Кейт Харди

Полуночная прогулка

Глава 1

— Итак, Золушка, сегодня ты идешь на бал, — сказала Сорча, когда Джейн открыла входную дверь своей квартиры.

Джейн уставилась на лучшую подругу:

— Но я только что вернулась домой после вечерней смены.

— Идеальное время для похода на бал. — Сорча взглянула на часы. — Такси будет через тридцать минут, так что у тебя нет времени на споры.

— Мне нечего надеть.

— Есть. Вот, смотри. Это не подарок на твой день рождения. Я была в городе и, увидев этот наряд, сразу подумала, что его цвет просто идеально тебе идет. — Сорча махнула рукой, указывая на сумку. — Отправляйся принимать душ и мыть голову. Я сделаю тебе прическу и макияж.

— Но… — начала Джейн и тут же затихла. По прошлому опыту она знала, что, если Сорча решила покомандовать, ее уже не остановить.

— Кроме того, сегодня у тебя не намечается других приятных занятий, — прибавила подруга. — Глажка белья и уборка ванной не в счет. Ты не была ни на одной рождественской вечеринке, которую устраивало руководство больницы. Постоянно переносишь на праздники вечернюю смену, пытаясь избежать общения. Прошло много времени, а ты до сих пор позволяешь Шону портить тебе жизнь.

У Джейн не было ответа ни на один из доводов Сорчи. Она знала, что все сказанное — правда.

Сорча обняла подругу:

— Я знаю, что он сильно тебя обидел, Джейни, но ты не можешь всю оставшуюся жизнь заниматься только работой. Послушай, я не предлагаю тебе крутить сумасшедший роман с первым встречным. Просто сходи на вечеринку со мной сегодня вечером и получи удовольствие. Развлекись немного.

Джейн наморщила нос:

— Остается малюсенькая проблема: у меня нет билета на бал.

Вместо билета она сделала пожертвование в благотворительный фонд.

— У тебя есть билет. Мэдди и Тео тебе его подарили, со всей их любовью. Мэдди сказала, что, если ты откажешься, она воспользуется твоими услугами няни на один вечер. Но ты пойдешь на бал, и это решено. И Тео говорил то же самое.

Джейн знала, что спорить бесполезно.

— Вряд ли я могу спорить с боссом, — произнесла она сухо.

— Умница моя, — улыбнулась Сорча. — У тебя двадцать семь минут. Поторапливайся!

К тому времени, когда прибыло такси, Джейн могла с трудом себя узнать. Обычно она затягивала волосы в хвост, но на этот раз подруга уложила их в красивый пучок. С помощью нехитрого набора косметики Сорча сделала естественный макияж, выгодно оттенив глаза и придав им таинственный блеск. Платье оказалось самым красивым нарядом, который Джейн когда-либо видела. Легкая струящаяся ткань красиво облегала ее фигуру, заставляя чувствовать себя неземным существом из сказки.

— Превосходно, — заключила Сорча и одобрительно кивнула. — Пошли!

— Что значит, ты не можешь этого сделать? — спросил Эд.

— Я застрял в Суффолке, — объяснил Джордж.

У брата екнуло сердце, когда в голову пришла неприятная мысль.

— С папой все в порядке?

— Да, насколько мне известно.

— Угу, — ответил Эд. «Существует только одна причина, почему мой старший брат не может приехать. Он решил более приятно провести время, чем торчать на благотворительном балу в больнице». Эд вздохнул: — Это из-за девушки?

— На самом деле нет. Я врезался в дерево.

— Что? Ты в порядке?

— Со мной все отлично. Никто не пострадал, кроме автомобиля. Перестань суетиться, — заверил его Джордж. — Металл легко выправить.

— Я же врач. Как я могу не суетиться? — возразил Эд.

— Я правда в порядке. На мне ни царапины, в отличие от моего бедного автомобиля. Я вернусь в Лондон в конце недели. Прости, что подвел.

— Ты цел, и это главное. Как это случилось?

— Я слишком быстро повернул, — весело ответил Джордж. — Но уже усвоил урок, так что не ворчи.

Мне дорога моя машина, поэтому буду осторожнее в будущем.

Мачеха просила вразумить старшего брата, и Эд отлично понимал почему. Хотя вряд ли Джордж стал бы прислушиваться к его словам.

— Ладно, до встречи. Постарайся не сломать себе шею.

Джордж в ответ только рассмеялся:

— Желаю хорошенько повеселиться сегодня.

Эд положил трубку и поправил галстук-бабочку. Ну, конец света не настанет, если он пойдет на бал один. У него появилась возможность встретиться с новыми коллегами по работе и развлечься, а также помочь собрать деньги на специальное оборудование для лондонской больницы имени королевы Виктории.

Главный врач родильного отделения, Тео Петракис, сразу понравился Эду. Он заподозрил в Тео настоящего семьянина, а фотография трех маленьких девочек, стоявшая на столе, подтвердила это. Эд тоже любил свою семью; он решил переехать из Глазго в Лондон не столько из-за желания получить повышение по службе, сколько из-за стремления находиться ближе к брату и сестрам. Отчасти свою роль сыграл тайный телефонный звонок от Фрэнсис, которая сообщила, что с Джорджем должен срочно кто-нибудь поговорить и вразумить его, пока он не сломал себе шею, занимаясь экстремальными видами спорта.

Вразумление и наставление на путь истинный было в семье прерогативой Эда — младшего сына лорда Сомерса, — человека разумного, серьезного и ответственного. Джордж, наследник титула лорда и поместья, каждую неделю менял красивых подружек, участвовал в лыжных гонках на самых сложных и опасных трассах и являлся излюбленным объектом для папарацци. Эд действительно волновался за брата. Но сегодня с ним поговорить не удастся.

— А вот и Джейк, он один, — заметила Джейн, войдя в зал вместе с Сорчей.

— И что?

— Сорча, мы пришли на бал. У тебя появился шанс заставить его обратить на тебя внимание. Ты привлекательная женщина и отличный доктор.

Подруга пожала плечами:

— Как-нибудь в другой раз. Сегодня я не оставлю тебя одну. Ты пришла на вечеринку впервые после… — Она умолкла.

Джейн, не моргнув глазом, добавила:

— После разрыва с Шоном.

Бывший жених изменил ей с ее сестрой-близняшкой и разбил вдребезги все ее мечты.

— Спасибо. Но я ведь знаю здесь почти всех, так что могу сама о себе позаботиться. — Джейн улыбнулась подруге. — И вообще, мне нужно найти Мэдди и Тео и поблагодарить их за билет. Иди и поговори с Джейком.

— Ты уверена?

— Абсолютно. — По мнению Джейн, Джейк и Сорча станут идеальной парой. Просто Джейку необходимо очнуться и понять, что находится прямо у него под носом. — Иди к нему. Увидимся позже. Удачи!

После того как подруга удалилась, Джейн разыскала своего босса и его жену.

— Огромное вам спасибо за билет.

— Мы с удовольствием вам помогли, Джейни, — ответила Мэдди Петракис, обнимая ее. — Я рада, что Сорча уговорила вас прийти на бал.

— Но я, вне сомнения, две ночи проработаю у вас няней, — прибавила она.

— Джейни, вы прекрасно выглядите! — вдруг воскликнул Тео, одарив ее одобрительной улыбкой. — Будь я холост, я бы вскружил вам голову.

— Да-да. — Она пренебрежительно махнула рукой. Все знали, что Тео безумно влюблен в свою жену. Но слышать комплимент было приятно.

— Мне нравятся ваши туфли, — заметила Мэдди. — А кто укладывал волосы? Великолепная прическа.

— Сорча вынудила меня, — призналась Джейн.

— Она молодец. Вот так теперь и ходите. И не важно, что придется вставать по утрам на двадцать минут раньше. Эта прическа действительно вам идет.

Мэдди была очень хорошей. Когда в прошлом году в больнице поползли неприятные слухи о Джейн, Мэдди сразу пришла ей на выручку. Она точно знала, что именно испытывает преданная женщина.

— Вы уже купили лотерейный билет? — спросила Мэдди. — В этом году замечательные призы.

— Если среди призов есть полет на воздушном шаре, доктор Петракис, — вставил Тео, — мы будем покупать все лотерейные билеты, пока не выиграем.

Его жена покраснела, а Джейн рассмеялась:

— Я не буду спрашивать, что вы подразумеваете. Но билеты куплю. И если хотите — побольше, чтобы наверняка повезло.

— Нет, доктор Купер, вы пришли сюда, чтобы танцевать до упаду, — произнесла Мэдди. — Сегодня вы должны повеселиться.

— И помочь собрать средства на медицинское оборудование.

— И это тоже. Ладно, идите и купите кучу лотерейных билетов, а потом возвращайтесь на танцпол. Это приказ главврача отделения, правда, Тео?

— Конечно. — Он улыбнулся, затем добавил: — Я что-то пока не вижу нового доктора нашего отделения. Он официально приступает со следующей недели, но Мэдди уже заставила его купить билет на бал.

— Меня не было в больнице, когда он приехал, — ответила Джейн. — Что он за человек?

— Хороший парень. Без проблем вольется в коллектив. — Тео пожал плечами. — Он вам понравится. Кроме того, вам придется с ним работать.

Джейн была на полпути к столу с лотерейными билетами, когда на ее мобильный телефон пришло сообщение. Она машинально посмотрела на экран. Старшая акушерка обещала позвонить, если возникнут осложнения у Эллен Бакстер — пациентки, о которой Джейн очень беспокоилась, — однако сообщение было от сестры — единственного человека, с которым сегодня не хотелось общаться. Джейн едва слышно простонала. Дженна могла испортить настроение за секунду.

Даже первое слово читать было неприятно и обидно — ДПС. Так прозвала ее сестра: Джейн-простушка-супермозг. Эту кличку Дженна придумала, когда им было по десять лет, и Джейн выиграла стипендию в местной частной школе.

Дженна унаследовала внешность матери: была высокой, красивой и худой; рядом с ней любая женщина выглядела простушкой. Сколько критики в свой адрес наслушалась Джейн, особенно в подростковом возрасте: она и ниже сестры, и дурнее, и унылее…

В конце концов Джейн поверила в слова сестры, которая ко всему прочему распространяла по школе нелепые слухи.

Она уже хотела убрать телефон, так и не прочитав сообщение, которое, скорее всего, сводилось к очередной просьбе, но нажала не ту кнопку, и взгляд выхватил несколько слов:

«Смотри, что получилось. Вот интервью».

Интервью? Какое интервью?

Потом она вспомнила. Агент по рекламе, работающий на Дженну, хотел взять у нее интервью несколько месяцев назад для журнала «Сэлебрити лайф». Дженна должна была предстать воплощением красоты и успеха, а ее сестра — умной. В назначенный день Джейн сдавала экзамены и просто не успела ответить на вопросы, а затем принять участие в фотосессии. Она надеялась, что об этой глупой затее уже забыли, но не тут-то было.

Джейн быстро пожалела о том, что решила посмотреть вложенный файл. На фотографии она выглядела так, словно отработала дюжину ночных смен подряд. На ней были потрепанные спортивные штаны, старая футболка и много повидавшая куртка на молнии с капюшоном. Волосы скрывала страшная фетровая шляпа. Казалось, ей не терпелось рухнуть без сил на ближайший диван.

В статье не было ничего о том, чем Джейн зарабатывает на жизнь; вся информация была посвящена сестре. Текст пестрел намеками и открытыми замечаниями по поводу того, насколько они разные.

Хуже того, журнал поступит в продажу в больничный газетный киоск, и все смогут прочитать статью.

Надо предупредить Тео, а то статья может бросить тень на родильное отделение. Но Джейн не скажет об этом прямо сейчас; Тео и Мэдди нечасто веселились на вечеринках, поэтому Джейн не хотелось портить им настроение. В любом случае уже ничего нельзя изменить.

Джейн закрыла телефон, продолжая задаваться вопросом, за что сестра так ее ненавидит, ведь она всегда старалась оказывать ей поддержку, понимая, какая нелегкая жизнь у супермоделей. Дженне приходится постоянно находиться в центре внимания, следить за каждым жестом и словом, за питанием. Папарацци жаждут сенсаций, коллеги с нетерпением ждут провала, стремясь построить карьеру на неудачах других. Появляются новые модели, способные и готовые занять тепленькое местечко. Дженна работала в опасном бизнесе, где человек обречен на одиночество. Их мать занималась тем же. Все закончилось душевной пустотой и тяжелой депрессией. Дженна страдала от головных болей и нервных припадков, а Джейн с детства не болела ничем серьезнее простуды. Она отчаянно пыталась быть доброй. Она изо всех сил ухаживала за матерью и сестрой, никогда не жаловалась, не говорила и не делала ничего, что могло бы заставить их почувствовать себя обузой.

И все же ничто из того, что она делала, не могло удовлетворить Дженну и Софию. Они только пренебрежительно взирали на нее со своего пьедестала и ругали ее. Джейн не могла ничего изменить.

Она вздохнула. Сорча привела ее на бал, и Джейн не собирается позволять сестре портить ей настроение. Она резко развернулась и направилась к бару, где залпом выпила бокал шампанского и заказала еще один. Пузырьки тут же ударили в нос. Алкоголь не помог забыть ужасную фотографию в журнале, но немного притупил ее страдания.

Джейн взяла вторую порцию шампанского и уже собиралась найти знакомых, поболтать с ними и потанцевать, когда кто-то толкнул ее под руку, и все содержимое ее бокала пролилось на белый смокинг стоящего рядом мужчины.

— О нет! Извините, — произнесла она в ужасе. — Пожалуйста, простите меня.

— Это был несчастный случай. Никаких проблем. — Он вынул платок из кармана и промокнул пятно на рукаве смокинга.

Джейн понимала, что это бесполезно — пятно все равно останется.

— Пожалуйста, пришлите мне счет из химчистки.

Она уже собиралась достать из сумки ручку и блокнот, чтобы записать свой адрес, как вспомнила, что с собой у нее ничего нет. Изящный клатч был в десять раз меньше сумки, которую она обычно с собой таскала. Сорча не раз поддразнивала ее, говоря, что туда можно засунуть даже кухонную раковину. Сейчас же Джейн с трудом втиснула ключ от дома, кошелек и мобильный. Она вытащила телефон, собираясь отправить адрес в СМС-сообщении. Незнакомец улыбнулся.

— Все в порядке, — сказал он. — В самом деле. Но если вы хотите загладить свою вину, то можете со мной потанцевать.

Она моргнула. Что? Стоящий перед ней мужчина был похож на Джеймса Бонда. Темные волосы, пронзительные голубые глаза и улыбка, способная заставить любую женщину пылать. Он был из тех людей, которые привлекают внимание.

— Танцевать с вами? — тупо спросила она.

Он пожал плечами:

— На благотворительном балу следует танцевать, не так ли?

— Я… — Джейн осеклась, но ей очень хотелось принять предложение. Да, стоящий напротив нее мужчина красив, но они даже незнакомы. — Ну, если вы так хотите. Меня зовут…

— Никаких имен, — отрезал он и улыбнулся. — Мне больше нравится идея танцевать с великолепной незнакомкой. Я буду называть вас Золушкой.

Великолепная незнакомка? Даже испытав на себе ловкость рук Сорчи, Джейн не выглядела так же потрясающе, как ее мать и сестра. Она была простушкой. И все же она улыбнулась.

— Если я Золушка, значит, вы прекрасный принц? — спросила она.

— Вы ищете прекрасного принца?

— Нет, меня спасать не нужно, в отличие от Золушки, — произнесла она. Хотя это было не совсем так. Сейчас ей не помешало бы потанцевать с самым красивым мужчиной на балу, чтобы забыть ту противную статью в журнале. Решив быть честной, она прибавила: — Кроме того, пальцы на ваших ногах могут действительно пожалеть о вашем предложении. Я ужасно неуклюжая.

— Мои пальцы ни о чем не пожалеют. Поэтому потанцуйте со мной в любом случае, — ответил он, улыбнулся, и в уголках его глаз появились морщинки.

— Если на ваших пальцах завтра будут синяки, не говорите, что я вас не предупреждала, — произнесла она.

Он рассмеялся:

— Думаю, я выдержу.

А потом Джейн обнаружила, что прекрасный принц хорошо танцует. Нет, он великолепно танцует! Кружась вместе с ним, она чувствовала, словно парит. Он вел ее так умело, что она ни разу не оступилась. Джейн никогда не летала так легко и непринужденно, и это стало для нее откровением. Она уже больше не казалась себе замарашкой.

Заиграла медленная музыка, но незнакомец не отпустил Джейн. Ей показалось совершенно естественным, что он еще крепче прижал ее к себе, а она коснулась щекой его щеки.

Кожа мужчины была мягкой, без намека на щетину. Джейн почувствовала цитрусовый аромат лосьона после бритья. Она закрыла глаза, наслаждаясь моментом, представляя себя прекрасной принцессой сказочного королевства.

А потом она почувствовала, как незнакомец склонил голову и его губы коснулись уголка ее рта. Джейн знала, что, если отстранится, он остановится.

Интересно, что произойдет, если она прильнет к нему сильнее? Поцелует ли он ее по-настоящему?

От предвкушения чаще забилось сердце, дыхание участилось.

И вот Джейн прижалась к нему крепче.

Мужчина обнял ее, а его губы увереннее заскользили по ее рту. Сладкое, заманчивое, многообещающее касание, от которого по телу Джейн пробежала дрожь. Она слишком давно не целовалась с мужчиной, поэтому уступила искушению и в наслаждении откинула голову.

Ее глаза были закрыты, Джейн сосредоточилась на ощущениях, которые дарил его поцелуй. Он побуждал ее отвечать.

Она разомкнула губы, позволяя его языку скользнуть в рот. Неизвестно, шампанское ударило в голову или осознание того, что она у всех на глазах обнимается с прекрасным принцем, но это волшебное мгновение показалось ей самым счастливым в ее жизни. В зале не было никого, кроме них. Она парила в невесомости, свободная и прекрасная.

Джейн не знала, сколько длился поцелуй, но когда очнулась, поняла, что звучит быстрая музыка, а они по-прежнему плавно движутся в медленном танце, обнимая друг друга.

Незнакомец моргнул, пытаясь оправиться от шока.

— Ого! Давным-давно на меня никто не производил такого сильного впечатления, Золушка, — тихо произнес он.

— Я могу сказать тебе то же самое. — Джейн действительно не могла припомнить похожей реакции. Она не испытывала подобных чувств даже к мужчине, за которого когда-то собиралась замуж.

Он наклонился и быстро ее поцеловал.

— Давай уйдем отсюда.

Джейн решилась покинуть зал с совершенно незнакомым человеком, с которым только что встретилась. Должно быть, она сошла с ума. Или очень сильно разозлилась и обиделась. А вдруг легкий флирт с прекрасным до умопомрачения принцем поможет ей почувствовать себя лучше?

— В этом отеле я снимаю номер. — Незнакомец прервал ход ее мыслей. — Я закажу шампанское, апельсиновый сок и поджаренные тосты с сыром.

Если бы он сказал, что закажет икру или омаров, Джейн никогда бы не согласилась. Но поджаренные тосты с сыром… Это звучало так мило и уютно. Предложение показалось ей крайне заманчивым.

— Хорошо. При одном условии.

— Что за условие? — спросил он.

— Никаких имен. Никаких вопросов.

Он удивленно округлил глаза:

— Только одна ночь? Ты это имеешь в виду?

— Да, — ответила Джейн.

Завтра утром она снова станет Джейн-простушка-супермозг. Ну, не совсем так — у нее выходной, поэтому она ограничится Джейн-простушкой, которой нужно убраться в квартире. Но сейчас у нее была возможность почувствовать себя красивой и желанной. Незнакомец только что заставил ее почувствовать себя красивой и желанной.

— Только одна ночь, — подтвердила она.

— Позволь мне задать один вопрос. У тебя нет парня?

— Нет, — с легкостью ответила она. Почему-то Джейн было приятно, что он спросил, ей, кстати, следовало сделать то же самое. — А ты свободен?

— Да. — Незнакомец слегка прикусил ее нижнюю губу. — Пошли.

Пока он брал ключ от номера, Джейн отправила Сорче сообщение:

«Немного болит голова. Пораньше лягу спать. Наслаждайся балом. Целую».

Написанное было не так уж далеко от истины. Она действительно ляжет спать пораньше. Но только не в своем доме. А упоминание о головной боли — уловка, выдуманная для того, чтобы Сорча не звонила ей в квартиру со своими расспросами.

— Все в порядке? — спросил принц-незнакомец.

— В порядке. — Джейн улыбнулась. — Просто отправила сообщение подруге, сказала, что уезжаю, а она не должна обо мне беспокоиться.

— Значит, теперь ты только моя. Хорошо.

Глава 2

Проведя свою Золушку к лифту, Эд с восторгом оглядел ее невероятно выразительное лицо.

Она была, безусловно, ответственной и здравомыслящей женщиной, раз решила предупредить подругу о своем исчезновении, чтобы та не беспокоилась. Он был уверен, сейчас она задается вопросом, правильно ли поступила.

Эд взял незнакомку за руку, поцеловал в ладонь, чтобы успокоить, и сложил ее пальцы так, чтобы закрыть место, которого только что коснулись его губы.

— Перестань волноваться, — тихо сказал он. — Ты можешь мне отказать, и я приму это. Мы просто посидим и выпьем.

— Я обычно так не поступаю, — пробормотала она и покраснела сильнее.

— Я тоже, — ответил он. — Мы оба поразительно осмелели.

К его облегчению, Золушка отреагировала на его шутку и улыбнулась:

— Думаю, ты прав.

Она не протестовала, когда он открыл дверь номера и жестом пригласил ее внутрь.

— Присаживайся, — предложил Эд и не удивился, когда она вытащила стул из-под туалетного столика и уселась на него, а не на кровать. — Мне заказать шампанское?

Незнакомка одарила его печальной улыбкой:

— Я думаю, мне достаточно выпивки. Если только ты планируешь выпить всю бутылку один… — Она поморщилась. — Скорее всего, нет.

— Большую часть напитка ты вылила на меня, — заметил он.

Она вздрогнула:

— Я знаю, и мне жаль.

Он покачал головой:

— Я имел в виду, что тебе сегодня не удалось выпить.

— На самом деле я пила шампанское. — Она в замешательстве прикусила губу. — Я осушила всего один бокал, потом взяла второй и опрокинула его на тебя.

Эд удивился. Золушка выглядела такой смущенной и одинокой у барной стойки, но тогда он списал все чувство вины из-за испорченного пиджака. Может, дело не в этом?

— Что случилось? Разве ты не хотела приходить на бал?

— Нет, дело не в этом. На вечеринках, которые устраивает руководство, всегда весело. — Она вздохнула. — Мы договорились не задавать друг другу никаких вопросов, забыл?

Он пожал плечами:

— Ладно.

— Почему ты снимаешь здесь номер? — тут же выпалила она.

Он улыбнулся:

— Мы же не задаем вопросов.

— Извини. — Она прикусила губу. — У меня мало опыта. Я никогда не оставалась наедине с совершенно незнакомым мужчиной.

Эд тоже никогда не приводил в номер незнакомку. Но ни одна женщина не привлекала его так, как эта милая Золушка. После развода он вообще избегал серьезных отношений.

Его сестры то и дело ныли по поводу того, что он должен снова завести подружку и веселиться. Поцелуй Золушки на танцполе взбудоражил его воображение. У него сложилось ощущение, что она нуждается в близости так же сильно, как он, хотя и волнуется из-за своего рискованного поступка.

— Это легко уладить. Меня зовут… — начал он.

— Нет, — перебила она его. — Мы были на благотворительном балу, устроенном руководством больницы, а значит, ты не можешь быть человеком с улицы. Иначе меня бы предупредили, чтобы я избегала встреч с тобой.

Он моргнул:

— Слухи разносятся с такой скоростью?

— Да.

— Итак, ты работаешь в больнице, — задумчиво произнес он.

— Никаких вопросов, — напомнила она ему.

Он улыбнулся:

— Это был не вопрос, а логический вывод. Бал устроило руководство, и ты отлично знаешь всех присутствовавших, — сказал он и прибавил на латыни: — Что и требовалось доказать.

— У тебя отличное образование. — Незнакомка улыбнулась, когда он выгнул бровь. — Я тоже сделала вывод. Большинство людей не используют латинский в повседневной речи.

— Если ты поняла, что я сказал, значит, и у тебя тоже отличное образование, — парировал он.

— Не обязательно. Возможно, я обожаю разгадывать кроссворды.

— Мне нравится наша словесная перебранка. Почти так же, как наш танец. — Эд смотрел в ее глаза. — И почти так же, как поцелуй с тобой.

У Золушки зарделось лицо, но на этот раз не от робости. Она слегка разомкнула губы, а ее зрачки расширились — ей нравилось вспоминать их поцелуй.

Эд взял ее за руку и коснулся губами запястья в том месте, где пульсировала венка. Чем дольше он ласкал запястье, тем чаще билось ее сердце. Ее кожа была очень мягкой и пахла сладкими цветами и чем-то еще. Запах волновал его.

— Ты сводишь меня с ума, Золушка, — тихо произнес он. — Но я не буду тебя торопить. Ты не против того, если я?.. — Эд провел пальцами по линии воротника рубашки и поморщился.

— Хочешь переодеться во что-нибудь более удобное? — спросила Золушка, выгнув бровь.

Он рассмеялся:

— Я просто хочу немного разрядить обстановку.

— Конечно.

— Спасибо.

Он встал, снял смокинг и повесил его в шкаф. Затем развязал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки; галстук остался висеть на шее. Она закатал рукава рубашки.

Она глотнула воздух.

— Что такое? — спросил он.

— Никакой ты не прекрасный принц. Ты настоящий Джеймс Бонд, — сказала она.

Он выгнул бровь.

— Это хорошо?

— О да, — хрипло ответила она. — Мы с подругой трижды смотрели в кинотеатре последний фильм про Бонда.

— Ну, только запомни, что я ненавижу мартини.

Она улыбнулась:

— Я тоже.

— И у меня нет лицензии на убийство.

Она развела руками:

— Единственная моя лицензия — водительские права.

Он рассмеялся:

— Классно! Ты мне нравишься, Золушка. — Его голос стал глубже и мягче. — Иди сюда.

Его слова прозвучали как приглашение, а не приказ. Она помолчала, явно взвешивая все за и против, затем кивнула, встала и подошла к нему.

Он обхватил ее лицо ладонями.

— У тебя идеальное лицо в форме сердца, — тихо произнес он. — И сейчас я очень-очень хочу тебя поцеловать. Можно?

— Да.

Эд улыбнулся и припал к ее губам. Он снова целовал ее нежно, осторожно, соблазнительно. Она запустила пальцы в его волосы и разомкнула губы, пробуждая в нем страсть.

И так же, как во время танца, Эда охватило сильное желание.

Отпрянув от незнакомки, он развернул ее спиной к себе и расстегнул молнию на платье. Она выгнулась, когда он стал поглаживать обнаженную спину. Нежная кожа требовала поцелуев и прикосновений. Эд хотел большего.

Он осторожно спустил бретели платья с ее плеч, ткань соскользнула. Эд прижал ее к себе и принялся поглаживать ее грудь сквозь кружево бюстгальтера.

— Я хочу тебя, — прошептал он. — Я хочу, чтобы наши тела соприкасались.

— Я тоже. — Хриплый голос незнакомки разжег в нем настоящее пламя.

Золушка повернулась в его объятиях, вытащила рубашку из брюк и расстегнула пуговицы. Ее руки были нежными, но действовали уверенно, когда она коснулась его мускулистой груди.

— Красиво, — промурлыкала она с одобрением.

— Спасибо. — Эд склонил голову, с благодарностью принимая комплимент. — Мне нравится, как ты меня гладишь.

Она улыбнулась в ответ, сняла с него рубашку и бросила на пол рядом со своим платьем. Обвела пальцем его ключицы.

Эду было очень приятно, но ему хотелось большего. Он поцеловал ее снова, соблазнительно и в то же время требовательно.

Расстегнув кружевной бюстгальтер, он отшвырнул его в сторону и осторожно дотронулся до прекрасной груди.

— Ты прекрасна, Золушка, — прошептал он.

Эд заметил сомнение в ее глазах. «Возможно, кто-то в прошлом повлиял на ее самооценку. Бывший?» — подумал он.

— Кем бы он ни был, — тихо сказал Эд, — он оказался идиотом.

— Кто?

— Тот, кто заставил тебя чувствовать себя неуверенно.

Она лишь пожала плечами и сменила тему:

— На тебе слишком много одежды.

Они договорились — никаких вопросов. Только сейчас Эд осознал, почему незнакомка этого захотела. Похоже, у них обоих был долгий перерыв. Они проведут вместе всего одну ночь. Больница, в которой ему предстояло работать, была огромной, поэтому их пути вряд ли пересекутся. Они подарят друг другу удовольствие, а затем разойдутся, словно чужие. Да они и есть чужие.

Эд взял Золушку за руки и положил их на пояс своих брюк.

— Если думаешь, что на мне слишком много одежды, почему бы тебе ее не снять? — предложил он.

Она расстегнула ремень, затем пуговицу на брюках и потянула вниз молнию.

— Ты красавица, понимаешь? — мягко произнес он. — Твои глаза… Я не могу сказать наверняка, какого они цвета: зеленые, серые или карие. Они постоянно меняют цвет, и мне очень хочется знать, какие они, когда ты сильно возбуждена. А эти губы… — Кончиком пальца он обвел ее нижнюю губу, — идеальной формы. Мне хочется целовать тебя до тех пор, пока у нас обоих не закружится голова. А еще вот здесь…

Опустив голову, он взял в рот отвердевший сосок.

Резко вздохнув от удовольствия, она запрокинула голову.

Джейн осознавала, что совершает серьезную ошибку. Она согласилась на близость с совершенно незнакомым человеком.

Их связь будет длиться всего одну ночь, отношений никаких быть не может. Ей не придется рисковать и доверяться ему, ведь существовала угроза того, что он окажется предателем, как Шон. Таким образом, незнакомцу не удастся завладеть ее сердцем, а затем его разбить.

Он жадно и провокационно целовал ее губы, требуя ответной реакции. Джейн так и не поняла, как оба избавились от одежды. Она лишь помнила, что он подхватил ее на руки и понес к кровати. Она почувствовала, как под его весом матрас прогибается, а затем вновь выпрямляется, когда он встал с кровати. Она открыла глаза.

— Презерватив, — сказал он в ответ на ее немой вопрос.

По крайней мере, один из них ведет себя разумно. Ей даже в голову не пришло, что нужно предохраняться. До чего же безрассудно и глупо она поступает!

Порывшись в кармане брюк, он вытащил бумажник, достал оттуда пакетик и положил его на тумбочку.

— Ты выглядишь взволнованной. — Он погладил ее по лицу. — Если передумала, я пойму. Я никогда не принуждал женщину, и не собираюсь делать этого сейчас.

— Просто я… — Джейн не встречалась ни с одним парнем после предательства Шона, не говоря уже о том, чтобы с кем-то переспать. Она не задумываясь отклонила несколько предложений, не желая снова рисковать и страдать. — Я не привыкла к таким отношениям, — призналась она.

— Тогда давай привыкать к ним вместе. — Он наклонился, чтобы снова ее поцеловать.

Прикосновение его губ было нежным и соблазнительным, но не требовательным. Как только Джейн ответила, он проник языком ей в рот.

Робость исчезла, она отдалась ощущениям, которые незнакомец пробуждал в ее теле страстными поцелуями и ласками.

Его рука скользнула между ее бедер, и она судорожно сглотнула, задыхаясь от наслаждения.

Джейн и не надеялась, что вместе им будет так хорошо. Боже правый, они ведь даже не знали имен друг друга. Но она осознавала, что принц-незнакомец интуитивно чувствует ее и знает, как доставить ей удовольствие.

Она едва сдержала стон, услышав шуршание пакетика. Надев презерватив, он медленно вошел в нее. Джейн почувствовала себя на седьмом небе. Да, этот принц-незнакомец точно знал, как обращаться с женщиной.

Волна экстаза накрыла их обоих одновременно. Затем он осторожно отстранился и произнес:

— Мне нужно снять презерватив. Погоди минуту.

Джейн накрылась простыней — наслаждение уступило место неловкости. Интересно, что нужно делать, если решила провести с незнакомым мужчиной всего одну ночь? Остаться до утра или одеться и уйти? Об этом Джейн не имела ни малейшего понятия. Никогда раньше она не делала ничего подобного.

Он появился из ванной по-прежнему обнаженный и выглядел так, словно совершенно не стесняется того, что происходит. Очевидно, он имел некоторые представления о правилах краткосрочных отношений, в то время как Джейн чувствовала себя абсолютной профанкой.

Улегшись на кровать рядом с ней, он прижал ее к себе:

— Что случилось?

Она вздохнула:

— Если ты действительно хочешь знать, то я понятия не имею, что следует делать дальше?

— После того, как мы занимались сексом, ты имеешь в виду? — Он погладил ее по голове. — Не думаю, что есть какие-то правила. — Он улыбнулся. — Я предлагаю тебе немного задержаться. Я закажу еду в номер. Решать тебе.

— Поджаренные тосты с сыром?

Он пожал плечами:

— Я закажу все, что хочешь.

Забавно, но при упоминании о лакомстве Джейн почувствовала себя как дома, и немного расслабилась.

— С удовольствием поем тостов, спасибо. И выпью апельсиновый сок, — добавила она. — Могу ли я набраться наглости и попросить кофе?

Он улыбнулся:

— Я бы тоже выпил кофе.

— И конечно, я оплачу половину счета, — решительно произнесла она.

Он покачал головой:

— Номер — мой, идея провести вместе ночь — моя, счет оплачиваю я. Не спорь.

Джейн и не могла бы с ним поспорить, даже если бы хотела.

— Ну, спасибо, — в замешательстве пробормотала она.

