Гриндер Александра

Призраки из тумана

Александра Гриндер

Призраки из тумана

Все жители шотландской деревушки стали вдруг видеть привидений…

До сих пор Елена не придавала значения тому, что хозяин гостевого дома, где она остановилась, все время один. Она предполагала, что его жена или хлопочет на кухне, или занята какими-то другими делами и поэтому не появляется перед постояльцами.

– Что произошло с вашей женой? – спросила гостья.

– Она… умерла, – пробормотал хозяин отеля. – Три года назад.

– Сочувствую, – ответила Елена совершенно искренне. – Наверняка это было ударом для вас?

И вдруг мужчина истерически захохотал.
– Ударом?! Это точно! – он захлебывался словами и дико тряс головой. В его глазах вспыхнул безумный огонь. – Хватило одного моего удара, чтобы она наконец заткнулась!..
Никто из людей, стоящих у могилы, сначала ее не заметил. Лишь когда Елена Мелтин вышла из тени старого кладбищенского дуба, некоторые из одетых в черное мужчин и женщин неодобрительно посмотрели на нее.

Ей было все равно, и ее абсолютно не смущало, что она появилась так внезапно перед этими людьми. Все мысли и чувства в этот момент были прикованы к свежевырытой могиле. Что-то зловещее исходило из этой темной прямоугольной ямы. Нет, страха смерти Елена не испытывала. Мысль, что она в любой момент может умереть, ни капельки не пугала ее, она научилась с этим жить. Тем не менее ей вдруг почудилось, что сейчас из могилы протянутся две огромные черные руки, схватят ее и потянут вниз к гробу, стоящему на дне…

Украдкой Елена вытерла слезы. Она все еще любила мужчину, который теперь лежал там, внизу, в гробу, холодный и окоченевший. Елена так много хотела ему сказать! Но не успела… Теперь было поздно… Она слишком долго ждала, как это часто с ней бывало, когда речь шла о личных проблемах, а не о служебных делах, в которых она всегда действовала быстро и взвешенно, как истинный профессионал.

Елена тряхнула головой, чтобы отогнать печальные мысли, и попыталась взять себя в руки. Люди у могилы не должны заметить, каким ударом стала для нее смерть этого человека, и понять, почему она, Елена, появилась в этот дождливый осенний день на маленьком деревенском кладбище.

Она заставила себя сделать несколько шагов и подойти к маленькой группе скорбящих людей.

– … и именно таким мы запомним Дэвида Итона – окруженным тайнами и с сердцем, закрытым для близких, – говорил в этот момент священник. – И вот теперь все тайны он уносит с собой в могилу.

При этих словах пастор проникновенно посмотрел на старого человека, который, опустив плечи, стоял у открытой могилы и скорбно смотрел на гроб, стоящий на дне ямы.

– И нам нечего не остается, как утешать себя мыслью, что хотя бы Господь Бог мог заглянуть в сердце Дэвида. Покойный был загадочным молодым человеком. Господь всегда пребывал с ним, как он пребывает с каждым из нас. Ибо мы его паства, и наш пастырь любит нас, как бы далеко мы ни удалялись от его стада.

Тут пастор заметил Елену и вопросительно посмотрел на нее. Молодая женщина пробралась между людьми и теперь неотрывно смотрела в могилу. Старик не очень вежливо отодвинул Елену в сторону и бросил лопатой немного земли на гроб. Комья гулко ударились о деревянную крышку. Как бы опомнившись, старик протянул лопату Елене.

– Меня зовут сэр Гектор Итон, – представился он и посмотрел на Елену холодными серыми глазами. Затем он кивнул головой в сторону гроба. – Дэвид был моим сыном. И единственным наследником моих поместий и всего состояния.

– Примите мои соболезнования, – ответила Елена и взяла из его рук лопату. Набрав немного земли, она высыпала ее на гроб. Затем воткнула лопату в кучу вырытой земли и собралась уходить.

Но сэр Гектор схватил ее за руку, остановил и недобро спросил:

– Почему вы мне не представились? Нельзя же просто так явиться на похороны человека, который был вам явно не безразличен!

Ловким движением Елена мгновенно освободила руку.

– Меня зовут Елена Мелтин, – проговорила она сдержанно. – И действительно, я хорошо знала вашего сына.

Сэр Гектор внимательно посмотрел на нее сверху вниз. Горькая ухмылка появилась на его губах:

– Мне бы сейчас удивленно воскликнуть, почему это мой сын никогда не рассказывал, что среди его друзей есть такая привлекательная молодая особа. Но увы! Дэвид никогда и ничего не рассказывал о своей жизни.

Сэр Гектор опять взял Елену за руку и отвел от могилы. Девушка не сопротивлялась. Она могла понять любопытство старого человека. В конце концов, и ей самой не терпелось расспросить его о Дэвиде.

– Вы ведь не из Англии, это сразу видно, – произнес старик.

– Я живу в Америке. В Нью-Йорке, – ответила Елена.

– Дэвид никогда не рассказывал мне, почему он так часто ездит в Америку и в другие страны. Но, глядя на вас, я начинаю понимать, почему его туда тянуло.

– У нас не было ничего такого, если вы это имеете в виду! – возразила Елена, покраснев, и высвободила руку.

Сэр Гектор улыбнулся с некоторым недоверием:

– Зачем же вы тогда прилетели из самого Нью-Йорка в этот забытый богом уголок Шотландии, Елена? Ведь мне можно называть вас просто Елена, не так ли?

Елена пожала плечами.

– Я… я хотела выяснить, как погиб Дэвид, – ответила она уклончиво.

– Он попал в автокатастрофу. Разве вы этого не знали?

Елена покачала головой:

– Мне стало известно, что Дэвид Итон недавно погиб в своей родной деревне. Но даже если бы я знала все об этой автокатастрофе, то все равно отправилась бы сюда. Такой человек, как Дэвид, не мог просто так стать жертвой несчастного случая.

Сэр Гектор нахмурил лоб:

– Что вы хотите этим сказать?

– Ничего, – резко ответила Елена.

Старик недовольно покачал головой:

– Уже одно то, что Дэвид так рано ушел из жизни, ужасно само по себе. Так вы еще думаете, что это был не несчастный случай, а преступление!

Он хотел было уйти, но теперь уже Елена схватила его за руку:

– Кто вам сказал, что я так думаю?

Обиженный сэр Гектор высвободил ладонь:

– Никто не сказал. Но я догадываюсь по вашему мрачному выражению лица, что происходит в вашей милой головке, Елена. Вероятно, вы ни на йоту не лучше жителей Полфилла. Они тоже вообразили себе бог весть что и даже утверждают, что в их деревне водятся привидения. А я-то думал, что народ в Нью-Йорке не такой суеверный, как простаки в этом захолустье. Видимо, я ошибался.

Поняв, что был слишком резок, сэр Гектор отвернулся:

– Извините меня, пожалуйста, я только что похоронил сына.

Конечно, все собравшиеся на кладбище были уверены, что Дэвид Итон погиб вследствие несчастного случая. В конце концов, он был профессионалом и если бы захотел, чтобы люди поверили, что он погиб в автокатастрофе, то разыграл бы все так, что ни у кого бы никаких сомнений не возникло.

Елена устала от своих мыслей. Может быть, она себя обманывает и с Дэвидом действительно произошел несчастный случай? В конце концов, от этого никто не застрахован…

Но она также понимала, что другого пути, кроме как выяснить правду, у нее нет. Иначе сомнения и вопросы будут мучить ее всю жизнь.

Елена приехала в деревню Полхилл всего пару часов назад. Все, что она успела сделать за это время, это найти себе комнату в местном отеле и выяснить местонахождение кладбища.

– А что вы потеряли на кладбище, барышня? – спросил без обиняков Крэйг Баллатер, хозяин отеля, когда Елена решила узнать у него дорогу. Но девушка не собиралась отвечать на этот вопрос.

Ее молчание мужчине не понравилось. Его лицо приняло недовольное выражение, и теперь он смотрел на Елену не похотливо, как до этого, а подозрительно:

– Уж не явились ли вы на похороны этого чудаковатого отпрыска сэра Гектора, барышня?

– Ну а если и так? Вы что, против? – заносчиво ответила Елена.

Крэйг заговорщически перегнулся через стойку, занимавшую половину маленькой приемной.

– Дэвид Итон всегда был в Полхилле чужаком, – сообщил он Елене, понизив голос, как будто кто-то его мог услышать в этом дрянном отеле. – Еще когда он был ребенком, родители так над ним тряслись, будто он принц какой! Мы в деревне его почти и не видели. Учитель ходил к нему в замок, а дружил он только с другими дворянскими детьми.

Крэйг презрительно махнул рукой:

– Неудивительно, что Дэвид никогда не чувствовал себя здесь своим, и тут же уехал из родного дома, как только повзрослел и решил жить своим умом. Вот теперь он помер – и никто по нему не плачет. Да и с чего бы? Нашего брата он всегда чурался. И странным он был к тому же. Вы бы видели, чего он тут вытворял, когда иногда приезжал к отцу в Керней-Кастл, их замок. Бродил по округе, как привидение. Встретишь его, бывало, в темноте – одет во все черное! Жуть, да и только!

Мужчина даже поежился. Но тут он вспомнил, что говорит с молодой женщиной. Еще раз посмотрев на нее сверху вниз, Крэйг осведомился презрительно:

– А у вас-то что было с Дэвидом? Вряд ли вы его невеста, а то бы остановились в Керней-Кастле.

Елена смерила мужчину холодным взглядом:

– Не уверена, что знала Дэвида лучше, чем вы, мистер. Тем не менее, я собираюсь на его похороны. Поэтому скажите мне, как пройти на кладбище!

Крэйг посмотрел на Елену еще раз, зло усмехнулся, но все-таки объяснил ей дорогу на погост. Даже не поблагодарив хозяина гостиницы, Елена повернулась и вышла на улицу. Она пошла на кладбище пешком, незаметно спряталась там за старым дубом и только тогда, впервые после отъезда из Нью-Йорка, дала волю своим чувствам.

Она спрашивала себя, не было ли ошибкой отправиться в Полхилл, чтобы расследовать причины гибели Дэвида Итона. В ее профессии избыток эмоций мог иметь фатальные последствия. Уж кому, как не ей, знать об этом! Нужно было остаться в Нью-Йорке, вместо того, чтобы бросить полученное задание и сломя голову уехать в Шотландию. Каждому идиоту видно, что она была влюблена в Дэвида.
А вот как раз любовь она не могла себе позволить! Если хотела остаться в живых!

* * *

Сложив руки на груди и ежась от холода, Елена смотрела на бушующее море. Уйдя с кладбища, она не знала, что делать дальше. Она бесцельно бродила по узким улочкам деревни, пока ноги сами собой не вывели ее к морю. И вот она стояла на берегу и не могла оторвать глаз от грохочущих волн. Брызги прибоя и капли дождя оседали на лице. Песок под ногами был влажным, пах водорослями, рыбой и йодом. Сверху нависала тяжелая пелена облаков, море казалось темным и угрожающим.

Елена не сразу заметила, как сзади к ней подошел какой-то мужчина. Это был пастор, который произносил надгробную речь у могилы Дэвида. Он был не очень похож на священника: высокий и стройный молодой парень со светлыми волосами и красивым лицом.

– Я так и думал, что найду вас здесь, – заложив руки за спину, он стал задумчиво смотреть на море. – Я тоже часто сюда прихожу, когда хочу остаться один на один с Богом и своими мыслями.

– Что вам от меня нужно? – резко спросила Елена.

– Вы, вероятно, не любите, когда собеседник ходит вокруг да около, – предположил пастор.

Елена холодно улыбнулась.

– А может быть, я просто не люблю, когда нарушают мое одиночество? – недовольно спросила она в ответ.

– Смерть Дэвида Итона, судя по всему, глубоко затронула вас, мисс…

– Вы наверняка уже осведомились у сэра Гектора, как меня зовут, – ответила Елена холодно. – Почему же вы не обращаетесь ко мне просто как к мисс Мелтин?

Пастор смущенно кашлянул пару раз.

– Скорее всего, вы не были женой Дэвида.

– Мы были только друзьями.

– Наверняка вы были больше чем просто друзья, – возразил он и, прежде чем Елена успела ответить, протянул ей руку. – Меня зовут Франклин Глен.

Елена пожала руку, но тут же ее отпустила:

– Теперь, когда вы выполнили свою задачу и убедились, что я не жена Дэвида, я была бы очень признательна, если бы вы оставили меня наедине, как вы говорите, с Богом и своими мыслями.

– Вы ошибаетесь, если думаете, что сэр Гектор послал меня к вам. Мне самому хотелось выяснить, кто эта таинственная незнакомка, которая неожиданно появилась на похоронах и казалась более потрясенной и печальной, чем большинство присутствующих.

Пастор решительно повернулся к Елене.

– Вы и Дэвид наверняка отлично подходили друг другу, – проговорил он недовольным тоном. – Вы также неразговорчивы, резки и зажаты, как и он. Как долго вы намереваетесь пробыть в Полфилле, мисс Мелтин?

Елена наморщила лоб:

– Вы что, спешите от меня избавиться? – спросила она, не веря своим ушам.

– Честно говоря, да, – не стал кривить душой священник. – Полфилл сейчас не то место, в котором незнакомец хорошо себя чувствует. В ваших же собственных интересах покинуть деревню как можно скорее.

– Вы это всерьез? – возмутилась Елена.

– Абсолютно, – холодно ответил пастор. – В деревне в последние недели происходят странные вещи. Чужой человек может только обострить ситуацию.

Елена удивленно подняла брови:

– Боюсь, я вас совсем не понимаю.

– От вас этого и не требуется, – резко ответил пастор. – Главное, чтобы вы немедленно уехали.

Елена сузила глаза:

– Вы чего-то боитесь! Я вижу, вы чего-то боитесь!

Пастор отмахнулся.

– Это не ваша забота. Я действительно боюсь… то есть беспокоюсь о своей общине. В Полхилле творятся загадочные вещи. Поэтому, пожалуйста, ради всего святого, уезжайте!

– Это как-то связано со смертью Дэвида? – настаивала Елена.

Пастор испугался:

– С чего вы взяли? Нет, конечно! – поспешил он возразить. – Вы меня неправильно поняли. Смерть Дэвида не имеет ничего общего с вещами, которые меня беспокоят.

Елена ухмыльнулась:

– Не морочьте мне голову, мистер Глен. Вам, как пастору, не пристало лгать. Да вы и не умеете этого делать.

– Я не лгу! – выкрикнул он. – Смерть Дэвида была трагической случайностью! Вещи, о которых я говорю, не имеют к ней никакого отношения!

– О чем же вы тогда?

– Я говорю о суевериях и языческих обычаях. Люди в Полфилле, кажется, отошли от истинной веры. Но я с этим справлюсь сам. Вы очень облегчите мне задачу, если немедленно прервете свое пребывание здесь.

Елена недовольно наморщила лоб.

– После нашего разговора, я, наоборот, склоняюсь к тому, чтобы остаться подольше! – заявила она. – Скажу вам честно, мистер Глен. Я приехала в Полфилл не для того, чтобы бросить горсть земли в могилу моего… знакомого. Я еще хочу узнать, как умер Дэвид.

Пастор мрачно уставился на Елену:

– Меня удивляют ваши сомнения в том, что это был несчастный случай. Думаю, у вас совсем другие мотивы. Вы не хотите смириться с тем, что Дэвид мертв. Наверное, между ним и вами есть какая-то неразрешенная проблема.

Тут пастор приблизился вплотную к Елене и положил ей руку на плечо.

