду, переоденусь, скоро уже в школу выходить.

– Постой, – Сара устремилась к лестнице, – возьми с собой куртку или что – то другое из верхней одежды.

– Куртку? Мам, да на улице так – то жара, к чему это всё…

– Милая, не забудь взять, – вздохнув и разводя руками, мать продолжила, – на наш город движется не лихой циклон, говорят, что будет ливень и ветер выше нормы, так что послушай меня.

– А, вроде как штормовое предупреждение…

– Варя, просто доверься сегодня своей матери, хорошо?

– Да ладно тебе, мам, я возьму, только не нервничай так. Мы с тобой на машине поедим или как?

– Конечно, на машине. Хотя сегодня лучше лишний раз не высовываться из дома. Но от работы нас никто пока не отстранял, так что некогда расслабляться.

– Год только начался, а я уже соскучилась по каникулам. Остаться дома хотя бы ещё на денёк было бы прекрасной альтернативой.

– Варька, альтернатива ты моя, иди уже одевайся, через полчаса выезжаем.

Ив уже как несколько считанных минут разглядывала пробегающие картины за окном школьного автобуса, который был заполнен практически до отказа шумной гвардией школьников. И вот он остановился неподалёку от дома её лучшей подружки, которая вот – вот присядет рядом с ней, и они снова будут болтать о всякой всячине, но только не о новых секретах Иве, которые та решила пока что держать в тайне.

На всякий случай я прихватила дедушкин дневник, с которым так и не удалось познакомиться поближе. Ведь как только я была готова приоткрыть его потрёпанную корочку, тут же меня захватывали в заложники всякие мистические события. Например, сегодняшней ночью мне выпала честь встретить иной мир, где ныне обитает моя бабушка – провидица. Более чудным для меня открытием стал единорог, который по совместительству ещё и королём оказался. Его зовут ещё так красиво, Лотос. И откликается он более отзывчиво на фразу: «О, Ваше Величество!».

– Ив, приветики! Как ты себя чувствуешь после вчерашнего обморока? Ты прости, я собиралась позвонить тебе вчера так и не…

– О, – протрезвела я сию минуту от любимого занятия витать в своих мирах мыслей, – какие люди! Привет, Эмма, я приберегла тебе местечко, присаживайся скорее! И прекрати нести глупости, всё нормально, я жива и здорова. Подумаешь, забыла позвонить она. Я честно сказать, тоже планировала это сделать, только руки не дошли.

– Зато мы можем вспомнить традицию всех наших времён и поболтать о чём угодно, пока есть момент и до школьных ворот минут так десять, – подхватила Эмка начатый разговор.
– Напугала я вас всех вчера, однако. Эм, ты мне вот что скажи, это был точно обморок, я веду к тому, ну…

– Слушай, Иве, с кем не бывает. По правде ты меня действительно напугала. Ты ведь просто шла, а потом раз вдруг и упала в спячку ни с того, ни сего.

– Мама мне рассказала. Ты молодец Эм, что не растерялась в столь неожиданной ситуации.

– Хорошо, что всё обошлось. И ты в полном сознании, чтоб посекретничать со мной, например, о моём братишке Кристофере и о тебе…

– Эмма! Ты опять за свою песню! Какой смысл это обсуждать, он на другом краю света. Да глупо это как – то. Скажем так, в моей голове пока что отсутствует место для парней, свиданий и прочих премудростях.

– Иве, я слишком хорошо тебя знаю, чтоб вестись на эти отговорки, они уже не работают, как это было раньше. Твои глаза шепчут совершенно другую прозу.

– Любишь же ты побеждать, подружка! Лучше бы подыграла немного. Послушай, есть то, что гораздо выше наших шалостей и желаний. Иногда жизнь преподносит нам сюрпризы. Полные радости и восторга, но порой они бывают слишком серьёзными, но к таким проявлениям судьбы надо относиться внимательно. Так вот, то, чем занята моя голова и весь мой разум является неотложным вопросом жизни и смерти.

– Ого, вот сказала. Прям пророк какой – то в тебе затаился. Эй, тук – тук, Земля вызывает Иветту.

– Эм, чтобы там не было, зацикливание исключено и поэтому мы всё равно попытаемся выкроить времечка и для дел сердечных. Идёт, наш спор уравновешен?

– Подруга моя, с тобой точно что – то приключилось, ну что – то такое эдакое, лишённое обыденности. Давай же, развей туман моих сомнений.

– О, как, кстати, вот кажется и прибыли к сердцу знаний! – соскочила Ив, убегая к выходу от пытливых допросов.

– Знакомый почерк, – улыбчиво пробурчала Эмка, – ты снова увиливаешь от ответов. У вас это что семейное?!

– Похоже, что да, – бросила я, выпрыгнув с автобуса и направляясь к школе, – Эм, если ты и вправду меня так отлично знаешь, то тебе известно о том, что я расскажу всё, когда придёт время. Только не сейчас!

– Ладно тебе, всё равно когда – то пригласишь меня в свою комнату великих тайн. Ну, не смотри на меня так чинно…

– Эмка, всё в порядке! Ты мне не просто подружка, с которой мы иногда сплетничаем. Ты как сестра мне, даже наверно больше.

– Я бываю порой так невыносима, моё любопытство убивает не предупреждая! Ты только не злись на меня за это. Пусть это будет моим маленьким недостатком.

– Хм, прикольно придумала. Хочешь совет, Эм?

– Совет? О – о – о! С каких пор Ив раздаёт советы?!

– Только эти слова не из моих уст, этот совет помог и продолжает помогать мне самой. Его истину мне открыла одна хорошая знакомая. Это очень мудрая пожилая женщина. Ну, так ты хочешь услышать, что она мне сказала?

– Ну, ты уже так заинтриговала, так что говори…

– Она сказала, что наше нетерпение способно породить другие пороки, которые могут оказаться куда опасней. Но если мы не хотим нежеланных последствий, нам стоит задуматься над разными вещами, которые кажутся на первый взгляд мелочами. Разобраться в себе, следить за тем, что мы говорим, куда ведут тени мыслей, что несут наши поступки и прочее. И главное, нам всем нужно выучить урок, а именно научиться терпению. В нём наш залог на успех и сила, которой движет светлая истина.

– Я уже мечтаю познакомиться с ней. А ведь она права. Вижу, как её мудрость вдохновила тебя, Ив. Что ж, я услышала суть, терпение и ещё раз терпение…

– Эмка, у тебя всё получится, ты ведь понимаешь насколько это важно. А это уже верный шаг…

– Я рада, что ты произнесла эти слова, Ив, – сказала Эмма и, взглянув на часы, ускорила шаг, ухватывая меня за собой на урок географии.

В школе Зориона уже во всю силу шли занятия. И как всегда они разбавлялись нотами шумных перемен. К своему времени торопились и Сара Давыдовна с младшей дочерью, припарковав внедорожник за воротами школы.

А пока в усадьбе семьи Ангельских отсутствовали его хозяева, в дом пожаловала родственница из иного измерения, воспользовавшись удачным моментом. Как Жозефе удавалось проходить сквозь временные стены и появляться там, где было необходимо пока известно лишь только ей самой. Она некоторое время бродила по просторам первого этажа, разглядывая фотографии, прежде чем оказалась в спальне двенадцатилетней внучки, держа в руках небольшую бандероль с надписью «для Иветты». К посылке прилагалась короткая записка с зашифрованным текстом: «Милая, Ив, если покажется, что вдруг выхода нет, содержимое этой коробки поможет твоему сердцу открыть невидимые двери к решению». Вскоре проекция Жозефы растворилась в воздухе, и дом снова наполнила одинокая тишина.

Первым и вторым уроками сегодня у 5 «А» значилась география. Прозвенел звонок и в класс пожаловала Ирена Павловна. Совсем не торопливо она взяла в руки журнал и приступила к утренней перекличке присутствующих учеников. Как оказалось, все были в полном сборе. Вместо того чтобы начать нас знакомить с новым предметом, она предпочла пролог о походе в пещеры.

– Ребята, – обратилась преподавательница, выдержав паузу, – у меня для вас потрясающая новость. Директор дал добро и в эту субботу мы все отправимся на экскурсию в пещеры кристальной долины. Школьный бюджетный фонд подарил нам билеты в это загадочное место, чтобы мы объединили приятное с полезным. Спешу предупредить, что это не развлекательный выходной, после похода вы будете должны выполнить доклад в виде реферата. Я очень надеюсь, что вам понравится, и впечатления подарят вам массу вдохновения. Что ж, друзья мои, – вздохнула Ирена, раздавая каждому по красочному буклету, – эти листы передадите своим родителям, завтра принесёте обратно только уже с их подписями. Вопросы есть, у кого нибудь?

Одноклассники переглянулись и синхронно помотали головами.
– Отлично. Раз вам всё ясно, тогда открываем первый раздел наших учебников. Она указала на одного из учеников и попросила зачитать вслух.
Меня же всё больше поглощали всякие мысли, связанные с моей таинственной историей, в которую мне удалось вляпаться. Я ещё и ещё перелистывала страницы неординарных событий, разгадывая заинтригованный ребус своего бытия. Пока меня не вернул на землю неожиданный звон тревожной сирены.

– Эмка, – напугано взглянула Ив в глаза подруги.

– Ив, ты только посмотри в окна…что это?

В классе поднялась паника, все соскочили со своих мест и устремились к окнам.

– Тише, ребята, ничего не бойтесь, – занервничала Ирена, – сейчас спокойно выходим из кабинета и идём вниз.

За окнами мгновенно исчезло недавнее солнце. Поднялась настоящая ветровая буря, и пошёл ливень, погрузив округу в темноту. Повсюду звучали сигналы тревоги, обеспокоенные люди буквально сбивали друг друга с ног. Я мигом схватила Эмку и потащила её за собой в более безопасное место, куда – нибудь подальше от окон и дверей.

– «Началось…» – прошептала я, как оказалось вслух.

– Ив, о чём ты, что началось, и куда мы бежим?! – без перебоя и с испугом кричала Эмка, глядя в глаза озадаченной подруги.

– Эмка, здесь наверху нельзя оставаться, это не безопасно. И из школы пока не следует уходить, переждём немного в цокольном этаже.

Эм взяла мобильник и стала звонить домой, но линия оказалась сорвана, видимо начались последствия этого аномального явления, – нет связи…

– Эм, всё будет в порядке, того и стоило ожидать, я про телефонную связь.

– Как же мне узнать, целы ли мои родные! Твои мама с сестрой, кстати, сейчас в школе где – то должны быть…
– Судя по времени, то должны быть здесь. Эм, нам остаётся только ждать…
Тем временем в МЧС опомнились в самый последний момент, «благодаря» секретарше, которая посчитала вещий звонок розыгрышем и не стала передавать срочную информацию для оповещения, даже после настоятельного звонка исполнительного секретаря из самого Королевства. По её милости сейчас весь город находился в опасности, к которой вело неведенье. И тут по окрестностям города зазвучали сирены, как ни в чём не бывало, но было уже поздно. В кабинет капитана Министерства по безопасности вскоре поступил контрольный звонок. Разговор состоялся истинно тяжёлым, по всей видимости, на том конце провода в лице собеседника был весьма высокопоставленный королевский представитель полный возмущения и ярости.

Директор завершил телефонную беседу, ослабил галстук и в гневном состоянии духа уже стоял у стола той самой секретарши, которая пряталась от испуга под своим рабочим столом.

– Мария, – начал он, не обращая внимания на потрескивание оконных стёкол у себя за спиной, – вылезайте и соизвольте объяснить, почему мне звонит чуть ли не сам король?! Судя по их словам, вы весьма небрежно отнеслись к предупреждению о катастрофе. Мы имели возможность оповестить всех людей вовремя! – ели сдерживая ругательства, обратился капитан.

– Да, утром звонила одна женщина, – заикаясь, стала бормотать секретарша, – утром, когда было так солнечно и ничто не предвещало грядущего бедствия, я подумала это очередной розыгрыш. Вы знаете, сколько таких звонков поступает на наши линии ежедневно?! Я слышу их постоянно и…

– Не оправдывайтесь, Мария. Имейте в виду, что вы в ответе за исход сегодняшней беды, не дай Бог, если будут пострадавшие, а тем более жертвы! Мне больше нечего сказать человеку, который лояльно относиться к столь ответственной работе. Вы видно позабыли, что вы не просто секретарь, вы такое же ответственное лицо за жизни людей, как и все другие специалисты. Один промах и всё, полный крах. В нашей работе мы не имеем право на ошибку! Никогда…

– Пожалуйста, позвольте мне исправить своё положение…

– Слишком поздно для покаяния, Мария, вы допустили непростительную погрешность. И моя вина в том, что я переоценил Вас и доверил этот пост, которого Вы, как оказалось не достойны.

– Ну, сэр…

– Ах, да, – обернулся директор, словно забыл сказать что – то важное, – Вы уволены, Мария!!! И даже увольнение не освобождает Вас от последствий, которые скоро придётся пожинать!

– Сэр…

– Я всё сказал! Вы уволены!

Всё происходило в этот день со стремительной скоростью. Только что припекало раскалённое солнце, а минуя, от силы час в город пожаловала настоящая буря, несущая в себе разрушительную силу. Учителя школы оперативно уводили учеников в школьный цокольный этаж, специально предусмотренный для подобных случаев. От туда же была туннель, ведущая в подземный бункер, всё ещё действующий со времён великой мировой войны. Мы с Эмкой продолжали волнительно и молчаливо переглядываться, сидя напротив гардеробной в том самом цоколе, как считалось более отвечающем безопасности. Сама же думала о матери с Варькой, я ведь даже и не знала точно, в школе ли они, конечно это было бы куда лучше, чем находиться сейчас где – нибудь на улице.

– Ив, если хочешь, мы можем, прямо сейчас пойти и поискать твоих…

– Эм, я всё – таки надеюсь, что они направляются сюда, в цоколь, как и все остальные; если верить часам и учитывать то, что моя мамочка пунктуальней всякого, то они покинули улицу раньше, чем это чудо природы соизволило пожаловать в наши края.

– Ну, хорошо, дай Бог, чтобы так и было.

– Эмка, мне жаль, что со связью так некстати вышло. Я уверенна, с твоей бабушкой и тётей всё будет в порядке, вот увидишь.

– Ив, я рада, что моей лучшей подругой являешься именно ты, а не кто – то другой.

– Эмка, иди ко мне, сестрёнка, – иногда в нашу жизнь врываются неожиданные стихии, угрожающие не только нам самим, но и нашим близким, кто – то сочтёт это за наказание свыше за все согрешения, а кто – то ещё больше станет ценить каждое мгновение, способное растрогать самую непоколебимую душу, – как же я обожаю тебя! Ты всегда была для меня как сестра и я знаю, что так будет всегда…

– Я только «за», так будет всегда, – подхватила Эм.

Моя подруга – сестра вдруг заметила в толпе силуэты моих кровных родственников и, переведя свой зоркий взгляд с меня в сторону приближающейся толпы, продолжила, – Сестра, а как на счёт обнять своих родимых?!

Я, наконец – то могла вздохнуть с облегчением, увидев, как из толпы обезумевшей массы школьников и учителей вырываются мама с Варькой.

– Мам, Варька, – кинулась Ив в их объятия.

– О, как хорошо, что вы здесь, не сильно испугались, милые? – спросила Сара, обнимая каждого из нас.

– Всё в порядке, Сара Давыдовна, – присоединилась Эм к разговору, – только, к сожалению пока связи нет, волнуюсь за домашних.

– Эмма, детка, только не изводи себя, с ними всё будет хорошо, – успокаивала Сара мою встревоженную подругу.

– Мам, можно тебя на минутку, – обратилась Ив к Саре, вытаскивая из сумки буклет об экскурсии, которые выдала Ирена, – надо поговорить…

– Ив, доченька, прямо сейчас? А то меня класс ожидает, надо увести всех к бункеру…

– Мам, вот держи. Это Ирена Павловна передала для всех родителей, тебе нужно расписаться.

– Что это? Никак на экскурсию собрались?

– Ага. Директор для всех пятиклассников подарил билеты. В эту субботу в пещеры едим всем классом без исключения. Ирена говорит это часть домашнего задания, после похода придётся составлять доклад.

– Вот как. Как то быстро они всё решили. Ну, ладно, надо значит надо.

Только Ив мы могли бы поговорить об этом дома, ты же видишь сейчас не самый подходящий момент. Эта паника не должна перерасти в бунт.

– Мам, ну есть ещё кое – что…

В нашу укромную беседу ворвалась моя сестрица, Варька, как всегда разрушив тайну разговора, – мам, так мы идём к бункеру, все просто на грани!?

– О, да, Варька, секунду, вы идите, я догоню!

– Мам, – продолжила Иве оборванный разговор, – это не просто пещеры, это пещеры кристальной долины. Мне кажется, это как – то связано с нашими делами, ну, ты понимаешь, о чём я?

– Ладно, Ив, я веду всех во временное убежище, потом поговорим. Вы тоже давайте за нами или ждите свой класс, неизвестно насколько затянется стихийное нашествие, договорим дома?! – бросила Сара, побежав вслед за ребятнёй своего 3 «А».

– Что – то случилось, – спросила подошедшая Эмка, вопросительно уставившись на мою растерянность.

– Нет, ничего всё в норме, просто рассказала маме о предстоящем походе, хотя конечно, сейчас это не столь важно, как пережить бурю.

– Слушай, подружка, ты какая – то бледная стала, чувствуешь себя как, Иве?

– Эм, не бойся, я не буду падать в обмороки, как вчера. Ты это иди за всеми в бункер, вон, кстати, наш класс подтягивается, иди за ними, я отлучусь ненадолго. Я мигом, ага?

– Ив, ты с ума сошла! Сейчас лучше держаться всем вместе в этом нашем бункере, например. Что такого важного ты забыла наверху?!

– Эмма, мне срочно нужно кое – что проверить, это важно. Ты можешь мне довериться?

– Ладно, Ив, только давай там мигом, чтоб мне не пришлось выгораживать тебя перед твоей матерью! И к тому же я дико волнуюсь за тебя!

– Вот и молодец, – не успела я закончить предложение, как Эмка засобиралась составить мне компанию.

– Постой, Ив, я не отпущу тебя одну, – настойчиво Эм ухватилась за мою руку.

– Эмма, только не начинай спор! Прошу тебя, останься здесь со всеми, я же быстро, так что и глазом моргнуть не успеешь!

– Ладно, – буркнула подруга, – будем ждать тебя в бункере, надеюсь, ты вернёшься скорее, чем Сара Давыдовна объявит твои поиски!

– Эмма, – взглянула я в её строгие глаза, – я быстро!

Эмка схватила свою сумку и потянулась за гурьбой шумного народа, всё оглядываясь вослед ускользающей Иве.

Мне было страшно, так же как и всем остальным, срабатывали те самые человеческие инстинкты на выживание. Но вдруг что – то ёкнуло в самой груди, какой – то далёкий голос заставлял меня откликнуться на зов и устремиться против течения всех испуганных людей. Вскоре пробравшись в проём пустынного коридора и совсем неожиданно, меня привлёк запасной выход, ведущий на футбольное поле на заднем дворе школьного периметра. На удивление двери не были заперты и побрякивали от сквозных потоков. Я стояла на расстоянии полуметра и несколько минут наблюдала за происходящим, лихорадочно укутываясь в своё вельветовое пальто. И снова зазвучали какие – то голоса, доносившиеся, откуда – то извне. С самого утра со мной было явно что – то не так. Я только в сию минуту заострила внимание на том, что сама предрекла приближение ветровой бури, о которой не сообщал ни один источник средств массовой информации. Неужели я невзначай заглянула в это самое скорое будущее? Эти голоса просто разразили во мне головную боль, и дыхание становилось прерывистым, пока я не решилась на глоток храбрости, выходя в самый эпицентр сбивающего с ног ветра.

– Иве, – их крики были невыносимы, крики чьих – то незнакомых мне голосов, и откуда они знали обо мне, когда я не представляла, кем являются они сами, на какое – то мгновение можно было подумать, что со мной играют собственные галлюцинации, однако, всё буквально дышало реальностью.

В конце концов, нахлынуло прозрение, и вся картина распростёрлась перед моими глазами.

Ещё ни разу за свою жизнь мне не приходилось наблюдать столь сильных ветров, после которых обязательно остаются памятные следы. По времени даже ещё не наступил полдень, а вокруг становилось всё темнее и темнее, словно произошло ускорение временного цикла, и улицы города встречал поздний и суровый вечер. Я, не оглядываясь, шла вперёд, всё ближе приближаясь к спортивному полю и отчаянно промокнув до самой нитки.

«Что мной руководило в эти моменты, и какой надо быть ненормальной, чтобы выйти из убежища, а главное, зачем?» – подумали бы практически все. Но если позволить себе заглянуть за воображаемую грань невозможного; в конце концов, разбить её хотя бы теперь, ведь только тогда откроется истина того запредельного, во что мы сами боимся поверить.
Промокшая Иве уже стояла посреди поля, а вокруг неё замыкалась дождевая стена. Наперебой, и всё громче разбивались о стоптанную траву голоса неизвестных. Вески сдавливало от шума, а давящая боль скручивала девчонку, пока та не потеряла равновесия и не упала на землю.
Виновником, а скорее затейником катастрофы была вернувшиеся Персефона, полная злобы и ненависти ко всему живому в нашем мире. Для человека с приемлемым восприятием она остаётся блуждающим по свету фантомом. Но для Ив ведьма проявилась мучительным кошмаром. Злодейка, переживающая не один век и пожирающая человеческие души соблазнами и всяческими грехами вернулась в Феерию, настроенная поохотиться за носителем кристального сердца. В день своего первого приключения в недрах лесов миссия Ив активировалась благодаря световым вспышкам, которые встречали её на новых землях. – Какая несносная девчонка, – омерзительным возгласом выкрикивала ведьма сквозь диссонанс, не прекращая хохотать всё громче и громче.

– Хватит! – кричала она уже осипшим и ослабленным голосом, – хватит!

– Здравствуй, Иве! Ты извини старика, что так шумно пришлось пожаловать!

Стена дождя преобразовалась в некое водное зеркало, сквозь которое просачивался силуэт деда Давида в капитанской форме, который улыбчиво глядел на внучку и протягивал ей руку.

Крики прекратились и, приподнявшись Иве, изумлённо прикоснулась ладонью к зеркалу из воды.

– Дедушка? Так это ты устроил всё это «веселье», от которого люди с ума сходят от страха!? – бросилась Ив с обвинениями, ели сдерживаясь от закипающего гнева.

– Иве, милая моя внучка, если ты меня хорошо помнишь, то тебе должно быть известно о том, что я бы никогда не стал причинять человечеству ничего дурного.

– Послушай, дедушка, я не совсем понимаю, то ты снишься мне в саду, то появляешься с дождём наяву, что это значит?!

– Как тебе известно, пять лет назад наш корабль сочли пропавшим и остановили все поиски, а мы живы и единогласно ищем путь домой. По некоторому стечению обстоятельств, мы застряли в каком – то неизведанном измерении очень похожем на Земной мир, только немного другой, но спустя некоторое время пришли к неутешительному выводу, что просто попали в ловушку. И к большому счастью я нашёл портал, своеобразное окно в ваш мир благодаря которому мы сейчас можем видеть друг друга. Но есть одно «но»…

– Хорошо, я поняла, ты хотел попросить моей помощи?!

– Иве, возможно, это последний шанс на миллион и мне больше не удастся выйти с тобой в контакт. Какая же ирония бывает в жизни, корабль «Надежда» не оправдал своего звания, но пользуясь нашим моментом, выходит, что ты последняя надежда всех тех, кто был со мной на судне. Пожалуйста, найди ключ, который откроет эту дверь и освободит нас от затворничества.

– О каком ключе ты ведёшь речь, где мне его взять, найти…?

– Если бы я знал ответы на все вопросы. Но не всё так плохо, есть у меня одна мыслишка, – дед задумчиво включил паузу…

– Ну, что за мысль, говори же!

– Жозефа… тебе нужно встретиться с ней, милая Иве. Я хоть и скован этим местом, но нет ничего сильнее связи с моей любимой Жози. Так что мне известно, что вы хорошо знакомы. Я ведь прав?

– Конечно, прав. Твоё трепетное отношение к бабушке впечатляет. Я так счастлива, что у меня есть возможность знать её. Она потрясающая. Думаю, мы поговорим с ней о вашем возращении и найдём способ вытащить вас оттуда. Хорошо, дедуль?

– Спасибо, детка! Я знал, что могу гордиться своей внучкой!

– Дедушка, пока ты не ушёл, скажи, ты знаешь, как можно укротить эту бурю? Сердце мне подсказывает, что она появилась неестественным путём, здесь пахнет весьма не безобидным колдовством. Как – будто кто – то решил стереть наш городок с лица Земли.

– Да, слышу в твоих рассуждениях истину, милая Ив, – почесав бороду, протянул седой старик, – это и вправду тянет на черную магию. Хотя по сути своей черная или белая всё равно ворожбой зовётся! Как же странно получается, я совсем не ожидал оказаться в стене ливня, найдя этот портал, но появился именно здесь. За этим несчастьем, настигшим Зорион, стоит отнюдь не добродушная фигура, которая решила подставить меня и скрыть свою сущность.