— Знаешь, — начал он, — когда я сегодня вечером шел на бал, я и предположить не мог, что всего через несколько часов буду сидеть на кровати с незнакомкой и поедать калорийную пищу. Но я очень рад, что встретил тебя, Золушка.

— Я тоже, — мягко и искренне ответила она.

Еда показалась обоим невероятно вкусной.

Принц-незнакомец был действительно великолепен. При виде его пронзительно-голубых глаз у Джейн замирало сердце.

Но она не хотела злоупотреблять его гостеприимством:

— Я думаю, мне пора уходить.

— Неужели ты действительно этого хочешь? — Он быстро поцеловал ее в губы. — Ты могла бы… — Он выдержал паузу. — Остаться на всю ночь.

Увидев выражение его лица, Джейн не устояла и согласилась.

Глава 3

Следующим утром Джейн, вздрогнув, проснулась и несколько долгих секунд не могла понять, как она оказалась в незнакомой комнате в постели с мужчиной, который крепко прижимал ее к себе.

Сначала она подумала, что ей снится красочный сон, а она обнимается со своим возлюбленным. Вдруг мужчина шелохнулся.

И тут до Джейн дошло, что она в постели вовсе не с возлюбленным. Ведь всего восемь месяцев назад она рассталась с Шоном. Значит, тело, которое к ней прижимается, принадлежит… Она с трудом сглотнула. Это был прекрасный принц, на которого она вчера пролила шампанское.

Итак, она попала из огня да в полымя. Какую же глупость она совершила, проведя ночь с совершенно незнакомым человеком и даже никого не предупредив, где находится. И пусть у него прекрасные манеры, и он подарил ей за ночь столько наслаждения, сколько ее бывший жених не дарил ей за два года, он все равно остается незнакомцем.

Ведь доктор Джейн Купер была известна своей рассудительностью! Она не должна поступать так бездумно! Да, в этот раз она сглупила. Хорошо хоть имя свое не назвала. Остается надеяться, что их пути больше никогда не пересекутся и они смогут избежать неловкой ситуации. Даже если оба будут работать в лондонской больнице имени королевы Виктории, они могут не встретиться, так как больница огромна. Она точно не встречалась с ним раньше, иначе запомнила бы его красивые глаза.

Джейн легко согласилась провести с ним ночь. Они несколько раз занимались любовью, у них даже закончились презервативы. Она чувствовала себя дерзкой и распустившейся, но почему-то ей было приятно.

Джейн совсем не сожалела о прошедшей ночи — разве можно о чем-то сожалеть, когда мужчина подарил ей столько прекрасных ощущений? Однако она понятия не имела, как вести себя с ним утром. Что ему сказать? Как справиться с ситуацией? Кроме того, ей нужно идти. Поэтому самое лучшее, что она может сделать, — бесшумно выскользнуть за дверь, прежде чем он проснется. Так они оба избегнут неловкости. Джейн медленно и осторожно высвободилась из его рук. Когда он во сне передвинулся, чтобы снова ее обнять, она подложила ему в руки свою теплую подушку.

Замечательно.

Джейн грустно улыбнулась. Возможно, если бы они встретились при других обстоятельствах… Но нет никакого смысла витать в облаках и мечтать о неосуществимом. Она должна отправляться в больницу, чтобы проверить состояние пациентки, а заодно поговорить с боссом.

Подобрав с пола белье и платье, Джейн быстро натянула их, взяла сумочку и туфли и на цыпочках направилась к выходу. Тихонько открыв дверь, она оглянулась на кровать: незнакомец по-прежнему безмятежно спал.

— Спасибо, — шепнула она. — Ты помог мне почувствовать себя красивой.

Вдруг она вспомнила об испачканном смокинге и подумала, что обязана оплатить хотя бы счет из химчистки.

На туалетном столике лежала кожаная папка с логотипом отеля. Как Джейн и предполагала, внутри были бумага и ручка. Она нацарапала короткую записку и, достав банкноту из кошелька, положила ее сверху. После чего выскользнула из номера, тихо закрыла дверь и зашагала прочь.

Вернувшись в свою квартиру, Джейн приняла душ, стараясь не думать о том, чем занималась с принцем-незнакомцем в ванной его номера вчера вечером, и переоделась в джинсы и футболку. Выпив кофе, она перечитала статью, понадеявшись, что все не так страшно.

Нет, статья была действительно отвратительная.

Джейн вздохнула и на миг закрыла глаза. Нет смысла звонить Дженне и ругать ее за проделку. Сестра просто наивно округлит глаза и станет настаивать на собственной невиновности, а крайним окажется журналист, накропавший такую чепуху. А потом их ссора приведет к очередному приступу депрессии у матери, и Дженна во всем будет обвинять Джейн, ее манеру безвкусно одеваться и опаздывать на важные мероприятия.

Представив последствия, Джейн просто отправила сестре сообщение:

«Спасибо, что проинформировала».

Даже Дженна не сможет ни к чему придраться.

А теперь нужно было поговорить с боссом и проверить состояние пациентки.

— У тебя же выходной, — сказала старшая акушерка Айрис, увидев Джейн в отделении.

Она улыбнулась:

— Знаю.

— Ты хорошо повеселилась на балу?

— Да, спасибо.

— Уверена? — Айрис заинтересованно уставилась на нее. — Выглядишь немного… Ну, взволнованной.

— Ты же меня знаешь. Я всегда беспокоюсь о своих пациентах, — беспечно произнесла Джейн.

Ей очень хотелось пожаловаться кому-нибудь на статью. Айрис, конечно, посочувствовала бы, но Тео должен узнать о публикации раньше. Джейн похолодела при мысли о том, что коллеги, которые сейчас хорошо к ней относились, могут изменить свое мнение после прочтения.

— Хочу навестить Эллен, — добавила Джейн и направилась в палату пациентки.

Эллен Бакстер вяло листала журнал, но оживилась при появлении Джейн:

— Доктор Купер!

— Доброе утро, Эллен. — Она искренне улыбнулась. — Как ваши дела?

— В порядке. Я на это надеюсь. — Пациентка поморщилась. — Пытаюсь расслабиться.

— Но это трудно, когда приходится соблюдать постельный режим и хочется вернуться домой. — Джейн сочувственно погладила ее по руке. — Давайте я взгляну в вашу карточку. — Она быстро ее прочла. — Ладно. Мне нужно проверить давление и температуру.

— Вы можете втыкать в меня столько иголок, сколько нужно, лишь бы я скорее попала домой! — в отчаянии воскликнула Эллен.

Джейн рассмеялась:

— Сегодня никаких уколов. — Она измерила давление и температуру, затем занесла данные в карточку. — Хорошо. Были боли или кровянистые выделения?

— Нет. И, поверьте, я бы сказала, если бы такое случилось, — с чувством произнесла Эллен. — Я хочу, чтобы все было хорошо. Я не должна потерять этого ребенка.

— Я знаю, — сочувственно произнесла Джейн. — Мы все за вас переживаем.

— Со мной здесь все так хорошо обращаются, но я все равно не дома. — Эллен покраснела. — Понимаю, что веду себя глупо, но я не могу нормально спать без Роба.

— Никакая это не глупость. Я понимаю ваше состояние.

Джейн понадобилось несколько недель, чтобы привыкнуть спать в одиночестве после расставания с Шоном. К счастью, она жила у него, поэтому, вернувшись к себе в квартиру, хотя бы не рыдала над вещами, которые он мог там оставить.

— Эллен, я довольна результатами вашего осмотра. Если Роб готов приехать за вами, то я выпишу вас сегодня. Но при определенных условиях, — твердо прибавила она.

— Любые условия, — согласилась Эллен с сияющей улыбкой.

— Во-первых, не волноваться. Во-вторых, при любых сомнениях, какими бы глупыми или ничтожными они ни показались, вы будете мне звонить. В-третьих, как только почувствуете боль, приезжайте прямо в отделение. Договорились?

— Договорились. — Глаза Эллен наполнились слезами. — Вы такая милая. Если бы не вы… — Ее голос надломился.

Джейн сжала ее руку:

— Ведь я здесь для этого. — Она улыбнулась. — Звоните Робу, а я и Айрис подготовим документы для выписки.

— Спасибо. Спасибо вам большое!

* * *

Эд обнимал во сне что-то теплое и мягкое… Он крепче прижал к себе это нечто, но вдруг осознал, что обнимает какой-то предмет, а не человека. Он открыл глаза и увидел перед собой подушку.

Незнакомка ушла, пока он спал, сунув ему под руку подушку.

Или, может, она в душе. Эд прислушался — из ванной не доносилось ни звука. Простыня, на которой она лежала, была холодной. Итак, она ушла довольно давно.

Наверное, хотела избежать неловкости. Хотя его задел тот факт, что она не подождала, пока он проснется.

По пути в ванную Эд заметил записку на туалетном столике.

«Дорогой прекрасный принц, спасибо тебе за прошедшую ночь. Надеюсь, этих денег хватит, чтобы оплатить счет из химчистки.

Золушка».

Итак, она все-таки поступила по-своему. Он поборол разочарование из-за того, что незнакомка не оставила свой телефонный номер и не назвала настоящее имя.

Да еще и деньги оставила! Эду было неприятно.

Но он сам виноват — действовал слишком безрассудно. Ему следовало проявить привычную рассудительность и серьезность. Нет, он больше не повторит этой ошибки.

Подготовив документы Эллен, Джейн решила переговорить с Тео. Она постучала в дверь его кабинета.

Он поднял глаза от стола.

— Джейни, у вас выходной. Что вы здесь делаете? — Он поднял руку, желая заставить ее молчать. — Ах, не говорите мне. Эллен Бакстер?

— Да. Я ее выписываю. Она позвонит мне, если возникнут проблемы, и приедет прямо сюда.

— И вы пришли, чтобы сказать мне об этом? Или принесли мне кофе? — Он с надеждой на нее посмотрел.

— На самом деле вам не помешало бы выпить коньяку, — печально произнесла она.

Он нахмурился:

— Что случилось, Джейни?

Она прерывисто вдохнула:

— Мне нужно кое-что вам показать. Мне очень жаль, но я совершенно ни о чем не подозревала, пока не получила письмо по электронной почте вчера вечером. — Она открыла статью и протянула телефон Тео.

Главный врач внимательно прочитал текст и, мрачно поджав губы, посмотрел на Джейн:

— Никогда в жизни не видел ничего более унизительного. Не могу поверить, что журналист прославляет такие мелочные и ничтожные человеческие качества. Он ни словом не обмолвился о том, чем вы занимаетесь! Вы в порядке?

Нет, она была ужасно сердита и обижена. Джейн сдержала эмоции и заставила себя улыбнуться.

— Я в порядке, — солгала она. — Но из-за этой статьи наше отделение будет выставлено в дурном свете. Если вы захотите, чтобы я уволилась, я вас пойму.

— Уволиться? Вы, наверное, шутите, Джейни. Вы отличный врач, и эта чушь не имеет с вами, а тем более с нашим отделением ничего общего. — Он закрыл телефон. — Когда журнал поступит в продажу?

— Я не знаю точно. Думаю, на этой неделе.

— Ладно. Я поговорю с менеджером газетного киоска и постараюсь убедить его не продавать журнал в нашей больнице. Если потребуется, скуплю все журналы в нашем киоске. Любой, кто вас знает, будет на вашей стороне. — Тео с мрачным видом передал ей телефон. — А те, кто хочет распространять о вас сплетни и делать глупые комментарии… Ну, их мнение ничего не стоит. Просто игнорируйте их, ладно?

— Спасибо. — Джейн оробела, услышав обещание босса скупить все журналы в киоске.

— Я так понимаю… — Тео произнес что-то по-гречески, поэтому Джейн не поняла смысла. Однако, судя по выражению лица, это было какое-то ругательство, — за всем этим стоит ваша сестра?

Джейн развела руками:

— Она попросила меня дать интервью несколько месяцев назад. Мы должны были выглядеть совершенно разными. Мол, одной дана красота, а другой — ум. Но у меня было полно работы, и я сдавала экзамены, поэтому отказалась давать интервью. Думала, Дженна просто забыла об этом.

— Она воспользовалась шансом снова задеть вас. Она вам ужасно завидует.

— Как она может мне завидовать? Она супермодель, — напомнила Джейн.

— Ей скоро стукнет тридцать лет, и у нее будет мало возможностей получить получить престижную работу, как в восемнадцать лет. Красота быстро проходит, а образование остается. Вы умная и делаете карьеру, а ее карьера постепенно рушится. Вы умеете располагать к себе людей. Вот поэтому она вам завидует. — Он вздохнул. — А ваши родители знают о статье?

— Наверное, нет. Но я в любом случае не собираюсь им об этом говорить. Вы знаете, у моей мамы слабое здоровье.

— Да, депрессию трудно преодолеть, — мягко произнес Тео, — но она все равно должна вас поддерживать. Кто-нибудь из родителей когда-нибудь ценил вас больше сестры?

Джейн не хотела отвечать.

— Все нормально, — тихо произнесла она.

Тео посмотрел на нее с сочувствием:

— Вы самый терпеливый человек из всех, кого я знаю.

— Моей маме нелегко. Когда ее карьера была на пике, она забеременела Дженной и мной, и ей навсегда пришлось отказаться от работы.

София твердила, что беременность погубила ее кожу и фигуру. А потом она страдала от послеродовой депрессии, поэтому уже не смогла вернуться в модельный бизнес.

— Знаете, Мэдди оказалась в такой же ситуации. Материнство требует жертв. Но на меня это тоже повлияло. Я отказываюсь от выгодных предложений, потому что не желаю переходить на работу, из-за которой не смогу уделять жене и нашим дочерям достаточно времени. Но ни я, ни она не хотели бы ничего менять, потому что дети принесли нам столько радости, — тихо сказал Тео.

Джейн с трудом сглотнула. Она не знала, что такое расти в семье, когда родители любят тебя без всяких условий, как делали это Тео и Мэдди. Джейн постоянно чувствовала себя виноватой за то, что родилась. Дженна никогда не поддерживала и не приободряла ее, пока она долгие годы изучала медицину. Она лишь унижала Джейн и насмехалась над ней.

Хотя не имеет смысла зацикливаться на прошлом. Джейн не сможет изменить реальность. Все, что она могла делать, это любить родителей и сестру и заботиться о них.

Тео сжал ее руку:

— Извините. Я перешел границы. Я не имею права критиковать вашу семью. Хотя мне жаль, что они вас недооценивают.

Он помолчал, потом спросил:

— Вы хотите, чтобы я сообщил Мэдди или Сорче?

— Нет. Со мной будет все в порядке.

— Хм. — Тео с сомнением посмотрел на нее. — Вы из-за этого рано ушли с бала?

— Нет, — ответила Джейн, однако не собиралась называть настоящую причину.

— Уверены?

— Конечно, — кивнула она.

— Пока я вам верю. — Он улыбнулся. — Теперь идите, я даю вам два выходных. Забудьте о глупой статье и возвращайтесь бодрой и веселой на работу во вторник утром, хорошо?

— Хорошо, Тео. — Джейн прерывисто вдохнула. — Спасибо.

— Всегда рад помочь.

Во вторник утром Джейн едва успела осмотреть первую пациентку, когда появился Тео:

— Джейни, у вас есть время?

Подняв глаза, она увидела рядом с главным врачом мужчину в белом халате, и у нее подкосились ноги.

О боже! Не может быть!

Последовавшие слова Тео подтвердили ее опасения:

— Я хотел бы познакомить вас с нашим новым коллегой.

Если Тео сейчас скажет, что врача зовут Джеймс Бонд, у нее начнется истерика.

— Эдвард Сомерс, — продолжал он. — Эд, это Джейн Купер, она недавно окончила университет и частично исполняет обязанности ординатора, но совсем скоро станет полноценным врачом.

Джейн почувствовала, что густо краснеет, и заметила, как уголок рта Эда едва заметно приподнялся в улыбке. О, пожалуйста, только бы он не заговорил о субботнем благотворительном бале…

— Приятно с вами познакомиться, Джейн, — вежливо произнес он.

Она стояла затаив дыхание, боясь, что он проболтается. Очевидно, Эдвард не собирался ни о чем рассказывать, потому что подобные откровения выставили бы в дурном свете его самого.

Почувствовав облегчение, Джейн улыбнулась:

— Мне тоже, Эдвард, или вы предпочитаете, чтобы вас называли Эдом?

Она могла поклясться, что он беззвучно произнес «Джеймс Бонд», но потом сказал:

— Зовите меня Эдом. Я могу вместе с вами провести осмотр пациентов?

— Я… Ну конечно. — Она развела руками. — Вы выше меня по положению. Полагаю, вы должны мной руководить.

Эд улыбнулся:

— Важен не только этикет. Вы уже знаете пациентов, поэтому я с радостью последую за вами.

— Оставляю вас в умелых руках Джейн, — заключил Тео и направился в свой кабинет.

— Очень умелых, — тихо произнес Эд.

«О, помогите!» — в панике подумала Джейн.

— Я, хм… Слушай, нам, вероятно, нужно поговорить, но сейчас мы должны… работать, — произнесла она.

— В данный момент мы будем работать, — согласился он.

Не успела Джейн познакомить Эда с первой пациенткой, как к ним торопливо подошла Айрис:

— Мне только что позвонили из неотложки. Будущая мамаша, возраст двадцать четыре года, одиннадцать недель беременности. Ее постоянно тошнит. Марина считает, что у нее гиперемезис.

— Мы уже идем, — ответила Джейн.

Она быстро представила Эда Марине Фентон, которая заведовала приемом срочных пациентов.

— Я уверена, что это гиперемезис. Бедняжка, по утрам ей особенно тяжело, — сказала Марина. — Я уже взяла анализ крови.

— Спасибо, Марина. Отличная работа.

— Миссис Тейлор там. — Она провела их в палату.

— Миссис Тейлор? Я Джейн Купер, а это Эд Сомерс. Доктор Фентон попросила вас осмотреть. Вам принести воды? — спросила Джейн.

Пациентка покачала головой:

— Я не могу ни есть, ни пить.

— Если будете пить воду небольшими глотками, то почувствуете себя немного лучше, — мягко произнесла Джейн и попросила медсестру принести стакан воды.

— Давно вы в таком состоянии? — спросил Эд.

— Примерно месяц. Я знала, что меня может тошнить по утрам, но не ожидала, что рвота будет и днем и ночью. — Ее вырвало. — Извините, — произнесла она через некоторое время.

— Вы не должны извиняться, — ответила Джейн, сжимая ей руку.

Появилась медсестра со стаканом воды, и миссис Тейлор сделала маленький глоток.

— Спасибо. Мне уже не так противно, — призналась она.

— Хорошо. Вы говорили с вашим семейным доктором или акушеркой? — спросил Эд.

— Я не хотела их беспокоить. — Она покачала головой. — Моя сестра тоже плохо переносила беременность. Она похудела и ужасно себя чувствовала во время первых месяцев.

Джейн и Эд обменялись взглядами. Гиперемезис передается по наследству и чаще всего встречается у женщин, вынашивающих близнецов. Гораздо реже является признаком серьезного заболевания. Необходимо провести обследование, чтобы выяснить причину состояния миссис Тейлор.

— Мой босс заставил меня приехать в больницу. Ко мне пришла клиентка. Из-за очень сильного аромата ее духов меня начало тошнить. — Пациентка прикусила губу. — Я очень надеюсь, что он меня простит.

— Уверен, что простит. Он послал вас в больницу потому, что беспокоится о вас, — успокоил ее Эд. — Итак, ваш срок примерно одиннадцать недель. Вы уже делали УЗИ?

— Нет, УЗИ назначено на следующую неделю. Мой Джейсон возьмет выходной, чтобы поехать со мной. — Выражение ее лица стало обеспокоенным. — Что-нибудь случилось с ребенком? Поэтому меня постоянно тошнит?

— Я думаю, у вас гиперемезис, чрезмерная рвота, появляется во время беременности, — объяснил Эд. — Мы вам поможем.

— Правда? — Миссис Тейлор выглядела так, будто боялась этому поверить.

— Правда, — подтвердила Джейн.

— А это не навредит ребенку? Моя бабуля говорит, что знавала тех, кто принимал лекарство от рвоты, и ребенок… — Она вздрогнула. — Я чувствую себя хуже, чем в аду, но не хочу потерять мою крошку.

— Мы не дадим вам никаких опасных лекарств, — успокоил ее Эд. — Доктор Фентон сказала нам, что уже взяла у вас кровь. Надо только дождаться результатов. А пока сделаем УЗИ.

— Кто-нибудь позвонил вашему мужу? — спросила Джейн.

— Джейсон уже едет, — ответила миссис Тейлор.

— Отлично. Мы переведем вас в родильное отделение, — произнесла Джейн.

— У вас обезвоживание, поэтому я хотел бы подержать вас больнице под капельницей, потом вы почувствуете себя намного лучше. Мы дадим вам лекарства, которые остановят рвоту, но не повлияют на ребенка, — заверил ее Эд.

К тому времени, когда миссис Тейлор перевели в родильное отделение, приехал ее муж. Эд провел его в кабинет, и Джейн заметила, что он установил монитор таким образом, чтобы Тейлоры не видели изображения на тот случай, если обнаружится патология плода.

Миссис Тейлор снова вырвало, ее муж держал для нее таз. Джейн вытерла ей лицо влажной тканью.

— Похоже, у нас будет единственный ребенок, — с трудом проговорила пациентка. — Я не собираюсь проходить через это снова. Никогда.

Джейн успокоила миссис Тейлор и взглянула на Эда. «Только бы это не была молярная беременность», — подумала она.

Эд понимающе кивнул, поняв ход ее мыслей; через мгновение он одарил Джейн ободряющей улыбкой и покачал головой.

— С ребенком все в порядке. — Эд развернул монитор, чтобы показать Тейлорам изображение. — Я предполагал, что у вас близнецы, но у вас только один ребенок. Вот его сердце, оно работает нормально. — Он указал на монитор. — Все органы развиваются как положено.

Проведя несколько быстрых измерений, Эд произнес:

— Ваш срок — одиннадцать с половиной недель.

Миссис Тейлор смахнула слезу:

— С ребенком правда все хорошо?

— Он развивается нормально, — успокоил ее Эд.

— Вы можете сделать фотографию? — спросил мистер Тейлор.

— К сожалению, нет, потому что это — портативный сканер. Когда на следующей неделе миссис Тейлор сделают полноценное УЗИ, вам распечатают фотографию, — объяснила Джейн.

Эд быстро рассказал о плане лечения, объяснил, что и зачем будет принимать пациентка. У Джейн время от времени возникало странное ощущение, будто она знала с Эда много лет, а не несколько часов. Она поняла, что они сработаются — он был настоящим профессионалам и заботливо относился к пациентам.

Джейн нравилось наблюдать за ним. Очень нравилось.

— Ты умеешь найти подход к людям, — заметила она, когда они расстались с Тейлорами.

Он выгнул бровь:

— Забавно, но я не смог найти подхода к женщине, которая от меня сбежала.

Джейн почувствовала, что краснеет.

— Я имела в виду другой подход. Ты отлично ладишь с больными. На прежнем месте я работала с врачом, который не уважал своих пациентов. Он был настоящей пираньей, и я поклялась, что никогда не буду себя так вести или общаться с подобным человеком. — Она усмехнулась. — Хотя мне стоило догадаться, что ты не пиранья, иначе Тео не нанял бы тебя.

Он улыбнулся:

— Я дразнил тебя, Джейн.

Ее лицо горело от смущения.

— Извини. Все говорят, что я слишком серьезная. Похоже, тебе не повезло с напарником.

— Я люблю умных и серьезных людей, — ответил он. — Пошли, давай продолжим осмотр.

Она познакомила Эда с другими пациентами.

Когда они закончили, он произнес:

— Я думаю, нам нужно поговорить. Там, где нас никто не сможет подслушать. Ты знаешь какой-нибудь укромный уголок?

Вот Джейн и дождалась возмездия за то, что вела себя так безрассудно субботним вечером.

— Хочешь верь, хочешь не верь, но самое укромное место в больнице — столовая. Там шумно, много людей, и никто не обратит на нас внимание.

— Хорошо. Пойдем.

Глава 4

Направляясь в столовую, Джейн была очень взволнована.

— Я угощаю, — решительно произнесла, стараясь не думать о субботнем вечере, когда они вместе пили кофе. — Черный, без сахара, не так ли?

— Да, спасибо. У тебя хорошая память.

— Врачи должны быть наблюдательными, — ответила Джейн с улыбкой. Она заказала черный кофе для Эда и капучино для себя. — Хочешь булочку? — спросила она.

— Нет, только с кофе, спасибо.

Когда она расплатилась, они уселись за столик в углу.

— Спасибо за то, что не стал распространяться в отделении о том, что произошло в субботу.

Он пожал плечами:

— Это не проблема. Но мы должны поговорить о воскресенье.

— Воскресенье? — Джейн подготовилась к серьезной беседе о проведенной вместе ночи и о границах, которые следует установить, чтобы наладить нормальные отношения. Они коллеги — и только. Произошедшее в субботу не должно повториться.

— Воскресенье, — подтвердил он. — Я очень надеялся тебя увидеть, когда проснусь.

Она помешивала кофе, стараясь не смотреть Эду в глаза.

— Ты спал, и я подумала, что нам будет неловко.

— Возможно. Но, проснувшись и обнаружив на туалетном столике деньги от женщины, с которой провел ночь, я почувствовал себя альфонсом.

Джейн чуть не поперхнулась кофе.

— Эти деньги предназначались для оплаты счета из химчистки. Я хотела помочь… — Она судорожно вздохнула. — Тео не представил меня как следует. Меня зовут доктор Джейн Купер. Я отлично налаживаю контакт с пациентами, но избегаю близкого общения.

— Хочешь знать, какой ты мне кажешься? — тихо спросил Эд. — Я считаю доктора Джейн Купер очаровательной, милой и доброй. И еще больше всего мне нравится то, что она даже не подозревает, как хороша собой.

Слова Эда были так непохожи на ответ Шона на ее вопрос о том, почему он изменил ей с Дженной. Он сказал, что она низкая и толстая. Подобное обвинение звучало просто глупо. Она не могла «прибавить» себе рост, расхаживая в туфлях на неудобных высоких каблуках в угоду кому бы то ни было. Обидев ее так же, как мать и сестра, Шон ударил по самому больному месту. Все обращали внимание только на внешность, не задумываясь о характере и душе. Джейн думала, что Шон — другой, но ошиблась.

Она нахмурилась:

— Послушай, я не жду комплиментов, Эд. Я знаю, какая я, и уже давно с этим смирилась.

— Так и должно быть, — сказал Эд.

Эд считал, что сошел с ума. Будучи серьезным человеком, он не привык действовать безрассудно. Но после встречи с Джейн он потерял покой и мог думать только о том, как бы снова остаться с ней наедине.

После развода Эд редко встречался с женщинами. Он перестал доверять собственному умению оценивать их. Похоже, Джейн тоже пережила разочарование. Возможно, бывший парень сильно ее обидел и заставил избегать серьезных отношений. Ну и что из того?

Эд почувствовал, что тот единственный раз был не просто способом убежать от реальности и снять напряжение. Между ними установилась таинственная связь, которую нельзя было понять разумом, только сердцем. Эд ощутил единение душ. Ему хотелось лучше узнать Джейн, провести с ней больше времени. И рядом с ней он терял привычную сдержанность. Впервые в жизни он жаждал риска.

Он видел, как она работает. Спокойный, компетентный специалист, умеющий трудиться в команде. Возможно, риск будет оправдан?

— Учитывая то, что я не смог увидеть тебя в воскресенье, не хочешь загладить вину сегодня вечером? — спросил он.

Она удивленно на него посмотрела:

— Что ты имеешь в виду?

Он пожал плечами:

— Поужинай со мной. — Он заметил панику, отразившуюся на ее лице, и прибавил: — Или пойдем в кино?

В ее глазах вспыхнули едва заметные озорные огоньки.

— На фильм о Джеймсе Бонде?

Она ответила именно так, как он ожидал. Эд усмехнулся:

— Если ты знаешь, где идет этот фильм, посмотрим его. Или найдем диск, но тогда придется смотреть у тебя, потому что в моем номере нет проигрывателя.

— Ты по-прежнему живешь в отеле?

Он кивнул:

— Я снял квартиру, но смогу туда переехать только в конце недели. Поэтому пока живу в отеле.

— Но у тебя есть семья или друзья, у которых ты мог бы остановиться? — спросила она и поморщилась. — Извини. Я ужасно любопытная.

Он развел руками:

— Не думаю, что мы должны соблюдать нашу договоренность «никаких вопросов». Ты ведь хочешь получше узнать нового коллегу? Я работал в Глазго, но вернулся в Лондон, чтобы быть ближе к семье.

Она нахмурилась:

— Тогда почему ты не остановился у родных?

Он улыбнулся:

— Я люблю свою семью. Очень люблю. Но они сведут меня с ума, если я стану жить с ним после четырнадцати лет разлуки. Они зададут мне гораздо больше вопросов, чем ты. Они меня ими засыплют, — прибавил он, видя, как у нее краснеют щеки. — А к старшему брату я не поеду.

Одно время Эд подумывал о том, чтобы пожить с братом и оказать на него положительное влияние. Но Джордж был крайне упрям и никого не желал слушать.

— Ты не ладишь с ним? — спросила Джейн.

Эд рассмеялся:

— Нет. У меня с Джорджем прекрасные отношения. Просто я не поспеваю за ним. Он привык бездумно растрачивать силы и здоровье.

— А ты его осуждаешь?

— Скорее, беспокоюсь о том, что однажды он зайдет слишком далеко. Поэтому я думаю, что сведу его с ума своими нравоучениями, как меня сводят с ума сестры, которые упрекают меня в том, что я слишком много работаю. — Эд помолчал, потом спросил: — А ты?

— У меня есть собственная квартира.

«Она снова уклонилась от ответа. Ладно», — подумал он и спросил напрямую:

— Твоя семья живет в Лондоне?

— Нет.

— Ты не любишь говорить на личные темы, не так ли? — продолжал он.

Она развела руками:

— О чем ты хочешь узнать? Мне двадцать восемь лет, я люблю свою работу и стремлюсь стать хорошим специалистом. Мои родители жили в Лондоне, но сейчас они на пенсии и переехали в дом с видом на море в Корнуолле. — Джейн замолчала. — Вот и все.

Судя по ее бессознательной жестикуляции и мимике, она хотела, чтобы он от нее отстал. Поэтому Эд решил сменить тему и спросить о чем-то более приятном, как ему казалось.

— Почему ты решила стать врачом?

— Я люблю улаживать проблемы, — объяснила она. — Я хочу помогать людям. Выбор профессии очевиден.

— Я тоже хочу помогать людям, — признался он. — Почему ты выбрала акушерство?

— Сначала меня заинтересовало ЭКО, — сказала она. — Мне понравилась идея, что можно давать людям надежду, помогать создать семью, о которой они страстно мечтают. Но потом я пошла работать в родильное отделение и поняла, что очень люблю детей. Ничто не сравнится с первыми волшебными секундами прихода человека в этот мир. О, и я должна тебя предупредить, что плачу всякий раз, когда принимаю роды.

Эд догадывался, что Джейн сентиментальный человек и она заботилась о своих пациентах.

— Но Тео знает, что меня интересует ЭКО, и я какое-то время работала с командой специалистов. Это означает, что у меня две замечательные возможности: принимать роды и заботиться о будущих мамочках. — Она посмотрела на Эда. — А почему ты выбрал эту профессию?

— Те же самые причины на самом деле. Я тоже люблю улаживать проблемы. В детстве я бинтовал собакам лапы и притворялся, что делаю это лучше всех.

— Значит, ты хотел стать ветеринаром?

— Да, когда был маленьким. — Он рассмеялся. — К счастью, собаки были ко мне очень снисходительны. Они позволяли мне слушать их сердца стетоскопом и обрабатывать лапы. Я был вынужден использовать их в качестве пациентов, потому что Джордж — мой старший брат — был слишком непоседлив, и я не успевал наложить ему повязку. — Эд покрутил чашку. — Моя сестра Элис заболела менингитом, когда ей было два года. К счастью, она выздоровела, но мы провели много времени в больнице. Мне очень хотелось, чтобы она скорее поправилась и вся семья снова была счастлива. Именно тогда я решил, что стану доктором. Сначала подумывал о том, чтобы стать педиатром, но потом Фрэнсис родила Би. Она была маленькой, краснолицей и писклявой, но именно тогда я осознал, что хочу помогать таким созданиям приходить в этот мир.

Джейн рассмеялась:

— Твои сестры знают, что ты называешь их маленькими краснолицыми, писклявыми созданиями?

— Да. — Эд усмехнулся. — Но я не скажу тебе, как они называют меня. Или как зовет меня Шарлотта.

— Элис, Би и Шарлотта. Ты — Эдвард, у тебя есть брат Джордж. — Джейн призадумалась. — На какие еще буквы алфавита начинаются имена твоих родичей?

— Моего отца зовут Дэвид, а мачеху — Фрэнсис. И я очень надеюсь, что девочки не планируют обзаводиться детьми, пока не получат образование.

— Они намного моложе тебя?

Он кивнул:

— Я на шесть лет старше Элис. Она вот-вот получит диплом юриста. Би учится на архитектора. Шарлотта — самая младшая — лучшая студентка университета и планирует писать диссертацию на тему неизвестных эпизодов истории Древнего Рима.

— Итак, вы все умные. — Джейн улыбнулась. — Чем занимается Джордж? Неужели он профессор астрофизики или что-то в этом роде?

— Он… — Эд умолк и задался вопросом, что именно рассказал Тео о нем сотрудникам больницы.

Он не хотел говорить о том, что его брат является наследником титула лорда.

— Он занимается семейным бизнесом, — уклончиво ответил Эд.

