Барбара Колли

Чище некуда

Моей матери, Дорис Логан, которая всегда верила в меня и мои мечты.

Благодарности

Огромное спасибо всем, кто своими знаниями и советами помогал мне писать эту книгу: моей дочери, Эйприл Колли; Лалли Бреннану и Джеральду Эвайлзу из ресторана «Коммандерс»; Джону МакГиллу и Памеле Аркино из Центра исследований Уилльямса в Новом Орлеане; Мэри-Лу Кристович; Шерил Харрингтон и ее попугаю Джазу; и моим друзьям и коллегам: Рексане Бечел, Джессике Фергюсон и Мари Гудвин.

И, наконец, спасибо моему агенту, Эвану Маршаллу, и редактору, Джону Сконьямильо, за неоценимую поддержку и вдохновение.

Все ошибки и вольности, допущенные во имя вымысла, полностью на моей совести.

Глава 1

Шарлотта Лярю вышла на крыльцо своего викторианского двухквартирного дома и жадно вдохнула бодрящий, сухой, прохладный воздух.

Осень наконец-то, хотя и не без боя, вступала в свои права. Около полуночи Шарлотту разбудили раскаты грома и молнии, провожавшие холодный фронт на юг. Потом начался дождь, настоящий ливень, судя по грохоту, с каким струи хлестали по крыше. Дождь продолжался недолго, однако успел смыть все следы удушающей новоорлеанской жары.

Конечно, к тому времени, когда так называемый холодный фронт вошел в город, он уже не был таким холодным. Просто свежим. Но и это хорошо. Лучше, чем ничего.

Шарлотта вдохнула еще раз. Надо открыть все окна и проветрить дом. Очень жаль, подумала она. Ее старенькому кондиционеру не помешает передышка, а она сэкономит на электричестве.

Но долг превыше всего. Надо идти на работу, а оставлять окна открытыми небезопасно. Впервые за долгое время ей придется работать и в выходные, хотя можно выкроить воскресенье, если удастся все сделать в субботу.

— В воскресенье будет уже не то, — пробормотала она. Если другим штатам повезло с настоящей осенью, то в Новом Орлеане октябрь переменчив, как женщина в период климакса.

Шарлотта поморщилась при мысли об аналогии, точно зная, откуда растут ноги. Старение… климакс… смена сезонов. Перемена жизни. Прошел еще год. А вместе с ним — и очередной день рождения.

Но не просто очередной день рождения. Этот был особенным, заставлял ее внутренне сжиматься от ужаса каждый раз, когда она о нем думала.

Перешагнуть через пятьдесят лет было трудно, через пятьдесят лет, неизбежно связанных с климаксом и избитыми шуточками о прожитой половине века. Но настоящей пыткой стала мысль о шестидесятилетии…

Шарлотта содрогнулась. Затем, тряхнув головой, она вздернула подбородок и расправила плечи. Где-то она читала, что старость — это состояние души, разница между позитивным и негативным восприятием жизни. Ты стар настолько, насколько думаешь. Или там было «чувствуешь»? Ты стар настолько, насколько чувствуешь.

— Да какая разница, — пробормотала она, пожав плечами.

Думаешь… чувствуешь… Неважно. Важно мыслить позитивно и не поддаваться мрачному настроению. Надо быть благодарной за все хорошее в жизни, подумала она. За любовь семьи и друзей, за отменное здоровье. Ее служба горничных росла и ширилась с каждым днем, так что даже пришлось нанять помощниц.

Шарлотта несколько раз моргнула и нахмурилась. Чесался левый глаз. Она обожала осень, чего, к сожалению, нельзя сказать об аллергии. Она потянулась, чтобы потереть глаз, но тут же опустила руку, сжав пальцы в кулак.

Нельзя тереть глаза, от этого появляются морщины. Ну вот, еще один позитивный момент, решила она. Благодаря хорошим генам морщин у нее не так уж много. Пока. А легкая седина естественно сочеталась с русыми волосами, придавая им легкий блеск. Ежедневные прогулки и специфика работы помогали Шарлотте поддерживать хорошую физическую форму — фигура стройная, и она по-прежнему носит изящный сорок четвертый размер.

Ежедневные прогулки… Шарлотта глубоко вдохнула, смакуя прохладный воздух, и выдохнула с нескрываемым сожалением. Как же ей не хватало ранних утренних прогулок. Гулять свежим утром — ни с чем не сравнимое удовольствие.

Еще одна перемена. Все течет, все меняется, напомнила она себе. Вот уже пять месяцев по понедельникам, средам и пятницам она работала на Мэриан Хеберт. В отличие от предыдущих клиентов, Дюбюиссонов, которых устраивало, что она приходила к девяти, Мэриан хотела видеть ее в восемь. Поначалу Шарлотта ставила будильник на час раньше обычного, чтобы по-прежнему гулять по утрам. Однако «жаворонком» она не была. Ранние подъемы продлились неделю, после чего она решила заменить утренние прогулки вечерними.

— Что ж, — проворчала она, поискав глазами газету. Все это не стоит беспокойства. Надо учиться справляться с проблемами.

Переживать по поводу шестидесятилетия не имело смысла. Нравится ей или нет, но, если она не умрет или не случится конец света, день рождения все равно наступит. Переживать по поводу утренних прогулок тоже бессмысленно, если она не хочет потерять нового клиента.

Шарлотта подошла к краю крыльца. Газета лежала на второй ступеньке, упакованная в пластиковый пакет. Шарлотта подняла ее и стряхнула с полиэтилена капли дождя. Едва она успела снять упаковку, как услышала щелчок замка соседней двери.

— О, нет! — прошептала она, в ужасе оглядываясь. В голове пронеслась мысль о немедленном бегстве. Последний, кому она хотела попасться на глаза этим ранним утром, был Луи Тибодо.

Она все еще недоумевала, как могла уступить и сдать Луи половину дома. Опыт с последними постояльцами оказался неудачным, и Шарлотта зареклась вообще связываться с квартирантами. Но случай с Луи был особенным, а то, что он не собирался здесь задерживаться, сыграло решающую роль.

Луи продал дом в городе до того, как достроил свой последний приют на озере Морепа. Он закончит дом на озере и сразу переедет туда.

Шарлотта глянула на собственную дверь и мысленно прикинула шансы. Ни за что не успеть — она просто свернет себе шею на мокром крыльце. Со смиренным вздохом она повернулась навстречу открывшейся двери.

Луи Тибодо был коренастым мужчиной с седыми редеющими волосами. Не то чтобы красив, но по-настоящему привлекателен. Кроме того, Луи все еще подтянут и строен, в отличие от большинства мужчин его возраста с нависающими над ремнем животиками.

— Привет, Шарлотта, — сказал он, — я так и знал, что ты здесь.

Отлично, подумала она, надеясь, что волосы не стоят дыбом, и кляня себя за то, что не надела спортивный костюм, а вышла в старом жалком халате.

В отличие от нее, Луи уже успел принять душ и одеться, и каждый седой волосок на его идеальной голове лежал на своем месте.

Шарлотта заставила себя улыбнуться и помахала газетой.

— Вышла за прессой.

Она отступила к двери. Заметив, что на нем джинсы и фланелевая рубаха вместо привычной белой сорочки и широких брюк цвета хаки, она наклонила голову и нахмурилась.

— У тебя выходной?

— Сегодня и завтра. — Он скрестил пальцы. — Надеюсь, ничего серьезного не случится.

Шарлотта сдержала дрожь. Луи был детективом Новоорлеанского отдела убийств, и для него «серьезное» означало смерть.

— Пока Джудит вводит моего преемника в курс дела, — продолжал он, — я решил взять выходные.

— Преемник? Уже? Я думала, ты выходишь на пенсию в конце года.

— Так и есть, но конец года уже не за горами.

Как и мой день рождения. Шарлотта немедленно отогнала гнетущую мысль.

— Кстати, как там моя племянница? — Лучше думать о Джудит, чем о шестидесятилетии. — Не видела ее с прошлого воскресенья.

— Нормально. — Он пожал плечами. — Ей нелегко найти общий язык с новым напарником, но ты же знаешь… она сильная, выживет.

Выживет! Шарлотте не понравилось, как это прозвучало, но не успела она спросить Луи, что тот имел в виду, он перевел разговор на нее.

— Я рад, что застал тебя до отъезда, — сказал он, — ближайшие два дня буду работать на стройке, но мобильный при мне, если что — звони. На прошлой неделе наконец поставили крышу, так что теперь займусь отделкой. Если все пойдет по плану, я съеду до конца следующего месяца.

Шарлотта кивнула и пристально посмотрела на него.

— Что ты имел в виду под «выживет»?

Он сразу помрачнел и заговорил отрывисто:

— Да ничего такого, Шарлотта. Просто так говорят. Новенький отлично справится. Джудит отлично справится, — подчеркнул он. — Кроме того, руководство о нем высокого мнения.

Последнюю фразу он произнес с некой резкостью, что вкупе с выражением его лица могло означать все, что угодно.

— Перестань, Шарлотта. Не смотри на меня так и прекрати немедленно.

— Если с Джудит или с этим ее новым напарником что-то не так, я должна знать, так что это ты прекрати. Мы говорим о моей племяннице, которую я фактически вырастила. А мы оба знаем, что хороший напарник для офицера полиции — это вопрос жизни и смерти.

— С Джудит все будет в порядке, — произнес он медленно, со значением, будто обращался к двухлетнему ребенку. — У меня нет времени. У меня куча дел. И мне бы хотелось выбраться на дорогу еще до пробок.

Не дожидаясь ее возражений, он спустился по ступенькам и быстро направился к машине.

Несколько долгих секунд она стояла, не в силах двинуться с места, раздраженно наблюдая за отъездом Луи. Что-то не так, что-то, о чем он не хотел говорить. Каждый раз, когда мужчины не хотят что-то обсуждать, они бегут в туалет или просто — бегут.

Расстроенно покачав головой, Шарлотта вошла в дом. Подойдя к столу, она посмотрела на телефон.

— Надо позвонить Джудит и расспросить о новом напарнике. — Она посмотрела на клетку у большого окна. — Как думаешь, Милашка? Позвонить ей?

Маленький длиннохвостый попугай чирикнул и принялся скакать взад-вперед по жердочке, выкрикивая единственное известное ему слово:

— Дурак! Дурак!

— Да что от тебя толку. И перестань повторять это слово. Скажи лучше что-нибудь приятное. Например, «доброе утро» или «привет».

Не один месяц она потратила на то, чтобы научить глупую птицу разговаривать, но единственное слово, что он усвоил, даже не было заявлено в списке.

Ну давай, подумала она, снова взглянув на телефон. Только она собралась поднять трубку и позвонить племяннице, как часы над столом пробили шесть тридцать.

Шарлотта посмотрела на попугая и расхохоталась.

— Ты прав, дорогой. Надо быть дурой, чтобы звонить в такую рань.

Джудит наверняка еще спит.

Шарлотта прошла на кухню, налила себе кофе и села за стол. Она вынула из газеты пятничное развлекательное приложение и отложила, чтобы прочесть позже. Обычно она читала газету в течение дня, но всегда просматривала заголовки за первой чашкой кофе.

Расправив оставшиеся страницы, она начала с первой полосы. Ее внимание привлек заголовок в правом нижнем углу. Шарлотта замерла.

«Начинается отбор присяжных по делу о тройном убийстве Дюбюиссонов».

Она ждала этого, и все же черные буквы повергли ее в шок. Несколько секунд она завороженно смотрела в газету. Пять месяцев, прошедшие со дня скандального убийства Дюбюиссонов, растаяли как дым, не оставив в памяти ничего, кроме тех страшных событий.

Как видеопленка, жуткие воспоминания развертывались чередой непрерывных кадров. И она увидела все снова, начиная с того дня, когда узнала про убийство в доме клиентов, и заканчивая отчаянной схваткой со смертью, которая привела к поимке убийцы.

Только недавно кошмары отпустили ее. Лишь месяц назад наконец прошел страх смерти, который ей довелось пережить благодаря тесной связи с Дюбюиссонами.

Шарлотта содрогнулась. Когда все это случилось, ей повезло, что полиция не выдала ее имя прессе. На этот раз везения не предвидится. Сначала отбор присяжных, затем суд. И окружной прокурор непременно вызовет ее как свидетеля обвинения. Не только ее имя попадет в газеты, но ей придется пережить все заново, шаг за шагом, всю эту грязную, страшную историю.

— Чудесно, — пробормотала она, чувствуя, как тяжесть целого мира ложится на плечи. — То, что доктор прописал.

Теперь, помимо дня рождения, предстояло пережить еще кое-что, не менее страшное.

Глава 2

Телефонный звонок вывел Шарлотту из мрачной задумчивости. Она недовольно поднялась из-за стола. В ее деле ранние звонки не предвещали ничего хорошего, скорее, наоборот.

Пройдя в гостиную, Шарлотта сняла трубку.

— «Домовой напрокат», Шарлотта слушает.

— Шарлотта, это Битси Дью.

Шарлотта сморщила нос. Какого черта понадобилось Битси звонить в такое время? Они виделись только вчера.

Обычно Шарлотта убирала дом Битси по вторникам, но на этой неделе Битси попросила ее отработать лишний день, так что Шарлотте пришлось работать еще и в четверг, то есть в свой выходной. Внучка Битси собиралась приехать на уик-энд, на встречу выпускников, и Битси хотела, чтоб к ее приезду все в доме сверкало.

— Ты уже видела газетные заголовки? — спросила Битси.

Шарлотта едва не застонала в трубку. Надо думать, Битси просто хотела посплетничать. Но этим утром, этим знаменательным утром, у Шарлотты было совсем не то настроение. Однако Битси, как всегда, пустилась в рассуждения, не дожидаясь ее ответа.

— Я слышала, председательствующим судьей будет Джонас Типтон, — начала она. — Просто удивительно, как он еще держится. Он же старше меня, а Марго Джонс говорит, он уже почти в маразме. Я вообще слышала…

— Мисс Битси! — резко оборвала ее Шарлотта. — Я бы с удовольствием с вами поболтала, но, честно говоря, я просто не вправе говорить ни об этом, ни о чем-либо другом касательно дела. Окружной прокурор строго-настрого запретил обсуждать эту тему с кем бы то ни было. — Шарлотта помолчала и добавила: — И, господи, я уже опаздываю. Если не выйду немедленно, наверняка не успею. Я перезвоню вам позже, хорошо? Всего доброго, приятной встречи с внучкой. Счастливо.

Не дав Битси возможности ответить, Шарлотта положила трубку. Надеясь, что Битси не перезвонит снова, она все же испытала угрызения совести за свое нехристианское поведение.

В конце концов, Битси просто одинокая старуха, страдающая от избытка свободного времени. Но так было не всегда. Когда-то ее муж был мэром Нового Орлеана, и они вели активную светскую жизнь, даже после его ухода на пенсию. А несколько лет назад он умер, и все, что у нее осталось, — это сын и две внучки.

К сожалению, сын и одна из внучек жили в Калифорнии, вторая — в Нью-Йорке, и Битси, жаждущей общения, не оставалось ничего другого, как сутками висеть на телефоне, собирая последние сплетни.

Вернувшись на кухню, Шарлотта снова взглянула на газетный заголовок. Она несколько преувеличила, сказав Битси, что окружной прокурор запретил ей говорить с кем бы то ни было. Вообще-то он имел в виду прессу, предостерегая ее давать интервью по поводу Дюбюиссонов.

Как будто она собиралась, обиделась Шарлотта. Одно из железных требований, которое она предъявляла к новым работницам, — соблюдение полной конфиденциальности относительно клиентов. Сплетничать о клиентах строго запрещено и грозит немедленным увольнением. Для Шарлотты это вопрос принципа, чести и просто деловой репутации — ее клиенты могут всецело доверять ей и ее работницам.

Взгляд Шарлотты переместился на статью под заголовком. Искушение было сильным. Прокурор также предупреждал, чтобы она не обращала внимания на то, что пишут в газетах или говорят в новостях. Но ведь пара строк не смогут изменить ее мнение…

Любопытному на днях… Шарлотта закрыла глаза и вздохнула. Любопытство и непослушание привели и к грехопадению. Не давая себе возможности передумать, Шарлотта схватила газету, подошла к буфету и выбросила ее в мусорное ведро.

Кроме того, думала она, доставая с полки хлопья с изюмом, приближающийся день рождения — уже веская причина для расстройства. Она поставила коробку с хлопьями на край стола и достала из холодильника молоко и яблочный сок. Не хватало еще поднимать всю эту жуткую историю с Дюбюиссонами.

Позавтракав хлопьями и стаканом сока, Шарлотта проверила воду и зерно у Милашки.

— Мое солнышко хочет пить, — сказала она, вынимая из клетки поилку и кормушку. — И кушать.

Наполнив оба контейнера, она погладила пальцем бархатистую головку попугая.

— Симпатяшка, — промурлыкала она, — скажи, Милашка — симпатяшка.

Вместо ответа попугай уклонился от пальца и бочком подобрался к узкому пространству между ее запястьем и дверцей клетки.

— Нет-нет, — сказала Шарлотта, оттесняя его от выхода, и быстро убрала руку из клетки. — Сегодня на прогулку нет времени. — Она захлопнула дверцу и пообещала: — Вечером. Я выпущу тебя вечером.

Разобравшись с попугаем, Шарлотта приняла душ и оделась. Сидя за туалетным столиком, она разглядывала в зеркале свои волосы. Как она и думала, они действительно стояли дыбом, и она скорчила себе рожу.

Глядя на волосы, она вспомнила о Луи Тибодо и том, что он сказал о Джудит. Включив щипцы для завивки, она прищурилась. Ее не столько беспокоили его слова, сколько то, чего он не сказал. Своим тоном он дал ей понять, что невысокого мнения о своем преемнике, хотя значить это могло что угодно.

Надо обязательно позвонить Джудит, решила Шарлотта, автоматически делая макияж в ожидании, пока щипцы разогреются. Надо обязательно позвонить ей сегодня.

Шарлотта нанесла тушь на ресницы. Еще надо непременно позвонить в салон красоты. Запиши прямо сейчас, чтобы не забыть.

Она достала ручку и блокнот, которые всегда носила в кармане фартука, и сделала пометку. Убрав их, она снова взглянула на свое отражение. А пока придется что-нибудь придумать.

Вздохнув, Шарлотта принялась накручивать пряди волос на щипцы и, пытаясь привести голову хоть в какой-то порядок, стала продумывать, как лучше выведать у Джудит информацию о новом напарнике. Как и Луи, ее племянница умела быть немногословной и уклончивой.

Большинство ее клиентов жили в Садовом квартале Верхнего города, так что Шарлотта могла быстро добраться о работы. Обычно дорога до Мэриан Хеберт занимала меньше десяти минут даже с учетом ежеутренней пробки на Мэгэзин-стрит.

Шарлотта немного опережала график до тех пор, пока не попыталась свернуть на Шестую улицу, где движение полностью встало. Вытянув голову, она разглядела впереди полицейские мигалки.

Она посмотрела в зеркало заднего вида, но за ней уже выстроилась череда машин, отрезав путь к отступлению. Недовольно вздохнув, Шарлотта взглянула на часы на приборной панели. Пунктуальность была вторым железным правилом, однако времени еще достаточно, решила она, пальцами выстукивая стаккато.

Наконец, спустя две с половиной вечности, движение начало медленно оживать. Когда она проезжала мимо полицейских машин, у нее дрогнуло сердце.

— Мир очередному праху, — пробормотала она, наблюдая, как бригада уборщиков оттаскивает в сторону огромную дубовую ветвь.

Засушливая погода, царившая в южной Луизиане, и нашествие термитов не оставили огромным столетним дубам ни единого шанса. Несмотря на усилия всего города, насекомые неуклонно наступали, и временами казалось, что битва проиграна.

Ночью прошла лишь небольшая гроза, и Шарлотту бросило в дрожь от мысли, какие разрушения мог принести ураган. Хотя до сего дня Новому Орлеану несказанно везло, и, вопреки прогнозам метеорологов, зарождавшиеся с начала июня ураганы обходили город стороной.

Через несколько минут Шарлотта подъехала к дому Мэриан. Не столь помпезный, как дом Дюбюиссонов, коттедж Мэриан тем не менее выглядел так же величественно. Как и многим другим домам Верхнего города, ему было больше сотни лет, и его заботливо отреставрировали и модернизировали в соответствии с требованиями времени.

Первоначальная архитектура была весьма типична и проста — четыре комнаты, равномерно распределенные и разделенные широким центральным холлом. Возвышаясь на шесть-восемь футов над землей, жилое помещение, таким образом, находилось на втором уровне, к которому вела лестница.

Мэриан и ее покойный муж реконструировали дом, достроив две большие комнаты — современную гостиную, совмещенную с кухней, и домашний офис. На нижнем уровне расположились жилые комнаты и огромная игровая для двух их сыновей.

Шарлотта достала из фургона коробку с рабочими принадлежностями, прошла через калитку и взобралась на крыльцо. Не успела она позвонить, как дверь резко распахнулась.

— О, Шарлотта, рада тебя видеть.

Шарлотту охватило беспокойство.

— Мэриан, с тобой все в порядке?

Мэриан не назовешь спокойным и безмятежным человеком, но сегодня она выглядела более возбужденной, чем обычно. Она еще не сняла ночную сорочку и халат, на бледном лице ни тени косметики, а темные волосы выглядели так, будто всю ночь она металась в кошмарах.

Мэриан отошла в сторону, пропуская Шарлотту.

— Лучше спроси, что не случилось, — ответила она, заламывая руки. — В такие дни я особенно скучаю по Биллу. Временами мне все еще не верится, что его нет, — добавила она шепотом.

Шарлотта сочувственно вздохнула. Вот уже девять месяцев, как муж Мэриан погиб при странных обстоятельствах, когда в доме, который он регистрировал, взорвался газ. Мэриан осталась с двумя маленькими детьми и фирмой по торговле недвижимостью.

Фирма, по словам Битси, несла страшные убытки, и Билл, по слухам, то ли был убит, то ли покончил с собой, обставив все так, чтобы Мэриан получила страховку по смерти мужа от несчастного случая.

Шарлотта предпочитала верить, что Билл Джо Хеберт погиб в результате трагической случайности. Ни больше ни меньше. Потерю близкого человека и так нелегко пережить, а здесь еще слухи, которые только бередят рану, особенно когда дело касается детей. Мысль о том, насколько злыми могут быть сплетни и толки, каждый раз оставляла неприятный осадок.

— Биджей снова взялся за старое, — дрожащим голосом продолжала Мэриан, закрывая входную дверь. По ее щеке скатилась слеза. — Что мне с ним делать? — заплакала она.

Глава 3

Шарлотта работала на Мэриан пять месяцев. С самого начала она поняла, что молодая женщина не просто нервная, но зачастую слишком остро реагирует на стрессовые ситуации. Резкие перепады настроения поначалу казались странными. Но, обнаружив однажды в ванной комнате целый склад антидепрессантов и седативных препаратов, Шарлотта решила, что либо у клиентки шизофрения, либо она страдает острой клинической депрессией.

Лекарства обычно помогали Мэриан держать себя в руках. Но иногда, как, например, сегодня, Шарлотта чувствовала запах алкоголя — табу для человека с такими психическими проблемами, а по личному убеждению Шарлотты — табу для любого в восемь часов утра.

Мэриан достала из кармана салфетку и поднесла к глазам.

— Этот парень сведет меня в могилу.

— Ну-ну, — успокаивала ее Шарлотта. — Ты расстроена, а когда мы расстроены, все выглядит хуже, чем есть на самом деле, особенно когда речь идет о наших детях.

— О, Шарлотта, я… я просто не знаю. — Мэриан покачала головой. — Вот ты вырастила сына. Они что, все такие… такие… — Мэриан вскинула руки.

— Неуправляемые? — договорила за нее Шарлотта, и, усмехнувшись, кивнула. — Да, иногда бывают, так же, как бывают и надоедливыми, и грязными, и шумными, да просто омерзительными, не говоря уж о том, что непременно пустят тебя по миру. Все мальчишки бунтуют в пятнадцать лет. Да и девчонки тоже. — Шарлотта улыбнулась в надежде приободрить Мэриан. — Бунтарство — неотъемлемый этап взросления.

— Даже у Хэнка?

Шарлотта кивнула.

— Даже у доктора Хэнка Лярю, великого светила хирургии. — Она улыбнулась. — Только не говори ему об этом. Он терпеть не может, когда я напоминаю ему, что он простой смертный.

Как и рассчитывала Шарлотта, улыбка тронула губы Мэриан. Хотя Хэнк действительно бунтовал в подростковом возрасте, он никогда не доставлял тех неприятностей, которые Мэриан, похоже, переживает с Биджеем.

Шарлотта всегда считала себя везучей. Как ни крути, нелегко растить ребенка одной. И в отличие от Биджея, который по крайней мере пятнадцать лет своей жизни прожил с двумя родителями, Хэнк своего отца не знал вовсе.

Отец Хэнка… Даже не думай, приказала она себе, мысленно захлопнув дверь в приятные воспоминания об отце своего ребенка. Они не принесут ничего, кроме расстройства, а настроение и так поганое.

— И Биджей не исключение, вполне типичный подросток, — добавила она. — Это просто способ справиться с бурлящими гормонами. — Шарлотта пыталась убедить Мэриан, но сама уже начала сомневаться.

— Не припомню, чтобы у нас были такие проблемы до того, как Билл… как он… — Мэриан тяжело сглотнула и плотно сжала губы.

Шарлотта похлопала ее по руке.

— Думаю, и это имеет значение. Биджей тоже скучает по отцу. И я уверена, что отчасти его поведение связано с переживаниями из-за этой утраты, но он хороший парень, и с ним все будет в порядке.

— Хотелось бы верить, но… — Мэриан покачала головой. — Я просто не могу, потому что чем дальше, тем хуже. Он стал хуже учиться, а на прошлой неделе его временно отстранили за курение. А теперь… теперь еще и это!

— Это?

Мэриан кивнула.

— Вчера он снова сбежал после комендантского часа.

— Снова?

Мэриан махнула рукой.

— Однажды я уже ловила его, но на этот раз его поймала полиция. Ты знала, что у полиции есть Комендантский отдел на Рампарт-стрит? — Не дожидаясь ответа, Мэриан покачала головой. — А я теперь знаю. Мне пришлось вытаскивать бедного Аарона из постели посреди ночи и тащить через весь город на Рампарт-стрит, чтобы забрать Биджея… и это еще не все. Мне придется отменить и перенести важную встречу с новым клиентом, потому что Аарон…

— Мам! Быстрее!

Услышав жалобный крик восьмилетнего сына, Мэриан простонала:

— Господи, только не это! — Бросив быстрый взгляд на Шарлотту, она побежала по коридору к спальне мальчика, добавив на ходу: — Какая-то кишечная инфекция. Его тошнило всю ночь.

Мэриан скрылась в комнате сына, и мгновенье спустя Шарлотта услышала жуткий рвотный кашель. Бедняга, подумала она, направляясь на кухню. Не забыть надеть перчатки, меняя белье, и использовать дезинфицирующее средство при уборке ванной. Инфекция — последнее, что ей нужно.

Войдя на кухню, Шарлотта застыла от изумления. Глядя на обстановку, сложно поверить, что в среду, всего два дня назад, Шарлотта вычистила кухню до блеска. Кухня представляла собой настоящую зону бедствия. Плита заляпана жиром и соусом для спагетти, повсюду грязные тарелки… на столе, на кухонных тумбах, грудой свалены в раковине.

Шарлотта нахмурилась. Как три человека умудрились использовать столько посуды? Она посмотрела на пол и пришла в ужас. Только в среду она оставила пол без единого пятнышка. А теперь по серой кафельной плитке расползлись лужи неопознанной темной жидкости, пролитой перед холодильником и у стола. Никто не удосужился их вытереть, и они застыли липкой массой.

Такому хаосу есть только одно логическое объяснение, решила Шарлотта. Несмотря на лекарства, которые принимала Мэриан, ей становилось все хуже. И наряду с неуправляемым поведением Биджея это превратилось в серьезную проблему.

Размышляя, как бы отреагировала Мэриан на предложение пройти консультацию у семейного психолога, Шарлотта поставила коробку на пол и закатала рукава.

Почти час она приводила кухню в прежний вид. В последний раз окинув все взглядом, она одобрительно кивнула и переключила внимание на смежную общую комнату.

В комнате, отделенной шкафами, царил бардак, но по сравнению с кухней, можно сказать, было чисто. Смахнув пыль и расставив все по местам, Шарлотта принесла из фургона пылесос. Многолетний опыт приучил ее использовать свое оборудование, технику, на которую она могла положиться и гарантировать качество работы.

Только она выключила пылесос, как в комнату вошел Аарон.

— Мама сказала, я могу посмотреть мультики, если вы не против.

— Конечно, дорогой, — сказала Шарлотта, выдергивая вилку из розетки. — Я уже закончила.

Светловолосый и голубоглазый Аарон напоминал ей племянника Даниэля, когда тот был в его возрасте. Не такой непоседа, как Даниэль, Аарон тем не менее всегда необычайно общителен и полон жизни. Но сегодня, бледный и апатичный, Аарон молча прошел к дивану.

— Как ты себя чувствуешь?

Аарон пожал плечом и пробурчал что-то вроде «нормально».

— Может, принести тебе чего-нибудь? Что-нибудь попить?

Он покачал головой.

— Мама говорит, мне пока не надо ничего пить или есть. Она боится, что меня снова стошнит.

Он взял со стола пульт и направил его на телевизор. Вскоре Чик-Чирик и Сильвестр уже гоняли друг друга по комнате.

Шарлотта решила, что лучшего момента для уборки комнаты Аарона не найти. Подхватив свою коробку и пылесос, она направилась по коридору.

Комната мальчика была довольно большой, и почти весь пол завален деталями «Лего», машинками «ХотВилз» и кукольными героями японских мультфильмов.

Шарлотта вошла в комнату. В нос ударил характерный кислый запах. Поскольку постельное белье уже сняли и простыни с одеялом валялись в углу, она сделала вывод, что Аарона тошнило всю ночь. Очевидно, именно от белья и исходило зловоние.

Освежитель с сосновым запахом придется кстати, но еще лучше проветрить комнату, решила Шарлотта, глядя на огромное окно.

Деревянная рама никак не желала поддаваться, но после нескольких минут отчаянных усилий все же открылась. В комнату сразу хлынул поток свежего воздуха.

Надев резиновые перчатки, Шарлотта собрала испачканное белье и одежду и отнесла все в прачечную, которая находилась за кухней. Пока машина заполнялась горячей мыльной водой, она отделила простыни от одеяла.

Что-то большое запуталось в одной из простыней. Шарлотта встряхнула ее, и на пол упал коричневый медвежонок, весь грязный и мокрый.

Осторожно подняв медвежонка, Шарлотта улыбнулась. Хэнк тоже спал с такой игрушкой как раз до возраста Аарона. Улыбка стала шире. Хэнк называл медведя Компанией, интересно, как называет своего Аарон? Она однажды спросила, почему Хэнк выбрал для медвежонка такое странное имя, а он засмеялся и сказал, что не выбирал. Потом напомнил ей, как каждый раз, укладывая его спать, она клала рядом медвежонка и говорила, что с компанией веселее, поэтому Хэнк решил, что медвежонка звали Компания.

Но Хэнк уже давно не ребенок, который спит с игрушкой, как Аарон. И даже не подросток, как Биджей. Улыбка погасла, защемило сердце. Ее Хэнк взрослый мужчина, ему уже почти сорок два. А тебе через несколько дней исполнится шестьдесят.

Шарлотта сглотнула внезапно подступивший к горлу комок и проверила ярлычок на медвежонке Аарона, чтобы узнать, можно ли его стирать. Убедившись, что можно, она бросила игрушку в машину вместе с простынями.

Уборка комнаты Аарона всегда была настоящим испытанием. По мнению Шарлотты, после смерти отца мальчика избаловали, завалив игрушками, которых хватило бы и десятерым. Еще один признак неуравновешенности Мэриан, думала она, разбирая «Лего» и машинки и раскладывая их по ярким пластиковым ведрам, стоявшим на низкой полке у стены.

Перед тем как заняться комнатой Биджея, Шарлотта вернулась в прачечную и переложила простыни и медведя из машины в сушилку. Выйдя из прачечной, она испугалась, неожиданно увидев Мэриан у кухонной стойки.

— Ох, Мэриан, — она приложила руку к колотящемуся сердцу. — Я не слышала, как ты вошла.

Мэриан кивнула на тостер и хлеб.

— Аарон проголодался, и я подумала, что для его желудка кусочек сухого тоста лучше шоколадных подушечек. Даже представить страшно, что будет, если его от них стошнит, — добавила она с содроганием, отрезая хлеб и закладывая его в тостер.

— Да уж, — согласилась Шарлотта, отметив, что Мэриан наконец оделась. Легкий голубой свитер и широкие брюки в тон выгодно подчеркивали стройную фигуру этой привлекательной сорокалетней женщины.

Просто удивительно, как немного косметики и правильно подобранный гардероб меняют человека, подумала Шарлотта, отмечая, что этот оттенок голубого замечательно сочетается с темными волосами Мэриан и ее безупречной кожей цвета слоновой кости.

— Может, немного овсянки тоже не помешает? — предложила она.

Мэриан покачала головой:

— Спасибо, но еще рано. Сначала посмотрим, как он справится с тостом. И, Шарлотта… — Она замялась, чувствуя себя явно неуютно. — Извини за бардак, что я здесь развела, но последние дни были просто сумасшедшими. У меня появилась потрясающая возможность — одно из тех предложений, от которых нельзя отказаться. Но мне надо выложиться на всю катушку, чтобы довести сделку до конца.

Шарлотта улыбнулась и отмахнулась от извинений.

— Да брось, разве не для этого я здесь работаю?

Мэриан не ответила, но пристально посмотрела на Шарлотту, потом в окно.

— Аарону так плохо, что придется звонить и отменять ланч с Джефферсоном Харпером, — произнесла она отвлеченно, будто говорила сама с собой. — Может, удастся перенести встречу на вечер. Биджей мог бы остаться с Аароном… Возможно, Джефферсон согласится на ужин вместо ланча.

Тостер звякнул, и кусочек хлеба выскочил, подрумяненный и хрустящий. Мэриан уставилась на него так, словно никогда раньше не видела. Затем она тряхнула головой и вздохнула.

— Слишком много проблем, — пробормотала она. — И слишком много дел.

Она взяла хлеб и положила его на блюдце.

— Джефферсон Харпер, — прошептала Шарлотта. — Хм, откуда я знаю это имя? — Но как только она озвучила вопрос, ответ всплыл в ее памяти. — Это не племянник, унаследовавший старый дом Девилье по Сент-Чарльз-авеню?

Мэриан кивнула:

— Именно он. Мать Джефферсона — сестра Фостера Девилье. Она и ее муж погибли, когда Джефферсон был еще мальчишкой, — в автомобильной аварии, кажется, — так что Фостер его фактически вырастил. А около года назад Джефферсон решил восстановить старый фамильный дом и превратить его в роскошные апартаменты. Знакомый знакомого рекомендовал ему мою фирму для решения вопроса аренды.

— Мир тесен, — пробормотала Шарлотта.

Мэриан нахмурилась.

— Что?

Шарлотта махнула рукой.

— Извини, мысли вслух. Одна из моих работниц встречается с сыном человека, который занимался переустройством дома Девилье, и «Домовой на прокат» получил контракт на уборку. Я запланировала работу на завтра и воскресенье. Вообще-то, закончив здесь, я собираюсь пройтись до Девилье и осмотреть дом еще раз.

— Серьезно?

Шарлотта усмехнулась.

— Серьезней некуда. — Она подошла и взяла блюдце из рук Мэриан. — Иди и звони Джефферсону, а я отнесу Аарону тост. И как насчет стакана яблочного сока? Мы же не хотим, чтоб он умер от жажды.

Мэриан кивнула.

— Спасибо, Шарлотта. Яблочный сок — это хорошая идея, и кстати… Надо еще позвонить педиатру, — пробормотала она, снова впадая в прострацию. — Пусть доктор осмотрит его, на всякий случай. Если удастся назначить встречу… — Добавила она, разговаривая сама с собой по дороге к кабинету.

Шарлотта покачала головой и открыла холодильник. Бедная женщина сегодня явно не в себе, подумала она, доставая бутылку с соком. Она взяла из шкафчика стакан, наполнила его до краев и снова открыла холодильник, чтобы поставить сок на место. И в этот момент вернулась Мэриан.

— Шарлотта, — воскликнула она, раскрасневшись от возбуждения. — У меня потрясающая идея! Я просто голову сломала, пытаясь придумать фишку для рекламы этих квартир. Между нами, Джефферсон просит за них нереальную цену. А что, если — в качестве дополнительной услуги — я предложу потенциальным клиентам бесплатную еженедельную уборку? Таким образом, квартиры станут еще эксклюзивнее, а месячную ренту можно немножко поднять, чтобы покрыть расходы. Что ты думаешь?

Если рента и так нереально высокая, подумала Шарлотта, то дополнительная плата, пусть и за услуги горничной, не сделает ее более привлекательной. Но энтузиазм Мэриан был заразителен, и улыбка заиграла на губах Шарлотты, когда она мысленно представила все возможности. На сегодняшний день ее график плотно расписан. Придется нанять парочку новых работниц. Но это не проблема, а в перспективе — дополнительная прибыль с лихвой покроет затраты.

— Я думаю, идея потрясающая, — наконец сказала Шарлотта. — Но только если уборкой будет заниматься «Домовой напрокат». В противном случае идея чудовищная, — добавила она с притворной серьезностью.

Мэриан рассмеялась.

— Глупая женщина. Конечно, уборкой будет заниматься «Домовой напрокат». Теперь осталось продать идею Джефферсону Харперу. Но сначала надо узнать, сможет ли он перенести нашу встречу на вечер.

Чем больше в течение двух последующих часов Шарлотта думала о предложении Мэриан, тем больше ей нравилась эта идея.

В полдень она решила пообедать на свежем воздухе на крыльце Мэриан. Поедая сандвич с копченой индейкой и яблоко, принесенные с собой, и наслаждаясь прохладой и солнцем, она мысленно взвешивала все за и против.

Цыплят по осени считают, напомнил тонкий и вредный голос разума.

— Я знаю, — пробурчала она, я просто планирую. Но, достав из кармана блокнот и ручку, чтобы прикинуть некоторые цифры, она увидела сделанную утром пометку о звонке в салон и нахмурилась.

Она собиралась позвонить пораньше в надежде на то, что ее парикмахер сможет принять ее как раз, когда она закончит у Мэриан, но теперь…

Шарлотта достала мобильный телефон и быстро набрала номер салона.

На звонок ответили с третьего гудка.

— Салон красоты «Приятный сюрприз», Валери слушает.

— Валери, это Шарлотта Лярю…

— А, привет, Шарлотта. А я собиралась звонить тебе, чтобы сказать спасибо.

Шарлотта смешалась.

— Спасибо — мне? За что?

— Не «за что», а «за кого». Миссис Битси Дью теперь мой постоянный клиент. Она говорит, ей всегда нравилось, как уложены твои волосы, а ее бывший парикмахер на такое не способен.

Шарлотта закатила глаза. Разве она упоминала о Валери при Битси? Она не могла припомнить, но в последнее время она много чего не помнила.

— И она хочет регулярные визиты, — продолжала Валери. — Каждую пятницу утром. Правда, здорово?

Шарлотта не могла объяснить, почему, но ей стало как-то не по себе оттого, что они с Битси Дью пользуются услугами одного салона. Однако она заставила себя порадоваться. В конце концов, это свободная страна.

— Прекрасно, дорогая, — ответила Шарлотта. — Кстати, мне тоже необходимо с тобой встретится. И я боюсь, что срочно. Если только возможно, я умоляю принять меня сегодня.

— Хм, я смотрю свое расписание. Я, наверное, смогу принять тебя около четырех.

Шарлотта задумалась. Стрижка и укладка не должны занять больше часа. Если закончить с Мэриан в три сорок пять, у нее будет достаточно времени, чтобы осмотреть дом Девилье до темноты.

— В четыре, отлично, — сказала Шарлотта. — Увидимся.

Шарлотта спрятала телефон в карман и расстроилась еще больше. Неужели у нее начались проблемы с памятью? Нужно ли волноваться? Что, если это признак надвигающегося слабоумия или, упаси бог, болезни Альцгеймера? Что, если…

Прекрати, Шарлотта. Прекрати немедленно.

Тряхнув головой, она вырвала страничку из блокнота, скомкала ее и положила в карман. Новая работа. Думай о работе, о которой говорила Мэриан.

Уже давно, еще до того, как она получила контракт Девилье, Шарлотта думала о том, чтобы откладывать прибыль на пенсионный счет. Она просчитала, что, работая по выходным, сможет использовать постоянных работниц без привлечения дополнительной силы и таким образом получать больше прибыли.

Но контракт Девилье предполагал разовую работу. То же, о чем говорила Мэриан, гарантировало постоянный доход в течение нескольких лет, что полностью бы обеспечило ее финансовую независимость.

Она быстро нацарапала несколько цифр, подсчитывая, какую плату ей следует запросить. Через минуту она оторвалась от рассчитанной суммы и невидящим взглядом уставилась на машины перед домом Мэриан. Несколько месяцев Хэнк уговаривал ее уйти на пенсию и позволить ему заботиться о ней. И хотя она отчасти подозревала, что сын просто стесняется того факта, что его мать по-прежнему работает горничной, она знала, что в глубине души он руководствовался самыми лучшими побуждениями.

То, что Хэнк мог с легкостью содержать ее, не вызывало сомнения. Но поскольку речь шла о Шарлотте, вопрос о пенсии не подлежал обсуждению. Во-первых, она не собиралась в ближайшее время уходить с работы. Уходить, чтобы что? Что, скажите на милость, она станет делать наедине с собой двадцать четыре часа в сутки, изо дня в день? Она же умрет от тоски. Но помимо скуки сама мысль о том, что ей придется зависеть от Хэнка или кого-либо еще, повергала ее в ужас. Позволить себе такое, по ее мнению, означало окончательно и бесповоротно признать, что она действительно стареет.

Уборка в кабинете Мэриан — наименее приятная работа, поэтому Шарлотта всегда оставляла ее напоследок.

Мэриан, похоже, была прирожденным агентом по недвижимости и, по всеобщему мнению, сумела превратить убыточный бизнес мужа в доходное предприятие. Но вот ее организаторские способности, считала Шарлотта, оставляли желать лучшего.

С первого же дня Мэриан дала понять, что в ее офисе все должно оставаться на своих местах, так что уборка превращалась в сущее наказание, учитывая, что все свободное пространство было завалено бумагами и письмами.

Но со временем Шарлотта освоила пару трюков. С ворохом бумаг она справлялась поштучно. Сначала поднимала одну кипу, быстро смахивала пыль и полировала стол, затем возвращала бумаги точно на то место, откуда взяла. Таким образом, комната выглядела нетронутой, но при этом абсолютно чистой.

Когда Шарлотта вошла, Мэриан, как обычно, сидела за компьютером. По негласному соглашению они никогда не разговаривали и не мешали друг другу работать, и то, что Мэриан отвлеклась от компьютера и завела разговор, стало полной неожиданностью.

— Пока что все хорошо.

— Извини? — переспросила Шарлотта.

— Аарон, — пояснила Мэриан. — Тост и сок прошли нормально, так что на обед я дала ему куриного супа и крекеров, и пока все хорошо. Может быть — просто может быть, худшее уже позади.

Шарлотта улыбнулась и поставила коробку на пол.

— Будем надеяться. Бедный мальчик.

Мэриан согласно кивнула.

— Я все равно отведу его к доктору, на всякий случай. Я договорилась на сегодня — и, кстати, я также перенесла встречу с Джефферсоном Харпером. Но до этого я бы хотела переделать свое начальное предложение и включить приблизительную стоимость услуг горничной, что мы обсуждали. Позже мы, конечно, подпишем официальный договор, но сейчас мне нужна сумма — примерная цифра, в которую ты оценишь еженедельную уборку каждой квартиры.

Шарлотта подошла к столу.

— Насколько я знаю, в доме четыре квартиры, так?

Когда Мэриан кивнула, Шарлотта притворилась, что делает мысленные расчеты. В конце концов, бизнес есть бизнес, как постоянно твердил ей Хэнк. Мама, эти люди — твои клиенты, а не друзья. Этот урок дался ей очень тяжело на примере прежних клиентов, Дюбюиссонов. Но, если быть честной перед сыном, она вынуждена признать, что с точки зрения бизнеса разумно скрывать от потенциального клиента, насколько сильно она жаждет получить работу.

Шарлотта уже подсчитала, что для уборки четырех квартир ей придется нанять еще одну работницу. Она потянулась к блокноту и ручке.

— Можно?

Мэриан кивнула, и Шарлотта принялась набрасывать цифры, уже просчитанные ранее. Сначала она высчитала количество часов в неделю, необходимых для уборки четырех квартир. Затем умножила полученное число на обычную почасовую оплату, куда входил ее доход, расходы на необходимые принадлежности, страховка и зарплата работниц. Обведя окончательную сумму, она указала на нее ручкой.

— Вот достаточно точная цифра за неделю.

Несколько секунд Мэриан смотрела на сумму, затем кивнула.

— Отлично. По крайней мере теперь у меня есть с чем работать.

Телефонный звонок заставил обеих женщин вздрогнуть от неожиданности. Только Мэриан хотела взять трубку, закричал Аарон:

— Мам! Мне опять плохо!

Со страдальческим вздохом Мэриан поднялась из-за стола.

— Кажется, я поторопилась, — сказала она, бросая раздраженный взгляд на трезвонивший телефон. — Это может быть важный звонок.

— Мам! Быстрее!

— Иду, Аарон! — крикнула она и повернулась к Шарлотте: — Возьмешь трубку? — Затем, не дожидаясь ответа, быстро пошла к двери, бросив через плечо: — Просто запиши номер и скажи, что я скоро перезвоню.

Мэриан вышла за дверь, и Шарлотта сняла трубку:

— Агентство недвижимости Хеберта. Чем могу помочь?

Несколько секунд на том конце провода царила тишина, затем…

— Шарлотта? Шарлотта, это ты?

— А… да. Могу я узнать…

— Так Мэриан тебя еще и на звонки отвечать заставила? Или ты ушла из горничных в агенты?

Она напряженно пыталась вспомнить, откуда ей знаком этот женский голос. Перед внутренним взором возник образ прежней клиентки, Кэтрин Бергерон, и Шарлотта широко улыбнулась.

— Нет, Кэтрин, — ответила она. — Я все еще руковожу «Домовой напрокат». Я ничего не понимаю в недвижимости. Но, боже мой, сколько же мы не виделись? Два года, не меньше? Удивляюсь, как ты узнала мой голос.

— Методом исключения, Шарлотта. Мэриан, наверное, не говорила, но именно я тебя ей рекомендовала. Мы с ней знакомы тысячу лет. Билл и Мэриан выросли вместе с моим мужем, и мы все очень дружили. Билл даже как-то работал на моего отца. А когда отец умер и Дрю взял управление компанией в свои руки, Билл работал и на него, пока не решил основать собственный бизнес.

Благодаря Битси Шарлотта уже знала о связи Билла Хеберта с бывшей клиенткой. Узнав, что Шарлотта работает на Мэриан Хеберт, Битси не замедлила пересказать все сплетни относительно ее мужа. И, по словам Битси, Билл и Дрю Бергерон расстались не по-дружески, хотя Битси и не могла сказать точно, почему.

— Но, Шарлотта, — продолжала Кэтрин, — я бы все равно узнала твой голос. Я ведь так и не простила тебе, что ты ушла, особенно когда я пребывала в таком деликатном положении.

— Ну, Кэтрин, это уже нечестно, ты сама знаешь. Я не могу работать исключительно на одного клиента, кроме того, с твоей угрозой выкидыша тебе была необходима профессиональная помощь. Кстати, о деликатном положении, как там твоя малышка? Сколько ей уже? Почти четыре?

— Будет четыре в ноябре. И она давно не малышка, а сущее наказание. Боюсь, что избаловала ее после…

После смерти Дрю… мысленно закончила за нее Шарлотта. Это была трагедия — два года назад частный самолет Дрю Бергерона упал в Мексиканский залив во время шторма — вдвойне трагедия, потому что тело Дрю так и не нашли. Зная причину повисшего на том конце провода молчания, Шарлотта поторопилась сменить тему:

— В сложившихся обстоятельствах немного побаловать не помешает.

— Ох, Шарлотта, именно поэтому мне тебя так не хватает. Ты всегда все понимаешь и точно знаешь, что сказать. Если бы Дэйзи не была таким чудом, клянусь, я бы немедленно попыталась увести тебя у Мэриан.

— Значит, Дэйзи все еще на тебя работает.

— Да, да, работает, и ты не представляешь, тебе за нее благодарна. На самом деле я позвонила Мэриан в какой-то степени благодаря ей. Дэйзи сказала, что Мэриан занимается арендой квартир Девилье. Дэйзи знает, что я ищу помещение под гостевой домик для друзей, приезжающих на Марди Гра[1] или Джаз Фест. А эти квартиры всего в квартале от меня, так что лучше не придумаешь. Мэриан дома?

Шарлотта подняла голову и неожиданно увидела стоящую в дверях Мэриан. Интересно, как долго она там стояла? Как долго она смотрела и слушала? И откуда такой взгляд, пылающий от злости, совершенно ей не свойственный?

Шарлотта переступила с ноги на ногу. Она отвела глаза, но никак не могла избавиться от засевшего в голове выражения лица Мэриан и вызванного им неприятного ощущения.

Глава 4

— Одну минутку, Кэтрин, я посмотрю, сможет ли она ответить.

— Спасибо, Шарлотта, — ответила Кэтрин, — мне было действительно приятно тебя слышать.

— Взаимно, — сказала Шарлотта. Приложив трубку к груди, она посмотрела на Мэриан. — Это Кэтрин Бергерон. Она хочет поговорить об аренде одной из квартир Девилье.

Прошло несколько секунд, и Шарлотта уже боялась, что Мэриан не ответит. Наконец, собравшись с силами, Мэриан глубоко вздохнула, подошла к столу и взяла трубку.

Заговорив с Кэтрин, Мэриан преобразилась, перешла на привычный деловой тон и заходила взад-вперед по комнате.

Озадаченная первой реакцией Мэриан на звонок лучшей подруги — как утверждала Кэтрин, — Шарлотта не спеша собирала свои вещи. Не в ее правилах подслушивать разговоры клиентов, но странное поведение Мэриан ее беспокоило.