– Если это так, то у этого субъекта должен быть серьёзный мотив и точная цель. Но зачем пытаться уничтожить целый город?!

– Ив, я больше переживаю о том, что этот кто – то узнал о тебе, а точнее о том, что ты Кристаллит. И я сразу вспомнил письмена твоих предков, говорящие о некой ведьме, охотящейся за избранными душами. Кажется, её зовут Персефона.

– Персефона?! Я слышала о ней, но она же в заточении, неужели кто – то возродил её!?

– Не дай Бог, чтоб это было так, но ты должна быть осторожна в любом случае. Эта та самая неприятная сторона, когда живёшь, живёшь обычной жизнью, а потом тебя избирают в армию Священного Света и у тебя сразу же появляются враги черной стороны. Это неизбежно, дорогая, когда начинаешь бороться против вселенского зла.

– Что же нам делать, дедуль, если это действительно дело рук злой ведьмы?

– Иве, нужно торопиться, пока не стало слишком поздно. Как только это портальное зеркало раствориться, постарайся вызвать Жозефу. Её мудрость всегда была способна творить чудеса.

– Легко сказать, дедушка. Это довольно не просто. Все наши предыдущие встречи происходили во время моего сна. И только она сама ко мне приходила. А я даже понятия не имею, как позвать её. Может, у тебя есть идеи?!

– Ив, коль твои сны стали мостиком между вашими мирами, я думаю, остаётся один беспроигрышный вариант. Попробуй поскорей добраться домой, закрыть глаза и подумать о своей бабушке.

– То есть погрузиться в искусственный сон…

– Именно так, дорогая. К сожалению, будет и в правду ни легко, когда на улицах города такое творится. Нам пора прощаться, пожалуйста, будь осторожна и помни, я никогда не перестану верить в тебя. Беги, Ив!

– Постой, но даже бегом без транспорта это уйма времени, почему бы мне не погрузиться в сон прямо здесь, на поле?! Да какая собственно разница, где я усну, главное чтоб сработало…

– Ив, дом это очаг, который пропитан энергетикой предков из рода Кристаллитов, которые жили в нём до тебя. И Жозефа одна из них. Там больше гарантий установить с ней контакт. Хотя, что болтать, может ты и права…

– Вот именно, стоит попробовать. Попытка не пытка. Тем более, знаешь, я не уверенна, что в такую бурю я сумею добраться до дома и остаться целой и невредимой. Я могу серьёзно пострадать и тогда уже, что самое плохое, от меня не будет толка.

– Хорошо, Ив. У меня время на исходе, но я побуду с тобой несколько секунд и попытаюсь сдержать портал открытым, пока ты не уснёшь.

– Ладно, дедуль, пожелай нам всем удачи…

Иве робко легла на мокрую землю, вздрагивая от неприятных мурашек. Вокруг всё также завывали ветра, сквозь которые шёл бесконечный ливень. Она старалась не обращать внимания на бурные слёзы холодного дождя, разбивающиеся об лицо и стекающие по шее, с которой скатился разноцветный шарф.

Я уже не чувствовала эту боль, морозный ожог и тело, промокшее до нитки…

Шум мрачного дня оставался где – то позади, но за то я ещё улавливала прощальные слова деда, согревающие душу и обнадёживающие тем, что у нас всё получится. Что бабушка услышит мой голос и поможет нам разрушить проклятие ведьмы, обрушенное на город в этот день. Туннель закрытых глаз всё больше уводила меня от реальности и всё больше погружала в мир снов. Я представила, как она появляется, как свет среди темноты, как согревающий огонь свечи. В конце концов, как лучший друг, который не покинет в беде и обязательно придумает что – то, чтобы нам выкарабкаться из затруднительной ситуации.

– «Бабушка, Жозефа, – шептала душа двенадцатилетней девочки, сквозь пелену пришедшего сна, – ты нужна мне, мне нужна твоя помощь…»

Ничего не выходило, уже было, как я собралась отчаяться, пока меня не захватило тепло, которого так не хватало в сию минуту…

– Иве, вставай, не хватало ещё, чтобы моя внучка простудилась! Иве…

Мои веки приоткрывались, когда надо мной склонилась она, моя спасительница, облеченная световой радугой.

– Неужели получилось, бабушка, – кинулась я ей на шею, – ты так вовремя!!!

– Детка, тебе нужно согреться, пойдём со мной. А потом нам предстоит попробовать вернуть твоему городу горячее солнце.

– Я всё ещё сплю, Жозефа?

– Нет, уже не спишь. Вернее сказать, твоя душа не спит. Ты находишься в проекционном состоянии, впрочем, так же как и я. И у нас мало времени на всё про всё, так что следуй за мной без лишних вопросов. Договорились?

– Хорошо.

– Нам нужно взяться за руки с закрытыми глазами, – сказала провидица, смыкая ладони наших рук и продолжила, – думай о доме, а лучше о том, что ты находишься в своей спальне.

Проекционный световой луч рисовал дорогу, которую задавало моё сознание. В момент ока наши ноги ощутили теплоту очага. Да, я и бабушка стояли прямо посреди моей чудной комнаты, по которой я успела соскучиться, особенно лежа под открытым небом среди футбольного поля и дрожа от невыносимого холода.

– Ни чего себе, Жозефа! Ты ещё не говорила мне, что способна на такие полезные трюки!

– Девочка моя, это не трюк, когда – нибудь, ты овладеешь этим, и он уже будет тебе казаться самым привычным делом.

– Но как ты это делаешь, то есть я хочу спросить, как это возможно между разными мирами?!

– Ив, на свете нет ничего невозможного, как бы не одолевали сомнения. Просто люди разделили свою веру на две категории: «есть то, с чем я легко соглашаюсь, а есть то, что я считаю безумным». И пока они не разрушат эти грани, которые сами же нарисовали, их страхи будут жить вместе с ними. Многое связано с нашими мыслями, в каких бы мирах мы не находились.

– Честно сказать, никогда об этом не задумывалась. А ведь ты права. Получается, сила мысли привела нас сюда?

– Да, дорогая. Ты пока очень юная и тебе многому предстоит научиться, но со временем у тебя всё получится. И запомни одну важную деталь, не мысль должна управлять человеком, а человек должен руководить своими мыслями. Разумеется, только с добрыми намерениями. Ну, что, милашка ты готова сразиться со злом и помочь своему городу?!

– Ты ещё спрашиваешь, бабуль!

Жозефа протягивала мне коробочку и приговаривала, – это те самые сборы, которые я готовила при нашей последней встрече. Здесь даже записка для тебя, я воспользовалась утренним моментом, пока вас не было дома. Сердце подсказывало, что они очень скоро пригодятся. Что ж час настал.

– Ого, как их много, – Ив выхватила коробку, усаживаясь за стол, принялась читать напутствие от бабушки.

– Иве, я же говорила у нас ограничено время, оставь чтение на потом, хорошо?

– Ну, ладно, – расставляя банки на письменный стол, протянула девчонка, – что надо делать?

– Наша задача, снять магическую сетку, которую навела колдунья. Так, вот держи, – протянула она мне одну из баночек, – я, кстати, видела открытый портал, когда нашла тебя на поле.

– Правда? Значит, ты видела его? – удивилась я.

– Кого его? – недоумевала провидица.

– Дедушку. Я сама в шоке, эта длинная история, но короче говоря, в стене ливня образовалось зеркало из воды, а в нём был дед Давид. Он сказал, что их корабль, застрял в каком – то ином измерении, словно в ловушке и вот ему посчастливилось найти портал, спустя пять лет. Но, к сожалению, портал то нашёлся, а вот выйти из него ни удалось. Он просил меня о помощи, говорит, нужен какой – то ключ. Кстати, он помог мне настроиться и позвать тебя сегодня, я была так растерянна и к тому же совершенно не знала, как с тобой связаться.

– Как бы я хотела увидеть его, – замечталась старушка, – вижу у таинственной ведьмы свои цели. Мне кажется, Давид оказался лишь связным звеном, ей нужна была ты. Самое небезопасное для тебя то, что она знает, кто ты есть на самом деле.

– Я? Хочешь сказать, на меня открыт сезон охоты!? Дедушка мне то же самое сказал, вернее у него такое же предположение. Но зачем ведьме двенадцатилетняя школьница, что за игру она затеяла?!

– Я чувствую, что ты нужна ей была для запуска магического механизма. И у меня есть догадки, кто она. Я знаю, с какой ведьмой придётся поквитаться.

– Как – то меня пугает это всё, бабушка! Дедушка называл её имя, как же…а, кажется Персефона.

– И тут он преуспел, вот молодец муж! – засверкала провидица блеском счастья, – за многие тысячи лет она стала легендарной охотницей за душами Кристаллитов. Но меня смущает одно, она почти тысячу лет в заточении. И с другой стороны, никто не обладает подобной смертельной силой, которую несут подобные бури, шумы, крики и то подобное. Остаётся лишь один вывод, и он отнюдь не утешает сердце.

– Кто – то высвободил её…

– Да, Ив. И этот кто – то довольно могущественный. Остаётся узнать, кто это может быть. И это не человек. Только бессмертное существо способно вызволить Персефону.

– Какой ужас!

Между нашим диалогом бабушка смешивала между собой содержимое из баночек и мешочков, и наконец, через несколько минут всё было готово.
– Ив, я всё приготовила, что называется, довела до ума. Теперь маленький инструктаж для новичка, слушай внимательно и делай всё так, как я тебе говорю. Если ошибёшься, всё пропало. Понимаешь?

– Я поняла, бабушка.

– Ив, первое, что мы сделаем, это вернём городу…

– …солнце и день без дождя…

– Ловишь на лету, внучка! Чтобы это сделать, мы должны запечатать исток. Догадываешься, где он находится?!

– Только не говори, что на школьном поле?! Там у меня мозг просто разрывался от многочисленных криков.

– Портал, который ты видела, стал незримым, но это не значит, что он исчез. Подставь свои ладони, я обрызну их из синего флакона с травяной жидкостью полей царства единорога. Это средство обладает неземной силой. Оно хорошо для доброго дела и пагубно для сил тьмы.

Сбрызнув ладони жидкостью, мы снова сомкнули их в единое целое. Я всё время смотрела ей в глаза и ожидала дальнейших инструкций. Её губы зашевелились, из уст полились фразы, и я стала повторять за ней. В комнате всё охватило ярчайшим светом, и я впервые ощутила мощь истиной силы добра. Казалось бы, какие обыкновенные слова, сколько в них веса…

– Повторяй за мной, Иве, – шептала провидица.

И мы продолжали говорить, всё больше приходя к синхронности взаимного восприятия.

– «Свет несущий истинную правду, мощь ангельского пения, сила могущественного Владыки Священной капсулы Спасителя нашего. Вера укрепляется пусть добром, а зло будет искоренено навеки. Мы воины, восставшие во имя добра и любви и у нас благословенное оружие, что есть вера наша, надежда наша и любовь наша. Да поможет нам Всевышний! Да закалится меч доброго воина спасающим светом и да будет исток зла запечатан силою непобедимою. Навеки веков, аминь»!!!

Через мгновение Ив и Жозефа, крепко сжимающие руки друг друга над головами и устремляющие взор к небесам, стояли на том самом поле, где в обычные теплые дни школьная команда гоняет в футбол, забивая очередные голы. Кто мог подумать, что однажды злой поток возьмёт здесь своё начало. Они закончили чтение молитвы, когда кругом стали происходить яркие вспышки света. Следом вздрогнула земля, но лишь на несколько секунд. Всё возвращалось на круги своя, и бури, словно бы и не было, если бы не существенные следы крушения. Сломленные деревья, помятые автомобили, выбитые стёкла, повреждённые стены зданий и это далеко не всё. Ещё чуть – чуть и город походил бы на развалины.

Свет, посланный милостью Высших Сил, горел всё ярче. Пока в руках бабушки и внучки не преобразовался золотой меч, переливающийся на свету. Завершающей точкой для уничтожения злостного портала оставалось вонзить острие этого меча, выкованного небесным светом.

Всё происходило слишком быстро для меня, и вот, мы уже смотрели в землю, в которую вошла последняя световая вспышка, а меч стал таять прямо в наших с бабушкой руках, оставляя частички золота на ладошках. Священный ритуал по закрытию недоброго источника был завершен. Город освобождён от нежданного нашествия ведьмовского проклятия. У людей появилась возможность выйти на улицы города и поспешить к своим родным, любимым. Сколько радости и слёз счастья можно наблюдать на их перепуганных лицах.

– Иве, – обнимала меня бабушка, ели сдерживая слёзы, – ты знаешь, милая моя девочка, я давно не ощущала себя настолько счастливой. Я рада, что всё получилось. Это истинное чудо!

– И кто там придумывает, что чудес на свете не бывает! Бабушка, иди же ко мне. Позволь я обниму тебя…

– Милая, нам нужно снова проектироваться, пока люди не увидели нас. У нас есть ещё дела. Пора дать знать Персефоне, что ей не рады здесь.

– Я держусь за тебя. Только скажи, куда на сей раз?

– Заточить её снова так просто не выйдет, пока мы не поймём, кто её высвободил. И пора подумать о твоей безопасности. Как насчёт, попить чаю в гостях у бабушки?!

– Мы отправимся в твоё царство, в Анэйтис? – обрадовалась я. После столь тревожного дня увидеть, например единорога будет великолепно.

– Ты же не прочь снова поболтать с королём Лотосом?! – с долей иронии поинтересовалась бабуля.

– Ой, бабуль, я только «за». Особенно после сегодняшнего потрясения.

Жозефа с внучкой снова окунулись в поток летящего света, взявшись за руки и закрыв глаза, чтобы через несколько долей времени оказаться там, где всё так утончённо олицетворяет мир блаженства.

Я несколько раз проморгала, будто мешала ресничка, всё ещё не могла поверить, что снова стою на земле полной чудес. На сей раз наш полёт совершил посадку около синего озера, там, где разбивались величественные фонтаны. Жозефа подошла к огромному камню и взяла кувшин, который на нём стоял.

– Почему мы не идём к тебе в дом, бабуль?

– Ещё успеем, а пока завершим начатый обряд. Знаешь, что даёт это синее озеро?

– Так говори же…

– Хм, – улыбнулась провидица, черпая воды в тот самый кувшин, – это не просто озеро. Хотя, как ты успела понять, на этой земле всё имеет своё предназначение. Сделай несколько глотков…

Я нерешительно обхватила кувшин, который она протягивала мне, – это же сырая вода…

– Где же твоя вера, милая дитя? Отгони прочь сомнения и выпей до самого донышка этой чистейшей водицы. Её сила омоет твою душу, разум и тело. Таким образом, появится невидимая оболочка, которая защитит тебя от хищников, которые начали охоту за тобой. Мы не имеем права подвергать опасности тех, кто избран Высшими Силами Добра. Ты веришь, что эта вода благословенна светом?

– Да, бабушка, я верю. Прости, я ещё не совсем привыкла ко всему этому.

– Ничего, милая. Всё придёт с опытом. Но никогда не теряй веру в этот свет. Ив поднесла к губам графин, наполняющий её истиной правдой.

– Благодарю, Жозефа, ты столько делаешь для меня, чтобы уберечь, – ставя пустой кувшин на камень, благодарствовала девчонка, – спасибо тебе…

– Это меньшее, что я могу сделать для своей внучки. Хорошо, идём в дом, выпьем по кружечке травяного чая и поговорим о наших делах. Как ты, как ощущения?!

– Прекрасно. Словно заново родилась…

– Ив, рано или поздно эта ведьма проявит себя, а пока мы выиграем немного времени, чтобы разобраться и понять, что делать дальше. Скоро тебе нужно будет вернуться обратно, чтоб никто не задавал лишних вопросов. Но пока успевай наслаждаться красотами и свежим воздухом этого мира.

Жозефа прижала меня к себе с искренней улыбкой, ведя нас обоих в свою хижину у синего озера.

Тем временем в городе, на который обрушился, можно сказать, ураган, стал по не многу просыпаться от ужаса, захватившего сердца. Люди выходили из убежищ, так ничего не поняв, и правда, если бы не следы, оставленные бурей, то и не скажешь, что несколько минут назад город покрывал мрак.

Так же, как ранним утром сверкало и грело солнце, небо было идеально чистым и красивым. Кто – то направлялся к своим припаркованным автомобилям, от которых остались лишь вмятины. Другие спешили навести порядок в домах. К сожалению, оказались и пострадавшие. Люди спешили навстречу своим близким, чтобы снова обнять их и удостовериться, что всё обошлось лёгкими ушибами, да и только.

Из школьного бункера, в который Ив так и не зашла, как обещала растерянной Эмке, выходили потрясённые ученики, учителя и другие персоны. Преданная подруга Ив всё же не теряла надежды нащупать взглядом свою приобретённую сестру среди оживлённой толпы. Впрочем, так же как и Сара с Варькой, стоящие на крыльце школы.

Жозефа угостила меня успокоительным чаем, как и обещала. В этот день она не стала продолжать начатый рассказ о своём супруге, о секретном проекте, о сестре деда. А я всё отшучивалась, напоминая ей про должок, ведь она обещала, но мой урок на выработку терпения продолжился. Да если честно, денёк выдался не самым подходящим для спокойных бесед в старой хижине. Список наших задач увеличился благодаря высвобожденной ведьме и тому, кто посмел вызволить её из вечного заточения. Пора найти их уничтожить, пока их зло не нанесло очередной удар. Сегодняшний мрачный день не должен повториться.

– Ив, я подмешала в твой чай содержимое вот этого флакончика, так что будь готова скоро оказаться там, где для всех была. Они наверняка уже ищут тебя.

– Вот как, а я думала, что мы ещё поболтаем немножко…

– Ив, в другой раз. На сегодня достаточно событий. Разве ты так не считаешь?!

– О, да! Представить страшно, что творится сейчас в городе…

– Да, кстати, Ив, я оставила на твоём столе одну ампулу, так на всякий случай. Запомни, если срочно понадобиться моя помощь, просто выпей её, думая обо мне. С ней не обязательно впадать в сон…

– Хорошо, спасибо!

– Тебе пора, до встречи, дорогая!

– До скорой…

И вот несколько согревшись, придя в чувство, я очутилась в одном из коридоров нашей гимназии. И наконец, пробежав пару этажей и спустившись в фойе, я увидела своих близких, бегущих ко мне навстречу. Это непередаваемое состояние души, когда понимаешь, что ты вложил хотя бы частичку самого себя, чтобы спасти от беды тех, кто тебе безгранично дорог.
Жизнь постепенно возвращалась в свой статичный ритм, но страх в глазах прохожих горожан ещё долгое время оставлял свои отпечатки в клетках нашей памяти.

Глава пятая Старые записи. Занавес тайн

ПРОЛОГ

Мы всегда в поисках ответов на свои бесконечные вопросы. И так случается, что не всегда занавес тайн способен уйти прочь.

Ну, а если волей случая мы стали очевидцами необъяснимого…

На следующий день после бури по всему Зориону проводились восстановительные работы. В нашей школе были отменены занятия ровно на три дня. Это позволило мне воспользоваться моментом и наконец – то начать чтение дедушкиного дневника из свёртка. Да, и, кстати, пора навести порядок в его комнате, и залезть на мансардный этаж тоже не будет лишним. Возможно, среди скопленного хлама я найду что – нибудь полезного. А может и саму книгу, о которой твердил дедуля. Хотя, – подумала девчонка, – вряд я так просто обнаружу священный компас. И вот я уже забралась в свою постель, укрывшись пледом и попивая горячий чай с малиной. На коленях лежал дневник старика и вот первые страницы, с которых начинались все его последующие истории, которые он предпочёл записывать. Каждое написанное слово, каждый звук доносился до моего времени словно эхо, захватывая дух с каждой прочитанной буквой. Ещё одна глава с моими бесконечными вопросами обретала постепенную жизнь, и многое становилось яснее, и я уже не думала спросить об этом или том, мне вдруг стало доступно понятно, к чему меня вела дорога терпения. И вот, первая его запись началась с далеких шестидесятых годов двадцатого века.

«Наверно, ведение дневника это один из способов выразить свои мысли, а потом спустя время, прочесть его и вспомнить о былом, о том, как я думал, что делал, чем обладал, и к чему привело всё это. Было ли это просто рывком автоматической писанины или это что – то большее. Может быть, именно так мы закладываем цемент некой модели, которую рисует наше сознание в данную секунду, минуту. Воображаем, мечтаем, совершаем открытия. Любим и страдаем, а иначе и быть не может. Что такое любовь без боли и переживания?! И что такое боль без выхода, нет, она абсолютно открыта, она не запирает нас в четырёх стенах, мы сами удерживаем себя в этом состоянии до следующей поры проявления живых чувств. Я мог спрашивать себя до бесконечности: «что я знаю о любви и знаю ли вообще?» И да, я ведь не мог забыть о Маргарет. Нет! Никогда! Она всегда со мной, моя любимая маленькая сестрёнка, она в моём опечаленном сердце. Я тоскую по ней и не нахожу места для утешения от одиночества, от разлуки, от несправедливости. Перед глазами постоянно одна картина, день, когда удочерили мою Маргарет и разлучили нас. Как я бежал вослед за автомобилем, а она махала мне своими крохотными ручками, утирая слёзы и рассыпая их ладошкой по стеклу. Я скучаю по ней. К счастью, здесь в приюте есть Анна, она присматривает за мной, с трепетом заботится, в общем, относится как к сыну. Если бы не она я не знаю, что было бы со мной. Поэтому я чувствую, что не всё потеряно, и я могу быть счастлив».

Кавычками дед завершал каждую из своих многочисленных записей, как я успела подметить, бросая свой жаждущий взгляд на следующие рассказы. Первая довольно рассудительная показалась мне водной частью. Словно он ищет собеседника и находит его в отражениях своих внутренних голосов, которые разговаривают с ним через слова и фразы.

«Время закономерно летело вперёд. Словно птица, которую не догонишь, часы, которые бесполезно уже ремонтировать. А я продолжал настоятельно разрабатывать механизм для поиска своей сестры. Делал расчёты, выводил формулы, что – то чертил и много рисовал. В моей комнате всё буквально завалено книгами. Да, я так люблю науку, что многие считают меня фанатиком. Это похоже на зависимость, без которой уже не выживешь. С ней я связываю свои надежды и желания. К тому же я мечтаю поступить в Исследовательский Институт и стать впоследствии великим ученым. Анна говорит, что я гений и меня обязательно примут, если буду стараться и отлично сдам вступительные экзамены. Наверно она хвалит от любви ко мне, хотя ей куда виднее. Но всё же я уверен, что мои шансы ни так малы и мне посчастливится пополнить ряды студентов престижного заведения. Одно лишь слышал туда довольно сложно поступить. Но я должен. Хотя бы попытаться, ради неё, ради Маргарет. Я так верю, что изобрету что – нибудь полезное и разыщу её с помощью моих изобретений. Если бы кто – то прочитал то, что я сейчас пишу, счёл бы меня безумцем».

– Нет, дедушка ты не безумец, – вдруг выронила Иве вслух, когда в комнате кроме неё самой никого и не было. Заинтригованная девчонка не отрывая глаз, пробегалась по старинным страницам. Ей хотелось узнать всё больше и больше о том, чего ей никто и никогда не рассказывал.

Где – то там, в коридорах за дверью пробегала Сара, полная суеты, но уже через мгновение она с любопытством заглядывала в комнату старшей дочери.

– Ив, чем занимаешься? Мне показалось ты что – то говорила, не меня ли звала…?

– О, мам, тебе чего? – вздрогнула я от неожиданности.

– Я спрашиваю, не звала ли ты меня? – повторила мать.

– Да нет, с чего ты взяла?!

– Ну, ладно, – Сара помотала головой, продолжая стоять в проходе, пока не пришла мысль спросить ещё о чём – нибудь, отвлекая меня от дела, – ты читаешь?

– Да, – коротко пробубнила я, упав вниманием на страницы дедушкиных историй.

– Я, похоже, не вовремя, детка…

Ладно, не буду мешать. Ты это не теряй меня, я поехала в МЧС. Буду к вечеру, обед и ужин в холодильнике.

Я отвлеклась, от чтения, как только услышала о министерстве чрезвычайный ситуаций.

– Мам, погоди, – отбросив дневник и соскочив с постели, я кинулась за матерью.

– Да? Чем же так озабочена моя девочка, – обернулась она, затаив дыхание.

– Зачем тебе туда? Что – то мне подсказывает, что это отнюдь не лучшая идея, особенно сегодня, после того, как этот самый МЧС подвел всех жителей.

– Дорогая, Иве! Не волнуйся! Просто позвонил их директор, он узнал обо мне от королевского секретариата. Кажется, они хотят коллективно извиниться.

– Извиниться? Мам, они лично должны приползти к тебе на коленях и просить прощения за грубость и прочие издержки! Ты не обязана туда мчаться с первого из прошения, пусть сами приезжают.