Джейн сразу заметила, когда Эд пошел на попятный, так как сама не очень любила обсуждать подобные темы. Эд не хотел рассказывать о Джордже, а она — о Дженне.

И все же Эд был любящим братом, беспокоившимся о родном человеке. Что-то здесь не так.

Но это не ее дело. Джейн решила не лезть к нему со своими вопросами.

Она взглянула на часы:

— Нам нужно возвращаться в отделение.

— Конечно. Итак, мы сегодня ужинаем или идем в кино?

«Помогите!» — мысленно прокричала она.

Джейн надеялась, что достаточно отвлекла Эда от идеи встретиться вечером.

— Мне очень приятно, что ты меня пригласил, но сегодня я не могу. Может быть, в другой раз?

— Конечно.

Вернувшись в отделение, они до конца дня занимались делами.

— Увидимся завтра, — сказал Эд. — Желаю приятного вечера, чем бы ты ни занималась.

«Поужинаю в одиночестве, в обнимку с учебниками». Но она не стала ему об этом говорить.

— И тебе приятного вечера, — ответила Джейн с улыбкой.

Тем не менее она не могла выкинуть Эдварда Сомерса из головы. Она то и дело отвлекалась от занятий и мечтала о нем. Какая глупость! Джейн обрадовалась, когда зазвонил телефон и на дисплее высветился номер ее лучшей подруги.

— Я могу прервать твои занятия? — спросила Сорча.

— В любом случае я собиралась сделать перерыв, — ответила Джейн.

— Хм, я просто проверяю, как у тебя дела.

Джейн точно знала, почему звонит Сорча. Именно сегодня вышел выпуск журнала со злосчастной статьей.

— Я в порядке, честно. В отделении никто не упоминал статью, а Тео договорился, чтобы на этой неделе в киоске больницы не продавали журнал. — Джейн прикусила губу. — На самом деле я думала, он просто скупил все экземпляры.

— Если бы он этого не сделал, то скупкой журналов занялись бы мы с Мэдди, — проворчала Сорча. — Я не буду говорить тебе о Дженне, потому что тебе это неприятно.

— Хорошо.

— Но я по-прежнему считаю, что она поступила с тобой подло, а ты, видимо, святая, если с этим миришься.

— Ты имеешь в виду, что я тряпка? — криво усмехнулась Джейн.

Сорча вздохнула:

— Нет, ты поступаешь так не потому, что слаба. Ты ведешь себя так по доброте душевной, а семейные отношения всегда сложны. Хотя, будь она моей сестрой, я бы от нее отреклась. Знаешь, не обязательно любить своих родственников или позволять им плохо к тебе относиться.

В ответ Джейн лишь кашлянула.

— Ладно, я умолкаю. Как твой новый коллега? — спросила Сорча.

«Великолепный мужчина, с которым я провела единственную ночь, и до сих пор ни о чем тебе не рассказала», — подумала Джейн и ответила:

— В порядке.

— Ну же, выкладывай.

— Не о чем говорить.

— Ну, он симпатичный?

— Да.

— Холостой?

Да, Эд холостой, но Джейн не хотела, чтобы Сорча знала. Она и о приглашении на ужин не стала рассказывать. Подруга снова начнет ее пилить, твердить про Шона, предательство и разрушенную жизнь. Девизом Сорчи было — «месть — лучшее лекарство от душевных мук».

— Вряд ли я стала бы спрашивать об этом нового коллегу. — Нужно было срочно менять тему, пока не наболтала лишнего. — Как поживает Джейк?

— Он замечательный.

— Хорошо. — Джейн улыбнулась. — Наконец-то он тебя заметил. Я рада, что вы поладили.

— Жаль, что у меня нет волшебной палочки и я не могу подобрать тебе достойную пару, — ответила Сорча.

— В этом нет необходимости, если честно. Мне хорошо одной.

— В самом деле? Но меня беспокоит твое одиночество. Я думаю, после истории с Шоном в тебе что-то надломилось.

Сорча оказалась права.

— Полагаю, что усвоила горький урок, — беспечно произнесла Джейн. — Теперь я предпочитаю дружбу любви. Так намного проще жить.

— Не все мужчины такие же подлые, как Шон.

— Я знаю, — ответила она.

Эд определенно не похож на Шона. Однако Джейн не хотела слишком скрупулезно анализировать свои чувства к нему. Она думала, что у нее есть будущее с Шоном; рассчитывала создать с ним семью, о какой всегда мечтала; думала, они будут любить друг друга без всяких условий. И жестоко ошиблась. История может повториться. Они провели вместе всего одну ночь, и, по мнению Джейн, этим стоило ограничиться.

— У меня все хорошо, Сорча, правда, — сказала Джейн.

Да, ее одолевают немного противоречивые чувства, но она справится.

— Ну, ты знаешь, где меня найти, если захочешь поговорить. Звони даже на рассвете.

— Я знаю, спасибо тебе. Как здорово, что ты у меня есть.

— Я тоже рада. Не засиживайся за книгами допоздна.

— Не буду, — пообещала Джейн.

— Увидимся завтра за обедом. Звони, если понадобится помощь, ладно?

— Позвоню. До завтра.

Глава 5

— Скopo в отделение привезут пациентку с кровотечением. Мне нужно провести обследование, — сказала Джейн Эду. — Ты не возражаешь?

— Конечно не возражаю. Расскажи о ней. Ей делали ЭКО?

Джейн кивнула:

— Ее зовут Пиппа Даффилд. УЗИ показало низкое лежание плаценты.

— Такое случается почти у трети женщин. Ты, как и я, знаешь, что эта проблема исчезает сама собой в большинстве случаев, когда плод набирает определенный вес, — ответил Эд.

— У нее беременность высокого риска. А ведь она носит близнецов.

— Ладно. Сколько процедур у нее было и сколько ей лет?

— Она забеременела после четвертого цикла, ей тридцать восемь лет.

— Возраст еще один фактор риска. — Он помрачнел. — Будем надеяться, что у нее предлежание плаценты, а не разрыв.

Джейн тоже на это надеялась. Разрыв опасен для жизни женщины и ее ребенка.

Эд задумался:

— Какой у нее срок?

— Тридцать две недели.

— Значит, нам в любом случае придется искусственно вызывать у нее роды на тридцать пятой неделе. Но необходимо остановить кровотечение. Я предпочел бы оставить ее на сохранении до родов. Нам удастся следить за ее состоянием, — заметил он. — Ты согласна?

Она развела руки:

— Слушай, ты врач, тебе решать.

— Она твоя пациентка. Ты спросила мое мнение.

— Мое мнение полностью совпадает с твоим.

— Хорошо. — Эд улыбнулся. — Я рад, что мы мыслим одинаково. У меня такое ощущение, что я работаю с тобой много лет, а не пару дней.

Джейн удивилась тому, как у нее потеплело на душе от этих слов.

— У меня тоже такое ощущение. Наша слаженная работа пойдет на пользу пациенткам. Я должна предупредить тебя о том, что Пиппа решительно настроена рожать самостоятельно, но при сложившихся обстоятельствах естественные роды маловероятны.

— Все зависит от того, что покажет УЗИ, — сказал он. — Если плацента находится в десяти миллиметрах от шейки матки, то естественные роды — слишком большой риск как для Пиппы, так и для детей.

Джейн попросила Джо, одного из фельдшеров, встретить такси с Пиппой. Как только Эд и Джейн приготовили смотровую, Джо привез Пиппу в кресле-каталке.

— Спасибо, Джо, я очень вам признательна, — произнесла Джейн с улыбкой. — Пиппа, как ваши дела?

— Я так испугалась, Джейн. Я не хочу потерять детей. Не сейчас. Не после того, что все мы пережили. Я просто не могу. — Лицо Пиппы было покрыто красными пятнами от слез. — Когда у меня началось кровотечение… — она прерывисто вздохнула, — я так испугалась.

— Неудивительно, что вы испугались. Любая будущая мать повела бы себя так же, — успокаивала ее Джейн. — Но, прежде всего, запомните, что у вас тридцать две недели беременности, поэтому, если близнецы родятся сегодня, весьма вероятно, что с ними все будет в порядке. Существуют различные причины кровянистых выделений или кровотечений. Пока мы вас не осмотрим, я ничего не смогу сказать. Но вы в хороших руках. Сейчас самое лучшее, что вы можете сделать, — это несколько раз глубоко вдохнуть.

Джейн показала Пиппе, как нужно дышать, и та постепенно успокоилась.

— Превосходно. Теперь давление немного снизится. Кстати, познакомьтесь с нашим новым врачом Эдвардом Сомерсом. Эд, это Пиппа Даффилд.

— О боже. — Пиппа округлила глаза. — Мое состояние настолько плохо?

— Нет. Просто я работаю в больнице первую неделю, в паре с Джейн, — непринужденно произнес Эд.

— И он очень хороший доктор, — добавила Джейн. — Он намного опытнее меня.

Пиппа слабо улыбнулась. Эд осторожно осмотрел Пиппу:

— Вы чувствуете боль?

— Нет.

— Хорошо. Вы чувствовали нечто похожее на родовые схватки?

— Нет.

Он кивнул:

— Джейн, проверьте сердцебиение младенцев.

Она выполнила его указание.

— Сердцебиение нормальное. На данном этапе мы не собираемся проводить внутренний осмотр, Пиппа.

До тех пор пока они не выяснят, что у нее, Джейн не желала рисковать и проводить внутренний осмотр, который может усилить кровотечение.

— Но мы хотели бы сделать ультразвук, чтобы получить лучшее представление о том, что вызвало кровотечение, — заметила Джейн.

— С детьми все в порядке, слава богу. — Пациентка на миг закрыла глаза от облечения. — Делайте все, что нужно, Джейн.

— Мне также потребуется взять анализ крови, — добавила Джейн.

Она быстро взяла анализ и поставила Пиппе капельницу, а Эд привез портативный сканер.

Сканирование доказало предположение Эда.

— Ваша плацента находится у основания матки и частично блокирует шейку, — объяснил он. — В последнем триместре беременности шейка матки начинает утончаться и растягиваться, готовясь к родам. В вашем случае некоторые кровеносные сосуды лопнули, что и вызвало кровотечение. Джейн сказала мне, что вы потеряли не слишком много крови, поэтому не следует сильно волноваться. Мы будем вас наблюдать. Хорошая новость в том, что на самом деле вы, вероятно, сможете родить детей, как и планировалось, на сроке в тридцать пять недель.

— А плохая новость? — спросила Пиппа.

— Вы хотите рожать естественным путем. — Он сжал ее руку. — Мне очень жаль, но это невозможно, потому что плацента будет и дальше отслаиваться. Вы потеряете много крови, мы не будем рисковать вами и вашими детьми.

По щеке Пиппы покатилась слеза.

— Я не могла нормально зачать, а теперь не смогу нормально родить. Я стану отвратительной матерью, — причитала она.

— Ни в коем случае, — спокойно возразил Эд. — Многим женщинам нужна медицинская помощь в зачатии; многие женщины в конечном счете рожают с кесаревым сечением. Мы сможем запланировать ваши роды, а это хорошо: вам не придется мучиться во время родов, а потом лежать в отделении экстренной хирургии. Ваши дети не будут страдать от того, что их мать окончательно измотана. Довольно непросто рожать близнецов даже при нормальном течении беременности. — Он улыбнулся Пиппе. — Сейчас, как мне кажется, вы испытываете разочарование, облегчение и волнение. Окажись я на вашем месте, выплакал бы все глаза. Вы держитесь молодцом.

Пиппа прикусила губу:

— И что теперь? Я должна идти домой и отдыхать?

— Нет. Мы хотели бы оставить вас в отделении, — ответила Джейн. — Вас нужно наблюдать.

— На одну ночь?

Эд покачал головой:

— До родов.

— Три недели? Но я не могу. — Пиппа в ужасе на них посмотрела. — Я еще не подготовила детскую комнату! Я только на прошлой неделе ушла в декретный отпуск. — Она обреченно покачала головой. — Я так старалась не переутомляться и не метаться туда-сюда, как обычно. — Она смахнула слезы. — Я не хочу, чтобы мать Майка оформляла детскую по своему усмотрению.

— Эд, вы не могли бы позвонить Майку и вызвать его сюда, пока я посижу с Пиппой? — спросила Джейн.

— Конечно.

Он отвел Джейн в сторону и прошептал:

— Нам нужно будет с ним поговорить.

Джейн сидела с Пиппой, держа ее за руку и успокаивая:

— Я знаю, что вам тяжело, но мы поможем вам справиться. Эд и я с радостью переговорим, с кем захотите. Мы расскажем, в каком вы состоянии и почему вам необходимы покой и утешение.

— Не думаю, что мать Майка знает, что это такое, — устало произнесла Пиппа. — И он никогда ей не противоречит.

— Вы удивитесь, когда узнаете, насколько меняются люди, становясь родителями. Даже если вы не можете постоять за себя, вы боретесь за своих детей.

В смотровую комнату вошла акушерка Рози:

— Джейн, извините, но Эду нужно быстро переговорить с вами. Он в своем кабинете.

— Конечно. Я вернусь через минуту, Пиппа. — Она улыбнулась. — Рози, вы не могли бы немного посидеть с ней?

— Конечно посижу.

Войдя в кабинет Эда, Джейн обнаружила, что у его письменного стола сидит Майк Даффилд.

— Джейн, с Пиппой все в порядке? А с детьми? Мистер Сомерс только что рассказал мне, что случилось. Я могу ее увидеть?

— И с ней, и с детьми все в порядке, — успокоила его Джейн. — Майк, я понимаю, что вы взволнованы и хотите повидаться с женой, но прежде мы хотели бы с вами поговорить.

— О чем? Есть что-то, о чем вы умолчали?

Джейн покачала головой:

— Мы намерены положить Пиппу на сохранение, чтобы отслеживать состояние ее здоровья, и она очень расстроилась по этому поводу.

— Мы хотим наблюдать за ней, потому что кровотечение может повториться. Мы можем контролировать ее состояние. Если будет необходимо вызвать преждевременные роды, мы так и сделаем. Пиппа расстроилась из-за того, что не успела оформить детскую, — добавил Эд.

Лицо Майка просветлело.

— Ну, я могу с этим разобраться, и моя мама поможет.

Вот этого Пиппа и боится. Джейн приготовилась к трудному разговору.

— Майк, мне не удастся сообщить вам об этом тактично и вежливо, поэтому заранее извиняюсь, если перейду границы дозволенного. Но Пиппа боится, что в конечном счете детская будет оформлена так, как хочет ваша мать, а не она.

Майк опешил.

Эд взглянул на Джейн и едва заметно кивнул.

— Вы можете поговорить со своей матерью? — спросил он.

— Я… — Майк выдохнул. — Честно говоря, мама и Пиппа иногда ругаются. Они обе сильные личности. Если мама узнает, что Пиппа не хочет ее помощи, она рассердится.

И вне сомнения, Майк не радовался перспективе оказаться между двух огней. Отец Джейн вел себя точно так же, поэтому она понимала, что Пиппа раздражается из-за того, что муж не защищает ее.

— Есть ли кто-то еще, кто может помочь вам в оформлении детской? Друг, родственник? — спросила Джейн. — Потому что Пиппа должна отдыхать и сохранять спокойствие ради себя и детей.

Майк поморщился:

— На самом деле мама не знает, что Пиппа сделала ЭКО. Она боится, что люди будут думать, будто она плохая мать, если не смогла зачать без посторонней помощи.

— Она действительно говорила нечто подобное, — заметил Эд. — Но я уверен, она будет прекрасной матерью. Нет никакой разницы, как зачаты дети и каким образом появятся на свет. — Он призадумался. — А как насчет отца Пиппы? Или сестры?

— Ее отец слабый человек, а сестра… — Майк наморщил нос. — Они не близки. Я сомневаюсь, что Пиппа захочет просить ее.

Джейн понимала, о чем он говорит. Она отлично знала, что такое сестра с отвратительным характером. Дженна — последний человек, к которому она обратилась бы за помощью. Все равно ответ будет отрицательным.

— У нее есть лучшая подруга? Если общение с ней поможет Пиппе успокоиться, то, как доктор, я советую вам ей позвонить.

— Ну, я могу ей позвонить, — неуверенно произнес Майк, растягивая слова. — Но Шелли любит покомандовать.

— Так ведет себя и моя лучшая подруга, — заметила Джейн с улыбкой. — Вот это я в ней и люблю. Она помогает мне в трудных ситуациях.

— Ладно, я ей позвоню, — наконец решился Майк. — И скажу Пиппе, чтобы она не беспокоилась о детской.

— Спасибо. Если вы избавите ее от этой проблемы, ей действительно станет легче. Я проведу вас к ней.

Остаток утра Джейн провела с Даффилдами. Перед обеденным перерывом она столкнулась с Эдом у ординаторской.

— Как дела у Пиппы? — спросил он.

— Гораздо лучше. И спасибо за то, что замолвил за нее слово перед Майком. Разговор действительно помог.

— Всегда к твоим услугам. — Он улыбнулся. — Пообедаешь со мной?

Она с сожалением покачала головой:

— Извини, у меня уже назначена встреча. — Джейн взглянула на часы. — Мне пора. Пока.

До конца дня Джейн не виделась с Эдом. Она провела осмотр своих пациенток, уделив особенное внимание Пиппе. Покидая отделение, она прошла мимо открытой двери кабинета Эда.

— Джейн? Мы можем поговорить? — спросил он.

— Конечно.

— Закрой дверь.

Она нахмурилась, но послушалась.

— Скажи мне честно, у меня проблемы с гигиеной?

Она посмотрела на него с недоумением:

— Нет. С какой стати ты об этом спрашиваешь?

— Значит, у меня тяжелая форма паранойи, потому что мне кажется, будто ты меня избегаешь. — Он вздохнул. — Джейн, ты мне нравишься. В ту ночь мне показалось, что я тоже тебе нравлюсь.

Да, он ей нравится. Однако она не хочет рисковать и снова страдать.

Она промолчала, не зная, что сказать.

— Насколько я понимаю, ты решила, что мы должны оставаться только коллегами? — продолжал он.

— Да. — На мгновение она увидела разочарование в его глазах.

Итак, он действительно к ней неравнодушен.

— Но если честно, то нет, — призналась она через мгновение. — Слушай, я не хочу прямо сейчас вдаваться в подробности, но мне не везло в отношениях с мужчинами.

— Вступай в мой клуб неудачников. Я в разводе, — грустно улыбнулся он. Они познакомились совсем недавно, но Джейн уже успела понять, что Эд был рассудительным, добрым и обаятельным. Кроме того, невероятно привлекательным в физическом плане. Так с какой стати жена захотела порвать с ним? Или он сам решил, что она ему не подходит?

— Я не буду ничего у тебя выпытывать, — пообещала она.

— Рассказывать особенно не о чем. Мы оказались слишком разными.

— Это я могу понять, хоть и не была замужем, — призналась она. Джейн мечтала о настоящей семье, а Шон — о развлечениях с длинноногими красотками.

— Похоже, у нас много общего, — заметил Эд. — Давай просто пойдем и поедим пиццу там, где много людей и ярких огней, а потом я провожу тебя домой и очень целомудренно поцелую на ночь, и мы расстанемся у твоей парадной двери?

— Ты действительно хочешь пойти со мной в кафе?

— Да.

Эд говорил серьезно. Итак, пусть Джейн не везло с мужчинами прежде, но она видела, как Эд разговаривает с пациентками. Он был искренен, добр и умел их слушать. Эд Сомерс — хороший парень и очень страстный любовник.

— Пицца, целомудренный поцелуй, расставание у парадной двери моего дома… — повторила она.

— Ну, целомудренных поцелуя может быть два. Но обещаю, что они будут целомудренными. Если только… — Его глаза лукаво сверкнули. — Если только ты сама не захочешь поцеловать меня не целомудренно. В этом случае я возьму свои слова назад.

Его предложение было заманчивым. Очень заманчивым.

Осмелится ли она ему довериться и подпустить к себе так близко? Возможно, Сорча права, и ей просто нужно начать наслаждаться жизнью и оставить прошлое позади? Встречи с Эдом и секс с ним не означают, что она в него влюбится. Ему тоже не повезло в личной жизни. Они не должны торопиться или давать друг другу какие-то обещания. Нужно просто позволить событиям идти своим чередом. Они порадуются тому, что им хорошо вместе, и постараются не привязываться друг к другу.

— Ладно. Поедим вместе пиццу.

— Отлично. Дай мне несколько минут, чтобы сохранить файл и выключить компьютер, и я весь твой.

Весь твой. Джейн понравились его слова.

— Значит, встречаемся в пять, — заключила она.

Глава 6

Джейн точно знала, куда они должны пойти: в небольшую тратторию, где всегда много посетителей, яркое освещение и фантастически вкусная еда.

— Отличный выбор, — одобрил Эд, попробовав пиццу. — Потрясающе.

— Обычно я прихожу сюда с Сорчей, — пояснила Джейн. — Именно из-за еды.

Они провели весь вечер за разговорами и выяснили, что их предпочтения в музыке, книгах и фильмах схожи. Когда Джейн допила третью чашку кофе и взглянула на часы, ее глаза расширились от удивления.

— Вот это да! Мы провели здесь четыре часа.

Эд выглядел смущенным.

— Извини, не хотел задерживать тебя так долго.

— Нет, на самом деле это был дивный вечер. — Джейн безуспешно попыталась скрыть в голосе удивление — это было не очень-то вежливо с ее стороны. — Извини, просто я давно не ходила на свидания и чувствую себя немного неловко.

— Я тоже наслаждался сегодняшним вечером, — ответил Эд.

Он проводил ее домой, поднялся до парадной двери и целомудренно поцеловал в уголок рта.

— Разве не следовало поцеловать меня в щеку? — спросила Джейн.

— Ну, фактически я и поцеловал в щеку, — заметил он.

— Хм…

Он коснулся ее щеки, но на этот раз Джейн слегка повернула голову, и губы Эдда соскользнули. Отстранившись, он посмотрел ей прямо в глаза:

— Джейн, ты собираешься меня поцеловать?

— Разве ты против?

Он улыбнулся:

— Нет. Я буду в восторге.

Она тоже была в восторге. Он целовал Джейн не слишком требовательно, не желая принуждать ее. Он считал ее безумно привлекательной, и прикосновения говорили об этом.

Наконец, Эд прервал поцелуй.

— Мне лучше вернуться в отель. — Он погладил ее по щеке. — Я не стану напрашиваться к тебе в гости, хотя мне этого хочется, но я не гарантирую, что буду вести себя прилично.

Джейн задалась вопросом, не пытался ли Эд таким способом вежливо избавиться от нее.

Он быстро поцеловал ее в губы:

— Знаешь, у тебя все написано на лице. Тебе нельзя играть в покер.

Джейн почувствовала, что краснеет, и пробормотала:

— Извини.

— Наши отношения начались в какой-то спешке. Возможно, будет лучше, если мы не станем торопиться и постараемся лучше узнать друг друга, — добавил он тихо. — Посмотрим, к чему это приведет.

— Я согласна.

Его очередной поцелуй был сладким и нежным.

— Увидимся завтра. У тебя какое-нибудь окно выходит на эту улицу?

— Окно кухни. Второй этаж, посередине.

— Хорошо. Включи свет и помаши мне, когда войдешь в кухню, ладно?

— Ладно.

Джейн никогда раньше не встречалась с таким вежливым и заботливым мужчиной. Эд действительно стоял под окнами и ждал, когда она благополучно войдет в квартиру и махнет ему рукой. Шутливо салютовав Джейн, он удалился в отель.

— Мистер Сомерс, у вас есть время? — спросила Джейн на следующий день, прислонившись к косяку двери кабинета Эда.

— Конечно. Хочешь, чтобы я осмотрел одну из твоих пациенток?

— Нет. Мне просто интересно, занят ли ты сегодня вечером?

— Не занят. — Он обрадовался тому, что она спросила первая. — Что ты предлагаешь?

— Вчера ты упоминал что-то про кино. Вот мне и стало интересно, не хочешь ли прийти ко мне в гости, и мы вместе посмотрим фильм. Скажем, около восьми?

— С удовольствием, — ответил он.

— Комедия или драма?

— Выбор за тобой.

— Ты можешь разочароваться, — предупредила Джейн.

Эд усмехнулся:

— Ты так же говорила про танцы, но я ни о чем не пожалел, поэтому сомневаюсь, что буду разочарован сегодня вечером. — Он ей подмигнул. — Увидимся позже, Джейн.

Ровно в восемь часов вечера Эд стоял у двери дома Джейн и жал кнопку домофона.

— Проходи. Второй этаж, первая дверь налево, рядом с лестницей. — Через динамик ее голос звучал немного скрипуче.

Эд поднялся на нужный этаж, Джейн уже открыла ему.

— Привет! — радостно воскликнула она.

— Это тебе. — Он вручил ей цветы, купленные по дороге из больницы.

— О, какие красивые. — Она уткнулась носом в букет и глубоко вдохнула. — Спасибо, Эд. Они великолепны.

— Рад, что тебе понравилось.

Сначала он хотел выбрать для нее розы, но потом решил остановиться на душистых хризантемах.

И еще он предположил, что ей понравится белое вино. Джейн просияла, когда он вручил ей охлажденную бутылку шабли.

— Мое любимое вино. Знаешь, тебе не следовало так беспокоиться.

— Я решил, что тебе понравится.

— Входи, а я пока поставлю цветы в воду. Чувствуй себя как дома, — сказала она. — Гостиная вон там. Ты ведь не откажешься от бутылки вина.

— Спасибо, выпью с удовольствием.

Квартира Джейн оказалась именно такой, какой Эд ее себе представлял: небольшая, но красивая и уютная. В гостиной стоял длинный диван, вокруг него расположились мягкие кресла, обитые тканью желто-золотистого цвета. Он не удержался и просмотрел ее книжные полки: триллеры, сборники стихов и медицинские учебники; одну из полок занимала коллекция фильмов — драмы и комедии.

На каминной полке стояло несколько фотографий в рамочках. Ему не терпелось их рассмотреть, хотя он и понимал, что сует нос в личную жизнь Джейн, которую она так старательно оберегала. На одном из снимков была изображена сама Джейн в день получения диплома, рядом с ней стояла пара в возрасте — как он предположил, родители, и рыжеволосая девушка — ее лучшая подруга; на другом снимке Джейн, более юная, обнималась с довольным спрингер-спаниелем, на третьем — с пожилой женщиной.

— Великолепный пес, — заметил Эд, когда она вошла в гостиную с двумя бокалами вина.

— Это Берти, пес моей двоюродной бабушки, — ответила Джейн. — Я всегда хотела собаку, но мама их не очень любит. Она говорит, что они слишком грязные; она всегда причитала, что наша одежда вся в шерсти после того, как мы сходим в гости к Сэди. — Джейн пожала плечами. — Сэди тайком сказала, что может поделиться Берти со мной и будет ухаживать за ней в перерывах между моими визитами.

— А сейчас из-за тяжелой работы и проживания в многоквартирном доме ты не сможешь завести собаку, — догадался Эд.

— Нет. — Она выглядела печальной. — Я обожала Берти. Он был самым лучшим и умным псом.

— Это Сэди? — спросил он, указывая на фото Джейн и пожилой женщины.

Она кивнула:

— К сожалению, она умерла в прошлом году. Она была замечательным человеком. Мне повезло, что я ее знала.

— То же самое я чувствую к моим сестрам и Джорджу.

Эд мог поклясться, что Джейн вздрогнула. Она улыбнулась, но глаза оставались печальными.

— Хорошо, когда рядом такие люди, — тихо произнесла она.

— Это твои родители? — спросил он, указывая на фотографию.

— Да.

— Я не слишком назойлив с расспросами?

— Нет, все нормально. — Джейн пожала плечами. — Это старая фотография, но с тех пор мама почти не изменилась. Я думаю, это из-за того, что у нее прекрасное телосложение, как и положено модели.

— Твоя мама была моделью?

Джейн кивнула:

— Она сейчас на пенсии.

Эд рассматривал фотографию и размышлял. Мать Джейн обладала классической красотой, но казалась немного отталкивающей. Кроме того, ее мать не выносила собак, их шерсть и грязь. Возможно, у Джейн не было счастливого детства, как у него. Он почти не помнил родной матери, но Фрэнсис всегда была с ним добра, мила и очень его любила. Ее не волновали шерсть животных и грязь.

— Я думаю, у тебя ее глаза, — сказал он наконец, пытаясь подбодрить ее.

— Возможно. — Она вручила ему бокал с вином. — Держи.

— Спасибо. — Поняв намек, Эд отвернулся от фотографии. — Итак, что ты выбрала: драму или комедию?

— Комедию, — ответила Джейн.

— Отлично.

Эд обнял ее за плечи, и она расслабилась. Фильм оказался неплохим, но все его внимание было приковано к Джейн. Он очень старался сдерживаться. Вчера они провели целый вечер за разговорами, пытаясь узнать друг друга получше. Один поцелуй не помешает, не правда ли?

Он слегка передвинулся. Джейн — тоже. Он отклонился назад, и в конце концов Джейн оказалась лежащей на нем.

— Привет, — тихо произнес он и потянулся к ее губам.

Эд собирался поцеловать ее нежно и неторопливо, но вот Джейн разомкнула губы, и он утратил самоконтроль. Его пальцы скользнули под ее футболку. Погладив Джейн по спине, он коснулся ее ягодиц. Он чувствовал, как отвердевшие соски прижимаются к его груди — она тоже была возбуждена.

— Извини, этого не должно было произойти, — сказал он, когда они отпрянули друг от друга. — Я пытался вести себя как джентльмен. Но ты сама ко мне прильнула.

— Хм, — протянула она.

Увидев огонек в ее глазах, он улыбнулся и сел прямо, Джейн по-прежнему к нему прижималась.

Эд снова обнял ее:

— Знаешь, я говорил о том, что мы не должны торопиться и нам следует лучше узнать друг друга. Я передумал.

— Да?

— Я считаю, что мы должны познакомиться в ускоренном темпе.

Она нахмурилась:

— В ускоренном темпе?

— Так мы быстрее все поймем. И тогда я смогу сделать то… — Он помолчал. — То, что, по моему мнению, ты хотела бы, чтобы я сделал.

Ему понравилось, что она густо покраснела.

— До встречи с тобой я никогда так себя не вела. Боже правый, мы знакомы меньше недели, — оправдывалась она.

— Да. Наше поведение совершенно нелогично и нерационально. — Эд снова поцеловал ее. — У тебя ярко-зеленые глаза.

— И что?

— Я обратил внимание, что твои глаза меняют цвет. Когда ты возбуждена, они становятся ярко-зелеными.

Она покраснела еще сильнее:

— Ты представляешь меня этакой коварной соблазнительницей. Я обыкновенная. Я простушка Джейн.

— Если бы ты была простушкой, — тихо начал он, — я бы так на тебя не реагировал. — Эд поцеловал ее снова, чтобы подтвердить свои слова. — Я поеду домой, чтобы вести себя по-джентльменски.

— Но?.. — едва-едва слышно спросила она.

— Чего я действительно хочу прямо сейчас, так это отнести тебя в постель и свести с ума, как ты сводишь с ума меня. — Эд покачал головой. — Обычно я не веду себя так. Вся семья считает меня серьезным и рассудительным. Но рядом с тобой я так не могу. Мне хочется рисковать и следовать своим чувствам, а не доводам рассудка.

— Как Джеймс Бонд. — Она погладила его по лицу. — Думаю, ты можешь претендовать на роль в следующем фильме.

«На самом деле, — насмешливо подумал Эд, — на Джеймса Бонда похож мой брат Джордж, а не я».

— Спасибо за комплимент, но вряд ли.

— Перестань скромничать. Половина работниц больницы при виде тебя млеют.

— С каких это пор?

— Я говорила тебе, что слухи у нас распространяются быстро.

Он выгнул бровь.

— Ты не станешь слишком расстраиваться, если они будут болтать о нас с тобой.

Она поморщилась:

— Не люблю быть в центре внимания.

— Твой бывший работал с больнице? — вдруг спросил он.

— Нет, — вздохнула Джейн. — Наверное, нужно рассказать тебе о том, что произошло. Хотя это грязная история. Однажды я пораньше вернулась с работы и застала его в постели с женщиной.

Эд сглотнул. Как этот парень мог предать Джейн?

— Я сожалею, что он так тебя обидел. — Он не находил слов, чтобы описать свое возмущение. — Почему он поступил так мерзко?

Она пожала плечами:

— Я уже успокоилась.

— Правда?

Она кивнула:

— Но я признаю, что в субботу впервые за долгое время ощутила себя красивой.

— Как давно вы расстались?

— Восемь месяцев назад, — призналась она.

— Хорошо, что я смог заставить тебя радоваться. — Эд помолчал, потом прибавил: — Запомни, я не люблю обман. С тобой я буду честен, обещаю.

— Я обещаю тебе то же самое.

— Хорошо. — Он погладил ее по голове. — Не знаю, что еще сказать.

Она пожала плечами:

— Ничего. В тот же день я вернула Шону кольцо и съехала от него.

«Она была помолвлена с парнем, который ей изменял? Какого черта творилось у него в голове?» — раздраженно подумал Эд.

— Сорча мне тогда очень помогла.

— Чем больше ты мне рассказываешь о своей подруге, тем сильнее она мне нравится.

Джейн улыбнулась:

— Она мне как сестра, о которой я мечтала.

— Тебе повезло. Раз уж мы вспомнили о неприятном прошлом, я должен кое о чем тебе рассказать. — Он вздохнул. — Моя семья… хм… довольно обеспеченная, и моя бывшая жена думала, что мы ведем соответствующий образ жизни.

Камилла выросла в богатой семье и строила определенные планы в отношении их будущего.

— Она не понимала, какова на самом деле работа врача и что она для меня значит. Наверное, она думала, что я… — Эд старался подобрать правильные слова, чтобы не спугнуть Джейн. — Что я откажусь от карьеры врача и займусь семейным бизнесом, — подытожил он.

