Эбби Грин

Девушка с татуировкой

Глава 1

– Адиль, я беру ее в жены не из-за внешности.

Есть тысяча причин, почему именно она должна стать правительницей Аль-Омара. Если бы мне была нужна смазливая мордашка, я бы женился на своей последней любовнице. Я не могу сейчас позволить себе терять голову из-за женщины.

Потрясенная услышанным, принцесса Самия Бинте Рашад аль-Аббас сидела у дверей кабинета султана Аль-Омара, боясь пошевелиться. Он разговаривал по телефону и не знал, что она уже прибыла.

– Может, и так, – цинично протянул султан, – но люди рассчитывают, что я буду придерживаться более консервативных взглядов при выборе невесты. Не хотелось бы их разочаровывать.

Самия залилась краской. Она с легкостью могла представить, что сказали на другом конце провода – наверняка намекнули на то, как она скучна.

Самия уже знала, что султан хотел обсудить замужество. Она всю ночь не сомкнула глаз и сегодня пришла сюда, надеясь, что все это – ужасная ошибка, но, очевидно, вопрос уже был решен.

Самия встречалась с ним лишь однажды, восемь лет назад, на ежегодной вечеринке в Бхарани, столице Аль-Омара. Она была очень неуклюжей, ноги и руки, казалось, жили собственной жизнью, на голове красовалось гнездо из непослушных вьющихся волос, а лицо закрывали огромные очки с толстыми линзами. На глазах у красиво одетых гостей Самия налетела на столик с напитками. Она тут же убежала, желая скрыться от позора в темной комнате, оказавшейся библиотекой.

Снова послышался голос султана, и Самия постаралась отвлечься от неприятных воспоминаний.

– Адиль, знаю, ты переживаешь за мой выбор. Но хочу уверить тебя, она подходит по всем пунктам. Моя страна должна процветать, и мне нужна жена, которая будет этому способствовать. А насчет всего остального… пусть она зануда, но это не самое важное.

Самия вздрогнула, словно ее ударили. Ей надоело сидеть и слушать этот унизительный разговор.

Султан Сейдик ибн Камаль Хуссейн положил трубку, поднялся из кожаного кресла и подошел к окну. Внизу, на центральной площади Лондона, кипела жизнь.

Он вернулся к столу, на котором веером были разложены фотографии. Значит, ему предстоит жениться на принцессе Самии из маленького государства Буркуат.

Сейдик вздохнул и посмотрел на нечеткие снимки худой девушки, простушки. Он смутно помнил, что когда-то давно видел ее на одном из праздников, и это все. Принцесса редко появлялась на вечеринках высшего общества, ее имя не мусолилось бульварной прессой. Она была скромной и рассудительной. Закончив обучение, она выбрала тихую и уважаемую профессию архивариуса в Национальной библиотеке Великобритании. По этой причине, да и по многим другим, Самия идеально подходила на роль невесты. Султану не нужна жена с сомнительным прошлым и репутацией тусовщицы и скандалистки. Он и так привлек много внимания к своей персоне.

Они с Самией не последуют по стопам его родителей. Отец слишком сильно любил свою жену, а она так и не ответила ему взаимностью. Сжигаемый страстью, одержимый возлюбленной, он привел страну к разорению, вверг в хаос. Сейдик не совершит подобной ошибки.

Ему нужна спокойная, тихая жена, которая будет дополнять его, родит ему наследников и позволит сконцентрироваться на управлении страной. Она не должна пробудить в нем чувства. И принцесса Самия подходит идеально.

Сейдик собрал фотографии в стопку и убрал их в папку. Пути назад нет, своей судьбы избежать невозможно. Настало время познакомиться со своей будущей женой.

Султан позвонил секретарше:

– Нур, пригласи ко мне принцессу Самию.

Ответа не последовало, и на Сейдика накатила волна недовольства. Он привык, что его приказы исполнялись мгновенно. Султан подавил чувство раздражения и направился к двери. Принцесса наверняка уже прибыла, так что больше нельзя оттягивать неизбежную встречу.

Глава 2

Самия уже хотела сбежать, как вдруг за спиной послышался низкий, бархатный голос:

– Уже уходите?

Она прокляла себя за то, что не решилась уйти секундой раньше. Теперь же было поздно – нельзя просто так игнорировать султана.

Самия напряглась и повернулась, готовясь посмотреть в лицо жениху. В глубине души она надеялась, что, увидев ее, Сейдик передумает. Они ведь совсем не пара: отъявленный холостяк и соблазнитель и серая мышка, любительница пыльных книг и артефактов.

Тут все мысли улетучились из ее головы. В дверном проеме стоял высокий, широкоплечий мужчина. Он был смуглым, как и подобает арабу, но глаза были голубыми. Темный костюм подчеркивал идеальную фигуру. Султан выглядел настолько потрясающе, что у любой девушки перехватило бы дыхание.

Сейдик отступил и приглашающе повел рукой:

– Извините, что заставил вас ждать. Прошу, проходите.

У Самии не было другого выбора. Она проскользнула мимо него в кабинет и устремилась к стулу, но не села. Ее сердце бешено билось. Султан закрыл дверь, не отрывая взгляда от будущей жены. От него веяло соблазнительным мужским запахом, и даже комната, казалось, излучала силу и энергию. Самии стало душно. Губы Сейдика тронула соблазнительная улыбка, и лицо смягчилось.

– Ты собиралась уйти из-за того, что я сказал?

Самия залилась краской.

– Нет… Конечно нет. Извините… Я просто…

«Лгунья», – мысленно обругала она себя.

От звука ее тихого, хриплого голоса, совсем не подходящего серой мышке, по телу султана побежали мурашки. Он сжалился и поднял руку, останавливая поток нелепых оправданий.

«Такая же, как и на фотографиях», – решил Сейдик, оглядев гостью с ног до головы. Было сложно оценить ее фигуру, скрытую мешковатым костюмом. И все же… Интуиция подсказывала Сейдику, что не стоит делать поспешных выводов. Он спрятал руки в карманы.

Самия чувствовала, как горят ее щеки. Ей очень хотелось отвернуться, но она упорно продолжала смотреть султану в глаза. А он просто молча изучал ее. Наверное, лицо стало уже пунцовым, но принцесса не позволила себе поникнуть и решительно вскинула подбородок.

Султан наконец нарушил тишину:

– Мы же уже встречались.

Именно этого больше всего и боялась Самия.

– Я точно видел тебя где-то, но никак не мог вспомнить где. И тут меня осенило… – как ни в чем не бывало продолжал Сейдик.

Сердце принцессы замерло. Самия мысленно взмолилась, чтобы султан не вспомнил именно тот позорный момент.

– Ты что-то не поделила со столиком на одной из моих вечеринок, – произнес он.

Ну вот – он все помнил! Самия вздохнула и протянула руку: его длинные пальцы сжали ее маленькую ладошку. Прикосновение было сильным, теплым и пугающим. Самия еле сдержалась, чтобы не вырвать руку, как будто он обжег ее.

– Да, боюсь, это была я, неуклюжий подросток, – признала она, чуть не задыхаясь от тревоги.

– Я и не подозревал, что у тебя тоже голубые глаза, – задумчиво сказал он, не отпуская ее руку. – Раньше ты носила очки?

– Год назад мне сделали операцию на глаза.

– Такой цвет, наверное, достался тебе от матери-англичанки? – Голос Сейдика был так же прекрасен, как и он сам.

– Моя мама была наполовину англичанкой, наполовину арабкой. Она умерла во время родов. Меня вырастила мачеха, – объяснила Самия, собравшись с мыслями.

Султан наконец отпустил ее руку:

– Она умерла пять лет назад?

Самия кивнула, нащупав позади себя спинку стула, отчаянно вцепилась в нее и посмотрела вниз, словно боялась, что он мог заметить горечь, появлявшуюся в глазах каждый раз при упоминании мачехи. Эта женщина была деспотична и жестока, потому что прекрасно понимала: она никогда не сможет занять место матери Самии, возлюбленной жены эмира.

Самия вновь посмотрела на султана и вздрогнула. Он выглядел слишком хорошо. Рядом с ним она чувствовала себя серой и скучной. С чего ему вообще взбрело в голову сделать ее своей женой?

Султан указал на стул, в который она вцепилась, как в спасительную соломинку:

– Пожалуйста, садись. Желаешь чего-нибудь? Чай или кофе?

Она подавила в себе внезапное желание попросить что-нибудь покрепче, например виски.

– Кофе, пожалуйста.

Через несколько мгновений в кабинет влетела секретарша с подносом.

Сейдик сделал вид, что не заметил, как тряслись руки принцессы, когда она наливала молоко в кофе. Она была ходячей катастрофой с пунцовым лицом, но при этом в ее взгляде читался вызов. Любопытная смесь. Он уже привык к дерзкой самоуверенности женщин, с которыми обычно встречался.

Руки Самии продолжали дрожать, и Сейдик чувствовал жалость к бедняжке, которая чудесным образом умудрилась удержать фарфоровую чашку и не разлить кофе. Она избегала встречаться с ним взглядом, а он не стеснялся рассматривать ее. Самия оказалась не такой уж скучной и некрасивой – это стало приятной неожиданностью. Кожа ее была бледной – еще одно напоминание об английской крови. В светлых волосах, заплетенных во французскую косу, играли розоватые блики заходящего солнца; лицо идеальной формы обрамляли выбившиеся из прически пряди. Она выглядела как восемнадцатилетняя девочка, хотя ей было уже двадцать пять.

Сейдик продолжал рассматривать принцессу. Было в ней что-то неожиданное, необычное. Длинные ресницы скрывали выражение глаз, а султану очень хотелось понять, о чем она думает.

– Итак, принцесса Самия, вы расскажете мне, почему собирались уйти? – протянул он.

Самия подняла голову и встретилась со жгучим взглядом Сейдика. В кабинете стало жарче. Она еле удержалась, чтобы не расстегнуть верхнюю пуговицу блузки. Он рассматривал ее, как экспонат в музее, и, казалось, не придавал особого значения тому, что видит. Это встревожило принцессу еще больше.

– Султан…

Он остановил ее взмахом руки:

– Зови меня Сейдик. Я настаиваю.

Его лицо не выражало никаких эмоций. По спине Самии побежали мурашки.

– Хорошо. Сейдик. – Она сделала глубокий вдох. – Правда в том, что я не хочу выходить за вас замуж.

Она заметила, как гневно сверкнули его глаза, а брови сошлись на переносице.

– Обычно женщине сначала делают предложение, а уже потом она может отказаться.

Самия сжала пальцы в кулаки:

– Обычно женщине делают предложение прежде, чем самонадеянно рассчитывают на ее безоговорочное согласие.

В глазах султана вспыхнула ярость, он откинулся на спинку стула. Самия почувствовала угрозу с его стороны, ей стало еще более некомфортно.

– Полагаю, ты слышала весь разговор.

– Я ничего не могла поделать, – прошептала она. – Дверь была приоткрыта.

Сейдик подался вперед.

– Что ж, прошу прощения. Но этот разговор не предназначался для твоих ушей, – резко бросил он.

Окончательно поддавшись панике, Самия вскочила и метнулась за спинку своего стула:

– А почему нет? В конце концов, вы же обсуждали плюсы нашего с вами брака, так почему бы не обсудить их еще раз – со мной? Давайте выясним, достаточно ли я проста и консервативна для вас?

Легкая краска проступила на щеках султана – единственный признак, выдававший его волнение. Самия тут же пожалела о неосторожных словах. Она еще крепче вцепилась в спинку стула.

– Можешь не беспокоиться. Не важно, что именно ты слышала. Наш брак будет заключен в чисто практических целях. В нем есть много плюсов.

– Я и не беспокоюсь, – сказала Самия, сама удивляясь горечи, прозвучавшей в ее голосе.

– Этот союз станет выгодным для обеих стран.

Вдруг в глазах султана вспыхнуло любопытство.

Сейдик облокотился на стол, и Самия подавила желание отшатнуться.

– Мне сложно поверить, что кто-то из наших мест еще может рассчитывать на брак по любви. – Он сказал это с насмешкой, как будто даже думать об этом было глупостью.

– Нет. Конечно нет. – Уязвленная, Самия покачала головой.

Она никогда не хотела выходить замуж по любви. Она знала, что потеря любимой женщины обрекла отца на бессмысленное существование. Каждый раз, видя скорбь в его глазах, Самия винила себя – ведь это она стала причиной смерти мамы. Ее мачеха тоже пострадала. Поэтому принцесса поклялась приложить все усилия и избежать подобной судьбы.

Султан, кажется, был доволен ее ответом. Он пожал плечами и спросил:

– Тогда что ты можешь иметь против этого брака?

Это бессмысленно! Смехотворно! – кричал ее разум.

– Я просто… никогда не задумывалась о таком будущем, – объяснила Самия. Она просто хотела затеряться в толпе, не привлекать к себе лишнего внимания.

– Ну и каким же образом ты, старшая сестра эмира Буркуата, хотела избежать брака по договоренности? Хотя, надо признать, тебе удалось долго оставаться свободной, – произнес султан, нахмурившись. Эти же слова не так давно слетели с уст ее брата, Кадена.

Женская обида на это бесстыдное замечание уступила место чувству вины. Самия вдруг осознала, что ее брат уже давно мог предложить ей множество вариантов, но не сделал этого. Она всегда боялась, что однажды Каден попросит ее связать свою судьбу с незнакомым мужчиной ради блага страны. Возможность брака с султаном Аль-Омара была огромной удачей.

Этот прагматичный подход, исключающий любовь, должен подойти принцессе лучше всего. Она точно никогда не влюбится в такого человека, как Сейдик, и он к ней тоже ничего не почувствует. Их дети никогда не услышат угроз и не узнают унижений из-за ревности и злости.

Сейдик поднялся, и Самию вновь охватила паника. Она отступила и тут же прокляла себя за то, какой пугливой мышкой становилась в его присутствии. В библиотеке Самия руководила более чем тридцатью сотрудниками. Она могла отстоять свою позицию в беседе с братом, который в величии не уступал Сейдику. Но всего несколько минут, проведенных с султаном, – и всей ее бравады как не бывало.

Сейдик начал расхаживать по комнате, словно больше не мог и секунды усидеть на месте. Самия кое-что знала о нем: к своему стыду, прошлой ночью она провела несколько часов в Интернете в поисках всевозможной информации.

Султан был известен своей страстью к экстремальным видам спорта. Он стал самым молодым моряком, участвовавшим в гонке на парусных лодках. Так как Самия сама увлекалась парусным спортом, она испытывала благоговейный трепет перед его достижением.

Сейдик получил хорошее образование в Великобритании и США, а также окончил Королевскую военную академию в Сандхерсте.

И плюс ко всему был одним из самых заядлых ловеласов, славился тем, что менял женщин как перчатки.

Каждый год он устраивал шикарную вечеринку по случаю своего дня рождения и собирал немалую сумму денег на благотворительность.

Султан вдруг остановился и вопросительно изогнул темную бровь:

– Ты будешь продолжать настаивать на своем отказе? Хочешь обречь меня на дальнейшие поиски будущей жены?

В его голосе послышался скептицизм. Похоже, он не рассчитывал, что все будет так сложно. Самия сразу поняла, что это его слабое место, и уверенность вернулась к ней.

– А что случится, если продолжу?

Он упер руки в бока, и Самия не смогла ничего с собой поделать – ее взгляд скользнул по его телу в том месте, где рубашка обтягивала накачанный пресс. Сквозь тонкую шелковую ткань можно было разглядеть темные волосы. Во рту сразу же пересохло. Она оцепенела от неожиданной реакции своего тела. Ни один мужчина не производил на нее подобного эффекта. Ей показалось, что всю жизнь она провела во сне и только сейчас, здесь, в этой комнате, пробудилась. Это сбивало с толку.

– Что случится?! – рявкнул султан. – Соглашение между мной и твоим братом будет под угрозой. Мне придется рассмотреть кандидатуру твоей младшей сестры.

Самия побледнела.

– Но Саре всего двадцать два, – сказала она, добавив про себя, что ее сестренка боится собственной тени. – Она совершенно вам не подходит!

Выражение лица Сейдика оставалось беспристрастным.

– Как и ты? О, это, похоже, ваша семейная традиция. Тем не менее я буду рассматривать ее кандидатуру. Я также намерен предложить эмиру помощь в разработке месторождений нефти. Ему же придется искать компетентных компаньонов за границей. Без меня этот процесс станет проблемой. Не думаю, что Буркуат в состоянии решить ее самостоятельно.

Самия попыталась игнорировать его выражение лица и циничную улыбку. Когда его взгляд скользнул по ее губам, они предательски задрожали. Самия попыталась сконцентрироваться.

– Хотите сказать, что ваша роль во всем этом исключительно альтруистическая? Пожалуйста, не надо принижать мой ум – никто не делает ничего просто так.

Сейдик склонил голову, и его глаза загорелись.

– Конечно нет. Взамен я получаю хорошую жену – тебя или твою сестру, это тебе решать, альянс с соседним королевством и часть прибыли от добычи нефти. Эти деньги, кстати, пойдут на счет наших детей.

«Наших детей».

Самия попыталась игнорировать нелепое тянущее чувство внизу живота.

– Буркуату необходим альянс с одним из соседних государств, Самия. Ты прекрасно это знаешь. Как и я. Государство находится на пороге перемен, при этом вы очень уязвимы. Вам нужно объявить всему миру о новых месторождениях в ваших гаванях. Но брак подразумевает мою поддержку. Мы будем семьей. Ты и твой брат будете под моей защитой.

С каждым словом Самия все отчетливее ощущала приближение неизбежного. Все это она уже слышала от своего брата. Принцесса не могла понять, блефует ли султан по поводу ее сестры или нет, но ей совершенно не хотелось проверять. Ей также не хотелось вникать, почему она почувствовала обиду, услышав, что ее так легко могут заменить.

Зарывшись в книги в библиотеке, она пыталась подавить в себе тягу к общению, и перспектива покинуть привычную среду пугала ее.

– Почему вы думаете, что я стану хорошей женой? Что я буду правильным выбором? – спросила она; в голосе слышалось отчаяние.

Султан спрятал руки в карманы. Он был таким высоким, мрачным и неприступным.

– Ты умна. Ты живешь спокойной жизнью вдали от шумихи, в отличие от своих сверстников.

Думаю, ты серьезная и неравнодушна ко многим вещам. Я читал твою статью в журнале «Архивариус» в прошлом месяце. Она превосходна.

Вместо того чтобы быть польщенной, Самия почувствовала себя униженной. Благодаря этой статье Сейдик еще больше укрепился в мысли о том, что она скучная. Ему не нужно было напоминать ей, какая пропасть лежала между ними. Он был плейбоем! От мысли о предстоящих выходах в свет Самии сделалось дурно.

А Сейдик безжалостно продолжал:

– Ты происходишь из одной из самых древних королевских семей Аравии. Ты была рождена, чтобы править. А теперь подумай: случись что с твоим братом, и ответственность за судьбу страны падет на тебя. Если бы мы были женаты, тебе бы не пришлось нести такой груз в одиночку. Я позаботился бы о том, чтобы Буркуат сохранил свою независимость.

Самия побледнела. Конечно, она была претенденткой на трон после своего брата, но она никогда в полной мере не осознавала этого. Каден всегда казался ей непобедимым, вечным. Но султан был прав – она ходит по краю.

Боясь, что Сейдик заметит ее смятение, принцесса отвернулась к окну, выходившему на ухоженные газоны, которыми так славится Англия. Такой безмятежный пейзаж обычно успокаивает. Но только не Самию.

Отчаянно цепляясь за последнюю надежду, она посмотрела на Сейдика и сказала:

– Так много нужно осознать. Еще недавно я думала только о том, как бы поскорее вернуться в Буркуат и помочь с обновлением национальной библиотеки, а сейчас… Меня просят стать королевой Аль-Омара. Я даже не знаю вас.

– Не сомневаюсь, что ты была рождена, чтобы стать королевой Аль-Омара. У нас будет целая жизнь, чтобы узнать друг друга. А вот что действительно не ждет, так это необходимость жениться и родить наследников.

Самия вздрогнула – такой хладнокровный и бесстрастный подход к столь важному решению претил ей. Она старалась не показывать, насколько ее впечатлили слова султана. Отрицательный ответ просто не принимался. Если бы речь не шла о ее судьбе, она бы просто улыбнулась такому поведению – Сейдик напоминал ей властного и бескомпромиссного брата.

– Я просто… – запнулась Самия. – Мне нужно время, чтобы все обдумать.

Сейдик помрачнел, и принцесса поняла, что зашла слишком далеко. И запаниковала. А собственно, чего она так боялась? Что он предпочтет ее сестру? Отправит ее домой с теплыми пожеланиями?

Султан нацепил на лицо вежливую маску, под которой скрывалось недовольство. Казалось, прошла вечность, пока он наконец-то заговорил:

– Хорошо. Я даю тебе двадцать четыре часа на раздумья. Завтра вечером в это же время я буду ждать тебя в кабинете.

Сейдик стоял перед окном своей гостиной. Он любовался Лондоном, утопавшим в тусклом свете заката. Ароматы цветущих растений наполняли вечерний воздух. Султан вдруг осознал, как сильно соскучился по невыносимой для многих жаре своей родной земли. Только там, в бесконечных пустынях Аль-Омара, он чувствовал покой. Если бы Самия не колебалась, ему бы не пришлось задерживаться в Европе.

Принцесса занимала все его мысли, и впервые это не было связано с перспективой затащить ее в постель. С каких это пор он считает секс скучным? Думает об отношениях так цинично? Это началось задолго до свадьбы его друзей.

Он видел, как его друзья влюбляются, проявляют свои чувства. Это пробудило в султане панику. Повлияло на что-то, спрятанное очень глубоко за ледяной стеной безразличия. Может, как раз это и подтолкнуло его к браку? Желание защитить себя любой ценой, доказать свою способность противостоять этим ужасным, неконтролируемым чувствам. Снова.

Он помнил тот день, как будто все случилось только вчера. День, когда он испытал самое большое унижение. День, когда он отдал свое сердце девушке, а она растоптала его.

Выбрав в жены такую, как Самия, он обезопасит себя от новых душевных потрясений. Он не станет влюбляться и становиться жертвой страсти. Принцесса была слишком бледной, словно бесформенной. Нет, она не была уродиной, но и красавицей ее тоже не назовешь. Только вот ее таинственные голубые глаза никак не шли у него из головы.

Глава 3

Сейдик вежливо улыбался, предвкушая согласие принцессы. Он обдумывал, какие подарки накупит – пора бы ей уже избавиться от этих ужасных костюмов.

– Я не выйду за вас, – сказала Самия.

Сейдик нахмурился. Нет, она же не могла… Султан открыл рот от удивления. Голос принцессы был низким, хрипловатым, но звучал непреклонно. Что-то екнуло у него в сердце. Он стиснул зубы.

Самия сидела перед ним – сама невинность. Волосы зачесаны назад, стянуты в пучок, на щеках виднелась россыпь веснушек. Ни грамма макияжа на бледной коже, ничего, подчеркивающего ее голубые глаза, а костюм – такой же бесформенный, как вчера, только темно-синего цвета.

Веснушки. С каких пор он вообще замечает веснушки? Любая его знакомая постаралась бы скрыть их, относясь к этому как к изъяну, вроде угревой сыпи.

Ему уже давно никто ни в чем не отказывал. Все хотели впечатлить его, угодить ему. А Самия гордо вскидывала подбородок и говорила «нет». Он наконец разглядел в ней особу голубой крови – принцесса могла быть решительной и надменной.

Ее плотно сжатые губы привлекли внимание Сейдика. Ему вдруг стало интересно, насколько мягкими они бывают, когда ее рот расслаблен? Или когда ее целуют? Порозовеют и набухнут ли они, моля о большем?

Всю ночь Самия беспокойно ворочалась, понимая, что выбора у нее нет. Но сегодня, посмотрев в глаза Сейдику и увидев, что он ни секунды не сомневался в ее положительном ответе, она почувствовала, как пробудился ее мятежный дух. Принцесса постаралась не думать о негативных последствиях и подавить в себе чувство вины, иначе она просто не сможет пройти через это испытание. Мысль о браке с султаном внушала ей ужас.

– Есть разница между «не хочу выходить за вас замуж» и «не выйду за вас замуж». Одно допускает обсуждение, другое – нет. Так что ты выберешь, Самия? – Голос Сейдика гремел.

Принцесса опустила голову под суровым взглядом правителя Аль-Омара. Он сидел прямо, облокотившись на стол. Его пальцы были сплетены. Вся ее храбрость трещала по швам – она снова перечила султану. Как будто его вчерашней угрозы оказалось недостаточно! Но она пойдет до конца. Сегодня Сейдик не заставил ее сидеть под дверями кабинета – он сам ждал ее. Он стоял у окна, высокий, величественный, пугающий, точно призрак, но одет был довольно просто. На нем не было галстука, закатанные рукава рубашки оголяли его мускулистые предплечья. Верхняя пуговица была расстегнута. Самия вдруг почувствовала беспокойство.

Она встала, желая увеличить расстояние между ними – их разделял всего лишь дубовый стол. Самия не могла спокойно сидеть на месте, не могла даже сконцентрироваться, когда султан смотрел на нее с таким холодным безразличием.

– Переговоры… – наконец выдавила Самия. – Определенно вариант с переговорами.

Отлично! Теперь она не могла и двух слов связать! Самия принялась нарезать круги по кабинету. Ей вдруг стало тесно в собственном костюме.

Принцесса постаралась не смотреть Сейдику в глаза.

– Послушайте, я знаю, вам нужна жена, и может, на первый взгляд я кажусь идеальным кандидатом на эту роль…

– Ты и есть идеальный кандидат, – тихо прервал он ее, задыхаясь от нарастающего раздражения.

Самия была единственным кандидатом. После изучения подноготной других возможных невест он отмел все варианты. А уж если он что-то решил, то не успокоится, пока не получит своего. Поражение недопустимо.

Самия повернулась и тут же задрожала под его сердитым взглядом.

– Но это не так! И вы поймете это! – выпалила она, не зная, что еще сказать. – Я не участвую в светских мероприятиях!

– Мне это как раз подходит. Несмотря на то что ты обо мне слышала, я вовсе не такой уж любитель вечеринок.

Самия пораженно уставилась на султана: этот человек и тихий вечер у камина были несовместимы.

– Вы находите отсутствие личной жизни достойным похвалы? Тут нечему аплодировать. Вы будете устраивать шумные мероприятия каждую неделю – это ваша обязанность. А я не готова к этому – я не буду знать, что делать или говорить…

Самия запнулась, потому что Сейдик поднялся со стула и присел на край стола. Лучше бы он не двигался. Она сглотнула. Ей вдруг стало жарко.

– Конечно, ты будешь знать, что говорить и что делать. Тебя для этого и воспитывали. Успокойся, ты быстро все вспомнишь.

Самия подавилась своим яростным протестом.

«Успокойся».

Принцесса провела рукой по волосам – она всегда так делала, когда кто-то выводил ее из себя. Она, правда, забыла, что они были стянуты в пучок, и немного расслабила их. Сейчас было не до прически.

– Вам точно не нужна такая жена. Я не утонченная натура, не элегантна и неухоженна, – продолжала она вразумлять султана.

«В отличие от всех ваших пассий», – подумала Самия, но прикусила язык.

Сейдик смотрел на женщину, стоявшую перед ним, и ему все больше нравилось то, что он видел. Да, она не была элегантной и ухоженной, но это делало ее особенной. Принцесса, сама того не желая, раскрывалась перед ним, представляя его взору соблазнительную картину.