– Ив, всё в порядке. Я взрослая умная женщина, к тому же допустимо хитрая. Так что одним поклоном с извинениями им не отделаться от меня.

– О, мам! Да ты коварная тётка… – засмеялась я.

– Ладно, не смейся. Они сообщили об увольнении той самой секретарши и обещали возместить моральный ущерб.

– Да, если так…

– Ты чего, дочка? Я знаю эти твои глаза, ты думаешь, что в этом есть подвох с их стороны?!

– Мам, а разве не очевидно! Не один источник из всего возможного не предоставил информации о надвигающейся буре, а ты звонишь им задолго и сообщаешь о том, что пора господа бить тревогу. Конечно, они взглянули на приборы, потом в небеса, потом снова на приборы и одно лишь приходило в каждую из их голов, отправить тебя, сама знаешь куда. А в итоге ты для них стала кем – то невероятным. Вроде бы как ангелом – спасителем.

– Ну, это громко сказано, дочка. И, да, они точно подумали, что я заглянула в будущее или…

– Или что, мама?

– Помнишь, несколько дней назад я говорила про старушку, которая стояла у ворот, а потом буквально растворилась в воздухе. Я тогда подумала, что мне померещилось, но, увы. Сегодня она снова оказалась у ворот, только в отличие от прошлого появления соизволила заговорить со мной. Я как раз только – только проводила тебя на автобус и тут она возникла за моей спиной.

– Кто же она и чего говорила то?

– Перед уходом в школу ты сказала, что обещают ливень и штормовые ветра, прихватив с собой теплое пальто. Я, конечно же, сочла это полным бредом, ведь была невероятная жара, теплый ветер и чистейшее небо. И потом ещё эта пожилая женщина, её слова меня вообще выбили из колеи! Она сказала, что к тебе стоит прислушаться и можно сказать она мне приказала срочно позвонить в этот злополучный МЧС, даже если меня засмеют и не примут всерьёз! И я ринулась к телефону, листая чуть ли не на ходу толстенный справочник.

– Надо же. Интересно кто она такая. Пророчица? – я удивлённо уставилась на мать, сама же была на сто процентов уверенна в том, что это наша бабушка Жозефа постаралась добавить огонька.

– Я так и не выпытала у неё хотя бы её имя, не успела…

– Не расстраивайся, мам, – успокаивала Ив, – появилась раз и два, третий точно появится!

– А тебе, откуда знать! Ты случайно не знакома с ней?! – недоверчиво спросила Сара.

– Нет, это вряд ли, хотя, если предположить, что мир тесен, то возможно мы встречались. Мне лишь кажется, что она не просто так заглядывает в наши дворы.

– Ну ладно, солнышко, мне пора бежать. Если что я на телефоне. Кстати, Варька у Натали, не теряй, она должна прийти домой до шести вечера.

– Пока мам…
Я снова осталась одна в своей комнате и наедине со старинным дневником, захватившим мой интерес, и была сознательно готова продолжить проникать в тайную мастерскую дедушкиного занавеса.
«Уже поздно. Все давно уснули в нашем небольшом приюте. Я, пожалуй, тот самый полуночник, который никак не может позволить себе отдохнуть. Слишком дорогое удовольствие. Каждая минута ценнее слитка золота. Чаще всего так и случается со мной, я засыпаю за своим столом среди ручек, карандашей и всяческих книжек, когда глаза перестают мне подчиняться. Но сегодня всё иначе. Ни так давно заходила Аннушка, только вот не как обычно пожелать спокойной ночи, она пришла с новостями. И вот, благодаря её смелости я держу в руках клочок бумаги с краткой информацией о моей сестре, её новых родителях; несмотря на скудность координат это уже что – то. К тому же Анна рискнула ради меня и нарушила глупый закон по вине, которого я родной брат был лишен возможности хотя бы изредка видеться с Маргарет. Они даже изменили ей имя, фамилию конечно ещё можно осилить, но имя… Не успел оглянуться, как снова уснул над очередной книгой и вот пора встречать раннее утро. Сегодня решил не колебаться, а идти нагло к королевским дворам и хоть прошло пять лет с лишним я разыщу сестру среди чужаков. Надеюсь, она узнает меня немного выросшего и дико худого. Пора в путь…»

Юный Давид схватил рюкзак, в который было сложено всё самое необходимое. Надел слегка пошарпанную уличную обувь и уже стоял у напольного зеркала в проходном холле за дверью своей комнаты. Левый кулак сжимал тот самый кусочек бумаги с информацией о Маргарет, а пальцы правой руки не переставали нервно теребить изношенную кепку, которую некогда этому мальчугану подарил отец. Юнец по несколько раз прокручивал в голове киноленту своего идеального плана. Как он придёт к воротам, которые без перебоя охраняют снаряжённые солдаты, как проявит свою смекалку и находчивость, чтобы пробраться внутрь без приглашения и наконец, решающий момент, найти семью, которая приютила его младшую сестру. Его одолевал поток сомнений и версий, ведь не факт что это тот край, где может быть его Маргарет. Имелась вероятность, что переименованная в Адель живёт, к примеру, в одном из поместий своих состоятельных опекунов. В конце концов, юноша величаво вытянул шею и настойчиво поспешил к черному выходу.

«Я уже на пути в королевство. Я ненароком вспомнил свои дальние слова, которые неустанно говорил своей маленькой сестрёнке, ещё при жизни родителей и после их гибели тем более. Я обещал ей, что никогда не брошу её и не оставлю одну, чтобы не случилось. И теперь я вышел на поиски, даже не предупредив Аннушку, зная, что она бы не отпустила меня одного. Чтобы она не волновалась сильно, я оставил для неё письмо на своём столе. Вот и пользуясь моментом незапланированного привала, решил запечатлеть свои мысли в этом дневнике. Пока я переводил дух, вытянув ноги и прислонившись к дереву возле дороги, где – то совсем близко уже стал слышен стук лошадиных копыт. Это был извозчик и его повозка, забитая на отказ сеном. Что ж, я быстро сообразил, припрятав все свои пожитки обратно в сумку и приготовившись тайком ринуться в сенное царство за спиной, держащегося за вожжи мужика. К тому же ноги гудели от боли, прокатиться пусть даже в пару кварталов это словно утолить жажду среди пустыни, в которой путь кажется по истине бесконечным».

На счастье юного искателя кучер держал путь в одну из ближайших деревень Креона, которая являлась частью королевского округа. Край плодородных земель и земля, воспитавшая миллионы великих воинов. Здесь взяла своё начало рыцарская школа, которую возглавляли признанные мастера своего дела, передающие свои знания из поколения в поколение. У этой земли много имён и множество титулов, которые она завоевала благодаря преданному служению своих воспитанников, которые отдавали свои жизни во времена войн непоколебимо и с достоинством, они все держали своё слово, свою присягу, сражаясь до конца. В те времена Феерией правил Его Величество король Армэль Байон, отец Вазилиса. Армэль могущественный и самый справедливый государь всех исторических времён королевства. Он всегда отличался своей отзывчивостью перед народом, который он вёл в будущее и о котором был обязан заботиться. Именно при его правлении страна смогла выйти на новый уровень в различных аспектах жизни. Королевство одержало победу в великой войне, которая длилась на протяжении трёх лет до дня знаменательного восшествия на трон долгожданного правителя в лице Армэля. Его короновали сразу же после смерти отца, собственно говоря, по вине которого и началась вся эта битва не на жизнь, а на смерть.

Армэль стал для всех символом новой эры, эпохи процветания и реформации. Жизнь стала лучше для всех слоев общества, будь ты крестьянин или представитель голубой крови. Он ко всем относился с уважением, вниманием. В отличие от своего покойного отца и его деспотического правления он постоянно выходил в народ, интересовался их судьбами и пожеланиями. Его труды несли всеобщее благо. И люди перестали бояться, у них появилась надежда, они увидели свет тепла в лице нового короля.

Но вскоре край Победоносцев охватила волна скорбной вести. Их король, которого все любили без исключения находился на смертном одре. Армэля охватила болезнь, ускорительно прогрессирующая. Со всего мира съезжались лучшие врачи, ученые, но никто из них не смог найти спасительного выхода. Король был обречён, но и в последние мгновения своего доброго управления королевством он не позволил себе сдаваться и унывать. Люди зажигали свечи и умоляюще взывали к Всесильному Творцу Мироздания, ожидая чуда и скорого выздоровления. От покоев больного не отходили родные, близкие, приближённые. Склонившись над умирающим отцом, стоял ещё совсем юный семнадцатилетний принц Вазилис Армэль Байон. Он с детства славился своим своевольным резким характером, своей полной противоположностью отцу, но точной копией своей матери, которая умерла сразу после родов. Не смотря на это, в его перепуганных глазах поблескивали слёзы, сбегающие по румяным щекам.

Спустя семь дней короля не стало и всё снова будто вернулось в пагубные времена морального застоя. Армэль правил восемнадцать лет, ставшие подарком судьбы и одновременно самым неутешительным горем для каждого, в чьём сердце ему удалось зажечь согревающий огонь. Но среди народа остаётся искра, и по сей день, которую они сеют, так же как и сеют хлеб.
Они верят в предание, которое гласит о том, что однажды их любимый король вернётся в их жизнь как светлое время, которое повергнет во тьму всё зло на земле. А есть и легенда, которая вполне имеет право иметь в своём содержании долю правды, помимо присущего вымысла. И об этой легенде Давиду поведает тот самый извозчик, который не случайно проезжал по той самой дороге и в то самое время, где оказался мальчик ищущий сестру.
У графства Рыцарских Зорей остановилась повозка, запряжённая лошадьми.

Я притих, выглядывая из стопки сена за шорохами шагов.

– Ну, мальчишка, думал, что я не замечу твоего появления в моей карете, – кучер с седой головой засмеялся, постукивая ладошкой по повозке, – вылезай, не бойся!

Я, конечно, ожидал, что пронесёт и моя ловкость не даст сбой, однако, мужик показался мне довольно мирно настроенным и я решил показаться на свет из скорлупы, больше похожей на сеновал.

– Здравствуйте, только не злитесь на меня, пожалуйста… – робко и, запинаясь, пробормотал юноша.

– Здравствуй, дружок! Я Болдер. Ты только глупости не придумывай, я тоже в твои годы к чужим повозкам прицепом цеплялся! Ты откуда такой? Гляжу, ног ты своих не жалеешь, глянь только, в крови что ли?! – не переставал расспрашивать любопытный пожилой мужчина, пока к нему не подбежала какая – то женщина.

– Да ничего, – ели связывая слова, Давид опустил взгляд на протоптанную подошву одного из сапогов, – у меня в сумке кеды про запас.

– О, это моя жена Люсия, – представил он нас друг другу, обнимая супругу, – кстати, тебя как звать то?!

– Давид, меня зовут Давид…

– Какой славный юноша, ты наверно голодный, – Люсия заботливо прикоснулась к моей руке, вопросительно глядя на мужа, – дорогой, может, проводишь гостя к нам в дом, он выглядит усталым и явно нуждается в медицинской помощи.

– Она у меня врач, – похвастался мужик, – ну, айда за мной, Давид.

– О, постойте, господа, Болдер, Люсия!!!

– Ах, что ж я старый не сообразил сразу, тебе тяжело идти, держись за меня, я помогу дойти до нашего дома.

– Болдер, спасибо за внимание, но не стоит, мне надо идти дальше, я очень спешу.

– Давид, в таком состоянии ты не сможешь дойти до своей точки назначения. Так что тебе очень повезло, что мы встретились, – мужчина взял паузу и продолжил, – я могу помочь, только для начала нужно привести тебя в порядок. Смотри, если в рану что не дай Бог попадёт, то не избежать заражения. И что ты делать будешь тогда?!

– Пожалуй, Вы правы, – поспешил я согласиться.

– Идём, Давид, нам о многом нужно будет поговорить.

Спустя некоторое время я сидел на кровати в комнате для гостей, а Люсия обрабатывала мою рану. В отличие от своего мужа, который что – то там творил на кухне и постоянно задавал вопросы, она не вымолвила ни слова. Лишь спросила, как я себя чувствую.

– Благодарю, Люсия. Вы очень добры ко мне.

– Ну что ты. Это моя работа, я с молодости тружусь врачом этого графства.

– И как Вам, нравится ваша профессия? – мне показалась, это было не вежливо с моей стороны продолжать тупое молчание, – От врача требуется столько ответственности.

– Я люблю своё дело, оно приносит мне радость, особенно тогда, когда я вижу что есть результат и то, что я могу помочь людям, которые нуждаются в помощи.

– Этим людям повезло, – улыбнулся я, наблюдая за неторопливой пожилой женщиной.

– Давид, твоя рана заживёт, она практически поверхностная. Я положила рядом с твоей сумкой тюбик со специальным кремом, через сутки можешь, снять повязку и мазать локально по три раза в день, пока не затянется рубец. Договорились?

– Огромное Вам спасибо, но у меня даже нет денег, чтобы как – то отблагодарить. Вы и так очень помогли мне!

– Мне достаточно твоего искреннего «спасибо», не бери в голову. Я делаю это от всего сердца, так что пообещай мне, что мазь не заваляется в твоём рюкзачке!

– Хорошо, ещё раз спасибо, пусть ваш достаток приумножится и вашему дому воздастся во сто крат, – ответил Давид на одном дыхании.

– А ты человек не без веры, слышу, – громогласно сказал извозчик, только что, зайдя в комнату, – пойдём на кухню, кормить тебя буду, да поговорим по душам. Ты не против беседы?!

Я поглядел на Люсию, которая улыбчиво кивала головой, собирая медикаменты в аптечку.

– Люсия, дорогая ты с нами? – не дожидаясь моего ответа, мужчина обратился к жене.

– Вы меня извините, но я отлучусь на пару часов, у меня обход по больным. Рада была познакомиться, Давид.

– Взаимно, Люсия. Я ещё увижу Вас? – спросил мальчишка.

– Думаю, что «да». До свидания…

– До свидания, Люсия…

Женщина поцеловала своего мужа и скрылась по ту сторону парадной двери.

Первых несколько минут мы оба жадно уплетали всякую еду, которая богато заполняла деревянный стол, молчаливо переглядываясь на паузах пережёвывания.

– Ты что предпочтёшь, сынок, чаю из трав или молока, хотя я бы посоветовал тебе чая, он славится в этих местах…

– Спасибо, сэр. Я бы не отказался от горячего чая.

– Замечательный выбор, Давид. Тогда я пока буду чай разливать, а ты расскажи мне всё – таки, откуда ты и куда шёл?

– Я из Зорионского приюта, – вдруг вырвалось у меня, – ищу свою младшую сестру, которую удочерили пять лет назад.

Болдер поставил осторожно кружки с чаем на середину стола и присел, задумчиво вглядываясь в мой профиль.

– Нелегкая судьба у тебя. Но ты не сдаёшься, надо быть истинно преданным и храбрым, чтобы отправиться одному на поиски в твоём то возрасте. А что же с вашими родителями?

– Они погибли, а нас отдали с Маргарет в приют. Но, к моему сожалению, её очень скоро удочерили какие – то вельможи, а я остался один. Но я должен отыскать её, я обещал, что позабочусь о ней!

– Когда же ты видел её последний раз?!

– Очень давно, когда её увезли. И с тех пор мне просто запретили видеться с ней. Потому что, видите ли, она теперь приёмная дочь представителей высшего общества, они видимо посчитали, что я испорчу её.

– Да уж, не простая ситуация. Тебе известно, где она живёт?

– Я знаю совсем не многое. Вот, смотрите, – я достал из брючного кармана лоскуток бумаги с координатами и указал на него отзывчивому сэру, – её новое имя, имена опекунов…

– Откуда это у тебя?!

– Это Анна мне помогла, она заведует нашим приютом.

– Не может быть, супруги Ирвайн…

– Что, что – то ни так, сэр Болдер?

– Давид, это очень высокопоставленные люди, понимаешь? Если твоя сестра действительно у них, то в одиночку тебе не справиться никогда!
– Я знаю, что они приближённые короля Вазилиса, а Мэйтланд его дальний родственник.

– Ну, на что тебе я, – улыбнулся извозчик, – я говорил, что могу помочь, значит помогу. Ты это пей чай, а я расскажу тебе об одном придании и странствующей легенде о каменном принце.

– О каменном принце…?

– Именно так, это придание появилось в народе после смерти легендарного короля Феерии Армэля. С тех пор оно передаётся из века в век, как несгораемый свет веры, надежды и любви. Мы свято верим в вечность нашего единственного благодатного короля, его дух и по сей день со всеми нами, даже если тело давно утратило способность к существованию.

Я с наслаждением потягивал чудотворный чай глоток за глотком, внимательно навострив уши и сосредоточенно сфокусировавшись на моём новом знакомом.

– Извините, сэр, что перебиваю Вас, но как это поможет мне найти сестру?

– О, дружок, ты даже представить себе не можешь насколько это значимо! Так уж случилось, что нынешний король Вазилис, сын каменного принца выбрал черную дорожку и не последовал по стопам своего мудрого родителя. Отсюда и трещины во всём, чего бы ни касался деспотический властелин. К сожалению, всей своей натурой он полностью отображает свою мать, умершую после родов.

– Почему, к сожалению, она была нехорошим человеком?! – с удивлением озадачился юноша.

– Когда они только – только поженились, Армэль и его возлюбленная принцесса Алоя Лу всё было куда прекрасней. Все буквально ликовали вместе с ними и разделяли их счастье. Принцесса была чиста душой и достойна своего титулованного звания. Особая радость объяла всё королевство, когда официально было заявлено что золотая чета ожидает первенца, а возможно и наследника престола. Но с их блаженством не могла смериться одна незнакомка, внезапно появившиеся в городе в лице восточной гостьи. Она оказалась не той за кого себя преподносила, тем самым погубив многочисленные души. Но задолго до своего разоблачения она вошла в доверие со стороны Алой, которая публично признала её своей новой почётной подругой с Востока. За дружбу, с которой ей пришлось в итоге поплатиться.

– Бедняжка, Алоя Лу, она же не знала, что не ту выбирает в ряды подруг!

– Да, не знала и не должна была узнать, именно для этого Персефона хорошо постаралась.

– Персефона?

– Это имя той завистливой чужому счастью гостьи.

– Фу, как мерзко звучит «Персефона», что значит её имя?

– В этом ты прав, сынок, если переводить её имя со всех древнейших языков и диалектов, то кратко говоря это значит «убийца».

– Какой ужас! Неужели её так назвали при рождении родители?!

– Давид, она не человек, как потом это выявилось. Её породила магия древних цивилизаций, когда по земле ходили огненные драконы и прочие твари. В те далёкие времена своего зарождения Персефона значилась как нейтральная сторона черно – белого мира.

– Ничего подобного не слышал! Как может магия породить человекообразное существо и главное зачем?!

– Хм, вопрос хороший и смешной, – кучер засмеялся, наверно от моего не осведомления по магической части, – сынок, магия способна на многое, но она становится страшной и опасной для всех, когда ей не умеют разумно пользоваться. С помощью магии можно творить маленькие чудеса, помогать людям, делать мир краше. Но если в игру вступают черные мысли, последствия печальны.

– Я думаю, разумный человек отдаст своё предпочтение науке, которая обоснована фактами, именно по – этому я решил поступать в Исследовательский Институт.

– Я рад за тебя. Вот видишь, Давид в твоём сознании добрые мысли, держись их и никогда не упускай!

– И что произошло с этой…, даже и не знаю как её правильнее называть?

– По сути, она вроде и человек, ей также сопутствуют эмоции, чувства. Но природу не обманешь, магия преобладает и берёт верх над её человечностью. Так Персефона окончательно переродилась из нейтрального существа в чёрную ведьму. Её погубила зависть и гордость. И как бы не старалась белая сторона будущей ведьмы не поддаваться зловещей силе, чернота окончательно сформировалась и проснулась в ней разрушительной силой, желающей уничтожать и убивать всё хорошее в наших мирах. Персефона завладела телом Алой Лу, а потом и душой красавицы. И пока ведьма владела сосудом принцессы, та могла жить и вынашивать ребёнка. Но Алоя, которую знал Армэль, была обречена и её душа умирала с каждой секундой. Под влиянием оказался и эмбрион, который впитывал в себя всё больше зла, чем добра, которое стремительно покидало мать этого ребёнка. Персефоне было выгодно поддерживать жизнь опороченной принцессы, чтобы та могла выносить дитя и родить его на свет, как посланника во имя тьмы. Только это не то дитя, которое зарождалось в любви, это порождение ведьмовского отпрыска.

– Ничего себе, – воскликнул Давид, – вот это поворот! Получается, что Вазилис сын Персефоны?!

– Если фактически то да. Но о биологии тут и спорить глупо, ведь этот плод практически изначально развивался во тьме, которую наложила колдунья, словно проклятие. План незваной гостьи сработал, после родов магический дух ведьмы покинул тело Алой Лу, чтобы продолжить свои мрачные дела. К несчастью Армэль слишком поздно заподозрил в любимой разлад. И когда родился сын, он со страхом смотрел на кричащего малыша, боясь даже взять первенца на руки. С рождением Вазилиса ведьма наложила заклятие на короля, которое должно было исполниться спустя семнадцать лет. А сама ведьма временно исчезла в неизвестном направлении и за эти семнадцать лет о ней никто не слышал. Но она времени точно не теряла, готовясь ко дню смерти Армэля и коронации Вазилиса. Она вернулась в город, когда мальчик повзрослел, а сам король Феерии слёг с болезнью. Ведьма не смогла поработить душу благородного короля, завладеть его сердцем тоже не вышло, ведь оно всегда принадлежало Алое. И такое положение вещей само собой разгневало Персефону, и она закляла короля на каменную смерть. Тем самым заточив в ловушку не только его тело, но и дух. На глазах у всех находящихся в покоях он был облечён в камень. Рыцари первого двора бережно спускали окаменелое тело государя в гробницу. С тех пор его стали называть каменным принцем. На почве этого придания родилась одна очень занимательная легенда, – кучер выдержал паузу и посмотрел в мои заинтригованные глаза, – хочешь послушать?

– С удовольствием! Я с интересом выслушаю эту легенду…

– Хорошо, на другой ответ я и не рассчитывал, Давид. Не поверишь, ну у этой легенды есть даже официальное название.

– Какое же? – откусив зеленое яблоко, спросил юнец.

– Она называется «Кристальное сердце». В ней говорится о том, что однажды на земли рыцарских зорей придёт избранный посланник Сил Добра, и дитя Всемогущего Владыки Мироздания с миссией освободить душу каменного принца. Потому что никто и ничто не смогло разбить заколдованный камень до сего времени и поэтому в своё время и в назначенный час пророчество сбудется. Каменный принц будет наделён неземной силой, которая соединиться с силой посланника и они отправят Персефону в вечное заточение. Небеса будут судить ведьму за все содеянное. И тогда в наше королевство снова вернётся благая пора мира и справедливости.

– Было бы замечательно, если легенда действительно носит пророческий характер, тогда у всех нас появится шанс на лучшую жизнь без намека на тиранию, – рассуждал Давид, – Болдер, скажите, откуда вы столько всего знаете?!

– О, возможно ты в это не поверишь, но я живу уже достаточно долго, настолько долго, что впору писать историю, – нахмурившись и скрестив руки, ответил извозчик.

– Что Вы хотите этим сказать? – не отставал мальчишка.

– Хм, а ты любопытен, в хорошем смысле слова. Вижу живой интерес в тебе. Ну, посмотри на меня, вот на твой зоркий глаз, сколько мне лет? – увернулся мужчина.

– М, не хочу быть не вежливым, ну может, где – то около шестидесяти…?

– Ого, неожиданно! Считай, что ты сделал мне комплимент, – старик засмеялся, похлопывая мальчугана по плечу, – впрочем, если бы ты дал мне даже лет семьдесят, мне бы польстило!

– Ну, ладно, гляжу, я опять рассмешил Вас, если так дальше пойдёт, я просто призван стать шутом в этой деревне. Похоже, я плохо разбираюсь в людях, особенно с их возрастом, – расстроенно и с ноткой самоиронии протянул юноша.

– Извини меня, я давно так не хохотал, – виновато подхватил Болдер, – я и вправду за последние годы очень постарел, хотя в душе живёт шальная молодость. Ты знаешь, мой юный друг, я могу рассказывать тебе множество историй, им конца и края нет, но веришь ли ты мне?! Я старый не обижусь, если признаешься, что я утомил тебя…

– Нисколько не утомили, – схватился я за его руку, – я узнал много нового и я верю Вам, верю в то, о чём рассказываете. Возможно, мы знакомы всего несколько часов, но у меня нет причин не доверять, надеюсь, так оно и будет. Вы же не обманываете меня?

– Нет, мой друг, я не сторонник лжи, потому что я, так же как и ты готов бороться против черного света до последнего издыхания. Мы с тобой в некоторых вещах очень похожи. Когда я увидел тебя в своей повозке, я тут же вспомнил самого себя. Такого же напуганного до смерти. Однажды, много лет назад, я спрятался в одной из повозок стоящих на рынке так и оказался в этом графстве. С тех пор я живу здесь, где мне хорошо и спокойно, подальше от обмана и ненависти, лицемерия и жестокости.