Возможно, он выставил себя эгоистом, но он был искренне рад тому, что родился вторым и не обязан мириться с неизбежным выбором. Эд мог выбрать профессию по своему усмотрению и помогать людям, а не исполнять бесконечные семейные обязательства.

Он вздохнул:

— Полагаю, я эгоист. Или просто недостаточно сильно любил жену и не смог отказаться от медицины ради нее. Но здесь я чувствую себя на своем месте. Я люблю эту работу, а не просто следую долгу.

Джейн его поцеловала:

— У меня то же самое.

— Но было бы несправедливо с моей стороны свалить всю вину на Камиллу. Я потащил ее в Глазго, потому что у меня появилась возможность сотрудничать с прекрасным специалистом. Мне не приходило в голову, что она скучает по Лондону. Я поставил свои потребности выше ее, — сказал он. — Я вовсе не идеал.

— Мы с тобой похожи, — тихо ответила Джейн. — Я цеплялась за свою мечту и была уверена, что Шон — тот, кто сделает меня счастливой. Я ждала от него слишком многого. И думаю, он не смог смириться с тем, что я никогда не стану высокой, худой и элегантной. Поэтому и нашел другую.

— Какая мелочность! Важна не внешность, а внутреннее содержание. И вообще, не всем мужчинам нравятся женщины, похожие на насекомое. Некоторые любят невысоких, милых, пышных. — Последние три прилагательных он перемежал поцелуями, чтобы убедить Джейн в серьезности своих слов. — Он действительно не понимает, чего лишился. — Эд снова ее поцеловал, и она запустила пальцы в его волосы. Он коснулся ее спины. — Джейн, давай не будем досматривать фильм?

— Не будем.

Он подхватил Джейн на руки и понес из гостиной.

— Куда идти?

— Первая дверь справа.

Он толкнул дверь и улыбнулся:

— Я так рад, что у тебя двуспальная кровать.

— На широкой кровати удобно раскладывать документы.

— Верно. — Он лукаво подмигнул. — Но у меня другие планы.

Эд поставил ее:

— Начнем отсюда. — Он расстегнул ее джинсы, а Джейн прерывисто вздохнула. — В прошлый раз я очень торопился. Теперь же собираюсь неторопливо наслаждаться.

Она округлила глаза:

— Эд, шторы…

— Оставайся на месте и ни о чем не думай, — приказал он, быстро задернул шторы, включил лампу на прикроватном столике и повернулся к Джейн. Он осторожно стянул с нее футболку.

Взглянув на ее прекрасное тело, Эд почувствовал, что едва сдерживается. Он хотел любоваться ею, ласкать ее, целовать…

Опустившись на колени, он медленно потянул джинсы вниз, поглаживая обнаженную кожу.

— О, ты великолепна. Какие красивые формы.

Джейн смутилась:

— Ты не мог бы избавиться от своей одежды, а? Я чувствую себя немного… ну, чересчур обнаженной.

— Я весь твой, — произнес он, вставая.

Джейн сняла с него футболку, потом робко расстегнула пуговицу джинсов. Он нежно провел пальцем по краю кружевного бюстгальтера. Джейн вздрогнула и откинула голову, побуждая его продолжать. Улыбаясь, Эд коснулся ее груди.

— Ты потрясающая, роскошная женщина, — шептал он.

Она покраснела — ей пришелся по вкусу комплимент Эда.

Осторожно подцепив пальцем край ее трусиков, он снял их. Джейн сделала то же самое с его трусами.

Эд подхватил ее на руки, наслаждаясь прикосновением к ее шелковой коже, и положил на кровать. Затем быстро нашел джинсы и вытащил из кармана презерватив.

Джейн коснулась его руки:

— Я сама его надену.

Эд обрадовался тому, что рядом с ним она действовала все увереннее. Устроившись между ее бедер, он вошел в нее.

Зрачки Джейн расширились от удовольствия; глаза заблестели ярко-зелеными огнями…

Вернувшись из ванной, Эд обнаружил, что Джейн сидит на постели и смотрит на него немного настороженно.

— Я не жду, что ты позволишь мне остаться на ночь, но считаю неправильным уходить прямо сейчас, — сказал он. — Мне можно остаться еще на какое-то время?

Она улыбнулась:

— Я согласна.

— Спасибо.

Он забрался в кровать и обнял Джейн. Она крепко обхватила его руками, и он расслабился, наслаждаясь тишиной и теплом ее тела. Эд подождал, пока она уснет, затем осторожно встал с кровати и быстро оделся.

Выйдя из спальни, он понял, что DVD-проигрыватель и телевизор по-прежнему работают. Он и Джейн настолько увлеклись друг другом, что забыли о фильме. Выключив аппаратуру, он отнес бокалы в кухню, вырвал верхний лист из блокнота рядом с телефоном, написал записку и прислонил ее к чайнику.

«Надеюсь, ты хорошо выспалась. Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя на работе сегодня утром. Целую. Э.»

После этого Эд тихонько вышел из квартиры.

Глава 7

Джейн улыбалась по пути на работу и во время ненавистной ей ранней утренней смены, вспоминая про записку.

Когда она вошла в кухню для персонала, Эд был уже там — насыпал растворимый кофе в чашку.

— Доброе утро! — поздоровалась Джейн.

Он оглянулся, одарил ее знойной улыбкой и быстро поцеловал.

— Эд! — испуганно воскликнула она. — А если нас увидят?

— Не увидят, — успокоил он ее. — Хотя какое это имеет значение?

— Я думаю, никакого. В смысле, мы встречаемся, но не можем позволить нашим отношениям влиять на работу.

— Точно. — Он снова улыбнулся. — Хорошо выспалась?

— Да. А ты?

— О да. — От его взгляда в ее жилах забурлила кровь. — Мне снился очень-очень хороший сон.

— Забавно, и мне тоже. — Джейн взглянула на часы. — Обход через десять минут?

— Да. — Он указал на чайник. — Выпьешь кофе?

— Нет, спасибо. Не хочу. — Она покосилась на него. — Я уже пила кофе сегодня утром, получив приятное сообщение.

— Значит, ты видела записку.

— Да, видела, мистер Сомерс, — ответила она. — Встречаемся в десять. — Подмигнув Эду, Джейн выпорхнула из кухни.

Осмотр прошел как обычно. Состояние Пиппы Даффилд было стабильным. Миссис Тейлор чувствовала себя лучше, и Эд планировал отпустить ее домой в понедельник при условии, что она будет хорошо питаться.

Но во второй половине дня Айрис прислала одну из молодых акушерок, Рози, за Эдом и Джейн.

— Айрис говорит, что пациентке предстоят срочные роды с наложением щипцов, — сказала Рози. — У нее выпадение пуповины.

«Редкий и опасный случай», — подумала Джейн и посмотрела на Эда, зная заранее, насколько серьезной может оказаться ситуация — ребенок мог умереть во время родов.

— У пациентки второй период родов, шейка матки полностью раскрыта, а головка ребенка расположена довольно близко к выходу, — продолжала Рози.

— Значит, Айрис абсолютно права. Нужно делать операцию. — Эд выглядел мрачным.

Через несколько минут Айрис познакомила их с роженицей Тилли Галлагер, которая стояла на коленях, подняв таз и опустив плечи, чтобы замедлить роды.

Муж Тилли, Рей, держал ее за руку и, очевидно, мечтал оказаться в другом месте.

— Постарайтесь не паниковать, Тилли, — сказал Эд. — Выпадение пуповины вызвало небольшое осложнение, поэтому для того, чтобы роды прошли безопасно, придется сделать операцию. — Он взглянул на Джейн.

Та кивнула.

— Чтобы помочь ребенку родиться, мы воспользуемся щипцами, — объяснила Джейн.

Эд проверял показатели на мониторе, а Рози привела одного из старших педиатров для осмотра ребенка после родов.

Они помогли Тилли улечься на спину, под ноги ей поставили подпорки.

— Рей, если вы хотите остаться здесь, то держите Тилли за руку и помогайте ей ритмично дышать, — сказала Джейн.

Эд сделал Тилли местную анестезию и провел рассечение промежности. Джейн взяла акушерские щипцы и уже собралась передать их Эду, как он произнес одними губами:

— Сделай сама. Для тебя это будет хорошей практикой.

Выпадение пуповины случается довольно редко — Эд был прав насчет возможности попрактиковаться. Обрадовавшись тому, что он в нее верит, и зная, что в любом случае он рядом и поможет советом, Джейн улыбнулась Тилли:

— Итак, я собираюсь помогать ребенку продвигаться вниз, к выходу, во время схваток.

Тилли глубоко вздохнула:

— Я готова.

Схватки учащались, и Джейн, подстраиваясь под их ритм, щипцами направляла головку ребенка вниз. Она заметила, что в родовой зал вошел Рис Морган, но была слишком сосредоточена на роженице, чтобы обменяться с ним приветствиями.

Джейн облегченно вздохнула, когда ребенок в конце концов благополучно вышел. Пока Рис и Айрис осматривали его, Эд и Джейн занимались Тилли.

Ребенок молчал. С каждой секундой у Джейн все учащеннее билось сердце. Только бы он закричал. Пожалуйста, пусть он выживет. Джейн стояла спиной к Айрис и Рису и не видела, что они делают. Возможно, дают ребенку кислород.

«Пожалуйста, пусть ребенок закричит!»

Джейн была вне себя от паники, когда услышала тихий плач.

Наконец-то. Она обменялась с Эдом облегченным взглядом.

Рис вручил матери ребенка, завернутого в одеяло.

— Поздравляю, мистер и миссис Галлагер, у вас родился мальчик.

— Ах, мой малыш. — По щеке Тилли покатилась слеза. — Рей, он похож на тебя.

— Он… О боже, — прошептал Рей. — Наш малыш.

Джейн не сдержала слез:

— Он великолепен.

— Поздравляю! — горячо произнес Эд. — У него на головке несколько синяков, но они пройдут в ближайшие дни.

— С ним будет все в порядке? — спросил Рей.

— С малышом все хорошо. — Рис успокоил Тилли. — Самое страшное позади. Я приду к вам сегодня вечером, а пока оставляю вас в надежных руках, так что ни о чем не беспокойтесь. — Он кивнул Эду и Джейн. — Увидимся позже.

Эд посмотрел на Джейн:

— Ты плачешь.

— Я говорила тебе, что всегда плачу, когда рождается малыш, — тихо ответила она. — Это настоящее чудо.

Айрис обняла Джейн:

— Отличная работа.

— Эй, большую часть работы сделала Тилли. И хорошо, что ты вовремя за нами послала, — сказала она.

— Я сожалею о том, что не вызвала вас раньше. — Айрис вздохнула. — Но не было никаких признаков осложнений до тех пор, пока у нее не отошли воды.

— Никто не смог бы предсказать такую ситуацию. И вы отлично ассистировали во время родов, — произнес Эд.

Эд и Джейн оставили Айрис, Рози, чету Галлагер и их новорожденного сына и прошли в кабинет. Открыв нижний ящик стола, он извлек оттуда плитку шоколада и протянул ей.

Она моргнула:

— Что это?

— Думаю, тебе нужно сладкое, — вздохнул он. — Ты пережила тяжелые моменты.

— Знаю. — Джейн разломила плитку шоколада и протянула ему половину. — Я ужасно нервничала, пока не услышала плач.

— Рис говорит, что с ребенком все нормально. Им обоим повезло. Ты отлично провела операцию.

— Спасибо за то, что дал мне шанс. У меня еще не было случаев с выпадением пуповины.

— Я знал, что ты справишься. На крайний случай я был рядом, — ответил он. — Мы хорошая команда.

«На работе и вне работы», — мысленно добавила Джейн.

Она не должна была увлекаться Эдом. Он, конечно, не причинит ей страданий, как Шон, но спешка в отношениях тоже ни к чему.

— Ты занята сегодня вечером? — спросил он.

— Не подумай, что я тебя отвергаю, но мне нужно заниматься, — ответила Джейн, используя отличный способ держать Эда на небольшом расстоянии. Просто она не хотела снова чувствовать себя уязвимой. — Извини. Я предупреждала, что со мной скучно.

— Нет, ты разумный человек и занимаешься своей карьерой. Гораздо лучше учиться часто и понемногу, чем осваивать сразу огромный пласт информации.

— Завтра ты переезжаешь на новую квартиру, да? — спросила она.

— Да.

— Я могу помочь, если хочешь, — предложила она.

Он улыбнулся:

— Я хотел бы. Мне заехать за тобой в десять?

— Договорились.

* * *

Ровно в десять часов утра Эд позвонил в домофон, и Джейн впустила его. Даже одевшись повседневно — в мягкие потертые джинсы и футболку — он выглядел великолепно.

— Что? — спросил он, наклонив голову набок.

— Просто подумала о мистере Бонде.

— Хорошо. — Эд одарил ее страстной улыбкой. — Продолжай думать в том же духе.

— Нам придется забрать твои вещи из камеры хранения?

— Я уже их забрал. Вещи в фургоне, — ответил он. — Я буду носить коробки. Поможешь мне их распаковать?

— Конечно. Но прежде чем мы займемся делом, я хочу знать, есть ли у тебя кофе, молоко и чайник?

Эд погрустнел:

— Мне даже не пришло в голову купить все это. Я жил в отеле в течение недели. По-моему, чайник лежит в одной из коробок.

— Насколько я понимаю, тряпок и чистящих средств у тебя тоже нет?

— Я вызываю уборщиц из агентства, — признался Эд. — Они приносят все необходимое. Вчера они убрали мою квартиру. Нам осталось только распаковать вещи.

— Пока захвачу свой чайник, — решила Джейн.

Помимо чайника она захватила банку с кофе и открытый пакет молока. Положив все это в сумку, она заперла дверь. Они вышли на улицу и уселись в фургон. Через полчаса Эд подкатил к новому жилому дому в Пимлико с видом на реку.

— Хочешь сначала осмотреться? — спросил он.

— С удовольствием.

Квартира Эда оказалась великолепной: очень светлой и просторной. Большая гостиная с балконными дверями, книжными полками, маленьким обеденным столом, четырьмя стульями и двумя кожаными диванами светло-желтого цвета. Рядом находилась довольно вместительная кухня и огромная спальня с видом на реку. Тут же была безупречно чистая ванная, оформленная в белом цвете. Но больше всего Джейн понравилась терраса, куда можно было выйти из гостиной.

— О, великолепно. Ты можешь завтракать и любоваться рекой, — заметила она, указывая жестом на стол и стулья из кованого железа.

— Вот поэтому я и решил арендовать эту квартиру, — произнес Эд.

— Не хватает только цветов в кадках, и все будет идеально, — заметила она.

Эта квартира стоила, наверное, целое состояние. Джейн знала, каковы цены на недвижимость в этой части Лондона, а за вид на реку приходилось платить дополнительно.

Эд предусмотрительно подписал коробки, а посуду и стеклянные изделия завернул в газету.

— Давай я помою посуду, а ты все расставишь по местам? — предложила Джейн.

К концу дня квартира Эда стала немного уютней, хотя жилище по-прежнему выглядело по-холостяцки: не хватало мягкой мебели и мелочей, которые придали бы месту домашнее очарование.

— Ты здорово мне помогла, — сказал он, целуя ее. — Большое спасибо. Я провозился бы до середины ночи, если бы не ты.

— Не стоит благодарности, — ответила Джейн, обрадованная его похвалой.

Она подошла к каминной полке, где теперь разместились фотографии.

— Можно посмотреть?

— Конечно.

Все снимки были в серебряных рамочках. На одном из них Эд стоял рядом с мужчиной, похожим на него внешне, но чуть постарше. Наверное, это его брат. Тут же были три девушки с таким же цветом волос и хрупким телосложением — сестры. На заднем фоне виднелся прекрасный сад. Судя по вечернему одеянию, фото было сделано на какой-то вечеринке. Казалось, у них сплоченная семья — все обнимались и с любовью смотрели друг на друга. Джейн сдержала вздох. Видимо, Эд был близок со своими родственниками.

Ей вдруг захотелось рассказать ему о Дженне.

— Они милые, — заметила она.

— Это правда. Они шумные и любопытные, и иногда сводят меня с ума, но я их безумно люблю.

Услышав тепло в его голосе, Джейн поняла, что он говорит искренне. Она почувствовала неловкость. Она любила родных, но они делали ее жизнь просто невыносимой. Долгие годы она винила себя в том, что была слишком тупой, молчаливой, неуклюжей… Они не должны были испытывать к ней симпатию, а тем более любить ее.

Но потом она познакомилась с Сорчей, которая поняла и приняла ее. Устроившись на работу, Джейн прекрасно поладила с коллегами. Она уже не считала себя таким уж плохим человеком. Возможно, она не настолько невыносима? И потом, разве нельзя любить человека без всяких условий?

— О чем ты задумалась? — спросил Эд, заметив грустное выражение лица.

Джейн решила не говорить ему ничего. Она отмахнулась от беспокоящих мыслей:

— О пустяках…

К ее облегчению, Эд тут же сменил тему:

— Может, я закажу что-нибудь из еды? После того как ты пахала на меня весь день, словно рабыня, меньшее, что я могу сделать, это накормить тебя.

Она улыбнулась:

— Спасибо. Я с удовольствием поем.

В воскресенье Джейн весь день занималась. Неделя прошла не так плохо, как она предполагала. Никто из коллег не упоминал ужасную статью из журнала. Дженна, к ее удивлению, тоже не объявлялась, скорее всего, просто уехала на очередные съемки. И хорошо, потому что, когда сестра сидела без дела, начинались проблемы.

Вот уже пару недель они с Эдом встречались каждый вечер. Он водил ее на танцы, и она впервые наслаждалась движением — Эд умело вел ее и ловко подхватывал в те моменты, когда она едва не падала. Оказалось, что он любит кино в стиле арт-хаус, как и Джейн. Шону подобные фильмы казались скучными, и они никогда не обсуждали их после просмотра. Эд был совсем другой. Они ели пломбир с сиропом, орехами и фруктами и говорили, говорили, говорили…

В один из субботних дней Эд отвез Джейн в Кембридж. Они прогуливались вдоль реки, потом лежали на траве, и она положила голову ему на грудь. А на обратном пути он ее поцеловал и прошептал, как она прекрасна. И Джейн ему поверила. Чем больше времени она проводила с Эдом, тем сильнее он ей нравился. Никогда прежде она не чувствовала такой близости и душевного единения.

А вдруг Эд — именно тот, кому она сможет довериться?..

Глава 8

Днем во вторник Джейн обедала с Эдом, когда зазвонил его мобильный телефон.

— Прости, я на секунду выйду, — сказал он. — В коридоре связь лучше.

Через несколько минут Эд вернулся — он был очень бледен.

— Что случилось? — спросила она.

Он тяжело вздохнул:

— Звонила Элис. Джордж попал в аварию.

Судя по выражению его лица, дело плохо.

— О нет. Что с ним? — обеспокоенно спросила Джейн.

— Он выживет. Ты не поверишь, но он врезался в скалу.

Она моргнула:

— Не свалился со скалы, а врезался в нее?

— Именно, — подтвердил Эд. — Это не ДТП. — Он закатил глаза. — Одному Богу известно, чем он там занимался. Катался на водных лыжах, я полагаю. Теперь пролежит в больнице по крайней мере неделю. Он сойдет с ума от скуки уже сегодня вечером, так что я не хочу даже думать о том, в каком душевном состоянии он будет к тому времени, когда ему снимут гипс. Он ненавидит сидеть на месте и взаперти. Даже если мы приведем к нему роту посетителей, он все равно будет скулить.

— Он в Лондоне?

— Да, в больнице в Хэмпстеде. Сейчас ему устанавливают внутрикостную спицу для фиксации перелома, поэтому мне бессмысленно все бросать и ехать к нему, ибо я не смогу быть с ним в операционной. — Он прикусил губу. — Я хочу поехать к нему сразу после работы.

Эд выглядел ужасно уставшим. Джейн потянулась через стол и взяла его за руку:

— Хочешь, я поеду с тобой?

Он посмотрел на нее:

— Я не могу тебя об этом просить.

— Ты сделал бы для меня то же самое, если бы мой брат попал в аварию. Хотя брата у меня нет, но ты понимаешь, что я имею в виду.

— Спасибо, я тебе благодарен. — Эд поморщился. — Мне следует предупредить тебя заранее. Джордж — великий соблазнитель, любит пофлиртовать. Но думаю, даже ему придется немного присмиреть из-за сломанной ноги и обоих запястий. Не говоря уже о сотрясении мозга.

Джейн сильнее сжала руку Эда, догадываясь, о чем он беспокоится. Травма головы может иметь очень неприятные последствия. Эд конечно же имел довольно четкое представление о том, что произойдет при наихудшем развитии событий.

— Не накручивай себя, — попросила она. — Все может оказаться не так плохо, как ты думаешь.

— Да, но, к сожалению, я врач и знаю, что черепно-мозговые травмы могут привести к субдуральной гематоме или чему-то подобному…

— Ты заранее настраиваешь себя на негатив, — мягко произнесла Джейн. — Элис наверняка уже сообщила тебе обо всем самом плохом: сломанная нога, запястья и сотрясение мозга. И ты сам сказал, что сейчас ничем не сможешь ему помочь.

— Не смогу, — кивнул Эд. Он был так расстроен, что даже не доел свой обед.

К собственному удивлению, Джейн испытала облегчение, когда в середине дня обоих вызвали на срочное кесарево сечение. Она знала, что, сосредоточив внимание на роженице, Эд на время перестанет волноваться за брата.

Наконец, в конце смены они отправились на метро в Хэмпстед. В пути Эд отвечал на поток СМС-сообщений от сестер, отца и мачехи.

Оказавшись у больничного магазина, Эд произнес:

— Безумие какое-то, но я не знаю, что ему купить. Сестры уже притащили виноград, конфеты… А цветы Джорджу вряд ли понравятся.

— Почему бы сразу к нему не пойти? — предложила Джейн. — Тогда ты сможешь спросить его.

— Хорошая идея. — Он поморщился. — Извини, обычно я не такой тупой и нерешительный.

— Конечно нет. Ты просто беспокоишься о брате.

Он обнял Джейн:

— Спасибо за то, что поехала со мной. Я очень тебе признателен. Хотя и веду себя как сварливый старик.

Она погладила его по лицу.

— Ты переволновался, — произнесла она. — Пошли к Джорджу, посмотрим, как у него дела. Потом тебе станет легче.

— Ты права. — Он выпустил ее из объятий, но продолжал держать за руку, пока они шли по коридорам. — Спасибо, Джейн.

* * *

— Могу я увидеть Джорджа Сомерса? — обратился Эд к медсестре, разбиравшей документы.

— Джорджа? — Медсестра подняла глаза и улыбнулась Эду. — Ах, судя по сходству, вы, должно быть, его брат Эд. Он говорил о вас.

— Как он?

— Немного жалеет себя, — ответила она. — Я проведу вас.

— Спасибо. — Эд помедлил. Он понимал, что собирается нарушить правила, но ему действительно нужно было знать, каково состояние брата, иначе он сойдет с ума от беспокойства. — Я наберусь наглости и попрошу вас показать мне историю его болезни. Я не собираюсь вмешиваться в процесс лечения, но вы понимаете, каковы мы, медики. — Он одарил медсестру смущенной улыбкой. — Мы всегда начинаем предполагать самое худшее и беспокоиться об осложнениях.

— И прочтя письменное заключение, вы перестанете паниковать. — Медсестра посмотрела на него с сочувствием. — Джордж разрешил вам посмотреть его историю болезни, но помните, это услуга, и в процесс лечения вы вмешиваться не будете.

— Спасибо. Я не стану злоупотреблять вашей добротой, — пообещал Эд.

Она провела их в небольшую палату, где на кровати, закрыв глаза, лежал Джордж; его лицо было в синяках.

Эд крепче сжал пальцы Джейн. О боже, умом он понимал, что Джордж будет в неприглядном виде, но реальность оказалась намного суровее. Если бы Джордж оказался одним из его пациентов, Эд отлично справился бы с эмоциями; он подбадривал бы брата, веселил и настраивал на позитивный лад. Но, увидев Джорджа на больничной койке, после операции, с катетерами и повязками, он почувствовал, как от страха перехватывает дыхание. Вдруг возникнут осложнения? Что, если доктора не предусмотрели возможное образование субдуральной гематомы? А если Джордж умрет?

— Я могу посидеть здесь и подождать, пока он проснется? — спросил он медсестру.

— Конечно. — Она похлопала Эда по руке. — Постарайтесь ни о чем не беспокоиться. Он выздоровеет. Если вам что-нибудь понадобится, позовите меня.

Эд сел на стул рядом с кроватью Джорджа и усадил Джейн себе на колени. Прямо сейчас он нуждался в ее поддержке. К счастью, она добрый человек и не осудит его за волнение.

— Хочешь, я принесу тебе горячего сладкого чая из кафе? — спросила Джейн.

— Нет, я в порядке, — солгал он, не желая, чтобы она уходила.

— Ты не в порядке, Эд, — тихо ответила она.

Он вздохнул:

— Мне лучше, когда ты рядом. — Он прислонился головой к ее плечу. — Спасибо, что приехала со мной. Извини за то, что расклеился.

Джейн погладила его:

— Слушай, любой на твоем месте вел бы себя точно так же. Хуже нет, когда кто-то из твоей семьи лежит в больнице.

— Я не хочу думать о том, сколько боли он перенес, — сказал Эд, борясь с мыслью о возможной гибели брата. Это было бы невосполнимой утратой, не только для самого Эда, но и для отца, мачехи и сестер.

Джорджа любили все, хотя он и сводил их с ума бесконечными авантюрами. Эд вздохнул: — И почему ты постоянно так по-глупому рискуешь?

— Никакого риска. На мне была защитная одежда, — невнятно произнес Джордж.

Эд почувствовал себя виноватым. Брат нуждался в покое, а он разговаривал слишком громко.

— Извини, я не хотел тебя будить.

— Я не спал, просто лежал с закрытыми глазами. Я знал, что ты здесь. — Джордж робко улыбнулся. — Элис уже пилила меня, так что не ругайся.

— Нет никакого смысла тебя ругать, потому что ты все равно меня не послушаешь, — ответил Эд.

— Кто это? — Джордж вопросительно посмотрел на Джейн.

— Это Джейн. Джейн, это мой брат Джордж.

— Она сидит у тебя на коленях. Хм. Про эту девушку ты мне не говорил.

Эд вздохнул:

— Не говорил. — По выражению лица Джейн он заметил, что ей интересно, почему он не рассказал о ней брату. Однажды, когда она познакомится с его семьей, она поймет, как они дружны. Но сначала он должен кое о чем рассказать. Только не в присутствии брата.

— Подумать только, Джейн! — радостно воскликнул Джордж.

— Привет, Джордж. Приятно с тобой познакомиться, хотя мы встретились не при самых лучших обстоятельствах, — вежливо произнесла Джейн.

— И мне приятно. — Он улыбнулся и посмотрел на Эда. — Джейн. Отлично! Теперь я буду называть тебя Тарзаном.

Джейн рассмеялась:

— Ты можешь попробовать, но он будет хмуриться.

Джордж улыбнулся:

— Она хорошо тебя изучила.

— Да-да. — Эд радовался тому, что Джордж мог его дразнить — значит, дела не так уж плохи. — Как ты себя чувствуешь?

— Немного пьяным, — признался Джордж. — От такого количества наркоза, какое мне дали, сдохла бы лошадь.

Эд очень старался сохранять спокойствие, но страх за брата оказался сильнее.

— Какого черта ты вытворял?! Нырял со скалы, что ли?!

— Нет, меня снесло порывом ветра.

— Ветер? Чем ты, черт побери, занимался?!

— Летал на параплане.

Это было что-то новенькое. С тех пор как отец запретил ему гонять на автомобилях, Джордж неустанно искал другие способы разрядки.

— Как это случилось?

Джордж поморщился:

— Я сам виноват. Отвлекся.

«Мечтал о какой-нибудь девушке, вне сомнения», — подумал Эд и произнес:

— Ты мог погибнуть, Джордж.

— Но я жив, — мягко ответил он.

— Ты сломал бедренную кость, оба запястья и несколько пальцев. — Эд вздохнул. — Я хочу почитать твою историю болезни.

— Да. Ты можешь перевести для меня, что там написано?

— Завтра я тебе обо всем расскажу, когда ты немного очухаешься, — пообещал Эд. — А прямо сейчас ты вряд ли что-нибудь поймешь. Ты еще не отошел от наркоза. — Возможно, в этот раз брат прислушается к его словам.

Эд взял медицинскую карту Джорджа.

— Итак, перелом обоих запястий, перелом бедренной кости и…

Джордж довольно сильно ударился о скалу. Он машинально закрыл лицо руками, поэтому сломал запястья и несколько пальцев. Кроме того, повредил ногу. И еще он довольно сильно травмировал яичко, и возникли опасения по поводу его способности обзавестись детьми в будущем.

Возможно, он не сможет иметь детей. Это означало, что в какой-то момент Эду придется оставить свою любимую работу и исполнить долг перед семьей. Хотя сейчас это волновало Эда меньше всего. Самое главное — брат едва не расстался с жизнью, врезавшись в скалу.

— Ты идиот. Ты же мог погибнуть.

Джордж пожал плечами:

— Я жив. Могло быть и хуже. Я же не сломал себе шею.

— Нет, только ногу и запястье. Знаю, ты жаждешь приключений, и понимаю, что любишь рисковать. Но, боже правый, неужели ты не можешь придумать для себя более безопасное занятие? — жалобно спросил Эд.

— Начал меня пилить. — Джордж наморщил нос. — Бесполезно.

Бывали времена, когда Эду очень сильно хотелось как следует врезать брату. Но сейчас не самое подходящее время, учитывая сотрясение мозга.

— Боже, дай мне силы! — воскликнул Эд.

— Летать на мотопараплане неопасно.

— И это говорит человек, которому установили в кость металлический стержень и наложили гипс на оба запястья.

— Что такое полет на мотопараплане? — спросила Джейн.

— Это фантастика, — ответил Джордж и улыбнулся. — Ты взлетаешь и паришь в мягком потоке воздуха. Я потом покажу фотографии.

— Я полагаю, для полетов на мотопараплане необходимо проходить обучение? — спросил Эд.

— Да. У меня есть сертификат.

Джейн улыбнулась:

— Судя по выражению лица Эда, он готов признать тебя невменяемым.

Джордж рассмеялся.

— Возможно. — Затем он серьезно прибавил: — Мне придется проторчать здесь целую неделю.

«Учитывая то, что Джордж едва может усидеть на месте пять минут, пребывание в больнице станет для него настоящей мукой», — подумал Эд и сказал:

— И тебе еще повезло. Мог бы лежать тут намного дольше.

— Что я буду делать целую неделю? — жалобно простонал Джордж.

— Тебя будут навещать девочки, я, папа и Фрэнсис.

— Ты работаешь. У Шарли и Би экзамены. Элис меня постоянно пилит. Фрэнсис волнуется. — Джордж вздохнул. — Отец в ярости.

Эд не удивился, услышав эту новость.

— Разве я нарочно? — Джордж поморщился. — Эх, целая неделя…

— Здесь есть телевизор, — вставила Джейн.

— Я не смогу даже переключать каналы. — Он посмотрел на запястья. — Эту штукатурку с меня снимут только через шесть недель. — Пациент снова поморщился. — Не могу дождаться, чтобы вернуться домой.

Домой? Он всерьез полагает, что поднимется с больничной койки и вернется домой? Ах, помилуйте!

— Будь благоразумным, Джордж. Ты проведешь здесь по меньшей мере неделю. После выхода из больницы тебе понадобится физиотерапевт, — предупредил Эд. — Кстати, как ты собираешься справляться с делами?

Джордж пожал плечами:

— Мой ноутбук управляется голосом. Мне не придется печатать.

— Я не имею в виду работу. — Эд уже знал, что брат не может спокойно сидеть за письменным столом. Он всегда расхаживал по кабинету и пользовался голосовым управлением. — Я имею в виду простые мелочи, вроде стирки, еды… посещения туалета.

— Эд! — Джордж закатил глаза. — С нами дама!

— Я врач. — Джейн улыбнулась. — Меня не смутишь вопросами функционирования организма. И Эд прав. Тебе будет трудно решать вопросы личной гигиены с загипсованными запястьями. И я не совсем понимаю, кстати, как ты будешь ходить с костылем.

— Существует только одно приемлемое решение, — заключил Эд. — Ты будешь жить у меня, пока полностью не восстановишься.

— У тебя мало места.

— Места достаточно. Я буду спать на диване, а ты в моей кровати.

— Спасибо, брат. — Джордж покачал головой. — Но лучше не надо. Мы сведем друг друга с ума. Ты такой ворчливый. А я упрямый. — Выражение его лица смягчилось. — Я люблю тебя, брат.

Да, об этом Эд знал. Джордж всегда ему помогал. Всегда. Он читал ему на ночь сказки, когда мать бросила их, заботился о нем. А теперь они поменялись местами.

— Я тоже тебя люблю, — ответил Эд хрипловатым от эмоций голосом. — Но ты прибавляешь мне седых волос. Я всегда считал, что старший ребенок в семье должен быть благоразумным.

Джордж улыбнулся:

— Я благоразумный. Иногда.

Ага. Эд знал, что такое случается крайне редко.

— Мне просто нравится…

— Рисковать, — сухо закончил за него Эд. — Я знаю.

Иногда Эд задавался вопросом, не потому ли Джордж так жаждет острых ощущений, что ему ненавистна роль наследника титула лорда и поместья? Подобный вопрос никогда не обсуждался. Эд всегда считал, что брат доволен своей участью. А вдруг он ошибался? Эд был так озабочен своей карьерой и не предполагал, что Джордж тоже мечтает посвятить себя какой-то профессии. Надо будет поговорить с ним об этом. Но не сейчас, когда Джордж еще не отошел от травм и анестезии.