– Почти всю свою жизнь ты провела при дворе, где тебе преподали необходимые навыки. Как ты можешь говорить, что не готова для отведенной тебе роли?

Вдруг Самия почувствовала, что ее волосы вот-вот упадут на плечи. Ей становилось все жарче. С огромной неохотой принцесса расстегнула пиджак, боясь, что либо растает, либо упадет в обморок. Сейдик помог ей снять пиджак и повесил его на спинку стула.

– Я копалась в книгах, сколько себя помню, – пробормотала она, удивленная обходительностью султана.

Древняя библиотека в замке Буркуата стала ее убежищем от постоянных издевательств ее мачехи Алеши.

– Вам нужен кто-то равный, кто может держать удар, – добавила Самия и посмотрела на султана. Она должна заставить его понять. – До двенадцати лет я заикалась. Я очень стеснительная, у меня проблемы с общением, мне даже приходилось посещать психолога.

Это порождало еще больший поток унижений и оскорблений со стороны мачехи, которая говорила, что Самия – полный ноль.

Сейдик подошел к принцессе. Его руки были скрещены на груди, а лицо было хмурым.

– Ты больше не заикаешься. И держу пари, твои проблемы с общением были связаны с подростковым периодом. Огромное количество детей страдают от заикания. Обычно причиной этому служит какой-то неприятный инцидент в детстве.

Самия удивленно моргнула. У нее возникло такое ощущение, что султан видел ее насквозь. Сейдик почти точно повторил слова психолога. Услышать такое от него было настолько неожиданно, что во рту пересохло, и Самия забыла то, что хотела сказать.

Принцесса все больше интриговала Сейдика. Он неспешно обошел ее. Ее волосы окончательно вырвались из пучка и теперь волнами спадали на спину. Его пальцы жаждали прикосновения к этим шелковистым благоухающим прядям.

Самия была довольно низкого роста, и эта деталь вызвала в нем внезапную волну чувств – ее хотелось оберегать. Когда принцесса сняла свой мешковатый пиджак, сразу стало заметно, что она очень изящная и хрупкая. Сквозь тонкую ткань блузки Сейдик рассмотрел белизну лямки бюстгальтера. Затем его взгляд опустился ниже – к тонкой талии и плавному изгибу бедер.

Сейдик вновь встал перед ней. Расстегнутая на одну пуговицу блузка оголяла ее шею и ямочку у основания горла. Кожа была розовой и немного влажной. Наверное, ей и правда очень жарко. Сейдик почувствовал внезапное странное желание коснуться ее пылающей кожи. Грудь Самии, полная и соблазнительная, часто поднималась и опускалась.

На него накатывала волна желания. С огромным усилием Сейдик заставил себя поднять глаза и замер. Ее глубокие глаза стали темными, как синее Аравийское море в грозу. Завитки волос обрамляли ее нежное лицо. В этот момент Самия была… красивой. Сейдик вздрогнул от этого неожиданного открытия.

Принцесса была беззащитна перед султаном. Ни один мужчина не смотрел на нее так пристально, а его взгляд даже нагло задержался на ее груди. Но тем не менее она не чувствовала себя оскорбленной или шокированной. Жар разливался по ее телу.

– Ты сказала, что мне нужен кто-то равный, кто может держать удар, но это – как раз то, что ты продемонстрировала вчера и сегодня, – произнес он и поджал губы. – Никто ни в чем мне не отказывал. Каждый день меня окружают люди, испытывающие благоговейный страх передо мной, и боятся даже чихнуть без разрешения. Но ты не такая, – продолжил султан прежде, чем Самия успела возразить. – Мы одинаковые, принцесса Самия, ты и я.

Самия побледнела. Она не была похожа на этого человека. Никогда. Они полные противоположности.

– Мы не одинаковые, – выдавила она. – Правда.

Он оставил ее мнение без внимания.

– Я знаю, у тебя есть несколько хороших друзей.

Удивленная, что султан знает о подобной мелочи, Самия взглянула на него.

– Их мало, – сказала она, вспомнив вдруг неприятный инцидент, случившийся еще в колледже. – Мне сложно доверять людям – я никогда не могу быть уверена на сто процентов, что они не общаются со мной из-за выгоды.

Сейдик никак не реагировал, и Самия в отчаянии добавила:

– Я скучная.

На его лице отразилось недоверие.

– Скучные люди не пытаются пересечь Атлантический океан на корабле из перерабатываемых материалов с двумя подругами в надежде привлечь внимание общественности к проблемам окружающей среды.

Самия тут же смутилась:

– Вы и об этом знаете?

– Думаю, это один из самых безрассудных или смелых поступков, о которых я когда-либо слышал, – произнес он.

Самия покраснела еще сильнее и не могла противиться тому удовольствию, которое охватывало ее при мысли, что она заслужила восхищение султана.

– Меня волнуют проблемы окружающей среды… Еще две девушки – мои старые подружки из колледжа… У них не хватало средств на этот проект… И тогда подключилась я… – Самия умолкла. Будучи мисс Скромность, она не могла приписать себе главную роль в осуществлении этой затеи.

– Знаешь, у меня есть хорошо подготовленная команда в Аль-Омаре. Они занимаются проблемами, связанными с окружающей средой. Им бы не помешала твоя поддержка. Я всегда занят более насущными делами государства и чувствую, что не уделяю этому достаточно внимания. Мы оба выросли при королевских домах, Самия. Оба знаем, что такое долг. Ты умеешь сопереживать людям. Это очень важное качество для будущей правительницы.

– Сейдик… – тихо начала она.

– Может, светское общение и пугает тебя сейчас, но в скором времени ты привыкнешь. Ты также не можешь отрицать, что, будучи принцессой, воспитывалась при дворе и прекрасно знаешь правила этикета. Ты выросла в этой среде.

Самия взглянула на султана. Да, она не могла отрицать ничего из сказанного, но ей очень хотелось.

– Мы создадим прочный союз между Аль-Омаром и Буркуатом. Мы живем в нестабильные времена и должны поддерживать друг друга. Брак с тобой гарантирует крепкий альянс с твоим братом. Из-за политики вашего отца Буркуат оказался почти изолирован от остального мира. Твой брат пытается исправить эту ситуацию. Я не вижу никаких причин – кроме твоих личных убеждений – считать, что ты не подойдешь мне в качестве жены. Ты подаришь своему государству стабильность.

Самия сглотнула и посмотрела в голубые глаза султана, сверкавшие так притягательно. Он был прав. Она не могла больше отрицать очевидное. Это все равно что отрицать собственное происхождение и наследие. Может, у нее получилось скрываться в колледже, а потом в пыльной библиотеке, но на ней лежит ответственность.

Принцесса не может позволить себе эгоизм.

Почувствовав слабину, Сейдик приблизился, и Самия затаила дыхание. Все ее тело охватил уже знакомый жар. Но впервые она осознала, что его причиной были не смущение или стыд. Это был жар совершенно другой природы. Жар желания. Как унизительно – она тоже, как и все женщины, поддалась чарам Сейдика. Да, Самия не смогла устоять.

– Я… – выдавила она, сглатывая, пытаясь справиться с собственным голосом.

Султан стоял так близко, что она могла видеть темно-синюю радужку его глаз, засасывавших ее в пучину страсти. Такого она никогда не испытывала. Наконец ей удалось худо-бедно справиться со смущением.

– Я согласна с вашими доводами. Они обоснованны.

– Я знаю, – тихо произнес султан.

Они стояли так близко, что она чувствовала его мягкое дыхание и мужской запах. Сейдик вдруг поднял руку и дотронулся большим пальцем до ее нижней губы. Ей вдруг захотелось облизнуть его палец, чтобы узнать вкус его кожи. Ее сердце от волнения почти остановилось.

– Так лучше. Не надо быть настолько напряженной. У тебя очень красивый ротик.

Красивый ротик?

Никто никогда не говорил ей, что она красива. Вдруг Самию как водой окатило. Она отступила от Сейдика, отбросив его руку, разрушила чары. Он просто пытался усыпить ее внимание лживыми комплиментами. Да что с ней такое? Как она могла даже на секунду поверить в то, что между ними пробежала искра? Это же султан Аль-Омара, любитель красавиц со всего света!

Лицо Самии пылало. Она попыталась восстановить самообладание, вздохнув с облегчением, увидев, что Сейдик отошел.

Он решительно произнес:

– Это неизбежно, Самия. Так что лучше соглашайся сейчас, потому что я не сдамся до тех пор, пока ты не скажешь «да».

Принцесса нервно сглотнула и покачала головой, потому не могла вымолвить ни одного слова. Теперь она была уверена, что не сможет согласиться. Только не после того, как чуть не облизала его палец, как какая-то бесстыжая развратница!

Самия услышала, как султан нарочито громко вздохнул, и взглянула на него из-под ресниц. Он посмотрел на часы:

– Не знаю, как ты, а я проголодался. У меня был трудный день.

Напряжение, сковывавшее их, внезапно испарилось. А ее желудок издал громкий молящий вопль. Последнее время принцесса была на взводе и просто не думала о потребностях своего организма.

Сейдик заметил смятение на ее лице, и его губы тронула ухмылка. Он приблизился к Самии и приподнял пальцем ее подбородок. Ее сердце забилось в бешеном ритме.

– Можешь не сомневаться, я не успокоюсь, пока ты не согласишься стать моей женой. Ну а пока нам стоит узнать друг друга поближе. И поесть.

Прежде чем Самия осознала, что происходит, Сейдик уже вышел из кабинета с ее пиджаком в руках. Она хотела запротестовать и двинулась следом. В холле султан бросил дворецкому несколько слов и направился дальше. Тот поклонился и пригласил Самию следовать в столовую.

На темных стенах висели портреты предков Сейдика. В центре стоял огромный дубовый стол.

Сейдик отодвинул один из стульев и выжидающе посмотрел на Самию. Ей ничего не оставалось делать, кроме как сесть. Дворецкий вернулся с целой командой помощников, которые начали предлагать различные блюда для ужина. Самия заказала что-то наугад – ее голова была занята другим.

Когда суматоха немного улеглась и их оставили наедине, Самия произнесла:

– Сейдик…

Султан налил ей охлажденного белого вина и, не обращая внимания на ее попытки вернуться к разговору, произнес:

– Тебе понравится еда. Марсель, мой шеф-повар, – настоящий профессионал. Раньше он работал в отеле «Ритц» в Париже.

Самия взяла предложенный бокал. Ее непослушные волосы скользнули по плечам. Она чувствовала себя неловко – как будто женственная часть ее натуры вырвалась на свободу. Сейдик откинулся на спинку стула и вежливо улыбнулся принцессе. В ее животе вновь запорхали бабочки. Если он снова испробует на ней свои чары, она пропала.

Словно прочтя мысли Самии, Сейдик именно это и сделал.

В следующие полтора часа, пока они наслаждались изысканными блюдами, султану удалось вытащить Самию из ее ракушки. Она, конечно, сопротивлялась, но ее попытки были тщетны. Все равно что сопротивляться бурному потоку горной реки.

Когда она успела смягчиться? Это из-за того, что Сейдик упомянул то рискованное путешествие? Или, может, причиной стала та легкость, с которой он принял ее сообщение о стеснительности и заикании? Принцесса никогда и никому не говорила об этом, а с ним поделилась в надежде отпугнуть. Но это не сработало. Султан сопереживал ей! Она предала саму себя.

В какой-то момент Самия, посмотрев на Сейдика, почувствовала, что непринужденная беседа, еда и вино помогли ей осмелеть.

– Ты хорош, ты знаешь? – спросила она.

Он удивленно поднял одну бровь, его голубые глаза озорно сверкнули.

– Хорош? В чем?

Самии пришлось сконцентрироваться.

– Ты всех очаровываешь, – пояснила она.

Сейдик вздрогнул, и на секунду Самия увидела мрачное выражение его лица. Чувство уюта, которое она испытывала все это время, тут же испарилось. Ну конечно! Как она могла быть такой глупой? Это все – игра. Убедительная игра, чтобы заставить ее согласиться на брак, только и всего. Он очаровал ее, а она поверила и поддалась, как любая другая женщина на этой планете!

Самия демонстративно посмотрела на наручные часы, хотя и не обратила внимания на время, а затем вызывающе взглянула на Сейдика:

– Завтра мне рано вставать. У меня много забот с новым сотрудником.

– Тебе нравится работать в здешней библиотеке?

В ней снова проснулся мятежный дух, и Самия решительно ответила:

– Да. А женщина, которая все время проводит дома или с книгами, вряд ли подходит султану.

Сейдику пришлось подавить в себе желание стереть это самоуверенное выражение с лица принцессы. Как бы она выглядела, если бы он прямо сейчас поцеловал ее? Самия уже была у него на крючке, он знал это! Она была такой расслабленной… Но Сейдик понял и еще кое-что – он явно недооценил ее притягательность. Искорка страсти переросла в пламя желания. Принцесса становилась все привлекательнее.

Она расцветала прямо на глазах. Это было удивительно. Самия напоминала ему неграненый алмаз. Причем редкий ярко-желтый алмаз, поправил он себя. Диковинная драгоценность.

Но теперь она снова закрылась, спрятала свою истинную красоту. Самия поджала полные губы, потупила взгляд. Сейдик поднялся. Контроль над собственным телом давался ему нелегко.

Султан с удовольствием наблюдал смятение принцессы, которая выглядела так, будто ожидала, что он будет удерживать ее. Она тоже поднялась, пошатнувшись. В Сейдике опять проснулось желание прийти ей на помощь.

Откуда такая странная реакция? Его прежняя подруга была трижды признана самой красивой женщиной в мире. Но он никогда не стремился оберегать ее. Сейдик попытался вспомнить, как она выглядела, но в мыслях осталась лишь пустота. Другое дело – Самия. Она не была красавицей. Просто хорошо сложенная девушка. И тем не менее она будила в нем целое море чувств.

Самия вышла из столовой, и Сейдик последовал за ней, решив проверить ее. Дойдя до входной двери, она развернулась. Принцесса явно надеялась, что он больше не будет докучать ей. Ему даже стало почти жалко эту наивную оптимистку. Сейдик отдал ей пиджак, внимательно следя за ее реакцией.

– Знаешь, – протянул он, – возможно, ты права. Наверное, ты не подходишь мне.

Сейдик втайне торжествовал, увидев ее выражение лица. Принцесса не смогла скрыть разочарование. Самия от удивления открыла рот и не могла произнести ни слова. Она застыла. Он ошарашил ее.

К своему огорчению, Самия поняла, что вместо облегчения испытывает желание поспорить с султаном на эту тему. Конечно, она подходящая кандидатура на роль его жены!

Она попыталась скрыть свое замешательство:

– То есть, если я сейчас уйду, вы не станете меня останавливать и уговаривать?

На лице Сейдика появилась хищная улыбка.

– Только не говори, что поверила в то, что я оставлю тебя в покое.

Самию охватил гнев. Он играл с ней! Она схватилась за ручку, но дверь не открывалась. Вконец разозленная, она отступила.

– Если бы дверь была открыта, я бы ушла прямо сейчас. И вы ничего не смогли бы сделать.

– Дверь не заперта, Самия. Мне просто было интересно, как ты отреагируешь на мои слова. Ты сама этого добивалась. Но твое лицо сказало больше, чем слова.

Самия снова дернула ручку. На этот раз дверь поддалась. Она вырвалась наружу, тяжело дыша, как вдруг вокруг нее замелькали яркие вспышки.

Папарацци.

Все случилось слишком быстро. Самия услышала за спиной грубую ругань на арабском, и в тот же миг из-под земли выросли огромные телохранители, которые начали оттеснять фотографов. Ее обхватили сильные руки и притянули к мускулистому телу. Самия не успела понять, что происходит, а Сейдик уже увлек ее обратно в дом.

Дверь за ними закрылась, и снова стало тихо. Самия громко выдохнула с облегчением и поняла, что все еще прижимается грудью к Сейдику. Она отступила назад, ее лицо пылало.

Сейдик провел рукой по своим волосам.

– Ты в порядке? Извини за это. Как только они узнают, что я здесь, они сидят в засаде в ожидании кадра, и мои люди ничего не могут с этим поделать.

Он все еще ощущал ее тепло и легкий аромат. Какая же она хрупкая и маленькая.

Самия как ошпаренная отлетела от него на безопасное расстояние. Взъерошенная, с невинным румянцем на щеках, она и не подозревала, насколько соблазнительно выглядела. Это еще больше распаляло Сейдика.

– Ты знал обо всем!

Сейдику не понравились обвинительные нотки в ее голосе, и он нахмурился:

– Что ты имеешь в виду?

– Ты только что сказал, что знал, что папарацци поджидают в засаде. Теперь мои фото с тобой будут на страницах всех журналов. Я же выходила из твоего дома!

Самию трясло от гнева. Сейдик, выругавшись, крепко схватил ее за руки:

– Давай вернемся в кабинет. У тебя шок.

Сейдик почти насильно усадил принцессу в кресло и подошел к мини-бару. Вернувшись, он протянул ей стакан с бренди:

– Выпей. Тебе станет легче.

Злясь на собственное бессилие, Самия приняла стакан и сделала большой глоток, поперхнувшись. Сейдик и себе налил выпить и опустился в кресло напротив. Тусклый свет подчеркивал его правильные черты лица. Как же он красив! Самию охватило уже знакомое тянущее чувство. Она скрестила руки на груди, пытаясь защититься от чар Сейдика.

– Я совсем забыл о папарацци. Конечно, я ни в коем случае не хотел поставить тебя в такое положение, – мрачно произнес он.

Самия быстро сглотнула, и ее ярость рассеялась. Она знала, что он говорит правду. Такой человек никогда бы не прибегнул к подобным мерам.

– Спасибо за ужин, но я… – начала принцесса, вскочив с кресла.

Она тут же замолкла, потому что Сейдик тоже поднялся. Она словно оказалась в клетке с диким зверем. Ей понадобилось приложить немалые усилия, чтобы не броситься к выходу.

– То, что произошло, только еще больше доказывает, насколько я не подхожу тебе. Меня впервые поймали папарацци. Тебе же нужна женщина, привыкшая к таким вещам, – та, которая сможет с этим справиться.

Сейдика передернуло. Нет, как раз этого он не хотел. Теперь он был абсолютно уверен в том, что ему нужна Самия.

Он приблизился к принцессе. Его глаза горели триумфом, и ей стало плохо. Она могла спорить с ним до посинения, но игра уже была проиграна. Султан разгадал ее блеф. Самия почувствовала горечь поражения, но затем все мысли улетучились из ее головы. Его глаза гипнотизировали, мужской запах опьянял.

– Тебя терзают сомнения, я вижу это. Так позволь, я избавлю тебя от них. Соглашайся стать моей женой просто потому, что у тебя нет другого выбора. Мы оба принадлежим древним родам. Что бы ты ни говорила, ты рождена, чтобы править. Бороться с этим – значит бороться со мной, с твоим братом и с самой судьбой.

Не отрывая взгляда от ее лица, Сейдик достал из кармана своего пиджака маленькую бархатную коробочку и открыл ее. Самия не смогла устоять и заглянула внутрь. Там было кольцо, очень древнее. В золотой оправе покоился квадратный камень.

– Это желтый сапфир. В нашей семье оно передается по наследству.

Сейдик не сказал Самии, что, как только увидел ее впервые, сразу же вспомнил именно это необычное украшение. Он понял, что только оно достойно его избранницы. Кольцо же, выбранное ранее, пришлось отправить обратно: с бриллиантом, оно было слишком безликим и стандартным, годилось только для формальной церемонии.

Сейдик взял ее за руку. Ее пальцы крепко сжали его руку в ответ, и она начала тонуть в бесконечной бездне его голубых глаз. Казалось, она пропадет в этом омуте навсегда.

– Принцесса Самия Бинте Рашад аль-Аббас, окажете ли вы великую честь стать моей женой и правительницей Аль-Омара?

Глава 4

Снова нахлынули воспоминания. Самия, проклиная себя за неуклюжесть, прячется в библиотеке дворца султана… Ее одиночество нарушает высокий темноволосый парень…

Из-за скудного освещения он не заметил ее. Самия сидела в своем укрытии, еле дыша, но она не была испугана. Парень двинулся к окну, выходившему в один из многочисленных великолепных внутренних двориков, и долго стоял там, молчаливый и красивый, словно статуя.

Он глубоко вздохнул и устало провел рукой по коротким волосам. Самия почувствовала странное родство с этим печальным юношей. Он стоял там, ища уединения и покоя, желая справиться с болью. Не понимая, что делает, Самия стала выбираться из своего укрытия, желая выказать ему сочувствие… Но тут в комнату вошла высокая красивая блондинка. Очень красивая.

Парень обернулся, и Самия испуганно зажала рот рукой – это был Сейдик. Налет скорби улетучился, голубые глаза загорелись, и он направился к красотке.

Самия поняла, что за оболочкой сексуального и самоуверенного соблазнителя скрывался уязвимый юноша. И вряд ли он хотел, чтобы кто-то увидел его таким.

Блондинка обвилась вокруг него, точно змея, и Самии хотелось, чтобы он оттолкнул ее. Как будто он мог принадлежать ей! Она была не в силах оторвать взгляда от страстной сцены. Сейдик прижал женщину спиной к стене и начал страстно ее целовать. У Самии вырвался возглас удивления и неприязни.

Любовники обернулись, и принцесса вылетела из комнаты, униженная тем, что ее застукали за подсматриванием, как какую-то извращенку.

Теперь Самия смотрела в эти голубые глаза и вспоминала ту ночь, когда случайно узнала, как уязвим и раним на самом деле султан, и снова почувствовала ту неуловимую связь между ними.

Она не могла забыть о той потаенной части его души. Сейдик не успокоится, пока не услышит «да», и, поняв это, принцесса вдруг почувствовала умиротворение. Зачем бороться с судьбой, если все предрешено?

– Я… – протянула она хриплым голосом. – Да, я согласна выйти за тебя замуж.

Сначала не последовало вообще никакой реакции. Самия даже не была уверена, произнесла ли она эти слова вслух. Но затем Сейдик надел кольцо ей на палец и поцеловал ее. Его губы были теплыми и нежными. Низ ее живота скрутило уже до боли знакомым желанием.

Вдруг Сейдик снова стал безразличным и отчужденным – он достиг своей цели. Никакой больше нежности или очарования. Дело сделано.

Самия иронично оценила красоту его игры ее эмоциями. Но отступить она уже не может. Принцесса выбрала свой путь.

Вдруг она осознала последствия. Целая буря эмоций накрыла ее с головой. Она постаралась придать своему лицу бесстрастное выражение, аккуратно высвободила руку и отступила на шаг. Тяжелое кольцо сверкало и искрилось.

– Мне вставать рано, так что, если это – все…

– Пока все, – ответил Сейдик. – Я скажу своему ассистенту, он завтра же пришлет тебе расписание. Нас ждет уйма дел в ближайшие три недели.

– Три недели?! – взвизгнула Самия.

Все фальшивое хладнокровие тут же испарилось. Она-то думала, что ей дадут время на подготовку.

Султан кивнул и проводил ее до двери.

– Три недели, Самия. Этого достаточно, чтобы подготовиться к церемонии. Я буду на связи. Официально о свадьбе будет объявлено на следующей неделе. Советую поделиться хорошими новостями с братом.

На следующее утро в библиотеке Самии наконец удалось выкроить пять минут, чтобы побыть наедине с самой собой и украдкой просмотреть газету, купленную по дороге на работу.

На первой странице красовалась фотография: она, преследуемая Сейдиком, выходит из его дома. Он был похож на жаждущего мести темного ангела. Его взгляд сверкал решимостью. Самия же походила на испуганного кролика. А еще этот костюм! Она так и слышала в своей голове голос мачехи, которая, смеясь, критиковала ее неподобающий внешний вид. Хотелось расплакаться. Она больше походила на личного ассистента султана, чем на невесту.

Невеста. Ее живот вновь скрутило, и Самия скомкала ужасную газетенку. Она оставила обручальное кольцо дома, и теперь кожа на пальце зудела, как будто Сейдик мог узнать об этом. Она все еще не до конца верила в случившееся.

Этим утром она запаниковала. Это же будет грандиозная церемония! Она предстанет перед всем миром, ее поставят в один ряд с бывшими пассиями султана, и, конечно, сравнение будет не в ее пользу. Принцессу накрыла волна отчаяния. Похоже, Сейдику придется завести любовницу, чтобы удовлетворять свои потребности. Она же ничего не умела – была невинной.

В колледже с ней как-то приключился неприятный инцидент. После пары свиданий один парень стал очень напористым в сексуальном плане. Самия отвергала все его попытки сблизиться, и в какой-то момент он вспылил: «Я пытался затащить тебя в постель просто на спор! Но я рад, что не сделал этого! Жизнь слишком коротка!»

С тех пор Самия старалась не думать о сексе и избегать любых упоминаний о нем, чтобы никогда больше не испытать подобной жестокости.

Самия постаралась отвлечься от неприятного прошлого и вспомнила телефонный разговор с Сейдиком, который позвонил ей рано утром и заявил, что назначил на эти выходные встречу со стилистом. Мимоходом султан упомянул, что празднования продлятся три дня.

– Неужели нужно праздновать три дня?! Почему мы не можем пожениться здесь? Устроить скромную церемонию с парой свидетелей?! – в отчаянии вскричала Самия.

Сейдик рассмеялся в трубку, и принцессе захотелось посильнее стукнуть его.

– Потому что я султан, а ты принцесса. Неужели неясно? Кстати, – быстро затараторил он, – нужно позаботиться о твоей безопасности. С этого дня я выделил тебе двух телохранителей и машину. Мы еще не объявили о свадьбе официально, но, поверь мне, многие уже и так догадались.

– Но… – попыталась запротестовать она.

– Это не обсуждается, – перебил ее Сейдик. – С этого момента я в ответе за тебя. Опасно вести такой же образ жизни, как раньше. Ты скоро станешь женой султана. Возможно, кто-то захочет причинить тебе вред.

«По крайней мере, он не женится на мне из-за денег», – подумала Самия, усмехнувшись.

К сожалению, ее тихой жизни невидимки пришел конец.

Пять дней спустя.

Сейдик сидел у примерочной одного из самых дорогих магазинов Лондона. Стилист увлек Самию в лабиринт вешалок с дизайнерскими нарядами, пока жених добросовестно ждал ее здесь в компании целой армии красоток, которые весьма навязчиво демонстрировали свой интерес.

Одна из блондинок принесла ему кипу газет, он взял одну и наградил девушку кратким «спасибо», чтобы та не задерживалась у его дивана. Случись это неделей раньше, он бы уже раздумывал, уложить ли эту красотку в постель. Но не сегодня. Никогда больше.

До сегодняшнего утра Сейдик не виделся с Самией. Несмотря на то что он нашел для невесты профессионала, он все же решил сам сопровождать ее в походе по магазинам.

Утром Самия ждала его у входа в свой дом. Она была одета в потертые джинсы, блузку с длинным рукавом и пиджак, а ее волосы вновь были стянуты в тугой пучок. Принцесса выглядела более блекло, чем его слуги в фамильном замке в Бхарани. Однако Сейдик все равно ощутил желание, правда смешанное с раздражением. Джинсовая ткань обтягивала стройные ноги и выгодно подчеркивала округлую попу, а тонкая блузка облегала красивую грудь.