– О, мамочки, Болдер, откуда же Вы так бежали в те времена?

– От своего отца. Он, конечно, давно умер, но его злобный дух и по сей день нагоняет ужас. Я бежал из родного дома, в котором всегда царил холод, вместо теплого очага. Убегал от родителя совсем мальчишкой, куда подальше, чтобы не стать таким же, как он, – старик сделал паузу и на одном выдохе завершил фразу, – чтобы не стать продолжением его тиранства и бездушья!!!

Я слушал Болдера с открытым ртом, когда в голове созидалась по кусочкам истинная картина всего, о чём он говорил, будто переживал это заново, тревожно жестикулируя руками и пуская произвольную слезу.

– Но Вы ведь совсем другой человек, даже не верится, что кто – то из Ваших родителей может быть тираном.

– Именно поэтому я сбежал, чтобы жить среди хороших простых людей и научиться у них тому, чему не мог бы научить меня отец. И тем самым извозчиком, в чью карету я залез, оказался родитель моей нынешней жены. Можно сказать её родители воспитали во мне того человека, который сейчас сидит перед тобой в крестьянской рубашке, держа в руках деревянную кружку с чаем. И если бы я не бежал, то всех этих маленьких мелочей, наполняющих меня счастьем, просто не было бы в моей жизни.

– Даже и не знаю, как реагировать, ну как не крути Вам и правда, повезло с выбором повозки. Только подумать, если бы Вы спрятались в какой – то иной…

– Не заморачивай голову, мой юный друг, даже думать не желаю о том, чтобы случилось со мной, будь оно так! Не всякий человек осмелился бы приютить в своём доме беглеца. Однако семья Люсии оказалась совсем не похожей на другие, не один из них не задавал мне назойливых вопросов. Они сочувственно отнеслись ко мне и приняли как своего. Дали кров, свежую одежду, пищу и даже нашли для меня работу. Это было так необычно для меня, я постепенно влюблялся в свою новую жизнь среди их общества. И не грех сказать, что я влюбился в первую очередь в дочь извозчика, как только её увидел, когда она играла с подругами во дворе за домом. Ей было на ту пору лет десять, немного младше меня, – старик мечтательно притих на пару секунд, – и я ни капли об этом не жалею, Давид. Единственное моё сожаление в том, что я не уберёг своего младшего брата.

– Сэр, мне очень жаль, что же с ним произошло, от чего такая печаль в Ваших глазах?

– Ах, мой юный друг, я горжусь тобой, что ты идёшь напролом и не сдаёшься, я надеюсь, ты сможешь найти свою сестру и воссоединиться с ней вновь. К моему же сожалению, я упустил свою возможность, и теперь мой брат ещё в большой опасности, даже будучи умершим. Не знаю, что сейчас проходят по истории, но там есть эпизод, по крайней мере, был о сбежавшем королевском сыне, которого готовили к трону, а он бесследно исчез, и никому не удалось найти его в течение многих лет. В итоге официально было заявлено, что старший сын короля Николаса Байона погиб в одном из своих рыцарских походов сражаясь за королевство.

Я замер и теперь точно растерялся, держа в руках откусанный кусок черного хлеба. Ведь передо мной сидел представитель королевской крови, только совершенно не похожий на вельможу.

– Сэр…как же мне позволено обращаться к Вам, Вы всё же…?

– Ну, что ты засмущался, я всё тот же Болдер, только не смотри на меня так, ну как ты сейчас смотришь и теряешься в пространстве!

– Честно говоря, я ещё не слышал этой истории, но если я правильно думаю, то концовка этой истории совершенно другая. Я прав?

– Только прежде пообещай мне одну мелочь…

– Что именно, сэр Болдер?

– Пообещай, что никогда не будешь обращаться ко мне типа там «Ваше Величество» или ещё что подобное. Пойми ты это ни к чему, а если откровенно меня тошнит от таких штучек, к счастью, прожив немалую жизнь, я доволен всей этой простотой. Это куда лучше, чем жить среди роскоши день и ночь, но не испытывать ни грамма счастья.

– Изумительно! Ну, это же Вы тот самый сбежавший сын, а значит…

– …а значит, Давид, что я старший брат каменного принца.

– О, мне жаль, мне очень жаль вашего брата! Но если разложить карты, образно выражаясь, ему можно помочь. Помните, Вы сами недавно говорили о грядущем посланнике, который придёт и освободит душу принца. Думаю, пророчества всегда сбываются. Знаете, чему я больше всего удивляюсь, сэр?

– Чему же, сынок? Надеюсь ни тому, что я отказался от величия и превратился в простого жителя…

– Ну, что Вы, таким поступком можно лишь гордиться! Не каждый принц способен так отстаивать свои позиции. Ваша честность перед самим собой вдохновляет! А удивлён тем, что Вы и с братом сыновья такого человека, как Ваш отец.

– Я знаю, о чём можно подумать, что яблоко от яблони не далеко падает. Но к счастью, не смотря на яблоню, которая дала нам жизнь, нам удалось избежать генетических пороков отца. И к тому же наша мать была замечательной женщиной, поэтому я уверен в том, что именно её молоко спасло нас с братом от дурного влияния отца.

– Надеюсь, я не обидел Вас…?

– Если ты насчёт яблони, то где же тут твоя вина! Не болтай чепуху, мальчишка!

– Сэр, я всё ещё в некотором шоковом состоянии, столько информации. Ну, надо же, – не переставал я подмечать особо пикантные моменты, – я залез в повозку к брату каменного принца. Если рассказать кому, так не поверят!

– А ты впечатлительный такой, я, похоже, немного перегнул с рассказами, надо было растянуть, – улыбнулся Болдер, – хотя, ты же сразу понял какой я болтун. Если начну, так и не остановить.

– Сэр, возможно, я задаю лишние вопросы, но всё – таки, позвольте…

– Спрашивай! Хорошему другу, почему бы не позволить…

– Я о каменном принце, он также находится в королевском дворце?

– А как же. Конечно у моего племянника ещё тот нрав, но в нашем роду всегда было заведено традицией, чтить память ушедших правителей. Они все погребены в родовой гробнице Байон. И Армэль тоже среди них. Я постоянно думаю, о посланнике и меня не покидает мысль о том, когда именно он придёт, доживу ли я до этих славных времён. Я чувствую вину перед братом, за то, что оставил его среди пучины зла, а сам убежал, словно трус, даже толком не попрощавшись. Мне кажется, он огорчён этим моим поступком. И первое что я мечтаю исполнить, это попросить у него прощения, прежде чем покинуть этот мир.

– Знаете, Болдер, мне кажется, Ваш брат понимал мотивацию Вашего побега, и он скорее тосковал по Вам, нежели сердился. Он же Армэль и этим всё сказано!

– Пожалуй, ты прав, Давид! Теперь ты знаешь кто я, откуда и какие у меня мечты. Мне бы хотелось, чтобы это осталось только между нами, пока я жив.

Я рассказал о своих секретах именно тебе, потому посланник, которого я так жду он из рода твоих будущих потомков. И да, моя повозка сегодня не случайно проезжала мимо тебя, так сложилась дорога судьбы, которая привела нас друг к другу.

– Да кто же Вы на самом – то деле?! Я уже запутался, у меня ощущение, что напротив меня сидит ко всему прочему ещё и пророк.

– Хм, в этом я тебя разочарую, я просто человек. Но в моей жизни случалась одна встреча. Она назвала себя хранительницей времён и многое что пророчила. Так я узнал о том, что ты в своё время и час отправишься искать Маргарет. А я послужу тебе проводником в твоём пути и наставником. И есть ещё кое – что важное, что ты должен знать…

– Говорите же, только не молчите так выжидающе, это о моей сестре? Уважаемый…говорите…

– Ну, говорить тут долго можно, а можно и кратко объясниться, только, друг мой юный, спешу предупредить о том, что ты должен выслушать со всем вниманием и не совершать поспешных глупостей.

– Что же передала эта пророчица и, кстати, у неё имя хоть есть?

– О, правда, что, как я мог упустить этот нюанс! Вот видишь, это всё издержки старости сказываются! Постой, я сейчас точно вспомню её имя…а, вспомнил, Кэмила!

– Хранительница Кэмила значит. Как загадочно…

– Давид, твоей сестры давно уже нет в королевских дворах, если ты туда отправишься, то зря потеряешь время.

– Постойте, Вы это серьёзно, где же она тогда? Лишь бы с ней всё было в порядке…

– Не бойся, ангелы будут охранять твою сестру, пока она растёт. Маргарет сбежала от своих опекунов, которые использовали её. А если быть точным, они удочерили её далеко не из добрых побуждений, им нужна была сила этой девочки. У твоей сестры есть дар, в будущем она станет целительницей. И я рад тому, что ей удалось вырваться из лап новоиспечённых родителей. Эти люди очень опасны, даже лучше не знать какими грязными делами они занимаются. И пока на троне восседает тиран, королевские дворы полны беззакония, на которое давно закрывают глаза.

– У меня нет слов, но я полагаю, хранительница сказала Вам, где спряталась моя Маргарет?

– Послушай, Давид! Ты не должен искать её сейчас. Она должна оставаться втайне от всех, пока не придёт посланник и не свершит назначенную миссию. Только тогда ангелы, хранящие Маргарет откроют свои крылья, целительница обретёт полную силу и сама придёт к тебе. Если ты дорожишь жизнью своей сестры, ты смиришься и проявишь терпение. Пойми, это очень важно!

– Как же так…

– Понимаю, ты расстроен, мой мальчик. Но терпение теперь твоё главное оружие. У меня совет к тебе будет…

Заведи дневник и записывай в него то, что узнаёшь и слышишь, видишь и переживаешь. Всё что запишешь, сыграет роль в будущем, когда у тебя появится семья и потомки. В том времени сердце тебе подскажет, в чьи руки должен быть передан дневник. Понять, кто в твоём роду истинный посланник ты сможешь только тогда, когда станешь отцом и у тебя появиться первенец. И тогда твоя миссия будет исполнена, а значит, пророчество сбудется, которого мы все так ожидаем. Ты понял, как должен действовать?

– Хорошо, я понял, я выполню то, что обязан. Правда, придётся научиться терпению, чтобы выполнить своё обещание не торопить событий.

Старик подошёл ко мне, положив ладони на мои плечи и спросил: – ты обещаешь выполнить свою миссию добросовестно, сынок?

– Вы не разочаруетесь во мне, Болдер!

– Вот и славно! Кстати, хочешь сходить со мной на рыбалку, хоть отвлечёшься от приюта немного?

– Если приглашаете, я с удовольствием, если я не стану обузой со своей хромой ногой…

– А куда нам спешить! Доскачем до речки, наловим рыбы и обратно. А вечерком пожарим, эх, вкуснятина!!!

– Поехали, а то уже слюнки бегут…

«Каменный принц, посланник, хранительница Кэмила, целительница Маргарет…каменный принц…» – неустанно повторяла и повторяла Ив, пытаясь уложить информацию в голове и собрать картинку из всего, что успела прочесть из дневника дедушки.

– О каменном принце думаешь? – внезапно в пустой комнате образовалась проекция Жозефы.

– А! А! А! – от неожиданности подобного появления Ив свалилась с кровати вместе с открытым дневником, – бабушка, ты что творишь, меня чуть инфаркт не схватил, нельзя же так появляться!!! А если бы я была не одна, тебя могут увидеть!

– Тише, тише детка! Я бы почувствовала присутствие других.

– Ух ты, так ты вон ещё что можешь! Что я ещё не знаю о своей бабушке…

– Прости, я не хотела напугать тебя! Больше так не буду. Честно сказать, я и не планировала оказаться здесь сейчас, но ты так громко думаешь, вот я решила заглянуть по пути к любимой внучке. Ты же не против?!

– Ладно! Фу, – отдышавшись от испуга, я присела на край кровати и уставилась на бабулю, – бабуль, кажется, я узнала много чего новенького. Карты некоторых закрытых вопросов стали ответами, я даже не знаю с чего начать…в данный момент я под большим впечатлением.

– Я уже услышала многое, так что я в курсе, милая моя девочка. Так ты хотела знать ещё что – нибудь о возможностях своей бабушки, вот, пожалуйста, пример, я всегда слышу, о чём ты думаешь, так что вслух не обязательно.

– Ничего себе. То есть, если мне понадобиться твоя помощь, ты услышишь меня на любом расстоянии, в каком бы измерении ты не была?

– К сожалению, не всегда. Есть так называемые портальные узлы, которые всё блокируют, если я окажусь в этой зоне, я не смогу услышать.

– Так как быть, мало нам Персефоны было, наверняка и страшней вещи бывают, что я без тебя смогу…?!

– Поэтому Ив я буду тебя постепенно учить, по мере твоего роста и физических возможностей. Помнишь, я варила всякие настои при тебе, так вот есть одно у меня средство на тот экстренный случай. Я сегодня вечером доставлю его тебе. Договорились?

– Замечательно, хоть успокоила меня, а то я и так паникую слишком. Хм, я тут подумала о доставке, скажи кому, что мне с другого мира посылочки шлют, так…

– Ив, детка, не заморачивай голову ерундовыми мыслями. Лучше подумай о том, что прочитала только что…

– Да думаю, бабуль, только об этом и думаю! Представляешь, я посланник, а сам каменный принц ждёт, когда я освобожу его из заклятого гроба. Страсти то, какие и не с кем поделиться кроме тебя. А так хочется…

– Дорогая, мне жаль, но не печалься, ты не всегда будешь так одинока в своей миссии.

– Что ты хочешь этим сказать?

– А то, что будут появляться те, кто равен тебе и у кого призвание миры спасать и бороться с вселенским злом.

– Ты знаешь таких персонажей?

– Ив, не гони лошадей, – улыбнулась Жозефа.

– Ну, ладно, шутки шутками, давай о серьёзных делах, раз ты здесь, бабушка. Как мне пробраться в гробницу охраняемого королевского дворца? Армэль уже, который десяток лет ждёт…

– Милая, помогать тебе моё предназначение. Скоро увидимся в царстве единорога, и я подготовлю тебя к миссии посланника и…пора браться за твоё обучение…

– Хорошо! И чтобы я без тебя делала!? Спасибо бабушка!

– Мне пора, Ив, береги себя, – провидица поцеловала меня, в одно мгновение, растворяясь в воздухе.
Я посчитала, что на сегодня информации более чем предостаточно. Есть что переварить и, конечно же, исполнить в практике. А пока пора сделать рекламную паузу и убраться в пустой комнате деда Давида.

Глава шестая Элемент седьмого тритона. Проект несбывшихся надежд

«Ага, размечталась ты детка, уборку опять придётся отложить на неопределённый срок, особенно когда на дисплее моего мобильника Эмка красуется…» – промелькнуло в сознании Ив, когда она только собралась на давно запланированную экскурсию по апартаментам пропавшего деда.

– Алло? – звонким эхом послышалось приветствие лучшей подруги.

– Эмма, дорогая, привет! Я рада слышать тебя! Как проходят внезапно появившиеся выходные?

– О, просто потрясно! А у тебя там, что за тишина такая, ты, где вообще?

– Я дома, генеральную уборку затеяла в одной старой комнате…

– Ты шутишь! Ну, подруга, ты даёшь! Интересней дела не нашла?

– Эмка, зря иронизируешь, это по – своему интересно!

– Да уж, умеешь ты удивить, Ив! Слушай, я тут по магазинам с тёткой брожу, да себе прикупаю некоторые побрякушки для похода.

– Ой, у меня же совсем из головы вылетело! Точно…

– Эй, не беспокойся подружка, я и на тебя взяла фонарик и ещё кое – что…

– О, спасибо, Эмма, без тебя пропала бы я, как всегда выручаешь!

– Не поверишь, Иве, я как чувствовала, что ты что – нибудь да забудешь!

– Неужели? Прямо так и чувствовала…?

– Ну, да, а что тут гадать! Хожу, брожу тут и вижу, продают всякое снадобье по мелочи, да полезное, и вот екнуло где – то под сердцем, что сразу по твою душу вспомнила. Думаю, надо бы и моей сестрёнке прихватить…

– Эмка, – расхохоталась Ангельская на том проводе, пока выслушивала фантазии в исполнении некровной сестры, – ну, ты спец по красочному описанию событий! Может тебе в репортёры выдвигать кандидатуру или ещё что – нибудь подобное…? Ну, гениально, Эмма!!!

– Ага, может лучше в шуты, клоуны и что там ещё, быть может…?!

– Да ладно тебе, Эмка ты чего обиделась, я же серьёзно! Не успеешь оглянуться, как придёт пора определяться с профессией, а тут талант на лицо, я вижу это в тебе невооружённым глазом! Понимаешь, подруга?

– Да ну тебя, талант, тоже мне…

– Ты себя недооцениваешь, Эм!

– Короче, Ив, о профессиях успеем поболтать после школьного бала и когда ты, наконец, соберёшься с духом открыться моему братишке!

– Ничего себе! Это открытый шантаж, Эмма!

– Что Эмма! Кристофер звонил мне раз пять как минимум. О чём мы говорили по – твоему мнению, вернее сказать о ком и кто больше говорил, а чьи уши слушали, слушали…

– Когда это он успел то, ты же вроде сама собиралась звонить ему, впрочем, почему бы ему самому не позвонить мне?

– М, ты права, пусть тебе позвонит сам, уже большой мальчик. А то если мне снова придётся его выслушивать, я не выдержу! Все уши прожужжал; жужжу – жужжу…

– Хм, какая ты смешная у меня подруга, – юная избранная уливалась от слёз смеха, неволей глядя на стремительно бегущие стрелки наручных часов, – слушай, заходи в гости после своего шопинга, да поболтаем нормально, мне сейчас правда убраться бы, а?

– Хорошо, Ив, а меня, кстати, тетушка уже зовёт, она себе платье присматривала, на свиданье собралась с каким – то там ученым, прикинь…!

Ну, ладно я домой, а потом к тебе, до скорой встречи, Иве!

– Ага, жду, жду…! – поддакивала Ив, придерживая телефон притиснутой к плечу щекой, умудряясь скользить шваброй по запылённому паркету заброшенных покоев родственника.

Пока мы болтали с Эмкой на протяжении минут сорока, я уже успела так несколько приспособиться и осмотреться в периметре пустой тёмной спальни, которую давно пора привести в уютное гнёздышко. «Одним ведром чистой воды не обойтись, пылесосом тем более, даже самым – самым современным. К тому же мансардный этаж над дедушкиной комнатой я просто обязана вернуть «к жизни». Я уже поднималась туда ранее, сплошные коробки, местами царствует паутина, ценная мебель накрыта белыми тряпками» – не переставала рассуждать Ив, полная решительного энтузиазма.

Она словно не столько старалась ради поиска загадочной книги, сколько уверенно готовилась к возвращению хозяина опустевшей до боли спальни, который являлся ей пару раз по воле тех или иных обстоятельств. Хотя последнее появление деда Давида сквозь водяное окно, там, среди футбольного поля, было скорее уловкой внезапно вернувшейся ведьмы.

Наконец, спустя полтора часа темная комнатка в самом конце коридора преобразовалась до неузнаваемости. Всё буквально блестело и радовало глаз, пахло чистотой вкуса лайма. Окна, выходящие в сад позади усадьбы, излучали естественный свет, проходя сквозь идеально прозрачные стёкла. Единственное что осталось неизменным так это одиноко стоящее кресло – качалка и запертый сундук, от которого оставалось найти ключ. Когда – то Сара собиралась сделать здесь ремонт, но почему – то она нерешительно оттягивала эту задачу, так и не зайдя в эту комнату ни разу после исчезновения отца. Похоже, внучка решила взять вопрос в свои руки, ведь кому – кому, а ей точно было известно, что рано или поздно пропавшие возвращаются, если конечно их миссии не оформлены точками завершения земного следования.

«Что ж, на закуску осталась мансарда, – протянула девчонка на выдохе, притоптывая ножкой и облокачиваясь на перилыде лестницы, ведущей наверх, где раньше был кабинет, в котором дед Давид мог засиживаться часами, – что – то мне подсказывает, что там мне будет куда веселее»…

Стоило ли мечтательно подпирать подбородок, глядя на дверь забытого кабинета, растягивая минуты передышки – ведь как всегда вовремя, на волне своих полётов Ив вздрогнула от раздающегося голоса подруги, которая смело, разгуливала по первому этажу дома, в ожидании отклика.

– Эй, есть, кто дома? – кричала только что ступившая на порог Эмка, которой долго никто не открывал парадную дверь, – Ив, это я…

– Эмма, Эмма, – отозвала избранная подругу, высунув голову из дедушкиной комнаты, – поднимайся наверх, я тут марафет навожу всё ещё!

– Ив, Слава Богу, а то я было, уже подумала, что зря пришла, – обрадовалась Эмма, оставляя позади множество ступенек…

По привычке Эмка заглянула в спальню Ив, но та неожиданно выскользнула из самой отдалённой спальни, весело шагая навстречу любопытной подруге.

– Приветики, Эм, – обняла я подругу, – честно признаться, я не ожидала тебя так рано!

– Ничего себе рано! Я наоборот поздно, тётушка по пути решила опустошить ещё один магазин, так что, – Эмка глянула на часы и эмоционально продолжила, – ого, так ведь почти два часа утекло после нашего телефонного разговора!

– И правда, уже к вечеру плывём…

– Ну, что мы стоим подруга, помощь нужна? – озадачилась Эм.

– Ты что, гостям не положено руки пачкать, пошли лучше чаю попьём. Ты кстати есть хочешь?

– Ив, в общем, я предлагаю поесть и вернуться к твоей уборке, я с радостью помогу! – распорядилась Эм, стремительно направляясь на кухню.

– Ну, ладно, неплохой расклад, лишняя пара рук мне не помешает, – засмеялась Ив, уже оказавшись во власти кухонной комнаты и заглядывая в переполненный холодильник, – так, что тут у нас…?

– Что же я без дела стою то, – мило возмутилась Эмка, хватаясь за дверцу холодильного шкафа и недолго думая, хватая всё подряд, – доставай всё, я сегодня ничего ещё не ела с этим шопингом! А ты чего, Ив…?

– А, вот же держи, там, кажется рыба и мясо какое – то есть, ты что будешь, Эм?

– Ой, я буду всё, – Эмка только успевала хватать и ставить кастрюли на разогрев, облизываясь от нахлынувшего голода, – под этой фольгой кажется мясной рулет, чем – то там фаршированный. Может его в духовке надо разогревать, а Ив?

– М, думаю, что лучше в духовке…

– Эй, – затянула паузу Эмка, уставившись на некровную сестру, – ты чего задумчивая такая, случилось что?

– О, нет же, всё супер! Ты лучше присаживайся, пока еда разогревается и рассказывай, что нибудь! – опомнилась Ив, вытирая руки о полотенце.

– Ну, так вот, мы договаривались поговорить о Кристофере, – пережевывая огурец, вымолвила Эмка.

– Эмма, ты совершенно неисправима! Есть миллион тем, о которых говорят девчонки типа нас. К тому же, если твой братишка хочет услышать мой голос, дай ему мой номер телефона…

– Вся беда в том, Ив, что он такой же нерешительный, как и ты и что мне делать с вами обоими, а?

– Что тебе делать, задача века прямо так, – буркнула Иве, – перестать играть роль свахи, например! Нам всего по двенадцать, амурные делишки могут подождать!

– Извини, я знаю, что порядком надоела этим своим рвением, впредь больше не буду давить, ладно?!

– О, кажется всё готово к употреблению, – увильнула Ив, заставляя стол ароматными блюдами и всем прочим, – Эм, доставай нам посуду…

– Ив, так что же скажешь мне в ответ, только не молчи ради Бога!?

– Я скажу, что же я скажу, – раскачиваясь, от плиты к столу паясничала юная хозяюшка, – Эм, в данное время могу сказать лишь одно, что нам пора покушать, смотри, сколько всего вкусного наготовила моя мама!

– Из тебя ничего не вытянешь, Иве, любишь ты от ответов убегать, – нервно шевеля по тарелке вилкой, досадно протянула подруга, – короче, ладно, поживём и увидим, что нам время принесёт. Ага?

– Эмка, ешь, давай, хватит болтать с полным ртом! Я же давно намекнула, что не против звонка нашего прекрасного канадского парня.

– Всё с тобой ясно, эти твои глаза с блеском я знаю, как свои пять пальцев, влюбилась ты в моего братишку по самые уши, только не признаешься.

– Да, Эмма я влюбилась и это потрясающее чувство, только в моём воображении одна сплошная иллюзия и ничего более того. Вот увидишь, однажды наступит выпускной, а с ним и традиционный бал в школе и где твой Кристофер? Придётся танцевать мне одной…

– Глупышка моя, – участливо улыбнулась Эм, – у меня же фешенебельная новость для тебя, как я могла забыть…!

– Не интригуй, ты же ничего не забывала на самом деле, брось юлить, ты ведь момент подходящий поджидала, а Эм? Говори же…

– На следующий год Кристофер возвращается, и наша великолепная троица снова воссоединиться! – величественно объявила Эмка.