— Девочки сказали, что уже завалили тебя шоколадом и виноградом. Что тебе принести? — спросил Эд.

— Не знаю. Мне всего этого не съесть. — Джордж кивнул, потом скривился. — Тошнит.

Джейн соскользнула с колен Эда и вовремя подставила Джорджу тазик.

— Извини. Нехорошо, что меня рвет перед новой девушкой Эда, — смущенно произнес Джордж, когда его стошнило.

— Иногда после анестезии бывает очень тяжко, — ответила Джейн. — Не беспокойся. Я привыкла к такому. В самом деле.

— Спасибо. Но все равно извини. — Джордж выглядел подавленным.

Она улыбнулась:

— Не волнуйся.

— Слушай, я найду медсестру и попрошу ее дать тебе что-нибудь от тошноты, — сказал Эд. — Джейн, ты не могла бы посидеть с ним, пока я не вернусь?

— Конечно.

— Прости за неудобства, — произнес Джордж, когда Эд ушел.

— Никаких проблем. Я думаю, Эду стало намного легче после того, как он с тобой повидался. — Джейн одарила его печальной улыбкой. — У него был очень тяжелый день на работе, и потом он ужасно извелся из-за беспокойства о тебе. Прокручивал в мозгу всевозможные варианты осложнений.

Джордж улыбнулся:

— Ты оказываешь на Эда хорошее влияние. — Он помолчал, потом прибавил: — О таком брате, как он, можно только мечтать.

— Он думает о тебе то же самое, — сказала Джейн.

— Да. — Джордж закрыл глаза. — Извини. Устал.

— Эй, все нормально. Отдыхай. Я посижу с тобой. Просто скажи, если что-нибудь понадобится, ладно?

— Ладно, — произнес Джордж.

* * *

Наконец Эд привел врача, который дал Джорджу противорвотное лекарство и записал название препарата в карте больного.

— Вашему брату необходимо немного отдохнуть, — заметил врач.

— Конечно. — Эд ласково коснулся плеча Джорджа. — Надеюсь, до завтра ты не ввяжешься в новую историю, Джордж.

— Альпинизмом точно не займусь, — беспечно ответил тот.

Я не удивлюсь, если это взбредет тебе в голову, — ответил Эд. — Загляну к тебе завтра после работы. Что-нибудь принести?

— Может быть, шахматы? — спросил Джордж. — И привези мои вещи.

— Конечно. Теперь отдыхай. Увидимся завтра.

— Ты тоже придешь, Джейн? — вдруг спросил Джордж.

— Завтра вряд ли. Эду нужно побыть с тобой наедине. Но я тебя навещу. И поиграю с тобой в шахматы, если захочешь. — Джейн улыбнулась. — Береги себя.

Эд молчал всю дорогу до метро и едва перемолвился с Джейн словом, пока они добирались до ее остановки.

— Я тебя провожу, — сказал он.

Она видела, как сильно расстроен Эд, и решила не отказываться, боясь опечалить его еще больше. Сейчас ему была необходима компания.

— Спасибо. — Джейн слабо улыбнулась.

Они шли молча, Эд до самой парадной двери крепко держал ее за руку.

— Зайдешь? — тихо спросила она.

— Сегодня я плохой собеседник, — предупредил он.

— Не имеет значения. — Она погладила его по лицу. — Я не хочу представлять, как ты вернешься домой и погрузишься в тяжелые раздумья. Ты прочел что-то ужасное в истории болезни Джорджа?

— С моей стороны нечестно это обсуждать. — Он вздохнул. — Да, есть некоторые проблемы. Надеюсь, все уладится.

— Ладно. Не буду донимать тебя вопросами. Но если решишь поговорить, знай, что я никому ни о чем не проболтаюсь.

— Я знаю. — Эд мягко ее поцеловал. — Спасибо.

Джейн поставила чайник и приготовила себе кофе, а Эду — чай, куда положила много сахара.

Сделав глоток, он едва не поперхнулся:

— Джейн, это отвратительно!

— Горячий сладкий чай помогает снять стресс.

— Да, — вздохнул Эд. — Такой же чай меня заставил пить Джордж, когда я решил, что больше не могу быть врачом.

Она удивленно моргнула:

— Ты собирался бросить медицину?

Он кивнул:

— Я тогда работал в неотложке. Однажды случился настоящий аврал — поступило много пациентов. Некоторые умерли, среди них были и дети. Я не спас их. Не хватило сил. — Эд вздохнул. — Джордж был единственным, с кем я мог поговорить об этом. Я знал, что он всю ночь провел на вечеринке и только под утро улегся в постель, но все равно позвонил ему.

— И он заставил тебя выпить сладкий чай?

— Да. Он приехал ко мне и приготовил яичницу. — Эд усмехнулся. — Джордж кошмарный повар. Бекон подгорел, а яйца не прожарились. Мне пришлось полить яичницу кетчупом, чтобы проглотить. Но все равно это был лучший завтрак в моей жизни. Джордж заставил меня выговориться. А потом сказал, что всего одна моя смена на работе была такой тяжелой, и если я брошу медицину, то пожалею об этом, и все вокруг посчитают меня неудачником. Я стану отличным врачом, если правильно выберу специализацию.

К горлу Джейн подступил огромный ком. Она не знала, каково это — иметь родственника, который изо всех сил поддерживает тебя, а не трещит о собственной персоне и всячески принижает других.

— Он оказался прав, — тихо заметила она.

— Да.

— И он в хороших руках. У этой больницы хорошая репутация.

— Я знаю. — Эд вздохнул. — Просто…

— Он твой брат, и это нормально, что ты о нем беспокоишься. — Джейн подошла к нему сзади и обняла за шею. — У меня нет продуктов, чтобы приготовить тебе яичницу, но я могу поджарить тост с сыром.

— Спасибо, но вряд ли я смогу что-нибудь съесть.

— Поверь мне, пища, богатая углеводами, поможет тебе почувствовать себя лучше.

Он нежно поцеловал ее ладонь:

— Ты прекрасна, Джейн. Надеюсь, ты об этом знаешь.

— Конечно знаю, — ответила она, стараясь выглядеть беспечной, хотя комплимент Эда обрадовал ее до безумия.

— Не уверен, что встреча с Джорджем прошла бы так гладко, если бы там не было тебя.

Джейн пренебрежительно повела плечами:

— Все прошло бы гладко, не сомневайся.

— Но ты мне помогла. Только ты на такое способна, — тихо возразил Эд.

— Эй. — Она быстро его поцеловала, а потом принялась поджаривать тосты, боясь совершить очередную глупость и назвать Эда прекрасным.

— Ты очень понравилась Джорджу, — заметил он. — Хотя он теперь будет доставать меня, обзывать Тарзаном. Как только его руки заживут, он примется колотить себя в грудь, прыгать, как обезьяна, и орать.

— А ты не вел бы себя так же, если бы он встречался с девушкой по имени Джейн?

Ее вопрос поставил Эда в тупик. Она рассмеялась:

— Знаешь, вы с ним очень похожи.

— Ты хочешь сказать, за исключением гипса и синяков?

— Нет. Я имею в виду, что он так же, как и ты, без тормозов. Его подружки наверняка сходят с ума от волнения.

— Не говоря уже о его родителях, сестрах и брате, — сухо добавил Эд. — Одно время он гонял на скоростных автомобилях, но отец запретил ему этим заниматься.

— И это подействовало?

— Удивительно, но подействовало. — Эд нахмурился. — Джордж так и не признался, как отец этого добился, но, видимо, разговор был очень жестким.

— Значит, он всегда увлекался экстремальным спортом?

Эд кивнул:

— Помнишь, ты не раз говорила, что я напоминаю тебе Джеймса Бонда? Так вот, на самом деле на Джеймса Бонда похож Джордж. Он гоняет на лыжах по самым крутым и опасным трассам.

— Я ничего не знаю о катании на лыжах, но уверена, что он действительно рискует, — ответила Джейн.

— Да. И за прошедшие шесть месяцев он подверг себя опасности бесчисленное количество раз, — задумчиво произнес Эд.

— Что-то случилось полгода назад?

— Да. Мне следовало с ним поговорить. Но я тогда разводился и не уделял Джорджу достаточно внимания. — Он вздохнул. — Но сейчас он лежит в больнице, и ему придется меня выслушать. Возможно, я смогу разобраться, что творится у него в голове.

Поев, Эд немного успокоился. Кухня Джейн показалась ему самым уютным местом на земле. Некоторое время они просто молча сидели. Наконец, он сжал ее руку:

— Тебе сегодня нужно заниматься. Я лучше пойду. Я пробыл у тебя достаточно долго.

— Все нормально. Я наверстаю в другой раз. В конце концов, я ни разу не нарушила график занятий, — произнесла она серьезно. Эд выглядел таким потерянным, что она не могла отпустить его в пустую квартиру, где он всю ночь будет думать и метаться из стороны в сторону. — Лучше оставайся сегодня у меня, если хочешь. — Джейн глубоко вздохнула. — Я ни к чему тебя не принуждаю. Решать только тебе.

— Я хотел бы остаться. Правда, рано утром мне придется уйти, чтобы переодеться перед работой. Ты уверена, что хочешь, чтобы я провел с тобой ночь?

Она улыбнулась:

— Уверена.

Глава 9

Ночью Эд лежал без сна и размышлял. Хотя вряд ли он чувствовал бы себя лучше, останься он сегодня в своей квартире. Джейн уткнулась ему в плечо; ее близость придавала ему уверенности. Она была по-настоящему добрым человеком. Без колебаний предложила ему остаться, понимая, что ставит себя в довольно уязвимое положение. Он крепче прижал ее к себе, а она сильнее обхватила его руками.

Их близость сегодня ночью была невероятно сладкой и нежной. Джейн очень хорошо понимала и чувствовала его. Их связывало не только физическое влечение, нечто большее, прекрасное и незримое, соединило их души. Они познакомились всего месяц назад, но Эду казалось, что он знает Джейн целую вечность.

Она была спокойной и рассудительной, серьезно воспринимала работу, держалась уверенно. Ко всем относилась с уважением и добром. Эду казалось, что, даже не зная ее, он бы испытывал к ней симпатию. Никогда прежде он не ощущал подобной гармонии с человеком. И он действительно не ожидал, что так скоро в нее влюбится.

Но сейчас Эд не мог признаться в своих чувствах — еще слишком рано. Он не хотел торопиться и потерять ее расположение в тот момент, когда она только начала раскрываться перед ним. Он уже всерьез надеялся, что их отношения не окажутся просто романтическим приключением.

Следующим утром Эд проснулся рано и какое-то время не мог понять, где находится. Но потом вспомнил, что остался ночевать в квартире Джейн и всю ночь пролежал в ее объятиях.

Вчера вечером он злоупотребил ее поддержкой, сегодня настало время отдавать долги. Он осторожно высвободился из ее рук, вылез из постели и приготовил кофе.

— Спасибо за вчерашний вечер. За то, что не бросила меня, — тихо сказал он, снова забравшись на кровать и целуя ее.

— Всегда к твоим услугам. Ты бы сделал для меня то же самое, — ответила Джейн.

— Конечно, сделал бы. Ты в списке людей, которые могут звонить мне в три часа ночи с самыми глупыми проблемами, не рискуя вызвать мой гнев. А их не так уж много, — добавил он. Туда также входили родители Эда, его брат, сестры и самые близкие друзья. Теперь и Джейн.

Она улыбнулась:

— Классно.

Самые обычные вещи — например, чашка кофе утром — превратились в нечто особенное. Мир Эда стал светлее и радостнее.

Быстро осушив чашку обжигающего напитка, Эд произнес:

— Мне пора возвращаться к себе, чтобы переодеться. Увидимся на работе, ладно?

— Ладно. И если ты не будешь занят в обеденный перерыв, — добавила Джейн, — пообедаешь со мной и Сорчей?

Он сразу понял, что Джейн имела в виду, внося подобное предложение. Вчера он попросил ее встретиться с самым близким для него человеком, а теперь она приглашает его познакомиться со своей лучшей подругой. Джейн подпускала его ближе.

— Пообедаю с вами с большим удовольствием, — спокойно ответил он.

* * *

В родильном отделении этим утром было очень много работы. Джейн позвала Эда помочь провести тяжелые роды.

— Как только появилась головка, ребенок втянул ее в плечи и надул щеки, — быстро объяснила она.

Это был классический симптом плечевой дистоции плода — патологии, при которой плечо ребенка оказывалось зажатым лобковой костью матери, что затрудняло процесс.

— Ребенок слишком крупный? — спросил Эд.

— Да, и роды начались на десять дней позже срока. Но признаков патологии не было.

Плечевая дистоция — опасная аномалия, способная привести к смерти ребенка во время родов из-за недостатка кислорода. Даже если ребенок все же появится на свет, существует риск перелома его ключицы или повреждения нервных окончаний на шее.

— Нужно изменить положение ее тела, — быстро проговорил Эд, — чтобы получить достаточно свободы действий и обезопасить ребенка. Постарайтесь не тужиться, договорились? — обратился он к роженице.

— Ладно, — простонала она.

Эд и Джейн осторожно уложили женщину на спину таким образом, чтобы ее таз находился на краю кровати, а ноги были подняты к животу.

— Джейн, ты знаешь прием Рубина? — тихо спросил он.

— В теории.

— Отлично, — сказал он.

Он не боялся доверить такое ответственное дело Джейн — в конце концов, он рядом и всегда сможет прийти ей на помощь. Джейн предстояло просунуть руку во влагалище позади плечика плода и попытаться подтолкнуть его к выходу.

— Я скажу вам, когда толкать, — произнес Эд. — Рози, вызовите сюда неонатолога! Ребенку потребуется тщательный осмотр. Есть риск повреждения нерва или переломов.

Эд очень надеялся, что прием Рубина сработает. В противном случае, учитывая, что роженице уже сделали эпидуральную анестезию и она была немобильна, придется прибегнуть к рассечению промежности и более радикальному вмешательству.

Во время очередной схватки Эд произнес:

— Толкай.

К его облегчению, прием Рубина сработал, и ребенок наконец-то вышел.

— Отлично, — выдохнул Эд.

Неонатолог осмотрел ребенка, а затем, широко улыбаясь, вручил малыша матери:

— С малышом все порядке. Он полностью здоров. Вы — молодец.

Эд и Джейн обменялись радостными взглядами: все могло обернуться совсем по-другому. Сегодня удача была на их стороне.

Роженица расплакалась от облегчения.

— Ах, мой малыш… — Она посмотрела на Эда. — Огромное спасибо вам обоим.

— Это наша работа. Поздравляю вас! — Эд улыбнулся.

— Он великолепный, — прибавила Джейн и погладила ребенка по щеке, а затем вытерла слезы. — Извините. Я всегда плачу, когда вижу новорожденных. Они — такое совершенство.

* * *

— Мне, наверное, нужно съесть или выпить чего-нибудь сладкого, — сказал Эд.

— Мне тоже, — вздохнула Джейн. — Сегодняшние роды были очень сложными. Спасибо за то, что подсказывал.

— Мне едва ли нужно было это делать, ведь ты и так все знала.

— Ты же понимаешь, что теория и практика — разные вещи. Неизвестно, что может произойти в жизни. Она не похожа на учебники.

— Но у тебя все получилось. И ты быстро учишься, поэтому в следующий раз мне не придется тебе помогать.

— Надеюсь, что не придется. — Джейн взглянула на часы. — Самое время для обеда.

В столовой их ждала красивая рыжеволосая женщина, которую Эд узнал по фотографии, которую видел в квартире Джейн.

— Были в родильном отделении? — спросила она.

— Да. Пришлось попотеть, — ответила Джейн, затем быстро представила их друг другу: — Сорча, это — Эд, наш новый акушер. Эд, это — Сорча, моя лучшая подруга и ревматолог.

— Надеюсь, вы не против, если я составлю вам компанию за обедом, — произнес Эд, пожимая ей руку.

— Вовсе нет. Приятно с вами познакомиться, — ответила Сорча.

Эд не мог не заметить, что она весь обед упорно разглядывала его, гадая, какие именно отношения связывают их с Джейн. Значит, Джейн ничего не рассказала своей лучшей подруге, как и он утаил все от брата. Возможно, причина молчания — одна и та же.

Наконец Сорча как бы невзначай произнесла:

— Так хочется капучино и шоколада…

— Моя очередь идти за кофе, — тут же сказала Джейн, вставая. — Сейчас вернусь.

Как только она удалилась, Сорча принялась допрашивать Эда:

— Итак, как давно вы встречаетесь с Джейн?

— Встречаюсь? — стараясь казаться удивленным, спросил Эд.

Она вздохнула:

— Не валяйте дурака. Нельзя не заметить, как вы смотрите друг на друга. Кроме того, она уже знает, какой кофе вы предпочитаете и любите ли шоколад — она ведь не спросила об этом.

— Верно. Мы недолго встречаемся, — добавил он.

Сорча прищурилась:

— Понятно. Это несерьезные отношения, да?

Эд подумал, что если она решила быть с ним полностью откровенной, то он ответит ей тем же.

— Надеюсь, что нет. — Он пожал плечами. — Я рад, что есть человек, который заботится о Джейн. Мой брат познакомился с ней вчера, но он еще был под действием анестезии, иначе спросил бы о том же. И мои сестры тоже пристанут со своими советами, когда увидят ее.

— У вас дружная семья?

— Да. У меня самая лучшая семья.

Сорча посмотрела на него с одобрением:

— Джейн мне как сестра.

— Она говорила о вас точно так же.

— Она — очень добрый человек, — произнесла Сорча и с вызовом взглянула на Эда.

— Абсолютно с вами согласен, — с готовностью ответил он, кивнув для пущей уверенности.

— И крайне уязвима.

Эд прекрасно знал и это.

— Из-за Шона? — уточнил он.

— Из-за него. — Она закатила глаза. — И вот что я вам скажу: будь у него сердце, я выковыряла бы его ржавой ложкой.

Эд понял намек. Точнее, серьезное предупреждение: тот, кто причинит вред Джейн, станет врагом Сорчи.

— Значит, она говорила об этом мерзавце?

— Да. — По выражению лица Сорчи он понял, что она была удивлена — Джейн редко распространялась на тему своей личной жизни. — Слушайте, я понимаю, что Джейн особенная. Но я — не Шон. Я буду с ней очень тактичен, Сорча. Вам не нужно беспокоиться.

— Хорошо. — Она прикусила губу. — Не могу поверить, что она и правда рассказала вам о Шоне и Дж…

— Ладно, Сорча, хватит уже изображать сторожевого пса, — отрезала Джейн, вернувшись с подносом, уставленным чашками с кофе. — Извини, Эд.

— Не за что извиняться. Думаю, мы с Сорчей поняли друг друга, а это хороший симптом. Мы с ней заодно. — Он выдержал взгляд Джейн. — Мы на твоей стороне.

— Спасибо. Но перестаньте меня обсуждать, ладно?

— Будем обсуждать, если потребуется, — невозмутимо ответила подруга.

Эд рассмеялся:

— Меня так и подмывает познакомить вас с моим братом, Сорча. Я думаю, вы окажетесь единственной женщиной в мире, которая сможет его контролировать.

— Слишком поздно. У нее уже есть парень, — вставила Джейн.

— Какая жалость! У вас нет сестры? — Он с надеждой посмотрел на нее.

Сорча рассмеялась:

— Нет. Думаю, мы с вами подружимся.

В тот вечер Эд один навещал Джорджа, так как им необходимо было серьезно поговорить. Однако Джейн намекнула, что, если ему требовались утешение и ласка, он мог заглянуть. Объятия переросли в нечто большее, и Эд снова ночевал у нее.

В пятницу они ходили в больницу вместе, а вечером она осталась в квартире Эда.

Их отношения развивались очень быстро, но Джейн больше не испытывала гнетущего страха перед будущим. Она знала, что Эд не причинит ей боли — он был добрым, отзывчивым и понимающим. Он отличался от Шона.

В понедельник у Джейн был выходной день, и утром она приехала к Джорджу.

— Я подумала, что тебе захочется развлечься и сыграть в шахматы, — сказала она.

— Джейни! Как приятно тебя видеть. — Он просиял, взглянув на принесенный гостинец. — Это мне?

— Да. Свежая клубника. Я ее уже помыла.

— О, вот это да! Тебе уже говорили, что ты замечательная? — Джордж с сожалением посмотрел на свои руки. — Хм, думаю, на меня будут ругаться за то, что я перепачкаю гипс клубничным соком. Но сейчас я не могу пользоваться столовыми приборами.

— Конечно, приходится нелегко, когда ломаешь запястья и пальцы, но я врач, поэтому помогу тебе. — Она достала ложку. — Покормлю, как маленького ребенка. Я поступила бы так с любым пациентом.

— Вряд ли кто-то из них окажется в таком же затруднительном положении, — усмехнувшись, заметил Джордж.

— Всякое случается. Однажды я принимала роды у женщины, у которой была сломана лодыжка, — ответила Джейн с улыбкой и, достав шахматную доску, разложила ее на столе у кровати. — Кстати, у тебя нет аллергии на клубнику?

— Нет. Я люблю клубнику. Спасибо.

Она уселась на постель, чтобы расставить фигуры на доске и покормить Джорджа.

— Могу понять, почему Эд так тобой увлекся, — заметил он, полакомившись ягодами. — Обычно он немного скрытничает по поводу своих подружек. Наверное, потому, что мы все ужасно любопытны и часто его достаем… — Он умолк. — Мне лучше заткнуться, иначе я поведу себя нетактично.

— Вы доставали его из-за того, как он жил после развода? — спросила Джейн.

Джордж удивленно приподнял брови:

— Он рассказал тебе о Камилле?

— Да.

Он вздохнул:

— Я предупреждал брата, что он совершает огромную ошибку, собираясь на ней жениться, но она наплела ему, что беременна, и Эд, как всегда, решил поступить благородно.

— А она и правда была беременна? — тут же уточнила Джейн.

Увидев выражение ее лица, Джордж поморщился:

— Значит, он не обо всем тебе рассказал. Извини. Я не хочу показаться чересчур болтливым.

— Все нормально. Итак, у Эда есть ребенок?

Это казалось Джейн странным — ведь она не заметила ни одной детской фотографии в квартире Эда. Вряд ли он был способен отказаться от собственного ребенка. Не такой он человек.

— Нет. У Камиллы был выкидыш после свадьбы. — Джордж выдержал значительную паузу. — Во всяком случае, она так сказала.

Ага, теперь Джейн все поняла. И, к своему стыду, обрадовалась, что не ошиблась насчет Эда.

— Думаешь, она солгала ему, чтобы заставить жениться на себе?

Джордж кивнул:

— Она принадлежала к нашему кругу, но не подходила Эду. Ее интересовало совсем другое, и она не хотела поддерживать в муже стремление стать врачом. Но брат до сих пор считает, что сам во всем виноват, так как не смог обеспечить ей роскошную жизнь. Он постоянно себя в этом упрекает. — Джордж посмотрел на Джейн. — Ты положительно на него влияешь. Рядом с тобой он словно светится.

Джейн не могла удержаться от смеха:

— Странно слышать это сейчас.

— Почему?

— Раньше я была всего лишь Джейн-простушкой-супермозгом.

Дженна разнесла это отвратительное прозвище по всей школе. Джейн слишком сильно отличалась от девиц, с которыми общалась сестра. Она не наносила тонны макияжа на лицо, не отлынивала от учебы, не ходила на шумные вечеринки, за что серьезно поплатилась.

— Значит, на самом деле ты очень умная? Умной быть хорошо. — Джордж улыбнулся. — Все мои сестры умницы. Ты уже с ними познакомилась?

— Нет.

— Они тебе понравятся. Они командуют Эдом, и он… — Джордж запнулся. — Ну, он позволяет это делать. Рядом с ними он становится податливым.

Джейн с трудом могла себе представить мягкотелого Эда. Наверное, он просто обожал своих сестер.

— Тобой они тоже командуют? — со смехом спросила она.

— Они пытаются, но со мной такие штучки не пройдут, по крайней мере пока одна из них не победит меня на альпийской трассе.

Джейн рассмеялась:

— Прямо сейчас они сумеют победить тебя даже на детской трассе. Ты не сможешь кататься на лыжах, пока у тебя штифт в ноге.

— А то я не знаю, — проворчал Джордж, закатил глаза и с отвращением поморщился. — Врач сказал, что я не смогу кататься, по крайней мере, до конца года. А Эд считает, что штифт вообще останется там до полного выздоровления, так как мне под сорок.

— Ну, если даже Эд придерживается такого мнения… — Джейн лукаво улыбнулась. — Ведь он знаток ортопедии.

Джордж рассмеялся:

— Мои сестры тебя полюбят.

Джейн многое бы отдала за то, чтобы стать частью большой, шумной, дружной семьи. Но она знала, что не стоит рассчитывать на многое. Она и Эд знакомы всего лишь месяц. Да, им хорошо вместе, но вряд ли она позволит себе надеяться, учитывая прошлый неудачный опыт отношений с мужчиной.

Она отмахнулась от грустных мыслей и спросила:

— К тебе уже приходил физиотерапевт?

Джордж снова поморщился:

— Да. Он заставил меня встать и ходить на следующий день после операции.

— Он абсолютно прав. Ты должен двигаться, чтобы работали мышцы. Это может быть тяжело сейчас, но в будущем будет меньше проблем.

— Знаешь, я послушный.

— Неужели? — Она выгнула бровь.

Джордж одарил ее печальной улыбкой:

— Ну, я хотел бы жить по-своему.

— На скорости сто миль в час.

Он рассмеялся:

— Одна из песен группы Queen была написана прямо для меня. — Он пропел несколько строчек из песни Don’t Stop me Now.

— И правда, — кивнула Джейн.

— Я рад, что Эд с тобой познакомился. Ты, несомненно, больше ему подходишь, чем светские львицы, без конца бросающиеся ему на шею.

— Светские львицы? Какие еще светские львицы?

Джордж нахмурился:

— Значит, он тебе не рассказал?

— О чем?

— Забудь. Я ничего не говорил, — пробормотал он поспешно.

— Тебе шах. Так о чем ты? — не отставала она.

Он проигнорировал ее ход:

— Как ты называешь его на работе?

— Эд.

— Нет, я имею в виду, ты называешь его доктор Сомерс?

— Нет, мистер Сомерс.

— Угу. — Джордж помолчал, потом спросил: — Ты знаешь, чем я зарабатываю на жизнь?

— Занимаешься семейным бизнесом.

Эд как-то упоминал, что его семья довольно состоятельна, но Джейн не придала этому значения. Ее привлекал Эд, а не его счет в банке.

— Так и есть, но, полагаю, брат не говорил о том, что это за бизнес?

Она нахмурилась:

— Нет.

— Я управляю поместьем, на содержание которого уходят огромные деньги. — Джордж помолчал, затем прибавил: — Я старший сын и наследник титула лорда, а также этого самого поместья.

Лорд? Джейн почувствовала, как кровь отлила от лица. Их отец — лорд. Значит Эд, Джордж и их сестры постоянно находятся под пристальным вниманием папарацци. О таких людях журнал «Селебрити лайф» с удовольствием размещает информацию. Именно там была опубликована ужасная статья, позорящая Джейн.

Джордж испуганно округлил глаза:

— О боже, я действительно все испортил, да?

— Нет. — Она прерывисто вдохнула. — Наверное, тебя постоянно донимают журналисты.

— Чаще всего тогда, когда я в очередной раз рискую жизнью или появляюсь на людях под руку с длинноногой блондинкой, — с сожалением произнес Джордж. — Похоже, я веду себя соответственно своему положению. Хотя в глубине души я серьезный человек, а не плейбой, каким меня выставляет пресса.

Джейн подумала о Дженне, и ей стало тошно. Заметив ее волнение, Джордж тихо сказал:

— Все могло бы быть намного хуже. Элис они боятся — она может их засудить. Би тоже смогла оградить свою личную жизнь от их навязчивого внимания. Репортеры пишут только о ее архитектурных творениях. А Шарлотта… Она разговаривает с этими стервятниками на латыни, поэтому никто ее не понимает и не может ничего напридумывать. Эд просто не реагирует на них, и, как правило, его не трогают. В общем, обычно они интересуются только мной.

— Значит, я могу попасть в кадр, когда буду выходить из палаты?

— Очень сомневаюсь, — ответил он. — Вряд ли можно выжать что-нибудь скандальное из сломанных запястий.

— О, я думаю, ты смог бы.

Он улыбнулся:

— Дразни меня, мне это нравится. Ты отлично приживешься в нашей семье.

— Мы с Эдом просто хорошие друзья.

— Черта с два! Я никогда не видел, чтобы он так смотрел на женщину, включая Камиллу. Он в тебя втюрился.

Она закатила глаза:

— Нет, это неправда.

— Правда. И это хорошо, — серьезно заверил ее Джордж. — Меня беспокоит то, что он слишком рассудителен и требователен к себе.

— А он волнуется из-за того, что ты чересчур рискуешь.

— Теперь-то я усвою урок. Я застрял здесь почти на неделю, поэтому мне ничего не остается, кроме как думать.

— Итак, ты собираешься остепениться? Нет худа без добра, да?

— Что-то вроде этого. У брата в отношении тебя серьезные намерения, Джейн. Не обижай его. Он хороший человек, самый лучший.

— Я знаю.

— Ты ведь тоже влюблена в него.

Джейн ни в коем случае не стала бы признаваться в своих чувствах.

— Может, не будем об этом? И кстати, тебе снова шах, — весело произнесла она.

— Почему ты не предупредила о том, что хорошо играешь в шахматы? — проворчал Джордж, но, к радости Джейн, сменил тему разговора. Оставшееся время они болтали о пустяках.

В тот же вечер Эд сказал:

— Ты произвела настоящий фурор.

— Что ты имеешь в виду? — удивленно спросила Джейн.

— Я говорю о Джордже. Сегодня у тебя выходной, и ты половину дня играла с ним в шахматы. И принесла ему клубнику. И кормила его с ложечки.

— Ну, он вряд ли мог поесть самостоятельно, ведь его запястья и пальцы в гипсе. Нет ничего страшного в том, что я немного помогла ему. — Она помолчала, потом спросила: — Ты против?

— Нет, — ответил Эд, хотя предпочел не встречаться с ней взглядом. — Джордж очень болтлив, — пробормотал он.

Так вот что его беспокоит: Джордж выдал все секреты брата. Теперь ситуация усложнилась.

Джейн взяла Эда за руку, поцеловала ладонь и сомкнула его пальцы в кулак.

— Он многое о тебе рассказал. Возможно, ты хотел бы умолчать об этом. Поверь, я не стану злоупотреблять его доверием. В одном я абсолютно уверена: брат тебя очень любит.

И так же сильно Эда любили его сестры и родители. Как же она ему завидовала! Как же здорово, когда о тебе заботятся без всяких условий!

Она помолчала, потом произнесла:

— Так когда ты собирался рассказать мне про ваш семейный бизнес?

Эд поморщился:

— Извини. Я знаю, что давно должен был признаться, но… — Он заколебался. — Как я мог представиться сыном лорда, не рискуя показаться хвастуном?

— Точно так же, как я рассказала о том, что являюсь дочерью топ-модели. — Она спокойно пожала плечами. — Итак, мне нужно опасаться репортеров?

Внимание прессы — единственное, что действительно ее беспокоило. Джордж заверил Джейн, что журналисты не станут ей докучать, но она все равно не могла отделаться от дурного предчувствия. Вряд ли Джордж стал бы так сильно расстраиваться из-за статейки в журнале. Эд понимал ее лучше, хотя и не знал истинных причин страха. Он предположил, что в детстве она постоянно находилась в центре внимания из-за рода деятельности матери, и пресса не всегда выставляла ее в выгодном свете.

— Нет, не нужно из-за них волноваться, — подтвердил Эд слова брата.

— Тебе следует знать кое о чем, — осторожно произнесла она. — Я очень не люблю папарацци.

— Они надоедали тебе раньше?

— Что-то вроде этого.

Джейн понимала, что пришло время рассказать Эду о Дженне, Шоне, статье в журнале, но боялась увидеть жалость в его взгляде.

— Я всего лишь второй сын лорда. Репортеры не слишком мной интересуются, — произнес Эд, целуя ее. — Я просто скучный мистер Эдвард Сомерс, акушер-гинеколог, который не принимал роды ни у телезвезд, ни у членов королевской семьи. Поэтому они оставили меня в покое. Джордж представляет для них большую ценность. — Он вздохнул. — Иногда я думаю, что брат намеренно привлекает к себе внимание репортеров, чтобы увести их подальше от остальных членов семьи. Но я предпочел бы иметь дело с прессой, чем рвать на себе волосы всякий раз, когда Джордж рискует. Я бы хотел быть уверен в его невредимости.

Следующим вечером Эд, зайдя в палату брата, уселся на кровать и укоризненно произнес:

— Насколько я понимаю, ты сдал меня Джейн.

— Ах, извини. — Джордж виновато взглянул на брата. — Когда она упомянула о Камилле, я решил, что ты рассказал ей все.

— О, замечательно! Этого я не знал!

— Джейн — тактичная, а я слишком болтливый.

— На самом деле ты не очень болтлив, — неожиданно возразил Эд, уцепившись за подвернувшуюся возможность.

— Почему у меня возникло смутное ощущение, что мне не понравится предстоящий разговор? — задумчиво спросил Джордж.

— Потому что я хочу понять, что случилось.

— Ничего не случилось. Я просто ворчу из-за того, что мне дали дозу успокоительного больше обычного.

— Нет, я имею в виду то, что произошло ранее. — Эд помолчал, потом прибавил: — Полагаю, ты чувствуешь себя в ловушке.

— В этой больнице? Зная о том, что я несколько недель не смогу даже за руль сесть? — Джордж закатил глаза. — Да, я в ловушке.