Сейдик пытался убедить себя, что нарастающее желание овладеть невестой вызвано необходимостью. Разум посылает телу импульсы, ведь он должен хоть что-то чувствовать к женщине, которая станет его единственным сексуальным утешением на всю оставшуюся жизнь. Но предвкушение этого момента настолько будоражило его, что было ясно – султан врет сам себе.

Когда Сейдик официально попросил Самию выйти за него замуж, он впервые за долгое время впал в отчаяние. Он боялся, что она отвергнет его. И это чувство ему не понравилось.

Им овладело любопытство, когда он услышал шорох в примерочной: его невеста была готова продефилировать в новом наряде. Султан выбрал Самию, решив, что с ней не возникнет никаких проблем. Он был уверен, что она станет хорошей женой. Но вдруг в один миг все резко изменилось. Дорогу в светлое будущее вдруг устлали сложности, с которыми он никак не ожидал столкнуться.

Стилист заставила Самию раздеться до нижнего белья и придирчиво осмотрела. Она раздраженно бормотала:

– Да уж… Не так уж и много я могу сделать. Вы слишком низкая для всех этих платьев.

Самия хотела сдернуть с себя обтягивающее серебряное платье и убежать из магазина, но грозная женщина пугала ее.

Принцесса пыталась справиться с волнением – сейчас ей придется пройтись в новом наряде перед султаном. Как какой-то рабыне на аукционе. Тем не менее она решила смотреть только вперед, чтобы не встречаться с Сейдиком взглядом и не видеть разочарования на его лице.

Даже не взглянув на себя в зеркало, Самия вышла в зал, неуверенно покачиваясь на высоченных каблуках, как теленок на тонких ножках. Султан расслабленно сидел на бежевом диване. Ее пульс тут же участился, а низ живота обдало жаром.

Как только Самия появилась из-за бархатной занавески, Сейдик тут же оглядел ее с ног до головы, как делал со всеми женщинами. Этот ритуал был обычной прелюдией перед последующим сексуальным удовольствием. Но никогда раньше ни одна женщина не производила на него такого впечатления.

Волосы Самии все еще были стянуты в тугой узел. Сейдик еле подавил в себе желание попросить принцессу распустить их. Самия изо всех сил избегала его взгляда – очевидно, она ужасно стеснялась. Румянец разлился по ее шее и груди, заставив султана изнывать от желания.

Самия была воплощением соблазна. Ее фигура, прежде казавшаяся Сейдику мальчишеской и угловатой, сейчас пробудила в нем дикую страсть. Она наконец сбросила все эти строгие костюмы, джинсы и блузки, и он увидел, насколько округлы изгибы ее тела. Сейдик не мог отвести глаз от ее полной груди. Ее бледная кожа с золотым отливом выглядела мягкой и гладкой, как шелк. В голове пронеслась мысль о том, насколько оттенки их кожи различаются, а воображение быстро нарисовало картину их сплетающихся тел. Сейдик тут же почувствовал напряжение в области паха.

– Оставьте нас одних, – приказал он низким властным голосом.

Все помощники тут же испарились.

Платье было недопустимо открытым, но зато давало выход пьянящей смеси невинности и женской сексуальности, о которой Самия наверняка даже не догадывалась. Сейдик ни на секунду не сомневался, что у нее уже есть сексуальный опыт. Но он был готов поспорить, что ни один ее любовник не смог пробудить в ней чувственность и вознести ее на небеса блаженства. От этой мысли в нем тут же проснулся животный инстинкт.

И вдруг Сейдик осознал, что Самия все еще избегает его взгляда. Ее нежелание находиться здесь было практически осязаемым. Внезапно перед глазами всплыло неприятное воспоминание о том, как его отец заставлял мать примерять и показывать все модные наряды, которые он покупал ей.

– Это платье совсем не подходит, – холодно отрезал он. – Очевидно, мы ошиблись с магазином. Иди и переоденься. Мы уходим.

Самия неуклюже развернулась и скрылась за занавеской. Он еле удержался, чтобы не кинуться ей вслед и объяснить… Объяснить что? На секунду ему показалось, что он превращается в своего властного отца, который заставлял жену дефилировать в нарядах?

Сейдика передернуло от отвращения, и он начал нервно метаться по магазину в ожидании невесты.

По крайней мере, он не станет принуждать жену ни к чему подобному. Сейдик давно поклялся себе, что будет поступать по-другому. Он будет уважать Самию и детей, которых она от него понесет.

* * *

Переодевшись, Самия снова вышла в зал. Ей было неприятно, что Сейдик не одобрил платье и, очевидно, ее саму. Принцесса ни разу не взглянула на жениха, но не сомневалась, что он изучал каждый дюйм ее тела и пришел к выводу, что она не дотягивает до нужного стандарта. Ей понадобились все силы, чтобы выдержать это дефиле. Даже боль от слов того парня в колледже была ничем по сравнению с тем, что она испытала, столкнувшись с неудовольствием султана.

Самия заметила, как Сейдик задумчиво уставился в пустоту, и испытала странное ощущение дежавю. Она еле удержалась, чтобы спросить, все ли с ним в порядке.

Самия чуть не рассмеялась от этой мысли. Как будто она не знает ответа! Он женится на ней! Так что все было не в порядке!

Султан повернулся, их глаза встретились. Самия тут же почувствовала себя жалкой и начала нервно теребить край пиджака. Она не годилась на роль правительницы.

– То платье… Я не думаю, что оно…

– К тебе это не имеет никакого отношения, – перебил он ее. – То платье слишком банальное, а твоя красота тонкая и неуловимая. В общем, нам это место не подходит. Придется ехать в Париж.

Самия открыла рот от удивления, но не смогла вымолвить ни слова. Такого поворота она точно не ожидала. Ее сердце было готово вырваться из грудной клетки, когда Сейдик сказал, что она красива. Но эпитет «неуловимая» расставил все по своим местам. Это был изящный способ сказать, что она простая и скучная.

Сейдик взял ее за руку и помчался прочь из магазина, быстро и неразборчиво бормоча что-то в трубку. Самия хотела возмутиться его беспардонным поведением, но султан уже говорил с кем-то по-арабски – решал какие-то неотложные политические вопросы. Принцесса знала, что, когда ее брат занимается делами страны, достучаться до него невозможно. Сейдик, видимо, был так же поглощен работой, поэтому она просто вырвала руку и молча побрела рядом с султаном, пытаясь обуздать свой гнев.

Спустя час они уже поднимались в небо на личном самолете Сейдика.

– Самия…

Принцесса повернулась к султану и тут же попала под его пленительные чары.

– Ты так и будешь игнорировать меня весь полет? – поинтересовался он.

– Я предупреждала тебя о том, как мне будет некомфортно в магазине. И мне совсем не понравился твой холодный, неодобрительный отзыв. Прости, что не превратилась в невесту твоей мечты.

Сейдик прищурился.

– Я имел в виду ровно то, что сказал, Самия. Не надо ничего выдумывать. Я не раскидываюсь комплиментами, и лесть тоже не в моем стиле. То платье тебе не подходило, – объяснил султан, и его взгляд оценивающе скользнул по ее фигуре. Самия покраснела. – Как я и сказал – твоя красота тонкая и неуловимая. Она требует более деликатного подхода.

Самия все равно не могла поверить, что в его словах не было подтекста. А сейчас он просто хотел успокоить ее.

– Надеюсь, все денежные затраты и тот вред, который самолет может нанести окружающей среде, стоят того, чтобы меня принарядить, – сказала она сухо.

Глаза султана весело сверкнули, а сердце Самии забилось быстрее.

– О, не волнуйся, принцесса. Выбросы углерода в атмосферу будут минимальны, можешь мне поверить. Мои ученые как раз занимаются этим вопросом. Они уже разработали топливо, не опасное для деревьев, и теперь мы, испытав этот самолет, должны будем предоставить им результаты.

Самия пропустила его сарказм мимо ушей.

– Тебе всегда нужно оставлять последнее слово за собой?

Сейдик открыто улыбнулся – он сразу помолодел лет на десять, да и цинизм куда-то пропал.

– Конечно, – ответил он.

Самии пришлось отвернуться. Улыбающийся, султан выглядел очень притягательным, и она боялась, что Сейдик заметит ее смущение и порадуется очередной победе. Да, она считала его привлекательным, но это была лишь простая женская реакция на красивого мужчину. Самия не хотела признаваться, что чувствует притяжение не только на физическом уровне. Все намного сложнее и глубже.

– Поверь мне, – продолжал он, – когда мы объявим о нашей помолвке в этот понедельник, ты будешь благодарна, что хорошо выглядишь и комфортно себя чувствуешь.

– Понедельник… – Самия побледнела.

Заметив ее тревогу, Сейдик нахмурился:

– Даже не думай об этом, Самия. Мы зашли слишком далеко, чтобы отступать. Все уже обо всем догадались после той фотографии и просто ждут официального объявления.

– Для тебя все так просто, да? Наслаждаешься полной свободой действий? Если уж решил жениться, значит, будьте добры, исполните все прихоти без возражений, да побыстрее!

Глаза Сейдика вспыхнули.

– Как будто у тебя нет такой же свободы, Самия! Ты современная молодая женщина. Не думаешь ли ты, что я поверю, будто в твои двадцать пять ты ведешь образ жизни монашки?

В попытке защитить себя, Самия тут же язвительно произнесла:

– То есть ты не возражаешь, если твоя жена не будет невинна в первую брачную ночь? Я-то думала, этот пункт должен был присутствовать в твоем списке качеств идеальной невесты.

Они неотрывно смотрели друг другу в глаза. На прекрасном лице Сейдика появилась циничная улыбка.

– Это совсем меня не беспокоит, – протянул он. – Конечно, я и не ждал невинной невесты. Я не такой старомодный и не лицемер. У меня здоровый сексуальный аппетит, и, честно говоря, мысль о новичке в постели не прельщает меня.

Самия почувствовала укол боли. После того инцидента в колледже она отказалась от всех желаний своего тела в надежде полностью отдать себя человеку, который оценит ее жертву. На принцессу тут же нахлынула буря разных эмоций, которые она не хотела анализировать. Она неуклюже выбралась из своего кресла. Рядом с этим человеком любое ее движение было неуклюжим.

* * *

Сейдик отложил телефон и посмотрел в иллюминатор. Он видел там только облака.

Минуту назад Самия выглядела так, словно готова была расплакаться, а Сейдик не мог понять, чем расстроил ее. Он усмехнулся. Ну, кроме того, что попросил выйти за него замуж.

Сейдик еще раз вернулся к мыслям о том, что же такого оскорбительного он сказал. Конечно, он не ждал, что принцесса будет невинной, хотя и никогда не замечал в прессе свидетельств ее любовных приключений.

Сейдик сжал челюсти. Разговор всколыхнул старые воспоминания. Аналия Медена-Гонсалес. Прекрасная светская львица из Европы, приехавшая в Аль-Омар со своим отцом. Тогда Сейдику было всего восемнадцать. Он уже не был девственником, но и опытным его тоже нельзя было назвать.

Аналия, будучи на десять лет старше Сейдика, соблазнила его. Он не устоял перед ее чувственностью и сексуальностью и стал податливой игрушкой в ее руках. Он был молод и наивен и поверил, что влюбился.

– Что? Ты любишь меня? Сейдик, дорогой, ты не любишь меня. Нет, конечно. Ты просто хочешь меня.

В ответ он что-то мямлил, пытался переубедить ее. Красивые зеленые глаза внимательно изучали его с ног до головы. Потом Аналия вздохнула и сказала:

– Милый, мне двадцать восемь лет, я ищу второго мужа. А ты еще мальчишка. Чем скорее ты научишься держать свое сердце под контролем и не влюбляться в каждую женщину, с которой спишь, тем лучше. Я знаю, какие особы будут встречаться тебе на пути. Они будут хотеть твое тело, да. Будут хотеть тебя, потому что ты богатый и могущественный. Это два самых сильных афродизиака.

Она подошла ближе и прошептала на ухо:

– Поверь мне, Сейдик, им всем будет плевать на то, какой ты на самом деле. Как и мне. Единственная женщина сейчас в твоей жизни, которой не все равно, – это твоя мать. Но однажды ты найдешь какую-нибудь чистую, невинную местную девушку и женишься на ней. И вы будете жить долго и счастливо.

Он выучил очень ценный урок, а предсказание Аналии в скором времени сбылось.

В девятнадцать лет он стал султаном и посвятил себя возрождению страны, которая погрязла в коррупции и хаосе. А когда стал появляться в обществе, девушки толпами вились вокруг него.

Вскоре Сейдик наловчился выбирать тех женщин, которые знали правила игры. Никаких эмоций. Никаких обязательств. Он привык к жадному блеску в их глазах. На каком-то низменном уровне ему даже нравилось это. Сейдик знал одно: больше он никогда не раскроет женщине душу, никогда не будет отвергнут или унижен.

Спустя какое-то время он даже пару раз встречал Аналию и даже однажды сам соблазнил ее. Наутро, когда она одевалась, Сейдик посмотрел на нее и ничего не почувствовал. Ни тени эмоции. Это была его победа.

Спустя три часа Самия стояла за бархатной занавеской примерочной, на этот раз в магазинчике на укромной улочке в Париже. Она покрутила в руках шифоновый подол платья, а ее новый стилист, на этот раз более дружелюбная женщина, потянула ее в зал:

– Пойдемте, cherie [1]. У нас впереди еще много платьев.

Самия закрыла глаза, задержала дыхание и последовала за ней. Яркий свет на секунду ослепил ее, и она не смогла сразу понять, что за выражение лица было у Сейдика. Она решительно вскинула подбородок и посмотрела ему в глаза. Только его взгляд был устремлен ниже ее лица. Он смотрел на ее грудь!

«Наверное, ищет и не может найти», – подумала принцесса. Хотя стоило признать, что в этом платье ее грудь смотрелась гораздо пышнее.

– Намного лучше, – спокойно произнес султан. – Это уже больше похоже на то, что я искал. Отлично, Симона. Продолжай.

И Самию тут же утащили обратно в примерочную. Она перемерила множество разных нарядов: вечерние платья, повседневные брюки и кофты, официальные костюмы, купальники. Когда наряды закончились, Самия с облегчением вздохнула и вышла в зал. Султана уже не было.

Она озиралась по сторонам, когда к ней подошла француженка с ее пальто в руках.

– Хм… Вы не знаете, где… – начала принцесса.

– Остаток дня я проведу с вами, – сказала стилист, дружелюбно улыбнувшись. – Вряд ли вы хотите, чтобы ваш жених видел свадебное платье. Да и нижнее белье будет сюрпризом.

Следующие несколько часов она провела в окружении целой армии женщин, которые помогали ей примерять различные комплекты откровенного белья. Затем с нее сняли мерки для главного наряда – свадебного платья.

Париж уже давно погрузился в сумерки. Самию охватило тревожное предчувствие.

Симона проводила Самию до машины и сообщила, что вся одежда будет доставлена в Лондон, а затем в Аль-Омар. Она также передала ей небольшую дорожную сумку и подмигнула:

– Думаю, вам это пригодится.

Принцесса села в машину и решила взглянуть на содержимое сумки. В ней лежала коллекция шелкового нижнего белья! Еще пижама, набор туалетных принадлежностей и одежда для завтрашнего дня. Свои любимые джинсы она потеряла где-то в кутерьме всевозможных примерок. Сейчас на ней были безупречно скроенные дизайнерские брюки и мягкий кашемировый свитер.

К тому моменту, как машина подъехала к особняку с развевающимся флагом Аль-Омара, Самия чувствовала, что ее нервы на пределе.

Глава 5

Самия вошла в роскошный холл. Вокруг было тихо. Огромная люстра тусклым светом озаряла массивную винтовую лестницу. Полы были устланы дорогими восточными коврами, на маленьких столиках стояли китайские вазы, на стенах висели картины, а вся мебель была выполнена в стиле рококо. Один из телохранителей тихо закрыл дверь за ее спиной, а Самия медленно поставила сумку на пол, опьяненная роскошным видом. Чувство дискомфорта испарилось, и она наслаждалась атмосферой, забыв обо всем.

Вдруг в дальнем углу она заметила Сейдика: он стоял, опершись о стену и спрятав руки в карманы.

– Ты напугал меня до смерти, – нервно сказала она. – Ты всегда так подкрадываешься к людям?

Сейдик оттолкнулся от стены и направился к ней. Тусклый свет подчеркивал его выразительные черты лица, а белоснежная рубашка оттеняла яркие голубые глаза.

– Прости, что ушел, но у меня были дела в офисе. К тому же я оставил тебя в надежных руках.

Он быстро осмотрел ее с ног до головы:

– Вот эта одежда идет тебе. Нужно было сразу ехать к Симоне.

Холодный тон Сейдика внезапно разозлил принцессу. Казалось, он говорит о каком-то неодушевленном предмете. Самия сжала руки в кулаки.

– У меня больше нет моих любимых джинсов! Знаешь, сколько времени нужно, чтобы разносить джинсы? А моя блузка и пиджак? Они были отличными. Как я смогу пойти на прогулку в парк в этом? – Она выставила вперед маленькую ножку.

На Самии были очень красивые, но абсолютно непрактичные сапожки на высоченном каблуке. Сейдик подошел ближе, а она отступила на шаг и, споткнувшись, чуть не потеряла равновесие.

– Боюсь, что дни, когда ты могла в одиночестве прогуливаться по парку, закончились, Самия. Может, расскажешь мне, что на самом деле не так? Наверное, ты единственная женщина на планете, которая не прыгает от радости, проведя целый день в магазине.

Самия потупила взгляд. Ей стало стыдно за свое поведение.

– Извини. Я не хотела показаться неблагодарной… Просто это все не я, – призналась она и одернула свитер, который так красиво, но непривычно облегал ее тело. Ее взгляд стал молящим. – Я никогда не была поклонницей такой одежды. Я чувствую себя… Я просто больше не знаю, кто я. Сейдик, я теряю саму себя.

К ее удивлению, султан положил руки ей на плечи и аккуратно подвел к большому зеркалу, висящему на стене. Не успев даже увидеть свое отражение, Самия вздрогнула и сразу же отвернулась. Сейдик не дал ей уйти:

– Посмотри на себя, Самия.

Она покачала головой. Самия боялась, что ее утянет водоворот плохих воспоминаний, связанных с ее мачехой, которая так же подводила ее к зеркалу и указывала на ее недостатки. Она чувствовала себя такой беззащитной, особенно в больших теплых руках Сейдика. Пульс лихорадочно бился, а внизу живота разлилась горячая волна возбуждения. Самия ощутила, как потяжелела и налилась грудь, а неожиданно набухшие соски стали настолько чувствительными, что кружево бюстгальтера казалось наждачной бумагой.

О господи! – подумала она.

– Открой глаза, Самия. Мы не сдвинемся с места, пока ты их не откроешь.

Услышав знакомый стальной тон, Самия поняла, что выбора у нее нет. Преодолев себя, она все же открыла глаза, но услышала лишь сухое:

– А теперь будь добра, посмотри, наконец, в зеркало.

Самия повернула голову и уставилась в голубые глаза в отражении. Каблуки немного уменьшили разницу в росте между ней и султаном, но она все еще была ощутима – Сейдик был выше на целую голову.

– Суть заключается в том, чтобы ты взглянула на себя. Хотя, – усмехнулся он, – если ты предпочитаешь смотреть на меня…

Вспыхнув, Самия решила выбрать меньшее из двух зол и тут же перевела взгляд на свое отражение.

В примерочной она потеряла свою заколку, и ее волосы теперь волнами ниспадали на плечи. Непослушные завитки обрамляли бледное лицо, на котором яркими пятнами пылали розовые щеки. Глаза возбужденно горели.

Затем она увидела, как свитер обтягивает ее грудь, которая внезапно стала казаться больше. Момент был самым подходящим, чтобы сказать что-нибудь смешное, снять напряжение и отойти от зеркала. Но на Самию вдруг навалилась усталость, руки и ноги сковала апатия. Внутри же бурлила энергия. Она была как будто во сне и совсем не хотела просыпаться.

Принцесса опустила взгляд. Брюки отлично сидели в талии и облегали ноги, визуально удлиняя их.

– Возможно, Самия, ты не потеряла истинную себя, а нашла, – холодно сказал Сейдик, с силой сжав ее плечи. – В этом зеркале – женщина, которая станет королевой. Чем скорее ты увидишь это, тем лучше. Я уже вижу. Не стоит сомневаться в себе.

Внезапно он убрал руки с ее плеч, и Самия почувствовала холод. Она обернулась и увидела, как султан удаляется.

– Хелен покажет тебе твою комнату. Ужин будет через час, – безразлично бросил он.

Как по волшебству перед ней появилась женщина низкого роста. В ее руках была сумка Самии. Хелен улыбнулась и поманила принцессу за собой.

Сейдик захлопнул за собой дверь кабинета и на секунду прижался к ней спиной, закрыв глаза. Нет, не помогло. Он никак не мог избавиться от этого видения. Великолепная грудь Самии, обтянутая тонкой тканью свитера, не давала ему покоя. А ведь это обычный повседневный свитер, который не был создан, чтобы сводить мужчин с ума! Что с ним будет, когда принцесса появится перед ним в том длинном вечернем платье, которое мерила днем?

Сейдик тогда спросил Симону:

– Неужели это открытое платье – подобающий наряд для выхода в свет?

– Конечно, – удивленно ответила она. – Более чем.

Он открыл глаза, а перед ними все еще стоял образ Самии в этом платье. Разрез от бедра, оголяющий ее стройную ножку, обнаженные плечи и глубокое декольте, казалось, навсегда запечатлелись в его памяти. Сейдик налил себе виски и подошел к окну. Как долго она прятала такое роскошное тело в бесформенных строгих костюмах? Наверное, всю жизнь.

Теперь же он стиснул в руке стакан и не мог понять, почему он так хочет свою невесту. Тем лучше: брачная ночь не станет пыткой.

Наступил ужин. Сейдик откинулся на спинку стула, покручивая бокал с красным вином, любуясь тем, как рубиновая жидкость переливается в свете люстры.

– Мой отец женился во второй раз, когда мне было два года. Алеша была нашей дальней родственницей с севера Буркуата, – говорила Самия.

Сейдик, прищурившись, посмотрел на нее, а та опустила взгляд в тарелку.

– Это все?

– Она даже не пыталась проявлять какую-то материнскую заботу. Думаю, Алеша чувствовала в нас угрозу, – объяснила Самия. – Наш отец безумно любил нашу маму, хоть это и был брак по договоренности. А когда она умерла… Он был опустошен.

– Ты говорила, она умерла во время родов? – хмуро спросил Сейдик.

Самия кивнула и сглотнула, стараясь не поддаваться всепоглощающему чувству утраты. Она всегда пыталась убедить себя, что не имеет права на эту слабость.

– У нее развилась преэклампсия. К тому моменту, когда врачи поняли, почему роды начались раньше срока, было уже поздно. Мама впала в кому, а через несколько дней скончалась. – В попытке сменить тему, Самия спросила: – А у тебя есть братья или сестры?

Сейдик поднял глаза. Внезапное напряжение, повисшее в воздухе, и выражение его лица подсказали Самии, что она ступила на скользкую дорожку. Ей стало любопытно.

– Нет, только я, – покачал головой султан.

Он натянуто улыбнулся и допил вино.

Не успев понять, что происходит, Самия увидела, как Сейдик подался вперед и взял ее за руку. Она не могла просто вырвать руку, поэтому молча смотрела, как он поглаживает ее. Ее ладошка казалась крошечной и бледной. Сейдик переплел их пальцы, и Самия почувствовала, как бешено бьется ее сердце.

Сейдик улыбнулся, как будто догадавшись, что она сейчас испытывает.

– Я верю, что все получится, Самия. Наш брак. Знаешь, ты просто недооцениваешь свою привлекательность.

Они встретились взглядами, и принцесса прикусила губу. Она вспомнила, как холодно он смотрел на нее, когда она дефилировала перед ним в бесчисленных нарядах, как обученная кобылка. Сейдик заставлял ее чувствовать себя взволнованной и разгоряченной.

– Мне стоит быть благодарной, что ты не считаешь меня уродливой? – вспылила она. – И тебе не придется завязывать глаза, чтобы не видеть меня в первую брачную ночь?

Султан вновь улыбнулся, и Самия почувствовала, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

– Думаю, будет большой удачей, если мы не набросимся друг на друга еще до брачной ночи. В конце концов, мы оба – взрослые люди с сексуальным опытом. Никто из нас не живет романтическими мечтами. Знаешь, повязка на глаза может стать интересным дополнением, но только не для меня. Лично я хочу видеть всю палитру эмоций на своем выразительном лице, когда мы займемся сексом.

Сейдик медленно поглаживал большим пальцем ее запястье, где бешено бился пульс. В голове Самии одновременно взорвалась тысяча фейерверков, мысли роились в безумной суматохе.

Совсем не соображая, что делает, Самия вырвала руку. Она чувствовала угрозу и быстро произнесла:

– Мне вообще-то нравится идея соблюсти традиции.

Сейдик вновь откинулся на спинку стула, и Самия удивилась, каким он может быть расслабленным и угрожающим одновременно. Его скулы выглядели отчетливей из-за темной полоски легкой щетины. Губы были невероятно соблазнительными.

Когда султан заговорил, его голос звучал хрипло.

– Я думаю, ты дразнишь меня, Самия. Ты говоришь одно, а смотришь на меня так, будто готова перелезть через стол и наброситься на меня. Это твоя тактика? Предстать перед мужчиной невинной и скромной, потихоньку показывая свою настоящую сущность, пока он, наконец, не станет молить о близости?

Самия подняла глаза. Ее лицо пылало. Да, Сейдик вообще не догадывался об истинной причине ее поведения. Просто он был первым мужчиной, который заставил ее потерять контроль над эмоциями. Он смог пробиться сквозь толстую стену отчужденности, которую она строила годами.

– Я не дразню. Поверь мне, – покачала она головой.

Его лицо вдруг стало серьезным.

– То есть то маленькое представление перед зеркалом не было игрой? Тогда почему ты так не хочешь любоваться своим отражением?

– Я вообще не понимаю, о чем ты, – выпалила она. – При чем тут игра? Я ужасная актриса и точно не смогла бы никого дразнить.

Самия выскользнула из-за стола. Взгляд Сейдика на секунду задержался на ее груди, но потом вернулся к лицу.

«Это ты дразнишь меня!» – хотелось ей закричать.

– Был долгий день, и, если ты не возражаешь, я иду спать.

Всю ночь Самия не могла уснуть, а впереди был еще долгий день. Симона отвезла ее в роскошный салон красоты на Елисейских Полях и теперь раздавала непонятные указания десятку специалистов, которые вились вокруг. Самия никогда не делала ни одной косметической процедуры, и теперь ей было страшно.

Вечером Самия заметила, каким уставшим выглядел Сейдик. Желая не подать виду, что она обеспокоена, Самия выпалила первое, что пришло в голову.

– Так как ты себе представляешь этот брак? – спросила она. Сейдик слегка нахмурился. – Я имею в виду… У тебя будут любовницы на стороне? Потому что я не потерплю этого. Я не хочу страдать от унижений и насмешек.

Принцесса сама удивилась, насколько разгорячилась. Еще недавно она решила, что ему просто необходимо иметь любовницу, а сегодня ей плохо от одной мысли о другой женщине.

Сейдик улыбнулся, словно наслаждался происходящим, и Самии захотелось дать ему пощечину.