– Примиритесь с самой собой и со смертью Дэвида, – воззвал он к ней отеческим тоном. – Что бы ни случилось между вами двумя, сейчас уже поздно выяснять отношения с Итоном-младшим. Вы должны справиться с этим одна. Но, пожалуйста, займитесь этим где-нибудь в другом месте, а не в Полфилле. Эта деревня не годится для людей, которые не разобрались со своими мертвецами. Вполне возможно, что умерший явится к вам в виде привидения или кого-то еще. И поверьте мне, привидения, которых мысли и страдания живых не оставляют в покое, могут разозлиться и наделать много бед. Подумайте об этом, прежде чем решать, оставаться вам тут или нет!

Сказав этот, пастор резко повернулся и зашагал прочь. Вдруг он обернулся и прокричал:

– И не говорите потом, что я не предупреждал вас, Елена Мелтин! Полфилл – не место для женщины, которая продолжает любить мертвого!

Елену вдруг охватил озноб.

– Вы просто хотите напугать меня! – крикнула она вдогонку священнику. – Я не верю в привидения! Это просто смешно! – но последние ее слова прозвучали не очень убедительно…

* * *

Смеркалось, густые облака тумана взялись непонятно откуда на сером небе, они медленно плыли над землей, окутывая леса и холмы. В деревне тоже было туманно, она теперь действительно обрела мистический и призрачный вид.

Несмотря на странное предупреждение пастора, Елена вернулась в отель и заказала ужин. Оказалось, что в гостинице кроме нее никто не живет. Крэйг Баллатер подал ей еду, приготовленную из свежих продуктов, но невкусную. Вместо того чтобы оставить свою постоялицу наедине, он крутился в столовой, изображая, что занят чем-то важным. На самом деле он все время исподтишка поглядывал на Елену, как будто не мог наглядеться на молодую и эффектную женщину.

В конце концов он начал действовать Елене на нервы, и девушка поднялась к себе в комнату. Там она придвинула стул к окну, села и стала думать, что же ей делать в Полхилле.

В надежде стряхнуть депрессию Елена решила немного прогуляться. Она надела свое длинное черное пальто и вышла из гостиницы.

Тяжелый, свинцовый туман, опустившийся на улицы и переулки деревни, показался ей отражением ее тяжелого и непонятного внутреннего состояния. Дымка стелилась по дорожкам, спускалась в ямы и плотным кольцом окутывала все вокруг. «Странно, – подумала девушка, – я никогда раньше не видела, чтобы туман лежал так низко». Когда она час назад возвращалась с моря, ее поразило, что местные жители, встречавшиеся ей по дороге, испуганно вздрагивали при виде незнакомки и быстро уходили прочь, как будто молодая американка была привидением или злым демоном. Сейчас улицы были совершенно пустынны: кажется, все без исключения жители Полхилла боялись темноты и тумана и попрятались загодя по домам.

Она всегда прекрасно ориентировалась в пространстве, запоминая схему расположения улиц и приметы прилегающих зданий, и поэтому в любой момент точно знала, где находится. Но тут из-за тумана и мрака она практически ничего не могла разглядеть.

Погруженная в свои мысли, Елена пошла вперед, но через четверть часа, к своему удивлению, обнаружила, что заблудилась.

Не зная, что делать, Елена остановилась и огляделась по сторонам. Однако кроме тусклого бледного тумана не видно было буквально ничего. Нигде сквозь дымку не мерцал спасительный прямоугольник светящегося окна. Уличные фонари тоже не горели. Серое облако, окутавшее деревню, было настолько плотным, что не видно было даже стены домов, располагавшихся в десятке метров.

Девушка глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Чего ей, собственно, бояться в Полхилле? Какая опасность могла подстерегать ее в мрачных переулках деревушки?

«Рука судьбы может достать везде», – печально пробормотала она, вспомнив, что Дэвид погиб именно здесь. Он с блеском вышел из стольких опаснейших ситуаций, чтобы найти смерть в этой забытой богом дыре. Более злой шутки судьба с ним сыграть не могла.

Вдруг она вздрогнула – совсем рядом промелькнула большая черная тень! Это был человек крепкого телосложения в длинном черном пальто. Его волосы были так коротко подстрижены, что породистая голова мужчины казалось почти лысой. Мягко двигаясь в ночи, он исчез в тумане так же неожиданно, как и появился.

– Дэвид! – узнав фигуру, закричала Елена срывающимся голосом. – Дэвид! Подожди!

Не помня себя, она бросилась за тенью. Елена бежала, спотыкаясь о булыжники мостовой, капли тумана на ее лице смешались со слезами, которые вдруг хлынули из глаз.

Тут она вновь увидела тень, скрывшуюся за углом здания, темные контуры которого едва проступали сквозь туман.

– Дэвид! – сломя голову она вновь бросилась за тенью. Любой ценой она должна была догнать мужчину, чтобы убедиться, что это действительно Дэвид Итон.

И тут она, к своему изумлению, заметила, что человек, которого теперь она различала только по развивающемуся пальто, не издавал при движении абсолютно никаких звуков! Казалось, что его ноги не касаются земли – настолько бесшумно он двигался по мостовой. И хотя мужчина бежал быстрее ветра, его дыхания не было слышно.

Мурашки побежали по спине Елены, и когда фигура в следующее мгновенье вдруг совершила огромный прыжок вперед и исчезла в тумане, девушка сделала еще пару неуверенных шагов и застыла на месте, едва переводя дух.

В ужасе она смотрела на то место, где только что была тень.

– Дэвид! – закричала она в отчаянии еще раз, до боли сжав ладони в кулаки. – Дэвид, где ты? Вернись ко мне!

Вдруг справа от нее в тумане возник ярко освещенный прямоугольник. Елена резко повернулась и увидела контуры человеческой фигуры, возникшей в проеме двери.

– Кто здесь людям спать не дает, черт возьми? – донесся до нее недовольный голос хозяина гостиницы.

Крэйг Баллатер посветил карманным фонарем в сторону Елены. Она невольно подняла руку, защищая глаза от яркого света.

– Ах, это вы! – пробурчал Крэйг. – Что за театр вы устроили посередь ночи? И что вообще вы делаете на улице в такую мерзкую погоду?

Нерешительно Елена двинулась в сторону освещенного входа. Все еще потрясенная, она оглядывалась по сторонам в надежде, что таинственная фигура явится ей еще раз.

– Я не ослышался? Вы и вправду звали Дэвида Итона?

Не говоря ни слова, Елена протиснулась мимо мужчины внутрь дома. Ей вдруг стало ужасно стыдно за саму себя. Мало того, что она заблудилась в деревне, так она еще и вообразила, что увидела в тумане ходячего мертвеца.

Крэйг закрыл за ней дверь, дважды повернув ключ в замке и накинув цепочку. Нахмурив брови, он бросил взгляд на часы.

– Вам бы не следовало выходить наружу в такое-то время, – менторским тоном обратился он к Елене и нагло уставился на нее. – Мало ли что может случиться с вами на улице.

– Это как понимать? – устало спросила Елена. У нее не было ни малейшего желания вступать в разговор с этим неприятным типом.

Крэйг оторвал взгляд от привлекательной фигуры молодой женщины и посмотрел ей в лицо.

– Вы не первая, кому в Полхилле ночью являются привидения, – произнес он хрипло.

– Послушайте, не говорите чуши! – возразила она хозяину отеля. Она отвернулась и стала подниматься по лестнице, ведущей к комнатам для постояльцев.

– Меня-то вы не проведете! – торжествующе прокричал ей вслед Крэйг. – Вы встретили привидение на улице!

Елена остановилась на лестнице и повернула голову.

– Что здесь творится с людьми? – спросила она презрительно. – Даже ваш пастор верит в привидения. Вы тут в Полхилле, кажется, все с ума посходили!

– Но что-то вы на улице все-таки видели, – настаивал Крэйг, поставив ногу на первую ступеньку лестницы. – Лицо-то у вас до сих бледнее бледного, а глаза горят от страха!

– Привидений не бывает!

Чтобы прекратить разговор, она повернулась и побежала по лестнице вверх. Войдя в комнату, она заперлась и прислонилась спиной к двери, переводя дух. Она не знала, что и думать. Может быть, кто-то просто-напросто подшутил над ней? Подозрение пало на пастора. Франклин Глен был явно очень заинтересован в том, чтобы она, Елена Мелтин, как можно быстрее покинула Полхилл. Возможно, именно он изобразил «привидение», чтобы напугать ее и заставить уехать.

Но Елена тут же отказалась от этой версии. Заподозрить священника в таком коварстве было так же абсурдно, как и предположить, что она действительно повстречала призрака.

Она разделась и юркнула под одеяло. Что бы там ни было, сейчас ей нужен сон. Утро вечера мудренее.

Однако уснуть не получалось: жутко болела голова. Видимо, плутания в незнакомой местности, укутанной, как ватным одеялом, туманом, давали о себе знать. Закрывая глаза, Елена видела быстро расходящиеся разноцветные круги, словно кто-то вращал центрифугу. Чтобы не стошнило, она открыла один глаз и осталась так лежать, найдя взглядом точку на стене.

* * *

– Поцелуй меня, – прошептала Елена.

– Подожди, дай приду в себя, – сказал Дэвид, – ты бежишь так быстро!

Это ее рассмешило. Она бежала и при этом крепко держала его за руку, он покорно следовал за ней. Оба молчали.

Елена внезапно круто развернулась и прильнула к парню всем телом, он обнял ее и поцеловал, а потом повалил на свежескошенную траву и стал нетерпеливо расстегивать на девушке блузку. Это была фантастическая ночь; ей было поначалу немного страшно – она никогда не занималась любовю на сене, поначалу даже было немного неприятно из-за колющейся травы, но скоро она погрузилась в слепящую пучину чувственного наслаждения, запредельного и более острого, чем обычные ласки, от одной только мысли, что их могут застукать. Она позволила ему делать с собой все, какая-то безрассудная и бесстыдная чувственность, словно пожар, охватила все ее существо, сорвала все покровы, сделала ее другой женщиной…

Нет, это был не обычный секс, и не просто любовь. Это был пир сладострастия, страсть, испепеляющая душу дотла. Страсть лизала ее языками пламени, пожирала ее, и, когда огонь забушевал у нее в груди и во чреве, она почувствовала, что умирает от острого и чистого, как сталь, блаженства…

Елена откинулась на спину, любуясь голубизной неба, вдыхала запах травы и наслаждалась каждым вдохом, каждым глотком своей любви. Ей захотелось обнять своего любимого, она протянула руку, но ее рука неожиданно стукнулась о что-то твердое и холодное. Елена повернула голову. Дэвида не было. Ее ладонь наткнулась на холодную, покрытую коричневым лаком крышку гроба. Что-то больно ударило ее по лицу, затем еще. Девушка, прикрывая глаза ладонью посмотрела, что это: сверху кто-то кидал комки земли. Елена поняла: она и этот дорогой лакированный гроб лежали в глубокой могиле. «Как же так? Мы же только что занимались любовью!» – промелькнуло в голове. Она попыталась подняться, но не смогла: конечности будто налились свинцом.

– Не-е-ет! – закричала она что есть силы. – Не-е-ет! Не надо!

Земли все прибавлялось – к засыпке могилы стали подключаться и другие люди. Где-то вдалеке послышалась монотонная молитва пастора.

– Вы что, не слышите меня? – кричала Елена. – Не надо! Не надо!

Земля попадала ей в рот, уши, путалась в волосах. Еще минута – и ее зароют вместе с этим ужасным гробом. Когда же ей в голову попали булыжником, девушка потеряла сознание…

Кто-то вдалеке вторил ей, словно эхо: «Не надо! Не надо!» Елена открыла глаза, недоуменно осмотрелась в темноте и ущипнула себя за руку. Больно!

Немного привыкнув ко тьме, глаза различили мебель, кровать, тускло светящееся окно ее комнаты.

«Фу! Ну и сны! Никогда в жизни не снилось ничего подобного», – подумала девушка. Вдруг она теперь уже наяву, а не во сне услышала приглушенный зов «Не надо! Не-е-ет!». Девушка затаила дыхание, чтобы определить, что за звуки и откуда они проникают в ее номер.

– Не надо … Мэрил, пожалуйста, пощади меня!

Елена тут же узнала этот голос. Он принадлежал Крэйгу Баллатеру, хозяину гостиницы. Вероятно, он находился в соседней комнате.

Вдруг Крэйг отчаянно закричал. Что-то загрохотало в соседней комнате.

– Нет, не надо! – заорал Крэйг так, будто он находился в смертельном ужасе.

Елена откинула одеяло и бросилась к двери.

Тусклая лампочка освещала коридор. Елена повернула к комнате слева от ее двери. Именно оттуда доносились крики.

– Не надо, Мэрил… пожалуйста, уйди! – визжал Крэйг прерывающимся голосом.

Елена, не раздумывая, нажала на ручку, намереваясь войти в комнату. Но та была заперта. Елена кулаком забарабанила в дверь и закричала:

– Мистер Баллатер! Вам помочь?!

В ответ раздались лишь жалобные стенания. Хозяин гостиницы, скорее всего, не слышал Елену.

Полная решимости довести дело до конца, Елена отступила на шаг и со всей силой ударила дверь ногой. Хлипкий замок не выдержал, дверь распахнулась настежь. Елена увидела тускло освещенную свечой комнатку. Кроме стула, другой мебели в ней не было. Крэйг сидел, скорчившись, в углу, обняв голову руками, как бы защищая ее, и жалобно стонал.

Елена подошла к мужчине. Краем глаза она заметила на правой и левой стене просверленные отверстия диаметром с палец.

Девушка вмиг поняла, что эта комната служила Крэйгу только для того, чтобы тайно подглядывать за постояльцами. Стул стоял у стены, граничащей с комнатой Елены, и однозначно указывал, куда этот извращенец смотрел последний раз.

Вне себя от гнева Елена встала перед скорчившимся мужчиной. Но ее злость мгновенно улетучилась, когда она увидела объятое ужасом лицо Крэйга, который смотрел на Елену безумными глазами.

– Пожалуйста, Мэрил… не бей меня! – канючил он. – Клянусь, я больше никогда не зайду в эту комнату. Только пощади меня!

Елена обвела комнату удивленным взглядом. Кроме нее и Крэйга, тут никого не было.

– Что с вами, Крэйг? Придите в себе!

В ответ тот лишь глупо заморгал глазами. Казалось, только в этот момент он понял, кто стоит перед ним.

Мужчина выпрямился, сел поудобнее и огляделся.

– Привидение… оно… ушло! – выдохнул он облегченно.

Он с трудом встал на ноги, оперся спиной о стену и затравленно еще раз осмотрел комнату:

– Вы… изгнали дух Мэрил, Елена. Слава богу! А я уж думал, настал мой смертный час!

– Очень может быть, что так оно и есть, если вы мне немедленно не объясните, почему вы тайно за мной подсматривали!

Крэйг сглотнул слюну.

– Вы… вы же не думаете… – начал, было, он, но умолк, не выдержав возмущенного взгляда Елены. – Извините… меня, пожалуйста. Я поступил… скверно.

Елена тут же размахнулась и влепила мужчине пощечину. Крэйг вздрогнул, как от удара бичом, и стал тереть ударенную щеку, которая стала мгновенно огненно-красной. Он виновато смотрел на Елену исподлобья.

– Вы… поделом меня ударили, – пролепетал он. – Оплеуха от вас в тысячу раз лучше, чем то, что выделывает со мной дух моей жены.

Елена решила, что Крэйг Баллатер совершенно спятил и она оказалась в доме один на один с сумасшедшим. На всякий случай она отступила от него на шаг и приняла оборонительную позу.

Безумными глазами Крэйг уставился на нее.

– Но вы… вы тоже должны были видеть дух Мэрил. Она ведь стояла передо мной и поносила меня на чем свет стоит, как и раньше, когда злилась.

Стыдливо он скосил глаза на дыры в стене:

– Мэрил… она как-то застукала меня за этим делом. Орала тогда, как помешанная, и даже побила меня.

– Кроме вас в комнате никого не было, – перебила его Елена. – И уж точно никакого духа.