— Я имею в виду надежды, которые на тебя возлагаются. Ты всю жизнь считал, что обязан стать преемником отца. Но если ты хочешь заниматься чем-то помимо этого… Мы могли бы это обсудить.

Джордж покачал головой:

— Эд, не стоит об этом беспокоиться. Дело не в титуле и не в поместье. Я просто обожаю рисковать, вот и все. Я спокойно отношусь к тому, что стану наследником отца. Я уже довольно неплохо управляюсь с поместьем.

— Правда?

— Правда, — подтвердил Джордж.

— И ты скажешь мне, если возникнут проблемы? Даже если я не смогу тебе помочь, я всегда тебя выслушаю. Ты понимаешь?

— Конечно понимаю. Я тоже к твоим услугам, Тарзан. — Джордж выгнул бровь. — У тебя серьезные намерения в отношении Джейн?

— Не пытайся сменить тему.

— Она мне нравится, — просто произнес Джордж. — Она заставляет тебя улыбаться. С ней ты не будешь страдать так, как с Камиллой.

— Это несправедливо, Джордж. Это я заставил Камиллу страдать.

— Нет, ты ни в чем не виноват. Ты несправедлив к себе. Она обманом заставила тебя жениться на ней, бесстыдно воспользовалась твоим благородством.

Эд пренебрежительно махнул рукой, не желая продолжать неприятный разговор. Он не намеревался обсуждать свое желание стать отцом. В его душе что-то надломилось, когда Камилла заявила, что не желает зачинать другого ребенка. Тогда он осознал, что выбрал неподходящую женщину.

— Я по-прежнему считаю, что ты во всем не признаешься, — произнес Эд.

В ответ Джордж рассмеялся:

— Да ты стал настоящим конспирологом! Со мной все в порядке. Давай играть в шахматы.

«Нет, с тобой не все в порядке», — подумал Эд. Но он понимал, что брат еще не готов ему открыться. Эда мучило сильное подозрение, что это как-то связано с их матерью и визитом Джорджа к ее адвокату. Однако Эд решил ждать, когда брат сам обо всем ему расскажет. Тогда Эд его выслушает.

Глава 10

— Понимаю, что о многом прошу, — начал Эд в пятницу вечером, — но Джордж сходит с ума от тоски. Ты — единственный человек, который сумел обыграть его в шахматы за последние пять лет, и он жаждет отыграться.

— Нам легче навестить его самим, и тебе не придется заталкивать его в свой автомобиль и привозить сюда, тем более что ему будет некомфортно в твоей машине, — подытожила Джейн.

Эд обрадовался тому, что она поняла его озабоченность.

— Там будет вся твоя семья? — спросила она.

— Гм, да. Джордж поживет с родителями, пока ему не снимут гипс. Но я скажу им, чтобы они оставили свои расспросы при себе. И никаких папарацци. Обещаю, обед тебе понравится. Фрэнсис готовит фантастически. — Он умоляюще посмотрел на нее. — Так ты поедешь со мной в воскресенье?

Джейн предстояло встретиться с остальными членами семьи Эда. Она уже познакомилась с братом, и он ей понравился. Кроме того, всеобщее внимание будет сосредоточено на Джордже, а на нее никто и не посмотрит.

— Итак, ты представишь меня как свою коллегу, которая случайно выиграла у Джорджа в шахматы? — осторожно спросила она.

— Хм, нет. Джордж обо всем им рассказал. В том числе и о моем новом прозвище — Тарзан. Ну и что? Я даже не могу врезать ему, потому что он утверждает, будто еще не оправился после сотрясения мозга.

Джейн не могла удержаться от смеха.

— Бедняга Джордж. Он очень скучает, да? Хорошо, я поеду, — наконец произнесла она, затем, помолчав, прибавила: — Хм, что же мне надеть?

Со стилем у нее всегда были проблемы. Как обычно наряжаются на встречу с лордом и его семьей? Неужели придется в срочном порядке пройтись с Сорчей по магазинам?

— Надевай все, что захочешь, желательно попроще. Это просто обед. Я, например, буду в джинсах.

В воскресенье утром Эд повез Джейн в свое семейное поместье в графстве Суффолк. В пути они провели не так много времени, как предполагала Джейн. Она даже не успела насладиться видами, как Эд уже свернул на дорогу, обрамленную деревьями. Впереди показался дом — огромное здание из красного кирпича с широкими оконными проемами, отделанными камнем. По углам располагались узкие резные башни, увенчанные куполообразными освинцованными крышами.

— Ого, какое великолепие! — воскликнула Джейн. — Насколько я понимаю, это и есть тот особняк, который сжирает кучу денег, как говорил Джордж?

— Он самый. — Эд печально улыбнулся.

— Твоя семья давно здесь живет? — спросила она. — Извини, я слишком любопытна. Я едва удержалась, чтобы не поискать информацию о тебе в Интернете, так как не хочу шпионить.

— Спрашивай о чем угодно. Никакой это не шпионаж. — Эд сжал ее руку. — Да, семья Сомерс живет здесь с тех пор, как был построен этот дом, то есть почти пять веков. Папа — пятнадцатый лорд. Денег в наследство ему досталось немного. Его предок, живший еще в Викторианскую эпоху, увлекался наукой и совсем не занимался поместьем. А прадед моего отца потерял почти все в результате биржевого краха на Уолл-стрит. Так что мы похожи на большинство старых семей: у нас много земель, но мало наличности, потому что на содержание поместья тратятся огромные деньги.

— И вы не можете продать поместье, потому что оно должно перейти к очередному наследнику?

— Совершенно верно. Папа говорит, что мы хранители традиций и должны гордиться тем, что здесь выросли. И он прав. — Эд быстро поцеловал Джейн. — У нас даже есть лабиринт. Я так хочу его тебе показать.

— Лабиринт? Как в Хэмптон-Корт? — спросила она.

— Вроде него, только поменьше. И розарий. Папа обожает розы. Они сказочно красивые. В это время года ты можешь гулять, вдыхать аромат роз и ощущать, словно купаешься в нем.

— Это просто невероятно!

Он кивнул:

— Поместье открыто для посещений по средам и субботам. Дополнительный доход на содержание не помешает. Пять лет назад Фрэнсис получила лицензию на проведение свадеб в особняке, так что мы можем сдавать его в аренду. У нас есть также галерея, где мы иногда устраиваем концерты. — Эд пожал плечами. — Летом почти каждые выходные проводятся какие-нибудь мероприятия. Нам повезло, что сегодня здесь никого, кроме нас, нет. Пойдем. Папа и Фрэнсис нас ждут.

Джейн последовала за ним к парадной двери, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Как только Эд открыл дверь, им навстречу выбежали три собаки, лая и энергично размахивая хвостами. Джейн присела, чтобы поздороваться с ними, лабрадор шоколадного цвета вылизал ее лицо.

— Это Перец, — сказал Эд. — Это Вольфганг, но мы зовем его Вольф. И сеттер Шляпа, полная кличка — Шляпник. Он действительно похож на Безумного Шляпника из сказки об Алисе в Стране чудес.

— Какие они замечательные. — Джейн продолжала возиться с собаками, размышляя о том, насколько повезло Эду вырасти на таком раздолье.

Она могла поспорить, что детям разрешалось носиться по саду и их никто не ругал, если они падали и пачкались. Семья Джейн жила в шикарной лондонской квартире с многочисленной стеклянной утварью и белоснежной мебелью, к которой нельзя было прикасаться, чтобы не оставлять отпечатков пальцев. Дженне было проще, так как она с детства обладала элегантностью и тягой к роскоши. Джейн же постоянно на что-нибудь натыкалась, разбивала посуду и устраивала беспорядок.

В новом доме в Корнуолле мебель была расставлена так безупречно и аккуратно, словно там устраивали фотосессию. Вокруг было ужасно неуютно, нельзя было просто прилечь и отдохнуть, не задев идеальный ряд подушек.

— Эд, наконец-то ты приехал! — Его обняла высокая элегантная женщина.

Джейн выпрямилась, вдруг осознав, что ее одежда покрыта собачьей шерстью, а волосы слегка взъерошены. Вряд ли она произведет хорошее впечатление на семейство Сомерс.

— А вы, наверное, Джейн. Я Фрэнсис. — Пожилая женщина смотрела на нее мгновение, будто размышляя, пожимать ей руку или нет, потом заключила в крепкие объятия. — Очень приятно с вами познакомиться. Проходите в кухню. У нас небольшая суматоха, но так бывает всегда, когда Джордж дома.

Нервозность Джейн мгновенно испарилась. Она поняла, что все пройдет гладко. Родители Эда были отнюдь не чванливыми, а добрыми и располагающими к себе людьми, как и сам Эд. Последовав за ним и Фрэнсис в кухню, Джейн вдруг обнаружила, что уже чувствует себя как дома. Даже у собственных родителей она не была так счастлива. Здесь ее примут и не станут попрекать за недостатки характера.

За столом сидел мужчина и читал газету «Сандэй». Стоило шумной компании войти, как он поднял взгляд. Перед Джейн был глава семьи, Дэвид Сомерс. Резкими чертами лица и цветом волос он был похож на Эда и Джорджа.

Мужчина поднялся и обнял сына:

— Эд, мой мальчик.

Джейн удостоилась таких же крепких объятий.

— Мне очень приятно с вами познакомиться, Джейн. Добро пожаловать!

— Хм, мне не следует сделать реверанс? — нерешительно спросила она.

— Боже мой, нет! — Дэвид улыбнулся. — Даже не вздумайте церемониться. Мы обычные люди. Ну, возможно, за исключением Джорджа, но с ним вы уже встретились. И он очень точно вас описал. — Он многозначительно посмотрел на Эда. — Хоть один из наших сыновей нам что-то рассказывает, Тарзан.

— О нет! Только не это! — простонал Эд и рассмеялся. — Позволь-ка тебе напомнить, что другой твой сын проводит время, спасаясь от лавин и летая на парапланах, которые врезаются в скалы. Тебе придется выбирать, папа, либо разумный и молчаливый доктор, либо камикадзе, одержимый жаждой риска и привлекающий внимание прессы.

— Ах, перестаньте, вы двое. — Фрэнсис, улыбаясь, шлепнула их кухонным полотенцем. — Джейн, вы ехали из самого Лондона, наверняка хотите кофе.

— Я бы выпила чашечку, но смотрю, у вас полно дел. — Джейн указала на кучу бобов, которые необходимо было перебрать. — Давайте я приготовлю кофе для всех. Или лучше помочь вам с бобами?

Фрэнсис одарила ее одобрительной улыбкой:

— Приготовьте кофе. Спасибо.

— А где Джордж? — спросил Эд.

— В библиотеке, строит планы на зиму, — ответил Дэвид. — Отговори его от идеи стать стеклодувом. Меня пугает его намерение пройти курс обучения, получить сертификат и начать работать со стеклом.

— С каких пор Джордж стал меня слушать? — спросил Эд.

— Ты будешь удивлен. Кстати, Джейн, для вас он приготовил шахматную доску — настолько сильно хочет отыграться.

— Эд упоминал об этом. — Она улыбнулась.

— Девочки уже дома? — спросил Эд.

— У Би назначена встреча, но она приедет сразу после обеда. Элис пошла за Шарлоттой, которая пребывает в гордом одиночестве и размышлениях, — быстро отчиталась Фрэнсис. — Они будут с минуты на минуту.

Когда Джейн приготовила кофе, Эд добавил в чашки молоко и сахар.

— Нужно отнести одну Джорджу, — произнес он.

— Не забудь соломинку, — напомнила Фрэнсис. — Он очень плохо переносит временную потерю своей независимости.

— Я предупреждаю вас, он невыносимый пациент, — сухо произнес Эд. — Если он вас окончательно достанет, то я перевезу его к себе.

— В твоей квартире Джордж будет чувствовать себя как в ловушке. По крайней мере, здесь он может, хромая, гулять по саду с собаками и ворчать, что больше никогда не будет летать на параплане, — сказал Дэвид с улыбкой.

Эд провел Джейн по узким коридорам в библиотеку — светлую, просторную комнату — такого количества книг Джейн никогда прежде не видела. Там находились несколько потрепанных кожаных диванов, рояль и гигантский камин.

Джордж расположился на одном из диванов, рядом стояли костыли. Тут же был и столик с шахматной доской.

— Джейни, как приятно тебя видеть! Прости, что лежу, но у меня сегодня немного болит нога. И да, Эд, прежде чем ты спросишь, скажу, что уже делал сегодня упражнения.

— Я вообще молчу. — Эд развел руками. — Я не собирался тебя пилить.

В этот момент в библиотеку пробрался Перец и, свернувшись калачиком, улегся на диване между Джорджем и его костылями.

Джейн с удовольствием уселась на другом конце дивана рядом с Эдом и принялась играть с Джорджем. Вскоре появилась и Шляпа и положила голову ей на колено.

«Сегодня самое лучшее воскресенье в моей жизни», — подумала Джейн. Здесь она и правда чувствовала себя как дома.

К огорчению Джорджа, она снова его обыграла, но прежде, чем он успел настоять на реванше, дверь библиотеки распахнулась.

— Джорджи, мальчик мой, ты сделал?..

— Да, я сделал упражнения, Элис. — Он закатил глаза. — Сегодня воскресенье. В этот день ты не должна меня донимать, поняла?

— Как хочешь. — Элис улыбнулась.

Эд представил Джейн своих сестер. Они сразу ей понравились. Элис была очень жизнерадостной и энергичной, а Шарлотта напоминала помешанного на своих исследованиях ученого, хотя первое впечатление может быть обманчивым.

— Приятно с тобой познакомиться, Джейн. Джордж говорил, что ты тоже врач, — улыбаясь, произнесла Элис. — Надеюсь, Эд не называл нас маленькими, краснолицыми, писклявыми созданиями?

Джейн улыбнулась:

— Без комментариев.

Джордж хохотнул:

— Ну, он прав. Вы остались такими до сих пор.

— Пусть я на восемь лет моложе тебя, малыш Джорджи, — сурово начала Элис, — но я, по крайней мере, не врезаюсь в скалы.

— Да, наша честь, — поддразнил ее Джордж.

— Ваша честь, — поправила его сестра. — Но я пока не судья.

Теперь Джейн поняла, почему репортеры боялись связываться с Элис — им спуску она бы не дала, несмотря на то что, очевидно, была доброй и заботливой.

Обед накрыли в столовой. Не обошлось без посуды из тончайшего фарфора, старинных бокалов венецианского стекла и серебряных приборов. Джейн испугалась, что что-нибудь уронит и разобьет, вот стыд-то будет…

Эд коснулся ноги Джейн под столом, привлекая ее внимание. Он обнадеживающе подмигнул, словно понял ее волнение.

Еда была невероятно вкусной, так что Эд оказался прав: Фрэнсис прекрасно готовила. Обед проходил весело: все радостно болтали, смеялись, подтрунивали друг над другом. Шутки не походили на злобные издевки, какими Дженна любила осыпать сестру.

— Спасибо. Сегодня я попробовала самый лучший ростбиф в своей жизни, — искренне произнесла Джейн.

— Мясо из одного из наших хозяйств. А овощи с нашего огорода. Я выращивала много картофеля до тех пор, пока Дэвид не занялся разведением роз, — объяснила Фрэнсис и обменялась с Дэвидом ласковыми взглядами.

В детстве Джейн не хватало подобных теплых отношений между родителями. Отец всегда побаивался матери и ходил возле нее на цыпочках. Их никогда не связывали глубокие чувства, Джейн не замечала ни малейшего проявления любви.

Элис решила в полной мере воспользоваться тем, что Джордж пока не может сам держать столовые приборы, и кормила его с ложки.

— Значит, так, Фрэнсис, отныне я питаюсь супом, заварным кремом и всем остальным, что протерто через блендер и может быть выпито через соломинку, — с грустным видом сказал Джордж.

— Ни за что. Для меня это отличная возможность насладиться местью за то, что в детстве ты кормил меня так же и нарочно пачкал мне нос йогуртом, — ответила Элис.

— Ведите себя прилично, дети, — засмеялась Фрэнсис.

Элис обняла Джорджа:

— Тебе не удастся заставить маму пропустить ростбиф через блендер, потому что тогда он станет отвратителен на вкус. Но я все равно тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, хотя ты самая властная женщина, которую я когда-либо встречал. Взъерошь себе волосы, потому что я пока не смогу этого сделать.

Джейн почувствовала зависть и тоску. Как же замечательно вырасти в атмосфере привязанности, нежности и заботы!

После обеда Эд повел ее на прогулку в сад, который оказался невероятно красивым. Понятно, почему многие хотели его увидеть. Розарий был просто фантастичен.

— Ого! Ты был прав насчет восхитительного запаха, — заметила она, вдыхая аромат роз.

— Скажи об этом папе. Он будет доволен. Теперь, после того, как мы все уехали из дома, эти розы стали для него отдушиной. — Эд улыбнулся.

Затем они посмотрели лабиринт, который оказался довольно маленьким, но каким-то уютным. Пока они бродили там, Эд останавливался на каждом повороте и целовал Джейн. Позже они вернулись в дом.

Вскоре приехала Би.

— Извините, я опоздала, потому что задержалась на совещании! — чуть ли не с порога воскликнула она и уселась за стол с чашкой кофе. Рядом расположились Джейн, Элис и Шарлотта.

— Шарлотта, хочешь, я принесу яркую лампу из кабинета отца, чтобы ты допросила Джейн, как полагается? — раздраженно спросил Эд.

Джейн улыбнулась — она не возражала против общения с его сестрами.

— Здорово, что вы так заботитесь об Эде. — Она радостно посмотрела на них. — Я все понимаю. Моя подруга засыпала Эда вопросами при первой встрече.

— У тебя есть братья и сестры, которые опекают тебя? — спросила Элис.

— Нет, — почти не соврала Джейн. Дженна никогда не заботилась о ней, а, наоборот, только вредила.

— Хм, в таком случае можешь рассчитывать на нас, — ответила Шарлотта.

Посмотрев ей в глаза, Джейн поняла, что та говорила искренне. К горлу подступил огромный ком, когда она обняла сестер Эда.

— У тебя прекрасная семья, — произнесла она на обратном пути в Лондон тем же вечером.

— Я знаю. И я говорил, что они тебя полюбят, — ответил Эд и вопросительно посмотрел на нее.

Джейн догадалась, что он хочет знать, когда она представит его своей семье.

— Мои родственники не похожи на твоих, — осторожно произнесла она. — Я не близка с ними.

Джейн время от времени звонила домой — исполняла дочерний долг, — но не виделась с родителями с тех пор, как Шон изменил ей с Дженной. И естественно, она не встречалась со своей сестрой. Было необходимо сохранять некоторое расстояние.

Эд быстро пожал ее руку:

— Я не могу представить, что ты с кем-то не находишь общего языка. Мои сразу тебя полюбили.

Она прерывисто вдохнула:

— Я уже говорила, что моя мама была моделью. Ну, она не планировала обзаводиться детьми. Ее беременность протекала тяжело.

Джейн вновь умолчала о том, что София вынашивала близнецов. В противном случае он начал бы расспрашивать о Дженне.

— Во время беременности она не работала. Потом у нее началась тяжелая послеродовая депрессия. И ей пришлось оставить карьеру.

— Почему?

— На обложках журналов нельзя появляться с растяжками на коже, — сухо объяснила Джейн.

Эту фразу ее мать повторяла, словно мантру. Зато одной из ее дочерей удалось продолжить ее дело и стать звездой в мире моды. Присутствуя с Дженной на фотосессии, София чувствовала себя счастливой. Мир же второй дочери оказался ей чужд. Он был ей отвратителен. Джейн помогала младенцам появляться на свет, а именно дети разбили ее мечту. Джейн вздохнула:

— Для моей матери очень важна внешность. Я никогда не буду высокой, худой и элегантной. Я неуклюжая и неповоротливая.

— Неправда.

Она откашлялась:

— Если ты помнишь, при нашей первой встрече я пролила шампанское на твой смокинг.

— Тебя же толкнули, — возразил Эд, потом, помолчав, произнес: — Значит, твоя мать обвиняет тебя в гибели своей карьеры?

— Если бы она не забеременела, у нее не было бы растяжек. И не было бы постродовой депрессии. Она могла бы заниматься любимым делом. — Джейн пожала плечами. — И я могу ее понять. Я знаю, что чувствовала бы, если мне пришлось отказаться от работы. Мое призвание — медицина, ее — модельный бизнес. Она слабая женщина.

— Слабая?

— У нее депрессия, — кивнула Джейн. — Когда становится совсем тяжко, она не встает с постели. Это может длиться неделями. Она наблюдается у врачей, но, сам знаешь, так просто это не лечится. — Она вздохнула. — Нужно просто помогать ей сохранять спокойствие, по максимуму. Думаю, встречи со мной ее расстраивают. Я напоминаю ей о том, что она потеряла.

Эд вдруг свернул с дороги и припарковал машину.

— Почему мы остановились?

— Иди сюда. — Он обнял ее. — Мне жаль, что твоя мама не принимает тебя такой, какая ты есть. Она несправедливо обвиняет. Ведь ты не просила, чтобы тебя рожали. А твой отец? Разве он не в состоянии ее переубедить?

— Он… — Джейн пыталась подобрать нужные слова, — любит спокойную жизнь, что само по себе смешно, так как долго работал в рекламном бизнесе. Там они с мамой и познакомились. Она снималась для одной из его реклам.

Эд погладил ее по голове:

— Мне очень жаль. Жаль, что я не могу ничего исправить.

— Думаю, мне не поможет даже супергерой. Но все нормально. Я уже привыкла.

Судя по выражению лица Эда, он сомневался, что к такому отношению можно привыкнуть. Он поцеловал кончик ее носа:

— Поехали домой.

Глава 11

Джейн и Эд еще больше сблизились в последующие несколько недель. Вечером в пятницу Эд попросил ее нарядиться.

— Надень вечернее платье, — сказал он. — Но я не скажу, куда мы идем. Это сюрприз.

Первым сюрпризом оказался роскошный спортивный автомобиль, в который он ее усадил.

— Это машина Джорджа, а я пользуюсь его добротой. — Эд улыбнулся. — Он говорит, что я должен вернуть ее в гараж вовремя. И если он заметит на машине хотя бы пылинку, то поджарит меня, как тост.

Она рассмеялась:

— Мы просто протрем ее замшевой тряпкой и обманем его.

Джейн впервые каталась в спортивном автомобиле с низкой посадкой.

— Ого! Я чувствую себя настоящей принцессой, — восхищенно произнесла она.

— Вот и хорошо. И выглядишь как принцесса.

— Спасибо. — Она почувствовала, как ее щеки краснеют.

Эд быстро поцеловал ее в губы:

— Ты такая милая.

— Неужели у меня сегодня день рождения, а я забыла? — спросила она.

— Нет. Просто я хочу, чтобы ты ощущала себя особенной и веселилась. — Он сжал ее руку.

Вскоре они оказались у роскошного отеля. Эд провел Джейн внутрь.

— Неужели ты ведешь меня в ресторан, получивший три звезды Мишлен? Столик там нужно бронировать за несколько месяцев, — пораженно произнесла она.

— Да, но иногда заказ отменяют в последнюю минуту. Мне пришлось заранее заказать дегустационное меню. Я надеюсь, ты не возражаешь?

Она улыбнулась:

— Совсем не возражаю. Я так давно хотела сюда попасть. Это такое удовольствие.

— Отлично. — Эд выглядел довольным, что ей понравился его сюрприз.

Эд был за рулем, поэтому пил минеральную воду, но для Джейн заказал шампанское.

— Одного бокала будет вполне достаточно, — тихо произнесла она и улыбнулась. — И постараюсь не пролить его на тебя.

Он рассмеялся:

— Договорились. Потом будут танцы. — Его глаза заблестели. — И у меня есть планы по поводу того, что будет после танцев.

Повторение той ночи, когда они впервые встретились. Только на этот раз они отлично знали друг друга. По телу Джейн пробежал трепет предвкушения.

— Похоже, — хрипло произнесла она, — ты все продумал.

Еда оказалась очень вкусной, Джейн наслаждалась каждым кусочком.

Танец был просто волшебным — еще лучше, чем в их первый вечер. Она словно парила над землей, благодаря Эду легко кружилась, ощущая легкость, невесомость.

— Замечательный вечер, — сказала Джейн, когда он повез ее домой. — Спасибо. Благодаря тебе я действительно почувствовала себя особенной.

— Ты и есть особенная, — ответил Эд.

А потом он подарил ей чудесную ночь.

На следующий день за Эдом и Джейн прибежала Айрис и сообщила, что у Пиппы Даффилд началось кровотечение.

Эд и Джейн понимали друг друга с полуслова и заговорили одновременно:

— Нужен анестезиолог и неонатолог. Готовьте ее к операции. Немедленно.

Джейн попросила одну из медсестер срочно дозвониться до Майка Даффилда и передать ей трубку.

— Майк, это Джейн Купер из больницы. К сожалению, у Пиппы вновь началось кровотечение, поэтому мы вынуждены вызвать у нее преждевременные роды, — быстро произнесла она, пока переодевалась.

— Дети выживут? — обеспокоенно спросил он.

— Я уверена, что с ними все будет в порядке, — ответила Джейн. — Но, к сожалению, вы не сможете присутствовать при рождении близнецов, как планировалось ранее, потому что Пиппе сделают общий наркоз.

— Скажите Пиппе, что я ее люблю! — обеспокоенно прокричал Майк. — Я уже еду!

Пиппа плакала:

— Я все делала правильно. Мне было так хорошо. Не понимаю, почему у меня пошла кровь. И так много крови!

— Вы ни в чем не виноваты, — успокаивала ее Джейн. — Мы предупреждали вас, что такое может произойти, и очень хорошо, что вас сюда вовремя привезли.

— Роды должны были начаться два дня назад. Почему же не начались? — в отчаянии спросила Пиппа.

— Такое иногда случается, — мягко сказал Эд. — Нам нужно еще кое-что обсудить. Если не удастся остановить кровотечение, нам придется удалить матку. Мы сделаем это только в случае крайней необходимости. Вы даете свое согласие?

— То есть… Я не смогу больше иметь детей, даже при помощи ЭКО?

— Не сможете, — спокойно подтвердил он. — Я понимаю, что вам тяжело это осознавать, но мы должны думать не только о детях, но и о вашем спасении.

Пациентка сглотнула:

— А если вы не удалите мне матку, то не сможете остановить кровотечение, и я?..

Джейн сжала ее руку, понимая, что Пиппа осознает, какие могут быть последствия, просто не может произнести этого вслух. Если врачи не остановят кровотечение, она умрет.

— Хорошо. — Пиппа прерывисто вдохнула. — Если это единственный способ, то я согласна. Умоляю вас, позабодьтесь о детях!

— Конечно, — ответил Эд.

Она прикусила губу:

— Я так хотела, чтобы Майк перерезал пуповину.

— Я знаю, — произнесла Джейн.

— Все пошло не по плану.

— Но дети скоро родятся. Ваш муж уже едет. Он просил передать вам, что любит вас, — затараторила Джейн и взяла пациентку за руку, пока анестезиолог погружал ее в сон.

Эд быстро сделал надрез, осторожно достал первого ребенка и передал его Айрис, которая завернула его в полотенце и отнесла на осмотр к неонатологу.

После рождения второго близнеца анестезиолог сообщил, что давление роженицы по-прежнему падает. Кровотечение не останавливалось.

Переливание не помогало. Хотя Джейн была готова к наихудшему развитию событий, у нее похолодело в груди. Если им не удастся добиться сгущения крови, она может умереть, так и не увидев своих детей, которых столь страстно ждала.

Врачи продолжали делать переливание.

«Пожалуйста, пусть у нее начнет сгущаться кровь!» — молчаливо взмолилась Джейн.

Казалось, прошла вечность, прежде чем анестезиолог тихо произнес:

— Получилось. Давление медленно стабилизируется.

— Слава богу, — тихо выдохнул Эд.

Наконец, им удалось зашить надрез и перевезти Пиппу в послеоперационную палату.

— Каково состояние детей? — спросил Эд.

— Я размещу их в реанимации на какое-то время и подключу к кислороду. Но они настоящие бойцы, как и их мама. С ними все будет в порядке, — сказал неонатолог.

— Нам нужно сфотографировать детей, чтобы показать их ей, когда она проснется, — произнесла Джейн.

Айрис схватила фотоаппарат, хранившийся в отделении для подобных случаев, и щелкнула близнецов. Эд остался с Пиппой, а Джейн вышла в коридор. Там из угла в угол носился обеспокоенный Майк.

— Что случилось?! — воскликнул он в отчаянии.

— У вас две красивые девочки, Пиппа в настоящее время приходит в себя после наркоза, — ответила она, улыбаясь.

— Можно их увидеть? — спросил он.

— Дети какое-то время будут находиться под особым наблюдением. Серьезных проблем нет, но возможны перебои с дыханием.

Джейн решила, что после сообщит Майку о том, что жена едва не умерла. А сейчас пусть насладится новым для него чувством.

Джейн провела его в послеоперационную палату, где он крепко обнял Пиппу.

— Я так волновался, — простонал Майк.

— Я в порядке. Но дети… Они в реанимации. — Слезы потекли по ее лицу.

— Мы их сфотографировали. Потом, когда окрепнете, сможете увидеть своих девочек сами. — Айрис передала им снимки.

Майк и Пиппа расплакались.

— Какие крошечные…

— У них нормальный вес для возраста в тридцать пять недель, — произнес Эд. — Я понимаю, что мне легко говорить, но постарайтесь не волноваться. С ними все будет хорошо.

Вернувшись в квартиру Джейн тем же вечером, оба рухнули на кровать.

— Что за денек! — воскликнула Джейн.

— Угу. Я уже подумал, что мы ее потеряем, — тихо произнес Эд.

— Но она справилась. Близнецы в норме и при благоприятном стечении обстоятельств их выпишут из реанимации через неделю.

— Мы сегодня хорошо поработали, — сказал он с улыбкой. — Мы отличная команда.

— Я абсолютно с тобой согласна. — Джейн расслабилась в его объятиях. Забавно, но она никогда не предполагала, что будет чувствовать себя такой счастливой. Они еще не обсуждали свои чувства друг к другу, но Джейн уже точно знала: она по уши влюбилась в Эда, он тоже полюбил ее. Такой, какая она есть.

Все складывалось просто замечательно. Хорошо бы счастье не кончалось никогда.

Следующим утром Джейн навестила Пиппу и обнаружила ее в слезах.

— Я так устала. Я боюсь, что придет мама Майка, увидит детей и заберет их у меня… — ревела она.

Джейн присела рядом с ней и взяла за руки:

— Вы многое пережили, Пиппа. Дело в том, что мама Майка не знает и половины того, что с вами произошло. Но если вы расскажете ей, она будет относиться к вам намного мягче. Она поймет, что вас нужно поддерживать и беречь, а не командовать вами.

— Но мы никогда не были близки. Она всегда давала мне понять, что я отобрала у нее сына.

— Возможно, — произнесла Джейн, — она подобным образом защищалась от вас. Майк ее единственный ребенок, да?

Пиппа кивнула.

— А что, если она всегда хотела дочку? Теперь у нее есть вы, но она боится сделать что-нибудь неправильно. Она любит сына и слишком горда, чтобы рассказать вам о своих чувствах. А вы даже не признались в том, что прошли через ЭКО, — объяснила Джейн. — По-моему, прямо сейчас вам не помешает просто опереться на свекровь. Откройте ей правду.

Пиппа прикусила губу:

— Это трудно.

— Но рискнуть стоит, если, в конце концов, вы наладите отношения.

— Вы так думаете?

— Уверена, — решительно ответила Джейн.

В тот же день Джейн снова зашла к Пиппе и с удивлением обнаружила в палате пожилую женщину, которая сидела на краю кровати, держала на руках одного из близнецов и оживленно болтала.

— Джейн, это моя свекровь, — произнесла Пиппа почти застенчиво.

— Пиппа так много о вас рассказывала, — произнесла миссис Даффилд. — Вы очень ее поддерживали с самого начала.

«Итак, она прислушалась к моему совету», — радостно подумала Джейн. И стало ясно, что миссис Даффилд решила пойти ей навстречу.

— Это моя работа, — с улыбкой ответила она.

Миссис Даффилд просияла:

— Я так хотела стать бабушкой. Но сейчас совсем другие времена, поэтому я отдаю Пиппе бразды правления в воспитании детей.

Джейн посмотрела на пациентку, которая красноречиво посмотрела на нее, как бы говоря: «Спасибо. Вы оказались абсолютно правы».

Джейн моргнула, сдерживая слезы.

— Ну, если у вас возникнут вопросы, обращайтесь. И я поздравляю бабушку с близнецами.

— Они прекрасны. Так же, как их мать, — вздохнула миссис Даффилд. — Хотя, я думаю, девочки унаследовали улыбку Майка.

— Да, — ответила Джейн и подумала, что неплохо бы и ей самой наладить отношения с матерью.

Она отмахнулась от беспокойной мысли, улыбнулась и сказала:

— Увидимся позже.

Глава 12

Несколько недель спустя, по пути домой, Эд заехал на квартиру к брату. Недавно Джорджу сняли гипс.

— И как ты себя теперь чувствуешь? — спросил Эд.

— Хорошо. — Брат улыбнулся, но глаза оставались грустными.

— Что случилось?

Джордж вздохнул:

— Ничего.

— Да брось ты! Надоела спокойная жизнь?

— Наверное. — Он пожал плечами.

— Ладно. Давай покатаемся на твоей машине, — предложил Эд. — Я не буду превышать скорость, но едва ли езда по автостраде на максимально разрешенной скорости заставит тебя почувствовать себя лучше.

Джордж вздохнул:

— Иногда мне тяжко от того, что ты такой милый. Будь ты другим, стало бы легче.

— Что ты имеешь в виду?

— Ничего, — повторил он.