– О, у меня нет слов…

– Ещё бы, так, где твоя радость! Насколько я знаю свою подругу Ив, обычно она в такие моменты визжит как угорелая и скачет до потери пульса…

– Наверно, я уже не та Ив, пора взрослеть. Но я рада, что Кристофер вернётся, безумно рада. Но как же ваш отец, он не против его возвращения в Феерию?

– Отец, он так воодушевлён рассказами моего брата о нашей стране, что сам решил сюда приехать вместе с ним, правда, не на всё время, так прощупать местный бизнес пласт и разведать обстановку.

– Ух ты! Хочет бизнес развить в наших краях?

– По мне, было бы не плохо. Он бы чаще появлялся здесь, я же совсем его не вижу, только слышу иногда по телефону, – задумчиво мечтала Эмма.

– Знаешь, Эмка, я думаю, твоему отцу понравится у нас!

– Да…

– Эй, выше нос! – подбодрила Ив.

Эмма молча поставила свою пустую тарелку в раковину и, опираясь на столешницу, тут же переключилась на другую тему, – Ив, обалденно вкусно, спасибо твоей маме!

– Ты уже всё, может, ещё чего съешь?!

– О, спасибо подруга, мой голод утолён.

– Ну, тогда дай мне ровно минутку и можно продолжить уборку мансардного кабинета. Если ты не передумала мне помочь…?

– Нет проблем, Ив. Конечно, – кивнула Эмма, бросаясь мыть посуду.

– Нет же Эм, я помою сама, ты отдохни, а то как – то странно, что гостья моет посуду, кроме того что собирается помочь мне с пыльной уборкой старой комнаты.

– Ну, как знаешь, Ив! Может я поднимусь наверх пока, если ты не против?

– Конечно, я сейчас, – подхватила Ив, подставив под струю предпоследнюю тарелку, – осмотрись там, если хочешь!
– Хорошо, – раздалось эхо гостьи, бегущее со второго этажа.
В кухонной комнате был восстановлен прежний идеальный порядок, Ив собиралась уже наверх, следом за Эмкой, но тут неожиданно раздался звон домашнего телефона.

«Кто бы это мог быть, – подумала двенадцатилетняя школьница с необычной судьбой, подбегая и прислоняя холодную трубку к уху».

– Алло? – приветственно зазвучал голос юной девочки.

– Алло, Иве привет, – это была Варька, звонившая от своей лучшей подруги Натали Ос, – мама дома?

– А, Варька! Ты что ли… нет, мама ещё не вернулась, она в МЧС уехала.

– А. Просто передай ей, что я звонила и приду немного попозже домой. Натали поможет мне с математикой. Передашь, Ив?

– Так ты ей на мобильник позвони, Варя! И кстати, насколько позже ты будешь?

– Да я звонила ей, он у неё отключён. И я буду к семи, а не к шести.

– У неё назначалась деловая встреча в центре, скорее всего она поставила телефон на бесшумный режим. Ну, ладно Варька, я поняла тебя, маме передам.
– Спасибо! Пока… – послышалось обрывистое заключение от младшей сестры.
Эмма уже находилась на втором этаже усадьбы семьи Ангельских, решив не идти в самую дальнюю комнату без подруги, она порывисто остановилась в спальне Ив, заинтересованно бросая взгляд на открытый дневник, лежащий на кровати. И под властью любопытного влечения стала читать непонятные для неё наброски, лихо, перелистывая страницы дедушкиного таинства.

– Эмма, – вопросительно окрикнула Ив подругу только – только выворачивая из коридора в спальню, – ты что делаешь?

– Ой, извини, – напугано и слегка виновато выскочило из уст Эммы, – он был открыт…

– Хм, Эм, извини, но это очень личное, – буквально выхватывая из рук подруги, укоряюще сказала хозяйка комнаты, – даже семейное…личное…

– Я не знала, Ив, это моё любопытство, ты не переживай, я всё равно толком ничего не разглядела, – успокаивала Эм, нервно перебирая слова.

– Ничего…я вовсе не злюсь, сама виновата, что оставила его без присмотра.

– Ну, так мы идём убираться то или что, Ив?

– Ах да! Идём, конечно…, – Ив всё ещё стояла у письменного стола, тревожно пряча дневник в ящике и закрывая «сокровищницу» на ключ, – так будет лучше.

– Это конечно не моё дело, но что – то странно мне показалось…

– Что странно, Эм? О чём ты…?

– Ну, я хоть и сказала, что ничего не видела, всё же я увидела кое – что и…

– Да не волнуйся ты так, Эмма! Я же ничего тебе не сделаю плохого…

– Выражение какое – то…седьмой тритон…кольцо «седьмой тритон»…что это, шифр какой – то?

– Ничего особого…не бери в голову…просто очередная головоломка…

– Это дневник тайн? – не отставала Эмка.

– Что – то вроде того, короче, ерунда разная! Давай договоримся, Эм: нет никакого дневника, и ты ничего не видела, хорошо?

– Да, да, Ив…я ничего не видела и не слышала…

– Извини, Эм, но в жизни бывают такие личные вещи, которыми нельзя поделиться ни с кем, иногда даже ради всеобщего блага.

– Перестань, Ив, ты не обязана объясняться, уж поверь, я поняла. У каждого есть право на личное пространство, и я уважаю твоё решение.

– Хорошо, я рада, что ты понимаешь меня, Эм! Я признательна за это! Ну, хватит болтовни, лучше пойдём, я покажу тебе дедушкину мансарду.
– Я только «за», пошли скорее…
Чем дальше, тем всё больше новостей узнавала Ив и теперь в её мыслях щеголяла бегущая строка про кольцо с загадочным названием «седьмой тритон». Параллельно терзали нагрянувшие сомнения, ведь теперь речь шла не как о проекте в целом, а о конкретном элементе чего – то особенного. Ей не терпелось вернуться в свою комнату и углубиться в чтение старых записей, чтобы утолить невыносимую жажду знаний, но как быть с подругой, которой нельзя открыть самое сокровенное?

Эмма и Ив уже вовсю хозяйничали в пучине забытого кабинета, в котором, кстати, очень даже много интересного. Например, полки, заполненные коллекцией редких книг, старая печатная машинка на столе, вместо современного компьютера и множество наград, весящих не стенах.

Ловкими движениями девчонки оставляли контрольные штрихи, протирая до блеска дорогую мебель из натурального дерева. Дед Давид был падок на подобные вещицы, любил всё утончённое с подтекстом аристократизма. В общем – то по большому счету, если уж заглядывать в родословную, то да, там, несомненно, были аристократы.

– Гляди – ка, Ив, целая коробка с фотографиями и письмами…

– Где? – одернулась я, подбегая из другого уголка комнатки к Эмке, которая принялась пересматривать фотоснимки в рамках, покрытых годовалой пылью.

– Ив, скажи, куда делась мебель из спальни твоего дедушки и отчего в его кабинете всё так запущено? – озадачилась моя подруга, передавая мне очередную просмотренную фотографию.

– Ты знаешь, это ещё одна глава среди горы вопросов нашего семейства. Наша Сара до сих пор не желает разговаривать об отце и деде. После исчезновения дедушки, она опустошила его спальную комнату, отдав кровать и шкаф в комиссионку для бедных. Как видишь, там осталось лишь его любимое кресло и сундук, то к чему он был привязан. Она не могла справиться с болью, осознавая с каждым днём то, что их действительно нет с нами. Поначалу, пока горела надежда, мы все вместе планировали провести здесь ремонт и купить новую мебель. Но, мама так и не осмелилась дойти до конца коридора и попасть в омут воспоминаний, томящих всё изнутри.

– Печальная история, – вздохнула Эм, – а ты подруга как справляешься?

«Какой меткий вопрос, – подумала я, внимательно остановив свой взгляд на Эмке, но спустя несколько секунд всё же ответила ей»:

– А я, я ищу ответы и стараюсь прочесть все знаки, посланные судьбой…

– О, как красиво сказала, – удивилась подруга изысканным речам, – а вы не задумывались о том, что они живы и не стоит отчаиваться. Мне, конечно, сложно прочувствовать те эмоции, которые вас переполняют, но всё же, надежда умирает последней, а ты как думаешь, Ив?!

– Лично я уверенна в том, что они где – то там, и я могу попытаться обнаружить их даже тогда, когда профессионально обученные солдаты сложили свои доспехи. Но у меня там, там, на борту близкие люди и я намерена их найти. Я не смею сдаваться…

– Твоя мама должна гордиться тобой, Ив. И…ты знай, что если нужна помощь, ты всегда можешь рассчитывать на свою некровную третью сестру.
– Спасибо, Эмка. Ты всегда рядом…всегда…
Внезапно, копаясь в коробке, которую Эмма обнаружила под столом, мои глаза вольно прочитывали почерк одного отправителя, которым оказался господин Болдер. Я нащупывала руками запечатанные конверты, пуская мысль о том, почему они не прочтены, но внимательно вглядываясь в даты каждого из писем было понятно одно, они приходили после исчезновения дедушки.

– Хм, странно, – подметила я, подумав о матери, которая всё – таки заходила в дедушкин кабинет и бережно оставляла все присланные письма.

– Ты чего, что – то ни так с письмами? – на зевке вопрошала Эмма.

– С ними как раз таки всё в порядке, просто все письма запечатаны, а мама продолжает отрицать тот факт, что всё же заглядывала сюда изредка. Вот, посмотри на даты каждого письма, – ткнула пальцем Иве, возмущённо присаживаясь на корточки, – самое последнее письмо прислали буквально год назад, а она ни слова, вот врунья!

– Да ладно ты, это же всего лишь письма! Не стоит придавать этому значения, – убеждённо цитировала Эм.

– Я, кажется, знаю человека, который адресовал моему дедушке, целую стопку писем. Поверить не могу, он продолжал писать в течение нескольких лет, несмотря на то, что они так и остались безответными.

– О каком человеке идёт речь?

– Это старый знакомый деда, я много наслышана о нём, вот увидела его имя и сразу вспомнила, – я красиво соврала Эмке, ведь связь деда с Болдером была куда значительнее, он остерегал нашего родственника от преждевременного самовольного поиска сестры и эти его письма насторожили меня своей настойчивостью. В одном я была почти убеждена, что хранительница времён Кэмила о многом осведомила кучера, в том числе и обо мне. «Он точно знал, что они попадут в поле моего зрения… – промелькнуло в моей голове, так, невзначай и не обязывающе».

– Иве, – «оглушила» подруга, застукав меня в состоянии космического полёта, – ты, где вечно летаешь?

– О, прости, Эмка, я задумалась чего – то…

– Короче, вставай с пола, и посмотри со стороны, какую красоту мы навели! Твоему дедуле бы точно понравилось, как считаешь?

– Да, ему, несомненно, полюбилось бы наше убранство. Эм, твоя пара рук спасла наше время, – улыбнулась Иве, проходя мелкими шагами вдоль книжных стен и касаясь корешков книг подушечками пальцев.

– Ерунда, главное, мы все успели сделать! Всегда рада помочь. Слушай, времени уже много, давай провожай меня, а то чувствую, бабушка с тётей скоро начнут трезвонить.
– Да, конечно…огромное спасибо тебе, подруга! – умилённо затрепетал голос Иветты, чьи объятия затворяли преданную сестру и лучшую подругу.
В фойе парадной двери ни как не могли наговориться две школьницы, назвавшие себя сёстрами. Эмка вспомнила одну из свежих тем о скорой поездке в пещеры, только вот Ив всеми своими мыслями давно была в плену тайн, которые не давали ей покоя. Она вежливо продолжала прислушиваться к Эмке, смотря на неё практически не моргая и время от времени поддакивая её затяжным фразам. К их дуэту вскоре подключилась и Сара, только что появившись на пороге распахнутых дверей с огромным букетом белых хризантем.

– О, девчонки, привет! Здравствуй, Эмма, – отдельно поприветствовала мама мою подругу, радостно удаляясь в сторону столовой.

– Здравствуйте, Сара Давыдовна, – проявила вежливость Эм, – какой у Вас красивый букет!

– Привет, мамуль! Букетик от поклонника? – прищуривая глаза, продолжила цепочку приветствия Ив.

– Букет действительно красивый, только приглянитесь, а пахнет то как! М, – на радостях да с песней протянула молодая женщина, – давайте чаю попьём, что на пороге стоять то!?

– Мам, мы уже попили и поели…

– Спасибо, Сара Давыдовна, мне правда пора домой, засиделась я в гостях. Я к вам завтра днём наверно заскачу.

– Кружечку чаю выпей хоть, Эмма! Ив, ставь чайник! – скомандовала мать.

– О, боюсь, меня уже заждалась бабуля, я обещала помочь ей…

– Жаль, ну тогда бабушке с тётей привет передавай! – выкрикивала Сара, формируя свой букет в шикарной вазе из египетского хрусталя.

– Хм, – Ив отчётливо улыбнулась, – моя мама как девчонка…точно влюбилась!

– Ну, ладно, сестрёнка, нам всё равно никак не наговориться, пора и честь знать, завтра увидимся? – вздохнула Эм, отчаянно бросая взгляд на стрелки торопливых часов.

– Обязательно, завтра последний выходной и суббота…

– …и пещеры кристальной долины, мне уже не терпится побывать там! А тебе, Ив?

– О, пещеры это круто, как раз для меня! То, что нужно!

– Ну, всё…как же долго мы расстаёмся! Всё Ив я пошла…

– Давай, пока, Эмка! До завтра!

– Варьке привет…!

– Ага…, – Ив затворила дверь, прижавшись к ней спиной и будто скатываясь к полу…

– Дорогая, Иве, ты чего загрустила тут? – проходя мимо холла, Сара поспешно подошла к дочери, заботливо касаясь её волос, – болит что, беспокоит…?

– О, мамочка всё нормально, я просто задумалась да устала немного. Пошли, я составлю тебе чайную компанию. А, – хватаясь за голову, опомнилась Иветта, – я же чуть не забыла и ты не спрашиваешь. Варька звонила, она у Натали задержится. К семи, говорит, будет.

– Вот как, так время без пятнадцати семь.

– Да не волнуйся ты мам, сейчас придёт. Наташа через два дома от нас.

– Ну, хорошо, успокоила. Расскажи, чем занималась днём? – разливая чай по кружкам, Сара обратилась к дочери.

– Читала дневник деда, потом Эмка пришла, и мы болтали, сама знаешь, я не могу никому говорить о своей миссии, так что болтали о всяких девичьих делах. Ты лучше расскажи, как прошла встреча с оскорбителями в МЧС?

– А, эта встреча…только время потеряла, они конечно извинялись бурно, а потом мило засыпали вопросами…

– …о том, как ты узнала о буре? – подцепила конец предложения юная избранная.

– О, да! Ты была права, дочка. Извинения это лишь предлог, чтобы я пришла и раскрыла им все свои карты. Но ты ведь знаешь мою натуру, я прикинулась дурочкой и, судя по их недоумевающим лицам, моя роль сыграна на «ура»!

– Вот как, прекрасно, мам! От кого же букет таких цветов?

– От тебя ничего не скроешь, – в шутку улыбнулась Сара, – я виделась сегодня с Рамиро, они от него.

– А он смотрю, настойчив в своих начинаниях по завоеванию женского сердца, – столь же иронично поддержала беседу Ив.

– Слушай, у меня в сумке всё же есть приятная новость дня, – мама преднамеренно выдержала паузу, удалившись на несколько минут из кухни, но вскоре вернулась, презентабельно кладя перед моими зоркими глазами чек с кругленькой суммой.

– О, надо же, они сдержали слово, какие аппетитные цифры нарисованы! – упала эмоция хлопающей в ладоши юной школьницы.

Пока мы с усердием продолжали разглядывать внушающий энтузиазма компенсационный чек и потягивать малиновый чай с пирогом, домой вернулась наша Варька.

– Как шумно – то у вас, чего такого обсуждаете? – закинув портфель на кресло в гостиной, младшая пожаловала в круг счастливчиков.

– Варя! Наконец – то пришла, милая моя девочка! Садись скорее, мы недавно только сели ужинать.

– Я голодная как волк, готова съесть что угодно, – хватая, всё на ходу и сразу оправдалась Варька, – а чему, собственно говоря, вы так радуетесь?!

– Эй, пережуй хоть, надо было на обед домой забежать и поесть нормально, – пробурчала Иве.

– Да некогда было, мы с Натали математику оттачивали.

– Ешь, ешь дорогая, – уравновесила перебранку мать сестёр, – я сегодня получила компенсацию от представительства МЧС. Видишь…?

– Ого, мы стали богаче на несколько ноликов… – удивилась Варя, разглядывая сумму в несколько десятков евро, – могли, конечно, и больше пририсовать…я про нолики…

– Хорошо, что вообще что – то дали, так что мои милые девочки, с этим чеком мы сможем разрешить некоторые наши нужды, – бодро вторила Сара Давыдовна.

– Мамуль, спасибо за ужин, вы меня извините, но я, пожалуй, поднимусь к себе, – отозвалась Ив.

– На здоровье, доченька. У тебя точно всё хорошо?

– Мам, всё в норме…

Я, наконец, вырвалась от суеты, и теперь моё время снова оказалось только в моей власти. Дневник деда, запертый под ключом в ящике стола манил словно магнит не оставляя мне никаких шансов на раздумье.

Я вдруг вспомнила о том, что мельком прочла Эмка в дневнике, о кольце седьмого тритона. Всё остальное, что переполняло меня в данное время отходило на второй план, кроме одного, скорей уединиться с дневником и прочесть очередную историю моего пропавшего родственника.

Её изящные длинные пальцы импульсивно листали потрепанные страницы, пока глаза не остановились на заголовке: кольцо «седьмой тритон».

И как обычно новая история деда началась с кавычек…

«Наконец, мои долгие труды и учения принесли мне возможность испытать всё в практике. Я многое пережил в жизни. Взлёты, падения, радость, боль, отчаяние и счастье. Всегда буду помнить моих дорогих Аннушку и её кузена сэра Вима, которые научили меня быть человеком, которые помогли мне в моих начинаниях и всегда были рядом. Фактически они стали моей семьёй, которой у меня долго не было. Сэр Вим выбрал меня своим приемником, теперь я наследник его легендарного корабля «Надежда». Он и Аннушка будут жить в моём сердце всегда, им я с честью отдаю память и гордо поднимаюсь на палубу, по которой бегают и суетятся мои, да, теперь уже мои матросы, ведь я теперь капитан, который когда – то мечтал хотя бы о фуражке моряка и мастер классе сэра Вима.

Я снова держу в руках перо и задумчиво смотрю на пока что чистый лист дневника наблюдений. Забавно, я наблюдаю за самим собой. Не всегда могу дать точный ответ, зачем я это делаю, скажу просто, пишу потому – что велит сердце и направляет душа. И сегодня я желаю запечатлеть свои мысли о научной разработке, корни которой берут своё начало с моих юных лет, когда я ежедневно поглощал сложные книги, вместо того чтобы гонять в футбол и резвиться со сверстниками. Я думаю об одном из элементов временного цилиндра, пожалуй, о самом ключевом из всех семи колец, которые преобразовываются в цилиндрическую форму. Ведь без него, без «седьмого тритона», как я его назвал мне не совершить испытания, а значит временное преодоление граней не возможно согласно выработанному проекту. Соединив все кольца в единое целое можно испытать перемещение тел между циклами временного пространства, если оказаться в нужном месте в нужное время. Поэтому сегодня мой корабль отправиться в океан «белого тигра», я рассчитал всё до секунд, если всё сложится удачно, мы окажемся в самом эпицентре метановых пузырьков, которые в этих местах можно сказать привычное явление, но это совсем не безопасно. Как капитан я призван соблюдать права экипажа, они вольны отправиться со мной, зная, что есть риск не вернуться. Но я горд своей командой, в их рядах не оказалось пробелов и это подпитывает меня ещё в большей мере. Зная о возможных последствиях, я аккуратно простился с родными, боясь упустить возможность ещё раз обнять свою дочь и внучек.

Когда давление воздуха станет плотнее, относительно выброса осадков метана в атмосферу мы запустим механизм, следуя чёткой инструкции, и транспортируемся в другую реальность сквозь тоннель времени. В то время, где я смогу проследить, куда увезли Маргарет и где она в настоящем времени моего родного мира».

«Постой, – приказала Ив самой себе, настороженно перечитывая строки, – эта история ведь совершенно новая, как она оказалась здесь, если всё говорит как раз о том дне, когда они пропали, пять лет назад?! А дневник дед отдал моей матери, когда та была ещё маленькой школьницей, то есть очень давно. Странно, как этот текст мог здесь появиться, мистика прямо так…»

– Этот дневник живой, Иве…

В пустой комнате послышался чей – то голос женского тембра, изрядно напугав девчонку ещё не до конца привыкшую к магическим и прочим неземным явлениям.

– Кто это? – вырвалось у меня, – только бы не глюки…

– О, нет, ты не бредишь юная избранная! – прошептал нежный голос невидимого существа, – я появилась, чтобы помочь тебе, ты ведь озадачена тем, каким образом продолжают появляться истории в дневнике, который ты изучаешь…?

– Верно. Но кто ты или…

– Я хранительница времён. Не бойся меня, я лишь помогаю тем, кто попросил моей помощи. И я готова направить тебя по стезе истин.

– Ах, хранительница времён, – продолжала я выяснять, ища глазами того, кто говорил со мной, не показывая лица, – а как имя, оно есть у Вас?

– Я Кэмила. В земных мирах меня нельзя увидеть глазами, можно лишь услышать и почувствовать моё присутствие. Здесь я невидима…

– Кэмила, та самая хранительница, остерегавшая моего деда от необдуманных поступков в поисках сестры…

– Да, та самая, Иве. Но, к сожалению, твой дедушка Давид ослушался моих советов и проявил своеволие и нетерпение, которое повлекло серьёзные последствия.

– О, мамочки! Что же такого он натворил?!
– Как мне известно, ты уже знаешь о Болдере. Через него я передавала Давиду послание и предупреждала о том, что ему не следует торопить время и самовольно искать Маргарет. Он не смог выработать в себе терпения, и судьба сыграла с ним злую шутку. Силы небесные отвернулись от него тогда, когда он отправился в плаванье к местам «белого тигра», чтобы испытать свой проект с единственной целью, пройти по временным каналам и выйти на след сестры. Но проект не удался по одной причине, он не был благословен свыше и потерпел крах, оказавшись в лапах злобной Персефоны, в чью ловушку попал корабль «Надежда». И последствия печальны, пропал не только корабль твоего деда, но и несколько других воздушных и морских судов, оказавшихся в то время в периметре уплотнения воздуха и выброса метана.

– Что же будет с моим дедушкой, неужели ему нет прощения?!

– Иве, ты заслуживаешь знать правду, поэтому я открою тебе несколько тайн. Давид должен выучить этот урок и впредь не идти против милосердного Владыки. Пока что он и все пропавшие находятся на невидимых землях «белого тигра» и чтобы вернуться снова домой, нужно исправить допущенные ошибки.

– Может быть, я могу помочь деду и этим людям, они то уж не виноваты…?

– Одно знай, милая Ив, они вернутся, когда придёт их время…

– Всё дело во времени, да, Кэмила? – расстроенно спросила я госпожу невидимку.

– Время важная часть всего, им нельзя пренебрегать или использовать не по назначению. К счастью, у твоего деда есть шанс исправиться, главное чтобы он понял, что натворил и в чём его вина.

– Ладно, с этим понятно. А вот как быть с ожившим дневником? Может он ещё, и разговаривать однажды начнёт…

– А ты смешная, Ив, – улыбчиво произнесла хранительница, – говорить он не будет, можешь не мечтать. Но обновляться новой информацией это его свойство, пока твой дед живёт в другой реальности, параллельной твоей. Не удивляйся, просто знай на будущее, если начинают сами по себе появляться строчки – это говорит о том, что в той самой реальности Давид выделяет важные фрагменты и ни важно как именно он это делает. Говорит или записывает, думает или это его подсознание, которое не всегда подвластно управлению. Таким образом, его сущность нашла связь с родным человеком, то есть с тобой. На уровне подсознания он уверен в том, что ты получишь его послание. Кстати, я ощущаю, что он сейчас что – то пытается донести до твоего сердца. Ив, глянь на последнюю страницу дневника, – попросил голос.

Я машинально открыла указанную область дневника и стала очевидцем изумительного явления. На моих глазах рождались буквы, потом слова, а потом и целые предложения.

– Это впечатляет! Кэмила, это какого – то рода магия?

– Хм, можно и так сказать. Как я вижу, твое негодование растворилось и одним вопросом меньше. Мне пора, Ив. Рада была познакомиться с тобою, посланник!

– И я рада…постой…

«Как наивно просить невидимку задержаться в твоём мирке, у неё наверняка масса работы, – рассуждала я между делом, пока меня не увлекло в свои объятия новое послание с другого света или как уж правильнее, с другого измерения».

Страсти накалялись, и существующая стадия жизни обретала новые обороты.