— Нет, я боюсь, что мы не сможем встретиться, — услышала Шарлотта. — Аарон болеет, — пояснила Мэриан. — Расстройство желудка, я думаю, но все равно сегодня везу его к доктору и, наверное, буду занята весь уик-энд. Но если хочешь, ты можешь сама осмотреть квартиры. Биджей скоро вернется, я оставлю ему запасные ключи. Да, еще одно, — добавила она. — Квартиры пока не очень презентабельно выглядят. Там полно грязи — строительный мусор и прочее. Но к воскресенью их приведут в порядок, так что можешь подождать.

Все еще озадаченная, Шарлотта решила воспользоваться моментом, чтобы уйти. Ей не хотелось обнаружить свой интерес к разговору. Похоже, с Мэриан все в порядке, и можно не беспокоиться. Она отнесла пылесос и коробку в фургон и вернулась предупредить Мэриан, что уезжает.

Мэриан, повесив голову, сидела за столом.

— Извини, я просто хотела сказать, что уезжаю.

Мэриан медленно выпрямилась, посмотрела на Шарлотту и кивнула с отрешенным видом.

Шарлотта подошла ближе.

— Все в порядке?

Мэриан пожала плечом, так же, как Аарон.

— Господи, Мэриан, да что с тобой? — Шарлотта не на шутку встревожилась.

— Просто… я… — Мэриан покачала головой. — С тех пор как Билл умер, мне тяжело даже разговаривать с Кэтрин. Не представляешь, чего мне стоит оставаться вежливой. Кэтрин до сих пор верит, что Билл сам ушел от Дрю, чтобы начать собственный бизнес. Она отказывается даже признать, что на самом деле Билл ушел потому, что Дрю его просто-напросто уволил. После этого мы — все мы — отдалились друг от друга.

Когда Битси впервые рассказала Шарлотте об отношениях Дрю и Билла, Шарлотта посчитала все это очередной сплетней. Но, похоже, Битси была права. Это объясняло и реакцию Мэриан на звонок Кэтрин.

— А ведь все было иначе, — с тоской продолжала Мэриан. — Когда-то мы все — Билл, Дрю и я — были неразлучны. А когда Дрю женился на Кэтрин, мы сблизились еще больше… на какое-то время. Но это было так давно… вечность назад.

Шарлотта сжала плечо Мэриан.

— А ты когда-нибудь задумывалась, что Кэтрин, возможно, и не подозревает, как все произошло на самом деле? Что Дрю уволил Билла? Может, она знает только то, что сказал ей муж, — предложила она свою версию.

Мэриан посмотрела на Шарлотту.

— Да я так и думала. Поначалу. Даже пыталась открыть ей глаза на все это. Но с момента трагедии с Дрю она сильно изменилась. Она слышит только то, что хочет слышать, а слушать о нем что-то плохое она не желает. Она считает его святым. — Мэриан сухо рассмеялась. — Но я знала его задолго до того, как они поженились. И я знаю, на что он способен, то есть был способен. Дрю Бергерон был далеко не святым. Но, — Мэриан заулыбалась, пытаясь скрыть смущение, — у тебя наверняка есть занятия поинтереснее, чем выслушивать историю моей жизни.

Шарлотта мягко улыбнулась.

— Если вдруг захочешь поговорить, лучшего исповедника не найти. — И, чтобы не вгонять Мэриан в краску, сменила тему: — Мне действительно надо бежать. Надеюсь, Аарон скоро поправится. Увидимся в понедельник.

Забрав из кухни свою сумочку, Шарлотта зашла попрощаться к Аарону. Но мальчик крепко спал, свернувшись клубком на кровати.

Спящий ангел, подумала она. Все дети во сне похожи на ангелов. Сколько раз она так же стояла в комнате сына, глядя, как он спит? Слишком мало, решила она, чувствуя тяжесть в груди. И ее сын уже давно не мальчик, а взрослый мужчина.

Неожиданно в голову пришли слова Агаты Кристи. Мы никогда не замечаем счастья, пока оно есть. Прямо в яблочко, решила Шарлотта, чувствуя, как тяжесть в груди растет. Если бы она знала тогда то, что знает сейчас, если бы тогда поняла, как быстро летят годы, как скоро ей исполнится шестьдесят, неужели она не стала бы бережнее относиться к таким вещам?

Шарлотта вышла из комнаты, по щеке у нее скатилась слеза. Может, и стала бы, думала она, идя по коридору. По крайней мере ей хотелось в это верить.

Небо затянули тучи, и день вдруг стал унылым, усиливая меланхолию Шарлотты. С трудом переставляя ноги, она брела по узкому тротуару к машине. Желание поехать домой и забраться в постель было сильным. Но в расписании еще был салон и, как она сказала Мэриан, дом Девилье.

Шарлотта посмотрела на часы. Если поторопиться, она как раз успеет осмотреть дом до темноты.

Тяжело вздохнув, она достала из кармана ключи, но едва успела открыть дверь, как за фургоном встал старый побитый грузовик.

Узнав его, она чуть не застонала в голос.

— Только этого не хватало, — пробормотала она.

Дверца грузовика со стороны водителя распахнулась.

— Привет, Шарлотта. А я все думал, повезет ли мне тебя встретить.

Шарлотта заставила себя улыбнуться. Только осторожнее. Не переборщи с улыбками, напомнила она себе. Она сразу усвоила, что сдержанность — главное правило в общении с заигрывавшим с ней мужчиной.

Сэм Робертс был мастером на все руки, поначалу он работал на Билла, а после его смерти на Мэриан. Если бы не растрепанная борода, Сэм легко сошел бы за двойника Вилли Нельсона[2].

Но на этом все сходство между ними заканчивалось. По мнению Шарлотты, Сэм слишком много болтал. И очень громко. Но его заигрывания раздражали ее больше всего. Не то чтобы она была против флирта. С ней флиртовали и раньше, она и сама включалась в игру, но с Сэмом все иначе. Она пыталась убедить себя, что его шуточки — это просто способ общения. Но каждый раз он умудрялся сказать что-то достаточно неприличное, чтобы ее смутить и обидеть.

Будь помягче, Шарлотта, предупредил внутренний голос.

Шарлотта относилась к тем людям, которые всегда ищут в других что-то хорошее, и вынуждена была признать, пусть и неохотно, что у Сэма есть и положительные стороны. По словам Мэриан, со смертью Билла Сэм стал просто незаменим. И, говоря по совести, работал он много и хорошо. Кроме того, он действительно заботился о Мэриан и ее детях. Насколько Шарлотта могла судить, Сэм всегда был добр и терпелив, несмотря на постоянные вопросы Аарона и замкнутость Биджея. И еще она заметила, что Биджей меняется в его присутствии. Похоже, он на самом деле обожает Сэма, смотрит на него почтительно. И слава богу — парню нужен кто-то, кого он мог бы уважать.

— Как идут делишки, красавица? — Темные глаза Сэма медленно исследовали ее с головы до ног и обратно. — Все под контролем… — сказал он с намеком. — Все как обычно чистенько, аккуратненько? В доме? — добавил он, наконец.

Его замечание прозвучало оскорбительно, и Шарлотта холодно ответила:

— В доме все просто отлично.

Сэм понимающе усмехнулся.

— Ну же, Шарлотта, будь со мной поласковее, и я, возможно, выведу тебя в свет, развлечемся, — он заиграл бровями, а-ля Граучо Маркс[3]. — Немного джаза, чуть-чуть экстаза… — Он вытянул руки и сделал какое-то сложное танцевальное па. Потом внезапно схватил ее и, не дав возможности возразить, закружил в танце, так что оставалось либо подчиниться, либо упасть. Когда она, наконец, собралась запротестовать, он резко остановился и отпустил ее, и Шарлотта промолчала.

В одно мгновение Сэм стал серьезным и, отступив на шаг, принял напыщенную позу.

— Или, быть может, мадам предпочитает более культурный досуг, — манерно произнес он. Согнувшись в якобы официальном поклоне, он продолжил: — Музей? Консерватория? Или, может быть, опера? — Он вдруг ухмыльнулся и добавил: — Если бы у нас была опера, конечно.

Все представление произошло очень быстро, и Шарлотта все еще пребывала в шоке. Он и раньше приглашал ее на свидание и, ей казалось, понял, что ответ всегда будет «нет». Он просто не в ее вкусе. Тем не менее каждый раз при встрече он приглашал ее снова.

Собрав все свое благоразумие, она выдавила из себя сахарную улыбку:

— Спасибо за приглашение, но нет. А теперь извини меня…

Театральным жестом он приложил руку к груди.

— О, моя прекрасная леди, вы ранили меня в самое сердце.

— Ага! — парировала она, не в силах подавить сарказм. — Сэм Робертс, ты просто шут гороховый. — И, кроме того, безнадежный скандалист. — А теперь извини, у меня куча дел.

Сэм откинул голову и расхохотался.

— Вот это мне в тебе и нравится, Шарлотта. Ты говоришь, что думаешь, и думаешь, что говоришь, — но разреши мне поухаживать.

Одной рукой он открыл дверцу фургона, а другой описал полукруг:

— Карета подана, миледи.

Шарлотта напряглась, не зная, чего еще ожидать, и быстро заняла свое место. К счастью, Сэм просто захлопнул дверцу.

— Всего доброго, мисс Шарлотта, — отсалютовал он ей. — Увидимся.

Если не удастся сбежать, уезжая, подумала Шарлотта.

Вопреки намерениям, Шарлотта смогла добраться до Девилье только к шести вечера. Приехав в салон, она потеряла целых двадцать минут, ожидая, пока Валери закончит с клиентом. А потом застряла в пробке, образовавшейся из-за сломанного светофора и обычного для вечера пятницы потока спешащих с работы людей, жаждущих попасть домой до конца уикэнда.

Парковка позади дома Девилье занимала почти половину участка и, по расчетам Шарлотты, могла вместить восемь-десять автомобилей. На второй половине был разбит небольшой сад с азалиями, оливами, пальмами и жасмином. На краю парковки рос великолепный виргинский дуб, судя по размеру, не меньше ста лет от роду. Дуб отбрасывал тень и на парковку, и на сад.

Шарлотта любовалась на дуб и прикидывала, может ли он быть членом эксклюзивного Общества Виргинских Дубов. Ее всегда умиляла мысль о необычном клубе, членство в котором зависело от возраста и размера дуба, а ежегодный взнос составлял сорок пять желудей.

— Где еще, как не в Новом Орлеане, — пробормотала она.

Шло время. Уже сгущались сумерки, скоро ночь. Из соображений безопасности Шарлотте не хотелось оказаться ночью одной в огромном пустом доме.

Винс Рассел, владелец строительной компании, занимавшейся реконструкцией дома, дал ей ключ. Зажав ключ от дома в одной руке и ключи от машины в другой, она закрыла фургон и быстро подошла к черному входу.

Слава богу, фрамуга над дверью пропускает достаточно света, подумала Шарлотта, войдя в коридор. Рассел уверил ее, что к приходу ее команды в доме подключат электричество и воду, но Шарлотта на всякий случай сразу же проверила выключатели и вздохнула с облегчением, когда прихожую залил свет.

— С ума сойти, — прошептала она, оглядывая широкий коридор. Снаружи дом Девилье представлял собой образчик греческого Ренессанса. За годы работы в Садовом квартале Шарлотте приходилось бывать во многих великолепных домах, но дом Девилье, несмотря на слой пыли и грязи, покрывавший все внутри, просто шедевр — высокие потолки, хрустальные люстры, замысловатые лепные карнизы и медальоны.

У стены стояло роскошное кресло в стиле ампир, обитое парчой цвета морской зелени с темно-золотой отделкой. Напротив, по обе стороны от мраморного столика, расположились два таких же кресла. На столике красовалась великолепная лампа от «Тиффани».

Шарлотта нахмурилась. Какого черта они привезли мебель, особенно лампу? Все это надо было привозить после уборки. Она провела пальцем по спинке кресла. По крайней мере мебель накрыта пленкой. Очень хорошо, потому что пыли в доме — тонны. Ее взгляд снова остановился на лампе. Вещь дорогая, кто-нибудь может случайно разбить, а Шарлотта не собиралась за это расплачиваться.

Желая побыстрее осмотреть оставшуюся часть дома, Шарлотта положила ключи в карман фартука, достав из него блокнот и ручку.

Нижний этаж был поделен на две небольшие, почти одинаковые квартиры, включавшие спальню, ванную и гостиную, объединенную с кухней. Что действительно потрясало, так это роскошь каждой квартиры. Как и в главном холле, огромное внимание было уделено оригинальной отделке, которую скрупулезно восстановили.

Обследовав первую квартиру, Шарлотта с облегчением констатировала, что, хотя работы здесь будет достаточно, ничего сверхъестественного не предвидится. И если остальные квартиры похожи на эту, у нее есть хороший шанс закончить основную работу в субботу. Возможно, в воскресенье ей не понадобится и помощь, а значит, больше денег перепадет в ее карман.

Судя по состоянию гостиной, во второй квартире работы будет не больше, чем в первой. Только вот комаров полно, подумала она, пришлепнув одну тварь, жужжащую над головой, и вторую, грызущую лодыжку.

Шарлотта раздраженно огляделась. Откуда они налетели?

Оба окна в гостиной заперты, зато лазейка обнаружилась в спальне. В комнате было всего одно окно, и мало того, что оно приоткрыто на пару дюймов, так кто-то еще снял защитную сетку.

Шарлотта сделала пометку в блокноте — позвонить Винсу Расселу по поводу открытого окна и москитной сетки.

Закончив осмотр нижнего этажа, Шарлотта поднялась по широкой винтовой лестнице. Наверху она внесла еще одну пометку о глубокой трещине на шестой ступеньке.

Верхний этаж оказался тоже поделен на две квартиры. Первая имела такую же планировку, что и нижние, и также не представляла особой проблемы.

Из-за инцидента внизу Шарлотта решила убедиться, что все окна закрыты, прежде чем отправиться в последнюю, четвертую квартиру. Проверив окно в спальне, она вдруг поняла, что случилось именно то, чего она так боялась. Сумерки превратились в настоящую ночную тьму.

Несмотря на охватившую ее тревогу, Шарлотта заторопилась через холл в последнюю квартиру. Однако, открыв дверь, она мгновенно забыла не только о темноте, но и обо всем на свете.

— Какого черта? — вскрикнула она, уставившись в комнату.

Глава 5

В отличие от трех предыдущих, в четвертой квартире была не только пыль.

Один из подоконников был заставлен пивными бутылками, а под окном валялись два пустых пакета, один из «Макдоналдса», другой из «Попайз». Кроме того, куча скомканных салфеток и грязной пластиковой посуды.

Шарлотта вдруг вспомнила открытое окно внизу, и ее охватила дрожь. Неужели кто-то пробрался в дом? Или мусор оставили строители?

Даже если кто-то проник в дом, это явно не вор, красть здесь нечего… разве что лампу «Тиффани». Кроме того, вор не стал бы терять время на еду и пиво. От мысли о вандализме Шарлотта также отмахнулась. Насколько она могла судить, все в доме в порядке, граффити на стенах нет.

Все еще встревоженная, Шарлотта упрекнула себя за чрезмерные фантазии.

— Начиталась детективов, — пробормотала она.

Мусор, скорее всего, оставили строители. Иначе и быть не может.

Несмотря на это, тревога усилилась, когда Шарлотта вошла в спальню. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что рабочие не имеют к мусору никакого отношения.

Посреди грязного пола отчетливо выделялся относительно чистый прямоугольник, достаточно большой для спального мешка, а вокруг разбросаны пивные бутылки и пакеты из фаст-фуда. Шарлотте все это показалось подозрительным, будто кто-то устроил тут стоянку или лагерь разбил.

Как и в большинстве крупных городов, в Новом Орлеане есть свои бездомные, и хотя Шарлотта никогда не видела их вблизи Садового квартала, она вполне допускала мысль, что кто-то мог прийти сюда из Квартала. А где еще остановиться, как не в пустующем доме?

Убедившись, что все окна закрыты, Шарлотта вошла в ванную.

— А это уже странно, — пробормотала она, разглядывая пятно в раковине, подозрительно похожее на засохшую зубную пасту.

Бездомные чистят зубы? Картина грязного оборванного бродяги, чистящего зубы, не укладывалась в ее представление о бездомных. Но еще больше ее беспокоило то, что кто бы ни поселился здесь, он может вернуться. Это не радовало, учитывая, что в доме она одна.

Думая о том, что незваный гость может явиться в любую минуту, Шарлотта быстро спустилась вниз и выбежала на улицу. Забравшись в фургон, она закрыла все двери, выехала на Сент-Чарльз-авеню и только тут почувствовала себя в относительной безопасности.

Кому же позвонить, думала она, остановившись на светофоре. Винсу Расселу, Мэриан или в полицию?

Будь Луи дома, она бы позвонила ему.

С каких это пор тебе нужен совет Луи? И вообще мужской совет?

Шарлотта глубоко вздохнула. Хотя у нее имелись сомнения насчет аренды половины дома, она вынуждена была признать, что присутствие мужчины за соседней дверью успокаивало. Но не просто мужчины. Луи бывал невыносим, и они уже не раз цапались на почве его шовинистских взглядов, но он человек принципа, человек, которому можно доверять, человек, которого она могла бы полюбить…

Загорелся зеленый. Внезапно смутившись от собственных мыслей, Шарлотта заерзала на сиденье. Не раз племянница подначивала ее по поводу отношений с Луи Тибодо просто потому, что Шарлотта выказывала к нему неприязнь.

А может, он слишком тебе нравится? — всплыл в памяти шутливый упрек Джудит. Неужели племянница права насчет ее отношения к детективу? Шарлотта почувствовала, что краснеет при одной мысли об этом.

— Глупости, — пробормотала она. — В любом случае я слишком стара для этого.

И потом, если б у нее и были такого рода чувства или мысли, Луи Тибодо их все равно не разделяет.

А с какой стати, если ты сама его отшила?

Шарлотта все еще сжималась каждый раз, когда думала о той жуткой ночи. Как бы там ни было, он заслужил каждую брошенную ею колкость. Она поймала за него убийцу, а он обращался с ней, как с несмышленым ребенком. В довершение всего, он пригрозил, что преподаст ей хороший урок, арестовав за вмешательство в дела полиции.

Но Шарлотта заявила, что он блефует, и выиграла, и с той ночи они находились в состоянии худого мира.

Нет, решила она. Луи Тибодо последний человек, у кого стоит просить помощи. Но она может позвонить Джудит. Она все равно собиралась расспросить ее о новом напарнике, а теперь есть хороший повод.

Шарлотта затормозила, подъезжая к дому. Свернув на подъездную дорожку, она на мгновение осветила крыльцо фарами.

— Помяни черта… — вздохнула она.

В темноте, на качелях, сидел предмет ее мыслей.

Несколько смущенная, Шарлотта поставила машину под навес и сглотнула. Она заглушила двигатель и взяла сумочку.

— Поздновато возвращаешься, — услышала она, подходя к крыльцу.

Уловив лишь слабый упрек в голосе Луи, Шарлотта почувствовала, как закипает в ответ. Какое его собачье дело, когда она возвращается домой?

Ты слишком остро реагируешь, прошептал внутренний голос. Ты просто устала.

Она вдруг поняла, что действительно устала. До самых костей. Слишком устала, чтобы препираться с Луи Тибодо. Проигнорировав вопрос Луи, она спросила, тяжело поднимаясь по ступенькам:

— Как дом? Я думала, ты допоздна с ним провозишься.

— Да дело встало, так что я рано уехал, — сказал он. — Материалы должны были доставить рано утром, по крайней мере я так думал. А, позвонив, выяснил обратное. Их доставят только завтра, не раньше полудня. — Он покачал головой. — В такие моменты я жалею, что у меня нет грузовика. Был бы у меня грузовик, я бы сам все привез.

— Жаль.

— Еще бы. Но все не так плохо. Поскольку на стройке делать было особенно нечего, я заехал в «Хоум Депот», выбрал плитку и ковровое покрытие, взял брошюры со шкафчиками и арматурой. А еще у меня осталось время, и я наготовил целую кастрюлю гамбо из морепродуктов. Ты уже ужинала?

— Ужинала? Мм… нет. Не ужинала.

— Ну, я готовлю превосходный гамбо, но никогда не угадываю с порцией. Наготовил на всю округу. Ну что?

Двусмысленное приглашение застало ее врасплох, Шарлотта засомневалась. В чем проблема, Шарлотта? Он просто предлагает тебе поужинать.

Проблема в Луи Тибодо. И проблема в ее смешанных чувствах к этому зануде. Но ужин есть ужин, а Шарлотта обожала хороший гамбо из морепродуктов, так что заставила себя улыбнуться.

— Давай проясним сразу. Ты приглашаешь меня на ужин или предлагаешь объедки?

Луи усмехнулся.

— Поскольку я еще не ужинал, то объедков не наел, так что можешь расценивать это как полноценное приглашение.

— В таком случае жди меня через десять минут. Мне надо проверить автоответчик, — пояснила она. — И я обещала Милашке, что выпущу полетать.

— Конечно, без проблем. Я пока разогрею суп и поджарю хлеб. — Луи поднялся с качелей. — Кстати, о птичках, как поживает это маленькое чудовище?

Шарлотта улыбнулась.

— Брось. Неужели ты такой злопамятный?

— Нет, но это будет… скажем так, никогда в жизни я больше не суну палец в его клетку.

Шарлотта засмеялась. С первой же встречи Милашка невзлюбил Луи. К стыду Шарлотты, он набросился на детектива и попытался отхватить ему полпальца. Единственным оправданием могло служить то, что Луи, видимо, каким-то образом напомнил Милашке бывшего хозяина, которому Шарлотта сдавала часть дома. Мало того, что тот издевался над птицей, так еще и удрал, не заплатив за два месяца и оставив после себя настоящую свалку.

Луи усмехнулся.

— Куплю-ка я кошку и пущу ее в дом, чтобы побесить мерзавца.

Шарлотта бросила на него суровый взгляд.

— Это будет поводом для немедленного выселения.

— Да ладно. — Он вскинул руки. — Шучу.

Шарлотта кивнула.

— Вот и славненько. Мне что-нибудь принести к ужину?

Он покачал головой.

— Только себя.

— Тогда через десять минут, — сказала она. Кивнув на прощание, оба разошлись по своим половинам.

Открыв дверь, она прикинула, успеет ли принять душ. После рабочего дня у Мэриан и прогулки по дому Девилье она чувствовала себя насквозь грязной.

Всю жизнь Шарлотта обладала талантом многое успевать за короткий срок. Некоторые называли это хорошими организаторскими способностями, и она привыкла считать это достоинством, особенно в плане работы. Но иногда, в такие дни, как сегодня, когда она валилась с ног от усталости, проклинала свое умение всегда все анализировать и систематизировать.

Она сказала, что придет через десять минут. Так хватит ли времени?

— А почему нет? — пробормотала Шарлотта.

Голову она мыть не собирается, так что хватит и пяти минут… если поторопиться. Автоответчик можно проверить после ужина. Тогда, проверив сообщения, можно сразу отправляться спать.

Стоило ей войти в дом, как Милашка принялся громко свистеть, чирикать и скакать по клетке. Обычное представление, чтобы привлечь к себе внимание.

— А тебе, — она погрозила птице пальцем, — придется потерпеть еще пару минут, я выпущу тебя перед уходом.

— Точно и вовремя, — сказал Луи, открывая ей дверь. — Ты успела переодеться. — Он прищурился. — И не говори, что умудрилась принять душ, и все за десять минут.

— Ладно, — пожала плечами Шарлотта. — Не скажу.

Усмехнувшись, он жестом предложил ей войти.

— Это просто рекорд, особенно для женщины.

На языке вертелась ответная острота, но Шарлотте больше хотелось узнать, как он тут обустроился, нежели отвечать на его шовинистские выпады.

Она впервые оказалась на его половине с тех пор, как он переехал. Шарлотта сдала дом уже с мебелью, но Луи привез кое-что с собой — изрядно потрепанное кресло, книжную полку, шкафчик с оружием, несколько картин и скульптур. Более того — широкоэкранный телевизор и современную стереосистему почти во всю стену.

Но больше всего ее заинтересовали картины — великолепные пейзажи и портрет маленькой девочки. Шарлотту распирало от любопытства узнать, кто этот маленький ангел, но пейзажи привели ее в настоящий восторг.

Она подошла к одной из картин, изображавшей Луизианское болото. Оттенками серого, зеленого и коричневого художник точно передал настроение и дух мрачных болотных вод и растущих вокруг кипарисов, покрытых серыми кружевами мха.

— Захватывающе, — сказала она. — И так реалистично. — Тут Шарлотта заметила подпись в нижнем левом углу и смутилась. — С. Тибодо. Родственник?

Луи кивнул.

— Сын.

— Твой сын — художник? Я и понятия не имела, что у тебя есть дети. — Или жена, добавила она мысленно.

— У меня нет, — ответил он. — Больше нет.

Шарлотта нахмурилась.

— Нет?

Что это значит, думала она, чувствуя нарастающий страх. Его сын погиб?

— Что случилось? Несчастный случай? — Она тут же пожалела, что спросила. На мгновение, буквально на долю мгновения, его темные глаза наполнились болью и чем-то, что она назвала бы мукой. Но он тут же взял себя в руки и нацепил на лицо бесстрастную маску.

— Прости, — быстро сказала она. — Это не мое дело.

Шарлотта часто задавала себе вопрос, был ли он женат и есть ли у него семья, но никогда не могла просто подойти и спросить… до сего дня. Конечно, то, что у него есть ребенок, не значит, что должна быть и жена. В конце концов, у нее тоже есть сын, но она никогда не была замужем.

— Это действительно не твое дело, — проговорил он. И добавил, вызывающе глядя на нее: — И я не хочу об этом говорить.

— Иногда нужно поговорить, — мягко возразила она.

— Не в этом случае и не с тобой. Если мне приспичит поговорить, я обращусь к психоаналитику, к профессионалу. По моим сведениям, у тебя нет лицензии. — Несколько секунд он пристально смотрел на нее. Затем неожиданно сделал резкий жест рукой, приглашая в кухню. — Хлеб уже, должно быть, готов, так что можем поужинать. Что будешь пить?

Ну вот, он все сказал прямо, мисс Больше-Всех-Надо. Лицо Шарлотты пылало от смущения, а его грубые слова больно ранили. Вылей он на нее ведро холодной воды, она не была бы так ошарашена, и внезапно сама мысль об ужине вместе с Луи стала невыносимой.

Глава 6

Такой неловкости, как в следующие несколько минут, Шарлотта уже давно не испытывала. Ей отчаянно хотелось уйти, и она бы с радостью это сделала, но ей слишком хорошо была знакома боль потери. Ей самой приходилось терять близких людей и из-за этого кидаться на окружающих. Даже сейчас, спустя много лет, боль иногда становится невыносимой.

Она глубоко вдохнула и подняла голову.

— Я буду воду. — Не дожидаясь ответа, Шарлотта повернулась и пошла прямо на кухню.

Из духовки поднимался дивный аромат французского хлеба. Хлеб вообще был ее слабостью, но больше всего она любила свежий французский хлеб. Сама кухня оказалась чистой и аккуратной, Луи уже накрыл стол — подставки и салфетки в тон, серебро и чудный фарфор.

Чудеса, да и только, подумала она. Какой контраст. В жизни бы не подумала, что грубиян-детектив может быть таким… цивилизованным.

Пока Луи доставал из духовки хлеб, Шарлотта села за стол и попыталась придумать какую-нибудь безопасную, нейтральную тему, которая нарушила бы натянутое молчание.

— Красивые тарелки, — рискнула она. — Мне всегда нравился такой рисунок с розами.

В ответ он пожал плечами и что-то пробурчал.

Ну и что дальше, подумала она, глядя ему в спину. Раздраженно вздохнув, Шарлотта осмотрелась. И тут увидела. На столе рядом с задней дверью она разглядела то, что непременно положит конец неловкому напряжению между ними.

— Это те самые образцы, о которых ты говорил?

Когда он, наконец, посмотрел на нее, она кивнула на стол.

— Да, те самые, — ответил он.

— Можно я посмотрю? Я подумываю о ремонте, — быстро добавила она, боясь показаться чересчур любопытной… снова.

— Вообще-то, — он положил хлеб в плетенку, — приглашение на ужин имело под собой корыстные мотивы. Я надеялся, что ты дашь мне пару советов. И подумал, что раз ты бываешь в стольких домах, то наверняка знаешь, какая плитка или покрытие надежнее и требуют меньше всего ухода.

Чувствуя себя словно на минном поле, Шарлотта отважилась улыбнуться.

— Ага! Понятно, за что меня сегодня бесплатно кормят.

Ей, наконец, удалось разрядить обстановку, исчезло напряжение.

— Но сначала поужинаем, — сказал он, поставив плетенку на край стола. — Извини, я не сделал салат и подумал, что мы можем положить себе прямо из кастрюли, если ты не против.

— Да легко, о чем речь, — ответила Шарлотта.

Подойдя к плите, она положила себе щедрую порцию риса. Гамбо был темного, насыщенного цвета, выложив его на рис, она заметила, что в нем полно креветок и крабового мяса.

— Выглядит аппетитно, — поделилась Шарлотта.

Вернувшись за стол, Шарлотта взяла кусочек еще теплого хлеба. В точности, как она любит: мягкий внутри с хрустящей корочкой.

Наконец, к ней присоединился и Луи, поставив тарелку с рисом и гамбо перед собой и стакан с водой перед ней.

— И почему ты так задержалась?

Хорошо, что Луи задал вопрос, когда она жевала хлеб. Иначе она непременно ответила бы, что это не его дело, пусть почувствует, каково это.

Но отвечать злом на зло не в ее правилах. И потом, раз уж он спросил, почему бы не воспользоваться ситуацией? Почему бы не рассказать ему о странностях у Девилье? Так ей не придется прямо просить совета, и при этом она узнает его мнение.

Шарлотта наконец проглотила хлеб.

— Знаешь старый дом Девилье, который перестроили под гостиницу?

Он взглянул на нее и напрягся.

— Да, а в чем дело?

Его реакция показалась ей странной, но она продолжила:

— Я участвовала в конкурсе и получила контракт на уборку. Мы приступаем завтра утром, и сегодня после работы я поехала туда осмотреться.

— Значит, Рассел и его банда закончили.

Шарлотта кивнула, озадаченная его презрительным тоном.

— Какое счастье! После такого мусора уборка необходима.

— Я… я не понимаю.

— А что тут понимать? Вся эта компания — просто шайка убийц и головорезов. У каждого послужной список длиной с твою руку. А Рассел и его сынок хуже всех. Сущее отребье, Шарлотта. Джудит знает об этом контракте?

Шарлотта медленно покачала головой.

— Нет. Но я никогда не завожу досье на клиентов, — резко добавила она.

— А может, и стоит, учитывая твои последние достижения.

Шарлотта мгновенно ощетинилась.

— Если ты намекаешь на Дюбюиссонов, то можешь…

Луи поднял руки.

— Прости! Прошелся по больному месту.

Шарлотта прищурилась и огрызнулась:

— Именно.

— Я же извинился. Но серьезно, Шарлотта. — Он положил руки на стол и наклонился ближе. — Не стоит тебе связываться с такими типами, как Рассел.

— Но он кажется весьма приятным человеком, — настаивала она.

Луи сжал губы.

— Отнюдь. Но я не прошу верить мне на слово. Спроси Джудит. Она скажет тебе то же самое.

— О нет, — прошептала Шарлотта, чувствуя внезапную слабость. — Бедняжка Шери.

Заметив сбитый с толку взгляд Луи, она пояснила:

— Шери Уорнер, моя работница — умница-девочка, зарабатывает на обучение. Короче говоря — она встречается с юным Тоддом. Я узнала о конкурсе от нее.

— Похоже, не такая уж умница, раз связалась с Тоддом Расселом.

— Можешь мне поверить, она чудесная девочка. Умная, ответственная и…

— Ладно, ладно. Я понял. Но если ты так беспокоишься об этой Шери, лучше предупреди, чтоб она держалась подальше от Расселов. Это же мафия — а хорошим девочкам, думающим о будущем, с такими людьми лучше не связываться. Поверь мне, Рассел по уши в дерьме. Мы ничего не можем доказать — или прижать его к стенке, — но мы уже не первый год следим за ним.

— Но то, что отец, как ты говоришь, сомнительный тип, — возразила Шарлотта, — не значит, что и сын такой же.

— Не просто сомнительный, Шарлотта. Гнилой! Насквозь прогнивший. А сынок его — просто богатенький недоумок. Его уже привлекали к ответственности по малолетству. И я уверен, что гнилое яблоко от яблони недалеко падает.

— Виновен по рождению, — спровоцировала она.

— Ну, — протянул он, — ты же знаешь, как говорят: рыбак рыбака…

— Это просто смешно. Тодд не может поменять отца.

— Нет, конечно, не может, но есть еще одна поговорка: дурной пример заразителен.

Шарлотта не хотела этому верить, не хотела думать, что Шери так плохо разбирается в мужчинах. С другой стороны, известно, что даже самые умные и красивые женщины иногда влюбляются не в тех парней.

— Шарлотта, я просто хочу сказать, чтобы ты предупредила свою подругу. Если ты о ней беспокоишься, посоветуй ей быть осторожнее.

Шарлотта кивнула и в течение всего ужина думала о словах Луи. Гамбо был замечательным, на удивление замечательным, почти таким же вкусным, как у нее. Но откровения Луи по поводу Расселов отбили у нее всякий аппетит. Хотя она доела то, что было в тарелке, мысли о Шери испортили все удовольствие.

Для Шарлотты ее работницы — как члены семьи. А Шери ей особенно дорога. Она обожала девушку за мужественное отношение к жизни. Как и Шарлотту, жизнь ее не баловала, но Шери умела с умом использовать то, что давалось.

Когда они наконец поужинали, Луи быстро убрал со стола. Потом он выложил перед ней все образцы плитки и покрытия, а также брошюры со шкафчиками, кухонным оборудованием и сантехникой.

— Давай, ты сначала покажешь, что тебе нравится? — предложила Шарлотта. — А потом я попробую назвать тебе плюсы и минусы.

— Может, сначала ты выберешь, что тебе нравится, — возразил он.

Шарлотта задумчиво на него посмотрела, прищурилась и понимающе заулыбалась.

— Ты еще ничего не выбрал, да?

Луи засмущался.

— Пойман на месте преступления, — признал он и поспешил добавить: — Но мне нравится твоя квартира. Уютная, и при этом не вычурная.

— Вычурная?

Луи неопределенно взмахнул рукой.

— Ну, знаешь, цветочки, рюшечки, вся эта женская ерунда.

Шарлотта была уверена, что на самом деле он хотел сделать ей комплимент, и промолчала, стараясь не обижаться на очередное шовинистское замечание.

Обсуждение образцов и брошюр пошло на пользу. Шарлотта не только нашла пару идей для будущего ремонта, но на какое-то время забыла о Расселах и Шери.

Когда Шарлотта вернулась к себе, часы пробили десять.

— Отлично, — пробормотала она. — Просто здорово, — повторила она устало.

Скоро опять на работу… к Девилье. Закрыв дверь, она вдруг поняла, что так и не сказала Луи ни об открытом окне, ни о странном госте.

— Завтра, — пообещала она Милашке, который сидел на излюбленном месте, на верхушке часов. — Завтра позвоню Мэриан и все расскажу.

Но Милашка не обратил на нее внимания, продолжая громко кричать, вторя кукушке.

— Тебе это надо, маленький плут?

Шарлотта покачала головой и рассмеялась. Она давно подозревала, что глупая птица принимает кукушку за настоящую, но никак не могла понять, ревнует он или жаждет компании.

Прослушивая сообщения, она уговорила попугая вернуться в клетку. Накрыв его на ночь, она приготовила кофеварку и поставила таймер. Оставалось умыться и почистить зубы — святой ритуал, несмотря на усталость.

К Девилье надо приехать в семь утра, так что Шарлотта завела будильник на пять тридцать, рассчитав, что полутора часов ей с лихвой хватит на всю утреннюю рутину. Затем автоматически взяла со столика книгу.

Мало что доставляло ей такое же удовольствие, как захватывающий детектив, поэтому каждый вечер она старалась выкроить время на чтение.

Но не сегодня, решила Шарлотта, когда после нескольких строк слова поплыли перед глазами. С сожалением она отложила книгу. И к лучшему, подумала она. Скоро зазвенит будильник.

Выключив лампу, Шарлотта свернулась калачиком. С половины Луи слабо доносилась музыка, и Шарлотта улыбнулась, узнав песню «Правильных парней»[4] к фильму «Привидение». Они с Луи во многом расходятся, но, очевидно, музыка им нравится одна и та же.

Уже засыпая, она вдруг вспомнила слова Луи о Тодде Расселе. Он просто богатенький недоумок. Шарлотта снова подумала о Шери и о том, что она может, если вообще может, сделать.

Песня закончилась, и через секунду заиграла другая, не менее узнаваемая. Шарлотта почувствовала ком в горле, слушая знакомые слова, грустная песня, полная страсти… двух влюбленных, тоскующих друг о друге.

Шарлотта всю жизнь тосковала о том, кого не могла увидеть. Бессмысленно спрашивать, мог ли он быть с ней. И его не стоило ждать. Страшная война в Азии и смерть разлучили их… навсегда.

Глава 7

В субботу утром, открывая черный ход в доме Девилье, Шарлотта все еще тревожилась. Перед уходом она позвонила Мэриан и рассказала ей и о снятой сетке, и об открытом окне, и о найденных ею следах чьего-то пребывания в доме.

Мэриан это, похоже, нисколько не взволновало. Она тут же заверила Шарлотту, что, если в доме кто-то и был, его уже давно нет. Кэтрин Бергерон осматривала квартиры накануне вечером и никого там не видела.

Шарлотта глубоко вдохнула и, набравшись мужества, вошла. Несколько секунд она неподвижно стояла и прислушивалась. Ничего. Ни шагов, ни скрипящих половиц. Вообще ничего.

Шарлотта все еще колебалась. Затем, в качестве дополнительной меры предосторожности, она приставила ладони ко рту и крикнула:

— Если здесь кто-то есть, лучше убирайтесь!

Эхо разнеслось по огромному холлу и стихло. Все еще чувствуя некоторую тревогу, но, успокоившись тем, что кто бы ни шатался по дому, он честно предупрежден, она вышла на улицу и закрыла за собой дверь. Оставалось только надеяться, что, если в доме кто-то прятался, он уйдет тем же путем, каким пришел. Бросив последний взгляд на дверь, Шарлотта направилась в сад дожидаться свою команду. Сев за столик и глядя на старый дом, она размышляла, стоит ли рассказывать работницам о непрошеном госте. Ей совсем не хотелось пугать их, но не хотелось и подвергать опасности.

Шарлотта ничуть не удивилась, когда через несколько минут первой появилась Шери Уорнер. Шери славилась своей энергичностью и ответственностью, и за два года, что она работала на Шарлотту, ни один клиент на нее не жаловался.

Шарлотта улыбнулась и помахала Шери рукой, решив, что именно ей может все рассказать и спросить совета.

Как и Шарлотта, Шери была в обычной униформе «Домовой напрокат», которую носили все работницы. Темно-синяя рубашка и брюки и белоснежный фартук облегали стройную фигуру и отлично подходили к ее темным волосам и блестящим черным глазам.

Сев напротив, Шери широко улыбнулась.

— Ради бога, скажи, что у тебя есть кофе, — взмолилась она. — Я хотела заехать в кафе, но там оказалась такая толпа, а мне не хотелось опаздывать.

Усмехнувшись, Шарлотта достала из сумки термос.

— Не такой модный, как ты привыкла, зато крепкий и горячий. — Она поставила термос на стол. — Я подумала, что меньшее, что могу сделать, это напоить всех кофе.

Пока Шери отвинчивала крышку, Шарлотта достала пластиковые стаканчики и ложки, пакетики с сахаром и сливками.

Шери понюхала кофе.

— М-м-м, если твой кофе так же хорош, как чай со льдом, зачем ему быть модным?

Шарлотта рассмеялась.

— Чай я тоже принесла, на потом.

Глядя, как Шери наливает себе кофе и размешивает сахар и сливки, Шарлотта сказала:

— Шери, мне нужен твой совет.

— Звучит серьезно.

Шарлотта пожала плечами.

— Возможно. — И принялась рассказывать о том, что обнаружила в доме.

Когда она дошла до утреннего предупреждения вероятному «гостю», Шери пришла в ужас.

— Поверить не могу, что ты пошла туда одна! Надо было кого-нибудь дождаться.

Шарлотта пожала плечами.

— Да я, в общем-то, в дом не входила, только на порог, но суть не в этом. Вопрос в том, надо ли говорить остальным?

— Да уж, вопрос, но я не думаю, что стоит. Если там кто-то был, то очень глупо оставаться после всего, что случилось. И потом, нас все равно больше. Но если ты так волнуешься, я могу позвонить Тодду, чтобы он приехал. По-моему, он сегодня работает на Седьмой улице.

При упоминании Тодда Рассела Шарлотте стало не по себе. Он просто богатенький недоумок. Она покачала головой.

— Да нет, наверное, не нужно.

Правду ли сказал Луи о Винсе и Тодде Расселах? Это не твое дело.

Нет, мое, поспорила Шарлотта с внутренним голосом. Шери — моя работница, а значит, это мое дело. Ну и что дальше? Есть только один выход. Сказать все напрямую.

Шарлотта расправила плечи.

— Мне надо еще кое о чем с тобой поговорить.

Шери кивнула.

— Конечно, в чем дело? — Она прищурилась. — Не нравится мне этот взгляд. Ты же не собираешься меня уволить?

Шарлотта покачала головой:

— Нет, конечно, нет, глупая. Даже в мыслях не было. — Она заколебалась, подбирая слова. — Я узнала кое-что неприятное и должна тебе рассказать, — наконец начала она. — Это насчет…

За спиной послышался шум автомобиля, и, оглянувшись, Шарлотта увидела, как он въезжает на стоянку.

— Потом, — шепнула она, пока Дженет Дэвис и Эмили Коулман выбирались из машины. — Поговорим потом.

— Шарлотта?

— Не сейчас, — она многозначительно кивнула в сторону приближающихся женщин. — Это частный разговор, только между нами.

Как и Шери, Эмили Коулман, дородная женщина под пятьдесят с пепельными волосами, работала у Шарлотты на полную ставку уже пять лет. Вторая, Дженет Дэвис, высокая худощавая блондинка слегка за тридцать, работала на нее время от времени последние три года.

— Доброе утро! — крикнула им Шарлотта и кивнула на термос. — Как насчет кофе? Присоединяйтесь.

Поприветствовав Шери и Шарлотту, Эмили и Дженет налили себе кофе и сели за стол.

— А Надя сегодня будет? — спросила Эмили, размешивая сахар.

Надя Уилсон, молодая мать-одиночка, работала на Шарлотту года два.

Шарлотта покачала головой:

— Нет, она не нашла няню для Дэви.

Эмили нахмурилась.

— Бедняжка столько всего натерпелась.

Дженет с отвращением фыркнула.

— Этого Рикко надо бы подвесить за яйца, — резко сказала она. — Сначала делает ей ребенка, потом три года сидит у нее на шее, как пиявка, сосет из нее кровь и, наконец, просто смывается.

Хотя Шарлотта была согласна с каждым словом, сказанным о Рикко Мартинесе, не в ее правилах обсуждать работниц или клиентов. Но Шери, не дав Шарлотте возможности сменить тему, внесла свою лепту.

— Жалкое насекомое. По мне — так скатертью дорога. — Шери скорчила гримасу. — Всегда считала его подонком, но грабить могилы… — Она содрогнулась. — Их надо было сгноить в тюрьме — вместе с любителями древностей, которые все это продавали.

— Я слышала, Наде пришлось занять денег, чтобы внести за него залог, — добавила Эмили и повернулась к Шарлотте: — Это правда? Да ладно, Шарлотта, уж ты-то знаешь.

— Да, Шарлотта, рассказывай, — поддержала Дженет.

Шарлотта вздохнула.

— Дамы, дамы, дамы, — она покачала головой. — Я думаю, на сегодня сплетен достаточно. Пора за работу.

Недовольно вздохнув, женщины принялись молча пить кофе, а Шарлотта тем временем вкратце набросала план действий.

— Там полно опилок и грязи, — проговорила она. — Поэтому я принесла сменные мешки для пылесоса. И я думаю, лучше всего работать командами. — Она кивнула на Шери. — Ты будешь работать с Дженет, а я с Эмили.

Дженет и Шери обменялись взглядом, но Шарлотта их проигнорировала. Эмили выполняла работу ответственно и тщательно, но была слишком медлительна и легко отвлекалась. Шери и Дженет прекрасно понимали, что Шарлотта намеренно взяла Эмили, чтобы не давать ей спуску.

— В доме четыре квартиры — две на первом и две на втором этаже, — объяснила Шарлотта. — Мы с Эмили будем работать внизу, а вы наверху. Если поторопимся, надеюсь, закончим сегодня. Ненавижу работать по воскресеньям.

Шери рассмеялась.

— Дамы, мне кажется, это намек. Другими словами, нам придется выложиться по полной.

Дженет драматично вздохнула.

— Что ж, Гарри повезло. Я обещала детям поездку в зоопарк, и он пришел ужас от мысли, что придется везти их самому. — Она вдруг усмехнулась. — Последний раз, когда он с ними ездил, ему пришло в голову подразнить одну из обезьян. Но макака ему отомстила. Оплевала моему ненаглядному всю рубашку.

— Гадость какая! — взвизгнула Шери.

Эмили вздохнула и добавила:

— Я бы спокойно жила, не зная этого.

Шарлотта закатила глаза.

— Что будем заставлять беднягу Гарри переживать это снова, за работу, дамы.

Пока женщины выгружали оборудование из фургона Шарлотты, она убрала термос и выбросила в мешок использованные стаканчики.

Шарлотте нравилось в работницах то, что все они разделяли ее восхищение красотой изысканных особняков, в которых они работали. Войдя в задний холл, женщины принялись охать и ахать, поражаясь искусству, с каким была проведена реконструкция.

Разобрав оборудование, Дженет и Шери со своими коробками направились на второй этаж.

На полпути Шери крикнула:

— Шарлотта, ты знаешь, что на шестой ступеньке большая трещина?

Шарлотта улыбнулась. Неудивительно, что из всех троих именно Шери заметила изъян. Кроме того, Шери, видимо, воспользовалась поводом, чтобы предупредить возможного нарушителя, если ему достало глупости все еще болтаться вокруг.

— Да, я вчера уже видела, — прокричала в ответ Шарлотта. — И сделала пометку для мистера Рассела.

Краем глаза Шарлотта заметила удивленный взгляд Эмили.

— Зачем так кричать-то? — спросила Эмили. — Господи, можно подумать, вы обе оглохли иди еще чего.

Шарлотта улыбнулась.

— Эхо, — пояснила она. — В больших старых домах эхо всегда усиливает звук.

Шарлотта видела, что напарница не поверила ни единому слову, но, поскольку больше она ничего не сказала, Эмили пожала плечами и взяла свой ящик.

— С чего начнем? — спросила она.

Шарлотта указала рукой на квартиру слева.

— Выбирай, — сказала она, как только они вошли в гостиную. — Но поскольку тебе тяжело с пылью, предлагаю заняться ванной, а я пока оботру стены и вымою окна. Потом вместе займемся кухней.

Эмили кивнула.

— Спасибо, Шарлотта. У меня действительно разыгралась аллергия после позавчерашней грозы.

— Прекрасно тебя понимаю, — сказала Шарлотта, думая о собственном аллергическом обострении.

Следующие полчаса женщины работали в тишине, если не считать шума с дороги перед домом и редких автомобильных гудков.

Шарлотта почти закончила последнее окно в гостиной, когда услышала внезапный оглушительный визг на втором этаже:

— Шар-р-рло-о-отта!

На мгновение ошеломленная Шарлотта замерла, слушая, как эхо разносится по дому.

Кричат не от боли, констатировала она, а от ужаса. От неподдельного ужаса.

Глава 8

— Шар-р-рло-о-отта!

Дженет, подумала Шарлотта с замиранием сердца. Это Дженет кричит.

Глухой топот наверху наконец привел ее в движение. Кто-то гонится за Шери и Дженет? Они в опасности?

Оружие. Нужно найти какое-нибудь оружие. Шарлотта в панике огляделась вокруг. Ничего. Ничего подходящего, кроме… она крепче сжала распылитель с аммиаком. Это лучше, чем ничего.

Понимая, что Эмили уже вылетела из ванной, Шарлотта бросилась в коридор и побежала к лестнице.

— Оставайся здесь! — крикнула она Эмили.

На полпути она столкнулась с бегущими вниз женщинами.

— Какого черта? — закричала Шарлотта. — Что происходит?

Дженет так трясло, что она с трудом могла говорить. Прямо за ней спускалась Шери с белым как мел лицом и расширенными от ужаса глазами.

— М-мертвец, — запинаясь, пробормотала Дженет срывающимся голосом. — Я… я включила с-свет, и т-там покойник в… в гардеробе.

Покойник… покойник… На Шарлотту накатила слабость. Внизу испуганно вскрикнула Эмили.

— Хорошо, хорошо, милая. — Шарлотта сжала руку Дженет. — Успокойся. Ты уверена, что он мертв?

— Он не двигается! — закричала она. — И… и, по-моему, он не дышит.

Шарлотта сжала ее руку еще раз.

— Но ты не уверена.

Дженет отрицательно затрясла головой.

Шери содрогнулась.

— Мне показалось, он… он мертвый, — прошептала она.

— Но вы не пощупали ему пульс? — Выражение ужаса на их лицах подсказало, что нет. — Нет, конечно, и не подумали. — Шарлотта глубоко вдохнула и, уже предчувствуя ответ, спросила: — В какой квартире вы убирались?

— Слева от лестницы, — сказала Шери.

Шарлотта сглотнула. В той самой, где она накануне нашла пакеты из-под еды и размазанную по раковине зубную пасту.

— В какой комнате?

— В спальне, — проговорила Дженет. — Он… он в гардеробе.

Шарлотта знала, что делать. Хочется ей или нет — а ей не хотелось, — придется пойти и проверить. Что, если человек на самом деле не мертв? Что, если он просто без сознания и ему нужна помощь?

— Хорошо, сделаем вот что, — сказала она. — Вы останетесь здесь с Эмили, пока я все проверю. — Шарлотта протянула Дженет бутылку с аммиаком. — Пусть будет у вас. — Она достала из кармана сотовый и сунула его Шери в руки. — Позвони в полицию. И попроси позвать мою племянницу.

Шери взяла телефон.