Эд взял брата за руки:

— Ты расстроился из-за того, что не сможешь иметь детей? Слушай, должно пройти время, чтобы организм восстановился. Не обрекай себя на неудачу заранее. Ты получил сильный удар, когда врезался в стену. Потерпи до следующего осмотра. И даже если оправдаются наши худшие опасения, это не означает, что ты никогда не сможешь иметь детей. Можно будет провести ЭКО.

— Дело не в этом. — Джордж выглядел еще более мрачным. — Забудь.

— Нет. Джордж, я вижу, что что-то не так. — Эд был уверен: что-то беспокоило брата еще тогда, в больнице. — Ты мой близкий человек. Ты всегда меня поддерживал. Позволь мне помочь тебе.

На лице Джорджа появилось страдальческое выражение.

— А вдруг я не твой брат?

Эд нахмурился:

— Как так? Ты мой брат.

— Может оказаться, что нет.

— С чего ты это взял? У нас одни родители.

— Необязательно. Предположим, что папа не мой биологический отец.

— Он твой отец. — Эд нахмурился. — Джордж, мы с тобой похожи друг на друга. У нас и нашего отца одинаковый цвет волос и черты лица.

— Мы не настолько сильно похожи, — возразил Джордж.

— Почему ты так решил? — озадаченно спросил Эд.

— Я читал ее дневники.

Эду не пришлось спрашивать, кого он имеет в виду. Кое-что вырисовывалось: Эд правильно предполагал, что волнение Джорджа связано с визитом к адвокату их матери.

— Это имеет какое-то отношение к документам, которые ты должен был забрать у адвоката в начале года?

После смерти их матери с адвокатом встречался только Джордж. Эду было обидно, но он отмахнулся от низменного чувства. В конце концов, Эд не видел в этом ничего удивительного: ведь он приходился ей вторым сыном.

— Там дневники, письма и фотографии. — Джордж невесело рассмеялся. — Я знал, что папа отправляет ей наши снимки. Я глупо полагал, что она сохранит их. Она хранила только фотографии своих любовников. Потом я начал читать письма и дневники. — Он покачал головой. — Я действительно не знаю, как обо всем этом рассказать папе. Эд, я убежден, что я не его сын.

— Почему ты в этом так уверен?

— У нее был любовник. Много любовников после того, как она вышла замуж за нашего отца. И… Он не мой отец… — Голос Джорджа сбился.

— Я в это не верю. Ты похож на отца. Ты похож на меня, — настаивал Эд.

— Возможно, тот парень был похож на отца. Возможно… — Джордж выдохнул. — Я не хочу даже думать о том, что девочки не мои сестры.

— Они твои сестры, все в порядке. И я твой брат. Ничего не изменится. — Эд помолчал, потом добавил: — Именно поэтому ты так вел себя последние несколько месяцев? После того, как прочел ее переписку и сделал эти сумасшедшие выводы?

— Я не сумасшедший. Я говорю правду. — Джордж вздохнул. — Да.

— И ты скрывал это ото всех столько времени? Ты идиот. Почему ты мне не рассказал?

— Ты переживал из-за развода, мучился, винил себя… Я решил не нагружать тебя дополнительными проблемами. И надеялся, что, возможно, все-таки ошибся. Очнувшись после несчастного случая, я подумал, что все неправильно понял и повел себя как идиот. Но потом, вернувшись домой, я снова прочитал ее дневники и письма. — Хромая, Джордж подошел к шкафу, достал оттуда большой толстый конверт, порылся в нем и вынул дневник и несколько писем, которые тут же бросил на колени Эда.

— Прочти и скажи, если я ошибся.

Джордж пометил самые интересные страницы цветным стикером. Эд последовал его просьбе, и у него похолодело в груди.

— Она и сама точно не уверена, что ты не сын ее мужа.

— Это одно и то же.

— Нет, не одно и то же. Слушай, мы можем сделать тест ДНК. Он покажет точный результат.

— А вдруг, — прошептал Джордж, — он докажет, что я не являюсь тем, кем всегда себя считал?

Эд понимал, какие страшные демоны терзают душу его брата. Джордж боялся оказаться брошенным, нежелательным в их семье.

— Результаты ничего не изменят, — тихо произнес Эд. — Мне наплевать на генетику. Ты мой брат, и я люблю тебя. Я знаю, что девочки скажут то же самое. И папа, и Фрэнсис.

— Возможно.

— Слушай, ты — часть нашей семьи и всегда им будешь. — Эд обнял Джорджа. — Я люблю тебя.

— И я тебя люблю. — Джордж все еще выглядел мрачным, когда Эд положил дневник и письма на стол и подошел, чтобы присесть рядом с ним.

— Если окажется, что я не сын нашего отца, то юридически наследником титула становишься ты, Эд, — тихо произнес Джордж.

Эд обрадовался тому, что сидит. В таком случае ему придется отказаться от любимой работы ради управления поместьем. Эд понимал, что не должен вести себя эгоистично; обязательства перед семьей превыше всего. Конечно, он сделает все, как положено, если потребуется.

Сейчас больше всего его волновало другое: он не знал, как Джейн отреагирует на такую перемену в его жизни. Как она отнесется к его новым обязанностям, если им предстоит быть вместе в будущем?

— О, черт побери, — пробормотал Эд.

— Теперь ты понял? — сухо спросил Джордж.

— Понял. — Эд пригладил волосы. — Так, что будем делать?

— Не знаю. Я должен придумать, как рассказать обо всем папе, не расстроив его.

— Прежде всего мы должны сделать тест ДНК.

— Да, но мне придется попросить у отца образец его ДНК! Господи! — Джордж закатил глаза.

— Может, лучше сверить мой образец? — предложил Эд.

— А что, если мы оба рождены от разных людей и не приходимся детьми нашему отцу? Возможно, у нас с тобой один отец, но не тот, кого мы им считаем.

Об этом Эд не подумал.

— Черт побери, какая путаница!

— И я о том же. — Джордж сглотнул. — Я пытался убедить себя, что это не имеет значения. Что у меня есть папа и Фрэнсис, ты и девочки, и не важно, что она нас покинула. Я пытался ее жалеть, потому что считал, будто она несчастна. Но теперь… — Он покачал головой и поморщился. — Я сожалею о том, что увидел этот чертов дневник и эту проклятую переписку.

— Я тоже, — тихо сказал Эд. — Мне неприятно думать, что ты так терзался из-за каких-то старых писем, а меня не было рядом. Я видел, что ты расстроен, и даже спрашивал тебя, но ты молчал.

— Знаешь, говорят, что, когда поделишься с кем-то проблемой, она станет казаться незначительнее. В нашем случае это неправда. Стало еще хуже — теперь страдаем мы оба. — Джордж мрачно взглянул на Эда. — Не знаю, как мы будем выпутываться из этой ситуации.

— Нужно сделать тест ДНК. Ты, я и папа. Иного пути не существует, — заключил Эд, снова все обдумав. — В нашей больнице провести анализ не удастся. Нам придется обратиться в специальную лабораторию. Может, Элис знает какое-нибудь надежное место?

— Я не хочу втягивать в это Элис, — тут же возразил Джордж.

— Но мы все равно должны рассказать отцу. У нас нет выбора.

— Через сколько будут готовы результаты? — спросил Джордж.

— Недели через две, но все будет зависеть от лаборатории, — ответил Эд.

— У меня такое ощущение, что сейчас я сдаю самый главный экзамен в своей жизни, — заметил Джордж. — И не знаю, что ждет меня дальше. Не знаю, сдам ли его. И самое ужасное — результат не зависит от меня.

— Ты все равно останешься моим братом, и этого никогда не изменить. Папа, Фрэнсис и девочки будут по-прежнему тебя любить.

— Черт побери, я чувствую себя таким ничтожеством. — Джордж закрыл глаза и потер лоб.

— Я чувствую себя так же. — Эд криво усмехнулся. — Мы с тобой в одной лодке. Вдруг окажется, что папа нам обоим не биологический отец? Кто тогда, черт побери, мой настоящий отец?

— Нынешние выходные, — начал Джордж, — станут одними из худших в моей жизни. Как и в твоей. — Хромая, он подошел к столу, чтобы взять ноутбук. — Ладно. Давай искать лабораторию.

— Ты ищи, а я приготовлю нам кофе, — произнес Эд. — Вместе мы справимся.

— Да. — Джордж тяжело вздохнул. — Спасибо.

— А чего ты от меня ждал? Что я приготовлю тебе самый отвратительный завтрак во вселенной и заставлю пить переслащенный чай?

— Не удивлюсь, если ты так поступишь, — слабо улыбнулся Джордж. — Но, пожалуйста, не сегодня. Кофе будет достаточно.

Эд рассмеялся, затем слегка помрачнел:

— Знаю, что сейчас мы скрытничаем, но мне нужно сообщить Джейн о том, что происходит.

— Потому что на нее эта ситуация тоже повлияет. Если разразится скандал, она, в конечном счете окажется в центре внимания. Ведь она — твоя девушка, — кивнул Джордж.

— Она не проболтается.

Джордж закатил глаза:

— А кто в этом сомневается?

Эд обрадовался тому, что брат так хорошо разглядел, какова на самом деле Джейн.

Зайдя в кухню, он быстро отправил Джейн СМС-сообщение:

«Немного задержусь. К ужину не жди. Можно перезвонить тебе позже?»

Ее ответ пришел почти мгновенно:

«Конечно звони. Все в порядке? Как Джордж?»

Эд ответил:

«Объясню позже. Не волнуйся».

Легко сказать «не волнуйся», когда у самого на душе кошки скребут.

Выйдя из квартиры Джорджа, Эд направился прямо к Джейн.

— Выглядишь ужасно, — заметила Джейн, обнимая его.

Он прижался щекой к ее волосам, вдохнув знакомый и успокаивающий запах шампуня:

— Иногда жизнь становится по-настоящему дерьмовой.

— Проходи и садись. Ты поужинал?

— Я не голоден, но не отказался бы от переслащенного чая.

— Неужели все так плохо? — Она погладила его по лицу. — Расскажи мне, что случилось.

— Это долгая и очень неприятная история, — предупредил он.

— Я никуда не тороплюсь. И что бы ты мне ни сказал, все останется между нами.

— Я знаю. — Эд ей доверял. Он был уверен, что она его не подведет.

Он позволил ей провести его в кухню. Джейн поставила чайник, затем Эд усадил ее к себе на колени. Просто обнимая ее, он чувствовал себя намного лучше.

— Так что случилось? — мягко спросила она.

Он вздохнул:

— Ты знаешь о том, что Фрэнсис моя мачеха.

Джейн кивнула.

— Моя настоящая мать оставила отца и ушла с любовником, когда мне было четыре года, а Джорджу шесть лет. Она даже не попрощалась с нами; после отъезда не прислала даже рождественской открытки или поздравления с днем рождения.

Так их мать демонстрировала свое нежелание с ними знаться. Эд был уверен, что отчасти именно из-за такого отношения матери Джордж никак не мог найти себе пару — просто не хотел, чтобы его снова бросили.

Эд мечтал создать крепкую семью и думал, что поступит правильно, женившись на Камилле. Однако он совершил ошибку. Когда он окончательно разочаровался в своем браке и Камилла ушла от него, в душе проснулись старые обиды и демоны прошлого, о которых, как ему казалось, он давно забыл.

Эд вздохнул:

— Я знаю, что папа никогда не стал бы прятать от нас ее открытки, если бы она их присылала. Джордж каждое Рождество отправлял ей наши фотографии, пытаясь наладить отношения, но она ни разу не ответила. Мой отец как-то сказал, что он может простить ее за то, что она бросила его, но никогда не смириться, с тем, как она поступила с нами.

— Ах, Эд. Как она могла?.. — Джейн с трудом сглотнула. — Я просто не могу представить, как можно отказаться от собственных детей. У меня нет своих детей, но… Зачем она так поступила?

— Потому что она испорченный человек, — тихо ответил Эд. — Ей не хватало любви мужа, ей было недостаточно детей. Ей было мало любовников, которых она меняла как перчатки. Иногда я думаю, а что, если она действительно нас любила? Вдруг она поняла, что отец даст нам гораздо больше; что он в состоянии сделать нас счастливыми. Вдруг сторонилась нас потому, что не хотела портить нам жизнь. А теперь самое главное. Джордж полагает, что наш отец ему не родной.

— Откуда он это взял?

— Наша мать умерла в начале этого года, и адвокат отдал Джорджу ее дневники и старые письма. Джордж прочел их и убедился, что имеются все доказательства того, что рожден от другого мужчины.

— Может, он ошибается?

Эд вздохнул:

— Я не знаю. Но именно поэтому он ведет себя так безрассудно последние несколько месяцев. Он размышлял об этом во время полета на параплане, поэтому врезался в скалу. Он по-прежнему не находит себе места.

— Бедняга Джордж. Но у него есть ты.

— Я сказал ему то же самое. — Эд снова вздохнул. — Единственный способ узнать правду — сделать тест ДНК. В эти выходные мы поговорим с папой и попросим его сдать анализ вместе с нами.

— Чем я могу помочь?

Он был уверен, что Джейн предложит помощь. Она была самым добрым человеком из всех, кого он знал. Эд крепче ее обнял:

— Ничем.

— Я хочу, чтобы ты знал, что я готова тебя выслушать и оказать моральную поддержку. — Она нежно его поцеловала. — Я сделаю все, что захочешь, только скажи. Если надо, я поеду с тобой. Если же вы с Джорджем решите держать все в секрете, я не обижусь.

— Спасибо. — Эд устало улыбнулся. — Я должен быть честен с тобой. Понятие не имею, что будет дальше. Если результаты покажут, что Джордж и я родные дети, не возникнет никаких проблем, и мы перестанем беспокоиться. Но мы должны приготовиться к худшему: могут выплыть самые ужасные вещи. Станет известно о том, что наша мать порхала от одного любовника к другому. Тут же вспомнят, что Джордж не встречался ни с одной женщиной дольше трех дней. — Он помолчал, потом прибавил: — Я не хочу вовлекать тебя во всю эту грязь. Если решишь уйти от меня, я пойму.

Джейн покачала головой:

— Не дождешься. Мне наплевать на газетные сплетни; меня не волнуют результаты анализа ДНК. Я знаю, какой ты на самом деле, и только это имеет значение.

Джейн остается с Эдом вне зависимости от того, что произойдет дальше. У Эда сдавило грудь.

— Спасибо. Но если ты передумаешь, я тебя пойму.

— Не стану я передумывать. — Джейн посмотрела ему в глаза. — Я не Камилла, а ты — не Шон.

Камилла, скорее всего, отсиживалась бы в тени, дожидаясь результатов, ведь могло получиться так, что он — наследник титула лорда и поместья. Однако если бы выяснилось, что Эд не родной сын Дэвида Сомерса, она бы не задумываясь покинула его.

Осталась еще одна неприятная тема, которую Эд старательно избегал, но ее следовало затронуть. «У нас уже состоялся неприятный разговор, поэтому, если я сообщу ей еще одну неприятную новость, хуже не будет», — подумал он.

— Я знаю, что Джордж уже рассказал тебе о ребенке. И он, вероятно, выдвинул собственную теорию.

— Он считает, что она солгала о беременности. — Джейн кивнула. — Он прав?

Эд пожал плечами:

— Возможно. Но тебе хорошо известно, как часто случаются выкидыши на ранней стадии. А когда подготовка к свадьбе в самом разгаре, уже не так-то просто передумать и все отменить. Тем более, если постоянно находишься под пристальным вниманием репортеров.

— Камилла знала о твоей матери?

— Ее семья общалась с моими родителями многие годы. — Эд пожал плечами. — Думаю, они говорили об этом.

— Получается, что она понимала, что ты ее не бросишь, узнав о ребенке, — заключила Джейн. — Она была уверена, что ты человек благородный и поступишь правильно.

— Я пытался поступать правильно. Но оказался неподходящим мужем. Я был эгоистом, Джейни. В нашем разводе виновата не только она. Я не оставил ей выбора, заставив переехать со мной в Глазго, — напомнил Эд.

— А она не оставила тебе выбора, заставив жениться, — заметила Джейн. Помолчав, она прибавила: — Я не стану спрашивать, хотел ли ты создать крепкую семью. Я видела, как ты общаешься со своими сестрами, как относишься к младенцам в отделении. Ты никогда не упускаешь возможности поговорить с молодой мамочкой и подержать на руках ребенка.

— Я сломлен. — Эд усмехнулся. — Да, я хотел семью. Но, когда я предложил Камилле попытаться еще раз, она заявила, что ребенок был ошибкой и она не желает снова беременеть.

Джейн сглотнула:

— Ты не думаешь, что она?..

— Сделала аборт? — Он покачал головой. — Она не настолько плоха. — Он поцеловал ее. — Я тоже видел, как вы общаетесь с детьми, доктор Купер. Ты мечтала о том же с Шоном?

— Да. У меня никогда не было любящих родных, — ответила она. — Но не думаю, что он желал того же самого.

— Он настоящий дурак. — Эд снова ее поцеловал. — Джейн, я знаю, что мы встретились всего пару месяцев назад. Наверное, слишком рано, и я не должен ничего говорить теперь, когда у меня столько проблем. Но я знаю, что к тебе испытываю. — Он сглотнул. — Я люблю тебя. С тех пор как мы познакомились, я ощущаю, насколько мы гармоничная пара. Я пытался действовать разумно и не повторять прежних ошибок, как в браке с Камиллой, поэтому не подпускал никого настолько близко. Но сейчас я не могу ничего с собой поделать. Рядом с тобой я ощущаю себя по-настоящему счастливым.

— Ах, Эд… — Ее глаза наполнились слезами. — Я… я никогда не думала, что кого-нибудь так полюблю. Я и не мечтала довериться так кому-то. Но тебя я люблю и доверяю тебе.

— Слава богу, — прошептал Эд и поцеловал ее.

Глава 13

Субботним утром Эд ощущал себя приговоренным к смерти. Он, так же как и Джордж, боялся получить результаты анализа ДНК.

Он хотел, чтобы Джейн пошла вместе с ним. Ее спокойная, тихая поддержка ему бы очень пригодилась.

На улице шел дождь. Эд с тяжелым сердцем сел в машину.

Джейн ответила на звонок домофона. Неужели Эд передумал и решил взять ее с собой?

— Слушаю?

— Это я, — раздался голос, который она меньше всего хотела услышать.

Пришла Дженна. По спине Джейн пробежал холодок. Что понадобилось здесь ее сестре? Вряд ли она пришла извиниться за статью в журнале.

— Ты впустишь меня или нет? — требовательно спросила Дженна. — Тут дождь льет, и у меня волосы намокнут.

В какой-то момент Джейн задалась вопросом, что произойдет, если она ответит отказом. Но потом вспомнила собственные слова, сказанные Пиппе, об отношениях в семье. Пиппе удалось помириться со свекровью. Может, и ей в этот раз повезет?

— Поднимайся, — сказала Джейн, нажав на кнопку и подавив горестный вздох.

Джейн пошла в кухню, чтобы приготовить чай.

Дженна выглядела сердитой.

— Из-за тебя я простояла на улице целую вечность.

О, замечательно. Похоже, ее сестричка настроена хорошенько поссориться. Джейн попыталась разрядить напряженную атмосферу.

— Я заварила тебе мятный чай. — Сама она не пила мятный чай, но знала, что его любит сестра, поэтому всегда держала небольшой запас дома. — Я положу в чашку немного меда. — Джейн кивнула на багаж, который Дженна приволокла с собой: — Ты только что вернулась со съемок?

Дженна закатила глаза:

— С какой еще стати мне к тебе приходить?

«Ты пришла, чтобы переночевать, а не для того, чтобы повидаться с сестрой», — грустно подумала Джейн и подавила обиду.

— Где проходили съемки?

— В Нью-Йорке.

— Значит, у тебя был долгий перелет. Ты, наверное, устала. — Джейн старалась вести себя миролюбиво. — Мне приготовить тебе завтрак?

Дженна закатила глаза:

— Ах ты, маленький доктор Совершенство!

Что такое? Джейн нахмурилась:

— Что все это значит, Дженна?

Да, она понимала, что сестра устала и раздражена, но с какой стати она срывает зло на ней?

— Ты прямо не можешь меня не пилить, да? — пробурчала Дженна.

Обычно Джейн старалась избегать ссор, но сегодня была на взводе, волновалась за Эда, поэтому вопрос непроизвольно сорвался с ее губ:

— За что ты так меня ненавидишь?

— А ты как думаешь? У тебя прекрасная работа и идеальная жизнь. — Сестра нахмурилась. — Ты не представляешь, что такое борьба!

Было странно слышать подобное от Дженны. В детстве Джейн пришлось куда труднее. Она чувствовала себя по-настоящему любимой только с двоюродной бабушкой Сэди.

— Ты несправедлива. Я всегда старалась о тебе заботиться, пока мы были детьми и мама болела. Я готовила ужины…

— Совершенно верно, доктор Совершенство, — резко оборвала ее Дженна и усмехнулась. — Ты всегда и все делаешь правильно. Ты просто идеальная.

— Идеальная? Боже правый! Ты превратила мою жизнь в ад, пока я училась в школе. Ты и твои друзья смеялись надо мной, потому что я была неуклюжей и всегда занимала последние места на спортивных соревнованиях. Ты издевалась надо мной потому, что я любила учиться, и даже придумала для меня обидное прозвище.

— Ах да, ты училась. — Дженна изобразила пальцами кавычки. — Разве мы не знаем, что ты всегда получала отличные оценки? Ты умная. Я до хрипоты спорила с учителями. Почему я не могла быть немного похожей на тебя? Почему я была сестрой-неудачницей?

Она же сама ее чуть со свету не сжила! Вся вина Джейн заключалась только в том, что она оставалась самой собой. На что теперь жалуется Дженна? Джейн пришла в ярость:

— Если бы ты приложила немного усилий в школе, а не тратила время на прически, то хорошо сдала бы экзамены, так что не смей обвинять меня в своих неудачах. Ты сделала собственный выбор и я признала твое право на это. Так почему же ты не можешь смириться с тем, что я стала жить по-другому? Почему ты просто не можешь признать, что мы с тобой разные? Я никогда не скулила из-за то го, что не высокая и не худая, как ты. Я принимаю себя такой, какая я есть. Почему ты не можешь?

Дженна поджала губы:

— Ты просто завидуешь мне потому, что я продолжаю дело мамы.

— Нет. Меня устраивает моя жизнь. Но я устала от того, что ты постоянно меня унижаешь. Взять, к примеру, ту ужасную статью.

— Я не виновата, что так написал журналист.

Джейн сомневалась в ее искренности. Журналист, вне сомнения, показывал Дженне статью перед публикацией.

— Дело не только в статье. Ты вредишь мне все время. Взять хотя бы моего первого парня. Я была влюблена в него несколько месяцев и с трудом поверила, что он пригласил меня погулять. На следующий день после нашего свидания все в школе только и говорили о том, что он проиграл пари, которое заключил с тобой. Он поспорил на меня и только поэтому пригласил на свидание!

Дженна пожала плечами:

— Тебя это вроде бы не особенно волновало.

Нет, потому что Джейн решила не показывать сестре, насколько ей обидно. Она не говорила о том, как в подростковом возрасте обнаружила, что половина ее друзей встречаются с ней только из-за того, что надеются подобраться к Дженне. А другая половина пропадала сразу же, как только знакомилась с ее сестрой.

— И Шон! — вне себя воскликнула Джейн. Дженна так и не извинилась перед ней за свой поступок. — Я могла бы понять, если бы ты в него влюбилась. Но ты бросила его сразу же, как только я от него ушла.

Сестра снова пожала плечами:

— Он мне был не нужен. Я не виновата. Он сам ко мне приставал.

Она понятия не имела, говорит ли Дженна правду или врет.

— Ты не могла ему отказать?

— Он был не для тебя, поэтому на самом деле я сделала тебе одолжение. Если бы вы поженились и купили квартиру, тебе было бы намного труднее уйти от него со всеми этими юридическими и денежными заморочками.

Джейн моргнула:

— Ты спала с моим женихом, в моей постели, и говоришь, что сделала мне одолжение?

Дженна вздернула подбородок:

— Ты знаешь, что я права.

— На какой причудливой планете ты живешь? — Она покачала головой. У нее лопнуло терпение. — Дженна, я пыталась быть тебе хорошей сестрой, но больше не могу. Я устала от постоянных унижений. Ты все время портишь мне настроение и заставляешь думать, будто я поступаю неправильно. Я уверена, в Лондоне у тебя много знакомых, у которых ты можешь переночевать. Сейчас я ухожу и предпочла бы не видеть тебя, когда вернусь.

Джейн взяла сумку и пальто и вышла из квартиры до того, как сказала что-нибудь плохое, о чем могла пожалеть.

Дженна смотрела вслед сестре, ее охватила ярость. Неужели маленький доктор Совершенство ее выгоняет?

У нее не было желания прямо сейчас возвращаться к родителям в Корнуолл. А теперь ей придется подыскать место для ночлега.

Воспользовавшись телефоном Джейн, она обзвонила своих друзей. Многие их них были на съемках вдали от Лондона, но наконец ей удалось найти того, кто мог ей помочь. Она уже собиралась уходить, когда зазвонил телефон и включился автоответчик.

— Джейни, это Эд. Я обещал позвонить, когда приеду в поместье. Тебя, очевидно, нет дома. Жаль, что ты не со мной в Суффолке. — Он вздохнул. — Мы с Джорджем собираемся поговорить с папой о тесте на отцовство. Я позвоню тебе позже, ладно? — Помолчав, он прибавил: — Я люблю тебя.

Услышав признание в любви, Дженна нахмурилась. Насколько ей известно, Джейн ни с кем не встречается. Кто такой Эд? Он живет в поместье в графстве Суффолк, и у него есть некто по имени Джордж?

Заинтересовавшись, Дженна вошла в поисковую систему на своем мобильном телефоне и набрала данные: Эд, Суффолк, поместье, Джордж.

В самом верху списка оказалась ссылка на поместье Сомерс, открытое для посетителей.

Дженна щелкнула по ссылке. Как интересно! Дэвид Сомерс, пятнадцатый лорд, у него есть сыновья Эдвард и Джордж. Хм. Похоже, Джейн встречается с младшим сыном лорда.

Интересно, почему он упомянул о тесте на отцовство?

Поразмышляв, Дженна улыбнулась. Журналу «Сэлебрити лайф» понравится история, которую она расскажет. Дженна решила проучить Джейн, чтобы в следующий раз та не вела себя как стерва и не выгоняла сестру на улицу.

— Что все это значит, Эд? Вы оба выглядите так, словно не спали несколько дней. — Дэвид нахмурился.

— Ты должен присесть, папа. И тебе понадобится переслащенный чай, — сказал Эд.

— Вы оба здесь, значит, Джорджу не удалось сломать себе шею, — произнес отец. — Что может быть еще хуже?

— Вот это. — Джордж бросил пачку писем и дневник на кухонный стол. — Извини, папа, но я не могу миндальничать.

— Почерк вашей матери, — заметил Дэвид, открыв дневник.

— Я приготовлю переслащенный чай, — вздохнула Фрэнсис.

Джордж рассказал отцу о возникших подозрениях. Когда он закончил, Дэвид пребывал в шоке.

— Я знал о ее изменах, но никогда не думал, что ты можешь быть рожден от другого мужчины. Вы оба. — Он прищурился. — Это ничего не меняет. Ты мой сын. Вы оба — мои сыновья.

— И мои, — встряла Фрэнсис. — Да, не я вас рожала, но вы оба стали моими сыновьями более двадцати пяти лет назад. Надеюсь, вы не возражаете.

Джордж и Эд обменялись виноватыми взглядами.

— Вы оба идиоты, — сказал Дэвид, закатывая глаза.

— Папа, существует юридическая сторона вопроса, — произнес Джордж. — Мне очень жаль, если я скажу нечто ужасное, но мы должны признать правду. Если ни я, ни Эд не приходимся тебе сыновьями, то титул лорда и поместье после твоей смерти перейдет наследнику по другой линии. Это означает, что Фрэнсис потеряет свой дом, а мы лишимся воспоминаний о детстве, если опираться на эти данные. — Он указал на письма и дневник.

— Но это косвенные улики, как сказала бы Элис, — перебил его Дэвид.

— Чтобы развеять сомнения, нам нужно сделать анализ ДНК, — осторожно сказал Эд. — Мы уже нашли лабораторию.

— И оплатили анализ. Вчера мне привезли все необходимые приспособления, — прибавил Джордж.

Дэвид вздохнул:

— Ладно. Давайте покончим с этим.

— Нельзя пить и употреблять пищу за полчаса до проведения анализа, — предупредил Эд.

— Тогда чай подождет, — сказала Фрэнсис, убирая чайник со стола.

— Нужно надеть перчатки, чтобы не испортить образцы, — задумчиво бормотал Эд.

— Иногда действительно полезно иметь родственника-врача, — заметил Джордж, гладя брата по плечу.

— Как скоро будут готовы результаты? — спросил Дэвид.

— Через пять рабочих дней, — произнес Эд. — Быстрее они сделать не смогут. Джордж уже узнавал.

— Какими бы ни были результаты, вы останетесь моими сыновьями. — Я люблю вас, — тихо сказал Дэвид.

— Я тоже тебя люблю, — эхом отозвались Джордж и Эд.

Эд оставил Джорджа в поместье, зная, что брата привезет в Лондон одна из сестер на следующий день. Вернувшись в квартиру поздно вечером, Эд позвонил Джейн:

— Я дома.

— Как все прошло? — спросила она.

Он вздохнул:

— Тяжело.

— Хочешь, чтобы я приехала? Или сам приедешь ко мне?

— А можно? Мне необходимо твое тепло. — В одиночестве Эд чувствовал себя неуютно.

— Конечно, — ответила она. — Я только что испекла печенье.

— От такого предложения я не могу отказаться. — Он улыбнулся, на секунду забыв о семейных неприятностях. — До скорой встречи.

Вскоре Джейн уже открывала Эду дверь. Эд влетел по лестнице, прыгая через три ступеньки. Войдя в квартиру, он обнял Джейн и тихо произнес:

— Вот так лучше.

— Как дела у Джорджа и твоего отца? — спросила она.

— Мы решили выступать единым фронтом, — ответил он. — И дома, и на людях. Папа говорит, что какими бы ни оказались результаты анализа, ему наплевать на титул и поместье. Мы его дети, и никто этого не изменит. Фрэнсис сказала то же самое.

— Так же отреагируют ваши сестры. В этом я уверена, — решительно произнесла она. — Вы любите друг друга. Это видно из того, как вы разговариваете, обмениваетесь взглядами… — Она с трудом сглотнула. — Моя семья даже отдаленно не похожа на твою.

Он крепче ее обнял:

— Ах, Джейни. Мне жаль, что они плохо к тебе относятся.

— Кое-что в этой жизни изменить нельзя, поэтому необходимо научиться с этим мириться, — произнесла она. — Помни об этом. А любовь… Любовь может многое исправить. У меня еще есть надежда наладить отношения со своей родней.

* * *

Утро понедельника в родильном отделении прошло в суматохе. Эд и Джейн принимали сложные роды — ребенок шел вперед ягодицами. Кроме того, у роженицы были все симптомы преэклампсии[1]. Единственное возможное решение — вызвать преждевременные роды, несмотря на срок в тридцать пять недель, когда у ребенка еще не слишком хорошо работали легкие.

Хотя пациентка находилась под капельницей — ей вливали глюкозу, чтобы остановить гипогликемию, — осмотр показал, что плод подвергается серьезной угрозе. Необходимо кесарево сечение.

— Мы не можем рисковать и делать ей эпидуральную анестезию, потому что в эпидуральном пространстве позвоночника может возникнуть кровотечение. Обязателен общий наркоз, — мрачно произнес Эд.

К счастью, роды прошли успешно, у роженицы не возникло никаких проблем со свертываемостью крови, о чем беспокоились Эд и Джейн. В конце работы он поймал взгляд Джейн и тихо произнес:

— Отличная работа.

Да, они, в самом деле, отлично сотрудничали.

Позже Джейн разбирала документы, и у нее зазвонил телефон.

— Джейни? Это Сорча. Я только что видела газеты в нашем отделении, и мне не понравилась статья. В ней рассказывается об Эде и его семье. И еще там упоминается о тесте на отцовство.

У Джейн похолодело в груди. Откуда прессе стало об этом известно?

— И что еще хуже, Джейн, в статье говорится, что информация получена из источника, близкого к Эду, — от его подруги.

— Нет. Этого не может быть. Я не понимаю. — Джейн выдохнула. — Спасибо за то, что предупредила, Сорча. Я прочту статью в Интернете.

История оказалась настоящей сенсацией. Заголовок гласил: «Семья Сомерс: кто настоящий наследник?»

О, черт побери! Нужно сейчас же поговорить с Эдом.

Он был в своем кабинете, разговаривал по телефону. Он жестом пригласил Джейн входить, затем попрощался с невидимым собеседником и положил трубку.

— Эд, у тебя есть минутка? Я должна тебе кое о чем сообщить, — быстро сказала она.

Он выглядел мрачным.

— Если ты собираешься сообщить мне о статье, то мне уже известна эта история. Мне позвонил Джордж. Он пытался связаться со мной все утро, но мы были в операционной.

— Я никому ни о чем не рассказывала, Эд. Вообще никому. Но в статье говорится, что источник информации — твоя подруга. — Джейн стало тошно.

— Может, кто-то подслушал наш разговор?

Она покачала головой:

— Не понимаю, как такое могло произойти. — Вдруг до нее дошло. — Твое сообщение на автоответчике. — Она закрыла глаза. — О боже! Ты позвонил мне в субботу, когда вместе с Джорджем был у отца. Когда ты оставлял сообщение, Дженна, наверное, по-прежнему находилась в моей квартире. Меня в этот момент дома не было.

Он выглядел озадаченным.

— Кто такая Дженна?