«Я слишком поздно спохватился, держа в руках собранный цилиндр только из шести колец. Как я мог упустить самое важное и подвергнуть всех нас опасности. А теперь, я не то чтобы ушёл в море и далёк от очага и домашней музыки, я вообще неизвестно где, но факт остаётся фактом, я виноват и в полном отчаянии. Проект стал моментом несбывшихся надежд. А седьмой тритон продолжает мирно покоиться в одной из книг моей коллекции научной литературы. Обидно немного, а больше всего так хочется вернуться назад и исправить эту чудовищную ошибку».
– Конечно, ну, конечно же! – восклицала девчонка, поблёскивая глазами, – без седьмого кольца они смогли выйти за грань времени, и тут ведьма подоспела ещё со своими сетями, использовала моего деда, чтобы убедиться в том, кто я на самом то деле. Миленько и ужасающе с другой стороны.
Иветта бегом помчалась в преобразившуюся спальню деда, буквально на одном дыхании. Распахивая дверцу, и подбежав к лестнице, ведущей в кабинет, остановилась на мгновение, чтобы отдышаться. Но стремление к истине не желало расточать ценных минут и даже секунд, подталкивая юную школьницу на поиски седьмого тритона, замаскированного в одной из книг.

Одержимость появившейся задачи отражалась лихорадочным перебором литературы, пока не дошла очередь до средней полки, где величаво один к одному выстроились томные энциклопедии.

«Стой, – задавая тон самой себе, она, кажется, заметила что – то знакомое, – эта книга так похожа на ту, что держал дед, гуляя в саду моего видения».

И вот, решающий момент, а руки так боязливо тянутся к толстенной коричневой книге, сердце удваивает пульс, а кожа одевает накидку из мурашек. Я едва удерживаю в одной ладони тяжелый словарь, а другой открываю корочку крупноформатной книги. И вижу…
– О, это оно, то самое, – выкрикивала душа Ив, минуту удерживая в поле зрения медный слиток с примесью чего – то ещё, – я нашла ещё один ответ, поверить не могу! В моих руках седьмой тритон. Ну, надо же! Всё же надежда умирает последней. Кто знает, может быть, это колечко исполнит своё предназначение, когда пробьют часики.

Глава седьмая Пещеры кристалльной долины

Кабинет деда Давида поблескивал чистотой и убранством, которого так давно здесь не хватало. Ив всё ещё стояла возле книжных полок, продолжая рассматривать ключевое кольцо тритона.

– Знаю, знаю, о чём назревают сейчас твои мысли, – заявила Жозефа, которая всегда умела появиться в нужное время и в нужном месте, – но всё же послушай совета старой провидицы и положи обратно этот слиток.

– О, бабушка! Ты становишься предсказуемой, я вроде бы как чувствовала, что тебя стоило ожидать здесь и сейчас. Я опять громко думаю?

– Если честно, моя милая внучка, у тебя так чаще всего и выходит, ты действительно громко выдаешь импульсы. Просто я понимаю, как ты юна и тебе не хватает опыта, чтобы разобраться в некоторых вещах. И я пришла не просто так на самом деле…

– Ты прочитала на расстоянии, что я могу использовать тритон и вернуть с его помощью деда, ослушавшись пророчества хранительницы времён, – улыбнулась Ив, глядя на свою бабушку из другого мира.

– Хм, вот ты и проговорила всё вслух. К тебе приходила Кэмила?

– Она самая, не бойся, я не посмею оплошать. С дедушкой всё будет в порядке, и он вернётся в своё время, как только выучит урок своего непослушания высшему разуму.

– Я даже не сомневаюсь, – согласилась с моими словами бабуля, мило забирая из моих рук открытый том с вложенным ценным грузом в виде кольца, чтобы поставить его на место, словно атрибут пробегающего искушения.

– Давай-ка присядем, я всё же не так молода, чтобы не ощущать усталости в своих ногах, – попросила старушка, указывая на угловой диванчик возле мансардного окошка, – Иве, милая, чем ты так расстроена…?

– Понимаешь, бабушка, я ведь прекрасно осознаю тот факт, что мы в силах вытащить деда и его корабль с другого света. Но я так же отдаю отчёт за последствия, которые могут возникнуть в силу необдуманных решений. Это положение больше смахивает на замкнутый круг, но, по крайней мере, есть надежда и неутолимая вера в их скорое возвращение.

– Детка моя, ты переживаешь больше всех, но не кари себя за то, что тебе приходиться пока бездействовать, соблюдая пророческие советы хранительницы времён. Знаешь, когда я была молодой девчонкой, я, так же как и ты была полна порыва, сделать всё по – своему. Но в такие роковые моменты в моей жизни появлялись мудрые люди и они, словно ангелы оберегали меня от тех неправильных поступков, о которых бы я рано или поздно начала бы сожалеть.

– К моему юному счастью у меня есть ты Жозефа и целая команда последователей доброй стороны.

– Девочка, твоя жизнь всегда будет несколько насыщенней, чем у других, не забывай, кто ты и к чему призвана. Конечно, не всегда смогут быть рядом те, без которых ты не представляешь своего существования. Но такова жизнь и это естественный процесс. Кто – то приходит в наши жизни, а кто уходит, оставляя следы памяти. Но также ты должна быть готова к тому, что всегда найдутся те персоналии, которые возжелают навредить тебе, твоим близким, твоему роду Кристаллитов и вообще людям, которых мы называем невинными.

– Невероятно, никогда и подумать не могла, что в двенадцать лет стану одним из воинов благословенного легиона. Это уже не кино и не написанный сценарий – это реальность, к которой я всё больше и больше начинаю привыкать, – с серьёзным выражением лица рассуждала Иве.

– Внучка, я не желаю нарушать идиллию временного умиротворения среди нашего времени, но как не крути от того что есть не убежишь.

– О чём ты, бабуль?

– У нас проблема Ив, огромная проблема, которая требует незамедлительного разрешения, конечно же, в пользу всего светлого.

– На то она и жизнь, а что за жизнь без наличия проблем?

– Остро замечено! – удовлетворительно подчёркивала провидица, – ты не совсем понимаешь, о какой именно проблеме я пытаюсь поговорить?

– На мой взгляд, их уже немереное количество, если учитывать то, чем мы занимаемся последнее время. Поэтому тебе стоит уточнить…

– Что ж пора разрешить одну из них, которая скоротечно превращается в нашу мозоль, с которой неприемлемо жить в современной Вселенной, – бабуля ухватилась за краешек паузы, хитро разглядывая поля моей реакции, – я о Персефоне.

– А, как же я сразу не сообразила! Она действительно выжгла мозоли и ничего более приличного, – улыбнулась я, задумываясь о плане свержения злобной ведьмы. – Слушай, бабуль как же мне узнать в каком она теперь обличии, кто её очередная жертва?

– Это тебе предстоит узнать. Понимаю, ни так просто как слышится, но на что тебе третий глаз и родственница из другого мира?!

– И правда, команда у меня что надо, только вот…

– Только вот что? – не дала договорить Жозефа.

– Хм, я новичок в своей собственной миссии и я ещё не научилась управлять своими способностями, например как мне активировать тот самый третий глаз?! А…?

– Милая ты даже не представляешь, насколько ты умна, только вот разбудить бы в тебе всё это и дело можно сказать «в шляпе». Ладно, не буду загружать тебя лишним, тебе нужно сосредоточиться на том, что сейчас играет большую роль. И да, без каменного принца ты не сможешь заточить ведьму обратно, она стала слишком сильной, чтобы справиться с ней в одиночку. К тому же пророчества Кэмилы ещё никогда не опровергались, а значит, пока твое дело выйти на след Персефоны и узнать в чьём теле она затаилась. И ещё…

Жозефа зажала ладони Иве, пристально рисуя многоточие между сказанным.

– Что, что ещё? – выдало меня любопытство.

– Кольцо, которое ты нашла среди книг можно тоже отнести к священной атрибутике, которую просто необходимо тщательно охранять от тех, кто поклоняется черному зверю. Это существо некогда было прекрасным небесным ангелом, которого сотворил могущественный Владыка всех Вселенных, всего, что только может быть. Он был среди тех, кого называем добрыми ангелами – хранителями, которые служат истинному Богу и Творцу. Он был самым красивым среди легиона ангелов, но красота погубила его, одолев необузданной гордыней, и Властелину пришлось свергнуть его в мир иной, совсем противоположный тому, что называем святыми обителями. Из ближнего друга, служащего добру он превратился в короля вселенского зла.

– Я знаю это историю, как появился в мире дьявол. Вот что делает гордость, если теряешь над ней управление.

– Пороки страшное дело, если их не искоренять. Зверь одержим властью, для него она как полигон для соревнований с противником. В данном случае его глобальная задача осквернить как можно больше душ и завладеть ими с помощью своих изворотливых хитростей. Его враг, тот, кто его когда – то сотворил в свете лучей и мы его враги, все мы, кто набрался смелости вступить в ряды белой армии.

– Это будет не просто, битва на выживание уже давно началась, – устало вздохнула девчонка.

– Да, она началась очень давно. Только с каждым разом обороты увеличивают амплитуду и сдавливают горло новыми испытаниями. Но ничего, моя милая девочка, мы обязаны справиться и в этом нам поможет зарядка, – старушка затаилась на паузе после длительного окна диалогов с внучкой, когда та буквально оживилась от удивления после странного зазыва на зарядку.

– Зарядка? При чём тут зарядка? Я чего – то пропустила между строк…

– Хм, скажем так, – улыбнулась провидица, – я выразилась несколько художественно, ну а смысл то в общем – то сохраняется!

– Зарядка конечно бравое дело, но, – недоумевающе барабанила Ив, как град, ритмично выбивающий ритм по карнизам.

– Ты опять не туда улетела мыслями, я же не про упражнения физического характера, я про духовную зарядку, – настойчиво призывала бабуля, – помнишь свет, вспышки, которые привели тебя впервые к синему озеру?

– Конечно, помню! Такое не забудешь даже при амнезии! – уверенно заявила я.

– Мы отправимся с тобою в твоё первое погружение в мерцающий свет, чтобы набраться сил, но для начала посетим мой мир Анэйтис, там ты пройдёшь водный курс для начинающего борца светлых армий.

– Погоди, как это первое погружение, а остальные воронки света, например, они не считаются разве?!

– О, Иве! Ты была лишь освещена светом, но это два разных события.

Сегодня ты впервые удостоишься чести прочувствовать, как всю тебя пронизывает тепло благодатных лучей – это словно обличие для воина добра.

– Что – то вроде доспехов, брани от стрел с ядом?! – находчиво продолжила Ив.

– Совершенно верно, как хочешь, называй, главное, что ты уловила суть.

– А что будет с седьмым тритоном, он так и пролежит без пользы, неужели многолетние труды дедушки пойдут насмарку?! – удручающе протянула школьница.

– Труды будут смертельно напрасными, если мы не спрячем тритон. Поэтому, я забираю его с собой, в моём мире он будет надёжно оберегаться. Понимаешь, твой дедушка настоящий гений, который создал неподражаемый механизм ещё, будучи юным мальчишкой. Его разработка вышла за грань невозможного в общепринятых нормах.

– Откуда столько уверенности, что эта штука вообще работает!? В конце концов, он забыл седьмой элемент, так и не опробовав цилиндр в действе, может быть, даже если бы дед не забыл седьмое кольцо, нет гарантий, что проект смог бы оправдать надежды, – с сомнением в голосе заявила Иве.

– Где же твой оптимизм, – засмеялась Жозефа, – проект бы непременно удался, он бы вернулся в те прошедшие времена и нашёл бы свою сестру Маргарет, но судьба распорядилась иначе, вопреки стараниям моего мужа.

– Об этом что – то говорила хранительница времён? – пытливо стучала девчонка в двери с выгравированными вопросами.

– О да, я рада, что ты догадалась, и мне не пришлось всё объяснять, – улыбнулась бабушка, снисходительно учитывая отсутствие моего опыта, – Кэмила мне буквально разрисовала различные варианты хода событий.

К сожалению, мой муж не уяснил сразу, что такова цена безопасности его сестры. Как ты уже поняла, Ив, целители тоже пользуются спросом среди черных пожирателей, и солдаты наших армий обязаны охранять их. Черные питаются их силой и энергиями, мы не можем допустить подобного расточительства, мы все одна большая семья. Почти все целители впоследствии становятся ангелами – хранителями для рода Кристаллитов.

Понимаешь, насколько это важно?

– Бабушка моя дорогая, я понимаю. А кстати, когда мы отправимся в твой мир? Я бы с удовольствием повидалась с Лотосом, – игриво заикнулась я о величественном короле в образе единорога, – надеюсь, мы управимся до завтра, а то хочется как – то выспаться перед походом.

– Ух ты, – воскликнула провидица, – не в пещеры ли кристальной долины собираетесь?

– Да, – робко удивилась Ив, – я видимо уже проболталась…

– Я же говорила, что ты всегда громко мыслишь, – бабуля хитро улыбнулась, глядя в большие глаза внучки, – особенно о Кристофере…

– Да брось и ты туда же!

– Не смущайся дорогая, влюбленность прекрасное состояние его не стоит стыдиться. Это то, чего мне не хватает, – старушка задумалась на пару мгновений, а затем продолжила, ухватываясь за убегающую мысль, – хотя, я всё ещё чувствую, как влюблена в своего мужа, словно мне семнадцать и не о чём думать кроме любви.

– Как же блестят твои глаза, Жозефа, посмотри, – защебетала Ив, – ты скучаешь по дедушке, это бессмысленно скрывать за пеленой времени и расстояния!
– Ты права, не смотря на твои всего ничего юные годы, я ни сколько не удивлюсь тому, что приходиться слышать из твоих уст, милая! – радостно убеждала провидица из Анэйтиса.
Я от чего – то погрузилась в размышления о любви после незатейливых слов бабули, о любви, которая продолжает гореть на расстоянии и наполнять душу беззаботным задором, даже если тебе уже далеко не двадцать…

Иве стояла у занавешенного окна, нервно покусывая обветренные губы и теребя растрёпанные волосы. Пока юная девчонка витала на своих волнах, Жозефа незаметно коснулась своей ладонью её плеча. Так мысленный полёт сменился реалией светового полёта в другое измерение.

– Приятной посадки, мечтательница, – подтрунивала бабушка надо мной.

– О, как же неожиданно, а главное быстро. Первый класс наших авиалиний ни за что не сравниться с сервисом этого чудесного и удивительного перемещения, – с захлёбом радовалась гостья другого мира, только прибывшая на трап в виде зелёной травы.

– Иве, ты готова к погружению? – озадаченно обратилась провидица к внучке.

– Немного странно чувствую себя и…

– Не бойся дорогая, всё будет хорошо. Это необходимый этап, который проходит каждый воин и ты не исключение. Тебе нечего бояться тем более на этой земле. Сейчас мы направляемся к синему озеру, там для тебя откроется новая ипостась, о которой ты пока не догадываешься. Пообещай мне, что откинешь в сторону все свои земные страхи и исполнишь то, что должно вскоре случиться?!

– Жозефа, хотя бы намекни, что именно меня ждёт? Я же не могу обещать, не зная, что обещаю, бред какой-то…

– Ты можешь поверить своей бабушке?

– Я верю тебе, но…

– Успокойся, ничего запрещённого или сверхурочного не требуется! В конце концов, Иве ты будущий воин так будь им и не раскисай!
– Ладно, ладно! Я же просто так уточняю, не собираюсь я расклеиваться! Вот ещё!
Хуже всего то, когда не знаешь что там за гранью, которую жизненно важно преодолеть вопреки своим страхам, которые вызывают учащённое сокращение сердечных мышц. Ты медленно ступаешь в неизведанное, затаив дыхание погружаешься в совершенно иное пространство, к которому ещё не успел вызвать привыкание. Вопросов становиться всё больше, чем было прежде, когда ты находился на территории второй Вселенной, которую тебе посчастливилось узреть, а теперь тебя готовят к третьему миру, постепенно пробуждая в твоём сознании силу третьего глаза.

Непременно, я нуждаюсь в тренировке своего подсознания и учении, которое поможет мне понимать многие вещи на совершенно ином уровне, более щепетильном, который бы пронизывал каждую клеточку, не оставляя пробелов между строк.

И вот, я уже стою на берегу загадочного синего озера, переодевшись в какую-то странную одежду белее самого белого снега, данную мне бабулей. Ещё странней то, судя по её словам, что мой наряд от макушки до пят специально сшили для меня местные портные, это удивило меня почему – то больше всего, что могло произойти со мной…

Неожиданное конечно перевоплощение. Я попыталась представить, как я выгляжу со стороны, да, я была, очевидно, воплощением ангела, хотя не думаю, что являлась им на самом деле, если придерживаться моих понятий об этих белоснежных существах с крыльями.

Жозефа не переставала озвучивать очередное наставление, согласно которому я обязывалась чётко следовать её инструктажу перед погружением, что называется с головой и смело.

– Послушай, Иве, представляй что под твоими ногами вовсе не вода, не глубина, не бездонное озеро, а лестница, кованая лестница, ведущая в парадный зал замка, в котором ты так давно мечтала побывать. Ты плавно спускаешься вниз, не торопясь, выправив спину, и вытянув тонкую шею, словно ты плывущий лебедь. На тебе шикарное платье и красивейшие туфли, ты во всём параде готова к балу, который состоится уже очень и очень скоро там, куда ты сейчас спускаешься. Уже слышны звуки музыки, которая ласкает твой слух и радует душу, ты продолжаешь идти вперёд, не останавливаясь на полпути. Внизу, у самого подножия лестничного марша тебя будет ожидать обаятельный принц, столь же красивый как ты сама, исполненный благородства и грации. И вот, твой силуэт уже практически разоблачён его глазами, полными блеска и восхищения юной леди. Он встретит тебя как почётную гостью бала, скорей всего пригласит на танец, не смей отказывать, внучка, упираясь в ложное стеснение! Это приказ и совет одновременно, – скомандовала провидица с долей любви и заботы, а затем продолжила своё сопровождение из нот транса, – не держи в себе напряжения, которое изнуряет тебя. Расслабься и иди по течению, которое ведёт тебя вперёд. Узнавай новый мир и насыщайся его добрыми энергиями. Вокруг будут разные люди, которые вряд ли тебе покажутся знакомыми, хотя знаешь, всякое может быть. Но это не значит, что их стоит сторониться, будь естественно приветливой с теми, кого ты видишь, улыбайся с грациозным поклоном головы, лишь слегка, не переусердствуй, при этом руки не должны ходить ходуном, ну это так на будущее. Такие уж традиции в этом мире.

Танец завершится, и принц обязательно предложит тебе пройти дальше, через парадный двор в самое божественное место подводного мира, в сад драгоценных цветов. И вот, когда вы уже остановитесь на последнем «па» полётного вальса, твои глаза, наконец – то прозреют, пройдя стадию адаптационного периода. И тут ты ощутишь истинное лицо мира, который затаился под водами синего озера. Так откроется твой третий глаз, твоя невидимая сила, сжигающая грани ранее неодолимых преград. То, что было увидено тобой изначально останется иллюзией, которая помогла тебе преодолеть дорогу в триста тридцать три ступеньки, спускаясь в замок, который замаскирован на глубине в семьдесят метров. Дамы и господа были в этом зале в маскарадных костюмах, музыканты в строгих смокингах и платьях, но их облики тоже останутся бликами воображения. И принц…
Принц, увы, всё так же мил и грациозен, только вот наряд его немного или в большей степени приближён к тому, что сейчас на всех, абсолютно на каждом, в том числе на тебе, Ив.
Я осторожно огляделась и да, все до одного были в странных белых нарядах, только вот в волосах у некоторых более взрослых женщин был вплетён благородный жемчуг, а у юных особ типа меня и меня в том числе, были венки из каких – то красочных цветов, завораживающих своей красотой. Наверно, я оказалась в городе, где жили одни ангелы… Голос Жозефы растворился сразу же после моей успешной адаптации, и теперь всё последующее происходило по воле написанной судьбы.

– Ты напугана? – заботливо обратился ко мне мой новоиспечённый друг – принц, в обличие ангела.

– Нет, вовсе нет, – запинаясь и робко нащупывая цветы венка, протянула Ив, – я в полном порядке. Просто я только – только оказалась на пороге уже аж третьего мира за всю историю моей недолгой жизни. Честно говоря, я в шоке от всего увиденного, в хорошем смысле слова, разумеется!

– У тебя великолепная пластика, – взялся за кокетство ангел.

– Что, прости?

– Я хотел заметить то, как ты изумительно танцуешь, даже с каким – то своим колоритом.

– А, вот как, вроде бы как у меня своеобразный акцент, хочешь сказать? – улыбнулась я этому красавчику с синими глазами, пока что без имени или с именем «ангел».

– Да, точно! У тебя акцент, видимо в твоём мире именно так двигаются люди…

– Да уж, везде свои ритмы. Слушай, мне как – то не по себе постоянно обращаться к тебе на «ангел», может у тебя есть имя какое-нибудь?

– А ты смешная девчонка!

– Я смешная!? – волнительно вступила Ив.

– Нет, ты не подумай ничего дурного, я, любя, в добром смысле слова. Мне нравятся смешные люди, потому что с ними не бывает скучно и чаще всего они очень умны и находчивы. А как ты поняла, что я ангел?! Ведь у каждого здесь в замке свои должностные посты, хотя глупо спрашивать ту, у которой только что проснулся третий глаз.

– В этом ты прав, без третьего помощника я не такая уж и сверхъестественная, – иронично процитировала Иве, – а всё же, может быть, выдашь тайну, как тебя зовут?

– С удовольствием, милая Иве, моё имя Тай, и я буду твоим официальным проводником на всё время твоего пребывания в нашем царстве. Буду рад служить и быть полезным другом в твоих начинаниях и учениях. Позволь пригласить тебя на прогулку по дивному саду и познакомить тебя с драгоценными цветами наших земель, – вежливо и с поклоном обратился ангел – Тай.

– О, конечно, – оторопев, я сочла нужным оказать вежливость и последовать за проводником, – Тай, какое же нежное имя у тебя, Тай, Тай, Тай…

– Я же говорил что ты смешная, – обернувшись, он улыбнулся мне, сверкая белоснежной улыбкой и убаюкивая синевой глаз, – ты самая смешная из всех кого я когда – либо встречал.

– Ладно, я уже поняла, что тебе весело со мной. Можно я осмелюсь задать тебе один нескромный вопрос, ты не возражаешь?

– Нисколько, что угодно для принцессы, только насколько же нескромный вопрос будет?

– Тай, ты умеешь летать? Ну, я спросила, потому что в нашем мире все говорят о том, что ангелы способны летать, ведь именно так они транспортируют из своего мир в наш мир?

– Я был убеждён, что в этом у тебя не возникнет сомнений. И ваши люди не ошиблись в таком представлении об ангелах. В мою должность на самом деле включены перелёты.

– Здорово! Интересно, каково это, быть себе самолётом или ощущать себя птицей. А, кстати, где ты прячешь крылья, Тай?!

– Хм, – ангел засмеялся, едва сдерживая эмоции, – ты поднимаешь мне настроение, я давненько так не смеялся, спасибо тебе за эти чудотворные эмоции! Ах, да, мы говорили о крыльях…

– Значит можно опровергнуть эту данность, у вас нет крыльев…

– Крылья ангела, это невидимая для человеческих глаз опора, некая точка, ну как бы объяснить, – несколько секунд он выискивал варианты для сравнения, пока не нащупал более подходящий, – ну, конечно, это словно штурвал у пилота. Только представь, что этот самый штурвал может иметь два состояния: быть видимым определёнными лицами и в то же время оставаться незамеченным для других.

– Понимаю, о чём ты. Теперь ясно. Так таковых крыльев нет, но всё же они существуют и без них некуда.
– Браво! И ты умна, смешна, а ещё…
С тем же блеском принц заглянул в мои эмоциональные глаза и, собравшись с мужеством, продолжил начатую фразу, – ты очень красива, Иве. Я отчётливо сделала вид, что не заметила ничего особенного и моё сердце играет прежними ритмами, но это было далеко ни так. Было просто необходимо срочно отвлечься на иную тему, переключая сознание с романтичной частоты.

– Как это удивительно! Я не тону и не захлёбываюсь. Могу дышать полной грудью, разговаривать, не закрывать глаза, когда кругом водное царство.

Это загадка для моего разума. Как это, возможно, не ощущать скованности, находясь так продолжительно в воде…

– Это действительно загадка, но ведь ты веришь, в чудеса или тебя может убедить лишь только наука, подкреплённая фактами?!

– Нет же, я всегда рвала грани, которые сплошь и рядом рисуют на моей земле и мне это до жути надоело. Я всю жизнь мечтала выйти за черту дозволенного восприятия и убедиться в том, что всё называемое невозможным рано или поздно становится реальностью. И вот, я стою здесь, рядом с ангелом, на безумной глубине под водой не нуждаясь в кислородном болоне и специальном снаряжении. Разве я могу не верить в чудеса, даже если на их проявление нет подходящего ответа!

– Мудро сказано. Твоё сознание уже начало свою обновленную программу, считаю должным предупредить тебя о том, что когда вернёшься домой, будь готова к очень прогрессивным проявлениям и не бойся. Это хорошая реакция. После такого погружения у многих, кому посчастливилось быть здесь, наблюдалось ещё кое – что интересное.