— Но, Шарлотта!

Шарлотта покачала головой.

— Все будет хорошо. Просто позвони.

Заставив себя сдвинуться с места, Шарлотта протиснулась между двумя женщинами и поспешила наверх.

Однако, оказавшись в квартире, она остановилась перед спальней и перевела дыхание.

Посреди комнаты на полу расстелен спальный мешок. Рядом с мешком лежит раскрытая дорожная сумка, одежда из нее наполовину вытащена, а посреди одежды валяется фотоаппарат, одноразовый, как отметила Шарлотта. Рядом с камерой — несколько фотографий.

— Странно, — пробормотала она. Спальный мешок и сумка выглядели почти новыми. И дорогими. И не забудь про зубную пасту в раковине.

Как я и предполагала, подумала она, разглядывая темно-зеленый спальник. Кто-то, возможно, человек в гардеробе, действительно обосновался в пустующем доме.

Чувствуя нарастающий страх, Шарлотта вошла в комнату. Может, она и ошиблась насчет бездомных. Но если человек в гардеробе не бродяга, то кто же он? И почему забрался в этот дом?

Дверца гардероба была открыта. Неприятное предчувствие охватило Шарлотту, когда она подошла ближе. В любую минуту она ожидала увидеть руку, ногу или еще какую-нибудь часть тела. Но пока ничего не было, ничего, кроме странной, наполовину выкуренной сигары, втоптанной в пол.

Шарлотта сделала два последних шага, отделявших ее от гардероба. С трудом сглотнув, она наклонилась и заглянула внутрь.

— О господи боже, — прошептала она, отшатнувшись, и схватилась за дверцу, чтобы не упасть. Мужчина сидел в заднем углу гардероба, боком привалившись к стене.

Трудно было сказать, что она ожидала увидеть, но уж точно не полуголого мужчину в трусах и пурпурной маске с перьями с Марди Гра.

Маска с Марди Гра?

Казалось, целую вечность она тупо смотрела на маску. Дешевая безделушка, рассчитанная в основном на туристов. Но ее внимание привлекла не столько маска, сколько засохшая кровь на голове мужчины.

Кровь и глаза. Шарлотту отделяли от него четыре фута, но под ярким слепящим светом гардеробной она видела широко раскрытые глаза, глядящие на нее сквозь прорези маски. Его зрачки, как огромные черные дыры, были неподвижны.

Видеть покойников Шарлотте доводилось только на похоронах, но сотни прочитанных за долгие годы детективов сделали ее экспертом. Почти на сто процентов она была уверена, что бедняга мертв.

Шарлотта сделала глубокий вдох и с замирающим сердцем подошла к телу. По-прежнему глядя на маску, она наклонилась над мужчиной и пощупала пульс на его шее.

Как она и ожидала, кожа холодная, пульса нет.

Шарлотта нахмурилась. Странно, стоя рядом с ним, она почувствовала что-то знакомое, будто видела его раньше. То ли телосложение, то ли густые темно-рыжие волосы.

На какое-то мгновение ее рука нависла над маской. Если б она могла увидеть его лицо…

Вдруг в тишине послышался приглушенный вой сирен. Полиция… Джудит.

Именно в этот момент она осознала реальность происходящего. Вскрикнув от ужаса, Шарлотта резко отдернула руку и быстро попятилась к двери. Это не выдумка. Не детективный роман. Здесь все по-настоящему.

Шарлотта продолжала пятиться, пока снова не оказалась в комнате. Только тут она поняла, что ее трясет от страха. Она крепко обхватила себя руками и уставилась в пол.

Где-то там, вне дома, полицейские сирены стали громче. Но здесь, внутри, Шарлотте потребовалось несколько минут, чтобы унять дрожь и взять себя в руки.

Надо уйти из комнаты, подумала она. Это место преступления, а они с Шери и Дженет уже достаточно наследили. Шарлотта поморщилась. У Джудит случиться истерика.

Вдруг Шарлотта прищурилась, сфокусировав взгляд. Она смотрела вниз без всякой цели. Оказалось, что она смотрит на кучу фотографий, разбросанных рядом с камерой.

На верхней фотографии — маленькая девочка лет четырех. Снимок сделан на улице. За спиной девочки под огромным дубом стоит белая беседка. И снова Шарлотту пронзило ощущение чего-то знакомого. Она уже видела эту беседку… но где?

Думай, Шарлотта! Думай! Но все бесполезно. Как она ни старалась, ничего не могла вспомнить. Сначала покойник, теперь это. Да что же с ней творится? Господи, может, она и правда стареет? Или хуже. Может, у нее начинается болезнь Альцгеймера?

Неожиданно, пронзительно взвизгнув, сирены за окном смолкли. Затем в отдалении послышались другие. Одна полицейская машина уже здесь, и скоро подъедут остальные, значит, Джудит может войти в любую минуту. Бросив последний взгляд на фотографию, Шарлотта быстро вышла из комнаты.

Спустившись вниз, Шарлотта увидела в фойе двух полицейских, уже опрашивающих Шери, Дженет и Эмили.

Старший офицер был ей незнаком, зато она узнала младшего. Кажется, его зовут Билли, и хотя Шарлотта не могла вспомнить его фамилию, но отлично помнила, что во время их последней встречи он был нахален и груб.

Их последняя встреча… в тот день, когда она узнала об убийстве Джексона Дюбюиссона…

Входя в фойе, Шарлотта почувствовала слабость в желудке. Она приветственно кивнула обоим офицерам и, не обращая на них внимания, повернулась к Шери:

— Ты говорила с Джудит?

— Да, мэм. Она сказала, что уже едет.

— Извините, — деловито вмешался старший офицер и, не скрывая сарказма, спросил: — А вы собственно кто?

Молодой офицер не дал Шарлотте ответить.

— Все в порядке, Хэл, — сказал он напарнику. — Это тетя детектива Монро. — Он повернулся к Шарлотте: — Я прав, мэм? Вы тетя Джудит?

— Да, это я, — ответила Шарлотта. — А вас зовут Билли. — Она пожала плечами, так и не вспомнив его фамилию.

— Уилсон, мэм. Билли Уилсон.

Шарлотта почувствовала, как что-то щекочет ей шею, и, потянувшись, чтобы смахнуть, поняла, что по шее стекают капли пота.

— Что ж, Билли, я бы сказала, что рада видеть вас снова, — пробормотала она и смутилась, внезапно поняв, что пот льет с нее ручьями, — но в данных обстоятельствах… — Откуда взялся пот, когда ее трясет от холода?

— Понимаю, мэм. И, к слову об обстоятельствах, что вы можете сказать по этому поводу?

Шарлотта начала с того, что ее фирма получила заказ на уборку дома Девилье, и только она дошла до момента, когда Дженет обнаружила тело, в дверь ворвалась Джудит. За ней шел незнакомый Шарлотте мужчина. Наверное, новый напарник, подумала она.

— Тетя Чарли, ты в порядке?

В порядке? Даже кивнув в ответ, Шарлотта почувствовала, как подгибаются колени. И почему вдруг стало так жарко… и душно?

— Что там с этим покойником?

Покойник… покойник… Снова Шарлотта открыла рот, чтобы все объяснить, и снова ее прервали, когда в доме появился Луи Тибодо. Шарлотта нахмурилась, ее снова охватил озноб. Откуда здесь Луи? У него же выходной, он собирался на стройку.

Джудит глянула на него и озвучила мысль Шарлотты:

— Эй, Луи. Что ты здесь делаешь?

Но Луи проигнорировал Джудит и ее вопрос, сверля взглядом Шарлотту.

— Шарлотта? Что происходит? — потребовал он объяснений. — Кто умер?

Умер… кто-то умер… Он приехал, потому что волновался о ней, поняла Шарлотта. Он, должно быть, услышал по рации что-то о найденном теле и подумал, что она…

Комната поплыла перед глазами, и все, что она смогла сделать, это указать в потолок.

— Наверху, — прошептала она, качаясь на ногах. — Там… там покойник наверху.

Не успела она понять, что происходит, как Джудит подхватила ее с одной стороны, а Луи с другой.

— Ну-ну, не вздумай падать в обморок, — предупредил он.

Шарлотта пришла в ужас и затрясла головой.

— Никогда… никогда в жизни не падала в обморок, — сказала она.

Но голос прозвучал на удивление слабо и отдаленно, даже для нее самой. Желая доказать свою правоту, Шарлотта сделала слабую попытку оттолкнуть его, и белый свет померк.

Глава 9

Шарлотта очнулась внезапно. Она лежала на полу, а Джудит водила у нее под носом какой-то вонючей бутылочкой. Откуда-то издалека доносились голоса… Шери и Дженет. Шарлотта оттолкнула руку Джудит.

— Нет-нет, не пытайся вставать, еще нет, — приказала племянница, удерживая ее за плечо. — Тетя, ты еще слишком слаба, так что полежи минутку. Пожалуйста, — добавила она.

Голоса зазвучали яснее и четче, будто кто-то прибавил громкость.

— Она приходит в себя, — голос Дженет.

— Не надо было пускать ее наверх, так и знала, — Шери.

Шарлотта смутилась. О чем они? И какого черта она лежит на полу?

— Что… что случилось? — прошептала она. Но стоило задать вопрос, и она все вспомнила.

— Ты упала в обморок, тетя, — сказала Джудит, подтверждая подозрения Шарлотты.

— Держи, Монро. — Из-за спины Джудит появилось лицо Луи. Он протянул ей какую-то мокрую тряпку. — У меня был только носовой платок, но он чистый.

— Спасибо, Луи. — Джудит начала вытирать ее лоб и щеки, но Шарлотта снова отпихнула ее руку.

— Я в порядке, милая. Перестань суетиться.

— Ну да, тетя Чарли. Цветешь и пахнешь. Потому и в обморок грохнулась.

— Джудит, вот вода, — подошла Эмили Коулман и протянула Джудит чашку.

— Спасибо, Эмили. Тетя, выпей это.

— Я не хочу пить.

— Выпей, тебе говорят.

Только потому, что спорить было слишком тяжело, Шарлотта, наконец, позволила Джудит приподнять ей голову и отпила из чашки.

Где-то за ними, вне поля зрения Шарлотты, раздался хриплый мужской голос:

— Джудит!

Джудит осторожно опустила голову Шарлотты на пол и обернулась.

— Да, Уилл.

— Я иду наверх, посмотрю, что там, — сказал он.

Джудит напряглась и крепче сжала в руке мокрый платок.

— Уилл, подожди минуту, и пойдем вместе.

Слишком хорошо зная свою племянницу, Шарлотта смогла уловить в ее голосе легкое раздражение. Вместе с выражением паники на лице Джудит это убедило ее в подозрениях, возникших во время разговора с Луи. Что-то происходило между Джудит и ее новым напарником, что Луи видел и, судя по всему, не одобрял.

— Я в порядке, — заверила племянницу Шарлотта. — Иди, делай свою работу.

— У меня есть идея получше, — протянул Луи. — Монро, ты оставайся с Шарлоттой, а я понянчусь с малышом Уиллом.

— Полегче, Луи.

Луи смерил ее самодовольным взглядом.

— Девочка, я давно топчу землю, поверь мне, я сделаю этого сопляка одной левой.

— Луи, даже не…

Но Луи не слышал или сделал вид, что не слышит.

— Эй, Ришо! — крикнул он. — Постой.

Джудит явно встревожилась, и Шарлотта, воспользовавшись моментом, сумела подняться.

— Что происходит? — спросила она, садясь на полу. — Какие-то проблемы с этим Уиллом?

— Да нет, — задумчиво пробормотала Джудит, провожая взглядом поднимающихся по лестнице мужчин. — Никаких проблем.

— Как же, никаких, — усмехнулась Шарлотта. — Что-то у вас творится, и я хочу знать, что.

Джудит молчала, пока мужчины не скрылись на втором этаже.

— Тетя, забудь, — сказала она, снова переключая внимание на Шарлотту. — Поверь, сейчас не время и не место. — Она еще раз с тревогой посмотрела на лестницу. Затем, вздохнув, повернулась к Шарлотте. — Мне очень не хочется, но, если ты чувствуешь себя нормально, я должна задать тебе пару вопросов. И когда мы закончим, я хочу, чтобы кто-нибудь из твоих отвез тебя домой. Обещай мне, что, как только приедешь, позвонишь Хэнку и расскажешь ему об этом обмороке.

Лучшая защита — нападение. Шарлотта знала, что племянница беспокоится о ней, но также понимала, что Джудит просто меняет тему. Не дав ей возразить, Джудит погрозила пальцем.

— Если ты ему не скажешь, скажу я, — пообещала она. — Когда ты последний раз проходила осмотр?

Шарлотта упрямо поджала губы и с вызовом уставилась на племянницу.

Джудит прищурилась.

— Ага! Так я и думала. Ты даже не помнишь, да? Ладно, проехали. Но обещай, что позвонишь ему.

Шарлотта тяжело вздохнула. Джудит права. Она не могла вспомнить, когда последний раз проходила осмотр. Но нужды во врачах не было, успокоила она себя. Наверное, это просто стресс. В конце концов, не каждый день она находит полуголых покойников. До этого она чувствовала себя просто прекрасно.

Лгунья. Ну, почти прекрасно, уточнила она. Последнее время она чувствовала себя более утомленной, чем обычно. Но мысли о шестидесятилетии кого угодно утомят. Разве не так? Конечно, так.

Но ты потеряла сознание… грохнулась в обморок… Шарлотта поморщилась. Все равно никуда не денешься — как бы ни хотелось притвориться, что ничего не было, но факт есть факт.

— Тетя Чарли, я жду.

Шарлотта никогда не умела красиво проигрывать и, конечно, не желала поддаваться угрозам, даже своей племянницы, которая, несомненно, ее любила и руководствовалась лучшими побуждениями.

— Ладно, ладно, я обещаю, — раздраженно пробормотала она.

На вопросы Джудит Шарлотта отвечала, сидя на диване. Шери смахнула пыль с пленки и при поддержке Джудит и остальных настояла на том, чтобы Шарлотта сидела там, пока их не отпустят.

Хотя Шарлотте было очень неловко оттого, что все суетятся вокруг нее, она еще чувствовала слабость в коленях, поэтому диван пришелся весьма кстати.

Вернулись Уилл и Луи, и Джудит отошла поговорить с напарником.

Со своего места Шарлотта могла отлично видеть все, что происходит вокруг. Шери, Эмили и Дженет шептались у мраморного столика у противоположной стены, Уилл и Джудит разговаривали у входа, а Луи допрашивал Билли Уилсона и его напарника Хэла у лестницы.

Глядя, как Луи мучает патрульных, Шарлотта мысленно радовалась тому, что Джудит, а не Луи, допрашивала ее работниц.

Луи умел нагонять страху и, хотя с тех пор, как он снял половину дома, они заключили перемирие, все равно действовал ей на нервы. Шарлотта понимала, что именно его грубость и мужской шовинизм в значительной степени ее притягивают, но в то же время она испытывала унижение, вспоминая его резкие обвинения и гнусное обращение с ней во время расследования дела Дюбюиссонов.

Будто почувствовав ее взгляд, Луи посмотрел на Шарлотту. Под его долгим испытующим взглядом ей стало неуютно. Наконец, удостоверившись, что с ней все в порядке, он снова повернулся к патрульным.

Вот ведь загадка, подумала Шарлотта. Он как головоломка, пока не решенная. Он ведь по-своему заботится о людях, он абсолютно надежен и честен, иногда даже чересчур. И если уж быть до конца откровенной, надо признать, что, несмотря на все его недостатки, Луи один из первых, кому она позвонит в трудную минуту.

Луи указал на второй этаж; затем, кивнув патрульным, направился к Уиллу и Джудит.

Прибыли еще полицейские. Судя по оборудованию, криминалисты. В этой суете Шарлотта не смогла расслышать, что именно Луи сказал Джудит, но легко услышала ее ответ.

— Не может быть! — воскликнула она.

— Клянусь тебе, — подтвердил он.

— Я должна это видеть. — Джудит повернулась кругом и вместе с Луи и Уиллом начала пробираться сквозь толпу полицейских, сгрудившихся у лестницы.

— Шарлотта…

Шарлотта обернулась к Шери.

— Как ты себя чувствуешь?

Шарлотта скорчила гримасу.

— Вопреки всеобщему мнению, я чувствую себя превосходно. Господи, сделали из мухи слона.

— Это не так, ты сама это знаешь. Джудит права. Тебе надо пройти осмотр. — Она махнула рукой. — Но пока, я думаю, нам всем не помешает твой чай со льдом. Нет-нет, не вставай. Просто скажи мне, где он, я сама принесу.

Шарлотта вздохнула.

— О господи. Посмотри в фургоне за водительским сиденьем. Он в голубом холодильнике. Чашки в пакете рядом с холодильником. И раз уж ты взялась, принеси и мне тоже, подозреваю, мы здесь надолго.

Шери дошла до двери, и ее остановил полицейский.

— Извините, мэм, я не могу вас отпустить, пока не разрешат детективы.

— Я не собираюсь уходить, — возразила Шери. — Я просто хочу взять чай из фургона для мисс Лярю, тети детектива Монро.

Он покачал головой.

— Нельзя, но если вы скажете, где он находится, я кого-нибудь пошлю.

— Боже ты мой! — воскликнула Шери. — В холодильнике в том белом фургоне — термос чая. И скажите, чтобы принесли еще пакет со стаканами.

Через несколько минут Шери вернулась с чаем. Она как раз налила чашку Шарлотте, когда спустилась Джудит.

— Дамы, все сюда, — позвала она. — У меня появились вопросы. И если можно, я бы тоже не отказалась от чая.

Шери налила ей чая, Джудит сделала пару глотков и поставила чашку на столик. Испытующе посмотрев на каждую, она кивнула на лестницу.

— Я знаю, что уже спрашивала, но должна спросить снова. Кто-нибудь из вас узнал мужчину в гардеробной?

— Я его не видела, — сказала Эмили.

— Да-да, знаю, — ответила Джудит. — Ты сказала, что оставалась внизу, так?

Эмили кивнула.

— А вы, Шери? Дженет?

Обе женщины отрицательно покачали головами.

— Тетя Чарли?

Шарлотта засомневалась.

— Не то чтобы узнала, — наконец проговорила она. — Он показался мне знакомым, но я не сумела хорошо его рассмотреть в этой маске.

Джудит кивнула.

— И не зря он показался тебе знакомым, тетя. Лу — детектив Тибодо — говорит, что это Дрю Бергерон, а насколько я помню, ты когда-то работала на него и его жену.

Дрю Бергерон. Шарлотту бросило в дрожь от изумления.

— Но это невозможно, — выпалила она. — Мистер Бергерон погиб больше двух лет назад. Я же ходила на его похороны.

Глава 10

— Луи наверняка ошибается, — настаивала Шарлотта, но вместе с тем понимала, что полуголый покойник на втором этаже — на самом деле Дрю Бергерон. Поэтому он показался знакомым, будто она видела его раньше. Она действительно видела его раньше.

Подсознательно она, несомненно, его узнала, но сознательно отвергла эту мысль, поскольку Дрю давно считался погибшим.

— В любом случае будет еще официальное опознание, — сказала Джудит. — Но поскольку Лу когда-то знал Бергерона, он почти на сто процентов уверен, что его опознают, если только это не двойник. Тело Бергерона так и не нашли после так называемой аварии, так что, похоже, он сумел выпрыгнуть до того, как самолет взорвался.

— Но как такое возможно? — спросила Шарлотта.

— Легко, — ответила Джудит. — Его самолет взорвался в Мексиканском заливе в двадцати милях от берега. А залив кишит акулами, так что все решили… — Она содрогнулась.

— Да нет, — Шарлотта покачала головой и махнула рукой. — Я не об этом. Если это труп Бергерона, то, очевидно, ему удалось выпрыгнуть, как ты и сказала. Значит, его либо спасли, и он потерял память — что вряд ли, — либо он сам подстроил свою смерть. Но зачем ему это понадобилось?

— Это нам и надо выяснить, — проговорила Джудит. — Поймем, зачем, — может, выйдем и на убийцу. — Она повернулась к Дженет и Шери. — Вы уже дали показания, но на этот раз мне нужны все детали, начиная с того момента, как вы вошли в дом. Нам нужно знать, насколько вы тут наследили. Начнем с вас, миссис Дэвис.

Глядя, как Дженет и Джудит идут в конец коридора, Шарлотта вспомнила, как она познакомилась с Дрю Бергероном и его женой Кэтрин…

Кэтрин.

— О нет, — простонала она.

Джудит и Дженет внезапно остановились и оглянулись, Шери резко повернулась к Шарлотте. Как по сценарию, почти в унисон они спросили:

— В чем дело?

— Я просто подумала о жене Дрю, Кэтрин, — пояснила Шарлотта и медленно покачала головой. — Бедная, несчастная женщина.

Джудит и Дженет вернулись к Шери и Шарлотте.

— А что с Кэтрин? — спросила Джудит.

— Ты только представь, два года она считала, что ее муж погиб. А теперь вот… — Шарлотта содрогнулась. — Ужас, просто ужас. Один раз она его уже похоронила… — Она снова покачала головой. — Теперь придется хоронить еще раз.

— Я бы пока воздержалась от соболезнований, — холодно возразила Джудит. — Возможно, она все знала.

Шарлотта нахмурилась.

— Знала? — переспросила она. — Но зачем ей…

— Причин много, тетя. Много, — подчеркнула Джудит. — В первую очередь деньги. Но, — она кивнула на Шери, — ваша очередь, мисс Уорнер.

Глядя, как Джудит допрашивает Шери в конце коридора, Шарлотта продолжала думать о Кэтрин Бергерон, несмотря на намеки Джудит.

Вернувшись к Дженет и Шарлотте, Джудит обратилась ко всем:

— Мне нужны ваши письменные показания. Кто-нибудь из патрульных отвезет вас в участок, и, дав показания, можете идти домой. — Она взяла Шарлотту за руку. — Как ты, тетя? Выдержишь?

Шарлотта закатила глаза и раздраженно сказала:

— Да я в порядке. Прекрати суетиться, пожалуйста.

Джудит крепче сжала ее руку перед тем, как отпустить.

— Просто не забудь позвонить Хэнку.

— Я прослежу за этим, — предложила Шери.

— Ну спасибо тебе, — с издевкой протянула Шарлотта. — Просто здорово. Сговорились.

Шери одарила ее широкой улыбкой и ответила в том же тоне:

— Всегда пожалуйста. Мы же тебя любим.

Джудит кашлянула, привлекая внимание.

— Еще одно. Мне понадобятся ваши туфли, отпечатки пальцев и образцы ДНК — хватит нескольких волосков — это для всех, кроме вас, мисс Коулман, поскольку вы наверх не ходили.

Джудит проигнорировала возражения.

— И, тетя Чарли. — Она неодобрительно поджала губы. — Я понимаю, зачем ты это сделала, но если, не приведи господи, ты снова наткнешься на труп — не подходи к нему.

— Но я не знала, что…

Джудит вскинула руку.

— Я понимаю, тетя, но ты наживешь себе неприятности. Тебя же могут арестовать как подозреваемую, и я ничем не сумею тебе помочь.

Только после полудня Шарлотту, наконец, отпустили домой. Несмотря на ее яростные протесты, сесть за руль ей не разрешили. Вместо этого фургон вела Шери. Поскольку Дженет утром приехала с Эмили, она села в машину Шери. Эмили замыкала их маленький караван, чтобы потом подвезти Дженет.

Как и обещала, Шери сразу заставила Шарлотту позвонить Хэнку, и, пока та набирала номер, она принялась заигрывать с Милашкой. Как только они вошли в комнату, попугай устроил обычное представление с чириканьем и прыганьем по клетке в надежде привлечь их внимание.

Хэнк не отвечал, пришлось отправлять сообщение на пейджер.

— Я умираю от голода, а ты? — спросила Шарлотта, повесив трубку.

Шери гладила головку попугая, просунув палец в клетку.

— Еще как, — подтвердила она, убирая руку. — Может, закажем пиццу?

— Вполне. Ты звони, а я приготовлю салат. Кажется, в холодильнике есть нарезка. Я обычно добавляю к ней морковь и помидоры, если ты не против.

— Отлично. Лук, грибы и пепперони устроят?

Шарлотта кивнула.

— И попроси побольше соуса, — предложила она. — Они всегда на нем экономят, — добавила она тихо.

Пока Шери заказывала пиццу, Шарлотта отправилась на кухню. Скоро к ней присоединилась Шери.

— Пицца будет минут через двадцать, — сказала она. — Чем могу помочь?

Шарлотта протянула помидоры и пакет моркови.

— Можешь помыть это.

Через пару минут салат был готов. Шери предложила перекусить в ожидании пиццы, и Шарлотта согласилась. Только они сели за стол, как зазвонил телефон.

— Должно быть, Хэнк, — пробормотала Шарлотта, вставая. Кивнув на тарелку Шери, она добавила: — Не жди меня, ешь.

Шарлотта быстро вошла в гостиную и схватила трубку.

— «Домовой напрокат», Шарлотта слушает.

— Мам, что случилось? — взволнованно спросил Хэнк.

— А почему что-то должно случиться, чтобы я позвонила собственному сыну?

— Мама, ты сообщаешь на пейджер, только когда что-то случается.

— В общем, наверное, да, — Шарлотта медлила, боясь перейти к сути. Хэнк и так напридумывал кучу поводов, чтобы спровадить ее на пенсию, и ей очень не хотелось давать ему еще один.

— Мама?

— Ну, я не понимаю, что такого случилось, — уклончиво начала она, — но Джудит настояла, чтобы я тебе позвонила.

— Позвонила мне, чтобы что?

— Да ничего, в самом деле пустяки. Но Джудит, как обычно, подняла панику.

— Мама! Хватит.

— Ладно-ладно, я упала в обморок, — произнесла она быстро, будто это решало проблему.

— Упала в обморок! И говоришь, ничего не случилось? Что мне с тобой делать? Мама, просто так люди в обморок не падают.

— Ну, у меня был стресс, потрясение.

— Ладно, — протянул он, тяжело вздохнув, и Шарлотта едва не улыбнулась. Она так и видела, как он сердится и хмурит брови, теряя терпение. — Давай с начала, пожалуйста. И расскажи все, как было.

Изложив ему всю историю, ей пришлось выслушать целую лекцию о том, как опасно в ее возрасте игнорировать очевидные симптомы, и прошла почти вечность, прежде чем она закончила разговор.

— Все, хватит, — Шарлотта прервала его нотации о пользе регулярных осмотров. — Я все поняла, четко и ясно.

— Мама, и не надо мне перечить. Ты же знаешь, я люблю тебя и хочу как лучше.

— Я тоже тебя люблю, сынок, — сказала она, — но я пока в своем уме. И потом, я думаю, тебе есть чем заняться, кроме как учить мать жизни.

Шарлотта вернулась на кухню, Шери посмотрела на нее и спросила:

— Что, нелегко пришлось?

Вздохнув, Шарлотта снова села за стол.

— Он хочет, чтобы я прошла обследование, и собирается записать меня к своему коллеге на следующую неделю.

— Очень хорошо. Лучше подстраховаться.

Шарлотта подцепила на вилку салат.

— Наверное, — с неохотой согласилась она, — но по мне, это пустое беспокойство.

Разве? — с тревогой подумала она. Может, Хэнк и Джудит правы? Может, она сама себе вредит? В последнее время она действительно больше устает, но, с другой стороны, она и работает больше обычного. Не успела Шарлотта положить салат в рот, как кто-то позвонил в дверь.

— А вот и пицца, — усмехнулась Шери.

— Здорово, — проворчала Шарлотта с набитым ртом, отодвигаясь от стола.

Шери указала на нее пальцем.

— Сиди и ешь свой салат. Я открою.

К тому времени как Шери ушла, Шарлотта уже мечтала о горячем душе и теплой постели. Только она включила воду, как услышала тихий телефонный звонок.

— Очень жаль, — пробормотала она, подставляя лицо воде. Кто бы ни звонил, придется ему общаться с автоответчиком.

Выйдя из душа и натянув любимую хлопковую пижаму, Шарлотта и не собиралась прослушивать автоответчик. Она слишком устала, физически и психически, а мертвые глаза Дрю Бергерона, глядящие на нее из-под пурпурной маски, никак не шли из головы. Надо бы лечь и уснуть, может, тогда эти образы перестанут ее преследовать.

Но, даже откинув плед и одеяло на постели, Шарлотта продолжала думать о проклятом мигающем огонечке.

— Ну хорошо, ладно, — сдалась она, наконец. На свою беду, она всегда была любопытной, и иногда это сводило ее с ума. Шарлотта никогда бы не призналась, но на самом деле она не могла не проверить сообщение из-за элементарного суеверия. Стоило ей пропустить какой-то звонок, и он оказывался жизненно важным.

Шарлотта поплелась в гостиную. Все равно, рассудила она, надо еще накрыть Милашку на ночь, а то, что она прослушает сообщение, не значит, что будет перезванивать.

Шарлотта нажала кнопку автоответчика и направилась к клетке.

— Привет, Шарлотта, это я.

Сообщение от Мэделин. Шарлотта накинула покрывало на клетку и почувствовала, как откуда-то изнутри поднимается старый знакомый трепет. Ей совершенно не нравилось чувствовать подобное по отношению к собственной сестре, но Мэделин умела быть настоящей занозой.

— Что это ты вдруг в обморок падать вздумала? Ты в жизни в обморок не падала, по крайней мере я такого не помню.

Шарлотта закатила глаза, проверяя, закрыла ли входную дверь. Близкие отношения с семьей — несомненное преимущество, а ее семья гораздо ближе, чем многие. Родители погибли, когда Мэделин было пятнадцать. Шарлотте, двадцатилетней девчонке с маленьким ребенком, пришлось заботиться не только о двухлетнем сыне, но и о сестре. Но близкие отношения в семье означают и то, что всем все и всегда известно. Очевидно, Джудит не преминула позвонить матери.

— И почему ты не берешь трубку? — продолжала Мэделин. — Ты же еще не легла спать. Всего-то восемь часов. Только старики так рано ложатся, а то, что тебе скоро шестьдесят, вовсе не значит, что ты уже старуха. Если только… если только ты не упала в обморок… — вдруг охнула Мэделин. — Пожалуйста, скажи, что ты не упала в обморок! А что, если упала? — пробормотала она. — Шарлотта? Шарлотта!

Несколько секунд Мэделин тяжело дышала в трубку.

— Слушай, — наконец сказала она. — Если ты не перезвонишь мне в течение пятнадцати минут, я звоню 911 и еду к тебе, так что лучше перезвони.

Шарлотту вдруг охватила паника. Она подбежала к телефону и схватила трубку. Сколько прошло времени, думала она, набирая номер сестры. Точно не пятнадцать минут. Последнее, что ей нужно, это разбираться всю ночь с Мэделин и уж тем более с полицией или «скорой».

Мэделин ответила со второго гудка.

— Шарлотта?

— Да, Мэдди, я. Пожалуйста, скажи, что ты не вызвала 911.

— Почему ты сразу мне не ответила?

— Вообще-то, это тебя не касается, но я была в душе.

— Конечно, это меня касается, — огрызнулась Мэделин. Потом усмехнулась. — По крайней мере теперь я знаю, как заставить тебя перезвонить.

— Не смешно, Мэдди.

— Как и твой обморок, — парировала она.

Шарлотта вздохнула. Пошли мне, господи, терпенья.

— Слушай, Хэнк уже прочитал мне лекцию, на сегодня хватит. Не понимаю, почему Джудит вообще решила тебе позвонить.

— Здрасьте, приехали, — огрызнулась Мэделин. — Если ты вдруг забыла, напоминаю — я твоя сестра. И почему это моя дочь не может мне позвонить?

Действительно, почему? — думала Шарлотта, а в голове крутилось — неуравновешенная, безответственная, эгоистичная.

Развод Мэделин с первым мужем фактически убил ее. Она искренне любила Джонни Монро, а Джонни искренне любил всех женщин, и ни жена, ни двое маленьких детей не смогли его изменить. Многие годы после развода Мэделин с трудом справлялась с повседневными делами, так что забота о детях почти полностью легла на плечи Шарлотты. Даже Мэделин признавала, безо всякой ревности, что Шарлотта для ее детей была большей матерью, чем она сама.

По правде говоря, Джудит и ее брат Даниэль чаще звонили Шарлотте, нежели собственной матери. Одна из тех семейных особенностей, о которой все знают и все молчат.

Шарлотта вздохнула.

— Да ладно, Мэдди, не преувеличивай. Ты же знаешь, я не хотела тебя обидеть. Я ценю твою заботу. Просто день такой. Я в порядке. Правда. Наверное, просто обстоятельства. Не каждый же день я нахожу покойников. Но, конечно, Хэнк уже записал меня на прием на следующей неделе.

— Наверное, ты права. Я бы и при одном виде покойника в обморок упала. Но все равно осмотр тебе не помешает, хотя бы для профилактики. — Мэделин помолчала и добавила: — Я еще хотела узнать, может, ты приедешь завтра, раз уж не работаешь.

Изначально Шарлотта отказалась от воскресного семейного обеда, сославшись на работу у Девилье. Семья была небольшой, и много лет назад Шарлотта и Мэделин начали поочередно, через воскресенье, собирать всех на обед после церковной службы. И, несмотря на занятость, все всегда старались приехать.

— Да, я буду, — ответила Шарлотта.

— Отлично. Даниэль хочет устроить барбекю, и мне надо знать, сколько покупать курицы.

— Мне хватит и грудки, — сказала Шарлотта. — А теперь, пусть я покажусь старухой, но я ложусь спать. Увидимся завтра.

— Извини за это, — покаялась Мэделин. — Ты же знаешь, я не думаю, что ты старуха. И потом, шестьдесят в наши дни совсем не старость.

— Спокойной ночи, Мэдди, и помни, что тебе всего на пять лет меньше.

Мэдди громко вздохнула.

— Ну спасибо, дорогая сестра. И кстати, не пора ли тебе в постельку? — Хихикнув, Мэделин повесила трубку. Шарлотта тоже.

Я слишком устала, чтобы уснуть, решила Шарлотта через два часа и снова включила лампу. Должно быть, поэтому сон к ней никак не шел.

Поговорив с Мэдди и повесив трубку, Шарлотта сразу легла в постель. Немножко почитала, чтобы расслабиться и нормально уснуть. Но стоило выключить лампу, и в голове всплыли глядящие на нее мертвые глаза Дрю Бергерона. Она попробовала дыхательные упражнения, даже овец посчитала. Не помогло. Эти мертвые глаза никак ее не отпускали.

Шарлотта взяла начатую ранее книгу, но и в следующей главе книжный детектив не нашел тело.

Вздохнув, Шарлотта захлопнула книгу и бросила ее на пол. Может, стакан молока поможет, решила она, выбираясь из постели. И может, посмотреть телевизор… что-нибудь скучное, ненавязчивое, вроде старых черно-белых фильмов, которые иногда показывают поздно ночью.

Она заметила его в окно… Темная фигура тихо прокралась на крыльцо. Вдруг он повернулся и увидел ее. Он посмотрел прямо на нее своими мертвыми глазами и исчез.

Бум, бум… Господи боже, он пытается выломать дверь…

Глава 11

Шарлотта проснулась от испуга, сердце бешено колотилось в груди. Сон, это просто сон, повторяла она. Но нет, это было больше, чем просто сон. Это был самый натуральный ночной кошмар… кошмар любой одинокой женщины.

Сердце успокоилось, но Шарлотта все еще чувствовала себя не в своей тарелке и смутилась, вдруг осознав, что лежит не в постели, а на диване в гостиной.

Да еще и телевизор работал.

Шарлотта смутилась еще больше.

— Великолепно, — проворчала она.

На экране Клинт Иствуд с револьвером в руках ломился в дверь. Старый добрый «Грязный Гарри». Судя по всему, именно он ее и разбудил.

Сколько же времени? Повернув голову, чтобы взглянуть на часы, висящие над диваном, она вдруг застонала от боли и схватилась за шею. Мало того, что и шести нет — даже не рассвело, — так она еще потянула шейную мышцу.

— Вот что значит спать на диване, — пробормотала она.

В накрытой на ночь клетке чирикнул Милашка.

— Нет, еще рано, — раздраженно сказала Шарлотта. — Спи.

Стараясь держать голову прямо, она поднялась с дивана, решив, что ей нужен аспирин и, может, поспать еще пару часиков… на этот раз в постели.

Казалось, прошло всего несколько минут, когда Шарлотта снова внезапно проснулась, на этот раз от звона в ушах. Несколько секунд ей потребовалось, чтобы понять, что кто-то звонит в дверь, и еще мгновение, пока до нее дошло, что сквозь шторы в комнату пробивается солнечный свет.

Шарлотта взглянула на радиоприемник на тумбочке — часы показывали девять, но кого черти принесли в такую рань в воскресенье?

В ответ на ее мысленный вопрос раздался глухой голос Луи Тибодо:

— Шарлотта, открой дверь, я знаю, ты дома.

Шарлотта вздохнула.

— Господи боже!

— Шарлотта!

— Да подожди! — закричала она. — Сейчас открою!

Она попыталась сесть, и тупая боль в шее напомнила о полученном растяжении. Аспирин, конечно, заглушил боль, но само растяжение никуда не делось.

Гадая, какого дьявола принесло Луи в такое время, Шарлотта набросила халат и надела любимые мокасины. Затем быстро расчесала волосы.

По крайней мере они не стоят дыбом, как в пятницу, подумала она, бросив взгляд на свое отражение в зеркале, и направилась в гостиную. Несмотря на беспокойную ночь, волосы, благодаря новой стрижке, оказались в порядке. Надо будет при встрече поблагодарить Валери.

Еще бы чашку кофе, прежде чем говорить с Луи, раздраженно подумала она, открывая дверь.

В отличие от Шарлотты, Луи уже оделся. Волосы еще чуть влажные после душа, на щеке тонкий порез от бритвы.

Не успел Луи сказать «доброе утро» и войти, как Милашка принялся кричать во все горло от ужаса в своей темнице.

— Не нравлюсь я этой птице.

Не обращая внимания на Луи, Шарлотта переключилась на Милашку.

— Все в порядке, солнышко, — успокаивала она, снимая с клетки покрывало. — Успокойся. Все хорошо.

Вскоре попугай устроился на своей жердочке, и его истошные крики сменились редким жалобным чириканьем. Шарлотта повернулась к Луи.

Бросив хмурый взгляд на клетку, он спросил:

— Ты спала?

Легкий упрек в его голосе резанул по жаждущим кофеина нервам, и Шарлотта вызывающе на него уставилась.

— Ты в курсе, что сегодня воскресенье?

— Но ты встаешь самое позднее в семь. Нет, я не шпионил и не подслушивал, — добавил он, — так что не смотри на меня так. Мы оба знаем, что в этом доме сквозь стены можно видеть.

Что правда, то правда. Стена между их половинами была чисто номинальной, и слишком часто по ночам и утрам она слышала каждое его движение. Логично предположить, что раз она могла слышать его, он также слышал ее.

— Ты болеешь?

— Нет, — огрызнулась она. — Я не болею, и меня уже достало, что все пытаются убедить меня в обратном. Но — если тебе так уж надо знать — я просто плохо спала прошлой ночью.

Луи нахмурился.

— Ладно, ты не болеешь, а что с шеей?

Шарлотта испепелила Луи взглядом и вместо ответа жестом пригласила его на кухню.

— Не возражаете, если я сначала кофе поставлю, господин детектив? До того, как вы начнете меня допрашивать, — добавила она.

— И незачем так язвить, — ответил он. — Бога ради, пей свой кофе. Может, подобреешь. — Он вдруг ухмыльнулся. — Уснула на диване и потянула мышцу, да?

Пытаясь удержаться, чтобы не побить его, Шарлотта развернулась и потопала на кухню.

— Шарлотта! — крикнул он ей в спину. — Не злись. У самого такое бывало, потому и догадался.

Шарлотта остановилась в дверях, но не обернулась. Сквозь зубы она спросила:

— Ты здесь по важному делу или просто визит вежливости? Потому что если визит вежливости…

— Вообще-то, по службе, — оборвал Луи. — По полицейской службе, — добавил он, подходя к ней ближе. — Я должен задать тебе пару вопросов относительно вчерашних событий.

— Как я не сообразила, — пробурчала она, направляясь к буфету, где держала кофе.

— Ну, учитывая твое… э-э-э… настроение, подождем с вопросами, пока ты выпьешь кофе.

Он прав, подумала Шарлотта, наливая воду в кофейник и засыпая кофе в фильтр. С настроением беда. Но почему, задумалась она. Почему все и вся бесит ее и без всяких на то причин? Но одно раздражение не оправдывало нападок на Луи.

Экономя время и надеясь, что несколько минут одиночества пойдут ей на пользу, Шарлотта извинилась и ушла делать макияж. Церковная служба начинается ровно в половине одиннадцатого, и, по ее расчетам, потратив час на вопросы Луи, она еще успеет переодеться перед отъездом.

Наложив косметику, Шарлотта почувствовала себя несколько лучше и увереннее. Когда она вернулась на кухню, Луи сидел за столом и смотрел в окно. Он уже налил две чашки свежесваренного кофе, и аромат был божественным.

— Надеюсь, не возражаешь, я тут похозяйничал, — сказал он, когда она села напротив.

Шарлотта мотнула было головой, но тут же сморщилась от пронзившей шею боли.

— Нет, конечно, — ответила она, когда боль отпустила.

— Тебе нужен хороший массаж, — произнес Луи, и не успела она понять его намерения или что-то возразить, он уже стоял у нее за спиной.

Теплое прикосновение его рук было неожиданным, и она замерла, хотя чувства ее обострились.

— Нет-нет, не напрягайся, — сказал он. — Просто расслабься и пей свой кофе.

Расслабься? Ага, сейчас, подумала она, когда его ладони скользнули по коже, а пальцы нежно, но уверенно начали растирать больную мышцу на шее.

Наверное, надо его остановить. Правда, надо. Но она была слишком озадачена, чтобы сказать хоть слово и уж тем более спокойно сидеть и пить кофе, пока он вытворяет такое с ее шеей.

Как давно она не чувствовала прикосновения мужских рук, задумалась Шарлотта, невольно расслабляясь. Слишком давно, решила она, и ее неожиданно захлестнула теплая волна, когда его пальцы едва коснулись мочки уха.

— Ты снова напрягаешься, — предупредил он, а его пальцы опустились под ворот пижамы и халата и принялись массировать плечи.

Часть ее хотела расслабиться, и она пыталась. Она действительно пыталась. Но другая ее часть, разумная, практичная часть, продолжала зудеть и упорствовать.

И вдруг вопрос отпал сам собой.

— Ну вот. — Луи убрал руки. — Теперь должно стать лучше.

Все закончилось так же быстро, как началось, и он уже спокойно сидел напротив нее.

Шарлотта могла только смотреть на него, чувствуя, как пылают щеки и язык отказывается подчиняться. Смешно, мысленно отругала себя она. Это просто смешно. Через несколько дней ей стукнет шестьдесят, а она ведет себя как стыдливая невеста, краснея от прикосновения мужчины.

— С-спасибо, — выдавила она, осторожно поворачивая голову. — Действительно лучше.

— Всегда пожалуйста, — сказал Луи. Затем, будто поняв, как неловко она себя чувствует, достал из кармана блокнот и ручку и приступил к вопросам.

— Начнем сначала, — предложил он, листая блокнот. — С того, как ты приехала. Нет, вообще-то лучше начать с пятницы. В пятницу вечером, осматривая дом, ты не заметила ничего подозрительного?

У Шарлотты вдруг пересохло в горле. Зная Луи, она понимала, что ее ответ ему не понравится… если она скажет правду. Давая себе время обдумать ответ, она сделала большой глоток все еще теплого кофе. Поставив чашку, она решила, что другого выхода нет, надо рассказать всю правду, как есть.

— Я хотела рассказать за ужином в пятницу, — сказала она. — И, если помнишь, начала, но потом ты стал говорить о Винсе Расселе и его сыне, и я сбилась. А когда мы начали разбирать образцы для твоего дома… — Она пожала плечами. — Я совершенно забыла о Девилье.

Луи ни разу не прервал ее, пока она рассказывала о найденных ею в доме следах чьего-то пребывания. Все это время его лицо оставалось бесстрастным, так что Шарлотта никак не могла угадать его реакцию.

— Я правда хотела тебе рассказать, — проговорила она, закончив. — Но… — Она снова пожала плечами.

— Полагаю, вчера ты также забыла упомянуть об этом, когда Джудит тебя допрашивала.

Его тон должен был насторожить Шарлотту, но она не обратила внимания.

— Если ты помнишь, — продолжила она, — вчера я была немного расстроена, найдя беднягу Дрю, и вообще. А когда я упала в обморок, то…

Внезапно, без предупреждения, Луи со всей силы ударил кулаком по столу, так что кофе расплескался из чашек.

— Бедняга Дрю, твою мать! — заорал он. — Поверить не могу! Из всех твоих дурацких выходок эта наиглупейшая. — Он угрожающе наклонился к ней через стол. — Тебе не приходило в голову, что после всего, что ты обнаружила, возвращаться туда одной в субботу опасно? И как насчет бедняги Дрю? — он буквально выплюнул слова, как нечто отвратительное. — Может быть — просто может быть, — если бы ты рассказала все это в пятницу, бедняга Дрю остался бы жив, а не валялся бы на столе в морге?

Шарлотта уставилась на него, не веря своим ушам. Она ожидала, что он расстроится, что она не рассказала все сразу. И его забота льстила и раздражала одновременно, но сама мысль о том, что она каким-то образом ответственна за…

Шок быстро обернулся яростью, Шарлотта вскочила из-за стола, сжав кулаки.

— Как ты смеешь! — прошипела она. — Как ты смеешь сидеть тут и говорить мне такие вещи! И как ты смеешь обвинять меня в смерти Дрю Бергерона?!

— Сядь, Шарлотта! — сказал он серьезно.

— Не сяду. Ты должен извиниться, и либо ты это сделаешь, либо можешь выметаться из моего дома.

— А если нет?

— Я… Я…

— Ты что? — парировал Луи. — Вызовешь полицию?

Несколько долгих секунд Шарлотта пыталась придумать достойный ответ. Вдруг раздался голос:

— Эй, ребята!

Шарлотта и Луи обернулись и увидели Джудит. Она вошла в кухню.

— Кажется, кто-то хотел вызвать полицию? И чего вы так орете? Вас на улице слышно.

— Детектив Тибодо собирался уходить, — раздраженно бросила Шарлотта, подойдя к мойке и выдернув из коробки бумажное полотенце.

— Нет, детектив Тибодо не собирался уходить, — протянул Луи. — Детектив Тибодо собирался извиниться перед твоей тетей за грубость и неуважение и за то, что вышел из себя. Но твоя тетя сделала большую глупость.

— Я так и поняла из того, что слышала, — ответила Джудит. — На самом деле слышали все соседи. — Она повернулась к Шарлотте и спросила: — Ну? Он уходит или остается? Как бы там ни было, я хочу кофе.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Шарлотта и, игнорируя вопрос, принялась стирать со стола кофе.

— Собираюсь отвезти тебя в церковь, — Джудит многозначительно посмотрела на халат Шарлотты. — Но поскольку ты еще не одета, мы, видимо, не успеем.

— Я тут ни при чем. — Шарлотта повернулась и посмотрела на Луи. — Это все он виноват.

— Она права, — кивнул Луи. — Я хотел задать несколько вопросов и… Все несколько вышло из-под контроля. — Он перевел взгляд на Шарлотту. — Еще раз прошу прощения.

Шарлотта была непреклонной.

— Еще бы ты не просил, — ответила она.

— Не перегибай палку, Шарлотта, — предупредил Луи.

Она хотела сказать ему больше, сказать все, что думает. Но какой смысл? В конце концов, он же извинился. Оставалось с достоинством уступить либо продолжать занудствовать.

— Ладно, проехали. — Она кивнула Джудит. — Садись, я сделаю тебе кофе.

— Я так понимаю, ты не скажешь мне, из-за чего весь сыр-бор?

— Ты уже завтракала?

С минуту Джудит пристально на нее смотрела, потом улыбнулась.

— Пусть будет по-твоему, тетя, — сказала она, садясь за стол. — Уверена, Лу меня просветит. И я еще не завтракала. Времени не было, — добавила она. — Я еще работаю по делу Бергерона. Я собиралась подбросить тебя в церковь и вернуться поболтать с Лу. Я подумала, что после службы ты доедешь с мамой или с Хэнком.

Шарлотта выбросила полотенце в мусорную корзину.

— Дай мне минуту, я сделаю яичницу и тосты, и поскольку мы все равно опоздали в церковь… — Она с упреком взглянула на Луи. — Можешь сразу убить двух зайцев. Поесть и поговорить с детективом Тибодо.

Шарлотта направилась к буфету, но, сделав два шага, остановилась.

— И, кстати, — она повернулась и многозначительно посмотрела на Джудит, — мило с твоей стороны заехать за мной и подвезти в церковь, но проясним сразу. Что бы вы на пару с моим сыном себе ни думали, один маленький обморок еще не значит, что мне нужен личный водитель. Я сама прекрасно доеду, куда мне надо. И еще одно, раз уж начали. — Она повернулась и посмотрела на Луи. — Я ценю вашу заботу, детектив Тибодо, но я уже взрослая девочка и сама отлично знаю, что для меня опасно и что безопасно.

Луи демонстративно фыркнул и наклонился к Джудит.

— Ну вот, сказала — как отрезала.

Джудит с серьезным видом кивнула.

— Она всегда отличалась некоторым упрямством.

Шарлотта раздраженно покачала головой и занялась подготовкой ингредиентов для импровизированного завтрака.

Подслушивать было не в ее правилах, но поскольку она готовила завтрак, то не могла не слышать разговор между Джудит и Луи.

— Ну, малышка, — спросил Луи, — где сегодня твой лихой напарник?

— Не начинай, Лу, — предупредила Джудит. — Но если тебе интересно, он в участке, изучает отчеты по делу.

Опять, подумала Шарлотта, разбивая последние шесть яиц в чашку и доливая немного молока. Откуда столько презрения каждый раз при упоминании нового напарника Джудит? Она добавила щепотку соли и перца и начала взбивать все вилкой. Что с этим Уиллом Ришо? Что он такого сделал, что Луи так враждебно к нему настроен?

Надо позже спросить у Джудит, отметила она для себя и налила немного масла в глубокую сковороду, разогревавшуюся на плите.

К тому времени, как Шарлотта приготовила завтрак и накрыла на стол, она уже знала, что Дрю Бергерон был убит выстрелом в голову из пистолета двадцать второго калибра. Поскольку, как сказал Луи, такой пистолет можно купить в любой лавке, отследить его практически невозможно.