– Начнем с того, что у меня никогда не было любовниц. Я никогда не изменял девушке, с которой встречался.

– Ты знаешь, что я имею в виду, – скривилась Самия.

– Несмотря на слухи обо мне, я буду верным мужем.

Самия вспыхнула и начала защищаться:

– Я вовсе не слушала сплетни. Но у тебя и правда было много женщин.

На лице султана появилось выражение отвращения.

– Мой собственный отец представлял моей маме своих любовниц. Из-за этого она стала затворницей. Я поклялся, что никогда не буду так обращаться с женой.

С женой. Просто с женой. Даже не «со своей женой». Так безлично, подумала Самия. Хотя чего она ожидала? Непонятно только, почему ее это так задевало.

– То есть ты не ладил с отцом?

Сейдик нахмурился и холодно посмотрел на Самию:

– Ну, не то чтобы не ладил. Мой отец часто злился по мелочам. Он вымещал свою злость на моей маме и на мне.

Самия тут же представила себе маленького мальчика, на которого не обращали внимания или еще хуже – ненавидели. Ее сердце сжалось. Интересно, выливалась ли злость отца в физическое насилие?

– Твоя мама живет с тобой? – спросила она.

Сейдик кивнул:

– Ей принадлежит часть дворца. Ты встретишь ее перед свадьбой, когда мы приедем в Бхарани.

Живот Самии скрутило при мысли о скорой свадьбе. Напряженный взгляд Сейдика, казалось, прожигал ее насквозь. Обручальное кольцо на безымянном пальце вдруг стало невыносимо тяжелым.

– А что, если… – Она затихла. Самия хотела спросить, что случится, если она не удовлетворит его в постели, но разве он бы ответил честно? Она решила закончить вопрос по-другому. – Что, если у нас будут проблемы с детьми? Например, я не смогу забеременеть?

– Я разведусь с тобой и найду другую жену.

Она открыла рот от изумления:

– Что, если в этом будешь виноват ты?

Он натянуто улыбнулся:

– У меня с этим проблем не будет.

Его самоуверенность поражала. Самия выпрямилась.

– Ну, вообще-то всякое возможно. Может, ты и султан, но это не дает гарантий, что…

– Это я знаю наверняка, – прервал ее Сейдик. – Я сдал все возможные анализы. У меня все в порядке.

– Но… Разве у тебя были причины сомневаться, можешь ли ты иметь детей?

Сейдик откинулся на стуле:

– Когда ты скажешь, почему испытываешь столько недоверия к зеркалам, я скажу, почему мне нужно было провериться.

Шах и мат. Самия ни за что не собиралась открываться перед ним. В этом случае последуют только жалость и насмешки. Повисла тишина.

– Я так и думал, – мрачно подытожил султан и поднялся из-за стола. – У меня есть еще дела, так что, если не возражаешь, я удалюсь в кабинет.

Самия тоже встала:

– Конечно, иди.

Он остановился в дверях и обернулся.

– Завтра утром по прибытии в Лондон состоится пресс-конференция, где мы с тобой объявим о нашей помолвке. Надень что-нибудь подходящее, – сказал Сейдик и усмехнулся, увидев ужас на лице Самии. – Не переживай. Говорить буду я.

Самию и Сейдика окружала толпа журналистов со всего света. Сверкали вспышками фотокамер, градом сыпались вопросы. Султан каким-то образом умудрялся отвечать на каждый из них, а Самия боролась с нарастающим волнением.

К ее облегчению, конференция не продлилась долго. Только под конец какой-то выскочка выкрикнул с задних рядов:

– Поцелуйте невесту! Вы ж не откажете фотографам?!

До Самии дошел смысл сказанного, только когда Сейдик повернулся к ней, и на его лице появилась саркастическая улыбка.

– Они ждут публичного проявления нашей любви. Как думаешь, справишься?

Самия нервно сглотнула. Она хотела крикнуть «нет». Лучше уж стоять перед сворой изголодавшихся папарацци, чем перед соблазнительным султаном. Принцесса не могла пошевелиться.

Сейдик прижал Самию к себе, такую миниатюрную и хрупкую. Она испуганно вздрогнула, и ему захотелось укрыть ее от посторонних глаз и защитить.

Он просто сгорал в предвкушении поцелуя, по венам бежал огонь. Сейдик прижался губами к губам Самии и ощутил их сладкий вкус. Они были мягкими, как он и предполагал. Султан не мог сдержать стон удовольствия.

Он почувствовал, как Самия вцепилась в его спину и выгнулась. Это был самый чистый и невинный поцелуй в его жизни, но по его телу бежали мурашки. Самия так соблазнительно прижималась к нему грудью.

Все тело Сейдика напряглось, а он продолжал пить сладкий нектар. Какая-то часть его говорила, что нужно остановиться сейчас, пока он еще окончательно не потерял рассудок.

Самии потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что султан уже прекратил целовать ее и пытается мягко отстраниться. Она чувствовала, что ее голова кружится, а губы слегка пощипывает. Звучавшие за спиной крики и свист, наконец вернули ее на землю. Самия позволила Сейдику взять ее за руку. Он повел ее к машине. Ее ноги дрожали, и принцесса молила высшие силы о том, чтобы не упасть на глазах журналистов.

Сейдик посадил ее в салон, но сам, казалось, не собирался садиться следом.

Его голос также не выражал никаких эмоций.

– Я останусь здесь – мне нужно успеть на самолет в Аль-Омар. Я отсутствовал слишком долго, и пора вернуться к своим непосредственным обязанностям. Я позаботился о твоей защите в Лондоне. Увидимся через две недели.

Чтобы Сейдик не заметил замешательства, отразившегося на ее лице, Самия отвернулась, пробурчав «угу». Как будто ее совершенно не волновал поцелуй и тот факт, что она чувствовала себя брошенной!

– Думаю, тебе хватит времени закончить все свои дела? – уточнил он.

Самия попыталась подавить нарастающий страх. Почему вопрос султана звучал так, будто она собиралась умереть? Может, это и в самом деле будет смертью в каком-то смысле? Но в ней бурлит жизнь, кровь кипит в венах, а разум насмехается над ней за подобные мысли. Она еще никогда не чувствовала себя более живой, чем сейчас! Даже когда сражалась с океаном на своей яхте.

Сейдик, похоже, ждал ответа, так что Самия энергично закивала:

– Да, конечно.

Ей хотелось поскорее спрятаться от его испытующего взгляда.

Через секунду дверца захлопнулась, и машина тронулась, увозя ее от Сейдика.

Самию охватили странные чувства, когда ее губ коснулись губы Сейдика. Для него их поцелуй, скорее всего, был тусклым и незапоминающимся. Вряд ли его сердце забилось так же быстро.

Самия все еще не могла совладать с эмоциями. До сегодняшнего дня все было предельно ясно: она согласилась на эту свадьбу, потому что несла ответственность перед своей страной. Чувства прятались где-то в глубине и теперь вдруг дали о себе знать. Принцесса больше не могла отрицать: вряд ли ей удастся побороть желание к султану.

За несколько прошедших дней Самия поняла, что Сейдик не такой уж безжалостный, упертый и циничный, каким она его считала.

Он также не был и избалованным. Ему пришлось многое перенести: ненависть отца, сплетни, и рядом даже не было человека, который бы подставил свое плечо в трудную минуту.

Самия не смогла бы пережить боль, причиненную мачехой, если бы не брат и сестра.

Принцесса вдруг представила маленького темноволосого мальчика, бегущего навстречу Сейдику.

Она ахнула от удивления: насколько же богатое и неуправляемое у нее воображение! Она никогда не думала о себе как о будущей матери. Сейчас же лелеять подобные мечты было бы самоубийством – она выходила замуж за человека, который воспринимал детей только как своих наследников.

Самия мечтательно вздохнула и в следующую секунду подпрыгнула от испуга, когда внезапно послышался голос водителя:

– Все в порядке, ваше высочество?

Самия выдавила фальшивое «да» и попыталась подальше затолкать бесполезные фантазии. Ей нужно было сосредоточиться на настоящем. Самия должна была распрощаться с привычной жизнью в Великобритании и уехать в Аль-Омар. Через две недели у нее будет новый дом. Все эти мысли не так будоражили ее сознание, как тот факт, что скоро она вновь увидится с Сейдиком.

Глава 6

Спустя три дня Самия прибыла в Бхарани, но жениха пока не видела. За все это время он не уделил ей и пяти минут.

В день приезда она осматривала огромные и роскошные комнаты, выделенные ей, когда услышала стук в дверь, которая спустя секунду открылась. Сердце Самии бешено забилось. На свете был только один человек, который мог так решительно входить куда угодно.

Казалось, султан тут же заполнил собой все пространство. На нем была традиционная мантия Аль-Омара – белая с золотом, в которой он выглядел величественно и грозно.

– Перелет прошел хорошо? Надеюсь, тебе понравились твои комнаты? – резко произнес он, во взгляде читалось напряжение.

Самия только кивнула. Султан был мужественным и прекрасным, но холодным и отстраненным.

– Все было хорошо… То есть… сейчас тоже. Спасибо.

– Отлично. Боюсь, мы не сможем провести вместе много времени. У меня много дел.

Сейдик выглядел усталым, на лице была щетина, и Самия вдруг ощутила неожиданное беспокойство. Она стряхнула наваждение и испытала облегчение оттого, что в ближайшее время внимание султана не будет приковано к ней. По крайней мере, до медового месяца, о котором она старалась не думать.

– Все нормально. Я понимаю.

Он изобразил на лице слабую улыбку, а затем сурово произнес:

– Вовсе не обязательно делать вид, что ты не против моей занятости, если это не так. В любом случае я прослежу, чтобы тебе показали дворец, а один из моих помощников проведет для тебя экскурсию по Бхарани. В четверг у нас запланирован официальный прием. В пятницу начнутся празднования по поводу свадьбы, а к воскресенью ты уже будешь моей женой.

Воспоминание померкло. Самия только что вернулась с ужина с Ясминой, матерью Сейдика. Это была очень элегантная пожилая женщина, дружелюбная, но немного замкнутая. И конечно, Самия сразу поняла, от кого Сейдик унаследовал свои великолепные голубые глаза. Ясмина взяла Самию под свое крылышко и показала ей дворец. Всю дорогу принцессу не отпускало чувство дежавю – печаль в глазах матери Сейдика так напоминала ей о ее собственном отце.

Уже опустились сумерки, но теплый воздух все еще ласкал кожу, как шелковый шарф. Самия осознала, как сильно тосковала по жаре и бескрайнему небу с мерцающими звездами. Она спустилась с террасы к небольшому круглому бассейну, выложенному красочной мозаикой, и пошла вдоль увитых растениями стен.

Перед ней открывался невероятный вид на Бхарани – жемчужину городов Среднего Востока. Когда Самия была ребенком, они с отцом часто наносили визиты султану, так что ей с братом и сестрой удавалось поиграть на территории дворца.

Принцесса всегда любила Бхарани. Этот город был более развит, чем Буркуат, и очень вдохновлял ее. Чувства не угасли со временем. Столица Аль-Омара, казалось, стала еще более красивой и волшебной. Все те же широкие аллеи с высокими деревьями с пышной кроной, которые позволяли спрятаться в своей тени в жаркий день. Те же многочисленные зеленые газоны, на которые не жалели воды, где отдыхали взрослые и играли дети. Самия знала, что Сейдик приложил свою руку к дизайну почти каждого нового строения в городе.

Любимым местом принцессы была песчаная гавань с причалами – самая старая часть города. Огромные корабли и маленькие лодки нескончаемым потоком день и ночь прибывали в порт и покидали его, скрипя под тяжестью грузов. Старые рынки пахли приправами, и гавань дышала историей. Единственной новинкой оказалась современная пристань для яхт, которая прекрасно вписывалась в старый порт. Самия уже дала себе обещание, что непременно сходит ее посмотреть, когда будет время.

У нее промелькнула мысль о стремительно приближающемся будущем. Что ее ожидает в браке с Сейдиком? Каково будет делить с ним одну спальню и кровать? Низ ее живота наполнился влажным теплом. А может, он не захочет этого делать? Может, они станут жить в разных комнатах и султан будет приходить к ней только ради того, чтобы исполнить супружеский долг?

От мысли об этом ее живот тут же свело. Она же сама поклялась, что не раскроет сердце любви, которая приносит только разрушения. Она должна радоваться подобной отчужденности.

Сегодня одна из служанок принесла ей духи – Аль-Омар всегда славился своей парфюмерной промышленностью. Некоторые запахи стоили несколько тысяч долларов. Этот аромат – подарок от султана по случаю помолвки. Он был приготовлен специально для нее.

Но когда Самия вдохнула аромат, она была сражена наповал. Запах был таким сильным и тяжелым – слишком терпкий аромат мускуса совсем не соответствовал ее натуре. Она предпочитала более деликатные духи. Этот подарок и тот факт, что вот уже три дня она не видела своего жениха, окончательно расстроили ее.

Сейдик судорожно выдохнул. Сердце бешено стучало. Его собственные амбиции, опасность пустыни, морское путешествие в шторм – вот те вещи, которые волновали его. Никак не невесты!

Он стоял на балконе и наблюдал за Самией, а его сердце, казалось, готово было вырваться из груди. Сейдик видел только ее профиль, но это не помешало ему понять, что лицо принцессы напряжено.

День медленно превращался в ночь, и это была любимая часть суток Сейдика. В такие минуты он обычно выходил на балкон после тяжелого дня и любовался извивающимися улочками прекрасной столицы своей страны. Но сегодня удивительный вид города померк по сравнению с блестящими золотыми волосами Самии, которые волнами спускались на ее спину.

Он упивался ее образом. Узкие брючки, красиво облегающий фигуру, свободный топ, почти скрывавший грудь… Все ее тело было напряжено как струна. Обжигающая волна желания бежала по венам султана, когда он вот так скрытно наблюдал за ней. Неожиданно сильное чувство беспокойства овладело Сейдиком. Он признал, что хочет свою невесту. Пугал же тот факт, что с каждым днем он хотел ее все больше.

Возможно, все эти неопределенные чувства были следствием того, что Самии удалось вызвать в нем какие-то сильные эмоции. Он чувствовал некую смесь животного желания и необходимости оберегать ее. Такого он не знал даже с Аналией. Сейдик скривился от горьких воспоминаний. Нет. Это было слишком больно. Она растоптала его сердце, и он никому больше не позволит этого сделать.

В отсутствие Самии Сейдик был очень раздражен: его пугало то воодушевление, с которым он предвкушал встречу с невестой. Поэтому он вел себя резко и холодно в тот день, когда она наконец приехала. Сейдику также не понравилось облегчение, которое он испытал, посмотрев ей в глаза. Он сказал, что будет очень занят. Это было правдой, но он впервые пользовался работой как отговоркой.

После поцелуя в Лондоне он заметил ее отстраненное и равнодушное выражение лица и взбесился. Ему хотелось вытащить Самию с заднего сиденья машины и тут же улететь с ней в Аль-Омар. Сейдик чувствовал себя брошенным и никому не нужным, как кочевник в самом сердце пустыни.

Желание владеть ею было настолько сильным, что султан начал убеждать себя: всему виной тот факт, что он не доверяет ей. Сейдик боялся, что Самия струсит и передумает. Этот страх рос в нем день ото дня, поэтому он приказал одному из своих ассистентов организовать не только охрану принцессы, но и слежку за ней. Сейдик все больше становился одержимым этой идеей.

Однажды вечером Самия пошла на скромную вечеринку, организованную ее коллегами по работе в ресторане в фешенебельном районе на западе Лондона. На ней было одно из ее новых платьев.

Сейдик знал об этом, потому что ее телохранители предоставили ему снимки. Это было очень скромное черное платье до колен с неглубоким вырезом и длинным рукавом. Но Самия распустила волосы, а ткань так соблазнительно облегала ее тело, что Сейдик впервые в жизни почувствовал ревность! Он не мог вынести этого так же, как не мог принять того факта, что другие люди видят в таком платье его невесту.

Вдруг миниатюрная фигурка внизу обернулась и быстро метнулась в дом. Сейдик понял, что слишком сильно сжимает металлические перила балкона. Он постарался расслабиться и вновь посмотрел на город. Его невеста все-таки сводит его с ума и отвлекает от всего на свете. Он как раз старался быть равнодушным! Чем скорее он возьмет под контроль свои эмоции, тем лучше. Этот брак должен стать ознаменованием новой фазы развития его страны. Ни больше ни меньше.

Все, что ему нужно было сделать, – это не позволять себе думать о Самии.

На следующий день Сейдик выглянул из окна и тут же выругался так красочно, что его помощник Камиль переменился в лице. Но султан этого не заметил – он был всецело поглощен зрелищем.

– Что она делает? – пробурчал он вслух. – Совещание окончено. Седлайте лошадь. Немедленно, – бросил он помощнику.

Он вылетел из кабинета как ошпаренный, чтобы переодеться во что-то более подходящее.

Все в зале открыли рот от изумления, а Камиль запоздало метнулся вдогонку за султаном.

– Но, ваше высочество, у вас встреча с комитетом через два часа!

– Я вернусь к тому времени, – мрачно ответил Сейдик и исчез.

Самия чувствовала себя немного виноватой перед молодым конюхом, которого она уговорила дать ей лошадь, не спросив разрешения у Сейдика, но не стоило же отвлекать султана по таким пустякам? К тому же она твердо решила, что, раз он не хочет уделять ей внимание, она прекрасно обойдется без него.

Последнее время Самию мучило чувство клаустрофобии. Конечно, дворец Сейдика был огромен и удивительно красив. Только на исследование всех потайных уголков сада и лабиринтов из кустов ушла бы не одна неделя. Но Самии все равно казалось, что стены надвигаются на нее. Куда бы она ни пошла, везде были люди, интересовавшиеся, не желает ли она чего-нибудь.

Конечно, принцесса ценила их преданность и понимала, что это – всего лишь их работа, но все равно страстно желала свободы и хоть какого-нибудь пространства. Самия прекрасно знала: как только она выйдет замуж, ситуация станет еще хуже. За каждым ее шагом будут следить, приемы и встречи станут обычным делом.

Поэтому, увидев конюшню пару дней назад, Самия почувствовала волнение и возбуждение. Раньше принцесса обожала кататься на лошадях. Но когда ее мачеха узнала о тайной страсти, она с присущей ей злобой заявила, что это хобби недостойно юной леди, и запретила поездки.

В секрете от мачехи Каден разрешал Самии кататься верхом, так что ей не требовалось особо много практики, чтобы все вспомнить. Крепкий жеребец без устали скакал, и Самия ощущала мощь каждого движения его мышц под собой. На нее нахлынула волна нарастающей радости, а в крови вспыхнул огонь. За открытыми воротами простиралась огромная поляна, переходившая в пустыню, протянувшуюся на многие мили вокруг Бхарани. Далеко-далеко, до самого Буркуата. Когда Самия поняла это, она почувствовала, как скучает по родине. Пришпорив коня, она устремилась вперед.

Сейдик едва различал силуэт коня в песочной пыли. Фигура Самии выглядела крохотной на фоне огромного животного. На ней не было головного убора и волосы развевались, словно золотое знамя. Сейдик почувствовал, как кровь стучит в висках, и понесся еще быстрее. Он видел, что она неплохо ездит верхом, но это не потушило пожар гнева в его сердце.

Самия поняла, что кто-то ее преследует, только когда услышала стук копыт позади. Она обернулась и увидела невероятных размеров коня и всадника. Самия пришпорила своего коня и увеличила скорость. Она понимала, что это глупо, но страх перед этим человеком и ее собственной реакцией на него не позволял ей замедлить темп.

Она не смогла оторваться – Сейдик нагнал Самию, схватил поводья ее коня и заставил скакуна остановиться. Он тут же соскочил с коня и буквально вырвал принцессу из седла. Ее ноги дрожали так сильно, что только руки султана на ее талии не давали ей упасть. Сейдик смотрел на нее сверху вниз и выглядел таким диким и притягательным. В его ледяных глазах, похожих на голубые бриллианты, читалось облегчение. Длинная мантия, развевающаяся от теплого ветра, облегала его тело. Он сорвал с лица ткань тюрбана, защищающую рот и нос от песка. Он мог бы быть странником пустыни. Самия почувствовала, как в ней просыпается жгучее желание.

Внезапно она вспомнила, как грубо он повел себя только что, и разразилась праведным гневом:

– Что ты себе позволяешь?! Ты мог убить нас обоих своим упрямством. Я бы и сама остановилась.

– Тогда почему ты только ускорилась, увидев меня? – поинтересовался он грозно. – Глупая маленькая девчонка! Кто тебе разрешил брать одного из самых опасных жеребцов в моей конюшне?

Самия все еще не могла разжать руку, в которой были поводья. Она вспомнила, как молодой парень уговаривал ее дождаться хотя бы старшего конюха, чтобы тот помог выбрать жеребца. Принцесса же лишь весело отмахнулась, заявив, что сможет справиться с любым скакуном.

Принцесса почувствовала вину, но это лишь заставило ее защищаться.

– Я отличный наездник, – возразила она.

Сейдик тихо выругался.

– Чтобы нестись галопом на таком коне, нужно обладать многими навыками. А если бы конь не пожелал остановиться? Ты не знаешь этих земель, и, конечно, тебе невдомек, что через полмили обрыв и глубокий каньон!

Самия побледнела. Она этого не знала. Мысль о том, что она мчалась к краю обрыва, ужаснула ее.

Видимо, Сейдик тоже испугался, раз поехал за ней. Теперь понятно, почему он был так разъярен.

– Я и не представляла, что это может быть так опасно.

Вдруг в Самии проснулся страх, и его причиной был совсем не обрыв. Принцесса боялась, что султан станет вести себя точно так, как ее мачеха – забирать и запрещать все, что доставляло ей удовольствие.

– Слушай, прости меня за бездумную выходку, но я не собираюсь сидеть во дворце, как птица в золотой клетке. – Ей не хватало дыхания. – Я буду делать то, что хочу, и ты не сможешь остановить меня!

Сейдик посмотрел на женщину, стоявшую перед ним. Прекрасные золотые волосы Самии были распущены и свободно ниспадали на плечи. Шелковая блузка, облегавшая соблазнительную, вздымающуюся от частого дыхания грудь, была заправлена в узкие бриджи для верховой езды. Ярость султана постепенно угасла, уступив место другому чувству, более опасному и обжигающему.

Сейдик стоял так близко, что мог уловить тончайший аромат ее кожи. Он вдруг вспомнил, какой сильный запах выбрал для нее в подарок, и понял, насколько промахнулся. Те духи больше подходили женщинам, с которыми он встречался раньше.

Поддаваясь смешанным чувствам и невысказанным желаниям, которые Самия будила в нем, Сейдик приблизился к ней вплотную и хрипло произнес:

– Я не собирался мешать тебе делать то, что ты хочешь. Но прекрати сводить меня с ума.

– Что ты?.. – только и успела вымолвить принцесса.

Сейдик притянул ее к себе, прижал к своему могучему и твердому телу, и его губы нашли ее чувственный рот.

Пустыня, лошади, солнце – все исчезло. Реальность померкла. Самия чувствовала только страсть и желание полностью раствориться в этом мужчине. Она была поглощена своими ощущениями. Что-то новое, неистовое проснулось в ней. Принцесса поняла, что с их первого поцелуя в Лондоне она мечтала только о Сейдике.

Она схватилась за ткань на его мускулистой спине. Их первый поцелуй по сравнению с этим был детской шалостью. Язык Сейдика пробрался между ее губами и нашел ее язык. С глухим стоном Самия вцепилась в его спину еще крепче. В каждом движении султана чувствовались мастерство и уверенность.

Одной рукой Сейдик обхватил ее затылок, не давая ни единой возможности вырваться, а другая рука скользнула на ее талию и ниже, на бедра. Поддаваясь внезапному порыву, принцесса выгнулась и прижалась к груди султана так сильно, как могла. В ней бурлило желание и необходимость стать еще ближе, это сводило с ума. Поцелуй все продолжался и продолжался. Самии было настолько жарко, что, казалось, языки пламени вот-вот поглотят тело.

Спустя несколько бесконечных минут что-то изменилось, и Сейдик медленно отстранился. Самия негодующе застонала. Казалось, ей потребовались годы, чтобы решиться открыть глаза. На нее смотрели потемневшие океаны. Она обхватила султана за шею, а его руки ласкали ее: одна – шею, другая – бедро.

В голову ворвалась целая стая неясных мыслей. Султан поцеловал ее. Зачем он это сделал? Он прильнул к ней, словно томимый жаждой путник – к кувшину с водой. Или она все затеяла?

Заметив, что она вцепилась в султана, точно спрут, Самия отпрянула, скинув его руки. Принцесса ощутила внезапный порыв попросить прощения. Она не могла смотреть Сейдику в глаза. Самия продолжала сгорать в огне и чувствовала себя растрепанной. Неужели она и впрямь так бесстыдно изгибалась в его объятиях? Желание поглощало ее, и она даже не заметила, насколько распутно вела себя.

Сейдик коснулся ее подбородка, вынуждая поднять глаза. Самия чувствовала, как горели ее щеки и растрепались волосы, а он был безупречен. Все ее тело вновь свело от нестерпимого желания.

Султан улыбнулся, и тысячи бабочек запорхали в ее животе.

– Я вижу, тебя мучают сомнения по поводу того, что произошло.

Самия покраснела еще больше. Неужели ее так легко понять?

– Я поцеловал тебя, потому что не мог думать ни о чем другом с момента нашего первого поцелуя. Твое лицо, глаза, – его взгляд упал на ее рот, – и твои губы – это все, что занимает мои мысли.

Открытие взволновало принцессу. Самия сглотнула, подумав, а не сон ли все это? Но она ясно слышала шорох песка, чувствовала жар солнца. Она нахмурилась, не в силах понять, что происходит.

– Но почему… Почему ты не хотел проводить со мной время? – спросила принцесса.

Сейдик нахмурился и отпустил ее подбородок.

– Как раз из-за случившегося. Я теряю контроль над собой, когда ты рядом…

Он выругался и отвернулся. Самия захлопала глазами. Теряет контроль? Это была самая невероятная вещь, которую она когда-либо слышала.

Пытаясь лучше понять султана, Самия поддалась какому-то невероятному порыву и дотронулась до его руки.

– То, что ты говоришь, – безумие. – Она наконец начала здраво рассуждать. Он лгал или разыгрывал ее. – Я не верю тебе.

Самый могущественный и красивый мужчина на свете не мог так сильно хотеть ее, серую мышь.

– Я тоже не мог поверить, – мрачно произнес Сейдик.

Самия залилась краской. Это признание звучало убедительно. Конечно, он не мог поверить! Скучная жена из пыльной библиотеки, которую он выбрал, вдруг стала невероятно желанной. Ясно, почему он был таким хмурым.

Принцесса решительно вскинула подбородок, задыхаясь от переполнявших ее эмоций. Она чувствовала себя окрыленной, а Сейдик мрачнел с каждой секундой. Она нарушила все его планы.

– Ну, может, теперь нам будет немного легче?

Султан вопросительно изогнул бровь:

– Ты имеешь в виду, в постели?

Принцесса, вспыхнув, кивнула. Сейдик вновь приблизился к ней, и Самии пришлось приложить немало усилий, чтобы удержаться на ногах.

Его голос был удивительно соблазнительным, чувственным и низким.

– Мы получим удовольствие от процесса. Но мне надо как-то руководить страной и вести бизнес. А я могу думать только о великолепном теле моей невесты. Такого я точно не ожидал.