– Что же? Они становились ещё чуднее…

– Типа того. А ты скорее станешь ещё более смешной девчонкой, – иронизировал ангел, – ладно, пошутили немного, а теперь к серьёзным делам. Мне многое нужно успеть рассказать и показать тебе. Следуй за мной…

Тай стремительно направлялся в самое сердце сада, в котором цветы различных сортов, цветов и с неподражаемыми запахами превращались в символичные камни драгоценных пород, присущие столь сказочным местам.

Стоило сорвать один из цветков и закрыть его в своей ладошке, а потом открыть и стать очевидцем самого немыслимого фокуса природы…

– Ив, иди сюда, видишь куст фиолетовых цветов, играющих на свету?

– О, конечно. Он прекрасен, что это за цветы? – я озадаченно прикоснулась пальцами к выпуклым лепесткам цветка.

– Этот цветок, символ одного древнего племени, племени Фалко. Кстати, я осведомлен тем, что ваш класс отправляется на днях в пещеры кристальной долины, я не ошибаюсь?! – поинтересовался принц.

– Отнюдь не ошибаешься, уже завтра, если по – нашему времени мы едим туда на экскурсию. Так при чём здесь представители того племени?

– Племя этого народа обитает в этих местах, они охраняют долину пещер и ещё, этот род очень тесно взаимосвязан с родом Кристаллитов.

– Ну, надо же, выходит мы родственники! А я то думала, моя семья куда скромнее в объёмах, но не тут то было. Нас множество и мы повсюду, а значит, а…

– Что с тобой, ты чего такого вспомнила!?

– Ты представь только, что это значит! Наша армия растёт и в этом наш козырь, ведь у нас много где свои на засаде. Вот это круто!

– А что значит «круто», что – то видимо сверх новенькое?

– Как же тебе сказать, «круто», значит невероятно мощно, глобально…

– Ах вот оно что. Теперь ясно! Ну, так что, так и будешь сканировать цветочные волокна или может всё – таки решишься его сорвать и познать истину?

– Жалко как – то срывать жизнь этого прекрасного цветка.

– В этом его смысл. Тебе нужно то, что может дать этот самый цветок. То, что внутри его пригодиться тебе в скором будущем. Давай, сорви аккуратно и закрой бережно в ладони так, чтобы его лепестки смотрели наружу.

– Хорошо.

Иве замерла в ожидании, подглядывая сквозь замкнутые пальцы. О, там что-то сверкнуло…

– А теперь можешь открывать ладошку, смотри, что ты видишь теперь?

– Тай, это впечатляюще! Из цветка получились камни!

– А взгляни на оттенок камней, он такой же, как и сами цветы. Ты знаешь, уже сам по себе фиолетовый цвет имеет особый характер. Это цвет интуиции, прозрения и постижения сути всех вещей. В твоих руках только что родился аметист, способный добавить в тебя саму необходимой сдержанности и ещё этот камень всегда будет преданно беречь своего носителя от дурных помыслов. Теперь это твой талисман, не теряй его и не отдавай в чужие руки и береги от тех, кто несёт зло. К сожалению, есть один минус у каждого чистого камня попадающего не в те руки…

– Они обратимы?
– К великому несчастью да. Если камнем завладеет злой человек или существо не из доброй расы, камень обречён на противоположные действа. В данном случае он выйдет за рамки обузданного и в первую очередь его поступки принесут великое зло. Просто береги его и всегда носи при себе. Хочешь, я сделаю из него кулон для твоей красивой тонкой шеи?

– Как мило с твоей стороны, Тай! Пожалуй, да, мне нравится твоя идея о кулоне…

– Отлично, Ив, тогда я мигом, подожди меня здесь, хорошо?

– Без проблем, Тай!

Пока Жозефа отправила Ив на первые учения, она решила, что пришло время познакомиться с дочерью, которая никогда не видела своей матери. Почувствовав подходящий момент для появления, она в считанные минуты оказалась на старой веранде, где тем времен суетилась Сара с какими – то закрутками.

– Дверь была открыта, надеюсь, Вы не против моего позднего визита, – виновно спросила провидица опешившую женщину, испуганно схватившеюся за какую – то палку, попавшую под её руку.

– О, это Вы, опять Вы напугали меня до смерти! Могли бы хоть постучать немного…

– Извините, я не хотела испугать Вас, Сара! Мы можем поговорить?

– Ладно, Вы меня извините за резкий тон, я…

– Я впредь постараюсь быть более ожидаемой, чтобы больше не пугать Вас неожиданным появлением.

– Ах, да, как Вы это делаете? Ну, я о Ваших странных появлениях и исчезновениях. Кто Вы? Мы столько уже встречались, а я до сих пор даже не знаю Вашего имени. Какая ирония жизни, ведь Вы знаете куда больше обо мне и моих дочках. Так кто же Вы?

– Не сочтите за наглость Сара, но можно попросить чаю, я бы с радостью попила с Вами чаю. Так легче вести беседу…

– О, конечно! Тогда позвольте пригласить Вас на кухню.

– Я буду очень признательна. Да, зовите меня Жозефа.

– Жозефа значит. Откуда Вы, Жозефа? – допрашивала Сара, недоверчиво разглядывая с ног до головы гостью, больше похожую на ходящую шкатулку тайн.

– Сара, если я скажу правду, то Вам будет трудно поверить, по крайней мере, в данное время, позвольте я расскажу Вам об этом немного позже.

Женщины присели за стол, который Сара гостеприимно укрыла своими изысками. Пролог оказался куда сложнее, вот уже минут десять, если не больше они молча похлебывали чай.

– Гм. Жозефа, как Вам чай? Я согрею ещё, он уже остыл наверняка.

– Сара, – провидица долго не решалась взять бразды в свои руки и сказать то, что собиралась, – прошу, присядьте, милая!

– Что, что – то ни так? С Вами всё хорошо, Вы как – то побледнели…

– Со мной всё в порядке, я просто очень сильно нервничаю, потому что слишком долго собираюсь кое – что сказать тебе…

– Я выслушаю Вас, может, пройдём в гостиную, там несколько удобнее среди мягких диванов.

– Да, да, конечно, идёмте, идём…

– Да что с Вами происходит, Жозефа?!

Жозефа ненароком оказалась возле камина, на котором стояло пару старых фото до боли знакомых её глазах уже теперь с множеством мимических морщин.

Дрожащими руками она притягивала снимки, разглядывая их на свету дневных ламп, поглаживая пальцами силуэт молодого деда Давида обнимающего юную красотку по имени Жозефа. Фото тех самых далеких пор, когда они оба уже окончили Институт с красными дипломами и даже успели сыграть свадьбу, о чём повествовала вторая фотография в деревянной рамке. На фоне весенних аллей стояли молодожёны, светящиеся от счастья.

– О, Вы знали моих родителей? Просто увидела, как трепетно Вы всматриваетесь в их образы.

– Вам не хватает их, правда?

– Мне всегда не хватало матери, а теперь и отца, который исчез…

– Мне жаль, Сара. Но я не знакомая твоих родителей. Понимаешь, – старушка указывала на фотографии, пытаясь сформулировать фразу, – эта женщина на фотографии, это я…
В комнате наступила необъяснимая тишина. Сара судорожно прикоснулась к фото, присматриваясь к постаревшей матери. Жозефа ели дыша, смотрела в одну точку, боясь произнести что – то ещё…
– Вы это она… мою мать тоже звали Жозефой, только она умерла при родах.

Я всю жизнь мечтала о ней, но…

– Дочка, я давно должна была прийти к тебе, но ты не была готова увидеть меня несколько изменившейся. Я давно умерла в этом мире, и теперь моя судьба обрела жизнь в ином измерении. Это сложно понять так сразу и с лёту, но это так. Я пришла познакомиться с тобою как мать, прости, что не могла быть рядом все эти годы, прости родная!

– Мама, Боже, неужели я не сплю и ты настоящая, мама?

Словно ребёнок, которому не было известно о материнском тепле, вдруг мгновенно сломилась как тростинка, забывая себя взрослую за порогом. Сара опускала голову на колени своей матери, едва сдерживая горячие слёзы, а Жозефа набегающие капли дождя.

– Сара, – осмелилась провидица, – посмотри на меня, Сара?

– Я никогда не думала, что со мной может произойти что – либо подобное.

Что вот так, в самый обыкновенный день я увижу тебя прямо перед глазами, так просто и наяву. Мама…

– Иди ко мне, дорогая моя! Сара, девочка моя…

– Послушай, я чувствую, как о многом я хочу расспросить у тебя, но, пожалуй, это весьма утомительно.

– Ну что ты, разве ребёнок может быть для матери утомлением, нет, мы обе шли друг к другу слишком долго. И вот, предо мною уже сидит взрослая красивая женщина, которую некогда я нарекала именем «Сара» и это были мои последние слова в этом мире. Насколько же приятно сюда вернуться и наблюдать, как вы растёте, как ты сама стала матерью, и какие у тебя потрясающие дочери, мои внучки.

– Тогда скажи мне, мама, где ты сейчас хотя бы живёшь, наверно это мир, который мы земляне зовём раем?

– Мой мир, конечно, кардинально отличается от вашего мира. Но, тем не менее, до рая ещё много не пройденных дорог. Трудно объяснить, где именно то место, где я обитаю, одно могу сказать это край самых невероятных чудес! Думаю, однажды я покажу тебе его, только придётся набраться терпения подождать немного.

– Интригующе, мама. Но я уже счастлива, когда впервые за всю жизнь я могу просто обнять тебя, разговаривать с тобою, увидеть какая ты есть на самом деле.

– После моего перехода в иной мир у меня проявился дар. Я могу видеть разные времена, провидеть события и, – старушка мило улыбнулась, – и иногда варить всякие снадобья.

– Так это ты, та самая провидица, – открыла новую карту удивлённая Сара, – значит, вы уже знакомы с Ив. Она постоянно говорит об одной мудрой женщине и так зашифровано, что сразу не поймёшь, выходит это ты, мама.

– Ах, Ив! Она необыкновенная, надеюсь, ты уже в курсе кто твоя дочь, и какова её роль?

– Да, мама. Хотя бы об этом мне известно. Она иногда рассказывает мне странные вещи. Но я помню истории отца, говорящие о посланнике из рода Кристаллитов. Я начала подозревать ещё тогда, когда моя дочь упала в обморок, а её состояние оказалось ещё куда более странным.

– Хм, я помню этот день, когда Ив впервые ступила на другую землю и стала истинно избранной. В те минуты вся её сущность преобразовалась, она очнулась совершенно другим человеком, более сильным.

– Мам, может тебе пора познакомиться с ещё одной внучкой, с Варькой?

– Дочка, я бы с радостью, но ни в этот раз. Варя не готова к этому…

– Понимаю, жаль! Тогда тебе надо быть осторожней, она в любой момент может спуститься вниз.

– Сара, не забывай что твоя мама провидица, способная видеть сквозь время. Всё в порядке. Мне пора возвращаться, но прежде чем я покину этот очаг, я хочу подарить тебе кое – что ценное…

Жозефа замкнула в ладонях Сары что – то переливающееся красками, обняла дочь и прошептала, – этот кулон мне подарила твоя бабушка, когда я была ещё девчонкой. Это не просто камень на подвеске, в нём сила твоего рода. Носи его и береги, тогда он сбережёт тебя и твою семью. Я люблю тебя, дочка…

– Мама, спасибо, я никогда не видела таких пород, как он называется?

– Ты удивишься слегка, но этот камень зародился в кристальных долинах, там, куда отправляется завтра Иве с классом. Прошу, будьте осторожны.

– Мама, что – то нехорошее может произойти?

– Не волнуйся. Просто будьте бдительны. Иве очень нуждается в твоей поддержке, помнишь день бури?

– Такое не забывается, мама. А что?

– Вернулась ведьма по имени Персефона, думаю, ты слышала такую историю в детстве, отец наверняка просветил тебя…

– А, мрачная история, однако, а с другой стороны поучительная! Но постой, она же в заточении, неужели ей удалось высвободиться?!

– К несчастью, она разгуливает на свободе, а её силы буквально утроились.

И она талантливо маскируется, завладевая другими людьми. И сейчас она где-то рядом, я чувствую, как близка опасность, поэтому Иве как никогда нужна осторожность во всём.

Сделав небольшую остановку в разговоре, бабушка продолжила, – в день бури мне и Ив удалось закрыть исток, сквозь который Персефона прорвалась в ваш мир, чтобы уберечь всех от других черных фантомов. И теперь ведьма сама в ловушке, без портального истока она блуждает среди горожан как загнанная в клетку, даже её магии не достаточно, чтобы пробить новый портал. Но на это способна атрибутика моего мира. Сейчас твоя дочь находиться на учениях, поход в пещеры опасен для неё и поэтому ей необходимо просветление.

– О, ничего себе, а я – то думала она дома! Ну, ладно, там, где она сейчас, ей ничто не угрожает?

– Конечно, нет, Сара! Скажу по секрету: она среди ангелов и ей более чем хорошо!

– Ох, успокоила, мама! Может быть, я смогу быть полезной и мне тоже поехать в пещеры для подстраховки. Я не могу допустить, чтобы ведьма околдовала мою дочку Ив.

– Её чары не действуют на ту, которая является носителем кристального сердца, но то, что будет найдено Иве в пещерах, привлечёт нюх древней ведьмы. И в этом вся беда.

– Что найдёт Иве, – пытливо вопрошала Сара, – что именно?

– Я ощущаю письмена предков и в них есть та информация, которой не должно обладать зло. Думаю, тебе стоить быть ближе к дочери и не забудь кулон, в нём живая сила.

– Хорошо, я поняла, я обязательно поеду вместе с нею…

– Позволь мне обнять тебя ещё раз и вернуться обратно, – обратилась провидица, нежно прижимая к груди единственную дочь.

– Мама, как же тяжело отпускать тебя! Мы же увидимся вновь, скажи, что это так…
– Обязательно увидимся, милая…
Гостиную охватила вспышка, след провидицы растворился, как будто её и не было, а Сара продолжала смотреть в пустоту, оставленную ей для размышления.

В каждом мире свои законы о времени. Здесь, в подводном царстве среди легиона ангелов тебе покажется, что прошло всего лишь пару часов, но это не так. Иногда приходится смиряться с тем, что некоторые измерения остаются вне времени и, возвращаясь в прежнюю Вселенную, боишься опоздать на важную встречу или ужин, а может на экстремальный тур. И вот, ты откроешь глаза в своей реальности, но на удивление там всё как прежде и не никуда не опаздываешь. Ох уж эти полёты…

– Иве, – навстречу школьнице из другого мира стремился задорно улыбающийся Тай, держащий в руках кулон.

– О, Тай, а ты действительно быстро, – улыбнулась девчонка, касаясь подушечками пальцев аметиста, – неужели это для меня?

– Конечно для тебя, Иве. Позволь, я помогу тебе одеть его, – обратился ко мне ангел, подойдя со спины.

– Что ж, помоги, Тай, – я взглянула на подарок, который уже украшал мою шею, и просто не могла найти слов, чтобы передать мощь своего восторга.

– Как тебе, нравится?

– Ты ещё спрашиваешь!? Он прекрасен, а цвет – один из моих любимых.

– Иве, тебе пора пройти первое учение для начинающего бойца. Как мы знаем, завтра тебе предстоит нелегкий день в твоей реальности, а знания, которые ты получишь сейчас, станут твоей опорой. Готова?

– Я готова, только скажи, куда мы идём?

– Как тебе замок? – переключаясь на местную волну, поинтересовался принц.

– Замок хорош настолько, что я не могу понять, где конец, а где его начало. Так всё – таки, куда мы…

– Мы уже пришли, Ив. Это твоя комната в этом мире, проходи, осваивайся.

Перед моими глазами распахнулись огромные двери, я вошла и не поверила всему, что могла видеть. Меня принимали как королеву, просторные покои сверкали роскошью, по правую сторону от меня уже зачем – то выстроились слуги. Одни держали подносы с фруктами, другие графины, а третьи неустанно кланялись.

– Тай, что здесь происходит, – тихонько и на ухо я озадачила его своим недоумением, – кто эти господа?

– Смешная девчонка, эти люди будут прислуживать тебе на протяжении всего времени, что ты будешь находиться в этом мире, – почти беззвучно высказался он, продолжая улыбаться, и повторять какая я смешная девчонка.

– Послушай, давай разберёмся сразу, мне не нужны слуги, – шептала я, бегло перечитывая взгляды свиты из прислужников, – я вполне самостоятельный человек, со мной не надо нянчиться. И к тому же, у этих ангелов наверняка и без меня масса дел, пусть идут с миром, только еду могут оставить, ну, так на всякий случай голода…

– Ты уверенна в этом, если тебе требуется уединение или как вы там его называете…? А, одиночество…

– Я не люблю одиночества, просто мне в жизни никто не прислуживал и меня это положение вполне устраивало. Но если это издержки и нормы вашей реалии, я не буду препятствовать…

– Смешная, как пожелаешь. Кстати, познакомься, Это Маргарита, она поможет тебе, – принц представил мне одну из служанок, а мне показалось мельком, что мы знакомы, – Ив, ты чего замерла?!

– А, простите, я что – то задумалась, о своём, девичьем.

– Вы хорошо себя чувствуете, Ив, – спросила Маргарита.

– О, вполне, не беспокойтесь и пожалуйста, обращайтесь ко мне на «ты», я умоляю об этом!

– Хорошо, Иве, я поняла тебя, – Маргарита послушно улыбнулась и проводила девчонку до постели.

– Ив, смешная девчонка, я буду по ту сторону дверей, если понадоблюсь, только позови. А в остальном Маргарет подскажет тебе, хорошо?
– Хорошо, принц Тай! – ответила я.
Маргарита поднесла к моему столику поднос и предложила выпить напиток голубого оттенка, – Ив, попробуй, это вкусно!

– Правда? А что это, чай?

– Это очень вкусно, наш фирменный напиток, его падают исключительно почётным гостям, ну, иногда, по праздникам, мы тоже можем пить его. Он обладает множеством свойств, одно из которых провиденье.

Я уже успела отпить пол стакана, как остановилась…

– Провиденье, говоришь?

– Именно так, тебе это пригодится. А сейчас ты медленно погрузишься в сон, хотя это лишь иллюзия сна, на самом деле ты отправишься в путешествие, всё, что ты сможешь увидеть, услышать, узнать будет твоим багажом первых знаний. Я буду рядом, если что…
– Спасибо, Маргарита, – благодарствовала Ив, – спасибо!
И снова, когда Иветта закрывала глаза, одна реалия сменяла другую. Но на сей раз всё оказалось иначе, когда в игру вступил третий глаз, открывающий занавес прошлого, будущего и настоящего.

В огромном тёмном зале мерзко разбивался о стены говор Персефоны. Она стояла напротив большого зеркала в стене и вела дискуссию со своей тенью. Ив пока что видела только её спину, вернее того человека, которым она управляла. Но ей удалось услышать их пробегающий диалог и голос, который пробудил память и указал свет на сосуд, в котором поселилась тьма ведьмы.

– Мне нужны древние письмена и кристаллическая колба, это поможет мне вырваться отсюда и исполнить волю нашего короля, черного зверя, – отдавал приказ голос силуэта из зеркального отражения, – ты понимаешь меня?

– Да, моя госпожа, я выполню ваше задание и принесу всё, что пожелает ваша темнота, – смирено соглашалась жертва, в которой видимо уже давно умерло всё человеческое.

– И поторопись, я устала быть ограниченной в пространстве! – возмутилась тень фантома.

– Да, госпожа. Приступаю незамедлительно.

– Слушай то, что я скажу внимательно, – продолжил теневой зеркала, – ты оправишься в пещеры кристальных долин вместе с этими людишками и проследишь за одной девчонкой, у неё есть то, что мне как раз и нужно. И не следи слишком, тебя не должны раскрыть, так что, будь добра затеряйся в их толпе.

– Как я узнаю цель?

– Хм, ты знаешь её, Антонина, – твердил дух ведьмы, замаскировавшийся в зеркале, – эта девчонка ещё одна из кристаллитов, кажется, её зовут Иве.

– Разрешите идти и приступить к операции, моя госпожа…

– Ступай и не возвращайся без хороших новостей!!!
Я опешила, увидев нашего школьного краеведа в подчинении ведьмы, ощущая, как подступает ком к горлу и становится тяжело дышать. На меня началась настоящая охота, как на редкую дичь, внезапно попавшую под обстрел. Я совершенно не ожидала, что одержимой злым духом Персефоны будет наша Антонина Павловна. Она конечно не сахар, но всё же загадочный выбор. Я всё думала, почему именно её избрала колдунья в свои приемники…
Это был не сон и не реальность в эквиваленте, что – то между чашами весов. Всё вертелось вокруг меня с ускорением, меняя краски палитры и музыку бытия. Я уже проходила через это однажды, когда меня ненароком заносило в дни скорбного исчезновения родных. На сей раз перемещение оказалось куда круче и ярче. И третий глаз давал о себе знать, открывая карты недавних вопросов с многоточиями.

Иногда даже реальность способна обмануть нас, когда мы соглашаемся с тем, во что хотим верить. Но когда приходит час истины, уверенные убеждения растворяются, оставляя заблудшие души с пищей на размышление о главном и предначертанном высшими силами. Все мы порой становимся художниками, рисующими идеальный мир с идеальной жизнью. Но что есть жизнь, когда всё так безукоризненно и на чем воспитывать стремление к совершенству? Когда всё сшито, как с иголочки и нет ошибок, которые приходиться исправлять, чтобы освоить очередной урок жизни. Так что есть жизнь в понимание каждого из нас…?

– Подруга, ты чего стоишь тут так скромно?! Все уже давно в автобусе собрались, – Эмка одергивала Ив, которая стояла посреди машин школьной парковки и заворожённо разглядывала утреннее небо, – Ив, ты, где летаешь опять?

– Эмма? Что, – я оглянулась вокруг и совершенно потеряла отчёт своего места пребывания, – где я?

– О, подружка, не шути со мной так! Что значит, где ты! Если ты забыла, то мы вообще – то выезжаем на экскурсию и нам пора бы в автобус, все давно в сборе. Ты странная сегодня какая – то. Мы ведь уже собрались ехать, как ты зачем – то выскочила и куда – то побежала. Все сочли, что тебе стало дурно…

– Не понимаю. Эмка, ты ведь не плод воображения и всё это, автобус, школьный двор…?

– Слушай, Ив, ты себя точно хорошо чувствуешь?! Может нам лучше отпроситься у Ирены и вернуться по домам?

– Всё нормально, Эм, просто я наверно не выспалась сегодня вот и всё.

– Ну, тогда пошли, – Эмка поплелась к дверям автобуса, из окон которого уже выглядывали лица недовольных школьников. Она продолжала болтовню, непринуждённо протягивая мне что – то из сумки, – хочешь яблоко, Ив?

– О, спасибо, – сухо отвечала я, хватая зеленый фрукт.

Мы уже поднялись по ступенькам и заняли свои места, а я то и делала, что мотала головой по сторонам, всматриваясь в лица каждого из пассажиров.

– Какой красивый кулон, я не видела его у тебя раньше, – заискивающе хлопая ресницами, Эмка безотрывно продолжала разглядывать моё новое украшение.

– Что ж, теперь увидела. Это подарок от хорошего, – я вдруг задумалась, как мне лучше представить моего знакомого ангела из подводного мира: человек, друг или, – человека, он просто душка!

– Ого, так, а вот с этого места поподробнее, пожалуйста, – Эмка умоляюще смотрела в мои растерянные глаза, приготовившись к утренним новостям.

– Что ты хочешь услышать от меня, Эм?

– А то не знаешь. Давай делись тайнами кто он, откуда и…

– Эмма! Ты не так поняла, этот человек друг нашей семьи. Только не требуй с меня подробностей.

– Отнекивайся, как хочешь, но когда ты восклицаешь о том, какой он душка, твои глаза зажигаются, это же очевидно!

– Да ну тебя! Кстати, ты не видишь среди всех Антонины Павловны?

– Кого, Павловны? – переспросила Эм.

– Да, она вроде должна курировать свой класс…

– Она в самом конце автобуса вроде, а зачем тебе понадобилась вдруг эта краевед?

– Да так, неважно. Просто так спросила, – а сама всё думала про себя, как бы мне хотелось поделиться с подругой всем тем, что со мной твориться, излить душу, я не могла обманывать её, придумывая на ходу всякий бред, поэтому самым безобидным показалось искусство молчания, – ты не против, если я вздремну немного?

– Хорошая идея, подружка, у меня тоже что – то глаза закрываются.

– Ещё поболтаем, ладно Эмка, мне надо срочно выспаться, чтобы не уснуть в пещерах…

– Конечно, спи, Ив.

– Сплю, я сплю…

И снова выхожу за грань, оказываясь внутри темной пещеры в полном одиночестве. Вот оно где уединение для тех, кто ищет приключений.

Пока я осматривалась и прислушивалась к ритмичному капанью в туннелях, мой кулон засверкал невероятным сиянием и стал намагничиваться, взмахивая верх, принимая положение напротив моих встревоженных глаз.