Она задумалась. Получается, что жена хозяина гостиницы умерла. До сих пор Елена не придавала значения тому, что видела в пансионе только хозяина. Она предполагала, что его жена или хлопочет на кухне, или занята какими-то другими делами и поэтому не появляется перед постояльцами.

– Что произошло с вашей женой? – спросила она, в том числе и для того, чтобы отвлечь казавшегося обезумевшим мужчину от его чудовищного видения.

– Она… умерла, – пробормотал он. – Три года назад.

– Сочувствую, – ответила Елена совершенно искренне. – Наверняка это было ударом для вас.

И вдруг мужчина истерически захохотал.

– Ударом?! Это точно! – Крэйг захлебывался словами и дико кивал головой. В его глазах вспыхнул безумный огонь. – Хватило одного моего удара, чтобы он наконец заткнулась!

В ужасе Елена уставилась на Крэйга. Все похолодело у нее внутри. Лицо мужчины вдруг превратилось в омерзительную маску.

– Все Мэрил было не так да не эдак! Она мне всю жизнь отравила! – дрожь пробежала по телу Крэйга. Он сжал руки в кулаки и сделал шаг к Елене. – Особенно ее злило, когда я пялился на наших молоденьких постоялиц. От этого она делалась прямо-таки сама не своя. Орала на меня, как базарная баба, стоило мне только посмотреть на выпуклости какой-нибудь девчонки.

Говоря это, он жадно смотрел на грудь Елены. Она поспешила поплотней запахнуть халатик и в смятении отступила к двери.

– С чего это Мэрил опять ко мне повадилась, ведь я заставил ее умолкнуть… Или как?

Казалось, что-то сломалось в этом человеке, и теперь все самое темное и злое, что до сих пор скрывалось под тонким покровом вежливости, проступило наружу.

– Вы отдаете себе отчет в том, что только что рассказали? – спросила она.

– Думаете, что я рехнулся, – спокойным голосом ответил Крэйг и медленно стал подходить к Елене. – Думаете, что перед вами псих, – он хрипло и невесело рассмеялся. – Ничего подобного. Я знаю, что говорю. Но когда ко мне вдруг наведался дух моей мертвой жены, я понял, что правду дольше не скроешь. Да, это я убил свою жену, Елена!

Он поднял руки перед собой и стал их рассматривать, как будто они существовали сами по себе:

– Вот этим руками я ее и прибил. Потом столкнул с лестницы, чтобы все выглядело как несчастный случай.

Крэйг взглянул на Елену с безумной улыбкой:

– И знаете что? Полиция купилась на мои россказни! Мне и самому до сих пор не верится, что я вышел сухим из воды. Но это так! Я победил!

Елена пятилась, ей удалось постепенно выйти в коридор, она надеялась, что там будет возможность убежать от обезумевшего мужчины. Но Крэйг оказался быстрее. С диким криком он бросился на нее и вцепился руками в мягкую ткань халата.

– Теперь ты моя, Елена! – прошептал он, задыхаясь и не сводя с нее безумного взгляда. – Дух моей жены ушел. И теперь никто не помешает мне взять то, что я хочу больше всего на свете!

* * *

В панике Елена сбросила с себя халат, как змея кожу, и бросилась бежать. Обернувшись, она увидела, что огорошенный Крэйг стоит с ее одеждой в руках. Прошло несколько мгновений, прежде чем до него дошло, что девушка убежала.

В гневе он отбросил халат и ринулся за одетой лишь в тонкую ночную рубашку молодой женщиной.

Никогда еще в своей жизни Елена не чувствовала себя такой беззащитной, как в этот момент. По работе ей часто приходилось находить выход их опасных ситуаций. Но тогда она всегда была нормально одета и при оружии. Сейчас же – почти голая, под рукой ни ножа, ни даже простой палки, чтобы защититься от безумца!

Елена добежала до конца коридора и бросилась вниз по лестнице. Перескакивая через две-три ступени, она устремилась к выходу из отеля.

Когда спасительная дверь была уже совсем рядом, Елена с ужасом вспомнила, что Крэйг ее запер. Ключ в двери не торчал. Нужно искать другой путь к спасению!

Елена на мгновенье остановилась и затравленно оглянулась. Только сейчас она поняла, что Крэйг за ней не бежит. От злости она сжала руки в кулаки. Этот тип был настолько уверен в успехе, что решил не утруждать себя погоней?

И тут Елена снова услышала странные звуки, доносящиеся сверху. Кто-то опять хныкал и умолял дрожащим голосом о пощаде.

С опаской Елена возвратилась к лестнице и осторожно поднялась наверх. В свете тусклой лампочки она увидела Крэйга. Похожий на призрак, он стоял на коленях и размахивал в воздухе вытянутыми руками, как будто пытаясь отогнать невидимого противника.

– Нет! – опять кричал он. – Мэрил, пожалуйста, не надо! Пощади меня!

Он тяжело дышал и хватал воздух широко открытым ртом. Казалось, что он задыхается, в горле у него клокотало, глаза грозили вывалиться из орбит.

Вдруг мужчина вновь оказался на ногах. У Елены было такое впечатление, что кто-то схватил и с силой поднял его. Но рядом с Крэйгом никого не было!

С диким криком он внезапно повалился набок.

Затем он, словно мяч, отскочил от пола, пролетел пару метров по воздуху и упал на лестницу, притом так неудачно, что Елена услышала, как затрещали его ломающиеся кости и доски ступенек!

Крэйг скатился по лестнице, несколько раз перевернувшись через голову. Елена в ужасе отпрянула, и когда мужчина в совершенно неестественной позе остался лежать у ее ног, она истерически закричала.

Впрочем, она очень быстро взяла себя в руки. Дрожа, она встала на колени рядом с Крэйгом и попыталась нащупать пульс на его невероятным образом вывернутой шее.

«Мертв», – прошептала она и с опаской посмотрела наверх. Но там никого не было…

– Он мертв! – закричала она, задрав голову, как будто наверху кто-то ждал ответа. – Вы слышите меня, Мэрил? Ваш муж мертв. Надеюсь, теперь ваша душа успокоится. Вы отомстили за свою смерть и спасли мне жизнь. Спасибо! Теперь вам нет нужды бродить по Полхиллу как привидение!

Голос Елены дрожал, глаза наполнились слезами. В голове пронеслась мысль: уж не сходит ли она с ума, раз начала говорить с невидимым духом?

Первым ее порывом было, как можно быстрее покинуть проклятый отель. Но куда ей податься глубокой ночью, в объятой густым туманом деревне, да еще в тонкой ночной рубашке? Чего доброго, суеверные жители Полхилла примут и ее за привидение и накрепко запрут двери своих домов.

Она печально покачала головой. Нет, убегать нельзя. Она должна принять ситуацию такой, какая есть, действовать как разумный человек и не терять голову. Ведь, в конце концов, люди вокруг могли подумать, что это она виновата в смерти хозяина пансиона. Поэтому нужно поступить так, как в этой ситуации поступил бы каждый нормальный человек.

Она подошла к стойке регистрации, подняла трубку телефона и набрала номер полиции.

* * *

В своей жизни Елена видела много трупов и уже думала, что вид мертвеца не может ее испугать. Но при взгляде на тело Крэйга Баллатера мурашки побежали по ее телу. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы протиснуться мимо него к лестнице, после того как она связалась по телефону с полицией. Затем она быстро взбежала по ступеням и скрылась в своей комнате.

Елена знала, что пройдет еще некоторое время, прежде чем приедет полиция – участок находился в двадцати километрах отсюда, в соседнем городке. Пробыть еще хотя бы пять минут в этом доме было выше ее сил. Елене нужно было срочно куда-то уйти!

Она стала лихорадочно одеваться, и тут ей в голову пришла неожиданная мысль: нужно позвонить пастору! Он был единственным человеком в Полхилле, к которому она испытывала хоть какое-то доверие.

Пересилив себя, Елена спустилась в прихожую. Казалось, что мертвый Крэйг смотрит на нее с укоризной, когда она искала номер пастора в телефонной книге. Она приложила трубку к уху и молилась о том, чтобы Франклин Глен как можно скорей откликнулся на звонок.

Елена облегченно вздохнула, услышав заспанный голос священника. Она рассказала о несчастье, случившемся в пансионе, не упустив ни одной подробности. Женщина ни минуты не сомневалась, что Франклин поверит ей и не откажет в помощи. Она не ошиблась. Пастор обещал немедленно прийти в гостиницу и вместе с ней дождаться приезда полиции.

С огромным облегчением Елена положила трубку. На доске за стойкой регистрации она обнаружила ключи от входной двери и вышла на улицу. Туман отступил, что показалось ей странным. Еще несколько часов назад деревня была окутана им, как одеялом. Полной грудью она вдыхала холодный ночной воздух, радуясь, что скоро будет уже не одна.

Через некоторое время в темноте возник силуэт мужчины. Елена насторожилась. На какое-то мгновенье ей показалось, что перед ней снова дух Дэвида. Но потом она увидела, что это всего лишь пастор.

Франклин озабоченно посмотрел на пансион, но входить в него, судя по всему, не собирался.

– Вы влипли в довольно неприятную историю, – заметил он. – Лучше бы вы последовали моему совету и уехали из Полхилла.

Елена презрительно хмыкнула.

– Вы слышали что-нибудь о пристрастии Баллатера подглядывать тайно за своими постоялицами? – спросила она.

Священник недоуменно посмотрел на нее и отрицательно покачал головой.

– После смерти жены Крэйг больше не приходил в церковь, – сказал он и пояснил. – Впрочем, он всегда выглядел вполне нормально. Когда я просил вас уехать, то предостерегал не от него. Точнее, не только от него, но и от других местных жителей, которые ведут себя в последнее время более чем странно…

Елена мрачно кивнула и вспомнила закрытые двери, наглухо зашторенные окна домов и подозрительные взгляды людей:

– Странно – это мягко сказано, – примирительно ответила она.

И тут она решила довериться пастору:

– А знаете, я сегодня ночью тоже видела привидение. Это был Дэвид! Я в этом совершенно уверена.

– Привидение… – пастор печально покачал головой. – Вот и вы об этом же, Елена. Кажется, Полхилл плохо влияет на ваш рассудок.

– Крэйг тоже был уверен, что к нему явился дух жены, – возразила Елена. – Я никого не видела, но он вел себя так, как будто дух действительно находился прямо перед ним…

– Крэйг Баллатер был преступником, – заключил пастор. – Он убил свою жену, во всяком случае слухи ходят об этом, и я им верю. Два года Крэйг был один на один со своей виной. Неудивительно, что угрызения совести настолько измучили его, что в конце концов ему стал мерещиться дух убитой им жены. Никто не может уйти от возмездия, Елена. Правда всегда выйдет наружу.

Елена облегченно вздохнула. Слова пастора, казалось, прояснили ситуацию.

– Вы хотите сказать, что именно чувство вины сыграло с Крэйгом такую злую шутку? То есть эти видения были всего лишь отражением угрызений совести? Но почему же тогда ко мне явился Дэвид? Ведь я не имею к его гибели ни малейшего отношения.

Пастор осторожно улыбнулся:

– Вы наверняка лучше, чем кто-либо другой, сами знаете, в чем провинились перед Дэвидом. Это не обязательно должно быть убийство, как в случае с Крэйгом.

Елена почувствовала, что ее глаза наполняются слезами. Она опять подумала о тех словах, которые должна была сказать Дэвиду, но не решилась.

Взяв себя в руки, спросила:

– Ну, а как же с другими жителями деревни, которые мучаются от таких же видений? Вы не находите странным, что все эти люди испытывают настолько сильное чувство вины, что подсознание заставляет их видеть духов?

– Это меня и беспокоит, – согласился Франклин. – В случае с Крэйгом это чудовищное видение кажется мне вполне оправданным. Но в других известных мне ситуациях реакция на прегрешения, совершенные этими людьми, явно избыточна. Тем более, что все эти мужчины и женщины говорили со мной о своих грехах на исповеди и тем самым облегчили совесть. У них нет повода страдать от угрызений совести настолько, чтобы к ним являлись привидения.

– Тогда у этих явлений, возможно, есть и другая причина, не только та, что вы предполагаете, мистер Глен.

Пастор пожал плечами. Он хотел еще что-то возразить, но в этот момент раздался шорох шин подъезжающих машин. Полицейские автомобили вынырнули из темноты и остановились перед гостиницей.

Елена собралась с духом и приготовилась к встрече с детективами. Она знала, что будет нелегко объяснить им все обстоятельства случившегося.

* * *

Главный инспектор Мидфорд был дородным мужчиной и казался на первый взгляд неповоротливым тугодумом. Но, взглянув в его светлые ясные глаза, Елена поняла, что недооценивать его опасно.

По выражению лица инспектора нельзя было понять, что происходит в его в голове, когда он рассматривал служебный жетон, который протянула ему Елена.

– То есть вы работаете на американскую секретную службу? – задал он равнодушно риторический вопрос и, не ожидая ответа, возвратил Елене ее жетон. – Можно поинтересоваться, с каким заданием вы прибыли в Шотландию?

– Я приехала в Полхилл по сугубо личным делам, – объяснила Елена.

– А если точнее? – допытывался Мидфорд.

– Я хотела присутствовать на похоронах Дэвида Итона.

Инспектор удивленно поднял брови.

– Мистер Итон был тайным агентом британской короны, – сказал он. – Что сподвигло агента другой страны отправиться на похороны британского агента?

Елена уставилась в пол:

– Причины личного характера.

Инспектор кивнул едва заметно:

– Вы были друзьями?

– Да, – коротко ответила Елена. – Мы познакомились два года назад во время совместной операции британской и американской секретных служб в Индии.

Она подняла взгляд на Мидфорда, но его лицо осталось неподвижным и безучастным.

– Никто в Полхилле не знает, что Дэвид работал на секретную службу. Он даже отцу не сказал ни слова. Откуда это известно вам, инспектор?

– Мне поручили расследование несчастного случая, жертвой которого стал Дэвид Итон, – объяснил Мидфорд. – Распоряжение пришло с самого верха. Мне приказали действовать незаметно и не допустить, чтобы жители деревни узнали, где работал Итон. Он, насколько мне известно, соблюдал строжайшую секретность.

– Дэвид не хотел подвергать опасности свою семью.

– Я понимаю и четко следую указаниям начальства, – ответил Мидфорд. – Никто в деревне не знает, чем занимался при жизни Дэвид Итон.

– Что вам удалось выяснить при расследовании? – спросила Елена.

Мидфорд пожал плечами:

– Все говорит о том, что это был несчастный случай. Итон, вероятно, не справился с управлением и врезался в дерево. Машина взорвалась и загорелась.

– Как же идентифицировали тело? – удивилась Елена.

– Сэр Гектор опознал в останках, которые мы извлекли из машины, своего сына. На пальце трупа был надет перстень, который Дэвид якобы никогда не снимал. Это была семейная реликвия Итонов. Пожалуй, этот перстень – основная улика, по которой в погибшем парне опознали Дэвида. Хотя были некоторые телесные особенности, указывающие на то, что погибший действительно Итон.

Елена поежилась. Перстень Дэвида она помнила очень хорошо. Он использовал его для перевозки микрочипов – в кольце был сделан миниатюрный тайник.

– Но, вероятно, мне придется затребовать назад мое заключение, которое я отправил в британскую секретную службу, и начать расследование заново, – неожиданно сказал Мидфорд как бы между прочим.

– Это еще почему? – удивилась Елена.

Инспектор криво усмехнулся:

– Потому что я больше не верю в обыкновенный несчастный случай, коли иностранная коллега Итона вдруг оказалась в Полхилле.

– Но я же вам сказала, что приехала сюда частным образом.

– Конечно! И то, что именно в том пансионе, в котором вы остановились, произошло таинственное происшествие со смертельным исходом, тоже, вероятно, случайность? – съязвил полицейский.

– Мои показания запротоколированы, инспектор. Вы в них сомневаетесь?