Но Джудит больше всего интересовало мнение Луи о том, почему Дрю Бергерон оказался в городе, особенно после всех усилий по инсценировке собственной смерти.

— Он же должен был понимать, что его могут узнать, — сказала Джудит. — Он же не дурак.

— Ничего не могу сказать, — ответил Луи. — Все зависит от того, действительно ли он сам и для чего инсценировал свою первую смерть. Ты говорила с его женой?

Джудит покачала головой.

— Я хотела сначала с тобой поговорить, потом поеду к ней. Честно говоря, не самое приятное задание.

При упоминании Кэтрин Бергерон сердце Шарлотты наполнилось жалостью. Она никак не могла представить, каково это — пережить такое.

— Ну, его появлению могут быть сотни причин, — сказал Луи Джудит, — но в первую голову надо искать деньги. Похоже, что все всегда сводится к деньгам.

Шарлотта поставила на стол тарелки, а Джудит поднялась, чтобы налить всем еще кофе.

Снова сев за стол, она продолжила:

— Вчера ты сказал, что узнал Бергерона, потому что имел с ним дело. Какое дело?

— Давно это было, — сказал Луи, подцепив ложкой большой кусок омлета, — еще до так называемой аварии ходили слухи, что Бергерон связан с бандой Винса Рассела. Я расследовал убийство одного из членов бригады Рассела — огромного качка, судя по всему, он был его боевиком. Его тело выловили в реке. Сначала мы посчитали, что он перешел дорогу Расселу и тот убил его. Как бы там ни было, этого парня видели с Бергероном за день до смерти, так что, — Луи пожал плечами, — я допросил Бергерона. По его словам, с Расселом их связывали деловые отношения по поводу сделки с недвижимостью на Северном побережье. Он заявил, что с боевиком Рассела столкнулся чисто случайно. Чего он не сказал и что я выяснил позже, так это что его сделка провалилась и он задолжал Расселу кучу денег.

Джудит задумчиво жевала тост, Шарлотта попробовала свой омлет.

— Думаешь, это имеет отношение к тому, что Бергерон инсценировал свою смерть? — наконец спросила Джудит. — Как я понимаю, Винс Рассел не самый приятный кредитор.

Луи пожал плечами.

— С этого можно начать. Возможно, Рассел послал к Бергерону своего боевика, а Бергерон убил его и инсценировал свою смерть, чтобы избавиться от Рассела. Но все это, конечно, недоказуемо.

Глава 12

Как я понимаю, Винс Рассел не самый приятный кредитор.

Эти слова крутились в голове Шарлотты и после того, как Джудит и Луи уехали. Припарковавшись на стоянке у дома сестры, Шарлотта задумалась, что она может сказать или сделать, чтобы убедить Шери держаться подальше от этих людей?

Она вышла из машины, закрыла дверь и нахмурилась. Надо было поговорить с Шери еще вчера, рассказать ей о Тодде Расселе, пока имелась возможность.

Так в чем же дело?

У нее неприятно засосало под ложечкой, и Шарлотта замедлила шаг. Она забыла. Коротко и ясно — просто вылетело из головы. Ну да, можно свалить все на обстановку, на стресс. Но ведь это уже не первый раз. За последние недели были и другие примеры, другие предупреждения, на которые она не обращала внимания.

Сначала забывчивость, потом обморок. Может, Джудит и Хэнк правы? Может, с ней действительно что-то не так?

Шарлотта тяжело вздохнула. А то, что тебе скоро шестьдесят, вовсе не значит, что ты уже старуха…

Обычно Шарлотта мало прислушивалась к словам сестры, но на этот раз решила, что Мэделин права. Шестьдесят — еще совсем не старость, и, конечно, это не повод впадать в маразм. Пока нет. И вообще не о чем беспокоиться. Беспокойство непродуктивно, оно ничего не меняет. Если — и когда — она поймет, что с ней что-то не так, тогда и сделает все возможное, чтобы с этим справиться. Как и всегда.

Не успела Шарлотта позвонить, как дверь широко распахнулась.

— Я наблюдал за тобой в окно, — объяснил Хэнк, обнимая ее. Шарлотта вдохнула его запах и улыбнулась. От него пахло одеколоном, который она подарила на день рождения, много лет назад что-то похожее она дарила его отцу.

Хэнк отпустил ее и спросил:

— Я думал о тебе в церкви. Как ты сегодня? Обмороков больше не было?

Терпение, напомнила она себе и посмотрела на него. Терпение — добродетель. И потом, Хэнк беспокоится, потому что любит ее. Шарлотта улыбнулась.

— Все в порядке, дорогой, — сказала она и потрепала его по чисто выбритой щеке.

Хэнк был высоким и худощавым, с проницательными голубыми глазами и рыжеватыми волосами с легкой сединой на висках. Один его вид переполнял ее материнской гордостью, а иногда, как, например, сегодня, он так напоминал своего отца, что у нее просто дух захватывало.

К горлу подступил комок. Как же она хотела, чтобы отец и сын знали друг друга, сколько раз мечтала об этом. Часто она задумывалась, изменилось бы что-то, если бы Хэнк-старший знал о сыне? Может, если бы он знал, то больше старался бы выжить.

Но он не знал. Не было времени сказать ему. И он погиб в числе первых в Юго-Восточной Азии, с которой, говоря по совести, и войну-то развязывать не стоило.

Шарлотта сглотнула и загнала болезненные воспоминания в крошечную каморку памяти, отведенную для потерянных близких.

Кашлянув, она спросила:

— Кто сегодня здесь? — Она заглянула через его плечо. — Кэрол с тобой?

В дверях кухни вдруг появилась красивая кареглазая женщина.

— Да, Шарлотта, я здесь, — крикнула она.

Кэрол Джонс была медсестрой, они с Хэнком встречались уже несколько месяцев, и Шарлотта ждала, что со дня на день Хэнк объявит о помолвке и будущей свадьбе. В отличие от бывшей жены Хэнка, Минди, Кэрол добрая, заботливая женщина, отзывчивая и вместе с тем благоразумная. В общем, сочетает в себе все то, что так ценит Шарлотта. Кроме того, она считала, именно Кэрол могла наконец порадовать ее внуками. Кэрол обожала детей.

Снова у нее защемило сердце при мысли, как безжалостно бывшая жена Хэнка сделала аборт.

— Все в патио, — сказала Кэрол, возвращая Шарлотту на землю.

Обняв ее, Кэрол взяла Шарлотту под руку и потянула за собой на кухню.

— Мэделин велела сразу же вести тебя в патио. Я слышала, ты вчера упала в обморок?

Шарлотта предпочла проигнорировать вопрос.

— Мне нравится твоя прическа, — сказала она вместо этого. Обычно темные волосы Кэрол свободно спадали на плечи, но сегодня она убрала их назад и закрепила заколкой, что очень выгодно подчеркнуло ее скулы.

Кэрол пожала плечами.

— Спасибо. Вот что получается, когда нет времени вымыть голову. Я вчера работала в вечернюю смену, а освободилась уже в ночную. В результате проспала, потому что кое-кто, кого мы обе хорошо знаем и любим, — она многозначительно посмотрела на Хэнка, — забыл позвонить в обещанное время.

Хэнк пожал плечами.

— Я решил, что тебе лучше выспаться.

Вдруг раздался пронзительный детский визг, и все трое замерли.

— Это тот, о ком я думаю? — спросила Шарлотта Хэнка.

Хэнк, вздохнув, кивнул.

— Малыш Дэви, собственной персоной. Его мать говорит, что такими жуткими воплями он в последнее время привлекает к себе внимание.

Шарлотта усмехнулась.

— Даниэль наконец решился. Я все думала, когда же у него хватит смелости пригласить Надю и Дэви на наши семейные посиделки.

Когда пять месяцев назад сожителя Нади арестовали за воровство, она не смогла нанять адвоката и приехала к Шарлотте в слезах. Сказала, что сын безостановочно плачет, скучает по отцу, и она не знает, к кому обратиться и что делать.

Шарлотту никогда не интересовал Рикко Мартинес, но ей стало жаль Надю и Дэви, и она уговорила Даниэля заняться делом Рикко на общественных началах. Даниэль согласился, но, как только он освободил Рикко под залог, тот сразу исчез, не сказав никому ни слова.

Сначала Даниэль продолжал встречаться с Надей, прикрываясь тем, что предоставляет ей юридическую поддержку. Но Шарлотту не обманешь. Она знала. Она сразу почувствовала, что племянник влюбился в Надю и ее ребенка. Надя поначалу не проявляла интереса, но, когда Рикко исчез, настойчивость и доброта Даниэля возымели действие — к нескрываемому удовольствию Шарлотты.

— Как к этому относится твоя тетя? — спросила Шарлотта Хэнка.

— Лучше, чем я ожидал, — ответил он. — Сначала она держалась несколько сухо — знаешь, как она умеет, — но, думаю, она знает, что ее мнение мало что меняет. Если уж мой братец что-то решил, то стоять будет насмерть, как тебе и не снилось.

— Ну, все могло сложиться и хуже, — признала Шарлотта, не обращая внимания на намек Хэнка. — Надя — милая женщина, а Дэви — чудный малыш. Кстати, о детях, когда…

Хэнк тут же прервал ее:

— Даже не начинай, мама.

Шарлотта вздохнула, а Кэрол усмехнулась. Не в первый раз она заводила разговор о внуках и не в последний, пообещала она. В конце концов, ни она, ни Хэнк моложе не становятся.

Потом Хэнк, как истинный джентльмен, которого воспитывала в нем Шарлотта, открыл дамам дверь и проводил их во внутренний двор.

Дворик Мэделин был небольшим, но для их встреч вполне подходящим. Даниэль возился у забора с дымящимся барбекю, Надя и Мэделин накрывали стол, а Дэви преследовал кого-то в высокой траве в углу забора.

— Тетя Чарли! — крикнул Даниэль. — Ты как раз вовремя.

Надя и Мэделин подняли головы.

— Не как раз, а почти вовремя, — проворчала Мэделин. — Где ты была? Джудит сказала, что уехала от тебя два часа назад. Да, и еще, — она вдруг смягчилась и таинственно заулыбалась, — что это Луи делал у тебя, когда ты была еще в одном халате? Давай, Шарлотта, рассказывай, — допытывалась она.

В этот момент Шарлотта с радостью бы ее придушила. Она осмелилась посмотреть на сына и, увидев на его лице недоумение, смешанное с любопытством, почувствовала, что краснеет.

Говоря себе, что в ее годы смешно смущаться из-за таких пустяков и что щеки ее пылают не от стыда, она мило улыбнулась.

— Полицейские дела, дорогая сестра. Детектив Тибодо хотел задать несколько вопросов по поводу вчерашнего.

— Ну да, — усмехнулась Мэделин. И тут же успокоилась. — Да, о вчерашнем. — Она состроила рожицу. — Моя дочь, как обычно, ничего мне не рассказала. — Она слегка подтолкнула Надю локтем. — Может, теперь узнаем все новости.

Надя снисходительно улыбнулась.

— Вряд ли, насколько я знаю Шарлотту. От нее не дождешься сплетен.

В этот момент Дэви издал еще один фирменный визг, привлекая всеобщее внимание.

— Дэви, детка, не надо, — Надя бросилась к сыну, который держал в маленьких пальчиках зеленую ящерицу, а та бешено извивалась в попытке освободиться. — Отпусти эту штуку, — сказала Надя, разжимая его пальцы.

Ящерица воспользовалась моментом и выскользнула. Когда она скрылась в траве, Дэви сморщил лицо и начал реветь, будто его маленькое сердечко разбили.

Ухватившись за возможность уйти от разговоров об убийстве, Шарлотта бросилась успокаивать ребенка.

— Ну, малыш, — проворковала она. — Что ты плачешь? — Она присела рядом и, пытаясь как-то отвлечь, указала на его майку. — Мне нравится твоя майка, но что это за смешной медвежонок? Спорю, его зовут Тигра.

Дэви покачал головой.

— Нет, не Тигра, — прохныкал он.

Шарлотта притворилась растерянной.

— Может, Пятачок?

— Винни Пух, — заявил ребенок, забыв о ящерице. Он погладил картинку на майке. — Его зовут Винни Пух.

— Эй, Дэви, — внезапно появился Даниэль и подхватил мальчишку на руки. — Полетаем на самолете? — Он поднял смеющегося Дэви над головой. Имитируя рев самолета, Даниэль принялся бегать по двору кругами.

Мэделин же продолжила как ни в чем не бывало.

— Ты знаешь, что после смерти тестя Дрю Бергерона наша фирма начала вести бухгалтерию «Сити Риэлти», — проговорила она.

Несмотря на первоначальное нежелание обсуждать это дело, Шарлотта заинтересовалась.

— Его тестем был Морис Синклер, так?

Мэделин кивнула.

— Когда старик умер, Дрю взял все в свои руки, и первое, что он сделал, — это перевел счета в нашу фирму.

— Интересно, почему, — пробормотала Шарлотта.

— Наверное, из-за общей сделки с компанией Рассела, — сказала Мэделин. — Мой босс и Винс Рассел давно знакомы, и мы ведем его счета. И Дрю, наверное, решил, что так будет проще.

— А вы по-прежнему ведете «Сити Риэлти»?

Мэделин покачала головой.

— Через два месяца после похорон Дрю его жена перевела счета обратно в фирму, с которой работал ее отец.

— Мам! — крикнул Даниэль, прерывая их. — Нам с Дэви кажется, что курица почти готова, может, ты принесешь блюдо?

— Я принесу, — вызвалась Надя.

— Спасибо, — кивнула Мэделин. — А мне, наверное, надо принести оставшуюся еду, и садимся обедать.

— Я помогу, — предложила Шарлотта.

— А мы с Хэнком разложим лед по стаканам, — предложила Кэрол.

Когда все уселись за стол и произнесли молитвы, дом Девилье и убийство Дрю Бергерона, к облегчению Шарлотты, были забыты… по крайней мере она так решила.

Пока все ублажали себя жареной курицей Даниэля и картофельным салатом с фасолью, что приготовила Мэделин, разговор зашел о Дне Всех Святых и Хэллоуине.

— Интересно, на каком кладбище похоронят Бергерона на этот раз, — с усмешкой сказала Мэделин. — В любом случае он выбрал удачное время для похорон.

— Мэделин!

— Мама!

Не обращая внимания на изумленные вскрики Шарлотты и Даниэля, Мэделин посмотрела на них с вызовом.

— А что, правда, — сказала она. — В прошлую пятницу я уже видела людей на Лафайет.

Лафайет по Вашингтон-авеню — одно из тридцати городских кладбищ. Как и по всей Луизиане, за две недели до Дня Всех Святых люди убирают и украшают могилы, чтобы отдать дань умершим родственникам. Вооружившись ведрами с побелкой, щетками и садовыми инструментами, они семьями приходят на кладбища и часами работают, чтобы ко Дню Всех Святых все было чисто.

Мэделин с подозрением посмотрела на Шарлотту.

— Ты в этом году идешь?

Шарлотта была протестанткой, а отец Хэнка — католиком. Много лет Шарлотта ходила на службы, которые проводились на кладбище в День Всех Святых.

— Если мама захочет, я ее отвезу.

Шарлотта с благодарностью посмотрела на сына, а он в ответ понимающе улыбнулся.

— Уж лучше ты, чем я, — усмехнулась Мэделин. — У меня от кладбищ мурашки по коже. Поверить не могу, что люди ходили туда ночью, чтобы проводить эти глупые ритуалы и прочее.

— Они не глупые, — возразила Шарлотта. — Священники благословляли зажженные свечи, которые потом ставили на могилы, и проводили мессу. Таким образом, они исполняли, как говорят, древние церемонии в память об ушедших душах.

Мэделин содрогнулась.

— Мне без разницы, как они это называют. — Ее снова передернуло. — Ни за что в жизни не затащишь меня туда ночью.

Чувствуя, что надо срочно менять тему, Даниэль повернулся к Дэви.

— Мы с Дэви соберем большой урожай на Хэллоуин, да, чемпион?

После обеда у Мэделин Шарлотта отправилась по делам, так что домой вернулась уже ближе к вечеру. Дома ее ждал непоседа Милашка и несколько сообщений на автоответчике.

— Знаю-знаю, малыш, — сказала она птице, открывая дверцу клетки. — Тебе надоело сидеть взаперти, да, дружочек?

В ответ он пронзительно крикнул, вылетел из клетки и несколько минут наматывал круги по комнате. Когда попугай уселся на верхушке часов, Шарлотта подошла к столу и включила автоответчик.

Первое сообщение было от Битси, и Шарлотта вздохнула.

— Господи, Шарлотта, где же ты? — с упреком начала Битси. — Я только сегодня в церкви узнала о Дрю Бергероне, у меня тут Дженни, и вообще. Кстати, у нас с Дженни был чудный гость. Но я все расскажу тебе во вторник. — Битси помолчала и добавила: — Ты же придешь во вторник, да? Мне сказали, что именно ты нашла мертвого Дрю, после чего упала в обморок. Ужас какой. Я надеюсь, ты в порядке.

— Отлично! — воскликнула Шарлотта, пока Битси молчала. Уже поползли слухи. К тому же неверные.

— Ну, в любом случае, — продолжила Битси, — позвони мне, как вернешься домой.

— И не подумаю, — пробормотала Шарлотта.

Раздался гудок, и пошло следующее сообщение.

— Мисс Лярю, это Винс Рассел. Звоню сказать, что жду вашу команду закончить уборку у Девилье. Хотя полиция тянет кота за хвост, так что раньше следующего уик-энда вряд ли получится.

Краткое лаконичное сообщение напомнило Шарлотте о том, что Луи и Джудит говорили о Винсе Расселе и его сыне. Это ее встревожило и вместе с тем утвердило в намерении поговорить с Шери. И чем быстрее, тем лучше, подумала она.

— Легка на помине, — пробормотала Шарлотта, когда после сигнала услышала голос Шери.

— Просто проверяю, Шарлотта, хотела узнать, как ты сегодня. Перезвони мне, если будет время.

Сообщения закончились, а Шарлотта продолжала смотреть на автоответчик. Хотя она твердо решила поговорить с Шери о Тодде Расселе, мысль о том, что она вмешивается в личную жизнь своей работницы, оставляла неприятный осадок.

С самого начала Шарлотта приняла за правило не вмешиваться в дела своих работниц и клиентов. Если человек сам не просил ее совета или помощи, как сделала Надя, Шарлотта никогда не лезла в его личную жизнь. Чаще всего непрошеное вмешательство вызывает обиду и негодование.

Но если Луи и Джудит правы… если Расселы связаны с бандой…

Вдруг ее поразила другая мысль. Что там говорил Луи о делах Винса Рассела и Дрю Бергерона? Кажется, что-то о неудачной сделке с недвижимостью.

Шарлотта нахмурилась, глубоко задумавшись. Но Луи говорил еще что-то. Что-то… И она вспомнила.

Его тело выловили в реке… мы посчитали, что он перешел дорогу Расселу и тот убил его.

Слова Луи прокручивались в голове Шарлотты, колени у нее вдруг подогнулись, и она упала на диван. Очевидно, Луи считал Винса Рассела способным на убийство, и если так, то…

Шарлотту бросило в дрожь. Возможно ли? Мог ли Винс Рассел убить Дрю Бергерона?

Глава 13

К утру понедельника небо затянуло облаками, и воздух снова стал тяжелым и влажным, что лишь усилило мрачный настрой Шарлотты, когда она закрыла дверь и села в машину. Она уже чувствовала себя так, будто отработала целый день, и впервые за долгое время ей хотелось просто остаться дома и забраться обратно в постель.

Шарлотта понимала, что вялость и мрачное настроение вызваны тем, что всю ночь она проворочалась с боку на бок, не в силах уснуть.

Накануне вечером, после долгих душевных метаний, она все же решила перед сном позвонить Шери. Но той не оказалось дома, и Шарлотте пришлось оставить сообщение на автоответчике. Сообщение было кратким и четким. Она просто сказала, что им надо срочно встретиться. И предложила Шери заехать к ней в понедельник около пяти.

Более того, помимо тревоги за Шери, Шарлотта никак не могла избавиться от мыслей о Дрю Бергероне. Снова и снова она видела, как он сидит полуголый в этой дурацкой маске с перьями.

Но за всеми этими волнениями стояли навязчивые мысли о собственном здоровье… Усталость, которую она испытывала в последнее время, забывчивость, обморок. Каждому симптому по отдельности можно найти извинения и оправдания, но все вместе…

— Прекрати, — сказала она себе, сворачивая к дому Мэриан. — Прекрати немедленно.

Хэнк уже записал ее на вторник к коллеге, напомнила себе Шарлотта. До тех пор нет смысла забивать себе этим голову, как нет смысла забивать себе голову Дрю Бергероном. Как и почему его убили, ее не касается. Что до Шери, то сегодня днем они, конечно, поговорят, но в конечном итоге решение остается за ней.

Решительно отогнав от себя эти мысли, Шарлотта остановилась у дома Мэриан. Она достала из фургона свои коробки, а также свечи, которые купила накануне, когда уехала от сестры.

Разговоры о Дне Всех Святых и свечах заставили ее задуматься. Сегодня полно ароматических свечей для любого настроения. Может, найти что-то успокаивающее для Мэриан? И, оказавшись на Мэгэзин-стрит, Шарлотта решила заглянуть в один из специализированных магазинчиков.

Там она увидела стенд, полностью посвященный ароматерапии, и брошюры, объясняющие теорию запахов. Прочитав, что аромат лаванды обладает мощным успокаивающим действием, Шарлотта тут же купила несколько лавандовых свечей.

— Надо было самой попробовать, — пробормотала она, закрывая фургон.

Едва Шарлотта нажала кнопку звонка, как дверь распахнулась. С одного взгляда стало понятно, что Мэриан нужно что-то большее, чем лавандовые свечи.

Как и в пятницу, она была в сорочке и халате, но сегодня добавились темные круги под глазами, волосы грязные и спутанные. Но больше всего Шарлотту насторожил ее сумасшедший взгляд.

— О, Шарлотта, проходи, проходи. Я ждала тебя.

Несмотря на расстояние между ними, Шарлотта почуяла запах алкоголя и поморщилась.

— Где мальчики?

— Это правда? — спросила Мэриан, затаив дыхание, с каким-то блеском в глазах, который Шарлотта не могла определить. — Ты действительно нашла тело Дрю Бергерона в доме Девилье?

Шарлотта чуть не застонала, входя в прихожую.

— «Таймс Пикаюн» вчера посвятила этому всю первую полосу, — продолжала Мэриан, не дожидаясь ответа. — Но еще до этого мне рассказал Сэм. Ему рассказали в субботу днем у Ринка, когда он зашел выпить кофе. По мне, — трещала Мэриан, — так сукин сын получил то, что заслуживал. Но я и два года назад так думала, после так называемой аварии. Ну? — Она схватила Шарлотту за руку. — Это правда? Ты нашла его? Пожалуйста, скажи, что нашла и что теперь он действительно мертв!

Горячность Мэриан ошеломила Шарлотту. Кроме того, ее беспокоило, что ее имя фигурирует в сплетнях — не говоря уж о нечеловеческой хватке Мэриан, вцепившейся в руку.

Шарлотта мягко похлопала Мэриан по руке. Затем, под предлогом того, что ей надо поставить коробку, Шарлотта отступила назад. Поставив ящик на пол, она, наконец, ответила.

— Я была в доме, когда нашли тело Бергерона. Но нашла не я, — призналась она. — Хотя все уверены, что это тело именно Дрю Бергерона.

Сказав все, что она хотела сказать по этому поводу, Шарлотта попыталась сменить тему.

— Как Аарон? Что сказал доктор?

— Аарон в порядке, небольшая инфекция. — Мэриан уклонилась от обсуждения самочувствия сына и даже нетерпеливо махнула рукой. — Так если не ты нашла Дрю, то кто…

— А как Биджей? — перебила ее Шарлотта, намереваясь-таки сменить тему. — Он не подхватил заразу?

— Нет! — зло уставилась на нее Мэриан и раздраженно ответила: — Аарон в порядке, Биджей в порядке. Я в порядке. Так кто…

Тут зазвонил телефон, и разговор прервался, к огромному облегчению Шарлотты.

С недовольным лицом Мэриан развернулась, подошла к телефону и схватила трубку.

Шарлотта вознамерилась воспользоваться звонком и улизнуть. В конце концов, она пришла работать, а не сплетничать о Бергероне. Но срывающийся голос Мэриан заставил ее остановиться.

— Он что? — пробормотала она. Услышав ответ, Мэриан побледнела и прислонилась к стене. — За драку? — прошептала она. — За драку с кем? — Прошло несколько секунд, прежде чем Мэриан произнесла: — Да, конечно, я понимаю. Я приеду за ним в течение часа.

Повесив трубку, Мэриан оттолкнулась от стены и повернулась к Шарлотте.

— Это из школы Биджея, — сказала она, ее глаза наполнились слезами. — Его отстранили за… за драку, и… и мне надо ехать за ним.

— Ох, милая, мне так жаль. — Шарлотта подошла к Мэриан и обняла ее за плечи. — Поверить не могу, что Биджей подрался. Наверняка какое-то недоразумение.

Мэриан пожала плечом и вытерла катившиеся по щекам слезы.

— Я уже всему могу поверить. Но спасибо, Шарлотта. — Она высвободилась из ее объятия. — Спасибо тебе. Наверное, мне лучше пойти одеться.

Глядя, как Мэриан уходит, опустив голову, медленно переставляя ноги, будто пробирается по болоту, Шарлотта почувствовала жалость и к ней, и к Биджею.

Судя по всему, парень наживет себе большие проблемы с большой буквы П, а Мэриан, бедняжка, заработает себе нервный срыв.

Вздохнув, Шарлотта подняла коробку.

— Как жаль, — пробормотала она. — Очень-очень жаль.

Примерно через полчаса Мэриан вышла сказать, что уходит. Косметика скрыла темные круги под глазами, и забранные в пучок волосы выглядели вполне прилично, но беспокойный, потерянный взгляд спрятать невозможно.

— Если кто-нибудь позвонит, пусть оставит сообщение, — сказала Мэриан. — У меня сегодня нет встреч, но, если вдруг кто-то заедет, скажи, что я вернусь примерно через час.

Как только Мэриан уехала, Шарлотта стратегически расставила принесенные с собой свечи и зажгла их — одну в кабинете Мэриан, другую в кухне-гостиной, надеясь, что к приезду Мэриан комнаты как раз успеют наполниться успокаивающим ароматом. Потом она сосредоточилась на чистке плиты.

Если только можно себе представить, кухня оказалась в еще более жутком состоянии, чем в пятницу. Мало того, что плита заляпана засохшим соусом для спагетти, так еще что-то выкипело и застыло на одном из противней.

Поскольку плита электрическая, разобрать ее не составило труда. Шарлотта сложила все противни в раковину с горячей мыльной водой и оставила отмокать, а сама принялась оттирать пятна соуса.

Основательно начистив плиту, Шарлотта не пожалела для полировки специального воска, густой, жирной жидкости, после которой плита сияет, как новенькая, и в дальнейшем ее легче чистить.

Шарлотта только начала вытирать воск, как вдруг услышала грохот.

— Какого черта! — воскликнула она, резко обернувшись в сторону столовой.

Бросив полотенце на стол, она побежала в столовую.

Столовая располагалась в передней части дома и огромным двойным окном выходила на крыльцо и дорогу. Сначала Шарлотта увидела небольшую связку досок на крыльце, которой определенно не было, когда она приехала. Потом заметила побитый белый грузовик, припаркованный за ее фургоном.

— Ну, конечно, — пробормотала она, узнав машину.

Всему виной Сэм. Похоже, он привез материалы для ремонта, возможно, для крыльца, решила она, разглядывая две банки с краской, стоящие рядом с досками. В последнее время, подметая крыльцо, она обратила внимание на гнилые доски, требующие замены.

Но где же он сам? Вытягивая шею, Шарлотта осмотрела весь двор. Наконец, она увидела Сэма. Он вышел из-за угла дома и направился к грузовику.

Он достал из машины большой ящик с инструментами. Удовлетворив свое любопытство, Шарлотта вернулась на кухню.

Заканчивая уборку кухни, Шарлотта по звукам, доносящимся с крыльца, отслеживала успехи Сэма… скрип поднимаемых досок, визг электропилы и, наконец, стук молотка.

Шарлотта закончила с кухней и гостиной и принялась за полировку столов в прихожей, когда услышала скрип задней двери.

— Шарлотта! — крикнула Мэриан. — Это мы.

Когда Шарлотта вошла в кухню, Мэриан выкладывала из пакета небольшие коробки с едой. От поднимавшегося из коробок запаха жареного цыпленка у Шарлотты потекли слюнки. Но, взглянув налево и увидев Биджея, который сидел на барном стуле у стойки, разделявшей кухню и гостиную, она мгновенно забыла о еде.

Он бросил на нее хмурый взгляд. На белой трикотажной рубашке были пятна, похожие на засохшую кровь. Шарлотта сочувственно сморщилась, глядя на его избитое опухшее лицо и широкую повязку прямо над подбитым правым глазом.

Мэриан оглянулась.

— А, Шарлотта. Вижу, Сэм занялся крыльцом. Никто не звонил, не заходил?

Шарлотта отвела взгляд от Биджея и покачала головой.

— Нет, никто, — ответила она.

— Хорошо, — продолжила Мэриан, — а то все это заняло больше времени, чем я ожидала. — Она кивнула в сторону сына. — Биджей серьезно порезался, так что пришлось заезжать к доктору. Прождали целую вечность, но, слава богу, обошлось парой швов. — Она указала на коробки на столе. — А поскольку время обеденное, я зашла в «Попайз» и купила цыпленка. Присоединяйся, если хочешь.

— Спасибо за приглашение, — сказала Шарлотта. — Но я набрала несколько лишних фунтов, так что лучше обойдусь своим салатом.

Затем, уперев руки в бока, Шарлотта резко переключила внимание на Биджея.

— Ну, молодой человек, — сказала она. — Я очень надеюсь, что противник выглядит по крайней мере так же, как ты.

— Не поощряй его, Шарлотта, — предупредила Мэриан. — От него и так проблем достаточно.

— Поверь мне, я вовсе не собираюсь поощрять его драки. Ну? — она снова обратилась к Биджею. — Так что? Ему так же плохо, как и тебе? Ему наложили швы?

Когда Биджей, наконец, покачал головой, она уставилась на него с издевкой.

— Ну и какой смысл?

— Он сам начал, — стал оправдываться подросток.

— А ты закончил тем, что тебя побили. Спрошу еще раз, какой смысл? — Она дала ему минуту на размышление. Потом, сочувственно улыбнувшись, подошла ближе. — Знаешь, иногда больше мужества требуется, чтобы просто развернуться и уйти, — мягко произнесла она. — Кулаки не всегда решают проблему, и мужчина от мальчика отличается именно тем, что знает, когда драться, а когда уйти.

Шарлотта не рассчитывала на то, что Биджей непременно последует ее совету или вообще станет слушать ее доморощенную философию. Она только надеялась, что понимание разницы между мальчиком и мужчиной возымеет действие. Тем более что желание быть мужчиной в семье, очевидно, одна из проблем Биджея. Она вырастила сына и хорошо знала симптомы. И также знала, что иногда одно мудрое слово стоит больше, чем целая лекция.

— Просто подумай об этом, хорошо? — Подходя еще ближе, она спросила: — Ну, по-прежнему друзья? — Мгновение Биджей сомневался, потом кивнул. Шарлотта улыбнулась и протянула руку ладонью вверх. — Тогда дай пять, приятель.

Он закатил глаза и недовольно вздохнул, но все-таки сдался и ударил по ее ладони своей.

— Ну все, проехали! — протянула она, чем вызвала еще один недовольный вздох.

— Иди умойся, Биджей, — вмешалась Мэриан, — и смени рубашку. Пора обедать.

Бросив на мать обиженный взгляд, Биджей все же послушался.

Как только он вышел из кухни, Мэриан повернулась к Шарлотте.

— Есть предложения? — спросила она.

После опыта с Дюбюиссонами Шарлотте меньше всего хотелось быть втянутой в личные проблемы клиентов. Но это другое дело, сказала она себе. Она не может просто закрыть глаза, ведь речь идет о благополучии детей. Мэриан нездорова, возможно, больна психически. Взрослые со своими проблемами — одно дело, но когда речь заходит о детях…

Шарлотта и притворяться не стала, что не понимает вопроса.

— Ты не думала о профессиональной помощи?

— Конечно, думала, но Биджей ни за что не согласится.

То ли Мэриан действительно не поняла, то ли сделала вид, Шарлотта не могла сказать точно. А поскольку она не была уверена, ей не хотелось поправлять Мэриан. Но… есть еще одна возможность прояснить ситуацию.

— Наверное, ты права, — согласилась Шарлотта. — Биджей, возможно, не согласится, если решит, что проблема только в нем. Но если попробовать по-другому? Может, представить это как семейную проблему и всем пройти консультацию?

Лицо Мэриан стало задумчивым, будто она вправду обдумывала предложение Шарлотты. Она уже хотела ответить, но, к разочарованию и неудовольствию Шарлотты, ей помешал звонок в дверь.

Мэриан с таким же неудовольствием посмотрела на Шарлотту и сказала:

— Пойду открою.

Поскольку Шарлотте надо было закончить со столиком в прихожей, она направилась следом.

Когда Мэриан открыла дверь, у Шарлотты просто челюсть отвисла при виде парочки, стоящей за порогом. «Какого дьявола они тут делают?» — подумала она, чувствуя, как шок сменяется беспокойством и страхом.

Глава 14

Воображение Шарлотты рисовало одну жуткую картину за другой. Раз Луи и Джудит приехали туда, где она работает, значит, с кем-то из семьи случилось что-то ужасное… Хэнк… Мэделин… Даниэль…

Но, коротко кивнув Шарлотте, Джудит обратилась к Мэриан. Только тогда Шарлотта перевела дыхание.

— Миссис Хеберт, я детектив Монро из новоорлеанского отдела полиции.

Смешавшись, Мэриан уставилась на Джудит, затем оглянулась на Шарлотту. И без слов понятно, о чем она думает. Сходство между Шарлоттой и племянницей было поразительным. Чаще всего, к неизменному раздражению Мэделин, Шарлотту и Джудит принимали за мать и дочь, а не за тетю и племянницу.

— А это детектив Тибодо, — продолжала Джудит. — Мы здесь…

— Кто пришел, мам? — Биджей выглянул из своей комнаты в конце коридора и прошел мимо Шарлотты к матери. С удовлетворением Шарлотта отметила, что он сменил испачканную рубашку и брюки на мешковатые джинсовые шорты и майку.

Но Мэриан, взглянув на сына, раздраженно поджала губы.

— Детективы из полиции, сынок. — Она бросила на Джудит извиняющийся взгляд. — Простите, что вы сказали?

— Я сказала, что…

— Чего это копам от нас надо? — резко сказал Биджей, посмотрев сначала на Джудит, потом на Луи.

— Биджей! Следи за своим языком, — сделала замечание Мэриан. — Теперь извинись перед детективом Монро за грубость.

— Я не грубил и вообще ничего не сделал, — огрызнулся он, — с какой стати я буду извиняться, особенно перед парочкой тупых копов?

— Биджей! Прекрати!

— Я ничего не сделал!

— Мы потом об этом поговорим, — процедила Мэриан сквозь зубы. — А теперь, молодой человек, идите в свою комнату.

Биджей даже не шелохнулся, и Мэриан сделала шаг в его сторону.

— Сейчас же! — приказала она с угрозой в голосе.

В какой-то момент исход этого поединка своеволий был под вопросом, но в конце концов Биджей сдался. Пылая от негодования, он развернулся и, бормоча под нос, как показалось Шарлотте, что-то нецензурное, потопал по коридору.

Но в комнату не вошел, отметила Шарлотта. В последний момент он резко свернул и направился на кухню. Но Мэриан уже повернулась к Джудит и Луи и не видела, что Биджей ее ослушался.

— Еще раз прошу прощения, — сказала она Джудит. — Но проходите, проходите, — пригласила она детективов. И добавила с печальным вздохом: — Простите моего сына. — Мэриан закрыла за ними дверь. — Мой муж погиб в январе, и Биджей был дома, когда полиция приехала сообщить нам об этом. К сожалению, он слышал все жуткие подробности и с тех пор относится так ко всем полицейским. — Она пожала плечами. — Наверное, полицейские пробуждают в нем болезненные воспоминания.

— Наверняка, — пробормотала Джудит, прищурившись. Это означало, что она не верит ни единому слову.

Мэриан снова вздохнула.

— Так чем я могу вам помочь?

— Мы расследуем убийство Дрю Бергерона, — сказал Луи, вставая рядом с Джудит. — И, как нам известно, ваша фирма занимается арендой квартир Девилье.

Пока Мэриан говорила, Луи бомбардировал Шарлотту укоризненными взглядами, которые раздражали ее и смущали, заставляя чувствовать себя бельмом на глазу. Поскольку она закончила полировать столик и первоначальное любопытство было удовлетворено, Шарлотта решила, что самое время исчезнуть.

Однако далеко уходить она не стала, остановившись в столовой. Здесь ее не могли увидеть, зато она все слышала.

Когда Луи начал спрашивать о клиентах, интересовавшихся квартирами, Шарлотта заметила какое-то движение за окном. Озадаченная, она подошла ближе и увидела, как Биджей шлепнулся в одно из плетеных кресел на крыльце. Кресло стояло рядом с входной дверью, так что он наверняка слышал весь разговор между детективами и матерью.

Сначала она подумала, что он ведет себя немного странно, но потом поняла, что ему, как и ей, просто любопытно, что здесь делают полицейские. Шарлотта отвернулась и принялась полировать складной обеденный стол.

Когда она добралась до середины стола, другая, более правдоподобная причина пришла ей в голову. Возможно, Биджей боится, что визит полиции как-то связан с его дракой в школе.

Шарлотта услышала, как Джудит сказала:

— Нам нужен список всех, у кого были ключи от дома.

— Зачем список? — удивилась Мэриан. — Помимо меня, ключи были еще у двоих. У Джефферсона Харпера, владельца, есть ключи, и у жены Дрю, Кэтрин, она брала их днем в пятницу. Кэтрин хотела купить квартиру для друзей, приезжающих в основном на Марди Гра, — пояснила она. — А я не могла показать ей дом, потому что у меня была назначена встреча с доктором, и сказала ей, что она может взять ключи и осмотреть все сама.

— Миссис Хеберт, мы знаем, что вы и ваш муж дружили с Бергеронами. Вы были близкими друзьями?

Вопрос задал Луи, и пока Мэриан объясняла взаимоотношения с Бергеронами, Шарлотта вдруг впервые с момента приезда Луи и Джудит подумала о том, что с Джудит должен был приехать ее новый напарник, Уилл Ришо. Так где же Уилл? И почему вместо него Луи?

Снова Шарлотта вспомнила враждебность Луи по отношению к Уиллу, которую она наблюдала в субботу. Надо спросить Джудит. Ну да, с тоской подумала она. В последнее время память выделывает такие штуки, что она скорее всего забудет… опять.

Поскольку Шарлотта закончила в столовой, а мешать полиции не хотелось, она смирилась с тем, что придется ждать, пока Луи и Джудит закончат допрашивать Мэриан.

Может, стоит воспользоваться моментом и пообедать? Обычно она обедала на свежем воздухе. Потом вспомнила, что на улице работает Сэм, да и Биджей тоже сидит на крыльце.

Надеясь, что Сэм уже закончил, а Биджею надоело подслушивать, Шарлотта выглянула в окно.

К ее разочарованию, Биджей все еще сидел в кресле. А где же Сэм?

В прихожей Мэриан безостановочно говорила о деловых отношениях между ее мужем и Дрю Бергероном. Очевидно, что Мэриан настроена враждебно, и хотя она не сказала прямо, было понятно, что она винила Дрю Бергерона в состоянии своего мужа перед смертью.

Полностью поглощенная тем, что говорила Мэриан, Шарлотта вздрогнула от неожиданности, когда появился Сэм. Даже если бы она не заметила ведро с краской у него в руке, по пятнам на комбинезоне несложно догадаться, что он красил и, более того, закончил красить, поскольку начал складывать свои инструменты в ящик.

Если он закончил, она может съесть свой салат на крыльце… вот только Биджей еще там.

Сэм закрыл ящик, но вместо того, чтобы отнести его в грузовик, направился к Биджею. Сказав ему несколько слов, Сэм развернулся и спустился с крыльца. Тут же Биджей поднялся с кресла и последовал за ним. Вдвоем они повернули и скрылись за домом.

Было почти четыре, когда Шарлотта свернула на свою улицу. Столько шума вокруг этих лавандовых свечей, подумала она. Бессонная ночь плюс работа, разборки Мэриан с Биджеем полностью ее измотали, и никакие свечи не помогли.

Наверное, сегодня лучше понежиться в горячей ванне вместо обычного душа. Можно даже начать новый роман Джоанны Флюк.

Да, решила Шарлотта, горячая ванна и хорошая книга всегда помогают расслабиться и забыть…

А как же Шери? Она приедет в пять.

— О, нет, — простонала Шарлотта. Меньше всего ей сегодня хотелось влезать еще в чьи-то личные проблемы.

Шарлотта глянула на часы. Всегда можно отменить встречу. Еще только начало пятого, а она уже почти дома. Если поторопиться, она успеет.

Шарлотта прибавила газу и проехала полквартала, когда заметила желто-коричневую «тойоту» перед своим домом. Она пала духом. Слишком поздно. Шери уже ждет.

Но зачем Шери приехала так рано, подумала Шарлотта. Она была уверена, что назначила встречу на пять, а не на четыре… ну, почти уверена.

Снова ее охватило беспокойство, мучавшее все последние недели. Может, она просила Шери приехать в четыре и только думала, что в пять? Может, это еще один сигнал ее забывчивости?

— О, ради бога, — пробормотала она. — Просто смешно!

Так или иначе, она все узнает во вторник, когда встретится с доктором, зачем волноваться раньше времени? И потом, для волнения есть причины посерьезнее, например, Шери. Надо найти нужные слова, чтобы рассказать ей о Расселах.

Шарлотта свернула к дому, и Шери, сидевшая на качелях, помахала ей рукой. Выдавив из себя улыбку, Шарлотта помахала в ответ.

Припарковавшись, она вышла из фургона и закрыла дверь. Затем, сделав глубокий вдох, Шарлотта направилась к крыльцу.

— Привет, Шарлотта.

— Привет, — кивнула Шарлотта, поднимаясь по ступеням. — Давно ждешь?

Шери покачала головой.

— Несколько минут, — ответила она, вставая с качелей. — Я знаю, ты сказала в пять, но я подумала, ты не будешь против, если я приеду пораньше.

— Конечно! — воскликнула Шарлотта, испытав такое облегчение, что готова была кричать. — Ты и вправду рано, а? И нет, конечно, я не против. Нет, правда, совсем не против.

Шери посмотрела на нее с удивлением.

— Шарлотта? С тобой все в порядке?

Шери, наверное, решила, что она пьяна или обкурилась, но Шарлотте не хотелось пускаться в объяснения. Она отмахнулась.

— Все нормально. Просто немного… слишком устала, — импровизировала она. — Ты когда-нибудь уставала так сильно, что начинала нести чушь или глупо хихикать?

— Наверное, — с сомнением проговорила Шери.

Как только Шарлотта открыла дверь, Милашка, как обычно, начал кричать и прихорашиваться, пытаясь привлечь ее внимание. Но на этот раз Шарлотта проигнорировала птицу, включила свет и положила сумочку.

Шери вошла за ней и закрыла дверь.

— Ты больше не падала в обморок?

Шарлотта покачала головой, снимая туфли и надевая мягкие мокасины, стоявшие у двери.

— Никаких обмороков. Просто… — Она пожала плечами. — Просто устала. — Шарлотта кивнула на диван. — Присаживайся, я принесу чего-нибудь выпить. Как насчет чая со льдом?

— Отлично. — Шери устроилась на диване.

Минуту спустя Шарлотта вернулась с двумя стаканами чая.

— Так в чем дело? — спросила Шери, принимая стакан из рук Шарлотты. — Зачем я тебе понадобилась?

Шарлотта села в кресло напротив. Вздохнув, она начала:

— Я не знаю, как сказать об этом, кроме как напрямую. Но, пожалуйста, не думай, что я лезу не в свое дело. Мне просто не все равно, я не хочу, чтобы ты пострадала.

Шери нахмурилась.

— Я не понимаю.

— Знаю, что не понимаешь. Пока. Но поймешь… надеюсь. Видишь ли, за последние несколько дней я узнала кое-что неприятное о твоем друге, Тодде, и его отце. И я думаю, ты должна об этом знать.

Шери нахмурилась еще больше.

— Что значит — неприятное? И от кого?

Шарлотта рассказала о разговоре с Луи и Джудит и повторила все, что слышала о Расселах. К чести Шери, она ни разу не прервала и не сказала ни слова против.

— Я бы не стала вмешиваться, — закончила Шарлотта. — Но, правда это или нет, я прежде всего беспокоюсь о тебе. Я не виню тебя, не осуждаю, но, если бы я знала все это раньше, не уверена, что взялась бы за работу у Девилье. А теперь, учитывая все происшедшее, я вообще хотела бы никогда не слышать ни о Девилье, ни о Дрю Бергероне.

Несколько секунд Шери просто смотрела на Шарлотту. Потом ее глаза наполнились слезами, и она заплакала так, что у Шарлотты сжалось сердце.

— Ну, милая… — Шарлотта тут же пересела на диван. Она поставила стакан на столик и обняла девушку за плечи. — Пожалуйста, только не думай, что я виню тебя, это не так. Я знаю, ты расстроена, но я не могла остаться в стороне и промолчать. Ты мне слишком дорога.

Шери закрыла глаза и покачала головой.

— Не расстроена… Вернее, не из-за тебя. — Она наклонила голову. — Скорее, из-за себя. Я подозревала, что-то не так, что Тодд и его отец не были… — Ее голос сорвался. — Просто у меня появился кто-то… кто-то… — Шери покачала головой. — Трудно объяснить.

Она открыла глаза и повернулась к Шарлотте.

— Я знаю, ты хочешь как лучше, Шарлотта, и дело не в том, что я тебе не верю, просто так давно никто не заботился обо мне и… — Она помолчала и продолжила. — Мама умерла, когда мне было двенадцать, и отец после ее смерти… В общем, он делал все, что мог, но, кроме меня, еще трое детей и работа, так что у него никогда не было времени. Я была как бы сама по себе, и… — Вдруг она потянулась и обняла Шарлотту. — Спасибо, — прошептала она, уткнувшись в плечо Шарлотты. — Спасибо за заботу.

У Шарлотты не нашлось слов, у нее самой ком подступил к горлу от болезненных воспоминаний. Как и Шери, она знала, каково терять близких. Всего за два года она потеряла сначала любимого мужчину, а потом и родителей. Она слишком хорошо знала, каково остаться одной без всякой поддержки.

Шарлотта сглотнула и сдержала слезы.

— Не стоит благодарности, — проговорила она. — Я же говорила, что не хочу, чтобы ты пострадала.

— Будет новый день, — напевала Шарлотта, сворачивая на Первую улицу во вторник утром. Ее мать обожала эту песню, и по непонятной причине мелодия с утра крутилась в голове.

В яблочко, подумала Шарлотта. Новый день — и хороший ночной сон, — и снова чувствуешь себя человеком.

После того как Шери уехала, Шарлотта побаловала себя ванной и легким ужином из сыра, фруктов и крекеров. Потом забралась в постель с книгой, которую давно хотела прочесть. Прочитав две главы, она поняла, что надо заканчивать, иначе всю ночь будет ловить убийцу. Горячая ванна и книжка сделали свое дело, и стоило выключить свет, как она тут же уснула. И спала, пока не запищал будильник.

Если бы еще не Битси Дью, вздохнула Шарлотта, сбавляя скорость на подъезде к дому Битси. Как и сама Битси, ее лепной греческий ренессанс был стар; по словам владелицы, дом построили в середине восемнадцатого века.

Шарлотта глубоко вздохнула. Она не ответила на звонок и, хорошо зная Битси, понимала, что та забросает ее вопросами о Дрю Бергероне. Битси из любой мелочи раздует сплетню.

— Но я не хочу обсуждать Бергерона, — пробормотала Шарлотта, останавливаясь у обочины. Ты похожа на капризного ребенка, поддразнил внутренний голос.

Пусть так, огрызнулась она, все равно. Она хотела забыть, что вообще видела Дрю Бергерона, стереть из памяти образ полуголого покойника и его мертвых глаз.

Шарлотта едва успела припарковать фургон, как Битси вышла на крыльцо. Битси была живой, похожей на воробья женщиной и, как обычно, одета в одно из своих длинных цветастых платьев.

Шарлотта вышла из машины, и Битси замахала ей рукой.

— Скорей же, Шарлотта! — закричала она своим скрипучим голосом. — Я напекла оладий, но надо съесть их, пока горячие. Заодно и поговорим, — добавила она.

Отлично. То, что надо, — оладьи, в которых полно калорий и жира, и приятная беседа о покойниках. Стоило пустить сарказм в мысли, как чувство вины высунуло свою уродливую голову. Не будь букой. Она пожилая дама и никому не хочет зла.

— Секунду, — ответила Шарлотта, доставая из фургона свою коробку.

Поднимаясь на крыльцо, Шарлотта заметила, что Битси как-то изменилась. Помолодела и стала… счастливее — единственное, что пришло ей в голову.

И вдруг поняла. Ну конечно! Битси сменила прическу. Все время, что Шарлотта работала на нее, Битси собирала волосы в тугой пучок на затылке. Однажды она призналась, что так крепко затягивает волосы, чтобы разглаживать морщинки у глаз. Такая вот подтяжка лица.

— О, мисс Битси, у вас новая стрижка, — протянула Шарлотта и улыбнулась. — Мне нравится. Определенно нравится. Короткая стрижка вам очень идет.

Приободренная комплиментом, Битси пригладила волосы.

— Все благодаря твоей парикмахерше Валери из салона «Приятный сюрприз», — усмехнулась она.

— Ах, да, Валери. Конечно, — пробормотала Шарлотта с тающей улыбкой и вошла за Битси в дом. — Я, кажется, припоминаю, она говорила мне, что вы…

— Ты получила мое сообщение, Шарлотта?

Шарлотта удивилась:

— Сообщение?

— Странно. Я звонила тебе в воскресенье и оставила сообщение.

Шарлотта не стала ни отрицать, ни подтверждать, что получила его.