В моей голове возникла задача найти кристалл аметиста прежде, чем сюда доберётся дух ведьмы. Почему – то я была убеждена в том, что в одном из кристаллов спрятаны письмена одного из предков.

Вдруг я ощутила толчок под ногами и, не удержавшись в прежнем положении, случайно ступила на крупный валун за спиной, оказавшись в курьёзном состоянии падения. Тут – то и началось самое интересное за последние минуты…

Комната пещеры, в которую я попала, принимала другой облик, всё отчётливее смахивая на снежный дом. Ворвавшаяся метель расписывала стены снежной пудрой, только вот моя одежда явно была подобрана не по сезону. Ноги проваливались сквозь слои белого пуха, но это лишь видимость, которая скрывала один важный секрет. Мой кулон, наконец, успокоился, вернувшись с магнитного веселья. И как стоило мне прикоснуться к его огранке, тут же я познала значимость своего прибытия в данный уголок. Из стен просачивались кристаллы и кристальные формы, среди которых не было одиночек, поэтому я бы назвала их кристальными кустами или семейками.
Это счастливый момент увидеть подобное зрелище, но только вот осталось определить среди множества мой кристалл. Они все до одного имели сиреневый цвет, отличались лишь размерами. Одни были похожи на взрослых, а другие вероятно были их детьми, если образно выражаться.
– Так-так, к нам пожаловали гости, – я вздрогнула, проглотив глоток страха, когда в комнату, вошла какая – то особа в шкурах животного и с горящим факелом в руке. А её другая рука было дело, уже потянулась за саблей, – кто ты и что ты тут делаешь, девочка?!

– Я всего лишь исполняю свой долг, не сочтите меня за варвара. А Вы наверно охраняете эти священные места?

– О каком долге ведёшь речь, человек?

– Я ищу кое-что, что поможет мне в моей миссии. Я должна найти кристалл аметиста и прочесть пророчество своих предков. Если я не сделаю этого, придёт злая ведьма, которая охотиться за знаниями рода кристаллитов, чтобы использовать их во зло и погубить человеческие души, подчинив их всех своей черной воле. Пожалуйста, не причиняйте мне боли, я не враг этим местам, скорее я друг и соратник…

– Ладно, – женщина доверчиво вздохнула и присела на валун рядом со мною, шепча что – то на своём диалекте, – я верю, тебе и тебе не стоит меня бояться, если ты сюда пришла с чистыми намерениями, то я тоже друг тебе и могу помочь.

– Буду признательна за вашу помощь, а можно узнать кто Вы, Вы воин?

– Хм, можно и так сказать, я амазонка. Мы живём здесь вместе со своими сестрами, они тоже амазонки. У каждого из нас свой пост и мы чувствуем, когда на наши земли ступают гости. И мы узнаем кто из них друг, а кто чужак, которого необходимо изгнать. Наши пещеры живые в определённом смысле, в них созидание всех прародителей. Ах, я из рода фалко, а кто ты на самом деле я тоже поняла, так что можешь не объясняться. Ты ведь та самая избранная, посланник из рода Кристаллитов…

– Откуда Вы столько знаете, неужели я чем – то выдала себя?!

– Я же говорила, что пещеры живые. У нас с ними свой язык общения и мы многое можешь считывать, не задавая лишних вопросов.

– Очень интересно!

Так Вы знали, что я однажды приду сюда и буду искать кристалл?

– Наш род тесно сплетён с родом кристаллитов и мы очень похожи между собой, среди нас тоже есть провидцы и целители.

– Как Вас зовут?

– Так и зовут, амазонка. У нас свой канон в этом плане, мы все амазонки или сестры, некоторые нас зовут верховными жрицами за наши таланты к сверхъестественному покорению.

– Вот как. А, правда, что амазонки выбирают себе главную сестру в царицы?

– Есть такое, – амазонка чего – то рисовала мечом у подножия, а затем продолжила наш разговор, – может, начнёшь изучать кристальные массы?

– Ах, да, Вы правы, – Иве направилась по следам, которые рисовал третий глаз, и когда она остановилась с закрытыми глазами, за её спиной раздался звездопад разбивающихся вдребезги кристаллов. Да, это явился дух Персефоны, фантом, рыкающий от жажды иметь власть над всем.

– Отойди в сторону, Ив, – выкрикивала амазонка, – я прогоню её, никуда не уходи, жди меня здесь!!!

– Хорошо…

На полуобороте, словно в замедленной съёмке летел вниз последний кристалл. Во мне, откуда – то взялась птица, если можно так сопоставить, когда я стремилась схватить его, а потом, спустя мгновение уже лежала на полу, прижимая к груди уцелевший кристалл.

– А ты ловкая, девочка, – удивительно быстро вернулась жрица, – как ты узнала, что именно этот кристалл нужно поймать, не давая ему разбиться, как остальным?

– А я даже не задумывалась об этом, последнее время всю тяжёлую работу за меня выполняет моё третье зрение. А Вы так бегло, уже справились с ведьмой?

– Фантомам тяжело долго удерживаться здесь без облика, поэтому прими совет, раз ты уже нашла свой кристалл, спрячь его там, где можешь найти только ты.

– Да, – улыбнулась я, подумывая о курорте в царстве единорога, – я знаю, какое место подойдёт для этого священного кристалла.

– Иве, не хочу показаться тебе негостеприимной амазонкой, но тебе пора идти дальше, я была рада узнать тебя, надеюсь, это не единственная наша встреча.

– Жаль, здесь чудные места и так легко дышать…

– Иве, чтобы тебе попасть туда, где следующий твой этап тебе достаточно закрыть глаза, прикасаясь к своему аметисту.

– Спасибо, амазонка…
– До скорого, Иве…
В моих руках был атрибут моих предков, а свет пути уносил меня в блок следующего приключения. Разве мало, чтобы быть счастливой по – настоящему?

Я слышала, как щебетали чайки, проносясь высоко над головой. Слышала бриз у побережья и ощущала ласкающее тепло солнца.

Когда я вновь очнулась, поднимая голову, испачканную в песке, то поняла что нахожусь на каком – то затаённом острове. Набравшись сил, которые были на исходе, я забралась на камень, крутя в руках кристалл. Я закрыла глаза, чтобы увидеть подсказку третьего помощника, как извлечь письмена и узнать ход событий.

Мне хватило трёх минут, это было более чем достаточно, чтобы решиться разбить кристалл прямо на берегу дикого островка. И вот я уже читала его, вдумываясь в каждое из слов, но сделав вынужденную остановку после пары абзацев. Мои наблюдательные очи были несколько ослеплены от скачущих зайчиков чего – то блестящего на песке. Я наклонилась, чтобы присмотреться и увидела три камня, три аметиста, которые явно образовались из осколков бывшего кристалла. Удивительная вещь, один прозрачный, другой фиолетовый, а вот третий с розоватым оттенком.

Их захватила в охапку камни и продолжила читать письмена. Она так увлеклась и вошла в глубокое состояние мысли, что не заметила, как за спиной возник силуэт высокого мужчины. Это был Августин, смирившийся с новым местом обитания, и больше всего он был удивлён увидеть здесь гостью, так похожую на его старшую дочь, Ив, только очень повзрослевшую.

На затерянном острове параллельного мира счёт времени шёл во много раз медленнее. Если на Земле прошло пять лет после исчезновения суден, то здесь эти пять лет совершенно инертны, если учесть, что период в пять лет заменил счётчик в пять месяцев.

Я уже дочитала исповедь провидицы рода кристаллитов в письменах, когда почувствовала, как мне дышат в спину. Я обернулась, кажется, это была цепная реакция. А потом снова бросила бегство по строчкам на письменах, снова крутила в ладонях камни. И всё же привстала, чтобы поприветствовать молчаливого господина. На его лицо спадала тень солнца, он жмурился, прищуривая глаза.

В моём сознании промелькнула одно: «он был вылитый отец, только с чрезмерной щетиной и весьма похудевшим». И он видел меня, ведь обычно в моих странствиях между мирами меня не могут видеть люди, только я вижу их. Неужели это реалия, только происходящая в другом измерении?

– Отец? – я долго стояла на месте, переминаясь с ноги на ногу, а потом рванула, словно пуля в его растроганные объятия, – отец, как ты здесь оказался, где другие пассажиры?

– Иве? Иве, дочка, это правда, ты?! – растерялся Августин.

– Ну, конечно я, папа! – в моих глазах уже назрели слёзы.

– Как же ты так выросла, ведь прошло всего…

– Отец, прошло пять с лишним лет с тех пор, как вы пропали.

– Пять лет? – он лихорадочно схватился за голову и не мог поверить, как различны часы, – тогда, что это за место…?

– Папа, это прозвучит безумно, но ты должен выслушать меня и кое – что сделать. Отец?

– Дочка, твоё появление здесь это как услышанные молитвы, я верил, что увижу тебя снова. Дай же обнять тебя. Милая…

– Папочка, миленький, выслушай меня, пожалуйста!

– Идём за мной, я проведу тебя в нашу деревню, которую мы обустроили сами вместе с другими исчезнувшими. А ты рассказывай, пока мы идём…

– Деревня?

– Да. Попав сюда, я уяснил раз и навсегда, что такое школа выживания. Если захочешь жить, то действуй…

– Отец, я переместилась во времени, этот остров не кусок земли с нашего мира, мы в другой реальности. Отсюда и косвенное различие во времени. Я вытащу вас отсюда и отправлю всех домой, в нашу реалию. Прошу, не задавай сейчас вопросов, всё очень сложно, оставим рассуждения на потом. Просто доверься своей дочери, отец?

– Как же ты повзрослела, Ив! Я не буду докучать вопросами, только пока, а потом – то можно узнать о странностях, которые творятся?

– Думаю, что да.

– Как там мама, Варька?

– С ними всё хорошо и они соскучились не меньше моего. Отец, ты готов вернуться в наш мир, домой?

– Я слишком долго здесь проторчал, разве я так безумен, чтобы отвыкнуть от дома! Я верю тебе, дочка…

– Тогда веди меня в деревню.
– С удовольствием. Это близко…
Уже были слышны человеческие голоса, на этом острове шла жизнь, которую никто не выбирал для себя, но так сложилась судьба. Все эти люди герои для меня, прошедшие курс самой жестокой игры на выживание…

Разве я могу пройти мимо, если в моих ладонях зажат их билет домой, я протянула ладонь отцу и отдала последнее дочернее наставление, прежде чем отправиться дальше в воронку вспышек.

– Что это ты мне показываешь, дочка?

– Это камни аметисты. С виду очень просты, но как бы это не звучало, с их помощью вы вернётесь домой.

– Каким образом, – засмеялся отец, – поглаживая их? Ты это серьёзно, дочка?!

– Отец, прошу тебя, доверься мне! И…
Мы остановились за периметром лагеря, который со временем они превратили в деревню. Я всё же попыталась донести до отца значимость всего, что происходило и могло произойти. Могло изменить всех исчезнувших, оправдать их надежды, а главное вернуть домой.

– Извини, дочка! Просто очень трудно принять возможность перемен всерьёз, после всего, что нам пришлось здесь пережить. Кому повезло меньше, кому – то больше и загвоздка в том, что никто из нас не понял до конца, что произошло с нашим лайнером. Когда мы очнулись и пришли в чувство каждый из нас долго доказывал друг другу то, что мы реальные персонажи обстоятельств, оказавшиеся странным образом на каком – то отчуждённом острове.

– А кстати, где сам самолёт?

– Дело в том, что мне и другим тоже хотелось бы это узнать, но самолёта нет, мы обыскали всё вдоль и поперёк, но эта тщетная трата времени и сил.

– Вот дела! Ладно, разберёмся с этим позже, а теперь, папуль выслушай меня…

– Хорошо, я весь во внимании, доченька!

– Возьми эти три камня и отправляйся со всеми людьми в сердце острова, на самую середину, надеюсь, вы с этим справитесь, найдёте это место?

– Ив, я уже настолько изучил эти все места, что порой вижу их во сне и вслепую.

– Отлично, папа! Тогда поторопитесь и когда придёте туда, там увидите огромный валун, возложи на камень эти аметисты, которые я передаю тебе и замкнитесь в круг так, чтобы между валуном и всеми вами было расстояние не более трёх метров и не менее полуметра. Сомкните круг накрепко, а лучшим будет, если вы возьмёте друг друга за руки. Твоя задача, отец убедить толпу в том, что им необходимо поверить тебе и следовать на пункт назначения. Только сплочённость и взаимное доверие вернёт вас всех домой. Никому нельзя здесь больше оставаться, это грозит тем, что если не сработать оперативно, есть вероятность застрять в этом измерении скорее всегда навсегда. Можете считать, что это ваша путёвка обратно, домой…

– Спасибо, Иве, я не подведу. Увидимся дома?

– Обязательно, пап, увидимся дома…

В силу того, что я ощущала, приближение очередной вспышки мне было ясно, что лимит местного пребывания себя исчерпал. Меня снова охватило сияние и повлекло в неизведанном направлении, но что – то мне подсказывало, что я лечу сквозь него прямо в мир своей бабушки.

Финал первой книги

Ритуал посвящения и четыре стихии

Она уже прошла путь первых учений и была готова стать следующей титулованной хранительницей времён…

Земля, воздух, огонь, вода и вечер у костра…

– Здравствуй, дорогая Ив! – приветствовала Жозефа, добродушно склоняясь надо мной, когда я оказалась посреди сада.

– О, бабушка, а что я собственно делаю на земле, неужели нельзя было приземлить меня иначе?!

– Ты чем – то недовольна или наоборот…?

– Я просто счастлива, не считая издержек моего миссионерского дела! Я только что видела отца, место, где они были всё это время, я много, что видела, но об этом я тебе потом поведаю.

– Какая хорошая новость!

– Они возвращаются домой…

– О, все с самолёта?

– Да, бабуль. Я так счастлива за них, скоро мы увидимся с ними в своих домах. Надеюсь, ты разделишь нашу семейную радость и осмелишься прийти?

– Девочка, ещё не время являться всем и сразу. Но сегодня у меня состоялась одна долгожданная встреча…

Я пристально посмотрела на бабушку и не могла поверить тому, что прочитывала в каждом выражении, в каждом жесте, – свершилось чудо и ты, наконец – то познакомилась с Сарой?

– Как же мне нравится твой третий помощник, он буквально избавляет меня от лишних объяснений, – улыбчиво и восторженно заявила провидица.

– Представляю реакцию матери, которая впервые знакомилась с тобой, это наверно было очень трогательно, не правда ли…?
– О, да, это было нечто…мать и дитя воссоединились…
За диалогом я не предала внимания тому, что постепенно развивало события моего возвращения в царство единорога. Но невольно убирая волосы за плечи, я вдруг пробудилась, выйдя из зоны эйфории. О, это всепоглощающее ощущение счастья!!!

К нашему дуэту подтянулась великолепная пятёрка из представителей разных кланов Анэйтиса, царства, где всё выполнено в стиле чудес и фантазии.

– Жозефа, кто эти господа? – шепнула я ей на ухо.

– Знакомься, Ив, это мои друзья, а значит и твои тоже.

Чудно выглядящие существа поочередно подходили ко мне с разных сторон и любопытно изучали меня с ног до головы.

– Привет, меня зовут Найда…

– Привет, Найда ты нимфа воды? – заинтересовалась девчонка.

– Она хранительница стихии воды, – вступила в беседу Жозефа.

– А я Витолд, хранитель земной стихии, – обратился ко мне чудный человечек чуть выше меня самой, опирающийся на трость и мило снимающий шляпку, – рад знакомству с тобой, красотка!

– Витолд, ты в своём репертуаре, комплименты твоя визитная карточка, – подшутила нимфа, смутив приветливого человека в шляпе.

– Добром встречаю тебя, наша гостья и одариваю теплом священного огня, – а это была строгая рыжеволосая леди в длинном малиновом платье с накидкой из шелков, грациозно скрещивающая ладони приветствия.

– Здравствуйте, а…

– Хм, внучка, это Заруи. Её стихия, как ты уже поняла – это огонь.

– О, я давно мечтала узнать тебя поближе, – затрепетала повелительница хранящая стихию воздуха, оставаясь в полётном состоянии, – я Сильфа.

– Может, спустишься к нам на землю, летающая наша сестра, – настоятельно просила нимфа воды.

– А может мне лучше создавать баланс, – продолжила Сильфа.

– Ничего не выйдет, Сильфа, нас трое против одного, нет нас даже не трое, а шестеро вместе с Ив и провидицей, – заумничал Витолд среди малинника.

– Спешу огорчить и пополнить ваши ряды, милые дамы и уважаемый хранитель земной стихии! – это был величавый крепыш по имени Аделалф.

– О, ты как раз вовремя Аделадф, – воскликнула Жозефа, собирая нас в круг, – внучка, ознакомься это наш патруль.

– Я, скорее оборотень – волк, наблюдаю за порядком в нашем царстве. Ну, что нас теперь семеро, пора начинать…?

– Что происходит, бабушка?

– Сегодня знаменательное событие века, ты благополучно прошла первый этап учений и у тебя зачёт, а теперь мы познакомим тебя с традициями посвящения в хранительницы. Ты удивлена?

– Я и не знаю что сказать, хотя бы намекни, что сейчас будет здесь и…

– Детка, это ритуал посвящения. Держи свой кулон, закрыв его ладонями до тех пор, пока не исчезнет световой дождь.

– Световой дождь?

– Иди ко мне, – скомандовала бабуля, выкрикивая что – то всей толпе, – друзья, пора замкнуть круги, время пришло. Заруи, твой ход…

Повелительница огня чего – то складно читала с закрытыми глазами всё громче и громче, повторяя одну и ту же фразу несколько раз, пока в центре нашего сплочения не загорелся костёр. А бабушка время от времени поглядывала на меня, трепетно сжимая мою руку.

Огонь был призван, согревающий и сжигающий страх без остатка. Теперь следовала очередь маленьких чудес от нимфы, которая поднимала на воздух забавные пузыри из воды, внутри которых горели огоньки мерцающих нимф в их истинной оболочке. А вот полупрозрачная Сильфа решила разыграться не на шутку, окутывая нас ветром и пронизывая насквозь воздушным барьером. Порывистый поток разбивался со свистом, пока не дошла очередь до Витолда, который поспешил уверенно призвать спящую под ногами землю, о которую он ударял своей тростью.
Как мне показалось, представители четырех стихий успели уже выступить, и было очень интересно, как разовьются события. На первый взгляд традиция посвящения показалась мне не такой уж и находчивой, пока не сыграла завершающая процесс нота.
Сила круга усиливалась и обострялась с каждым мгновением, стихии вели хороводы, а я уже увидела наперёд продолжение и каждый последующий шаг…

Слышала, как возвращались в свои дома исчезнувшие, распахивая двери настежь. Сегодня состоялся великолепный день, пора встреч и возрождения надежд на будущее. Минуты объятий и нахлынувших слёз счастья, первые признания в любви и утроенная сила, которая помогала выживать в самых невероятных ситуациях длиною не в один короткий бег.

Тем временем наша Сара всё переосмысливала встречу с матерью, молча ужиная вдвоем с младшей дочерью, как вдруг…

И двери их большого дома распахнулись, а на пороге возродились силуэты двух мужчин, нарушив тишину молчания.

– Мам, – обратилась Варька к матери, сидящей спиной к парадному входу, едва замерев с открытым ртом, – мам, они пришли…

Сара недоумевающе вздрогнула, отвлеченно отстранившись от своих мыслей, а потом последовала за мимикой дочери. Варька уже соскочила и собралась бежать навстречу отцу и Захару…

– Дочка, Сара! Милые мои, – наконец заговорил Августин, с трудом подбирая слова.

– Вы вернулись…Боже…, – шептала губы черноволосой женщины.

Сара без раздумья побежала к родным, без лишних слов, обнимая и пуская слезу от счастья, – Августин, неужели всё наяву и это не сон?

– Я здесь, я рядом, мы вернулись домой…, – успокаивал отец.

– Мы вернулись, – робко и слезливо вторил дядя Захар, опуская на пол свой коричневый чемодан.
– Папа, дядя, я так долго вас ждала…, – растрогалась непоколебимая Варька, заключая их в объятия своих хрупких рук и сильного сердца.
Сквозь временные стены я наблюдала возвращения каждого пропавшего человека, реакцию родных и это было истинное воссоединение разлученных катастрофой не природного характера. Насытившись наблюдениями со стороны, я с жаждой возвращалась в свой земной дом, где только что произошло то, во что я верила все эти годы, чего ждала и к чему питала надежду. Они вернулись в свои дома, что может быть лучше и трогательнее этих скользящих мгновений…?

Появившись из другого измерения в холле второго этажа, я поспешила вниз, но на минуту была вынуждена остановиться у зеркала, в котором я увидела что – то новое…

– Мои глаза, – я с ужасом всматривалась в зеркальное отражение, которое рисовало не то, что я знала раньше. Они были такими синими, как то озеро…, – мои глаза, что с ними?

И тут же сработал багаж свежих знаний после учения и вечера у костра, какая ирония, но я сама же отвечала себе на свой же вопрос…
– Теперь я явный Кристаллит, Кристаллит с ярко синими глазами.
Смешная девчонка рванула по лестнице вниз, и когда осталось пару ступенек, она остановилась, встретившись глазами с отцом. Он широко улыбался и зазывал в семейный круг.

Я убавила бег до робкого шага, уже не ощущая земли под ногами, а когда подошла к ним совсем близко я уже не знала что значит земля. Они вернулись домой спустя пять лет и пять месяцев ожидания…

Лишь мимолетно проскальзывало чувство грусти по дедушке, который оставался где – то там за гранью, оттачивая мастерство терпения. Для полной гармонии не хватало нам его и его остроумных шуток…
Время в Зорионе шло к вечеру, комнаты наполнились светом и новой жизнью со вкусом праздника для души. А за забором нашей усадьбы проектировалась бабушка, наблюдающая зорким глазом провидицы за каждым из нас. Я прочувствовала её присутствие и музыка дождя, которую я слушала предыдущими вечерами, сменилась мелодией огранённого смысла веры, надежды и любви.
Конец первой книги

Эпилог От прошлого к будущему…

Место проживания главной героини двенадцатилетней Иветты Ангельской: таинственное островное королевство Феерия омываемое водами черного моря. Иве живёт в портовом городке Зорион, в красивой родовой усадьбе предков вместе со своей матерью Сарой, психологом местной школы и младшей сестрой Варькой. Круг её общения не столь велик лишь самые близкие и проверенные временем люди, само собой её родные и лучшая подруга Эмка, абсолютная противоположность сдержанной и робкой Иве. А также родной брат Эмки Кристофер, временно уехавший к отцу в Квебек.

Жизнь Ив идёт вполне статичным ходом. И она, казалось бы, ничем не выделяется среди сверстников, пока не пришёл день и не пробил час кардинального перевоплощения, которое в буквальном смысле перевернёт всё с ног на голову, заставив героиню взглянуть на жизнь, Вселенную, общество другими глазами, глазами своих предков из великого древнего рода Кристаллитов. Род Кристаллитов берёт своё начало ещё с тех седых времён, когда по земле ступали ноги Иисуса Христа. Тогда в рядах Его последователей и учеников была одна женщина по имени Кристаллита Евангелиста, та самая прародительница рода, которая была предана сыну Божьему до конца Его земных дней. И за свою самоотверженность, веру была удостоена чести исполнить одну очень важную миссию после великого дня плача, когда Иисуса Христа распяли предатели и ненавистники, исполненные тьмой и злобой.

Там, на Голгофе Он пожертвовал многим во имя спасения всего грешного мира, проливая реки святых, чистых слёз и крови за каждого, даже за тех, кто жаждал Его мучительной смерти. Капсула – это символичный прообраз тех самых излияний, дающий свет искупления среди урагана тьмы. И если придёт час укротить зверя, чтобы отправить его на вечное заточение в огненное проклятие, освободив человеческие души от черного павшего ангела, только истинный потомок Кристаллитов, которого однажды изберёт Владыка Вселенной, сможет узреть сердцем, где спрятана священная капсула, дарующая надежду на освобождение из цепей лжи, обмана и предводителя черных сил.

Вера дарует жизнь, безверие забирает её у нас…

Терпение закаляет дух и направляет истинами следы…

Надежда окрыляет, и мы летим, не боясь сорваться вниз, когда победили свои страхи…

sofi-andreas@mail.ru
Новости, свежую информацию об авторе и книгах всегда можно узнать на странице автора в контакте: София Андреас

Content

Андреас София Кристаллит. Добро пожаловать в Феерию…

София Андреас Кристаллит. Добро пожаловать в Феерию…

Предисловие от автора

Герои

Глава первая Заброшенный дом у синего озера

Глава вторая Дневник – послание

Глава третья Голос Жозефы

Глава четвертая Буря. Ловушка Персефоны

Глава пятая Старые записи. Занавес тайн

Глава шестая Элемент седьмого тритона. Проект несбывшихся надежд

Глава седьмая Пещеры кристалльной долины

Ритуал посвящения и четыре стихии

Эпилог От прошлого к будущему…