– Я не говорю, что вы солгали, – согласился полицейский. – Вопрос только в том, не утаили ли вы пару мелочей. Все может быть…

Елена указала инспектору на стену, граничащую с комнатой, из которой Крэйг Баллатер подглядывал за постояльцами.

– Совершенно ясно, что за тип был этот Баллатер! – возмутилась Елена. – По чистой случайности я раскрыла его секрет!

Лукавая улыбка появилась на лице Мидфорда. Елене был ясно – он ей не верит.

– Я буду за вами приглядывать, Елена Мелтин, – промолвил он строго. – До сих пор мое чутье меня никогда не обманывало. И сейчас оно мне подсказывает, что в вашей истории что-то не сходится. Кажется, что Полхилл очень интересует американскую секретную службу. И я уж выясню, почему!

– Я требую, чтобы вы сохранили в тайне сведения о моей работе! – воскликнула Елена.

– А я требую, чтобы вы оставались в распоряжении полиции. Расследование смерти Крэйга Баллатера еще не закончено. Вы сможете покинуть Шотландию не ранее, чем получите на то письменное разрешение от меня лично!

Елена вздохнула. Кажется, весь мир был против нее. В этот момент к женщине подошел пастор.

– Я хотел вам предложить переночевать в пасторском доме, – любезно произнес он. – В отеле вы явно сегодня не заснете. Инспектор Мидфорд и его люди собираются, судя по всему, перевернуть все тут вверх дном. Черт знает, что он ищет.

Елена устало улыбнулась:

– Как это мило с вашей стороны. Я ужасно устала и не хочу оставаться в этой кошмарной ночлежке.

* * *

На следующее утро деревня предстала перед Еленой в самом неприглядном виде. Туман, который, казалось, растаял ночью, под утро снова окутал дома и явно не думал рассеиваться. Пелена облаков выглядела как неподвижный стальной лист, который под действием какого-то непостижимого закона природы висел очень низко, прямо над домами и между домов.

У Елены возникло ощущение, что ее держат в плену в каком-то нереальном призрачном мире. Она и сама чувствовала себя привидением, когда шла по улицам Полхилла. Люди бросали на нее недоверчивые взгляды, некоторые даже вздрагивали, когда силуэт Елены появлялся перед ними из тумана.

У девушки вновь разболелась голова, и она отправилась за деревню, в сторону кладбища, в надежде встретить там Франклина, которого она почему-то не застала утром в пасторском доме. На кухне она нашла записку от него, в которой Глен разрешал ей приготовить себе завтрак и воспользоваться его запасами продуктов, что она с удовольствием и сделала.

Придя на кладбище, молодая женщина невольно остановилась и посмотрела на свежую могилу Дэвида. Смотритель погоста аккуратно разложил венки на холмике.

Издалека Елена заметила, что у могилы кто-то стоит. Подойдя поближе, она увидела девушку, которую не встречала здесь ранее. Та склонила голову, как при молитве, длинные черные волосы закрывали лицо. На ней было черное приталенное платье и жакет, который плохо скрывал болезненно худую фигуру.

Елена приблизилась к ней. Девушка подняла голову и убрала волосы с лица. Оно было бледным и бесцветным. Темно-карие глаза смотрели мрачно и недоверчиво.

– Ах, это вы, – произнесла девушка так, будто ни капельки не удивилась появлению Елены, тоном человека, встретившего старого знакомого.

Она приподняла носком туфельки камень, улыбнулась и сказала своим тонким голосом:

– О вас судачит вся деревня, таинственная незнакомка.

Елена недовольно нахмурилась:

– Вовсе не таинственная. И что же обо мне рассказывают?

Девушка покраснела.

– Люди думают, что вы были тайной любовницей Дэвида, – она посмотрела Елене в глаза. – Разве не так?

Елена кашлянула пару раз.

– Мы… действительно были какое-то время очень дружны, – ответила она уклончиво. – Но из этого не получилось ничего серьезного.

Похоже, что это известие и разочаровало, и обрадовало девушку.

– Жаль, – промолвила та нерешительно. – Мне так хотелось, чтобы Дэвид был хоть немножко счастлив. Его жизнь складывалась непросто.

– Можно спросить, кто вы? И кто вы Дэвиду? – задала вопрос Елена.

Девушка рассеянно кивнула и протянула Елене маленькую, узкую руку.

– Меня зовут Дениз Данлэм, – представилась она. – Я учительница в местной школе.

– Елена Мелтин. Я познакомилась с Дэвидом пару лет назад за границей. С тех пор наши пути часто пересекались то тут, то там.

– Наверное, у вас очень интересная жизнь, – ответила Дениз с легкой завистью. – А я вот редко выезжаю за пределы Полхилла. Может, это покажется вам идиотизмом, но я чувствуют себя в этом захолустье дома, а вот в других местах мне страшно.

Елена слегка улыбнулась.

– Дом там, где твое сердце, – произнесла она избитую истину, которая, однако, по отношению к ней самой всегда оказывалась верной.

– Кажется, Дэвид много значил для вас, – обратилась она вновь к молодой учительнице.

Та опять покраснела.

– Я… я знала его, когда еще была маленькой девочкой, – поспешила она объяснить. – Мой отец брал меня часто в Керней-Кастл, когда давал частные уроки Дэвиду. Отец тоже учитель. Дэвиду удавалось лучше сконцентрироваться на материале, когда я была рядом. Поэтому сэр Гектор и разрешил мне приходить вместе с отцом.

– То есть вас учил собственный отец? – удивленно спросила Елена.

Дениз с радостью подтвердила:

– Мой отец был великолепным учителем. Уверена, Дэвид многому у него научился. Жаль, что впоследствии он стал вести такой замкнутый образ жизни. Мой отец наверняка был бы счастлив и горд узнать, что Дэвид сделал успешную карьеру. Но Дэвид упорно молчал о своей работе. Хотя учеником он был прилежным и способным.

С грустью она посмотрела на венки и цветы, лежащие на могиле:

– Думаю, что, в принципе, Дэвиду было совершенно все равно, что думают о нем люди в Полхилле… Он был непростым человеком, но сердце у него было доброе…

Дениз замолчала. Ее и без того негромкий голос в конце превратился почти в шепот. По бледным щекам покатились слезы.

Елена сочувственно положила руку на плечо девушки.

– У вашего отца есть все основания гордиться Дэвидом. Можете мне поверить, – убежденно проговорила она. – Это неверно, что Дэвид не думал о своем отце или других людях, среди которых вырос. Как раз наоборот!

Дениз вытерла слезы на щеках кружевным платочком.

– Как хочется верить вам, – проговорила она. – Я никогда не могла понять, почему Дэвид вдруг отвернулся от всех. Я действительно очень хорошо к нему относилась. Я даже в него… Впрочем, это уже неважно.

Она печально пожала плечами и смущенно улыбнулась Елене:

– Надеюсь, я не наскучила вам.

Елена вежливо покачала головой. Дениз явно была влюблена в Дэвида – это заметил бы и слепой. Кажется, учительница тоже заметила, что и Елена питает к погибшему парню схожие чувства. Что ж, им обеим придется смириться с тем, что их любовь к Дэвиду останется нереализованной. Важно принять этот факт хотя бы затем, чтобы дух молодого человека не являлся к ним и не довел их до отчаяния.

Тут Елена содрогнулась от страшного предположения. Может быть, призрак Дэвида являлся и учительнице прошлой ночью? А что если она, как и Елена, именно поэтому еще раз пришла на его могилу?

Елена аккуратно сказала:

– Говорят, что в Полхилле водятся привидения. Вы об этом слышали?

Молодая учительница в страхе посмотрела на Елену:

– Что вы имеете в виду?

– Вы наверняка уже знаете, что произошло этой ночью в гостинице, – начала она издалека.

Дениз кивнула:

– Люди только об этом и говорят. Бедняга Крэйг! Погиб точно так же, как и жена. Разве это не трагедия? А вам еще и пришлось присутствовать при этом! Наверное, это было ужасно!

Елена коротко кивнула. В принципе, ее совершенно не интересовали деревенские сплетни. Определенно, жители вовсю судачили о том, насколько она, Елена, виновата в происшедшем. И то, что у Крэйга была специальная комнатка для подсматривания, люди уж наверняка знали или догадывались об этом.

Елена понимала, что ее положение в Полхилле не из легких. Жители ни за что не станут помогать ей в расследовании. Мало того, ее давно бы выгнали из деревни, если бы Франклин Глен не приютил ее.

Только сейчас до Елены дошло, что пастор послал общине своего рода сигнал, предоставив ей кров в своем доме. Этим он дал понять жителям деревни, что считает женщину невиновной.

Принимая все это во внимание, тем становилось для нее удивительнее, что Дениз вообще согласилась поговорить с ней. Теперь для Елены было важно случайно не обидеть учительницу, не оттолкнуть ее от себя, ведь та была практически единственным человеком, который был готов хоть что-то рассказать.

– Пожалуйста, поймите меня правильно! Я не хотела дать жителям деревни никакой пищи для сплетен, – начала Елена свою следующую попытку разговорить Дениз. – Однако я уверена, что Крэйг незадолго до смерти видел чей-то дух. Пастор Глен рассказал мне, что в Полхилле привидения появляются довольно часто…

– И теперь вы спросите меня, не являлось ли и ко мне привидение, – перебила Дениз Елену.

Елена пожала плечами:

– Вы проницательны. Выяснить это очень важно для меня.

Дениз пронзительно посмотрела на Елену:

– Значит, и вы видели дух Дэвида вчера ночью?

Елена вздрогнула, но затем утвердительно кивнула:

– Я… заблудилась во время ночной прогулки, был такой густой туман, и… дух Дэвида вывел меня к гостинице…

– Мне Дэвид также являлся, – призналась, наконец, Дениз, опустив глаза. – Он… бродил по подвалу старого школьного здания, в котором я живу вместе с отцом и матерью.

Потрясенная Елена взяла Дениз за плечи и посмотрела ей в глаза:

– Мы должны смириться с тем, что Дэвид мертв, Дениз. Если мы будем и дальше цепляться за него своими чувствами и воспоминаниями, то нарушим его вечный покой и он превратится в привидение. Нам нельзя этого допустить ни в коем случае!

Дениз оттолкнула от себя руки Елены. Слезы ручьями текли из ее глаз:

– Дэвид был единственным человеком, который что-то для меня значил. Он не должен был умереть! Не должен был умереть такой ужасной смертью! Не могу и не хочу забывать его. Я всегда буду любить только его одного!

Резко повернувшись и заливаясь слезами, Дениз зашагала прочь.

* * *

Елена вздохнула. Что толку было возмущаться странным поведением учительницы? Напротив, она хорошо понимала Дениз. Она ведь тоже не могла смириться с потерей Дэвида.

Тут рядом с Еленой возник Франклин.

– Я знал, что найду вас здесь. Каковы ваши планы, Елена? – осведомился он вежливо. – Вы собираетесь и далее оставаться в Полхилле?

Елена пожала плечами:

– А что мне остается делать? Этот полицейский, Мидфорд, приказал мне быть в его распоряжении, пока не будут выяснены все обстоятельства смерти Крэйга.

Пастор понимающе кивнул:

– Пожалуйста, не поймите меня неправильно, Елена, но я не могу оставить вас в пасторском доме. Когда люди придут в мою церковь, ничто не должно напоминать им об ужасных вещах, происшедших этой ночью в Полхилле. А этого не избежать, если вы и дальше будете жить у меня.

Елена улыбнулась.

– Вы и так очень много для меня сделали, Франклин. За это я вам чрезвычайно благодарна, – сказав это, она задумалась, что делать дальше. Вероятно, придется искать пристанище в соседнем городке, но вести расследование оттуда будет, конечно, намного сложнее.

– Я все устроил для вас, Елена, – сказал пастор, который как будто угадал ее мысли. – Правда, не знаю, придется ли вам мое предложение по душе.

– Какое предложение? – Елена недоуменно подняла брови.

– Сегодня утром я позвонил сэру Гектору. После моих уговоров, он, наконец, согласился приютить вас в Керней-Кастле.

Елена удивленно взглянула на пастора. Встретиться еще раз с отцом Дэвида – это было последним, что могло прийти ей в голову. Но, поразмыслив, она протянула:

– А почему бы и нет? Очень даже неплохая идея.

– Но есть одно маленькое условие, – прервал ее Франклин. – Сэр Гектор хочет, чтобы вы в знак благодарности рассказали ему о жизни сына. Все, что знаете.

Елена задумалась. С одной стороны, она не могла раскрыть то, чем занимался Дэвид. С другой стороны, сейчас, когда Дэвид мертв, нет смысла дальше хранить его работу в тайне.

– Договорились, – согласилась она. – Думаю, что действительно самое время сэру Гектору узнать всю правду.

– Великолепно! – обрадовался пастор. – Я объясню вам, как проехать к замку. Усадьбу найти совсем несложно, если знать, где она находится.

* * *

«Усадьбу найти совсем несложно, если знать, где она находится». Смыл этой фразы дошел до Елены, только когда она въехала на крутой холм. В то время, как Полхилл продолжал лежать в густом тумане, здесь было ясно и солнечно.

Тем не менее никакого замка поблизости и в помине не было. Перед ней возвышались лишь покрытые трещинами и пещерами скалы, мрачно выделяющиеся на фоне затянутого облаками неба. То, что где-то там, на горе, стоит замок, Елена не могла себе представить.

В нерешительности она поехала дальше по плохо асфальтированной дороге. И вдруг увидела на самой вершине глубокую впадину, которая делала гору похожей на вулкан с кратером.

В середине этой впадины стоял мрачный замок. Наполненный водой ров опоясывал строение, казавшееся совершенно черным, если не принимать во внимание стены, кое-где покрытые зеленью мха и лишайника. Деревянный подъемный мост вел через ров к темному аркообразному въезду.

Итак, в этом мрачном ящике с башнями, эркерами и остроконечными крышами Дэвид и вырос. Со временем ужасный замок наложил отпечаток на его характер – Елена должна была это признать. Что-то и в самом Дэвиде было мрачным и таинственным. Девушку привлекали эти черты его характера, тем более что они уравновешивались честностью и правдолюбием.

Со смешанными чувствами Елена направила машину к мосту. За воротами перед ней открылся просторный внутренний двор. Несмотря на высокие мрачные стены и серое небо это место излучало редкое очарование. Удивленная Елена въехала на покрытую гравием стоянку и припарковала машину рядом с черным роллс-ройсом. Крепостные стены вокруг были густо увиты розами, в центре двора журчал фонтан. Извилистые дорожки разбегались в разные стороны по ухоженным газонам. Декоративные кустарники, подстриженные в форме шаров, своими чудесными цветами и листьями эффектно контрастировали с черными высокими постройками, которые окружали сад подобно стенам тюрьмы.

Елена была настолько очарована этим волшебным видом, что заметила дворецкого только в тот момент, когда тот открыл дверцу машины и поприветствовал ее:

– Добро пожаловать в Керней-Кастл, мисс Мелтин.

Он помог ей выйти из машины и поклонился:

– У меня указание немедленно проводить вас к сэру Гектору. Комната для вас уже приготовлена. О багаже я позабочусь.

– Спасибо, – ответила удивленная Елена, которая после первой встречи с сэром Гектором на кладбище никак не рассчитывала на такой теплый прием.

Со смешанным чувством почтения и удивления Елена проследовала за дворецким через сад. Они направлялись к лестнице, ведущей вверх, к главному зданию замка – крупному многоэтажному строению с фасадом, богато украшенным стройными колоннами и фигурными карнизами.

Приемная зала поразила Елену еще больше. Стены в ней были окрашены в светлые радостные тона, везде на столах, комодах и консолях стояли вазы с большими букетами цветов.

Дворецкий подошел к высокой, искусно расписанной двери. Постучав, он распахнул ее и произнес:

– Ваша гостья прибыла, сэр!