Самия смутно припомнила разговор Сейдика с адвокатом. Тогда султан прямо заявил, что хочет консервативную жену, потому что у него не будет времени отвлекаться на всякие глупости. Принцесса почувствовала себя задетой – неужели он считал ее настолько непривлекательной?

– Я не собираюсь извиняться за то, что ты ошибся с выбором жены, которая будет достаточно скучна и некрасива, чтобы не привлекать тебя, – язвительно заметила Самия. – Это проблема исключительно твоего разбушевавшегося либидо. Думаю, тебя возбудит любая женщина, даже такая «серая», как я.

Самия отвернулась и направилась к своему жеребцу, увязая в песке. Она схватила поводья и грациозно взобралась на спину скакуна. Не удостоив султана взглядом, Самия повернула ко дворцу. Сейдик молча поехал за ней.

Он смотрел на напряженную спину невесты… Как же ему хотелось заключить ее в объятия! А что потом? Целовал бы до тех пор, пока они не упали бы на песок и не занялись любовью?

Самия ошибалась. Сейдик не мог представить, чтобы любая другая так возбуждала его. Самые красивые женщины чуть ли не набрасывались на него, но он всегда легко оставлял их. Но никогда еще он не испытывал настолько сильного желания. Всей душой он жаждал ощутить близость Самии.

Не желая думать о неприятных откровениях своего сердца, Сейдик просто решил сделать то, что хочет. Отбросив в сторону здравый смысл, он нагнал принцессу, просто стащил ее с седла и обнял. Одной рукой он взял поводья ее скакуна, чтобы тот не потерялся, а другой – пытался удержать брыкающуюся Самию, извергавшую грозные тирады. Она сидела прямо между его ног, так что возбуждение тут же вернулось, но ему было все равно. Принцесса была так напряжена, что он, еле сдержав улыбку, наклонился и прошептал ей на ухо:

– Расслабься, Самия. Ты прекрасно знаешь, что не права. На всей планете нет ни одной женщины, которая заставила бы меня потерять голову из-за простого поцелуя.

Он властно положил руку ей на талию и почувствовал, как она успокоилась. Самия бросила попытки вырваться и замолкла.

Путь к дому стал приятной пыткой.

Когда они вернулись во дворец, то сразу же столкнулись с главным помощником, который не мог найти себе место и все ворчал что-то о встрече и ожидающих людях.

– Прием сегодня. Я зайду за тобой в семь, – прошептал Сейдик на ухо принцессе.

Самии, сбитой с толку неизведанными эмоциями, осталось лишь наблюдать за тем, как он удаляется. Она совсем забыла о приеме.

Пару часов спустя Самия, выйдя из душа, поняла, что не может прекратить думать о Сейдике. Послышался стук в дверь, и она, подпрыгнув от испуга, поскорее завернулась в полотенце. На пороге стояла Алия, одетая, как и все слуги в тот вечер, в безупречно белую форму. В ее руках была вешалка с длинным платьем.

– Я пришла помочь вам одеться, ваше высочество.

Самия улыбнулась девушке, несмотря на тревогу, вызванную приближающимся приемом.

– Хорошо. Я сейчас.

Глава 7

Принцесса нервно мерила шагами комнату в ожидании Сейдика. Вскоре дверь распахнулась – на пороге появился Сейдик, невероятно прекрасный в своем смокинге. Самия тут же вспомнила вечер, когда она, спрятавшись в библиотеке, видела его с другой женщиной.

Султан вошел в комнату – такой печальный и задумчивый – и многозначительно посмотрел на нее. Самия судорожно провела рукой по волосам, которые служанка уложила в высокую, сложную прическу.

– Алия сказала, что эта прическа больше подходит к платью.

Сейдик слегка улыбнулся, и в помещении стало как будто теплее.

– Ты еще не видела себя, да? – спросил он.

Она покраснела при мысли, что стала слишком уязвимой, и покачала головой.

– Подойди сюда, – попросил он настолько тихо, что Самия едва расслышала.

Но, заметив его нетерпеливый жест, она пошла вперед, чувствуя прикосновения шелка к ногам. Она не могла понять, о чем он думает, и из-за этого нервничала еще больше.

Сейдик взял ее за плечи и развернул к зеркалу.

Самия машинально отвернулась и услышала раздраженный вздох Сейдика. Она должна преодолеть себя! Собравшись с силами, принцесса наконец взглянула в зеркало.

В первое мгновение она не узнала себя. На нее смотрела незнакомка: волосы были красиво уложены, глаза, подчеркнутые дымчатыми тенями, ярко сверкали; щеки горели румянцем, а розовые губы блестели. Лиф серебристого платья приподнимал грудь, которая казалась невероятно соблазнительной.

Удивленная, она повернулась к султану:

– Я и понятия не имела…

– Что у тебя есть грудь? – улыбнулся он. – Вообще-то да. И ты выглядишь… – Сейдик оглядел ее, – великолепно.

Самия хотела поспорить, но он не дал ей этого сделать:

– Нет. Не хочу слышать никаких возражений. Сегодня мы предстанем в качестве пары перед нашей страной и всем миром. Тебе нужно поверить в себя. Люди должны чувствовать властность, иначе они разорвут тебя на части.

У принцессы от волнения закружилась голова. Интересно, говорил ли Сейдик от чистого сердца или просто пытался подбодрить ее?

Султан вынул из кармана маленькую коробочку: внутри лежали красивые платиновые сережки с бриллиантами. Он преподнес их Самии.

С трудом дыша, она взяла украшения и повернулась к зеркалу, чтобы надеть их. Серьги были тонкой работы, длинными и замысловатыми, но не перегруженными деталями. Они раскачивались, едва касаясь шеи, и сверкали при малейшем движении головы. Самия взглянула на Сейдика и хрипло произнесла:

– Спасибо. Я постараюсь, чтобы с ними ничего не случилось сегодня вечером.

Султан был сбит с толку подобной реакцией:

– Они твои, Самия. Все, что я дарил и буду дарить, принадлежит тебе.

Он взял ее за руку и вывел из комнаты. Этот скромный жест показался ей слишком интимным, ведь они были абсолютно одни – Сейдик мог и не делать этого. Так же как и тогда в пустыне мог не целовать ее. Но поцеловал!

Самия заметила, как взгляд султана задержался на пузырьке с духами, которые он подарил ей.

– Большое спасибо и за духи, – выпалила она, пытаясь не вспоминать тот удушающий запах.

– Которыми ты не воспользовалась? – сухо заметил он.

Самия тут же покраснела, проклиная его обоняние и наблюдательность.

– Они восхитительны, просто это слишком сильный запах для меня.

Сейдик скривился.

– Сегодня днем я понял, что ошибся. Но я уже заказал новый аромат. Духи будут готовы к нашей свадьбе.

– Хорошо, – тихо ответила Самия.

Она была просто в шоке оттого, что султан признал, что этот аромат ей совершенно не подходит. В ней вновь пробудились сентиментальные чувства.

Они направлялись в главный зал дворца. Резные фонари освещали им путь, а мозаика на стенах сверкала и искрилась всеми цветами радуги. От этого зрелища захватывало дух, но вся эта красота меркла по сравнению с высоким мужчиной, который держал Самию за руку. Она просто не могла поверить в то, что волшебный дворец – теперь ее дом, а этот красавец – ее муж.

Сейдик молчал, пока они не подошли к лестнице, спускавшейся в главный зал. Только тогда султан повернулся к принцессе и посмотрел ей в глаза:

– Готова?

Ее сердце бешено билось. «Нет, и не думаю, что когда-либо буду готова!» – хотелось крикнуть Самии, но вместо этого она просто кивнула:

– Готова.

Сейдик поднес ее руку к губам и нежно поцеловал:

– Хорошая девочка.

А затем они медленно повернули за угол и оказались на вершине лестницы.

Внизу было бескрайнее море людей. Женщины в изысканных нарядах порхали по залу, словно райские птицы. Мужчины выглядели ослепительно. Кто-то был в темных смокингах, кто-то в национальных мантиях и затейливых головных уборах. Сейдик крепче сжал руку принцессы, и они стали спускаться. Самия пыталась держаться прямо и улыбаться, хотя ей казалось, будто она идет прямо в логово к диким зверям.

Два часа спустя ноги Самии ныли, голова болела, а мышцы лица устали от широкой улыбки. За ужином она сидела рядом с султаном, теперь они ходили по залу и беседовали с гостями. Сегодня здесь собрались сливки высшего общества Аль-Омара.

Самия хотела, чтобы и ее брат с сестрами были здесь, но Кадена задержали дела в Лондоне.

Вдруг Самия почувствовала, как кто-то коснулся ее руки. Это была Ясмина.

– Ты выглядишь великолепно сегодня, дорогая, – произнесла пожилая женщина.

Принцесса поборола в себе желание принизить свои достоинства и вместо этого просто мило улыбнулась:

– Спасибо, Ясмина. Вы тоже выглядите превосходно.

– Ты будешь хорошей женой для моего сына, – с улыбкой сказала она. – Я чувствую это.

Самия покраснела.

– Надеюсь, что не подведу его.

Как только Самия закончила, она осознала, что это – правда. Она чувствовала ответственность перед Сейдиком и этой страной.

Ясмина сжала ее руку:

– Ты не подведешь. Сегодня все очарованы тобой, Самия. Ты очень естественна.

– Ох, я так не думаю… – Принцесса невольно бросила взгляд в сторону султана.

– Он же нравится тебе, не так ли?

Самия испуганно посмотрела на пожилую женщину, словно уличенная в чем-то плохом.

– Ну… Конечно, он мне нравится… Но это же брак по договоренности… Вы же понимаете.

Глаза Ясмины наполнились глубокой печалью.

– Я всегда надеялась, что Сейдику достанется нечто большее, – наконец сказала она, слабо улыбнувшись. – Я не хотела, чтобы у него был такой же брак без любви, как у меня с его отцом. Сейдик станет хорошим мужем для тебя. Его отец не был добрым человеком. Конечно, Сейдика тоже нельзя назвать добряком, но он определенно умеет сострадать и чувствовать. Боюсь, мы не очень близки с ним – отец отправил его в закрытую частную школу.

– Сколько ему было? – спросила Самия.

– Всего восемь, – грустно ответила Ясмина. – Он уехал в английский пансионат. Мой муж считал, что это закалит характер мальчика.

Взгляд Самии вновь обратился к султану. Он выглядел таким невозмутимым и уверенным в себе. Их глаза встретились, и на его лице появился намек на улыбку. Самию охватила радость.

Ясмина похлопала Самию по руке, привлекая ее внимание.

– Ты очень здравомыслящая девушка. Жаль, что я не была такой в твоем возрасте. Я, правда, желаю тебе и моему сыну всего самого наилучшего. – Она сделала паузу, а затем продолжила: – Я не хочу, чтобы он оставался таким же циником…

– Мама, – перебил ее Сейдик ледяным тоном, обвивая талию Самии, – я вынужден украсть у тебя свою невесту.

Ясмина изобразила фальшивую улыбку, казалось, подобное поведение сына ничуть ее не тронуло. Сейдик увлек принцессу в другой конец зала, и Самии стало интересно, почему он не дал матери договорить. Но уже через секунду ее представили членам парламента, так что она и думать забыла о случившемся.

Самия с облегчением вздохнула, когда Сейдик наконец придумал какую-то отговорку, и они покинули зал. На этот раз он не взял ее за руку, и принцесса отогнала мысль, что раньше он это сделал только ради того, чтобы внушить ей уверенность перед важным мероприятием. Не стоит ждать чего-то большего от брака по договоренности.

Задумавшись, Самия оступилась и едва не упала с лестницы. Сейдик, быстрый как молния, поймал ее и притянул к себе. Самии вдруг стало нестерпимо жарко.

– Извини. Я не смотрела, куда иду, – пробормотала она.

Султан покачал головой и усмехнулся:

– Сначала ты несешься сломя голову к обрыву, теперь пытаешься слететь кубарем с лестницы. Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты все еще пытаешься избежать этого брака.

Самия покачала головой. Руки Сейдика так крепко прижимали ее, что она чувствовала его твердые как скала грудь и живот.

Принцесса попыталась отступить и вздрогнула.

Сейдик тут же напрягся:

– Я сделал тебе больно?

– Нет, – ответила Самия. – Голова ужасно болит.

– Пойдем. – Сейдик потянул ее в глубь коридора и прижал к стене.

А затем он начал вытаскивать одну за другой шпильки из ее прически.

Самия застонала и закрыла глаза. Напряжение, наконец, ушло.

– Как же хорошо…

– Я мечтал об этом весь вечер, – произнес Сейдик гортанным голосом, наблюдая, как ее волосы спадают на открытые плечи.

Сейдик вынул последнюю шпильку и запустил пальцы в ее локоны. Аккуратными движениями он начал массировать ей голову. Самии казалось, что она вот-вот замурчит. На принцессу навалилась усталость, и она, не отдавая себе отчета, сонно прильнула к нему. Сейдик взял ее лицо в ладони.

Самия подняла отяжелевшие веки и посмотрела на султана. Ее сердце было готово вырваться из груди, когда она поняла, что Сейдик наклоняется к ней. Ее губы раскрылись, желая вновь познать вкус наслаждения. Она вытянулась, а ее руки взлетели ему на шею в мгновение ока. Самия не узнавала себя и не могла понять, как этот мужчина мог находить ее привлекательной. Но мысли вскоре улетучились – она тонула в поцелуе.

Сейдик обхватил миниатюрную фигуру Самии, опьяненный сладостью ее губ. Ему потребовалась вся выдержка, чтобы не скрыть невесту от чужих глаз.

Он хотел расстегнуть молнию ее платья, но они до сих пор находились в коридоре, где любой мог увидеть их. Султан отстранился. Он смотрел на невесту обвиняюще. Она действительно набросилась, едва они покинули зал, как какая-то блудница!

– Я провожу тебя в твою комнату, – произнес султан, словно ничего не случилось.

Самия покачала головой, желая возразить, но Сейдик уже направился вперед, и ей пришлось просто последовать за ним. Оглянувшись, она заметила шпильки, разбросанные по всему полу, и залилась краской.

– Оставь их, – приказал султан.

– Но…

– Я сказал, оставь их. Кто-нибудь уберет.

Сейдик выглядел таким угрожающим, что Самия испугалась и повиновалась. Она проследовала за удаляющейся высокой фигурой султана.

Наконец они добрались до ее комнаты. Сейдик открыл дверь и отступил, пропуская принцессу. Проходя мимо него, она задержала дыхание, чтобы не вдыхать пьянящий аромат его кожи. Но это было лишнее – его запах окутывал ее.

– Спокойной ночи, Самия. Ты хорошо справилась сегодня.

Она посмотрела на Сейдика – его лицо было равнодушным. Складывалось ощущение, что мужчина, целовавший ее в беспамятстве две минуты назад, был другим человеком. Это был соблазнительный мираж, неизведанный закоулок души.

Она вяло улыбнулась:

– Это было не так страшно, как я ожидала.

– Видишь? Я же говорил, тебе не о чем беспокоиться.

Время неслось с невероятной скоростью, и вот уже настал предсвадебный день. Самия пыталась уверить себя, что беспокоиться не о чем, все пройдет хорошо, но тревога не отступала. Да еще помощник Сейдика сидел у нее над душой и нудно пересказывал план ближайших трех дней.

Завтра состоится церемония – по традиции Аль-Омара жених и невеста торжественно объявят о своем решении вступить в брак; после гостей проводят к столу. На следующий день пройдет несколько более скромных банкетов и приемов для менее именитых гостей, и только на третий день Самия и Сейдик наконец станут мужем и женой. Завершит долгое празднество роскошный бал.

На улице совсем стемнело. Сейдик пытался хоть немного разобраться с бумажной работой, но не мог сосредоточиться: в мыслях была только Самия.

Сегодня он в очередной раз убедился, что из нее получится достойная правительница. Принцесса хорошо держалась, старалась уделить внимание всем гостям. Ее природный ум и отличное воспитание в полной мере проявили себя. Она была чуткой и понимающей, люди тянулись к ней, доверяли ей.

Султан вздохнул и провел рукой по волосам, смирившись наконец, что сегодня уже не сможет справиться с делами.

Самия целый день готовилась к свадьбе. Образ его обнаженной невесты, выходящей из сауны, благоухающей маслами, не давал Сейдику покоя. Выругавшись, он взял со стола маленькую коробочку и решительно направился в комнату принцессы.

Самия приложила к себе свадебное платье и взглянула на свое отражение. Алия, убедившись, что для завтрашнего дня все готово, недавно ушла. Услышав стук в дверь, принцесса решила, что служанка что-то забыла и вернулась. Самия отложила наряд и открыла дверь – на пороге стоял Сейдик.

– А, это ты… – пробормотала она.

Самию тут же охватил жар. Она почувствовала себя нагой в коротком шелковом халате.

Сейдик, увидев невесту, снова беззвучно выругался. Ее наряд был чересчур соблазнительным: тончайшая ткань струилась по нежному телу, подчеркивая манящие изгибы. Нежная кожа пылала румянцем. Сейдик почувствовал возбуждение. Каким же он был наивным, думая, что сможет устоять. Он не хотел оставлять Самию.

– Могу я войти? – хрипло спросил султан.

Самия знала, что нужно отказать, но, попав под чары его дико сверкавших глаз, она просто отступила и пропустила Сейдика. Дверь закрылась.

Он протянул ей маленькую коробочку. Новые духи. Самия перевела взгляд с его лица на подарок и поняла, что боится открывать его. Она потянулась за коробочкой, но Сейдик высоко поднял руку, и она не могла достать.

Похоже, султан решил пошутить над ней. Совсем не понимая, что происходит, Самия спросила:

– Сейдик, что ты хочешь? Мы не должны видеться в ночь перед свадьбой.

– Все эти романтические предрассудки не для нас, – улыбнувшись, произнес он.

– Конечно.

Как будто ей нужно было напоминать! Самия опустила глаза, боясь, что Сейдик может прочесть в них обиду, но затем вновь посмотрела на него.

– Не волнуйся – я не верю в любовь. Она приносит только горе и разрушение, – уверила она султана.

– Хорошо. Значит, наши мнения на этот счет совпадают, – тихо ответил Сейдик, вдруг помрачнев. – Я хотел отдать тебе эти духи.

Самия почувствовала разочарование оттого, что султан так быстро с ней согласился.

– Так почему ты не отдашь мне их? – поинтересовалась она.

– Сначала я хочу показать тебе, куда надо брызгать духи, чтобы запах был более ощутим.

– Сейдик… – слабо запротестовала принцесса, заметив, как он потянулся к ней.

Чувствуя, как все ее тело сковывает ледяной страх, Самия вяло попыталась остановить его. Все движения были заторможены, словно ей это снилось. Сейдик мягко отстранил ее руки.

Он быстро развязал пояс. Халат соскользнул на пол. Теперь Самия стояла перед ним в одном нижнем белье, очень тонком и прозрачном. Под взглядом Сейдика, блуждавшим по ее телу, принцесса почувствовала возбуждение.

Сейдик неспешно извлек из коробочки духи, снял золотую крышку и, взяв принцессу за руку, на мгновение приложил пузырек горлышком к запястью.

– Нужна всего одна капля, потому что запах сильный, – хрипло произнес Сейдик.

Аромат был легким, почти незаметным, но, смешиваясь с запахом ее кожи, опьянял. На этот раз султан попал в точку. Самия закрыла глаза и издала тихий стон удовольствия.

– Думаю, эти духи подходят тебе больше, – заметил Сейдик, лукаво улыбнувшись.

Самия не могла ответить. Она просто кивнула, чувствуя, как теряет равновесие. Сейдик капнул духами на свои пальцы и дотронулся до ямки у основания ее шеи, скользнул ниже к ложбинке меж грудей.

Самия накрыла ладонь султана своей и посмотрела ему в глаза. Дикая страсть охватила ее.

– Сейдик, подожди… Мы не должны…

Он надменно приподнял одну бровь:

– Кто сказал? Мы хозяева своей жизни, Самия. Никто не смеет нам указывать. И сейчас я хочу тебя.

Его голубые глаза горели.

– На самом деле я не хочу останавливаться, – осипшим голосом призналась она. – Я тоже хочу тебя.

– Хорошо. Потому что я не думаю, что смог бы уйти.

Самия завороженно наблюдала, как Сейдик поставил флакон и подошел. Она отступила, заметив, что они приближаются к кровати. В тусклом свете кожа султана светилась золотом. Она легко коснулась его щеки. Сейдик был невероятно прекрасным, в это невозможно было поверить.

Он поцеловал ее ладонь и тихо произнес:

– Хватит.

Глава 8

Сейдик сделал глубокий вдох. Самии льстила мысль, что он с трудом сдерживается. Султан спустил тонкую бретельку с ее плеча. Затем другую.

Сейдик принялся неспешно спускать кружевную ткань, пока полная грудь Самии не обнажилась. Его глаза горели, лицо покрыл лихорадочный румянец.

– Ты так красива, – хрипло прошептал он.

И впервые Самия не стала искать подвоха в его комплименте.

– Мне нужно кое-что сказать тебе, – вдруг пробормотала она, пытаясь отстраниться.

– Да?

Она судорожно вздохнула:

– Я не такая опытная, как ты думаешь.

Сейдик улыбнулся:

– Я догадался об этом еще в Лондоне.

Самия покачала головой, почувствовав досаду: несмотря на все ее попытки убедить султана в своей опытности в сексе, он все равно раскусил ее.

– Нет, я имею в виду, что у меня совсем не было опыта.

– О чем ты? – нахмурился Сейдик.

Самия скривилась.

– Я девственница, Сейдик, – сказала она с горечью в голосе. – Двадцатипятилетняя девственница. Я понимаю, это сложно представить, но, когда ты в шутку назвал меня монашкой, ты был недалек от истины.

Внезапно засмущавшись, принцесса натянула обратно свой пеньюар и отвернулась.

Сейдик смотрел на спину Самии и не мог до конца осознать услышанное. Девственница? Как такое возможно? Он тут же припомнил скромную, неуверенную в себе девушку в блузке, застегнутой на все пуговицы, в мешковатом костюме простого покроя. Неужели кто-то обидел Самию, породив в ее душе страх перед мужчинами?

– Кто это был? – спросил он наконец.

Она едва заметно вздрогнула:

– Один из парней в колледже. Он поспорил со своими друзьями, что соблазнит принцессу.

Кровь Сейдика закипала от гнева, но вместе с яростью пришло и другое чувство – триумф. Самия будет принадлежать только ему. Всегда. Он положил руки на ее плечи, развернул и притянул поближе. Она была похожа на маленького котенка, у которого уже есть когти, но толку от них еще мало. Султан хотел уберечь невесту от любой опасности. Он взял прядь ее шелковистых волос и игриво накрутил на палец.

– Он был глупцом. Ну, так… На чем мы остановились?

Он вновь стянул с нее бретельки, обнажая грудь идеальной формы.

Самии становилось все жарче, а Сейдик тем временем спустил пеньюар до талии. Большими пальцами рук он начал ласкать ее набухшие соски. Самия прикусила губу.

Сейдик взял принцессу за руку, повел к кровати и усадил себе на колени. Крепко обняв ее, он припал губами к красивой груди, лаская сначала один сосок, а потом другой. Самия не могла сдержать стоны удовольствия. Она откинула голову, волосы разметались по спине.

Султан сорвал с нее пеньюар и бросил на пол. Теперь Самия осталась в одних шелковых трусиках. Он осторожно уложил ее на постель и начал раздеваться.

Тусклый свет отбрасывал тени на его мускулатуру. Его руки уже спустились к ремню. Самия как зачарованная наблюдала за его плавными движениями.

Вдруг Сейдик замер:

– Я хочу, чтобы ты сделала это.

Нервничая и ощущая себя неуклюжей, Самия приблизилась к нему и потянулась к ремню. Никогда в своей жизни она не делала ничего более смелого и будоражащего.

Она чувствовала нестерпимое желание. Она неловко расстегнула ремень и ширинку, затем сняла с Сейдика брюки.

Взволнованная, она взглянула на султана:

– Сейдик, я…

– Тсс, молчи, – произнес он, приложив палец к ее губам.

Он лег рядом с ней, Самия чувствовала мощь его тела. Она придвинулась ближе, желая облегчить боль между ног – все ее существо жаждало Сейдика.

Он подарил ей долгий поцелуй, словно подчиняя ее. Его рука скользнула вдоль ее живота под шелковые трусики, где Самия была горячей и влажной.

Принцесса не могла пошевелиться. Она млела от желания, и тут пальцы Сейдика начали свою сладкую пытку. Он то ускорял темп, заставляя ее выгибать спину, то замедлялся и дразнил ее, и Самия стонала от дикого разочарования, которого не знала до этого.

Наконец Сейдик стянул с нее трусики и широко развел ей ноги.

Он принялся неспешными поцелуями прокладывать себе путь по ее телу, пока не оказался между ног. Самия забыла, как дышать.

– Сейдик, пожалуйста… Я не могу… – простонала принцесса.

Мысль о том, что он считал ее скромной и консервативной, теперь казалась смешной. Перед ним лежала бесподобная женщина с роскошными формами, соблазнительными сосками и великолепными волосами, разметавшимися по подушке. Пот на ее коже слегка поблескивал в тусклом свете; взгляд ее был затуманен.

Не желая терять остатки самообладания, он навис над ней, расположившись между ее ног. Самия стиснула зубы и двинулась навстречу.

– Подожди… Не торопись. Я не хочу сделать тебе больно.

– Ты и не сделаешь, – прошептала Самия, хотя и сама не знала, правда ли это.

Она услышала стон Сейдика, когда он пронзил ее. На секунду Самия даже удивилась, зачем нужны были эти разговоры. Но в следующее мгновение он сделал еще один толчок, и все ее тело отозвалось резкой болью.

– Я знаю, – прошептал он. – Прости меня. Потерпи еще чуть-чуть.

– Сейдик, – произнесла Самия, судорожно вцепившись в его плечи, – я не уверена, что смогу…

– Я знаю, что тебе больно. Просто доверься мне, хорошо?

Она уставилась на него глазами полными слез. Сейдик закусил губу.

– Тебе нужно попробовать расслабиться, любимая… Ты так напряжена.

Это ласковое обращение успокоило ее. Она сделала глубокий вдох и попыталась сосредоточиться на том, чтобы расслабить мышцы тела. Самии казалось, что ее чрево превратилось в тиски. Вскоре боль отступила, и Самия наконец смогла облегченно выдохнуть.

– Все хорошо? – спросил Сейдик.

Все его тело было напряжено.

Самия выгнулась навстречу Сейдику, прижавшись к нему. Они стали единым целым.

Он ускорил темп, лоб блестел от испарины. Она крепче обхватила его ногами и не смогла сдержать стон блаженства. Оно все нарастало и нарастало. Казалось, приятнее быть уже не могло…

Долгое время единственными звуками в комнате были биение их сердец и неровное дыхание. Ноги Самии все еще обвивали Сейдика, и ей нравилось ощущать вес его тела. Он отстранился и лег рядом.

Хотя его глаза были закрыты, принцесса засмущалась своей наготы и начала искать, чем бы укрыться, но голос Сейдика остановил ее.

– Ты в порядке? У тебя идет кровь? – невозмутимо спросил он.

Самия опустила глаза и увидела, что на ее изысканном покрывале и правда виднеются красные следы. Ее накрыла волна стыда. От султана веяло холодом. Сейчас ей хотелось побыть одной и обдумать все, что случилось. Еще несколько минут назад она собиралась ложиться спать, а теперь? Она лишилась девственности!