— А что вы хотели? — невинно спросила она. Лгунья, прошептал голосок в голове, и Шарлотту охватил стыд. Она всегда презирала вранье. И считала, что ложь по умыслу и недомыслию — все равно ложь.

— Как что? Узнать о Дрю Бергероне. Что же еще?

Шарлотта проигнорировала ответ.

— Когда вы сделали стрижку? — спросила она, надеясь переключить Битси на что угодно, только бы не обсуждать субботние приключения. — Просто слов нет, как вам идет.

— В пятницу утром, а Дженни — ты помнишь, моя внучка из Нью-Йорка, она приезжала на выходные, — так вот, ей тоже очень понравилось. Сказала, что я стала выглядеть на двадцать лет моложе. — Битси вдруг захихикала. — А еще она сказала, что теперь я «настоящая хипповая бабка».

Шарлотта улыбнулась и поставила коробку на кухне.

— Ну, вам и правда хорошо, — признала она. — Валери потрясающий стилист.

— И такая милая, — добавила Битси, направляясь к столу. — Сколько оладий тебе положить?

— А, мисис Битси, я…

— И никаких возражений. Они с черникой. По новому рецепту из книги, которую я читаю…

Шарлотта кашлянула.

— А это случайно не «Убийство в черничном пироге» Джоанны Флюк?

— Господи, Шарлотта, как ты узнала?

Шарлотта улыбнулась.

— Я тоже ее читаю.

Битси просияла.

— Тогда ты обязана попробовать хотя бы две. Я испекла их в новой печке, умираю, как хочу знать, что ты думаешь — о печке, в смысле. В рекламе сказано, что она печет так же хорошо, как обычная, но потребляет в два раза меньше энергии, хотя я не очень верю тому, что читаю.

К счастью для Шарлотты, Битси мгновенно забыла о Дрю Бергероне и начала болтать о том, как осторожно надо относиться к рекламе, особенно пожилым людям. Шарлотта из вежливости пыталась проявлять интерес, но ее взгляд сбивался на коллекцию кухонных приборов, накопленных Битси за долгие годы.

Кухня Битси являла собой ночной кошмар горничной, и не потому, что была особенно грязной и неопрятной — Битси придерживалась древней философии, что всему есть место и все должно находиться на своих местах, — но потому, что ее заполняли всякие новомодные штуковины, которые собирали на себя пыль и грязь.

Насколько Шарлотта помнила, Битси уже приобрела две печки, и обе они стояли на полке, специально предназначенной для техники, не помещавшейся на забитых столах.

Битси закончила разглагольствовать по поводу рекламы и вручила Шарлотте тарелку с двумя оладьями.

— Вот. Попробуй и скажи, что ты думаешь. А потом расскажешь мне все о Дрю Бергероне.

Шарлотта села с тарелкой за стол и окончательно пала духом. Надеясь хоть как-то отсрочить неизбежное, она откусила большой кусок оладьи. Может, пока рот занят, не придется говорить, по крайней мере какое-то время.

— Я хотела приготовить их для Дженни и узнать ее мнение, — продолжала Битси, — но не получилось. — Она уселась напротив Шарлотты. — Дженни так поздно вернулась в субботу, что проснулась только к обеду.

Шарлотта проглотила оладью.

— Кстати о Дженни, как прошли выходные? — Может, если заговорить ей зубы внучкой, она забудет о Дрю Бергероне. Ага, сейчас. Разбежалась.

— Ой, отлично, здорово, — просияла Битси. — Хорошо бы она осталась подольше. Но она обещала приехать на День благодарения, на несколько дней. Ладно, — она кивнула на тарелку Шарлотты. — Ешь.

Выбора не было, и под присмотром Битси Шарлотта доела все до последней крошки.

— Как тебе? — поинтересовалась Битси.

— Вкусно, — честно ответила Шарлотта. — Думаю, новая печка работает превосходно.

Битси расплылась в улыбке.

— Я тоже так думаю, но хотела узнать твое мнение. Ладно, так что там творится? Я слышала, что именно ты нашла тело Дрю.

— Ну, я…

Зазвонил телефон. Раздражение мелькнуло на лице Битси, но Шарлотта едва не улыбнулась во весь рот. Битси ни за что не пропустит звонок. Когда телефон зазвонил второй раз, Битси посмотрела на трубку, висящую на стене, и с отвращением фыркнула.

— Наверное, надо ответить, — сказала она, поднимаясь из-за стола. — Я возьму трубку в холле, — сообщила она Шарлотте, игнорируя кухонный телефон. — Если это тот, о ком я думаю, то вернусь нескоро. Угощайся еще оладьями, — бросила она через плечо, — а потом поговорим. — И вышла из кухни.

Шарлотта привела в порядок кухню и занялась гостиной, когда вошла Битси, все еще разговаривая по телефону.

— В любое время, Норма. Поговорим потом. Пока. — Битси выключила телефон. — Господи, такая болтушка, — поделилась она с Шарлоттой. — А уж сплетница!

Услышав такое от Битси, Шарлотта чуть не задохнулась от смеха и быстро отвернулась, чтобы скрыть свою реакцию.

— Ладно! Теперь Дрю… О, нет! — вдруг вскрикнула Битси. — Только посмотри на это!

Когда Шарлотта обернулась посмотреть, что ее так поразило, Битси положила телефон и взяла со столика большую книгу.

Она протянула ее Шарлотте.

— Дженни забыла свой выпускной альбом, — пояснила Битси. — Она привезла его, чтобы вспомнить все имена перед встречей.

— Можно послать ей по почте.

— Наверное. — Пожав плечами, Битси положила книгу обратно. — Она и правда пришлась кстати. Я когда-то знала многих друзей Дженни, и мы пролистали весь альбом перед ее отъездом, так что она рассказала, что с кем стало. Они с Дрю Бергероном вместе учились, — продолжала Битси. — Сейчас покажу. — Она наклонилась и принялась листать страницы. — Дженни сказала, что на встрече все были в шоке, когда узнали, что случилось, тем более что его уже считали мертвым. Сказала, что обсуждали это весь вечер. — Она указала на одну из страниц. — Смотри, Шарлотта.

Любопытство — это порок, может, даже грех, решила Шарлотта. Не в силах отказаться от соблазна взглянуть на молодого Бергерона, она подошла ближе. Судя по всему, фотография сделана на вечеринке, возможно, студенческой — два парня и девушка держали в руках банки с пивом, будто отмечали какое-то событие.

— Это он, — сказала Битси, указывая пальцем на парня слева. — А это Билл и Мэриан Хеберт. Конечно, тогда они еще не были женаты, — добавила она.

Шарлотта наклонилась, чтобы рассмотреть получше. Она не была знакома с Биллом Хебертом, но видела его на фотографиях. Если бы Битси не сказала, кто это, Шарлотта ни за что бы их не узнала.

— Я знала, что они дружили, — пробормотала она, — но не догадывалась, что так давно.

— Господи, конечно, давно. Они же выросли вместе. Дженни рассказывала, что они ставки делали на то, с кем в конце концов будет Мэриан.

Вдруг в голове всплыли слова Мэриан о Дрю. Сукин сын получил то, что заслуживал. Печально, подумала Шарлотта. Многолетняя дружба рушится, и все из-за работы. Сколько раз она слышала: не веди дел с друзьями и родственниками. И пример Бергеронов и Хебертов наглядно подтверждал народную мудрость.

— Дженни называла их дикой бандой, — продолжала Битси, — но чего еще ожидать? Все они были избалованы. Так всегда происходит, когда родители дают детям все, что только можно купить за деньги. — Битси покачала головой. — Видит бог, с ними и в школе хватало проблем, а уж в Тьюлане от них спасу не было. — Она вдруг замолчала и задумалась. — Конечно, в тот год как раз случилась та шумиха с профессором химии, и никто особо не обращал внимания на их выходки — а уж поверь мне, это они умели. Но я тебе сейчас покажу.

Битси пролистнула несколько страниц и указала на большую фотографию мужчины в белом халате.

— Вот он. Печально знаменитый профессор Артур Сэмюэл.

Имя показалось Шарлотте знакомым, но вот в связи с чем, она не вспомнила.

— И какой же тогда был скандал, — причмокнув, сказала Битси. — Я все помню, будто вчера случилось. Дженни в том семестре училась в его классе химии. Конечно, об этом писали все газеты — помнишь, тогда, кроме «Таймс Пикаюн», была еще «Стейтс Итем». — Она махнула рукой. — В общем, профессора арестовали за то, что он сбил человека и скрылся.

— Конечно, — прошептала Шарлотта. — Теперь я вспомнила. Это ведь произошло на Сент-Чарльз-авеню, недалеко от Тьюлана?

Битси кивнула:

— Точно. Он проехал на красный свет и сбил какого-то беднягу, переходившего улицу. Все говорили, что он был пьян в стельку, но, конечно, профессор все отрицал. Заявлял, что всю ночь находился дома. Но присяжные не поверили, тем более когда выяснилось, что он алкоголик. Его признали виновным в убийстве и дали десять лет. — Битси усмехнулась. — Кажется, жена ему тоже не поверила, сразу развелась и, забрав детей, уехала в Канзас.

Битси закрыла альбом.

— Забавно, — сказала она, поглаживая обложку альбома. — Никто на встрече не знал, что случилось с ним после тюрьмы. Кто-то, конечно, должен был знать. — Битси вдруг сморщилась. — Но это уже неинтересно. А вот Дрю Бергерон — другое дело. Шарлотта, ты должна рассказать мне все в деталях. Я слышала, ты нашла его совсем голым. Это правда?

Деваться некуда, решила Шарлотта. Как собака вгрызается в кость, так Битси вцепилась в нее мертвой хваткой и не отстанет, пока не услышит все, что хочет. Может, если вкратце сообщить ей факты, она отцепится. И может, удастся развеять слухи. Работая с Дюбюиссонами, она пришла к выводу, что когда ее имя фигурирует в деле об убийстве, это плохо отражается на бизнесе… да и на психике.

— Он не был голым, — наконец сказала Шарлотта несколько резче, чем хотела. — И нашла его не я, — добавила она, сбавив обороты.

Шарлотта уехала от Битси в полдень, а поскольку прием у врача назначили на два тридцать, у нее оставалось достаточно времени для своих дел.

Позже, сидя в переполненной приемной, она лениво листала журнал, пытаясь отвлечься. Чем-нибудь, как-нибудь, но отвлечься от мыслей о том, почему она здесь оказалась.

Но ни одна из статей не вызвала у нее интереса. Явно нервничая, Шарлотта посмотрела на часы. Казалось, она сидит там уже вечность. Увидев время, Шарлотта раздраженно поджала губы. Она приехала почти час назад.

Еще десять минут, решила она. Еще десять минут, и, примут ее или нет, она уходит.

— Шарлотта Лярю? Мисс Шарлотта Лярю?

Взглянув на медсестру, стоявшую в дверях смотровой, Шарлотта почувствовала неприятный холодок. Еще не поздно уйти. Можно притвориться, что она не слышала имени, встать и убраться отсюда. Можно?

Через два часа Шарлотта пожалела, что не ушла. Поскольку температура оказалась в норме, давление в норме, и, судя по всем показателям, она вообще была в норме, доктор настоял на том, чтобы она хотя бы прививку от гриппа сделала.

— Можете одеться, мисс Лярю.

Шарлотта улыбнулась медсестре, поднимаясь с кушетки. Рука уже болела от укола.

Сестра сняла иглу и бросила ее в пластиковый контейнер.

— Результаты тестов будут готовы к следующему вторнику, так что не забудьте назначить встречу перед уходом.

Как только сестра вышла из комнаты, улыбка Шарлотты растаяла.

— Слава богу, все, — пробормотала она, направляясь к тесной кабинке, где оставила одежду. Ее истыкали иголками, подвергли разным опытам, о которых она забыла, не успели они закончить. Но самое страшное еще впереди.

— Целая неделя, — проворчала она, снимая больничную рубашку, и начала одеваться. Целую неделю ждать результатов. Но надо было думать, что никто ничего не скажет сразу. Похоже, мы всю жизнь спешим занять очередь.

Глава 15

В среду утром Мэриан встретила Шарлотту одетой — хоть какое-то разнообразие. Войдя в дом, Шарлотта поняла, почему.

— Перекушу, и надо бежать, — сказала Мэриан, когда они вошли в кухню. — У меня встреча с Джефферсоном Харпером, надо решить, как поступить с Девилье после убийства Дрю. — Она нахмурилась, подошла к буфету и достала коробку с хлопьями. — Немного будет желающих снять квартиру, где совершено убийство.

Шарлотта занялась разгрузкой посудомоечной машины.

— Да уж, наверное, — пробормотала она.

Мэриан пожала плечами, насыпала хлопья в глубокую тарелку и залила их молоком.

— В общем, мне нужна твоя помощь. — Она взяла тарелку и села за стол. — Обычно когда ухожу, я ставлю автоответчик, — пояснила она. — Или переадресую звонки на мобильный. Но, как последняя дура, забыла его подзарядить. А Биджей снова в школе, и могут возникнуть проблемы… Может, ты поотвечаешь на звонки? Я оставлю номер, где меня можно найти, — добавила Мэриан.

— Конечно, — согласилась Шарлотта. — Кстати, о Биджее… — Она достала из посудомоечной машины столовые приборы и положила их на стол. — Ты выяснила, из-за чего началась драка?

Мэриан дожевала хлопья, тяжело сглотнула и моргнула несколько раз.

— К сожалению, да. Ты же знаешь, как я беспокоюсь о нем. Он так изменился после смерти отца. А тут еще убийство Дрю, и снова поползли сплетни о Билле.

Шарлотта нахмурилась.

— А при чем тут драка?

— Биджей говорит, что защищал честь отца. Парень, с которым он подрался, дразнил его. Сказал, что Билл покончил с собой и подстроил несчастный случай, чтобы мы получили страховку. — Она опустила голову и закрыла лицо руками. — Дети бывают такими… бесчувственными, — прошептала она, чуть не плача.

На мгновение Шарлотта онемела от изумления. Придя в себя, она поняла ярость Биджея.

— Это не бесчувственность. Это откровенная жестокость. Но почему вдруг этот парень сказал такое? Убийство Дрю и смерть Билла никак не связаны.

Мэриан опустила руки и уставилась в окно.

— Слухи, — ответила она. — Наверное, он просто повторил то, что услышал от родителей. — Мэриан повернулась и посмотрела на Шарлотту. — Все знают, что отношения у них стали напряженными после того, как Дрю уволил Билла. И Билл открыто винил Дрю в том, что мы начали терять клиентов. Он всем рассказал о его угрозах. — Она поморщилась. — Будто это что-то изменило.

— Что за угрозы? — Шарлотта тут же пожалела, что спросила. — Ой, Мэриан, прости. Я лезу не в свое дело.

— Не извиняйся, Шарлотта. Это мне надо извиняться за то, что гружу тебя своими проблемами. И потом, это никакой не секрет. Все началось после смерти Мориса Синклера. Он оставил фирму Кэтрин, и Дрю взял все в свои руки. Но ему больше нравилось играть в большого начальника, чем заниматься делом. Билл видел это и стал волноваться, ведь под угрозой оказалось и наше благополучие. Сначала он пытался поговорить с Дрю по-дружески. Ха! Тот еще дружок, как выяснилось, — усмехнулась она. — Дрю, конечно, и ухом не повел, и все стало еще хуже. В конце концов Билл поставил его перед выбором — либо Дрю заканчивает валять дурака, либо Билл рассказывает обо всем Кэтрин. А угрожать Дрю не стоило. Через неделю у них возник небольшой спор, и Дрю уволил Билла. Но этого подонку оказалось мало. В довершение всего он еще и пригрозил Биллу. Сказал, что уничтожит его карьеру, если Билл хоть слово скажет Кэтрин.

Мэриан замолчала и вздохнула.

— Конечно, Билл все равно рассказал, и Дрю исполнил угрозу. С того дня наши дела пошли все хуже. Сначала я не хотела верить сплетням. Но в последние недели перед… перед смертью Билл был так взволнован и расстроен, что… — Мэриан покачала головой. — Я все думаю, если бы я была сильнее, больше его поддерживала, он, возможно, остался бы жив… — Ее голос сорвался, и плечи затряслись от беззвучных рыданий.

— Милая, — Шарлотта бросилась к Мэриан и, обняв ее, присела рядом. Что-то из сказанного Мэриан имело смысл, что-то — нет, и это неудивительно. Женщина была явно не в себе, и понятно, что могла запутаться. — Ты ни в чем не виновата, — сказала Шарлотта.

— Разве? — заплакала Мэриан.

— Это был несчастный случай, — настаивала Шарлотта. — Так сказала полиция. Как ты можешь быть виновата в несчастном случае?

Мэриан медленно покачала головой.

— Хотела бы я этому верить, всем сердцем хотела бы. Может, тогда я смогла бы спокойно спать. Видит бог, как я хотела бы верить. Но не верю, — добавила она шепотом. — Что бы ни говорила полиция, я не верю, что это несчастный случай, и меня до сих пор преследуют кошмары. Это изводит меня, это изводит Биджея.

Последние слова Мэриан звучали в голове Шарлотты еще долго после того, как Мэриан уехала на встречу. Даже днем, когда она закончила уборку и направилась домой, отчаяние и боль в голосе Мэриан не давали Шарлотте покоя. Свернув на свою улицу, она почувствовала, что по горло сыта этими мыслями.

Но, войдя в дом, она обо всем забыла благодаря Милашке, который отвлек ее от раздумий, когда принялся свистеть и кричать.

— Что, милый, скучал по мне? — Шарлотта положила сумочку и сняла туфли. — Ну, давай, малыш, скажи: «Скучал, Шарлотта. Скучал».

Надев мокасины, она подошла к клетке.

— Если скажешь, выпущу тебя полетать. — В ответ попугай лишь пронзительно крикнул, но Шарлотта все равно открыла дверцу. Милашка тут же выпорхнул на волю.

Несколько минут Шарлотта смотрела, как он летает по комнате; затем подошла к столу, чтобы проверить автоответчик. Индикатор показывал, что она получила три сообщения, и Шарлотта нажала кнопку.

После долгого гудка пошло первое:

— Привет, мам. Хотел узнать, как ты себя чувствуешь после вчерашних тестов. Перезвони мне. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, когда раздался гудок.

— Шарлотта, это Мэделин. Хотела позвонить вчера, но не получилось. В общем, как прошла встреча с доктором? Что-то уже известно? Позвони мне.

Снова раздался гудок, Шарлотта вздохнула и покачала головой.

— Тетя Чарли, привет. Это Джудит. Просто хотела проверить. Что сказал доктор? Есть результаты? Позвони мне.

Шарлотта уставилась на автоответчик.

— Господи боже, — пробормотала она. — Можно подумать, я при смерти.

Обычно Шарлотта старалась не занимать четверг, чтобы поработать с бумагами, заняться другими вопросами фирмы и разобраться с личными делами.

После утренней прогулки она положила белье в стиральную машину и быстро прибралась в доме. Потом села за стол и почти до полудня вносила расходные квитанции в учетную книгу. Наконец, записав последнюю квитанцию, она со вздохом встала из-за стола и подошла к окну.

От долгого сидения тело затекло, и Шарлотта покрутила головой и размяла пальцы правой руки. Глядя в окно, она снова подумала о предложении Хэнка. Может, уже стоит уступить? Несколько месяцев он уговаривал ее купить компьютер, но она отказывалась. Он говорил, что раз уж она не желает идти на пенсию, то, по крайней мере, он мог бы купить компьютер, чтобы ей было проще вести дела.

Мало того, что он предложил купить компьютер, так еще и заверил, что найдет ей персонального учителя. И, как всегда, не преминул напомнить о пенсии.

Шарлотта вдруг нахмурилась, поняв, на что именно смотрит. Второй день синий «форд» Луи стоял у дороги. Забавно. После ссоры в воскресенье она его больше не видела. Более того, несмотря на то что машина стоит уже два дня, с его половины не доносилось ни звука.

Только она решила зайти проведать его, как увидела «тойоту» Джудит, остановившуюся у дома. Джудит вышла из машины с пластиковым пакетом в руках.

Гадая, что в пакете, Шарлотта подошла к двери, ожидая, что Джудит вот-вот позвонит. Прошло несколько минут, никто не звонил. Шарлотта выглянула за дверь и увидела, как Джудит вошла к Луи.

— Ну что ж, — разочарованно пробормотала она и закрыла дверь. — Пора обедать.

По четвергам Шарлотта позволяла себе, если было время, вздремнуть после обеда. Только она устроилась на диване с книгой, как в дверь позвонили.

Наверное, Джудит, решила Шарлотта, направляясь к двери. И, конечно, открыв дверь, увидела на пороге племянницу.

— Привет, тетя Чарли. Угостишь кофе?

— Привет, — Шарлотта обняла Джудит. Отпустив ее, она нахмурилась. — Ты выглядишь усталой.

— И чувствую себя так же, — сказала Джудит, проходя за Шарлоттой на кухню. — Мало того, что дело Бергерона зашло в тупик, так еще половина отдела свалилась с простудой, а с субботы у нас еще три убийства. Так что покой нам только снится.

Шарлотта кивнула на кухонный стол.

— Может, поешь?

— Только кофе, тетя. Лу тоже лежит с простудой, я привезла ему ланч, и мы вместе пообедали.

— Теперь понятно, — пробормотала Шарлотта, включая кофеварку. — Его машина стоит у дома, но его самого я не видела с воскресенья.

— Да, в воскресенье вечером у него поднялась температура. Кстати, ты сделала прививку от гриппа?

Шарлотта кивнула.

— Вчера, в камере пыток, которую некоторые называют больницей.

Джудит улыбнулась.

— Ни больше ни меньше? — протянула она. — И еще одно. Ты так и не перезвонила вчера. Я уже поняла, что тебя пытали, но как в целом?

Пока варился кофе, Шарлотта вкратце рассказала обо всех пройденных тестах.

— Но хуже всего, — вздохнула она, — что результатов придется ждать целую неделю.

— Да уж, это тяжело. Я уже два дня жду новостей из лаборатории.

Шарлотта нахмурилась.

— Это связано с Бергероном?

Джудит кивнула.

— С ним тоже.

— Есть подозреваемые?

Джудит рассмеялась без тени юмора.

— Подозреваемых навалом. Мистер Бергерон, похоже, популярностью не пользовался. Проблема как раз в том, чтобы сократить список подозреваемых.

Джудит поерзала на стуле и забарабанила по столу пальцами. Нервничает, подумала Шарлотта, прекрасно зная симптомы. С самого детства, оказываясь в неудобной, напряженной ситуации, Джудит начинала беспокойно двигаться. Она просто не могла усидеть на месте.

— И это одна из целей моего прихода, — склонив голову набок, Джудит пристально посмотрела на Шарлотту, и та сморщилась, предчувствуя, к чему все идет.

— Ладно, дорогая, выкладывай побыстрее.

— Что ж, тетя, — протянула Джудит, — к сожалению, выходит так, что ты опять знакома с подозреваемыми.

У Шарлотты засосало под ложечкой.

— И я надеюсь на твою помощь, — добавила Джудит.

Меньше всего Шарлотта хотела оказаться втянутой в очередное расследование, затрагивающее ее клиентов. Одного раза достаточно, спасибо огромное. От одной мысли, что все это повторяется, ей стало плохо.

— Ты уже допросила меня и моих работниц. Я не знаю, что еще могу добавить.

— Это было до того, как мы определили круг подозреваемых, тетя. Ты же знаешь, мне неприятно тебя втягивать, — продолжала Джудит, — но, честно говоря, сейчас мне не помешает любая помощь. Мне нужно…

— Кофе готов, — перебила ее Шарлотта и разлила напиток по чашкам.

— Тетя Чарли, я знаю, ты не хочешь говорить, и я знаю о твоей политике неразглашения в отношении клиентов, но это дело об убийстве. Хочешь ты или нет, но мне придется задать вопросы.

Сплетничать и обсуждать клиентов запрещено. Это давнее правило было непременным условием приема на работу, и любое нарушение влекло за собой немедленное увольнение.

Шарлотта принесла чашки с кофе и поставила одну перед Джудит.

— Я понимаю, что это твоя работа, милая, но это не значит, что она должна мне нравиться. — Шарлотта села напротив. Обхватив чашку двумя руками, глубоко вздохнула и спросила: — Кто из моих клиентов тебя интересует?

Глава 16

— Пока меня интересуют Кэтрин Бергерон, Винс Рассел, Мэриан Хеберт и женщина по имени Дарла Шоу. — Джудит перечислила имена подозреваемых, будто озвучивая список покупок.

Все они в разное время были клиентами Шарлотты, кроме последней.

— Кто такая Дарла Шоу? — спросила Шарлотта, пытаясь оттянуть разговор, но по лицу Джудит поняла, что та просекла уловку.

— Вообще-то, на сегодняшний день она лучший кандидат. Мы подняли дела и выяснили, что после того, как Бергерон подстроил свою смерть…

— Вы в этом уверены?

Джудит пожала плечами и рассмеялась.

— Как говорится, в этой жизни можно быть уверенным только в двух вещах — налогах и смерти.

Шарлотта поморщилась от циничного замечания Джудит. Будучи офицером полиции, Джудит, как правило, сталкивалась с худшей частью человечества. А если учесть, что росла она без отца и с такой сумасшедшей матерью, как Мэделин, у которой после истории с Джонни Монро сдали нервы, то неудивительно, что она довольно мрачно смотрела на вещи.

Бог знает, как Шарлотта старалась, чтобы Джудит и Даниэль чувствовали себя нужными и любимыми, несмотря на таких родителей. Но человек не Господь Бог, а помимо племянников, надо было растить собственного сына и работать, чтобы прокормить их всех.

— В общем…

Голос Джудит вывел Шарлотту из задумчивости.

— Последние два года Бергерон отсиживался в Ки-Уэст. Как нам известно, он жил с этой женщиной, Дарлой Шоу, около года. Судя по всему, он ее просто использовал. Ему нужно было где-то жить и, возможно, нужны были деньги. В общем, мы подумали, что она каким-то образом узнала о его жене и дочери и приехала за ним в Новый Орлеан. — Джудит пожала плечами. — Может, убедившись, что он ее обманывал, она застрелила его в порыве ревности. Пока это лучшее, что у нас есть, учитывая, что с момента убийства мисс Шоу никто не видел.

Шарлотта нахмурилась.

— Но зачем он вообще вернулся?

Джудит снова пожала плечами.

— Кто его знает? Может, дела не закончил, может, ностальгия замучила. — Она покачала головой. — Это просто версия. Не сказать, что безупречная, но… — Джудит прищурилась. — Пока мы не найдем Дарлу Шоу, придется отрабатывать все варианты. И начнем с Кэтрин Бергерон.

— Я уже несколько лет не работаю на Кэтрин, — быстро ответила Шарлотта. — Но насколько ее знаю, мне сложно представить, что она может кого-то убить.

— Ой, тетя Чарли, после того что случилось с Дюбюиссонами, кому, как не тебе, знать.

Шарлотта вздрогнула от не слишком вежливого напоминания о том, как ее одурачили. Через мгновение она все же признала.

— Ты права. Конечно, ты права. Мне ли не знать.

Джудит наклонилась через стол и пожала ее руку.

— Я не хотела тебя обидеть, тетя. Просто… — Она замолчала.

— Конечно, не хотела, родная, — утешила ее Шарлотта. — Я и не обиделась. Так почему Кэтрин? Какой у нее мотив?

— Как мы знаем, после смерти отца Кэтрин Дрю Бергерон взял бизнес в свои руки, — продолжила Джудит. — Через несколько месяцев он вынудил жену отписать ему акции. Возможно, она что-то заподозрила и выяснила, что он практически развалил фирму и завел интрижку. Кто знает? Или, возможно, она поняла, что он собирается ее бросить, и сама нанесла удар. Вот и причина, почему он подстроил свою первую смерть.

Шарлотта понимающе кивнула.

— Но каким-то образом она узнала, что он жив. И на этот раз собственноручно его убила?

Джудит кивнула.

— В общих чертах, так. Есть только одна проблема. Винс Рассел готов поклясться, что провел с Кэтрин почти всю ночь, когда убили Бергерона. И отсюда второй подозреваемый. Насколько хорошо ты знаешь Винса Рассела?

— Вообще-то, я с ним только один раз говорила, когда подписывала контракт на уборку дома Девилье. Я знаю только то, что мне — нам — сказал в воскресенье утром Луи.

Джудит кивнула.

— Ну да, сделка с недвижимостью. Я узнавала об этом, и с репутацией Рассела это достаточный повод для убийства. Луи прав, у Бергерона с Расселом действительно была сделка, которая провалилась за год до первой смерти Дрю. Как я узнала, Бергерон убедил Рассела вложить деньги в проект эксклюзивного комплекса и загородного клуба на озере Пончатрейн. Продажа домов должна была удвоить инвестиции Рассела. Черт его знает, что произошло. Может, Бергерон спустил все в карты. В любом случае Винс, очевидно, мог потребовать деньги обратно, и поэтому Дрю инсценировал свою смерть. В общем, Бергерон возвращается, Рассел узнает об этом и требует отплаты… жизнью. Конечно, отношения Рассела с Кэтрин только подливают масла в огонь. Возможно, Дрю как-то узнал об интрижке и вернулся, чтобы предупредить Кэтрин. Рассел пронюхал об этом и убил его. Но поскольку Рассел подтверждает алиби Кэтрин, она соответственно служит алиби ему.

— Сплошные догадки.

Джудит кивнула.

— Знаю, — признала она. — Поэтому надеюсь, что ты расскажешь мне что-то, что задаст верное направление… Поэтому перейдем к Мэриан Хеберт. Откровенно говоря, она самый слабый подозреваемый, но у мисс Хеберт была куча причин ненавидеть Бергерона, особенно за то, что он уволил ее мужа. Хотя во время допроса она не сказал прямо, но было ясно, что она винит Бергерона в состоянии ее мужа накануне так называемого несчастного случая. Я говорю так называемый, потому что, несмотря на наше заключение, вокруг ходило много слухов. Все, с кем мы говорили, думают, что он покончил с собой.

Что бы ни говорила полиция, я не верю, что это несчастный случай, и меня до сих пор преследуют кошмары. Это изводит меня, это изводит Биджея. Шарлотта поморщилась. Теперь слова Мэриан изводили ее.

— Что с тобой, тетя? Что за взгляд?

Шарлотта пожала плечами.

— Просто вспомнила слова Мэриан. Она тоже не верит, что это несчастный случай. Как и все, она думает, что Билл совершил самоубийство. Но в отличие от остальных и ради своих детей она не хочет этому верить. Она очень нервная.

Джудит кивнула.

— Да, это точно, но, я думаю, это не единственная ее проблема. — Она пожала плечами. — Наркотики или алкоголь. А может, и то и другое.

Когда Джудит посмотрела на Шарлотту, желая услышать ее мнение, Шарлотта засомневалась.

— Да брось, тетя. Ты работаешь на нее три дня в неделю. Ты должна была что-то заметить.

Пока Шарлотта раздумывала, стоит ли делиться подозрениями об алкоголизме Мэриан, ей в голову пришло идеальное решение проблемы.

— Мэриан не могла убить Дрю, так что это не имеет никакого значения. — Она пристально посмотрела на Джудит. — Я припоминаю, что в пятницу вечером она ужинала с Джефферсоном Харпером. Но ведь ты уже знаешь об этом, не так ли?

Джудит тяжело вздохнула.

— Да, к сожалению, знаю.

— Так чего вмешиваться в чужие дела?

— Знаешь, тетя, есть старая поговорка. Знание — сила.

— Да, Джудит, — ответила Шарлотта. — Я очень хорошо знаю эту поговорку.

— И, следуя поговорке, ты можешь сказать мне хоть что-нибудь полезное о Кэтрин Бергерон, Винсе Расселе или Мэриан Хеберт?

— Джудит, родная, не думай, что я упрямлюсь, но… — Шарлотта подняла правую руку и указательным пальцем другой руки принялась загибать пальцы. — Во-первых, я не работаю на Кэтрин уже четыре года. Во-вторых, с Винсом Расселом я встречалась один раз, и, в-третьих, нет смысла обсуждать Мэриан, у нее все равно алиби.

— Так я и знала, — разочарованно проворчала Джудит. — Лу говорил, что я ничего из тебя не вытяну. А я, дура набитая, думала, раз ты моя тетя… — Она пожала плечами, а саркастическая фраза повисла в воздухе.

— Джудит Мари Монро! Как тебе не стыдно.

— Кажется, у меня проблемы, а?

— Если бы я знала что-то полезное, я бы рассказала вам, юная леди, — ответила Шарлотта. — И потом, мне не нравится ваше отношение — твое и Луи. Мы обе знаем, что Луи предвзято ко мне относится. Он никак не успокоится, что именно я решила дело Дюбюиссонов.

Джудит подняла руки.

— Хорошо-хорошо, тетя, сдаюсь. И прости меня, — кротко добавила она.

— Да уж. Кстати, о Луи. Что у него за сложности с твоим новым напарником Уиллом? Что он имеет против?

Несколько секунд Джудит молча смотрела на Шарлотту. Потом, чувствуя себя явно не в своей тарелке, положила ногу на ногу, затем села прямо, не переставая барабанить по столу пальцами.

— Я не пытаюсь вмешиваться в твою жизнь, — заверила ее Шарлотта. — Я только беспокоюсь о твоей безопасности. Хотя Луи меня ни в грош не ставит, я его точку зрения уважаю, и очевидно, что о твоем напарнике он невысокого мнения.

— О моей безопасности речь не идет, так что нет смысла волноваться.

— Да — а о чем же тогда речь?

— Давай просто скажем, что Лу против того, чтобы смешивать работу и удовольствие, и на этом закончим.

Шарлотта медленно покачала головой.

— Давай мы на этом не закончим. Ты встречаешься с Уиллом или нет? И если да, почему Луи так…

— О господи! — простонала Джудит. — Если тебе надо знать, то да. Да, мы встречаемся. А Лу бесится, потому что Уилл женат и у него есть ребенок.

— О, Джудит, нет…

— Все не так, тетя. Уилл расстался с женой, они разводятся. Его жена — настоящая стерва, и он пытается взять опеку над дочерью. Он просто не хочет рисковать, поэтому мы вынуждены пока… быть осторожными.

— И не появляться вместе, да? Милая, это самая старая отговорка, разве ты не знаешь?

После ухода Джудит Шарлотта еще долго обдумывала разговор, охваченная смятением и беспокойством.

— И что мне теперь делать? — спросила она Милашку, стоя рядом с его клеткой и бесцельно глядя в окно. Она понимала, что по поводу Кэтрин, Мэриан и даже Винса Рассела, подозреваемых в убийстве, беспокоится не стоит. У всех есть алиби. Кроме того, она уже усвоила урок и благодаря делу Дюбюиссонов научилась не вмешиваться в дела полиции.

Но Джудит другое дело. Джудит — член семьи, и Шарлотта любит ее как дочь, ведь она фактически вырастила их с братом.

Сколько раз, когда Мэделин с головой уходила в очередную депрессию, именно Шарлотта нянчилась с Джудит и Даниэлем, борясь с их ветрянкой, корью, расстройством желудка. Именно она убедила Джудит попробовать себя тамбурмажором, и она, а не Мэделин, поддержала Даниэля, когда тот получил главную роль в школьном спектакле.

— Как же мне убедить ее, что эти отношения ничем хорошим не кончатся, мой хороший? Как мне доказать ей, что она останется ни с чем?

Попугай что-то прочирикал, но прошло несколько секунд, прежде чем до Шарлотты дошло. Она улыбнулась во весь рот.

— Скучал. Чррик. Скучал, Шарлотта. Чррик.

Шарлотта чуть не закричала. Не сказать, чтоб он произнес это четко и ясно, но достаточно членораздельно, чтобы она поняла. Ей хотелось скакать от радости или станцевать джигу. Сколько месяцев она пыталась заставить маленького негодяя сказать хоть что-то, кроме «дурак», и уже готова была бросить эту затею… И вот, пожалуйста.

Боясь спугнуть птицу, Шарлотта замерла, стараясь даже не дышать слишком громко, чтобы он, не дай бог, не замолчал. Но попугай все же замолчал, и сколько она ни уговаривала его повторить сказанное, в конце концов пришлось сдаться.

Тут же мысли вернулись к разговору с Джудит.

За многие годы Шарлотта пришла к выводу — чтобы избавиться от беспокойства, нужно поспать или заняться чем-нибудь позитивным, но ни в коем случае не поддаваться гнетущим мыслям.

Часы показывали почти три, так что сон отпадал. Поскольку уборка сделана, с бухгалтерией она закончила, то оставалось почитать, побродить по магазинам, прополоть цветы или что-нибудь приготовить. Чтение и магазины не вызывали энтузиазма. Сорняков на клумбе немного. Оставалась кухня.

Может, приготовить что-нибудь для Луи. В конце концов, он болеет, и ей надо проявить себя доброй соседкой… вроде того. Что-нибудь питательное, но не очень острое и жирное, решила она. Что-то легкое, вроде куриного бульона с клецками.

Проверив, есть ли нужные ингредиенты, она достала из морозилки курицу. Пока курица варилась, Шарлотта решила позвонить Луи.

После четвертого гудка включился автоответчик. Решив, что он спит, она оставила сообщение.

— Луи, это Шарлотта. Джудит сказала, что ты болеешь, и я…

— Да, Шарлотта, слушаю, — прервал он хриплым голосом. — Подожди секунду, выключу автоответчик.

— У тебя жуткий голос, — сказала ему Шарлотта. — Джудит сказала, ты болеешь. Ты был у врача?

— Это обыкновенная простуда.

— Значит, не был.

— Мне не нужен врач, Шарлотта. Всего лишь легкая простуда.

— Не похоже, что легкая… — Она хотела добавить, что в его возрасте простуда может обернуться пневмонией или чем похуже, но передумала. Никому не нравится, когда напоминают о старости. — В общем, — продолжила она, — я готовлю тебе ужин. Где-то через час принесу. — Вдруг Луи прорвало на кашель, и Шарлотта сморщилась от жесткого лающего звука в ухо.

— Извини, — наконец сдавленно сказал он. — Спасибо за ужин. — Он прокашлялся. — Но не стоит тебе заходить, можешь подцепить заразу, просто оставь за дверью.

— Ну… — колебалась Шарлотта. — Наверное, ты прав. Я постучу в дверь, когда все будет готово. Но Луи, если за пару дней тебе не станет лучше, надо все же обратиться к врачу. — Не дожидаясь его возражений, Шарлотта повесила трубку.

— Мужчины! — проворчала она, глядя на телефон. Он вдруг зазвонил, и Шарлотта чуть не подпрыгнула. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, она взяла трубку.

— «Домовой напрокат». Шарлотта слушает.

— Тетя Чарли, я забыла сказать.

Шарлотта нахмурилась. Что еще?

— Просто мама еще не знает о моих… э-э-э… отношениях с Уиллом. Да и никто не в курсе.

— Никто — это твой брат, полагаю.

— Даниэль тоже не поймет, — ответила Джудит.

Шарлотте очень хотелось заметить, что, если Джудит стыдится этих отношений, может, стоит отказаться от них. Но не стала.

— Дорогая, ты взрослая женщина, — сказала она вместо этого. — Я не одобряю, но тебе решать.

В пятницу утром небо было серым и облачным и воздух тяжелым и влажным, так что мрачное настроение Шарлотты только ухудшилось, когда она вышла из дома и села в машину.

Еще один день, подумала она, сжимаясь от ужаса. Последний день ей пятьдесят девять, а завтра уже станет шестьдесят… целых десять лет.

До сих пор еще никто не упомянул об ее дне рождения, и хотя она не собиралась устраивать празднество и все такое, но в глубине души боялась, что никто вообще не вспомнит.

До Мэриан она добралась без приключений. Впервые ей не пришлось простаивать из-за утопающих улиц и сгнившей сточной системы. И никаких упавших ветвей, как неделю назад.

Припарковавшись у дома Мэриан, Шарлотта решила, что не станет никому ни о чем говорить, даже если семья действительно забыла о дне рождения. Если они не вспомнят, значит, она спокойно посидит дома, почитает. И может, от души поплачет.

К удовольствию Шарлотты, Мэриан открыла ей дверь одетой и, более того, абсолютно трезвой.

— Я убегаю, мне надо показать дом, — сказала Мэриан. — Вернусь к полудню. — Она пригласила Шарлотту войти. — И на этот раз я зарядила телефон, так что тебе не придется отвечать на звонки.

Шарлотта прошла мимо нее и поставила свою коробку на пол в прихожей.

— Да, и еще одно… — Мэриан замолчала, пытаясь найти что-то в сумочке. Не найдя, она захлопнула ее со щелчком. — Просто, чтобы ты знала, если Сэм вовремя закончит работу на Наполеон-авеню, он может заехать, чтобы второй раз покрасить крыльцо.

Мэриан повернулась и, бормоча себе под нос, быстро пошла на кухню.

— Теперь бы еще найти ключи… куда я их засунула…

Удивляясь, как кто-то столь неорганизованный может вести свое дело, да еще связанное с недвижимостью, Шарлотта покачала головой, подняла коробку и направилась следом.

— Вот они! — обрадовалась Мэриан, схватив ключи с кухонной стойки. — Конечно же, там, где я их оставила. — Мэриан прошла мимо, и Шарлотта заметила, что ее сотовый остался на стойке, где она только что нашла ключи. Телефон все еще висел на подзарядке.

— Мэриан, подожди. — Шарлотта схватила телефон и бросилась за ней. — Мобильный! Не забудь свой мобильный.

Громко вздохнув, Мэриан остановилась.

— Шарлотта, что бы я без тебя делала? Спасибо. — Она взяла телефон и вышла в заднюю дверь.

Кухня была на удивление чистой. Чего нельзя сказать о комнате Биджея. Войдя в комнату, Шарлотта сморщила нос от мерзкого запаха.

В комнате не только воняло, но повсюду была разбросана грязная одежда. На комоде громоздились бумажные тарелки с остатками пиццы, гамбургера и несколько пустых банок. Большой открытый пакет с чипсами валялся рядом с кроватью, второй выглядывал из-под нее. Чипсы высыпались из пакета и раскрошились на ковре. Шарлотта содрогнулась при мысли, что еще может там обнаружиться.

— Ну давай, — пробормотала она, встав на колени, чтобы заглянуть под кровать.

Когда она посмотрела туда, ее чуть не вырвало.

— Господи, — проворчала она, поднимаясь. — По крайней мере теперь я знаю, откуда вонь. — С отвращением покачав головой, она собрала всю грязную одежду и отнесла ее в прачечную, где бросила все на пол. Загрузив машину, Шарлотта запаслась целым арсеналом для уборки комнаты Биджея.

Обратно она вернулась, вооруженная шваброй, совком и набором моющих средств. С помощью швабры она принялась осторожно выгребать мусор из-под двуспальной кровати и со второго захода выудила пакет молока, судя по всему, источник зловония.

Конечно же, осмотрев пакет, Шарлотта убедилась, что тот на четверть полон скисшего молока. Бросив пакет в мусорный мешок, она порадовалась, что молоко свернулось; иначе оно разлилось бы по всей комнате.

Еще две попытки, и на свет появилась куча пыльного хлама, в том числе коробка от обуви, несколько носков и неопознанные валяющиеся объекты.

Шарлотта наклонилась, чтобы поднять коробку и бросить в мусор. Та оказалась на удивление тяжелой, и Шарлотта выронила ее из рук. Крышка слетела, по полу разлетелись газетные вырезки и какие-то штуковины.

— Ох!

Натворила дел, подумала она, глядя на выпавшее содержимое. Помимо политики неразглашения, Шарлотта свято чтила и политику невмешательства. Рыться в вещах клиента строго-настрого запрещено, и каждый раз, нанимая новую работницу, она давала ей развернутые указания.

Шарлотта пожала плечами и пробормотала «ну что ж». Ей ничего не оставалось, как все собрать и позже объясниться с Мэриан. Она только надеялась, что Биджей не подумает, будто она что-то вынюхивала. Подростки особенно трепетно относятся к личной территории.

Присев, Шарлотта стала собирать вырезки и застыла от неожиданности, прочитав заголовок.

— Какого… — Она подняла статью. — «Труп найден в доме Девилье», — прочитала она вслух. Нахмурившись, она просмотрела три другие статьи. Все они были посвящены недавнему убийству Дрю Бергерона.

Сдвинув брови, она уставилась невидящим взглядом на оставшееся содержимое коробки. Зачем Биджею статьи об убийстве Дрю? На кой черт ему все это понадобилось?

Надеясь прояснить ситуацию, Шарлотта потянулась и вытащила из коробки длинную узкую трубку.

— А это что такое? — пробормотала она, раскручивая футляр.

И снова она застыла от изумления. А сердце бешено колотилось, пока в памяти всплывали сцены комнаты, где обнаружили тело Дрю. Дорожная сумка… фотографии… окурок сигары на полу у гардероба, точно такой же сигары, как та, которую она держала в руках.

Шарлотта закрыла глаза и медленно покачала головой.

— Нет, — прошептала она, вспоминая слова Мэриан. Он стал хуже учиться, а на прошлой неделе его временно отстранили за курение. — Нет! — громче повторила Шарлотта, вспомнив, что Биджея недавно отстранили за драку. — Не может быть.

Должно найтись другое, разумное объяснение, что угодно, только не то, что она думала.

Глава 17

Голова пошла кругом, и Шарлотта села на кровать. Глядя на подозрительную сигару и ее футляр, которые она все еще сжимала в руке, Шарлотта глубоко вдохнула и медленно выдохнула.

Думай, Шарлотта… думай.

Она вдохнула еще раз и еще.

Биджей — трудный подросток, но Шарлотта и мысли не допускала, что он мог кого-то убить. Подраться с ровесником — да. Но убить…

Шарлотта содрогнулась, и ей стало стыдно за подобные мысли о мальчике. Но налицо все улики, четкие доказательства, и хочет она верить или нет, невозможно просто проигнорировать сигару и вырезки.

Биджей знал, как его мать относится к Дрю Бергерону, знал и то, что она не верила в самоубийство отца. Более того, он знал, что Мэриан винила Дрю в психическом состоянии Билла накануне смерти.

Могла ли боль Мэриан так подействовать на Биджея, что он решился на убийство?

Шарлотта никогда бы не поверила, что мальчик из хорошей благополучной семьи, как Биджей, может совершить убийство, но заголовки газет в последние годы говорят обратное. Столько случаев, когда подростки в разных частях страны совершали массовые убийства, расстреливали учителей и одноклассников.

Расстреливали.

Джудит сказала… или это был Луи? Шарлотта не помнила, кто именно, но кто-то из них сказал, что Дрю Бергерона убили выстрелом в голову из пистолета двадцать второго калибра. И, кажется, Луи сказал, что такой пистолет продается на всех углах, так что его невозможно отследить.

Шарлотта была уверена, что в доме Хебертов оружия нет. Она вычистила дом вдоль и поперек, так что знала наверняка. Мог ли подросток вроде Биджея достать такой пистолет?

Пока мысль об оружии вертелась в голове, что-то навязчиво зудело в подсознании. Но что?

Поняв, наконец, что именно ее беспокоит, она совершенно растерялась. Чтобы убить Дрю, Биджей должен был сначала узнать, что тот жив, что смерть два года назад — инсценировка. Но откуда он мог знать, если не знал никто? Все, включая жену Дрю, были уверены, что он мертв.

Ухватившись за эту мысль и чувствуя некоторое облегчение, Шарлотта вернула сигару в футляр. Потом вместе с газетными вырезками она положила ее в коробку и задвинула под кровать.

Раздумывая, стоит ли рассказать об этом, Шарлотта принялась за уборку комода. Может, лучше промолчать? Она выбросила бумажные тарелки и пустые банки в мешок. Если рассказать, то кому?

Точно не Луи. И потом, она не уверена, но скорее всего он все равно официально не ведет дело. Может, стоит рассказать Мэриан или Джудит?

Мэриан.

Даже если она промолчит, как смотреть ей в глаза после того, что она обнаружила? А как рассказать? Шарлотта вытирала пыль с комода, но тут остановилась. Как сказать матери, что ее пятнадцатилетний сын, возможно, убил человека?

Шарлотта покачала головой. Она не могла. Просто не могла. Так что оставалась Джудит. Но Джудит тоже не решала проблемы, подумала Шарлотта, включая пылесос и принимаясь за чистку ковра. Она бы доверила племяннице свою жизнь, но Джудит в первую очередь офицер полиции.

Мысленно Шарлотта представила себе всю картину. Биджей арестован. Мэриан в истерике, у нее нервный срыв. Восьмилетнего Аарона отдают в приемную семью, потому что его мать в психушке, а брат за решеткой…

— Нет, нет и нет! — пробормотала Шарлотта, качая головой, и выключила пылесос. Лучше всего промолчать. По крайней мере пока. Кроме того, оставался еще вопрос, как Биджей мог узнать, что Дрю Бергерон жив.

Шарлотта выдернула вилку из розетки и потащила пылесос в прихожую. Следующая на очереди — столовая.

К облегчению Шарлотты, к полудню Мэриан не вернулась. Все утро Шарлотта мучилась сомнениями, рассказать о находке или нет, но так и не решила. Мэриан не появилась и в два, когда она собралась уходить. Если поторопиться, можно вообще избежать встречи.

Шарлотта засуетилась, собирая свои вещи на кухне, и вдруг услышала шум у задней двери. Обернувшись, она увидела Сэма.

— Извини, не хотел тебя пугать, — сказал он, но его довольное лицо говорило обратное.

Шарлотта с трудом сдержалась, несмотря на то что он напугал ее до чертиков. Надо было постучать. Он и сам прекрасно знал. То, что он знал, доводило ее до бешенства, но она твердо решила не доставлять ему удовольствие своим раздражением и молча продолжала смотреть.

— Я просто подумал, что надо предупредить, чтобы ты не выходила в главную дверь, — проговорил он, прервав неловкое молчание. — Раз уж занялся крыльцом, то решил полностью все покрасить.

— Спасибо, что предупредил, — натянуто улыбнулась Шарлотта, поднимая одной рукой свою коробку, а другой — пылесос.

— Подожди, — бросился к ней Сэм. — Я помогу.

— Нет необходимости, — возразила она. — Я сама…

Он все равно забрал у нее пылесос.

— Может, необходимости и нет, но такой даме не пристало таскать тяжести. Кстати, я повесил табличку «окрашено», чтобы мальчики не испачкались после школы.

Шарлотте ничего не оставалось, как выйти за ним через заднюю дверь и закрыть замок. Она стала спускаться по ступенькам и, остановившись на нижней, засомневалась.

— Мэриан и ребята обычно ходят через кухню. Может, оставить им записку, вдруг они не заметят табличку?

— Да нет, не стоит. Я еще побуду здесь, дождусь, пока кто-нибудь вернется. Этот жук Аарон обязательно влезет в краску.

Шарлотта пожала плечами.

— Ну, если ты уверен…

— Мне все равно еще чинить крышу. Да и Биджею обещал помочь с научным проектом для выставки.

Выйдя на площадку перед домом, где она оставила свой фургон, Шарлотта вдруг подумала, что именно Сэму можно рассказать о том, что она нашла у Биджея. Мэриан доверяла Сэму полностью. Биджей проводил с ним много времени, помогая по дому.

Только она решила заговорить с ним, как заметила в конце квартала черный «мерседес» Мэриан и тут же передумала. Не успел Сэм поставить пылесос в фургон, как Шарлотта захлопнула дверь и поспешила сесть за руль.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила она.

— Так когда же ты соблаговолишь со мной поужинать? — спросил Сэм.

Машина Мэриан неумолимо приближалась, и, притворившись, что не слышала, Шарлотта захлопнула дверцу. Вставив ключ в замок зажигания, она завела мотор.

Мысленно радуясь, что припарковала фургон так, что Мэриан не попадала в поле зрения, и по-прежнему игнорируя Сэма, Шарлотта рванула с места. Обидеть Сэма она не боялась. В конце концов, он заслужил, за то, что напугал ее до смерти.

Но то, что она трусливо сбежала вместо того, чтобы открыто встретиться с Мэриан, угнетало ее, и она грызла себя всю дорогу, пока не свернула к дому и не заметила у двери поднос с посудой.

Поднявшись на крыльцо, она узнала свои тарелки, в которых накануне относила Луи ужин. Поскольку его машины не было, она решила, что ему либо стало лучше, и он уехал по делам, либо хуже, и он уехал к врачу.

Шарлотта открыла дверь, взяла поднос и вошла в дом. Как обычно, Милашка принялся разыгрывать красочное представление с воплями и плясками.

— Что, дружочек, соскучился? — Вместо ответа он издал пронзительный крик, после чего принялся недовольно чирикать. — Брось, малыш, скажи: «Скучал, Шарлотта… Скучал, Шарлотта».

К ее разочарованию, попугай продолжал чирикать, и после нескольких минут Шарлотта сдалась.

На автоответчике было одно сообщение. Нажав кнопку, Шарлотта сняла туфли и надела мокасины.

— Привет, мам. У меня мало времени, я просто хотел пригласить тебя завтра на ужин в честь твоего дня рождения, если, конечно, у тебя нет других планов. — Он усмехнулся. — Думала, я забыл, да? — Он снова усмехнулся. — В общем, если у тебя другие планы, пошли их к черту. И надень что-нибудь шикарное. Мы идем в «Коммандерс». Увидимся завтра. Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она, довольно улыбаясь.

— Ты слышал, малыш? — сказала она попугаю. — У меня свидание с сыном, и он ведет меня в «Коммандерс» на мой день рождения.

Милашка в ответ чирикнул и принялся чистить перышки. Но Шарлотта не обратила на его спектакль внимания. Улыбка ее стала шире. Как давно они с Хэнком не ужинали в ресторане вдвоем. Ее радовала сама мысль об ужине со своим вечно занятым сыном в одном из лучших и престижнейших ресторанов Нового Орлеана.

Она уже бывала там раньше, но очень, очень давно. До сих пор у нее текли слюнки, стоило только вспомнить вкус потрясающего хлебного пудинга. Десерт был великолепным, как и сам ресторан, и вся семья Бреннан, владевших «Коммандерс» и несколькими другими превосходными заведениями в Новом Орлеане.

Остаток дня Шарлотту бросало то в радостное возбуждение по поводу предстоящего ужина с сыном, то в ужас при мысли о причине этого ужина. Но что бы она ни думала и ни делала, она никак не могла выкинуть из головы Биджея и то, что нашла у него под кроватью.

Шарлотта как раз покончила с ужином из вареной куриной грудки и зеленого салата, когда услышала, как на улице хлопнула дверца автомобиля. Наверняка Луи, решила она, но все равно выглянула в окно, чтобы удостовериться.

Конечно же, это был Луи, он шел к крыльцу, держа в руке пакет с эмблемой «Мэкис». Даже издалека заметно, что он плохо себя чувствует. Он шел медленнее, чем обычно, и его лицо на фоне темной рубашки казалось совсем белым. Шарлота нахмурилась. Очевидно, что он болен, так какого черта его понесло в супермаркет?

Шарлотта раздраженно поджала губы, чувствуя, что закипает.

— Мужчины! — проворчала она. Стоит им заболеть, и они лишаются последней извилины. Мало того, что он должен лежать в постели, а не шляться черт знает где, так он еще и разнес заразу по всему городу.

Луи вошел к себе, а Шарлотта еще долго кипела, убираясь на кухне. Что такого жизненно важного должно было случиться, чтобы этот больной встал с постели и отправился за покупками? И почему именно в «Мэкис»? Луи, конечно, всегда хорошо одет, и все же он не похож на человека, который слишком заботится о наряде, и уж тем более на человека, который одевается в «Мэкис».

Глава 18

Если отбросить мандраж, то шестьдесят ничем не отличается от пятидесяти девяти, решила Шарлотта, проснувшись утром в субботу. Может, только суставы болят чуть больше обычного благодаря периодически мучавшему ее артриту, но две таблетки аспирина, и все будет в порядке. По опыту она знала, что это временное явление, обычно связанное с победным пришествием в Новый Орлеан холодного атмосферного фронта.

Шарлотта поежилась. Судя по весьма свежему воздуху и холодному полу, фронту удалось прорваться за минувшую ночь. Она всегда с неохотой включала отопление — от этого у нее развивалась клаустрофобия и начинало першить в горле. Но, возможно, сегодня стоит воспользоваться, чтобы хоть немного обогреть дом. Плюс аспирин и горячий душ, и проблема решена.

Приняв душ и выпив первую чашку кофе, Шарлотта решила, что воздух уже достаточно прогрелся и можно выпустить Милашку полетать. Как обычно, попугай сразу занял излюбленное место на верхушке часов.

Шарлотта всегда боролась с жалостью к себе, противопоставляя ей все хорошее, что было в ее жизни. Но впервые, уставившись невидящим взглядом на заголовки «Таймс Пикаюн», она не смогла сказать себе ни одного доброго слова. Она с ужасом думала о будущем, в котором ее ждала лишь одинокая старость на скромную пенсию.

Ей вдруг захотелось плакать. Если бы отец Хэнка был жив, все могло бы сложиться иначе. Вся жизнь могла сложиться иначе. Она не знала, как именно, но за многие годы ее воображение предлагало множество сценариев.

Но он не вернулся, он погиб, и иногда, как сегодня, когда она позволяла себе подумать о нем, ее сердце надрывалось от боли.

Он стал ее первой любовью, любовью всей жизни, и хотя у нее было несколько романов после его смерти, она всегда больше думала о том, как заработать на жизнь и вырастить сына. Да и не встретился ей мужчина, к которому бы она испытывала хоть что-то похожее на то, что чувствовала к Хэнку-старшему.

До недавнего времени, прошептал внутренний голос. До Луи Тибодо… По щеке скатилась слеза, и Шарлотта медленно покачала головой. Слишком поздно. Если бы Луи появился чуть раньше…

Ничего не попишешь, решила она, тем более что Луи не проявлял интереса к ней, кроме как к своей домовладелице. И потом, разве мужчина его возраста захочет иметь что-то общее с женщиной ее возраста? Такие мужчины обычно ухаживают за девицами помоложе, а уж никак не за шестидесятилетними износившимися домработницами.

Шарлотта была так поглощена самобичеванием, что не сразу поняла, что звонит телефон, а не ее голова.

Шмыгнув носом и тяжело сглотнув, она встала из-за стола и подняла трубку.

— «Домовой напрокат», Шарлотта слушает.

— Мисс Лярю? Мисс Шарлотта Лярю?

Шарлотта нахмурилась.

— Да.

— Это Мартин из «Пути к здоровью». Во-первых, хочу поздравить вас с днем рождения, а во-вторых, ваш сын сделал вам подарок, и все утро мы к вашим услугам. Курс включает в себя массаж тела, массаж лица, услуги профессионального косметолога, в общем, все, чтобы вы максимально отдохнули и получили удовольствие. Такси заедет за вами в девять.

Слегка ошарашенная, чувствуя себя и Золушкой, и Алисой в Стране чудес одновременно, Шарлотта положила трубку. Она много слышала о салоне красоты «Путь к здоровью», его клиентки просто пищали от восторга. Однажды Шарлотта даже позвонила узнать, сколько стоит курс, но цена оказалась для нее заоблачной, столько денег на салон она никогда бы не потратила.

— Осталось найти Прекрасного принца, — пробормотала она, взглянув на часы, которые показывали уже восемь тридцать. Полчаса до отсчета и старта. Всего полчаса, чтобы одеться, позавтракать и загнать птицу в клетку. Но что люди надевают, собираясь в салон?

Войдя в спальню, Шарлотта решила, что лучше выбрать что-то теплое и удобное, что легко снимается и надевается. Слегка улыбнувшись, она остановилась на любимом хлопковом спортивном костюме светло-серого цвета, мягком и удобном от долгой носки.

Ровно в семь вечера раздался звонок в дверь. Уж чего-чего, но пунктуальности Хэнку не занимать, подумала Шарлотта, бросив последний довольный взгляд на свое отражение в зеркале.

Массаж действительно оказался потрясающим, она так расслабилась, что даже задремала. Но массаж лица и косметические процедуры были еще лучше, и Шарлотте безумно нравился ее новый образ, придуманный косметологом. Удивительно, что может сделать новый оттенок теней и легкий румянец.

— Да, — кивнула Шарлотта. — На десять лет моложе, — пробормотала она и засмеялась. — Как же!

Поправив воротник новой голубой шелковой блузки, она отвернулась от зеркала и пошла открывать дверь. Ей так понравилось в салоне, что после этого она решила побаловать себя какой-нибудь обновкой. В результате она выбрала блузку и юбку в тон, в которых чувствовала себя суперэлегантной.

Когда она открыла дверь, у Хэнка округлились глаза.

— Ух ты! Ничего себе! — воскликнул он. — Кажется, я не ошибся с подарком?

Шарлотта крепко обняла его.

— Дорогой, это было потрясающе. — Она отпустила его и улыбнулась. — Просто здорово. Спасибо.

Хэнк улыбнулся в ответ.

— Вообще-то, не могу присвоить себе все лавры. Идея принадлежит Кэрол. Но я подумал, что идея хорошая, — поспешно добавил он. — Мы оба решили, что тебе непременно понравится.

— Что ж, вы были правы. И кстати о Кэрол, когда ты, наконец, женишься, как честный человек? Я, знаешь ли, моложе не становлюсь, и мне бы хотелось понянчиться с внуками до того, как я стану развалиной.

Хэнк рассмеялся и, наклонившись, прошептал:

— Это секрет, и потом, ты никогда не будешь развалиной. Что ж… — он указал на машину. — Если мы не хотим потерять наш заказ, надо поторопиться.

— Только накрою клетку.

Отличный конец отличного дня, думала Шарлотта, садясь в «БМВ» Хэнка. Пронежиться все утро в салоне, поужинать вдвоем с сыном в одном из лучших ресторанов города — чего еще можно желать? Ну, разве что лет поменьше…

Хэнк выехал на дорогу, и Шарлотта посмотрела в окно. Машины Луи нет, с досадой отметила она. Забавно, она не слышала, как он уехал, куда же его унесло? Он редко уезжает на ночь, особенно по выходным, если только речь не идет о работе. Ей вдруг пришло в голову, что он мог уехать на свидание, но она тут же отвергла эту идею. Скорее всего Луи задержался на работе, возможно, по убийству Бергерона.

Убийство. Биджей.

Снова на нее навалились мысли о беспокойном подростке, весь день не дававшие покоя.

Обнаружив коробку под кроватью Биджея, Шарлотта решила ничего не предпринимать. Но это оказалось самым сложным. Должно найтись другое решение.

— Чего притихла, мам?

Шарлотта взглянула на сына и улыбнулась. Может, рассказать Хэнку о Биджее, подумала она и почти решилась.

Нет, возразила она себе. Хэнк не поможет. Он слишком прямолинеен, видит только черное и белое. Он заставит ее пойти в полицию. А если она откажется, сам расскажет все Джудит. А потом, конечно же, прочтет ей нотацию, что она снова вмешивается в дела клиентов. Она прямо слышала, как это будет.

— Просто забылась, сынок, — проговорила она. — В моем возрасте такое часто случается.

Машин было немного, пока Хэнк не свернул на Вашингтон-авеню. За квартал до ресторана им пришлось значительно сбавить скорость. Но, как и все, что касалось «Коммандерс», служба парковки оказалась безукоризненной, и машины равномерно продвигались вперед.

Издалека ресторан выглядел потрясающе, и Шарлотта улыбнулась. Освещенный уличными фонарями и мягким светом изнутри, он выглядел настоящим викторианским чудом посреди ночи, со своими башенками, колоннами, мишурой и бело-бирюзовыми полосатыми тентами.

Шарлотта вдруг усмехнулась.

— Что смешного? — спросил Хэнк.

— Не то чтобы смешного, — ответила она. — Просто… как-то странно. Тебе не кажется забавным, что этот шикарный, известный на весь мир ресторан находится прямо напротив старейшего городского кладбища? Жутковатое соседство. Но самое смешное, что никто, похоже, не обращает на это ни малейшего внимания.

Хэнк ухмыльнулся.

— А ты права. Я никогда об этом не думал, может, из-за стены. Вокруг стена, и могил не видно, так что никто и не беспокоится.

Вскоре Хэнк притормозил у входа в ресторан. Тут же к ним бросились двое молодых служащих в одинаковых черных брюках и белых рубашках с короткими рукавами, с обеих сторон открыли двери, и не успели Хэнк с Шарлоттой сделать и двух шагов, как «БМВ» уже отогнали на стоянку, чтобы освободить место для следующей машины.

В тесном фойе ресторана толпилось много людей, но и здесь очередь двигалась быстро, так что вскоре Шарлотта и Хэнк подошли к столику заказов.

— А, доктор Лярю, — тепло улыбнулся им немолодой мужчина. — Рады видеть вас снова. Вы заказывали Садовый Зал, кажется, — он указал рукой на дверь. — Сюда, пожалуйста.

Он повел их через переполненный нижний зал. Неудивительно, что Хэнка в ресторане знали по имени. Он здесь частый гость, и Шарлотта была довольна, что они будут ужинать в Садовом Зале.

Два этажа «Коммандерс» поделены на несколько обеденных зон — маленьких, больших, уединенных и открытых. Но Шарлотте больше всего нравился Садовый Зал на втором этаже ресторана.

Поднявшись на второй этаж, они прошли еще один зал, но, когда вошли в коридор, ведущий к Садовому Залу, их проводник вдруг остановился, и Шарлотта нахмурилась, вглядываясь за его спину. В комнате было темно, и только в окна мигали гирлянды, обвивавшие дубы.

— Что случилось? — с иронией спросила Шарлотта. — Вы забыли заплатить за электричество или у вас просто кончились лампочки?

Не успела она договорить, как вспыхнул свет, и она увидела толпу смеющихся и улыбающихся людей в центре зала.

— Сюрприз! — заорали они хором. — Сюрприз! Сюрприз! С днем рождения!

Ошеломленная, Шарлотта застыла на месте. Хэнк заботливо поддержал ее за талию, и она стояла, молча взирая на поющих.

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, и она облокотилась на Хэнка. Слезы внезапно подступили к глазам, и щеки раскраснелись от смущения.

Сквозь слезы она увидела Мэделин, Джудит, Даниэля и Кэрол, стоявших впереди. По обе стороны от них — вся ее команда, в том числе и Надя Уилсон, стоявшая рядом с Даниэлем. На руках Надя держала малыша Дэви, который улыбался во весь рот. И Луи был там, и Битси Дью, и другие соседи, друзья, клиенты.

Сдерживая слезы, Шарлотта повернулась к Хэнку. Не в силах произнести ни слова, она беззвучно прошептала:

— Спасибо.

Как только песня закончилась, Хэнк подтолкнул Шарлотту в комнату, и ее тут же окружили родственники и работницы, и все поздравляли, обнимали и целовали ее в щеку.

Потом подошли остальные, и, когда вышел Луи, Шарлотта заволновалась, а ее сердце забилось, как африканский тамтам. Первый раз в жизни она увидела его в костюме, и этот темно-серый цвет бесподобно шел его седым волосам и темным глазам.

— Я думала, ты болеешь, — сказала она.

Луи пожал плечами, и до того, как она успела понять его намерения, он наклонился и поцеловал ее в губы.

Шарлотта почувствовала вкус вина, и мурашки побежали по всему телу, когда она вдохнула его потрясающий запах, запах мыла и терпкого одеколона. Но все быстро закончилось.

— С днем рождения, Шарлотта, — прошептал он ей на ухо, и от его теплого дыхания у Шарлотты дрожь побежала по телу. — И кстати, не волнуйся. Я не заразный. У меня нет никакой простуды — просто насморк.

— Невероятно, — сказала Мэделин через несколько минут, когда все начали рассаживаться по местам. — Хэнк снял для тебя весь Садовый Зал. Наверное, стоило ему кучу денег — музыка, стол, торт… — она пожала плечами. — Вообще все.

Шарлотта была поражена не меньше, чем Мэделин; Хэнк изрядно потратился, чтобы сделать ее день рождения особенным.

Просторный Садовый Зал с зеркальными стенами и белыми решетками выходил огромными окнами на дубы и пальмы. Праздничные шары всех цветов парили под потолком, повсюду расставлены корзины с букетами.

Зал поделили на две части; в центре одной из них подковой стояли столы, накрытые чистыми белыми скатертями, на которых красовался сияющий фарфор. Вдоль стен также были столы. На одном красовался огромный торт, другой был завален подарками; остальные заставлены блюдами.

Вторую часть зала оставили практически пустой для танцев, только в одном углу расположился струнный ансамбль, а в другом небольшой бар.

Все расселись, принесли шампанское, и Хэнк встал с речью.

— Спасибо всем, что пришли сегодня поздравить мою маму с днем рождения, — сказал он. — Кстати, если вы не в курсе, ей исполняется шестьдесят, а она все еще даст мне фору. — Когда смех затих, он продолжил: — Кроме того, если вы не знаете, моя мама уникальная женщина. Любой сын или дочь гордились бы такой матерью. — Он повернулся, чтобы посмотреть на Шарлотту, и ее глаза наполнились слезами. — За все хорошее во мне, за все, чего я добился, я благодарен тебе, мама, благодарен за все жертвы, на которые ты шла ради меня, и за отличный пример, которым ты была мне. За тебя. — Он поднял свой бокал. — За чудесную женщину, украсившую не только мою жизнь, но жизнь всех, кто имел удовольствие и честь знать ее.

— Точно, точно! — закричал Даниэль, и подхватили другие. Звякнули бокалы, все зааплодировали, и слезы покатились по щекам Шарлотты.

— Речь! — выкрикнул кто-то. И все начали скандировать: «Речь! Речь!»

Улыбаясь, Хэнк повернулся к ней.

— Если ты ничего не скажешь, мы никогда не начнем есть.

Переполненная эмоциями, Шарлотта промокнула слезы платком Хэнка, и он помог ей встать.

— Спасибо, — хрипло произнесла она и прокашлялась. — Сказать, что я потрясена, — значит не сказать вообще ничего. Я думала, что тихо поужинаю со своим сыном, а вместо этого такой… такой чудесный сюрприз. — Она неуверенно улыбнулась и под гром аплодисментов села на место.

Через час Шарлотта так наелась, что с трудом могла дышать.

— Пора задувать свечи, — сказала Кэрол.

Шарлотта округлила глаза.

— А это обязательно?

Когда и Хэнк и Кэрол разом кивнули, она застонала.

— Кажется, будто весь торт горит, — проворчала она, с тревогой глядя на сияющий огнями торт в центре стола у стены. — Неужели надо было пихать в него все шестьдесят свечей?

— Не волнуйся, тетя Чарли. — Засмеялась Джудит. — Мы все поможем.

— И не забудь загадать желание, — напомнил Даниэль.

— Желание, желание, — подхватил Дэви.

К облегчению Шарлотты, все сдержали данное слово, и, как только свечи были задуты, ей позволили вернуться на почетное место.

Несколько официантов принялись убирать тарелки, освобождая место для торта и кофе, а еще один стал переносить подарки со стола к Шарлотте.

Вернувшись на свое законное место, Шарлотта вдруг заметила, как в зал вошла хорошо одетая женщина. Ужас, как раковая опухоль, расползся по всему телу Шарлотты, и больше всего в этот момент ей хотелось забраться под стол.

Глава 19

К сожалению, прятаться было поздно. Мэриан Хеберт уже заметила ее и направилась прямо к ней. Более того, Мэриан несла подарок, и Шарлотте стало совсем плохо.

— Извини, я опоздала, — запыхавшись, сказала Мэриан и звонко поцеловала ее в щеку. Хэнк поднялся поздороваться с Мэриан, давая Шарлотте время успокоиться.

Хэнк вежливо улыбнулся.

— Добро пожаловать, я сын Шарлотты, Хэнк.

— О, тот самый доктор Лярю, — оживилась Мэриан и протянула руку. — Рада с вами познакомиться. Я Мэриан Хеберт. Шарлотта так много о вас рассказывала, что мне кажется, будто мы знакомы сто лет.

Хэнк пожал ее руку.

— Взаимно, мисс Хеберт. Мы рады, что вы смогли прийти.

— Ой, спасибо огромное за приглашение, и простите, что опоздала. И я как раз хотела сказать, что не смогу остаться надолго. — Она повернулась к Шарлотте. — Но я обещала мальчикам отдать тебе это. — Она положила завернутый в золотую бумагу и обвязанный золотым бантом подарок на стол перед Шарлоттой. — Биджей и Аарон помогли мне выбрать. Они оба так хотели прийти, но у них в школе какие-то дополнительные внеклассные занятия, и они должны быть там. — Она улыбнулась Хэнку. — Мои ребята обожают Шарлотту.

Слова Мэриан ножом прошлись по сердцу Шарлотты. Она сглотнула и, не осмеливаясь посмотреть Мэриан в глаза, все же выдавила улыбку.

— Может, ты хотя бы останешься на торт и кофе?

Пожалуйста, скажи «нет»… пожалуйста, скажи «нет»…

— Я бы с удовольствием, Шарлотта, правда, но мне самой надо ехать в школу.

Шарлотта надеялась, что по ее лицу не видно было радости.

— По крайней мере возьми для ребят кусочек торта.

— Я принесу, мам, — предложил Хэнк.

— Да не стоит, — возразила Мэриан. — Спасибо большое, но мне действительно пора бежать.

На этот раз Шарлотта искренне улыбнулась.

— Передай им спасибо от меня.

Мэриан кивнула.

— Конечно, и еще раз с днем рождения, Шарлотта, — коротко махнув рукой, Мэриан заторопилась к выходу.

Едва она вышла за дверь, как Шарлотта с облегчением вздохнула и откинулась на спинку стула.

Хэнк наклонил голову и испытующе на нее посмотрел.

— Что-то случилось, мам?

— Да нет, — соврала она, чувствуя себя еще более виноватой. — Все в порядке. Что может случиться в такой чудный вечер?

Хэнк знал ее слишком хорошо, и по его лицу стало видно, что он не поверил ни единому слову.

— Ты уверена? У меня появилось подозрение, что ты очень не хотела, чтобы она осталась.

— Брось, Хэнк, не глупи.

Поскольку все уже покончили с тортом, он не стал настаивать.

— Пора открывать подарки, — сказал он.

Первым Шарлотта открыла подарок Биджея и Аарона. Это была милая музыкальная шкатулка, украшенная камнями. На крышке красовался крошечный белый голубь. Она открыла шкатулку, и заиграла песня «Ветер в моих крыльях». Все вокруг в умилении заахали, а Шарлотта с трудом сдержалась, чтобы не разрыдаться.

Почувствовав ее состояние, Хэнк быстро протянул ей следующий подарок.

Шарлотта уже потеряла счет, а Хэнк передавал ей все новые и новые подарки, пока не осталось всего два неоткрытых пакета.

В меньшем пакете оказался свитер от Мэделин.

— Ох, Мэдди, такой красивый и мягкий. Кашемир?

Мэделин кивнула.

— Я подумала, что голубой цвет тебе очень пойдет. И он будет отлично смотреться с кремовыми брюками, которые подарила Джудит.

— Спасибо, Мэдди. Мне безумно нравится.

Последний подарок был больше, а на маленьком золотом ярлычке на ленте написано «Секрет Виктории».

«Секрет Виктории»! Кому в голову пришло дарить ей что-то от «Секрета»?

Оставался еще подарок от Луи, но он бы не стал… она прочитала карточку и залилась краской. Что бы ни лежало в коробке, это от Луи.

Ей хотелось взглянуть на него, на выражение его лица, прежде чем открыть подарок. Но Шарлотта справилась с соблазном, сосредоточившись на пакете. От одной мысли, что Луи ходил по магазинам и выбирал ей подарок, становилось неловко, а еще неизвестно, что именно он купил.

Спокойно, Шарлотта. Что бы там ни было, улыбайся.

Шарлотта разорвала упаковку и открыла коробку. Под многотонными слоями бумаги она обнаружила подарок и с недоумением на него уставилась. Леопардовая расцветочка?

— Какого дьявола? — пробормотала она, надеясь, что это не ночная сорочка. Вот уж ее семейка повеселится. Дрожащими пальцами она достала вещь из коробки. Не сорочка, но немногим лучше. Роскошный атласный халат с мягкой плюшевой подкладкой. Красиво… даже сексуально… и практично.

— Ничего себе! — воскликнула Мэделин. — От кого же это? — Прежде чем Шарлотта успела понять ее намерения и помешать, Мэделин схватила карточку. — Луи? Это от Луи?

Джудит наклонилась вперед.

— Ага, теперь все ясно, — протянула она. — А ты утверждала, что он просто постоялец, и ничего больше. Ну да, тетя Чарли, как же.

Мэделин подтолкнула Шарлотту в бок.

— Давай, сестрица, рассказывай.

Шарлотта закатила глаза и с максимально возможным достоинством проигнорировала насмешки. Она только надеялась, что Луи всего этого не слышал.

Она посмотрела в его сторону, чтобы поблагодарить. Но его не оказалось на месте, и ей вдруг стало не по себе.

С одной стороны, она была рада, что он не слышал насмешек Джудит и Мэделин, но с другой — разочарована… и озадачена. Она принялась оглядываться, гадая, куда он мог деться. Неужели уже ушел, даже не попрощавшись?

Вдруг раздался резкий свист микрофона, и все за столом недовольно сморщились.

— Прошу прощения, — извинился музыкант. — Но у меня объявление. У нас появилась первая заявка. Так что надевайте туфли и тащите партнера на площадку. Пора избавиться от лишних калорий, что вы сегодня наели.

Шарлотта с первой же ноты узнала мелодию из «Привидения» и вспомнила, что последний раз слышала ее у Луи. На мгновение она закрыла глаза. Она была так поглощена музыкой, что подпрыгнула от неожиданности, когда кто-то слегка похлопал ее по плечу.

— Извини. Не хотел тебя напугать.

Шарлотта нервно огляделась по сторонам и подняла голову вверх.

Луи. Он все-таки не ушел.

Луи слегка поклонился и протянул руку.

— Не окажете мне честь, миледи?

Шарлотта сглотнула. На удивление счастливая, что он не ушел, она тепло улыбнулась. Подыгрывая его притворной формальности, она склонила голову, подала ему руку и сказала:

— Конечно, мой рыцарь.

Танцплощадка находилась в нескольких шагах, и когда Луи крепко обнял ее, у Шарлотты появилось странное ощущение, что так и должно быть, что каким-то образом теперь все встало на свои места. Наверное, перебрала с шампанским, подумала она, отмахиваясь от этого ощущения.

— Тебе понравился халат? — спросил Луи, кружа ее в танце, и его теплое дыхание коснулось ее щеки. — Я надеюсь, не поставил тебя в неловкое положение своим подарком. Девушка в магазине заверила меня, что это вполне прилично, и по правде говоря, мне надоело видеть тебя в этих старых обносках, в которых ты вечно расхаживаешь по дому.

— Обносках! — Шарлотта отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза. — Не такие уж и обноски, и, к твоему сведению, я вовсе не вечно расхаживаю в них по дому.

— Да брось, Шарлотта. Признайся, тебе нужен был новый халат. Правда?

Усмешка появилась на ее губах.

— Ну… возможно, — протянула она. — Наверное, мой старый халат действительно поизносился. Но не до такой степени, — поспешно добавила она.

— Так ты на меня не злишься?

Кто бы мог подумать, что Луи будет так переживать из-за подарка.

— Луи, халат замечательный, и, если бы ты не сбежал, я бы сразу же тебе об этом сказала.

— Спасибо. И я не сбежал. Хэнк сказал, что пора начинать танцы, я и пошел.

— Могла бы догадаться, — пробормотала она. — Так это ты заказал песню?

Луи пожал плечами.

— Мне нравится эта песня. У меня много приятных ассоциаций, если ты меня понимаешь.

— Если ты не в курсе, мне она тоже нравится, — ответила Шарлотта. — По тем же причинам. И кстати… — Она погладила его рукой по плечу. — Весь вечер хочу тебе сказать, что мне очень нравится твой костюм. Ты в нем потрясающе выглядишь.

— Надеюсь, — протянул он. — Он стоит бешеных денег, но мне же все равно нужен костюм. По крайней мере твоя племянница постоянно мне об этом твердит.

— Ты купил его специально для вечера?

— Да, благодаря Джудит. Она во многом на тебя похожа, упрямая, как сто орангутангов. На днях она заезжала ко мне и захотела узнать, в чем я собираюсь идти на вечеринку. Ну, когда я показал ей свой старый костюм, она схватила его с вешалки и выбросила в мусорное ведро. — Он усмехнулся. — Типично по-женски, взяла и выбросила хороший костюм только потому, что лацканы не того размера или еще какая-нибудь ерунда. В общем, она позвонила своей подруге, которая работает в «Мэкис» и… — Он пожал плечами. — Вот чем все закончилось.

К полуночи разошлись последние гости. Поскольку Дэви уснул на плече Даниэля, они с Надей ушли раньше.

Остались только Луи и члены семьи, так что Шарлотта без стеснения объявила:

— Это был лучший день, который только можно себе представить, но ваша старая именинница устала и хочет спать.

Она подошла к Хэнку и Кэрол.

— Спасибо, сынок. Спасибо, Кэрол, — Шарлотта обняла ее. — Спасибо вам за все. Это была настоящая сказка, и я никогда ее не забуду. — Она крепко прижала Хэнка к себе.

— На здоровье, мама, — сказал он, обняв ее в ответ.

— Мы хотели сделать что-то особенное, — сказала Кэрол.

Подошел Луи.

— Я и сам немного устал, — сказал он. — Если хочешь, подвезу Шарлотту до дома.

Хэнк посмотрел на Шарлотту.

— Мама?

— Да, отлично. — Она повернулась к Луи. — Спасибо за предложение.

— Тогда берем подарки, и вперед.

Луи молчал, пока они ехали домой, и после шумной вечеринки тишина была настоящим облегчением.

Когда они свернули на Милан-стрит, он прокашлялся, и Шарлотта поняла, что он собирается сказать что-то важное.

— Знаешь, Шарлотта, шестьдесят — не так уж плохо.

Меньше всего Шарлотта ожидала услышать именно это.

Он снова прокашлялся.

— Мне уже два года как шестьдесят, и, кроме шуточек о старческом маразме, с которыми мне пришлось смириться, ничего особенно не изменилось.

— Легко тебе говорить, — пробормотала она. — А для меня шестьдесят — это предел. Даже звучит так… так старчески. И потом, мужчинам проще. Мужчины с годами становятся импозантнее, привлекательнее, а женщины просто стареют и покрываются морщинами.

— Большей чепухи в жизни не слышал, — возразил Луи и свернул к дому. Он заглушил мотор и повернулся к ней. — Да ты легко можешь выглядеть на десять лет моложе. И потом, значение имеет только то, что здесь… — Он постучал указательным пальцем по виску. — И здесь. — Он стукнул кулаком в грудь.

Шарлотта растерялась. Многое в Луи нравилось ей, многое не нравилось, но она никогда бы не подумала, что он может быть философом, и не так уж часто он с легкостью раздавал комплименты.

Когда она пришла в себя, то смогла сказать только «спасибо». И пока неловкий момент не стал еще более неловким, быстро улыбнулась.

— Спасибо, что подвез. — Шарлотта открыла дверцу и вышла из машины.

Луи последовал ее примеру.

— Открывай дверь, а я начну выгружать подарки.

Как только Шарлотта вошла в дом, Милашка принялся чирикать в накрытой покрывалом клетке. Шарлотта решила на время унести его из комнаты, по крайней мере, пока Луи не уйдет.

— Не стоит тебе нервничать на ночь глядя, — успокоила она птицу, осторожно поставив клетку на стул в спальне.

Шарлотта решила оставить подарки на диване в гостиной. Луи пришлось три раза бегать от машины к дому, пока он не принес последний пакет.

— Все, — сказал он, кивнув на заваленный подарками диван, и направился к двери.

— Спасибо еще раз, — сказала Шарлотта, провожая его.

У дверей Луи остановился, и, когда он обернулся к ней, Шарлотта почувствовала, как сотни мурашек побежали по всему телу. Поцелует он ее еще раз? Или, что важнее, хочет ли она, чтобы он поцеловал ее снова?

— Шарлотта, я… — Он опустил глаза и переступил с ноги на ногу. — Насчет ужина в пятницу вечером. — Он поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза. — Я был груб, как скотина, и не извинился. Сегодня — увидев, сколько людей пришло тебя поздравить, слушая Хэнка — я вдруг задумался. Ты хорошая женщина, и я не должен был выплескивать на тебя свою злобу.

Мурашки утонули в сочувствии. Шарлотта сжала его руку.

— Злобу или боль, Луи?

Он помолчал и кивнул.

— И то и другое, наверное.

Она сочувственно улыбнулась.

— Предложение еще в силе, — мягко сказала она. — Если вдруг захочешь поговорить, я всегда рада выслушать.

— Да, я знаю. И я ценю это, правда. — Он пожал плечами. — Может, как-нибудь…

И снова, не дав ей опомниться, Луи наклонился и поцеловал ее в губы. Но это длилось не больше секунды.

— Спокойной ночи, Шарлотта, и с днем рождения, — прошептал он.

После ухода Луи Шарлотта еще долго чувствовала его вкус. Она лежала в постели и разглядывала темный потолок, не переставая думать о нем, его извинениях, о том, как они танцевали… Обо всей этой сказке с чудесным превращением Золушки, о его поцелуе.

Несмотря на усталость, она снова и снова вспоминала весь вечер от начала до конца. Краски и звуки, еду и гостей, подарки… шкатулку от Аарона и Биджея…

Шарлотта застонала. Перевернувшись, она свернулась калачиком.

Биджей, опять.

Что же с ним делать? Совершал ли он убийство? Убил Дрю Бергерона? Виновен… презумпция невиновности…

Вдруг она резко села.

— Как тебе не стыдно, Шарлотта Лярю, — пробормотала она. Все это время, все выходные, она осуждала Биджея, несмотря на то что подсознательно отрицала это. Без суда и следствия, она как обвинитель, судья и присяжные в одном лице признала его виновным и часами мучилась вопросом, кому рассказать об этом и рассказать ли вообще, не дав ему даже возможности оправдаться.

Как теплое одеяло холодным зимним вечером, облегчение согрело ее, и она снова свернулась калачиком.

— В понедельник, — прошептала она. В понедельник она поговорит с Биджеем и выслушает, что он скажет. А потом и будет решать, что делать.

Глава 20

Шарлотта всегда ненавидела всякого рода разборки, но еще больше она ненавидела неопределенность, которая мучила ее уже три дня. Ее бы воля, и из двух зол она не выбрала бы ни одного, но Шарлотта прекрасно знала, что иногда выбирать не приходится.

Взглянув на часы на приборной доске, Шарлотта почувствовала себя неуютно. Она свернула с Сент-Чарльз-авеню на Джефферсон-авеню, где находилась школа Биджея. История этой частной школы ей хорошо знакома — Хэнк учился здесь в старших классах. Школа Айсодора Ньюмана была основана в 1903 году и уже почти сотню лет оставалась одним из самых престижных учебных заведений.

Обычно занятия заканчиваются в три тридцать, но Шарлотта знала, что по понедельникам Биджей дополнительно занимается математикой. По словам Мэриан, Биджей способный мальчик, и до недавнего времени весьма успешно учился. Но после смерти отца его отметки так упали, что Мэриан настояла на дополнительных занятиях.

После уроков, если погода позволяла, Биджей обычно шел два квартала до Сент-Чарльз-авеню, там садился на трамвай, ехал до ближайшей к дому остановки и остаток пути проходил пешком.

Шарлотта приехала рановато, было только четыре пятнадцать, но она боялась упустить его.

Джефферсон-авеню нельзя назвать широкой улицей — впрочем, много ли широких улиц вы найдете в Новом Орлеане? Тем не менее это улица с двусторонним движением, поделенная надвое так называемой нейтральной полосой. Как в Верхнем городе, от полуденного зноя ее спасает густая тень растущих по обочинам деревьев.

Подъехав к внушительному светло-коричневому каменному зданию, Шарлотта приметила удачное место для парковки, где она могла бы, оставаясь в машине, наблюдать за школой. Поскольку парковка располагалась на другой стороне нейтральной полосы, то Шарлотте пришлось проехать чуть дальше по дороге, чтобы развернуться и встать на выбранное место.

Припарковавшись, она заглушила мотор и несколько минут смотрела на смеющихся, громко болтающих подростков, выходящих из школы.

К счастью, Мэриан убежала рано утром, едва Шарлотта приехала на работу, и ей не пришлось мучиться угрызениями совести, что она ничего не сказала Мэриан.

Шарлотта вдруг выпрямилась, заметив, как из школы вышел Биджей с огромным рюкзаком за плечами. В отличие от остальных ребят, выходивших вдвоем или целой компанией, Биджей был один.

Шарлотта пошла ему навстречу через улицу, и вытянутое лицо Биджея выглядело бы смешным, если бы не серьезность ситуации.

— Здравствуйте, мисс Лярю, что вы здесь делаете?

— Привет, Биджей. Вообще-то, ждала тебя.

Несколько секунд он смотрел на нее и вдруг, разволновавшись, со страхом спросил:

— Ничего не случилось? С мамой, с братом, с ними все хорошо?

— Нет-нет, дорогой… — Шарлотта взяла его за руку. — Конечно, с ними все нормально. Все хорошо. Твоя семья здесь ни при чем. Почти. — Она кивнула в сторону каменной скамейки у живой изгороди. — Давай присядем.

Облегчение на его лице заставило Шарлотту почувствовать себя виноватой. Меньше всего она хотела, чтобы он волновался и переживал, ему и так хватило. Но если ее подозрения оправдаются, — видит бог, она этого не хотела, — то Биджея ждут такие переживания, которые ему и не снились.

Они сели на скамейку, и Шарлотта повернулась к нему.

— Спасибо тебе за чудный подарок.

Биджей пожал плечами.

— Пожалуйста. — Он нахмурился. — Вы приехали сюда, только чтобы сказать спасибо?

Шарлотта медленно покачала головой.

— Нет, дорогой. Не совсем. — Она перевела дыхание. — Биджей, ты же знаешь, что я забочусь о тебе, о твоем благополучии? — уточнила она.

Он пожал плечами.

— Ну да, понятно. И что?

— Прежде всего хочу сказать, что я никогда не шпионю и не копаюсь в личных вещах моих клиентов. Но в прошлую пятницу, убирая твою комнату, я нашла кое-что, и это не дает мне покоя. Прежде чем идти к твоей матери или в полицию, я хотела дать тебе шанс объясниться.

Биджей нахмурился.

— В чем?

— Объясни, откуда у тебя под кроватью коробка с сигарами и газетными статьями об убийстве Дрю Бергерона?

Биджей насторожился и вдруг разозлился. Он посмотрел на нее, прищурив глаза.

— Вы не имели права копаться в моих вещах.

— Ну, ну. — Шарлотта выставила руки в защиту. — Я же не нарочно. Я убирала под твоей кроватью, и коробка открылась.

— Все равно, не надо было смотреть, и я не обязан ничего говорить.

Шарлотта вздохнула.

— Конечно, ты не обязан мне ничего говорить, но я была в доме, когда нашли мистера Бергерона, и я видела окурок сигары на полу у гардеробной, где был труп. И знаешь, что? Этот окурок подозрительно похож на сигары в твоей коробке.

— Ну и что! Такие сигары может курить кто угодно, — ответил он резко. — И почему я не могу интересоваться делом мистера Бергерона? Он был другом моего отца, папа у него работал.

Шарлотта кивнула.

— Да, звучит вполне убедительно, но… — Она скрестила руки, наклонила голову и многозначительно на него посмотрела. — Мы оба знаем, что это неправда. Может, попробуешь еще раз?

Биджей посмотрел на нее вызывающе.

Наконец Шарлотта покачала головой.

— Слушай, Биджей, — предупредила она, — все знают, что у тебя в последнее время проблемы. Плохие оценки, нарушение комендантского режима, драка в школе, отстранение от занятий. С учетом всего этого, как ты думаешь, что скажет полиция, когда найдет эту коробку, тем более что ваша семья связана с Бергеронами? Или ты выкладываешь все начистоту, или я иду к твоей матери или в полицию.

Целую вечность Биджей смотрел на нее, сжав зубы, нервно играя желваками. По лицу было видно, что его мучили сомнения и что-то еще, быть может, страх.

— Я ничего такого не делал, — вдруг выпалил он. На глаза у него навернулись слезы, и он раздраженно моргнул. — Я собирал эти вырезки, потому что наделся, что копы найдут убийцу. И я не курю! С тех пор, как меня застукали. — Он помолчал, затем глухо добавил: — Это сигары отца. Когда мама убирала его вещи после его… его… Когда он умер, я взял несколько штук на память. Еще я взял его футболку, но мама не знает, и, пожалуйста, не говорите ей. Она слишком расстраивается, а когда она волнуется, начинает пить.

Шарлотта с трудом сдерживала сочувствие.

— Если ты не сделал ничего плохого, откуда такая агрессия?

Вздрогнув, Биджей опустил голову.

— Ну хорошо, — наконец выдохнул он. — Я был там, но я… — Он вытер лицо тыльной стороной ладони и посмотрел вверх. — Я… я не делал этого, мисс Лярю. Я клянусь, я не убивал его. Я в жизни не стрелял из пистолета.

И она поверила ему.

— Может, начнешь с самого начала и расскажешь мне все по порядку?

Биджей медленно кивнул и прокашлялся.

— В прошлый четверг мама попросила меня отнести бумаги мисс Бергерон, и, когда я уходил от нее, заметил какого-то мужика, который слонялся у забора. Мне показалось странным, что он фотографировал Кэти, дочку мисс Бергерон. Понимаете, Кэти как раз играла у забора.

Шарлотта замерла. Фотографии. Ну конечно. Вот почему фотографии, разбросанные по спальному мешку, показались ей такими знакомыми. Она не узнала малышку, потому что не видела ее с рождения, но подсознательно узнала место, где сделаны снимки, узнала и дом, и сад Кэтрин Бергерон.

— В общем, — продолжал Биджей, — мне надо было пройти мимо него на остановку, и когда я подошел ближе, то понял, что он очень похож на мистера Дрю. Я сначала не поверил, даже перепугался. Мистер Дрю умер, но тот мужик был так на него похож, что я решил последить за ним. — Биджей замолчал, скривился и покачал головой. — Знаете, он ни слова не сказал Кэти. Просто сфотографировал и ушел.

— И ты пошел за ним, — уточнила Шарлотта.

— Да, мэм. Все это было так странно, что я пошел за ним до того дома.

— Дома Девилье?

Он кивнул.

— Тогда я и подумал, что это и правда может быть мистер Дрю и он там прячется. Понимаете, мама столько говорила об этом доме, и я знал, что там никто пока не живет. Так что он мог там только прятаться.

Шарлотта нахмурилась.

— Но это было в четверг, так? Почему ты никому не сказал, матери, например?

— Я хотел, но когда пришел домой, мама спешила на ужин с клиентом, и у меня не было возможности.

— А в пятницу? — спросила Шарлотта. — Почему ты ничего не сказал в пятницу?

Биджей робко посмотрел на нее.

— После того что я натворил в четверг, она вообще ничего не хотела слышать.

— Ах, да, — задумчиво кивнула Шарлотта. — Ты же тогда сбежал после комендантского часа, да?

— Да, мэм.

— А в пятницу днем, после школы?

— Она повезла Аарона к врачу. — Он помолчал. — Но я почти рассказал мисс Бергерон, — добавил он. — Пока мамы не было, она заходила за ключами.

— Но не сказал.

Он покачал головой.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Я… я просто не мог, понимаете, не знал, как сказать. Но когда она ушла, я решил позвонить Сэму. После того как папа умер, Сэм единственный, кто меня всегда слушает, и я знал, он скажет, что делать.

— И что сказал Сэм?

— Сэм сказал, надо сначала удостовериться, что это именно мистер Дрю. Он сказал, что если я ошибся и кому-нибудь расскажу, мисс Бергерон или мама расстроятся и у меня будут большие неприятности.

— И… Постой, угадаю. Ты решил пойти в Девилье и удостовериться.

— Ну а как еще я мог узнать?

— Ох, Биджей, Биджей, — Шарлотта покачала головой.

Биджей не обратил внимания.

— Я просто хотел найти что-нибудь, чтобы доказать, что это мистер Дрю. Я подумал, что могу пробраться туда и взять какую-нибудь из его вещей, права там, или еще что-то.

— А тебе не приходило в голову, что кем бы он ни был, он мог быть опасен?

— Да, конечно. Поэтому я дождался, пока он ушел.

— И нашел что-нибудь?

— Нет. Я когда забрался, услышал, что кто-то пришел, и спрятался в шкафу.

— Кто-то?

— Мисс Бергерон и еще какой-то мужчина, я не знаю. Они смотрели квартиры, по-моему, чтобы снять.

Шарлотта кивнула.

— В общем, когда они ушли, я стал смотреть его вещи, но тут еще кто-то пришел. Я опять спрятался. Я подумал, если вернулся он, то я подожду, пока он уснет, а если это кто-то другой… — Он пожал плечами. — Тогда подожду, пока они уйдут. Я спрятался в шкафу в коридоре рядом с комнатой, где он спал, и стал ждать. Но это точно был он, потому что он сразу вошел в комнату, и я слышал, как он чистил зубы в ванной и умывался. Я уже думал, он ложится спать, когда заскрипела лестница, а потом я услышал голоса. Сначала я не понял, о чем они говорили, потому что говорили тихо. Но потом этот мужик — мистер Дрю — стал кричать на того, кто был там, и тогда я точно понял, что это он, потому что узнал его голос. Он все повторял: «Не надо! Не делай этого! Пожалуйста, не надо». — Биджей вдруг замолчал и сглотнул. — Я слышал, но сначала не понял, что это было. Я думал только, как побыстрее свалить оттуда.

— Что ты слышал?

— Глухой звук. — Он содрогнулся. — Выстрел. — Он глубоко вздохнул. — Потом я услышал шаги. Было похоже, что он ушел, но я все равно ждал, кажется, несколько часов, пока не решился выйти. Ну и дал деру.

— Ох, Биджей, почему же ты никому не сказал? Или еще лучше полиции?

— Ага, там весь дом в моих отпечатках…

— Извини, конечно, — протянула Шарлотта, — но мне не нравится твой сарказм. Я пытаюсь тебе помочь, прояви хоть немного уважения.

Несколько секунд Биджей молча смотрел на нее, потом недовольно кивнул.

— Да, мэм. Простите. Но вы сами сказали, у меня и так проблем хватает. Копы подумают, это я его убил.

— А мама? Ей ты мог рассказать?

Биджей закатил глаза.

— Да вы что! Она бы спятила от ужаса.

— Значит, ты никому не сказал.

— Ну… не совсем. Я рассказал Сэму.

— И?

— Сэм сказал забыть об этом и держать язык за зубами. Он сказал, что рано или поздно копы найдут убийцу. — Он помолчал и добавил: — Вы же верите мне, мисс Лярю? — Он поднял руку, будто принимая присягу. — Я клянусь, это правда.

Шарлотта чуть улыбнулась.

— Я верю тебе, дорогой.

И она верила. И тут же вспомнила, что Джудит сказала ей о Кэтрин и Винсе, которые подтверждали алиби друг друга. Что, если мужчиной, которого не узнал Биджей, был Винс? Что, если, уходя, они заметили Бергерона и решили пойти за ним? Что, если они столкнулись с ним и убили?

— Я верю тебе, — пробормотала она снова. И, осторожно подбирая слова, добавила: — Но боюсь, что не могу согласиться с Сэмом. Я считаю, тебе надо пойти в полицию и рассказать все, что ты сейчас рассказал мне. — По непонятным причинам мысль о том, как легко Сэм Робертс влияет на подростка, ее беспокоила. Было в его самоуверенном поведении нечто такое, что ее просто бесило.

Биджей опустил глаза и завозил ногами по асфальту.

— Может быть.

Шарлотта положила руку ему на плечо.

— Дорогой, подумай. То, что ты скажешь, может помочь полиции поймать убийцу. Или по крайней мере понять, кто это сделал.

— Может, надо сначала поговорить с Сэмом?

Шарлотта скривилась. Опять Сэм. Ее охватило беспокойство. А если Сэм скажет «нет»? Что тогда? Если она расскажет Джудит, то предаст доверие Биджея. И потом, он может просто замолчать или, того хуже, станет все отрицать. Для всех лучше, если ей удастся его уговорить.

Несмотря на свою антипатию к Сэму Роберт-су, Шарлотта понимала, что для Биджея он много значит. Да и Мэриан, похоже, доверяет ему полностью, а Мэриан все же мать Биджея. А кто она такая, чтобы подвергать сомнению его репутацию?

— Ладно, Биджей, — наконец сказала она. — Поговори с Сэмом, если считаешь нужным. Но сделай это побыстрее, ладно?

Биджей кивнул.

— Ну, тебе пора бежать, пока мама не начала беспокоится.

Дважды повторять не пришлось. Биджей схватил свой рюкзак и ушел. Глядя, как он идет по тротуару, Шарлотте пришла в голову мысль. Возможно, ей стоит самой поговорить с Сэмом Робертсом. Ради Биджея.

Почти тут же Шарлотта отказалась от этой идеи. Она и так влезла в это дело по самые уши, а искать встречи с Сэмом Робертсом вообще последнее, что ей нужно.

Разочарованно вздохнув, Шарлотта направилась через дорогу к своему фургону. Но мысль назойливой мухой вертелась в голове. Если Сэм узнает, что Биджей признался ей, то, возможно, удастся уговорить его изменить свое мнение, и он заставит Биджея пойти в полицию.

Чем больше Шарлотта думала об этом по дороге домой, тем более разумной казалась ей эта идея. Так почему, если она такая разумная, ее нервной дрожью колотит при одной мысли о Сэме Робертсе?

Глава 21

Войдя в дом, Шарлотта схватила телефонный справочник и принялась искать Сэма Робертса. Можно спросить у Мэриан, но она оставила это на крайний случай. Не стоит лишний раз попадаться Мэриан, пока не решена проблема с Биджеем.

Найти Сэма Робертса оказалось не так-то просто. В справочнике обнаружилось шесть С. Робертсов, но среди них — ни одного Сэма. Шарлотта обзвонила всех шестерых, и безрезультатно.

Тогда Шарлотта позвонила в справочную, но и там ей вежливо ответили, что его номер не зарегистрирован.

— И что теперь? — пробормотала она, выстукивая пальцами по столу. Как может быть, что у человека его профессии нет зарегистрированного телефона?

Вдруг она перестала стучать пальцами. Выхода нет, решила Шарлотта. Хочет она или нет, но придется звонить Мэриан.

Шарлотта взяла справочник. Мэриан наверняка знает его телефон, а возможно, знает и адрес. Найдя ее номер, Шарлотта засомневалась, нерешительно протянув руку к телефону.

Как объяснить, зачем ей вдруг понадобился телефон и адрес Сэма Робертса? Наконец она решила сослаться на то, что одному из клиентов требуется его помощь. Или лучше сказать, что помощь требуется ей?

Мэриан ответила после третьего гудка. Шарлотта скрестила пальцы.

— Извини за беспокойство, Мэриан, но мне нужен адрес Сэма Робертса. Понимаешь, я на днях просила его починить табуретку, но забыла спросить адрес. Я бы позвонила ему, но в справочнике нет его номера, и я подумала, может, ты знаешь, где он живет.

Оправдание шито белыми нитками большими стежками, и Шарлотта затаила дыхание.

Очевидно, Мэриан ничего не заметила. Она начала диктовать адрес и телефон, Шарлотта схватила ручку и быстро все записала.

Шарлотта никогда ничего не откладывала на завтра, но, повесив трубку, несколько секунд сидела, тупо глядя перед собой. Снова она взвесила все за и против разговора с Сэмом.

— Давай, — наконец пробормотала она. И не дав себе возможности передумать, встала из-за стола, схватила сумочку и вышла из дома.

Адрес, который дала Мэриан, был всего в нескольких кварталах от улицы Шарлотты. Да и дом похож на ее собственный, даже небольшое крыльцо и качели. Только дом Сэма выглядел намного лучше; в отличие от ее дома его недавно покрасили.

Подъехав к дому, Шарлотта не увидела машин, но рассудила, что грузовик может быть припаркован и позади дома, поскольку дорожки по обе стороны уходили на задний двор.

Интересно, весь двухквартирник его? Или он, как Луи, снимает половину дома?

Шарлотта остановила фургон у обочины, вышла и направилась к крыльцу. С каждым шагом она чувствовала себя все неуютнее. Хотелось развернуться и бежать оттуда, не оглядываясь; удерживала только мысль, что все это ради Биджея.

Дойдя до двери, она остановилась. Сделав для храбрости глубокий вдох, Шарлотта нажала на звонок. Прошло несколько секунд, никто не открыл, и она позвонила еще раз.

Хорошая мысля приходит опосля, с издевкой сказала она себе. Мало того, что выскочила из дома, даже не сходив в туалет, так даже позвонить не удосужилась. А если бы позвонила, не попала бы в такое глупое положение.

Но не позвонила, так не позвонила, теперь есть два варианта: околачиваться здесь и ждать Сэма или ехать домой и вернуться позже.

Поскольку неизвестно, когда он появится, а Шарлотте отчаянно нужно было в туалет, она решила уехать. Еще она решила, что в следующий раз обязательно позвонит. На этом она развернулась и стала спускаться с крыльца.

С одной стороны, она радовалась, что его не оказалось дома, а с другой — была неподдельно разочарована. Спустившись на нижнюю ступеньку, Шарлотта вдруг заметила что-то в траве и встала, как вкопанная. Слева от ступеньки лежал подозрительно знакомый окурок сигары.

Паранойя, подумала она, тряхнув головой. Совсем свихнулась на сигарных окурках. И потом, Биджей правильно сказал, что такие сигары может курить кто угодно; сам по себе окурок еще ничего не доказывает.

— Не будь дурой, — пробормотала она, но все равно уцепилась за поручень и поддела окурок ногой. Он был раздавлен, но определенно имел ту же странную форму, что и сигары под кроватью Биджея и у Девилье.

Шарлотта продолжала пялиться на окурок, когда шум подъехавшего грузовика вывел ее из оцепенения.

Оглянувшись, она увидела, как Сэм вышел из своей побитой машины. Ее сердце заколотилось быстрее. Ему надо срочно постричься, подумала она. И бороду подровнять. Если его немного отмыть, он будет не так уж плох…

— Вот так сюрприз! — воскликнул он. — В честь чего это? Постой, угадаю. Ты решила сдаться и завести со мной интрижку.

Шарлотта сглотнула и выдавила вежливую улыбку.

— Отнюдь, — сказала она, как надеялась, с достоинством. — Я приехала поговорить.

— Ну, для разгона можно и поговорить. — Он усмехнулся и заиграл бровями. — Немножко. Чуть-чуть…

— О Биджее, — поспешно добавила Шарлотта. — Я приехала поговорить о Биджее, — твердо повторила она.

Сэм тут же перестал ухмыляться, и на его лице мелькнуло странное выражение. Враждебность? Настороженность? Оно мгновенно пропало, и Шарлотта вообще не была уверена, что ей это не почудилось.

— Что он еще натворил? — серьезно и обеспокоенно спросил Сэм.

— Надеюсь, что ничего, — ответила она. — Но это мы и должны обсудить.

Сэм немного напрягся, но тем не менее кивнул на дверь:

— Что ж, проходи, обсудим.

Снова Шарлотта почувствовала себя неуютно. За долгие годы жизни в одиночестве она научилась осторожности. Есть вещи, которые одинокой женщине делать не стоит, в частности, не стоит входить в чужой дом с малознакомым мужчиной, который к тому же вызывает у тебя неприязнь.

Она хотела предложить ему поговорить на крыльце, но, с другой стороны, отступать уже поздно. Шарлотта подумала о Биджее и чудовищных неприятностях, с которыми он может столкнуться. Слишком многое поставлено на карту, решила она, чтобы препираться из-за того, где разговаривать. От этого разговора, возможно, зависит будущее парня.

Собрав все свое мужество, она глубоко вздохнула и снова поднялась на крыльцо.

Войдя в дом, она весьма удивилась. Во-первых, Сэм перепланировал его и выделил небольшую прихожую. Во-вторых, как и в случае с Луи, ничего общего с тем, как она представляла себе квартиру холостяка. Никакой грязной разбросанной по дому одежды. Никаких немытых тарелок, валяющихся повсюду журналов и газет. Все чистенько и пусто. Но, в отличие от квартиры Луи, дом Сэма был каким-то безликим. Ни картин, ни милых деталей, ничего, чтобы составить о нем хоть какое-то впечатление.

Он жестом указал на диван:

— Присаживайся. Выпьешь чего-нибудь? Колу? Кофе? Что-нибудь покрепче?

— Нет, спасибо. Мне ничего. — Она подошла к дивану. — Но ты можешь пить, что хочешь.

Он кивнул и направился на кухню, когда она добавила:

— Хотя, знаешь, я бы воспользовалась твоим туалетом, если ты не против.

Слава богу, он воздержался от комментариев и просто сказал:

— Дальше по коридору. Вторая дверь налево.

Видимо, первая дверь ведет в спальню, решила Шарлотта и, подходя к ней, замедлила шаги. Неужели она такая же скучная и безликая? Заглянуть или нет? От одного взгляда хуже не будет, правда?

Заглянув в дверь, Шарлотта нахмурилась. По сравнению со спальней гостиная просто шикарна, подумала она, оглядывая пустую депрессивную комнатку.

Как и в гостиной, здесь было чисто, но это, пожалуй, и все, что можно сказать.

Двуспальная кровать накрыта простым хлопковым покрывалом, когда-то, видимо, белым, но теперь, то ли от времени, то ли от небрежности, пожелтевшим. Немного отбеливателя и хорошая стирка, и покрывало станет как новенькое. Жаль, но это не ее дело.

Рядом с кроватью дешевая расшатанная тумбочка, на которой стояла такая же дешевая лампа и будильник. Из мебели в комнате был еще небольшой комод у стены напротив кровати. На комоде — одинокая фотография в рамке.

Фотография стояла так, что Шарлотта не могла увидеть, кто на ней. И снова: взглянуть или нет?

В знании сила, особенно в знании о нужном человеке. А нужным человеком сейчас был Сэм Робертс.

Прислушиваясь к тому, что происходит на кухне, Шарлотта вошла в комнату. Подойдя к комоду, она краем глаза заметила у стены несколько коробок. Они стояли так, что от дверей их не было видно. Но в данный момент ее интересовала фотография.

На фотографии была запечатлена семья — мужчина, женщина и два мальчика. Судя по одежде, снимок сделан лет двадцать назад, решила Шарлотта. Рассматривая каждого из членов семьи, она постоянно возвращалась к мужчине.

Она прищурилась и поджала губы. Она уже видела его… где-то. Но где?

Несмотря на то что темноволосому мужчине на фотографии было на двадцать лет меньше и он выглядел ухоженным и чисто выбритым, логика подсказывала, что это должен быть Сэм, а женщина и мальчики — его жена и дети. В этой логике ее смущало не то, что мужчина на фотографии совершенно не походил на Сэма Робертса, — люди могут сильно меняться с возрастом. Ее смущало то, что она определенно видела мужчину с фотографии раньше, видела его точно таким же. Но где? И когда?

Внезапно вспомнив о времени, Шарлотта направилась к двери. Ее внимание привлекла коробка у двери, набитая книгами. Шарлотту заинтересовало свидетельство в рамочке, лежащее сверху.

Шарлотта наклонилась. Как она и думала, университетский диплом, диплом Тьюланского университета на имя Артура Сэмюэла. Кто такой Артур Сэмюэл? Имя казалось знакомым, но она никак не могла понять, почему. Но важнее другой вопрос — зачем Сэму чужой диплом?

Время… поторопись…

Шарлотта быстро побежала в туалет, и, когда она вернулась в гостиную, Сэм уже ждал ее.

Увидев ее, он встал.

— Я уж подумал, ты в обморок упала, — съязвил он. — Или скончалась от сердечного приступа в моей ванной. Но больше всего я наделся, что ты мне ее бесплатно почистишь.

Шарлотта не оценила его своеобразного остроумия, а одна мысль о загаженной ванной заставила ее содрогнуться. В отличие от гостиной и спальни, ванная была в жутком состоянии. В душе волосы и мыльные ошметки, раковина заляпана зубной пастой, а унитаз — это вообще ночной кошмар.

— Как видишь, я не упала в обморок и даже не умерла от приступа, — съехидничала она в ответ.

— И ванную не почистила, да?

Шарлотта поморщилась, но не стала отвечать.

— В общем, о Биджее.

Сэм пожал плечами и указал на единственное кресло.

— Что ж, садись, поговорим.

Когда оба уселись, Шарлотта начала с того, как нашла коробку под кроватью Биджея, и закончила тем, что он рассказал ей у школы.

— Понимаешь, для своего же блага Биджей должен пойти в полицию и рассказать все, что видел. Я надеялась, что смогу уговорить тебя, и ты убедишь его, что это лучший выход.

Несколько долгих секунд Сэм смотрел на нее, но по его лицу нельзя было понять, о чем он думает.

Вдруг он резко встал. Сунув руки глубоко в карманы, он прошел к окну и выглянул во двор.

— Биджей хороший парень, — сказал он наконец. — Он просто запутался. Я должен был с самого начала отправить его в полицию. Наверное, не сделал этого, потому что знаю, как жестоко полиция может обойтись с таким парнем, как Биджей.

Он повернулся к ней.

— Но я понял тебя и поговорю с ним.

Шарлотта вздохнула с облегчением и, поскольку она сказала все, что хотела сказать, поднялась.

— Спасибо тебе, это правильное решение. Когда он решится рассказать полиции, дай мне знать. Моя племянница работает детективом, и, несмотря на твое предвзятое мнение, она вовсе не садист. Я прослежу, чтобы он говорил именно с ней.

Шарлотта была благодарна Сэму, что он согласился поговорить с Биджеем, и была уверена, что парень послушает своего друга и примет правильное решение, но совсем не Биджей не давал ей покоя по дороге домой.

По непонятным причинам она все время думала о том, что увидела в спальне Сэма… семейный портрет… университетский диплом… чужое имя в дипломе…

Но почему? Почему она продолжает об этом думать, или, что важнее, какое ей вообще дело до Сэма Робертса и его спальни?

Глава 22

Во вторник утром Шарлотта была не в духе. Мало того, что она не выспалась, так еще по глупости выпустила Милашку из клетки. Она уже собиралась выйти из душа, когда птица внезапно спикировала прямо в струю воды, перепугав Шарлотту до чертиков. Струей попугая отбросило на стену, и он упал без чувств. Конечно, он пришел в себя, но Шарлотта все равно беспокоилась, что оставила его дома одного.

Вдобавок, машины с утра тащились еле-еле, а свернув на Мэгэзин-стрит, она окончательно застряла в пробке. Даже припарковавшись у дома Битси, Шарлотта с трудом могла сказать, на сколько опоздала.

Обычно Битси встречала Шарлотту в дверях. Тот факт, что сегодня она не вышла, поначалу не вызвал беспокойства. Но когда Шарлотта позвонила в дверь и никто не ответил, она начала волноваться. На субботней вечеринке Битси, кажется, чувствовала себя прекрасно, но за два дня всякое могло случиться. Что, если она упала и сломала бедро или того хуже — умерла во сне от сердечного приступа?

Шарлотта решила постучать на случай, если звонок заело. Она забарабанила в дверь.

— Мисс Битси, это Шарлотта. Вы дома?

Прошло еще несколько мучительных минут. Наконец за дверью раздался слабый шум. Услышав звук снимаемой цепочки, Шарлотта вздохнула с облегчением. Но когда дверь открылась, она снова занервничала.

— Ох, мисс Битси. Что случилось?

Все время, что Шарлотта на нее работала, Битси тщательно следила за своей внешностью и каждое утро встречала рассвет при полном параде. Видеть ее в сорочке и халате было уже странно, а уж такой бледной и изможденной Битси не выглядела никогда.

Слабо махнув рукой, Битси попыталась успокоить Шарлотту.

— Да погода сегодня такая. — Ее обычно пронзительный голос прозвучал слабым шепотом, Шарлотта едва расслышала. — Наверное, просто простуда, — продолжала Битси. — Спасибо этой поганой миссис Дженкинс. Она сидела со мной в церкви в воскресение и прочихала всю службу.

Шарлотта вошла в дверь и поддержала Битси за талию.

— Ну ладно, давайте в дом, подальше от сквозняка, — она проводила Битси в прихожую. — Джудит сказала, сейчас многие болеют. — Шарлотта отпустила Битси, чтобы закрыть дверь. — Вы сделали прививку от гриппа?

Битси выразительно на нее посмотрела.

— Я собиралась, но тут Дженни приехала. И вообще, я просто забыла.

Шарлотта поставила свою коробку с инструментами.

— Так, ладно. Ложитесь-ка обратно в постель, а я позвоню и попытаюсь договориться с вашим доктором.

Битси покачала головой.

— Ой, Шарлотта, я не в состоянии ехать к врачу и сидеть там все утро.

Шарлотта осторожно проводила Битси в спальню.

— Не волнуйтесь об этом. Я все улажу, хорошо?

Битси кивнула, и Шарлотта улыбнулась.

— А теперь живо в постель.

Укрыв Битси одеялом, она спросила:

— Вы сегодня что-нибудь ели?

Битси уже закрыла глаза.

— Еще нет, — пробормотала она. — Я не хочу.

— Ну, вы пока отдохните, а я скоро принесу вам тарелку вкусной овсянки и немного сока.

До врача Шарлотта дозвонилась поздно утром. Выписав лекарство, которое поможет Битси лучше спать, он посоветовал ей пить больше жидкости и отдыхать.

Выяснив, какой аптекой пользовалась Битси, Шарлотта отправилась за лекарством. Когда Битси стало полегче, она продолжила заниматься уборкой. Но она не на шутку разволновалась, ей казалось, что нельзя оставлять Битси одну в таком состоянии.

Был уже почти полдень, когда Шарлотта нашла решение. Она решила, что заставит Битси позвонить сыну или внучкам, уверенная, что те позаботятся о пожилой даме.

Битси идея не понравилась.

— Нет смысла звонить Брэдли, — настаивала она. — Он только разволнуется и все равно ничего не сможет сделать. Со мной все будет в порядке.

— Если вы ему не позвоните, позвоню я, — ответила Шарлотта. — Ведь вы как мать хотели бы знать, что он болен, правильно?

Битси кивнула.

— Так почему вы думаете, что он не хочет знать, что вы заболели?

— Это другое дело, — быстро возразила Битси.

— Если вы ему не позвоните, позвоню я, — повторила Шарлотта.

— Ты не понимаешь, Шарлотта. Если Брэдли решит, что я не могу заботиться о себе, он заставит меня переехать в Калифорнию или вообще отошлет в дом престарелых.

Битси вдруг разревелась, и Шарлотта сама чуть не заплакала.

— Нет, мисис Битси. Он не сделает этого только потому, что вы немножко приболели. — Но, даже говоря это, она подозревала, что Битси права. Ее собственный сын скорее всего сделал бы то же самое. Он ведь уже пытается спровадить ее на пенсию, разве нет? Уйти на пенсию и на его полное попечение. А она еще не так стара, как Битси.

Слезы текли по сморщенным щекам Битси.

— Пожалуйста, Шарлотта, не звони ему. Пожалуйста, — прошептала она.

Чувствуя себя все больше виноватой за то, что довела Битси до слез, Шарлотта бросилась к ней и нежно обняла за плечи.

— Простите меня, мне так жаль. Я не хотела вас расстраивать. Я просто волнуюсь и не могу оставить вас здесь одну в таком состоянии. Пожалуйста, не плачьте.

Через секунду Битси шмыгнула носом и кивнула.

— Я в порядке. — С мужеством, достойным восхищения, она отодвинулась от Шарлотты и дрожащим голосом сказала: — Вот что. Есть контора, помогающая таким ископаемым, как я. По-моему, они называют себя «Добрая забота». Если ты обещаешь не звонить Брэдли, то я обещаю позвонить в агентство, может, они пришлют кого-нибудь на несколько дней.

Шарлотта улыбнулась.

— Отличное решение. И еще раз прошу прощения. Я просто волнуюсь и не хочу оставлять вас одну.

После обеда из агентства перезвонили и сообщили, что пришлют человека. Шарлотта почти закончила с уборкой, но решила дождаться сиделку, чтобы удостовериться, что та подходит.

Она вынула из посудомоечной машины последнее блюдо, как вдруг, как гром среди ясного неба, снег на голову и все такое, вспомнила, где она слышала имя Артур Сэмюэл.

Артур Сэмюэл — профессор, о котором рассказывала Битси, которого осудили за убийство много лет назад. Битси даже фотографию показывала в альбоме Дженни.

Надеясь, что Битси еще не успела отправить его внучке, Шарлотта бросилась в гостиную.

Войдя в комнату, она увидела альбом на столе, где Битси оставила его неделю назад. Шарлотта села на диван и стала быстро листать страницы, пока не нашла нужную фотографию.

Сначала она глазам не поверила, но чем больше она смотрела на фотографию, тем больше убеждалась, что Артур Сэмюэл, бывший профессор Тьюланского университета, и Сэм Робертс, неотесанный разнорабочий, — это один и тот же человек.

Шарлотта никак не могла оторваться от снимка, когда в дверь позвонили.

— Наверное, сиделка, — пробормотала она.

Захлопнув альбом, она встала, положила его обратно на столик и направилась в прихожую. Сотни вопросов крутились у нее в голове.

Действительно ли Сэм Робертс — это Артур Сэмюэл? Может, они братья или даже дальние родственники и потому так похожи. Если же Сэм Робертс действительно Артур Сэмюэл, то неудивительно, что он захотел изменить имя. Внешне он тоже должен был измениться. В конце концов, двадцать лет прошло. Но зачем он вернулся в Новый Орлеан?

Она развелась с ним, забрала детей и уехала к себе в Канзас. Если это правда, то почему он не поехал в Канзас, чтобы жить ближе к детям?

Шарлотта тряхнула головой и сняла с двери цепочку. Да мало ли причин, подумала она. Его дети давно выросли, возможно, уже и не живут в Канзасе. И потом, может, он не захотел селиться рядом с бывшей женой. Она, вероятно, снова вышла замуж, у нее своя жизнь.

Когда Шарлотта открыла дверь и увидела стоящего на пороге человека, она обомлела. Это был настоящий гигант, великанище.

— Привет. Я Рене из «Доброй заботы».

Несмотря на габариты, он не был толстым. Просто большим. Шарлотта решила, что ему около тридцати, и хотя он явился в типичной униформе, она никогда не приняла бы его за сиделку. Его длинные темные волосы были собраны резинкой в хвост на затылке. В одном ухе поблескивала бриллиантовая серьга, в носу тонкое золотое колечко.

Шарлотта сглотнула.

— Могу я увидеть ваши документы? — спросила она.

— Запросто. — Он усмехнулся, обнажив ряд ровных белых зубов, вытащил бумажник и показал удостоверение с фотографией. В удостоверении с логотипом «Доброй заботы» было написано: Рене Льюис, дипломированный медбрат.

Все еще несколько настороженная, Шарлотта пригласила его войти.

— Так где мисс Битси? — спросил он, оглядываясь.

Шарлотта в замешательстве закрыла дверь.

— Она в постели. Вы знакомы с мисс Битси?

Он снова усмехнулся.

— Конечно. Мы с ней старые приятели, и, должен признаться, я сразу же ухватился за возможность побыть с ней. Она такая душка и к тому же отчаянная.

Шарлотта все еще сомневалась насчет молодого человека, но не могла не отметить очевидное уважение и привязанность в его голосе.

Все сомнения рассеялись, как только Битси увидела вошедшего в комнату Рене.

— Ах, Рене! — воскликнула она. — А я-то думаю, кто это там болтает. — Ее бледное лицо светилось от удовольствия.

Рене усмехнулся.

— Ну, девушка, что тут у вас приключилось? Чего это моя любимая девочка лежит насквозь больная в постели?

Добрый великан, подумала Шарлотта, глядя, как Рене наклонился и поцеловал Битси в макушку.

— Давай-ка, радость моя, приведем тебя в порядок, — сказал он Битси. — А потом ты расскажешь мне последние сплетни.

К тому времени как Шарлотта собралась уходить, она пребывала в полной уверенности, что Битси в надежных руках. На случай, если ей вдруг станет хуже, Шарлотта оставила Рене свое имя и телефон.

Лишнее подтверждение, что нельзя судить о книге по обложке. Права старая пословица, решила Шарлотта, отъезжая от дома Битси. Но работает ли она в случае с Сэмом Робертсом? Можно ли сказать, что она судила о нем, ни разу не взглянув под обложку?

— Только один способ выяснить, — пробормотала Шарлотта. И она знала, кого спросить.

Глава 23

Войдя в дом, Шарлотта сразу направилась к телефону, но вдруг резко остановилась и развернулась.

— Самое главное, — пробормотала она, глядя на клетку Милашки. — Привет, малыш. — Она подошла к клетке. — Хорошо ты сегодня ударился. — Она просунула палец сквозь прутья и нежно погладила птицу по головке. — Теперь ты понял, что большой страшный душ не место для маленьких птичек? Как ты себя чувствуешь? А, дружочек? Выглядишь немного получше.

Попугай потерся головкой о ее палец и казался вполне бойким, но до сих пор он не издал ни звука, и это настораживало.

— Может, поговоришь со мной? Скажи: «Скучал, Шарлотта. Скучал».

Попугай молча смотрел на нее. Даже не попытался чирикнуть.

Взвесив все за и против, Шарлотта решила не выпускать его из клетки до конца дня, чтобы убедиться, что он в порядке.

Может, душ травмировал его больше, чем она думала? Озабоченно хмурясь, Шарлотта еще раз посмотрела на птицу и направилась к письменному столу. Если не заговорит до завтра, придется, наверное, везти его к ветеринару.

Подойдя к столу, Шарлотта нашла в справочнике нужное имя и набрала номер телефона.

Когда-то она несколько лет работала на семью Джонсон. Теперь их дочь Мэри была главным редактором «Таймс Пикаюн». Если кто-то и знает, где можно найти информацию о профессоре Артуре Сэмюэле, так это Мэри.

Когда Мэри ответила на звонок, Шарлотта села за стол и взяла ручку и блокнот.

— Привет, Мэри. Это Шарлотта Лярю.

— А, привет, Шарлотта. Рада тебя слышать, — она засмеялась. — Только не говори, что хочешь пожаловаться на кого-нибудь из наших журналистов. И к слову, думаю, тебе будет приятно узнать, что тот мерзкий тип уехал. Теперь он в Хьюстоне, насколько я знаю.

— Да нет, милая, я не собираюсь жаловаться. Но не скажу, что скучаю по тому негодяю. — Шарлотту передернуло при воспоминании о том, как репортер преследовал ее, узнав, что она работала на Дюбюиссонов. — Как родители? Наслаждаются пенсией?

— Могу только гадать, — вздохнула Мэри. — Я целыми днями сижу в редакции, они разъезжают по всей стране, где уж нам видеться.

— Как их страсть к блошиному рынку, все еще проводят распродажи?

— Ну, цитируя папу, «это стало слишком напоминать работу».

Шарлотта засмеялась.

— Да уж, это в его духе. Знаешь, не хочу мешать твоей работе, но я надеялась, что ты сумеешь мне помочь.

— О чем речь, Шарлотта, помогу, если смогу. В чем дело?

Шарлотта повертела ручку в руках.

— Мне нужна информация о человеке. О том, что случилось… Наверное, лет двадцать назад. Это должно было быть в газете.

Через несколько секунд Мэри ответила:

— Двадцать лет долгий срок, я здесь еще не работала. Знаешь что, попробуй библиотеку. У них в архиве есть микрофильмы с газетными статьями, но тебе надо определиться с месяцем, иначе прокопаешься там сто лет.

Шарлотта нахмурилась.

— А побыстрее никак нельзя?

— Боюсь, что нет. Двадцать лет действительно долгий срок.

Шарлотта решила пойти в библиотеку на Сент-Чарльз-авеню, которая находилась ближе всего к дому, и потом, она обожала само здание с его долгой историей. По дороге она пыталась вспомнить какое-нибудь значительное событие, которое могло произойти примерно в одно время с аварией.

Если бы точно определить месяц… Может, октябрь, решила она, смутно вспоминая некую костюмированною вечеринку, на которой работала в ту ночь.

К счастью, Шарлотте удалось найти свободное место для парковки прямо перед зданием библиотеки.

Каждый раз, приходя сюда, она вспоминала историю. Когда-то этот дом принадлежал богатому новоорлеанскому торговцу, потом знаменитому летчику и его не менее знаменитой жене, звезде немого кино. Но последними владельцами была пара, потерявшая сына в Окинаве во время Второй мировой войны. В память о сыне они передали дом новоорлеанской публичной библиотеке.

Торопясь к подъезду, Шарлотта взглянула на часы. До закрытия оставалось два часа в лучшем случае.

Войдя в библиотеку, она сразу же объяснила, что ей нужно. К ее разочарованию, ей ответили, что данные двадцатилетней давности можно найти только в главном здании на Лойола-авеню.

Главное здание не такое старое и колоритное, но и у него есть повод для гордости — когда-то журнал «Прогрессивная архитектура» присудил ему приз за лучший дизайн публичного учреждения.

Снова Шарлотте пришлось объяснять, что ей нужно.

Библиотекарь, бойкая молодая женщина, отправила Шарлотту в отдел штата Луизиана.

— Вам повезло, — сказала она с улыбкой. — Если я правильно помню, у нас есть копии всех выпусков «Таймс Пикаюн», начиная с 1837 года, все на пленках.

Потратив почти час на просмотр пленок, Шарлотта нашла статьи об аресте и суде над профессором. В одной из статей оказалась фотография, и снова Шарлотта поразилась сходству между профессором и Сэмом Робертсом.

Просматривая статьи, она заметила одну закономерность. Во время ареста и в ходе суда профессор упорно настаивал на своей невиновности. Но помимо этого Шарлотта не нашла ничего, что могло хоть как-то помочь.

К тому времени как она вышла из библиотеки, пробки на дорогах уже рассосались. Домой она добралась без приключений, но назойливые мысли о профессоре и Сэме Робертсе не оставляли ее в покое.

Профессор и Сэм — одно лицо? Даже если так, что это меняет? И какого дьявола вся эта канитель так ее беспокоит?

Биджей, решила она, свернув к дому. Единственной причиной была дружба между Сэмом и Биджеем и то, как Сэм влиял на подростка в такое трудное для него время. По мнению Шарлотты, это веская причина, чтобы проверить личность Сэма Робертса.

Заглушив мотор, Шарлотта продолжала сидеть в машине, уставившись в стенку гаража. Кого еще спросить? Или где еще раздобыть информацию о Сэме Робертсе?

В других обстоятельствах она бы обратилась к Джудит или Луи. Любой из них мог легко собрать информацию о Сэме. Но тогда бы ей пришлось объяснять, зачем понадобились эти сведения, а она не могла… пока.

Оставался только один человек, который мог знать что-то о Сэме, возможно, такое, что ее успокоит. К сожалению, этот человек — Мэриан Хеберт.

Поскольку Сэм работал на мужа Мэриан, а теперь и на нее, Шарлотта была уверена, что Мэриан должна знать что-то о его прошлом — откуда он, был ли женат, в общем, то, о чем обычно болтают люди.

Огорченно вздохнув, Шарлотта взяла ключи и сумочку и пошла к дому. Тупик, подумала она, открывая входную дверь. Невозможно расспросить Мэриан о прошлом Сэма, не предав Биджея… или возможно?

В среду утром Шарлотту разбудило громкое чириканье Милашки. Она была рада, что к попугаю вернулся голос и нет нужды везти его к ветеринару, но даже его чириканье не прибавило ей хорошего настроения после тревожной ночи.

Всю эту, кажется, бесконечную ночь она придумывала, как расспросить Мэриан о Сэме, не выдав Биджея. Самое простое — притвориться, что у нее личный интерес. Но вероятность того, что Мэриан захочет поиграть в сваху и расскажет обо всем Сэму, заставила Шарлотту отказаться от этой идеи.

И вдруг, уже ближе к рассвету, Шарлотта придумала то, что могло сработать.

План предельно прост. Надо случайно упомянуть Сэма в разговоре с Мэриан. Мэриан училась в Тьюлане, и Шарлотта решила, что можно начать с внучки Битси, приезжавшей на встречу выпускников. Потом можно заговорить о выпускном альбоме и потрясающем сходстве между Сэмом и профессором. Так, невзначай, она переведет разговор на Сэма.

Но придумать сценарий — это одно, а воплотить его — совсем другое. Шарлотта никогда не умела врать, более того, ненавидела ложь в любом виде. Но выхода нет, решила она, первый и последний раз. Биджей в беде, возможно, его будущее зависит от того, что она узнает.

Сделав над собой неимоверное усилие, Шарлотта заставила себя встать с постели, хотя больше всего ей хотелось зарыться под одеяло и обо всем забыть. Потянувшись за халатом, она на мгновенье задумалась, вздохнула и перевела взгляд на шкаф, в котором висел новый.

Потрогав изношенную хлопковую подкладку старого халата, она нахмурилась. Она примерила халат на следующее утро после дня рождения, и с тех пор он висел в шкафу. Но почему?

— Сама знаешь, почему, — проворчала Шарлотта, набрасывая на себя старый. Глупо, но то, что Луи выбрал этот халат, предполагало некую интимность, к которой она не готова. И неважно, что каждый раз, глядя на него, она вспоминала, как они с Луи целовались… ну, не то чтобы целовались.

Закатив глаза, Шарлотта тряхнула головой и пошла в гостиную.

Обычно она выпускала Милашку на несколько минут, пока одевалась. Но хотя попугай выглядел бодро, она решила подержать его в клетке еще немного, пока не будет точной уверенности, что он в порядке.

— Если ты будешь чувствовать себя нормально, обещаю, что выпущу тебя днем, — сказала она птице, наполняя кормушку зерном.

Но Милашка хотел гулять немедленно, и не успела Шарлотта открыть дверцу, как он метнулся к выходу.

— Нет-нет, — она прикрыла дверцу рукой. — Не сегодня, приятель. — Указательным пальцем Шарлотта отогнала его в глубь клетки. — Ну, будь хорошим мальчиком, и я в субботу вычищу твою клетку.

Когда Шарлотта вышла из дома, небо затянули облака, моросил мелкий дождь, и день намечался серый и холодный. Выезжая на дорогу, Шарлотта заметила, что машины Луи нет на месте, и нахмурилась.

Она вспомнила, что не видела ее и накануне вечером, И ночью не слышала, чтобы он вернулся. Так где же он? Он вообще был дома?

Тревога все нарастала, пока Шарлотта ехала по Милан-стрит. Она понимала, что есть вполне логические причины, почему Луи мог не прийти домой. В конце концов, он еще не на пенсии. Ему еще два месяца ловить преступников, которые, похоже, работают круглосуточно. Но к черту логику, она также знала, что его работа — это постоянная опасность. Может, позвонить Джудит, просто чтобы удостовериться, что он в порядке, что он не ранен или…

— Может, тебе заняться своими делами, — пробормотала она, затормозив у светофора. Луи взрослый мальчик и сам в состоянии отлично о себе позаботиться.

Все утро Мэриан бегала по делам и, вернувшись домой к обеду, сказала Шарлотте: — Все, на сегодня хватит. Через час, закончив уборку в детской ванной, Шарлотта согласилась. Хватит. Больше нельзя откладывать.

Оставалось убрать кабинет Мэриан, и работа сделана, так что времени у нее в обрез. Давай уже, разберись с этим.

Шарлотта вошла в кабинет Мэриан и поставила свою коробку рядом с рабочим столом, затем решительным шагом вышла из комнаты. В коридоре она остановилась, прислушиваясь к малейшему шуму и пытаясь определить, где Мэриан.

Звон посуды привел Шарлотту на кухню. Когда она вошла, Мэриан стояла у плиты, наливая в кастрюлю соус для спагетти.

Мэриан взглянула на Шарлотту и улыбнулась.

— Уже все?

Шарлотта покачала головой.

— Почти. Остался кабинет. — Она подошла к шкафчику. — Просто захотелось пить. — Она взяла с полки стакан. — Такая жажда, будто сутки не пила. — Шарлотта покачала головой. — Прямо как вчера, у мисс Битси. Я никак не могла напиться.

Она налила себе воды из бутылки.

— Может, стоит сходить к врачу, — предложила Мэриан.

Шарлотта сделала большой глоток и закатила глаза.

— Уже была на прошлой неделе, жду результатов.

Поскольку обсуждать свое здоровье Шарлотта не собиралась, она быстро сказала, не дав Мэриан возможности что-то спросить:

— Кстати, о мисс Битси. Ты знаешь ее внучку, ту, которая живет в Нью-Йорке?

— Дженни? — спросила Мэриан.

Шарлотта кивнула:

— Да. Где-то с неделю назад она приезжала на встречу выпускников Тьюлана.

Мэриан странно на нее посмотрела, но Шарлотта продолжила:

— Мисс Битси была так счастлива, что просто взахлеб рассказывала мне о встрече. Дженни даже привезла выпускной альбом, — с притворным возбуждением Шарлотта округлила глаза и улыбнулась. — Угадай, кого я там увидела?

Мэриан скептически приподняла бровь, и Шарлотта усмехнулась.

— Тебя. Всех вас на какой-то вечеринке! Я и не знала, что ты, твой муж и Дрю Бергерон вместе учились.

Мэриан нервно улыбнулась.

— Это было очень давно.

Шарлотта кивнула.

— Больше двадцати лет назад, судя по дате в альбоме. — Она помолчала и, сглотнув, добавила: — Такой скандал еще был с этим профессором. Знаешь, с тем, который сбил пешехода и скрылся. — Шарлотта нахмурилась. — По-моему, его звали Артур или что-то вроде. — Она кивнула. — Точно, я вспомнила. Артур Сэмюэл. Профессор химии, кажется.

Мэриан поморщилась, и, хотя тут же отвернулась к плите помешать соус, было видно, как она побледнела.

Озадаченная ее реакцией, Шарлотта отпила еще воды, чтобы собраться с мыслями. Назвался груздем, полезай в кузов. Подняв голову, она продолжила:

— Я совершенно забыла про эту историю, пока миссис Битси не напомнила. И знаешь, что самое смешное? Будь у него борода и длинные волосы, и накинуть лет двадцать, получился бы вылитый Сэм Робертс.

Лицо Мэриан стало белее мела, руки задрожали. Чтобы скрыть дрожь, Мэриан начала энергично помешивать соус, стуча ложкой по кастрюле, потом положила ложку на плиту.

— Мне надо выпить, — пробормотала она.

— Конечно, говорят, что у каждого где-то есть двойник, — упрямо продолжала Шарлотта, а Мэриан направилась к бару между кухней и гостиной. С напускным безразличием Шарлотта добавила: — Наверное, просто совпадение, что они так похожи, и Биджей, кажется, без ума от Сэма.

Мэриан открыла бар и достала графин бурбона.

— Но это хорошо, правда? — продолжала Шарлотта, глядя, как Мэриан наливает бурбон в стакан. — Хорошо, что у него есть пример перед глазами… — Шарлотта замолчала, увидев, как Мэриан опрокинула в себя целый стакан и тут же налила новый. — Мэриан?

Мэриан покачала головой.

— Он узнал, — пробормотала она и выпила. — Господи боже, он как-то узнал.

Шарлотта нахмурилась. Мэриан вела себя странно. Шарлотта ожидала какой угодно реакции, но никак не думала, что Мэриан впадет в истерику прямо у нее на глазах.

— Мэриан, да что с тобой? О чем ты говоришь? Что узнал?

Словно только что вспомнив про Шарлотту, Мэриан резко обернулась, глядя на нее расширенными от ужаса глазами.

— Он узнал, говорю. Он…

Неожиданно услышав звонок в дверь, Мэриан совсем обезумела.

— Нет! — закричала она. — Пожалуйста… — Она махнула рукой по направлению к двери. — Посмотри, кто это, и пусть убираются.

Шарлотта успокаивающе подняла руки.

— Конечно, хорошо, без проблем.

Обеспокоенно взглянув на Мэриан, Шарлотта нахмурилась и направилась в коридор.

Реакция Мэриан была совершенно неадекватной, но почему?

Он узнал.

Что она хотела этим сказать и почему так разнервничалась?

Потянувшись к дверной ручке, Шарлотта вдруг застыла.

Я знаю, как жестоко полиция может обойтись…

Тогда она не придала значения его словам. Но теперь они обрели совсем иной смысл.

— Конечно, — прошептала она. С чего бы он стал так говорить, если бы не знал по себе? А если он сам прошел через это, значит… Если это по виду груша и по вкусу груша, то скорее всего это груша…

Снова позвонили в дверь, и Шарлотта подскочила на месте. Потом… она подумает об этом позже.

Глубоко вздохнув, Шарлотта натянула вежливую улыбку и открыла дверь. Но улыбка растаяла, как только она увидела на пороге перепачканную с головы до ног женщину.

На вид ей было тридцать с небольшим, и она промокла насквозь — от корней мелированных волос до заляпанных грязью мокасин. Сначала Шарлотта решила, что она бездомная. Но, приглядевшись к ее одежде, передумала. И куртка, и блузка, и брюки были весьма дорогими, хоть и промокшими.

Неожиданно женщина вытащила руку из кармана куртки. Увидев пистолет, Шарлотта почувствовала, как от страха по телу побежали мурашки, ноги подкосились.

Но когда женщина ткнула пистолетом ей в живот, Шарлотта едва не задохнулась от острой боли, а страх превратился в оглушающий ужас.

Глава 24

— Меня зовут Дарла Шоу, — прорычала женщина.

Дарла Шоу. Шарлотта вспомнила. Дрю жил у Дарлы Шоу в Ки-Уэсте, но хуже того, Дарла Шоу — подозреваемая номер один в списке Джудит.

— Мне кажется, у нас есть нерешенные вопросы, — резко сказала женщина. Угрожая пистолетом, она заставила Шарлотту отступить в прихожую и, войдя в дом, ногой закрыла дверь.

Дверь с грохотом захлопнулась, и Шарлотта подпрыгнула. Думай, Шарлотта. Думай! Но сердце так сильно стучало по ребрам, что она с трудом могла дышать, не то, что думать.

Женщина осмотрела Шарлотту с головы до ног, и ее темные глаза наполнились презрением.

— Ты намного старше, чем я думала, — усмехнулась она.

Старше?

— Не понимаю, как он мог уйти от меня к старой шлюхе вроде тебя? — Сопровождая каждое слово толчком пистолета, она добавила: — Конечно, ему нужны были только деньги.

Мэриан! Она думает, что я Мэриан. Шарлотта хотела возразить, но издала лишь невнятный писк.

— Столько недель я слышала: Мэриан то, Мэриан это, — зло сказала женщина, подтверждая подозрения Шарлотты. — О да, — она многозначительно кивнула. — Я все знаю о тебе, знаю, что ты сделала. И я все знаю о ваших с Дрю делишках. — Дарла покачала головой и простонала: — Я говорила ему, не езди. Идиот! Я умоляла его. Но разве он послушал?! — закричала она. — Нет, только не он, только не мистер Всевластный и Всемогущий Всезнайка. Не мистер Кобель, — фыркнула она.

Обнажив зубы, она прорычала.

— И я была права, не правда ли? Не надо было ему приезжать, потому что ты убила его, разделала, как цыпленка. — Слюна брызнула из ее рта. Она облизнула губы и прищурилась. — Но у меня для тебя новости, сестренка. Ты заплатишь, и заплатишь дорого. Но на этот раз, — она ударила себя в грудь, — на этот раз ты заплатишь мне.

Женщина пребывала в полной уверенности, что говорит с Мэриан, и, хотя Шарлотта хотела разубедить ее, интуиция подсказывала этого не делать.

Шарлотта сглотнула и, надеясь, что Мэриан слышала крики и угрозы и еще в состоянии догадаться позвонить в полицию, решила, что единственная возможность остаться в живых — подыграть… разыграть дурочку.

Собрав все свое мужество, Шарлотта медленно покачала головой.

— Здесь какая-то ошибка. Я не знаю никакого Дрю и понятия не имею, о чем вы говорите…

— Врешь! — закричала женщина. — Нагло врешь! Адрес правильный, и ты Мэриан Хеберт! Я знаю, потому что Дрю говорил мне о твоем чудесном доме в этом снобистском районе Верхнего города. И я знаю все о вас, о том, что вы сделали — ты, Дрю и этот твой муж. Знаю, что вы напились как свиньи в ту ночь и увели машину профессора и что ты была за рулем.

Он узнал… он как-то узнал.

Если бы Шарлотта уже не онемела от ужаса, она бы онемела от изумления, и если у нее и оставались сомнения, что Сэм Робертс — это Артур Сэмюэл, то они мгновенно развеялись. Аминь.

Дарла продолжала кричать, но ее слова начали обретать смысл. Они все связаны: Дрю, Билл, Мэриан и Сэм, он же профессор Артур Сэмюэл. Если то, что сказала Дарла, правда, неудивительно, что у Мэриан проблемы с головой, впрочем, как и с алкоголем. И неудивительно, что Сэм изменил имя и постарался изменить внешность. Он не хотел, чтобы его узнали.

Если Мэриан, Дрю и Билл угнали машину профессора и сбили прохожего, значит, они позволили посадить за решетку невинного человека. Хуже того, каким-то образом Сэм вычислил, что именно они угнали его машину. И что кто-то из них виноват в том, в чем обвинили его.

Шарлотта похолодела. Двое из троих, Билл и Дрю, мертвы.

Сэм работал на Билла, и Билл погиб при странном взрыве.

А потом Дрю. Шарлотта не сомневалась, что Сэм убил и Дрю… Окурок сигары у шкафа, точно такой, как окурок сигары около дома Сэма… Пурпурная маска Марди Гра на лице Дрю. Пурпурный, зеленый и золотой — традиционные цвета Марди Гра. Пурпурный — символ справедливости, зеленый — веры, золотой — силы. Сэм Робертс, он же профессор Артур Сэмюэл, хотел справедливости и таким жутким способом показывал миру, что он ее все-таки добился.

Но как? Как Сэм узнал, что Дрю жив? Неважно. Он как-то догадался, и теперь из троих осталась Мэриан.

Дарла вдруг толкнула Шарлотту пистолетом.

— Ты сделала это. Ты убила того человека, и ты засадила профессора за решетку. — Дыхание у нее сбилось, на губах появилась гротескно-зловещая улыбочка, и она громко прошептала: — И я знаю еще кое-что. Я знаю, сколько ты платила Дрю за молчание, так что не пытайся увиливать. Теперь ты будешь платить мне. Я знаю, на убийство срок давности не распространяется. Если не заплатишь, я пойду в полицию.

Скажи, что она блефует. Рискованная уловка, женщина может сорваться, но другого выхода Шарлотта не видела. Она подняла голову и, надеясь, что взгляд получился вызывающим, посмотрела на Дарлу.

— Какая здравая мысль, — проговорила она. — Валяй. Иди в полицию. Нет, лучше позвони им прямо сейчас, телефон там.

Казалось, целую вечность женщина смотрела на Шарлотту. Вдруг ее лицо исказилось и покраснело от злости.

— Вряд ли, — сказала она резким голосом. — Думаешь, ты самая умная, но у меня для тебя новости. Я умнее. Твои детки, кажется, вернутся с минуту на минуту, да? Так что либо ты дашь мне деньги, либо я убью их обоих. — Она наклонилась и закричала прямо в лицо Шарлотте: — Не шути со мной! Убью ублюдков, лучше заплати мне!

Краем глаза Шарлотта заметила в окно какое-то движение на крыльце. Мальчики! Неужели они уже дома?

— Хорошо, хорошо! — Шарлотта вскинула руки и стала быстро соображать, как отвлечь психопатку. Время. Надо выиграть время. Надеясь, что Мэриан услышит ее и уведет мальчиков от дома, Шарлотта громко проговорила: — Я дам тебе деньги! Все, что угодно, только не трогай детей. — Она кивнула в сторону кабинета. — Я храню деньги там, в кабинете.

Дарла толкнула Шарлотту пистолетом.

— Так-то лучше. Ну, пошли за ними. Повернись. — Шарлотта повернулась. — Теперь аккуратненько, — предупредила женщина. — И не пытайся ничего выкинуть.

Шарлотта с трудом шла на трясущихся ногах, чувствуя, как пистолет упирается в поясницу.

Войдя в кабинет, она показала на стол.

— Деньги там.

Когда они подошли к столу, Дарла резко сказала:

— Бери, но не вздумай что-нибудь устроить.

— Сколько ты хочешь? — спросила Шарлотта, медленно обходя стол.

— Все, — ответила Дарла. — Все, что у тебя есть.

И что теперь? Не зная, что еще сделать, Шарлотта наклонилась, открыла ящик и начала в нем копаться. Дарла не могла видеть содержимое, так как стояла с другой стороны стола. Ящик был забит счетами. Еще там лежала коробка с конвертами. Шарлотта достала конверт и начала медленно набивать его счетами, надеясь, что Дарла поверит, будто там деньги. Нужно выиграть время.

Она почти набила конверт, когда вдруг заметила, что рядом стоит ее коробка с моющими средствами. Это навело ее на мысль. Сможет ли? Хватит ли храбрости хотя бы попытаться?

Дарла явно беспокоилась и все время оглядывалась по сторонам, особенно на дверь.

Продолжая якобы набивать конверт деньгами, Шарлотта краем глаза следила за Дарлой, выжидая момент. Как только Дарла отвернулась, Шарлотта схватила распылитель с нашатырным спиртом.

Положив палец на ручку пульверизатора, она спрятала бутылку за спину. Держа в другой руке конверт, она призвала на помощь всех богов, поднялась и подтолкнула конверт к Дарле.

— Вот твои деньги. Забирай и выметайся.

Как и надеялась Шарлотта, Дарла смотрела только на конверт. Чтобы его взять, ей придется наклониться, рассчитала Шарлотта, а наклонившись, она потеряет устойчивость. Как только Дарла потянулась к конверту, Шарлотта выхватила распылитель и, направив его в глаза женщине, нажала на ручку.

Струя брызнула в лицо Дарлы, которая закричала, уронила пистолет и стала яростно тереть глаза. Пистолет с тяжелым стуком упал на стол. Шарлотта бросила бутылку и, не спуская глаз с Дарлы, быстро схватила пистолет. Зажав оружие в руке, она бросилась к двери.

Услышав полицейские сирены, Шарлотта побежала в коридор. Распахнув дверь, она застыла.

Второй раз за последний час на нее было направлено дуло пистолета.

Двое полицейских уже стояли на крыльце с пистолетами, другие бежали к ним от машин.

— Бросьте пистолет! — закричал один из патрульных. — Бросьте немедленно!

— Хорошо, хорошо! — закричала она в ответ. — Видите. — Она наклонилась и положила пистолет на крыльцо. — Я его положила.

— Спокойно. Теперь подтолкните его ко мне.

— С радостью, — пробормотала она, пиная пистолет в сторону полицейских.

Как только она оттолкнула пистолет, к ней подошел второй полисмен.

— Поднимите руки.

— Офицер, разрешите мне объяснить…

— Руки над головой!

Шарлотта подняла руки.

— Пожалуйста, сэр, я просто горничная. Меня зовут Шарлотта Лярю, моя племянница — детектив Джудит Монро. Женщина, которая вам нужна, внутри, и это ее пистолет.

— Эй, Джо! — прокричал знакомый голос. — Это правда. Все в порядке.

В два прыжка на крыльцо поднялся Билли Уилсон, и Шарлотта вздохнула с облегчением.

— Ох, Билли, как никогда рада тебя видеть.

После того как Шарлотта вкратце рассказала, что случилось, Билли отправил в дом двух полицейских.

Через минуту Дарлу взяли под стражу и вызвали «скорую», чтобы отвезти ее в ближайшую больницу.

Шарлотта объяснила, что где-то в доме должна находиться ее клиентка, и вместе с Билли пошла искать Мэриан.

— Да, мисс Лярю, с нашатырем вы хорошо придумали, — сказал Билли, когда они направились к кухне. — Это было смело. Но вот ведь странно, вы всегда умудряетесь попасть в историю.

Шарлотта содрогнулась.

— Не по своей воле, уверяю тебя. Просто везет, наверное, — пошутила она. — Если честно, мне повезло, что ты оказался здесь и поручился за меня… снова. Спасибо, Билли.

Билли пожал плечами.

— Да не за что.

Кухня была пуста. Шарлотта покачала головой.

— Не понимаю, куда она делась. Я…

Одновременно они услышали шум. Билли показал на кладовку, и Шарлотта кивнула.

— Мэриан, это Шарлотта, — она подошла к кладовке. — Ты можешь выйти. Полиция уже здесь. — Шарлотта открыла дверь и изменилась в лице. — Ох, Мэриан…

В кладовке едва ли было место, чтобы повернуться. Мэриан сидела на полу, сжавшись в комок, и дрожала всем телом. В одной руке она сжимала разделочный нож, в другой пустую бутылку.

Она посмотрела на Шарлотту.

— Ох, Шарлотта! Я… я так испугалась. — Она поднялась на ноги, нож и бутылка со звоном упали на пол. Шарлотте пришлось подхватить Мэриан, чтобы та не свалилась. — Она… она ушла? — заикаясь, спросила Мэриан. — Эта женщина ушла? — От нее несло алкоголем, и Шарлотта поморщилась.

— Еще нет, — ответила она, — но все в порядке. Полиция забрала ее.

Лицо Мэриан было бледным как полотно, ее трясло.

— Мне как-то нехорошо. — Вдруг она застонала. — О, нет… Кажется, меня… меня сейчас стошнит. — Она схватилась руками за живот и согнулась.

— Хорошо, хорошо, держись! — сказала Шарлотта.

— Я помогу, — предложил Билли.

Поддерживая ее с двух сторон, они дошли до ванной, и Мэриан тут же стошнило. Зная, что Мэриан потом будет неловко, Шарлотта заверила Билли, что справится, и выгнала его из ванной. Закрыв дверь, Шарлотта намочила тряпку, отжала ее и стала ждать. Когда из Мэриан изверглось все, что могло, Шарлотта открыла воду, села рядом с Мэриан и стала вытирать ей лоб мокрой тряпкой.

— Спасибо, Шарлотта, — прошептала Мэриан через несколько минут, все такая же бледная и дрожащая. — Я так испугалась, что не могла остановиться, все пила и пила, особенно когда услышала, что она сказала. — Мэриан посмотрела на Шарлотту несчастными глазами. — Я, наверное, должна объяснить.

Шарлотта покачала головой.

— Ты мне ничего не должна, Мэриан, но, думаю, у полиции будет много вопросов. Конечно, мне интересно. Но я больше беспокоюсь. О тебе, — добавила она, — и о Биджее.

Мэриан вдруг схватила Шарлотту за руку.

— Пожалуйста, Шарлотта, пожалуйста, не говори им, что сказала та женщина.

Шарлотта положила свою руку на руку Мэриан.

— Обо мне не беспокойся. Беспокоиться надо о Дарле Шоу, о том, что она может рассказать.

— Она может болтать, что угодно, но это неправда, я не была за рулем той ночью. Господи, я думала, что была. Почти двадцать лет я думала, что это я виновата, что я сбила того беднягу. — Она покачала головой. — Мы все тогда напились, но я хуже всех. Я так нагрузилась, что вообще не помню, что произошло. Но одно я знаю точно — я не виновата. Я не угоняла машину профессора и, клянусь тебе, не сбивала того человека. Не я была за рулем тогда. Я его не убивала.

Мэриан пьяна, поэтому Шарлотта решила, что она говорит правду. А поскольку на трезвую голову она не будет такой откровенной, Шарлотта воспользовалась случаем.

— А Дрю Бергерон? — мягко спросила она. — Это ты убила его?

— Если бы. Я об этом мечтала. Если у кого и были причины, — она ударила себя в грудь, — то у меня. Два года, со дня его так называемой смерти, Дрю пил из меня кровь, шантажировал меня. И вся эта заваруха, все это из-за него. Из-за него и Билла, — прошептала она, уставившись в пол.

Мэриан вздохнула.

— Бедный Билл. Он так разозлился, когда узнал. Только тогда он сказал мне правду. Когда понял, что Дрю жив и шантажирует меня. Это было за день до того… до того, как он погиб.

Лицо Мэриан стало решительным.

— Понимаешь, — резко сказала она, — это все Дрю, с самого начала. Дрю вел машину в ту ночь, Дрю уговорил Билла свалить вину на меня. А потом они оба уговорили меня не вмешиваться в дело профессора.

Шарлотта нахмурилась.

— И столько лет муж убеждал тебя, что ты убила человека?

Мэриан покачала головой.

— Тогда мы не были женаты.

— А почему он не рассказал тебе после свадьбы?

— Чувство вины, — ответила она. — Все просто, он чувствовал себя виноватым, и к тому времени все зашло слишком далеко. Когда профессора осудили, я… У меня был нервный срыв, и я пыталась покончить с собой. Выпивка и наркотики, чувство вины за то, что я не только убила человека, но и засадила за решетку невиновного. Именно после этой попытки Билл сказал мне, что не понимал раньше, как сильно меня любил. Но увидев меня в таком состоянии… — Она пожала плечами. — Он винил себя и сказал, что именно тогда решил заботиться обо мне до конца жизни… Я тогда была совсем ненормальной и такой несчастной. — Она покачала головой. — Я все равно всегда любила Билла, так что легко согласилась на предложение, чтобы он заботился обо мне. Знаешь, как это бывает, время идет, и становится все сложнее говорить правду.

К сожалению, Шарлотта очень хорошо знала. Много лет она жила с собственной ложью, притворяясь, что вышла замуж за отца Хэнка перед тем, как он уехал во Вьетнам, хотя на самом деле это не так. Лишь когда Хэнк стал уже почти взрослым и начал задавать вопросы, она нашла в себе смелость сказать правду.

Мэриан вздохнула.

— Когда Билл сказал мне правду, я пришла в бешенство. Я так разозлилась, мне было так больно, и… — Мэриан сглотнула. — Все эти годы… — Она наклонила голову и потерла лоб. — В общем, — она опустила руку и подняла голову, — мы разругались, орали, кричали, я грозилась, что заберу детей и уйду от него, разведусь. А на следующий день… — В ее глазах появились слезы. — На следующий день его не стало, погиб при взрыве. Ох, Шарлотта. — Слезы потекли по ее щекам. — Это я виновата. Несмотря на ложь, на обман, Билл любил меня и мальчиков. Мы были для него всем, и когда он подумал, что я могу забрать их, он… — Мэриан закрыла лицо руками и разрыдалась.

Прошло несколько секунд, прежде чем Мэриан продолжила.

— Я не убивала Дрю, — прошептала она. — Но он заслужил смерти.

Шарлотту порадовало, что Мэриан рассказала правду, но ей все равно надо было спросить, чтобы Мэриан подтвердила.

— Мэриан, — Шарлотта сжала ее плечо. — К слову о Билле. Если это тебя утешит, я не верю, что он покончил с собой. Честно говоря, я не верю, что это был несчастный случай. Я уверена, что Билла Хеберта убили. Я также уверена, что тебе надо пойти в полицию и рассказать им то, что ты рассказала мне.

Мэриан вдруг отшатнулась.

— Нет! — Она в панике уставилась на Шарлотту. — Ты не понимаешь? Если я расскажу полиции, они решат, что я убила Дрю. А кто позаботится о моих детях? — Она покачала головой. — Ни за что. И если ты им расскажешь, я буду все отрицать.

— Ну-ну, успокойся, — сказала Шарлотта. — Во-первых, я не собираюсь никому ничего говорить. Но послушай, что я скажу. Если я права, то Сэм Робертс действительно Артур Сэмюэл, и он хочет отомстить за свою поломанную жизнь. Он хочет справедливости. Я не знаю, как, но он узнал, что произошло той ночью. Каким-то образом он узнал, что вы трое угнали его машину и сбили пешехода, а его посадили отдуваться за это. Он уже убил Дрю, и я думаю, он же убил мистера Хеберта. Двое из троих уже мертвы… — Шарлотта замолчала, давая Мэриан возможность подумать.

Потом мягко добавила:

— Не понимаешь? Если ты не расскажешь полиции, он в конце концов убьет тебя, как убил мистера Бергерона и твоего мужа.

На лице Мэриан отразился целый калейдоскоп чувств, и Шарлотта добавила:

— Подумай еще об одном. Сэм уже подружился с Биджеем и Аароном. Они оба доверяют ему. Что, если он решит отыграться на них?

Глава 25

— Нет! — простонала Мэриан. — Только не мальчики! Он… он не может. Он любит Аарона и Биджея. — Она содрогнулась. — Он не сделает этого.

— Ты уверена? — Шарлотта взяла Мэриан за плечи и встряхнула. — Ты готова рискнуть жизнью своих детей?

Несколько секунд Мэриан смотрела на нее широко открытыми непонимающими глазами.

— Не будь наивной, Мэриан. Мы говорим о человеке, который из-за вас троих потерял все: семью, работу, репутацию — все! Я видела Дрю Бергерона. Видела его труп. Сэм выстрелил ему прямо в голову с близкого расстояния. Он уже хладнокровно убил двух человек. И если ты его не остановишь, он убьет и тебя. Хуже того, он может отмстить тебе, лишив самого дорогого. Даже если он не убьет твоих детей, подумай, что будет с ними, если он убьет тебя?

Мэриан снова расплакалась и, наконец, кивнула.

— Хорошо, — прошептала она. — Я согласна.

Шарлотта облегченно вздохнула.

— Отлично! — Она отпустила плечи Мэриан. — Для начала нам нужен сочувствующий союзник. Я позвоню своей племяннице. Если помнишь, она допрашивала тебя после убийства Дрю.

— А я все думала, на кого она так похожа?

Шарлотта кивнула.

— Когда я позвоню Джудит, тебе нужно вызвать своего адвоката. А пока не приедет Джудит, с полицией пообщаюсь я. Договорились?

— Да, — еще тише прошептала Мэриан.

— Пошли, — Шарлотта поднялась. — Нет, постой! Может, нам лучше сидеть здесь, сколько сможем. Тогда не придется отвечать на вопросы до приезда Джудит.

— Хорошая мысль, — согласилась Мэриан. — Поверь мне, я не тороплюсь.

Шарлотта кивнула и достала из кармана мобильник. Она набрала номер Джудит, и тут Мэриан вдруг неуверенно встала на ноги.

— Дети! — пробормотала она. — Сколько сейчас времени?

Шарлотта глянула на часы.

— Начало четвертого, но я думала, что…

Мэриан закрыла глаза и вздохнула.

— Слава богу. — Она опустила крышку унитаза и села. — Скоро должны вернуться.

Кого же тогда я видела на крыльце? У Шарлотты не было времени подумать об этом. Джудит ответила на звонок.

— Джудит, родная, это я. Я у Мэриан Хеберт, мне нужно, чтобы ты срочно сюда приехала.

— Что случилось, тетя Чарли?

— Объясню, когда приедешь. Джудит, это срочно, пожалуйста, побыстрее. — Шарлотта нажала отбой и протянула телефон Мэриан. — Звони адвокату.

Пока Мэриан разговаривала по телефону, Шарлотта прислонилась к двери и прислушалась. Интересно, Билли еще там или оставил дежурить другого офицера?

За дверью было тихо, но, чтобы убедиться, Шарлотта приоткрыла дверь и выглянула в коридор. Пока все тихо. Никого нет, и, судя по всему, все вообще стоят на крыльце.

Теперь оставалось дождаться Джудит. Шарлотта закрыла дверь. Мэриан все еще говорила по телефону, и ванная вдруг показалась Шарлотте тесной.

Она никогда не страдала клаустрофобией, но сейчас тесное пространство и тяжелый запах от Мэриан начали действовать на нее угнетающе. Реакция на стресс, решила Шарлотта, схватившись за раковину. После такого у любого появится слабость и головокружение. По крайней мере она хотела так думать.

Вдруг в дверь громко постучали. Звук разнесся по ванной, отражаясь от кафельных стен, и Шарлотту чуть не хватил инфаркт.

— Мисс Лярю! У вас все в порядке?

— Да, Билли, — ответила Шарлотта. — Все хорошо.

— Мэм, нам нужно задать вам несколько вопросов.

— Хорошо, — сказала она. — Еще две минуты. — И шепотом спросила Мэриан: — Адвокат едет?

Мэриан кивнула и отдала телефон Шарлотте.

— Скоро будет.

— Хорошо. И помни, говорить буду я. — Она помогла Мэриан подняться. — Готова?

Мэриан пожала плечами.

— Не очень, но не вижу выбора. — Она посмотрела в зеркало и скривилась. — По крайней мере не придется врать, что мне плохо. Достаточно взглянуть на меня.

Шарлотта ободряюще улыбнулась. Думая о том, как выиграть время до приезда Джудит, она открыла дверь.

— Билли, может, поговорим в гостиной? Мне кажется, мисс Хеберт там будет удобнее, чем на крыльце. Она всё еще очень плохо себя чувствует, — добавила она в оправдание.

Билли посмотрел на Мэриан и кивнул. Через несколько минут он вошел в гостиную со вторым офицером. Мэриан сидела в кресле напротив дивана, а Шарлотта предпочла стоять рядом, чтобы отвлечь на себя внимание.

— Это офицер Харди, — сказал Билли Шарлотте.

Шарлотта кивнула, признав в нем полицейского, который целился в нее на крыльце.

— Мы поговорили с мисс Шоу, но хотелось бы узнать вашу версию.

Осторожно подбирая слова, чтобы не выдать истинную причину появления Дарлы, Шарлотта скупо рассказала о том, что случилось, начав с того, как Дарла приняла ее за Мэриан.

— Несчастная женщина, — закончила она. — Очевидно, она обезумела от горя после смерти мистера Бергерона и, непонятно почему, вбила себе в голову, что его убила Мэриан. Конечно, это смешно. Мэриан и близко не было в ночь убийства у Девилье. — Шарлотта пожала плечами. — Еще раз скажу, она обезумела от горя, а поскольку Бергерон и Мэриан когда-то были друзьями, неверно, все поняла. Я благодарна Мэриан, что она не растерялась и позвонила вам, ребята, и что вы приехали так быстро.

Объяснение звучало не правдоподобнее сказки о Санта-Клаусе, и Шарлотта приготовилась к ожесточенному допросу.

Шаги в коридоре отвлекли офицеров, и, когда в комнату вошла Джудит, Шарлотта вздохнула с облегчением.

Кивнув офицерам и Мэриан, Джудит переключилась на Шарлотту.

— Ты в порядке, тетя Чарли? — Шарлотта кивнула, и Джудит повернулась к полицейским. — Ребята, дайте мне пару минут поговорить с тетей.

Когда они вышли, Джудит подошла к Шарлотте.

— Ты уверена, что все в порядке? Ты какая-то бледная. — Она кивнула на диван. — Может, присядешь?

Шарлотта кивнула.

— Присяду, но все в порядке, милая. Просто еще немного потряхивает. Не каждый день мне угрожают пистолетом, — добавила она.

Джудит села рядом с Шарлоттой.

— Так что тут у вас случилось, тетя?

Шарлотта глубоко вздохнула.

— Я знаю, кто убил Дрю Бергерона.

Джудит бросила подозрительный взгляд на Мэриан и снова обратилась к Шарлотте:

— Выкладывай.

— Прежде чем делать выводы, — Шарлотта кивнула на Мэриан, — дай мне объяснить. Пока еще не все ясно, но это началось больше двадцати лет назад. Мэриан, ее муж и Дрю Бергерон вместе учились в Тьюлане. Как это часто бывает, однажды они напились.

Очень коротко Шарлотта пересказала всю историю о том, как они ради забавы угнали машину профессора, как Дрю сбил человека и как они вместе с Биллом заставили Мэриан поверить, что это сделала она.

— В газетах писали, — продолжала Шарлотта, — что перед смертью сбитый человек успел описать машину и частично назвал номер. Профессора Артура Сэмюэла уже не раз штрафовали за вождение в нетрезвом виде, и, конечно, полиция его арестовала. Его судили и приговорили к десяти годам за преступление, которого он не совершал. Не знаю как, но он, очевидно, узнал правду и теперь жаждет мести.

Джудит подняла руку.

— Очень интересно, тетя Чарли. Но, во-первых, как можно было убедить миссис Хеберт, что она вела машину? Это невозможно.

— Извините, — вмешалась Мэриан. — Мне неловко в этом признаваться, но это очень даже возможно. Я была совершенно невменяема и с какого-то момента вообще перестала понимать, что происходит. Знаете, как говорят, не смешивайте алкоголь и наркотики.

Джудит медленно кивнула.

— Да, наверное, но, — она повернулась к Шарлотте, — откуда ты столько знаешь о профессоре, тетя, и при чем здесь Дрю Бергерон и Дарла Шоу? И где сейчас этот профессор?

— Все это несколько запутано, — вздохнула Шарлотта. — Просто постарайся выслушать меня до конца.

Начав с того дня, когда Битси показала ей выпускной альбом, Шарлотта рассказала о последовавших событиях. Она решила не говорить, что Биджей ходил к Девилье, поскольку теперь была уверена, что Дрю Бергерона, а может, и Билла Хеберта убил Сэм Робертс. Не стоило пока впутывать мальчика.

— Ты знаешь, — продолжала она, — у Мэриан работает человек по имени Сэм Робертс. И так как я часто его здесь вижу, меня поразило его сходство с профессором. — Она рассказала о найденных у Биджея сигарах, умолчав о причине визита к Сэму, и сказала, что видела у него точно такие же, и такой же окурок был в доме Девилье. — Биджей хранит вещи своего отца, в том числе сигары. Они с Сэмом вроде как дружат, и, наверное, Биджей дал ему несколько штук. И еще, конечно же, маска Марди Гра. Я много думала об этом и могу только сказать, что пурпурный — это цвет справедливости. Профессор, наконец, восстанавливает справедливость.

— Когда сегодня утром объявилась Дарла Шоу и начала тут безумствовать, все это стало обретать смысл. — Шарлотта перевела взгляд на Мэриан, и та, понимая, что наступил ее черед, кивнула.

— Понимаете, — начала Мэриан, — последние два года Дрю Бергерон шантажировал меня. Видимо, Дарла об этом знала, и, когда Дрю убили, она решила, что это сделала я. Видит бог, причин у меня было много, но я его не убивала, — быстро добавила она. — В общем, эта Дарла Шоу решила продолжить славное начинание Дрю и шантажировать меня сама.

— Но это еще не все, Джудит, — добавила Шарлотта. — Я думаю, что Сэм Робертс убил также и Билла Хеберта. Если проверишь, то увидишь, что в деле Билла много странного. Я, кажется, говорила, что Сэм раньше работал на Билла?

Несколько долгих секунд Джудит молча сидела, глядя то на Шарлотту, то на Мэриан, и Шарлотта затаила дыхание. Джудит резко встала.

— Знаете что, дамы? — она многозначительно взглянула на каждую. — Думаю, что я вам верю. По крайней мере не откажусь побеседовать с Сэмом Робертсом.

Шарлотта шумно выдохнула, а Мэриан уронила голову на руки, будто вознося Господу благодарственную молитву.

Джудит прокашлялась.

— Но, миссис Хеберт…

Мэриан и посмотрела на Джудит.

— Я прошу вас не уезжать из города в ближайшее время.

Шарлотта оставалась у Мэриан, пока полиция не уехала.

— Может, сварить тебе кофе? — предложила она, когда последняя патрульная машина отъехала от дома.

— Ох, Шарлотта, у тебя, наверное, полно других дел.

Главным для Шарлотты делом было убедиться, что с Мэриан все в порядке.

— Вообще-то, я хотела дождаться мальчиков, чтобы поблагодарить их за шкатулку.

— Спасибо, Шарлотта. Спасибо за все, — Мэриан закрыла входную дверь. — Мальчики вот-вот вернутся, а мне действительно нужно чего-нибудь выпить. — Она нервно рассмеялась. — С удовольствием бы напилась, но ведь с этого все и началось.

Шарлотта кивнула и, зная, что, предложив такое, рискует потерять работу, все же решилась. В конце концов, благополучие Мэриан и ее детей дороже.

— Мэриан, я понимаю, что это не мое дело, но ты никогда не думала обратиться в общество анонимных алкоголиков?

Мэриан пожала плечами и медленно побрела к кухне.

— Я ходила туда, но бросила. Хотя сейчас, после всего, что случилось, может, самое время начать ходить снова.

Занимаясь кофеваркой, Шарлотта решила затронуть еще одну деликатную тему, раз уж пошел такой разговор.

Мэриан села за стол, и Шарлотта повернулась к ней.

— Хотела спросить у тебя кое-что. Мы можем сделать так, чтобы Биджей не узнал о моем разговоре с Сэмом? Не хочу, чтобы он думал, будто я предала его. Ну, с этими сигарами, — добавила она, все еще чувствуя себя неловко из-за тайны Биджея. Она так никому и не сказала, что он был у Девилье, когда убили Бергерона.

Мэриан улыбнулась.

— От меня он точно не узнает. — Она покачала головой. — Бедный Биджей. Неудивительно, что он в последнее время такой мрачный. Я и не представляла, что он хранит вещи отца. После смерти Билла я вообще ничего не замечаю.

Шарлотта прикусила язык, чтобы не ляпнуть, что в отношении Биджея Мэриан просто слепа.

— Но с этим покончено, — твердо добавила Мэриан. — Жизнь слишком коротка и непредсказуема. Билл любил детей всем сердцем, но его нет. И ради него, ради мальчиков — ради себя — я должна привести свою жизнь в порядок и позаботиться о детях.

— Да, — пробормотала Шарлотта. — Ты должна.

Шарлотта и Мэриан сделали по первому глотку кофе, когда услышали возню на крыльце. Через мгновение в кухню ураганом ворвались Биджей и Аарон.

— Нет! — кричал Аарон на брата.

— Спиногрыз! — крикнул в ответ Биджей. — Ты это сделал.

— Мам! Биджей сказал, что я…

— Прекрати! — приказала Мэриан.

— Но мам, — заскулил Аарон.

Мэриан погрозила ему пальцем.

— Я сказала, прекрати. Немедленно! Мне надоели ваши ссоры, хватит.

Изумление на их лицах было таким искренним, что Шарлотта прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

— С этого дня кое-что изменится, — сказала Мэриан строгим серьезным голосом. — С этого дня у нас новые порядки, и, прежде всего, никаких ссор. А теперь вы оба покажите хорошие манеры и поздоровайтесь с мисс Лярю.

Через несколько минут Шарлотта собралась домой, и Мэриан проводила ее до фургона.

— Еще раз спасибо за все, что ты сегодня сделала, — сказала она. — Подумать страшно, что могло случиться, если бы не ты.

Шарлотта улыбнулась.

— Не стоит благодарностей. И потом, это же ты вызвала полицию.

Мэриан озадаченно нахмурилась.

— В том-то и дело. Я не звонила. Не вызывала полицию.

Шарлотта застыла от неожиданности.

— Нет?

Мэриан покачала головой.

— Нет.

Теперь нахмурилась Шарлотта.

— Тогда Кто…

Мэриан махнула рукой в сторону соседнего дома.

— Может, соседи? — предположила она.

Шарлотта вздохнула, все еще озадаченная.

— Может. — Она помолчала и пожала плечами. — В общем, какая разница, кто позвонил. Главное, что кто-то сделал это, и они приехали.

Вечером после ужина, складывая тарелки в посудомоечную машину, Шарлотта услышала, как у дома хлопнула дверца автомобиля. Через мгновение раздался стук в дверь.

— А я как раз собиралась тебе позвонить, — сказала Шарлотта, впуская Джудит. Джудит вошла, и Шарлотта закрыла дверь. — Ты ужинала?

Джудит покачала головой.

— Нет, тетя. Но я заскочила на минутку. У меня ужин в семь.

Шарлотта прищурилась.

— С Уиллом?

— Нет, тетя, не с Уиллом. С ним все.

— Вы больше не напарники?

Джудит закатила глаза.

— Мы больше не любовники, — сказала она. — И я подала прошение о новом напарнике.

Шарлотта с трудом сдержала распиравшую ее довольную улыбку.

— Вообще-то, я встречаюсь с Билли Уилсоном, — сказала Джудит.

На этот раз Шарлотта не сдержалась и улыбнулась.

— По-моему, это чудесно. Он кажется приятным молодым человеком.

— Ну да! Несколько месяцев назад ты говорила совсем другое. По-моему, ты сказала что-то вроде «кто-то должен научить его манерам».

— Тогда было другое дело, — ответила Шарлотта. — С тех пор я успела узнать его получше. — Она помолчала. — Знаешь, до меня только сейчас дошло, что у Билли такая же фамилия, как у моей работницы. Интересно, они не родственники?

Джудит пожала плечами.

— Может, какие-нибудь кузены.

Шарлотта кивнула.

— Надо будет спросить Надю. — Она махнула рукой. — Если не хочешь есть, может, чего-нибудь выпьешь? Чаю со льдом, кофе?

— Нет, тетя, спасибо. Я заехала проверить, как ты себя чувствуешь, и сказать, что мы арестовали Сэма Робертса.

— Арестовали?

Джудит кивнула.

— Слово за слово, и он признался в убийстве Дрю Бергерона. Должна сказать, это был самый странный допрос в моей жизни. Он как будто ждал нас и встретил почти с радостью. Более того, его больше волновала Мэриан Хеберт, чем его арест. Он все спрашивал, как она и мальчики. Даже спросил, поймали ли мы Дарлу Шоу. А о ней даже никто не упомянул. — Джудит покачала головой. — В общем, я хотела сказать, что его арестовали, и убедиться, что ты в порядке.

— И слава богу, что его арестовали, а со мной все хорошо, милая. И хватит быть такой занудой, тебе пора выметаться отсюда. — Шарлотта подтолкнула ее к двери. — Иди, поешь чего-нибудь и… — Она многозначительно подмигнула Джудит. — Передай привет Билли Уилсону.

Джудит рассмеялась.

— Хорошо, хорошо, намек понят.

Стоя в дверях и глядя, как Джудит отъезжает от дома, Шарлотта думала о ее словах, как Сэм беспокоился о Мэриан и детях. А Дарла Шоу? Как он узнал, что Дарла Шоу была там… если только…

Шарлотта закрыла дверь, и ее осенило.

— Ну конечно, — пробормотала она. Сэм знал о Дарле, потому что был на крыльце. Именно его, а не мальчиков она видела в окно. Может, именно он и позвонил в полицию? Но зачем? Если он хотел отомстить, зачем спасать Мэриан?

Шарлотта подошла к окну и выглянула на улицу. Наверное, она никогда точно не узнает, кто вызвал полицию, но, несмотря ни на что, ей хотелось думать, что это сделал Сэм. Ей хотелось думать, что Сэм понял, что Мэриан, как и он, была невинной жертвой.

Шарлотта отвернулась от окна и подошла к Милашке.

— Люди сами создают себе проблемы, да, малыш?

Попугай начал скакать по жердочке.

— Дурак, — чирикнул он. — Дурак, дурак.

— Да, и птички тоже, правда, приятель? Даже маленькие птички иногда попадают в большие неприятности.

Судя по всему, попугай вполне оправился после аварии в душе. Но Шарлотта все равно еще боялась выпускать его из клетки.

— Ну, скажи мне. Что ты думаешь о Джудит и Билле? Есть у них шансы?

В ответ Милашка громко крикнул и нахохлился.

— Если тебе интересно мое мнение, — сказала Шарлотта, — то встречаться с Билли Уилсоном куда лучше, чем путаться с женатым мужчиной. — Она покачала головой. — Каков проходимец этот Уилл Ришо. У него ведь жена и дети.

Шарлотта отвернулась от клетки и направилась к столику у дивана. На нем лежал букет искусственных цветов и свеча, которую она собиралась поставить на могилу Хэнка-старшего.

Она расправила пальцем красную розу. В субботу День Всех Святых, и по дороге от Мэриан Шарлотта заехала в цветочный магазин.

— Надо было конфет купить, — пробормотала она. Дети сейчас реже собирают сладости, но все же, решила Шарлотта, лучше подготовиться на всякий случай. Кроме того, она была уверена, что Надя и Даниэль приведут малыша Дэви. Шарлотта улыбнулась. Надо заготовить для него особое угощение.

Глядя на букет, она думала об обещании Хэнка отвезти ее на кладбище. Интересно, помнит ли он?

Глава 26

Прием у врача назначили на десять утра в четверг. На ватных от ужаса ногах Шарлотта подошла к секретарю в приемной, чтобы сообщить свое имя.

Почти все стулья в приемной были заняты. Не успела Шарлотта сесть и раскрыть «Секреты домоводства» трехмесячной давности, как ее вызвали.

К ее удивлению, ей предложили пройти не в смотровую, а в маленький уютный кабинет.

— Доктор будет через минуту, — сказала сестра.

Шарлотта едва успела оглядеться, как дверь отворилась, и вошел доктор.

— Доброе утро.

Шарлотта кивнула в ответ и робко улыбнулась.

Сев за стол, он раскрыл папку и несколько минут молча изучал данные. Потом взглянул на Шарлотту.

— Все в порядке, мисс Лярю. Поскольку это ваш первый обморок и, судя по тестам, вы для своего возраста вполне здоровы, я думаю, обморок произошел в результате стресса.

— Что ж, это обнадеживает, — пробормотала Шарлотта.

Доктор поднял руку.

— Но я бы хотел провести еще один анализ.

— Какой анализ, зачем?

— Анализ на сахар.

Шарлотта похолодела.

— Анализ на диабет?

Доктор кивнул.

— Назначьте встречу на самое ближайшее время. — Он поднялся. — Сестра даст вам инструкции.

Диабет. Шарлотта вздрогнула.

— Простите меня, но это обязательно?

Он пожал плечами.

— Больше для предосторожности, но чем быстрее вы сделаете анализ, тем быстрее мы сможем исключить возможность диабета.

Как только доктор вышел из кабинета, Шарлотта достала мобильник и позвонила Мэриан Хеберт. Он сказал «самое ближайшее», и Шарлотта была намерена побыстрее с этим покончить.

У Мэриан сработал автоответчик.

— Мэриан, это Шарлотта. Кое-что случилось, я не смогу прийти завтра, так что давай перенесем на субботу, или я пришлю кого-нибудь вместо себя. Позвони мне, когда решишь, как тебе удобнее.

Шарлотта отключила телефон и поднялась навстречу медсестре, которая протянула ей бумагу.

— Вот инструкции, мисс Лярю, здесь описана вся процедура. Вам нельзя есть — ни есть, ни пить после полуночи накануне анализа.

Шарлотта кивнула, положила бумагу и телефон в сумочку и вышла за сестрой.

Вернувшись в приемную, она направилась прямо к секретарю и назначила встречу на следующий день.

К полудню Шарлотта вернулась домой. По дороге она заехала в магазин и купила два пакета сладостей к пятнице, а для Дэви выбрала огромный леденец в форме тыквы. Выбирая конфеты, она заметила, что украшения для Хэллоуина идут вполцены. Последний раз она украшала крыльцо, когда Хэнк был еще маленьким, а тут, вспомнив о Дэви, она купила глиняную тыкву, паутину и прочую наводящую жуть чепуху.

Войдя в дом, Шарлотта первым делом проверила автоответчик. Два сообщения. Она нажала кнопку.

— Мам, насчет субботы. Я могу отвезти тебя на кладбище около десяти. Сообщи мне, устроит ли это тебя. Люблю.

Раздался гудок, и пошло второе сообщение.

— Шарлотта, это Мэриан, насчет твоего звонка. Можешь не приходить завтра, и не надо никого присылать. Со среды еще все в порядке. И потом, ребятам пора кое-чему поучиться. Только не забудь прийти в понедельник, хорошо? — Она помолчала и добавила: — Я ходила на собрание Общества анонимных алкоголиков вчера вечером. Просто подумала, ты захочешь знать. Да, и еще одно. Мой адвокат считает, что мне ничего не грозит, но поговорим об этом потом. Пока.

И истина сделает тебя свободным. Шарлотта улыбнулась и пошла на кухню. Это начало. Хорошее, позитивное начало. Может, Мэриан наконец сможет привести свою жизнь в порядок и стать мальчикам достойной матерью.

Быстро пообедав, Шарлотта вышла украшать крыльцо. Развесить пару купленных ею паутин не составило особого труда. Закончив, она отошла к обочине, повернулась и, уперев руки в боки, критически осмотрела результат. Довольно кивнув, она направилась к крыльцу, и в этот момент к дому подъехал Луи.

Шарлотта нахмурилась.

— Привет, Луи. Чего так рано сегодня?

Луи пожал плечами и направился к крыльцу.

— У меня был тяжелый день, а теперь у меня тяжелые мысли.

Шарлотта нахмурилась еще сильнее.

— Звучит серьезно.

— Да, я бы сказал, весьма серьезно. — Он присел на верхнюю ступеньку и жестом предложил Шарлотте присоединиться. Она устроилась рядом, и Луи несколько секунд молча смотрел на дорогу.

Наконец он прокашлялся и, все еще глядя на дорогу, сказал:

— Я почти все утро допрашивал Сэма Робертса. — Он покачал головой. — Вот уж престранный был допрос. Он полностью шел на контакт, будто радовался, что его поймали.

Луи взглянул на нее, и Шарлотта кивнула, вспомнив, что Джудит говорила то же самое.

— Он также признался в убийстве Билла Хеберта, — сказал Луи.

— Я так и думала.

Луи пожал плечами.

— Даже если бы он не признался, мы все равно связали бы его с Бергероном. Сегодня утром выяснилось, что маска принадлежала ему. Сделав тест ДНК, мы бы доказали, что именно он курил сигару у Девилье.

Шарлотта наклонила голову.

— Так что тебя беспокоит?

Луи запустил пальцы в волосы по голове и тяжело вздохнул.

— У него было все — репутация, семья, положение в обществе, — и он все потерял. Все. Этот человек полжизни провел, расплачиваясь за преступление, которого он не совершал, и пытаясь оправдаться. Он сказал, что, выйдя из тюрьмы, потратил все деньги на частных детективов, чтобы те выяснили, что тогда случилось на самом деле. Сначала он хотел просто обелить свое имя, чтобы дети не считали его убийцей. Но в процессе сломался, его переклинило. Он фактически стал тем, кем его считали, — убийцей. Теперь у него впереди только тюрьма и, возможно, смертный приговор. — Луи помолчал и добавил: — Сломанная жизнь — все три, если считать Дрю Бергерона и Билла Хеберта.

Плюс Мэриан Хеберт, про себя добавила Шарлотта и прищурилась. Очевидно, что Луи беспокоила не только судьба Сэма. Было что-то еще.

— Ты же веришь, что Сэм виновен?

— О, да. Виновен на все сто. Но знаешь, все это заставило меня задуматься, понять, что жизнь слишком коротка, чтобы ею разбрасываться. Когда ты молод, тебе кажется, что ты все на свете успеешь. Но если тебе повезет дожить до старости, начинаешь понимать, как мало на самом деле у тебя времени.

Он прокашлялся и напряженно посмотрел на Шарлотту. Она затаила дыхание, гадая, что у него на уме.

— Когда Стивену — это мой сын — было двенадцать лет, моя жена бросила нас, — наконец проговорил он. — Однажды она просто собрала чемодан и ушла. Сказала, что больше так не может, что я все время работаю, а Стив все время влипает в неприятности. Вскоре я уже заполнял бумаги на развод.

Шарлотта внутренне сжалась от сочувствия. Признание Луи многое объясняло, и хотя она не могла согласиться с его шовинистскими убеждениями, теперь они по крайней мере были понятны.

— Я делал все, что мог, чтобы вырастить Стива, — продолжал Луи, — но, видимо, не справился с этой задачей. После ее ухода он совсем распустился, постоянно попадал в какие-то истории. Поскольку я полицейский, мне обычно удавалось его вытаскивать из неприятностей. Но когда ему было семнадцать, он связался с бандой недоумков, и как-то ночью они напились и ограбили винный магазин. Хозяин магазина был убит, и хотя Стив клялся, что не стрелял… — Луи замолчал.

Через секунду он продолжил:

— От этого я не смог его спасти. Их с приятелями судили как взрослых и осудили за убийство. Двадцать лет он провел в Анголе. — Луи пожал плечами. — Около семи лет назад он вышел. Насколько я знаю, сейчас он в порядке. В тюрьме он начал рисовать, а когда вышел, женился на женщине, которая выставляла его картины в своей галерее. У них родилась дочь. Теперь он зарабатывает на жизнь своими картинами.

— Та маленькая девочка на портрете — моя внучка, — признался Луи. — Он прислал мне эту картину вместе с остальными.

— Сколько ей лет?

Луи пожал плечами.

— Наверное, шесть, где-то так.

— И ты ни разу не говорил с ним, не встречался с тех пор, как он вышел?

Луи медленно покачал головой с выражением муки на лице.

— Хуже. Я… Я так разозлился, когда он вляпался в убийство, чувствовал себя униженным. Я полицейский, а тут… И отрекся от него, прекратил всякое общение. А чем дальше, тем сложнее переступить через свою гордость. Я не видел и не слышал его с того дня, как его осудили двадцать семь лет назад.

— Ох, Луи, — Шарлотта пришла в ужас. Страшно подумать, она бы просто не смогла так долго не общаться с сыном.

Не суди, да не судим будешь.

Совесть заговорила словами из Библии. Она действительно не могла понять, как можно разорвать отношения с сыном, но, с другой стороны, ее сына никогда не обвиняли в убийстве.

— Я виноват во всем, — продолжал Луи. — Столько лет прошло, даже если я попытаюсь что-то исправить, он, наверное, и знать меня не захочет. Боюсь, что уже поздно.

Шарлотта с сочувствием сжала его руку.

— Может, и нет. Ты же сказал, что сын сам прислал тебе те картины?

— Да, месяц назад.

— Не будь таким идиотом. Господи, разве ты не понимаешь? Таким образом он пытается наладить с тобой отношения.

— Может быть, — сказал Луи, пожав плечами.

— Так в чем проблема?

Луи тяжело сглотнул.

— А ты поедешь со мной? Если он согласится встретиться, ты поедешь?

— Ох, Луи, я не знаю. Это не мое дело.

— Твое, если я приглашаю, — ответил он возмущенно.

День Всех Святых выдался теплым — почти семнадцать градусов — и солнечным. В сопровождении Хэнка, с цветами в руках, Шарлотта вошла на кладбище Лафайет через ворота на Вашингтон-стрит.

Кладбища в Новом Орлеане уникальны. Изысканные надгробия и мини-мавзолеи возвышаются до верхней отметки паводков.

Шарлотта остановилась у ворот, глядя на бронзовую доску.

— Каждый раз поражаюсь, — сказала она Хэнку. — Поверить не могу, что кладбище существует с 1833 года.

Хэнк улыбнулся, и они пошли дальше.

Вокруг свежевыкрашенных надгробий, украшенных цветами, уже собрались люди. Несмотря на уважительную атмосферу, все это напоминало вечеринку по случаю встречи старых друзей.

Могила Хэнка-старшего находилась недалеко от ворот, во втором ряду. Шарлотта опустилась перед ней на колени и благоговейно положила цветы.

— Хотел бы я знать его, — вздохнул Хэнк, пока Шарлотта смотрела на могилу. И добавил: — Их всех.

Шарлотта поняла, что он имеет в виду семью отца. Согласно традиции, Хэнка похоронили в одной могиле с предками.

Шарлотта встала и сжала руку сына.

— Я тоже, сынок. Я тоже.

— Расскажи мне о нем еще раз. Обо всех. Помнишь, как ты рассказывала, когда я был маленьким.

Много лет Хэнк не спрашивал про отца, и комок подступил к горлу Шарлотты, когда она начала говорить.

— Твой отец был почти как ты, и внешне, и по характеру. Он был примерно такого же роста и комплекции, с такими же рыжими волосами и небесно-голубыми глазами. — Она сглотнула. — Каждый раз я смотрю на тебя и вижу его, особенно глаза. Он был добрым, — продолжала она, — заботился о людях. — Она помолчала. — По-моему, я говорила тебе, что он тоже хотел быть врачом. Поэтому и пошел в армию еще до того, как правительство объявило призыв во Вьетнам. После смерти родителей — твоих бабушки и дедушки — он потратил все состояние на выплату семейных долгов. К сожалению, твой дедушка не верил в страхование жизни, поэтому отцу, как и тебе, пришлось добиваться всего самому.

— Не совсем как мне, — уточнил Хэнк. — У меня была ты.

Шарлотта улыбнулась.

— Да, была. Я, студенческий заем и работа вышибалой. В общем, твой отец пошел в армию, потому что солдаты, закончив службу, могли поступить в университет за правительственный счет. Он все спланировал. Он…

— Шарлотта! Шарлотта Лярю!

Узнав голос Битси, Шарлотта повернулась ей навстречу.

Хэнк наклонился и прошептал:

— Это не мисс Дью, твоя клиентка?

Шарлотта улыбнулась и кивнула.

— Ага, мисс Битси Дью, единственная и неповторимая.

Она была рада видеть Битси на ногах и в полном здравии. А уж видеть это действительно стоило — развевающийся подол цветастого платья, шляпа, больше похожая на зонтик.

— Это и есть зонтик, — со смешком пробормотала Шарлотта.

— Ты что-то сказала? — нахмурившись, спросил Хэнк.

Шарлотта кивнула в сторону Битси.

— Ее шляпа. Шляпа мисс Битси — как маленький зонтик на голове.

Эпилог

В такие дни, как День благодарения, Шарлотта мечтала о большом доме. В этом году у нее собрались вся семья и Друзья, и тесная квартирка трещала по швам. Вместе с Мэделин они готовили несколько дней, и еда стояла повсюду — на кухонных столах и тумбочках, на специально принесенных карточных столиках. Шарлотта повернуться не могла, чтобы на кого-нибудь не наткнуться, поскольку все вдруг решили поселиться на кухне. Но ведь на то и День благодарения, не так ли?

Оглянувшись вокруг и пытаясь пересчитать головы, Шарлотта вздохнула. Ну зачем она созвала всю округу? Потому что тебе вечно хочется хэппи-энда. Пришла не только семья Шарлотты, но и сын Луи с женой и дочерью.

Кто-то похлопал ее по плечу, Шарлотта обернулась и увидела Луи. Стоило только подумать, и — абракадабра.

— Как ты сегодня? — спросил он.

Пытаясь держать себя в руках, Шарлотта сосчитала до десяти. С тех пор как Луи узнал результаты теста на сахар, он стал настоящим занудой… как и все ее семейство.

— Замечательно, — наконец ответила она. — Ты не забыл? Я пограничный диабетик. Пока я слежу за диетой и каждый день пью эту маленькую таблеточку, мне ничего не грозит. — Она постаралась вежливо улыбнуться. — Но спасибо, что спросил.

— Это мне надо благодарить тебя. Спасибо за то, что пригласила моего сына с семьей сегодня, если я еще не поблагодарил. Спасибо.

Шарлотта покачала головой.

— Ты поблагодарил, Луи, раз десять, наверное.

Луи усмехнулся.

— Пусть тогда будет одиннадцать. Спасибо. Спасибо огромное.

— Уже двенадцать, — улыбнулась Шарлотта.

— Много не мало. Без тебя я бы никогда не решился с ним встретиться.

— Тетя Чарли?

Услышав голос Джудит, Шарлотта обернулась к двери.

Луи помахал рукой.

— Она здесь, Джудит, — крикнул он. Когда Джудит подошла ближе, он с издевкой сказал Шарлотте: — Между нами говоря, у них с Билли все очень серьезно. Он…

Джудит, шутя, ткнула его кулаком в бок.

— Сплетничаешь за спиной, Лу?

— Пойман за руку! — он подмигнул Шарлотте. — Кажется, пора делать ноги и идти спасать твоего братца. Моя внучка и этот карапуз Дэви поспорили, кто первым замучает Даниэля самолетиком.

Джудит и Шарлотта рассмеялись, а Луи выскользнул в заднюю дверь. Шарлотта повернулась к Джудит:

— Ты что-то хотела, милая?

— Да нет, в общем, просто хотела сказать новости о Сэме. В смысле, Артуре Сэмюэле.

— Новости?

Джудит кивнула.

— Может, пойдем в коридор или в спальню? Не хочу, чтобы все слышали, — она кивнула на гостей.

— Командуй, я за тобой, — согласилась Шарлотта.

Пробравшись сквозь толпу народа в спальню и закрыв за собой дверь, женщины тяжело вздохнули и рассмеялись.

— Ужас, сколько в этом году народу, — сказала Джудит. — А еды — просто кошмар.

— Чем больше, тем веселее? — съязвила Шарлотта.

— Если ты считаешь, тетя… И не смотри на меня так. Я вовсе не мизантроп. Мне просто дорого личное пространство. — Она махнула рукой. — В общем, я хотела сказать, что Сэм-Артур до суда не дотянет.

Шарлотта удивилась настолько, что не сразу сообразила.

— Как это? — наконец спросила она.

— У него рак печени, и прогнозы весьма пессимистичны. По словам доктора, даже если он и дотянет до суда, вряд ли увидит тюремные стены.

Мгновение Шарлотта задумчиво молчала.

— Справедливость, — наконец прошептала она.

— Что, тетя?

Шарлотта покачала головой.

— Мысли вслух. Забавно, что Сэм-Артур так искал справедливости и вот прошел полный круг. Кстати, о справедливости, что с Дарлой Шоу?

Джудит вздохнула.

— У нее хватает проблем: шантаж, попытка вооруженного ограбления — на твой вкус. Но поскольку она раньше не привлекалась, то при хорошем адвокате кто знает?

— А Биджей?

— Что Биджей? — лукаво улыбнулась Джудит и подмигнула Шарлотте.

— Ничего, — понимающе усмехнулась Шарлотта. — Совсем ничего. Но хватит об этом. Сегодня я больше слышать не хочу ни о Сэме, ни о Дарле Шоу, ни о Дрю Бергероне, ни о Хебертах. Сегодня я хочу приятно провести время с семьей и друзьями. — Она помолчала и ехидно поинтересовалась: — А как там милый мальчик Билли Уилсон?

Джудит закатила глаза.

— Скоро сама узнаешь, потому что я пригласила его на ужин. Хотя сейчас, — быстро добавила она, — меня мучают сомнения. Билли был единственным ребенком в маленькой семье. Бедняга с ума сойдет в этом дурдоме.

Шарлотта прокашлялась.

— Ходят слухи, что у вас с ним все очень серьезно.

Джудит снова закатила глаза.

— Не верь всему, что слышишь, тетя, особенно если слышишь это от Лу.

Примерно через час Шарлотта попросила Хэнка собрать всех на кухне.

— Минуточку внимания, пожалуйста! — крикнул он. — Внимание! — Когда через несколько секунд разговоры и смешки наконец улеглись, он продолжил: — Мама хочет поблагодарить всех, кто пришел сегодня к нам на День благодарения. Сейчас мы прочитаем молитву, и можете разорять столы.

Хэнк стал читать молитву, и, слушая его глубокий, успокаивающий голос, воздающий благодарности семье, друзьям, счастью жить в свободной стране, Шарлотта, вопреки своему обещанию насчет Артура Сэмюэла, думала о том, что когда-то сказал Луи и сегодня рассказала Джудит.

Когда-то у Артура Сэмюэла было все: семья, карьера, здоровье, репутация. Теперь у него нет ничего. Какая нелепая трагедия, подумала Шарлотта. И все потому, что где-то, как-то он сбился с пути. Вначале он был жертвой, но потом жажда мести стоила ему всего. Теперь он умрет в тюрьме, без друзей, семьи и репутации.

Шарлотте вдруг стало стыдно. По сравнению с судьбой Артура Сэмюэла ее собственные проблемы просто ничтожны, и шестидесятилетие — не кара небесная, а всего лишь маленькая песчинка на берегу жизни.

Шарлотта поморщилась при мысли о том, какой эгоистичной она была все эти месяцы со всеми своими охами и ахами и жалостливым самоедством по поводу всего лишь очередного дня рождения. Да ей надо на колени пасть и благодарить Бога за все. Да, у нее проблемы со здоровьем, но она все же может продолжать нормальную жизнь. Более того, у нее прекрасная семья, которая любит ее и всегда будет поддерживать, и друзья, которые ее уважают.

— …И спасибо, Господи, за пищу на нашем столе, и мы просим твоего благословения. Во имя Иисуса, аминь.

Прибавив к этому свою личную молитву о прощении и благодарности, Шарлотта торжественно прошептала:

— Аминь.

Совет от Шарлотты

Чтобы отчистить кафельный пол от известкового налета и предотвратить его появление, каждый раз при уборке добавляйте в теплую воду немного хлорного отбеливателя. Не забудьте вымыть пол чистой водой. Предупреждение: не смешивайте отбеливатель со средствами, содержащими аммиак.

Примечания

1

Марди Гра, вторник на Масленой неделе, — всемирно известный ежегодный карнавал в Новом Орлеане, одно из самых красочных представлений, неизменно привлекающее толпы туристов.

2

Вилли Нельсон (р. 1933) — американский кантри-певец.

3

Джулиус «Граучо» Маркс (1890–1977) — известный американский комик, член труппы братьев Маркс.

4

«Правильные парни» (Билл Медли и Бобби Хэтфилд) — американский дуэт, образован в 1962 году. Название появилось после того, как один из черных зрителей назвал певцов «правильными», или «своими парнями» — высший комплимент белому человеку из уст черного. Одна из самых известных композиций дуэта — песня Хая Зарета и Алекса Норта «Мелодия на свободе», прозвучавшая в фильме американского режиссера Джерри Цукера «Привидение» (1990).

Content

Барбара Колли
Чище некуда

Благодарности

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог

Совет от Шарлотты

Примечания