Сэр Гектор поднялся из старинного массивного кресла, как только Елена вошла в зал. Стены украшали мастерски сделанные книжные полки и картины. В камине потрескивал огонь, с потолка свешивалась огромная хрустальная люстра. И в этом зале тоже везде стояли вазы с цветами.

В то время как Елена восхищенно оглядывалась, сэр Гектор подошел к ней и протянул руку:

– Вам нужно было сразу приехать ко мне в замок, а не останавливаться у этого Баллатера, – сказал он с легкой укоризной.

Рассеянно Елена пожала руку старика. После всего пережитого в туманном Полхилле замок показался ей маленьким раем.

– Я не знала, как вы отреагируете на мое присутствие, – объяснила она сдержанно. – Я же вас почти не знаю. Дэвид мало рассказывал о семье. Мне было только известно, что он вырос в замке и рано потерял мать.

Сэр Гектор вздохнул:

– Я думаю, Дэвид так и не смог смириться с внезапной смертью матери. Как, впрочем, и я. Цветы, которые вы видите тут повсюду, выращены в оранжереях, построенных моей женой, когда она переселилась в Керней-Кастл. Лидия не любила это мрачное место и превратила замок в цветущий оазис. Когда она умирала, я поклялся у ее смертного одра, что сохраню этот маленький рай. И это обещание я выполняю до сих пор.

Сэр Гектор повернулся к дворецкому:

– Подайте нам, пожалуйста, чай и немного печенья, Рудольф.

Старик глубоко вздохнул.

– Наверняка вы думаете, что мы с Дэвидом не ладили друг с другом, – сказал он грустно. – Должен признать, что в последние годы сын действительно стал для меня загадкой. Он постоянно был в разъездах, а если когда и появлялся в Керней-Кастле, то всегда ночью и без предупреждения. Он приходил, как тень… и так же незаметно исчезал. Пожалуйста, простите меня, Елена, за излишнюю сентиментальность. Я посвящаю вас в свои горести и совсем забыл, что должен вести себя как гостеприимный хозяин.

Он указал на кресло, стоящее у камина.

– Признаюсь честно, я никогда особо не задумывалась о семье Дэвида и его происхождении, – произнесла Елена, усаживаясь в кресло. – Прошлое не играло для нас большой роли. Было даже небезопасно слишком глубоко в него погружаться…

Сэр Гектор недоуменно покачал головой:

– Этого я абсолютно не понимаю! Дэвид всегда гордился своей семьей и происхождением. Притом без всякого высокомерия и неуважительного отношения к другим. Как же могло произойти, что он так сильно изменился?

Елена поджала губы. Но затем сделала над собой усилие и посмотрела сэру Гектору прямо в глаза:

– Есть причина, сэр. Дело в том, что ваш сын работал на британскую секретную службу. То, что он сжег за собой все мосты в прошлое, произошло лишь потому, что он хотел уберечь близких от мести врагов.

Сэр Гектор уставился на свою молодую гостью. Его взор затуманился слезами, а губы задрожали. Но через пару мгновений его лицо расслабилось, плечи опустились, как будто с них свалилась огромная тяжесть.

– Продолжайте, Елена, – попросил он дрожащим голосом. – Вы должны мне рассказать все, что знаете.

* * *

– Последний раз я встретилась с Дэвидом на Сицилии, – закончила Елена свой длинный рассказ. – Независимо друг друга мы получили задания от наших правительств следить за известным торговцем наркотиками. Вместе нам удалось разоблачить этого преступника, а потом мы устроили себе небольшой отпуск, – тут Елена печально вздохнула. – Там я провела с вашим сыном самые счастливые дни моей жизни…

Елена замолчала, подумав: правильно ли она сделала, что упомянула об их с Дэвидом связи? Впрочем, что теперь скрывать, к тому же ее собеседник сам захотел услышать все. Украдкой девушка смахнула слезу:

– С той встречи прошло уже три месяца. Я так надеялась вновь увидеть Дэвида! А два дня назад одна наша сотрудница сообщила мне, что перехватила сообщение британской секретной службы, в котором сообщалось о гибели Дэвида. Я все разузнала и выяснила, что это случилось в его родной деревне, и решила немедленно сюда приехать…

Елена прервала рассказ и посмотрела на сэра Гектора. Он внимательно слушал ее. Каждое слово было для него откровением. Наконец-то он получил объяснение, почему сын так переменился. Не отчуждение или равнодушие были причинами замкнутости Дэвида и его отдаления от семьи, а чувство долга и беспокойство за семью.

С решительным выражением лица он повернулся к Елене и взял ее руку:

– Я вам бесконечно благодарен за то, что вы рассказали мне все о сыне, Елена.

Женщина горько вздохнула:

– Я думаю, Дэвид не был бы против. Теперь, когда его нет с нами, вам и людям в Полхилле уже ничего не угрожает, даже если станет известно, что ваш сын был тайным агентом. И все равно, вы бы знали, как бы мне хотелось, чтобы Дэвид был жив! Даже, если бы это значило, что вы и впредь оставались бы в неведении относительно сына, сэр.

Старик ласково погладил руку Елены:

– Я полностью согласен с вами, Елена. Если бы я смог возвратить к жизни Дэвида, то охотно бы отказался от той информации, которую вы мне только что сообщили.

Услышав эти слова, Елена похолодела. Если сэр Гектор действительно так думал, то не исключено, что дух Дэвида являлся и ему.

Тут она обратила внимание, что старик внимательно ее рассматривает.

– Я только что вспомнил нашу первую встречу на кладбище, Елена, – проговорил он, тщательно подбирая слова. – Вы произвели на меня впечатление влюбленной молодой особы, которую удар судьбы привел к могиле возлюбленного. Еще я подумал тогда, что вы не можете смириться со смертью Дэвида и даже подозреваете, что он пал жертвой преступления. Все это после нашего сегодняшнего разговора предстает совершенно в ином свете.

Елена покачала головой:

– Я догадываюсь, что вы хотите сказать. Вы думаете, что этот несчастный случай как-то связан с его работой. Но я считаю, что это практически исключено. Британское правительство само инициировало расследование гибели Дэвида, и ничто не указывает на то, что ему кто-то хотел отомстить.

– Да, но вы же сами сказали, что такой человек, как Дэвид, не может просто так погибнуть в автомобильной катастрофе! Наверняка он был отличным водителем и…

– Дэвид мертв! – вскричала Елена громче, чем хотела. – Поймите это! С этим фактом мы должны смириться и не нарушать его вечный покой!

Сэр Гектор посмотрел на нее в недоумении:

– На кладбище вы говорили совершенно другое!

– За прошедшее с тех пор короткое время я поняла, что нельзя игнорировать факты.

– Вы правы. Что бы нам дали попытки расследовать обстоятельства гибели Дэвида? Ведь это бы ничего не изменило.

Елена глубоко вздохнула:

– Моя любовь к Дэвиду лишила меня на какое-то время способности мыслить трезво. Я так хотела, чтобы он был жив, что у меня даже возникла сумасшедшая мысль: а вдруг совсем не Дэвид погиб в той машине!

– Вы, наверное, очень любили моего сына, Елена. Я так рад, что вы приехали в Полхилл, какие бы причины ни побудили вас сделать это.

Он сунул руку в карман жилета, вынул оттуда перстень и положил его на ладонь женщины.

– Это печатка Дэвида! – произнес он взволнованно, не отводя горящего взгляда от драгоценности, которая так хорошо была знакома Елене. – Возьмите перстень себе, если хотите.

– Я… я не могу его принять, – возразила Елена смущенно. – Это слишком дорогой подарок. Это фамильная ценность, и пусть она останется в его семье.

– У меня много вещей, которые будут напоминать о Дэвиде. Доставьте мне радость, возьмите перстень себе.

Елена нежно сжала перстень в ладони.

– Спасибо, – проговорила она срывающимся голосом. – Вы даже не представляете себе, что значит для меня этот перстень.

В дверь постучали. В зал вошел Рудольф. Он выглядел озабоченным:

– Простите, что мешаю вам, сэр, но этот бывший учитель опять здесь. Мне не удалось его выпроводить на этот раз.

Сэр Гектор возмущенно развел руками, но потом все-таки поднялся из кресла.

– Проводите этого человека в приемную – распорядился он. – Я сейчас выйду к Эрику Данлэму.

Дворецкий поклонился и вышел.

С расстроенным лицом сэр Гектор обратился к Елене:

– Мне придется покинуть вас ненадолго и заняться этим беднягой на какое-то время. А пока Рудольф покажет вам вашу комнату. Наверное, вам захочется осмотреть и весь замок. Дворецкий с удовольствием проведет для вас экскурсию. Думаю, что особенно вас заинтересуют оранжереи. Чувствуйте себя, как дома.

Елена благодарно кивнула. Она открыла было рот, соображая, не настало ли время посвятить сэра Гектора в ее маленькую тайну. Но потом передумала и решила пока ничего не говорить старику.

Тоскливо она смотрела вслед отцу Дэвида, пока тот не вышел из зала. Слезы потекли из ее глаз, она инстинктивно положила руки на живот и что-то тихонько пропела про себя.

* * *

После того как Рудольф показал Елене гостевую комнату, которая была приготовлена для нее и ничем не уступала люксу в пятизвездочном отеле, она попросила дворецкого провести ее по замку.

Сэр Гектор был, вероятно, очень состоятельным человеком. Несмотря на то, что замок снаружи выглядел мрачным и жутковатым, внутренние покои отличались неброской роскошью, что свидетельствовало об отменном вкусе хозяина. Стены были выкрашены в светлые, приятные тона, старинная мебель содержалась в идеальном порядке, и везде стояли вазы с цветами и горшки с комнатными растениями.

Осмотрев половину замка, Елена вдруг почувствовала себя смертельно усталой. Сказалась ночь, проведенная практически без сна.

– Если желаете, мисс Мелтин, мы прервем осмотр, – тактично предложил Рудольф, заметив состояние Елены.

Та благодарно кивнула.

– Залы и анфилады великолепны, – сказала она устало. – Но боюсь, на первое время с меня довольно.

Дворецкий тепло улыбнулся.

– Если вы хотите отдохнуть, то я посоветовал бы вам отправиться в одну из наших оранжерей, – сказал он. – Они были построены по планам леди Итон, которая, к сожалению, слишком рано покинула нас.

– Отчего она умерла? – осторожно осведомилась Елена.

– Леди Итон погибла от рака, – ответил Рудольф. – А теперь вот и сын сэра Гектора умер. Видно, для Керней-Кастла наступают невеселые времена. Еще никогда этот замок не выглядел таким покинутым и печальным.

Дворецкий тихо кашлянул, как бы извиняясь.

– Простите, мне не пристало делать подобные замечания, – смущенно проговорил он. – Но просто судьба семейства Итон мне глубоко небезразлична.

– Мне тоже, – подтвердила Елена тихо, опустив голову.

Рудольф приосанился и подарил Елене ободряющую улыбку:

– То, что вы приехали в Керней-Кастл, очень важно для сэра Гектора. С тех пор, как он увидел вас, его душевное состояние явно улучшилось.

Елена устало улыбнулась:

– Это радует. Мне тоже было приятно с ним познакомиться.

Тут она провела рукой по глазам.

– Я ужасно устала, – призналась она, подавив зевок. – Мне просто необходимо прилечь.

– Давайте я отведу вас в оранжерею, – предложил вновь Рудольф. – Леди Итон всегда отдыхала в ней после обеда. Там все осталось так, как было пятнадцать лет назад, когда она еще была жива.

Елена вздохнула.

– Хорошо, я согласна, – поддалась она настойчивым уговорам дворецкого и улыбнулась. – Отведите меня туда.

* * *

Рудольф оказался совершенно прав. Оранжереи, которые построила леди Итон, были не только достойными восхищения сооружениями, но и действительно тем маленьким раем, который так расхваливал дворецкий. Бесчисленные орхидеи, розы, гиацинты и азалии насыщали воздух тяжелым сладким ароматом. Пышные цветы самых различных тонов и оттенков ярко контрастировали с серым небом, висевшим за стеклянными куполами.

Рудольф подвел Елену к небольшому возвышению, окруженному кустами роз. Там стояла кушетка и приставной столик с несколькими шкатулками.

Елена прилегла и тут же почувствовала себя на редкость хорошо и уютно. Рудольф спросил, принести ли ей что-нибудь поесть или выпить. Елена скромно кивнула, и дворецкий удалился.

Какое-то мгновенье она слышала скрип гравия под ногами Рудольфа, затем хлопнула дверь и наступила тишина. И тут Елена уловила тихое щебетание птиц, поблизости раздавался плеск фонтана, устроенного в находящемся рядом пруду.

Елена с удовольствием потянулась, наслаждаясь этой удивительной атмосферой. Открыв одну из шкатулок, она нашла в ней книгу и принялась читать. Это был любовный роман, действие которого происходило в средневековье. Но уже на второй странице глаза ее закрылись сами собой, и она уснула.

Когда Елена проснулась, в оранжерее уже царила полутьма. Она поняла, что проспала несколько часов.

В растерянности девушка села на кушетке. Кто-то укрыл ее пушистым одеялом. На столике рядом стоял поднос с чаем и сэндвичами.

Елена была тронута: Рудольф принес все это, но она уже спала, и он не стал ее будить. Жизнь в Керней-Кастле была приятной, если не сказать роскошной. Елене нравилось здесь все больше и больше.

Но тут воспоминания о Дэвиде вновь омрачили ее мысли. Елена грустно вздохнула. Без Дэвида этот замок и его великолепные оранжереи навсегда останутся для нее малозначащим, печальным местом. Ее поразило, что и дворецкий чувствовал то же самое…

Вдруг Елена вздрогнула. Она услышала, как совсем рядом что-то прошуршало, и увидела, как какая-то тень проскользнула мимо.

– Эй! Кто здесь? – крикнула она.

Но ответа не последовало. Шорохи прекратились, но тишина, воцарившаяся вдруг в оранжерее, показалась Елене гнетущей и опасной.

И тут ее пронзила мысль, что она в оранжерее совершенно одна! Никто в замке даже не услышит, если она позовет на помощь!

Елена решительно покачала головой. С чего бы вдруг ей звать на помощь? Эти оранжереи были самым мирным и безопасным местом на свете!

Внезапно опять послышался шорох. Какое-то живое существо совсем рядом с ней пробиралось через заросли.

Елена вскочила на ноги.

– Кто здесь? – ее голос звучал требовательно. – Почему вы прячетесь!

Она напряженно вглядывалась в полутьму. Растения рядом с Еленой были видны еще достаточно хорошо, а цветы утратили свои яркие краски и казались теперь серыми и тусклыми. Заросли чуть подальше были видны лишь в общих чертах, а дальние уголки оранжереи вообще погрузились во мрак.

В этот момент Елена уловила движение за живой изгородью из многолетних кустарников. Темная фигура в черном пальто быстро удалялась.

У Елены перехватило дыхание. Она тут же узнала эту фигуру. Это был человек, которого она прошлой ночью встретила в туманном Полхилле.

«Дэвид», – прошептала она и бросилась вперед.

– Дэвид! – крикнула она хрипло. – Дэвид, подожди!

Она понеслась по широкому проходу, гравий скрипел под ногами. Фигура стремительно ускользала в дымке, казалось, что ноги существа не касаются земли, оно двигалось совершенно бесшумно. Полы его пальто развевались, растения отклонялись от беглеца в стороны, как будто боялись его.

Елена бежала что есть сил, но догнать черную фигуру не могла. Девушка остановилась, поняв, что потеряла его из виду. Потом все же она побежала дальше и оказалась в похожей на туннель галерее, ведущей в соседнюю оранжерею. Ее быстрые шаги раздавались в стеклянной трубе, и когда она попала во вторую оранжерею, хорошо освещенную, то остановилась и огляделась вокруг.

И тут она увидела привидение вновь! На этот раз темная фигура была четко заметна! Она спряталась в маленькой аллее из магнолий!

Полная решимости разобраться с привидением, Елена бросилась в его сторону, протиснулась между магнолиями и накинулась с криком на фигуру!

Фигура испуганно вскрикнула.

– Елена! – закричал сэр Гектор. – Что с вами?!

Ошарашенная Елена отпрянула от старика.

– Это вы?! – выкрикнула она, задыхаясь. – Почему вы от меня убегали?

На сэре Гекторе был плащ, в руках секатор, которым он обрезал ветки магнолий. Старик с тревогой посмотрел на свою молодую гостью.

– Убегал? – спросил он недоуменно. – Не понимаю, о чем вы.

– Разве вы не были только что в другой оранжерее? – Елена показала пальцем через плечо.

Сэр Гектор покачал головой:

– Рудольф сказал мне, что вы спите. Поэтому я решил отказаться от моей ежевечерней прогулки и занялся обрезкой магнолий в этом цветнике.

Елена недоверчиво нахмурилась.

– Но я совершенно точно кого-то там видела! – настаивала она.

Сэр Гектор улыбнулся:

– Вы ошиблись, Елена. Может, все это вам просто приснилось?

Елена энергично покачала головой.

– Да нет же, это было точно наяву, сэр! Там действительно кто-то был. А именно тот же самый человек, которого я видела вчера ночью в Полхилле… Дэвид, – всхлипнула она. – Я… я думаю, что это его дух мне явился.

– Какая ерунда! – возмутился сэр Гектор. – Теперь и вы поверили в глупости, которые рассказывают друг другу наши деревенские? Не бывает никаких духов, Елена! Такой умной и образованной женщине, как вы, пора бы это знать!

Елена была в совершенном смятении:

– Но я, правда, видела это привидение… Оно двигалось, точно как Дэвид…

– Дэвид мертв, Елена, – отрезал сэр Гектор. – Если действительно существует бессмертие души, то душа Дэвида сейчас в лучшем месте, а не бродит не пойми где и не пугает свою возлюбленную.

Сэр Гектор отложил секатор в сторону, обеими руками обнял Елену за плечи и посмотрел ей в глаза:

– Вы задаете мне загадки, Елена. Я до сих пор так и не понял, зачем вы приехали в Полхилл.

– Но я же сказала вам, что хотела бы разобраться в обстоятельствах его гибели.

– Но это только формальная причина. В то, что автокатастрофа была не просто несчастным случаем, вы и сами не до конца верите. Иначе бы вы инициировали дополнительное расследование и сдвинули бы горы, чтобы полностью разобраться во всех обстоятельствах этого происшествия.

Елена опустила глаза. Как ей хотелось сейчас же рассказать свою тайну сэру Гектору. Но появление мистического духа вновь уничтожило то доверие, которое начало возникать между ними.

– Дениз Данлэм тоже видела дух Дэвида, – пробормотала она. – Вообще, в Полхилле творятся странные вещи.

Сэр Гектор презрительно отмахнулся:

– То, что городит дочь Эрика Данлэма, нельзя принимать всерьез. Я сегодня разговаривал с ее отцом, он местный учитель. Этот человек сумасшедший, он утверждает, что в Полхилле наступил час Страшного суда. По его мнению, жители деревни видят привидения, потому что те требуют от них ответа за грехи.

Елена похолодела, невольно подумав о Крэйге Баллатере и о том, что явившееся к нему привидение также обвиняло его в совершенных злодеяниях.

– Возможно, что в словах бывшего учителя больше смысла, чем вы думаете, – пробормотала она. Вдруг ей пришло в голову, что и она могла совершить нечто ужасное и именно это побудило дух Дэвида явиться ей.

Сэр Гектор осуждающе покачал головой:

– Вам нужно как следует выспаться, Елена. Вы несете бред. Уверен, завтра вы все увидите совсем в другом свете. Никаких привидений не существует – и этого не изменит даже Эрик Данлэм со всеми своими мрачными утверждениями!

Он нежно взял Елену под руку.

– Пойдемте, – проговорил он примирительным тоном. – Я провожу вас в вашу комнату.

Елена безвольно подчинилась и вместе с сэром Гектором вышла из оранжереи. Когда замок вновь возник перед ней, она ужаснулась. В темноте мрачное здание, окруженное клубами тумана, показалось ей самым настоящим пристанищем привидений.

* * *

Елена четко видела лицо Дэвида перед собой. Он неотступно смотрел на нее своими голубыми глазами.

– Я люблю тебя, Елена, – нежно проговорил он. – Я люблю тебя больше всего на свете.

Елена вздохнула и обняла Дэвида за шею.

– Я… я тоже люблю тебя, Дэвид, – ответила она. – Почему я не сумела сказать тебе этого раньше?

Он улыбнулся:

– Я всегда чувствовал твою любовь, Елена. Иногда никаких слов не требуется.

– О, Дэвид, – всхлипнула Елена и почувствовала, как слезы хлынули из глаз. – Не покидай меня, слышишь? Ты мне нужен.

Он подхватил ее на руки, положил на кровать и начал медленно раздевать, покрывая ее тело жаркими поцелуями. От этих нежных прикосновений внизу ее живота образовалась теплая волна. Сердце женщины забилось сильнее. Дыхание стало порывистым.

Он гладил ее груди. Потом стал целовать и покусывать соски. Стон наслаждения вырвался из ее груди.

Она гладила его широкие плечи, его мощную спину, прижимая любимого к себе. И в тот момент, когда они соединились, их наслаждение достигло пика блаженства.

Елена улыбнулась:

– Дэвид, ты мне нужен, как никогда раньше…

Вдруг лицо Дэвида исказилось от боли, затем с гримасой, искаженной то ли от ужаса, то ли от боли, исчезло в клубах невесть откуда взявшегося тумана.

Елена открыла глаза, вскочила и прямо перед собой увидела физиономию дворецкого Рудольфа.

– Мисс Мелтин, – тревожным шепотом звал ее Рудольф и тряс за плечо. – Пожалуйста, просыпайтесь! У нас беда!

В недоумении полусонная Елена села на постели:

– Рудольф, это вы?

Из коридора в комнату через открытую дверь лился свет. Волосы дворецкого торчали в разные стороны. Одевался он явно второпях. Лицо было бледным и растерянным.

– Что случилось? – вскрикнула Елена, сообразив, что к чему.

– Сэр Гектор…

– Что с ним? Ему плохо?

– Сэр Гектор не в себе! Пойдемте! Вы должны помочь привести его в чувство, мисс Мелтин!

Елена убрала волосы с лица. Все еще под впечатлением сна она с трудом возвращалась в реальность. Она была уже совсем готова посвятить Дэвида в свою маленькую тайну, как тут появился Рудольф и все испортил.

– Сэр Гектор в оранжереях! – начал лихорадочно объяснять ей дворецкий. – Я услышал шум, подошел к окну, чтобы посмотреть, что происходит. И тогда увидел, что сэр Гектор топором разбивает стекла оранжереи. Я бросился к нему, но… он был невменяем…

Сон Елены как рукой сняло.

– Почему он это делал? – выпалила она, отбрасывая одеяло.

– Понятия не имею, – пробормотал Рудольф и сконфуженно отвернулся. Только теперь до него дошло, настолько неприличным было его вторжение в спальню молодой женщины посреди ночи. Но еще до того, как он успел выйти в коридор, Елена набросила халат на ночную рубашку.

– Быстро, Рудольф! – сказала она решительно. – Попробуем его остановить!

Ужасная догадка посетила ее: у загадочного поведения сэра Гектора могло быть только одно объяснение!

Когда она вместе с дворецким спешила по коридору, до нее издалека стал доноситься шум разбиваемого стекла и грохот. Эти звуки заставили их ускорить шаг.

Вскоре они добежали до заднего выхода из замка, ведущего к оранжереям. Дверь была распахнута, и когда Елена выскочила наружу, в лицо ей ударил холодный влажный воздух. Вокруг был свинцовый туман, каким-то непонятным образом пробравшийся снаружи.

Ежась от холода, она плотнее запахнула халат и на бегу постаралась разглядеть, что творится в оранжереях. Ультрафиолетовые лампы, необходимые для роста некоторых цветов даже ночью, наполняли купола оранжерей неярким, мерцающим светом, и поэтому стеклянные строения издали были похожи на огромные бриллианты.

Подбежав ближе, Елена обнаружила, что часть стекол у входа разбита. Осколки, валявшиеся повсюду на траве, сверкали в лунном свете.

Сэр Гектор, как безумный, размахивал топором, кружась среди ценнейших растений. Он наносил беспорядочные удары то по кустам роз, то по чашам с гиацинтами. Бесчисленные разбитые глиняные горшки, растоптанные растения и раздавленные цветы покрывали пол. Здесь тоже была серая дымка.

– Гектор! – в ужасе закричала Елена, осторожно приближаясь к старику. С топором в руках и с перекошенным лицом он казался совсем небезопасным. – Что вы делаете?!

– Будьте осторожны, мисс Мелтин! – предупреждающе крикнул дворецкий сзади. – До сих пор сэр Гектор не реагировал на мои крики!

В нерешительности Елена остановилась. В этот момент сэр Гектор ударил топором по маленькой пальме, с которой свешивались лианы с розовыми цветами. Крики Елены, вероятно, не доходили до его сознания. Тяжело дыша, он что-то бормотал себе под нос, загоняя лезвие топора в ствол пальмы все глубже и глубже.

Цветы сыпались ему на голову и застревали в редких седых волосах.

– … только разрушать, – донеслись вдруг до Елены слова Гектора. – Ты права, Лидия. Всю жизнь я только разрушал то, что любил. Поэтому я должен разрушать и дальше – как ты мне сказала.

Елена похолодела от ужаса. Сэр Гектор сейчас явно разговаривал с умершей женой!

То, что она едва могла предположить, оказалось правдой: сэру Гектору явился дух. Дух, которого мог видеть только он. Точно так же, как и Крэйг Баллатер!

Однако старый владелец замка был погружен намного глубже в свое видение, чем хозяин гостиницы. Он переживал кошмар, из которого, как казалось, не было выхода.

Не зная, что делать дальше, Елена оглянулась. Ее взгляд упал на ведро, стоящее под краном с водой, оно было полно до краев.

Недолго думая, Елена схватила ведро и вылила все его содержимое на голову сэру Гектору.

Ошарашенный старик замер и осмотрелся своим диким взглядом. Когда его взор упал на Елену, он недоуменно моргнул, как будто увидел молодую женщину впервые.

– Елена, – монотонно протянул он наконец. – Как хорошо, что вы пришли. Вы должны знать, что я за человек на самом деле!

Он поднял топор и указал им на окружающие растения.

– Вы видите все эти прекрасные деревья и цветы, которые меня окружают и которые невозможно не любить? Они так стараются мне понравиться и пробудить мою любовь, – он горько усмехнулся. – Но зря… Цветы не знают, что я разрушаю все, что люблю. Все без исключения люди в Полхилле должны знать, каков я на самом деле! Поэтому я должен разрушить мои оранжереи!

Сказав это, он размахнулся топором и всадил его с диким, отчаянным криком в ствол пальмы.

– Прекратите! – завопила Елена. – Нет никаких призраков! Вы же сами это говорили!

– Я ошибался! – ответил он срывающимся голосом. – Да, Лидия, – продолжил он разговор с призраком. – Елена должна узнать, какой я ужасный человек.

– Мы должны его схватить, – крикнула Елена дворецкому. – Но одной мне не справиться!

Сэр Гектор в это время опять повернулся к пальме. Лезвие топора застряло в стволе. Старик ругался и дергал рукоятку топора, пытаясь вынуть его из дерева.

В этот момент Рудольф бросился на хозяина, схватил его сзади обеими руками и оттащил от пальмы.

– Отпусти меня, Рудольф! – отчаянно закричал сэр Гектор. – Должен же я вам показать, какой я плохой человек!

Слезы брызнули из глаз старика, он тщетно пытался вырваться из объятий дворецкого.

– Это дух вашей жены пытается вас убедить, что вы плохой человек? – спросила его Елена.

Он кивнул и всхлипнул:

– И она права! Сначала я не смог спасти ее. Лидия умерла у меня на руках. Теперь вот навсегда ушел мой сын. Машину, в которой он погиб, я подарил ему пару лет назад…

– Но вы же не виноваты в смерти Лидии и Дэвида! – прокричала Елена.

– А кто же еще?! Я глава рода Итонов и обязан заботиться о благе его членов. И с этой задачей я позорно не справился! Вместо того, чтобы увеличить свою семью, я способствовал ее гибели. Когда я умру, род Итонов прервется!

У Елены перехватило дыхание.

– Вы… вы ошибаетесь, Гектор, – прошептала она. – Ваш род не угаснет, потому что совсем скоро у вас появится внук. Я беременна.

Елена сама не знала, почему выпалила эту новость сейчас. Нет, она не собиралась скрывать свое положение, но планировала сообщить об этом при несколько иных обстоятельствах.

Мужчины уставились на Елену. Они были поражены. Рудольф отпустил хозяина. Но тот, вместо того чтобы продолжить буйствовать, смотрел во все глаза на Елену.

– Это… правда? – спросил он потрясенно. – Это действительно правда?

Елена кивнула, положила руки на живот и смущенно улыбнулась:

– Я сама узнала об этом всего две недели назад. Срок совсем маленький… Я собиралась все рассказать Дэвиду, но вскоре до меня дошла весть о его смерти. У меня… не было возможности сказать ему, что наши романтические ночи на Сицилии оказались такими… как бы это сказать… такими плодотворными.

С лицом, залитым слезами, сэр Гектор подошел к Елене. Безумие покинуло его и уступило место безграничному счастью:

– Значит, вот для чего вы приехали в Полхилл!

– Я не могла поступить иначе. То, что мне некому сказать о нашем будущем ребенке, буквально сводило меня с ума. Я слишком долго ждала, чтобы сообщить Дэвиду, что он станет отцом. Я… я боялась его реакции, боялась, что он будет не рад ребенку… А сейчас я страдаю и виню себя, что не разыскала его сразу.

Елена заплакала.

Сэр Гектор обнял ее за плечи.

– Дэвид наверняка обрадовался бы этому известию, – сказал он убежденно.

– Но мы оба были тайными агентами. Наша работа практически не оставляет места для каких-либо долговременных отношений, тем более для семьи и детей. Я… я даже еще ни разу не сказала Дэвиду, как он мне дорог… и что я его люблю.

– Ты можешь быть уверена, что и Дэвид тебя любил, – заявил старик. – Я знаю своего мальчика. Он был романтичным, но и очень ответственным. Дэвид не относился к той категории мужчин, которые не упускают случая переспать с женщиной – независимо от того, любят они ее или нет.

Елена вытерла слезы:

– Вы правда так думаете? Как бы мне хотелось узнать Дэвида лучше.

– Ты еще узнаешь – ведь он живет в моих воспоминаниях. Если хочешь, я расскажу тебе о моем мальчике все, что ты хочешь знать.

– Как это мило с вашей стороны…

Гектор замахал на нее руками:

– Называй просто Гектором. Без всяких «сэров». Теперь ты моя невестка. Ты получишь от меня любую поддержку, в которой нуждается молодая мать и ее ребенок.

Со слезами на глазах Елена бросилась на шею старику.

– Я так счастлива, что наконец смогла рассказать кому-то о ребенке, которого ношу под сердцем!

– Ты правильно сделала, что приехала в Керней-Кастл, Елена. Тебе всегда будут рады в этом доме.

Но тут Елена озабоченно взглянула на Гектора:

– А как же быть с духом Лидии?

Старик испуганно огляделся.

– Он… он ушел, – проговорил он облегченно. – Дух моей жены исчез!

Елена задумчиво нахмурила лоб.

– Все это дело с привидениями очень странное, – сказала она. – Я все время спрашиваю себя: почему никто кроме близких людей не видит этих духов?

– Это теперь неважно, – возразил старик. – Привидение исчезло. Ты прогнала дух Лидии, Елена. Теперь, когда я знаю, что ты носишь моего наследника, он со всеми своими обвинениями и упреками не имеет надо мной никакой власти.

– А при жизни она часто упрекала вас в чем-то? – допытывалась Елена.

Сэр Гектор был в недоумении:

– О чем ты? Нет… Лидия всегда была очень высокого мнения обо мне. Мы, конечно, не во всем соглашались друг с другом, но между нами всегда царило взаимное уважение. Никогда бы Лидия не упрекнула меня в том, что я только и думаю о том, чтобы разрушить семью и погубить близких людей!

– Но дух Лидии упрекал вас сейчас именно в этом?

– И ведь я ему поверил, Елена! Никогда я не чувствовал себе таким отвратительным и злым, как этой ночью. Я был уверен, что Лидия совершенно права, упрекая меня и в том, и этом – но к счастью все это оказалось иллюзией!

Он взял Елену под руку:

– Вернемся в замок. Утром я распоряжусь привести все тут в порядок. Жизнь пойдет своим чередом.

Елена внимательно смотрела на старика. Казалось, он не отдавал себе отчета, что зло в нем пробудилось только под воздействием призрака Лидии. Привидение высвободило из его подсознания чувство вины и угрызения совести. Эти негативные эмоции настолько овладели Гектором, что он буквально потерял контроль над собой и действительно превратился в злого, движимого лишь жаждой разрушения человека. То же самое сделало и привидение, явившееся Крэйгу Баллатеру.

Елена спросила себя: а в чем же обвинит ее дух Дэвида, явись он опять. В конце концов, у него были все основания злиться на Елену, ведь она так и не призналась ему в любви и не успела сказать, что он станет отцом.

Мужчины проводили Елену до ее комнаты. Они пожелали ей спокойной ночи, а сэр Гектор не упустил возможности поцеловать свою «невестку» в щеку и еще раз поблагодарить за спасение.

Смертельно усталая Елена легла в постель. Но ночник она решила не выключать. Как маленькая девочка, она боялась, что дух Дэвида явится в комнату и будет мучить ее обвинениями и упреками, как поступали все привидения в Полхилле со своими близкими.

* * *

На следующий день Елена спустилась в столовую, где ее уже ждал сэр Гектор. Он встретил девушку радостной улыбкой и спросил, как она себя чувствует.

– Я очень беспокоюсь, – призналась она, садясь рядом с хозяином дома.

– У тебя что-то болит? Вызвать врача?

– Нет, нет. Со мной все в порядке, и с ребенком тоже, – заверила она. – Я имею в виду эти мистические появления духов. В Полхилле происходит что-то странное. Мне кажется, жители деревни в опасности.

– Я видел Лидию так, будто она была живой, из плоти и крови, – сказал старик. – Это было ужасно. Я всегда хранил о моей жене самые лучшие и теплые воспоминания. Но прошлой ночью она показалась мне настоящей ведьмой. Она мучила меня своими упреками, пока я сам не поверил, что я плохой человек.

– Я должна во всем этом разобраться, – решительно сказала Елена, в то время как Рудольф наливал ей чашку чая.

Сэр Гектор удивился.

– Тайный агент будет охотиться за привидениями? – шутливо спросил он. – Если твое начальство об этом пронюхает, тебя наверняка уволят.

– На то я и тайный агент, чтобы выяснить все до последней мелочи. Все эти происшествия обязательно должны быть расследованы! – не отреагировала на шутку Елена.

– Что конкретно ты собираешься делать? – осведомился сэр Гектор.

– Не знаю еще. Ясно, что эти призраки появляются не просто так. Что-то должно было дать толчок появлению привидений. Какая-то конкретная причина!

Погруженная в мысли, Елена посмотрела на «тестя»:

– У вас до вчерашней ночи уже были встречи с духами?

Сэр Гектор невесело рассмеялся:

– В этом случае я бы, наверное, не сомневался в существовании привидений. Я всегда считал людей, верящих в духов, суеверными невеждами. Тем труднее мне понять, что произошло ночью. И почему Лидия была потревожена в ее вечном сне и явилась ко мне.

– Если дух Лидии явился к вам вчера впервые, то что-то должно было перед этим произойти. Почему дух пришел к вам именно вчера ночью? Почему не раньше? Дэвид ведь умер несколько дней назад.

– Понятия не имею.

– Подумайте еще раз как следует, Гектор. Не произошло ли вчера чего-нибудь особенного? Того, чего не бывало в другие дни? Восстановите вчерашний день в подробностях.

Сэр Гектор вздохнул:

– Утро прошло как обычно: я позавтракал, позанимался цветами. Потом мы с Рудольфом готовились к твоему приезду. Затем приехала ты, ну а дальше ты все прекрасно знаешь. Еще вчера заявился этот Эрик Данлэм. Это бывший учитель деревенской школы.

– Да-да, я уже знаю, – кивнула Елена, – его дочь мне рассказала, что он давал уроки и Дэвиду.

– Да, все верно, – подтвердил сэр Гектор. – Теперь в школе учительствует она.

– Эрик Данлэм разговаривал с вами вчера о привидениях, так ведь?

Старик кивнул.

– И не только вчера. Он явно относится к этим вещам очень серьезно. Говорил даже о Страшном суде, который якобы вершится в Полхилле. Когда Эрик приходит, он заводит сразу беседу о призраках, но до сих пор Рудольфу всегда удавалось его спровадить, – сэр Гектор с благодарностью взглянул на дворецкого.

Рудольф поклонился.

– Извините, что вмешиваюсь, сэр, но до меня дошли слухи, что Эрик Данлэм затеял целую кампанию с этими привидениями. Как коробейник, он ходит от дома к дому и делится с людьми своими мрачными мыслями о Страшном суде. Я непременно хотел оградить сэра Гектора от этого. Поэтому каждый раз отсылал бывшего учителя прочь. Но вчера он был так настойчив. Я не хотел показаться слишком невежливым и разрешил ему войти, – дворецкий смутился. – Надеюсь, я не натворил бед, сэр?

– Ерунда! – заявил старик. – Вы правильно поступили. Дворецкий не должен быть невежливым.

Гектор вновь обратился к Елене:

– Ты ведь не думаешь, что Эрик Данлэм как-то связан с появлением привидений?

– Пожалуй, я наведаюсь к нему, – решила она. – Может, я смогу узнать больше о привидениях. Во всяком случае, Данлэм, как мне кажется, знает о мистических вещах, происходящих в Полхилле, больше, чем кто бы то ни было.

* * *

Когда Елена подошла к старой деревенской школе, в которой Эрик Данлэм жил вместе с женой и дочерью, стрелки часов уже перевалили за двенадцать. Из замка Елена сделала несколько звонков в свое нью-йоркское бюро и в британскую полицию в надежде получить там кое-какую информацию, которая бы могла ей помочь. Но толку от этого было мало.

Старое здание школы находилось на краю деревни. Площадка перед ним была превращена в сад, который сейчас имел довольно неухоженный вид. Фасад и даже некоторые окна школы были практически полностью увиты диким виноградом и плющом. Несколько черепиц на крыше отсутствовали, краска на оконных рамах облупилась. Входную дверь тоже давно уже пора было покрасить.

Елена задумчиво обвела взглядом убогое строение. В этом ужасном доме дети, наверное, все время дрожат от страха, вместе того чтобы учиться математике или правописанию, подумала она. В этот момент ее окликнул уже знакомый тонкий голосок. Дениз со стопкой книг под мышкой приближалась к зданию школы.

– Уж не пришли ли вы ко мне в гости? – спросила учительница.

– Да, – улыбнулась Елена. – Но, если честно, я больше хотела поговорить с вашим отцом.

Дениз удивилась:

– Ах, вот что. И о чем же?

– Меня интересуют появления призраков, которые не дают покоя жителям Полхилла. Кажется, ваш отец кое-что знает об этом.

– Оставьте отца в покое! – голос Дениз прозвучал угрожающе. – Все эти делами с духами ужасно на него влияют. О том, что мне явился дух Дэвида в подвале нашей школы, я ему даже не рассказала! И вам не надо этого делать, Елена, чтобы не волновать его лишний раз.

Елена нахмурила лоб:

– Хорошо, я не буду говорить о том, что вы видели привидение. Но ваш отец, кажется, поставил себе цель рассказать о призраках всем жителям деревни.

– В последнее время он не говорит ни о чем другом, – Дениз опустила глаза. – В том числе, и о том, что в Полхилле вершится Страшный суд. Ваши расспросы только укрепят его в его безумии. Уходите отсюда, Елена! То, что мы любили одного и того же мужчину, еще не значит, что вот так запросто будем общаться, как подруги!

Внезапно дверь школы с шумом распахнулась. Старый, худой человек с седыми волосами и в очках в металлической оправе появился из темноты в проеме двери. Заморгав глазами, старик уставился на Елену.

– Вы ведь Елена Мелтин, приезжая, которая остановилась в гостинице Крэйга, так? – прокричал он.

Елена сдержанно кивнула.

– Очень хорошо, что вы сами пришли. Я так или иначе собирался к вам.

Он сунул руки в карманы потрепанных брюк:

– Я слышал, вы теперь живете в замке. Тамошний дворецкий не очень-то вежливый тип. Мало того, что он не пропускал меня к своему хозяину, так он еще и не захотел сам меня слушать. Но в конце концов я и Рудольфу расскажу о Страшном суде, который вершится сейчас в Полхилле! Никто не уйдет от небесного возмездия! В том числе и гости нашей маленькой деревни. В том числе и вы…

Он нетерпеливо поманил Елену рукой:

– Ну, заходите же, наконец! Не разговаривать же нам на улице, тема слишком важная для этого!

Елена кинула на Дениз извиняющийся взгляд. Но та только нахмурилась и с гордо поднятой головой вошла в школу.

Следуя за стариком, Елена уже не была уверена в том, что нужно было отправляться к Эрику Данлэму. Он производил более чем странное впечатление. Может быть, он был даже сумасшедшим. То, что он сказал Елене, не могло быть словами разумно мыслящего человека.

Как только девушка вошла в здание, Эрик схватил ее за руку и потащил по темному коридору. За ним начинался еще один широкий длинный проход, конец которого терялся в темноте. Воздух внутри был спертым, пахло сыростью и гнилью. У Елены было ощущение, что она попала в тюрьму, а не в бывшую школу.

* * *

Комната, в которую Эрик привел Елену, была, наверное, раньше кабинетом директора. Массивный письменный стол стоял посередине, справа и слева у стен находились книжные стеллажи, жалюзи на окнах были опущены.

Книги на полках сохранились еще с тех времен, когда в школе кипела жизнь. Словари и справочники, а также папки с распоряжениями по школе были покрыты толстым слоем пыли.

С удивлением Елена отметила, что на столе лежат табели успеваемости. Большая их часть уже пожелтела от времени, но некоторые выглядели так, как будто оценки в них проставили совсем недавно. Вероятно, Эрик до сих пор ставил отметки своим повзрослевшим бывшим ученикам.

В комнате была сероватая дымка – но это не пыль висела, не дым от тления или горения, а что-то, похожее на туман. «Туман? Здесь, в помещении?» – подумала Елена.

– Садитесь, – прервал ее мысли Эрик. Он указал молодой женщине на простой деревянный стул, стоявший у стола.

Елена осторожно присела на краешек стула, а Эрик плюхнулся в мягкое кресло по другую сторону стола. Кожаная обивка кресла была вся в пятнах и порвана в некоторых местах. Худенькая фигурка старика буквально утонула в кресле, обивка которого за прошедшие десятилетия идеально подстроилась под все выпуклости тела бывшего учителя.

Эрик строго уставился на Елену через стол. На какой-то момент она действительно почувствовала себя испуганной ученицей, вызванной к директору.

– Было мудро с вашей стороны прийти ко мне добровольно, – начал разговор Эрик. Его голос звучал жестко и строго, как будто и вправду речь шла о каком-то проступке, совершенном школьницей.

Елена кашлянула и произнесла:

– Я хотела поговорить с вами о мистических появлениях духов, о которых рассказывают жители деревни.

Эрик поправил очки на носу и глубоко вздохнул:

– Страшный суд! – произнес он загробным голосом. – Никто в Полхилле не уйдет от возмездия. И вы в том числе, Елена.

Елена сжала губы. Она не могла отделаться от впечатления, что разговаривает с безумцем. В своей жизни она встречала немало людей со странностями. Но при ближайшем рассмотрении в них всегда присутствовало что-то человечное. А вот Эрик Данлэм был не просто странноватым. В нем чувствовалось что-то фанатичное и агрессивное. Его действия казались не от мира сего, но тем не менее целенаправленными. «Опасное сочетание», – посчитала Елена.

– Сразу приступим к делу, – объявил Эрик и достал карманные часы из жилета. – Процедура при каждом разговоре одна и та же. Вы будете внимательно меня слушать, Елена Мелтин, и при этом смотреть на эти золотые часы!

В его голосе уже звучали приказные нотки. Зажав цепочку между двумя пальцами, Эрик поднял часы и стал раскачивать их подобно маятнику.

В полутемной комнате, окутанной сизой дымкой, Елена волей-неволей следила глазами за блестящим золотым предметом, который мерно качался перед ее лицом.

– Так, хорошо, – Эрик был доволен. – Вы начинаете чувствовать усталость, Елена? Ваши руки и ноги тяжелеют. Даже если вы захотите, то не сможете встать и выйти из комнаты. Но вам ведь этого и не хочется, так ведь?

Елена едва заметно покачала головой.

– В Полхилле происходят страшные вещи, Елена, – услышала она надтреснутый, но проникновенный голос бывшего деревенского учителя. – Люди стали злыми и подлыми. Для посторонних они пытаются создать впечатление, что ведут совершенно нормальную жизнь. Но на самом деле они испорчены и грешны. Они прячут свою злобу под маской вежливости. Они говорят: «Доброе утро, мисс Мелтин», но на уме у них совсем другое. Вы познакомились, например, с хозяином отеля. Его гостеприимство было чистым лицемерием!

Елена ощущала, что ее лицо как бы погрузилось в туман. Только золотой диск часов блестел, раскачиваясь перед ней в дымке. Казалось, что голос Эрика звучит со всех сторон, он проникал в мозг и вытеснял из него все мысли.

– Уверен, и у вас есть темные стороны, Елена. Не скрывайте их больше, покажите, что в вас сокрыто. Настал час Страшного суда! Не имеет смысла и дальше прятаться под маской. Дайте волю своим чувствам. Пробудите духи людей, которым вы причинили страдания!

Эрик наклонился над столом и пронзительно стал смотреть на Елену через стекла очков:

– Вы поняли этот приказ, Елена?

Елена кивнула.

– Пробудить духи людей, которым я причинила страдания, – повторила она металлическим голосом, лишенным каких бы то ни было чувств.

Вдруг она замолчала. Вдалеке, среди тумана, окружавшего ее рассудок, вспыхнула маленькая серебряная звездочка. Она приветливо мерцала, как будто хотела подмигнуть Елене. Девушка отвлеклась на звездочку и пропустила мимо ушей то, что бормотал перед ней безумный старик.

Наконец, Эрик остановил качание часов и проговорил:

– Когда вы проснетесь, то будете помнить только о том, что говорили со мной о Страшном суде. Ночью для вас наступит время вступить в контакт с вашими духами и поговорить с ними. Послушайте, в чем они будут вас обвинять. Они станут вашими свидетелями, когда вы предстанете перед Страшным судом!

Эрик засунул часы в карман жилета и довольно улыбнулся:

– Теперь вы все знаете, Елена. Надеюсь, что наш разговор помог вам.

Елена кивнула. У нее было впечатление, что Эрик ждет именно этого. Она не поняла, что означало все это представление. Но туман в ее голове постепенно рассеивался, и она вновь обрела способность мыслить ясно.