– Да, тут немного крови, – ответила она тихо, поднимаясь с кровати. – Я сейчас все уберу.

Сейдик схватил ее за руку:

– Я позабочусь об этом. – Его голос показался ей сердитым.

Он поднялся, зашел в ванную и включил душ.

Самия слезла с постели и подобрала свой халат. Она натянула его, завязала пояс трясущимися руками и подняла с пола трусики и пеньюар. Остановилась в замешательстве – и что дальше?

Вскоре вернулся Сейдик. Он был обнаженным, кожа сверкала влагой.

– Может, ты наденешь что-нибудь? – спросила смущенная Самия и отвела глаза.

– Как-то поздновато для всего этого, тебе не кажется? – сухо заметил Сейдик, но все же выполнил ее просьбу.

Он взял влажное полотенце, очевидно собираясь вытереть кровь. Самия почувствовала себя униженной и потянулась к нему.

– Пожалуйста, я сама. Тебе лучше идти. Нельзя, чтобы утром нас застали вместе, – сказала она и прибавила небрежно: – Вроде так не положено по свадебному этикету.

Ему хотелось заключить Самию в объятия, донести ее на руках до ванной и вымыть с ног до головы, затем уложить обратно в постель и ласкать до тех пор, пока она будет не способна двигаться. Но что-то в ее напряженной позе остановило его. Может, он поранил ее? Но Сейдик же чувствовал, как она дрожала от наслаждения.

Он положил полотенце:

– Тебе нужно принять душ.

Самия вспыхнула, чувство вины и отвращения накатило на нее. Она мысленно взмолилась, чтобы Сейдик ушел. Ей до смерти захотелось остаться одной и подумать о случившемся.

Султан приблизился к ней, приподнял ее подбородок и посмотрел в глаза. Какое-то время он молчал, напряжение нарастало, но тут он как будто на что-то решился и тихо произнес:

– Не думаю, что я хорошо справился.

Принцесса недоуменно заморгала. Вряд ли он раньше признавался в подобном хоть одной живой душе.

– Что ты имеешь в виду? Все было… нормально, – пробормотала она.

Хотя нет, все было лучше, чем просто «нормально».

– Я не очень хорошо повел себя после того, как все закончилось. Я не из приятных парней. Прости меня за причиненную боль. Но я не жалею о том, что мы занялись любовью.

Самия покраснела, и Сейдику еще больше захотелось взять ее на руки, отнести в постель и овладеть ею. Но сейчас нельзя было так поступать.

– Я тоже ни о чем не жалею. А боль… Она не была такой уж сильной, – соврала Самия, вспомнив, как мысленно просила небеса, чтобы все побыстрее кончилось.

– Выспись, Самия. Завтра тебе понадобятся силы.

Самия стояла под душем, наблюдая, как вода струится по разгоряченной коже. Мысли разбушевались. Она не знала, как ей теперь вести себя с Сейдиком, что делать дальше.

После свадьбы они будут заниматься этим каждую ночь. Еще неделю назад принцесса не могла представить ничего подобного.

Самия положила руки на живот, воскрешая в памяти ощущения, охватившие ее, когда Сейдик наконец овладел ею. Они даже не подумали о контрацепции, и в этой непростительной оплошности была и ее вина. Просто этой ночью разум покинул их обоих.

Принцесса прислонилась лбом к холодной мраморной стене, наслаждаясь прикосновением теплой воды. Все перевернулось с ног на голову. У нее появилось дурное предчувствие, что скоро ей придется пересмотреть свое мнение о любви.

Глава 9

Первая церемония была довольно скромной, но очень трогательной. И это стало началом долгой свадебной канители, полной ярких красок и бурных гуляний.

Самия чувствовала себя ужасно измотанной и напряженной. В течение всего праздника ее ни на секунду не оставляли в одиночестве. Ее постоянно окружали гости, охранники, журналисты, фотографы…

Наконец они стали мужем и женой, и Самия смогла вздохнуть с облегчением. Осталось пережить бал.

Симона, которую Сейдик пригласил на праздник, – за что Самия была ему очень благодарна, – втискивала новоиспеченную правительницу в очередной наряд – темно-синее платье.

Самия вошла в роскошно оформленный зал и заняла свое место. Сейдик тут же подошел к ней и пригласил на традиционный танец. Султан выглядел потрясающе в военной форме Аль-Омара, с мечом, рукоять и ножны которого были украшены драгоценными камнями.

Дрожа от напряжения и усталости, Самия вышла с мужем в центр зала. Сейдик наклонился к ее уху:

– Если тебя не затруднит, изобрази, по крайней мере, намек на улыбку. Все сейчас смотрят на нас. Я понимаю, для тебя это – испытание, но скоро все закончится. – Его голос звучал раздраженно.

Это были первые слова, адресованные ей за эти три дня, за исключением свадебной клятвы. Самия сморгнула слезы. Все это время она пыталась улыбаться, соблюдать этикет и притворяться, что толпы людей нисколько не пугают ее. Все это она делала только ради Сейдика.

Сейчас ночь, проведенная вместе, казалась наваждением. Недовольный тон султана стал последней каплей: Самия устала терпеть.

Хватит быть покорной скромницей! У нее тоже есть чувства! Больше этот могущественный человек ее не испугает!

– Да что ты! И многие из этих смотрящих – твои бывшие пассии, тоскующие из-за потерянного любовника!

Сейдик напрягся, но затем посмотрел ей в глаза и произнес с лукавой улыбкой:

– Ревнуешь, Самия?

На его лице отразилось такое высокомерие, что Самии захотелось вырваться из его рук и уйти прочь. Между ними повисло напряжение, и Сейдик, пробормотав что-то на местном диалекте, вдруг впился ей в губы. Самия не слышала бурных оваций. Она так долго ждала настоящего поцелуя, что не могла сейчас обращать внимания на кого-то еще. Целомудренное прикосновение их губ после обмена клятвами нельзя было назвать поцелуем, это была просто мучительная пытка.

Когда он наконец отстранился, Самия превратилась в послушного котенка в его руках и зачарованно уставилась на мужа. Сейдик же был мрачен.

– Ты правда считаешь меня болваном, который способен пригласить на свадьбу своих бывших девушек, чтобы над его невестой насмехались? С этого момента единственная женщина, которую я хочу, – это ты.

Самия сглотнула. Ее охватили радость и смущение. Прежде чем она успела что-нибудь вымолвить, Сейдик продолжил кружить ее в танце как ни в чем не бывало.

Только благодаря словам султана ей удалось пережить этот вечер. Позже, когда он провожал ее в комнату, она испытала угрызения совести. Эти дни были испытанием и для него тоже. Самия вдруг испугалась, что он неправильно истолкует ее поведение.

– Я прошу прощения… за то, что случилось ранее. Не знаю, что на меня нашло. Я просто… устала, – выпалила она.

Сейдик нахмурился, но затем глубоко вздохнул, провел рукой по своим волосам и сказал:

– Я тоже прошу прощения. Я не хотел критиковать тебя. Знаю, как сложно находиться под постоянным присмотром стольких людей. Чувствуешь себя зверем в клетке. Но ты превосходно справилась.

Самия почувствовала тепло.

– Правда? – скромно спросила она.

– Да, – ответил султан и снова нахмурился.

На секунду Самии показалось, что он собирается поцеловать ее, но Сейдик отступил:

– Завтра рано утром мы отправляемся в Назират. Будь готова.

Сейдик еще долго стоял возле закрытой двери в спальню Самии, но разъедающее изнутри желание так и не утихало. Он никогда не хотел женщину так сильно.

Он вспомнил первую церемонию: Самия была такой красивой, такой величественной. Он чрезвычайно гордился своей невестой. Она идеально ему подходила.

За все три дня Самия только раз не выдержала напряжения, а он был так жесток с ней. Сейдик выругался. Увидев ее бледное, осунувшееся лицо, он вспомнил, как сильно она не хотела выходить за него замуж. Он почувствовал себя виноватым.

Он надеялся, что их брак не будет похож на союз его родителей – ведь он не любил Самию. Но где-то глубоко в душе знал, хоть и не хотел признавать, что его страсть граничила с одержимостью.

Наконец Сейдик направился к себе в комнату. При мысли о предстоящем медовом месяце на его лице появилась зловещая улыбка. Они проведут неделю наедине в райском оазисе, посреди пустыни. За это время он обязан обуздать свою страсть. Когда они приедут в Бхарани, он усмирит желание и сможет спокойно вернуться к работе.

Алия разбудила Самию в пять утра. Силком вытащила ее из постели, одела и вывела из дворца. В глаза ударило яркое солнце.

Ко входу подъехал Сейдик. Он был одет в джинсы и толстовку и выглядел превосходно. Самия тут же проснулась.

Они направились на вертолетную площадку.

Затем они недолго летели на вертолете через пустыню, озаренную утренним светом, и приземлились около небольшого скромного дворца, затесавшегося меж барханов. Сейдик крепко взял жену за руку. Он был мрачен и даже не смотрел на нее.

Самия не могла понять, почему он так ведет себя. Скорее всего, он просто не хочет проводить с ней ночь – наверняка эта мысль внушает ему ужас.

Самия до сих пор ругала себя за отвратительное поведение во время праздника. Она поддалась усталости и напряжению, но больше такого не случится.

Как только они остались одни в огромной, невероятно красивой спальне, балкон которой выходил прямо в бескрайнюю пустыню, Сейдик повернулся к ней. Его глаза горели хищным блеском.

– Подойди сюда, – приказал он.

И Самия двинулась к нему, испуганная и завороженная его взглядом. Сейдик притянул ее к себе и посмотрел на нее так, будто видел впервые. Он распустил ее волосы, и они густыми волнами рассыпались по плечам.

– Так лучше. Я боялся заговорить с тобой по дороге сюда. Думал, начну целовать и уже не смогу остановиться. Последние три дня были самыми долгими в моей жизни, – признался Сейдик и коснулся ее щеки. – Ты хоть представляешь, как сложно было видеть тебя в этих соблазнительных платьях и сохранять спокойствие. Я еле удержался, чтобы не сорвать с тебя одежду и не заняться с тобой любовью за какой-нибудь колонной, ублажая тебя до тех пор, пока ты не будешь кричать мое имя, а я забуду самого себя!

Самии стало невыносимо жарко. Она была сбита с толку, но теперь в ее груди теплилась надежда.

– Но… прошлой ночью… почему ты не… – Она закусила губу и выпалила: – Я так хотела, чтобы ты занялся со мной любовью, но я боялась просить…

Султан улыбнулся:

– Не знаю, как я вчера сдержался. Я хотел, чтобы ты пришла в себя, ведь всю эту неделю я не выпущу тебя из постели…

Сейдик взял ее лицо в ладони и подарил ей поцелуй. Когда он поднял Самию на руки и отнес на кровать, она вся дрожала от предвкушения.

* * *

Позже Самия проснулась в мягкой постели, не имея представления, сколько проспала. Она лежала обнаженная, уткнувшись в подушку, и думала, что никогда не была настолько счастливой.

– Добрый вечер, любимая. Как ты себя чувствуешь?

Самия не смогла сдержать улыбку. Она не хотела открывать глаза, боясь, что все это – сладкий сон.

– Я чувствую, что больше никогда не смогу пошевелиться, – хрипло ответила она.

Сейдик рассмеялся и поцеловал ее в плечо. Затем поднялся и скрылся в ванной. Самия все-таки решилась открыть глаза. Какое бы удовольствие она ни испытала в их первую ночь, сегодня все было по-другому, и Самия знала: дальше будет еще лучше. Даже в самых смелых мечтах она не предполагала, что секс будет таким… потрясающим.

Самия перевернулась на спину и посмотрела в окно: солнце садилось, барханы окрасились красным.

Они были одни в пустыне Аль-Омара, далеко от всех, не считая нескольких слуг и телохранителей, размещенных в отдельном здании неподалеку.

В этом оазисе триста лет назад была построена крепость. Сейдик реставрировал ее, превратив в роскошное тайное убежище. В соседнем оазисе – за двадцать миль отсюда – находился город Назират.

Интересно, не сон ли все это? Нет. Приятное тепло, растекавшееся внизу живота, подсказывало, что все это – реальность.

Обнаженный Сейдик вышел из ванной и направился к кровати. Его глаза горели желанием. Он поднял Самию на руки и понес в душ. Пар окутал их тела, подобно роскошному белому одеялу. Они встали под мощные струи воды, и Сейдик принялся с рвением намыливать ее тело. Через несколько минут Самия умоляла его овладеть ею прямо в душе.

Сейдик обнял ее, защищая своим телом от мощного напора.

– Поверь мне, любимая, я тоже очень этого хочу, но ты все еще очень нежна и уязвима. И нам нужно думать о контрацепции. Но не переживай… Я не всегда буду таким рассудительным.

Сейдик развернул ее, чтобы намылить спину, и застыл в изумлении.

– У тебя есть татуировка? – спросил султан.

Да, у нее действительно была татуировка прямо над ягодицами, и Самия совсем забыла о ней.

– Да, у меня есть татуировка. В это так сложно поверить? – Она озорно улыбнулась.

Сейдик ошарашенно смотрел на свою жену, и выражение его лица рассмешило Самию.

– Откуда она у тебя? – допытывался он.

– Мы с подругами сделали татуировки в Нью-Йорке, прямо перед путешествием. У каждой из нас – свой рисунок, означающий нечто важное.

Сейдик выключил душ и принялся вытирать Самию полотенцем.

– Что с тобой? – нерешительно проговорила она. – Неужели ты настолько удивлен?

Сейдик постарался придать своему лицу беззаботное выражение, но ему это не удалось. Странно, он чувствовал себя преданным. Татуировка. Самия продолжала пристально смотреть на него. Ее мягкая кожа блестела так соблазнительно…

Он приказал себе собраться с мыслями и криво улыбнулся.

– Татуировка как-то не вяжется с образом серой мышки, которая пришла ко мне в кабинет месяц назад.

Самия залилась румянцем и отвела взгляд. Ее реакция немного успокоила Сейдика. Он приподнял ее подбородок и заглянул в глубокие голубые глаза. Пытаясь не сорвать с нее полотенце и не сделать того, о чем она молила пару минут назад, Сейдик мрачно спросил:

– Что она означает? – Его голос прозвучал резче, чем он хотел.

– Это китайский иероглиф, означающий силу.

– Давай поужинаем, и ты расскажешь мне, зачем тебе понадобилась такая татуировка.

Самия вернулась в комнату и, немного поколебавшись, надела тунику. Она не сняла полотенца до самого последнего момента. Очевидно, его жена не привыкла к подобного рода интимности. Сейдик понял, что просто уже перенасытился женщинами, которые не стеснялись своей наготы. Смотреть на смущенную обнаженную Самию было все равно что наслаждаться соблазнительным стриптизом.

Пока Самия одевалась, ему в глаза снова бросился китайский иероглиф. Сейдик был вынужден признать, что татуировка возбуждала его. Рисунок находился как раз на изгибе ее ягодиц – на очень интимном месте, и его мог видеть только самый близкий человек.

Через час они уже сидели на террасе под открытым небом, этажом ниже их спальни. Вокруг мерцали свечи, охлажденное белое вино сверкало в изысканных бокалах.

Самии очень нравился их скромный стол – простой, без скатерти, выложенный мозаикой из ракушек.

Шелк туники приятно ласкал кожу. Единственным желанием сейчас было подняться в спальню, лечь на огромную кровать и прижаться к мужу, чтобы ничто не разделяло их.

Султан взял в руки бокал и посмотрел на Самию. Ему хотелось понять, о чем она думает.

– Итак… Расскажи мне, для чего тебе понадобилась сила?

Самия вытерла рот салфеткой и взглянула на мужа. В мерцающем свете свечей он был похож на благородного арабского принца из волшебной сказки. Она вздохнула. Сейдик ждал ответа.

– Я ведь рассказывала тебе о своей мачехе?

– Немного. Ты не ладила с ней?

Самия кивнула и глотнула вина.

– Многие годы из-за ее влияния я чувствовала себя слабой, и только тогда, перед путешествием, я ощутила в себе толику сил. И я решила запечатлеть их на своем теле. – Она грустно улыбнулась Сейдику. – Алеша возненавидела меня с первого взгляда по разным причинам, но в основном потому, что я была похожа на свою маму. Все прекрасно знают, что моим родителям повезло – они по-настоящему любили друг друга. Отец каждый день вплоть до своей смерти посещал могилу мамы. – Самия скривилась. – Алеша всегда убеждала меня, что отцу сложно находиться рядом со мной, потому что я так похожа на мать. Потому что я виновата в ее смерти.

– Самия…

Она жестом прервала султана, не желая слышать в его словах жалость.

– А уж находить людские слабости она умела. Она постоянно указывала на то, как сильно я отличаюсь от других, подрывала мою уверенность в собственных силах. Ситуация осложнилась еще и тем, что она рожала девочек и не могла подарить мужу наследника, который мог бы соперничать с Каденом. – Голос Самии стал монотонным, как будто она пыталась спрятать эмоции. – Я начинала заниматься чем-то, что мне нравилось, Алеша запрещала мне. Между нами велась нескончаемая война, и я проигрывала битву за битвой.

Самия подняла глаза и, к своей радости, не увидела следов жалости на его лице. Ее сердце забилось быстрее.

– Все считают ее милой, но на самом деле Алеша – злой и жестокий манипулятор. Она знала, что мой отец не любил ее. Однажды мне нужно было играть сольный концерт на фортепьяно для отца и его важных гостей на большом банкете… – Самия замолкла.

Зачем она вообще рассказывает Сейдику эти скучные детские истории?

Но султан наклонил голову и произнес:

– Продолжай, Самия. Я хочу послушать.

Проклиная себя за то, что вообще подняла эту тему, она с неохотой продолжила:

– Я несколько недель практиковалась на фортепьяно своей матери. Перед тем как выйти замуж за моего отца, она собиралась стать музыкантом. Так я хотела стать к ней ближе, но у меня, конечно, нет такого таланта, как у нее. – Самия замолчала и покраснела, чувствуя себя глупо, но Сейдик продолжал пристально смотреть на нее. Его взгляд ободрил ее, так что Самия сделала глубокий вдох и продолжила: – Алеша отвела меня в сторону и наговорила кучу гадостей. Я не помню точно ее слова, но играть я тогда не смогла. Я не вспомнила ни одной ноты. Кадену пришлось взять меня на руки и унести. Я не только подвела отца, выставила его на посмешище перед гостями и осквернила память мамы. С тех пор я не садилась за фортепьяно. – Самия хмурилась все больше. – Сейчас это звучит так приземленно и несерьезно, но в тот момент казалось важным. В конце концов, мое детство было ничем не хуже, чем у других.

– Нет, это не так, – произнес Сейдик. – Когда ты ребенок, все важно. В этом возрасте что угодно может отразиться на тебе в будущем.

– Почему ты так говоришь?

Султан стиснул зубы.

– Потому что это – правда. Мой отец вымещал злобу на мне и моей матери. Однажды я видел, как он настолько сильно ударил мою маму в живот, что она упала на пол и начала истекать кровью. Я хотел помочь ей, но только попал под раздачу.

Самия ахнула:

– Как он мог так поступать с тобой? С твоей мамой? Позволять тебе смотреть на это?

Сейдик мрачно улыбнулся:

– Он хотел, чтобы я знал, как нужно поступать с непокорной женой. С женой, которая не хотела больше рожать ему детей.

Самия покачала головой, чувствуя, что ей становится нехорошо.

– Но ты не способен на такие вещи. Сколько тебе было?

Сейдик вздрогнул:

– Около пяти.

– Сейдик, это ужасно. Из-за этого у тебя нет братьев и сестер?

– Нет. Моя мать больше не рожала по вине отца. Пока она была беременна мной, отец спал с другими женщинами и потом наградил ее какой-то болезнью, передающейся половым путем. После этого она боялась заниматься с ним сексом, а он был слишком горд и отказался от лечения. В результате стал бесплодным.

Сейдика вновь охватило отвращение при воспоминании об отце. Какого черта они вообще говорят на эту тему?

– Поэтому ты сделал тесты? Чтобы узнать, не бесплоден ли ты? И матери ты не можешь смотреть в глаза из-за отца? Потому что не мог защитить ее?

От вопросов Самии у Сейдика скрутило живот. Как будто из-под ног выбили почву. Ее большие выразительные глаза проницательно смотрели на него. Султан положил салфетку и решительно произнес:

– Думаю, на сегодня хватит разговоров.

Сейдик поднялся и навис над столом. Он выглядел отстраненным и гордым. У Самии защемило сердце. Она зашла слишком далеко со своими расспросами. Он явно злился на себя за то, что открылся ей.

Хотя она и сама рассказала слишком много.

Сейдик протянул руку, и она охотно пошла с ним в дом.

Самия положила голову на грудь мужа и слушала, как ровно бьется его сердце. В голове промелькнула одна мысль.

– Теперь ты пользуешься презервативами… – осторожно начала она.

Подняв голову, она посмотрела на Сейдика и внезапно залилась краской. Только что они настолько страстно занимались любовью, что она до сих пор парила где-то в облаках блаженства. И вдруг ее охватила печаль – это райское блаженство не продлится долго. Скоро ее бесконечные вопросы и неопытность надоедят султану, если он уже не сыт по горло всем этим. Самия ненавидела эту жалость к самой себе.

Сейдик какое-то время лежал неподвижно, его лицо ничего не выражало. Затем он опрокинул Самию на спину и навис над ней, опираясь на локоть.

Господи, как он был красив! Это даже немного пугало. Под его холодным взглядом она вздрогнула.

– Я подумал, что нам нужно получше узнать друг друга, прежде чем заводить детей.

– О… – протянула Самия, не зная, что ответить.

Сейдик внезапно сорвал с нее простыню, и Самия залилась румянцем.

– Но, с другой стороны, ты можешь быть уже беременна, так к чему нам защита?

И прежде, чем она успела что-то возразить, султан приподнялся и подмял ее под себя. Самия тут же ощутила его возбуждение.

Она понимала, это был его способ справиться со злобой, нуждавшейся в выходе. Но ощущение его горячей кожи и возбужденного члена занимало все ее мысли. Тихо застонав от непреодолимого желания, Самия выгнулась ему навстречу, забыла обо всем и погрузилась в мир сладкого безумия.

* * *

Сейдик не мог уснуть. Только что он вел себя как настоящий дикарь. Хотя Самия не жаловалась. Никогда раньше он не встречал такой страстной женщины, которая так яро реагировала на его ласки и так сильно возбуждала его. Сердце Сейдика бешено стучало. Он приподнялся на локте и посмотрел на жену. Ее кожа все еще пылала от их страстной любви, а тень ресниц мирно покоилась на щеках.

В его голове все еще был образ Самии, сидящей на нем верхом. Ее лицо выражало смесь блаженства и удивления. Теперь она сама могла задать ритм. Самия замедлилась, решив, видимо, помучить его, пока тот не достиг такого сильного оргазма, что перед глазами потемнело. Ни разу ни одна женщина не делала с ним такого.

Он тихо зарычал и, поднявшись с кровати, пошел на террасу, увитую растениями. Здесь Сейдик наконец дал выход эмоциям.

Проклятие! Его кулак врезался в стену. Он собирался поговорить с Самией о том, что надо подождать с детьми! Собирался дать ей время привыкнуть к новой жизни! А сам вновь наплевал на осторожность! Как тогда, в их первую ночь, когда желание сводило его с ума.

А зачем он болтал о своем детстве? Если Самия открылась ему, это не означало, что ему нужно было тоже выворачиваться перед ней наизнанку. Он наивно полагал, что после свадьбы его жизнь нисколько не изменится.

Но перемены, словно ураган, обрушились на него! Брак обернулся чем-то неизведанным. Например, он точно не планировал этот разговор за ужином. Желудок скрутило. Когда Сейдик услышал историю о ее мачехе, ему хотелось разбить что-нибудь. Он мысленно проклял эту ведьму, которая заставила Самию сомневаться в себе и запрещала ей делать то, что ей действительно нравилось. Он был готов поспорить на что угодно, что она блестяще играла на фортепьяно.

Сейдик бросил взгляд на свою жену. Как будто расстояние способно уменьшить его страсть! Он чувствовал необходимость сделать ее своей. Убедиться в том, что она никогда не захочет даже смотреть на других мужчин.

Сейдик вернулся в комнату к своей мирно спящей принцессе и вновь подивился тому, что она оказалась такой смелой, прекрасной и страстной.

Когда султан проснулся на следующее утро, солнце стояло уже высоко над пустыней. Самия, одетая в халат, как раз выходила из душа. Сейдик почувствовал себя сбитым с толку. Он не привык спать несколько ночей подряд в компании женщины – из-за этого он чувствовал себя уязвимым. Еще один пункт в списке неприятных нововведений.

– Ты слишком одета. Подойди, я исправлю ситуацию.

Самия прикусила губу и покраснела, что тут же вызвало у Сейдика бурю эмоций. Да что в ней такого особенного?

Она ужасно нервничала и чувствовала себя очень слабой после ночи, когда секс с ней позволил Сейдику выплеснуть эмоции. Только наутро Самия поняла, насколько он был самонадеянным.

Теперь же ей необходимо было прояснить один вопрос.

Она проигнорировала его приказ и сказала:

– Слушай, я была бы тебе очень признательна, если бы мы обсудили вопрос защищенного секса.

Она покраснела еще больше, но вскинула подбородок и продолжила:

– Если я уже беременна, мы очень скоро узнаем об этом. Если же нет, я бы предпочла повременить с детьми хотя бы пару месяцев.

Сейдик приподнялся на кровати, и, к своему удивлению, Самия увидела на его лице смущение. Он встал и подошел к ней. Она пыталась игнорировать его наготу и сосредоточиться.

– Я хочу извиниться перед тобой.

– Правда?

– Я не должен был вести себя так бесцеремонно и неуважительно. К тому же я был безответственным. Я честно хотел обсудить этот вопрос с тобой…

Его внезапные извинения растопили лед в душе Самии. Она сразу же вспомнила о прошлой ночи и о том невероятном ощущении, когда оказалась сверху. Самия почувствовала, что между ее ног стало влажно. Если бы Сейдик мог читать ее мысли, она бы умерла от стыда.

– Все нормально. Мы оба виноваты. Впредь, если я скажу тебе остановиться и надеть презерватив, ты сделаешь это.

Сейдик приподнял ее подбородок, подарил ей печальный взгляд и ответил:

– Думаю, ты мне слишком доверяешь. Не стоит этого делать – как мы установили опытным путем, я не могу контролировать себя, когда ты рядом.

Глава 10

Следующим утром Сейдик пожалел, что согласился исполнить желание Самии. Она сидела за рулем его джипа, и он чувствовал, что попал на опасную территорию – в прямом и в переносном смысле слова. Самия забралась на самую вершину дюны, круче которой Сейдик в жизни не видел. На ее раскрасневшемся лице играла озорная улыбка.

– Ты понимаешь, что, если со мной что-нибудь случится, род Хуссейнов прервется?

Ее улыбка стала еще шире.

– Хочешь сказать, что боишься?

Сейдик был в ужасе.

– Никогда! – произнес он.

Самия устремила свой взгляд вперед, а точнее, вниз и крикнула:

– Тогда держись!