У нее пересохло в горле.

— О боже. Можно я закрою дверь?

— Конечно. — Эд казался обеспокоенным.

Она присела на край его стола:

— Мне очень жаль, Эд. Мне следовало рассказать тебе о ней. Я уже говорила, что моя мама ушла из модельного бизнеса, когда забеременела. Она родила близнецов.

— У тебя есть сестра-близнец? — Сначала Эд не поверил ее словам. — Но ты уверяла, что была единственным ребенком…

— Нет, — поправила она. — Я имела в виду, что у меня нет братьев и сестер, которые бы меня опекали.

Выражение его лица стало суровым.

— Это обычная игра слов.

Он думал, что она умышленно солгала ему, как когда-то сделала Камилла.

— Эд, ситуация сложная. Моя семья совсем не такая, как твоя. И ты не представляешь, как я завидую тебе, Джорджу и вашим сестрам. Они любят тебя. Моя родня никогда меня не любила. — Джейн смотрела на него умоляюще, желая, чтобы он понял. — Дело в том, что Дженна пошла по стопам матери и стала моделью. Она похожа на нее и внешне, и по характеру. У нее слабое здоровье. Она легко простужается или подхватывает какой-нибудь вирус. Однажды она заболела моноцитарной ангиной и поэтому не работала в течение шести месяцев. А у меня иммунитет, как у быка, поэтому я почти никогда не болею. — Она вздохнула, понимая, что несет полную чушь. — Я пыталась о ней заботиться. Когда мы были детьми и наша мама болела, я готовила ужины. Дженна умеет только сварить яйцо. В этот раз она заявила, что всегда меня ненавидела. Она назвала меня маленьким доктором Совершенство. — Джейн прерывисто вдохнула. — Я хотела, чтобы ей было хорошо, поэтому заботилась о ней, а она считает, будто я делала это ради собственной выгоды.

Эд встал и обнял Джейн:

— О, дорогая. Ты так далека от показухи.

— Дженна хотела остаться у меня на ночь в субботу. Она постоянно в разъездах, поэтому, возвращаясь в Лондон, наведывается ко мне. Но в этот раз, едва войдя в квартиру, она стала ко мне придираться. Ей хотелось поссориться. Мне не следовало поддаваться на ее провокации, но… — Джейн не могла даже найти подходящих слов, чтобы описать свое горе и разочарование. — Я просто сорвалась. Сказала, что ухожу и не желаю видеть ее у себя, когда вернусь. Наверное, она слышала твое сообщение на автоответчике и воспользовалась информацией. — Она с трудом сглотнула. — Я не сказала ни ей, ни моим родителям, что встречаюсь с тобой. Извини. Я не хотела тебя подставлять. Я пойму, если не захочешь меня видеть, и я принесу извинения твоей семье.

— Джейн, ты не должна этого делать. Ты не виновата в том, что история просочилась в прессу. — Эд вздохнул. — Но мне жаль, что ты не рассказала раньше о своей сестре.

— Мои отношения с родней ужасны, и мне не слишком приятно касаться этой темы. Думаю, Дженна была права, когда сказала, что я стремлюсь к совершенству.

Он погладил ее по голове:

— Ничего подобного. Ты уже совершенна.

— Я не вписалась в свою семью только потому, что желаю оставаться такой, какая есть.

— Что по этому поводу говорит Сорча? — спросил он.

Она закатила глаза:

— Неужели ты хочешь знать, как она называет Дженну? Особенно после того… — Она умолкла.

— После чего?

Наверное, пришло время открыть Эду правду, учитывая то, какой вред сестра уже успела причинить ему и его семье.

— После истории с Шоном.

Он моргнул:

— Он изменил тебе с твоей сестрой?

— Да.

Эд покачал головой, выглядя потрясенным:

— Ого! Это серьезно. Я не уверен, что смог бы простить Джорджа, если бы он так поступил со мной.

— Джордж никогда бы такого не сделал. Он тебя любит. — Она пожала плечами. — Дженна ненавидит меня.

Эд посмотрел ей прямо в глаза:

— Но ты ведь не волновалась из-за того, что подобная история может повториться и со мной. Ты же не думала, что, встретившись с ней, я тебя брошу?

— Нет, конечно нет. Дженна, возможно, попыталась бы тебя соблазнить, но ты не похож на Шона. Ты — цельная натура. Уверена, ты отверг бы ее. Я не рассказывала тебе о ней, потому что… Потому что, независимо от того, как сильно я стараюсь, я не смогу наладить с ней отношения. Она постоянно меня унижает, а я это ненавижу.

— Какой ужас… — Эд прижался лбом к ее лбу. — Мне жаль, что ты страдаешь, хотя ни капли не виновата.

— Если бы я держала себя в руках и не оставила сестру в квартире, она не услышала бы твоего сообщения. — Она покачала головой. — Мне нужно поговорить с ней и выяснить, какого черта она затеяла. А затем я позвоню отцу и узнаю номер одного журналиста — старого знакомого моей матери, — который поможет разобраться со статьей.

— Этим займутся Джордж и Элис. Не беспокойся об этом.

Мобильный телефон Дженны не отвечал. Не отвечал и телефон в доме родителей. Джейн вздохнула:

— Свяжусь с ней позже.

— Джейни, ты действительно ни в чем не виновата. — Эд взял ее за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. — Я знаю, не ты дала прессе информацию. Мы с Джорджем полностью тебе доверяем.

Но, как ни крути, Джейн поневоле подвела Эда.

— Знаешь, я тебя люблю, — сказал он.

— Даже после того, что произошло?

— Это лишь слухи. Мы можем их просто игнорировать. Я уверен, о моей семье на протяжении веков говорили много всяких гадостей. — Эд взял со стола скрепку и стал крутить ее в пальцах, а потом опустился на колено перед Джейн. — Вполне возможно, худшего времени, чем сейчас, просто не придумать. Я не знаю, каким окажется результат анализа. Все может закончиться грандиозным скандалом. И я знаю, что твои последние отношения закончились катастрофой. Но я люблю тебя, Джейн. Я хочу быть с тобой. Рядом с тобой я чувствую, что живу в полную силу. Именно ты заставила меня забыть неприятное прошлое и поверить в будущее.

Итак, ты окажешь мне честь и станешь мой женой, Джейн?

Она затаила дыхание:

— Ты уверен? Я имею в виду, тебе будет нелегко общаться с моей семьей.

Он пожал плечами:

— У них плохой характер, и они тебя не ценят, но это — их проблемы. Я не прошу их выходить за меня замуж. Я прошу тебя. — Он протянул руку и погладил ее по лицу. — Что бы ни было, у членов моей семьи достаточно любви, чтобы поддержать нас обоих и помочь нам. Но самое главное — мы с тобой будем вместе. И я буду с тобой в горе и радости. Так, ты выйдешь за меня замуж, Джейн?

Эд просил ее рискнуть и разделить с ним будущее. Рискнуть и, возможно, обрести не только счастье, но и множество проблем.

Однажды Джейн уже переполняли надежды. Она слушала сладкие речи и обещания, которые оказались пустыми.

Но Эд совсем не такой, как Шон. Он не уверяет ее, что их совместная жизнь будет идеальной; он не предлагает достать для нее звезду с неба. Он предлагал ей реальную супружескую жизнь, полную печалей и радостей.

Она наклонилась и погладила его по щеке:

— Я почту за честь стать твоей женой.

— Хорошо. — Он надел на ее безымянный палец самодельное кольцо из скрепки и поцеловал в губы. — Давай пойдем в магазин после работы и купим настоящее кольцо. — Он улыбнулся. — И мне действительно наплевать, если за нами будут ходить папарацци. У них появится возможность опубликовать позитивную статью о моей семье. А потом мы будем праздновать.

Глава 14

Джейн пыталась дозвониться сестре на мобильный, но безуспешно. Отчаявшись, решила связаться с родителями. Она долго слушала гудки, пока наконец ответил ее отец.

— Папа, Дженна у вас? — спросила Джейн.

— Да. Она в постели.

Это означало, что Дженна чувствует себя виноватой и у нее, возможно, началась депрессия. Как правило, Джейн сочувственно относилась к плохому настроению сестры, но на этот раз все было иначе — Дженна зашла слишком далеко.

— Мне нужно с ней поговорить.

— Что-то случилось?

«Конечно случилось!» — хотела выкрикнуть Джейн, но прекрасно знала, что отец снова начнет защищать и оправдывать Дженну. Он всегда так поступал. Но Джейн не попадется на эту удочку. Сестре придется отвечать за свои ошибки. Джейн затараторила как можно беспечнее:

— Папа, это срочно, мне нужно кое-что с ней обсудить…

— Она отдыхает. Отложить никак нельзя?

— Это важно, — повторила она.

Его голос жестче:

— Я слышал, ты ее выгнала.

Джейн вздохнула. Конечно, сестра преподнесла историю так, как было выгодно ей — снова выставила себя жертвой.

— Папа, на любую историю можно посмотреть с двух сторон. Пожалуйста, дай ей трубку. Мне очень нужно с ней поговорить.

— Чтобы извиниться?

Джейн была готова даже притвориться, лишь бы добиться своего.

— Да, — вздохнув, солгала она.

Дженна долго не подходила к телефону.

— Чего ты хочешь? — наконец раздался в трубке ее недовольный голос.

— Меня интересует статья в прессе.

— Какая статья?

— Об Эде. Я знаю, что ты предоставила эту информацию. Наверное, подслушала сообщение на автоответчике и воспользовалась им в своих целях. — Джейн снова вздохнула. — Слушай, я понимаю, что ты меня ненавидишь, но на этот раз ты причинила вред другим людям, Дженна. Ты обидела по-настоящему достойных людей. Они не заслужили такого отношения.

— Я пыталась помочь. — Дженна стала обороняться.

— Помочь? Устроив скандал в желтой прессе? Ты называешь это помощью?

Сестра промолчала.

— Ты должна перестать обижать людей, Дженна. В противном случае ты просто сама себя уничтожишь.

Дженна повесила трубку. Через две минуты раздался звонок — отец был вне себя.

— Что, черт побери, ты ей наговорила? — спросил он. — Она едва не лишилась чувств от расстройства.

— Ничего из того, что хотела бы ей сказать, поверь мне. — Джейн поведала о недавней статье в прессе.

— Жаль, что ты больше беспокоишься об этой семье, а не о собственных родственниках, — прокомментировал Мартин. — Ты даже не удосужилась навестить нас в этом году.

А они удосужились приехать к ней в Лондон? Нет. Джейн пришла в ярость и выдала то, о чем молчала много лет.

— Папа, а ты никогда не пытался посмотреть на происходящее с моей точки зрения? Или Дженна занимает все твое время? И ей всегда и все сходит с рук. Ты никогда ни в чем ее не упрекаешь. Она может публиковать в прессе всякие гнусности обо мне, и ты спокойно к этому относишься, потому что подобные статейки положительно влияют на ее карьеру. Наплевать, что она может меня обидеть.

— Джейн! Как ты можешь такое говорить? — Отец казался шокированным.

— Я говорю правду, папа. Для тебя и мамы самое главное в человеке — его внешность. Вы всегда давали мне понять, что я ваше разочарование, так как не смогу быть похожей на маму и грациозно расхаживать по подиуму. Но меня устраивает моя жизнь. Я устала постоянно уступать вам, казаться милой и обо всем молчать, вне зависимости от того, что вытворяет Дженна.

Отец словно заколебался, и это придало ей смелости.

— Ты хочешь знать, почему я не была у вас в этом году? Позволь объяснить тебе ситуацию с Шоном. Дело в том, что я слишком рано пришла домой и обнаружила его в постели с Дженной. Мой жених лежал в постели с моей сестрой!

— Я понятия не имел, — изумленно пробормотал он.

— Ну, теперь тебе об этом известно. А на этой неделе она сообщила прессе сведения об одной семье, которые подслушала! И теперь заявляет, что пыталась мне помочь. Ты не представляешь, как сильно она обидела хороших, искренних, добрых людей, которые оказали мне большую поддержку. Приятного тебе дня! — Стиснув зубы, она положила трубку.

Джейн окончательно и бесповоротно сожгла за собой мосты. Но на прощание она отослала отцу электронное письмо со ссылкой на интервью из журнала «Сэлебрити лайф».

Джейн написала ему:

«Я не могла принять участие в фотосессии потому, что в тот момент сдавала экзамены. Я все объяснила Дженне. И вот результат. Возможно, теперь ты поймешь, что я действительно устала. Я просто больше не вынесу. Если вы не начнете относиться ко мне как подобает, я вообще не стану с вами общаться».

Джейн вытирала слезы, когда в комнату вошел Эд:

— Джейни, что случилось?

Она рассказала ему о беседе с отцом и Дженной.

— Я считаю, что на этот раз поступила правильно. — Она вздохнула. — Я думаю, мне давно следовало поставить им ультиматум.

— Возможно, теперь все изменится. Иногда требуется скандал и жесткие слова, чтобы наладить отношения, — заметил он. — Посмотри на Пиппу Даффилд и ее свекровь. Ты уговорила Пиппу попробовать, и теперь они отлично ладят.

— Я знаю, но не думаю, что в моем случае такой подход подойдет, — произнесла Джейн.

Он ее обнял:

— Мне очень жаль, Джейни. Если это поможет, то скажу, что ты — часть моей семьи, и мы все тебя любим. — Он ее поцеловал. — И сегодня мы объявим о нашей помолвке.

После работы Эд повел Джейн в магазин и купил ей платиновое кольцо с бриллиантом.

— Теперь ты официально моя невеста, — сказал он, поцеловав ее безымянный палец. — Ты не против, если мы заедем к Джорджу и сообщим ему хорошую новость?

— Я совсем не против.

Однако в квартире Джорджа их ждала вся семья Эда, Сорча и Джейк. В холодильнике стояло шампанское.

— Эд, неужели ты организовал все это сегодня? — спросила она.

— Ведь ты согласилась стать моей женой. — Он улыбнулся. — Да. Я решил, что хорошая новость обрадует всех. Ты не возражаешь против праздника?

— Нет. Просто… — Она с трудом сглотнула. Эд удивил Джейн и продемонстрировал, что его родственники готовы прийти и поддержать ее в трудную минуту, потому что считают одной из них.

По ее щеке покатилась слезинка. Эд поцеловал ее.

— Я знаю, что твоя семья тоже должна быть здесь, — тихо произнес он, точно угадав ее мысли. — Вот поэтому я позвал Сорчу.

— Жаль, что Сорча не моя сестра, — произнесла Джейн. — Спасибо.

— Я люблю тебя, и ты меня любишь. Что бы ни ждало нас впереди, мы справимся вместе, — заключил Эд, крепко прижимая к себе Джейн. — Вместе.

Следующим утром в больницу доставили огромный букет для Джейн.

— Какие красивые. Наверняка от кого-то из твоих, — сказала она Эду, затем открыла вложенную в букет открытку. — О!

— От кого они?

— От Дженны. — Джейн присела. — Они никогда передо мной не извинялась. Никогда. — Она помолчала, потом прибавила: — С другой стороны, они могут быть не от нее.

— Что ты имеешь в виду? Разве на открытке не написано ее имя?

— Папа не любит скандалов. Я знаю, как он мыслит. — Она вздохнула. — Он считает, что, если я приму извинения Дженны, все вернется на круги своя.

Эд удивленно спросил:

— Ты считаешь, что цветы прислал твой отец?

Она кивнула:

— С наилучшими намерениями. Но, так или иначе, ситуация только усугубилась. — Джейн положила открытку в конверт и оставила на столе рядом с букетом. — Нам нужно делать обход.

— Ладно.

Утро в родильном отделении выдалось суматошным. В середине обхода Рози позвала Эда и Джейн к пациентке.

— Роды затягиваются потому, что ребенок перевернулся и идет вперед ягодицами, — объяснила Джейн.

— Вы проделали замечательную работу, но устали от схваток, которые продолжались полдня вчера и всю ночь, — осторожно произнес Эд. — Я рекомендовал бы вам кесарево сечение.

— Я так хотела, чтобы роды были естественными, — сказала несчастная пациентка. — Я уже строила планы…

Эд сжал ее руку.

— Дети не считаются с чужими планами. У них есть собственные идеи, — произнес он с улыбкой. — Решайте. Я принесу вам формуляр, который необходимо подписать.

Она вздохнула:

— Иначе никак?

Джейн сжала другую руку:

— Мне очень жаль, но по-другому не получится.

— Ладно. Я сейчас же подпишу то, что нужно.

Полчаса спустя женщина держала ребенка на руках, а Джейн по привычке утирала слезы радости. Она отправилась в свой кабинет, чтобы поработать с документами, где обратила внимание на лежащее на столе заказное письмо. Конверт был подписан рукой Дженны.

Джейн осторожно вскрыла его.

«Джейн, прости. Я всегда тебе завидовала. Ты умная и сильная, а я слабая и безнадежная, как мама. Ты всегда заставляла меня ощущать себя недостаточно хорошей».

Джейн уставилась на письмо, едва осознавая смысл слов. Неужели Дженна чувствовала себя недостаточно идеальной? Но Джейн совсем не хотела делать ей больно. Она пыталась заботиться о сестре, лелеять ее и опекать.

«Прости за то, что донимала тебя в детстве. Прости за то, как поступила с Эдом и его семьей. Надеюсь, что он не бросит тебя из-за меня. Если хочешь, я лично попрошу у него прощения».

Дженна действительно извинялась. Причем искренне.

«Тебе понравились цветы? Их послала я, а не папа».

Значит, Дженна тоже в курсе того, что их отец не приемлет скандалов.

«У меня было время подумать. Я знаю, что о многом тебя прошу, но не можешь ли ты простить меня? Давай начнем все сначала. На этот раз мы будем равными. С любовью, Дженна».

Приблизившись, Эд спросил:

— Джейни, ты в порядке?

Не говоря ни слова, она протянула ему письмо.

Он быстро его прочел:

— Ого! Я от нее такого не ожидал.

— Я тоже. — Она покачала головой. — Не знаю, что думать и как реагировать. Я имею в виду, она никогда прежде не извинялась и не старалась помириться.

А затем Гвен, одна из младших медсестер, принесла еще один огромный букет цветов.

— Джейни, вы что-то скрываете? Сегодня ваш день рождения?

Джейн и Эд переглянулись. Они ни о чем не могли говорить до получения результатов анализа.

— Нет, сегодня не мой день рождения. Я поссорилась с сестрой.

Гвен вытаращила глаза:

— Да ладно. Я постоянно ссорюсь с сестрой, но она никогда не присылает мне цветов.

— Моя начала исправляться, — сухо ответила Джейн и открыла открытку.

«Мне очень жаль. Дженна слабая, как твоя мать. У тебя мой характер, ты — реалист. Я никогда не хотел, чтобы ты чувствовала себя неудачницей. Ты дорога мне. Я так горжусь тобой, Джейн. И люблю тебя. Папа».

— Они от папы, — удивленно произнесла она.

— С ним вы тоже поссорились? — удивилась Гвен. — Сколько знаю вас, ни разу не видела, чтобы вы с кем-то ругались. Значит, у вас было две стычки за один вечер?

Джейн усмехнулась:

— Это так же, как с автобусами. Стоишь и ждешь свой автобус целую вечность, а затем приходят сразу два.

— Ну, цветы прекрасные. — Гвен улыбнулась. — Наслаждайтесь, вы счастливица.

Когда медсестра ушла, Джейн передала открытку Эду.

— Судя по цветам и посланиям, — начал он, когда прочел записку, — твоя семья наконец осознала, кто ты такая, и начала тебя ценить.

— Может быть. — К ее горлу подступил огромный ком. — Мне следует им позвонить.

— Звони. И обращайся ко мне, если понадобится помощь, — сказал он и поцеловал Джейн.

Глава 15

Результаты анализа ДНК должны были прийти в понедельник. Джейн и Эду удалось поменяться сменами с другими сотрудниками и устроить выходной в этот важный день. Дэвид и Фрэнсис приехали из Суффолка и остановились у дочерей. Элис, Би и Шарлотта были готовы приехать в любую минуту.

Эд не мог ничем заниматься, он лишь беспокойно мерил шагами квартиру. Выражение его лица оставалось напряженным. Он поглядывал на часы каждые несколько секунд, а затем очень удивлялся тому, что с момента проверки прошло так мало времени.

— О, дорогой. — Джейн нежно его поцеловала. — Нужно подождать совсем немного.

— Это хуже, чем ждать результатов экзаменов. Джордж сказал то же самое. Там хотя бы примерно знаешь результат, знаешь, на что можешь рассчитывать. А тут… Тут ничего невозможно предугадать. — Он покачал головой. — Сейчас я знаю, кто я такой. Но когда вскроют конверт, окажется, что я совершенно другой человек.

Джейн сжала его руку:

— Эд, независимо от результатов все останется по-прежнему. Я люблю тебя таким, какой ты есть, а не из-за того, кто твой настоящий отец. Дэвид будет всегда считать тебя своим сыном, что бы ни показали результаты анализа.

— Я знаю. И спасибо тебе. Извини. Мне сейчас тяжело. — Он вздохнул. — Ожидание меня убивает. Мне трудно дышать, Джейн, грудь как будто сдавливает, голова болит. У меня такое ощущение, что кровь в жилах заледенела.

Ни словами, ни действиями Джейн не могла изменить ситуацию. Она могла лишь поддерживать Эда морально.

Когда загудел домофон, Эд замер:

— Ах, боже мой, результаты. Наверное, это почтальон. — Он бросился к домофону. — Да?

— Пожалуйста, впусти нас, пока я не начал разгонять папарацци своими костылями, а Элис не пришлось защищать меня в суде, — жалобно проблеял Джордж.

Эд нажал на кнопку и пошел открывать дверь. Джейн включила чайник и занялась приготовлением кофе.

— Результаты еще не пришли, — услышала она голос Эда. — Я же сказал, что позвоню, когда они придут.

— Я просто не могу ждать.

— Все равно мы не вскроем конверт, пока не приедут девочки, — предупредил Эд. — Мы обещали.

— Это правда, но я буду ждать здесь с вами. — Джордж, хромая, прошел в кухню и обнял Джейн. — Привет, Джейни. Как поживает моя будущая невестка?

— Ужасно нервничаю, как и ты, — ответила она. — Эд ничем не может заниматься.

— Я тоже. Я и в лучшие времена ненавижу ждать, а сейчас просто схожу с ума, — произнес Джордж.

— Тем более ему пришлось позволить мне привезти его сюда на нашей машине. — Дэвид усмехнулся, входя в кухню. — Поверьте мне, мы все страстно желаем, чтобы его нога поскорее пришла в норму и он смог сам водить автомобиль. И тогда нам не придется выслушивать его инструкции и комментарии.

Фрэнсис потрепала Джорджа по голове:

— Не слушай папу, дорогой. Он еще более отвратительный пассажир, чем ты. Именно поэтому я никуда его не вожу!

Джейн вручила всем чашки с кофе. Она поставила в центр стола тарелку с печеньем, но никто к нему не притронулся.

— Жаль, что мы не может ускорить время, — снова заныл Джордж.

— Точно, — согласился Эд.

— Нужно поговорить о чем-то другом, — произнес Дэвид.

— О свадьбе? — предложил Джордж. — Мы можем прямо сейчас заняться ее планированием. Здесь присутствуют невеста, жених и шафер.

— Неужели ты всерьез думаешь, что мы позволим тебе планировать нашу свадебную церемонию? — спросила Джейн. — Ведь ты можешь заставить нас пожениться в воздухе, во время полета на параплане!

— Какая прекрасная идея, Джейни! — Джордж улыбнулся, и на его щеках появились ямочки. — Может, мне устраивать подобные свадьбы в Суффолке и брать за это деньги? — Он нахмурился. — Хотя нет. Есть вероятность того, что поместье перестанет быть моим домом.

— Оно, вне сомнения, останется твоим домом. — Дэвид закатил глаза. — Я уже говорил тебе об этом. Мне наплевать на то, что скажут генетики. Вы оба — мои сыновья.

— И мои, — прибавила Фрэнсис. — Родители необязательно должны быть биологическими.

— Фрэнсис, ты была для нас лучше родной матери, — спокойно сказал Эд. — На самом деле Джордж и я всегда считали тебя нашей настоящей мамой.

Джейн увидела, как в глазах Фрэнсис появились слезы.

— Ах, Эд! — только и смогла выдохнуть она.

— Это правда, — подтвердил Джордж. — И о лучшем отце даже и мечтать нельзя.

— И мне не нужно других сыновей. Даже если из-за твоего проклятого экстремального спорта, Джордж, у меня прибавляется седых волос. — Дэвид погладил сына по плечу. — Эд, а как именно они определяют родство?

— Они сверяют генетические маркеры. Человек наследует по одному гену от каждого родителя. Если твой профиль ДНК совпадет с одним из наших профилей, значит, ты наш отец.

Дэвид побледнел и спросил:

— А если не совпадет?

Эд сделал глубокий вдох:

— Тогда окажется, что ты не наш биологический отец.

Казалось, что время текло все медленнее и медленнее. Никто из сидящих в кухне не хотел разговаривать. Воцарилось тягостное молчание. Эд снова принялся вышагивать по квартире, Джордж барабанил пальцами по костылям, а Дэвид вертел чашку в руках.

И наконец, загудел домофон. На этот раз пришел почтальон.

Эд впустил его, а затем сказал:

— Джордж, звони девочкам, чтобы приезжали.

Когда он вернулся, Джордж произнес:

— Они взяли такси и будут здесь через двадцать минут. — Он выдохнул. — Двадцать минут. Неужели мы действительно должны их ждать?

— Да, должны. Это семейное дело, нам всем нужно быть вместе. Верно, Джейн? — спросила Фрэнсис.

Джейн невообразимо обрадовалась ее словам — Фрэнсис считала ее частью семьи Сомерс.

— Верно, — согласилась она.

Вскоре приехали Элис, Би и Шарлотта. Они отказались от кофе, с мрачным видом прислонившись к столу.

— Ладно. Приступаем, — сказал Эд и сглотнул. Открыв первый конверт, он развернул документ.

— Ну? — нетерпеливо спросил Джордж.

Эд быстро прочел результаты анализа:

— Твой маркер и маркер отца совпадают. Это говорит о том, что существует вероятность в 99,9 процента, что папа твой биологический отец. Очень хорошо. — Он встретился взглядом со своим братом. — Слава богу.

— А ты? — спросил Дэвид.

Эд сделал глубокий вдох и открыл другой конверт. Он быстро прочел результаты, и на его лице появилось выражение облегчения:

— Я тоже.

— Значит, в дневниках и письмах написана неправда, — заключил Джордж.

— Твоя мать часто ошибалась, — заметил Дэвид. — Мне жаль, что вам обоим пришлось пройти через такое испытание. — Он обнял сыновей. — А теперь расскажем репортерам всю правду, и они наконец от нас отстанут.

— Если ты решил сделать официальное заявление, папа, хочешь, я его для тебя напишу? — спросила Элис.

— Заявление будет коротким и спонтанным, — ответил Дэвид. — Не нужно ничего писать.

Вся семья вышла на улицу. Дэвид стоял между сыновьями. Защелкали фотоаппараты, обрушился шквал вопросов. Дэвид заявил, что будет молчать, пока ему не дадут возможность высказаться спокойно. Наконец, репортеры немного успокоились.

— Спасибо, — произнес Дэвид. — Я знаю, что вы все интересуетесь, приходятся ли Джордж и Эдвард мне сыновьями. Я рад сообщить вам, что результаты анализа ДНК подтвердили… — Его голос надломился, Дэвид умолк.

Джордж положил руку на плечо отца, желая оказать поддержку.

— Подтвердили… — Дэвид снова остановился.

Эмоции, которые их отец сдерживал в течение всей недели, вырвались наружу.

Джордж округлил глаза, глядя на Эда, и тот едва заметно кивнул.

Эд расшифровал сообщение Джорджа следующим образом: «Ты врач, лучше тебе сделать заявление».

Эд решительно продолжил:

— Результаты анализа ДНК не оставили ни тени сомнения в том, что Джордж и я — биологические сыновья нашего отца.

Репортеры зашептались. Они определенно рассчитывали на скандальную сенсацию.

Возможно, настало время «подкормить» их очередной неожиданной новостью? Эд протянул руку Джейн. Едва заметно кивнув, она подошла к нему.

— У нас также есть еще одна новость, — сказал Эд. — Я встретил любовь всей моей жизни, и она согласилась выйти за меня замуж. Я знаю, что ее намерения искренние, потому что она согласилась стать моей женой до того, как мы узнали результаты анализа. Ей все равно, кто я, принц или нищий. Доктор Джейн Купер и я собираемся пожениться, и как можно скорее.

— А еще одной маленькой новости нет, мистер Сомерс? — крикнул один из репортеров.

Эд рассмеялся:

— Вы имеете в виду, не женимся ли мы потому, что должны? Нет.

— Мы просто мечтаем создать семью, — добавила Джейн.

— Точно. — Эд обнял ее и поцеловал.

Щелчки фотоаппаратов почти оглушили их.

На следующее утро заголовки газет и журналов гласили: «Джордж — настоящий наследник!»

Джейн улыбнулась, увидев подпись под фотографией, где Эд ее целовал: «Эд и Доктор-Золушка».

В воскресенье Джейн и Эд направились в Суффолк, вместе с ними поехали Сорча и Джейк. Элис вызвалась отвезти Джорджа в поместье и пригрозила ему, что попросит Би принести липкую ленту, которой заклеит ему рот, если он будет ворчать.

— Знаешь, мы могли бы устроить пышную вечеринку, — сказал Эд. — Разбить шатер, позвать музыкальную группу, устроить фонтан из шоколада и шампанского.

— Я просто хочу, чтобы сегодня на ужине были близкие люди, — тихо ответила Джейн. — Устроим небольшой уютный семейный ужин в честь нашей помолвки.

Эд сжал ее руку:

— Я говорил с твоим отцом в пятницу вечером. Если они не приедут, не обижайся. От Корнуолла до Суффолка по крайней мере семь часов езды, и это при условии, что они не застрянут в пробках.

Это означало, что им необходимо было приехать вчера и найти место где-то остановиться. Джейн была уверена, что Фрэнсис предложила бы семейству Купер остановиться в ее доме, но ее мать, скорее всего, отклонила бы приглашение.

Отец и Дженна пожелали Джейн и Эду счастья. Сестра даже заметила, что фотография в журнале, на которой Эд целовал Джейн, сказочно великолепна. Но от Софии не последовало ни слова.

Ну и ладно. Возможно, ее мать оттает на свадьбе, которая состоится в следующем месяце? Однако Джейн старалась не питать больших надежд.

Когда они наконец прибыли в поместье, Фрэнсис тепло их встретила:

— Проходите в розарий. Дэвид все утро украшал беседку. — Она взглянула на небо. — Похоже, погода будет хорошей, поэтому нам не придется сидеть в доме.

Джордж и сестры уже были в розарии; Сорча и Джейк прибыли через пару минут. Джейн с тоской поглядывала на пустые места за красиво накрытым столом, где должна была располагаться ее семья.

— Я решила, что холодные закуски лучше всего, — сказала Фрэнсис, — хотя у меня есть горячий молодой картофель и еще теплый хлеб.

Джейн округлила глаза, когда увидела блюда:

— Ого! Это невероятно. Мы доставили вам столько хлопот. У вас было так много работы.

— Я трудилась с любовью, — заверила ее Фрэнсис. — Мы так рады, что ты станешь одной из нас.

Если бы только собственная семья Джейн принимала ее так же тепло. Она поборола разочарование и заставила себя улыбнуться.

Но вдруг Эд тихонько ее толкнул и мягко произнес:

— Приветствуй гостей.

Джейн обернулась и увидела своих родителей и Дженну, которые шли по лужайке к ним навстречу.

— Джейн? — София, как всегда, приветствовала дочь воздушным поцелуем.

Джейн очень постаралась не придавать этому большого значения.

Но Дженна удивила ее, заключив в жаркие объятия.

— Ты прекрасно выглядишь, — прошептала она. — Моя сестренка.

Джейн моргнула, чтобы сдержать слезы.

Отец тоже удивил ее, крепко прижав к себе.

— Джейни, моя неповторимая умница, — произнес он. — Я думаю, нам с твоей матерью нужно многое наверстать в отношениях с тобой.

Она с трудом сглотнула:

— Это больше не имеет значения, папа.

— Да, потому что ты и Эд вместе. Вы хорошая пара. — Он улыбнулся. — Мне никогда не нравился твой прежний парень. В любом случае он тебе не подходил. Но Эд… Он — твоя судьба.

— Конечно.

Поймав взгляд Эда, она сказала губами:

— Я тебя люблю.

Дэвид постучал вилкой по бокалу:

— Теперь, когда все в сборе, я думаю, мы должны объявить официальный повод сегодняшнего ужина.

— Я совершенно с тобой согласен. — Эд взял Джейн за руку и вывел на середину беседки. — Мы уже знаем, что Джейн согласилась выйти за меня замуж, когда над нашей семьей сгустились тучи и ничто не предполагало хорошего конца. Но все плохое позади, и я думаю, что испытания сделали всех нас сильнее. Поэтому сегодня хочу официально объявить о нашей помолвке в присутствии дорогих нам людей.

Эд опустился на колено и открыл бархатную коробочку, где лежало кольцо.

— Джейн Купер, я люблю тебя всем сердцем. Окажешь ли ты мне честь стать моей женой?

Для Джейн существовал только один приемлемый ответ:

— Я тоже люблю тебя. Да, я стану твоей женой.

Когда Эд надел кольцо ей на палец, гости принялись радостно восклицать, а Джордж с шумом открыл шампанское.

Примечания

1

Преэклампсия — токсикоз второй половины беременности, сопровождающийся нарушением мозгового кровообращения, гипертонией, поражением печени и почек.

Content

Кейт Харди
Полуночная прогулка

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Примечания