Эрик Данлэм попытался ее загипнотизировать! Если верить его словам, эту процедуру он провел почти со всеми жителями деревни.

Но никто не помнил, что во время разговора Эрик Данлэм погружал их в транс. Сэр Гектор наверняка, рассказал бы Елене, если бы помнил, что бывший учитель гипнотизировал его. Похоже, Елена была единственной, на кого гипноз Эрика не подействовал! Возможно, ее спасителем стала маленькая звездочка, на мерцание которой отвлеклось сознание девушки?

Не зная, как вести себя, чтобы Эрик ничего не заподозрил, она проговорила:

– Спасибо за полезную беседу, мистер Данлэм. Вы… открыли мне глаза.

Она поднялась со стула. Осознавать, что находишься в логове льва, не очень-то приятно. Но Елена не потеряла самообладания.

– А своей жене и дочери вы тоже рассказали про Страшный суд? – осведомилась она.

Эрик поднялся и холодно улыбнулся:

– Жене – да, но моей маленькой невинной Дениз незачем знать об этих вещах. Ее сердце чисто и безгрешно.

Тут он злобно сжал руки в кулаки и уставился на Елену сверкающими от злости глазами:

– А вот моя жена – испорченная тварь! – выдавил он из себя. – Я ей доверял, а она изменила мне с другим. Это она виновата! Она виновата в том, что для Полхилла настал час Страшного суда!

Бывший учитель тяжело дышал, пытаясь взять себя в руки:

– Теперь уходите, Елена. Мне больше нечего вам сказать.

Но Елена не спешила покидать поле боя. Она нашла того, кто нес ответственность за появление призраков. В этом она была твердо убеждена. Эрик Данлэм нашел способ открыть в человеке темные стороны и заставить видеть духов, которые на самом деле были порождением его нечистой совести.

Толчком для преступных действий бывшего учителя стала измена жены. Охватившие его отчаяние и злоба в сочетании с душевным недугом пробудили в нем желание вскрыть не только прегрешения своей супруги, но и всех жителей Полхилла.

Для этого Эрик использовал мистические методы воздействия на человека, механизмы которых Елене были ясны еще не до конца.

Как действует гипноз, девушка хорошо себе представляла. Но то, что с его помощью можно вызывать и галлюцинации, как это происходило в Полхилле, было ей в новинку. Наверное, Эрик тайно разработал такую технику гипноза, которая сделала возможным возникновение галлюцинаций.

«Но почему эта техника не подействовала на меня? – спрашивала саму себя Елена. – Каким образом это связано с той маленькой мерцающей звездочкой, увиденной мною в трансе? И откуда она взялась, эта звездочка?»

– Я бы хотела поговорить с вашей женой, – заявила она решительно.

Эрик недовольно наморщил лоб:

– Моя жена сейчас нездорова. Она лежит в постели и не может ни с кем разговаривать.

Елена с ужасом представила себе, в каком состоянии находится сейчас жена Эрика. Наверняка каждую ночь к ней приходит какой-нибудь дух и попрекает ее в измене мужу. Эрик явно наслаждался ее страданиями и испытывал удовлетворение от ее адских мук.

Елене нужно было остановить это безумие!

Вдруг она вспомнила, как Дениз рассказывала ей, что видела дух Дэвида в подвале бывшего здания школы.

Но как это могло быть? По словам Эрика, он не говорил с Дениз о Страшном суде, потому что считал ее чистой и невинной.

Да и она сама тоже видела дух Дэвида, причем дважды!

Что-то тут было не так! Елена еще не знала, что конкретно, но чувствовала, что разгадка всей мистерии может крыться именно здесь!

– Почему вы не уходите? – напряженно спросил Эрик, и в его голосе послышались угрожающие нотки. Он обошел вокруг стола и встал вплотную перед Еленой, испытующе вглядываясь в ее глаза.

– Разве моего разговора с вами было недостаточно? – спросил он сдавленным голосом. – У вас есть какие-то сомнения относительно Страшного суда?

– А что будет с вами, Эрик? – спросила в ответ Елена, не отводя глаз. – Вы ведь тоже предстанете перед Страшным судом! Какие привидения придут к вам? Может быть, духи тех жителей деревни, которые из-за вашего воздействия на них мучаются из ночи в ночь?

Эрик в ужасе отпрянул от Елены.

– Почему гипноз не подействовал на вас? – недоуменно пролепетал он.

Елена пожала плечами:

– Может быть, настало время положить конец этому безумию?

– Кто… кто вы на самом деле? – прохрипел Эрик.

Дверь за девушкой распахнулась, и в комнату ворвалась Дениз:

– Уходите же, наконец, Елена! Посмотрите, в каком состоянии отец! Вы совершенно вымотали его. Оставьте его в покое! Разве мало того, что мать больна? Не хватало теперь, чтобы и отец слег!

– Вы, наверное, представления не имеете о том, что происходит в этом доме, Дениз, – возразила Елена. – Ваш отец совершает страшные поступки! Это он виноват в ужасном состоянии вашей матери и в том, что жителей деревни мучают привидения!

– Что за чушь! – закричала Дениз. – Да вы еще безумнее, чем мой отец!

– Дениз! – захрипел было Эрик, но тут же замолк под строгим взглядом дочери.

– Отведите меня в подвал, Дениз. Там мы найдем доказательство того, что ваш отец совершил преступление! – рассказ дочери учителя о том, что в подвале она видела дух Дэвида, натолкнул Елену на эту мысль.

– Не слушай ее! – закричал Эрик вне себя. – Эта женщина сумасшедшая. Ее нужно запереть на ключ! Она опасна для нас!

– Если в подвале мы ничего не найдем, я извинюсь, уйду и больше не потревожу вашу семью, – твердо пообещала Елена.

– Если Елена хочет осмотреть подвал, то пусть сделает это, – ответила Дениз. – Мне скрывать нечего.

Она сделала знак девушке следовать за ней. Эрик, заламывая руки, поплелся за женщинами.

– Ты все испортишь! – бормотал он сквозь слезы. – Почему ты не слушаешься меня, доченька?

– Замолчи, наконец, отец! – оборвав его, Дениз направилась к лестнице, включила свет и пошла по ступеням вниз. Елена и Эрик последовали за ней.

* * *

– Что за этой дверью? – Елена указала на запертую железную дверь, которую обнаружила в дальнем углу просторного подвала, где стояла только поломанная школьная мебель, покрытая толстым слоем пыли.

– Там мастерская отца, – ответила Дениз, видя, что Эрик помалкивает.

Елена была уверена, что именно за этой дверю и находится разгадка всей тайны.

– Я хочу туда заглянуть, – потребовала она.

– Почему бы и нет, – любезно согласилась Дениз.

– Я не открою! – возразил Эрик, встал перед дверью и упрямо скрестил руки на груди.

Дениз улыбнулась снисходительно и достала ключ из кармана брюк.

– Откуда у тебя ключ? – поразился Эрик.

Он хотел помешать дочери, но не смог. Дениз оттолкнула отца, открыла дверь, и Елена увидела помещение, напоминающее кабинет колдуна. Старинные книги о черной магии и оккультизме горой лежали на конторке. Рядом были книги по химии. Бутылки и банки со странными субстанциями заполняли полки. Стены были увешены рисунками, изображающими магические круги и бесконечные цепи химических формул. На столе стоял штатив с колбами, в которых клубился какой-то пар.

Но все это Елена увидела только краем глаза. Потому что не могла оторвать взгляда от мужчины, сидевшего на корточках в углу. Он был связан по рукам и ногам, во рту торчал кляп.

– Дэвид! – закричала Елена.

Сначала она подумала, что перед ней опять дух, но потом она с изумлением поняла: тот мужчина в длинном черном пальто не был духом. Это был Дэвид, живой Дэвид!

Дэвид извивался, пытаясь освободиться от веревок. Но ничего не получилось: так крепко он был связан. Он взглянул на Елену, и вдруг глаза его изменились: в них был ужас и как бы предупреждение о чем-то – взглядом он показывал куда-то позади Елены.

Девушка инстинктивно обернулась и, заметив за собой какое-то странное движение, мгновенно вскинула руку, защищая себя.

Еще секунда – и было бы поздно! Она рукой оттолкнула ржавый железный лом, которым Дениз намеревалась размозжить ей голову.

Преодолевая боль, которая почти парализовала руку, Елена изо всех сил ударила Дениз в живот.

Учительница отпрянула назад и выронила лом. Чтобы не дать ей возможности повторить нападение, Елена ребром руки отключила девушку.

– Дениз! – отчаянно закричал Эрик и упал на колени рядом с лежащей без чувств дочерью.

Он бросил на Елену взгляд, полный ненависти:

– Что вы наделали?

– Дениз, вероятно, не так чиста и невинна, как вы думали, Эрик! Она уже давно раскусила вас, но ничего не предприняла, чтобы остановить.

Рыдая, Эрик припал к дочери и стал гладить ее лицо.

Елена оглядела «мастерскую» и залезла в ящик с инструментами. Схватив нож, она мгновенно вернулась и разрезала путы Дэвида.

– Слава богу! – вымолвил он и стал тереть затекшие руки и ноги. – Я уже думал, что Дениз будет держать меня в этом подвале до конца жизни.

Он измученно усмехнулся:

– Наша учительница подловила меня вчера ночью, когда я решил осмотреть этот подвал, оглушила меня чем-то сзади, и когда я опять пришел в себя, то увидел, что нахожусь в этом логове оккультиста. Дениз заявила, что теперь я буду принадлежать только ей.

Дэвид отряхнулся и поднялся на ноги. Благодарно он обнял Елену и с улыбкой посмотрел на нее:

– Как я рад, что ты приехала в Полхилл, Елена! Если бы не ты, то это безумие длилось бы здесь вечно.

Невольно Елена положила руку на живот и вспомнила о серебряной звездочке, спасшей ее от гипноза.

– Я… я думала, что ты умер, Дэвид, – выдавила она, наконец, из себя.

Молодой человек шутливо надавил ей на кончик носа пальцем:

– Ты должна бы знать, что меня не так-то просто укокошить, дорогая.

– Да… но труп в твоей машине…

– Это был мой двойник, который охотился за мной.

– Какой двойник? Почему он охотился за тобой? – Елена ничего не понимала.

– Он должен был выкрасть у меня перстень со спрятанными там секретными данными о наркомафии. Я тайно выслал перстень в Керней-Кастл, но наркодельцы об этом узнали. Они послали в Шотландию человека, похожего на меня. Действительно, очень похожего, если не присматриваться. Он похитил перстень у моего отца. Но прежде чем этот тип покинул Полхилл, он повстречался с Эриком Данлэмом. Вот уж не знаю, к счастью ли, или к сожалению…

Тут Елена догадалась, что произошло дальше:

– Эрик загипнотизировал этого двойника. И когда тот ночью решил смыться из Полхилла, ему явились духи и начали мучить его попреками. От ужаса этот парень потерял контроль над машиной и врезался в дерево.

Дэвид утвердительно кивнул:

– Примерно так все и было. Когда я обо всем этом узнал, то тут же выехал в Полхилл. То, что здесь меня уже считали мертвым, было очень кстати. Так мне было легче раскрыть тайну того, что уже долгое время происходит в моей родной деревне.

Он нагнулся к Елене и поцеловал ее.

– Но я вижу, ты тоже раскрыла секрет безумного Эрика, – сказал он. – И тебе это удалось раньше, чем мне. Вот уже несколько ночей я брожу по ночам по Полхиллу, изображая привидение, чтобы раскрыть таинственные происшествия, которые держат в ужасе всю деревню. Но только прошлой ночью я наконец понял, какая игра тут ведется.

Елена рассмотрела колбы и пробирки, стоящие на столе:

– Что в них? Похоже, наш учитель не только оккультист, но и алхимик.

– Это газ, – объяснил Дэвид. – Секретный газ спецслужб. Черт его знает, как деревенский учитель узнал о нем, но, как ты видишь, он успешно его здесь готовит. Газ почти безвреден для людей в обычном состоянии. Ну, разве что сны необычные приснятся или голова будет побаливать, но это быстро пройдет. А вот на тех, кто находится в состоянии гипноза, этот газ влияет существеннее: он вызывает сильнейшие галюцинации. Человек даже может сойти с ума!

– Так вот откуда эти странные сны! – воскликнула Елена.

– Эрик распылял газы незаметно, пользуясь, что в этих местах довольно туманно, – кивнул Дэвид.

Елена прижалась к груди парня.

– Почему же ты сразу не дал мне знать о себе? – спросила она недоуменно.

– Я боялся, что в этом случае моя маскировка перестанет быть тайной. Надеюсь, я не слишком испугал тебя той ночью? Но я не мог ничего с собой поделать – меня очень тянуло к тебе…

– Меня тоже тянуло к тебе, Дэвид, – вздохнула Елена. – Я не могла поверить в твою гибель, хотя все говорило об этом.

Молодой человек посмотрел на нее, сияя от счастья:

– Кажется, я тебе нравлюсь.

– Я… люблю тебя, Дэвид. Меня сводило с ума, что я не сказала тебе этого раньше.

– Я тоже тебя люблю, Елена. И никого не любил сильнее.

Дэвид и Елена страстно поцеловались. Затем они посмотрели на Эрика и Дениз. Она все так же лежала на полу без чувств.

– Дай-ка мне свои часы, Эрик, – приказал Дэвид бывшему учителю.

Эрик покорно протянул молодому человеку часы. Тот швырнул их на пол и раздавил каблуком:

– Это должно снять гипноз со всех. Жители деревни вновь свободны!

Довольный собой, Дэвид опять с нежностью взглянул на Елену.

– Я сыт по горло мистическими тайнами! Рад буду снова вернуться к доблестному труду секретного агента! – шутливо объявил он.

– Но тебе придется узнать еще одну тайну, – возразила Елена и загадочно улыбнулась.

– Что еще? – спросил он с наигранным ужасом.

– Догадайся сам. Ты же секретный агент!

Она взяла его руку, приложила ее к своему животу и выразительно посмотрела ему в глаза. Дэвид сделал удивленное лицо, но тут же на его губах появилась широкая счастливая улыбка:

– Уж не хочешь ли ты сказать, что беременна, Елена?

– Ну, когда-нибудь же ты должен об этом узнать, – ответила Елена, сияя от счастья. – Твой отец уже обо всем знает и ждет не дождется пополнения семейства!

– И не только он! – вскричал Дэвид. – Поедем скорее в замок. Гектор тоже должен узнать, что я жив и здоров!

Он поднял Елену на руки и вынес из здания школы.

– Вот будет праздник! – радостно сообщил он и еще раз с наслаждением поцеловал Елену. – Отец отпразднует возвращение восставшего из мертвых сына, а мы все вместе – скорое появление на свет нового жителя Земли!

...

Издание выходит еженедельно

Главный редактор: Максим Попов

Адрес редакции: Россия, 123100, г. Москва, Студенецкий пер., д. 3

Сервисный телефон: +7 (920) 3352303

Для писем: 241050, Брянск, проспект Ст. Димитрова, дом 44

E – mail: info@privetonline.ru

© Учреждено и издается ООО «ПМБЛ»

Адрес издателя: Россия, 123100, г. Москва, Студенецкий пер., д. 3

Журнал зарегистрирован в Федеральной службе по надзору в сфере массовых коммуникаций, связи и охраны культурного наследия.

Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77 – 53235 от 14.03.2013 г.

Отпечатанный в этом журнале текст является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналоги с действительными персонажами или событиями случайны. Редакция не несёт ответственности за содержание рекламных материалов. Все права принадлежат издателю и учредителю. Перепечатка и любое использование материалов возможны только с письменного разрешения издателя.

Типография ООО «Брянский печатный двор», 241050, Брянск, проспект Ст. Димитрова, дом 44, Россия.

Content

Гриндер Александра Призраки из тумана

Александра Гриндер Призраки из тумана