А что ему еще оставалось делать? Самия направила машину вниз, и они на огромной скорости понеслись под гору, поднимая тучи песка. Когда они достигли нижней точки и Сейдик осознал, что он все еще жив и невредим, он посмел открыть один глаз. Самия уже развернула джип и собиралась залезть обратно на гору. Она остановила машину и посмотрела на мужа:

– Видишь? А ты боялся… Плевое дело! В следующий раз попробуй не закрывать глаза.

– Вряд ли будет следующий раз, – произнес Сейдик, заставив жену поменяться с ним местами.

Он улыбнулся, увидев недовольное выражение порозовевшего от восторга лица Самии.

– Умничка. Ты показала, на что способна. Если я когда-нибудь не смогу вести машину, и мы окажемся в пустыне, только тебе я доверю руль.

Самия начала ворчать что-то в ответ, а он повел машину дальше. Наконец ее тирада закончилась чем-то вроде «Ох, мужчины…», и Сейдик краем глаза увидел довольную улыбку на ее лице.

Просто ему было тяжело наблюдать за тем, как его маленькая женушка мастерски справляется с автомобилем. Ему казалось, что его авторитет падает. Какие еще секреты хранила Самия?

Тем же вечером, выйдя из душа, Самия наткнулась на Сейдика. Он был одет в длинную традиционную мантию, а на его голове был тюрбан. Султан выглядел немного устрашающим в сумерках.

Сегодня он показывал ей, как правильно обращаться с ручным соколом. Этот день принес ей много радости.

Оказывается, она уже и забыла, что такое открытое пространство. Самия не водила машину по песку с тех пор, как они дурачились с Каденом, будучи подростками. К тому же Сейдик наконец хоть немного расслабился. Пустыня преобразила его. Только теперь Самия поняла, что, находясь в замке, он все время начеку.

Сейдик улыбнулся и скользнул взглядом по ее телу, прикрытому клочком мягкой ткани. Самия хотела бы стать настолько уверенной в себе, чтобы сбросить полотенце и скользящей походкой подойти к нему, соблазнить его…

Сейдик указал на коробку, стоящую на кровати, и хрипло произнес:

– Переоденься и спускайся вниз. Я хочу кое-куда отвести тебя сегодня.

Самия молча наблюдала, как медленно он выходит из комнаты, затем забралась на кровать и открыла подарок. Внутри оказалось невероятно красивое атласное платье темно-красного оттенка. Там же она обнаружила тонкое нижнее белье, похожее на паутину.

Самия тут же надела его, затем скользнула в платье, которое облегало изгибы ее тела и подчеркивало белизну ее кожи. Довершили наряд красные туфли на высоком каблуке.

Самия спустилась вниз, в просторный холл, единственными украшениями которого были мерцающие свечи и древние стены. Она заметила удивление в глазах Сейдика.

Самия подошла к нему, и он протянул ей руку. Молча они направились к выходу, как вдруг Самия резко остановилась.

– Что такое? – нетерпеливо спросил султан.

Самия коснулось своих волос и лица:

– Я не сделала прическу. На мне нет макияжа…

Она готова была провалиться сквозь землю. Да что она за женщина? Ну какая женщина забудет такие важные вещи? Алия положила ей с собой огромную сумку с кучей косметики и аксессуаров для волос. Половиной всего этого она даже пользоваться не умела. Но Самия могла хотя бы нанести тушь, помаду. Хоть что-то!

Сейдик обхватил ее лицо ладонями. Она увидела в его глазах нетерпение и задрожала, потому что точно знала, что он чувствовал в этот момент. Нетерпение поскорей остаться наедине с ней, обнаженной.

– Ты прекрасна сейчас, и я не хочу, чтобы ты что-то меняла. Ты идеальна, и тебе не нужен никакой макияж.

А затем он так страстно поцеловал ее, что, если бы на ее губах была помада, от нее не осталось и следа. Зачарованная его решимостью, Самия молча следовала за ним. Сейдик посадил ее в роскошный джип, и они минут пятнадцать неслись по ночной пустыне, пока впереди не показались огни. Самия знала, что за ними следуют телохранители, но с трудом могла разглядеть их.

Она не сдержала изумленного вздоха, когда поняла, что их ожидает. Впереди был натянут роскошный шатер. Перед ним раскинулся небольшой бассейн, вода отражала пламя факелов, освещающих пространство вокруг. Это было похоже на арабскую сказку.

Сейдик остановил машину и посмотрел на жену:

– Думаю, это самый маленький оазис в мире.

Самия уже выбралась на улицу и выдохнула:

– Он великолепен.

Она сняла туфли и тут же взвизгнула, потому что Сейдик подхватил ее на руки. Он наградил ее насмешливым взглядом и раздраженно произнес:

– Глупышка! Ты что, забыла, насколько опасно ходить босиком по песку ночью?

Самия нахмурилась:

– Это твоя вина. Ты же подарил мне эти туфли на таком каблуке. Как я должна ходить по песку в них?

– Ты права. Дурацкая была идея. Надо было положить в коробку походные ботинки.

Самия рассмеялась, представив себя в длинном атласном платье и ботинках, а затем принялась болтать ногами.

– Нет, пожалуй, мне больше нравится, когда ты носишь меня на руках.

Сейдик бросил на нее настолько жаркий взгляд, что, казалось, прожжет ее платье, а затем внес ее в шатер.

Ее взору предстало невероятное богатство, ошеломляющее и завораживающее. Сердце Самии бешено забилось. Убранство шатра напоминало картинки из детских книжек, где султаны и шейхи восседали на мягких подушках и вкушали богатые яства, а экзотические красавицы нежились у их ног.

Она даже и не подозревала, что эти сказки до сих пор сохранились в ее памяти. Сейдик как будто воплотил в реальность ее романтическую фантазию, причем сделал это с такой точностью, что это потрясало.

Самия напряглась, не веря в происходящее. Все это – слишком хорошо, чтобы быть правдой. К своему ужасу, она почувствовала себя слабой и разочарованной.

За последние пару дней она успела привыкнуть просыпаться в объятиях Сейдика, но этот волшебный мир мог рухнуть в один миг. У них просто медовый месяц. Все это – игра. Сейдик был первоклассным соблазнителем. Он прекрасно знал, чего хотят женщины. Угождал ли он жене просто потому, что видел, как сильно она влюблена в него?

Наконец он опустил ее на пол, и Самия почувствовала себя неуютно.

– Зачем ты все это делаешь, Сейдик? Мы женаты. Тебе больше не нужно соблазнять меня.

«Тебе больше не нужно соблазнять меня».

Сейдику словно дали пощечину.

В эти дни он испытал неизвестное до сих пор чувство привязанности. Ему хотелось забрать Самию глубоко в самое сердце пустыни и ощутить невероятный простор и свободу. Поэтому он организовал эту сказку.

Но теперь султан выглядел глупцом. Ничего удивительного в том, что жена не понимала, что происходит. Она не была его любовницей и явно не хотела такого широкого жеста. Они были уже женаты. Самия не красилась сегодня. Она даже не пыталась соблазнить его!

Внезапно Сейдик разозлился на самого себя и резко бросил:

– Пойдем обратно. Это была глупая идея.

Но когда он развернулся, Самия схватила его за руку. Сейдик посмотрел на нее и тут же утонул в бездонных глубинах ее глаз.

– Нет, подожди… Прости меня. Здесь очень красиво. Просто я немного смущена, вот и все. Я не знаю, к чему все это, – поспешно пробормотала Самия, прежде чем он успел возразить. – Обычно так соблазняют любовницу. В чем смысл, Сейдик?

Султан стиснул зубы и резко прижал Самию к себе, чтобы она почувствовала силу его возбуждения.

– Вот в чем смысл, – прорычал он. Глаза Самии загорелись желанием. – Если тебе от этого станет легче, знай, я приводил сюда всех любовниц, ничего особенного. Просто мне захотелось сменить обстановку, вот и все.

Обиженная и разгневанная, Самия все-таки вздохнула с облегчением от осознания того, что не успела раскрыть своих истинных чувств, и язвительно ответила:

– Ты прав. Теперь мне стало намного легче. Было бы ужасно глупо думать, что ты устроил это все только для меня!

Через секунду они уже яростно целовались. Сейдик сорвал с жены платье, но ей было наплевать. Единственное, чего она хотела, – это погрузиться в безумную страсть и не думать о боли, которая разрывала сердце.

Это был быстрый и бешеный секс на одном из роскошных диванов. Когда все закончилось, Сейдик отодвинулся, и Самия вдруг заметила, что он даже не был до конца раздет. Она чувствовала, что должна извиниться, но слова застряли в горле.

Султан встал и привел в порядок свою одежду. Он едва взглянул на жену, которая лежала обнаженная среди подушек, и указал куда-то в глубину шатра:

– За ширмой есть умывальник. Когда будешь готова, мы вернемся во дворец. Это была ошибка.

И снова Самия решила что-то сказать, но… Что? Это было бесполезно. Она взяла остатки роскошного платья, разорванного в порыве ярости, и пошла за ширму. Ей пришлось надеть что-то другое.

Сейдик ждал ее у выхода. По дороге Самия заметила бутылку шампанского, бокалы и множество закусок. Она прокляла себя за то, что не смогла держать рот на замке. Понятно, что это ничего не значило, но зачем ей понадобилось оскорблять мужа?

На следующее утро султан смотрел на рассвет. Обычно это зрелище завораживало его, но сейчас он ничего не чувствовал. По какой-то причине пустыня, которая всегда привлекала его, сегодня выглядела скучной и бесцветной. Это было не похоже на него. Что бы ни случалось, Сейдик всегда находил утешение среди песков.

Он закрыл глаза, но легче не стало. Султан все еще видел перед собой Самию с разорванным платьем в руках, величественно идущую во дворец. Ее надменность не остановила его. Он последовал за ней в душ, и они занялись любовью еще раз. В нем кипела ярость, хотя султан знал, что адекватных причин для этого нет. Самия сделала ему одолжение, задав вопрос. Она напомнила ему, что это – всего лишь брак по договоренности.

При воспоминании о вечере кожа Сейдика покрывалась холодным потом. О чем он думал, когда организовывал этот романтический вечер? Он практически признался в своих истинных чувствах. Неужели его рассудок помутился из-за поездки по дюнам и страстного секса? Видимо.

Он хотел воссоздать атмосферу соблазнения любовницы в пустыне, и в этом была вся ирония случившегося. Многие женщины умоляли его отвести их в тайный оазис, но он всем отказал – не смог найти человека, с которым хотел бы разделить пустыню. Самия стала первой женщиной, которую он привез сюда, а она швырнула ему его откровение прямо в лицо.

Сейдик услышал шорох за спиной и обернулся. Жена уже встала, и Сейдик постарался успокоиться.

Самия проснулась и смутилась, увидев Сейдика, полностью одетого и устремившего взгляд в пустыню. Горло запершило, как бывает, когда накатывают слезы. Она все еще злилась на него за то, что он посмел привезти ее в место, где соблазнил сотни девушек. И не только из-за этого. Самия не смогла держаться холодно и отстраненно, когда они вернулись во дворец. Когда Сейдик вломился к ней в душ, она тут же поддалась и стала рабыней в его искусных руках.

Несколько секунд она любовалась его массивной спиной, а потом, как будто почувствовав ее взгляд, он обернулся. Самия приподнялась на руке, отбросив волосы. Ругая себя за стеснительность, она натянула на грудь простыню.

Сейдик заметил этот жест и насмешливо улыбнулся. Ах, как Самии хотелось, чтобы он тоже хоть раз почувствовал неуверенность!

– В Бхарани есть дела, которые требуют моего немедленного присутствия, – холодно сказал он. – Так что нам придется прервать наш медовый месяц.

Вот так сюрприз, язвительно подумала Самия.

– Тебе стоило разбудить меня, – так же холодно ответила она.

Он скрестил руки на груди и облокотился о стену:

– Я не мог. Вид был слишком хорош.

Самия вспомнила, что, когда проснулась, простыня едва прикрывала ее ноги. Придав лицу безразличное выражение, она завернулась в простыню и метнулась в ванную. Послышался язвительный смех, и Самия еле сдержалась, чтобы не швырнуть чем-нибудь в мужа.

К счастью для Самии, их поездка до столицы прошла в тишине. Она чувствовала, что эмоции переполняют ее. Поэтому, когда джип остановился у входа во дворец, она выскочила из машины как ужаленная и побежала к дверям, но резкий оклик остановил ее. Напрягшись, она обернулась и увидела Сейдика в окружении целой стаи помощников и советников.

Он выглядел решительно.

– Я буду работать сегодня допоздна, поэтому не жди меня.

– Не переживай, Сейдик. Я не жду, что ты будешь развлекать меня. Медовый месяц окончен.

Она было развернулась, но он снова позвал ее. На этот раз более нежно. Затем он быстро приблизился к ней – его глаза дико горели, и ее тело тут же отреагировало.

– Я просил тебя переехать ко мне, так что убедись, что у тебя есть все необходимое.

Самия была в шоке. Она совершенно забыла об этом. Перспектива проводить каждую ночь в компании Сейдика не улыбалась ей, особенно сейчас, когда она чувствовала себя настолько уязвимой.

– Вообще-то я не уверена, что…

Сейдик приложил палец к ее губам и произнес:

– Это не обсуждается.

Затем развернулся, и море помощников поглотило его.

Его спину жег проницательный взгляд Самии, и ему пришлось подавить в себе желание вернуться, подхватить ее на руки и отнести прямо в постель. Нужно было контролировать себя! Сдерживать внезапный порыв наказать Самию. Только за что? За то, что она заставила его чувствовать? За то, что он стал страстным и совершал поступки, о которых раньше и подумать не мог? За то, что был нелогичным и импульсивным? Как его отец?

Сейдик тут же отверг эту неприятную мысль. Но безумие продолжало засасывать его. Он ускорил шаг, и помощникам пришлось почти бегом следовать за ним.

Неделю спустя Самия решила прекратить переживать по поводу их отношений с мужем. Она уверила себя в том, что он просто завален работой и не может уделить ей время. Да и чего она ожидала? Романтических ужинов при свечах? Она же сама сказала султану еще в Назирате, что ему не нужно тревожиться из-за такой мелочи.

Только с наступлением ночи пропасть между ними исчезала. При мысли об их страстных ночах Самия покраснела.

Она пыталась убедить себя, что совершенно не скучает по тому, как Сейдик обнимал ее в оазисе. Тогда это была всего лишь игра в медовый месяц. Теперь же, когда они завершали акт любви, султан отворачивался от нее. Самия ненавидела себя за то, что хотела тепла его крепких рук и объятий, и проклинала его за то, что он вообще подарил ей подобный опыт. Иногда по утрам она просыпалась с ощущением того, что Сейдик всю ночь обнимал ее, но он неизменно уходил раньше, чем она вставала. Это, помимо прочих мелочей, напоминало ей, что их брак – всего лишь договоренность.

Решив, что нужно прервать поток опасных мыслей, Самия шла обсудить с Сейдиком несколько идей, над воплощением которых хотела бы поработать.

В вестибюле ее с улыбкой встретила секретарша в белой униформе и хиджабе. Самия подавила желание просто ворваться в кабинет мужа и этим показать всем, что он всегда рад ее видеть.

– Прошу вас, проходите, ваше величество. У султана как раз есть несколько минут между двумя совещаниями.

Самия тихо постучала в дверь и услышала низкий голос Сейдика. В ее животе тут же запорхали маленькие бабочки, и она беззвучно выругалась. Открыв дверь, Самия, к своему удивлению, нашла Сейдика не сидящим за столом, заваленным документами, а стоящим у окна. Он выглядел задумчивым.

Сейдик повернулся к ней и нахмурился. Он вовсе не был рад ее видеть. Самия выругала себя. Ее снова охватило тревожное чувство.

– Я… Извини, что отвлекаю. Я хотела обсудить с тобой пару вещей.

Султан быстро взглянул на часы, и Самия обиделась на такой простой жест. Сегодня Сейдик был в строгом костюме. Это напомнило ей день их знакомства в Лондоне. Казалось, с тех пор прошла вечность. Сейдик выглядел отстраненным, незнакомым. Не он доводил ее до слез счастья прошлой ночью. Не он утирал эти слезы с ее щек.

Самия покачнулась. Сейдик тут же подскочил к ней, нахмурившись еще больше:

– Все в порядке?

– Да… – пробормотала она и подошла к стулу. – Я в порядке. Знаю, что ты занят.

Сейдик обошел стол и сел, еще более холодный и отстраненный, как будто ничего не случилось. Самия все больше боялась за их будущее.

– У меня есть десять минут, – резко произнес он.

Самия деловито села.

– Я хочу свой кабинет, – начала она.

– У тебя он есть.

Самия вспомнила о маленькой милой комнатке и покачала головой:

– Нет, я имею в виду настоящий кабинет, где я могла бы поставить книги и работать над проектами.

Султан вопросительно приподнял бровь и откинулся на спинку. Самия почувствовала надвигающуюся угрозу.

– Проекты? – переспросил Сейдик.

– Да, – кивнула она. – Ты говорил, что я могла бы заняться защитой окружающей среды. Я помогу. Затем я думаю повысить грамотность местного населения. В Аль-Омаре, так же как и в Буркуате, бесплатное образование появилось совсем недавно, и система еще несовершенна.

Сейдик насмешливо смотрел на нее, но Самия решила все-таки закончить:

– И я бы хотела организовать ясли для персонала с детьми. На тебя работает много женщин, и это было бы весьма кстати.

Сейдик стиснул зубы:

– Что-нибудь еще?

– На самом деле еще много всего, – ответила Самия, вздрогнув, – но начнем с малого.

Сейдику не понравилось, что она указала ему на проблемы, о которых он и сам прекрасно знал, но на которые не мог найти время, – постоянно отвлекали другие дела. Его также озадачило то, что Самия так рвалась действовать. Она никак не хотела становиться скромной и послушной женой. Султан рассчитывал, что его избранница будет вести тихую-мирную жизнь где-нибудь на отшибе, станет просто изящным аксессуаром на официальных мероприятиях. Он не хотел партнерского союза с женщиной. Судьба вновь жестоко посмеялась над его наивностью и отсутствием дара предвидения.

В его голосе послышалась злость.

– Организация, занимающаяся благотворительностью в Бхарани, – сложная и хорошо отлаженная машина. Там есть море различных комитетов, где ты являешься председателем. Взгляни на свой график и убедись, что ты будешь очень занята в ближайшее время.

Самия уже видела этот график несколько дней назад, но она жаждала действий.

– Я не хочу сидеть на бесконечных заседаниях и говорить о разных вещах, ничего при этом не делая, – гневно произнесла она, подавшись вперед. – Я понимаю, насколько важна благотворительность, но тоже хочу делать что-то полезное. Конечно, я готова к подобным встречам ради твоей репутации, но этого мало.

Сейдик поднялся и оперся руками на стол. Ему не понравилась ни идея собраний, ни идея проектов.

Все это угрожало безопасности Самии. Его также взбесил тот факт, что она упрямо стояла на своем. Он вновь чувствовал исходившую от жены угрозу, которая могла разрушить его прежнюю жизнь.

– Сейчас не время и не место для подобных разговоров, Самия. К тому же что будет, когда у нас появятся дети?

Самия стиснула челюсти, расстроенная и сбитая с толку.

– Если и когда у нас будут дети, я буду водить их в ясли, которые организую к этому времени, и продолжу заниматься делами в той мере, в которой смогу, показав тем самым народу, что его правители достойны называться правителями. В общем, я поступлю ровно так же, как и ты бы поступил на моем месте.

Самия говорила правду. Сейдик согласился бы со всеми этими идеями, предложи их кто-то другой. Но Самия пробуждала в нем противоречивые чувства, и он был холоден.

– Может, ты уже и место для яслей присмотрела?

– Вообще-то да. Есть одно подходящее место около служебного входа в замок. Там есть зеленый участок, который можно превратить в детскую площадку, и большая и светлая комната, сейчас она используется в качестве кладовой.

Сейдик понимал, что рассуждения жены весьма разумны, но по какой-то причине ему хотелось завернуть ее проекты. Ему хотелось отправить Самию куда-нибудь далеко, где ему не придется иметь с ней дело. Ему удавалось избегать ее всю неделю.

Каждое утро Сейдик просыпался и надеялся, что разум наконец победит чувства, и его жена больше не будет владеть его мыслями. Но он видел ее прекрасное тело и понимал, что ждать, пока это случится, придется долго.

– Самия, я управляю этой страной уже больше двенадцати лет. Как я и говорил, ты отлично справишься. Но мне не нужна жена с графиком еще более загруженным, чем мой. Я не хочу, чтобы ты затевала проекты, которые вскоре тебе наскучат, и ты свалишь их завершение на спины и так перегруженного персонала.

Самия тряслась от гнева.

– Я бы никогда так не поступила. Ты выбрал меня в жены, но я не буду вести себя как крашеная дура, вьющаяся вокруг тебя, – выпалила она и, к своему ужасу, поняла, что на глаза наворачиваются слезы. – Ты знаешь, я не такая. Я говорила тебе с самого начала, но ты не слушал. Я могу быть полезной и буду!

Испугавшись, что вот-вот разрыдается, Самия развернулась и вылетела из кабинета. Она бежала по коридорам, которые едва видела из-за влаги, застилавшей глаза, пока не обнаружила укромное местечко. Только здесь она позволила себе поплакать вволю. Она точно знала, почему расстроена. Покинув кабинет, Самия осознала, что влюбилась в собственного мужа, и все ее громкие утверждения о том, что такого не случится, оказались всего лишь пустыми словами.

Она расстроилась, потому что, придя сегодня в офис Сейдика, надеялась… На что? На то, что он скажет ей, какая она замечательная? Какая гениальная? Она наивно полагала, что он позволит ей поступать, как ей заблагорассудится…

Султан был прав. Он успешно справлялся с управлением страной уже очень долго. Один. Конечно, он не особо воодушевился ее идеями и энтузиазмом. Да еще и посчитал ее непостоянной и безответственной! Не годной для подобной работы!

Немного успокоившись, Самия отправилась искать Ясмину – они договорились вместе пообедать. Она надеялась, что мать Сейдика не заметит ее опухших глаз.

Не могла она вот так легко влюбиться в султана. Наверняка это ошибка. Просто она была чересчур эмоциональна последнее время.

Самия едва не споткнулась, когда в ее воображении возник образ Сейдика, склонившегося над песочницей, чтобы взять на руки малыша с темными волосами…

На секунду боль стала настолько сильной, что она подумала, не отменить ли ей встречу с Ясминой, но потом ей все-таки удалось справиться с эмоциями и улыбнуться через силу.

Пару дней спустя Самия сидела в своем маленьком кабинете и просматривала график мероприятий, на которых должна была присутствовать. Со следующей недели она приступала к своим официальным обязанностям; свадьба и медовый месяц остались позади. Ей придется побывать во многих местах в качестве правительницы, и Сейдика с ней не будет.

В эту секунду дверь распахнулась и в кабинет вошел Сейдик, загородив широкими плечами свет. Самия сразу же почувствовала всплеск эмоций и попыталась подавить его. Она все еще злилась на мужа и прошлой ночью даже хотела отвернуться от него. Но, как и следовало ожидать, после нескольких прикосновений уже не помнила собственного имени и не смогла отказать. Они так и не поговорили, но Самия проснулась посреди ночи, обнаружив себя в крепких объятиях султана. Она знала, что, когда проснется утром, его опять не будет.

Самия изобразила безразличие на своем лице:

– Чем могу помочь?

Улыбка тронула губы Сейдика, и Самия вспыхнула. Он снова смеялся над ней. Султан приблизился и, взяв листок из ее рук, начал внимательно изучать его. Затем разорвал его.

– Зачем ты это сделал? – изумленно спросила Самия.

– Твой секретарь составит для тебя новое расписание, где будут только выбранные тобой мероприятия.

– Секретарь? – тупо повторила Самия. – У меня нет секретаря.

– Теперь есть, – ответил Сейдик и жестом пригласил ее за собой. – Думаю, ты будешь очень занята, так что тебе понадобится помощь.

Онемев от удивления, Самия последовала за мужем. Они пришли в светлую, просторную комнату. Несколько рабочих вешали полки.

– Оставьте нас, – приказал султан.

Они тут же исчезли, и Самия осмотрелась. В комнате стоял внушительный стол с компьютером, факсом и принтером. Небольшое помещение по соседству, скорее всего, предназначалось секретарю.

Она испуганно посмотрела на Сейдика:

– Что это? Зачем ты все это делаешь?

Он вздохнул. Его лицо ничего не выражало.

– Понимаешь, я всегда четко представлял себе будущую жену и ее роль в моей жизни. Точнее, отсутствие роли, – скупо улыбнулся он. – Я должен был сразу понять, что ты не такая. Мне нравятся твои идеи. И я прошу прощения за то, что сомневался в твоих способностях. Много лет я наблюдал за своим отцом, а потом, когда он умер, мне пришлось завершать все его проекты. С тех пор я поклялся, что больше никогда не позволю подобному случиться. Я так долго держал все под контролем, что теперь мне сложно довериться кому-то.

Тронутая его неожиданным поступком, но не желая этого показывать, Самия тихо сказала:

– Я думала, наш брак будет партнерством…

– Так и есть, Самия. Я хочу, чтобы ты была счастлива.

Она замерла. К сожалению, она никогда не будет до конца счастлива, пока лед в его сердце не растает. Но они хотя бы положили начало. Самия улыбнулась, заметив огонь в глазах мужа. Между ними были чувства. Хоть и не любовь. Пока.

– Спасибо. Я очень ценю все это и не подведу тебя, – произнесла она.

Грудь султана защемило, когда он осознал, что его маленькая жена наконец рада. Он почувствовал себя лучше. Все эти дни он был в плохом настроении и его мучила совесть. Теперь же все наладилось.

Сейдик взял со стола две каски, принесенные ранее, и передал одну жене:

– Пойдем. Я хочу кое-что тебе показать.

Спустя несколько минут Самия не могла остановить слезы. Сейдик привел ее на задний двор замка, где строители уже возводили детскую площадку и ясли. Реалистичный образ Сейдика с малышом на руках никак не хотел покидать воображение Самии, дразня ее.

Султан, заметив слезы Самии, резко спросил, что с ней. Она пробормотала что-то о пыли, попавшей в глаза. К ее ужасу, Сейдик тут же взял ее на руки и, невзирая на отчаянные протесты, понес к врачу. Лицо Самии тут же стало пунцовым от стыда. Врач сразу же поймет, что дело не в пыли.

Но все обошлось. Сейдик сослался на какую-то важную встречу и удалился. До вечера он так и не появился.

Ночью, лежа в постели в одиночестве, Самия подумала обо всех поступках мужа. Он так много сделал для нее, но расстояние между ними так и не сократилось, а как будто еще увеличилось.

Казалось, Сейдик не заинтересован в общении с ней – только секс и официальные мероприятия. Никаких приглашений на ужин или встреч за обедом. Никакого намека на отношения. Хотя с чего бы им быть? Она хотела этого, а не он.

Самия никак не могла забыть о нескольких днях медового месяца, когда они общались и узнавали друг друга. Ей нравилось проводить время с мужем.

Наконец она уснула, борясь с мыслями об одиноком султане.

Глава 11

Спустя три недели Сейдик сидел в кабинете со стаканом виски в руке. Он чувствовал отвращение к самому себе. У него уже вошло в привычку работать до тех пор, пока глаза не начнут слипаться, сидеть в одиночестве и только потом идти к спящей или засыпающей Самии.

Каждую ночь он говорил себе, что нужно быть сильным и не поддаваться искушению, что он не какое-то животное и не раб инстинктов… Но как только он отдергивал балдахин над кроватью и видел эти прелестные изгибы и длинные волосы, в нем загорался огонь желания, и Сейдик кидался в омут страсти. Каждую ночь. Самия никогда не отказывала ему, и вскоре он уже не мог прожить без ее тела.

Он снова скривился. С каких это пор его скромная жена изменилась настолько, что стала спать голой? В голове Сейдика тут же возник образ обнаженной Самии, нежащейся в постели… Стакан в его руке треснул, и султан поранился о стекло. Несколько капель крови упало на белоснежную мантию. На секунду вспышка боли вытеснила все посторонние мысли. Теперь он понимал людей, которые нарочно искали физической боли, чтобы заглушить душевные страдания.

Жесткий юмор. Он улыбнулся и решил обработать рану. После того как Сейдик показал Самии ее новый офис и дал добро на любую из затей, его настроение улучшилось, но ненадолго. Вскоре его охватило какое-то мрачное и коварное чувство.

Султан старался проводить как можно меньше времени с женой. Находясь с ней наедине, он не мог сосредоточиться. Здравый смысл вылетал в трубу, и Сейдик думал только о странном желании, которое не имело ничего общего с не утихающей ни на секунду страстью. Это было желание единения, сродни идее устроить для Самии романтический ужин в пустыне.

Быстрые смены настроения и одержимость напоминали ему о судьбе отца. Разве то, что он испортил стакан при одной лишь мысли о ней, не является достаточным доказательством? Эта женщина была опасна для него.

Сейдик закатал рукав и посмотрел на свое отражение в зеркале: глаза бешено горели, на лице красовалась щетина, почти превратившаяся в бороду. Он выглядел дико. Внезапно султан понял, что не видит выхода из ситуации. Злость на Самию и ее невинный сон заставили его выключить свет и покинуть кабинет.

Следующим вечером Самия стояла в ванной, окруженная теплым паром, и изучала в зеркале свое порозовевшее лицо. Она задумалась о поведении мужа в последнее время. Он сделал очень много для укрепления их брака, но сильно отдалился от нее.

Самия положила руки на плоский живот. Месячные только что прошли – она не беременна. Слава Богу: не лучшее время для рождения ребенка. Пока они с Сейдиком не уладят все разногласия, лучше забыть об этом.

Из спальни послышался шорох. Это был Сейдик. Самия напряглась. Сегодня они должны были идти на прием, организованный ради сбора средств на благотворительность. Самия сделала глубокий вдох, затянула пояс на халате и вышла из ванной. Сейдик снимал рубашку, и ее сердце бешено забилось.

Он поймал ее взгляд и улыбнулся:

– Не смотри на меня так, любимая. У нас нет на это времени.

Самия залилась румянцем. В следующую секунду ее лицо покраснело еще больше, потому что она вспомнила их секс прошлым вечером. В нем было что-то странное, отчаянное… Позже она заметила повязку на руке Сейдика и кровавое пятно на одежде.

– Что случилось? – поинтересовалась она.

Султан спрятал руку и сказал:

– Ничего. Просто стакан разбился.

И он буквально выпрыгнул из кровати, внезапно вспомнив, что ему нужно поработать над речью, нацепил что-то второпях и убежал обратно в кабинет. Он пришел лишь под утро, принял душ и снова исчез.

– Мне нужно кое-что сообщить тебе, – произнесла Самия.

Султан замер.

Самия сглотнула. Пора бы прекратить думать только о сексе.

– Я не беременна.

Сейдик долго молчал, и она никак не могла понять его чувств. Затем он спокойно надел брюки и сказал:

– Хорошо. Это хорошо. Спасибо, что рассказала. – Он быстро окинул ее взглядом и добавил: – Мы уходим через двадцать минут.

Самия вскинула подбородок и ответила:

– Я буду готова.

Ее лицо не выражало никаких эмоций, точно как у Сейдика.

Час спустя султан все еще пытался осознать услышанное и решить, рад он этому или нет. Он чувствовал себя так, словно что-то едва ощутимое ускользает от него. В нем проснулся внезапный животный инстинкт затащить свою жену в постель и сделать ее беременной, хоть она и ясно дала понять, что не хотела этого.

Сейдик почувствовал себя слабым – эту ситуацию он не мог контролировать. Ему вспомнилось, как Самия взяла его пораненную руку в свои маленькие холодные ладоши, и ему захотелось просто положить ей голову на грудь и остаться в ее объятиях. Желание было настолько сильным, что он просто убежал. Сейдик провел ту ночь в кабинете, проснувшись с ужасным похмельем и плохим настроением, которое становилось все хуже и хуже с каждой минутой.

Особенно теперь, когда он увидел свою жену, болтающую с каким-то красавчиком в другом конце зала. Сейдик узнал его – это был один из ученых, работающих над проектом по защите окружающей среды. На прошлой неделе Самия встречалась с ним несколько раз и, по-видимому, всего лишь налаживала контакт. Но султану было все равно, насколько их общение выглядело невинно – она должна принадлежать только ему.

Сейдик подлетел к ним и схватил Самию за руку, наслаждаясь этим, хоть и грубым, прикосновением. Ее собеседник тут же испарился, словно Сейдик был диким зверем.

– Сейдик, – послышался хриплый голос Самии, – все в порядке?

Он посмотрел на нее и напрягся.

– Нет, – мрачно ответил он, – не все в порядке.

Он вытащил Самию в пустую комнату и запер дверь на замок. Его свирепый взгляд испугал ее.

– Что происходит, Сейдик?

– Что происходит? Стоило оставить тебя на пару минут, а ты уже флиртуешь с другим мужчиной!

Самия открыла рот от удивления:

– Флиртую? Могу заверить тебя, я ни с кем не флиртовала! И если хочешь знать, Хамад рассказывал мне о своем двухлетнем сыне.

Сейдик, покачиваясь на каблуках, сунул руки в карманы и задумчиво произнес:

– Когда мы только познакомились, ты тряслась от страха при одной мысли о беседе. – В его голосе звучал вызов. – А сейчас свободно болтаешь с какими-то незнакомцами!

Самия почувствовала обиду. Она не собиралась рассказывать мужу о том, насколько уязвимой была на самом деле. Ей удавалось справляться со своей ролью только потому, что Сейдик всегда был где-то рядом. Его присутствие успокаивало ее.

Она покачала головой, откинув волосы, и ответила, понимая, что играет с огнем:

– Ты обвиняешь меня во лжи, Сейдик? Думаешь, я все это время притворялась скромной и неуверенной в себе? И что, мне не положено отойти от тебя ни на минуту? Я думала, моя роль в качестве удобной жены и правительницы заключается в том, чтобы заниматься делами. – Самию уже было не остановить. – Именно в этом и смысл нашего брака, да, Сейдик? Это своего рода работа, приправленная сексом. Ты даже решил не утруждать себя хоть на один вечер притвориться, что это не так, и поужинать со мной. Нам больше нечего обсуждать.

Сейдик приблизился к ней.

– Ты открыла мне другие стороны своего характера, о которых я и не подозревал, – произнес он хриплым голосом, и его взгляд опустился в ложбинку между ее грудей. – И нам еще есть что обсудить.

Самия отступила. Султан жаловался на перемены, но на самом деле она не менялась. Она словно пробудилась от долгой спячки. Самия почувствовала уже знакомое желание слиться воедино с этим мужчиной прямо сейчас.

– Я не о сексе говорю, Сейдик. Я говорю о том, что ты придумал себе образ идеальной жены, а я не вписываюсь в него. – В ее голосе послышались холодные нотки. – Конечно, ты бы предпочел, чтобы я осталась скромной и неловкой, но разве не ты хотел, чтобы я преодолела свою застенчивость? Нельзя иметь и то и другое. Возможно, в этом браке нет смысла?

Он застыл:

– О чем ты? Ты хочешь развода?

Самия захлопала глазами и впервые за долгие годы начала заикаться.

– Н-нет… Я имею в виду, я н-не знаю. Я не хочу этого. Просто думаю, между нами нет ничего. – Она покраснела. – Кроме секса.

То, что она начала заикаться, поразило султана. Под всей напускной смелостью скрывалась слабая и беззащитная Самия. Султан вспомнил все те мелочи, которые замечал в ней. Например, она всегда вцеплялась в его руку мертвой хваткой, когда они входили в переполненный зал, и лишь через несколько минут отпускала его. Гнев Сейдика сразу же улетучился, и он понял, как сильно Самия старается быть сильной. Она потихоньку преображалась, взращивала в себе уверенность, так долго подавляемую.

Это она была той женщиной с татуировкой, которая путешествовала по бескрайнему океану и водила джип по барханам. Это она была той женщиной, которая с головой окунулась в строительство яслей и, одетая в пыльную униформу, разносила рабочим чай.

И она была единственной, кого Сейдик хотел отвезти далеко в пустыню и соблазнить в сказочном шатре, возведенном специально для нее.

Паника охватила султана. Казалось, нечем стало дышать. Он хотел даже ослабить галстук-бабочку. Он не позволит ей управлять своей жизнью!

– Если тебя все это не устраивает, я дам тебе развод, – холодно произнес он.

Ошарашенная, Самия застыла.

– Если меня что-то не устраивает, ты дашь мне развод? – заторможенно повторила она.

Сейдик кивнул. Его лицо не выражало никаких эмоций.

Самии захотелось дать ему хорошую пощечину.

– Но я давала тебе клятву. Я только начала находить себя. Я счастлива здесь… – в отчаянии начала она.

Внутренний голос посмеялся над ней: «Правда? Счастлива быть с человеком, который не любит тебя и никогда не полюбит?»

– Это ты хочешь развода. Так? – наконец догадалась она.

Султан покачал головой:

– Я этого не говорил. Просто предлагаю тебе выбор. Я не хочу разрушать наш брак, но думаю, ты не очень счастлива.

«Лжешь. Ты медленно сходишь с ума», – насмехался над Сейдиком его внутренний голос.

У Самии закружилась голова.

– Почему?

Сейдик глубоко вздохнул и взъерошил волосы. Из-за дверей доносился звон бокалов и шелест разговоров, но ему было не до гостей.

– Потому что ты никогда не хотела быть со мной. Я почти насильно заставил тебя выйти за меня замуж. Я не хочу, чтобы моя жена оказалась в ловушке. Я видел, как моя мать проходила через подобное. Да и растить ребенка в такой обстановке тоже невозможно. Не стоит даже упоминать, но, если ты захочешь уйти, это никак не отразится на отношениях наших стран.

– А ты все обдумал, – тихо заметила Самия. Единственным желанием сейчас было свернуться калачиком и отгородиться от мира.

Сейдик подавил желание спорить с ней. Его план был простым – предоставить Самии все возможности и причины для того, чтобы уйти, и она уйдет. А он снова сможет здраво мыслить.

– Что, если я не хочу уходить? – вдруг спросила Самия.

В ее тоне было что-то дерзкое. Сейдик запаниковал. Он не знал, что делать. В нем проснулась злость – она вновь не оправдывала его ожиданий.

– Тебе придется смириться с условиями, Самия. Если ты не изменишь отношения к ситуации, все останется как есть – брак по договоренности, который связывает нас по многим причинам, но только не по любви.

Каждое слово, точно маленькая бомба, взрывалось в голове Самии. Ей хотелось попросить султана пояснить – она совсем перестала понимать, что происходит. Но, не желая унижаться перед ним, она холодно произнесла:

– Я прекрасно знаю условия, Сейдик, но надеялась, что мы сможем найти баланс. Хотя бы общаться вне постели, как нормальные люди.

– Мы общаемся вне постели прямо сейчас, – ответил он сквозь зубы.

– Да, и мне все ясно. Можно я все обдумаю?

Сейдик смутился на мгновение, не удовлетворенный таким ответом, но затем сказал:

– Конечно. Не нужно решать прямо сейчас.

– Мне приятно знать, что нет никакого давления.

Сейдик услышал сарказм. Его жена развернулась, отперла дверь и вышла. Сейдик вновь почувствовал головокружение и панику, как будто что-то очень ценное ускользает от него.

Султан вернулся в банкетный зал, увидел, что Самия разговаривает с тем же ученым, и чертыхнулся. Не нужно было давать ей возможность выбирать. Надо просто срочно развестись с ней и покончить с этим безумием.

Глава 12

Сейдик нервно мерил шагами кабинет и посматривал на часы. Какого черта ее нет? Прошлым утром Самия сказала, что придет обсудить все сегодня после полудня. Прошлая неделя пролетела быстро; она все время занималась работой, как будто ничего не случилось. Нервы же Сейдика были на пределе.

Бессонные ночи на диване в кабинете привели к тому, что он окончательно запутался в своих мыслях и чувствах. Сначала он старался не забыть о жене и топил печаль в алкоголе. Но когда Сейдик стал отвратителен сам себе, он все же решил обдумать свой поступок. Зачем он вообще предложил Самии развод?

Потерянный, Сейдик бродил по коридорам и как-то утром забрел во внутренний дворик, где в тени деревьев сидела его мать. Он хотел уйти. Но она остановила его.

Впервые за долгое время они были вдвоем в тишине, а потом Ясмина сказала:

– Это место меняется с каждым днем. Ты чувствуешь это?

Он молча взглянул на нее, и она продолжила:

– Твоя Самия – как глоток свежего воздуха. То, чего нам уже долгое время не хватало.

Слова «твоя Самия» тяжелым грузом навалились ему на плечи.

– Ты знаешь, можно чувствовать к кому-то страсть, которую не нужно контролировать. Так бывает, когда ты влюблен, и это не является чем-то плохим. Однажды я тоже любила, еще до твоего отца. Именно это чувство не давало мне сойти с ума. Ну и ты, конечно, – продолжала Ясмина.

Произнеся эту загадочную фразу, она встала, поцеловала сына в лоб и ушла, оставив Сейдика размышлять в одиночестве. Наконец все обрело смысл.

Его мысли прервал телефонный звонок.

– Да? – нетерпеливо ответил султан и, услышав новости, замер.

Помолчав, он ответил:

– Да… Спасибо… Обязательно.

Сейдик положил трубку. Голова закружилась, незнакомые эмоции захлестнули его, точно волна. Самия не сможет уйти от него, даже если захочет. А вот с тем, захочет она или нет, он будет разбираться позже.

Самия знала, что ей давным-давно следовало встретиться с мужем. Но она не хотела предстать перед ним, всхлипывая и дрожа от рыданий. Узнав причину постоянной тошноты, она не могла перестать рыдать.

Она громко высморкалась. Пора взять себя в руки, пойти к Сейдику и в очередной раз выслушать порцию сарказма.

Всю неделю она работала как проклятая, лишь бы не думать и не выбирать, как ей поступить: либо признаться мужу, что не уйдет, потому что не сможет вынести разлуки, либо пересилить себя и бежать. А потом на нее обрушилась неожиданная новость.

Сейдик даже перестал ночевать с ней в одной постели, так что, видимо, он уже вернулся к прежней жизни холостяка. Эта мысль породила еще один приступ рыданий. Но думать об этом было уже бесполезно. Поведение мужа теперь не было ее заботой.

Самия услышала шум за спиной и обернулась. Позади стоял Сейдик, прислонившись к двери библиотеки.

– Как ты узнал, где я? – спросила она.

– Я подумал, что ты пойдешь туда, где чувствуешь себя в безопасности.

Самия покраснела. Зачем она так много о себе рассказала?

– Если ты пришел снова обвинять меня в том, что я изменилась, то… – начала она.

Он нахмурился и двинулся вперед:

– Ты плачешь.

– Вовсе нет, – соврала она, отведя взгляд.

Но Сейдик уже подошел к ней вплотную, приподнял ее подбородок и внимательно рассмотрел ее лицо. Она стиснула зубы. Он был таким высокомерным. Самию окружил знакомый запах его кожи, и она еле сдержалась, чтобы не закрыть глаза и не отдаться его воле. Она ненавидела себя за то, что так легко поддается его чарам в то время, как он остается равнодушным.

Самия отпрянула от султана и скрестила руки на груди.

– Ты расстроена из-за беременности? – спросил Сейдик, и Самия, готовая услышать новые оскорбления, замерла от неожиданности.

Шокированная, она посмотрела на мужа:

– Откуда ты знаешь?

– Доктор подумал, что ты сразу же побежишь ко мне и поделишься радостной новостью, и позвонил поздравить меня.

– А-а-а… – Она прикусила губу.

Теперь Сейдик знает, что она не сможет никуда уйти. Боясь увидеть осуждение в его глазах, Самия уставилась на ковер.

– Я расстроена не из-за беременности, – наконец ответила она, пытаясь придать своему лицу беспечное выражение. Не важно, какой будет реакция султана, она больше не покажет своих слабостей. – Когда доктор сообщил мне, я была счастлива. Видимо, месячные в самом начале беременности – это нормально, а у меня всегда все проходит быстро, так что я и не догадалась.

– Но это так. И это все меняет, – решительно произнес Сейдик.

Самия кивнула и заметила, как вспыхнули глаза Сейдика.

– Ты расстроена, потому что теперь не сможешь уйти от меня? – хрипло поинтересовался он.

Самия снова чуть не разрыдалась. Она, вздрогнув, кивнула, затем покачала головой.

– Нет. То есть да. Но не из-за того, о чем ты, наверное, подумал, – неуверенно пробормотала она.

Внезапная и ошеломляющая новость совсем выбила Самию из колеи. У нее уже не осталось никаких сил, чтобы выдумывать новую ложь. Она решила быть откровенной и просто попытаться справиться с безразличием султана. Сейчас нужно было думать о ребенке – это важнее всего.

– Я расстроена, потому что влюбилась в тебя. Не знаю, что бы я ответила тебе сегодня, но в любом случае мое сердце было бы разбито. Я так и не решила, остаться или уйти. Но теперь… – она положила руки на свой живот, – теперь у меня нет даже иллюзии выбора. А тебе придется смириться с моей любовью, хоть ты и стараешься оттолкнуть меня.

Самия видела, как быстро меняется выражение лица Сейдика: абсолютное недоверие, шок, любопытство. А потом лицо его прояснилось, как небо после дождя. Ее страдающее сердце забилось чаще, но она не обратила на это внимания.

Самия отступила и уперлась спиной в книжный шкаф. Султан улыбался, но ей показалось, что он нахмурился. Сейдик положил руку ей на затылок, притянул к себе. Она была в ловушке.

Вдруг Самия вспомнила, как он целовал ту женщину много лет назад в этой самой комнате.

– Ты помнишь, да? – спросил он.

– Помню что? – Она удивленно на него уставилась.

Сейдик просто не мог говорить о…

– Ту ночь, мою вечеринку, эту комнату. Ты сидела в кресле в темноте, как маленькая напуганная мышка в очках.

– Я… – запнулась Самия. Она почувствовала жар и попыталась все отрицать. – Я была здесь до того, как ты вошел, а потом эта женщина…

– Не напоминай, – скривился Сейдик.

Самия ничего не понимала и не могла сосредоточиться. Она призналась ему в любви, но он не ответил. А сейчас они прижимались друг к другу, и она могла чувствовать его возбуждение.

Сейдик помнил ту ночь…

Его голубые глаза вдруг показались ей невероятно яркими, в них мелькнуло неуловимое чувство, как тогда в пустыне, когда они мчались на джипе.

– Сейдик…

– Знаешь, почему я вспомнил об этом сейчас?

Самия покачала головой, а он коснулся пряди ее волос и начал накручивать на палец.

– Потому что увидел тебя в этой комнате. В тот вечер ты опрокинула столик с напитками, и на твоем лице было столько эмоций. Я никогда такого не видел. Это не давало мне покоя. Я искал женщину, настолько же страстную и чувствительную. Но таких больше нет. Когда я вошел сегодня в эту комнату и увидел твои глаза, я вспомнил, как ты была тайным свидетелем моего одиночества той ночью…

Его улыбка померкла. Самия не понимала, сон это или явь.

– Я хотела утешить тебя, но потом… вошла она.

Сейдик кивнул:

– Я почувствовал на себе чей-то взгляд, но, когда повернулся, увидел ее. Все показалось неправильным. Потом мы услышали тебя. Я знал, что это ты. Я почувствовал какое-то родство… Связь.

Самия отвернулась. Нет, это был не сон. Сейчас последует унижение.

– Нет, неправда. Не надо говорить так, – тихо попросила она.

Он осторожно коснулся ее щеки, прося посмотреть на него. Никогда еще он не был так серьезен.

– Я буду говорить так, потому что это – чистая правда. Там, в Лондоне, я почувствовал эту связь. Да, я не хотел признавать и понимать ее, пытался объяснить все химией, похотью…

Самия дрожала, чувствуя себя разоблаченной.

– Что ты пытаешься сказать, Сейдик? – встревоженно спросила она.

– Я пытаюсь сказать, что я по уши влюблен в тебя уже несколько недель. Просто боялся признаться себе в этом. Чем больше ты раскрывалась передо мной, тем больше я влюблялся и боялся. И это вполне обычное явление – ты завоевала мое сердце, а я хотел оттолкнуть тебя.

Самия не могла поверить словам султана – невозможно было осознать их.

– Не нужно признаваться в этом только из-за того, что у нас будет ребенок.

Сейдик настолько разозлился, что Самия задрожала. Он властно положил свои руки на ее живот.

– После разговора с доктором все мои убеждения тут же вылетели в окно. Я никогда не испытывал такой всепоглощающей радости. Я хочу вырастить этого ребенка в любви. Он станет моим наследником, но он или она будет нашим общим сокровищем – первым и удивительным. Я шел сказать тебе все это, но, когда увидел твои слезы, подумал, что ты расстроена из-за того, что не сможешь теперь уйти. Прости меня за прошлое. Я запутался, и развод казался мне единственным выходом.

У Самии кружилась голова, а в глазах блестели слезы.

– Сейдик, я так люблю тебя! Надеюсь, твои слова – правда, иначе я просто не вынесу боли.

Он взял ее лицо в ладони:

– Самия, все просто. Я не могу жить без тебя. Меня переполняют чувства к тебе. Я думал, это – просто страсть, та страсть, которая поглотила моего отца. И я боялся ее властной, разрушительной силы. Но это не так.

Сердце Самии бешено билось. Между ними не осталось преград. Но ее все равно что-то удерживало. Видимо, собственный страх любви. Самия столько раз видела, как это чувство уничтожает близких людей.

Сейдик вдруг схватил ее за руку и потянул:

– Я покажу тебе кое-что. Надеюсь, тогда ты поверишь.

Самия смахнула слезы с мокрых щек и, спотыкаясь, попыталась успеть за его быстрым шагом.

Султан остановился в коридоре перед одной из дверей, сделал глубокий вдох и открыл ее.

Это была красивая комната, оклеенная голубыми и зелеными обоями, уставленная роскошными диванами с горами подушек. Окно выходило на маленькую террасу, а вдали лежал город. Но внимание Самии привлекло то, что стояло в самом центре помещения.

Рука Сейдика была напряжена. Самия отпустила ее и подошла к фортепьяно. Она благоговейно провела ладонью по знакомой до боли гладкой поверхности. Когда она повернулась к мужу, по ее щекам текли слезы.

– Фортепьяно моей мамы. Ты привез его сюда… – прохрипела она с трудом – в горле застрял ком.

Он кивнул:

– Я договорился с твоим братом о транспортировке в ту ночь, когда ты мне все рассказала…

Сейдик выглядел ужасно неуверенным в себе.

– Я хотел сделать хоть что-то… Но если ты не хочешь… – продолжал он.

Самия покачала головой и наконец уступила своим чувствам. Она подбежала к Сейдику, потянулась, чтобы взять его лицо в ладони, и подарила ему долгий поцелуй. Она почувствовала его облегчение, а также свое ликование – наконец-то она увидела его неуверенность.

Когда они закончили целоваться, Самия отстранилась и спросила:

– Как долго оно находится в замке?

Сейдик печально улыбнулся:

– Около двух недель. Но каждый раз, когда я хотел сказать тебе о фортепьяно, я придумывал какую-нибудь отговорку, потому что был уверен: как только ты увидишь его, ты сразу поймешь мои чувства…

Самия вновь впилась в его губы. Ее сердце пело.

– Ты такой глупый, но я люблю тебя.

Султан потянул ее за собой в коридор, но Самия кинула тоскующий взгляд на инструмент. Сейдик ласково произнес:

– Ты сможешь вернуться. А сейчас я хочу показать тебе еще одно место.

Самия была на седьмом небе от счастья и могла пойти за Сейдиком куда угодно.

Они немного проехались на джипе, потом пересели в вертолет. Ее сердце забилось быстрее, когда она увидела знакомые очертания крепости Назирата. Но они пролетели мимо. Когда Самия поняла, где они сядут, над ее бесконечным счастьем нависла тень.

Если и было на земле место, где она меньше всего хотела оказаться, так это здесь – в сказочном шатре.

Сейдик почувствовал напряжение Самии и взял ее за руку. Они вышли из вертолета. Султан нежно погладил щеку жены и прошептал:

– Доверься мне, хорошо?

Самия кивнула и прикусила губу. Вспоминать ту ночь было пыткой. Но еще хуже была мысль обо всех тех девушках, которых здесь соблазнил Сейдик.

Солнце близилось к закату, окрашивая все вокруг в золотистый цвет. Самия последовала за Сейдиком в шатер и… удивленно ахнула. Внутри все было полностью переделано.

Султан повернул ее к себе и осторожно сказал:

– Самия, я никогда не приводил сюда ни одну женщину. Кроме тебя. Этого уголка даже не существовало до нашего приезда в крепость. Та ночь… – Он скривился от отвращения к самому себе. – Я привел тебя сюда, а ты начала меня допрашивать. Я не думал, что все было так очевидно.

Его оправдания звучали немного глупо, но на душе у Самии стало легче. Радость наполняла каждую клеточку ее тела. Она улыбнулась:

– Я просто испугалась, что начинаю испытывать к тебе романтические чувства. Но мне очень хотелось думать, что все это – для меня.

Сейдик прижал ее крепче. Он понял, насколько сильно хотел ее. Воспоминания о бессонных ночах, проведенных без Самии, вдруг разожгли в нем сильный огонь.

Немного насытившись друг другом, они лежали в обнимку, и Сейдик теребил ее волосы. Их руки и ноги были переплетены – темное и светлое. Он тихо сказал:

– Теперь я понимаю, почему запаниковал на свадьбе Надима и Салман.

Самия приподнялась на локте и посмотрела на мужа:

– Что ты имеешь в виду?

Сейдик отбросил ее волосы и с огромной нежностью посмотрел на жену. Самия почувствовала себя невероятно счастливой. Она поймала его раненую руку и поцеловала ее.

– Потому что я ужасно боялся, что мои чувства увидят все присутствующие. А потом появилась ты. И весь мой самоконтроль полетел к чертям.

Самия добродушно пошутила:

– Долго же ты доходил до этой мысли…

Сейдик подмял ее под себя, прижавшись к ее мягкой груди, и Самия начала сладко извиваться под ним, пытаясь выбраться. Он улыбнулся:

– Я буду мстить тебе, долго и неторопливо, за то, что ты заставила меня так страдать…

Самия обвила руками его шею и выгнулась, прижавшись к нему еще плотнее, наслаждаясь его волнением, возбуждением…

– Мне понравилась эта идея про «долго и неторопливо», султан… Чего же ты ждешь?

Примечания

1

Дорогая ( фр.).

Content

Эбби Грин
Девушка с татуировкой

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания